/
Автор: Кобликов П.А.
Теги: детский журнал рассказ времена года издательство универс стихи о природе писатели анималисты природоведы
Год: 2012
Текст
НАМ 15 ЛЕТ! Ах, до чего же быстро, в самом деле, Пять лет прошли, промчались, пролетели, И вновь решили встретиться-собраться, Чтобы отметить на сей раз «пятнадцать», Журнала нашего надёжные друзья, А место встречи изменить нельзя! Уютно, приятно и радостно всем В библиотеке сто сорок семь! М. Слуцкий Михаил Слуцкий поэт Наталия Медведева заведующая библиотекой № 147 Пётр Кобликов главный редактор журнала Юрий Парфёнов бард из Санкт-Петербурга Владимир Борисов поэт Алёна Шаповалова участница праздника
рекятл и зеерятл И. Калитина У меня есть чёрный кот - Всем известный полиглот. Он мяукал по-французски По-английски и по-русски. Трудной овладев наукой По-японски замяукал: — Мяу!
ЖИЛА БЫЛА СКАЗКА А. Макеев ЖУ РАВЛ И Весеннее солнышко улыбалось, и сырая земля после холодной и влажной ночи согревалась. Кое-где уже выглядывала из земли молоденькая светло-зелёная травка. Чирикали, радуясь теплу и свету, птички. Вдруг над озером пролетела стая больших птиц и спустилась на землю. Большие птицы, почти в два аршина вышины, пепельно- серые, с красноватым клювом, переходившим у конца в чёрно-зелёный, с чёрным лбом, на котором красно-бурые глаза светились умом, с длинной чёрной шеей, чёрными маховыми перьями крыльев и высокими черноватыми нога- ми... Это были журавли. Они прилетели из Аф- рики к нам в Россию на лето. Оправившись, они стали клевать листочки озими, и, хотя они с большей охотой ели растительную пищу, не брезговали червями, лягушками и жучками. Вечером к озеру возвратилась только одна па- ра журавлей, и, когда по кочкам озера и вокруг
2 I него стала подрастать осока, эта парочка журав- лей на одном из маленьких островков занялась устройством себе гнезда. Натаскали они хворо- ста, устлали его листьями камыша, осоки и тра- вою. Домик их не был красив, но уютен. Самка снесла туда два больших продолговатых крепких яйца сероватого цвета с светло-зелёными пятна- ми и чёрточками. Журавли старались делать свой домик так, чтобы никто не мог его заметить. Они никогда не летели прямо к гнезду, а, опустившись на некотором расстоянии, уже по земле, прячась в высокой осоке, в камыше, пробирались домой. Раз утром, когда самка ожидала выхода из яиц птенчиков, а самец, стоя на одной ноге, дремал возле, она услышала подозрительный шорох: кто-то как будто подкрадывался... Вдруг к ним через осоку, перепрыгивая с кочки на кочку, просунула свою острую морду лисица. Журавль проснулся, бросился на лисицу и стал бить её клювом и крыльями. Лиса, избегая уда- ров и огрызаясь, хотела всё-таки проникнуть к гнезду. И только тогда, когда самка соскочила с гнезда и бросилась на помощь к журавлю, ли-
3 сица отказалась от нападения, повернулась и убежала. На гнездо сел самец, а самка поле- тела в поле искать себе корм. Прошло несколько недель, из яиц вывелись молодые журавлики и стали быстро расти. Они уже научились ходить, хотя ещё не могли ле- тать. Старый журавль куда-то улетел, а мать со своими детками сидела в гнезде и расправляла им пёрышки, думая: «Ах, если бы у вас, дети, скорее вырастали крылья, ничего бы мы тогда, ничего не боялись!». В это время к озеру подъехал человек с со- бакой. Собака начала нюхать воздух и пошла прямо на журавлей. Увидела это журавлиха и быстро повела своих деток в густую осоку. Но собака была легавая. Она шла по запаху и вы- следила журавлей в их убежище. Она бежала за ними и одного журавлёнка успела схватить. — Пип... пип... пи-пи-пи, — жалобно запищал журавлик и от страха замер под крепкими лапа- ми собаки. Журавлиха со своим другим птенцом бежала дальше в поле. А охотник встал с лошади, взял у собаки журавлика, и, обрадовавшись, сказал:
— Ага! Это журавлик! Возьмём его домой, это славная птица. И взял его. Наши журавли уже не возвращались на озе- ро, а поселились в болоте. Журавлиха долго тосковала по своему пропавшему сыну и часто говорила: — Ах, злые, злые люди! Зачем вам понадо- бился мой сынок? Сколько времени я высижива- ла его, каких трудов мне стоило кормить его, как я его любила, а они, жестокие, отняли его у меня! Грустили о нём и старый журавль-отец, и маленький брат. Но вот уже другой журавлик научился летать, и старые журавли вместе с ним каждый день совершали прогулку далеко в поле, в очень от- далённое от людей место, где собиралось много-много и старых, и молодых журавлей. И после того, как несколько журавлей из предосторожности облетали на большом расстоя- нии поле, высматривая, не спрятался ли их хи- трый враг — человек со своим убийственным оружием или какой-нибудь другой зверь, у них начиналось веселье. Это было беззаботное
5 и красивое собрание множества серых с длинны- ми ногами и шеей птиц. Здесь они вели свои разговоры, делясь печалями и радостями, здесь устраивались игры и танцы. Да, да! Журавли лю- бят танцы! Широко распустив свои крылья и ма- хая ими по воздуху, они то делают быстро на бегу круги, то лёгкими красивыми прыжками проделывают разные фигуры, как будто в са- мом деле танцуют кадриль. Иногда они ссорятся и даже дерутся. Незаметно прошло жаркое весёлое сытное лето. Настала осень. Одно собрание журавлей было шумно и тревожно, и не было в этот день танцев. Старики решали вопрос о перелёте на зиму в тёплые места, условившись собраться у одного отдалённого озера. II Тёплое весёлое лето сменила сырая холодная осень. Завывал злой ветер, шёл частый дождь. На полях после убранных хлебов торчала бурая щетина жнивья, а там, где росли широколистные с жёлтыми шапками подсолнечники, стояли чёр-
ные поломанные палки, и зелёной травки нигде- нигде не было видно. Было в поле скучно и хо- лодно. Птички попрятались, отцвели цветы. У озера, обросшего высокой травою-осокой и покрытого, как бородавками, торфяными коч- ками, сидела стая журавлей. Мокрые и озяб- шие, они разговаривали между собой. Говорил самый большой старый журавль: — Ну, ребята, спите, набирайтесь силы. Завтра чуть свет полетим отсюда, из этого бо- лота, в тёплую сторону, где сияет солнце, где цветут розы, и золотистые апельсины зреют на зелёных деревьях... А тут скучно, холодно! Бррр!.. Трудно нам будет лететь: ветры, дожди, а всего больше — злые люди! Здесь народ ещё мягкий, добрый, а вот когда мы будем лететь над южанами, тогда будет нам плохо. У каждо- го из них есть смертельное оружие, по глупости или жестокости они могут убить многих из нас. Трудно, трудно будет!.. Спите же, дети!.. И все журавли, спрятав голову под крыло, за- снули... Чуть забрезжил свет, и старый журавль раз- будил всех. Журавли проснулись, вытянулись,
7 расправили крылья и хвосты, пригладили грудь и спину и, переговорив, как им лететь, стали разбегаться, размахивать крыльями в воздухе, затем поднялись и полетели сначала очень низ- ко над землёй, а потом всё выше и выше. Поднявшись, они выстроились в две линии острым углом так высоко, что были слышны их курлыканье да писк, а их самих почти не было видно. Долго журавли летели, останавливаясь только для ночлега да чтобы передохнуть и по- кормиться. Часто они летели и по ночам, не боясь сбиться с дороги, потому что впереди всех летел старый журавль, который уже не- сколько раз пролетал через степи, горы и мо- ря весною к нам в Россию, а осенью — в тёплые края. Вот долетели журавли до Кавказских гор и по- казалась гора Эльбрус, где журавли обыкновен- но перелетают через горы. Над рекою Кубанью подул восточный сильный, злой-презлой холодный ветер, начался дождь, крылья и хвосты журав- лей намокли, и лететь им стало дальше нельзя. Кроме того, ветер разбивал треугольник журавлей. Молодые отставали и жалобно пища-
ли. К ним возвращалась стая, и они кружились почти на одном месте. — Поищем местечко на Кубани, отдохнём, — сказал старый журавль. И журавли, чуть-чуть спустившись, стали кру- жить над Кубанью, осматривая местность. Но здесь им не понравились места, и они полетели дальше на восток, к маленькой игривой, прыгаю- щей по каменьям речке Козлику. — Вот здесь мы в высокой траве и отдох- нём, — сказал старый журавль. Сделав в воздухе несколько кругов, журавли опустились в высокую, не скошенную ленивыми крестьянами траву. Недалеко от того места, где присели журавли, казачонок пас овец. Он видел, как они опуска- лись, и ему пришла в голову злая мысль. На- брал мальчик голышей, которые валялись по вспаханному полю, и тихонько, осторожно по- шёл к журавлям. Усталые птицы, не заметив с вышины для себя опасности, беспечно отдыха- ли и чистились. Казачонок, близко подкравшись, бросил камень и попал в спину молодого журав- ля. Тот жалобно и тревожно запищал и побе-
жал, махая крыльями, спотыкаясь и падая. Остальные журавли всполошились и тоже броси- лись бежать, махая крыльями. Перейдя речонку, вся стая поднялась и низко полетела над горой. Ушибленный же журавлик бежал за своими со- братьями. Удар был силён, и журавлик не мог лететь. Только отдохнув немного за рекой, он, с новой силой разбежавшись, медленно полетел за стаей. Тогда стая, уже вылетевшая на гору, возвратилась назад, взяла оставленного и полете- ла в поле. Отлетели журавли далеко от Козлика и, под- робно осмотрев местность, решились опуститься на ночлег. И долго они не могли успокоиться и всё говорили о злом поступке мальчишки, а старый журавль сказал: — Не видел я зверя злее, хитрее и хуже, чем человек.
чудные мгновения 10 Н. Каменский Христос воскрес! (В сокращении) Поёт отзывно мрак небес На ликование народа. Христос Воистину Воскрес, И с ним воскресла вся природа За ним — широкий ровный луг, Всё дремлет сладостно и чутко. В истоме замер робкий дух, В груди — так радостно и жутко Сверкает храм среди полей, Унизан яркими огнями. Как будто стала ночь светлей, Расставшись с горестными снами d сердцах — восторг, воспрянул дух Как будто крылья за плечами. Сверкает храм. Идёт вокруг Толпа с горящими свечами. Л В притихшем сумраке небес — Святая тайна. Жду чего-то. Молчит в раздумье ближний лес Река, знакомое болото.
ИСТОРИЯ из ИСТОРИИ П. Янчуров МАЛЬЧИК Из воспоминаний о М. С. ЕЦспкипс1 Пребывание Михаила Семёновича в нужно отнести к 1837 или 1838 году. Рязани Точный год не известен. В то время антрепренёром рязанского театра был некий господин Борисоглебский2, человек, уважаемый рязанской публикой того времени как артист и как антрепренёр, преданный своему делу. Он не скупился на приобретение лучшего состава труппы. В тридцать седьмом или в тридцать восьмом го- ду, ставя в своём бенефисе пьесу, название кото- рой не упоминалось, господин Борисоглебский, 1 Щепкин Михаил Семёнович (1788 — 1863), великий русский артист. — Примечание редакции. 2 Предположительно, Борисоглебский А.Н. — Примеча- ние редакции.
хорошо знавший Михаила Семёновича Щепкина, пригласил его играть в свой бенефис. Михаил Семёнович любезно принял участие в постановке пьесы. Роли были розданы актёрам, но в числе действующих лиц роль мальчика оставалась не занятой. Борисоглебский предложил Михаилу Се- мёновичу отдать эту роль проживающему в то время при театральной сцене мальчику, который из любви к театру помогал рабочим во время перемены декораций. Мальчик этот, называв- шийся попросту Прошкой, служил на посылках у купца Волкова, который имел свой магазин против театра. Страсть к театру в мальчике до того была сильна, что, несмотря на побои хозяи- на за постоянные отлучки, он всё таки не пропу- скал ни одного спектакля. Хозяину, наконец, на- доело трясти за волосы и бить непослушного. Он оставил его в покое и равнодушнее стал смотреть на его отлучки. Когда Борисоглебский послал за мальчиком и сообщил ему о том, что он должен играть на сцене, мальчик пришёл в такое неописуемый восторг, что, схватив тетрадку с небольшой ро- лью, опрометью бросился из театра в лавку, где
13 трясся от радости, рассказывая товарищам о том, что он играет в театре. К вечеру он был уже у антрепренёра, который подвёл его для прослушивания роли к Михаилу Семёновичу. Щепкин, прослушав со вниманием реплику мальчика, обратился к Борисоглебскому и ска- зал: — А ведь у него талант!.. Хочешь учиться и играть на сцене? — обратился он с вопросом к мальчику. — Желаю! — восторженно отвечал тот. — Но тебя могут не отпустить родные, ведь ты живёшь у хозяина? — Я убегу, — отвечал, не задумываясь, вос- торженный мальчик. Михаил Семёнович улыбнулся. Мальчик этот был ни кто иной, как Пров Ми- хайлович Садовский3, впоследствии наш знамени- тый артист московской сцены, талант которого впервые был замечен знаменитостью своего вре- мени М. С. Щепкиным. 3 Садовский (Ермилов) Пров Михайлович (1818 — 1872), великий русский артист. — Примечание редакции.
кроме шуток 14 И. Голубев ЗА ГРАЧАМ озле нашего дома есть роща. В ней живут грачи — большие чёрные птицы с белыми по- лосками вокруг клювов. Я очень люблю их. Прилетают они к нам в начале марта и живут до зимы. После их прилёта начинается весна. Поэтому, как только услышишь крик грачей «крра, крра», на душе становится радостнее: знаешь, что грачи прилетели, наступила весна, весёлая, с птичьим пением, с зеленью, ду- шистыми цветами. Есть у меня приятель, Стёпа. Целые дни мы проводим с ним вместе, бегаем и в рощу, где живут грачи. Однажды весной грачи уже вывели детей. Вздумалось нам со Стёпой достать грачат из гнезда, чтобы посмотреть вблизи, каковы они. Но как достать? Гнёзда высоко. — Надо лестницу, — сказал Стёпа. — Вон, у конюшни есть! Пойдём, притащим.
15 Побежали к конюшне, но лестница, пристав- ленная к сеновалу, была так тяжела, что мы её даже и с места не могли сдвинуть. Пошли опять в рощу без лестницы. Смотрим на гнёзда, а грачата, как нарочно, выставляют свои головки из гнёзд и смотрят вниз, на нас. Ещё сильнее захотелось нам их достать. — Ну-ка, я попробую без лестницы, — сказал Стёпа. — Подставь-ка спину, — обратился он ко мне. Подошёл я к берёзе, упёрся руками в её ствол, наклонил голову, а Стёпа полез на мою спину. Но он был тяжёл: я не мог его удержать и падал. — Нет, не влезешь, — сказал Стёпа, утирая пот с лица. Посмотрели мы ещё раз на грачат и, груст- ные, ушли из рощи. На другой день я опять пошёл в рощу. Там меня уже поджидал Стёпа. — Ну, брат, теперь грачи-то наши, — встре- тил он меня такими словами и указал мне на лёгкую лестницу, которая уже была приставлена к дереву. — У садовника взял, — объяснил он
мне. — Ты только подержи её, а я мигом буду у гнезда. Я стал держать лестницу, а Стёпа полез по ней и скоро добрался до первого сука, а там как белка карабкался всё выше и выше. Я уже не мог его видеть из-под дерева и ото- шёл в сторону. Стёпа был почти у самого гнез- да. Боже! Какой крик подняли грачи, как только заметили, что Стёпа приближается к гнезду. Грачи, хозяева того гнезда, к которому Стёпа поднимался, летали очень близко около Стёпы. На их отчаянные крики слетелись другие грачи со всей рощи и совсем окружили его. Он стал от них отмахиваться свободной рукой, но грачи на это не обращали внимания, а один подлетел и ударил его по голове крылом. У меня сердце упало от страха. Я думал, что Стёпа свалится с дерева и до смерти разобьётся. — Слезай, слезай! Тебя грачи заклюют! — за- кричал я ему. — И то, надо слезть, — сказал Стёпа. — Ишь, какие злющие! Ну, брат! Облепили меня, как пчёлы, — говорил, спустившись, Стёпа. — Кричат, крыльями машут, того и гляди, с дерева собьют.
17 — Нет, — сказал я, — не достать нам гра- чей! Да и не нужно! — Как не нужно? Надо достать! — сказал Стёпа. — Вот что, — добавил он немного по- годя. — Я возьму с собой палку, и, как грачи только будут налетать, я их палкой. Стёпа отломил толстый сук, засунул его за пояс и опять полез на дерево. Грачи опять под- няли крик и стали летать около него. Но Стёпа не обращал на них никакого внимания и лез всё выше и выше. Когда он был уже у самого гнез- да, грач и грачиха опять стали нападать на Стё- пу. Тогда он одной рукой ухватился за сук, а другой вытащил из-за пояса палку и ударил грача прямо по голове. Тот жалобно закричал, будто заплакал и, упал на траву. Прямо к моим ногам. Полежав немного на одном месте, он поскакал под куст и стал там жалобно кричать. Мне стало его очень жаль. И я уже хотел за- кричать Стёпе, чтобы он не трогал грачей и слезал с дерева, как вдруг услыхал голос: — Лови! И к ногам моим упали два грачонка. Стёпа успел уже долезть до гнезда и вынуть двух ма-
18 леньких. Когда я увидел грачат, то слёзы высту- пили на моих глазах. Они были совсем мягкие, без перьев, с большими головами и очень не- красивые. Глаза у них были закрыты, и они дро- жали всем своим голеньким тельцем, еле дыша и широко раскрывая жёлтые рты. А старые гра- чи, один подшибленный, под берёзой, другой на берёзе, в два голоса кричали, как будто пла- кали по своим детям: «Зачем вы их отняли от нас? На что они вам?». Когда Стёпа слез с дерева и подошёл ко мне, я закричал: — Ах, Стёпа! Что мы наделали! Куда мы де- нем грачат? Стёпа посмотрел на меня и сказал: — Эх, баба! Разрюмился! Ведь сам затеял грачат-то доставать. Потом снял шапку, положил туда грачат и ушёл. Долго после этого мне было очень грустно: всё раздавались в ушах крики грачей, а перед глазами мелькали голые, дрожащие, с разинуты- ми ртами, грачата. И часто, бывало, по ночам мне снились бедные птицы.
Бывает и такое Барс Разве скучно жить на свете, Если славят солнце птички, Если возле дома дети Собрались катать яички. В светлой праздничной одежде, Нетерпением сгорая, Спорят, кто покатит прежде: «Первый ты, а я вторая!» «Я за Васей!»... «Я за Олей!» Но сказала Маргарита: «Побежимте лучше в поле!» — И забава позабыта. Простучали резво ножки, Упорхнули, словно птички. Позабыты на дорожке Яркоцветные яички. * Подлинное имя автора не установ- лено. — Примечание редакции.
PAGGKA3 ЗА РАССКАЗОМ С. Бровилич В ГОСТЯХ У ЛЕБЕДЕЙ — Папа, папа, смотри, какая добрая птица ле- бедь: как только я её позову, она приплывает ко мне и берёт, ничуть не боясь, из моих рук корм. Так говорил Петя, стоя у края наполненного водой бассейна в зоологическом саду. На голу- боватой поверхности воды бассейна, точно бе- лые ладьи, плыли один за другим, грациозно из- гибая свои шеи, белые, как снег, лебеди. Но один из них, заметив подходящего Петю, подплыл к самому краю бассейна. Петя отдал ему кусок булки. Лебедь тотчас же проглотил этот кусок и опять приплыл к тому месту, где стоял мальчик. Вскоре, кроме Пети, у бассейна собралось ещё много других детей, бывших в саду. Все они восхищались прекрасной птицей и называли её доброй. — Правда, папа, какие эти лебеди добрые и послушные, — повторил Петя.
21 — Нет, мой сын, ты ошибаешься. Эти лапчато- ногие красавцы вовсе не такие послушные и не такие добрые, как тебе кажется. Они не подда- ются никакому воспитанию, кроме того, что при- плывают на зов, да и то приплывают они лишь тогда, когда это им нравится. — А бывают ли лебеди когда-нибудь сердиты- ми? — спросила девочка, стоявшая рядом с Пе- тей и внимательно прислушивавшаяся к рассказу отца мальчика. — И как ещё! — ответил Петин отец, — большей частью они сердятся внезапно, без вся- кой причины и тогда становятся даже опасными вследствие большой своей силы. Опасным ору- жием лебедя служит... — Верно, клюв! — подхватил Петя. — Нет, не клюв, — смеясь, ответил отец. — Скорее лапы, они у него такие широкие, крепкие, — заметил один из любовавшихся ле- бедем мальчиков. — И не лапы, а крылья, которыми лебеди на- носят удары с такой силой, что могут сбить с ног человека. — Неужели?! — воскликнули в один голос дети.
22 — В зоологических садах было уже несколько случаев столкновений лебедей с человеком, — продолжал Петин отец. — Так, однажды лебедь, охваченный внезапным припадком бессмысленной ярости, сбросил в воду мальчика-садовника, а затем стал преследовать всех гуляющих не- вдалеке от пруда. В другом зоологическом саду лебеди невзлюбили всех сторожей сада, так что те не могли пройти мимо водоёма, не под- вергнувшись упорному преследованию этих разъ- ярённых лапчатоногих птиц. Однажды в бассейн, где жили лебеди, упала собака. Тотчас птицы поспешили к ней, чтобы утопить бедное четверо- ногое, которое, по счастью, было спасено от их ярости. Друг к другу лебеди очень привязаны, и с ма- ленькими лебедятами обращаются чрезвычайно нежно, храбро защищая их в случае опасности. Но относительно более слабых птиц лебеди оказываются враждебными и злобными. Они не- редко преследуют безустанно других плава- ющих птиц, яростно нападают на них без вся- кой причины.
23 — А я думал, что лебеди самые безобидные птицы! — сказал Петя. — Они красивы, привлекательны и так чудно плавают. Мне бы очень хотелось посмотреть, как лебеди шагают по земле. Подождём здесь, папа. Хорошо? — О, нам пришлось бы очень долго ждать! — возразил отец. — Лебеди неохотно выходят на сушу. Их стихия — вода, и в ней только они чувствуют себя хорошо. По земле они ходят, неуклюже переваливаясь. Пойдём пока, Петя, посмотрим других животных, а потом вернёмся. Может быть, к тому времени и нашему лебедю надоест сидеть в воде, и он захочет погулять на суше, чтобы показать нам свою походку. Впрочем, это очень сомнительно. Петя нехотя пошёл за отцом. Другие дети, стоявшие у бассейна, тоже разбрелись по раз- ным аллеям сада, и место у бассейна опустело. Лебедь, между тем, проплыл несколько раз по бассейну и, не видя никого вокруг, направил- ся к домику, посредине бассейна, где и скрылся от взора людей.
занятные истории М Пожарова тсхямьги: Шурику дали яйцо расписное В синих цветочках подснежных. «Что там внутри? Няня, смотри, Сколько барашков и козочек нежных!» Шурик на стол их поставил в порядке: Пусть на свободе пасутся ягнятки! Вынул и славных бурёнок, Важных, пятнистых, рогатых... Сколько заботы у двух собачонок, Добрых барбосов лохматых: Нужно хозяйское стадо беречь, Лаять усердно и зорко стеречь!
Вот и пастух — русокудрый, румяный, В жёлтых лаптях и в рубашке цветистой... Здравствуй! По травке душистой, Солнечной тихой поляной Ты, пастушок, улыбаясь, бреди, Звонкую песню на дудке дуди! Шурику няня игрушку хвалила: «Славный подарок, — не сыщешь милей! Пасха Господня весну разбудила, С каждым деньком на душе веселей. Скоро и вправду в зелёное поле Выйдут бурёнки Скоро и впрямь Громкую песню кормиться на воле, на заре пастушок затянет в рожок!».
читлем всей семьёй 26 Л. Черкезова КРАСНОЕ ЯИЧКО* Пасхальный рассказ * * * Рано начиналась жизнь в маленькой каморке в одно окно и тёмных сенцах, где Васютка при закопчённой лампочке раздувал самовар. Он надувал щёки или снимал дырявый сапог, чтобы раздуть сыроватые угли. Дым ел глаза, но он терпеливо делал своё дело, предвкушая удовольствие от горячего жидкого, пахнувшего веником чая с крошечным кусочком сахара. Быстро мелькали его дырявые сапоги, когда он, не обращая внимания на мерзнувшие паль- цы, бежал шестой раз в лавку то за сахаром, то за керосином или табаком. * Продолжение. Начало в № 3.
27 Тяжело сгибалась его спина под тяжестью дров, которые ему приходилось таскать на тре- тий этаж. Торопливо дул он на окоченевшие пальцы, вытаскивая из колодца воду. Больно краснели его натёртые колени от ползанья по полу с мокрой тряпкой. Но зато веселее выглядела каморка с протёр- тым окном и чистым полом. Непривычно светло горела вычищенная к вечеру лампочка, приветли- во потрескивали дрова в печке, и спокойно пел чистый самовар, навевая думы на Васютку. Летом было легче, чем зимой, для его ма- леньких сил, но и зима имела свою прелесть при тяжёлой работе. Тихо сидели хозяин и слуга за самоваром в длинные зимние вечера под завыванье за окном ветра, и Васютка чувствовал, как по- немногу успокаивается ломота усталых ног и спины, что ему тепло, не голодно, что его не бьют, как у прежнего хозяина, и глаза его по- немногу слипались. — Ложись, что ли! — ворчал Михей. — Пото- нешь в кружке носом!
28 Васютка свёртывался калачиком на жёсткой подстилке у дверей и засыпал сладким здоро- вым сном. * * * Второй год жил Васютка у Михея, а до сих пор не знал, чем живёт старик. Кажется, мило- стыней! А спросить боялся. Только иногда, воз- вращаясь из побегушек, он слышал торопливо захлопывающийся сундук. — Вот что, Васютка, — говорил Михей. — Уйду я сегодня далеко, а ты не лодырничай, прибери, заплатку наложи мне на старые штаны, а потом почитай. Слепну я, а ты куда как плохо читаешь! — Ладно, дедушка! — весело отозвался Ва- сютка, — Всё успею, коли позволишь к заутре- ней пойти! — Там видно будет, я вернусь! — нахмурился Михей и вышел. Быстро принялся Васютка за работу, быстро прикончил её и с удовольствием оглядел ка- морку.
29 Всё чисто, всё прибрано. Блестит большой сун- дук — постель дедушки — как новый. А лавка хоть куда! Можно и праздник встретить, да чем? Ни кулича, ни пасхи, ни красного яичка. Пусто на столе. «Буду богатым — куплю во какой кулич, с цветами! — и он развел руками. — И яички будут и красные и зелёные!» — думал он. И вдруг взгляд его остановился на ключах, висевших в замке сундука. «Забыл старый! Посмотреть бы, что там!» — промелькнуло у него в голове. Он колебался недолго. «В чём тут грех? Ведь ничего не скраду!» — и он с трудом поднял тяжелую крышку. Сверху старая одежда, а вот и хорошая, и опять тряпьё. «И к чему бережёт, старый? — думал Васют- ка, любуясь тонким сукном костюма. — На смерть, верно, заготовил!» А вот картинки, карточки, детский старый баш- мачок, конверт с льняными кудрявыми волосами
и карточкой грустной женщины с ребёнком. Ва- сютка загляделся и даже поцеловал карточку. «Как и моя мама!» — вспомнил он, что видел нечто подобное у матери. А вот ящичек с кольцами. Сколько их! Какие камешки! Блестящие, красные, зелёные. «Поддельные, должно», — подумал он. Старые газеты. Опять ящичек с какими-то пе- чатными бумагами. А это что? Он остановился, как вкопанный: перед ним был металлический ящик из-под конфет, наполненный доверху серебряной монетой. Он опустил руку в серебро и пропускал его сквозь пальцы. Серебро лилось и звенело. — Славно! — восхищался Васютка. Наконец он опомнился, закрыл все ящички, уложил тряпьё и платье, захлопнул сундук, запер его, и ключи сунул в карман. Он задумался и вздохнул: — Купил бы хоть кулич! Для чего беречь столько-то! За спиной послышался шорох. Васютка быстро обернулся, но каморка была пуста.
31 Через полчаса вернулся Михей, и Васютка по- дал ему ключи. — Забыл, дедушка! — Ничего не скрал? — пробурчал Михей, кла- дя ключи в карман и не смотря на мальчика. — Ничего, — ответил спокойно Васютка, косясь на свёрток, положенный Михеем на стол. — Мать заказывала не красть. — Ну, ладно, пойдём кулич святить сегодня! Васютка радостно улыбнулся. (Продолжение следует.)
задушевное слово 32 Н. Казмин ПОДРУГИ начале весны — лишь только стал таять снег, зажурчали ручьи, зазеленела травка — мои дочурки, Оля и Аня, с утра до вечера играли на улице. Ещё до пасхи они загорели, как цыганята. Когда же пришла царица-весна с морем цветов, с музыкой птиц, с блеском солнца, тогда для них наступила райская жизнь. Среди деревенских де- тей у них было много подруг и товарищей. Как рой разноцветных бабочек, носились они по лугу с весёлыми криками, смехом, шумом. — Кажется, мы детям слишком много позво- ляем бегать. — говорила моя жена. — Вечером и Оля, и Аня приходят такие усталые, едва до- берутся до постелей. Я соглашался с женой, что дети иногда слиш- ком устают. Но я знал, что такое время будет недолго. Наступит жаркое лето, начнутся ку- панье, прогулки за грибами и ягодами, — тогда
всё будет иначе, тоже хорошо, но иначе, по-летнему. Теперь же, в чудные весенние дни, мне не хо- телось мешать счастью детей. Как вдруг ужасный случай изменил всё. Аня однажды в сумерках влезла на окно, чтобы по- весить занавеску. Одна половина окна была от- ворена. Аня, стоя на окне, хотела его затво- рить. Потянулась наружу, но не могла устоять и упала на улицу, ударившись о брёвна, сложен- ные около дома. При этом у Ани неловко под- вернулась рука и вывихнулась в локте. На крик прибежали люди. Аня встала сама, но рука висела, как плеть, уродливо вывернутая. Смотреть было страшно. Ни доктора, ни больницы в нашей деревне не было. Послали за доктором верхового в сосед- нее село, в семи верстах. Между тем стемнело. Аню уложили в по- стель. Начался жар во всём теле. Лицо пылало. Аня, уже не плача, потемневшая, со слипшими- ся на лбу волосами, смотрела на нас воспалён- ными глазами, жмурилась от огня, но просила
34 не уносить его, не уходить. Изредка она что-то говорила бессмысленное, бредила наяву, не за- крывая глаз. Ждали доктора. Часа через два вернулся вер- ховой и заявил: — Доктора нет. Он уехал в город на какой-то съезд. Что оставалось делать? Пока Аня металась в жару, мы, большие, шёпотом обсуждали, как быть дальше. Это была страшная ночь. До города тридцать вёрст. Там и больницы, и доктора. Мы решили везти Аню в город, в больницу. Везти приходилось в простой телеге — на ней удобнее уложить больную. Ехать вместе с боль- ною решили я и мать. Дома старшая сестрёнка Оля останется с бабушкой... Ночью же стали готовиться. Утром с великим трудом перенесли больную в телегу, уложили на подушках, тронулись в путь. Дорога оказалась не так страшна, как мы ду- мали. Утро, тишина, свежее солнце, вольный воздух — всё это успокоило больную. Она то засыпала, то, лёжа на спине, смотрела усталыми
35 глазами, даже улыбалась и говорила, что ей не больно. Однако к концу дороги Аня так утомилась, что опять впала в забытьё. В больницу её приняли. Но нам заявили, что мы должны с нею расстаться. — Оставьте её здесь. Узнавать о ней вы мо- жете после в конторе. — А видеться с нею? — Видеться можно два раза в неделю: по чет- вергам и воскресеньям от трёх до пяти часов. В эти дни родственников пускают к больным. — Как же я оставлю её, — ужаснулась мать, — как я её оставлю? Она ни одного дня не проводила без матери, она будет бояться чу- жих, метаться в бреду, звать меня. — Не беспокойтесь. За ней будет ухаживать сиделка. И там, в палате, есть другая девочка, Тоня, они там подружатся. Делать нечего, пришлось согласиться. Мать стала говорить Ане, что, вот, её перенесут в больницу, и там за нею будет ухаживать тётя, что мы к ней будем приходить и приносить
36 игрушки, но Аня ничего не понимала: опять у неё был сильный жар. При нас больничные сторожа в белых халатах перенесли Аню из телеги на больничные носил- ки, причём она кричала: «Мама, мама!». И её унесли наверх по лестнице. Мы пошли искать ночлег в гостинице. * * * Следующий день был четверг. С утра мы ду- мали о том, как пойдём в больницу, ждали на- значенного часа. Купили игрушек. Не знали, можно ли купить что-нибудь съестное. В половине третьего мы были уже в больнице. Нам внизу сказали, что Аню не надо беспо- коить, что разговаривать для неё вредно, так как она всё ещё в жару. Я не стал подниматься наверх, пошла к Ане только мать. Ане в тот день вправляли руку. Для этого прежде усыпили её с помощью хлороформа, чтобы она не чувствовала боли. Руку вправили и залили гипсом. Но опухоль ещё была сильна, и от хлороформа и от жара Аня была почти без сознания. На пришедшую мать Аня взгляну-
37 ла равнодушно, словно её не замечая. Мать села около неё, поцеловала её, вложила ей в здоровую ручку игрушку. Аня посмотрела, не поняла, вяло разжала пальчики, и игрушка упала на пол. Мать посидела минутку и увидала, что Аня дремлет. Так мать сидела два часа, а девочка засыпала или просыпалась, смотрела, ничего не видя. Ни слова не говорила, только морщилась. Видно, ей было трудно... В таком состоянии оставила её мать. До воскресенья мы не могли повидать её. (Продолжение следует.)
чудеса с решете 38 П. Зайкин СКБОРЕЦ-БОРИШКД Бы, вероятно, знаете эту милую птичку. Она прилетает к нам с первыми днями ранней весны и селится по дуплам деревьев в садах и парках, в скворечнях, устраиваемых для неё на высоких шестах и крышах домов. Скворцы — самые верные вестники весны. Если они прилетели — значит, наступила на- стоящая весна. И только они прилетят и усядутся на свои скворечни, как начинают свою нежную, радост- ную песенку. — Скворцы прилетели! — восклицаете вы, вы- ходя на двор в ясное весеннее утро, и смотрите кверху, где на высоком прямом шесте, над скворечней, сидит на хворостинке стайка чёрных птичек и задаёт свой первый концерт. И на душе у вас становится радостно, весело и празднично.
39 Скворцов любят и покровительствуют им не только потому, что они весёлые, симпатич- ные птички. Они очень полезные птицы, поеда- ющие несметное количество червей и гусениц, портящих сады и огороды. Наблюдая однажды в течение часа за парой скворцов, занятых кормлением своих детей, я насчитал, что они перетаскали за это время из близлежащего сада в скворечню около сотни гусениц. Сколько же они уничтожат их за долгий лет- ний день, неутомимо работая от зари до зари. В Закавказье, где время от времени из степей Азии налетают тучи саранчи, скворцы приносят ещё большую пользу. Весной, когда из положенных налетевшей ещё с осени саранчой яичек выводятся тучи мелкой, чёрной саранчи, покрывающей ваши ноги, точно пылью, когда вы идёте по хлебной меже, сквор- цы громадными стаями собираются в такие места и начинают свою войну с саранчой.
40 Есть даже особый сорт таких воинов — это так называемые розовые скворцы. Они несколь- ко большей величины, чем обыкновенный скво- рец, и оперение их состоит из красивого сочета- ния бледно-розовых и чёрных пятен. Эти скворцы живут в горах и долинах, появ- ляются лишь вместе с саранчой. Население многих мест считает розового скворца священ- ной птицей. Если в данной местности мало влаги, крестьяне ставят для него в поле осо- бые сосуды с водой, чтобы ему было где на- питься. Скворцов любят не только люди, но и жи- вотные, которым они тоже приносят пользу и доставляют удовольствие. Когда осенью скворцы сбиваются в стаи и переселяются на поля, где пасётся скот, то их всегда можно видеть разгуливающими по спинам быков, овец и свиней. Они очищают их кожу от раз- личных паразитов, бороться с которыми жи- вотные бессильны.
41 И животные всегда с удовольствием подчиня- ются этой, порой беспокоящей их операции. Таковы скворцы. О проделке одного из них я вам сейчас расскажу. Было это давно. На нашем дворе, на втором этаже, окна кото- рого выходили в сад, поселился генерал. У генерала была дочка-барышня, а у неё, как водится, различные драгоценные вещицы и без- делушки. Однажды, собираясь куда-то идти, барышня вздумала надеть на шею нитку жемчуга. Но нит- ка разорвалась и жемчуг рассыпался. Барышня, собрав и пересчитав жемчуг, высыпала его на туалетную тарелочку и ушла, второпях поставив её на подоконник открытого окна. В нашем саду на старой развесившейся груше была устроена скворечня, в которой уже много лет подряд жила чета скворцов. Дело было вес- ной, когда самка-скворчиха сидела на яйцах,
42 а супруг-скворец распевал свои песни и болтался без дела по саду и по двору. Пользуясь отсутствием барышни, он решил по- смотреть, что делается у неё в комнате и взле- тел на подоконник. Там его внимание обратила на себя тарелочка с жемчугом. Красивые блестящие шарики пока- зались ему интересными, и он начал таскать их в своё гнездо. Но скоро это занятие ему надое- ло, и он занялся чем-то другим. Между тем барышня вернулась домой, пере- сыпала жемчуг в коробочку и заперла её в комод. Решив через некоторое время нанизать его на нитку, она заметила, что не хватает более десяти самых крупных лучших жемчужин. Подозрение в краже пало на прислугу. Кухар- ку отвели в участок на допрос, над денщиками нарядили целое следствие. Так как улик никаких против них не было, то дело ограничилось тем, что кухарку уволи- ли, а денщиков отправили в полк. И когда эти бедные люди плакали от незаслуженной оби-
43 ды, виновник, не подозревая, какое горе он причинил им, сидел на своей груше и весело щебетал. Прошло больше месяца, и о происшествии ста- ли забывать, как однажды барышня, гуляя по са- ду, нашла пару своих жемчужин. Стали доискиваться, каким образом они могли попасть туда, и так как за скворцами на этот счёт вообще существует дурная слава, решили, что это их проделка, и вскрыли скворечню, перепугав уже выросших скворчат. Украденные жемчужины оказались там...
поэзия детям темней весною ашками белыми ракит. прыжками несмелыми бежит. Тихо кивают бар Тонкие ветви Краем поляны Заяц облезлый на озими влажные лучи. С синего неба Тёплые льются Рядом с дорогой походкою важною Чёрные бродят грачи...
HAG В ГОСТЯХ Французский писатель П. Карпентье фМЯЯОК — Цветы, фиалки, ландыши! Купите пахучие фиалки! Так кричал маленький мальчик, предлагая всем проходившим по дороге пучки с красивыми сини- ми и белыми цветами. Некоторые покупали, но большинство проходи- ло мимо, не обращая внимания на мальчика, ко- торый всё кричал: — Цветы, цветочки! Купите цветы! К вечеру мальчик продал почти все букеты. У него остался всего один лишь пучок фиалок. В это время через дорогу проходила нарядно одетая девочка с матерью. Мальчик поспешил предложить им свои фиалки. — Мама, не купить ли нам пучок? — спросила девочка. — Хорошо, голубушка.
46 Мать вынула деньги и отдала мальчику, а тот подал девочке пучок фиалок. Девочка только взяла пучок, давай обрывать листочки и лепестки и бросать их на землю. — Для чего же вы это, барышня, обрываете цветочки? — спросил вдруг девочку старик- садовник, когда они проходили мимо его сада. — Я их купила, они мои, я могу делать с ни- ми, что хочу, — ответила девочка. — Правда, вы заплатили за них и они теперь ваши, — сказал садовник, — но я люблю эти цветочки. Знай вы их как я, вы любили бы их и не рвали. — О, я знаю фиалки отлично! — отвечала де- вочка. — Что в них особенного? Я знаю, что они не розы, ни лилии, а просто-напросто фиалки. — Да, вы знаете их цвет, вид, листья, и это вам, пожалуй, и нравится. А их достоинств, характера вы не знаете, а знали бы, любили бы их. — Да разве у цветов есть характер? — спро- сила девочка у матери.
47 А — А вот послушай, что скажет садовник, он знает фиалки лучше нашего. — Расскажите мне про фиалки, — обратилась девочка к садовнику. — Отчего не рассказать? Что любишь, про то охотно говоришь. Понюхайте сперва, какой у них запах. Есть ли лучше, приятнее его? А ведь фиалки вовсе не гордятся своим запа- хом. Они не лезут на показ, а растут в скром- ных уголках. Они не то, что розы. Этим только бы красоваться на солнце, а фиалочки-милашки растут в тенистых местах, в густых лесах, куда редко кто заходит. Да и там закрываются ли- стьями, и всегда растут не поодиночке, а целой семьёй, и лучшего ничего не требуют! Утренняя роса, да луч зари меж ветвей — больше им ничего не надо. Я вот их люблю, да и мне трудно искать их. Остановишься и станешь ню- хать воздух. Только по запаху и узнаю, где мои милые цветочки укрылись. Видите, какие они скромные. И как все любят фиалковый запах! Из цветков добывают масло, и его примешивают в помаду и духи, и нет лучше духов! Запах лёг- кий, приятный, голова от него не болит, не то,
что другие духи. Потом завянет цветок, вы- сохнет, кажется, никуда не годен, ан нет: из него выходит отличное лекарство. Сделается у вас, не дай Бог, кашель, или мамаша ваша за- болеет лихорадкой, возьмите несколько щипков фиалкового цвета, бросьте в чашку с тёплым молоком, дайте вскипеть, и пейте. И узнаете тогда, что такое фиалки. — Правда! Всё это правда, — сказала девоч- ка, — Я ведь всё это знала, а разорвала весь пучок, сама не знаю, почему... И она печально поглядела на валявшиеся на земле цветы. — Вот вам и жаль стало цветочков! — сказал садовник. — Жалко, у меня нет фиалок, а то я бы вам другой пучок подарил. Вы бы его больше не разбросали.
содержание Ребята и зверята И. Калитина. Кот-полиглот......................... 2-я обл. Жила-была сказка А. Макеев. Журавли.................................... 1 Чудные мгновения Н. Каменский. Христос Воскрес........................ 10 История из истории П. Ян чу ров. Мальчик................................ 11 Кроме шуток И. Голубев. За грачами............................... 14 Бывает и такое Барс. Разве скучно жить на свете..................... 19 Рассказ за рассказом С. Брови лич. В гостях у лебедей..................... 20 Занятные истории М. Пожарова. Пасхальный подарок...................... 24 Читаем всей семьёй Л. Черкезова. Красное яичко.......................... 26 Задушевное слово Н. Казмин. Подруги................................... 32 Чудеса в решете П. Зайкин. Скворец-воришка........................... 38 Поззия детям А. Кондратьев. Ранней весною......................... 44 У нас в гостях Французский писатель П. Карпантье. Пучок фиалок...... 45 Тексты приведены в соответствие с современой нормой русского языка. ИФ УНИСЕРВ, ежемесячный литературный журнал домашнего чтения для детей младшего школьного возраста. № 4 (184), 2012, издаётся с января 1997 года. Журнал зарегистрирован в Комитете Российской Федерации по печати. Учредители: Московский союз пионерских организаций — Федерация детских организаций, Издательская фирма УНИСЕРВ. Издатель: Издательская фирма УНИСЕРВ. Свидетельство о регистрации средств массовой информации № 015112 от 25.12.1997. Главный редактор КОБЛИКОВ П.А. © Рисунки — ГРЕКОВОЙ Д.А. E-mail: info@uniprint.info CafiT:www.uniprint.info Подписной индекс: 71689 Юр. адрес: 109377, г. Москва, ул. Зеленодольская, 11—355. Тел.: (495) 951-47-20 Подписано в печать 23.03.2012. Формат 60x90/16. Объем 3 п.л. Тираж 2450 экз. Печать офсетная. Бумага офсетная № 1. Заказ № 65 Отпечатано в ООО ’’Печатный салон ’’Шанс” г. Москва, ул. Ижорская, 13/19, тел.: 485-93-09