СТАТЬИ
Заозерская Е. - К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке
Рубинштейн Н., проф. - О мануфактурном периоде русской промышленности и складывании капиталистического уклада в России XVIII века
СООБЩЕНИЯ И ПУБЛИКАЦИИ
Смирнов И. - Превращение бобыля в старожильца
Буржен Ж. и Ф. - Виши
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
Погребинский А. - Проф. П.Г. Любомиров. Очерки по истории русской промышленности. Т. I
Устюгов Н. - Чаев Н.С. и Черепнин Л.В. Русская палеография
Полевой Ю. - Корольчук Э.А. Северный союз русских рабочих и революционное рабочее движение 70-х годов XIX в. в Петербурге
Стишов М. - Губельман М. - Лазо
Бирман М. - Василев О. Вооружённое сопротивление фашизму в Болгарии 1923-1944. Очерки и документы. Сборник «Борьба болгарского народа против фашизма»
Грекул Ф. - Лукрециу Патрашкану. Век социальных движений 1821-1907
Артуров О. - Мильтон Дж.Ф. Власть президента в США
Родов Б. - Роберт Крэйги. Под японской маской
Артамонов М., проф. - Носек С. Культура ящичных и подколпачных погребений в юго-западной Польше
ХРОНИКА
Альтман В. - 800-летие Москвы. Заседания в Академии наук СССР
Шахматов В. - Первая научная сессия Института истории, археологии и этнографии Академии наук Казахской ССР
П.М. - В научно-исследовательском институте Карело-Финской ССР
А.Д. - Научно-исследовательские экспедиции Академии наук Латвийской ССР
А.Д. - Известия Академии наук Латвийской ССР, № 1 за 1947 год
Комиссаров С. - Вторая научная сессия Кабардинского научно-исследовательского института
Амелин П. - О научно-исследовательской работе кафедры истории СССР Высшего военно-педагогического института имени М.И. Калинина
Историческая наука за рубежом
Алфавитный указатель статей за 1947 год
Содержание
Текст
                    СТАТЬИ
К ИСТОРИИ ПЕРВОЙ КОНСТИТУЦИИ СССР
В. Пентковская
Первая конституция РСФСР была принята V Всероссийским съез¬
дом Советов в июле 1918 года. Она возвела в закон признание равен¬
ства и суверенности всех нации и стала образцом для конституций
других национальных советских республик. «Совершенно добровольно,
без лжи и железа, будет расти эта федерация, и она несокрушима» \ —
так гениально предопределил В. И. Ленир в 1918 г. развитие Российской
Федерации.
Успешная работа по строительству советского государства,
по оформлению и созданию на территории бывшей России национальных
советских республик, последовательное осуществление большевистской
национальной политики обеспечили русскому пролетариату поддержку
и помощь трудящихся национальных окраин в борьбе против
белогвардейцев и интервентов. В огне гражданской войны закалился
и окреп союз народов России, перед которым оказались бессильными
объединённые полчища внешней и внутренней контрреволюции. В про¬
цессе государственного оформления национальных республик и областей
были найдены многообразные эластичные формы советской федерации,
отражавшие разнообразие ступеней экономического, политического и
культурного развития от тельных народов, населявших территорию быв¬
шей царской России. Так была разработана структура государственных
взаимоотношений национальных автономных областей и национальных
автономных республик в пределах Российской Федерации. Новая форма
объединения равноправных советских национальных республик, сохраня¬
ющая их независимость и самостоятельность, была намечена в Закавказ¬
ской федерации, в союзных договорах Украины, Белоруссии и других
республик с РСФСР. В них были определены области хозяйственной, по¬
литической и военной деятельности. Предстояло завершить многообразие
федеративных связей и форм, найденных в процессе становления
советских республик, созданием союзного государства советских
социалистических республик, в котором бы сочеталась в неразрывное
целое задача укрепления могущества и силы союзного государства
с задачей! хозяйственного, экономического, политического и культур¬
ного развития отдельных республик.
В 1922 г. , после окончания гражданской войны и освобождения
всей советской территории от белогвардейцев и интервентов, в народных
массах советских республик особенно усилилось движение#а создание
более тесного объединения советских республик, за объединение их
в единое союзное государство. На многолюдных собраниях рабочих,
крестьян, интеллигенции в Закавказье, на Украине, в Белоруссии
с небывалым энтузиазмом поддерживалась идея объединения советских
республик в единое союзное государство.
Состоявшееся летом 1922 г. совещание ответственных работников
договорных советских республик (Украины, Белоруссии, Закавказской
федерации) в соответствии с широким народным движением за их объ¬
1 Ленин. Соч. Т. ХХП, стр. 224.


4 В. Пентковская единение высказалось за переход к созданию Союза Республик'2. Для разработки этого вопроса была образована комиссия ЦК РКП(б), в кото¬ рую вошли представители всех союзных советских республик. Комиссию возглавил И В. Сталин. Самое близкое участие в работах комиссии, несмотря на болезнь, при¬ нимал В. И. Ленин. Вместе с И. В. Сталиным он разрабатывал план и ос¬ новные принципы объединения республик, беседовал с И. В. Сталиным о работах комиссии. 23—24 сентября в 'Москве комиссия обсудила предложенный И. В. Сталиным проект резолюции о взаимоотношениях РСФСР с незави¬ симыми республиками 3. В окончательной редакции, за подписями членов комиссии И. В. Сталина, Г. К. Орджоникидзе, А. Ф. Мясникова и В. М. Молотова, проект был внесён на обсуждение пленума ЦК РКП(б)4. В I § проекта был чётко сформулирован принцип равенства объединяющихся республик, добровольный характер объединения и пред¬ лагалось название Союза — «Союз Социалистических Советских Респуб¬ лик». Проект в общих чертах намечал основы конституции будущего Союза Республик, исходя из основной идеи создания единого союзного государства с центральными союзными органами, способными осуще¬ ствить это единство на деле. В нём был разработан план построения союзного многонационального государства на основе равенства объеди¬ няющихся национальных советских социалистических республик, который открывал новую ступень в развитии советской федерации. 6 октября проект И. В. Сталина, Г. К. Орджоникидзе, В. М. Молотова и Мясникова обсуждался пленумом ЦК РКП(б). Ленин на заседании пленума отсутствовал по болезни, но сохранилась его записка, написанная в день заседания. Она показывает, какое боль¬ шое значение придавал Владимир Ильич объединению республик и фор¬ мированию решений в духе равноправия и дружбы народов, которое исключало бы малейшую возможность проявления в создаваемом союзе великодержавного великорусского шовинизма. «Великорусскому шови¬ низму объявляю бой не на жизнь, а на смерть. — писал Ленин. — ...Надо абсолютно настоять, чтобы в союзном ВЦИКе председатель¬ ствовали по очереди русский, украинец, грузин и т. д. Абсолютно!». Внизу на записке Ленина И. В. Сталин приписал: «Правильно» Пленум ЦК РКП(б) заслушал доклад И. В. Сталина от комиссии по вопросу о взаимоотношениях между РСФСР и независимыми республи¬ ками, утвердил проект резолюции, представленный И. В. Сталиным, Г. К. Орджоникидзе, В, М. Молотовым и А. Ф. Мясниковым, и создал комиссию во главе с И. В. Сталиным для руководства подготовительной работой по объединению советских республик в единое союзное госу¬ дарство и по созыву I съезда Советов СССР Идея созыва съезда встретила горячую поддержку трудящихся масс всех советских республик. 18 ноября в «Правде» была опубликована беседа корреспондента «Пр авды» с И. В. Сталиным по вопросу об объединении независимых национальных республик. Впервые на страницах центральной печати был конкретно поставлен вопрос о форме объединения и структуре высших ор¬ ганов власти и управления Союза Республик. И. В. Сталин показал, что инициатива движения за объединение принадлежит самим республикам, что оно прошло в своём развитии уже две фазы. Первая (1918—1921), 2 2-я партконференция коммунистических организаций Закавказья Доклад Г К· Орджоникидзе «Об образовании Союза республик». Тифлис. 1922. 3 И. Стал и н. Соч. Т. 5. стр. 433. 4 Берия Л. К вопросу об исто-рии большевистских организации в Закавказье, стр 182, 6-е изд. 1941. 6 JI е н и н (В. И. Ульянов). ОГИЗ* 1939. 0 И. Сталин. Соч. Т. 5, стр. 433.
К истории первой конституции CCCl· когда республикам угрожала смертельная опасность и они вынуждены были объединиться по военной линии, чтобы отстоять своё существование; вторая (конец 1921 — начало 1922 г.), когда единый дипломатический фронт советских республик явился неизбежным средством, без которого невозможно было устоять против натиска империалистических держав. Теперь объединительное движение вступило в третью фазу, в фазу хозяй¬ ственного объединения. Хозяйственное объединение республик — един¬ ственный путь действительного восстановления промышленности и сель¬ ского хозяйства. И. В. Сталин осветил также вопрос о характере и форме объеди¬ нения, раскрыл содержание проекта организации центральных органов* Союза и общие установки о пределах их компетенции. И. В. Сталин указал, что договор об объединении заключают: РСФСР (как целостное федеральное образование), Закавказская федерация (тоже как целостное федеральное образование), Украина и Белоруссия. Высшие органы Союза — Центральный Исполнительный Комитет, избираемый пропор¬ ционально представляемому им населению, и Совет Народных Комисса¬ ров, выбираемый Центральным Исполнительным Комитетом как его ис¬ полнительный орган. Союзный ЦИК вырабатывает основные руководящие начала политической и хозяйственной жизни республик и федераций, ■входящих в Союз. Союзом объединяются военные, иностранные, внешне¬ торговые, железнодорожные и почтово-телеграфные дела, которыми непо¬ средственно и безраздельно должен ведать союзный Совнарком. К функциям Совнаркома Союза относится также руководство деятельностью Народных комиссариатов финансов, продовольствия, тру¬ да, РКИ и Высшего Совета народного хозяйства, комиссариатов рес¬ публик и федераций, входящих в Союз. Комиссариаты: внутренних дел, земледелия, просвещения, юстиции, социального обеспечения и здравоох¬ ранения— остаются в непосредственном и безраздельном ведении союз¬ ных республик. С особенной силой подчеркнул И. В. Сталин добровольный характер объединения. «Характер объединения* должен быть добровольным, исключительно добровольным, с оставлением за каждой национальной республикой права 'выхода из состава Союза» 7. 21 ноября 1922 г. состоялось первое заседание комиссии под председательством И. В. Сталина. Комиссия наметила порядок под¬ готовки съезда Советов GCCP и приняла решение о разработке «Основных пунктов конституции СССР». 30 ноября, на заседании Политбюро ЦК, И. В. Сталин выступил с докладом с Союзе Республик, в котором сообщил о результатах работы комиссии. Разработанные комиссией «Основные пункты конституции» состояли из 16 параграфов (вошедших впоследствии с некоторыми изменениями в союзный договор) о составе и характере Союза Республик, высших органах власти и управления Союза, о ведении ЦИК Союза и др.8. «Основные пункты конституции» затем поступили на обсуждение республиканских ет.езлов Советов и легли в основу наказов делегациям I съезда Советов СССР. 13 декабря 1922 г. I Закавказский съезд Советов по докладу Г. К. Орджоникидзе принял постановление, в котором признал необходимость созыва общего съезда Советов СССР и избрал делегацию на этот съезд, снабдив её мандатами на право подписания договора об организации Союза Республик. Одновременно в Киеве происходил VII Всеукраинский съезд Советов. 13 декабря съезд по докладу М. В. Фрунзе принял декларацию об образовании СССР, постановление об основах конституции СССР и избрал полномочную делегацию на учредительный съезд Советов союзных республик. ~ И. Сталин. Соч. Т. 5. стр. 142. * Архив ИМЭЛ, л. ЛЬ 2479, л. 109—111. -
В. ПенНовскйя 16 декабря вопрос об образовании СССР обсуждался па IV съезде Советов Белоруссии. Съезд полностью присоединился к предложению Всеукраинского съезда о неотложном оформлении СССР и избрал делегацию па предстоящий съезд Советов республик. Основные принципы объединения республик, изложенные в «Основных пунктах конституции», получили полное одобрение на съездах Советов всех республик. С 5 по 16 декабря комиссия под председательством И. В. Сталина разрабатывала проект союзного договора и декларацию об образовании СССР. 16 декабря комиссия заслушала и единогласно с небольшими поправками приняла представленный подкомиссией проект договора об образовании СССР. Комиссия рассмотрела также написанный И. В. Сталиным проект Декларации об образовании СССР и единогласно приняла его. Одновременно она признала, что Декларация и Договор об образовании СССР составляют единый основной закон Союза ССР. 18 декабря И.· В. Сталин выступил на пленуме ЦК партии с сообщением о проекте договора с союзными советскими республиками. Пленум назначил комиссию во главе с И. В. Сталиным для руководства работой союзного съезда Советов и для окончательной разработки проекта Договора и Декларации. В состав комиссии вошли: М. В. Фрунзе, Г. К. Орджоникидзе, М. И. Калинин, Г. И. Петровский и др.9. Правительство РСФСР не высказывало официально своего отноше¬ ния к вопросу об образовании СССР до получения предложения союзных республик. 17 декабря 1922 г. М. И. Калинин в статье «К X съезду советов» писал: «Многих интересует вопрос об объединении советских республик. Вопрос этот поднят союзными с нами республиками. Там он дебатируется и обсуждается на их съездах Советов; от них идёт инициатива. Мне кажется, в РСФСР она встретит живой отклик, и съезд Советов, вероятнее всего, это предложение примет с востор¬ гом, но, по вполне понятным причинам, правительство РСФСР до решающего момента официально не высказывается, пока не поступит конкретное предложение от союзных с нами республик»10. После того как съездами Советов Закавказья, Украины и Белоруссии были при¬ няты постановления о необходимости немедленно оформить СССР, 22 де¬ кабря 1922 г. совещание представителен губерний, областей и республик (сеньорен-конвент) приняло решение об изменении порядка дня X Все¬ российского съезда Советов. В повестку дня был включён вопрос об образовании СССР. 26 декабря, на X Всероссийском съезде Советов, где присутствовало 2215 делегатов, в том числе 448 от договорных республик (ЗСФСР; УССР, БССР), приглашенных на съезд в качестве почётных гостей, с докладом «Об объединении советских республик» выступил И. В. Сталин. В своём докладе И. В. Сталин показал, что смысл движения за объеди¬ нение советских республик состоит в том, чтобы от старых договорных отношений перейти к отношениям более тесного объединения, к отно¬ шениям, предполагающим создание единого союзного государства е соответствующими союзными органами исполнительного и законода¬ тельного характера. И. В. Сталин раскрыл причины, толкавшие респуб¬ лики на путь объединения, и определил принципы объединения, которые должны быть положены в основу Договора между республиками. В ре¬ золюции, предложенной И. В. Сталиным и принятой X Всероссийским съездом Советов, объединение республик в 'СССР было признано свое¬ временным. X Всероссийский съезд Советов избрал делегацию на I съезд Советов СССР, обязав её при рассмотрении союзного Договора отстаивать общие положения, указанные в резолюции и определённые и И. С т л л и н. Соч. Т. 5, стр. 434. 10 «Имзествя» от 17 декабря 1922 года.
К истории первой конституции СССР «Основными пунктами конституции СССР»: образование союзных законо¬ дательных и исполнительных органов; слияние комиссариатов: военно- морского, путем сообщения, иностранных дел, внешне!! торговли, почт и телеграфов; отнесение к разряду директивных комиссариатов по финан¬ сам, продовольствию, народному хозяйству, труду и р а б ! > че ~ кр ее тьн иск о м инспекции; обеспечение интересов национального развития пародов д о г о в а р и в а ю ι и и х с я республик. Съезд уполномочил делегацию заключить Договор по образовании СССР с социалистическими советскими республиками Украины, Закавказья и Белоруссии 1Х. Работа над окончательной редакцией проекта союзного Договора велась под непосредственным руководством И. В. Сталина, с участием делегаций республик, в комиссии, которая заседала 20 и 28 декабря. Были подготовлены проекты Договора, Декларации и постановления съезда Советов СССР. 29 декабря под председательством М. И. Калинина открылась конференция полномочных делегаций. Конференция рассмотрела и приняла Декларацию и Договор об образовании СССР и проект поста¬ новления съезда. С сообщением о порядке работы съезда на конферен¬ ции выступил И. В. Сталин Конференция поручила И. В. Сталину вы¬ ступить на I съезде Советов СССР с докладом об образовании СССР 1“ ★ 30 декабря 1922 г. Î съезд Советов СССР принял по докладу И. В. Сталина Декларацию и Договор об образовании СССР. Декларация и Договор определили основные принципы строительства нового союзного государства. СССР учреждался как добровольное объединение равно¬ правных советских республик, как единое союзное государство, в котором объединялись важнейшие экономические и политические области: воен¬ ные и морские дела, иностранные дела, внешняя торговля, пути сообще¬ ния, почта и телеграф. Верховным органом власти союзного государства, по Договору, был признан съезд Советов Союза, который избирал Цент¬ ральный Исполнительный Комитет из представителей союзных республик пропорционально количеству населения каждой. Предварительное обсуждение проекта союзного Договора в респуб¬ ликах и на конференции полномочных делегаций показало, что некото¬ рые положения его требуют дополнительного рассмотрения и уючне- ния. I съезд Советов СССР по предложению И. В. Сталина постановил передать Декларацию и Договор на дополнительное обсуждение цен-.фйльных исполнительных комитетов союзных республик с тем, чтобы отзывы последних были представлены ЦИК Союза ССР к ближайшей очередной сессии, созвать которую предполагалось в апреле. Сессия ЦИК СССР должна была рассмотреть полученные отзывы, утвердить текст Декларации и Договора и немедленно ввести его в действие. Но окончательное утверждение принятой на сессии конституции предоставлялось только следующему, II съезду Советов СССР д Таким образом, программа разработки конституции была рассчи¬ тана на период между I и II съездами Советов, что полностью отвечало стремлению партии и советского правительства создать в конституции прочную основу для дружеских взаимоотношений объеди¬ няющихся народов и обеспечить проявление их инициативы и самодея¬ тельности. Съезд избрал ЦИК СССР в составе 371 человека. 11 X Всероссийский съезд Советов. Стенографический отчёт. J-’ Архив ПМЭЛ, д. М> 4Г> 14(3. д. 2—12. î;î 1 съезд Советов Союза ССР. Стенографический! отчёт. М. 1922.
8 В. Пентковская Вечером 30 декабря, после закрытия съезда, состоялась I сессия ЦИК. Был избран президиум в составе 19 членов и 4 председателей, по одному от каждой объединяющейся в Союз республики. ЦИК поручил своему президиуму детально разработать и подготовить ко второй сессии «положения» по отдельным разделам конституции. До созыва второй сессии ЦИК Союза все полномочия по изданию обязательных для всего СССР декретов передавались ВЦИК и его президиуму14. Во исполнение решения сессии, президиум ЦИК на первом засе¬ дании 10 января образовал комиссии по подготовке проектов положений: 0 СНК, СТО и наркоматах, о ЦИК Союза и членах ЦИК; об орга¬ низации наркоматов и их персональном составе, о верховном суде и государственном политическом управлении (ГПУ), о флаге и гербе. Была также образована бюджетная комиссия и комиссия по разра¬ ботке проекта Дворца СССР 1Г\ В процессе работы первая комиссия определилась как основная; ею была выделена подкомиссия, разра¬ батывавшая отдельные главы конституции. В основу работы был положен проект конституции, разработанный ВЦИК, обсуждавшийся на заседаниях подкомиссии 31 января, 3, 7, 9 и 12 февраля 1923 года. Этот проект был, по сравнению с первоначальным договором, значитель¬ но расширен—вместо 26 он уже включал 63 статьи. Проект включал восемь гла!В: I—Предметы ведения верховной власти СССР; II—О съезде Советов СССР; Ш — О ЦИК СССР; IV — О президиуме ЦИК СССР, У — О СНК СССР, VI — О народных комиссариатах СССР; VII — О со¬ юзных республиках; VÎII—О гербе, флаге, государственной печати и столице Союза ССР 16. Проект конституции, значительно расширенный и дополненный, был готов примерно в середине февраля. Одновременно с обсуждением конституции в комиссиях ЦИК сформировались и приступили к работе конституционные комиссии в союзных республиках. Разработка первой конституции Советского Союза проходила в обстановке непримиримой борьбы, которую партия под руководством И. В. Сталина вела против уклонов от большевистской национальной политики. В области государственного строительства эти уклоны про¬ явились в попытках подвергнуть ревизии и пересмотру принятые 1 съездом Советов СССР ленинско-сталинские организационные прин¬ ципы в строительстве союзного государства. Некоторая часть шовинистически настроенных партийных и совет¬ ских работников в центре и на местах пыталась рассматривать Союз Республик не как союз равных государственных единиц, призванный обеспечить свободное развитие национальных республик, а как начало образования «единой, неделимой» России. Идея объединения респуб¬ лик использовалась шовинистическими элементами для прикрытия своей тенденции к бюрократической централизации. Великодержавно- шовинистические «веяния» в строительстве союзного государства про¬ явились в стремлении ряда руководящих советских работников узаконить временное, переходное положение, при котором наркоматы РСФСР до окончательного учреждения союзных органов выполняли функции союзного значения, в попытках подменить вопрос о создании союзных органов управления вопросом о создании при наркоматах РСФСР секретариатов для управления соответствующими областями хозяйства союзных республик. Тенденция к бюрократической централизации в проектах органи¬ зации центральных органов Союза была, как показал И. В. Сталин 14 1-я сессия ЦИК Союза ССР М. Изд. ЦИК СССР. 1923. 1Г| Генкина Э. «Образование СССР», стр 123. 1947. 18 Там же, стр. 124—125.
К истории первой конституции СССР О в докладе на XII съезде партии, «знамением времени» — результатом роста великорусского шовинизма в обстановке новой экономической политики. Она создавала опасность потери доверия рабочих и крестьян ранее угнетённых народов к русскому пролетариату. Но наряду с великорусским шовинизмом проведение в жизнь ре¬ шения об объединении республик тормозилось также уклоном к наци¬ онализму ряда ответственных партийных и советских работников национальных республик. Уклон к национализму в области конститу¬ ционного строительства выразился прежде всего в формальном, буржу¬ азно-правовом толковании вопроса о суверенитете объединяющихся республик. Национал-уклонисты добивались пересмотра решения I съезда Советов по вопросу о компетенции верховных органов Союза и пыта¬ лись в конституционных комиссиях протащить идею конфедерации, нарушая тем самым волю съезда, единодушно принявшего положение союзного договора об объединении республик «в единое союзное го¬ сударство — СССР». В докладе по национальному вопросу на .XII съезде партии И. В. Сталин указал, что постановка национал-уклонистами вопроса о несуверенности республик, входящих в СССР, являлась, по существу, неверной и схоластической. С особой силой он подчеркнул, что основа Союза—добровольность и правовое равенство членов Союза. Решение об объединении в Союз было добровольно принято народами четырёх со¬ ветских республик. Союзный договор закрепил правовое равенство объ¬ единившихся республик, выразившееся в том, что все республики, вхо¬ дившие в состав Союза, в одинаковой степени пользовались его благами и одновременно в одинаковой степени отказывались от некоторых своих прав независимости в пользу Союза. Упразднение внещторгов, наркомик- делов и т. д. в республиках явилось таким ограничением независимости в пользу Союза, «ибо всякое объединение есть некое ограничение ранее 'имевшихся прав у тех, которые объединялись». Но из этого не следовало, что республики теряли независимость. Основные элементы независимости, безусловно, оставались хотя бы потому, что каждая рес¬ публика имела право одностороннего выхода из Союза. Национал-уклонисты выражали настроения национальной буржуа¬ зии, поднявшей голову в условиях нэпа и ориентировавшейся на союз с буржуазными государствами. Без преодоления уклона к национа¬ лизму среди советских и партийных работников национальных респуб¬ лик невозможно было завершение разработки конституции СССР. ★ Процесс разработки проекта конституции СССР в период между I съездом Советов и 2-й сессией ЦИК СССР можно разделить на три ос¬ новных этапа, непосредственно связанных с выступлениями И. В. Сталина, сыгравшими решающую роль в определении направления работы консти¬ туционных комиссий: от I съезда СССР до февральского пленума ЦК РКП(б); от февральского пленума до XII съезда партии; от XII съезда партии до 2-й сессии ЦИК СССР. Одним из основных вопросов обсуждения в конституционных комиссиях в этот период был вопрос о структуре центральных органов Союза. Предстояло найти такую форму организации центрального аппарата власти и управления Союза, которая наряду с представитель¬ ством трудящихся масс всего Союза, независимо от национальности, обеспечивала бы правовое равенство всех народов, объединённых ? едином многонациональном советском государстве. Конституции буржуазных федеративных государств, наиболее характерными из которых для буржуазного строя являются швейцар¬ ская и американская федерации, не могли дать ответа на этот вопрос.
ίο В. Пснткоеская В 1918 г. в беседе с сотрудником «Правды» П. В. Сталин указал, что буржуазные федеративные государства не представляют добро¬ вольных государственных объединении. Процесс их возникновения связан с насилиями, угнетениями, войнами; их развитие сопровождалось ростом прав федеративных органов за счёт прав членов федерации и привело к тому, что «на деле они превратились в унитарные госу¬ дарства, сохранив лишь форму федерализма» lï. В XX в. в США штаты— члены федерации — превратились фактически в единицы местного ■само¬ управления; в Швейцарии также, в результате развития нейтралистских тенденции, кантоны почти полностью утратили свои права. Буржуазные государственные федеративные объединения строились не по националь¬ ному признаку, а «в силу случайного захвата тех пли иных территорий эмигрантамп-колонмстами или сельскими общинами» 1S. Конструкция центральных органов буржуазных федераций не могла быть воспринята Советским Союзом, ибо она противоречили духу совет¬ ского многонационального государства, основанного на добровольном объединении равноправных народов. Принятый 1 съездом союзный Договор лить в общих чертах раз¬ решал вопросы государственного устройства СССР. Создание проекта организации центральных органов Союза и их взаимоотношений с республиканским!} органами требовало большой дополнительной работы. Раст великодержавно-шовинистских и националистических тенденций в кругах советских и партийных работников, опасность отражения этих тенденций в работах конституционных комиссий поставили перед партией задачу всестороннего обсуждения конституции СССР. В ходе работы над проектом конституции встал также имеющий крупное принципиальнее значение вопрос о создании второй палаты и 0 разделении ЦИК на Совет Союза и Совет национальностей, с тем, что¬ бы обеспечить в ЦИК представительство не только пропорционально насе¬ лению, но и на равных основаниях для всех национальных республик и областей. В период I съезда Советов СССР и на первой стадии разработки кон¬ ституции этот вопрос ещё не был поставлен. Идея представительства национальностей в верховном органе союзного государства, в целях обес¬ печения наилучших условий укрепления его как государства многонацио¬ нального, возникла уже в самом процессе разработки конституции, между 1 и II съездами Советов Союза ССР. Она всецело принадлежит И. В. Сталину. Вопрос о национальном моменте в партийном и государственном строительстве был поставлен в повестку дня XII съезда партии. Написать тезисы и выступить на съезде с докладом по этому вопросу Центральный Комитет партии поручил И. В. Сталину. 4 февраля 1923 г. И. В. Сталин внёс в Политбюро ЦК РКП(б) предло¬ жение о создании в составе ЦИК СССР второй палаты — органа, пред¬ ставляющего интересы всех народов СССР. Идея двухпалатной конструк¬ ции ЦИК СССР явилась новым вкладом в ленинско-сталинское учение о советском многонациональном государственном строе; она давала ключ к разрешению сложнейшей проблемы построения центральных органов многонационального советского государства. Эта идея особой конструк¬ ции центральных органов советского многонационального государства в дальнейшем бы/та более детально развита и обоснована И. В. Сталиным при разработке тезисов к XI! съезду партии о национальных моментах в партийном и государственном строительстве. При решении вопроса о структуре центральных органов Союза И. В. Сталин в тезисах исходил из анализа задач, стоявших перед Союзом. 17 И. Сталин. Соч. Т. 4, стр. 66. 18 Т а м же, стр. 67.
К истрии nrpentf конституции СССР 11 11 В. Сталин показал в тезисах, что советская форма сожительства наро¬ дов в едшюм многонациональном государстве* принципиально отличается от формы взаимоотношений народов в рамках многонациональных буржу¬ азных государств. Пока у власти стоит капитал, национальная вражда и национальные столкновения неизбежны —такой вывод делает И. В. Сталин из анализа истории буржуазных многонациональных государств. В то время как победа Советов и утверждение диктатуры пролетариата являются тем фундаментом, на основе которого может быть построено братское сотрудничество народов в едином государственном Союзе. Подход И. В. Сталина к разрешению вопроса о структуре центрального госу¬ дарственного аппарата Союза исключал возможность заимствовать об¬ разцы из предшествующей истории как России, так и других многона¬ циональных государств и наносил решительный удар бюрократически централизаторским тенденциям в конституционном строительстве. 21 февраля тезисы И. В. Сталина обсуждались пленумом ЦК РКП(б),,J. Пленум высказался за предложение И. В. Сталина с создании второй палаты и подтвердил, что во вторую палату на началах равенства должны входить представители всех национальностей. Одобрив в целом идею двухпалатной конструкции ЦИК СССР, пленум, однако, принял решение ограничиться в тезисах лишь общим предложением о создании специального органа, представляющего интересы национальностей, не кон¬ кретизируя вопрос о его структуре. Позднее, на ХИ съезде РКП(б), И. В. Сталин пояснил, почему в тези¬ сах, утверждённых ЦК, о второй палате говорится в более обшей форме, чем в его выступлении по этому вопросу на февральском пленуме: «В тезисах говорится в более прикрытой форме, чтобы дать возможность| товарищам самим, может быть, наметить другую, более гибкую форму, другой, более подходящий орган, могущий отражать интересы националь¬ ностей» 20. Февральский пленум ЦК РКГ1(б) создал эмиссию во главе с й. В. Сталиным для руководства разработкой проекта конституции. Ре¬ шения пленума поставили перед конституционными комиссиями ЦИК за¬ дачу по-новому подойти г; конструкции центральных органов союзного государства и пересмотреть уже составленные проекты в свете сталин¬ ских указаний. 28 февраля на заседании подкомиссии по выработке предварительного проекта конституции и положения о наркоматах СССР было принято ре¬ шение: ввиду появления новых вопросов, выдвинутых в связи с консти¬ туцией Союза ССР, просить комиссию продлить срок представления про¬ ектов ещё на две недели. Созыв сессии ЦИК СССР, в конечном счёте, был отложен на два месяца. 24 марта 1923 г. в «Правде» были опубликованы тезисы И. В. Сталина «Национальные моменты в партийном и государственном строительстве»21. Опубликование этих тезисов имело очень большое значение для опреде¬ ления дальнейшего развития конституционных работ и для направления предсъездовской дискуссии по конституционным проблемам в определён¬ ное русло. Строительство советского многонационального государства рассматривалось в тезисах в непосредственной связи с задачей преодоле¬ ния пережитков великодержавного шовинизма и местного национализма и с ликвидацией фактического неравенства республик. И. В. Сталин показал, что пролетариат нашёл в советском строе ключ к правильному разрешению национального вопроса, но это не означает, что националь¬ ный вопрос уже разрешён. «Найти клю!ч к правильному решению нацио¬ нального вопроса ещё не значит.разрешить его полностью и окончательно,
12 ß. Пентковская исчерпать это р-ешелие в его конкретно-практическом осуществлении» ^ Для этого необходимо преодолеть препятствия, которые остались совет¬ скому государству в наследство от прошлого: великорусский шовинизм, фактическое неравенство национальных республик и местный нацио¬ нализм. Борьба с пережитками великодержавного шовинизма и с проявления¬ ми этого шовинизма в практике государственных учреждений выдвига¬ лась И. В. Сталиным как первоочередная задача партии. В § 8 тезисов бюрократическая цейтрализаторская тенденция в строительстве централь¬ ных органов Союза осуждалась как антипролетарская и реакционная. В качестве практических мер, обеспечивающих отражение националь¬ ного момента в государственном строительстве, в тезисах предлагалось учредить в системе высших органов Союза специальный орган предста¬ вительства всех без исключения национальных республик и национальных областей на началах равенства, сконструировать народные комиссариаты Союза гак, чтобы они обеспечивали удовлетворение нужд и потребностей народов Союза; органы национальных республик и областей создавать из людей местных, знающих язык, быт, нравы и обычаи соответствующих народов. ★ Предложение И. В. Сталина о внесении поправки к союзному Дого¬ вору, о двухпалатной конструкции ЦИК стало одним из центральных во¬ просов предсъездовской дискуссии. Во время этой дискуссии была всесто¬ ронне обоснована принципиальная допустимость двухпалатной системы и было доказано, что здесь не может быть никакого сравнения с буржу¬ азным парламентаризмом, что речь идёт о создании двух совершенно равноправных палат, представляющих интересы трудящихся всех на¬ циональностей. Вопрос о национальном моменте в государственном строительстве в период между февральским пленумом ЦК РКП(б) и XII съездом партии обсуждался на партийных конференциях в Белоруссии и на Украине 2\ на II съезде компартии Грузии25, на II общекавказском партийном съез¬ де 2(\ в центральной и местной печати. В предсъездовской партийной дискуссии отчётливо определились во¬ просы, по которым съезд должен был сказать своё слово, для того чтобы положить предел ревизионистским настроениям в конституционном строи¬ тельстве; это прежде всего вопросы о составе Союза, о компетенции его верховных органов, о правовом равенстве всех национальностей Союза, об единстве внешней и внутренней экономической политики Союза. Идея создания органа, представляющего интересы национальностей, была единодушно поддержана как на губернских конференциях Украины, так и на VII Всеукраинсюои конференции КП(б)У. В резолюции по докладу о задачах XII съезда партии конференция записала: «Конференция при¬ ветствует инициативу ЦК РКП(б) в области постановки национального вопроса в направлении укрепления жизненности и прочности Социалисти¬ ческого Союза Советских Республик не только путём полных гарантий всех особых интересов, но и путём активной политики пролетарского аван¬ гарда, направленной на то, чтобы учесть все нужды и старые обиды угне¬ тавшихся ранее национальностей во всех областях их существования и всеми возможными средствами прийти им на помощь в устранении всяких пережитков и причин недоверия с их стороны к органам государственно¬ го союза» 27. -—————— * 22 И. Сталин. Соч. Т. 5, стр. 186—187. 21 «Звезда» от 25 марта 1923 года. 24 «Коммунист» от 13 апреля 1923 года. 25 «Заря Востока» от 16 и 20 марта 1923 года. 26 «Второй съезд Коммунистических организаций Закавказья». 19—23 марта 1923 года. Полный стенографический отчёт. Тифлис. 1923. 27 «Коммунист» от 6 апреля 1923 года.
К истории первой конституции, СССР 13 Вопрос о второй палате обсуждался также на 2-й сессии ВУЦИК. 11 апреля сессия заслушала доклад правительства о ходе работы по рас¬ смотрению проекта союзного договора и о предложенной поправке к кон¬ струкции центральных органов Союза 28. В прениях вопрос о второй палате занимал центральное место. Сессия одобрила продление срока разработ¬ ки конституции и высказалась за создание второй палаты. Сталинская идея двухпалатной конструкции ЦИК СССР — создание специального органа, представляющего интересы национальностей,—бы¬ ла единодушно поддержана народными массами. Но она встретила воз¬ ражения и нападки со стороны отдельных шовинистически настроенных работников центральных и местных партийных и советских учреждений. Обсуждение вопросов государственного строительства в партий¬ ных и советских кругах Украины выявило наличие там уклона к национализму у некоторых партийных и советских работников. Украин¬ ские национал-уклонисты и националисты, разоблачённые позднее как враги народа, в 1923 г. искусно прикрывали свою враждебную партии и советскому государству позицию рассуждениями о «гарантиях независимости» национальных республик, за которыми скрывалось стремление разрушить хозяйственный, военный и политический союз республик, добиться невмешательства пролетарского центра в эксплоа- тацию украинской буржуазией природных богатств Украины. Под пред¬ логом борьбы с централизаторской бюрократической тенденцией украинские национал-уклонисты требовали сокращения компетенции центральных органов и пересмотра союзной конституции в этом направ¬ лении. На XII съезде партии троцкистский шпион Раковский заявил о необходимости отобрать у союзных наркоматов девять десятых их прав, т. е., по сути дела, требовал ликвидации союзного государства. Как показала история последующих лет, позиция национал-укло¬ нистов в вопросах конституционного строительства СССР определялась их звериной ненавистью к делу социалистического строительства, их стремлением свергнуть существующий в СССР общественный и госу¬ дарственный строй и восстановить власть буржуазии. Для достижения этой цели они вступили в союзе иностранными агрессорами, обещавшими им помощь на условиях расчленения СССР, отторжения Приморья, Бело¬ руссии, Украины, Армении, Азербайджана, Грузии, среднеазиатских республик. Однако подлинное лицо этих врагов народа было разоблачено совет¬ ским судом значительно позднее. В 1923 г., занимая ответственные пар¬ тийные и советские посты, они пытались протащить свои взгляды, враж¬ дебные советскому народу, иод видом «поправок», «дополнений» и т. д. к союзной конституции, с целью ослабления военной, хозяйственной и политической мощи Советского Союза. Поэтому и предложение товарища Сталина о создании палаты национальностей, служившее делу обеспече¬ ния союза народов в рамках единого государства, врагами народа было встречено враждебно. * В Закавказье, в период подготовки XII съезда партии, вопросы госу¬ дарственного строительства СССР также широко обсуждались партий¬ ными и советскими организациями. Против большинства партийных организаций здесь выступили грузинские национал-уклонисты. Игнорируя неоднократные решения центральных советских органов о Закавказской федерации, они продолжали борьбу против неё, прикрываясь в этот период рассуждениями о необходимости пересмотра структуры Союза ССР. В пе¬ чати, на собраниях и съездах онй выступали с требованием ликвидировать существующие федеральные образования ЗСФСР и РСФСР в целях, якобы «упрощения государственного строя», устранения «лишнего эта¬ па» и т. д. га «Коммунист» от 12 апреля.
14 В. Пснткоаския Состоявшееся в 1922 г. объединение закавказских республик в еди¬ ную федерацию было продиктовано тяжёлым наследием трёхлетнего господства буржуазных националистов, усиленно разжигавших нацио¬ нальную рознь, окраинным положением этих.республик п не изжитой ещё опасностью ■ новой интервенции. Объединение их вооружённых сил было необходимо η целях самообороны. Но в то время как идея установления прочного мира и дружбы между народами была горячо поддержана широкими массами трудящихся Закавказья, грузинские национал-уклонисты добивались ликвидации созданной по инициативе Ленина и Сталина Закавказской феде¬ рации. Они прикрывались заявлениями, что создание СССР якобы требует ликвидации федераций и непосредственного вхождения всех рес¬ публик в Союз. Позиция грузинских национал-уклонистов была осуждена мартовским пленумом ЦК РКП(б) и встретила решительный отпор на II общезакавказском партийном съезде3“. Второй общезакавказский партийный съезд, заслушав доклад о на¬ циональном вопросе в партийном и государственном строительстве, единодушно высказался за сохранение Закавказской федерации. Съезд обсудил предложение о создании второй палаты и принял резолюцию, в которой полностью присоединялся к тезисам И. В. Сталина: «2) Съезд считает необходимым при организации Союза правильно учесть нужды и потребности, общие для всех народов Союза, а также правильно учесть особенности, свойственные лишь отдельным народам. 3) В этих целях съезд считает необходимым, наряду с Союзным ЦИКом организо¬ вать 2-ю палату на основе равного представительства всех наций: 2-я палата могла бы отразить специальные нужды и потребности отдельных национальностей» 31. Вопреки решениям съезда вопрос о федеральных образованиях был превращён грузинскими национал-уклонистами в предмет дискуссии, которая целиком заполнила два предсъездовских дискуссионных листка «Правды», отвлекая внимание партии от обсуждения других вопросов консти! уцнонного строительства. Национальный момент в государственном строительстве обсуждался также XII Всебслорусской партконференцией л'* и 2-й сессией Централь¬ ного Исполнительного Комитета Белоруссии33, которая заслушала 31 марта доклад правительства по вопросам конституции в связи с обра¬ зованием СССР. В своих решениях XII Всебелорусская конференция по вопросу о государственном строительстве указала, что «необходимо стремиться к созданию такой системы отношений между советскими государствами, при которой все советские государства должны иметь единое руководство в вопросах внешней и внутренней политики», с при¬ влечением в то же время каждого национального советского государ¬ ства к активному участию в едином руководстве. Итоги обсуждения вопроса о национальном моменте в государствен¬ ном строительстве были подведены XII съездом РКП(б), происходившим 17—25 апреля 1923 года. XII съезд мобилизовал партию на борьбу с уклонами в национальном вопросе и с конкретными формами проявле¬ ния этих уклонов в области государственного строительства. Вопросы государственного строительства занимали центральное место в докладе И. В. Сталина «Национальные моменты в партийном и государственном строительстве», в поениях по докладу и в работе национальной секции съезда. 2Н «Известия ЦК РКП(б)» Λ» 4(52) та апрель 1023 года. 30 «Второй съезд Коммунистических организаций Закавказья» 13—23 марта 1023 года.· Полный стенографический οι чёт, 31 Там же, ci р. 350. 32 «Звезда» от 30 марта 1923 года. Там же or 1 апреля 1223 года
К истории первой конституции СССР В своём докладе И, В. Сталин показал, что конкретная форма на¬ ционального вопроса в условиях 1923 г. сводится к установлению сотрудничества народов в области хозяйственного, внешнеполитического и военного строительства и что вопросы союзной конституции должны разрешаться партией с учётом многонационального характера советского государства. И. В. Сталин поставил перед партией задачу в самом го¬ сударственном строе, в структуре центральных органов Союза создать условия, которые способствовали бы объединению народов, обеспечивали бы их свободное развитие и помогали бы преодолению факторов, тор¬ мозящих объединение. Чтобы советская власть стала родной и понятной в национальных республиках, говорил И. В. Сталин, необходимо прежде всего, чтобы «все учреждения, все органы, как партийные, так и советские, шаг за шагом национализировались, чтобы они действовали на языке, понятном для масс, чтобы они функционировали в условиях, соответствующих быту данного народа» й4. Этому же требованию должна соответствовать π структура органов государственной власти и государственного управ¬ ления. «Второе средство, — говорил И. В. Сталин, — могущее облегчить нам дело безболезненного изживания наследия, полученного от царизма и от буржуазии, — это такая конструкция комиссариатов в Союзе Рес¬ публик, которая бы дала возможность по крайней мере основным национальностям иметь своих людей в составе коллегий и которая создала бы такую обстановку, когда нужды и потребности отдельных республик безусловно удовлетворялись бы. Третье средство: необходимо, чтобы в составе наших высших цен¬ тральных органов был такой орган, который служил бы отражением нужд и потребностей всех без исключения республик и Националь-; ностей» 33. На последнем положении И. В. Сталин остановился особенно под¬ робно. Он показал, что нельзя управлять в государстве, которое объе¬ диняет не менее 140 миллионов людей, из которых 65 миллионов нерус¬ ских, не имея в высшем органе посланников этих национальностей, которые отражали бы не только общие для всех трудящихся интересы, но и особые, специальные, специфические интересы национальностей. И. В. Сталин отверг несостоятельные доводы некоторых противни¬ ков идеи создания второй палаты, утверждавших, что это будет услож¬ нять систему государственного управления. Он показал, что существует два способа управления страной: один способ, когда аппарат «упрощён», во главе его сидит группа или один человек, а на местах губернаторы. К чему ведёт эта система управления? К неизбежным трениям, конфлик¬ там, восстаниям. С таким способом управления советская система не имеет ничего общего. «Мы в Советской стране осуществляем другую систему управления, ту систему управления, которая даёт возможность предугадывать все изменения до точности, все обстоятельства и среди крестьян, и среди националов, и среди так называемых «инородцев», и среди русских, чтобы в системе высших органов был ряд барометров, угадывающих всякое изменение, учитывающих и предупреждающих и - басмаческое движение, и бандитское, и Кронштадт, и всякую возмож¬ ную бурю и невзгоды. Это есть советская система управления»30. И. В. Сталин ещё раз подтвердил, что вторая палата должна быть представительством не только четырёх республик, которые объедппяют- 34 М. Сталин. Соч. Т. 5, стр. 257—258. , зя Т ά м ж с. стр. 258. Лй Там же, сгр. 259—260.
В. ПентковСкая ся, но всех национальностей, «ибо речь идёт не только о республиках, формально объединившихся (их четыре), но и о всех народах и народ¬ ностях Союза Республик. Поэтому нам необходимо иметь такую форму, которая давала бы отражение запросов всех без исключения народно¬ стей и республик» 3С ’ В прениях по докладу И. В. Сталина и особенно в национальной секции XII съезда вопрос о государственном строительстве СССР, и в частности о центральных органах Союза, был подвергнут широкому обсуждению. Особенно большой интерес вызвали вопросы о создании второй палаты, ю принципе представительства во вторую палату, о взаимоотношениях и соподчинённости проектируемых двух палат, кому будет принадлежать юридическое регулирование прохождения законо¬ положений через 2 палаты, о судьбе Наркомнаца при создании второй палаты и т. д. Грузинские и украинские национал-уклонисты единым фронтом вы¬ ступили на съезде за пересмотр основных решений I съезда Советов СССР. Национал-уклонисты требовали ликвидации существующих феде¬ раций (ЗСФСР π РСФСР), ограничения прав центральных органов Союза, отказа от слияния наркоминделов и внешторгов и предлагали ввести в состав второй палаты представителей не всех республик и националь¬ ных областей, а только четырёх республик (РСФСР, ЗСФСР, Белоруссии и Украины). Серьёзная борьба с национал-уклонистами по вопросу о федераль¬ ных образованиях и о второй палате развернулась в национальной сек¬ ции съезда. Национальная секция съезда работала под непосредствен¬ ным руководством И. В. Сталина. Настойчиво и терпеливо разъяснял он принципы, которые должны лечь в основу конституции СССР, и сущ¬ ность предложения о создании в составе ЦИК палаты, представляющей интересы национальностей. В докладе на съезде и в выступлениях на секции И. В. Сталин разоблачил националистический характер предло¬ жений грузинских национал-уклонистов о ликвидации существующих федеральных образований. Он показал, что за фразами национал-укло¬ нистов о желательности большей близости к Союзу, υ ликвидации «средостения» и т. д. скрывается стремление сбросить во что бы то ни стало Закавказскую федерацию для того, чтобы выгодно использовать привилегированное положение по отношению к другим республикам Закавказья, которое могла бы иметь Грузия по своему географическому расположению. Исходя нз анализа обстановки и текущего момента, И. В. Сталин сделал вывод о безусловной необходимости сохранения РСФСР и ЗСФСР. Разоблачая буржуазно-националистический характер выступлений украинских национал-уклонистов в вопросах союзного строительства, И. В. Сталин показал, что они проглядели вопрос социальный, вопрос о власти рабочего класса. Следует помнить, указывал И. В. Сталин, что право на самоопределение должно быть подчинено праву рабочего класса на укрепление своей власти. «Следует помнить, что сфера дей¬ ствия национального вопроса и пределы, так сказать, его компетенции ограничиваются при наших внешних и внутренних условиях сферой дей¬ ствия и компетенции «рабочего вопроса», как основного из всех вопро¬ сов» 38. В секции развернулась также ожесточённая борьба по вопросу о составе второй палаты. Большинством голосов секция поддержала предложение И. В. Сталина о создании второй палаты на основе пред¬ ставительства на началах равенства всех республик и национальных областей и отвергла предложение троцкиста Раковского создать вторую 37 И. Сталин. Соч. Т. 5, стр. 261. 38 Там же, стр. 265—266.
К истории первой конституции СССР 17 палату на началах представительства только четырёх республик: РСФСР* ЗСФСР, Белоруссии и Украины. Не удовлетворившись провалом своих предложений на секции, Раковскйй требовал указать в резолюции, что во вторую палату входят не национальности, а государственные объ¬ единения. И. В. Сталин· разбил и эту попытку Раковского во что бы то ни стало навязать своё мнение съезду. В речи по поводу поправки Раковского И. В. Сталин показал, что она противоречит всему духу тезисов: «Я эту поправку считаю кардинальной по своему значению. Если её примет съезд, то я должен сказать, что тезисы будут опрокину¬ ты вверх дном. Раковскйй предлагает построить вторую палату так, чтобы туда входили представители государственных объединений. Он считает, что Украина есть государственное объединение, а Башкирия не г. Почему?., мы не можем сойти с точки зрения равенства республик и на¬ циональностей во второй палате, особенно в отношении восточных национальностей. Раковскйй, видимо, увлекается прусской системой постройки феде¬ рации. Германская федерация построена так, что равенства между госу¬ дарствами нет совершенно. Я предлагаю поставить дело гак, чтобы наряду с представительством классовым, — это первая палата, которая выбирается на общесоюзном съезде Советов, — у нас было представи¬ тельство национальностей на началах равенства»30. Съезд единодушно отверг поправку Раковского н принял по нацио¬ нальному вопросу резолюцию, предложенную секцией. В эту резолюцию полностью вошли все предложения И. В. Сталина по вопросам консти¬ туционного строительства советского союзного многонационального государства. В параграфе 10-м резолюции в качестве практических меро¬ приятий съезд рекомендовал членам партии добиться того, чтобы: «а) при построении центральных органов Союза было обеспечено равен¬ ство прав и обязанностей отдельных республик как во взаимных между ними отношениях, так и в отношении центральной власти Союза, б) в системе высших органов Союза был учреждён специальный орган пред¬ ставительства всех без исключения национальных республик и нацио¬ нальных областей на началах равенства, с возможным учётом пред¬ ставительства всех национальностей, входящих в состав этих республик, ' в; исполнительные органы Союза были сконструированы на началах, обеспечивающих реальное участие в них представителей республик и удовлетворение- нужд и потребностей народов Союза...»40 ★ ' Резолюция XII съезда партии по национальному вопросу указала, и каком направлении должно идти строительство советского многонацио¬ нального государства, определила пути и средства обеспечения правиль¬ ного разрешения классовых и национальных интересов в конституции единого союзного государства. Воплощённые в резолюции съезда сталинские предложения легли в основу дальнейшей деятельности кон¬ ституционных комиссий. 27 апреля президиум ЦИК СССР заслушал доклады всех комиссий, работавших над отдельными разделами конституции, постановил считать их работу законченной. Было принято решение для дальнейшего об¬ суждения и доработки проекта конституции образовать расширенную комиссию в составе 25 человек с включением в неё представителей от всех союзных республик. В эту комиссию было решено передать все материалы предшествующих комиссий. В расширенную комиссию ЦИК, кроме материалов комиссии ЦИК, были представлены также проекты,' И. Сталин. Соч. Т. 5, стр. 277. 40 XII съезд РКП(б). Стенографический отчёт, стр. 649. М. 1923.' 9 «НппЛС)Г*ТчТ мгтгттттт·* N0 19
18 В. Пентковская разработанные в союзных республиках: украинской, белорусской, проект, разработанный частью делегации от РСФСР, и поправки к нему, пред¬ ставленные ЗСФСР. Украинский проект был составлен под влиянием национал-уклонистов и сохранял конфедералнстские ошибки последних, осуждённые XII съездом партии. Авторы проекта вычеркнули из ввод¬ ной части Договора указание, что республики «объединяются в одно союзное государство». Единое союзное гражданство они заменили гражданством союзных республик. Значительные отступления от союз¬ ного договора были допущены и в других статьях, украинского проекта. По украинскому проекту, из предметов ведения СССР и союзных органов исключалось установление общего плана всего народного хозяйства, компетенция СССР ограничивалась установлением только основ общего плана народного хозяйства. Урезывались права СССР также в области внешней торговли. За союзными рес¬ публиками сохранялось право руководства внешней торговлей. СССР предоставлялось право не руководства, а только регулирования таможен¬ ной политики, установление не системы, а только основ внешней тор¬ говли. Из определения компетенции СССР в лице его верховных органов вытекала и выдвинутая авторами украинского проекта конст¬ рукция комиссариатов. В украинском проекте народные комиссариаты по иностранным делам п внешней торговле переводились из разряда слит¬ ных в разряд директивных, т. е. параллельно с Наркоминделом и Внешторгом Союза в республиках сохранялись одноимённые комисса¬ риаты, подчинённые директивам союзных комиссариатов. Стремление ограничить роль центральных органов Союза нашло от¬ ражение также и в предложении о создании двух президиумов ЦИК с за¬ конодательными функциями (по числу палат), что привело бы к раздвое¬ нию верховной власти и, безусловно, затруднило бы работу центральных органов Союза. В целом украинский проект не удовлетворял требованиям, предъявленным к конституции Союза I съездом Советов СССР. Ошибки принципиального характера были допущены также и в пред¬ ставленном в комиссию белорусском проекте союзной конституции. Бело¬ русский проект предусматривал однопалатную конструкцию ЦИК с пред¬ ставительством, пропорциональным количеству населения республик. Так же, как и в украинском проекте, из союзного договора исключались слова об объединении республик в единое союзное государство и значительно суживались права союзных органов в вопросах бюджета, торговли, тран¬ спортного и почтово-телеграфного хозяйства, концессий. Президиум ЦИК, по белорусскому проекту, обладал законодательными правами только по вопросам, отнесённым к компетенции общесоюзных и объединённых ко¬ миссариатов. Вопросы, относящиеся к ведению самостоятельных нарко¬ матов, могли рассматриваться ЦИК Союза при обязательном условии пред¬ варительного рассмотрения их ЦИК союзных республик. Такие положе¬ ния ограничивали законодательные права ЦИК СССР и сферу его компе¬ тенции. Президиум ЦИК СССР, согласно проекту, не мог самостоятельно отменять постановления ЦИК и СНК союзных республик: он мог только войти с соответствующим предложением в президиум ЦИК союзной рес¬ публики. Белорусский и украинский проекты показали, что некоторые вопросы конституционного строительства СССР, несмотря на имеющиеся по ним советские и партийные решения, не являются ещё достаточно ясными и способны затормозить работу расширенной! комиссии ЦИК. В связи с этим на IV совещании работников национальных республик и областей, проис¬ ходившем в Москве 9—12 июня 1923 г., И. В. Сталин значительную часть своего доклада «Практические мероприятия по проведению в жизнь резо¬ люции XII съезда партии по национальному вопросу» посвятил иопросам союзной конституции.
К истории первой конституции СССР 19 К совещанию И. В. Сталиным был написан проект платформы по на¬ циональному вопросу41. Во втором разделе платформы он обобщал ос¬ новные вопросы, возникшие в процессе разработки структуры централь¬ ных органов Союза и показал наиболее целесообразные способы их разрешения. В проекте платформы И. В. Сталин разбирал вопросы о со¬ ставе, правах и компетенции второй палаты, о президиуме ЦИК СССР, о количестве слитных комиссариатов, о конструкции наркоматов СССР, о бюджетных правах республик. Структура центральных органов рассмат¬ ривалась здесь И. В. Сталиным бодее детально, чем в предыдущих -вы¬ ступлениях. Первые три параграфа 2-го раздела платформы были посвящены во¬ просу о второй палате (И. В. Сталин называл её здесь уже Советом Наци¬ ональностей). Указывалось, что вторая палата — Совет Национально¬ стей — должна состоять из представителей автономных и (независимых республик и национальных областей, утверждаемых съездом Советов СССР. Обе палаты равны в правах, за каждой сохраняется право законо¬ дательной инициативы, ни один внесённый на рассмотрение первой или второй палаты законопроект не может быть превращён в закон без согла¬ сия на то обеих палат, голосующих раздельно. На случаи конфликтов предусматривалась передача спорных вопросов в согласителыто комиссию. Платформа устанавливала также полное ра¬ венство ,в компетенции обеих палат; ветению второй, так же как и пер¬ вой, палаты подлежали вопросы, предусмотренные пунктом первым -кон¬ ституции СССР. И. В. Сталин рассматривал далее вопрос о президиуме ЦИК СССР и предложение украинцев о создании двух президиумов с законодательными функциями. «Президиум есть верховная власть Союза, действующая пос¬ тоянно, непрерывно од сессии до сессии, — писал в платформе И. В. Сталин.—Образование двух президиумов с законодательными функ¬ циями есть раздвоение верховной власти, что неминуемо создаст большие затруднения в работе. У палат должны быть свои президиумы, не облада¬ ющие, однако, законодательными функциями»42. И. В. Сталии подверг критике предложенную в украинском проекте схему построения нарко¬ матов. Исходя из конкретных условий обстановки, в котором приходи¬ лось действовать советским республикам, он показал, что требование украинцев об оставлении комиссариатов иностранных дел и внешней торговли в республиках (т. е перевод их из разряда слитных наркоматов в разряд директивных) неприемлемо, «если считать, что мы действи¬ тельно образуем одно Союзное государство, могущее выступать перед внешним миром, как объединённое целое»43. Точно так же, указывал И. В. Сталин, должен решиться и вопрос о концессионных договорах; заключение концессионных договоров должно быть сосредоточено в руках Союзных органов. Пленарные заседания расширенной комиссии ЦИК СССР открылись 8 июня и продолжались до 16 июня. В комиссию входило 25 человек (от РСФСР — 14, ОТ УССР — 5, от ЗСФСР — 3, от БССР — 3). И. В. Сталин входил в комиссию от РСФСР. Председателем комиссии ЦИК был М. И. Калинин. Расширенная комиссия ЦИК СССР занялась окончательным уточ¬ нением всех глав и статей конституции. Наряду с другими вопросами ко¬ миссия уделила большое внимание вопросу об обеспечении суверенных прав союзных республик. 14 июня было принято специальное решение о вы¬ делении новой, самостоятельной, 2-й главы конституции — «О суверенных правах союзных республик и о союзном гражданстве». Было установлено и И. Сталин. С«-ч. Т. 5, ci p. 203—300. ■*'·’ Т а м ж с, стр. 2'J6. Т а м ж с.
В. Пекткобская союзное гражданство, чётко определены пределы суверенитета союзных республик и зафиксировано, что территория союзных республик не может быть изменяема без их согласия. Комиссия приняла решение, что Совет Национальностей должен утверждаться съездом Советов, что должен быть создан один законо¬ дательный орган — президиум ЦИК СССР. Проект конституции обсуждался постатейно. Украинские и грузинские уклонисты выступали против остальных членов комиссии по основным вопросам конституции: о предметах веде¬ ния верховных органов власти Союза (гл. 1-я), о компетенции ЦИК СССР и его президиума (гл. 4 и 5-я). о верховном суде СССР, о союз¬ ных республиках н особенно о бюджетных правах СССР. Комиссия большинством голосов отвергла попытки национал-уклонистов сузить компетенцию центральных органов Союза. В основном проект консти¬ туции был принят в редакции, соответствовавшей указаниям комиссии И. В. Сталина14. Одновременно с пленарными заседаниями комиссии ЦИК 9—12 июня в Москве происходило IV совещание ЦК РКП(б) с ответствен¬ ными работниками национальных республик и областей. Вторым пунк¬ том порядка дня совещания стоял доклад И. В. Сталина «Практические мероприятия по проведению в жизнь резолюции XII съезда партии по национальному вопросу». В основу доклада была положена утверждён¬ ная Политбюро платформа по национальному вопросу. В заключитель¬ ном слове по докладу И. В. Сталин специально остановился на суще¬ стве разногласий с украинскими уклонистами и показал, что вопрос о конфедерации и федерации является вопросом, имеющим большое значение, и что пз требований национал-уклонистов естественно выте¬ кает учреждение конфедерации. «Разве это случайность, — говорил И. В. Сталин, — что тт. украинцы, рассматривая известный iij.vckt Кон¬ ституции, принятый на съезде Союза Республик, вычеркнули из него фразу о том, что республики «объединяются в одно союзное государ¬ ство»? Разве это случайность и разве они этого не сделали? Почему они вычеркнули эту фразу? Разве это случайность, что тт. украинцы в своём контрпроекте предложили НКВТ и НКИД не сливать, а пере¬ вести в разряд директивных? Где же тут единое союзное государство, если у каждой республики остаётся свой НКИД и НКВТ? Разве это случайность, что украинцы в своём контрпроекте власть Президиума ЦИК свели к нулю, разделив её между двумя президиумами двух палат? Все эти поправки Раковского зафиксированы и разобраны комиссией пленума ЦК и отвергнуты. Так зачем же здесь ещё повторять их? Я усматриваю в этой настойчивости некоторых товарищей украинцев желание добиться в смысле определения характера Союза чего-то среднего между конфедерацией и федерацией с перевесом в сторону конфедерации. А между тем ясно, что мы создаём не конфедерацию, а федерацию республик, одно союзное государство, объединяющее «военные, иностранные, внешнеторговые и прочие дела, государство, на¬ личие которого не умаляет суверенности отдельных республик» 45. Совещание полностью присоединилось к платформе по националь¬ ному вопросу и с небольшими дополнениями приняло её, как резолюцию по 2-му пункту порядка дня. ■ Итак, разработанная товарищем Сталиным, принятая комиссией ЦИК СССР и комиссией ЦК РКП(б) конструкция центральных органов Союза и определение характера Союза получили полное одобрение IV партийного совещания, в котором участвовали представители почти всех национальных республик и областей. 44 Архив ИМЭЛ, д. № 2479. 45 И. Стали н. Соч. Т. 5, стр. 335—336.
К истории первой конституции СССР 21 Текст Конституции, состоявший из 11 глав (72 статьи), по утверж¬ дению его комиссией ЦИК СССР был передан на рассмотрение сессии ЦИК союзных республик. Открывшаяся 29 июня в Москве 2-я сессия ВЦИК РСФСР X созы¬ ва, заслушав доклад о работе комиссии ЦИК Союза, единогласно ратифицировала Декларацию и Договор, составлявшие Основной закон (Конституцию) СССР и приняла специальное решение «О народном ко¬ миссариате по делам национальностей», в котором говорилось: «Принимая во внимание, что народный комиссариат по делам национальностей РСФСР закончил свою основную миссию по подго¬ товке дела образования национальных республик и областей и объеди¬ нения их в Союз республик, вторая сессия ВЦИК считает своевремен¬ ной ликвидацию Наркомнаца и поручает президиуму ВЦИК устано¬ вить порядок ликвидации и передачи дел в соответствующие учреждения РСФСР к ближайшей сессии ЦИК или съезда Советов Союза ССР» Теперь вместо выполнившего свою историческую миссию по строительству советского многонационального государства Нарком¬ наца, согласно Конституции, в составе ЦИК СССР создавался Совет Национальностей. Позднее, после начала работы утверждённого на II съезде Советов Союза Национальностей, 9 апреля 1924 г., был издан декрет ВЦИК и СНК о ликвидации Наркомнаца, организации представи¬ тельства автономных республик и областей и о создании отдела нацио¬ нальностей при Президиуме ВЦИК. В конце июня дополненный и уточнённый текст Конституции Сою¬ за ССР был утверждён на 2-й сессии Закавказского ЦИК. 1*т-2 июля его рассматривала и одобрила 3-я сессия Всеукраинского Центрального Исполнительного Комитета. В то время как ничтожные группки троцкистов .и буржуазных националистов всемерно старались в процессе разработки проекта исказить и извратить основные принципы Конституции и противопо¬ ставляли ведущей объединительной тенденции свою линию на разъеди¬ нение, широкие народные массы и их представители единодушно одоб¬ ряли текст новой Конституции. 6 июля 1923 г. в Москве началась 2-я сессия ЦИК СССР. На по¬ вестке дня стояли следующие вопросы: 1) Основной закон (Конститу¬ ция) СССР; 2) выборы председателя СНК СССР; 3) выборы народных комиссаров Союза ССР. Конституция СССР с огромным единодушием и воодушевлением была утверждена сессией. По ‘вопросу о Конституции СССР сессия при¬ няла следующее решение: «1) Основной закон (Конституцию) Союза Советских Социалисти¬ ческих Республик утвердить и немедленно ввести в действие, 2) Принятый настоящей сессией ЦИКа Союза ССР текст Основного закона (Конституции) СССР внести на окончательное утверждение II съезда Советов СССР. 3) До образования президиума ЦИК СССР на основе глав 4 и 5 Кон¬ ституции Союза ССР все полномочия, представляемые ЦИК Союза Кон¬ ституцией, возложить на президиум ЦИК Союза, выбранный на первой сессии ЦИК Союза ССР 30 декабря 1922 г. в составе 19 членов»47. Сессия приняла также постановления об образовании Совета Труда и Обороны, о реорганизации Государственного банка РСФСР в Госу¬ дарственный банк СССР, поручила президиуму ЦИК СССР разработать 4(5 2-я сессия ВЦИК 10-го созыва, Стенографический отчёт постановления, :тр, 44. Изд. ВЦИК. М. 1923. 47 2-я сессия LIHK СССР. Стенографический, отчёт, стр. 20. М. 1023
22 В. Пснтковская положение о ЦИК и С11К СССР, наркоматах Союза и Верховном суде СССР 11 ироде танин, их ла утверждение очередной сессии ЦИК- Сессия упшрдпла первый состав Совета Народных Комиссаров СССР но главе с В. И. Лениным. 13 июля президиум ЦИК СССР принял историческое обращение «Ко всем народам и правительствам мира», извещавшее об ■образовании Союза ССР, о создании общесоюзных органов власти и изла¬ гавшее общие принципы внешней политики Советского Союза. 6—12 дюяб- .ря 1923 г. сос го-яда с ь 3-я сессия ЦИК СССР, которая утвердила ‘положе¬ ние о ЦИК и Совнаркоме СССР, общее положение о наркоматах, поло¬ жение с.б общесоюзных наркоматах, объединённых нарко-матах и Верхов¬ ном с\де СССР. 20 января 1924 г. открылся II съезд Советов СССР. Он происходил в траурные дин, после смерти основателя советского государства вели¬ кого В. И. Ленина. На засетанин съезда 26 января И. В. Сталин от имени партии дал историческую клятву свято хранить и выполнять все ленинские заветы. 31 января И съезд Советов СССР обсуждал конституцию СССР. После внесения небольших дополнений была единогласно принята ре¬ золюция: «II съезд Советов СССР постановляет: Конституцию (Основной закон) Союза ССР, представленную во исполнение резолюции I съезда Со¬ ветов на окончательное утверждение II съезда Советов СССР, утвердить». Съезд избрал 414 членов Союзного Совета п утвердил Ю0 членов С с вети Панно н а л м ι о с т е й, Разработанная под руководством И. В. Сталина, Конституция 1924 г: служила Основным законом СССР до 1936 года. Руковод¬ ствуясь этим законом, Советская страна успешно разрешила великие задачи восстановления народного хозяйства советских республик, объе¬ динила вооружённые силы, обеспечила условия для развёртывания социалистической индустриализации и коллективизации сельского хозяй¬ ства и ликвидации экономической н культурной отсталости националь¬ ных районов. Создание СССР способствовало развитию творческих сил всех советских народов. В национальных республиках развилась и окреп¬ ла советская государственность на родном языке и советская культура, национальная по форме, социалистическая по содержанию, а Союз Советских Социалистических Республик превратился в непобедимое социалистическое государство, основанное на нерушимой дружбе народов.
РАЗРАБОТКА КОНСТИТУЦИИ РСФСР 1918 ГОДА (апрель—шонь 1918 г.) В. IНуриев В феврале 1918 г. III Всероссийский съезд Советов, опираясь на за¬ воевания победоносной Октябрьской социалистической революции и первые успехи советского государственного строительства, утвердил имевшие конституционное значение исторические документы: ленинскую «Декларацию прав грудящегося и эксплоатируемого народа» и резолю¬ цию по докладу И. В. Сталина «О федеральных учреждениях Российской республики». Подробную разработку проекта Конституции с последующим внесе¬ нием его на обсуждение ближайшего съезда Советов III съезд поручил ЦИК Советов. В соответствии с постановлением съезда Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет IV созыва на заседании 1 апреля 1918 г. по предложению Я. М. Свердлова создал для разработки проекта Консти¬ туции Конституционную комиссию. Персональный состав её должен был определить Президиум ВЦИК по согласованию с бюро фрак¬ ции ВЦИК. От фракции большевиков в комиссию вошли: И. В. Сталин, Я. М. Свердлов, М. Н. Покровский; от «левых» эсеров—Д. Н. Магеров- ский и А. А. Шрейдер; от зсеров-максималистов—А. М. Бердников (с совещательным голосом); кроме того были представители от нарко¬ матов: по делам национальностей — В. А. Аванесов, юстиции — М. А. Рейснер, финансов, внутренних дел и др. К работе комиссии были при¬ влечены Стсклов и др. На первом же заседании председателем комис¬ сии был избран Я. М. Свердлов, заместителем председателя—М. Н. По¬ кровский и секретарём — В. А. Аванесов. Комиссии предстояло составить проект Конституции первого в ми¬ ре советского государства, принципиально отличающегося от всех пред¬ шествовавших государств. Эта Конституция должна была закрепить и законодательно оформить завоевания Великой Октябрьской социали¬ стической революции — диктатуру пролетариата и советскую форму государства. Впервые вопрос о создании советской Конституции поставил ещё II Всероссийский съезд Советов, сконструировавший ВЦИК и СНК· В период между II и III съездами Советов была намечена «маленькая схема создания ЦИК и Совета народных комиссаров» Г III съезд Советов наметил общие основы советской Конституции, согласно которым верховным органом в Советской республике являлся Всероссийский съезд Советов, а между съездами — Центральный Испол¬ нительный Комитет. Совет Народных Комиссаров избирался и смещался Центральным Исполнительным Комитетом. Во исполнение решений III съезда Советов конституционная комис¬ сия ВЦИК должна была разработать точные и определённые положения о компетенции и взаимоотношениях существующих советских органов. Руководящие указания, определявшие задачи комиссии, были даны Я. М. Свердловым 1 апреля 1918 г. на заседании Всероссийского Цент- 1 Свердлов Я. Избранные статьи и речи, οτ>ρ. 63. Огиз. 1939.
Б. Шугаев # рального Исполнительного комитета, при решении вопроса о создании комиссии по разработке Конституции. Я. М. Свердлов обратил внима¬ ние на необходимость уничтожить «разброд» в советской работе. В ка¬ честве общего принципа, решавшего задачу вовлечения трудящихся в непосредственное управление страной, он выдвинул положение, что «каж¬ дый член совета, каждый член исполнительного комитета, будь то ЦИК, будь то местная власть, должен нести какую-либо определённую советскую работу и за неё отвечать» 2. Я. М. Свердлов предложил уста¬ новить т.рёхмесячный срок полномочий депутатов Советов, указав, что этот срок обеспечит возможность быстрого создания и пополнения кад¬ ров работников, обладающих известными навыками и опытом советской работы. 3 и 4 апреля 1918 г. в газете «Правда» и 3 апреля в газете «Известия ВЦИК» были напечатаны руководящие указания товарища Сталина по составлению советской Конституции. В них говорилось о том, что буржу¬ азные федеративные государства, такие как США и Швейцария, на деле превратились в унитарные и что весь этот процесс перехода к унитаризму шёл через ряд насилий, угнетений и национальных войн, что кантоны Швейцарии и штаты США строились не по национальному и даже не по экономическому признаку, а в силу случайного захвата тех или иных территорий эмигрантами-колонистами или сельскими общинами. Това¬ рищ Сталин отметил, что Российская Федерация должна представлять совершенна другую картину. Исторически выделившиеся в России обла¬ сти— Украина, Закавказье, Туркестан и др. — отличаются от центра не только окраинным расположением, но и минимальной целостностью эко¬ номической территории, с особым бытом и национальным составом. На¬ сильственно втиснутые в своё время в российский политический организм, эти области стремятся теперь получить необходимую свободу в виде фе¬ деративных отношений или полной независимости. Установление федера¬ тивного строя в России приведёт к освобождению этих территорий и населяющих их народов от старого, .империалистического гнёта. В западных федерациях строительством государственной жизни ру¬ ководит империалистическая буржуазия, и поэтому «объединение» там не могло быть проведено без насилия. В России строительством руково¬ дит пролетариат, заклятый враг империализма, поэтому в России мож¬ но и нужно установить федеративный строй на основе свободного сою¬ за народов. И. В. Сталин осудил «географический федерализм», предусматри¬ вающий объединение лишь тех территорий, которые отделены от центра водным пространством, горным кряжем или степями, как ничего об¬ щего не имеющий с решением Ш съезда Советов. «Очевидно, — гово¬ рил И. В. Сталин, — субъектами федерации должны быть и могут быть не всякие участки и единицы и не всякая географическая территория, а лишь определённые области, естественно сочетающие в себе особенно¬ сти быта, своеобразие национального состава и некоторую минималь¬ ную целостность экономической территории. Таковы — Польша, Украи¬ на, Финляндия, Крым. Закавказье (причём не исключена возможность, что Закавказье разобьётся на ряд определённых национально-террито¬ риальных единиц, вроде грузинской, армянской, азербайджанско-татар¬ ской и пр.), Туркестан, Киргизский край, татаро-башкирская территория, Сибирь и т. п.»3. И. В. Сталин осудил также и «областнический принцип», пред¬ усматривавший, по примеру Московской области, объединение разнооб¬ разных по экономическим и прочим признакам губерний. Он сказал: «Своеобразный федерализм московских областников, старающихся ис¬ 2 Свердлов Я. «Избранные статьи и речи», стр, 68. Огиз, 1939. ·’ И. Сталин, Соч. Т. 4, стр. 69—70.
Разработка Конституции РСФСР 1918 года кус-ствелно объединить вокруг Москвы 14 губерний, также не имеет ничего общего с известным постановлением III съезда Советов о феде¬ рации» 4. Указав на возможность объединения губерний по признакам экономической общности, И. В. Сталин отметил, что это объединение должно осуществляться по линии ВСНХ, но не по линии политического объединения. «Нет сомнения, — говорил он, — что центральный тек¬ стильный район, охватывающий всего несколько губерний, представляет некоторую целостную экономическую единицу и, как таковой, он несо¬ мненно будет управляться своим областным органом, как автономной ча¬ стью Высшего совета народного хозяйства. Но что может быть об¬ щего между захудалой Калугой и промышленным Иваново-Вознесен¬ ском и по какому признаку их «объединяет» нынешний областной сов¬ нарком — уму непостижимо» 5. Он подчеркнул, что деятельность центральных органов федерации должна охватывать военно-морское дело, внешнюю политику, железные дороги, почту и телеграф, торговые договоры, общую экономическую, финансовую, банковскую политику. Формы проведения общих декретов, школьное дело, судопроизвод¬ ство, администрация и т. п. должны быть отнесены к компетенции област¬ ной власти. Каждая область имеет право выбирать тот язык или те языки, которые соответствуют составу её населения, во всех общественных и политических учреждениях должно соблюдаться полное равноправие языков. Высшим органом власти Российской Федерации должен быть из¬ бранный всеми трудовыми массами России съезд Советов или заменяю¬ щий его Центральный Исполнительный Комитет. Избирательное право должно быть предоставлено лишь трудящимся и не эксплоатирующим чужого труда. И. В. Сталин осудил также буржуазную практику двухпалатной конструкции высшего органа власти в государстве, когда одна палата является высшей по отношению к другой. Это, по словам И. В. Сталина, ведёт к законодательной волоките и не отвечает задачам социализма. Высшим исполнительным органом власти Российской Федерации должен быть Совет Народных Комиссаров, избираемый съездом Советов. Эти чсторические указания И. В. Сталина послужили руководящим материалом для разработки Конституции первого в мире советского государства. Разнопартийный состав комиссии определил возникновение на её заседаниях серьёзных споров по принципиальным вопросам проекта Конституции. Работа комиссии показала, что «левые» эсеры, максима¬ листы и «левые коммунисты» вошли в состав комиссии для борьбы с большевиками и для срыва разработки проекта Конституции. Вопросы, по которым предстояло вести борьбу, выявились уже после первых двух заседаний. Сюда относились вопрос о диктатуре про¬ летариата и о Советах как политической основе государства, вопрос о федеративном устройстве и о типе федерации в Российской республике, вопрос о взаимоотношениях и о компетенции центральных и местных органов власти и, наконец, вопрос о взгляде на Конституцию не как па программу, а как на документ, выражающий действительное соот¬ ношение сил в классовой борьбе, законодательно закрепляющий то, что уже добыто и завоёвано в этой борьбе. Ленинскую позицию в этих вопросах строго и последовательно отстаивали И. В. Сталин6 и Я· М. Свердлов. Главными противниками 4 И. Сталин. Соч. Т. 4, стр. 69. 6 Т а м ж е. 6 Чрезвычайная занятость И. В. Сталина важной государственной работой: руко¬ водство мирными переговорами с Украиной в качестве председателя советской мирной делегации и отъезд в первых числах июня в Царицын — не дали ему возможности при¬ нять участие во всех заседаниях комиссии.
В. lUijpaee ленинской го мхи зрения .выступили προψ. М. Л. Рейснер, «левые» эсеры Шрейдер и 'Магеровекий, максималист Бер дников и «левый коммунист» Покровский. Остальные члены комиссии по разным Вопросам допускали колебания то в одну, то в другую сторону. * « Первое заседание комиссии носило «общий характер, характер ор¬ ганизационный»7. По предложению Я. М. Свердлова докладчиками были выделены по разработке общих федеративных принципов И. В. Сталин и проф. М. А. Рейснер с правом представить параллельные доклады. На этом заседании уже определились контуры будущих разногла¬ сии. «Левый» эсер Шрейдер представил проект «Учреждения советов», в котором пи слова не говорилось о диктатуре пролетариата, о сущест¬ вующих центральных органах государственной власти, отсутствовали такие известные марксистские термины, как «рабочий класс», «кресть¬ янство», «диктатура пролетариата»; вместо них фигурировали неопре¬ делённые «трудовые классы населения», в состав которых Шрейдер включал и торговцев, «не пользующихся наёмным трудом» л Принципу демократического централизма и ленинской установке на развитие инициативы местных Советов и на развёртывание творче¬ ской самодеятельности масс Шрейдер, а с ним и все «левые» эсеры про¬ тивопоставляли принцип «предельной децентрализации управления», предполагавший независимость местных Советов от высших органов со¬ ветской власти и невыполнение на местах законов пролетарского госу¬ дарства. По проекту Шрейдера, «левые» эсеры отводили Советам роль не дееспособных, наделённых определёнными государственными функ¬ циями органов диктатуры пролетариата, а обычных буржуазно-парла¬ ментских говорилен. Отражая несогласие с осуществлением диктатуры пролетариата и с курсом большевистской партии на строительство социализма в Рос¬ сии, максималист Бердников высказался против наименования советской рсч-публики социалистической. Кроме «левого» эсера Шрейдера и максималиста Бердникова на первом заседании выступили Стеклов, Покровский, Рейснер п др., выдви¬ нувшие предложение приступить к составлению Конституции с раздела о конструировании органов советской власти, причём конструирование начать снизу, а не сверху, т. е. с местных, а не с центральных органов власти. Таким образом, «левые» эсеры и «левые коммунисты» уже на пер¬ вом заседании выступили единым фронтом. Предложение переклю¬ читься от составления «общих положений», определяющих принципы и задачи диктатуры пролетариата, и всецело посвятить своё внимание конструированию местных органов, в полной мере отвечало позиции тех и других. Не имея опоры в рабочих массах, «левые» эсеры рассчитывали найти поддержку в крестьянских местных Советах, с тем чтобы, опира¬ ясь на них, получить базу для борьбы против советской власти и дикта¬ туры пролетариата. «Левые коммунисты» видели в «левых» эсерах про¬ тивников большевистской линии в работе Советов и поэтому поддержи¬ вали их борьбу с последовательными большевикамн-ленпнцами. Однако расчёты противников большевистской партии на противо¬ поставление крестьянства рабочему классу не имели реальной почвы и были обречены на провал, ибо уже первыми декретами советской вла¬ сти большевики завоевали доверие трудящихся масс крестьянства. Поскольку первое заседание являлось организационным, обсужде¬ ние поднятых вопросов было перенесено на следующее заседание. Од- 7 Протоколы ВЦИК 4-ю созыва, стр. 74. 1939. 8 Центральный архив Октябрьской революции (Ц'ДОР), ф. 1235, оп. 30, д. JÄ 3, л. 37—43.
Ρα:ψαη(/τκα Кпнггпrtmutt РСФСР /9/л го*ht О" — * нако уже на этом заседании комиссии с решительными возражениями против нападок «левых» эсеров и «левых коммунистов» на основные принципы диктатуры пролетариата и решения 111 съезда Советов высту¬ пил И. В. Сталин. Он предложил положить д основу работы комис¬ сии уже принятую III съездом Советов «Декларацию прав трудящегося и экепдоатируемого парода» и резолюцию «О федеральных учреждень¬ ях Российской республики» и представить к следующему заседанию доклад об общих федеративных принципах. Для лучшей организации работы — разбиться на комиссии. Его решительно поддержал Я- М. Свердлов. Он заявил: «Целесообразнее начинать сверху. Нужно будет действовать от декларативной части: 1) Общее декларативное положе¬ ние; 2) Общее положение; 3) Конструкция власти. Этим путем мы го¬ раздо скорее придём к цеди» Второе заседание комиссии состоялось 10 апреля, третье—12 ап¬ реля. Посвящены они были заслушиванию и обсуждению доклада проф. М. А. Рейспера ш «Об основных началах конституции Российской Феде¬ ративной Советской Социалистической Республики». Основное положе¬ ние доклада было следующее.· в основе федерации должен лежать не национальный, а социально-хозяйственный принцип. Ссылаясь на при¬ мер США, Швейцарии, Австрии, Рейснер говорил, что буржуазная феде¬ ративная организация «может быть использована и лаже безусловно необходима для социалистической республики»11. В его представлении Российская Федерация должна была состоять из отдельных крупных «союзных областей», составляющих комплекс интересов производства и обмена. Отсюда «основной ячейкой федеративного строя в промыш¬ ленной области будет один объём территории, а в сельском хозяйстве — другой. Степная область даёт иной тип федерации, а горный или рыбо¬ водный район — другой» 13. Центральные органы, по его мнению, должны были обладать функ¬ циями политической и административной власти, но содержание задач последних должно было быть «бесконечно уже власти областной и да¬ же коммунальной». Рейснер предлагал создать федерацию облает ных объединений ти¬ па московского, уральского, центрально-промышленного, петроградской коммуны и др., считая их основными единицами федерации. Эти обла¬ стные объединения он мыслил наделить особыми законодательными правами, объективно ведущими к подрыву авторитета молодой и ещё не окрепшей центральной советской власти, к противопоставлению об¬ ластной власти центру, т. е. именно к тому, чего так усиленно добива¬ лись «левые» эсеры, «левые коммунисты» и все. враги партии большеви¬ ков и советской власти. Отои предложения Рейснер подкреплял ссылками на существовав¬ шие тогда московское, уральское и другие областные объединения с их совнаркомами и другими органами власти. Первичные коммуны или местные Советы t Сове i и к ом-му на в прел- ставдешш Рей с мера были идентичны) являлись уже не политическими, а сопи ал ьн о-хозя й ствс и н ы ми организациями и должны были фс рмиро-вать- я ЦДОР, ф. 1235, о*г. 30. д. 3, л. Г,. **' И «-Известиях» от 21 декабря 1917 г. было помешено и нею; о М. Рейспера. в котором автор о себе и и·-ал: «Я ироночожу из балтийского д вор я и с ι ч л, бил «славяно¬ филом чистой воды.-. С. !ужнл профессором Томского университета. После увольнения vex ал за границу... Только за границей я был, наконец, из (очен от .монархизма славя- г.офильстма и последовательно перешёл через работу в «Русском богатстве» к марк¬ сизму и социализму». В момент работы комиссии Рей ·π·.·ρ был ал целующим отделением государственного права при Народном комиссариате ю.линии. В состав комиссии вошёл как специалист по ноп;ыел.и государственного права. 11 ЦДОР, ф. 1235.'оп. 20, д. Л1> 4, л. 39. ' !- Там же, л.т. 40, 40.
28 В. Шураев ся из представителей профсоюзов, политических партий, национальных групп и т. п. Извращённо понимал Рейснер и структуру и цели центральных ор¬ ганов государственной власти. По его замыслу, все высшие органы должны были являться федерацией, построенной по территориальному принципу с участием представителей крупных профессиональных и хо¬ зяйственных организаций. Своё путаное, по существу, анархо-синдика- листское предложение он мотивировал стремлением найти какую-то еди¬ нообразную форму строительства. Пропитанные антиленинскпм духом доклад и проект Рейснера не¬ медленно были разгаданы и поддержаны Шрейдером («левый» эсер), Бердниковым (максималист), а в отдельных вопросах некоторыми дру¬ гими членами комиссии. Особую поддержку со стороны «левых» эсеров и «левых коммунистов» встретило предложение положить в основу феде¬ рации не национальный, а территориальный принцип, а также умалить рель и значение центральных органов власти. С решительной критикой антилешшского проекта «Общих положений конституции Российской республики» Рейснера и взглядов сторонников этого проекта выступил» Я. М. Свердлов на заседаниях комиссии 10 ап¬ реля н И. В. Сталин на заседаниях комиссии 12 и 19 апреля (10 апреля товарищ Сталин на заседании не был). Я. М. Свердлов категорически заявил, что проект Рейснера совер¬ шенно непригоден, что в нём нет основного принципа советской Консти¬ туции, что «...самый основной момент переживаемого нами Бремени, этот момент перехода к социалистическому строю»13, не получил отражения в проекте Рейснера. Отнимать политические функции у Советов в пере¬ ходный период, когда продолжают существовать политическая борьба и столкновения классов и когда необходима диктатура пролетариата, — преступление перед революцией. Возражая против предложения Рейснера о наделении местных Советов одними хозяйственно-коммунальными функциями, Я. М. Свердлов разъяснял: «Пока ещё государство суще¬ ствует, постольку не может быть речи об отнятии у советов руководства всей политикой» 14. Я. М. Свердлов решительно -осудил также отказ Рейснера от нацио¬ нального принципа при создании советской федерации. «До тех пор, — сказал Я- М. Свердлов, — пока социализм не стал фактом, пока мы ещё не закрепили социалистическое общества, в целом виде отказываться о г1 пункта о самоопределении наций не приходится» 1Г\ Он высказался также и против областнической точки зрения и в заключение своего выступле¬ ния рекомендовал членам комиссии руководствоваться решениями Ш съезда Советов по конституционным вопросам. Наиболее уничтожающей критике проект Рейснера подвергся со сто¬ роны И. В. Сталина на заседании комиссии 12 апреля. Пункт за пунктом И. В. Сталин вскрывал антилеиинс-кое содержание проекта Рейснера. Он указал, что игнорирование переходного периода от буржуазного строя к социалистическому привело Рейснера к тому, что в проекте отсутство¬ вали такие понятия, как «экономика», «пролетариат», «крестьянство», «диктатура пролетариата». Нельзя, говорил И. В. Сталин, создавая Кон¬ ституцию, опускать реальные факты, не учитывать того, что существует на деле, в жизни. Проект Рейснера отвлекается от очень многих и в выс¬ шей степени важных вопросов. Рейснер отстаивает надуманную им федерацию городов и провинций, объединяемых -неизвестно по каким признакам. В такой федерации центральная власть ничего собой не пред¬ ставляет, что недопустимо в Конституции. Конституция должна опреде- u UAOP. ф. 1235, оп. 20, д. λο !, л. 17 '·’ Там же, л. 18. п Там ж о.
Разработка Конституции РСФСР 1918 года 29 лить организацию власти. Основной ячейкой этой власти должны быть Советы. И. В. Сталин чётко указал на то, что комиссия должна руководство¬ ваться, во-первых, директивами III съезда Советов, установившего, что Российская республика должна быть федерацией советских республик народов России; во-вторых, реальным существованием областей, окраин, отличающихся особым бытом и национальным составом, трудовые эле¬ менты которых требуют широкой автономии, права языка и права управ¬ ления. Речь должна идти о федерации именно этих областей, а не отдель¬ ных городов и провинций или коммун, вроде таких, как Петроградская и Кронштадтская (ничем, кроме названия, не отличающихся от других со¬ ветских организаций). Имея в виду предложение Рейснера о сочетании построенной по территориальному принципу федерации с федерацией профессиональных союзов и кооперативов, охватывающих несколько городов и областей, а также и с федерацией железнодорожной и почтовой, охватывающей всю Россию, И. В. Сталин указал на недопустимость такого смешения поня¬ тий о федерации, идущей вдоль и поперёк, горизонтально и вертикально. Пример буржуазной федерации США и Швейцарии И. В. Сталин ре¬ шительно отверг как образец, не пригодный для Советской республики, ибо буржуазная федерация способна удовлетворить лишь потребности капиталистического строя. Конституционная комиссия должна исходить из того факта, что в наследство Советской республике история оставила насильственную организацию многих народов «в рамках одного государ¬ ства. Теперь, когда в результате Октябрьской революции эти народы стали свободными и требуют для себя политической автономии, именно этот факт надо учитывать при решении вопроса о типе федерации и о конституции. Проект Рейснера, по словам И. В. Сталина, исходил из фиксирования той неупорядоченности работы в низах, которая имелась в разных горо¬ дах и областях; эта неупорядоченность вредна и может повести к пол¬ ному развалу всякой власти, а нам, указал И. В. Сталин, абсолютно необходима власть крепкая и сильная. И. В. Сталин отметил жизненную необходимость того, чтобы Советы занимались не только политической, но и хозяйственно-экономической деятельностью (в смысле руководства ею). Без этого условия Советская Россия не сумеет ликвидировать экономическую разруху, которую она переживает. Без организации крепкой и сильной центральной власти, говорил И. В. Сталин, нельзя победить, ибо буржуазия ещё сильна, а со¬ циалистическая власть ещё далеко не организована После выступления И. В. Сталина стало совершенно очевидным, что проф. Рейснер игнорировал конституционные решения III съезда Советов и ке захотел принять во внимание руководящих указаний, которые были даны комиссии И. В. Сталиным 3 и 4 апреля в беседе с сотрудником «Правды» и Я. М. Свердловым, в речи на заседании ВЦИК 1 апреля, при образовании Конституционной комиссии. И. В. Сталин представил комиссии свои тезисы «О типе федерации Российской советской республики». В них И. В. Сталин указал, что Рос¬ сийская республика является свободным социалистическим обществом всех трудящихся, объединённых в городские и сельские Советы. Советы областей, отличающихся особым бытом и национальным составом, для успешного управления хозяйственными и национально¬ культурными делами объединяются в автономные областные республики, по главе которых стоят областные съезды Советов и их исполнительные органы. Для окончательной ликвидации капитализма и полной победы социализма советские автономные республики на началах федерации объединяются в Российскую социалистическую республику, во главе которой стоит Всероссийский съезд Советов, а в период между съезда-
"О П. Шурасй ми — Всероссийски» Центральный Исполнительный Комитет и их испол¬ нительный орган — Совет Народных Комиссаров. Такое устройство политической жизни страны, рассчитанное на переходный период, имеет основной задачей установление диктатуры пролетариата и беднейшего крестьянства в виде мошной всероссийской политической власти, для полного подавления буржуазии, уничтожения эксплоатацпи человека человеком, для победы социализма. Таким образом, в тезисах И. В. Сталина прежде всего подчёркива¬ лось значение диктатуры пролетариата как орудия борьбы за строи¬ тельство социализма в переходный от капитализма к социализму период и указывалось, что субъектами советской федерации должны быть со¬ вершенно определённые области, отличающиеся особым бытом и нацио¬ нальным составом. Выступление И. В. Сталина в комиссии и представленные им тезисы о типе советской федерации определили содержание работы всего засе¬ дания 12 апреля. Комиссия под руководством И. В. Сталина отвергла составленный проф. Рейенером проект «Об основных началах конститу¬ ции Российской федеративной республики». ★ Четвёртое заседание комиссии посвящено было постатейному рас¬ смотрению представленного И. В. Сталиным проекта «Общих положений Конституции РСФСР». До начала заседания поступило два проекта: проект И. В. Сталина и проект М. А. Рейснера. Я. М. Свердлов свой проект с обсуждения снял «ввиду полного согласия с проектом Сталина». На заседании Бердников внёс третий проект «Основ конституции Трудовой Республики», состав¬ ленный исполнительным бюро союза максималистов. Пропитанный явной враждебностью к диктатуре пролетариата и со¬ ветскому государству, проект этот полностью отразил позиции анар¬ хизма в отношении к государству. В разделе об основных задачах республики максималисты требовали немедленного обобществления «всех средств производства и обращения, составляющих предмет мелкой собственности», «уничтожения торговли и денег», «купли-продажи», «си¬ стемы вознаграждения и оплаты» t(î. В разделе О' сущности республики они провозгласили «равное для всех право» на жизнь, а также право «на власть» и «право вооружённого сопротивления и восстания». В си¬ стеме высших органов власти ими совсем не отводилось места Совету Народных Комиссаров17. Зачитанный председателем комиссии Я. М. Свердловым проект максималистов был отвергнут комиссией лаже без обсуждения. Большинством голосов членов комиссии за основу был при¬ нят проект И. В. Сталина. Проект проф. Рейснера был отвергнут. Началось постатейное обсуждение проекта И. В. Сталина. Рейснер, Стеклюв, Покровский, Бердников выступали по каждому пункту проекта и старались протащить антилспинские взгляд!.!. В защиту своих «Общих положений» выступал И. В. Сталин. Нго доводы и аргументации были настолько убедительны, что все принци¬ пиальные поправки «левых» эсеров и «левых коммунистов» были отверг¬ нуты. Комиссия утвердила проект «общих положений конституции Рос¬ сийской Социалистической Федеративной Советской Республики», пред¬ ложенный И. В. Сталиным. При обсуждении «Общих положений» И. В. Сталин указал, что дик¬ татура пролетариата предполагает стройную организацию государствен¬ ной власти и чёткое разграничение функций и компетенции всех её орга¬ нов. В условиях отчаянного сопротивления буржуазии и хозяйственной разрухи в России, когда социализма ещё нет, пролетариату нужна силь¬ 10 ЦАОР, ф. 1235, оп. 20, д. № G, л. 44. 17 Там же, л. 46—51.
Разработка Конституции РСФСР 1918 года 31 нейшая власть, на две трети сосредоточенная в центральных органах государства. Возражая против поправок в духе «областничества», И. В. Сталин указал, что такие объединения, как Московское, Уральское н Северное, в которые входят 54 Совета, носят случайный характер и не могут служить образцом при выработке конституции. Комиссия не ставит своей целью дать проект организации хозяйственного объединения российских обла¬ стей, её задача — создать политическую конституцию, исключающую воз¬ никновение таких случайных объединений. Комиссия должна принять автономию областных республик, реально уже существующих, объеди¬ няющихся в федерацию, имеющих свою законодательную и исполнитель¬ ную власть. М. В. Сталин определил сущность советской автономии как возмож¬ ность предоставить областям право на своп родной язык, на свою при¬ способленную к национальному быту школу, на свою народную власть, говорящую с народом на его родном языке п проводящую законы с учё¬ том национальных и экономических условий области. Это необходимо для того, чтобы обеспечить рост доверни к русскому народ}' п народов федерации друг к другу. Объединение же на этих основах автономных областш,ix республик в Российскую Социалистическую Федеративную Со¬ ветскую Республику полностью обеспечит ликвидацию буржуазии и [(обе¬ ду социализма. Утверждённые комиссией 19 апреля 1918 г. «Общие положения Кон¬ ституции РСФСР» сводились к следующему: «Основная задача консти¬ туции Российской Социалистической Федеративной Советской Росгр,бли¬ ки, рассчитанной на настоящий переходный момент, заключается в уста¬ новлении диктатуры городского и сельского пролетариата и беднейшего крестьянства в лице мощной все российской советской власти .в нолях пол¬ ного подавления буржуазии, уничтожения экеплоатации человека челове¬ ком и водворения социализма, при котором не будет ни деления на клас¬ сы, ни государственной влас гм |ч. 1. Российская Республика есть свободное социалистичсексе общество всех трудящихся России, объединённых в го¬ родских и сельских Совдепах. 2. Совдепы областей, отличающихся осо¬ бым бытом π национальным составом, объединяются в автономные с.блпсг- мые союзы, во главе которых стоят· областные съезды Совдепов и их нспо.тлптедьныо органы. 8. Областные советские -союзы < бъеднняюгея на началах федерации в Российскую Социалистическую Республику, bi гла¬ ве которой стоят: Всероссийский съезд Совдепов, а в пери с. * между съездами — Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет » п\ Таким образом, руководящая роль в разработке решающих и прин¬ ципиальных вопросов, определивших сущность советском Конституции, принадлежала И. В. Сталину, и он по справедливости вместе с создате¬ лем советского государства, великим Лениным, считается творцом первой с ί го iскоп Конституции ·—Конституции РСФСР 1918 года. В копие заседания комиссия предложила Стеклову разработать про¬ ект «Декларации прав и обязанностей грудящихся» и создала две поч- компсспн: одп\· — для разработки раздела Конституции о конструкции советском власти п другую—для разработки разделов Конституции о пен тральной, областной п местной власти. Для работ ы подкомиссиям был определён недельный срок. Однако тяжёлое положение Советской рес¬ публики в связи с германской интервенцией и начавшейся интервенцией 1s Именно нот пункт предлагал Стеклов совсем вычеркнуть из «общих поло¬ жений».—/Т ///. JH ЦАСТР, (|). 1235, оп. 20, д. Лу G, л. 40; И. Сталии. Соч. Т. 4, стр. 79—80. Утвер¬ ждённые комиссией. «Обшне положения», с незначительными редакционными измене¬ ниями, в частности, с заменой слова «совдепы» словом «советы», вошли во второй, утверждённый V съездом Советов раздел Конституции РСФСР.
32 В, Шураее с грая Антанты, а также выступления внутренней контрреволюции отвлекли от дальнейшей разработки проекта Конституции членов комиссии и прежде всего И. В. Сталина, не сумевшего принять участия в её дальнейших за¬ седаниях. По заданию Ленина и Центрального Комитета партии, он с на¬ чала июня 1918 г. непосредственно руководил вооружённой защитой со¬ циалистического отечества2и. В конце апреля В. И. Ленин выступил со статьёй «Очередные задачи советской власти» (28 апреля) и докладом на эту тему на заседании ВЦИК (29 апреля). В статье и в докладе Владимир Ильич с особенной силон подчеркнул необходимость железной дисциплины и проведения до конца диктатуры пролетариата и дал ясные и исчерпывающие указания о пра¬ вильной организации государственного управления, о строгом соблюде¬ нии принципа демократического централизма, о развитии советского де¬ мократизма, о социалистическом соревновании, о неуклонном укреплении дисциплины и самодисциплины и о прочной охране революционного порядка. Необходимость большевистской борьбы за укрепление диктатуры пролетариата усиленно диктовалась событиями текущего момента. За¬ седавший 17—25 апреля 1918 г. Второй съезд партии «левых» эсеров объявил поход против советской власти и отозвал своих представителей из Совнаркома. Выступивший на съезде один из лидеров партии эсеров, Штейнберг, заявил о необходимости третьей, крестьянской революции в России и об установлении в стране власти партии эсеров. Таким образом, выступления Шрейдера, Бердникова, Рейснера и про¬ чих в Конституционной комиссии отражали общую борьбу «левых» эсе¬ ров, «левых коммунистов» и всех других врагов советской! власти против пролетарского государства. Борьба И. В. Сталина и Я. М. Свердлова за оставление в Конституции пункта о диктатуре пролетариата имела глу¬ бокий политический и исторический смысл. Как было установлено судеб¬ ным процессом по. делу антисоветского «право-троцкистского блока», Бухарин и его группа «левых коммунистов» вместе с Троцким, его груп¬ пой и «левыми» эсерами состояли в до время в заговоре против Ленина как главы советского правительства и намечали совершить убийство Ленина, Сталина, Свердлова и сформировать новое правительство из троцкистов, бухаринцев и «левых» эсеров21. В соответствии с указаниями Ленина были ликвидированы областные, губернские, уездные и прочие совнаркомы. 27 мая ВЦИК рассмотрел во¬ прос об упразднении на местах звания народных комиссаров п о замене «товарищ председателя исполкома Совета» и «заведующие отделами исполкома Совета». В 'постановлении говорилось, что звание народного комиссара присваивается лишь тем лицам, кои утверждены Всероссий¬ ским съездом Советов и его Центральным Исполнительным Комитетом аа, 25 апреля в «Известиях ВЦИК» был опубликован принятый комис¬ сией проект «Общих положений конституции Российской Социалистиче¬ ской Федеративной Республики». 30 апреля — материал о компетенции Всероссийского съезда Советов, а 15 мая — проект положения о Россий¬ ских Совдепах.' 18 мая 1918 г. в «Правде» было напечатано выступление И. В. Сталина на совещании по созыву учредительного съезда Татаро-Башкирской Советской Республики, посвящённое защите и обоснованию ленинских принципов в строительстве советского многонационального государства. 20 Известно, что 29 мая Совнарком назначил товарища Сталина общим руководи¬ телем продовольственного дзла на юге России, в связи с чем 4 июня он выехал из Москвы в Царицын. 21 См. судебный отчёт по делу антисоветского право-троцкистского блока, стр. 302. Юриздат. НКО СССР. 1938. 22 Протоколы ВЦИК 4-го созыва, стр. 334—333. 1920.
Разработка Конституции РСФСР 1918 coda М. В. Сталин вновь усиленно подчеркнул необходимость сильной общерос¬ сийской власти, г. е. диктатуры пролетариата. Развивая основные принципы строительства многонационального советского государства, И. В. Сталин подчеркнул те же мысли, которые он высказал и на заседании комиссии ВЦИК 12 апреля 1918 г., отстаивая свои тезисы о типе советской федерации. Таким образом, И. В. Сталин ещё раз со в-сей категоричностью указал на те основные принципы, которыми должна была руководствоваться продолжавшая разрабатывать проект советской Конституции Комиссий ВЦИК. Указания, данные в работе В. И. Ленина «Очередные задачи со¬ ветской власти», и указания И. В. Сталина определили направление и со¬ держание последующей работы Конституционной комиссии. Я. М. Сверд¬ лов с присущей ему твёрдостью отстаивал ленинско-сталинские принципы, и благодаря ему комиссия при разработке разделов Конституции о кон¬ струкции советской власти приняла верные решения, вошедшие потом в соответствующий раздел Конституции РСФСР 1918 года. Заседания комиссии 17 и 22 мая и 17 июня были посвящены обсуж¬ дению и принятию составленной Стендовым «Декларации прав и обязан¬ ностей трудящихся». Во время обсуждения «Декларации» Шрейдер ещё раз сделал попытку вычеркнуть те места, в которых говорилось о дикта¬ туре пролетариата. Он предложил вместо «диктатуры рабочего класса» говорить в декларации о «диктатуре трудящегося народа» 2:\ По настоя¬ нию Свердлова поправка эта была комиссией отклонена. Бердников, Рейснер н некоторые другие члены комиссии сбивались на толкование Конституции, как программы. Бердников для «сокращения» предложил вычеркнуть ту часть «Дек¬ ларации», в которой приводились декреты о национализации промышлен¬ ности, о конфискации помещичьей земли, о рабочем контроле и другие уже действовавшие декреты, характеризующие самую сущность эконо¬ мической программы советского государства. Выдвигая это предложение, эсеры рассчитывали в случае принятия его использовать отсутствие ука¬ заний в Конституции на эти декреты для объявления их неконституцион¬ ными и повести поход за их устранение. Бердников с невинным видом говорил: «В значительной степени устарела эта историческая часть по своему содержанию» 2J. Я. М. Свердлов категорически настоял на остав¬ лении этого раздела «Декларации», указывая, что раздел «правильно констатирует всё то, что сделано до сих пор и что будет сделано р, бли¬ жайшем будущем» “г’. Окончательно «Декларация» была утверждена на заседании комис¬ сии 17 нюня. 19 июня проект «Декларации» был опубликован в «Изве¬ стиях ВЦИК»- 30 июня Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет при¬ нял постановление о созыве на 28 нюня очередного, V Всероссийского съезда Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. В засе¬ дании 14 июня по предложению Я. М. Свердлова Всероссийский Централь¬ ный Исполнительный Комитет утвердил повестку дня съезда, где преду¬ сматривалось рассмотрение вопроса о советской Конституции. Включение вопроса о Конституции в порядок дня V съезда Советов побудило комиссию ускорить разработку проекта. 19 июня, на очередном заседании, комиссия приступила к рассмотрению материала подкомиссии «О Российских совдепах». Проект подкомиссии состоял из десяти глав и лвлялся сложным и запутанным документом, представлявшим во многих пунктах смесь анар- 35 Ц'АОР, ф. 1235, оп. 20, п. 8, л. 18. 24 Там же, п. 8, л. 3. 35 Ц'АОР, ф. 1235, сп. 20, п. 8, л. 3. Обсуждённая на трёх заседаниях «Декларация прав и обязанностей трудящихся» представляла громоздкий и тяжеловесный документ, способный лишь отягчить Конституцию, что и определило её судьбу в дальнейшем. 3 13U 11·; ; opuii N£ 12.
В. Шурайе хпзма с синдикализмом и бывшим крайне враждебным по духу принципу диктатуры пролетариата. Начинался этот проект с раздела о конструиро¬ вании сельских Советов, затем в нём говорилось о волостных, городских, уездных, губернских, областных Советах и, наконец, в последней, деся¬ той главе — «О Совдепе Всероссийском», Совнаркому в проекте места но отводилось. Первая глава проекта трактовала об избирательных правах. Вводи¬ лась двухкурипльная избирательная система. Избирательными нравами а го-родах наделялись лишь члены профсоюзов. Права ремесленников, слу¬ жащих, лея гелей науки, искусы на, литературы и техники ограничивались. Под «совести» подкомиссия понимала органы, избираемые непосред¬ ственно избирателями. Таковы сельский и городской Советы. «Совдепы» для подкомиссии — это органы, избираемые не избирателями, а их пред¬ ставителями, т. е. делегатами соответствующих съездо-в Советов. В таком разделении подкомиссия хотела найти выгодную для нападок ты спидолы позицию, объявив последние менее демократическими п менее достой¬ ными доверия и права на существование, чем Советы. С этой точки зрения Всероссийский Центральны!! Исполнительный Комитет и тем более Совет Народных Комиссаров были бы недемократическими органами государ¬ ства и их деятельность должна была бы быть осуждена. Ничего в проекте не говорилось о съездах и о компетенции Советов. Срок но шомочпн Советов и Совдепов устанавливался в 6 месяцев. В тех главах, в которых говорилось о Совдепах, давалось «Примеча¬ ние», согласно которому в Совдепы и их исполнительные ком яте ш, кроме, установленного круга избирателей, имели право избирать своих предста¬ вителей по,inгнческпе, профессиональные н кооперативные организации“''. Таким образом, это «Примечание» одному избирателю открывало воз¬ можность пользоваться несколькими голосами. Неясное представление давал проект о сельских и городских Советах: в состав сельского пли городского Совета, по представлению авторов проекта, входили все жн- ΐе,нί данного города иди седа, «пользующиеся нравом избирать в сов¬ депы». В ходе обсуждения члены подкомиссии дополнительно «углубляли» проект. Мотивируя необходимость сохранения в сёлах и городах только Сове ! ов, член подкомиссии Бердников говорил: «По существу желательно, чыбы никакого представительного учреждения не было. Идеал им б/зла бы нопосредсмвенная демократия, которая объединяла бы всех в од по вече» -д Поэтому он высказался за иеп\ жность создания Совдепов в сёлах и городах с числом жителей меньше 2 тыс. человек. В этих сёлах «глав¬ ный управляющий» аппарат может быть не представительным, а непо¬ средственно управляющим органом, т. е. самих: сходом1'4. Бердникова поддержал Стеклов; предложивший предоставить право на местах решать вопрос о создании в сёлах Советов или Совдепов. Возражая, Я- М. Сверд¬ лов разъяснил, что. смысл спора не в словах «Совет» иди «Совтеп», а в том, будут или не будут в огромном количестве маленьких сел представи¬ тельные учреждения. Он говорил: «Рабочим органом общее собрание быть не может·, оно б\дет разрешать общие вопросы, а текущую работу будет выполнять какой-либо орган» Я. М. Свердлов указал, что таким органом должен быть Совет депутатов, в соответствии с тем понятием о нём, «кото¬ рое имеется в широком кругу» с. «исторически сложившимся понятием о Советах депутатов» :;0. В ответ на предложение Стеклова пустить на волю анархии вопрос об организации местных Советов и о предоставлении са¬ мим местам права решать вопрос, «с какого момента они желают перейти ϊ ί ЛОР, ф. 123Г>, оп. 20, л. 22. 27 Там же, д. К), л. 3. 28 Там же, оп. 20, д. 6, л. 3. 20 Там же, д. 10, л. 5. 00 Там же, д. 10, л. 6.
Разработка Конституции РСФСР 1918 eoùa к непосредственному народоправству или к избранию Советов» 3V Я- М. Свердлов разъяснял: «Одно дело конституция, другое дело инст¬ рукция об организации местных советов... Конституция должна иметь дело с общими принципами» Защищаемые Бердниковым и Стендовым предложения подкомиссии являлись, по существу, пря.мым наступлением на Советы в деревнях и мелких поселениях городского типа с позиций анархизма и имели одну и ту же цель—ослабить диктатуру пролетариата. По предложению Я· М. Свердлова разделы «О советах сельских» и «О совдепах сельских» были объединены в один раздел «О сельских советах»"·'1. Тогда Бердников предложил единицей п.р-едстави зелье : ва на губернский съезд Советов считать волостной съезд Советов. Это отве¬ чало стремлениям «левых» эсеров открыть в Совет дорогу кулаку. Пред¬ ложение это вызвало категорическое возражение Я- М. Свердлова: «Если в настоящее время представить это именно волостным съездом, то мы попадём в такую кабалу к кулакам, что нам дыхнуть нельзя бу¬ дет» ::4. В интересах гарантии от засилья кулаков Я. М. Свердлов предло¬ жил проводить представительство на губернские съезды Советов от уездных съездов Советов, а от волостных только там, где не было уезд¬ ных''·'. (Эго предложение Я. М. Свердлова учтено было затем при оконча¬ тельном составлении текста Конституции.) По предложению $1. М. Сверд¬ лова 6-меоячныи срок полномочия Советов был заменён 3-месячным, а «Примечание» к главам о Совдепах, дающее преимущественные избира¬ тельные права членам профессиональных союзов, политических партий π кооперативов, было вычеркнуто3'1. По рвое в мире правительство рабочих и крестьян, боевой полити¬ ческий орган советского государства — большевистский Совет Народ¬ ных Комиссаров, преобразующий Россию своими революционными дек¬ ретами, — вызывал бешеную ненависть у врагов рабочих и крестьян. Озлобленные враги революции с первых дней существования советского государства не переставали мечтать о ликвидации Совнаркома. Теперь очи могли радоваться: недоброжелатели Совнаркома сказались в са¬ мой комиссии, разаппатывавшей советскую Конституцию. 22 июня «ΙΠ- вестия ВЦИК» опубликовали проект положения «Об отделах Всероссий¬ ского Исполнительного Комитета», предусматривавший ликвидацию Со¬ нета Народных Комиссаров и замену его Советом Всероссийского Цен¬ трального Исполнительного Комитета, а народных комиссариатов—один¬ надцатью колчегиадьными отделами из членов Всероссийского Централь¬ ного Исполнительного Комитета. Затеваемые же Рейенером, Шрейдером, Бердниковым, Псжродсхим, Стекловым и др. бесконечные споры по всем важным и второстепенным 51 ЦАОР, ф. 1235. оп. 20, д. 10, л. 7. :ΐ2 Там же, д. 10. л. 8. ;1,'! Там же*, л. 9. •|4 Там же. д. 10, л. 20. 2Г' Там же. s,! Там же, Л· 10, л. 11. Смысл «Примечаний» был ясен: зто была очередная попытка ограничить авторитет центральных органов советской власти, поставить местную власть в преимуществе·!.- ;гое положение перед центральной, обеспечить мелким партиям, некоторым антиболь¬ шевистским кооперативам, профсоюзам преимущественное право представительства, несоразмерное их фактическому положению в стране и авторитету r массах. С другой стороны, предложение о преимущественном праве представительства политическим партиям, кооперативам и профсоюзам исходило из прямого недоверия к массам тру¬ дящихся, к их творческим способностям и революционному почину и уменью решать политические дела государственной важности. Бердников открыто говорил в комиссии, что масса «чрезвычайно сера», уровень её сознания и работоспособности чрезвычайно низок, что она «неспособна разобраться в топ или иной литературе» и не подготовлена к «деловой работе».
36 В. Шураев вопросам, безусловно, имели целью затянуть составление проекта и до* биться в конечном итоге снятия вопроса об утверждении Конституции с повестки дня V съезда Советов. Отнако эти расчёты потерпели неудачу. 26 июня, в 6 часов вечера, Я. М. Свердлов, открывая заседание комиссии, заявил во вступительном слове, что «сегодня у нас в ЦК партии рассматривался вопрос о советской конституции». ЦК партии ответил, что «Конституция в целом не готова», и отдельные товарищи, в том числе В. И. Ленин, ставили вопрос даже о снятии с повестки дня съезда утверждение проекта Конституции ввиду его'неподготов¬ ленности:î:. Я. М. Свердлов сообщил, что по его настоянию было при¬ нято решение предложить на утверждение съезда ту часть Конститу¬ ции, в которой говорится о Советах в организационном отношении. «Не хватает в ней только о строении ЦИК, учреждении ЦИК и СНК» “s. Я. М. Свердлов предложил комиссии в её работе обратить «преимущест¬ венное внимание на те стороны, которые связаны с организацией сове¬ тов, с тем, чтобы эту часть проекта предложить на утверждение пред¬ стоящего съезда, а в целом Конституцию утвердить либо на будущем съезде, либо по поручению съезда во ВЦИК». Проект положения «об отделах Всероссийского центрального испол¬ нительного комитета», предусматривавшего ликвидацию большевистского Совнаркома, был поставлен на обсуждение комиссии в тот же день, 26 июня. Защищая проект, члены подкомиссии предложили парал¬ лельно Совету Народных Комиссаров, называемому в проекте «Советом BIIHK», образовать коллегии ЦИК, как бы стоящие над Советом ВЦИК и контролирующие его· действия и политику. Подкомиссия решительно высказалась против укрепления единоначалия в работе советских учреж¬ дений и против сочетания принципа единоначалия о коллегиальностью, развиваемого в работе Ленина «Очередные задачи советской власти» Она предложила делегировать на заседание совета ВЦИК не постоянных лиц— министров, — а особых, «непостоянных лиц» Таким образом «тепе¬ решние министры устраняются, а у нас остаются коллегии»40, резюми¬ ровали одни из членов подкомиссии. Это предложение было рассчитано на то, чтобы превратить принцип беспредельной коллегиальности в единственный принцип в работе совет¬ ских учреждений и тем самым разложить работу я подорвать автори¬ тет молодого советского аппарата, привести советское государство к развалу. Как указывал В. II. Ленин, с точки зрения специфических задач пе¬ реживаемого момента, единоличная диктаторская власть была жизненно необходима: «...революция... в интересах социализма требует беспре¬ кословного повиновения масс единой воле руководите¬ лей трудового процесса» 4\ Требуя железную дисциплину и беспрекословное повиновение воле советского руководителя во время труда, Ленин в то же самое время решительно ставил задачу всемерного развития советской организации, развития советского демократизма, вовлечения в управление государст¬ вом миллионов трудящихся масс, ставящих под контроль снизу работу советских руководителей. Отстаивая широкое понимание коллегиальности, враги революции снизывали с ним свои нападки на Совнарком. На заседании 26 июня 1018 г. член подкомиссии Бердников высказал особую, ничем не при¬ крытую враждебность к Совнаркому. Он прямо усомнился в «законности» его существования. «Нужно, — говорил он, представить достаточно 4,7 ЦАОР, ф 1235, оп. 20, д. 11, л. 1. :;'i Там же. Ленин. Соч. T. XXII, стр. 458—467. . ЦАОР, ф. 1235. оп. 20. д. П. л. 4. "ï Ленин. Соч. T. XXII, стр. 462—463,
Разработка Конституции РСФСР 1918 года νι —г -I - --— г 1 — - 37 оснований, чтобы задать вопрос, что это за учреждение СНК, какие его основы, какие его взаимоотношения с ЦИК и Всероссийским: съездом советов. Вы не найдёте ответ на эти вопросы»42. Совнарком, убеждал членов комиссии Бердников, — «вещь неопределённая» 43. Попыткам нанести удар по Совнаркому и протащить антиленинские принципы в советскую Конституцию дал решительный отпор на заседа¬ нии 26 апреля председатель Комиссии Я. М. Свердлов. Указав, что оба проекта его не удовлетворяют, Свердлов категорически заявил: «Для меня заранее решён вопрос, что СНК конституцией утверждается» 14. Затянувшая свою работу ввиду постоянных словопрений .комиссия не смогла своевременно закончить разработку проекта Конституции. Окончательную разработку проекта Конституции для представления V съезду Советов взяла на себя комиссия ЦК РКП(б). 3 июля комис¬ сия под руководством В. И. Ленина рассмотрела два представлен¬ ных ей проекта советской Конституции — проект комиссии ВЦИК и проект Народного Комиссариата Юстиции (редакторы последнего — М. А. Рейснер и А. Г. Гойхбарг). Проект Народного Комиссариата Юстиции был составлен с значи¬ тельным учётом критики в комиссии ВЦИК, особенно в вопросах орга¬ низации Советов в центре и на местах, но в принципиальном вопросе о диктатуре пролетариата и национальном принципе в советской федера¬ ции Рейснер остался верным себе до конца. В проекте Народного Комиссариата Юстиции о диктатуре пролетариата не говорилось ни одного слова. Федерация толковалась без учёта национальных и быто¬ вых особенностей населения областей. Конструирование Советов и определение их прав начинались снизу. Это были коренные пороки проекта Народного Комиссариата Юстиции, и он был комиссией ЦК РКП(б) отклонён. ★ В основу Конституции комиссия ЦК РКП(б) положила проект комиссии ВЦИК с введением в него некоторых положений из проекта Народного Комиссариата Юстиции. Составленная Стекловым крайне громоздкая «Декларация прав и обязанностей трудящихся» была откло¬ нена. Комиссия присоединила к Конституции утверждённую III съездом ленинскую «Декларацию прав трудящегося и эксплоатируемого народа». Эта декларация и вошла в Конституцию в качестве первого раздела. Таким образом, фактическим руководителем Конституционной ко¬ миссии ВЦИК при разработке основных принципиальных положений советской Конституции явился И. В. Сталин. Под его руководством комиссия отвергла проекты, чуждые рабочему классу и беднейшем'.· крестьянству. Разработанные И. В. Сталиным тезисы о типе советской федерации и «Общие положения конституции РСФСР» легли в основу второго раздела Конституции РСФСР 1918 года. Непосредственным помощником Ленина и Сталина в создании первой советской Конститу¬ ции был Я. М. Свердлов. В качестве председателя он руководил всеми заседаниями комиссии и последовательно с ленинско-сталинских пози¬ ций отстаивал принципы советской государственности. Принятый комиссией ЦК 'РКП(б) под руководством Ленина за осно¬ ву проект Конституции после соответствующих дополнений и дальнейшей разработки был вынесен на утверждение V съезда Советов. Заседания комиссии показали, что свой главный удар враги пыта¬ лись нанести по основным принципам диктатуры пролетариата. Так, ЦАОР, ф. 1235, оп. 20. п. И, л. К. V! Там же. п. II, л. 8. 44 Там же, оп. 29. д. И, л. 11.
В. Illцрaeû они предлагали ликвидировать Совет Народных Комиссаров, домогались конструирования власти не сверху, а снизу, наделяли Советы комму¬ нально-хозяйственными функциями и отнимали у них политические, отстаивали «областничество». На подрыв принципов диктатуры проле¬ тариата и развал советского государства в конечном счёте и было рассчитано роиснеровское отрицание национального принципа в совет¬ ской федерации. Поэтом}' решительная борьба II. В. Сталина и Я. М. Свердлова против всех подобного рода предложении являлась продолжением общей борьбы Ленина и партии за лнктатуру пролета¬ риата, за советское государство. Споры внутри Конституционной колите с ни ВЦИК явились отражением ожесточённей борьбы против молодого советского государства, которую вели разбитые революцией буржуазия, помещики и кулачество, связывав¬ шие свои надежды в этой борьбе с позицией «левых» эсеров и «левых коммунистов», их руками хотели нанести удары по пролетарскому госу¬ дарству. Позиция рейсмероз, трейдеров, бердниковых и др. явилась пози¬ цией уходящих и прошлое, разбитых революцией и умирающих классов. Борьба, которую вели в Комиссии ВЦИК «левые» эсеры, «левые комму¬ нисты» и .максималисты, встречала полное одобрение у кадетов, меньше¬ виков и эсеров. Позиция Ленина, Сталина, Свердлова, позиция больше¬ вистской партии, являлась позицией поднявшегося в истории рабочего класса, действующего во главе трудящихся масс крестьянства, во имя победы новой общественной формации над старой, во имя победы ком¬ мунизма над капитализмом. Таким образом, первая советская Конституция рождалась в ожесто¬ чённой борьбе с противниками пролетарской диктатуры. Она «выра- е т а л а из хода развития к л а с с о в о й б о р ь б ы, по мере созрева¬ ния классовых п рот и в о р е ч и и» 1\ Сущность проекта первой со¬ ветской Конституции заключалась в том, что она должна была выражать такое соотношение сил в классовой борьбе, при котором пролетариат из угнетенного п лишённого политических прав класса старой России превра¬ щался в господствующий класс общества в Советской России. 4 июля, т. е. накануне открытия V съезда Советов, «Известия» напечатали отклонённый комиссией ЦК РКП (-6) проект Народного Комис¬ сариата Юстиции. Можно было предположить, что борьбу за Конститу¬ цию кое-кто был непрочь перенести на самый съезд. Но борьбы на съезде не получилось. ★ Вопрос об утверждении Конституции рассматривался V Всероссий¬ ским съездом Советов !0 июля 1918 года, после разгрома попытки вооружённого восстания «левых» эсеров. Ещё в первый день работы съезда по предложению Я· М. Сверд¬ лова для рассмотрения разработанного комиссией Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета проекта Конституции и докла та о нём съезду были создана комиссия из представителей фрак¬ ций. ÎÜ июля, па последнем заседании съезда, по поручению этой комис¬ сии. Cie:·;сов сделал доклад о проекте Конституции. Перед съездом Слеклов не посмел выступить с изложением и .защитой тех взглядов, которые он отстаивал в Конституционной комиссии. Здесь он изложил содержание рассмотренного комиссией съезда окончательного проекта Конституции. По докладу о поправками выступил представитель, фракции макси¬ малистов Полянский. Как и слете зил о ожидать, он внёс предложение «выпрямить» представительство от рабочих и крестьян и вообще произ¬ вести «выпрямление» «в смысле равенства представительства всех Ленин. Соч. T. XXIII, стр. 391.
Разработка Конституции РСФСР 1918 года 39 слоев»40. Он предложил. установить представительство из расчёта 1 делегат от 20 тыс. избирателен или от iOO тыс, жителей как в городе, так и в деревне одинаково. Предложение Полянского являлось прямым покушением на руководящую роль рабочего класса в советском госу¬ дарстве, иначе говоря, продолжением производившихся в комиссии ВЦИК максималистами и «левыми» эсерами и другими нападок па основ¬ ные принципы диктатуры пролетариата. Отстаивая основные положения отвергнутого комиссией ВЦИК проекта «конституции Трудовой республи¬ ки», Полянский предложил «отказаться от архаических названий» и «исторических категорий», перенесённых из прошлого, таких, как «рабо¬ чие», «крестьяне», «солдаты», «матросы» и т. д. 47. В соответствии с этим анархическим, лишённым чувства реальности предложением он высказал мысль отказаться и от названия «съезд советов рабочих и крестьянских ^депутатов» и заменить его новым — «Съезд трудовых советов» или «Со¬ вет трудовых депутатов». Российское советское государство предложил он называть «Всероссийская трудовая коммуна». У нас, говорил Полян¬ ский, правильнее говорить не о государстве, а о коммуне 4ί\ Политический смысл предложений максималиста Полянского был ясен: отказом от терминов «рабочий», «крестьянин», «солдат», «матрос» (а при логичном мышлении—отказом также от терминов «буржуа», «помещик» и т. л.) предлагалось признать для Советской России действен¬ ной политику классового мира и классового сотрудничества. Тогда госу¬ дарство не должно уже являться орудием подавления врагов в классовой борьбе (ибо классов и классовой борьбы уже нет), а потому оно и не должно называться государством в собственном смысле этого слова, а коммуной! В случае принятия предложения максималистов всю клас¬ совую политику государства диктатуры пролетариата можно было бы объявить противоконституционной и вести с большевиками борьбу «на законных основаниях». Эти анархистские, враждебные основным прин¬ ципам диктатуры пролетариата предложения представителя фракции максималистов на съезде никто не поддержал, они не обсуждались и повисли в воздухе. По предложению Я. М. Свердлова, под аплодисменты делегатов съезд единогласно утвердил Конституцию РСФСР. Окончательная редакция текста принятой Конституции была поручена новому Центральному Исполнительному Комитету. Так в истории советского государства совершился величайший исто¬ рический акт — V Всероссийский съезд Советов утвердил первую советскую Конституцию, отвечавшую жизненным потребностям моло¬ дой Советской республики. Ленинская «Декларация прав грудящегося и эксплоатируемого народа» и сталинские «Общие положения Конституции Российской Социалистической Федеративной Советской Республики» составили первый и второй разделы Конституции РСФСР. В этих разделах гово¬ рилось об утверждении в России государства диктатуры пролетариата в форме Республики Советов. Таким образом, борьба И. В. Сталина и Я. М. Свердлова против «левых» эсеров и «левых коммунистов» увенча¬ лась полным успехом. Разбита была также н позиция М. Рейснера, Покровского, трей¬ дера, отрицавших, что Советская республика как федерация совет¬ ских республик отличается особым бытом и национальным составом, и пытавшихся национальный принцип в советской федерации подменить « со ц и а л ь но- хо з я й с т вен н ы м », « т ер р ито р и а л ьн ы м ». Р о с с и йс кая С си е т с к а я 40 Y Всероссийский съезд Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов. Стенографический отчет, стр. 192—193. 'М. 1918. λ iBcepoccMtiicK'.iü съезд Советов. Стенографический отчёт, стр. 193. М. 1918. й* Там же.
40 В. Ш у рае в республика учреждалась на основе свободного союза свободных наций как федерация советских национальных республик. Меньшевистская трактовка Советов как «хозяйственно-коммуналь¬ ных органов» или как органов массовой самодеятельности трудящихся, а не как политических органов государственной власти в центре и на местах не получила никакой поддержки ни в комиссии, ни на съезде. Конституция объявляла Россию Республикой Советов рабочих, солдат¬ ских и крестьянских депутатов, в которой вся власть в центре и на местах принадлежала Советам. В первом разделе Конституция подтвердила законную силу первых основных декретов советского правительства, создав законодательную основу для дальнейшего упрочения советской власти и наступления против капитализма, за социализм. Тем самым провалились попытки некоторых членов комиссии вычеркнуть из Конституции упоминание об этих конституционных документах советской власти как документах, имеющих значение якобы лишь для истории, а не для современного момента. Третий раздел Конституции предусматривал такую конструкцию органов советской власти в центре и на местах, которая впервые в истории государства практически вовлекала народные массы в управле¬ ние страной. Провалилась попытка врагов Республики Советов свернуть страну на путь буржуазного парламентаризма, учредить в России двух¬ палатный парламент, упразднить большевистский Совет Народных Комиссаров и заменить его «Советом ВЦИК», я наркоматы подменить «коллегиями ВЦИК». Руководимый большевиками первый советский парламент — Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет — не нуждался в замене его буржуазным парламентом. В Конституции чётко определялась его компетенция, функции и объём прав. Боевой орган пролетарской диктатуры — Совет Народных Комиссаров — полу¬ чил право на законное существование в великих битвах Октябрьской революции, что было подтверждено главой восьмой Конституции. Домогательства некоторых членов комиссии упразднить Совнарком или усомниться в законности его существования потерпели полный провал. Я. М. Свердлов на последнем заседании комиссии ВЦИК и руководимая Лениным комиссия ЦК РКП(б) отвергли эти домогательства, а V съезд Советов точно определил в Конституции, что Совету Народных Комис¬ саров принадлежит общее управление делами Российской республики, для чего он принимает все меры, необходимые для правильного и быст¬ рого течения государственной жизни. Словом, первая советская Конституция зафиксировала создание в России невиданного в истории аппарата государственной власти —совет¬ ского аппарата, принципиально отличающегося от аппарата буржуазного государства, отличающегося именно своими кровными связями с народ¬ ными массами. Провалились попытка максималистов ввести в Советской республике двухкуриальную избирательную систему и попытка «левых» эсеров наде¬ лить избирательными пра-вами мелкобуржуазные нетрудовые элементы. Четвёртый раздел Конституции точно определял избирательные права советских граждан. 7J0 населения России, т. е. рабочие, трудящееся крестьянство, интеллигенция, независимо от расы, национальности, пола, вероисповедания, получили с 18 лет право избирать и быть избран¬ ными в Советы. Лишались избирательных прав' эксплоататорские классы м прочие лица, живущие на нетрудовые доходы. Таким образом, первая советская Конституция утвердила подлинно народный демократический строй в Советской России, коренным образом отличающийся от буржуазно-демократического стоя капиталистических
Разработка Конституции РСФСР Î9I8 года 41 Известно, говорил Ленин, что формы борьбы определяют формы диктатуры. Именно в этом указании Ленина няходят объяснение осо¬ бенности советской избирательной системы, установленные тогда совет¬ ским- избирательным законом. Многостепенные выборы, при которых прямым голосованием, выбирались лишь городские и сельские Советы, а вышестоящие советские органы, начиная от райисполкома, выбира¬ лись на соответствующих съездах Советов, были продиктованы задача¬ ми решительной борьбы за укрепление Советов и очищение их от клас¬ совых врагов. «В своё время,-— говорил товарищ Молотов на VII съезде Советов Союза ССР в 1935 году,— эта система выборов себя оправдала и, несмотря на свои недостатки, обеспечивала необходимую живую связь с массами руководящих органов советской власти»49. В интересах укрепления Советов первая советская Конституция устанавливала известные преимущества для рабочих по сравнению с крестьянами^. Эти преимущества Конституцией вовсе не предписыва¬ ются. «Конституция,—говорил Ленин,—их записала после того, как они были введены в жизнь»''1. Тогда крестьяне «ещё целиком были мелкими собственниками и в деревне ещё было велико влияние кулачества» К Этн преимущества закрепляли руководящую роль пролетариата в госу¬ дарстве. «Организация пролетариата,-—писал Ленин,— шла гораздо быстрее, чем организация крестьянства, что делало рабочих опорой ре¬ волюции и давало им фактически преимущество»53. В тех же целях борьбы с буржуазией и кулачеством для обеспечения руководящего положения пролетариата и беднейшего крестьянства в Советах тогда было введено открытое голосование. Все эти положения носили времен¬ ный характер. Партия поставила задачу — «от этих преимуществ пере¬ ходить постепенно к их уравнению» ^4. Однако все эти ограничения не отменяли демократизм советской Конституции для 9/10 населения Рос¬ сии. Отмечая демократизм советского государства в первый период его существования, В. М. Молотов на VII съезде Советов СССР говорил: «Даже в первый период, когда силы рабочего класса ещё были малы и известные ограничения в избирательной системе были неизбежны, со¬ ветский строй был воплощением высшего типа демократизма, означа¬ ющего привлечение к государственному управлению широких масс тру¬ дящихся в невиданных нигде размерах» г,\ it Утверждение Конституции РСФСР 1918 г. явилось торжеством поли¬ тики большевистской партии, триумфом марксизма-ленинизма. Ещё до того, как съезд утвердил Конституцию, её проект, опублико¬ ванный в пе'чати, встретил горячую поддержку трудящихся. Это нашло отражение в письмах и телеграммах на имя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров п в наказах делегатам V съезда Советов. Трудящиеся приветствовали и одобряли именно те положения Конституции, которые отстаивали Ленин, Сталин и Свердлов: диктатуру пролетариата, строжайший порядок и государствен¬ ную дисциплину в работе советского аппарата, обеспечение за Советами роли местных органов государственной власти, решительную борьбу с буржуазией, лишение её избирательных прав и т. п. Сколински.п уездный съезд Советов (Рязанская губ.) 22 нюня 1918 г. в наказе делегату V ст езда Советов писал: «Совет для дальнейшей и плодотворной работы iö В. М. Молотов «Об изменениях в созетсхой конституции», стр. 27. 1935. 1,0 См. Конституцию РСФСР 1918 г., разд. ΙΠ. стр. 25, 53. Я1 Ленин. Соч. T. XXIV, стр. 146. с,г В. М. Молотов «Об изменениях в советской конституции», стр. 29. г’3 Лени н. Соч. T. XXIV, сгр. 146. 54 Там же. . В. М. Молотов «Об изменениях в советской конституции», стр. 33.
4 С В Шу/Уиса считает необходимым установление строгой советской конституции с централизацией хоз.-эконом, и политической жизни страны. Причём совет считает, что правом выбора должны пользоваться только пролета¬ риат и беднейшее трудовое крестьянство. Б у р ж у а з и я , кулак н, мародёр ы, ъ к с п л о а т а то р ы и т. д. должны быть л и ш е и ы л о л ь з о в а т ь с я эти м π ρ а в о м. В то же время совет настаивает на том, чтобы была установлена твёрдая власть на местах и чтобы члены местных советов были ответственны не только перед своими выборщи¬ ками, но и перед высшей советской властью» Талдомский волостной исполком 2‘ июля 1918 г., одобряя всю деяюльность Совета Народных Комиссаров, писал в принятой нм резолюции: «2) Проект конституции, одобренный ЦИК, принимается полностью» ;'7. 18 июля 1918 г. Всероссийский Центральный Исполнительный Коми¬ тет утвердил Конституцию в окончательной редакции ГЦ и 19 июля 1918 г она была опубликована в газете «Известия» S!', а затем была напечатана отдельной брошюрой и разослана местным Советам для изучения и руко¬ водства. 26 июля 1918 г. в московских городских районах были проведены ми¬ тинги трудящихся, посвящённые теме «Что даёт трудовому народу Советская конституция?». Газета «Правда» 28 июля в корреспонденции, посвящённой митингам, писала о том, что во всех районах участники митингов решительно одобряют принятую съездом Конституцию и еди¬ нодушно отмечают, что она выражает действительную волю рабочего класса и крестьянской бедноты, защищает их классовые интересы и обеспечивает завоевания и утверждение социалистического строя. В Хамовническом районе, в большой аудитории Высших женских курсов, с речью на тему «Что даёт трудовому народу советская консти¬ туция?» выступил В. И. Ленин. Участники митинга устроили бурную овацию создателю советского государства и творцу первой советской Конституции—великому Ленину. В своей речи Ленин указал, что создан¬ ная, подобно Советам в период революционной борьбы, советская Кон¬ ституция является первой Конституцией, провозгласившей власть трудя¬ щихся и устранившей от власти эксплоататоров—противников строи¬ тельства новой жизни. Именно в этом главном отличии советской Кон¬ ституции от конституции других государств «и есть залог победы над капиталом». Характеризуя основные принципы советской Конституции, Ленин указал, что трудящиеся всех страд теперь увидят, что- советская Конституция... «отражает идеалы пролетариата всего мира»00. 5,3 ЦАОР, ф. 1235, оп. 8, д. 14, л. 8. 57 Там же, д. 8, л. 2. йч Там же, оп. 25, д. 1, л. 1. 89 «Известия ВЦИК» от 19 шПля 1918 года. 00 Ленин. Соч. T. XXIII, стр. 150.
ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА КАННИНГА И ГРЕЧЕСКИЙ ВОПРОС (1822—1827) О. LUnapo Рнешнмн политика Каннинга освещена в истерической’ литературе довольно подробно. Особое внимание ей уделяли в своих общих работах бу р ж у шм ю - л ч б е р г > д ь н ые историки - - Алсзи, Дебидур, Файф, Дрио и Ле- рптьс, Изимбор 1 а ю. Их гьтерсозвала главным образом борьба Кан¬ нинга прогни господствовавшей в Европе реакционной системы Священ¬ ного союза, но положительно оценивая его- деятельность в этом направле¬ нии, многие па, них з ах сан л и слишком далеко, произвольно делали заклю¬ чение, что Каннинг всегда проводил «политику свободы», говорил «языком .свободы» и что Греция и страны Южной Америки обязаны своей незавп- симсьс.тыо чуть ли не одному только этому политическому деятелю. Илеалнзапия Каннинга, особенно заметная з ра6(·ταχ его личного секретари! п страстного почитателя Августа Гренвилля Стаплетона д ко¬ торый опубликовал дипломатические документы, письма и выдержки in речей этого министра, была подхвачена и развита выдающимся прел ста¬ вит ед ем официальной британской историографии, проф. Га.рзльло.м Тем- перлеем в его книге о Каннинге". Здесь эта идеализация приняла харак- теп официальной защиты основных направлений английской дипломатии XIX пека. Изображение Каннинга, являвшегося, по определению Темпср- лея, оеио вопол ож и и ко м и корифеем новой британской внешней полити¬ ки, бескорыстным борцом с реакционными идеями Священного союза должно было привести к выводу о том, что завоевание английской бур¬ жуазией новых рынков, новых стратегических позиций и новых колоний совершалось в целях защиты угнетённых народов и дичи вилось стремле¬ нием к их освобождению. Эта тенденция с готовностью подхвачена и современной английской консервативной школой, которая упорно приписывает честь освобожде¬ ния Греции от власти турецкого деспотизма целиком британской дипло¬ матии. Однако при изучении источ.никое, главным образом мало разра¬ ботанных материалов русского архива министерства иностранных дел, английская дипломатия этого периода и особенно политика Каннинга и его преемников в греческом вопросе выступает в совершенно ином свете. Каннинг был выдающимся дипломатом, типичным представителем британского буржуазного национализма начала XIX века. Стремясь обеспечить интересы английской буржуазии во всех частях земного шара, он умело пользовался преимуществами политической ситуации: не боялся выступать в защиту национально-освободительных движений, когда этого требовали интересы Англии п разрешала дипломатическая обстановка, но в большинстве случаев придерживался политики выжидания, нейтралите- 1 Halévy Е. «Histoire du peuple anglais au XIX siècle». T. I. Paris. 1912; Debidour A. «Histoire diplomatique de l’Europe». T. I. Paris. 1891 (Дебидур «Дипломатическая история Европы». М. 1947. Fjffe Ch. «A history of modern Europe». T. II. London. 1891 —1892) (Ф a й ф .«История Европы XIX века». СПБ. 1904); Driault Е. et М. Leri tier «Histoire diplomatique de la Grèce». T. J—II. 'Paris. 1925; Isam- b е r t G. «L’independtnce grecque et l’Europe». Paris. 1900. 2 Stapleton A. «Political life of Canning». T. I—II. London. 1831—1832; «G. Can¬ ning and his time», London. 1856. 3 Tern perle y G. «Foreign policy of Canning». London. 1925.
44 О. Шпаро ■ia, компромисса н всегда оттпппт предпочтение конституционной монар¬ хии перед республикой ’. В своих речах в палате, общин и перед избирателями в Ливерпуле он заявлял, что курс его внешней политики направлен на дипломатическое усиление Англии, на то, чтобы поднять её престиж до уровня арбитра Европы. С этой позиции он вёл упорную борьбу с господством в Европе феодально-монархического Священного союза, который, взяв на себя ру¬ ководство всей европейской дипломатией, начал серьёзно угрожать са¬ мостоятельности английской политики и грозил свести роль Англии к роли пособника в проведении русско-австрийских планов. Первым ударом, который Каннинг нанёс «священной теории легити¬ мизма», было признание Англией независимости южно-американских го¬ сударств; вторым — политика Каннинга з греческом вопросе, приведшая к началу распада Священного союза. Заметим при этом, что смелость и решительность, о которыми Каннинг покончил с южно-американским во¬ просом, объясняются отсутствием здесь у Англии сколько-нибудь серьёз¬ ного противника. Испания, раздираемая внутренними распрями и навод¬ нённая французскими войсками; Франция, увязшая в испанских делах; Соединённые Штаты Америки, ещё слишком слабые в экономическом от¬ ношении, чтобы противостоять Великобритании — «мастерской мира» и «владычице морей»; Россия и Австрия, мало заинтересованные в южно- американских делах,— вот те силы, с которыми имел дело Каннинг. Эко¬ номическое 'Превосходство Англии и её господство на море заранее обес¬ печивали ей главную роль в молодых южно-американских республиках. И не было силы, способной помешать с с й овладеть в них теми экономиче¬ скими и политическими преимуществами, которых так добивалась, и отчасти уже имела, английская буржуазия. Совсем иначе обстояло дело с Грецией. История дипломатической борьбы за освобождение Греции самым решительным образом опроки¬ дывает миф о Каннинге, как о «покровителе» и «освободителе» угнетён¬ ных народов. В сложной дипломатической борьбе, развернувшейся в свя¬ зи с греческим восстанием, политика Каннинга отражала все те опасения и колебания, которые уже тогда вызывал в Англин вопрос о начавшемся разложении Оттоманской империи и дележе её богатейшего наследства. Руководящей нитью политики Каннинга в восточном вопросе (как до него у Кестльри) явилось стремление предотвратить рост русского могуще¬ ства и распространение влияния России на Балканах и Средиземном мо¬ ре. Появление в проливах и в водах Средиземного моря такой могуще¬ ственной военной державы, как Россия, естественно, тревожило англий¬ скую дипломатию. Август Гренвиллъ Стаплетон, знавший все самые скры¬ тые мысли Каннинга, подчёркивает большое значение именно этих опасении. Неделимость Оттоманской империи, по старой традиции, считалась верным оплотом того самого «balance of power» в Европе, который не позволял ни одной из континентальных стран стать главенствующей политической силой. Эта неделимость была также надёжной охраной английских интересов в Турции и на пути к азиатским рынкам. Русский посол в Лондоне граф Ливен в своём донесении от 10 янва¬ ря 1822 г. писал: «Все партии сходятся па том, что, согласно интересам английского народа, сохранение Оттоманской империи будет успехом, а её падение — поражением. Вот почему и те -и другие сходятся в общих опасениях насчёт русской политики, хотя и основываются на различных соображениях» \ 4 Так, например, готовясь к. признанию южно-американских государств, он послал английским консулам в Мексике и Бразилии инструкцию о поддержании проектов уста¬ новления монархий во главе с местным королём, вроде Итурбида; в Греции Каннинг го¬ товился посадить на престол герцога Саксен-Кобургского. & Мартенс. Собрание трактатов. T. XI, стр. 321.
Внешняя политики Каннинга и греческий, вопрос 45 Первые годы своего управления министерством иностранных дел Каннинг также стоял за неделимость султанских владений и не скрывал, что в основе его деятельности на Востоке было желание предотвратить русско-турецкую воину, которая могла бы привести если не к полному развалу Оттоманской империи, то, во всяком случае, к значительному усилению позиции России. Соответственно с этим восточная политика Каннинга была направлена но двум путям. Главное внимание он уделял искусной дипломатической борьбе за примирение России с Турцией и за возможно более длительнее затягивание переговоров между этими двумя странами до тех пор, пока Англия не покончит с южно-американским во¬ просом и пока борьба противоречивых интересов внутри Священного союза при помощи английской политики постоянного противодействия не приведёт русского императора к выходу из этого союза и к поискам но¬ вых коалиций. По мере развития греческого восстания, когда выяснилось, что Гре¬ ция стала уже сильным политическим фактором, Каннинг становится на другой путь — путь осторожного поощрения греков, не теряя дружбы е султаном и не прекращая уверять его в готовности Великобритании защищать неделимость его владений. Но это поощрение, как увидим ниже, являлось со стороны английского правительства поощрением чисто моральным, не выходящим за пределы пресловутого английского «невме¬ шательства» и нейтралитета. Оно было скорее перестраховкой на случай победы греков, чем какой-либо действительной помощью им. * Разрыв Россией дипломатических отношений с Турцией в июне 1821 г., упорное стремление Александра I получить согласие европейских держа.в на одностороннее вмешательство в возможно короткий срок в греко-турецкую войну и на установление автономии Греции силой русско¬ го оружия вызвали стремление английской дипломатии ликвидировать создавшийся конфликт. Перед послом Англии в Константинополе лордом Странгфо,р-дом, монархистом и яростным противником греко-в, Каннинг поставил трудную задачу—но что бы то ни стало предотвратить русско- турецкую войну. Именно поэтому лорд Странгфоод, подавляя в себе нена¬ висть к «греческим мятежникам» и неприязнь к России, в течение трёх лег на многочисленных конференциях и аудиенциях упорно пытался убедить членов Дивана в необходимости выполнить требования русского ульти¬ матума — дать христианам свободу вероисповедания и установить авто¬ номию Греции добровольно, единым актом самого султана. Эти переговоры лорда Странгфорда действительно в течение трё\ лет удерживали Александра I от войны. Они страшно затягивали разре¬ шение вопроса и обеспечивали, с одной стороны, достаточно времени Порте для подавления греческого восстания, с другой,— парализован действия России, они давали возможность Каннингу обратить неё своё внимание на дела Южной Америки. Несмотря на то, что турки пошли на некоторые уступки России, лорд Странгфорд так и не добился- посылки русского посла в Константинополь. Единственный вопрос, в котором лорд Странгфорд по приказу Каннинга проявил настоящую оперативность и максимум энергии, был вопрос, свя¬ занный с кровными интересами британской торговли. С самого начала греческого восстания Россия требовала прекращения притеснения турка¬ ми русской морской торговли и восстановления существовавшей издавна свободы прохода через проливы торговых судов таких стран, как Испа¬ ния, Португалия, Сицилия и Греция. Для русской черноморской торговли хлебом посредническая деятельность греческого судоходства играла ре¬ шающую роль, так как основная масса русских товаров перевозилась на
U. Шпаро средиземноморские рынки на греческих судах. После гол ход а в свет фир¬ мана султана, установившего' особые привилегии для торгового судоход¬ ства Оттоманском империи (апрель ί823 г.) и уничтожившего право гре¬ ческих судов п лавать под русским флагом, ί Iecc-ельроде отравил Странг- фо.рду особую моту от 7 мая 1823 г. г\ в которой от имени императора выражал крайнее недовольство новым навигационным фирманом султана и заявлял о невозможности примирения с Пордой, прежде чем не будут полностью устранены все зги нарушения договоров. Странгфоод запросил у Каннинга инструкции и получил приказание действовать самым энергичным образом. Нота английского посланника к реис-зффснди от 11 августа 1823 г.'—одна из самых решительных нот, на какие только был способен этот «примиритель». Правда, она никоим образом не выходит за рамки «уговоров», но язык её уже более энергич¬ ный, чем язык, которым Странсфсьрд до сих пор разговаривал с турецки¬ ми министрами на конференциях. Уговаривая Порту уступить русским требованиям, английский посол пригрозил ей даже войной Великобрита¬ нии щ всей Европы; если она ие устранит препятствий в морской торговле. Порта согласилась на создание смешанной англо-турецкой комиссии для выяснения и упразднения злоупотреблений, практиковавшихся турецкими властями в системе черноморской навигации. 10 сентября Î823 г. комиссия от имени реие-эффенди доложила анг¬ лийскому послу, что, не считая возможным согласиться на проход через проливы судов держав, не имеющих с ней дого-воров, под чьим-бы то ни было флагом, Порта, однако, согласна разрешить свободный проход ко¬ раблям дружественных держав на основе особой взаимной договорён¬ ности У С необычной для себя быстротой справившись с этой сложной зада¬ чей (проблема была разрешена в течение месяца), лорд Странгфорд с тор¬ жеством писал Нессельроде 22 сентября, что отныне устранены всякие затруднения по линии -навигации и торговли в Чёрном маре и что пере¬ говоры увенчались успехом, который полностью совпадает с требованиями России д Однако он не упомянул о том, что этот успех значительно боль¬ ше совпадал с интересами Англии, чем с требованиями России. Историки, исследовавшие восточный вопрос этого периода, не задавались целью вы¬ яснить, чем было вызвано это «бескорыстное» старание Странгфорда ула¬ дить русские морские дела. Они не обратили внимания на одно письмо лорда, адресованное Каннингу, найденное в венском архиве и напечатан¬ ное в сборнике документов Прокеш-Остена ещё в 1867 году 10. Это письмо датировано 5 октября 1822 пода. В нём английский посол пишет, чтоон не может рассматривать вопрос о черноморской навигации как касающийся чисто русских интересов и должен выступить здесь в защиту интересов английских. Исключение из торгового м о реп лапания через проливы кораб¬ лей упомянутых держав необычайно благоприятно отразилось на торговле Англии и частично Австрии. Россия же не должна жаловаться, пишет лорд.· её торговля очень мало пострадала от этих постановлений Порты, так как она ведётся теперь при посредстве кораблей других стран, в част¬ ности Англии. Ионических островов и Австрии. «Английская и иониче¬ ская навигация почти удвоилась в результате этих постановлений, а расту¬ щее процветание этой ветви нашей торговли таково, что я не могу осме¬ ливаться вмешаться в это дело исключительно е точки зрения русских интересов, если мне не будет специально приказано сделать это. При всём моем уважении к левантийским компаниям и британским факториям в 11 Р г о k е s h-0 sten «Geschichte des Abfalls der Griechen vom türkischen Reiche». Bd. IV. S. 10—11. Wien. 1867. 7 1 h i d e ni, S. 36—11. 8 Архив Мипистерс tea и »(»странных лел (МИД). Канд. 1823, 6922, erp. 260—263. я Там же, стр. 239- 240. 10 Р г о к с s li-0 s t с n. Op. cit. Bd. Ill, S. ·131—436.
Внешняч политика Каннинга и греческий вопрос 47 Константинополе и См:: рис, я по могу предположить, что они меньше, чем другие коммерческие предприятия, расположены к возмущениям и жало¬ бам, и я почтм уверен, что одна попытка препятствовать их -возрождаю¬ щейся и сильно растущей торговле может привести *к сильным* протестам с их стороны» и. К сожалению, наел не удалось на пт и ответ Каннинга на ото письмо. Н-о, с\дя по гпчулыатам переговоров Странгфорда, взгляды министра иностранных дел на yiо г вопрос, вполне еррнадали с мнением констан¬ тинопольского посла, а действия их обоих диктовались интересами ле- ьантшк'кеп комнат;·;! и британских факт ори и в Констант ипополе и Смир¬ не. Ясно, что «взаимная договорённость» с «дружественной державой», упоминаемой в отчёте англо-турецкой комиссии, не замедлила осущест¬ виться. Итак, во имя интересов английской торговли Каннинг легко по¬ жертвовал греческой навигацией в Чёрном море, которая, не имея права действовать иод русским флагом, была полностью уничтожена. Торговля русским хлебом переходила законным образом в -руки английских него¬ циантов, а русское влияние на Грецию, осуществляишееся частично через греческих моряк ив и торговцев, в значительной мере подрывалось. Однако Александр I, желавший укреп ;пь позиции Рос с пи ни Балка¬ нах и Средпзе'Чк м море, не соглашался на примирение с Πορτοίί, прежде чем не буде! усιанивлена м.стая автономия Греции. В своём «мемуаре» от Ό января 1824 г. он пр-е щ ! а вид и;, рассмотрение держав пр.-ечт будущего автономного устройства Греции и требовал от Священного· союза сизыва специальной конференции в Петербурге, которая, по его .мысли, должна была дать ему «кол.чектш ние. согласие» держав па установление этой автономии силой русского оружия. 1 Господней попыткой Канн ил га удержать Россию от воины с Турцией! н ещё дольше затянуть дело явилась политика в отношении згой конфе¬ ренции держав в Санкт-Петербурге. Не признавая ни (лшшейного союза, ни его права как «правительства мира» давать санкции тем или иным дер¬ жавам на осуществление их планов, Каннинг не желал участвовать в предполагаемой конференции, чтобы этим участием не поощрить Россию к действию. Но полностью отказаться от этого участия он тоже не хотел и поэтому попробовал использовать эту последнюю возможность для но¬ вых проволочек в надежде найти новые пути для примирения России с Турцией. «Лучше всего для нас было бы,— писал Стаплетод,— или от¬ срочить конференцию или чтобы она произошла, но окончилась ничем» 1л 15 ноября 1824 г. Каннинг писал Гренвиллю: «Выиграть время и сде¬ лать перед императором России вид, что мы делаем что-то в отношении той же самой цели 1л, которую он хочет искать в войне, являлось для нас мотивом для того, чтобы не «отнимать у его императорского величества желания консультироваться с его союзниками. Но Вы увидите, насколько •осторожно и стсржзшю было наше поощрение и как были использованы для промедления случайные события; надо признать, что это в насто¬ ящий момент служило нам превосходно» и. Таким образом, вплоть до осени 1824 г., когда армия Ибрагима нача¬ ла систематическое покорение Греции; когда был »зпт (в начале августа! остров Псара, из семи тысяч жителей вырезано и отправлено в рабство че¬ тыре; когда Ибрагим, соединившись с турецким командующим Косревом- нашой, на 100 кораблях готовился высадиться в Морее и покорит!, её «огнём и мечом», — даже и тогда английское правительство, возглав¬ ляемое Каннингом, старалось отложить в долгий ящик решение вопроса о гибнувших греках и предоставить турецко-египетским войскам возмож¬ ность восстановить неделимость Оттоманской империи. 31 Р г о !< г s h-0 s г с п. Op, sit. Bd. Ill, S. 434. v- Stapleton «Political life of G. Canning». Vol. II. p. 419. -462. 1Я To есть в отношении хотя бы частичного освобождения Греции. 11 Stapleton «G. Canning and his time», о. 459.
48 О. Шпаро ★ Когда греческое национальное собрание в Эпидаре выработало рес¬ публиканскую конституцию, образовало временное правительство во гла¬ ве с знаменитым Маврокорлато и выпустило декларацию независимости ■апрель 1822 г.), надежды реакционеров Священного союза, возглавляв¬ шихся князем Меттернихом, на быстрое подавление восстания сильно по¬ колебались. Военные успехи греков на суше и неизменные поражения ту¬ рецкого флота от значительно более сильного и искусного флота греков, необычайный героизм и самоотверженное сопротивление населения много¬ численным попыткам турецких войск утопить революцию в крови доказа¬ ли всему миру, что Греция к 1823 г. стала настолько сильным политиче¬ ским фактором, что с её существованием нельзя было не считаться. В марте 1822 г. временным правительством Греции была объявлена блокада всех портов от Эппра, Пелопоннеса, Фессалии и Эвбеи до Сало- ник. Все корабли иностранных держав, заходившие в эти порты и гру¬ жённые боеприпасами, подлежали захвату. Морская война, охватившая Эгейское и Ионическое моря, подвергала опасности средиземноморские торговые пути европейских держав и, главным образом, Англии. Это вызывало серьёзные опасения английского коммерческого мира. В газе¬ тах и в парламенте не раз раздавались протесты против притеснений и убытков, которые греческие корсары наносили английским торговым судам. Вследствие этого первой и непосредственной задачей англий¬ ского министра иностранных дел была охрана средиземноморского торгового судоходства, установление на путях к азиатским рынкам такого положения, которое гарантировало бы спокойствие морской торговли. Когда надежды на быстрое подавление восстания силами самого султана не оправдались -- греческое восстание разрасталось, а турецких сил оказывалось явно недостаточно, — Каннинг объявил о нейтралитете Англии в греко-турецкой войне. В особых инструкциях капитанам англий¬ ских кораблей в Средиземном море он предписал строгое соблюдение этого нейтралитета по отношению к двум воюющим странам, а вслед за этим, 25 марта 1823 г., официально признал блокаду, объявленную греями год назад. Это было равносильно признанию греков воюющей :торэной и признанию всех прав Греции как воюющей нации. Подня¬ лась целая буря возмущения, и не только, в среде сторонников легити¬ мизма и Священного союза во главе с Меттернихом, но также и в сре¬ де английских тори, ярых сторонников принципа неделимости Турции. Для них греки являлись мятежными подданными султана, рабами, вос¬ ставшими против своего господина. Легенда о Каннинге как о револю¬ ционере идёт именно от этих людей и от Меттерниха, ибо для них всякое слово·, не воспевавшее легитимизм и существующий статус кво мира и всякое политическое действие, совершённое не от имени Священного со¬ юза, было революционной крамолой, внушаемой деятельностью тайных обществ. Однако у страха реакционной Европы глаза были слишком ве¬ лики. От признания греков впоющей стороной было весьма далеко до признания независимости Греции. По существу это было лишь опреде¬ лённой мерой для защиты английского торгового судоходства, вовсе не предполагавшей поощрения греческого революционного движения. Кан¬ нинг сам очень ясно объяснил это. В инструкции английскому послу он предписывал довести до сведения Дивана следующее: «Известная степень силы и устойчивости, достигнутая массой населения, участвующей в вой¬ не, даёт ему право называться воюющей стороной, и если даже это назва¬ ние является спорным, то для всех цивилизованных наций всё-таки пред¬ ставляет вполне понятный интерес именно так называть её. Потому что, какова альтернатива? Государство или общество (как бы оно ни было шзвано), находящееся в войне с другим, которое покрывает море свои¬
Внешняя политика Киннинга и греческий вопрос 4 У ми крейсерами, может быть признано или воюющей стороной или пира¬ тами» Далее в инструкции говорилось, что считать пиратами населе¬ ние, исчисляющееся в сотни тысяч человек, не имеется никакой возможно- сги даже с «точки зрения естественного закона самозащиты», так как к этому населению в целом нельзя применить никаких эффективных ре¬ прессий за ущерб, который его корабли наносят навигации иностранных держав. Признание греков воюющей стороной давало англичанам воз¬ можность ввести действия военных кораблей обеих сторон в известные законные рамки. Так, Англия признала необходимым создание грече¬ ских военно-морских трибуналов, без особого рассмотрения которых не могла производиться конфискация грузов иностранных кораблей. Таким образом мог быть устранён произвол греческих моряков, кото¬ рые часто под видом конфискации военной контрабанды нападали на торговые суда, нисколько в пей не повинные. Объявленный Англией нейтралитет был в действительности нейтра¬ литетом в отношении обеих сторон и предусматривал только охрану анг¬ лийских интересов. Однако по мере расширения греческого восстания становилось ясным, что Греция могла вырасти в самостоятельную поли¬ тическую единицу и что от неё в будущем могли зависеть многие торго¬ вые и стратегические интересы держав. Отсюда стремление Каннинга завоевать доверие греков и сделать Великобританию державой-покро- вительницей, которая .могла бы превратить автономную Грецию в свою стратегическую базу на Средиземном море. Но это стремление встре¬ чало серьёзные препятствия. Каннинг прекрасно понимал, что Греция— не Южная Америка п что прямое покровительство грекам могло повлечь за собой решительные действия со стороны России и осу¬ ществление угрозы русско-турецкой войны, в результате которой Рос¬ сия имела возможность добиться несравненно больших привилегий и в проливах, и на Дунае, и в Греции, чем Англия своим покровитель¬ ством грекам. Этим и объяснялась очень осторожная, лавирующая политика Каннинга. Стремясь заручиться симпатиями греков на случай их победы, он смотрел сквозь пальцы па широкий размах филэллинизма в своей стране и допускал всевозможную частную помощь грекахг. Ио в то же время до апреля 1826 г. он не сделал ни одного решитель¬ ного дипломатического шага, чтобы действенно, именем британского правительства, помочь грекам в их борьбе за независимость, и, наоборот, употреблял все усилия, чтобы помешать России оказать Греции необхо- , димую немедленную вооружённую помощь. Такая политика в значительной степени поддерживалась и питалась отношением к этому вопросу английского «среднего класса» — торго¬ вых компаний, негоциантов, судовладельцев и банкиров, связанных со средиземноморской торговлей и субсидировавших её. Опасения роста русского могущества заставляли лидеров оппозиции относиться к грече¬ ской проблеме весьма сдержанно. Достаточно сказать, что [-опрос о независимости Греции в отличие от вопроса о независимости Южной Америки, которым буквально заполнены сессии парламента 1821 и 1823 гг., до 1828 г. вообще fie ставился на обсуждение пала г. Принято считать особой заслугой английской буржуазии перед Грецией, что она дала неокрепшему греческому правительству два займа, а особой заслугой Каннинга, — что он разрешил дать эти займы, Действительно, в июне 1823 г. глава греческого временного правитель¬ ства Маврокордато послал в Лондон двух депутатов: Иоанна Орландоса и Андрея Луриотиса — с просьбой от имени греческого правительства о займе. 21 января 1924 г. они заключили с банкирами Лугманом и О’Бриеном договор о займе в 800 тыс. ф. стерлингов. Через год, 15 Stapleton «Political life of Canning». Vol. II, p. 410—411. 4. «Вопроси историпг Nq 12.
в марте 1825 г., им был дан новый заём банкиром Рикардо в сумме 3 млн. ф. ci ер. ;ингои. Оба займа были даны иод залог национальных богатств будущего s реческого государства, и в 1826 г. особым указом были признаны г :-с> да-р-ствснным долгом Греции, что поставило её в прямую финансовую заинсимосмь от Англии. Итак, займы билли даны, и .Англия вместе с новыми симпатиями гречески! о народа получила весьма прочное основание для своего Суду utero влиянии в Греции. Казалось бы. чго и для греков было очень большой удачей полу¬ чить крупные су ммы денег в тот самый момент, когда они в них остро нуждались. Этот факт, имевший такое большое значение для поддержания престижа Англии в Греции, не имел, однако, того непосредственного реального резулыата, которого от него ждали истощённые, измучен¬ ные пятилетием войной греки, гибнувшие тысячами на полях сражений за свободу своей редины. Займы английской буржуазии принесли грекам очень мало· пользы. В литературе мы нигде не находим никаких подробностей о судьбе этих английских займов; констатируется лишь тот факт, что они были лапы и явились следствием новой «радикальной» политики Каннинга. Па вопрос, на что пошли эти займы, как они были использованы, никто из историков совета не дал. Однако на страницах английских газет 'того времени, хотя бы «Таймса», мы найдём поразительные факты. Орландос и Луриотис, посланцы революционных греков, должны были употребить значительную часть английских займов на постройку новых кораблей, закупку оружия, военного снаряжения и боеприпасов. При помощи лондонского филэллиннстмческого комитета, возглавляв¬ шегося другом Байрона генералом Стенгопом, греческие депутаты заключили договоры е различными английскими фирмами на поставку оружия и постройку кораблей. Шесть кораблей должны были стро¬ иться в Англии на известных верфях Галловея; два были заказаны в Америке. Летом 1825 г. греческие депутаты заключили договор с лордом Кохраном о том, что он поедет в Грецию и в качестве адмирала возьмёт на себя командование этими шестью кораблями, к которым в Греции присоединятся другие. На снаряжение и вооружение этой экспе¬ диции было заплачено из полученных по английскому займу денег 160 тыс. ф. ст. и лично Кохрану вперёд — 37 тысяч 1в. Однако постройка кораблей для Греции производилась чрезвычайно .медленно. Они не были готовы ещё осенью 1826 г., между тем как,* но сообщениям газет, строившая их судостроительная компания прода¬ вала на стороне у же готовые новые корабли !Т. Посланный в Америку для покупки фрегатов генерал Лнллеман не купил их (требовалась ведь срочность), а заказал и настолько пере¬ расходовал все суммы, что один фрегат пришлось продать, а другой, после очень длительно!! задержки, лишь к началу 1827 г., был послан в Гренчю. Лорд Кохран, на которого греки возлагали столь большие на¬ дежды, что ешё до прибытия в Грецию назначили его главнокомандующим всех греческих морских сил, собирался в поход необычайно медленно. В Насилию он прибыл 16 марта 1827 г. с весьма небольшими средствами и лишь с тремя небольшими кораблями. Это было уже слишком поздно, чтобы оказать грекам действительно реальную помощь. Как сообщает «Таймс» 5 сентября 1826 г., в начале сентября в Лон¬ доне происходило заседание акционеров второго греческого займа, под председательством Стенгопа. На заседании были подсчитаны расходы по займу. Оказалось, что из первой части (1200 тыс. ф. ст.) в Грецию 1(1 «Journal des debates», I juillet 1826. 17 Ibidem. 6 septembre.
Внешняя политика Каннинга и греческий вопрос 51 пошло лишь 209 тыс., 15Г> тыс. было заплачено за два фрегата, заказан¬ ные в Америке, 160 тыс. пошло на экспедицию Кохрана, 64 тыс. (по пред¬ ставлению Рикардо)“ на продовольствие для Греции. Расходы осталь¬ ной суммы выяснить не удалось. Английские -банковские дельцы, пытаясь отвести от себя подозрение, обвинили -в тёмных махинациях греческих депутатов. Никаких доказательств виновности последних найдено не бы¬ ло, и вся ответственность за растрату 600 тыс. ф. ст. пала, главным обра¬ зом, на англичан. Однако доказать их виновность не удалось, и дело было замято. Так или иначе, но реальной помощи от английских займов Греция в самый острый момент своей борьбы получила очень немного. Главная помощь грекам оружием, снаряжением, продовольствием и доброволь¬ цами исходила от парижского фнлэллинистического комитета, который возглавлялся и поддерживался, главным образом, либеральными кругами, оппозиционными реакционному правительству Вилле и Карла X, и от женевского комитета под руководством банкира Эйнара, близкого друга Каподистрия, жившего тогда в Женеве, но тесно связанного с русским обществом и русской внешней политикой. Не имея возможности в рамках настоящей статьи останавливаться на глубоком анализе филэллшшзма — движения сочувствия националь¬ ному освобождению порабощённых пародов, — мы ограничимся лишь указанием па то, что Каннинг очень умело использовал и направлял это движение в русло своей восточной поли гики. Фплэллинпзм помогал ему заручиться доверием греков и в то же время как движение частного порядка позволял перед лицом Европы и Турции изображать Англию как страну, соблюдающую строгий нейтралитет в греко-турецкой войне. Не случайным «вился и тот неоспоримый факт, что английский фнл· эллинизм возник значительно позже французского, развивался чрезвы¬ чайно медленно и что расцвет его падает не на годы пламенных призы¬ вов и героической смерти Байрона (как считают некоторые историки), и на 1826 и 1827 годы, когда в восточной политике Каннинга произошёл перелом в сторону более радикального разрешения греческого вопроса. Английский фплэллинпзм был вполне лойяльно настроен по отношению к правительству, никогда не выступал в парламенте в защиту греческой независимости (как это было во Франции), и его выступления в печати никогда не были столь резкими и враждебными правительству, как выступления французских защитников греков. Отношение же в целом английского общества к греческому вопросу очень чётко охарактеризо¬ вала в своём дневнике жена русского посла н Лондоне, княгиня Ливен, женщина, имевшая большие политические связи в английском обществе и знавшая все течения и партийные настроения, господствовавшие в нём: «Вопрос, не популярный среди торн, очень популярный среди либера¬ лов, поддерживаемый разумно, но без большой горячности вигами»1*. Каннинг, по её же определению (она его лично прекрасно знала), был «слишком либеральным, чтобы быть приятным тори, и слишком тори, чтобы внушить истинное доверие вигам». В данном вопросе Каннинг су¬ мел, однако, внушить «истинное доверие» вигам, проводя его именно так, как они хотели: «разумно, но без большой горячности». Итак, в этот период Каннинг не ставил решительно вопрос о неза¬ висимости Греции и больше всего был склонен к компромиссу с Пор¬ тов. Но ко времени появления на свет русского мемуара об умиротворе¬ нии Греции (9 января 1824 г.) он считал уже, что создание из Греции ав¬ тономною) государства, находящегося иод сюзеренитетом такого слабого, дружественного Англин государства, как Турция, является для британ- «Т1ы Unpublished Dicry und Political Sketches of Princess Licven», p. 130. Londou 1925
52 О. II!пара 'кой политики наиболее удачной комбинацией. Псслс внимательного- рас¬ смотрения русского «мемуара» Каннинг сообщил Ливену, что он одобряет его оснезную мысль и что Англия готова на этих основаниях начать переговоры с Россией, если воюющие стороны примут «мемуар» за основу для совместной медиации между ними и. 12 августа 1824 г. греки послали Каннингу письмо, в котором при¬ зывали англичан помочь им в борьбе за полную, ничем не ограничен¬ ную свободу и просили Великобританию признать независимость Греции, как она только что признала независимость Южной Америки20. На это Каннинг ответил посланием 1 декабря 1824 г.21, в котором, отка¬ зывая в признании независимости Греции, он заявлял, что Великобри¬ тания может предложить лишь своё посредничество между турками и греками для создания автономии Греции при сохранении верховной власти султана. В беседе с греческими депутатами Орландосом и Луриотисом осенью 1825 г. Каннинг объяснил им мотивы такой политики: если Англия выступит на стороне греков, то это, во-первых, поставит под угрозу «обширные британские интересы во владениях султана», охра¬ няемые договорами о дружбе с Портов, и, во-вторых, развяжет войну, в которую будут втянуты п «другие страны» (подразумевалась, конечно, Россия) ". Как бы в подтверждение этого решения английское правительство через несколько дней после беседы Каннинга с греческими депутатами ещё раз особым указом короля подтвердило гак называемый Foreign Enlistment Bill, под страхом тюремного заключения или штрафа запре¬ щающий английским гражданам участвовать в борьбе, происходящей в других странах. Вслед за гем было запрещено в течение шести месяцев вывозить военные припасы из какого-либо порта Соединен¬ ного королевства23. Отношение Каннинга к рускому мемуару. с одной сторс-ны, и его политика в отношении к грекам — с другой, ясно показывают, что начиная с 1825 г. он стремился к примирению враждующих сторон на основе установления автономии Греции. «До подписания Адрнано- польского договора, — писал Маркс, — ни он, лорд Эбердин, ни герцог Веллингтон, следуя в -данном случае примеру политики Каннинга, никогда не имели намерения создать из Греции независимое королев¬ ство, но хотели сделать её вассальным государством под сюзерени¬ тетом Порты, приблизительно наподобие Молдавии и Валахии 24. Каннинг ждал такого политического момента, когда всего удобнее будет осуществить это соглашение. В инструкции английскому послу в Петербурге Чарльзу Баготу он пишет, что так как обе стороны отказались принять русский план умиротворения Греции и заведомо не принимают медиации союзников на его основе, то необходимо отложить вопрос до того времени, пока «продолжающаяся борьба и взаимное истощение не приведут е течением времени одну или обе враждующие стороны к более разумному и сговорчивому состоянию ума» 2Г). Отказ воюющих сторон от компромисса Каннинг использовал для нанесения ещё одного удара Священному союзу, мешавшему Англии достичь роли посредника и вершительницы судеб Европы. «Было недо¬ статочно лишь отделиться от Союза, — писала княгиня Ливен, — необ¬ ходимо было подорвать его в отношении других держав^ и, ослабив связи Архив МИД. Канц. 1824, G939, стр. 137. -° Stapleton «G. Canning and his time», p. 458. 21 Prokesh-Osten. Op. cit. Bd. IV, S. 129—131. -'2 Ibidem, S. 182. -d Stapleton «Political life of G. Canning». Vol. II, p. 444. 24 К· Маркс и Ф. Э н г e л ь с. Соч. T. X, стр. 90. S t а р ί e t о n «Political life of G. Canning». Vol. II, p. 425.
Внешняя политика Каннинга и греческий вопрос 53 между ними (внутри Союза), достичь новой и вел икон роли для· Ан¬ глии» 2Ü. Под предлогом отказа греков и турок от русского плана авто-ном им Греции Каннинг не принял участия в петербургских конференциях и этим обрёк их на провал. Отстранившись от коллективного обсуждения греческого вопроса, Каннинг предоставил греков их собственной судьбе. Он выжидал, с одной стороны, чтобы Александр I, оставшись лицом к лицу со свои¬ ми континентальными союзниками, окончательно убедился, что он нико¬ гда не получит санкции Священного союза на разрешение Россией восточного вопроса, и, с другой, — чтобы греки ослабели настолько, что пошли бы на английское посредничество для достижения соглашения с Турцией. После провала петербургских конференций, разрыва Александра 1 с Меттернихом и явного краха системы Священного союза, явившегося отчасти следствием систематического противодействия его планам со стороны Англии, Каннинг счёл, что его руки развязаны. Начиная с лета 1825 г. он прямо и решительно идёт на сближение с Россией. Его главной мыслью во всех последующих переговорах и соглашениях было связать русского императора такими обязательствами, которые могли бы предотвратить рост влияния России на Балканах и в Средиземном море. Александр Г в последние месяцы своей жизни пришедший к вы¬ воду о необходимости решительного выступления для установления греческой автономии силой русского оружия, со своей стороны, пре¬ красно сознавал, что Англия никогда не допустит его действовать самостоятельно. Известно было также резко отрицательное отношение к русским планам как в Австрии, так и во Франции, и вследствие этого было невозможно единоличное выступление России. В то же время было совершенно ясно, что если бы удалось заключить союз с Англией на удо¬ влетворительных для России условиях, то этот союз был бы -непобедим для других заинтересованных держав и был бы могущественен перед ли¬ цом Порты. Он явился бы также единственной возможной политической комбинацией, способной разрешить греческую проблему в духе, прием¬ лемом для обеих сторон. Поэтому в англо-русском соглашении были заинтересованы обе стороны, и к концу 1825 г., при помощи Ливенов, между двумя державами было установлено полное «взаимопонимание» относительно греческого вопроса. Особенно быстро по пути к англо-русскому соглашению Каннинг пошёл после окончательного краха его -посредничества между Турцией π Грецией. Стараясь обеспечить главенствующую роль Великобритании. ; н попытался использовать последнюю возможность отстранить Россию и поставить её «вне игры». Стратфорд Каннинг, вновь назначенный по¬ слом в Константинополь, по пути в столицу Турции вёл переговоры с гре¬ ками и добился от них согласия на английское посредничество. Он полу¬ чил инструкции всеми силами добиваться от-султана согласия на перего¬ воры с восставшими при посредничестве Великобритании, которая долж¬ на была, по мысли Каннинга, выступать как арбитр и «умиротворитель». Получив согласие султана, Англия могла стать главной фигурой и в Тур¬ ции, и в Греции, и в Средиземном море. Она могла в таком случае предот¬ вратить русско-турецкую войну и в конце концов продиктовать своп условия. В депешах константинопольскому послу Каннинг всё время под¬ чёркивал, что Англия должна выступать как посредник между Турцией и Грецией одна, «изолированно», как держава-покровительница, упол- «The Unpublished Diary...», р. 8-1.
54 0. lilnut'.n помоченная грек л ми у регулпр(да > ь их л г,'ia В случае успеха посредни¬ чества Каннииг м п добиться самой главной своей цели и, но выражению французского посла в Петербурге Ла Ферроне. «рапри етрашпъ своё иск¬ лючительное влияние на едпг.С1 венное море, где оно еще не уста¬ новлен о» -д О.лпако '»τι; планы рухнули вследствие сопротивления султана. Он упорно не шёл ни на какие переговоры if уступки. С одной стороны, он прекрасно понимал, что Англия этим добивается исключительного преобладания в его владениях м в Греции, а с другой, — деятельно:1 участие английского правнгельетen во всех собыгпях внутренней живи1'. Порты приводило его к спокойной умеренности в том, что оно никогда пс допусти ; Россию допетвовать самое гея гельно. Даже угрозы си ело- роны Сл ракЬорда Каннинга запереть и блокировать оттоманский флог не привели султана к соглашению. Крах этих посреднических попьпок Каннинга заставил его пото¬ ропи ться с заключением соглашения с Россией. С начала 1826 г. все донесения Ливепа наполнены сообщениями об изъявлениях чувств «искренней дружбы», «доверия» и «взаимопони¬ мания», выражавшихся ему Каннингом н королём 2М. Особыми симпатиями к русскому императору английский король проникся .поело окончательного подавления восстания декабристов. Он выразил Лнвену соболезнование по поводу смерти Александра и не¬ скрываемое восхищение молодым русским государем, который с такс;:"’ «необычайной твёрдостью и мужеством» покончил с восстанием, чем «заслужил признательность всех иностранных государей и оказал самую большую услугу делу всех тренов» ::‘ь Таким образом, к соглаше¬ нию с Россией стали склоняться п пгчгшянные оппозиционеры всех поли¬ тических предприятий Каннинга — крайние тори и король. Симпатии к русскому монарху, вырывающему с корнем зло революции у себя дома, затмити их ненависть к греческим революционерам. Главной задачей герцога Веллингтона, посланного в начале января 1826 г. в Петербург приветствовать от имени английского короля нового императора, была особая миссия — достичь соглашения по восточному вопросу. «Лучшим способом удержать его императорское величество от крайности было дать ему хорошо основанные надежды на выпол¬ нение его целей без войны» Д— записал Стаплетон мысль Каннинга. 13 января 1826 г. Каннинг писал Гренвиллю: «Я надеюсь спасти Грецию без войны, запугивая Турцию русской опасностью. Для предот¬ вращения этой войны герцог Веллингтон является самым подходящим человеком» 3~. Посылая в Петербург к «бригадному генералу» Николаю прослав¬ ленного героя Ватерлоо и британского военного· корифея, Веллингтона, Каннинг имел в виду не столько сделать приятное Николаю, сколько развязать себе самому руки для положительного разрешения греческого вопроса. Герцог был, по выражению княгини Ливен, «туркистом с ног до головы», оп ненавидел революционных греков, стоял за неделимость Оттоманской империи и за подавление греческого восстания силой. Он был также непримиримым противником Каннинга и перед королём, и в кабинете, и в палате лордов. Отправляя его, Каннинг оставался хозяином кабинета и короля и мог легко добиться их санкции на пред¬ лагаемое соглашение. В то же время — и это необходимо отметить 27 Архив МИД. Канц. 1826, 6958, стр. 76—80, 116—139. 2*Driault et Leri tier. Op. cit. Vol. I, p. 208. 29 Архив МИД. Канц. 1826, 6956, стр. 19 и др. 30 Там же, стр. 468. 31 Stapleton «Political life of G. Canning». Vol. II, p. 466. 32 Stapleton «G. Canning and Ids time», p. 471.
Внешняя политика Каннинга и греческий вопрос 55 особо — он надеялся, что известные протурецкие настроения герцога помогут сузить рамки греческих свобод, о которых будут вестись переговоры с русским императором, и предоставить Порте более широ¬ кий сюзеренитет над самоуправляющимися провинциями33. Когда в Петербурге начались переговоры по греческому вопросу, супруги Ливен употребили всё своё дипломатическое искусство, чтобы воздействовать на Веллингтона и провести в протоколе русскую точку зрения. Пи ко,тай !, вступив ни престол, в беседах с дипломатическими предсташ;·елями держав и с эрцгерцогом Фердинандом, посланным Австрией приветствовать молодого монарха, совершенно ясно заявил о своём намерении немедленно покончить своп разногласия с султаном и силой оружия установить авюномпю Греции. Каннинг знал о воен¬ ных приготовлениях на юге России п о формировании русского флота на Севастопольском рейде. Поэтому он решил идти па все уступки, лишь бы было заключено соглашение. В результате петербургских переговоров 4 апреля 1826 г. был подписан греческий протокол, который в некоторых пунктах зашёл зна¬ чительно дальше того, что было желательно для Каннинга. Протокол, предусматривавший предоставление Греции автономии с условием упла- гы султану ежегодной дани, должен был стать основой англо-русского посредничества между двумя -воюющими сторонами. Каннинг не смог достичь желаемой цели, и протокол, полностью совпадавший с планами Николая I по завоеванию русского влияния в Греции, кичем не «связал» русского императора. Основное содержание протокола по существу мало отличалось от «мемуара» Александра I от 9 января 1824 г., а параграф 3 был прямой победой русской стороны. Слова о том, что примирение между Нортон и греками может совершиться при «общем или единоличном» участии сторон, по существу, развязывали руки Рос¬ сии для «единоличного» воздействия на Турцию в случае «благоприят¬ ных обстоятельств». В откровенном разговоре с австрийским послом в Константинополе, Оттенфельеом. русский посол Рибопьер заявил: «Только мы имеем наме¬ рение идти на это одни, тогда как Англия этого не хочет» 34. Параграф 5 протокола о взаимном отказе от территориальных приобретений и исключительных привилегий тоже не противоречил желаниям Николая I и, как показали дальнейшие события, ие помешал ему действовать в полном соответствии с высказанными им наме¬ рениями. Этим соглашением Каннинг достиг, конечно, известного контроля Англии над действиями России, но в гораздо большей сте¬ пени оказалась связанной с русской политикой сама Англия. В даль¬ нейшем она была вынуждена подчиниться русской точке зрения и способствовать развязыванию той самой русско-турецкой войны, предот¬ вратить которую был призван герцог Веллингтон, подписывая протокол. «Когда Каннинг получил этот документ,— пишет княгиня Ливек,— он не был достаточно уверен, следует ли ему поздравить себя с успехом или же признать себя попавшим в ловушку, потому что току мен г содержал в себе многое, что выходило за пределы его инструкций π желаний. Англия оказалась окончательно связанной. Он довольно просто давал понять о своих колебаниях п даже сожалениях»35. Кан¬ нинг считал, что Веллингтон в Петербурге был просто введён в заблу¬ ждение. «Если бы герцог был более тонок, — сказал он княгине Ливен, — оп сыграл бы свою партию лучше настолько, чтобы не быть хотя бы одураченным»'46. Несмотря на это, Каннинг был >в общем ЛЪе Unpublished Diary...», р. ПО. 81 Р г о к о s li-0 s t е ri. Op. cit. Bd. V, S. 3ô. 85 «The Unpublished Diary...»,· p. 133. 30 Ibidem, p. 134.
56 О. Шпаро доволен, что ему удалось поставить русскую политику в греческом вопросе под известный контроль Великобритании и избежать включения в протокол пункта о применении к Порте, в случае непринятия ею усло¬ вий этого соглашения, «принудительных мер», на чём упорно настаивала Россия. Союз России с Англией в самом остром политическом вопросе того времени и отход России от традиционной политики Священного союза означали крах политики Меттерниха, направленной на полное подавле¬ ние греческого восстания и сохранение целостности феодально-деспоти¬ ческой Оттоманской империи. Подписание Россией и Англией протокола об автономии Грсшш и помощь греческому народу в его революционной борьбе нанесли непоправимый удар «священной теории легитимизма», являвшейся основой европейской реакции. Однако Каннинг подписал это соглашение, главным образом, с целью связать Россию и удержать её от войны, а судьба Греции его волновала мало. После подписания греческого протокола все стремления Кан¬ нинга (равно как и Франции, присоединившейся к протоколу) были направлены на то, чтобы затормозить проведение в жизнь условий этого соглашения. Русская дипломатия, искусно используя § 3 протокола, предостав¬ лявший ей возможность в «крайнем случае» действовать в греческом деле единолично, оказывала постоянное давление на союзников, торопя их с заключением тройственного договора и требуя выработки секретной статьи, определяющей те принудительные меры в отношении турецкого правительства, которые сделали бы выполнение договора строго обязательным37. Николай отказался подписывать договор без такой секретной статьи. Опасаясь, что эти «принудительные меры» в конечном счёте неиз¬ бежно приведут к русско-турецкой войне и разрушат все построения английской дипломатии, Каннинг всеми силами старался замедлить ход переговоров о тройственном договоре, тем более что непрерывные поражения греков в период 1826— 1827 гг. могли в недалёком будущем решить вопрос и без посредничества союзников в пользу султана. С большим трудом он согласился на подписание секретной статьи, выра¬ ботанной русской стороной. Такую «принудительную меру», как «соеди¬ нение эскадр договаривающихся держав с целью предупредить военные действия двух сторон и установить перемирие между ними», он рас¬ сматривал как демонстрацию, которая ни в коем случае не должна была кончиться войной, а лишь устрашить султана38. До самого послед¬ него момента Каннинг не терял надежды на мирное разрешение вопроса. Эта политика затягивания проведения в жизнь условий соглашения в значительной мере диктовалась настроением английской буржуазии, требовавшей мира во что бы то ни стало, а также упорными турко¬ фильскими настроениями большинства кабинета п короля, о которых Ливен в своём донесении в ноябре 1826 г. писал, что «в британском кабинете старые защитники ещё борются за хорошо пли плохо понятые интересы оттоманского правительства» 39. Несмотря на то, что большин¬ ство газет во главе с «Times» к этому времени были сторонниками политики Каннинга, в печати постоянно попадались заметки и статьи, свидетельствовавшие о сильных опасениях, вызываемых на бирже, в лон¬ донском Сити, в среде торговой буржуазии, возможностью каких-либо серьёзных осложнений в Средиземном море. «Политики Сити счита¬ 37 Мартенс. Указ. соч. T. XI, стр. 345—347, 355; Архив МИД. Канц. 1826. 6958, стр. 55—59, 60—63; Р г о k е s Ь-0 s t е п. Op. cit. Bd. V, S. 9—18. йв Это достаточно ярко выразил Веллингтон в беседе с Николаем I. Prokesh- О s t е п. Op. cit. Bd. V, S. 205—206.
Внешняя политика Каннинга и греческий вопрос 57 ют, — пишет «.Times», — что интересы всех партий и особенно Сити требуют, чтобы дело кончилось самым дружеским образом и привело к полному умиротворению» 40. В дальнейшем с очень большим волнением обсуждался вопрос о возможности отзыва послов и прочих «мерах принуждения» в отно¬ шении к Порте. Вследствие этих настроений Каннингу приходилось изыскивать всевозможные способы, чтобы идти по намеченной линии в ногу с Россией, не давать ей основания отказываться от сотрудни¬ чества с Англией и начать действовать единолично. И в то же время он прекрасно понимал, что мирным путём почти невозможно добиться от Дивана согласия на греческую автономию, когда турецкие армия и флот в союзе с египетскими силами успешно добивают остатки рево¬ люционных очагов в Греции. Нерешительность Англии, а затем и явный саботаж со стороны реакционного правительства Франции привели к тому, что активность, инициатива и, по существу, руководство в союзе перешли к России. Русская дипломатия всё время держала будущих союзников под угро¬ зой немедленного единоличного выступления и этим добилась уступок. Из донесения Ливена от 15(27) ноября 1826 г. о его беседе с Кан¬ нингом вполне ясно выступает та затруднительная позиция, в которой оказался этот министр. Он был совершенно искренен, когда выражал Ля-вену свои опасения. Если средства уговоров и мирной медиации проваливаются, то как он ответит английскому кабинету, королю и «общественному мнению» за военные действия в Средиземном море с участием английского оружия? А с другой стороны, как оправдает он свою безучастную позицию в случае, если не пойдёт вместе с Рос¬ сией и она расправится с Турцией сама? Он знал, что последнее будет означать поражение английского дипломатического престижа, умень¬ шение политического влияния Англии в Оттоманской империи и, может быть, ущемление английских экономических интересов в средиземно- морской торговле. Первое в крайнем случае могло привести к отставке его самого с поста министра иностранных дел. Повидимому, Каннинг решил предпочесть первую возможность второй и, рискуя своим полити¬ ческим положением, сохранить интересы Великобритании. После 15-дневной дискуссии он наконец сдался и признал право русского кабинета настаивать на своей точке зрения. Он попросил Ливена представить ему официальную ноту, на которую дал официаль¬ ный ответ. Русская нота, отправленная Ливеном Каннингу 19 ноября 1826 г.41, содержала в себе все те аргументы и требования, которые русский посол излагал английскому правительству со времени подпи¬ сания протокола. Там вполне официально заявлялось, что император решил, не теряя времени, осуществить план умиротворения Греции, что он решился на крайние меры и что он желает придти «к конфиден¬ циальному взаимопониманию» с английским кабинетом в отношении дальнейших совместных демаршей. Ответ Каннинга на эту ноту, данный 20 ноября43, был чрезвычайно характерен для всей английской политики в этом вопросе. В ней, гово¬ ря о необходимости «консультаций и обсуждения» вопроса сов¬ местно с другими европейскими державами, Каннинг писал: «Мы при¬ лагаем все усилия, чтобы повести за собой другие державы, но мы должны будем считать, что условия протокола не перестанут существо¬ вать в случае их отказа, и в этом случае готовы идти с одной Россией в деле умиротворения». По мнению Ливена. эта нота дала «достаточную ■*" «Times», 21 September 1827. и Архиз МИД. Ка.чц. 1826. С'Ду. ·:Τρ 60—63. ч- Тем же, стр 63—66
О, Щпаро гарантию для оправдания тех шагов, которые мы немедленно предпри¬ няли вместе с министром иностранных дел»4'4. Характерным явилось то, что с начала царствования Николая I роли переместились: теперь уже не русский император думал о европейских союзниках, а Каннинг, раньше стремившийся всячески от них отделаться. «Один факт принятия моей ноты от 17(28) ноября, — пишет Ливен,— в условиях той непреклонности, которой наш двор подчиняет все даль¬ нейшие свои шаги, и тех заявлений, которые мы сделаем немедленно после получения ответа британского правительства, представляет собой молчаливое согласие с точкой зрения нашего двора»41. В феврале 1827 г. в Англии начался министерский кризис. Лорд Ливерпуль, поражённый апоплексическим ударом, ушёл в отставку, и место премьер-министра некоторое время оставалось вакантным. В этот напряжённый момент вопрос о греческой независимости, казалось, зависел от исхода борьбы между Каннингом и Веллингтоном за пост премьер-министра. Меттерних справедливо считал, что в случае победы Веллингтона с делом греков будет покончено. Без сомнения, торийский кабинет, возглавляемый крайним реакционером и «протур- кистом», не пошёл бы даже и такими осторожными шагами, которыми шёл Каннинг, и готовящийся договор трёх держав мог легко прова¬ литься. Поэтому австрийский посол Эстергази всеми силами поддер¬ живал кандидатуру герцога. Ливены же употребляли всё своё влияние и на короля и в английском обществе, чтобы укрепить и возвеличить 'кандидатуру Каннинга45. Каннинг в то время был наиболее могущественным человеком в Англии. Он поддерживался почти всей прессой, умеренная оппозиция неизменно шла за ним в обеих палатах. Своей внешней политикой, удовлетворявшей запросы английской буржуазии, и поддержкой сво¬ бодной торговой политики Гускиссона он завоевал симпатии широкого общественного мнения в своей стране. Даже сам Веллингтон в беседе с княгиней Ливен откровенно признался, что если Каннинг покинет кабинет, то он не продержится и недели40. В конце апреля Каннинг был назначен премьер-министром Велико¬ британии. Последняя надежда Меттерниха на срыв договора провали¬ лась. Став премьер-министром, Каннинг, несмотря на резкую оппозицию почти всех министров, повёл дело прямо к подписанию договора. Договор трёх держав был наконец подписан 6 июля 1827 года47. Открытый трактат лишь с очень незначительными изменениями повторял условия англо-русского протокола 4 апреля 1826 г., который, как уже было показано, в свою очередь почти полностью был основан на мемуаре Александра I об умиротворении Греции от 9 января 1824 года. В инструкции русскому агенту в Смирне Тимоии Нессельроде так суммировал сущность договора: «Вы сообщите им (грекам), что договор, заключённый между Россией, Англией и Францией, утвер¬ ждает за ними под сюзеренитетом Порты и под условием дани и неко¬ торых других денежных жертв национальную администрацию, полное отделение от турок и совершенную религиозную, торговую и граждан¬ скую свободы» ls. Для Каннинга весьма характерны мысли относительно второго пункта договора — об определении размеров греческой территории, — 13 Архив МИД. Канц. 1826, 6958, стр. 56. 44 Там же, стр. 57. 40 «The Unpublished Diary...», p. 121—122. 4® Ibidem, p. 122. 47 Мартене. Указ. соч. T. XI, стр. 355—362. 48 Архив МИД. Канц. 1S27. 2363, стр. 201.
Внешняя политика %ащццга μ греческий вопрос 59 рысказашше им ещё в январе 1827 г. по поводу аналогичного § 4 апрельского протокола. В своей беседе с австрийским) послом в Лондоне, Эстергази, он вполне откровенно сказал следующее: «В смысле внешнем территория должна быть ограничена таким обра¬ зом, чтобы легче было организовать оборону и избежать частых иностранных вмешательств... По соображениям гуманности 'было бы желательно, насколько возможно, расширить границы территории, к которой это будет применимо, но на практике другое дело. Мы не будем требовательны па этот счёт, и мне, в частности, кажется более предпочтительной даже очень ограниченная территория... терри¬ тории очень расширенной, которая непременно станет театром много¬ численных внутренних раздоров, которые в свою очередь спровоци¬ руют и приведут к осложнениям внешним»'1*. На это Эстергази в своей депеше Меттерниху сделал следующее совершенно справедливое замечание: «Ясно, что это основа мыслей господина Кашшнга. Он не только не стремится расширить сферу рас¬ пространения до очень больших масштабов, но он желает, быть может, ещё более горячо её урезать и ограничить такими рамками, которые он только что назвал минимумом... Если могло ещё оставаться сомнение, */ то оно исчезнет перед той очевидностью, что здесь дело идёт не о страдающем человечестве в Греции, а о прямом интересе Англии» 50. Такие желания Каннинга основывались на опасении возможного роста русского влияния в Греции. «Иностранные вмешательства» и «внешние осложнения», упоминаемые Каннингом, относились главным образом и почти исключительно к России. Теми же соображениями руководствовался английский кабинет, возглавляемый Веллингтоном, когда он так упорно боролся за ограничение территории свободной Греции во время последовавших в начале 1829 г. переговоров об её окончательном устройствегл. Чтобы избежать предлога для русского вмешательства в греческие дела, Каннинг быстро согласился и на пункт о полном территориальном разделении греков и мусульман и выкупе турецкой собственности. Контакт греков с турками, сказал он Эстергазп, может привести в дальнейшем к внутренним осложнениям, что может по¬ будить Россию к выступлению на защиту покровительствуемых христиан V!. В-ο всей истории подписания договора главным и основным в англий¬ ской политике оставалось всё то же стремление урезать во что бы то ни стало возможность распространения русского влияния в Греции и создать наиболее благоприятные условия для влияния Великобритании. Однако России удалось провести до конца почти все своп предложения и, глав¬ ное, добиться включения в трактат секретной статьи о «принудительных мерах»—единственного средства для обеспечения выполнения условий кон¬ венции, русской же стороне удалось добиться того, что в договоре пол¬ ностью отсутствует намёк па руководящую роль Великобритании, кото¬ рая, по первоначальной м hi ели Каннинга, должна была быть главным •представителем Союза перед Портом и н-ре ι л ожить ей медиацию, только нотдерживаемую другими державами. В договоре все три державы вы¬ ступали как вполне равноправные союзники, готовые на единые дей¬ ствия Последующими действиями Каннинга руководили всё те же опасения английского буржуазного мира, что Англия может оказаться втянутой в военные действия, сули шине России более ощутительные преимущества, чем Великобритании. Вполне понятно поэтому, что Р г о !; о s ii-0 s 1 с и. Op. cit. Bd. IV, S. 313. :j1 I b i cl о m. S. 314. &1 Мартенс. Указ. соч. T. XI. стр. 387—401. P г о !: с s п-0 s t с n. Op. cit. Bd. IV, S. 313.
60 О, Шпаро Каннинг не хотел, чтобы дело дошло до военных действий. В своём последнем письме Стратфорду Каннингу, новом} британскому послу в Константинополе, он писал: «Существо этого соглашения, являющегося мирным вмешательством, подразумевает дружескую демонстрацию силы» бз. Каннинг умер 8 августа 1827 г., не успев дать никаких конкретных инструкций относительно линии поведения адмиралу Кодрингтону, командующему английской военно-морской эскадры, посланной, согласно договору, в Средиземное море. Сменивший Каннинга на посту премьер-министра лорд Гсдрич •был совершенно беспомощен, так же как и министр иностранных дел Де дли. Последний, оставшись без руководящего гения Каннинга, вообще не принимал никаких решений. Правительство заняло выжида¬ тельную позицию. Оно не могло дать и, по существу, не дало никаких определённых указаний ни константинопольскому послу, ни адмиралу Кодрингтону. В беседе с Ливеном Дедли откровенно признался, что «положение английского правительства крайне затруднительно, так как его обвиняют в слепом подчинении завоевательным планам России»54. И в действительности после смерти Каннинга руководство действиями союз¬ ников осталось целиком в руках России. 20 октября 1827 г. при Наварине соединёнными эскадрами трёх союзных держав был уничтожен турецко-египетский флот, посланный для окончательного покорения последних очагов греческой революции. Наваринская битва должна была спасти греков от полного разгрома и явиться прелюдией к окончательному выполнению условий тройствен¬ ного договора. Английское общественное мнение резко разделилось в оценке паваринских событий. Английский народ воспринял их как славу английского оружия и горячо приветствовал героев Наварина. Филэллинистический мир торжествовал победу, считая, что наваринская битва была блестящим началам окончательного освобождения Греции. На сессии парламента, осенью 1827 г., Джон Россель, одобренный большинством партии вигов, заявил: «Я решительно того мнения, что эта блистательная победа была необходимым результатом лондонского договора» г”\ Но король и тори составляли лагерь враждебный. На открытии сессии парламента, в январе 1828 г., король, упоминая о наваринскои битве в своей тронной речи, назвал её «досадным событием»5*3. И под большим нажимам общественного мнения и политической необходимости подписывая приказ о награждении Кодрингтона, он написал на полях: «Я посылаю ему ленту, хотя он заслуживает верёвки» от. Мнение кораля целиком разделяли возглавляемые герцогом Веллинг- тоно-м тори, которые через два месяца после Наварина, сбросив мини¬ стерство Гсдрича, пришли к власти. Мнение короля разделяли не только тори, но и большинство старых политиков из вигского лагеря. Нежелание развязывать войну на востоке, боязнь усиления Росси:: и нарушения европейского «равновесия», страх перед всяким национально-освободительным движением и нежелание его поощрить — эти основы старо-английской консервативной политики вновь вос¬ торжествовали. Вся дальнейшая политика английского правительства была направлена к тому, чтобы свести на-нет ' результаты, добытые •V! Т с m р с г 1 с у <- T1 jс Foreign policy oi Canning», p. 403. ■Vl Мартенс:. Указ. соч. T. XI, стр. 367. Parlamentäre debates. 1327. r,i; Ibidem, 1828. r,T «The Unpublished Diary..,»,p. 131.
Внешняя политика Каннинга и греческий вопрос 01 тремя соединёнными державами в борьбе за греческую независимость. Стратфорду Каннингу были немедленно посланы инструкции «извиниться» перед султаном и убедить его в том, что за «досадным событием» в Наварине не последует никаких решительных действий. В начале 1828 г. Кодрпнгтон был отозван и вскоре получил отставку. Это было вполне ясным публичным отречением от наваринского дела. Все дальнейшие переговоры января — апреля 1828 г. показали, что английское правительство запуталось в собствен¬ ных противоречиях. Оно не могло денонсировать тройственное согла¬ шение, потому что интересы Великобритании требовали проведения трактата, в жизнь, но оно не желало также ни участвовать в войне про¬ тив Турции, ни допустить единоличного выступления России. Эти противоречия и вызванные ими колебания самым неизбежным образом привели к русско-турецкой войне. Уверенность в том, что ни Англия, ни Франция не намерены воевать и будут всеми силами удерживать от этого Россию, привела Турцию к упорному сопротивлению и к вызывающим действиям, давшим повод к объявлению ей Россией войны (26 апреля 1828 года). Отказываясь от дальнейших решительных мер и доведя дело до русско-турецкой войны, Англия и Франция отдали, по существу, дело освобождения Греции в руки одной России. Оценивая соотношение политических сил в восточном вопросе, К. Маркс писал следующее: «В то время как Россия совершенно спокойно и не боясь ничего, совершала своё дело раздробления Турции, западные дипломаты продолжали гарантировать и поддерживать status quo и неприкосновенность Турции» *ъ. «В чём состоит этот status quo? Для христианских поданных Порты он обозначает лишь увековечение их угнетения Турцией. И пока о пи будут стонать под игом турецкого владычества, они будут видеть в главе греческой! церкви, в повелителе шестидесяти миллионов православных, своего естест¬ венного защитника и освободителя. Та самая дипломатическая система, которая изобретена специально для пред¬ отвращения русских захватов в Турции, вынуждает десять миллионов греческих христиан в Европейской Турции обращаться к России за помощью и защитой»5“. Консервативная политика английских тори, желавших во что бы то ни стало сохранить неделимость отсталой, развалившейся феодалыю- деспотической Оттоманской империи, всеми силами старалась тормозить дело, начатое Каннингом, а затем свести его ня-нет. Но инте¬ ресы свободного капиталистического развития Великобритании требовали укрепления английского политического влияния в Средиземном море и восстановления экономических сношений с независимым греческим наро¬ дом. Поэтому английским консерваторам, несмотря на всё их противодей¬ ствие, не удалось похоронить греческого трактата, и в октябре 1829 г. соглашением трёх держав была установлена полная независимость Греции. |Д,.ЧМД.1^»у.,Уд|
К ВОПРОСУ О РАЗВИТИИ КРУПНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ В РОССИИ В XVIIJ ВЕКЕ * ;11о посолу статьи П. Л. Рубинштейна «Крепостное хозяйство и паргг.кдекпе капита¬ листических отношений в XVHI веке») Е. Заозерасая Настоящая статья касается лишь того раздела статьи М. Л. Рубинштейна, в кото¬ рой автор даёт характеристику крупной промышленности, или мануфактуры XVIII века (стр. !09—III). Нам автор статьи вы¬ деляет этот раздел, придавая особое значе¬ ние вопросу развития мануфактуры в ра¬ скрытии поставленной им тем-ы. «Полнее всего, — читаем на стр. 109,— эти пошла отношения (т. е. развитие товарного произ¬ водства и капитализма. — Е. 3.) должны были сказаться и развитии промышленности, в росте мануфактуры в XVIII веке»1. С'.татья Н. Л. Рубинштейна даёт новую оценку процесса экономического развития и зарождения капиталистических отношений в России 40—50-х годов XVIII века. Буржуаз¬ ная историография, говорит автор, изобража¬ ла царствование Петра I и Екатерины II «пе¬ риодами экономического и политического раецзета», а промежуточные десятилетия — периодом упадка. Н. Л. Рубинштейн- прихо¬ дит- к диаметрально противоположному вы¬ воду. Именно середина XVIII в., пишет он, выступает переломным моментом в форми¬ ровании завязей новых социально-экономи¬ ческих отношении в глубоко антагонистиче¬ ской системе расшатывания господствую¬ щего феодального строя, моментом формиро¬ вания капиталистического уклада в России. Основные элементы новых отношении поя¬ вились не в петровскую эпоху, как изобра¬ жала старая буржуазная наука, а в 49—50-х годах. Петровская же эпоха «только подго¬ товила материальную базу этого последую¬ щего развития» * Статья Е. И. Заозерскои и ответ проф. Н. Л. Рубинштейна печатаются в порядке обсуждения. Придавая большое значение вопросу о складывании к а п и т а л не т иче с к и х от но ше ни й в России и, в частности, возникновении капи¬ талистической промышленности и считая спорными ряд высказанных положений, ре¬ дакция приглашает историков и экономи¬ стов принять участие в обсуждении данной проблемы. Рубинштейн Н. «Крепостное хо¬ зяйство и зарождение капиталистических отношений в XVIII в.». «Учёные записки Московского государственного университе¬ та». Вып. 87. «История СССР», стр. 102. М. 1946. ‘Рубинштейн Н. Указ. соч., стр. 102. У проф. Рубинштейна есть предшествен¬ ник — проф. Любомиров, который в статье, помещённой в Энциклопедическом словаре Граната под словом «Россия», дал широ¬ кую и новую картину экономического со¬ стояния России в середине XVIII в., не определяя, правда, её как переломную эпо¬ ху. Н. Л. Рубинштейн заострил вопрос, сде¬ лав его дискуссионным. Дискуссией чость заключается в перенесении «переломно! л момента» с первой четверти XVIII в. па вто¬ рую. Поскольку процесс зарождения и роста новых, бури·: у а в и ы х отношений в недрах феодального строя России протекал посте¬ пенно, то нам представляется несколько искусственным выделять для «переломного момента» исторически короткий отрезок времени и приурочивать его к первой или второй четверти века. За эти 59—69 лет is экономической жизни России происходило лишь количественное накопление новых яв¬ лений, не у-сп-евшее ещё дать новых каче¬ ственных изменений. В настоящей статье я хочу показать последовательность и одно¬ родность тех явлений, которые мы наблю¬ даем г; этой области при Петре и после пе¬ го. Я не хочу сказать, что этот процесс про¬ текал абсолютно равномерно. Под влиянием ряда причин он то ускорялся, то замедлялся. Моё положенно в отлично от основ¬ ного тезиса Н. Л. Рубинштейна сво¬ дится к следующему: [мучение ману¬ фактуры первых трёх, а тем более первых двух четвертей XVIII в. не позволяет нам рассматривать 40—50-е годи как период упадка или перелома в истории русской крупной промышленности; явления, прису¬ щие ей в этот период, служат продолжени¬ ем и развитием тех, которые наблюдаются в более раннее время. В чём видит Н. Л. Рубинштейн сущность «перелома» в отношении крупной, т. -о. ма¬ нуфактурной, промышленности первой поло¬ вины XVIII века? Ответим на этот вопрос сло¬ вами автора: «Так последовательно опреде¬ ляется основное противоречие промышлен¬ ного развития России XVII! века — проти¬ воречие крепостной и капиталистической мануфактуры»". Это противоречие Н. Л. Ру¬ бинштейн видит не столько в сосуществова¬ нии, сколько в известной смене крепостной мануфактуры капиталистической, смене, на¬ блюдаемой, по его мнению, уже в середине XVIII века. Мануфактура XVII — начала s Рубин ш т е йн Н. Указ. соч., сто. 112.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке 63 XVIII в. представляется автору статьи кре¬ постной, η частности дворянской,1 мануфак¬ тура середины XVIII в.— «новой» и «но¬ ной капиталистической» \ Крепостная ману¬ фактура XVII—начала XVIII в., пишет автор, «была лишь придатком к поме¬ щичьему крепостному .хозяйству», она основана на системе монополий и поставок, но Wрамки ка.к иного спроса оказываются ограниченными, а ..а широком рынке её про¬ дукция ы· можег конкурировать с новой, капиталистически и ма пуфа к турой» Х Является ли такое противопоставлс-кне правильным теоретически и соответствует ли оно русской действительности XVIII в.; .Leiteгвительио ли социально-экономическая природа мануфактуры 10—20-х годов одна, а 40—30-х годов другая? Уже п течение многих лет в исторической литературе ста:.и гея вопрос о характере русс кой мануфактуры XVIII в. и о возмож¬ ности существования капиталистической мануфактуры в условиях господства крепо¬ стного строя России XVIII века. Ряд авто¬ ров, считая невозможным признать подобное гущест.чончние очко ямы v.·, с лёгкой руки По¬ кровского и др., ввёл специальное понятие для. России «крепостной мануфактуры», ко- I'-.pce не встречается ни у Маркса, ни у «Тенина. Маркс и Ленин считали мануфактуру яв¬ лением KJliii fa. lliC : ическиго порядка. (Ιο¬ ί ласш* учению Ленина, она является второй стадией развития капитализма в промыш¬ ленности, хотя Владимир Ильич прекрасно шал, что весь мануфактурный период про¬ ходил !I России в условиях крепостного <■ грел, его господства и его разложения. На возможность и даже неизбежность вызрева¬ ния п существования капиталистической мануфактуры в недрах старого, феодального егроя не раз указывал Маркс. «Местами, — пишет он, — мануфактура может споради¬ чески разбиваться в окружении, целиком относящемся к другому периоду, как она р.г’вивалдоь, например, в итальянских горо¬ дах рядом с кехами» При этом ни Маркс, ; и .Пении р. слоях высказываниях о ману¬ фактуре XVIII в. не огопори-вают, что онп, возникая в условиях докапиталистического порядка, как бы подчиняется этим условиям п приобретает другие черты, сиойетведиые н ' капиталистическому, а иному способу производства. Таким образом, теоретически. "* Вот характерная цитата: «В буржуазной историографии господствовало изображение крепостной мануфактуры XVII — начала XVIII в. как родоначальницы капиталисти¬ ческой фабрики» (там же, стр. 1.12); или: «По ужо в текстильной промышленности крепостная мануфактура обнаруживает от¬ сутствие гибкости и способности приспособ¬ ляться к рыночным условиям. Кризис дво¬ рянской мануфактуры даёт себя знать уже в 40-х годах» (там же, стр. 113). г> Там же, стр. 110, 113. °Там же, стр. 112—113. ? К. Маркс. «Формы, предшествующие капиталистическому развитию». Из неопу¬ бликованных рукописей К. Маркса «Про¬ летарская революция» № 3 за 1939 год, сто. 178. с точки зрения учения Маркса — Ленина, вопрос о возможности существования капи¬ талистической мануфактуры в России в XVIII в. разрешается положительно. Этому теоретическому положению соот¬ ветствует и позиция II. Л. Рубинштейн;!, который твёрдо сглкт на признании наличия к ana т ал ис тпчес кой мануфлкт у pu в России, иачип;;.-! с. - 63 х года.- XVIII иска. Со своей стороны, я счигйю возможным условно ·, .»храни ; в гермк:? «крепостная .ма¬ нуфактура» ·; отношении :сх мануфактур, и в первую дне род: двор·,, .екп.х - - вотчин¬ ных,— которые основывались на крепост¬ ном труде как в XVII в., гак и в последую¬ щее время. Необходимо разрешить теперь второй во¬ прос: имеется ли в фактической истории мануфактуры первых о0— 60 лет XY1I1 в. основания для деления этой истории на два периода: время её крепостного состояния и период появления и существовании «ногой, капиталистической» мануфактуры? Р> обще.! социально-экономическом строе. России того времени не было данных дтя такого деле¬ ния: в 40—30-х годах достигшие чрезвычай¬ ного развития крепостные отношения про¬ никли и в сферу крупной промышленности. Достаточно вспомнить указ 1736 г. — о веч¬ ном прикреплении рабочих к заводам и фабрикам, указ, имевший действие и в 40-х и в 30-х годах, В касавшемся крупной промы¬ шленности законодательстве 40—30-х годов красной нитью проходят указы об обеспече¬ нии промышленности принудительным, в частности, крепостным трудом. За данные два десятилетия таких ук.а »о» то п,ко по Полному собранию законов (в тт. XI- —XIV) насчитывается 21. Достаточно одной этой спражи, чтобы подвергнуть сомнению положение Н. Л. Ру¬ бинштейна о «кризисе» .крепостной мпиу- фикгуры 15 40—30-х годах п о чшмшпеися замене сё «незой, капиталистической». Однако приведём один из примеров аргу¬ ментации автором своего положения. На стр. 113 читаем: «Кризис дворянской ману¬ фактуры даёт себя знать уже в 40-х годах. Не случайно этот период, о т м о ч е п и ы й у к а з а н :: ы м ростом к а п и т а л π¬ ότη ч е с к о й м а н у факт у р ы р у с- с к о г о Манчестера, даёг н прямые попытки дворянства спасти стой позиции мерами вце э к с ; .· ; о ми1 : е с к о г о принуждения, методом правительственного вмешательства, запретившего купцам приобретать крестьян к фабрикам и заводам» 4. Итак, параграф указа 1730 г.. запрещавший купе чести у по¬ купку деревень, автор стати.и рассматривает кик попытку дворянства «счшетп» своп пошатнувшиеся позиции в качестве фабри¬ ка что в и за во дни ко». По когда же успело дворянство занять эти позиции и почему уже к 1736 г. эти позиции успели пошатнуть¬ ся? Из этого же положения автора следует оценка указов 27 июня 1744 г. и 3 ноября 1733 г., вновь разрешивших производство этих покупок, как свидетельство победы ку¬ печества в области мануфактурного строи¬ тельства. Но тогда как же сочетать это обсто¬ 8 Рубинштейн Н. Указ, соч., стр. 113.
64 ■Е. 'Заозерская я сельство с основным положением автора о зарождении в le же 40—5ü-e годы капитали¬ стической, в частности купеческой, мануфак¬ туры, для которой понадобилось привлечение крепостных крестьян в общем законода¬ тельном порядке, а не в качестве единичных случаев? И как же тогда трактовать закон 29 марта 1762 г., вновь запретивший покупку крестьян? Из изложенного логически сле¬ дует, что·закон этот означал новую победу дворянства на промышленном фронте. Но когда же и каким образом оно победило, если 40—50-е годы являются временем за¬ рождения и в какой-то степени победы не крепостной дворянской мануфактуры, а «новой, капиталистической»? Я уже остав¬ ляю в стороне общий вопрос, который не подлежит рассмотрению в настоящей статье: что вызывало колебания в политике трех правительств XVIII в. по данному вопросу и можно ли рассматривать эти колебания политики в промышленности только с по¬ зиций дворянства? От рассуждений общего характера обра¬ тимся к рассмотрению конкретных призна¬ ков «перелома» в крупной промышленности, которые выдвигает в своей статье Н. Л. Ру¬ бинштейн. Они сводятся к трём моментам: I) количественный рост мануфактурного строительства в 40—50-х годах; 2) функци¬ ональные изменения, под которыми автор статьи подразумевает «развитие специаль¬ ных промышленных районов», «развитие но¬ вых отраслей производства» и рост произ¬ водства для внутреннего рынка; 3) струк¬ турные изменения, т. е. изменения в составе предпринимателей и в способах обеспечения рабочей силой. 1. Количественный рост мануфактур в XVIII веке По данным Кириллова, число мануфактур в конце петровского царствования равня¬ лось 233 предприятиям. Н. Л. Рубинштейн, исходя из этого числа и оговаривая наличие в нём мелких «кустарных» заведений, сравнивает эту цифру с итогом пе¬ реписи Мануфактур-коллегии 1762— 1764 гг., составившим в нём 984 предприя¬ тия 9. За три десятилетия произошло уве¬ личение в четыре с лишним раза. Показа¬ тель роста станет ещё много выше, если мы из числа 233 предприятий исключим значи¬ тельное количество казённых мануфактур и сопоставим с вышеприведённой цифрой — 984—число частных предприятий конца пет¬ ровского царствования. Правда, наряду с этой цифрой проф. Рубинштейн приводит другую — 700, — извлечённую проф. Любо¬ мировым из данных Комиссии о коммерции. Однако проф. Рубинштейн не сопоставляет и не оценивает сравнительную достовер¬ ность или надёжность гоп или другой цифры. Для конца столетия Н. Л. Рубинштейн также приводит две цифры: 3161 (из дан¬ ных Туган-Барановского) и 2423 — на 1804 год, не сравнивая и не оговаривая, ко¬ торую из них он считает более правдоподоб¬ ной 10. Между тем разница между этими 9 Р у б и н ш т е й н Н. Указ. соч., стр. 109. 10 Т а м ж е. данными более чем на 700 предприятий и не в пользу более позднего, 1804 года.1 Если принять цифру 3161, то за 00—90-е годы число мануфактур в России увеличилось ещё в три раза. Однако насколько достоверны эти циф¬ ры ? Не приходится особенно доверять J1 статистическим данным XVIII в., в том числе и сведениям Мануфактур-коллегии; но всё же отказываться от всяких цифро¬ вых показателей при характеристике про¬ мышленности того времени мы не можем. Учёт более или менее крупных промышлен¬ ных предприятий типа мануфактуры в каче¬ стве первоочередной задачи был поставлен с начала существования Мануфактур- и Берг-коллепш прежде всего в силу фи¬ скальных интересов правительства. В этом отношении правительство подстёгивала борьба с «безуказным» производством са¬ мих фабрикантов, особенно интенсивная в 30—-40-х и начале 50-х годов. В 1740-х го¬ дах, не довольствуясь подачей сведений с мест. Мануфактур-коллегия предприняла генеральный «осмотр» мануфактур, послав на места своих ревизоров. На осно¬ вании получаемых разными способами све¬ дений в коллегиях составлялись поименные списки мануфактур. Последние в ряде ва¬ риантов сохранились за 20-е, 40-е, 50-о, 60-е годы. Эти списки и являются для нас основой учёта числа мануфактур за XVIII век. На основании подобных данных за 20-е годы, прокорректировав их другими материа¬ лами. мы можем утверждать, что за время царствования Петра I возникло не менее 200 промышленных предприятий типа мануфак¬ туры без учёта мелких заведений. Что ка¬ сается приведённой цифры для 60-х годов XVIII в. — 984, — то её необходимо прове¬ рить. Она встречается во многих работах, л достоверность её крайне сомнительна. Пер¬ вым усомнился в её правильности П. Г. Лю¬ бомиров 13, признавший её преувеличенной, на что ссылается автор разбираемой статьи, тем не менее снова повторяя её14. Цифра 984 впервые появилась в печати в 1833 г., в небольшой работе В. Бурнашёва «Очерки истории мануфактур в России» (СПБ. 1833), а затем в 1865 г., в издании «Материалы для истории и статистики ману¬ фактурной промышленности в России» (Сборник сведений и материалов по ведом¬ ству Министерства финансов. T. II, № 5. СПБ. 1865.) В том и другом случае, несом-' 11 Полосин И. «Промышленная ста¬ тистика и политика XVIII в. Труд в России». Кн. 1-я. 1924. Заозерская Е. «Список мануфактур, возникших при Петре I». «Ис¬ торические записки» ΛΙ 19. 1946. Предисло¬ вие к списку. 12 См. Заозерская Е. Указ. соч. 13 Л ю б о м и р о в П. «Очерки по истории русской промышленности в XVIII — начале XIX в.», стр. 20. «Прибой». 1930. Его же статья «Крепостная Россия». Энциклопеди¬ ческий словарь Граната. Т. 36, ч. III, столб. 614. ... 15 Рубинштейн Н. Указ соч.. отр 100.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке 6о ненно, использован один и тот же источ¬ ник, какая-то не обнаруженная до сих пор ведомость, точность цифр которой не про¬ верена. В своём наказе Комиссии по составлению проекта нового уложения Мануфактур-кол¬ легия в 1767 г. сообщала, что «теперь чи¬ сло оных (т. е. мануфактур. — £. 3.) состоит в пятистах... а число делаемого товару до 2.790.000 руб. простирается» 15. Эти сведения подтверждаются ведомостью 1769 г., прило¬ женной к докладу сенаторов Волкова и Теп- лова Екатерине Иlß. Итоги содержа¬ щегося в ней поимённого списка ману¬ фактур таковы: ткацких фабрик (сукон¬ ных, полотняных и шёлковых) — 230 с 12 771 станом, а всяких прочих — 256 с го¬ довой продукцией в 921 534 руб. и 10 ми¬ неральных заводов — всего 496. Итак, в ве¬ дении Мануфактур-конторы и Мануфактур- коллегии в конце 60-х годов состояло, дей¬ ствительно, около 500 мануфактур. Таким образом, с цифрой 984 должно быть покон¬ чено. В те же годы Берг-коллегия насчи¬ тывала подведомственных ей 159 железных н медных заводов17. Отсюда мы можем вы¬ вести общее количество мануфактур на 1767—1769 гг. — 650, что очень прибли¬ жается к цифре 700, даваемой для 60-х го¬ дов проф. Любомировым. Сравнивая полученную ' цифру с числом частных мануфактур, существовавших на 1725 г. (120), мы устанавливаем рост количе¬ ства мануфактур с 1725 по 1769 г. (т. е. за 40 с лишним лет) почти в 5Х> раз, т. е. при¬ близительно такой же, какой мы имеем при сопоставлении всех случаев и даже попы¬ ток заведения мануфактур в XVII в. с их числом на 1725 год (35 : 170). Преувеличенным оказывается также чи¬ сло мануфактур для 90-х годов XVIII в. — 3161, — приводимое в указанных изданиях XIX в. и, с лёгкой руки Ту га«-Барановского, вошедшее в научный оборот. В одном из дел Государственного архива сохранились две беловых ведомости Мануфактур-коллегии: одна ·— на 1802 г., другая — на 1805 год ,8. Последняя под следующим заголовком: «Об¬ стоятельная ведомость о состоянии фабрик и заводов с показанием, сколько в каких гу¬ берниях оных, числа станов и работников, ■как приписанных, так и вольных, количества выработанных изделий и сколько из них вы¬ шло в расход внутри и вне государства». Это действительно чрезвычайно обстоятельно и тщательно составленный документ. Ведо¬ мость на 1802 г. фиксирует 22Ö4 мануфакту¬ ры, на 1805 г. — даже меньше: 2144. Таким образом, итог ведомости Бурнашёва (для 90-х годов XVIII в.) на 1017 единиц больше итога .на 1805 год. Соответственно преувели¬ ченными оказываются и отдельные графы его источника, напримеф: 15 Сборник Русского исторического обще¬ ства. Т. 43, стр. 208. 18 Центральный государственный архив древних актов (ЦГАДА), ф. Гос. арх. XIX, р-сзр.. кн. 40-я, л л. 110—116, 197—198. 1; Там же, лл. 197—198. 1S ЦГАДА. Гос. арх. XIX, разр. Кя 379, лл. 139—144. Суконных Полотня¬ ных Хлопчато. бумажных X 3 Об О · X е? 3 [Шерстяных} По данным Бурна- шева 151 377 279 393 90 Поданным ведомости 1805 г 129 199 199 249 39 Проф. Любомиров подверг критике данные Бурнашёва, так как видел в них попытку учесть также и одиночек — мелких товаро¬ производителей. Проф. Рубинштейн, приводя аналогичные Бурнашёву соображения о включении мелких заведений в число 200 петровских мануфактур, не обосновывает этих соображений и не исНользует ценней¬ ших данных П. Г. Любомирова для 60—90-х годов19. Цифру 3161 следует уменьшить по крайней мере на одну треть и забыть о ней так же, как и о предыдущей — 984. Срав¬ нивая, таким образом, полученную цифру (2 тыс.) с числом мануфактур за предыду¬ щий период (650—700), мы получаем увели¬ чение численности мануфактур за 70—90-е годы в три раза. Но количественный рост числа предприя¬ тий не является исчерпывающим показате¬ лем качественного перелома в развитии про¬ мышленности. Н. Л. Рубинштейн дер¬ жится того же мнения. «За ними, — говорит Н. Л. Рубинштейн, — ив этом су¬ щество характеристики эпохи — стоят уже и изменения структурного функционального порядка» 2°. В чём же видит автор статьи те и дру¬ гие изменения и насколько они специфич¬ ны для 40—50-х годов XVIII века? 2. Функциональные изменения Функциональные изменения, по мнению Н. Л. Рубинштейна, заключаются в «про¬ цессе известного районирования промышлен¬ ности », а также в «выделении п намечаю¬ щемся преобладании определённых новых от¬ раслей» 81. Если говорить об «известном районирова¬ нии», то, с точки зрения распростране¬ ния мелких городских и крестьянских про¬ мыслов, оно обозначалось ещё в XVII веке. Уже тогда наметились перечисляемые на 110-й стр. разбираемого труда районы: При- уралье, Тульско-Каширский и Олонецко· Белозерский,— пе население издавна зани¬ малось разработкой руд в ручных горнах к малых домницах; Ярославль, Иваново, Кост рома славились уже тогда холстами и полотнами; в Среднем Поволжье уже в XVII в. чрезвычайно распространены были кожевенный и салотопенный промыслы, от¬ куда кожа и сало огромными партиями вы¬ возились в Архангельск; Калуга, Смоленск. Вязьма были главными рынками по скупке 19 Любомиров П Указ соч., стр. 87, 121, 141, 147—148. 2ϋ Рубинштейн Н. Указ. соч., стр. 101. 21 Там ж е, стр, 110. й .Έοπρο'.υ пс торииi № 12.
«Uh E. 30озерская пеньки для экспортных целей; в погранич¬ ных со Степной Украиной местах давно вы¬ рабатывались грубые сукна. естественно, что в связи с наличием сырья и производ¬ ственных навыков у населения в этих райо¬ нах возникает крупная промышленность в виде мануфактуры. Процесс этот начался уже в первой четверти XVIII века. Однако и для середины его ещё рано говорить о сосредоточении разных отраслей мануфак¬ турной промышленности в этих районах, в частности, нельзя говорить об образовании Иваново-Вознссснского текстильного райо¬ на, или «русского Манчестера», как эго Де¬ лает Н. Л. Рубинштейн. В доказательство приведём сведения из двух ведомостей се¬ редины XVIII века22: 1752 г. и 1762—1765 годов -я. В первой даётся поимённой список 40 полотняных, 23 шёлковых и 13 сукон¬ ных мануфактур—всего 76; во второй — 59 полотняных, 53 шёлковых и 48 суконных — всего 160, с указанием их размещения. 1/25 г о д 1 7 5 2 гол 1 7 о 5 год Всего В Мос¬ кве η - о · Всего В Мос¬ кве о- О ' /U · У Всего В Мос¬ кве % % Всего текстильных ману¬ фактур 38 24 03.4 то 33 43,4 100 71 44 Как и в петровское царствование, цент¬ ром текстильной промышленности в середи¬ не века оставались Москва и Московский уезд. В 20-х годах в Москве и близ неё сосре¬ доточивалось свыше 60% всех текстиль¬ ных мануфактур империи. В середине века, несколько снизившись, этот процент оста¬ вался все же очень высоким — 43—44. Однако здесь следует сделать две оговор¬ ки. Во-первых, в середине века большее чис¬ ло полотняных и суконных мануфактур на¬ ходилось не в самой столице, как это было при Петре, а в уезде. Во-вторых, роль Москвы не была одинакова для всех видов текстильной промышленности. Выше всего удельный вес московских ма¬ нуфактур был в шёлковой промышленности в 60-х годах — 68%; в суконной несколько ниже — около 48%, и в полотняной — 20,3%. И это понятно. Только в Астрахани, есте¬ ственно, имелись налицо два вышеуказанных благоприятных условия для развития шёл¬ ковой промышленности — сырьё и привыч¬ ные рабочие руки, — поэтому-то в 60-х годах Астрахань заняла второе место после Москвы в этой отрасли промышленности, при этом количество шёлковых мануфак¬ тур в Астрахани было в 41А раза меньше, чем в Москве (36 : 8). В суконной промыш¬ ленности вторым центром после Москвы являлись Воронеж и его уезд, где всё же суконных мануфактур было в 4 раза мень¬ ше, чем в Москве. Что касается полотняной промышленности, то для неё мы не можем даже наметить такого центра. Полотняные мануфактуры всё шире создавались в уез¬ дах, где были сырьё и привычные рабочие руки. В 20-х годах, кроме Москвы, они на¬ ходились всего в 4 пунктах, в 50-х годах — в 24, а в 60-х годах — в 29 пунктах. Но при такой распылённости в каждом из уездов было очень немного — по одной — *3 Центральный Государственный истори¬ ческий архив в Ленинграде (ЦГИА), ф. Комме рц-коллегии, д. 1303. «Ведомость о состоянии фабрик в 1752 году». 22 ЦГИА. Ф. Комиссии о коммерции. Св. № 15 и 16. дне и как исключение — четыре мануфакту¬ ры (в Костроме)24. Последнее обстоятель¬ ство представляется симптоматичным, так же как н появление в дальнейшем аналогичных мануфактур в близких к Костроме пунк· тах — Кинешме, Нерехтс, Шуе — по одной в каждом пункте. Позднее этот район стал центром полотняной промышленности, но в середине XVIII в. говорить о нём как о средо¬ точии крупной текстильной промышленности ещё не приходится, так же как нельзя этого сказать и в отношении Иваново-Воз¬ несенского района. Конечно, как указыва¬ лось выше, «известное районирование про¬ мышленности», прежде всего мелкой—ре¬ месленной и крестьянской, — а вслед за нею и крупной, имело место в XVIII в., но оно намечалось уже и при Петре и до него. Этот процесс происходил постепенно и медленно, и нет основания находить в нём перелом, приуроченный к 40—50-м годам. К функциональным изменениям автор от¬ носит, далее, «обращение мануфактурного производства к удовлетворению растущего потребительского спроса, к внутреннему рынку», между тем как петровская крупная промышленность работала на вывоз и казну и специализировалась на дорогих экспорт¬ ных полотнах и изделиях, требовавшихся для казны. Отсюда Н. Л. Рубинштейн де¬ лает заключение об изменении ассортимен¬ та товаров. «Этому соответствует, — пишет он,— и изменение ассортимента товаров; в частности вся Ивановская промышленность вырастает на производстве дешёвой ткани— пестряди, набойки»'2'1. Так ли это? Рассмотрим сначала ивановскую промыш¬ ленность. Гели говорить о мануфактуре середины XVIII в., то крупная про¬ мышленность в Ивановском районе з это время только зарождалась: в 40—50-х голах здесь были две полотняных фабрики—Бутрирюза и Грачёва. При этом на той и на другой вырабатывались коло- 34 В 18 уездах значилось по одной ману¬ фактуре, в 6 — по две, в 3—Серпухов, Калуга, Перемышль -по три и в Костро¬ ме — четыре. 25 Р у б и н ш т е п н Н. Указ. соч., стр. 110.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке 67 мянка, фламское полотно и равендук, пред¬ назначавшиеся для экспорта. Автор специ¬ альной работы об этих мануфактурах, на ко¬ торую ссылается и H. JI. Рубинштейн, А. А. Степанов пишет: «Судя по рапортам наших фабрикантов в Мануфактур-коллегию, все их фабричные изделия предназначались на заграничный рынок. По их собственному показанию, «кроме иностранных (купцов) те фабричные товары, как коломянка, так и равендук, в России в продаже не произво- дятця и стаями не покупают»2в. Пестряди же вырабатывалось очень немного. Возмож¬ но, что в области мелкого товаропроизвод¬ ства была иная картина. Что касается набойки, то она вовсе не упоминается в ассортименте товаров первых ивановских фабрик. И вообще этот вид производства в форме мануфактуры в 50-х годах XVIII в. де¬ лал лишь первые шаги и не в Иванове, а в Москве. Здесь в 1753 г. возникли четыре небольших предприятия «печатания на по¬ лотне красками». При этом три из них при¬ надлежали иностранцам, что обычно было характерно при освоении новых видов про¬ изводства, и одна—'русским купцам Власье¬ вым 27. Однако рано говорить о переключении на внутренний рынок и дешёвых видов ткани не только для Ивановской, но и вообще для русской полотняной мануфактуры середины века. Подобное переключение проф. Любо¬ миров считает характерным не для 60-х, а для 80-х годов XVIII в. и именно сравни¬ тельно с серединой века. «В области же производства льняных изделий существен¬ но выдвижение пестрядей и затрапезов, — пишет он, говоря о последних десятилети¬ ях, — и перед нами новая, мало заметная в середине XVIII в., а теперь очень крупная— 3.130.000 арш. группа тканей». Отсюда ав¬ тор для последних десятилетий XVIII в., делает вывод, который Н. Л. Рубинштейн намечает для предшествующего периода: «Определённо наметившуюся ориентацию льноткацкой промышленности на внутрен¬ ний рынок, хотя внешний спрос ещё преоб¬ ладает в определении ее выработок» 28. Ещё более решающее значение имел внешний ры¬ нок в середине века. «Не менее единодуш¬ но, — пишет тот же автор, имея в виду 50— 60-е годы, — отмечали полотняные фабри¬ канты и сбыт своей продукции главнейшим образом за границу», — ив доказательство приводит таблицу выработки и экспорта за 1761—1763 годы·2». Со своей стороны, могу добавить сле¬ дующее. По сведениям Комиссии о коммер¬ ции в 1761 —1763 гг., сумма выработки 60 полотняных мануфактур равнялась 892 352 руб., из них продано за границу на 455 109 руб., т. е. экспорт составлял 51%. Встречающаяся в ведомостях 20 С т е п а н о в А. «Крестьяне-фабрикан¬ ты Грачёвы». «Записки историко-бытового отдела Государственного русского музея». T. I, стр. 220. Л. 1928. ? 27 Б а б у р и н Д. «Очерки по истории Мануфактур-коллегии», стр. 249. М. 1939. '-'s Любомиров П. Указ. соч., стр. 91. 29 Т а м же, CTj). 77—78. 60-х годов формула относительно реализации продукции — «в отпуск и в продаже внутри государства» — представ¬ ляется Н. Л. Рубинштейну новой по срав¬ нению с формами петровского времени, когда, по его предположению, полотна шли либо за границу либо на казённые поставки, но не на внутренний рынок. Между тем мы имеем показания владельцев полотняных фабрик 20-х годов: «Деланная мануфактура про¬ даётся: каламянка в мундирной конторе в Москве, галанские полотна, рубки и шлён- ские, камчатные салфетки и узорчатые ска¬ терти, кнопи и тонкие каламенки, ленты продаются в рядах в Москве и в Санкт-Пе¬ тербурге, а протчие больше посылаются за море» 30. «Зделанное продаётся в российских городах и отпускается за море» 31. «А ману¬ фактуры ныне на фабрике хозяина моего,— доносит приказчик Ивана Микляева, — за продажею, которые продаётся в ряды и в заморский отпуск по ниже писанным ценам, ещё на лицо белёной и небелёной» 3-\ «Зде- лэнные полотна употребляются в продажу в Москве, а льняная каламенка ставитца по подряду в Военную контору на инфантер- ские полки»,— пишет в своей ведомости фабрикант Антипа Пастухов113, Таким образом, уже ранние мануфактуры XVIII в. в какой-то степени обслуживали внутренний рынок, о чём свидетельствует также выработка на них пестряди. Так, у Ивана Микляева в 20-х годах на 31 стане выделывались экспортные полотна, на 30 станах — льняная каламенка и на 10 — пестрядь34; у Бориса Карамышева и Анд¬ рея Овощникова для выработки пестряди было определено по одному стану, а позднее первый прибавил ещё три 3S. О других новых мануфактурных произ¬ водствах, появляющихся в середине XVIII в., например о хлопчатобумажной промышлен¬ ности, мы имеем очень определённые сведения того же крупного знатока эконо¬ мики XVIII в., проф. Любомирова: «Про¬ изводство хлопчатобумажных тканей и России сравнительно поздно оформилось в специализированные по этой части мануфак¬ туры. О них ничего неизвестно в эпоху Петра и в середине XVIII века»31*. Дей¬ ствительно, в ведомостях 40—50-х годов нет упоминаний о мануфактурах данного типа. Впервые они встречаются в ведомости конца 60-х годовз7. Здесь в группе прочих 30 Из ведомости Ивана Тамеса, между прочим, тесно связанного с заграничным рын¬ ком. ЦГИА. Ф. Мануфактур-коллегии. 1725— 1749. Св. 318, д. 136/11994, л. 42-43. 31 Из сведений о фабрике Тамеса и Затра¬ пезного в Ярославле. ЦГАДА, Гос. арх., XIX разр. № 379, л. 68—69. 32 ЦГИА. Ф. Мануфактур-коллегии. 1725— 1749, св. 318, д. 136/11994, л. 8 и об. я:! Там же, л. 22—23. 34 Там же., л. 7 и об. зг* Там же, д. 139/11995. лл. 48 it 58. 30 Любомиров П. «Начальные 310- менты в истории хлопчатобумажной про¬ мышленности в России», стр. 1. 37 ЦГАДА. Гос. арх., XIX разр., кн. №40, лл. .110—116.
68 Е. Заозерская мануфактур названа «ситцевая Кашинцева и Иконникова», находившаяся в Москве. Сомнение вызывают четыре «китайчатых» мануфактуры. Судя по тому, что они стоят в самом конце списка, не после шёлковых, а после полотняных «фабрик, на которых рабо¬ та производится ткачеством», можно думать, что это не выработка шёлковой ткани, напо¬ добие «китайки», а какое-то особое, новое производство. Вопрос только—какое: изо льна или из хлопка? Зато хлопчатобумаж¬ ное производство заняло довольно видное место в конце века. В ведомости 1802 г. зна¬ чится 131 ситцевая и бумажная мануфакту¬ ра, а в ведомости 1805 г. — 140 мануфактур ситцевых и миткалевых и 59 платочных и других бумажных изделий38. Таким образом, можно говорить о появлении в России этой новой, чрезвычайно важной для массового потребителя отрасли промышленности не в середине века, а в конце его. 3. Структурные изменения Признаки перелома, или кризиса, Н. Л. Ру¬ бинштейн видит в изменениях двоякого рода, происшедших, по его мнению, в рус¬ ской мануфактуре начиная с 40-х годов: в изменении состава владельцев мануфактур и в изменении в способах обеспечения их рабочей силой. Изменения в составе предпринимателей Н. Л. Рубинштейн видит в появлении среди владельцев мануфактур значительного чис¬ ла крестьян и купцов. «Вырастая прежде всего из крестьянской мастерки“9, эта ману¬ фактура (т. е. «новая, капиталистическая».— Е. 3.) выделяется значительным кадром крестьяп-предпринимателей» 40. Это — одно наблюдение автора, а вот другое: «Впрочем, во 2-й половине XVIII в. в промышленности, как и в торговле, мы встречаем уже фами¬ лии крупных фабрикантов из купечества и городских промышленников»41. Но если владельцы мануфактур из крестьян, ремес¬ ленников и купечества были более поздним явлением XVIII п., то, следовательно, с петровское время владельцы мануфактур выходили из другой среды по способу исключения, очевидно, из дворянской. При¬ водившаяся выше фраза: «Кризис дворянской мануфактуры даёт себя знать уже в 40-х годах», — подтверждает это предположение. На основании имеющегося в настоящее время поимённого списка возникших при Петре мануфактур1- мы можем точно уста 38 ЦГАДА. Гое. арх., XIX разр., кн. Λ» 379, л л. 139—'144. 39 Слово «мастерка» созвучно часто упот¬ ребляемому В, И. Лениным выражению «мастерок»—в родительном падеже «ма¬ стерка»,— но в то время как Ленин под этим названием подразумевает мелкого ма¬ стера-человека, Н. Л. Рубинштейн подразу¬ мевает под ним мастерскую, хотя как будто в этом смысле выражение «мастерка» не¬ употребительно. 40 Рубинштейн II. Указ. соч., етр 110—111. 41 Т а м ж е, стр. 112. 42 См. Заозерская Г. «Список ману¬ фактур, возникших при Петре». «Истооиче- ские записки» .\ь 19, стр. 130, повить классовый состав их владельцев. Из 100 частных мануфактур всех видов про¬ мышленности 40% принадлежало купцам, 18% — иностранцам, 16% — выходцам из среды ремесленников (из них 10 — Демидо¬ ву), 8% — вообще посадским людям, без уточнения — торговым или ремесленным, и 8% — дворянам. При таких показателях вряд ли можно говорить о дворянской мануфак¬ туре первой четверти XVIII века. Мало то¬ го, эти немногие дворянские мануфактуры очень скоро, через несколько лет, были пе¬ реданы их основателями, признававшимися в отсутствии у них «искусства в купечестве», представителям торгового класса. Так слу¬ чилось с парусной фабрикой Меншикова, суконной — Макарова и Веневитиновых, шёлковой — «господ интересентов» Апрак¬ сина, Шафирова и Толстого. Очевидно, близкие к Петру вельможи, заведшие свои мануфактуры в угоду ему или под его воз¬ действием, ещё не почувствовали вкуса к нового рода хозяйственной деятельности. Этот вкус проснулся позднее, о чём имеет¬ ся свидетельство такого ревностного защит¬ ника позиций дворянства в промышленности, как Щербатов. До 1742 г., говорил он, су¬ конных мануфактур было всего 16, полотня¬ ных— 20; «с выше означенного году, когда дворяне зачали в оное вступать», число первых увеличилось на 60, вторых—на 68 4 В литературе твёрдо установилось мнение, что дворянство втягивается в промышлен¬ ность начиная с середины XV111 в., и Н. Л. Рубинштейн не разбивает этого поло¬ жения. Ссылка на пример шёлковой ману¬ фактуры «господ интересентов», переданной будто бы в состоянии банкротства купече¬ ской компании, не подтверждает тезиса ав¬ тора о кризисе дворянской мануфактуры, начавшегося, по его мнению, в 40-х годах. Во-первых, и московская и петербургская фабрики были переданы находу и не в со¬ стоянии банкротства. Важные персоны тяго¬ тились этими предприятиями и желали осво¬ бодиться от них, вернув свои деньги. В дальнейшем обе фабрики оказались вполне жизнеспособными. Во-вторых, и это —глав¬ ное: фабрика была передана в 1721 г., и, следовательно, если она свидетельствует о кризисе дворянской мануфактуры, то не 40-х, а 20-х годов, т. е. времени, когда она только-только появилась в виде нескольких предприятий. Трудно согласиться с другим тезисом Н. Л. Рубинштейна, касающимся также со¬ става предпринимателей 40—50-х годов. Автор анализируемой статьи не раз утверж¬ дает, что новая, капиталистическая ману¬ фактура «вырастает прежде всего из кресть¬ янской мастерки». Следующая таблица даёт представление η социальном составе владельцев текстиль¬ ных мануфактур в 50-х годах XVIII века44. Итак, из \62 мануфактур 113, или 70%, принадлежали купечеству. Такое абсолютное преобладание говорит само за себя. В два раза сравнительно с петровским временем 43 Б а б у р и и Д, Указ. соч., стр. 160. 44 ЦГИА Ф. Комиссии о коммерции, се, 15.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке $9 Отрасли промышленности Всего ма¬ нуфактур В т о м ч и с л е: Купеческих Дворянских Крестьянских Прочих * Число % Число 0/ /О Число % Число О' - и Суконная 44 о- _ « 61,3 15 34,1 1 > о 1 2,3 Полотняная 59 47 79 7 11 18,6 — .... 1 1,7 Шёлковая 59 39 66,1 1 1,7 19,45« 32,2 Всего. . . 162 ИЗ 70 27 , 1 21 13 увеличился, поднявшись до 16. процент дворянских мануфактур, в то время как за крестьянами значилась всего лишь одна ма нуфактура. H. JI Рубинштейн, несомненно, прав, ут¬ верждая, что часть мануфактур, значивших¬ ся за такими вельможами, как Шереметев. Юсупов, Голицын. Выродов, Тендряков и некоторые другие, фактически принадлежа¬ ли их крестьянам. Например, в ведомости 1760-х годов значится одна полотняная ма¬ нуфактура за П. Б. Шереметевым в Суздаль¬ ском уезде4п. Между тем у самого графа фабрики не было, а под вывеской фабрики «Его сиятельства гр. П. Б. Шереметева» на самом деле скрывались две крупные отдель¬ ные мануфактуры его крестьян — Бутримова и Грачёва17. Но подобные комбинации, по всей вероятности, чаще всего могли иметь место в полотняном производстве, наиболее знакомом и доступном для организатора крупного предприятия из крестьян. Между тем в ведомости 1760-х годов полотняных дворянских фабрик насчитывалось всего 9. Но всяком случае, если mit и будем считать часть дворянских мануфактур за крестьяна¬ ми. то и тогда процент крестьянских ману¬ фактур будет сравнительно невысоким, учитывая, что дворянские в целом составля¬ ли 16%. Ещё безнадёжнее в отношении крестьян¬ ского владения обстояло дело в шёлковой промышленности, Па основании поимённых списков мануфактур 40—30—-60-х годов мож¬ но е абсолютной уверенностью сказать, что почт все без исключения шёлковые ману¬ фактуры принадлежали купцам, хотя неболь¬ шая часть их значилась за дворянами, а фак¬ тически, возможно. — и за их крестьянами И ото понятно. В любой вотчине, почти в любой деревне имелось сырьё для выделки грубых сукон и особенно полотна, и населе¬ нию широко были известны способы произ¬ водства этих тканей. В результате этого и возникали дворянские и крестьянские ману¬ фактуры. Иное положение было в шёлковой промышленности. .Здесь всё было чуждо коренному населению России, производство требовало специального оборудования и зна¬ чительных средств для организации его в более или менее крупных масштабах. Поэто- 4Г· Из числа 19 большая часть принад¬ лежала армянам и грузинам, социальное по¬ нижение которых в ведомости не указано ,ß ЦГИА. Ф. Комиссии о коммерции, св, 15. С т е п а н о в А. Указ. соч., стр. 217. му его наладить могли только представите¬ ли торгового капитала. Таким образом, ре¬ шительно опровергается особое замечание И. Л. Рубинштейна о происхождении поло¬ вины шёлковых мануфактур середины XVIII в. «из кустарных мастерок» М Итак, одно из основных положений Н. Л. Рубинштейна, об изменении в составе пред¬ принимателей на протяжении первой и вто¬ рой четвертей XVIИ в., не подтверждается фактическими данными: купеческая мануфак¬ тура преобладала одинаково и в первой и во второй четвертях века; одинаково невы¬ сок был процент дворянской мануфактуры, хотя он значительно повышается в середине пека; крестьянские же мануфактуры насчи¬ тывались единицами. Такой вывод нисколько не противоречит ни широчайшему распространению в России XVIII п. мелкого крестьянского текстильно¬ го производства, ни высказываниям класси¬ ков марксизма-ленинизма по вопросу о про¬ исхождении мануфактуры. ГГ В. Мешалин, исследователь вопроса о развитии крестьянской текстильной про¬ мышленности в XVIII — начале XIX в. в Московской губернии (которая являлась передовой в этом отношении), приходит к выводу, что к моменту возникновения тек¬ стильной мануфактуры «основная маша крестьян не была экономически сильной и технически обученной городским производ¬ ствам настолько, чтобы самостоятельно вы¬ ступать в промышленности. . Первые деся¬ тилетия XVIII в, для крестьянства были своего рода начальным периодом учёбы в промышленности»49. В процессе постепен¬ ного обучения и развития промышлен¬ ность к середине века приняла формы мелкотоварного производства, которое дан¬ ный автор противопоставляет . крупному мануфактурному: «Итак, середина XVIII в. может быть названа временем усиленного развития промышленности Москвы как в вине крупных предприятий — указных ман\ фактур, — так и в виде мелкотоварного про¬ изводства. представленного безуказным про¬ изводством различных изделий» г,°. Дли специалиста-иселедователя безуказное про- 4' Р у б и н in т е й и И. Указ. соч., стр. 113. 40 М е ni алии II, «Текстильная промыш¬ ленность крестьян Московской губернии в XVIII в. и первой половине XIX в.» (руко¬ пись, стр. 61). Т а м ж е, стр. 105.·
70 В. Заозерская изводетво — мелкотоварное производство. И если можно говорить <> крестьянской ману¬ фактуре, то лишь как ею единичном исклю¬ чении г’1. Вышеизложенные конкретные наблюдения находят прекрасное теоретическое обосно¬ вание в учении Маркса и Ленина. Маркс и Ленин неоднократно подчёрки¬ вали необходимость крупных денежных средств для организации мануфактуры лю¬ бого типа и особенно централизованном. Первоначальным источником накопления этих средств они считали торговлю и ро¬ стовщичество. Допуская, что деньги могут быть накоплены «просто путём обмена эк¬ вивалентов» или «путём обмена собственно¬ го труда», иначе говоря, в руках мелких производителей. Маркс в то же время замечает, что в действительности «это со¬ ставляет столь незначительный источник, что исторически о нём не стоит даже и упоминать» г>2. Несомненно, средства, находившиеся в руках купцов, скупщиков, ростовщиков, оказались в нужный момент гораздо более мощными. Поэтому Маркс как бы заклю¬ чает: «Мануфактура возникла не в недрах старинных цехов. Главой новейшей мастер¬ ской стал купец, а не старый цеховой ма¬ стер» г>\ Тс же положения мы встречаем и в тру¬ дах В. И. Ленина: значительный капитал, необходимый для организации производства в широких масштабах, «образуется часто не в сфере производства, а в сфере торгов¬ ли» Образование купеческих капиталов началось задолго до появления крупной капиталистической промышленности. Харак¬ теризуя докапиталистическую деревню, Ленин отмечает: «Необходимой принадлеж¬ ностью мелких местных рынков... являются также примитивные формы торгового и ро¬ стовщического капитала» 3\ Ко времени возникновения мануфактурного производ¬ ства эти «примитивные формы» стали более развитыми, а сами капиталы — более зна¬ чительными. Это совершенно естественный 31 Я позволила себе привести данный вы¬ вод И. В. Мошалина из его неопубликован¬ ной работы «Текстильная промышленность крестьян Московской губернии в XVIII и в первой половине XIX в.» лишь после того, как во время обсуждения моего доклада E. Н. Кушева предположительно сослалась на авторитет этого исследователя, выдви¬ гая своё, противоречащее только что приведённому положению И. В. Мешалинэ мнение, не подкреплённое фактическими данными, — о значении бозуказного произ¬ водства в первой половине XVIII в., как крупного, мануфактурного. 32 К. Маркс «Формы, предшествующие капиталистическому развитию». «Пролетар¬ ская революция» JVb 3 за 1939 г., стр. 176— 177. 53 К. Маркс «Нищета философии», стр. 96. 1937 г., см также К. М а р к с и Ф. Эн гель с. Соч. T. XVII, стр. 819—820. 34 Ленин. Соч. T. III, стр. 276. 53 Там же, стр. 297. процесс накопления в евн ш с развитием товарного и денежного обращении. В. 11. Ленин вскрыл и другую сторону того же проце-cra возникновения мануфак¬ туры, а именно — возникновение её на базе мелкого товарного производства, преимуще¬ ственно мелких крестьянских промыслов, развитие которых было так характерно для России. «Крупные заведения,— говорит В. П. Ленин, — вырастают именно из этих мелких», и «мелкие заведения составляют иногда лишь внешние отделения мануфак¬ туры» г,';. Бывают случаи и ещё более орга¬ нического перерастания мелких заведений в крупные г,\ Изучая материал более позднего мануфак¬ турного периода, В. И. Ленин имел перед собой многочисленные факты укрупнении мелких мастерских. Возможно, что это ук¬ рупнение происходило «черепашьим ходом» и в нём принимало участие несколько поколений владельцев данных мастерских. Одни из этих предприятий по размерам в конце концов приближались к довольно крупным мануфактурам. Правда, число таких мастерских даже в этот поздний период су¬ ществования мануфактуры составляло не¬ большое меньшинство5W. Это теоретическое построение В. И. Ленина позволяет объяснить русскую действитель¬ ность первой половины XVIII века. В течение первых 50, а тем более 25 лет развития крупной промышленности в России про¬ цесс. перерастания мелкого товаропро¬ изводителя в более или менее крупного предпринимателя, особенно в условиях кре¬ постного права, не мог дать сколько-нибудь значительных, а тем более массовых резуль¬ татов. Конечно, это не исключает возмож¬ ности появления отдельных крупных ком¬ мерсантов или фабрикантов из любой среды. Таковыми и были Бурылины, Бутримовы, Грачёвы, имена которых Н. Л. Рубинштейн приводит в подтверждение своего положе¬ ния, что «крестьяне-фабриканты для середины XVIII в. не менее характерная фигура, чем торгующие крестьяне» Г)й. Я выдвигаю противоположное положе¬ ние, что для середины XVIII в. крестьяне- фабриканты — явление очень редкое. Боль¬ ше того, возникает вопрос: что явилось источником накопления средств для органи¬ зации такой мануфактуры? Собственное ли мелкое производство или другие, более при¬ быльные занятия,—иными словами, являлись ли эти крестьяне крестьянами по существу или их следует причислить к другому клас¬ су? Перед нами несколько подобных фигур петровского времени: владелец первой цепиннои мануфактуры в Москве Афанасий Кириллов Гребенщиков значился оброчным крестьянином с. Тайнинского. Между тем фактически он состоял «купчиной дому его имп. величества» и в качестве такового со¬ вершал в Архангельске закупки для дворца и проводил также свои крупные операции. В Москве у него было несколько дворов. 50 Там же, стр. 341. 57 Там же, стр. 423, 424. 58 Там же, стр. 267, 301. Рубинштейны, Указ. соч., стр. 111.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России е XVIII веке П и.s которых один он купил в 1724 г. на 1 ООО рублей "‘б Совершенно ясно, что в дан¬ ном случае денежные накопления были сде¬ ланы на о чёт торговли, а не собственного маленького производства, которого у него и fie было. Другой пример — братьи Миля- ковы, построившие сначала один железный завод в Краснослободском уезде, затем второй завод и парусную фабрику"1. Эти «крестьяне» имели дворы и лавки в Моск¬ ве; сведений же хотя бы об их кузнечном промысле не встречается. Возьмем пример более поздний — один из тех, на которые ссылается Н. Л. Рубинштейн. Грачёв и Вутримов были крепостными крестьянами Шереметева, нет никаких сведений об их занятиях распространённым в районе села Иванова ткачеством. Однако в одном по¬ колении они поднялись над массой ткачей и стали местными богачами. А. А. Степанов, на которого не раз ссылается Н. Л. Рубин¬ штейн, в той же статье пишет, что «обыч¬ ный путь большинства крепостных богачей того времени — торговля и операции по скупке изделий местных ткачей», а вовсе не собственный ткацкий промысел. Ещё до основания фабрики в своей торговой дея¬ тельности Грачёв был связан с Петербур¬ гом62. Основоположник миллионного состоя¬ ния Гарелиных был также не ткачом, а «кре¬ дитованным приказчиком» Грачёва03. Это именно тс случаи, которые имеет в виду В. И, Ленин, когда приводит справку из соответствующих материалов о крестьянах, разбогатевших па торговле, скупке хлеба и затем вкладывавших эти средства в про¬ мышленные предприятия в4. Но это совер¬ шенно не те примеры, которые позволили бы сделать вывод о том, что мануфактуры середины XVIII в. выросли «прежде всего из крестьянской мастерки». Несомненно, частично это имело место. Однако процесс этот был очень медленным, и мануфактуры этого тшта должны были обнаружиться позднее — к тому времени, к которому относятся наблюдения В. И. Ленина. Но да¬ же и тогда они составляли, как мы видели, небольшое меньшинство. Всё это нисколько не противоречит об¬ щему положению В. И. Ленина, на кото¬ рое опирается Н. Л. Рубинштейн в своих размышлениях о происхождении мануфак¬ туры 1740—1750-х годов непосредственно из мелких крестьянских промыслов: «Вся¬ кий шаг в развитии товарного хозяйства не¬ избежно приводит к тому, что·крестьянство выделяет из себя всё новых и новых про¬ мышленников» fi;’. О каких промышленниках я" О Гребенщикове см. «Материалы для истории московского купечества». T. I. Ч. 2-я, стр. 3. Актовые книги по Москве. T. II, стр. 140; т. III, стр. 356, 373, 63. 01 См. Заозерская Е. «Приписные и крепостные крестьяне на частных же¬ лезных заводах в первой четверти ΧΥΠΙ в.». «Исторические записки» № 12. fil> Степанов А. Указ. соч., стр. 215. 6! Там же, стр. 226. ,;1 Лени н. Соч. T. III, стр. 263. 6’’ Там же, стр. 259. и о каком процессе «выделения» говорит здесь В. И. Ленин? Прежде всего приведённый текст нахо¬ дится в начале раздела, имеющего следую¬ щий заголовок; «Рост мелких промыслов после реформы. Две формы этого процесса и его значение». Таким образом, раздел по¬ свящён мелким промыслам. Для уточнения процитируем это место полностью: «Всякий шаг в развитии товарного хозяйства неиз¬ бежно приводит к тому, что крестьянство выделяет из себя всё новых п новых про¬ мышленников; этот процесс поднимает, так сказать, новую почву, подготовляет для последующего захвата капитализмом новые области в наиболее отсталых частях страны или в наиболее отсталых отраслях промыш¬ ленности. Тот же самый рост капитализма проявляется и в других частях страны или в других отраслях промышленности совер¬ шенно нначё; не увеличением, а уменьше¬ нием числа мелких мастерских п рабочих на дому, поглощаемых фабрикой» В. И. Ленин анализирует два различных процесса, которые он противопоставляет друг другу. Действительно, он говорит об укрупнении производства не в результате перерастания мелких мастерских в крупные предприятия, а в результате того, что фаб¬ рика поглощала и их и рабочих надому. В первой же части цитаты, начало которой приводит Н. Л. Рубинштейн, В. И. Ленин пишет о распространении самих мелких промыслов, не говоря об их укрупнении. Таким образом, в данном случае приводимый ленинский текст не может служить под¬ тверждением положения Н. Л. Рубинштейна о вырастании мануфактуры XVIII в. из кре¬ стьянской мастерской. Другое дело, когда Ы. Л. Рубинштейн рассматривает крестьял- ские промыслы как производственно-техни¬ ческую базу русской мануфактуры. Несом¬ ненно, что промыслы эти в той или иной форме широко использовались при организа¬ ции мануфактур (особенно текстильной) в провинции, в гуще крестьянского населения. Однако это скорее относится к вопросу не о кадрах предпринимателей, а о составе рабочей силы. К этому вопросу мы и обра¬ тимся. Я думаю, что Н. Л. Рубинштейн совер¬ шенно прав, когда он, говоря о рабочей силе ;п среды крепостного крестьянства, разгра¬ ничивает положение собственно крепостного крестьянина на помещичьей или поссес- сиоштой мануфактуре и положение такового на купеческом предприятии, на которое он нанимался в качестве пришельца со стороны. В первом случае работа на фабрике, дей¬ ствительно, по выражению Н. Л. Рубин¬ штейна, являлась «новым видом барщины», даже в том случае, когда крестьянин, как это было на казённых заводах, получал за это вознаграждение. В ином положении, и юридически и фактически, оказывался кре¬ стьянин, нанимавшийся к стороннему фабри¬ канту. «По отношению к крестьянину — «фабриканту» или купцу-предпринимате- лю, — пишет Н. Л. Рубинштейн,— тот же крепостной крестьянин выступает уже фак¬ 69 Т а м ж е.
72 Е. Заозерская тически «вольнонаёмным»“7. С этими сло¬ вами нельзя не согласиться. Но ведь обе эти категории рабочих из крестьян суще¬ ствовали как во второй, так и в первой четверти XVIII века. И если принять во внимание, что, с одной стороны, указ о по¬ купке к заводам деревень был дан только в 1721 г. и за 4—5 лет петровского цар¬ ствования был очень мало использован в\ а с другой стороны,— что при Петре купе¬ ческая фабрика абсолютно преобладала над дворянской, то можно заключить, что на частных мануфактурах первой четверти XVIII в. преобладала вторая категория (на¬ ёмных крестьян) мануфактурных рабочих из крепостных над первой. Ведомости 20-ч годов, подававшиеся владельцами мануфак¬ тур и содержащие сведения о рабочих, подтверждают это положение. Мы знаем всего 3 частных мануфактуры, при которых имелись купленные или приписные дерев¬ ни: полотняная — Тамеса, парусная — Фи¬ латова и шёлковая—Милютина, да две—три других, на которых в небольшом количе¬ стве работали собственные крепостные. Основную же массу рабочих составляли ра¬ ботавшие «из найма». При этом многие рабочие работали подённо, понедельно, помесячно, и сами предприниматели гово¬ рили, что рабочие, отработав, «сходят на другие заводы и в домы свои» ва. Фабри¬ канты петровского времени сами выдвигали в качестве пожелания или требования воз¬ можность свободного найма рабочих. На практике мы не знаем ни одной мануфак¬ туры первой четверти XVIII в., на которой бы не было в том или другом количестве наёмных рабочих. Они были на казённых заводах н на фабриках таких крупнейших землевладельцев, как Апраксин, Толстой пли Меншиков. Парусная мануфактура по¬ следнего находилась не в Москве, а в его вотчине — селе Болшеве — под Москвой, и при небольшом штате в 24 человека собст¬ венных людей .на ней работали «посторонние разных чинов не крестьян... по 250 человек и больше годовые и месячные и понедельно и в подёнщиках бесписьменно», получая «кто сколько зделает» 7". Демидов в одном из своих донесений писал: «А у нас таких лю¬ дей никогда не бывает, чтоб всякую работу работать даром, безденежно. Понеже для работы приходят на те заводы наниматцн с Волги и из русских и сибирских городов и слобод всякие люди, которых мы нанима¬ ем повольнЛо пеною в урок и подёнщиною как нанимаютца в Москве к домовым строе¬ ниям против Уложения II гл, 32-й статьи а записми и без записей» :1. Нельзя забывать н того, что среди этих пришлых рабочих, «сходнее из разных 67 Р у б и н hi т е й h II. Указ соч., стр. 112.. ,iS См. Заозерская Е. «Приписные н крепостные крестьяне на частных железных заводах в первой четверти XVIII в.». «Исто¬ рические записки» ХЬ 12 за 1941 год. 69 ЦГ'АДА, Ф, Берг-коллегии Кн. 614-я, л. 334 70 Там же, лл. 1G9—173. 71 Там же Кн, 750-я. лл. 342—343. мест», были далеко не одни только кре¬ стьяне. Поимённые списки рабочих ряда ма¬ нуфактур первой четверти XVIII з. пока¬ зывают, что среди них не меньший процент составляли жители городов, посадские лю¬ ди. Так обстояло дело не только на мо¬ сковских городских мануфактурах, по н в провинции. На игольной фабрике Рюмина из 124 учеников 77 человек являлись вы¬ ходцами из московских слобод «А на те железные заводы,— читаем в ведомости заводчика Логинова,— мастеровые русские люди приходят из г. Тулы, из г. Романова, посадские тяглые люди»73. Из тех же го¬ родов, а также из старых центров желе¬ зоделательной промышленности, как Деди- нов и Скопин, приходили работники па же¬ лезные заводы Рюмина и Озерова. На Ли¬ пецких казённых заводах значились «масте¬ ровые и работные люди из церковных причетников, из однодворцев, из дворцовых крестьян и посадских людей»74. Подобные категории рабочих иначе как вольнонаём¬ ными трудно назвать. Это обстоятельство никак нельзя сбрасывать со счетов при решении вопроса о характере русской ману¬ фактуры XVIII века. Что же касается особых кабальных усло¬ вий найма работников па мануфактуры, осо¬ бенно. из среды крепостного крестьянства, и в первой и во второй четверти века, то мы не находим на них указаний в источни¬ ках, а то, что имеется, говорит об обрат¬ ном. Жилые записи, сохранившиеся в мас¬ совом количестве за все годы первой по¬ ловины XVIII в., свидетельствуют о том, что формула найма была совершенно одина¬ ковой как для вольнонаёмных, так и для крепостных 75. В отношении же тех, кто работал сдель¬ но, а тем более помесячно, понедельно и подённо (а таких было большинство), даже нельзя предполагать наличие подобных услозий, если самый принцип найма говорил о временности работника. Итак, широкое применение наёмного тру¬ да, которое И. Л. Рубинштейн расценивает как новое явление для мануфактуры 40— 50-х годов XVIII в., не в меньшей степени существовало и в первой четверти века. Таким образом, и здесь нельзя находить признаков перелома. С другой стороны, обеспеченно мануфак¬ тур рабочей силон путём приписки крестьян и использования собственных крепостных, практиковавшееся сначала в XVII в. и про¬ должавшееся при Петре, получило ещё большее распространение к середине XVIII века. П. Г. Любомиров приводит следующие данные для начала 60-х годов. На пред¬ приятиях ведомства Мануфактур-коллегии числилось всего 38 тыс. рабочих; из них 12 500 вольнонаёмных, 14 тыс. приписных, 11500 собственных владельческих76. Таким 7г Там же. Кн. 614-я, лл. 318—332 7': Там же. Кн. 614-я, лл. 334. 71 ПСЗ, т. 7. Л» 4622. 7Г· ЦГАДА. <6. Юстиц-коллегии. Жилые книги. 1758 г. Кн. Л» 1250, лл. 858, 477, 171. 76 Любомиров П. «Крепостная Рос¬ сия», столб· 415.
К вопросу о развитии крупной промышленности в России в XVIII веке 73 образом, приписные и крепостные в количе¬ стве 25 тыс. составляли две трети. По дру¬ гим официальным материалам, крестьян, купленных к купеческим фабрикам, в 60-х годах числилось 21 005 человек. Правда, большая часть (12 554 чел.) состояла на земледельческих работах, но всё же «в фабричной работе» насчитывалось свыше 8 тысяч 77. И это, не считая металлургии, где, по мнению самого Н. Л. Рубинштейна, кре¬ постная мануфактура должна была удер¬ жаться особенно долго. Отсюда, мне кажется, естественно напра¬ шивается решение вопроса о характере рус¬ ской мануфактуры XVIII века. В форме капиталистического явления ма¬ нуфактура возникла на Западе, в этой фор¬ ме с ней познакомились в России, в этой форме её пытались заводить в XVII и заво¬ дили в XVIII веке. Несомненно, крепостной строй, при котором основная масса населе¬ ния не могла свободно располагать сво¬ им временем и трудом, не мог не тормозить развития крупной промышленности, требо¬ вавшей значительного количества рабочих рук. Эти затруднения должны были осо¬ бенно чувствоваться в начальный период зарождения мануфактуры, т. е. в XVII ве¬ ке, когда этот новый вид работы ещё не вошёл в жизненную практику ни городско¬ го, ни тем более сельского населения. И тогда те, кто могли, стали вводить по примеру организации своего вотчинного хозяйства новый элемент, по существу, не свойственный мануфактуре как явлению капиталистическому, а именно — принуди¬ тельный труд. Но это делали лишь те, кто располагал трудом крепостных, — казна и частные землевлательцы. Купеческая же мануфактура, а она стала возникать уже з заметных масштабах с середины второго десятилетия XVIII в., строилась и развива¬ лась как в первой, так и во второй четверти века в огромном большинстве случаев на основе наёмного труда, и нет основания на¬ зывать её крепостной мануфактурой. Таким образом, русская мануфактура бла¬ годаря переплетению феодальных и капита¬ листических элементов — более сложное явление, чем западная. В одних случаях в ней преобладали элементы крепостного по¬ рядка, в других — капиталистического. «Но в своей целостности и полноте» крепо¬ стным явлением были только мануфактчпы, находившиеся и как бы замкнутые в глуби¬ не вотчин. Однако таких, как указывалось выше, во всяком случае в первой полови¬ не века, было немного. В целом же в хо¬ зяйстве страны развитие мануфактуры явля¬ лось глубоко прогрессивным явлением, при¬ носившим с собой новые начала и формы хозяйственной деятельности. Не без трудно¬ сти и катастроф оно пробивало замет:-1ую Опешь в крепостном строе России XVII — XVIII веков. Постепенно развивавшийся, без особых скачков и переломов, процесс воз¬ никновении крупной промышленности в Рос¬ сии в форме мануфактуры дал к середине 77 ЦГАЛЛ. Го: арх . Х1л ра*р кн. М 40 дл 20с—О Г.'· 60-х годов и количественно и качественно заметные результаты. По сведениям Ману¬ фактур-коллегии. стоимость продукции 500 мануфактур, состоявших в её ведении в середине 60-х годов, равнялась 2 790 тыс. рублей. В своём наказе комиссии по составлению нового уложения Коллегия сама отмечала быстрые темпы роста крупной промышленности, заложенной Петром Вели¬ ким: «Для великой нужды в скорости положенное фабрикам основание скоро и распространило оныя» Ч Итак, я совершенно согласна с оценкой Н. Л. Рубинштейна 40—50-х годов XVIII в. как времени «быстрого внутреннего роста страны», но я хочу добавить к это¬ му—«дальнейшего» роста. Процесс промыш¬ ленного развития России на протяжении всей первой половины XVIII в. мне пред¬ ставляется единым и последовательным и в первой четверти не менее, если не более быстрым, чем во второй. Ничего принципи¬ ально нового в этот процесс 40—50-е годы не внесли, а «завязи новых социально-эконо¬ мических отношений», «новой, капиталисти¬ ческой промышленности» намечаются уже в первой четверти века, с момента возникно¬ вения и утверждения в России новой формы промышленности — в форме мануфактуры. И это понятно, поскольку мануфактура — явление специфически капиталистическое. Поэтому нет основания называть 40—50-е годы переломной эпохой. Я совершенно согласна также с тем раз¬ граничением, которое вносит Н. Л. Рубин¬ штейн в определение характера русской мануфактуры XVIII в., — мануфактуры крепостной, по преимуществу вотчинной и капиталистической. Но считаю нужным внести значительную поправку. То «основное противоречие промышленного развития XVIH в.—противоречие крепостной и капиталисти¬ ческой мануфактуры», которое констатирует автор статьи, заключается не в отмирании первой и замене её второй на протяжении нескольких десятилетий, а в параллельном сосуществовании их не только в первой половине века, но и много позже, и в тон борьбе, которая возникла уже в середине века вокруг этого сосуществования хотя бы по вопросу об участии дворянства в промыш¬ ленности или права покупки крестьян купечеством. Это сосуществование мануфак¬ туры крепостного и капиталистического ти¬ па не менее характерно для первой четверти, чем для второй. Ясно одно: начиная с пе¬ тровской эпохи в области частного промыш¬ ленного строительства преобладает второй тип над перзым, несмотря на неблагоприят¬ ные условия, создававшиеся крепостным строем. Это преобладание официально констатировала в 1767 г. Мануфактур-кол¬ легия. «Многие фабрики, — читаем в её наказе, — исправляются уже теперь одними наёмными людьми. А когда исРраеляюкя многие,— делала далее заключение Колле¬ гия, — то могут исправляться и все, и сие не требует большого доказательства» 7W. Сборник Русского исторического обще¬ ства. Т. 43, стр. 207. 79 Сборник РИО. Т. 43, стр 207.
О МАНУФАКТУРНОМ ПЕРИОДЕ РУССКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И СКЛАДЫВАНИИ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО УКЛАДА В РОССИИ XVIII ВЕКА (Ответ на статью Е. И. Заозерской) Проф. Н, Рубинштейн В статье «Крепостное хозяйство и зарож¬ дение капиталистических отношений в XVIII в.», опубликованной в «Учёных запи¬ сках» Московского государственного уни¬ верситета (вып. 87-й), я еде,тал попытку ко¬ ротко определить существо основных сдви¬ гов, происшедших в социально-экономиче¬ ском строе России в XVIII веке. Такая по¬ становка проблемы потребовала совокупного рассмотрения вопросов развития рыночных отношений ( ^всероссийский рынок»),· про¬ мышленности, сельского хозяйства, наконец, социально-экономической политики и эконо¬ мической мысли. Статья Е. И. Заозерской «К вопросу о развитии крупной промышлен¬ ности в России в XVIII веке» рассматривает лишь один из этих вопросов — промышлен¬ ное развитие России. В силу этого полемика с Е. И. Заозерской значительно затруд¬ няется. Сущность поставленной мною проблемы заключалась в определении исторических этапов общего социально-экономического развития России, и в таком плане промыш¬ ленное развитие не могло рассматриваться само по себе, изолированно от социально- экономического развития в целом. В этом изолировании, представляется мне, и заклю¬ чается первая, основная методологическая порочность постановки вопроса в статье Е. И. Заозерской, определившая всё построе¬ ние статьи. Во-вторых, Е. И. Заозерская в основном аргументировала свои положения конкретными данными о промышленности петровского времени, не приводя таких же данных по второй половине XVIII века. В настоящей, ответной статье я, конечно, не в состоянии полностью развернуть кон¬ кретную аргументацию намеченных мною по¬ ложений, но. поскольку пройти .мимо этих конкретных фактов нельзя, я и попытаюсь дать представление о них. Начну, однако, с некоторых моментов об¬ щего, теоретического порядка. Выступая против предложенной мною периодизации, Е. И. Заозерская склонна вообще отрицать периодизацию экономической истории. Про¬ цесс экономического развития и зарождения буржуазных отношений в России в XVIII в. оказывается таким постепенным, что не даёт оснований искать «переломный момент». Да¬ лее, автор утверждает, что «за эти 50—60 лет в экономической жизни России происхо¬ дило лишь количественное накопление но¬ вых явлений, не успевшее ещё дать новых, качественных изменений». Автор заявляет, что «однородность тех явлений, которые мы наблюдаем в этой области при Петре и по¬ сле него» дают возможность считать, что яв¬ ления второй половины века «служат про¬ должением и развитием тех, которые наблю¬ даются в более раннее время». Несомненно, изменения в области эконо¬ мического строя, как и всё развитие, проис¬ ходят постепенно. И всё же где-то совер¬ шается перелом — качественный скачок. Обязанность историка как раз и состоит в том, чтобы определить этот скачок. Между тем автор настойчиво уходит от этой про¬ блемы. Отсюда, видимо, и вытекает своеоб¬ разное истолкование авторам моей периоди¬ зации 'социально-экономического развития России. Е. И. Заозерская непременно хочет уверить читателя, что я строю свою концеп¬ цию на противопоставлении 40—50-х годов XVIII в. петровской эпохе, что я ищу грань .между этими двумя периодами. Вниматель¬ ный читатель легко убедится, что весь свой анализ я строю на противопоставлении вто¬ рой половины XVIII в. в целом первой поло¬ вине века, и, именно исходя из этого проти¬ вопоставления, я и пытаюсь наметить мо¬ мент перелома как момент «формирования завязей новых социально-экономических от¬ ношений». Между тем Е. И. Заозерская на¬ стойчиво отрывает 40—50-е годы от все¬ го последующего развития и тем самым только мешает раскрытию действительного исторического содержания этого периода. Автору это нужно для того, чтобы в конеч¬ ном счёте безраздельно слить вторую, а за¬ тем и третью четверти XVIII в. с петровским временем, ибо вольно или невольно автор ра¬ тует именно «за Петра». Отрицая экономи¬ ческую периодизацию, Е. И. Заозерская всё же утверждает, что буржуазное развитие на¬ чалось именно с Петра Великого, ибо с это¬ го времени возникла мануфактура XVIII ве¬ ка. Здесь мы стоил! перед вторым теоретиче¬ ским противоречием концепции Е. И. Зао- зерскои, которая не замечает разницы меж ду «мануфактурным периодом» в русской промышленности и появлением отдельных мануфактур. Е. И. Заозерская при этом да¬ леко не последовательна, так как, видимо, не собирается распространять свое толкова¬ ние на мануфактуру XVII в., хотя последняя формально вполне подходит под определе¬ ние автора. Эта путаница понятий полностью сказалась в толковании автором ленинской периодизации развития промышленности. «Маркс и Ленин считали мануфактуру явле¬ нием капиталистического порядка, — пишет
О мануфактурном периоде русской промышленности Е. И. Заозерская,—согласно учению Ленина, она является второй стадией развития капи¬ тализма в промышленности, хотя Владимир Ильич прекрасно знал, что весь мануфактур¬ ный период проходил в России в. условиях крепостного строя, его господства и его раз¬ ложения». Никто не собирается отрицать, что ману¬ фактурный пор и од промышленности — пери¬ од феодальной формации, так же как и ка¬ питалистический уклад, являясь только ук¬ ладе,м, тоже принадлежит феодальной фор¬ мации. Но самое выделение мануфактурного периода уже предполагает особую систему социально-экономических отношений, а Е. И. Заозерская склонна свести ©сё к вопросу о мануфактурном типе предприятия как этане «в истории крупной промышленности Рос¬ сии». Именно поэтому она совсем не задумалась над гем обстоятельством, что Ленин, опре¬ деляя три этапа развития капитализма в про¬ мышленности — мелкое товарное производ¬ ство, мануфактуру, фабрику, или индуст¬ рию, — начинает с мелкого товарного про¬ изводства, или промысла конца XVII -в., И нигде ни разу не упоминает о «мануфакту¬ ре» XVII в. и даже о петровской мануфак¬ туре как о начале русской капиталистиче¬ ской промышленности. Мы хорошо знаем, что то мелкое товарное производство Тулы, Ворс мы, Павлова, Иванова и др., о котором пишет Ленин, стало превращаться в ману¬ фактуры именно во втором половине XVIII в., и недаром Л^нин указывал, что «оформление современного русского пролетариата имеет уже давность нескольких поколений» К С выдвинутыми выше положениями связана и другая ложная концепция Е. И. Заозер- ской, повторяемая ею по традиции, что пе¬ реход к мануфактуре неизменно связан с об¬ разованием обязательно крупного предприя¬ тия. Этой ошибки не избежал и такой тон¬ кий исследователь, как П. Г. Любомиров. Между тем Ленин специально подчёркивал, что «типичным для капиталистической ма¬ нуфактуры является именно небольшое чи¬ сло сравнительно крупных заведений наряду с значительным числом мелких... что связь между ними самая тесная, что крупные за¬ ведения вырастают именно из этих мелких»-. Отсюда вытекает и другое указание Ленина: «Пересмотреть данные о всех важнейших от¬ раслях обрабатьшающем промышленности и показать, какова была их экономическая ор¬ ганизация после того, как они выросли из стадии мелких крестьянских промыслов, п до того, как они были преобразованы круп¬ ной машинной индустрией»;t. Не ясно ли, что эти указания Ленина как раз полностью относятся к русской мануфактуре второй по¬ ловины XVIII в. и совершенно неприменимы ни к мануфактуре XVII в., ни к мануфактуре петровской эпохи. В связи с этим два слова о термине «кре¬ постная мануфактура». Если понимать под крепостной мануфактурой просто мануфак- туру феодального периода, то этот терми-н действительно оказывается неверным или, во всяком случае, лишённым ко.нкровного содержания. Но под крепостной мануфакту¬ рой я понимаю те предприятия XVII и пер¬ вой половины XVIII в., которые являлись мануфактурами лишь по внешним, формаль¬ ным признакам, в действительности же пред¬ ставляли чисто крепостнические, вотчинные предприятия — государственные или част¬ ные. В России они получили особое значение в связи с общим отставанием в развитии рус¬ ского города, в развитии буржуазных отно¬ шений. Поэтому я считаю вполне законным употребление термина «крепостная мануфак¬ тура» в отношении этих предприятий, стоя¬ щих ещё вне капиталистического развития русской мануфактуры, в отличие от капита¬ листической мануфактуры мануфактурного периода, единичные представители которой появляются, конечно, и раньше. Прежде чем перейти к разбору конкрет¬ ных возражений, напомню в двух словах сущ¬ ность данной мною периодизации. Отнюдь не отрицая исторического значения петров¬ ской эпохи в развитии России XVIII п., я ог¬ раничиваю его значением «той материальной технической базы, которую создали петров¬ ские реформы» 4. При этом речь должна ид¬ ти не только о мануфактурах собственно петровского времени. Экономический поли¬ тика Петра логически завершилась указами 1720-х годов (в частности указом 172I г. о посесснопиости рабочих), и продуктом её явилась вся мануфактурная промышленность первой половины XVIII века. Эта промыш¬ ленность последовательно сворачивается с середины XVIII в. и уступает место про¬ мышленности нового типа. Формирование последней неразрывно связано с общей пе¬ рестройкой экономики России: с разлитием капиталистического «всероссийского рын¬ ка», определяющего новый, товарный харак¬ тер производства, (Направляемого рыночным спросом, опирающегося на создающийся промышленный капитал и на расслоение кре¬ стьянства, выделяющего первые кадры на¬ ёмных рабочих из крепостных крестьян. Раскрыть становление этих сдвигов — та¬ кова задача, поставленная Лениным в VI главе «Развития капнталйзма в России» и определившая направление моей работы. От¬ сюда вытекали и те три основных момента, которые я выдвинул в характеристике эво¬ люции промышленности XVIII в.: количест¬ венный рост; структурные изменения; функ¬ циональные изменения. Речь идёт при этом о совокупности этих трёх признаков, а не о каждом в отдельности; пытаться оторвать один от другого — значит не понять самого существа совершающегося процесса. Начнём, однако, с количественного роста предприятий. Автор привадит следующие об¬ щие данные: 35 предприятий за XVII в., око¬ ло 200, возникших при Петре I, около 700 по ведомостям 1761 —1763 гг. и около 2200 по ведомостям 1796—1804 годов. Это при¬ мерно те цифры, которые даны проф. Любо¬ мировым на основании ведомостей Мануфак¬ тур-коллегии и Комиссии о коммерции, кото- 1 Ленин. Соч. T. Ill, стр. 333. 2 Т а м же, стр. 341. 3 Т а м же, стр. 299. 4 «Учёные записки» МГУ. Вып. 87-й, стр. 101.
76 Проф. Н. Рубинштейн рымц пользовался и я в Ленинградском ар¬ хиве 5. Какие же выводы делает из этих данных Е. И. Заозерская? Приняв мою поправку в отношении исключения казённых предприя¬ тий, Е. И. Заозерская указывает, что число предприятий за время царствования Петра возросло в' пять раз против XVII в. (или за 25 лет), в пять с половиной раз — со време¬ ни Петра I до 1769 г. и, наконец, в три с лишним раза за следующие 40 лет. Прежде всего, однако, нельзя сопостав¬ лять пропорцию петровской мануфактуры и мануфактуры XVII в., ибо последняя — яв¬ ление особого порядка и в расчёт прпни> маться не может. Так ведь можно дойти и до утверждения о тридцатипятикратном ро¬ сте числа мануфактур на протяжении XVII в., однако вряд ли такой расчёт кого- либо в чём-либо убедил бы. Начнём поэтому с петровского времени и попробуем опреде¬ лить общий рост предприятий на протяже¬ нии XVIII века. Характерен сам по себе состав 200 пред¬ приятий петровского времени, которые при¬ водит Е. И. Заозерская в статье в «Истори¬ ческих записках» № 1, на которую она ссы¬ лается. Прежде всего в числе 200 мануфак¬ тур оказывается, как она отмечает выше, 86 казённых, которые сразу должны быть ис¬ ключены из общего числа (что Е. И. Зао¬ зерская сейчас и делает), так как казённое предпринимательство является одним из xaj рактершх моментов именно феодальной эпохи и в дальнейшем уступает место част¬ ному предпринимательству. Отмечу, далее, девять пороховых заводов, из которых толь¬ ко три упоминаются в последний раз в 1720 году. Едва ли следует относить к числу подлинно мануфактурных предприятий 15 ле¬ сопилок. Так или иначе, общее число част¬ ных мануфактур, открытых при Петре, со¬ ставляет не более 100, из которых 9 закры¬ лись, а о 8 нет известий уже к концу цар¬ ствования Петра I. Автор не следил за дальнейшей судьбой остальных предприя¬ тий, между тем по ряду отраслей промыш¬ ленности (см. ниже) к средине столетия остались уже единичные предприятия, и те в значительной части оказались перешедши¬ ми в руки новых владельцев. Сопоставляя, однако, даже эту полученную нами цифру с общей цифрой для 1761—1763 гг., мы получаем уже пропорцию 7:1. Но и эта цифра является преуменьшенной, так как преуменьшена цифра предприятий 60-х го¬ дов XVIII века. При обсуждении настоящей статьи Е. И. Заозерекой на роль безуказных или неучтён¬ ных предприятий в средине XVIII в. указа¬ ла также E. Н. Кушева. Могу специально отметить отсутствие в официальных списках 60-х годов крестьянской мануфактуры, от¬ дельные предприятия которой известны нам г' Мне совершенно непонятно, зачем потре¬ бе ва лось автору уверять, что я пользуюсь устарелыми данными Туган-Барановского и недооцениваю данные П. Г. Любомирова, когда в моей статье даны параллельно те и тругне (стр. 109) и специально подчёркнута правильность. последних (примечание 3 на юй же ■странице). из других источников, а между тем Е. И. Заозерская без всяких оговорок даёт табли¬ цу распределения текстильных предприятий по владельцам без единой крестьянской ма¬ нуфактуры. Число крестьянских предприя¬ тий в одной полотняной мануфактуре дости¬ гало в конце века 54 (зарегистрированных по ведомостям). Следовательно, указанная пропорция скорее преуменьшена, чем пре¬ увеличена. Для последующих 40 лет я со¬ храняю пропорцию 3:1, совпадающую с данными Е. И. Заозерекой. Таким образом, мы видим, что даже коли¬ чественный скачок приходится в основном на средину века. Вывод этот оборачивается про¬ тив основного тезиса рецензента. Как указывалось, разрыв представится не¬ сравненно более глубоким, если мы сопоста¬ вим число сохранившихся петровских ману¬ фактур с числом вновь организовывавшихся примерно с 40-х годов. Надо отметить, что в ведомости Мануфактур-коллегии 1761 — 1763 гг.6 имеются также даты открытия мануфактуры. Согласно этим датам, боль¬ шая часть мануфактур (кроме металлурги¬ ческих заводов) возникает после 1745 года. Приведу несколько примеров по ведущим отраслям промышленности. На 1761 г. по ведомостям числилась полотняных ману¬ фактур 53, из них только 5 возникло до 1735 г., а 39 — после 1745 года. Фактическое число новых предприятий должно быть увеличено за счёт неучтённых крестьянских мануфактур. К концу века число полотня¬ ных предприятий достигло около 3Ό0. Из 43 суконных мануфактур от петровского вре¬ мени сохранилось только 4 частных пред¬ приятия, но и те сменили своих владель¬ цев. Более сложные процессы совершались в области металлургии. Существо дела, однако, не в одних коли¬ чественных сдвигах. Большее значение име¬ ют качественные изменения, определяемые мною как структурные и функциональные7. Первые характеризуются изменением соста¬ ва предпринимателей, составом рабочей си¬ лы, ypoiBHeM капиталовложений; вторые — способом снабжения сырьём и материалами и сбытом готовой продукции, т. е. отноше¬ нием производства к рынку и к рыночному товарному спросу. Е. И. Заозерская хочет уверить нас в том, что и в этом отношении начиная с петров¬ ского времени не произошло никаких изме¬ нений. Обратимся прежде всего к некоторым яв¬ лениям общего порядка, характеризующим развитие промышленности в целом. Таков, например, вопрос о составе рабочей силы. Действительно формально петровская ману¬ фактура начинала с вольного найма рабочих. Но именно Петру пришлось зафиксировать нереальность этого источника рабочей силы и утвердить указом 1721 г. переход на кре¬ постной рабочий пруд. Вся промышленность Урала в первой ( половине XVIII в. выросла «а крепостном труде. На крепостном же тру¬ 4 Это те самые ведомости, которыми поль¬ зовался и проф. Любомиров. 7 Е. И. Заозерская неизвестно почему при¬ писывает мне противоположную точку зре¬ ния по этому вопросу.
О минуфлктурном периоде русской промышленности де строилась в основном и текстильная ма¬ нуфактура после указа 1721 года. Именно поэтому центральным вопросом борьбы дворянства и купечества за экономические позиции являлся вопрос о том, кому владеть крепостными. В итоге купцы-фабриканты ли¬ шились права приобретать крепостных. Это привело лишь к превращению отходничества в источник нового дохода для класса поме¬ щиков и к переходу фабрикантов к найму рабочих из числа крепостных крестьян. Так создалась своеобразная категория рабочих второй половины XVIII в. — вольнонаёмных в отношении фабриканта и крепостных з от¬ ношении помещика. 40-е и 50-е годы явились как раз периодом ожесточённой борьбы по этому вопросу. Пытаясь опровергнуть мое положение, Е. И. Заозерская приводит 21 указ, появив¬ шийся по этому вопросу на протяжении этих 20 лег. Причём автор применяет весьма странную аргументацию, требуя, чтобы я ви¬ дел соответствующее изменение социально- экономических отношений в появлении каж¬ дого нового указа. «Из этого же положения автора, — пишет Е. И. Заозерская, — сле¬ дует оценка указов 27 июня 1744 и 15 ок¬ тября 1763 годов, разрешавших вновь эту по¬ купку, как свидетельствующих о победе ку¬ печества в области мануфактурного строи¬ тельства». Мне думается, что это заявление Е. И. Заозерской свидетельствует только о её полном нежелании понять сущность по¬ ставленного вопроса. Неужели она всерьёз полагает, что каждый правительственный указ автоматически определяется конкрет¬ ной экономической ситуацией данного меся¬ ца и года? И почему же получение права по¬ купки крестьян к фабрикам является при¬ знаком торжества новой купеческой ману¬ фактуры? Дело не в том или ином указе, а в общем обострении экономической борьбы между купечеством и дворянством, и приве¬ дённая автором сиран-ка из Полного собра¬ ния законов служит тому ярким свидетель¬ ством. Наконец, только сугубое пристрастие может привести к утверждению, что прави¬ тельственное запрещение (от 29 марта 1762 г.) покупки крестьян, отражающее по¬ литическое влияние дворянства, означает якобы экономический кризис купеческой мануфактуры. Все понятия здесь оказы¬ ваются безнадёжно перепутанными. Другой вопрос — имеем ли мы дело с ры¬ ночным или товарным характером промыш¬ ленной продукции. Районная специализация промышленности — одно из проявлений раз¬ вития рыночных и товарных отношений. «Мануфактура не только создаст сплошные районы, но и вводит специализацию внутри таких районов (потоварное разделение тру¬ да)» 8,—указывал Ленин. И в данном вопросе E.. И. Заозерская пытается уверить нас, что мануфактурный период XVIII в. не внёс ни¬ каких изменений, что эту специализацию знал уже XVII век. Но разве не ясно, что специализация XVIII в. имеет уже другое качество? Полотняное ткачество XVII в. ох¬ ватывало обширную территорию от Вологод¬ ского края на севере до Калужского и Туль- 4 Л с н и п. Соч. T III, ;гр 355. ского на юге, до Новгорода и Пскова на за¬ паде, А полотняная промышленность второй половины XVIII в. решительно сосредоточи¬ вается на территории Владимирской, Яро¬ славской и Костромской губерний, в преде¬ лах Окско-Волжского района, и затем пере¬ ходит ещё к дальнейшему размежеванию с растущей хлопчатобумажной промышлен¬ ностью. Сырьевая база определила основной район суконной промышленности в юго-за¬ падных городах, на степном пограничье— в районе Тамбова, Воронежа, Казани. В ι-илу тех же условий Поволжье стало цент¬ ром развития салотопенной и мыловаренной промышленности. Развитие рынка обусло¬ вило стремительный рост металлургии Юж¬ ного Урала и центрального промышленного района. Отрицая районирование и создание особо¬ го текстильного района уже с середины XVIII в., Е. И. Заозерская утверждает, в ча¬ стности, что на протяжении всего столетия концентрация текстильной промышленности сохранилась в самой Москве. Для этого (.на приводит общую таблицу текстильных пред¬ приятий, по которой на Москву падает в 1725 г. 61,3% общего числа текстильных предприятий, в 1752 г. — 43,4% и в 1765 г.— 44%. Однако она же затем приводит данные, показывающие, что эта концентрация отно¬ сится целиком к шёлковым и суконным предприятиям. Что же касается полотняных, то они составляли в Москве 50% в 1725 г. и всего 20% — в 1752, сохранив этот уровень в 1765 году. Увеличение их с 1725 по 1752 г. составило для Москвы 4 предприятия, или 100%, а всего — 32 предприятия, или 400%. Не ясно ли, что и эти цифры подтверждают скорее моё положение, чем положение Е. И. Заозерской, и свидетельствуют именно о глу¬ боких сдвигах в середине XVIII века? При этом Е. И. Заозерская и здесь говорит толь¬ ко об общем числе предприятий, не пытаясь определить их реальный удельный вес. Этот частный пример является вместе с тем наглядным проявлением той системы обобщённых характеристик, которая господ¬ ствует в нашей литературе по экономической истории XVIII века. Определение глубоких внутренних сдвигов переходных периодез возможно лишь при условии индивидуализи¬ рованного рассмотрения отдельных отраслей хозяйства, в данном случае промышленно¬ сти, и выявления в составе их каждого спе¬ цифического комплекса. Поэтому в своём от¬ вете Е. И. Заозерской я и попытаюсь на конкретных примерах выявить существо дей¬ ствительно совершившихся изменений. Ос¬ тановлюсь для этого на развитии полотняной промышленности и на развитии металлургии. Полотняная мануфактура петровского вре¬ мени, по данным П. Г. Любомирова, пред¬ ставлена на 1726 г. всего 15 предприятиями; у Е. И. Заозерской значится лишь 5 пред¬ приятий, из них 4 парусных. Как бы то ни было, к 1761 г. уцелело всего 5 предприятий петровских фабрикантов, и те претерпели существенные изменения. Фабрика Гонча¬ ровых превратилась в типичную вотчинную мануфактуру. Тамес и Затрапезное раздели¬ лись, и последнего скоро вытеснил предпри¬ ниматель Н'тюго типа гычоден из гопгую-
78 Проф. Н. Рубинштейн щего крестьянства — Савва Яковлев. Из чи¬ слившихся в 1761 г. 51 предприятий 40 воз¬ никли после 1740 года. Это даёт мам право говорить, что самое развитие, полотняной промышленности, по сути дела, относится к этому периоду середины века. В числе по¬ лотняных предприятий 1761 г. имеется 6 дво¬ рянских фабрик, и из них по двум—князя Репнина и графа Воронцова — в качестве по¬ веренных или управляющих значатся купцы, а под именем Шереметева в селе Иванове фигурируют предприятия его крепостных крестьян. Здесь мы сразу сталкиваемся с фактом, что крестьянское предприниматель¬ ство остаётся вне официального учёта. Из других источников нам уже известны для 1740-х годов крестьяне-фабриканты села Иванова: Грачёв, Бутримов, Бурылин. По данным Экземплярского, к этому времени начинают свою деятельность также Гарелин и Ямановский. Таким образом, за счёт этих предприятий должно быть увеличено общее число предприятий на 1761 год. Важен и са¬ мый факт появления предприятий, вырастаю¬ щих из мелких крестьянских промыслов. Можно с полным основанием полагать', что фактическое число их было более значитель¬ но. Правда, Е. И. Заозерская отрицает их мануфактурный характер и, ссылаясь на неопубликованную рукопись Мешалина, счи¬ тает их мелкими товарными промыслами. Од¬ нако сам Мешалин подчёркивает, что имен¬ но для средины XVIII в. характерно вступ¬ ление на широкий рынок текстильного про¬ изводства ивановских крестьян. Для первых же этапов мануфактурного производства его товарность куда характернее, чем степень укрупнения производства. Выше мы приво¬ дили соответствующее указание Ленина. На¬ помним и другое указание Ленина и Маркса о том, что именно превращение мелкого про¬ изводства в мануфактуру является наиболее прогрессивной формой развития капитали¬ стической промышленности9. В свете этого указания проблема крестьянской мануфакту¬ ры в России приобретает особое значение. Её роль в этом районе (и в ряде соседних) дальше растёт ускоренными темпами. Источ¬ ники рабочей силы этих предприятий показы¬ вают нам экономические примечания’к гене¬ ральному межеванию. Крайняя перенаселён¬ ность крестьянских дворов (8—10 и более душ взрослого населения) при крайней ску¬ дости пашенной земли (до К· десятины на душу) обеспечивали дешёвую наёмную рабо¬ чую силу. В товарном ассортименте в это время ещё преобладают экспортные сорта — равендук, фламское и др. Но в то же время с этого момента начинается развитие произ¬ водства пестряди, а позже переход к хлоп¬ чатобумажной ткани, с преобладающим сбытом их на внутреннем рынке, который начинает занимать к концу столетия первое место и даже вытесняет многие крупные, ра¬ ботавшие на экспорт, купеческие предприя¬ тия, заменяя их новыми, на первых порах 9 Ср. К. М арке. Капитал. T. III, гл. XX. Из истории купеческого капитала. К- Маркс и Ф. Энгельс. Соч. T. XIX. Ч. 1-я, стр. 362—364. Лени н. Развитие ка¬ питализма в России, гл. VI ( в частности § I). мелкими производствами «капиталистых» крестьян. Есть ещё одна черта, отражающая капи¬ талистический характер предприниматель¬ ства. Устройство полотняных предприятий становится формой выгодного капиталовло¬ жения. Несомненно, большой спрос и бы¬ страя оборачиваемость капиталов привели к тому, что крупные фабриканты из других промышленных отраслей начинают вклады¬ вать свои капиталы в текстильную промыш¬ ленность. Неслучайно именно к 1760-м годам среди полотняных фабрикантов появляются имена Лугинина, Масаловн, Баташевых, Саввы Яковлева и др. Таково действитель¬ ное существо отмечаемого Любомировым «объединения предприятий». Металлургию принято рассматривать как область полного господства крепостного тру¬ да и вотчинного предпринимательства. Меж¬ ду тем и здесь вторая половина XVIII в. от¬ мечена существенными сдвигами, которые слова приведут нас к изменениям в общей системе экономических отношений с середи¬ ны века. Любомиров и Кашинцев уже отме¬ тили, что с 70-х годов не только останавли¬ вается рост промышленности Среднего и Се¬ верного Урала — первоначальных центров развития русской металлургии, — но обозна¬ чается уже и её кризис. За последние 30 лет здесь закрылось свыше 20 заводоз. Зато с 50-х годов начинают расти нозые металлур¬ гические районы: прежде всего район Юж¬ ного Урала — Оренбургский край, — а так¬ же Центрально-промышленный район. Это явное смещение промышленных центров со¬ впадает с различием во внутренней природе предприятий этих районов. Средний и Се¬ верный Урал характеризовались крупными предприятиями, принадлежавшими либо но¬ вым дворянам, как Демидов, либо родови¬ тым фабрикантам — князьям Голицыным, графам Строгановым, Воронцовым и др. Эти предприятия обеспечены крупными земель¬ ными пожалованиями и располагают тысяча¬ ми крепостных и приписных крестьян. Про¬ дукция этих заводов идёт в основном яа ар¬ мию (пушки, снаряды, ружья), в меньшей мере — на казённое строительство, и затем в порядке заморского отпуска полуфабрика¬ та — чугуна и железа — по контрактам с иностранцами преимущественно в Англию. Поэтому именно эта отрасль промышленно¬ сти с конца XVIII в., в связи с промышлен¬ ной революцией в Англии, вступает в поло¬ су глубокого кризиса. Таков характер старой металлургической промышленности, сложив¬ шейся на Урале на базе петровской экономи¬ ки и на протяжении первой половины века имевшей около 80 предприятий. Рядом с нею с конца 40-х годов рос но¬ вый Оренбургский район, представленный уже к 60-м годам 23 предприятиями. В ос¬ новном он создавался русским купечеством, которое привлёк, сюда транзитный торг с Востоком. Таковы симбирские купцы—Твер- дышев и Мясников, Глазов; тульские купцы- фабриканты— Лугинины, Мосоловы, Кра¬ сильниковы; купечество волжских городов— Яковлев, Осокин и др. Постепенно в их руки перешли и некоторые возникавшие здесь од¬ новременно дворянские заводы. В организа-
О мануфактурном периоде русской промышленности 79 щш этих заводов, по свидетельству Лепёхи- на, значительно большую роль играл наём¬ ный труд. В ассортименте их производств видное место занимают медная посуда, кот¬ лы, косы и др. Фабрикаты широкого пбтреб- ления сбывались внутрь страны на ярмар¬ ках или в Сибирь и Среднюю Азию. Сама структура этих предприятии отлична от крупных, значительно более концентриро¬ ванных предприятий Северного Урала. Те же черты характеризуют и частную металлурги¬ ческую промышленность нейтрального райо¬ на, развёртывавшуюся с середины XVIII ве¬ ка. Назову хотя бы .характерную группу ба- ташевских предприятий в Окском районе, на стыке Владимирской. Рязанской, Нижего¬ родской и Тамбовской губерний. Баташевы пользовались казёнными заказами для полу¬ чения привилегий и земельных пожалова¬ ний. И всё же экономическая природа их предприятий совершенно иная. Их доменные предприятия были окружены металлообраба¬ тывающими заводами, изготовлявшими ко¬ сы, проволоку, гвозди, посуду и пр. Их из¬ делия сбивались внутрь страны, по городам и ярмаркам, куда направлялись специаль¬ ные торговые агенты. По мере надобности они закупали на рынке и уральское железо (более высокого качества) для нужд своего производства. Неслучайно период кризиса уральской вотчинной промышленности яв¬ лялся для них временем дальнейшего разви¬ тия их предприятий, окончательно ликвиди¬ рованных лишь в начале XX века. На базе рыночного спроса степного юга и черно¬ морских портов (строительство флота) ра¬ стут во второй половине XVIII в. и метал¬ лургические предприятия в бассейне Десны и Верхнего Дона. Я указал бы третью своеобразную груп¬ пу предприятий — кожевенную, мы лова- репную, салотопенную .мануфактуру, где пе¬ реход от мелкого товарного производства к мануфактуре совершался особенно постепен¬ но и потому незаметно и представляет тем самым особый интерес. Думается, что не при¬ ходится отрицать за большинством этих предприятий на данном этапе ха|рактер мел¬ ких мануфактур нового типа, даже при ма¬ лом числе рабочих (иногда 8—10 человек). Вопрос этот требует, во всяком случае, при¬ стального изучения. В кратком ответе невозможно исчерпать всю проблему. Мне хотелось лишь на двух — трёх примерах показать, что утверж¬ дение наличия качественных сдвигов во вто¬ рой половине XVIII в. в пределах собствен¬ но промышленного развитии — не абстракт¬ ная схема, а конкретный факт. Для того что¬ бы полностью раскрыть намеченную мною картину и ответить на возражения Е. И. За- озерской, нужно дать не статью, а моногра¬ фию, и и от этого обязательства не отказы¬ ваюсь. Может быть, я сам виноват, что слишком кратким, тезисным изложением своих взглядов породил неясность и споры. Но я не сожалею о постанозке мною этого вопроса: острота начавшейся дискуссии — лучшее свидетельство того, что вопрос на¬ зрел. И, каких бы поправок ни потребовала в дальнейшем выдвинутая мною концепция, я убеждён, что иной постановки и другого пу¬ ти для решения вопроса нет. Речь должна идти о принципиальных изменениях общей социально-экономической структуры. И ес¬ ли отказаться от этой постановки, то при¬ дётся, действительно, придти к тому «ре¬ шению вопроса», к которому пришла Е. И. Заозерская в итоге своей полемики: «В фор¬ ме капиталистического явления мануфактура возникла на Западе, в этой форме с ней по¬ знакомились в России, в этой форме сё пы¬ тались заводить в XVII в. и заводили в XVIII веке». А дальше указывается, что гос¬ подство крепостного строя в России привело к тому, что эта мануфактура на русской поч¬ ве представила в XVIII в. своеобразное смешение крепостнических и капиталистиче¬ ских отношений. Не ясно ли, что такая по¬ становка вопроса, не порывающая со старой традицией, ничего не может нам объяснить в процессе социально-экономического разви¬ тия самой России?
СООБЩЕНИЯ И ПУБЛИКАЦИИ .... ■ ' у Γ7.7Ί . ■ 1в=Г " Т‘ “УГУ ‘ ' Г 'L Г. И. ПОПОВ - ПРЕДСТАВИТЕЛЬ ПЕРЕДОВОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ МЫСЛИ В РОССИИ КОНЦА XVIII ВЕКА К. Сивков Всё более и более заметный во второй половине XVIII в, процесс развития буржуаз¬ но-капиталистических отношений в России проявлялся в росте товарно-денежных отно¬ шений, фабрично-заводской промышленности, внутренней и внешней торговли, в наличии больших сдвигов в помещичьем хозяйстве. Перед последним уже встал вопрос о сравни¬ тельной выгодности вольного и крепостного труда, а это приводило и к постановке основ¬ ного вопроса русской жизни в феодально- крепостническую эпоху — вопроса о крепост¬ ном праве. Этот процесс, с одной стороны, сопровождался усилением эксплоатации на¬ родных масс, с другой стороны — растущим протестом народа против тяготевшего над ним гнёта. В 70-х годах XVIII в. этот протест вылился в форму крестьянского восста¬ ния под предводительством Пугачёва. На¬ пряжённая классовая борьба, изменения в социальной структуре общества сопровожда¬ лись борьбой и на идеологическом фронте. - Особенно напряжённо работала обществен¬ ная мысль в России в конце царствования Екатерины II, в 1790-х годах. Вторая война с Турцией (1787—1791 гг.), война со Шве¬ цией, дороговизна, сильно возросшая в конце 80-х годов1, затруднения в денежном обра¬ щении 2 — всё это вызвало недовольство, критику современного положения предста¬ вителями лучшей части русской интеллиген¬ ции. Нарастанию недовольства способство¬ вали и внешнеполитические события, и преж¬ де всего буржуазная революция во Фран¬ ции. Отражением имевших место изменений в настроениях общественности России в кон¬ це 80-х — начале 90-х годов служат несколь¬ ко законодательных актов того времени, направленных на борьбу с революционными настроениями и занесением революционной «заразы» с Запала, и широко практиковав¬ шаяся в 1790-х годах перлюстрация частной переписки московским почт-директором Пес- 1 О дороговизне в 1788 г. см. «Записки» М. Грановского «Русская старина», 1876, апрель, стр. 717—720. Одной из причин до¬ роговизны хлеба в 1788 г. был неурожай 1787 г., о котором см. «Дневник» Λ. В. Хра¬ повицкого, 1778 г., 20 сент. «Дневник» изд. «Русского архива», стр. 29. М. 1902. 2 См. записи в «Дневнике» Храповицкого 2. 13, 18 и 19 января 1788 г. о недостатке медной монеты. телем:;. В результате всех отмеченных явле¬ ний было создано такое произведение, как «Путешествие из Петербурга в Москву» А. Н. Радищева, получила особый размах в самом начале 90-х годов деятельность Н. И. Новикова и его кружка, возникло дело о Кречетове, появился ряд записок и проектов, попавших в Тайную экспедицию, и пр. ★ В марте 1792 г. на имя синодского и се¬ натского обер-секретарей были получены из Москвы два конверта, в которых оказались идентичные по содержанию записки, подпи¬ санные Ллрионом Левитовым4. О записках было доложено императрице, и она «инаково их не сочла, как пасквилем», и признала до¬ стойными сожжения. Однако в них были усмотрены такие выражения, «о коих, кажет¬ ся, должно сделать внимание», и потому записки были сохранены. По приказанию императрицы московскому главнокомандующему кн. А. А. Прозоров¬ скому было велено через московского почт- директора Пестеля отыскать автора записок. Вскоре Прозоровский сообщил, что сочини¬ тель найден. В московский почтамт солдат команды строений Кремлёвской экспедиции принёс письмо, по почерку и печати похожее на письмо, посланное к синодскому обер-сек- ретарю. Солдата задержали, и он показал, что принёс письмо от одного офицера, по бед¬ ности проживавшего у М. М. Измайлова. Дальнейшее расследование выяснило, что автор посланных в Петербург записок — Гав¬ рила Иванович Попов. На допросе Попов 3 «Русская старина». 1876. август, стр. 604. См. также «Русскую старину» за 1873 г., т. VII, стр. 75—84. 1874, т. IX, стр. 57—72, 258—276, 465—472. 4 Гос. архив Разряд VII, № 2791. См. об этом письмо Екатерины II кн. А. А. Безбо¬ родко (апрель 1792 г.) и рескрипт москов¬ скому главнокомандующему кн. А. А. Про¬ зоровскому 5 апр. 1792 г. «Русский архив», 1872 г., стр. 566. 5 Указ об «учреждении для строения Кремлёвского дворца особой в Москве экс¬ педиции и о порядке сношений оной с ме¬ стами» был дан 1 июля 1768 г. «ПСЗ» XVIП. 13. 142. Главное «смотрение» было поручено ген.-поручику М. М. Измайлову; он же был постав тсн с; главе экспедиции.
Г. //. Попов — представитель передовой общественной мысли в России 81 сообщил о себе следующие биографические данные. Отец и сам он раньше были купцами в г. Торопце. Отец обучил его грамоте. Так как отец имел торговые дела в Пруссии (в Кенигсберге'1', то при нём там находился и сын, который таким образом года три обучался немецкому языку. В 1749 г. Г. И. Попов был назначен, по желанию кн. И Ю. Трубецкого, управителем в «описную» (т. е. конфискованную) Коро- сшнекую волость (в Новгородском уезде) и пробыл там три года. В 1753 г. по рекомен¬ дации Чоглокова (это был, видимо, H. ! f. Чоглоков, обер-гофмаршал при «малом дворе» в царствование имп. Елизаветы). В качестве управителя же он был переведён в с. Новопреображенское (или Любирнцы) в 15 перстах от Москвы. После смерти Чогло¬ кова в 1755 г., но указу Сената, Г. И. По¬ пов был послан главным надзирателем и комиссаром над таможнями и форпостами в разъезд по границам и выполнял эту должность в течение нескольких лет. Затем он явился в Сенат, но никаких назначений больше не получал и переехал в Москву, где большею частью проживал по знаком¬ ству у Н. Б. Самойлова 'х Здесь он позна¬ комился с кн. Г. А. Потёмкиным. После отъезда Н. Б. Самойлова в 1775 г. в Петер¬ бург Г. И. Попов жил в доме действитель¬ ного тайного советника, сенатора и кава¬ лера М. М. Измайлова, с которым он был издавна знаком. Когда Измайлов ездил «по своим, вверенным ему комиссиям» в Петер¬ бург, то Попов сопровождал его и «живал там почасту у кн. I'. А. Потёмкина, нося ево на себе милость». Г. И. Попов признался, что письма он отравил по почте, вложив в письмо синод¬ скому обер-секретнрю письмо митрополиту Гавриилу 7. Г. И. Попов писал, что митро¬ политу более всех других следует «пещись о сем», т. е. об освобождении крестьян; к этому Г. И. Попов добавлял, что письма «с подобными представлениями» он послал гр. А. А. Безбородко, в адрес, его секретаря Трошинского. и И. И. Бецкому, тоже в адрес его секретаря8. Наконец Попов показал, что «и прежде сего он, Попов, тому лет с десять, подобные сому сочинения посылал духовнику императ¬ рицы Панфилову и И. И. Бецкому», тоже со вложением писем на имя императрицы. Всё •<то он делал потому, что «почитал сие угод¬ ным Богу... видя иногда неравенство пове¬ дения господ против их подданных» и думая достичь этим общего блага государства. Подписывался он во всех письмах и сочи¬ нениях Ларивга Левитов, так как если читать его имя Гаврила «наизворот» с перестановкой Это был отец Λ Н. Самойлова, который в 1792 г. сменил на посту генерал-прокурора кн. Д. А. Вяземского. Сенатор Н. Б. Самой¬ лов был женат на сестре Потёмкина. 7 Гос. архив. Разряд VII, ЛЬ 2794. л. 7. 8 В этом письме (назв. дело. л. 39) он про- t ил передать ого сочинение для прочтения императрице, — «да возблагодарят вас страждущие многие миллионы людей»; кро¬ ме того, в это последнее письмо он вложил письмо и императрице «той же материи». слогов (Га-ври-ла. К- С.), то получается Ларивга, а Левитов по-древнему означает то же, что Попов9. Настоящим именем н фамилией он не подписывался для того, чтобы себя скрыть, так как опасался, «как оме в правительстве принято будет»; под¬ писаться чужим именем он считал непри¬ стойным. Затем Попов сделал характерное признание: он сказал, что написать послед¬ ние сочинения его побудило «чтение в сочи¬ нении Российской истории Голиковым Маб- лиево на Россию примечание»10. Никаких 0 Левит — ветхозаветный священнослужи¬ тель; переносно: принадлежащий к духовно¬ му сословию. «Словарь русского языка», со¬ ставленный 2-м Отдел, имп. Акад. наук, т. V, вып. I. II гр. 1915, стр. 305. 10 Так в подлиннике. «Маблиево» — т.е. Мабли. В X томе «Деяний Петра Великого» И. И. Голикова имеется «Опровержение Маблиева дерзкого суждения о Петре Вели¬ ком», стр. 281—317. М. 1839, 2-е изд.; первое издание «Деяний» вышло в 1788—1789 годах. Здесь Голиков резко возражал против ха¬ рактеристики, которую Мабли давал Петру Великому в книге «О изучении истории». (Так у Голикова переведено заглавие книги Мабли «De Petude de l’Hisfoire». Paris, 1778.) Характеристика Петра дана Мабли во II гла¬ ве 3-й части. По имеющимся в наших биб¬ лиографических указателях данным (у Со- пикова и др.), в XVIII в. названное сочине¬ ние Мабли не было переведено на русский язык; оно вышло в переводе Е. Чиляева в трёх частях в Петербурге в 1812 г. под-за¬ главием «О изучении истории». Вторая глава третьей части дана в сильно сокращённом виде по сравнению с французским текстом, и вся характеристика Петра Великого опу¬ щена, что, однако, нигде не оговорено пере¬ водчиком. Так как, по всем данным, Голиков не знал французского языка, то, очевидно, с содержанием этого сочинения Мабли его познакомили те друзья и благожелатели, которым, по его словам, он был много обязан за сообщение разнообразных сведений, ис¬ пользованных им в его труде. Голиков поле¬ мизировал с Мабли главным образом но во¬ просу о «вольности» народа, которую Мабли обосновывал с позиций естественного права. Голиков, ссылаясь на Беарде де Лаббея, спрашивал Мабли: «И так, если бы крестьян наших, не нриуготовя их нимало, вдруг и не-, чаяино сделать вольными, то но вышли ли бы из них вместо послушных и трудолюбивых, каковы они в нынешнем состоянии, медведи и необузданные кони?» И дальше он спра¬ шивал: «Да и полезно ли ещё их много про¬ свещать и делать вольными, вопрос сей и поныне ещё несовершенно решён. Неизвест¬ но поистине, может ли быть тогда такая г. государстве полиция, каковую ныне состав¬ ляют помещики в своих вотчинах?» И могут ли быть тогда такие послушливые и всякие опасности презирающие солдаты? Голиков пытался доказывать, что положение госу¬ дарственных и помещичьих крестьян ничеы* тяжёлого в себе не заключает, что они вовс·' не рабы, и, ссылаясь на книгу Болтина «При¬ мечания на Леклерка» (т. II, стр. 234 п сл ). с сочувствием цнгир-шл ! и ’ не; о по юженно 6 - И· пц'гч Μ и· : "i’üii No I 2.
82 К. Сивков сообщников при писании vrnx сочинений он не лги ел. Последние его сочинения были на¬ писаны ещё перед последней турецкой вой¬ ной. но их он не отправлял нанду начавшей¬ ся войны, считая время для этого неподхо¬ дящим. Во время написания этих сочинений он был знаком с секретарём Кремлевской экспедиции строений Л. И. Ивановым, ко¬ торый происходил и:ч духовного звания, учился сначала в Спасском монастыре, откуда был взят в университет; потом служил писцом при А. П. Сумарокове. Иванов говорил Попову, его был знаком с Новиковым, «к коему он и хаживал и казал себя набожным». Г. И. Попом показывал Иванову бумаги, которые он послал к обер- еекретаря.м, и тот весьма их хвалил, и, «взяв у него их, переписал их своим штилем, как оп учился правописанию», и прибавил от себя то, что сказано о невнимании подушных с мёртвых. После смерти Иванова эти бумаги переписывал набело его брат, отставной вахмистр Алексей Иванов, который «взял название Тепловым». При помощи Коломен¬ ского епископа оп определился в Высоцкой Серпуховской монастырь и хочет постричься там в монахи. ★ Через два года после выхода в свет «Путешествия» Радищева появление записок Левитова-Попова (и нескольких других дополнявших их документов) были фактом знаменательным. Письма, посланные По¬ повым в Петербург, являлись страст¬ ным и настойчивым протестом против крепостного права и развитием аргументов в пользу его отмены. Эпиграфом для своей «Записки» Попов взял изречение пророка Даниила: «Вышний владеет царством человеческим и ему же восхощет, даст е» (гл. IV, стих 22). Из этих слов, по его мнению, ясно следует, что царём может быть и пастух, пример чего мы видим в Давиде, а также в Навуходоносоре, «кото¬ рый ещё хуже пастуха, а скоту был подо¬ бен». Очевидцы творения мира — «первобыт¬ ные праотцы наши» — были первыми свиде¬ телями «воли творца вселенные, она, кажет¬ ся, единственно была только в свободно — сотворении человека», — пишет Г. И. Попов. Потом эта свобода претерпела целый ряд изменений, но если люди иногда и попадали в порабощение, то только в «подвластное», но не «невольническое», и «люди всегда были в одинаковом значении и не уподобляе¬ мы продающимся на торжищах скотам». Но люди, в силу присущих им недостатков, не могли сохранить настоящую свободу н «пали наконец в истинную погибель, то есть и потеряли образ первосотворенной свободы и лишились средств восстановления её. Бог хотел восстановить свободу человека, но люди не сумели воспользоваться этим. «Вот сколь, — восклицал Попов, — должна быть важна и неоцененна свобода». Ä между тем, что мы видим? «Кажется, не созданы князи, цари, императоры, государи, бояре, вельможи Руссо; «Прежде должно учинить свободны¬ ми души рабов, а потом уже тела». Эти-то рассуждения Голикова и побу¬ дили Попова, по его словам, написать свои сочинения. и протчие сановники», а созданы люди: все, носящие указанные титулы,— тоже только люди, и титулы им присвоены другими людь¬ ми. А между тем человек у человека стал «изнурённым невольником», один продаёт другого, как продают скот, выводимый на торжище. Казалось бы, это противоречит намерениям бога и него г ihch<> «с выбором и установлением природы», и тем не менее этот ненормальный порядок существует. Гели бог поставил кого-либо царствовать, то пли для того, чтобы дать в его лице спокой¬ ствие « возлюбленны,'ч того рабам, а другого подданным», или в наказание людям, «ибо государи (являются) орудием суть того и другого». Естественный порядок таков. «Да царствуют государи мирно и безмятежно над подданными его и да будет спокойствие их спокойствием управляющего ими». После этих рассуждений Г. И. Попов при¬ ходит к выводу: «Мы должны любить и защищать свободу, яко собственной наш от всевышнего дар»; в государе и во всех «изочтенных» особах «мы не видим ничего больше, как людей, так как знаем, для чего от Бога учреждаются государи». Попов не хочет скрывать истину своих измерений, поскольку «позволено человеку осматривать обстоятельства его ближнего и по заповеди Божией любить erf), как самого себя». В подтверждение этого он ссылается на тексты священного писания, затем он обращается ко всем власть имущим: «Благо¬ честивые имеющиеся Христиане, соотечест¬ венники мои, вельможи и министры и зерцало правосудия весь высокопочтенный сенат, коль дерзко и бесчестно сей узел дружества мы .расторгли, и коль обидели вседержителя отнятием свободы у ближнего, которую он сам даровать ему изволил... воззрите вы на участь их здесь — я воображаю о земледель¬ цах и продаваемых наших ближних и гово¬ рить буду об них только». Сделав ряд хва¬ лебных восклицаний по адресу Екатерины II, Попов продолжал: «воззрите, к сему зовёт вас сам Бог, ваша должность, ваше бытие, воззрите, колико они и сами вы обижены продажею их из рук в руки; помыслите, желаете ли вы, чтоб кто продавал вас и разлучал вас от семейств ваших, расстраивал бы ваши дома, изнурял бы вас всеми нало¬ гами, отнимал бы от вас свободу вашу, лишал бы вас вольности собственной:—нет». Дальше он возражал против утверждения, что крестьяне созданы для того, чтобы быть рабами, — она созданы для того же, для чего и дворяне, т. е. для служения богу и отечеству в меру звания каждого, «да едва ли они и не знаменитее в служении своём, — продолжал Г. И. Попов, — ежели они бес¬ прекословно па защищение своего отечества первые несут жизнь свою н делают в сем подвиге вас собою великими, и сие творят из единого вольного и непрекословного повино¬ вения к обладающей ими (т. е., очевидно, императрице, -г- К. С.) и любви к вам и из сожаления к отцам, матерям, жёнам и детям их, защищая единственно безопасность их». Обращаясь к человеколюбию всех тех, кому адресована его записка, Попов пред¬ лагал им поставить себя на место крестьян: как бы они тогда себя чувствовали? И на¬ поминал, что право владеть другим челове¬
Г. И. Попов — представитель передовой общественной мысли в России 83 ком есть человеческое, а не божеское право. Затем Попов обращался к другим аргумен¬ там, приводившимся в защиту права владе¬ ния людьми. Они вам или вашим предкам были пожалованы «за отличные к отечеству услуги?» — спрашивал он. Но что же это значит? Это значит, что дворяне, во-первых, благодаря крестьянам имели всегда «пред очами милость государскую» и не ослабевали в подвигах и в служении своём, а, во-вторых, пожалованы они не для торги ими, а во владение для того, чтобы помещики через крестьян, а крестьяне через помещикоз были довольны и покойны. Помещики, памя¬ туя о почести, оказанной им государем, должны сделать её и в глазах крестьян наиболее достойной, но доказать это им можно не презрением, а ограждением их безопасности. Говорят, что крестьяне—наследственная собственность помещиков. Пусть так, но не жалок ли будет прах предка помещика, оставившего этих крестьян своим наследни¬ кам, «хотя и во узах», но живущими под его управлением спокойно, если эти наследники, забыв о почтении к предкам, «повлекут кре¬ стьян целыми станицами на рынок, или сотни душ начнут ставить на каргу?» Этим они покажут, что забыли заповедь о любви к ближнему и слова римского императора: «Добро в руках добродетельного добром есть полезным, а в руках зловредного — вредным». Затем Попов ставил такой вопрос: что мешает помещикам доставить себе бессмер¬ тие дарованием вольности и свободы ближ¬ нему своему, и, отвечая на него, писал, что «глас святые правды» зовёт их к этому, что «недра к благотворению» подданных импе¬ ратрицы «отверсты», что она сама уже не называет их рабами u и, видимо, готова всё сделать для их благоденствия; «слава отече¬ ства нашего должна возгреметь во весь свет, великость дел за сим только (т. е. уничто¬ жением рабства. — К. С.) остановилась»... Примером освободителя народа от ига рабст¬ ва Попов считал римского императора Марка Аврелия, «названного за то другом челове¬ ков», и говорил, что нельзя сомневаться в том, чтобы «благодетельница России сих уз де разрешила». Указав, что наше государство преисполнено всяких избытков, Попов спра¬ шивал, на что они, если «по стогнам госу¬ дарства не будет владычествовать свобода, которую должна сопровождать радость». Г. Й. Попов, далее, обращался к такому аргументу. «Роскошь, — писал он, — ссй гнуснейший h претимый всеми законами порок, да не налагает на очи ваши завесы препятствия», наоборот, пусть руководят ими любовь и «честнейшее в сем случае само¬ любие», и обещает им душевную чистоту и спокойствие совести. Однако, сознавая, очевидно, что этих морально-религиозных аргументов недоста¬ точно, Попов переходил в своей «Записке» к аргументам иного рода. Он писал, что «сии бедные» в благодарность за избавление их от продажи будут исправнее платить дань, u Указ об отмене употребления слов «раб» и «раба» в прошениях и челобитных был дан 19 февраля 1786 года. «ПСЗ» XXII. 17. 329 которая, конечно, должна быть соразмерна их состоянию, так как несоразмерная дань «есть длительная для них казнь»; сознавая, что они принадлежат только богу, государю и помещику, они будут чувствовать, что их жилище для них — и «утешительный дом» и «спокойный гроб», потому будут ожидать «по непреложному порядку» очередного при¬ зыва на службу отечеству; если она некото¬ рое время будет казаться крестьянину «отя¬ готительной», то, когда у него появится уверенность в спокойствии оставленной се¬ мьи, он забудет о тягостях этой службы, будет утешать и звать к подвигу своих товарищей. В заключение этой части своей «Записки» Попов предупреждал помещиков: «Напротив того стремительное сих уз самими иногда разорвание» грозит помещикам бедами; а это может случиться, как только крестьяне, ко¬ торые стали просвещёнными, узнают, что людей не продают нигде, кроме России, и как только «терпение их исполнит свою меру», тогда они сделаются подобными фуриям, «что и было показательно,—напоми¬ нал он, — при малейшем ещё их ожесточе¬ нии»; в этом случае они уже не будут считать себя чем-либо обязанными помещи¬ кам, «превратя самих вас по известному вам их нраву в ничтожество»; в то же время они, вероятно, придут к мысли, высказанной одним философом, «что худо ту державу защищать, от которой зло претерпевают». После этого следовал призыв к «любезным соотечественникам» предварить «поспешнее это зло», «дабы ещё не услышана была от них песнь» (очевидно, на указанную только что тему); а если они дойдут до того, «тог¬ да ваши силы и вы падёте в ожесточении их», и он советовал не забывать, что в армии служат отцы, братья и дети крестьян, а «они также чувствительно родство и свойство лю¬ бят». «Боже великий, — восклицал Г. И. По¬ пов, — да не будет сего!» За этим следовало новое обращение к «великим мужам» с на¬ стоятельным советом сделать добро и заслу¬ жить бессмертие. «Украсьте век наш, — писал он, — вечною славою, соорудите себе и потомкам вашим храм благодарности, и здесь то возвысьте таланты ваши, представь¬ те о сем благодетельнице рода человеческо¬ го», т. е. Екатерине И. Г. И. Попов высказы¬ вал убеждение, что она только и ждёт тако¬ го почина от помещиков и «уже готова, по видимым добродетелям её, разрешить сие и устроить всё к лучшей безопасности и славе». Затем Попов переходил к новой теме1'-. «Великим стыдом» ему представлялся сбор подушной подати с людей и к тому же с людей умерших; ему представлялось прояв¬ лением особого ожесточения, что людям «и в гробах их не даём покоя». Считая это совершенно противоестественным, он воскли¬ цал: «Можно ли от испорченной машины требовать её прежнего действия!», можно ли из высохшего источника почерпнуть воду, можно ли мертвого взять на службу? Скажут, писал он, что платят не мёртвые, а жи&ые, 12 По признанию Попова, эта часть «За¬ писки» была написана Лсвонтием Ивановым. См. названное дело, лл. 50—54.
84 К. Сааков по ради чего живые должны платить за мертвых, которые им «ни в чём не помогают:» и. напротив того, только обременяют этим налогом. И ои снова утверждал, что «благо¬ воление на сне» (т. с., очевидно, на отмену взимания денег и с умерших) со стороны императрицы несомненно. В ответ на воз¬ можное возражение, что если не брат:, по¬ душной подати с умерших, то уменьшатся доходы казны и что надо помнить о рожде¬ нии на место умерших новых граждан, Г. И. Попов писал, что нельзя равнять младенца или юношу с отроком, а тем более с мужем. Он признавал, что (согласно епархиальным ведомостям) число рождающихся превышает число умерших, и считал, что при зачислении вновь рождающихся в подушный оклад об¬ щая сумма собираемой подушной подати не уменьшится; однако при этом Г. И. Попов указывал, что подать можно брать только с момента вступления человека в общество, когда он может помогать семье, к которой принадлежит. В доказательство своей правоты Попов ссылался "на главы 12-ю (о размножении народа в государстве) и 20-ю «Наказа» Екате¬ рины II15. Он цитировал фразу «Наказа» (§ 520), в которой говорилось о том, что императрица ие желает дожить до того, что¬ бы какой-нибудь другой народ стал «больше справедлив и, следовательно, больше процве- гающ, чем руский», затем ещё раз обращался к религиозным чувствам «любезных соотече¬ ственников», уверяя, что не смогут они дать ответа на небе за вопли их ближних, не станут достойными небесного царства, так как бог уготовал это только для любящих его, а любовь к нему не может быть без любви к ближнему. Наконец, следовало написанное рукой са¬ мого Г. И. Попова заключение о необходи¬ мости любить ближнего, в котором кратко повторялись высказанные уже им мысли. Тем же почерком была сделана подпись: Лприон Левитов, — которой предшествовали слова, что он не еклав (раб), но «обитающий н дебре пустынной сущу грешник», «свобод¬ норождённый и достигший до 6 класса». Очень важным дополнением к «Записке» Попова являются его письма к Безбородко и к Екатерине II “. В письме к Безбородко Попов выдвигал новые аргументы, очень характерные как для самого автора письма, гак и для общественных кругов, в которых он вращался: «Пожалей о падении славы нации и нашие п проникни во Фраицыи нынеч- пые происшествии, не висит ли и на нас В начале гл. XII «Наказа», § 265, было . казано: «Россия не только не имеет доволь¬ но жителей, но обладает ещё чрезмерным пространством земель, которые не населены, ниже обработаны. И так не можно сыскать довольно ободрений к размножению народа в государстве». В гл. XX Попов, повидимому, и?.:ел в виду раздел «Г», «Правила весьма важные и нужные», §§ 493—500 и раздел <Д^. «Как можно узнать, что государство приближается к падению и конечному свое¬ му разрушению», §§ 501—521, в которых бы¬ ло много либеральных мыслей. Названное дел :·, лл. 40— Ю об. и 4!— 13. пагубный жребий, о чём я ясно описывал её императорскому величеству, да к тому же ныне беспрестанно печатают в газетах пред¬ писанные происшествия; французами ж и паче развращёнными наполнена почти вся Россия». Развивая дальше это положение о вредном влиянии французской революции, он говорил: «Народы наши просвещены ныне, даже и слуги гоепоцкне многие знают фран¬ цузский язык, а как же в беззакониях зачаты и во гресех родились, то и ко всякому злу ьсяк ближе, нежели к доГ>ру». Он призывал да тыне Безбородко «погасить малаю искру, доколе не возгорится великое пламя», так как убыток будет не только для вельмож или дворян; он говорил, далее, что «всеоб¬ щая паша мать и попечительница» наградит их землями и сугубит их доходы, что при этом «ближние вельможи» получат самые лучшие и выгодные земли, но надо подумать и о бедных дворянах, чтобы никто из них не остался обиженным. В заключение Попов взывал к чувствам Безбородко, утверждая, что его ждут всемирная слава и царство небесное, если он будет «пещись о сем», т. е. об уничтожении рабства 1ъ. В письме к Екатерине II Г. И. Попов более пространно развивал те же мысли, что и в письме к Безбородко. Поздравляя её с за¬ ключением мирных договоров с Турцией и Швецией, он писал, что, по его мнению, самое главное — непоколебимая прочность российского престола, о чём он уже говори:! в «приношении» в Сенат о «божественном наказе»; Попов говорил, что всем нужно про¬ являть любовь к ближним и совершить «ве¬ ликое и важнейшее дело». Он призывал им¬ ператрицу «увещевать господ сановни¬ ков, боляр, вельмож и благородных дворян», как «сынов отечества», отказаться о г владения людьми. Кроме того, она может обещать им пожалование землями и угодья¬ ми, если же этим не будут «усугублены» их доходы, то императрица может сделать эти доходы «сугубыми» за счёт казённых. Вся¬ чески убеждая Екатерину II воздействовать на дворянство, Попов писал: «Влияй в них здравое рассуждение, да пекутся о сем и деят, не умедливая исполнение»; этим они утвердят престол непоколебимым за собой и за наследниками. И у первых иноплеменни¬ ков наших за «первый предмет» считается мысль о том, что «ближним должно быть свободными», и у нас, в России, этот «пред¬ мет» «в печать предан»; против него возра¬ жали, π «наш патриот генерал Болтин и сын отечества господин Голиков»10, но «огюро- ь Может быть, не без влияния этого письма Попова Безбородко представлял в 1799 г. ими. Павлу записку о необходимости улучшить быт крестьян. Сб. р. и. о. XXIX, стр. 643—644, ср. В. И. С е м е в с к и й «Крестьянский вопрос», т. I, стр. 232. 10 Болтин, в «Примечаниях на историю, древний и нынешний России г. Леклерка», т. II, полемизируя с Леклерком, пытался до¬ казывать, что положение крестьян в России вовсе уж не так плохо, как его изображает Леклерк. В доказательство же невозможно¬ сти и несвоевременности освобожлення кре¬ стьян в России он ссылаясь на Руссо, пи-
Г. И. Попов — представитель передовой общественной мысли в России , 85 чить не возмогли, а принуждены утвердить правду истинною, и пишут, пущай-де госпо¬ дин Мамблий и так (говорит К. С.), что должно ближним быть свободными», но Вы, говорят они, не знаете нравов нашего наро¬ да, и приводят в пример необузданного коня, которого можно сделать свободным лишь постепенно. Попов рассуждает иначе. Есть пословица «Пока солнце взойдёт, роса глаза выест», и он поясняет её: не надо терять времени, пока лисатели-иноплеменни- ки не догадались сделать наших воинов, их итцов и братьев «фуриями», и не поняли сен пашей слабости, и не сумели привлечь их на свою сторону, для чего потребуется немно¬ го труда и денег — только 50 вёдер вина на полк да обещание, что они сами и «владе¬ тель» их (т. е., очевидно, этих «иноплемен¬ ников») примут нашу веру и закон, в то время как отцы их, братья и дети станут свободными; но это, конечно, повлечёт за собой падение нашей славы. Попов, по его словам, не хочет напоминать «о французской ныне нацыи и о благосклонности короля швецксго к «пискому народу», но указывает, что хотя наши «пиские народы», из которых есть разумные и с*достоинствами, исполня¬ ют свои должности с успехом», «они склоня¬ ются поползновениями к похищению», если не получают от своих господ награждения по заслугам, многие доброго поведения впа¬ дают в пьянство, «не предвидя пользы и добра»; те, которые подвергаются излишним взысканиям и строгости, бегут от своих гос¬ под, Убытка для господ от этого нет: бег¬ лые идут в счёт рекрутов. Если они посту¬ пают на службу, а в военное время участ¬ вуют в сражениях с неприятелем, то поме¬ щики стараются их вернуть, показывая, будто бы они ушли, похитив их гардероб и другие вещи. Вот эти-то крестьяне, «весьма и весьма раздражённые», делаются очень близкими к «фуриям». Наконец, как и в своём показании, Попов сад: «Прежде должно учинить свободными души рабов, а потом уже тела» ('см. стр 173—174, 177, 223—224, 239—240, 327—337, 337—338, 339—355, 450). Голиков в XIII т. «Деяний Петра Великого» много места от¬ водит характеристике внутреннего состоя¬ ния России в XVII веке. Hâ стр. 298 и след, он говорит о положении крестьян и холо¬ пов. Указывая семь причин, побудивших правительство прекратить свободу крестьян¬ ского перехода, (стр. 306—309), он говорит об «ужасных следствиях вольности кресть¬ янской» и о «заблуждении тех, кои выводят пользу вольности из первобытного состоя¬ ния природы», и, ссылаясь на Руссо, в'ыдви- ι нет такое положение; «Свобода есть пре¬ красная пища, но требуется хороший желу¬ док, чтоб её сварить, а его-го не все люди имеют» (стр 309. Цитирую по 2-мv изд. 1840 г.). Попов, как уже указано, был знаком о со¬ чинениями Болтина и Голикова, вышедшими в 1788—1789 гг. (О взглядах Руссо на кре¬ стьянский вопрос и о их распространённо¬ сти в России во второй половине XVIII в, см у В. И. Се м е в с к о г о «Крестьянский во¬ прос» в России в XVIII в. и в первой поле¬ гшие XIX в«., r. 1, стр. 173-175. СПБ 188я. указывал, что написал всё это давно, но вследствие нападения на Россию Оттоман¬ ской Порты и шведской короны воздержался посылать, дабы его не сочли «неверным рабом». Но теперь, «яко сущий и истинной патриот и сын отечества», приносит написан¬ ное «во спасение душ наших и в наследие царствия небесного и вечно в соблюдении во всей целости российского престола». Несколько интересных дополнений к ха¬ рактеристике Полова и его окружения и к истории его «сочинений» дал в своих пока¬ заниях отставной вахмистр Алексей Ива¬ нов 17, 45 лет, из «духовного звания». Достиг¬ нув 12 лет и в совершенстве выучившись российской грамоте, А. Иванов вместе с братом Леонтием, которому тогда было 10 лет, поступил в Спасскую академию, в кото¬ рой обучался латинскому, греческому и еврейскому языкам; пробыв здесь с 1760 г. по 1767 г. и «дойдя только до пиитики», он был за неспособностью в науках уволен из академии и отослан на военную службу к бывшему тогда в Москве обер-коменданту генерал-поручику царевичу Грузинскому и был назначен в 1-й московский батальон, по больше находился при канцелярии князя в писарях. R 1771 г. А. Иванов был назначен сержантом в Томский пехотный полк (стояв шин в Москве), по поручению которого был в разных командировках, между прочим, под Оренбургом, затем в Казани. По возвращении в Москву вследствие обнаружившейся у него чахотки получил в 1776 г. отставку и жил года четыре на содержании.своего зятя, титулярного советника К. Я- Титова, слу¬ жившего в Экспедиции строения Кремлёв¬ ского дворца. Вскоре туда же определился на секретарскую должность брат А. Иванова Леонтий. После смерти зятя — 'Гитова- — А. Иванов вынужден был поступить на «пар¬ тикулярную» службу и жил у армянина Мины Лазарева при его винных заводах (на Украине) приказчиком. После продажи Ла¬ заревым своих заводов А. Иванов вернулся в Москву и с 1782 г. жил у брата Леонтия. Комиссара Г. Попова он знал, потому что тот часто бывал у его брата. В 1786 г. браг и Г. Попов давали ему переписывать два или три каких-то сочинения, поправленные в некоторых местах рукой его брата. Их содер¬ жания он припомнить не мог. Стараясь, видимо, уменьшить свою рель в составлении «сочинений» Попова, А. Иванов говорил дальше, что он их «почитал не суть важными, а служащими только для собственной ево, Попова, пользы, так как оные наполнены были нравственными и свящешными нраво¬ учениями» и потому «щитал их мораличсски- мн, а к тому же они были без всяких ■щглавиев и окончания». Для своего оправ¬ дания А. Иванов прибавил: «А ежели б он знал, что те бумаги заключали в себе какую важность, то б, конечно, и писать их ни за что не согласился». Когда ему было сказано, что там «в одном периоде написано, «чтобы дворянам людей по одиночке ir продавать», то он признал, что «о сей мате¬ рии писал, но «к какой именно «материн» этот период привязан», он теперь за давно¬ стью времени показать не может. Написан- и Названное дело, л л. М—77.
86 /\\ (.'nr; ко в пые бумаги г*н верну.;; Попову п 1788 г., после смерти брита, но «побудителем Попову в писании этих сочин-ений и к поселке их он нс был». Не имен родственников в Москве и страдая чахоточной и падучей болезнями, он решил поступит!) и Серпуховской мо¬ настырь. 24 апрели 1792 г. Екатериной И была решена участь Полова и Л. Теплова (Ива- нона). В письме к кн. А. А. Прозоровскому она написала1,4, что Попон, как пасквилянт, дерзкий писатель и «раееевнтель» того вредного своего писанин в Сенат, Синод и к другим людям, достой?! тягчайшего нака¬ зания, но поскольку из допроса видно, что письмо он сочинял не сам, что подправлял cio секретарь, который уже умер, а к тому же ему, Попову, 72 года, то от наказания по закону его освободить, а послать его в Спасо-Епфимиев монастырь, где и содержать под крепкою стражею, не допуская к нему никого и ие позволяя ему писать. Теплова за переписку дерзких и вредных бумаг, о которых он но долгу присяги ие объявил, Екатерина предписывала послать в Высоц¬ кий Серпуховской монастырь и велеть его там постричь, из монастыря никуда не выпу¬ скать и запретить ему писать. Интересно, что когда через четыре е поло- штон года, в марте 1797 г., по распоряжению ими. Павла ί Попов был привезён в Москву, в Тайную экспедицию» и ему было предпи¬ сано «на бумаге объяснить причину его аре¬ ста и изложить своё настоящее понятие о долге каждого гражданина», то он ответил следующее1 !): его намерение, изложенное в «прожекте», заключалось в том, чтобы, «видя крестьян, отягощаемых чрез меру помещичьими работами, и людей, продавае¬ мых по прихотям, облегчить их участь чрез убеждение господ во всем том к умеренно¬ сти». К этому его побудило «в простоте сердца истинное соболезнование о сочело- веках», но другого намерения, как-то: «к раздражению величества или к разрушению порядка в обществе»,— он не имел, при¬ знавал свою вину и обещал «остаток дней препроводить мирно и подобных дел не затеивать». 1? заключение о?! просил разре¬ шения постричься в монастыре, который он укажет по совету с родственниками L>IJ. Таким образом, и из «сочинений» Попова, и из его писем, и из объяснений, сделанных чм в 1797 г., совершенно очевидно, что оп 18 Названное дело, лл. 44—44 об., копия, написанная, повидимому, I Леш конским. 1:) Там же, лл. 50—54. Павел распорядился взять с Попова новую присягу в исполнении обязанностей гражданина и потом отпустить к родствен¬ никам с тем, чтобы они отвечали за его поведение, но к пострижению его не принуж¬ дать. Попов дал подписку, что будет жить в доме внука, коллежского асессора Влади¬ мира Михайловича Чулкова, а тот обязался своего деда не допускать «ни до каких не¬ приятностей и особенно воспретить ему за¬ ниматься каковыми-либо сочинениями и переписками, противными узаконениям и обязанностям гражданина» (Чулков жил в своём доме, в 6-й части Москвы). был настроен чрезвычайно лойялыю и был далёк от всяких революционных мыслей II выступ,тений. И тем не менее н сочинения его были признаны дерзким пасквилем и сам он был приговорён к заключению в Спасо-Евфимиевом монастыре. После процес¬ сов Радищева и Новиком, накануне разрыва с революционной Францией, правительство Екатерины И квалифицировало чрезвычайно умеренное и лойяльное выступление Попова как дерзкий, чуть ли не революционный выпад против правительства. Выступление Попова показывает, что мысль о необходимости отмены крепостного права встречала к концу XVIII в. всё боль¬ шее и большее число сторонников, что Радищев в своём «Путешествии» отразил настроение широких слоев русского обще¬ ства. В процессе Попова перед нами выступают разночинцы того времени: сам он и братья Ивановы. Нам неизвестны детали участия братьев Ивановых в написании «сочинения» Попова, по их сотрудничество совершенно бесспорно, и при том оно было длительным, качавшись, повидимому, ещё в 1786 году. Нельзя не отметить, как долго вынашивал своп идеи Попов (он начал писать, повиди¬ мому, ещё в 1782 г.) и как настойчиво он добивался возможности ознакомить с ними н императрицу и её окружение. Интересен круг знакомства Попова: он живёт у главно¬ го начальника Экспедиции кремлёвских строений, через несколько лет ставшего мо¬ сковским главнокомандующим сенатора М. М. Измайлова, а раньше жил «по знаком¬ ству» у Н. В. Самойлова, был вхож к кн. 1’. А. Потёмкину; через братьев Ивановых он, вероятно, был знаком, с одной стороны, с А. П. Сумароковым а с другой — с Н. И. Новиковым; его сын и зятья — разночинцы. Попов был знаком с современной литерату¬ рой (сочинения Болтина, Голикова), которая вместе с разнообразными фактами окружав¬ шей его действительности была тем стиму¬ лом, который побудил его настойчиво обра¬ щаться со своим призывом освободит!) крестьян и к самой Екатерине Н и к её окружению. Его доводы в пользу отмены крепостного права были очень разнообразны, по остаётся неясным, в каких именно формах он мыслил эту отмену. Повидимому, особен¬ но большое значение (по морально-религиоз¬ ным соображениям) он придавал личному освобождению крестьян и не ставил вопроса о наделении их землёй. В этом отношении он нс шёл дальше тех прожектов, которые исходили от кн. Д. А. Голицына, кн. С. В. Гагарина и других либералов 1770-х годов21. Точно так же, очевидно, он не ставил кон¬ кретно вопроса о дальнейшем устройстве их быта. В письме к Безбородко и к Екатерине II, представляющих наиболее позднюю редак¬ цию его доводов в пользу освобождения крестьян, есть новый и важный аргумент, подсказанный событиями французской рево¬ 21 См. об этом у Семе в с к ого В. «Кре¬ стьянский вопрос в России в XVIII в. и пер¬ вой половине XIX в.». T. I, стр. 161—168, СПБ. 1883.
Превращение бобыля в старожильца 87 люции: в интересах дворянства набежать того, что произошло во Франции. Большую роль в аргументации Попова играл «Наказ» императрицы. Но он не знал или делал вид, что не знает, какой, в сущ¬ ности, запретной книгой сделалось сочине¬ ние императрицы вскоре же после его напе¬ чатания ”. На допросе в Тайной экспедиции и позже в ответе имп. Павлу Г, И. Попов старался показать полную благонамеренность своих мыслей относительно освобождения кре¬ стьян, старался доказать, что он самый истинный верноподданный. Ни в своих сочи¬ нениях, ни в письмах, ни тем более в пока¬ заниях в Тайной экспедиции он совсем не касался всего тогдашнего социальио-эконо- 32 Уже в сентябре 1767 г. Сенат определил разослать экземпляры «Наказа» в высшие государственные учреждения, но в то же время предписал не посылать их в губерн¬ ские, провинциальные и воеводские канце¬ лярии. Что касается пользования «Наказом» в высших учреждениях, то в указе Сената говорилось, чтобы там «экземпляры Наказа содержаны были единственно для сведения одних тех мест присутствующих, и чтобы спыс нико.му, ни из нижних канцелярских мчческого строя России и его основ. С дру¬ гой стороны, однако, несомненно показатель- тч), что, начав писать, повидимому, в 1782 г., он продолжал работу под воздействием тех многообразных событий, русских и западно¬ европейских, которые произошли в последу¬ ющее десятилетие. Не остановили ого послать свой проект и письма в 1792 г. ни участь Радищева, ни участь Новикова, о судьбе которых он, конечно, знал -{формально процесс против Новикова был начат весной 1792 г.). Не изменило его убеждение в необ¬ ходимости дать крестьянам личную свободу и пятилетнее пребывание в Спасо-Евфимис- вом монастыре. Интересны и показательны его рассуждения о равенстве и свободе людей, присущих людям по самой их при¬ роде. служителей, ни из посторонних не только для списывания, но ниже для прочтения давани были, для чего и иметь их всегда на судейских столах при зерцалах». Однако и «присутствующие» должны были читать «Наказ» только по субботам, в свободное от текущих дел время, но при этом чтении, кроме них, могли находиться только секрета¬ ри и протоколисты». Соловьёв «История России». Кн. V!, стр. 400—301. ПРЕВРАЩЕНИЕ БОБЫЛЯ В СТАРОЖИЛЬЦА В своей статье «К вопросу о старожиль- цах», основываясь на материалах приходо- расходных книг Иосифова-Волоколамского монастыря, я высказал предположение, что «в монастырского старожильца крестьянина превращает но количество лет, прожитых данным крестьянином в монастырской вот¬ чине, а самый характер тех отношений, ко¬ торые устанавливаются между данным крестьянином и монастырём» К Акад. Б. Д. Греков в исследовании «Крестьяне на Руси», касаясь материалов, приведённых в ма-званной статье, указал на сделанные мною замечания как на «совер¬ шенно правильный вывод» из тех данных, которые сохранились о старожильцах в Волоколамских приходо-расходных кни¬ гах В настоящий момент у нас есть возмож¬ ность вновь вернуться к проблеме старо- жильства. А. Г. Мань козу удалось обнаружить в приходо-расходной книге Иосифова-Воло¬ коламского монастыря за 1588 г. ещё одну запись о старожильцах. Запись эта гласит: 1 «Вопросы истории» № 8—9 за 1946 г., стр. 97. 2 Греков Б. «Крестьяне на Руси», стр. 630. М. 1946. «Того ж месяца (мая. — И. С.) в 28 день дано Буягородцкому крестьянину Савке за поряженой за семенной овёс 10 алтын, что сел он на пустой доле в старых жнльцох, а преж того был он бобыль» :i. Итак, перед нами — превращение бобы¬ ля в крестьянина-старожильца! Этот сам по себе замечательный факт становится ещё более интересным·, так как мы можем установить процедуру превращения бобы¬ ля в старожильца. Эту процедуру раскры¬ вает запись о даче Савке 10 алтын «за поряженой за семенной овёс». Смысл записи становится вполне ясным при сопоставлении сё с крестьянскими по¬ рядными, именно с тем условием порядных, где говорится о «подмоге», получаемой крестьяншюм-порядчиком от землевладель¬ ца. Одним из самых распространённых видов подмоги являлся хлеб «на семена», «под- можной хлеб», «яровой хлеб на семена», 3 Центральный Государственный Архив Древних Актов (ЦГАДА). Приходо-рас¬ ходная книга Иосифова-Волоколамского монастыря № 6 за 1587— 1588 гг., л. 171 об. А. Г. Маньков «Записи о старожиль¬ цах в приходных и расходных книгах Ио¬ сифова-Волоколамского монастыря». «На¬ учный бюллетень ЛГУ» № 19 за 1947 год.
88 Ж. и Ф. Буржен «рожь на семена» и т. д.4. 10 алтын «за по- ряженой за семенной овёс» и являлись той «подмогой», которую получил СаЕка, когда он «порядился» в старожильцы. Таким образом, история превращения бо¬ быля Савки в крестьннина-стпрожильца мо¬ жет быть восстановлена в следующем виде. Монастырь, заинтересованный в пооажении тяглеца на «пустой доле» в своей вотчин¬ ной земле, порядил на эту «пустую долю» своего же монастырского бобыля. Нам неиз¬ вестны все условия порядной, по которой Савка превратился из бобыля в старожиль- ца, но одно из условий сохранила запись в приходо-расходной книге. Это было условие о подмоге овсом на семена. То, что подмо¬ га состояла из «семенного овса», объясняет¬ ся временем заключения порядной — порой весеннего сева, сева яровых. Монастырь предпочёл вместо выдачи овса натурой уплатить за обусловленный в порядной овёс деньгами, благодаря чему и попала в при¬ ходо-расходные книги вся история с Савкой. Но таким же образом монастырь пополнял число своих старожильцев и из других эле· 4 См. Дьяконов М. «Очерки из исто¬ рии сельского населения в Московском го¬ сударстве», стр. 113—114. СПБ. 1898. ментов зависимых людей монастырской вот¬ чины. Упоминание о «подмоге» за то, «что он сел на пашне в старожильцах», содержат и опубликованные в моей статье «К вопросу о старожильцах» записи о монастырских детёнышах, ставших старожильцами. Итак, найденная А. Г. Маньковым запись позволяет установить ряд важнейших момен¬ тов в процессе возникновения старожиль- ства. Она, во-первых, расширяет наши пред¬ ставления о круге лиц, из числа которых возникали старожильцы, добавляя к ним бобыля. Во-вторых, она даёт материал, по¬ зволяющий раскрыть мотивы, побуждавшие монастырь стремиться к расширению контин¬ гент«'] старожильцев в своей вотчине: эти мотивы включили в себя стремление приоб¬ рести таким образом нового тяглеца на «пустые доли». В-третьих, — и это самое важное — запись о старожильце Савке рас¬ крывает механизм превращения данного ли¬ ца в старожильца, указывая па то, что акт превращения в старожильца оформлялся особым документом — порядной, которая и определяла юридический статус нового старожильца. Всё это может служить достаточным ос¬ нованием для того, чтобы привлечь к запи¬ си о бобыле Савке, ставшем старожильцем, внимание исследователей. ВИШИ * Ж. и Ф. Буржен В настоящее время трудно претендовать л л возможность дать точную картину перио¬ да между перемирием (1940) и освобожде¬ нием Франции. Выпуск большого количества книг, опубликование ряда документов и международное и национальное правосудие помогли пролить свет на определённые ас¬ пекты событий, но эти материалы могут ско¬ рее служить лишь документацией для буду¬ щих историков. В настоящей статье мы хотели бы попро¬ бовать вкратце обрисовать некоторые сто¬ роны политики вишийского режима в пери¬ од между перемирием, вступившим в силу 25 июня 1940 г., и освобождением Парижа 25 августа 1944 года. Согласно догозору о перемирии, немцы расчленили Францию на пять зон: аннекси¬ рованную, запретную, оккупированную и сво¬ бодную, пятой зоной можно считать 1800 тыс. пленных, которые увозились в Германию. Такое расчленение на зоны позволяет по¬ * Настоящая статья представляет часть большого обзора «От оккупации до освобож¬ дения», который любезно прислали нашему журналу авторы обзора — известный фран¬ цузский историк Жорж Буржен и его сын Франсуа Буржен. Недостаток места вынуж¬ дает редакцию ограничиться публикацией данной части статьи Ж к Ф. Буржен. стичь, наряду со стратегическими соображе¬ ниями, и более далёкие намерения немецких руководителей. Это . были давно известные намерения пангерманцев. Запретная зона на Востоке, западной границей которой была Лотарингия 843-го или, скорее, 855-го года, резервировалась для немецкой ко¬ лонизации, и с 1940 г. немцы стремились изгнать оттуда местное население или поме¬ шать ему вернуться. Север Франции также был отнесён к запретной зоне, администра¬ тивно его связали с Бельгией, которую немцы рассматривали как германскую стра¬ ну, единую с Голландией; всё в целом долж¬ но было образовать государство Тиоис (Th iois). В Бретани проводилась интенсив¬ ная автономистская пропаганда, которая би¬ ла опрокинута презрением военнопленных бретонцев (им предлагалось освобождение, если они примкнут к сепаратистскому дви¬ жению) и всего остававшегося местного населения. Остальная Франция, лишённая своих самых богатых земель и главных отраслей промышленности, могла, согласно немецким плднам, пользоваться относитель¬ ной автономией в рамках объединённой нем¬ цами Европы,— конечно, при условии равне¬ ния своего режима и своей экономики на на¬ цистскую систему. Своей ближайшей основной целью в отно¬ шении Франции немцы ставили овладеть сырьём и снова пустить в ход французскую
Виши _ θά промышленность для поддержки немецких военных усилий. Немцам нужна была также рабочая сила, всё больше и больше людей. Эта рабочая сила составлялась из военно¬ пленных, добровольцев и затем рабочих, от¬ правленных по спискам на работу в Герма¬ нию, лиц, мобилизованных на принудитель¬ ные работы, ссыльных в лагери медленной смерти, где человеческое существо, прежде чем погибнуть, использозалось до полного истощения. В наши намерения не входит рассказывать здесь о немецкой экономической политике и ее приёмах, опустошивших страну и обеспе¬ чивших подчинение её предприятий немец¬ ким захватчикам, о реквизициях и грабежах, индивидуальных и коллективных закупках, возможность которых обеспечивалась теми сотнями миллионов, которые ежедневно уплачивала Франция по издержкам оккупа¬ ции. Для достижения своих целей немцы ис¬ пользовали различные средства. В зависи¬ мости от военной ситуации, отношения насе¬ ления и французских властей, они прибегали и к убеждению и к угрозам, переходили от «исправления» заложников к их казни. В идеологическом плане было использо¬ вано понятие «нового порядка». Чтобы при¬ влечь на свою сторону французов, немецкая пропаганда подчёркивала выгоды «сотруд¬ ничества», «социалистический» характер на¬ цистского режима, интересы «объединённой Европы», спекулировала на стремлении со¬ хранить Францию как колониальную импе¬ рию, на зле, причинённом Франции «еврей¬ ско-капиталистической Англией», и, нако¬ нец, на опасности коммунизма. В этом духе уроки французам настойчиво старался пре¬ поднести д-р Гримм. Однако чисто экономическое сотрудниче¬ ство по необходимости быстро оказалось под¬ чинённым сотрудничеству политическому, всё более и более неукоснительному контро¬ лю, тяготевшему и над французским законо¬ дательством и над назначением высших чиновников. Вовлечь французов в немецкую игру по¬ средством более гибкой политики, на основе директив Риббентропа, пыталось немецкое посольство во Франции, которым руководил Абегц. Эта политика довольно быстро при¬ шла в столкновение с военными требования¬ ми немцев. Наряду с представителями армии, вроде Штюльпнагеля, всемогущее во¬ енное управление под командованием д-ра Михель дало инструкции об установлении во Франции регулируемой экономики, включён¬ ной в военную экономику рейха. Единствен¬ ным критерием этих инструкции являлось точное выполнение Францией возложенных на неё поставок. Это привело к возникнове¬ нию частых конфликтов между посольством и военной администрацией. Но по мере того, как положение Германии становилось всё более тяжёлым, полицейские учреждения и репрессии брали верх. «Служба безопасно¬ сти» (СД), гестапо и СС стали проводить во Франции ту единственно знакомую.им поли¬ тику террора и репрессий, перед которой ■стушёвывались все другие немецкие ведом¬ ства. .V X > Какой могла быть позиция iraaefeM*CTea Петэна перед лицом Германии? ИШрИТёль- ство было образовано 16 июня; 17 йюйя бы- ла опубликована просьба правителЫс’тйа о перемирии, в результате чего множество плохо информированных солдат прекратило борьбу с этого же числа. После зловещих интриг в Бордо, над которыми витали тени Лаваля и Марке, и после вступления в силу перемирия, с 25 июня, новое правительство обосновалось 2 июля в Виши, покинув Клер¬ мон-Ферран, куда оно прибыло за день до того. Первой его задачей была ликвидация прежнего режима. 9 июля з Виши были со¬ званы палаты парламента. На предваритель¬ ных совещаниях выступил Лаваль с пропо¬ ведью конституционных реформ, которые 9 июля бьгш в принципе приняты сенатом и палатой депутаюз. Па другой же день, об¬ разовав Национальное собрание, голосами 569 депутатов против 80 при 20 воздержав¬ шихся (из 669 присутствующих) и сенат и палата депутатов вею власть передали мар¬ шалу Петэну для образования повои консти¬ туции, которая должна была быть одобрена нацией. Парламент дал себя лишить сувере¬ нитета без какого-либо энергичного проти¬ водействия. Вскоре был опубликован «кон ституиионнмй акт» об отсрочке заседаний палат; их бюро, переведённые в соседние ку¬ рортные города, продолжали ещё некоторое время влачить жалкое существование. Дру¬ гие «конституционные акты» устанавливали полномочия 88-летнего «главы государства», которому, в свою очередь, передал права и президент республики Альбер Лебрен. От¬ ныне Петэн располагал как исполнительной, так и законодательной властью, прежде чем присвоить себе и судебную власть. 12 июля был переформирован кабинет. R него вошли Лаваль. Алибер, Марке, Бодуэн, Бугийе, Вейган, Дарлян, Пиетри, Лемери. Белен. Лаваль был назначен воспреемником Петэна. Напрасно искать Fi этом вишийском режи¬ ме какую-то единую политическую програм¬ му. Многочисленные министерские реоргани¬ зации выражали лишь непостоянство доктрин и индивидуальные аппетиты. Поэтому можно лишь достаточно произвольно различать два периода вишийского режима — период вы¬ жидания, зттантнзма, когда ориентировались, конечно, на авторитарный режим, но сохра¬ няли в то же время некоторую оригиналь¬ ность, период сотрудничества с немцами, с ноября 1942 г., когда волей-неволей прозо- дилось полное равнение на папистский ре¬ жим. Вначале ещё фигурировало некоторое число парламентариев, временно являвшихся неизбежными; рядом с ними — правые ин¬ теллигенты, некоторые из них — с монархи¬ стскими тенденциями; наконец, высокопо¬ ставленные чиновники, либо военные: этих людей объединяло лишь их отношение к пе¬ ремирию. Но с 6 сентября начинается пе¬ рестройка: вытесняются парламентарии — Ибпрнегере, Марке, Лемери, Пиетри, равно как и неудобный Вейган, которого посыла¬ ют в Север’Ную Африку. Затем ведётся под¬ готовка к тому, чтобы отстранить от власти и Лаваля.
90 Ж. и Ф. Буржен Решающими здесь были, кажется, дал факта: свидание и Монтудре и возвращение станков «Орлёнка» н Париж. 22 октября 1940 г. Лаваль был принят Гитлером, проез¬ жавшим через Францию после беседы с Франко. Они пришли к согласию относитель- н;> встречи, которая должна была произойти через день между маршалом и фюрером. Без всякой подготовки Петэн в автомобиле от¬ правился через оккупированную зону и при¬ был в Монтуар. Здесь Гитлер просил его принять принцип франко-немецкого сотруд¬ ничества и рисовал перед ним заманчивую картину тех выгод, какие извлечёт из этого Франция, начиная с возврата военнопленных. Возможно, факты о свидании в Монтуаре когда-нибудь уточнятся; во всяком случае, после этого свидания, 26 числа, Петэн обра¬ тился к стране с новым посланием, в кото¬ ром впервые содержались намёки на «со¬ трудничество» и который разразился над французами подобно грому. По тому, как реагировали на это послание различные кру¬ ги Франции, Петэн сам мог судить о том, какой ущерб его престижу нанесла протяну¬ тая им немцам рука. Некоторые, вроде гене¬ рала де ля Лоренси, подчёркивали, что по¬ иски соглашения были признаком слабости или беспокойства со стороны немцев. По¬ следние придумали жест, проникнутый по¬ казной немецкой романтикой и рассчитанный на приобретение дружбы французов, — вер¬ нуть со всей театральной церемонией остан¬ ки «Орлёнка», о которых, конечно, никто во Франции давно не помышлял. При этом Ла¬ валь направил свою суетливую деятельность на отправку маршала по этому случаю в Париж для встречи с Гитлером. Поездку намечалось осуществить в середине декабря. Тем временем Бути- лье, Дарлан, Бодуэн, Пейрутон, Газио, генерал Хютцшггер и адмирал Пла¬ тон тайком сговорились об устранении Лава¬ ля. Петэн, который, казалось, согласился на путешествие в Париж, получив нагоняй от своих министров, неожиданно 13 декабря созвал совет министров и потребовал от всех министров прошения об отставке. Получив прошения, он возвратил их всем, кроме Ла¬ валя и Рипера. Ночыо Пейрутон организовал арест Лаваля государственной полицией. Защитные отряды Метенье, поднятые на но¬ ги Алибером, дополнили эту комедию ма¬ ленькой арией в духе итальянского Возрож¬ дения. На следующее .утро в Париже был арестован Дса, на что немедленно и самым ре¬ шительным образом реагировал Абегц. Имев¬ шая место вечером того же дня во дворце Инвалидов церемония, на которую был де¬ легирован Дарлан, совершилась в довольно возбуждённой атмосфере, а через 48 часов Абетц, заставивший выпустить Дсп, в сопра-_ вождении военного отряда явился в Шатело- не на поиски Лаваля (который содержался иод охраной в своём поместье) и увёз его в Париж. Де Бринон, который сам 13 декабря в течение нескольких часов находился под арестом, получил повышение и был назна¬ чен генеральным уполномоченным правитель¬ ства на оккупированной территории, заняв место генерала Лоренси. Чтобы заменить Лаваля хотя бы по министерству иностран¬ ных дел, обратились к Фландену. Послед¬ ний, считавшийся сторонником англшк'кой дружбы и в то же время бывший автором из¬ вестной поздравительной телеграммы Гит- лору, казалось, хорошо воплощал политику аттаитизма. Между тем Лаваль стремился восстановить отношения с Виши, и 18 ян¬ варя 1941 г. встретился с маршалом н Ферте-Отрив, π осле чего было опубликова¬ но коммюнике, констатировавшее, что «недоразумения» 13 декабря рассеялись. 4 января Бодуэн подал в отставку; 28 ян¬ варя ушел Ал ибер, замещённый в министер¬ стве юстиции Жозефом Бартелеми. Пенру- тон отправился в Буэнос-Айрес. Тем не менее кризис продолжал обост¬ ряться. В это время на вишийском горизонте поднималась новая звезда — Дарлан.' Адми¬ рал Дарлан совещался с Лавалем, с немца¬ ми, затем он унаследовал ог ушедшего 9 февраля в отставку Фландена министер¬ ство иностраных дел. Кроме того он взял се¬ бе пост заместителя председателя совета ми¬ нистров, положив начало периоду адмиралов и синархов. Более того, Дарлан был намечем как эвентуальный преемник Петэна. 25 фев¬ раля был сформирован его кабинет. Наряду с некоторыми прежними министрами (Хют¬ цингер, Ж. Бартелеми, Казио, Бутилье) в кабинет вошло несколько умеренных членов, вышедших из кругов университета, — Кар- копино, Ж. Шевалье; германофилы, вроде Платона или Бенуа-Мешена; один синдика¬ лист—Белен; дельцы—Пюще, Барно, Леидё. Хотя Дарлан проделал большую часть своей карьеры в министерских кабинетах и был за¬ конченным оппортунистом, ловким, лишён¬ ным предрассудков интриганом, он не был крупным ί гол и тик ом. Притом этот человек, несмотря на безудержную пропаганду его личности, никогда не пользовался во Фран¬ ции ни малейшей популярностью. Он после¬ довательно устранял со всех руководящих государственных постов людей, которые могли бы, как ему казалось, затмить его. и заменял их дисциплинированными адмира¬ лами. Что касается членов фашистской орга¬ низации синархов, то надо надеяться, что когда-нибудь будет пролит свет на суще¬ ствование и действительное влияние этой секты и на её связи с кагулярами. Пока в этой связи можно лишь сказать, что благо¬ даря Дарлану к власти пробиралась тесная компания молодых карьеристов, обладавших острым аппетитом и любопытным образом связанных с банком Вормс. Б последующие 15 месяцев диктатуры Дарлана, благодаря многочисленным переменам внутри кабинета, они упрочат свои позиции и введут в каби¬ нет Мариона, вышедшего совеем из другой среды. Конечно, это можно в известном смысле назвать периодом ожидания, Дарлан действительно хотел сохранить возможность выбрать победителя наверняка. Аттантизм этот был тем не менее весьма относитель¬ ным, ибо однрвременно Дарлан в Берхтесга- дене 11 мая >941 г. готовил уступку Герма¬ нии важных баз нашей империи. При Дар- лане же 22 октября Пюше, ставший мини¬ стром внутренних дел, пошёл на то, чтобы наметить к расстрелу в Шатобриане 27 жертв; другие группы заложников расстре¬ ливались в Нанте и в Бордо.
Виши Y 91 Таким образом, не било никакой необхо¬ димости изгонять Лаваля. Последний, как it Деа, не пот иб от пуль Колетга и изо тех сил старался вернуть власть, В этом стрем¬ лении его поддерживали парижские колла¬ борационисты, Тито же хотели и .немцы. Не¬ сомненно, что среди прочих вещей об этом Летэиу говорил Геринг J декабря J941 г. и Сен Флорентеи Вереиньи. 2G марта 19-12 г. под сенью Кандинского леса Петэи встре¬ тился с Лавалем В начале апрели одно за другим следуют коммюнике, знаменовавшие всякий раз улучшение отношений между эти¬ ми двумя людьми. 18 апреля Лаваль сформи¬ ровал свои второй кабинет. В него вошли /К. Варгелеми, а вскоре и Вонафу, д-р Грас¬ се, за там высокопоставленные чиновники Вревье, Жпбра, генерал Ьриду, заменивший Хютцингерп, убитого в поенном самолёте, и адмирал Офлн в качестве морского мини¬ стра. Mo нелепый и опасный Абель Боспнар стал во главе народного образования, а зло¬ вещий Бринон сделался уже нс только по¬ слом, но и государственным секретарём, так же как it адмирал Платон и Бенуа Мешен. Кроме того друзья Лаваля, Катала п Лагар- доль, получили министерства финансов и труда. Чтобы предохранить себя от возможного повторения событий 13 декабря, Лаваль до¬ бился' 19 апреля появления 11-го «конститу¬ ционного акта», отделившего функции главы государства от функций главы правитель¬ ства, Ответственность за власть несет фак¬ тически по этому акту глава правительства, которому принадлежит руководство внутрен¬ ней и внешней политикой. Но Петэн, в свою очередь, хотел предохранить себя от Лава¬ ля. Поэтому он, е одной стороны, оставил за собой право сместить Лаваля, а с другой— сохранит под начальством Дарлана армию, флот, авиацию, причём Дарлам был подчи¬ нён лишь маршалу. В то время как Дарлану, утверждавшему, что он является воинственным хранителем воли маршала, предстояло в замешательстве и интригах окончит!, с вою карьеру в Алжи¬ ре, гюд пулями монархиста Бонье ла Шанель, Лаваль усиливал свою власть и преобразо¬ вал свой кабинет. Огныне он обладал зако¬ нодательной властью и дотжен был заме¬ нять главу государства в случае, если вре¬ менные помехи· помешают последнему испол¬ нять своп обязанности. Жибра и адмирал Офан были заменены Бншелонном н адмира¬ лом Абриаль. Ь: начале 1943 г. появились новые персо¬ нажи, вскоре приковавшие к себе внимание· К.рейсель, назначенный генеральным секре¬ тарем по информации. Габольд, занявший место Ж. Бзртсдсми, и Блео вместо Абрил- ля. Эволюция па этом не заканчивается. К концу 1943 г. Лаваль ещё раз присту¬ пил к новой министерской перестановке. Он назначил Филиппа Анрио секретарём по информации и возвёл Мариона -в ранг госу¬ дарственного секретаря при глазе прави¬ тельства; деятель вишшйской милиции Ulae- сень 3 апреля 1944 г. заместил Боннафури по продовольственному снабжению. По мере приближения крушения вншнйекого режима назначения становились всё более характер¬ ными. 1G марта Деа был назначен министром труда и — это звучит великолепно! — «мини¬ стром . «национальной еолидарйОЮТИ». Нако¬ нец Дцрнан, уже назначенный генеральным секретарем по охран- порядка, производится в государственные секретари по ВНУТРЕННИМ делам. Энрно, Деа, Дарнпн — тщковы три последних вишинских министре. Достаточно их, чтооы оыл охпрлктсризовзи в&сь режим. По крайней мере, даже у самых лег* коверных людей больше не оставалось со¬ мнений в его сущности. Какова же была доктрина правительства Виши? Выше говорилась, что её вообще не било. Тем де .менее, по крайней мере внача¬ ле, были предприняты усилия порядить на свет некий «новый режим», добиться приня¬ тия его францунами и вооружить его каким-то идеалом. Французам до одурения вдалбли¬ валось несколько положений, которце не находили никакого подтверждения в ок¬ ружающей действительности. Не будем воз¬ вращаться к «новому порядку»—этому ин¬ струменту, ввезённому из германизированной Европы. С самого начала, в то время когда волновались некоторые окружавшие Петэна монархические элементы (и притом напрас¬ но, ибо он никоим образом не собирался с кем-либо делить абсолютную власть, ко го¬ рой был облечён), термин «Республика» сме¬ няется, но не заменяется выражением «Фран¬ цузское государство» Эта неточность выра¬ жения, списанная, впрочем, с германского образца, выдаст одновременно и страх и за¬ мешательство новых правителей, не осмелив¬ шихся дать имя новому режиму, чувствовав¬ ших себя неуверенно и желавших в то же время возглавить государство могуществен¬ ной исполнительной властью. Конституция, которую было поручено со¬ ставить Петэпу, никогда не увидела свет, ибо режим гак и остался без точного опреде¬ ления, По г. мэриях бюст Марианны часто заменялся бюстом Петэна. Это неуклюжее новшество, являвшееся делом переусерд¬ ствовавших льстецов, хотя и казалось очень смешным, тем не менее было показательным. Желание создать что-то новое толкало ру¬ ководителей режима па изменения опасного характера: так, тройственный лозунг «сво¬ бода, равенство, братство» был заменён лозунгом «труд, семья, отечество». Какой мрачной иронией звучало эго выражение, когда французы должны были отправляться рабами далеко от своих родных, во враже¬ скую землю! Но чаще всего д |я характериетики нового режима- руководители его попользовали вы¬ ражение «Национальная революция». Это выражение давно, ещё до войны, входило в политический словарь заговорщических лиг. В общем и целом дело шло о реакции про¬ тив наследии 1789—1848 годов. Демократиче¬ ская система, которую объявили ответствен¬ ной за происшедшую катастрофу, должна была быть заменена «революцией», пришед¬ шей сверху и осуществлённом кучкой из¬ бранных, элитой. Многочисленные послания Петэна резюмировали главные принципы этой «революции», которой суждено было так быстро выявить свою контрреволюцион¬ ную сущность. Эти принципы, частично со¬
Ж. и Ф. Буржен. ответствовавшие взглядам Жозефа де Дне¬ стра, де Плен, ла Турдю Пона, были исполь¬ зованы злостными преступниками, которые, прикрываясь ими и шумно ссылаясь на них, действовали во вред нации. В посланиях Петэна индивидуализм под¬ вергался атакам во имя семейной, профессио¬ нальной либо национальной общности. От¬ сюда возрождение исторически устаревшего понятия «корпоративизма», которое прикры¬ вало интересы «организационных комитетов» различных отраслей хозяйства. Деклариро¬ валось, что власть должна идти сверху вниз, в виде правильной пирамиды, но при этом не могли ясно ответить, на чём эта власть мо¬ жет быть основана, поскольку она не зави¬ сит больше ни от выбора граждан, ни от бо¬ жественного права. Призывали вернуться к старым французским добродетелям, особен¬ но к добродетелям крестьянским: отсюда столь превозносимый «возврат на землю», которого на первых порах желали и немцы. Последние с уднвтением слушали вопли ру¬ ководителей нового режима во Франции о благодетельности страдания, якобы возрож¬ дающего Францию и являющегося наказа¬ нием за прошлые ошибки и материализм французов. Действительность же резко расходилась с декларациями и призывами, Ибо если правительство Виши и стремилось на словах установить систему «отеческой власти», то страна не подчинилась этой системе и власть превращалась в террор. Надо ли при этом подчёркивать, что дея¬ тельность правительства Виши практически распространялась лишь на одну так называе¬ мую свободную зону?! Оккупированная зона, теоретически находившаяся под суверените¬ том этого правительства, в действительности зависела только от немецкой власти. Так, префекты оккупированной зоны, которые, казалось, были облечены всемогущей адми¬ нистративной властью, и действительности были целиком подчинены врагу. Органом пе¬ редачи немецких приказов служила гене¬ ральная делегация правительства Виши в Париже, находившаяся в руках де Бринона. При втором кабинете Лаваля ускорилось возвращение в Париж технических мини¬ стерств. Однако это не только не вызвало роста влияния правительства на оккупиро¬ ванную зону, но привело к ещё большему подчинению его немцам. Что касается Эльзаса-Лотарпнпш, то там в полной мере осуществлялся пангерманизм·. h ее ч а от н ы е де и а рт а менты, ра е с м а т ри а а е мы·.· как германская земля немецкой расы, были фактически аннексированы с момента пере¬ мирия. Исходя из указанных соображений, нем¬ цы, не довольствуясь овладением этими де¬ партаментами, намеревались вернуть всех их жителей, бежавших во Францию. Всеми средствами: убеждениями, угрозами, шанта¬ жом — немцы старались заставить их вер¬ нуться домой и в то же время прилагали все усилия для уничтожения возможности «ос¬ квернения» от французов. Не разрешалось возвращаться чиновникам, а остававшиеся в этих провинциях чиновники изгонялись. За¬ прещалось всё, что напоминало Францию: французский язык, книги. 7 августа 1940 г. туда были назначены два гаулейтера: Ваг¬ нер и Бюркель. Со стороны Виши, уже полу¬ чившего тревожный сигнал от Висбад-е.нскои комиссии по перемирию, 3 сентября был заявлен лишь слабый протест. С тех пор продолжалось мученичество этих двух про¬ винций, не имевших даже утешения в виде поддержки со стороны французского пра¬ вительства. Деятельность немцев по «пере¬ воспитанию» эльзаслотарингцез особенно была направлена на молодёжь: неисправимые изгонялись во Францию или высылались на Восток и должны были оставить на месте своё имущество. Было введено немецкое законодательство. С 25 апреля 1942 г. моби¬ лизовали молодых людей: мужчин распы- дили по немецким войскам, а девушек по¬ сылали в трудовые лагери, где царила без¬ нравственность. И так как упрямые головы эльзас,тотарингцев нелегко воспринимали красоты нацистского режима, то всех сопро¬ тивлявшихся ему отправляли и лагерь в Ширмеме. Основные учреждения страны и её адми¬ нистративная система подверглись реорга¬ низации, направленной на уничтожение вен¬ кой общественной жизни и усиление центра¬ лизации. Были ликвидированы бюро ο6*.·ιιχ палат парламента, которые были сперва перенесе¬ ны в Шатель-Гюпон, и с 1 октября 1941 г. прекратилась выплата вознаграждения депу¬ татам. Были прикончены также и местные выборные органы. Сопротивлявшиеся новым порядкам или просто подозрительные члены генеральных советов департаментов были объявлены вышедшими официально в от¬ ставку. Закон от 12 октября 1940 г. отсро¬ чил проведение заседаний генеральных со¬ ветов департаментов и окружных советов. В начале 19-11 г. генеральные советы были за¬ менены департаментскими комиссиями из де¬ вяти членов. Комиссии носит чисто сове¬ щательный характер и строго подчинялись опеке префектов. По весьма скоро егалд.рче- видиой бесполезность этих столь непредста¬ вительных советов; с момента прихода Ла¬ валя к власти они были заменены назначен¬ ными департаментскими советами. Однако и на этог раз совещательная роль и способ назначения делали эти ομιдмнзаини совер¬ шенно неэффективными. В области коммунальной, особенно в круп¬ ных городах, выборные муниципалитеты бы¬ ли заменены пази 'шейными мэрами и муни¬ ципальными сове ravin Официальный прави¬ тельственный вестник пестрил решениями о роспуске муниципальных советов и смеще¬ нии мэров; в конце концов было решено до¬ пустить принцип выборности муниципалите¬ тов в коммунах, насчитывавших менее 2 ты¬ сяч жителей, но выборы эти так и не были проведены, Благодаря такой системе назна¬ чений муниципалнiеты потеряли всякий кон¬ такт с действительностью, а весь режим ли¬ шился какой-Либо опоры. Цензура, унаследованная со времени вой¬ ны, продолжала распространяться на все ви¬ ды публикаций, на в-ce способы выражения мысли. Пресса, которую прихлопывают вся-' кий раз, как она показывает себя недоста¬ точно послушной, имела лишь возможность выбирать между гибелью и публикацией с
Виши 93 незначительными вариантами правитель¬ ственной прозы. Наряду с удушением общественной жизни правительство Виши изгоняло неугодных лиц за пределы Франции, ссылало, проводи¬ ло административную чистку аппарата. Чи¬ стка администрации производилась на ос¬ новании закона от 17 июля 1940 г., который позволял смещать чиновников и лишал по¬ следних уставных гарантий. Большое число чиновников вследствие этого закона попла¬ тилось не за свою профессиональную непри¬ годность, а за независимое поведение, за плохие отношения с начальством, за свои политические убеждения. Над остававшими¬ ся висела угроза произвольного смещения. Законом от 16 июля 1940 г. предусматрива¬ лось лишение французской национально¬ сти — эта смешная денационализация упот¬ реблялась против «свободных французов». Затем, 13 августа 1940 г., был издан первый закон, запрещавший существование тайных обществ. Опубликовывались самые «убеди¬ тельные» истории, доказывавшие их ответ¬ ственность за наши беды. Впрочем, это обыч¬ ный приём тоталитарных режимов — нахо¬ дить и избивать козла отпущения. На основе этого закона были распущены франкмасоны, а имущество их секвестрирова¬ но. Вскоре приступили к опубликованию спи¬ сков франкмасонов; чиновники должны бы¬ ли поклясться честью, что они не принадле¬ жат к этой секте. Охотой на франкмасонов прославились Бернар Фэй и его сеиды, и эта организация вскоре стала вспомогатель¬ ной полицией гестапо. Познали изгнание и евреи. Первое поло¬ жение о них было опубликовано 3 октября, одновременно с отменой декрета Кремье Этим во Франции вводился немецкий крите¬ рий расы. Несмотря на сделанные попытки, в действительности нельзя приписать эти меры влиянию антисемитизма Дрюмона, дав¬ не забытого всеми во Франции, кроме не¬ скольких экстремистов из «Action fran¬ çaise» и «Je suis partout». Настойчивость, с которой вначале, упирали на то, что речь идёт лишь о защите против «международно¬ го еврейского капитализма» и многочислен¬ ных, недавно иммигрировавших израэлитоз, поддерживала заблуждение среди некоторых умов, легко подверженных ксенофобии. Но скоро, после тою как в конце марта 1941 г. под руководством Ксавье Валла, а затем в 1942 г. — под руководством Даркье де Пел- ленуа был учреждён комиссариат по еврей¬ ским вопросам и было выработано новое положение о евреях, всякое заблуждение исчезло. Запрещение евреям занимать боль¬ шую часть государственных должностей, за¬ ниматься свободными профессиями, где для них был введён humerus claus. а затем фактическое запрещение всякой торговой и промышленной деятельности привели к соз¬ данию бюро расследований, члены которого, часто стакнувшись с временными админист¬ раторами еврейского имущества, сами вскоре превратились в настоящих гангстеров. С соблюдением или без соблюдения формы происходил настоящий грабёж, жертвы кото¬ рого, сперва в одной оккупированной зоне, а потом и по всей Франции, выдавались за¬ тем немецкой полиции. Со всей жестокостью свирепствовало пре¬ следование сторонников коммунистических идей. Законы от 14 и 26 августа 1941 г. уси¬ ливали предусмотренное за коммунистиче¬ скую пропаганду наказание, которое отныне доходило до смертной казни. Волна про¬ скрипции не пощадила и Генеральную кон¬ федерацию труда; 9 октября 1940 г. был под¬ тверждён её роспуск так же, как, впрочем, и роспуск конфедерации французских пред¬ принимателей, Комитэ де Форж, Комитета владельцев угольных шахт. Это было новым проявлением лицемерия, ибо в созданных 16 августа 1940 г. организационных комите¬ тах, обладавших высшей властью в различ¬ ных отраслях промышленности, господство¬ вали предприниматели. По-иному обстояло дело с Генеральной конфедерацией труда,— она могла возродиться только в подполье, вне рамок быстро рухнувшей Хартии труда. Полиция составляла объект всяческих за¬ бот различных министров внутренних дел. Рядом с «Национальной безопасностью» («Сюртэ женераль») появилось множество секретных полиций или же полиций не специального типа, которые взаимно конт¬ ролировали друг друга; впрочем, их специа¬ лизация служила помехой их полной эффек¬ тивности. Так, рядом с особой полицией антимасонекой службы, или антневрейской, существовала полиция политическая, поли¬ ция продовольственного снабжения, конт¬ роля над пенами, охраны дорог и коммуни¬ каций, потом антикоммунистический отдел полиции, а позднее — особые бригады по розыску «террористов» и партизан. После новых смещений мэров было проведено огосударствление муниципальной полиции. Полным ходом шла вербовка в полицию; полицейским выдавались . мундиры, злопо¬ лучно напоминавшие собой некоторые хо¬ рошо известные формы. Полицейские поль¬ зовались многими преимуществами, в том числе для молодёжи гарантировалось, что её не будут посылать в Германию. Были созданы школы полицейских кадров, под¬ вижные группы резервистов, которые дол¬ жны были заменить собой мобильную гвар¬ дию и бороться против партизан; группы эти размещались по-военному, в казармах и по всей территории страны. Объектом глубоких изменений стало так¬ же правосудие и прежде всего — админист¬ ративная юстиция; она позволяла префектам без судебного решения заключать под стра жу подозрительных лиц и держать в заклю¬ чении осуждённых и после истечения срока пал: звания. Существующие кони ент рацион¬ ные лаге:н были использованы сперва для гхммунистов. Затем число их увеличилось, и в них стали заключать и политических и уголовных преступников. Теоретически лаге¬ ри были специализписканы для той или иной категории заключённых, по фактически деголлезцев и коммунистов часто переме¬ шивали с сутенёрами и дельцами чёрного рынка. Теоретически продолжительность за¬ ключения была зафиксирована, по добиться решения об освобождении было всегда тру¬ дно. Заключённых, находившихся зачастую в ужасающих условиях, угнетали неопреде¬ ленность их участи и угроза внезапной йе¬ менкой расправы. Что касается юстиции не¬
94 Ж* и Ф. Буржен административной, то здесь наблюдался не¬ вероятный расцвет чрезвычайных трибуналов. И на самом деле суды присяжных и исправи¬ тельные суды не обеспечивали новому ре¬ жиму должной быстроты и суровости приго¬ воров. Уже 25 ноября 1941 г. был изменён порядок образования судов присяжных. На военный суд, созданный 24 сентября 1940 г., с местопребыванием в Тайна, был возложен разбор «преступлений и происков против безопасности и единства отечества». Затем появился специальный уголовный суд, по¬ рождённый законом 21 марта 1941 г.; он за¬ нимался рассмотрением дел о проступках, причинявших ущерб продовольственному снабжению страны. Затем появился специ¬ альный суд, карающий ночной разбой. Далее шли зловещие специальные отделения — творение Ж. Бартелеми—созданные зако¬ нами от 14 и 25 августа 1941 г.,—их зада¬ чей было подавление коммунистической пропаганды. Наконец законом 7 сентября 1941 г. был образован «Государственный суд» с весьма туманными и подлыми функциями. Процессуальные нормы, кото¬ рые должны защитить невиновного, были заменены абсолютным произволом. Не допускалась никакая апелляция против вынесенных приговоров, против ошибки но существу, против пороков в формаль¬ ной стороне дела. В 1944 г. были созданы суды, имевшие своей целью подавление движения сопротивления. Это были воен¬ ные суды, предусмотренные законом 20 января 1944 г., чрезвычайные уголовные суды по закону 14 мая и трибуналы охраны порядка по закону 16 июня 1944 г., на ко¬ торые было возложено подавление терро¬ ристической деятельности и дезертирства военных или чиновников со своих постов. По¬ сле этого стало ещё меньше оснований го¬ ворить о правосудии. К этой пародии на пра¬ восудие обратился однажды Петэн по пово¬ ду ответственности за войну и поражение. 30 июля 1940 г. конституционным актом Лз 5 был создан Верховный суд, с местопре¬ быванием в Рноме, для суда над мини¬ страми и их непосредственными подчи¬ нёнными, которые «изменили своему служеб¬ ному долгу». В тот момент, когда Франция была поражена своими бедствиями и крича¬ ла об измене, новым властям предержащим представлялось весьма удобным осудить всех бывших министров республики. Нем¬ цы, поддерживаемые бывшими мюнхен¬ цами и некоторыми генералами, которые не переносят указаний на недостатки нашей во¬ енной системы, также приветствовали бы вы¬ несение торжественного приговора, устанав¬ ливающего и карающего ответственных за войну. Кто же не видел, что это вело к признанию виновности Франции? Другие элементы непрочь были ограничиться поста¬ новкой вопроса об ответственности за ката¬ строфу; но эго затронуло бы военных, и в частности Петэна как бывшего военного министра в кабинете Думерга. Чтобы упро¬ стить дело и избежать этих трудностей, не¬ которые желали приговора, который не яв¬ лялся бы следствием формального разбира¬ тельства. Одно время думали, что это по¬ следнее решение взяло верх. Действительно. Петэн решил сам судить Дададье, Леоиа Блюма, Поля Рейио, Манделя, генерала Га- мелена: они были подвергнуты заключению в одно время с другими политическими дея¬ телями—Венсаном Ориоль, Максом Дормэй, Жюлем Мок, Помарэ, Жуо. 20 сентября 1941 г. был образован «Совет политического правосудия», составленный из 7 членов, ко¬ торый, почти без всякого следствия, вынес заключение об ответственности бывших министров. Менее чем через месяц Петэн вьшес свой приговор, объявив Гамелена, Блюма и _ Даладье «виновными в из¬ мене своему служебному долгу». Не¬ смотря на этот приговор, правительство после многих колебаний решило продолжить процедуру, возложенную на Верховный суд. Для того, чтобы сделать это решение при¬ емлемым для Франции, Жозефу Бартелеми было поручено представить стране тонкое разграничение между политическим право¬ судием и точкой зрения строго юридиче¬ ской. Процесс начался 19 февраля 1942 г. под председательством Кау. Обвинение сводилось в конечном счёте в неудовлетво¬ рительной подготовке к войне и касалось лишь периода 1936—1939 годов. В конце концов доктор Гримм, посланный Гитлером, явился к Петэну с требованием положить конец этому процессу, который более со¬ вершенно не устраивал немцев, поскольку ни судьи, ни обвиняемые не считали Фран¬ цию виновницей войны. Через несколько дней, 11 апреля 1942 г., закон — ещё одно юридическое нововведение — приостановил судебные прения. Суду было поручено попол¬ нить свою информацию. Обвиняемые вновь отправились в свои тюрьмы, откуда они бы¬ ли- увезены немцами после оккупации всей Франции. ★ В самом начале правительство Виши для установления связи со страной создало на¬ циональный совет и правительственных ко¬ миссаров. Национальный сонет был образо¬ ван законом от 22 января 1941 г. и явился творением Фландена. Речь шла о собрании из 200 членов, прнззанном играть лишь со¬ вещательную роль. Вместе с лицами для представительства в нём фигурировало боль¬ шое число парламентариев, особенно набран¬ ных среди членов «Демократического сою¬ за». На деле этот «совет», к которому Пе¬ тэн относился неблагосклонно, ни разу не был созван, но некоторые из его комиссий несколько раз заседали. Произошло несколь¬ ко отставок, и при втором кабинете Лаваля этот совет погрузился во всеобщее безраз¬ личие. То же самое произошло с правитель¬ ственными комиссарами, этими современны¬ ми missidominîci, посылавшимися в провин¬ ции, чтобы просветиться насчёт состояния общественного мнения. Они принимались префектами с опаской и были плохо подго¬ товлены к выполнению своей задачи. Несколько больший успех имели попытки, осуществляемые в плане административном, изменения, внесённые в организацию мест¬ ных коллективов, в местную полицию и юстицию, «Великой» идеей Петэна была идея «возрождения провинции»; это была ещё одна историческая ремине-сценция од¬ ного порядка е возвратом к «корпоративиз¬ му», с «возвращением к земле», со всеми
4h Т...Ж.Ы-—., Виши Ü.' этими возвратами к отжившим, хотят того или нет, вещам. Префекты округов возглавили управление 4—10 департаментами; помощниками им бы¬ ли приданы два интенданта, один — поли¬ ции, другой — по экономическим делам. Ок¬ ружные црефекты, таким образом, особенно занимались охраной порядка и делами эко¬ номическими. Црефекты департаментов, про¬ должавшие нести ответственность за поря¬ док в своем департаменте, видели себя всё же лишёнными практически своих прав в этих вопросах в пользу интендантов. Были созданы другие многочисленные должности по работе с молодёжью, в обла¬ сти пропаганды, а вскоре также в ведомстве трудовой повинности, не говоря уже о тех административных должностях, которые, хо¬ тя и не столь быстро, но не переставали ра¬ сти в числе. Однако администрация от этого не делалась лучше. Множество лиц, очу¬ тившихся из-за войны без дела, устремилось в погоню за должностями. В этой атмосфере Петэп. желая новыми узами привязать к себе администрацию, задумал требовать от чиновников присяги на верность. Он чув¬ ствовал, что эта администрация, хотя и по¬ лучившая вследствие исчезновения местных выборных органов полноту власти, становит¬ ся тем не менее всё более и болсс сдержан¬ ной, Б августе 1941 г. появляются VIII и 1\ «Конституционные акты» с требованием присяги на верность от высших чиновников. Постепенно эта мера распространяется на всё более многочисленные категории. При¬ сяга приносится чуть ли не всеми зависимы¬ ми лицами. Λ для вознаграждения верных вводится значок: секира древних франков (1а francisque). ★ «Реформаторская» деятельность режима была особенно направлена на «благо» моло¬ дёжи и семьи. Несмотря па все усилия тоталитарных коллаборационистов, так и не удалось создать единую молодёжную орга¬ низацию, наподобие германской. Существо¬ вали различные молодёжные организации, но в северной зоне немцы запретили их. Госу¬ дарство всё же стремилось контролировать и -направлять все эти ассоциации; впрочем, они объединяли лишь меньшинство француз¬ ской молодёжи. Производились более или менее насильственные перестройки в скаут¬ ских и молодёжных туристских организаци¬ ях. Назначались делегаты по работе среди молодёжи, на которых было возложено пре¬ творение в жизнь правительственных дирек¬ тив в местных условиях. Эти директивы, ник¬ чемные и весьма пустые, сводились к тому, чтобы заставлять петь, по возможности хором, песнь «Маршал, мы здесь», прослав¬ лять ценность молодёжи, которой, в силу того лишь, что она молодёжь, будто бы присущи все добродетели, посылать детей маршировать на бесчисленные скучные официальные церемонии. Кроме того повсюду были -созданы школы по подготовке кадров; самыми известными из них были школы д’Урмаж и дю Майэ де Монта нь. В них толковали послания Маршала, го¬ ворили о Пэги, спорили о корпоративизме, хартии труда, о роли элиты. Более серьёз*· ная работа была предпринята в лагерях для молодежи (Chanturs de jeunesse). Руководство лагерями было поручено ге¬ нералу де ля Порт дю Тейль, который за¬ полнял ряды лагерников бывшими армейски¬ ми кадрами. Но если людям надоедает в ар¬ мии, то ещё труднее не почувствовать скуки в этих лагерях; военное обучение в них про¬ водить нельзя было, в городах они никогда не размещались, жили в изолированных ба¬ раках. Чтобы занять и как-то использовать рекрутов, их посылали на всякого рода сель¬ ские работы, дававшие неизбежно слабый экономический эффект. После введения уч¬ реждений трудовой повинности множились случаи дезертирства. Регулярные набеги на магазины и склады лагерей совершали пар¬ тизаны и захватывали .немало одежды и про¬ довольствия. Многие лагери немцы стали за¬ крывать и увозить молодёжь в Германию. В начале 1944 г. почувствовалось приближений конца. Генерал де ля Порт де Тейль вынуж¬ ден был выйти в отставку и был арестован немцами. Лагери были отданы в ведение ко¬ миссариата по делам трудовой повинности, который пробовал превратить их в трудовые отряды. Наконец, 10 июня 1944 г., по прика¬ зу Деа, их распустили. ★ Политику Виши но отношению к религии и церкви можно резюмировать, сказав^ что. е одной стороны, господствует новая атмо¬ сфера во взаимоотношениях религии и госу¬ дарства, а с другой, — что некоторые из принятых мер принесли церкви необычайные бы годы. Петэн не пренебрегал помпезными встречами на папертях соборов. Ни одна ле¬ гионерская церемония не обходилась без мессы, присутствие па которой считали сво¬ им долгом все офицеры. Дух мертвечины, к которому старались приобщить Францию, не задевал католическую доктрину. Поспеш¬ ность, с которой некоторые представители режима Виши устремлялись к церкви, не уступала ответному стремлению к ним на¬ встречу прелатов. В результате ли катастро¬ фы, или же вследствие позиции, занятой пра¬ вительством, но проявление возрождения религиозных церемоний, в особенности вся¬ ких паломничеств, было несомненным. Было дано согласие на ежегодную субсидию в 400 млн. франков церкви для распределения между различными учреждениями «свобод¬ ного преподавания» (т. е. школами, принад¬ лежавшими религиозным организациям). По предложению Ж. Шевалье, конфессиональ¬ ные учреждения получили доступ к школь¬ ным кассам, затем к государственному кошельку и. наконец, — к генеральным кон¬ курсам учащихся, а их школьные попечи¬ тельства были приняты в члены «Федерации по внешкольному образованию» ^«Federation des ocuores de l'enseignement public»). Впро¬ чем, конгрегации пользовались и более лег¬ ко добываемыми щедротами. Так было, например, с монахами шартрезского ордена: их действующему уставу придали необхо¬ димую гибкость, Устремляясь к небесам, Виши занималось также и делами земными. Параллельно с ор¬ ганизацией промышленного производства,
96 Ж. и Ф. Буржвн согласно закону от 16 августа 1940 г., соз давшему организационные комитеты, на ко¬ торые была возложено координация дея¬ тельности предприятий одной и той же от¬ расли промышленности, Петэн намеревался создать систему, которая могла бы ликвиди¬ ровать социальные конфликты. 4 июня 1941 г. был создан комитет, которому было пору¬ чено выработать хартию труда. Этим делом активно занялся Белен, бывший синдика¬ лист, и 4 октября хартия была обнародова¬ на. В основу её был положен единый в дан¬ ной местности или предприятии синдикат по категориям (рабочие, руководящий персо¬ нал, хозяева) и профессиям. Смешанный об¬ щественный комитет, в котором должны бы¬ ли быть представлены все категории, дол¬ жен был регулировать могущие возникнуть разногласия и решать вопросы в местном масштабе. Об участии этого комитета в ру¬ ководстве предприятием не было и речи. Каждая профессия должна была получить своё общественное здание, где будут сосре¬ доточены организации вспомоществования и профессиональная документация. Тот же дуализм имел место и в окружном масштабе: окружные объединения синдикатов и сме¬ шанные комитеты. В национальном масштабе должны были быть созданы федерации син¬ дикатов по социальным категориям и груп¬ пам родственных профессий и рядом с ними смешанные национальные комитеты. Легко уловить разницу, которая отделяла эту хартию от прежней французской проф¬ союзной организации. Прежде всего — еди¬ ный синдикат, а не множество синдикатов. Затем — его принудительность, принуди¬ тельность в двух смыслах: так как лица од¬ ной профессии принуждаются вступать в не¬ го., то и принятые решения обязательны для всех членов вследствие публично-правового характера, признаваемого за новыми органи¬ зациями. Наконец, синдикаты должны были носить строго профессиональный характер; межпро- фесеиональные объединения, и в частности Всеобщая конфедерация, запрещались. Таким способом надеялись ликвидировать всякую возможность рабочих коалиций и, следовательно, общей забастовки. Если же, тем не менее, употреблена корпоративная фразеология, что должно очаровать марша¬ ла, то она является корпоративной лишь в Т 'й мере, в какой между всеми профессия¬ ми воздвигнуты непроницаемые перегородки. Но вмешательство государства, которое, в конечном счёте, отдаёт всякое важное ре¬ шение в руки правительственного комиссара иди министра труда, к корне противоречит понятию корпорации. Были приняты все ме¬ ры предосторожности, чтобы помешать ка кой бы то ни было политической деятельно еги новых синдикатов. Эти меры были столь основательны, что в рабочей среде новый за¬ кон приняли с абсолютным безразличием. Так рухнуло творение, о котором французам прожужжали все уши. Впрочем, некоторой· категории трудящихся были изъяты из ми¬ лостей хартии, и для них на деле были пре¬ дусмотрены специальные постановления: это чиновники — их одарили регламентом, кото¬ рый пространно перечислял их обязанности и очень мало говорил об их пр?ьах, — и ар хитекторы, и врачи, для которых создава¬ лись особые прав-ила. Наконец, надо специ¬ ально упомянуть о земледельческой корпо¬ рации, диктатура которой осуществлялась в деревне и которая была единственным рас¬ пределителем удобрений и семян. ★ После диктатуры Дарлана насилия, кото¬ рыми она сопровождалась, Лаваль, в начале деятельности своего второго кабинета, под давлением народного недовольства, взывал к парламентариям (не возвращаясь к парла¬ ментаризму), ослаблял давление, тяготевшее над местными организациями. Оставаясь по отношению к немцам коллаборационистом, несмотря на своё подчёркнутое желание ви¬ деть Германию победоносной, он делал вид, что хочет держаться η рамках лишь необхо¬ димых уступок. Однако было уже слишком поздно·: французы уже составили своё мне¬ ние о правительстве Виши, а немецкие тре¬ бования делались с каждым днём всё более повелительными. Первоначальные заботы о реформах уступили место двум задачам: по¬ сылке трудящихся в Германию и сохране¬ нию порядка. Заукель давно уже требовал рабочих для Германии: пусть французская промышлен¬ ность и работает для удовлетворения немец¬ ких заказов, нужно посылать французских рабочих на немецкие заводы и заменять не¬ мецких рабочих, которые в свою очередь должны были восполнить потери немецкой армии, понесённые кампанией в России. Впрочем, и продукция наших заводов значи¬ тельно сократилась. Кроме того Германия хотела укрепить за¬ падное побережье «европейской крепости». Немцы закрыли не работавшие на них фран¬ цузские предприятия. Тогла-то Лаваль и вы¬ бросил лозунг «смены» (Relève) — в обмен на рабочих, которые добровольно поедут ра: ботать в Германию, во Францию будут воз¬ вращаться военнопленные. Но Лаваль осте¬ регался упоминать, что взамен трёх специа¬ листов -возвращают только одного пленного. И в то время как в немецких лагерях для военнопленных 250 тыс, человек было пре¬ вращено в «свободных рабочих», во Франции принудительная концентрация предприятий лишала работы многих- рабочих и их пыта- шсь бригадами посылать в Германию. Очу¬ тившись перед фактом провала лозунга «смены», несмотря на весь сопровождавший его шантаж, правительство Виши 4 сентября 1942 г. декретировало трудовую повинность; это была конскрипция, призыв па обяза¬ тельную службу немцам. Новые испытания вскоре лишили Францию двух, остававшихся всё ещё сильными ко¬ зырей, сохранённых ей перемирием,— армии и флота. Огромную надежду породила вы¬ садка союзников 8 ноября 1942 года. 11 ноября немецкому нашествию подверг¬ лась оставшаяся неоккупировлнной часть Франции. 27-го нацисты попытались овла¬ деть французским флотом, стоявшим на якоре в Тулоне. За исключением мелких кораблей, которым удалось ускользнуть, флот затопили сами французы. 29-го была разоружена армия, и немцы отдали при¬ каз о её демобилизации. Так испарились
Виши 97 все мнимые усилия, предпринимавшиеся якобы со времени перемирия для превра¬ щения этой, численно небольшой армии в высококачественный инструмент. Впослед¬ ствии она была издевательски заменена «первым полком Франции». В то время как генерал Делатр де Тассиньи пытался в Мон¬ пелье оказать сопротивление, немцы аре¬ стовали Венгана и всех политических и военных деятелей, которые им казались спо¬ собными вызвать мятежи. Теперь, будучи хозяевами всей Франции, немцы могли ещё легче, чем раньше, полу¬ чить полное удовлетворение своим требова¬ ниям на рабочую силу. После первого требо¬ вания 150 тыс. рабочих, второе, в феврале 1943 г., выражается уже в 250 тыс., а сле¬ дующее, в апреле, — в 400 тыс. человек. Мобилизация распространяется последова¬ тельно на все категории призывников, и за¬ кон от 5 февраля вводит для молодёжи двухгодичную трудовую повинность. Все призывники 1942 г. должны были быть по¬ сланы в Германию. Несмотря на террор, не¬ смотря на аресты и угрозы, французы от¬ казывались ехать в Германию. Всё же под военным конвоем поехало около 750 тыс. Те, которым удалось ускользнуть, оказались в рядах партизан либо вели полуподполь- ную жизнь. ТЙГ Наступил момент, когда судьбы Франции не зависели уже от Вити даже в том огра¬ ниченном смысле, в каком это можно сказать о 1940—1941 годах. Когда Петэн возвестил о перемирии, на¬ селение Франции, кочевавшее по дорогам в поисках крова или пищи, бомбардируемое немецкими пикирующими бомбардировщика¬ ми и итальянскими самолётами и поливае¬ мое пулемётным дождём, не пыталось, есте¬ ственно, отыскивать причины поражения. Альпийская армия боролась на два фронта, армия на линии Млжино защищалась в сё укреплениях, вдоль Луары развёртывались изолированные бон, но остатки армии, сме¬ шавшись с толпами кочующего гражданско¬ го населения, в беспорядке текли назад. Крушение страны объясняли причинами про¬ стыми: кричали об измене, о пятой колонне. Вот почему в этой величайшей неурядице захват власти Петэном и затем провозглаше¬ ние перемирия ие вызвало резкой реакции. Это давало надежду на немедленное прекра¬ щение переживаемых бедствий, открывало перспективу возвращения к довоенной жиз¬ ни. Принятию горечи перемирия способство¬ вала и личность «победителя у Вердена». Поскольку это он потребовал прекращения военных действий, думали, что другого вы¬ хода не было. Но постепенно можно было наблюдать, как обстановка совершенно изме¬ нялась: от восхваления, если не режима, то его главы, неотвратимо переходили к охлаж¬ дению, презрению, сопротивлению, освобож¬ дению. Конечно, уже с самого начала в июне 1940 г. находились люди, которые, зная, чего можно ожидать от Германии, отказыва¬ лись склонить голову, но их число было тогда незначительным. Потом последовало возвращение кочующих по стране людей {«исхода»), то задерживаемое немцами, то терпимое ими: сразу начались испытания с «Вопросы истории» № 12. ограничениями во всех прежних удобствах, в частности с обменом корреспонденциями между зонами. Французы, вернувшись в свои города, нашли их наводнёнными зелёными мундирами, и если большинство, устремив свои взоры кверху, игнорировало новых оби¬ тателей, то находились и такие, кто восхва¬ лял их «корректность» или, наподобие па¬ рижских газе г, превозносил благородство победителя. С приближением зимы возникли материальные трудности, отвлекавшие от по¬ литических проблем. В результате ли этих трудностей, вследствие ли жестокости пора¬ жения или реакции чувства национального достоинства, но, во всяком случае, масса на¬ селения оставалась безразличной к созда¬ ваемой вишийской пропагандой атмосфере всяческого охаивания прошлого, публичных исповедей, выставляемого напоказ мазо¬ хизма. В 1941 г. страна вышла из пассивного состояния. Немецкая пропаганда, разверну¬ вшаяся полным ходом через парижское ра¬ дио и газеты, пыталась пробудить антибри- танские настроения, возбуждаемые события¬ ми в Мер-эль-Кебире, а затем подчеркнуть «социалистический» и «европейский» харак¬ тер «нового порядка». Эта позиция, которая должна была привлечь на свою сторону ле¬ вые элементы, наталкивалась на пробудив¬ шийся патриотизм. Что касается вишийской пропаганды, то, убедившись в тщетности сво¬ их попыток осуществить возрождение Фран¬ ции посредством покаяния, сна стала подчёр¬ кивать добродетели национальной револю¬ ции. Однако Спинасс был вынужден вслед за другими констатировать, что он «пропове¬ дует в пустыне». Вскоре правительственная пресса—бесспорный знак давления обще¬ ственного мнения — перешла к обороне и старалась доказать патриотизм вождей ново¬ го режима, неизбежный характер перемирия и даже пробовала сравнивать «свободных французов» с эмигрантами 1789 года. Всё же стал обозначаться разрыв между оккупированной зоной и зоной «ноно». Бо¬ лее требовательный патриотизм населения северной зоны сочетается с сознанием того, что оно больше угнетается: действительно, постоянное соприкосновение с оккупацион¬ ными войсками, необходимость выполнять всякого рода требования, вечная угроза не¬ мецких репрессий — всё это делало суще¬ ствование в северной зоне более тягостным. К этому следует прибавить позицию париж¬ ских газет, которые не скупились на крити¬ ку, подчас жестокую, вишийской реакции. РТемцы радовались этому источнику не¬ понимания — в южной зоне всё ещё продолжали твёрдо верить в маршала, если не в его святых, и аристократия нового .ре¬ жима спешила пользоваться своей недавней и непрочной властью. Однако материальные условия, по край¬ ней мере в городах, требовали всё более из¬ нурительных хлопот. Франция, которая боль¬ ше не получала ничего существенного из- за границы и из своей империи, могла бы, несомненно, обойтись своими собственными ресурсами, если бы они не шли на прокорм¬ ление немецкой оккупационной армии и ес¬ ли бы немцы не отправляли в свою страну огромного количества всевозможного добра.
98 Ж. и Ф. Буржен Ччобы иметь возможность прожить в этой нужде, была введена система натураль¬ ных поставок. Однако крестьяне, подкреп¬ ляясь легко используемыми патриотически¬ ми аргументами, сыпались сдавать сборщи¬ кам всё меньшое количество продуктов. Впрочем, некоторые не брезговали прода¬ вать по высокие цепам свои еьестные про¬ дукты рыскавшим по деревням горожанам. Пеемотря на возможность получать поч¬ товые посылки, несмотря на наличие чёрного рынка и пригородных огородов, пищи похва¬ тало и она была почти исключи гельно расти¬ тельной. дтп условия не слишком благопри¬ ятствовали сотрудничеству с немцами. Враждебное отношение к сотрудничеству влекло враждебность к практиковавшему его праймгедьстну. Кроме того теперь поя¬ вилась смутная надежда — 22 июня 1941 г. Гитлер бросился на Россию; если ещё но смеют, надеяться на победу русских, кажу¬ щуюся невероятной, судя по всему тому, что сообщалось о вотше в Финляндии, то дума¬ ют о том, что в России Гитлер истощит свои силы и что Англия воспользуется драгоценной отсрочкой. В начале 1942 г. но дебатам Риомского суда французская реакция могла констати¬ ровать привязанность страны к демократи¬ ческому режиму и её ненависть к Герма¬ нии. Возвращение к власти Лаваля в апреле этого года не могло прибавить сим¬ патий к вншиискому правительству, Кик бы он ни изображал себя желающим избавить¬ ся от липшего балласта, положив конец всемогуществу военных, нехотя пытаясь оживить местные собрания, стараясь при¬ влечь персбежчпкоа-синдикалистов, — фран¬ цузский народ знал истинную цену его окружению и ему самому. Лишь одни упор¬ но верные режиму люди пытались ещё про¬ водить различие между маршалом и его прайм ггльством. Враждебность страны к пишийскому ре¬ жиму наиболее ярко проявилась в связи с осуществлением «смены». Правда, на кар¬ ту при -лом были поставлены непосредствен¬ ные интересы люден. Вся сентиментальная пропаганда, сопровождавшая ужасный шан¬ таж, при проветении этого мероприятия оказалась весьма мало эффективной, и от¬ правка в Германию могла происходить единственно лишь по принуждению со сто¬ роны службы трудовой повинности и с помощью полицейских мер. Ноябрьские события 1942 г. имели ту за¬ слугу, что, несмотря на господствовавшее замешательство, п ро т и в о р е ч и в ы е деклара¬ ции, внезапные перемены взглядов воен¬ ных руководи тлей, эти события положили конец всякой двусмысленности. Являлся ли маршал пленником или же он сам согла¬ сился на вступление немцев в южную зо¬ ну, но фикция суверенного французского государства исчезла в тот момент, когда вся Франция подверглась нашествию, флот был потоплен, а армия распущена. Теперь было известно, что все меры, которые будут при¬ няты, будут продиктованы немцами. В 1943 г. утратили все иллюзии насчёт позшши французов также и немцы. Оплачи¬ вавшиеся ими марионетки ещё продолжали оспаривать друг у друга Несущее! вующую власть. В то же время, несмотря на тяжё¬ лые материальные трудности, при дезорга¬ низованном немецкими грабежами и бом¬ бёжками союзников транспорте, при гори ;до более грудном вследствие этого продоволь¬ ственном снабжении и увеличивавшейся нужде, всё отчётливее становилось сопро¬ тивление нации. Значительно возросло число случаев неповиновения на работе. Более ин¬ тенсивной стала террористическая борьба, отражавшая надежды и жестокое разоча¬ рование относительно неизбежности высадки союзников. Уничтожение демаркационной линии явилось символом единства страда¬ ний французов. Росла ненависть народа, и вишийские пропагандисты могли оправды¬ вать существование правительства лишь ссылками на то. что оно якобы вносит смяг¬ чение в те бедствия, которые постигли стра¬ ну. Они старались также делать ударение на красной опасности. Во всё возрастающей но напряжённости атмосфере протекали первые месяцы 1944 года. Хотя в правительство вошли послед¬ ние отъявленные предатели, гнев немцев не имел больше границ. Народ с нетерпением ждал высадки союзников, но боялся тех мер, какие могли предпринять в связи с этим нацисты, в частности ареста всех здо¬ ровых мужчин. Правда, прекратилась от¬ правка французского населения в Германию, что было скорее результатом невозможности обеспечить её, чем уступкой со стороны немцев. С треском провалилось проявленное правительством Виши в декабре 1943 г. сла¬ бое намерение попытаться вновь овладеть по¬ литической ситуацией, чтобы обеспечить воз¬ вращение к представительной системе. Отныне действительной властью стало дви¬ жение сопротивления. Конвульсии и рывки агонизирующего вншийского государства выражались сперва в кровавых экспедициях, ответственность за которые должен нести Дарнан. В радиопередачах Энрно всё сшё старался изо всех сил нарисовать францу¬ зам ужасы новой борьбы на нашей земле и обрисовать движение сопротивления как действия преступников и злодеев. Наконец, последний из этого трио, Дса, взял на се¬ бя возобновление посылки люден в Герма¬ нию. У него, однако, не оказалось ни вре¬ мени, ни возможности принести значитель¬ ный вред. * Таким образом, почти вся Франция была настроена непримиримо враждебно к Гер¬ мании. Но вне правительства Виши, возле него и в нём самом нашёлся ряд лиц, всеми силами поддерживавших немецкое господ¬ ство. Люди эти были немногочисленны, но материальные и моральные опустошения, за которые они несли ответственность, бы¬ ли значительными. Если бы немцы не имели помощников, французов, то они вследствие своей неспособности понять Францию, несомненно, не смогли бы произвести таких опустошений. Эти предатели собирались поч¬ ти изо всех политических направлений: пре¬ датели своих партий, они легко соскальзыва¬ ли к предательству своего отечества. Степень измены была различной, и вна¬ чале не все осознавали роль, которую игра¬
Ъиши, 99 л». Всех их объединяла позиция, занятая ими с момента объннлеиин нонны, — не»' они были мюнхенцами и объянляли себя «пацифистами» »противовес тем, кого они называли «сторонниками воины». Некоторых из них, пришедших из крайне правого лагеря, давно прельстил авторитар¬ ный характер нацизма; другие пришли из левого лагеря и, желая осуществить равне¬ ние на гм ! леровекий режим, ставили акцепт на венски' «социалистическом» и «европей¬ ском». Лаваль играл роль связующего зве¬ на между ними и Биши. Во главе всей компании были академи¬ ки вроде абеля Боннара или кардинала Бод- рилднра, и|юдажиые журналисты типа Жан Лушера, растленные личности вроде Бри- нона. Но бесполезно задерживаться на этом перечислении. Посредством прессы, с одной стороны, через политические организации — с другой, они пытались развернуть деятель¬ ность из своей штабквартиры в Париже, пока некоторые из их руководителей не добрались до цели своих вожделений — до министерского портфеля. Их газеты под¬ хватывали тематику немецкой пропаганды, излагая её по-французски. Они прибавляли сюда несколько демагогических тем и пред¬ ставлялись в виде глашатаев социальной ре¬ волюции, враждебной консерватизму в ви- шийской реакции. Из этих коллаборациони¬ стов некоторые, примкнувшие для того, что¬ бы воспользоваться выгодами, которые им временно сулило немецкое покровительство, стремились потом осторожненько улизнуть, как только чаша весов начала-явно скло¬ няться на сторону союзников, то есть Фран¬ ции. Те же, кто действительно оказались слишком заметными, полагая, что всё равно пропадать, всё более увязали в своём позо¬ ре и бесчестии, ★ Развитие деятельности так называемых массовых организаций можно разделить на две фазы. Первая из них относится к тому периоду, когда ещё отличались между собой режимы оккупированной и неоккупирован- нон зон. В южной зоне создался француз¬ ский легион участников воины, пребывав¬ ший в служении исключительно одному Петэиу; он распался в тог именно момент, когда его захотели втянуть в авантюру бо¬ лее реального сотрудничества с немцами. В это же время в южной зоне неофашисты создали многочисленные, конкурирующие между собой организации. После унифика¬ ции всей Франции под нацистской оккупа¬ цией милиция пыталась осуществить объеди¬ нение этих организаций на всей француз¬ ской территории. Созданный законом от 29 августа 1940 г. легион должен был объединить всех бывших участников двух войн и заменить прежние ассоциации, которые были распущены. Г1о мысли Петэна, легион должен был стать опорой для власти, чувствующей себя изо¬ лированно от наций. Но устав легиона опре¬ делял его роль как осведомителя прави¬ тельства об интригах, направленных против национальной революции. Легионер должен был принести почти безусловную присягу на верность. Доктрина легиона была так же гуманна, как и доктрина «национальной ре¬ волюции», но она не замедлила позаимство¬ вать ло!унгн дня, направленные против трестов, евреев, франкмасонов. Нго руково¬ дители, сплошь назначенцы, гордившиеся только что полученной властью, спешили изобразить из себя местных царьков. Они заеыцалн официальную администрацию до¬ носами и требованиями, претендовали на пра¬ во вмешиваться в её деятельность. С целью контроля вносили расстройство в разные ве¬ домства. Что касается массы рядовых чле¬ нов легиона, то вначале она была достаточно многочисленна, особенно среди участников войны 1914 -1918 гг. н бывших членов «Огненных Крестов». Бели легионеры охотно участвовали в различных организованных манифестациях, сопровождавшихся мессами, которые отслу¬ живались на открытом воздухе, или же народными празднествами, то бни куда менее расположены были к сотрудничеству с нем¬ цами. Кроме того полтора' миллиона членов оказались силой, довольно аморфной и мало пригодной к деятельному участию в «при¬ ведении в порядок» страны. В конце кон¬ цов возвращение к власти Лаваля в 1942 г. выразилось в свёртывании деятельности легиона. Лашаль. овернец и друг Лаваля, заменяет лотарингца Валеитэпа, настроенно¬ го германофобски. Легион, потерпев полную неудачу у рабочих масс со времени органи¬ зации своих групп на предприятиях, прихо¬ дит во вес больший упадок. Он теряет чле¬ нов, Лаваль сокращает его права, и дея¬ тельность его начинает ограничиваться рам¬ ками общественной службы. 30 января 1913 г. появился закон о созда¬ нии милиции. Милиция, вышедшая из легио¬ нерской службы порядка, вначале группи¬ рует легионерскую молодёжь. Она быстро превращается во вспомогательную полицию, которая должна дублировать выходящую постепенно из милости национальную поли¬ цию. Составляется милиция всё более из наёмных лиц. Начальником милиции был Дарнан. Её численность никогда не превы¬ шала 30 тыс человек. С той поры вооружён¬ ная немцами, пользующаяся их помощью, на¬ ходящаяся под начальством такого шефа, как войска СС, она пустилась иа все виды насилия, стала сотрудничать с немцами в подавлении партизанского движения, дей¬ ствуя под командой немецкой полевой жан¬ дармерии; она предприняла ряд убийств, например, убийство Виктора Баха и его же¬ ны, затем убийство Манделя 7 июля 1944 г. в отместку за казнь Филиппа Энрио. Она попыталась ликвидировать партизанское движение, закрепившееся на плато Глиер в Верхней Савойе, и не смогла бы добиться этого без помощи немецких вооружённых сил. Преследования партизан порождают новые гекатомбы жертв. Когда немецкая армия устремится назад к Рейну, вместе с пси, естественно, побегут и её слуги. В оккупированной зоне рядом существо¬ вали «Французская народная партия» Дорио и две организации, порождённые пораже¬ нием,—«Национальное народное объедине¬ ние» Деа и «Социально-революционное дви¬ жение'» Делоикля. Ртом с ними возникали зародышевые организации опасных гангсге-
100 Ж. и Ф. Буржен ров — такие, как организация Бюкара. Все эти организации были ещё более смехотвор¬ ны по численности, чем милиция. С момента создания милиции южной зоны Деа спешит создать «Революционную национальную милицию», а Дорио — «Французскую Гвар¬ дию», — в действительности они являются их охранными группами. В дальнейшем эти также последуют за своими хозяевами в Германию. Другие группировки—«Рабочий комитет неотложной помощи», группа «Со¬ трудничество», «Движение пленных» — по¬ тонут во всеобщем презрении. ★ После высадки союзников Петэн и Лаваль в течение нескольких дней пытались обес¬ печить себе переходный период по своему собственному выбору. Как могли они ещё питать такую надежду? Попытки войти в контакт с генералом де Голлем, в том числе и попытка адмирала Офана, потерпели пол¬ ную неудачу. Лаваль поспешил в Париж, — он хотел созвать Национальное собрание, которое избрало бы временное правитель¬ ство. Чтобы достичь этого, он пытался спер¬ ва добиться от немцев объявления Парижа открытым городом. Затем он множил связи с парижскими собраниями и бызшими пар¬ ламентариями. Он требовал и добивался от Абетца, чтобы ему вернули Эдуарда Эррио, который занимал достойную позицию и на которого американцы смотрели бы благо¬ желательным оком. Таким образом, он мог бы без помех пустить вновь в ход парла¬ ментскую машину. Уже называют будущих министров. Но Эдуард Эррио, доставлен¬ ный в городскую ратушу, оказывается на¬ строенным враждебно. Ещё более враждеб¬ ным он становится, когда одни из членоз Сопротивления сообщает ему о той реакции, которую вызвало его появление, и о фор¬ менной оппозиции Сопротивления тому ре¬ шению, какое намечается Лавалем. В кон¬ це концов немцы, которым Бринон сигнали¬ зировал об опасности, решили вновь забрать Эррио. Деа и Дарнан уже готовили свой отъезд в Германию. Наконец Абегц предупредил Лаваля, что его правительство требует, чтобы французское правительство уехало в Бельфор. С этой поры Лаваль слагает свои обязанности, предварительно уполномочив префектов Бюссьер и Буфф встретить со¬ юзников. 17 августа вечером Лаваль уезжает в Бельфор. В это время в Виши фон Рент-Финк старается убедить Петэна отпра¬ виться в Бельфор. В конце концов, под угрозой применения силы, Петэн покоряет¬ ся; его отъезд произошёл 20 августа. От¬ туда остатки «Французского государства» уезжают в Зигмаринген. Вскоре на развалинах режима Виши созда¬ ются временные службы и учреждения, ко¬ торые начнут готовить пришествие IV ре¬ спублики.
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ М. В. НЕЧКИНА. А. С. Грибоедов и декабристы, Институт истории Академии наук СССР. «Изучить реальное живое взаимодействие писателя и передового общественного дви¬ жения его времени»— такова задача, кото¬ рую ставит себе М. В. Нечкина в своём крупном исследовании о А. С. Грибоедове. Эта задача выдвигается не впервые: вопрос о социально-политических . взглядах ве¬ ликого писателя и об исторической основе его бессмертной комедии затрагивался мно¬ гочисленными авторами, особенно крупней¬ шим специалистом по Грибоедову Н. К. Пиксановым. Однако ни одна из предшествующих работ не освещала этой важной проблемы так подробно и конкрет¬ но, с привлечением такого богатого и де¬ тально проанализированного материала, как разбираемая моиографпия М. В. Нечкиной. Являясь прекрасным знатоком изучаемого периода, в частности, зарождения и развития декабристского движения, автор подробно восстанавливает историческую среду, пи¬ тавшую политическое мышление и художе¬ ственное творчество А. С. Грибоедова. Бла¬ годаря привлечению и осмыслению большо¬ го количества фактов, М, В. Нечкиной удаётся разрешить многие спорные вопросы и дать более -о б ос по ван нос. глубокое тол¬ кование содержанию грибоедовской коме¬ дии. Перед нами—одно из тех крупных иссле¬ дований, которые отвечают пробудившейся потребности советского общества в изуче¬ нии великих достижений русской культуры. Монография состоит из введения, посвя¬ щённого литературе и источникам по из¬ бранной теме, и из трёх основных, связан¬ ных между собой частей. В первой из них автор рассматривает взаимоотношения Гри¬ боедова и декабристов, предшествовавшие созданию великой комедии и подготовившие её появление на свет; во второй — даётся социально-политический анализ «Горя от ума» в связи с характеристикой основных принципов декабристского мировоззрения; в третьей части прослежено взаимное обще¬ ние Грибоедова и декабристов после окон¬ чания его работы пал. κον/сдпеп, в частности в периоды следствия над декабристами· и отбывания ими ссылки. Вторая часть, по¬ свящённая разбору «Горя от ума», не мо¬ жет быть понята без учёта выводов пред¬ шествующего биографического раздела, так же, как третья часть не может стать ясною без понимания предшествующего материала, связанного е образами и идеями грибоедов- скон комедии. Эта внутренняя крепкая спаянность книги—одно из сё несомнен¬ ных и крупных достоинств. Автор широко использует не только опуб¬ ликованные, но и архивные, неизданные Огиз. М. 1947. 600 стр. источники, проливающие свет как на исто¬ рию декабристского движения, так и на лич¬ ную биографию Грибоедова. Документы су¬ дебного следствия, многочисленные воспо- . минзния, письма, сочинения самого Три боедова подвергаются предварительному источниковедческому анализу. Автор уста¬ навливает неполноту и ненадёжность многих матгфиалов, вполне обоснованно отвергает некоторые источники (например подложные мемуары Лаврентьевой), путём сопоставле¬ ний и толкований старается восполнить зия¬ ющие пробелы. Читатель имеет возможность непрерывно следить за лабораторией авто¬ ра, проверяя его научную аргументацию и выводы. Одновременно, благодаря конкрет¬ ным и живым характеристикам, перед чита¬ телем развёртывается яркая картина обще¬ ственной борьбы в реальных образах исто¬ рических деятелей и отражённо — в художественных образах грибоедовской комедии. Такое сочетание тщательного, по¬ рою тонкого исторического анализа с- обоб¬ щающим воссозданием далёкого прошлого составляет второе крупное достоинство раз¬ бираемой монографии. Основные выводы, к которым приходит М. В. Нечкина, нужно признать обоснован¬ ными и вполне убедительными. С фактами в руках автор показывает, как рало, ещё в стенах Московского университета, установи¬ лись внешние и внутренние связи Грибое¬ дова с будущими декабристами. Уже в этот ранний период стали формироваться не только литературные вкусы, но и политиче¬ ские симпатии передового поколения, к ко¬ торому принадлежал Грибоедов. Отече¬ ственная война 1812 г. расширила и углу¬ била его молодые запросы; в противовес установившейся традиции о «гусарском» времяпрепровождении Грибоедова, М. В. Нечкина сосредоточивает внимание на дру¬ гих, более скрытых, но и более важных фак¬ тах — на влиянии национального подъёма, на впечатлениях от народной жизни, на беседах о политических событиях в России и Западной Гвропе. Ещё важнее оказывает¬ ся следующий петербургский период в жиз¬ ни Грибоедова (1814 —1818 гг.), обыкновен¬ но освещавшийся биографами как время литературных и театральных увлечений пи¬ сателя и его весёлого «прожигания жизни». М. В. Нечкина и здесь переносит центр тяжести ни идеологическую атмосферу эпо¬ хи, раскрывая широкие и многосторонние связи Грибоедова с активными участниками Союза спасения и Союза благоденствия. Бу¬ дущий автор «Горя от ума» живёт среди ^прекращающегося идейного кипения, на-
К>2 Критика и библиография блюдаст политическую поляризацию обще¬ ства, слушает горячую проношен, нона то¬ ров, обличающих косность и ограничен¬ ность с гаронеров. Эго — время, когда окончательно оформляется мировоззрение Грибоедова и рождается (не в 182U г., как думал Н. 1\. Пикеано-н, а в 18!П г, в Петер¬ бург е) замысел будущей комедии — «мечта о произведении большого плана и крупной социальной функции» (стр. 175). Уезжая на Восток, молодел! Грибоедов бил охвачен· горячим патриотизмом, духом вольномыслия и жаждою практического действия. Пребы¬ вание в Грузии и в Иране не прекращает развития его политической мысли: в окру¬ жении Ермолова он находит носителей того же передового мировоззрения, погружается в ту же атмосферу напряженного идейного брожения. Именно здесь, в кругу ближай¬ ших друзей, елиномышлешшков-декабри- стов, переживает молодой Грибоедов волную¬ щие известия о революционных событиях в Европе, именно здесь вынашивается и по¬ лучает литературное оформление его петер¬ бургский замысел—обрисовать столкнове¬ ние двух общественных лагерей в лице пе¬ редового новатора и обличаемого мира крепостников. В основу создаваемой комедии ложится материал, отобранный с точки зрения пере¬ дового лагеря; «первым двигателем» пьесы становится социальная коллизия, которая «охватывает любовную драму, нее ед её в себе и вместе с тем движется и её эпизодах, как кровь в сосудах организма» (стр. 220). Эта коллизия является основной ситуацией эпохи, в разнообразных формах переживае¬ мой в России, Германии, Италии, Испании. В лице Чацкого выступает носитель ново¬ го, антикрепостнического мировоззрения, сложившегося под влиянием объективных социальных процессов, в обстановке назре¬ вающего кризиса крепостного строя. Он во¬ площает в себе типичное явление раннего периода декабристской организации: горя¬ чее «витийство», словесное обличение су¬ ществующего строя — крестьянского раб¬ ства, аракчеевщины, представленном Ска¬ лозубом и Молчаливым, беспрекословного и беспринципного служения власти, ко¬ торое проповедует Фамусов, гонения на истинное просвещение, барского пренебрежения к русской национальной культуре. Заслуга* М. В. Нечкиной заклю¬ чается в том, чо' она Шире и глубже истол¬ ковала идеологию Чацкого, чем это делали пре д ше с г в у ю I ц и е и с е л ед о вг: т е л и. Богатый исторический комментарии и цель логиче¬ ских умозаключений, развёртываемых автором, даёт ему полное право на обобщаю¬ щий вывод: «Кометия в момент своего рождения запечатлела о с п о в и о и антикре¬ постнически!! идейным комплекс анлчгчпта молодой России — декабристов» (стр. 309). Образ Репетилова, как правильно устанав¬ ливает М. В. Нечкина, является не поли¬ тическим выпалом против декабризма, а де¬ кабристским протестом против опошления движения примазавшимися и ненадёжными членами общества. Именно поэтому, в силу своей идеологи¬ ческой близости к мировоззрению декабри¬ стов, «Горе от ума» было с восторгом приня¬ то членами гяГпюн организации п вызнало резко осуждающие рпенки в реакционном лагере. Грибоедов кончал и отделывал пьесу в Петербурге в 1824—1825 гг., в тесном общении с друзьями-декабриетами, в атмосфере созревшего революционного заговора. К. этому времени относятся по¬ пытки Рылеева ввести Грибоедова в члены Северного общества. Вопрос об участии пи¬ сателя в декабристской организации оста¬ ётся неясным и спорным, но несомненно, что автор «Горя от ума» знал о существо¬ вании заговора, сочувствовал его програм¬ мным задачам, но не верил в его тактиче¬ ские планы. Можно предполагать, что ки¬ евское свидание Грибоедова с южными декабристами в июне 1825 г. сопровожда¬ лось попытками Васильковской управы воспользоваться содействием Грибоедова как сотрудника Ермолова в момент воору¬ жённого восстания. Отказ Грибоедова не разорвал его внутренних связей с декабри¬ стами. Арестованный после восстания 14 де¬ кабря. Грибоедов сумел отвести от себя обвинения следствия. Освобождённый бла¬ годаря родственным связям, он продолжал h в годы николаевской реакции поддержи¬ вать и даже отстаивать перед властью по¬ страдавших друзей-деклбристов. Последние творческие наброски Грибоедова показыва¬ ют, что его политическая мысль продол¬ жала работать в прежнем направлении, а его передовые воззрения остались нёлоколеб- лениыми. Читатель, окончив книгу, не мо¬ жет не согласиться с автором, что в лйце Грибоедова действовал и творил представи¬ тель боевого декабристского поколения, решительный враг крепостного строя, гла¬ шатай прогрессивно-буржуазных идей на¬ чала XIX века. Таково вкратце содержание исследования М. В. Нечкиной. Наряду с важными основ¬ ными выводами книга изобилует отдель¬ ными ценными наблюдениями, замечаниями, поправками. Очень интересны страницы, по¬ свящённые личности А. П. Ермолова, глу¬ боко и тонко проанализирован знаменитый монолог Чацкого «Французик из Бордо», про¬ верена и исправлена датировка многих исто¬ рических и литературных явлений. Часто автору приходится сталкиваться с неодо¬ лимыми трудностями источников, строить различные предположения и догадки, но в своих гипотетических построениях он не¬ изменно сохраняет научную осторожность, избегая поспешных и необоснованных выво¬ дов. Наконец, к несомненным доетоинстзам книги относится её прекрасное литературное оформление: несмотря на сложность вы¬ двинутой проблемы и громадный аппарат фактов, монография воспринимается с неосла¬ бевающим интересом. Тем не менее, в концепции М. В. Нечкиной не всё представляется ясным и одинаково бесспорным. В' своей научной работе автор исходит из ленинского определения дека¬ бристов, как «дворянских революционеров». Это понятие было наиболее полно раскрыто В. И. Лениным в статье «Памяти Герцена»: дворянские революционеры — декабристы и Герцен — выдвигали задачу насильствен-
Критики и библиография 10В пого низвержения феодально-пометим него строя, по они были оторваны or народа и неели в себе неустранимые следегвия своего дворянского происхождения, воспитания и связей; отсюда их политическая непоследо¬ вательность и колебания от революционной тактики к мирному реформизму, от демо- кратческих стремлений к либерализму. Исторйя декабристского движения вполне подтверждает эту характеристику Ленина: поднимая знамя буржуазной революции, де¬ кабристы прилагали настойчивые усилия, чтобы избежать «.междоусобий» и массово- jo восстания, в гой или иной степени шли на уступки феодальной идеологии* были недос кггочпо решительны в моменты осу¬ ществления своих замыслов. Эти характер¬ ные черты ещё отчётливее выступают в бли¬ жайшем окружении тайного общества—в той сочувствующей и содействующей дворян¬ ской среде, которая разделяла программные стремления заговорщиков, но не знала или отказывалась поддерживать их революцион¬ но-тактические планы. Изучая проблему «Грибоедов и декабристы», мы не можем обойти этот важный вопрос — о глубоких противоречиях между буржуазно-революци¬ онными« стремлениями и реакционно-фео¬ дальными пережитками в сознании и пове¬ дении декабристов. Если Грибоедов был представителем декабристского поколения, художественным выразителем его револю¬ ционных идей, то оп не мог не разделять отличительных особенностей первого этаггя нашего освободительного движения. К сожа¬ лению, эта существенная сторона проблемы выпала из монографии М. В. Нечкинон. Бо¬ лее того —Грибоедов рисуется автору не только безупречно последовательным носи¬ телем революционной идеологии, но и мы¬ слителем, опередившим тайное общество в своих тактических построениях. Сксптиче- ские суждения автора «Горя от ума» («Сто прапорщиков хотят изменить весь государст¬ венный быт России». «Я говорил им. что они — дураки») толкуются М. В. Нечкииой как. осуждение тактики воен ной револю¬ ции, за которым последовало нащупывание новой, более прогрессивной тактики —ре¬ волюции народной. Если в главе XVI М. В. Нечкина облекает свой вывод в ус¬ ловно-вопросительную форму (стр. 451— 452), то в заключении она уже уверенно вы¬ сказывается о происходившем повороте писа¬ теля на новую, революционно-демократиче¬ скую дорогу: «Его мысли отчётливо сосре¬ доточились на вопросе о народе. Он видел какие-то новые народные пути и возможно¬ сти» (стр. 529.). Имеющиеся факты не подтверждают кон¬ цепции М. В. Нечкииой. Действительно, Грибоедов не сделался формальным членом тайного общества и. повидимому, отказался выполнять поручения, которые возлагала на него Васильковская управа. Его отрицатель¬ ные высказывания о планах революционно¬ го переворота засвидетельствованы его собственными ближайшими друзьями. Но за этой бронёй политического скептицизма мы ие чувствуем в Грибоедове темперамен¬ та революционного борца, не находим у не¬ го веры в целесообразность и возможность победоносной народно-демократической ре- г:■ ;.иоцип. Ссылки М. В. Нечк-тюн ни инте¬ рес Грибоедов:·] к народу и на признание крупной роли парода в истории ничем не отличают Грибоедова от членов чайного об¬ щества: рассуждения о народе, его интересах, стремлениях, активной историче¬ ской роли изобилуют в письмах Каховско¬ го, в показаниях Пестеля,’ в сочинениях Никиты Муравьёва, но все эти рассужде¬ ния — гораздо более яркие и выразитель¬ ные, чем у Грибоедов-:-), — совмещаются у декабристов с отрицанием тактики массовой народной революции Г Так же неубедитель¬ на ссылка М. В. Нечкииой на сохранившие¬ ся огрызки из плана, Грибоедове кой траге¬ дии «Рлдамист и Зсиобия». Действительно, в этих набросках «народное возмущение» противопоставлено заговору вельмож против деспотического царя, по оно получило у Грибоедова ограничительную характери¬ стику: «...народ не имеет участия R их де¬ ле, — он будто не существует. В 3-м уже действии возмущение делается народным, но совсем не но тем причинам, которыми дви¬ жимы вельможи: восстав сама собою, мгно¬ венно, грузинская дружина своими буйства¬ ми. похищениями у граждан жён и имуществ, восстановляет их против себя»·. Таким образом, но словам Грибоедова, восстаёт не народ, а грузинская дружина (т. е. царская гвардия), восстание принимает характер бес¬ порядочного бунта и еноимп жестокостями возбуждает негодование мирных граждан. Какое бы толкование мы пи придавали этому краткому и но совсем ясному тек¬ сту, из него невозможно извлечь никакою вывода о целесообразности и необходимо¬ сти массовой народной революции. А. С. Грибоедов, так же как молодой П. А. Вяземский, Денис Давидов и другие лица из окружения декабристов, разделял основные стремления тайного общества, но одйнакозо отвергал и вооружённое восста¬ ние «ста прапорщиков» и перспективы орга¬ низованного восстания народа. Это неверие в возможность какого бы то ни было рево¬ люционного переворота изолировало их от деятельности тайного общества и в опреде¬ лённом смысле противопоставляло их дека¬ бристскому заговору. Однако внутренние противоречия Грибое¬ дова шли ещё дальше, захватывая собою ие только проблемы тактики, но и сферу основных программных воззрений. М. В. Неч¬ кина права, когда устанавливает прочно сложившуюся антикрепостническую пози¬ цию Грибоедова; анализом набросков его незавершённых произведений «1812 год» и «Грузинская ночь» она доказывает, что опенка русской социальной действительно¬ сти, данная писателем, была одинаковой и до и после восстания 14 декабря 1825 года. 1 Восстание декабристов. Материалы Центрархива. T. IV, стр. 91, Бороздин А. «Из писем и показании декабристов.;, стр. 1—17; Записки И. Д. Якушкина, 7-е изд., стр. 11, М. 1925; Д р у ж ιγη и η Н. «ДекабристНикита Муравьёв», стр. З’ОЗ —304. 2 Грибоедов А. Соч. T. I, стр. 26U, СПБ. 1911.
.104 Критика и библиография Но М. В. Нечкииа решительно неправ-а, когда она отрицает крепостнические тенден¬ ции проекта Закавказской торговой компа¬ нии, составленного в 1828 г. Грибоедовым совместно с чиновником Завелсйским. В числе прочих привилегий, которые испраши¬ вали основатели компании, было право при¬ обретать крепостных крестьян на вывоз в Закавказье; при этом крестьяне освобожда¬ лись от крепостного права, но обязывались 50 лет безвыходно служить на закавказских плантациях. Ссыльный декабрист И. Г. Бур- цов увидел в подобной мере замаскирован¬ ное сохранение крепостной эксплоатации и будущее положение крестьян в нездоровых условиях плантационного хозяйства сравнил с тяжёлым состоянием американских негров и принудительно завербованных преступни¬ ков. М. В. Нечкина оспаривает эту характе¬ ристику Бурцова и находит, что в проекте Грибоедова нет ничего феодального, а есть только элементы капиталистической каба¬ лы, продиктованные Грибоедову стремлени¬ ем «вдвинуть кусок искусственно созданной капиталистической действительности в рам¬ ки феодально-крепостной России» (стр. 521—522 ). М. В. Нечкина забывает, что ха¬ рактер эксплоатации определяется в первую очередь не формально-юридическим, а со¬ циально-экономическим положением экспло- атируемого. Принудительный (фактиче¬ ски пожизненный) труд на закавказских плантациях не имел ничего общего с капи¬ талистической системой зольного найма и, вопреки юридическому признанию свободы личности, должен был неотвратимо сопро¬ вождаться суровыми мерами внеэкономиче¬ ского принуждения. Аналогия, которую проводит М. В. Нечкина между плантаци¬ онным проектом Грибоедова и аграрным проектом Никиты Муравьёва, имеет некото¬ рые основания, но эта аналогия должна быть уточнена и исправлена: и Грибоедов и Н. Муравьёв конструировали двойственную форму экономической эксплоатации, но у декабриста Н. Муравьёва свободные капи¬ талистические отношения осложнялись фео¬ дальными пережитками, а у сочувствующе¬ го декабристам Грибоедова суровые методы феодальной эксплоатации были прикрыты видимостью личной свободы. Таким образом, и в вопросе о революци¬ онном способе действий и в вопросе о кре¬ постном праве Грибоедов шёл не впереди, а позади декабристов; разделяя идеологию своих политических друзей, он ещё более, чем они, оставался под неотвратимым вли¬ янием феодально-дворянской традиции. Внутренние противоречия Грибоедова не могли не отразиться на идеологическом со¬ держании «Горя от ума». Автор прав, когда утверждает, что «пьеса Грибоедова глубоко отразила движенце бытия своего времени» (стр. 529), но он сильно преувеличивает «глубину и точность этого отражения», не внося никаких ограничивающих поправок в свой тезис. У читателя слагается естествен¬ ный вывод о полном совпадении между про¬ поведью Чацкого и программою декабри¬ стов. В действительности это далеко не так. Чацкий мыслит и рассуждает как предста¬ витель передового декабристского поколе¬ ния, но, несмотря на свою страстную убеж¬ дённость, он неспособен подняться до широ¬ кой и ясной постановки важнейшего вопроса декабристской программы — о по¬ литическом строе России. В этом отношении гражданская лирика Рылеева, Пушкина и Вяземского с их обличениями деспотизма и прославлениями свободы значительно превос¬ ходит художественное творчество Грибоедо¬ ва. Правда, М. В. Нечкина ссылается на ограничивающее влияние двух факторов: опасения правительственной цензуры и за¬ конов драматургического построения. Но нам хорошо известно, что политические трибуны начала XIX в., умели искусно обхо¬ дить «препоны и рогатки цензуры». Доста¬ точно вспомнить рылеевскую сатиру «К вре¬ менщику», тургеневскую пропаганду ан¬ глийского парламентаризма, замаскирован¬ ные обличения крепостничества в журнале радищевцев, политические басни Крылова. Законы драматургического построения тоже не помешали появлению на свет крылов¬ ской комедии «Подщипа» («Трумф»), кото¬ рую декабрист Завалишин характеризовал словами: «Ни один революционер не приду¬ мывал никогда злее и язвительнее сатиры на правительство» 3. Добролюбов имел пол¬ ное основание упрекать Чацкого в абстракт¬ ности и расплывчатости его политических заявлений. Писатели из среды декабри¬ стов и их ближайшего окружения были спо¬ собны уже в ту эпоху создать политические произведения, более конкретные и адэкват- ные декабристскому мировоззрению. Очевид¬ но, в «борьбе новатора со старым миром», как её представлял себе Грибоедов, пробле¬ ма политического освобождения России за¬ нимала менее важное место, чем в представ¬ лениях самих членов тайного общества. М. В. Нечкина ставит знак равенства не только между проповедью Чацкого и декаб¬ ристской программой. Она полагает, что противопоставление Репетилова Чацкому, введённое Грибоедовым в 1823 г., отражает смену этапов декабристской тактики: об¬ раз Чацкого с его горячею проповедью в са¬ лонах отражает ранний этап широкой слове¬ сной пропаганды; сатирический образ «ви¬ тийствующего Репетилова отражает сле¬ дующий этап подготовки военной революции, когда требовалась конспиративная осторож¬ ность и осуждалось всякое «витийство». Завершая свою комедию во втором периоде, Грибоедов осудил прежний способ действий новаторов против староверов, не только пре¬ дав осмеянию Репетилова, но и заставив Чац¬ кого потерпеть неудачу в своей проповеди. «Герой как бы задержался на старых пози¬ циях, автор пошёл далее вместе с обще¬ ственным движением» (стр. 347). Другими словами, Грибоедов вполне разделял с дека¬ бристами их тактические планы и в период пропаганды, когда он начал создавать Чац¬ кого, и в период подготовки военного восста¬ ния, когда о-н, придумал развязку и ввёл ин¬ термедию с Репетиловым. Это построение прежде всего противоречит собственному выводу М. В. Нечкиной о том, что Грибое¬ s Завали ш и н Д. «Записки декабри ста», стр. 105. СПБ. 1906.
Критика и библиография 105 дов был противником военной революции,— следонателыю, он не мог смотреть на такти¬ ку героя «с высоты позиций, завоёванных позднейшим развитием общественного дви¬ жения» (стр. 349). В таком искусственном построении и нет никакой нужды: несколько шаржированный образ Репетилова не только художественно оправдан, оттеняя искрен¬ ность и благородство Чацкого, но и реали¬ стически верен, отражая наличие поверхно¬ стных и болтливых последователей «либе¬ ральной моды». В художественном противопоставлении Репетилова Чан кому есть ещё одна черта, которая важна для понимания грибоедов- ского скептицизма, но не затронута в иссле¬ довании М. В. Нечкиной: ограниченный и пошлый Репетилов обрисован как член «секретнейшего союза», благородный и сме¬ лый Чацкий с начала до конца испытывает трагическое одиночество. М. В. Нечкина должна согласиться, что такое представле¬ ние о новаторе, борющемся со старым ми¬ ром, никак не соответствует действительной истории декабристского общества. И в пер¬ вый и во второй период новаторы-декабри¬ сты чувствовали за собой не только сочув¬ ствие более широкого общественного аван¬ гарда, но и опору организованного, дружно¬ го коллектива. Они верили и в силу своих идей и в силу своих объединённых дей¬ ствий. Смутное упоминание Софьи о друзьях Чацкого, так же как суждения Чацкого о происшедшей эволюции нравов, не могут изменить общего впечатления от созданной ситуации: благородный, но одинокий пропо¬ ведник передовой идеологии противопостав¬ лен попыткам состряпать «тайные собранья» для рассуждений «о камерах, присяжных, о Байроне, ну, о материях важных». Чацкий не только одинок, он мучительно ощущает своё одиночество и не видит вокруг ни свет¬ лого луча, ни точки опоры: «...Куда ни взглянешь, Все та же гладь, н степь, и пусто, и мертво». Чувством отчаяния и безысходной тоски проникнут последний монолог грибоедов- ского героя. И когда мы слышим его заклю¬ чительные слова: хБегу, не оглянусь, пойду искать по свету, Где оскорблённому есть чувству уголок»,— мы сомневаемся, что новатор ищет более широкого поля для своей проповеди, чем салоны Фамусовых, Скалозубов и Тугоухов- ских. Иначе мыслили и чувствовали дека¬ бристы даже в ранний период своего дви¬ жения, когда главное остриё своей пропа¬ ганды они обращали в среду восприимчивой молодёжи, когда они возмущались «старо¬ верством закоснелого дворянства», но ни одной минуты не отчаивались в силе и смысле своей общественной деятельности. Трагическое одиночество Чацкого отража¬ ет не объективную историю декабристского движения, а субъективное настроение сом¬ невающегося и скептического Грибое¬ дова. Но действительно ли так одинок Чац¬ кий?.. Трактовка, которую даёт М. В. Неч¬ кина образу Софьи, как будто опрокидыва¬ ет только что сделанный вывод: «Глубоко подсознательно, сама этого не сознавая, Софья любила Ч а ц к о г о» (стр. 244); «Софья — человек лагеря Чацкого, кото¬ рый η силу сложных причин движется-от пе¬ редового лагеря к лагерю «староверов»... (стр. 247). Трудно согласиться с подобным мнением, хотя оно подкреплено ссылкой на авторитет крупной артистки В. В. Самойло¬ вой. Ни в одной из сцен «Горя от ума» мы но видим ни малейшего намёка на скрытую любовь Софьи к Чацкому; если когда-то, в отроческие годы, Софья испытывала привя¬ занность к другу своего детства, то это ыеразвившееся чувство давно остыло и усту¬ пило место новому влечению — к вообража¬ емому герою сентиментального романа. Этой поклоннице спокойных идиллий, несмотря на её природный ум и внутреннюю самостоя¬ тельность, органически чужды наклонности, интересы и суждения Чацкого; она неспо¬ собна понять общественный смысл его са¬ тирических выпадов и с наивной ограничен¬ ностью объясняет их проявлениями его желчного и злого характера. Сам Грибое¬ дов, раскрывая в письме к Катенину основ¬ ной вымысел своей комедии, помещает Софью в один лагерь с Фамусовым и его гостями, а её раздражёнными репликами иллюстрирует «протнвуречие (Чацкого) с обществом его окружающим»4. Чацкий мог обращаться к Софье как к единомышлен¬ нице, пока он жил иллюзорным представле¬ нием о друге своей юности, но когда он раз¬ гадал умственную и моральную ограничен¬ ность Софьи, он вынес ей уничтожающий приговор («Довольно!., с вами я горжусь ΜΟΉ.Μ разрывом»). Только в пошлой «среде умеренности и аккуратности» — в обличи¬ тельном изображении сатирика Щедрина — переродившийся Чацкий мог обрести себе «счастье» с дочерью Фамусова 5. Сделанные замечания ещё более подтвер¬ ждают основное положение М. В. Нечки¬ ной: Грибоедов — представитель передово¬ го декабристского поколения, воплотивший в художественном образе Чацкого интересы и чаяния лучших людей своего времени. Но автор «Горя от ума» нёс в себе и сильные и слабые стороны своего поколения. Он не был непосредственным участником тайного общества, поэтому резче отразил внутренние противоречия «дворянских революционе¬ ров» ·— ив переживаниях собственного со¬ знания и в художественных ситуациях соз¬ данной им комедии. За последнее время те¬ зис о «декабризме» Грибоедова-Чацкого начинает пробивать себе дорогу в нашем со¬ ветском литературоведении6. Исследование 4 А. С. Грибоедов. Соч. T. III, стр. 167—168. 5 М. Е. С а л т ы к о в-Щ е д р и н Соч. T. XII, стр. 310—312. М. 1938. 6 См., например, статьи Орлова В. в «Литературном наследстве», вып. 47—48. и Штейна А. в сборнике «А. С. Грибоедов». Изд. Государственного литературного му¬ зея. 1946.
10П Критика и биолиография М. В. Нечкиной впервые д;к;г атому тезису широкое историческое обоснование. Автор подробно останавливается на прогрессниных сторонах декабризма и «Горя от ума», но мало затрагивает феодально-дворянские пе¬ режитки во взглядах самого Грибоедова и в художественной обрисовке ею героя; по¬ этому характеристика, данная создателю ко¬ медии, получается односторонняя и несколь¬ ко идеализированная. Несмотря на этот крупный недостаток труд М. Fi. Нечкиной, насыщенный богатым фактическим материалом и согретый искрен¬ ним, заражающим увлечением, проложит глубокую борозду в научном познании рус¬ ской национальной культуры XIX века. • Проф. Н. Дружинин Проф. П. Г. ЛЮБОМИРОВ. Очерки по истории русской промышленности XVII, XVIII и начала XIX века. М. 1947. Госполитиздат. 760 стр. Капитальный труд покойного проф. Г]. Г, Любомирова представляет собой собрание работ автора, посвящённых русской крепост¬ ной промышленности. Все разделы настоя¬ щего труда ранее уже публиковались, причём первая часть его, посвящённая орга¬ низационной структуре промышленных пред¬ приятий, печатается в расширенном, по сравнению с изданием 1930 года, виде. Сю¬ да включены семь новых глав, восстанов¬ ленных но рукописному тексту: о хлопчато¬ бумажном производстве, окраске тканей, канатных, химических, стекольных пред¬ приятиях, переработке зерна и пильных мельницах. Нельзя не отметить, что подготовившие книгу к печати Е. Ф. Любомирова, E. Н. Ку шева и F.. П. Подъииольскан подошли не¬ сколько механически к стоявшей перед ни¬ ми задаче, Их стремление, повидимому, бы¬ ло направлено только к тому, чтобы как можно полнее представить в настоящем из¬ дании все работы проф. П. Г. Любомирова, посвяшённые крепостной промышленности. Однако, если работы, вошедшие в данную книгу, не представляют собой полное со¬ брание сочинений П. Г. Любомирова, то, по¬ видимому, следовало при подготовке их к изданию под общим названием провести известную редакционную работу, направ¬ ленную к установлению единой, цельной ар¬ хитектоники книги, устранению параллелиз¬ ма и дублирования в содержании отдель¬ ных разделов. К сожалению, коллектив, подготовивший книгу, проявил некоторую робость в разрешении этой задачи, что ухудшило качество рецензируемых «Очер¬ ков». В книге встречаются прямые повто¬ рения, что привело к излишнему увеличе¬ нию объема книги. Содержание VI главы 1-го раздела, «Производство хлопчатобу¬ мажных тканей» (стр. 12<3—138), в изве¬ стной мере повторяется в разделе «Началь¬ ные моменты в истории хлопчатобумажной промышленности в России» (стр. 6Ü0—633), причём начало эы1Х частей книги совпадает дословно (сравни стр. 128—13! и 600—603). Очень близки друг другу сюжеты глав о шёлкоткацкой промышленности и пильных мельницах в 1-м разделе и соответетвую- щпе статьи в конце книги («Шёлко¬ ткацкая промышленность в России в сере¬ дине ХУШ века» и «Из истории лесопиль¬ ного производства в России в XVII, XVIII и начале XIX века»). Углублённая работа над рукописями и опубликованными ранее моно¬ графиями и статьями Любомирова позволила бы несколько сократить настоящее издание и сделать его более целостным. Переходя к общей оценке настоящей кни¬ ги, следует прежде всего отметить свое¬ временность издания её. Отдельные, ранее изданные работы П. Г. Любомирова по истории русской промышленности оставили заметный след в развитии историко-эконо¬ мической науки. Милю этих работ не мог пройти ни один исследователь промышлен¬ ной истории крепостной России. М совершенстве владея техникой истори¬ ческого исследования, будучи крупнейшим знатоком архивных фондов и всевозмож¬ ных источников, посвящённых крепостной промышленности, П. Г. Любомиров собрал в своих работах богатейший фактический, конкретно-описательный и статистический материал, освещающий самые разнообраз¬ ные вопросы промышленной истории этого времени. Между тем изданные в разное время эти работы Любомирова сейчас ста¬ ли уже почти библиографической редко¬ стью. Опубликование научного наследства Любомирова является поэтому вполне на¬ зревшей необходимостью. П. Г. Любомиров, как известно, не был марксистом. Он не использовал в своих трудах богатейшего теоретического наслед¬ ства Маркса—Ленина, имеющего прямое отношение к исследуемой им теме. Он унаследовал худшие традиции дореволюци¬ онном буржуазной науки, в которой упоми¬ нать имя Маркса считалось признаком дур¬ ного тона. Этот органический порок, про¬ низывающий все труды Любомирова, при¬ водит к тому, что в них нет обобщающих выводов, нет правильной оценки изучаемых явлении и процессов. История промышлен¬ ности в работах Любомирова рассматри¬ вается изолированно от исторической среды, почти без всякой связи с теми обществен¬ но-экономическими отношениями, которые были господствующими для того времени. Но несмотря на всё это, для специалистов- нсследователей труды П. Г. Любомирова имеют большое значение, так как в них со¬ брано огромное количество ценного фак¬ тического материала по истории русской промышленности XVII—XIX веков.
Критики и библиография 107 ★ Первый раздел репетируемой книги но¬ сит на шннпе «Организационная структура промышленных предприятий». Любомиров дал такое название своей работе потому, что он построит! её под специальным углом зрения: исследования размеров и организа¬ ционных форм крепостных предприятий то¬ го времени. Из примечания к стр. 267 ре¬ цензируемой книги узнаём, что эта работа автора являлась первой частью задуман¬ ного им большого труда, в котором должны были найти своё отражение также и вопро¬ сы географии промышленности, происхожде¬ ния капиталов, состава рабочих и экономи¬ ки производства важнейших отраслей. Но в настоящий момент нас интересует це столько постановка темы и направление исследования, сколько конкретное содержа¬ ние этого раздела. Детальное описание крепостных предпри¬ ятий с точки зрения их размеров, количе¬ ства и состава рабочих, характера оборудо¬ вания и техники производства ведётся по отраслям. Всего рассмотрено 13 важнейших отраслей промышленности XVIII века. Пер¬ вая глава этого раздела посвящена произ¬ водству сукна, Отмечая петровское время как начальный период возникновения пред¬ приятий по выделке сукна, П. Г. Любомиров показывает развитие этой отрасли промыш¬ ленности на протяжении всего XVIII века. Подводя общие статистические итоги о суконной промышленности и всесторонне описывая отдельные, наиболее крупные предприятия, автор подчёркивает наблюдаю¬ щуюся здесь централизацию производствен¬ ного процесса. В этой же главе приводят· ся данные о роли государственной казны и вольного рынка в сбыте суконных изделий, о размерах и характере кустарного произ¬ водства сукна, источниках комплектования рабочей силы для предприятий и т. п. Автор доводит своё рассмотрение суконной про¬ мышленности до начала XIX века. К этому времени, как об этом свидетельствуют ре¬ естры Мануфактур-коллегии, в России наг считывалось около 150 самых разнообраз¬ ных по размерам и характеру суконных предприятий (стр. 53). Кроме того было развито также и кустарное, крестьянское, производство сукна как для личного по¬ требления, так и для продажи на рынок (стр. 67). Все последующие главы 1-го раздела, посвящённые отдельным отраслям промыш¬ ленности, построены но такому же плану и включают подробные фактические данные о производительности предприятий, составе владельцев, численности рабочих и т. п. Особо следует отметить главу XVI о так называемом объединении предприятий. В ней приведены данные о крупных крепо¬ стных предприятиях, в которых наряду с основным производством было развито так¬ же и подсобное, имевшее цслыо снабжать предприятие различными материалами. Так, некоторые металлургические заводы имели вспомоги тельные лесопильные заведения, кирпичное производство, смолокурение. Мл винокуренных заводах обычно были также собственные мукомольные мельницы, до¬ ставлявшие муку. Писчебумажные мельни¬ цы, употреблявшие особые виды нь-р.· тиной ткани для изготовления бумаги, создавали собственные сукновальни (стр. 24'.)) и т. д. Такого рода веномел а тельные заведения бы¬ ли харак ί ермь: главным образом дли первой половины XVIII веки, «а потом постепенно отмирали» (сгр. 249). Эти данные свидетельствуют о сравни¬ тельно слабом развитии общественного разделения труда в начале XVIII века. Даль¬ нейший процесс пошёл по линии специали¬ зации производства и более резкого разграничения отдельных промышленных отраслей. Подводя общие итоги своего исследова¬ ния организационной структуры промыш¬ ленности в XVIII в., Любомиров приходит к выводу, что господствующую роль здесь играли централизованные мануфактуры «с. широко проведённым разделением труда» (стр. 263). Нельзя при этом нс отметить что у П. Г. Любомирова под исчерпывающей ясности в самой постановке центральной проблемы исследования. Поставив вопрос, о том, что представляли русские промышленные пред¬ приятия XVIII в., П. Г. Любомиров не вы¬ яснил своего отношения к таким понятиям, как «фабрика», «мануфактура», не дал точного определения значения этих терми¬ нов. В некоторых случаях он специально оговаривает, что обозначение промышлен¬ ных предприятии XVIII п., как фабрик или мануфактур, им производится в соот¬ ветствии с терминологией источников (стр. 557): в других случаях он исходил из своих собственных представлении о сущ¬ ности мануфактуры. Справедливость требует признать, что П. Г. Любомиров приближался к правиль¬ ному пониманию мануфактуры, как пред¬ приятия, основанного на ручной технике и разделении труда, но такою понимание он, повидимому, почерпнул не непосредственно из марксистской теории, а через посредство других авторов и в первую очередь—Туган- Барановского. Поэтому его понимание сущ¬ ности мануфактуры, различных видов её, не носило строго определённого, закончен¬ ного характера. Автор отмечает, что у его предшествен¬ ников, в частности проф. Кулишсра, пе было единого, однородного понимания таких тер¬ минов, как фабрика или завод, что объясня¬ лось отсутствием ясного разграничения этих понятий в самых источниках (стр. 18). Однако и у самого Любомирова не всё обстоит благополучно с этим вопросом. Не будучи марксистом, П. Г. Любомиров про¬ шёл мимо учения Маркса-Ленина о про¬ стой кооперации и мануфактуре, которое могло бы поставит!, его исследование на единственно правильные, научные рельсы По этой же причине автор не смог поста¬ вить важного, причиппннльпого вопроса о том. какого рода разделение труда было раз¬ вито на крепостных предприятиях XVIII в. и в какой Ή·ρ' они могут быть отнесены к мануфактурам гетерогенного пли опгпниче- ского типа. Между тем учение Маркса о
108 Критика и библиография двух основных формах мануфактуры могло бы стать важной исходной позицией для обобщения огромного конкретно-описатель¬ ного материала, собранного автором. Стоя на позициях буржуазного эко¬ номизма, который ограничивался установ¬ лением и описанием отдельных фактов, Fl. F. Любомиров не заинтересовался также вопросом о генезисе русской мануфактуры. Между тем в нашей стране, не знавшей развитого цехового строя, мануфактура воз¬ никала отличными от Западной Европы пу¬ тями. Ленин, исследуя первые стадии раз¬ вития капитализма в русской промышлен¬ ности в XIX в., показал, что разложение мелких крестьянских промыслов и посте¬ пенное подчинение отдельных производите¬ лей торговому капиталу явилось исходным пунктом капиталистической мануфактуры \ Этот важнейший вывод Ленина, сделанный им на основе анализа огромного факти¬ ческого и статистического материала, имеет также и общеметодологическое значение, выходящее за рамки истории пореформенной промышленности России в узком смысле слова. Совершенно прав, с нашей точки зрения, П. И. Лященко, отмечающий, что «уже с XVIII века вместе с возникновением и раз¬ витием товарного обращения эти формы мел¬ кой домашней промышленности если и не полностью изживают себя, то всё более от¬ рываются от патриархального земледелия, постепенно превращаясь ещё в период кре¬ постного хозяйства в органическую часть мануфактуры» *. Установленный Лениным процесс разло¬ жения крестьянских промыслов и возник¬ новения мануфактуры, несомненно, имел свою историю. Проследить эту историю яв¬ лялось важной задачей историка русской промышленности XVII, XVIII и начала XIX века. Характерно, что П. Г. Любомиров, не ставя перед собой цели вскрыть социаль¬ но-экономические корни русской мануфак¬ туры, собрал вместе с тем немало фактиче¬ ских данных, имеющих отношение к этому вопросу. П. Г. Любомиров показывает, что наряду с централизацией производственно¬ го процесса в одном помещении крепостная мануфактура сочеталась также с работой крестьянских ремесленников у себя на дому. В суконной, полотняной, шёлкоткацкой, металлообрабатывающей отраслях производ¬ ства крестьянские промыслы сочетались и находились в различных формах зависимо¬ сти от мануфактуры (стр. 48, 59, 72, 86, 101, 124 и ряд других мест рецензируемой кни¬ ги). Но, к сожалению. Любомиров не сде¬ лал всех необходимых выводов из им же самим собранных данных. Он ограничился только беглой констатацией факта, что, кроме централизованных мануфактур, су¬ ществовали «и предприятия с использова¬ нием кустарей на дому (стр. 265), а также указанием на ■ то, что в ряде случаев крестьянские промыслы развивались парал- 1 См. гл. V и VI «Развития капитализма в России». 3 Лященко П. «История народного хо¬ зяйства СССР». T. I, стр. 398. М. 1947. лельно и независимо от мануфактуры (стр. 266). Но П. Г. Любомиров совершенно прошёл мимо процесса разложения домаш¬ них крестьянских промыслов, не исследо¬ вал, каким образом в условиях крепостни¬ чества мануфактура поглощала и подчиня¬ ла отдельных товаропроизводителей. Между тем детальное изучение роли крестьянских промыслов в образовании крепостной мануфактуры могло бы обогатить историко-экономическую науку широкими и принципиально важными выводами, позволи¬ ло бы вскрыть социально-экономические корни русской крепостной мануфактуры, установить её отношение к более поздней мануфактуре капиталистического типа. Второй раздел рецензируемых «Очерков» представляет собой переиздание опублико¬ ванной в 1937 г. работы автора о геогра¬ фическом размещении металлургической и металлообрабатывающей промышленности в XVII, XVIII и начале XIX века. Всю изучаемую эпоху автор делит на следующие периоды: допетровскую Русь, петровское время, 1727—1762 гг. и, наконец, 1762—1806 годы. Очень тщательными, порой скрупулёзными изысканиями автор точно устанавливает гео¬ графическое размещение отдельных пред¬ приятий, пути снабжения их сырьём и топ¬ ливом, связи этих предприятий с рынком. В XVII в. географическое размещение метал¬ лургических предприятий было связано с расположением сырья, лесных массивов, источников водной энергии, а также рай¬ онов сбыта. Деятельность Петра I внесла изменения в районирование металлургической про¬ мышленности. П. Г. Любомиров подробно описывает историю возникновения ураль¬ ских заводов, которые отныне становятся основным костяком металлопромышленно¬ сти страны. Последующий период (1726— 1762 гг.) ознаменовался появлением новых чугунолитейных и медных заводов в ста¬ ром Уральском районе, Сибири. Алтайском крае, Центральной России, Олонецком крае и прочих районах страны. Подводя общие итоги своего исчерпывающего описания металлургической промышленности в этот период, автор подчёркивает быстрые темпы роста новых предприятий как на Востоке, так и в Европейской России. Последняя.глава рассматриваемого разде¬ ла посвящена периоду с 1763 по 1806 год. Автор приводит данные, характеризующие снижение темпов нового строительства в этот период и сокращение ранее созданных предприятий. Очень важно было бы про¬ следить на широком историческом фоне динамику развития металлопромышленности в свете анализа тех социально-экономиче¬ ских условий, которые сложились к концу XVIII века. Но /П. Г. Любомиров не ставит перед собой такой задачи: он ограничивает¬ ся только формальным описанием положе¬ ния промышленности. Даже в тех случаях, когда собранные самим автором факты под¬ водят его к необходимости дать принципи¬ альное объяснение и характеристику отдель¬ ных этапов промышленного развития, оч оказывается бессильным не только выпол¬
Критика и библиография 109 нить эту задачу, но и наметить пути её разрешения. Говоря, например, о сокращении металлопромышленности к началу XIX в., автор отмечает, что «малая разработан¬ ность экономики XVIII века не позволяет сейчас с полной ясностью определить все основные причины намеченного явления» (стр. 437). Что касается отдельных, частных явле¬ нии, которые, по мнению автора, могли в известной мере повлиять на сокращение металлопромышленности, то не со всеми его соображениями по данному вопросу можно согласиться. В частности, едва ли можно согласиться с утверждением автора о том. что вторая половина XVIII в. была отмечена некоторой регламентацией труда крепост¬ ных рабочих, уменьшением экеллоатации и повышением заработной платы. Данные, ко¬ торые приводит по этому вопросу автор (стр. 433—439), касаются только одной ка¬ тегории рабочих (приписных крестьян), а не всего рабочего состава металлопромыш¬ ленности. Из других работ автора, вошедших в состав рецензируемой книги, отметим «Роль казён¬ ного, дворянского и купеческого капитала в строительстве крупной промышленности в России в 17—18-м вв.» (стр. 509—556). Впер¬ вые опубликованная в 1945 г. в «Историче¬ ских записках» эта работа, исходя из самой формулировки темы, не могла, казалось, из¬ бежать трактовки широких социально-эконо¬ мических проблем развития крепостной Рос¬ сии. Но и она, так же как и все предшествую¬ щие, носит главным образом узко описа¬ тельный характер и не выходит за рамки изложения отдельных фактов, без достаточ¬ ного обобщения их и увязки с социально-эко¬ номическим развитием страны. Единственно, на чём сравнительно подробно останавли¬ вается автор,— это на промышленной поли¬ тике Петра I и её влиянии па развитие ча¬ стного предпринимательства. П. Г. Любомиров критикует установив¬ шуюся в исторической литературе тради¬ цию, согласно которой роль казённого, дво¬ рянского и купеческого капиталов опреде¬ лялась в зависимости от звания владельцев предприятий. Он отмечает недостаточность такого критерия. Только детальное изуче¬ ние истории промышленных предприятий, по мнению автора, может дать ответ на во¬ прос о происхождении вложенных в них капиталов. Переходя к такому изучению, автор начинает.его с петровского времени. Казенные предприятия особенно интен¬ сивно росли в первую половину царствова¬ ния Петра I. Со второй половины начинает¬ ся передача многих предприятий в частные руки. П, Г. Любомиров считает, что это яв¬ ление в большой мере объяснялось убыточ¬ ностью многих казённых заводов и в значи¬ тельно меньшей степени — поощрительной политикой Петра I. Более правильную, с на¬ шей· точки зрения, позицию в данном вопро¬ се заняла исследовательница петровской мануфактуры Е. И. Заозерская. Приводя фактические данные о предприятиях, пере¬ данных Петром частным владельцам, Е. За¬ озерская приходит к следующему вы¬ воду: «Итак условия передачи больше ис¬ ходили из интересов будущих владельцев, чем казны, и даже в ущерб последней»3>. Е. И. Заозерская совершенно права, указы¬ вая, что при передаче казённых предприя¬ тий в частные руки Петром руководили не только материальные интересы, но и стремление всячески развить частную про¬ мышленность. Переходя к оценке отдельных категорий частных предпринимателей в петровскую эпоху, П. Г. Любомиров останавливается прежде всего на иностранцах. Из данных, приведённых автором, видно, что большин¬ ство иностранных предпринимателей были совладельцами русских купцов либо начали свою карьеру в России в качестве мастеров, торговцев и нажили здесь необходимые ка¬ питалы для организации собственных пред¬ приятий. Характеризуя дворянскую группу пред¬ принимателей”!, П. Г. Любомиров отмечает незначительную роль её в крепостной про¬ мышленности петровской эпохи. К тому же среди этой группы было немало лиц, полу¬ чивших дворянское звание сравнительно поздно, и, по существу, больше связанных с купечеством или разночинной средой, чем с дворянством. Главной силой, развивавшей частное пред¬ принимательство, был, по мнению автора, купеческий капитал. Однако использован¬ ные автором источники и материалы не дали ему основания для подробного, поимённого описания размеров купеческого капитала по отдельным- отраслям. П. Г. Любомирову пришлось в данном случае в отличие от предшествующих разделов ограничиться только отдельными примерами и общими характеристиками. Остальные разделы рецензируемых «Очер¬ ков» ΓΙ. Г. Любомирова представляют собой отдельные статьи, в некоторых случаях дублирующие материал первой части книги. Наряду с описанием отдельных отраслей производства здесь встречаются также об¬ зоры промышленности отдельных районов и городов («Ткацкая промышленность Астра¬ хани в XVIII и псовой половине XIX века», «Первые ]0 лет существовании Иркутской казённой суконной фабрики». «К истории Павловского -промышленного района»). Подводя общие итоги, необходимо отме¬ тить, что, несмотря на крупиепчпш методо¬ логические пороки, труды П. Г. Любомирова, несомненно, являются вкладом в историко¬ экономическую науку. Автор привлёк огром¬ ное количество архивных документов и прочих источников. С редкой добросовестно¬ стью и тщательностью подошел он к своей задаче, стремясь нарисовать исчерпываю¬ щую картину каждой изучаемой отрасли, каждого предприятия. Очерки П. Г. Любомирова о промышлен¬ ности крепостной России — своеобразная энциклопедия фактических сведений, из которой ещё долгое время исследователи будут черпать необходимые им статистиче¬ ские данные и факты. 3 Заозерская Е. «Мануфактура при Петре I», стр. 50, М.-Л. 1917.
Критика и библиография Вместе с тем рецензируемая книга, несом¬ ненно, отражает вчерашний день нашей на¬ уки. Работы П. Г. Любомирова лишены широ¬ ких направляющих идей, они не показывают ни условий жизни различных классов кре¬ постного общества, ни места крепостной мануфактуры в общей истории промышлен¬ ного развития страны. Историко-статисти¬ ческое описание есть лини» начальная сту¬ пень научного исследования. За ним дол¬ жны следовать детальный анализ и обоб¬ щение собранных данных. Перед советскими исследователями стоит задача не только привлечения новых источников и расширения круга наших фак¬ тических сведений о промышленности кре¬ постной России, но и обобщения всего нако¬ пившегося материала, выяснения основных этапов промышленной истории нашей страны. Необходимо от узко формального описания картины положения отдельных отраслей промышленного производства перейти к соз¬ данию подлинной истории промышленности нашей страны, истории, которая отразила бы те социально-экономические отношения, ко¬ торые были характерными для каждого из периодов её развития. Само собой разумеется, что такая история может быть написана только на основе уче¬ ния Маркса — Ленина — Сталина. А. Погребинский ЧАЕВ II. С. и ЧЕРЕПНИН Л. В. Русская палеография. (Главное архивное управление МВД СССР. Историко-архивный институт. Учебные пособия по -вспомогательным историческим дисциплинам. Ч. 1-я. Под редакцией д-ра исторических наук А. И. Андреева.) М. 1947 (на титульном листе: М. 1946). 213 стр. -ф- 19 табл. Учебное пособие Н. С. Чаева и Л. В. Че- релнина начинается введением, в котором характеризуются задачи и методы палео¬ графии как вспомогательной исторической дисциплины, устанавливается связь палео¬ графии с другими вспомогательными истори¬ ческими дисциплинами и даётся представле¬ ние о зарождении и развитии палеографии на Западе, в России и в СССР. Первая глава посвящена вопросу о происхождении пись¬ менности у западных и южных славян и в древней Руси. Во второй главе авторы дают характеристику основных этапов развития русской письменности XI—XVIII веков. Предметом третьей главы являются матери¬ алы и орудия письма и внешним вид книж¬ ной и актовой письменности. Четвёртая глава «Графика русских рукописей» содер¬ жит подробную характеристику древнерус¬ ских почерков — устава, полуустава и ско¬ рописи. В пятой главе даётся представление об украшениях рукописей—орнаменте и миниатюрах. Последняя, шестая глава гово¬ рит о декоративном письме (ьязи) и тайно¬ писи, т. е. систе.ма.х древнерусской крипто¬ графии. В конце книги даны библиография вопроса и приложение — таблицы, содержащие об¬ разцы письма XVI—XVII вв., заставки XIV—XVII вз., миниатюры XIV — XVI вв. и образцы орнамента грамот XVIII века. Подготовка учебного пособия была на¬ чата покойным Н. С. Чаевым, который в 194П г. представил соответствующий текст книги. JI. В. Черепннн на основе своего соб¬ ственного опыта по преподаванию палео¬ графии значительно переработал, расширил и дополнил текст Н. С. Чаева. По мнению кафедры, переработанный текст пособия «в большей море удовлетворяет тем требова¬ ниям, котоцые стоят перед палеографией в плане преподавания высших учебных заве¬ дений и особенно Историко-Архивного Ин¬ ститута» (стр. 4). С этим мнением, однако, едва ли можно согласиться. Книга вызывает серьёзные возражения прежде всего с методологиче¬ ской стороны. Расположение материала но¬ сит в ней формальный характер. История письменности излагается в отрыве от эко¬ номического, социального, политического и культурного развития Русского государства. Правда, встречаются отдельные намёки на такую связь, но они не развиты надлежащим образом, не приведены в систему, разброса¬ ны. Авторы не установили органической свя¬ зи между общественным и государственным развитием и развитием письменности. II. л я Л. В Чсрепнина исходным пунктом является эволюция письменности самой по себе в разные периоды истории. И хотя в книге че¬ тыре раза сказано, что появление скорописи связано с созданием централизованного го¬ сударства, представления об этой связи не получилось. Чтобы получить представление о развитии письменности в разные периоды истории Русского государства, читатель /Дол¬ жен собирать по крупицам отдельные эле¬ менты из разных частей книги. Этот методологический приём изложения темы следует признать неправильным. Пра- нильнее было бы, если бы авторы, расска¬ зав о зарождении славянской письменности, перешли к краткой характеристике общест¬ венного и политического развития Киевской Руси и .на этом фоне показали развитие русской письменности того периода. Следо¬ вало охарактеризовать материал для письма (пергамен), дать представление о внешней форме рукописей', об их почерке (устав), орнаменте (старо-византийский), миниатюрах, описать сохранившиеся памятники письмен¬ ности этого периода. Тогда получилось бы вполне чёткое представление о характере письменности в это время. Это было бы и методологически правильно, так как пись¬ менность в этом случае рассматривалась бы в органической связи с общественным и го¬
Критика и ήιιήα ног рафия jjj сударственны.м развитием. В то же время изложение выиграло бы в чёткости и ясно¬ сти. Аналогичную работу следовало проде¬ лать и по другим периодам. Вызывает серьёзные возражения и учебно- мстодичеекаи сторона рецензируемой рабо¬ ты. Основное требование, предъявляемое к учебной литературе.— идти от известного к неизвестному. Это требование в «Русской палеографии» постоянно нарушается. Чита¬ тель, впервые приступающий к изучению палеографии, не в состоянии ознакомиться с материалом в том порядке, какой избрали авторы. Он должен забегать вперёд, иначе ему многое будет непонятно. Да это ясно и самим авторам: в тексте постоянно встре¬ чаются отсылки к последующему (напр. стр. Н, 25, 26. 52, 62, 70. 72. 79, 81, 84, 88, 90— 94, 102, 117, 135, 172). Серьёзный методический недостаток имеется во введении: здесь приводится слишком узкое определение задач палеогра¬ фии. По мнению авторов, «палеография—это одна из вспомогательных исторических дис¬ циплин. дающая возможность 1) безошибоч¬ но читать старое письмо и 2) устанавливать время и место происхождения рукописи» (стр. 7). Да, палеография ставит себе эти задачи. Но только ли в этом ее задачи? А где внешняя критика текста источника? Где определение подлинности по палеогра¬ фическим данным? Правда, в тексте пособия, по отдельным частным случаям, авторы пользуются указаниями на палеографические приемы определения подлинности документа (напр. стр. 23—24, 175), но из этого не сде¬ лано надлежащих выводов. В учебном пособии по палеографии совер¬ шенно недостаточно кратких указаний во введении на палеографические методы изу¬ чения источников. Нужны специальные раз¬ делы, посвящённые внешней критике текста источников и методам определения подлин¬ ности документов на основе палеографи¬ ческих данных. Если бы авторы построили своё учебное пособие на иной методологической основе, им удалось бы избежать и тех методических ошибок, какие имеет в настоящее время рецензируемая работа. Необходимо остановиться л на некоторых, порою спорных, частных вопросах, пропу¬ сках, погрешностях фактического порядка. § 4 введения посвящён зарождению и раз¬ витию палеографии в России. В нём Л. В. Черсгшин даёт характеристику работ своих предшественников, отмечая их положитель¬ ные и отрицательные стороны. Критика ка¬ сается, главным образом, фактического со¬ держания рассматриваемых работ и почти не затрагивает их методологии. В частности совершенно недостаточно подчёркнут фор¬ мальный характер подачи материала в «Сла¬ вянской кирилловской палеографии» Е. Ф. Карского, вышедшей уже в советское вре¬ мя, в 1928 году. Пропущена в этом обзоре и последняя по времени издания работа по палеографии — «Курс русской палеографии» М. Д. Приеолкова, изданный заочным отде¬ лением Ленинградского университета в 1938 году. Не упомянут этот курс и в «Би¬ блиографии» в конце книги. Нет характери¬ стики неопубликованного курса палеографии покойного А. Н. Сперанского, а о нём следо¬ вало сказать, поскольку Л. В. Черепнин на¬ ходит возможным некоторые материалы заимствовать из этого неопубликованного курса и ссылаться на него (ciр. 23—24). Следовало упомянуть о курсе А. Н. Спе¬ ранского и в общем обзоре работ по палео¬ графии. Курс палеографии, читанный А. Н. Сперанским в Историко-архивном институте в 1936—1942 гг., заслуживает упоминания и IIO той причине, что он был первым ОПЫТОМ постановки курса палеографии в соответ¬ ствии с требованиями современной науки. Развитие письменности в курсе Λ. Н. Спе¬ ранского было органически связано с эко комическим, социальным и политическим развитием Русского государства. Привлекать из этого курса материалы и не упомянуть о нём в общем обзоре работ но палеогра¬ фии совершенно недопустимо. Вызывает некоторые замечания и первая глава, посвящённая вопросу о происхожде¬ нии славянской письменности. Прежде всего необходимо коснуться вопроса о первенстве одного из двух славянских алфавитов — кириллицы и глаголицы. Среди палеографов существует давний спор о том, какой из алфавитов был создан славянским перво¬ учителем Кириллом. Есть сторонники пер¬ венства и кириллицы и глаголицы. Ещё в середине XIX в. чешский славист Шафарик высказал гипотезу о первенстве глаголицы. Эту гипотезу поддержали некоторые из рус¬ ских учёных—академики Тихонравов и Ягич, проф. Щепкин и др. Гипотезу о пер¬ венстве кириллицы предложил акад. Кар¬ ский. Гипотеза Карского гоже имеет значи¬ тельное количество сторонников. До настоя¬ щего времени обе гипотезы остаются только гипотезами, так как нот достаточного ко¬ личества данных лая подтвенждения одной и опровержения другой. Н. С. Чаев и Л. В. Черепшш совершенно правильно отмечают, что вопрос о первенстве азбук «до сих пор ещё не разрешён окончательно» (стр. 47), по тотчас же об этом забывают и ведут дальнейшее положение в духе гипотезы Шафнрнкп — Щепкина. Как несомненное приводится недоказанное утверждение В. П. Щепкина, что в основе глаголицы лежит греческая скоропись. Утверждение это под¬ крепляется примерами из учебника В. И. Щепкина, н которых сходство межлу гла¬ голическими и греческими скорописными буквами можно видеть лишь в том случае, если хотеть этого во что бы то пи стало (стр. 50—51). Между тем снимки с грече¬ ского криптографического письма, опубли¬ кованные А. Ф. Вишняковой и длюшпе более убедительное сходство с глаголицей ‘, не приводятся, так как они в известной мере подтверждают гипотезу Е. Ф Карского, рассматривающего глаголицу как древней¬ шую фюрму славянской криптографии. Таким образом, получается противоречие: с одной стороны, возрос но решён, и обе 1 В и ш н якова А. «Из истории грече¬ ской письменности >. «Вспомогательные исто¬ рические дисциплины». Сборник статей, стр. 172—173. AV.-Л. 1937
112 Критика и библиография гипотезы имеют равное право на существо¬ вание, а с другой — пытаются убедить чита¬ теля в превосходстве гипотезы Шафарика — Щепкина. Нельзя не остановиться и на третьей гла¬ ве, рассматривающей вопрос о материале для письма и о внешнем виде рукописей. В ней имеется одно неверное утверждение. Речь идёт о так называемой бомбицыне— низкосортной бумаге, грубой, толстой, во¬ локнистой при разрыве. Название бомбицы- на производили от греческого с лоза «бам- бакс» βαμβαξ, что значит хлопок, и счита¬ ли, что такая бумага изготовлялась из хлопка. В начале XX в. образчики бомбицы- ны были подвергнуты микроскопическому исследованию, и этим путём удалось уста¬ новить, что данные образцы представляют собой льняную, а не хлопчатую бумагу. Тогда название бомбицыны стали произво¬ дить от сирийского города Бамбице, как места производства такой бумаги. Это об¬ стоятельство дало основание авторам ре¬ цензируемого пособия сделать безапелля¬ ционный вывод: «Легенду о хлопчатой бу¬ маге — в XX столетии рассеял микроскоп» (стр. 102). Но вопрос всё же не'столь прост. Жаль, что авторы не использовали работу чл.-корр. Академии наук СССР Н. В. Пигулевской «Филиграни сирийских рукописей», опубли¬ кованную ещё в 1937 году. Работая над си¬ рийскими рукописями Института востоко¬ ведения Академии наук СССР. Н. В. Пигу- левская заинтересовалась и материалом, на котором они написаны. По её просьбе было произведено новое микроскопическое иссле- дование одной из сирийских рукописей XIII в. (1243 г.). Оказалось, что «материалом для её изготовления послужили волокна хлопка». Наряду с этим встречаются сирий¬ ские рукописи и на грубой, толстой бумаге из льняного тряпья. По внешнему виду та¬ кая бумага напоминает бомбицыну*. Это обстоятельство и ввело в заблуждение тех исследователей, которые впервые подв'ергли грубую бумагу микроскопическому анализу. Таким образом, вопрос о городе Бамбице как месте производства бомбицыны должен отпасть. Первоначально бомбицына — хлоп¬ чатая бумага, а затем это название было распространено на грубые сорта всякой бумаги. Глава четвёртая даёт представление о характере древнерусских почерков и по су¬ ществу своего содержания замечаний не вызывает. 2 ПигулевскаяН. «Филиграни сирий¬ ских рукописей». «Вспомогательные истори¬ ческие дисциплины». Сборник статей, стр. 423. М.-Л. 1937. То же самое следует сказать и о пятой главе. Жаль только, чго авторы, давая пред¬ ставление о различных стилях орнамента, ограничились одним описанием их и не дали иллюстраций. Те снимки с заставок, которые даны в приложении, не покрывают всего содержания главы. Полного представления о стилях орнамента читатель не получает. В шестой главе очень подробно изложен материал о декоративном письме (вязи) и системах тайнописи. Нужно пожалеть, что в учебном пособии по палеографии не нашлось места ещё для одного вида условного письма — сокращён¬ ного обозначения денежных сумм путём расположения буквенных цифр в особой клетке с шестью делениями. В правом верх¬ нем углу писалась цифра, обозначавшая ко¬ личество денег, в средней верхней клетке писались единицы алтын, в левой верхней клетке — десятки алтын. В нижней средней клетке писались единицы рублей, в нижней левой — десятки, сотни и тысячи рублей. Такие обозначения постоянно встречаются в приходо-расходных книгах и других фи¬ нансовых документах. Читатель, незнакомый с этой системой обозначения, встретит опре¬ делённое затруднение при чтении, и учебное пособие по палеографии должно было бы ему помочь преодолеть это затруднение. Приложенная к книге библиография до¬ статочно полна, хотя и не является исчер¬ пывающей. Не названы работы A4. Грунско- го «KuïecbKÎ листки та Фрейзшгеньсю урнв- ки» и И. Огиенко «Оповидапни ченця Хо¬ роброго про письмена словъянсю», опубли¬ кованные в XVI книге «Записок 1сторично- Фшолопчного Вщдшу Украп1Сько1 Акаде- MÏÏ наук». КиТв. 1928. Необходимо отметить, что внешне книга издана небрежно, имеет много никак не ого¬ ворённых опечаток. Нет единства принципа и в передаче иностранных текстов. Грече¬ ские слова даются и в греческой транскрип¬ ции (стр. 7, 97, 143) и в латинской (стр. 99, 100, -102, 166), и в русской (стр. 13—15). Гре¬ ческие тексты, как правило, набраны с ошибками. Каковы же итоги? Н. С. Чаев и Л. В. Череппин проделали большую работу. Они собрали ценный и интересный материал, ко¬ торый, конечно, можно использовать. Но как учебное пособие для высшей школы книгу нельзя считать удовлетворительной. И в методологическом и учебно-методиче¬ ском отношениях новое учебное пособие является шагом назад по сравнению с кур¬ сом палеографии, читанным А. Н. Сперан¬ ским в том же Историко-архивном институ¬ те, для кото-рого издано рецензируемое пособие. Н. Устюгов
Критика и библиография 113 КОРОЛЬЧУК Э. А. Северный союз русских рабочих и революционное рабочее движение 70-х годов XIX в. в Петербурге. Институт истории пар¬ тии при Ленинградском горкоме ВКП(б), филиал Института Маркса — Энгельса — Ленина при ЦК ВКП(б). Ленинград. 1946. 312 стр. В последнее время вышел в свет ряд сборников и монографий по вопросам исто¬ рии рабочего движения и большевистских организаций на местах. Разные по капиталь¬ ности и научной ценности, они в целом от¬ ражают всё растущий интерес к героической истории большевистской партии, к револю¬ ционному прошлому страны. Среди этих ра¬ бот выделяется рецензируемая книга Э. А. Корольчук «Северный союз русских рабо¬ чих». После работы Г. В. Плеханова «Русский рабочий в революционном движении» про¬ шло более полувека. За этот период появи¬ лись работы, освещавшие лишь отдельные стороны и эпизоды первых шагов рабочего движения в России. Издание солидной мо¬ нографии Э. А. Корольчук является, в связи с этим, большим достижением. Автору удалось дать серьёзное, марксист¬ ское исследование, базирующееся на про¬ веренном фактическом материале, собранном за двадцать лет работы по исследова¬ нию рабочего движения 70-х годов, в осо¬ бенности рабочего движения Петербурга. В книге использован интересный материал составленных и опубликованных автором сборников документов: «Первая рабочая демонстрация в России» (М.-Л. 1926), «Ра¬ бочее движение 70-х· годов» (1934), «Хрони¬ ка революционного рабочего движения в Пе¬ тербурге» (1940) — и новый архивный и пе¬ чатный материал. Охарактеризовав условия, в которых из среды петербургского пролета¬ риата 70-х годов стали выделяться передо¬ вые рабочие, прошедшие школу стачечной борьбы и понявшие необходимость создания организации для успешной борьбы с капи¬ талистами, автор впервые обстоятельно ис¬ следовал истоки «Северного союза русских рабочих», восполнив значительные пробелы, имевшие место до сих пор в освещении истории революционного движения 70-х го¬ дов вообще и рабочего движения в особен¬ ности. Своей основной задачей Э. А. Корольчук поставила «показать, как петербургские ра¬ бочие — этот авангард рабочего класса Рос¬ сии — вели уже в тот период борьбу с на¬ родниками и по каким каналам просачива¬ лось влияние на передовых русских рабочих I Интернационала, руководимого Марксом и Энгельсом, и социал-демократии Запада» (стр. 6). Несмотря на сравнительную ску¬ дость материала по этим вопросам и ряд других трудностей, автору благодаря кропот¬ ливой, тщательной работе удалось успешно разрешить поставленную задачу. Подробно и обстоятельно прослеживая разногласия между авангардом петербургского проле¬ тариата и народниками на протяжении всего периода 70-х годов, автор воспроизвёл кон¬ кретно-историческую обстановку, в которой среди передовых рабочих Петербурга заро¬ дилась тенденция выделиться из общенарод¬ нического потока в самостоятельное клас¬ совое пролетарское движение. Опираясь на свидетельства виднейших деятелей револю¬ ционного движения 70-х годов, особенно Плеханова, а также на свежие архивные и печатные материалы, автор убедительно по¬ казал, что «прудоновско-бакунинский анар¬ хизм, в 1873—1874 гг. получивший преобла¬ дающее влияние в народнической среде, от¬ талкивал от себя рабочих» (стр. 46). Идеалистические взгляды народников на весь ход истории человечества, непонима¬ ние ими законов экономического и полити¬ ческого развития общества, непонимание ими передовой роли рабочего класса, их ложная теория активных «героев» и пассивной «тол¬ пы» и исходящая из неё вредная и ошибоч¬ ная для революции политика индивидуаль¬ ного террора с самого начала не были вос¬ приняты передовиками рабочего класса, на¬ чавшего в 70-х годах пробуждаться к актив¬ ной политической жизни. Шаг за шагом ав¬ тор проследил постепенное нарастание недо¬ вольства передовой части рабочего класса пропагандой и практической деятельностью народников, дал цельную и ясную картину условий возникновения, деятельности и при¬ чин, определивших судьбу «Северного союза русских рабочих». Эти, полные драматизма, страницы кни¬ ги о героических усилиях небольшой кучки передовых рабочих выбраться на верный, широкий путь массового рабочего движе¬ ния читаются с захватывающим интересом. Они являются яркой и убедительной иллю¬ страцией к известным словам Г. В. Плеха¬ нова о том, что к концу 70-х годов «рабо¬ чее движение переросло народническое учение на целую голову»1. На основании тщательно изученного фак¬ тического материала автор установил точ¬ ные хронологические рамки и дал почти исчерпывающую картину содержания дея¬ тельности образовавшейся в 1876 г. петер¬ бургской рабочей организации, получившей в 1878 г. название «Северного союза рус¬ ских рабочих». Наряду с анализом органи¬ зационной структуры и подробной харак¬ теристикой организаторов и руководителей «Северного союза» В. Обнорского и Степа¬ на Халтурина автор осветил также деятель¬ ность ранее малоизвестных рабочих-револю- ционеров, участников союза. Автору удалось показать влияние I Ин¬ тернационала и его вождей К- Маркса и Ф. Энгельса, а также социал-демократи¬ ческих партий Запада на организаторов «Се¬ верного союза русских рабочих» и особенно на В. Обнорского. Глубокий анализ важней¬ ших пунктов программы «Северного союза», наряду с тщательной характеристикой основ¬ ных фактов практической работы «Союза» (первая рабочая демонстрация в России на Казанской площади 6 декабря 1876 г.; де- 1 Плеханов Г. Соч. T. III, стр. 184. 1928. 8 «Воттппоы πΡτηηιπι» № 12.
114 - Критика и Оиблшгграфия мопстрацин рабочих на похоронах жертв взрьша на ['1атронном заводе в декабре 1877 г.; руководство стачками, установление связи с рабочими других пролетарских центров — Москвы, Ростова на Дону, Одес¬ сы и др., — а также связи с польским ра¬ бочим движением;, убедительно показыва¬ ют, как бистро развивался русский рабо¬ чий класс и какие сравнительно широкие задачи он ставил себе ещё в самом начале своего революционного пути. Об этом же свидетельствуют помещённые в приложении к книге коллекция интересных документов и краткие биографические справки о видней¬ ших деятелях рабочего движения 70-х го¬ дов. К сожалению, автор не сделал из собран¬ ного им богатого и интересного материала всех необходимых выводов. Детально исследуя пути и каналы, че¬ рез которые просачивалось влияние запад¬ но-европейского рабочего движения на рус¬ ское рабочее движение 70-х годов, автор не делает вместе с тем попытки выяснить своеобразие начального периода русского рабочего движения в сравнении с западно¬ европейским. Известно, что первые уроки политиче¬ ской борьбы западно-европейский пролета¬ риат получил у своей буржуазии. Первую школу политической борьбы западно-евро¬ пейский пролетариат прошёл в буржуазно- демократических революциях, в которых ом играл роль пособника буржуазии. Идеи, лозунги буржуазных революции ещё .ютго влияли и доныне еще влияют на политиче¬ ское сознание некоторых слоев западно¬ европейского пролетариата. · Своеобразие начального периода револю¬ ционного движения русского пролетариата в силу особенностей исторического разви¬ тия России состоит в том, что, позже вступив на путь революционной борьбы, русский пролетариат мог опираться на опыт рабочего движения других стран. Русско¬ му рабочему нечему было учиться у своей буржуазии, ибо он её опередил. В буржуаз¬ но-демократическую революцию русский пролетариат вступил не под знаменем бур¬ жуазных идей и лозунгов, как западно¬ европейский, а под знаменем борьбы с бур¬ жуазными лозунгами и идеями. Создав ещё до первой буржуазно-демо¬ кратической революции в России свою соб¬ ственную рабочую марксистскую партию, рабочий класс России выступил не только как самостоятельная, но и как решающая, руководящая сила в народной революции. Если в 70—80-х годах русское рабочее движение испытывало влияние западно¬ европейского рабочего движения, то очень скоро, уже с 90-х годов, и особенно с на¬ чала XX в., когда центр революционной мысли и революционного движения передви¬ нулся из Западной Европы в Россию, рус¬ ское рабочее движение стало оказывать всё растущее влияние на западно-европей¬ ское рабочее движение. Деятельность передовых русских рабочих 70-х годов является яркой иллюстрацией к знаменитым словам Ленина о том, что «марксизм, как единственно правильную революционную теорию, Россия поистине в ы с т р а д а л а полувековгж историей не¬ слыханных мук и жертв, невиданного рево¬ люционного героизма, невероятной энергии и беззаветности исканий, обучения, испыта¬ ний на практике, разочаровании, проверки, сопоставления опыта Европы» “. Энгельс, как известно, считал чрезвы¬ чайно важным преимуществом немецкого пролетариата перед французским и особен¬ но английским свойственное ему стремле¬ ние к теории. Это замечательное каче¬ ство, интерес к теории, ещё в 70-х годах проявилось, хотя и в зародышевом состоя¬ нии, у передовых русских рабочих. Настроения и действия передовых петер¬ бургских рабочих 70-х годов предвещали те боевые революционные качества русского рабочего класса, которые проявились пол¬ ностью на рубеже XIX—XX вв. в результате слияния рабочего движения с научным со¬ циализмом. Не случайно в борьбе с «экономистами», русской агентурой западно-европейского ревизионизма и тредюнионизма Ленин ссы¬ лался на русское рабочее движение 70-х годов, подчеркивая, что «русское рабочее движение... основало более широкую орга¬ низацию, выставило более широкие задачи» 3, чем мечтали «экономисты» и меньшевики, поклонники западно-европейского тред юнио¬ низма начала XX века. Анализируя рукопись «По поводу собра¬ ния русской народной партии б декабря 1876 г.», Э. А. Королъчук, правильно оце¬ нивая значение этого важного документа, недостаточно, однакб, подчеркнула особую важность отрицательного отношения пере¬ довых рабочих 70-х годов к либерализму. В этом отношении наряду с влиянием на передовых рабочих и связанных с ними ин¬ теллигентов некоторых произведений марк¬ сизма сказалось и влияние революци¬ онно-демократических идей Чернышевского. Наличие в среде передовых русских ра¬ бочих с начала их вступления на арену по¬ литической жизни отрицательного отноше¬ ния (хотя ещё и не вполне осознанного) не только к бунтарскому анархизму, но и к либерализму является чрезвычайно важным моментом для характеристики особенностей русского рабочего движения, выявившихся со всей яркостью на рубеже XIX—XX ве¬ ков. Показав, на каком сравнительно высоком уровне находился авангард петербургских рабочих 70-х годов, автору, однако, следо¬ вою бы полнее вскрыть слабые стороны рабочего движения этого периода. Книга Э. А. Корольчук. несмотря на не¬ которые её недостатки, является серьёзным, .положительным вкладом в разработку истории русского рабочего движения. Ю. Полевой 3 Л ен и и. Соч. T. XXV. етр. 175. 3-е изд. 3 Ленин. Соч. T IV, стр. 235. 4-е изд.
Критика и библиография ГУБЕЛЬМАН М. Лазо. Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия». 1947. 301 стр. 6 руб. М. Губельман не впервые уже знакомит советского читателя с легендарным героем и руководителем дальневосточных парти¬ зан — Сергеем Лазо, трагически погибшим в апреле 1920 г. от рук японских интервен¬ тов. Отличие рецензируемой книги и пре¬ дыдущих её изданий состой г в том, что она шире и полнее охватывает основные: этапы жизни и революционной деятельности Лазо, в особенности г годы революции, гражданском войны и иностран¬ ной интервенции в Сибири и на Дальнем Востоке в 1917—1920 годах. Киша написана на основе большого мате¬ риала воспоминаний современников, близко знавших Лазо, и на основании'полого ряда архивных документов. Книга хорошо иллю¬ стрирована портретами самого Лазо и других деятелей партизанского движения и фотодо¬ кументами, характеризующими подливное лицо японских интервентов. Она снабжена картограммами и картами, дающими на¬ глядное представление как о широком раз¬ махе деятельности подпольных большевист¬ ских организаций, так и о действиях руко¬ водимых ими партизанских отрядов. R виде приложения даны хорошо разра¬ ботанные «основные даты жизни и деятель¬ ности С. Г'. Лазо», дающие возможность проследить его жизненный путь, особенно за годы революции и гражданской войны. Книга состоит из двадц mi одного раз¬ дела. Раздел первый даёт краткое описание детства и отрочества Сергея .Лазо. В разделе втором---«Студенческие годы»— автор описывает, ка.к складывалось миро¬ воззрение юного Сергея Лазо в бытность его в Петербургском технологическом ин¬ ституте и в Длекееевеком военном училище (1913—1916 гг.). Еще в студенческие годы Лазо принял решение перейти на сторону рабочего клас¬ са. Не будучи ещё знаком с учением клас¬ сиков марксизма-ленинизма, он в одиноче¬ стве искал пути борьбы с капитализмом. Эти поиски вне связи с революционными орга¬ низациями рабочего класса привели Лазо, правда, не надолго, к «левым» эсерам. Разделы третий — «Необыкновенный прапорщик» — и четвёртый — «I? боях за Октябрь» — посвящены лживому этапу прак¬ тической революционной деятельности Лазо в Сибири. Эти разделы ярко характеризуют Лазо ка.к моюдого и энергичного револю¬ ционного деятеля, целиком отдавшего свои силы делу социалистической революции. Разделы пятый — «Обстановка в Забай¬ калье», шестой — «Лазо на Забайкальском фронте», седьмой — «Наступление», вось¬ мой — «Командующий Прибайкальским фронтом» характеризуют Лазо как неутомимого организатора вооружённых сил Центросибири К 1 Центросибирыо называлось в то время Советское правительство Сибири., Лаван анализ борьбы Красной Гвардии с бандами Семёнова и чехословацкими легио¬ нами. автор показывает талантливость Лазо как военачальника, его личную храбрость и стойкость в бою. Как и в предыдущих раз¬ делах, автор внимательно следит за тем, как в суровой действительности классовой борьб).; Лазо шаг за шагом порывает с по¬ путчиками революции, «левыми» эсерами, и всё больше и больше сближается с боль¬ шевиками. Однажды на митинге в Ир¬ кутске, где он выступил с разобла¬ чением правых эсеров и меньшевиков, ему бросили реплику: «Большевист¬ ский агент!». Лазо с гордостью отве¬ тил: «Я ещё не большевик, во горжусь тем, что меня считают большевиком» (стр. 57). Вскоре посте этого Лазо окончательно по¬ рывает с «левыми» эсерами и в июле 1918 го¬ да вступает в ряды большевистской партии. В своём заявлении Лазо писал; «Меня все окружающие считают большевиком. Впере¬ ди предстоит огромная, тяжёлая и жесто¬ кая борьба с интервентами и белогвардей¬ цами... Пас, возможно, ожидает глубокое подполье, пока на помощь не подойдут силы Красной Армии из Советской России. Я про¬ шу вас оказать мне полное доверие — при¬ нять в ряды Коммунистической партии...» (стр. 96). Отмечая непоколебимую веру Лазо в силу нашей партии и Советской власти, автор приводит одно из характерных его выступле¬ ний перед рабочими Читинских железнодо¬ рожных мастерских is августе 1918 г., т. е. в тот момент, когда под' ударами объединён¬ ных сп ! контрреволюции и иностранной ин- тервепции Советы Сибири переживали кри¬ тические дни своего существования. Лазо говорил рабочим: «...помните, Советы России крепки, сильны, непобедимы. Сегодня мы разъединены и отделены от Советской Рос¬ сии силами, враждебными революции, и по¬ тому не можем удержат!) свой фронт. Со¬ веты в Забайкалье сегодня вынуждены прекратит!) свою деятельность только для того, чтоб),!, собравшись с новыми силами, скоро в недалёком историческом "'завтра,— победить навсегда!» (стр. 95). Все остальные разделы книги (за исклю¬ чением последнего) освещают деятельность Лазо в Приморье Дальневосточного края, вплоть до его трагической гибели. Страни¬ цы этих разделов как по собранному в них материалу, так и по яркости изложения являются, пожалуй, лучшими страницами книги. Автору удалось здесь показать Лазо во всём его б ческе не только как тала-нтли- вого вожди партизан, но и как одного из виднейших большевистских политических деятелей Дальнего Востока. Признавая книгу в общем удачной, мы, однако, считаем необходимым остановиться на серьёшом недостатке раздела «Ma кон¬ ференциях и съездах». Автор правильно сообщает о решении 4-й Дальневосточной краевой конференции большевиков передать власть из рук земства в руки Советов (стр. 219), несмотря на то, что земская
Критика и библиография власть во Владивостоке была признана Со¬ ветским правительством. Однако автор не даст чёткой оценки этого решения, не по¬ казывает, что объективно оно было направ¬ лено на срыв особой (в то время) политики партии и Советского правительства в отно¬ шении Дальнего Востока. Автору следова¬ ло бы отмстить, что это решение было оши¬ бочным, что, принимая его, конференция и прежде всего её руководители не учли всей сложности международной обстановки на Дальнем Востоке. Конференция не учитыва¬ ла того обстоятельства, что советизация края неминуемо вызвала бы вооружённое столкновение с Японией, что грозило дли¬ тельным отрывом всего Дальнего Востока от Советской России. Эту ошибочную линию конференции пришлось выправлять Цен¬ тральному Комитету партии, который дал твёрдое указание дальпевостО’Чпым комму¬ нистам о строительстве ДВР как временной, переходной государственной формы на Даль¬ нем Востоке. В целом книга М. Губельмаиа — хорошая и полезная книга. Она отличается историче¬ ской достоверностью и яркостью описа¬ ния. Автору удалось раскрыть замеча¬ тельные черты Сергея Лазо: его ре¬ волюционную целеустремлённость, твёр¬ дость духа и уверенность в победе рабо¬ чего класса. М. Стышов ВАСИЛЕВ О. Въорьжената съпротива срещу фашизма в България 1923—1944. Очерки и документы. С пред говор от Трай чо КостО'В. Софии. 1946. 672 стр. ВАСИЛЕВ О. Вооружённое сопротивление фашизму в Болгарии 1923—1944. Очерки и документы. С предисловием Трайчо Костоеа. vThe struggle of the Bulgarian people against fascism“. Sofia. 1946. 114 p. Борьба болгарского народа против фашизма. Рецензируемые книги представляют бога¬ то документированное изложение борьбы болгарского народа против болгарского и немецкого фашизма и являются первыми работами, вышедшими в Болгарии на эту тему. Не являясь историческими исследо¬ ваниями, они благодаря приведённым в них документам (донесения германского и бол¬ гарского разведывательных и военных ор¬ ганов, рапорты правительственных и желез¬ нодорожных чиновников, извлечения из дневников, в частности бывших регентов, материалов и архивов, в том числе архива движения сопротивления) позволяют отчёт¬ ливо выявить роль и значение болгарского движения сопротивления фашизму. Они оп¬ ровергают распространяемое реакцией в анг¬ ло-саксонских странах мнение о незначи¬ тельности этого движения. Болгарский народ одним из первых в мире познакомился с ужасами фашистского ре¬ жима, установленного в Болгарии в результате переворота 0 июня 1923 г.. организованного А. Цанковым. Однако фашистские правители не смогли создать себе опору в народных массах стра¬ ны. «Главное и решающее противодействие тому, чтобы фашизм смог создать серьёзную массовую базу в Болгарии... было оказано Рабочей (коммунистической. — М. Б.) пар¬ тией»,— пишет О. Василев (стр. 100). С самого начала второй мировой войны болгарский народ был против выступления Болгарии на стороне Германии. На много¬ численных собраниях и митингах принима¬ лись резолюции об установлении тесного сотрудничества Болгарии с Советским Со¬ юзом. Более 3-10 тысяч петиции, указывает автор (стр. 110), было послано со всех концов страны болгарскому правительству с требованием принять советские предложе¬ ния. Нападение Германии на Советский Союз явилось переломным моментом в деле орга¬ низации антифашистской борьбы н Болгарии. Организатором этой борьбы стала Рабочая партия, единственная из болгарских партий, имевшая закалённые в многолетней борьбе с фашизмом подпольные кадры. Централь¬ ный комитет Рабочей партии в ряде обра¬ щений, опубликованных в 1941 г. и приве¬ дённых в рецензируемых книгах, призывал болгарский народ к борьбе против герман¬ ского и болгарского фашизма. При Цент¬ ральном комитете был образован Военный' центр, позже превратившийся в Верховный штаб народно-освободительных войск; с помощью членов Рабочего союза молодёжи (ре.мсисты) подбирались участники боевых групп и организовывались партизанские от¬ ряды. «Первый партизанский отряд, — пишет О, Василев (стр. 215), — который появился спустя 4 дня после начала германо-советской войны, была чета Николы Парапунова из Разлога... Почти в то же время сформиро¬ валась и Баташская чета, которая, объеди¬ нившись е Кричимекой, создала известный партизанский отряд «Антон Иванов». Затем появились партизанские четы в районе Карлово, Калофер и других местах. Парти¬ занская борьба направлялась центральным руководством, во главе которого стояли Ан¬ тон Югов (ныне министр внутренних дел правительства Отечественного фронта), Цола Драгойчева (ныне генеральный секретарь Национального ' комитета Отечественного фронта), Добри Тсрмешов (ныне председа¬ тель Верховного Экономического Совета) и другие закалённые в подпольной борьбе коммунисты. Успехи * Советской Армии, развеявшей миф о непобедимости немецкой армии, а также беспримерный героизм народов! Юго¬
Критика и библиография 117 славии, проявленный в борьбе с фашистски¬ ми оккупантами, способствовали развёрты¬ ванию партизанского движения в Болгарии. «Летом и осенью 1942 года во всех концах Болгарии возникают новые и укрепляются старые повстанческие четы и отряды, а в городах создаются вспомогательные боевые группы», — пишет О. Василев (стр. 220). К началу 1943 г. Верховный штаб имел в своём распоряжении в городах и селениях целую сеть боевых групп (созданных для вооружённой борьбы местного значения) и партизанских чет и отрядов, раскинутых по всей стране. Вся Болгария была разделена на 12 оперативных зон, в каждой из кото¬ рых действовали свои четы, отряды и более мощные партизанские соединения — брига¬ ды. Всего к началу 1944 г. в Болгарии дей¬ ствовали G3 партизанских отряда. У партизан было очень мало оружия. О. Василев приводит (стр. 241) характерные примеры: «У первой четы Червонобережного района на 41 человек было 14 ружей, 3 пистолета, у второй четы на 22 человека — 18 ружей, 6 пистолетов’... у третьей четы на 34 человека — 11 ружей, 6 пистолетов». Болгарские партизаны были почти изолиро¬ ваны от союзников. Позднее была установ¬ лена связь с англо-американским штабом в Каире. Болгарские партизаны доставили последнему ряд ценных сведений. Англо- американское командование признало бол¬ гарское партизанское движение в качестве совоюющей стороны. Была достигнута до¬ говорённость о проведении совместных опе¬ раций. Однако документы говорят о том, что англо-американское командование отнюдь не стремилось содействовать развёртыванию массового партизанского движения в Болга¬ рии. В докладе болгарского полицейского управления «О партизанском движении в Болгарии» (приведён полностью на стр. 564—572) говорится о том, как в декабре 1943 г. представитель англо-американского штаба в Каире майор Девис установил связь с Верховным штабом партизанского движе¬ ния, причём во время встречи болгарские партизаны предложили приступить к орга¬ низации снабжения их оружием, установив для этого специальные места, куда воору¬ жение должно сбрасываться. «Ответ на это предложение, — говорится в полицейском докладе, — не был получен». Позднее ан¬ глийское командование дважды обещало прислать из Каира 15 воздушных транспор¬ тов с оружием и взрывчатыми веществами, но «с большими трудностями было получено всего 3 транспорта вместо ожидаемых 15». Англо-американское командование предпо¬ читало. как известно, снабжать оружием четников Михайловича. «Партизаны стали считать, — приводится 3 этом же докумен¬ те, — что они оказались жертвой англий¬ ской политической игры». Несмотря на все трудности, партизанское движение в Болгарии, пользуясь поддерж¬ кой народных масс, приняло значительные размеры. Большим преимуществом являлось то, что в Болгарии не было соперничающих между собой партизанских организаций. Всей борьбой руководила Рабочая партия, к которой примкнули те, кто хотел бороться против фашизма. Партизаны приграничных с Югославией районов учились на опыте югославских партизан, проводили совмест¬ ные операции с сербскими партизанами под руководством известного болгарского пар¬ тизанского генерала Славчо Трынсхого. Вместе с югославскими (македонскими и сербскими) и греческими партизанами дей¬ ствовал батальон «Христо Ботев», ядро ко¬ торого составляли солдаты болгарских оккупационных войск, перешедшие во главе с подпоручиком Дичо Петровым со всем оружием к партизанам. Этот батальон, рас¬ сказывает О. Василев (стр. 293—294), со¬ вершил вместе с македонскими партизанами зимний поход на расстояние более тысячи ки¬ лометров (от Кожух Планинипы до Сербии), покрыв славой болгарских партизан. Доклады и рапорты германских агентов и представителей болгарской военной и поли¬ цейской службы, донесения железнодорож¬ ных чиновников, приведенные в большом количестве (как целиком, так и в отрывках) в рецензируемых книгах (особенно в первой, где документы занимают добрую треть кни¬ ги), пестрят жалобами на саботаж и дивер¬ сии, свидетельствуют о многочисленных раз¬ рушениях па железнодорожных линиях, об уничтожении немецких складов с оружием и боеприпасами, о поджогах предприятий, работавших на немцев, и т. д. Другой задачей движения сопротивления было помешать ограблению Болгарии гитле¬ ровской Германией. Поэтому болгарские патриоты вели работу (о чём свидетельству¬ ют документы архива сопротивления) по подрыву аппарата снабжения Германии. «Партизаны,—пишет О. Василев, — чувство¬ вали себя в качестве представителей истинно народной власти и полноправно распоряжались» (стр. 506); они заставляли под угрозой смерти представителей адми¬ нистрации прекращать реквизиции в пользу немцев. Дзижеиие сопротивления приобретало всё большую силу и представляло всё большую опасность для правительства. В сообщениях и рапортах полицейских и военных чинов, приводимых в книге О. Василева, сквозит растущий страх перед партизанским движе¬ нием. Регент Филов уже в 1943 г. в своём дневнике 17 февраля делает следующую заметку: «Чувствуем всё более нашу изо¬ лированность» (стр. 156). Для борьбы с партизанами правительство мобилизовало, кроме полиции и жандарме¬ рии, целую болгарскую армию (более 100 тыс. человек). В армии, в военных учили¬ щах и академии, как отмечает в дневнике 6/VI 1943 г. регент генерал Михов, начали изучать методы партизанской борьбы (стр. 297). В 1944 г. военное министерстве издало специальную «Инструкцию по борь¬ бе с партизанами». Фашистское правитель¬ ство не остановилось перед введением спе¬ циальной денежной премии — по 50 тыс. левов за каждую голову партизана. Около 30 тыс. партизан погибло в борьбе, более 2 тыс. домов было разрушено или сожжено за помощь партизанам. По примеру германских фашистов их бол¬ гарские прихвостни создали целую сеть концлагерей. О. Василев приводит (па
.1 I 8 Критика и fiuO/tiK'.pmrl'UH стр. Ifni) следующие данные. За три года в специальных концлагерях для политических заключенных перебывало 574U человек. Около 15 гыс. было сослано иод наблюдение местной полиции и отдалённые места Бол¬ гарии. 10 800 человек было отправлено н военно-трудовые лагери и «исправительно-¬ трудовые дружины. Большая группа, наи¬ более активные участники подпольного дви¬ жения, погибла от истязаний и пыток в тюрьмах, из которых в момент освобожде¬ ния от фашистского режима—9 сентября 1944 г.--нышло 8100 политзаключённых. Общее число подвергшихся арестам и за¬ ключениям и тюрьмах и концлагерях и жертв' движения сопротивления за годы войны достигло 100 тыс. человек. В целях объединения всех антифашист¬ ских сил Рабочая партия приступила к ор¬ ганизации единого фронта борьбы с фашиз¬ мом. 16 июля 1942 г. радио «Христо Ботев» передало «Программу Отечественного фронта», разработанную по указанию ру¬ ководителя Рабочей партии и основателя Отечественного фронта Г. М. Димитроза, призывающую в ряды Отечественного фрон¬ та широкие слои болгарского народа. Одно¬ временно Рабочая партия начала перегово¬ ры об организации Отечественного фронта с представителями других партий. Таким образом, в Отечественный фронт вошли, кроме Рабочей партии, представители «Зем¬ ледельческого союза», группы «Звена», социал-демократов, ряда других массовых организаций и союзов и независимые деяте¬ ли. Из представителей вышеуказанных ор¬ ганизаций был создан Национальный коми¬ тет Отечественного фронта. Почти во всех сёлах и городах, на пред¬ приятиях и в массовых организациях созда¬ вались комитеты Отечественного фронта. Вступление в ряды Отечественного фронта связанной с антимонархическим офицерством группы «Звено» привлекло к антифашист- скрму движению большое число офицеров и расширило связи и возможности антифа¬ шистского подполья в армии. Рабочая пар¬ тия, — как доносил разведывательный отдел болгарской армии в «Разведывательном до¬ несении» от 14 июля 1943 г., — «в короткое время успела основать во всех войсковых частях конспиративные организации» (стр. 358). Росло число солдат и офицеров, убе¬ гавших из казарм к партизанам. Так, только в течение апреля — июня 1943 г. к партиза¬ нам присоединились 753 солдата. В 1944 г. вследствие исторических побед Советской Армии и приближения её к гра¬ ницам Болгарии положение фашистских правителей Болгарии окошштсльно пошатну¬ лось. Его нельзя было спасти ни перета¬ совкой состава кабинетов, ни показным разрывом с Германией при сохранении реак¬ ционного режима внутри страны. Решающее слово принадлежало уже болгарскому на¬ роду, организованному в рядах Отечествен¬ ного фронта. О событиях зтого и последу¬ ющего периодов говорится во второй из рецензируемых нами книг, й значительной мере основанной на тех же источниках, но продолжающей изложение борьбы болгар¬ ского народа с фашизмом и после 9 сентября 1914 г. (первая книга, вернее её первый том, — автор обещает выпустить и второй том — описывает события до 1 сентябрь 1941 г.). Первыми выступили б сентября 1944 г. славные шахтёры Перинка, подавшие сигнал к восстанию. Затем забастовали рабочие и железнодорожники ряда городов и станций. 8 ссчггября партизанские отряды захватили власть в Габрове, Бургасе, Свишеве, Лую- виште, Берковице и других городах. Под ударами народных масс фашистский режим в Болгарии был сметён. Германские войска были изгнаны из пределов Болгарии при помощи Советской Армии и при поддержке патриотической части болгарской армии. 9 сентября было соиаио правительство Отечественного фронта. Одной из своих главных задач прави¬ тельство Отечественного фронта ставило помочь демократическим странам в борьбе с гитлеровскими армиями, окончательно раз¬ громны» гитлеровскую Германию. В армии была сменена значительная частг» офицер¬ ского состава, введен институт заместителей командиров по политической части (назна¬ чавшихся из числа активных участников антифашистской борьбы), способствовавший перевоспитанию ар