С ТАТЬ И
ОБ ИЗВРАЩЕНИЯХ В ОСВЕЩЕНИИ МЮРИДИЗМА
И ДВИЖЕНИЯ ШАМИЛЯ
А.	Даниилов
В мае текущего года Совет Министров СССР отменил своё решение
о присуждении Сталинской премии Г. Гусейнову за книгу «Из истории
общественной и философской мысли в Азербайджане XIX века^.
Эта отмена вызвана тем, что книга написана с неправильных поли¬
тических и теоретических позиций, что она извращает характер мюри¬
дизма и движения Шамиля, представляя их как прогрессивные, нацио¬
нально-освободительные и демократические явления.
Коренная ошибка историков, работавших над изучением движения
Шамиля, заключалась в том, чтр они представляли это движение как
прогрессивное, национально-освободительное и демократическое, а мю¬
ридизм — его религиозную оболочку — как прогрессивную идеологию.
Ma самом деле это движение следует рассматривать как реакционное,
^националистическое, подчинённое захватническим интересам Турции и
Англии на Кавказе. В основе существовавшей порочной трактовки мюри¬
дизма и движения Шамиля лежат, как установил М. Д. Багиров *, сле¬
дующие причины.
Первая — оценка движения Шамиля и мюридизма без учета соци¬
ально-экономических и исторических условий развития народов Северно¬
го Кавказа и Закавказья; без учёта указания Ф. Энгельса о прогрессив¬
ной роли России по отношению к Востоку, включая и Кавказ; без учёта
международной обстановки и захватнических планов Англии и её най¬
мита Турции по отношению к Кавказу, т. е. оценка не с позиций марксист¬
ской методологии, а с позиций буржуазно-объектиьистских.
Вторая — попытки буржуазно-националистической идеализации дви¬
жения Шамиля как проявление националистических колебаний; затушё¬
вывание реакционной природы ислама и возникшего на его основе мю¬
ридизма и восхваление реакционного режима имамата Шамиля; стрем¬
ление выдать этот режим за демократическое, народное правление.
Третья — недостатки в организации исследовательской работы, от¬
сутствие научных дискуссий и всестороннего обсуждения научных работ;
неудовлетворительное выполнение нами решений ЦК ВКП(б) по идеоло¬
гическим вопросам.
★
Вопросы, возникшие в связи с изданной в Азербайджане книгой
Г. Гусейнова, имеют непосредственное отношение к Дагестану.
История народов Дагестана тесно связана с судьбами всех народов
Кавказа. Народы Дагестана, как и народы Закавказья, столетиями испы¬
тывали на себе гнёт отсталых деспотических государств Ирана и Турции.
Иранские и турецкие захватчики по очереди прибирали Дагестан к ру¬
кам, истребляли его жителей, уводили их в рабство, угнетали непосиль¬
ными поборами, навязывали чуждые народу порядки.
1 См. М Багиров. К вопросу о характере движения мюридизма и Шамиля.
Журнал «Большевик» J\b 13 за 1050 г., стр. 21—37.

4
А. Даниялов
История знает немало примеров борьбы наших малых народностей
против иранских шахов и турецких султанов. Народности Дагестана в
течение XVI—XVIII вв. не раз объединялись, громили и обращали в бег¬
ство непрошенных гостей из Ирана и Турции.
Ирано-турецкие посягатели на чужие земли особенно озлобились,
когда Дагестан был правительством Петра I включён в состав России.
Персидский шах Надир не мог перенести такого «позора», чтобы горцы
Дагестана предпочли ему Россию. После ухода русских военных сил из
Дагестана шах предпринял ряд походов. Шах Надир уводил в персидскую
неволю тысячи горцев, желавших укрепления связен с Россией, беспо¬
щадно убивая тех, кто не мог выдержать долгого пути. Оказывая от¬
чаянное сопротивление, бросая родные жилища, сжигая всё, что могло
принести пользу врагу, горцы уходили в горные ущелья и оттуда совер¬
шали истребительные походы на шахский лагерь.
Ослеплённый злобой Надир уничтожил первые попавшиеся ему на
пути 14 аулов, истребил детей, женщин и стариков и соорудил кровавый
холм из людских черепов. Но и этог акт звериной злобы не мог остановить
горцев в их героической борьбе. Отступая, горцы завлекли кровавого
шаха в глубь гор и близ аула Чох Наголову разбили его. Только малень¬
кому отряду персов удалось уйти из Дагестана.
В своей освободительной борьбе против иранских и турецких захват¬
чиков народы Кавказа, в том числе и Дагестана, всегда искали моральную
и материальную поддержку у могущественного северного соседа—России.
Симпатии дагестанского народа к России объясняются, с одной сто¬
роны, тем, что она стояла на более высоком культурном уровне по срав¬
нению с иранским и турецким государствами, а с другой стороны, тем,
что Россия, несмотря на колониальную политику царизма, объективно вы¬
полняла роль освободителя кавказских народов от жестокого гнёта и про¬
извола иранских и турецких хищников. О симпатиях дагестанского народа
к русскому народу свидетельствует хотя бы тот факт, что в 1785 г., когда
Турция спровоцировала на Северном Кавказе возглавлявшееся шейхом
Мансуром восстание против России, дагестанские народы не примкнули
к этому восстанию. К 20-м годам XIX в. все дагестанские владетели, как
и закавказские, уже состояли в подданстве России. Гюлистанскнй мир,
заключённый в 1813 г. между Россией и Ираном, окончательно изба¬
вил Дагестан от деспотизма персидских захватчиков.
Правильно оценивал прогрессивное значение присоединения Дагеста¬
на к России историк Дагестана Гасан-Эффенди Алкадари в своей работе
«Исторические сведения о Дагестане», законченной в Î890 г.:
«То Гази Мухаммед, то Гамзат возвысились,
То Шамиль-Эффенди распространил здесь свою власть,
Приказом набрал отовсюду мобилизованные войска.
Хвала аллаху, дошла теперь очередь до России.
Создался контроль над справедливостью в народе,
Для дагестанцев открылись двери к просвещению,
И открылось поприще для честного мирного труда» \
Вот почему имамам Дагестана и в том числе Шамилю приходилось
преодолевать упорное сопротивление народа, выражавшего симпатии к
России, избавившей Дагестан от восточных насильников.
Укрепление России на Кавказе особенно беспокоило капиталистиче¬
скую Англию, привыкшую захватывать чужие территории и угнетать дру¬
гие народы. Англия намеревалась прибрать к рукам Кавказ и превратить
его в свою колонию. Она засылала сюда своих агентов, чтобы подорвать
влияние России, провоцировала войны Персии и Турции с Россией. Сов¬
местно с Турцией Англия добилась организации на Кавказе антинарод¬
1 Асарй-Дагестан, стр. 7. Махач-Кала. 1929.

Об извращениях в освещении мюридизма и овижения Шамиля
5
ного мюридистского движения кучки религиозных фанатиков, направлен¬
ного против России и рассчитанного на присоединение Кавказа к Тур¬
ции. Начало этого движения относится ко времени русско-турецкой
войны 1828—1829 годов.
Отсталая Турция направляла мюридизм и движение Шамиля против
освободительного движения балканских, армянского, грузинского и дру¬
гих народов.
Успешные войны России с Турцией и Персией в конце XVIII и начале
XIX в. объективно помогали кавказским, закавказским и балканским
народам избавиться от турецкого и персидского ига. В 1851 г. Ф. Энгельс,
оценивая роль России, писал К- Марксу: «Россия действительно играет
прогрессивную роль по отношению к Востоку... господстве России играет
цивилизующую роль для Чёрного и Каспийского морей и Центральной
Азии, для башкир и татар» 2.
В то время были две России — царская и народная, демократическая,
передовая, дружественно настроенная ко всем народам страны. Шамиль
и предшествовавшие ему имамы были враждебны и к той и к другой
России — и к царизму и к русскому народу, боровшемуся за своё освобо¬
ждение. Гази Мухаммед, Гамзат и Шамиль с самого начала направили
своё движение на националистический путь, на путь разжигания ненави¬
сти к иноверцам и слепого служения интересам султанской Турции.
Стремившаяся захватить Кавказ, Англия использовала для ослабле¬
ния позиций России на Кавказе то персов, то турок, то самих же горцев.
«Английская дипломатия непрочь была, во-первых, отхватить весь Крым
до Перекопа и «возвратить» его Турции, затем высадиться на Кавказе,
отнять Грузию, отобрать весь юго-восточный Кавказ, создать для Ша¬
миля «Черкессию», а самого Шамиля обратить в покровительствуемого
Турцией и Англией вассала, призванного преградить дорогу русскому
продвижению в Персию» 3.
В постановлении Комитета по Сталинским премиям в области лите¬
ратуры и искусства об отмене прежнего ошибочного решения о пред¬
ставлении к Сталинской премии книги Г. Гусейнова говорится: «Шамиль
вёл переписку с турецким султаном, Шамилю был обещан, по взятии
Тифлиса, титул короля закавказского, Шамиль официально получил от
Порты звание генералиссимуса черкесской и грузинской армий
(Маркс — Энгельс, Соч., т. X, стр. 124). Маркс писал, что англий¬
ская эскадра под командованием контр-адмирала Лайонса должна была
вступить в связь с черкесами, в особенности с их вождём Шамилем.
Турецкий же флот должен был доставить черкесам предметы вооруже¬
ния (Маркс — Энгельс, Соч., т. X, стр. 39—4G). Мюридизм ориенти¬
ровался на Турцию и Англию и ставил своей задачей подчинение движе¬
ния горцев, возглавляемого Шамилем, захватническим интересам Турции
и Англии на Кавказе» 4.
Шамиль всеми своими действиями в период Крымской войны спо¬
собствовал английским колонизаторам и их турецким наймитам. Турец¬
кий султан Абдул Меджид, начиная войну, обратился в 1853 г. к Шамилю
со специальным посланием, которое хранится в Дагестанском музее.
Султан призывал Шамиля выступить против России и обещал подчинить
ему всех кавказских ханов и князей. «Я постараюсь,— пишет султан,—
создать тебе великую славу о твоей храбрости и умении, жертве жизнью
и имуществом ради аллаха... с моей стороны ты получишь великие на¬
грады за услуги, не считая, что наградит тебя бог на том свете»5.
Факты говорят, что Шамиль не оставил без внимания призывы турец¬
кого султана. Получив его послание, он сейчас же начал собирать силы.
2 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. T. XXI, стр. 211.
3 «История дипломатии». T. I, стр. 455 М. 1941.
4 «Правда» от 14 мая 1950 года.
5 Дагестанский музей, инв. № 1366)..

с
А. Даниилов
В рукописных фондах Института истории Дагестанского филиала
Академии Наук СССР имеется письмо Шамиля к горцам Кайтага и Таба-
сарана. Шамиль сообщал в этих письмах, что турецким султаном «обна¬
жена ташка против христиан» и что он, Шамиль, «решил присоединиться
к нему и выступить на войну во главе счастливых божьих войск». Шамиль
призывал кайтагцев и табасаранцев к активным действиям в пользу Тур¬
ции. «Если же вы не сделаете так, как мы говорим,— писал Шамиль,— то
после того, как вы попадёте под нашу власть и на ваших крышах будут
развеваться наши флаги, то вы себя вините тогда, а не нас. Тогда вы
будете каяться, но ваши каяния не заставят нас сжалиться над вами»6.
С самого начала войны дважды, в 1853 и 1854 гг., Шамиль организо¬
вывал большие походы на Грузию, в тыл Кавказской русской армии, дей¬
ствовавшей против турок. Английские газеты в своё время открыто
признавали, что турецкая армия была спасена от уничтожения дивер¬
сией, предпринятой Шамилем.
К. Маркс писал, что движение турок «вперед, на Кавказ —все равно
из Батума или Эрзерума — в случае успеха устанавливает прямую связь
их с их союзниками, горцами, и может одним ударом отрезать, по край¬
ней мере с суши, южно-кавказскую русскую армию от России. А это
может привести к полному уничтожению этой армии»7.
В апреле 1854 г. русскими войсками был захвачен турецкий шпион,
у которого были найдены письма Шамиля к начальнику анатолийской ар¬
мии и составленная Шамилем карта Кавказа. В письме к главнокоман¬
дующему турецкой армией Омар-паше Шамиль сообщал: «Я выходил
к вам с большим войском, но невозможно было наше соединение по при¬
чине сражения, бывшего между нами и грузинскими князьями. Мы отбили
у них стада, имущество, жён и детей, покорили их крепссти и с большою
добычею и торжеством возвратились Домой. Радуйтесь и вы» 8.
Во всей своей дальнейшей деятельности Шамиль продолжал ориен¬
тироваться на Англию и на султанскую Турцию. Услышав о Парижском
мире, Шамиль сейчас же послал своих людей к главнокомандующему
турецкого султана. Обеспокоенный, он писал ему, что «услышал весть о
заключении мира с этими изменнмками-обманщиками». Он просил пере¬
дать своё письмо турецкому султану, «источнику успехов и приветливо¬
стей», и считал необходимым продолжать борьбу9.
Таковы некоторые факты, свидетельствующие о том, что так назы¬
ваемая борьба горцев под руководством Шамиля за независимость была
военной авантюрой, спровоцированной Англией против России и направ¬
ленной на присоединение Кавказа и Дагестана к Турции.
★
Наши дагестанские историки рассматривали историю дагестанского
народа не как историю развития классов и классовой борьбы, а как про¬
цесс развития героических традиций горцев в их национальной борьбе.
Ясно, что ничего марксистского в таком подходе к изучению истории
народа нет.
Многолетняя война оголтелых религиозных фанатиков — мюридов —
не имела ничего общего с национальными интересами дагестанского
народа. На реакционной религиозной мюриднстской основе нельзя было
разрешать социальных и национальных вопросов, к тому же Шамиль
и не ставил перед собой таких задач. «Копан и основанное на нем му¬
сульманское законодательство,— пишет Ф. Энгельс,— сводят геогра¬
6 Институт истории Дагестанского филиала АН СССР. Рукописи. фонд института,
д. 353 стр. 35.
7 К.* Маркс и Ф. Энгельс. Соч. T. IX, стр. 556.
8 <гСборннк сведений о кавказских горцах», вып. VII, стр. 47. Тифлис. 1873
9 Институт истории Дагестанского филиала АН СССР. Рукописи, феод -инсти¬
тута а. 353, стр. 36.

Об извращениях в освещении мюридизма и движения Шамиля
7
фию и этнографию народов всего мира к простой и удобной формуле
деления на две половины: правоверных и неверных. Неверный, это —
«гяур», это — враг. Ислам проклинает нацию неверных и создает со¬
стояние непрерывной вражды между мусульманами и неверными. В этом
смысле пиратские корабли берберийских государств были священным
флотом ислама» iû.
На территории СССР мюридистское движение было известно в Сред¬
ней Азии начиная с XIV века. Мюридизм с самого своего зарождения был
идеологией и организацией захватнической политики правителей арабов,
турок, персов и Англии. И в настоящее время он является идеологией и
организацией воинствующего пантюркизма и паниранизма. Порождение
реакционного ислама, мюридизм представляет, как указывает М. Д. Ба¬
гиров, насаждение фанатической, жестокости к иноверным, порабощение
мысли и совести, превращение человека в слепое и послушное орудие
в руках господствующей верхушки. Эксплуататорские классы использо¬
вали мюридизм для угнетения народных масс, для захвата чужих тер¬
риторий и насильственного навязывания шариата народным массам.
В нашем распоряжении имеются два документа, указывающие на
пути распространения мюридизма в Дагестане.
Один документ сообщает, что в 1783 г. «Султан Турецкий, собрав
совет, обратился к нему с вопрссом: «каким образом можно взять под
своё покровительство и владычество народы Дагестана?» Члены этого
совета ответили Султану, что «горцы Дагестана будут признавать себя
подчиненными, если мы сумеем укрепить в них религиозные убеждения и
если будет от нас среди них имам». Султан поинтересовался узнать о
мнении собравшихся относительно осуществления этой задачи. Члены
совета ответили, что для укрепления веры и для введения мюридизма
необходимо послать в Дагестан нашего человека. Тогда Султан предло¬
жил совету теперь же избрать из своей среды такого человека, который
сумел бы развить мюридизм. Собравшиеся избрали из своей среды Шей¬
ха-Халида, который должен был отправиться в Дагестан, распространить
там своё влияние и завербовать побольше мюридов... Без всякого возра¬
жения Халид отправился в Дагестан для выполнения возложенных на
него задач. По дороге в Дагестан Халид прибыл в аул Яраги, где и пробыл
целый год, положив много труда на проповеди и распространение мю¬
ридизма.
Убедившись в том, что его проповеди не достигают желательных
результатов и что население аула Яраги плохо воспринимает его увеще¬
вания, Шейх-Халид решил обратиться за содействием к местному Шейху
Мухаммеду-Япаги, которому изложил подробно, с каким заданием он
направлен в Дагестан Турецким Султаном.
Мухаммед-Яраги сказал ему: «Пожалуй, неудобно, что такое серьёз¬
ное дело ты начинаешь с Дагестана один, тем более, что у тебя здесь нет
никого близких, и тем более, что к тебе, как к чужеземцу, могут отнестись
с недовернем, взять же на себя эту миссию я также не решусь, ибо
не представляю из себя такое популярное лицо, чтобы надеяться на
успех». Шейх Мухаммед-Яраги -обещал дать рекомендательное письмо
к... Гази Мухаммеду и заявил, что последний, вероятно, сумеет повлиять
на народ в желательном для Халида направлении.
Таким образом, заручившись письмом Мухаммеда-Яраги к Гази
Мухаммеду из Гимны, Халид-Шейх явился-к Гази Мухаммеду и сообщил
ему о своей цели. Гази Мухаммед решил помочь Шсйху-Халилу, выехал
с ним и начал проповедовать мюридизм на востоке и на западе Дагестана
во имя газавата» п.
10 Κ. ΑΊ η р к с и Ф 9 н г е ί ь с. Соч. T. X, стр. 6.
15 IiHTUDVOTCH по рукописи Мухаммеда Тахира, личного секретаря Шамиля.
В 1926 г. при публикации рукописи в «Сборнике материалов для описания местностей

8
Л. Даниилов
Наряду со свидетельством Мухаммед Тахира мы располагаем
разысканным сейчас в архивах донесением полковника корпуса жандар¬
мов Юрьева. Донесение было написано в 1840 г. и носит название «Общий
взгляд на причины и последствия беспорядков, возникших в Дагестане
от распространения фанатизма и секты мюридов между горцами».
В этом донесении говорится: «Неизвестно, каким образом первые
семена мюридизма были заброшены в Дагестан, но в 1824 году это была
тайна, которую Гаджи Измаил, живший в Ширвани и находившийся под
близким надзором русского начальства, открывал немногим; однако ж,
ненавидя, как и все ревностные мусульмане, владычество христиан, он
изыскивал средства возбудить волнение между горцами. В Кюринском
ханстве, в селении Яраг, жил мулла Магомет, считавшийся... одним из
дагестанских улемов. На него-то обратил внимание Гаджи Измаил, избрав
его своим орудием и успев с ним сблизиться.
Мулла Магомет, вероятно, по предварительному согласию с мюрши-
дом, собрал более десяти мулл и отправился в сел. Кюрдамир. Гаджи
Измаил внушал им необыкновенное уважение к своей святости и в тайных
беседах передал свои намерения. Наконец, сложив с себя звания, торже¬
ственно провозгласил муллу Магомета мюршидом дагестанским. Это
обстоятельство... скоро сделалось повсюду известным и со всеми подроб¬
ностями запечатлелось в памяти дагестанцев так, что и до сих пор служит
предметом их суеверных рассказов» 12.
Из этих документов вытекает, что первые семена мюридизма в Даге¬
стан были заброшены Турцией через своего агента Шейха-Халида, а наи¬
более широкое распространение мюридизм в Дагестане получил вновь
через турецкого агента Гаджи Измаила в период русско-турецкой войны
1828— 1829 годов.
Дагестан в этот период не представлял собой экономически и поли¬
тически целостной страны. Политически он был разбит на ряд ханств.
Кроме того на территории Дагестана существовало большое количество
сельских общин, объединённых в более чем 40 «вольных» обществ. Причём
«вольные» общества далеко не являлись вольными. В этих обществах
господствовали богачи и духовенство. Крупные и сильные по количеству
населения общества держали в повиновении мелкие и слабые, даже полу¬
чали от них ясак (дань).
Как ханства, так и «вольные» общества стояли на разных ступенях
общественного развития. В различных частях Дагестана переплетались
между собой самые разнообразные формы социально-экономических отно¬
шений: в горной части — первобытно-патриархальные и патриархально¬
феодальные отношения, а в плоскостной части сравнительно был развит
феодализм. В руках феодалов находились зимние пастбища, и они были
основным объектом феодальной эксплуатации.
В социальном отношении Дагестан представлял ещё более пёструю
картину: ханы, шамхалы, уцмии, беки составляли господствующий класс;
они являлись полновластными правителями в. своих владениях и беспо¬
щадно эксплуатировали зависимые сословия. Попытки последних проте¬
стовать подавлялись грубой силой.
Реакционное мусульманское духовенство, всегда ориентировавшееся
на султанскую Турцию и считавшее султана наместником пророка, ис¬
пользовало движение мюридизма в интересах Турции и острие борьбы
обратило против России как страны иной религии и против тех владе¬
телей Дагестана, которые ориентировались на Россию.
В целях оказания помощи султанской Турций мусульманское духо¬
венство направляло недовольство крестьян феодальным гнётом против
и племён Кавказа·» буржуазные националисты опустили цитируемое письмо, которое
ныне находится в Центральном государственном архиве Дагестанской АССР. См.
М. -Загиров. Указ. соч., стр. 23—24.
12 Центральный государственный военно-исторический архив, д. 6550, л. 2—2!.

Об извращениях в освещении мюридизма и бвижения Шамиля
9
тех феодалов, которые симпатизировали России, указывая, что эти фео¬
далы отошли от религии, предались роскоши и превратились в «неверных
гяуров и что все беды от них». При этом духовенство усиленно агитиро¬
вало за «газават», обещая павшим на поле брани вечный рай на том свете.
Таким образом, движение мюридизма с самого начала было реак¬
ционным.
Апологеты Шамиля изображали проводившуюся им внутреннюю по¬
литику как демократическую, народную, поскольку он уничтожил авар¬
ских ханов', разгромил ханский дворец в Кумухе и отменил ряд привиле¬
гий ханов и беков.
Однако достаточно ли этого для характеристики так называемого
«демократизма» и мнимого «народолюбия» Шамиля? Нет, недостаточно.
Прежде всего Шамиль, как и его предшественники Гази Мухаммед
и Гамзат, были не избранниками народа, а избранниками небольшой
кучки религиозных фанатиков. В своих действиях Шамиль руководство¬
вался не интересами масс, а стремлением убрать политических противни¬
ков, понимавших необходимость союза с Россией. Тех феодалов, которые
ориентировались на Турцию, Шамиль не только не истреблял, а, наоборот,
всячески поддерживал и выдвигал. Так было, например, с Даниэль-беком,
султаном Елисуйским, с которым Шамиль даже породнился.
Известно, что горцы Дагестана с самого начала отнеслись неприяз¬
ненно к человеконенавистнической мюридистской проповеди. Подавляющее
большинство горцев было против навязывавшихся им шариата и мюри¬
дизма, на которые они смотрели как на лишение их прежних свобод, тра¬
диций и вековых обычаев. Шариат и мюридизм вызвали сильное возму¬
щение почти всех сельских обществ Дагестана. Вот как описывает отно¬
шение горцев к шариату и мюридизму личный секретарь Шамиля —
Мухаммед Тахир: «Одни шли с неверными (русскими) вместе даже
в войне против мусульман. Другие перемешивались с неверными днем и
ночью» ,3.
Первому имаму Гази Мухаммеду и его приверженцам пришлось в те¬
чение целого месяца угрожать черкеевцам обнажёнными мечами, чтобы
они признали шариат и мюридизм. Разговор Гази Мухаммеда с предводи¬
телями сельских обществ, сельскими старшинами, был коротким. При
отказе принять шариат и мюридизм он угрожал: «...мы непременно при¬
дём к вам с таким войском, противостоять которому у вас не г сил, и
непременно с позором выгоним вас из ваших селений» 14.
Насильственно навязываемые шариат и мюридизм были чужды не
только рядовым горцам; немалая часть сельской знати и даже духовен¬
ства, в свою очередь, выступала против шариатско-мюридистского нати¬
ска. Часто сельские старшины и духовные лица, настроенные против
шариата, обращались за покровительством к русским властям.
Во время похода большого отряда Гази Мухаммеда на непокорные
шариату и мюридизму аулы большая группа сельчан Караная была ото¬
слана в заключение в Г'имры, а имущество их было разграблено. Извест¬
ный учёный шейх Саид убежал из Араканы «в долину под покровитель¬
ство русских»15. За непокорность шариату и мюридизму Гази Мухаммед
публично избил мехелтинского кадия, затем выселил его с жителями селе¬
ния в Андалал, а имущество разграбил.
Всё чаще выступления горцев доходили до значительных вооружён¬
ных столкновений с проповедниками мюридизма. В селение Гоцатль Гази
Мухаммед отправил большой карательный отряд, который встретил серь¬
ёзный отпор противников мюридизма. Один из приверженцев Шамиля
13 Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи, стр. 33. Изд. АН СССР. М.-Л. 194Î.
14 Там же, стр. 40.
35 Там же. стр. 41,

10
А. Даниилов
писал, что после этого горцы «били в барабан, плясали и поносили мюри¬
дов даже площадными словами» 16.
Вся история имамата наполнена жестокими кровопролитиями и уни¬
чтожением мирных горцев. Ни Гази Мухаммед, ни Гамза, ни Шамиль
не брезговали никакими кровавыми расправами с теми горцами, которые
предпочитали свои обычаи шариату и мюридизму.
Второй по счёту имам, Гамзат, как писал его современник Мухаммед
Тахир Карахский, «кружил по селениям и городам с товарищами, на¬
ставляя, увещевая, приказывая и запрещая. Но когда он увиДел, что это
не приносит большой пользы, то отправился в селение Ригуни и перебил
отступников этого селения» 17.
Бесчисленные убийства и свирепый террор мюридизма наводили страх
на мирное население Дагестана. Когда карательный отряд мюридов подо¬
шёл к селению Корода, «жители завалили теснину камнями и заявили:
«Мы выполним, что будет приказано, но не хотим, чтобы вы входили в
наше селение» 18.
Имамским репрессиям за отказ принять шариат и мюридизм подверг¬
лись почти все селения Нагорного Дагестана. Сведениями о том, что
«было убито множество людей из Ругжа и прочих селений», заполнена
история правления всех трёх имамов — шариатско-мюридистских насиль¬
ников. Населению непокорных аулов Гамзат и Шамиль грозили: «пере¬
бьём вас до последнего» 1Э.
Гамзату и Шамилю приходилось предпринимать большие походы на
даргинские общества, чтобы насадить там шариат и мюридизм. Всюду они
встречали отчаянное сопротивление народа. Приверженцы мюридизма
с ужасом отмечали тогда, «что весь народ склонился против них»20.
Положение ещё больше ухудшилось, когда имамом стал Шамиль.
Горцы стали организовываться в тайные общества, собиравшиеся по
ночам. Одно из таких обществ находилось в Унцукуле. Выступая в ме¬
чети в Унцукуле, Шамиль говорил об этой антимюридистской оппозиции-
«Если вы думаете, что шариат стал ослаблен смертью Гази Мухаммеда,
то, клянусь аллахом, я не допущу уменьшения его хотя бы на один
палец, но увеличу на целый локоть... вы знаете, что я обильнее, чем Гази
Мухаммед, знаниями, могущественнее силой и племенем. Пусть же вы¬
ступит тот, кто сопротивляется шариату» 2!.
Часто местное население прибегало к помощи русских и вместе
с ними строило крепости, чтобы оградить себя от Шамиля. Огнём и мечом
имам навязывал горцам мюридизм и шариат, насаждение которых в Да¬
гестане продолжалось в течение всей войны Шамиля против России.
Потерпев поражение при Ахульго, в штурме которого вместе с рус¬
скими войсками участвовало более 3 тыс. дагестанцев, Шамиль резко
изменил ориентацию и стал опираться в дальнейшем уже не на дагестан¬
цев, а в основном на чеченцев. Вместе со своим наибом Ахвердил-Маго-
ма Шамиль ушёл в Чечню.
Чеченцы называли себя аристократами, господами гор, дагестанцев
они считали «*мужиками». Шамиль потакал чеченцам в их неприязни к
дагестанцам. Поселившись в Чечне, он в Î839 г, приказал своим начбам:
«Дагестанцев, проникающих в Чечню, обирайте. Если они люди учёные,
,4	«	»	>	V	У	по
лишайте их жизни. У пришедших за кукурузой — отоираите коней» .
В своих отношениях с народом Шамиль прибегал не столько к религиоз¬
16 Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи, стр. 59.
17 Там же, стр. 61.
Is Там же, стр. 62.
19 Там же, стр. 64.
20 Там же, стр. 70.
21 Там же, стр. 60.
" Рукописный фонд Института истории языка и литературы (ИЯЛ) Дагестана,
л. Ке 353, стр. 74.

Об извращениях в освещении мюридизма и движения Шамиля
	i					 		 п. .
11
ной проповеди, сколько к силе. Обращаясь впервые после Ахульго к на¬
роду, он не столько поучал, сколько грозил: «Если откажетесь от участия
в общей борьбе с неверными, я... прибегу к сале и тем спасу вас»23. Вся
история правления Шамиля — это сплошная цепь усмирений аулов, пере¬
селений и расправ над непбкорными. В 1840 г. он переселил некоторые
аулы из долин в горы и, чтобы отрезать им путь назад, велел жечь сады
и жилища. В 1842 г. он расправился с андийцами. Тогда же он покарал
акушинцев и до основания разрушил аул Унцукуль. В последующие годы
количество карательных экспедиций непрерывно росло. Шамиль потерял
остатки своего влияния в Дагестане и стал опираться уже исключитель¬
но на разбойничью аристократию Чечни.
Как видим, во всей своей внутриполитической деятельности Шамиль
опирался не на народные массы, а на направленные против народа во¬
оружённые силы мюридизма. Больше того: в ходе создания мюридист-
ского государства Шамиля все его мюршиды и наибы, по существу, сами
стали феодалами, злейшими угнетателями народа. Это отмечают даже
ближайшие помощники Шамиля. Его историк Абдурахман писал, что
наибы притесняли народ, творили над ним суд и расправу, наживали
огромные состояния. Даниэль-бек при Шамиле стал ещё более богатым
феодалом, чем был до него. Хаджи Мурат не столько вёл борьбу про¬
тив царских войск, сколько грабил и мародёрствовал.
Всей своей политикой Шамиль утверждал развивавшуюся в его дес¬
потической монархии классово-теократическую иерархию. Через восемь
лет после Ахульго он поставил вопрос о том, чтобы сделать власть има¬
ма наследственной, и утвердил наследником своего сына Гази Мухаммеда.
Того самого Гази Мухаммеда, который в Гоцатле стал самым злейшим
для народа помещиком и о котором секретарь Шамиля Хаджи Али пи¬
сал: «Если бы можно было горцев вьючить, как ишаков, и посылать в
лес за дровами, то и это делал бы Гази Мухаммед»24.
Жестокие репрессии — смертная казнь, отрезание рук, телесные на¬
казания — применялись наибами по своему усмотрению. До сих пор в го¬
рах Дагестана рассказывают о том, как однажды осуждённый к смертной
казни житель селения Нижний Батлух на вопрос, за что его казнят,
ответил: «Меня обвиняют в том, что я не соблюдаю шариата, не молюсь
богу, однако это не верно,— я аккуратно молюсь богу, но наибу понрави¬
лись мои бараны, которые, не молятся». Не мудрено, что в этих условиях
власть Шамиля в горах могла держаться только на силе.
Н. А. Добролюбов подчёркивал, что «уважение к себе поддерживал
он (Шамиль.— А. Д.) более страхом, нежели любовью; палач был при
нём неотлучно, и казни были беспрестанны»25. Об этом же говорил в
1852 г. один из приближённых Шамиля — Халат-Эффенди. «В нагорных
обществах Дагестана,— сообщал он,— господствует всеобщее уныние,
близко подходящее к отчаянию... Люди, влиятельные умом и храбро¬
стью, поддерживающие дух независимости в народе... подавлены мрач¬
ной подозрительностью Шамиля, который в каждом сильном человеке
видит опасного для себя соперника»26.
Установленный Шамилем режим шариата был чрезвычайно тяго¬
стен для населения Дагестана. Всячески ограничивая сферу свободной
деятельности человека, нормируя всё его поведение, проповедуя отказ
от земных благ и священную войну против «неверных», шариат не только
не оставлял места для прогрессивной мысли, но и жестоко карал её но¬
сителей как еретиков.
2* Рукописный фонд Института истории языка и литературы (ИЯЛ) Дагестана,
д. № 353, стр. 74.
24 Хаджи Али. Сказание очевидца о Шамиле. Сборник сведений о кавказских
горцах, вып. 7, стр. 71.
25 Н. А. Доброл го б о в. По ?т. оС'^р. со-ч. Т. 4, стр. 155, М. 1937.
30 Рукописный фонд Института ИЯЛ, д. № 353, стр. 67—68.

12
Л. Даниялоз
Антинародный характер движения Шамиля ярко характеризует пись¬
мо акушинского кадия Магомеда к Шамилю. Кадий писал: «Ты, кажет·*
ся, сбился с пути... Ты творишь наибезобразнейшие из безобразных ве¬
щей... гы создал в Дагестане бойню, о которой уши бы не захотели
слушать и с которой мысль людей не согласилась бы». И далее: «Тебе
самому хорошо видно, что анархия в Дагестане, война и нужда являются
результатом твоих распоряжений» 27.
Шариат стал величайшим тормозом на пути к прогрессу дагестан¬
ских народов, он сковывал потенциальные возможности их экономиче¬
ского и культурного развития. Мюридизм и движение Шамиля изоли¬
ровали Дагестан, особенно его горную часть, от внешнего мира, приво¬
дили к укреплению патриархального уклада хозяйства. Культурные раз¬
влечения — музыка, танцы, песни — были запрещены под страхом же¬
стокого наказания. Для периода правления Шамиля характерны не пес¬
ня и веселье, а плач и уныние.
Дагестанские народы никогда не испытывали такой нужды, нищеты
и бесправия, какие они испытывали при Шамиле. Продолжительные
войны, которые Шамиль вёл против России, наложили тяжёлый отпечаток
на всю жизнь дагестанских народов. Десятки тысяч людей с обеих сто¬
рон бесцельно проливали свою кровь. Горцы окончательно разорились.
Приведённые выше факты убедительно говорят, что дагестанские
народы боролись против Шамиля, его гнёта и деспотических порядков.
Тому свидетельство — отсутствие у имамата постоянной территории: он
был вынужден переходить с места на место. Во взятии Гуниба и племени
Шамиля вместе с русскими участвовали дагестанские конные полки и
около пяти тысяч человек милиции из представителей всех народностей
Дагестана. Такова общая картина всё более обострявшихся политических
противоречий в имамате Шамиля.
Народы Дагестана, наше растущее молодое поколение должны знать
эту истину, чтобы ещё больше крепить дружбу с нашим освободителем —
великим русским народом.
Следует также отметить, что в настоящее время Англия и Турция во
главе с США стремятся создать панисламиятский «всемирный» халифат.
Этому халифату на мусульманском Востоке предназначается роль свое¬
образного Ватикана, с помощью которого они пытаются отлучить от
ислама любых участников национально-освободительной борьбы против
империализма и объявить газават против Советского Союза и стран
народной демократии.
★
Как отмечалось, начало мюридизма и движения Шамиля относится
к 20-м годам XIX века. К этому времени почти весь Дагестан без борь¬
бы, мирным путём был присоединён к России. Были созданы органы
управления в южном, прикаспийском и в значительней части среднего
Дагестана. Местные феодальные владельцы, приняв подданство России,
сохраняли ещё свою власть над крепостным и зависимым населением.
Этих феодальных владений в Дагестане насчитывалось до пятнадцати.
Крупнейшими из них были: ханства — аварское, дербентское, казикумух-
ское, кюринское, мехтулинсксе, шамхальство тарковское, султанство
елисуйское, уцмийство кайтагское и майсумство табасаранское. Суще¬
ствовали также не подпадавшие под власть ханов сельские общины, в
которых руководящее положение занимали имущие слои, главным обра¬
зом духовенство.
Таким образом, к моменту возникновения мюридизма Дагестан пред¬
ставлял собой отсталую, патриархально-феодальную страну. Не мойсет
быть сомнения, что экономика Дагестана, будучи втянута в сферу раз¬
вивавшегося в России капитализма, двинулась бы вперёд, если бы мю-:
27 Яя"сстанский государственный архив, ф. 47. стр. 133.

Об извращениях в освещении мюридизма и движения Шамиля
ридизм и движение Шамиля искусственно не задерживали этот процесс
на протяжении 30 лет (с 1829 по 1859 год).
Общеизвестно, что присоединение к России Закавказья, так же как
и всего Кавказа, ознаменовалось экономическими сдвигами в жизни это-
го отсталого края, который многие века, будучи под гнётом Персии и
Турции, находился в оковах теократической тирании. Именно в резуль¬
тате присоединения к России Кавказ приобщился к прогрессивной, пе¬
редовой культуре, развились его производительные силы, создались про¬
мышленные центры в Баку, Тбилиси, Батуми и т. д. Сдвиги в экономике
и культуре, в свою очередь, сопровождались дальнейшей классовой
дифференциацией, возникновением класса пролетариев.
Присоединение Дагестана вместе с остальными районами Кавказа
к России было не только прогрессивным, но и единственно возможным
выходом из застоя. Оно означало включение отсталого народного хозяй¬
ства Дагестана в сферу более передовой экономики России и установле¬
ние с последней широких торговых отношений, т. е. включение рынка
Дагестана в сложившийся ещё в XVII в. всероссийский рынок.
В. И. Ленин в своём знаменитом труде «Развитие капитализма в Рос¬
сии» пишет: «Русский капитализм втягивал таким образом Кавказ в ми¬
ровое товарное обращение, нивелировал его местные особенности —
остаток старинной патриархальной замкнутости»28.
При всей жестокости колонизаторской политики царизма присоеди¬
нение Дагестана к России способствовало постепенному разрушению
средневековых форм хозяйства и прежних общественных отношений.
Через всероссийский рынок Дагестан втягивался в мировое товарное обра¬
щение. В Дагестане, правда медленно и в условиях колониального режи¬
ма, росла капиталистическая промышленность, строились шоссейные и
железные дороги, создавались новые города. Шёл процесс зарождения
класса местной буржуазии, часть земледельческого населения отвлека¬
лась в промышленность. Постепенно стала повышаться техника земледе¬
лия, распространялись некоторые агрономические знания. Вопреки субъ¬
ективным намерениям царизма, на Северо-Восточный Кавказ проникла
передовая русская культура.
Мог ли Северо-Восточный Кавказ достигнуть таких успехов, если бы
он не был присоединён к России? Разумеется, нет. Больше того, он стал
бы добычей турецкого султана или иранского шаха. Всё это доказывает
реакционность той слепой вражды к России, которая культивировалась
Шамилем.	\
Присоединение Дагестана к России положило начало последующей
дружбе дагестанских народов с великим русским народом и навсегда
связало их судьбу с судьбой русского народа. Вот почему история народов
Дагестана полна примерами безграничной преданности России.
После присоединения Дагестана к России и подавления движения
Шамиля вновь надвинулась война России с Турцией (1877 г.). Несмотря
на то, что и на этот раз турки спровоцировали в горах Кавказа выступ¬
ления против России, значительная часть дагестанцев рука об руку с
русскими храбро сражалась против султанской Турции.
В связи с этим интересно привести одну историческую справку: «Еще
до объявления турецкой войны... кавказское начальство подготовлялось
к ней, и в числе мер, долженствовавших способствовать успеху... было
признано полезным сформировать из туземцев Дагестана, ввиду прекрас¬
ных качеств их, как природных кавалеристов, новые полки», сверх уже
имевшегося. В результате было решено создать второй полк, и губернатор
Дагестана телеграфировал в Тифлис наместнику края: «По объявлении
вызова охотников для поступления в' дагестанские конно-иррегулярные
полки, предположенные к отправлению на турецкую границу, является
В. И. Ленин. Соч. Т. 3, стр. 521. 4-е йзд

14	А.	Даниилов
их так много и с такими условиями, что было бы необходимо восполь¬
зоваться этим настроением населения и теперь же приступить к сформи¬
рованию и 3-го полка». В ответ на эту телеграмму 2 января 1877 г. было
разрешено сформировать 3-й дагестанский полк.
2-й и 3-й полки были отправлены на театр военных действий с Тур¬
цией в Азии. Особенно отличился здесь третий полк, который вернулся
с войны со знаками на головных уборах с надписью «За отличие в ту¬
рецкую войну 1877 — 1878 гг.» и Георгиевским знаменем «За взятие Карса
6 ноября 1877 г.».
Вскоре же по прибытии в действовавший корпус полки обратили на
себя общее внимание. 5 мая 1877 г. главнокомандующий прислал в Даге¬
стан следующую телеграмму: «Вчера под Карсом шесть сотен дагестан¬
ской конно-иррегулярной бригады имели молодецкое дело с турецкою
регулярною кавалериею в числе до тысячи человек, бросились в шашки»
положили на месте шестьдесят четыре тела, взяли двух пленных, много
оружия и лошадей». В приказе по войскам Дагестанской области 5 мая
1877 г. говорится «о блистательном деле 2-го и 3-го дагестанских конно¬
иррегулярных полков и отличной боевой репутации, приобретенной ими
в начале же кампании» 2Э. Во всех важнейших событиях в истории народов
России — в войне против Японии, Германии и т. д.— дагестанцы прини¬
мали участие в составе русских военных сил.
Таковы факты.
В связи с исправлением ошибок в вопросе о движении Шамиля неко¬
торые товарищи бросаются в другую крайность... Раз шамилевское движе¬
ние реакционно, рассуждают они, значит всё, что стоит по другую сто¬
рону движения, революционно. Такой механический подход к явлениям
истории неверен.
Необходимо понять, что исправлением ошибок в освещении движения
Шамиля не отменяется известная оценка России как тюрьмы народов,
колониальная политика царизма не превращается во что-то ей противо¬
положное. Но в то же время необходимо помнить, что присоединение Да¬
гестана к России было величайшим благом для наших народов потому,
что народы Дагестана, вопреки царизму и его колониальной политике,
приобщились к великой русской передовой культуре, к русскому рево¬
люционному движению.
Идеи великих русских просветителей Герцена, Чернышевского, Белин¬
ского, Добролюбова проникали в Дагестан через политических ссыльных.
Рабочие Баку и Грозного оказывали на трудящихся Дагестана револю¬
ционизирующее влияние.
Первая русская революция 1905 г. вызвала среди рабочих и трудя¬
щихся крестьян Дагестана не только сочувствие, но и ряд выступлений
против царизма и местных угнетателей. К этому времени из среды даге¬
станцев выделились воспитанные русским рабочим движением профес-
сионалы-рсволюциоисры: Кази-Магомед Агасиев и Мухтадир Айлннбеков,
работавшие в Баку под руководством великого Сталина, Уллубий Буйчак-
ский, Махач Дахадаев, М. М. Хнзроев и многие другие. Порт-Петровск
стал революционным центром. Именно поэтому царское правительство
ещё в 1904 г. причислило его «к числу местностей, в коих воспрещается
жительство и пребывание лицам, подвергаемым по судебным приговорам
надзору полиции» 30, В 1905 г. рабочие фабрики «Каспийская мануфак¬
тура» и железнодорожники Порг-Петровска и Дербента, в числе которых
было большое количество дагестанцев, провели по'д руководством больше¬
виков большую забастовку, охватившую ряд других промышленных
предприятий.
29 Е. К о з у б с к и й. История Дагестанского ионного полка, стр. 288—290.
Пет^озск. 1999.
ЦГА МВД ДАССР, ф. 2 с/2 оп. 47/26, д. 5/35, л. 235.

Об извращениях в освещении мюридизма и двиохения Шамиля	15
Революционное движение охватило и аулы Дагестана. Крестьяне за¬
хватывали помещичьи земли, выступали против царской администрации.
Царское правительство жестоко расправилось с революционным движе¬
нием в Дагестане. Его руководители были арестованы.
Из архивных материалов видно, что в 1905— 1906 гг. рабочие Порт-
Петровска, Дербента, трудящиеся Темир-Хан-Шуры и аулов Дагестана
получали революционные листовки из Баку, Грозного, Владикавказа,
Астрахани и других городов России.
Таким образом народы Дагестана были подготовлены к решающей
битве в период Великой Октябрьской социалистической революции. Тру¬
дящиеся Дагестана в этот период в своей основной массе находились
в лагере революции и боролись под руководством партии Ленина —
Сталина вместе с великим русским народом против внутренней и внешней
контрреволюции, прежде всего против англо-турецких интервентов. На
Чрезвычайном съезде народов Дагестана 13 ноября 1920 г. Серго Орджо¬
никидзе говорил; «Красный Дагестан стал на революционный путь
с 1917 года и с тех пор ведёт непримиримую гражданскую войну против
контрреволюции» 31.
Великая Октябрьская социалистическая революция избавила наши
народы, как и все ранее угнетённые народы, от гнёта царизма и местных
богачей, создала все условия для экономического и культурного расцвета.
Некоторые несвободные от буржуазно-националистических колеба¬
ний исследователи движения Шамиля недоучитывали прогрессивное зна¬
чение присоединения Дагестана к России, подчёркивая только реакцион¬
ность царского режима.
Подтверждением того, что существовавшая до сих пор ошибочная,
антимарксистская оценка движения Шамиля как национально-освободи¬
тельного является отражением определённых буржуазно-националисти¬
ческих колебаний, служит тот факт, что именно буржуазные национали¬
сты постоянно пытались поднять на щит и использовать Шамиля в своих
националистических ин гересах.
Для примера возьмём хотя бы период гражданской Войны,
В годы гражданской войны на Кавказе действовали турецкие аван¬
тюристы подобные тем, на которых в своё время ориентировался Ша¬
миль. Появившись в Дагестане, учинив расправу над его верными сына¬
ми и посланцами великого русского народа, они стали вытравлять всё,
напоминавшее о России. Всему русскому, советскому, большевистскому
они противопоставили имя Шамиля. Вступив оо своими войсками в Порт-
Петровск. турецкий генерал Юсуф-Изет-Паша в тот же день заявил:
отныне идеалы русского царя Петра сброшены в Каспийское море.
Порт-Петровск будет именоваться Шамиль-Калой. Буржуазно-поме¬
щичье националистическое «горское правительство», принесённое в
Дагестан в 1918 г. на штыках турецких интервентов, сейчас же угодливо
переименовало город. Оно выделило так называемый шамилевский гар¬
низон и создало специальный черносотенный шамилевский батальон —
ударную силу буржуазных националистов в нх борьбе против революции.
Два года спустя, когда великий русский народ под руководством
партии большевиков помог трудящимся Дагестана освободиться от
буржуазно-помещичьей контрреволюции и восстановить советскую власть,
буржуазные националисты ещё раз попытались выступить против новой
России, к тесному союзу с которой призывал дагестанцев великий
Сталин. И снова знаменем буржуазных националистов стал Шамиль.
Главарь антисоветской банды Гоцинский возвёл себя в шамилевский сан
имама. На помощь Гоцинскому снова пришли Англия и Турция. В конце
1920 г. турки специально заслали в Дагестан внука Шамиля — Саидбека,
чтобы этим «шамилевским знаменем» поддержать последние, уже разби¬
31 «Дагестанская правда» от 23 октября 1933 рода.

16	Л.	Даниилов
тые националистические банды в Дагестане, Но народы Дагестана рас¬
познали, кто их враг и кто друг. Они с честью выполнили наказ товарища
Сталина и с позором прогнали Гоцинского вместе с его вдохновителями
со своей территории.
Таковы факты, свидетельствующие о том, что Шамиль давно уже
стал знаменем буржуазного национализма и символом ориентации не на
революционную Россию, а на реакционную Турцию.
Дагестанские исследователи смотрели на историческое прошлое Да¬
гестана сквозь националистические очки. Тот факт, что и московские
историки ошибочно, с буржуазно-объективистских позиций трактовали
движение Шамиля, нисколько не уменьшает ответственности местных
дагестанских исследователей. Особенно усугубил общие ошибки в идеа¬
лизации Шамиля Р. М. Магомедов.
Р. М. Магомедов, используя местные исторические источники, нося¬
щие националистический характер, идеализирует Шамиля и совершенно
игнорирует прогрессивное значение присоединения Северо-Восточного
Кавказа к России и реакционные стороны деятельности Шамиля.
Больше того: указывая на казнь одного или двух представителей
феодалов Дагестана, ограничение кое-где прав беков и выборность има¬
мов, Р. М. Магомедов представляет Шамиля великим народным демокра¬
том, преобразователем дагестанского общества и социальных отноше¬
ний. Он заявляет, что Шамиль свою деятельность «ознаменовал борьбой
с угнетателями народа — с ханами, беками и старшинами»32, «истреб¬
лял ханов, беков, сносил головы старшинам» 33 и «уничтожал сословное
разделение» 34. Как утверждает Р. М. Магомедов, Шамиль уничтожал
«зависимость узденей от феодалов» 35, потому что ему «трудно было ви¬
деть, как их... угнетали» зг>. В другой работе 37 Р. М. Магомедов заявляет,
что «Шамиль сравнял знатных и незнатных», что «ханы, беки, майсумы,
уцмии, чанки и другие исчезли из горского обихода». Не ограничи¬
ваясь этими утверждениями, Р. М. Магомедов пишет далее, что Шамиль
возглавил полувековую ожесточённую борьбу против мулл38, «старал¬
ся... установить государственную власть на демократических началах» 3&.
Ссылаясь на тезис мюридизма о «равенстве мусульман» и на то, что
будто бы мусульманин никому не должен платить дань, Р. М. Магоме¬
дов пытается затушевать реакционную, эксплуататорскую сущность
имамата.
Буржуазные националисты всячески идеализировали и популяризи¬
ровали Шамиля. В 1926 г.-в Махач-Кале была издана работа под назва¬
нием «Три имама», которая представляла собой фальсификацию мемуа¬
ров Мухаммед Тахира из Караха. Из этих мемуаров были выброшены
все моменты, порочащие деятельность Шамиля.
В 1927 г. в Махач-Кале была издана брошюра под названием «По¬
сольство от Шамиля к абадзехам», в которой Шамиль превозносился как
вождь кавказских народов. На страницах издававшегося в Махач-Кале
в 1925 г. на тюркском языке журнала «Путь просвещения» помещались
восхвалявшие Шамиля и его деятельность статьи явного пантюркиста,
члена шариатского блока горского «правительства» Дибирова Магомеда
и других.
Между тем Р. М. Магомедов пишет: «В 1937 году, окончив аспиран¬
туру в Москве и приехав в Дагестан, я вплотную занялся изучением борь¬
32 «Имам Шамиль», стр. 7. Махач-Кала. 1941.
33 Там же, стр. 9.
34 Там же, стр. 25—26.
35 «Шамиль», стр. 19. Махач-Кала. 1940.
30 «Имам Шамиль», стр. 24; «Шамиль», стр. 20.
37 «Борьба горцев за независимость иод руководством Шамиля», стр. 204, 62, 63. 1939.
38 Там же, стр. 63.
Там же, стр. 90,

Об извращениях в освещении мюридизма и движения Шамиля
бы горцев за независимость под руководством Шамиля. Меня поразило,
что за годы Советской власти в Дагестане не вышло ни одной книги о
Шамиле, и в газетах и журналах, издававшихся в Дагестане, не было
никаких материалов на эту тему...» «Враги народа,— продолжает он,—
буржуазные националисты, пробравшиеся на руководящие партийные и
советские посты..., приняли все меры к тому, чтобы изобразить Шамиля
как реакционера, боровшегося только за религиозные цели, и прятали
документы об истинном характере этой борьбы... Я поставил своей зада¬
чей показать Шамиля и его движение как явление прогрессивное, как яр¬
кую героическую страницу в истории народов Дагестана» 40.
Следовательно, Р. М. Магомедов или не знаком с литературой о Ша*
миле или замалчивает её, чтобы настоять на своём грубо ошибочном
утверждении, будто буржуазные националисты порочили Шамиля. Ошиб¬
ка Р. М. Магомедова усугубляется тем, что и в ряде других своих работ,
в частности в работе о восстании горцев 1877 г., он также исходит из
явно порочных положений.
Ошибки в вопросе о Шамиле допускал не только Р. М. Магомедов.
Путаница в трактовке движения Шамиля царит и в высказываниях дру¬
гих товарищей.
Задача историков Дагестана состоит в том, чтобы глубоко осознать
свои ошибки, являющиеся отражением националистических колебаний,
и честно исправить их.
★
В чём причина того, что, несмотря на наличие неоспоримых доку¬
ментов, опровергающих апологетическую трактовку мюридизма и дви¬
жения Шамиля, мы так долго не исправляли этой ошибки?
Длительное существование апологетической буржуазно-национали¬
стической трактовки мюридизма и движения Шамиля оказалось возмож¬
ным прежде всего потому, что научно-исследовательская работа в обла¬
сти истории Дагестана до последнего времени находилась в запущен¬
ном состоянии. Дагестан имеет в институтах и в областной партийной
школе пять кафедр основ марксизма-ленинизма, одну кафедру полити¬
ческой экономии, две кафедры истории СССР. Свыше 15 лет существует
научно-исследовательский институт истории языка и литературы Даге¬
стана. Следовательно, имеется значительный коллектив научных работ¬
ников, который может и обязан вести научно-исследовательскую работу.
К сожалению, однако, кафедры основ марксизма-ленинизма и исто¬
рии СССР за всё время своего существования не опубликовали ни одной
исследовательской работы. Институт же истории языка и литературы Да¬
гестана за многие годы дал незначительную по объёму и ограниченную
по тематике продукцию. Институт выпустил ошибочные работы Р. М. Ма¬
гомедова, несколько мелких брошюр того же автора из прошлого Даге¬
стана, ДЕе — три работы Н. Эмирова по истории Дагестана периода
1917 — 1919 гг., которые тоже страдают серьёзными ошибками.
Таким образом, в вопросах исследования истории дореволюционного
и в особенности советского Дагестана сделано слишком мало. В Даге¬
станском институте истории языка и литературы из года в год срывается
выполнение тематических планов по истории Дагестана.
Работа сектора истории этого института не выдерживает никакой
критики. Вполне понятно, что такое положение с организацией научно-
исследовательской работы создавало обстановку, в которой длительное
время могли оставаться невскрытыми крупнейшие ошибки.
С таким положением мириться больше нельзя. Постановления ЦК
ВКП(б) по идеологическим вопросам, проведённые по инициативе Цент¬
рального комитета ВКП(б) дискуссии по вопросам философии и биоло¬
гии, решения ЦК партии, вскрывшие серьёзные ошибки, допущенные на
40 Р. Магомедов. О движении Шамиля, стр. 24—26. Махач-Кала. 1949.
2.	-^Вопросы истории» № 9.

Iß
А. Даниилов
идеологическом фронте в ряде областей, краёв и республик, должны были
натолкнуть научные кадры Дагестана на то, чтобы критически просмотреть
уже опубликованные работы. Однако этого не произошло. Дагестанские
научные учреждения и научные работники не поняли или не хотели
понять, что «никакая наука не может развиваться и преуспевать без борь¬
бы мнений, без свободы критики» 41. Эта борьба мнений и свобода критики
среди дагестанских научных работников как раз и отсутствовала.
Нельзя не заметить, что движение мюридизма и Шамиля неправильно
освещалось и в художественной литературе. К сожалению, в произведе¬
ниях таких талантливых поэтов, как Сулейман Стальский, Цадаса Гам¬
зат, Шамиль воспевается как народный герой. Подобные ошибки имеют
место также и в стихах Гаджи Залова, Расула Гамзатова и некоторых
других.
Остатки буржуазно-националистических влияний нашли своё прояв¬
ление также в предисловиях 3. Гаджиева, а затем и научного сотрудника
Дагестанского института истории языка и литературы Ш. Микаилова к
сборнику произведений Махмуда из Кахаб-Росо. Оба автора предисло¬
вий старались доказать, что поэзия Махмуда сложилась под влиянием
арабской культуры.
Остатки буржуазно-националистических влияний проявляются не
только в идеализации мюридизма и движения Шамиля, не только в стрем¬
лении доказать зависимость культуры народов Дагестана от культуры
мусульманского Востока. Эти влияния проявляются также в идеализзции
и воспевании традиций старого, патриархально-феодального Дагестана.
Драматург Г. Рустамов, например, написал пьесу «Если сердце захочет»,
в которой идеализировал ханов и феодальный быт. Совсем недавно мос¬
ковские писатели Медведев и Финк написали пьесу «Ночной вор», в кото¬
рой, по существу, популяризируются феодальные нравы — умыкание
невест и т. п.
До сих пор наши поэты и писатели склонны ограничивать тематику
своих произведений. Мало показывают они, как, советский человек пре¬
образует облик дикой природы гор, коренным образом изменяет не только
политическое и экономическое лицо горного аула, но и быт горцев и
горянок.
Такое положение нетерпимо. Необходимо навести большевистский
порядок на идеологическом фронте в этой области. Основными услови¬
ями для успешного разрешения этой задачи являются: во-первых, работа
по серьёзному повышению идейно-теоретического уровня наших научных
кадров и всех работников идеологического фронта; во-вторых, решитель¬
ное повышение ответственности кафедр высших учебных заведений
Дагестанского филиала Академии Наук СССР за состояние и идейный
уровень научно-исследовательской работы: в-третьих, всемерное развёр¬
тывание большевистской критики и самокритики, систематическое про¬
ведение свободных дискуссий по различным научным проблемам, им^я
в виду, что «там, где нет критики, там укореняется затхлость и застой,
там нет места движению вперед» (ЖданоЕ).
Можно не сомневаться, что научные работники и интеллигенция
Дагестана, настойчиво овладевая великим учением марксизма-ленинизма,
всемерно развёртывая принципиальную творческую критику и самокри¬
тику, отдадут все силы и знания на борьбу за дальнейший расцвет совет¬
ской науки, за построение коммунизма в нашей стране.
41 И. Сталин. Марксизм и вопросы языкознания, стр. 26. Изд. «Правда». 1950.

РЕВОЛЮЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ М. В. ФРУНЗЕ В ГОДЫ
ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
А.	Калабашкин
Четверть века назад, 31 октября 1925 г., перестало биться сердце
замечательного деятеля большевистской партии и советского государства
М. В. Фрунзе. Всю свою сознательную жизнь, весь свой талант, неисчер¬
паемые силу и энергию Михаил Васильевич отдал делу освобождения
человечества от капиталистического рабства. Имя М. В. Фрунзе вошло
в историю как яркий образ пламенного пролетарского революционера,
беззаветно преданного делу партии Ленина — Сталина, одного из лучших
её руководителей, талантливых строителей первого в мире пролетарского
государства, выдающегося полководца Советской Армии.
Изучение сурового и славного жизненного пути М. В. Фрунзе — благо¬
родная и почётная задача советских историков. В настоящей статье автор
стремился, не претендуя на исчерпывающее изложение событий, осветить
лишь один из периодов замечательной биографии М. В. Фрунзе — период
его революционной деятельности в 1905— 1907 годах.
;к
В годы первой русской революции М. В. Фрунзе боролся за осуще¬
ствление ленинско-сталинских идей на одном из боевых участков рево¬
люционного движения — в Иваново-Вознесенском районе. К этому вре¬
мени М. В. Фрунзе уже прошёл большую школу революционной закал¬
ки. Он начал свою революционную' деятельность ещё в гимназических
кружках самообразования. В 1904 году М. В. Фрунзе приехал в Петер¬
бург и поступил на экономическое отделение Политехнического институ¬
та. В ноябре того же года, вступив в социал-демократическую партию,
он сразу примкнул к большевикам и с энтузиазмом принялся за револю¬
ционную работу, выполнял партийные поручения, участвовал в органи¬
зации забастовок и политических демонстраций.
Не ограничиваясь революционной работой среди студентов Петер¬
бурга, М. В. Фрунзе взялся за организацию Семиреченского земляче¬
ства. Привлекая своих семиреченских земляков-студентов, учившихся в
Москве, Одессе, Казани и других городах России, к революционному
движению, М. В. Фрунзе разъяснял им необходимость взаимной под¬
держки в борьбе против царского самодержавия. Об этом он своему бра¬
ту Константину сообщал: «Сейчас написал письма в Москву, Одессу и
Казань, чтобы узнать отношение тамошних наших студентов к этому
вопросу. Думаю, что их отношение будет безусловно благоприятно. Зем¬
лячество первой целью будет иметь взаимную поддержку» 1.
Вступив в ряды большевиков, молодой Фрунзе со всем сознанием
своей ответственности изучает революционную теорию и настойчиво убе-
1 Краснознамённая и ордена Ленина Военная академия Красной Армии имени
М. В. Фрунзе. Сборник «Труды Академии», 4, ста. 9. М. 1S41- ·

20	А.	Калабашкин
ждает своих товарищей заниматься этим крайне важным делом. Брату
он писал: «Еще раз повторяю: читай побольше, чтобы быть по приезде
в Питер настоящим студентом, а не жалкой пародией на него. Я тебе
вкратце замечу, что было бы для тебя особенно полезно: возьми и про¬
читай прежде всего... введение в философию... затем познакомься с исто¬
рией философии... Дальше познакомься с развитием социализма, так как
первенствующая сейчас партия социал-демократов вся основана на со¬
циализме... Сейчас я преусердно занимаюсь чтением; на лекции почти
совсем не хожу»2.
Упорно повышая свой теоретический уровень, закаляя себя полити¬
чески, молодой революционер целиком отдался борьбе против самодер¬
жавия. Царская охранка установила за ним слежку. М. В. Фрунзе попал
в список «неблагонадёжных» и вскоре был выслан из Петербурга. Но пла¬
менный большевик не подчинился жандармам. В январе 1905 г. он снова,
на этот раз уже нелегально, приехал в столицу и продолжал там свою
кипучую работу.
«Жребий брошен. Рубикон перейден» — так-закончил Фрунзе пись¬
мо матери, сообщая ей о своём твёрдом решении бороться за интересы
трудящихся.
Но вскоре охранка напала на след М. В. Фрунзе. Жандармерия го¬
нялась за ним по пятам, подготовляя его арест. Пришлось выехать в Мо¬
скву. Опыт революционной борьбы в Петербурге и Москве закалил мо¬
лодого марксиста-большевика. Уже в те годы М. В. Фрунзе принадлежал
к той категории революционеров-профессионалов, которые обладали
«необходимым минимумом теоретических знаний, политического опыта,
организационных навыков и искусства бороться с царской полицией, ис¬
кусства скрываться от полиции» 3.
В это время III съезд партии (апрель 1905 г.), проходивший в обста¬
новке революционного подъёма в стране, принял исторические решения
по всем важнейшим вопросам революции: об организации вооружённого
восстания, о свержении царского правительства, о создании временного
революционного правительства, об участии социал-демократии в этом
правительстве, об отношении к крестьянскому движению, об отношении
к либеральной буржуазии и т. п.
Съезд выдвинул боевые лозунги о применении массовых политиче¬
ских стачек и вооружении рабочих, о революционном осуществлении
8-часового рабочего дня, о создании революционных крестьянских коми¬
тетов для проведения революционным путём демократических преобразо¬
ваний в деревне, вплоть до конфискации помещичьих земель. Съезд на-
+метил меры беспощадной борьбы с меньшевиками и эсерами.
Дезорганизаторы-меньшевики отказались от участия в работах
III съезда партии, происходившего в Лондоне, и одновременно с ним со¬
звали свою конференцию в Женеве. III съезд партии и Женевская кон¬
ференция обсуждали, по сути дела, одни и те же тактические вопросы, но
приняли прямо противоположные решения, которые вскрывали всю глу¬
бину тактических разногласий между большевиками и меньшевиками.
«Два съезда—две партии» — так определил положение В. И. Ленин.
Оппортунистические решения меньшевистской конференции вели к отказу
от самостоятельной пролетарской политики в революции, к подчинению
пролетариата буржуазии. Боевые решения III съезда партии вооружали
рабочий класс ясной программой революционных действий.
Среди большевиков, направленных партией на' важнейшие участки
революционной борьбы для организации масс, был и М. В. Фрунзе. По
поручению Московского комитета большевиков он в начале мая 1905 г.
2 Краснознамённая и ордена Ленина Военная академия Красной Армии имени
М. В. Фрунзе. Сборник «Труды Академии», стр. 9—10.
3 «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 33.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 21
%
приехал в Иваново-Вознесенск, крупнейший центр текстильной промыш¬
ленности. В этом городе, где в 1904 г. числилось 83 432 жителя, было
56 предприятий, на которых работало свыше 29 тыс. рабочих, в том чис¬
ле 11 тыс. женщин. Здесь, как и во всей царской России, рабочие под¬
вергались жесточайшей эксплуатации. Жизнь их была беспросветной:
длинный рабочий день, каторжные условия труда, произвол фабричной
администрации, низкая заработная плата, безработица, тяжёлые жилищ¬
ные условия, плохое питание, отсутствие медицинской помощи.
Тяжело жилось и крестьянам, сильно страдавшим от безземелья.
В Шуйском уезде, например, мизерные земельные наделы составляли не
более 1—2 десятин истощённой земли на душу. Наживалась и богатела
лишь горстка кулаков, а основная масса крестьянства быстро разоря¬
лась, бросала землю и уходила работать на фабрики. Голод гнал разо¬
рившихся крестьян из деревни в город; 9/10 населения края непосред¬
ственно или косвенно было связано с промышленностью. Фабриканты
беспощадно эксплуатировали эту огромную массу дешёвой рабочей
силы.
Резко выраженный промышленный характер Иваново-Вознесенско¬
го района и тесная связь рабочих с деревней наложили здесь яркий
отпечатск на содержание и формы рабочего и крестьянского движения
в период революции 1905— 1907 годов.
До 1905 г. рабочие Иваново-Вознесенского района, как и пролетарии
всей России, прошли суровую школу классовой борьбы. Они под руко¬
водством большевиков были подготовлены к грядущим революционным
боям.
В начале 1905 г. Иваново-Вознесенская партийная организация
(группа), входившая в Северный комитет, представляла довольно вну¬
шительную силу. В её состав входило около 500 передовых рабочих.
Почти на всех фабриках и заводах имелись партийные организации.
В городе насчитывалось 5 районных партийных комитетов. Большевики
безраздельно господствовали в революционном движении этого района,
который в силу экономических и политических условий сделался одним из
очагов, где пламя классовой борьбы пылало особенно ярко. Здесь про¬
тивоположность богатства и нищеты была доведена до крайних преде¬
лов, классовые противоречия между трудом и капиталом были обостре¬
ны и обнажены до крайней степени.
Меньшевики — агенты буржуазии . в рабочем классе — старались
затушёвывать классовые противоречия, проводили политику примире¬
ния буржуазии с пролетариатом. Эту предательскую тактику неустан¬
но разоблачали большевики, используя благоприятные объективные
условия, опираясь на дружную поддержку иваново-вознесенских про¬
летариев.
Вскрывая социальную базу меньшевизма и разоблачая тактику мень¬
шевиков как тактику полубуржуазных элементов пролетариата,
И. В. Сталин писал: «...нельзя серьёзно говорить среди лодзинских, мо¬
сковских или иваново-вознесенских рабочих о блоках с той самой либе¬
ральной буржуазией, члены которой ведут с ними ожесточённую борьбу,
то и дело «наказывая» их частичными расчётами и массовыми локаута¬
ми — там меньшевизм не найдет себе симпатий, там нужен большевизм,
тактика непримиримой пролетарской классовой борьбы»4.
В Иваново-Вознесенской партийной организации на руководящих
постах находились главным образом рабочие, как того требовал
В. И. Ленин, давно уже настойчиво предлагавший вводить в комитеты
больше рабочих. На III съезде партии В. И. Ленин говорил: «Вводить
рабочих в комитеты есть не только педагогическая, но и политическая
задача. У рабочих есть классовый инстинкт, и при небольшом политиче¬
4 И. В. Ста л и н. Соч. Т. 2, стр. 50.

22	А.	Калабашкин
ском навыке рабочие довольно скоро делаются выдержанными социал-
демократами» 5.
Почти исключительно рабочий состав Иваново-Вознесенской партий¬
ной организации и её руководящих органов произвёл самое благоприят¬
ное впечатление на М. В. Фрунзе.
«Видное участие,— писал он,— которое принимали в жизни партии
сами рабочие, между прочим, чрезвычайно удивило и поразило меня...
Не думаю, чтобы на территории России нашлось еще много мест, подоб¬
ных Иваново-Вознесенску в этом отношении. Здесь мы можем наблюдать
чистый пример непосредственного творчества жизни самим пролетариа¬
том почти без всякого участия других групп населения» 6.
Особенно выдающуюся роль в революционном движении Иваново-
Вознесенского района играл Ф. А. Афанасьев: о нём М. В. Фрунзе писал
как о наиболее уважаемом партийном работнике Иваново-Вознесенской
организации, чрезвычайно яркой и интересной фигуре8. Выдающимися
людьми были также тт. Дунаев, Балашов, Самойлов и др. Но эти са¬
моотверженные, преданные делу революции большевики, работая на фаб¬
риках по 11—13 час. в сутки и занимаясь большой практической рево¬
люционной деятельностью, жестоко преследуемой царскими властями,
не могли при своей низкой общей грамотности получить достаточную
теоретическую марксистскую подготовку. Большевистская газета «Впе¬
рёд» писала о том, что если бы им дать марксистское образование, то
«работа закипела бы несравненно живее»9.
Для того чтобы «работа закипела несравненно живее», и был послан
в Иваново-Вознесенск М. В. Фрунзе. Он остановился в Зарядье, в доме
Новикова, в квартире трёх работниц — Гавриловой, Кочетковой и Ню-
риной10, входивших в партийную организацию. Там же поместился мест¬
ный активный революционер И. Н. Уткин («Станко») и.
Не теряя времени, М. В. Фрунзе начал знакомиться с партийной
организацией и политической обстановкой в Иваново-Вознесенске. Он
беседовал с Ф. А. Афанасьевым — ответственным организатором группы
Северного комитета, с районными организаторами и руководителями
фабрично-заводских ячеек. Ознакомившись с политической обстановкой,
М. В. Фрунзе сразу включился в работу по окончательной подготовке
намеченной всеобщей стачки. «Фрунзе,— пишет Ф. Н. Самойлов,—
сразу же влился в состав Иваново-Вознесенской группы и вместе
с Афанасьевым стал во главе руководства городской партийной орга¬
низации» 12.
Революционная закалка, теоретическая подготовленность, удивитель¬
ная способность ориентироваться в обстановке и организационный талант
позволили М. В. Фрунзе быстро и правильно наметить систему мер, обе¬
спечивающих высокую организованность предстоящей стачки.
Вскоре после приезда М. В. Фрунзе в конспиративной квартире, где
он остановился, было собрано совещание фабрично-заводских организато¬
ров, на котором в заключение выступил «Трифоныч» (партийная кличка
М. В. Фрунзе). Эта речь, по свидетельству одного из участников совеща¬
ния, кузнеца Г. В. Белова, произвела на присутствующих огромное впе¬
чатление. «Мы сразу почувствовали,—говорит Белов,—в лице «Трифо-
5 В. И.	Ленин. Соч. Т. 8,	стр. 376. 4-е изл.
® М. В.	Фрунзе. Собр. соч.	Т, 1, стр. 507—508.	М.-Л.	1929.
8 См. там же, стр. 512—513.
9 Газета	«Вперёд» № 17 от 9(22) мая 1905 года. «Вперёд»	и	«Пролетарий». Вып. П,
стр. 163.
10 Газета «Рабочий край» № 252 от 3 ноября 1925 года. Иваново.
11 Умер на каторге в 1908 году
1? Ф. Самойлов. По следам минувшего, стр. 52. М. 1948.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 23
ныча» сильного организатора, обладающего богатым уменьем яоно изла¬
гать мысли, делать глубокие выводы и обобщения»13.
В целях наиболее тщательной подготовки всеобщей стачки
М. В. Фрунзе предложил на этом совещании провести важную организа¬
ционную меру по расстановке партийных оил на фабриках. Решено было
предложить многим членам партии с крупных фабрик, имевших большой
численный состав партийной организации, взять расчёт и перейти на те
фабрики, где было мало или совсем не было членов партии.
Огромная подготовительная работа ко всеобщей стачке завершилась
созывом 9 мая 1905 г. в лесу, за городом, около деревни Поповское, не¬
легальной конференции большевиков, на которой присутствовало 72 че¬
ловека, Конференция обсудила сообщения фабричных партийных орга¬
низаторов о готовности рабочих ко всеобщей забастовке и решила начать
её 12 мая. Во главе стачки встал М. В. Фрунзе. Об этом он в автобиогра¬
фии писал: «В начале 1905 г. стал работать в Иваново-вознесенском
промышленном районе. Был одним из организаторов и руководителей
известной стачки текстильщиков в 1905 г., охватившей весь промышлен¬
ный Иваново-вознесенский район» и.
Иваново-вознесенская стачка была подготовлена и проведена в об¬
становке мощного подъёма революционного движения в стране. Револю¬
ционная борьба рабочих после 9 января 1905 г. носила особенно острый
политический характер. Упорно и организованно бастовали рабочие в Пе¬
тербурге, Москве, Варшаве, Риге, Баку и других крупных городах. Во мно¬
гих городах России прошли в первомайские дни 1905 г. мощные демон¬
страции, которые местами сопровождались столкновениями с полицией
и войсками. Стачки и демонстрации не прекращались в течение всего мая.
В ряде городов прошли всеобщие забастовки. Число стачечников по Рос¬
сии превысило в мае 200 тыс. человек.
Особенно обострилась стачечная борьба в июне 1905 г. в городе Лод¬
зи, где всеобщая забастовка вылилась в вооружённое выступление рабо¬
чих против самодержавия. В течение трёх дней рабочие сражались на
баррикадах против царских войск. Эти баррикадные бои В. И. Ленин
назвал первым вооружённым выступлением рабочих в России.
Политические стачки, демонстрации и вооружённые столкновения
рабочих с царскими войсками оказали сильное влияние на развитие рево¬
люционного движения в деревне. В тот период крестьянское движение
всё шире распространялось в центре России, в Поволжье, в Закавказье,
особенно в Грузии.
Рабочее и крестьянское революционное движение и поражение ца¬
ризма в русско-японской войне оказали влияние ц на армию. В июне
1905 г. вспыхнуло восстание на броненосце «Потёмкин». Опора царизма :
заколебалась. «Восстание на броненосце «Потемкин» явилось первым
массовым революционным выступлением в армии и флоте, первым пере¬
ходом крупной части царских войск на сторону революции. Восстание
это сделало для рабочих, крестьянских и особенно самих солдатских и
матросских масс более понятной и близкой мысль о присоединении ар¬
мии и флэта к рабочему классу, к народу» 1Е\
В такой обстановке мощного подъёма революционного движения в
стране, когда царизм, деморализованный поражениями в войне с Япо¬
нией, не в состоянии был подавить революцию, борьба иваново-вознесен-
ских рабочих приобрела исключительно упорный и длительный характер.
Стачка началась 12 мая 1905 года. 13 мая 1905 г. произошёл гран¬
диозный митинг на площади перед зданием городской управы. Руково¬
дили им М. В. Фрунзе и Ф. А. Афанасьев (секретарь Ивапово-Вознесен-
13 Газета «Рабочий край» Лг« 252 от 3 ноября 1925 года. Иваново.
14 М. В. Фрунзе. Собп. соч. Т. С стр. 4.
15 «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 5S—59.

24
Калабашъин
ской группы Северного комитета большевиков). Здесь были приняты
общие требования рабочих к фабрикантам. В своих воспоминаниях
М. В. Фрунзе отмечал, что первый митинг привёл в «неописуемый страх
как местную буржуазию, так и всю полицию» 16.
13—15 мая 1905 г. рабочие избрали своих уполномоченных депута¬
тов— всего 151 человек. Иваново-Вознесенский совет уполномоченных
был фактически одним из первых Советов рабочих депутатов в России.
По партийному составу Иваново-Вознесенский совет был большевист¬
ским.
По мере нарастания упорной борьбы и революционности рабочих
масс рос и авторитет Иваново-Вознесенского совета рабочих депутатов.
Он с первых же дней своего существования стал могучей силой, с кото¬
рой вынуждены были считаться местные органы царской власти и фаб¬
риканты. Совет взял на себя ответственность за спокойствие в городе и
потребовал невмешательства войск и полиции в ход забастовки. Игно¬
рируя власти, ломая существующие законы, рабочие самочинным путём,
явочным порядком организовали 20 мая при Совете рабочую милицию
для охраны стачечников и поддержания спокойствия в городе. Иваново-
вознесенские рабочие, руководимые М. В. Фрунзе, практически осуще¬
ствляли тактические установки III съезда партии о развязывании активно¬
сти и творческой инициативы масс и о дезорганизации аппарата царской
власти. На практике осуществлённое новое тактическое средство парали¬
зовало аппарат местной власти и развязало активность и творческую
инициативу масс. Распоряжения Совета для рабочей массы были равно¬
сильны закону и выполнялись беспрекословно. Губернатор, местные цар¬
ские власти и фабриканты вынуждены были обращаться к Совету с
просьбами. По требованию Совета было запрещено лавочникам и спеку¬
лянтам повышать цены на продовольствие, закрывать фабричные лавки,
было предложено отпускать рабочим продукты в кредит. Специальная
комиссия при Совете занималась распределением помощи наиболее
нуждающимся стачечникам.
За короткое время авторитет Совета рабочих депутатов необычайно
вырос и распространился далеко за пределами Иваново-Вознесенска.
К Совету за помощью обращались не только рабочие близлежащих го¬
родов и промышленных пунктов, но и крестьяне окружающих уездов, ко¬
торые посылали в Иваново-Вознесенск своих ходоксв с просьбой при¬
слать «ораторов» и «политиков». М. В. Фрунзе, руководивший всей дея¬
тельностью Совета и принимавший лично многих ходоков и делегатов,
отмечал, что за помощью, инструкциями и указаниями обращались де¬
сятки делегаций.
Так, в бурные дни революции 1905 г., в дни ожесточённой борьбы с
капиталистами и царизмом родились новые, невиданные до тех пор орга¬
низации, получившие название Советов рабочих депутатов. Они создава¬
лись революционным путём, как продукт самобытного народного твор¬
чества, как проявление самодеятельности народных масс. Они возникли
в процессе развития массового революционного движения, как органы
.руководства стачечной борьбы. «Совет рабочих депутатов,— писал
В. И. Ленин,— возник из всеобщей стачки, по поводу стачки, ради целей
стачки»17.
Ленин и Сталин, глубоко изучив опыт Советов 1905 г., с гениальной
прозорливостью определили роль и значение Советов как органов зре¬
ющего и растущего вооружённого восстания, как зачатков революционной
власти, как органов революционной диктатуры рабочих и крестьян, как
организационной формы, наиболее приспособленной для большевист¬
ского руководства революционным движением трудящихся масс. Советы
1в М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 508
17 В. И. Лени н. Соч. Т. 10, стр. 4.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 25
рабочих депутатов, впервые созданные в 1905 г., явились прообразом со¬
ветской власти, победившей в 1917 году.
Вожди большевизма разоблачили предательскую оценку Советов
меньшевиками, которая вытекала из их отказа от революции и стремле¬
ния подчинить пролетариат влиянию буржуазии. Выступая против геге¬
монии пролетариата в революции, против захвата власти революцион¬
ным народом, против вооружённого восстания, меньшевики рассматри¬
вали Советы просто как органы местного самоуправления, но не как
органы восстания и борьбы за власть.
Деятельность Советов, их развитие находились в прямой зависимо¬
сти от того, кто возглавлял их, большевики или меньшевики. Последова¬
тельную революционную линию проводили только те Советы, во главе
которых находились большевики.
Иваново-Вознесенским советом рабочих депутатов безраздельно ру¬
ководили большевики. Все важнейшие вопросы, подлежавшие обсужде¬
нию на Совете и собраниях рабочих, всегда сначала рассматривались на
заседании Иваново-Вознесенской большевистской группы. Во время
стачки руководящий центр городской партийной организации заседал еже¬
дневно. Он обсуждал политические итоги каждого дня, проведённого ста¬
чечниками на Талке18, и намечал план действий на следующий день. Он
утверждал докладчиков для выступлений на митингах и собраниях ста¬
чечников. Под его непосредственным контролем находилась деятельность
народной милиции и комиссии по оказанию помощи особо нуждающимся
рабочим. Депутаты Совета — большевики — несли ответственность за
свою работу и отчитывались перед своей фабричной партийной органи¬
зацией и городским большевистским центром. Руководящие работники
городского партийного центра присутствовали на всех заседаниях Совета
ч обеспечивали проведение в жизнь партийных решений.
Партийная организация под руководством М. В. Фрунзе, применяя
тактику убеждения масс в правильности большевистской политики на их
собственном опыте, добилась большого успеха в повышении политического
уровня рабочих. Большевистская организация превратила собрания рабо¬
чих на р. Талке в «социалистический университет». Рекомендованные го¬
родским комитетом партии и утверждённые Советом докладчики высту¬
пали на собраниях стачечников, информируя их о ходе забастовки, о
братской поддержке со стороны рабочих других городов, о переговорах
с фабрикантами, о сношениях с властями и т. д. По обсуждаемым вопро¬
сам от имени Совета вносились проекты решений, в обсуждении которых
активно участвовали стачечники.
После обсуждения вопросов практического характера начинались
доклады и лекции на общеполитические темы: о причинах бедственного
положения рабочего класса и путях их устранения, о бесправном поло¬
жении трудящихся в условиях царской России и о необходимости сверже¬
ния царизма, о политических партиях, о рабочем движении в Рос¬
сии и т. п.
Рядовые члены партии по поручению партийного комитета прово¬
дили после лекций и докладов беседы с небольшими группами рабочих,
разъясняли им все возникавшие у них вопросы, читали им газеты, бюл¬
летень, листовки, прокламации и т. п. В результате разносторонней дея¬
тельности партийной организации в «социалистическом университете»
массы обогащались знаниями, расширяли свой общеобразовательный и
политический кругозор.
В. И. Ленин давал высокую оценку росту политической сознатель¬
ности иваново-вознесенеких рабочих. «Слов нет,—писал В. И. Ленин,—
18 «Почти ежедневно за городом, на реке Талке, собирались тысячи рабочих. Здесь,
на · собраниях, они обсуждали свои рабочие нужды. На собраниях рабочих выступали
большевики». «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 57.

26
А. Калабашкин
много еще темноты и забитости в народе, масса еще труда должна пойти
на развитие самосознания рабочих... Но посмотрите, как быстро выпрям¬
ляется вчерашний раб... Посмотрите на центральный промышленный
район. Давно ли казался он нам спящим глубоким сном, давно ли счи-
тали там возможным только частичное, дробное, мелкое, профессиональ¬
ное движение? А там уже разгорелась всеобщая стачка. Поднялись и
поднимаются десятки и сотни тысяч»19.
Организованный и упорный характер стачки вызвал страх у цар¬
ских властей, фабрикантов и их прислужников. 3 июня 1905 г. сии орга¬
низовали расстрел иваново-вознесенских рабочих, собравшихся на
р. Талке. Во время нападения казаков М. В. Фрунзе был вместе с рабочи¬
ми. Тем, кто пал духом и считал, что жестокая расправа с рабочими поло¬
жит конец стачке, М. В. Фрунзе, как дальновидный большевистский руко¬
водитель, уверенно заявлял, что этот тяжёлый урок, наоборот, закалит
рабочих и сделает их ещё более решительными. И действительно, возму¬
щённые кровавым побоищем, стачечники ещё более сплотились и продол¬
жали свою героическую борьбу. Они послали губернатору гневный протест
против расстрела рабочих и запрещения собраний на р. Талке. В этом про¬
тесте, составленном М. В. Фрунзе, бастующие выразили своё возмущение.
Рабочие решительно предупредили губернатора, что от своих требований
они не отступят20.
Небывалая сила, организованность и упорство рабочих масс выну¬
дили губернатора отменить запрет. Рабочие снова стали собираться на
р. Талке, как и раньше, до июньских кровавых событий.
Борьба иваново-вознесенских текстильщиков служила воодушевля¬
ющим примером для рабочих всей России. В знак солидарности с иваново-
вознесенскими рабочими бастовали текстильщики в Шуе, Тейкове, Кохме,
Юже и других рабочих посёлках Иваново-Вознесенского района. Всего
бастовало в Иваново-Вознесенском районе около 70 тыс. рабочих. Пс при¬
зыву большевистских партийных организаций рабочие Петербурга, Мо¬
сквы, Харькова, Ярославля, Костромы, Иркутска и других городов оказы¬
вали иваново-вознесенцам помощь, которая и была одной из причин дли¬
тельного и упорного характера стачки.
Для улучшения партийного руководства революционной борьбой
масс имела большое значение партийная конференция Северного коми¬
тета большевиков, состоявшаяся в конце июня 1905 г. в Костроме. Кон¬
ференция, заслушав доклад представителя ЦК о ΠΙ съезде и о положении
дел в партии, одобрила боевые решения съезда и приняла ряд постанов¬
лений. По вопросу о подготовке вооружённого восстания конференция
заслушала доклад о деятельности боевой группы в Иваново-Вознесенске
и, следуя этому примеру, сочла «необходимым организовать при каждом
комитете особую боевую группу, составленную из членов местной орга¬
низации, причём представитель ее должен входить в местный комитет» -1.
Обсудив вопрос о работе среди войск, конференция в принятой резо¬
люции подчеркнула важность установления постоянной связи с солдата¬
ми, усиления среди них агитации и предложила комитетам создать осо¬
бые группы для этой работы.
Для усиления политической работы в массах конференция обязала
комитеты регулярнее и в больших количествах выпускать листовки, об¬
суждать важнейшие политические вопросы на рабочих сходках и массов¬
ках, широко используя их для выступлений ораторов и распространения
листовок. Конференция выделила разъездного агитатора для гароведе-
19 В. И. Ленин. Соч. Т. 8, стр. 505—506.
20 Газета «Рабочий край» № 25 (G065) от 30 октября Ю'Ш года. Йчаточо.
21 Газета «Пролетарий» ΛΊ» 10 от 20 шс-дя (2 августа) 1005 г .да. «В.черёд» и «Про¬
летарий». Вып. IV, стр. 57.

Революционная деятельность М. В, Фрунзе в гойы первой русской революции 27
ния массовок в Иваново-Вознесенске, Шуе, Кохме, Середе, Вичугском
районе, Тейкове, Кинешме, Ярославле22.
Конференция с санкции ЦК партии постановила упразднить Север¬
ный комитет и создать новые партийные центры. Учитывая огромный рост
партийных рядов в Иваново-Вознесенской группе, ЦК партии выделил
её в самостоятельную организацию с руководящим центром — городским
комитетом, которому подчинены были партийные группы Кохмы, Шуи,
Тейкова, Середы, Вичуги и др.
В соответствии с решением конференции Î июля 1905 г. Иваново-
Вознесенская группа Северного комитета РСДРП была преобразована
в Иваново-Вознесенский комитет РСДРП, в его состав были избраны
М. В. Фрунзе, Ф. А. Афанасьев, Е. А. Дунаев, Ф. Н. Самойлов и др.
Городской комитет большевиков и Совет приняли меры к организо¬
ванному окончанию всеобщей стачки, которая шла уже третий месяц.
Текстильщики добились в результате проведённой стачки удовлетворе¬
ния некоторых экономических требований, но главное её значение со¬
стояло в политическом воспитании рабочих.
«Стачка закалила рабочих. Она показала образец мужества, стой¬
кости, выдержки, солидарности рабочего класса. Она послужила настоя¬
щей школой политического воспитания иваново-вознесенских рабочих»23.
Ленин и Стали-н, уделявшие большое внимание развёртывавшейся
революционной борьбе рабочих Центрально-промышленного района, вы¬
соко оценивали иваново-вознесенскую стачку. В. И. Ленин писал: «Ива¬
ново-Вознесенская стачка показала неожиданно высокую политическую
зрелость рабочих. Брожение bq всем центральном промышленном районе
шло уже непрерывно усиливаясь и расширяясь после этой стачки»24.
•И. В. Сталин, рассматривая стачку в Иваново-Вознесенске в связи
с другими революционными событиями, писал в июле 1905 г. в статье
«Вооружённое восстание и наша тактика»: «Три дня баррикад и улич¬
ных боёв в Лодзи, стачка многих десятков тысяч рабочих в Иваново-Воз¬
несенске с неизбежными кровавыми стычками с войсками, восстание
в Одесса, «бунт» в Черноморском флоте и либавском флотском эки¬
паже, тифлисская «неделя» — всё это предвестники приближающейся
грозы» Ч
Высокая сознательность и организованность, стойкость и мужество
иваново-вознесенских рабочих были выкованы большевиками. Опираясь
на ленинско-сталинские установки, руководствуясь историческими реше¬
ниями III съезда партии, Иваново-Вознесенская большевистская органи¬
зация, возглавляемая М. В. Фрунзе, подготовила и возглавила актив¬
ность рабочих масс, она была душой всех событий, боевым надёжным
вожаком бастующих рабочих.
«Во время этой знаменитой стачки,— писал М. В. Фрунзе,— сыграв¬
шей в истории всего рабочего движения России такую крупную роль, во
всем блеске выявились основные черты организации РСДРП (большеви¬
ков): партийная дисциплина, колоссальная энергия и безграничное само¬
отвержение» 2б.
«Работа, проделанная партией в смысле политического воспитания
рабочей массы за время стачки, была колоссальна... Хотя стачка окон¬
чилась лишь частичными экономическими уступками со стороны хозяев,
но в итоге её произошло идейное освобождение рабочего класса, и «вла¬
стительницей дум» в районе окончательно становится наша партия» Ч
22 Газета «Пролетарий» № 10 от 20 июля (2 августа) 1905 года. «Вперёд» и «Про-
летарий». Вып IV, стр. 56.
*-з «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 57.
24 R И. Лени н. Соч. Т. 9, стр. 308—309.
25 И. В. Сталин. Соч. Т. 1, стр. 131.
2ii AL В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 509.
27 Там ж е, стр. 508—509.

28
А. Калабашкин
M. В. Фрунзе, руководитель большевистской организации, был ор¬
ганизатором героической борьбы иваново-вознесенских текстильщиков.
Они горячо любили его за необычайную простоту, чуткость и предан¬
ность делу рабочего класса и писали о нём: «Он жил здесь вместе с
нами, в рабочих кварталах... Он пришёл сюда, к нам, издалека и здесь
он увидел всю горькую безысходность жизни рабочего, ту неимоверную
каторгу, на которую обрёк рабочих капитал. И он пошёл рука об руку с
рабочими, он дал клятву отомстить проклятому строю произвола и
насилия» -я.
★
За время всеобщей забастовки Иваново-Вознесенская большевист¬
ская организация количественно значительно выросла, организационно и
идейно-политически укрепилась и закалилась.
Около 600 членов партии и 20 фабрично-заводских комитетов тре¬
бовали постоянного внимания Иваново-Вознесенского городского коми¬
тета большевиков. При разросшейся городской партийной организации
и огромном размахе партийной работы на фабриках, заводах и других
предприятиях комитету едва под силу было обслуживать самый город.
Под влиянием роста революционного движения в стране и всеобщей
иваново-вознесенской забастовки рабочее и крестьянское движение в
крае значительно усилилось. В новых, усложнившихся условиях Иваново-
Вознесенский городской комитет был не в состоянии оперативно руково¬
дить революционным движением во всём крае, настоятельно требовавшем
квалифицированного организационного и .политического руководства Но
партийные организации в крупных промышленных пунктах Ивансзо-Воз-
несенского района, за исключением Кохмы, были малочисленными и сла¬
быми. К 1 июля 1905 г. членов партии было: в Кохме — 80, Шуе — 30,
Середе — 30, в Вичугском районе — 30 и Тейкове — 20
М. В. Фрунзе указывал, что, «за исключением... одной Кохмы, пар¬
тийные группы нигде не пользовались сколько-нибудь заметным влия¬
нием» 30. Особенно беспокоило его состояние партийной работы в Шуе,
крупном промышленном городе и уездном центре Владимирской губер¬
нии, в которую входил и Иваново-Вознесенск.
В Шуе было в два с лишним раза больше, чем в Кохме, рабочих,
а партийная организация почти в три раза меньше. Она состояла исклю¬
чительно из молодых рабочих с низким общим и политическим уровнем.
Большинство из них не имело опыта революционной работы. Во главе
партийной группы стоял честный и преданный делу рабочего класса
большевик П. Д. Гусев31. Но ои имел слабую общеобразовательную и
теоретическую подготовку и только ещё приобретал навыки самостоя¬
тельного организационного руководства.
Шуйская партийная группа была замкнута, проявляла робость в
своих действиях и имела крайне слабые связи с рабочими фабрик и за¬
водов. Крупных политических мероприятий она своими силами не реша¬
лась проводить, а обращалась к Иваново-Вознесенской партийной ор¬
ганизации за помощью.
Особенно тревожило М. В. Фрунзе то, что летом 1905 г. в Шуе стали
усиленно орудовать эсеры. «Объясняется это, во-первых, — указывал
М. В. Фрунзе, — самим характером города, скорее мещански-буржуаз-
ным, чем пролетарским, сравнительным обилием в нём интеллигенции и,
наконец, наличием довольно крупных сил с народническим мировоззре¬
нием» 32.
28 Газета «Рабочий край'» Ла 252 (3256) от 3 ноября 1925 года. Иваново.
29 Ивановский облнартархнв, ф. 281, д. 484, л. 94.
30 М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 510.
31 Умер во владимирской каторжной тюрьме в 1914 году.
32 М. В. Фрунзе. Собр. сеч. Т. 1, стр. 511.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 29
«Наша работа, — рассказывал Н. Д. Гусев, — имела много организа¬
ционных недостатков. Ощущалась также нужда в подготовленном то¬
варище, который мог бы смело вступить в бой на идеологическом фрон¬
те с довольно сильными шуйскими эсерами» 33.
И в других крупных промышленных пунктах Иваново-Вознесенского
района крайне нужны были боевые большевистские организации, способ¬
ные умело руководить разраставшимся революционным движением.
С этой целью М. В. Фрунзе поднял вопрос «о выделении организации
района в особую самостоятельную организацию с независимым от Ива¬
ново-Вознесенска центром» 34.
За создание окружной большевистской организации взялся
М. В. Фрунзе. В своей автобиографии он писал: «Был организатором
Иваново-вознесенской окружной организации» 35.
Являясь членом Иваново-Вознесенского городского комитета боль¬
шевиков, М. В. Фрунзе выполнял обязанности окружного организатора.
Для работы по созданию самостоятельной окружной партийной органи¬
зации М. В. Фрунзе в середине июля переехал из Иваново-Вознесенска в
Шую и поселился в доме Личаева по 2-й Нагорной улице, где жила
преданная революционному делу рабочая семья. Дом Личаева в 1905—
1907 гг. был штаб-квартирой шуйских большевиков.
Приехав в Шую 15 июля, М. В. Фрунзе тут же вечером созвал со¬
брание партийной группы и сделал доклад о решениях III съезда пар¬
тии и партийной конференции Северного комитета большевиков.
М. В. Фрунзе говорил о необходимости ликвидировать замкнутость в
деятельности партийной группы, установить широкие и тесные связи с
рабочими, использовать каждую возможность работы в массах и вос¬
питывать рабочих на опыте революционной борьбы. Предложив выделить
на каждое предприятие ответственного партийного организатора,
М. В. Фрунзе в качестве ближайшей задачи этих организаторов поста¬
вил создание на каждом предприятии фабрично-заводского партийного
комитета. С особой силой подчеркнул М. В. Фрунзе необходимость беспо¬
щадной борьбы с эсерами, анархистами и меньшевиками. Он информи¬
ровал собравшихся о том, что предстоит создать самостоятельную окруж¬
ную партийную организацию с центром в Шуе.
Доклад длился около двух часов, а всё собрание продолжалось
свыше четырёх часов. В конце собрания М. В. Фрунзе был избран ответ¬
ственным организатором партийной группы, а П. Д. Гусев — его заме¬
стителем. Здесь же утверждены были ответственные партийные орга¬
низаторы по предприятиям 36.
Ленин и Сталин требовали от руководителей местных большевист¬
ских организаций использования разнообразных форм работы в массах
и придавали особенно большое значение открытым массовым выступле¬
ниям, митингам, демонстрациям и т. п. Следуя этим указаниям,
М. В. Фрунзе стал систематически организовывать массовки, митинги и
демонстрации. Первая крупная массовка была проведена 15 августа
1905 г. в посёлке Панфиловка по плану, разработанному М. В. Фрунзе.
К вечеру 15 августа в Панфиловну на гулянье собрались рабочие
почти всех шуйских фабрик и молодёжь окрестных деревень. Всего
было около 7 тыс. человек 87. В 7 час. вечера начался митинг. Выступали
М. В. Фрунзе и «Северный» (П. Д. Гусев). После митинга началась мощ¬
ная демонстрация с красными флагами и революционными песнями.
Прискакавшие в Панфиловку казаки попытались разогнать демонстра-
33 Газета «Шуйский	пролетарий»	№	155 (2425) от 30 июня 1933 года. Шуя.
34 М. В. Фрунзе.	Собр. соч. T.	I,	стр. 510.
35 Та м же, стр. 4.
îe Шуйский музей М. В. Фрунзе.	Н.	Гусев. Воспоминания. Т.	1, стр. 13.
π Газета «Шуйск-ий	пролетарий»	JSTs	199 (3042) ют 29 ав-гу'ста	1935 года.	Шуя.·

30	А.	Калабашкин
дню, но были бессильны что-либо сделать с такой большой массой де¬
монстрантов. Демонстрация и летучие митинги продолжались до глу¬
бокой ночи.
Успех этой первой крупной демонстрации шуйских рабочих, прове¬
дённой под непосредственным руководством М. В. Фрунзе, ободрил пар¬
тийную организацию, вселил в членов партии уверенность в своих силах.
Демонстрация показала рабочим, что когда они сплочены, едины и дей¬
ствуют дружно, то казаки и полиция вынуждены «мириться» с самочин¬
ным использованием свободы слова и собраний. Массовки стали прово¬
диться уже систематически. На них, как правило, присутствовало 200—
300 человек, а на некоторых диспутах собиралось 1 !/3—2 тыс. рабочих 38.
Обычно М. В. Фрунзе на массовках делал доклады, читал лекции, вы¬
ступал с горячими, гневными, обличительными речами против эсеров,
анархистов и меньшевиков.
Стремясь усилить влияние большевиков на массы, М. В. Фрунзе
коренным образом улучшил работу Шуйской группы по распростране¬
нию листовок. Для этого были выделены две группы: одна действовала
на фабриках и заводах, а другая распространяла листовки в фабричных
кварталах и на дорогах, по которым рабочие ходили из деревень на
фабрики.
Большевистские листовки приобщали шуйских рабочих к политиче¬
ской жизни рабочего класса всей страны и воспитывали их в духе проле¬
тарской солидарности и непримиримой классовой борьбы. Листовки разо¬
блачали преступную политику царизма, призывали рабочих и крестьян
к свержению царского самодержавия путём вооружённого восста¬
ния и т. д.
М. В. Фрунзе возглавил борьбу шуйских большевиков против эсеров,
анархистов и меньшевиков. Особенно ожесточённый характер носила
борьба большевиков против эсеров. Шуйские эсеры были организованы
в группу, которая подчинялась Владимирскому губернскому комитету
партии социалистов-революционеров. В Шуе у эсеров была своя типо¬
графия. Они имели «'явное сочувствие и активную поддержку почти всей
интеллигенции» Шуи и «обилие пропагандистских сил и материальных
средств»30. Но как ни старались эсеры распространить своё отравляющее
влияние на рабочих и крестьян Шуйского уезда, эти попытки потерпели
неудачу. Только одиночки из рабочие и крестьян вступали в эсеровскую
организацию.
Шуйские большевики в своей упорной и успешной борьбе против
эсеров опирались на труды Ленина и Сталина, беспощадно разоблачавшие
эсеров.
И. В. Сталин писал о том, Что борьба за влияние на рабочий класс
между партией коммунистов и партиями эсеров и меньшевиков «приуро¬
чивается к моменту первых признаков массового революционного дви¬
жения в России, еще до 1905 года. Период от 1903 года до октябоя
1917 года есть... период борьбы между большевиками, меньшевиками и
эсерами за влияние в рабочем классе» 40.
Эсеры, как и меньшевики, были проводниками буржуазного влияния
на пролетариат, защитниками капитализма, а после Октябрьской социа¬
листической революции они, как и меньшевики, анархисты и национали¬
сты, стали сторонниками восстановления капитализма в нашей стране.
Все они ещё до Октябрьской социалистической революции составляли
^контрреволюционные партии, а впоследствии превратились в агентов
■иностранных буржуазных разведок, в банду шпионов, вредителей, дивер¬
сантов и убийц.
38 Газета «Шуйский пролетарии» № 252 (3095) от 1 ггоябоя 1935 года.
39 М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 512.
40 И. В. Сталин. Соч. Т. 10, стр. 115.

Революционная деятельность Ai. В. Фрунзе в годы первой русской революции 31
Ещё в 1903 г., разоблачая эсеров как фракцию буржуазной демокра¬
тии, В. И. Ленин писал: «Партия социалнстов-революционеров есть в
сущности не что иное, как фракция буржуазной демократии, фракция,
по составу своему преимущественно интеллигентская, по точке зрения
преимущественно мелкобуржуазная, по теоретическому своему знаме¬
ни — эклектически соединяющая новейший оппортунизм и стародедов¬
ское народничество» 41.
Стремясь отвлечь рабочий класс от массовой революционной борь¬
бы против самодержавия и капиталистического строя, эсеры проповеды-
вали контрреволюционную тактику индивидуального террора. Клеймя эту
предательскую тактику, обрекающую рабочий класс на бездействие,
В. И. Ленин писал: «Ваш терроризм, господа, не есть следствие вашей
революционности. Ваша революционность ограничивается терроризмом»42.
Разоблачая эсеров как героев революционного «визга», как побор¬
ников немедленного эффекта, шума и треска, В. И. Ленин говорил им:
«Вы не революционеры, вы просто крикуны!» 43.
О борьбе эсеров против социалистической идеологии Ленин писал:
«Пренебрежительное отношение к теории, уклончивость и виляние по
отношению к социалистической идеологии неминуемо играет на-руку
идеологии буржуазной»44.
Ленин и Сталин неустанно разоблачали авантюризм эсеров, выражав¬
шийся в их стремлении поставить на одну доску такие социальные слои
и классы, как интеллигенция, пролетариат и крестьянство.
Уничтожающей критике подвергали Ленин и Сталин пресловутую
эсеровскую «социализацию земли», «уравнительное землевладение» и
«трудовое начало». Мелкобуржуазной реакционной проповедью о «все¬
обще λί уравнительном пользовании землей» эсеры стремились отвлечь
крестьян от революционной борьбы. Эти проповедники пошлого, мещан¬
ского «социализма» внушали крестьянам мысль, будто бы в условиях
капитализма можно при помощи «уравнительного пользования
землей» уничтожить различие между богатыми и бедными.
Ленин и Сталин беспощадно разоблачали проповедников мещанского
социализма. Они указывали, что нельзя уничтожить нищету и бедность
таким путём, как советуют это сделать господа эсеры. «Не может быть
уравнительного пользования землей, пока есть на свете власть де¬
нег, власть капитала. Никакие законы в мире не в силах будут уничто¬
жить неравенство и эксплуатацию, пока остается хозяйство на рынок,
пока держится власть денег и сила капитала» 45.
Эсеры и меньшевики были двумя крайностями оппортунизма. Раз¬
облачая их как агентов буржуазии в рабочем классе, В. И. Ленин указы¬
вал, что «одна и та же психология, одна и та же классовая особенность,
напр., мелкой буржуазии, проявляется и в унынии оппортуниста и в
отчаянии террориста» 46.
Руководствуясь ленинско-сталинскими теоретическими положения¬
ми, М. В. Фрунзе разоблачал местных эсеров как представителей оппор¬
тунистической партии. Часто устраиваемые диспуты носили ожесточённый
характер. Нередко М. В. Фрунзе приходилось на одном диспуте высту¬
пать по два — три раза против лидера шуйских эсеров А. Бердникова.
Щеголяя своей учёностью, Бердников стремился внешним лоском,
обилием притащенных книг и их цитированием произвести впечатление
на присутствующих и склонить их на свою сторону. Но ни изощрённая
манера вести дискуссию, ни внешний лоск, ни истерические выкрики и
41 В. И. Ленин. Соч. Т. 7, стр. 39.
42 В.	И.	Ленин. Соч.	Т. 13,	стр.	140.
43 В.	И.	Ленин. Соч.	Т. 15,	стр.	132.
44 В И. Ленин. Соч. Т. 6. стр. 152 -153.
45 В	И.	Ленин. Соч	Т. 10.	стр.	404.
iz В.	И.	Ленин. Соч.	Т. 15.	стр.	130.

32
А. Калабашкин
жесты — ничто не помогало Бердникову. Все его выступления заканчи¬
вались провалом.
М. В. Фрунзе к дискуссиям с эсерами очень тщательно готовился. Он
блестяще разбивал несостоятельные, оппортунистические утверждения
эсеров. Горячая, убедительная речь М. В. Фрунзе всегда сопровождалась
бурными аплодисментами рабочих, присутствовавших на дискуссии.
Не раз эсеры делали попытки выступать перед рабочими. Восхваляя
свою предательскую тактику индивидуального террора и стремясь пред¬
ставить себя самыми «лучшими» революционерами, эсеры выступали
перед рабочими с критикой большевиков. Но эта затея кончалась для
них всегда позорным провалом. О том, как рабочие реагировали на эти
попытки эсеров, Ф. Е. Бочаров, активный участник революционного дви¬
жения в Иваново-Вознесенском районе в 1905 — 1907 гг., рассказывает:
«Плохо было эсерам в Шуе. Хуже всех им было, когда они выступала
с какой-либо критикой работы шуйских большевиков, им не верили, их
освистывали и даже дергали за полы, приговаривая: «Слезай, неладно
говоришь, слезай, слезай!»47.
Шуйские рабочие не верили трескучей болтовне эсеров. Не только
рабочие, но и большинство крестьян поддерживало большевиков.
Шуйские большевики, руководимые М. В. Фрунзе, вели неприми¬
римую борьбу и против анархистов, этих врагов марксизма, проводивших
линию раскола рабочего класса и подчинения его буржуазной политике
под видом отрицания всякой политики. Анархисты яростно боролись
против создания самостоятельной рабочей партии и участия рабочего
класса в политической борьбе. «‘Анархисты, — писал В. И. Ленин, — по¬
тому и составляют один из наиболее вредных элементов рабочего дви¬
жения, что, всегда крича о массе угнетенных классов (или даже о массе
угнетенных вообще), всегда разрушая доброе имя любой социалистиче¬
ской организации, они сами никакой иной организации противопо¬
ставить и создать не могут» 48.
Ленин и Сталин, вскрывая сущность анархизма, подчёркивали, что
в основе его мировоззрения лежит вывороченный наизнанку буржуазный
индивидуализм.
И. В. Сталин указывал, что «учение» анархистов «...несостоятельно
и построено на ложной основе, оно долго не продержится и повиснет в
воздухе» 4Э. Но Ленин и Сталин решительно выступали против недооцен¬
ки борьбы с анархистами, считали необходимым разоблачить анархист¬
ское «учение» и мастерски выполнили эту задачу. Колоссальное значе¬
ние для идейного разгрома анархизма имела классическая работа
И. В. Сталина «Анархизм или социализм?».
Ленин и Сталин показали, что анархизм является выражением от¬
чаяния выбитого из колеи’босяка или интеллигента. К анархистам при¬
мыкало всякое отребье, которое охотно воспринимало такие методы
борьбы, каПк индивидуальный террор и экспроприации. Анархисты в Шуе,
как и во всей России, занимались главным образом именно такой «борь¬
бой». И не случайно, что большинство анархистов ушло в бандитизм, ни¬
чего общего не имевший с задачами революционной борьбы.
Опираясь на гениальные труды Ленина и Сталина, шуйские больше¬
вики во главе с М. В. Фрунзе успешно боролись против местных анархи¬
стов, выступали на массовках, в партийных кружках и на рабочих сход¬
ках с докладами, рефератами и лекциями против анархизма. Для про¬
пагандистов М. В. Фрунзе разработал специальные тезисы об анархизме.
Эта настойчивая борьба, организованная М. В. Фрунзе, вскоре дала свои
плоды. В Шуе и в Шуйском уезде анархисты перестали пользоваться
47 Шуйский музей М. В. Фрунзе, д. 931, л. 3.
48 В. И. Л е н и н. Соч. Т. 19, стр. 367.
4δ И. В. Стали н. Соч. Т. 1, стр. 295.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 33
каким-либо влиянием. К большевистским организациям Шуйского уезда
можно вполне отнести следующие слова Ленина: «И если в России,
несмотря на более мелкобуржуазный состав ее населения по сравнению
с европейскими странами, анархизм пользовался в период обеих револю¬
ций (1905 и 1917) и во время подготовки к ним сравнительно ничтожным
влиянием, то это, несомненно, следует поставить отчасти в заслугу боль¬
шевизму, который вел всегда самую беспощадную и непримиримую борь¬
бу против оппортунизма» 50.
Шуйские большевики боролись и против меньшевизма. Носителями
его оппортунистических идей были выходцы из местной мелкобуржуаз¬
ной интеллигенции.
В тот период (август — декабрь 1905 г.) местные меньшевики высту¬
пали против активного бойкота булыги некой думы, возражали против
организации местной боевой дружины, (практической подготовки к во¬
оружённому восстанию и т. д. Но шуйские рабочие не поддерживали
этих дезорганизаторских попыток; поэтому борьба против меньшевиков
«не требовала особенных усилий, ибо, кроме маленьких групп интеллиген¬
тов и отдельных рабочих, меньшевистская пропаганда нигде не встре¬
чала особого отклика»51,— писал М. В. Фрунзе. Всё же М. В. Фрунзе
требовал от шуйских большевиков-не ослаблять борьбы против меньше¬
виков, хотя они и·' были лишь разрозненными одиночками в крае, и указы¬
вал, что местных меньшевиков, независимо от их количества и силы,
необходимо рассматривать как часть общероссийского меньшевистского,
дезорганизаторского течения, приносящего огромный вред рабочему
классу.
Борьба против эсеров, анархистов и меньшевиков, которую развер¬
нули шуйские большевики, имела большое значение «в смысле углубле¬
ния политического сознания самих членов организации и выработки в них
истинно пролетарского мировоззрения. Только с этого момента, по су¬
ществу, можно говорить о создании широких групп рабочих, мыслящих и
действующих не бесформенно — революционно, а определенно — мар¬
ксистски. Из прежних «большевиков по имени.» вырабатываются настоя¬
щие революционные марксисты» 52.
Эта энергичная борьба и организаторская работа на фабриках и за¬
водах привела к тому, что «всё рабочее движение района развивалось
под ярко и определённо выраженным знаком гегемонии партии больше¬
виков» 53.
С приездом М. В. Фрунзе стачки в Шуе стали проходить более орга¬
низованно. Особенно выделяется своей продолжительностью и упорством
стачка литейщиков завода Толчевского (ныне завод текстильного ма¬
шиностроения имени М. В. Фрунзе), которая началась 8 августа 1905 г.
и продолжалась до конца месяца.
Стачкой руководил М. В. Фрунзе. По его предложению был создан
из взносов рабочих фонд для оказания помощи особо нуждающимся.
Этот фонд дал возможность стойко держаться и тем стачечникам, ко¬
торые были особенно обременены нуждой.
М. В. Фрунзе ежедневно выступал на митингах и собраниях стачеч¬
ников, происходивших за городом, и призывал их к стойкости, сплочён¬
ности и организованности. В итоге литейОщки, руководимые М. В. Фрун¬
зе, добились удовлетворения большинства своих требований.
Много сил и энергии отдал М. В. Фрунзе ^проведению в жизнь ленин¬
ско-сталинских установок о подготовке к вооружённому восстанию про¬
тив царского самодержавия. Ленин и Сталин в беспощадной борьбе с
меньшевиками и всеми изменниками из латеря II Интернационала, про-
50 В. И. Ленин. Соч. T. XXV, стр. 180. 3-е изд.
51 М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т.Ч, стр. 513.
52 Т а м л е, стр. 511.
к Там же, стр. 514.
3.	«Вопросы истории» № 9.

34
А. Калабашкин
поведывавшими «классовый мир», отстояли и развили идеи Маркса и
Энгельса о вооружённом восстании. Вожди большевизма учили, что важ¬
нейшим средством уничтожения царского самодержавия и капиталистиче¬
ского строя в России является победоносное вооружённое восстание.
В. И. Ленин указывал, что «осуществление демократической республики
в России возможно лишь в результате победоносного народного вос¬
стания» 54.
Вопрос о вооружённом восстании В. И. Ленин выдвинул ещё задолго
до революции 1905 года. Но только после 9 января 1905 г. лозунг вос¬
стания стал означать прямую директиву, прямой призыв к боевым дей¬
ствиям.
После 9 января 1605 г. В. И. Ленин выдвинул требование об энер¬
гичной подготовке к вооружённому восстанию, ибо наступил момент
необходимой смены «оружия критики критикой оружия» 55.
Вооружённое восстание Ленин и Сталин считали высшей формой
борьбы революционного народа, решающим моментом революции. Они
требовали серьёзной политической и военно-технической подготовки во¬
оружённого восстания. В процессе революционной борьбы Ленин давал
конкретные указания о подготовке масс к вооружённому восстанию. Он
предлагал партийным комитетам перенести центр тяжести на организа¬
цию боевых отрядов рабочих, их вооружение н советовал, чтобы отряды
революционной армии не ограничивались подготовительными мерами, а
как можно скорее переходили к военным действиям в целях тренировки
боевых сил: к разведке слабых мест врага и нанесению ему отдельных
поражений, к добыче оружия и т. п. Вез живой работы, без практиче¬
ской подготовки и тренировки в огне борьбы нельзя подготовиться к
вооружённому восстанию, подчёркивал Ленин. Эти ленинские указания
легли в основу решений III съезда партии о вооружённом воестании.
Неустанно разоблачали Ленин и Сталин предательскую тактику
меньшевиков, срывавших подготовку к вооружённому восстанию. «Мы
не только должны вооружить народ «жгучей потребностью самовоору¬
жения», как советует нам новая «Искра», но и должны «принять самые
энергичные меры к вооружению пролетариата» на деле, как обязал нас
третий съезд партии» Γΐβ.
Придавая огромное значение разработке плана вооружённого вос¬
стания в общероссийском масштабе и на местах, вожди большевизма
считали, что в системе подготовки вооружённого восстания важнейшую
роль должна играть организация боевых дружин. Боевые дружины в мо¬
мент вооружённого восстания должны быть главными и передовыми ре¬
волюционными отрядами восставшего народа. По мнению Ленина и
Сталина, роль боевых дружин велика не только в момент вооружённого
восстания, но и накануне восстания, в борьбе с черносотенцами и со всеми
тёмными силами самодержавия.
Ленин и Сталин с особой силой подчёркивали, что деятельность
боевых дружин должна проходить под руководством большевистских
организаций. Руководствуясь этими указаниями, М. В. Фрунзе горячо
принялся за практическую подготовку вооружённого восстания. Он со¬
здал во второй половине августа 1905 г. боевую дружину и составил
«устав боевой дружины при Шуйской группе РСДРП», представляющий
большой интерес. Как указано в первом пункте этого устава, состояв¬
шего из 15 пунктов, «боевая дружина формируется прежде всего для
того, чтобы служить ядром для будущей революционной армии восстав¬
шего народа» 57.
54 В. И. Jle il и и. Соч. Т. 9, стр. 9.
55 Т а м же, сгр. 77.
50 И. В. Сталин. Соч. Т. 1, стр. 134.
57 Рукопись хранится в Московском оОластном историческом архиве, ф. 38, оп. 3,
т. 5, л. 8.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции ЗЯ
Далее в уставе говорится о том, что до наступления момента вос¬
стания задачи боевой дружины заключаются в отражении черносотен¬
ных нападений как на сознательных рабочих, так и вообще на всех мир¬
ных граждан, в защите собраний и митингов от казаков и т. д.
Во втором пункте устава указано, что дружина составляется и по¬
полняется из организованных рабочих местной организации РСДРП, ре¬
комендуемых районными организаторами каждого из районов и т. п.
В уставе исчерпывающе определены задачи боевой дружины, её
структура, порядок вступления в её ряды, права, обязанности и персо¬
нальная ответственность каждого дружинника. Этот чёткий устав во
многом способствовал успехам Шуйской боевой дружины и был распро¬
странён на боевые дружины Иваново-Вознесенска, Кохмы, Тейкова и др.
Боевому делу М. В. Фрунзе придавал огромное значение. В 1907 г. в
неопубликованном документе он писал: «Боевое дело является специаль-’
ной отраслью партийной работы, требующей специальных познаний, мас¬
сы времени, для чего и выделяются особые лица, образующие так назы¬
ваемые военно-технические комиссии, ставящие своей задачей подготов¬
ку и обучение всех организованных умению владеть оружием» 58.
М. В. Фрунзе лично обучал дружинников уменью1 владеть оружием.
Он инструктировал их, как нести охрану массовок, собраний, митингов
и как нагонять страх на полицию, казаков и черносотенцев. Под руко¬
водством М. В. Фрунзе дружина широко развернула боевые действия.
Местные полицейские власти в страхе обратились к губернатору с прось¬
бой прислать 2 сотни казаков и воинскую часть. Губернатор прислал
в Шую-200 донских казаков и 700 пехотинцев*бэ.
Выполняя ленинско-сталинские установки о борьбе за войско,
М. В. Фрунзе стал энергично добиваться связи с войсками и привлече¬
ния? их на-сторону большевиков. Вскоре удалось наладить связь с груп¬
пой донских казаков. На нелегальные сходки, организуемые большеви¬
ками, являлось по 10—20 казаков. На одной из сходок выступал
М. В. Фрунзе. Его речь казаки выслушали с огромным вниманием. В конце
её он спросил казаков: «Как вы будете себя вести, если вас пошлют
разгонять рабочих?». Они ответили: «В случае массовок и стачек выез¬
жать на место·;по приказу начальства нам, конечно, придётся, но пороть
и разгонять рабочих мы не будем» 60.
В конце собрания распропагандированные казаки попросили «Три-
фоныча» написать от их имени письмо есаулу с предложением изменить
своё бесчеловечное отношение к подчинённым. На этом собрании окон¬
чательно была закреплена ёвядь-с казаками в Шуе.
М. В. Фрунзе направил-агитаторов и* в конвойную и караульную
команды находившейся в Ш.уе воинской части. И в этих командах на¬
шлись люди, готовые поддержать большевиков. Привлечение казаков и
солдат на сторону рабочих?*: было одной из важных мер подготовки к
вооружённому восстанию.
Воодушевлённый этим успехом, М. В. Фрунзе разработал план за¬
хвата арсенала с оружием и стал тщательно готовиться к его осуще¬
ствлению. Но, к.сожалению, этот смелый план осуществить не удалось.
Какой-то провокатор сообщил начальству о плане нападения на арсе¬
нал. После этого донских казаков немедленно удалили из Шуи, а боль¬
шинство солдат караульной и конвойной команд заменили новыми. На
примере распропагандирования казаков и солдат М. В. Фрунзе показал
членам партии, каких успехов можно добиться умело поставленной боль¬
шевистской агитацией.
58 Московский областной исторический архив, ф. 38, оп. 3, т. 1, д. .526, л. 15. 1907.
59 М. Тарасов. «Арсений», стр. 42. Изд. «Основа». Иваново-Вознесенск. 1926.
60 Газета «Шуйский пролетарий» № 124 (2967)_ от 1 июля 1935 года. Шуя.

36
A. Kas'zôaiitKUH
Политической работе в войсках М. В. Фрунзе придавал большое
значение. Выполняя решения III съезда партии и партийной конференции
Северного комитета большевиков, он организовал политическую работу
среди тех членов партии, которым предстояло отбывать воинскую повин¬
ность. Он учил их методам работы среди солдат и разъяснял им необхо¬
димость поддерживания постоянных связей с партийной организацией.
Настойчиво и упорно М. В. Фрунзе готовил кадры агитаторов для
политической работы на фабриках и заводах, в деревнях и в армии.
Огромная организационная, пропагандистская и агитационная работа,
проведённая под руководством М. В. Фрунзе Шуйской партийной груп¬
пой в течение двух месяцев (с 15 июля по 15 сентября) дала большие
результаты. За этот период численный состав Шуйской группы увели¬
чился почти втрое: вместо 30 стало 80 членов партии. Вместо большеви-
ков-одиночек на предприятиях выросли партийные группы и были со¬
зданы фабрично-заводские комитеты. Для лучшего руководства много¬
численной партийной организацией в Шуе были созданы 3 района 6|.
Для организации фабрично-заводских и районных большевистских
комитетов в Шуе потребовалось чёткое определение их функций, прав и
обязанностей. С этой целью М. В. Фрунзе разработал устав Шуйской
организации РСДРП (устав был отобран при аресте М. В. Фрунзе
24 марта 1907 г.).
В этом уставе была чётко определена структура Шуйской больше¬
вистской организации, разграничены функции городского комитета
(Центральной группы), районных и фабрично-заводских комитетов. Устав
способствовал слаженной работе, устранял параллелизм и разнобой в
действиях партийных комитетов.
Но М. В. Фрунзе не ограничивал свою деятельность городом Шуей.
Его кипучая работа по созданию окружной большевистской организации
была связана с частыми выездами во все важнейшие промышленные
пункты и крупные крестьянские сёла местного края.
Выезжая на места, М. В. Фрунзе укрепштуже созданные большевист¬
ские организации, добился значительного роста их состава и общего
оживления их деятельности. Вместе с тем он создал ряд новых больше¬
вистских организаций в промышленных пунктах (Лежнево, Колобово,
Горки (Шорыгинские), Родники, Гаврилово-Посад, Писцово, Южа и др.)
и крестьянских сёлах (Васильевское, Парское, Хозниково, Зименки, Па¬
лех, Богатырёво и др.). Эта огромная организаторская работа заверши¬
лась большой победой.
В ноябре 1905 г. состоялась окружная партийная конференция боль¬
шевиков в Шуе. Присутствовали делегаты от большевистских органи¬
заций Шуи, Кохмы, Тейкова, Родников, Лежнева, Середы, Горок (Шоры-
гинских). От Шуйской партийной организации делегатами были
М. В. Фрунзе, П. Д. Гусев и др. На этой конференции была создана
Иваново-Вознесенская окружная большевистская организация. В каче¬
стве партийного центра окружной организации была избрана Шуя.
Конференция постановила создать руководящий центр окружной органи¬
зации — Иваново-Вознесенский окружной комитет РСДРП62. Ответствен¬
ным организатором Иваново-Вознесенского окружного комитета боль¬
шевиков был избран М. В. Фрунзе. Создание Иваново-Вознесенской
окружной партийной организации было утверждено ЦК партии 03.
В течение года — с ноября 1905 г.,по ноябрь 1906 г.-—в этом крае
текстиля партийной работой руководили дватартийных органа: Иваново-
Вознесенский окружной комитет и городской комитет большевиков.
01 Ивановский облпартархив. «Отчёт Иваново-Вознесенской организации от-15 ав¬
густа по 15 сентября», ф. 281, д. 489, л. 134.
62 См. М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 510.
63 См. там же.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 37
Оба комитета были равноправными, самостоятельными органами и ра¬
ботали в тесном содружестве. Единство действий координировалось и
направлялось М. В. Фрунзе. Являясь ответственным организатором
окружного комитета, он в то же время был членом Иваново-Вознесен¬
ского городского комитета.
Создание Иваново-Вознесенской окружной большевистской орга¬
низации имело огромное значение для дальнейшего роста и укрепления
партийных групп и для развития революционного движения в крае.
*
Борьба за создание окружной большевистской организации прохо¬
дила в период мощного подъема революционного движения во всей
стране и в Иваново-Вознесенском районе. Резко обострилась классовая
борьба между фабрикантами и рабочими в Иваново-Вознесенске в ок¬
тябре 1905 г., в период всероссийской политической забастовки, когда
сильно зашатались устои царского самодержавия. Забастовка вынудила
перепуганного царя Николая II издать лтнифест 17 октября. Большеви¬
ки, руководимые Лениным и Сталиным, сразу же разоблачили лживые
обещания царского самодержавия о неприкосновенности личности, сво¬
боде совести, слова, собраний и союзов. Большевики разъясняли тру¬
дящимся массам, что манифест 17 октября является «обманом народных
масс, царской уловкой, своего рода передышкой, необходимой царю для
того, чтобы усыпить легковерных, выиграть время, собраться с силами
и потом ударить по революции» 64.
Ленин и Сталин призывали рабочий класс России не поддаваться
провокационным царским уловкам, продолжать с ещё большей силой
борьбу с царизмом, переводя её в единовременное всероссийское воору¬
жённое восстание. В соответствии с этими установками Иваново-Возне¬
сенский комитет большевиков обратился к рабочим с призывом продол¬
жать революционную борьбу против царизма и поддержать московских
рабочих — инициаторов грандиозной всероссийской октябрьской полити¬
ческой забастовки.
В листовке, написанной М. В. Фрунзе, говорилось:
«■Наши товарищи в Москве уже начали действовать... Наша свя¬
щеннейшая обязанность состоит в том, чтобы присоединиться к ним...
Поддержим же наших героев, товарищи! Поддержим этим самым и наше
общее дело, дело освобождения всего рабочего класса от гнёта само¬
державия!» 65.
Листовка призывала рабочих к трёхдневной всеобщей политиче¬
ской забастовке, к устройству собраний для обсуждения того, что со¬
вершается в России, в том числе и царского манифеста.
Этот лживый манифест не мог обмануть текстильщиков Иваново-
Вознесенска. По призыву городского комитета партии забастовали
18 октября рабочие фабрик Зубкова, Бакулина, Грязнова, Гарелина и
Витова. Вечером 20 октября состоялся большой митинг перед зданием
городской управы. Как обычно, налетели казаки и стали разгонять
участников митинга. Рабочие на практике убедились в правильности
слов большевиков, разъяснявших, что «незыблемые» свободы царя —
это насилия казаков, полиции и черносотенных попромщиков.
Увидев, какова обещанная царём «свобода», рабочие решили сами
осуществить действительную свободу. По призыву большевиков много¬
тысячная масса участников митинга с красными флагами и горящими фа¬
келами направилась на р. Талку. Здесь снова открылся митинг, на кото¬
ром было принято решение: провести 21 октября политическую забастовку
и митинг.
64 «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 74.
65 М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 2Q—21.

38	А.	КалаОашкин
Утром 21 октября у здания городской управы состоялись демон¬
страция и собрание рабочих, а в б час. вечера у клуба приказчиков был
организован митинг, на котором присутствовало около 15 тыс. человек.
Председательствовал на этом митинге Ф. Л. Афанасьев,*а главным ора¬
тором, разъяснявшим текущие политические события в России, был
М. В. Фрунзе. После его выступления была принята резолюция, в ко¬
торой говорилось: «Мы, собравшиеся на митинг, приветствуем россий¬
скую революцию и клянёмся с оружием в руках добиваться демократи¬
ческой республики...» 6G.
22 октября, утром, на городскую площадь со всех концов города с
красными знамёнами собирались рабочие. В 12 час. при наличии огром¬
ной массы собравшихся открылся общегородской митинг, на котором
М. В. Фрунзе выступил с речью. На угрозы полицейских властей
М. В. Фрунзе ответил: «Мы вам заявляем от имени революционного
парода, что за все причинённые насилия, за пролитую кровь ответствен¬
ность ляжет на ваши головы» г’7.
После выступления М. В. Фрунзе митинг закрылся. Разбившись на
две части, рабочие со знамёнами и песнями направились к тюрьмам
освобождать политических заключённых. Во главе одной части демон¬
странтов шёл М. В. Фрунзе. В это время в городе уже начали бесчин¬
ствовать черносотенные банды. Большая толпа черносотенного сброда
из центра города двигалась к вокзалу. На Шереметьевской улице про¬
изошло столкновение рабочей демонстрации с черносотенцами и каза¬
ками.
Поздно вечером на одном берегу р. Талки находились рабочие, воз¬
главляемые М. В. Фрунзе и Ф. А. Афанасьевым, а на другом·—казаки
н черносотенцы. Остервенелые банды при содействии казаков наброси¬
лись на подошедшего Афанасьева и тут же убили его.
Несколько дней ещё буйствовала погромная черносотенная свора в
Иваново-Вознесенске. Организаторами этих погромов были полицейские
власти, фабриканты, купцы и попы, которые мстили иваново-вознесен-
ским рабочим за то, что они упорно п настойчиво вели борьбу, не давая
передышки своим злейшим врагам.
Для большевистской организации и революционного движения Ива¬
ново-Вознесенска создалась крайне тяжёлая обстановка. Городской ор¬
ганизации был нанесён большой ущерб. Не стало крупного партийного
организатора Афанасьева, были убиты или зверски изувечены многие дру¬
гие партийные работники, а некоторые наиболее известные товарищи, как,
например, Е. А. Дунаев, по постановлению городского комитета вынужде¬
ны были покинуть Иваново-Вознесенск.
О положении в Иваново-Вознесенске большевистская газета «Но¬
вая жизнь» писала: «Трудно себе представить даже военное положение
с более жестоким режимом и полицейским произволом» 68. Вся тяжесть
работы легла на М. В. Фрунзе, который в самые кровавые дни черносо¬
тенного разбоя не покидал Иваново-Вознесенска.
Под руководством М. В. Фрунзе городской комитет наметил и осу¬
ществил меры борьбы против черносотенных погромов. Была приведена
в готовность боевая дружина. В лесу за городом было созвано собрание
рабочих литейных заводов. Собралось около 500 человек; они наметили
меры по ликвидации погромов. Городской комитет обратился с листов¬
кой «К рабочим Иваново-Вознесенска» и с воззванием «К гражданам го¬
рода». В этих и других документах гневно клеймились и разоблачались
организаторы погромов. По инициативе большевиков прошли собрания
66 Газета «Северный край» № 253 от'29 октября 1905 года. Ярославль.
67 «19Ü5 г. в Иваново-Вознесенске», стр. 15, Ивяново-Вознееенск. Изд. «Основа».
1925.
08 Газета «Новая жизнь» № 24 от 29 ноября (12 декабря) 1905 года. Вып. IV,
стр. 62.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 39
рабочих на фабриках Бурылина, Гарелина и др. Возмущённые рабочие
клеймили черносотенцев и их вдохновителей — фабрикантов — и преду¬
преждали о том, что на белый террор они ответят массовым красным
террором 6Э.
Известие о том, что революционные силы готовятся к решительной
борьбе с черносотенными бандами, отрезвляюще подействовало на мест¬
ные полицейские власти и фабрикантов. Опасаясь грозного возмездия,
черносотенная свора прекратила массовые грабежи и убийства.
Газета «Новая жизнь» отметила, что в результате принятых город¬
ским комитетом партии мер «атмосфера» сразу разрядилась. А на сле¬
дующий день (26 октября) уже передавали, что «красные» оправились
и засели- в Боголюбовской слободе. Вздох облегчения пронёсся по горо¬
ду 70. Черносотенцы боялись появляться в рабочих кварталах.
Озлобленные тем, что им не удалось задушить революционное движе¬
ние, фабриканты и местные власти продолжали охотиться за видными
большевистскими руководителями, особенно за «Трифонычем». Его уси¬
ленно разыскивали. Тёмные силы хотели обезглавить городскую больше¬
вистскую -организацию. 29 октября 1905 г. около фабрики Витова
М. В. Фрунзе был схвачен городовыми и казаками, когда он возвращался
с нелегальногоьпартийного собрания. Он был арестован и зверски избит.
Казаки накинули на шею М. В. Фрунзе аркан и погнали его за лошадью.
Об этом истязании М.*В. Фрунзе рассказывал следующее:
«Я бегу и обеими руками держу петлю верёвки, чтобы не задох¬
нуться. Бегу, конечно, не успеваю за лошадью... Казаки кричат на ме¬
ня, ругают матерно, я спотыкаюсь. Добрались до какой-то изгороди
палисадника и предложили встать нашеё. Я подумал, что мне предла¬
гают сесть на·лошадь.,Как только я взобрался на изгородь, казак сте¬
гнул плёткой лошадь. .Ноги застряли в решётке, и я не мог их освобо¬
дить, пока решётка не сломалась. Я потерял сознание и упал...»71.
Здесь М. В. Фрунзе получил повреждение ноги.
В тюрьме М. В. Фрунзе снова истязали. Тюремщики били его на¬
гайкой, кулаками и топтали -ногами. В бессознательном состоянии он
был ^брошен в сырой каменный тюремный подвал.
Придя в^-себя^М. В. Фрунзе от имени группы арестованных направил
прокурору протест против'злодейских истязаний. В протесте говорилось:
«29 октября с. г. вече-ром1 imы, нижеподписавшиеся, были задержаны
нарядом полицейских·с^казаками и приведены на чембурах в Ямскую
арестантскую, где и подвергались истязанию*со стороны ведущих нас ка¬
заков и находившихся в арестантской городовых. Нас били перед входной
в коридор дверью, -в коридоре и в камере, причём били кулаками...
нагайками... поленом... таскали за волосы... топтали и били ногами»72.
М. В. Фрунзе был сослан в Казань. Туда его отправили под конво¬
ем. В полицейском управлении Казани он дал подписку о невыезде, но
в тот же день уехал оттуда. В Иваново-Вознесенск он приехал на сутки
раньше конвоя, который отвозил его в Казань. Скоро полицейские вла¬
сти обнаружили, что М. В. Фрунзе из Казани скрылся, и начали произ¬
водить розыск. Переписка судебного следователя и прокурора Влади¬
мирской губернии с казанским полицмейстером и казанским прокурором
продолжалась до июня 1906 года.
Приехав из Казани, М. В. Фрунзе принялся за налаживание партий¬
ной -работы и за разъяснение рабочим политической обстановки, создав¬
шейся в результате всероссийской октябрьской политической забастовки.
09 Газета «Новая жизнь» .Nb 24 от 29 ноября (12 декабря) 1905 года. Вып. IV,
Стр. 62.
70 Там же № 6 от 2(15) ноября 1905 года.
71 Газета «Рабочий край» Лг2 251 (6065) от 30 "октября 1939 года. Иваново.
72 Там же, № 298 от 29 декабря 1939 года. Иваново.

40	Л.	Калабашкин
После октябрьской стачки революционная борьба масс развивалась
с огромной силой. Революция уже вплотную подошла к вооружённому
восстанию. Большевики, руководимые Лениным и Сталиным, усиленно
готовили вооружённое восстание.
В Иваново-Вознесенске, как это видно из всего сказанного выше,
■подготовкой вооружённого восстания руководил М. В. Фрунзе. Под его
руководством были созданы боевые дружины в Иваново-Вознесенске,
Шуе. Кохме. Тейкове, разработан план вооружённого восстания.
Раскрытие плана вооружённого восстания и установленных связей
с казаками и воинскими командами, срыв плана захвата арсенала с
оружием, усиление и-ваново-вознесенского и шуйского гарнизонов, черно¬
сотенные погромы и жестокие репрессии, вырвавшие из рядов револю¬
ционной борьбы многих наиболее активных большевиков, отсутствие
оружия хотя бы для частичного вооружения рабочих Иваново-Возне¬
сенска, Шуи и Кохмы — всё это не позволило окружному и городскому
комитетам большевиков призвать рабочих к вооружённому восстанию в
этом районе. Но в дни вооружённого восстания в Москве в декабре
1905 г. рабочие Иваново-Вознесенска, Шуи и Кохмы оказали помощь
московским рабочим. Боевой отряд дружинников во главе с М. В. Фрун¬
зе принимал участие в баррикадных боях в Москве.
*
Декабрьское вооружённое восстание 1905 г. было высшей точкой
революции. После поражения вооружённого восстания начался поворот
к постепенному отступлению революции. Подъём революции сменился
её постепенной убылью. Но царским палачам не удалось сразу заду¬
шить революцию. Рабочие и революционные крестьяне, руководимые
большевиками, оказывали ожесточённое сопротивление наступлению
контрреволюции. Они отступали медленно, с упорными боями. В рево¬
люционную борьбу вовлекались новые слои рабочих и крестьян. Про¬
должались волнения в армии и во флоте. Самые боевые элементы рабо¬
чего класса делали двукратную попытку «прекратить отступление рево¬
люции и подготовить новое наступление»73.
Большевистские организации Иваново-Вознесенского района, руко¬
водимые М. В. Фрунзе (с начала 1906 г. партийная кличка — «Арсе¬
ний»), обеспечили активное участие текстильщиков местного края в
героической попытке боевых отрядов рабочего класса приостановить от¬
ступление революции и перейти в новую атаку на контрреволюционные
силы.
В.	И. Ленин давал высокую оценку героической борьбе текстиль¬
щиков в период отступления революции. Особенно стойко текстильщики
держались в 1906 г.: у них число стачечников по сравнению с 1905 г.
уменьшилось лишь вдвое, тогда как у других категорий рабочих это
сокращение было более значительным. Ленинская оценка активности
революционной борьбы текстильщиков в 1906 г. полностью относится и
к рабочим Иваново-Вознесенского района.
В 1905 г. в Иваново-Вознесенском районе было 157 стачек, в кото¬
рых участвовало 136 тыс. рабочих74. А в 1906 г. стачек было 91, а чи¬
сло стачечников составляло 90 85075.
В процессе массовой революционной борьбы рабочего класса со¬
здавались профессиональные союзы. В отличие от Запада профессио-
73 В. И . Л с η и н. Соч. Т. 23, стр. 244.
74 «Стачки в Иваново-Вознесенском районе. 1905 — 1916 годы», стр. 59. Иваново-
Вознесенск. 1928.
75 Данные составлены на основе архивных документов Владимирского облгосархива
(ф. 89, οπ. 1, д. 1606, лл. 121-137, д. 1672, лл. Ί, 3, 5, 12, 24, 33, 37, 40, 41, 48,
52, 60, 61, 64, 67, 69, 79, 81, 106, 123, 125, 133), а также газеты «Клязьма» №№ 39, 46
и 49 от 11, 20 и 27 февраля, № 106 от 27 алреля, № 11 от 2 мая 1906 года. Владимир.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 41
налъные союзы в России создавались пролетарской партией. «Самое
характерное,— говорит И. В. Сталин,— в истории развития наших проф¬
союзов состоит в том, что они возникли, развивались и окрепли после
партии, вокруг партии и в дружбе с партией»70.
Начало массовому профессиональному движению рабочих России
положили январские стачки 1905 г., под влиянием которых и стали со¬
здаваться профсоюзы. В бурные месяцы 1905 г., когда рабочее движе¬
ние приняло массовый характер, социал-демократические организации
не могли в одно и то же время вести и партийные и профессиональные
дела. Необходимо было провести разделение труда между партийными
организациями и профсоюзами, «чтобы партийными делами руководили
партийные организации, а профессиональными — профессиональные со¬
юзы» 77.
Ленин и Сталин придавали большое значение организации профес*
сиональных союзов, работающих под руководством партии рабочего
класса. «Профессиональные организации,—писал В. И. Ленин,— не
только могут принести громадную пользу в деле развития и упрочения
экономической борьбы, но и стать весьма важным пособником политиче¬
ской агитации и революционной организации» 78.
С первых же дней появления в России массового профессионально¬
го движения вопрос о взаимоотношениях между партией и профсоюза¬
ми вызвал острую борьбу между большевиками и меньшевиками, осо¬
бенно усилившуюся во время революции 1905—1907 годов.
Меньшевики и эсеры отстаивали «нейтральность» профсоюзов.
Ленин и Сталин, разоблачая меньшевиков и эсеров, указывали, что про¬
фессиональные союзы должны вести свою работу под идейным руко¬
водством революционной пролетарской партии.
Иваново-вознесенские большевики во главе с М. В. Фрунзе настой¬
чиво боролись за то, чтобы профсоюзы работали под идейным руковод¬
ством революционной партии рабочего класса. Вопреки предательской
меньшевистско-эсеровской «теории нейтральности» иваново-вознесен¬
ские большевики были организаторами профсоюзов и с самого начала
их возникновения руководили ими.
Очень много внимания профсоюзам уделял М. В. Фрунзе. В январе
1906 г. он выработал устав профессионального союза рабочих текстиль¬
ного производства Шуи79. Этот устав был проникнут стремлением
мобилизовать рабочих на непримиримую борьбу с капиталистическим
строем. На учредительном собрании профессионального союза в Шуе 6 ав¬
густа 1906 г. М. В. Фрунзе выступил с докладом на тему «О профессио¬
нальных союзах». Тезисы этого доклада под названием «Конспект ре¬
чи о профессиональных союзах» были отобраны у М. В. Фрунзе при его
аресте 24 марта 1907 года80.
В этом конспекте говорится о бедственном положении рабочего
класса, задавленного эксплуатацией капиталистов, и как одно из средств
борьбы с этой жестокой эксплуатацией рекомендуются профессиональ¬
ные союзы, которые объединяют рабочих, борются за улучшение их ма¬
териального положения и служат подготовительной школой в дальней¬
шей борьбе с капиталистическим строем. М. В. Фрунзе на собрании 6 ав¬
густа 1906 г. выступал как представитель "из Москвы под фамилией
«Санин» 8I.
Под непосредственным руководством М. В. Фрунзе создавался про¬
фессиональный союз торговых служащих Шуи. На учредительном со¬
76 И.	В.	Сталин. Соч. Т.	7, стр. 104.
77 И.	В.	Сталин. Соч. Т.	1, стр. 281.
78 В.	И.	Лени-н. Соч. Т.	5, стр. 426.	4-е изд.
79 Владимирский областной государственный архив, ф. 89, д. 265, л. 29. 1906.
80 Московский областной исторический архив, ф. 38, оп. 3, т. II, д. 526. л. 187.
81 Газета «Владимирец» jVb 12 от 9 августа 1006 года. Владимир.

42	А.	Калабашкин
брании, созванном 4 февраля 1907 г., присутствовало около 200 чело¬
век 82. М. В. Фрунзе выступил с речыо и провёл выборы правления со¬
юза 83.
Большая организаторская работа иваново-вознесенских болыиеви*
ков ири-вела к созданию массовых профессиональных организаций.
В начале 1907 г. в Иваново-Вознесенском районе было 12 профессио¬
нальных организаций, в которых насчитывалось 11 238 членов. Вопреки
запрещению царского правительства была попытка объединить профес¬
сиональные организации ,во всём крае. С этой целью созывались две
конференции профсоюзов Иваново-Вознесенского района:	первая	—
26 декабря 1906 г. и вторая — 2 марта 1907 года.
Все время местные профсоюзы находились под безраздельным ру¬
ководством большевиков.
Созданные и руководимые большевистскими организациями проф¬
союзы сыграли большую роль в повышении политической сознательно¬
сти рабочих.
Иваново-вознесенские большевики вели большую работу и среди
крестьян. Основоположники большевизма Ленин и Сталин придавали
большое значение крестьянскому вопросу, считая его частью общего во¬
проса о диктатуре пролетариата, одним из животрепещущих вопросов
революции.
Ленин и Сталин считали, что задача рабочего класса в революции
1905 г. в отношении крестьянства состояла в том, чтобы поднять его
на революционную борьбу, повести его за собой. Перед большевиками
стояла задача превратить крестьянство, его эксплуатируемое большин¬
ство, из резерва буржуазии, каким оно было во время буржуазных рево¬
люций Запада,— в резерв пролетариата, в его союзника 84.
Ленинско-сталинские установки легЛи в основу решений III съезда
партии, который уделил много внимания вопросу об отношении социал-
демократов к крестьянскому движению, путям и методам революцион¬
ной борьбы крестьянства под руководством рабочего класса.
Выполняя ленинско-сталинские указания и решения III съезда пар¬
тии, иваново-вознесенские большевики вели систематическую работу
среди крестьян в уездах: Шуйском, Ковровском, Юрьевском, Владимир¬
ской губернии и в с. Парском, Юрьевецкого уезда, Костромской губернии.
Создание большевистских организаций в деревне и их деятельность под
руководством городских промышленных и партийных организаций, резко
выраженный промышленный характер Иваново-Вознесенского района и
наличие тесной связи рабочих с сельским населением — всё это наложило
яркий отпечаток на содержание и формы крестьянского движения в крае.
Большевистское руководство придавало крестьянскому движению
организованность, целеустремлённость и политическую заострённость.
Широко практиковались такие формы политической работы среди кре¬
стьян, как митинги и демонстрации. Только в течение трёх недель — с
4 по 25 июня 1906 г. — Иваново-Вознесенским окружным комитетом
большевиков было проведено 11 митингов, 11 массовок и 6 летучек85.
На митингах крестьян часто выступал М. В. Фрунзе. Его пламенные
речи пользовались огромной популярностью. Партийные организации,
учитывая запросы масс, часто обращались к М. В. Фрунзе с просьбой
выступить на митинге. Так, например, в окружной комитет на имя
М. В. Фрунзе было послано письмо следующего содержания:
«Товарищу Арсению. Кохомская группа намерена устроить в вос¬
кресенье, 1 июля, митинг на гулянке в саду, на которой сходятся кре-
82 Газета «Владимирец» № 30 от 8 февраля 1907 года. Владимир.
83 Шуйский музей М. В. Фрунзе. Воспоминания В. Н. Сабурова, д. 555, л. 4,
84 См. И. Сталин. Вопросы ленинизма, стр. 36. 11-е изд.
85 Московский областной исторический архив, ф. 38, оп. 3, д. 526, л. 37. Отчёт
о деятельности окружной организации за три недели, с 4 по 25 июня 1906 года.

Революционная деятельность Ai. В. Фрунзе в годы первой русской революции 43
стьяне и рабочие из 13 деревень; для проведения этого митинга долж¬
ны приехать два агитатора, в числе коих должен быть товарищ Арсе¬
ний — непременно...
' Председатель « секретарь Фома. 28 июня 1906 г.»80.
Эту просьбу кохомских большевиков «Арсений» удовлетворил. 1 ию¬
ля он выступал на митинге, состоявшемся на Майской горке (окрест¬
ности Кохмы). Здесь присутствовало около тысячи человек. Речь
М. В. Фрунзе участники митинга выслушали с огромным вниманием.
После окончания митинга участники разошлись с красными флагами и
революционными песнями87. В сёлах Васильевском (Ш у некого уезда)
и Парском (Юрьевецкого уезда) М. В. Фрунзе также выступал на митин¬
гах и собраниях крестьян. Митинги и демонстрации оказывали огромное
революционизирующее влияние на крестьян. Отказ крестьян от уплаты
податей, организованное сопротивление .местным царским властям, бой¬
кот землеустроительных комиссий, смещение волостных властей — всё это
ярко свидетельствовало об исключительном влиянии большевиков на кре¬
стьянство. Совместные собрания, митинги и демонстрации рабочих и
крестьян являлись одной из форм практического проведения в жизнь
пваново-вознесенскими большевиками, руководимыми М. В. Фрунзе,
ленинско-сталинских установок об осуществлении союза пролетариата
и крестьянства, о руководящей роли рабочего класса по отношению к
крестьянству в буржуазно-демократической революции.
Работа большевиков среди крестьянства проходила в борьбе с эсе¬
рами, кадетами и меньшевиками местного края. Огромная заслуга в
разоблачении эсеров, меньшевиков и кадетов принадлежит М. В. Фрун¬
зе. На собраниях сельских партийных организаций, на сходках и митин¬
гах крестьян он громил кадетов, эсеров и меньшевиков. К выступлениям
среди крестьян М. В. Фрунзе тщательно готовился. Он глубоко изучал
произведения классиков марксизма-ленинизма об аграрных отношениях
в России и широко пропагандировал идеи вождей большевизма в своих
выступлениях.
Выполняя указания Ленина и Сталина, нваново-возпесспские боль¬
шевистские организации, возглавляемые М. В. Фрунзе, широка развер¬
нули агитационно-пропагандистскую работу во время выборов во II Го¬
сударственную думу.
По вопросу об отношении ко II Государственной думе большевики
вели решительную борьбу с меньшевиками. По указанию Ленина и
Сталина «большевики шли в думу не для органической «законодатель¬
ной» работы в ней в блоке с кадетами, как это делали меньшевики, а
для того, чтобы использовать ее как трибуну в интересах революции.
Меньшевистский ЦК, наоборот, призывал заключать избирательные
соглашения с кадетами, поддерживать в думе налетов, рассматривая ду¬
му как законодательное учреждение, способное обуздать царское пра¬
вительство» öi\
Большевики, руководимые Лениным и Сталиным, призывали про¬
летариат отвергнуть кадетские рекомендации меньшевиков: «Никаких
блоков с кадетами! Никакого примирения с теми, кто примиряется с сто¬
лыпинской шайкой!» 8Э.
В Иваново-Вознесенском районе избирательной кампанией среди ра¬
бочих руководил М. В. Фрунзе. Для руководства кампанией фабрично-
заводские комитеты выделили специальные комиссии из наиболее авто¬
ритетных большевиков. На фабриках и заводах проводились митинги н
80 Московский областной исторический архив, ф. 38, ои. 3, д. 526, л. 95.
87 Там же, л. 107.
8S «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 85.
hi) В. И. Ленин. Соч. Т. 11, стр*. 285.

44
А. Калабашкин
собрания рабочих. Часто они заканчивались столкновениями рабочих
с казаками и полицией.
Несмотря на полицейский произвол, большевистские организации
широко вели печатную агитацию. Листовки, выпускаемые тиражом в
10—15 тыс. экземпляров, беспощадно разоблачали преступную полити¬
ку царского самодержавия и контрреволюционных помещичье-буржуаз-
ных партий и призывали рабочих и крестьян к сплочению и к продолже¬
нию революционной борьбы со своими злейшими врагами. Особенно
большой успех имела перепечатанная в 10 тыс. экземпляров в начале
января 1907 г. и распространённая среди рабочих и крестьян местного,
края ленинская листовка «Кого выбирать в Государственную думу?»90.
Во время избирательной кампании М. В. Фрунзе написал ряд листо¬
вок («Дума и народ», «Граждане избиратели» 91 и др.). По его иници¬
ативе и под его личным руководством 17 января 1907 г. была проведена
блестящая боевая операция по захвату частной типографии Лимонова в
Шуе для напечатания листовок 92.
Устная и печатная агитация, развёрнутая большевиками, оказала
большое влияние на итоги выборов в Думу. Яростные домогательства
кадетов и их пособников — меньшевиков — не дали им желаемых резуль¬
татов. Выборы подтвердили правильность большевистской политики. По
призыву большевиков рабочие приняли активное участие в выборах и
отдали свои голоса большевикам. В Шуе из 11 уполномоченных от ра¬
бочих были избраны 10 большевиков и один беспартийный, сочувствую¬
щий большевикам 93. В Иваново-Вознесенске из 26 уполномоченных бы-
ло избрано 23 большевика 94.
М. В. Фрунзе сплачивал рабочие массы Иваново-Вознесенского
района и разъяснял им сущность большевистской тактики по отношению
ко II Государственной думе. Он писая листовки и организовывал их
выпуск, выступал на предвыборных рабочих и крестьянских собраниях и
митингах, руководил выборами депутата но рабшей*курни· от Владимир¬
ской губернии и организовывал грандиозные проводы депутата Думы в
Петербург. Избирательная кампания и связь с депутатом, избранным от
рабочих края, были использованы для разоблачения царского самодержа-
®ия и сплочения рабочих и крестьян, для повышения их организованно¬
сти и политической сознательности. Так и вано во-воз нес е ι * с к и е большевики
настойчиво выполняли указания вождей большевизма об укреплении пар¬
тийных организаций, о том, что для успеха революции первостепенное
значение имеет организованность и сплочённость пролетарской партии..
Огромнейшее значение для дальнейшего укрепления большевистской
организации Иваново-Вознесенского района имела та школа борьбы за
революционные принципы, которую М. В. Фрунзе прошёл на IV съезде
партии под руководством Ленина-и Сталина. М. В. Фрунзе участвовал в
работах съезда как делегат от Иваново-Вознесенской организации под
партийной кличкой «Арсений». На IV съезде Ленин и Сталин в своих вы¬
ступлениях беспощадно разоблачали меньшевиков и мастерски вскрыли
их антипролетарское, антиреволюционное, оппортунистическое нутро.
М. В. Фрунзе учился у вождей большевизма ленинско-сталинской
непримиримости к меньшевистской политике соглашения· с буржуазией.
Он вместе с вождями партии голосовал за ленинскую формулировку
первого параграфа устава РСДРП, против меньшевистской аграрной
программы и меньшевистских резолюций о -вооружённом, восстании·, и о
Государственной думе.
90 В. И. Ленин. Соч. Т. И, стр,,292—297.
91 Московский: областной исторический архив, ф. 38, оп. 3, т.~ М,-"Д. 526ул. 181.
98 Департамент полиции. Л0, № 5, ч. 8, лл. 5—6. 1907.
93 Газета «Владимирец» № 24 от 31 январи 1907 года. Владимир.
94 Владимирский областной государственный архив, ф. 89, οπ. 1, д. 20G6,
лл. 54—60. 1907.

Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой русской революции 45
На съезде М. В. Фрунзе особенно близко познакомился с К. Е. Во¬
рошиловым. Вспоминая об этой встрече, К. Е. Ворошилов в *925 г. писал:
«Вот он, молодой, живой, с ясным взором и чарующей улыбкой,
Арсений девятнадцать лет тому назад. Пламенный борец и вождь ива-
ново-вознесенских и шуйских пролетариев, посланный их авангардом —
большевиками на Стокгольмский съезд партии.
Только месяц мы провели вместе с Михаилом Васильевичем, а в
памяти он остался на всю жизнь» 95.
Объединительный IV съезд РСДРП не оправдал надежд передо¬
вых рабочих России. Ряд меньшевистских решений, принятых съездом,
шёл вразрез с коренными интересами и задачами пролетариата в рево¬
люции. Об этом большевики чётко, ясно и открыто заявили в обраще¬
нии, написанном В. И. Лениным. «Против тех решений съезда,— гово¬
рится в обращении,— которые мы считаем ошибочными, мы должны и
мы будем идейно бороться»9G.
Уничтожающая критика меньшевизма дана в работах В. И. Ленина
«Доклад об Объединительном съезде РСДРП», И. В. Сталина «Современ¬
ный момент и объединительный съезд рабочей партии» и др. Своими
произведениями и выступлениями на IV съезде партии Ленин и Сталин
вооружали большевиков глубоким убеждением в правильности отстаива¬
емой позиции и твердой верой в скорую победу.
Вспоминая обстановку борьбы с меньшевиками на IV съезде пар¬
тии, И. В. Сталин указывал, что временное поражение большевиков
«превратило Ленина в сгусток энергии, вдохновляющий своих сторон¬
ников к новым боям, к будущей победе... Чувствовалось, что поражение
большевиков является временным, что большевики должны победить в
ближайшем будущем»
С твёрдой верой в скорую победу ленинско-сталинских принципов
над дезорганизаторами — меньшевиками — разъехались большевистские
делегаты по своим местам с IV съезда партии.
Возвратившись в Шую, М. В. Фрунзе, вооружённый ленинско-сталин¬
ской тактикой, ещё энергичнее принялся за развёртывание партийной
работы, за укрепление партийных организаций. С докладами об итогах
работы IV съезда партии и дальнейшей борьбе с меньшевиками
М. В. Фрунзе выступил на партийных собраниях в Шуе, Кохме, Тейко-
ве, Родниках, Горках и пр. Пользуясь материалами из речей Ленина и
Сталина98, М. В. Фрунзе разъяснял членам партии ленинско-сталинскую
оценку текущего момента и большевистскую тактику по всем важней¬
шим вопросам революции, знакомил их с обращением к партии больше¬
вистских делегатов IV съезда РСДРП.
М. В. Фрунзе часто выступал с докладами на тему «Аграрный во¬
прос в программах русских партий». На одном из таких собраний в но¬
ябре 1906 г., наиболее многолюдном, на котором присутствовало около
400 рабочих90, М. В. Фрунзе в обширном и глубоком докладе дал на¬
учное марксистское разъяснение основ большевистской аграрной про¬
граммы и подверг уничтожающей критике меньшевистскую, кадетскую
и эсеровскую аграрные программы.
Опираясь на труды В, И. Ленина «Пересмотр аграрной программы
рабочей партии», «Доклад об Объединительном съезде РСДРП», «Соци¬
ализм и крестьянство» и др., М. В. Фрунзе ярко вскрыл оппортунисти¬
ческий характер меньшевистской аграрной программы, рассчитанной не
93 И. В. Сталин, К. Е. В о р о ш и л о в. М. В. Фрунзе, стр. 9. Партиздат. ЦК
ВКП(б). Î 938.
06 «ВКП(б) & резолюциях...». Ч. I, стр. 74. Огиз. Госполитиздат. 1940.
07 И. В. Сталин. Соч. Т. б, стр. 56.
89 При аресте 24 марта 1907 г. у Фрунзе были отобраны протоколы IV, Объедини¬
тельного съезда партии.
09 Шуйский музей М. В. Фрунзе, д. 960, лл. .3—4, газета «Владимирец» 103 от
3 декабря 1906 года. Владимир.

46	А,	Калабашкин
на развитие, а на срыв крестьянского движения. В этом докладе
М. В. Фрунзе уделил .много внимания разоблачению эсеровской и ка¬
детской аграрных программ. Своими глубоко содержательными высту¬
плениями М. В. Фрунзе наносил разящие удары меньшевикам, эсера*м
и кадетам.
Большевистские организации, руководимые М.‘В. Фрунзе, расшири¬
ли и укрепили свои связи с трудящимися массами края. Передовые ра¬
бочие стали проявлять всё больший интерес к партии. Лучшие из них
вступали в ряды большевистской организации. К концу осени 1906 г.
все партийные организации Иваново-Вознесенского района стали мас¬
совыми, наладили широкие и тесные связи с рабочими и пользовались
среди них огромным авторитетом. Число членов большевистских орга¬
низаций края увеличилось по сравнению с началам 1905 г. в 11 раз и
составляло 5,5 тыс. человек lü0.
Опираясь на ленинскую работу «О реорганизации партии»,
М, В. Фрунзе осуществил реорганизацию руководящих партийных орга¬
нов Иваново-Вознесенского района. Он был инициатором и организа¬
тором высшего партийного органа местного края — «Иваново-Вознесен¬
ского Союза РСДРП». В этот Союз все большевистские организации
местного .края входили на правах автономных единиц. Для повседнев¬
ного организационного и политического руководства было создано Бюро
Союза. На М. В. Фрунзе как на члена Бюро Союза было возложено ру¬
ководство важнейшим участком партийной работы: агитацией и про¬
пагандой.
Реорганизация имела огромное значение для объединения, тесного
сплочения и наиболее целесообразного использования местных больше¬
вистских организаций и ещё более повысила их боеспособность.
Большевистские организации Иваново-Вознесенского района актив¬
но боролись за созыв V съезда партии, против предательской затеи мень¬
шевиков— созвать широкий беспартийный «рабочий» съезд — и против
оппортунистической политики меньшевистского ЦК. Состоявшаяся в
сентябре 1906 г. общегородская конференция Иваново-Вознесенской ор¬
ганизации призывала всеми силами бороться против создания широкой
мелкобуржуазной, беспрограммной «рабочей» партии.
В числе делегатов, избранных на V съезд партии от Иваново-Возне¬
сенской организации, был М. В. Фрунзе, но ему не удалось участвовать
в работах съезда. Когда шла борьба за созыв V съезда партии,
М. В. Фрунзе по поручению Союзного бюро разъезжал по Иваново-Воз¬
несенскому району и разъяснял членам партии большевистскую плат¬
форму. Полицейские ищейки яростно гонялись за «Арсением». Только
благодаря своему огромному опыту конспирации и заботам иваново-
вознесенских и шуйских рабочих М. В. Ф;рунзе удавалось избегать аре¬
ста. Но после захвата типографии Лимонова и вооружённого сопротив¬
ления полицейским вся шуйская полиция была брошена на поиски
неуловимого «Арсения», и 24 марта 1907 г. М. В. Фрунзе был арестован.
В знак протеста рабочие всех предприятий Шуи прекратили рабо¬
ту и направились к тюрьме освобождать своего любимого руководителя.
Но им не удалось осуществить свои благородные намерения. В Шую
были посланы две роты солдат из Владимира и сотня казаков из Ков¬
рова. 25 марта 1907 г. под усиленным конвоем М. В. Фрунзе был от¬
правлен в город Владимир. Создав против него два судебных дела — по
обвинению его в принадлежности к большевикам и' вооружённом сопро¬
тивлении полиции,— царские власти лихорадочно готовились к кровавой
расправе.
Отважный революционер-большевик и в тюремных застенках смело
отражал непрерывно обрушивавшиеся на него удары царизма.
100 См. М. В. Фрунзе. Собр. соч. Т. 1, стр. 515.

Революционная деятельность М. В. Фруюю в годы первой русской революции 47
М. В. Фрунзе, которого царский суд дважды приговаривал к смертной
казни, показал образец бесстрашия, мужества, стальной несгибаемости и
отваги. Царские насильники не могли сломить непреклонной воли стой¬
кого революционера.
★
Олыт, приобретённый М. В. Фрунзе в период первой русской рево¬
люции в Иваново-Вознесенском районе, имел большое значение для его
дальнейшей революционной деятельности. М. В. Фрунзе глубоко усвоил
и настойчиво проводил в жизнь ленинско-сталинскую линию политиче¬
ской стратегии и тактики пролетарского движения. В огне революцион¬
ной борьбы выковалась, его несгибаемая воля как пламенного рево¬
люционера, выдающегося политического деятеля, талантливого руково-
дителя-организатора, последовательного, большевика и гибкого, проница¬
тельного политика.
Работая в гуще масс, повседневно находясь среди рабочих и кре¬
стьян, руководя забастовками, митингами, демонстрациями, М. В. Фрун¬
зе непрерывно обогащал свой революционный опыт. Несмотря на то, что
условия царизма обрекали его, как и всех тогдашних революционеров-
профессионалов, на деятельность преимущественно подпольную, неле¬
гальную, он никогда не отрывался от масс и был тесно связан с ними.
В годы первой русской революции среди иваново-вознесенских ра¬
бочих М. В. Фрунзе «политически вырос, оформился, выдвинулся в пер¬
вые ряды партии пролетариата и стал впоследствии одним из её лучших
руководителей и вождей» 101.
Жизнь М. В. Фрунзе была образцом преданного служения народу,
Родине. Он был верным учеником В. И. Ленина, близким сподвижни¬
ком И. В. Сталина, замечательным и обаятельным человеком, дисципли¬
нированным солдатом революции, преданным борцом за дело Ленина —
Сталина, за коммунизм.
Великий вождь народов нашей страны И. В. Сталин охарактеризо¬
вал М. В. Фрунзе как «одного из самых чистых, самых честных и самых
бесстрашных революционеров;нашего времени»102.
101 И. В. Сталин, К. Е. Ворошилов. М. В. Фрунзе, стр. 12.
102 И. В. Сталин. Соч. Т. 7, стр. 250.

КРЕСТЬЯНСКИЕ ВОЛНЕНИЯ ПЕРВОЙ .ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА
И. Игнатович
Движение крепостных крестьян1 являлось, как известно, одним из
важнейших факторов, разрушавших феодально-крепостнический строй и
заставивших царское правительство в 1861 г. отменить крепостное право.
«Крымская война,— писал В. И. Ленин,— показала гнилость и бессилие
крепостной России. Крестьянские «бунты», возрастая с каждым десятиле¬
тием перед освобождением, заставили первого помещика, Александра II,
признать, что лучше освободить сверху, чем ждать, пока свергнут
снизу»2. «Царское правительство, — говорится в «Кратком курсе исто¬
рии ВКП(б)», — ослабленное военным поражением во время Крымской
кампании и запуганное крестьянскими «бунтами» против помещиков, ока¬
залось вынужденным отменить в 1861 году крепостное право»3.
Цифровой материал о крестьянских волнениях4 ярко иллюстрирует
указание В. И. Ленина. С 1801 по 1861 г. (включая только первые два
месяца 1861 г.— до 5 марта, дня объявления «манифеста» 19 февраля)
насчитывается 1467 крестьянских волнений3. Из них 281 волнение (19%)
происходило в.период. 1801 —1825 гг,6,„712 волнений (49%) —в период
1 В настоящей-статье рассматриваются волнения только крепостных*"(помещичьих)
крестьян. Как известно, это была многочисленная категория населения России. Поме¬
щичьи крестьяне составляли, по данным 5-й ревизии (1796 г.), 57% всего крестьянского
населения, по данным 8-й ревизии>(1835 г.),— 51% и по данным 10-й ревизии (1858 г.),—
46%. Несмотря на относительное уменьшение*-«., в конце 50-х годов эта-категория
всё-же составляла около половины крестьянского населения страны.
2 В. И. Ленин. Соч. Т. 17, стр. 95. 4-е изд.
3 «История ВКП(б). Краткий курс», стр.*5.
4 В приводимых в статье таблицах счёт волнений ведётся по имениям,-независимо
от количества охваченных волнениями селений. Счёт по селениям дал бы более крупные
цифры, так как на имение в среднем приходилось не менее 2—3 селений, а в некоторых
случаях^до 20 и брлее. Но вести счёт по селениям, к сожалению, невозможно, потому
что в архивных и| иных источниках с громадном большинстве случаев сведения о числе
волновавшихся селений отсутствуют. Центральными учреждениями и исследователями
того времени счёт волнении вёлся по (имениям. В общий подсчёт не вошли массовые
волнения крестьян, вспыхивавшие одновременно во многих имениях иг преследовавшие
общую цель, как, -например, Пугачёвское восстание, Донское движение 1820 г. и т. п.
5 Эта цифра, как и‘ все цифры, приводимые в таблицах, -получена в результате
изучения подлинных дел, хранящихся © Ленинградском отделении Центрального госу¬
дарственного исторического архива (ЦГИАЛ) и отчасти дат архива III отделения.
Некоторые факты почерпнуты из «Материалов для истории крепостного права в/ России.
Извлечение из секретных отчётов министерства внутренних, дел за 1836—1856 гг.»
(Берлин. 1872) и из «Истории министерства внутренних дел» Н. Варадинова (т. Ш,
кн. 1—4. Спб. 1862), составленной также «а основании подлинных дел, многие из кото¬
рых впоследствии были уничтожены. Некоторые данные почерпнуты из отчётов III отде¬
ления, помещённых в книге «Крестьянское движение 1827—1869 гг.», вып. I (подготовил
к печати Е. А. Мороховец. Соцэкгиз. 1931), из исследований Повалишина, Мордовцева,
Онежневского и др., из воспоминаний современников и т. д. В своей книге «Помещичьи
-крестьяне накануне освобождения» (изд. 3-е. Ленинград, стр. 331. 1925) и в статье
«Борьба крестьян за своё освобождение» (в сборнике «Освобождение крестьян» (Спб.
1911, издание «Жизнь для всех», стр. 38) автор настоящей статйги указал источники,
иа основании которых им было -выяснено количество -волнении, -происходивших во ©торой
четверти XIX -в., причины их и т. д. Тем не менее -некоторые историки ошибочно при¬
нимают цифры автора за результаты «официальной регистрации» и «официальных
обследований» (см. П. И. Лященко. . История народного хозяйства СССР, -т. 1, стр. 585.
М. 1947).
0 Кроме указанных волнений, в 1818—1820 гг. массовым движением^были охвачены
область Войска Донского и два уезда- Екатериносла-вской губернии. - В- движении уча¬
ствовало более 44 тыс.. крестьян.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	4Р
1826—1854 гг. и 474 волнения (32%) —только за 6 лет и 2 месяца цар¬
ствования Александра II (1855 — начало 1861 г.). В среднем в первую
четверть XIX в. ежегодно имело место более 11 волнений, в 1826—
1854 гг.— более 24 и в 1855—1861 гг. — более 79.
Из приводимой таблицы видно, как почти с каждым десятилетием
усиливалось крестьянское движение.
Годы
Число волне¬
нии единичных
и затяжных
[первичных}
%
1801 — 1810
83
6
1811—1820
124
8
1821—1830
156
11
4831—1840
143
10
1841—1850
351
24
1851 — 1861
591
41
1801-1861
1 4487
100
Количество волнений особенно резко возросло в последние два
десятилетия, предшествовавшие реформе. Выделяется десятилетие
1821—1830, что объясняется большим числом волнений в 1826 г. в связи
с воцарением Николая I (на период 1821 —1825 гг. падает 55 волнении и
на период 1826—1830 гг.— 101 волнение).
Рассмотрим, как волнения первой четверти XIX в. распределяются по
пятилетиям.
Годы
Число волне¬
нии единичных
и затяжных
(первичных)
%
1801 — 1805
45
17
1806—1810
38
15
1811 — 1815
36
14
1816—182')
87
33
1821 — 1825
55
21
1801-1825
2618
100
Как видим, в первые три пятилетия количество волнений падало, зато
в 1816—1820 гг. число их по сравнению с предшествующим пятилетием
увеличилось в два с лишним раза, но в 1821 —1825 гг. вновь снизилось 9.
В приведённой таблице отразились особенности истории помещичьих
крестьян в России первой четверти XIX века.
В.	И. Ленин указывал, что необходимым условием крепостнического
барщинного хозяйства являлось, «во-первых, господство натурального
хозяйства. Крепостное поместье должно было представлять из себя само¬
довлеющее, замкнутое целое, находящееся в очень слабой связи с осталь¬
ным миром. Производство хлеба помещиками на продажу, особенно раз¬
вившееся в последнее время существования крепостного права, было уже
предвестником распадения старого режима». Вторым условием являлось
наделение непосредственного производителя «средствами производства
7 В указанный итог не вошли 19 волнений, о которых неизвестно точно, в какие
годы первой четверти XIX века они происходили.
8 В этот итог не вошли 19 волнений, о которых сказано в сноске 7, и одно волне¬
ние, происходившее между 1813 и 1819 гг., без более точной даты.
9 Данные о крестьянских волнениях в первой четверти XIX в. получены на осно¬
вании изучения архивного и другого материалов. Результаты исследования автора изло¬
жены им в монографии «Крестьянское движение в первой четверти XIX века», пригото¬
вленной к печати ещё в 1937 г. и использованной при подготовке к печати второго тома
учебника «Истории СССР» для высших учебных заведений (изд. 1940 г., стр. 114).
4.	«Вопросы истории* № 9.

50
И. Игнатович
вообще н землею в частности»; мало того, крестьянин должен был быть
прикреплён к земле, «так как иначе помещику не гарантированы рабочие
руки». Третьим условием являлась «личная зависимость крестьянина от
помещика. Если бы помещик не имел прямой власти над личностью кре¬
стьянина, то он не мог бы заставить работать на себя человека, наделённо¬
го землёй и ведущего своё хозяйство. Необходимо, следовательно, «вне¬
экономическое принуждение». Наконец, «условием и следствием описы¬
ваемой системы хозяйства было крайне низкое и рутинное состояние
техники, ибо ведение хозяйства было в руках мелких крестьян, задавлен¬
ных нуждой, приниженных личной зависимостью и умственной тем¬
нотой» 10.
Помещичье хозяйство начало втягиваться в рыночные отношения
ещё в XVI11 веке. Этот процесс повлёк за собой разложение натурального
хозяйства. Появились первые трещины в феодально-крепостнической, си¬
стеме. В XIX в. по мере роста связей помещичьего хозяйствам рынком
разложение феодально-крепостнической формации быстро прогресси¬
ровало.
Вовлечение помещичьих хозяйств в рыночные отношения вызывало
стремление помещиков повысить доходность имений либо с помощью
расширения господских запашек и производства сельскохозяйственных
продуктов па рынок, либо путём заведения фабрик и заводов, работающих
на крепостном труде, либо, наконец, посредством повышения оброков и
введения смешанных повинностей. Всё это так или иначе вело к умень¬
шению доли «необходимого продукта», оставляемого помещиками кре¬
стьянам, к усилению крепостнической эксплуатации.
Расширение господских запашек происходило за счёт крестьянских
земель. При этом помещики захватывали себе лучшие крестьянские зем¬
ли. С другой стороны, владельцы имений уже-».неохотно -выделяли землю
на новые тягла и предпочитали поощрять переделы крестьянских земель,
что с ростом населения приводило к уменьшению крестьянских наделов.
Уменьшение наделов, рост барщины вызывали дальнейшее разорение
крестьянских хозяйств, снижение качества и количества живого и мёрт¬
вого инвентаря, необходимого для правильного ведения помещичьего хо¬
зяйства. Так, развитие помещичьего хозяйства, втягивавшегося в торгово¬
рыночные отношения, приводило к противоречиям, к разрушению крепост¬
нического строя.
Внеэкономическое принуждение при ухудшавшемся положении
крестьян и расширении помещичьих хозяйств неизбежно усиливалось.
Это вызывало противодействие со стороны крестьян. Уже в XVIII в. раз¬
разился мощный взрыв народного протеста против крепостного права —
восстание под руководством Пугачёва.
В XVIII в. ещё продолжался процесс закрепощения крестьян. Прави¬
тельства Екатерины II и Павла I свободно раздавали казённых, дворцо¬
вых, удельных крестьян. При Павле I указом 12 декабря 1796 г. были
закреплены крестьяне земли Войска Донского па о. Тамани, в губерниях
Екатеринославской, Вознесенской, Кавказской и Таврической. В первые
годы царствования Александра I вспыхнул ряд волнений новозакреплён-
ных крестьян, изыскивавших способы освобождения от помещичьего гнёта
и крепостной зависимости. Волновались крестьяне, пожалованные Па¬
влом I, в Новгородской, Тверской, Петербургской, Ярославской и Тамбов¬
ской губерниях.
Волнения крестьян в 1802—1803 гг. в имениях^Боровичского, Крестец-
кого, Тихвинского и Белозерского уездов, Новгородской губернии, обрати¬
ли на себя особое внимание министра внутренних дел Кочубея.
Он писал о волнениях в Крестецком и Боровичском уездах; «Непови¬
новение крестецких крестьян открылось в декабре прошедшего года. Вслед
10 В. И. Ленин. Соч. Т. 3, стр. 158—159.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.
51
за тем возмутились крестьяне ещё в трёх вотчинах Боротичского уезда,
принадлежавших гр. де-Бальмен, г-м Сиверсу и гр. Апраксину. Потом в
том же уезде отказались от повиновения крестьяне помещиков Набокова
и Мякинина. Происшествия сии, одно за другим в трёх уездах открыв¬
шиеся, заставили принять строгие меры. Послан был на место сам губер¬
натор, чтобы объяснить крестьянам точный его величества указ о бытии
.им в повиновении,— они его не .послушали — введена была во все селения
военная команда и при сем стоило ещё труда привесть их в повиновение —
наконец они усмирены — зачинщиков велено предать строгому суду.
Из числа сих подсудимых крестецкие — разбили острог, бежали,
послан был к сыску их исправник с понятыми; они укрепились в ближней
деревне, вооружились ружьями и рогатинами и его не допустили; от¬
правлена была воинская команда и советник правления, зачинщики раз¬
бежались и теперь ещё сыскиваются, прочие оказались покорными; чи¬
новники за слабость смотрения преданы суду».
Поэтому Кочубей возражал против посылки в эти края министром
юстиции специального чиновника для расследования правильности пере¬
числения крестьян из казённого ведомства в собственность помещиков:
«В середине сих неустройств, тогда как всё внимание правительства дол¬
жно быть обращено к сыску и строгому наказанию виновных и к прекра¬
щению тем вредного примера в такой губернии, где по всем опытам, и по
прошедшим и настоящим, крестьяне особливую имеют наклонность к дер¬
зости и неповиновению и где возмущение одного селения вскоре сооб¬
щается другим, послать сюда нарочного чиновника и завести новое след¬
ствие... мера сия представляет, по мнению моему, ряд неудобств».
Подчёркивая, что «дело идёт о преступниках, разломавших городскую
тюрьму, вооружившихся против земского начальства, разбежавшихся при
виде воинской команды и кроющихся от суда и наказания», Кочубей ука¬
зывал, что «тут не ослаблять губернского начальства посторонними след¬
ствиями, но усиливать его строгими подтверждениями нужно». «Прежде
должно привесть непокорных в порядок, а потом уже, спустя некоторое
время, когда всё успокоится, приняться за рассмотрение прав их», кото¬
рые к тому же Кочубей называл «ничтожным«» 11.
Упорно не желали признавать себя закрепощёнными крестьяне
Итовской вотчины, Ямбургского уезда, Петербургской губернии. В вотчи¬
не насчитывалось 21 селение с 3 тысячами крестьян. Ранее волость вхо¬
дила в состав Ингерманландии и её земледельческое население пользова¬
лось правами финляндских крестьян. Павел I подарил крестьян кн. Кура¬
кину. Последний »вдвое увеличил денежные платежи крестьян, но, пови¬
димому, не вмешивался в их внутреннюю жизнь, не нарушал давних прав
и обычаев. Вскоре, однако, около 1801 г., Куракин продал Итовскую вот¬
чину барону Унгерн-Штернбергу.
Новый владелец завёл собственную запашку, занялся обстройкой
мызы, наложил на крестьян многообразные повинности, разделив их на
барщинных и оброчных. Он увеличил денежные и натуральные платежи
и стремился также нажиться на крестьянских лесных промыслах и по¬
стройке «водоходных суден». Помещик потребовал, чтобы каждые 30 душ
из оброчных крестьян построили и оснастили для него по одному «водо¬
ходному судну». Помимо этого он присвоил 20 готовых крестьянских
судов. Крестьяне жаловались, что на построенных судах помещик «по¬
сылает... в разные места по 180 человек крестьяй» — «на коште мир¬
ском»,— отрывая их от полевых работ.
В доходную статью обратил Унгерн-Штернберг и рубку дров, обязав
каждое тягло поставить по 24 кв. сажени. Он потребовал также поставки
11 ЦГИАЛ, Министерство внутренних дел. Департамент полиции исполнительной.
1802 г., д. № 57; Министерство юстиции, 1802 г., д. № 140. См. также отчёт министра
внутренних дел за 1802 г. в «Сборнике исторических материалов, извлечённых из архива
с. е. и. в. канцелярии», вып. 12, стр. 219.

52	И.	Игнатович
120 бочек смолы. При постройке мызы была снесена целая деревня. Жите¬
ли сё были размещены по другим деревням и наделены землёй за счёт дру¬
гих крестьян.
Увеличение повинностей и платежей, стеснения в занятиях промы¬
слами и т. д. разоряли крестьян. Приблизительно с 1801 г. начались побе¬
ги. Тогда же крестьяне подали прошения в разные инстанции, в том числе
царю. Жалуясь на разорение, они выражали в прошениях уверенность в
том, чго царь оставит за ними права финляндских крестьян. По первому
всеподданнейшему прошению было произведено расследование, и жалобы
крестьян па помещика были признаны неосновательными.
По 1803 г. продолжались волнения итовских крестьян. Они отказыва¬
лись повиноваться помещику, бросали господские работы. Помещик жа¬
ловался, что крестьяне разбили 12 барок стоимостью свыше тысячи руб¬
лен каждая.
В 1802 г. в имение Унгерн-Штернберга была введена воинская коман¬
да, постепенно, ввиду продолжавшегося сопротивления крестьян, увели¬
ченная до 4 рот. Необходимость кормить и содержать солдат ещё более
разоряла крестьян.
Однако ни эта мера, ни наезды в Итовскую вотчину властей, вплоть
до губернатора, не давали ощутимых результатов. Значительная часть
крестьян стала скрываться по соседним селениям и лесам. В один из на¬
ездов исправника между крестьянами и солдатами произошла стычка.
Солдаты открыли стрельбу по крестьянам, били их прикладами, вязали.
Наиболее активные «бунтовщики» были преданы суду. По приговору
суда 11 человек были наказаны кнутом, 23 — плетьми и 4 — палками.
Расправа была столь жестокой, что некоторые из наказанных «полумёрт¬
во до 6 недель болели». Но и после этого значительная часть крестьян
продолжала скрываться в лесах. Только холода, отсутствие пищи и бо¬
лезни заставили беглецов вернуться домой. Вследствие перенесённых ли¬
шении из числа этих крестьян в течение января — июля 1803 г. умерло
202 человека.
Такая убыль населения обеспокоила помещика и местные власти.
Унгерн-Штернберг согласился на некоторые уступки. Но крестьяне не
приняли их. Они упорно продолжали добиваться возвращения отнятых у
них прав.
Летом 1803 г. у крестьян возник план всей вотчиной идти к царю
просить признать их вольными. Губернатор сообщил об этом министру
внутренних дел Кочубею и лично побывал <в Итове. Но его усилия прими¬
рить крестьян с помещиком были безрезультатны. Губернатор и Унгерн-
Штернберг сочли единственным средством «замирить вотчину» — это
выслать из имения всех непокорных, выдав за них вознаграждение поме¬
щику. 21 августа 1803 г. состоялось «высочайшее повеление» объявить
крестьянам, что неповштутощиеся будут переселены в Сибирь. Однако кре¬
стьяне усомнились в возможности такого царского повеления. Напротив,
у них всё более крепла мысль идти к царю. 20 сентября губернатор полу¬
чил сообщение от ям-бургского уездного предводителя дворянства, что
8 деревень находятся в крайнем возбуждении. Крестьяне рассылали по
деревням «'возмутительные приказы» и «по мирскому приговору» твёрдо
решили идти к царю просить «о приёме их в казённое ведомство». Пред¬
водитель сообщал, что крестьяне двигаются по лесам к Ораниенбаумскому
уезду, а потом пойдут в Петербург, чтобы на вахтпараде подать просьбу
царю. Земская полиция, указывал предводитель, не могла перенять
крестьян в лесах: воинской команды не было,— и. он советовал задержать
крестьян перед входом в столицу.
Губернатор в тот же день сообщил это известие Кочубею, и послед¬
ний немедленно сделал представление царю. Александр разразился имен¬
ным указом от 3 октября, где «в страх другим и в наказание ослушни¬
ков» повелевал отобрать несколько семей из более упорных и сослать их

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	53
в Сибирь на поселение, причём во избежание побега везти крестьян иод
военным караулом. В Сибирь было сослано 26 семей (150 крестьян
обоего пола). Так расправился царь с крестьянами.
Зато к интересам помещика он отнёсся очень внимательно. По имен¬
ному указу от 1 декабря 1803 г. за каждую «сосланную душу» помещи¬
ку было выдано по 100 рублей, он был освобождён от платежа государ¬
ственных податей и «всякого рода повинностей» за всех сосланных
крестьян 12.
В первое десятилетие XIX в. имел место и ряд других выступлений
крестьян против помещиков, выражавшихся в невыходе на барщину, пре¬
кращении платежей оброка, «буйствах», действиях против чиновников
и воинских усмирительных команд.
Количество крестьянских волнений резко повысилось после Отече¬
ственной войны 1812 г. и заграничных походов русской армии. В резуль¬
тате этих войн, особенно Отечественной войны, помещичье и государствен¬
ное хозяйство потерпело большой урон. Многие помещики разорились и
вынуждены были осесть в имениях и усиленно заняться хозяйством.
В нечернозёмных губерниях помещики повышали оброки или открывали
фабрики и заводы, основанные на крепостном труде. В чернозёмных
южных, а также в западных губерниях помещики всё сильнее втягивались
в торговлю с западными странами, которые испытывали нужду в хлебе
и других сельскохозяйственных продуктах.
Сбыт хлеба на рынок ка-мечался и в восточных поволжских и заволж¬
ских губерниях. Отсюда на внешний рынок хлеб шёл через южные порты.
Развивался и внутренний рынок. Потребительными являлись центральные
нечернозёмные губернии, где развивалась промышленность и росло город¬
ское население.
В наиболее благоприятных условиях для снабжения внутреннего рын¬
ка оказались центральные чернозёмные губернии. Даровой труд крепост¬
ных на поле, подводная повинность крестьян, позволявшая бесплатно
доставлять сельскохозяйственные продукты на сравнительно близкий ры¬
нок, давали помещикам этих губерний возможность выбрасывать сельско¬
хозяйственные продукты на продажу, приспосабливаясь к низким хлеб¬
ным де« а м.
Стараясь повысить доходность своих имений, помещики усиливали
эксплуатацию крестьян. Единственным средством для этого было внеэко¬
номическое принуждение. Но после Отечественной войны настроения
крестьян резко изменились. Служившие во время войны ратниками опол¬
чения крестьяне, прогнавшие иноземцев с родной земли и победоносно
прошедшие по чужим странам, по возвращении на родину не желали до¬
лее терпеть крепостной гнёт и ждали от царя воли.
Многие крепостные героически сражались против иноземцев в рядах
партизан и привыкли смотреть на себя как на граждан, защитников оте¬
чества. Нередко во время войны в губерниях, по которым проходили
неприятельские полчища, крестьяне, пользуясь ослаблением или уходом
местных властей, расправлялись с помещиками, захватывали имения,
«грабили» господские дома, вырубали леса и т. д. Они привыкли в ряде
случаев обходиться без бар. Повысилось их самосознание, росло чувство
собственного достоинства. Несомненно, эти настроения бывших ратников
широко распространились в гуще крепостной массы. Пошли упорные слу¬
хи, что царь даст или даже дал свободу, но помещики и чиновники скры¬
вают её от народа. Появилась уверенность, что при попытках добиться
освобождения от крепостной зависимости царь будет оказывать крестья¬
нам содействие.
Привлекают внимание факты вооружённого сопротивления крестьян
вовремя волнений после 1812 года. В распоряжении крестьян иногда ока-
12 ЦГИАЛ, Министерство внутренних дел. Деплртлмент полиции исполнительной,
1803 г., д. No 115; см. также Министерство юстиции* 1802 г., д. .Nb 216.

И. Игнатович
завались не только ружья, но и пушки, подобранные ими после Отече-
ственной войны 1812 года.
Говоря о процессе постепенного распада феодально-крепостнической
формации, следует учитывать, что уже в XVIII в. в торгово-промышлен¬
ные отношения вовлекались не только помещики, но и крестьяне. В XIX в.
эти явления обозначились ещё резче. Крестьяне не были однородной в хо¬
зяйственном отношении массой. В нечернозёмных губерниях они всё
сильнее вовлекались в торговлю и промышленность; развивались отхо¬
жие промыслы. Помещики, заинтересованные в повышении оброков и
безнедоимочной уплате их, способствовали отходу и неземледельческим
занятиям крестьян. Одним из результатов Отечественной войны 1812 г.,
во время которой в Московской губернии было разрушено много фабрик
и заводов, было распыление промышленности, развитие кустарных про¬
мыслов. С разрушенных мануфактур рабочие расходились по деревням и
здесь занимались на дому кустарным производством. Для ситценабивной
и хлопчатобумажной мелкой промышленности 1815—1820 годы были
годами расцвета.
Связь с промышленностью и торговлей усиливала расслоение кре¬
стьянства’на богатую верхушку, середняков и бедняков. Среди богатеев
встречались крупные капиталисты. Богами, кулаки подчиняли бедняков
и эксплуатировали их.
Расслоение крестьян наблюдалось и-среди населения, занятого только
земледелием, например, на юге, в Поволжье, где было много земли и ку¬
лаки могли захватывать ее, обрабатывая иногда силами тех же бедняков,
искавших добавочного заработка, или вольным наёмным трудом. Можно
указать факты покупки богатыми крестьянами земли на имя помещика,
пользования богачей наделами бедняков и т. д.
Помещики использовали в своих выгодах это расслоение крестьян¬
ства. Они усиленно облагали оброками и другими платежами кулачество
и нарождавшихся капиталистов-крестьян. Они содействовали укреплению
круговой поруки в целях использования средств кулачества для погаше¬
ния оброчных недоимок среднего и бедного крестьянства. Расслоение
крестьян ещё более разрушало крепостническую формацию, усиливая
борьбу крестьян против крепостного права. Деревенским богатеям кре¬
постное право, кроме всего, мешало развивать свободное предпринима¬
тельство, и они готовы были затрачивать крупные суммы на ведение
исков о воле.
Так, в недрах крепостнического хозяйства накоплялись противоре¬
чия, результатом которых явилось резкое обострение классовой борьбы
между крестьянами и помещиками. Поэтому мы видим, что в пятилетие
1816—1820 гг. количество волновавшихся имений резко возросло. В то вре¬
мя как в 1811 —1815 гг. происходило 36 волнений, в 1816—1820 гг. их
было 87. На это пятилетие падает треть всех известных за 1801 —1825 гг.
волнений.
Важно, что не только увеличилось количество волнений, но и изме¬
нился их характер. Крестьяне чаще совершали «самоуправства», захва¬
тывали в свои руки вотчинное управление, распоряжались господским
имуществом и т. д. Чаще, чем раньше, оказывали они неповиновение и
открытое сопротивление властям, изгоняли их из имений, организовывали
противодействие военным командам, .вступая подчас в вооружённую
борьбу. Они настойчиво закидывали прошениями своего мнимого «за¬
щитника», царя, и высшие правительственные инстанции и, не веря·отка¬
зам на прошения, снова и снова подавали их. Настойчивость, с которой
крестьяне возобновляли подачу прошений парно, показывает их недоверие
к властям и отрицательное отношение к государственному строю при со¬
хранении традиционных монархических иллюзий.
Крестьянские волпшия сильно били по помещичьему хозяйству, хотя
по отношению ко всей массе помещичьих имений количество охваченных

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	55
волнениями было сравнительно незначительно. Для нормального ведения
крепостнического хозяйства необходима было полное и безусловное по¬
виновение крестьян. Только тогда помещик мог реализовать свои хозяй¬
ственные расчёты, увязать их с требованиями рынка и т. п. Даже незна¬
чительные проявления крестьянского недовольства грозили убытком
помещичьему хозяйству. Помещики всегда должны были быть готовы
к взрыву неповиновения.
Не только открытое сопротивление — «буйство», «самоуправство»
и т. д.,— но и частичное неподчинение — «ослушания», даже «ленивая
барщина» — сказывались на помещичьих хозяйствах. Помещики разоря¬
лись, и если волнения были упорными, они стремились продать имение, от¬
дать его в казну или даже сослать крестьян в Сибирь, оставив себе только
землю. Нужно заметить, что имения, поражённые «червем» волнения, па¬
дали в цене, и трудно было подыскать охотников купить их.
Страшны для помещиков были не только волнения, но и угрозы их
возникновения под влиянием выступлений соседних крестьян. В письмах
помещиков на имя представителей администрации, в донесениях губер¬
наторов я других чиновников постоянно встречаются указания на опас¬
ность соседних волнений. Помещикам и чиновникам постоянно мере¬
щился призрак «пугачёвщины», призрак массового восстания крестьян.
Не удивительно поэтому, что в послевоенные годы и правительство и
часть дворянства начали задумываться над вопросом, не лучше ли ликви¬
дировать крепостное право. В это время и революционно настроенное дво¬
рянство, будущие декабристы, в своих программах резко ставило вопрос
о необходимости уничтожения крепостного права. Именно в третье пяти¬
летие XIX ib. характерно появление ряда записок об отмене крепостной
зависимости. Сам Александр I начал давать поручения о составлении
таких записок. Слухи об этих проектах распространялись в дворянском
обществе и проникали © толщу крепостной массы. Это ещё более воз¬
буждало борющееся крестьянство, поддерживая его надежды на царя.
Следует особо отметить, что в эти годы всё чаще встречались име¬
ния, волновавшиеся из года в год.
Чтобы представить себе силу и размах, движения, следует обратить
внимание на распределение волнений по годам. В первые два десятилетия
XIX в. затяжных (продолжающихся) волнений было от одного до шести.
Уже в 1815 г. мы видим 8 затяжных (продолжающихся) волнений. В пя¬
тилетие 1816—1820*чиСло их значительно возрастает.
Год
Волнения
затяжные
(первичные)
и единичные
Волнения
затяжные
(продол¬
жающиеся)
Всего
1816
22
3
25
1817
17
17
34
1818
25
19
44
1819.
17
19
36
1820
6
20
26
Как видно из*таблицы, в 1817 г. затяжных (продолжающихся) волне¬
ний было столько же, сколько единичных и затяжных (первичных).
В 1818 г. затяжных (продолжающихся) было более половины единичных и
затяжных (первичных) волнений этого года, а в 1820 г. в 3 раза больше,
чем затяжных (первичных) и единичных. Понятно, что в эти годы кресть¬
янское движение было наиболее сильным, так как именно затяжные (про¬
должающиеся) волнения представляли собой крупные взрывы крестьян¬
ского движения. Следует подчеркнугь, что из 150 известных случаев вво¬

И. Игнатович
дов воинских команд в волнующиеся имения на пятилетие 1816—1820 па¬
дает 66 вводов, или 44% 13.
Ярким примером крестьянских выступлений этих лет являются вол¬
нения крестьян 1817—Î822 гг. в имениях Кашталинского и помещицы
Прибоедовой.
В имении М. Ф. Кашталинского, находившемся в Порховском уезде,
Псковской губернии, в 10-х годах XIX в., по седьмой ревизии, числилось
550 крестьян мужского пола. Имение было многоземельным. В нём имелось
5686 десятин удобной и неудобной земли. Одной крестьянской пашни
было не менее 4300 десятин, в среднем около 8 десятин на душу мужского
пола. Крестьяне состояли «а оброке и должны были платить со своей
земли около 11 тыс. рублей, что не было для них обременительно.
Основным занятием крестьян было, -повидимому, льноводство. «Редкий
крестьянин, — писал губернатор, побывав в вотчине в мае 1820 г.,— не
производит торг льном». Крестьяне в основном были состоятельны. Хотя
в 1820 г. вотчина была несколько разорена вследствие волнения, губер¬
натор вьгнес впечатление, что она всё же «паилучшая из -»всей губернии».
Осмотрев крестьянские хозяйства, губернатор нашел их «в самом лучшем
положении; все крестьяне имеют избыточное количество скота; бедней¬
шие из них имеют две лошади, 4—5 коров, несколько мелкого скота и
кроме обыкновенного носячего платья ббльшая часть имеет хорошего
сукна праздничные кафтаны, жёны их — шёлковые ферязи и другие уборы;
постройка домов и других строений самая хорошая». Крестьяне пользова¬
лись относительной самостоятельностью, имели самоуправление, так как
помещиков -.п-мен и и не жил и довольствовался получением оброка.
В- 1847 г. М. Ф. Каштадинский умер. Вотчина перешла к его пле¬
мяннику, Ф. С. К а шт ал иноком у, обязавшемуся уплатить более 300 тыс.
рублей дядиных долгов. Эти деньги помещик предполагал получить с кре¬
стьян. С этой целью он повысил оброк до 25 тыс. рублей и потребовал
уплаты его за два года сразу. В противном случае помещик грозил про¬
дать часть имения за долги, отдать крестьянских сыновей в рекруты, а
девушек — в замужество в другие-вотчины,, завести господскую запашку,
т. е. перевести крестьян на барщину.
Сверх денежного оброка помещик установил сбор ржаной муки, овса,
льна, а также домашней птицы. За каждую девушку, уклонявшуюся от
замужества, крестьяне должны были платить теперь вместо десяти — три¬
дцать рублей. Сверх того Кашталинский предложил крестьянам дать ему
денег взаймы, «кто сколько может». Взимание денег помещик поручил
бурмистру Иванову.
В том же, 1817 г. бурмистр.. вместе с управителем Григорьевым
приступил к взиманию с крестьян денег. Только часта крестьян оказалось
под силу уплатить сразу за два года столь высокий оброк; 86 домохозяев
должны были для этого продать хлеб и <жот. Часть из «их уплатила
оброк под угрозой розог, часть оказалась-в недоимщиках, несмотря на
телесные наказания.
Наряду с этим бурмистр и управитель -энергично наступали на наи¬
более богатых крестьян, требуя для помещика денег взаймы сверх обро¬
ка. Богатеи раскошеливались туго. Крестьянин Г. Яковлев дал добро¬
вольно 300 рублей, но бурмистр заставил его дать тысячу. Крестьянин
Лукин дал 500 рублей, но бурмистр потребовал от него 3 тыс. рублей.
При этом он издевался над крестьянином, тряс его за бороду и грозил,
что «приготовленными... прутьями шкуру спорет». '
Этими денежными поборами Кашталинский нанёс тяжёлый урон
крестьянским хозяйствам; 6лагосостояние- части населения ©отчины по¬
13 Остальные вводы воинских команд распределялись,- по пятилетиям следующим
образом: в 1801 —1805 гг. — 26 вводов, в 1806—1810 |гг. —И2, в 1811—1815 гг. — 11 и
в 1821—1825 гг.—'35.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.
57
шатнулось. Наиболее бедные (Крестьяне оказались έ таком положении,5
что летом 1818 г. пришлось дать им пособие?«а?продовольствие из сель¬
ского запасного магазина. Естественно, что среди крестьян затаилось
недовольство против помещика, бурмистра и управителя.
Более всего озлобилась неимущая часть ©отчинного населения. К «ей
как раз и принадлежал первый жалобщик, Андрей Иванов, безденежный,
повидимому, недоимщик, «один из среды всех наихудшего поведения»,
как характеризовал его Кашталинский, «бродяга», как писал о нём ба¬
рину е письме бурмистр. А. Иванов, по словам его односельчан, не раз
был сечён за неплатёж оброка. Он первый не стерпел преследований и
вымогательств бурмистра и, оставив в деревне столетнюю мать, жену
и трёх малолетних ребят, с двумя сыновьями-мальчиками тайком
пробрался в Москву и в ноябре 1817 г. подал лично Александру I жало¬
бу на помещика.
Большой лицемер, Александр I любил при личных (встречах с под¬
данными -надевать на себя »маску благожелательности. По отношению к
крестьянам он не раз обнаруживал кажущуюся готовность удовлетворить
их просьбы^ возбуждая среди них надежды, а затем подвергая их жесто¬
ким репрессиям.
Прошение Иванова было милостиво принято царём, и он передал его
гр. Аракчееву для внесения в комитет министров. В то же время от
ст.-секретаря Марченко последовало отношение к псковскому губерна¬
тору, которым предписывалось объявить А. Иванову, чтобы он спокойно
ожидал решения по своей просьбе и не тревожил государя её повторе¬
нием. По словам чиновника Тудоровского, командированного в 1820 г.
в именье для выяснения причин волнения, отношение Марченко к псков¬
скому губернатору было понято крестьянам« как «государев указ, чтобы
все крестьяне были в своих домах спокойны, и никому до «их дела нет,
пока не пришлётся решение на поданную жалобу».
Последовавшая затем отдача, согласно решению комитета мини¬
стров, имения в опеку ещё более укрепила крестьян в таком понимании
«государева указа». Они стали толковать, что «государю угодно взять их
от помещика в казну, либо сделать их вольными». Опрос при переводе
крестьян в опекунское управление, какую систему повинностей — бар¬
щинную или оброчную — они предпочитают и какой размер оброка счита¬
ют необременительным, был понят крестьянами как новое подтверждение
особого покровительства царя. Тогда, по словам Тудоровского, «они в
полной мере открыли своё неповиновение, говоря, что мы не желаем те¬
перь подписываться за помещика, ибо мы теперь под опекою государе¬
вою и, может быть, будем вольными». Внимание, которое было уделено
крестьянам в связи с подачей А. Ивановым прошения, вселило в них на¬
дежды, что царь освободит их из-под власти помещика и возьмёт в ка¬
зённое ведомство. Поэтому крестьяне заявили, что они теперь вольные и
«ни оброку давать, ни господской экономии обрабатывать не хотят, разве
суд что им прикажет». Опекою оброк был установлен в 15 тыс. руб., про¬
тив чего крестьяне открыто не возражали.
Почувствовав себя свободными, крестьяне прежде всего решили-рас¬
правиться с бурмистром и теми крестьянами, которые попрежнему при¬
знавали себя крепостными Кашталинского. Группа таких покорных,
или, как их потом называли, «барских», крестьян вначале доходила до
70 человек, но постепенно уменьшилась до 30. Эти крестьяне неоднократ¬
но обращались к Каштал,янскому с письмами, заверяя в своей покорно¬
сти, называли «вольных», т. е. ©©повиновавшихся, крестьян «смутьяна¬
ми», «бунтовщиками». Они настаивали на том, чтобы против «непокорных
были приняты меры и сообщали о действиях «смутьянов». «Вольные»
требовали «учёта» бурмистра в целях его смещения. Они надеялись и на
то, что при (рекрутском наборе 1818 г. сумеют настоять на сдаче в солдаты
крестьян из числа «барских». Но на рекрутский набор рассчитывали и

П8	И.	Игнатович
опекун с бурмистром, чтобы избавиться от «неспокойных». По этому по¬
воду и разгорелась борьба в 1818 году.
Когда в 20-х числах ноября производился рекрутский набор, «воль¬
ные» отказались сдать в солдаты крестьян, назначенных опекуном, и по¬
требовали сдачи в рекруты крестьян из числа «барских». Опекун заявил
в земский суд о новом неповиновении в имении. Приехал земский исправ¬
ник. Крестьяне, старики и молодёжь, скрылись в прилегающих к имению
густых лесах. Унтер-офицера и понятых, высланных для поимки одного из
назначенных в рекруты, они чуть не изрубили топорами. В конце концов
«вольные» добились своего: в рекруты сдали тех, кого они назначили.
«Учёта» бурмистра они также добились, но отчёт его был признан властя¬
ми удовлетворительным.
С конца 1818 г. по примеру А. Розанова крестьяне начали обращаться
с прошениями лично к царю. Они ждали от него окончательного реше¬
ния дела, начало которого видели в наложении опеки.
Подача прошений царю облегчалась тем, что селения кашталиеских
крестьян были расположены недалеко от дороги, по которой обычно
проезжал Александр, следуя на запад, в Варшаву, или гл юг. Станции
Боровичи и Залази, на которых останавливался Александр, и стали ме¬
стами, где крестьяне подстерегали царя и подавали ему прошения. В де¬
кабре 1818 г., при проезде Александра через Псковскую губернию, кре¬
стьяне подали ему просьбу.
После этого они заявили уездному предводителю дворянства, что не
будут платить оброка впредь до решения царя по их прошению. Кре¬
стьяне требовали смены бурмистра. Их вожак и ходок К. Галактионов
грозил, что в противном случае крестьяне свяжут бурмистра и набьют
ему колодки. Озлобление прошв бурмистра и управителя было столь ве¬
лико, что даже чиновники начали настаивать на смене бурмистра и вы¬
сылке управителя. Разрасталось возбуждение «(вольных» крестьян про¬
тив «барских», и число последних таяло. «Барские» крестьяне жалова¬
лись Кашталинокому, что «вольные» «теснили» их, грозя разорить и
сдать из их числа в солдаты вне очереди. «Бунтовство,— писали они,—
день ото дня усиливается. Вольные как хотят, так сами собою и управля¬
ются», идут беспрестанные сходы, собираются деньги на ведение* дела.
Руководит всем «возмутитель» Галактионов.
В конце 1819 г. вновь возникли волнения из-за рекрутского'набора.
К тому времени старый бурмистр был смещён и на его место избран
новый, Терентьев, утверждённый опекуном. Но наряду с Терентьевым
крестьяне считал« своим бурмистром и Галактионова.
Положение -в вотчине к марту 1820 г. было признано настолько
серьёзным, что туда ©вели воинскую команду. Солдат разместили по
дворам крестьян, отказавшихся платить оброк.-Но, несмотря на постой
570 солдат, почти все крестьяне отказались отчего-.уплаты. Мало того,
они начали вырубку помещичьего леса. В короткое"время было свалено
до 4 тыс. деревьев. Бурмистр перешёл нагсторону непокорных; назначили
другого, но нового бурмистра никто не слушал. Из-за сопротивления
крестьян, жаловался уездный предводитель, «ни один дворянин не желал
принять на себя обязанности опекуна». В мае еотчи-ну посетил губерна¬
тор. Он убедился в неповиновении большей части крестьян. Губернатор
предложил всех главных «зачинщиков» отдать «на срочное время в ра¬
боту». С этим согласился помещик. Он предоставлял правительству право
переселить неповиновавшихся крестьян, «куда оно заблагорассудит».
Как ни состоятельны были кашталинские крестьяне, всё же содер¬
жание около двух батальонов солдат было им не под силу. В ряде все¬
подданнейших прошений, а затем в прошениях на имя петербургского
военного генерал-губернатора Милорадовнча они жаловались на тяжесть
воинского постоя и просили освободить от него. Одно из таких прошений
было подано Александру 23 мая 1820 года. Последовавший в начале июня

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	59
увод воинской команды в лагеря был попяг крестьянами как ответ царя
на их прошение и ещё более укрепил их веру, что царь на их стороне.
После ухода солдат они начали лихорадочно прятать своё имущество на
случай повторного появления военной команды. Крестьяне распродавали
хлеб, раздавали его даже даром, прятали лучшее платье по соседним селе¬
ниям, они игнорировали приказ опекуна не отлучаться из селений. Опекун
жаловался, что крестьяне не слушаются ни его, ни бурмистра. В вотчине
собирались беспрестанные сходы. Возглавлял их Галактионов. Когда
исправник арестовал 15 человек и отправил их в Порхов, то крестьяне,
по одному человеку от двора, явились в город и потребовали, чтобы их
также посадили в острог вместе с прочими. Так простояли они целый
день. Перепуганный исправник усмотрел в этом «бунт» и просил при¬
слать в имение хотя бы один батальон солдат для «острастки».
Между тем продолжалась подача всеподданнейших прошений. 9 ию¬
ня была подана жалоба царю в Царском Селе. 9 июля было подано про*
шение царю на станции Залазы; как видно из более позднего прошения,
крестьяне собрались тогда на станции «почти всей вотчиной мужского
пола и женского». «По прочтении же нашей просьбы, сказал государь, что
вы будьте спокойны и что вас обижать никто не будет и будет к вам член
из Петербурга». «И действительно, приехал через 10 дней который реви¬
зор был у губернатора, а потом и у нас в вотчине, и тоже принуждал нас
к подписке, а себя не объявлял, кто он таков, и так уехал из нашей вот¬
чины без всякого производства». Этим неизвестным был чиновник Тудо-
ровский. Из высказываний крестьян видно, что они сомневались, точно
ли это был следователь, обещанный царём. Об этом недоверии писал и
сам Тудоровский в донесении министру внутренних дел.
Тудоровский я-вился в вотчину для расследования уже в августе,
после столкновения крестьян с заседателем земского суда Саламатиным.
Последнему с помощью управителя 30 июля удалось захватить К. Галак¬
тионова. Но крестьяне освободили своего вожака и при этом до полу¬
смерти избили «подсказателя» ·—управителя. После этого в вотчину была
введена воинская команда. Суровые меры, принятые властями против
крестьян, они объяснили тем, что их мнимый заступник — царь — уехал
за границу.
Терпение крестьян стало истощаться. Продолжительный постой сол¬
дат, запрещение отлучек из имения даже на собственные работы без раз¬
решения на то офицеров привели к тому, что крестьяне стали разбегаться.
Целые семьи в зиму 1820—1821 г. перебрались в леса — «под крышу не¬
ба», как образно говорилось в крестьянском прошении,— и предпочитали
мёрзнуть и голодать, чем находиться под надзором солдат, разорявших их.
Часть крестьян разошлась по другим селениям. Теперь, когда царя не
было в России, они направляли жалобы Милорадовичу. Ему было подано
два прошения: 4 ноября 1820 г. и 3 января 1821 года.
В январе 1821 г. губернатор снова побывал в вотчине. Сопровождае¬
мый чиновниками и священником он целый день бился в бесплодных по¬
пытках убедить крестьян в необходимости .повиноваться. Ему удалось
склонить к повиновению только 12 человек. Тогда он -прибегнул к роз¬
гам. На расправу крестьян приводили по одиночке. Им «вязали руки и
ноги и били в лежачку розгами и палками», губернатор «топтал своими
ногами и многие прочие истязания несносные, что многих замертво выно¬
сили из квартиры». Но и такими средствами не было достигнуто повино¬
вения. Поеинилось не более чем две трети населения. Остальные крестья¬
не продолжали укрываться в лесах и окрестных селениях. На другой день
после наказания ещё 44 крестьянина скрылись, и в деревнях остались
только женщины и дети.
В это время до крестьян дошло известие, что их вожак Галактионов
арестован в Петербурге. Пересланный в Псков, Галактионов держался
бодро и, сносясь из тюрьмы с одновотчипнпками, продолжал поддержи¬

00	И.	Игнатович
вать в них веру ιβ успешный исход дела. Настроение крестьян было воин¬
ственным. Когда земский суд потребовал к себе явившихся из бегов, они,
«выступя из домов своих с кольями и с топорами», объявили, что убьют
всякого, кто попытается взять их силою; одному из понятых при этом они
проломили голову. Только при условии предъявления бумаги от самого
царя соглашались они отдаться в руки земской полиции.
Ввиду такого сопротивления крестьян дело Галактионова решено
было изъять из общего судебного дела о кашталинских крепостных и бы¬
строй расправой с крестьянским вожаком воздействовать на «бунтарей».
К маю приговор над Галактионовым был утверждён губернатором и при¬
ведён в исполнение в вотчине при собрании всех крестьян. Галактионов
был наказан 60 ударами кнутом. После этого он подлежал ссылке в Нер¬
чинск на каторжные работы. По словам крестьян, тогда же в вотчину
привели 40 крестьян из тюрьмы, «скованных руки, йога м стали наказы¬
вать насильно подписаться за помещика». После этой расправы крестьяне
согласились повиноваться. Их сочли усмирёнными, положением комитета
министров от 15 ноября опека была снята,, и вотчина предоставлена в
р а с п о р я ж ени е К а ш т а л шгск ого.
Всё же брожение в вотчине продолжалось. Крестьяне подстерегали
с очередными прошениями Александра. Во /время «царского вояжа»,
10 июня 1821 г., им удалось подать новое прошение. Они жаловались на
разорение от постоя солдат, свирепую расправу с ходоком и сорока их од-
новотчинниками и сообщали, что помещик начал хозяйничать в имении,
заставлял платить оброк за два года, «кому нечем платить, брал лошадь¬
ми, а другие остатних коров продавали». Содержание воинской команды
за счёт крестьян в течение почти полутора лет привело к тому, что «пле¬
менного скота совсем мало оставлено, а другого прочего мелкого скота
и завода не осталось». Часть крестьян продолжала скрываться в лесах и
в дальних селениях.
В прошении, поданном в конце марта 1822 г. Милорадовичу, описы¬
валось отчаянное положение этих бесприютных крестьян. Им постоянно
приходилось бояться выдачи и преследования, бояться даже тех, кто да¬
вал им приют. «Многие крестьяне, — писалось в прошении, — жили в ле¬
су под крышею неба две зимы, то и по сие время некоторые живут и
терпят от воздуха зимнего стеснение, смешанное с горем и страхом, в ни¬
щенской одежде, в том числе больные, малолетние и престарелые бед¬
ствуют».
Тяжёлым было положение и крестьян, остававшихся «в вотчине. Гу¬
бернатор запретил выдавать им виды на жительство. Это лишало их
возможности заниматься работами на стороне, без чего крестьянам уже
было трудно прокормиться. Запрещение выдачи видов на жительство
крестьяне рассматривали как способ помешать им подавать жалобы
царю. Всё же в мае 1822 г. они выследили, когда Александр проезжал
мимо .вотчины, и подали ему прошение. Они жаловались, что иопраеник
учинил разгром некоторых крестьянских домов, отнял ключи от амбаров,
где хранился хлеб скрывавшихся крестьян, а про последних писали, что
они «ныне скитаются, яко звери в. лесу-и отлучены от своих.домов и
детей».
Летом 1822 г. в вотчине вновь вспыхнуло волнение. Через старооб¬
рядца Зорина, ранее оказывавшего различные услуги Галактионову, а
теперь заменившему его ходоку М. Степанову, последний .получил под¬
ложную копию с якобы царского указа о признании вольными кашталин¬
ских крестьян. С этой копией Степанов 23 июля явился из лесу с ‘осталь¬
ными беглецами в вотчинную контору и объявил всем радостную весть.
Крестьяне были крайне возбуждены. Они «кричали, что у них нет госпо¬
дина», «угрожали бить и оковать бурмистра, выбросили из конторы сун¬
дук с разными вотчинными бумагами», «приказав тому бурмистру, чтобы
ои устроил контору, где хочет, а им оная не нужна». Вооружившись ду¬

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	G1
бинами и бердниками, они не позволили арестовать Степанова; когда
к ним явился член земского суда с понятыми из окрестных деревень, они
предупредили, что «.всех их перебьют».
В вотчину немедленно были направлены воинская команда и уезд¬
ный предводитель дворянства с членами земского суда. Предводитель
прибыл на место 1 июля. Он констатировал непримиримое отношение
крестьян «о всем властям, за исключением царя. Собранные на сход кре¬
стьяне заявили, что «никакой власти повиноваться не согласны, не чув¬
ствуют никакой силы объявляемых им высочайших указов и не почитают
за истину, доколе »поверенные их не сходят к тосударю-.императору с про¬
шением о »их деле, и что им от его императорского -величестна поселено
делать обо .всём доносы». После такого заявления, «пои буйном обхож¬
дении с предводителем дворянства», крестьяне, «не выслушав окончания
речи его, -пошли, махнув руками, прочь с азартностью».
Об этих событиях министр внутренних дел сообщил Александру осо¬
бой запиской. Он счёл необходимым полностью привести заявление кре¬
стьян о несогласии повиноваться властям и о повелении Александра де¬
лать ему доносы обо всём. Повидимому, последнее задело Александра,
ибо в подлинной записке против этих слов стоит отметка нотабене, под¬
чёркнутая два раза. «Его императорское величество, — гласит надпись
на записке, сделанная 22 июля, — отозвались с большим неудоволь¬
ствием, что доселе буйство крестьян сих »не укрощено и что всякий раз,
когда его величество проезжает, крестьяне сии, выходя, беспокоят его
величество неосновательными просьбами своими». Александр приказал
направить в »вотчину воинскую команду и держать её там, «доколе всё
не придёт в совершенный порядок», а также отыскать и »наказать за¬
чинщиков.
16 июля воинская команда в составе баталшна !вступила »в вотчину.
Но ещё »накануне «возмутившиеся крестьяне с жёнами, детьми »и имуще¬
ством, оставя только порозжне дома, сами вооружась (ружьями, берды¬
шами и кольями, скрылись в леса». Попытка предводителя с помощью
воинской команды вернуть беглецов привела к столкновению, сопровож¬
давшемуся перестрелкой. Власти вынуждены были признать своё бесси¬
лие найти скрывавшихся «по обширности лесов и непроходимости мест».
Министр внутренних дел тем не менее настаивал на поимке беглецов,
боясь новой в-стречи крестьян с Александром. Для усмирения крестьян
вынужден был -выехать сам губернатор.
Между тем прошением от 24 июля крестьяне сообщили Александру,
что губернатор скрывает от них копию указа, которую, по сведе¬
ниям крестьян, они должны были уже получить. Эта новая подача
прошения окончательно раздражила царя. Кн. Волконский, пересылая
это прошение министру внутренних дел, передал повеление Александра
предписать губернатору «никого из непо»винующихся крестьян оной вот¬
чины ни в столицу, ни на большую дорогу для подачи просьбы не допу-
щать». Об этом было сообщено губернатору. Военные власти обязались
оказывать местному начальству всяческое содействие.
Перед местными и военными властями, таким образом, ставилась
задача—не допустить встречи »крестьян с царём. Губернатор всеми си¬
лами постарался устроить «всё возможно лучшим образом для совер¬
шенно спокойного путешествия его величества». Он прибыл с · воинской
частью е Порхав, чтобы оградить царя от народа, но был бессилен пере¬
хватить крестьян в непроходимых лесах. Пришлось охранять лишь до¬
рогу, по которой 5 августа должен был проехать Александр, направляясь
в Варшаву. Особая рота была выделена для охраны ст. Боровичи. Узнав,
что (Крестьяне пробираются в Лужокий уезд, чтобы встретить царя, гу¬
бернатор двинул часть роты вперёд по большой дороге, сообщив о-про¬
движении крестьян начальнику »главного штаба.

62
И. Игнатович
Однако все эти меры были тщетны. При появлении первой коляски
царского поезда до 80 крестьян вышли из лесу и направились на дорогу.
Против солдат, пытавшихся отогнать крестьян, были пущены в ход колья
и камни. Во время схватки трое солдат и трое крестьян были ранены.
В этот момент показалась царская коляска. Продолжать .побоище в при¬
сутствии царя было неудобно, да и небезопасно для коронованной особы.
Поэтому начальник воинской команды приказал солдатам отступить.
Воспользовавшись этим, крестьяне вышли на дорогу и положили на неё
своих раненых товарищей, преградив таким образом путь царю. Але¬
ксандру пришлось остановиться.
Возбуждённые крестьяне просили царя взять их в казну и освобо¬
дить от крепостного рабства. В ответ на эти просьбы царь приказал на¬
чальнику воинской команды арестовать крестьян. Но возбуждение их
было столь велико, что сразу выполнить высочайшее приказание власти
не рискнули. Решено было взять крестьян обманом. Под предлогом, что
им будет объявлена «высочайшая воля» в Боровичах, их увели на стан¬
цию. Раненых крестьян убрали с дороги, и царь мог продолжать^ свой
путь. В Боровичах крестьяне были окружены солдатами, связаны и от¬
правлены в вотчину. Повидимому, Александр I остался доволен таким
благополучным исходом встречи с «верноподданными» и изъявил губер¬
натору своё «высочайшее благоволение». На крестьян встреча с царём по¬
действовала отрезвляюще. Подача прошений Александру прекратилась 14.
Как уже указывалось, одной из мер, к которым прибегал Кашталин-
ский, чтобы заставить крестьян платить непосильный оброк, была угроза
перевода на барщину. К этой угрозе, а иногда и « фактическому -пере¬
воду на сельскохозяйственную или фабрично-заводскую барщину прибе¬
гали и другие помещики в случае, если крестьяне не уплачивали требуе¬
мых сумм. Крупное волнение на этой почве вспыхнуло в Костромской
губернии в 1817—1819 гг. среди крестьян помещицы Η. Ф. Грибоедовой,
матери знаменитого писателя. Ей принадлежало село Троицкое-Салтыко-
во и 20 деревень в Кологривском уезде. Грибоедова приобрела имение в
ноябре 1816 года. В нём числилось 777 крестьян мужского пола. В име¬
нии было 17 143 десятины земли, из которых более 13 тыс. десятин нахо¬
дилось под строевым и дровяным лесом; одной пашни насчитывалось
3030 десятин, сенокосных угодий 182 десятины; надо полагать, что, кроме
чисто сенокосных угодий, был и покос в лесу. Имение, следовательно, было
многоземельным. На ревизскую душу приходилось 3,8 десятины пахот¬
ной земли, или 7,5 десятины на тягло. Имение, лежало на судоходной
реке Нее, имеющей сообщение с Волгой. Это делало возможным он лав
строевого и дровяного леса. Троицкое было тортовым селом. Через него
проходил большой тракт, и крестьяне имели дополнительный доход от
проезжающих. На богатство и -населённость Троицкого указывает-и заве¬
дение там казённым ведомством питейного дома. Значительная часть
крестьян уходила на заработки на сторону, занимаясь шерстобитным
промыслом и шитьём крестьянского платья.
Затратив на приобретение имения довольно крупный капитал, Гри¬
боедова рассчитывала с лихвою вернуть его, усилив обложение крестьян.
Она заплатила за имение 235 тыс. рублей, по 302 рубля за душу муж¬
ского пола. Чтобы собрать такую сумму, помещица продала своё рязан¬
ское имение, заняла часть денег у частных лиц и заложила вновь при¬
обретённую вотчину в опекунском совете. В расчёте на крупные заработки
крестьян она сочла возможным обложить их оброком по 100 рублей с
гягла, что должно было дать ей при 400 тягл 40 тыс. рублей в год, т. е.
51 рубль 70 копеек с ревизской души. Сверх того Грибоедова потребо¬
вала столовый запас — с каждого тягла по 4 аршина тонкого холста,
14 ЦГИАЛ. Министерство внутренних дел. Департамент полиции исполнительной.
1818 г., д. № 302.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	63
четверти аршина чёрного сукна, по фунту коровьего масла, четверти фун¬
та белых грибов, четверти барана, 10 яиц и одной птице.
При прежних владелицах (они были малолетними, и имение находи¬
лось в опеке) крестьяне состояли на оброке, привыкли ·κ большой само¬
стоятельности и мало чувствовали крепостную зависимость. Они платили
помещицам 13 тыс. рублей в год. что составляло в среднем по Î6 рублей
70 копеек с души, без ©сяких дополнительных сборов, т. с. в три раза
меньше, чем потребовала от них Грибоедова, хотя и о-брок в 16 рублей
70 копеек с души сравнительно с оброком соседних помещичьих крестьян
был выше среднего.
Подавая в 1817 г. прошение, Грибоедова писала о приобретённых
крестьянах, что при опеке они были «без всякого присмотра» и сделались
«совершенно развратны и своевольны». Они «едва только узнали о по¬
купке их ею и, не впавши её лично, вознамерились воспротивиться её
власти, в чаян-ии через то сделаться казёнными».
Были и другие обстоятельства, мешавшие претворению в жизнь
планов помещицы. В вотчине имелась богатая верхушка так называемых
первостатейных крестьян. Это были торговцы лесом, содержатели по¬
стоялых дворов и т. п. Эта часть крестьян была заинтересована в сохра¬
нении старых порядков самоуправления и оброчной системы.
С другой стороны, имелись недостаточные крестьяне. Это отметил
даже уездный судья Сальков, обследовавший состояние грибоед обских
крепостных в июле 1817 года. Крестьяне в прошениях также неоднократно
указывали, что среди них есть бедняки, которым не под силу платить по¬
вышенный оброк. Шерстобиты и швецы крестьянского платья вряд ли
были «первостатейными», скорее это были полупролетарии, существовав¬
шие в значительной степени за счёт продажи своей рабочей силы. Земле¬
делие далеко не могло их обеспечить. Пахотная земля, по их словам,
«родит хлеб очень посредственный и то быв с великим трудом обработана
и весьма много удобрена, без чего совсем бывает бесплодна». Групг «пес¬
чаный и столь каменистый, что женщины обрабатывать его совсем
не -могут».
Малосостоятельная часть крестьян, повидимому, уплачивавшая без
недоимок оброк прежним владельцам, не в состоянии была вмести сум¬
мы, требуемой Грибоедовой. Конечно, при круговой поруке за бедных
крестьян могли платить «первостатейные». Но троицкие богачи не же¬
лали поступаться барышами для поддержания маломощных крестьян.
Они вообще хотели сохранения в вотчине старых порядков — старой об¬
рочной системы и самоуправления — и не останавливались перед круп¬
ными затратами по ведению дела против помещицы. Они жаждали воли
и готовы были заплатить за выкуп вотчины 235 тыс. рублей. В этой
борьбе против помещицы за ними шла вся крестьянская масса.
Грибоедова была, очевидно, не прочь отпустить крестьян на волю за
большой выкуп. В одном из своих приказов она предложила своим кре¬
постным выкупиться в «вольнопзшцы», внеся по 600 рублей за ревиз¬
скую душу, что дало бы ей возможность получить за них 466 200 рублен,
т. е. почти вдвое большую сумму, чем было затрачено на их приобрете¬
ние. Но крестьяне, за исключением небольшой группы, не в состоянии
были внести столь дорогой выкуп. Следовательно, приходилось решать
вопрос в рамках крепостных отношений.
Грибоедова, как уже говорилось, сделала было попытку получить
проценты на капитал, сохраняя оброчную систему. Но она быстро убе¬
дилась, что преувеличила платёжную способность средних крестьянских
хозяйств. Тогда она решила открыть собственные предприятия. Уже
раннею весною 1817 г. она начала готовиться к заведению господской
экономии н заводов. Она проектировала Открыть «на коммерческих на¬

64	И.	Игнатович
чалах весьма необширный стекольный завод», а также винный-и сукон-
ную фабрику.
Но все эти планы помещицы разбивались о стойкое противодействие
крестьян. Почти все распоряжения Грибоедовой, относившиеся к устрой¬
ству стекольного завода, остались невыполненными. Попытка завести
собственную запашку за счёт половины крестьянской пашни и введения
трёх дневной барщины также встретила сопротивление. Сверх уплаты
11 600 рублей столового запаса крестьяне не выполнили ни одного из её
распоряжений. Когда летом 1817 г. Грибоедова прислала поверенного для
осмотра и описи вотчины, крестьяне попросту выгнали его из селения.
В то же время они стали подавать жалобы на помещицу. Ходок Ни¬
кифоров в марте 1817 г. подал прошение на имя царицы, а в нюне ему
удалось подать жалобу лично Александру 1. Последняя была направлена
в комитет министров. Никифоров жаловался на непосильность обложения
и тяжесть господских работ. Он заявлял о готовности крестьян платить по
1-5 тыс. рублей в год, но в то же время просил разрешить миру выкупить¬
ся, внеся в рассрочку 235 тыс. рублей, с правом последующего перехода в
ведомство уделов. Просьба о выкупе была признана «невместной», обло¬
жение после обследования также было признано необременительным.
Никифоров был предан суду, наказан плетьми и сослан в Сибирь.. Але¬
ксандр I распорядился поручить надзор за крестьянами и имением сосед¬
ним дворянам, участвовавшим в расследовании положения крестьян;
иными словами, установил опекунское управление.
Однако это не успокоило крестьян; они продолжали посылать новых
ходоков и упорно не платили оброка. Их настроение становилось всё
более воинственным. В 1818 г. Грибоедова, а затем и губернатор сочли
•необходимым ввести в имение воинскую команду.
Последующие события ясно показали силу озлобления крестьян.
Когда 9 ноября в вотчину приехали член земского суда, уездный стряп¬
чий и двое надзирающих дворян, то крестьяне не только не согласились
подчиниться их требованиям, но «в азартном виде», произвели «непри¬
личные действия». При попытке исправника арестовать 9 более «буйных»
крестьян никто из них не вышел на вызов. Когда же исправник схватил
одного из крестьян, то остальные, вырвав его из рук исправника, спря¬
тали в толпе, схватили колья и поленья и заявили, что при попытке
взять хоть одного из них перебьют кольями всех чиновников. На другой
день крестьяне не явились на сход в указанное им место, и чиновникам
пришлось идти на крестьянскую сходку. На убеждения платить оброк или
ходить на трёхдневную барщину крестьяне ответили отказом. «Озлоб¬
ленные поселяне, — писал губернатор, — находясь с приготовленными
кольями, остались при прежнем упорстве», не соглашаясь ни на то, ни
на другое. Чиновникам не оставалось ничего другого, как уехать из
вотчины.
Хотя среди крестьян выделилась группа,, со гласная повиноваться,
главная масса их оставалась непокорной. Все предписания, объявлен¬
ные земским судом, они называли выдуманными. Крестьяне произвели
перевыборы вотчинных властей и вновь послали ходоков для подачи все¬
подданнейшего прошения о приёме их в удельное или казённое ведомство.
В декабре 1818 г. комитет министров постановил ввести в имение
воинскую команду, и в конце февраля 1819 г. туда было направлено около
200 солдат костромского внутреннего гарнизонного батальона во главе
с майором Бракелем 2-М'. Крестьяне решили не,впускать в селение эту
«разбойничью команду». В количестве -100 человек они собрались в первой
находившейся по пути солдат деревне, Пустошках, вооружившись коль¬
ями, палками и даже ружьями. Как сообщали военные власти, в распо¬
ряжении крестьян было до 50 ружей, а в апреле — даже до 300 ружей
и пушка.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	65
Зная о воинственных настроениях крестьян, костромское начальство
предписывало Бракелю приблизиться к селениям осторожно и, «ежели
крестьяне будут упорствовать и не будут впускать команды, то не вхо¬
дить, а занять квартиры поблизости». На предварительную разведку вы¬
ехали исправник и квартирьеры. Не доезжая Пустошек, они встретили
на дороге толпу в 400 человек. Окружив их, крестьяне «объявили им с
криками и угрозами, что они военную команду в свои селения не пустят,
и, доколе она не отойдёт, они из толпы не разойдутся». Воинская команда
расположилась в двух верстах от Пустошек. На место выехал начальник
гарнизонного батальона Кашпиров. 7 марта он сообщил, что не решается
действовать силою, считая команду слишком незначительной против
400 вооружённых крестьян, выражающих готовность защищаться до
конца. Примерно в это же время крестьяне, напав на конвой в 30 человек,
освободили арестованных, которых везли в город. Они посадили освобож¬
дённых «с собою на лошадей» и увезли, «неизвестно куда».
После того как воинская команда была увеличена до 300 человек,
Бракелю удалось занять некоторые селения вотчины. Но все увещания
подчиниться высочайшему повелению не действовали на крестьян. «На¬
против, они,— сообщал Кашпиров,— час от часу ожесточают и свиреп¬
ствуют до такой степени, что из разных селений собравшиеся в Пу-
сюшки женщины и мужчины решительно объявляют, что намерены за¬
щищаться от военной команды до самой смерти, будучи вооружены сверх
деревянных орудий ружьями до 300 и одною пушкою, но какого рода,
неизвестно. Бунтующие крестьяне подтверждают, что ежели будет при¬
слано претив них военной команды и до 1000 человек, они и тогда ни под
каким видом не покорятся, пока не увидят при команде пушечного ору¬
дия». Бракель не решался силою занять остальные селения, «дабы
не последовало большего урона, как со стороны военной, так и крестьян».
Получив известие об упорном сопротивлении грибоедовских кресть¬
ян, Александр I потребовал подавления его любыми мерами. В вотчину
Грибоедовой был командирован окружной генерал внутренней стражи
Гладков с предписанием употребить «все меры, какие только будут при¬
знаны необходимыми обще с губернским начальством, к скорейшему
усмирению крестьян и окончанию сего дела».
29 апреля Гладков и губернатор прибыли в вотчину. Воинская коман¬
да была увеличена до 652 человек. Для переговоров с крестьянами, стояв¬
шими попрежнему около деревни Пустошки, был послан чиновник Голем-
бовский. Он довёл до сведения крестьян воззвание Гладкова. «Прислан
я к вам,— писал Гладков,— по высочайшей государя императора воле,
как к мятежникам, для восстановления тишины, порядка и повиновения
силою военного оружия». Гладков предсставлял крестьянам три дня на
размышление, после чего грозил военною расправою, если они не прине¬
сут полного раскаяния. Он угрожал, что «многих убьют... дома от огне¬
стрельного оружия могут погореть и разрушиться» и т. д.
Но никакие угрозы и внушения губернатора и генерала Гладкова не
действовали на крестьян. Они решительно заявили, что не впустят войска
в селения и «оные защищать будут до последнего человека».
Тогда, как сообщается в донесении министра Вязьмитинова в комитет
министров о кровавой расправе Гладкова над грибоедовскими крестьяна¬
ми, «28 апреля по пересечении всех путей к побегу толпищ бунтующих под
деревнею Пустошкой силою военного оружия разогнато, и подозреваемые
в главнейшем бунтовстве схвачены». «При сем случае из бунтовавших
крестьян ранено 4 человека и одна женщина, бывшая в мужском платье».
Надо полагать, принимая во внимание наличие, у крестьян оружия, их оже¬
сточение и количество использованных против них войск, что число жертв
не ограничилось пятью. Известно, что официальные реляции преумень¬
шали количество жертв при усмирениях.
5.	«Вопросы истории» № 9.

30 апреля все 20 деревень Грибоедовой были заняты солдатами, как
сообщалось в официальных донесениях, «без всякого сопротивления».
Крестьяне дали подписку об уплате оброка. 300 солдат воинской команды
были оставлены в вотчине до полной уплаты оброка. К июлю оброчные
деньги (53 тыс. рублей) были полностью собраны.
Однако положение в имении продолжало оставаться напряжённым.
Грибоедова попрежнему была отстранена от управления, имение про¬
должало находиться под опекой. Несмотря на то, что наиболее «опасные»
из крестьян были высланы в Сибирь, помещица не была уверена в невоз¬
можности нового «бунта». Этими причинами отчасти и объясняется то,
что 4 ноября 1819 г., через пол года после подавления волнения, она про¬
дала имение княгине Долгорукой 15.
Бурные и упорные волнения крестьян 1816-—1820 гг. завершились
массовым Донским движением, охватившим более 44 тыс. крестьян Землй
Войска Донского и Екатеринославской губернии, закрепощённых в конце
XVIII века. Начавшееся в 1818 г. в сальских слободах (на р. Сале) дви¬
жение перекинулось в январе 1820 г. в Миусский округ, а затем — в три
уезда Екатеринославской губернии (Ростовский, БаэСМутский и Славяно¬
сербский). Усмирение крестьян было поручено генералу Чернышёву. Ему
была предоставлена вся полнота власти, свободное распоряжение военны¬
ми силами и право немедленного суда и рлепоавы. На усмирение кре¬
стьян сальских слобод были двинуты три казачьих полка, располагавших
4 пушками.
Центром обороны крестьян стала слобода Мартыновка на Миусе.
Сюда сошлось, по словам Чернышёва, до 5 тысяч крестьян (екатерино-
славский вице-губернатор Ш ем йот сообщал другую цифру—10 тысяч;
по другим сведениям, число крестьян достигало 20 тысяч). Кгуесть.нтт« ёЫтгги
вооружены дубинами, кольями, цепами, косами, частично ружьями. В Мар¬
тыновну слали гонцов из других селений за сведениями и копиями указов,
которыми, по убеждению крестьян, им была дарована воля от паря, скры¬
ваемая чиновниками. В Мартыновке детТствовала даже особая «обще¬
ственная канцелярия», как бы центр повстанческого движения. Были со¬
зданы пикеты, разъезды, караулы. Первым подошёл к Мартыновке ата¬
манский полк. Но его атаки были отбиты, а казакам одной из сотен при¬
шлось даже спасаться вплавь через Миус. Полк вынужден был отступить,
ограничившись блокадой села до прихода главных сил Чернышёва.
Чернышёв двинулся на Мартыиовку, имея в своём распоряжении 5 ка¬
зачьих полков, два эскадрона лейб-казачьего полка и симбирский полк с
6 пушками. Хотя Чернышев и уверял, что крестьяне были обезоружены
им без всяких жертв, но, по сведениям, которые сообщает А. А. Карасёв,
пользовавшийся также устными источниками, Чернышёв усмирял
крестьян «главнейше пушками», из которых «сделал несколько зал¬
пов» 1г>. «Только картечь заставила (крестьян.—И. И.) побросать колья, и
бунтовавшие разбежались». Арестованные крестьяне долгое время не
соглашались повиноваться. После двухдневных «убеждений» из 4 тыс.
арестованных выразили раскаяние только 8 человек.
После падения Мартыновки Чернышёв сравнительно легко ликвиди¬
ровал другие центры движения. По его словам, им были усмирены 266 се¬
лений. Подавлено было волнение крестьян и в Екатеринославской губер¬
нии. Кпоме Чернышёва, здесь оперировал е к а те р ι ί п ос л а век и й вице-губер¬
натор Шемиот, в распоряжении которого находились 4 эскадрона мариу¬
13 ЦГИДЛ, Министерство внутренних дел. Департамент полиции исполнительной.
1817 г., д. Ас 64; ем. та еже Н. В а ·η а д и и о в. История Mit и чет·, рства 'внутренних дел
Ч. И, кн. 1, стр. 560—562. СПБ. 1862; С, Сер сдои и. Исторический офор деятельно¬
сти комитета министров. Т. 1, стр. 348. СПБ. 10)2.
и'’ А. Карасёв. Чернышёв на Дону («Исторический Вестник» за 1903 г., июль,
стр 2^7) и Донские крестьяне* («Труды Донского войскового статистического комитеты».
Вып. I, стр/84. 1837),

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.	67
польского гусарского полка и 1200 казаков. Главное внимание усмири гелей
было направлено на то, чтобы не дать движению перейти в Слободско¬
украинскую и Воронежскую губернии, где крепостное население уже
прислушивалось к толкам о волнении.
Крестьян судила комиссия, составленная Чернышёвым. Приговоры
немедленно приводились в исполнение. По списку войскового атамана
Денисова, к ответу было привлечено 318 человек, 217 из них были приго¬
ворены к телесному наказанию: 6 — к наказанию кнутом с последующею
отдачею в Нерчинск на каторжные работы, 150 -—к наказанию плетьми,
61 — розгами; 18 человек после наказания были высланы в Сибирь на по¬
селение, 3 отданы на военную службу в Сибирский корпус, 61 отослан на
Луганский литейный завод. На этот же завод на работы было отослано
4 человека без телесного наказания; 5 без телесного наказания были Со¬
сланы в Сибирь на поселение 17.
Хотя Донское движение было подавлено, оно напугало правительство
Александра L Политика Александра приняла ещё более реакционное
направление. Проекты ликвидации или хотя бы смягчения крепостного
права были отложены. Девизом Александра стало «повиновение преж¬
де всего». Губернаторам был разослан секретный циркуляр от 10 июля
1820 г. с требованием прекращать неповиновения «немедленно» ив случае
надобности применять меры «военного понуждения». В циркуляре указы¬
валось, что «неповиновения не должны быть терпимы, какой бы ни был
источник их».
В селения чаще стали вводить воинские команды, усилились репрес¬
сии против неповиновавшихся. Боннские команды оставлялись в сёлах
на иждивении крестьян до тех пор, пока крестьяне не соглашались На
полное повиновение. Разорение, к которому нередко приводили постои
солдат, считалось одним из наиболее действенных способов усмирения
крестьян. Была усилена власть помещиков. Им снова дали право без суда
и следствия отправлять крестьян в Сибирь (указ 1822 г.).
Не удивительно; что при таких драконовских мерах число волнений
за последние 5 лет первой четверти XIX в. уменьшилось. В 1821 Г. было
лишь 7 затяжных (первичных) и единичных волнений, в Î822 г.— 13, В
1823 г.— 11, в 1824 г.— 6, в 1825 г.— 12, между 1821 и 1825 гг.— 6, а в Об¬
щей сложности — 55.
Но значительная часть этих волнений носила затяжной характер. Ге¬
ли мы рассмотрим затяжные (продолжающиеся) волнения по годам, to
увидим, что число их почти равнялось числу единичных и затяжных (пер¬
вичных) .
Год
:
В типичные II
патч жные
(игр шчные)
по -тенит
Затяжные
(продолжаю'
шиеси)
полненмя
Всего
1821.
7
13
20
1Я22
13
9
22
1823
и
11
22
1814
Ö
5
11
1825 ...
12
8
20
Как видим, в 1821 г. затяжных (продолжающихся) волнений было
больше, чем затяжных (первичных) и единичных. В 1823 г. количестве
тех и и других сравнялось, и только в 1822, 1824 и 1825 гг. количестве
затяжных волнений уменьшилось по сравнению с количеством началь¬
ных и единичных.
Относительное затишье в крестьянском движении в 1821 —1825 гг.
было временным. Воцарение Николая I, декабристское движение и слухи
о нём ускорили новый взрыв крестьянских волнений. В 1826—1830 гг. их
17 Сч. И. Игнатович. Крестьянское движение на Дону в 1820 году. Сои,-
экгиз. 1937.

cs
И. Игнатович
насчитывалось уже 101 вместо 55 за предшествующее пятилетие. И мы
видим, что в последующие десятилетия никакими жёсткими мерами
невозможно было заставить крестьян стать покорными слугами своих
господ.
★
Рассматривая в целом движение помещичьих крестьян, надо сказать
следующее. В середине XVIII в., когда только намечались первые призна¬
ки распада феодально-крепостнического строя, борьба крестьян против
помещиков была ещё слаба. За первую треть царствования Екатерины II
(1762—1772 гг.) известно лишь около 40 волнений в разных частях Рос¬
сии. В следующие 3—4 года известия о волнениях отсутствуют. Затем
разражается крестьянская война под руководством Е. Пугачёва, в которой
принимают участие не только помещичьи крестьяне, но и казаки, баш¬
киры, крестьяне, приписанные к горным заводам, экономические, дворцо¬
вые и др. После кровавого усмирения Пугачёвского восстания крестьяне
на некоторое время затихают. С 1774 по 1776 г. известно лишь 18 волнений
в 20 вотчинах. С воцарением Павла I, сына Петра III, под именем которого
действовал Пугачёв, у крестьян возрождается надежда на освобождение
от крепостной неЕоли. В 1796—1797 гг. возобновляется борьба против по¬
мещиков. В первый же год правления Павла I крестьянскими волнениями
было охвачено 17 губерний. Но лишь в двух случаях «бунты» были подав¬
лены военною силою, имелись убитые и раненые (23 убито и 75 ранено).
В большинстве случаев дело ограничивалось приездом представителей ад¬
министрации или вводом воинских команд. После 1796—1797 гг. наблю¬
дается спад крестьянского движения. С начала XIX в. затишье сменяется
новым, всё нарастающим подъёмом классовой борьбы крестьян.
Во второй четверти XIX в. количество крестьянских волнений резко
увеличивается. Классовая борьба становится напряжённее. Если за пер¬
вую четверть XIX в. нам извёстны волнения в 281 имении (в среднем 11
волнений в год), то за последующие 29 лет (1826—1854 гг.) известно уже
не менее 712 волнений (в среднем 25 волнений в год) Резко усили¬
ваются репрессии правительства против волнующихся крестьян. Доста¬
точно напомнить о военно-судных комиссиях. За вторую четверть XIX в.,
имели место 80 случаев предания крестьян военному суду. Количество
вводов воинских команд со 150 18 за первую четверть XIX в. увеличи¬
лось до 259 за последующие 29 лет.
Очевидно, влиянием Отечественной войны 1812 г. объясняется то,
что в первой четверти XIX в. было больше вооружённых столкновений
крестьян с воинскими командами, чем во второй. В первую четверть было
18 столкновений, во вторую — лишь 8. «Буйство» и грубость по отношению
к чиновникам во время волнений в первой четверти XIX в. наблюдались
в 49 имениях; избиения, нападения на чиновников и другие насильствен¬
ные действия против них — в 22 имениях. Во второй же четверти XIX в.
«буйство» и грубость по отношению к чиновникам отмечены только в
15 случаях, избиения и прочие насильственные действия — в 10.
Самовольное переизбрание вотчинных начальников отмечено в
27 имениях; случаи «буйств» и угроз по адресу помещиков и вотчинных
начальников в первую четверть XIX в. имели место при 35 волнениях; во
вторую четверть первых случаев известно 22, вторых —· только 17. Но в
то же Время в первую четверть XIX в. случаи избиения вотчинных на¬
чальников отмечены при 12 волнениях, в то время как во второй чет¬
верти — при 24.
Упорство крестьян в классовой борьбе во второй четверти XIX в.
возросло. Всё чаще и чаще правительство и помещики оказывались бес¬
сильны репрессиями заставить крестьян отказаться от открытой борьбы.
18 Слота не входят военные силы, использованные для подавления Донского дви¬
жения 1820 года.

Крестьянские волнения первой четверти XIX в.
    ... ,, „   ...   -
69
За первую четверть века затяжных волнений было 77, за вторую чет¬
верть— 68. В одних случаях волнения тянулись непрерывно, в Других
давали вспышки на протяжении ряда лет, с промежутками относительно¬
го затишья. Из 77 затяжных волнений первой четверти XIX в. можно от¬
метить 62 волнения, которые выразились в более или менее длительных
вспышках (от 2 до 7 вспышек в каждом). Известны случаи, когда в одном
имении волнение длилось с перерывами в течение 18 лет, в двух — в те¬
чение 11 лет, в десяти — от 3 до 9 лет и в девятнадцати — по 2 года.
Волнение крестьян помещицы Закашевской тянулось почти 38 лет, с
1811 по 1848 год. Для второй четверти XIX в. известны факты, когда в
14 имениях волнения длились от 10 до 30 лет, в 29 имениях — от 3 до
9 лет, в 24 имениях — до 2 лет. Как видим, крестьяне, вступив на путь
классовой борьбы, упорно поднимались на неё снова и снова, несмотря
на репрессии, и это упорство заметно усилилось во - второй четверти
XIX века.
Необходимо также отметить, что наряду с ростам волнений во второй
четверти XIX в. резко развилась и другая форма классовой борьбы про¬
тив феодально-крепостнического строя — массовые побеги помещичьих
крестьян в места, где якобы давали волю. Под влиянием таких слухов
в середине 20-х годов совершались массовые побеги из Воронежской,
Саратовской, Пензенской, Симбирской губерний. Крестьяне надеялись
быть поселёнными на свободных землях по Уралу. В начале 30-х годов бе¬
жали из Саратовской, Курской, Симбирской и Нижегородской губерний на
Кавказ записываться в казаки. В 1834 и 1837 гг. целыми партиями бежали
на Кавказ из Воронежской губернии. В 1839—1840 гг. туда же бежали
из Подольской, Херсонской и Волынской губерний. В 1841 г. из одного
только уезда Могилёвской губернии бежало до тысячи человек. Бежали
из Харьковской, Екатеринославской, Херсонской, Подольской, Волынской
губерний. Толпами бежали на Кавказ и в 1845 году. В 1847 г. из Саратов¬
ской, Курской и Воронежской губерний бежало до 1300 человек. В Кур¬
ской губернии готовились к побегу до 20 тыс. крестьян. Их удалось оста¬
новить лишь с помощью военной силы. В том же 1847 г. вспыхнуло сти¬
хийное движение в Витебской губернии. Крепостное население отсюда
двинулось в Центральную Россию, где будто бы уже дали волю. Иные
крестьяне шли с надеждой после подачи жалоб царю на панов получить
освобождение.
В 1854 и 1855 гг. массовое движение охватило ряд губерний в связи с
призывом правительства поступать в морское (1854 г.) и государственное
(1855 г.) ополчения. Под влиянием слухов, что ополченцы будут осво¬
бождены от крепостной зависимости, крестьяне толпами направлялись ß
уездные и губернские города, в Петербург и Москву для поступления
в ^полчр^ия. В 1854 г. указанное движение охватило крестьян 10 губер¬
ний; в 1855 г. с ещё большею силою оно вспыхнуло в 6 губерниях
Центральной России и в Киевской губернии. В той же форме массовых
побегов за волей в ряде губерний происходило движение в 1856 году.
Только в двух уездах Екатеринославской губернии число бежавших до¬
ходило до 9 тысяч. В Херсонской губернии в июне бежало до 3 тыс.
человек. Местными властями было задержано 20 тыс. крестьян, бежав¬
ших из Екатеринославской и Херсонской губерний 1д. Массовые побеги
совершались из Черниговской, Полтавской, Харьковской, Курской, Ор¬
ловской губерний в Крым, «в Таврию» под влиянием всё тех же слухов
о воле.
Пр авительство бь:*ло сильно обеспокоено этими массовыми побегами.
Для борьбы с ними в 30-х годах, в места побегов был командирован
флигель-адъютант, помимо гражданских и военных чиновников: высланы
воинские команды. Известен случай столкновения бежавших в 1847 г.
19 ЦГИАМ. Архив III отд. с. е. и. в. канд. IV экспедиции, 1856 г., д. № 153.

70	(1-	Игнат	свич
из Курской губернии крестьян с воинской командой. Крестьяне напади
на соддат, обезоружили их, а чиновников связали. В том же году против
бежавших из Витебской губернии крестьян правительство вынуждено
было бросить пехотный полк с приданными ему батальоном, двумя ро¬
тами солдат, местным гарнизонным батальоном и инвалидной командой.
Усмирением крестьян руководили генерал-губернатор и два флигель-
адъютанта. Военному суду было предано около 100 человек; до 4 тыс,
крестьян было наказано розгами.
В 1854 г. для задержания бежавших крестьян также были посланы
войска и 2 флигель-адъютанта. В 1855 г. в места волнений были посланы
2 флигель-адъютанта. В 1854—1855-е военные годы пришлось двинуть на
усмирение крестьян 16 зек адронов кавалерийской дивизии, 2 роты сапёров,
резервный батальон беленского егерского полка и дивизион солдат.
В Киевской губернии между крестьянами и воинскими командами про¬
исходили кровавые столкновения. По официальным данным, число уби¬
тых достигло 36, раненых — 57; в действительности раненых и убитых
было значительно больше. В Воронежской губернии в результате столк¬
новения с солдатами было ранено 9 крестьян, из них 5 — тяжело.
В 1856 г. для пресечения побегов вновь пришлось командировать фли¬
гель-адъютанта, опять происходили кровавые стычки между крестьянами
и воинскими командами. Таких столкновений, по официальным данным,
было 6. Число убитых равнялось 5 и раненых — 50.
Массовые побеги крестьян (особенно в 1854—1856 гг.), бросавших
родные места и уходивших е жёнами и детьми, со всем домашним скарбом
в далёкие незнакомые места в надежде получить волю, готовность их си¬
лою защищать свою независимость не могли не привлечь внимания пра«
вительства.
Побеги наряду с другими, более острыми формами классовой борьбы
крестьянства против феодально-крепостнического строя не могли не по¬
ставить перед правительством вопрос о необходимости ликвидации кре¬
постного права.
Массовые движения крестьян явились основным фактором создания
в последние два десятилетия перед так называемым освобождением
крестьян революционной ситуации, которая заставила правительство от¬
менить крепостное право, не дожидаясь, пока крестьяне отменят его
сами.
■мыцавщан—я

КАК АМЕРИКАНСКИЕ ИМПЕРИАЛИСТЫ ЗАХВАТИЛИ
ПАНАМУ
С. Гонионский
3 ноября 1903 г. американские империалисты под видом «революции»’
организовали в департаменте Панама республики Колумбии мятеж и про¬
возгласили марионеточную Панамскую республику.
Панамскому вопросу посвящено несколько сотен книг. Большинство
буржуазных авторов этих книг, и в первую очередь американских, нагло
фальсифицируют историю. Искажая исторические факты, попирая неопро¬
вержимые данные, выдумывая несуществующие ситуации, они всеми си¬
лами пытаются оправдать агрессивную политику США в Латинской
Америке.
Типичным для большинства американских историков является выска¬
зывание одного из организаторов захвата Панамы, бывшего государствен¬
ного секретаря Хея: «Поведение президента Рузвельта в вопросе о Пана¬
ме не только абсолютно соответствует принципам справедливости и ра¬
венства, но и стоит на уровне лучших образцов нашей государственной
политики. Это был единственный курс, который он должен был проводить
в соответствии с нашими договорными правами и обязанностями»1.
Оправдывая захват Панамы, американский историк Хаскин пишет:
«Можно уверенна сказать, что государственный переворот в Панаме бу¬
дет оправдан историей на том основании, что Панама являлась самым
лучшим^ путём для сооружения .межокеанского канала»2.
Американские фальсификаторы истории усиленно распространяют
лживую версию, будто США не участвовали в организации «панамской
революции» и что последняя произошла по инициативе французского
инженера Бюно-Варилья. Так, автор вышедшей в 1943 г. книги «Латин¬
ская Америка и США», Стюарт, без всякого зазрения совести пишет:
«Что касается подготовки революции, то доказательства, повидимому,
окончательно убеждают нас в том, что США были невинны... Господин
Бюно-Варнлья добровольно взял на себя все похвалы и критику, связан¬
ные с подготовкой этого события»3.
Если в ранних работах американские историки ещё позволяли себе
некоторый элемент «вольнодумства» и робко писали о том, что поведение
Рузвельта вызывает сомнение, то в большинстве работ, вышедших в
последнее время, эта нотка совершенно исчезла. И это не случайно, ибо
в подготовке «исторических оснований» для новых захватов апологеты
Уолл-стрита не останавливаются ни перед чем.
Для оправдания агрессивной политики американского правительства
некоторые историки придумывают самые нелепые доводы. Так, Миллер
в книге «Путь через перешеек» пишет: «Критики, обвиняющие США в
экспансионистских тенденциях в районе Караибского моря, обычно забы¬
вают одно важное обстоятельство. В течение столетий район Караибского
моря был рассадником заразы, и в течение столетий эти болезни двига¬
лись на север и унесли десятки тысяч американских граждан. Если уж
говорить об агрессии, то она была со стороны стран Караибского моря,
и её оружием были малярия и жёлтая лихорадка — самые смертельные
1 Т. Roosevelt. Ап Autobiography, р. 526. New York. 1929.
2 F. H a s k i n. The Panama Canal, p. 17. New York. 1914.
3 G. Stuart. Latin America and the United States, p. 122. New York. 1943.

72
С. Гонионский
захватчики, которые не обращают внимания ни на договор, ни на суве¬
ренитет» 4.
Подобными вздорными «теориями» буржуазные историки пытаются
исказить и запутать исторические факты.
В 1948 г. в Париже вышла книга Зигфрида «Суэц, Панама и марш¬
руты», в которой сообщается: «Сознание, что власть над каналом даст
одновременна власть над Центральной и Южной Америкой, вынудило
США вмешаться и взять постройку канала в свои руки» 3.
Французский автор в 1948 г. воскрешает версию о том, что амери¬
канцы и не думали-де захватывать Панаму, но вот обстоятельства вы¬
нудили их это сделать!
Следует также указать, что правительство США систематически
инспирирует появление в Латинской Америке книг, оправдывающих
проводившуюся им в 1903 г. политику. Американским политикам хочет¬
ся, чтобы сами представители латиноамериканских стран благодарили
бы США за то, что они... захватили Панаму. Правда, больших успехов
американцы не добились в этой области, но время от времени им уда¬
валось использовать отдельных продажных латиноамериканских жур¬
налистов.
Типичным образчиком такой инспирированной литературы является
вышедшая в самой Панаме книжка «Антология Панамского канала»,
в которой без обиняков говорится: «В подготовке эмансипации Панамы
правительство США не принимало никакого участия ни прямо, ни косвен¬
но. Совершенной ложью является то, что будто бы существовал какой-то
пакт или предварительное соглашение, по которому США обещали сбою
помощь для сохранения суверенитета новой республики» 6.
Мы упомянули эту книгу, чтобы показать то огромное значение,
которое американская дипломатия придаёт достижению желаемой ин¬
терпретации события, имевшего место полвека тому назад. В настоя¬
щей статье мы попытаемся на конкретных исторических фактах пока¬
зать антинаучность и лживость сочинений американских фальсификато¬
ров истории относительно истинных причин панамской «революции».
★
Чтобы лучше понять события 1903 г., необходимо хотя бы вкратце
остановиться на колумбийско-американских отношениях в XIX веке. Ди¬
пломатические отношения между США и Колумбией были установлены
в 1822 году. С самого начала американские дипломатические и консуль¬
ские агенты в Колумбии повели себя самым вызывающим образом. Они
активно вмешивались в её внутренние дела. В ряде случаев колумбий¬
ское правительство вынуждено было требовать немедленного отзыва
американских представителей.
В отчёте министра иностранных дел Колумбии Помбо за 1856 г.
приведён следующий факт: «Недавно на одной из главных улиц Пана¬
мы произошёл следующий случай. Губернатор беседовал с консулом
Соединённых Штатов; один американец подошёл к губернатору, силь¬
ным ударом сбил с его головы шляпу и сказал: «С нашим консулом не
говорят в шляпе» 7. Этот факт даёт ясное представление о том, как ве¬
ли себя американцы в Панаме.
Стремясь к экономическому проникновению в Латинскую Америку
и желая прочно обосноваться на Панамском перешейке, США в 1846 г.
заключили с Колумбией договор. В соответствии, с основной, 35-й ста¬
тьёй договора они получили право свободного транзита через Панам¬
4 Н. Miller. The isthmian Highway, p. 13. New York. 1929.
5 A. S i e g f r i d. Suez et Panama, p. 17. Paris. 1948.
6 O. Pereira. Antologia del Canal, p 16 Panama. 1939.
7 «Anales diplomaticos y consulares de Colombia». T. Ill, p. 391. Bogota. 1914.

Как американские империалисты захватили Панаму
73
ский перешеек. За это право они гарантировали нейтралитет перешейка
и суверенитет Колумбии над перешейком. США, таким образом, получи¬
ли возможность вплотную заняться вопросом о постройке канала.
Исторические факты неопровержимо говорят о том, что с момента
заключения договора и до так называемой революции в Панаме в
1903 г. США, прикрываясь этим договором, укреплялись на перешейке и
готовили его захват. Усиленное проникновение американского капитала
в Колумбию началось в середине прошлого века. В 1846 г. была орга¬
низована навигационная компания по реке Магдалена. Затем американ¬
цы стали обосновываться в сельском хозяйстве н горной промышленно¬
сти страны. Почти во всех транспортных предприятиях участвовал аме¬
риканский капитал. (В 1855 г. капиталисты США построили панамскую
железную дорогу.) К концу XIX в. в Колумбии в основном хозяйничали
две американские банановые компании. К 1899 г. все ранее существо¬
вавшие компании были объединены в одну — «Юнайтед фрут компани».
Уже через год эта компания владела 13 035 акрами культивированной
земли и к 1903 г. играла важную роль в стране, особенно в департамен¬
те Панамы. Все большее число панамских плантаторов попадало в за¬
висимость от этой компании, ибо она производила широкие закупки ба¬
нанов и предоставляла ссуды нуждавшимся плантаторам. Помещичья
олигархия, связанная с «Юнайтед фрут компани», выступала за тесное
сотрудничество с США, за уступку им участка земли для строительства
канала.
К моменту панамской «революции» американские инвестиции в Ко¬
лумбии составляли около 14 миллионов долларов 8. Под видом защиты
американской собственности и охраны американских граждан США не¬
прерывно посылали в порты Панамы свои военно-морские суда.
В течение всего XIX в. США вмешивались во внутренние дела Ко¬
лумбии и непрерывно нарушали договор 1846 года. За период с 1854 г.
по 1903 г. США 50 раз высаживали свои вооружённые силы для окку¬
пации различных пунктов Латинской Америки, из них 14 военных окку¬
паций приходится на Панаму. Утверждение американских историков и
дипломатов о том, что каждая высадка в Панаме производилась в со¬
ответствии либо с договором 1846 г. либо с просьбами колумбийского
правительства или панамских властей, является ложью. В ряде случаев,
если не в большинстве, разрешение властей приобреталось после высад¬
ки десанта, то есть с помощью фактической оккупации.
Стремление США соорудить канал через Панамский перешеек было
решающим фактором, определявшим характер американо-колумбийских
отношений в XIX веке.
Когда созданная в 1879 г. французами «Всеобщая компания по
строительству канала» через Панаму развернула свои работы, США
стали всячески мешать ей, используя своих резидентов в Панаме и при¬
бирая к рукам некоторых французских инженеров. В результате неви¬
данных хищений, взяток, мошенничества и безответственности работы
«Всеобщей компании» были сорваны, и в 1889 г. она обанкротилась и
распалась. С большим трудом в 1894 г. была основана её преемница —
«Новая панамская компания». Однако и на её пути встали непреодоли¬
мые трудности, и строительные работы по прорытию канала велись че¬
репашьими темпами.
В конце XIX в. капитализм США вступил в стадию империализма.
Внутри страны происходила концентрация и сращивание банковского
капитала с промышленным. США превратились в страну крупнейших
монополий и трестов. Следует упомянуть, что в этот период США произ¬
водили стали и чугуна и добывали угля больше, чем любая страна Ев¬
ропы. Укрепившаяся финансовая олигархия уже не удовлетворялась гос¬
8 J. Ripp у.' The Capitalists and Colombia, d. .61. New York. 1931.

74
С. Гонионский
подством внутри страны и искала новых рынков для вывоза промышлен¬
ных товаров и экспорта капиталов. Опираясь на рост своего экономи¬
ческого могущества, США открыто стали пропагандировать политику
захватов. Практической реализацией этой новой политики после испа¬
но-американской войны явился захват зоны Панамского канала.
В поисках новых рынков, дополнительных источников сырья и сфер
выгодного приложения капитала США стремились как можно скорее
построить канал. Введение в эксплуатацию канала должно было резко
сократить расстояния между портами США и Дальнего Востока. Путь
от Нью-Йорка до Сан-Франциско должен был сократиться с 14 тыс.
до 5 тыс. миль, расстояние от Нью-Йорка до Гонолулу — уменьшить¬
ся на 8 тыс. миль и т. д. Со стратегической точки зрения постройка ка¬
нала представляла для США огромный интерес, ибо его сооружение
означало установление протектората и контроля США над странами
Караибского бассейна и значительно облегчало перевозку сырья и го¬
рючего.
Строительство Панамского канала империалисты США рассматри¬
вали как исключительно важное событие в истории страны, открываю*«
шее пути к установлению господства США на континентах Запада и
Востока. Идеологи американской буржуазии ещё в 80-х и 90-х годах
прошлого века вели активную пропаганду экспансионизма, создавая
«теории» превосходства англо-саксонской расы и необходимости в связи
с этим борьбы за мировое господство США над другими народами. Бо¬
рясь за Панамский канал, империалисты США во главе с Теодором Руз¬
вельтом требовали права сооружения, управления и обороны канала. Они
ссылались «на доктрину преобладающих интересов» США, доказывали,
47 0 США иначе не могут обеспечить свои особые интересы. Чтобы заняться
практическим осуществлением строительства Панамского канала, США
необходимо было избавиться от стеснительных статей своего договора о
канале, заключённого е Великобританией в 1850 году. Этот договор, из¬
вестный под названием договора Клейтона—Бульвера, был компромисс¬
ным. 18 ноября 1901 г. после упорной и продолжительной борьбы было
подписано новое англо-американское соглашений Хея — Паунсефота, зна¬
меновавшее собой победу США над Англией. Договор Клейтона — Буль¬
вера перестал существовать, и США получили полную свободу действий
в отношении сооружения канала.
Одновременно с переговорами с Великобританией США начали до¬
могаться у Колумбии приобретения ш Панаме зоны для строительства
канала. Для переговоров в Вашингтон прибыл специальный представи¬
тель Колумбии, Сильва. Последний вскоре подпал под влияние государ¬
ственного департамента и кругов Уолл-стрита, связанных с колумбий¬
скими землевладельцами. Сильва представил США проект договора, по
которому они получали в аренду на 1 СО лет полосу земли, перерезаю¬
щую перешеек шириной в 10 километров. Им предоставлялось право со¬
оружать порты на обоих концах канала, высаживать в Панаме свои
войска, передавались управление и охрана канала.
Когда коррупция посланника Сильвы стала очевидной, он был ото¬
зван и заменён другим посланником, Кончей, который стал решительно
отстаивать интересы своей родины.
В течение двух лет в Вашингтоне шли переговоры между предста¬
вителями Колумбии и США. Американцы применили все средства нажи¬
ма и шантажа для дискредитации и использования в корыстных целях
колумбийских дипломатов. Министр иностранных дел Колумбии Пауль
фактически совершил предательство: он неоднократно оставлял без ин¬
формации $ инструкций своих представителей в Вашингтоне и в то же
время давал полную информацию американскому посланнику в Боготе.
Немалую роль в подготовке захвата Панамы сыграл французский

Как американские империалисты захватили Панаму	75
инженер Бюпо-Варилья, бывший в своё время главным инженером
французской компании Панамского канала и с 1901 г. перешедший на
службу к правительству США. По указке из Белого дома он руководил
организацией мятежа. Не случайно, позднее, именно этот авантюрист*
находившийся на службе у американского империализма, стал первым
посланником «независимой» Панамы в Вашингтоне.
Бюно-Варилья изображается почти всеми буржуазными историками
как крупный государственный деятель и талантливый инженер. Этот
человек будто бы любил панамский народ и посвятил свою жизнь его
освобождению. В действительности Hie Бюно-Варилья был крупным
международным авантюристом, находившимся на службе у государст¬
венного департамента США.
. При помощи шантажа и угроз американцы добились отставки по¬
сланника Кончи. Оставшийся во главе колумбийской миссии поверенный
в делах Эрран был человеком, угодным государственному департа¬
менту, и 22 января 1903 г. американцам удалось заставить его подпи¬
сать договор, известный под названием договора Хея — Эррана. За
10 млн. долларов и ежегодную ренту в 250 тыс. долларов США получили
часть “Национальной территории Колумбии — зону Панамского канала, а
фактически взяли под свой контроль весь Панамский перешеек.
Заключение неравноправного договора Хея — Эррана означало пре¬
дательство государственных интересов Колумбии со стороны правительст¬
ва и его представителя в Вашингтоне Эррана. Этот договор нарушал су¬
веренитет и конституцию Колумбии и противоречил национальным ин¬
тересам страны.
Подписание договора Хея — Эррана вызвало глубокое возмущение
в Колумбии. Печать страны, выражая мнение подавляющего большин¬
ства населения и даже4 части буржуазии, требовала, чтобы конгресс
Колумбии отказался ратифицировать навязанный США грабительский
договор. И действительно, 12 августа 1903 г. колумбийский конгресс от¬
казался ратифицировать этот договор. Буржуазные, особенно амери¬
канские, историки пытаются объяснить этот отказ, во-первых, стремле¬
нием Колумбии выпросить у США больше денег за уступку зоны Па¬
намского канала и, во-вторых, поддержкой и давлением на Колумбию
Германии. Ни то, ни другое не соответствует исторической правде. Ис¬
тинной причиной, вызвавшей отказ ратифицировать договор с США, бы¬
ло глубокое всенародное возмущение широких трудящихся масс и пере¬
довой интеллигенции. Именно благодаря давлению снизу колумбийский
конгресс отверг ненавистный договор Хея — Эррана.
Как относились к этому договору политические круги Колумбии,
видно из колумбийских газет. Так, газета либеральной партии «Эль
Порвенир» сообщала: «Господство янки над перешейком, т. е. овладение
им навеки, или установление неограниченного контроля над ним, несо¬
вместимо с суверенитетом нашей родины. Это будет равнозначно пре¬
вращению сильного государства в слабое, и даже самый неискушённый
читатель поймёт, какая судьба ожидает в таком случае наш народ...
Колумбия не должна ввязываться в авантюру подобного рода... Не усту¬
пать ни атома нашего суверенитета, ни пяди нашей территории» 9.
Даже такая реакционная газета, как католическая «Эль Колумби-
ано», писала в редакционной статье: «В истории своего бурного и не¬
счастного существования Колумбия ещё не переживала ничего более
постыдного, чем принятие договора, написанного в Вашингтоне»10.
В этом свете очень показательно донесение американского послан¬
ника в Боготе Бопре государственному секретарю Хею: «Оппозиция
усиливается. Пресса заполнена статьями, враждебными договору, а об¬
9 «El Porvenîr» от 3 февраля 1903 г. Богота.
10 «El Colombiano* от 21 .марта 1903 г. Папаян.*

76
С. Гонионский
щественное мнение относится резко критически к его авторам... Один
мой знакомый написал благоприятную статью и направил её издателю
одной из местных газет. Статья была возвращена, а автора предупреди¬
ли, что ему с его взглядами будет лучше не вмешиваться в это дело» и.
★
В американской литературе существует немало книг, в которых ав¬
торы всячески пытаются доказать, что США, и в первую очередь пре¬
зидент Теодор Рузвельт, будто бы ничего не знали о подготовке «ре¬
волюции» в Панаме и поэтому-де, конечно, не оказывали ей какой-либо
поддержки.
Некоторые авторы, стремясь показать свою «объективность», допу¬
скают, чго Рузвельт мог оказывать лишь моральную поддержку, да и*
то в самый последний момент.
Наконец, есть авторы, которые хотят убедить читателя в том, что
американское правительство до последнего момента якобы стремилось
мирно договориться с правительством Колумбии и лишь после того, как
колумбийцы, дескать, «нагло» отказались послушаться разумных сове¬
тов, американцы вынуждены были не мешать панамским «патриотам»
в их борьбе за «независимость».
Все эти версии ничего общего не имеют с исторической действитель¬
ностью. Совершенно неоспоримо то, что американские империалисты
организовали в Панаме мятеж, именуя его «революцией», и что подго¬
товкой мятежа они занимались задолго до отказа колумбийского кон¬
гресса ратифицировать неравноправный договор с США. Ещё за не¬
сколько дней до того, как американский конгресс ратифицировал договор
Хея — Эррана (март 1903 г.), Рузвельт готовился к захвату Панамы
вооружённым путём. Именно с этой целью в марте 1903 г. он приказал
военному министру· Руту послать в район Панамы двух офицеров для
составления карт и сбора информации 12. Небезынтересно отметить, что
сам президент распорядился, чтобы эти офицеры были посланы в каче¬
стве гражданских лип. Президент засылал в Панаму шпионов с целью
военной разведки, а также, как выяснилось позднее, и для возможного
участия этих разведчиков в руководстве операциями на месте. Извест¬
ны и имена этих шпионов: капитан Томас Хэмфри и лейтенант Грейсон
Марфи.
Одновременно многочисленные шпионы США, действовавшие под
видом специалистов на Панамской железной дороге, приступили к ско¬
лачиванию так называемых «патриотических сил» на перешейке, которые
должны были осуществить «революцию». Вначале крупный землевладе¬
лец Хозе Аранго и его три сына держали связь с американским рези¬
дентом в Панаме капитаном Бирсом. Этот последний уехал в Вашинг¬
тон за инструкциями, поручив Аранго расширить группу «патриотов»,
вступив в контакт с надёжными панамцами. Одним из основных деяте¬
лей группы заговорщиков стал семидесятилетний Мануэль Амадор Гер¬
реро. Появление этого персонажа не случайно. Амадор, ярый реакцио¬
нер, в течение многих лет был врачом компании Панамской железной
дороги, находился в тесном контакте с американской разведкой, и есть
все основания полагать, что он состоял на её службе. Кроме того, он
был близким другом американского шпиона и авантюриста Бюно-
Варильи.
По указанию местных американских резидентов и двух специаль¬
ных представителей Рузвельта панамская «революционная хунта» стала
расширяться. Но. несмотря на усилия американцев, количество заговорщи¬
ков оставалось всё же ничтожным, и наивно было бы говорить о том. что
11 «diplomatic History of the Panama Canal», p. 388. Washington. 1914.
12 Cm. H. Pringle. Theodore Roosevelt, p. 315. London. 1934.

Как американские империалисты захватили Панаму	77
эти предатели-заговорщики, наймиты американского империализма, ока¬
зывали какое-то влияние на народ.
В конце июля 1903 г. заговорщики организовали совещание («зав¬
трак») для обсуждения планов дальнейшего действия. На этом «завтра¬
ке», кроме «патриотов», присутствовали американский генеральный кон¬
сул в Панаме Хезекиа Гаджер, майор американской армии Вильям
Моррей Блек с двумя своими помощниками и заместитель директора
Панамской железной дороги американец Герберт Прескотт.
4 августа в Панаму возвратился американский резидент Бирс, со¬
общивший заговорщикам, что план «революции» нашёл полную поддерж¬
ку в Вашингтоне и что они могут усиливать свою деятельность 13.
★
В своей автобиографии президент Рузвельт подробно рассказывает
о том, чем он был занят в те дни, когда стало известно, что Колумбия
отказалась ратифицировать договор.
Рузвельт пишет: «Я был готов рекомендовать конгрессу немедленно
любым путём оккупировать перешеек и сооружать канал. По этому по¬
воду я составил проект моего послания»14.
В своём послании Рузвельт указывал, что колумбийское правитель¬
ство отказалось придти к соглашению с США и хочет навязать им тя¬
жёлые условия. Если верить Рузвельту, то не США угрожали Колумбии,
а наоборот.
В стремлении обосновать свою политику захватов Рузвельт пишет
далее: «Из полученной информации мне показалось, что если договор
не будет ратифицирован, то там произойдёт революция, так как всё на¬
селение Панамы сознавало, что немедленное строительство канала было
жизненно важно для его благосостояния» 15.
Таким образом, после отказа Колумбии утвердить договор, вопрос
о захвате Панамы перешёл в новую фазу. Идеолог американского им¬
периализма профессор Колумбийского университета Джон Бассет Мур
создал теоретические обоснования будущего захвата Панамы. В своём
меморандуме в государственный департамент№ профессор Мур писал,
что США-де, собираясь строить канал, делают благое дело не только
для себя, но и для всего мира. Раз специалисты говорят, что лучшим
•направлением для канала является панамское, значит, именно в этом
направлении США и должны его строить. Имеет ли Колумбия право
стоять на пути и мешать строительству такой необходимой водной ар¬
терии? Мур, ясное дело, отвечал на этот вопрос отрицательно. Для под¬
тверждения своей теории он ссылается на договор 1846 г. и на его пункт
о том, что «проход или транзит через Панамский перешеек должны быть
свободны и открыты для правительства и граждан Соединённых Шта¬
тов». За эту привилегию при условии, если транзит не будет затруднён
США обязались сохранять нейтралитет перешейка и гарантировать су¬
веренитет и собственность Колумбии над перешейком. Далее Мур заяв¬
ляет буквально следующее: «Ввиду того что Соединённые Штаты в те¬
чение более пятидесяти лет обеспечивали Колумбии её суверенитет, Ко¬
лумбия не имеет права мешать строительству канала».
Что касается позиции конгресса, то он полностью поддерживал
политику Т. Рузвельта. 14 августа 1903 г. председатель сенатской комис¬
сии по иностранным делам Куллом на вопрос корреспондента «Нью-
Йорк геральд» о том, как можно будет построить канал, если Колумбия
13 Gerstle Mack. The land divided, p. 456—457. New Υργκ. 1944.
14 T. Roosevelt. An Autobiography, p. 521. New York. 1929.
15 T a μ же.
iö Этот документ в течение многих лет оставался неизвестным. Лишь в конце
двяднатьт'· гопоч rm оГ'чяп\'Ж'"'ч	л^",гмг'чтап Рузг^чьта, переданных в библио¬
теку конгресса. См. И. Pringle. Theodor Roosevelt, p. 316.

С. Гоиионский
будет настаивать на условиях, неприемлемых для США, ответил: «Мы
можем заключить новый договор не с Колумбией, а с Панамой» 16а. Не¬
сколько позднее сенатор Пуандекстер заявил в сенате: «Панамский ка¬
нал является лучшей добычей в военном и торговом отношении, которую
имеют США. Он должен оставаться лучшей военной добычей только
лишь для США» 166.
Президент Т. Рузвельт в течение длительного времени обрабатывал
общественное мнение. Он систематически инспирировал появление в пе¬
чати статей, в которых «революция» в Панаме рекомендовалась как
единственное средство для удовлетворения «законных» требований США.
В этом отношении очень показательна статья, опубликованная газетой
«Нью-Йорк уорлд» 14 июня 1903 года. В этой статье прямо указывалось,
что «департамент Панама готов отделиться от Колумбии и заключить
договор о канале с США... Департамент Панама отделится, если колум¬
бийский конгресс откажется ратифицировать договор о канале... После
отделения граждане Панамы собираются заключить договор с Соединён¬
ными Штатами, предоставив им абсолютный суверенитет над зоной ка¬
нала» 16в. В этой же статье указывалось, что относительно «революции»
в Панаме «президент консультировался лично и по телеграфу с сенато¬
рами и получил от них единодушную поддержку»16г.
Иг
Американские представители в Европе зондировали почву. Англия,
по договору Хея — Паунсефота, уже согласилась на то, что американцы
будут строить Панамский канал. Французские капиталисты, которым
принадлежали акции Панамского канала, стали на путь сотрудничества
со своими заокеанскими собратьями.
Германия занимала выжидательную позицию. В некоторых же стра¬
нах благодаря усиленной деятельности американских дипломатов и ши¬
рокому использованию американских долларов правительственные кру¬
ги стали «сочувственно» смотреть на стремление США соорудить канал
на «благо всего мира». Незадолго до пресловутой «революции» в Пана¬
ме итальянский король, беседуя с одним влиятельным американцем, вы¬
сказал следующее «реалистическое» предположение: «Я думаю, что ваш
президент пошлёт туда флот и захватит весь перешеек. На неделю это
вызовет возбуждение, но затем всё будет кончено, и в будущем это при¬
несёт пользу всему миру» 17. Во Франции продолжал орудовать Бюно-
Варилья, который в опубликованной 2 сентября 1903 г. статье в газете
«Matin» заявлял, что своим поведением Колумбия потеряла право на
Панаму и что президент США должен вмешаться и навести порядок.
В самой Панаме заговорщики стали активизировать свою деятель¬
ность. Один из них, Амадор, которому американцы пообещали пост пре¬
зидента будущей Панамской республики, выехал в США за инструкци¬
ями и для окончательной подготовки будущей «революции».
Находясь в непрерывном контакте как с государственным департа¬
ментом, так и с агентами Америки, действовавшими в Панаме, Бюно-
Варилья 22 сентября прибыл в Нью-Йорк под предлогом болезни детей,
которых он привёз будто бы лечить из Парижа в Нью-Йорк. Предста¬
витель панамских «передовых» людей Амадор прибыл в Нью-Йорк не¬
сколько раньше Бюно, также из-за «опасной болезни» своего сына. Два
«несчастных» отца, «случайно» оказавшиеся в Нью-Йорке, встретились
на следующий же день после приезда Бюно-Варильи. Последний в тот
16а «The New York Herald» от 15 августа 1903 года.
1Г>6 IT ri h о. Lo4	Unidos	de America y Colombia, p. 265.
16b «The New York World» от 14 июня 1903 года.
16г Там же.
17 S. В f* m i s. Tbe American Secretaries of Stale and- their diplomacy. Vo-1. IX,
p. 160. New York. 1928.

Как американские империалисты захватила Панаму	79
же день встретился с другим агентом Белого дома, Кромвелем, и с «тео¬
ретиком» будущей «революции» профессором Муром. Цепочка сомкну¬
лась. Началась лихорадочная работа над уточнением плана «операции».
Расхождения между Бюно-Варильей и Амадором вызвал вопрос о
том, сколько же денег предоставят США па организацию «Панамской
революции». Алчный панамец, жалуясь на трудные условия, просил
30 млн. франков. Тогда Бюио-Варилья снова поехал в Вашингте-н, где
с. помощью своих друзей встретился с заместителем государственного
секретаря Лумисом. Наконец 9 октября Лумис представил Бюно-Ва-
рилью Рузвельту. По версии самого Бюно-Варильи, он предложил Руз¬
вельту организовать восстание в Панаме уже во время этой первой
встречи. Президент будто бы очень удивился и ничего не сказал. Но он,
Бюно-Варилья, полностью убедился в том, что если произойдет револю¬
ция, то США поддержат её. Не может быть сомнений в том, что Руз¬
вельт встретился со своим агентом для того, чтобы лично удостоверить¬
ся, насколько удачно подобран исполнитель одной из главных ролей в
запланированном «восстании». Убедившись в том, что кандидатура
удачна, Рузвельт дал инструкции для осуществления своего проекта.
10 октября 1903 г. в письме к Альберту Шоу Рузвельт сообщал:
«Частным образом я могу Вам открыто сказать, что я был бы рад, если
бы Панама была бы независимым государством или если бы она стала
таковым в настоящее время» 18.
В эти же дни происходили встречи Рузвельта и Хея с другим испол¬
нителем волн президента, Кромвелем. Именно в это время был выработан
совместный (Рузвельт, Хей, Кромвель и Бюно-Варилья) проект посла¬
ния президента конгрессу относительно Панамы. В этом проекте реко¬
мендовалось захватить вооружённым путём Панамский перешеек и стро¬
ить канал 1Э.
Однако окружение президента отговорило его от «грубого» шага.
Как замечает апологет американского империализма Бемис, «вместо та¬
кого рода грубой тактики Соединённые Штаты пошли по длинному и
утомительному дипломатическому пути и придерживались его до тех пор,
пока обстановка стала наконец нетерпимой и президент Рузвельт при¬
нял соответствующие меры» 20.
После длительных переговоров, 16 октября 1903 г., был принят
план восстания, и начался период практического его осуществления.
Кромвель был послан в Париж, чтобы объяснить французским акционе¬
рам положение дел и оформить все финансовые вопросы. В тот же день
президент приказал морскому министру подтянуть военные корабли к
Панамскому перешейку. Командиры военно-морских кораблей «Бостон»,
«Нэшвиль», «Дикси» и «'Атланта» получили инструкции: «Телеграфируй¬
те шифром время выхода. Поддерживайте свободным и без перебоев
транзит. Если этому будет угрожать вооружённая сила, оккупируйте ли¬
нию железной дороги. Не допускайте в любом пункте зоны
в 50 милях от Панамы высадки вооружённых сил
с враждебными целями, будь то правительственные
войска или силы восставших. Имейте в виду, что к перешейку
приближаются правительственные войска на своих кораблях. Помешайте
высадке»21. Этот приказ, фактически являвшийся объявлением войны
Колумбии, был издан в период полного мира между Колумбией и США,
когда действовал договор 1846 г., в котором США торжественно гаранти¬
ровали Колумбии суверенитет над Панамой и помощь для борьбы против
любого иностранного вмешательства.
^ G. Nerval. Autopsy of the Monroe Doctrine, p. 221. New York. 1934.
19 Cm. «The Panama Canal and our relations with Colombia», p. 18. Washington. 1914.
20 S. Remis. Указ. соч. T. IX, стр. 161.
21 A. Uribe. СЫг.тЫа у los Lsiados Uni dos de America, p. 120. Bogota. 1931.
(Разрядка моя. — С. Г.)

80	С.	Гонионский
16 октября ночью президент вызвал к себе двух разведчиков, по¬
сланных Ий в Панаму. «Президент Рузвельт предупредил их, что они
не должны говорить о том, что они его видели, и расспрашивал их о ма¬
териалах, собранных ими о перешейке. Он удивил обоих офицеров своим
знанием топографии местности. Из беседы они поняли, что Рузвельт
собирался что-то предпринять, но он не сказал ничего такого, что ука¬
зывало бы на то, что правительство принимает участие в революции. Он
также не спрашивал их о том, когда она произойдёт»22.
Рузвельт назначил восстание на 3 ноября 1903 года.
Возвратившийся в Нью-Йорк Бюно-Варилья заявил Амадору, что
пока в виде аванса на организацию революции он предоставляет 500 тыс.
франков. Он привёз из Вашингтона и вручил Амадору план военных
операций, шифры, текст декларации о «независимости» и проект но-
вой конституции. Был даже вручён текст телеграммы, которую должно
будет прислать ему новое правительство Шнамы.
Итак, всё было предусмотрено. Амадор торопился выполнить зада¬
ние своих американских хозяев. 20 октября он отплыл на американском
пароходе в Колон.
Что же происходило на самом перешейке и в Колумбии? В начале
сентября колумбийское правительство назначило губернатором Панамы
предателя Обальдия, который был уже связан с группкой заговорщиков
и американскими резидентами. 20 сентября он приступил к своим обя¬
занностям и стал активно помогать заговорщикам, выполняя указание
американцев и сознательно дезинформируя правительство Колумбии.
21 сентября 1903 г. он послал президенту Колумбии следующую теле¬
грамму: «Вчера, в присутствии большого числа уважаемых деятелей,
вступил в должность. Сепаратистские элементы успокоились. Ждите
благоприятного урегулирования. Партии, общества, организации и т. д.
предлагают мне своё сотрудничество. Надеюсь выполнить ваши указа¬
ния и сохоанить спокойствие на перешейке. Пресса заняла умеренную
позицию» 23.
В своих телеграммах от 10, 17, 25 и 27 октября Обальдия про¬
должал успокаивать правительство Боготы 24. Он был прав в одном: на¬
род Панамы ничего не знал о готовившемся перевороте и не собирался
участвовать в нём. Обальдия же прекрасно знал о существовании заговора
и недопустимой деятельности американцев, но сознательно умал¬
чивал об этом.
В Боготе царило беспокойство, но до последнего момента никто не
решался предположить, что США пойдут на организацию мятежа кучки
зятоворщиков-предателей. 20 октября американский посланник в Боготе
Бопре просил государственный департамент информировать его о поло¬
жении на перешейке, а также обязать генерального консула США в Па¬
наме посылать ему информацию25. В телеграмме от 21 октября Бопре
сообщил, что правительство Колумбии беспокоится относительно позиции
правительства США. Однако Вашингтон безмолвствовал. Американские
же агенты на перешейке занялись подкупом местного колумбийского
гарнизона, состоявшего из 500 человек. Начальник гарнизона генерал
Уэртас был подкуплен за 50 тыс. долларов. Ему был предложен пост
главнокомандующего вооружёнными силами будущей «республики».
Командир колумбийской канонерской лодки «Падилья» генерал Варок
получил 35 тыс. долларов за то, что согласился во дремя восстания пере¬
дать свой корабль заговорщикам2в.
22 H. Pringle. Theodore Roosevelt, p. 321.
23 «Anales diplomaticos...». Vol. V, p. 850. Bogota. 1918
24 Там же.
25 «Diplomatic History of the Panama On al», p. 463. Washington. 1914.
26 H. Pringle. Theodor Roosevelt, p. 328.

Как американские империалисты захватили Панаму
81
Необходимо отметить, что среди колумбийских войск большая часть
простых солдат и низших офицеров оставалась верной родине. Губер¬
натору Панамы было известно, что часть колумбийских солдат во главе
с капитаном Тасконом отказалась поддержать изменника Уэртаса. Тогда
губернатор пошёл на обман, сказав, что он получил секретную ин¬
формацию о вторжении вооружённых сил Никарагуа на территорию Па¬
намы. Нужно было очистить «святую» панамскую территорию от «вра¬
га», и капитан Таскон и 100 «неблагонадёжных» колумбийских солдат
были срочно отправлены 25 октября на границу Панамы с Никарагуа.
Таким путём Обальдия избавился от войск, остававшихся верными Ко¬
лумбии.
25 октября он информировал об этом инциденте своё правительство.
В Боготе поведение Обальдии вызвало сомнение. Правительство дало
указание генералу Тобару и его войскам, находившимся в порту Кар¬
тахена, немедленно отправиться в Панаму. Губернатору Панамы было
приказано послать за этими войсками корабль «Падилья». Перепуган¬
ный Обальдия немедленно уведомил Амадора и американцев о реше¬
нии правительства Колумбии укрепить панамский гарнизон. Впрочем,
это не вызвало большой паники среди заговорщиков, так как они и не
рассчитывали на борьбу «своими» силами с колумбийскими войсками.
Они целиком надеялись на вмешательство США.
Одновременно правительство Колумбии дало указание своему пове¬
ренному в делах в Вашингтоне запросить государственный департамент
о позиции США в случае беспорядков в Панаме. 30 октября, после бе¬
седы в государственном департаменте, Эрран послал своему правитель¬
ству следующую телеграмму: «Государственный департамент заявил
MFie сегодня, что правительство Соединённых Штатов вмешается лишь с
целью сохранения свободного транзита»27.
. Это заявление государственного департамента колумбийское прави¬
тельство истолковало так, что американское правительство не только не
принимало участия в заговоре, но даже готово было выполнить договор
1846 годэ. Заявление США, по словам президента Колумбии Маррокана,
«соединило в себе хитрость лисы с силою слона для того, чтобы огра¬
бить слабую, безоружную и несчастную Колумбию» 2S.
Весьма показательно, что американская литература совершенно за¬
малчивает это заявление правительства США. Это лицемерное утвер¬
ждение имело целью успокоить и дезориентировать правительство Ко¬
лумбии. За 4 дня до отделения Панамы американцы, готовившие агрес¬
сию, изображали из себя поборников справедливости, страдающих от
непонятного упрямства «вероломных» колумбийцев!
Успокоенное заверениями американского правительства, правитель¬
ство Колумбии 30 октября получило очередную порцию заверений из
Панамы. Предатель Обальдия сообщал, что на перешейке всё спокойно
и. что он «совершенно уверен в сохранении власти правительства» *».
31 октября 1903 г. закончил свою работу конгресс Колумбии, отказавшийся
ратифицировать договор с США. На следующий день колумбийское пра¬
вительство обратилось к народу с манифестом, в котором указывало,
что возобновило с США переговоры о канале. Оно выражало уверен¬
ность в том, что будут достигнуты благоприятные результаты.
Манифест колумбийского правительства показывает, что оно всеми
силами стремилось пойти на уступки и готово было, не считаясь с ре¬
шением конгресса, начать новые переговоры с США. Это было именно
то, чего стремились теперь избежать Соединённые Штаты. Оставались
считанные часы до провозглашения «независимости» Панамы. Панам¬
27 «Anales diplomaticos.,.». Vol IV, p. 851.
2tl Там же.
28 Там же, стр. 850.
6.	«Вопросы истории» № 9.

82	С.	Гонионский
ские мятежники были в полной готовности начать «революцию». Ждали
лишь прибытия американской эскадры, чтобы начать «решительные опе¬
рации». Вечером 2 ноября 1903 г. в порт Колон прибыл первый амери¬
канский крейсер — «Нэшвиль».
У американского консула в Колоне уже были приготовлены для
командира этого корабля соответствующие инструкции, присланные испол¬
няющим обязанности морского министра30. Уже сами по себе эти ин¬
струкции являются красноречивым доказательством неприкрытой агрес¬
сии США.
На рассвете 3 ноября в Колон вошло колумбийское судно «Карта^
хепа» с колумбийскими солдатами на боргу. В 8 часов утра 450 солдат
зо главе с генералами Тобаром и Амайсй высадились на берег. Их почти¬
тельно приветствовал управляющий Панамской железной дорогой аме¬
риканский полковник Шейлер. Тобар и Амайя потребовали немедленной
переброски солдат в Панаму. Шейлер заявил, что в настоящий момент
нет подвижного состава. Полковник говорил правду: выпрлняя инструк¬
ции государственного департамента, он ещё накануне угнал весь подвиж¬
ной состав. Полковник Шейлер предложил генералам «специальный
поезд», состоявший из паровоза и одного вагона, заверив, что к часу дня
подадут состав и солдаты будут переброшены в Панаму. Полные сомне¬
ний, колумбийские генералы вошли в «специальный» вагон, но, подумав,
сочли нецелесообразным оставлять свои войска. Однако они не успели
покинуть гостеприимный вагон, так как предупредительный американец
дал сигнал, и поезд тронулся. Так были обезглавлены колумбийские
войска. В полдень генералы прибыли в Панаму и были торжественно
встречены предателями — губернатором Оба-льдией и начальником ко¬
лумбийского гарнизона генералом Уэртасом. Генералов Тобара и Ахмайю
стали угощать и развлекать.
В 3 часа 40 минут дня 3 ноября 1903 г. и. о. государственного се¬
кретаря Лумис послал следующую телеграмму вице-консулу США в Па¬
наме Эрману: «Сообщают о восстании на перешейке. Быстро и полно ин¬
формируйте департамент»31. Вице-консул немедленно ответил: «Пока
ещё восстание не произошло. Сообщают, что про¬
изойдёт вечером. Положение критическое»32.
Эти телеграммы красноречивее любых комментариев.
Колумбийский генерал Тобар почувствовал наконец, что за пышным
приёмом кроется что-то неладное. Он заявил генералу Уэртасу, что
принимает на себя командование панамским гарнизоном и настаивает
на немедленном инструктировании войск. Тогда в 5 часов дня предатель
Уэртас приказал арестовать генерала Тобара. После ареста последнего
руководитель «патриотов» Амадор приказал арестовать губернатора Па¬
намы Обальдия, с которым эта процедура уже заранее была обусловле¬
на. Арест губернатора должен был олицетворять свержение колумбий¬
ской власти. «Свергнув» таким образом губернатора, Амадор побежал
в американское консульство, чтобы информировать вице-консула о том,
что Панама порвала связь с Колухмбией.
В тот же день вице-консул информировал государственный департа¬
мент: «Сегодня в б часов вечера произошло восстание, без кровопроли¬
тия. Армейские и морские офицеры взяты в плен. Сегодня же будет
организовано правительство...»33. Через несколько минут после отправ¬
ления этой телеграммы Аранго, Бойд и Ариас проврзгласили себя вре¬
менным правительственным комитетом и направились к соборной пло¬
щади, чтобы объявить об этом «народу».
30 Содержание инструкции приведено нами на стр. 79.
31 «Diplomatie History of the Panama Canai», p. 345.
32 Там же, стр. 346. (Разрядка моя. — С. Г.).
33 Там же.

Как американские империалисты захсатили Панаму	83
Экипаж, стоявшей в панамском порту колумбийской канонерской
лодки «Богота», узнав об аресте генералов Тобара и Амайи, а также
своего командира, сопровождавшего генералов, объявил, что если к 10
часам вечера арестованные лица не будут освобождены, то корабль от¬
кроет огонь по городу. Вскоре «Богота» обстреляла город 5 снарядами.
Этим, собственно, и ограничились военные действия бескровной «рево¬
люции» в Панаме.
Вечером 3 ноября было созвано чрезвычайное заседание муниципаль¬
ного совета г. Панамы. Совет «признал» новое правительство Панамы и
назначил на 2 часа дня 4 ноября формальное провозглашение республики.
Утром 4 ноября американский консул собрал весь консульский корпус
г. Панамы для выработки протеста по поводу «наглого» обстрела «безза¬
щитного» г. Панамы колумбийской канонеркой «Богота». В тот же день
государственный департамент приказал вице-консулу связаться с коман¬
диром «Боготы» и «ясно заявить ему, что правительство (США. —С. Г.),
отвечающее за поддержание мира и сохранение свободного транзита
через перешеек, желает, чтобы он воздержался от бесцельного обстрела
города» 34. Люмнс довёл также до сведения вице-консула, что через два.
дня к Панаме будут подтянуты морские силы.
Что же происходило в это время на другом берегу перешейка, в
г. Колоне? После отъезда в Панаму генералов Тобара и Амайи во главе
колумбийского военного отряда остался полковник Торрес. Последний
в течение дня трижды обращался к управляющему Панамской желез¬
ной дорогой с настойчивым требованием перевести войска в Панаму.
Вначале американский полковник Шейлер заявил Торресу, что для пере¬
броски войск необходимо разрешение губернатора Панамы. Зная, что
губернатор Панамы находится на стороне заговорщиков, Шейлер был
уверен, что такого разрешения не последует. Больше того, он даже не
запрашивал об этом губернатора. Затем Шейлер заявил Торресу, что
если последний заплатит за билеты для всех солдат, то он, возможно,
и перевезёт их. Это было наглым нарушением договора 1846 года. Вме¬
сте с тем командир американского корабля «Нэшвилъ» направил коман¬
дующему колумбийскими войсками полковнику Торресу следующее
письмо: «Мне известно, что обстановка в Панаме такова, что прибытие
в город колумбийских войск, находящихся в Колоне, вызовет конфликт.
Может возникнуть угроза свободному транзиту через перешеек, который
США обязались поддерживать. Вот почему я имею честь предупредить
Вас о том, что мною отдан приказ директору Панамской железной доро¬
ги в Колоне не перевозить ни правительственные войска, ни войска ва¬
ших противников» Э5..
Утром 4 ноября представитель марионеточного «панамского прари*
тельства» в Колоне, некий Порфирио Мелендес, информировал полков¬
ника Торреса об успешном перевороте в Панаме и об аресте генерала
Тобара. Потрясённый полковник заявил, что он сожжёт весь город и рас¬
стреляет всех американцев, живущих в городе, если к 2 часам дня
арестованные генералы и офицеры не будут освобождены. После этого
командир американского корабля «Нэшвиль» немедленно погрузил всё
американское население на американские кооабли, стоявшие в гавани,
высадил войска на берег и отдал приказ кораблю быть готовым в любой
момент открыть огонь по городу. Больше того, американский корабль
начал пристрелку своих орудий по колумбийскому судну «Картахена»,
которое, естественно, немедленно ушло из Колона.
Американские войска фактически блокировали почти безоружные и
полуголодные войска Колумбии. Американцы начали угрожать колум¬
бийцам расправой. Перепуганный полковник Торрес «по размышленьи
34 «Diplomatic History of the Panama Canal», p. 346.
3'- A. T u a n e r. La Revolution de Panama.. «Revue d’histoire diplomatique» № 28,
p. 300. Paris. 1914.

84
С. Гонионский
зрелом» согласился принять взятку в 8 тыс. долларов от представителя
«центрального» правительства Панамы. Утром 5 ноября он погрузил
свои части на английский корабль «Ориноко» и направился в Карта-
хену. Когда «Ориноко» покидал гавань, в неё на всех парах входил
американский корабль «Дикси», спешивший на помощь «уставшим»
американским солдатам 36.
С отъездом колумбийских частей из Колона на перешейке факти¬
чески не осталось вооружённых сил Колумбии, верных правительству.
В тот же день состоялся «массовый» митинг, на котором была провоз¬
глашена независимость Панамы и утверждено правительство в составе
Бойда, Аранго и Ариаса. Тут же был избран и первый президент новой
республики—Амадор Герреро. Вновь избранный президент обратился
сс следующей речью к участникам митинга: «Мир удивлён нашим ге¬
роизмом. Вчера мы были рабами Колумбии, сегодня мы свободны. Пре¬
зидент Рузвельт поступил правильно... Я приветствую вас, свободные
сыны Панамы! Да здравствует Республика Панама! Да здравствует
президент Рузвельт! Да здравствует американское правительство!»37.
Поблагодарив Рузвельта за «братскую помощь», Амадор предложил
выдать каждому «герою революции» по 50 обещанных долларов. Эта опе¬
рация была проведена при радостных криках «сынов отечества», хватавших
американские доллары. Американские шпионы и колумбийские преда¬
тели получали свои 30 сребреников. Было чему радоваться! Тут же
были розданы взятки всем главным участникам «переворота». Затем
была «организована» демонстрация. Предателя колумбийского народа
генерала Уэртаса в кресле внесли на возвышение. С одной стороны
Уэртаса находился американский вице-консул и державший американ¬
ский флаг майор американской армии Вильям Мюррей Блек в полной
форме, а с другой стороны — Амадор с эмблемой Панамы. В тот же
день правительство Панамы послало телеграммы президенту Рузвельту
и государственному секретарю Хею. В них правители Панамы, наймиты
американских империалистов, выражали надежду на то, что правитель¬
ство США признает правительство новой республики. Марионеточное
панамское правительство соглашалось освободить колумбийского гене¬
рала Тобара при условии, что он не будет принимать участия в собы¬
тиях на перешейке и немедленно возвратится в Колумбию. Возмущён¬
ный генерал отказался от такой милости.
5 ноября утром вице-консул США в' Панаме Эрман сообщил госу¬
дарственному департаменту, что правительство Панамы обратилось к
нему с письмом, в котором говорилось об отделении Панамы от Колум¬
бии и выражалась просьба подтвердить получение этого письма. Утром
б ноября Хей сообщил Эрману: «Народ Панамы, повидимому, благодаря
единодушному движению порвал свои политические связи с колумбий¬
ской республикой и провозгласил себя независимым. Когда вы убеди¬
тесь, что созданное в Панаме правительство де-факто является рес¬
публиканским и не имеет сильной оппозиции со сто¬
роны народа, вы вступите в сношения с ним, как с за¬
конным правительством»38. Эта телеграмма государственного
секретаря Хея фактически означала признание нового правительства
Панамы.
В тот же день Хей телеграфировал своему посланнику в Боготе Боп¬
ре: «Народ Панамы... провозгласил свою независимость и создал соб¬
ственное республиканское правительство, с которым правительство Со¬
единённых Штатов Америки вступило в отношения» зэ. Так, молниеносным
признанием правительства Панамы, созданного самим государе твен-
30 М. G е г s 11 е. The land divided, p. 462. New York. 1944.
37 H. Pringle. Theodor Roosevelt, p. 327.
38 «Diplomatic History of the Panama Canal», p. 348. (Разрядка моя. — С. Г.).
Sd Там же, стр. 474—475.

Как американские империалисты захватили Панаму	85
ным департаментом, закончился первый этап агрессии США против
Колумбии.
Всю свою жизнь Теодор Рузвельт пытался доказать, что «революция»
в Панаме произошла по «воле» народа. В своём послании конгрессу,
объясняя поведение правительства США в вопросе о Панаме, Рузвельт
лживо заявлял о «единодушии» панамского народа, не желавшего якобы
подчиняться колумбийским «тиранам».
Фактические материалы неопровержимо свидетельствуют о том, что
народ Панамы ничего не знал о «революции», подготовленной американ¬
скими агентами, и не участвовал в ней. Небезынтересно в этой связи
привести высказывания бывшего американского посланника в Боготе
Джеймса Дю-Буа: «Рузвельт утверждает, что народ Панамы единодушно
требовал отделения от Колумбии. Ничего не может быть более лживого.
Заявляю и повторяю, что восстание в Панаме было делом полдю-
жины лиц, которые получили прямые выгоды от это¬
го восстания, и что даже и сотая часть жителей департамента не
имела представления о готовящихся событиях до того момента, пока
американский офицер, одетый в морскую форму Соединённых Штатов,
не поднял флаг новой Республики»40.
Наконец, первый «президент» Панамы Амадор Герреро, несколько
раз посещавший арестованного колумбийского генерала Тобара, 7 ноября,
то есть сразу же после признания Панамы США, заявил следующее: «Со¬
вершившиеся события являются результатом комбинированного плана,
длительное время обсуждавшегося между Вашингтоном и Панамой и
осуществлённого под защитой и при гарантии правительства США, с ко¬
торым он лично находился в контакте и от которого он получил 2 с по¬
ловиною миллиона долларов для покрытия первых расходов новой рес¬
публики. Войска янки находились в Колоне для защиты революцион¬
ного движения, и всякое сопротивление было бесполезным» ". Аналогич¬
ные заявления сделали два других члена панамского триумвирата, Фре-
дерико Бойд и Томас Ариас.
Пресловутая «революция» в Панаме была организована не народом
перешейка и не отдельными лицами, недовольными правлением Колум¬
бии, а мощной империалистической державой. Один из крупнейших
политических деятелей Колумбии, современник описываемых событий
профессор Хозе Урибе, писал о политике США: «Правда состоит в том,
что нападение на Колумбию не было ни планом, ни делом одного чело¬
века, а что это был заговор, в котором после составления и обсуждения
плана в целом и в деталях, после распределения ролей между различ¬
ными лицами, в соответствии с возможностями и влиянием каждого из
них, актёры своевременно выступали «а сцене с исполнением того, чтс
казалось бы смешной оперой, если бы это не было настоящей трагедией,
благодаря важному политическому значению главных действующих лиц,
смешавшихся с второстепенными и третьестепенными лицами, благодаря
исключительной серьёзности событий, их результатам и высоким интере¬
сам, вовлечённым в игру» *2.
В Боготе стало известно о восстании в Панаме лишь 6 ноября, то
есть в день, когда США уже признали панамское правительство. Как
40 Uribe. Los Estados Unidos de America y Colombia, p. 131. Bogotà. 1931. (Разряд¬
ка моя.—С. Г.). По этому поводу Риппи замечает: «Панамская революция 1903 г. была
делом небольшой группки колумбийских резидентов перешейка, действовавших по совету
и указаниям четырёх известных граждан Соединённых Штатов» (R i р р v. The Capita¬
lists and Colombia, p. 93. New York. 1931). А такой ярый сторонник Рузвельта, как
Прингл, вынужден признать: «Когда, по словам Рузвельта, народ Панамы восстал’ как
один человек, против тирании Боготы, в действительности эта волна патриотизма была
видна лишь двум главным конспираторам» (Pringle. Theodore Roosevelt, p. 321).
41 «Protesta de Colombia», стр. ЗЮ. Эта книга была издана колумбийским прави¬
тельством в 1904 г., и в ней были собраны важные документы, разоблачаюшие амери¬
канскую агпессню.
42 Uribe. Los Estados Unidos de America y Colombia, p. 119.

86	С.	Гонионский
только новость распространилась по городу, на площадях стали соби¬
раться толпы народа. Около дверца президента состоялся многотысяч¬
ный митинг. Ораторы критиковали правительство Маррокана, требовали
отставки президента и решительных действий против иноземных захват¬
чиков. Правительственные Бойска разогнали демонстрантов. Но все жи¬
тели столицы высыпали на улицу. Правительство вынуждено было вы¬
ставить многочисленную охрану для защиты помещения американской
миссии. Ненависть колумбийского народа к вероломным американским
захватчикам не знала границ. Американское вмешательство вызвало в
стране бурю возмущения. Политические руководители -не могли сдер¬
жать народного гнева. Передовые люди Колумбии требовали защиты на¬
циональной территории с оружием в руках. Газеты столицы публиковали
десятки статей, разоблачавших американских империалистов.
Тысячи колумбийских патриотов днём и ночью осаждали президент¬
ский дворец, предлагая себя в полное распоряжение правительства и
требуя немедленных действий против американских захватчиков, напав¬
ших на Колумбию. Народ с оружием в руках был готов отстаивать неза¬
висимость своей родины. В Боготе и других городах начали стихийно
формироваться вооружённые бригады. Общественные организации, учеб¬
ные заведения, научные учреждения, торговые и другие организации
единодушно выразили резкий протест против наглой империалист¬
ской политики США. Не только столица, но и вся страна была охвачена
гневом. Телеграф со всех концов страны передавал выражение возмуще¬
ния и требование решительных действий. Президент Маррокан в своём
послании конгрессу писал по этому поводу: «Телеграф беспрерывно при¬
носил сообщения, в которых каждый город, даже самый отдалённый, и
каждый гражданин, даже из самых неизвестных, торопились предложить
не только свои личные услуги, но и свои сбережения, поместья, свою
жизнь, чтобы способствовать делу национального восстановления» 43.
В обращении к народу США президент Колумбии указывал, что
«заговор, а не народное движение явилось причиной провозглашения не¬
зависимости перешейка, и американское правительство... при помощи
своих моряков и кораблей воспрепятствовало тому, чтобы верные части
(Колумбии.— С. Г.), усмирили предателей и подавили указанное восста¬
ние в самом начале» 44.
Однако правительство Колумбии всё же решило капитулировать
перед США. С этой целью генерал Рейес обратился 6 ноября к американ¬
скому посланнику Бопре с заверением, что если по просьбе Колумбии
США высадят войска в Панаме для защиты суверенитета Колумбии, то
последняя объявит военное положение и, пользуясь чрезвычайными пол-
номочиям-и военного времени, ратифицирует отвергнутый конгрессом до¬
говор с США. Больше того, Рейес предлагал США созыв нового, «дру¬
жественного» конгресса, который одобрит договор.
Обращение колумбийского правительства к США показывает его
полную растерянность и неосведомлённость. Позиция правительства Ко¬
лумбии ясно говорит о его желании пойти на все уступки. Таким образом,
если бы правительство США не стремилось к агрессии, оно могло бы
заключить соглашение с Колумбией. Подавление же панамских «инсур¬
гентов» заняло бы у правительства Колумбии не более 24 часов. Но аме¬
риканскому империализму нужны были не уступки, а новые территории.
Поэтому призыв колумбийского правительства остался без ответа.
б ноября вечером правительство Колумбии назначило специальную
комиссию с широкими военными и дипломатическими правами, которой
надлежало выехать в Панаму для разрешения всех острых вопросов на
месте. Главой комиссии был назначен генерал Рей-ес, членами — генерал
43 «Anales diplumatieos...». Vol. IV, p. 856.
44 Там же, стр. 858.

Как американские империалисты захватили Панаму	87
Педро Нель Оспина и Лукас Кабальеро. 10 ноября комиссия Рейеса
выехала в Панаму. Однако было уже поздно43. 6 ноября утром, то есть
через 65 часов после «революции», новое правительство Панамы было
признано США.
Уже утром 7 ноября «посланник независимой республики» Панамы
в Вашингтоне Бюно-Варилья прислал Хею из Ныо-Йорка телеграмму,
в которой уведомлял его о своём назначении посланником и заявлял:
«Великодушно протягивая руку к своему новорожденному, мать амери¬
канских наций осуществляет свою благородную миссию освободителя и
воспитателя народов. Расправляя свои крылья над территорией нашей
Республики, американский орёл освятил её. Он спас её от варварства
ненужных и,расточительных войн»40. Американский шпион получил воз¬
можность официально выразить признательность своим хозяевам.
Американцы поспешно признали Панамскую республику, чтобы
в случае вооружённого выступления колумбийского народа оказать за¬
щиту «самостоятельной» и признанной Панаме.
Стремительное признание независимости Панамы является ярким
примером «дипломатии доллара». Признав «независимость» Панамы,
американцы для вящей убедительности сразу же подтянули к ней воен¬
но-морскую эскадру под командованием адмирала Гласса. В панамских
портах бросали якорь американские военные корабли. Эти корабли США
оставались в Панаме в течение нескольких месяцев, обеспечивая «неза¬
висимость» ещё «неопытных» панамцев.
7 ноября министр иностранных дел Колумбии Карлос Рико обра¬
тился к американскому посланнику Бопре с просьбой узнать, не будет ли
его правительство возражать против высадки колумбийских войск в пор¬
тах Панама и Колон. Министр вынужден был обратиться с такой прось¬
бой, так как он знал, что США сосредоточили крупные военные силы
в Панаме. Совершенно очевидно, что колумбийское правительство могло
в несколько часов подавить панамскую «революцию». Приведём несколь¬
ко цифр: армия Колумбии в момент восстания насчитывала 10 тыс. че¬
ловек. Силы повстанцев состояли из 500 подкупленных колумбийских
солдат и офицеров, большая часть которых при приближении войск
центрального правительства, несомненно, перешла бы на их сторону.
Члены пожарной команды, наскоро сколоченной американскими агентами
из американских ставленников и авантюристов Панамы, конечно, разбе¬
жались бы при появлении регулярных частей.
Так могло быть. Но государственный секретарь Хей 11 ноября отве¬
тил колумбийскому правительству: «Считаем нежелательным разрешение
высадки колумбийских войск на перешейке, так как это может приве¬
сти к гражданской войне и на неопределённый период нарушить сво¬
бодный транзит, который мы обязались обеспечить» 47. Ответ Хея озна¬
чал, что американские вооружённые силы начнут военные действия про¬
тив Колумбии. Опираясь на свои вооружённые силы, Соединённые
Штаты диктовали условия Колумбии.
Президент Колумбии Маррпкаи следующим образом охарактеризо¬
вал ответ Хея: «После этой декларации, грубой по содержанию, вежливой
и дипломатической по форме, не было и не могло быть ни сомнения,
ни надежд. Она в момент своего появления была неопровержимым до¬
казательством участия американского правительства в отделении пере¬
шейка. Это правительство покрыло знаменем своей страны указанный
акт и гарантировало его своими солдатами и эскадрами. Гарантия суве-
45 5 ноября 1903 г. Бюно-Варилъя был назначен конфиденциальным агентом пра¬
вительства Панамы при правительстве США. На следующий день его возвели в ранг
чрезвычайного и полномочного посланника с широкими полномочиями вести переговоры
по финансовым и дипломатическим вопросам.
40 ^Diplomatic H:Mory of the Panama Canal», p. 355.
47 Там же, стр. 477.

88
С. Гонионсшй
ренитета Колумбии превратилась в гарантию независимости Панамской
республики. И так как весь этот манёвр, заранее и секретно подготовлен¬
ный и исполненный с исключительной дерзостью, имел своей целью пре¬
вратить в американскую территорию самую дешёвую зону для канала,
то американское правительство открыто пошло на то, чтобы вырвать из
нашего герба перешеек и прибавить эту звезду к американскому зна¬
мени» 4S.
Поведение правительства США вызвало резкий протест в широких
кругах Колумбии. Национальный совет из выдающихся деятелей страны,
специально избранный для помощи правительству в разрешении кон¬
фликта, обсуждал вопрос об объявлении войны США. После продолжи¬
тельной и острой дискуссии, при очень незначительном большинстве, совет
постановил воздержаться от объявления войны. Однако 10 голосами
против одного совет высказался за разрыв дипломатических отношений
с США. Но правительство Колумбии и на этот раз побоялось принять
решительные меры против агрессора и неофициально уведомило Болре,
что оно не допустит разрыва дипломатических отношений.
Обстановка в Колумбии вынудила Бопре предупредить своё прави¬
тельство о том, что американцы, находящиеся в Колумбии, могут ока¬
заться в опасности. Он также просил инструкций на случай разрыва
отношений.
Колумбийское правительство не принимало решительных мер. Но
в народе кипело возмущение. Создавались бригады патриотов для
борьбы с иноземными захватчиками. О высадке с моря не могло быть
и речи: мы уже говорили, что морские подступы к Панаме были блоки¬
рованы силами флота США. Тогда колумбийские патриоты решили су¬
хопутным путём пробиться в центр Панамы. Это была попытка, заранее
обречённая на провал, но она осталась в памяти народа как славный па¬
мятник борцам за независимость, погибшим в неравной схватке с аме¬
риканским империализмом.
Через непроходимые джунгли и малярийные болота Дариена ценой
невероятных усилий прокладывали себе путь к Колону колумбийские
волонтёры. Около 500 колумбийских патриотов подошло к небольшому
порту Титумате в заливе Ураба. Здесь они были обнаружены патрулями
с американского корабля «Атланта», которые силой заставили колум¬
бийцев удалиться. И каждый раз, когда то там, то здесь колумбийские
патриоты подходили к Панаме, их встречали американские солдаты, го¬
товые открыть огонь.
★
Правительство США торопилось скорее заключить с Панамой до¬
говор. В государственном департаменте шла лихорадочная работа —
стряпали договор. Деятельное участие в его составлении принимал
«представитель» Панамы Бюно-Варилья. 18 ноября 1903 г. был подпи¬
сан договор между США и Панамой. Договор подписали Хей и Бюно-
Варилья. Этот договор предоставлял США значительно большие уступ¬
ки, чем это предусматривалось договором Хея — Эррана. Первым пунк¬
том договора США обязались гарантировать и поддерживать независи¬
мость Панамской республики. США получили концессию навечно.
Ширина зоны канала была теперь уже не 10 километров, как было
предусмотрено договором Хея — Эррана, а 10 миль. Острова Панам¬
ского залива Перико, Наос, Кулебра и Фламенко вошли в зону канала
и были переданы США навечно.
Наиболее важной статьёй договора была третья, гласившая: «Па¬
намская республика предоставляет Соединённым Штатам все права и
власть в пределах зоны, упомянутой и описанной во 2-й статье настоя- '
Λ «Anales diplomatïcos,..». Vol IV, d. 859.

Как американские империалисты захватили Панаму
89
щего договора, и в пределах всех вспомогательных участков земли или
моря, ynoMHHyfbix и описанных в указанной статье 2. Всем этим Соеди¬
нённые Штаты будут владеть на правах суверена территории, включа¬
ющей земли и воды. Панамская республика полностью отказывается от
суверенных прав и власти над указанной территорией»49.
В соответствии с другими статьями договора Панама согласилась на
использование США вооружённых сил для защиты канала и вспомога¬
тельных сооружений. США получили право укреплять канал и держать
там воинские части. Американские империалисты включили в договор
пункт, по которому позиции США в Панаме сохраняются навсегда, неза¬
висимо от изменений в составе панамского правительства, изменения зако¬
нов и договоров Панамы. В обмен на все эти уступки США обязались
заплатить панамскому правительству 10 млн. долларов после ратифика¬
ции договора и через 9 лет после его ратификации платить ежегодную рен¬
ту в размере 250 тыс. долларов. Если к вышеизложенному прибавить ещё
131-ю статью конституции Панамы, гласящую: «Правительство Соединён¬
ных Штатов Америки может оккупировать любую часть Панамской рес¬
публики для восстановления общественного порядка и конституционного
режима, в случае если они будут нарушены...» 50,— то станет совершенно
очевидной иллюзорность автономии Панамы.*
Прогрессивная кубинская газета «Нотисиас де ой» в связи с заклю¬
чением в 1947 г. договора между США и Панамой, по которому США
получили дополнительные территориальные уступки от Панамы, справед¬
ливо писала: «Договор об уступке зоны канала был подписан не панам¬
цем, а французским спекулянтом и авантюристом по имени Филипп Бю-
но-Варилья. Все доходы от сооружения, соединившего Тихий океан с Ат¬
лантическим, целиком попали в руки американских монополий. Панам¬
цам ничего не досталось, если не считать «подарков» с целью подкупа
некоторых чиновников, послушных приказам из Вашингтона. Договор
Хея — Бюно-Варилья не предоставил правительству Панамы никакой
власти в отношении контроля и юрисдикции над каналом. Абсолютный
контроль оказался в руках Соединённых Штатов. По этому чудовищ¬
ному договору Панама уступила полосу земли шириной в 16 километ¬
ров. Договор о Панамском канале является подлинным отражением
политики империалистических разбойников. «Оборона» континента для
Теодора Рузвельта и Уолл-стрита была предлогом для захвата террито¬
рии перешейка с целью подавления народов Панамы и Латинской Аме¬
рики и обеспечения для себя стратегической зоны исключительного зна¬
чения для будущих агрессий и грабительских войн» 51.
Таким был этот грабительский договор, превративший «независимую»
Панамскую республику в колонию американского империализма. Воору¬
жённым путём США захватили зону Панамского канала и установили
фактический протекторат над Панамой.
★
После отделения перешейка колумбийское правительство направило
в Вашингтон специальную делегацию для урегулирования вопроса о Па¬
наме. Несмотря на неоднократные требования представителей Колумбии
разрешить панамский вопрос арбитражным путём, американский агрес¬
сор отказался от какого бы то ни было арбитражного разбирательства.
Кризис в отношениях между США и Колумбией продолжался в тече¬
ние восемнадцати лет. Лишь в конце 1921 г. был заключён колумбийско-
американский договор, по которому США согласились выдать Колумбии
возмещение в 25 млн. долларов за потерю Панамы. Эта «щедрость» аме-
49 «Diplomatic History of the Panama Canal», p. 296.
50 Uribe. Los Estados Unidos de America y Colombia, p. 147.
51 «Noticias de Ноу» от 23 ноября 1947 г. Гавана.

VJO
С. Гонионский
риканского дядюшки объясняется чисто деловыми соображениями. В Ко¬
лумбии были открыты громадные залежи нефти, и американские монопо¬
лии устремились туда, Но колумбийское правительство всячески ме¬
шало обоснованию нефтяных магнатов США на своей территории.
Тогда, чтобы получить миллиардные барыши от захвата колумбийдкой
яефги, американское правительство и откупилось от Колумбии этой по¬
дачкой.
Другим важным фактором, определившим «мирное» урегулирование
панамского вопроса, было особое географическое положение Колумбии,
обладающей ключевыми стратегическими позициями на подступах к Па¬
намскому каналу.
Американские претенденты на мировое господство, используя нынеш¬
них продажных правителей Колумбии, вновь готовят очередную «панам¬
скую» агрессию. В настоящее время в Колумбии работает специальная
комиссия США. Она изучает возможности постройки нового межокеан-
ского канала. Этот канал пройдёт в 250 километрах юго-восточнее Пана¬
мы. Готовясь к новой войне, американские империалисты стремятся
обеспечить себя новым каналом.
★
Захват Панамы был лишь одним из первых шагов выполнения ши¬
рокой программы захватов стратегических пунктов, которые служили бы
опорой для империалистической экспансии США. Панама была одной
из первых проб рузвельтовской империалистической политики и приме¬
ром применения «большой американской дубинки» в международных де¬
лах. За Панамой вскоре последовали другие страны Латинской Амери¬
ки. История захвата империалистами США Панамского перешейка и
закабаление ими трудящихся масс как Колумбии, так и «независимой»
Панамы является ярким примером игнорирования Соединёнными Шта¬
тами Америки элементарных требований международного права, полного
пренебрежения правами малых народов, их суверенитетом и независи¬
мостью и использования всех методов давления — экономических, поли¬
тических и дипломатических, включая подкуп, шантаж и применение
военной силы,— с целью покорения малых народов в интересах амери¬
канских магнатов.
Подлинная история так называемой панамской революции показы¬
вает также, что американская историческая «наука» давно уже перешла
на службу империалистических монополий и превратилась в ревностного
защитника и проповедника бредовых планов оголтелых американских
империалистов, толкающих человечество в кровавую пучину новой войны.
теягу

ДИСКУССИИ И ОБСУЖДЕНИЯ
ВОЗНИКНОВЕНИЕ И ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ
КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО УКЛАДА В РОССИИ
В. Яковлев *
Член-коррсспондент АН СССР H. М. Дружинин в статье «О периодизации исто¬
рии капиталистических отношений в России» дал широкое обобщение исторического
развития нашей Родины и наметил периодизацию истории СССР начиная с 1760 по
1917 год.
В основу деления истории СССР на хронологические этапы автор положил еди¬
ный принцип: изменение условий и форм классовой борьбы,— потому предложенная
им периодизация является объективным отражением исторического процесса. Однако
с некоторыми положениями статьи H. М. Дружинина нельзя согласиться, и прежде
всего с датировкой возникновения капиталистического уклада в России. Помимо пе¬
риода капиталистического уклада, H. М. Дружинин в своей статье выделяет особый
период, названный им «зачатки капиталистической формации», и на этом основании
развитие капиталистических отношений до середины XVIII в. не рассматривает вовсе.
Мало убедительна в данном случае и ссылка H. М. Дружинина на К. Маркса.
К- Маркс в «Капитале» указывал, что зачатки капитализма спорадически появляются
в XIV-^XV вв., но капиталистическая эра наступает только в XVI веке. Следует на¬
помнить, что Маркс датировал капиталистическую эру для всей Западной Европы
и указал как на исключение на страны Средиземноморья, где зачатки капитализма
появились раньше, чем в других странах. Для Англии, истории которой Маркс больше
всего уделяет внимания в «Капитале», такого исключения он не делает.
Развивая далее своё положение о зачатках капиталистической формации и укла¬
де, H. М. Дружинин хочет доказать, что капиталистический уклад возникает при опре¬
делённой зрелости зачатков капиталистического развития, когда образуется, как он
пишет, их «более или менее оформившееся единство». Но для установления такого
единства нет критерия, и поэтому возникает возможность самого вольного толкова¬
ния неопределённого термина «оформившееся единство». Значит, и вопрос о времени
возникновения капиталистического уклада остаётся дискуссионным.
Правильнее признать существование капиталистического уклада с момента появ¬
ления первых признаков капиталистического развития.
Не лишне отметить, что мысль о различии между периодом, когда появляются за^
чатки капиталистического развития, и периодом капиталистического уклада направле¬
на в защиту выдвинутого Ю. В. Готье утверждения о начале капиталистического
развития России с середины XVIII века1.
H. М. Дружинин датирует качало капиталистического уклада тоже 1760 годом.
Но в отличие от Ю. В. Готье, который решительно выбрасывал за борт капитали¬
стического уклада все мануфактуры, учреждённые до середины XVIII в., считая их
крепостнбГми, H. М. Дружинин непоследовательно трактует социальную природу
русских мануфактур, то признавая их зачаточными явлениями капитализма, то объяв¬
ляя их социальную структуру крепостной. Такой подход к решению вопроса вряд ли
можно считать правильным. Как показал опыт, установление гааучно точной даты за¬
* Саратов. Государственный университет имени Чернышевского.
г «История СССР». T. I. сгр. 606. М. 1947. 2-е изд.

92
Б. Яковлев
рождения капиталистического уклада зависит в конечном счёте от разрешения пробле¬
мы политико-экономической сущности русских мануфактур XVII и XVIII веков.
Вопрос о времени зарождения капиталистических отношений в России требует
для своего разрешения не столько привлечения дополнительных архивных материа¬
лов — их уже достаточно приводилось в специальных публикациях и исследованиях о
русской промышленности, — сколько в новом освещении уже известных исторических
фактов, на основе марксистско-ленинской методологии.
Камнем преткновения для правильного установления времени зарождения капи¬
тализма в России явились посессионные и вотчинные мануфактуры. Многие исследо¬
ватели, занимавшиеся историей русской промышленности, отвергали капиталистический
характер посессионных и вотчинных мануфактур, а некоторые прямо называли их кре¬
постными мануфактурами. Эти мануфактуры определялись как явление феодальной
формации и третировались как незаконные дети всеобщей истории.
Главное заблуждение происходило оттого, что капиталистические производствен¬
ные отношения рассматривались не в развитии, а как «вечные естественные законы».
Из поля зрения исследователей выпадало так называемое первоначальное накопле¬
ние капитала.
Методы обычного капиталистического накопления, являющиеся законом нормаль¬
ного капиталистического способа производства, на ранних стадиях капитализма ослож¬
нялись моментами первоначального накопления. Необходимость предположить перво¬
начальное накопление К- Маркс с предельной точностью формулирует ,.в «Ка¬
питале».
«Мы видели, как деньги превращаются в капитал, как капитал производит при¬
бавочную стоимость и как благодаря прибавочной стоимости увеличивается капитал,—
читаем мы у К- Маркса в начале главы «Так называемое первоначальное накопле¬
ние».— Между тем накопление капитала предполагает прибавочную стоимость, приба¬
вочная стоимость — капиталистическое производство, а это последнее — наличие зна¬
чительных масс капитала и рабочей силы в руках товаропроизводителей. Таким обра¬
зом, все это движение вращается, повидимому, в порочном кругу, из которого мы не
можем выбраться иначе, как предположив, что капиталистическому накоплению пред¬
шествовало накопление «первоначальное»... накопление, являющееся не результатом
капиталистического способа производства, а его исходным пунктом» 2.
Наиболее ярко выраженным моментом первоначального накопления в отличие от
обычного капиталистического накопления, при котором отношение между предприни¬
мателем и рабочими создаётся самими условиями производства, являлось применение
непосредственного внеэкономического насилия в отношении пролетариата со стороны
государственной власти.
«При обычном ходе дел, — пишет К. Маркс, — рабочего можно предоставить вла¬
сти «естественных законов производства», т. е. зависимости от капитала, которая со¬
здается самими условиями производства, ими гарантируется и увековечивается. Иное
видим мы в ту историческую эпоху, когда капиталистическое производство только еще
возникало. Нарождающейся буржуазии нужна государственная власть, и она действи¬
тельно применяет государственную власть... В этом существенный момент так назы¬
ваемого первоначального накопления» 3.
Это широкое обобщение сделано К. Марксом после изучения колоссального
фактического материала по истории стран Западной Европы и в особенности Англии.
С конца XV в. в странах Западной Европы издаются кровавые законы против
бродяжничества. Плетьми, калёным железом, отрезанием ушей, тюремным заключе¬
нием, угрозой смертной казни правительства приучают людей, насильственно вы¬
битых из обычных жизненных условий, к наёмной работе, к капиталистической дис¬
циплине труда. Государственная власть помогает нарождающейся буржуазии удержи¬
вать на предприятиях рабочих в рабской зависимости, законодательным порядком ре¬
гулирует и понижает заработную плату, удлиняет рабочий' день.
“К. Маркс. Капитал. T. I, стр. 718. Госполитиздат. 1949.
3 Т а м же, стр. 741.

Возникновение и этапы развития капиталистического уклада в России 93
«По сие время,—пишет Маркс о современной ему Англии,—сохранились в пол-
ной неприкосновенности предписания рабочих законов, касающиеся договоров между
хозяином и рабочим, сроков предупреждения и т. д., — предписания, согласно кото¬
рым к хозяину, нарушившему контракт, может быть предъявлен лишь гражданский иск,
тогда как рабочий, нарушивший контракт, подлежит уголовной ответственности»4.
Государство оказывает нарождающейся буржуазии колоссальную косвенную и
прямую финансовую поддержку путём расширения колониальной системы, чрезмерного
обложения налогами трудящегося населения, государственных займов, путём зашиты
нарождающейся промышленности высокими тарифами. «Эти методы, — пишет Маркс, —
в значительной мере покоятся на грубейшем насилии, как, напр., колониальная систе¬
ма. Но все они пользуются государственной властью, т. е. концентрированным и ор¬
ганизованным общественным насилием, чтобы ускорить процесс превращения феодаль¬
ного способа производства в капиталистический и сократить его переходные стадии» 5.
В странах европейского континента правительства не только развивают систему
протекционизма для зашиты промышленности, но и непосредственно делают вложения
в промышленность. «На европейском континенте, — читаем у Маркса, — процесс этот,
с легкой руки Кольбера, был еще более упрощен. Первоначальный капитал притекает
здесь к промышленникам в значительной мере прямо из государственного казначейства» 6.
Таким же в главном и существенном было зарождение капитализма в России,
начавшееся в XVII веке. Особенно моментами первоначального накопления отмечена
деятельность Петра I.
Пётр объявил решительную борьбу «гулящим людям». По указу 1700 г., их велено
забирать в солдаты или «давать из приказа холопья суда на кабальных людей кабалы,
а на крестьян ссудные записи». Указы 1721 г., а также 1736, 1758, 1762 гг. повелевали
бродяг, ииших и другой деклассированный элемент отдавать на фабрики. Правитель¬
ство предоставило фабрикантам право наказывать «домашним порядком» «неприлеж¬
ных» рабочих, а неисправимых ссылать на Камчатку.
Неотложные военные потребности и непривычка русского купечества к промыш¬
ленной деятельности заставили Петра I начать устройство казённых заводов и фабрик
(мануфактур). Большинство казённых предприятий в дальнейшем было передано
бесплатно и даже с дотациями в частные руки. Для развития промышленности созда¬
вались торгово-промышленные компании, фабрикантам выдавались ссуды, предоставля¬
лись монополии. Общее руководство промышленностью было передано Мануфактур- и
Берг-коллегии, которые определяли размер производства, высоту заработной платы,
продолжительность рабочего дня, заботились о снабжении предприятий рабочей силой.
Для защиты отечественной промышленности в 1724 г. правительство Петра ввело высо¬
кий протекционистский тариф, согласно которому ввозной товар облагался пошлиной в
размере от 25 до 75% его цены.
Даже Туган-Барановский, который первый заговорил о крепостной фабрике, на¬
ходил, что поддержка Петром промышленности была необходимым условием капита¬
листического развития. Он писал, что «правительство Петра пыталось создать капита¬
листическую фабрику, но силою вешей создалась крепостная фабрика»7. Несколько
иного мнения придерживаются современные защитники тезиса крепостной мануфакту¬
ры. Они считают капиталистической только выросшую из промыслов в середине
XVIII в. крестьянскую и купеческую мануфактуру и не признают того, что капитали- '
стическая промышленность может насаждаться государством. Этот взгляд страдает
известной ограниченностью.
К. Маркс указывал на чрезвычайно медленный темп такого накопления капита¬
ла, не соответствовавший потребностям времени зарождения капиталистического
уклада. «Без сомнения, — писал Маркс в «Капитале», — некоторые мелкие цеховые
мастера и еще большее количество самостоятельных мелких ремесленников и даже
наемных рабочих превратились сначала в зародышевых капиталистов, а потом, посте¬
пенно расширяя эксплуатацию наемного труда и соответственно усиливая накопление
капитала, в капиталистов sans phrase [без оговорок].. Но необычайная медлительность
4 К- Маркс. Капитал. T. I, стр. 744.
5 Там ж е, стр. 754.
6 Т а м же, стр. 760.
7 М. Туга н-Б а р а и о в с к il й. Русская фабрика, стр. 70. 1934.

Б. Яковлев
этого метода отнюдь не соответствовала торговым потребностям нового мирового рыйка,
созданного великими открытиями конца XV века»8.
Приложимо ли указание Маркса к России?
Сторонники тезиса крепостной мануфактуры обычно стараются, аргументируя
свою точку зрения, опереться на работу В. И. Ленина «Развитие капитализма в Рос¬
сии», в которой Ленин приводит примеры генезиса капиталиста из ремесленника. Но
это совсем не означает, что Ленин не признавал большой роли русского государства
в насаждении капитализма. В статье «Л. Н. Толстой и современное рабочее движение»,
характеризуя период 1861 —1905 гг., Ленин пишет о росте капитализма в России с двух
сторон — сверху и снизу. «Именно этот период,— читаем в этой статье,— был периодом
■.усиленного роста капитализма снизу и насаждения его сверху»9.
Очень важное значение не только для подтверждения того, как относился Ленин
к вопросу о роли государства в насаждении капитализма, но и для понимания эпохи
первоначального накопления в России имеет статья Ленина «Третья дума». В ней
Ленин указывает на конкретных носителей традиций первоначального накопления в
иачале XX в.— октябристов, которым даёт следующую характеристику: «Конкуренцию
допотопному хищнику (черносотенцу.— Б. Я), хищнику крепостнической эпохи, состав¬
ляет в данном случае хищник эпохи дорвомачалыюго накопления,— тоже грубый,
жадный, паразитический, но с некоторым культурным лоском и — главное — с желанием
таКже ухватить добрый кусок казенного пирога в виде гарантий, субсидий, концессий,
покровительственных тарифов и т. д. Этот слой землевладельческой м промышленной
буржуазии, типичной для эпохи первоначального накопления, находит себе выражение
© октябрнзме и примыкающих к нему течениях. У него много интересов, общих с черно¬
сотенцами sans phrases,— хозяйственный паразитизм и привилегии, квасной патрио¬
тизм» 10. Здесь указаны моменты первоначального накопления в России, которые общи
:©сем странам, вступившим на путь капитализма.
Но что действительно сразу не укладывается в обычные представления о капи¬
тализме, так это явления, получившие развитие к концу правления Петра I и при его
преемниках: во-первых, распространение на «купецких людей» права покупать к
заводам и фабрикам (.мануфактурам) населённые деревни при условии, чтобы эти
деревни были всегда при заводах и фабриках; во-вторых, приписка к фабрйкам
деревень, населённых казёнными крестьянами; и, в-третьих, появление вотчинных
мануфактур. Отсюда живучесть взгляда на первые русские мануфактуры как
:крепостные.
Попытаемся рассмотреть социально-экономическую природу этих явлений.
Зарождение капитализма, как мы видели, сопровождалось в России теми же явле¬
ниями, что и в других странах. Возникновение мануфактур знаменовало рождение
новых общественно-экономических отношений, рождение капиталистического уклада.
'Но в отличие от стран Западной Европы в России капиталистический уклад возник в
‘период, когда феодально-крепостнический строй не только не был уничтожен, но даже
не поколеблен; больше того: крепостнические отношения всё усиливались. Новый
уклад зародился и развивался в России, но старый как будто тоже чувствовал себя
еще в расцвете сил и не хотел уступать ему дорогу.
*· Особенность истории России состояла в том, что в ней осуществилось длительное
сосуществование двух укладов — феодально-крепостнического и капиталистического,—
между которыми шла глубокая, то скрытая, то прорывающаяся наружу борьба. Она
находит своё яркое отражение и в экономической, и в социальной, и в политической
областях. Стоит, например, вспомнить столкновение интересов дворянства и купечества
в екатерининской комиссии по составлению нового уложения (1767—1768 годы). Необ¬
ходимо только оговорить, что для современников сущность этой борьбы между ста¬
рым и новым не всегда была ясна. Представители феодального строя — дворяне, часто
не сознавая того, объективно помогали рождению нового строя, и, наоборот, пред¬
ставители прогрессивного для того времени класса — купечества — выступали с фео¬
дальными поползновениями.
8 К. М а р к с. Капитал. T. I, стр. 753.
5 В. И. Ленин. Соч. Т. 16, стр. 300. 4-е изд.
10 В. И. Ленин, Соч. Т. 13, стр. 107—108.

Возникновение и этапы развития капиталистического уклада в России 95
Так, в комиссии по составлению нового уложения дворяне, озабоченные увеличе¬
нием оброка со своих крепостных, ратовали за поощрение крестьянских промыслов, а
кустарные промыслы, как известно, являются питательной средой для роста капитализ¬
ма. Купечество же боролось за право иметь на своих фабриках и заводах крепоётных,
т. е. за перенесение феодальных методов эксплуатации в промышленность.
В переходный период, когда старое ещё чувствует себя сильным, а ростки нового
не окрепли, возможны проникновение старого в новое н ряд промежуточных ступеней
между ними.
Ленин неоднократно писал о том, как иногда бывает трудно провести грань,
в частности указать, где кончается барщинно-феодальный строй и где начинается
капиталистический в земледелии. Он показал и переходную форму от барщины к ка¬
питализму в виде отработок: «Отработки, это — прямой и непосредственный пережиток
барщины. Отработки, это — переход от барщины к капитализму» 12.
Ленин пояснял, что отработочная и капиталистическая системы соединяются в
отдельном помещичьем хозяйстве: «Дело обстоит обыкновенно так, что в помещичьем
хозяйстве соединяются отработочная и капиталистическая система, применяемые по
отношению к различным операциям земледелия» 13. Ленин не мыслил себе, чтобы капи¬
талистический способ производства привился где бы то ни было сразу, без неудач
и возвращения к старому. «А если взять вопрос по существу, — писал Ленин в статье
«Великий почин», — разве бывало в истории, чтобы новый способ производства при¬
вился сразу, без долгого ряда неудач, ошибок, рецидивов? Полвека после падения
крепостного права, в русской деревне оставалось еще немало пережитков крепостни¬
чества» 14.
Ленин учил при подходе к отдельным сторонам явления не упускать из виду
общую историческую обстановку. Он зло высмеивал народников за метафизику, за то,
что они выхватывали отдельные стороны явления, рассматривая их вне сложной цепи
связей и взаимозависимостей. Народники, как известно, отрицали капитализм в кресть¬
янской домашней промышленности на том основании, что рабочие сохраняют крохот¬
ные земельные хозяйства. «Это последнее обстоятельство, — писал Ленин, — особенно
смущает «друзей народа», привыкших мыслить, как и подобает истым метафизикам,
голыми непосредственными противоречиями: «да, да — нет, нет, а что сверх того, то
от лукавого».
Безземельные рабочие — капитализм; владеют землей — нет капитализма; и они
ограничиваются этой успокоительной философией, опуская из виду всю общественную
организацию хозяйства» 13.
Ленин не фетишизировал и «свободу труда» в реальном капиталистическом об¬
ществе, что обычно делают тс, которые доказывают существование крепостной фабрики
в России, и подчеркивал, что лишь «...«идеальный» капитализм есть полнейшая свобода
договора на свободном рынке — между собственником и пролетарием»16.
В свете ленинских идей политико-экономическая сторона дореформенных ману¬
фактур может быть представлена как капиталистическая, но с пережитками крепост¬
ничества, которые более или менее давали себя знать, в зависимости от того, к какому
разряду они относились. Рассматривать их как нечто однородное — большое
упрощение.
Прежде всего бросаются в глаза разнообразие сословного и социального проис¬
хождения и положения их владельцев, разные способы обеспечения мануфактур рабо¬
чей силой, различие правового положения рабочих на отдельных предприятиях и
внутри предприятии, различное отношение к государству отдельных разрядов ману¬
фактур и т. д. Обычно мануфактуры делят на четыре типа: 1) посессионные, 2) вот¬
чинные, 3) казённые, 4) купеческие и крестьянские с вольнонаёмным трудом.
Посессионные фабрики и заводы (мануфактуры) ведут начало с петровского вре¬
мени. Они получали от правительства пособия землёй, строениями, рабочими людьми
или были	устроены за	счёт	денежных сумм,	отпущенных казной в пособие без воз¬
12 В.	И.	Л е н и н.	Соч.	Т. 15, стр. 67.
13 Т а м ж с, стр. 63.
11 В.	И	Ленин.	Соч.	T. XXIV, стр. 340.	3-е	изд.
15 В.	И.	Ленин.	Соч.	Т. 1, стр. 193.
10 В.	И.	Л е и и н.	Соч.	Т, 15, стр. 66.

6	Б.	Яковлев
врата, или получали дозволение на покупку крестьян, если владелец их по своему
званию не имел на это права. Правительственным распоряжением к посессионным
мануфактурам приписывались рабочие. Приписка происходила в разное время и по
различным поводам для различных категорий рабочих.
Раньше всех крепкими фабрике оказались крестьяне, купленные фабрикантами на
основании указа 1721 г. о лицах недворянского происхождения; попадая на мануфак¬
туры, крестьяне меняли только владельца. Затем как крепких фабрике стали рас¬
сматривать приписанных к ней казённых крестьян, отставных солдат, бродяг, преступ¬
ников и т. д. И, наконец, в 1736 г. был издан указ, по которому все, кроме чернорабо¬
чих, работавшие на фабриках и заводах в момент издания указа, были навсегда при¬
писаны к ним и названы «вечно отданными мастеровыми».
Что касается купленных крестьян, то можно предполагать, что их было немного*
Право покупки купечеством — а оно в огромном большинстве владело посессионными
фабриками — вскоре после издания указа 1721 г. стало ограничиваться в угоду дворян¬
ству, не желавшему делиться привилегией душевладения с «неблагородными» (указы
1736 и 1752 гг.), а в 1762 г. и совсем было отменено, если не считать восстановления его
Павлом 1, когда им уже никто не воспользовался.
Таким образом, главную категорию рабочих, прикреплённых к мануфактурам, со¬
ставляли казённые крестьяне, деклассированный элемент и «вечно отданные ма¬
стеровые».
Чем был вызван к жизни институт приписных рабочих? Туган-Барановский
утверждал, что промышленность в петровской Руси могла основываться только на
крепостном труде вследствие всеобщего закрепощения населения. «Социально-эконо¬
мическое положение тогдашней России, — писал Туган-Барановский о петровском
времени, — было таково, что капиталистическое (т. е. основанное на наемном труде)
производство у нас было невозможно. Для последнего нехватало в России самого
важного условия — класса свободных рабочих» 17.
Не останавливаясь на фактической неточности, допущенной Туган-Варановским
в части казённых крестьян, которые юридически не были крепостными, отметим непра¬
вильность исходных принципов этого положения.
Утверждая вначале, что возникновению класса свободных рабочих препятствовало
крепостное право, Туган-Барановский затем разрушает своё построение тем, что
говорит о появлении в начале XIX в. капиталистической фабрики с вольнонаёмным
трудом, совсем забывая о существовании в это время крепостного права, и о том, что
правовое положение населения не изменилось по сравнению с предыдущим веком.
Создание кадров пролетариата К- Маркс связывал с относительным перенасе¬
лением. Лишённые средств производства и существования, крестьяне и ремесленники
выталкиваются на рынок труда. На ранней стадии капитализма спрос на наемный
труд возрастал быстрее, чем предложение труда, создаваемое относительным перена¬
селением. Причину этого К· Маркс видел в низком органическом составе капитала
мануфактур, где переменная часть капитала составляла большую долю, чем постоян¬
ная, и потому спрос на рабочие руки быстро возрастал по мере вложения новых
капиталов в промышленность. «Переменный элемент капитала, — писал Маркс,—
сильно преобладал над постоянным его элементом. Вследствие этого спрос на наемный
труд быстро возрастал при каждом накоплении капитала, а предложение наемного тру¬
да лишь медленно следовало за спросом. Значительная часть национального продукта,
превратившегося позднее в фонд накопления капитала, в то время еще входила в фонд
потребления рабочего» 18.
Диспропорция между спросом и предложением труда даже в Англии, где процесс
пролетаризации крестьянского населения проходил интенсивно, беспокоила правитель¬
ство. Поэтому в Англии издавались законы против бродяжничества, которые отдавали
пролетариев в пожизненное рабство капиталистам, а чтобы не допустить повышения
заработной платы сверх необходимого для рабочего минимума, издавались рабочие
статуты, удлиняющие рабочий день и регулирующие заработную плату.
В Англии относительное перенаселение возникло в результате массового изгнания
крестьян с земли, которое, в свою очередь, было следствием превращения пашни в
17 М. Туган-Барановский. Указ соч., стр. 20.
18 К. Маркс. Капитал. T. I, стр. 742.

Возникновение и этапы развития капиталистического уклада в России
пастбище для скота, расхищения ленд-лордами общинных земель, мошеннического
отчуждения государственных земель, превращения феодальной собственности и соб¬
ственности кланов Шотландии в современную частную собственность.
В крепостной России относительное перенаселение создавалось условиями фео¬
дально-крепостного хозяйства: ненормальным географическим размещением сельского
населения, прикреплённого к земле, и начавшегося разорения деревни вследствие
усиленной эксплуатации крестьянского труда в помещичьих хозяйствах. Однако разо¬
рённым крестьянам невозможно было совсем порвать с сельским хозяйством из-за
крепостного права и прикрепления к земле, они испытывали трудности и отхода в го¬
рода. В то же время потребности государства и внутреннего рынка расширялись,
увеличивался приток капитала в промышленность.
Заработная плата рабочих при таких условиях повышалась выше среднего уров¬
ня. Фабриканты жаловались в Мануфактур-коллегию на то, что им негде набрать
рабочих, на «капризность» рабочих, не желавших оставаться на работе и требовав¬
ших повышения заработной платы. В первой половине XVII в. на Урале разница в
оплате по вольному найму и ставкам правительства достигала огромных размеров;
нанимая вместо себя вольнонаёмных исполнителей тех работ, выполнение которых
было обязанностью пашенных крестьян, последние платили им по цепам в 2Ά—6 раз
выше, чем сами получали от правительства 19.
Кроме того хотя простота производственного процесса на мануфактурах и облег¬
чала набор рабочей силы, но в любой момент рабочий мог оставить производство и
перейти к продолжению своей деятельности в качестве ремесленника. «Класс наемных
рабочих,— обращал на это внимание Маркс,— возникший в последней половине
XIV столетия, составлял тогда и в следующем столетии очень ничтожную часть народа;
его положение находило себе сильную опору в самостоятельном крестьянском хозяй¬
стве в деревне и цеховой организации в городах»20.
Идя навстречу требованиям капиталистов, царское правительство предприняло
более действенные меры к снабжению мануфактур рабочими руками, чем издание
законов против бродяжничества. Дальнейшим развитием антирабочего законодатель¬
ства и, значит, дальнейшим шагом в развитии методов первоначального накопления в
России явилась приписка рабочих к мануфактурам. Она означала предоставление
предпринимателям неограниченного права в эксплуатации труда рабочих.
Характерно, что современники, в отличие от сегодняшних теоретиков крепостной
мануфактуры, не считали рабочих мануфактур формально крепостными. И в самом
деле они не были такими сословно-бесправными, как крепостные помещика.
«По терминологии того времени, они были «крепки фабрике», а не владельцу.
Власть фабриканта над ними была ограничена, и правительство оставляло за собой
право регулировать взаимные отношения владельца посессионной фабрики к рабочим.
Посессионная фабрика признавалась вместе со всеми находившимися при ней рабо¬
чими нераздельным целым; владелец не имел права раздроблять фабрику, продавать
крестьян отдельно от фабрики или переводить их на другую... Состоящих при фабрике
рабочих владелец имел право употреблять только на фабричные работы, выдавая
им «достаточную заработную плату»; размер этой платы, продолжительность рабочего
дня, высота уроков (при поштучной работе) могли быть устанавливаемы фабрикан¬
том, но правительство признавало за рабочими право обжаловать постановление фаб¬
рикантов, и в таком случае дело решалось правительственной властью... За притесне¬
ние рабочих, за неправильное употребление их — например, вместо фабричной работы,
й домашние услуги — фабриканту грозило освобождение рабочих»21.
Безусловно, произвол фабрикантов был обычным делом, но такова уж была
действительность феодально-бюрократической России.
Если же посмотреть на экономический строй посессионных мануфактур, то недо¬
пустимость смешения приписных рабочих с крепостными станет ещё яснее.
Ленин так сформулировал три отличительных признака капиталистической систе¬
мы от крепостнической: «Во-первых, крепостное хозяйство есть натуральное хозяйство.
13 «Материалы по истории крестьянской промышленности XVIII и пеовон поло¬
вины XIX века». Ч. 1-я, стр. LIII и XXVIII. М.-Л. 1935.
20 К. Маркс. Капитал. Т. I, cip. 741—742.
21 М. Туга н-Е а р а н о в с к и й. Указ. соч., стр. 91—92.
7.	«Вопросы истории» Х1> 9.

98	Б.	Яковлев
капиталистическое же —денежное. Во-вторых, в крепостном хозяйстве орудием экс¬
плуатации является прикрепление работника к земле, наделение его землей,
в капиталистическом же — освобождение работника от земли. Для получения доходи
(т. е. прибавочного продукта) крепостник-помещик должен иметь па своей земле
крестьянина, обладающего наделом, инвентарем, скотом. Безземельный, безлошадный,
бесхозяйный крестьянин — негодный объект для крепостнической эксплуатации. Для
получения дохода (прибыли) капиталист должен иметь перед собой именно беззе¬
мельного, бесхозяйного работника, вынужденного продавать свою рабочую силу
на свободном рынке труда. В-третьих, наделенный землей крестьянин должен быть
лично зависим от помещика, ибо, обладая землей, он не пойдс-т на барскую
работу иначе как под принуждением. Система хозяйства порождает здесь
«внеэкономическое принуждение», крепостничество, зависимость юридическую, непол¬
ноправность и т. д.» -Ч
Как видно из ленинского текста, третье отличие капиталистической системы от
крепостного хозяйства, «личная зависимость» крестьянина, порождается в крепостном
хозяйстве тем, что наделённый землёй крестьянин, ведущий своё хозяйство, не пой¬
дёт на барскую работу иначе, как под принуждением. Можно ли то же сказать о при¬
писном рабочем?
Действительно, некоторые рабочие (мастеровые) посессионных мануфактур за¬
нимались и земледелием, но сельское хозяйство для них было подсобным занятием,
а главным средством существования являлась денежная заработная плата. Таким
образом, не обладание земельным наделом порождало «крепость» рабочих к мануфак¬
туре, а совсем другое—■ стремление капиталистов к безграничной капиталистической
эксплуатации пролетариев.
Что касается первых двух признаков,.то по ним, бесспорно, посессионные фабрики
могут быть отнесены к капиталистическим предприятиям: мануфактура не может быть
натуральным хозяйством, и орудием эксплуатации в ней не является прикрепление
работника к земле.
Отметим наконец, что к горным заводам на Урале приписывались деревни казённых
крестьян, находящиеся около заводов. Одна часть этих приписных крестьян была
непосредственно занята в производстве, а другая работала по заготовке и перевозке
леса, который служил топливом для доменных печей. Для последней категории крестьян
работа на заводе считалась казённой повинностью взамен и наряду с другими казён¬
ными повинностями. Эти крестьяне'оставались по своему социальному положению
крестьянами. Первые же. занятые на добыче руды и на металлургических заводах,
были действительно рабочим п. но они часто не порывали с землей. В их положении
оставались черты крепостнической зависимости, которые давали себя знать даже много
лет спустя после реформы 18G1 г., что и было отмечено Лениным в его работе «Развитие
капитализма в России».
Вывод: посессионная мануфактура по своему экономическому строю являлась
капиталистической, но получила своеобразную форму развития в крепостнической
России.
От посессионных мануфактур необходимо отличать мануфактуры вотчинные, что
обычно не делается. Вотчинные .мануфактуры заводили в своих имениях помещики,
используя на них труд крепостных. Работа па таких мануфактурах для крестьян была
своеобразной барщиной. Они работали «брат на брата», т. е. определённое время одна
партия крестьян работала на фабрике, другая — в своём хозяйстве, а затем они меня¬
лись местами.
Исторически вотчинная мануфактура — продукт более позднего времени, чем
посессионная. «Вотчинные фабрики,— отмечает Туган-Барачовский,— появились в боль¬
шом числе во второй половине XVIII века, когда дворянство поняло выгоду фабричной
промышленности и стало устраивать фабрики в своих поместьях»23.
Как это ни покажется странным на первый взгляд, но вотчинные мануфактуры
с явными чертами крепостничества обязаны своим возникновением развитию капита¬
лизма в России. Без такого наглядного и убедительного примера, как посессионные
22 В. И. Ленин. Соч. Т. 15, стр. 66.
23 М. i V г а н-Б а р а н о в с к и П. Указ, соч., стр. 85.

Возникновение и этапы развития капиталистического уклада в России 99
мануфактуры, -в которых мы видели признаки ранней эпохи капиталистического способа
производства, вотчинных мануфактур, возможно, в России и не было бы.
Мануфактуры бояр, царских родственников: Морозова, Нарышкина, Милослав-
ского — не похожи на те, которые устраивались во второй половине XVIII в. помещи¬
ками. На вододействующем заводе Б. И. Морозова в с. Павлово в середине XVII в.
применялся наёмный труд, в поташном производстве в имениях Морозова только
подсобный неквалифицированный крестьянский труд засчитывался в счёт оброка, тогда
как мастера этого производства получали денежное жалование24.
О вотчинных мануфактурах XVIII в. известно очень мало, и трудно сказать, каких
в них было больше элементов — крепостнических или капиталистических. Но, во вся¬
ком случае, они отличались от барщинного натурального хозяйства тем, что имели
денежный предпринимательский характер. Квалифицированные рабочие на них, пови¬
димому, получали денежную заработную плату, хотя бы в виде премий.
Вотчинные мануфактуры можно считать промежуточной ступенью между бар¬
щинным и капиталистическом хозяйством, так как они выросли целиком из крепостного
уклада и знаменовали более эволюцию помещичьего хозяйства, чем общее промыш¬
ленное развитие России.
Казённые мануфактуры появились в России в XVII в., особенно много их было
построено в первую половину царствования Петра I, но « в дальнейшем они продол¬
жали существовать вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции в
отраслях промышленности, связанных с военными нуждами. Обеспечение рабочей си¬
лой предприятий, правовое положение рабочих и т. д. на казённых предприятиях до
1861 г. существенно не отличалось от посессионных, с той только разницей, что на ка¬
зённых мануфактурах владельцем являлось дворянское государство, а на посессион¬
ных — частное лицо.
Что касается не имевших приписных рабочих крестьянских и купеческих ману¬
фактур, которые, по уверениям теоретиков крепостной мануфактуры, являлись един¬
ственными представителями капиталистических предприятий ф России до крестьян¬
ской реформы 1861 г., то не следует, как это делают теоретики крепостной мануфакту¬
ры, преувеличивать «свободу» капиталистических отношений на этих предприятиях
и на этом основании противопоставлять их посессионным мануфактурам.
Рабочие на этих мануфактурах, как правило, занимали приниженное положение,
связанное с большим развитием кабалы и личной зависимости. Здесь существовали
такие формы кабалы, как получение в наймы от помещиков крепостных за определён¬
ную плату; эти рабочие получали от фабриканта не заработную плату, а нищенский
паёк. Когда отдача помещиками своих крепостных в наём была запрещена правитель¬
ством, фабриканты, чтобы обойти закон, стали выдавать заработную плату рабочих
из крепостных крестьян не в руки помещику, а как бы сельскому обществу или семьям
рабочих. Предприниматели с. Иваново закабалили рабочих, уплачивая помещику оброк
за своих недоимщиков-оаносельчан. Существовал обычай найма подростков в качестве
учеников на семилетий срок, ранее которого они не могли покинуть предприятие,
и т. д.25.
Неправильно утверждение защитников тезиса крепостной мануфактуры и о том.
что мануфактуры этого типа возникли в середине XVIÜ века. Промышленные заведе
ния крепостных крестьян не были новостью и ранее. Так, крестьянин боярина Б. И. Мо¬
розова Иван Демидов уже в середине XVII в. имел винокурню («винный промысел»),
внеся Морозову оброк 100 руб. деньгами (1500 руб. золотом на деньги начала XX в.);
о размерах винокурен мы узнаём из другого документа, в котором отмечается, что в
ветчинах Морозова при винокурнях находились избы, «где живут работные люди»26.
В царствование Петра I случаи выделения фабрикантов из среды крестьянства
и ремесленников были очень часты. Даже в период борьбы правительства «с безуказ-
иой промышленностью» в 30—50-х годах XVIII в. продолжался процесс превращения
мелкого товарного производства в крупное. Пример этому — возникновение льноткац¬
ких мануфактур крестьянина Лукновского27. Снятие правительственных рогаток с
24 «Хозяйство крупного феодала	XVII века». Ч. 2-я, стр.	40—41.	М.-Л.	193	.
25 М. Туг а н-Б à рано в с к и й.	Указ. соч., стр. 73-—78.
26 «Хозяйство крупного феодала	XVII века». Ч. 2-я, стр.	33, 28.
-■ «Материалы по истории крестьянской промышленности». Ч. î-я.	стр.	лыл.

промышленной деятельности во второй половине XVIII в. только облегчило выход на
историческую арену этого типа предпринимателей.
До сих пор речь шла о возникновении и первых этапах развития только ману¬
фактур как главных показателей роста капиталистического уклада, но картина- будет
неполной, если оставить в стороне распространение наёмного труда в различных про¬
мыслах (соляном, рыбном и т. д.), на водном транспорте, городском строительстве,
торговле, потому что «.. в вопросе о развитии капитализма едва ли не наибольшее
значение имеет степень распространения наемного труда. Капитализм, это — та стадия
развития товарного производства, когда и рабочая сила становится товаром»28.
О широком применении вольного найма в XVII в. говорят документы из архива
боярина Б. И. Морозова. Судовладелец-подрядчик из крепостных крестьян Иван Антро¬
пов в 1659 г. просил у Морозова заимообразно, для расплаты с «работными людьми»,
которые вышли на двух судах с со^ью из Астрахани, 2 тыс. руб. (34 тыс. золотых руб.).
Тот же Антропов занимался рыбными промыслами в Астрахани, имел там свои соб¬
ственные «учуги», на которых, без сомнения, работали наёмные рабочие211*. Из источни¬
ков начала XVIII в. известно, что в с. Лапшево, Казанской губернии, расположенном
на реке Каме, в 30 верстах от впадения её в Волгу, куда ежегодно приставали суда
с солью, собиралось в навигацию до 20 тыс. крестьян, предоставлявших себя
в наём 30.
Более полную картину распространения вольного найма, главным образом вне
мануфактур, можно получить по XVIII в., так как имеются точные статистические
сведения по некоторым губерниям об отходниках. Так, в 1778 г. в Ярославской губер¬
нии уходило на заработки 58 656 крестьян, что составляло около 20% мужского населе¬
ния губернии. В Московской губернии в 1799 г. было взято отходниками 48 932 паспор¬
та, или иначе 10% мужского населения уходило на заработки31. Привлечение данных
о распространении вольного найма на внемануфактурных отраслях народного хозяйства
уточняет наше представление о росте и укреплении капиталистического уклада в Рос¬
сии, начиная с XVII века.
В то же время в сельском хозяйстве наблюдается безраздельное господство
феодальной рейты и почти полное отсутствие ренты капиталистической.
Признаки капиталистического уклада в сельском хозяйстве появились в начале
XIX в. па юге Украины и Заволжья и на свекловичных плантациях Правобережной
Украины, обрабатывавшихся вольнонаёмным трудом десятков тысяч отходников.
Последнее, на чёги необходимо остановиться,— это стадиальность развития ка¬
питалистическою способа производства в России, т. е. прохождение капиталистическим
производством последовательных форм развития от низшего к высшему.
Маркс и Ленин различали три исторических формы капиталистического произ¬
водства: простую кооперацию, мануфактуру и машинную промышленность. Русские
исторические источники показывают ту же последовательность смены различных форм
капиталистического производства. Капиталистическая кооперация и мануфактура вы¬
растают в России на базе сложившегося искусного ремесла и не являются чем*то прш
внесённым извне.
Злостной клеветой на русский народ, на его организаторские и творческие спо¬
собности звучат слова Туган-Барановского, утверждавшего, что русская домашняя
промышленность и ремесло существовали преимущественно в виде плетения лаптей,
валяния войлоков, ткачества грубого холста и других полезных, но не сложных про¬
изводств, которые были органически неспособны к перерастанию в мануфактуру. По
Туган-Барановскому, якобы только иноземные мастера, принеся с собой технические
знания, могли построить крупную промышленность в России, а потом уже «фабрика
порождает домашнюю промышленность» 32.
В действительности, какую бы отрасль промышленности России ни взять, мы
видим, что она имеет прочные корни в русском ремесле и домашнем производстве
и что роль иностранных мастеров в её развитии была весьма ничтожна.
23 В. И. Ленин. Соч. Т. 3, стр. 509.
20 «Хозяйство крупного феодала XVII века». Ч. 2-я, стр. 35.
3'· «Материалы по истории крестьянской промышленности». Ч. 1-я, стр. LI.
31 М. Туган-Барановский. Русская фабрика, стр. 40.
32 Там же, стр. 168—170.

Возникновение и этапы развития капиталистического уклайа в России 101
Важнейшей отраслью промышленности для русского государства было изготовле-
ние железа. Весь внутренний спрос на железо и железные изделия в России
XV—XVII вв. удовлетворялся крестьянской и посадской железоделательной промыш¬
ленностью Тульского края, Карелии, Каргополя, Устюжны-Железо польской и других
мест. В сотнях кузниц железная руда перерабатывалась в гвозди, сошники, лемехи,
строительное железо, ножи, сковороды, пушки, ядра и другие предметы. На Урале,
который стал основным металлургическим центром России в XVIII в., крестьянские
и посадские кузнецы начали разрабатывать руду в 20-х годах XVII века33.
Первоначально укрупнение производства в России произошло в форме капитали¬
стической кооперации. Железоделательные «заводы» на Урале ещё в середине XVII в.
представляли собой соединение отдельных плавильных горнов, процесс работы и тех¬
ника на которых ничем не отличались от процесса работы ремесленников31.
Начало мануфактурного периода в железоделательном производстве, т. е. пере¬
ход к доменной плавке чугуна, которая связана с применением вододействующих
приспособлений для обработки железа, было положено в Туле. Здесь вместо сыродут¬
ного железа стали выплавлять предварительно чугун, а из чугуна выделывать железо.
Условия для возникновения тульских заводов были подготовлены всем развитием
русской железоделательной промышленности. Уже в более раннее время в России
производились изделия из литого чугуна, применение механической силы воды не
было абсолютным новшеством для русского централизованного государства, где водя¬
ные мельницы имелись ещё в XVI в., а впервые появились, возможно, и раньше. По¬
пытки использовать силу падающей воды в промышленных предприятиях приходятся
на начало XVII в., задолго до устройства Виниусом и Марсели сом заводов в Туле3'·.
О	значении русского ремесла в	«железном»	деле, как	предпосылки для возник¬
новения	мануфактурных предприятий	России, говорит выбор	места для первых чугуно¬
литейных заводов. В первую очередь их устроители учитывали возможность использо¬
вания рабочей силы славившихся своим искусством тульских кузнецов и оружейников.
Об этом говорит и постоянно практиковавшаяся с XVII в. переброска кузнецов с их
родины	в тот или другой, нередко	отдалённый	край, где	организовывались новые
заводы,	из Казани — на Урал, из Устюжииы — в	Сибирь и	т. д. Безграмотные ино¬
странные мастера в силу предоставленных им царским правительством привилегий и
монополий только использовали навыки и 'искусство, накопленные русскими ремес¬
ленниками.
В 30-х годах XVII в. Виниус и Марселис монополизировали устройство железодела¬
тельных «мельнишных заводов» — никто впредь не имел права устраивать их в преде¬
лах Тулы и даже России; в их руках оказались лучшие железорудные месторождения,
разрабатывавшиеся ранее тульскими ремесленниками. Можно только удивляться, что
под гнётом такой монополии из рядов тульских кузнецов в XVII в. выходили организа¬
торы многочисленных мануфактур, а в лице Демидовых и Баташёвых появились осно¬
ватели крупной горнозаводской промышленности на Урале и в центре России. Путь
развития из домашнего и посадского ремесла в капиталистическую кооперацию, а потом
и в мануфактуру прослеживается и в другой решающей отрасли промышленности —
текстильной.
Производство полотняных и льняных изделий было широко распространённым
занятием на Руси, причём существовало не только в форме домашнего ремесла, но
во многих местах было занятием ремесленников и кустарей, В XVII в. с. Данилово,
в Шуйском уезде, платило оброк дарю холстом и сукнами, в с. Тейково изготовлялись
окрашенные льняные и шерстяные ткани, а в сёлах Иваново и Кохма уже тогда глав¬
ным занятием жителей было ткачество 3t\ Большое количество холста и пряжи обра¬
щалось на внутреннем рынке, а частью шло и за границу37. «Организация» Тамесом и
его компаньонами мануфактуры в с. Кохма свелась к экспроприации знаний и навы¬
ков ремесленников этого села в свою пользу. Подобное происходило и при организа¬
ции казённых полотняных и льноткацких мануфактур.
33 «Материалы по истории крестьянской промышленности». Ч. 1-я. стр. XX и XXVII.
34 Там же, стр. XXIX.
35 Там же, стр. XXX—XXXII.
з® «Материалы по истории крестьянской промышленности». Ч. 1-я, стр. XLIV*.
37 П. Любомиров. Очерки по истории русской промышленности, стр. 68. 1947.

Характерно, что ссе «указные» и казённые полотняные мануфактуры при Пет¬
ре I и позже покупали пряжу различных сортов п разного качества готовой у ремеслен
ников на рынке, что говорит о достаточном количестве хороню подготовленных произ¬
водителей пряжи, для вновь вводившихся сортов тканей зн.
О преемственности между ремеслом н мануфактурой в полотняном производстве
говорит и возникновение, вопреки «указному» запрещению, мелких промышленных
заведений типа мануфактур при Петре I. В 30-х годах XVIII в. в с. Иваново возникли
крупные мануфактуры крестьян Бутрнмова и Грачёва, в деревне Лукново — мануфак¬
тура дворцового крестьянина Лукновского и др.
В суконном, шёлкоткацком и хлопчатобумажном производстве, которые сразу
возникли в России в форме мануфактуры, частью вследствие сложности производства,
недоступной отдельному ремесленнику, а частью из-за отсутствия в России собствен¬
ного сырья, без сомнения, попользовались производственные навыки прядения и тка¬
чества, накопленные в полотняном производстве. То же наблюдается и в других отрас¬
лях производства.
Привилегированная промышленность при помощи дворянского государства в пер¬
вой половине XVIII в., ожесточённо обрушиваясь на конкурировавшую с ней крестьян¬
скую и посадскую промышленность, разрешала ремесло в России. Существовавшие
без разрешительного указа от Мануфактур-коллегии небольшие мастерские и ману¬
фактуры объявлялись вне закона, безуказные производители выслеживались, на них
устраивались настоящие облавы; оборудование мастерских и готовые изделия под¬
вергались конфискации. Поэтому у позднейших поколений могло создаться впечат¬
ление о слабом развитии ремесла в России до середины XVIII в., а затем оно про¬
никло и в исторические концепции наших дней.
Мануфактурный период в России наступает и заканчивается в силу отсталости
экономического и социального строя несколько позже, чем в Западной Европе.
Продолжительность господства мануфактурного	периода К- Марксом определена
с	половины XVI столетия	до последней трети	XVIII	столетия39. Нетрудно убедиться,
что за начальную грань мануфактурного периода здесь берётся момент, когда мануфак¬
туры уже приобрели известную устойчивость и широту распространения, так что их
существование устанавливается по историческим источникам, а заканчивается ману¬
фактурный период, когда нашли применение первые машины в Англии.
В России мануфактурный период датируется довольно точно. Достоверные сведе¬
ния о первых русских мануфактурах имеются в источниках, начиная с 30-х годов
XVII в., если не считать более ранних известий о канатных, стекольных, мельничных
и других «заводах», по которым невозможно установить форму существующего на них
процесса производства.
Не мудрствуя лукаво,	30-е годы XVII в. и	нужно	считать началом мануфактурного
периода в России. Конец его установить ещё	легче:	его следует отнести ко времени
изготовления и применения первых машин на отечественных заводах. Паровые машины
в России стали изготовляться на казённом заводе в Петрозаводске в 1790 году. Первая
паровая машина установлена на машиностроительном заводе Карла Берда в 1795 году.
Окончанием мануфактурного периода мы можем считать 90-е годы XVIII века.
Таким образом, мануфактурный период в марксистском понимании этого слова
продолжался в России с 30-х годов XVII в. до начала 90-х годов XVIII века.
На смену мануфактурному процессу производства пришла крупная машинная
индустрия. Преобразование средств производства, технический переворот повлекли за
собой переворот в общественном способе производства, крутую ломку общественных
отношений.
Промышленный переворот, начавшись в Англии, вскоре захватил и Россию.
В Англии он произошёл в последней трети XVIII века. Исходным пунктом его там было
массовое изготовление бумагопрядильных машин «дженни» X хр грезе а с 1768 г., маши¬
ны Аркрайта — с 1769-г. и, главное, парового двигателя Уатта—с. 1785 года. Промыш¬
ленная революция в Англин не означала быстрого проникновения машин даже в хлоп¬
чатобумажное производство, в котором машины* более всего стали-находить примене¬
38 П. Любомиров. Указ. соч.,. стр. 72.
30 См. К· Маркс. Капитал. T. I, стр. 376.

Возникновение и^этапы развития капиталистического уклада в России 103
ние; ещё в 1813 г. в хдопчлтобумлжном производстве работало механических ткацких
станков не свыше 1% от общего числа ткацких станков, количество паровых двигате¬
лей в 1800 г. в Англии было равно 723.
Не количественная сторона была показателем промышленной революции, а. те
качественные сдвиги, которые, пусть ещё не в большой степени, произошли в способе
производства и производственных отношениях и которые были осознаны участниками
производственного процесса.
Академик С. Г. Струмнлин, пытаясь датировать промышленный переворот в Рос¬
сии, увлёкся аналогией кривой роста ввоза хлопка в Россию и Англию и подменил
вопрос о промышленном перевороте вопросом об уровне и темпе развития хлопчато¬
бумажного производства. Он считает, что только при достижении русской хлопчато¬
бумажной промышленностью уровня производства, который был в начале промышлен¬
ного переворота в Англии, начинается промышленный переворот в России. После
такой подмены одного вопроса другим промышленный переворот в России отодвигается
на 30—40-е годы XIX века. А между тем С. Г. Струмилину известно, сколь незначи¬
тельно было применение машин на прядильных и ткацких предприятиях Англии в
конце XVIII века. Общее количество переработанного хлопка не характеризует промыш¬
ленного переворота. Кроме того автор не принимает в расчёт, что машины стали при¬
меняться и в других отраслях промышленности '50.
Промышленный переворот начался в России, как и в других странах, при том
уровне производства, который был достигнут к моменту применения первых машин.
Началом переворота у нас было внедрение в промышленность отечественных и ввоз¬
ных машин в 90-е годы XVIII века.
Труднее установить окончание промышленного переворота.
Темп, с каким машины овладели производством в России, нельзя признать слиш¬
ком медленным; уже за первую четверть XIX в. машина в России революционизировала
производство настолько, что производственные отношения мануфактурного периода
стали более нетерпимы. Машины сделали часть рабочих излишними для производства,
но не во власти владельцев посессионных предприятий было сократить число рабочих
рук; машины требовали новых приёмов работы, но приписные рабочие не обязаны
были их изучать; при введении машин иногда было более выгодным оставить прежнее
производство и перейти к новому, но посессионным предприятиям это не разрешалось.
Изменение устаревшего института посессионных предприятий стало осознанной
необходимостью для их владельцев уже в первой четверти XIX века. По их требованию
20 декабря 1824 г. издаётся закон, которым разрешалось увольнение фабричных посес¬
сионных крестьян в другие звания в случае просьбы об этом фабриканта. В 1835 г.
владельцам посессионных фабрик было дано право отпускать посессионных крестьян
и мастеровых по паспортам. Наконец, 18 июня 1840 г. правительством были выработаны
особые правила увольнения посессионных и фабричных рабочих. Этот закон фактически
означал ликвидацию посессионного владения. Несмотря на невыгодное для фабрикантов
условие увольнения рабочих, большинство их воспользовалось законом для прекраще¬
ния прежних отношений с рабочими ещё задолго до реформы 1861 года. Решающую
роль при этом сыграли постоянные волнения рабочих посессионных предприятий,
которые были выражением негодности старых производственных отношений.
Разрушение посессионного производства было одной стороной промышленного
переворота в России, другой — явился бурный рост с конца XVIII в. хлопчатобумажной
промышленности и применения прядильных и ткацких машин.
Таким образом, если под промышленным переворотом понимать сдвиги в эконо¬
мической и социальной структуре предприятий, которые расшатывают старые отноше¬
ния мануфактурного периода и подводят затем к коренной их ломке, то данные
сдвиги можно обнаружить в России в конце первой четверти XIX века. 1825 год можно
условно считать конечной датой промышленного переворота.
После всего сказанного попытаемся наметить хронологические этапы капитали¬
стического уклада в России. Периодизация капиталистического уклада, а в основном
истории промышленности сводится к выделению более или менее определённых отрез¬
ков времени, в которые наблюдались какие-то характерные изменения в его развитии.
40 С. С т р у м и л и н. Промышленный переворот в России. Огив. 1944.

Она должна обладать конкретностью и быть тесно связана с периодизацией социально-
политической истории.
Правильнее было бы для экономической истории выражать периоды в десятиле¬
тиях, ибо появление новых признаков развития экономики нельзя приурочить к какому-
нибудь определённому году, но такая периодизация не будет наглядной. Условно, как
границу периода, лучше брать конкретный год. Примерные этапы развития капитали¬
стического уклада в России при такой постановке вопроса можно представить в сле¬
дующем виде. 30-е годы XVII в. — 1694. год — начало мануфактурного периода
в России. Появление отмеченных источниками мануфактур, распространение наёмного
труда на промыслах, водном транспорте, городском строительстве и т. д. — начало
складывания всероссийского рынка.
1694—1709 годы — резкое проявление моментов первоначального накопления,
строительство казённых мануфактур, вызванное неотложными потребностями Азовских
походов и Северной войны.
1709—1724 годы — привлечение купеческого капитала в промышленность и ча¬
стичная передача казённых мануфактур в частные руки, разработка протекционист,
ской политики, введение практики приписки рабочих к мануфактурам.
1724—1762 годы — стеснение деятельности «безуказной» промышленности. Завер¬
шение процесса создания кадров приписных рабочих.
1762—1775 годы — рост вотчинных мануфактур. Колебание правительства в во¬
просе борьбы с «безуказной» промышленностью. Лишение купечества права душе-
вл а дени я.
1775—1790 годы — отмена правительственных стеснений в развитии крестьянской
промышленности и объявление свободы промышленной деятельности вследствие угрозы
со стороны революционно настроенных масс и в целях повышения доходности поме¬
щичьих имений. Введение фритредерского тарифа по требованию землевладельцев-
дворян.
1790—1825 годы — промышленный переворот. Кризис посессионных мануфактур.
Быстрое развитие хлопчатобумажной промышленности. Начало упадка железорудной
промышленности Урала. Резкое увеличение оборотов внутренней и внешней торговли.
1825—1857 годы — постепенная ликвидация института приписных рабочих под
влиянием повсеместных волнений рабочих посессионных мануфактур и экономической
невыгодности труда приписных рабочих при переходе на машинную технику. Продол¬
жающийся рост бумаготкацкого производства. Переход к протекционизму.
1857—1860 годы — первый промышленный кризис.
Данная периодизация намечает лишь примерно эволюцию капиталистического
уклада, который возник и развивался одновременно с господством феодально-крепост¬
нической системы. Историко-экономические условия придавали ему порой уродливые
формы.
Рост капиталистического производства и связанного с ним обмена разъедал
ткань феодальной системы в земледелии, делая всё более невыносимыми производствен¬
ные отношения, основанные на крепостном труде, обострял антифеодальную классовую
борьбу, которая поднялась в 1857—1860 гг. до революционной ситуации.
В то же время развитие производительных сил, прежде всего в промышленности,
стеснённое феодальными отношениями, незамедлительно требовало сделать решитель¬
ный шаг по пути капитализма.
Отмена крепостного права, проведённая правительством крепостников с наиболь¬
шим сохранением в сельском хозяйстве феодальных отношений, всё же дала некоторый
простор для роста капитализма и в этой отсталой отрасли народного хозяйства царской
России, хотя коренная юнкерскн-буржуазная ломка' феодальных порядков в сельском
хозяйстве началась после буржуазно-демократической революции 1905—1907 годов.

СООБЩЕНИЯ
Вопросы истории Великого Новгорода
(До включения его в состав русского централизованного государства)
А. Монгайт и Г. Фёдоров
История келикого Новгорода — крупней¬
шего центра Северной Руси — неизменно
привлекала и привлекает к себе внимание
учёных. О Новгороде много писали и рус¬
ские дореволюционные и советские истори¬
ки. Особенно плодотворны были за послед¬
ние десятилетия археологические исследова¬
ния этого древнейшего северного русского
города. Для характеристики Новгорода и его
судеб мы располагаем большим и разнооб¬
разным материалом. До настоящего време¬
ни, однако, не была сделана попытка со¬
здать обобщающий труд, освещающий
жизнь Великого Новгорода в последова¬
тельном хронологическом изложении и на
основе всех видов источников,— труд, в ко¬
тором была бы показана специфика исто¬
рического развития Новгорода и северо-
восточных русских земель; полностью рас¬
крывалась бы роль Новгорода в русской
и мировой истории, его значение как од¬
ного из важнейших центров русской куль¬
туры.
Настоящей статьёй авторы хотели бы
обратить внимание научной общественности
на необходимость создания такого труда и
в порядке обсуждения рассмотреть те во¬
просы из истории Великого Новгорода, кото¬
рые в свете достижений советской истори¬
ческой науки представляются наиболее
Еажными.
★
До сих пор в нашей литературе отсут¬
ствует научная периодизация истории Ве¬
ликого Новгорода.
М. Н. Покровский, исходя из своей по¬
рочной концепции торгового капитализма,
создал совершенно неудовлетворительную
периодизацию истории Новгорода:	до
XIII в.— господство родовой знати, или
«аристократии породы», в XIII в.— период
демократии, XIV—XV вв.— господство тор¬
гового капитала. Эта антинаучная периоди¬
зация была подвергнута в нашей истори¬
ческой литературе уничтожающей критике.
Особенно убедительно подверг критике пе¬
риодизацию Покровского специалист по ар¬
хеологии Великого Новгорода А. В. Арци-
ховский9 Однако, доказав антиисторич-
1 А. Арциховский. К истории Нов¬
города. «Исторические записки» № 2 за
I93S год. М.
кость и порочность периодизации Покров¬
ского, А. В. Арциховский не дал вместо
неё своей периодизации новгородской ис¬
тории.
Покойный К. В. Базилевич предложил
схему периодизации истории СССР, в осно¬
ву которой было положено изменение со¬
циально-экономических отношений1. Если
применить этот же принцип к периодиза¬
ции истории Великого Новгорода до вхож¬
дения его в состав русского централизо¬
ванного государства, то можно наметить
три периода:	период распада родового
строя и создания сельской общины, роста
имущественного неравенства, выделения
племенной знати и начала превращения её
в господствующий класс. В этот период на
северо-западе восточнославянских земель
создаётся союз славянских и неславянских
племён, послуживший основой для дальней¬
шего образования Новгородского государ¬
ства. В результате развития ремесла и
торговли племенные центры в этот период
превращаются в города.
Далее может быть выделен период, когда
Новгород входил в состав Киевского госу¬
дарства (IX—XI вв.). Он характеризуется
формированием феодальных отношений, за¬
кабалением смердов, значительной ролью
князя и княжеской дружины в истории
Новгорода.
И, наконец, третий период — феодаль¬
ный (XI—XV вв.) 3, период расцвета и па¬
дения новгородской боярской республики,
обострения классовых противоречий, подъ¬
ёма ремесла, торговли, культуры и внеш¬
неполитической активности Новгорода.
Исходя из указания И. В. Сталина о
двух функциях государства4, внутри этого
периода следует различать два этапа поли¬
тической истории Новгородского грсудар-
ства.
- К. Базилевич «Опыт периодизации
истории СССР феодального периода». «Во¬
просы истории» № И за 1949 гол
3 XV век здесь взят в качестве истори¬
ческой границы, разумеется, не как конец
феодального периода, а как конец незави¬
симости Новгорода.
4 См. И. Сталин. Вопросы ленинизма,
стр. 604. 11-е изд.

106	А.	Монгайт и Г. Фёдоров
Первый этап—до второй. половины
XIV в., когда новгородское боярство было
вынуждено считаться с силой сопротивле¬
ния эксплуатируемых масс и управлять го¬
сударством, сохраняя республиканские вече¬
вые учреждения. Это было время сильней¬
шей внешней экспансии Новгорода. В этот
период Новгород как передовой пост рус¬
ских земель вёл борьбу против немецкой
и шведской агрессии. Этим определялась
важнейшая роль Новгорода как города,
представлявшего и защищавшего общерус¬
ские интересы. Активность народных масс
определяла в это время прогрессивность
внешней политики Новгородского государ¬
ства.
Второй этап охватывает время со второй
половины XIV в. до XV века. На фоне
общего подъёма русских земель и развития
центростремительных сил в экономике и
политике, облегчавших создание русского
централизованного государства во главе с
Москвой, политика новгородской боярской
аристократической республики становилась
всё более реакционной. Сепаратизм новго¬
родских бояр, начиная с отказа от участия
в общерусских мероприятиях (Куликовская
битва), приводит их к прямой измене и за¬
ключению вассального договора с Литвой.
Этот этап характеризуется наибольшим
обострением классовых противоречий, выра¬
зившихся в народных восстаниях, упадком
вечевых учреждений, усилением влияния
совета господ.
В буржуазной историографии, начинав¬
шей историю России с пресловутого при¬
звания варягов, Великий Новгород занимал
особое место как город, где было положе¬
но начало русской государственности. Со¬
ветская историческая наука, разрушившая
норманистские построения буржуазных учё¬
ных, на несколько столетий углубила нача¬
ло русской истории. История русского го¬
сударства начинается отнюдь не с момен¬
та появления первых летописных князей в
IX в., а значительно раньше, со времени,
когда возникли экономические, социальные
и политические условия, подготовившие
образование государства.
Историю возникновения древнерусского
города советские историки также значитель¬
но отодвинули в глубину веков. Раньше
историю городов обычно начинали с перво¬
го упоминания о них в летописи, т. е. со
времени, когда они являлись уже разви¬
тыми ремесленными, торговыми и админи¬
стративными центрами. Теперь благодаря
археологическим исследованиям строго на¬
учную почву получила проблема возникно¬
вения и развития городов в VIII—IX ве¬
ках.
Благодаря привлечению археологических
данных за последнее время стала чётко
обрисовываться история племён «Повести
временных лет» — обширных объединений
восточного славянства, предшествовавших
возникновению древнерусского государ¬
ства. Область новгородских славян опреде¬
ляется археологами по своеобразным па¬
мятникам —■ огромным курганам округлоко-
сииегкой формы, так называемым сопкам.
Сопки — это коллективные погребальные
гоиружешъ:, усыпальницы групп родсшен-
пых лиц, удерживающие ещё черты обряд¬
ности родового строя. Основная масса этих
сооружений относится к VII—VIII вз., но
имеются сопки и более раннего происхож¬
дения— VI--VÎI веков. Район их распро¬
странения— бассейн озера Ильмень, те¬
чение рек Ловлти, Волхова, Меты и верх¬
нее течение Мологи3.
В состав Новгородской земли частично
вошли территории, принадлежавшие в
л ревности и другому славянскому племен¬
ному объединению — кривичам. Для них
характерным археологическим признаком
являются так называемые длинные курга¬
ны — овальные или вилообразные насыпи,
содержащие внутри, подобно сопкам, ос¬
татки многих трупосожжений. По времени
они синхроничны сопкам 6. Судя по данным
летописи, так же как и по распростране¬
нию «длинных курганов», кривичские посе¬
ления на севере доходили до Чудского
озера, а город Изборск был одним из древ¬
нейших центров этого племени. Археологи¬
ческие раскопки последних лет доказали,
что и древний Псков возник и развился
на базе кривичского поселения VII—VIII
веков 7.
Резкой границы между областями рас¬
пространения «длинных курганов» и сопок
нельзя провести даже для VIT—VIII ве¬
ков. В IX—X вв. мы уже имеем чисто тер¬
риториальное деление северных славян,
пришедшее на смену старому — племен¬
ному.
Новгород возглавлял обширную область,
населённую многочисленными славянскими
и неславянскими племенами. Пестрота эт¬
нического состава новгородской земли не
помешала её политическому объединению.
Ему способствовала в IX в. борьба с гра¬
бителями — норманнами.
Исследования памятников материальной
культуры и письменных источников позво¬
ляют сделать вывод, что прочные связи
между ильменскими словенами и кривича¬
ми и неславянскими племенами:	водью,
ижорой, карелой, чудью, мерей, весью —
возникли ещё в первой половине первого
тысячелетия. Эти связи усиливаются в
период создания Новгородского государ¬
ства. Процесс ассимиляции неславянских
племён, слияния их со славянами, проис¬
ходил не за счёт военных захватов, а пре¬
жде всего был результатом культурного и
экономического влияния, результатом спло¬
5 См. Н. Ч е р н я г и н. Длинные курганы
и сопки. Материалы и исследования по
археологии СССР, вып. 6, стр. 93 и сл.
1941. П. Т р,е т ь я к о в. Северные восточ¬
нославянские племена. Там же, стр. 37 и сл.
6 См. П. Третьяков. Указ. соч., стр,
39.
7 См. С. Тараканова. Раскопки ппрв·
него Пскова. Краткие сообщения ИИМК
стр. 104—112 Вып. XXVII. 1949. .

Вопросы истории Великого ИовгсроОа	10?
чения племен вокруг новгородских славян
перед лицом общего врага — сначала нор¬
манской, а потом немецкой, шведской и
датской агрессии.
Ильменские славяне и кривичи, обладав¬
шие наиболее развитой экономикой и
культурен, играли главную роль в объ¬
единении племен. Они являлись основой
того нового этнического массива, которым
стал одной из двух важнейших составных
частей в образовании русской народно¬
сти— северных великороссов. Племенные
языки одних неславянских племён посте¬
пенно отмирали, уступая место русскому
языку, который стал и государственным и
общенародным. Другие неславянские пле¬
мена, вошедшие в состав Новгородского го¬
сударства, например карелы, сохранили
сеси этнические признаки, но и в их язы¬
ке и культуре сказалось сильное влияние
славян X Политическое объединение пле¬
мён, возникшее ещё при первобытно-об¬
щинном строе, усилилось в период образо¬
вания Новгородского государства, которое
с самого начала складывалось как много¬
племенное.
Процесс объединения и слияния племён
продолжался и после создания государ¬
ства; некоторые племена слились с новго¬
родцами (русскими! лишь в XII—XIII и
последующих реках9. Изучение этническо¬
го развития Новгородской земли может
помочь и решению многих важных вопросов
истории русского языка н культуры. Здесь
особенно ярко может быть выявлено, как
в результате скрещивания языков русский
язык выходил победителем, обогащаясь за
счёт побеждённых языков. Об этсм пишет
И. В. Сталин: «Так было, например, с рус¬
ским языком, с которым скрещивались в
ходе исторического развития языки ряда
других народов и который выходил всегда
победителем» 10. Пестрота этнического соста¬
ва Новгородской земли предоставляет
огромные возможности для работы языко¬
ведов и археологов.
IX зек был временем больших перемен
н социальной жизни населения Новгород-
C. кой земли. Это сказалось и в форме посе¬
ления и жилища и в форме погребальных
сооружении. Селения новгородских славян
и кривичей в VII — IX вв. располагались
обычно вблизи рек или озёр; они были
невелики:	насчитывали 1—3 десятка по¬
строек. Население занималось земледелием,
повсеместно становившимся пашенным (вза¬
мен подсечного). В конце этого периода,
г IX в., процесс распада патриархально-
родового строя отразился и на погребаль¬
ном ритуале. Па смену родовым погре¬
ба шным сооружениям, сопкам и «длинным
курганам», приходят небольшие круглые
н См. С. Г а д а я ц к и й. Карелы и Каре¬
лия в Новгородское время. Петрозаводск.
1941.
0 См. С. Гадзяцкий. Вотская п ижор-
ская земли Новгородского государства.
«Исторические записки» Л1> 6. 1940.
10 И. Стали н. Марксизм и вопросы
языкознания, стр. 95. Изд. «Презла». ! ОНО.
курганы, содержащие, как правило, лишь
<мно захоронение.
Интересно отметить, что новые формы
селений, указывающие на изменение всего
строя жизни, раньше других на севере на¬
чали вкладываться нмышо у новгородцев и
кривичей. Б других северных славянских
областях, особенно на Оке и в междуречье
Днепра и Десны, древние формы .быта сс-
хрлнг шеь до конца IX века11. Такой бо¬
лее быстрый темп развития социально-эко¬
номических отношений в Приильмекье, так
же как и в Поднепровье, привёл к тому,
что именно здесь возникли древнейшие
восточнославянские государства — Новго¬
родские и Киеве кое ·-. Появление этих
государств было отмечено летописцем, со¬
общавшим. что некогда было «княжение в
Полях, а в Доревлях свое, а Дреговичи
свое, а словени свое в НоЕегороде, а дру¬
гое на Пологе, и те Полочане».
Нужно сказать, что вопрос о возникно¬
вении русского государства всё ещё оста¬
ется одним из наименее разработанных в
нашей науке. Здесь многое пока неясно,
много высказывается ошибочных точек зре¬
ния. Так, некоторые историки для обозна¬
чения государств, существовавших якобы в
период родо-племеннсго строя, вводят
определение «примитивные государства».
Другие утверждают, что феодальное госу¬
дарство возникло до феодализма 13.
Кроме методологической путаницы, в ре¬
шении данного вопроса трудности вызы¬
вают и объективные причины, прежде всего
скудость источников.
Чтобы понять, как возникло государство
у восточных славян, мы должны изучить
ту эпоху, которая служит критическим ру¬
бежом между доклассовым и феодальным
обществами. Это весьма длительный пе¬
реходный, дофеодальный период. Процесс
клаесссбразованпя представлял собой весь¬
ма сложное явление, протекавшее в тече¬
ние многих веков.
Качественный перелом, переход от до¬
классового к классовому обществу, знаме¬
нуется созданием государства. Поэтому со¬
вершенно неправомерно введение термина
«примитивное Iосударство».
Киевское и Новгородское государства
IX в. были уже, несомненно, государства¬
ми в собственном значении этого слова.
Ц VIII—IX вв. происходит качественный
скачок от доклассового общества к клас¬
совому. и не следует смазывать этот факт,
пытаясь эводюционно продолжить линию
развития государства в глубь веков. Очень
бпыиую роль в освещении этих сложных
вопросов могут сыгпать археологические
материл ты. На них была, например, осно¬
вана работа А. В. Арцнховского, удачно
u См. II. Третьяков. Восточнославян¬
ские племена, стр. 154. М.-Л. 1948.
1-	Здесь имеется в' виду не Киевская
Русь, а её ередпеднепровекпй предше¬
ственник.
13 С. Юшков. Общественно-политиче¬
ский строй и право Киевского государ¬
ства. М. 1940.

108	А.	Монгайт	и	Г.	Фёдоров
решавшая вопрос о генезисе феодализма в
Смоленской и Суздальской землях и. Та же
тема для лесной полосы Восточной Евро-
пы разрабатывалась В. И. Равдоника-
еом 15.
В исторической литературе много внима¬
ния уделялось вопросу о трёх центрах
древней Руси, о которых писали арабские
авторы IX—XI веков. Б- Д. Греков пра¬
вильно поставил вопрос не о трёх городах,
а о трёх государственных объединениях
восточных славян, предшествовавших воз¬
никновению Киевской Руси. Где бы ни на¬
ходился третий центр, два центра не вы¬
зывают сомнений: это Киев и Новгород.
Эти города находились в областях, в силу
ряда исторических условий развивавшихся
быстрее, чем другие восточнославянские
земли. Рост производительных сил, переход
к пашенному земледелию, развитие реме¬
сла, процесс классообразования привели
к возникновению в Приильменье одного из
старейших славянских государств.
Дальнейшее экономическое, политическое
и государственное развитие Восточной Ев¬
ропы поставило вопрос об объединении
Киева и Новгорода. Возросшее значение
великого водного пути, соединявшего север
и юг Европы, на важнейших узлах кото¬
рого находились Киев и Новгород, усили¬
ло связи между этими молодыми государ¬
ственными образованиями. Судя по лето¬
писи, новгородский князь Олег взял на
себя инициативу объединения севера и
юга. К этому привёл весь ход развития со¬
циальных и экономических сил восточного
славянства. Объединение было осуществ¬
лено во второй половине IX в., и отнесе¬
ние его к летописному 882 г., вероятно,
близко к истине. С этого времени начи¬
нается история того большого государства,
которое историки называют Киевской
Русью. Сложение Киевской Руси—это одна
из важнейших политических граней в рус¬
ской истории. Однако если бы мы попы¬
тались вести периодизацию по этапам со¬
циально-экономического развития, то при¬
шлось бы признать, что начальный период
истории Киевского государства качественно
ничем не отличается от истории предше¬
ствующего периода, что процесс образова¬
ния феодального строя в 882 г. не начал¬
ся и не закончился. Эта дата не отражает
какого-либо перелома в генезисе феодаль¬
ных отношений, который начался значи¬
тельно раньше и закончился лишь спустя
два века. Крупнейшие политические собы¬
тия, конечно, отряжают оппелелётюе со¬
стояние ПРОИЗ^ЩНТ^ГТЬИЫХ сил и лпоизвод-
ственчых отношений, но они далеко не
14 См. А. А р и и X о в с к и й. Археологи¬
ческие. данные о возникновении (Ьеолатиз-
ма в Сузлальской и Смоленской землях.
«Проблемы истории докапиталистического
общества» „V· П-—12 за 1034 год.
1Г' См В. Р η в д о н и к а с. О возникно¬
вении (Ъеодаирма в лесной полосе Восточ¬
ной Европы в свете ярусологичеекчх дан¬
ных·. «Известия» ΓΛΠ.ΜΧ. Вып. 103. М.-Л.
1034.
всегда совпадают с началом и концом
определённых социально-экономических
эпох.
В буржуазной историографии с пробле¬
мой возникновения древнего Новгородско¬
го государства связывалась «норманская
проблема». Норманистские установки древ¬
нерусского летописца стали предметом поч¬
ти двухсотлетнего спора учёных. В на¬
стоящее время для советской науки этот
вопрос представляется совершенно ясным:
роль норманнов в русской истории была
ничтожна, их ни в какой мере нельзя при¬
знать организаторами или создателями рус¬
ского государства. Мы знаем, что государ¬
ства возникают в результате развития об¬
щества, а не создаются князьями и героя¬
ми. Однако если для советских учёных
этот вопрос ясен, то буржуазная наука
упорно продолжает цепляться за норман¬
скую теорию происхождения русского го¬
сударства, используя её в своих реакцион¬
ных политических целях. В вышедших в
последние годы книгах Вернадского, Ва¬
сильева, в статьях Беляева, Арне, Кипар-
ского и других вновь делаются попытки
«доказать», что русский народ получил
свою государственность из рук иноземных
завоевателей. Поэтому советские учёные
должны продолжать начатую ещё в
XVIII в. М. В. Ломоносовым борьбу про¬
тив норманизма, и самое активное участие
в этой борьбе должны принять историки
Новгорода.
Очень важное значение в этом отноше¬
нии имеют выводы советских археологов. Их
изыскания показали ничтожность варяжско¬
го элемента в древнерусских курганах. В
частности было доказано, что сопки, часть
которых приписывалась норманнам, принад¬
лежат целиком приильменским словенам.
Ничтожен был варяжский элемент и в древ¬
нерусских городах, даже таких, как Старая
Ладога.
Что касается свидетельств летописей, то
критический анализ летописного текста по¬
казал, как появился рассказ о призвании
варягов в своде Никона (1093 г.). Како¬
ва была историческая основа летописного
рассказа? Вполне возможно, как полагают
некоторые историки, приглашение Новгоро¬
дом скандинавских дружин в качестве на¬
емной военной силы. Но скорее всего эпи¬
зод с приглашением варягов представляет
собой не более, как заимствованный лите¬
ратурный приём, в основе которого лежит
факт борьбы местных племен е грабителя-
ми-варягами.
Хронология русскйх князей после Рюри¬
ка, данная в летописи, едва ли соответствует
истине. Простое установление возраста пер¬
вых русских князей делает сомнительной их
взаимную родственную связь!6. Рюрик
и Игорь искусственно соединены друг с дру¬
гом. Летописец связывает династию киев¬
ских князей с Рюриком, чтобы показать, что
только наследники Рюрика были законны-
10 См. A4. Тихомиров. Происхождение
названия «Русь» и «Русская земля». «Со¬
ветская этнография». Вып. VI—Vil. 1947.

Вопросы истории Встикого Новгорода	109
ми князьями, а Аскольд и Дир являлись
узурпаторами. Возможно также, что дина¬
стия киевских князей возводилась к Рюри¬
ку, как к популярному деятелю, известному
в Европе, чтобы тем самым придать рус¬
ским князьям большую значимость. Подоб¬
ные генеалогические подтасовки были весь¬
ма распространены в средневековье. Отме¬
тим, что митрополит Илларион, который
ближе всех стоял к составлению началь¬
ной летописи и лучше других должен был
знать генеалогию русских князей, перечи¬
сляя предков Владимира, называет ттько
Святослава и Игоря и даже не упоминает
Рюрика.
Таким образом, даже признавая Рюрика
не легендарной, а исторической, реальной
личностью, можно показать, что он не толь¬
ко не был создателем русского государства,
но что даже династии «Рюриковичей» ни¬
когда не существовало.
Изложенная тема — лишь одна из многих
тем, которые могут быть разработаны на
основе новгородской истории, изучение её
будет способствовать1 борьбе с рецидивами
норманизма. Важным вопросом является
также выяснение тех конкретных историче¬
ских обстоятельств, при которых южный
термин «рус — рос» попал в Новгородские
земли.
История Новгорода как города представ¬
ляет не меньшие трудности для исследова¬
ния, чем история Новгородской земли. Вре¬
мя возникновения славянских городов не
как поселений вообще, а как городов в со¬
циально-экономическом смысле относится к
VIII—IX векам. Города появляются «вместе
с переходом от варварства к цивилизации,
от племенного строя к государству» 17. Воз¬
никновение города было связано с разви¬
тием ремесленного производства и сопут¬
ствовавшего ему обмена. Археологические
нспеювп'чгя позволяют установить, что на
месте многих восточнославянских городов
первоначально возникли гнёзда селений,
окружавших места древних торжищ. Мно¬
гие города были не только центрами эконо¬
мической, но и политической и религиозной
племенной жизни. У отдельных племенных
союзов существовало несколько таких пле¬
менных центров.
Кроме городов, расположенных ‘ в преде¬
лах племенных земель, города возникали
также на окраинах славянского мира: это
были места межплеменных торжищ и опор¬
ные пункты славянского колонизационного
движения1S. В Новгородской земле одним
из таких городов была Ладога, возникшая
в VIII в. на месте более древнего поселе¬
ния. Ладога служила связующим пунктом
при торговых сношениях север-ных славян
с чудью и другими ближайшими племена¬
ми, а позднее, начиная с IX в., и с Балтий¬
ским морем. Археологические раскопки в
Старой Ладоге показали, что торгово-ре¬
месленному городу IX—X вв. там предше¬
ствовало кривичское поселение VII—VIII ве-
7 К- Маркс и Ф. Энгельс. Соч.
T. IV. стр. 40.
1Я См. П. Третьяков. Указ.	соч.,
стр. 154.
ков. В этом поселении раскопками открыты
большие дома, служившие жилищами для
больших семей, ведших коллективное хо¬
зяйство. Эти несомненные признаки родо¬
вого строя исчезают в IX-—X вв., когда по¬
являются жилые дома небольшого разме¬
ра
Вероятно, такой же путь — от племенно¬
го посёлка к городу — прошли Изборск и
Псков. Важным опорным пунктом славян¬
ской колонизации, шедшей из Новгородской
земли, было расположенное на далёком се¬
веро-востоке, в стране древней веси, Бело-
озеро. Остатки его обнаружены археолога¬
ми вблизи южного побережья Белого озера
на Шексне.
Гораздо сложнее вопрос о возникновении
самого Новгорода. Большие раскопки в
Новгороде, ведшиеся в последние годы
(главным образом под руководством
А. В. Арциховского), дали многочисленный
и разнообразный материал, характеризую¬
щий высоту культуры этого города и спо¬
собствующий выяснению ряда историче¬
ских вопросов. Но этот материал относится
К X и позднейшим векам. Более ранние
слои в Новгороде до сих пор не найдены.
А. В. Арциховский предполагает, что этих
слоев в Новгороде нет, так как город этот
возник позже какого-то другого города, су¬
ществовавшего где-то рядом, почему он и
был назван Новым городом.
Раскопанная в Новгороде площадь со¬
ставляет, однако, лишь незначительную
часть его территории. Поэтому нельзя
утверждать, что слоев древнее X в. здесь не
имеется. Существует предположение, что
древний город находился на так называемом
Рюриковом городище, где найдены слои
VIII века 20.
Дальнейшие раскопки в Новгороде дол¬
жны идти по пути поисков более древних
слоёв, которые могут помочь решить важную
проблему происхождения города.
Вероятно, развитие Новгорода протекало
аналогично развитию других городов: перво¬
начальное его ядро, детинец (кремль), по¬
степенно обрастало городским поселением,
предместьем, населённым ремесленниками
и купцами. Время появления городского по¬
сада в Новгороде неизвестно. С большей
или меньшей долей вероятности его можно
отнести к концу X — началу XI век^1.
В XI в. город уже разросся по обе стороны
Волхова. Очень интересны результаты раско¬
пок 1947—1948 гг. на земляном валу 22. Они
18 См. В. Р а в д о н и к а с. Старая Ла¬
дога. «Советская археология». Вып. XI,
XII. М.-Л. 1949, 1950.
См. М. К а р г е р. Археологические ис¬
следования в РСФСР 1934—1936 гг. М.-Л.
1941.
21 См. М. Тихомиров. Древнерусские
города, стр. 25—27. М. 1946.
-2 Новгородская археологическая экспеди¬
ция ИИМК Академии Наук СССР под ру¬
ководством проф. А. В. Арциховского.
См. А. Л. М о н г а й т. Каменная стена
«окольного города» Новгорода Всчикого.
«Краткие сообщения ИИМК». Вып. XXVII.
1919. .

110	А.	Мокгайт	и	/'.	Фёдора&
показали, что разросшийся город в начало
XII в. достиг пределов современного городи
и был обнесён острогом.
Огромные для средневекового города раз¬
меры Новгорода отражали его исключитель¬
ную роль в истории русских земель. Раскоп¬
ки на Славне и Ярославовом дворище уста¬
новили высокий уровень развития городского
хозяйства. Мостовые и дренажные сооруже¬
ния появились в Новгороде раньше, чем во
многих других европейских городах.
Исторические исследования очень мало
коснулись новгородской деревни. Письмен¬
ные источники (до XV в.) дают о ней ни¬
чтожно мало сведений, и единственную
возможность восстановить картину прошло¬
го представляют раскопки. Изучение сель¬
ских феодальных поселений было начато,
однако вскоре же заброшено, несмотря на
настойчивую необходимость продолжать
его Ч
Άτ
Метко определил особенности политиче¬
ского устройства Великого Новгорода
А. С. Пушкин: «Новгород на краю России
и соседний ему Псков были истинные рес¬
публики, а не общины (communes), удален¬
ные от великокняжества и обязанные своим
бытием сперва хитрой своей покорности, а
потом слабости враждующих князей» -4.
Ещё в начале XI в. созревание феодаль¬
ных отношений в Новгороде способствова¬
ло его отпадению от Киевского государства
и превращению в самостоятельный поли¬
тический организм. Новгород перерос те
политические рамки, которые ставил ему
Киев; успехи новгородского хозяйства, уси¬
ление боярства и купечества вели к по¬
степенному обособлению Новгорода. Это
выразилось в прекращении уплаты дани
Киеву, в усилении деятельности веча, в по¬
лучении 'новгородцами от Ярослава особых
грамот, предоставлявших Новгороду само¬
стоятельность. В результате событий 1136 г.
в Новгороде одержало победу республикан¬
ское устройство. После того как в 1156 г. к
вечу перешло право выбора новгородского
епископа, вечевая организация окончатель¬
но сформировалась. Умело используя «сла¬
бость враждующих князей», новгородское
боярство учредило свободный выбор князя,
принимаемого на договорных началах, со
строго ограниченными функциями.
Возникновение в ХП в. местных центров
как результат развития феодальных отно¬
шений в древней Руси достаточно выяснено
советской исторической наукой и в равной
мере относится как к феодальным княже¬
ствам. так и к новгородской аристократиче¬
ской республике. Однако история и причины
образования своеобразного политического
устройства в Новгороде — устройства рес¬
публиканского— полностью ещё не изучены
23 См. С. Тараканова. «Археологиче¬
ские разведки в Новгородских пятинах».
«Краткие сообщения ИИМК». Вып. XI.
1945, см. также «Труды Государственного
Исторического Музея». Вып. XI, 1940.
-Краткие сообщения ИИМК». Вып. V.
21 А. С. Пушкин. Соч. T. VU, сто 629.
М.-Л. 1949.
В рамках журнальной статьи невозможно
решить этот важнейший f вопрос, однако
нам кажется, что можно наметить четыре
основные причины. Первой причиной являет¬
ся своеобразие политического и хозяйствен¬
ного пололи пня новгородского боярства.
В древней Руси были бояре земекке—«про¬
дукт общественной эволюции каждого дан¬
ного места—туземная знать» 25 — и бояре
княжеские — «высшие члены княжеского
двора»23; и тс и другие существовали н в
Новгороде и в Киеве. Однако соотношение
между ними в этих городах было совершен¬
но различным: в Киеве преобладали княже¬
ские бояре, в Новгороде — бояре земские.
По мере развития феодальных отношений
обе категории бояр всё более связывались
с крупным землевладением. Однако земские
бояре, выросшие из местной племенной
знати, прежде всего были связаны с .мест¬
ным землевладением, е сохранившимися
ещё от дофеодального периода традициями
'управления и организации. Преобладавшие
в Киеве княжеские бояре также постепенно
оседали на землю, но они кроме того были
заинтересованы в сборе поступавшей в Киев
дани, определённую часть которой они по¬
лучали. Далее: княжеские бояре стремились
к получению различных привилегий и прав,
связанных с обслуживанием княжеского дво¬
ра. Другими словами, они были заинтересо¬
ваны в сильной княжеской власти. Земско¬
му же боярству сильная княжеская власть
была нужна только для охраны привилегий:
уплата же дани Киеву и необходимость
обслуживания княжеского двора были для;
него лишь вынужденной необходимостью.
К началу XI в. уплати дани и другие по¬
винности по отношению к Киеву стали пре¬
пятствием для развития отдельных феодаль¬
ных центров. Новгородские земские бояре,
опиравшиеся на местное землевладение,
убедились к этому времени, что они могут
своими силами удержать народ в узде, и,
используя Еолнения ремесленно-торговых
новгородских слоев населения, настояли на
ограничении княжеской власти, а затем до¬
бились упразднения её в Новгороде, исполь¬
зовав сохранившуюся ещё от древних вре¬
мён вечевую организацию как орудие своего
господства.
В Киеве же княжеское боярство продол¬
жало цепляться за сохранение сильного кня¬
зя, так как было заинтересовано в получе¬
нии дополнительных привилегий.
Второй причиной создания и укрепления
республиканского строя в Новгороде яви¬
лось высокое развитие в нём ремесла. Со¬
ветскими историками давно опровергнуты
антиисторические взгляды М. Н. Покров¬
ского о слабом развитии ремесла в Нов¬
городе. Теперь уже доказано, что Новгород
был крупнейшим ремесленным центром Во¬
сточной Европы, с преобладающим ремес¬
ленным населением -А
25 Б. Греков. Киевская Русь, стр. 122.
М. 1949.
20 Б. Греков. Крестьяне на Руси,
стр. 90, 91, 98. М. 1946.
"7 См. А. А р ц π X о в с к и й. К истории
Новгорода, стр. 118 и далее.

Вопросы истории Великого Новгорода	111
М. Н. Покровский, отрицая высокое
развитие ремёсел в Новгороде, писал: «Ре¬
месленники могли оставаться хозяевами в
промышленном центре, каковым, например,
была Флоренция Kill—XIV вв., но каким
Новгород никогда не бил» 38.
Это утверждение не выдерживает крити¬
ки. Хозяевами во Флоренции в XIII—XIV вв.
были отнюдь не ремесленники, а крупные
предприниматели — промышленники, банки¬
ры и купцы. Утверждение Покровского на¬
ходится в прямом противоречии с мнением
К- Маркса, который в «Секретной диплома¬
тии XVIII века» сравнивал Новгород имен¬
но с Флоренцией и указывал на то, что в
обоих этих городах бушевала борьба «между
патрициями и плебеями». Неверно и утвер¬
ждение Покровского о том, что в Нов¬
городе не было высокоразвитого реместа.
Высокое развитие новгородского ремесла
убедительно доказано как в труде Б. А. Ры¬
бакова «Ремесло древней Руси», так и в
публикациях итогов археологических рас¬
копок А. В. Арциховского 2Э.
Боярство, использовавшее ремесленно¬
торговое население Новгорода в борьбе
против князей, вынуждено было сохранять
вечевую организацию. Оно использовало её
в своих классовых целях путём захвата всех
важнейших должностных мест—посадника,
тысяцкого и т. д. За всё время существова¬
ния новгородской республики ни один из
представителей ремесленников не занимал
этих постов, часто даже по наследству пере¬
ходивших из одного поколения боярских
правящих родов в другое.
Было бы, однако, совершенно неправиль¬
но думать, что новгородская вечевая демо¬
кратия была пустой формальностью, фик¬
цией, способом маскировки боярского пол¬
новластия. Новгородские «черные люди»
представляли значительную политическую
силу, и боярские группировки, правившие
городом, могли удерживать власть лишь
при условии своеобразного соглашения с
новгородским плебсом. Вечевые учреждения
не только служили орудием власти бояр,
но и были выразителями воли «чёрных лю¬
дей». Острота классовой борьбы, сила, а
не бессилие ремесленно-торгового населения
города определяли своеобразие политическо¬
го строя Новгорода.
Вспышки народного гнева умеряли само¬
властие бояр. Чтобы понять, что классовая
борьба здесь была острей, чем где бы то ни
было, именно вследствие развития ремесла
и торговли, сконцентрировавших в городе
массу «чёрмого люда», достаточно вспо¬
мнить, что от середины XII в. до середины
XV в. в Новгороде было 80 мятежей н вос¬
станий. Эта классовая борьба пронизывает
всю историю Новгорода и определяет не
только демократичность его политического
устройства, но и демократичность новгород¬
88 М. Покровский. Русская история,
стр. НО. М. 1933.
См. «Материалы и исследования по
археологии древнерусских городов». T. I.
Материалы и исследования по археологии
СССР, Λ9 11. Изд. Академии наук СССР.
1949.
ского искусства, новгородской культуры
и г. п.
Третьей причиной своеобразия политиче¬
ского устройства Новгорода является значи¬
тельная роль Новгорода в крупной внеш¬
ней, внутренней и посреднической торговле.
Эго обстоятельство усиливало значение и
вес в Новгороде ремеслепио-купеческого на¬
селения с его демократическими традиция-
ъя гг
Llllh
Четвёртую причину мы видим в том, что
новгородская колонизация XI—XIII вв. на¬
правлялась в основном в более отсталые по
сравнению с Новгородом в социально-эконо¬
мическом отношении районы — на север и
северо-восток, где ещё сохранялись значи¬
тельные элементы родового строя. Распро¬
странение в этих районах феодальных
порядков осуществлялось в такой политиче¬
ской форме, которая более всего соответ¬
ствовала их примитивному, полупатриар-
хальному строю.
Все эти причины обусловливали друг дру¬
га и в совокупности привели к образованию
и укреплению республиканского строя в Нов¬
городе.
Вопросу об общественно-политическом
строе Новгорода, о классовой борьбе в нём
посвящён ряд работ русской дореволюцион¬
ной и советской историографии. Трудами
советских историков — Б. Д. Грекова,
М. Н. Тихомирова, Б. А. Рыбакова,
С. В. Юшкова, А. В. Арциховского,
П. И. Лященко и других—выяснены роль
князя в Новгороде, возникновение и исто¬
рия новгородского веча, концов, уличанских
и других городских организаций, этапы
классовой борьбы и изменение её содержа¬
ния в связи с изменением форм эксплуа¬
тации, сущность сотенного и пятинного
членения новгородских земель. Разносторон¬
нее освещение получили история боярского
землевладения, история ремесла и другие
вопросы. Хорошо разработан вопрос о
значении и эволюции купеческих гильдий,
поставлена проблема новгородских ремес¬
ленных корпорации и намечены пути к её
разрешению.
Если С. В. Юшков ставил вопрос о воз¬
можности существования ремесленных цехов
в древнем Новгороде, исходя из общеистори¬
ческих предпосылок, то М. Н. Тихомиров
показал, что дружины, или артели, различ¬
ных ремесленников представляли собой
объединения во главе со старостами и имели
крупное общественно-политическое значение»
будучи организациями цехового типа.
Б. А. Рыбаков на основе анализа и сопо¬
ставления письменных и вещественных
источников показал тесную связь расцвета
новгородского ремесла с середины XII в. с
окончательным оформлением республикан¬
ского строя, с усилением роли посадских и
«чёрных людей». Сопоставляя развитие ре¬
месла в крупных русских городах в XII -—
начале XIII в., и прежде всего в Новгороде
Великом, с развитием ремесла в наиболее
передовых западноевропейских городах того
времени, Б. А. Рыбаков устанавливает здесь
и там ряд общих черт: «...1) преоблада¬
ние ремесленников в составе городского
населения, 2) обилие различных специаль¬

112	А.	Монгайт	и	Г.	Федоров
ностей, 3) постепенное установление связи
с рынком и частично со скупщиками,
4) наличие мастеров и подмастерьев,
5) наличие института шедевров«, G) уча¬
стие ремесленников в городском ополчении,
7) задолженность городских низов, город¬
ские восстании против ростовщиков, 8) су¬
ществование ересей как особой формы
классовой борьбы, 9) частичное участие
ремесленников в управлении городом, так¬
же как результат классовой борьбы»30.
Исследования советских историков позво¬
ляют со значительной долей уверенности го¬
ворить о существовании в Новгороде ремес¬
ленных корпораций, о том, что в позитиче-
ской жизни Новгорода имели большое зна¬
чение уличанские, кончапские и сотенные
организации города, связанные с военной,
строительной и административной деятель¬
ностью. Вначале они представляли именно
ремесленные и купеческие объединения, не¬
смотря на то что во главе этих объедине¬
ний обычно стояли представители городско¬
го патрициата из боярской знати. В XIV—
XV вв. «ряды», «сотни», «обочины», «брати¬
ны» были формами корпоративных органи¬
заций, причём, как и в западноевропейских
городах, существовали патрон ал ьные церкви
а честь покровителей разных ремёсел, со¬
бирались цеховые пирушки, корпорации
имели своих старост, собственную юрисдик¬
цию, свою казну и т. д.
При всей важности вывода о существова¬
нии ремесленных цехов в Новгороде он
остаётся пока ещё гипотетичным, так как
опирается в основном на косвенные данные.
Остаются не выясненными до конца отноше¬
ния мастеров со скупщиками, соотношение
па различных этапах истории Новгорода
между вотчинным и свободным городским
ремеслом и ряд других важных вопросов.
Отрывочные сведения письменных источ¬
ников могут получить правильное истолко¬
вание только при сопоставлении с памятни¬
ками материальной культуры, дальнейшее
открытие и анализ которых являются необ¬
ходимым условием для разрешения этих
проблем.
Взаимоотношения Новгорода е князьями
неоднократно обсуждались в исторической
литературе со времён С. М. Соловьёва31,
и вопрос этот можно считать в основном
выясненным. Некоторые недоразумения вы¬
зывает лишь то обстоятельство, что иссле¬
дователи не всегда различают, о каких
князьях идёт речь — местных или великих.
Между тем отношение к тем и другим раз¬
личных гругт новгородского общества было
разное. Хотя в Новгороде не было местной
княжеской династии, эго не мешало суще¬
ствованию в XI—XIII вв. особых новгород¬
ских князей. Права этих князей после 1136 г.
были крайне ограниченны, и они, за редким
исключением, превратились в безвольное
орудие в руках правящей боярской верхуш¬
ки. Однако положение и богатство Новгоро¬
да привлекали сюда русских князей, кото-
30 Б. Рыбаков. Ремесло древней Руси,
стр. 517—518. М. 1948.
31 См. С. Соловьёв. Об отношениях
Новгорода к великим князьям, М. 1846.
рые спорили из-за права сидеть в Новгороде,
несмотря на жёсткие условия княжения, и
неоднократно возвращались в Новгород по¬
сле изгнания. Например, между 1215 и
1236 г., т. е. в течение 21 года, в Новгороде
князья сменялись 13 раз 3-\ Однако всего
княжило 7 человек, так как одни и те же
князья возвращались в Новгород по два. и
лаже по четыре раза. Трудящиеся массы
Новгорода видели в этих князьях лишь про¬
водников боярской политики, а бояре ис¬
пользовали волнения народа, чтобы дисцип¬
линировать князей и сделать их послушны¬
ми. В XIV—XV вв. новгородских князей уже
не было. Были «служебные князья», состо¬
явшие в новгородской рати, но игравшие
совершенно второстепенную роль, а зачастую
чуждые интересам Новгорода. Таков, на¬
пример, литовский князь Наримонт, получив¬
ший от Новгорода в кормление ряд городов
Карельской и Вотской земли, а во время
вторжения шведов (во главе с Магнусом
в 1348 г.) не только не прибывший на место,
чтобы возглавить отпор шведам, но и
поспешивший увезти из Орешка своего
сына.
Иное дело — великие князья, особенно в
те моменты истории Новгорода, когда они
от теоретического признания своего верхов¬
ного суверенитета требовали перехода к
практическому его осуществлению. Велико¬
княжеская сласть в условиях феодализма
«была прогрессивным элементом, -— это со¬
вершенно очевидно. Она была представи¬
тельницей порядка в беспорядке, предста¬
вительницей образующейся нации в противо¬
положность раздроблению на бунтующие
вассальные государства. Все революцион¬
ные элементы, которые образовывались под
поверхностью феодализма, тяготели к коро¬
левской власти, точно так же как королев¬
ская власть тяготела к ним»33. Усиление
великокняжеской власти могло, естественно,
идти только за счёт ослабления новгород¬
ского боярства Сепаратизм новгородских
бояр, в особенности со второй половины
XIV в., находился в прямом противоречии
с нуждами обороны страны от иноземной
агрессии, с экономическими интересами тор¬
гово-ремесленного населения Новгорода.
Этим определялось и разное отношение со¬
циальных низов и боярской верхушки к ве¬
ликокняжеской власти. По определении!
Б. Д. Грекова, полнота власти новгородских
бояр ограничивалась только снизу — вспыш
ками народного гнева, а стремление ограни¬
чить её сверху — властью князя,— естествен¬
но, находило поддержку у народа. Поэтому
историю взаимоотношений Новгорода с
князьями нельзя рассматривать как отноше¬
ние Новгорода в целом, а важно изучить
отношение к великим князьям различных
социальных групп населения. *
Хотя никто -никогда не сомневался в раз¬
витии новгородского боярского землевладе¬
ния, но только советские историки показали
значение этого землевладения для боярского
32 См. Б- Греков. Новгород и Русь.
«Вестник» ΛΗ СССР» № 4.
33 К. A4 а р к с и Ф. Энгель с. Соч.
T. XVI. Ч. 1-я, стр. 445.

Вопросы истории Великого Новгорода	ЦЗ
могущества, показали, что ко главе государ¬
ства стояли наиболее крупные землевладель¬
цы а4. Они-то главным образом и сопротив¬
лялись вхождению Новгорода в состав рус¬
ского централизованного государства, заняв
резко враждебную позицию по отношению
к московскому великому князю, пытаясь от¬
дать Новгород под власть польского короля.
Так, крупнейшими землевладельцами в
Обонежской пятине были Марфа Борецкая,
посадник Лука Фёдоров, посадник Иван
Офанасьев, схваченный Иваном III за изме¬
ну и попытку отдать Новгород во владение
Казимиру, тысяцкий Михаил Берендеев,
сын посадника Иван Захарович и другие ли¬
ца, возглавлявшие антпмосковскую группи¬
ровку Понятно, что Иван III начал уни¬
чтожение боярской власти в Новгороде с
конфискации земель — основного источника
богатства и силы новгородского боярства.
Основной целью новгородского боярс^а
была борьба за землю: захват земель, за¬
кабаление свободных крестьян-обшинни-
ков — и одновременно борьба с князьями
против расширения княжеского землевладе¬
ния или попыток князей ограничить полно¬
властие боярского землевладения.
Б. Д. Грековым прослежены различные
этапы в развитии новгородского боярского
землевладения. IX—XII века—период зам¬
кнутого господского хозяйства и преоблада¬
ния отработочной ренты, XII век —переход
от вотчины к сепьёрии, от барщины, осуще¬
ствляемой челядью, к оброку, который упла¬
чивал крестьянин-смерд, к ренте продукта¬
ми. Дальнейшее развитие форм феодальной
эксплуатации привело, как известно, к появ¬
лению денежной ренты. Соответственно из¬
менению форм ренты изменялось и соотно¬
шение меж ту тремя слоями крестьянства:
крестьянами-общинниками,	крестьянам и-
о-бщинниками, подпавшими под власть фео¬
дала, и людьми на чужой земле под властью
феодала :Я
Можно проследить, как процесс развития
феодальных отношений отражался на раз¬
личных сторонах жизни Новгорода. Харак¬
терно, например, что именно XII век, пери¬
од усиленного закабаления свободных
смердов-общинников, давший в руки бояр¬
ства огромные земельные владения, со¬
провождался ростом политической силы
боярства и окончательным установлением
боярской аристократической республики. За¬
кабаление крестьян-общинников сопровож¬
далось острой классовой борьбой, зачастую
выливавшейся в восстания. Начиная с вос¬
стания XI в. (так называемое восстание
волхвов) можно проследить целый ряд кре¬
стьянских движений и их отражение в
классовой борьбе в самом Новгороде. Так,
например, в 1136 г. при изгнании из Нов¬
города Всеволода ему было предъявлено
в числе других обвинений, что он «не блю¬
дет смерд». Одной из причин восстания
1209 г. было тяжёлое положение сельского
населения. Самое восстание представляло
34 См. А. Арциховский. К истории
Новгорода, стр. 193.
35 См. Б. Греков. Крестьяне на Руси,
стр. 121.
совместные выступления города и деревни.
Князь .Михаил из Чернигова, появившийся
з Новгороде после событий 1209 г., счёл
необходимым облегчить положение сельско¬
го населения. Классовая борьба, конечно,
влияла на характер и норму феодальных
повинностей в период складывания и раз¬
вития феодальных отношений, и историю их
развития нельзя рассматривать, * не прини¬
мая во внимание этот важнейший фактор.
К концу XV в. на территории Новгород¬
ской боярской республики не осталось ни
одного клочка земли, не захваченного фео¬
далами а'\ А. Гнсвушев подсчитал, что из
всей новгородской земли 12,5% принадле¬
жа то республике, 22%- -церкви, а осталь¬
ная — боярам п купцам 37. Б. Д. Греков уе-
ίансЕил, что 68 крупнейшим собственни¬
кам принадлежала половина всех частно¬
владельческих земель3'. При этом следует
иметь в виду, что всё это были наслед¬
ственные владения. Крупное землевладение
господствовало во всех Новгородских зем¬
лях: в Вотской земле у владельцев, имев¬
ших свыше 50 обж, во владении находи¬
лось 46,7% земли. В Ижорской земле 66,7%
земли находилось во владении крупных
новгородских боярЗй. На 22 новгородские
боярские фамилии приходилось свыше тре¬
ти частновладельческих земель40. Таким
образом, стоявшая у власти в Новгороде
относительно небольшая группа крупней¬
ших бояр сосредоточила в своих руках свы¬
ше половины всех новгородских земель.
К ним следует добавить ещё и земли, при¬
надлежавшие государству, которые также
фактически находились в распоряжении
боярской олигархии. Приведённые данные
наглядно показывают источник богатства и
власти новгородского боярства и в значи¬
тельной мере объясняют и позицию бояр-
етЕа по отношению к великокняжеской вла¬
сти.
В Новгородских землях в зависимости от
их значения применялись разные формы
феодальной эксплуатации. В связи с этим
можно предложить условное деление Нов¬
городской земли на 4 пояса. Первый пояс
составляли окружающие Новгород плодо¬
родные земли, имевшие огромное экономи¬
ческое значение. Они снабжали город сель¬
скохозяйственными продуктами, через них
проходили важнейшие торговые и стратеги¬
ческие пути. Для этих земель характерен
36 См. И. Перельман. Новгородская
деревня в XV—XVI вв. «Исторические за¬
писки» Лз 26. 1948.
37 См. А. Г нов у ui е в. Очерки экономи¬
ческой и социальной жизни сельского на¬
селения Новгородской области, стр. 957 и
след. Киев. 1915. Б. Д. Греков первую циф¬
ру считает преувеличенной, вторую—пре¬
уменьшенной.
33 См. Б. Греков. Крестьяне на Руси,
стр. 485.
39 См. С. Г а л з я ц к и й. Вотская и Ижор-
ская земли Новгородского государства,
стр. 146.
40 См. С. Тараканова. Боярское if
монастырское землевладение в Новгород¬
ских пятинах в домонгольское время. М.
1939.
0. «Вопросы истории» № 9.

114	А.	Монгайт	и	Г.	Фёдоров
ранний переход от отработочной ренты к
ренте продуктами, а затем и к денежной
ренте (преобладавшей уже во второй по¬
ловине XV в.). Этот переход совершился
под влиянием относительно широкого раз¬
вития товарных отношений между городом
и деревней и транзитной торговли. Для
этих земель характерны наличие огромных
владений крупных бояр с большой барской
запашкой, наиболее ранний и в наиболь¬
ших масштабах проводившийся прямой за¬
хват общинных земель феодалами, наиболь¬
шее количество боярских послу жил ьцев и
вольных слуг, наиболее раннее (уже во
второй половине XV в.) появление барщи¬
ны. Для этого пояса характерно и наибо¬
лее значительное монастырско-церковное
землевладение.
Второй пояс составляли земли, относи¬
тельно удалённые от Новгорода, а также
неплодородные или малоплодородные, имев¬
шие гораздо меньшее значение, например
Заонежье. Хотя эти земли, как и земли
первого пояса, к концу новгородской само¬
стоятельности находились под властью
крупных феодалов, но барская запашка и
количество боярских послужильцев здесь
были неизмеримо меньше, сохранялась
крестьянская община. Преобладала оброч¬
ная система, наиболее выгодная для бояр
вследствие неплодородности или отдалённо¬
сти этих земель. Сохранялись тяжёлые,
архаические формы эксплуатации: долевой
доход с урожая и т. п.
Третий пояс составляли пограничные се¬
верные и северо-западные земли, пер¬
воначально населённые неславянскими
племенами, но рано вошедшие в состав Нов¬
городского государства и постепенно славя¬
низировавшиеся. Земли этого пояса тоже
«аходилясь большей частью в руках круп¬
ных землевладельцев, причём местные ту¬
земные бояре слились с боярами новгород¬
скими. С землями второго пояса эти земли
сближали ‘ наличие незначительного количе¬
ства монастырско-церковных владений,
незначительная барская запашка, преобла¬
дание оброчной системы, сохранение кре¬
стьянских общин (погостов). Отличительной
особенностью этого пояса было довольно
большое количество в нём государственных
владений, которые часто отдавались в корм¬
ление князьям как с целью организации
обороны в этих пограничных областях, так
и для того, чтобы удалить князей подаль¬
ше от самого Новгорода. В эти земли ссы¬
лались смещённые посадники и другие
должностные лица. Здесь было развито
льноводство, а кроме земледелия, рыболов¬
ство, железоделательный и другие промы¬
слы.
Наконец, четвёртый пояс составляли от¬
далённые новгородские колонии, сохранив¬
шие ещё даннические отношения. Здесь
дольше всего сохранялись архаические фор¬
мы эксплуатации. Таким образом, в преде¬
лах Новгородского государства мы можем
наблюдать не только разнообразие форм
феодальных отношений в разные эпохи, но
и в одну и ту же эпоху. Полная картина
развития Новгородской феодальной рес¬
публики может быть создана лишь при
том условии, если изучение истории самого
города будет неразрывно связываться с
историей асе:·: Новгородских земель.
'к
В истории феодального Новгорода, как
мы указывали выше, следует различать два
этапа. Первый -- с XI в. до второй поло¬
вины XiV в. π второй — со второй поло¬
вины XIV в. до включения Новгорода в
состав русского централизованного госу¬
дарства. Такое разделение подтверждается
фактами политико-экономической истории
Новгорода.
На первом этапе борьба с князьями н
утверждение республиканского строя, обо¬
рона от немецких и шведских захватчиков,
политика ограничения татарского ига, ко¬
лонизаторская деятельность, ожесточённая
борьба с тверскими князьями, которую нов¬
городская республика до второй половины
XIV в. вела в союзе с Москвой, и т. д.
требовали от новгородского патрициата
опоры на основную массу новгородского
населения, вынуждали допускать к участию
в политической жизни города «чёрных лю¬
дей» и в ряде случаев идти им на уступ¬
ки при сохранении верховной власти в ру¬
ках боярской олигархии.
Именно в этот период и оформляется
республиканское устройство Новгорода, за¬
рождаются и укрепляются купеческо-ремес¬
ленные корпорации, уличанские, кончан-
ские, сотенные и другие организации го¬
родского и земельного самоуправления. На
этот же этап падает наибольшая актив¬
ность веча.
Разумеется, было бы грубой ошибкой счи¬
тать, что в это время между правящей
боярской верхушкой и ремесленным населе¬
нием. Новгорода существовало некое един¬
ство целей, хотя бы даже внешнеполитиче¬
ских, обусловившее какой-либо социальный
мир. Напротив, эпоха XI—XIII вв. напол¬
нена ожесточёнными классовыми битвами.
Только в XIII в. в Новгороде было 27 вос¬
станий «чёрных людей».
Основным содержанием внутриполитиче¬
ской жизни Новгородской республики была
классовая борьба, которая бушевала «меж¬
ду патрициями и плебеями» 41.
Этот первый этап в истории феодального
Новгорода характеризуется, с одной сто¬
роны, вытеснением вотчинных ремёсел сво¬
бодными городскими ремёслами, а с другой
стороны, постепенным закабалением круп¬
ными предприннмателями-скупщиками сво¬
бодных ремесленников, установлением меж¬
ду ними сложных долговых отношений, за¬
хватом власти представителями боярства и
крупного предпринимательства в кончан-
скйх, уличанских и других организациях
городского самоуправления.
В то же время необходимость решения
стоявших перед боярской правящей олигар¬
хией задач (защита от внешнего врага,
установление новых экономических связей
и т. д.) заставляла её искать опоры в
основной массе ремесленного населения
Новгорода, поддерживавшего её, поскольку
эти задачи были прогрессивны. Всё это
41 К. М а р к с. Секретная дипломатия
XVIII века.

Вопросы историк Великого Новгорода	115
а также сила и острота классового сопро¬
тивления городских низов обусловили из¬
вестный допуск «чёрных .людей» к полити¬
ческой жизни, выразившийся в большой
активности веча.
Но положение постепенно менялось, и ви
второй половине XIV в. определилось по¬
вое соотношение классовых сил, произошли
серьезные изменения в формах деятельно¬
сти республиканских учреждений. Во вто¬
рой половине XIV в., как уже указывалось,
возродилось и достигло расцвета общерус¬
ское ремесло, быстро превзошедшее гю сво¬
ему размаху ремесло собственно новгород¬
ское. Усилившиеся экономические связи
между русскими землями, начавшийся про¬
цесс образования русского централизован¬
ного государства, который тесно перепле¬
тался с борьбой против главного в тот
период противника— Золотой 'Орды,— по¬
ставили Москву во главе союза русских
земель. Именно Москве, как указывал
И. В. Сталин, принадлежит историческая
заслуга освобождения русских земель от
татарского .ига. Наступление Дмитрия Дон¬
ского на Тверь, в частности поход 1375 г.,
привело к ослаблению тверских князей,
против которых по второй половине XÏV в.
Москва вела борьбу в союзе о Новгородом.
Решение основных внешнеполитических
задач, стоявших перед русским народом,
теперь перешло к Москве, возглавившей
объединение русских земель. В связи с
этим резко изменились и внешнеполитиче¬
ские устремления и симпатии новгородской
правящей верхушки. Боязнь в случае при¬
соединения к Москве потерять свои приви¬
легии и преимущества толкала нов¬
городское боярство на сепаратизм, на со¬
хранение любой ценой этих привилегий и
(преимуществ, на враждебную позицию ли
отношению к Москве. Отсюда отказ новго¬
родского боярства от участия в общерусских
мероприятиях, проводимых под руковод¬
ством Москвы (например, в Куликовской
битве), совместные действия их с тверски¬
ми князьями против Москвы, поддержка
противников московского великого князя
(например, Дмитрия Шемякиф организация
сепаратных ушкуйных походов, заключение
изменнических, вассальных договоров с
польско-литовским королём и т. д.
Такая политика боярской правящей оли¬
гархии не могла встретить поддержки со
стороны основной массы торгово-ремеслен¬
ного населения Новгорода. Интересы этого
населения обусловливали его промосков-
скую политику, обещавшую уничтожение
искусственных барьеров, мешавших эконо¬
мическим связям. В московском великом
князе «чёрные люди» видели защитника от
боярской эксплуатации. Резкое расхожде¬
ние во внешнеполитических устремлениях
правящей олигархии и ремесленного насе¬
ления привело к обострению классовой
борьбы.
Обострение классовой борьбы вызыва¬
лось и другими причинами. Хотя торгово¬
ремесленная верхушка была заинтересова¬
на в сильном, централизованном государ¬
стве, и в этом её интересы расходились с
интересами боярства, но в вопросах внут¬
ренней политики интересы земских бояр и
крупных купцов-предприннмателен. состан-
лнвших патрициат' Ноигорепской республи¬
ки, были близки.
В результате особенно усилившейся со
второй половины XIV в. ганзейской торгов¬
ли, развития колонизации, приведшей к
созданию обширных боярских и монастыр¬
ских вотчин в Тре, Поморье и особенно в
Заволочье, грабительской торговли с Печо¬
рой, Самоядью и Югрсй в руках боярства
if купечества сосредоточивались огромные
материальные ценности. Это обеспечивало
новгородскому патрициату дополнительные
возможности к закабалению ремесленного
населения путём организации широкой
скупки его продукции для крупной оптовой
торговли, опутывания его долговыми обя¬
зательствами. «Чёрные люти» отвечали на
усиление феодального гнёта восстаниями,
которые особенно усилились в начале
XV в. (например, восстания 1418, 1421 гг.
и др.). Для этого этапа в истории Нов-
!орода характерно также развитие ересей
как формы борьбы с феодальной системой.
Резкое обострение классовой борьбы, ре¬
шительное расхождение, во внешнеполити¬
ческих целях, в частности в отношении к
Москве, между правящей верхушкой и
основной массой населения Новгорода
привели к изменению различных респуб¬
ликанских учреждений. Власть боярской
олигархии стала приобретать всё более за¬
мкнуто-кастовый характер: именно в этот
период — в XIV в. и. вероятнее всего, со
второй половины его—начинает постоян¬
но функционировать «совет господ», кото¬
рый негласно решал все важнейшие вопро¬
сы и о существовании которого умалчи¬
вают русские летописи.. Деятельность веча
как законодательного органа начала зами¬
рать, ибо все вопросы заранее решались
«советом господ», да и основными участ¬
никами самого веча всё больше станови¬
лись привилегированные феодальные и
купеческие группы. Активное участие народ¬
ных масс в вече стало всё чаще прини¬
мать характер открытых восстаний или во¬
оружённых выступлений, как это было в
1421, 1447 и других годах.
На протяжении рассматриваемого этапа
происходит усиленная федерализация Нов¬
города, его феодальное дробление, связан¬
ное с усилением аристократического харак¬
тера правления. Военные организации
делятся по концам и улицам окончатель¬
но падает княжеская власть. Группировка
боярства по концам привела к тому, что
кончанское вече стало основным органом
внутреннего управления Новгорода; в кон¬
цах появились посадники и тысяцкие, рост
власти кончанских бояр привёл к превра¬
щению древних сотен в пятины, соответ¬
ственно количеству коинов города
*- См. М. Тихо м и р о в. Древнерусские
города, стр. 162—163.
43 См. Б. Рыбаков, Деление новго¬
родских земель на сотни в XIII в. «.Исто¬
рически- записки» N; 2, 1038, стр. 132—152,

il»'·	A.	Монгайт	и	Г.	Фёоороь
К XIV в. появились и печати концов44,
свидетельствовавшие о прочности кончан-
ских организаций. Главы и представители
концов принимали участие в общерусских
военных делах и в дипломатических пере¬
говорах. Концам подчинялись государствен¬
ные Новгородские земли, между концами
делилось строительство участков городских
укреплений, войско и т. д. Вторая поло¬
вина XIV, первая половина XV в. были
временем расцвета торговых и ремеслен¬
ных корпораций 45.
Весьма вероятно, что боярская олигар¬
хия Новгорода противопоставляла ремес¬
ленным корпорациям в рассматриваемый
период кончанские и уличанские организа¬
ции, используя последние для подавления
социальных движений «чёрных людей», воз¬
никавших как в рамках ремесленных кор¬
пораций, так и за пределами их. Выясне¬
ние этих вопросов стоит сейчас на очереди.
Реакционная внешняя политика новгород¬
ского боярства, федеративная кончанско-
уличанская организация управления, за
которую в целях сохранения своих при¬
вилегий цепко держалась новгородская пра¬
вящая знать, находились в резком противо¬
речии с политикой складывавшегося центра¬
лизованного государства (усилением власти
великокняжеских наместников, созданием
государевых слобод, массовым переселением
ремесленников, централизацией власти
и т. и.).
Политика новгородской боярской олигар¬
хии находилась в противоречии и с инте¬
ресами «черных людей» Новгорода—ре¬
месленно-торгового населения, экономиче¬
ские и социальные интересы которого тол¬
кали его на борьбу за вхождение Новго¬
рода в состав русского централизованного
государства. Поэтому во время походов
Василия Темного в 1456 г. и Ивана III в
1471 и 1477—1478 гг. «чёрные люди» высту¬
пали против стремления боярства опереть¬
ся на Литву и Польшу (в этом «чёрных
людей» поддерживал и новгородский епи¬
скоп) и за объединение с Москвой.
Ликвидация Иваном III новгородской
аристократической боярской республики
была, таким образом, не реакционной за¬
меной «демократического» строя монархи¬
ческим, как это представлял себе Косто¬
маров, а глубоко прогрессивным явле¬
нием— одним из этапов ликвидации фео¬
дальной раздроб темности и уничтожения
власти местной боярской олигархии.
★
Более чем тысячелетняя история Новго¬
рода целиком связана с историей русской
культуры. Роль Новгорода в этом отноше¬
нии может сравниться лишь с ролью Кие¬
ва, более того:	Новгород превосходит в
этом отношении Киев прежде всего потому,
что в жестокие годы татарского ига, когда
Киев пал, Новгород оставался хранителем
45 См. А. А р ц и X о в с к и й. Городские
концы в древней Руси. «Исторические за¬
писки» Кя 16 1945, стр. 7.
45 См. Б. Рыбаков. Ремесло древней
Руси, стр. 766 и др.
великих традиций русской культуры. В бо¬
лее позднее время, в годы воссоединения
Новгорода с Москвой, Новгород передал
свои культурные богатства русскому госу¬
дарству. Трудно перечислить все области
кулыуры, в которые Новгород внёс свой
ценнейший вклад. Достаточно указать, что
новгородское летописание одно из старей¬
ших на Руси, что новгородское зодчество
и монументальная живопись вписали важ¬
нейшую страницу в развитие русского ис¬
кусства, что изделия новгородских ремес¬
ленников представляют непревзойдённые
образцы прикладного искусства.
Несмотря на то что истории новгород¬
ской культуры посвящена большая литера¬
тура, пожалуй, не меньшая, чем его поли¬
тической истории, многие вопросы ещё не
решены. Предстоит ещё тщательное иссле¬
дование отдельных памятников искусства
и литературы. Советские учёные провели
успешную борьбу с буржуазным искусство¬
ведением, пытавшимся представить всю
историю русской ^культуры как сплошной
поток непрерывно сменявшихся иноземных
влияний. Советские учёные вскрыли реак¬
ционность установок буржуазной школы,
показали, что при исследовании истории
культуры следует искать истоки националь¬
ной культуры в творческих силах создав¬
шего её народа, а не во внешних влия¬
ниях.
Однако в борьбе против вредных уста¬
новок буржуазного искусствоведения неко¬
торые историки доходят до крайности, на¬
чисто отрицая всякие культурные связи и
становясь на точку зрения «гипертрофиро¬
ванной автохтонности» в развитии культу¬
ры. Эта точка зрения так же вредна и
антинаучна, как теория «влияния». При
разработке вопроса о культурных связях
нужно показать, как влияла русская куль¬
тура на развитие мировой и что она вос¬
приняла из прогрессивного культурного
наследия других народов. Основным же во¬
просом истории культуры Великого Новго¬
рода является проблема развития её как
одной из важнейших составных частей на¬
циональной русской культуры. Вопрос о её
народных корнях, изучение народного твор¬
чества и в особенности прикладного искус¬
ства дают ключ к решению этой проблемы.
Соотношение классовых сил в Новгороде
выражалось не только в его своеобразном
политическом строе. Оно отразилось и на
развитии искусства. В новгородском искус¬
стве особенно ясно видны его глубокие
народные корни, в Новгороде культура
глубже проникала в толщу народных масс
и больше, чем культура других русских
центров, проникалась чертами народности.
Рядом с культурой боярства и социальных
верхов развивалась культура городская —
ремесленно-торгового населения. Сила и
влияние городских низов отражались и на
новгородской архитектуре, более демокра¬
тичной, чем киевская или владимирская, и
на живописи, в которой с особенной яр¬
костью выступают черты народного искус¬
ства, и на летописании, отличающемся
своеобоазным народным языком и содержа¬
нием. В то время как верхушка общества
стремилась развивать заимствованное ви¬

Вопросы истории Великого Новгорода	Ц?
зантийское искусство, народные массы раз¬
вивали своё демократическое искусство,
глубоко национальное и чуждое мёртвой
схоластике византийских форм. Важнейшей
задачей историков искусства является по¬
казать эти «два потока» в искусстве Нов¬
города, показать конечное торжество рус¬
ского искусства, выразившееся в создании
таких шедевров живописи, как росписи
Болотова и Ковалёва, и таких шедевров
архитектуры, как храмы Фёдора Страти-
лата и Спас-Преображения и т. п.
★
Вопросы истории внешней политики Ве¬
ликого Новгорода, особенно отношения
Новгорода с Западом, разработаны в со¬
ветской исторической науке довольно об¬
стоятельно.
Изданные в 1949 г. грамоты Новгорода
и Пскова содержат специальный раздел —
«Грамоты отношений Великого Новгорода
с Западом». Здесь представлены грамоты
от XII до XV вв., заключённые Новгоро¬
дом с Колыванью, Юрьевом, Ригой, Лю¬
беком, Готским берегом, ганзейскими го¬
родами, Литвой, Швецией, Норвегией, Да¬
нией, Польшей и другими странами. Эти
грамоты содержат ценнейшие сведения о
внешней торговле Новгорода, о взаимном
регулировании и организации её, о сбыте
продуктов ремесла и сельского хозяйства
Новгорода и других русских земель, о вой¬
нах, дипломатических переговорах и т. п.
Значительно менее.изучен вопрос об от¬
ношениях Новгорода с Золотой Ордой и
об изменении этих отношении в процессе
ликвидации феодальной раздробленности
Руси и борьбы с татарским игом. Между
тем сильный политический строй Новгоро¬
да в XIII—XIV вв. дал ему возможность
относительно безболезненно перенести та¬
тарское иго. Особенности новгородской
дипломатии в этот период являются одной
из интереснейших проблем, достойных изу¬
чения.
Нет, пожалуй, ни одного труда по рус¬
ской истории до XV в., в котором бы не
подчёркивалась выдающаяся роль Новго¬
рода в отражении немецких, шведских и
других западных агрессоров, нападавших на
русскую землю. Однако иллюстрируется
это положение обычно только двумя, прав¬
да ярчайшими, примерами — Невской бит¬
вой и Ледовым побоищем. При всём огром¬
ном историческом значении этих битв
нельзя забывать, что они далеко не исчерпы¬
вают роли Новгорода в отражении запад¬
ной агрессии на русские земли. За время
с 1142 по 1446 г. Новгород 26 раз воевал
со Швецией, 11 раз — с Ливонским орде¬
ном. 14 раз — с Литвой и 5 раз — с Нор¬
вегией 4С.
Многовековая, упорная борьба, которую
вёл Новгород как защитник русских зе¬
мель от западных агрессоров, достойна
быть полностью освещённой и исследован¬
ной.
О том, какие яркие и важные исто¬
рические факты открываются при вни-
40 См. Д. Лихачёв. Новгород Великий.
Л. 1945.
мательном изучении внешней политики
Новгорода, свидетельствуют работы И. П.
Шаскольского «Договоры Новгорода с Нор¬
вегией» 47 и «Сигтунский поход 1187 г.» 4С
В последней работе доказано, что походы
второй половины XII в. не были просто
походами для грабежа, а являлись выра¬
жением вполне конкретной борьбы двух
крупнейших государств: Швеции и Новго¬
рода. Основным объектом этой борьбы
служила территория Финляндии. Эта борь¬
ба была главным фактором в политической
жизни северной части Балтики.
Могущество и политическое влияние Нов¬
города сказались на жизни всех соседних
народов. Одни племена и народы пред¬
почли войти в состав Новгородского госу¬
дарства, поставив тем самым себя под его
защиту, другие установили с ним прочные
экономические и культурные связи и обра¬
щались к Новгороду в моменты, когда им
угрожала агрессия со стороны других го¬
сударств.
Одной из недостаточно разработанных
тем истории Новгорода является вопрос о
связях этого государства с народами
Прибалтики. На состоявшемся в 1949 г.
пленуме Института истории материальной
культуры АН СССР, посвящённом изуче¬
нию археологии Прибалтики, в докладах
эстонских, латышских и литовских археоло¬
гов были приведены убедительные факты,
указывающие на глубокое и разносторон¬
нее влияние славянской, в частности нов¬
городской, культуры на культуру народов
Прибалтики. Это влияние, прослеживаю¬
щееся ешё с середины первого тысячелетия
н. э., особенно усиливается в IX—X веках.
О непрерывном росте культурного и эконо¬
мического влияния Новгорода, его военной
помощи и т. д. в последующее время сви¬
детельствуют письменные источники. Нов¬
город, в течение нескольких веков защи¬
щавший русские земли от западной агрес¬
сии, сыграл исключительную роль в защи¬
те населения Прибалтики. В начале XIII в.
Новгородским государством был органи¬
зован ряд походов в Прибалтику, в значи¬
тельной мепе с целью оказания помощи
народам Прибалтики в борьбе против
агрессоров.
В 1223—1224 г., когда всеобщее восста¬
ние эстов смело власть угнетателей-тевто¬
нов, новгородцы во главе с Ярославом
Всеволодовичем оказали существенную
помощь повстанцам, разбив наиболее силь¬
ные рыцарские гарнизоны в Унгавиии, Юрь¬
ево (Тарту), Одэнпэ и др. Эсты и другие
прибалтийские народы не раз обращались
зл помощью к новгороднам в борьбе против
рыцарей и всегда получали эффективную
птлержкм Так ^ыло ко время восстаний
остов в 121749, 1221м, 1223—1224 годах51.
При этом даже такой тенденциозный хро¬
нист, как Генрих Латвийский, отмечает
47 «Исторические записки». № 14. 1945.
44 «Исторические записки». № 29. 1949.
49 Генрих Латвийский. Хроника Ли¬
вонии. стр. 183, 185. 192—193. М. 1938.
50 Т а м ж р, стр. 218—219
7,1 Там же, стр. 226, 231—232, 236,
279—289 и др.

118	Λ.	Λίο	н,ja и у и Г. Феооров
исключительную храбрость новгородских
воинов, сообщай, например, о том, что в
1224 г. героизм русского гарнизона Юрьево
сделал его стратегическим н организацион¬
ным центром эстов, восставших против
тевтонов.
Важное значение имеет разработка темы
о веками складывавшейся культурной общ¬
ности Прибалтики и Северо-Бападиой Руси.
Вели культурная общность не успела пре¬
вратиться в культурное единство, ти прежде
всего потому, что этому помешала немец¬
кая if шведская экспансия, оторвавшая
Прибалтику от Руси.
Много внимания уделялось вопросу о за¬
падноевропейском влиянии на Новгород,
причём оно сильно преувеличивалось,
обратному же влиянию внимания почти не
уделяли. Между тем есть ряд очень мно¬
гозначительных фактов, указывающих па
влияние новгородской культуры на культу¬
ру других народов. Например, на Готлан¬
де, в Гарда, сохранилась часть роскошной
стенной живописи ХП в., созданной нов¬
городскими мастерами. Можно отметить
также прогрессивное воздействие новго¬
родского строительства на зодчество При¬
балтики, «На запад плыли не только рус¬
ские торговые люди, туда везли не только
сырьё, туда попадали не только случайные
русские изделия, подобные новгородскому
Людогощенскому кресту в ризнице собора
Гильдесгейма, но из Руси на Балтику
экспортировалась утончённая живописная
русская культура» 5-\
Для защиты как русских земель, так и
земель, заселённых неславянскими племе¬
нами, не меньшее значение, чем борьба с
немцами, имела борьба новгородцев со
шведской агрессией: в 1164 г. было отра¬
жено нападение шведов на Ладогу, в
1187 г. имел место поход новгородцев на
Сигтуну, в 1198 г.— поход против швед¬
ских владений в Финляндии, в 1240 г.—
Невская битва, поход против шведов в
1294 г., осада Выборга, возвращение Ко-
релы в 1295 г., разрушение Ландскроны в
1300 г., поход в Финляндию в 1310 г..
отражение шведской агрессии в 1313 г.,
взятие Або в 1318 г., осада Выборга в
1322 г., постройка Орешка в 1323 г., раз¬
гром шведского похода в 1338 г., отражение
похода Магнуса в 1348 г., поход в Финлян¬
дию в 1340 г., отражение набегов в 1392 г.
1411, 1444—1448 гг. и т. д. Простой и не¬
полный перечень событий показывает, ка¬
кую огромную непрерывную борьбу при¬
шлось вести Новгороду против агрессоров.
Изучение истории этой борьбы — одна из
важнейших задач.
В данном случае, как всегда, нужно учи¬
тывать различное отношение разных клас¬
сов к этой борьбе, которая далеко не все¬
гда представляла единый порыв всего
народа. В новгородском войске, кроме кня¬
жеской дружины, участвовало народное
ополчение, представлявшее самые широкие
слои населения Новгорода и Новгородский
52 Л. М а ц у л е в и ч. Новгород н Та ι-
лин. «Краткие сообщения ИИМК». Вып. X,
стр. 51. 194 К
земли. Хотя боярство обычно не меньше
других слоев населения было заинтересо¬
вано в отражении чужеземной агрессии, его
политика из-за узко классовых, эгоистиче¬
ских инт:ресов была двойственна.
Особенно ясно это прослеживается на
истории псковского боярства, часть кото¬
рого в Xi Ü в. вступила в сговор с рыца-
рямп-тевтоками и уступила им ряд русских
владений в Прибалтике. Часть псковского
боярства совместно с немцами в 1210—
121 i гг. совершила нападение на По¬
морье -“а, помогала немцам в 1210 г. в
борьбе с эстамп и «уступила» им часть
земель 'и, общеизвестна измена псковских
бояр во I лаве с Твердилон Иванковичем
и т. д. Таким образом, уже в XIÜ в., в
период, когда политика новгородского бояр¬
ства ещё не привела его к прямой измене
и?tгересам русского народа, в период, ко¬
гда оно принимало активное участие в за¬
щите русских земель, бояре эпизодически
приносили в жертву своим узко классовым
интересам общенародное дело.
Подобные факты широко известны в
истории. Достаточно напомнить, что поль¬
ские князья далеко не всегда защищали
славян от германской агрессии. Когда
этого требовали их личные выгоды, они
совместно с немецкими маркграфами гра¬
били славянские земли.
Если мы учтём классовые корни внеш¬
неполитических мероприятий Новгородского
государства, то это поможет нам понять
многие сложные вопросы из истории дип¬
ломатии и военного дела.
Роль Новгорода менялась по мере фор¬
мирования русского национального госу¬
дарства, происходившего в неразрывной
связи с отражением агрессии внешних
врагов. Постепенно политика боярской
олигархии от вооружённого отпора инозем¬
цам скатывалась к прямой измене, к за¬
ключению с ними вассальных договоров,
направленных против Москвы. Ярким тому
примером служит отношение Новгорода
Великого с литовскими князьями. От энер¬
гичного сопротивления Литве эти отноше¬
ния эволюционировали к заключению из¬
меннического. вассального договора с ли
товским великим князем Казимиром т»
1470—1471 годах.
Хорошо разработан в нашей историче¬
ской литературе и вопрос о вхождении
Новгорода в состав русского централизо¬
ванного государства. Доказана прогрессив¬
ность этого события, прослежена его исто¬
рия. Однако и в специальных исследованиях,
и в обобщающих трудах, и в учебниках
осветление этого вопроса авторы начинают
с событий второй половины XV в., обычно
непосредственно с походов Ивана Ш на
Новгород, затрагивая также и поход Ва¬
силия П.
Конечно, события, происходившие в кня¬
жение Ивана IU, в частности походы
1471 и 1477—1478 гг., имели важнейшее
значение. Однако нельзя ограничиваться
освещением только этих событий. Вклю-
Генрих Л а т в и й с к и й. Хроника Ли-
БОНН и, стр. 1Î5.
•*1 Там же. стр. 136 и далее

Вопросы истории Великого Новгорода
119
чение Новгорода в состав русского центра¬
лизованного государства было не случай¬
ным явлением, а имело свою длительную,
закономерную предисторию, которую необ¬
ходимо изучать на общем фоне социально-
экономических процессов, происходивших
на Руси в XIV—XV веках.
В самом деле, если в низовских землях
вторая половина XIV—XV вв. характери¬
зуется резким усилением центростреми¬
тельных сил, объединением княжеств и
городов вокруг Москвы, уничтожением
уделов и усилением роли центральной вла¬
сти, власти великого князя московского, а
следовательно, и концентрацией сил, необ¬
ходимых для прогресса в экономике и для
обороны от внешнего врага, то для Новго¬
рода в этот же период характерны децент¬
рализация, раздробление сил, отпадение
важнейших земель и городов.
В 1347 г., по болотовскому договору, от
Новгорода отпал Псков, быстро подпав¬
ший под влияние Москвы. В конце XIV в.
пошатнулось господство Новгорода в зем¬
лях и колониях. В 1397—1398 гг. в Двин¬
ской земле произошло поддержанное мос¬
ковским великим князем восстание, против
власти Великого Новгорода. Хотя оно и
было подавлено, но самый факт явился
ярким примером развития центробежных
тенденций в Новгородских замлях. В самом
Новгороде во второй половине XIV—XV вв.
окончательно восторжествовало федераль¬
ное правление.
Деление административной, судебной и
военной организаций по кварталам и ули¬
цам характеризует «аристократический ха¬
рактер правления в Великом Новгороде»55
и является вместе с этим выражением
ослабления Новгородской республики.
В связи с резко противоположным отно¬
шением боярской правящей олигархии и
основной массы ремесленного населения к
Москве ослабляется и военная сила Новго¬
рода. Если в XII—XIII вв. новгородское
ополчение нередко приобретало всенарод¬
ный характер, как это было, например, в
1148 г., когда все новгородцы, способные
носить оружие, пошли в поход с Изясла-
вом56, или под руководством Александра
Невского против шведов и немцев, ιό в
Шелонской битве «чёрные люди» либо со¬
вершенно отказывались принимать участие
либо, мобилизованные силой, вели себя пас¬
сивно. Характерно, что если против немец¬
ких и шведских захватчиков новгородские
«чёрные люди» поднимались в бой по пер¬
вому зову, то против восставших «чёр¬
ных людей» другого города (например,
Торжка) и против московского великого
князя они вообще отказывались выступать.
*5 М. Тихомиров. Указ. соч., стр. 163.
5fi ПСРЛ. т. II, стр. 40.
Ослабление военно-политической мощи
Новгородской боярской республики, федера¬
лизация государственной организации в ре¬
зультате торжества аристократической фор¬
мы правления и восстания в Новгородских
землях и колониях облегчили московскому
великому князю постепенное включение в
великое Московское княжество бывших Нов¬
городских земель и решительное вмеша¬
тельство в новгородские дела. Об этом яр¬
ко свидетельствуют новгородские грамоты
и договоры, характеризующие этот процесс,
проявлявшийся в различных формах, от по¬
лучения московским великим князем вре¬
менного права на сбор чёрного бора с от¬
дельных Новгородских земель до полного
исключения земель из юрисдикции Вели¬
кого Новгорода.
Основная масса ремесленного населения
Великого Новгорода тяготела к Москве и
вопреки интересам новгородской правящей
знати активно боролась за включение Нов¬
города в состав русского централизован¬
ного государства. Об этом свидетельствует,
в частности, требование «чёрных людей» на
вече 1470 г. признать Ивана III государем
Новгорода.
Конечно, не только низы новгородского
общества, но и торгово-ремесленные верхи
его были заинтересованы во включении
Новгорода в состав русского централизо¬
ванного государства. Боярская партия со¬
ставляла в Новгороде к концу периода его
независимости незначительное меньшинство.
Приближалась неизбежная развязка, на¬
ступившая в 1477 году.
"Hl
В настоящей статье затронуты далеко не
все вопросы истории Новгорода. Да и из по¬
ставленных вопросов не все одинаково раз¬
работаны в нашей исторической литерату¬
ре. Необходимо детальное освещение всех
без исключения сторон истории Новгоро¬
да — его социальной, политической и куль¬
турной жизни. Однако в процессе исследо¬
вания истории этого государства, по на¬
шему мнению, в первую очередь следует
разработать следующие проблемы: 1) этно¬
генез новгородских славян и участие Нов¬
городской земли в сложении великорус¬
ской народности; 2) возникновение Новго¬
родского государства в связи с проблемой
происхождения русского государства вооб¬
ще; 3) история классовой борьбы в Нов¬
городе и проблема своеобразия его поли¬
тического строя; 4) история Новгородской
земли, история деревни, развитие феодаль¬
ных отношений и смена форм ренты;
5)	история внешней политики и военная
история Новгорода. Другие проблемы, так¬
же немаловажные, мы не включаем в спи¬
сок первоочередных лишь потому, что они
сравнительно лучше разработаны.

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
КРИТИЧЕСКИЕ СТАТЬИ И ОБЗОРЫ
СОВРЕМЕННАЯ РЕАКЦИОННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ — ОРУДИЕ
АМЕРИКАНСКИХ ПОДЖИГАТЕЛЕЙ ВОЙНЫ
Один из столпов буржуазной исторической науки — Гизо — ещё более ста лет тому
назад со всей откровенностью указывал на тесную связь буржуазной науки с полити¬
кой. В «Опытах по истории Франции» (1823 г.) он писал: «Если история помогает поли¬
тике, то политика в ещё большей степени служит эту службу для истории. События
настоящего освещают факты прошлого». В наши дни основная функция буржуазной
исторической науки состоит в искажении современных и исторических событий в инте¬
ресах господствующей в капиталистическом мире империалистической клики.
При первом же взгляде на современную американскую реакционную историогра¬
фию бросается в глаза прямое сращивание её с капиталистическими монополиями и
правительственным аппаратом США. Значительная часть американских реакционных
историков, вроде членов «Общества по истории бизнеса», открыто находится на содер¬
жании Уолл-стрита. Научная историческая литература сплошь и рядом выходит при
соавторстве или при «консультации» государственных чиновников, корреспондентов га¬
зетных компаний или различных «специалистов» американских монополий. Очень ча¬
сто книги по истории пишутся авторскими коллективами, состоящими не только из
историков, но также и из представителей правительственных учреждений, промыш¬
ленных, газетных и всяких иных компаний, субсидирующих данное издание. Наиболее
активное участие в подобного рода «трудах» обычно принимают корреспонденты реак¬
ционных газет. Такое сотрудничество гангстеров от науки и гангстеров от печати счи¬
тается в американской историографии весьма «плодотворным». Профессор Колумбий¬
ского университета Генри Коммаджер в очередном «Book-Review» газеты «Нью-Йорк
геральд трибюн» от 25 сентября 1949 г., например, восторженно приветствовал тот
факт, что в США история второй мировой войны в значительной части пишется кор¬
респондентами американских газет. Сращивание науки с политикой американского
империализма сказывается также в появлении всякого рода «учёных» обществ, прямой
целью которых становится пропаганда политики американских монополий. Достаточно
назвать такие организации, как католическая «Служба космополитической науки и
искусства» или «Фонд всемирного правительства», президентом которого является исто¬
рик С. Барр. Американские претенденты на мировое господство используют науку и вся¬
кими иными путями: общеизвестно, что редкая зарубежная «научная» экспедиция не
представляет собою фактически отряда американских разведчиков. Вспомним хотя бы
пресловутую экспедицию на Арарат.
Всё это определяет политические задачи, которые ставит перед собой современная
американская буржуазная историография. Со всей откровенностью эти задачи провоз¬
гласил Коньерс Рид, президент Американской исторической ассоциации, в конце 1949 г.
г. речи, обращённой к своим коллегам. Эта речь носит весьма характерное заглавие —
«Социальная ответственность историка». Рид безоговорочно ,определяет историческую
науку, как простое перенесение современных политических идей в область прошлого.
Историк, говорит Рид, «находит в прошлом то, что он ищет; он отбирает, располагает
н подчёркивает факты прошлого в прямом соответствии с существующей в его голове
схемой, с существующим представлением о том, что является желательным с соци¬
альной точки зрения; он следует за эволюцией общества, постоянно думая об этой цели».

Критика и библиография	1-1
Таким образом, историческая наука, по мнению Рида, не может и не должна
стремиться к объективному освещению прошлого; каждое поколение должно иметь
свою особую историческую науку, при этом судьба этой науки, в конечном счёте, зави¬
сит не от открытия новых фактов, а от «новых истолкований старых фактов». Иными
словами, Рид пытается одним взмахом пера ликвидировать историю как науку, сде¬
лать её орудием фальсификации, находящимся в прямой зависимости от меняющихся
политических задач правящей буржуазии.
Рид решительно требует покончить с «либерализмом», с «нейтральным» отноше¬
нием к вопросам истории, что, по его мнению, было характерным для прошлого. Теперь,
восклицает Рид, «мы должны занять воинствующее положение, если мы хотим остаться
в живых». «Тотальная война, горячая или холодная, мобилизует всех и требует, чтобы
каждый выполнил свою роль. Историк должен выполнять это обязательство не в мень¬
шей,мере, чем физик».
Рид настойчиво проводит параллель между физиком и историком. Физик, говорит
Рид, создал атомную бомбу и сделал это по прямому указанию правящих кругов США;
на вооружении историка находится слово, и это слово должно быть использовано в том
же направлении. «Если мы вообще чему-либо научились за последние двадцать пять
лет,— говорит Рид,— так это тому, что оружие слова часто является самым опасным
видом оружия. Доктор Геббельс понимал это».
Не случайно вспомнил Рид «доктора Геббельса»; его политическая программа —
это программа Геббельса, перенесенная на современную почву Соединённых Штатов.
Он требует безоговорочного подчинения всей политической н идеологической жизни
страны диктаторской власти Уолл-стрита и его органу, именуемому правительством
Соединённых Штатов. Рид не сомневается, что это правительство должно «контроли¬
ровать даже самый процесс мысли». Историческая наука, заявляет Рид, должна быть
поставлена под полный контроль правящей клики США в такой же мере, как и вся¬
кий другой «рынок». «Историки, которые хотят проникнуть на этот подверженный кон¬
куренции и выгодный рынок, должны соответствовать определённому стандарту», иначе
говоря, выполнять требования империалистической реакции.
Фальсификация истории, или, по терминологии Рида, «истолкование» истории в
нужном направлений, составляет главную политическую задачу буржуазного историка.
«Именно в этом,— настойчиво подчёркивает Рид,— лежит социальная ответственность
историка, под которым я разумею каждого, кто берётся за истолкование прошлого для
нынешнего поколения».
В речи Кондьерса Рида, по существу, изложена программа американской бур¬
жуазной историографии. Политические задачи, выдвинутые президентом Американской
исторической ассоциации, действительно определяют всё идейное содержание современ¬
ной американской буржуазной исторической «науки». Основной чертой этой «науки»
является реакционность и идейное убожество, что составляет две стороны одного п
того же явления.
Расизм, как известно, принадлежит к наиболее старым чертам «американского
образа жизни»; расовая дискриминация и порождаемые ею расовые «теории» стали
распространяться в США с тех пор, как началось истребление индейцев и порабоще¬
ние негров. С наступлением эпохи империализма пропаганда расовых «теорий» в аме¬
риканской историографии ещё более усилилась. Такие историки и социологи, как
Осборн, Фиске, Госмер, Берджес и др., в пропаганде человеконенавистничества превзо¬
шли своих европейских конкурентов, вроде Габино или Чемберлена. Но никогда ещё
разгул расизма не достигал в США такого размаха, как после второй мировой войны.
Американская империалистическая реакция подхватила бредовую идею германского
фашизма о мировом господстве. Государственный департамент и военное министерство
США вывезли из Германии значительную часть фашистского охвостья — уцелевших гит¬
леровских генералов и гитлеровских «учёных», опыт которых американская империа¬
листическая клика старается использовать в борьбе за своё мировое господство. Весь
аппарат американских монополий в настоящее время поднял на щит прусскую государ¬
ственную и военную систему, а также германскую реакционную «науку», которые рекла¬
мируются как образец «государственной мудрости» и «объективной науки».
В пропаганде расизма и космополитизма существенную роль играет реакционная
американская историография. Значительная часть.современных реакционных историков

Критика и библиография
-л
и социологов США — Хоммеи, Барнс, Томпсон, Кон, Богардус, Зифф, Коббен, Вирт
и др., а также поенные историки — генералы Митчел и Сполдинг, полковник Ганоэ и
др. — ещё во время втором мировом войны, а особенно в послевоенный период, каждым
по-своему, стали требовать создания· «мирового государства» как формы мирового гос¬
подства американских монополий, всячески превознося при этом немецко-фашистскую
политику и «науку». Одним из ярких свидетельств вырождения американской историо¬
графии и социологии является широкая проповедь обветшалых мальтузианских «идей».
Выдвижение обанкротившихся реакционных идеи является основной чертой
идеологического вооружения американского империализма, претендующего на мировое
господство.
В настоящей статье мы ставим себе целью показать основные «идеи» американ¬
ской реакционной историографии, нашедшие своё отражение в «солидных» моногра¬
фиях, написанных главным образом представителями университетской науки США за
период 1947—1949 годов. При этом мы не будем касаться военной и католической
историографии, а также литературы «Общества по истории бизнеса», поскольку вопрос
о них уже освещался на страницах нашей печати К Далее мы проследим, какое влияние
оказывает сейчас реакционная американская историография на историческую литера¬
туру Англии и Франции.
Среди вышедших в США за последние три года монографий главное место зани¬
мают книги, посвящённые вопросам современности. Большинство американских исто¬
риков предпочитает писать, о наиболее острых вопросах текущего момента; вопросы
собственно исторические в этих случаях играют роль исторического введения или исто¬
рической справки. «Патриарх» современной американской буржуазной историографии
Ч. Бирд последние годы был целиком занят вопросами современности; его перу при¬
надлежат объёмистые книги, направленные против Ф. Рузвельта. Из этого рода лите¬
ратуры в отдельную группу можно выделить монографии, посвящённые внутреннему
положению США и направленные прежде всего против классовой борьбы, против ком¬
мунизма. Обилие такой литературы свидетельствует о том, что реакционные социологи
и историки США чрезвычайно озабочены проблемой спасения американского капита¬
лизма от усиливающегося пролетариата, от наступления сил мира и демократии,
Коллективный труд профессоров Чикагского университета В. Уорнера, М. Микера
и К. Эллса «Общественные классы в Америке» своей прямой задачей ставит борьбу
с марксистско-ленинской исторической теорией. В противовес марксистскому учению
о классах авторы выдвигают свой так называемый «динамический анализ», согласно
которому принадлежность к классу определяется не отношением к средствам производ¬
ства, а всякими иными, по существу неуловимыми признаками, вплоть до... личных сим¬
патий. Иными словами, учёные-реакционеры пытаются отрицать самое существование
классов. Небесполезно вспомнить, что в свои лучшие времена буржуазная историче¬
ская наука, тогда ещё не чуждавшаяся идеи общественного прогресса, не только
признавала классы, но и выдвинула (в ранних трудах О. Тьерри, Гизо, Минье и
Тьера) хоть и в урезанном, удобном для буржуазии виде, но всё же теорию классовой
борьбы.
Американские учёные профессора не склонны скрывать причину своей настойчи¬
вости в «опровержении» марксистской теории классов. Признать классы, пишут они,—
значит признать классовую борьбу, а именно классовой борьбы, борьбы народных
масс, адвокаты американского капитализма боятся больше всего. Все рассуждения
авторов представляют собою безуспешные потуги «доказать», что не классовая борьба,
а «всеобщий социальный мир» является «нормальным состоянием» американского об¬
щества.
Весьма простой способ «покончить» с классовой борьбой указывает Д. Бёрнс в
книге «Конгресс перед судом». Он старается показать всю несостоятельность американ¬
ской «демократии», которая при острых социальных конфликтах окажется, по его мне¬
1 См. Е. Черняк. Американские католические мракобесы в роли историков.
«Вопросы истории» № 3 за 1950 г.; его же. '•Общество истории бизнеса. «Известия
Отделения истории и философии» № 3 за 1950 год; Н. Л а п и н. Американские фальси¬
фикаторы военной истории США. «Вопросы истории» № 4 за 1950 год.

Критика и ■'библиография
нию, неспособной обеспечить «твёрдый?· порядок. Поэтому Д. Бёрне без всяких обиня¬
ков требует установить фашистский режим в США.
За последнее время в Америке появилось довольно много сочинений, в которых
для спасения от классовой борьбы предлагается так называемый «средний путь». Из
литературы подобного рода следует упомянуть о книге, вышедшей под редакцией Гар¬
риса Саймура и написанной авторским коллективом в 25 человек, в который входят
как учёные, так и чиновники. Этот объёмистый труд носит весьма красноречивое назва¬
ние— «Как спасти американский капитализм?» Авторы считают, что в своём тепереш¬
нем виде капитализм в США обречён на гибель, и предлагают для спасения его вер¬
нуться от монополистического капитализма к свободной конкуренции и заимствовать
у Советского Союза опыт планирования	хозяйства.	Авторы «осуждают»	монополии
и боятся революции; их идеал — «средний	путь».
Примерно в этом же плане строится книга проф. Колумбийского университета
Джона Мориса Кларка «Вехи переходного времени». Опыт двух мировых войн пока¬
зал, говорит автор, что после каждой из них капитализм терял свои позиции. Третья
мировая война может означать гибель капитализма вообще. Для того, чтобы капита¬
лизм жил, пишет автор, нужно прежде всего избежать новой мировой войны. Однако
в качестве средства для избежания войны Кларк проповедует создание «мирового госу¬
дарства», иначе говоря, проповедует... войну.
Следует подчеркнуть, что значительная часть американских реакционных авторов
настроена весьма пессимистически. В качестве примера, кроме указанных, можно при¬
вести ещё книгу М. Ибона «Мировой коммунизм сегодня». Автор ставит вопрос: в чем
причина того, что коммунизм во всём мире и в США завоёвывает всё большую попу¬
лярность? И отвечает, что ненависть трудящихся к капитализму «базируется на страхе
перед экономической неустойчивостью, на	неспособности	нашего общества	предотвра¬
тить смену взлётов и падений», а так как	капитализм	не	в состоянии уничтожить кри¬
зисы и безработицу, то автор от будущего не ждёт ничего хорошего. Такие настроения
весьма характерны для определённой части буржуазной интеллигенции, оторванной от
народных масс и охваченной страхом перед будущим.
Пессимизм, попытки при помощи реакционной идеалистической философии «отме¬
нить» классы и классовую борьбу, призыв к фашизму, социальная демагогия в форме
проповеди «среднего пути» — всё это является не чем иным, как выражением страха
буржуазии перед народом, перед будущим, призывом к подавлению народа. Всё это
вместе с тем свидетельствует о том безнадёжном кризисе, которым охвачена в наши
пни реакционная буржуазная общественная мысль в США.
Остановимся на некоторых книгах о послевоенной американской дипломатии. Как
известно, современный американский империализм выдвинул идею космополитической
«мировой» империи, которая должна явиться формой господства американских моно¬
полий над миром. Для пропаганды этих бредовых идей мобилизована вся реакционная
печать США и всех маршаллизованных стран. Книги американских историков, социо¬
логов и всяких иных «учёных» составляют своего рода «тяжёлую артиллерию» в лагере
новых претендентов на мировое господство. Насилуя исторические факты, они пыта¬
ются дать «научное обоснование» планам американского империализма. Следует заме¬
тить, что вся эта литература строится по одному шаблону: авторы обычно сочиняют
«удачные исторические примеры» образования «мировых» государств, при этом, как
правило, атакуется принцип национального суверенитета, который объявляется «ирра¬
циональной» или «устаревшей» категорией. Всё это должно служить «исторической
почвой» для проектируемого ныне космополитического сооружения, после чего начи¬
наются гадания и выкладки но поводу конституции вышеупомянутой «мировой импе¬
рии». Сочинительство конституционных проектов для «государства», существующего
только в разгорячённом воображении поджигателей войны, привлекает наибольшее вни¬
мание реакционных авторов.
В качестве типичного примера можно указать книгу проф. Гарвардского универ¬
ситета Брннтона «От множества к единству». В ней даётся обзор исторических попыток
создания «мировых» государств начиная с Римской империи. Автор обходит вопрос,
поч :му эти попытки неизменно терпели крушение; в частности, не научил его ничему
и такой красноречивый факт, как банкротство бредовых планов Гитлера о мировом

124	Критика	и	йиблиография
господстве. Наперекор всему опыту истории автор горит желанием создать новое
«всеобъемлющее государство». В числе непременных атрибутов «мировой империи» он
выдвигает: а) наличие главы государства — короля или императора, б) наличие правя¬
щего класса — «элиты», составляющей аристократию, в) наличие покорных народных
масс. Что касается роли отдельных стран в руководстве этой «всеобъемлющей» орга¬
низацией, то автор прямо заявляет, что руководство этим «государством» должно при¬
надлежать США и Англии, ибо только они, уверяет автор, могут быть «наилучшим шта¬
бом мирового господства в современный период». Хотя проектируемую организацию
Бринтон характеризует как «Рах Anglo-Americana», понятно, что его космополитиче¬
ская империя должна явиться формой американского мирового господства. Достойно
внимания, однако, что автор, писавший книгу специально с целью доказать историче¬
скую «закономерность» создания «мирового правительства», в заключение был вынуж¬
ден признать, что из всей этой затеи, пожалуй, ничего не выйдет, так как большинство
даже американцев и англичан будет решительно против «Рах Anglo-Americana».
Коллектив авторов (12 чел.) в книге «Предварительный проект мировой консти¬
туции» под редакцией Р. Хатчинса и др. поступил гораздо проще: он просто списал кон¬
ституцию США в качестве проекта «мировой конституции». Другой авторский коллек¬
тив в книге «Основания мирового порядка» под редакцией Э. Вудворта и др. настаивает
на том, чтобы США была предоставлена половина .голосов в «мировом правительстве»;
У. Кинг в книге с широковещательным заглавием «Ключи к процветанию» тоже стоит
за «мировое государство», но прежде чем его создавать, он требует наполовину унич¬
тожить население Европы. Именно в этом каннибальстве империалисты-космополиты
видят путь к процветанию американских монополий.
С этой литературой непосредственно связаны и те многочисленные сочинения
американских реакционных «учёных», которые взяли на себя специальную задачу про¬
паганды третьей мировой войны. В подобного рода книгах расистская теория высту¬
пает в особенно откровенном и отталкивающем виде. В книге В. Хесслера «Операция.
Выживание» мы читаем, что политика англо-саксонской избранной расы есть «мировая
геополитика», политика подчинения стран и континентов. План Маршалла есть орудие
«холодной войны» против СССР, а Северо-атлантический пакт есть средство перенесе¬
ния войны в Европу и ведения войны при помощи пушечного мяса западноевропейских
стран. Книга В. Хесслера — это открытая пропаганда культа войны. Автор требует
истребления людей уже в мирное время при помощи продовольственного нажима на
Европу. Чем больше вымрет народа, заявляет автор, тем лучше. Не нужно забывать
«законов» Мальтуса, цинично разглагольствует Хесслер, ибо голос Мальтуса «имеет
«вес в политике холодной войны». Большинство авторов подобных книг требует уста¬
новления открытой фашистской диктатуры, считая это лучшим средством избавить США
от «паники, хаоса и социальных потрясений».
Как видим, в ход пущен весь арсенал затасканных фашистских «идей», с кото¬
рыми в не столь отдалённые времена носилась гитлеровская клика, претендовавшая на
мировое господство. Пропаганда расизма и космополитизма, пропаганда новой мировой
войны, социальная демагогия, ненависть к Советскому Союзу и страх перед будущим —
вот арсенал бредовых, человеконенавистнических «идей» новых претендентов на миро¬
вое господство.
Обратимся к книгам, излагающим историю Соединённых Штатов. За последние годы
в США вышел ряд работ по общей истории Соединённых Штатов. Помимо книг извест¬
ного американского историка Ч. Бирда, вышла двухтомная «Краткая история американ¬
ского народа», написанная коллективом авторов — Ф. Оусли, О. Читвуд и Г. Никсон,
книга по истории США профессоров Л.. Хэккера и Б. Хендрика и другие. О том, с каких
позиций пишется подобными авторами американская история, можно судить по сочи¬
нению Ф. Оусли и его соавторов. Несмотря на то, что эта книга называется историей
американского народа, на деле она направлена против американского народа. В этой
насквозь фальсифицированной «истории» авторы решительно осуждают отмену рабства
как «олигархический» акт, а «чёрные кодексы», восстанавливающие рабство в ряде
южных штатов, оценивают как «реалистические попытки» создать для негров «наиболее
подходящие условия жизни». Все рабочие организации объявлены организациями
заговорщиков. Авторы стараются доказать, что история США есть история классового

Критика и библиография	125
сотрудничества в рамках американской «демократии», которую они всячески расхва-
ливают. История «народа» изображена как история правящих партий, их избиратель¬
ной борьбы. Излагая историю внешней политики, авторы безоговорочно объявляют все
войны США войнами справедливыми и пытаются приписать Соединённым Штатам
решающую роль в разгроме гитлеровской Германии во второй мировой воине.
Истории внешней политики США посвящён ряд отдельных работ. Из них сле¬
дует остановиться на книге проф. Рочестерского университета Д. Перкинса «Эволюция
американской внешней политики». Под видом научного исследования перед нами пред¬
стаёт прямая апология империалистической внешней политики США. Основной тезис,
сформулированный автором, гласит: «Наш век—век Америки». Вся «эволюция» внеш¬
ней политики США, по мнению Перкинса, была не чем иным, как сменой методов,
или, по терминологии Перкинса, «доктрин», в борьбе США за мировое господство. Пер¬
кинс с полным цинизмом признаёт, что «доктрина Монро» нужна была Соединённым
Штатам для установления своего господства в западном полушарии. Из «доктрины
Монро» родилась «доктрина Кливленда», согласно которой территориальный спор, воз¬
никший между американским и европейским государствами, должен решаться Соеди¬
нёнными Штатами. Когда понадобилось прорывать каналы по чужой территории, то
была изобретена «доктрина Хэйса», гласившая, что любой водный путь из Атдадтиче-
ского океана в Тихий должен находиться под властью США. Когда перед США стала
проблема внедрения в Китай, в ход была пущена доктрина «открытых дверей». Не
смущаясь, Перкинс далее признаёт, что одна и та же «доктрина», в зависимости от
обстоятельств, могла принимать разные формы; так, «доктрина Монро» при Теодоре
Рузвельте выступала как «доктрина международной полицейской силы», а при Франк¬
лине Рузвельте как политика «доброго соседа». Наконец, теперь выдвинута «доктрина
Трумэна», позволяющая вмешиваться в чужие дела под предлогом «помощи любому
государству».
Так американские гангстеры от науки пишут историю Соединённых Штатов. В та¬
ком же духе они пишут историю и других стран. Возьмём для примера объёмистую
книгу американского историка Голдуина Смита «История Англии». Актуальность анг¬
лийской истории в ней мотивируется тем, что США и Англия «всё более сближаются
во взглядах, политике, экономических перспективах и дружественных отношениях».
Иначе говоря, книга эта писалась с целью показать не что иное, как «исторические
корни» англо-американской «дружбы». Однако, нужно сказать, что американские реак¬
ционные историки, следуя примеру американских дипломатов, не очень церемонятся
со своим «младшим партнёром». Смит с апломбом хозяина утверждает, что с тех пор,
как Соединённые Штаты превратились в великую державу, Англия без них не могла
ступить vh шагу и всегда нуждалась в их поддержке. Если англичане начинали это
забывать, то обязательно терпели неудачи; например, неудачи Англии в англо-бурской
войне, по мнению автора, объясняются только тем, что она не обратилась за помощью
к Соединённым Штатам.
Всё это служит для автора «историческим основанием» для оценки современного
политического положения. Соединённые Штаты, заявляет Смит, считают Англию лишь
одним из «элементов» своей антисоветской политики, собственные интересы Англии при
этом не играют для них никакой роли. Смит старается убедить англичан, что отказ от
суверенитета и подчинение указке Вашингтона представляют для них неоценимое «бла¬
годеяние»; в частности, отмена высоких ввозных тарифов для американских товаров
является для Англии прямой «выгодой». Всё «научное исследование» этого американ¬
ского «учёного» есть не что иное, как простоя иллюстрация к политике «тоталыг ё
дипломатии».
Пропаганда «тотальной дипломатии» сочетается во всех подобных «трудах» с ди¬
кой ненавистью к народным массам. Такие движения английского рабочего класса, как
чартизм, борьба в защиту Советской России в годы интервенции, стачка горняков и
всеобщая забастовка 1926 г., деятельность Английской коммунистической партии, дви¬
жение за мир,— всё это обливается грязью и фальсифицируется самым беззастенчи¬
вым образом. Злоба реакционеров и фальсификаторов истории ещё больше возрастает,
когда речь заходит о Советском Союзе.
Так, в духе идей «тотальной дипломатии» американские историки пишут историю
любой страны. Если мы от истории европейских стран обратимся к истории колониаль¬

12'.·	Критика	и	библиография
ных и зависимых стран в изображении американских реакционных историков, то найдём
гам тот же стандарт. Примером может служить сводное коллективное сочинение под
ред. проф. Йельского университета Линтона Ральфа «Большая часть мира». Книга
посвящена истории стран Латинской Америки, Африки и Азии? где живёт большинство
населения земного шара. Авторы претенциозно заявляют, что написали свою книгу
с целью ориентировать общественное мнение относительно «дальнейшей судьбы боль¬
шинства человечества» и тем самым создать «базис знаний для будущего планирова¬
ния». Почти на тысяче страниц проповедники «тотальной дипломатии» стараются убе¬
дить своих европейских коллег в необходимости передать колониальную систему евро¬
пейского капитализма в руки США. Эта система, признают авторы, в результате двух
мировых войн находится накануне развала. Западная Европа доказала свою полную
неспособность подавить борьбу колониальных народов за национальный суверенитет
и укрепить свою подорванную гегемонию. Миссию по восстановлению «единства мира»,
пишут авторы, должны взять на себя Соединённые Штаты, создав «мировое государ¬
ство», которое должно быть «американским миром» (Pax Americana), развивающимся
по «среднему пути». Как видим, и в данном случае американские империалисты не
собираются стесняться со своими вассалами, при этом тотальная дипломатия, космопо¬
литизм и социальная демагогия выступают в тесном единстве.
Особо следует сказать о фальсификации американской реакционной «наукой»
истории Китая. Начиная с 20-х годов нашего века история Китая, точнее история ки
гайской революции, стояла в центре внимания американских востоковедов. С этих пор
вся реакционная американская литература неустанно упражняется в клевете на китай¬
ский народ, в славословии продажной клики Чаи Кай-ши как «носителя революцион¬
ных традиций» и в рекламе американской интервенционистской и демагогической поли-
I ики как политики «бескорыстной» и «великодушной помощи» Китаю. Наряду с подоб¬
ного рода «литературой» в США выходят книги, не менее антикитайские и не менее
антисоветские, но которые для борьбы с коммунизмом в Китае предлагают иную так¬
тику. Этот разряд книг может быть представлен сборником статен под редакцией проф.
Гарвардского университета Дж. Фейрбэнка и др. «Ближайшие шаги в Азии». Наиболее
характерной в этом сборнике является статья самого редактора Фейрбэнка.
озаглавленная «Коммунизм в Китае и новый американский подход к проблеме Азии».
Фейрбэнк считает, что «старый» подход к делам Китая ·— политика военной силы п
открытого вмешательства в китайские дела — был недальновидным п потерпел полный
крах. Главная причина краха, пишет автор, состояла в том, что эта политика была
«больше антирусской, чем прокитайской». Для того чтобы определить «новый» подход
к проблемам Китая, нужно исходить из реальных фактов, которые состоят в том, что
китайская революция окончательно победила и что подавляющее большинство китай¬
ского народа считает правительство во главе с коммунистами «нанлучшим правитель¬
ством Китая». Поэтому было бы безрассудно поддерживать безнадёжно обанкротив¬
шуюся банду Чан Кай-ши. Для борьбы с коммунизмом в Китае, настаивает автор,
нужно менять тактику: поскольку вмешательство извне, как показал опыт, обречено
на провал, нужно действовать изнутри — признать правительство Мао Цзе-дуна де-
факто, внедриться в китайскую экономику, захватить в свои руки основные отрасли
промышленности, лишить Китай стратегических материалов н т. д. Всё это, как видим,
является отражением политических настроений той части американских империалистов,
которые, учитывая новую обстановку в Китае, ищут новых методов закабаления ки¬
тайского народа взамен обанкротившихся старых методов.
Во время второй мировой войны американские фальсификаторы истории получили
большое подспорье в виде очередной и, как всегда, фальсификаторской публикации
государственного департамента документов по истории внешней политики США за
период 1925—1927 годов. С тех пор американские «труды» по истории китайской рево¬
люции стали выходить при прямом участии чиновников государственного департамен¬
та, фальсификация китайской истории приобрела вполне официальный характер ?.
- Подробнее об этом см. Л. Березныи. Американские фальсификаторы о поли¬
тике США в отношении· китайской революции 1925—1927 годов. «Вопросы истории'·
Лз 4 за 1949 год.

Критика н библиография	12?
В настоящее время целый .чаю военных, историков, гражданских учёных, коррес¬
пондентов и всяких иных «специалистов> и бизнесменов занят выполнением прямого
задания соответствующих правитель::тонных органов и монополий по фальсификации
истории второй мировой войны.
Многотомная фальшивка предпринята с целью оправдать общеизвестную попыт¬
ку англо-американских империалистов извратить внешнюю политику Советского Союза
и историю второй мировой войны, попытку, которая была разоблачена в Исторической
справке Совннформбюро «Фальсификаторы истории». Все реакционные авторы, касаю¬
щиеся периода второй мировой войны, не стесняясь своей лжи, изображают, например,
широко известный саботаж с открытием второго фронта как «точное выполнение союз¬
нических обязательств», а разгром гитлеровской Германии приписывают «исключи¬
тельной роли» США во второй мировой воине. На протяжении всей своей истории бур¬
жуазная историография ещё не доходила до подобной наглости в ремесле фальсифи¬
кации истории,
В этом духе пишутся и американские учебники по истории. Учебник по истории
политических учений проф. Иллинойсе кого университета Ф. Г. Вильсона сводится в ко¬
нечном счёте к апологии американской империалистической экспансии. «Из ослабевших
рук распадающейся Европы,— учит автор американское юношество,— скипетр духов¬
ного руководства должен перейти к США». Автор не оставляет никаких сомнений
в том, что дело не ограничивается « духовным» руководством; он требует распростра¬
нения «доктрины Монро» на Европу, признавая, что это будет означать «интервенцио¬
низм или даже воину на молях Старого Света». Целью этой войны должно явиться
установление «мировой державы». Автор заканчивает свой учебник сетованиями по
поводу того, что всё больше и больше распространяется «научный пессимизм» и что!
контуры будущего слишком неясны.
Учебник Э. Реверса «Анатомия мира» предназначен для американских лицеев и
специально посвящён пропаганде среди учащихся бредовых, космополитических «идей»
о «мировом государстве».
Той же реакционной премудрости учит юношество США хрестоматия Ф. Раба
«Открытие Европы». Подобно го.му как когда-то европейцы открыли Америку, чтобы
её подчинить, так и США теперь, пишет автор, «открыли» Европу, чтобы господство¬
вать в ней. Мысль о том, что Европа — родина американской цивилизации, хрестома¬
тия объявляет абсурдом.
В плане подобных «идей» написаны и другие американские учебники. К- Хейс,
М. Болдуин и Ч. Коуль, авторы «Истории Европы», учебника для колледжей, принад¬
лежат к той группе историков, которая любит громче всех рекламировать свою «объек¬
тивность». Они обещают, что будут излагать только факты и воздержатся от политиче¬
ских оценок. Чего стоят эти уверения в «объективности», показывает самое содержание
учебника. Достаточно сказать, что, излагая всеобщую историю, начиная с 4-го тысячеле¬
тия до н. э. и кончая 1948 г., авторы, по существу, сводят всё к истории так называемой
«западной цивилизации». Последняя объявляется наследницей всего исторического
опыта, накопленного человечеством. Самое незначительное место занимает в учебнике
история Восточной Европы, фактически она выбрасывается за борт. Периодизация
истории строится самым произвольным образом, и за этим скрывается определённый
политический смысл: в искусственно намеченных исторических периодах среди мно¬
жества мелких событий авторы постарались скрыть крупные социальные перевороты
во всемирной истории. Даже такое событие, как французская буржуазная революция,
по давнишней традиции занимавшая в буржуазной историографии большое место и
служившая крупным рубежом в периодизации истории, растворено здесь в ничего п°
говорящем разделе «Либеральные и национальные перевороты от Руссо до Мадзини»,
Нечего и говорить, что крупнейшее событие мировой истории — Великую Октябрь¬
скую социалистическую революцию — авторы постарались по мере своих сил замол¬
чать: она включена в раздел... о первой мировой войне. Нечего также говорить и о том.
что в учебнике совершенно извращен характер, ход и всемирно-историческое значение
Великой Октябрьской социалистической революции. Изложение новейшей истории и
особенно периода после второй мировой войны носит характер неприкрытого антисовет¬
ского подлога.

Критика и библиография
Таковы некоторые, далеко не исчерпывающие примеры для иллюстрации тех
политических идей, которые составляют содержание современной американской реак¬
ционной историографии. Эти примеры показывают, что идеи, развиваемые американской
реакционной «наукой», являются идеями правящей .монополистической клики США,
;; сама эта реакционная «наука» есть не что иное, как существенная часть идеологи¬
ческого аппарата американской империалистической реакции. Прославление всего
реакционного в истории, любование рабовладельческим прошлым США, клевета на аме¬
риканский парод, фальсификация прошлого своей страны в угоду политическим идеа¬
лам современной реакции, фальсификация истории других стран с целью доказать «ми¬
ровую роль» США, которую они якобы играли на протяжении всей своей истории,
злоба и страх перед рабочим классом и социализмом — таковы исторические «идеи»
американской реакционной историографии, представляющие собой не что иное, как
ипрокинутые в прошлое политические идеи современной империалистической реакции.
Не случайно поэтому и то, что американская реакционная «наука» не только про¬
пагандирует идеи своих хозяев, но и старательно перенимает все их методы и приёмы.
Подобно тому как правящая империалистическая клика США навязывает свою поли¬
тику маршаллнзовлнным странам, американская реакционная историография ставит
своей задачей «маршаллизовать» историческую науку этих подпавших под власть долла¬
ра стран. Эта задача в «трудах» американских реакционных историков формулируется
зачастую со всей откровенностью. Примером тому может служить сборник статей
большого коллектива американских «учёных» под редакцией Г. Мур, носящий название
«Выжить или покончить самоубийством». Проповедуя третью мировую войну, авторы
требуют, чтобы наряду с экспортом военных планов, оружия, капиталов и продоволь¬
ствия в маршаллизованные страны не прекращался бы и «экспорт идей», ибо, по мне¬
нию авторов, этим странам «так же недостаёт идей, как и пищи». Никогда не имевшая
своих собственных идей, американская реакционная историография ныне выступает
в качестве экспортёра гнилого, зловонного «товара» — реакционно-фашистской идеоло¬
гии, приспособленной к претензиям американского империализма на мировое гос¬
подство.
★
Страх перед растущими силами прогресса, .мира л демократии, во главе которых
стоит Советский Союз, страх за судьбу самой капиталистической системы, попытка опе¬
реться в борьбе с собственным народом на помощь американского империализма —
всё это побуждает буржуазию европейских стран лакействовать перед своим заокеан¬
ским хозяином. На этой почве вырастает и идеологическая зависимость буржуазии- За¬
падной Европы от Соединённых Штатов, объясняющая то влияние, какое оказывает
реакционная американская историография на историческую «науку» в странах капи¬
тализма.
Так, реакционная английская историография, как в фокусе, отражает все страхи
и надежды английской буржуазии; страх перед всё более обостряющимися внутренни¬
ми социальными противоречиями, страх перед назревающей опасностью развала Бри¬
танской империи, надежды на «помощь» со стороны «старшего партнера»; вместе с тем
английская буржуазная историография отражает и те противоречия, которые всё более
обостряются между английским и американским империализмом.
Крупную роль в современной реакционной историографии в Англии играют лей¬
бористские историки и социологи, развившие теперь особенно большую активность в
пропаганде идей лейборизма. За последние годы вышла целая серия таких «солидных*
сочинений, как трёхтомная история лейбористской партии, написанная коллективом
лейбористских лидеров; «Американская демократия», «Свобода в современном госу¬
дарстве» и другие «труды» Гарольда Ласки; «История лейбористской партии» и «Созда-
телм лейбористского движения» Дж. Коуля; книги А. Льюиса и Э. Дурбина об эконо¬
мическом «планировании» при капитализме, книги Дж. Паркера, В. Фрэнсиса, Ф. Виль¬
ямса и многих других лейбористских авторов. В этих пухлых опусах, представляющие
собою своего рода историко-теоретические комментарии к речам и деяниям лейборист¬
ских лидеров, заключена вся несложная премудрость лейборизма — убогие мысли,
сдобренные лакейским усердием.
Лейбористские историки стараются перещеголять «самого» У. Черчилля в деле

Критика и библиография
129
пропаганды новой войны; они неутомимо упражняют свою фантазию в измышлении
всё новых и новых антисоветских инсинуаций, угодливо расшаркиваются перед замор¬
ским хозяином, расхваливая на все лады план Маршалла, Северо-атлантический пакт,
«мировое государство» и всё, что будет предписано последними инструкциями из госу¬
дарственного департамента США. Обращаясь к социальным проблемам Англии, лей¬
бористские сочинители всё дальше и дальше идут по пути фальсификации современной
и исторической действительности.
В своё время хоть и с трудом различавшие грань между буржуазией и проле¬
тариатом, ныне лейбористские «теоретики» фактически отказываются видеть её: они
конструируют ряд «переходных» социальных ступеней между пролетариатом и бур¬
жуазией, в которых последние «растворяются» в едином классе «тружеников». В офи¬
циальной истории лейбористской партии чёрным по белому пишется, что предприни¬
матели — не кто иные, как «люди труда». Тут же с серьёзным видом утверждается, что
стремление к наживе у капиталистов неуклонно отмирает, чему якобы способствует
само государство, которое при помощи «справедливого» распределения налогов делает
жажду наживы бессмысленной. Что касается сущности государства в целом, то в изо¬
бражении лейбористских «теоретиков» государство выступает как сила надклассовая
и поэтому часто заменяется всеобъемлющим понятием «общество».
Вся эта насквозь извращённая картина социального и политического строя при
капитализме служит для лейбористов «основанием» для полного отрицания классовой
борьбы. С этой точки зрения и препарируется вся история английского рабочего дви¬
жения, изображаемая как история постепенного наступления классового мира между
рабочим классом и буржуазией. Лейбористские «историки» при этом не стесняются
самым откровенным образом извращать не только отдельные факты классовой борьбы,
но и «вычёркивать» из истории целые периоды острых классовых схваток английского
пролетариата с буржуазией. В лейбористских «трудах», в том числе и .в официальной
истории лейбористской партии, период 1918—1923 гг, оказался просто выброшенным,
ибо этот.период, наполненный борьбой английских рабочих в защиту Советской Рос¬
сии от интервенции Антанты, борьбой против английской буржуазии в годы кризиса
после первой мировой войны, резко противоречит искусственной и реакционной схеме
лейбористских фальсификаторов истории.
Лейбористская политика социальной демагогии и лейбористская лакейская идео¬
логия служат прямым прикрытием для той пропаганды, которую ведёт сейчас империа¬
листическая реакция, возглавляемая английскими монополиями. Реакционная истори¬
ческая «наука», как всегда, выступает как одно из главных орудий в этой пропаганде
реакции и войны. Характерной чертой английской реакционной историографии как
и исторической литературы в США, язляется рост в ней фашистских тенденций. Можно
назвать некоторые, наиболее показательные в этом отношении книги по вопросам
современности, вышедшие за последние годы. Проф. Э. Майо, слывущий специали¬
стом в области социальных проблем, приходит в своей книге «Социальные проблемы
промышленной цивилизации» к выводу, что в послевоенный период классовые отноше¬
ния чрезвычайно обострились и общество всё более погружается в состояние «беспо¬
рядочной борьбы». Автор особенно обеспокоен тем фактом, что народы Восточной
Европы и Китая выпали из системы капитализма. «Мы движемся, как у себя в стране,
^их и в международных отношениях, не только навстречу хаосу, но и анархии», — за¬
ключает автор.
Причину такого положения проф. Майо усматривает в отставании «искусства»
буржуазии управлять массами. Задача социологии и историографии, пишет автор,—
помочь правящему классу выработать это «социальное искусство», отвечающее требо¬
ваниям современного момента. По изобретённой автором терминологии «искусство» это
состоит в установлении так называемой «динамической демократии», что на обычном
языке означает отказ от традиционных буржуазно-демократических методов управле¬
ния и установление более «динамической» формы для диктаторского подавления на¬
родных масс, т. е. установление фашизма. В международных отношениях, поучает
проф. Майо, отсталость «социального искусства» состоит в терпимом отношении к
таким «устаревшим» понятиям, как национальный суверенитет и патриотизм. Буржуаз¬
ная «наука» должна, по мнению проф. Майо, выработать теоретическое и историче-
9 «Вопоосы истсшии» Ал? 9.

L3u	Критика,	и	библиография
ское «обоснование» для наднационального государства взамен «отжившего» института
национальных государств.
К. Холлис в книге «Может ли продолжать своё существование парламент?» не
считает нужным пускаться в «учёные» рассуждения и ставит вопрос более прямоли¬
нейно. Он констатирует, что в настоящий момент капиталистический мир стоит перед
опасностью социальных потрясений и поэтому должен вести беспощадную борьбу
с силами социализма. С этой точки зрения даже «социалистические эксперименты»
лейбористов кажутся автору слишком опасными, ибо они, по его мнению, ведут «к раз¬
рушению священного института частной собственности». Буржуазная демократия, объ¬
являет автор, не в состоянии обеспечить существование капитализма, парламент отжил
свой век, взамен парламентскому государству нужно создать «корпоративный строи»,
иначе говоря, открытую фашистскую диктатуру.
Следует подчеркнуть, что в усилении фашистских настроений среди английской
буржуазии и её учёных лакеев немалую роль сыграли фашиствующие круги США. Это
доказывается тем беспардонным преклонением перед Соединёнными Штатами^ которое
господствует среди английских реакционных клик и, в частности, в английской реак¬
ционной литературе. Низкопоклонство, в особенности перед космополитическими
«идеями» американского империализма, охватило не только реакционную историогра¬
фию, но и всю реакционную английскую литературу вообще. В наиболее обнажённом
виде это преклонение выразил писатель У. Льюис в книге «Америка и космический
человек». Соединённые Штаты, согласно мнению этого фашистского проповедника,
являются родиной «расы высшего порядка», родиной «космического человека», кото¬
рый должен господствовать над миром. Формой этого господства должно явиться «ми¬
ровое государство», а путь к этому лежит через третью мировую войну. Пусть погиб¬
нет добрая половина человечества, ибо «высшей расе» всё позволено. Таким образом,
космополитизм и истребительная война во имя господства «высшей расы» американ¬
ских империалистов являются идеалом фашистских борзописцев в" маршаллизованной
Англии.
Различные вариации на эту же тему встречаются чрезвычайно часто в английской
реакционной литературе, посвящённой вопросам международных отношений. Дж. Тай¬
лер в книге «Британская империя, Соединённые Штаты и будущее» пытается доказы¬
вать, что Соединённым Штатам рамки Западного полушария стали слишком тесны
и что им нужны военные базы во всём мире. В качестве основной базы США в Европе
услужливый британский автор предлагает не что иное, как самые Британские острова.
Лейборист М. Маккей в книге «Британия в стране чудес» прямо заявляет, что у Анг¬
лии нет никаких оснований воображать себя великой державой, ибо разрешить соци¬
альные проблемы и преодолеть кризис Британской империи собственными усилиями она
уже не в состоянии. Поэтому, решает Маккей, нужно идти в вассальную кабалу к
Соединённым Штатам. «Если Британия останется самостоятельным государством, то
выхода из тупика нет» — таков вывод автора.
Нечего и говорить, что вся подобная литература восторженно поддерживала
планы подготовки новой мировой войны, с которыми в эти годы выступала американ¬
ская тотальная дипломатия. Восторги эти поочерёдно концентрировались вокруг плана
Маршалла и Северо-атлантического пакта. Следует прибавить, что в отличие от аме¬
риканских космополитов, рассматривающих «мировое государство» чаще всего каь
исключительное господство американских монополий, нисколько не церемонясь со
своим «младшим партнёром», английские космополиты расписывают эту «мировую
империю» как форму господства всей «англо-саксонской расы», т. е. не только аме¬
риканских, ко и английских империалистов.
Антисоветская суть всех этих агрессивных планов не только не скрывается, чо
и всячески афишируется. Вся реакционная литература в той или иной форме направ¬
лена прежде всего против Советского Союза, а некоторые авторы особо специализи¬
ровались на антисоветской лжи. К такой породе англо-американских борзописцев при¬
надлежит, в частности, Крэнкшоу, клеветнические упражнения которого уже получили
должную оценку в советской печати3. В очередном припадке антисоветской истерики
Крэнкшоу разразился новым «сочинением», в котором он в исступлении призывает
1 См. статью В. Вишневского в газете «Культура и жизнь» от 20 июля 1947 года.

Критика и библиографии	131
к третьей мировой войне, не скрывая аппетитов своих хозяев. «Если бы мы пошли по
3îo,\ïy пути,— пишет он,— мы могли бы положить земной шар в мешок и жить в роско¬
ши за счёт награбленного». Жить в роскоши за счёт награбленного ценою миллионов
человеческих жизней — в этом вся «философия» поджигателей войны. Но Крэнкшоу
весьма скептически настроен по отношению к своему «старшему партнёру», он опа¬
сается, как бы США «не положили в мешок» Англию вместе со всей Британской
империей. Подобные опасения, свойственные даже самым ярым английским лакеям
американского империализма, являются красноречивым свидетельством противоречий,
обостряющихся в лагере поджигателей войны.
На эти противоречия указывается и в целом ряде других работ реакционных
английских авторов. Можно сослаться на объемистую книгу известного английского
реакционного автора Фрица Августа Войта «Британский мир». Войт пишет, что в капи
талистическом лагере наряду с «американским миром» в качестве равноправной силы
существует «британский мир», который вовсе не собирается поступаться своим местом
в международной политике в пользу своего «старшего партнёра». Автор категорически
отказывается говорить об односторонней зависимости Британии от США и выдвигает
тезис о «взаимозависимости» обоих партнёров.
Главнейшим условием восстановления былого могущества английского империа¬
лизма Войт считает реставрацию довоенной «системы равновесия», а это должно озна
чать реставрацию капитализма в странах Восточной и Центральной Европы. Исходя из
этого, автор превозносит англо-американскую интервенцию в Греции как «образец»
политики по насаждению реакционных режимов в Европе, выступает за расчленение
Германии и против установления в Германии демократического строя. Автор исступлён¬
но требует войны против Советского Союза и стран народной демократии, несмотря
на то что эта война «в соответствии с господствующими взглядами может быть осужде¬
на как агрессивная воина».
Таким образом, в нынешней английской реакционной литературе по вопросам
современности мы встречаем те же «идеи» американских поджигателей войны.
Если от книг по вопросам современности перейти к рассмотрению книг по истории,
то Мы найдём в них те же самые реакционные идеи. Известно, что отрицание классовой
борьбы, отрицание исторической роли народных масс не является чем-то новым для
буржуазной историографии; эта черта была господствующей в буржуазной науке уже
с первой половины XIX века. Но в наши дни фальсификация истории приобрела особо
циничный характер. Ни один буржуазный историк в прошлые времена, фальсифицируя
историю английской буржуазной революции, не решался полностью выбрасывать из
истории английский народ, как это сделал, например, Д. Мэтью в своей книге «Социаль¬
ная структура Англии эпохи Карла I», вышедшей в 1948 году. Английская буржуазная
революция, по мнению автора, была делом исключительно придворных кругов, народ¬
ные массы целиком оставлены автором за бортом истории. Кроме того в книге «доказы¬
вается», что революция якобы абсолютно ничего не изменила в истории Англии. Таким
образом, вслед за полным отрицанием роли народных масс в революции совершенно
отрицается и роль самой буржуазной революции в английской истории. Книга Мэтью
является логическим завершением той традиции, которую в своё время развивал Гизо
в Последних томах своей «Истории английской революции», пытаясь доказывать, что
эта революция выступила только хранительницей устоев прошлого. Именно по поводу
этого труда К· Маркс писал: «На последнем произведении Гизо мы могли убедиться,
что талантливые люди буржуазии находятся на ущербе». «Да, не только les rois s’en vont
(короли уходят), но и les capacités de la bourgeoisie e’en vont (таланты буржуазии
уходят)»4. Что же можно сказать о современных мелкотравчатых эпигонах Гизо?!
С особенным усердием фальсифицируется роль рабочего класса в истории Англии.
Одним из многочисленных примеров такого рода литературы может служить книга
Р. Вермаута «Некоторые движения рабочего класса в XIX столетии». Развивая тезис
лейбористских историков, автор старается доказать, что рабочий класс Англии якобы
никогда не помышлял о классовой борьбе, что после насильственных методов луддитов
рабочие, по его мнению, обратились к... библии, а с конца XIX в., после того как англий¬
ское государство признало тред-юнионы, единственным средством борьбы английских
4 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. T. VIII, стр. 281, 280.

132	Критика	и	библиография
рабочих стал... свод законов. Такова точка зрения идеолога Сити на историю рабочего
класса Англии.
Огромное место в английской историографии, как всегда, занимают проблемы
Британской империи. Помимо вышедших ранее книг лорда Илтона и Вильямсона, по¬
явился ещё ряд книг, среди них такие, как «Демократия в доминионах» Брэдн, «Про¬
блема населения для содружества наций» Б. Дадли, «Недавние времена» Р. Рей пер
и др. Общей чертой, объединяющей все эти «труды», является восторженная апология
английского колониального господства, которое все авторы изображают как осуществле¬
ние «заботы о благосостоянии народов, отставших в своём развитии» (Р. Рейнер).
Но не эта старомодная манера фальсификации истории составляет наиболее характер¬
ную черту историографии современных проповедников английского колониального импе¬
риализма. Английские расисты стараются подчеркнуть, что расовые претензии всегда
играли большую роль в английской политике и культуре. В качестве доказательства
они обычно ссылаются на слова, сказанные сыскавшим себе худую славу оголтелого
империалиста Сесилем Родсом: «...мы лучшая раса в мире, и чем больше мы заселим
этот мир, тем лучше для человеческой расы». Никогда расовые мотивы не занимали
в английской историографии такого большого места, какое они стали занимать после
второй мировой войны, когда английские империалисты вслед за своим «старшим парт¬
нёром» стали носиться с навязчивой идеей о «мировом господстве».
В тесной связи с расовыми мотивами в английской историографии стоит восхва-
*
ление роли Соединённых Штатов в истории и перенесение идей космополитизма на
историческую почву.	.
Показательна в этом отношении книга Дж. Боула «Единство европейской исто¬
рии». Подобно уже упоминавшемуся американскому профессору Брннтону, автор хочет
доказать^ что вся история Западной Европы есть не что иное, как путь «от множества
к единству». На протяжении всей истории этому «единству», поучает Боул, мешали
классовая борьба и принцип национального суверенитета. Для преодоления этих «пре¬
пятствий» нужна объединяющая сила; такой силой, которая должна объединить весь
капиталистический мир, является, по мнению автора, так называемая «атлантическая
цивилизация» с её «мировым государством».
Вариацией на ту же уолл-стритовскую тему является книга по английской истории
проф. Абердинского университета Г. Гамильтона. Автор уверяет, что им написана
«совершенно оригинальная история Англии, полностью отличающаяся от всех имею¬
щихся». На деле же вся 'эта «оригинальность» свелась к проповеди затасканных идеек
о «сотрудничестве» классов или, по терминологии автора, об «унификации» классозых
интересов. Этот ходячий тезис вековой давности автор сделал отправным пунктом своей
космополитической концепции об «унификации человеческих интересов в масштабах
планеты». Исходя из этой бредовой «концепции», Гамильтон ополчается против нацио¬
нального суверенитета, против патриотизма народных масс, объявляя это «пережитком
прошлого», и рекламирует в качестве «новейшего» слова «западней цивилизации» «ми¬
ровое государство» и «мировой язык».
Подобострастие перед Соединёнными Штатами приобрело в английской реакци¬
онной историографии характер твёрдо установившегося канона; любая историческая
проблема может стать предлогом для славословий по адресу США. Но английские
историки обычно не ограничиваются прославлением истории США, а стараются рядом
с США поставить и Англию. В таких случаях, наперекор исторической правде, они
стараются доказать, что между США и Англией не было серьёзных разногласий и во
всех международных делах они выступали с полным «единодушием». В книге «Авраам
Линкольн и Соединённые Штаты.» К. Хор, изображая Линкольна, согласно последнему
американскому стандарту, сторонником сохранения рабства, выдвигает тезис о том,
что США и Англия якобы всегда жили в трогательной дружие и что даже во время
гражданской войны в США (1861—1865) Англия была верным «союзником» Северных
Штатов против южан. Г. Станнард в книге «Две конституции» утверждает, в полном
соответствии с господствующим направлением в политике, что американская конститу¬
ция и английский государственный строй в одинаковой мере должны служить образцом
для конституции «мирового государства», так как на протяжении всей своей истории
Англия и США преследовали одинаковые цели.

Критика и библиография	133
Как и в США, характерной чертой английской реакционной историографии в по¬
слевоенные годы является усиление пессимистических мотивов. В особенности это при¬
суще литературе, посвящённой проблемам Британской империи. Большинство авторов,
касающихся исторических судеб Британской колониальной империи, в той или иной
мере высказывают те же настроения, которые ещё в 1944 г. высказал Вильямсон в
своей книге «Британия и империя». Девяностые годы, когда колониальному могуществу
Англии не угрожали серьёзные опасности, кажутся Вильямсону «светлыми временами».
Этот период, продолжавшийся до первой мировой' войны, был, по убеждению автора,
характерен тем, что «западная цивилизация шла вперёд или не шла безнадёжно
назад».
Но уже рубеж XIX и XX вв., сетует автор, явился периодом первых испытаний.
Англо-бурская война нанесла первый тяжёлый удар по колониальному престижу
Англии. К этому Вильямсон прибавляет ещё одно обстоятельство, имеющее, с его точки
зрения, решающее значение: в этот период со смертью королевы Виктории, Гладстона
и Сольсбери со сцены сходит поколение «гигантов английской политики»; с этих пор
Англия уже не имела «настоящих лидеров». Первая мировая война, несмотря на
победу союзников, показала, насколько тяжела была для Англии борьба за колони¬
альное господство. Вторая мировая война нанесла ещё более тяжёлый удар по Англии,
несмотря на то что она была «относительно счастлива в этой войне». Послевоенные
перспективы Англии, как и всей Западной Европы, представляются Вильямсону весьма
мрачными. Западная Европа и её колонии накануне развала; если «западная цивили¬
зация » окажется перед лицом новых социальных испытаний, она неизбежно «погрузит¬
ся в бесконечную ночь».
Это сознание обречённости капитализма находит своё выражение, в частности, в
возрождении реакционной мальтузианской теории, ставшей за последние годы чрезвы¬
чайно модной в Англии. В качестве примера можно указать на упоминавшуюся книгу
Баркера Дадли «Проблема населения для содружества наций». Корнем всех социаль¬
ных бед Англии Дадли считает «перенаселение» метрополии. Автор настойчиво пред¬
лагает переселить в доминионы 20 из 50 млн. человек, населяющих Англию; причём
это переселение миллионов людей должно происходить вместе с «переселением» целых
отраслей промышленности. Этот бредовый «проект» должен, по замыслу его автора,
укрепить связь империи с метрополией н тем самым предотвратить развал английской
колониальной системы, резко сократить численность рабочего класса в Англии, избавить
метрополию от «лишнего» населения и от угрозы социальных потрясений. Таково
«последнее слово» реакционной «науки» в её поисках выхода из кризиса капиталисти¬
ческой системы.
Нечего и говорить, что постоянной отличительной чертой реакционной историогра¬
фии, как а реакционной литературы по проблемам современности, является злоба
против оплота всего общественного прогресса — Советского Союза. Это проявляется
в тех откровенно фальсификаторских приёмах, при помощи которых пишется в Англии
история второй мировой войны. Ещё в 1942 г. английским правительством было пору¬
чено группе учёных подготовить серию трудов по истории второй мировой войны.
В 1949 г. вышла первая книга этой серии, написанная В. Хэнкоком и М. Гауингом.
Вынужденные против своей воли признать заслуги Советского Союза в разгроме гит¬
леровской Германии, авторы прилагают все усилия к тому, чтобы приписать главную
роль в войне Англии и Соединённым Штатам. Много места уделено восторженному
славословию по адресу Черчилля, но мы не найдём здесь ни строчки о его закулисной
стратегии, направленной против Советского Союза, о его фактическом саботаже войны.
Наряду с реакционными писаниями американских гангстеров по истории второй миро¬
вой войны книга Хэнкока и Гауинга представляет собою грязную стряпню, наскЕозь
извращающую историческую правду о второй мировой войне.
Таковы образцы реакционной исторической литературы в современной Англии.
Фальсификация подлинной истории, ненависть ко всему прогрессивному, прославление
реакции и колониального господства, пропаганда расизма и космополитизма, пресмыка¬
тельство перед правящей кликой США, рвущейся к мировому господству, и страх перед
будущим — таково в основном идейное содержание английской реакционной историо¬
графии.

1й4	Критика	и	библиография
к
Подобными «идеями» проникнута и реакционная историография Франции. Отли¬
чительной чертой послевоенной французской буржуазной историографии, как и η дру¬
гих странах капитализма, является её «млршаллнзация»— распространение в ней реак¬
ционных идей, проповедуемых американскими поджигателями войны. В буржуазной
и правосоциалистической литературе по вопросам современности до утомительности
повторяются те же «американские» мотивы, которые мы встречали в литературе США
и Англии. Так, С. Бераша в книге «Судьбы Франции», ратуя за ликвидацию классовой
борьбы, призывает к подавлению рабочего движения, к искоренению «классовых кон¬
фликтов, которые смогут свести на нет эффект от американской помощи». Иными
словами, французский рабочий класс должен безропотно сносить своё нищенское и
бесправное положение в угоду не только французским монополиям, но и их американ¬
ским хозяевам. Бераша обрушивается на коммунистическую партию Франции за то,
что она разоблачает маршаллизацию Франции, отстаивает независимость своей страны
и борется против подготовки новой войны. Зато французский реакционер выражает
свой полный восторг перед предательским поведением правых социалистов. «Они уже
потеряли свою интернациональную сущность»,— пишет автор, стремясь этим выразить
высшую похвалу лакеям империализма.
Проповедь так называемого «среднего пути» также нашла своё отражение и во
французской буржуазной литературе. Примером тому может служить книга проф. Лион¬
ского университета Ж. Лассера «Призвание Европы». На словах высказываясь за со¬
циализм, а фактически оставляя в неприкосновенности капитализм, автор предлагает
бороться с кризисом, безработицей и нищетой при помощи планирования, переняв
опыт Советского Союза. При помощи лживых разглагольствований о «среднем
пути» Лассер и ему подобные стремятся во что бы то ни стало сохранить капита¬
лизм.
Главным мотивом во французской литературе, посвящённой международным
отношениям, как и в литературе всех других маршаллнзеванных стран, являются
военная истерия, шумиха вокруг американского «мирового государства» и его главного
филиала — «Соединённых Штатов Европы», как это принято именовать в реакционной
французской литературе. Социолог А. Марк, многолетней специальностью которого
является утверждение, что в основе всего исторического развития лежит «эволюция
туха», разъяснил наконец в своей книге, претенциозно озаглавленной «На высоте
человека», к чему свелась эта «эволюция»: к таким «воплощениям» этого реакцион¬
ного «духа», как план Маршалла, Северо-атлантический пакт или проектируемые
«Соединённые Штаты Европы» и их «конституция». Шумная дискуссия по поводу
несуществующей «конституции» столь же несуществующего «государства» занимаег
изрядное место во французской реакционной литературе.
Однако французская реакционная литература, превознося США и Англию, пытает¬
ся напомнить и сб аппетитах французских монополий. Наряду с авторами, готовыми
довольствоваться единовластной диктатурой США или «двуумвиратом» США и Англии,
встречаются авторы, настаивающие на том, чтобы проектируемое поджигателями войны
«мировое государство» было «триумвиратом», в котором французская империалистиче¬
ская реакция считалась бы на правах равноправного участника. К такому разряду
литературы принадлежит, например, небольшая, но чрезвычайно крикливая книга «Си¬
стема мира и международной безопасности» М. Гандольфа, занявшегося на досуге со¬
чинением «конституции» вышеозначенного «государства».
Эта «млршаллизация» современных политических идей французской реакции нало¬
жила свой резкий отпечаток и на всю реакционную историческую «науку» во Франции.
Большинство книг реакционных историков представляет собою не что иное, как фран-
цузские вариации идей американского происхождения. Как признаёт в своей «История
Франции» А. Моруа, он написал эту работу по просьбе своих американских и англий¬
ских коллег, которые пришли в восторг от ранее написанных им «Истории США» и
«Истории Англии». Главная задача, которую ставил перед собой автор, состояла в том,
чтобы изобразить историю Франции как историю классового мира, как историю «еди¬
ной нации», в которой, по уверению Моруа, «нет правящего класса».

Критика и оиОлиосрафия	135
Наиболее счастливыми временами во французской истории Мсруа считает такие
периоды, когда рабочий класс не устраивал революций. Именно рабочий класс являет¬
ся той исторической силой, против которой направлен гнев автора. Ведя классовую
борьбу, пролетариат, возмущается Моруа, «отказался от нации». Это обвинение фран¬
цузского пролетариата в «национальной измене» вызывает особенное возмущение.
Общеизвестно, что французская буржуазия во имя спасения своего классового господ¬
ства не раз предавала Францию иноземному врагу. Так было во времена франко-прус¬
ской войны, так было во время нашествия Гитлера, так происходит сейчас, когда
французская реакция в целях подавления собственного народа отдала в руки амери¬
канского империализма национальную независимость Франции. И после всего этого
ученый лакей буржуазии, позабыв всякий стыд, пытается обвинять в «национальной
измене» пролетариат Франции — руководящую силу французского народа в борьбе за
национальную независимость своей родины!
Одним из авторов, которые с полной откровенностью высказали политический
смысл подобного рода исторических «концепций», является некто, предпочитающий
укрываться под псевдонимом «майор Икс». Свою книгу г-н Икс назвал «Три урока
историй (1870—1914—1940)». Извращая подлинные уроки французской истории, автор
пытается утверждать, что причиной поражения французской армия в 1870, 1914 и
1940 гг. явилось наличие во Франции буржуазно-демократических порядков и «непони¬
мание» роли армии в политической жизни государства. Объязляя себя приверженцем
немецкого фашизма и немецкой военной школы, г-н Икс требует передачи власти во
Франции в руки военщины и установления фашистского режима. Книга г-на Икс
является наиболее откровенным изложением политической программы французской
реакции. Важно при этом подчеркнуть, что главным аргументом автора-фашиста яви¬
лась фальсификация истории.
Немалую роль в пропаганде реакционных исторических «идей» во Франции игра¬
ют правые социалисты. Политическая роль правых социалистов совершенно недву¬
смысленно оценена в реакционной буржуазной литературе. С одной из таких оценок мы
только что встречались в упомянутой книге С. Бераша. Не менее откровенная харак¬
теристика правым социалистам даётся и английскими реакционными авторами. Один
из наиболее злобствующих английских реакционеров, упоминавшийся нами Крэнкшоу,
пишет: «Сегодня в Европе самым яростным противником СССР является социал-демо¬
крат». И правые социалисты со всем усердием стараются оправдать эту оценку. Глав¬
ной своей задачей они считают борьбу с марксизмом, а излюбленной почвой для кле¬
веты на марксизм в исторической науке является история рабочего движения. Фаль¬
сификация истории французского пролетариата приобрела характер особой профессии
как у правых социалистов, так и у христианских «демократов» МРП.
Одним из многочисленных примеров подобного рода «трудов» может служить
книжка Ж- Ланжа «У истоков французского социализма». Объявляя поход против
марксистско-ленинского учения, автор в качестве своего главного «аргумента» не нашёл
ничего лучше, как объявить марксизм во Франции «чужеземным» продуктом и требо¬
вать возвращения к чисто «французскому» учению Луи Блана. Автор при этом не
скрывает причин своих симпатий к луиблановщине; отрицание революции рабочего
класса, подчинение пролетариата идеологии и политике буржуазий являются тем луи-
бланоЕСКим наследством, на которое продолжают опираться лакеи современной импе¬
риалистической реакции.
Непредубеждённому читателю при ознакомлешш с книгами французских реакци¬
онных авторов по истории других стран прежде всего бросится в глаза главная особен¬
ность, присущая всей буржуазной историографии: в этих, казалось бы, «академических»
трудах о далёком прошлом во всей своей наготе отразилось современное отношение
французской правящей клики к той или иной стране. Отличительной чертой книг по
истории Соединённых Штатов является их подхалимский тон, не говоря уже о том,
что самая история американского народа фальсифицируется в духе последних канонов
Уолл-стрита.
Насколько далеко некоторые французские авторы заходят в восторгах перед своим
заморским хозяином, показывает, в частности, книга 3. Каню «История американской
нации». Автору обязательно хочется, чтобы США сближались с другими странами, но
оя сокрушается по поводу того, что на протяжении всей американской истории этому

130
Критика и библиография
сближению мешало-де одно «серьёзное препятствие», а именно «чрезмерная робость
американцев», их «способность слишком бурно отдаваться сердечным порывам». Автор,
однако, смиренно надеется, что американские претенденты на мировое господство
преодолеют наконец свою «робость» и «откроют для всех свои истинные, доселе скры¬
тые сокровища — эту доброту, эту любовь к ближнему, которые хорошо знакомы тем,
кто связал с ними свою судьбу». Все эти причитания свидетельствуют лишь об одном:
французская реакция, связавшая свою судьбу с американским империализмом, взы¬
вает к его помощи. Эта помощь нужна французской буржуазии прежде всего для борь¬
бы с собственным народом; практика показала, что «доброта» и «любовь к ближнему»
американских поджигателей войны пришли во Францию в виде танков и пулемётов,
направленных против бастующих рабочих, в виде надругательств над национальным
суверенитетом Франции, в виде включения Франции в подготовку новой войны за
мировое господство американских монополий.
В пресмыкательстве перед «старшим партнёром» с реакционной историографией
состязаются правые социалисты. Образцом в этом отношении может служить книжка
Л. Лора, широковещательно озаглавленная «Коммунистический Манифест и современ¬
ный мир». В книжке этой проповедуются всё те же затасканные «идеи» об «органи¬
зованном капитализме», о «сотрудничестве» классов; всё это прислужничество перед
буржуазией именуется «социализмом». При этом Лора объявляет, что социализм во
Франции немыслим без... американской «помощи». Другими словами, вместо социа¬
лизма французский «социалист» рекомендует рабочим план Маршалла, Северо-атлан¬
тический пакт и новую войну. Никогда ещё правые предатели рабочего класса не
доходили до подобного цинизма!
В этом же тоне подобострастия французская реакционная историография изобра¬
жает и историю своего второго «старшего партнёра» — Англии. Иллюстрацией к этому
может служить «История Британской империи» Ж. Крокера. Выступая апологетом
британского колониального империализма, автор уверяет, что причиной господства
английских монополий над многими народами колоний является не что иное, как «пре¬
восходство англо-саксонской расы». Автор открыто ратует за «сплочение расы англо¬
саксов», что попросту означает призыв к укреплению блока современных поджигателей
войны.
В ином тоне пишется история Германии. В современной реакционной француз¬
ской историографии германская история приспособлена для оправдания теперешних
планов поджигателей войны в отношении Германии. Ни реакционное пруссачество, ни
германский разбойничий империализм и фашизм, дважды ввергнувшие человечество в
мировую войну, не вызывают гнева французских буржуазных историков реакционно¬
империалистического лагеря. Мишенью для их атак послужило историческое достиже¬
ние германского народа — национальное единство Германии. «Германская проблема»,
трактуемая с этих позиций, получила чрезвычайно широкое распространение во фран¬
цузской реакционной историографии. В книге Ж. Панж «Германия со времён француз¬
ской революции» дело изображается таким образом, что создание национальной Гер¬
мании якобы явилось «гибельным» как для самих немцев, так и для Европы. С этой
точки зрения реформы Наполеона I на занятых им территориях Германии объявлены
вредными, а объединение Германии именуется самой большой ошибкой Бисмарка. Всё
это для французского реакционера служит историческим «доводом» для того, чтобы
вкупе со своими англо-американскими единомышленниками требовать расчленения
Германии.
С. Бераша в уже упоминавшейся книге «Судьбы Франции» пытается доказать,
что несчастья Франции начались именно с тех пор, когда Германия стала единым госу¬
дарством. Автор резко нападает на Наполеона III, которьгй-де по причине своего
«либерализма» дал возможность Германии объединиться. Версальский мир, обычно
вызывавший похвалы французских шовинистов, стал для'С. Бераша предметом ярост¬
ных нападок. Причиной этих нападок послужил вовсе не тот факт, что Версальский
мир сохранил немецкие монополии и военный потенциал Германии и тем самым создал
для немецких магнатов возможность подготовить вторую мировую войну; причиной
гнева французского автора-реакционера послужил тот факт, что Версальский мир
сохранил национальное единство Германии. Автор рьяно настаивает на расчленении

Критика и библиография	137
Германии, на превращении её в плацдарм для войны против Советского Союза и стран
народной демократии.
Основным содержанием французской реакционной литературы по истории между¬
народных отношений является, как и в историографии американской и английской,
пропаганда новой войны. Как типичный пример подобного рода исторических «тру¬
дов» можно назвать книгу Бутула «Восемь тысяч мирных договоров». Автор принад¬
лежит к разряду мальтузианцев. Обозревая всемирную историю, сей «учёный» пы¬
тается доказать, что война является следствием законов природы, что причину войны
нужно искать в перенаселении. В качестве средства для предотвращения войны
автор предлагает «демографическое разоружение», т. е. сокращение населения, при¬
чём наиболее действенным способом сокращения населения автор считает... войну.
Однако во Франции, как и во всех странах англо-американского военного блока,
среди реакционной литературы также можно встретить книги, отражающие рост
противоречий внутри империалистического лагеря. К числу таких книг принадлежит,
например, недавно вышедший труд А. Денвера, посвящённый анализу современных
экономических проблем в Западной Европе и озаглавленный «Крипис, золото, доллар,
Уолл-стрит, европейский франк». Выступая заодно с англо-американской реакцией за
подавление прогрессивных сил в Европе и за подготовку новой войны, автор в то же
время протестует против той «эгоистической» политики, которую проводит Уолл-стрит
по отношению к своим сателлитам. Одобряя план Маршалла, как орудие борьбы с
народными массами, Данвер считает, что этот «план» потерпел полное крушение как
средство экономического восстановления Западной Европы. Причина провала плана
Маршалла, указывает автор, состоит в том, что США вовсе не собирались восстанавли¬
вать европейскую экономику, а, наоборот, прикрываясь планом Маршалла, Уолл-стрит
постоянно применяет «недопустимые методы» для противодействия экономическому
восстановлению Европы, ибо экономическая зависимость западноевропейских стран от
США является необходимым условием для установления господства Уолл-стрита над
Западной Европой. Ставя своей целью мировое господство, Уолл-стрит, подчёркивает
автор, стремится держать другие страны в состоянии постоянной экономической от¬
сталости.
Данвер, в частности, иллюстрирует политику Уолл-стрита на примере «сотрудни¬
чества» США и западноевропейских стран по «освоению» Африки. Результатом этого
«сотрудничества» явились скупка американскими бизнесменами французских предприя¬
тий, получение нефтяных концессий в Алжире и Тунисе. Совершенно очевидно, говорит
автор, что США стремятся прибрать к рукам всю Африку. Данвер приходит к выводу,
что если Европа не хочет быть в рабской зависимости от США, её обязанность бороть¬
ся с «хищническими планами Уолл-стрита». Автор считает, что если американские
монополии не откажутся от своей теперешней политики, то страны Западной Европы
будут вынуждены порвать с США деловые отношения и положить конец «обкрадыва¬
нию Европы Уолл-стритом».
★
Гаковы основные политические идеи реакционной буржуазной историографии в
главных странах англо-американского блока поджигателей войны. Эти «идеи» являются
не чём иным, как распространением разбойничьей идеологии современной империали¬
стической реакции на область истории. Здесь со всей отчётливостью отразились вся
фальсификаторская природа, весь упадок и маразм современной буржуазной историче¬
ской мысли.
Как известно, буржуазия уже век тому назад вступила на путь прямой фальси¬
фикации истории. Решающую роль в переходе буржуазии на этот путь сыграл 1848 год.
Причиной к этому послужили два решающих обстоятельства: революция 1848 г. была
тем историческим моментом, когда впервые в качестве самостоятельной силы выступил
пролетариат; вместе с тем, 1848 г. был решающей датой в формировании революцион¬
ной идеологии пролетариата — марксизма, датой выхода в свет «Манифеста Коммуни¬
стической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса. Родились новые силы: пролетариат и его
авангард — коммунистическая партия, вооружённая марксистской революционной тео¬
рией,—силы, которые повели борьбу против капитализма, за установление нового,
прогрессивного строя, за победу социализма.

138	Критика	и	библиография
Новый этап в развитии классовой борьбы внёс крупные изменения в политику и
идеологию буржуазии. Боровшаяся в своё время за прогрессивное развитие общества
буржуазия после выступления на историческую сцену пролетариата и его революцион¬
ной идеологии — марксизма — видит свою главную политическую задачу в борьбе за
увековечение капитализма, который изображается как конечная цель исторического раз¬
вития. Иначе говоря, с этих пор буржуазия стремится остановить историю. В связи с
этим буржуазная идеология начинает приобретать ярко выраженные реакционные чер¬
ты; буржуазная историческая наука как одна из существенных частей этой идеологии,
распространяя реакционные политические взгляды буржуазии на историю, с этих пор
всё более стремится доказать, что история общества якобы есть история извечного гос¬
подства частной собственности, эксплуатации и бесправия народных масс, что история
якобы есть процесс эволюционного развития, без скачков и перерывов, что революции
являются якобы «нарушением» «законов» истории и т. д. Отрицая коллективные фор¬
мы собственности в прошлом, отрицая роль народных масс, идеализируя всё консерва¬
тивное и реакционное в истории, буржуазная историческая наука пыталась тем самым
«доказать» историческую «беспочвенность» современного ей социализма. Иначе говоря,
подлинная история подверглась прямой фальсификации в угоду политическим задачам
буржуазии.
Эти черты буржуазной историографии стали явственно выступать уже сто лет то¬
му назад. Но с тех пор капитализм испытал ряд серьёзных потрясений; Парижская
Коммуна была первой попыткой пролетариата установить свою диктатуру; в течение
первой половины XX в. разразились два мировых кризиса капиталистической системы
хозяйства, результатом чего были первая и вторая мировые войны. Но главный, сокру¬
шительный удар капитализму был нанесён Великой Октябрьской социалистической ре¬
волюцией, приведшей к победе социализма на шестой части земного шара; раскол мира
на две системы — систему социализма и систему капитализма — был основным выраже¬
нием общего кризиса одряхлевшей капиталистической системы. В результате второй
мировой войны от системы капитализма отпал ряд стран Восточной и Центральной
Европы. Всё это является свидетельством тому, что современная эпоха есть эпоха все¬
мирно-исторических побед социализма.
Современная буржуазная историография является прямым отражением этого
непрерывно углубляющегося кризиса капиталистической системы. Доминирующей чертой
реакционной исторической литературы выступает ненависть к Советскому Союзу и к
странам народной демократии, ибо они являются самым неопровержимым свидетель¬
ством гибели капитализма на огромных территориях, населённых значительной частью
человечества, живым примером, вдохновляющим народы на борьбу с капиталистиче¬
ским рабством. В современной политике эта ненависть к социализму находит своё вы¬
ражение прежде всего в подготовке капиталистическим лагерем во главе с США новой
войны против СССР и стран народной демократии, за мировое господство американ¬
ского империализма; эта ненависть в буржуазной исторической «науке» находит своё
выражение в ненависти ко всему прогрессивному в истории, в полном отрицании исто¬
рической роли народных масс, в особенности роли рабочего класса, в полном отрица¬
нии классовой борьбы, в отрицании самих классов, в полном отрицании прогрессивной
роли революций в истории. С другой стороны, эта ненависть находит свое выражение
б прославлений всего реакционного в истории вплоть до рабства, в проповеди расизма
и космополитизма, проповеди колониального владычества над целыми континентами,
проиоведи мальтузианства, в апологии фашизма, культа войны и т. п. Эта ненависть
находит своё выражение в преклонении перед Соединёнными Штатами — основной си¬
лой лагеря капитализма, в прославлении истории американской буржуазии. Всё это
означает, что фальсификация истории буржуазной наукой приняла в наши дни наиболее
уродливые, наиболее чудовищные формы.
Кризис системы капитализма отразился в реакционной историографии также в
идеях пессимизма и безнадёжности, что составляет одну из основных черт современной
буржуазной «науки». Буржуазные историки и социологи не только отмечают противо-
печия, раздирающие капиталистический лагерь; оценивая общие перспективы капита¬
лизма, некоторые из них не могут закрыть глаза на то, что на протяжении первой
половины XX в. в результате Великой Октябрьской социалистической революции, в ре¬
зультате двух мировых войн капитализм систематически терял свои позиции и что борь-

критика и библиография	139
ба двух систем складывается «е в пользу капитализма. Как известно, упадок того или
иного строя всегда вызывал упадочнические настроения в господствующем классе; песси¬
мистические настроения в реакционной историографии являются выражением обречён¬
ности современного капитализма.
М. Алпатов
«
  НЩПЛ» Ч .ф-З   Г.——
РЕЦЕНЗИИ
История СССР
Б. Д. ГРЕКОВ, А. Ю. ЯКУБОВСКИЙ. Золотая Орда и её падение. Ака
демия наук СССР. Москва
За последние годы советская историче¬
ская наука обогатилась рядом трудов,
посвящённых истории монголов — татар.
В 1934 г. вышла большая работа
акад. Б. Я. Владимирцова «Общественный
строй монголов», в 1937 г. — работа
Б. Д. Грекова и А. Ю. Якубовского «Золотая
Орда», в 1940 г. вышло исследование
А. Н. Насонова «Монголы и Русь».
Тот факт, что два крупнейших историка
нашей страны, акад. Б. Д. Греков и член-
корр. Академии наук СССР А. Ю. Якубов¬
ский, более 10 лет работают над историей
Золотой Орды, свидетельствует о большом
внимании, которое уделяется нашей исто¬
рической наукой истории Золотой Орды.
Книга авторов «Золотая Орда» в своё вре¬
мя получила положительную оценку нашей
общественности. Это была первая маркси¬
стская работа по истории Улуса Джучн,
которая сломала старую апологетическую
традицию, шедшую от западноевропейских
ориенталистов; Хаммера, Ховарса, Паркера
и др.,— и показала то величайшее междуна¬
родное значение, которое имела борьба
Руси с татаро-монгольским нашествием. Но¬
вая работа тех же авторов, несомненно,
сыграет большую роль в дальнейшем изу¬
чении истории Золотой Орды, с которой в
той или иной мере связана история татар,
узбеков казахов, каракалпаков и ногайцез.
Особенно большое значение исследование
истории Золотой Орды имеет для историков
русских: оно помогает им более глубоко по¬
нять историю образования Русского государ¬
ства, т. к. последнее складывалось в жесто¬
кой борьбе русского народа против татар¬
ского ига.
Рецензируемая работа состоит из трёх
частей. Первая часть посвящена истории
образования и развития Золотой Орды {ав¬
тор А. Ю. Якубовский), во второй рас¬
сматривается вопрос о взаимоотношениях
между Золотой Ордой и Русью (автор
Б. Д. Греков). Последняя, третья часть
посвящена вопросу о падении Золотой Ор¬
ды (А. Ю. Якубовский). Две первые части
разбираемой книги были уже известны чи¬
тателям по упомянутой выше работе «Зо¬
лотая Орда», опубликованной в 1937 году.
Только последняя, третья часть является
-Ленинград. 1950. 428+53.
новой. В приложениях даны список литера¬
туры, указатель, рисунки и две карты Мон¬
гольской империи.
Когда вышли первые две части рецен¬
зируемой работы, было справедливо отме¬
чено, что между двумя авторами существо¬
вали некоторые противоречия: у Б. Д. Гре¬
кова отношение к Золотой Орде было более
отрицательным, чем у А. Ю. Якубовского *.
Отмечались и другие недостатки работы.
Мы со своей стороны добавим, что в рабо¬
те, опубликованной в 1937 г., совсем не
рассматривался вопрос о распаде Золотой
Орды и образовании на её развалинах но¬
вых феодальных объединений: Казанского,
Крымского, Сибирского, Астраханскогг
ханств, Ногайской Орды и Большой Орды.
При повторном издании своей работы
Б. Д. Греков и А. Ю. Якубовский в значи¬
тельной мере учли указания рецензентов.
Лучше, по сравнению с первым изданием,
написана первая глава первой части
«Дешт-и-Кыпчак (Половецкая степь) в
XI—XIII вв. до прихода монголов». Пере¬
работана IV глава той же части, где
рассматривается социально-экономическая
жизнь Золотой Орды в XIII—XIV ве¬
ках. Так, например, в первом издании
A. IO. Якубовский утверждал, что «Золо¬
тую Орду ни в какой мере нельзя назвать
только кочевым государством»2. Она трак¬
товалась как городское, ремесленно-торго¬
вое государство. В новом издании
А. Ю- Якубовский правильно рассматривает
Золотую Орду как кочевое государство, в
котором кочевой быт играл огромную роль
(стр. 99). Однако несколько далее, в главе
VII, в разделе, посвящённом городской жиз¬
ни Золотой Орды, Λ. Ю. Якубовский вновь
утверждает, что «в Золотой Орде была
очень развита городская жизнь» (стр. 141).
В качестве иллюстраций приводится Сарай
Берке, где, по словам автора, была развита
ремесленная промышленность и торговля
(стр. 144). На стр. 146 говорится: «Метал¬
1 В. П а р X о м е и к о. Б. Греков и А. Яку¬
бовский. Золотая Орла, «Историк-марксист
№ 4 за 1938 г., стр. 148.
- Б. Греков и А. Якубовский.
Золотая. Орда, стр. 78. 1937.

140
Критика и библиография
лическое производство занимало большое
место в производственной жизни столицы
Золотой Орды». Далее упоминается о
металлическом заводе, хотя слово «завод»
берётся в кавычки. В то же время автор
совершенно правильно отмечает, что «тата¬
ры не принесли с собой никаких традиций
в области ремесленной промышленности».
Но несколькими страницами ниже читаем:
«Ремесленники если и не составляли боль¬
шинства населения Сарая Берке, то во вся¬
ком случае были самым значительным по
своей численности слоем», причём ремеслен¬
ники Сарая Берке были «объединены в осо¬
бые ремесленные организации, которые по
целому ряду признаков можно сближать с
западноевропейскими средневековыми цеха¬
ми» {стр. 151). Здесь автор явно преувели¬
чивает значение ремесленного промысла Зо¬
лотой Орды. Перечень золотоордынских
изделий нам известен. Из ремесленных из¬
делий Золотой Орды в арабских источни¬
ках упоминается только кожа-сафьян,
хорезмские сёдла, уздечки и некоторые из¬
делия из золота и серебра. При этом, как
отмечал один из историков Золотой Орды,
Г. С. Саблуков, изделия, найденные при
раскопках Сарая, «имеют не очень хитрую
отделку; в некоторых золото хранит на се¬
бе удары молотка, какие случается видеть
на серебряных вещах, делаемых неопытны¬
ми ковачами, другие украшены насечкою,
но простою»3. Упоминаемые А. Ю. Якубов¬
ским ремесленники в большинстве своём,
а возможно и все, были не татары, а чу¬
жеземные мастера. Так, например, при по¬
стройке мечети Бейбарса в Солхате было
прислано из Египта «множество разных
припасов для мечети... Были также посла¬
ны...' каменщик, каменосек и краски» 4.
А. Ю. Якубовский преувеличивает роль
торговли в Золотой Орде. Пытливый путе¬
шественник Рубрук, посетивший татар, пи¬
сал, что «они (т. е. путешественники) не
находили ничего продажного за золото или
серебро», у татар можно было обменять
«только за полотно или за другие ткани» 3.
По словам другого иностранца, Матвея Ме-
ховского, у татар практиковался простой
обмен вещи на вещь6. Эти факты позволя¬
ют сделать вывод о сравнительно низком
состоянии ремесла и торговли у татар.
Вторая часть напечатана почти без из¬
менений, а большие исправления, внесён¬
ные автором при повторном издании, не
совсем удачны. Так, в издании 1937 г.
А. Ю. Якубовский правильно отмечал, что
золотоордынский серебряный динар соот¬
ветствовал 75 копейкам 7, а в настоящем
издании сказало, что динар равнялся
50 коп. (стр. 155).
3 Г. Саблуков. Очерк внутреннего со¬
стояния Кипчакского царства, стр. 120. 1895.
4 В. Тизенгаузен. Сборник материа¬
лов, относящихся к истории Золотой Орды,
т. I, стр. 363.
5 Рубрук. Путешествие в Восточные
страны, стр. 84, 86, 165.
0 Матвей Меховский. Трактат о
двух сарматиях, стр. 60.
7 Б. Греков и А. Якубовский.
Золотая Орда, стр. 17, 1937.
Третья часть книги, во многом отлича¬
ющаяся от первых двух, написана
А.	Ю. Якубовским вновь, и советский чи¬
татель впервые подучает возможность озна¬
комиться с историей Золотой Орды в пе¬
риод её падения. Однако некоторые поло¬
жения автора являются спорными.
А.	Ю. Якубовский подробно останавли¬
вается на истории феодальной междоусо¬
бицы в Орде в 60—70-х годах XIV в., когда
со смертью Узбека начался политический
кризис, приведший Золотую Орду в конце
70-х годов XIV в. к распаду на новые фео¬
дальные объединения — на Белую Орду и
Синюю Орду. Мы со своей стороны доба¬
вим, что тогда возникли также улусы Ма¬
мая, Хаджи Чиркиса и владения Суфиедов
{в Хорезме).
А.	Ю. Якубовский относит появление этих
самостоятельных улусов, в частности Ак-
Орду (Белую Орду) и Кок-Орду (Синюю
Орду), к началу XIV в. (стр. 261). Если
принять во внимание указания восточных
авторов о выделении Батыем улусов всем
своим 14 братьям в момент образования
Золотой Орды, то начало появления полу-
самостоятеэтьных государств в составе Золо¬
той Орды отодвигается к 30-м годам XIII
века. Однако владетели этих полусамостоя-
тсльных государств признали над собой
власть хана Узбека (1312—1342 гг.), по¬
этому Ибн-Батута, побывавший во всех
частях владений Узбека в 1333 г., не знал
ни одной из этих орд; их нет и на Китай¬
ской карте монгольских владений, состав¬
ленной в 1331 году. Владетели отдель¬
ных орд, в том числе Синей Орды, начали
проявлять сепаратистские тенденции при
Джанибеке, когда наметился распад Золо¬
той Орды
Несмотря на отдельные недочёты, первая
глава третьей части является лучшим раз¬
делом рецензируемой книги. Автору уда¬
лось путём тщательного наблюдения доста¬
точно ясно обрисовать картину феодальной
междоусобицы в Орде в 60—70-х годах XIV
века. Недостатком этой главы явтяется не¬
критическое отношение автора к некоторым
источникам. Так, например, А. Ю. Якубов¬
ский, вслед за П. Савельевым, в числе ха¬
нов называет Джакибека II (стр. 279).
Ошибочное мнение о существовании этого
хана было вызвано неправильным чтением
одной из монет золотоордынских ханов
П. ^Савельевым, на что было указано в
своё время А. Марковым8. Такую же
ошибку допустил и Б. Д. Греков, ссылаясь
на так называемый ярлык Узбека митро¬
политу Петру (стр. 223), хотя подложность
этого ярлыка была установлена ещё П. Со¬
коловым 9.
Одним из спорных мест книги является
вторая глава третьей части, посвящённая
возникновению Белой Орды. Мнение о том,
8 А. Марков. Инвентарный каталог му¬
сульманских монет Эрмитажа, стр. Ш
1896.
9 П. Соколов. Подложный ярлык Уз¬
бека митрополиту Петру. «Русский истори¬
ческий журнал» № 6 за 1918 год.

Критика и библиография	141
что в составе Золотой Орды имелось не¬
сколько орд, в том числе и Белая Орда,
не является новым в русской историогра¬
фии. О Синей Орде довольно часто гово¬
рится в русских летописях, определяющих
нахождение Синей Орды на востоке, где-то
за Яиком. Впервые попытка определить ме¬
ста расположения этих орд была сделана
ещё в 30-х годах прошлого столетия. Хам¬
мер, игнорируя указания русских летописей
и руководствуясь указаниями персидских
историков XV]—XVII вв. Гаффари и Хай¬
дара Риза, стал искать на востоке не Си¬
нюю, а Белую Орду, причём он то назы¬
вал её уделом потомков Орды-Ичена 10, то
уделом потомков Шайбанап.
А.	Ю. Якубовский на основе вновь
открытого памятника «Аноним Искендера»
(1409—14Î4 гг.) также считает, что Белая
Орда находилась на востоке, в районах
Тюмени, Улуктага, Секиз-Ягача и Карата-
ла. Нет сомнения, что «Аноним Искснде-
ра» — источник весьма важный, им пользо¬
вались персидские историки XVI—XVII вв.
Гаффари и Хайдар Риза. Но, как отмечал
В.	В. Бартольд, «Аноним Искендера» имеет
дефекты, очевидно, по вине переводчика.
Этот источник изобилует анахронизмами,
в нем перепутаны имена, географические
пункты и т. д.12. Вряд ли есть необходи¬
мость предпочитать «Аноним Искендера»
русским летописям, безукоризненно переда¬
ющим историю Золотой Орды. Данные
«Анонима Искендера» расходятся не толь¬
ко с русскими, но и с весьма авторитетными
персидскими источниками.
Так, например, продолжатель хроники
Рашид-ад-Дина «Муизза», составленной в
1426 г., указывает, что Синяя Орда находи¬
лась на востоке, в районе озера Балхаш. Он
рассматривает её как владение потомков
младшего брата Батыя-—Орда-Ичена. «Ор¬
ду называли также Иченом,— пишет соста¬
витель хроники, — он и брат его (Эсен), оба
родились от одной матери, у Орды были
3 старшие жены, все три из племени Конг-
крат; сыновей и урук (его) называют Си¬
ней Ордой (Кок-Орда)» ,3.
Это вполне совпадает с известиями рус¬
ской летописи, которая помещает Синюю
Орду на востоке, за Яиком, вблизи земель
Самарканда и Индии 14 Следовательно, Си¬
няя Орда находилась на востоке, а Белая
Орда — на западе. Поэтому сидевшие в Са¬
рае ханы Тинебек и Тохтамыш в источни¬
ках называются ханами Белой Орды. В рус¬
ском переводе ярлыка Тохтамыша Ягайло,
сделанном в Литве одновременно с ориги¬
10 Hammer. Purgstall, geschichte der
goldenen Horde in	Kiptschak, pesth,
стр, 249, 1840.
11 Там же, стр 252.
12 В. Бартольд. Определение «Анони¬
ма Искендера». Доклады Академии наук
СССР, Б. 1934, стр. 114—115.
13 Т и з е н г а у з е il	Сборник. T. II,
стр. 41.
14 Полное собрание	русских летописей
(ПСРЛ). T. IV, 73,	VI, 127, VIII, 26,
XVIII, 117, XX, 202.
налом ярлыка, татарские слова «Улук улус»
переведены словами «Белая Орда» 15.
В третьей главе третьей части рассматри¬
ваются неудачная попытка хана Тохтамы¬
ша восстановить былое значение Золотой
Орды и крушение планов этого злосчастно¬
го хана. Весьма ценной является та часть
повествования, з которой автор на основе
большого исторического материала описы¬
вает военную организацию Тимура. К со¬
жалению, автор, увлёкшись Тимуром, уде¬
лил недостаточно внимания самой Золотой
Орде в период нашествия Тимура и не
подчеркнул, что внутренняя слабость Золо¬
той Орды обеспечила успех Тимура.
В последнем, заключительном разделе рас¬
сматривается распад Золотой Орды. По¬
видимому, размер труда не позволил автору
показать процесс выделения из Зодотой Ор¬
ды Улуса Абулханра, Сибирского ханства
(1421 г.), Hoi анской Орды (1392—1396 гг.),
Казахских ханств (1465 г.) и Астраханско¬
го ханства (1460 г.).
Автор главным образом обращает своё
внимание на историю образования Казан¬
ского и Крымского ханств, причем не
всегда высказывает свои суждения по из¬
лагаемому вопросу. На стр. 415 о начале
Казанского ханства говорится следующее:
«В русской историографии долго существо¬
вала традиция считать, что в 1437—1438 гг.
Улуг-Мухаммед захватил Казань и положил
начало Казанскому ханству». Приводя воз¬
ражения В. Вельяминова—Зернова против
этого традиционного утверждения, автор
пишет: «Согласимся ли мы с В. В. Велья¬
миновым—Зерновым или нет, остаётся фак¬
том, что Улуг-Мухаммед жил вблизи Мо¬
сковского государства и причинял в эти го¬
ды Москве большие неприятности». Таким
образом, читатель так и не получает от ав¬
торов ответа на вопрос, как возникло Ка¬
занское ханство.
После захвата Дешт-и-Кыпчака Кичик-
Мухаммедом в 1437 г. в западных улусах
Золотой Орды укрепилась власть потомков
Урсхана, ставших во главе Большой Ор¬
ды. Как видно из ярлыка Ахмета, ханы
Большой Орды претендовали на всё батые-
во наследство. Надо было также показать
процесс падения Большой Орды и выделе¬
ние из её состава Крымского и Астрахан¬
ского ханств.
Привлечение переписки крымских ханов с
турецким султаном, ранее не использован¬
ной историками Крымского ханства, значи¬
тельно пополняет наше представление о
крымских ханах.
Однако требуется ещё большая работа
для полного освещения вопроса о политике
крымских ханов. До сих пор в нашей исто¬
рической науке ещё держится старая тра¬
диция, идущая от составителя Воскресен¬
ской летописи. Согласно этой летописи,
Крымское ханство при первых её ханах рас¬
сматривается как союзник Московского го¬
сударства. Особенно это подчёркивается,
когда речь идёт о походе Ахмата на Угре.
Между тем ещё в 1911 г. А. Пресняков, а
15 Н. Березин. Ханские ярлыки.
Ч. I, стр.- 21—24. 1851.

Î42	Критика	и
до него польский историк Папе поставили
вопрос о пересмотре старого традиционного
понятия о Крымском ханстве 16. Авторы по¬
чему-то не приняли в расчёт эти правиль¬
ные указания Папе и А. Преснякова, Гово¬
ря об отсутствии войска у Казимира IV во
время похода Ахмата на Угре, авторы на
сгр. 425 пишут: «У Казимира IV появились
осложнения в самой Литве, а также реаль¬
ная угроза со стороны Менгли-Гирея, кото¬
рый набегами своих отрядов держал в стра¬
хе Подолию». Опубликованная переписка
Менгли-Гирея с Казимиром свидетельствует
о том, что Крымский хан, ставший к тому
ιβ А. Пресняков. Иван на Угре. Сбор¬
ник в ^есть С. Ф. Платонова, стр. 292—293.
Петербург. 1911.
библиография
времени союзником Литвы, вообще не ду¬
мал нападать на Подолию, а в 1480 году не
проявлял никаких враждебных намерений
по отношению к Ахмату 17. ■>
Эти недостатки рецензируемой книги объ¬
ясняются главным образом недостаточной
разработанностью истории Золотой Орды.
Усилиями советских историков это отстава¬
ние, несомненно, будет устранено. В этом
отношений нужная и ценная работа
Б. Д. Грекова и А. Ю. Якубовского сы¬
грает большую роль.
М. Сафаргалиее
15 М. Сафаргалиев. Разгром Боль¬
шой Орды. Записки Мордовского научно-
исследовательского института за 1949 г.
№ 11, стр. 92.
Полное собрание русских летописей. Том 25. Московский летописный
свод конца XV века. Изд-во Академии наук СССР. М.-Л. 1949 (Академия
наук СССР. Институт истории). 463 стр.
Летописные своды XIV—-XVI вв. принад¬
лежат к числу важнейших источников для
изучения истории образования русского
централизованного государства. Являясь
памятниками феодальной эпохи, они отра¬
жают прежде всего идеологию правящих
классов феодального общества, с позиций
которых летописные своды освещают про¬
цесс объединения русских земель вокруг
Москвы как политического и культурного
центра, борьбу отдельных феодальных кня¬
жеств, международное положение формиро¬
вавшегося русского государства. В то же
время летопйсные своды представляют со¬
бой ценный источник для изучения исто¬
рии языка, литературы, культуры.
Внимательно и критически анализируя
летописные тексты, можно почерпнуть из
них богатый материал, относящийся к дея¬
тельности подлинного творца истории —
русского народа. В них нашла своё отра¬
жение его героическая борьба против за¬
хватчиков: монголо-татар, ливонских рыца¬
рей, польско-литовских феодалов.
Летописные своды, создавшиеся в период
образования русского централизованного
государства, отражают особый интерес к
национальным традициям, в них проводится
идея преемственности истории Киевской Ру¬
си и Москвы как общерусского центра. По¬
этому общерусские своды XV—XVI вв.
строятся на основе замечательного памят¬
ника Киевской Руси— «Повести временных
лет».
Ввиду большого значения русских летопи¬
сей как исторических источников следует
приветствовать возобновление их издания
Институтом истории АН СССР и опублико¬
вание 25-го тома их Полного собрания.
Московский летописный свод конца XV в.,
вышедший под редакцией члена-корреепон-
дента АН СССР проф. М. Н. Тихомирова,
представляет значительный исторический
интерес. Существование этого свода было
предположительно установлено А. А. Шахма¬
товым путём сличения текстов летописей
Воскресенской, Ростовской и Симеоновской.
Шахматов датировал реконструируемый им
свод предположительно 1479 или 1480 го¬
дом. В дальнейшем ему удалось найти в
Эрмитажном собрании Ленинградской Пуб¬
личной библиотеки, в копии XVIII в„ текст
того летописного свода, существование ко¬
торого было им теоретически выявлено в
результате изучения других летописных па¬
мятников. Эрмитажный список, относящийся
к более позднему времени, воспроизводит
текст протографа с целым рядом неточно¬
стей и пропусков. Ввиду этого большой на¬
ходкой явился обнаруженный М. Н. Тихо¬
мировым в 1928 г. в собрании Уварова, хра¬
нящемся в Государственном историческом
музее в Москве, другой список Московско¬
го летописного свода конца XV в., относя¬
щийся к XVI в. и, следовательно, близкий к
оригиналу.
Текст Уваровского списка кончается в
1492 году. Исходя из этого, М. Н. Тихоми¬
ров считает возможным, в отличие от
Шахматова, датировать Московский свод не
1479—1480 гг., а концом XV века.
Издание Московского свода — на уровне
тех высоких требований, которые выдвигает
советская археография. Изданию предпосла¬
но археографическое предисловие, в кото¬
ром даётся детальное описание Уваровского
и Эрмитажного списков со всеми их палео¬
графическими особенностями. В примечани¬
ях к тексту Уваровского списка указаны

Критика и библиография	143
подчистки, приписки, сделанные другими
чернилами, исправлении, а также даны
некоторые разночтения по Эрмитажному
списку, Ипатьевской, Воскресенской, Симео-
новской летописям.
Кроме того в томе помещены те разделы
Московского летописного свода, которые в
Уваровском списке не сохранились и вое-
производятся по Эрмитажному: начало сво¬
да в пределах до 1072 г. (приложение I) и
текст, имевшийся на утерянных листах Ува-
ровского списка на всём протяжении свода
(приложение II).
К тому приложены три указателя к тек¬
сту: личных имён, географических наимено¬
ваний, предметный. Указатели по самой ме¬
тодике их составления представляют боль¬
шой интерес. Составитель И. А. Голубнез
сумел насытить их большим историческим
содержанием, в значительной степени отка-
οι чисто формальных приёмов пол¬
бора терминов и названий. В качестве
примера можно указать на систематизацию
упоминаний о Руси, русской земле, русских
людях, «сынах» и «жёнах» русских, русских
полках и т. д. (стр. 443}.
Подобран яркий материал, очень нужный
исследователю для изучения вопроса о фор¬
мировании русской народности.
бЩенъ ннтепесна попытка систематизиро¬
вать летописные данные, характеризующие
тяжесть монголо-татарского владычества и
героическую борьбу русского народа про¬
тив золотоордынского ига (стр, 461—462).
В то же время рецензируемое издание
несвободно и от некоторых недостатков.
Так, наряду с археографическим введением
было бы полезно поместить в виде преди¬
словия характеристику исторической обста¬
новки, в которой возник Московский лето¬
писный свод, и самого свода как памятни¬
ка феодальной политической литературы.
Конец /Ü-х и начало 80-х годов XV в.
важный этап в истории русского централи¬
зованного государства:	заканчивалось в
основном объединение русских земель, и
Русь добилась свержения золотоордынско¬
го ига. Эти крупнейшие явления нашли
отражение в литературе того времени, и это
также следовало бы отразить в предисло¬
вии.
Дату возникновения свода, 1479—1480 гг.,
принятую А. А, Шахматовым, мы считаем
более правильной, гак как в Эрмитажном
списке текст оканчивается известие.м 1477 г.
о походе Ивана III на Новгород. Дальней¬
шие известия, содержащиеся в Уваровском
списке, вплоть до 1492 г., можно рассматри¬
вать как позднейшие приписки.
Надо было коротко сказать и о соотноше¬
нии между текстом Московского летопис¬
ного свода и текстами летописей Воскре¬
сенской и Симеоновской, тем более, что в
предисловии указывается, что Московский
свод был основным источником Воскресен¬
ской летописи и издатели поэтому в ряде
случаев исправляют текст Московского сво¬
да по Воскресенской летописи..
Из рецензируемого тома неясно, в какой
мере Эрмитажный список отличается от
Уваровского. В предисловии отмечено
«близкое сходство» обоих списков (стр. 3).
Далее говорится: «Эрмитажный список изо¬
билует множеством ошибочных чтений, в
силу чего его нельзя было привлечь для ва¬
риантов при издании Уваровского списка,
так как это обозначало бы фактическое
издание не вариантов к рукописи XVI в., а
сшибок переписчика конца XVIII в.»
(стр. 5). Но только ли ошибками перепис¬
чика XVIII в. объясняются отличия Эрми-*·
тажного списка от Уваровского, из преди¬
словия не явствует. Между тем из под¬
строчных примечаний к тексту Уваровского
списка вытекает, что в ряде случаев Эрми¬
тажный список даёт более правильное
чтение.
Начало Московского летописного свода,
а также те его разделы, которые в Уваров¬
ском списке утрачены и восстановлены по
Эрмитажному списку, следовало бы дать
для удобства читателя не в виде двух при¬
ложений, а в сплошном тексте с соответ¬
ствующим указанием на источник.
Указание на полях текста даты в перево¬
де на современное летосчисление (полу¬
ченное в результате механического вычита¬
ния из летописных годов цифры 5508) не
всегда точно, так как летописный год (от
сотворения мира) соответствует двум го¬
дам по современному летосчислению (от
1 сентября по 31 августа или от 1 марта по
28 февраля в зависимости от календарного
стиля).
Стремление составителя указателей
«сгруппировать в одном месте, иногда в
хронологическом порядке такие упомина¬
ния, как о мятежах и восстаниях (под сло¬
вом «мятежи»), о пожарах в городах, о
знамениях, о татарских нападениях, о ма¬
стерах, послах, грамотах и некоторые дру¬
гие» (стр. 399) заслуживает полного одо¬
брения. Но в отдельных случаях этот пра¬
вильный в основе своей принцип приме¬
няется суммарно. Так под словом «мяте¬
жи», толкуемым в широком смысле как
«смятения», неправильно отнесены в одну
группу летописные данные о таких явле¬
ниях различного порядка, как династиче¬
ские распри в Орде, феодальные войны
в Литве, антитатарские восстания русского
народа или борьба новгородских чёрных
людей с феодальным гнётом.
Все эти отдельные недостатки не снижа¬
ют общей научной ценности 25-го тома
Полного собрания русских летописей.
В заключение следует подчеркнуть, что
перед советскими историками в настоящее
время стоит большая научная задача —-
наряду с продолжением издания Полного
собрания русских летописей заняться под¬
готовкой нового издания Полного собрания
русских летописей на основе марксистской
методологии. Для этого потребуется боль¬
шая предварительная работа по розыска-
нию и систематизации летописных списков,
сличению вариантов и установлению ре¬
дакций ряда летописных памятников. Но¬
вое Полное собрание русских летописей
должно правильно отразить историю рус¬
ского летописания в связи с общим ходом
общественного развития,
Л. Черепнш

141	Критика	и	библиография
Н. В. УСТЮГОВ. Башкирское восстание 1737—1739 гг. Академия наук
СССР. Институт истории. М.-Л. 1950. 153 стр.
Создание подлинной истории народов
СССР возможно лишь при условии тщатель¬
ной разработки истории каждого из народов,
входящих в Советский Союз. При этом
■история каждого из народов должна быть
дана в тесной связи с историей других на¬
родов и с историей русского народа. Вот
почему проблема взаимоотношений русского
и других народов, начиная с прошлых вре¬
мён до наших дней, заняла столь видное
место в работах советских историков. Важ¬
ными сторонами разрешения этой проблемы
является изучение отношения народных
масс, входивших в течение многих веков в
состав русского государства, к народным
массам Великороссии, с одной стороны, и к
политике царизма, угнетавшего трудовое на¬
селение как русской, гак и иных нацио¬
нальностей, — с другой.
В истории Башкирии немало примеров
борьбы против колониальной политики ца¬
ризма. Особенно насыщен ею XVIII век.
В 70-е годы этого века развернулась сов¬
местная борьба русского и башкирского на¬
родов против царизма, вылившаяся в
крестьянскую войну под руководством
Е. Пугачёва. Этой совместной борьбе пред¬
шествовали волнения башкир 1705—1711,
1735—1740 и 1755 годов.
Начало изучению движений башкир в со¬
ветской исторической литературе было поло¬
жено статьями В. И. Лебедева1 и
А.	П. Чулошникова2. Однако в работе
А.	П. Чулошникова восстание 1737—1739 гг.
не получило полной характеристики. Автор
рецензируемой работы, в своё время уже
опубликовавший исследование о башкирском
восстании XVII в.3, продолжил работу со¬
ветских историков по изучению башкирских
восстаний Его работа подводит нас к ре¬
шающим событиям второй половины
XVIII в., развернувшимся в Башкирии.
Книга Н. Устюгоза состоит из десяти глав.
Пять из них (5. Восстание башкир 1737 г.;
6. Мероприятия местной администрации по
борьбе с башкирским восстанием; 7. Восста¬
ние в 1738 г., 8 Итоги первых двух лет вос¬
стания: 9 Попытки возобновления восста¬
ния в 1739 г ) посвящены подробному изло¬
жению хода движения. Автор широко
использовал дела фонда Кабинета (дела
правительствующего сената по Кабинету) и
фонда сената (дела и приговоры правитель¬
ствующего сената по Оренбургской губер¬
нии), содержащие, помимо делопроизвод¬
ства центральных правительственных учреж¬
1 В. Лебедев. Башкирское восстание
1705—1711 гг. «Исторические записки»,
кн. 1. М. 1937, стр. 81—102.
2 А. Чулошников. Вступительная
статья к составленному им сборнику доку¬
ментов «Материалы по истории Башкирской
АССР, ч 1. Башкирские восстания в XVII
и первой половине XVIII в.» М.-Л.	1936.
3 Н. Устюгов. Башкирское восстание
1662—1664 гг. «Исторические записки»,
кн. 24. 1947.
дений, также материалы местной админи¬
страции, в том числе копии допроса руково¬
дителей восстания и их писем. Он ввёл,
таким образом, в научный оборот большой
свежий, неопубликованный материал.
На основе изучения названных материа¬
лов, а также отдельных документов из дру¬
гих фондов и опубликованных источников
автор даёт подробное описание хода вос¬
стания. В работе показано, какие районы в
разнос время были охвачены восстанием,
какие слои башкирского населения прини¬
мали в нём участие, перечислены наиболее
видные руководители движения и даны их
характеристики.
Кропотливый авторский труд по деталь¬
ному описанию хода движения увенчался
несомненным успехом. Рецензируемая рабо¬
та раскрывает незнакомые даже специали¬
сту страницы истории башкирского народа и
уточняет имеющиеся у нас сведения.
В специальных главах (2. Обстановка в
Башкирии накануне восстания 1737—
1739 гг.; 3. Причины восстания 1737—
1739 гг.; 10. Общий характер башкирского
восстания 1737—1739 гг.) и в предваритель¬
ных замечаниях даётся характеристика по¬
ложения башкирского населения в первой
половине XVIII в., его взаимоотношений с
Великороссией и определяется социальный
характер движения 1737—1739 годов.
Характеризуя общее положение башкир¬
ского населения, автор выдвигает тезис, что
добровольное присоединение башкир к рус¬
скому государству облегчило их состояние.
Прекратилось жестокое разграбление баш¬
кир Ногайской Ордой и Казанским и Си¬
бирским ханствами. Отныне башкиры пла¬
тили сравнительно лёгкий ясак и несли
службу по охране границ русского госу¬
дарства. Ясак оставался относительно
(в сравнении с подушной податью) неболь¬
шим и в XVIII веке. Позднее раздражение
населения, по мнению автора, вызывал не
самый факт обложения, а форма сборов
ясака и таможенных пошлин, большой про¬
извол и злоупотребления местной админи¬
страции.
Серьёзной причиной недовольства баш¬
кирского населения были земельные захва¬
ты со стороны русского правительства,
особенно усилившиеся во время деятель¬
ности оренбургской экспедиции. Строитель¬
ство крепостей, когда изымались башкир¬
ские земли, наносило серьёзный удар
экономическим интересам широких башкир¬
ских масс. Сопротивление постройке Орен¬
бурга вылилось в крупное башкирское вос¬
стание 1735—1736 годов. Жестокое подав¬
ление этого восстания привело к новому
взрыву в 1737—1739 годах.
К моменту присоединения к России в
Башкирии господствовали старшины-фео¬
далы. Автор следующими словами опреде¬
ляет строй башкирского общества: «В то
время, когда башкиры переходили в поддан¬
ство Русского централизованного государ¬
ства, они по своему общественно-политиче¬

Критика и библиография	145
скому развитию ещё не вышли из стадии
феодальной раздробленности. Феодал пе¬
риода феодальной раздробленности — воль¬
ный слуга и может избирать себе государя
по собственному усмотрению» (стр. 5).
Непризнание царским правительством за
башкирскими феодалами права «отказа» от
службы, «отъезда» к другому государю
толкнуло башкирских феодалов к участию
в восстании. В главе четвёртой автор даёт
развёрнутую аргументацию положения, что
руководящей силой восстания 1737—1739 гг.
явились башкирские старшины-феодалы,
отказавшиеся от подданства русской импе¬
ратрице.
Стремление феодалов отколоться от Рос¬
сийской империи и перейти в подданство к
степным феодалам не соответствовало инте¬
ресам дальнейшего развития башкирского
общества и придавало движению реакцион¬
ные черты. Но, с другой стороны, восстание
1737—1739 гг. помешало царскому прави¬
тельству превратить башкир в податное на¬
селение, в крепостных. В этом, по мнению
автора, заключается основное прогрессив¬
ное значение восстания.
В связи с рассмотрением восстания
1737—1739 гг. автор поднимает ряд общих
вопросов истории Башкирии, полное реше¬
ние или уточнение которых будет возможно
при привлечении дополнительных материа¬
лов. Книга ставит на очередь основательное
изучение истории башкирских восстаний
17о0 и 1773—1775 годов.
Одна из основных проблем — вопрос о
социальном строе башкир в XVII—
XVIII вв. — требует уточнения. В рецензи¬
руемой книге нет должной чёткости в дан¬
ном вопросе. Автор считает строй башкир
того времени феодальным (башкиры в
XVI в. «ещё не вышли из стадии феодаль¬
ной раздробленности», стр. 5). Наличием
развитого феодализма (право «отъезда»)
определяется, по мнению автора, и полити¬
ческая программа восстания 1737—1739 го¬
дов. Одновременно автор говорит о пере¬
житках «патриархально-родового быта», не
уточняя, какую роль играли они в социаль¬
ном строе башкир. Этими пережитками
автор объясняет поддержку в дни восста¬
ния старшин-феодалов со стороны широ¬
ких народных башкирских масс. Он пишет:
«Пережитки патриархальных отношений в
быту обусловливали «послушание» рядо¬
вых башки» своим старшинам-феодалам»
(стр. 48). ”
Между тем сообщаемый автором материал
свидетельствует о том, что башкиры XVII—
XVI11 вв. относились к народам, сохранив¬
шим очень значительные пережитки пат¬
риархально-родового быта. Следовательно,
говорить приходится не о сложившихся в
тог период феодальных отношениях, а лишь
об их формировании.
Недостаточно выяснены автором внутрен¬
ние причины восстания. Он правильно от¬
мечает гнёт феодально-крепостнического
государства, захват земли, злоупотребле¬
ния местной администрации, активизацию
колониальной политики царизма в 30-х годах
XVIII в. и обострение борьбы внутри баш¬
кирского общества — между отдельными
группами феодалов. Но автор обходит во¬
прос о столкновениях интересов правящей
верхушки и низов башкирского общества.
Без освещения этого вопроса остаётся
неясным, явилась ли поддержка феодалов
со стороны широких башкирских масс
следствием консолидации всех классовых
сил в борьбе против русского царизма или
следствием классовой неразвитости баш¬
кирского общества. Нет сомнения, что при
характере имеющихся для этого периода
источников решение этого вопроса являет¬
ся делом нелёгким. Однако для понимания
классовой природы башкирских восстаний
вопрос этот требует разрешения.
Автор правильно отмечает участие широ¬
ких народных масс в национально-освобо¬
дительной борьбе против гнёта царизма:
«Старшины-феодалы были руководящей си¬
лой в башкирском обществе XVIII в., и в
таком важном событии в жизни башкир¬
ского народа, как восстание против цар¬
ского правительства, они повели за собой
массы рядовых башкир» (стр. 48). Но на¬
ряду с этим следовало подчеркнуть, что
массы башкирского населения не поддер¬
живали феодалов в их стремлении отде¬
литься от России; что намерение феодалов
пригласить хана из казахов, их переговоры
с Абулхаиром, разговоры о Щигае также
не встретили поддержки в массах. Провал
расчётов на присоединение к казахскому
жузу был обусловлен не только внешне¬
политической обстановкой (на что справед¬
ливо указывает автор), но и отсутствием
для этого широкой социальной базы
внутри самой Башкирии. В этом факте так¬
же, несомненно, сказалось расхождение
между верхами и низами башкирского на¬
селения.
Политическая ориентация феодалов на
отделение от Русского государства была,
несомненно, реакционна и чужда широким
народным массам. Таким образом, здесь
наблюдаются не просто две разные сторо¬
ны — прогрессивная и реакционная — еди¬
ного движения, а два течения, носителями
которых были два разных слоя общества.
Об обострении классовых противоречий в
Башкирии свидетельствует участие башкир¬
ских масс в крупнейшем для XVIII в.
антифеодальном движении русского народа.
Для правильного понимания причин вы¬
ступления народных масс Башкирии против
русского царизма необходимо уточнить и
вопрос о том, насколько тяжёл был фео¬
дально-крепостнический гнёт.
Тезис автора о сравнительной лёгкости
податного обложения башкирского населе¬
ния подлежит уточнению. Едва ли можно
исходить при этом из простого сопоставле¬
ния двух цифр: 40 коп. ясачного сбора в
Башкирии в середине XVIII в. и 74 коп. с
помещичьих крестьян в центре страны. Не¬
обходимо сопоставление не только этих
цифр, но и экономической мощности хо¬
зяйств. Промысловое и скотоводческое хо¬
зяйство башкира по сравнению с земледель¬
ческим хозяйством русского крестьянина
было, несомненно, менее мощным и менее
стойким. К тому же переселение в XVIII в.
на территорию Башкирии новых групп наее-
10. «Вопросы истории» № 9.

146
Критика и библиография
ления и отторжение части земель привело
хозяйство башкир в тяжёлое состояние.
В этих условиях сорокакопсечное обложение
оказывалось выше экономических возможно¬
стей башкира-скотовода или охотника. Не
выяснено ещё, каковы были размеры та¬
моженных сборов с башкирского населения,
поэтому остаётся открытым вопрос, насколь¬
ко таможенное обложение увеличивало
ясачное обложение. По данным автора о
характере сбора таможенных пошлин
1стр. 33), можно полагать, что они были
значительной добавочной тяжестью для
башкирского населения.
Всё вместе взятое позволяет сказать, что
податное (прямое и косвенное) обложение,
как одна из форм ограбления царизмом на¬
селения окраин, и было постоянно действу¬
ющей причиной недовольства широких масс
башкирского населения.
Отмеченные нами спорные положения ав¬
тора требуют дальнейшего исследования с
привлечением новых материалов.
Книга снабжена тщательно составленны¬
ми именным и географическим указателя¬
ми, значительно облегчающими использо¬
вание её богатого материала.
Работа Н. В. Устюгова, несомненно, за¬
служивает положительной оценки. Она яв¬
ляется серьёзным вкладом в дело изучения
истории Башкирии.
В. Шунков
Всеобщая история
ДИМИТЪР КОСЕВ «Петко Ранее Славейков». Общественна и политиче~
ска дейност. Го-дишник на Софийский университет. Истср.-филол, факулт,
T. XLIIJL 1946/47. София 1947. 185 стр.
ДИМИТР КОСЕВ. Петко Ранее Славейков. Общественная и политиче¬
ская деятельность
В Годишнике Софийского университета
опубликовано исследование болгарского
историка Д. Косева, посвящённое обществен¬
но-политической деятельности П. Р. Славей-
кова. Из задуманных автором трёх частей
опубликованы две, охватывающие период
1827—1872 гг., т. е. до освобождения Болга¬
рии.
Хотя фигура П. Р. Славейкова, известно¬
го просветителя и выдающегося поэта, сама
по себе заслуживает внимания, однако ин¬
терес, вызываемый работой Д. Косева, ле¬
жит не столько в области освещения лично¬
сти этого общественного деятеля, сколько
в том, что в этой работе затрагиваются
почти все основные проблемы, связанные с
периодом подготовки болгарской националь¬
но-освободительной буржуазной революции,
В своём докладе на V съезде БРП(к)
товарищ Червенков, характеризуя состояние
болгарской исторической науки, указал, что
буржуазная историография накопила зна¬
чительное количество фактов, но «продемон¬
стрировала свою полную методологическую
беспомощность при попытках дать правиль¬
ное объяснение фактам, дать историю наро¬
да, историю различных классов и классо¬
вой борьбы»1. Эта оценка в полной мере
относится к состоянию, в котором находит¬
ся изучение эпохи освободительной борьбы
болгарского народа 60·—70-х годов XIX века,
Буржуазными историками в сотнях работ
приводятся антинаучные концепции исто¬
рии Болгарии этого периода. В них ума¬
ляется роль революционной борьбы на¬
1 В. Червенков. «Борбата на идео-
логическня фронт». «Философска мисъл» за
1948 г. № 4, стр. 92.
родных масс за освобождение Болгарии от
национального и феодального гнёта и вы¬
двигается на первый план деятельность
церкви и школы, выдвигается насквозь по¬
рочная теория «единого потока»2, утвер¬
ждающая, что внутри Болгарии будто бы
не было врагов её освобождения и что
весь народ был един в понимании целей,
а расхождения имелись только в методах
достижения этих целей, причём эти рас¬
хождения были вызваны отнюдь не клас¬
совыми интересами3. Теория «единого по¬
тока» дополняется не менее антинаучной
теорией «этапов», по которой этап револю¬
ционной борьбы наступает лишь после эта¬
па борьбы за церковную независимость и
за национальную школу.
Говоря коротко, авторы всех этих «тео¬
рий» стремились скрыть борьбу классов,
2 См., например, у Милева: «Вообще это
строгое деление тогдашнего болгарского об¬
щества на классы с определёнными про¬
граммами чрезвычайно преувеличено,
доктринерско... Несомненно, что между бол¬
гарами до освобождения имелись различ¬
ные течения, но они обязаны гл. обр.
разногласиям по вопросам метода и так¬
тики». Спис На Б.А.Н. кн. IV кл. истр.
фил. 3, стр. 154.
3 См,, например, у Пенева оценку лагеря
«просветителей»' и лагеря революционеров:
«по мне,— пишет Пенев,— здесь нет двух
различных ценностей, а только одна, имею¬
щая две стороны, и обе одинаково важные,
одинаково значительные, одинаково достой¬
ные уважения». Б. Пенев. Петко Р. Сла¬
вейков. Пер. епме. г. XVIII (1906) кн.
67, стр. 690.

Критика и библиография
147
затушевать и оправдать антиреволюционную
позицию прямых врагов болгарского народа
из лагеря чорбоджийства и трусливую по¬
ловинчатую позицию либеральной бур¬
жуазии.
Мы не говорим здесь уже о грубейших
фальсификациях, совершённых фашиствую¬
щими историками.
Открывая дискуссию о состоянии и зада¬
чах исторической науки в Болгарии, това¬
рищ Червенков указал ка «необходимость
решительного искоренения создававшихся в
течение нескольких десятилетий буржуаз¬
ных концепций развития исторического про¬
цесса у нас и на Балканах. Эти концепции
были одним из самых ядовитых и эффек¬
тивных орудий монархизма, великоболгар¬
ского шовинизма и фашизма... Мы, — заявил
товарищ Червенков,— не можем более тер¬
петь неочищенными авгиевы конюшни бур¬
жуазной историографии» 4. Чистка авгиевых
конюшен в области истории Возрождения
уже начата. Ряд вопросов по-марксистски
разрешён Н. С. Державиным, Ж. Натаном
и некоторыми другими историками Болга¬
рии, опирающимися на марксистско-ленин¬
скую теорию. Но болгарским историкам
предстоит ещё большая работа по разгрому
буржуазных концепций и по созданию пра¬
вильной, научной, марксистской истории
Болгарии.
В свете борьбы за марксистское, правиль¬
ное освещение основных проблем эпохи
освободительной борьбы работа Д. Косевэ
приобретает особый интерес.
★
Уловить основной замысел работы Д. Ко*
сева не трудно: главную свою задачу ав¬
тор видит в том, чтобы произвести пере¬
оценку роли П. Р. Славейкова в освобо¬
дительной борьбе болгарского народа. До
сих пор определение места П. Р. Славей¬
кова не представляло особой трудности и
не вызывало особых споров среди маркси¬
стов:	Славейков являлся лросветителем-
эволюцнонистом, отрицал революцию и
проповедовал национально-культурную ав¬
тономию. Ни большие заслуги Славейкова
в области культурного развития Болгарии,
ни его последующая, после освобождения,
деятельность в качестве одного из вождей
и организаторов либеральной партии не
дают оснований для изменения этой оцен¬
ки, для причисления его к революционе¬
рам, ставившим своей целью освобожде¬
ние Болгарии от национального гнёта и
феодальных пут не методом половинчатых
реформ, а посредством всенародной рево¬
люции.
Но Д. Косева не удовлетворяет подобная
оценка, и он пытается представить Славей¬
кова как «самого видного вождя демокра¬
тической партии в Болгарии» (стр. 151),
«выразителя интересов широких народных
масс» (стр, 116). Более того, он пытается
изобразить Славейкова революционером.
Косев утверждает, что «П. Р. Славейков
был одним из самых демократических и
4 «Философска мисъл» № 2 за 1948 г.,
стр. 100.
самых прогрессивных общественных деяте¬
лей в Болгарии» (стр. 137) и что «его об¬
щественные взгляды имеют революционный
характер» (стр. 164).
Посмотрим, так ли это на самом деле.
Для решения вопроса о демократичности
того или иного деятеля нужно брагь его
отношение к главным, коренным вопросам
эпохи. Нельзя сомневаться, что в описывае¬
мый автором период (60—70-е годы XIX ве¬
ка) таким главным вопросом для болгар¬
ского народа был вопрос о национальном и
социальном освобождении.
Какой же выход предлагал Славейков
лля болгарского крестьянства, изнывавшего
под гнётом турецких помещиков и турец¬
кого феодального государства?
«Как первую меру,—пишет Косев,— Сла¬
вейков предлагает издать книгу с изложе¬
нием надлежащих способов более современ¬
ной обработки земли, а затем начать
издавать журналы для распространения зем¬
ледельческого образования среди крестьян»
(стр. 116). В дальнейшем проектируется
ещё открытие земледельческих училищ. Из
всего этого автор делает вывод, что «мо¬
дернизация земледелия» была одним из
элементов демократически-прогрессивных
взглядов Славейкова. На самом же деле
это была убогая либеральная программа
мелких реформ, которая лишь отвлекала от
разрешения основных задач назревавшей
национальной революции. Неверна оценка
Славейкова Косевым и в вопросе об от¬
ношении Славейкова к восстанию и к ре¬
формам.
Славейков, как известно, отрицательно
относился к Критскому восстанию. Однако
Косев пытается не только оправдать его,
но и доказать, что и в этом случае Славей¬
ков действовал «в интересах народа». Автор
пишет: «Эти соображения (цензурные. —
Н. Л.) заставили его занять отрицательную
позицию к Критскому восстанию, с тем что-,
бы можно было с ещё большей смелостью и
уверенностью атаковать противоболгарские
реформы Мидхат-паши, в пан-османском'
характере которых он видел наибольшую
для болгар опасность в данный момент»
(стр. 98). Верный этому тезису, автор под¬
робнейшим образом описывает борьбу Сла¬
вейкова с «попыткой Мидхат-паши отуре¬
чить болгарские училища, которая (попыт¬
ка), как известно, не удалась, что было
громадной победой болгарского народа.
Заслуги Славейкова в этой победе чрезвы¬
чайно велики» (стр. S7). В другом месте,
опять-таки желая показать демократичность
Славейкова, автор пишет, что «постепенно
Славейков увлёкся борьбой; он начал от¬
крыто критиковать худшие стороны турец¬
кого государственного и общественного
строя и проповедовать такие реформы, вы¬
полнение которых, в сущности, означало
ликвидацию турецкого многонационального
государства» (стр. 98).
С особой рельефностью существо ошибоч¬
ной позиции автора в определении «демокра¬
тизма» Славейкова вскрывается при рас¬
смотрении церковного вопроса. Здесь де¬
мократизм Славейкова не вызывает У него
никакого сомнения, при этом даже не про¬

148	Критика	и	библиография
стой, а «крайний демократизм». «Главный
взгляд Славейкова по церковному вопро¬
су,—пишет Косев,™ заключается в том, что
основным двигателем событий является и
должен являться народ» (стр. 148). «Сла-
вейков всегда считал борьбу народа глав¬
ным двигателем церковной борьбы»
(стр. 150). Приводя эти оценки, автор по¬
лагает, что он самым убедительным и бес¬
спорным образом доказывает демократизм
Славейкова. Однако эти цитаты служат до¬
казательством как раз не демократизма, а
либерализма Славейкова, ибо использо¬
вать народ, привлекая его к
борьбе за реформы и отвлекая его
тем самым от революционной борьбы,— в
этом и заключается вся суть тактики ли¬
берализма. Историческая истина всегда
конкретна, конкретным должно быть и по¬
нятие демократизма. Автор, по существу,
подошёл к очень важному в теоретическом
и практическом отношениях вопросу: мо¬
жет ли в эпоху, когда на повестку дня по¬
ставлена революция, считаться демократом
тот, кто отвергает эту революцию? Мао-
ксистско-ленинская теория давно ответила
на этот вопрос отрицательно. В ленинском
учении о революции есть чрезвычайно важ¬
ный раздел о либеральной и демократиче¬
ской тенденциях в буржуазной революции.
Обобощая опыт не только русской, но и
мировой истории, В. И. Ленин подчёркивал
разницу между буржуазным либерализмом
й буржуазной демократией.
«Неправда, господа образованные либе¬
ралы! — писал В. И. Ленин, разоблачая
попытки русских либералов выдать себя за
демократов. — Попробуйте изложить свои
принципиальные взгляды на отличие либе¬
рализма от демократии. Попробуйте пояс¬
нить эти взгляды примерами английской,
французской или немецкой истории, хотя
бы даже оставляя в стороне специально ра¬
бочую, пролетарскую, марксистскую демо¬
кратию. Вы не сможете отрицать разницы
буржуазного либерализма и буржуазной
демократии в их отношении к старому по¬
рядку» 5.
Исходной ошибкой автора является то,
что он не понял этой разницы и не пре¬
одолел до конца либерального понимания
демократизма, заключающегося в использо¬
вании народа для борьбы за реформы и про¬
тив революции.
Мы выше уже выяснили, что во взглядах
Славейкова на разрешение коренных вопро¬
сов болгарской действительности не было
ничего революционного. А между тем автор
пытается доказать обратное. Так, характе¬
ризуя экономические взгляды Славейкова,
автор пишет: «Самое существенное в этих
взглядах — подчёркивание необходимости
создания самостоятельной болгарской про¬
мышленности, модернизации ремесла и зем¬
леделия и критика турецкой общественно-
политической системы как препятствия для
экономического развития Болгарии. Эти
взгляды, изложенные в «Положении»6, по
своей сущности были революционны и толь¬
ко поэтому турецкое правительство вторич¬
но запретило «Македонию» (стр. 122).
Приведённые автором соображения явно
недостаточны для доказательства револю¬
ционности взглядов Славейкова; в них не
хватает основного: призыва к решительной,
последовательной до конца, беспощадной
ломке всего старого, феодального уклада,
призыва, с которым Славейков никогда не
обращался к народу. «Либералы,— указы¬
вал В. И. Ленин,— отличаются от консер¬
ваторов (черносотенцев) тем, что представ¬
ляют интересы буржуазии, которой необ¬
ходим прогресс...	Но,— предупреждает
В.	И. Ленин,— эта прогрессивная буржуа¬
зия еще более боится демократии и движе¬
ния масс, чем реакция» 7.
Взгляды Славейкова — это взгляды про¬
грессивного либерала, но не революционно¬
го демократа. Не поняв отличия демокра¬
тизма от либерализма, ошибочно выдавая
последний за первый, автор не смог разо¬
браться в значении той борьбы, которая
действительно имела место в либерально¬
монархическом лагере. В работе приведено
много материалов, свидетельствующих о
наличии серьёзных разногласий между ле¬
вым крылом этого лагеря, возглавляемым
Славейковым, и правым крылом, группи¬
рующимся около газет «Турция» и «Право».
Автор очень подробно в специальной главе
(гл. IV) рассматривает роль и заслуги Сла¬
вейкова в церковной борьбе, находя, что
они «неправильно оценены историками это¬
го движения» (стр. 141).
«Как известно, — пишет Д. Косев, — в
церковно-национальном движении существо¬
вали два направления:	демократическое,
или партия «молодых», и умеренное, или
партия «старых». Партия «молодых» опи¬
ралась на широкие народные массы кре¬
стьян, ремесленников, торговцев, учителей,
а партия «старых» отражала интересы
сравнительно маленькой группы чорбаджи-
ев, крупных торговцев и высших чиновни¬
ков» (стр. 141).
Действительно, в движении за церковную
независимость существовали эти два тече¬
ния, и вождь «молодых» Славейков отстаи¬
вал значительно более демократиче¬
скую церковную организацию,
вёл ожесточённую борьбу со «старыми»,
подвергаясь гонениям и даже арестам. Ав¬
тор приводит яркий материал, иллюстри¬
рующий различие позиций «молодых» и
«старых», показывая, что левое крыло во
главе со Славейковым опиралось на на¬
род и стояло за участие народа в церков¬
ной бэрьбе, в то время как группа Пен-
човича пыталась решить эти вопросы без
народа, методом верхушечных комбинаций.
Автором собран богатый материал, пока¬
зывающий борьбу Славейкова против по¬
пыток чорбаджийства овладеть школьными
и общинными делами болгарских городов и
сёл.
Всё это верно и легко находит своё объяс¬
нение в сложном составе лагеря, в кото¬
ром страх перед народной революцией
5 В. И. Ленин. Соч. Т. 18. стр. 223.
3 «Македония». Ч. III. 1869. № 27.
7 В. И. Ленин. Соч. Т. 18, стр. 206—
207.

Критика и библиография
149
объединил и открытых крепостников, сто¬
ронников полного сохранения турецкого на¬
ционального и феодального гнёта, и болгар¬
скую либеральную буржуазию, заинтересо¬
ванную в сохранении турецкого рынка, но
стремившуюся получить максимум гаран¬
тий «безопасности и порядка». Борьба меж¬
ду ними была борьбой в рамках одного
лагеря. «Пресловутая борьба крепостников
и либералов, — писал В. И. Ленин по пово¬
ду аналогичных явлений в русской действи¬
тельности,— столь раздутая и разукрашен¬
ная нашими либеральными и либерально-
н.аслдническими историками, была борьбой
внутри господствующих классов', боль¬
шей частью внутри помещиков,
борьбой исключительно из-за меры
и формы уступок»8.
Автор не показал эту борьбу как борьбу
в одном лагере, не показу, что это не глав¬
ная, а побочная линия классовой борьбы
для Болгарии того периода, и, не поняв
диалектики взаимоотношения классов в
назревшей буржуазной революции, объявил,
что деление на два лагеря — революцион¬
ный и просветительский — неверно, что
главным водоразделом классов и партий
является будто бы борьба «молодых» и «ста¬
ры-^». т. е. либералов и крепостников.
О том, что у автора нет ясности в пони¬
мании классовой структуры Болгарии того
периода, свидетельствует уже тот факт, что
на странице 150 у него фигурируют «два
основных класса болгарского общества то¬
го времени — класс чорбаджиев и класс
торговцев, ремесленников, крестьян и на¬
родной интеллигенции», а на стр. 162 у
него основных классов уже три. Но дело
даже не в этом: классовая структура, ко¬
торую автор подводит в качестве базы под
свод рассужлекия, не соответствует исто¬
рической действительности и ненаучна.
По Д. Косеву, в Болгарии в тот период
было три класса. В первый класс (чорбад¬
жиев) входят крупные землевладельцы,
крупные торговцы, откупщики ошура и бег-
лика, разного рода предприниматели.
К этому классу он присоединяет и тех, кто
занимал высокие места в турецком госу¬
дарственном управлении.
Вторым классом, по Косеву, является
класс крупных ремесленников — промыш¬
ленников и средних торговцев, а также
часть зажиточной интеллигенции. К треть¬
ему — самому многочисленному — классу
относятся мелкие торговцы, разоряющиеся
ремесленники, крестьяне и интеллигенция
(стр. 162).
Из этого «классового» анализа автор
делает и соответствующий нужный ему вы¬
вод: класс чорбаджиев был заинтересован
в сохранении турецких порядков, «что ка¬
сается до двух других классов — средних
и мелких торговцев, ремесленников, кре¬
стьян и народной интеллигенции,—то они
не имели никакого основания быть доволь¬
ными турецким деспотизмом» (стр. 163) и,
таким образом, оказываются вместе против
класса чорбаджиев.
Эта искусственная схема автора даёт
неверную классовую структуру и чрезвы¬
чайно упрощает классовые взаимоотноше¬
ния Болгарии того периода.
В этих определениях прежде всего бро¬
сается в глаза произвольность толкования
понятия класса, которое Д. Косев не связы¬
вает с определённым способом производ¬
ства.
В результате такого искусственного деле¬
ния у Косева получается следующее: на
переднем плане истории болгарского осво¬
бодительного движения оказывается болгар¬
ская либеральная буржуазия, а её борьба с
надвигающейся народной революцией ма¬
скируется выступлением буржуазии против
находящихся в одном с ней лагере крепост¬
ников за размеры уступок. Эти противоре¬
чия между либеральной буржуазией и кре¬
постниками объявляются генеральной лини¬
ей размежёвки классовых сил в Болгарии.
Чувствуя, однако, всю шаткость своих
утверждений, столь противоречащих истори¬
ческой действительности, автор делает по¬
пытку укрепить свою позицию и показать,
что он не просто механически причислил
Славейкова и его «партию» к числу рево-
люционеров-демократов, но что Славейков
будто бы был связан с ними крепкими ни¬
тями. Этому посвящены пятая и шестая
главы рецензируемой работы — наиболее
слабые части книги. Прежде всего автору
нужно было объяснить отрицательное отно¬
шение Славейкова к революции как способу
освобождения Болгарии. Не будучи в со¬
стоянии обойти факт публичного осуждения
Славейковым Критского восстания и вы¬
ступлений знаменитых чет болгарских ре¬
волюционеров — Ф. Тотю, П. Хитова, Ст. Ка-
раджи и Хаджи Димитра9,— Косев для
оправдания Славейкова выдвинул ряд «объ¬
яснений» и прежде всего ссылку на «цен¬
зурные условия» (стр. 165).
Славейков, утверждает автор, говорил не
то, что он «на самом деле думал». Несерь¬
ёзность этого довода очевидна, ибо если в
подцензурной прессе Славейков не мог аги¬
тировать за революцию, то он не был обя¬
зан и выступать против революции. Дело,
очевидно, не в цензурных условиях, а в ли¬
беральных взглядах П. Р. Славейкова.
Чувствуя недостаточность ссылки на цен¬
зурные условия, автор выдвигает ещё одно
«объяснение», существо которого сводится
к упомянутой в начале данной рецензии
«теории» этапов, по которой выходит, что
борьба за церковные и школьные дела бы¬
ла якобы необходимым этапом в развитии
революции, что будто бы, только решив эти
задачи, можно было приступать к подготов¬
ке вооружённого восстания.
«До тех пор, пока велась борьба за спа¬
сение болгарских училищ и за приобрете¬
ние болгарской независимой церкви, — Сла¬
вейков был очень осторожен и воздержан,
особенно в высказываниях по политическим
вопросам, и постоянно находил случай вы¬
сказывать свои верноподданнические чув¬
ства к султану» (стр. 132).
8 В. И. Ленин. Соч. Т. 17, стр. 96.
0 См., например, «Македонию» от 3 ию*
ни 1-867 г., Лл 27.

150
Критика и библиография
«После выхода фирмана о создании бол¬
гарской экзархии Славейков начинает более
смело ставить политические вопросы. В ста¬
тье «Две касты и власти» он осмеливается
намекнуть на приближение болгарской ре¬
волюции» (стр. 134). Так пишет автор, за¬
тушёвывая тот кардинальный факт, что
«эволюционисты», «церковники», «прогрес¬
систы» и на первом «этапе» и на последую¬
щих были противниками революции, а не
её сторонниками.
Не менее неудачны и попытки автора
«показать» несуществующие связи Славей¬
кова с· революционерами. Он приводит
лишь одно шаткое «доказательство»:	из
того обстоятельства, что в органе Караве¬
лова «Свобода» встречались корреспонден¬
ции, взятые из «Македонии», и, наоборот, в
«Македонии» печатались корреспонденции
из «Свободы», автор делает вывод о нали¬
чии тесной связи между редакциями обеих
газет (стр. 168).
Следует остановиться ещё на одной ошиб¬
ке автора: на неверной трактовке наличия в
революционном лагере двух течений, связан¬
ных с именами J1. Каравелова и X. Ботева.
«Где же место Славейкова и демократи¬
ческого движения «молодых»? — спраши¬
вает Д. Косев и отвечает: «Верно, что
Славейков не революционер, но его обще¬
ственные взгляды имеют революционный
характер и приближаются к взглядам Ка-
равелова, идеолога умеренного течения в
революционной партии. Насколько это воз¬
можно в Турции, Славейков является как
бы легальным представителем умеренного
демократического движения в Болгарии»
(стр. 164).
Автор почти ничего не говорит о борьбе
Христо Ботева против людей либераль¬
ного толка и, в частности, против Сла¬
вейкова. Вопросу о взаимоотношениях
между Ботевым и Славейковым он посвя¬
щает всего полстранички. При этом автор
утверждает, что борьба Ботева со Славей¬
ковым якобы носила такой же характер,
как и его борьба с Каравеловым, т. е. что
это будто бы была борьба в пределах од¬
ного революционного лагеря.
«Три великих представителя обществен¬
ной мысли в Болгарии, до её освобожде¬
ния,— Каравелов, Славейков, Ботев, — пи¬
шет автор, ставя Славейкова в один ряд с
болгарскими революционерами, — лучше
всего проявили себя в отношении к Па¬
рижской Коммуне 1871 года. В то время как
Каравелов и Славейков относятся отрица¬
тельно к делу коммунаров, Христо Ботев в
восторге от него» (стр. 179).
Автор утверждает, что Славейков близок
к умеренному кругу революционной партия.
Но буржуазного радикала Каравелова объ¬
единяло с Левским и Ботевым признание
необходимости массовой всенародной рево¬
люции Однако в дальнейшем Каравелов
отказался от признания этой необходимо¬
сти, вследствие чего с 1874 г. он и ока¬
зался в лагере реформистов.
Славейков, таким образом, близок не к
сильным сторонам Каравелова (признание к
подготовка революции), а к его слабым
сторонам, к его колебаниям, к его отходу
от революции. Разница между буржуазным
демократом Кара"еловым и буржуазным
либералом Славейковым могла стереться в
том случае, если бы последний отказался
от своих либеральных взглядов и активно
включился в ряды борцов за революцию.
Но этого не произошло. Наоборот, не Сла¬
вейков поднялся до Каравелова, а Кара¬
велов, отойдя в 1874 г. от революционной
борьбы, опустился до Славейкова, проде¬
монстрировав тем самым, что в момент
нарастающей революции отход от неё озна¬
чает отход и от демократизма.
Подведём итоги. Исследование Косева о
П. Р. Славейкове содержит ряд принципи¬
альных ошибок. Объективное содержание
книги сводится к попытке стереть грань
между революционной борьбой масс и про¬
светительством «эволюционистов», подвести
реформистскую деятельность этих послед¬
них под понятие революционной борьбы.
В работе Д. Косева прикрашен образ
П. Р. Славейкова, который занимает впол¬
не определённое место в истории Болгарии;
попытка поставить его в один ряд с Хри¬
сто Ботевым может только помешать пра¬
вильной оценке всего полезного в его дея¬
тельности.
Перед болгарской исторической наукой
стоит задача освоения марксистско-ленин¬
ской теории, создания подлинно научной,
марксистской истории болгарского народа.
Н. Левинтов
EVA PRIESTER. Kurze Geschichte Österreichs. Aufstieg und Untergang
des Habsburgerreiches. Globus-Verlag. Wien. 1949. 620 s.
ЕВА ПРИСТЕР. «Краткая история Австрии»
Коммунистическая партия Австрии борет¬
ся против антинародной теории, проповед¬
никами которой являются продолжатели
гитлеризма, агенты англо-американского
империализма, — теории, которая отрицает
самостоятельность австрийской нации. Ком¬
мунисты Австрии доказывают на историче¬
ских фактах наличие в Австрии своей на¬
циональной культуры, своего, независимого
от Германии исторического прошлого. Кни¬
га Пристер выполняет задачу, поставлен¬
ную коммунистической партией, и является
боевым оружием, в борьбе против космопо¬
литической пропаганды англо-американско¬
го империализма в Австрии.
В кратком предислсзии автор ставит сво¬
ей задачей популяризацию идеи о незави¬
симом развитии Австрии. «Мы нуждаемся
в такой истории,— пишет Пристер,— ибо
очень немногим живущим в нашей стране

Критика и библиография
151
известно, что мы имеем самостоятельное,
совершенно независимое историческое раз¬
витие. Наш народ вырос в своеобразных
исторических и экономических условиях, он
создал свою собственную культуру, нашу
культуру».
«Не случайно, —- пишет автор, — что толь¬
ко в Советском Союзе, а также в молодых
народных демократиях систематически рабо¬
тают над созданием национальной истории».
Что касается империалистического лагеря,
подчёркивает Пристер, он не только не
стремится к выяснению основ национально¬
го развития, но заинтересован в том, чтобы
«затушевать национальную идею и противо¬
поставить ей бесформенную и отвлечённую
идею космополитизма». Как мы видим, ав¬
тор ставит перед собой весьма актуальную
научную и политическую задачу.
Книга открывается характеристикой по¬
ложения габсбургской монархии в конце
XVII в., когда Австрия, разорённая наше¬
ствием Турции, приступила к восстановле¬
нию своего хозяйства и посредством меркан¬
тилистской политики добилась значительно¬
го хозяйственного прогресса.
Даже в отдалённом прошлом Е. Пристер
умеет находить убедительные примеры пат¬
риотического движения народа и предатель¬
ской, антинациональной политики правящих
классов австрийской империи. Так, автор
исследует тирольское восстание 1703 г. про¬
тив нашествия баварского герцога Макса-
Эммануила. Восстание, происходившее в об¬
становке капитуляции правительства перед
врагом, носило массовый характер.
Останавливаясь на характеристике Венг¬
рии конца XVII и начала XVIII в., автор
раскрывает значение двух венгерских вос¬
станий против господства Габсбургов.
Значительное место в книге отведено ис¬
следованию австрийского абсолютизма в
конце XVIII в., периода Марии-Терезии н
Иосифа II. На наш взгляд, автор Даёт здесь
неправильную оценку австрийского абсолю¬
тизма и явно идеализирует деятельность
Марии-Терезии и Иосифа II. Так, напри¬
мер, излагая крестьянскую реформу Марии-
Терезии, Пристер ошибочно считает, что
единственной причиной, побудившей её про¬
вести эту реформу, было желание защитить
крестьян от произвола помещиков. Действи¬
тельной же целью этой реформы было со¬
хранение и укрепление дворянского госу¬
дарства. Такую же ошибку допускает автор
книги и при характеристике политики Иоси¬
фа II, выставляя его покровителем много¬
миллионного австрийского крестьянства. На
самом деле реформа Иосифа II была уступ¬
кой требованиям нарождавшейся буржуа¬
зии и диктовалась необходимостью во что
бы то ни стало сохранить приоритет дво¬
рянства в Габсбургской империи.
Много внимания уделено в книге влия¬
нию, оказанному на Австрию французской
буржуазной революцией конца XVIII века.
В заслугу Е. Пристер следует поставить то,
что она коснулась мало изученной истории
«якобинского заговора» 1795 г., центром ко¬
торого были Венгрия ц Вена. Между про¬
чим, в программу заговорщиков входил
пункт, требовавший независимости Венгрии.
Несомненный интерес представляют стра¬
ницы, описывающие тирольское восстание
1809 года. Автор подчёркивает партизан*
ский характер этого патриотического вы¬
ступления и связь его вождя, Андреаса Го¬
фера, с народными массами.
В книге довольно подробно разработаны
вопросы хозяйственного развития и полити¬
ческой жизни Австрии первой половины
XIX века. В небольшом разделе «Перед
мартовскими днями» автор рисует идейную
жизнь Австрии накануне революции 1848 г.,
деятельность оппозиционных организаций
«Молодая Австрия», «Юрнднчески-полити-
ческого союза читателей» и газеты «Гренц-
ботен», издававшейся публицистом ради¬
кального направления Курандой. Газета
действительно сыграла большую роль в
идейной жизни предреволюционной Авст¬
рии. В книге подчёркнуты острые нацио¬
нальные противоречия накануне революции
(движение в итальянских областях, в Гали¬
нин, Венгрии, Чехии), характер и значение
австрийского национального движения в
1848 г., участие студенчества в революцион¬
ном движении, активность австрийского
рабочего класса в период революции.
Автор подробно описывает наиболее зна¬
чительные этапы этого периода: борьбу
демократических масс против аристократи¬
ческой конституции в мае 1848 г., июньское
восстание в Праге и октябрьское в Вене.
Наибольшее внимание автора привлекла
национальная проблема в период револю¬
ции 1848 года. Е. Пристер справедливо
отмечает, что уже в момент июньского вос¬
стания в Праге эта проблема дала себя по¬
чувствовать с особенной силой и определи¬
ла перелом в ходе революции — перевес
оказался на стороне реакции. Пражские
революционеры обратились к Вене за по¬
мощью, но та не протянула им дружеской
руки. Даже левая венская пресса не только
не нашла слов сочувствия восставшим, но
осыпала их грубой бранью. Поражение
пражских борцов дало перевес правому
крылу чешского движения и разбило её
левое крыло. Контрреволюционная позиция
австрийской буржуазии, сказавшаяся в пер¬
вую очередь в национальном вопросе, опре¬
делила тот факт, что уже в июне революции
был нанесён решающий удар. Пораже¬
ние октябрьского восстания в Вене завер¬
шило этот процесс,
Е. Пристер знакомит читателя и с ок¬
тябрьским восстанием, в котором главную
роль играли рабочие Вены. Их героизм
привёл к тому, что венское восстание под¬
няло революцию на высшую ступень. Недо¬
статком этой главы книги, посвящённой ре¬
волюции 1848 г., является то, что автор,
ссылаясь иногда на высказывания Маркса
и Энгельса (стр. 372), недостаточно исполь¬
зует богатейший материал «Новой Рейнской
Газеты».
Последняя глава посвящена значительно¬
му отрезку времени, охватывающему собы¬
тия с момента образования Австро-Венгрии
вплоть до 1918 года.
Подводя итоги революции 1848 г., автор
указывает на причины её поражения. Рево¬
люций не удалось ни разрешить Националь¬

152
Критика и библиография
ного вопроса, ни поставить у власти бур¬
жуазию. Дворянская монархическая реак¬
ция победила и удержалась у власти. Она
искусно использовала национальный анта¬
гонизм против революции и продолжала
господствовать, действуя всё теми же мето¬
дами национального угнетения.
1866 год обнаружил всю слабость Авст¬
рии — её дипломатии, военной стратегии,
вооружённых сил, что сказалось в пораже¬
нии Австрии в австро-прусской войне. Это
поражение стало гранью двух эпох, пред¬
решило создание дуалистической монархии.
По мнению Пристер, отделение Австрии
от Германии было фактом положительным,
ибо союз с Германией никогда не был выго¬
ден Австрии. Тем не менее создание дуали¬
стической монархии не вывело Австрию из
кризиса. Антинациональная и антинарод¬
ная политика этой монархии содействовала
ещё большему углублению кризиса, в ко¬
нечном счёте приведшего к распаду Авст¬
рии.
Автор книги рассматривает ряд проблем
новейшей истории Австрии. Важнейшие из
них — проблемы австрийского рабочего дви¬
жения, его распылённость, раздробленность
по национальным группам и вопросы, свя¬
занные с первой мировой войной. Отмечая
значение Гайнфельдского съезда в деле
объединения рабочего движения и создания
австрийской рабочей партии, стоящей на
позициях марксизма, автор, однако, допу¬
скает ошибку в оценке национальной про¬
граммы этого съезда, не указав на основ¬
ной порок, — что программа эта только в
общей форме провозглашала принцип
равноправия наций, не ориентируя партию
на занятие правильной позиции в нацио¬
нальном вопросе.
Более правильную точку зрения автор
высказал в оценке национальной програм¬
мы брюнского партейтага, критикуя лозунг
культурно-национальной автономии с мар¬
ксистско-ленинских позиций.
Касаясь социальных корней оппортуниз¬
ма в австрийском рабочем движении, При¬
стер выдвигает правильное положение о
том, что социальной основой оппортунизма
в Австрии, как и в других странах, явля¬
лась рабочая аристократия. Получая сверх¬
прибыли за счёт эксплуатации националь¬
ных меньшинств, австрийская буржуазия
имела возможность поставить в привилеги¬
рованное материальное положение часть
австрийских рабочих. Автор приводит ряд
таблиц, демонстрирующих более высокую
заработную плату и более высокий .жизнен¬
ный уровень рабочих-австрийцев в сравне¬
нии с рабочими национальных, главным
образом славянских, областей:	Галиции,
Чехии, Сербии и др. Возникновение рабочей
аристократии в Австрии имело те же по¬
следствия, что и в Англии: служение инте¬
ресам буржуазии и предательство интересов
рабочего класса.
Специальную главу Пристер отводит пер¬
вой мировой войне и распаду Австро-Венг¬
рии. Этот очерк, к сожалению, очень краток
и содержит беглый обзор военных событий
и не менее беглую характеристику позиций
основных партий Австрии того периода.
Пристер правильно расценивает шовинисти¬
ческую позицию австрийской социал-демо¬
кратии как предательство по отношению к
рабочему классу Австрии. Всеобщую стач¬
ку 1918 г. Пристер рассматривает как ре¬
зультат огромного влияния Великой Ок¬
тябрьской революции на австрийский рабо¬
чий класс. Автор раскрывает предательскую
роль австрийских социал-демократов во вре¬
мя этой стачки, захвативших руководство
движением, а затем сорвавших его.
Книга заканчивается кратким описанием
последних дней австро-венгерской монар¬
хии и обстановки, в которой родилась ав¬
стрийская республика 1918 года.
Подведём некоторые итоги. Появление
«Краткой истории Австрии» замалчивается
буржуазными австрийскими учёными, тем
более она заслуживает внимания со сторо¬
ны советских историков. Книга Евы При¬
стер является серьёзным достижением мар¬
ксистской исторической науки, достижением
коммунистов-историков Австрии.
Автор при написании этой книги вдохнов¬
лялся благородной патриотической целью —
воссоздать национальную историю Австрии,
показать на отдельных этапах её нацио¬
нальные особенности. Книга систематизи¬
рует огромный фактический материал, рас¬
сматривает историю страны на протяжении
трёх столетий.
Не со всеми оценками и выводами авто¬
ра, как мы указывали выше, можно согла¬
ситься. Автору присуща некоторая идеали¬
зация отдалённого прошлого Австрии в
изображении политики Габсбургов конца
XVIII в., политики Марии-Терезии и Иоси¬
фа II. Не все события рассматриваются с
должной политической остротой, не всегда
учитываются высказывания классиков мар¬
ксизма-ленинизма. Тем не менее эта книга
представляет большой интерес для совет¬
ских историков, для всех, изучающих по¬
учительную историю многонациональной
австрийской империи, чтобы извлечь нз
неё необходимые исторические уроки для
борьбы австрийского народа за независи¬
мое, демократическое развитие в наши дни.
Р. Авербух

Критика и библиография
153
БИБЛИОГРАФИЯ
МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ ФРУНЗЕ
(К 25-летию со дня смерти]
«В лице товарища Фрунзе мы потеряли одного из
самых чистых, самых честных и самых бесстраш¬
ных революционеров нашего времени».
И. В, Сталин.
И. В. СТАЛИН о М. В. ФРУНЗЕ
Сталин И. В. Речь на пленуме ЦК РКП (б) 19 января 1925 г. Сочинения, т. 7„
стр. 11 —14.
Сталин И. В. Речь на похоронах М. В. Фрунзе 3 ноября 1925 г. Сочинения,
т. 7, стр. 250—251.
История Всесоюзной коммунистической партии (большеви¬
ков). Краткий курс. Под ред. Комиссии ЦК ВКП(б). Глава восьмая — «Партия боль¬
шевиков в период иностранной военной интервенции и гражданской войны (1918—
1920 годы)».
Ко всем членам партии, ко всем рабочим и крестьянам.
Обращение ЦК ВКП(б) по поводу смерти М. В. Фрунзе (от 31 октября 1925 г.).—
В кн.: Фрунзе М. В. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 31—32.
Иосиф Виссарионович Сталин. Краткая биография. 2-е изд.; испр. и
доп. Сост.: Александров Г. Ф., Галактионов М. Р., Кружков В. С., Митин М. Б., Моча-
лов В. Д., Поспелов П. H.. Госполитиздат. 1950. (Ин-т Маркса—Энгельса—Ленина при
ЦК ВКП(б)). Стр. 80 и 105.
ОСНОВНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ М. В. ФРУНЗЕ
СБОРНИКИ
Фрунзе М. В. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. 584 стр. с портр.
М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны. Сборник документов.
М. Воениздат. 1941. 472 стр. с ил л.; 8 л. ил л. (Центр, архив Красной Армии).
ОТДЕЛЬНЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
Фрунзе М. В. Россия и Дальний Восток. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные
произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 55—57.
Фрунзе М. В. Красная армия и её задачи. — В кнл М. В. Фрунзе. Избранные
произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 58—63.
Фрунзе М. В. Реорганизация Красной Армии. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избран¬
ные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 136—137.
Фрунзе М. В. Единая военная доктрина и Красная Армия. — В кн.:
М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат, стр. 137—160.
Ф р у н з е М. В. Берегите же революцию! (Красная Армия и революция). — В кн.:
М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 160—165.
Фрунзе М. В. Врангель. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведёния.
М. Воениздат. 1950. Стр. 165—172.
Фрунзе М. В. Четвёртая годовщина. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произ¬
ведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 173—174.
Фрунзе М. В. Военно-политическое воспитание Красной Армии. Доклад на со¬
вещании командного и комиссарского состава войск Украины и Крыма и флота Чёрно¬
го и Азовского морей 1 марта 1922 г. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
М. Воениздат. 1950. Стр. 174—208.
Фрунзе М. В. Основные военные задачи момента. Из доклада и заключитель¬
ного слова на совещании военных делегатов XI съезда РКП (б). — В кн.: М. В. Фрунзе.
Избранные произведения. М, Воениздат. 1950. Стр. 208—223.
Ф р у н з е М. В. Памяти Перекопа и Чонгара. (Страничка воспоминаний.) —В кн.:
М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 223—236.
Фрунзе М. В. Красная Армия прежде и теперь. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избран¬
ные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 237—241.
Фрунзе М. В. Привет ПУРу. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
М. Воениздат. 1950. Стр. 242—243.
Ф р у н з е М. В. Задачи академиков в армии. Речь на торжественном заседании
Военной академии РККА, посвящённом 4-му выпуску ее слушателей, 1 августа 1924 г.—
В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 244—252.

154	Критика	и	библиография
Фрунзе М. В. Фронт и тыл в войне будущего. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избран¬
ные произведения. М. Воепиздат. 1950. Стр. 253—264.
Ф р у н з е М. В. Даёшь коня/ (К пятилетию 1-н Конной армии). — В кн.:
М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 264—266.
Фрунзе М. В. Итоги и перспективы военного строительства. (В связи с реорга¬
низацией 1924 г.). — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат.
1950.	Стр. 266—288.
Фрунзе М. В. Шестилетие Военной академии. Речь на торжественном заседании
Военной академии 7 ноября 1924 г. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
М. Воениздат, 1950. Стр. 288—299.
Фрунзе М. В. Вопросы высшего военного образования. — В кн.: М. В. Фрунзе.
Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Сгр. 299—315.
Фрунзе М. В. Учительство на помощь Красной Армии. (Речь на Всесоюзном
учительском съезде 12 января 1925 г.). — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведе¬
ния. М. Воениздат. 1950. Стр. 316—321.
Ф р у н з е М. В, Ленин и Красная Армия. Доклад на заседании Военной академии
РККА, посвящённом годовщине смерти Ленина. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные
произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 321—349.
Фрунзе М. В. Наказ журналу «Война и революция». — В кн.: М. В. Фрунзе.
Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр, 350—351.
Фрунзе М. В. Даёшь технику1 — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
М. Воениздат. 1950. Стр. 351—354.
Фрунзе М. В. Приказ Революционного Военного Совета СССР № 1391594
5 февраля 1925 г. Москва. — В кн.:	М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
Стр. 354—358.
Фрунзе М. В. Больше внимания нашей Красной Армии. Речь на торжествен¬
ном заседании расширенного пленума Ленинградского губисполкома, посвященном
7-й годовщине существования Красной Армии, 24 февраля 1925 г. — В кн.:
М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 358—375.
Фрунзе М. В. Внимание воздушному флоту! Речь на торжественном заседании,
пссвящённом двухлетию ОДВФ, 5 апреля 1925 г. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные
произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 375—384.
Ф р у н з е М. В. Вопросы строительства Красной конницы. Речь на открытии
совещания кавалерийских начальников РККА 7 апреля 1925 г. — В кн.: М. В. Фрунзе,
Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 384—389.
Фрунзе М. В. Наше военное строительство и задачи Военно-научного обще¬
ства. Доклад на I всесоюзном совещании Военно-научного общества СССР 22 мая
1925 г. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. Стр. 390—409.
Ф р у н з е М. В. Военная промышленность — основа нашей обороноспособности.
Речь на VII конференции управляющих заводами Главного управления военной про¬
мышленности 25 мая 1925 г. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воен¬
издат. 1950. Стр. 409—420.
Фрунзе М. В. Задачи красноармейской печати. (К тысячному номеру газеты
«Красная звезда» Политуправления ЛВО.) — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произ¬
ведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 420—422.
Фрунзе М. В, Кадровая армия и милиция. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные
произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 422—443.
Фрунзе М. В. Оборона страны и комсомол. (Речь на конференции РЛКСМ
17 июня 1925 г.). —В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950.
Стр. 443—453.
Фрунзе М. В. Нам нужен сильный Балтийский флот. — В кн.: М. В. Фрунзе.
Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 454—455.
Фрунзе М. В. Европейские цивилизаторы и Марокко. — В кн.: М. В. Фрунзе.
Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 456—554.
ЖИЗНЬ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ М. В. ФРУНЗЕ
АВТОБИОГРАФИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ
Автобиография М. В. Фрунзе. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные про¬
изведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 50—54.
Из послужного списка М. В. Фрунзе (период с 31 января 1919 г. по 2 января
1921 г.).— В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950.
Стр. 45—49.
ВОСПОМИНАНИЯ о М. В. ФРУНЗЕ
Ворошилов	К.	Е. Памяти дорогого	друга Михаила Васильевича Фрунзе. —
В	кн.: Сталин И.	В.,	Ворошилов К- E.,	М. В. Фрунзе. М.	Партиздат.	1938.
Стр. 11—18.
Ворошилов	K.	E. М. В. Фрунзе — друг и вождь Красной	Армии. — В	кн.:
М.	В. Фрунзе. Избранные произведения. М.	Воениздат. 1950. Стр.	34—40.

Критика и библиография
Орджоникидзе Г. К. Памяти М. В. Фрунзе. Речь на траурном заседании
Закавказского ЦИК, ЦИК Грузии, Закавказского профсовета, Тифлисского совета и
представителей фабзавкомоа 1 ноября 1925 г. — В кн.; Г, К. Орджоникидзе. Избран¬
ные статьи и речи 1918—1937 гг М. Госполитиздат. 1945. Стр 134—136.
Фурманов Д. Над свежей могилой. (Речь На смерть Фрунзе в школе ВЦИК.) —
В кн.: М. В Фрукзе. Избранные произведения. М. Воениздат. 1950. Стр. 41—44.
Фурманов Д. М. В. Фрунзе. (Из неопубликованных дневников.) — «Иванов¬
ский альманах» № 4. 1941. Стр. о—16.
Левецкий Ю. Михаил Васильевич Фрунзе. (Воспоминания. Встречи.)
«Артиллерийский журнал» № 10. 1940. Стр. 169—180.
Новицкий Ф. Памяти М. В. Фрунзе. (Из личных воспоминаний.) —«Военный
вестник» № 10. 1940. Стр. 13—17.
Сиротинскнй С. С М. В. Фрунзе по советскому Туркестану. — «Знамя» № 4.
1938. Стр. 181—202.
С и р о т и н с к и й С. М. В. Фрунзе. (По воспоминаниям и материалам адъютан¬
та.) — «Пропагандист и агитатор РККА» № 18. 1940. Стр. 6—14.
Фрунзе Л. Пламенный революционер.— «Красноармеец» № 19. 1940. Стр. 14—15.
Фурманова А, Дмитрий Фурманов боец-писатель —* большевик. Под ред.
A. Фадеева.— М. Госполитиздат. 1938. 40 стр.
БИОГРАФИЧЕСКИЕ ОЧЕРКИ
Фадеев А. А. Герой гражданской войны Михаил Васильевич Фрунзе. — М. Гос¬
политиздат. 1941. 29 стр,
Берёзов П. Михаил Васильевич Фрунзе. —М. «Московский рабочий». 1947.
III стп. с ил л.
Никулин Л. Михаил Фрунзе — полководец-большевик.— «Советский воин»
ЛЬ 3. 1948. Стр. 9—10.
РЕВОЛЮЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ М. В. ФРУНЗЕ
(1904—1917 гг.)
Галкин В. Всеобщая стачка иваново-вознесенских рабочих летом 1905 года —
Иванпр.о. Обл. изд-во. 19^0. 94 стр.
Гандурин К. Эпизоды подполья, (Воспоминания старого большевика.) — Ива¬
ново. Обл. изд-во. 1ь41. 275 стр.
Караваев П. Н. В дооктябрьские годы. На партийной работе, в тюрьме и
ссылке. — М. Госполитиздат. 1948. 154 стр.
Можаров Г. И. Боевые традиции ивановских ткачей. — Иваново. Обл. изд-во.
1943. 53 стр.
Самойлов Ф. Н. По следам минувшего. С предиел. Ем. Ярославского. Изд.
2-е, доп. — М. Госполитиздат. 1948. 392 стр.
Сиротинскнй С. М. В. Фрунзе в Сибирской ссылке. — «Историк-марксист»
№ 2(90). 1941. Стр. 60—65.
И з г а ч ё в В. Λί, В. Фрунзе в Забайкалье. — В кн.: «Забайкалье». Литературно¬
художественный альманах. Чита. Обл. изд-во. 1949. Стр. 159—188.
УЧАСТИЕ М. В. ФРУНЗЕ В ПОДГОТОВКЕ И ПРОВЕДЕНИИ ВЕЛИКОЙ ОКТЯБРЬСКОЙ
СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
История гражданской войны в СССР. Под ред. М. Горького,
B. Молотова, К· Ворошилова, С. Кирова, А. Жданова, И. Сталина. — М. Госполитиздат.
1938—1947. Т. 2. Великая пролетарская революция (октябрь—ноябрь 1917 г.) Изд. 2-е.
1947. Стр. 76, 135—138, 165, 427.
Г апоненко Л. Революционная деятельность М. В. Фрунзе на Западном фронте
в 1917 году. — «Вопросы истории» № 2. 1949, Стр. 68—85.
Зеленский М. И. М. В. Фрунзе в Иваново-Вознесенском районе в 1917 году.—
Иванове. Обл. изд-во. 1947. 86 стр.
Ивановны в борьбе за Октябрь и социалистическую родин у.—
Иваново. Обл. изд-во. 1S42. 207 стр.
И в а н о в о-в о з н е е е н с к и е большевики в период подготовки и
проведения Великой Октябрьской социалистической революции
(Сборник документов). Сост. Абрамов М. Д., Зеленский М. И., Соколов В. М., Тара¬
сенко А. М., под ред. Никишова С, И. — Иваново. Обл изд-во. 1947. 220 стр. с илл
(Отд. пропаганды и агитации Ивановского обкома ВКП(б)).
Глебов Ю. Ф. Революционные памятники города Иванова. — Иваново. Обл
изд-во. 1950. 99 стр. с илл.
М. В. ФРУНЗЕ НА ФРОНТАХ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ
Галкин В. А. Разгром белогвардейского мятежа в Ярославле в 1918 году —
Ярославль. Обл. изд-во. 1939. 112 стр.

156
Критика и библиография
М. в. ФРУНЗЕ НА ВОСТОЧНОМ ФРОНТЕ
Л е н и н В. И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 12	мая 1919 г. — В	кн.: В.	И. Ленин.
Военная переписка 1917—1920. М. Госполитиздат.	1943.	Стр.	62.	(Ин-т	Маркса—
Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Л е н и н В. И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 16 июня 1919 г. Сочинения. Изд. 3-е.
Т. 29. Стр. 503.
Ленин В. И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 1 июля 1919 г. — В кн.: В. И. Ленин.
Военная переписка 1917—1920 М. Госполитиздат.	1943.	Стр.	83.	(Ин-т	Маркса—
Энгельса — Ленина при ЦК ВКП(б)).
Ленин В. И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 1 июля 1919 г. — В кн.: В. И. Ленин.
Военная переписка 1917—1920. М Госполитиздат.	1943.	Стр.	86.	(Ин-т	Маркса—
Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Советские Вооружённые Силы в период иностранной воен¬
ной интервенции и гражданской войны. Материалы для политических
занятий с солдатами, матросами, сержантами и старшинами Вооружённых Сил СССР,
2-е изд. — М. Воениздат, 1949. 63 стр. (Упр. пропаганды к агитации Глав, полит, упр.
Вооружённых Сил Союза ССР).
М. В. Фрунзе на фронтах гражданской войны. Сборник докумен¬
тов.— М. Воениздат. 1941. (Центр, архив Красной Армии). Раздел «М. В. Фрунзе на
Восточном фронте». Стр. 45—209.
Болтин Е. А., полк. Контрнаступление Южной группы Восточного фронта и
оазгром Колчака (1919 г.)—М. Воениздат. 1949. 136 стр. с илл.; 8 л. илл.
Воробьёв В. Ф. Оборона Оренбурга (апрель—май 1919 г.). — М. Воениздат.
1938. 75 стр. с илл. (Воен.-ист. б-ка).
Огородников Ф., комбриг. Удар по Колчаку весной 1919 г. — М. Воениздат.
1938. 316 стр.; 5 л. илл.
Ознобишин Д. В. Роль М. В. Фрунзе в подготовке разгрома Колчака.— «Исто¬
рические записки», т. 31. 1950. Стр. 14—36 (Академия наук СССР. Ин-т истории).
М. В. ФРУНЗЕ НА ТУРКЕСТАНСКОМ ФРОНТЕ
Ленин В. И. Мандат М. В. Фрунзе. Ленинский сборник XXXIV. — М. Госполит¬
издат. 1942. Стр. 227. (Ин-т Маркса—Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Ленин	В. И.	М. В. Фрунзе. Телеграмма от 18	октября	1919	г. — В кн.:
В.	И. Ленин. Военная переписка 1917—1920. М. Госполитиздат. 1943. Стр. 94.
Ленин	В. И.	М. В. Фрунзе. Телеграмма от 2	ноября	1919	г. — В кн.;
В.	И. Ленин. Военная переписка 1917—1920 М. Госполитиздат. 1943. Стр. 99 (Ин-т
Маркса—Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Ленин В. И. Приписка на телеграмме Реввоенсовета Республики командиюше·
му Туркфронтом М. В. Фрунзе от 17 января 1920 г. Ленинский сборник XXXIV.
М. Госполитиздат. 1942. Стр. 254. (Ин-т Маркса—Энгельса—Ленина при ЦК ВКГНб)).
Ленин	В. И.	Радиограмма Туркомиссии для М. В. Фрунзе	от 25	мая 1920 г.
Ленинский сборник	XXXIV.— М. Госполитиздат. 1942.	Стр. 309.	(Ин-т Маркса —
Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
М. В. Фрунзе на фронтах гражданской в о й н ы. Сборник докумен¬
тов.— М. Воениздат. 1941. (Центральный архив Красной Армии). Раздел «М. В. Фрунзе
на Туркестанском фронте». Стр. 201—334.
Карпов Г. И. Гражданская война в Туркмении (1918—1920). Популярный
очерк. — Ашхабад. Туркменпартиздат. 1940. 35 стр. с илл. (Турк. гос. науч. исслед. ин-т
истории и Музей истории революции ТССР).
Филиппов С. Т. Фрунзе и Куйбышев — организаторы побед на фронтах Сред¬
ней Азии (1918—1920). Под. ред. Г. И. Карпова.— Ашхабад. Туркменпартиздат.
1940.	41 стр. с илл. (Турк. гос. науч. исслед. ин-т истории и Музей истории революции
ТССР).
М. В. ФРУНЗЕ НА ЮЖНОМ ФРОНТЕ
Ленин В. И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 16 октября 1920 г. — В кн.:
В.	И, Ленин. Военная переписка 1917—1920.— М. Госполитиздат. 1943. Стр. 199 (Ин-т
Маркса — Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Ленин В И. М. В. Фрунзе. Телеграмма от 28 октября 1920 г. — В кн.:
В.	И. Ленин. Военная переписка 1917—1920. М. Госполитиздат. 1943. Стр. 111. (Ин-т
Маркса—Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
М. В. Фрунзе на фронтах гражданской 'войны. Сборник докумен¬
тов. — М. Воениздат. 1941. (Центральный архив Красной Армии). Раздел «М. В. Фрунзе
на Южном фронте». Стр. 335—470.
Фрунзе М. В. Врангель. — В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.
М. Воениздат. Стр. 165—172.
Фрунзе М. В. Памяти Перекопа и Чонгара. (Страничка воспоминаний).—
В кн.: М. В. Фрунзе. Избранные произведения.— М. Воениздат. 1950. Стр. 223—236.

Критика и библиография
157
Перекоп. Сборник воспоминаний. — M.-JT. Содэкгиз. 1941. 259 стр. с илл. (Секре¬
тариат Главной редакции «Истории гражданской войны». Гражданская война в СССР
в очерках и воспоминаниях участников).
Коротков И. С., полк. Разгром Врангеля. Изд. 2-е, перераб. и доп.— М. Восн-
издат. 1948. 263 стр. с илл.
Тюленев И. Первая Конная в боях за социалистическую родину. Очерк бое¬
вых действий. — М. Воениздат. 1938. 215 стр. с илл.
Тюленев И. В., ген. армии. Боевая слава Советской кавалерии. К 30-летию
создания Первой Конной армии. — М. Воениздат. 1949. 108 стр.
Харламов С., Ген.-майор. На Южном фронте.— «Красноармеец» № 19. 1940.
Стр. 10—11.
Чернявин П., подполк. Разгром Врангеля под руководством М. В. Фрунзе.—
«Пропагандист и агитатор РККА» № 19. 1940. Стр. 10—15.
М. В. ФРУНЗЕ — военный руководитель нового типа и виднейший деятель
ПАРТИИ И СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА
История Всесоюзной Коммунистической партии (больше¬
виков). Краткий курс. Под ред. Комиссии ЦК ВКП(б). Глава восьмая — «Партия
большевиков в период иностранной военной интервенции и гражданской войны (1918—
1920 годы)».
Ленин В. И. Письмо М. В. Фрунзе. Ленинский сборник XXXIV.— М. Госполит¬
издат. 1942. Стр. 415 (Ин-т Маркса—Энгельса—Ленина при ЦК ВКП(б)).
Советские Вооружённые Силы в годы мирного социалистического строительства
(1921—1940 гг.). Материалы для политических занятий с солдатами, матросами, сер¬
жантами и старшинами Вооружённых Сил СССР. 2-е изд.— М. Воениздат. 1949. 40 стр.
(Упр. пропаганды и агитации Главн. полит, упр. Вооружённых Сил Союза ССР).
Образование СССР. Сборник дом^ентов 1917—1924. Под ред. Э. Б. Ген¬
киной.— М.-Л. Изд-во Академии наук СССР. 1949. 471 стр. (Академия наук СССР. Ин¬
ститут истории). В сборнике приводятся 3 документа М. В. Фрунзе: стр. 292-^*298*
328—330, 345.
Воронин В. Выдающийся советский военный деятель М. В. Фрунзе. — «Агитатор
и пропагандист Красной Армии» № 19—20. 1945. Стр. 20—39.
Баканов И. Фрунзе и оборона СССР.—«Большевик» № 19—20, 1940. Стр. 59—71.
Шишкин С. Военные взгляды Фрунзе и современная война. — «Под знаменем
марксизма» № I. 1944. Стр. 49—65.
Барандов Г. М. В. Фрунзе о единоначалии. — «Пропагандист и агитатор
РККА», № 17. 1940. Стр. 10—15.
Грецкий H. М. В. Фрунзе о военной дисциплине.— «Пропагандист и агитатор
РККА», № 14. 1940. Стр. 11—17.
Князев В. М. В. Фрунзе и флот. (К 20-летию со дня смерти.) — «Агитатор»
Л!Ь 17—18. 1945. Стр. 31—37.
Шаповалов Н. Вопросы советской военной идеологии в работах
М. В. Фрунзе. — «Агитатор и пропагандист РККА» № 3. 1946. Стр. 29—35.
А, Крастилевская

ХРОНИКА
Государственный ар
Государственный архив Омской области
занимает одно из первых мест среди госу¬
дарственных архивов Сибири!
В отделе дореволюционных фондов хра¬
нятся материалы с 1722 до 1917 года.
В фонде Военно-походной канцелярий глав¬
ного командира Сибирского корпуса содер¬
жатся данные по истории строительства
постей на территории Южной Сибири и Ка¬
захстана, по истории колонизации края, по
истории русского крестьянства в XVIИ в. в
Южной Сибири, по истории Северо-Запад¬
ного Казахстана.
Ценнейшим является фонд генерал-губер¬
натора Западной Сибири (1822—1882 гг.),
содержащий основные материалы по исто¬
рии как русского населения Западной Сиби¬
ри, так и национальных меньшинств, в том
числе и малых народностей Севера (хантэ,
манси, ненцев), по истории крестьянских
волнений в Сибири, по истории промышлен¬
ности и сельского хозяйства Западной Си¬
бири и Казахстана, по истории Омска и дру¬
гих городов. Ряд судебных и других фондов
содержит ценный материал по истории ре¬
волюционного движения и истории больше¬
вистских организаций Западной Сибири.
В архиве хранятся прокламации, изданные
подпольными большевистскими организация¬
ми. Материалы по истории каторги и ссылки
содержат ряд данных о декабристах, петра¬
шевцах, участниках польских восстаний,
крестьянах — участниках крестьянских вол¬
нений.
В отделе Октябрьской революции и co¬
li нал истического строительства хранятся
фонды (1917—1947 гг.), содержащие доку¬
ментальные материалы по истории установ¬
ления советской власти и по истории граж¬
данской войны в Степном крае и Западной
Сибири, по истории социалистического
строительства в годы сталинских пятилеток
в Омской области, по истории развития
социалистической промышленности и сель¬
ского хозяйства Западной Сибири.
Большую ценность представляют доку¬
ментальные материалы по истории коллек¬
тивизации сельского хозяйства в Омской об¬
ласти. Ряд материалов отражает участие
трудящихся Омской области в Великой Оте¬
чественной войне.
Материалы Государственного архива Ом¬
ской области приведены в порядок, по ряду
хив Омской области
наиболее актуальных тем (устайдвЛение Со¬
ветской власти и гражданская война в За¬
падной Сибири, Степной край В годы первой
революции, история большевистских органи¬
заций в Западной Сибири и др.) составлены
тематические картотеки.
Над материалом Государственного архива
Омской области работает как местные На¬
учные работники, так и историки, экономи¬
сты, краеведы из Казахстана, Москвы,
Ленинграда, Томска и других городов.
В научной разработке документальных
материалов активное участие принимают на¬
учные работники Архивного отдела Управ¬
ления Министерства внутренних дел по Ом¬
ской области.
В 1941 г. издан сборник документальных
материалов по истории восстания хантэй-
ско-ненецкой бедноты под руководством на¬
ционального героя ненецкого народа Баул и
Пиеттомнна.
В 1947 г., к 30-летию Великой Октябрь¬
ской социалистической революции, Архив¬
ным отделом совместно с Омским областным
партийным архивом издан сборник «Омск в
дни Октября и установления советской вла¬
сти».
Составлен и подготовлен к печати сборник
документальных материалов «Из истории
Омской Красной гвардии и Красной Армии».
ВедёГся работа по составлению сборника
«Борьба за хлеб в Омской губернии в
1918—1921 годы».
На основании документальных материалов
Государственного архива Омской области
архивными работниками написан ряд науч¬
но-популярных работ, вышедших отдельны¬
ми изданиями («Сибирь в Отечественной
войне 1812 г.», «Выборы в Омскую город¬
скую думу до Октября», «Как омичи выби¬
рали в Государственную думу», «Выборы в
сибирской деревне при царизме» и др.).
Старшим научным работником Архивного
отдела Н. Горбань в 1946 г. защищена кан¬
дидатская диссертация «Движение крестьян
духовных вотчин Тобольской епархии в
XVIII веке»,, освещающая совершенно не
изученный до настоящего времени вопрос —
о борьбе крепостного крестьянства Западной
Сибири против духовных феодалов. Работа
напечатана в 1949 году.
Я. Г.

Хроника
159
Центральный Государственный архив Р СФСР
Дальнего Востока
Центральный Государственный архив
РСФСР Дальнего Востока был основан в
1943 г. в Томске. В архиве сосредоточены
документальные материалы учреждений
Дальнего Востока (Амурской, Сахалинской
и Камчатской областей, Хабаровского и
Приморского краёв).
По своему содержанию документальные
материалы архива отражают историю Даль¬
него Востока главным о-б.равом со второй
половины XIX века. По фондам архива
можно проследить историю развития про-
гиворечий империалистических государств-*-
и в первую очередь Японии и Америки —
на Дальнем Востоке, историю интервенции
этих государств на Дальнем Востоке.
По вопросу о том, как царское прави¬
тельство пыталось практически решать
проблему освоения Дальнего Вобтока, ис¬
следователи найдут ценные данные в доку¬
ментальных материалах этого архива.
В первые годы существования советской
власти проблема освоения Дальнего Востока
была решена по-новому. Как она практи¬
чески решалась в годы советской власти,
можно проследить по документальным ма¬
териалам архива.
В архиве имеется фонд Хабаровской
краевой комиссии по приёму молодёжи хе-
тагуровского призыва (I93S—1940). В фон¬
де хранятся главным образом письма со¬
ветских людей, откликнувшихся на патрио¬
тический призыв советской девушки Хета-
гуровой.
По истории революционного движения на
Дальнем Востоке в архиве имеется боль¬
шое количество документальных материа¬
лов.
Большой интерес для исторической науки
представляют документальные материалы
фондс-з местных органов советской рлгети--
голостных, уездных, районных резкомов, а
также исполнительных комитетов советов ра¬
боче-крестьянских и солдатских депутатов и
съездов советов. В этих фондах имеется
много документов, иллюстрирующих, как под
руководством партии Ленина—Сталина ра¬
бочий класс в союзе с беднейшим крестьян¬
ством вёл ожесточённую борьбу за совет¬
скую власть. Особенный интерес представ¬
ляют документы, относящиеся к истории
первых выборов в местные органы совет¬
ской власти на Дальнем Востоке в 1923—
1924 гг., проходивших в обстановке напря¬
жённой классовой борьбы с кулачеством
я остатками белогвардейских элементов.
В этих же фондах много документов пе¬
риода японской и американской интервен¬
ции.
Документы, отражающие историю профес¬
сионального и рабочего движения на Даль¬
нем Востоке, имеются в ряде фондов обла¬
стных, губернских, краевых и местных коми¬
тетов профсоюзов.
Личных фондов в архиве нет. Имеются
лишь отдельные официальные документы —
служебная переписка таких выдающихся
людей нашей Родины, как Невельской,
Макаров, Арсеньев и др.
За последние два—три года среди учёных
Сибири, Дальнего Востока и других мест
замечается тяга к изучению дальневосточных
проблем. В связи с этим в архив приезжают
краеведы из Николаевска-на-Амуре, истори¬
ки из Иркутска и Хабаровска, из Кирова и
Москвы. Научные работники и преподава¬
тели Томска стали чаще обращаться в ар¬
хив. Однако следует отметить, что даже наи¬
более важные фонды архива до сих пор
почти не изучены и недостаточно использу¬
ются учёными-исследователями.
Коллектив сотрудников Центрального Го¬
сударственного архива РСФСР Дальнего Во¬
стока в основном закончил приведение фон¬
дов в порядок. В настоящее время
подобраны документы для сборника по исто¬
рии установления советской власти на
острове Сахалине.
Я. Павлов

СОДЕРЖАНИЕ
СТАТЬИ
Даниилов А. — Об извращениях в освещении мюридизма и движения Шамиля	.	^	8
Калабашкин А.—Революционная деятельность М. В. Фрунзе в годы первой
русской революции :	.	.	.	.	  19
Игнатович И. — Крестьянские волнения первой четверти XÏX века	 48
Гонионский С. — Как американские империалисты захватили Панаму	 71
ДИСКУССИИ И ОБСУЖДЕНИЯ
Яковлев Б. — Возникновение и этапы развития капиталистического уклада в России	91
СООБЩЕНИЯ
Монгайт А. и Фёдоров Г.— Вопросы истории Великого Новгорода	1С5
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
КРИТИЧЕСКИЕ СТАТЬИ И ОБЗОРЫ
Алпатов М. — Современная реакционная историография — орудие американских
поджигателей войны	 120
РЕЦЕНЗИИ
История СССР
Сафаргалиев М. — Б. Д. Греков, А. Ю. Якубовский. Золотая Орда и её	падение	.	139
Черепнин Л. — Полное собрание русских летописей. Том 25	 142
Шунков В. — Н. В. Устюгов. Башкирское восстание 1737—1739 гг.	 144
Всеобщая история
Левинтов Н. — Димитър Косев. Петко Рачев Славейков	 146
Авербух Р. — Ева Пристер. Краткая история Австрии	 150
БИБЛИОГРАФИЯ
Крастилевская А. — Михаил Васильевич Фрунзе (К 25-летию со дня смерти)	.	.	1-53
ХРОНИКА
Н. Г. — Государственный архив Омской области .	  158
Павлов Н. — Центральный Государственный архив РСФСР Дальнего Востока . .	159
Редакционная коллегия:
П. Н. Третьяков (главный редактор), И. М. Волков,
Б. Д. Греков, H. М. Дружинин, М. Д. Каммари, С. Ф.
Найда, А. Д. Никонов, Б. К. Рубцов, А. Л. Сидоров
А. Д. Удальцов.
Адрес редакции; Москва, ул. «Правды», 24, ком. 647.
Тел. Д 3-31-04.
А —07132.
Изд. № 406.
Заказ № 2244.
Тираж 33 500 экз.
Подписало к печати 26/IX 1950 г.
10 печ. л.
68 000 печ. зн. в печ. л.
Типография газеты «Правда» имени Сталина. Москва, ул. «Правды», 24.