[jg==s3E
Д.В. СИМОНОВСКАЯ Г.Б.ЭРЕНБУРГ М.Ф. ЮРЬЕВ
ОЧЕРКИ ИСТОРИИ КИТАЯ
ПОСОБИЕ для УЧИТЕЛЯ
RiMMP
ГОСУДАРСТВЕННОЕ УЧЕБНО-ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО МИНИСТЕРСТВА ПРОСВЕЩЕНИЯ РСФСР Москва 1 966


Данная книга — «Очерки истории Китая» — предназначена служить пособием для учителей истории при подготовке к урокам и имеет целью помочь в разъяснении характерных черт и особенностей китайской исто* рии, революционной борьбы китайского народа, победы народной революции и строительства социализма.
Книга состоит из трех частей. 1) Древняя и Средневековая история Китая; 2) Новое время; 3) Новейшая история Китая. Авторы книги — преподаватели кафедры истории стран Дальнего Востока исторического- факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.
Разделы книги, посвященные древней и средневековой истории Китая, революционному подъему в Китае в эпоху «Пробуждения Азии» и революции 1911 года (главы 1—11 и 18) написаны доцентом Л. В. Симоновской. Автором разделов по истории Китая во второй половине XIX века, по периоду первой мировой войны и по новейшей истории Китая до победы народной революции (главы 16—17 и 19—25) является доцент Г. Б. Эренбург. Разделы по истории опиумных войн и тайпинской революции, а также по истории Китайской Народной Республики (главы 12—15 и 26—27) написаны доцентом М. Ф. Юрьевым.
Авторы сочли нецелесообразным в книге научно-популярного характера давать ссылки на использованные источники и литературу. Даны только ссылки на важнейшие труды классиков марксизма-ленинизма, произведения Мао Цзэ-дуна и некоторые другие источники, доступные учителям, средних школ.


иг
п
ДРЕВНИЙ
СРЕДНЕВЕКОВЫЙ
КИТАЙ
X:


□1
ГЛАВА I
ПЕРВОБЫТНО ОБЩИННЫЙ И РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКИЙ СТРОЙ В ДРЕВНЕМ КИТАЕ
Первобытно-общинный строй. Возникновение культуры великого китайского народа относится к временам глубокой древности. Археологические находки и предания древних свидетельствуют о жизни и занятиях людей, обитавших на территории Китая в отдаленном прошлом. Территория Китая была заселена уже в раннем палеолите. К числу находок наиболее раннего периода относятся останки человека, так называемого синантропа, близкого к обезьяночеловеку, найденные в пещере у деревни Чжоукоудянь близ Пекина китайскими археологами и палеонтологами Пэй Вэнь-ч^куном и другими.
Там же открыты примитивные каменные орудия типа ручного рубила, большое скопление золы, кости животных, позволяющие' предположить, что люди Чжоукоудянь занимались собирательством и охотой, пользовались огнем. Как и все человечество,, древнее население Китая, пройдя через различные стадии древнего каменного века, перешло к более высокой ступени развития производительных сил — к неолиту.
Многочисленные остатки неолитической культуры обнаружены в Китае повсеместно: в долинах рек Хуанхэ и Янцзы, в провинции Шаньдун, в Дунбэе (Маньчжурия), Синьцзяне, Внутренней Монголии и многих пунктах Южного Китая. Мелкие и крупные каменные орудия тщательно отделаны путем полирования; среди них встречаются топоры, копья, наконечники стрел. Данные археологии свидетельствуют, что древние жители Китая в эпоху неолита занимались охотой, рыболовством, начали возделывать просо, приручали и разводили животных. Они научились лепить из глины посуду, окрашивая ее и покрывая примитивными рисунками. Значительные остатки периода культуры крашеной, распис5


ной керамики (III — II тысячелетия до н. э.) сохранились на месте древнего поселения у Яншао (Хэнань), чернолощеной в Чэнцзыяй и других местах. Можно предположить, что в конце III, начале II тысячелетия древнее население Китая начало обрабатывать медь и выделывать бронзу.
Древние предки китайцев искусно выделывали свои орудия из камня, кости, рога и раковин. Обрабатывая землю, они употребляли деревянные, каменные и роговые мотыги, жали каменными ножами полулунной формы. Они шили костяными иглами, украшали одежду многочисленными перламутровыми пуговицами. Появляются характерные для Китая трехногие сосуды. Из трубчатых костей делались долота, шила, наконечники стрел и гарпунов, иголки и шпильки. Древние китайцы стали разводить быков, лошадей, овец, собак и начали сеять рис.
Селясь большими поселениями, они устраивали свои жилища в ямах, покрытых жердями и дерном, и в лессовых пещерах, завешивая вход звериными шкурами.
В военных столкновениях люди употребляли боевые каменные топоры и луки со стрелами и надевали панцыри из роговых пластинок. Мертвецов своих они хоронили на общем родовом кладбище, кладя в могилу предметы, необходимые живому человеку.
В преданиях сохранились воспоминания об отдельных чертах жизни первобытного общества и его трудовой деятельности, об открытиях, сделанных людьми, о первом общественном разделении труда.
Об изобретении способа добывать огонь рассказано в легенде о Суйжэне; о том, как люди научились плести рыболовные сети, приручили животных, сделали первый музыкальный инструмент, описано в легенде о Фуси. Тот же Фуси считается изобретателем первых письменных знаков, a erq сестра Нюйва — строительницей первых плотин.
Героя древних легенд Шэньнуна почитают как основателя земледелия, организатора обмена продуктами между людьми, что отражает возникновение разделения на пастушеские и земледельческие племена. Мифы о Хуанди красочно рассказывают об изобретении лука и стрел, выделке посуды, изготовлении одежды и головных уборов, о том, как люди научились прокладывать дороги. Героям легенд приписывается открытие шелководства и шелкоткачества, металлов, изготовления лодок и колесниц.
Легендарные правители древности Яо, Шунь и Юй боролись с наводнениями, а Чэн Тан, основатель полулегендарной династии Шан, искал способов избавить страну от засухи. В связи с переходом к земледелию люди начали следить за сменой времен года и создали лунный календарь.
Древние жители Китая, сообща боровшиеся за свое существование и сообща трудившиеся, жили родовыми общинами, племенами. В родах и племенах существовало совместное владение 6


землей и уравнительное распределение продуктов. Род имел свою территорию, землю, принадлежавшую всем членам рода, родовую собственность с наследованием внутри рода, общее родовое имя, общих предков, религиозные представления, свои празднества, места погребений.
Следы обожествления предков-животных заметны в изображениях легендарных героев древности. Так, Шэньнуна рисуют, как человека с бычьей головой, Фуси и Нюйва — с туловищем змеи, что, повидимому, должно было указывать на их происхождение из родов с этими тотемами. В виде пережитка древней кровной мести долго сохранялся обычай осквернения могил предков врага.
Члены рода были связаны кровным родством по женской линии, и наследование также осуществлялось по женской линии. Следы матриархата и группового брака сохранились в легендах о рождении Фуси и Хуанди, о наследовании власти Хуанди внуком, помимо его 25 сыновей, о женитьбе Шуня на двух дочерях Юя.
Переход к патриархату, начало установления порядка наследования от отца к сыну, когда главой рода и племени стал мужчина, превращение его в патриарха — старейшину с наследственной властью — все это отразилось в легенде о создании первой царской династии Ся, что, повидимому, произошло в III тысячелетии до н. э.
О существовании совета старейшин свидетельствует приведенная Сыма Цянем легенда о Яо, который созывал совещания представителей четырех гор. О собраниях членов рода и племени говорит обычай представлять небу в присутствии всех соплеменников преемника старейшины.
Установление господства и единовластия мужчины означало уничтожение матриархата и подготовило распад доклассового общества.
Разложение первобытно-общинного строя, возникновение классов и раннерабовладельческой государственной организации. Население в те отдаленные времена было редким, и племена часто передвигались. До XV—XIV вв. до н. э. встречаются упоминания о кочевках на страницах «Исторических записок» (Шицзи) Сыма Цяня.
Главным занятием древнекитайских племен все более становилось земледелие. Недостаток родников в лёссе и губительные разливы рек заставили древних земледельцев очень рано начать заботиться о колодцах, канавах и запрудах, этих предшественниках системы искусственного орошения. Смена жаркого лета зимними холодами и резкими ветрами вынуждала людей уделять особое внимание постройке жилищ и изготовлению одежды.
В лесах и густых зарослях, окружавших поселения и культурные земли, водились хищные звери, поэтому оружие нужно было Держать наготове и постоянно совершенствовать. Массовые выходы на охоту были частым занятием древних китайцев.
7


Первое общественное разделение труда и увеличение его производительности, различные достижения в хозяйственной деятельности и особенно земледелии, значительное накопление богатств, возникновение собственности повлекли за собой крупные изменения в жизни древнекитайского общества. Ускорилось разложение первобытно-общинного строя и зарождались классы, возникли первые ранние государственные образования.
О жизни древних китайцев в эту переходную эпоху свидетельствуют ценные археологические находки в районе Аньяна, близ деревни Сяотунь, где был раскопан древний культурный центр.
Здесь были обнаружены остатки древнего города, который некоторые археологи называют «Дашани» (Великий город Шан), раскопаны могильники и найдено большое количество костей животных и щитков черепах, многие из которых покрыты надписями. Археологические находки и дешифровка надписей на костях, сделанные китайскими учеными Ван Го-вэем, Го Мо-жо и другими, показывают, что люди, жившие здесь, повидимому, между XV и XII вв. (традиционные даты династии Шан-Инь), занимались земледелием, скотоводством, охотой, рыболовством и ремеслами. Основой общественного производства было земледелие. Люди сеяли просо, пшеницу, рис, коноплю, обрабатывая землю вилообразной мотыгой, заостренной палкой или примитивной сохой. Они выращивали тутовые деревья, необходимые для шелководства, и из нити шелкопряда изготовляли шелковые ткани.
Большого совершенства достигла техника выплавки и отливки бронзы. Из бронзы весьма искусно изготовлялось разнообразное оружие, шлемы, части колесниц, сосуды, котлы. Основные орудия производства оставались каменными или деревянными, бронза не могла их вытеснить. Множество обломков черной и белой керамики дают представление о превосходной посуде, приготовленной простой лепкой или на гончарном круге.
Иньцы, обитавшие в этом городе, умели строить большие здания, служившие храмами и дворцами, и обыкновенные дома. Фундаменты, сооружавшиеся из утрамбованной земли, были так крепки, что сохранились доныне.
Общество древних иньцев знало примитивный обмен, о чем свидетельствуют изделия из нефрита, кости кита и раковины, привезенные издалека. Раковины каури с просверленным посередине отверстием нанизывались на шелковую нить в виде связки и служили деньгами. Впоследствии металлические деньги в Китае тоже отливались с отверстием посередине и нанизывались в связки. Свидетельством существования в древности денег-раковин служит то, что иероглифы, обозначающие понятия, связанные с торговлей, имеют своей составной частью знак бэй — раковина.
Иньцам приходилось воевать с соседями, что видно по инвентарю захоронений и надписям на костях.
В иньском обществе резко выступает деление на бедных и богатых. Большие дома с тайными сокровищницами и малые жи8


лища, большие могилы с многочисленной утварью и богатым вооружением воинов и малые могилы с простой утварью и бедным оружием, скелеты со связанными руками или обезглавленные — все это говорит о разделении общества на бедных и богатых, о выделении господствующего класса, о наличии невольников, о том, что орудия производства, а может быть, и земля и все богатства стали переходить в руки влиятельной классовой группы и складывавшейся государственной организации.
Рост земледелия, скотоводства, ремесла и развитие трудовых навыков людей, которые могли теперь производить большее количество продуктов, создали условия для привлечения добавочной рабочей силы. Такой добавочной силой стали военнопленные. Надписи на гадательных костях и другие данные говорят о рабах-военнопленных и об использовании их в земледелии, скотоводстве, на домашних работах. В иньском обществе еще существовало массовое приношение военнопленных в жертву: их закапывали в землю, топили в реке, отдавая в жертву богу воды, сжигали на жертвенных кострах в честь бога неба, вождей и царей побежденных племен и народов приносили в жертву богу земли. Военнопленных держали не поодиночке, а группами, иногда им выкалывали один глаз, чтобы легче было отличить раба. Содержали их в закрытых и, быть может, охраняемых помещениях. С повышением производительности труда возрастало использование рабочей силы рабов, и их все больше стали применять в хозяйстве для ухода за скотом, для труда на полях и в домашнем хозяйстве. В страдную пору полевых работ, во время войны и на охоте они трудились наравне со свободными членами племени. Рабство было патриархальным, а владение рабами коллективным; рабы не принадлежали частным лицам. Источником рабства были главным образом войны.
В общине сохранялись пережитки материнского права, групповой брак. На это указывает порядок наследования, а также наличие жертвоприношения женским предкам. По Сыма Цяню, из 29 шаниньских ванов 14 наследовали своим братьям, а 3 — дядям.
Накопление богатств, усиление имущественного неравенства подготовили выделение аристократических родов, образование класса рабовладельцев и закрепление наследственной власти старейшины — вана. Иньский ван — глава племенного союза, живой предок, верховный жрец и военачальник — постепенно превратился в царя.
Совет старейшин, который иногда мог оказываться влиятельнее вана, потерял свое былое значение; собрание племени перестало существовать.
В борьбе с сопротивлением рядовых общинников и расширением использования рабского труда, в условиях развития процесса классообразования происходило создание первой государственной организации с ваном — властителем раннерабовладельческого государства.
9


Частые войны, ведшиеся ради грабежа, усиливали власть вана, аристократии, военной верхушки, жрецов.
Захват богатств и власти молодым классом рабовладельцев вызвал противодействие общины, ослабил государство Шан-Инь и приблизил его гибель.
Племена чжоу, которые обрушились в XII в. на владения Шан-Инь, обитали к западу от большой излучины Хуанхэ, в бассейне р. Вэй (современная провинция Шэньси). Как и Шан-Инь, они исстари занимались земледелием и даже предком своим почитали просо. Они имели два крупных городища Хао и Фын.
С племенами Шан-Инь чжоуцы были связаны родством культуры и языка. Во второй половине II тысячелетия между Инь и Чжоу шли длительные войны, вызванные борьбой за землю, а также кровной местью: иньский ван убил военачальника Чжоу, и чжоуцы поднялись на борьбу против Инь под главенством Увана. В современной Хэнани у Муе в 1122 г. до н. э. произошло грандиозное столкновение этих племен, в котором иньцы потерпели полное поражение. Чжоуцы завладели их территорией и городищами, их стадами и сокровищами, а их самих в большинстве превратили в военнопленных-рабов. Раннерабовладельческое государство Шан-Инь было уничтожено, но чжоуцы сами приняли способ производства покоренного ими Шан-Инь.
Рабовладельческие отношения стали развиваться интенсивней. Древнекитайские племена теряли свою обособленность — стала складываться китайская народность. На обширных пространствах Китая возникло государство Чжоу.
Представления и верования древних китайцев. Предки китайцев обожествляли явления природы. Им представлялось, что их боги и духи живут повсюду. То были боги земли и боги неба, гор и ветров, дождя и пр. Суровая природа, резкий климат, бурные разливы рек, засухи, перед которыми человек был бессилен, породили в фантазии людей страшные образы богов, и они искали помощи и защиты от бедствий у своих предков. Древние китайцы создали культ предков, занимавший чрезвычайно важное место в их обрядах и религиозных воззрениях. Они приносили богам, духам и предкам жертвы, творили заклинания, чертили магические рисунки. Позднее возникло представление, однако неясное и слабое, о едином владыке неба.
Древние китайцы считали, что у человека есть две души. После смерти первая душа уходит на небо, и ее нужно хорошо снарядить в дорогу, другая остается в трупе, и ей нужно приносить пищу, дабы она не превратилась в злого духа.
Страну свою древние представляли лежащей в центре квадратной земли. Окружность неба покрывала эту квадратную землю, покоясь на столбах, и под ним процветала их страна, называемая ими Тянься — Поднебесная — страна под небом, или Чжун — 10


Срединная. Углы квадратной земли, не покрытые небом, были лишены солнечного света.
Однажды страшное чудовище пыталось подломить медный столб, поддерживавший небо и водруженный в горах Куэньлуня. Нюйва, сестра Фуси, победила чудовище, закрепила падающий столб и залепила расплавленным металлом дыру в небе. Выпрямить же столб она не могла, небо наклонилось на запад, а земля покосилась к востоку, поэтому, по представлениям древних, солнце
1. Древний Китай.
и звезды движутся по наклонному небу на запад, а большие реки Китая текут на восток.
Древние мифы повествовали о светилах, как о живых существах. Солнц было 10, и они, как и 12 лун, по очереди всходили на небо, но однажды, перепутав очередь, взошли на небо все вместе, и земля начала гореть. Ее спас тогда легендарный стрелок, убивший 9 солнц.


Наблюдения за явлениями природы вызвали представления о том, что в мире борются две противоположные силы: свет и тьма, тепло и холод, жизнь и смерть, положительное и отрицательное начала.
К началу I тысячелетия до н. э. в древнекитайском обществе накопились значительные производственные навыки и начатки знаний о природе, зародилось искусство, возникла письменность, ставшая предшественницей иероглифики.
Развитие рабовладельческих отношений. Социально-экономический строй. Древний Китай простирался от берегов Бохайского залива на северо-востоке к долине Янцзы на юге и до Сычуани на западе, и территория эта все более расширялась благодаря слиянию обитавших здесь племен.
На севере кочевали скотоводческие племена, на востоке ди и дуньи, на западе — жуны. Позже северными соседями китайцев стали сюнну (гунны). Кочевники жили в шалашах, питались продуктами животноводства и охоты, не знали ткачества. Их язык и обычаи отличались от китайских. Между ними и китайцами возникали войны. Однако торговые и культурные взаимоотношения довольно рано связали оседлый, земледельческий Китай и скотоводческие, кочевые племена.
Ближайшие соседи на юге, племена цзимань, хуайи и другие имели с древними китайцами более мирные и тесные связи.
В начале I тысячелетия до н. э. распространяется орошение полей не из колодцев, а при помощи канав и водоемов, т. е. возникает система искусственного орошения. Вместе с улучшением обработки полей и усовершенствованием орудий производства это привело к повышению урожайности и увеличению возделываемой площади.
Постепенно улучшалась и расширялась обработка бронзы, камня, дерева, рога, и, что особенно важно, произошло открытие железа. Плавка железа началась, как предполагают, в царстве Цзинь: (Шаньси), вероятно, в VIII—VII вв. до н. э.
Дальнейшее разделение труда вызвало развитие торговли, денег, ростовщичества.
Развитие хозяйства, породившее возможность получения прибавочного продукта, вело к усилению имущественного неравенства и классовой дифференциации. С конца XII в. до н. э. все земли Поднебесной и все ее богатства стали принадлежать чжоу- ским ванам, раздававшим части территории страны своим родственникам, военачальникам, представителям аристократических родов. Многочисленные надписи на бронзе, собранные и изученные китайскими учеными (особенно в трудах Го Мо-жо), и материалы «Исторических записок» Сыма Цяня показывают, что дарение участков земли — «полей» — обычно было связано с дарением рабов, лошадей, колесниц, оружия. Земли общин дарили вместе с земледельцами-общинниками. Некоторые земли возделывались рабами, на других трудились свободные общинники. Во второй 12


половине 1 тысячелетия усилились стремления закрепить собствен- ность рабовладельцев на участки земли.
Использование труда рабов все более расширялось. Хотя одним из основных источников порабощения оставался захват военнопленных у северных и западных кочевников и соседних южных племен, но значительно расширился приток рабов из числа коренных жителей страны. Во время внутренних войн люди, ставшие военной добычей, превращались в рабов. В «Шицзине» (сборник древних песен) живо изображен полководец, который совершил нападение на один из городов страны, а затем «по порядку вопрошал пленных; спокойно резал уши им». Свободных порабощали за нарушение древних традиций, запретов, законов и, конечно, за долги, совершая это, как акт осуждения за преступления. При этом обращение в рабство могло быть временным, пожизненным и наследственным. В рабство обращали также семью и даже соседей преступника или членов общины, к которой он принадлежал. Рабов татуировали, делая у глаза круг. Их имена записывали на специальных табличках.
Разнообразие источников и форм порабощения, обширность территории рабовладельческого Китая вызвали множество терминов, обозначающих рабское состояние.
Применение рабского труда достигло особенно значительных размеров в бассейне Хуанхэ и в Сычуани.
При дарениях и .при погребении царей и аристократов упоминаются десятки и сотни рабов, подаренных или захороненных. В летописи «Чуньцю» отмечено, как глава государства Лу осматривал военнопленных и как женихи царских дочерей приводили с собой рабов в Лу.
Труд рабов использовался при добыче и обработке руд, в соляном промысле, строительстве укреплений, крупных зданий, ирригационных сооружений, при перевозках тяжестей, в домашнем хозяйстве и в торговле. В меньшей степени труд рабов применялся в полеводстве.
С развитием рабовладения происходило постепенное ослабление, а затем и разложение родовой земледельческой общины. В песнях «Шицзина» звучат жалобы: «Хожу одинокий, безродный. Разве же нет других людей? Но они не то, что единокровные». Или: «Некогда сеять горох и просо. Батюшке, матушке не могу быть опорой». Земледельческая община, оставаясь производственной и общественной единицей древнего общества, подвергалась эксплуатации со стороны рабовладельческого государства и аристократических семей, зачастую связанных с ней патриархальнородовыми связями.
Первой формой отчуждения прибавочного продукта у общины была обработка ею части общинной земли в пользу вождя, царя, аристократии, всего господствующего класса и государства. Такая часть земли носила название «гунтянь» (поле вождя, князя или общее поле) и обрабатывалась сообща.
13


Писатели III—I вв. до н. э., начиная с конфуцианского философа Мэнцзы, назвали этот обычай — «цзинтяньфа» — «системой колодезных полей» и изображали графически, как иероглиф — колодец, где внутри лежит «гунтянь», а вокруг поля 8 семейств.
Когда доход с «поля вождя» перестал удовлетворять рабовладельцев, они стали взимать 7ю и 7э часть урожая с других полей, а затем ввели налогообложение общин. Летопись «Чуньцю» отмечает, что налогообложение в Лу было введено в 594 г. до н. э. Возрастание размера податей, войны, нарушение различных запретов, влекшее за собой обращение в рабство, рост задолженности государству и ростовщикам — все это разрушало земледельческую общину. Положение рядовых общинников ухудшалось. Гнет, ложившийся на плечи свободных земледельцев, угроза потери свободы, жестокие страдания народа ярко воплотились в многих песнях «Шицзина», насыщенных скорбью и жалобами на общественный порядок. Общинники вступали в открытую борьбу против поработителей. Первые смутные сведения об их выступлениях относятся к IX в. до н. э. Так, в 842 г. в царстве Чжоу произошло значительное народное восстание.
Летописи отмечают частые возмущения, убийства видных представителей господствующего класса и целые восстания.
Господствующий класс развивавшегося рабовладельческого общества Китая сложился из потомков ванов, дружинников, жрецов, из родо-племенной верхушки. Родство играло огромную роль в определении общественного и экономического положения, поэтому термины родства стали титулами аристократии. Господствующий класс внешне отличала великолепная одежда и богатое оружие, пышные дворцы, роскошные выезды и многочисленная свита. Однако третье крупное разделение труда — обособление торговли от производства — возвысило торговцев и ростовщиков. Богатства безродных купцов, иногда вышедших из рабов, челяди или вольноотпущенников и приживальщиков, все более росли. Эти «низкие Люди», как называют их песни «Шицзина», добивались расширения порабощения и ликвидации общинной собственности на землю, оспаривали привилегии старой аристократии, стремились к власти.
С развитием общества и выделением умственного труда физический труд стал уделом раба и бедняка, умственный труд — достоянием привилегированных. Однако не только из господствующего класса, но и из потомков слуг и рабов происходили люди образованные. При дворах царей, в домах аристократов толпилось множество «образованных», предлагавших свои знания в обмен на теплый угол и сытную еду. Это были мудрецы и проповедники, советники в делах государственных и семейных, бродячие преподаватели красноречия, знатоки древних книг и письменности, мастера споров и специалисты военного дела, дипломаты, прорицатели, заклинатели змей и лекари. Были среди них и составители жизнеописаний, рассказчики древних легенд, сочинители и поэты. Их широко использовали в политических интригах, в дипло14


матических переговорах. Но в целом умственный труд, став достоянием господствующего класса, был направлен на решение вопросов организации системы обуздания и угнетения народа.
Государственная организация Чжоу и самостоятельных царств. Порабощение свободных и обложение налогами общинников-земледельцев встречало упорное сопротивление народа и давалось рабовладельцам постепенно и с большим трудом. Активным исполнителем этих функций была рабовладельческая государственная организация.
На огромной территории, завоеванной Чжоу и расширявшейся по мере утраты племенами своей обособленности, сложилось деспотическое государство.
Деспотический характер восточных обществ отметили основоположники марксизма. Энгельс писал: где «...еще не создалась частная собственность на землю, — там государственная власть появляется в форме деспотизма» L Маркс, исследуя индийское общество, отметил, что именно община была основой развития восточного деспотизма.
Ван и гуны отдельных царств повелевали всеми людьми и всем достоянием страны, как подлинные восточные деспоты. Самое имя вана стало священным, его запрещали произносить и писать. «Саньгун» — совет трех старцев, представителей высшей аристократии при ване, не имел особого влияния.
Из царских родственников и глав богатых аристократических родов выдвигались правители обширных территорий, хозяева над жизнью и смертью свободных и рабов. Государственный аппарат складывался преимущественно из личных слуг, рабов, дружинников и приближенных вана. Смотритель полей, надзиратель за рабами, конюх, кладовщик, счетчик, экзекутор, татуировавший лица рабам, стали чиновниками.
Вместе с аппаратом принуждения появились тюрьмы, наказания, войско как средство насилия. Появились законы, пришедшие на смену древним обычаям. В источниках упоминается о первых законодательных мероприятиях чжоуского царя Мувана (1001—946) и установлении пяти видов наказаний. Одно из наказаний — татуировка лица — по существу означало порабощение.
Древнекитайское государство, кроме своих основных функций, Должно было заниматься организацией искусственного орошения, без которого земледелие в Китае невозможно.
«Первое условие земледелия — искусственное орошение, и оно является делом либо общин, либо провинций, либо центрального правительства» 1 2. В Китае это было делом правительства.
Древнекитайское государство Чжоу с центром в Хао (район Древних поселений долины р. Вэй) распалось после народного 1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XVI, ч. I, стр. 391.
2 К. Маркс и Ф. Э н г е л ь с, Сочинения, т. IX, стр. 348.
15


восстания IX в. и других социальных потрясений. Столицу Чжоу в VIII в. перенесли на восток в Лои (Лоян), но единая государственная организация перестала существовать, а возникло много крупных и мелких самостоятельных государств. В истории этот период называют «Лего» (отдельных государств) —VIII — V вв. и «Чжаньго» (воюющих государств) —V — III вв. до н. э.
Наиболее сильные царства заключали между собой союзы, вмешивались в дела мелких царств, старались подчинить всю страну своему влиянию, часто воевали между собой.
Царство Ци, расположенное в современной провинции Шаньдун, имело сравнительно развитое сельское хозяйство, шелкоткачество, морской и соляной промыслы, вывозило соль и шелка. Реформы, приписываемые цискому сановнику Гуань Чжуну, заменили родо-племенное деление в Ци территориально-административным и укрепили его военные силы.
Царство Цзинь находилось на землях нынешней провинции Шаньси и славилось, помимо своего сельского хозяйства, добычей и обработкой металлов. Цзиньское железо вывозилось далеко за его пределы.
В VII в. в Цзинь были осуществлены административные и военные реформы. Однако в VI в. борьба между шестью сильнейшими аристократическими родами ослабила Цзинь, которое затем распалось на три самостоятельных царства.
На западе Поднебесной находилось царство Цинь, расположенное на месте древних чжоуских поселений. Большую роль в его хозяйстве играла торговля с кочевыми племенами, у которых жители Цинь покупали скот, кожи, рабов и продавали им китайское железо, шелк и соль.
Развитым сельским хозяйством выделялось царство Сун, расположенное на великой равнине. Обширным и сильным было царство Чу, располагавшееся по среднему течению Янцзы. Оно было тесно связано с южными племенами. В истории Китая оно играло видную роль.
В V—IV вв. попытки заключения союзов между царствами стали более редкими, а войны между ними более частыми. Эти внутренние войны перемежались с войнами внешними — против кочевых соседей. Внутри же государств все более обострялась классовая борьба.
Борьба идеологических направлений. В VI — III вв. развивались различные виды знаний. Древние китайцы наблюдали движение светил, записывали даты солнечных затмений (начиная с 720 г.), накопили немало сведений в области естествознания, медицины и т. д.
В V в. до н. э. выдающийся теоретик военного искусства Суньцзы написал трактат, в котором систематизировал большой опыт в области военного дела. На этот труд неоднократно ссылается Мао Цзэ-дун.
16


С именем философа Гуань Чжуна (Гуаньцзы) связано зарождение экономических теорий. В V—III вв. возникла китайская дипломатия.
В царстве Чу жил в 340—278 гг. первый выдающийся китайский поэт Цюй Юань, творец «Лисао» — «Элегии отрешенного» — и других произведений.
В попытках древних мудрецов объяснить явления природы и «общественные противоречия отразилось возникновение и развитие материалистического миропонимания и его борьба с идеализмом.
Стихийно материалистические взгляды выражены в древних произведениях: «Даодэцзин» — книга о Дао и Дэ, в трудах философов Мо Ди (479—381), Ян Чжу (440—360), Сюньцзы (298— 238) и др.
«Даодэцзин» — сборник изречений, приписываемых древнему мудрецу Лаоцзы, жившему якобы в VI в. до н. э. Судя по «Даодэ- цзину», где многие мысли выражены неясно и даже противоречиво, мир, находящийся в постоянном движении, подчинен единому закону «дао», закону необходимости самой природы. Дао, вместе с тем, категория, объемлющая природу. Обнаружение дао, которое само не имеет ни имени, ни формы, происходит через дэ.
В «Даодэцзине» высказывалось осуждение богатству, знатности, войнам, насилию и сильным мира сего. Древний мудрец требовал облегчения положения простых людей: «надо улучшить питание народа, красиво его одевать, создавать ему спокойную жизнь». В «Даодэцзине» выдвигался принцип «недеяния», что означало: призыв к сближению с природой, призыв следовать естественному течению вещей, и было особой формой выражения протеста земледельческой общины против рабовладельческого общества. Позднейшие последователи даосизма, начиная с видного даосского мыслителя Чжуанцзы (IV—III вв. до н. э.), превратили даосизм в мистическое учение.
Крупнейшее идеологическое направление, в основном идеалистическое, известно по имени его основателя Конфуция, жившего в царстве Лу между 551—479 гг. до н. э. Конфуцианские принципы изложены в трудах «Луньюй» — «Суждения», «Дасюэ» — «Великое учение», «Чжунюн» — «Центр истины», в книге, написанной философом Мэнцзы (372—289), и других произведениях. Выдвигая любовь — гуманность, как основной способ общения между людьми, конфуцианцы требовали полной покорности со стороны тех, кто считался подданным в государстве или младшим в семье. Так называемое сыновнее почтение основывалось на беспрекословном послушании и рабской покорности. Нормы поведения человека, правила быта, официальный церемониал должны были строго соответствовать правилам. Конфуцианство оправдывало классовое неравенство, возвышало избранных небом "мудрецов, но осуждало чрезмерное обогащение людей не знатных. «Государь должен быть государем, подданный — под-
2 Зак. 554 17


данным, отец — отцом, а сын — сыном». Образцы идеального правления следовало искать в древности, когда человечество обладало «истиной неба», носителями которой были упоминаемые выше мудрые правители Яо и Шунь, Юй и Чэн Тан. Царь обязан был править как отец народа и как исполнитель воли неба. Конфуцианцы учили подражанию образцам прошлого, идеализировали патриархальные пережитки в государстве, придавали огромное значение обрядам. Особое внимание они требовали уделять культу предков. В своей ранней форме конфуцианство выражало интересы господствующего класса, однако той его части, которая была связана с патриархальными пережитками. Положительной чертой деятельности конфуцианских мудрецов, начиная с самого^ Конфуция, было их внимание к просвещению и древним книгам. В древнем конфуцианстве было течение, толковавшее принципы конфуцианства в материалистическом духе. Видным представителем этого течения был Сюньцзы.
Значительным влиянием в древнем Китае пользовалась философская школа Мо Ди и его учеников, сравнительно близка стоявших к народу. Мо Ди признавал высшим началом волю верховного божества, которая в равной степени распространяется на всех. Основным принципом его учения были всеобщая любовь и равенство между людьми. Мудрецы этой школы осуждали роскошь богатых, осуждали жертвоприношения богам и предкам и призывали отказаться от насилий и войн и улучшить положение* народа путем восстановления патриархальных отношений. Свои мысли они пытались обосновать определенными доказательствами.
Наивно-материалистические взгляды высказывал философ Ян Чжу, выдвинувший учение о свободе личности и отрицавший существование загробного мира духов и бессмертие души. Он сравнивал жизнь с огнем; когда прекращается и то и другое — остается тлен и пепел. «Все существа отличаются друг от друга пока они живут, но по смерти они все тождественны». Конфуцианцы обвиняли Ян Чжу в проповеди крайнего эгоизма.
Крупное философское течение, носившее название «фацзя» — учение о законности, отражало частично как материалистические,, так и идеалистические воззрения. Основными принципами поведения в обществе и управления государством фацзя считали закон. Это течение имело выдающихся представителей, многие, как Гуань Чжун из Ци и Шан Ян из Цинь, были государственными деятелями. Одним из виднейших философов этой школы был Хань Фэй- цзы (280—230), некоторые его взгляды имели материалистическое направление. Идеологи фацзя интересовались вопросами политики, права, учения о государстве. Они считали, что в основе хорошего правления должно лежать наказание и поощрение законом. «Закон — мерило всех вещей, как инструмент мастера, так он избавляет правителя от случайностей и устраняет произвол»,— 18


говорили они, отрицая значение примеров мудрецов и идеализацию прошедшего. Школа фацзя отражала интересы класса рабовладельцев и именно людей богатства, стремившихся к уничтожению патриархальных пережитков, мешавших увеличению их личной собственности и созданию единого мощного государства.
Представители различных философских школ боролись между собой, подвергая друг друга ярым нападкам. Со временем борьба становилась все более жестокой. Особенно острой она была между конфуцианцами и фацзя.


ГЛАВА II
ДРЕВНЕКИТАЙСКИЕ ДЕСПОТИИ ЦИНЬ И ХАНЬ
Развитие хозяйства в IV—I вв. до н. э. IV—I вв. до н. э. отмечены превращением древнего Китая в большую и мощную страну, достигшую довольно высокого уровня развития производительных сил и культуры, страну, которая установила обширные внешние связи и оказала некоторое влияние на развитие культуры соседних народов. Однако сравнительная немногочисленность памятников материальной культуры и позднейшая фальсификация письменных источников крайне затруднили изучение истории и породили различные взгляды на характер общественных отношений последних веков до нашей эры и начала нашей эры. Экономическое развитие в IV — I вв. было подготовлено внедрением в хозяйственную жизнь железных орудий. При помощи железных орудий труда китайцы начали возводить плотины и дамбы, предохраняя равнину от разливов, копать каналы и водоемы, значительные по глубине и длине. Создание широкой ирригационной сети дало возможность включить в земледелие новые, обширные пространства земель, до тех пор не обрабатываемые. Значительно выросла культура возделывания земли, в полеводстве возник грядковый способ посева. Земледельцы стали употреблять удобрения, повысили качество выделки сельскохозяйственных орудий. Все это способствовало повышению урожайности.
Добыча руд и плавка железа, меди, олова производились во многих районах страны. Древние металлурги изобрели способы изготовления превосходного железа и бронзы. Древние источники упоминают о железных боронах и серпах, о железных топорах, пилах, стамесках, иглах, ножах и пр. Из бронзы изготовлялись сосуды и зеркала, прекрасно отполированные ртутью.
Новых успехов добились мастера керамического дела, применявшие в это время цветную, зеленую и коричневую глазурь. 20


Изделия из расписного лака, из орнаментированной бронзы и из резного нефрита, инкрустация золотом, серебром, бирюзой и малахитом достигли значительной тонкости. Усовершенствовалось шелкоткачество, появились художественные ткани. Строители умели воздвигать дворцы, укрепления с трехэтажными башнями и несколькими крышами, городские стены и грандиозные укрепления. Мастера-судостроители строили большие лодки.
Люди накопили некоторые знания по астрономии и научились вычислять время затмений и летнего солнцестояния.
Китайское земледелие не могло существовать без ирригации, поэтому в Китае рано возникли математические знания. Древние строители умели производить некоторые вычисления при возведении сооружений, а древние математики открыли свойства прямоугольного треугольника. Стараясь проникнуть в тайны природы, древние ученые изучали пять основных элементов, из которых, по их мнению, складывались все вещи. Это были: дерево, металл, вода, огонь и земля.
Долгое время древние писали на бамбуковых дощечках; в период Чжаньго они уже научились писать лаком, а затем тушью на шелку.
В натуральном хозяйстве древнего общества развивалось товарное производство. В хозяйствах крупных землевладельцев руками рабов приготовлялись различные изделия на продажу. На рынках вместе со скотом и рабами продавали всевозможные изделия ремесла, ткани, предметы роскоши. Китайские шелка, парча, железо, золото, металлические зеркала, оружие, керамические изделия в конце I тысячелетия до н. э. распространились не только по Дальнему Востоку, но стали вывозиться в Среднюю Азию, Индию, Сибирь, доходили до Урала и Волги, достигали берегов Средиземного моря. Изделия древнекитайских ремесленников найдены археологами в Азии и Европе, а римские монеты обнаружены в районе Чанъаня. В самом Китае денежное обращение обслуживалось металлическими монетами в виде мечей, колокольчиков или круглой монеты с отверстием в середине.
В IV—I вв. складывалась частная собственность на землю,, росла крупная земельная собственность, возникали крупные богатства частных лиц.
Рабский труд использовался в горном деле и при обработке металлов, в соляном и морском промыслах, на транспорте и особенно в судоходстве. Рабский труд использовался в мастерских ремесленных изделий, а также в домашнем производстве (ткачестве), в домашнем хозяйстве, в скотоводстве, рыболовстве, птицеводстве. Торговля почти целиком обслуживалась силами рабов. Крупные строительства дворцов, храмов, гробниц, дорог, фортификационных сооружений были выполнены руками рабов. В сельском хозяйстве труд рабов применялся главным образом на ирригационных сооружениях, значительно реже в полеводстве. В основном же полеводством в условиях разложения земледельческих 21


общин занимались семьи свободных земледельцев и позднее издольщики-арендаторы, бывшие в той или иной степени в зависимости от землевладельца. Земледелие считалось уважаемым занятием, а ремесла и другие области производства, где использовался труд рабов, презренными.
Китайское общество времени древних империй отличалось многоукладностью.
Образование империи Цинь. Развитию древнекитайского общества препятствовало существование мелких царств и беспрерывные войны между ними. Эти войны разрушали хозяйство, отрывали земледельцев от земли, заставляя их уходить в войско. Войны приводили к разрушению всего, что создавалось трудом людей, препятствовали торговым и другим связям. Войны вызывали резкое недовольство народа и обостряли классовые противоречия. Необходимость объединения страны становилась все более настоятельной.
Одним из центров объединения было государство Чу, большое по территории, богатое своим сельским хозяйством, ремеслом, культурными достижениями. Близкая связь с южными племенами и меньшая степень порабощения населения превратили царство Чу в довольно сильное государство. Однако оно не смогло победить своих соперников. Великий китайский поэт Цюй Юань, память о котором сохраняется китайским народом на протяжении тысячелетий, осуждал правящую верхушку в Чу за предательство интересов страны. Этот конфликт стал причиной трагической гибели поэта. Царство Чу потерпело поражение в борьбе с Цинь.
После длительной борьбы руководящую роль в деле объединения захватило царство Цинь. Оно разбогатело на транзитной торговле с кочевниками и усилилось в результате удачных войн. Рабовладельческие отношения в Цинь достигли значительного развития. В конце IV в. Цинь превратилось в одно из сильнейших царств.
Реформы, проведенные в Цинь идеологом школы фацзя Шан Яном в 358—348 гг., способствовали экономическому и военному усилению этого царства. Реформы привели к отмене общинной собственности на землю, к дроблению общин и патриархальных больших семей, к установлению свободной купли-продажи земли. Изменялась система налогообложения таким образом, что доход господствующего класса строго фиксировался вне зависимости от урожая. Шан Ян ввел новое административно-территориальное деление, нарушавшее древние родо-племенные границы и управление, круговую поруку, увеличил количество наказаний, особенно порабощением. В войске вместо колесниц Шан Ян ввел конницу, а бронзовое оружие велел заменить железным. Для поощрения земледелия он выработал целый ряд особых мер и, кроме того, обращал большое внимание на сооружение новых каналов.
В конце IV и в III в. Цинь вело напряженные войны, все более расширяя свою территорию. Оно поглотило не только мелкие 22


царства, но и такие крупные, как Чу и Ци. В 20-х годах III в. до н. э. были подчинены все ранее существовавшие государства, и вся территория древнего Китая оказалась под единой властью. Так была создана всекитайская деспотия Цинь. Первым императором (Хуанди) был провозглашен в 221 г. до н. э. циньский царь Цн Чжэн, известный в истории под именем Циньшихуанди, что значит первый циньский император. Полному уничтожению подверглись государственные организации мелких царств, были физически истреблены царские семьи, распущены их войска, запрещено употреблять старые наименования царств. Все жители Поднебесной должны были называться «черными головами» и забыть о старых местных обозначениях. Всех свободных разделили на «благородных» и «простонародье», а все титулы были уничтожены. Не родовитое происхождение, а личное богатство и государственные заслуги стали главным мерилом благородства. 120 тысяч знатных семей были переселены в столицу.
На всем пространстве огромной империи, разделенной теперь на 36 областей, проводились мероприятия административные, .аграрные, финансовые и военные по примеру реформ Шан Яна. Для управления страной был создан большой государственный аппарат и во главе всех административных единиц поставлены начальники, подчиненные центральной власти. Все чиновники должны были руководствоваться законами и эдиктами ймператора. Местный сепаратизм и отсутствие централизующих элементов в самой экономике страны обусловливали шаткость такого объединения. Для борьбы с децентрализаторскими тенденциями Циньшихуанди ввел особый институт инспекторов. Полностью завися от императора, инспектора должны были проверять весь государственный аппарат и власть на местах сверху донизу.
При Циньшихуанди была построена на р. Вэй столица — город Сяньян, с 300 дворцами, превосходивший богатством и пышностью другие столицы древнего мира.
Стремясь обезоружить своих врагов, Циньшихуанди приказал собрать все оружие в стране и, так как оно было по преимуществу бронзовым, перелить его на колокола и 12 колоссальных статуй, украсивших вход в его дворец в г. Сяньяне. Постоянное императорское войско было вооружено железным оружием.
В интересах торговли Циньшихуанди установил единую для всей страны монету (большую по величине), единые меры ивесы, а также приказал делать оси для повозок одного размера.
Была установлена также и единообразная для всей страны письменность. Некий Чэнь Мяо изобрел новый тип написания иероглифов, который и был утвержден как общегосударственный. Тогда же были изобретены кисть и тушь.
Страна жестоко страдала от частых вторжений гуннов-кочевников. Китайским войскам удалось оттеснить их в Ордосе на север, но угроза вторжений не миновала. Поэтому было задумано создание величайшего в мире оборонительного сооружения — 23


Великой китайской стены. Прославленный полководец Мэн Тянь руководил этой постройкой, осуществлявшейся на протяжении более чем 700 км. Великая стена должна была защитить страну и помочь регулировать торговые отношения с кочевниками.
Были прорыты большие каналы, проложены новые дороги. Для императора была сооружена подземная гробница с огромным могильным холмом. Все это требовало множества рабочих рук; только на постройке Великой стены работало около 2 млн. человек, на постройке дворцов 700 тысяч человек. Политика первого императора вызывала недовольство различных слоев населения. Выразителями этого недовольства в какой-то мере стали конфуцианцы. Тогда Циньшихуанди и его соратники прибегли к решительным мерам; император приказал сжечь произведения конфуцианцев и казнить 460 конфуцианских проповедников.
Молодая империя вела активную внешнюю политику на югег где войска Хуанди подчинили значительную территорию. Царство Наньюэ (современный Гуандун) признало свою зависимость от Китая.
Народные восстания и внутренние войны. Прочность империи Цинь была только кажущейся. Разрушение древней общины, затруднения в хозяйстве земледельцев, рост их задолженности ростовщикам, получившим большую свободу действий в империи Цинь, рост товарно-денежных отношений создали напряженное положение в стране. Массовое порабощение свободных, отрыв рабочей сйлы от сельского хозяйства и непроизводительная растрата их труда в огромных размерах — все это резко ухудшила положение народа и вызвало большие затруднения в сельском хозяйстве. Земледельцы разорялись и при помощи суровых законов Цинь превращались в рабов. Число государственных рабов резко- возрастало; вместе с тем росло и недовольство в народе, обострялись классовые противоречия. Мощный взрыв народного возмущения произошел после смерти Хуанди в 210 г. Восстания вспыхивали повсюду. Движущей силой этих восстаний были рабы (особенно из осужденных), свободные, которым предстояло превратиться в государственных рабов или солдат, земледельцы, занимавшиеся своим хозяйством в деревне. Они выступили потому, что и им грозило разорение и обращение в рабство.
Крупное восстание началось еще в 209 г. в Хэнани. В большом отряде, достигавшем 900 человек и состоявшем из оторванных от земли общинников, которых гнали в пограничный гарнизон на север, по дороге произошло возмущение. Во главе восставших стали Чэнь Шэн (или Чэнь Шэ) и У Гуан. К повстанцам, начавшим вооруженную борьбу, присоединялись новые и новые отряды. Выступление в Хэнани стало сигналом для восстаний в долине Янцзы, на востоке и на севере страны. Вскоре Циньская империя потеряла подавляющую часть своей территории.
Некоторые представители господствующего класса пытались использовать восстания в своих интересах. Отсутствие определен24


ных требований и организованности у повстанцев и то, что Чэнь Шэн и другие вожди повстанцев, борясь против цинских властей, объявляли себя ванами, помогло представителям господствующего класса, также объявлявшим себя ванами, борющимися против Цинь, подчинять повстанческие отряды своему влиянию, а затем и подавлять народное движение. В напряженной борьбе погиб Чэнь Шэн и многие повстанческие военачальники. В то же время возросло влияние отдельных полководцев и среди них особенно Сян Юя и Лю Бана. Сян Юй, который был представителем господствующего класса, овладел огромной частью империи на востоке. Отряды Лю Бана вошли в Шэньси и заняли столицу. К 206 г. были уничтожены остатки цинских войск, но между двумя полководцами разгорелась жестокая война.
Лю Бан, выходец из народа, земледелец, а затем мелкий чиновник, умел подчеркивать свое уважение к крестьянам, отказывался брать бесплатно провиант, отдал народу поля и угодья, объявленные царскими при Циньшихуанди, объявил о ликвидации жестокого циньского законодательства. Только три преступления: убийство, ранение и ограбление — подлежали наказанию. Это освобождало земледельца от неминуемой угрозы обращения в рабство. Лю Бан созывал старейшин на совещания, подчеркивал уважение к традициям, обращался к главам общин и родов.
По мере роста популярности Лю Бана распадалась армия Сян Юя. Проиграв в 202 г. решающее сражение, Сян Юй покончил с собой.
Народное восстание уничтожило империю Цинь. И хотя само оно потерпело поражение, но победителями оказались те группы господствующего класса, которые пошли на уступки народу.
Государство Хань. Лю Бан (Гаоцзу) считается основателем Ханьской империи, номинально существовавшей более 400 лет. Царствование старшей или Западной Ханьской династии продолжалось с 202 г. до н. э. до 8 г. н. э. Длительное существование ханьского государства свидетельствует о том, что китайская народность к этому времени уже сложилась.
Название Хань, возникшее от названия реки Хань, государства и династии Хань, стало впоследствии названием китайской народности.
Описывая состояние, в котором находилась страна к концу П1 в., Сыма Цянь замечает: «Хань, придя к власти после Цинь, наследовали страшное разрушение. Мужчины находились в войсках; полевые работы и перевозку зерна выполняли старики и слабосильные. Заниматься какой бы то ни было деятельностью было чрезвычайно трудно. Хозяйство истощилось. Для выезда императора невозможно было подобрать лошадей одной масти, и чиновники зачастую ездили в повозках, запряженных быками».
Во время восстания освободилось большое число невольников. Истребление части трудового населения привело к нехватке рабо25


чих рук, однако победители не имели сил вновь открыто расширить порабощение. Делая уступки земледельческой общине, они санкционировали снижение налогов. Однако Лю Бан издал эдикт, разрешающий населению продавать в рабство детей и внуков, что открыло новые возможности для порабощения свободных.
Некоторое улучшение положения народных масс в результате восстания способствовало развитию экономики страны и особенно сельского хозяйства, достигшего больших успехов.
Не все группировки господствующего класса в империи Хань сохранили свои позиции. Деятельность купцов и ростовщиков, в интересах которых осуществлялись реформы IV—III вв., ограничивалась. По декретам Лю Бана им запрещалось показывать свое богатство, носить драгоценные одежды, ездить на колесницах, а их потомки лишались права быть чиновниками.
Родственникам и соратникам Лю Бана были даны в управление большие территории, и они постепенно добились значительной самостоятельности.
Единая деспотическая власть была восстановлена лишь к концу II в., в годы правления императора Лю Чэ (Уди; 140—86). При Уди борьба императоров против сепаратизма аристократических родов закончилась победой центральной власти. Во главе 100 округов, на которые еще ранее был разделен Китай, поставили чиновников, полностью зависимых от центра, а рядом с ними императорских инспекторов, по образцу инспекторов времен Цинь. Ко двору Уди привлекли юношей из небогатых семей, которым после обучения и проверки на экзаменах давались государственные посты и должности, с награждением их при этом соответственными чинами и рангами (последних было 11). Для аристократии были восстановлены титулы. Богачи из безродных могли пользоваться всеми привилегиями, покупая за передаваемые казне хлеб и рабов высокие военные звания.
При Уди было создано постоянное войско, состоявшее главным образом из бродяг, бездомных и рабов. Земледельческое население было обложено огромным военным налогом и другими налогами, разорительными для сельского хозяйства. Законоположения Уди предусматривали наказания за разнообразнейшие проступки, что должно было обеспечить приток рабов-осужденных.
Господствующий класс рабовладельцев для полного торжества централизации нуждался в сильном идеологическом оружии. Поэтому Уди вел решительную борьбу за установление официальной идеологии и обрядности. Он запретил последователям школы фацзя занимать государственные должности и преследовал даосских магов и проповедников. Государственной идеологией стало конфуцианство. Освящение идеи господства и подчинения, деления на классы, власти государя как отца и распорядителя всей страны при полной покорности подданных, выраженной в форме сыновнего почтения, — все это отвечало интересам господствующего класса и хорошо служило деспотической власти.
Ж


Обрядность, система образования и экзамены, установленные в 121 г. для окончивших учение и поступающих на службу, были переданы в руки конфуцианских ученых.
Ученый Дун Чжун-шу (170—90) и его последователи занялись дальнейшей разработкой конфуцианского мировоззрения.
Они старались доказать, что явления природы, особенно стихийные бедствия, есть возмездие неба за пороки общества. Конфуцианство, таким образом, оправдывало свое положение государственной идеологии.
Среди ученых и писателей этого времени особенно видное место занимает великий китайский историк Сыма Нянь (151—81), создавший «Шицзи» — «Исторические записки». Сын придворного астролога, Сыма Цянь служил при дворе Уди и одновременно трудился над составлением истории Китая, что навлекло на него гнев деспота. Сыма Цянь был подвергнут жестокому наказанию.
«Исторические записки» являются ценнейшим трудом и содержат огромный материал по истории, экономике, географии и культуре древнего Китая, а также сведения о странах, с которыми Китай имел связи. Автор включил в свой труд материалы о народных восстаниях, о повстанческих вождях и их деятельности. Сыма Цянь проявил интерес к жизни других народов. Мимоходом он высказывал осуждение деспотам и сильным мира сего. «Исторические записки» стали образцом исторических работ в Китае.
Ханьской империи пришлось вести напряженные войны с кочевниками, создавшими мощный племенной союз под главенством гуннов и их племенного вождя Модэ (209—176). Гунны согласились на заключение договора о «мире и родстве», но продолжали свои опустошительные набеги, грабили селения, топтали поля, уводили людей в плен. К тому же императорам приходилось посылать гуннским вождям богатые подарки и китайских девушек в жены.
При Уди ханьский двор перешел к активной внешней политике. В поисках военных союзников в 138 г. на запад был послан Чжан Цянь, имевший задание договориться с племенами юэчжи (мас- сагетами) о совместных действиях против гуннов. Чжан Цянь не нашел массагетов у западной границы Китая и попал в плен к гуннам. Через 10 лет он бежал от них в Среднюю Азию, посетил Хорезм, Бухару, нашел юэчжи, собрал обширные сведения и вернулся в Китай в 126 г. Рассказы Чжан Цяня возбудили большой интерес к Средней Азии и Индии, где ценились китайские изделия и где разводили прекрасных лошадей. Уди послал новые посольства искать путей и в Индию, и в Среднюю Азию, а в 115 г. Чжан Цянь еще раз был послан на запад к усуням, обитавшим по Р. Или.
Тем временем ханьские войска, начавшие активные действия п 129 г., после многих кровопролитных сражений оттеснили гуннов, заставив их перекочевать на север. В 104 г. большое войско 27


под начальством Ли Гуан-ли выступило на запад и после ряда неудач совершило крайне тяжелый поход через пустыни и горы в долину Ферганы.
Посольство Чжан Цяня и походы китайских войск помогли установить самый трудный и длинный в древности караванный путь, который на западе принято называть Великим шелковым путем, так как китайцы вывозили по этой дороге шелк, известный в это время только им. Кроме того, они вывозили железо, изделия из бамбука и лаковые изделия. В Китай ввозили нефрит, драгоценные камни. Из Средней Азии в Китай впервые были ввезены: вино, виноград и люцерна. Открытие Великого шелкового пути* было величайшим событием в древнем мире, заложившим основу общения культур Запада и Дальнего Востока.
Захватническая политика Уди распространилась на восток против Чаосянь в северной Корее и на юг. Были подчинены государства Юэ на территории современных Чжэцзяна и Фуцзяни, а также часть Гуйчжоу и Юньнани.
Все эти войны давали широкий приток пленных, захватываемых десятками тысяч, и утвердили влияние Китая на торговых путях. Таким образом, внешняя политика Уди отвечала интересам рабовладельцев и развивавшегося товарного производства.


-—I П 1 . —I
□йГ u u
Г ЛАВ A III
НАРОДНЫЕ ВОССТАНИЯ И КРИЗИС ХАНЬСКОЙ ИМПЕРИИ
Реформа Ван Мана. В обществе древнего Китая назревали все более острые противоречия. Крупные собственники, так называемые «сильные дома», влиятельные в государстве лица и богатые торговцы и ростовщики захватывали все больше земли, отнимая ее у общин и мелких собственников, в связи с чем возникла поговорка, что беднякам даже некуда воткнуть шила. Положение земледельцев все более ухудшалось. Поземельный налог, выплачиваемый зерном, достигал !/з урожая; каждая семья, кроме того, платила налог медной монетой. Мужчина в возрасте от 15 до 56 лет выплачивал налог за освобождение от военной службы и выполнял трудовые повинности. Налоги взимались даже с детей, начиная с трехлетнего возраста. Кроме того, существовали косвенные налоги на соль и железо. Тяжесть налогового гнета была такова, что земледельцы, по словам летописцев, «одевались в шкуры быков и лошадей и питались пищей собак и свиней». «Весной они пашут, — рассказывает древняя история «Цянь Ханыпу Ь>, — летом выпалывают сорные травы, осенью жнут, зимой сохраняют запасы, рубят дрова, убирают казенные помещения. Весной они не могут защититься от ветра и пыли, летом от жары, зимой от холо Да и мороза, и во все четыре времени года нет дня, чтобы отдох* нуть».
В условиях значительного развития товарно-денежных отношений свободные земледельцы оказывались добычей ростовщиков. Пользуясь их безвыходным положением, ростовщики брали за
1 «Цянь Ханьшу» — большой исторический труд, написанный Бань Бяо, его сыном Бань Гу и дочерью Бань Чжао в I в. н. э. «Цянь Ханьшу» составлена по образцу «Исторических записок» Сыма Цяня и посвящена истории Китая с конца III в. до н. э. и до начала I в. н. э.
29


2. Китай в эпоху Хань.


свои ссуды огромные проценты. «При закладе вещей, имеющих высокую цену, давали половину стоимости, с неимущих драли двойной барыш». Земледелец зачастую продавал в рабство детей и внуков, закладывал имущество, терял землю и затем превращался сам в раба или полураба-полузависимого арендатора.
Государственные и частные рабы составляли в центральных районах страны в долине Хуанхэ и Вэй значительную часть населения. В крупных хозяйствах использовался труд нескольких сот^ а иногда и тысяч рабов.
Сравнительно высокое развитие культуры земледелия требовало дальнейшего повышения производительности труда, а труд рабов не мог этого обеспечить. Рабы по своему положению и условиям жизни не могли быть ни достаточно прилежными, ни достаточно инициативными, а китайское полеводство требовало огромного внимания, знаний и напряженной работы. Это вызвала к жизни существование переходных форм труда типа дофеодальной и феодальной зависимости. Крупные землевладельцы использовали в своих владениях труд разорившихся свободных, зависимых и полурабов, предоставляя им для обработки клочок земли. Естественно, что условия этой древней аренды были крайне тяжелыми. «Те, кто вспахивал поля местных богачей, вносили им зерно в размере половины собранного урожая», — свидетельствует «Цянь Ханыпу». Дальнейшее ухудшение положения всех групп трудового народа вызывало их восстания, принимавшие иногда значительный размах.
В 22 г. до н. э. на железных рудниках вспыхнуло восстание рабов. В 18 г. до н. э. произошло новое восстание, восставшие рабы захватили склады оружия и освободили всех рабов в районе восстания. В 14 г. до н. э. рабы, восставшие на железных рудниках, захватили несколько уездов, их поддержали свободные и зависимые земледельцы.
Господствующий класс в то время не был однороден. Высшая аристократия, .«сильные дома» занимали решающие экономические и политические позиции. За ними следовали богачи, купцы и ростовщики, купившие себе титулы, пользовавшиеся всеми благами. «Они разъезжают с надменным видом на расстоянии в тысячи ли их шляпы и зонты видны издалека». «Они одеваются в лучшее узорчатое платье и питаются только лучшими сортами хлеба и мяса», — пишет древний историк.
Скопление огромных богатств в руках немногих вызвало недовольство в среде менее зажиточных представителей господствующего класса, доходы и положение которых зависели главным образом от службы в централизованном аппарате империи Хань. Появились обличители богатства и роскоши, доказывавшие, что ни золото, ни серебро, ни нефрит не могут согреть при холоде и накормить голодного. Страна не может существовать, говорили
1 Ли —мера длины около V2 ot. 31


они, если горы полны разбойниками, а люди живут, как птицы и звери, и никто не хочет трудиться. Некоторые высказывались против монополии государства на соль, железо, против крупных землевладений и рабовладений.
Борьба в области идеологии приняла острые формы. Против идеализма конфуцианцев и мистики даосов выступил астроном древности Хуан Тань, развивавший материалистические взгляды. Хуан Тань опровергал самостоятельное существование и бессмертие души.
Правительство со времени Уди поощряло конфуцианские произведения, многие ученые трудились над восстановлением, собиранием, перепиской творений древних мудрецов. Повидимому, в это время возникло и своеобразное утопическое течение в конфуцианстве, осуждавшее развитое классовое общество, власть богачей. Ханьскому обществу противопоставлялось рисовавшееся в идиллических тонах время Чжоу, когда якобы не было крупных частных землевладений, вечной вражды и народных бедствий.
Эти течения были столь влиятельны, что в конце I в. до н. э. ханьское правительство предприняло попытку ограничить крупнейших собственников, установив предельный размер землевладения в 5 тысяч му Ч Число рабов было ограничено 200 для знати и 30 для обычных господ.
В начале I в. до н. э. протесты против расширения рабства и накопления богатств усилились. В 8 г. н. э. царедворец Ван Ман, захватив императорский престол, начал вместе со своими -единомышленниками проводить государственные реформы. Эдиктом, изданным в 10 г. н. э., вся земля объявлялась царской, принадлежащей императору, а все рабы переименовывались в «частнозависимых»; землю и рабов запретили продавать; частное землевладение не должно было превышать 100 му. Естественно, что эти меры встретили упорное сопротивление рабовладельцев, и уже в 12 г.Ван Ману пришлось отказаться от передела земли и отмены частного рабства и ограничиться введением в 17 г. н. э. особого налога на рабовладельцев в размере 3600 монет в год за каждого раба.
Для ограничения хищнической деятельности торговцев и ростовщиков учредили шесть управлений, которые должны были регулировать цены на рынках, контролировать соблюдение монополии на соль, железо, медь, вино, литье монеты и регламентировать ссудный процент. Государство пыталось изъять кредитноссудные операции из частных рук.
Проекты Ван Мана, внушенные конфуцианским утопизмом, не могли привести ни к отмене частной собственности на землю, ни к уничтожению рабства и встретили решительное сопротивление рабовладельцев.
1 Му — мера земли, различная в разных районах Китая и много раз изменявшаяся в прошлом. Современный му равен в среднем 716 га.
32


Восстание «краснобровых» и другие народные восстания. Неудача реформ лишь ухудшила положение в стране. Восстания рабов все чаще втягивали в свою орбиту свободных.
И На юге современного Хубэя, где свирепствовал голод, возникло восстание и сложилось два больших войска повстанцев: одно в Синьши с овчаром Ван Куаном и Ван Фыном во главе, второе в Пинлине, возглавленное пастухом Чэнь Му. На севере вспыхнуло восстание среди пограничных гарнизонов.
В 17—18 гг. н.э. в Хэнани, Хубэе и Шаньдуне появились повстанческие отряды, действовавшие самостоятельно, каждый в своей местности. Они имели своих вождей и особые названия: «повстанцы зеленого леса», «нижнего течения реки», «медные кони», «железные голени», «войска из Синьши», «войска из Пин- линя» и т. д. Возглавляли их рабы, дезертиры, рыбаки, пастухи, земледельцы. Более организованно действовали повстанцы в Шаньдуне, известные под названием «красные брови» \
Члены императорского дома Хань, лишенные Ван Маном всех прав и всего имущества, пытались использовать восстание в своих интересах. Попытки подавить восстание военными силами не увенчались успехом, хотя полководцы Ван Мана, выражавшие готовность «ступать по рекам крови и уничтожать все население», — терпели неудачи и уступали повстанцам один район за другим.
В 23 г. повстанцы «нижнего течения реки» заняли столицу империи г. Чанъань; Ван Ман был убит, и повстанческие вожди призвали на царство одного из отпрысков дома Хань.
Но восставший народ не хотел покоряться новому ханьскому императору. Борьба продолжалась. В 25 г. «краснобровые» под водительством Фань Чуна взяли Чанъань и уничтожили ханьского претендента на престол.
У повстанцев не было ни единства, ни определенной политической линии, они действовали стихийно, не имея ясной цели. Заняв столицу, «краснобровые» со своей стороны согласились признать императором одного из отпрысков дома Хань. Господствующий класс воспользовался их слабостью. Отряды представителя Ханьской династии Лю Сю, провозглашенного в 25 г. императором и успевшего собрать значительные силы, нанесли повстанцам ряд жестоких поражений. Вынужденные оставить в 27 г. Чанъань, «краснобровые» отступали на восток, неся большие потери.
В 28 г. повстанцы потерпели окончательное поражение, их отряды были рассеяны, их предводители, а среди них и Фань Чун, перебиты. Легенда гласит, что при подавлении восстания войска Лю Сю вырубили все леса в Хэнани, чтобы изготовить себе луки и стрелы. Исторические источники отмечают, что в центральных районах страны при подавлении восстания погибло до 80% населе-
1 Название возникло оттого, что повстанцы красили себе брови в красный цвет, чтобы отличать своих.
3 Зак. 554
33


ния. Господствующий класс жестоко расправился с восставшим народом, однако его власть была поколеблена.
Империя Поздних Хань в I в. Восстание потерпело поражение, но в результате него произошло некоторое ослабление гнета эксплуататоров и создались возможности для дальнейшего развития производительных сил китайского общества.
Лю Сю, который считается основателем второй Ханьской династии (Поздней или Восточной), принужден был сделать уступки народу. В указах, изданных между 26 и 35 гг., повелевалось освобождать проданных в рабство детей и возвращать их родителям, освобождать порабощенных за нарушение приказов Ван Мана и, частично, плененных при подавлении восстания «краснобровых». Кроме того, Лю Сю санкционировал снижение налогов и передачу народу для обработки земель, ранее принадлежавших некоторым из крупнейших собственников, и часть земли, считавшейся императорской.
Таким образом господствующий класс вынужден был идти на серьезные уступки ради укрепления своего положения.
Последствием восстания и этих вынужденных уступок было временное смягчение эксплуатации, что создало предпосылки для экономического и культурного развития в течение последовавших за восстанием десятилетий. Согласно сведениям, приведенным в «Хоу Ханьшу» \ в 25—27 гг. в Китае насчитывалось 21 007 820 человек, а в 89—105 гг. народонаселение возросло до 53 256 229 человек.
Завершилось восстановление и строительство крупных оросительных сооружений, что дало возможность обрабатывать новые земли. Эти, а также принадлежавшие императорскому дому и храмам предков земли предоставлялись земледельцам, которые становились как бы зависимыми и были обязаны нести повинности государству.
Расширились добыча руды и обработка металлов, выполнявшиеся рабами-рудокопами, рабами-ремесленниками в Сычуани, Шаньси, Шаньдуне. Был открыт способ приготовления бумаги.
Лоян, новая столица империи, стал центром торговли. Китайские купцы вывозили за пределы страны, особенно к скотоводам севера, шелк, оружие и железные изделия, хлеб, предметы роскоши и покупали у кочевников лошадей и быков, шкуры, меха и рабов. Китайские шелка5 парча, железо высоко ценились за границей и проникали даже в Римскую империю.
Не имея возможности широкого порабощения свободных в стране, господствующий класс стремился к развязыванию внешних войн и захвату военнопленных. Поздняя Ханьская империя начала завоевательные походы на юге против Вьетнама. В 43 г. Вьетнам признал свою зависимость от империи Хань.
1 История Поздней Ханьской династии, написанная несколькими авторами и собранная в V в. Фан Е, охватывает историю Китая с I в. н. э. до начала III в.
34


В начале I века гунны вновь подступили к китайским границам и начали вторжения вглубь страны. В 72 г. китайские войска нанесли им ряд сильных поражений и захватили много пленных. Отряд под начальством Бань Чао совершил поход по южной ветви Великого шелкового пути. Несмотря на большие успехи Бан Чао в Яркенде, Хотане и Кашгаре, лоянский двор приказал ему отступить. Бань Чао ослушался и остался в Восточном Туркестане, защищая земледельческие оазисы и торговые города от кочевников. Позже приказ был отменен. Бань Чао — талантливый дипломат и полководец, опираясь на поддержку местного населения, которое он защищал от кочевников, добился блестящих успехов. Китайские войска разгромили конницу гуннов, очистили северную ветвь караванного пути, совершили поход в Среднюю Азию до Антиохии Маргианы (Мары). По сведениям древних летописей, 10 государств признали себя союзниками Китая. Послы Бань Чао достигли берегов Персидского залива. Деятельность Бань Чао имела огромное значение для развития внешней торговли Китая и для установления культурных связей между Дальним Востоком и Средней Азией.
В это же время завязались-связи между Китаем и Японией.
К I в. относится создание нескольких выдающихся произведений историками и философами, поэтами и прозаиками. В тех прослойках свободных крестьян и мелких рабовладельцев, которые страдали от роста могущества «сильных домов», крупных рабовладельцев, аристократов, сановников и ростовщиков, возникли оппозиционные настроения. Стоя ближе к народу, эти люди видели страдания народа и сами часто испытывали нужду.
Выразителями интересов этой прослойки были историк Бань Бяо, зарабатывавший на жизнь педагогической деятельностью, его сын полководец Бань Чао, философ Ван Чун и многие другие. Бань Бяо, его сын Бань Гу и дочь Бань Чжао были авторами большого исторического труда, названного впоследствии «Цянь Ханьшу». Этот труд проникнут утопическими конфуцианскими взглядами.
В 29—97 гг. н. э. жил выдающийся мыслитель материалист Ван Чун. В своем труде «Луньхэн» — «Критические рассуждения» — Ван Чун жестоко критиковал конфуцианскую теологию и разоблачал концепцию созидательной деятельности неба и идею воздаяния. Отвергая все сверхъестественное и мистическую трактовку вселенной, Ван Чун исходил из того, что источником бытия является материальная субстанция, которую он называл «ци». Учение Ван Чуна оказало огромное влияние на развитие передовых идей в Китае.
Даосизм все больше развивался в сторону мистицизма и, вобрав в себя народные анимистические верования, превратился в религию, окончательное оформление которой приписывается Чжан Дао-лину (I—II вв.). Даосская религия впитала элементы народных верований, фантастику, магию, веру в чудеса. В то время 35


даосская религия противостояла официальному конфуцианству. Во II в. Чжан Цзио основал даосскую секту, подготовившую и руководившую восстанием «желтых повязок».
В Китай того времени проникает и буддийская религия. В середине I в. в столице империи Лояне был построен первый буддийский храм.
Углубление кризиса и восстание «желтых повязок». Укрепив свои позиции, господствующий класс отменил все уступки, сделанные народу. Начался безудержный захват земель, разорение земледельцев, порабощение и закабаление свободных. Хозяйства «сильных домов» охватывали сотни тысяч му земли. «Сильные дома» имели вооруженную стражу, мастерские, занимались торговлей, ростовщичеством.
На их землях, помимо рабов, работали свободные, которые под видом домашней стражи «буцюй» и пришлых «бинькэ» были обращены в зависимых арендаторов. В густозаселенных районах долины Хуанхэ и части Великой равнины «сильные дома», отказываясь от трудоемкого полеводства, превращали большие пространства пахотных полей в парки и виноградники, лишая население пропитания. Современники жаловались, что сельское хозяйство не могло произвести нужного количества продовольствия. Народ постоянно голодал; страна наполнялась беглыми и бродягами.
Общий экономический упадок подготовил падение военной мощи империи и ее политическое ослабление.
С усилением «сильных домов» слабело значение централизованной власти всего государственного аппарата. Высшие должности в нем все чаще захватывали гаремные евнухи, которые пользовались своей близостью к особе императора, князей, «сильных домов». Невежественные евнухи заменяли чиновников и людей, получивших специальное образование в императорском училище. Представители средних и низших прослоек господствующего класса, строившие свое благополучие на получении должностей, оказывались отстраненными и лишенными дохода. Они негодовали. В стране и особенно в Лояне началась борьба двух группировок, известных под названием евнухов и ученых.
Приверженцы «ученых» писали памфлеты, рисовали карикатуры, подавали доклады императору, требуя расследования деятельности евнухов и наказания за самоуправство и взятки. Дело доходило до убийств. На попытку дворцового переворота в 169 г. евнухи ответили жестокими казнями, заключением в тюрьму 1000 учащихся, изгнаниями, а затем разгромом училищ и сожжением книг.
В то время в стране крепло новое народное движение. В конце II в. в Китае вспыхнуло массовое восстание рабов и земледельцев, свободных и зависимых. Это восстание отличалось тем, что долго подготовлялось тайной сектой даосского толка. В Шаньдуне даосский ученый и лекарь Чжан Цзио, приобретший широкую 36


известность во время эпидемии, начал проповедовать свое учение и призывать к борьбе против существующих несправедливых порядков, называемых им «синим небом». Он утверждал, что можно свергнуть власть этого «синего неба» и установить «желтое небо» — новую жизнь, которая должна стать выражением пути великого благоденствия — «тайпин дао». С помощью гаданий он предсказывал счастливую для начала открытой борьбы дату, совпадающую с началом шестидесятилетнего цикла лунного календаря.
В течение десяти лет сторонники секты проповедовали в селениях и в городах, среди рабов в мастерских и на рудниках, на строительстве дамб, где скапливалось много народу. Для подготовки восстания было создано 36 объединений — будущих военных отрядов. Секта тщательно готовилась к вооруженной борьбе за установление великого благоденствия; стремясь облегчить победу магическими заклинаниями, члены секты писали на стенах название счастливого нового года цикла—«цзяцзы». Секта насчитывала уже сотни тысяч последователей среди населения страны, от Хэбэя до Сычуани, и приобрела сторонников в столице и даже во дворце. Но в самый напряженный момент предатель выдал план тайной организации и имена участников. Начались многочисленные аресты и казни. Опасаясь полного разгрома, руководители секты дали сигнал к выступлению. Как отличительный знак повстанцы повязали головы желтыми повязками, поэтому все восстание получило название восстания «желтых повязок».
Несмотря на то, что восстание подготовлялось в течение десяти лет, оно было стихийным и неорганизованным, отряды действовали порознь и воевали неумело.
Движение охватило экономически развитые районы империи, где рабовладельческие отношения достигли своего кризиса. Восстание очень мало затронуло земли южнее Янцзы, где население еще переживало различные этапы первобытно-общинного строя и где рабовладение было развито слабо. В самом начале восстание было ослаблено казнями основных военных руководителей. Чжан Цзио, не подготовленный к руководству военными операциями, погиб через полгода после начала выступления. Между тем восстание «желтых повязок» расширялось.
Основной движущей силой были рабы, полусвободные и зависимые, просто бездомные и частично свободные земледельцы. «Желтые повязки» сжигали казенные помещения и дома богачей, открывали склады и тюрьмы, забирали имущество «сильных домов», освобождали рабов и закабаленных. Часто они убивали богачей и чиновников. Рабы и зависимые крестьяне поднимались повсюду, открывали ворота усадьб и городов, двери дворцов и казенных учреждений; повстанцы проникали сквозь все преграды, как муравьи.
В стране создавались все новые и новые отряды. Были среди них повстанцы «черной горы», «белой волны», «синего рога», 37


«желтого дракона» и др. Их командиры носили имена Чжан на белом коне, Лю-Камень, Усмиритель Ханей, Цзо Усатый, Начальник над рабами, Бог грома, Летящая ласточка, Пятьдесят му земли твердой, Бедный червяк и многие другие. Число только тех восставших, которые объединились с повстанцами «черной горы», достигало, по словам историка, миллиона человек.
Ханьские власти тщетно мобилизовали большие военные силы и средства. «Сильные дома» со своей стороны набирали дружины и выдвигали своих военачальников. Усмирители восстания действовали со страшной жестокостью, рубили головы всем попадавшимся им в руки, нападали на обозы повстанцев, убивали женщин и детей, жгли деревни и селения. К началу III в. им удалось подавить восстание в центральных районах, но оно еще бушевало в отдаленных областях.
Господствующий класс только огромным напряжением сил и после многолетней борьбы подавил народное восстание и при этом зачастую прибегал к поголовному истреблению. После сражений в области Ду было отрублено 7 тысяч голов повстанцев; после сражения, в котором погиб брат Чжан Цзио, было отрублено 30 тысяч голов и 50 тысяч человек утонуло в реке, а в одном из сражений отрубили 100 тысяч голов. У южной окраины столицы из черепов повстанцев была воздвигнута башня. По всей стране вдоль дорог и у населенных пунктов выросли пирамиды черепов.
Прямым и главным последствием восстания было уничтожение ханьской государственной организации, так долго служившей интересам класса рабовладельцев. Повстанцы не могли добиться победы, но они нанесли жестокий удар старым рабовладельческим порядкам и методам угнетения, уже давно противоречившим интересам самого хозяйства и тормозившим развитие общества, открыв тем самым возможность для дальнейшего развития производительных сил и культуры Китая. С падением древней ханьской деспотии рухнул мощный оплот рабовладения на Востоке.


Г Л А В A IV
РАЗВИТИЕ ФЕОДАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ В III—VI ВЕКАХ
Борьба двух тенденций в развитии феодальных отношений в III в. Жестокое подавление народных восстаний и длительные внутренние войны привели к гибели большой части населения страны и запустению земель, к разрушению городов и особенно таких крупных, как Лоян и Чанъань. Разрушалась ирригационная сеть, требовавшая постоянного внимания и труда, поля лежали невозделанными. Торговля ослабела, порвались торговые связи, заглох великий караванный путь на Запад. Товарное производство потеряло свое значение, и усилилась натурализация хозяйства.
После распада Ханьской империи военачальники, участвовавшие в подавлении восстания, вступили между собой в ожесточенную вооруженную борьбу, затянувшуюся на несколько десятков лет. Наиболее сильным из них удалось закрепить свою власть на значительной территории и добиться признания за ними царских и княжеских титулов. В беспрерывных междоусобных войнах начали складываться несколько самостоятельных царств, воевавших между собой. Между 216 и 220 г. сложились таким путем царство Вэй в северной части Китая, и активнейший каратель восстания «желтых повязок» Цао Цао стал его основателем, царство У, охватывавшее весь юго-восток, и царство Шу в Сьгчуани. С царством Шу связан цикл легенд о борьбе и военной доблести триумвирата друзей, из которых один Гуань Юй много столетий спустя был включен в даосский пантеон как бог войны; и о талантливом полководце и дипломате Чжугэ Ляне, немало потрудившемся в области военного искусства. Эти легенды нашли художественное оформление в романе Ло Гуань-чжуна «Троецарствие» (есть русский перевод).
Внутренние войны закончились завоеванием вэйским севером царства Шу, а затем и У. Новая держава, охватывавшая всю страну, носила название Цзинь (265—420), а полководец Сыма Янь, осуществивший завоевание двух царств, был провозглашен императором.
39


В условиях междоусобиц времен Саньго (троецарствия) «сильные дома» захватили землю, используя труд зависимых от них бинькэ — разоренных земледельцев, бродячего, бездомного люда и своей домашней стражи — буцюй. Чаще всего клочок земли доставался этим обездоленным под условием уплаты господину значительной части урожая, помощи ему на войне и пр. Хозяйства «сильных домов» стали еще более самодовлеющими экономически, а их владетели еще более независимыми политически. Между тем положение бинькэ и буцюй в этих хозяйствах было крайне тяжелым, а иногда мало отличалось от положения рабов.
Кроме собственности магнатов на землю, в царстве Цзинь расширилась и государственная земельная собственность. При этом правительство пыталось увеличить фонд государственных владений за счет пустующих земель и обеспечить их обработку. С этой целью в 280 г. был издан специальный эдикт Сыма Яня о государственных землях, предоставляемых трудовому населению для обработки в виде наделов. Земледельцы, получившие такой надел, обязывались обрабатывать землю своими орудиями производства и выполнять государственные повинности. В основных районах страны взрослому трудоспособному мужчине — тяглому «дин», «диннань» — предоставлялся надел, равный 120 му. Из них 70 му тяглый возделывал для себя, а 50 для государства. Весь урожай с этих 50 му передавался чиновникам; кроме того, тяглый двор выплачивал в год положенное количество кусков готовой ткани или пряжи, а каждый тяглый обязан был отработать на различных строительных и землекопных работах определенное число дней государственной барщины.
Размеры повинностей могли колебаться и в окраинных районах были значительно меньшими. Доход господствующего класса обеспечивался не только получениями от казны, но и выделением особых должностных землевладений. Участки земли от 100 до 5000 му прикреплялись к определенным должностям и поступали в полное распоряжение чиновника, как только он занимал соответствующий пост, и до того времени, пока он получал перевод или отставку. Такой порядок имел целью усиление зависимости представителей господствующего класса от императора и государственной организации и выражал укрепление иерархии.
Попытки цзиньской монархии, отражавшей интересы господствующего класса в целом, установить государственную собственность на землю и стремления отдельных крупнейших землевладельцев — «сильных домов» — закрепить свою индивидуальную собственность вызывали столкновения между ними. Что касается гражданских и военных чиновников, то они старались закрепить за собой полученные ими должностные земли и обложить добавочными повинностями земледельцев. Весь господствующий класс стремился усилить зависимость крестьян, поработить «свободных», усилить эксплуатацию непосредственных производителей.
40


3. Китай в IV —VI вв.


В стране вспыхивали народные восстания, в которых ведущую роль играли голодающие, разоренные и бездомные земледельцы и бывшие военные поселенцы. Так, в восстании в Шэньси выступило до 50 тысяч голодающего люда. В Сычуани число повстанцев достигло 100 тысяч, и они выступили в поход на восток к центральным районам страны. Местные власти подавляли восстания со зверской жестокостью, но не могли их прекратить.
Нашествия кочевников. Борьба за власть преемников Сыма Яня еще более истощала хозяйство страны. Внутренние неурядицы ослабили охрану границ, где и так почти не было войск, и облегчили соседям-кочевникам их вторжение в страну. А в то время вдоль огромной сухопутной границы Китая, тянувшейся от Ляодуна и Южной Маньчжурии, через Ордос к Сычуани, обитали разнообразные племена и племенные союзы, переживавшие различные стадии разложения первобытно-общинного строя и развития классового общества. Они занимались животноводством и вели кочевой образ жизни. Их племенная знать издавна стала проводником китайских влияний и китайской культуры и прямой опорой политики порабощения, проводимой Ханьской империей по отношению к соседям. С своей стороны знать использовала поддержку своего могучего союзника для укрепления своего положения, для обогащения, для угнетения соплеменников. Возникновение классовых противоречий вызывало острые конфликты в кочевом обществе и породило жадное стремление к обогащению за счет грабежа, к усилению власти за счет покорения другого народа. Особенно это заметно в обществе южных гуннов, обитавших у Великой стены и частично на территории Шэньси и Шаньси. Аристократия пяти южногуннских племен накопила в своих ставках большие богатства, эксплуатировала рабов и рядовых скотоводов. Главный вождь гуннов по существу уже был царем. Экономические и политические интересы, а также кровное родство связывали его с императором Поднебесной, что не помешало ему, как и гуннской аристократии, предпринять поход в Китай, как только слабость империи стала очевидным фактом. Гуннские полчища вторглись в Цзиньскую империю между 311 и 316 гг., завладели большой территорией по долине Хуанхэ, заняли Лоян и Чанъань и продолжали расширять захваченную территорию.
В Северном Китае завоеватели создали два гуннских государства: западное и восточное. Ни одно из них не просуществовало сколько-нибудь значительное время, так как вслед за гуннами, прорвавшими пограничные рубежи империи, двинулись другие кочевники-завоеватели, отнявшие у гуннов их добычу.
Северо-восточными соседями Китая были племена сяньби, обитавшие в Восточной Монголии и в Южной Маньчжурии. В конце II — начале III в. сяньби, завладев обширной территорией, принадлежавшей ранее Китаю, вторглись вглубь страны. Одновременно они завязали торговые сношения с Китаем, стали 42


посылать дань ханьскому двору и заложников. В III в. произошло разделение сяньби на два крупных племенных союза: тоба и моюн.
С этого времени их связи с Китаем усилились.
Когда гунны вторглись в Северный Китай, то следом за ними двинулись восточные сяньбийцы — племена моюн, заняв северо- восточные окраины и основав свою державу в Южной Маньчжурии и Хэбее.
В середине IV в. с северо-запада через Ганьсу началось вторжение тангуто-тибетских племен, осевших на части территории, ранее занятой гуннами. Вскоре их центром стала провинция Шэньси, их многочисленные орды под руководством полководца фу Цзяня ворвались в Хэнань и сделали попытку совершить поход к Янцзы, но потерпели полный разгром, и их держава распалась.
К северным китайским землям стали пробиваться и племена жужаней. Борьба с жужанями, создавшими в Центральной Азии свое государство, затянулась надолго. Согласно легендам, именно в борьбе китайского народа против жужаней прославилась отважная девушка-полководец Му Лань (Хуа Му-лань), ставшая героиней песен и народных преданий.
Одни племена за другими, то с севера, то с северо-востока, то с запада, вторгались в Китай, и вчерашние грозные победители становились жертвой новых завоевателей. Победы одних неизбежно влекли к новым кровавым столкновениям, и все это происходило на землях, возделанных кропотливым трудом многочисленных поколений китайцев. В более чем столетней борьбе кочевников-завоевателей за свою добычу победили в конце концов тобийцы — западные сяньбийские племена. В конце IV в. они нанесли решающее поражение жужаням, уничтожили царство моюн на востоке, подчинили тангутские племена и гуннов, вторг^Люь в Китай. Кашгарские государства платили тобийцам дань.
Раннефеодальные державы на севере. Ко времени тобийских завоеваний в их обществе уже возникли классы и складывалось государство. Значительную помощь тобийской знати оказывали китайские чиновники и военачальники, пленные или искавшие прибежища в их стойбищах. Китайская культура оказывала свое решающее влияние на кочевников. Обосновавшись на территории Китая, тобийцы постепенно растворялись в массе китайского народа. Они отказались от кочевого быта, обычаев и одежды, и от кос, которые носили мужчины. Все тобийцы приняли фамилии по китайскому примеру. Вместо шаманизма они стали исповедовать распространявшийся в Китае буддизм. Династия завоевателя Тоба Гуя получила название Северо-Вэйской или Первой Вэй- ской династии. Официальным языком стал китайский язык, а язык тоба исчез, так как победителем оказался китайский язык. Таким образом раннефеодальное общество в Северном Китае хотя и развивалось в условиях иноземного завоевания, но сохраняло свои китайские черты.
43


Чужеземные нашествия привели хозяйства северокитайских земель в состояние сильнейшего разорения. Север обезлюдел, так как многие погибли или бежали на юг. Поля запустели и подолгу не обрабатывались, канавы и водоемы высохли или были размыты наводнениями. Города были разграблены, а зачастую сожжены дотла вместе со своими роскошными дворцами и богатыми библиотеками. При грабежах шелковые свитки в дворцовых библиотеках служили особой приманкой. Торговля почти прекратилась, а обмен осуществлялся натурой. Только лошади, которых так ценили кочевники, служили мерилом при обмене и выступали в роли денег.
И тем не менее китайским земледельцам уже скоро, после прекращения нашествий, удалось добиться восстановления и дальнейшего развития сельского хозяйства. Аграрные отношения, складывавшиеся в этот период феодализма, способствовали такому развитию. Между тем борьба двух видов феодальной собственности не прекратилась, и отдельные феодалы стремились захватить землю и власть в свое полное владение.
В V в. борьба эта выявилась в столкновении между императорской вэйской властью и буддийскими монастырями, которые стали крупными землевладельцами на севере, после уничтожения во время нашествий хозяйств «сильных домов». Один из вэйских императоров даже совершил поход в Чанъань и разгромил буддийские монастыри. Но когда вслед за этим он был убит ударом кинжала в своем дворце, власти пошли на всевозможные уступки, предоставив монастырям значительные льготы и право приписывать к своей земле крестьян.
О росте и укреплении государственной собственности на землю свидетельствуют императорские эдикты 477 и 485 гг., закреплявшие систему равных полей, более известную в советской историографии как надельная система. Земля признавалась государственной собственностью даже в том случае, если она находилась во владении феодалов и монастырей.
Земледелец-крестьянин получал в держание надел пахотной земли временно, т. е. на время своей трудоспособности между 15 и 70 годами. Со смертью или потерей трудоспособности тяглым земледельцем этот пахотный надел передавался другому лицу. Покупать и продавать такую землю было запрещено. Кроме этого, крестьянская семья получала в вечное пользование садово-огородный надел, предназначенный для огорода, посевов конопли, для посадки тутовых деревьев, а также усадебный надел в размере одного му на трех человек.
Государственная собственность на землю реализовалась в продуктах труда крестьянина, отчуждаемых государством в виде триады повинностей, состоявшей из зернового налога — «цзу», налога на продукты домашней промышленности — «тяо» и трудовой повинности — «юн». Основной являлась не барщина, а рента продуктами, совпадавшая с налогом. «Если не частные земельные 44


собственники, а государство непосредственно противостоит им (земледельцам. — Л, С.), как это наблюдается в Азии, в качестве земельного собственника и вместе с тем суверена, то рента и налог совпадают, или, вернее, тогда не существует никакого налога, который был бы отличен от этой формы земельной ренты» \
Основной податной единицей считался сам тяглый «дин», члены его семьи и весь двор — «ху». Несколько крестьянских дворов составляли деревенскую общину, которая считалась мельчайшей административной единицей. Чрезвычайно большую роль в деревенской общине играли кровно-родственные связи. Таким образом в общине существовал не только территориальный, но и кровно-родственный принцип.
Кроме государственных лично свободных крестьян, считавшихся «добрым народом», значительную прослойку составляли лично зависимые, полурабы и рабы, считавшиеся «подлым населением». Им самим не полагалось наделов, но их хозяева получали дополнительные участки земли на них и на скот.
В связи с расширением натурализации хозяйства городское ремесло пришло в упадок. Указом вэйского императора ремесленникам разрешалось вернуться в деревни.
Представители господствующего класса получали свои доходы не только от ренты-налога, взимаемого государственными организациями, но и от земли, получаемой от государства. Должностные земли давались под условием службы государству Северных Вэй, безразлично гражданской или военной, и только на срок службы. Они напоминали бенефиции Западной Европы. Размер участка зависел от высоты занимаемой должности и ее места в складывавшейся иерархической лестнице титулов и чинов.
Значительные пространства земли были закреплены на вечно или пожизненно за членами царского рода, придворной аристократией, буддийскими монастырями.
Оформлению феодального базиса способствовала активная деятельность надстройки. Государственная организация развивалась по образцу китайских древних деспотий, как централизованное бюрократическое государство.
При отсутствии связующих элементов в экономике северо- вэйское государство не смогло долго оставаться единой властью в Северном Китае. В результате усиления феодалов и роста влияния полководцев участились внутренние столкновения, приведшие к распаду царства Вэй в 534 г. на два самостоятельных государства. Северо-запад и северо-восток вступили в длительную войну. В это время на северной границе вновь возникла угроза новых нашествий кочевников.
Северо-вэйское государство нуждалось в создании правовой организации, а также в идеологическом религиозном оружии. Древнее конфуцианство, как официальная идеология рабовладель-
1 К. Маркс, Капитал, т. III, гл. 47, стр. 804.
4'


ческой деспотии Хань, не могло отвечать задачам молодой феодальной державы, оно потеряло свое господствующее положение, на смену ему пришел буддизм. Исторический поворот от рабовладения к феодализму в Китае сопровождался сменой конфуцианства буддизмом, «...там, где речь идет о трех доныне существовавших всемирных религиях: о буддизме, о христианстве и об исламе, можно сказать, что великие исторические повороты сопровождались переменами в религии» !.
Буддизм распространился в Китае, проникнув сюда из Средней Азии. Тобийцы старались насадить эту новую религию даже силой оружия. Экономической опорой буддийской церкви служили монастырские хозяйства. Буддийские монастыри захватили огромные пространства земли и эксплуатировали множество земледельцев, отдавая им в держание пахотные поля. Монастыри владели ремесленными мастерскими, занимались торговлей и ростовщичеством, имели рабов, содержали вооруженную стражу. Хотя буддийская церковь, как крупный феодал, иногда приходила в столкновение с централизованным государством, но их сотрудничество было все же очень крепким. Рост влияния церкви виден хотя бы из того, что к концу Северных Вэй в стране насчитывалось до 50 тысяч монастырей и до 2 млн. монахов.
Разновидность буддизма в Китае известна под названием Махаяна — Большая колесница, т. е. широкий путь для спасения. Это религиозное учение проповедовало, что мир состоит из непознаваемых, не материальных частиц, что души проходят длинный путь перерождений, что страдание неотъемлемо от жизни и человеку остается покоряться, терпеть страдания, примириться с лишениями, бесправием и гнетом. За это Махаяна сулила спасение, или полное небытие — нирвану, рай, помощь со стороны бодисатв 1 2.
Буддизм приспособился к китайской обстановке, причислил к лику своих святых и Конфуция, и Лаоцзы, и древних легендарных героев, впитывал китайскую обрядность, культ предков и народные культы и в таком виде распространялся в стране. Религиознофилософский буддизм в Китае имел много направлений и школ. Культура первой половины китайского средневековья носила на себе значительный отпечаток буддийской идеологии. Памятники старинного искусства сохранили свидетельство об этом и поныне. Широко известны скульптурные изображения будд и фрески на западе в знаменитых пещерах Дуньхуана, а также в пещерах храмов Бинлинсы и др.
Близкой к буддизму была даосская религия, возникшая еще в I в. н. э. Их обряды, культ, мифы, церковная иерархия были очень схожи. Даосская церковь сотрудничала, а иногда и пыталась бороться с более сильной буддийской церковной организацией.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. XIV, стр. 656.
2 Бодисатва — буддийское божество.
46


Ни китайский буддизм, ни даосизм не создали оригинальных правовых понятий и юридических норм, и феодальное государство заимствовало их у конфуцианства. Перестав быть господствующей идеологией, конфуцианство удержало за собой ведущие позиции в области государственной службы, образования, дипломатии, теории военного деля.
В борьбе тенденций становления собственности на землю отдельных феодалов и феодальной раздробленности и утверждения государственной земельной собственности и единого централизованного государства в конце концов в VI в. победил второй путь.
Эта особенность китайского феодализма имела в своей основе ряд причин. На обширных и неравномерно заселенных просторах Китая в условиях сильного сопротивления крестьянства без централизованной государственной власти невозможно было утвердить феодальную собственность на землю, создать систему внеэкономического принуждения, удержать в повиновении народные массы. Права и доходы господствующего класса лучше обеспечивались общегосударственными мероприятиями. Защитить страну от новых вторжений кочевников также могло лишь единое государство, располагавшее сильным войском и большими средствами для охраны сухопутной границы. Наконец, существовала и третья причина: отдельные феодалы не могли обеспечить сохранность грандиозных ирригационных сооружений, каналов, плотин, орошения полей, без чего земледелие было невозможно.
Эти причины подготовили победу централизованной власти над сепаратистскими тенденциями как светских, так и духовных феодалов. Они заставили крупнейшего феодала — буддийскую церковь — пойти на сотрудничество с императорской властью и бюрократическим аппаратом.
Китайские государства на юге страны. В IV в., когда начались нашествия кочевников, население сел и городов и особенно представители господствующего класса бежали на юг, где многие земли не были еще освоены, а в некоторых районах господствовал первобытно-общинный строй. Но в развитых областях юга земли принадлежали главным образом крупным собственникам, владевшим многими сотнями и десятками тысяч му земли, которую обрабатывали рабы, полурабы и зависимые земледельцы. В некоторых хозяйствах работало по нескольку тысяч рабов и лично зависимых.
Представители господствующего класса, появившиеся на юге, начали захват или «получение от императора» больших землевладений, а затем приумножали их размеры, завладевая землями общин или местных племен. Попытки расширения государственной собственности на землю не имели особого успеха на юге.
Феодалы упорно боролись за прикрепление крестьян к земле. Императорские указы запрещали бродяжничество, власти ловили беглых и бродяг. Свободное передвижение по стране было запрещено не только простому народу, но и купцам. Феодалы усиливали наступление на крестьян, которые, как могли, сопротивлялись.
47


По Южному Китаю бродило множество людей, спасавшихся от кабалы. Неоднократно дело доходило до открытых столкновений и массовых восстаний. Центральная власть, не опиравшаяся на земельную собственность, была слаба, и власть цзиньских императоров оспаривали феодалы. Целыми областями правили «сильные дома» и, располагая многотысячным войском, выступали против правительства, занимали столицу Цзянье (Нанкин), свергали императора, возводили на престол другого. Часто сменялись династии. Междоусобия почти не прекращались.
Слабая государственная власть искала поддержки у буддийской церкви. В междоусобных войнах императоры прибегали к помощи монастырей и их отрядов. За это китайские императоры давали им различные льготы и вносили крупные пожертвования. В Цзянье насчитывалось до 700 кумирен, и самый императорский дворец часто походил на монастырь. В Индию направлялись посольства за буддийскими сутрами.
Китайский народ старался остановить продвижение варваров- завоевателей вглубь страны и вернуть отторгнутые ими земли. Многие китайские воины отдали свою жизнь за осуществление этой задачи, но феодалы и императорский двор оставались равнодушными к потере огромных территорий. Они стремились закрепить на юге владение захваченной землей, они были заняты соперничеством за власть, борьбой с крестьянами и рабами, обогащением за их счет и не хотели давать средств и войск для внешних войн. Поэтому попытки отвоевания севера терпели неудачи.
Неудачной была попытка полководца Хуань Вэня, победоносно доходившего до берегов Хуанхэ и взявшего в 356 г. Лоян. Безуспешной осталась и героическая попытка полководца Лю Юя и его сына в V в.
Одной из прославленных побед китайского оружия, о которой упоминает Мао Цзэ-дун, была битва при реке Фэй в 383 г., когда многотысячные объединенные силы кочевников под водительством Фа Цзяня вторглись в бассейн реки Ху ай. Их встретило здесь незначительное китайское войско, вдохновленное стремлением защищать родную землю. В этой битве китайские полководцы использовали приемы высокого китайского военного искусства. Кочевники потерпели полный разгром. По словам летописца, земля на много километров кругом была усеяна трупами людей и лошадей. Дальнейшее продвижение кочевников было предотвращено. Поход одного из вэйских императоров к берегам Янцзы в середине V в. также не принес ему победы.
Южное царство, раздираемое феодальными смутами, все более слабело. Неурожаи и голод свирепствовали в стране. Случалось, что беглые крестьяне уходили на север, туда же перебегали опальные или понесшие поражение феодалы. В это же время на север переселились отдельные роды племени мяо.
Сближение севера и юга Китая усиливалось.
48


ГЛАВА V
ВСЕКИТАЙСКИЕ ФЕОДАЛЬНЫЕ ГОСУДАРСТВА В VI — VII ВЕКАХ
Внутренняя и внешняя политика государства Суй. Ассимиляция тобийцев на севере, распад Вэйского государства, феодальные междоусобия на юге, новая угроза вторжения соседей-кочевников — все это способствовало сближению отдельных частей страны. Дальнейшее развитие сельского хозяйства, появление ремесла во вновь отстроенных городах, возобновление торговых связей подготовили возможность объединения китайской народности.
Это объединение было осуществлено военным путем в конце VI в., и инициатором и завоевателем выступило северо- западное государство. Полководец северо-запада Ян Цзянь был провозглашен императором Китая и основателем династии Суй в 589 г.
Создание единого государства способствовало экономическому подъему в стране. История дома Суй констатирует, что «население увеличилось и умножились запасы. Общественные склады зерна, хранилища в столице и провинциях наполнились до краев»; количество налогоплательщиков возросло за 20 лет более чем в 2 раза. Государственная земельная собственность стала основным видом собственности почти на всей территории страны. Самовластие местных феодалов было ограничено, усилилась Центральная власть, которая опиралась на большой бюрократический аппарат, т. е. на широкие прослойки господствующего класса, привлеченные на государственную службу.


зование, собирали и переписывали труды конфуцианцев. Но далее этого дело не пошло.
Усилить деспотическую власть пытался сын Ян Цзяня — Ян Гуан (605—616). Считая себя хозяином всех земель и бессчетных богатств страны, Ян Гуан тратил огромные средства на украшение своей столицы Лояна, своего двора, на свои прихоти. Вслед за императорским домом крупнейшие феодалы состязались в роскоши и старались увеличить количество закрепленных за ними земель. В империи установилась особая категория жалованных земель. Для усиления централизации, для укрепления государственного аппарата на местах принимались различные меры. Предполагая концентрировать в столице Лояне основные богатства страны, Ян Гуан приказал соорудить там невиданные прежде по своим размерам зернохранилища, куда должно было свозиться налоговое зерно.
При Ян Гуане был сооружен Великий канал, соединивший Ханчжоуский залив, долину Янцзы и Хуанхэ. Для этого пришлось прорыть 4 канала, соорудить шлюзы и превратить сложную систему рек, притоков, озер и каналов в беспрерывно действующий внутренний водный путь. Великий канал обслуживало до 80 тысяч человек. Водный путь внутри страны экономически связал север и юг и способствовал развитию торговли, укрепил значение столицы и административную связь центра с провинциями, облегчил перевозку налогового хлеба и переброску войск.
В империи Суй развивалась внутренняя и внешняя торговля. В Лоян насильно переселили несколько тысяч богатых купцов, превратив этот город в крупный торговый центр.
Расширились и внешние связи: в 606 г. в Лоян прибыло посольство из Японии; в 609 г. из Сиама пришли послы с дарами. На юге Суйская держава принудила Вьетнам признать себя вассалом Китая.
На северо-западе китайским границам постоянно угрожал мощный тюркский каганат, сложившийся на обширных пространствах Центральной Азии. Ни китайские войска, ни Великая китайская стена, восстановленная при Ян Гуане, не могли служить надежной гарантией против вторжений тюрок-кочевников, и суйские дипломаты были постоянно заняты борьбой за ослабление тюркских вождей-каганов и разжиганием розни между ними.
Внешняя политика дома Суй нарушила давние дружественные связи с Кореей. Северное корейское царство Когуре имело сильное влияние на племена мохэ, обитавшие в Маньчжурии, в том числе в ее южной части, издревле принадлежавшей Китаю. Интересы Китая и корейских царств скрещивались также на море, в водах Бохайского залива.
Ян Цзянь предпринял в 597 г. поход против Когуре. Но китайский флот был разбит, а сухопутное войско отступило с большими потерями. В 611 г. Ян Гуан возобновил войну на северо-востоке. Новые экспедиции стоили многих человеческих жизней, огромных 50


средств и не были популярны в Китае. Военные действия затянулись; китайские войска терпели неудачи. Тюрки, вторгаясь в Китай, доходили почти до столицы и опустошали страну, а император продолжал держать свои войска на северо-востоке против Когуре.
Внутренняя и внешняя политика Ян Гуана привела к резкому ухудшению положения крестьян. Государственная барщина, ограниченная прежде 30 днями в году, превратилась в бессрочную, крестьян сгоняли на работы, на строительство Лояна, где трудилось до 2 млн. человек, на строительство Великого канала и Великой стены, на постройку флота и перевозку провианта для войск. Был проведен строгий учет всего населения страны, и уклониться от повинностей не было никакой возможности. Вместе с тем условия жизни тяглых, угнанных на работы, были безмерно тяжелы, люди гибли при постройке флота, гибли на земляных работах, при перевозке зерна на север в район военных операций. Завербованные в войско гибли в боях и от лишений походной жизни. Летописцы повествуют, что вдоль пути, по которому везли провиант для войск, трупы лежали целыми грудами, смрад от них был по всему пути. «Телеги и быки, отправляемые в связи с этими перевозками, не возвращались. Из солдат гибло более половины». Для покрытия грандиозных расходов правительство все повышало налоги. Естественно, что все это гибельно отражалось на состоянии сельского хозяйства. «Время для сельскохозяйственных работ упускалось. Большое число возделываемых земель превратилось в пустыри. Цены на хлеб страшно выросли». В Шаньдуне и Хэнани разливом реки затопило 30 округов. «Людей продавали в рабство», — рассказывает летопись.
Феодалы при помощи государственной организации Суй установили почти повсеместно в Китае государственную собственность на землю и неполную собственность на основного производителя.
Опираясь на деспотическую государственную организацию, феодалы резко усилили эксплуатацию трудового населения, увеличили налоги и фактически низвели некоторое количество надельных крестьян на положение государственных рабов. Все это привело к опустошению деревни, разорению крестьян и резкому обострению классовой борьбы.
Крестьянские восстания и возмущения в войсках начались в 610 г., и в течение нескольких лет отмечено более 25 восстаний. Во время корейских походов весь северо-восток оказался охваченным восстанием. Повстанцы завладели Хэбэй-Шаньдунским Районом и создали здесь свое самостоятельное государство. Во главе него стал крестьянин Доу Цзянь-дэ, объявленный царем. Даже официальная история рассказывает об огромной популярности Доу Цзянь-дэ.
Феодалов не удовлетворяла крайняя централизация власти, а также то, что деспотическая власть хотела полностью распоря5}


жаться прибавочным продуктом крестьянского труда. Огромные средства уходили на грандиозное строительство, на роскошь двора, на подготовку военных походов, т. е. мимо карманов большинства феодалов. Когда крестьянские восстания пошатнули императорскую власть, феодалы, воспользовавшись этим, подняли в 616 г. мятеж и свергли Ян Гуана.
Внутреннее положение страны в VII в. С падением дома Суй империя распалась, и в стране хозяйничали боровшиеся между собой феодалы, которые захватывали значительные территории и претендовали на власть.
Шаньсийскому феодалу Ли Юаню, носившему титул Гуна Тан, удалось завладеть Чанъанем, где он в 618 г. был объявлен императором, основав династию Тан. Большое войско Ли Юаня, подкрепленное конницей тюркских племен, вступило в борьбу с войсками других феодалов за подчинение всей территории Китая. Борьба эта закончилась полной победой дома Тан в 628 г., уже после того, как Ли Юань уступил трон своему сыну Ли Ши-миню.
Ли Юань и Ли Ши-минь искали поддержки китайского народа и кочевников. Они объявили о ликвидации крестьянской задолженности, разрешили освобождать проданных в рабство, ограничили государственную барщину, запретили феодалам убивать зависимых. Новые власти заботились о поддержании ирригации и оказывали помощь голодающим районам. Борясь с повстанческим царством Доу Цзянь-дэ в Шаньдуне, Таны амнистировали крестьян, что не помешало им предать Доу Цзянь-дэ и его соратников мучительной казни. Отказавшись от роскоши, разогнав толпы дворцовой челяди, они добивались уменьшения расходов двора и чиновников. Особое внимание было проявлено по отношению к купечеству. Такая политика Тан обеспечила им победу в борьбе за власть.
Одной из причин отречения Ли Юаня было его столкновение с буддийским духовенством, доходы и влияние которого он пытался ограничить, закрыв несколько монастырей и храмов. Ли Юаню пришлось уступить престол Ли Ши-миню (626—649), который и впоследствии всегда поддерживал буддийскую церковь и жертвовал монастырям не малую часть добычи от военных походов. Его преемница императрица У Цзэ-тянь (656—705) предоставила еще большие льготы монахам и монастырям.
В новой Танской державе укрепилась собственность феодального государства на землю. Земли, которыми владели феодалы, тоже считались государственными. Значительная часть земли находилась в непосредственном держании крестьян. Государственный тяглый получал на время своей трудоспособности надел в 80 му пахотной и 20 му садово-огородной земли.
Основной формой ренты-налога был налог продуктами; ему сопутствовала отработочная рента, в редких случаях имели место денежные взносы.
59


При первых Танах земледельческое население и крестьянское хозяйство были подвергнуты строжайшему учету и обложению податями. Годовая ставка налога на тяглого складывалась из пзносов рисом и просом, шелковой тканью и пряжей или холстом и двадцатидневного (в високосные годы 22 дня) барщинного труда. Существовали три категории обложения соответственно местности, мощности хозяйства и плодородию почвы. Кроме того, если тяглый работал на барщине больше положенного числа дней, то он освобождался от «тяо» — подати на продукты домашней промышленности. Если отработки достигали 30—50 дней, тяглый освобождался также и от «цзу» — зерновой подати. В районах животноводства основной налог (цзу) взимали баранами.
Ежегодно в десятом месяце чиновники и старосты проводили переделы земли. Чиновникам полагалось наблюдать за посевами и урожаем, следить за соблюдением государственных запретов (запрет резать скот, запрет частной продажи соли и т. д.). Чиновники и сельские старосты собирали подати, вели учет населения. Основной податной единицей оставался «дин» — тяглый — и все члены его семьи (т. е. в среднем 5 человек), затем «ху» — двор и пятидворка — «бао». Пять пятидворок составляли деревенскую общину, а пять таких общин — сельскую. Однако такая организация существовала не везде.
Подавляющая масса крестьян была наделена землей и вместе с тем как бы привязана к своему наделу налогами и повинностями.
С общим экономическим подъемом оживились многочисленные города, возникли новые поселения и укрепления городского типа, где развивалось ремесло и торговля.
Одним из мероприятий времени Ли Ши-миня было упорядочение денежной системы. Монетные дворы отливали круглые медные монеты с отверстием посередине; они нанизывались на шелковую нить. Эти деньги принимались во всей стране, так же как серебряные слитки и иностранные монеты: сасанидские серебряные или византийские золотые.
Быть может, еще более, чем внутренняя, расширилась внешняя торговля. Сухопутная караванная дорога протянулась далеко На запад. Китайские торговые суда уже совершали дальние плавания со своими товарами. В Китай приезжали иностранные купцы. В городах возникли колонии иностранцев.
Государственная организация продолжала носить отпечаток Древних деспотий. Император, пользовавшийся неограниченной властью, возглавлял грандиозный государственный аппарат. Существовали государственный совет и три палаты, но чаще всего всеми делами правил один сановник, подобный по своему положению великому визирю в странах Ближнего Востока.
Исполнительные функции выполняли 6 ведомств. Это были ведомства: чинов, обрядов, финансов (ведавшее сбором налогов), военное, наказаний и общественных работ (распоряжавшееся бар53


щинным трудом государственных крестьян). Особые управления занимались дворцовыми делами, гаремами, приемом иностранных посольств. Палата инспекторов следила за деятельностью государственного аппарата в столицах (которых в то время было три: Чанъань, Лоян, Тайюань) и в провинции.
В империи было 10 провинций, каждая из них делилась на округа — «чжоу», уезды — «сянь», сельские округи и деревенские общины. На завоеванных землях были организованы особые военные управления. Для ограничения самостоятельности феодалов и местных властей позже в провинции создали особую должность — военных наместников.
В 50-х годах VII в. была закончена подготовка кодекса, состоявшего из 500 статей, — перечня преступлений и наказаний. Классовый характер этого документа выступает весьма ярко, поскольку он был направлен на охрану собственности феодалов и государства в целом и закреплял угнетенное и бесправное положение трудящихся.
Вооруженные силы Тан складывались из китайских солдат- крестьян — «фубин», составлявших главным образом пехоту, и наемной, главным образом тюркской конницы, служившей за вознаграждение по договору императоров с каганами — вождями тюркских племен. Кроме того, в 623 г. на границах от Ляодуна на запад началась организация военных поселений — «туньтянь». Землепашцы туньтянь были одновременно воинами и снабжали войска продовольствием.
В централизованной империи Тан была сделана попытка ограничить владения отдельных феодалов. Даже князья не должны были владеть более 10 тысяч му казенной земли. Чиновники получали земли от 200 до 1200 му, соответственно рангу и должности я на время службы. Служители культов получали около 20 му. За монастырями были закреплены обширные земли. Купцы и ремесленники получали небольшие наделы, причем только в малозаселенных местностях.
Чиновники делились на 9 рангов и 30 классов.
Кандидат на занятие должности в государственном аппарате должен был раньше сдать экзамены и получить «ученую» степень. На экзаменах требовалось умение писать иероглифы превосходным почерком, писать сочинения на заданную тему по установленной форме, стихи и знать наизусть древние конфуцианские книги.
От военных не требовалось особой грамотности. Зато требовалось умение стрелять из лука или владеть другим оружием, фехтовать и знать военные сочинения древности.
Внешние войны и внешние связи Танской империи. В начале VII в. опаснейшим соседом для Кртая оставался тюркский каганат, занимавший огромную территорию в Центральной Азии. Кочевники время от времени совершали набеги на Китай, опустошая все на своем пути. Поэтому стоило прекратиться внутренним 54


войнам, как Ли Ши-минь уже послал войска на север. Этот первый поход 630 г. увенчался успехом и присоединением большой территории в Южной Монголии. Тогда феодальная империя перешла к завоевательным войнам.
В 639—640 гг. было уничтожено полукитайское-полууйгурское царство Гаочан в Турфанской низменности, закрывавшее путь с Дальнего Востока на запад. Кашгар, Яркенд и Хотан добровольно стали данниками Китая.
В 645—646 гг., когда уйгурская конница, ворвавшись вглубь страны, угрожала столице, началась новая война. Китайские войска нанесли сокрушительный удар тюркам, завладев землями до Селенги и Орхона. В 647 г. 100-тысячное китайское войско заняло Кутчу и 7 других городов. Китайские границы расширились до Тяньшаня, Фергана признала себя вассалом Китая, из Самарканда прислали подарки. У Тяньшаня Китаю удалось установить связи с киргизами и в 648 г. в Чанъань прибыли киргизские послы; Ли Ши-минь одарил их титулами, а их земли были объявлены частью империи.
В конце VII в., когда тюрки предприняли ряд нападений на Великий караванный путь, войска полководца Су Дин-фана оттеснили их и наголову разбили у Ташкента. Победа над тюркским каганатом, присоединение Западного Китая и восточной окраины Средней Азии вновь открыли Великий караванный путь, усиливая общение двух культур: дальневосточной и среднеазиатской.
Возобновление Великого шелкового пути соответствовало интересам народов Востока; кроме того, земледельческое население Западного Китая и Средней Азии искало защиты сильной китайской империи от набегов кочевников — тюрков, тибетцев и арабов, уже начавших свои завоевания, поэтому многие просили помощи у чанъаньского двора. Помощи просили и сасаниды, изгнанные арабами из Ирана.
На северо-востоке Ли Ши-минь продолжал завоевательную политику своих предшественников. В 645 г. во главе большой армии, поддержанной флотом из 500 кораблей, он вступил в Южную Маньчжурию. Племена мохэ и корейцы ожесточенно обороняли свои крепости. С большими потерями Ли Ши-миню удалось завладеть Ляодуном. Войны с Кореей продолжались при императрице У Цзэ-тянь. Китайские дипломаты заручились помощью южнокорейского государства Силла, китайский флот разгромил у берегов Кореи японский флот, поддерживавший царство Пекче. Овладев центральной частью полуострова, китайские войска наступали на Когуре и с севера и с юга и в 668 г. заняли г. Пхеньян. Царство Силла признало себя вассалом Китая, на территории двух других царств было создано 9 военных губернаторств, однако вскоре корейский народ начал борьбу за свою независимость.
В середине VII в. между Китаем и Тибетом установились дружественные отношения, хотя первоначально между ними и воз-
55


йКЛа война. В ту пору в этой горной стране существовало не ИоЛько животноводство, но значительного развития достигло земледелие, применялось искусственное орошение полей. Жители 'рибета умели выкармливать гусениц тутового шелкопряда и вЫДелывать шелковые ткани. Тибетское ремесло, хотя и не во многих отраслях, достигло определенных успехов, строители воз- двигали дома и храмы, они построили город Лхасу. Развитие классовых отношений вызвало создание первой государственной организации — царской власти, и расширение грабительских походов. Поэтому войско тибетского царя Срона Гамбо вторглось в Сычуань в 641 г., но, получив отпор, Срон Гамбо пошел на переговоры с Ли Ши-минем и заключение соглашения, признав себя вассалом Китая. Это привело не только к установлению торговли Китая с Тибетом, но и помогло усилению связей с Индией.
До этого связи Китая с Индией были случайны и осуществлялись главным образом китайскими буддийскими монахами. В 641 г. после посещения этой страны монахом Сюань Цзаном царь Харша, объединивший под своей властью Северную Индию, послал дружественное посольство и ценные дары в Чанъань. В 643 г. Ли Ши-минь направил в государство Харши ответное посольство.
Путь через Лхасу способствовал укреплению этих взаимоотношений. Но когда в 647 г„ новое посольство с гвардейским военачальником Ван Сюань-цэ\во главе спустилось с Гималаев, оно было встречено крайне враждебно. Власть в Североиндийском царстве захватил Арджуна и феодалы — противники сближения с Китаем. Высланное ими войско напало на китайцев. Тогда китайские военачальники с отрядом тибетских, непальских и китайских войск вступили в Северную Индию. Арджуна и его помощники были схвачены и отосланы пленниками в Чанъань. Китайское войско прошло по Гангу до Ассама, и индийские феодалы, выражая свое дружественное отношение к Китаю, послали императору в дар быков и лошадей, великолепное оружие и карту своего края. Культурные и торговые индийско-китайские связи еще более усилились. Один Ван Сюань-цэ участвовал еще в двух посольствах на Ганг. В 669 г. из Индии пришло в столицу Китая посольство с просьбой о военной помощи.
Но в конце VII в. связи с Индией через Тибет начали время от времени прерываться, так как кочевые тибетские племена сделали этот путь не безопасным. Зато они осуществлялись через Юньнань и Бирму и морским путем.
Экономический и культурный подъем. В VII в. Танская империя превратилась в наиболее мощное государство средневекового Мира. Основой этой державы являлась многочисленная и древняя китайская народность, но в состав империи военным путем были иключены разнообразные народы и племена в качестве подданных Кли вассалов, вследствие чего границы империи расширились от Кореи до Иссык-куля, от Монголии до Индокитая.
57


Значительного подъема достигло сельское хозяйство, культура, искусство. Между V и VII вв. началось употребление простейших водоподъемных машин, дававших возможность орошать поля, расположенные на возвышенных террасах. В это же время изобрели способы изготовлять фарфор. Бумага, изобретенная еще в древности, стала теперь основным материалом для письма. Немало знаний было накоплено в области природоведения, медицины, астрологии, алхимии. Лекари и алхимики изучали свойства растений и металлов, силясь отгадать тайну бессмертия.
На развитие философии и материалистических идей продолжали оказывать значительное влияние труды Ван Чуна. В V — VI вв. жил и творил другой видный философ-материалист Фань Чжэн, вступавший в ярые споры с идеалистами буддийского и даосского толка. Особенно известен его трактат «Об уничтожении духов», в котором он опровергал существование бессмертной души и осмеивал религиозные предрассудки и монахов.
Установление экзаменов для чиновников привело к распространению грамотности среди господствующего класса. Чиновники средневекового Китая отличались некоторой образованностью, чего не было в странах Запада.
Со времени царствования дома Суй началось собирание императорской библиотеки. В Лояне при дворе Суй происходила переписка свитков с произведениями китайской литературы. Именно тогда было установлено деление всего письменного наследства на четыре основные категории, соответственно которым классифицировались все труды. В это время совершенствуется особое искусство — каллиграфия. Знаменитые китайские каллиграфы IV—V вв. создали стиль иероглифического письма, поражавшего тонкостью, динамичностью и изяществом.
В VII в. были собраны и переписаны древние исторические труды и составлены истории от III до VI в. Вместе с тем феодальное государство монополизировало дело написания истории.
Значительный вклад китайскими учеными был внесен в географические знания. Они не только составили подробные описания своей страны и ее соседей, но и стран, лежащих на далеком расстоянии от Китая.
Немалую роль в этом сыграли паломничества буддийских монахов. Один из буддийских монахов Сюань Цзан оставил подробное описание всего виденного им.
Сюань Цзан, выехав из Китая в 629 г. по Великому шелковому пути в Среднюю Азию, объехал затем большую часть Индии. Посетив южную часть страны и государство Харши, он вернулся в 645 г. в Китай и занялся переводческой деятельностью. Сюань Цзан собрал и записал сведения о народах Индии, Средней Азии и Западного Китая, остающиеся и по сей день ценным источником для изучения истории этих народов.
Другой буддийский монах совершил в 671—695 гг. странствование в Индию морским путем через Индийский океан.
58


Значительных успехов достигло изобразительное искусство, отразив на себе влияние буддийской религии. Многочисленные статуи будд, буддийские храмы, настенная живопись, сохранившиеся поныне и тщательно оберегаемые в Китайской Народной республике, хранят свидетельства больших достижений в этой области и высокое умение передавать характерные свойства и особенности людей и пейзажа. В эпоху раннего средневековья сложился тип китайской картины на шелку и бумаге в виде свитка.
Высокого совершенства достигла китайская поэзия. Китайские стихотворцы, черпавшие свои мотивы из богатого источника песенного народного творчества, как бы подготовили расцвет поэзии VIII—IX вв.
Высокий подъем, который переживал Китай в VII в., был следствием соответствия основной формы аграрных отношений, при которой земля считалась государственной и в значительной части находилась непосредственно в держании крестьян, интересам мелкого, индивидуального крестьянского хозяйства. Несмотря на примитивные орудия производства, китайское крестьянство достигло в обработке земли высокого совершенства. Мелкое индивидуальное производство в области земледелия и промышленности являлось тогда наиболее прогрессивной формой хозяйства, и ему соответствовало крестьянское землевладение, юридически выраженное в держании надела государственной земли. Положение государственного тяглого «дин» было сравнительно мягкой формой выражения внеэкономического принуждения и зависимости. Борьба крестьян против своих угнетателей и особенно крестьянские восстания, принимавшие широкий размах в начале VI в., заставляли феодалов и их государственную организацию ограничиваться отчуждением ренты-налога в определенных размерах.
Наличие устойчивого крестьянского хозяйства обусловило силу армии и было основой крупных военных успехов империи.
Вместе с тем именно в условиях надельной системы установилась собственность феодалов на землю, складывался класс феодалов, с его иерархической феодальной лестницей.


51
□1
ГЛАВА VI
БОРЬБА ФЕОДАЛОВ ЗА ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ЗЕМЕЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ И КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА IX ВЕКА
Развитие экономики и культуры в VII—IX вв. Подъем производительных сил Китая и расцвет его культуры подготовлялись в условиях объединения страны, в условиях, когда значительная часть основных производителей — крестьян — была наделена землей и располагала своим частным хозяйством, основанным на личном труде. Затем огромные завоевания, территориальное расширение, обширные торговые связи и приток многих ценностей в Китай — все это способствовало расширению товарно-денежных отношений, невиданному обогащению и усилению класса феодалов и обеднению части государственных крестьян — держателей государственных наделов.
Естественно, что этому сопутствовал рост потребностей феодалов и их стремления увеличить долю отчуждаемых у крестьян продуктов труда.
Земледельческое и ремесленное производство в Китае в VIII—IX вв. могло уже создавать значительное количество продуктов. Население страны выросло до 75,5 млн. человек.
В стране довольно быстро увеличивалась общая площадь обрабатываемых земель и намного повысилась урожайность. Наряду с простейшими земледельческими орудиями стали употребляться водоподъемные колеса, водяные мельницы и водяные прессы для выжимания масел. Крестьяне научились чередовать посев растений так, чтобы почва не истощалась, и научились засевать поле одновременно двумя различными сельскохозяйственными культурами, собирая с одного поля два различных урожая.
60


Кроме того, началось разведение сахарного тростника и переработка нити дубового шелкопряда.
От крестьянского хозяйства отделились некоторые виды ремесла, сосредоточиваясь в городе, где теперь появились не только купцы, но и ремесленники, работавшие в своих мастерских.
Город становился большим рынком, куда утром, после открытия ворот, стекалось множество народа; были тут и жители окрестных деревень, и торговцы с товаром, привезенным из дальних мест.
Город стал постепенно превращаться в центр торговли и ремесла, становясь носителем экономического и культурного прогресса.
В городе, в отличие от деревни, вырабатывались предметы роскоши и первой необходимости, а также товары, которые шли в далекие заморские страны, в Сибирь и в Среднюю Азйю. Городские ремесленники выделывали бумагу, фарфор, ценнейшие сорта шелковых тканей, тонкие вышивки, богато отделанное оружие и различные металлические изделия, занимались резьбой по кости, дереву, камню, изобрели книгопечатание. К началу IX в. добыча железа в Китае увеличилась с начала танского времени почти вдвое, в 2,5 раза увеличилась добыча меди и в 2 раза — серебра.
Город выступал и как торговый центр, связанный многими нитями с деревней и зарубежными потребителями.
Географ VIII в. описал 7 торговых путей из Китая. По его мнению, на северо-восток вели два пути: один — по суше через Жэхэ в Маньчжурию, Корею, Сибирь, и второй — морем из Шаньдуна в Корею и Японию. Через провинцию Шаньси лег путь в монгольские степи и Сибирь. Четвертый путь вел через Западную Монголию к Алтаю и в Западную Сибирь. Длиннейшим был западный караванный путь, шедший от столицы через Хами и современный Синьцзян в Среднюю Азию. Он имел несколько ответвлений.
По этим торговым дорогам китайские купцы и купеческие объединения вывозили изделия ремесленников в другие страны. В Сибирь вывозили особенно много металлических зеркал разнообразного рисунка и размера. Торговые караваны верблюдов, груженные тюками бумаги и шелка, несли их через пространства пустынь и снега горных хребтов в далекую Среднюю Азию и Ближний Восток. Бумага, которую умели выделывать только китайцы, шла на вывоз даже в том случае, если она была с одной стороны исписана. На Ближний Восток вывозили блюда и чаши и другие изделия из фарфора, разрисованные китайскими мастерами-художниками во вкусе этих далеких от Китая стран.
Масса товаров стекалась в такой огромный город, как Чанъ- ань, население которого достигало 2 млн. человек и где была большая колония иностранных купцов.
Торгово-ростовщические компании стали выпускать особые векселя — «летающие деньги», которые обменивались на звон61


кую монету и серебро и были предшественниками бумажных денег.
В феодальном государстве с бюрократическим правлением города служили административными центрами, в них находились учреждения местной власти, тюрьмы, суды, казармы военных гарнизонов и полицейской охраны. Феодалы и чиновники селились в городах.
В VIII—IX вв. в городах появились организации, которые носили название «хан» и были ранней формой цеха и гильдии. Они объединяли ремесленников и купцов одной отрасли производства и торговли. Они должны были защищать интересы этих групп горожан от произвола феодалов и феодального государства. Богатые купцы могли возвысить себя над остальными горожанами и встать в ряды привилегированных, покупая за деньги почетное звание «юань вай», приравненное к званию ученого или чиновника.
В VIII—XI вв. китайская культура достигла высокого развития, и Китай выдвинулся как передовая страна средневекового мира. Значительную роль в подъеме культуры играли города. Среди них первенствующее место принадлежало в VIII—IX вв. городам Чанъаню и Лояну, в X—XI вв. г. Кайфыну, в XII в. — г. Ханчжоу. В городах создалась целая сеть школ. В одном только Чанъане одновременно училось более 6 тысяч человек. Император Сюаньцзун (Ли Лун, 713—755 гг.), желавший прославиться как покровитель искусств, удерживал при своем дворе в Чанъане талантливейших поэтов, художников, танцоров и танцовщиц. Великий поэт Ли Бо принужден был растрачивать свой талант на воспевание пиршеств и увеселений, утонченной красоты природы и фаворитки Сюань-цзуна Ян Гуй-фэй. Чанъань был крупным культурным центром. В нем открывались школы, а в VIII в. — академии; существовали библиотеки и архивы; в Чанъане был придворный театр, там начала издаваться первая в мире газета. В города съезжались учащиеся, хранители древней мудрости, учители, ученые, писатели и художники.
Научная мысль Китая уделяла сравнительно мало внимания «точным знаниям», и все же возник обширный круг работ, пояснявших процесс производства железа, фарфора и т. д.
Определенного развития достигла китайская астрономия и астрология. Астрономы умели определять движение светил, следили за затмениями луны и солнца.
Китайские книги по естествознанию содержали подробное описание всех известных видов растений и особенно тщательно были указаны их врачебные качества. Китайская медицина использовала лекарства, весьма искусно составленные из растений и металлов. Существовали большие труды и пособия по земледелию и технике известных тогда ирригационных сооружений.
62


Большой подъем переживало изобразительное искусство. Китайская поэзия достигла невиданного совершенства. Великие китайские поэты средневековья Ли Бо (699—762), Ду Фу (712—770), Бо Цзюй-и (778—846), Юань Чжэнь (778—881) и ДРУгие в своих бессмертных произведениях отразили мотивы скорби по тяжелой доле народа, осуждения социальных порядков, опасения за судьбу родной страны. Даже прославленный певец красоты и веселья Ли Бо в одном из своих стихотворений восклицал: «Кто же может не заметить, что о родине в печали думы на сердце упали». Но особенно сильны были эти настроения в произведениях поэтов и прозаиков, принадлежавших к так называемой общественной группе. Среди них находился Юань Чжэнь, выдвинувший требование свободы личных чувств в знаменитой новелле «Ин Ин» и других произведениях. Юань Чжэнь был автором философской поэмы «Краток путь людской», в которой он опровергал предопределение и власть небесной воли — одного из принципов конфуцианства. Осуждая социальный порядок, Юань Чжэнь писал:
Родился я на свет с прямой душою, Но воздух с каждым днем все тяжелей, Не высказать всего — мне не по сердцу, А по сердцу покорных нет речей *.
Поэт Бо Цзюй-и посвятил многие из своих лучших произведений положению угнетенного народа. Так, в стихах «Дулинский старик» Бо Цзюй-и изобразил картину народной нужды и горя:
... Колосья зерном не успели налиться, — Все они, не созрев, засохли. Старший сборщик все это знает, Но не просит снизить поборы. За податью рыщет, налоги тянет, Чтоб видели его старанье. Заложены туты, продано поле, Внесена тяжелая подать. Ну, а дальше — одежду и пищу Где найдет разоренный крестьянин? С наших тел Сдирают последний лоскут! Из наших ртов Вырывают последний кусок! Терзают людей, отбирают добро Шакалы и злые волки!1  2...
Хань Пей (768—824), известный своими новеллами, имевшими острую политическую направленность, жестоко критиковал предрассудки, прививаемые буддизмом, и пороки современного ему общества. Стихи, новеллы и политические сатиры крупнейших 1 Перевод Л. Д. Позднеевой («Сборник статей по истории стран Дальнего Востока», МГУ, 1952, стр. 113).
2 Перевод Л. 3. Эйдлина (Б о Цзюй-и, Четверостишия, М., 1951,
стр. 195).
63


писателей того времени выражали протест против религиозного гнета и сильных мира сего, насмешку над монахами и бюро- кратией.
Борьба феодалов за укрепление своего экономического и политического могущества. Государственная земельная собственность, утвердившаяся на огромной территории, превращение крестьян в государственных тяглых, повышение производительности земледельческого труда и развитие ремесла и торговли сулили феодалам новые возможности повышения доходов. А рост внешнего могущества страны, внешние связи и значительный приток ценностей и изделий других стран разжигали их аппетиты.
Надежным способом увеличить массу отчуждаемого продукта могло быть превращение земли в собственность самого феодала, а тяглого — в зависимого от феодала крестьянина. Вот к этому и стали стремиться феодалы.
В условиях надельной системы, при всех ограничениях, закон разрешал продавать усадебную землю, считавшуюся вечным наделом; можно было продать и пахоту в случае, если крестьянин переходил на вновь возделываемые земли или если были нужны средства (для совершения обряда похорон и т. п.).
Задолженность крестьян принуждала их продавать землю или продавать «почву» \ если не было другого выхода. Злоупотребления, подделка податных реестров, взятки «дополняли» деятельность феодалов и ростовщиков. В результате действия всех этих факторов крестьяне теряли свою землю.
Крупные феодалы использовали и другие способы, пуская в ход насилие или завладевая источниками орошения. Строя водоемы и отводные каналы, они лишали крестьянские поля воды; крестьянское хозяйство разорялось, земля переходила к феодалу, а крестьянин попадал в зависимость от него же.
Танская казна пустела, так как приток налогов все уменьшался, и танские власти, борясь с «поглощением» земли, «утаиванием» тяглых и устройством отводных каналов, в конце концов полностью запретили какую бы то ни было продажу земли. Однако и это не дало результатов.
Крупные феодалы, особенно царские родственники и титулованная знать, округляли свои владения, добавляя к землям, захваченным разными способами, земли дарений, вымогаемых у императора. Они закрепили за собой не только большие территории, но и получили от императора определенные права на города. История династии Тан свидетельствует, что в одном 710 г. 140 семей высшей аристократии получили в виде пожалования землю и города в 54 округах страны. В 766 г. число таких пожалований возросло до 400.
1 Если земля по своему юридическому титулу не могла служить предметом купли-продажи, продавец прибегал к следующему казуистическому ухищрению: он продавал не землю, а лишь ее поверхность, «почву», что не было воспрещено по букве закона.
64


Борясь за укрепление своего политического влияния, феодалы старались ослабить центральную власть. И они значительно преуспели в этом, особенно после мятежа военного наместника Хэбэя князя Ань Лу-шаня, захватывавшего в 755—756 гг. Чанъань. Танам с помощью иноземных наемников удалось освободить столицу, но война с восставшими феодалами продолжалась около 30 лет и привела к значительному ослаблению централизованной власти. Танский император лишь номинально оставался верховным сюзереном.
Ослабление Танского дома открыло перед крупными феодалами новые возможности передела государственной земли и присвоения налогов. Все большее число государственных крестьян вместе с землей становилось добычей феодалов. Буддийские монастыри, потерявшие в начале VIII в. во время погромов монастырей часть имущества, старались наверстать эту потерю, приписывая себе государственную землю и государственных крестьян.
Современники считали, что из казенных надельных дворов к этому времени осталось 4—5%. Но взимание налогов производилось по старым метрическим записям, не соответствовавшим действительному положению вещей. Налоги поступали все хуже, в казне не было средств. Поэтому в 780 г. был издан эдикт, составленный на основании проекта, предложенного сановником Ян Янем.
Ян Янь доказывал, что государству должно быть безразлично, от кого получать подати, лишь бы они поступали регулярно. Бороться за сохранение крестьянских наделов и вообще давать землю беднякам он считал ненужным. Он выступал против ежегодных переделов земли, раздачи наделов, помощи пострадавшим при неурожаях. Сложная система взимания податей, складывавшихся из зернового налога, налога тканями и пряжей и трудовой повинности, затрудняла обложение ремесленников, купцов и некоторых крестьянских дворов. Земледельцы, получавшие надел не от государства, вообще ускользали от налогообложения. Соответственно эдикту 780 г. налоги должны были взиматься соответственно системе «двух налогов», т. е. дважды в год: не позже 6-го месяца — летние и не позже 11-го месяца—осенние. Состав налоговых сборов и повинностей не был заранее указан и мог изменяться. Налогом облагались исконные держатели наделов и зависимые крестьяне, которые не получали государственных наделов. Налогом облагались и те чиновники и купцы, которые разными способами приобрели землю. Налогом облагались также купцы и ремесленники. Надельная система в своем прежнем виде Перестала существовать, переделы земли, передача полей крестьянам в определенные возрастные сроки прекратились. Правительство более не ограничивало размеры землевладений. Однако ему Пе удалось обложить налогами крестьян, обрабатывавших земли, захваченные феодалами. Поэтому число налогоплательщиков Зак. 554
65


уменьшалось, и если в VII в. в империи числилось 8 миллионов дворов, то в 845 г. налог собрали только с 2,5 миллиона дворов.
Ослабление империи Тан. В середине VIII в. начало ослабевать внешнее могущество Танской империи. Тибетские кочевые племена, нападавшие на вассалов Китая, мешали связи с народами Средней Азии и поставили под серьезную угрозу существование Великого шелкового пути.
Арабы, завладевшие Бухарой, Самаркандом, Хорезмом, приближались к границам Китая. И хотя багдадский халиф прислал в 713 г. в Чанъань посольство с дарами, отношения между халифатом и Китаем становились все более напряженными. Борьба шла за влияние в Средней Азии. Когда же противоречивость интересов привела в открытому столкновению, позиции арабских феодалов оказались прочнее, тем более, что танские наместники своей жестокостью возбудили недовольство в Средней Азии. В 751 г. произошла решающая пятидневная битва при Таласе, где арабы наголову разбили китайское войско, положив тем самым конец господству китайского влияниямиа запад от Тяньшаня.
Серьезным следствием этой битвы была потеря Великого шелкового пути и значительное сокращение торговли. В то же время Китай потерял контроль над сухопутными тропами через Юньнань в Бирму. Ими овладело государство Наньчжао, охватывавшее современные провинции Юньнань и Гуйчжоу и в скором времени ставшее вести враждебную по отношению к Китаю политику.
На северо-востоке племена киданей, западных соседей государства Бохай, переселились в VIII в. на юг и совершали нападения на границы Китая. Они не только перестали платить империи дань и почти прекратили торговлю лошадьми и пушниной, но и прервали выгодные торговые связи Китая с Кореей, с Бохай и Сибирью. Ухудшение положения крестьян в связи с распадом надельной системы, ослабление центральной власти и отсутствие хорошего войска удерживали Танов от активной внешней политики.
Усиление классовой борьбы и начало крестьянской войны. В IX в. утрата земли крестьянами — держателями государственных наделов приняла широкие размеры. Положение тех, кто оказался на землях, перешедших во владение феодалов, по словам истории Тан, было хуже, чем на войне. Крестьян принуждали выполнять множество разнообразных повинностей и отдавать господину подавляющую часть урожая. Они попадали в кабалу к феодалам, в лапы ростовщикам. При этом государство нисколько не отказывалось от своего права собирать с крестьян налоги и в свою пользу. Более того, налоги росли, и никто не заботился о крестьянах в неурожайные годы. То, что частное землевладение феодалов не было юридически оформлено, удваивало гнет, возложенный на плечи крестьян.
66


Рост повинностей и долгов, истощение хозяйства и частые годы неурожаев, голода и эпидемий постоянно грозили гибелью земледельцу. Все больше и больше тяглых бросали свои поля й бежали куда глаза глядят. На дорогах, у стен городов, в лесах й оврагах скапливался бездомный, умирающий от голода люд. Здесь были и крестьяне и солдаты, рабы и разоренные горожане. Отдельные феодалы и государственная организация в целом не могли остановить поток беглых.
Все это привело к резкому обострению классовой борьбы и началу целого ряда восстаний. Сначала это были разрозненные выступления крестьян, солдатские бунты, выступления отрядов бездомного люда, скопившегося в глухих местах. Затем отдельные вспышки начали сливаться в восстания, в движения, втягивавшие массы недовольных и охватывавшие значительные территории.
В 860 г. повстанцы в Чжэцзяне, руководимые Цю Фу, заняли несколько уездов. Восставшие крестьяне стекались в их ряды, а ремесленники снабжали их оружием. После напряженной борьбы они все же потерпели поражение. Окруженные в одном из городов, они мужественно сражались, энтузиазм был так велик, что и женщины становились в ряды сражавшихся; за три дня защитники города отбили 83 штурма.
Крупные восстания происходили в Ганьсу, Шэньси, Хэнани, Аньхое и в Шаньдуне.
В 70-х годах местные выступления на северо-востоке слились в мощное движение. Вокруг крестьянина Ван Сянь-чжи собралось в 874 г. до 10 тысяч повстанцев, действовавших в восточном Хэбэе и Шаньдуне. В 875 г. к ним присоединился начальник небольшого повстанческого отряда Хуан Чао.
Хуан Чао принадлежал к зажиточной семье, разбогатевшей на солеторговле. Он получил некоторое образование и познания в военном деле. Борьба крестьян вызвала в нем горячее сочувствие.
В 876 г. войско Ван Сянь-чжи и Хуан Чао достигло сотни тысяч человек, и район его действий охватывал пять провинций. Переходя из одного района в другой, повстанцы уничтожали крупных феодалов, захватывали их дома, делили сокровища между народом. Земля оставалась в руках крестьян, повстанцы разрешили свободную торговлю солью. Они уничтожили особо жестоких чиновников и ростовщиков-кровососов.
У правительства не было сил справиться с возмутившимися крестьянами. Местные власти попытались подкупить вождей, предложив им военные посты. Ван Сянь-чжи колебался. Ему казалось, что, заняв большой пост и заручившись поддержкой государственной власти, он больше поможет крестьянам. Но Хуан Чао возражал, видя в этом предательство. Он напомнил Ван Сянь-чжи о клятве, данной ими. «Если ты отойдешь от движения,— говорил Хуан Чао, — то что станется с пятью тысячами человек, которые следуют за нами». Это последнее напоминание 67


*о товарищах-повстанцах заставило Ван Сянь-чжи решительно •отказаться от своего намерения.
В 877 и 878 гг. восстание расширилось, повстанческие вожди разделили свои силы. Повстанцы осаждали города-крепости и владели огромным пространством на востоке. Ван Сянь-чжи совершил поход на запад, где в 878 г. у цепи укреплений, охранявших подступы к столичным областям, натолкнулся на сильное сопротивление. В решительной битве пало до 50 тысяч повстанцев, а сам Ван Сянь-чжи был захвачен в плен и зверски казнен.
Подъем крестьянского движения. Гибель отрядов Ван Сянь- чжи не остановила роста восстания. Официальные летописи отмечали, что «...хэнаньские разбойники поднимались, как рои ос». Они еще больше сплотились вокруг Хуан Чао, человека неукротимой воли и талантливого стратега. Чтобы подчеркнуть свои намерения продолжать борьбу, Хуан Чао принял титул «главного полководца, штурмующего небо». Этот титул Хуан Чао говорил о том, что повстанцы от защиты местных интересов переходили к борьбе в общегосударственном масштабе.
В конце 878 г. Хуан Чао стянул большое войско к берегам Янцзы. Переправившись у озера Поянху, повстанцы двинулись через Чжэцзян в Фуцзянь, заняли Фучжоу и вступили в Гуандун. Осенью 879 г. они подошли к Кантону и начали переговоры о передаче им этого города, но получив отказ, осадили и заняли его, встретив при этом сочувствие массы горожан.
Но в Кантоне жили феодалы и богатые китайские купцы; здесь была колония иностранных купцов — арабских, иранских, еврейских, достигавшая 200 тысяч жителей. Враждебное отношение иностранцев вызвало открытое столкновение. Арабские историки Абу Саид и Масуди, жившие в X в., рассказывают о гибели многих купцов в результате стычки с повстанцами, но китайские источники об этом не упоминают.
Повстанцы ушли из Кантона и спустились по реке Сян на плотах. Переправившись через Янцзы, они взяли Цзянлин (Цзянь- чжоу) и направились на север. Однако крестьянские армии, чрезвычайно выросшие численно, но недостаточно обученные, встретили сильную группу войск, выдвинутых для защиты дорог к столице. Среди них был пятисотенный отряд конников тюркского племени шато. Повстанцы потерпели жестокое поражение, Хуан Чао отступил за Янцзы. К новому центру повстанцев в провинции Цзянси стекались восставшие из Цзянси, Чжэцзяна, Хунани и Аньхуэя. Вскоре набралось до 300 тысяч человек. Деревня щедро питала бурный поток восставших войск, посылая на борьбу своих сынов.
Летом 880 г. повстанцы переправились через Янцзы и, совершив обходное движение, обошли главные крепости и засады и в декабре 880 г. вступили в Лоян. Повстанцев, которые призывали население и войска к сотрудничеству, встретили в Лояне, как осво68


бодителей. В своих воззваниях Хуан Чао писал: «Пусть каждый охраняет свой пост и не противится моему оружию».
Войско Хуан Чао возрастало и «с барабанным боем» двигалось дальше. По дороге к столице находилась естественная крепость Тунгуань, но правительственные войска не сумели задержать здесь наступающих. При приближении повстанцев солдаты бежали в панике, а примчавшись в столицу, учинили невероятный переполох. Император вместе с двором спасся бегством в направлении Чэнду в Сычуани. Дезертиры правительственных войск и торговцы ворвались в казначейство и разграбили золото и сокровища, затем они стали грабить дома, только появление повстанцев прекратило мародерство.
Заняв город 10 января 881 г., повстанцы призвали чанъаньцев к спокойствию, предлагая всем мирно заниматься своими делами. О том, что восставшие не грабили и не обижали мирного населения, свидетельствуют даже феодальные историки. Но повстанцы убивали членов императорской фамилии и устранили от дел, преследовали и даже казнили сановников трех высших рангов; а чиновников четвертого ранга и ниже назначали на государственные посты и должности. Хуан Чао был объявлен императором и свою династию наименовал Да Ци. Так называлось древнее государство в Шаньдуне на родине Хуан Чао. Крестьяне-повстанцы были царистами. Не умея создать новой формы правления, они вручили власть своему повстанческому вождю, который должен был стать «хорошим монархом». В своих прокламациях они отмечали, что борются против тягот налогов, несправедливости наказаний, против- алчных чиновников и богачей, потерявших стыд, против преступной Танской династии. Весь трудовой люд, ремесленники, мелкие и средние торговцы, чиновники низших рангов пользовались защитой повстанцев. После занятия дворцов они открыли амбары и склады и раздали народу запасы провианта и ценности. В деревне крестьяне убивали феодалов, ростовщиков, чиновников, прекращали уплату налогов. Преследуя крупнейших феодалов, повстанческие вожди обещали покровительство рядовым чиновникам, купцам и зажиточным горожанам Чанъаня. Однако повстанцы не имели четкого представления о направлении и целях • своей борьбы. Их движение, несмотря на свой огромный размах, оставалось неорганизованным, стихийным, разрозненным. Это была «разбойная вольница» \ как характеризовал их Мао Цзэ-дун.
В движении почти не чувствуется религиозная струя. Однако факты свидетельствуют все же и о близости руководителей восстания на ранних этапах к даосам и о преследовании повстанцами конфуцианских ученых.
Повстанцы с Хуан Чао — их новым императором — не могли создать своей державы. Они старались удержаться хотя бы в Северном Китае, где находились их отряды.
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. I, стр. 187.
69


Повстанческий центр в Чанъани все более отрывался от деревни и от периферии, район его непосредственного влияния не распространялся далее Хэнани и Шаньдуна, с остальными частями страны связь была слаба. Отдельные отряды и объединения восставших крестьян объявляли себя сторонниками Хуан Чао, но действовали самостоятельно без связи с Чанъанем. Повстанцы в Цзянси захватили большой район у Наньчана, восставшие солдаты в Шаньси завладели Тайюаныо. Почти во всех провинциях происходили движения.
Окончание крестьянской войны и ее значение. Господствующий класс со своей стороны не отказался от борьбы. Таны стянули вокруг столицы значительное войско, которое включало конницу племени шато с их вождем Ли Кэ-юном и конницу тангутов с их князьком Тоба Сыгуном.
Жители столицы, развращенные подачками танского двора и доходами от обслуживания аристократических фамилий, становились все более враждебными повстанцам. Выходцы из господствующего класса, присоединившиеся к движению в пору его побед, стали ему изменять. Когда отряд правительственных войск ворвался в г. Чанъань, богатое купечество, торговые люди и всякий столичный сброд всеми силами помогали, нападая на гарнизон повстанцев. Одни подбирали черепицу и бросали в повстанцев, другие собирали и подносили стрелы. Они же начали грабежи, хватая золото, ценности, женщин и стараясь вынести добычу с собой из Чанъани. Хуан Чао перешел к репрессиям и террору. В городе оставалось немало переодетых офицеров танской армии и тайных врагов повстанцев, готовивших изнутри захват города, их разыскивали и убивали.
Между тем положение повстанцев все ухудшалось. Продовольствия не хватало. Конница шато разгромила повстанческие силы у моста через Вэй, кольцо окружения сжималось, и защищать Чанъань далее становилось невозможным. 20 мая 883 г. повстанцы оставили город, отступая на юго-восток. 17-тысячная конница шато заняла и подожгла город. Всюду, где проходили отряды карателей, они творили жестокую расправу. Особенно зверствовали конники шато, грабившие и убивавшие население городов и деревень. За их безудержную жестокость народная молва нарекла их «черными воронами», а их вождя Ли Кэ-юна «одноглазым драконом».
Деревня попрежнему оказывала помощь повстанцам, и новые отряды присоединялись к ним. Но силы лагеря феодалов успели консолидироваться. Чиновники и командиры, вроде Чжу Вэня, возвышенные повстанцами, изменяли им.
Повстанцы терпели поражения. Отряд Хуан Чао, не превышавший уже тысячи человек и преследуемый по пятам, отошел в Шаньдун. В 884 г. Хуан Чао и горстка воинов, все еще продолжавших борьбу, были настигнуты преследователями. При приближении врагов Хуан Чао покончил жизнь самоубийством.
70


Поражение и трагическая кончина Хуан Чао не были концом восстания 80—90-х годов. В Хэнани сражались самостоятельные отряды повстанцев. В 885 г. один из них занимал Лоян. Отдельные разрозненные восстания продолжались в различных частях империи. Хуан Хао, племянник Хуан Чао, продолжал борьбу, объединив до 17 тысяч повстанцев в бассейне реки Хуай. Хуан Хао погиб в 901 г., и войско его рассеялось.
История крестьянских войн знает мало случаев почти одновременного охвата такой большой территории восстанием и таких грандиозных походов повстанческих войск. Распад надельной системы, переход земли и самих крестьян в руки феодалов происходили во всей стране и вызвали грандиозный размах крестьянской воины.
После длительной и упорной борьбы господствующий класс Китая подавил восстание, но ни китайские феодалы, ни танский дом не могли восстановить своих позиций. Многие феодалы были физически уничтожены, ростовщики и сборщики податей перебиты, а казенные реестры и долговые записи сожжены. Земли оказались в руках крестьян, освободившихся на время от личной зависимости, от долгов, от двойного гнета: феодала и государства. Крестьянская война IX в. потерпела поражение, как неизменно терпели поражения все восстания, в которых крестьянство выступало как самостоятельная сила, но она спасла страну от дальнейшего разорения, смела сильнейших феодалов, а с ними и танский дом с его централизованным бюрократическим аппаратом и открыла для крестьянского хозяйства, временно освобожденного от непомерной эксплуатации, возможности дальнейшего развития.


[тПс
-—<5-
Г?|
[□Jib
и
Г Л АВ А VII
АГРАРНЫЙ СТРОЙ, РАЗВИТИЕ ГОРОДСКОГО ХОЗЯЙСТВА И ДАЛЬНЕЙШЕЕ ОБОСТРЕНИЕ КЛАССОВЫХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В X — XII веках
Феодальные смуты. Вторжение киданей и тангутов. После по- давления крестьянской войны феодалы вступили между собой в борьбу за власть. В Китае возник целый ряд самостоятельных и воевавших между собой царств, княжеств и незначительных владений.
В 886 г. Ли Кэ-юн — «одноглазый дракон» — занял и разграбил Чанъань. В 90-х годах изменник Чжу Вэнь, также обагренный кровью повстанцев, взял Чанъань и, перебив множество народа, окончательно разграбил, сжег и сравнял с землей этот некогда богатейший город. В междоусобных войнах была разрушена и вторая столица страны — город Лоян, где осажденный в одной из башен император сжег себя со всеми своими сокровищами. Столицей после сожжения Лояна стал Кайфын. За овладение этим городом боролись сильные феодалы; захватывая власть, они безжалостно расправлялись с побежденными. Между тем кочевые соседи Китая (особенно кидане) все чаще вмешивались во внутреннюю борьбу, захватывали китайские окраинные земли и грозили нашествиями.
Набеги киданей усилились после того, как в их обществе начали складываться классы и возникло государство. Кидане, обитая у китайской границы, занимались скотоводством и ремеслом, торговали с Китаем, а переселившиеся к ним китайцы распространили среди киданей культуру полеводства и помогли строительству городов-крепостей. Обострение классовых противоречий толкнуло киданьскую аристократию на путь внешних завоеваний и на объявление царем племенного вождя Елюй Апоки в 916 г. Киданьское государство, названное Ляо, подчинило 72


себе территорию от берегов Тихого океана до Тяньшаня и все больше надвигалось на Китай.
А в Китае в это время от частых междоусобий страдало сельское хозяйство, вступившее в период подъема после крестьянской войны, страдали и многочисленные города. Поэтому народ и часть самого класса феодалов стремились к прекращению феодальных смут и предотвращению вражеских нашествий. И когда войска провозгласили в 960 г. императором своего военачальника Чжао
5. Китай в X — начале XII в.
73>


Куан-иня, то горожане Кайфына и чиновники поддержали это избрание. В течение следующих 20 лет все ранее самостоятельные владения были уничтожены, и создалась единая империя с дина- стией Сун во главе. Первые Суны всеми силами добивались мира с Ляо. По последнему договору, заключенному в 1042 г., Сунская держава обязалась платить киданям ежегодную дань в размере 200 тысяч слитков серебра и 300 тысяч штук шелковых тканей.
В это время часть территорий Шэньси, Ганьсу, Нинся захватили тангуты, вторгшиеся с запада. После неудачной войны Суны обязались платить вновь образовавшемуся тангутскому государству Западное Ся дань в 100 тысяч штук шелковых тканей, 100 тысяч слитков серебра и 30 тысяч мер чая в год.
Сунская империя была территориально значительно меньше Танской.
Расширение частной феодальной собственности на землю и ухудшение положения крестьян. В X—XII вв. не только продолжалось перераспределение земельной собственности, но и началось юридическое закрепление частной феодальной собственности.
К тому же процесс секуляризации земель буддийской церкви, начавшийся в VIII в., был завершен в 955 г., когда светские феодалы нанесли окончательный удар некогда могущественным духовным феодалам. 30 тысяч буддийских и даосских монастырей подверглись разгрому, огромные пространства монастырских земель были захвачены и поделены между светскими феодалами.
Количество государственных земель все уменьшалось, но и оставшиеся состояли преимущественно из владений императорских родственников, крупнейших феодалов и из военно-поселенческих земель. Подавляющая масса земель перешла в частные руки, и ее можно было покупать и продавать, закладывать и передавать по наследству. Частные земли принадлежали феодалам, а иногда и купцам или ростовщикам, и эти поместья были различных размеров, от самых мелких до таких, которые достигали десятков тысяч му.
Помещики жили не только в городе, но и в своих укрепленных и охраняемых деревенских усадьбах. История Сун приводит немало сведений о необыкновенном богатстве и роскоши, которыми отличались китайские феодалы. Они одевались в чудесные шелка, жили в богато обставленных жилищах, лакомились превосходными кушаньями и предавались всевозможным излишествам.
Сказочной роскоши господствующего класса противостояли нищета и полное бесправие крестьян, часто обреченных на голод, опутанных суевериями и родовыми пережитками. В. И. Ленин указывал, что феодализм «...может удержать и веками держит миллионы крестьян в забитости (напр., в России с IX по XIX век; в Китае еще больше столетий)»1. Однако забитые, неграмотные 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 20, стр. 348.
74


тРуженики деревни прекрасно возделывали поля, огороды и сады /добиваясь своим умением высоких урожаев, все совершенствовали эти навыки своего труда.
Число крестьян-держателей государственной земли резко уменьшилось. Уменьшились и крестьянские наделы до 100 му на семью в 10 человек.
В феодальных поместьях не было барщинной запашки, и землю держали крестьяне, имевшие свое хозяйство. Но были и крестьяне- держатели, еще более зависимые и при том не имевшие своего дома, а ютившиеся у помещика где попало.
Современные историки предполагают, что отчуждаемая часть урожая достигала 70%. Крестьяне платили налоги государству и ренту помещику; тяжесть уплаты дани киданям и тангутам также ложилась на их плечи. Чиновники изощрялись в изобретении способов ограбления крестьян. Они заменяли старые налоги новыми, произвольно перечисляли взносы тканями на деньги, заставляли платить серебром за перевозку собранного налога. Вводили добавочные поборы; под видом борьбы со стихийными бедствиями они ввели специальный пятипроцентный зерновой налог, поступавший в общественные амбары, как запас на случай неурожая. Страшным бичом для деревни были государственные монополии на соль, на вино, дрожжи, уксус, чай. Соляные откупщики и спекулянты обирали и крестьян — потребителей соли и крестьян, добывавших соль. Положение крепостных «соляных дворов» было ужасным, но не лучше было и положение крепостных, работавших на «чайных полях». В народе говорили, что это не рассадники чая, а рассадники горя. В 1023 г. один из начальников соляных промыслов писал в своем докладе: «в империи явно не хватает хлеба и шелковых тканей. Рис на корню закупают по договору, тутовый лист, еще не успевший развернуться, уже оказывается проданным». Уход на целинные земли не облегчал положения, и если крестьянин «утром поднимал один шаг нови, то вечером его имя вносилось в податные списки». Тяжкий налоговый гнет вынуждал крестьян прибегать к кабальным займам у ростовщиков, работать ночью над пряжей, сокращать свое потребление До полуголодной ногрмы, отказываться от наилучших методов обработки земли. Крестьяне молотили хлеб по ночам, скрываясь от кредиторов, но едва светало, как кредиторы уже толпились у Дверей их лачуг, «как конопляное семя». Огромный рост цен весной и их резкое падение осенью способствовали росту крестьянской задолженности. В условиях развития товарно-денежных отношений и широкого распространения в деревне деятельности ростовщического капитала рента продуктами, которая была основной формой эксплуатации, охватывала не только прибавочный, но и столь значительную часть необходимого труда крестьянина, что это препятствовало развитию хозяйства. Даже простое воспроизводство было часто затруднено, и крестьянство обрекалось на гибель и вымирание.
75


Стоя перед неизбежным разорением, голодом, а то и голодной смертью, крестьяне обращались в бегство, бросая все имущество и орудия производства. Если они не превращались в кабальных у помещиков, то шли в разбойники, примыкали к отрядам повстанцев.
Государство плохо следило за дамбами рек, за ирригационной системой, не оказывало помощи районам, охваченным стихийными бедствиями. Все это приводило к частым засухам, разливам рек, неурожаям, гибели хозяйства в целых районах.
Улучшению техники обработки полей, повышению урожайности, совершенствованию орудий производства — был всем этим поставлен предел.
Развитие ремесла и торговли. Культура. Феодальное общество Китая X—XII вв. довольно широко обслуживалось товарным производством. Хотя домашняя промышленность в деревне продолжала существовать, все далее развивался процесс отделения ремесла от сельского хозяйства. Город постепенно концентрировал наиболее сложные виды ремесла, оставляя деревне производство самых примитивных изделий.
Китайский средневековый город со своими лавками и мастерскими, палатами государственных учреждений и тюрьмами, домами богачей и бедняков был обнесен высокими стенами. Шумный днем, он замирал ночью, когда закрывались ворота и стража следила, чтобы не было света, чтобы никто не прошел по улицам. В многолюдных городах рядом с широкими, мощеными улицами, рядом с красивыми мостами и строениями пролегали грязные, узкие закоулки, где теснилась беднота. Районы дворцов и богатых усадьб феодалов соседствовали с торгово-ремесленными улицами и базарами.
Среди различных отраслей ремесла особенно развилась полиграфия. В IX—X вв. родилась печатная китайская книга и началось быстрое развитие типографского дела. В XI в. печатали не только ксилографическим способом, но изобрели и разборный шрифт. Возникли целые предприятия, занимавшиеся книгопечатанием, развилась книготорговля.
Высокого уровня достигло керамическое и фарфоровое производство, появились изделия тонкой керамики, началось употребление многоцветных глазурей, был открыт особый вид фарфора, так называемый селадон. Изобретенный китайцами порох начали применять для военных целей: им начиняли глиняные бомбы, а также ракеты, прикреплявшиеся к стрелам. Мореплаватели, уходя в моря и океаны, пользовались магнитной стрелкой.
Сложные изделия китайского ремесла изготовлялись в мастерских, в которых иногда работало несколько десятков ремесленников, подмастерьев и учеников и где уже осуществлялось детальное разделение труда в процессе производства. В отраслях, изготовлявших сложные и ценные предметы обихода богатых феодалов, каждую деталь обрабатывал особый мастер. Однако
76


азвитие ремесла тормозилось существованием государственной монополии на горнорудные разработки.
ремесленники в городах объединялись вместе с купцами в цехи и гильдии — «ханы», имевшие свои правления, своих председателей, свои особые знаки, чтившие своих святых и празднества. Через эти организации ремесленники выплачивали государству налог. Организации богатых купцов обладали значительным влиянием и средствами.
Торговля сделалась неотъемлемой частью жизни городов, а отчасти и деревни; она связывала отдельные районы страны. С внешним миром Китай имел также довольно оживленные сношения. Из государств на Яве, Суматре, из Индокитая приходили посольства. Большие китайские корабли отправлялись в далекие плавания, вывозя изделия китайского ремесла и металлы, возвращаясь с грузом пряностей, жемчуга и других драгоценных товаров. Суда чужих стран приходили в китайские порты. О Фучжоу венецианский купец Марко Поло, путешествовавший по Китаю в конце XIII в., записал: «Приходят туда много судов из Индии со многими товарами...», а об Учане: «...в этом городе, скажу вам, видел я зараз более 5 тысяч судов».
В Сычуани торгово-ростовщические компании стали выпускать особые банковые билеты, действительные от 3 до 65 лет. В XI в. сунское правительство стало выпускать бумажные деньги.
Роль городов как центров культуры все более возрастала. При Сунах во многих городах были созданы училища и академии, а в X в. в Нанкине открыта Академия живописи. Еще при Танах возникли северная и южная школы живописи. Одна отличалась яркостью и красочностью колорита, другая, во главе с выдающимся поэтом и художником Ван Вэем, славилась своими монохромными рисунками тушью. Художники стремились отразить реальную действительность. В X—XII вв. в живописи явно обозначились две тенденции. Академическая школа выражала пристрастие к рисованию цветов и птиц и составлению символических Дарственных и поздравительных рисунков. Эти произведения отличались утонченностью линий и романтичностью пейзажа, а иногда Упадочными настроениями. В пейзажах и портретах частных лиц Другого течения явно выступало стремление художника передать индивидуальные черты, сделать их образными и живыми. Те же Реалистические тенденции отразились в развитии скульптуры.
В начале XII в. в императорском дворце в Кайфыне был создан первый музей живописи и художественных изделий.
Государственная организация Сун. Опыт борьбы с восстанием Крестьян во всей стране, рост значения городов и торгово-денежных связей толкали господствующий класс на создание крепкой государственной организации и единой центральной власти.
Суны подняли значение гражданских властей, увеличили функции центральных организаций, уменьшили самостоятельность Местной власти. Но все это не могло усилить центральную власть, 77


раз земля перешла к отдельным феодалам. Экономические за- труднения заставили Сунов в 1001 г. сократить 19500 чиновников, но это мало затрагивало господствующий класс, больше интересовавшийся поместьями, чем службой. Изнеженные роскошью, помещики и чиновники не хотели участвовать в войнах. Но создать войско из вооруженных крестьян они тоже боялись, поэтому Сунская держава не имела нужных вооруженных сил и вела крайне пассивную внешнюю политику: вместо обороны страны, правительство было занято организацией уплаты дани.
Сунской империи с ее слабой центральной властью для упрочения системы угнетения народа требовалось сильное религиозное оружие. Однако буддийская церковь, опиравшаяся на крупные самостоятельные хозяйства монастырей, в условиях развитых феодальных отношений, роста частного землевладения и передового городского хозяйства, не могла уже успешно служить в качестве главной идеологии. К тому же захват земель церкви ослабил ее, а возвращать монастырям их землевладения феодалы не хотели. Императоры стали искать идеологической поддержки в учении конфуцианцев, стараясь поднять конфуцианство. Слияние светских и церковных функций, возвышение роли единого правителя-императора и бюрократического аппарата, поддержка борьбы за объединение страны — все это превращало конфуцианство в особо полезную для феодалов форму идеологии, а отрицание магии делало конфуцианство более приемлемым в условиях развившейся культуры городов. Уже в начале XI в. специальным указом правительство запретило колдовство и магию; веротерпимость танских времен отошла в прошлое. Суны открыли конфуцианские школы и библиотеки, на государственных экзаменах увеличили требования в области конфуцианских знаний. Конфуций был признан святым, его потомки получили высокие титулы.
Восстания крестьян и горожан. Крестьяне в деревне, как и ремесленники в городах, не хотели мириться с безысходностью своего положения и боролись против феодалов. В деревнях, в сельских районах, иногда в целых областях вспыхивали восстания. Лишенные хорошего вооружения и военного опыта, крестьяне все же по многу лет подряд сражались со своими угнетателями.
Яркой страницей в истории крестьянского движения, поддержанного городскими низами и солдатами, было восстание в западной Сычуани в 993—995 гг. Вождь повстанцев Ван Сяо-бо, крестьянин-бедняк, выдвинул требования уравнения имущества бедных и богатых. Восставшие отбирали имущество у богачей и делили его поровну между бедняками. Повстанцы, число которых достигло нескольких десятков тысяч, заняли 4 крупных города и провинциальный центр Чэнду. Правительство бросило в Сычуань крупные военные соединения. В завязавшихся боях пали Ван Сяо-бо и другие вожди. Повстанцы являли образцы геройства и самоотверженности, и если правительственным войскам удавалось 78


завладеть одним уездом, восстание начиналось в другом. К 995 г. оно было как будто бы подавлено, а в 997 г. вспыхнуло вновь, 0 к солдатам пограничных войск примкнуло несколько тысяч, крестьян.
В 1000 г. восстание в Сычуани разгорелось с новой силой,. 0 в нем приняли опять участие солдаты пограничных гарнизонов к некоторые горожане. В 1007 г. восстания происходили в Гуаней. Крупные восстания имели место в Гуандуне, Гуйчжоу, Хэбэе.
В 1043 г. в двух уездах современного Шаньдуна вспыхнуло^ восстание, возглавленное солдатом Ван Лунем. А в 1047—1048 гг. в нынешнем Хэбэе в городе Бэйчжоу (Эньчжоу) восстали горожане и гарнизон под руководством солдата Ван Цэ. Восставший' город ожесточенно защищался против правительственных войск в течение 66 дней. Осажденные сжигали катапульты и баллисты осаждающих, заваливали подкопы. Когда сунские войска ворвались в город, они учинили там жестокую расправу и сожгли окрестные деревни.
В крестьянских восстаниях в конце XI в. большую роль стал играть религиозный момент. Они вдохновлялись даосскими сектами отдаленных последователей Чжан Цзио и «желтых повязок» и буддийскими тайными братствами.
Значительный размах повстанческое движение приобрело в- XII в. В 1120 г. в Чжэцзяне в крупном восстании, руководимом Фан Ла, вместе с крестьянами активное участие приняли крепостные рабочие и городские низы. Вожди повстанцев призывали к свержению Сунов и объясняли, что народ пашет, ткет, трудится всю жизнь, а правители занимаются расточительством. Повстанцы заняли много уездов и городов в Чжэцзяне, Цзянсу и Аньхуэй, и после длительной осады овладели городом Ханчжоу.
В 1121 г. в Шаньдуне, Хэбэе и Хэнани разгорелось восстание, возглавленное Сун Цзяном, ставшим впоследствии героем знаменитого китайского средневекового романа «Речные заводи», написанного Ло Гуань-чжуном (есть русский перевод).
Мао Цзэ-дун причисляет восстание с Сун Цзяном и Фан Ла во главе к наиболее значительным движениям, которые «...были крестьянскими движениями протеста, крестьянскими революционными войнами» L
Несмотря на значительность и напряженность борьбы, восстания терпели поражения. Неорганизованность повстанцев, неопределенность цели их борьбы, отсутствие взаимодействия, несмотря на их героизм, всегда облегчали феодалам победу.
Феодалы бесплодно тратили произведения труда крестьян, разоряя хозяйство и в конечном счете страну.
Крестьянство своими восстаниями активно боролось против Непроизводительных трат, угрожавших хозяйственной разрухой, и в этом достигало частичных успехов.
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 141.
79


Идеологическая борьба и попытки реформ. Напряженное положение в стране, разорение основных производителей — крестьян, бурный рост городов, ремесла и торговли, ожесточенность повстанческой борьбы — все это не могло не тревожить господствующий класс. В его среде возникли различные течения, оппозиционные настроения и острая идеологическая борьба. Предвестниками и выразителями этих настроений были поэты и писатели, ученые и философы эпохи сложившихся феодальных отношений, критиковавшие современное им общество и буддизм.
Материалистические идеи Ван Чуна и Фань Чжэна распространялись особенно интенсивно, что отразилось во взглядах писателей и ученых того времени, в их критике буддийских и даосских догм.
Некоторые философы, в том числе и Шао Юн, создатель учения о 12 периодах в развитии мира, трудились над философским осмыслением проблемы существования вселенной. Крупные мыслители Чжоу Дунь-и (1017—1073) и Чжан Цзай (1020—1077) решали некоторые вопросы бытия с материалистических позиций. Чжоу Дунь-и (Чжоуцзы) разработал учение, утверждавшее идею единства мира, кроме того, мир этических отношений связывался им с миром природы и подчинялся «Великому Пределу».
Распространение вольнодумных идей беспокоило феодалов, тем более что буддийская церковь не могла служить им верной опорой. Поэтому сунское правительство всячески поддерживало и укрепляло конфуцианство. Но наряду с официальным конфуцианством существовали и другие направления этой философии. Были даже ученые, развивавшие материалистические взгляды. А философ Чжан Цзай поднял вопрос о примирении противоречий в обществе путем перераспределения земли. Эти мысли были впоследствии развиты выдающимся ученым Ван Ань-ши (1021 —1085). В спорах о материальном или идеальном начале, о сохранении неприкосновенности древней письменности, в решении политических и экономических вопросов принимали участие такие государственные деятели, как Оуян Сю (1007—1072) и Сыма Гуан (1019—1086). Оба были авторами и редакторами крупных исторических трудов, имевших целью доказать незыблемость монархии и господства феодалов над крестьянами. При дворе боролись направления, представлявшие интересы разных групп господствующего класса, и к власти приходили представители то одного, то другого направления. В 1068—1069 гг. к делу управления страной был привлечен крупный ученый-конфуцианец, философ, экономист и поэт Ван Ань-ши, попытавшийся осуществить в жизни свои теоретические построения и провести ряд реформ. По его приказу в стране начался обмер полей и уточнение налогообложения, имевшее целью устранить злоупотребления, от которых страдали крестьяне. Была создана система государственного кредитования крестьян под залог будущего урожая. При этом за ссуды взималось 20%, вместо ростовщических 200—300%. Для
80


аудирования цен создавались государственные ломбарды, ссуд- Р ie кассы и пр. Государственная барщина заменялась денежным 1адогом. На государственных экзаменах от чиновников стали ребовать некоторых практических знаний. Наемная армия стала ^подняться рекрутским набором, каждые 10 дворов должны были уставлять одного рекрута. С помощью нового войска Срединной империи удалось отвоевать у киданей некоторые пограничные земли*
реформы Ван Ань-ши должны были укрепить и обогатить государственную организацию и улучшить положение крестьян мелких собственников. Проводились они за счет богачей, крупных земельных собственников, ростовщиков, спекулянтов и чиновников-взяточников. Ван Ань-ши был конфуцианцем-утопистом, мечтавшим укрепить государство и улучшить положение народа путем государственных реформ и без помощи самого народа. Естественно, что эта мечта была неосуществима. Мероприятия Ван Ань-ши встретили жестокое сопротивление верхов господствующего класса. После длительной борьбы Ван Ань-ши был в 1077 г. отстранен от дел.
Впоследствии деятельность Ван Ань-ши получила различные оценки. Плеханов, споря с большевиками по аграрному вопросу, старался использовать пример реформ Ван Ань-ши для доказательства непригодности идеи национализации земли. В. И. Ленин показал неправильность, натянутость доводов Плеханова: «Если бы Россию XX века можно было сравнивать с Китаем XI века, тогда мы с Плехановым, наверное, не говорили бы ни о революционно-демократическом характере крестьянского движения, ни о капитализме в России» L
После неудачи реформ противоречия в стране продолжали обостряться. Класс феодалов еще настойчивее добивался создания надежного религиозного и идеологического оружия и подавления вольнодумных идей. Большую услугу ему оказал ученый Чжу Си (ИЗО—1200), обобщивший труды своих предшественников. Не отрицая существования материи, Чжу Си доказывал, что идеальное начало преобладает над материальным, воплощенным ио всем отрицательном в мире, обществе и человеке. Идеология неоконфуцианства, или чжусианства, приобрела свою философию, религиозные верования и обрядность, развивавшие далее старые конфуцианские принципы и обряды. Попрежнему у конфуцианцев не было особой церковной организации, верховным жре- Цом оставался император, а все обряды выполняли чиновники И старшие в роде. Религия и идеология были тесно связаны с государственным аппаратом. Впитав всевозможные идеологические представления, конфуцианство приобрело большую силу и могло Удовлетворять интересы господствующего класса и служить его Целям.
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 10, стр. 158 (примечание).
6 Зак. 554
81


" u ~ u ш
Г ЛАВА VIII
БОРЬБА КИТАЙСКОГО НАРОДА
ПРОТИВ КОЧЕВНИКОВ-ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ
И ОРГАНИЗАЦИЯ КИТАЙСКОГО ГОСУДАРСТВА МИН
Борьба против чжурчжэней и походы Ио Фэя. В XII—XIII вв. в Китай — страну, хотя и ослабленную внутренними противоречиями, но богатую, развитую, имевшую передовые для того времени формы хозяйства и высокую культуру, нахлынули орды кочевников, обитавших в Северной и Центральной Азии. Походы на Китай обогащали кочевую аристократию, усиливали ее классовые привилегии и ее власть. Поэтому-то вожди кочевников охотно вели своих воинов вглубь Китая, грабя и уничтожая все, что попадалось им под руку и было создано напряженным трудом китайцев. Завоеватели устанавливали для побежденных тяжелый режим угнетения, восстанавливали устаревшие рабовладельческие порядки, изжитые хозяйственные формы, поддерживали наиболее реакционные феодальные группировки. Они возлагали тяжелое ярмо на плечи порабощенного китайского народа. Развитию китайского общества они наносили удар за ударом.
Первыми из них были чжурчжэни, обитатели центральной Маньчжурии, заключившие в начале XII в. с Сунами союз против киданьского государства Ляо. Однако после разгрома киданей чжурчжэни начали свои вторжения в Китай. Китайские феодалы, покупавшие мир на границах путем уплаты грандиозной дани, более «варварских» завоеваний боялись восстания измученных крестьян. Таким образом, Сунское государство отказывалось от естественной функции — защиты территории своей страны ради полного сохранения многообразной системы угнетения китайского народа.
82


Когда чжурчжэни подступили к столице империи Кайфыну, сунский двор готов был согласиться на любые условия, но в городе произошло восстание, заставившее правительство временно организовать сопротивление. В то же время Суны приняли меры против восставших и начали тайные переговоры с противником. В 1137 г. феодальные властители сдали столицу чжурчжэ- ням и бежали на юг. Чжурчжэньские войска овладели севером страны, вступили в междуречье Хуанхэ и Янцзы, переправились с помощью китайцев-изменников через Янцзы, уничтожили сунский боевой флот. Но к югу от великой реки они встретили ожесточенное сопротивление и поспешили вернуться на северный берег. Многолетняя война завязалась в Хэнани. Чжурчжэни создали свое государство, известное под китайским названием Цзинь — золотое.
Южносунское правительство не могло организовать сопротивления, а феодалы не хотели призывать народ к войне. Вся дальнейшая борьба велась силами самого народа: крестьян, горожан, мелких чиновников, частей правительственных войск и военачальников, действовавших на свой страх и риск.
Среди китайских полководцев выдвинулся Ио Фэй, уроженец Хэнани и выходец из мелкой землевладельческой семьи. Как и многие другие, он добровольно взялся за оружие, вступив в ожесточенную борьбу с завоевателями. Четыре полководца присоединились к нему. В 1134 г. китайские войска перешли в наступление и завладели рядом крепостей и значительной территорией. Китайские войска всюду встречали горячую поддержку населения, угнетаемого чжурчжэнями; китайские военачальники, ранее подчинившиеся чжурчжэням, переходили к Ио Фэю; власть чжур- чжэньской империи Цзинь в Китае поколебалась.
Тогда цзиньский император с помощью своего сторонника — сунского сановника Цинь Гуя — начал за спиной сражающихся переговоры с китайским двором. Ио Фэй, нанесший поражение чжурчжэням у Хуанхэ, где пало до 10 000 врагов, внезапно получил приказ отвести свои войска на юг, а самому явиться в столицу. Китайское войско после ряда блестящих побед оставило отвоеванные у неприятеля территории и отступило. А Ио Фэй, вместо того, чтобы выступить против сунского двора и предательства феодалов, явился в тогдашнюю столицу страны г. Ханчжоу, где сразу же подвергся заключению и затем был казнен. А в 1141 г. и другие руководители борьбы за освобождение Северного Китая стали жертвой предательской политики феодалов. Но память о Ио Фэе свято хранилась в народе. Позже один из императоров, принужденный отдать дань популярности полководца, построил в его честь в г. Учане храм и пышную гробницу близ г. Ханчжоу. Могилу этого беззаветного борца за родину, сложившего голову на плахе, свято чтит китайский народ. Ио Фэй стал героем народных преданий, песен и драм, а Цинь Гуй — символом жестокого и продажного правителя и предателя родины.
83


Феодалы заключили с чжурчжэнями мир в 1141 г., уступив им весь север. Граница прошла от реки Хуай к Дасань- гуаню в Шэньси. Суны обязались платить чжурчжэням ежегодно дань в размере 2500 слитков серебра и 25 000 кусков шелковых тканей.
Южносунская империя и государство Цзинь. В Китае образовалось два государства: чжурчжэньское — империя Цзинь и южно- сунское — китайское.
Южносунское царство владело богатыми земледельческими районами, имело большие и богатые города, обширные, главным образом заморские, внешние связи. Суны, крайне нуждавшиеся в средствах, распродали государственные земли, что непомерно усилило частное землевладение и крупных землевладельцев. Крестьяне окончательно закабалялись; императорские указы запрещали крестьянам оставлять землю и бежать от хозяев, угрожая карами за бродяжничество. Существовали и такие группы крестьян, которые работали на помещиков, не имея ни своей лачуги, ни хозяйства, ни своих орудий производства.
Тяжелое положение крестьян не раз вынуждало их подниматься на борьбу против поработителей. Так, крупное восстание крестьян охватило в 1131 г. район Гуйчжоу и Хунани и было подавлено лишь после упорной борьбы.
В XIII в. Суны начали принудительно скупать бывшие государственные земли у их частных собственников, платя им преимущественно обесцененными бумажными деньгами. Земли при этом облагались налогом.
В южносунском царстве было много богатых городов. Венецианец Марко Поло, посетивший Китай в конце XIII в., насчитывал их более тысячи двухсот. В книге, продиктованной им Рустичиани, он с восторгом рассказывал о городах в Цзянсу и прекрасных мощеных дорогах, по которым едешь целый день. О г. Сучжоу Марко Поло говорил, что это «...большой и знатный город», и у жителей «деньги... бумажные; народ торговый и промышленный. Ткут всякие шелковые материи для своих одежд. Живут тут важные и богатые купцы. Город большой, около 40 миль в окружности; никому не счесть, сколько тут народу; ...люди тут не воинственны, ловкие купцы и в ремеслах искусны; есть между ними великие философы и врачи; природу изучают прилежно. В этом городе... добрых шесть тысяч каменных мостов». Еще больший восторг вызвала у Поло столица южных Сун Ханчжоу. «... Без спору, то самый лучший, самый величавый город на свете», — утверждал он.
Отдельные районы страны все более специализировались на производстве определенных сельскохозяйственных культур и видов ремесленного производства. Обширная внешняя торговля связывала Южный Китай со странами юго-восточной Азии и бассейном Индийского океана. Тот же Поло сообщал, что в Китае любят «...иностранцев, приходящих... для торговли, охотно при84


нимают их у себя дома». С развитием товарно-денежных отношений сунская казна выпускала все больше бумажных денег, В П62 г. были выпущены бумажные деньги стоимостью в 41 500 тысяч связок медных монет. За полтора столетия общее количество бумажных денег в обращении возросло в 40 тысяч раз.
Внутренние противоречия в империи южных Сун определяли ее военную и политическую слабость.
Цзинь — империя чжурчжэней — распростерлась на пространстве от Маньчжурии до р. Хуай. Царство Западное Ся, Корея и племена, кочевавшие в монгольских степях, платили ей дань. Ежегодная дань поступала и от южносунского царства. Империя!
6. Китай в XII—XIII вв.
85


Цзинь имела пять столиц, и три из них были крупными городами Китая. Но чжурчжэни во время войны и завоевания истребили население некоторых городов и деревень, обратили множество народа в рабство, вытоптали большие пространства полей и превратили их в пастбища для своей конницы. Земли Северного Китая сделались достоянием чжурчжэньской аристократии? а эти воины-конники не интересовались земледелием и разоряли его до такой степени, что подневольное крестьянство не всегда было в состоянии их прокормить. «В Хэбэе люди ели человеческое мясо», — записано в официальной летописи. Население ограбленных городов поредело, ремесло захирело, так как единственная область средневековой промышленности, которую поддерживали чжурчжэни, была выделка оружия. Торговые связи внешние и внутренние сильно ослабли.
Финансовая политика чжурчжэней, позаимствовавших у китайцев систему выпуска? бумажных денег, привела к полному расстройству экономики. В стране не хватало всего, кроме денег. Северная, еще недавно наиболее развитая часть Китая, завоеванная отсталыми кочевниками, переживала время тяжелого упадка. Чжурчжэни сохранили всю сложную систему феодального гнета и еще более умножили тяготы, возложенные на трудовой народ.
Нашествие монголов и монгольское иго в Китае. В начале XIII в. в монгольских степях возникло раннефеодальное монгольское государство во главе с Темучином (Чингис-хан). Уже первые шаги этого нового государства были направлены на захват чужих территорий и их ограбление. Еще в 1205 г. войска Темучина совершили первое вторжение в Западное Ся, а в 1211 г. начался поход в Северный Китай. В нескольких ожесточенных битвах кочевники разбили войско царства Цзинь и разграбили 90 городов, в том числе и Пекин. Расширив свой военный опыт, научившись осаждать города-крепости, захватив с собой пленных китайских ремесленников и мастеров осадного дела, Чингис устремился на завоевание Средней Азии, неся с собой смерть, разрушение и ужас. Груды развалин, трупы убитых да пепел пожарищ оставались на пройденном монголами пути.
К 1227 г. монголы закончили подчинение Западного Ся, подвергнув истреблению большую часть населения, а в 1234 г. завоевали Северный Китай. Страна была страшно опустошена. По рассказам китайских летописцев, монгольские войска разрушали города, убивали и уводили в неволю население, грабили имущество. «Золото и шелковые ткани, сыновья и дочери, волы и кони — все, подобно цыновке, свернуто и увезено на север». Голод в стране достиг огромных размеров, вызвав людоедство. Северный Китай вошел в состав огромной Монгольской империи, которая вскоре распалась на несколько частей.
В 1235 г. монголы начали вторжения на территорию государства Южных Сунов. Особенно напряженной эта война стала в
86


годах, когда в поход выступили монгольские войска, руководимые Хубилаем, братом великого хана Мункэ. Борьба была ^пряженной. «...Хубилай встретил упорное сопротивление Сунов Южном Китае» Ч В боях в Сычуани погиб сам вёликий хан ^ункэ. Китайское население с фанатическим героизмом защищало свою страну. Подчинив Тибет и государство Наньчжао в Юньнани, монголы развернули наступление с севера, запада и щга на Сунскую империю. В 1279 г. сдалась столица Ханчжоу, но борьба еще продолжалась. Ее вели отряды добровольцев, руководимые военачальниками, оставшимися верными своему долгу. j4 даже тогда, когда монгольские ханы окончательно утвердили сВое владычество, народное движение не прекращалось. Добровольческие отряды «красных курток», бывшие солдаты сунских войск, племена гор поднимали восстания против владычества иноземцев.
Покоренный Китай стал центром Монгольского государства; Хубилай перенес свою столицу в Пекин, а династию назвал Юань. Много земель, пахотных угодий, деревень, а иногда и городов были розданы монгольским феодалам, китайским предателям, иноземцам, вступившим на службу к Хубилаю, монгольским и другим солдатам и буддийским монастырям. Буддийская церковь получила много миллионов му земли. Китайские крестьяне, помимо прямых налогов, несли тяжелые добавочные повинности. В деревне был введен строжайший надзор над крестьянами. Тысячи крестьян были обращены в рабов, возникли рабовладельческие хозяйства, появились рынки рабов.
Положение ремесленного люда стало, пожалуй, еще более тяжелым, чем крестьян. Монгольские феодалы не только превращали их в рабов и крепостных, работавших в мастерских хана, знати, монастырей, но и переселяли по своему произволу. Городские ремесленники и цеховые организации были подвергнуты строжайшему надзору. Помимо обычных налогов, ремесленники были обязаны платить дополнительные подати и, кроме того, в определенные дни бесплатно работать. Купцы и купеческие организации облагались тяжелой податью, платили многочисленные пошлины, нередко у них просто отнимали их товары. Изделия китайского ремесла стали вывозить иностранные купцы, нахлынувшие в Китай с Запада. Так монгольские завоеватели открыли западноевропейским купцам дорогу на Дальний Восток.
Монголы выпускали в обращение несчетное количество бумажных денег, что еще более ухудшало положение крестьян, ремесленников и купечества.
Приняв китайскую систему государственного правления, монгольские ханы отстранили китайский господствующий класс и китайских чиновников от власти. Так как отсталые кочевники-
1 «Архив Маркса и Энгельса», т. V, стр. 229. 87


монголы были непригодны к службе в бюрократическом аппарат^ Юани назначали на административные должности уйгуров европейцев, тюрков, сирийцев и др. Число иностранцев в Кит^ было так велико, что в одном лишь Пекине жило тогда 5 тыс^ христиан.
Монгольские ханы первоначально отказались от услуг конфуч цианства, и государственной религией стал буддизм. Даосов которым Чингис-хан раньше делал некоторые посулы, стали пре’ следовать и в 1281 г. сожгли их книги. Хубилай вознамерился обойтись без китайской письменности, признав государственны^ языком монгольский язык и заменив иероглифику так называв мым квадратным письмом. Однако из этого ничего не получилось. Юаньские правители не смогли обойтись без помощи китайских чиновников и в конце концов стали их привлекать на службу и даже восстановили систему экзаменов. Китайские феодалы стали сотрудничать с монголами.
Прямым последствием войн, завоевания Китая и установления иноземного ига было резкое уменьшение количества населения в селах и упадок всех отраслей экономики.
Народные восстания и свержение монгольского ига. Между тем китайский народ не примирился с ярмом, воздетым на него новыми поработителями. Негодование против врагов и скорбь о родной стране находили выход в песнях, в рассказах бродячих сказителей, в новой художественной литературе патриотического направления. Именно в это время оформилась народная драма и появились романы, повествовавшие о непобедимых героях китайского народа.
Астрологи, прорицатели, бродячие гадатели предсказывали гибель поработителям. Тайные даосские и буддийские секты вербовали новых членов, беря с них клятву отдать жизнь целям борьбы с чужеземцами.
В 30-х годах XIV в. происходили восстания и нападения бездомного, голодающего люда на монгольские гарнизоны. В 1337 г. вспыхнули крупные восстания в Гуандуне и в Сычуани, а в следующем году в Цзянси и Фуцзяни. В 1341 —1343 гг. восставали крестьяне Хунани и Шаньдуна и солевары в восточных районах. Значительный размах антимонгольское народное движение получило в 1351—1356 гг. Массы крестьян собирались в отряды, становились под знамена повстанческих вождей. Горожане открыто примыкали к восстанию, уничтожали гарнизоны, открывали ворота крестьянским отрядам, готовили для них оружие. Во главе больших повстанческих соединений становились представители трудового люда и мелкие торговцы. Движения эти часто носили религиозную окраску. Повстанцы добивались изгнания иноземцев. В их требованиях иногда проскальзывали мечты о социальных преобразованиях.
В годы правления Юаней в Шаньдуне произошло до 300 восстаний. В качестве организатора движения здесь выступила тай88


ная религиозная секта «Белого лотоса» (Байляньцзяо), которая стала создавать вооруженные отряды «красных повязок». Повстанцы заняли большую территорию в Шаньдуне, Хэнани,. Шаньси и овладели Кайфыном и другими городами, но в начале 60-х годов монголам удалось нанести поражение этому восстанию.
Между тем Центральный и Южный Китай, объятые пламенем восстания, навсегда были освобождены от монгольского ига.
Среди многочисленных самостоятельных повстанческих отрядов особенно усилились войска Чжу Юань-чжана, к которым присоединились «красные повязки» и члены общества «Белый лотос». Чжу Юань-чжан — бедный крестьянин, а затем монах, выдвинулся во время движения в Аньхое. В результате длительной борьбы ему удалось победить всех своих соперников из числа повстанческих вождей. Укрепившись на Янцзы, повстанческие- войска Чжу Юань-чжана двинулись на север, взяли Пекин и изгнали монголов из Китая. В 1368 г. Чжу Юань-чжан был провозглашен в Нанкине императором новой китайской державы,, названной Мин.
Китай, покоренный монгольскими ханами, не долго терпел, пользуясь выражением Маркса, «кровавую трясину монгольского ига» — оно было свергнуто могучим крестьянским восстанием, имевшим как освободительный, так и антифеодальный характер. Однако антифеодальные черты в движении были слабо выражены.
Внутренняя и внешняя политика империи Мин. Когда мощное народное движение смело чужеземное иго, господствующий класс Китая воспользовался плодами этой победы. Задача была облегчена тем, что Чжу Юань-чжан в своей борьбе за власть пошел на сотрудничество с феодалами. Однако при создании новой государственной организации Минам приходилось считаться С тем, что они пришли к власти в результате победы мощного народного движения.
Зловещим наследием монгольского ига было запустение народного хозяйства страны и бедность китайского трудового люда, достигавшая чудовищных размеров.
Аграрная политика минского правительства была направлена на расширение фондов государственной земли, которая передавалась в держание крестьянам. Большое число крестьян получили пахотную землю и, кроме того, возможность пользоваться различными категориями общественных земель. Эти меры, а также освобождение крестьян от долгов, освобождение рабов, улучшили положение крестьянского хозяйства. Горожане были освобождены от тяжкой трудовой повинности государству, от мелочного надзора монгольских гарнизонов, купцы получили возможность более свободного передвижения по стране. Все это стало основой экономического подъема, который переживал Китай после антимон- гольского народного движения. Однако у этих прогрессивных по сути мероприятий была и оборотная сторона. Новая государ89-


ственная организация в интересах помещиков позаботилась о строжайшем учете земли и населения и составлении описей, которые учитывали отдельно земельные участки и отдельно тяглых. Так крестьяне оказались опять прикрепленными к земле и обязанными выплачивать налоги, выполнять повинности.
В городах и поселках, где ранее существовали частные мастерские, были созданы крупные государственные мануфактуры, частично основанные на труде крепостных тяглых. Чтобы улучшить финансовое положение, правительство Минов стало выкупать и изымать из обращения бумажные деньги.
Государственный аппарат и военная организация были построены по образцу прежних феодальных империй, с усилением централизации. Значительную услугу в укреплении феодального господства и централизации стало играть реформированное в свое время Чжу Си конфуцианство, превратившееся в господствующую идеологию.
Минской империи пришлось вести оборонительные войны у берегов Шаньдуна против японских пиратов и против попыток монгольских ханов вторгнуться в Китай. Кроме того, империя восстановила зависимость прежних вассалов: Кореи, Вьетнама, Тибета и Непала. Однако территория современного Синьцзяна не была присоединена, и Великий караванный путь на Запад не принадлежал теперь китайцам, а самаркандский властитель Тимур готовился даже к походу на Китай. Зато значительно расширились внешние морские связи. В 1405 г. мощная флотилия под командованием Чжэн Хэ, состоявшая из 62 кораблей, груженных ценными товарами и имевшая на борту, по преданию, 28 тысяч войск, отплыла от берегов Китая. Чжэн Хэ совершил в 1405 — Д430 гг. семь таких морских экспедиций, посетив побережье Индокитая, острова Малайского архипелага, порты Цейлона и Индии, .остров Ормузд, побережье северо-восточной Африки; многие .стрдны в результате плаваний Чжэн Хэ признали себя вассалами Китая, некоторые правители этих стран были привезены пленниками в Китай. Империя приобрела выгодные торговые связи .и торговые колонии, ее флот господствовал на морях.
Конец XIV и начало XV в. были отмечены экономическим рассветом и подъемом культуры Китая, освобожденного народным восстанием от гнета чужеземных феодалов.


ГЛАВА IX
СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СТРОЙ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА В XV —XVII ВЕКАХ
Сельское хозяйство и аграрные отношения. Производительные силы китайского общества в основном производстве страны — в сельском хозяйстве — достигли значительного развития. Урожай, который собирал крестьянин со своего поля, был для средневековья необычайно высок. Основные орудия в сельском хозяйстве оставались довольно примитивными. Некоторые усовершенствования были достигнуты в области применения водоподъемных машин: гидравлических колес или своего рода водотранспорте- ров с бамбуковыми черпаками, поднимавшими воду на значительную высоту. Земледельцы использовали удобрения и севооборот, умели пересаживать рассаду риса, применять в горных условиях гнездовой способ посадки, выращивать на одном поле разные растения, яровизировать семена и пр. Эти навыки давали крестьянину возможность, несмотря на рутинное состояние техники и работу вручную, добиваться высоких урожаев как зерновых, так и технических культур. В XVI—XVII вв. особенно расширилось хлопководство. Наделение части крестьян государственной землей и снижение податей в результате народного движения XIV в. способствовало укреплению и развитию сельского хозяйства.
Однако уже во второй половине XV в. китайским феодалам удалось добиться передела землевладения, что привело к ухудшению положения крестьян и сельского хозяйства в целом.
Юридическая фиксация двух видов земельной собственности (государственной и частной) способствовала перераспределению земельного фонда. Однако этот процесс принял в условиях Китая XV—XVII вв. сложные и противоречивые формы. В общем он был направлен в сторону раздела крестьянских владений и 91


экспроприации крестьянского землевладения помещиками и двором.
Крестьянские держания постепенно становились землями частных собственников из крупных феодалов, средних и мелких помещиков из ростовщиков, купцов, чиновников и сельских богатеев. Среди последних были крестьяне, занимавшие продолжительнее время должности в сельском управлении или разбогатевшие на ростовщичестве. Активными захватчиками земли были крупнейшие феодалы, которые получали императорские пожалования и всякими правдами и неправдами составляли себе огромные поместья. За ними следовали чиновники, старавшиеся присвоить получаемые ими на время службы земли, и военачальники, стремившиеся наложить свою руку на военные поселения. Сами императоры захватывали в личное владение огромные пространства.
В 1456 г. было основано первое императорское поместье, а в конце XVI в. в одной столичной области уже было 5 поместий, охватывавших 280 тысяч му земли; к началу же XVII в. таких поместий насчитывалось 300.
На землях феодалов не вводились технические новшества, и формы эксплуатации оставались попрежнему грубыми и жестокими.
История Минской династии свидетельствует, что к концу XVI в. в государственном фонде осталось не более ]/7 части земель. Если учесть при этом, что в число государственных земель включались владения императорского рода и других крупнейших феодалов, то надо признать, что крестьянское держание государственных земель почти исчезло.
Различные косвенные данные позволяют предполагать, что в некоторых поместьях, принадлежавших частным лицам, применялся наемный труд и что владельцы их продавали часть продуктов на рынке.
В источниках не сохранилось специальных сведений о положении крестьян на помещичьих землях, хотя и известно, что крестьяне и крестьянские дворы или роды выступали в качестве держателей мелких и мельчайших участков этих земель, в качестве издольщиков, отдававших значительную часть урожая и продуктов домашней промышленности помещику и выполнявших трудовые повинности. Частично подати взимались деньгами. Крестьянин и члены его семьи трудились на помещика, переносили дрова и тяжести, ремонтировали каналы и строения, проводили лодки по рекам и каналам, ухаживали за скотом, .помогали в доме и на кухне.
Гораздо больше сведений содержат исторические источники о государственных налогах и повинностях, которые попрежнему отражали соединение земледелия и ремесла в крестьянском хозяйстве и вместе с тем свидетельствовали о распространении денежных отношений. Сбор податей осуществлялся по системе 92


51н Яня дважды в год и состоял из риса, пшеницы, проса, бобовых и прочих культур, пряжи, ткани и денег. Государственные отработки были обязательны, и лишь в конце XVI в. они были заменены деньгами. Размеры налогов высчитывались по цене риса.
Подати и натуральные повинности государству несли все крестьяне, но на государственных землях налог был значительно выше, чем на помещичьих. Однако и на этих последних минское государство старалось его повысить, и так как с крестьянина больше, чем с него брали, взять зачастую было невозможно, то государство пыталось перераспределить и увеличить свою долю в отчуждаемом у производителя продукте его труда. К тому времени, когда по причине внешних войн правительство начало безудержно повышать налоги, возникли трения между минской государственной организацией и частными собственниками земли.
Неся повинности помещику и уплачивая налоги государству, крестьяне, как правило, были еще в постоянной задолженности у ростовщиков. За временное облегчение при получении ссуды крестьяне обрекали себя на разорение в дальнейшем. Необходимость обменивать свои продукты на деньги, менять медные монеты на серебро и пр. еще усиливала зависимость крестьянского двора от ростовщика. Не удивительно, что положение крестьянского хозяйства и условия труда все ухудшались и массы держателей постепенно теряли землю, государственные крестьяне превращались в издольщиков, издольщики попадали в кабалу и разорялись, становились бродягами, бездомными, умирали от голода на дорогах страны. Захватчики земли часто сгоняли крестьян, применяя открытое насилие. Управляющие феодалов и чиновников с отрядами стражи нападали на деревни, грабили имущество, хватали крестьян и чинили насилия. Этот сгон крестьян стал массовым и усиливал разорение хозяйства мелкого производителя — основы всего хозяйства феодального Китая. Официальные историки регистрировали хозяйственный упадок страны, отмечая резкое учащение разливов рек и засух, налетов саранчи и ураганов, которые уничтожали урожай, вызывая голод и вымирание населения. Кроме того, историки зафиксировали множество крестьянских восстаний в разных районах страны, которые начиная с 1440 г. становились все значительней по своему размаху и ожесточенней.
Развитие городов, торговли и городской промышленности. Города Китая были многочисленны и многолюдны, хотя городская прослойка, по сравнению с аграрным населением, была попрежнему крайне незначительной.
Городские отрасли производства достигли значительного развития, появились усложненные орудия производства. Так, например, при прядении, кручении нити и ткачестве использовали большие и сложные станки, которые иногда даже приводились в Движение водой. В строительном деле применялось сооружение, 93


подобное подъемному крану. Мастерам металлургического дела удалось усовершенствовать плавильные печи. Мастера оружейного дела отливали ружья и пушки для правительственного войска.
Судостроители строили большие многопалубные корабли, которые могли отправляться в самые далекие плавания по морям и океанам, не боясь ни бурь, ни пожара, так как их покрывали особым составом, предохранявшим от огня. Градостроители возводили дворцы, дома, храмы, крепостные стены и башни. Великолепные дворцы и храмы Пекина, построенные в XV—XVI вв., приводят в восхищение зрителей и сейчас. Строители каменных мостов так же поражали своим мастерством, о них знали уже в далекой России.
Улучшилось производство фарфора и стекла, изготовление глазурованной черепицы, лакированной резной и инкрустированной мебели.
Возникли кирпичные и черепичные, деревообделочные мануфактуры, сахароварки, мастерские, обрабатывавшие чай, крахмал, мучные изделия и пр. Художественное ремесло — лаки, фарфор, изделия из кости, камня, рога, тончайшие вышивки, шелка с великолепными рисунками — достигло совершенства. Именно в XV в. Навои писал: «Да, живописным мастерством Китай пленяет мир и обольщает рай».
Отдельные города и области специализировались на производстве определенного вида товаров: в Аньхуэй выделывалась лучшая тушь, в Фуцзяне — лучшие лаковые изделия, Цзянси славилась бумагой и фарфором, а Тайюань (Шаньси) — кинжалами.
Города были центрами торговли, деятельности крупных купеческих компаний и ростовщиков. Мелкая и мельчайшая торговля связывала город с деревней, мелкие торговцы продавали овощи, фрукты, сахар и сладости, рыбу, изделия из бамбука, соломы, тростника, дерева и кожи, из меди и олова, ткани, зонтики, башмаки и пр. Суда и караваны верблюдов и мулов развозили товары богатых купцов по всей стране, бродячие торговцы разносили их по селам и городам.
Территориальное разделение труда, специализация отдельных городов и районов по производству определенного вида товара свидетельствуют о торговых связях, охватывавших не только область или провинцию, но и всю страну. В Китае существовало 33 ярмарочных центра, куда товары свозили отовсюду. В Нанкине была построена гавань, куда мог одновременно войти весь китайский флот.
Значительный размах получила внешняя торговля. Китайские товары вывозились в Сибирь, на Запад, хотя и не непосредственно, а через кочевников, а больше всего вывоз шел морским путем. Феодальное государство пыталось и здесь закрепить свои позиции, установив казенную торговлю с Японией и другими 94


странами. Но в основном торговля осуществлялась большим торговым флотом, принадлежавшим китайским купцам и купеческим- организациям.
Китайские торговые фактории в странах южных морей широко использовались в этой торговле. Китайские купцы ввозили пряности, жемчуг и драгоценные камни, ценное дерево и слоновую кость, курения и лекарственные вещества, сахар и камфору. Вывозили же они изделия своих мануфактур и ремесла, золото» и серебро.
Именно на базе обширной торговли не только существовала старинное цеховое ремесло, но развивались мануфактуры капиталистического типа. Насколько позволяют судить материалы, мануфактуры использовали труд наемных рабочих и работали на рынок. Ручной труд при строжайшей дифференциации процесса производства превращал эти предприятия в некоего коллективного рабочего. Экипаж, паланкин, фарфоровая ваза, искусственные цветы, украшавшие прическу знатной дамы, сладости и сахар, приготовленный из сахарного тростника, в процессе изготовления и украшения проходили через руки многих рабочих.
Мануфактуры возникли главным образом в Аньхуэй, Цзянсу, Чжэцзяне и других провинциях Центрального- и Южного Китая.
Наряду с цеховым ремеслом и частными мануфактурами существовали казенные мануфактуры, являвшиеся предприятиями феодального типа. Они были иногда огромны по своим размерам, носили характер как рассеянного, так и собранного под одной крышей предприятия и базировались на использовании подневольного труда феодально зависимых крестьян.
Казенные мануфактуры существовали в оружейном деле, шелкоткачестве и фарфоровом производстве. Они работали для потребностей двора, казенной внешней торговли, казны.
Значительно усилилась дифференциация городского торгово- промышленного населения. Некоторые представители торгового и ростовщического капитала, собственники мануфактурных мастерских обладали большими богатствами и вместе со старшинами цехов, зажиточными мастерами принадлежали к тем слоям, из которых при соответствующих условиях могла сложиться буржуазия. Близко к ним стояли преподаватели училищ и академий.
Работники мануфактур, подмастерья и ученики составляли своеобразный предпролетариат и к нему примыкали чернорабочие, беднота и многочисленные бродячие торговцы и ремесленники.
Помимо старых цехов-гильдий («хан»), в городах возникли организации купцов и предпринимателей — «хуэй гуань», объединявшие земляков.
Внешние отношения. С концом XIV и XV столетиями связаны великие географические открытия, установление морского пути из Западной Европы на Восток и начало колониальных захва95


тов. Процесс первоначального накопления капитала осуществлялся в Европе и за счет ограбления народов Востока. Португальцы, обосновавшиеся в бассейне Индийского океана, попытались сде- .лать и Китай объектом своих колониальных устремлений.
В Кантон в 1516 г., а затем в 1517 г. прибыли португальские корабли, и им разрешили сгружать товары, а после оплаты пошлин торговать и селиться на китайской земле. Посол португальского короля Пирэс был пропущен вглубь страны. Но когда выяснилось, что португальцы грабят китайские суда в море и китайские колонии на островах, более того, грабят и убивают китайское население в самой стране, то их изгнали из Китая. В 1531 г. португальский флот был разбит в морском сражении китайским флотом. Попытки испанцев, голландцев и англичан проникнуть в Китай потерпели неудачу. Впервые в истории Китай закрыл свои порты перед иностранцами, потому что эти пришельцы не хотели мирных сношений, а творили насилия и грабеж.
Европейцы все же получили возможность торговать с Китаем через португальскую колонию в Макао (Наньао), а права приезжать в страну добились католические миссионеры ордена иезуитов.
В XVI в. в Китай пытались вторгнуться японцы. В 1549 г. они напали на г. Нинбо. Японскому флоту удалось завладеть портами на побережье и устьем Янцзы. И лишь после длительной вооруженной борьбы японцы были изгнаны с континента. Однако в 1592 г. после объединения Японии вооруженные силы полководца Хидейоси вторглись в Корею. Корейские ополченские отряды и ’флот, руководимый знаменитым флотоводцем Ли Сун Синем, оказали завоевателям упорное сопротивление. Минская империя послала войска в помощь Корее. В 1597 г. японцы потерпели полное поражение.
В начале XVII в. Китай был втянут в войну со своими вассалами — маньчжурскими племенами, обитавшими в основном по р. Сунгари. Маньчжурам удалось подчинить соседние племена, отобрать у Минской империи крепости и земли до Бохайского залива и Великой китайской стены и совершать грабительские вторжения во внутренние территории страны.
В конце XVI и начале XVII в. возникли некоторые связи между Россией и Китаем. Слабый торговый обмен осуществлялся при посредстве кочевых народов Центральной Азии. В 1557 и 1558 гг. из Москвы было послано два посольства искать пути в эту страну. В России знали, что Китай — богатая страна, что в нем возводятся прекрасные каменные сооружения, что китайцы владеют огнестрельным оружием. В Китай в XVII в. ездили русские казаки. В 1618—1620 гг. казак Иван Петлин привез в Москву императорские грамоты, прочитанные, впрочем, за отсутствием переводчика, много позже, в которых русские купцы приглашались приезжать со своими товарами в Китай. Такая по-
96


литика минского двора в отношении русских была продиктована интересами китайского купечества и собственников мануфактурных и ремесленных предприятий, которые, потеряв свои торговые преимущества на юге, после географических открытий искали новых торговых связей и новых рынков; политика русских не носила захватнического характера и не вызывала опасений в Китае.
Политическая борьба. В то время как феодалы, государственная организация, законы, войско, чжусианское конфуцианство, буддизм и даосизм стояли на страже феодальных порядков, зарождающиеся элементы передовых классов начали предъявлять свои требования.
Государственное устройство Минской империи сохраняло все черты прежних деспотий. Однако власть при пекинском дворе находилась в руках царских родственников, феодалов, временщиков, часто выдвинувшихся из евнухов гарема. А в бюрократическом аппарате царили произвол, казнокрадство, взяточничество.
При отсутствии в Китае представительных организаций сословной монархии политическая борьба приняла совершенно специфические формы и выявлялась в подаче докладов императору. Подавать доклады, минуя государственный аппарат, и задерживать императорские эдикты могли только служащие палаты инспекторов, они-то и стали выразителями оппозиционных настроений. Инспектора, поддержанные императорской академией в Пекине, некоторыми чиновниками и горожанами, требовали в своих докладах реформ государственного управления, устранения временщиков, пересмотра законов, более активной внешней политики, отказа от уступок монгольским ханам, реорганизации войска, закрытия казенных мануфактур. Некоторые доклады были написаны в столь резкой форме, столь оскорбительны для императора, что авторы их заранее готовились к смерти или кончали самоубийством.
Императоры, временщики и крупнейшие феодалы отвечали на эти послания жестокими репрессиями. В 150$ г. было арестовано одновременно 300 чиновников, а в 1524 г. — 220 и исключено из ханьлинь 1 22 академика. Многие из них умерли под пытками, иных ссылали, лишали чинов, конфисковали имущество и бросали в тюрьмы. Часто преследуемые не пытались уклониться от наказаний, казни, желая доказать этим свою правоту и во всеуслышание заявляя, что не жалеют жизни для правого дела. Отправляясь в ссылку, они шли по улицам столицы пешком в бедной одежде, но с гордым видом.
Горожане поддерживали эту оппозицию правительству, помогали ссыльным; а иногда выступали в ее защиту с оружием в руках. Эта борьба принесла некоторый успех: репрессии осла1 Ханьлинь — нечто вроде Академии наук в феодальном Китае.
7 Зак. 554
97


бели, докладчиков боялись казнить, а в 1567 г. на высшую государственную должность назначили не чиновника, а преподавателя одного из училищ Чжан Цзюй-чжэна, которому и удалось провести ряд реформ. Было реорганизовано войско, пересмотрен состав чиновников, усилен контроль над государственным аппаратом, уменьшены некоторые налоги и трудовая повинность крестьян заменена денежным налогом.
Чжан Цзюй-чжэн провел императорским указом отмену налога с беглых, который по обычаю круговой поруки за них платила вся деревня. Кроме того, с налогоплательщиков была списана задолженность в размере 2 млн. лян серебром.
В условиях напряженной политической борьбы в г. Уси в 90-х годах XVI в. возникла своеобразная политическая группировка, получившая свое название от местной академии — Дунлинь. Уси — торгово-ремесленный и мануфактурный центр, находившийся в наиболее развитом районе Китая. Несколько опальных сановников, высланных из столицы, заняли в г. Уси профессорские кафедры и собрали большую группу учеников. Вскоре Дунлинь приобрела сторонников в стране, в столице и даже при дворе. В училище высказывали вольнодумные мысли, сочиняли памфлеты, писали доклады.
Дунлиньцы требовали, чтобы император лично занимался государственными делами и считался с требованиями, выдвигаемыми в докладах. Они добивались ограничения своеволия царских родственников и феодалов, устранения временщиков и евнухов, реформы управления и чистки коррумпированного аппарата. Члены Дунлинь требовали также снижения налогов, отмены государственной монополии на разработку недр, передачи некоторых государственных мануфактур в частные руки и высказывались за преимущества наемного труда.
В начале XVII в. влияние Дунлинь значительно укрепилось и усилилось, в то же время обострилась борьба в области идеологии, научных знаний и искусства.
Возникновение мануфактурного производства, усовершенствования и изобретения в области техники породили значительный интерес к естественным наукам. Но официальная система схоластического конфуцианского образования почти пресекала возможность развития этих областей знаний и насильственно направляла умы на путь формальных филологических изысканий. Система государственных экзаменов еще более затрудняла развитие наук, не включенных в программу этих экзаменов. Официальная идеология — чжусианское конфуцианство — жестоко преследовала всякие отклонения.
Вскоре некоторые ученые и мыслители выступили против господствовавшей чжусианско-конфуцианской идеологии, против средневекового буддизма и даосизма, против суеверий и подчеркивали необходимость изучения естественных наук. И в то время, как ясно обозначилась застойность старой феодальной культуры, АП


возникли новые течения и направления, появились представители новых видов культуры.
В XVI в. вышла в свет многотомная фармакопея «Трактат о деревьях и растениях». В XVII в. появились энциклопедия по земледелию и справочные материалы для различных областей производства. Некоторые ученые, как Янь Юань (1635—1704), ратовали за изучение агрономии, математики, астрономии.
Критика принципов нового конфуцианства осуществлялась представителями материалистических взглядов, особенно наиболее выдающимся среди них Ван Чуань-шанем (1619—1693), давшим дальнейшее развитие материалистическим идеям в Китае. Осуществлялась она также и с позиций субъективно-идеалистических, нашедших свое яркое выражение в учении философа Ван Ян-мина (1472—1528) и его учеников. Видный ученый ГуЯнь-у (1613—1682), философ, филолог и археолог, известный также как борец против маньчжурских завоевателей, критиковал чжу- сианство, опираясь на принципы древнего конфуцианства.
В науке, литературе, искусстве явно обозначились два различных, боровшихся между собой течения. В художественной литературе произошло, с одной стороны, окончательное окостенение старых форм средневековой литературы, особенно поэзии, где официальное стихосложение, внесенное в государственные экзамены, по существу уничтожило поэзию; с другой стороны, развивались жанры, связанные с живой речью и народным творчеством. Ярким выражением этого направления были романы и драмы, получившие в ту пору широкое распространение. В живописи, где средневековый канон ограничивал развитие новых форм, застывшей конфуцианской традиции официальных живописцев противостояли и вновь зарождавшийся иллюстративный жанр, и попытки художников реалистически передать индивидуальные черты характеров в портретной живописи.
Особое обострение борьбы двух различных тенденций в научной мысли и искусстве происходило в первой половине XVII в.


—~
ГЛАВАХ
ВЕЛИКАЯ КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА И БОРЬБА КИТАЙСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ЧУЖЕЗЕМНЫХ ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ
Усиление антифеодальных движений и крестьянская война в Шэньси. Внутренние противоречия и классовая борьба значительно обострились в первой половине XVII в.
Потеря Китаем господства на морских путях, потеря торговых колоний, некоторое ослабление ремесленно-мануфактурного производства и торговли, затяжные войны подрывали позиции передовых слоев и послужили к усилению феодальных сил, к укреплению поколебленного было положения феодального лагеря.
Политическая группа Дунлинь добилась некоторых успехов. Но в начале 20-х годов XVII в. крупным феодалам не только удалось устранить от власти всех ее сторонников, но и полностью разгромить эту организацию. Все сочувствовавшие Дунлинь подвергались арестам, казням или ссылке. Списки дунлиньцев были разосланы местным властям по всей империи для арестов. Училища было приказано закрыть, изучение наук прекратить, преподавателей и учеников преследовали.
Даже в условиях жесточайшего террора дунлиньцы не захотели обратиться за помощью к народу, поэтому их организация легко подверглась разгрому.
Реакция восторжествовала, к власти пришли временщики. Царские родственники и евнухи хозяйничали в столице и в провинции. Не желая усиления правительства, они лишили императора реальной власти, а казну — доходов. Ослабление центральной власти и расхищение казны в конечном счете влекли за собой разрушение ирригационной системы, особенно на севере, где для поддержания ее требовалось много средств. Непрерывное увеличение налогов и рост феодального гнета ускорили разорение


деревни. Стихийные бедствия и голод неотвязно преследовали земледельцев.
Летописи пестрят такими записями: «В обеих столичных областях, Шаньдуне и Хэнани, засуха и саранча. В Шэньси и Шаньси — засуха и голод», «В столичной провинции, Шаньдуне, Хэнани и Шаньси засуха и саранча», «Трава, деревья — все уничтожено. Началось людоедство».
В пораженных неурожаем районах население было зачастую обречено на вымирание, при этом страдали не только крестьяне, но и горожане, особенно городская беднота.
В условиях укрепления феодальной реакции и усиления экономической разрухи обострилась классовая борьба, участились крестьянские восстания, приняв угрожающий характер для Минского государства.
Большое крестьянское восстание, руководимое старинным религиозным тайным обществом «Белый лотос», возникло в Шаньдуне в 1622 г., охватив значительную территорию. Правительство подавило восстание «Белого лотоса» с большой жестокостью. Вслед за тем очаги восстания возникли в различных районах. Наиболее сильное движение охватило провинцию Шэньси, где свирепствовал голод. Горы и овраги Шэньси скрывали отряды повстанцев, состоявших из крестьян, солдат, мелкого работного люда, бездомных.
В 1628 г. произошло несколько более значительных выступлений, нападений на уездные города, убийства ненавистных ростовщиков и т. д. Успех этих мероприятий привел к объединению 10 самостоятельных партизанских отрядов.
К концу 1629 г. в Шэньси и Ганьсу действовали большие, но самостоятельные повстанческие отряды, которые владели многими городами и держали под контролем почти всю провинцию. Некоторые из повстанческих вождей, как крестьянский сын Ли Цзы- чэн и бывший солдат Чжан Сянь-чжун, получили впоследствии широкую известность. Местным властям пришлось просить помощи из Пекина. Но даже правительственные воинские части, хорошо вооруженные, не могли подавить восстания. Пришлось прибегнуть к уступкам, выдавать продовольствие голодающим и вместе с тем вызывать все новые и новые войска.
Между тем в провинции, наводненной карательными отрядами, партизанская тактика разрозненных повстанческих отрядов становилась все более затруднительной и влекла за собой все большие потери.
Крестьянская война в Северном Китае. Поэтому самостоятельные повстанческие отряды стали стремиться к объединению своих сил и расширению поля своей деятельности. Летом 1631 г. 36 повстанческих отрядов договорились о совместных действиях, а весной следующего года, переправившись через Хуанхэ, вступили на территорию Шаньси и предприняли общий поход на восток к столице.
101


В Шаньси повстанцы встретили широкую поддержку в деревне й небольших городах. Крестьяне и беглые солдаты охотно вступали в их ряды, так что численность крестьянских войск быстро возрастала. Они осаждали и брали уездные города, наносили поражения провинциальным войскам, убивали представителей господствующего класса, забирали их имущество. «Вся Цзинь1 потрясена», — отметила официальная летопись. Однако победоносное шествие повстанцев было остановлено у подступов к столичной области, где они столкнулись с отборным минским войском, вооруженным огнестрельным оружием. Повстанческие отряды, понеся огромные потери, в беспорядке отступили к Хуанхэ.
Ранние холода пришли па помощь повстанцам, которые по первому, тонкому еще льду переправились на другой берег и ушли на юг.
Началось дальнейшее продвижение повстанцев через Хэнань, Хубэй и Сычуань. Повсюду они встречали поддержку и получали пополнения, но нигде не останавливались надолго, не создавали опорных баз. От берегов Янцзы повстанческие войска повернули в сторону родной провинции Шэньси, снова разделясь на самостоятельно действующие отряды, постоянно передвигаясь с места на место. Лишь в 1635 г. в Хэнани 13 повстанческих вождей, встретясь на совещании, приняли предложенный Ли Цзы-чэном план общего наступления на город Гуйдэ. Кроме того, было принято предложение делить трофеи поровну. Это объединение оказалось временным, и после взятия Гуйдэ отряды вновь разъединились, часть из них отправилась в Хэнань, другая — в Шэньси. Чжан Сянь-чжун совершил большой поход через Янцзы в провинцию Цзянси и дошел до ее южных округов.
Восстание охватило огромную территорию. Правительственные войска терпели поражения. Но повстанцы, у которых были сильны настроения «разбойной вольницы», не пользовались победой для нового объединения своих сил, продолжая борьбу мелкими отрядами, которые, чем далее, все более дробились. Эти отряды не оставались на месте: то появляясь, то исчезая, они проходили сотни километров по территории, часто пройденной ими раньше, и все двигались дальше и дальше. Следом за повстанцами шли карательные части минских генералов, творя суд и расправу, за ними появлялись чиновники, сборщики податей, хозяева земли, ростовщики и в свою очередь расправлялись с крестьянами.
Правительство решилось на самые серьезные меры, сняв с маньчжурского фронта, где наступило некоторое затишье, войска и бросив их против восстания. В июне 1636 г. императорским эдиктом объявлялась амнистия всем повстанцам, которых призывали вернуться в деревни или в город и в войско. Сдавшимся по1 Древнее наименование провинции Шаньси.
102


встанческим вождям были обещаны офицерские чины. В эдикте предусматривалось снижение налогов. Правительственные мероприятия возымели действие. Крестьяне, освободившиеся от старых долгов и налогов, иногда разжившиеся кое-каким имуществом, спешили домой, чтобы заняться своим земледельческим трудом.
7. Китай в XVII в.
Отряды повстанцев стали уменьшаться в числе, терпеть поражения, рассыпаться, дробить свои силы, действуя в одиночку. Некоторые из видных вождей движения погибли, другие, как Чжан Сянь-чжун, раненный в бою, сдавались и переходили на службу к Минам.
Отряд Ли Цзы-чэна, дольше других продолжавший сражаться, потерпел в 1638 г. полный разгром под Тунгуанем, на границе 103


Хэнани и Шэньси. 18 всадников, еле спасшихся от преследования, скитались в горах.
Крестьянская война потерпела поражение. Феодалы торжествовали.
Развитие и расширение крестьянской войны. Однако поражение восстания не было окончательным. Крестьяне, вернувшись в родные деревни, попадали в еще большую кабалу, солдаты были обречены на нищету, горожане не находили себе работы. Голод свирепствовал в стране, люди ели траву, кору деревьев, глину, бездомные умирали на дорогах. А господствующий класс, стараясь возместить свои убытки, все усиливал и усиливал ограбление народа. В таких условиях в 1639—1640 гг. восстания стали вспыхивать с новой силой. Крестьяне вновь становились в ряды повстанцев, к ним примыкала городская беднота, ремесленники ковали им оружие. Постепенно среди повстанцев начали появляться представители разных слоев господствующего класса.
В лагерь восстания вернулся Чжан Сянь-чжун, приведший с собой весь гарнизон города, где он служил. Ли Цзы-чэн с группой верных соратников спустился с гор и вскоре, собрав под своими знаменами большое повстанческое войско, совершил поход в Хэнань, занял 50 городов и сильную крепость г. Хэнань (Лоян). Захваченные при этом ценности и хлеб повстанцы раздавали голодающему народу.
Во время троекратной осады провинциального центра — города Кайфына — повстанцы проявили особую настойчивость. Они пытались добиться сдачи города мирным путем, затем много раз штурмовали крепость, вели подкопы под стенами, полностью окружили город. Подкрепление, посылаемое Кайфыну, переходило на сторону повстанцев. Тогда один из минских военачальников, открыв плотину, затопил город.
Двинувшись на юго-запад, повстанцы вышли к реке Хань, а в 1643 г. совершили поход в Шэньси и взяли г. Сиань. К этому времени старые партизанские отряды были перестроены и превращены в боеспособную армию с централизованным командованием. Повстанцы сделали также первую попытку организовать свое правительство. Ли Цзы-чэн и его соратники стали общепризнанными вождями повстанцев, и в Северном и Центральном Китае не существовало более самостоятельных отрядов, если не считать повстанцев с Чжан Сянь-чжуном во главе, ушедших на запад и сделавших своей основной территорией Сычуань. Своей столицей Чжан Сянь-чжун избрал г. Чэнду.
Зимой 1644 г. повстанческое войско под водительством Ли Цзы-чэна вышло из Сиани и двумя колоннами направилось к Пекину. Целые округа и уезды добровольно присоединялись к повстанцам, крепости открывали свои тяжелые ворота. Столица не оказала им сопротивления, солдаты не хотели сражаться, пушки стреляли в воздух, горожане и городская беднота с нетерпением ожидали момента, чтобы открыть городские ворота. 104


25 апреля 1644 г. повстанцы вошли в город. Вдоль улиц стояли горожане с благовониями в руках и приветственными возгласами встречали повстанцев. На стенах домов, на одеждах, на лицах были написаны иероглифы приветствий. Император повесился в парке «запретного города». Многие сановники и богачи прятались в домах простолюдинов или, переодевшись в лохмотья, старались выбраться из города.
Заняв Пекин, повстанцы обратились к народу с воззванием, призывая всех к спокойствию и порядку. Ремесленникам, купцам, трудовому люду, ученым в академии Ханьлинь предлагалось мирно заниматься своими делами. Старшинам цехов и гильдий дали распоряжение выяснить нужды членов их организаций. Тюрьмы открыли и выпустили всех заключенных.
Перебежчики из вражеского лагеря, примкнувшие к восстанию за последний год, не могли изменить классовой политики повстанцев. Казнив генералов-карателей и крупнейших сановников, повстанцы уволили всех чиновников и наложили контрибуцию на богачей. Только самая незначительная часть чиновников, главным образом из тех, кто был при Минах в опале, была снова принята на службу, при этом им приказали управлять справедливо и не притеснять народ.
Перед повстанцами стояла задача создания своей государственной организации, которую они не могли разрешить. Как все крестьяне-повстанцы, они были царистами. Еще в Сиани Ли Цзы- чэн был провозглашен императором, а его соратники получили высокие титулы. Однако всеми военными и гражданскими делами руководил совет повстанческих вождей.
Ли Цзы-чэн, игравший главную роль в этом совете, родился в 1606 г. в Шэньси в семье крестьянина, юношей вступил на службу конным курьером почтовой станции, подвергся аресту и бежал к повстанцам. Одним из его близких помощников с начала восстания был его племянник Ли Го.
В 30-х годах к повстанцам пришел кузнец Лю Цзун-минь, занявший вскоре видное положение в руководстве восстанием. В 1640 г. к Ли Цзы-чэну примкнул поэт-гуманист Ли Синь, богатый хэнаньский помещик и сын опального сановника. Ли Синь бежал из тюрьмы, куда был заключен за свои стихи и за раздачу хлеба голодающим.
Государственный аппарат создавался по образцу феодальной монархии, хотя и не со всеми ее атрибутами. В целом это государство носило военный характер, и войско было пока его основой. Однако это войско теперь было мало похоже на партизанские отряды, некогда начинавшие борьбу. Оно было реорганизовано по принципу строгой централизации и состояло из крупных и мелких соединений. Мобилизация мужского населения, суровая дисциплина и централизованное снабжение укрепили порядки в войске. Солдаты жили в палатках и были с утра до ночи заняты военной учебой, никакого имущества им держать при себе не раз105


решалось. Совет вождей заранее разрабатывал тактику и план сражений. Воинам запрещались грабежи и насилие над населением. В приказе Ли Цзы-чэна говорилось, что укравший хотя бы курицу подлежит смертной казни.
Социальные требования повстанцев приобрели более ясное выражение. Повстанцы уделяли большое внимание пропаганде. Они засылали своих разведчиков и своеобразных агитаторов, которые распространяли воззвания, учили повстанческим песням и вербовали сторонников. Поэтому случалось, что, когда крестьянские армии подходили к деревне или городу, жители выходили им навстречу и пели повстанческие песни. Лейтмотивом этих песен было: «когда придет чуанский ван (Ли Цзы-чэн), не нужно будет платить податей». И в самом деле, победа повстанческих армий приносила трудящимся деревни и города избавление от налогов, долгов, от феодальных повинностей и тяжелого гнета. С их приходом закрывались ямыни и изгонялись чиновники, открывались засовы тюрем, выпуская заключенных, начиналась раздача хлеба голодным и имущества богачей бедноте. Земля фактически переходила крестьянам. Новая власть облагала крестьянские дворы, но очень небольшими налогами. Новый «государь» и повстанческая власть ставили своей целью облегчить положение народа, соблюдать порядок и охранять имущество людей.
Никаких религиозных лозунгов у повстанцев не было. В их лагере на равных правах находились даосы, буддисты, мусульмане, соблюдались и конфуцианские обряды.
Поражение крестьянского восстания и покорение Северного Китая маньчжурами. После крушения империи Минов и развала правительственной армии единственно реальной силой феодалов оставалось правительственное войско, стоявшее на маньчжурском фронте под командованием У Сань-гуя. Повстанческие вожди оказались достаточно дальновидными, чтобы оценить положение, и начали переговоры с У Сань-гуем. Но и феодалы требовали от У Сань-гуя защиты. Последний, учитывая свою беспомощность против повстанцев, решился на прямую измену родине и обратился к маньчжурам за поддержкой. В критический момент он даже признал себя маньчжурским вассалом.
Объединенные силы маньчжуров и предателя У Сань-гуя обрушились на незначительные авангарды Ли Цзы-чэна. Повстанцы не стали оборонять Пекин и оставили его без боя, уйдя на запад. Беззащитный город стал добычей завоевателей в июне 1644 г.
Маньчжуры, вступив в Пекин, послали У Сань-гуя догонять повстанцев, а сами при поддержке китайских изменников укрепились в Пекине и провозгласили одного из мальчиков-князей императором. Это событие считается началом правления в Китае маньчжурской династии Цин.
В кровопролитном сражении у границ Шаньси повстанцы жестоко потрепали силы У Сань-гуя, но разбить его не смогли. Совет вождей начал с ним переговоры, предлагая У Сань-гую .106


объединиться и общими силами напасть на маньчжур. Однако У Сань-гуй категорически отверг предложение и продолжал преследовать повстанцев. Крестьяне Северного Китая не поддержали борьбы против У Сань-гуя и маньчжур, а повстанческие вожди не сумели выдвинуть лозунгов, которые подняли бы здесь народ на борьбу.
Крестьянские массы устали от войны, были удовлетворены уже полученным от восстания, не хотели больше воевать и, кроме того, им было трудно содержать большое войско.
И все же около года повстанцы сражались с превосходящими силами врага. Они отступили до Сиани. Последний большой бой они дали у Тунгуаня в 1645 г. и ушли на юг. Небольшие отряды, оставшиеся от некогда многочисленных повстанческих войск, переправились через Янцзы на юг провинции Хубэй. Здесь погиб Ли Цзы-чэн, а большинство его товарищей погибли еще раньше.
Крестьяне Северного Китая понесли жестокое поражение, тем более страшное, что победителями были не только злейшие китайские реакционеры-феодалы, но и чужеземные завоеватели.
И все же крестьянская война принесла временное облегчение крестьянам, открыла на некоторый срок возможности для развития сельского хозяйства. Опыт вооруженной борьбы крестьян, впервые достигший такой высоты, и память о ее> успехах, как революционная традиция, сохранились в китайском народе, передаваясь из поколения в поколение.
Оборона Центрального и Южного Китая в 1645—1647 гг. Второй этап борьбы китайского народа против иноземных завоевателей и китайских изменников происходил на территориях, большинство которых не было затронуто крестьянской войной, и притом территориях экономически передовых. Здесь сложился довольно широкий антиманьчжурский лагерь, включавший народные массы, повстанцев, богатое купечество и часть феодалов.
Патриотически настроенные военачальники, каким был Ши Кэ-фа, обороняли рубежи, не жалея собственной жизни и не боясь создавать массовое ополчение крестьян окрестных деревень. Его патриотические начинания поддерживали и горожане. Жители Янчжоу прославились стойкой обороной под руководством Ши Кэ-фа. Овладев городом, маньчжуры разорили его и поголовно вырезали всех его защитников.
Иначе вели себя крупные феодалы. Когда после янчжоуского погрома завоеватели достигли Нанкина, то минский князь, провозглашенный здесь императором, просто убежал со своими приближенными, а сановники и богачи коленопреклоненно встречали завоевателей у ворот этой южной столицы. Попытка народа организовать оборону не дала результатов. Почти то же повторилось в Ханчжоу, где минский князь сам отдал себя в руки врага.
Наиболее стойко в антиманьчжурском фронте в это время боролись повстанцы — участники великой крестьянской войны.
107


В Хубэе на базе отрядов Ли Го, племянника Ли Цзы-чэна, сложилось почти 200-тысячное войско. Ли Го заключил союз с командирами минских правительственных войск, к ним присоединились также отряды племен мяо. Все вместе они обороняли пути на юг в течение нескольких лет. В Сычуани, принадлежавшей повстанцам с Чжан Сянь-чжуном во главе, маньчжуры также встретили ожесточенное сопротивление. В 1646 г. завоевателям удалось вторгнуться в Сычуань, а затем занять и всю ее территорию. Отряды сычуаньских повстанцев, особенно отряды Ли Дин-го, отойдя на юг, держали оборону в Гуйчжоу и Юньнани.
Борьба крестьян-повстанцев против чужеземных завоевателей* после поражения крестьянской войны была новой формой антифеодальной борьбы.
В юго-восточных приморских провинциях в антиманьчжурский лагерь включилась организация богатых приморских купцов со своим старшиной Чжэн Чжи-луном, предоставив флотилию в 3000' кораблей. Состав партизанских отрядов был здесь крайне разнообразен. Феодалы не хотели призывать на помощь народ и вооружать крестьян, и отряды создавались из горожан, студентов, учителей, помещичьих сынков.
Китайские феодалы и богатейшие купцы, возглавившие защиту южных провинций, старались сохранить все порядки Минской империи. В разное время, в разных местах они провозглашали императорами минских князей и поддерживали их власть, а эти последние, вместо того чтобы воевать с маньчжурами, воевали между собой.
Тем не менее история войны 1645—1647 гг. оставила немала героических страниц борьбы китайского народа против завоевателей. Знаменита оборона двух городов в Цзянсу — Цзянина и Цзядина, каждый из которых горожане и крестьяне окрестных деревень обороняли более трех месяце^.
Маньчжурская артиллерия, частые штурмы, голод, большие потери — ничто не могло сломить боевого духа защитников, не прекративших сражаться даже и тогда, когда противнику удавалось ворваться в город. Бой велся за каждую улицу, за каждый закоулок, и победителям не над кем было торжествовать, никто не просил пощады.
Война в Чжэцзяне заняла весь 1646 г. В конце концов маньчжурам удалось прорваться в Фуцзянь, взять Фучжоу, войти в Гуандун и занять в январе 1647 г. Кантон. Но в Гуаней они задержались, осаждая Гуйлинь, героически оборонявшийся более года. Взять Гуйлинь им не удалось. Во время этого наступления войска маньчжур и китайских предателей грабили деревни, вырезали население, разрушали города. Так были разрушены Янчжоу, Цзянин и Цзядин, Ганьчжоу и многие другие.
Антиманьчжурские народные восстания 1648—1652 гг. Продолжая борьбу за овладение югом, маньчжуры сделали попытку закрепить свою власть на завоеванной территории и восстановить 108


всю систему угнетения крестьян и ремесленников. Конфискация земель и передача их новым владельцам затронула интересы представителей господствующего класса Китая, толкнув их в лагерь сопротивления. К тому же маньчжуры старались обеспечить себе все преимущества и льготы в ущерб побежденным. Чтобы унизить китайцев, их заставляли брить полголовы и носить длинную косу в знак покорности, а непослушным рубили головы, выставляя их напоказ в людных местах. Возникла поговорка: «Сохранишь волосы, не сохранишь головы, сохранишь голову, не .сохранишь волос». Патриоты боролись против позорного требования победителей.
В 1648—1651 гг. на покоренной территории вспыхнули новые восстания освободительного и отчасти антифеодального характера. Главной движущей силой нового подъема борьбы стало крестьянство и городские слои. Мелкие и средние феодалы, приморское купечество примкнули к ним. Опытные в военном деле командиры, ранее покорившиеся завоевателям, присоединились к освободительному движению. Ярким примером этого служит восстание в г. Наньчане, где начальник войск под влиянием своего помощника Ван Дэ-жэня, бывшего соратника Ли Цзы-чэна, возглавил борьбу против маньчжур в 1648 г.
В том же году восставшие жители Кантона и Гуандуна объявили о независимости. Повстанцы в Чжэцзяне совершили поход на Ханчжоу. Восстала Фуцзянь. Китайский торговый флот „блокировал юго-восточное побережье. Защитники Хунани и юго-западных провинций перешли в наступление. Ли Дин-го совершил победоносный поход в Хунань, Гуаней, Гуйчжоу. В 1651 —1652 гг. восстание охватило Сычуань. Повстанцы укрепились в гг. Чэнду и Чунцине.
Массовое восстание вспыхнуло в Шэньси и Ганьсу; в нем участвовали дунгане. Восставшие подступили к Сиани, но осада была приостановлена угрозой маньчжурского начальника вырезать всех китайцев, жителей Сиани. Пекинский двор был вынужден объявить амнистию участникам этого антиманьчжурского движения, так как военной силы для подавления восстания было недостаточно.
Особенно опасным для владычества Цин было восстание в Шаньси, и потому, что оно вспыхнуло вблизи столицы, и потому, что восставшие заручились поддержкой монгольских ханов. Семь провинций освободились от иноземного ига.
В огне борьбы восстания принимали антифеодальное направление, а представители китайского эксплуататорского класса старались ослабить антифеодальное острие, поддерживая лишь анти- маньчжурские цели борьбы. Эта политика руководящих групп дезорганизовала движение. К тому же полная разобщенность сил, несогласованность действий, колебания вождей, классовые противоречия в лагере защитников страны ослабляли действия повстанцев.
109


Цинские власти пошли на уступки китайскому господствующему классу, заручились поддержкой монгольских ханов и монгольской конницы, приобрели артиллерию у европейцев, воспользовались помощью их кораблей. После этого война за покорение Китая разгорелась с новой силой.
Войска маньчжур и китайцев-изменников покоряли восставшие провинции с нечеловеческой жестокостью. Население г. Нань- чана, оборонявшееся в течение семи месяцев, подверглось поголовному истреблению. Осада Кантона продолжалась более восьми месяцев. Подкупленные маньчжурами предатели помогли им, открыв ворота. После падения города 24 ноября 1650 г. победители устроили страшную резню, истребив больше 100 тысяч жителей. Вслед за тем был взят и подвергнут разгрому героический Гуйлинь. Защитники Китая были оттеснены на юго-запад, в Юньнань, где обороной руководил Ли Дин-го, но и здесь они потерпели поражение и отошли в Бирму.
Последний этап освободительной войны. После поражения восстаний ведущую роль в антиманьчжурской войне стало играть китайское купечество юго-восточного побережья и его флот. Вождем движения стал Чжэн Чэн-гун, сын Чжэн Чжи-луна, известный также под именем «Госинья», а в европейской литературе Коксинга. Еще в 1648 г. в момент подъема антиманьчжурского движения Чжэн Чэн-гун с моря нанес сильный удар маньчжурам. Но самые крупные его операции начались в 1652 г., когда поддержанный богатейшими купцами и мануфактуристами, жившими в юго-восточных провинциях и странах южных морей, используя огромный флот и помощь народных отрядов, боровшихся в тылу у маньчжур, Чжэн Чэн-гун занял Амой и 72 уезда Фуцзяни. Его флот господствовал на побережье и угрожал перерезать маньч- журо-цинскую империю пополам. В 1654 и 1659 гг. он угрожал Нанкину. Флот и войско Чжэн Чэн-гуна нанесли ряд поражений голландцам, помогавшим Цинам и захватившим о. Тайвань. В феврале 1662 г. голландский губернатор подписал капитуляцию. В Фуцзяне, на Тайване и других островах патриоты создали свое самостоятельное государство, где проводились реформы, столь назревшие еще в Минской империи. После гибели Чжэн Чэн-гуна в 1663 г. государство возглавил его сын Чжэн Цзин.
В 70-х годах У Сань-гуй, получивший в управление Юньнань и Гуйчжоу, после того как Цины стали ограничивать власть крупнейших вассалов, выступил вместе с двумя другими князьями против маньчжур. Одновременно в Пекине готовился заговор.
Восстание, начавшееся в южных провинциях и Сычуани, правительство подавило только к началу 80-х годов. Борясь против юго-восточного государства, маньчжуры отняли Фуцзянь и уничтожили поселения на побережье от Шаньдуна до Гуандуна. Голландский флот активно помогал им на море. Тем не менее уничтожения государства, основанного Чжэн Чэн-гуном и покорения о. Тайвань они добились лишь в 1683 г. Китайский народ, ослаб110


ленный поражением в крестьянской войне, предательством феодалов, рознью в рядах защитников независимости, непопулярностью Мин, под знаменем которых господствующий класс старался организовать сопротивление, потерпел поражение.
Феодальная реакция, подкрепленная чужеземным завоеванием, восторжествовала, китайский народ оказался под тяжелым иноземным игом, делавшим его бесправным и истощавшим его силы.


О fig.
ГЛАВА XI
КИТАЙ ПОД МАНЬЧЖУРСКИМ ВЛАДЫЧЕСТВОМ В XVII —XVIII ВЕКАХ
Аграрный строй в империи Цин. Победа аристократии маньчжур и их китайских союзников была победой феодальной реакции. Однако Цины должны были признать некоторые новшества. Так, они не могли объявить всю завоеванную землю своею, не возбудив гнев китайских помещиков. Поэтому они признали права на частнособственнические земли.
Под поместья императорской фамилии, сильнейших феодалов и маньчжурских войск Цины заняли много земли в столичной провинции и по всей стране. Территория Маньчжурии была объявлена собственностью императорского дома, и там было запрещено поселяться китайцам.
Земли военных поселений тянулись вдоль границы с Монголией в Западном Китае и обрабатывались преимущественно крестьянами-солдатами, военнопоселенцами из китайцев, таранчей и дунган.
Земли храмов и школ, леса, пустоши считались государственными.
Частные земли составляли большую часть земельного фонда. Размер частного землевладения не был ограничен, так же как и купля-продажа земли.
Новые власти далеко не сразу смогли обеспечить помещикам их власть в деревне и поступление налогов казне. Но стоило завоевателям укрепить свое положение, как они реставрировали старые порядки в их наиболее отсталой, реакционной форме, укрепили феодальную земельную собственность, восстановили прежние повинности и поборы, выкачивая из крестьянского хозяйства столько, что остававшееся самому крестьянину едва могло обеспечить простое воспроизводство.
Определенный подъем земледелия, наступивший вследствие 112


крестьянской войны, сменился напряженным состоянием сельского хозяйства.
Новые власти занялись учетом населения, подробной описью полей с целью налогообложения. Кроме того, строжайший учет был способом прикрепления крестьян к земле, а ремесленников к своему цеху. Деревенские дворы объединялись в «десятки», «сотни» и состояли под самым бдительным надзором.
Крестьяне платили государству налоги подушные, поземельный и другие и выполняли повинности. Подушный и поземельный налоги позже соединили в один, исчислявшийся преимущественно в серебре, но взимавшийся в основном зерном, продуктами домашней промышленности и лишь немного деньгами. Существовали и другие виды налогов. Помимо всего этого, существовали косвенные налоги в связи с монополией на соль, со специальными налогами на чай, водку, на всевозможные сделки, на наследство и пр.
Крестьяне, работавшие на землях помещиков и фактически закрепощенные, были по преимуществу издольщиками. Им приходилось отдавать большую половину урожая собственнику земли. Помимо этого, они должны были преподносить помещику подарки, работать в его хозяйстве или в его доме, выполнять любые поручения.
Со всей системой феодальной эксплуатации в Китае был связан ростовщический капитал. При своей крайней бедности китайский крестьянин не мог ни обойтись без помощи ростовщика, ни вырваться из его цепких лап. Нечего и говорить, как высок был ростовщический процент.
Помещик, чиновник, ростовщик заботились о том, чтобы держать крестьянина полуголодным. Поэтому стоило возникнуть неурожаю, или случиться несчастью в семье — и крестьянское хозяйство разорялось, становясь добычей помещика, сборщика податей, ростовщика. В стране бродило немало пауперизирован- ных крестьян. Люди работали вместо скота, как тягловая сила, им недоставало земли, и они жили на воде, ютясь в джонках и устраивая на плотах поля для своих посевов. Города были полны нищими. В деревнях часто свирепствовали неурожаи и голод, а цены на продовольствие возрастали.
Во второй половине XVIII в. обеднение крестьян приняло широкие размеры, а сельское хозяйство застыло на одном уровне.
Положение городов, ремесла и торговли. Города особенно пострадали во время войн, и от многих из них остались одни руины. При Цинах города, бывшие опорными пунктами маньчжурского владычества, продолжали существовать как ремесленные и торговые центры, хотя некоторые из них и потеряли свое прежнее значение. Так, крупнейший торговый центр Нанкин утратил свое первостепенное положение после того, как маньчжуры, боявшиеся китайских моряков, испортили его великолепную искусственную гавань, столь большую, что она могла одновременно вместить весь китайский флот.
£ Зак. 554
113


Цинские власти поставили в городах свои гарнизоны, усилили полицейские и фискальные функции «ханов» и земляческих организаций. Все области городской жизни были подчинены бдительному надзору, сковывавшему инициативу предпринимателей. К тому же жизнь и имущество торгово-ремесленного населения не были защищены от произвола феодальных властей.
Монополия государства на эксплуатацию недр, захваченная маньчжурами, так же как сохранение крупных государственных мануфактур и установление внутренних застав, таможен и особых налогов на сделки, тормозила развитие ремесленно-мануфактурного производства и внутренней торговли. Некоторые* отрасли работали на вывоз, главным образом в Европу. Фарфоровое производство Цзиндэчжэня в Цзянси, Дэхуа в Фуцзяне,. Луньцюань в Чжэцзяне, шелкоткачество Цзянсу и Чжэцзяна и т. д. приспособлялось к вкусам далеких рынков.
Ремесленное производство, работавшее для внутреннего рынка,, находилось некоторое время в состоянии упадка.
Маньчжуры, боясь роста активности городских элементов, ограничивали индивидуальную деятельность купцов и предпринимателей. Боясь объединенных выступлений, они старались затруднить сношения между провинциями, расчленить страну, обособить отдельные районы, надолго затормозив таким образом* складывание единого рынка. Цинское правительство оставило китайскому купечеству пассивную роль, запретив под страхом смертной казни строить большие корабли, а на мелких суденышках увозить ценные китайские товары хоть сколько-нибудь далеко от берега было невозможно. Вывозить товары за сухопутные границы они также не разрешали. Торговлю с иностранцами могли осуществлять только крупнейшие официально признанные компании. На севере организация шаньсийских купцов и ростовщиков монополизировала торговлю с Россией, Монголией, Средней Азией. В Кантоне только «гунханы» (в европейской литературе кохонги) имели право торговать с ост-индскими компаниями. Чиновники вмешивались в жизнь и деятельность купеческих компаний. А для вступления в «гунхан» нужно было внести пай в 2 тыс. лян, не считая множества взяток.
Крупный торговый и ростовщический капитал крепко врос в феодальную систему Цинской монархии.
Государственный и социальный строй империи Цин. Маньчжурские завоеватели, утверждая с помощью феодалов-изменников свою власть, использовали китайскую государственную' систему для подавления народа. Вместе с тем они усилили рознь между различными народностями, живущими в Китае, усилили национальный гнет. Привилегированной народностью оставались маньчжуры.
Руководящие посты предоставлялись преимущественно маньчжурам. Основным ядром вооруженных сил империи были так 114


называемые войска восьми знамен, комплектовавшиеся из маньчжур и отчасти китайцев и монголов.
Вся территория Китая была разделена на провинции и 10 наместничеств, имевших свои войска и свои финансы. Наместник, назначенный из столицы, обладал затем значительной самостоятельностью. Такая организация управления имела целью*
8. Первые русские посольства в Китай.
децентрализацию страны и создание препятствий для объединения сил китайского народа против завоевателей.
Маньчжуры-шаманисты использовали конфуцианство в его чжусианской форме как господствующую идеологию и религию, а император-маньчжур и его сановники выполняли положенные конфуцианством обряды. Среди тяжелейших преступлений, караемых смертной казнью, притом без права откупа или замены, цин- скими законами признавались: участие в восстаниях, покушение на династию, государственная измена, отцеубийство.
Конфуцианство неусыпно стояло на страже соблюдения сыновнего почтения, беспрекословного подчинения старшим и начальникам, подражания прошлому, являясь великолепным подспорьем полицейской службы и добавочным средством подавления угнетенных. Вместе с тем конфуцианство не препятствовало существованию других религий, служивших тем же целям.
Всеми привилегиями пользовались маньчжурские аристократы и потомственные дворяне, стоявшие на верху социальной 115


лестницы. Китайцы, даже виднейшие феодалы, не были вполне уравнены в правах с ними. Средние и мелкие помещики, из среды которых выходило большинство чиновников, находились на положении личного дворянства. Они получали чины при посредстве сдачи экзаменов или покупки должностей. К этой прослойке господствующего класса в какой-то мере приближалось богатое купечество.
Представители господствующих слоев многочисленных народностей, живших на территории Цинской империи, были лишены права занимать какие бы то ни было должности в государственном аппарате, а китайцам-мусульманам разрешалась только военная служба.
Крестьяне были бесправны, угнетены и подчинены строжайшему надзору со стороны органов государственной власти, помещиков, старейшин рода и связаны служением культу предков. Над женщинами тяготела еще и власть мужчины, рабство женщин было широко распространено. Крестьяне в своей личной жизни и в своем хозяйстве были связаны всевозможными обычаями и запретами. Они не могли распоряжаться своим хозяйством и имуществом, не могли без разрешения резать свой скот, продавать мясо, покупать соль и пр. Вечно им угрожали физические наказания, ссылка на работы, казнь.
Бесправными были и ремесленники, мелкие торговцы и весь городской плебс. Закон регламентировал работу ремесленников, контроль над ними, их повинности, чиновники вмешивались в дела самоуправления цеховых организаций, но прав в управлении городом цеховые и земляческие организации не имели.
Внизу социальной лестницы стояли рабы, прослойка немалая, если учесть, что при завоевании Китая в рабство было обращено много народа. Указом 1727 г. временно порабощенные обращались в вечных рабов. На положении рабов состояли актеры, служители государственных учреждений.
Между социальными группами установилось глубокое различие, соблюдаемое даже во внешнем облике, в манере поведения и тем более в имущественных правах. Феодальное общество в цинском Китае делилось не только на антагонистические классы, но и на множество прослоек, групп, народностей, между которыми были возведены непреодолимые преграды. Принцип расчленения был одним из методов победителей удерживать побежденных в узде.
Внешние сношения и завоевания Цинской империи. Внешняя политика Цин была агрессивной и вместе с тем выражала стремление изолировать Китай, прервать его давние связи с другими народами.
Еще в ранний период существования Цинского государства потерпела поражение и стала вассалом маньчжур Корея, потерпели поражение монгольские ханы, признал вассальную зависимость Вьетнам. С Японией, которую японские феодалы превра116


тили в закрытую страну, поддерживались очень незначительные официальные связи.
Сугубо враждебные отношения возникли с обширным ойрат- джунгарским ханством, охватывавшим огромную территорию Центральной Азии.
К западноевропейским колонизаторам маньчжуры отнеслись вначале благожелательно, стараясь использовать их помощь в борьбе с китайцами. Они позволили иностранным судам заходить в китайские порты для торговли. Был разрешен въезд католическим миссионерам. В то же время Цины чинили всякие препятствия посланцу из России Байкову, нападали на русские поселения по Амуру. Русское посольство во главе с Николаем Спафарием (Милеску, 1675—1676 гг.) было принято в Пекине. Посольство имело самые мирные цели установления официальных торговых и дипломатических отношений, приглашения в Москву строителей каменных мостов и т. п. Тем не менее Цины отвергли предложения России и выслали посольство за пределы страны.
В 80-х годах они начали военные действия против русских на Амуре и против джунгарского ханства.
Русское правительство не питало агрессивных намерений против Китая и добивалось официального оформления тех мирных связей, которые уже довольно давно возникли на Дальнем Востоке и были жизненно необходимы при освоении Сибири. Ради этого оно было готово и на территориальные уступки.
В то время как Цины осаждали Албазин на Амуре, на Дальний Восток прибыло новое посольство, возглавленное Головиным. Все попытки Цин не вступать с ним в переговоры, не пускать на свою территорию не увенчались успехом, и 27 августа 1689 г. был заключен первый русско-китайский договор, он был основан на равноправии сторон. Между обоими государствами устанавливались регулярные, хотя и ограниченные торговые отношения. За это Россия уступала Китаю левый берег Амура; Албазин, героически выдержавший столько штурмов превосходящих сил противника, соответственно этому соглашению, подвергся разрушению.
В начале XVIII в. русское правительство, дополнительно заключив в 1727 г. Буринский трактат и в 1728 г. Кяхтинский договор и сделав новые территориальные уступки, добилось дальнейшего урегулирования торговых связей. Один раз в три года в Пекин приходили большие караваны русских купцов с товарами. Кроме того, торговля производилась на границе через Кяхту. Русская духовная миссия получила право постоянного пребывания в Пекине. Члены духовной миссии, приезжавшие в Китай на срок в 10 лет, изучали китайский язык и культуру. Эта миссия выполняла и дипломатические, и торговые функции, и была в России единственным источником научных знаний о Китае.
Что касается западноевропейских стран, то Китай не установил с ними определенных отношений. Ост-индские компании 117


усиленно добивались открытия Китая для их деятельности. В 1665 г. в Пекин приезжало посольство голландской Ост-Индской компании, в 1667 и 1727 гг. — португальские посольства. В 1688 г, Людовик XIV послал богдыхану Канси собственноручное письмо Подобные попытки делали и англичане. Однако все они остава лись безрезультатными.
В 1724 г. при императоре Юнчжэне подверглись преследованию католические миссионеры, которые во множестве наехали в Китай, имели большое влияние при дворе и вмешивались в различные внутренние и внешние дела, например, старались повредить русско-китайским отношениям. Пользуясь своими правами, они готовили расширение колониальных захватов за счет Китая. Маньчжуры, укрепив свою власть, предпочли отделаться от своих бывших союзников. В 1757 г. император Цяньлун издал эдикт, запрещавший иностранную торговлю во всех портах, кроме Кантона. Такое закрытие Китая было далеко не полным, и торговля, хотя и резко сократившаяся, все же продолжалась. В 80-х годах XVIII в. в Китай даже пришли первые корабли из США.
Многолетняя война против джунгарского ханства увенчалась победой Пинов. Воспользовавшись смутой в ханстве, пекинские властители послали в 1755 г. на запад большое войско, ведомое одним из претендентов на ханство Амурсаной. Когда же в занятой маньчжурскими солдатами Джунгарии произошло восстание, то император Цяньлун повелел истребить все население. В 1759 г. была подчинена и Кашгария.
В состав Цинской империи вошел Тибет. В 1769 г., после нескольких походов. Бирма также признала себя вассалом Цин.
Цинская империя охватила огромную территорию. Однако ограничив внешнюю торговлю и внешние связи, маньчжуры изолировали Китай от всего мира, обрекая его на замкнутость и застой, тем самым обеспечив безраздельное господство маньчжуро-китайским феодалам.
Борьба китайского народа против маньчжурского владычества. Несмотря на свирепый гнет, полицейский режим и кровавый террор, установленные победителями, китайский народ не прекратил борьбы. Но в условиях жестокой феодальной реакции она приняла специфические средневековые и религиозные формы.
На покоренных силой оружия территориях стали складываться массовые тайные религиозные организации, имевшие целью свержение власти маньчжур. Основную массу этих братств составляли крестьяне, ремесленники, городская беднота, даже нищие и бродяги. Руководящее ядро складывалось из представителей торговой буржуазии, помещиков, образованных, военных и гражданских чиновников.
После поражения восстания в Фуцзяни здесь возникло тайное общество, основанное при буддийском монастыре бывшими китайскими военными, которое скоро сильно разрослось. Его
118


9. Китай в XVIII


главным лозунгом было свержение Цин и восстановление минского государства. Общество имело свой устав, религиозную обрядность, требовало особой клятвы и дисциплины от своих членов и было окружено глубокой тайной. Оно носило название Саньхэхой («Триада») и имело множество сторонников на побережье, на островах и за пределами страны.
Крупной тайной организацией такого же толка было общество Гэлаохой («Старших братьев»), распространенное в долине Янцзы. Оживило свою деятельность и старинное тайное братство Байляньцзяо («Белого лотоса») в Северном Китае. Тайные общества имели множество ответвлений и охватывали массы народа.
Антифеодальная, классовая направленность всячески смягчалась руководителями движения. Тем не менее общества готовили вооруженные восстания, тайно уничтожали особенно злобных угнетателей, оказывали помощь своим членам. Тайные братья узнавали друг друга по жестам, манере брать предметы, по особым выражениям, как бы составлявшим тайный язык. Их организация, построенная по иерархической системе, базировалась на конспирации, дисциплине, суровейшей каре отступников, религиозных, мистических верованиях и обрядах.
Правительство боролось против них жесточайшим образом: участие в обществе каралось смертной казнью; однако эти анти- маньчжурские религиозные братства оставались неуловимыми, все возрастая в числе и все активнее готовясь к выступлению.
Ярким проявлением антиманьчжурской борьбы было нежелание образованных китайцев вступать на государственную службу, а также сочинение многих антиправительственных произведений. Ученые, философы, историки, писатели и живописцы, отвергнув должностные посты, создавали изобличающие маньчжур и китайских предателей труды и призывали к открытой борьбе. Так, выдающийся ученый Гу Янь-у странствовал по стране, призывая к сопротивлению, помогая готовить восстание и собирать оружие. Философ-материалист Ван Чуань-шань уединился в деревенской глуши. Историк Чжуан Тин-дун написал историю минского времени, обильно пропитанную антиманьчжур- скими настроениями. Другие, сохраняя внешнюю покорность, писали памфлеты и рисовали карикатуры на победителей.
Цинское правительство применило и против этих своих врагов жесточайший террор, наказывая всех заподозренных в крамольных сочинениях даже после смерти. Так, труп историка Чжуан Тин-дуна был вырыт и обезглавлен. Особенно свирепствовал император Цяньлунь, считавший себя поэтом и меценатом. При нем проводился полный пересмотр всего письменного наследства — мера, оставившая по себе память, как «тюрьма письменности». В течение многих лет специальные комиссии вычеркивали из китайских трудов малейшее проявление духа вольнолюбия и признаков национального достоинства, вставляя выражения 120


почтения к иноземным завоевателям Китая во все прошлые века. Процедура эта сопровождалась арестами и казнями.
Феодальная реакция, террор, «тюрьма письменности» тяжело отразились на китайской культуре. Научная мысль как бы потеряла свои перспективы, а ученые занялись составлением многочисленных компиляций, сборников, словарей. Художественная литература, театр и все области изобразительного искусства, попав в железные тиски ограничений и лишившись возможности воспевать героику и отражать народное творчество, обратились к чрезмерному увлечению формой, к уходу от реальной жизни в область фантастики, мистики или хотя и слишком завуалированной, но едкой сатиры. В плане острой критики общественного порядка написаны замечательные китайские романы «Жулинь вайши» («Неофициальная история конфуцианцев») и «Хунлоу- мэн» («Сны красного терема»).
Наиболее острой формой народного протеста против угнетателей были восстания, многие из которых в XVIII в. вдохновлялись тайными обществами или происходили среди некитайских народностей.
Цинское правительство начало устанавливать среди народностей и племен юго-запада свою систему феодального и национального угнетения, что и вызвало восстания племен мяо в Хунани и Гуйчжоу в 1735 г., цзиньчуаньских племен в Сычуани в 1772 г. и восстания мусульманского населения в Ганьсу в 1760 и 1783 гг.
Эти восстания были длительными и напряженными, повстанцы героически сражались, защищая от правительственных войск каждую пядь своей земли. Внутренняя война велась с переменным успехом, то разгораясь, то ослабевая и продолжаясь по нескольку десятков лет. Так, восстание мяо было подавлено лишь в начале XIX в.
Не менее упорными были выступления китайского народа против помещиков и маньчжур. В 1721 г. восстание охватило китайское и местное население о. Тайвань, где после уничтожения самостоятельного китайского государства маньчжуры установили очень тяжелый режим. В 1786 г. восстание здесь повторилось. Руководило движением тайное антиманьчжурское общество «Триад». Повстанцам удалось занять несколько уездов и городов, но они не смогли длительно сопротивляться превосходящим силам противника. Восстание потерпело поражение.
Самым большим и массовым было восстание, подготовленное обществом «Белого лотоса» на севере Китая. Начиная с 70-х годов оно вместе со своими ответвлениями: обществом «Восьми триграмм», «Белого океана» и пр., несколько раз организовало восстания в Шаньдуне и других районах. А в 1796 г. восстание крестьян, возглавленных обществом «Белого лотоса», охватило провинции Хэнань, Шэньси, Ганьсу, Хубэй и Сычуань. Восстание, выдвинувшее призыв: «Чиновники притесняют — народ бунтует», приняло 121


не только антиманьчжурское, но и антифеодальное направление. Его масштабы были столь велики, что оно угрожало маньчжурскому владычеству в более отдаленных районах.
Несмотря на переброску значительных войск, правительственные вооруженные силы не могли справиться с партизанскими отрядами повстанцев. Цинам пришлось затратить много средств и употребить различные меры, раньше чем они подавили восстание в 1802 г. Немалую роль в этом подавлении сыграли помещики, создававшие на свои средства отряды для борьбы с повстанцами.
Неудача восстаний не охлаждала стремлений китайского народа завоевать свободу. Несмотря на страшный гнет и маньчжурское иго, китайский народ не прекращал своей борьбы.


СП
НОВАЯ ИСТОРИЯ
КИТАЯ
1
□
□


<5 . ^=2^1
ГЛАВА XII
ПЕРВАЯ ОПИУМНАЯ ВОЙНА.
НАЧАЛО ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ БОРЬБЫ КИТАЙСКОГО НАРОДА ПРОТИВ КАПИТАЛИСТИЧЕСКИХ ПОРАБОТИТЕЛЕЙ КИТАЯ
Кризис феодальных отношений в Китае в начале XIX в. В начале XIX в. китайское феодальное общество вступило в полосу глубокого кризиса, выражением которого были непрекращавшиеся крестьянские восстания, вспыхивавшие то в одном, то в другом районе страны. В феодальном Китае происходило обезземеливание крестьянства. Земли концентрировали в своих руках не только феодальные помещики, но и купцы и ростовщики, тесно связанные с феодальной эксплуатацией крестьян.
Арендаторы и полуарендаторы не имели возможности развивать свое хозяйство.
Трудясь изо всех сил, они все-таки не могли добиться такого урожая, которого хватило бы и на покрытие арендной платы и других повинностей, и на производственные нужды, и на содержание семьи. В результате, уплатив осенью арендную плату, многие крестьяне перед весенними посевными работами, когда зерно становится дороже, бывали вынуждены обращаться за ссудой к ростовщикам под высокие, хищнические проценты. Рассчитывались же они осенью, когда цена на зерно падает. Таким образом, ростовщики еще более увеличивали ограбление крестьян, многие поколения которых так и не могли уже расплатиться и освободиться от их власти.
Невыносимые и в обычные годы условия жизни и труда крестьян усугублялись частыми неурожаями в результате засухи, наводнений, истребления посевов саранчой и других стихийных бедствий. Неурожайные годы означали безусловное и немедленное разорение множества крестьян, пополнявших армию бездомных, нищих, обреченных на голодную смерть.
125


Понятно, что при таких условиях крестьяне не могли осуществлять не только расширенное, но зачастую даже простое воспроизводство.
Не лучшим было положение городской бедноты — грузчиков, носильщиков, уборщиков, рикш.
В городах жили тысячи нищих, а в столице Пекине их была более ста тысяч.
С другой стороны, несмотря на довольно широкое распространение фарфоровых, шелковых, оружейных мануфактур, не только казенных, но и частных, развитие капиталистических отношений наталкивалось на сильнейшие препятствия, создаваемые феодальным строем. Становление капиталистического уклада в Китае в недрах феодального строя было до крайности затруднено мелочной регламентацией производства, государственной монополией на добычу полезных ископаемых, фактическим прикреплением крестьян к земле, зависимостью владельцев частных мануфактур от крупных купцов, участников монопольных торговоростовщических компаний.
Таким образом, сохранение феодальных отношений, давно изживших себя, вело к нищете подавляющего большинства населения страны, к разорению и голодной смерти сотен тысяч и миллионов сельских и городских тружеников, к разрушению хозяйства.
Народные массы стихийно поднимались на борьбу с угнетателями. Обычно ими руководили тайные общества, вроде Байлянь- цзяо, Тяньлицзяо («Секта небесного закона»), Няньдан («Факельщики»), Саньхэхой или Тяньдихой («Общество неба и земли»). Восставали и некитайские народности — тибетцы, и, уйгуры^ хуэйцзу (дунгане), яо, ли. На морском побережье действовали так называемые пираты, в отряды которых шли крестьяне и городская беднота. Китайские историки приводят перечень многочисленных восстаний, происходивших беспрерывно, начиная с восстания под руководством Тяньлицзяо в 1813 г., и вплоть до тай- пинского восстания.
Распространенными лозунгами повстанцев были «Свергнем* Цинов — восстановим Минов», «Чиновники притесняют — народ бунтует», «Разоряйте богатых — спасайте бедных» и т. д. Цин- скому правительству удавалось справляться с этими стихийными, плохо организованными восстаниями, участники которых, как правило, не имели ясного плана действий и твердого руководства.
Жестоко подавляя эксплуатируемое большинство населения страны, цинское правительство оказалось в то же время совершенно несостоятельным в деле защиты независимости и суверенитета Китая от посягательств со стороны капиталистических держав Англии, Франции, США.
Причины первой опиумной войны. Капиталистические державы уже в конце XVIII в. начали активное наступление на Китай, добиваясь превращения этой огромной страны с самым большим» 126


населением в мире в рынок сбыта своих товаров и источник сырья. В авангарде агрессоров шла Англия — в то время наиболее развитая страна капиталистического мира.
Английских капиталистов не удовлетворяли ограничения, введенные цинским правительством, разрешавшим иностранным купцам вести торговлю только в Кантоне и лишь с теми китайскими купцами, которые были выделены для этой цели властями, осуществлявшими контроль над внешней торговлей. Торговать с иностранцами имели право только члены кантонской купеческой корпорации Кохонг.
В 1793 г. в Китай прибыл представитель английского правительства Макартней, который добивался установления дипломатических отношений между Англией и Китаем, открытия для английской торговли ряда портов (помимо Кантона), упразднения монополии членов Кохонга на торговлю с иностранцами, разрешения свободного поселения и передвижения англичан в Китае.
Требования Макартнея были отвергнуты, ему был вруче» императорский эдикт на имя английского короля Георга III, в котором, между прочим, говорилось:
«Вы, о государь, живете далеко за пределами многих морей и, тем не менее, движимый смиренным желанием приобщиться к благам нашей цивилизации, послали миссию, почтительно доставившую нам ваше послание. Серьезные выражения, в которых оно составлено, обнаруживают почтительное смирение с вашей стороны, которое весьма похвально... Что касается вашего ходатайства об аккредитовании одного из ваших подданных при моем небесном дворе для наблюдения за торговлей вашей страны с Китаем, то таковая просьба противоречит всем обычаям моей династии и никоим образом не может быть принята. Если я распорядился, чтобы дары дани, присланные вами, о государь, были приняты, то это было сделано, исключительно принимая во внимание чувства, побудившие вас прислать их издалека. Великие подвиги нашей династии проникли во все страны Поднебесной, и государи всех наций суши и морей посылают свои ценные дары. Как ваш посол может сам убедиться, мы имеем абсолютно все. Я не придаю цены странным или хитро сделанным предметам и не нуждаюсь в изделиях вашей страны... Трепеща, повинуйтесь, и не Выказывайте небрежности».
Этот примечательный документ свидетельствует, что маньчжурские правители Китая не хотели допускать иностранцев в страну, так как боялись вторжения неведомых им сил, которые могли бы вызвать внутренние волнения. Как показало ближайшее будущее, опасения цинского правительства были основательны: вторжение европейско-американского капитализма действительна Ускорило революционный взрыв в Китае. «Полная изоляция была первым условием сохранения старого Китая. Когда этой изоляции при содействии Англии был положен насильственный конец, раз127


ложение должно было наступить так же неизбежно, как разложение тщательно сохраненной в герметически закрытом гробу мумии, лишь только она приходит в соприкосновение со свежим воздухом»
Неудача миссии Макартнея не обескуражила охотников основательно нажиться за счет китайского народа. Акционеры Ост- Индской компании мечтали превратить Китай во вторую Индию, в такой же заповедник для бешеного обогащения. Промышленники и финансисты, не входившие в Ост-Индскую компанию, оттертые от прибыльного дела ограбления Индии, со своей стороны, мечтали компенсировать себя захватом китайского рынка. Вся эта клика ожесточенно пробивала себе путь в Китай. В 1816 г. в Китай был направлен новый представитель английского правительства — Амхерст с той же, что и Макартней, целью. И эта попытка «открыть» Китай для английских капиталистов не имела результатов. Следующий представитель английского правительства, Нэпир, прибыл в Китай в 1834 г., т. е. после того, как промышленная буржуазия Англии, прорвавшись к власти, добилась ликвидации монополии Ост-Индской компании в странах Востока и вообще лишения ее права вести торговлю. Новые группировки английской буржуазии торопились захватить китайский рынок. Нэпир действовал особенно нагло, явно провоцируя войну. Его назначение в Кантон в качестве уполномоченного по руководству и наблюдению за англо-китайской торговлей не было согласовано с китайскими властями. Кроме того, следуя инструкциям английского правительства, он обратился не через Кохонг, а непосредственно к генерал-губернатору Гуандуна с извещением о своем приезде в Кантон, нарушив установленный китайским правительством порядок.
Когда же Нэпиру в связи с его поведением было предложено покинуть Кантон, он отказался сделать это и, спровоцировав прекращение англо-китайской торговли, повел дело к войне. После решения китайских властей о запрещении торговли с англичанами Нэпир вызвал в устье реки Чжуцзян, на которой стоит Кантон, два английских военных корабля. Правда, он не решился по собственной инициативе начать военные действия, и его провокация провалилась, но сам характер действий Нэпира показывал, что английская буржуазия стремилась вызвать войну.
В обострении англо-китайских отношений, инспирируемом английским правительством, капиталистами, дипломатами, военными, журналистами, большую роль играла англо-американская торговля опиумом. Дело в том, что многие годы английский вывоз из Китая (шелка, чая и других товаров) намного превышал ввоз в Китай английских товаров. Англичанам приходилось оплачивать китайские товары серебром. Но в последней трети XVIII в. дельцы из английской Ост-Индской компании «изобрели» способ изме-
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. IX, стр. 313.
128


нения в пользу Англии баланса торговли с Китаем путем широкого ввоза в Китай опиума из Индии. Это им удалось не сразу, но с 30-х годов XIX в. английский ввоз в Китай уже превышает вывоз из Китая в Англию. Вредное действие опиума на нравственное и физическое состояние человека общеизвестно. Но акционеры и чиновники Ост-Индской компании, нарушая все нормы морали, усиленно стали развивать эту чудовищную торговлю в погоне за наживой.
С 1800 по 1838 г. количество ввезенного в Китай опиума увеличилось в 20 раз — с 2 тысяч ящиков 1 до 40 тысяч ящиков. В преступной торговле опиумом активно участвовали и американские купцы, ввозившие опиум в Китай из Турции. Американская буржуазия сразу же после создания Соединенных Штатов заявила претензии на свою долю в эксплуатации китайского народа. В 1784 г. в Китай прибыло первое американское судно, которое через полгода возвратилось в Америку с грузом шелка и чая. Тогда же в Кантон был направлен консул США. В начале XIX в. Америка опередила в торговле с Китаем Францию и другие страны, уступая лишь Англии. В 1832 г. правительство США послало в Кантон на военном корабле своего представителя, который полтора месяца игнорировал требование китайского правительства оставить Китай.
Быстрый рост опиумной торговли беспокоил китайское правительство. Решение о запрещении ввоза в Китай опиума, принятое в 1800 г., не помешало, как видно из вышеприведенных цифровых данных, дальнейшему увеличению количества ввозимого в страну опиума. Дело в том, что английские и американские купцы-отравители развернули в больших масштабах контрабандную торговлю опиумом, на которой обогащались и продажные чиновники цинского правительства.
В 1836 г. император Даогуан издал эдикт об усилении борьбы с опиумной торговлей.
Для осуществления этого эдикта в Кантон в начале 1839 г. был назначен Линь Цзэ-сюй — один из немногих сановников- патриотов. Он начал действовать решительно и потребовал от иностранных купцов сдачи всех запасов опиума. Когда же они ■отказались, лживо отрицая наличие у них опиума, Линь Цзэ-сюй приказал полностью прекратить торговлю с иностранцами и блокировать факторию английских и других иностранных купцов. После этого свыше 20 тысяч ящиков опиума, принадлежавших английским и американским купцам, было изъято и уничтожено.
Первая опиумная война. Английское правительство, которое уже на протяжении многих лет провоцировало обострение отношений с Китаем, использовало уничтожение опиума как предлог для начала войны. Уже в ноябре 1839 г. английские военные корабли, находившиеся у берегов Китая, совершили разбойничье 1 Ящик опиума весил около 60 кг.
9
Зак. 554
129


нападение на китайские джонки. В 1840 г. в китайские воды пришла большая английская эскадра, которая должна была «подкрепить» требования правительства Пальмерстона об уступке- Англии китайского острова и другие притязания Лондона. Началась необъявленная первая англо-китайская («опиумная») война, в которой Англия являлась агрессором, преследовавшим захватнические цели, а Китай был стороной обороняющейся, вел справедливую войну за сохранение своей независимости и суверенитета. Английские корабли блокировали порты Кантон в провинция Гуандун, Амой в провинции Фуцзянь и Нинбо в провинции Чжэцзян, устья рек Миньцзян (вФуцзяни), Янцзы и Байхэ (в Чжи- лийском заливе). Английский десант в июле 1840 г. захватил Динхай — главный город Чжоушаньских островов (юго-восточнее Шанхая) и подверг его полному разграблению, а жителей — разнузданным насилиям.
«В этой войне, — писал К. Маркс, — английская солдатчина совершала ужасающие жестокости исключительно ради забавы... Насилование женщин, насаживание детей на штыки, сжигание людей целыми деревнями — факты, зарегистрированные не мандаринами, а британскими же офицерами, — совершались тогда исключительно ради распутного озорства» Ч
После захвата Чжоушаньских островов английский уполномоченный передал китайским властям требования лондонского кабинета: переход о. Гонконг под власть Англии, компенсация за уничтоженный опиум, возобновление англо-китайской торговли. После того как война началась, цинское правительство не имело твердой линии. Когда английские десанты заняли Чжоушаньские острова и стали угрожать многим пунктам на побережье — от Кантона до Тяньцзяня, сторонник решительного сопротивления агрессорам Линь Цзэ-сюй был отстранен, в Кантон был послан в качестве уполномоченного Ци Шань, который вступил в переговоры с англичанами и принял их требования. Но капитулянтский акт Ци Шаня вызвал такое возмущение в различных слоях китайского общества, что император не мог утвердить это соглашение. Ци Шань был арестован, а его огромные богатства — миллионы му зямли, сотни фунтов золота, ящики бриллиантов, миллионы лянов1  2 серебра — конфискованы. Соглашение не было утверждено и английским правительством, рассчитывавшим добиться больших привилегий. В Китай были направлены подкрепления. В 1841 г. англичане захватили окрестности Кантона, чиня там насилия и грабежи, вплоть до ограбления могил в поисках драгоценностей.
Затем были взяты порты Амой и Нинбо. Весной 1842 г. английские войска захватили крепость Усун на подступах к Шанхаю^ а 19 июня 1842 г. заняли Шанхай. После этого английская 1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XI, ч. I, стр. 239.
2 Серебряный лян весил 37,3 г и служил денежной единицей.
130


эскадра двинулась по р. Янцзы на Нанкин. На полпути между Шанхаем и Нанкином, у г. Чжэньцзяна, произошло сражение, оказавшее большое влияние на ход войны. Захватив 21 июля 1842 г. Чжэньцзян, англичане не только получили возможность
_ _ I
Районы блокады , Кантон Пор™ Китаяиоткрытые“ | побережья Китая Ханькоу Порты Китая„открытые“£;
Действия армии и флота в i860 г. ?
Англии в 1-ой опиумной X Важнейшие сражения | Действия англо-француз- РусД°ЛХуан™ ?0«Ж'
-ггп-гф.. ской армии и флота во 2-ой нем течении до 1853 г. (
и 3-ей опиумных войнах |
гарнизон возглавляе- начальни- Тянь-пэем,
Во время боев пал смертью командир ки- войск Чэнь Широко из-
угрожать Нанкину, но и вышли на Великий канал (Чжэньцзян стоит на пересечении Янцзы и Великого канала), перерезав важную коммуникацию, соединявшую южные провинции со столицей страны Пекином.
Английские войска одержали ряд побед, решивших исход войны. Но это не означает, что они не встретили сопротивления. В истории Китая сохранилась память о героической обороне Амоя, которого, мый своим ком Гуань
весь погиб, не получив поддержки, но не сдался врагу. “ за Усун храбрых тайских Хуа-чэн. вестны подвиги защитников Чжэньцзяна, полуторатысячный отряд которых мужественно боролся против неприятеля и погиб до послед- 1П ~ „ него человека. Оборона
10. Опиумные воины. тт к
Чжэньцзяна была высоко оценена Ф. Энгельсом, который писал, что в бою за Чжэньцзян «англичанам пришлось убедиться, что татарско-китайские солдаты, хотя и не обладали военным искусством, однако далеко не были лишены храбрости и воодушевления» \
1 К. Маркс и Ф Энгельс, Сочинения, т. XI, ч. I, стр. 159.
131


Однако мужественное сопротивление отдельных китайских отрядов и гарнизонов, не связанных общим планом ведения войны, не имевших единого руководства, действовавших изолированно друг от друга, почти не имевших огнестрельного оружия, было сломлено превосходящей силой хорошо вооруженных английских войск. Капиталистическая хищница Англия победила феодальный Китай и навязала ему мирный договор, подписанный 29 августа 1842 г. на борту английского корабля «Корнваллис» и получивший название Нанкинского договора.
Неравноправные договоры. Это был первый неравноправный договор в истории Китая. Для английской торговли и поселения английских купцов открывались пять портов — Кантон, Амой, Фучжоу, Нинбо и Шанхай. Эти порты стали первыми «открытыми портами», число которых впоследствии значительно увеличилось. «Открытые порты» стали бастионами иностранной колониальной эксплуатации Китая.
Другие статьи Нанкинского договора обязывали Китай уплатить 21 млн. лянов контрибуции, ликвидировать корпорацию Кохонг, установить новый тариф, согласно которому пошлины на ввозимые и вывозимые английские товары не должны были превышать 5% от стоимости товара. Захваченный англичанами остров Гонконг переходил в «вечное владение» Англии.
Таким образом Нанкинский договор создал условия для закабаления Китая английскими капиталистами. Он предоставил им постоянную базу у берегов Китая (Гонконг) и открыл английским товарам доступ в Китай, который не мог защищаться даже при помощи таможенных пошлин.
Но и это не удовлетворило капиталистов Англии. Пользуясь поражением Китая, они навязали ему в октябре 1843 г. «дополнительное соглашение о торговле в пяти портах», подписанное в Хумыне. Хумыньское соглашение состояло из 17 пунктов, из которых самыми важными были пункты, устанавливавшие экстерриториальность иностранцев, т. е. подсудность их не китайским судам, а иностранным консулам, учреждение в «открытых портах» иностранных сеттльментов — кварталов, управляемых иностранцами, которые имели право держать там свои войска и полицию. Хумыньское соглашение предоставило англичанам и право наибольшего благоприятствования, т. е. все преимущества, которые в будущем могла получить в Китае какая-нибудь другая держава, автоматически распространялись на Англию.
Вслед за Англией другие капиталистические страны ринулись в брешь, проделанную английскими пушками в стене китайского суверенитета. Хотя США официально не вели войны с Китаем, во время военных действий американские корабли находились в китайских водах, оказывая тем самым давление на китайское правительство. После поражения Китая командующий американской эскадрой вынудил кантонские власти уплатить свыше 100 тысяч лянов контрибуции под видом «возмещения убытков».
1 пл


Вслед за тем американский уполномоченный, сопровождаемый военным флотом, прибыл в Китай и, угрожая новой войной, потребовал предоставить США преимущества, полученные Англией по договору 1842 г. Китай вынужден был уступить, и 3 июля 1844 г. был подписан американо-китайский договор в Ванся, по которому США не только получили те же права, что и Англия, но и ряд дополнительных привилегий: было расширено толкование права экстерриториальности, американские судовладельцы могли осуществлять беспошлинно каботажные перевозки и, наконец, было оговорено право пересмотра договора через 12 лет. Таким образом, США активно включились в политику закабаления китайского народа.
В том же 1844 г. был заключен неравноправный франкокитайский договор, по которому Франция, сверх уже вырванных державами привилегий, добилась для католической церкви права вести в Китае миссионерскую пропаганду. Религиозные миссии стали средством идеологической экспансии капиталистических держав и прикрытием для подрывной деятельности их разведок в Китае.
Первая опиумная война и навязанные Китаю в результате ее неравноправные договоры положили начало процессу превращения Китая в полуколонию.
Англия, США и Франция начали экономическую агрессию в Китае в широких масштабах. Теперь, наряду с основным внутренним противоречием китайского общества — противоречием между феодальными производственными отношениями и потребностями развития производительных сил, которое выражалось в борьбе между трудящимися массами и феодалами, на первый план начало выступать другое противоречие — между китайским народом и агрессивными капиталистическими державами.
Начало борьбы китайского народа против капиталистических поработителей. Уже в период первой опиумной войны народные массы Южного Китая решительно выступили против захватчиков. Первым крупным патриотическим выступлением китайского народа в этот период было восстание жителей деревни Саньюаньли (в 10 км к северо-западу от Кантона) 30 мая 1841 г. Восстание было поднято против захвативших эту местность англичан, чинивших всевозможные жестокости и грабивших местных жителей. Повстанцы создали отряды пинъинтуаней (отряды усмирения англичан). Жители приблизительно 100 близлежащих деревень — мужчины и женщины — присоединились к пинъинтуаням. Английский отряд численностью в несколько тысяч человек был окружен китайцами, число которых все время росло. Лишь вмешательство маньчжурских властей, по требованию английского командующего добившихся пропуска англичан, спасло захватчиков. Восстание у д. Саньюаньли было не единственной вспышкой борьбы народных масс против английских поработителей. В эти же дни жители 133


деревни Саньшаньцунь атаковали шедший по другой дороге отряд английских войск численностью свыше 100 человек и захватили две пушки и другое оружие. Ополчение жителей города Фошань- чжэня вступило в бой с англичанами и истребило несколько десятков захватчиков.
Таким образом, на юге страны во время опиумной войны развернулось широкое народное движение борьбы против агрессоров, которое было бы еще сильнее, если бы цинские власти не препятствовали действиям народа и не подавляли их.
После опиумной войны это народное движение продолжалось. Участники движения пинъинтуаней образовали ядро созданного после подписания Нанкинского договора общества Шэнпинсюэшэ («Общество дружбы») Шэнпинсюэшэ имело следующую структуру: 100 человек составляли «цзя»!, 8 «цзя» образовывали «цзун» 1 2, 8 «цзун» — общество («шэ»), 8 «шэ» — большой «цзун». Всего Шэнпинсюэшэ объединяло свыше 100 тысяч человек. В мирное время они занимались своими обычными делами, а в случае нужды быстро собирались для совместных действий против иностранных захватчиков. Жители уездов восточного Гуандуна создали Дунпиншэсюэ («Восточное общество мира»), жители о. Хонам (к югу от Кантона) организовали Лунпиншэсюэ («Общество цветущего мира»), жители южных пригородов Кантона основали Наньпиншэсюэ («Южное общество мира»). В самом Кантоне действовало общество Миньлунтан. Все эти общества были связаны с Шэнпинсюэшэ, являлись его отделениями. Именно деятельность Шэнпинсюэшэ привела к тому, что англичане еще несколько лет не могли селиться в Кантоне. Жители Кантона самоотверженно боролись против притязаний англичан. Вскоре после подписания Нанкинского договора в Кантоне произошло столкновение между китайцами и английскими моряками, которые своими наглыми бесчинствами вызвали всеобщее возмущение. Вот как описывались эти события в донесении наместника провинций Гуандун и Гуаней: «После того как корабли английских варваров вернулись из провинций Фуцзянь и Чжэцзян и остановились в Гонконге, иностранцы стали вести себя весьма вызывающе. Иностранцы и моряки, проживающие в доме иностранной фирмы «Шисань» в Кантоне, оскорбляли жителей, в нетрезвом виде грабили лавки и оскорбляли проходящих по улицам женщин. Во время всех этих конфликтов местные власти наводили порядок, и дело до крайностей не доходило. Но народ затаил глубокую ненависть к иностранцам и жаждал мщения». Далее в донесении говорится о том, что в октябре 1842 г. в Кантоне появились прокламации, в которых от имени общества Миньлунтан клеймились преступления иностранцев и содержался призыв к народу рассчитаться с ними за их злодеяния. 6 ноября 1842 г. 1 «Цзя» обозначает 10 дворов.
2 «Цзун» — целое, общее, совокупность.
134


иностранный моряк в ответ на просьбу китайского торговца заплатить за взятые у него фрукты нанес китайцу ножевую рану. Возмущенные очевидцы стали преследовать преступника, укрывшегося в здании фирмы «Шисань». Иностранцы бросали с крыши этого здания в народ кирпичами и черепицей. Тогда дом, занятый иностранцами, был подожжен. Лишь направление маньчжурскими властями в район, где происходили описываемые события, воинских сил привело к подавлению возмущения народных масс провокациями иностранцев.
Характерно, что маньчжурские власти постоянно выступали защитниками иностранцев от гнева китайского народа. Такая позиция вела к разоблачению правительства' Цинской династии, как прислужника иностранных поработителей Китая.
Вот, например, что писалось в одной из листовок, распространявшихся в Кантоне: «Наши кровожадные чиновники до сих пор -были соучастниками английских грабителей во всех деяниях, которые последние совершали против порядка и справедливости... За пять месяцев текущего года иностранцы убили много китайцев, их трупы были брошены в реку в пищу рыбам. А наши власти делали вид, будто они об этом ничего не знают, они смотрели на иностранных дьяволов, как на богов, а народ презирали как собак, и человеческая жизнь для них не представляла никакой ценности. Они стремились лишь к тому, чтобы сохранить свое высокое положение».
Попытки властей удовлетворить требование англичан о допуске их в Кантон для жительства каждый раз вызывали бурное негодование патриотически настроенного населения Кантона. Так было в 1846, 1847 и 1849 гг.
Таким образом, развитие событий во время и после опиумной войны способствовало развенчанию цинского правительства, подорвало его авторитет и облегчило восстание народных масс Южного Китая, особенно страдавших от иностранной агрессии, против маньчжурских феодалов.
Последствия первой опиумной войны. Опиумная война оказала чрезвычайно отрицательное влияние на положение народных масс Китая. Английские и американские капиталисты, продолжая ввоз в Китай опиума, начали усиленно ввозить туда хлопчатобумажные ткани. Ввоз опиума за 12 лет (с 1838 по 1850 г.) увеличился на !/з (с 40 тысяч до 53 тысяч ящиков). Импорт английских хлопчатобумажных и шерстяных тканей вырос с 1842 г. по 1845 г. примерно в 3,5 раза.
Быстрый рост ввоза опиума и тканей вызвал отлив из страны серебра, что в свою очередь привело к резкому увеличению курса серебряного ляна по сравнению с медной монетой — чохом. В 1820 г. один лян серебра обменивался на 1100—1200 чохов, в 1838 г. — на 1600 чохов, в 1851 г. — на 4700 чохов. При этом следует иметь в виду, что чиновники при сборе налогов 135


и в других случаях брали за лян серебра на 200—300 чохов/ больше, чем требовалось по курсу.
Поскольку крестьяне располагали, как правило, только медной монетой, падение ее курса очень тяжело отразилось на их положении. Вот как описывал процедуру сбора налогов в этот период глава русской духовной миссии в Пекине Палладий Кафа- ров: «На ответственности уездного начальника лежит сбор податей, он принимает от крестьян количество медной монеты, достаточное по его усмотрению для приобретения серебра в казну, так что по мере дороговизны серебра увеличиваются и требования монеты; потом следуют добавления в пользу его самого, в пользу его клевретов и служителей; в случае недоимок по всем этим статьям крестьянина самовольно подвергают суду и пыткам».
Быстрый рост ввоза текстиля из Англии разрушал домашнюю* промышленность и ремесло Китая. Многие мелкие производители-прядильщики и ткачи — были лишены средств к существованию. Все это усилило классовую борьбу в Китае, обострился социальные противоречия и привело к могучей крестьянской войне, известной под названием восстания тайпинов.
Маркс и Энгельс, уделявшие большое внимание освободительной борьбе китайского народа, в ряде статей анализировали непосредственные причины тайпинского восстания. В «Международных обзорах» (1850) они указывали на тот факт, что усиленный ввоз в Китай английских и американских товаров после первой опиумной войны нанес тяжелый удар по китайским ремесленникам. «Непоколебимая Срединная империя пережила социальный кризис. Налоги перестали поступать, государство находилось на краю банкротства, население массами пауперизировалось, начались восстания, массовые убийства мандаринов императора и бонз Фу-Си Ч Страна очутилась на краю гибели и находилась под угрозой насильственной революции»2.
Значение первой опиумной войны для обострения социальных противоречий в Китае Маркс подчеркивает и в других своих работах.
Таким образом, вторжение иностранного капитала в Китай привело к тому, что отдельные антифеодальные и антиманьчжур- ские восстания, вспыхивавшие в различных районах страны в первые десятилетия XIX в., слились, по выражению Маркса^ в одну могучую революцию.
1 Фу- Си — легендарный царь древнего Китая.
2 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. VIII, стр. 210.


ГЛАВА XIII
ВОССТАНИЕ ТАЙПИНОВ
Цзиньтяньское восстание. И января 1851 г. в деревне Цзинь- тянь уезда Гуйпин провинции Гуаней вспыхнуло восстание крестьян и рабочих, занятых обжигом угля, которое положило начала крестьянской войне. Восстание возглавили руководители созданного в 1843 г. тайного антиманьчжурского общества Поклонения верховному владыке (Байшандихой). Главой и идеологом общества был сын крестьянина, сельский учитель Хун Сю-цюань (1814—1864), который ряд лет проповедовал борьбу против маньчжурских поработителей Китая. Руководящими деятелями общества были также угольщик Ян Сю-цин, учитель Фын Юнь- шань, крестьянин Сяо Чао-гуй. Хун Сю-цюань и его сподвижники пропагандировали идею всеобщего равенства, причем для обоснования этой идеи они использовали как некоторые философско-этические учения Китая, так и отдельные положения христианства.
В середине 1849 г. число членов общества достигло 10 тысяч* человек. Они продавали свое имущество и передавали вырученные деньги в общую казну. Одежда и пища распределялись между членами общества равными долями. Пропаганда и осуществление уравнительного распределения всего необходимого были выражением крестьянского «коммунизма», стремления крестьян к «уравниловке», не имеющей ничего общего с коммунистическим способом производства.
Однако в условиях господства феодальных производственных отношений идея всеобщего равенства глубоко прогрессивна, ибо «при борьбе крестьян с крепостниками-помещиками самым сильным идейным импульсом в борьбе за землю является идея равенства, — и самым полным устранением всех и всяких остатков 137


крепостничества является создание равенства между мелкими производителями» L
Основную массу членов общества Байшанди и участников цзиньтяньского восстания составляли крестьяне, рабочие-угольщики и рудокопы, бездомные бедняки, бродившие в поисках средств к существованию, кули. Но к Хун Сю-цюаню присоединились и некоторые китайские купцы и даже помещики. Это объясняется антиманьчжурской направленностью общества, привлекавшей даже китайцев — выходцев из эксплуататорских классов. Среди последователей Хун Сю-цюаня было немало представителей национальных меньшинств, составляющих значительную часть населения юго-западного Китая.
Главными целями восставших были уничтожение маньчжурского ига и равное распределение земли, т. е. ликвидация национального и феодального гнета. Прогрессивные, справедливые -цели повстанцев обеспечили им активную поддержку широких народных масс, в первую очередь — крестьянства, явившегося главной движущей силой восстания.
Первые успехи повстанцев. Образование Тайпинского государства. Восстание в Цзиньтяне увенчалось успехом: повстанцы разбили направленные против них правительственные войска, двинулись на северо-восток и 1 августа 1851 г. заняли окружной центр Юнъань. Здесь было официально провозглашено создание Тайпин Тяньго (Небесное государство великого благоденствия), глава которого — Хун Сю-цюань — получил титул Тянь вана («Небесный царь»). В названии государства содержалась идея установления на земле «царства небесного», в котором каждый пользовался бы «великим благоденствием». Ближайшие помощники Хун Сю-цюаня также получили титулы «ванов» — царей и составили правительство Тайпин Тяньго, фактическим руководителем которого стал Ян Сю-цин. С этого времени повстанцы ■стали называться тайпинами.
Важным достижением тайпинов было создание относительно сильной армии, призванной защищать интересы угнетенных классов — прежде всего крестьянства и городской бедноты — и бороться против угнетения маньчжурами китайцев и национальных меньшинств (мяо, чжуан и др.). В армии тайпинов была установлена строгая дисциплина. Правила для солдат требовали тщательно выполнять приказы командования, не пить вина, не допускать злоупотреблений и не покрывать их, действовать объединенными силами, не присваивать захваченного оружия, золота и серебра, всегда держать оружие в порядке, соблюдать военную тайну. В начале восстания тайпины были вооружены лишь пиками, луками, дубинами. Но, опираясь на поддержку народа, они смогли и при помощи такого примитивного оружия нанести ряд поражений правительственным войскам и частично вооружиться за их
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 12, стр. 316—317. 338


счет. В дальнейшем тайпины организовали собственное производство оружия, в том числе пушек. Тайпинская армия, поддержанная народными массами, успешно применяла тактику маневренной войны, нанеся ряд поражений войскам цинского правительства. В апреле 1852 г. тайпинская армия, прорвав при помощи трудящегося населения фронт правительственных войск, окруживших Юнъань, выступила в поход к реке Янцзы и в декабре заняла порт Иочжоу, откуда двинулась на восток по Янцзы. В конце декабря 1852 г. — январе 1853 г. тайпинская армия после ожесточенных боев заняла города Ханькоу, Ханьян и Учан, составляющие трех- градье Ухань — один из крупнейших центров долины Янцзы. Эта большая победа способствовала росту влияния тайпинов среди народных масс и укреплению их армии, в ряды которой вступило 500 тысяч новых бойцов.
Победы тайпинов в районе Уханя вызвали полную растерянность цинского правительства в Пекине. Однако руководители тайпинской армии не использовали благоприятного момента для нанесения решающего удара по центру маньчжурской реакции. В феврале 1853 г. полумиллионная тайпинская армия выступила из Уханя на восток (по Янцзы на джонках и вдоль ее берегов). Заняв по пути ряд крупных городов, тайпины подступили к Нанкину и 19 марта 1853 г. штурмом взяли этот город — один из самых больших в Китае, являвшийся при Минской династии столицей страны.
Нанкин стал столицей Тайпин Тяньго — антифеодального госу- - дарства китайских крестьян.
Основным законом этого государства был закон о земле, обнародованный после занятия тайпинами Нанкина. Этот важнейший документ определял порядок перераспределения земли, организацию тайпинской армии, систему управления и другие области жизни нового государства. Согласно закону о земле все земли делились на девять категорий по их качеству. Один надел первой категории соответствовал трем наделам девятой категории. Устанавливался принцип раздела земли по едокам. «Земля распределяется наделами по количеству едоков в семье вне зависимости от того, сколько в семье мужчин и женщин», — говорилось в законе. Для детей, не достигших 16 лет, выделялась половина надела взрослого.
Хотя, как показывают исследования китайских историков, перераспределение земли или не проводилось, или осуществлялось только в небольших масштабах в связи с частыми передвижениями линии фронта, все же сам факт провозглашения необходимости уравнительного передела земли имел огромное агитационное значение.
Тайпины пытались строить жизнь на началах патриархальной общины. Закон о земле предусматривал, что «жители Поднебесной не получают имущества в частную собственность. Все поступает Верховному владыке, который имеет необходимые средства 139


для распеделения вещей и продуктов поровну между всеми жителями по всей Поднебесной, дабы все были сыты и в тепле... Когда урожай будет собран, староста общины из 25 семей («сыма») через старост 5 семей («учжан») собирает в государственную кладовую все то, что останется в семьях после оставления необходимых продуктов питания до нового урожая».
По закону о земле жителям выдавались пособия в случае свадьбы и рождения ребенка. Купля невест за деньги воспрещалась. Закон обязывал мужчин в свободное от полевых работ время заниматься гончарным, кузнечным, плотничьим и другими промыслами. Прогрессивным мероприятием тайпинов было установление государственного содержания для лиц, не способных заниматься земледелием и отбывать воинскую повинность.
Армия тайпинов строилась по территориальному принципу несения воинской повинности. Каждая семья выделяла в армию одного человека, пять солдат составляли пяток, пять пятков — взвод, четыре взвода — роту, пять рот — полк, пять полков — дивизию, пять дивизий — корпус, который таким образом охватывал 13 156 семей !. Каждый солдат должен был три четверти года заниматься полевыми работами и одну четверть года — военным делом. Командир воинской единицы являлся одновременно руководителем гражданской власти на соответствующей территории. Следовательно, тайпины занимались мирным трудом, когда позволяла обстановка, а в случае необходимости — сражались с врагом. В армии была установлена система выборности командиров. Ежегодно в тайпинском государстве проводилось выдвижение кандидатов на замещение вакантных гражданских и военных постов, причем кандидаты подвергались многостепенной проверке. Раз в три года проводилась переаттестация должностных лиц, которая использовалась для наказания и разжалования виновных в злоупотреблениях и выдвижения достойных. Судопроизводство осуществляли командиры воинских единиц.
В Тайпинском государстве устанавливалось равноправие женщин. Помимо уже упоминавшегося принципа предоставления женщинам равных с мужчинами наделов земли, а также запрещения купли и продажи невест, женщины имели право наряду с мужчинами сдавать экзамены на соискание степеней, приравнивавших их обладателей к должностным лицам. В тайпинской армии существовали особые женские подразделения, сражавшиеся с войсками реакции. Были запрещены проституция и бинтование ног, уродовавшее женщину.
Тайпины стремились к проведению прогрессивных мероприятий в области культуры, пропагандировали употребление в литературе народного языка.
Стремление тайпинов установить всеобщее равенство проявилось и в уничтожении ими драгоценностей, предметов роскоши,
1 В это число входят и командиры всех подразделений, частей и соеди* нений.
140


отбиравшихся у богачей. В занятых повстанцами городах богатых бездельников принуждали трудиться на общественных работах. Один из бежавших из Нанкина богачей с ужасом рассказывал, что «всех будят чуть свет, заставляют работать по ремонту домов, плотин, по переноске риса, по устройству городских стен». Леность наказывалась как преступление. «В каждых 25 семьях награждаются прилежные и наказываются ленивые» — говорится в «Законе о земле».
Таковы были, в общих чертах, основные экономические и социальные мероприятия тайпинов. Несмотря на то, что в их основе лежали утопические принципы крестьянского «коммунизма», в условиях борьбы против феодального гнета эти мероприятия, направленные на разрушение феодализма, были глубоко прогрессивными, содействовали развитию китайского общества.
Во внешней политике тайпины стремились проводить принцип равноправия в международных отношениях. После объявления Нанкина столицей Тайпин Тяньго тайпины разрешили свободный ввоз на территорию своего государства иностранных товаров, запретив лишь торговлю опиумом. Англия, Франция, США, пытаясь использовать борьбу между тайпинами и цинским правительством в своих корыстных целях, лицемерно заявили о своем намерении сохранять нейтралитет. Об этом говорили английский, французский, американский представители, посетившие Нанкин в 1853—1854 гг. Однако вскоре капиталистические державы, сначала скрыто, а затем открыто, выступили против тайпинов, спасая власть маньчжуро-китайских феодалов.
Северная экспедиция и Западный поход тайпинов. Занятие Нанкина тайпинской армией означало серьезное поражение цинского правительства, но для его свержения необходимо было разбить цинские войска на севере страны и занять Пекин. С этой целью была организована Северная экспедиция тайпинов, начатая в мае 1853 г. Войска Северной экспедиции с боями прошли через провинции Аньхой, Хэнань, Шаньси, снова Хэнань и вступили в конце сентября в столичную провинцию Чжили (ныне Хэбэй). Через месяц тайпинские войска подошли к Тяньцзиню. Однако взять этот крупнейший центр Северного Китая не удалось, так как тайпинские войска во время Северной экспедиции понесли большие потери, которые недостаточно восполнялись. Тайпинам пришлось действовать в трудных условиях непривычной для южан морозной зимы. Руководители Тайпин Тяньго недооценили значение похода на Пекин, выделили мало войск и не обеспечили необходимых резервов. На ходе Северной экспедиции отрицательно сказался тот факт, что тайпинам не удалось поднять на антифеодальную войну чжилийских крестьян.
В то время как Северная экспедиция потерпела неудачу, крупные операции, предпринятые тайпинами для восстановления своей власти в среднем течении Янцзы (Западный поход) развертывались успешно. Этот поход, начавшийся в мае 1853 г., имел
141


11. Восстание тайпинов.
своим результатом освобождение значительной части провинций? Аньхой, Цзянси и Хубэй, в том числе трехградья Ухань, занятого цинскими войсками в начале 1853 г. Район среднего течения Янцзы вновь оказался под властью тайпинов.
Неспособность маньчжурских властей подавить крестьянскую войну пугала китайских феодалов. Они решили активно включиться в борьбу против тайпинов, угрожавших не только господству маньчжуров, но и всей системе феодального угнетения китайского народа. Особенно усердствовал хунаньский помещик Цзэн Го-фань, объединившийся с маньчжурскими поработителями для борьбы против своего народа. Он создал из помещичьих сынков, деклассированных элементов и некоторых обманутых и запуганных им крестьян так называемую Хунаньскую армию или отряды «хунаньских молодцов», которые совместно с цинскими войсками вели войну против тайпинов.
В 1853—1856 гг. тайпинская армия вела ожесточенные бои с объединенными силами цинского правительства и Цзэн Го-фаня. В этих боях тайпины неоднократно били своих врагов, вынудив? Цзэн Го-фаня в мае 1855 г. признать, что «за последние три года армия из-за понесенных поражений пять раз разбегалась полностью».
Внутренняя борьба в Тайпинском государстве. Но благоприятное для тайпинов развитие военных действий было парализовано внутренней борьбой в Нанкине, выразившейся в конфликте между руководителями Тайпинского государства Ян Сю-цином и Вэи Чан-хоем. Эта борьба являлась отражением социальных противоречий между отдельными группировками тайпинов. Вэй Чан-хой был представителем помещиков и купцов, присоединившихся к восстанию ввиду его антиманьчжурской направленности. Однако они не желали последовательного проведения антифеодальных мероприятий, в частности закона о земле. Вэй Чан-хой организовал против выдающегося руководителя тайпинов Ян Сю-цина заговор» склонив к участию в нем ряд тайпинских деятелей, недовольных концентрацией власти в руках Ян Сю-цина. 2 сентября 1856 г. заговорщики убили Ян Сю-цина, его родных и многих сторонников — в общей сложности около 20 тысяч человек. Эта резня существенно ослабила Тайпин Тяньго. Вэй Чан-хой, стремясь закрепить победу своей группировки, наметил убийство известного тайпинского полководца Ши Да-кая. Однако осуществить этот план ему не удалось, так как он сам был убит по приказу Хун Сю- цюаня. В июне 1857 г. Ши Да-кай, фактически отстраненный от участия в руководстве, во главе большой группы тайпинских войск ушел из Нанкина в юго-западные провинции.
С этих пор военная и политическая власть в Тайпинском государстве оказалась сосредоточенной в руках братьев Хун Сю-цюаня и их приближенных. Основные революционные принципы тайпинов, отражавшие стремление китайского крестьянства уничтожить феодальный гнет, были нарушены этой новой группой руководите143


лей. Появились многочисленные «ваны» — по существу новые феодалы. Дисциплина в армии, основанная на преданности командиров и солдат делу освобождения китайского народа, ослабла. Единое руководство тайпинской армией, сосредоточенное в руках Ян Сю-цина, после его убийства перестало существовать. Отрицательно сказался и уход из Нанкина на запад войск Ши Да-кая. Все это привело к изменению обстановки в пользу контрреволюции, армии которой перешли в наступление.
В конце 1856 г. тайпины были вынуждены оставить Учан и Ханьян. Затем военные действия развернулись в восточном Хубэе, а также в Цзянси, Аньхое и Цзянсу, в районе Нанкина. В этих боях в качестве виднейшего руководителя тайпинской армии выдвинулся Ли Сю-чэн, прошедший путь от рядового солдата до крупнейшего военачальника. Ли Сю-чэн боролся с разложением части руководителей Тайпин Тяньго, он стремился возродить народный характер тайпинской армии. Выдающиеся полководческие способности и преданность делу освобождения китайского народа создали Ли Сю-чэну большой авторитет. Он фактически возглавил борьбу за спасение Тайпинского государства и нанес ряд поражений войскам маньчжуро-китайских феодалов. Но эта героическая борьба велась уже в неблагоприятных условиях, когда капиталистические державы открыто вмешались в борьбу в Китае на стороне цинского правительства. Переход Англии, США, Франции к открытой интервенции связан с исходом второй и третьей опиумных войн, в результате которых капиталистические агрессоры значительно усилили свои позиции в Китае, продвинулись по пути его закабаления.


ГЛАВА XIV
ВТОРАЯ И ТРЕТЬЯ ОПИУМНЫЕ ВОЙНЫ
Вторая опиумная война. Капиталистическая Англия, а вслед за ней Франция и США решили использовать благоприятную для них обстановку, чтобы добиться новых преимуществ в Китае и установить свое влияние на цинское правительство. Уже в 1854 г. дипломатические представители Англии, США и Франции предъявили правительству Китая совместное требование о пересмотре договоров, навязанных Китаю в 1842—1844 гг. При этом была использована статья китайско-американского договора 1844 г. о пересмотре договора через 12 лет. Державы требовали разрешения неограниченной торговли во всем Китае, допущения иностранных послов в Пекин, официального разрешения торговли опиумом. Шантажируя цинское правительство, американский посланник Маклейн заявил наместнику провинций Цзянсу и Чжэцзян И Ляну: «Если все наши требования будут удовлетворены, пинскому правительству будет оказана помощь в подавлении тайпин- ского движения. В противном случае я доложу обо всем своему правительству, и мы сохраним за собой свободу действий».
Открыто капитулировать перед державами цинское правительство боялось, так как это могло вызвать взрыв негодования народных масс на контролируемой им территории и усилить позиции тайпинов. Поэтому оно не приняло требований представителей Англии, США и Франции.
Однако капиталистические агрессоры не могли в 1854—1855 гг. напасть на Китай, так как Англия и Франция вели в эти годы войну против России в Крыму. Лишь после заключения Парижского мира правящие круги Англии, использовав в качесте повода инцидент с лорчей «Эрроу Ь>, начали в 1856 г. вторую войну против Китая.
1 	Лорча «Эрроу» — китайское судно, владелец которого купил в Гонконге британское судовое свидетельство. Кантонские власти арестовали на «Эрроу» пиратов и контрабандистов, и хотя срок действия британского свидетельства давно истек, английское правительство использовало этот инци* дент как повод для войны.
40 Зак. 554
145


Цинично признавая, что дело не в задержанных контрабандистах, а в стремлении английских империалистов к наживе, газета «Таймс» писала: «Продвижение английской предприимчивости столкнулось со структурой самоизолирующегося китайского общества. Ничтожные детали, является ли этот акт легальным, а тот — целесообразным, преданы забвению. При нормальном и неизбежном развитии мира было необходимо, чтобы в известный момент предприимчивый народ мореплавателей, подобно англичанам, насильно вступил в сношения со слабым, неспособным к прогрессу народом, вроде китайцев, населяющих богатую страну, доступную нашей торговле» !. Инцидент с лорчей «Эрроу» произошел 10 октября 1856 г., а уже в конце октября английская эскадра подвергла Кантон варварской бомбардировке, в результате которой в городе было сожжено около 5000 домов. В начале 1857 г. американское военное судно приняло участие в обстреле- кантонских фортов. Захватчики жестоко расправлялись с мирным населением, жгли китайские деревни.
Маркс и Энгельс разоблачили грабительский характер войны^ начатой Англией, и справедливость сопротивления китайского народа агрессорам. «То, что там произошло, — писал К. Маркс в марте 1857 г. о нападении английского флота на Китай, — есть по существу морской разбой гигантских размеров...»1  2. Маркс заклеймил капиталистических убийц в статье под названием «Английские жестокости в Китае»: «...в высшей степени неправедная война. Ни в чем неповинные жители и мирные купцы Кантона перебиты, их дома разрушены бомбардировкой, все законы человечности попраны под пустым предлогом, будто «жизнь и собственность англичан находятся в опасности вследствие агрессивных действий китайцев!» 3. Разбойничьи «подвиги» колонизаторов вызвали отпор китайского народа. На юге начали создаваться,, как и в период первой опиумной войны, отряды для борьбы с англичанами, вспыхнули волнения в Гонконге и на иностранных кораблях, произошли нападения на английские фактории и купцов. «Это возмущение китайцев против всех чужеземцев было вызвано, — писал Ф. Энгельс, — пиратской политикой британского правительства, которая придала ему характер войны на истребление» 4.
Однако неорганизованная стихийная борьба народных масс*, предававшихся маньчжурским правительством, его наместниками и чиновниками, не увенчалась успехом. В 1857 г. к Англии присоединилась Франция. Объединенная англо-французская эскадра в декабре 1857 г. подошла к Кантону. После того как кантонские власти отвергли требования представителей Англии 1 См. К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XI, ч. I, стр. 145.
2 Т а м же.
3 Т а м же, стр. 156.
4 Т а м же, стр. 165.
146


и Франции об открытии новых морских портов и праве иностранного судоходства по Янцзы, эскадра бомбардировала Кантон, который затем был занят англо-французами и подвергнут ими разграблению.
В 1858 г. военные действия были перенесены на север. Там английские и французские войска, высадившись с кораблей, заняли в мае крепость Дагу и порт Тяньцзинь. Правительство Китая начало переговоры о мире.
Тяньцзиньские договоры. В июне 1858 г. в Тяньцзине были заключены англо-китайский и франко-китайский договоры, по которым Англия и Франция получили право иметь в Пекине свои миссии и возможность для своих подданных свободно передвигаться по Китаю, а также торговать по реке Янцзы. Кроме того, для иностранной торговли были открыты новые морские порты, установилось право неограниченной деятельности миссионеров. Еще более понижались таможенные и транзитные пошлины, легализовалась преступная торговля опиумом. Китай обязывался уплатить Англии и Франции контрибуцию.
США, официально не участвовавшие в войне, но фактически поддерживавшие Англию и Францию, также навязали Китаю договор (за несколько дней до заключения договоров с Англией и Францией), открывавший китайские порты для американских кораблей в целях ремонта, пополнения запаса горючего и продовольствия. Для американской торговли были открыты семь портов, в которые направлялись консулы США. Согласно договору американцы в открытых портах могли арендовать здания, землю и т. д., расширялось право консульской юрисдикции. На основе так называемого принципа наибольшего благоприятствования США получили те же привилегии в торговле, что и Англия и Франция, а также право иметь постоянную дипломатическую миссию в Пекине.
Тяньцзиньские договоры Китая с Англией, Францией и США означали новый шаг по пути превращения Китая в полуколонию. Если по Нанкинскому договору капиталистические державы добились открытия части морского побережья Китая для своей экспансии, то в 1858 г. они получили возможность распространить ее во внутренние провинции в долине великой китайской реки Янцзы.
Россия, которая не участвовала в войне, заключила 28 мая 1858 г. Айгунский договор с Китаем, закреплявший успехи русских в исследовании и освоении Амурского края (экспедиция капитана Г. И. Невельского 1849 г., основание Николаевска-на- Амуре в 1850 г. и других русских поселений и т. д.). В 1855 г., во время Крымской войны, русский флот и войска отбили нападение англо-французов в этом районе. По Айгунскому договору левый берег Амура от р. Аргуни до устья признавался собственностью России, а Уссурийский край от впадения р. Уссури в Амур до моря оставался в совместном владении России и Китая «впредь до опре147


деления границ между двумя государствами». Плавание по Амуру, Сунгари и Уссури запрещалось для всех государств, кроме России и Китая. Вслед за этим в июне 1858 г. в Тяньцзине был подписан русско-китайский договор, предоставивший России права торговли в открытых портах, консульской юрисдикции, направления в Китай посланника и консулов и т. д. По Тяньцзиньскому договору китайское правительство признало условия Ай- гунского договора.
Третья опиумная война. Правящие круги Англии и Франции, вырвав у Китая новые привилегии, не были, однако, удовлетворены результатами Тяньцзиньских договоров.
Считая, что можно пойти дальше по пути агрессии и захватов, английское и французское правительства решили спровоцировать новую войну против Китая. Для этого была использована необходимость ратификации Тяньцзиньских договоров, назначенная через год после их заключения. Уполномоченные Англии и Франции, направляясь в Пекин для ратификации договоров, решили плыть до Тяньцзиня по р. Байхэ в сопровождении военной эскадры из 19 кораблей. Когда же китайские власти воспротивились этому и форты Дату открыли огонь по иностранным военным кораблям, незаконно вторгшимся на китайскую территорию, английское и французское правительства использовали этот инцидент как повод для новой, третьей опиумной войны. Разжигая звериные шовинистические настроения, газета «Дэйли телеграф» писала: «Так или иначе, нужно действовать террором, довольно поблажек!.. Китайцев надо научить ценить англичан, которые выше их и которые должны стать их господами»
Маркс в статье «Новая китайская война», разоблачая «паль- мерстоновских писак», писал, что «договор был нарушен не китайцами, но англичанами, у которых было заранее принятое решение найти повод для ссоры еще до момента, назначенного для обмена ратификациями» 1 2.
Англо-французские войска в июне 1860 г. развернули операции на Ляодунском полуострове и в Северном Китае. 25 августа ими был захвачен Тяньцзинь, жители которого подвергались разграблению и насилиям со стороны оккупантов. Решающая битва произошла 21 сентября 1860 г. на мосту Балицяо, в районе Пекина. В этом сражении маньчжуро-монгольская конница потерпела поражение от артиллерии англо-французов, которым открылся путь на столицу. Интервенты разграбили знаменитый летний дворец императора Юаньминъюань, который был после этого сожжен, чтобы скрыть следы преступлений европейских «цивилизаторов» 3.
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XI, ч. II, стр. 261.
2 Там же, стр. 265.
3 Уничтожением Юаньминъюаня руководил лорд Элджин, отец которого в 1810 г. разграбил Афинский акрополь.
148


Вот как описывал один из европейцев, присутствовавших при разгроме Юаньминъюаня, действия цивилизованных разбойников: «Солдаты, зарывшись с головой в сундуки красного лака, копались в вещах императрицы, другие ворошили груды парчи и шелков, кто рассовывал по карманам или просто ссыпал в рубаху или фуражку рубины, сапфиры, жемчуга, горный хрусталь; кто увешивался драгоценными жемчужными ожерельями. Растаскивали часы с каминов, снимали часы со стен; саперы орудовали топорами, расколачивая мебель в щепы, чтобы выбрать драгоценные камни, которыми были инкрустированы дворцовые кресла Один из них очень усердно старался разрубить прелестные часы в стиле Людовика XV, чтобы извлечь циферблат, на котором сверкали хрустальные цифры: он вообразил, что это бриллианты». После этого постыдного «подвига» англо-французские войска заняли Пекин, ворота которого были открыты маньчжурскими властями. Император Сяньфын и его придворные бежали в провинцию Жэхэ, не пытаясь оборонять столицу. В Пекине остался принц Гун, выступивший за прямую капитуляцию перед капиталистическими державами.
Пекинские конвенции. В октябре Гун заключил в Пекине конвенции с представителями Англии и Франции, согласно которым подтверждались условия Тяньцзиньских договоров. Китай уплачивал 8 миллионов лянов контрибуции, для иностранной торговли открывался Тяньцзинь, Англия захватывала южную часть Коулунского (Цзюлунского) полуострова (напротив о. Гонконг), китайское правительство соглашалось на вывоз из Китая кули. Исход третьей опиумной войны привел к установлению сильного влияния капиталистических держав на цинское правительство в Пекине, которое с 1861 г. фактически возглавлялось принцем Гуном. Этот представитель проиностранной группировки пришел к власти в результате государственного переворота, совершенного им после смерти императора Сяньфына. Пользуясь поддержкой иностранных представителей в Пекине, принц Гун сговорился с Цыси — матерью четырехлетнего наследника и при помощи войск совершил переворот, предав суду регентов, назначенных умиравшим Сяньфыном. Регенты были обвинены в том, что они не искали мира с Англией и Францией, и осуждены на смерть.
Вскоре после заключения англо-китайской и франко-китайской конвенции, в ноябре 1860 г., представитель России Игнатьев заключил в Пекине договор с правительством Китая, закреплявший права России на Уссурийский край.


—J ■ ■■■■ П rj==;
ГЛАВА XV
ПЕРИОД ОБОРОНЫ ТАЙПИН ТЯНЬГО И БОРЬБА
ТАЙПИНОВ С ИНТЕРВЕНТАМИ
Переход капиталистических держав к интервенции. Тяньцзиньские и Пекинские договоры означали не только дальнейшее закабаление Китая капиталистами Англии, Франции, США. Они представляли собой наряду с этим замаскированный сговор капиталистических держав с маньчжуро-китайскими феодалами против китайского народа. По Тяньцзиньскому договору английские и французские подданные получили право судоходства по Янцзы, причем реализация этого условия договора ставилась в прямую зависимость от подавления восстания тайпинов, контролировавших значительную часть долины Янцзы. Но дело не только в этом. Все условия Тяньцзиньских и Пекинских договоров, ставившие Китай в неравноправное положение, могли быть использованы капиталистическими агрессорами только при условии подавления народного восстания, объективно направленного на создание независимого и сильного Китайского государства. Поэтому державы переходят в 1860 г. к несколько замаскированной, а в 1862 г. к открытой интервенции.
В 1860 г. войска тайпинов, руководимые Ли Сю-чэном, получившим незадолго до этого титул чжунвана, нанесли в районе Нанкина ряд поражений правительственным армиям, угрожавшим тайпинской столице. В марте 1860 г. войска Ли Сю-чэна заняли центр провинции Чжэцзян — г. Ханчжоу, вынудив цинское командование оттянуть часть войск из-под Нанкина в этот район. После этого тайпинская армия форсированным маршем двинулась к Нанкину и, разбив войска противника, ликвидировала непосредственную угрозу столице Тайпин Тяньго. В июне 1860 г. тайпины заняли крупный центр провинции Цзянсу — г. Сучжоу. В августе войска тайпинов подошли к Шанхаю. Однако они не смогли занять этот 150


огород, так как против них выступили здесь не только правительственные войска, но и англо-франко-американские отряды. В это время в Шанхае американский авантюрист Уорд на субсидии шанхайских богачей, при покровительстве американского консула, создал отряд для борьбы с тайпинами. Помимо отряда Уорда, против наступавших на Шанхай тайпинов действовали английские, французские и американские военные корабли.
Таким образом, уже во время третьей опиумной войны Англия, Франция и США оказали вооруженную поддержку маньчжуро-китайской реакции в ее борьбе против народного восстания. Английские и американские суда, прикрываясь «нейтралитетом», «перевозили по Янцзы цинские войска, а также вооружение и боеприпасы для них. Эти действия капиталистических агрессоров были заклеймены Ли Сю-чэном. «Англичане и американцы,— говорил он, — условились с нами оставаться нейтральными в нашей борьбе с маньчжурами. Это условие с их стороны соблюдалось так, что они помогали, как только могли, маньчжурскому правительству собрать силы для войны, позволили своим подлинным поступать на службу к маньчжурам». Ли Сю-чэн показал цену «нейтралитета» англо-американцев, разоблачив зверства маньчжурских войск, совершенные при попустительстве и фактическом соучастии иностранцев. Американцы, говорил Ли Сю-чэн, давали возможность правительственным войскам перевозить оружие через территорию, контролируемую тайпинами, на кораблях, шедших под американским флагом. «Не есть ли это самое позорное злоупотребление американской национальностью. Не есть ли это подлое торгашество, низкая сделка с достоинством и честью благородного народа? Не покраснеют ли великие иностранные государства при виде унижения их флагов, используемых для частного возвеличения и позорной проституции?.. Легко судить, чего стоят возвышенные чувства чести, справедливости и равенства, о которых иностранцы заявляют китайскому народу. Сперва они нанесли почти смертельный удар маньчжурской власти, затем под предлогом стремления к благу народа они подпирают карающийся призрак и активно ведут операции против нас».
После третьей опиумной войны капиталистические державы •образовали в Шанхае «комитет обороны» и приступили к созданию, помимо отряда Уорда, названного «всегда побеждающей армией», так называемых «отрядов иностранного оружия». В феврале 1862 г. в Шанхае состоялось совещание иностранных командиров и консулов, на котором было решено перейти к открытой интервенции.
В апреле 1862 г. английский посланник Брюс в Китае докладывал своему министерству иностранных дел: «Если англичане не хотят пожертвовать своими интересами в Китае и намерены обеспечить реализацию своих планов, они рано или поздно должны прийти в столкновение с тайпинами. Чтобы избежать 151


серьезных осложнений, есть лишь один выход: поддержать пекинское правительство, пока еще владеющее тремя четвертям» Китая».
Отряд Уорда к январю 1862 г. вырос до 8 тысяч человек, он располагал пароходами и джонками, вооруженными пушками. Эта банда авантюристов убивала сотни и тысячи тайпинов и мирных жителей, пользуясь своим преимуществом в вооружении. Наемники, предводительствуемые Уордом, грабили захваченные’ города, насиловали женщин, совершали невиданные бесчинства. О масштабах грабежей свидетельствует тот факт, что Уорд за один год накопил 350 тысяч лянов серебра.
Тайпины героически боролись с иностранными интервентами и цинскими войсками. В одном из сражений был убит Уорд. Некоторые города по нескольку раз переходили из рук в руки. Войска Ли Сю-чэна в провинции Цзянсу полностью разгромили пятитысячный отряд противника. В мае 1862 г. армия Ли Сю- чэна заняла города Цзядин и Наньсян в провинции Цзянсу,, причем англо-французские войска, занимавшие эти города, подожгли их и отступили к Шанхаю.
Причины внутренней слабости Тайпинского государства. На в целом обстановка складывалась неблагоприятно для тайпинов.. С одной стороны, им противостояли объединенные силы маньчжуро-китайской и европейско-американской реакции, намного превосходившие тайпинов в вооружении. С другой стороны, в Тайпинском государстве все более ясно обнаруживалась неспособность восставших крестьян самостоятельно создать новый общественный строй.
Идеалом Хун Сю-цюаня и его последователей было создание общества на основах всеобщего равенства. Распределение земли между крестьянами должно было привести к созданию возможностей для складывания капиталистических отношений в китайской деревне.
Однако в то время только начиналось превращение Китая из страны феодальной в страну полуколониальную и полуфеодальную. Хотя еще до вторжения иностранного капитала в Китае зарождался капиталистический уклад, все же условия для победы капиталистического способа производства не созрели. Отсутствие сколько-нибудь значительных элементов капитализма и, следовательно, буржуазии и пролетариата вело к тому, что крестьянство вынуждено было один на один (представители других социальных групп, участвовавшие в восстании, не играли в нем самостоятельной роли) бороться против объединенных сил маньчжуро-китайских феодалов и европейско-американских капиталистических агрессоров.
Внутренняя слабость Тайпинского государства проявлялась и в его монархическом устройстве. Тайпины стремились создать государство на основах демократии, однако отсталость идеологии крестьян привела к установлению монархической формы прав152


ления. И. В. Сталин, говоря о Разине и Пугачеве, указывал: «никогда не надо забывать, что они были царистами: они выступали против помещиков, но за «хорошего царя» 1 Это указание полностью относится и к тайпинам. Монархическое устройство государства способствовало созданию новых феодалов в Тайпин Тяньго в виде «ванов», которых к концу 50-х годов насчитывалось несколько тысяч. Этот титул давался высшим военным и гражданским чиновникам. Ваны получали возможность эксплуатировать крестьян всевозможными поборами, в государственном аппарате тайпинов появилось взяточничество, разложение, первоначальные демократические принципы предавались частью руководителей Тайпинского государства забвению.
Все это ослабляло тайпинов, подрывало основы дальнейшего развития крестьянской войны.
Гибель Тайпинского государства. К середине 1863 г. северное побережье Янцзы оказалось почти полностью под контролем цинских войск. Отряды Цзэн Го-фаня, аньхойского помещика Л® Хун-чжана, ставшего впоследствии одним из руководителей маньчжурского правительства, Цзо Цзун-тана, действовавшего в провинции Чжэцзян, и других душителей крестьянской войны, совместно с иностранными интервентами сжимали кольцо окружения вокруг тайпинской столицы Нанкина. Особенно свирепо действовал отряд, организованный Уордом, который возглавил в 1863 г. английский майор Гордон.
В декабре 1863 г. контрреволюционные войска при помощи предательства захватили крупный центр провинции Цзянсу — г. Сучжоу; в этом же месяце войска Ли Хун-чжана заняли Уси. Понимая невозможность сохранения приморских провинций Цзянсу и Чжэцзян, где иностранным интервентам было особенна удобно действовать, Ли Сю-чэн предложил Хун Сю-цюаню смелый план прорыва из района Нанкина в провинции Хубэй » Цзянси (среднее течение Янцзы), чтобы укрепиться там и продолжать борьбу с контрреволюционными силами. Однако Хув® Сю-цюань отверг этот план.
В марте 1864 г. войска Цзо Цзун-тана заняли Ханчжоу — главный город провинции Чжэцзян. Вся территория Цзянсу и Чжэцзяна, кроме Нанкина, была потеряна тайпинами. Видя безвыходность положения, Хун Сю-цюань в июне 1864 г. покончил с собой. Ли Сю-чэн возглавил героическую оборону Нанкина. Под его руководством тайпины осуществили удачную вылазку, отбили множество атак цинских войск. Но на стороне последних был огромный перевес сил. 19 июля 1864 г. правительственные войска ворвались в город. Победители устроили ужасную резню: к исходу дня 20 июля в Нанкине было убито 100 тысяч человек. Героический тайпинский полководец Ли Сю-чэн был схвачен
И. В. Сталин, Сочинения, т. 13, стр. 113.
153»


» окрестностях Нанкина и подвергнут мучительной казни. Другой выдающийся вождь тайпинов — Ши Да-кай, ушедший на запад и действовавший самостоятельно, был убит в Сычуани в 1863 г.
Восстания Няньдан и Саньхэ. Отряды тайпинов, пробившиеся из Нанкина, продолжали борьбу до 1866 г., а два крупных тайнинских отряда еще в 1862 г. соединились с крестьянами-повстанцами Северного Китая, носившими имя «Няньдан» («партия факелов», отсюда в русской исторической литературе — «факел ь- щики»). Тайное общество Няньдан было создано во время правления императора Канси (1662—1722) для борьбы против маньчжурских завоевателей. Основными районами деятельности Няньдан были провинции Шаньдун, Чжили, Хэнань, Аньхой и Цзянсу. Несмотря на жестокие преследования властей, росло число сторонников Няньдан среди обездоленных крестьян и городской бедноты.
В ноябре 1852 г., в то время как тайпинская армия двигалась вдоль Янцзы к Нанкину, руководитель Няньдан в провинции Аньхой Чжан Ло-син поднял восстание, двинулся в Хэнань и установил там контакт с тайпинскими войсками, наступавшими на север, в направлении Пекина. Отряды Няньдан оперировали в Хэнани, Аньхое, Цзянсу, Шаньдуне, Чжили, Шаньси, Шэньси, Хубэй до 1868 г., причем в феврале 1868 г. они подошли так близко к Пекину, что цинское правительство было вынуждено объявить столицу на осадном положении. Однако неорганизованность, отсутствие единства действий ослабили силы повстанцев Няньдан, и в 1868 г. цинским войскам удалось нанести им решительное поражение.
В то время как в долине р. Янцзы действовали тайпины, а на севере — Няньдан, поднялись на борьбу против маньчжурских феодалов сторонники тайного общества Саньхэ («Триада»). Последователи Саньхэ поддерживали тайпинов в их наступлении к долине р. Янцзы. Наиболее крупными выступлениями Саньхэ были восстания в портах Амое и Шанхае, где это общество пользовалось большим влиянием не только среди городских низов, но и среди купцов. В мае 1853 г. сторонники Саньхэ, предводительствуемые купцом Хуан Дэ-мэем, овладели Амоем и некоторыми другими городами провинции Фуцзянь. В сентябре того же года последователи Саньхэ в Шанхае1, руководимые Лю Ли-чуанем, подняли восстание, захватили власть в городе (за исключением территории международного сеттльмента) и удерживались в Шанхае и окрестных городах до февраля 1855 г. Руководители Саньхэ в Шанхае пытались установить связь с правительством Тайпинского государства в Нанкине, однако их посланцы были перехвачены правительственными войсками и казнены. Прямое вмешательство Англии, Франции и США на стороне цинского 1 В Шанхае общество Саньхэ было известно также под названием Бишоудан («Партия кинжалов»).
154


правительства в борьбу в Шанхайском районе привело к жестокому подавлению восстания.
Общество Саньхэ поднимало в 50-х годах восстания в Гуандуне, причем Кантон в течение полугода был блокирован повстанцами, в Цзянси и некоторых других провинциях страны.
Восстания Няньдан и Саньхэ, происходившие одновременно с тайпинским восстанием, угрожали власти маньчжуро-цинского правительства в различных районах Северного и Южного Китая. Но случайный, спорадический характер связи между тайпинами и тайными обществами, неправильное, иногда даже враждебное отношение руководителей Тайпин Тяньго к Саньхэ и Няньдан препятствовали объединению всех освободительных выступлений в единый могучий поток, который мог бы уничтожить власть антинационального маньчжурского правительства.
Крестьянская война в Китае потерпела поражение, так как китайское крестьянство, несмотря на свою героическую борьбу, не смогло самостоятельно победить объединенные силы контрреволюции в лице маньчжуро-китайских феодалов и европейско- американских капиталистов.
Историческое значение тайпинского восстания. Но несмотря на поражение, восстание тайпинов сыграло огромную роль в истории Китая. Оно потрясло самые основы феодального строя на обширной территории. «Во всей мировой истории немного было таких огромных по своим масштабам крестьянских восстаний и войн, какие происходили в Китае, — указывает Мао Цзэ-дун. — В китайском феодальном обществе только эта классовая борьба крестьянства, только эти крестьянские восстания и войны и были истинными движущими силами исторического развития» Ч
Тайпинское ' восстание сыграло чрезвычайно важную роль в развитии революционных традиций народных масс Китая, в осот бенности традиции вооруженной борьбы народа против сил внутренней и чужеземной реакции.
Восстание тайпинов имело то существенное отличие от крестьянских войн прошлого, что оно, помимо задачи борьбы с феодальными силами, выполняло задачу борьбы с силами иностранной капиталистической агрессии. Правда, в период тайпинского восстания китайский народ находился на начальной ступени познания иностранных капиталистических агрессоров. Но все же это была борьба за национальную независимость Китая, которая выражалась не только в непосредственном сопротивлении англо- американской интервенции, но и в борьбе за свержение маньчжурского правительства, отдавшего страну на закабаление иностранным капиталистам.
Восстания некитайских национальностей. Борьба против феодального гнета, маньчжурского ига и капиталистических 1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 141.
155


агрессоров, главной движущей силой которой было китайское крестьянство, вызвала к жизни движения некитайских народностей, особенно на юго-западе и северо-западе страны. В тайпинском восстании активно участвовали мяо, чжуан и другие народности юго-запада.
В 1856 г. в Юньнани вспыхнуло антиманьчжурское восстание некитайских народностей, исповедовавших ислам. Однако руководство восстанием захватило мусульманское духовенство.
В результате восстания было создано государство с центром в г. Дали, возглавленное султаном Сулейманом. Англия стремилась использовать восстание в Юньнани для установления своего господства в этом районе. В связи с этим Сулейман получил поддержку англичан. Руководители юньнаньского восстания выдвинули реакционный лозунг джихада — «священной войны против неверных», который исключал возможность для некитайских народностей объединенных действий с китайским народом против общих врагов. В результате маньчжурскому правительству удалось в 1873 г. подавить восстание в Юньнани.
На северо-западе в 1862 г. вспыхнуло крупное восстание дунган и уйгуров. Внутренняя слабость этого восстания определялась, как и в Юньнани, тем, что руководство им захватили местные феодалы и муллы, стремившиеся придать ему характер религиозной войны против китайцев. Этим пытались воспользоваться султанская Турция и стоявшие за ней английские капиталисты, стремившиеся создать в Китайском Туркестане марионеточное государство в качестве плацдарма для наступления на Среднюю Азию. Для этой цели Англия хотела использовать созданное в ходе восстания в Кашгарии государство Джетышаар (Семиградье) во главе с сановником Кокандского хана Якуб-беком. Местные духовные и светские феодалы в этом государстве угнетали народные массы не меньше, чем маньчжуры. Все это облегчило подавление восстания, которое было осуществлено маньчжурскими войсками в 1877—1878 гг.
Опыт восстаний в Юньнани и на северо-западе показывал, что некитайские национальности могут добиться успеха в своем стремлении к свободе лишь в союзе с китайским народом, являющимся главной силой освободительной борьбы.
* * *
С первой опиумной войны Китай стал превращаться из феодальной в полуфеодальную, полуколониальную страну. Капиталистические государства Англия, Франция, США начали активную борьбу за превращение Китая в свою полуколонию. Эта капиталистическая агрессия вызвала уже во время первой опиумной войны героический отпор народных масс Китая — единственных подлинных защитников национальной независимости и суверенитета своей родины.
156


Грандиозная крестьянская война середины прошлого века являлась важным этапом не только антифеодальной, но и национально-освободительной борьбы китайского народа. Ее подавление дало возможность классу феодалов сохранить свое господство над народными массами, прежде всего над крестьянством, а европейско-американским капиталистам продолжать попытки закабаления Китая, которые в свою очередь вызывали новое ожесточенное сопротивление китайского народа. Эта борьба китайского народа против внешних и внутренних врагов могла завершиться победой лишь в новых исторических условиях общего кризиса мировой капиталистической системы, когда народные массы Китая получили надежного руководителя в лице пролетариата и его Коммунистической партии.


ГЛАВА XVI
КИТАЙ ПОСЛЕ ПОДАВЛЕНИЯ ТАЙПИНСКОГО
ВОССТАНИЯ 1
Укрепление и расширение экономических и политических позиций держав в Китае во второй половине XIX в. В результате опиумных войн и подавления тайпинского восстания иностранные государства укрепили и расширили свои позиции в Китае.
Увеличился объем торговли капиталистических держав с Китаем. Если в 1864 г. объем внешней торговли Китая равнялся 105,3 млн. лянов, то в 1894 г. он достиг 290,2 млн. лянов. Капиталистические страны ввозили в Китай опиум, пряжу, хлопчатобумажные ткани.
Если еще в 1871 г. опиум составлял 45% всего ввоза, а мануфактура только 30%, то к 1899 г. опиум составляет уже всего 13% импорта, а доля мануфактурных товаров повышается до 39%.
В этот период начинается ввоз в Китай металлов и особенно керосина. С 1886 до 1897 г. его ввоз вырос в три раза. Наконец, •начинается ввоз в Китай риса и муки, что свидетельствовало о сокращении площади посевов продовольственных культур в самом Китае и росте посевов технических культур, на которые предъявлял спрос мировой рынок.
В связи с открытием в Китае ряда иностранных фабрик в Китай стала ввозиться пряжа при относительном сокращении ввоза готовых изделий, готовых тканей. С 1878 по 1898 г. ввоз пряжи в Китай вырос в 20 раз.
Главными статьями китайского вывоза оставались чай и шелк. В 1867 г. чаю было вывезено почти на 35, а шелку на 19 млн. лянов. Остальные статьи вывоза — хлопок, бумага, некоторые ремесленные изделия и прочие — не превышали каждая в отдельности и 500 тысяч лянов.
1 В главах 16 и 17 использованы материалы разделов о Китае II тома «Новой истории стран зарубежного Востока», М., 1952.
158


В последующие годы экспорт чая из Китая стал падать. Создание английских чайных плантаций на Цейлоне и в Индии стала подрывать старинную культуру чая в Китае. Если в 1871 г. вывоз чая составлял 46% всего китайского экспорта, то в 1879 г. он упал до 16%.
Что касается шелка, то хотя его вывоз и не уменьшался, на падение цен на шелк на мировом рынке болезненно отражалось на китайском производителе.
Постепенно стали появляться новые статьи китайского экспорта: соевые бобы и жмыхи, производившиеся в Маньчжурии хлопок и ряд других технических культур, волос, щетина, кожи.
Внешняя торговля Китая стала все больше и больше приобретать черты колониальной торговли: Китай превращался в рынок сбыта промышленных товаров и в источник сырья.
Начиная с 1877 г. для Китая устанавливается пассивный торговый баланс, достигавший в среднем 30—40 млн. лянов в год.
Хотя торговля являлась еще важнейшей формой экономических связей капиталистических держав с Китаем, однако с началом перехода капитализма в странах Европы и в США в империализм появляются новые формы экономического проникновения в Китай.
В Китае появляется иностранное капиталистическое судоходство. В 1867 г. Англия создает свое первое судоходное общество в Китае. Быстро растет количество иностранных судов в Китае. Общий тоннаж иностранных судов в Китае в 1860 г. составлял 6—7 млн. тонн, в 1875 г. он равняется 10 млн. тонн, в 1885 г.— 18 млн. тонн, а в 1895 г. — 30 млн. тонн.
Иностранные фирмы в этот период делают первые попытки строительства в Китае железных дорог.
Еще в 1863 г. 27 английских и американских фирм пытались добиться у маньчжурского правительства разрешения на строительство ими железной дороги между Шанхаем и Сучжоу.
В 1866 г. фирма «Жардин, Матиссон и К°» строит первую железную дорогу между Шанхаем и Усуном протяжением всего в 10 миль; впрочем, вскоре она была разобрана.
Несмотря на неудачу первого железнодорожного предприятия, сам факт начала строительства железных дорог говорил о появлении новых форм экономического внедрения иностранцев в Китай. Строительство иностранцами железных дорог в Китае было средством вложения капитала и вывоза избыточной продукции тяжелой индустрии и в то же время способом, при помощи которого Китай все больше и больше попадал под контроль капиталистических держав. Железные дороги являлись для иностранного Капитала весьма удобным средством для проникновения вглубь Китая.
Иностранный капитал начал в Китае строить промышленные предприятия. В Китае появляются иностранные фабрики и заводы. В 1887 г. англичане имели уже в Китае несколько текстильных фабрик с 150 тысяч веретен и 150 тысяч станков.
159


Наконец, в этот же период в Китае открываются отделения иностранных банков, главным образом английских. В 1865 г. создается английский Гонконг-шанхайский банк, который много десятилетий играл решающую роль как финансовый аппарат иностранного господства в Китае. Кроме того, иностранные капиталисты и их правительства начинают навязывать Китаю первые кабальные займы, что явилось зародышем финансового закабаления Китая.
С ростом иностранной торговли, коммерческого судоходства, со строительством иностранных железных дорог в Китае возникают десятки иностранных страховых контор, обществ и т. д. В 1875 г. в Китае было 211 английских фирм, а в 1887 г. уже 252 английских, 28 американских, 65 немецких и т. д. Всего имелось, приблизительно, около 450 иностранных фирм. Растет и количество иностранного населения. В 1887 г. количество иностранцев, проживавших в Китае, составляло около 8 тысяч человек.
Иностранцы жили в сеттльментах, на концессиях, пользовались экстерриториальностью, т. е. не подчинялись китайским законам и хозяйничали в Китае, как в завоеванной стране.
Укреплению и росту иностранного влияния в Китае способствовало еще ранее вырванное иностранцами у Китая право управления китайскими морскими таможнями. Иностранцы организовали таможенное управление, во главе которого в качестве генерального инспектора стоял англичанин.
Таможенное управление являлось как бы английским наместничеством в Китае, по сути дела государством в государстве. Помимо контроля за всей морской торговлей, таможенное управление открыло иностранные школы, школы переводчиков и готовило для нужд иностранцев соответствующие кадры китайских агентов и посредников. Китай попадал во все большую и большую зависимость от иностранных держав.
Экономическое проникновение иностранных держав закреплялось политическим закабалением Китая.
Англия в 1876 г. навязала Китаю новый неравноправный договор, так называемую Чифускую конвенцию. Эта конвенция открывала для английских купцов ряд речных и морских портов. По этой же конвенции Англия вырвала у Китая привилегии в провинции Юньнань и в Тибете. Япония, которая после своей буржуазной революции 1867—1868 гг. также вступила на путь колониальных захватов, в 1871 г. подписала с Китаем торговый договор. В 1874 г. Япония сделала попытку захватить остров Тайвань. Однако эта попытка не удалась, так как Япония встретила серьезное сопротивление со стороны населения острова.
Угрожая Китаю, Япония в 1876 г. добилась «открытия» Кореи. Это было первым шагом к ликвидации вассальных отношений Кореи с Китаем и к установлению японского господства на Корейском полуострове. В 1880 г. Япония осуществила захват остро-
160


вов Люцю, издавна находившихся в вассальной зависимости от Китая.
Изменения в политической жизни Китая. Во второй половине XIX столетия в политической жизни Китая произошли некоторые изменения. Большую силу приобрели китайские купцы-компрадоры, обслуживавшие иностранных торговцев. Китайские феодальные помещики, втягивавшиеся в мировую торговлю и заставлявшие крестьян переходить к товарным культурам для сбыта их на внешние рынки, также были крупнейшей силой.
Обе эти группы стали претендовать на власть.
Маньчжурская правящая династия еще во время тайпинского восстания была вынуждена привлечь некоторых китайских помещиков и крупных купцов-компрадоров к соучастию во власти.
Ввиду несовершеннолетия императора (название его правления «Тунчжи») страной правили регенты — вдовствующая императрица (мать императора) Цыси и уже упоминавшийся дядя императора — принц Гун.
Из среды же китайских помещиков и компрадоров большое влияние приобрел один из усмирителей тайпинского восстания аньхойский помещик Ли Хун-чжан. Скоро он стал вершителем всей внешней политики империи. Его политика способствовала тому, что Китай попадал во все большую и большую зависимость от иностранных держав. Ли Хун-чжан подписывал с капиталистическими державами новые неравноправные договоры, приглашал в Китай иностранных советников, которые приобрели огромное влияние на дела Китайского государства.
Кроме Ли Хун-чжана, в эти же годы заняли важные посты на службе цинского правительства хунаньский помещик Цзэн Го-фань, помещик из провинции Чжэцзян Цзо Цзун-тан и др. Все они оказали огромную помощь династии в борьбе с народными восстаниями.
Франко-китайская война и захват Францией Вьетнама. Капиталистическая Франция уже давно стремилась к захвату Аннамского королевства (Вьетнама), находившегося в номинальной зависимости от Китая. Захватив в 50—60-х годах Южную область Индокитая — Кохинхину, а также Камбоджу, Франция приступила к осуществлению своих планов в отношении северной части Индокитая. Однако здесь Франция натолкнулась на серьезное сопротивление вьетнамских и китайских войск. Тогда французское правительство прибегло к нажиму на Китай.
В мае 1884 г. французская дипломатия добилась от Ли Хун-чжана подписания договора о ликвидации вассальных отношений Аннама с Китаем. Однако китайское правительство отказало в ратификации этого договора. Тогда французские колонизаторы начали военные действия против Китая.
Франко-китайская война развернулась на двух фронтах: на Море — в Тайваньском проливе и на суше — в северной части Индокитайского полуострова.
1 1 Зак. 554
161


В августе 1884 г. французская эскадра, войдя в китайские воды, топила встречавшиеся китайские корабли, бомбардировала остров Тайвань и юго-восточное побережье Китая. В марте 1885 г. французская армия захватила острова Пэнхуледао.
Одновременно развернулись военные действия в Индокитае, в северной части Аннама — Тонкине. Огромную помощь народам Вьетнама оказали партизанские крестьянские отряды «черных флагов», являвшиеся остатками тайпинской армии. Отряды «черных флагов», руководимые талантливым народным полководцем Лю Юн-фу, нанесли французам ряд поражений.
Однако маньчжурское правительство боялось развязывания народной войны и поспешило подписать 9 июня 1885 г. в городе Тяньцзине капитулянтский мирный договор.
Тяньцзиньский франко-китайский договор являлся еще одним неравноправным для Китая договором. Маньчжурская династия признавала протекторат Франции над Аннамом и, кроме того, разрешала французским купцам свободно торговать в китайской провинции Юньнань и предоставила французам ряд других привилегий.
Англия, воспользовавшись слабостью Китая, усугубившейся в результате поражения в войне с Францией, захватила в 1886 г. Бирму, а позже еще одно вассальное Китаю княжество — Сикким, превратив их в свои колониальные владения.
В 1885 г. представитель Японии вынудил Ли Хуч-чжана подписать соглашение, ограничивавшее сюзеренитет Китая над Кореей. По этому соглашению ввод китайских войск в Корею мог происходить только по согласованию с Японией, которая в свою очередь получала право ввода своих войск в Корею на одинаковых с Китаем условиях. Это соглашение явилось значительным шагом на пути закабаления Кореи Японией.
Так вскоре же после франко-китайской войны одно за другим от Китая отрывались его вассальные владения. Капиталистические державы укреплялись на рубежах Китая и постепенно подбирались к его основной территории.
Рост капиталистического уклада. Внедрение капиталистических держав в Китай не могло не привести к росту в стране товарно- денежных отношений, к появлению в Китае капиталистических фабрик и заводов, к росту в недрах феодального общества капиталистического уклада.
В 70—80-х годах в Китае возникли первые капиталистические предприятия, построенные самими китайцами. Это означало дальнейшее развитие процесса превращения Китая из страны феодальной в страну полуфеодальную — процесса, который начался еще после опиумных войн.
Проникновение иностранного капитала в Китай ускорило, с одной стороны, разрушение натурального хозяйства, кризис ремесленной промышленности в городах и домашней, деревенской промышленности крестьян, а с другой стороны — способствовало 162


дальнейшему росту товарно-денежных отношений в городе и деревне. Все это не могло не привести не только к разложению основ феодальной экономики Китая, но и к возникновению определенных объективных условий для развития капиталистического производства. Разложение натурального хозяйства создавало для капитализма рынок сбыта, а разорение огромных масс крестьян и ремесленников — рынок рабочей силы.
Возникновение и развитие капитализма в Китае означало и рождение в стране новых классов — буржуазии и пролетариата.
Мао Цзэ-дун писал: «Если из среды купцов, помещиков и бюрократии вышла китайская буржуазия, то из среды крестьянства и ремесленных рабочих вышел китайский пролетариат». Эти классы являются «...классами вновь народившимися, не существовавшими ранее в китайской истории. Они вышли из недр феодального общества и сложились в новые общественные классы...» !.
Трудности капиталистического развития. Однако перед нарождающимся китайским капитализмом стояли огромные препятствия, его развитие встречало большие трудности.
Трудности развития капитализма в Китае определялись двумя причинами: во-первых, господством в стране феодальных отношений и феодального строя и, во-вторых, господством иностранного капитала, вырвавшим у Китая привилегии, особые права и различные преимущества.
Революционный демократ Сунь Ят-сен писал, что попытки создания промышленных и даже торговых предприятий в Китае «разбиваются о постыдную алчность гражданских властей», «... что вряд ли нашелся бы капиталист, который рискнул бы своими деньгами в стране, где правительство так же мало заботится об ограждении прав собственности жителей, как и об их жизни и здоровье». Произвол и вымогательства маньчжурских властей отбивали у китайских купцов охоту вкладывать свои, сбережения в строительство фабрик.
Однако произвол властей был далеко не единственным препятствием делу строительства промышленности в Китае.4 Другим препятствием являлись пограничные заставы, существовавшие между отдельными провинциями и даже округами. На этих заставах со всех провозимых китайскими купцами товаров взимались большие пошлины, что удорожало цены на товары и вообще препятствовало созданию единого национального рынка.
Рост бандитизма в Китае, как следствие разложения феодального строя, в свою очередь препятствовал богатым китайцам вкладывать свои капиталы в промышленные предприятия. Предпринимателям приходилось часто содержать собственную стражу, а порой и вносить ежегодно своеобразную контрибуцию атаманам бандитских шаек в обмен за неприкосновенность и за-
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 144. 163


щиту от нападений. Иногда сама полиция или солдаты правительственных войск являлись организаторами грабежей и налетов на те или иные промышленные и торговые заведения.
Одним из препятствий, которые ставил капиталистическому развитию Китая иностранный капитал, была таможенная зависимость— то, что морские таможни были под контролем иностранцев, отсутствие покровительственных пошлин, наводнение Китая иностранными товарами. Иностранцы, кроме того, были освобождены от необходимости платить внутренние таможенные пошлины на пограничных заставах, а также имели и много других льгот и привилегий. Наконец, надо отметить более высокую, по сравнению с китайской, технику на иностранных предприятиях, что давало иностранцам возможность производить и продавать в Китае товары, которые китайские капиталисты не могли производить столь же дешево и хорошо, как иностранцы на своих фабриках.
Своеобразие обстановки в Китае приводило к тому, что богатый крестьянин или ремесленник предпочитал вкладывать свои средства не в промышленное строительство, а в торговлю или в покупку земли, с целью сдачи ее в аренду или в ростовщичество, или в покупку государственной должности, чина и звания.
Предпринимателями-капиталистами в Китае становились главным образом представители влиятельной верхушки правительственной бюрократии, т. е. те, кто мог бороться со всеми теми трудностями, которые ставил предпринимательской деятельности социальный и политический строй страны. Поэтому, как правило, первыми китайскими капиталистами были сановники, губернаторы и генерал-губернаторы. Капитализм рос главным образом «сверху», а не «снизу».
Следовательно, первая особенность китайского капитализма — его тесная связь с государственной властью.
Вторая особенность тогдашних капиталистов — это их тесная связь с феодально-помещичьим землевладением. Они, как правило, являлись и крупнейшими помещиками, чьи доходы прежде всего зависели от феодальной эксплуатации крестьянства и лишь в небольшой степени были следствием эксплуатации наемных рабочих. Эксплуатация крестьянства докапиталистическими методами и для них была безопасней и выгодней, чем предпринимательская деятельность в сфере промышленного производства.
И, наконец, третьей особенностью первых представителей капитализма в Китае была их связь с иностранным капиталом.
Социально-экономические и политические условия Китая толкали первых китайских капиталистов становиться под защиту иностранного предпринимателя или иностранной фирмы. Китайские капиталисты брали иностранные патенты, вывешивали на своих предприятиях иностранные флаги, привлекали иностранцев к соучастию в своем предприятии и т. п. Руководящая роль иностранных специалистов, приобретение иностранной тех164


ники — закупки за границей машин и прочего оборудования, наконец, займы — все это превращало китайских предпринимателей по существу в посредников иностранного капитала, в компрадоров. Принятие многими китайскими капиталистами христианства в свою очередь служило той же цели, т. е. получению гарантий для более или менее «спокойной» предпринимательской деятельности.
Таким образом, в силу того, что Китай превращался в страну полуколониальную, что в ней все сильнее стали хозяйничать иностранные капиталисты, а также ввиду того, что феодальные отношения внутри страны продолжали господствовать и что эти оба обстоятельства препятствовали нормальному развитию страны, собственный китайский капитализм рос в Китае крайне медленно и уродливо.
Капиталистические отношения в деревне в свою очередь развивались медленно. Помещики, богатые купцы, ростовщики вместо развития капиталистического хозяйства попрежнему предпочитали сдавать скупленные земли в кабальную аренду, обращать свои капиталы на ростовщические цели или становиться чиновниками для того, чтобы самим грабить население в качестве властей. Промышленное строительство в городах встречало также огромные трудности. Потеря Китаем таможенной независимости, ввоз иностранных товаров, облагаемых незначительными пошлинами, затрудняли развитие собственно китайской промышленности.
Однако медленно и уродливо в Китае все же развивался капитализм. Начали возникать первые китайские железные дороги, зарождалось и китайское коммерческое судоходство, появились и некоторые собственные капиталистические промышленные предприятия. С развитием капитализма изменялся и облик городов. Ремесленные города приходили в упадок, зато вырастали, главным образом на побережье, новые промышленные центры. Рос такой город, как Шанхай, рос Тяньцзинь, большое экономическое значение приобретал Гонконг, захваченный у Китая Англией в результате опиумной войны. В стране появились телеграф и почта. Создавались новые торговые пути, а старинные караванные тракты приходили в упадок.
На китайской почве стали появляться и складываться новые общественные классы — первые группы национальной буржуазии и первые отряды пролетариата.
Национальная буржуазия была еще крайне слаба, ибо ей закрывали путь к росту и обогащению иностранные конкуренты, феодальные условия, господствующие в стране, а также крупные сановники, которые, пользуясь своей близостью к власти, а также к иностранцам, являлись первыми в Китае предпринимателями. Хозяйничание иностранцев в Китае приводило к тому, что богатело прежде всего компрадорское купечество.
165


Трудности капиталистического развития толкали молодую китайскую национальную буржуазию в эмиграцию, где были несколько лучшие условия для торгово-промышленной деятельности. Китайская буржуазия, эмигрировавшая на Филиппинские острова, в Индонезию, Индокитай и в другие страны, росла гораздо быстрее, чем национальная буржуазия в самом Китае.
Появившийся китайский пролетариат также имел свои особенности. Он возник раньше китайской национальной буржуазии — сначала на иностранных предприятиях (шанхайские текстильщики, моряки). Особенно быстро рос пролетариат в Гонконге, на английских фабриках, заводах и доках.
Формирование национального самосознания. С развитием капиталистических отношений китайский народ постепенно начинал складываться в нацию. Начался процесс формирования национального самосознания. Зарождался буржуазный национализм, носителем идей которого явилась молодая китайская интеллигенция, выражавшая интересы национальной буржуазии и обуржуазившихся помещиков. Эта интеллигенция стала понимать, что Китаю угрожает опасность полного порабощения иностранными державами. Она стала выступать за реформы, видя в них спасение от иностранного порабощения. Подавляющее число представителей этой интеллигенции оставалось монархистами и было против республиканской формы правления. Но они начинали понимать, что существующие в Китае порядки не в состоянии обеспечить независимость родины и ее развитие, прежде всего, конечно, капиталистическое развитие.
Среди интеллигенции особое влияние в то время приобрел Кан Ю-вэй. Кан Ю-вэй родился в Кантоне в 1857 г., получил конфуцианское образование и вместе с тем познакомился с литературой по истории других стран. В особенности Кан Ю-вэй интересовался соседней Японией, которая быстро становилась в ряды капиталистических государств. В 1885 г. Кан Ю-вэй написал книгу «Рассуждения о японском патриотизме». Он считал, что причиной подъема Японии был дух патриотизма. В своих книгах и статьях Кан Ю-вэй призывал китайцев проникнуться патриотизмом и сплотиться, чтобы помочь возрождению родины. В своих работах он ссылался на пример Петра Первого в подтверждение того, что реформы могут обновить феодальный Китай. Он писал также о Польше и Турции, показывая на их примере причины упадка и гибели некогда могущественных государств.
Мао Цзэ-дун писал: «После того, как Китай проиграл опиумную войну в 1840 г., передовые китайцы пережили бесчисленные трудности в поисках правды в западных странах. Хун Сю-цюань, Кан Ю-вэй, Янь Фу и Сунь Ят-сен представляли эту группу 166


людей, стремившихся найти истину на Западе до того, как родилась Коммунистическая партия Китая» L
Влияние Кан Ю-вэя росло. Вокруг него образовалась группа людей, ставившая своей целью реформирование Китая. Кан Ю-вэй и его сторонники (в частности, историк и филолог Лян Цм-чао) стали издавать газеты и журналы европейского типа и переводить на китайский язык новейшую европейскую литературу.
К этому времени в маньчжурском дворе произошли следующие перемены. Хотя в 1873 г. достиг совершеннолетия император Тун- чжи, однако на деле реальная власть оставалась в руках Цыси. В 1875 г. молодой богдыхан заболел оспой и умер. Тогда Цыси возвела на трон своего племянника, дав новому царствованию наименование Гуансюй. Так как новый император был еще очень молод, Цыси снова стала регентшей. Лишь в 1889 г. Гуансюй, ставший совершеннолетним, принял бразды правления. Нужно сказать, что новый император несколько отличался от своих предшественников. На него оказывали известное влияние люди, считавшие нужным провести хотя бы небольшие преобразования и реформы, в частности, его наставник Вэнь Тун-хэ, являвшийся сторонником реформ. Цыси и старые маньчжурские сановники были противниками каких-либо преобразований, и они враждебно относились ко всем тем, кто стоял за реформы. В Пекине, при дворе, образовалось два лагеря. Сторонники реформ апеллировали к императору, а реакционеры группировались вокруг Цыси и ее камарильи.
В декабре 1888 г. Кан Ю-вэй отправил императору Гуансюю доклад, в котором говорил о внешней опасности, угрожавшей Китаю. Он осуждал продажный чиновничий аппарат и призывал императора произвести некоторые реформы. Однако этот доклад Кан Ю-вэя даже не передали Гуансюю: Цыси и поддерживающей ее придворной клике он показался слишком крамольным.
Тем временем движение за реформы распространилось во многих городах страны. Организовались общества сторонников Кан Ю-вэя, к ним примыкали передовые люди из помещичьей и буржуазной интеллигенции. Многие из представителей такой интеллигенции побывали в буржуазных странах Запада и в Японии и стремились перенять оттуда ряд прогрессивных для того времени мероприятий. Объективно их стремления были направлены на то, чтобы в Китае развился капитализм и чтобы Китай стал буржуазной страной. Многие молодые китайские инженеры, врачи, журналисты, учителя выражали тогда эти идеи, а Кан Ю-вэй являлся их вождем.
Несколько раньше о некоторых реформах говорили и представители части маньчжурской бюрократии. Их идеи можно характеризовать как стремление европеизировать Китай. Главным представителем этой группы был Ли Хун-чжан. Но сторонники «дви-
1 М а о Ц з э-д у н, О диктатуре народной демократии, Госполитиздат, 1949, стр. 4.
167


жения за европеизацию» были удовлетворены теми «дружественными отношениями» с иностранными державами, которые устанавливались существующими договорами, а сторонники реформ (приверженцы Кан Ю-вэя) рассматривали эти договоры как оковы для Китая. Первые считали, что для развития Китая вполне достаточно промышленности, субсидируемой и контролируемой правительством, а также армии, владеющей новыми образцами оружия. Другие же (Кан Ю-вэй) постепенно, хотя и очень робко, начинали требовать свободного развития национальных предприятий и даже «политических реформ».
Первых называли сторонниками «подражания» иностранцам, а вторых — сторонниками реформирования, или обновления Китая. Первые ограничивали дело введением новых судов и орудий, а вторые являлись сторонниками преобразований и в области экономики, и в сфере правовых отношений.
Нужно отметить, что и у самого Кан Ю-вэя имелись предшественники в лице Ма Цзянь-чжуна, Се Фу-чэня и других, которые уже в 70-х годах критиковали сановников, стоявших лишь за «европеизацию». Однако и само движение за реформы не было однородным. Реформаторские идеи находили сторонников не только в кругах молодой национальной буржуазии и ее интеллигенции, но и у части помещиков, втянувшихся в сферу международной торговли, и даже среди отдельных представителей маньчжурской администрации. Таким, например, был вице-король двух провинций, Хунань и Хубэй, — Чжан Чжи-дун. Чжан Чжи-дун, будучи вице-королем, вместе с тем являлся владельцем первых капиталистических предприятий и организатором строительства китайских железных дорог. В подчиненных ему провинциях он провел ряд реформ и организовал «Общество реформирования Китая». От своего имени он тоже подал императору Гуансюю доклад о необходимости преобразований, понимая опасность, грозившую стране со стороны иностранных держав. В первую очередь он требовал преобразования китайской армии. Указывая на беззащитность китайского побережья, он предлагал план строительства военного флота, подготовки специалистов морского дела, создания военно-морских арсеналов. В области промышленного развития Чжан Чжи-дун придавал наибольшее значение горному делу, добыче угля и железа.
Во внешней политике Чжан Чжи-дун выступал против предательской линии Ли Хун-чжана.
Однако Чжан Чжи-дун оставался ярым монархистом и считал, что Китай может существовать лишь под властью монарха. «В случае уничтожения монархии, — писал Чжан Чжи-дун,— ученый все время сидел бы да кушал, крестьянин не стал бы платить податей, купец собрал бы неизмеримое богатство, рабочий стал бы бастовать, добиваясь более высокой заработной платы, пролетариат стал бы грабить, сын не слушался бы отца, ученик — учителя, жена — мужа, закон был бы ничем для высоко168


поставленного, сильный обижал бы слабого, и человечества было бы уничтожено!»
«Небо имеет только одно солнце, так и народ не может иметь двух государей!» — повторял Чжан Чжи-дун изречение древнего философа Мэнцзы. Это выступление было направлено против требования парламента.
Вместе с тем внутри реформаторского движения были деятели, правда, их было не много, которые выступали за провозглашение республики — они составляли левое крыло реформаторов. Таким деятелем левого крыла реформаторов был молодой философ Тань Сы-тун. Он являлся автором книги «Учение о гуманности» («Жэньсюэ»), в которой пропагандировал республиканские идеи. Тань Сы-тун положительно отзывался о французской революции, сочувственно относился к крестьянскому восстанию' тайпинов в Китае и не чужд был идее насильственного ниспровержения маньчжурской монархии.
Если такие деятели, как Чжан Чжи-дун, занимали место на правом крыле, а такие, как Тань Сы-тун, на левом, то большинство реформаторов во главе с самим Кан Ю-вэем являлись центром.
Японо-китайская война 1894—1895 гг. После буржуазной революции (реформы Мэйдзи) в Японии быстро стал развиваться капитализм. В стране строились фабрики и заводы, проводились железные дороги, росла внешняя торговля. Наряду с этим* Япония быстро вооружалась и готовилась к колониальным захватам. Японские помещики и капиталисты давно облюбовали для себя Корею, остров Тайвань, Южную Маньчжурию. «Азия для азиатов!»— вот лозунг, выставленный японскими правящими классами, который означал, что Япония должна править всеми государствами Азии.
В 1894 г. Япония, заручившись поддержкой Англии и США, начала свою захватническую войну против Китая. Война началась в Корее. Как известно, Корея была в то время вассалом Китая. В значительной степени эта вассальная зависимость была формальной, но все же Китай являлся сюзереном Кореи.
Капиталистические державы не хотели считаться с вассальными отношениями Кореи к Китаю и через голову Китая самостоятельно устанавливали свои отношения с Кореей. Так действовали Япония, США и другие державы.
В 1894 г. в Корее развернулось крестьянское восстание, руководимое тайным обществом Тонхак («Восточное знание»). Эта восстание развернулось в крестьянскую антифеодальную революцию, а также в освободительную борьбу корейского народа за независимость родины. Восставшие стали угрожать столице Кореи Сеулу, и тогда правительство Кореи запросило помощи у своего сюзерена Китая. В ответ на эту просьбу китайское правительство направило в Корею небольшое количество своих войск, известив, согласно договору 1885 г., об этом Японию. Японское правитель169


ство воспользовалось этим, чтобы начать сосредоточение своей армии в Корее.
25 июля 1894 г., еще до официального объявления войны, японское военное судно «Нанива» напало на транспорт «Кошунг», перевозивший китайских солдат в Корею, и потопило его. В результате погибло более тысячи китайских солдат.
1 августа 1894 г. Япония объявила Китаю войну. Война Японии против Китая проходила последовательно на четырех фронтах. С окончанием военных действий на одном фронте начинались сражения на другом, следующем фронте. Это были — корейский, южноманьчжурский, шаньдунский, наконец, пэнхуледаоский фронты. На корейском фронте военные действия начались с захвата японскими войсками 23 июля королевского дворца в Сеуле. 29 июля произошел бой южнее Сеула у крепости Асан. Однако решающее для этого фронта сражение имело место 16 сентября у Пхеньяна.
17 сентября японцы нанесли поражение китайцам в морском бою в устье реки Ялу, близ острова Хэйан. В результате этого сражения 4 китайских военных корабля были потоплены, а остальные отступили и укрылись в Порт-Артуре. Японцы же не потеряли ни одного корабля. Победы под Пхеньяном и у устья Ялу определили исход сражений на корейском фронте. Япония овладела Кореей. Форсировав реку Ялу, перейдя границу Кореи, японская армия вступила на территорию Южной Маньчжурии. Бои развернулись на южноманьчжурском фронте. В течение октября — ноября японские войска захватили ряд пунктов Южной Маньчжурии и в 20-х числах ноября подошли к Порт- Артуру. Порт-Артур был взят японцами в результате одновременных военных действий и с суши, и с моря.
В начале следующего года, т. е. в январе — феврале 1895 г., начались сражения на третьем фронте — шаньдунском. На этом фронте японцы развернули бои за порт Вэйхайвэй и 2 февраля 1895 г. заняли его.
Маньчжурская армия, несмотря на героизм и выносливость китайских солдат, потерпела поражение.
В те годы отсталый Китай, с только что появившейся слабой промышленностью, с плохо вооруженной и обученной армией, да к тому же управляемый чужеземной династией, враждебной китайскому народу, не мог противостоять капиталистической, довольно хорошо развитой в промышленном и военном отношении Японии.
Китайский народ в этой войне оставался пассивным, он не поднялся на защиту своей земли. Сама война ограничивалась лишь несколькими районами страны. Вследствие феодальной раздробленности страны правители центральных и южных провинций считали эту войну не их делом. Например, когда в порту Вэйхайвэй среди китайских кораблей был захвачен японцами оказавшийся там корабль, принадлежавший властям южной 170


провинции Гуандун, то губернатор этой провинции просил Японию возвратить этот корабль на том основании, что провинция Гуандун, дескать, не воевала с Японией.
Дипломатия Ли Хун-чжана, прикрывавшаяся девизом «и и чжи и» («с помощью яда бороться с ядом», или «борясь с варварами использовать других варваров») была рассчитана лишь на то, чтобы добиться вмешательства иностранных держав для посредничества. Такая политика, вместо курса на усиление самой страны и мобилизации народа, не могла не привести Китай к поражению.
В марте 1895 г. в японском городке Симоносеки ^начались мирные переговоры между Китаем и Японией. Однако Япония всячески затягивала переговоры. Дело в том, что японцы ставили себе целью еще захват у Китая острова Тайвань, а для этого нужно было сначала овладеть островами Пэнхуледао (Песка- доры). Поэтому Японии надо было поставить Китай перед уже совершившимся фактом занятия островов Пэнхуледао.
Для затягивания переговоров, на представителя Китая Ли Хун-чжана было произведено покушение. Он был легко ранен японским террористом, подосланным японской военщиной. После этого на время болезни Ли Хун-чжана переговоры были прерваны. Когда же они возобновились, острова Пэнхуледао уже были в японских руках.
17 апреля 1895 г. был подписан мирный договор. Он носит название «Симоносекского». По этому договору не только острова Пэнхуледао, но и остров Тайвань переходили к Японии.
Договор, навязанный Японией Китаю, был одним из самых кабальных договоров в политической истории Китая.
Американские дипломаты, в качестве экспертов-советников присутствовавшие в переговорах в Симоносеки, всячески старались склонить Китай к принятию кабального договора. Между прочим, в составе обеих делегаций было по американскому эксперту.
В 1-й статье договора Китай признал «независимость» Кореи, что означало независимость Кореи от Китая и начало ее зависимости от Японии. Во 2-й статье говорилось о том, что южная оконечность Ляодунского полуострова (южная часть Маньчжурии), а также Тайвань со всеми прилегающими к нему мелкими островами и острова Пэнхуледао переходят к Японии.
По Симоносекскому договору Китай обязывался уплатить огромную контрибуцию в 200 млн. лянов. Для японских купцов открывался ряд новых портов, а японские суда получали право плавания по внутренним водам Китая.
Особенно важным в Симоносекском договоре являлся пункт, предоставлявший право японским подданным строить в Китае фабрики и ввозить для них машины, что до тех пор иностранцам запрещалось. Это право, вырванное у побежденного Китая, являлось юридическим выражением наступавшего нового периода закабаления Китая — периода, характерного для империалисти171


ческой стадии капитализма. Иностранные державы получали право ввоза в Китай не только товаров, но и капиталов, право сооружения в Китае промышленных предприятий, разработки горных богатств, строительства железных дорог и т. д. Иностран- ные капиталисты, таким образом, получили право нещадно эксплуатировать дешевую китайскую рабочую силу и, используя местное сырье, извлекать максимальные прибыли.
Однако ввиду того, что сам японский капитализм был еще сравнительно слаб и на деле еще не был в состоянии приступить к широкому вывозу капиталов, то этой статьей договора, на основании принципа «наибольшего благоприятствования», вое- пользовались западные державы, прежде всего Англия.
Симоносекский договор вызвал протесты со стороны некоторых влиятельных сановников, не говоря уже о реформаторах. Так, например, цензор Ань Вэнь-цзюнь резко выступил против заключения мира и против всей внешней политики Ли Хун-чжана. Чжан Чжи-дун настаивал на продолжении войны. Реформаторы во главе с Кан Ю-вэем обратились к императору с меморандумом, который подписали 1300 молодых людей, съехавшихся в Пекин на очередные государственные экзамены. В этом меморандуме говорилось о гибельности для Китая мирного договора и выставлялось требование продолжать войну.
Японо-китайская война и Симоносекский мир не могли не обострить противоречия держав на Дальнем Востоке. Война происходила в период перерастания капитализма в империалистическую стадию, когда все труднее становилось найти не захваченную еще каким-либо капиталистическим государством территорию, когда на захват такой территории претендовала не одна, а несколько держав.
К китайским берегам стягивались военно-морские силы ряда держав: Германии, Англии, США, Франции и царской России. Условия Симоносекского мира вызвали сразу же реакцию у иностранных держав. В этот период весьма большую активность в дальневосточных делах стала проявлять Германия. Еще во время войны германская дипломатия обсуждала планы захвата ряда островов и портов Китая.
Германия, считавшая выступление против японских притязаний удобным средством получить за это от Китая компенсацию, предложила царской России совместное выступление в «защиту Китая». Вмешательство России в дальневосточные дела было выгодно Германии, ибо этим немцы намеревались ослабить позиции России в Европе. Царская Россия, обеспокоенная победами Японии и перспективой соседства с ней и в Корее и на Ляодунском полуострове, согласилась на предложение Германии. Франция, являясь союзницей России и из опасения тесного контакта между Россией и Германией, также примкнула к выступлению России и Германии против условий Симоносекского договора.
172


Что же касается Англии и США, которые поддерживали Японию во время самой войны и рассчитывали осуществить свои планы в Китае с помощью Японии, — то они не примкнули к выступлению трех держав против Симоносекского договора.
23 апреля 1895 г. посланники Германии, России и Франции в Токио дали Японии «дружественный совет» отказаться от Южной Маньчжурии. Соотношение сил сложилось таким образом, что Япония вынуждена была уступить, и в результате Южная Маньчжурия (т. е. Ляодунский полуостров) осталась у Китая. Взамен этого Япония получила с Китая дополнительную контрибуцию в 30 млн. лянов. Таким образом, общая сумма контрибуции составляла уже не 200 млн., а 230 млн. лянов.
Передача китайского острова Тайвань Японии не прошла гладко. В защиту острова поднялись сами народные массы, выступившие за целостность и независимость родины. Антияпон- ские выступления на Тайване начались сразу же после высадки на острове японских войск. Наибольший же размах они приняли в мае 1895 г., когда Симоносекский договор подлежал ратификации. На Тайване развернулось народное восстание, и 23 мая 1895 г. была провозглашена Тайваньская республика. Большую роль в этом патриотическом восстании сыграли ранее переброшенные туда из Гуандуна китайские войска известного народного полководца Лю Юн-фу, предводителя отрядов «черных флагов», отличившихся в 1884—1885 гг. в войне Китая против Франции.
Особенно сильное сопротивление японцы встретили в деревне Дайлучунь, в средней части Тайваня, где местные вооруженные силы, вместе с отрядами «черных флагов», решительно атаковали японских захватчиков и нанесли им огромный урон. «Лучше сражаться до последнего и потерять Тайвань, но не преподносить его врагу», — вот лозунг, который тогда выставили китайские патриоты, сражаясь с японцами.
Тайваньская республика просуществовала всего 19 дней. В июне 1895 г., после того как на Тайвань прйбыли дополнительные части японских войск, передача острова была оформлена. Однако народное сопротивление продолжалось еще в течение четырех месяцев. Лю Юн-фу объединил часть войск в особые партизанские отряды и геройски продолжал борьбу. В конце концов восстание на Тайване было подавлено, но оно показало, что свободолюбивое население Тайваня никогда не смирится с чужеземным гнетом. Восстание на Тайване оставило неизгладимый след в памяти китайского народа.
Сунь Ят-сен и его борьба за спасение Китая. Сунь Ят-сен Родился 12 ноября 1866 г. в деревне провинции Гуандун, недалеко °т Кантона. Сначала он учился в иностранной школе на Гавайских островах, а затем в медицинской школе в Кантоне и медицинском институте в Гонконге.
173


Политические взгляды Сунь Ят-сена вначале были весьма умеренными и соответствовали взглядам реформаторов. Он даже лично направил Ли Хун-чжану петицию относительно необходимости реформ.
Но поражение маньчжурского правительства в войне с Японией заставило Сунь Ят-сена пересмотреть свои взгляды и отказаться от реформаторских иллюзий и стать на позиции революционной борьбы против маньчжурской династии.
В 1894 г. среди китайцев-эмигрантов на Гавайских островах возникла организация под названием «Общество Возрождения Китая» (Синчжунхой). В декларации общества, написанной Сунь Ят-сеном, говорилось: «Ныне сильные соседи смотрят на нас злобными глазами тигра и сокола, они давно пускают слюну, глядя на рудные богатства Китая, на обилие всяких продуктов, В прошлом они, подобно червям, беспрестанно отъедали у нас кусочки и, подобно китам, проглатывали целые части нашей страны. Теперь они думают полностью разделить Китай на куски, как тыкву, разделить его на части, как бобы». Далее в декларации говорилось: «Сильные соседи оскорбляют нас, — и причина этого в том, что сердца всех не едины, что каждый заботится о преходящем личном благополучии».
«Общество возрождения Китая» призывало к решительной борьбе против маньчжурской династии и готовило свержение этой ненавистной китайцам чужеземной власти.
В сентябре 1895 г. намечено было восстание в Кантоне. «Общество возрождения Китая» готовило вооруженный переворот. Было закуплено оружие, на сторону восстания привлечены отдельные военачальники императорских войск, но заговор был раскрыт, заговорщики арестованы, а самому Сунь Ят-сену пришлось скрыться и уехать за границу.
Сунь Ят-сен уехал в Японию, оттуда в Америку, а затем в Европу.— в Англию. За границей он вел пропаганду среди китайцев-эмигрантов, собирал средства для продолжения борьбы с маньчжурской династией. Однако в те годы заСунь Ят-сеном шли лишь одиночки. Широкие круги молодой буржуазной интеллигенции еще оставались сторонниками реформ и продолжали идти за Кан Ю-вэем. К народу же Сунь Ят-сен не обращался, не понимая его роли и значения в революционной борьбе. Сунь Ят-сен считал, что спасти Китай смогут лишь героические личности, «мужи, обладающие волей», — как писал он в декларации «Общества возрождения Китая».
Не опираясь на народ, не имея в те годы значительной поддержки и буржуазных слоев, Сунь Ят-сен думал свергнуть маньчжурскую монархию при содействии иностранных держав. В то время некоторые государства, разумеется не из симпатии к революции в Китае, а исходя из своих захватнических целей, готовы были поддержать внутри Китая борьбу против маньчжур174


ского правительства. Пользуясь этим, Сунь Ят-сен принимал иностранную помощь.
Все это свидетельствовало о слабостях Сунь Ят-сена, о том, что он в те годы был далек от народных масс, являлся революционером-одиночкой. Тем не менее он был искренним патриотом, горячо любящим свою страну.
Раздел Китая на «сферы влияния» (1897—1898). После японокитайской войны иностранные державы приступили к новым захватам китайских земель. Начался раздел Китая, о котором велись между державами предварительные переговоры.
1 ноября 1897 г. в Шаньдуне произошло провокационное убийство двух немецких миссионеров, ставшее поводом для выступления Германии. 14 ноября немецкая эскадра, под предлогом защиты германских подданных и наказания за убийство миссионеров, высадила десант в Цзяочжоу.
В марте 1898 г. Германия принудила Китай подписать договор, признающий захват ею Цзяочжоу. Формально эта область была уступлена Германии в «аренду» на 99 лет. Германия получила также право строить железные дороги, разрабатывать горные богатства и создавать рудники в провинции Шаньдун.
27 марта Китай заключил договор и с Россией. Россия получала «в аренду» на 25 лет южную часть Ляодунского полуострова, так называемую Квантунскую область, и право соединить ее железной дорогой с Китайской Восточной железной дорогой (КВЖД), проходящей по Северной Маньчжурии.
В апреле 1898 г. Франция получила в «аренду» на 99 лет бухту Гуанчжоувань в Южном Китае, близ ее индокитайских владений, а в конце мая 1898 г. Англия захватила Вэйхайвэй (Шаньдун), оформив затем этот захват соглашением об «аренде» Вэйхайвэя.
Наряду с территориальными приобретениями державы путем взаимных договоров и принудительных соглашений с Китаем поделили его на «сферы влияния». В сферу влияния Франции отошли остров Хайнань и юго-западные провинции, граничащие с Индокитаем; Англии — бассейн реки Янцзы с ее притоками, т. е. весь Центральный Китай. Кроме того, Англия в июне навязала Китаю договор о предоставлении ей в аренду территории на полуострове Коулун сроком на 99 лет. Германия оформила свои притязания на Шаньдун и бассейн реки Хуанхэ, а сферой влияния царской России считалась вся пограничная с Россией территория к северу от Великой китайской стены (Маньчжурия и Монголия), а также Синьцзян. Японии в качестве «сферы влияния» досталась провинция Фуцзянь, находящаяся напротив захваченного ею острова Тайвань.
Что касается США, то последние развязали в 1898 г. войну против Испании с целью захватить в свои руки Филиппины и Гуам. США захватили эти территории, а кроме того, и Гавайские 175


острова и этим создали цепь своих баз, растянувшихся через Тихий океан по направлению к Китаю.
Но в самом Китае США еще не могли установить своего монопольного господства, и американская дипломатия в 1899 г. ■выступила с так называемой доктриной «открытых дверей» и «равных возможностей». Эта доктрина свидетельствовала о желании империалистов США открыть для себя двери во все районы Китая, о стремлении американских торговцев и капиталистов действовать и в «сферах влияния» других держав. «Все иностранные капиталисты грабят Китай,— говорил Сунь Ят-сен, — но американские при этом хотят еще держать двери открытыми!» Жадные претензии США не на какую-то часть Китая, а на весь Китай — вот суть американской доктрины «открытых дверей».
Помимо аренды китайской территории и организации «сфер влияния», иностранные державы в те годы добились у Китая и ряда новых экономических преимуществ. Главным в тот период был вопрос о строительстве в Китае иностранных железных дорог. Иностранные капиталисты вырывали у правительства Китая концессии на строительство железных дорог.. Общее протяжение полученных железнодорожных концессий за годы 1896— 1899 составляло 10 400 км. Кроме того, организовывались акционерные компании и специальные концерны для эксплуатации горных богатств Китая. Создавались специальные банки. Китаю навязывали один заем за другим. За эти займы маньчжурское правительство предоставляло иностранцам право контроля над доходами от почты, над таможенными сборами и т. д. Сумма долга Китая иностранным державам все время росла. Китай все больше и больше попадал в тяжелую кабалу к иностранным империалистическим державам.
Сто дней реформ. Поражение Китая в войне с Японией, а в особенности начавшийся раздел Китая между империалистическими державами не могли не активизировать деятельности всех китайских патриотов. Активизировались и сторонники реформ во главе с Кан Ю-вэем. В конце августа 1895 г. в Пекине Кан Ю-вэй создал «Ассоциацию усиления государства» (Цянсюэхой).
Реформаторы собирали вокруг себя все большее число сторонников. В 1897 г. Кан Ю-вэй направил императору Гуансюю новые доклады об опасности, грозившей Китаю. «С тех пор, как мы уступили Тайвань, — писал он, — каждый знает, что наше правительство не заслуживает никакого доверия». Продолжая пропаганду, Кан Ю-вэй создал «Клуб сторонников реформ». В речах и докладах, статьях и брошюрах он постоянно подчеркивал одну и ту же мысль: чтобы избежать опасности порабощения иностранными державами, необходимы политические и экономические реформы внутри страны.
376


В апреле 1898 г. Кан Ю-вэй организовал новую политическую организацию Баогохой («Союз охраны государства»). Это была буржуазно-помещичья организация, выступившая с программой реформ.
Император Гуансюй все больше прислушивался к голосам реформаторов. Наконец, он вызвал на аудиенцию Кан Ю-вэя, и 11 июня был обнародован первый указ, положивший начало преобразованиям, известным в истории Китая как «100 дней реформ». Кан Ю-вэй и другие патриоты стали ближайшими советниками Гуансюя. Им были даны государственные посты, а Ли Хун-чжан был отстранен от руководящей деятельности.
Один за другим следовали указы Гуансюя о реформах. В области экономической был издан указ о поощрении национального железнодорожного строительства, фабрично-заводской промышленности, ремесла, улучшения техники сельского хозяйства, горных разработок. Повелевалось создавать горные и сельскохозяйственные училища, готовить инструкторов по шелку, чаю и т. д. В области политической реформаторы провели ряд законов, долженствовавших несколько ограничить власть старой маньчжурской аристократии. Провозглашалось, что отныне на государственные посты могут назначаться «талантливые люди из народа».
12 сентября было назначено совещание конституционной палаты, созданной для обсуждения проекта конституции. Ряд новых указов преследовал цели культурного преобразования Китая. Реформировалось школьное дело, был основан Пекинский университет по образцу европейских. Китайская молодежь, обучавшаяся за границей, получала по специальному указу императора право на государственное пособие. Особое внимание было уделено развитию печати.
Гуансюй ежедневно получал тысячи предложений о различных реформах.
Однако маньчжурская феодальная бюрократия саботировала преобразования. Реакция не дремала. Центром оппозиции против Гуансюя стала вдовствующая императрица Цыси и столичный губернатор Юн Лу. Кан Ю-вэй убеждал Гуансюя арестовать Цыси и Юн Лу. Реформаторы вынуждены были искать военной опоры. Так как старая армия была в руках маньчжурской аристократии, враждебной реформаторам, то они искали опоры среди новых войск, в свое время созданных Ли Хун-чжаном. Им казалось, что молодые офицеры новой армии разделяют их прогрессивные взгляды. По совету Кан Ю-вэя, ' император Гуансюй вызвал на личное свидание Юань Ши-кая, находившегося во главе новых войск. Юань Ши-кай выслушал речи Гуансюя и заверил его в полной преданности его делу. Однако Юань Шш кай тотчас же изменил императору и, отправившись к Юн Лу, донес последнему о своей беседе с Гуансюем.
12 Зак. 554
177


21 сентября 1898 г. Гуансюй при выходе из тронной залы был схвачен подосланными слугами Цыси и заточен в уединенный замок на озере в дворцовом парке. В тот же день от его имени был выпущен указ об отмене всех реформ. В указе говорилось, что Гуансюй «добровольно» отстраняется от государственных дел и просит вдовствующую императрицу взять бразды правления в свои руки. Цыси полностью захватила власть.
Кан Ю-вэю и его сподвижнику Лян Ци-чао удалось бежать. Тань Сы-тун и другие реформаторы были арестованы. 28 сентября шестеро из них во главе с Тань Сы-туном были публично казнены.
Движение за реформы потерпело поражение. Главными причинами поражения реформаторов явилось то, что они выступили без народа, что они боялись народа и были ему чужды. Их реформы не затрагивали нужд народа, не облегчали его положения. Мирные пути «обновления» Китая и попытка «сверху», без революции, спасти страну привели к провалу реформаторов.
Реформаторское движение, являвшееся для того времени прогрессивным, представляло собой попытку обновить Китай посредством верхушечных преобразований, которые исходили бы от трона. Вместе с тем реформаторы преследовали еще и другую цель — предупредить движение снизу, предотвратить революционные выступления масс. Народных масс они боялись больше, чем реакции. Реформаторы были заинтересованы в том, чтобы, сохранив маньчжурскую монархию, разделить с ней власть. Они были заинтересованы в таком разделе власти с династией, чтобы народным массам ничего не досталось.
Движение реформаторов было попыткой части помещиков и чиновников, вступивших на путь капиталистического предпринимательства, а также слабой и малочисленной еще в то время китайской буржуазии, оградить Китай реформами сверху от угрозы полного иностранного порабощения. Эти реформы были верхушечными, они отнюдь не затрагивали основ старого порядка.
В конце XIX в. на китайской почве была сделана попытка открыть дорогу развитию капитализма без коренной ломки феодальных отношений, т. е. попытка своеобразного «прусского пути развития капитализма».


ГЛАВА XVII
ИХЭТУАНЬСКОЕ ВОССТАНИЕ
Японо-китайская война 1894—1895 гг. и последовавшее за ней в 1896—1898 гг. наступление империалистических держав на Китай не только привели к попытке реформ «сверху» и побудили к революционной заговорщической деятельности Сунь Ят-сена, но и вызвали антииностранное восстание широких народных масс. В Китае развернулось народное движение против иностранцев-империалистов. Оно не было связано ни с реформаторами типа Кан Ю-вэя, ни с революционерами-заговорщиками из организации Сунь Ят-сена.
Агрессивная политика иностранных империалистических держав в Китае вызвала мощный взрыв народного гнева. Сами массы выступили на борьбу против иноземных захватчиков.
Активное проникновение иностранного капитала в Китай, в особенности после японо-китайской войны и раздела страны на «сферы влияния» в 1896—1898 гг., чрезвычайно болезненно сказалось на положении населения. Строительство иностранцами железных дорог в Китае лишало заработка рикш, кули, лодочников.
Проведение, например, Пекин-Тяньцзиньской железной дороги в 1897 г. лишило заработка огромное число лодочников, перевозивших грузы по реке Байхэ от Тяньцзиня до Тунчжоу.
О последствиях железнодорожного строительства в Китае писал Энгельс: «...китайские железные дороги означают разрушение всей основы мелкого китайского земледелия и домашней промышленности; а так как там не будет создано, в противовес, китайской крупной промышленности, то сотни миллионов населения будут поставлены в условия, невозможные для существования» L
1 К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XXIX, стр. 130
17&


Иностранные концессии на разработку горных богатеть в свою очередь тяжело отражались на старинных отраслях китайской горной промышленности. Эксплуатация, например, иностранным капиталом каменноугольных копей северо-восточной части Китая подорвала прежнюю кустарную горную промышленность.
Ввоз иностранных хлопчатобумажных товаров разорял миллионы китайцев. «Теперь, — писал один из современников, — благодаря иностранным хлопчатобумажным товарам, продукты местного производства не имеют сбыта. Стоят станки, прялки не кружатся более, и малый источник доходов для юных, старых, слабых и беспомощных иссяк навсегда».
Появление на китайском рынке спичек, керосина, ламп также сильно ударило по китайским промыслам, в частности, подорвало производство растительного масла, использовавшегося для освещения китайских жилищ.
Однако не только сами иностранцы вызывали злобу китайского народа, не меньшую ненависть вызывали «обращенные» китайцы, т. е. те китайцы, которые приняли христианство. Китаец-христианин находился в привилегированном положении, он «чувствовал за собой поддержку иностранного консула. Кроме того, сами иностранные миссионеры, вся их деятельность в Китае все время вызывали возмущение китайского народа. Один из современников рассказывает о том, что видный маньчжурский сановник сказал уезжавшему из Китая английскому посланнику: г«Вы уезжаете, сделайте милость—увезите с собой опиум и миссионеров».
1898—1899 гг. ознаменовались многочисленными народными восстаниями и бунтами. Одними из них руководили старинные тайные братства, другие возникали стихийно. Это были отсталые движения средневекового типа, последние «старокитайские бунты», как называл их Ленин, далекие от современных форм сознательных демократических движений.
Широкие массы сельского населения и городская беднота глубоко ненавидели иностранных капиталистов и их агентов. «Да, — писал Ленин, — китайцы, действительно, ненавидят европейцев, но только каких европейцев они ненавидят и за что? Не европейские народы ненавидят китайцы, — с ними у них не было столкновений, — а европейских капиталистов и покорные капиталистам европейские правительства. Могли ли китайцы не возненавидеть людей, которые приезжали в Китай только ради наживы, которые пользовались своей хваленой цивилизацией только для обмана, грабежа и насилия, которые вели с Китаем войны для того, чтобы получить право торговать одурманивающим народ опиумом (война Англии и Франции с Китаем в 1856 г.), которые лицемерно прикрывали политику грабежа распространением христианства?» L
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 4, стр. 348—349.
180


12. Китай в конце XIX — начале XX в.


Но будучи в плену религиозных верований, народные массы Китая выступая против европейцев, видя в них «заморских дьяволов», применяли отсталые, средневековые формы борьбы. Вот текст прокламации, наклеенной на стенах протестантской церкви в Цзядине (Шаньдун) в июле 1900 г.:
«Специальный указ, изданный богом счастия и благополучия». «Пятый день этого месяца (1 июля) избран для подавления христианской религии, сожжения всей церковной собственности и убийства всех миссионеров и обращенных китайцев. Мы знаем, что с этими учреждениями связано много ломбардов, а также некоторое количество вложений и драгоценностей хранится в них.
Мы возьмем их для оплаты наших солдат.
Мы должны расправиться со всем, что приносит зло народу. Мы страдали так много, что теперь время отомстить за себя.
Мы не будем призывать на помощь ученых или джентри. Мы имеем сто с лишком тысяч божественно призванных солдат. Приказы нашего бога не останавливаются ни перед чем, подавляют все, что вредно народу, и не упустят ничего из того, что может помочь его счастью и благополучию».
То тут, то там крестьяне и кули убивали иностранных миссионеров, купцов, инженеров, солдат, охранявших иностранные концессии, разрушали построенные иноземцами железнодорожные линии и мосты, громили магазины, нарушали телеграфную связь. Наряду с иностранцами они убивали китайцев-христиан, в большинстве своем — богачей, купцов, компрадоров, пользовавшихся покровительством чужеземных империалистов. Участники движения к «дьяволам» причисляли не только иностранцев и китайцев- христиан, но и студентов, изучавших европейские науки, и торговцев, продававших иностранные товары.
В 1899 г. движение с особой силой распространилось в провинции Шаньдун, где хозяйничал германский империализм. Здесь выступили старинные тайные братства «Кулак во имя мира и справедливости» (Ихэцюань), «Большой кулак», «Общество больших мечей» и др. Иностранцы презрительно прозвали повстанцев «боксерами» от слова «кулак», входившего в название некоторых тайных братств. Эти тайные братства в свою •очередь подразделялись на «жертвенники», каждый из них имел своего старшину. Особая роль придавалась заклинаниям, мистике, а в тайном обществе Ихэцюань, которое состояло из приверженцев даосской религии, и физическим упражнениям. Члены •обществ устраивали радения, на которых доводили себя до экстаза. Они верили в духов, идя в бой проглатывали бумажки с заклинаниями, имели свои священные талисманы. Они считали, что физические упражнения и заклинания уберегут их от .иностранных пуль и сделают неуязвимыми.
Разоренные, пауперизированные крестьяне Северного Китая, окончательно выбитые из колеи голодовками, неурожаями, на- 182


волнениями, были наиболее активной силой в антиимпериалистической борьбе. Значительную роль в движении играла городская беднота — ремесленники, подмастерья, ученики, мелкие торговцы, кули и лодочники. В городах к повстанцам присоединялись нищие. Общий поток антиимпериалистической борьбы увлек широчайшие народные низы. В движение вовлекались даже дети. Один из современников рассказывает: «Представьте себе картину. Оживленный базар, покупают, продают, торгуются... вообще занимаются обычными делами. Но слухи, слухи упорные, неизвестно откуда идущие, уже настроили всех на ожидание чего-то необыкновенного. Все чего-то ждут, ждут того, что сразу должно изменить неприглядное настоящее и создать нечто новое, хорошее...
В это время откуда ни возьмись появляются среди толпы какие-то странные дети. Они что-то выкрикивают и производят какие-то странные телодвижения. Их речь туманна и запутанна, в ней нет логики, но в отдельных выкриках звучит что-то уже слышанное, что-то желанное. Детей окружают, расспрашивают. Кто научил вас этому? Никто! Но во сне к нам явился старец и сказал, что надо делать. Затем дети падают на землю и долго лежат без движения, не шевеля ни одним мускулом. Конечно, начинаются разговоры, предположения. Обычно находится старик, который с видом знатока истолковывает значение загадочных, несвойственных, детям фраз, и каждый раз оказывается, что их нужно понимать как призыв к всеобщему восстанию против иностранцев».
Некоторые представители маньчжурской аристократии, крупные сановники сочувствовали антииностранному движению. Например, губернатор Шаньдуна Ю Сянь ненавидел немцев и негласно поддерживал движение тайных братств. Но в 1899 г. немцы добились его смещения с поста губернатора (он был переведен в Шаньси), а в Шаньдун был назначен Юань Ши-кай. Этот авантюрист, сделавший карьеру, предав Гуансюя, теперь выслуживался у немцев и принялся зверски искоренять тайные общества.
Немцы посылали в Шаньдун все новые войска, которые вступали в вооруженную борьбу с повстанцами. Но движение не прекращалось. Оно перекинулось в соседние провинции — Чжили и Шаньси, в Маньчжурию. Кое-где повстанцы уже требовали свержения маньчжуров, продавшихся «заморским дьяволам». «Войско богдыхана, — говорил один из вождей движения, — будет драться заодно с нами, но если Цинская династия не станет помогать нам и не будет на нашей стороне, то знайте, что тогда мы низвергнем династию, но спасем китайский народ от заморских дьяволов».
В мае 1900 г. крупные силы повстанцев стали приближаться к Пекину. Цыси растерялась. В самом Пекине во дворце была 183


группа принцев и сановников, которые ненавидели иностранцев. Так, принц Дуань предлагал поддержать антииностранное дви жение, уверяя Цыси, что иначе повстанцы захватят Пекин и сметут с лица земли не только иностранцев, но и маньчжуров, Дуаня поддерживали некоторые маньчжурские аристократы из числа наиболее враждебных иностранцам.
Но среди ближайшего окружения Цыси были и влиятельные деятели, связанные с иностранными державами. Эти люди настаивали на решительных действиях для подавления антииностран- ного движения. Одним из тех, кто резко возражал против поддержки повстанцев, был Юн Лу. Он уговаривал Цыси скорее подавить повстанческое движение, чтобы избавиться от кары сильных иностранных держав.
Таких же взглядов придерживались Ли Хун-чжан, Юань Ши-кай и др.
Между тем маньчжурские правительственные войска, посланные против повстанцев, переходили на их сторону. Железнодорожное и телеграфное сообщение между Пекином и Тяньцзинем было прервано. 13—14-тысячные отряды повстанцев вступили в Пекин и Тяньцзинь. Иностранные войска, сконцентрированные уже с начала июня в Дагу в количестве около 2000 человек, начали военные действия, захватив форты Дагу. Это положило конец колебаниям Цыси.
Заседание Большого совета императорского двора, на котором Цыси решила открыто поддержать антииностранное восстание, состоялось в ночь с 18 на 19 июня 1900 г. 20 июня был издан императорский указ об объявлении войны. Правительство предложило повстанцам включить их в особые добровольческие отряды для борьбы с европейцами под руководством маньчжурских князей. Повстанцы поверили маньчжурам. Они вошли в Пекин, как друзья маньчжуров, с единственной целью уничтожить «заморских дьяволов». Они были размещены по дворцам принцев и князей, получили обмундирование (красные куртки) и ежедневное довольствие рисом и деньгами. Их реорганизовали в правительственные отряды (ихэтуани), и сам принц Дуань был назначен их главнокомандующим. Они ждали только «знамения неба», чтобы расправиться со всеми «заморскими дьяволами».
Иностранным посольствам в Пекине, не ожидавшим такого оборота дела, было предложено уехать, но они отказались под тем предлогом, что железная дорога на Тяньцзинь была разрушена, ехать же лошадьми было опасно, поскольку дороги были заняты повстанцами.
Германский посланник фон-Кеттлер и японский советник Сугияма, которые вели себя особенно вызывающе, были убиты на улице. Иностранцы забаррикадировались в посольствах под охраной нескольких сот иностранных солдат.
Повстанцы начали осаду посольств, вооруженные лишь старинными' мечами. Цыси, на словах поддерживая повстанцев, в то
184


#е время посылала в осажденные посольства продовольствие.
Интервенция империалистических держав. Еще до событий в Пекине империалистические державы стали направлять в Китай флот и войска. Уже к концу июня в районе Тяньцзинь — Дату было сосредоточено 14 тысяч иностранных войск (японских, английских, американских, царской России и т. п.). События в Китае привели к резкому обострению империалистических противоречий на Дальнем Востоке. Англия опасалась активизации России и стремилась укрепить свои позиции на севере Китая, поэтому она настаивала на том, чтобы державы поручили японским войскам подавление восстания. Это предложение было с готовностью принято японским правительством, уже подготовившим свыше 20 000 человек к отправке в Китай; однако, опасаясь обострения отношений с Россией, японское правительства заручилось на этот случай обещанием английской поддержки.. Россия и Германия не дали согласия на английское предложение. Англия, под предлогом сохранения «порядка» в бассейне Янцзы и на юге Китая, послала крупные силы в Шанхай, Германия в свою очередь направила туда свои войска, имея целью предотвратить попытки Англии захватить опорные пункты на Янцзы. Вильгельм II в то же время выставил требование о назначении немца на пост главнокомандующего объединенной армией, которая сосредоточивалась в Дагу, а с середины июля — в Тяньцзине. Царское правительство, дав распоряжение о занятии русскими войсками Маньчжурии, воздерживалось от руководящей роли в походе на Пекин, не желая обострять отношения с пекинским правительством и рассчитывая после окончания интервенции договориться с ним о новых льготах для царизма в Маньчжурии. Николай II поддержал предложение кайзера о назначении немецкого генерала главнокомандующим всеми силами интервентов.
Главнокомандующим объединенной 60-тысячной армией восьми держав (Германия, Япония, Англия, Франция, США, Царская Россия, Италия и Австро-Венгрия) был назначен германский фельдмаршал Вальдерзее.
14 июля интервенты заняли Тяньцзинь, 4 августа иностранные войска двинулись на Пекин. 14 августа 1900 г. войска империалистических держав оккупировали Пекин и сняли осаду с посольств, продолжавшуюся 56 дней.
Немецкие войска прибыли позже, когда Пекин уже был взят..
Когда немецкие войска вошли в Пекин, они тотчас же принялись за грабежи и убийства. Им не уступали и войска других 'Держав (Японии, Англии, США и др.). Как варвары, они набрасывались на мирные селения и города далеко за пределами Пекина, сравнивая их с землей.
Интервенты бесчинствовали в провинциях Чжили, Шаньдуне, Шаньси. Грабежи союзных войск затмили все, что видел Китай 185


до этих пор. Дворцы, магазины, частные жилища — все без разбору подвергалось разгрому. Интервенты разворовали и уничтожили дворцовую библиотеку, где хранились редчайшие старинные рукописи и книги. Из Пекина вывозили сокровища, золото и жемчуг, слоновую кость и фарфор. Цыси и весь пекинский двор бежали из столицы и перебрались в Сиань. Пекинские дворцы были дочиста разграблены, пьяные офицеры валялись в тронных залах.
Грабеж и зверства интервентов вызвали негодование среди передового человечества. Ленин написал свою знаменитую статью «Китайская война», опубликованную в первом номере большевистской «Искры».
Если Россия помещиков и буржуазии, совместно с другими державами, принимала участие в этой кровавой расправе над китайцами, то была и другая Россия в лице русского народа и в первую очередь российского пролетариата, которая гневными и бичующими словами В. И. Ленина заклеймила политику царского правительства. В. И. Ленин писал: «...китайский народ ничем и никогда не притеснял русского народа: китайский народ сам страдает от тех же зол, от которых изнемогает и русский...», и далее: «Политика царского правительства в Китае есть преступная политика, еще более разоряющая народ, еще более развращающая и угнетающая его» Ч
Великий пролетарский писатель А. М. Горький, узнав о народном восстании в Китае, в письме к Чехову от 9 июля 1900 г. высказал свое горячее желание отправиться в Китай.
Лучшие представители немецкого рабочего класса заклеймили преступление империалистов. С протестом против иностранной интервенции в Китае выступила на Майнцском съезде германской социал-демократии в сентябре 1900 г. Роза Люксембург. Вильгельм Либкнехт разоблачал политику германского правительства в Китае. Пламенную речь произнес в рейхстаге Август Бебель в ноябре 1900 г. Он говорил, что такого варварского похода не знает история, что даже зверства Чингис-хана, Тамерлана и Аттилы «не могут сравниться с тем, что сделали войска немцев и других европейских держав в союзе с японцами в Китае».
Но непосредственной помощи китайскому народу российский, а также международный пролетариат тогда еще не мог оказать. Варвары продолжали безнаказанно зверствовать.
Еще до того как покинуть столицу, Цыси поручила Ли Хун- чжану уладить конфликт с державами. Она предала повстанцев, предала своих князей и сановников и была готова на любые уступки. После того как интервенты заняли столицу, Цыси назначила Ли Хун-чжана официальным представителем для переговоров с иностранными державами. Ряд ультимативных требований, предъявленных державами, был выполнен еще до подпи-
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 4, стр. 351. 186


сания мирного договора. Так, были казнены Ю Сянь и ряд других князей и сановников, замешанных в движении. Принц Дуань, как член царствующего дома, избежал казни, его сослали в Восточный Туркестан. В Берлин и Токио были посланы китайские официальные миссии для принесения извинений.
7 сентября 1901 г. Ли Хун-чжан подписал с посланниками держав так называемый «Заключительный протокол». Он налагал на Китай огромную контрибуцию в 635 млн. рублей, которая должна была быть выплачена в течение 39 лет.
Вместе с процентами сумма контрибуции составляла почти полтора миллиарда рублей. Уплата контрибуции обеспечивалась важнейшими доходами страны, полностью перешедшими под контроль империалистических держав. Иностранцам разрешалось содержать свои войска на пути от Пекина к морскому побережью, форты Дагу и другие, на пути к Пекину, подлежали уничтожению, иностранцам предоставлялся особый квартал в Пекине (дипломатический квартал), где каждое посольство могло иметь свою военную охрану с пулеметами и орудиями. Протокол обязывал китайское правительство наказывать смертной казнью за всякое антииностранное выступление. «Заключительный протокол» полностью превратил Китай в полуколонию империалистических держав.
После подписания «Заключительного протокола» Цыси и двор возвратились в Пекин. Юань Ши-кай был назначен наместником столичной провинции Чжили.
Восстание китайского народа 1899—1901 гг. кончилось поражением. Несмотря на реакционные средневековые формы, в которых оно развернулось, это было «народное восстание в Китае, направленное своим острием против иностранцев, — империалистов» Ч
Это народное восстание, как правильно отмечает китайский историк Фань Вэнь-лань, задержало раздел Китая агрессивными государствами.
Основная причина поражения восстания заключается в огромной социально-экономической отсталости тогдашнего Китая, в отсутствии у китайского крестьянства революционного руководителя в лице пролетариата.
1 «История ВКП(б). Краткий курс», стр. 52.


ГЛАВА XVIII
ПРОБУЖДЕНИЕ КИТАЯ И СИНЬХАЙСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
Полуколониальный Китай в начале XX в. В начале XX в., когда империалистические державы принялись за передел уже поделенного ими мира, наибольшее внимание стали привлекать страны, еще не полностью превращенные ими в колонии, т. е. полузависимые страны. Именно такой страной был огромный и древний Китай. И все же, несмотря на всю свою слабость и отсталость, он был столь обширен и опасен своими мощными народными движениями, что империалистические державы не могли легко и открыто ни разделить его на части, ни поглотить целиком. Начавшееся яростное соперничество за господство на Тихом океане, острая борьба за раздел Китая, за укрепление в нем своих позиций препятствовали утверждению власти той или другой державы, обостряя конкуренцию между ними и вместе с тем принуждая в наиболее напряженные и опасные для держав моменты поддерживать нечто вроде общего фронта против Китая.
Используя финансовое и политическое давление, империалисты стремились завладеть основными областями экономики. Пользуясь тем, что Китай превратился для них в неоплатного должника, через некоторое время после подавления движения ихэтуань и подписания «Заключительного протокола», они взялись за усиление подчинения себе кредитной системы, внешней торговли, таможенной системы, железнодорожного строительства, судоходства, за захват разработок земных недр и промышленного строительства, за «облагодетельствование» Китая новыми кабальными займами.
Господство иностранного капитала сказалось в усилении эксплуатации многочисленного, составлявшего более 80% населения китайского крестьянства. Хозяйство страны, превратившееся в аграрно-сырьевой придаток мирового капиталистического рынка, частично начало специализироваться на производстве экспорт188


ных культур. Чай, шелк-сырец, соя, хлопок, яичный порошок и прочее вывозились из страны. Но вместе с тем Китай потерял на мировом рынке свое первое место по экспорту шелка и чая, что привело к упадку этих отраслей производства. Низкие цены мирового рынка на сою и хлопок не способствовали укреплению крестьянского хозяйства даже при росте вывоза этих культур.
Общее ухудшение положения крестьян вызывало захирение полеводства, неспособного прокормить всего населения. В деревне все чаще и сильнее свирепствовал голод В страну древнейшей земледельческой культуры увеличивался ввоз риса и муки, что облегчало положение определенных слоев городского населения, но закрывало всякие перспективы для улучшения крестьянского хозяйства.
Связь с капиталистическим миром хорошо уживалась с феодальными порядками в деревне. Маньчжурская аристократия, помещики различного состояния и положения, владея землей, строили все свое хозяйство на давних незыблемых основах. Крестьянин — полузависимый арендатор, издольщик, бедняк — основная фигура деревни, арендовал землю, часто на длительные сроки, на время жизни целого поколения, и обрабатывал ее своими орудиями труда. Отдавая чуть ли не до 90% урожая, он и его семья покорно выполняли разнообразные требования помещика, работали в его доме, приносили подарки, терпели унижения и побои. Преследования терпели они и от ростовщика, которому вечно были должны, от чиновников или старосты, от старшин рода. Рабство не было изжито в китайской деревне, особенно рабство женщин.
Батраки чаще всего были поденщиками и существовали в условиях, граничащих с полной нищетой. Более зажиточная прослойка деревни была крайне незначительной. При цинском владычестве даже крестьянин побогаче не имел никаких прав, не мог заняться улучшением и перестройкой своего хозяйства. В условиях резкого возрастания арендной платы и налогов происходило общее обнищание крестьянства и тормозился процесс его расслоения. Проникновение капиталистических отношений в деревню задерживалось общей бедностью деревни, высокой нормой феодальной эксплуатации, рутинным сострянием хозяйства, сохранением остатков соединения сельского хозяйства и домашней промышленности. Сколько-нибудь значительный недород приводил не просто к разорению, а к вымиранию массы голодного населения.
Среди необъятной сельскохозяйственной стихии Китая лишь крохотными островками возвышались промышленные районы, расположенные в интересах иностранных хозяев страны у побе- режья, в долинах больших рек, и в основном на востоке. С началом XX в. резко увеличились иностранные инвестиции. В течение 12 лет, к началу мировой войны, иностранные капиталовложения 189


возросли более чем в 2 раза. С невероятной настойчивостью иностранные компании добивались новых и новых концессий, прав и привилегий. Невозможно учесть количество навязываемых ими Китаю проектов строительства железных дорог, промышленных предприятий, электросети, водопроводов, строительства пароходов, трамвайного сообщения, телеграфов, разработки каменного угля, руд, нефти и прочего, некоторые проспекты были просто фантастическими.
На самом деле в первое десятилетие века несколько ускорилось развитие промышленности, однако это развитие происходило в крайне уродливой форме, затрагивая главным образом области легкой промышленности. Типичным в этом отношении являлся Шанхай, крупнейший промышленный город и центр легкой и обрабатывающей промышленности. Из 60 фабрик Шанхая в 1910 г. 13 было текстильных, 10 шелкомотальных, 10 мыловаренных, 6 табачных. Затем следовали мукомольные, спичечные и прочие предприятия.
Только верфи, арсенал, железнодорожные мастерские, водопровод, электростанция составляли среди них исключения, но и они не были крупными.
В Китае существовали предприятия тяжелой промышленности. Но обращает на себя внимание, что едва ли не единственное крупное металлургическое предприятие Ханьепинского комбината, способное производить сталь, рельсы, оружие, вагоны и прочее, должно было вывозить свои изделия в виде полуфабриката и продавать по крайне низким ценам в Японии и в США. Не лучшей была в это время и судьба оружейных заводов, начавших возникать еще в XIX в. и пришедших в XX в. в упадок в связи с тем, что цинское правительство предпочитало закупать оружие и боеприпасы за границей, у Круппа и пр.
Машиностроительная промышленность вовсе отсутствовала, а слабость индустриального развития Китая показывает и незначительный ввоз машин в страну.
В богатом ископаемыми Китае добывалось очень мало каменного угля и руд и вовсе не добывалось нефти. В область добывающей промышленности, как и легкой, стремился внедриться иностранный капитал. Так Кайлуаньские копи ему удалось захватить почти полностью, а из-за Пинсянских шахт и рудников в Дае, принадлежавших китайскому капиталу, спорили еще японские и немецкие капиталисты. В текстильной промышленности Шанхая иностранцам принадлежало более 2/з предприятий. Помимо открыто иностранных фабрик действовали фирмы иностранные, но скрывавшиеся под китайским названием. Иные китайские капиталисты и их предприятия существовали, как дочерние или филиалы иностранных. На такой шаг иностранные капиталисты шли из боязни враждебности народных масс.
Зависимость китайских национальных предприятий от заграницы выражалась и в необходимости приобретать у иностран190


цев оборудование, а иногда и топливо (нефть), в использовании технического персонала, в вывозе части продукции за границу.
Проникновение иностранного капитала и ввоз товаров из-за границы не уничтожили ручного труда в ремесле. Цеховое ремесло и деревенская домашняя промышленность продолжали существовать, но ремесленник и крестьянин часто превращались в рабочего на дому, трудящегося для капиталиста. Крестьяне, особенно близ больших городов, находясь повседневно в тисках жесточайшей бедности, бросив земледелие, целыми семьями работали по заказу фабриканта, используя полученную от посредника пряжу, а иногда и станок фабриканта. Поражающее своей тонкостью и красотой китайское ремесло пришло в упадок, но не исчезло, уничтожились только некоторые виды ремесла.
С особенной настойчивостью боролись иностранные капиталисты за овладение железнодорожным строительством и эксплуатацию железных дорог. Широко в своих интересах использовали они внешнюю торговлю и возраставший из года в год пассивный баланс Китая. Таможенная зависимость, деятельность иностранных банков, проценты на займы и контрибуцию, новые займы цинского правительства и отдельных провинций приводили к непомерному росту национального долга Китая и его зависимости от международного империализма.
На страже укрепления этой зависимости стояла одряхлевшая доаньчжуро-цинская династия, ставшая главным компрадором и не способная просуществовать сколько-нибудь значительный срок без поддержки иностранных империалистов. Ее опорой в стране являлись маньчжурские и китайские сановники, чиновники, помещики, поставщики, компрадорская буржуазия, имевшие от этого двойную выгоду. Выработанная веками страшная система феодального гнета и наживы за счет народа сохранялась с помощью цинской монархии во всей своей неприкосновенности. Открылся доступ к новому источнику доходов, связанному с колониальным ограблением китайского народа империалистами. Займы, долги, концессии, капиталовложения — от всего этого не малая толика перепадала господствующему классу Китая. Наиболее страдали от колониального грабежа и поэтому объективно были ему враждебны придавленные нуждой крестьяне, Молодой, только еще складывавшийся рабочий класс и китайская буржуазия.
Китайский рабочий класс был еще малочислен, был раздроблен и разобщен по многим мелким предприятиям с различными Условиями труда, был часто связан с деревней патриархальными связями, забит и неграмотен. Прослойка более опытных и квалифицированных рабочих была незначительной, широко использовался труд женщин и детей. В промышленность перекочевали Многие феодальные порядки, как-то: зависимость от старшицок, Контрактация, создание искусственного долга, физические на191


казания. Рабочие получали чрезвычайно низкую заработную плату, жили в ужасных условиях, плохо питались, а рабочий день их был непомерно велик. Огромная резервная армия постоянно возрастала за счет разорявшихся крестьян и ремесленников. И тем не менее рабочий класс уже выступил как некоторая сила.
Класс китайской буржуазии был слаб экономически и политически. В условиях Цинской империи буржуа не обладал ни политическими правами, ни способом выразить свои требования, располагал довольно скудными капиталами, а его имущество, его интересы и даже его жизнь не были охраняемы законом. Многие китайские предприятия только потому и существовали, что были акционерными или тесно связались с иностранными фирмами, при этом собственники китайских предприятий были одновременно служащими или агентами таких фирм. Некоторые капиталисты были в то же время чиновниками и даже сановниками цинской монархии или помещиками, что не мешало цинскому правительству, предоставляя все льготы иностранцам, попирать интересы национального капитала. В тяжелом положении оказывалась новая интеллигенция, обреченная в полуколониальной стране на полную бесперспективность и невозможность применить свои знания.
Влияние русской революции 1905—1907 гг. и революционный подъем 1905—1908 гг. Народная революция в России, распространение мирового капитализма, поражение русского царизма в войне на Дальнем Востоке — все это пробудило китайское общество. Удар, нанесенный русским рабочим классом царизму, — царизму, который вместе с другими империалистами угнетал Китай, не мог не произвести огромного впечатления. Сведения о борьбе русских рабочих чутко воспринимались передовыми людьми, революционное брожение распространялось в стране, крепло чувство национального самосознания и патриотизма, еще нелепей и чудовищней казалось прогнившее пугале маньчжурского владычества. Новая волна массовых народных движений разлилась по Китаю. Сведения о революции в России привели в волнение и тех, кто был оторван от своей родины, скитались в чужих краях или учились за границей.
Движение возникло в Японии, где учились многие представители китайской молодежи и где временами находили приют политические эмигранты. В студенческих кружках и землячествах горячо обсуждались сведения из России и горькая судьба собственной родины. Молодежь зачитывалась книгами русские авторов в переводных изданиях. У русских эмигрантов старались перенять их опыт революционной борьбы, а иногда и террористической деятельности. Даже стали изучать русский язык.
В Китае и за его пределами существовало немало всевозможных больших и малых нелегальных организаций, революционных, просветительских, религиозных. Русская революция указала передовым людям Китая новые методы и формы борьбы,
192


открыла им новые перспективы, как бы обогатила политическим опытом. Все это толкнуло китайских революционеров на объединение своих сил — что было выдающимся достижением в истории революционного движения в Китае. Отдельные, самостоятельные, связанные своими местными интересами и ограниченные провинциальными масштабами общества объединились в одной организации, поставили себе общекитайские революционные задачи, и это само по себе было огромным шагом вперед. Более того, эта новая организация стала искать связи с мелкими обществами и массовыми тайными братствами в Китае. Главой ее был выдвинут наиболее последовательный революционер, первый революционный демократ в Китае — Сунь Ят-сен.
В 1905 г. в Токио представители трех революционных организаций создали Гэмин Чжунхуа Тунмэнхуэй — «Революционный союз объединенных обществ Китая». В состав его вошли, кроме организованного Сунь Ят-сеном общества Синчжун — «Возрождения Китая», общество Хуасин — «Китайского возрождения», объединявшее уроженцев провинции Хунань и основанное в 1903 г. в Чанша под руководством Хуан Сина и Сун Цзяо-жэня, и общество Гуанфу — «Восстановления величия», объединявшее чжэцзянцев и отчасти выходцев из Цзянсы. Гуанфу возникло также в 1903 г. Его основатель Чжан Тай-янь написал предисловие к книге «Революционное войско», за что вместе с автором подвергся преследованию, был брошен в тюрьму и еле уцелел, так как цинское правительство обрекло его на казнь. Газета общества «Субао», опубликовавшая отзыв на эту книгу, также подверглась преследованиям.
Если суньятсеновский Синчжун имел давние связи с обществом «Триад», то Хуасин был еще более тесно связан с другим крупнейшим тайным религиозным обществом «Старших братьев» и некоторыми его филиалами.
Основными программными требованиями союзной организации было уничтожение маньчжурской монархии и учреждение республики, уравнение прав на землю и сохранение мира и дружбы с другими странами.
В 1907 г. Сунь Ят-сен формулировал эту программу в виде трех народных принципов «саньминь чжуи»: национального освобождения, установления демократии и народного благоденствия. Первый и второй принципы выражали призыв к свержению маньчжурской династии, полному уничтожению монархии, объединению нации и установлению республиканского способа правления. В третьем принципе отразилось требование радикального аграрного переустройства на основе национализации земли.
В. И. Ленин, анализируя платформу «великой китайской демократии» в специальной статье «Демократия и народничество в Китае» 1, указал на непоследовательность взглядов Сунь Ят-
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 18, стр. 143—149.
13 Зак. 554
193


сена, на народническую окраску буржуазной демократии в Китае и вместе с тем отметил боевой, искренний демократизм, пропитывающий каждую строчку этой платформы. «Цельный демократизм с требованием республики. Прямая постановка вопроса о положении масс, о массовой борьбе, горячее сочувствие трудящимся и эксплуатируемым, вера в их правоту, в их силу» *, — писал В. И. Ленин.
Организация Тунмэн развила активную деятельность и быстро возросла численно. Во многих городах Китая, в Сингапуре, Сиаме и других открылись ее филиалы. Начала издаваться народная газета «Миньбао», которая печатала значительный материал о русской революции. Некоторые статьи полностью посвящены событиям в России. Так в третьем номере «Миньбао» была помещена статья видного впоследствии революционера Сун Цзяо- женя о русской революции 1905 года. Во втором номере газеты напечатана статья под заголовком «Независимость Лифляндии», в четвертом номере статья о газете русской революционной партии, в шестом номере — о положении в России после издания конституции, и т. д. В газете печатались краткие заметки и фотоснимки из России.
Деятельность Тунмэн находила благодатную почву. В Китае участились массовые выступления крестьян, впервые на арене классовых боев выступили представители рабочего класса, вспыхивали вооруженные восстания в войсках новых формирований, создаваемых в это время маньчжурским правительством. Оживилась деятельность средневековых тайных обществ, заменивших под влиянием революционеров свой лозунг восстановления Минской династии лозунгами Тунмэн. В городах, начиная с 1905 г., проводились бойкоты иностранных товаров, принимавшие порой массовый и длительный характер. Помимо филиалов Тунмэн, создавались всевозможные нелегальные организации мелкой буржуазии. Резко возрастало количество издаваемых газет. Подъем национально-освободительного движения, начавшийся в 1905 г., по прозорливой характеристике, данной В. И. Лениным, отличался и новыми чертами: старокитайские бунты стали перерастать в нем в сознательное демркратическое движение.
Буржуазно-демократическая организация китайских революционеров старалась возглавить массовые выступления. Первым примером такого сочетания сил было восстание на Пинсянских рудниках, вспыхнувшее в ноябре 1906 г. Оно замечательно еще и тем, что стало первым выступлением китайского пролетариата. Цинам удалось подавить это восстание шахтеров, поддержанных крестьянами и частично солдатами, руководимое Тунмэн и тайными обществами «Старших братьев» и «Красной реки», но оно положило начало созданию революционной ситуации в Китае.
После пинсян-люянского восстания Тунмэн продолжал укреплять связь с массовым движением. В 1907 г. его представители 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 18, стр. 144.
194


участвовали в восстаниях в Чаочжоу-Хуангане, Хойчжоу, Аньци- не, в уездах Циньсянь и Ляньчжоу, в Фаньчэне. Сунь Ят-сен, усланный из Японии, участвовал в военных операциях в провинции Гуандун, где особенно разрослось крестьянское движение.
В 1908 г., когда начался некоторый спад стихийных массовых движений в стране, Тунмэн стал готовить вооруженные восстания, создавая отряды добровольцев, работая в армии среди офицеров и солдат, в учебных заведениях, используя помощь тайных обществ. Подпольная литература и оружие в большом числе привозились из-за границы.
Члены Тунмэн организовали весной 1908 г. поход на Хэкоу (Юньнань). В Аньцине их выступление началось террористическим актом. В Кантоне им удалось организовать выступление войск в 1910 г. и восстание весной 1911 г. Во время этого восстания произошло серьезное вооруженное столкновение. С ним свя^ зана память о 72 героях, павших тогда в борьбе.
Подъем национально-освободительного движения в эти годы не привел к революции. Правительство подавляло массовые движения, революционные организации были еще слабы, а китайская буржуазия в целом не поддерживала Тунмэн, выражая больше сочувствия умеренным требованиям и реформаторским надеждам Кан Ю-вэя и Лян Ци-чао. Однако революционная ситуация в стране наглядно показала цинскому правительству невозможность сохранения старого порядка во всей его неприкосновенности. Господствующей верхушке империи пришлось стать на путь лавирования и маневров, сочетавшихся с жестокими репрессиями.
Палачи расправлялись с заподозренными в причастности к борьбе и рубили головы пойманным революционерам; среди них была казнена и первая китайская революционерка поэтесса Цю Цзинь. В то же время цинское правительство старалось задобрить более сговорчивых посулами реформ. В августе 1908 г. оно издало указ о подготовительных мерах по введению конституционной монархии в Китае, посылало миссии для изучения государственного устройства за границей, создавало различные подготовительные организации.
В стране проводились некоторые преобразования: так, отменили старые привилегии маньчжур, отменили рабство, видоизменили СУД, систему образования, начали расширять новую армию по европейскому образцу, принялись за реформу денежного обращения. Продолжая укрепление реакционного лагеря под маской будущих преобразований, в октябре 1909 г. в 22 провинциях страны при губернаторах открылись совещательные комитеты, а в октябре 1910 г. в Пекине — первая сессия Совещательной палаты. В эти организации вошли, помимо старых сановников и чиновников, некоторые представители помещиков и буржуазии. Реформаторы — Последователи Кан Ю-вэя и Лян Ци-чао — поддерживали эти Мероприятия. Революционеры с Сунь Ят-сеном во главе были их яростными противниками.
195


Считая, что Цины все же укрепили свои позиции, империалу «сты возобновили попытки раздела страны и превращения сфер влияния в свои колонии, порабощения всей экономики Китая. Так Япония, уже овладевшая китайскими землями после русско-япоц, <ской войны, добивалась новых прав в северо-восточном Китае и окончательно аннексировала Корею в 1910 г. Англия все сильнее зарилась на Тибет, долину Янцзы и юг страны, а в Юньнани и Сычуани ее интересы сталкивались с политикой активизировав- шегося французского империализма. Царская Россия стремилась укрепить свое влияние на западе и севере Китая, Германия — на востоке. США, стараясь завладеть северо-востоком, в то же время претендовали на подчинение всей экономики Китая и в первую очередь на захват железнодорожных линий. После долгой и напряженной борьбы американскому капиталу удалось вмешаться в переговоры английских, германских и французских банков с Цинами и добиться заключения в 1910 г. особого банковского консорциума четырех держав, имевшего прямой целью захват при помощи займов железнодорожного строительства в свои руки.
В ту пору проектировалось проведение линий, продолжавших Пекин-Ханькоускую дорогу на запад — в Сычуань и на юг — в Кантон. Даже более того, линии уже начали строиться по инициативе китайских капиталистов на средства, собранные с населения. Блюдя интересы иностранцев, маньчжуро-цинское правительство позаботилось отнять у китайцев право на постройку железных дорог в собственной стране и декретом 9 мая 1911 г. возвестило о «национализации» железнодорожного строительства, предполагая поручить его в дальнейшем иностранцам. Поэтому 20 мая 1911 г. банковский консорциум подписал с Цинами соглашение о займе в 6 млн. фунтов стерлингов, гарантированном со стороны Китая провинциальными налогами на соль и рис. Это соглашение вело к усилению империалистического гнета, ограблению буржуазии и оскорбляло национальное достоинство. Нечего и говорить, как этот акт должен был усилить позиции империализма в Китае.
Новое предательство пекинского, правительства вызвало бурю протестов. Революционные организации вновь начали сближаться с массовым движением в деревне и городах. Активизировались новые нелегальные организации, связываясь с Тунмэн. Большую работу развила Вэньсюэшэ — «Литературная ассоциация» в Ухане, общество Жичжи, общество прогресса и многие другие. Наиболее боевые и непримиримые настроения питала организация «Бей маньчжур».
Китайская либеральная буржуазия, без того чувствовавшая растущий нажим зарубежных конкурентов, получив столь жестокий удар, принуждена была как-то активизироваться. Либеральные буржуа стали действовать через созданные совместно с либеральными помещиками и чиновниками организации. Стал более резким тон газет. Возникли общества единомышленников по 196


охране дорог, собирались нелегальные заседания, торжественные собрания, составлялись петиции, звучали требования создания правительства, основанного на общественном доверии, и возвращения частному капиталу права железнодорожного строительства, в столицу посылались депутации.
Учащаяся молодежь устраивала забастовки и митинги, и правительство в борьбе с ней приказало закрыть многие учебные заведения. Недовольство явно нарастало и в войске.
В Сычуани, особенно пострадавшей от «национализации», в августе 1911 г. вспыхнуло восстание, охватившее города и деревни. Жестокие репрессии чэндуских властей только подлили масла в огонь. Правительство стянуло много войск в Сычуань, вернуло себе потерянные города, но с восстаниями в деревне справиться не могло.
Все эти симптомы надвигающегося революционного кризиса мало тревожили цинское правительство, уверенное в полной поддержке со стороны четырех империалистических держав.
Первый этап синьхайской революции. Революция, происшедшая в 1911 г., а по китайскому календарю в год синьхай, и носящая поэтому название синьхайской, началась восстанием в Учане вечером 10 октября.
Учан, Ханькоу и Ханьян — это троеградие (общее его название — Ухань) было крупным капиталистическим центром, центром металлургической, текстильной и чайной промышленности, местом сосредоточия торговли, банков, учебных заведений, крепостью с большим и сильным гарнизоном, портом, куда заходили корабли из океана. Местная организация Вэньсюэшэ, филиал Тунмэн и тайные общества вели работу среди рабочих и грузчиков, в войсках, среди учащихся и мелкой буржуазии. Восстание в Сычуани находило здесь живейший отклик. Перепуганные власти объявили города на военном положении, ввели войска на территорию ханьянских заводов, преследовали конспираторов, раскрыли 9 октября конспиративный штаб восстания. Подготовленные к выступлению воинские части в Учане вышли из казарм, убив некоторых из командиров, атаковали правительственные здания, арсенал и после ночного боя заняли город. На утро рабочие металлургического, и, оружейного заводов заняли промышленный район, а затем й город Ханьян. 12 октября революционные войска Учана вместе с местными железнодорожниками овладели^ Ханькоу. Старая власть в Ухане была низвергнута, но для сформирования нового правительства революционеры обратились за*, помощью к либералам. Эти противники революции в условиях Первых народных побед не отказались воспользоваться случаем" и стать у кормила власти. Либералы Уханя согласились сотрудничать с лагерем революционной демократии, составить вместе с. ними правительство, декларировать документы, подготовленные? Тунмэн и Сунь Ят-сеном. Во вновь созданном республиканском! правительстве военную власть возглавил либерально настроенный 197


полковник Ли Юань-хун, сторонник Чжан Чжи-дуна и Юань П1ц. кая, а во главе гражданской власти стал председатель Хубэйско- го совещательного комитета.
Восставшие провозгласили Китай республикой пяти наций —- Чжунхуа миньго — китайским народным государством, войска и правительство — народными и призывали население поддержать революцию. Консулам в Ханькоу они заявили о признании всех прав и привилегий иностранцев, признании долгов и обещали охранять их имущество, прося не помогать маньчжурам. В этом не было ничего удивительного, даже Сунь Ят-сен в то время рассчитывал, что европейская и американская буржуазия поможет революции.
Пекинское правительство приступило к репрессиям, начало •оттягивать войска и флот к Уханю и попыталось сделать шаг в сторону либералов и помещичье-буржуазного блока, объявив ю назначении генерала Юань Ши-кая, находившегося в то время в опале, главнокомандующим. Однако положение цинского двора осложнилось тем обстоятельством, что империалистические державы, объявив о своем нейтралитете, хотя и поддерживали Цин, но не дали им займа на удушение революции. Под покровом нейтралитета они начали стягивать военный флот и силы в Китай, ежечасно грозя интервенцией, стремились подчинить себе революционный лагерь, расколоть и ослабить его.
17 октября правительственные части завязали бои у Ханькоу, окончившиеся для них поражением. Через 10 дней, получив значительное подкрепление, они возобновили военные действия. Город обороняли народоармейцы-добровольцы, железнодорожники, крестьяне окрестных сел, местные жители. Они не имели ни выучки, ни боевого опыта, но сражались героически. Оружием их снабжали рабочие Ханьяна, работавшие для этого день и ночь. Огромный перевес сил не обеспечил правительственному лагерю победы в боях под Ханькоу. Тогда цинские генералы приказали поджечь город. Пламя принудило защитников отойти. Ханькоу долго горел, а правительственные войска, ступая по трупам, грабили город и убивали его жителей.
Эта победа правительственных войск, а затем зверский разгром ими Ханькоу нашли отклик даже в отдаленнейших частях страны и вызвали взрыв ненависти к Циням.
Крестьяне, кули, городская беднота стремились в район боев, чтобы вступить в революционные войска. Происходил тайный сбор средств в помощь революционерам, и даже беднейший кули приносил свои последние гроши. Солдаты отказывались отправляться на фронт и дезертировали. Богатые вынимали свои вклады из банков. Чиновники старались отсидеться дома.
Большинство провинций Китая было охвачено движением. Там, где революционные организации были сильнее, где назревали массовые крестьянские восстания и в промышленных центрах, где был пролетариат, — власть переходила в руки револю-
198


13. Синьханская революция.
ционеров, членов Тунмэн и близких к союзу организаций. Иногда вспыхивала гражданская война. Наоборот, там, где позиции либеральной буржуазии были более крепкими, главным образом в районах, находившихся под основным наблюдением империалистов, перевороты были бескровными, и власть, после объявления независимости от маньчжур, оказывалась в руках либералов, ставших теперь республиканцами.
Революционные перевороты в октябре — начале ноября, совершенные народом и войсками, произошли в 11 провинциях. 22 октября победоносное восстание произошло в Чанша (Хунань) и в Сиане (Шэньси), где бои за город продолжались 5 дней. 28 октября революционеры заняли г. Цзюцзян на Янцзы, а затем провинциальный центр г. Наньчан. 30 октября восстание началось в г. Тайюань, охватив провинцию Шаньси, и в тот же день на крайнем юго-западе в г. Куньмин (Юньнань). 3—4 ноября произошел революционный переворот в Шанхае, а 5 ноября революционеры овладели г. Ханчжоу, но еще около 20 дней вели борьбу с маньчжурскими войсками. Между 5—9 ноября вооруженные действия происходили у Фучжоу (Фуцзянь). В Шэньси и Ганьсу разгорелась гражданская война, и к революционерам, руководимым тайными обществами, примыкали крестьяне-повстанцы. Вскоре движение перекинулось в Синьцзян. Гражданская война разгорелась в Шаньси. В Юньнани в движении участвовали горнорабочие. В Сычуани восстание вспыхнуло с новой силой.
В Шаньдуне, в Кантоне, Сучжоу, Аньцине, в Маньчжурии провозглашалась независимость провинций от пекинского двора, но у власти, хотя и в новой должности, оставались старые губернаторы или наместники и совещательные комитеты. Здесь либерально настроенные помещики и буржуа спешили объявить себя врагами цинского режима, чтобы, не теряя времени, задержать расширение народной революции. И если в Кантоне позже все же произошел революционный переворот, то в других городах, как Чанша, Куньмин, революционеры, возглавлявшие новое правительство, были отстранены или убиты, а на их место выдвинулись либералы — капиталисты или помещики. Лозунг Сунь Ят-сена об уравнении прав на землю привлекал к революционерам крестьянские массы, но представители новой власти чаще замалчивали этот лозунг, принимая лишь два первых суньятсеновских принципа «саньминь чжуи» и всячески препятствуя вовлечению в движение крестьян.
Между тем цинское правительство, делая новые отчаянные * шаги усилить свой лагерь, созвало совещательную палату. Но вторая сессия палаты не оправдала надежд двора. На ее бурных заседаниях, открывшихся 22 октября, выдвигались довольно решительные требования, как-то: увольнение царских родственников с государственных постов, наказание виновников сожжения Ханькоу; были решительно отвергнуты притязания правительства на заем.
200


Палата стала требовать легализации революционных партий, разрешения революционерам занимать государственные должности, переговоров с правительством Учана, немедленного введения конституции. Требования палаты поддержали офицеры 6-й и 20-й дивизий, переброшенных в это время к столице, и командующий флотом на Янцзы. Перепуганное правительство поспешило удовлетворить эти требования, разрешило палате принять основные положения конституции и назначило Юань Ши-кая премьер- министром, поручив ему формирование кабинета. Однако Юань Ши-кай выжидал. Он появился в Пекине 3 ноября, только после того, как убедился в поддержке консорциума четырех держав и когда Цинам удалось устранить командующих 6-й и 20-й дивизиями. Составленный им кабинет министров был фикцией, так как из 10 его членов отсутствовало 5. Естественно, что реальная власть стала все более сосредоточиваться в руках Юань Ши-кая. Ему действительно удалось укрепить лагерь китайской реакции. Он сумел подавить революционное движение в Шаньдуне, разогнать палату, добиться отречения регента, возобновить военные действия на Янцзы.
Однако революционный подъем продолжал нарастать. В Учан и Шанхай стекались добровольцы. Вступить в народные войска спешили и крестьяне из деревень в долине Янцзы, и кули, и учащаяся молодежь. Из Хунани пришел 32-тысячный отряд. Флот, стоявший на Янцзы, почти весь перешел к революционерам. Крестьяне платили новому правительству налоги, рабочие работали с особой энергией. Торговые фирмы жертвовали средства, население закупало выпущенный заем, китайские эмигранты переводили из-за границы деньги в фонд революции.
Но повышение активности народных масс не нашло сочувствия у правительства в Учане. Наоборот, оно прекратило запись добровольцев в войска, стремилось ограничить приток сочувствующих, не приняло никаких мер к облегчению положения народа и не заботилось об обороне рабочего центра Ханьяна.
Когда правительственные войска перешли в новое наступление, силы оказались слишком неравными. Ханьян обороняли добровольцы-народоармейцы, хунаньские части, рабочие и жители города. Цинские генералы запаслись крупповской артиллерией, немецкими понтонами, им помогали немецкие инструкторы, они укрывались под сенью иностранных концессий. На реке стояли иностранные военные суда. Ли Юань-хун не послал на помощь защитникам Ханьяна регулярные части, собранные на правом берегу, и, несмотря на самоотверженную оборону и героизм революционеров, Ханьян пал 28 ноября. С падением Ханьяна померкло значение Учана как главного революционного центра.
Зато в Шанхай продолжали стекаться революционные силы. Здесь новое правительство не шло на поводу у военных, как в Учане. Кроме того, Шанхай стал центром организации борьбы за Нанкин, остававшийся пока в руках у реакционеров. В городе 201


выходило множество газет, в которых печатались сведения о революционных событиях, призывы к борьбе, статьи, резко критиковавшие правительство и нового премьер-министра Юань Ши-кая. В городе часто происходили митинги и собрания, делались попытки создать республиканскую партию. Происходило формирование отрядов добровольцев. В Шанхае был подготовлен поход на Нанкин, закончившийся после ряда боев капитуляцией реакционеров 1 декабря. Между тем империалистические державы, формально провозгласившие нейтралитет, стягивали в Китай войска. Около Уханя и в районе Шаши находилось 7 германских военных кораблей, 7 японских, 5 английских, 1 австрийский, 1 французский; у Шанхая — 4 английских, 3 французских, 3 немецких, 2 японских и 1 голландский. Большинство из них были крейсера. В Гонконг из Индии была вызвана пехота, на территории концессий и сеттльментов введены войска. Агенты и шпионы под видом путешественников нахлынули в Китай. Германские и японские империалисты снабжали Цинов оружием. Гонконгские власти покровительствовали старым сановникам в Кантоне. Державы, представленные в консорциуме, помогали укреплению власти Юань Ши-кая. США, кроме того, пытались повлиять на руководителей в Шанхае. Русский царизм был враждебен Цинам и не оказывал им никакой помощи. В целом же империалистические державы, лишенные возможности открыто вмешаться тотчас же после начала революции, действовали скрытыми методами, но все более настойчиво.
Второй этап синьхайской революции и отречение Цинов. Взятие Нанкина революционерами подняло их престиж в стране и напугало империалистические державы, потребовавшие прекращения военных действий. 3 декабря обе стороны договорились о трехдневном, а 9 декабря — о пятнадцатидневном перемирии в долине Янцзы. Это не касалось Шэньси, Сычуани, Юньнани и Синьцзяна. Из Пекина на юг отправилась целая делегация с близким Юань Ши-каю цинским чиновником Тан Шао-и во главе. Нажим держав был своевременным ввиду невозможности для реакционного лагеря, явно очутившегося перед финансовой катастрофой, продолжать военные действия. Вместе с тем переговоры, на которые пошел Юань Ши-кай, внешне могли казаться серьезной победой революции.
Между тем уже 18 декабря в Шанхае открылось первое заседание мирной конференции, выявившее редкое единодушие. Представитель революционного лагеря, министр, иностранных дел республики и старый пинский сановник, бывший посланник в США У Тин-фан заявил, что китайский народ категорически требует установления республики. Тан Шао-и не высказал по этому поводу возражений, однако в затянувшихся переговорах вопрос решили передать на окончательное решение национального собрания. Маньчжурам, судьба которых по существу была 202


уже решена, предлагались чрезвычайно выгодные условия отречения.
Делегаты провинций, собравшиеся в Ханькоу, выработали проект конституции весьма умеренной, оставлявшей большую часть власти в руках президента республики, избираемого на три года. Делегаты провинций, перебравшись в Нанкин, провозгласили себя национальным собранием.
Когда стало очевидным, что маньчжурская монархия не может удержаться у власти, чрезвычайной остроты достиг вопрос о том, какие группы республиканцев врзьмут эту власть. В республиканском лагере среди кандидатур из революционеров называлась кандидатура представителя либералов Севера, перекрашивавшегося в республиканца, Юань Ши-кая, которого поддерживали державы, составившие консорциум четырех.
Такое быстрое перевоплощение Юань Ши-кая из слуги Цинов в республиканца далеко не всеми воспринималось на юге. Кроме того, авторитет единственной в Китае республиканской партии Тунмэн, победителя старого режима, был в революционном лагере чрезвычайно высок, несмотря даже на то, что многие члены союза объединенных обществ, сблизившись с либералами, все дальше отходили от народного движения.
В эту пору в Китай вернулся Сунь Ят-сен. Он совершал большую поездку из США в Англию и во Францию, стараясь договориться с правительствами империалистических держав о помощи Китайской республике и об отказе от займа Цинам. Приезд Сунь Ят-сена вызвал в Китае подъем революционного энтузиазма. Даже весьма умеренные делегаты провинций в Нанкине, поддаваясь этому энтузиазму, избрали 29 декабря Сунь Ят-сена временным президентом республики.
1 января 1912 г. Сунь Ят-сен, этот «революционный демократ, полный благородства и героизма», прибыл в Нанкин, где был восторженно встречен народом. Он принес клятву на верность республике и служению народу и обещал отречься от поста президента после того, как добьется окончательного свержения монархии и признания республики иностранными державами. Сунь Ят-сен обнародовал воззвание к народу и обращение к иностранным державам, подтверждая свои намерения бороться за счастье народов Китая, сохранять мир и оберегать интересы иностранцев. Все эти документы развивали взгляды, уже высказанные Сунь Ят-сеном в его более ранних статьях и в его трех народных принципах. В них лишь не было упоминания о третьем из этих принципов, о том самом уравнении землевладения, о котором умалчивали члены Тунмэн в революционные месяцы.
И все же обращения Сунь Ят-сена произвели большое впечатление. В Нанкин и в Шанхай опять устремились добровольцы, готовые сразиться за революцию. Идеи Сунь Ят-сена, порожденные многолетним революционным движением, продолжали вдохновлять массы.
203


Новый кабинет министров, собрание делегатов и новые правительственные учреждения были заполнены либералами, ставшими теперь республиканцами, а частично и членами Тунмэн; но даже старые, испытанные члены этой организации, слишком сблизившись с либералами, предпочитали умалчивать о казавшихся им теперь слишком революционными лозунгах. И все же целый ряд мероприятий временного правительства республики способствовал расширению революции. Во втором отделе положения о временном правительстве республики провозглашались равные права для всех граждан страны, свобода слова и печати, свобода организаций, вероисповедания, свобода выбора местожительства и рода занятий, неприкосновенность личности, жилища и пр. Этот документ, как и многие другие, характеризовал революционную демократию Китая как достойного товарища «...великих деятелей конца XVIII века во Франции» L
В реакционном лагере избрание Сунь Ят-сена произвело ошеломляющее впечатление. Империалисты, считавшие, что их ставленник Юань Ши-кай достиг власти, а революция обречена, увидели перед собой грозную опасность общенародного выступления и немедленно стали принимать свои меры. Императрица- регентша, несмотря на то, что отречение уже было подготовлено, заявила от имени Цинской династии, что не собирается покинуть трон. Юань Ши-кай лишил полномочий Тан Шао-и, утверждая, что вопрос о республике не решен. Империалисты оказывали всевозможное давление на республиканцев, пугали призраком гражданской войны, угрожали открытой интервенцией, игнорировали и, сколько могли, дискредитировали правительство Сунь Ят-сена.
И в этот критический момент боевая революционная организация не призвала народ к борьбе. Мелкобуржуазное руководство революции, вступив на путь сотрудничества с буржуазией, с лагерем либералов, выявило крайнюю доверчивость к своим более сильным союзникам и очутилось под их влиянием. А буржуазия, либеральные помещики и чиновники, в свою очередь перепуганные пробуждением крестьянского движения в деревне и началом борьбы рабочего класса, понукаемые империалистами, стремились скорее покончить с революцией.
Временное правительство республики с Сунь Ят-сеном во главе оказалось без власти, без денег, без войск, не было признано ни одной из держав. Даже члены Тунмэн саботировали проведение своей программы и добивались заключения соглашения мирным путем. Под их давлением на этот путь вступил и Сунь Ят-сен. Позже он писал:
«... Я отказался от поста в пользу Юань Ши-кая, так как мои друзья, которым я полностью доверял и которые тогда обладали более точным знанием китайских внутренних отношений,
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 18, стр. 145. 204


чем я, убеждали меня, что Юань Ши-кай способен объединить страну и обеспечить устойчивость Республики, располагая доверием со стороны иностранных держав».
Политику вождей революции, согласившихся на столь значительные уступки, направляла реальная угроза интервенции и раздела Китая империалистами, а также недооценка ими значения массового движения. Ограничиваясь решением ближайшей задачи—свержения владычества маньчжур и монархии, они отказывались от дальнейшей борьбы. Выбирая между войной с империалистами и соглашением с либералами и реакционерами, республиканцы согласились на кандидатуру Юань Ши-кая как президента под условием немедленного, хотя и почетного отречения Цинской династии. Среди прочих гарантий сохранения республиканского образа правления Сунь Ят-сен добился признания столицей города Нанкина, остававшегося главным центром революции.
12 февраля 1912 г. Цинская династия в лице малолетнего императора Пуи отреклась от власти, объявив в последнем своем эдикте о передаче управления страной Юань Ши-каю. Императорской фамилии обеспечивался при этом огромный доход и почетное положение. Через день после этого Сунь Ят-сен отказался от поста президента в пользу Юань Ши-кая.
Революция 1911 —1912 гг. в Китае бьуш по своему характеру буржуазно-демократической революцией старого типа, осуществленной совместной борьбой крестьянской демократии и либеральной буржуазии. Она завершилась свержением средневековой маньчжурской монархии, но феодальные порядки и господство империалистов не были ею поколеблены. Крестьянское движение не получило своего развития. Рабочие выступления были малочисленны. Союз Тунмэн и его вождь Сунь Ят-сен, как представители мелкой буржуазии и национальной буржуазии, не могли в условиях империализма успешно руководить революцией.
Тем не менее синьхайская революция имела большое историческое значение, положив начало сознательному демократическому движению, всколыхнув массы народа, подняв их на борьбу за независимость, за лучшую долю. Немало тех, кто впервые вышли на революционную дорогу в год синьхай, стали испытанными борцами и вождями революции. Во время *Ьиньхайских событий товарищ Мао Цзэ-дун вступил в революционную армию, в великий китайский писатель Лу Синь посвятил с тех пор свое творчество борьбе народа. Многие китайские коммунисты, прошедшие славный путь, были некогда членами Синчжун, Гуанфу, Тунмэн и участниками этой революции.
С глубоким сочувствием мировой пролетариат следил за пробуждением стран Азии, наносивших свой удар империализму.
Шестая (Пражская) Всероссийская конференция РСДРП в январе 1912 г. отметила особой резолюцией свое внимание 205


и симпатии к борьбе китайского народа. В. И. Ленин в ряде статей выразил свое сочувствие и поддержку китайскому народу и заклеймил буржуазный мир душителей китайской революции.
Усиление реакции и поражение революции. Уступка реакции, сделанная руководителями революции, имела роковые последствия. Власть оказалась в руках китайских помещиков-бюрократов и компрадорской буржуазии Севера, и они стали пожинать плоды этой победы. Их лидера Юань Ши-кая избрали 15 февраля временным президентом Китайской республики. Прибегнув к всевозможным провокациям, ссылаясь на специально инсценированные «мятежи», Юань Ши-кай отказался переехать на юг и остался в Пекине, где позиции его были куда более сильными. Империалистические державы, восхваляя избрание столь «авторитетного и сильного президента», поддерживали его мероприятия, направленные на удушение революции.
Между тем революционная ситуация в Китае сохранилась. Высокий, искренний демократический подъем, свержение вековой монархии вдохновляли к новой борьбе. Весной 1912 г. в деревне участились выступления крестьян и отказы от уплаты аренды помещикам. В городах возникали первые забастовки рабочих. На юге частично сохранились боевые дружины молодежи, готовые сражаться за революцию. Массы людей в забитом, полуколониальном Китае пробудились для политической борьбы, создавались политические организации, шли горячие споры.
Вожди Тунмэн Сунь Ят-сен и Сун Цзяо-жэнь попытались объединить силы путем слияния союза с четырьмя другими организациями. В августе 1912 г. им удалось создать новую политическую организацию гоминьдан (национальная партия) значительно более многочисленную, чем союз объединенных обществ. Однако рост этот осуществлялся больше всего за счет либеральных помещиков, чиновников, либеральной буржуазии. Не удивительно, что программа гоминьдана была умеренной и не предусматривала передела земли и призыва к борьбе с феодализмом и империализмом.
В августе — декабре происходили выборы в парламент. Избирательными правами пользовался очень ограниченный круг лиц, ценз лишал всяких прав массы народа. Большинство в парламенте, открывшемся 8 апреля 1913 г., принадлежало гоминьдану, но он не имел решающего влияния.
Банковский консорциум, изменивший к этому времени свой состав, подписал с Юань Ши-каем соглашение о займе на 25 млн. фунтов стерлингов.
В. И. Ленин заклеймил эту новую попытку задушить рост демократического движения в Азии. В статье «Отсталая Европа и передовая Азия» он писал, что буржуазия империалистических стран «... готова на все дикости, зверства и преступления, чтобы отстоять гибнущее капиталистическое рабство... Зато вся молодая Азия, то есть сотни миллионов трудящихся в Азии имеют надеж- 206


кого союзника в лице пролетариата всех цивилизованных стран. Никакая сила в мире не сможет удержать его победы, которая освободит и народы Европы и народы Азии» L
Международная реакция щедро оказывала помощь китайской реакции. В мае 1913 г. правительство Юань Ши-кая признали США, позже и другие державы.
Юань Ши-кай исподволь, но все настойчивей проводил политику подавления движения в стране, не брезгуя никакими средствами. Жертвой тайного убийства в марте 1913 г. пал Сун Цзяо-жэнь. Еще раньше приказом Юань Ши-кая в провинциях Цзянси, Гуандун и Аньхой были сняты с командных постов 3 видных члена гоминьдана.
Получение крупной финансовой помощи от консорциума развязало руки реакции, усилившей свое наступление уже без всякой маскировки.
Гоминьдан ответил открытым сопротивлением. И мая в г. Сучжоу произошло военное столкновение, положившее начало так называемой второй революции. Движение охватило более промышленный, более передовой, более развитый юг страны. В провинциях Цзянсу, Цзянси, Аньхой, Фуцзянь, Гуандун, Хунань восстали революционные войска. На севере в Шэньси, где движение, вспыхнувшее в дни синьхайской революции, не было окончательно подавлено, также произошло восстание. Сунь Ят-сен и Хуан Син выпустили обращение, призывавшее к борьбе против правительства и свержению власти Юань Ши-кая. Но массы не поддержали гоминьдана, разочарованные его капитулянтской политикой. К тому же никаких лозунгов подлинной, коренной ломки социальных отношений эта новая организация выдвинуть не смогла. Бои восставших войск разгорелись в крупных городах: Шанхае, Нанкине, Усуне. Крестьянство почти не приняло в них участия.
В августе силам реакции удалось подавить движение. Дольше всего оборонялись революционеры в Нанкине, но 1 сентября пал и этот оплот восстания, занятый войсками реакции, руководимыми генералом Чжан Сюнем.
Причины неудачи «второй революции» заключались не только в охлаждении масс к мелкобуржуазным и буржуазным революционерам, в поправении гоминьдана и в резком снижении его требований, но и в укреплении реакции, усилении позиции правительства китайских помещиков и компрадорской буржуазии и его подлинных хозяев из лагеря международного империализма.
Новое поражение свидетельствовало об ослаблении революционного фронта, о прекращении революционной ситуации. Но Сродные движения в стране не прекращались, в них участвовали Революционеры, скрывавшиеся от преследования властей, члены
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 19, стр. 77—78. 207


прежних революционных и тайных организаций, ставших неле~ гальными. Одним из таких движений было восстание «Белого волка» в Хэнани в 1913—1914 гг. и другие более мелкие восста- ния крестьян. Но они не принимали значительных размеров и не могли превратиться в революцию.
Победа над «второй революцией» открыла Юань Ши-каю дорогу к власти. В начале октября его избрали президентом, после этого он издал приказ о роспуске гоминьдана и лишении членов этой партии депутатских полномочий в парламенте. По существу •он разогнал парламент и при поддержке держав шел к открытой диктатуре.
Китай оставался страной полуколониальной, страной слабой и отсталой, хотя после синьхайской революции капиталистические отношения при всей своей незначительности начали понемногу расширяться. А уничтожение маньчжурского владычества открыло китайскому обществу большие возможности приобщаться к мировой культуре, преодолевая пережитки изолированности и замкнутости. Если реакционное республиканское правительство Юань Ши-кая вело страну к капиталистическому рабству, то пробужденный к новой жизни китайский народ твердо встал на путь борьбы за «азбучные права человека, за демократию» Ч
1 В. И. Л е н и н, Сочинения, т. 19, стр. 66.


[2? u
ГЛАВА XIX
КИТАЙ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
(1914—1918)
Экономическое положение Китая. В годы первой мировой войны (1914—1918) в Китае начала заметно развиваться национальная промышленность. За эти годы несколько окрепла начавшая себя противопоставлять иностранным капиталистам китайская национальная буржуазия. Значительно увеличилась и численность пролетариата.
Во время мировой войны европейские капиталисты были на время несколько отвлечены от Китая. В силу этого в эти годы сократился ввоз в Китай европейских капиталов и товаров. Если в 1913 г. было ввезено в Китай текстильных товаров на 2,7 млн. даней (дань равен 60 кг), то, согласно данным морских таможен Китая, во время мировой войны ввозилось текстильных товаров не более чем на 1,5 млн. даней.
Это дало некоторую возможность самой китайской буржуазии начать строить свои собственные промышленные предприятия и в первую очередь текстильные фабрики.
За годы мировой войны китайские капиталисты открыли 11 новых хлопчатобумажных фабрик. Количество веретен выросло почти в три раза. Возникло и некоторое число новых китайских табачных и спичечных фабрик. Росло количество принадлежавших китайцам механических мельниц. Большую роль сыграла и полукустарная капиталистическая промышленность в глубинных районах страны. За годы мировой войны быстрее, чем прежде, развивалась добыча ископаемых. Почти вдвое увеличилась добыча Железной руды; примерно в полтора раза выросла добыча угля и выплавка чугуна. Численность промышленного пролетариата в Китае выросла с 670 тысяч человек до 2,5 млн.
Однако процесс развития китайского капитализма в годы мировой войны не нужно преувеличивать, как это делали буржуазные 14 Зак. 554
209


историки Китая. Командных позиций иностранный капитал в Китае не лишился, и Китай оставался полуколонией империализм ма, оставался страной, в которой господствовали феодальные и полуфеодальные отношения, мешавшие его развитию. Развитие китайской национальной промышленности в годы первой мировой войны затронуло лишь легкую промышленность: текстильную, табачную, спичечную, мукомольную и т. п.
Далеко не все империалистические державы ослабили в годы мировой войны свой экономический нажим на Китай. Япония как раз воспользовалась тем^ что ее конкуренты в Китае — Англия, Россия, Франция, Германия — были отвлечены войной в Европе. Она использовала также и свою географическую близость к Китаю. В. И. Ленин в статье «Империализм и раскол социализма», написанной во время мировой войны, говорил, что Япони^ имеет особое удобство грабить Китай, что это особое удобство для Японии, говорил Ленин, «отчасти восполняет, отчасти заменяет монополию современного, новейшего финансового капитала» 1.
Во время мировой войны Япония значительно расширила свои экономические позиции в Китае. Японские капиталисты не только контролировали значительную часть тяжелой индустрии Китая, добычу угля, железной руды, выплавку чугуна и стали, но заняли важные позиции также и в легкой, в частности текстильной промышленности. Например, японцы за годы мировой войны построили восемь текстильных фабрик в Китае.
Всего этого японским империалистам было мало. Они поставили перед собой задачу полностью превратить Китай в свою колонию.
21 требование Японии Китаю. Когда началась мировая война, Китай объявил о своем нейтралитете. Япония же присоединилась к Антанте и захватила колониальные владения Германии в китайской провинции Шаньдун. Начав военные действия 22 августа 1914 г., японцы через два месяца захватили порт Циндао, а также оккупировали всю полосу железной дороги Циндао — Цзинань, а «кстати» районы, находившиеся и за пределами арендованной ранее немцами территории. Не обращая внимания на протесты Китая, японские империалисты фактически захватили в свои руки провинцию Шаньдун.
После окончания военных действий в Шаньдуне китайское правительство 7 января 1915 г. поставило вопрос о том, чтобы японские войска покинули районы, не являвшиеся немецкими арендованными территориями.
В ответ на это Япония 18 января того же года предъявила Китаю так называемое 21 требование.
21 требование было вручено, минуя министерство иностранных дел, лично самому главе государства, ночью, совершенно неожи1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 19, стр. 104.
210


данно. Японский посол в Китае Хиоки, вручавший этот ультиматум, сделал все, чтобы внушить страх китайским правителям. Он давал понять, что в случае отклонения 21 требования Япония не остановится перед применением вооруженной силы. На это же намекала и бумага, на которой была написана нота: сквозь бумагу проступали специально изготовленные для этого водяные знаки, изображавшие японские крейсера и броненосцы.
21 требование делилось на 5 групп.
1- я группа требований касалась передачи Шаньдунского полуострова в руки Японии. Китай должен был признать, что все бывшие немецкие концессии переходят к Японии (область Цзяо- чжоу с портом Циндао, железная дорога от Циндао до Цзинани, все горные разработки и т. п.).
2- я группа требований заключалась в том, что Южная Маньчжурия и восточная часть Внутренней Монголии становились монопольной сферой господства Японии. В этих районах Япония добивалась запрещения другим государствам вкладывать капиталы в промышленные предприятия, горные разработки и в строительство железных дорог. Срок аренды бывших русских концессий (Порт-Артур, Дальний), которые после русско-японской войны были захвачены Японией, должен был быть продлен с 25 лет до 99 лет.
3- я группа требований отражала стремление японских империалистов получить монополию на рудники и железоделательные предприятия в Центральном Китае, в среднем течении реки Янцзы. Речь шла о Ханьепинском комбинате, который фактически должен был перейти в руки японцев. В целом эта группа требований означала стремление Японии занять господствующее экономическое положение и в Центральном Китае.
4- я группа требований сводилась к обязательству Китая не отдавать впредь в аренду или концессию никакой другой державе, кроме как Японии, ни одного порта, ни одного острова, залива или бухты.
5- я группа требований по существу должна была превратить весь Китай в японскую колонию. Китай должен был дать обязательство не принимать на службу никаких других советников, кроме как японских, должен был приглашать в правительственный аппарат японских инструкторов, в полицию — японских советников, покупать оружие у Японии и под японским инструктажем реорганизовать свою армию. Япония требовала также признания ее «особых прав» в провинции Фуцзянь.
Эти наглые требования, после того как они стали известны, вызвали бурю негодования в Китае. Однако пекинское правительство во главе с президентом Юань Ши-каем 9 мая 1915 г. дало согласие принять 21 требование. Китайский народ не признал этого и объявил день 9 мая днем национального позора. 25 мая были подписаны японо-китайские соглашения, в которых пекинское правительство принимало первые четыре группы требований, 211


а что касается пятой группы, то было сказано о том, что относительно нее будут продолжаться переговоры.
Полностью 21 требование Японии тогда осуществить не удалось, в частности, пятая группа не была проведена. Но все же значительная часть требований была принята, так как решительного отпора другие державы Японии не оказали. Япония шантажировала дипломатию стран Антанты, спекулируя на своем «участии» в мировой войне против Германии. Страны Антанты — Англия, царская Россия, Франция — не хотели в тот момент ссориться с Японией.
Принятие японских требований в 1915 г. облегчалось и теми внутренними событиями, которые происходили тогда в Китае.
Борьба против монархических планов Юань Ши-кая. Предатель и изменник революции президент Юань Ши-кай как раз в то время готовил реставрацию монархии и собирался провозгласить себя императором. Опираясь на поддержку США, Юань Шикай стремился обеспечить себе и поддержку Японии. К концу 1915 г. все уже было подготовлено для провозглашения монархии.
Однако против провозглашения монархии и против Юань Шикая развернулась борьба. В конце декабря 1915 г. вспыхнуло восстание против Юань Ши-кая в провинции Юньнань. Военным руководителем этого восстания был командующий войсками провинции Тан Цзи-яо. Это восстание иногда в литературе называют «третьей революцией». В Юньнани было образовано правительство, в которое вошли видные политические деятели из либералов, настроенных против Юань Ши-кая и выступивших тогда против реставрации монархии (Лян Ци-чао, У Тин-фан, Тан Шао-и).
В январе 1916 г. к этому правительству присоединились и власти провинции Гуйчжоу, Гуандун, Чжэцзян. В мае возникла так называемая федерация независимых провинций Юга с центром в Кантоне. Восстание в Юньнани сорвало планы реставрации монархии.
В июне 1916 г. умер Юань Ши-кай, и президентом стал бывший вице-президент Ли Юань-хун. Реальная же власть оказалась у премьер-министра генерала Дуань Ци-жуя, ставленника Японии. Позиции Японии в Китае еще больше укрепились. Дуань Ци-жуй открыто служил японским интересам. Япония поддерживала милитаристов Севера, вооружала их для борьбы с революционным движением, предоставляла пекинскому правительству многочисленные займы, снабжала его советниками и инструкторами. Среди японских советников особенно большую роль играл советник по экономическим вопросам Нисихара, через которого японские займы поступали пекинским властям.
Однако буржуазия Юга Китая была недовольна хозяйничанием на севере японцев и их агента Дуань Ци-жуя. В Кантоне окончательно оформилось самостоятельное правительство. В него входили либералы-республиканцы, члены гоминьдана и другие политические деятели, не желавшие подчиняться Дуань Ци-жую. 212


Под властью этого правительства находились несколько южных провинций. В 1917 г. прибывший в Кантон Сунь Ят-сен стал во главе южного правительства.
Таким образом Китай распался на две враждующие части с двумя центрами — Пекином и Кантоном.
Вступление Китая в мировую войну. В ходе мировой войны дипломатия стран Антанты начала усиленно зондировать почву среди китайских государственных деятелей, не примет ли многомиллионный Китай участия в войне на стороне Антанты. Япония, узнав об этом, сперва была против участия Китая в войне. Японская печать писала, что для участия Китая в войне последнему потребуется сильная армия, а сильный Китай с сильной армией для Японии вовсе не выгоден, ибо Япония заинтересована в том, чтобы Китай оставался бессильным. С другой стороны, Япония боялась, что, участвуя в мировой войне, Китай, после ее окончания и поражения Германии, потребует возвращения немецких концессий в Шаньдуне, на которые, как мы знаем, японцы уже наложили свою руку. Но страны Антанты, тем не менее, втягивали Китай в мировую войну. За спиной Китая они договаривались с Японией, обещая ей, что ее «интересы» не будут задеты фактом вступления Китая в войну. Китаю же они в свою очередь обещали всяческие преимущества и льготы.
Среди некоторых китайских политиков существовало мнение, что Китай должен принять участие в войне против Германии на стороне Антанты, что когда Германия будет побеждена и Китай тоже будет среди стран-победительниц, его пригласят на мирную конференцию и он вернет себе то, что Германия отняла у него в 1898 г., т. е. Шаньдун. Тем, что Китай станет членом Антанты, он из объекта международной политики превратится в субъект, с которым должны будут считаться великие державы. Такие иллюзии были распространены среди части китайской буржуазии и интеллигенции.
Но были в Китае политические деятели, которые возражали против вступления в войну. Правительство Юга, руководимое Сунь Ят-сеном, решительно выступало против участия Китая в мировой войне. Сунь Ят-сен отправил 10 марта 1917 г. специальную телеграмму Ллойд-Джорджу, в которой он писал о том, что Китай не может участвовать в войне. Тонко и остроумно в телеграмме было сказано, что Китай «... всегда имел неограниченное Доверие к мощи Англии и верил в ее неминуемую победу, но это Доверие значительно ослабело после начала кампании, которая имела целью втянуть Китай в войну, — писал Сунь Ят-сен, — кампании, которая зашла уже столь далеко, что выдвинулось требование о посылке китайских войск в Месопотамию...».
Летом 1917 г. Сунь Ят-сен написал брошюру под названием «Вопрос жизни и смерти Китая» («Чжунго цуньван вэньти»)> и которой подробно изложил свою позицию в отношении вступления Китая в мировую войну. Сунь Ят-сен иронизирует над так 213


называемыми «моральными» доводами о необходимости якобы для Китая вступить в войну против Германии. «... заставить Китай воевать с Германией из моральных побуждений — сущий вздор, —- пишет Сунь Ят-сен. — Что хуже в глазах Китая: антиморальный захват Германией Бельгии или тот факт, что Англия ежегодно вывозит из Индии множество продуктов, в то время как в Индии за последние 10 лет умерло от голода 19 миллионов индийского населения. Разве гуманно со стороны Англии взваливать на плечи индийского народа военные расходы в сумме 1 млн. фунтов стерлингов? Разве захват Англией нашего Гонконга и Бирмы, — продолжает Сунь Ят-сен, — не произвол? Разве ввоз опиума в Китай является справедливостью?»
Далее Сунь Ят-сен писал, что и Германия, и Англия, и Франция, и другие союзные державы вели в Китае империалистическую политику и «китайский народ не делает большой разницы между этими странами».
Однако пекинское правительство в марте 1917 г. разорвало дипломатические отношения с Германией, а 14 августа 1917 г. объявило Германии войну.
Нужно сказать, что дипломатия стран Антанты в Китае не скупилась на обещания облегчить положение Китая. Китаю обещали отсрочить платежи по так называемой «боксерской» контрибуции на 5 лет. Обещали после войны разрешить повысить таможенные тарифы, обещали вернуть Шаньдун. А в то же время державы заключали, по секрету от Китая, соглашения с Японией, в которых признавали и ее «специальные интересы» в Китае и, в частности в Шаньдуне. В результате позиция Японии изменилась, и она тоже стала сторонницей вступления Китая в мировую войну. Когда Китай вступил в мировую войну, последняя шла уже к концу. Реально участие Китая выразилось в том, что около 200 тысяч китайцев были в качестве солдат строительных батальонов посажены в трюмы океанских пароходов и отправлены в Европу для рытья окопов. Мировая война вскоре окончилась. Победа Антанты создала в Китае иллюзию и о победе Китая. В Пекине была устроена демонстрация по случаю победы и торжественно был разрушен позорный памятник германскому посланнику фон Кеттелеру, убитому во время народного восстания против иностранцев-империалистов в 1900 г. На мирную конференцию в Париж Китай послал своих делегатов.
Но вот в России произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Еще во время мировой войны развернулся общий кризис капиталистической системы, и дальнейшая история Китая развивалась уже в новой обстановке. Национально-освободительная борьба китайского народа, став частью борьбы международного рабочего класса за социализм, явилась уже демократической революцией нового типа. Гегемоном в этой революции становился самый передовой класс Китая — пролетариат. Началась новейшая история Китая.
214


НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
КИТАЯ


[BF ^3
ГЛАВА XX
КИТАИ НА ПОРОГЕ НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ
Сельское хозяйство и аграрные отношения. В период новейшего времени Китай вступил экономически отсталой страной.
Сельское хозяйство находилось на низком техническом уровне. Аграрный Китай становился импортером сельскохозяйственных продуктов. Хотя особенности китайского земледелия (орошение, климатические и почвенные условия, характер культур и т. д.) позволяли получать в Центральном и в особенности в Южном Китае 2—3 урожая ц год, 8% необходимого хлеба Китай ввозил из-за границы.
Главными продовольственными культурами Китая являлись рис, пшеница, просо, бобы, кукуруза, ячмень, картофель, горох. Широко распространены были масличные культуры (соевые бобы, в особенности на северо-востоке, земляной орех, конопля, кунжут).
В Китае было развито хлопководство и табаководство, раз- ведение чая. По сбору хлопка Китай занимал, вслед за США и Индией, одно из первых мест в мире. Сахарный тростник, тутовое и камфарное дерево получили в Китае довольно большое промышленное применение.
После окончания первой мировой войны 70—80% земли в Китае находилось в руках помещиков и кулаков, которых было °коло 10% общего числа сельского населения. На юге страны процент помещичьей собственности был выше, чем на севере. На Долю середняков и бедняков, составлявших более 90% сельскохозяйственного населения, приходилось менее трети всей земли.
Китае преобладало мелкое крестьянское хозяйство. Огромная дасть крестьян вынуждена была арендовать землю у помещиков.
Ронда осуществлялась на кабальных условиях — 50—70% 217


с урожая считалось обычным явлением. Сдачей земли в аренду занималась и часть китайской буржуазии, приобретавшая земельные участки и эксплуатировавшая крестьян докапиталистическими методами. В китайской деревне господствовала феодальная кабала. Крупное помещичье землевладение в Китае приняло своеобразную форму: земля, сосредоточенная в руках помещиков, в большинстве случаев составляла не единый массив, а ряд участков, разбросанных в разных местах и скупленных или отобранных за долги. При господстве такого дробного землевладения больших поместий было сравнительно немного, хотя и были крупные помещики.
Промышленность. Естественные богатства Китая велики и разнообразны. После окончания первой мировой войны запасы угля в Китае, главным образом в провинциях Шаньси, Шэньси и в северо-восточном Китае, исчислялись в 930 млрд. т.
Богатейшие запасы железной руды исчислялись в 20-е годы в 1300 млн. т (из них 750 млн. т приходилось на северо-восточный Китай).
Китай богат и цветными металлами: оловом, вольфрамом, сурьмой, медью, залежами которой славится провинция Юньнань.
Но, несмотря на большие запасы угля и железа, продукция добывающей промышленности была в то время незначительной. После первой мировой войны доля Китая в мировой добыче угля равнялась 0,6%, железной руды 0,5%, чугуна 0,35%, меди 0,22%. Из 21 млн. т ежегодной добычи угля около 80% приходилось на иностранные, главным образом японские, предприятия. Добыча железной руды равнялась 1865 тыс. т в год и также была сосредоточена почти целиком в руках японцев. К моменту окончания первой мировой войны в Китае выплавлялось всего несколько сот тыс. т чугуна в год. Большая часть этого чугуна производилась на заводах северо-востока, захваченных японским капиталом.
Некоторое исключение составляла сурьма (добывающаяся главным образом в провинции Хунань), добыча которой в Китае достигала примерно 70—75% мировой продукции.
Основной отраслью легкой промышленности в Китае являлась хлопчатобумажная. Сосредоточена она была главным образом в Шанхае, Циндао, Ухане, Тяньцзине и Уси.
Шелковое производство, табачная и маслобойная промышленность также занимали значительное место в китайской экономике. Свыше четверти мировой продукции шелка-сырца принадлежало Китаю.
Транспорт. Ко времени окончания первой мировой войны железные дороги Китая были очень слабо развиты. Железнодорожная сеть равнялась приблизительно 10—11 тыс. км, из которых 6 тыс. км, т. е. более половины, находилось в северо-восточном Китае (даже в колониальной Индии железнодорожная сеть в те годы была равна 65 тыс. км).
218


Важнейшими железными дорогами были:
1) Пекин-Мукденская; 2) Тяньцзин-Пукоуская; 3) Пекин- Ханькоуская; 4) Пекин-Баотоуская; 5) Лунхайская (из провинции Шэньси к морю, к Хайчжоу); 6) Шаньдунская (Цзинань — Циндао); 7) железная дорога, соединяющая провинцию Юньнань с Индокитаем; 8) Китайско-Восточная; 9) Южно-Маньчжурская.
В те годы Кантон-Ханькоуская железная дорога еще не была достроена, и сквозного железнодорожного пути с севера Китая на юг — до Кантона — не существовало.
Слабость развития в Китае современных средств транспорта и в первую очередь железных дорог в некоторой мере компенсировалась разветвленными, издревле существовавшими водными путями сообщения. Китай располагает многочисленными судоходными реками и каналами. Из этих рек отметим: в Маньчжурии — Сунгари, Нонни, Ялу и Ляо; в Северном Китае — Хуанхэ (Желтая река); в Центральном Китае — Янцзы; на юге — Сицзян и др.
Среди каналов в прошлом выделялся Великий канал протяжением примерно 1600 км, начинающийся близ г. Ханчжоу в провинции Чжэцзян и оканчивающийся в Тяньцзине. Однако канал этот уже тогда потерял большую часть своего значения, ибо стал разрушаться в результате длительного хищнического управления феодального чиновничества.
Кроме железных дорог, громадная масса грузов перевозилась на животных и людях. В одном Шанхае в 1922 г. находилось свыше 50 тысяч рикш, а во всем Китае их было более 1 млн.
По подсчетам некоторых исследователей, в Китае до !/з взрослого мужского населения занималось переноской и перевозкой грузов. Трамваи имелись лишь в нескольких крупных городах.
В районах рисоводства пр'и дешевизне риса наем человека для переноски груза обходился дешевле, чем использование вьючного животного.
Полуколониальное положение Китая и господство иностранного капитала. Ко времени окончания первой мировой империалистической войны Китай оставался полуколониальной страной, в которой господствовали империалистические державы. Сущность господства империализма в Китае состояла прежде всего в том, что основные отрасли промышленности в Китае, железные дороги, копи, банки и т. д. находились в распоряжении или под контролем чужеземных империалистов.
Ко времени окончания первой мировой войны большинство Железных дорог Китая находилось в руках и под контролем иностранцев. Прокладывая их, иностранный капитал создавал себе путь вглубь страны. При помощи железных дорог империалисты захватывали китайский рынок, а также вывозили из отдаленных районов Китая его сырье. Получая право на постройку Железных дорог, державы получали в свои руки и прилегающие к Дорогам земли.
219


В значительной мере империалисты распоряжались и водные транспортом.
Империалисты развернули в Китае целую сеть своих банков. Огромные капиталы были вложены в эти банки, к «деятельности» которых, в частности, относилась закупка по дешевым ценам китайского сырья и вздувание цен на ввозимые Ъ Китай товары. Гонконг-Шанхайский банк (английский) фактически осуществлял право государственного банка Китая. В Северном Китае крупную роль играл японский «Чосен-Банк».
Финансовое закабаление Китая усиливалось сверх того еще огромным государственным долгом страны (по займам, контрибуциям и т. д.). За годы первой мировой войны Китай задолжал одной только Японии не менее 220 млн. иен.
Внешняя торговля и таможенные доходы также были в руках иностранного капитала. В распоряжение империалистов, кроме того, поступали и налоги на соль, вино, табак. Почта и телеграф находились под контролем империалистов.
Основные металлургические предприятия, главнейшие судостроительные доки и механические заводы принадлежали иностранным захватчикам. Лучшими рудниками Китая владели иностранцы: фушуньскими угольными копями — японцы, кай- луаньскими (так называемым «Пекинским синдикатом») — англичане, железорудные предприятия в Китае почти целиком являлись собственностью японского капитала.
Почти полностью были захвачены иностранцами электрическая и химическая отрасли промышленности. Одна лишь Япония владела в Китае 50% всей продукции угля, 75% всей продукции железной руды, 90% выплавки чугуна.
Несколько иначе обстояло дело в легкой промышленности (хлопчатобумажные, мукомольные, спичечные, сахарные, табачные, бумажные, маслобойные предприятия), хотя и в ней очень большая часть фабрик и заводов являлась собственностью иностранцев. Например, 60% хлопчатобумажных тканей производилось на предприятиях, принадлежащих или контролируемых японским капиталом.
Иностранный капитал прежде всего вкладывался в кабальные займы, в торговлю, различного рода транспортные предприятия, в оборудование портов и т. п. Политика империалистических держав стремилась облегчить вывоз китайского сырья и внедрить в страну иностранные товары. Огромная часть ввозимых в Китай капиталов шла на ростовщичество, на поддержку различных милитаристских клик. В тех же случаях, когда ввозимый капитал все же направлялся в промышленность, он вкладывался с таким расчетом, чтобы не только не уменьшить зависимость Китая от империализма, а, наоборот, еще больше усилить ее.
Максимальные прибыли, получавшиеся империалистами путем зверской эксплуатации китайских трудящихся, вывозились затем за границу.
220


Таким образом, империалисты своим хозяйничанием в Китае расхищали его богатства и мешали его самостоятельному экономическому развитию.
Особенно велика была разрушительная роль империалистов 9 сельском хозяйстве Китая. Вовлекая китайских производителей з мировую капиталистическую торговлю, империалистические задатчики поставили китайского крестьянина в прямую зависимость от спроса и предложения на мировом рынке, от колебания цен и от экономических кризисов.
В итоге, например, такая старинная отрасль китайского сельского хозяйства, как культура чая, оказалась подорванной, не выдержав конкуренции капиталистических плантаций английских й голландских колоний. В 1860 г. Китай поставлял на мировой рынок около 90% всего чая, а в 1925 г. — всего около 10%. В 1885 г. чай составлял 45% всего вывоза Китая, а в 1919 г. только 4%.
Китайское сельское хозяйство под давлением мирового рынка специализировалось на производстве экспортных культур — шелка, табака, хлопка, бобов и т. д. Китай стал меньше производить продовольствия; голод был постоянным гостем в китайской деревне.
Проникая в Китай, иностранный капитал разрушал китайское ремесло и кустарную промышленность, тормозя одновременно создание национальной капиталистической промышленности.
Господство иностранного капитала содействовало стремительному обнищанию китайского народа.
Колониальный характер китайской экономики подчеркивался еще и тем, что в Китай ввозились главным образом промышленные изделия, а вывозилось оттуда преимущественно сырье.
Китай был опутан навязанными ему неравноправными договорами.
На основе неравноправных договоров иностранные захватчики создали в городах Китая особые кварталы, так называемые «концессии» и «сеттльменты» L На территории концессии или сеттльмента иностранцы являлись полными хозяевами. Концессии и сеттльменты представляли собой как бы государство в государстве. Здесь иностранные державы держали свои войска и свою полицию. В некоторых китайских городах целые кварталы находились в распоряжении и под управлением иностранцев. Так, в Шанхае международный сеттльмент, где проживали иностранцы, Управлялся иностранным муниципалитетом под контролем консульского корпуса. На таком же положении находился и посольский квартал в Пекине.
В некоторых городах Китая существовали даже особые парки, Доступ в которые китайцам был запрещен. У входа в них порой
1 Разница между сеттльментом и концессией заключалась в том, что еттльмент находился в совместном владении нескольких иностранных дер- ав> а концессия принадлежала одной какой-нибудь державе. 221


красовалась издевательская надпись: «Входить собакам и кита$ч цам строго воспрещается».
Империалистические государства добились от Китая призна. ния так называемого «права экстерриториальности». Все судеб, ные дела иностранных подданных разбирались не китайским судом, а в консульских учреждениях той или иной державы. Полиция и китайский суд не имели права арестовывать и судить иностранцев.
Что касается судебных дел, возникавших между ответчиком, китайцем и истцом-иностранцем, то судебное дело рассматривалось в китайском суде по китайским законам, но было обязательно присутствие так называемого «иностранного заседателя» (асессора), который оказывал влияние на ход судебного разбирательства и имел право оспорить дело в случае неблагоприятного для иностранца решения.
В тех же случаях, когда ответчиком выступал иностранец, а истцом — китаец, дело слушалось в иностранном суде, причем без китайского заседателя.
В таком порядке, навязанном Китаю капиталистическими державами, также сказывалось неравноправное положение китайцев в их собственной стране по отношению к иностранцам.
Полуколониальное положение Китая, тяжелый и оскорбительный национальный гнет не могли не вызвать в китайском народе стремления сбросить этот гнет, не могли не толкнуть Китай на борьбу за свое национальное освобождение. В Китае поэтому национальный момент являлся одним из главных и основных факторов революции.
Политическая раздробленность страны. Революция 1911 — 1912 гг. свергла господствовавшую 268 лет маньчжурскую династию. С тех пор Китай стал республикой, но фактически в стране отсутствовала единая государственная власть.
В Китае после поражения революции 1911—1912 гг. происходил распад центрального аппарата государственной власти, и в значительной части страны установилось господство военщины, губернаторов и наместников, располагавших собственными армиями и утвердивших свою самодержавную власть в центре или отдельных провинциях. Существование военно-государственной власти милитаристов обусловливалось полуколониальным положением Китая, расчлененностью территории, отсталостью китайской экономики и наличием громадного аграрного перенаселения в деревне.
Президенты Китая не пользовались ни авторитетом, нИ властью во всей стране и менялись едва ли не каждые полгод^' После смерти Юань Ши-кая в 1916 г. президентом стал Ли Юань; хун, за ним последовал Фын Го-чжан, Фын Го-чжана сменил СюЯ Ши-чан, затем снова вернулся Ли Юань-хун, в 1923 г. на его мест0 стал Цао Кунь и т. д.
222


Китайский парламент также не имел реальной силы и являлся лгрУШК0В в РУках тех или иных милитаристских клик и иностранных держав. По существу власть президента, парламента, кабинета министров не распространялась за пределы столицы Пекина, фактически же правителями в стране были генерал-губернаторы, так называемые «дуцзюни», которые, наподобие средневековых феодалов, распоряжались судьбами своих вотчин-провинций.
Ко времени окончания первой мировой войны в Китае действовали следующие главные милитаристские группировки:
Мукденская во главе с Чжан Цзо-лином. Она господствовала в Маньчжурии, и за ее спиной стоял японский империализм.
Аньфуистская (по имени клуба «Аньфу») во главе с Дуань Ци-жуем. Эта прояпонская группировка, основанная в 1917 г., действовала в Северном Китае и также поддерживалась Японией.
Чжилийская (Чжили — название столичной провинции, ныне именуемой Хэбэй). Эта группировка придерживалась англо-американской ориентации. Главой ее был Цао Кунь, а ее военные силы возглавлял генерал У Пэй-фу.
Так как империалистические государства стремились к полному господству над Китаем или по меньшей мере к захвату отдельных его частей, то они в целях закрепления и расширения своего влияния подчиняли себе того или иного китайского генерала, который становился их послушным орудием. Для достижения этой цели империалисты пускали в ход все средства: займы, прямой подкуп, угрозы и т. п. Империалистические державы провоцировали и поддерживали милитаристские войны, углубляли раздробленность страны, препятствовали ее объединению. За китайской милитаристской кликой, как правило, стояла какая- нибудь империалистическая держава. Вместе с тем милитаристские клики сами по себе выражали интересы различных прослоек имущих классов Китая и представляли свои местные, провинциальные интересы. Между самими милитаристскими кликами шла борьба за расширение подчиненных им областей Китая и за монопольную эксплуатацию всей страны.
На севере Китая действовали перечисленные нами милитаристские группировки. Что касается юга, то, как уже говорилось, провинции Гуандун, Юньнань и Гуаней еще в 1916 г. объединились в независимую федерацию южных провинций, а с мая 1917 г. в Кантоне образовалось правительство во главе с Сунь Ят-сеном.
Таким образом, Китай не был единым, централизованным г°сударством, а представлял собой страну, по сути дела распавшуюся на ряд провинций, в большинстве которых полновластно Хозяйничали различные генерал-губернаторы — «дуцзюни».
Раздробленность Китая, отсутствие единой государственной Власти, беспрерывные милитаристские войны являлись огромным Препятствием на пути развития страны.
Таким образом, борьба с милитаристами за объединение Страны, за национальную консолидацию являлась одной из важ223


нейших задач, стоявших перед Китаем после окончания первой мировой войны.
Положение различных классов Китая. Компрадоры и нациОч нальная буржуазия. В Китае класс буржуазии делился на два крыла — на компрадорскую и на национальную буржуазию. Ком, прадорская часть буржуазии, являясь экономическим агентом иностранного капитала, его посредником в отношениях с Китаем была враждебна революции вообще и антиимпериалистической борьбе в частности. Компрадорская буржуазия вместе с помецщ, ками-феодалами являлась верной опорой империалистических держав внутри Китая. Само положение компрадоров определяло их контрреволюционную роль.
Иначе обстояло дело с другим крылом буржуазии — с национальной буржуазией.
«Революция в империалистических странах — это одно, там буржуазия является угнетателем других народов, там она контрреволюционна на всех стадиях революции... Революция в колониальных и зависимых странах — это нечто другое, там гнёт империализма других государств является одним из факторов революции, там этот гнёт не может не задевать также и национальную буржуазию, там национальная буржуазия на известной стадии и на известный срок может поддержать революционное движение своей страны против империализма...» L
Эта характеристика национальной буржуазии колониальных и зависимых стран, данная Сталиным, относится и к национальной буржуазии Китая.
Яркую характеристику китайской национальной буржуазии дал Мао Цзэ-дун: «Национальная буржуазия обладает двойственной Природой. С одной стороны, национальная буржуазия испытывает на себе гнет империализма и скована путами феодализма и в силу этого между ней, с одной стороны, и империализмом и феодализмом — с другой, существуют противоречия, В этом смысле национальная буржуазия является одной из сил революции. ... Однако, с другой стороны, в силу экономической и политической слабости национальной буржуазии, в силу того, что она отнюдь не порвала полностью экономических сзязей с империализмом и феодализмом, у нее нехватает мужества вести борьбу против империализма и феодализма до конца. Это положение становится особенно очевидным в периоды, когда поднимаются могучие революционные силы народных масс» 1 2.
Городская мелкая буржуазия. Мелкая буржуазия составляла огромную массу городского населения в Китае. Ремесленники, кустари, розничные торговцы, мелкие служащие и т. д. насчитывали 0 Китае не менее 15 млн. человек. Прямо или косвенно от ремесленного производства зависело существование 30—40 млн. человек.
1 И. В. Сталин, Сочинения, т. 10, стр. 11.
2 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 162—163.
224


Положение подавляющего большинства ремесленников и кустарей было чрезвычайно тяжелое. Конкуренция иностранного капитала постепенно приводила к их разорению. На это же были □бречены огромные массы мелкой буржуазии вообще.
Китайские кустари и мелкие торговцы были не в силах соперничать с фабричными изделиями иностранных фирм, а падение покупательной способности крестьянских масс, в результате господства феодальных пережитков, в свою очередь усиливало и ускоряло разорение городской мелкой буржуазии.
Под ударами иностранного капитала, под тяжестью обременительных налогов, внутренней междоусобицы в Китае и всего его социального строя, основные массы городской мелкой буржуазии были сведены на положение одного из угнетенных слоев общества.
Весь этот многочисленный слой населения считал империалистические державы и их китайских марионеток главными виновниками своего тяжелого положения.
Однако само положение этого слоя вызывало колебания в его политических настроениях. С одной стороны, например, ремесленник страдал от конкуренции иностранных товаров и относился враждебно к иноземным империалистам. С другой стороны, он был заинтересован в неограниченной эксплуатации своих подмастерьев и учеников, а поэтому был настроен против рабочего движения.
Городская мелкая буржуазия, как известно, — элемент неоднородный, она состоит из различных прослоек, которые на разных этапах национально-революционного движения играли различную роль.
Но среди подавляющего большинства китайской городской мелкой буржуазии были весьма сильны антиимпериалистические настроения, и это предопределило ее активное участие в антиимпериалистическом движении.
Рабочий класс и его положение. Точную численность всего рабочего класса в Китае ко времени окончания первой мировой войны трудно определить, так как правильно организованной статистики в Китае не существовало.
Кроме промышленных рабочих, в Китае имелись и многочисленные слои и непромышленного пролетариата — рабочие ремесленно-кустарных предприятий и чернорабочие-транспортники. По °Дним данным считалось, что общее количество лиц наемного тРУда в Китае не превышает 6 млн., по другим — эта цифра подымалась до 20 млн. Можно утверждать, что собственно промышленных рабочих в Китае к 1918 г. имелось около 2,5 млн.
Среди рабочего класса Китая очень большой процент составляли женщины. В Шанхае, например, на хлопчатобумажных фабриках женщины составляли 60% и дети 4% всех рабочих. На та- Ыных предприятиях женщин было 55%, детей 10% всех рабо-
15 - Зак. 554
225


чих. В среднем по всему Китаю женщины составляли 56% и детр? 10% всех рабочих.
Средняя заработная плата промышленных рабочих составляла около 10—12 китайских долларов 1 в месяц. Средняя заработная плата текстильщиков составляла примерно 45 центов в день; металлистов и коммунальников — 70 центов. Еще хуже было положение горнорабочих и промышленных рабочих во внутренних районах Китая, где они получали в среднем от 7 до 10 китай- ских долларов в месяц. Заработок китайских моряков был тогда в несколько раз меньше заработка иностранных моряков.
Рабочий день промышленных рабочих Шанхая колебался от 12 до 16 часов. Железнодорожники почти всюду работали 10 часов, химики и табачники по 13—14 часов. Во многих случаях, например на японских фабриках в Чифу, рабочие оставались ночевать на фабрике, и рабочий день удлинялся до 17—18 часов. В Китае в те годы лишь небольшая часть рабочих имела еженедельный отдых.
В большинстве случаев рабочим предоставляли один или два выходных дня в месяц, иногда их вынуждали работать без отдыха круглый год, а на японских фабриках в Шанхае даже не существовало перерыва на обед. Многие предприниматели выдавали заработную плату через посредников — «старшинок», которые присваивали себе большую часть денег. Заработная плата выплачивалась в обесцененной мелкой серебряной или медной монете, что значительно уменьшало ее реальную покупательную стоимость. На многих предприятиях рабочим не разрешалось отлучаться из своего цеха или помещения, и даже в уборную их пускали только по пропускам. На всех иностранных фабриках имелись надсмотрщики, которые кнутом подгоняли рабочих, порой избивали их до смерти.
Жилищные условия китайского пролетариата были ужасны. В большинстве случаев рабочие ютились в маленьких, темных и тесных каморках по 10 человек и больше в каждой из них. Спали они на голых нарах. Грузчики обычно не располагали и таким кровом: они ночевали под открытым небом, в недостроенных складах, на берегу реки и т. п. Много рабочих проживало в лодках (сампанах).
На больших промышленных предприятиях с машинным оборудованием широко применялся, как было отмечено выше, труд женщин и детей. Особенно много было и тех и других на текстильных и табачных фабриках. На многих шелковых предприятиях имелись одни лишь женщины, причем нередко даже беременные работали не только весь день, но и ночи напролет. Смертность среди малолетних была чудовищной. Женщины были вынуждены брать с собой детей на фабрику, дома их не на кого было остав- 1 Один китайский доллар равнялся перед первой мировой войной при* мерно одному рублю. Один цент равнялся приблизительно одной копейке.
226


дять. Уже с пеленок дети находились среди фабричной грязи и пыли. Когда ребенку исполнялось 5—6 лет, капиталист начинал пользоваться его трудом на предприятии. На текстильных фабриках Шанхая насчитывалось, например, 50 тысяч таких детей, рабочий день их продолжался от 13 до 16 часов, а заработок составлял не больше 10—15 центов. Особенно тяжел был детский труд на спичечных фабриках. Здесь работали дети с 5-летнего возраста в отравляющей атмосфере белого фосфора, применяемого на этих предприятиях.
Даже буржуазный писатель, обследовавший положение рабочего класса в Китае, писал:
«Изучение условий труда, заработной платы и рабочего дня в Китае обнаружило самую потрясающую картину, какую только можно себе представить во всем мире. Почти на всех новейших предприятиях преобладает 12-часовой рабочий день. На остальных предприятиях рабочий день продолжается от 12 до 16 часов, а в некоторых случаях доходит до 18 часов в течение круглой недели. На многих шелкопрядильных и хлопчатобумажных фабриках работают дети в возрасте от 6 до 12 лет. Их заработная плата колеблется от 3 до 12 центов в день.
Сотни тысяч учеников совсем ничего не получают, кроме пищи, стоящей около 6 центов в день. За несчастные случаи, потерю трудоспособности и смерть обычно не выдается никакого вознаграждения. Целые семьи работают на фабриках на ночных и дневных сменах. Если население Китая слишком велико, то существующая фабричная система облегчает положение самым убийственным образом».
А вот что он же сообщил об условиях, в которых жили китайские рабочие:
«Мы посетили жилище рабочих. Один плотник любезно пригласил нас в свою «квартиру». В двухэтажном доме, в крохотных комнатах — темных конурах, похожих на норы, умудряются жить 40 человек, составляющих четыре семьи. Мы посетили одну комнату размером в несколько квадратных футов, где живет 10 человек. Половина спит во время ночной, а половина во время дневной смены. В комнате нет ни печи, ни вытяжной трубы. Огонь разводится прямо на полу, под железным котлом, в котором все готовят себе пищу».
Невероятно тяжело было положение рабочих ремесленных и кустарных мастерских. Рабочий безотлучно находился в мастерской целый день. Заработная плата была настолько низкой, что Рабочий фактически работал за 1—2 чашки риса (вернее, рисового отвара). В таких мастерских подмастерье и ученики находились всецело во власти хозяина.
Условия труда кули и рикш были еще хуже.
Другой обследователь положения рабочих в Китае в следующих словах обрисовал жизнь и труд китайских рикш — людей, Которые одновременно выступают в ролях возчика и лошади.
227


«В Пекине, — писал он, — не менее 55 тысяч человек зараба. тывают себе на жизнь в качестве рикш. Вместе с семьями это количество возрастает до 250 тысяч. В Пекине имеется свыщ0 тысячи фирм, сдающих на прокат экипажи. Около 50% рикщ нанимают свои экипажи попарно, причем один работает от 3 часов утра до 3 часов дня, а другой от 3 часов дня до 3 часов утра. Спят они на кирпичных и деревянных нарах или же прямо на кирпичном полу, иногда по 16 человек в одной комнате. Но очень много рабочих — кули и рикш — не имеют вовсе жилища и вьь нуждены ночевать под открытым небом, на берегу реки или в недостроенных складах».
Но империалисты эксплуатировали китайских рабочих не только в самом Китае. Они «контрактовали» китайских кули и вывозили их за границу: в Америку и Австралию, в Малайю, Индонезию, на Филиппины, в Сиам, Бирму, Вест-Индию и т. д.
На плантациях Вест-Индии китайские кули заменили негритянских рабов. В Малайе руками кули создавались каучуковые плантации и разрабатывались оловянные рудники.
Естественно, что такое положение китайского пролетариата вызывало в нем ненависть к угнетателям и толкало его на борьбу с ними.
Китайские рабочие, и прежде всего промышленные рабочие, начинали понимать, что улучшить условия своей жизни они смогут, лишь ведя борьбу не на жизнь, а на смерть с империализмом, являющимся главным эксплуататором всего китайского народа и в том числе и китайского пролетариата.
А так как Китай был страной полуколониальной и основные отрасли промышленности были сосредоточены в руках чужеземных империалистов, то своя, китайская, национальная буржуазия являлась относительно слабой и отсталой. А из этого вытекало то обстоятельство, что роль руководителя китайской революции, роль вождя китайского крестьянства должна принадлежать китайскому пролетариату.
Организовать китайский пролетариат на революционную борьбу, повести его во главе трудящихся масс против иностранных и китайских эксплуататоров — эту задачу выполнила коммунистическая партия, возникшая в Китае в 1921 г.
Китайские помещики и китайское крестьянство. Положение крестьян в Китае было тяжелое. В случае недорода помещик не знал пощады и требовал взноса арендной платы полностью, а если крестьянин был не в состоянии заплатить, помещик сгонял его с земли и сдавал ее другому. Нередко крестьянина вынуждали продавать своих детей в рабство, чтобы он мог расплатиться с помещиком.
Широкое распространение получило в Китае так называемое «долговое рабство»: за клочок земли, за семена, за хлеб Д° нового урожая крестьянин продавал себя и своих детей помещику и фактически становился его крепостным.
228


Детей, проданных в рабство по причинам такого рода, насчитывалось в Китае несколько миллионов.
Нередки были случаи, когда помещики, чтобы обеспечить аккуратное поступление арендной платы, применяли прямое насилие. Кое-где они имели специальные тюрьмы, в которых заключали должников-крестьян. В некоторых провинциях Китая помещичьи дома, обнесенные высокой каменной стеной с бойницами, были похожи на крепости. Помещики имели свою милицию, свои вооруженные отряды стражников (миньтуани), которые подвергали избиению и арестам крестьян, не уплативших в срок арендную плату.
Кроме уплаты аренды, крестьяне в отдельных местах бесплатно работали 20—30 дней в году по хозяйству помещика: строили или ремонтировали дом, убирали урожай с господских полей или производили другие работы.
Чтобы внести арендную плату, крестьянин очень часто прибегал к помощи ростовщика. Одалживая у ростовщика не только1 деньги, но и сельскохозяйственные орудия, семена и скот, он должен был платить ему непомерно высокий процент (иногда до 200%), а это в свою очередь ложилось дополнительным тяжким бременем на слабое крестьянское хозяйство.
Помимо помещика и ростовщика, на шее китайского крестьянина сидел представитель власти, чиновник — сборщик различного рода налогов и поборов.
Кроме помещика, ростовщика и чиновника, крестьянина грабили многочисленные генеральские армии. Со своими наемными войсками китайские милитаристы проходили по крестьянским полям, разрушали все на своем пути, забирали у крестьянина последнее.
Основная масса крестьянства (бедняки и середняки) эксплуатировалась также кулаками и деревенскими купцами.
Китайское кулачество представляло собой прослойку в значительной части не столько капиталистическую, сколько полуфеодальную. Кулак применял полуфеодальные методы эксплуатации, сдавал на кабальных условиях землю в аренду, занимался ростовщичеством и т. д. Обычно он являлся скорее полупомещиком, нежели представителем капиталистического способа производства. Объяснялось это, с одной стороны, существовавшими в Китае земельными отношениями, а с другой — политикой иностранного капитала, тормозившего нормальное капиталистическое развитие Китая, поддерживавшего в стране самые отсталые полуфеодальные отношения и формы эксплуатации. В усло- виях Китая применение, например, наемного труда оказывалось с точки зрения зажиточных крестьян менее выгодным, нежели применение полуфеодальных способов эксплуатации. Сдавая 3^млю в аренду, занимаясь ростовщичеством, кулак избегал крупных капиталовложений, необходимых (особенно в ирригационных сооружениях) при самостоятельном ведении хозяйства.
229


Тем самым китайский кулак гарантировал себя от разрушу тельных последствий милитаристских войн, страховал себя от частых стихийных бедствий, перекладывая тяготы, создаваемые войной и неурожаем, на плечи крестьянина-арендатора.
Правда, постепенно, в особенности после первой мировой войны, когда капиталистическое развитие в стране несколько ускорилось, в китайской деревне появился также и кулак нового типа, представитель капиталистического способа производства, стремящийся расширить свое сельскохозяйственное производство на капиталистической основе, применяющий наемную рабочую силу и т. д. Такой кулак эксплуатировал батраков и сельскохозяйственных рабочих, положение которых в Китае было чрезвычайно тяжелым.
Деревенский купец, часто тот же самый ростовщик или кулак, в свою очередь тоже грабил крестьян. В китайской деревне сочеталось господство феодальных пережитков с существованием купеческого капитала.
Невыносимые условия крестьянского существования приводили к тому, что многие сельские жители бросали деревни и уходили в город в надежде, что им удастся устроиться на фабриках и заводах. Но число последних вследствие полуколониального положения страны росло медленно, поэтому пришедшие в город крестьяне не могли найти себе работы. В огромной своей массе они превращались в нищих и бродяг. Множество крестьян в поисках работы переселялось в соседние с Китаем страны. Немало крестьян поступало в наемные армии, которые набирались китайскими милитаристами для междоусобной борьбы.
Таково было положение различных классов китайского общества на пороге новейшего времени.


НАЧАЛО НОВОДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ В КИТАЕ
Великая Октябрьская социалистическая революция и Китай. Великая Октябрьская социалистическая революция в России оказала гигантское влияние на Китай. До Великой Октябрьской социалистической революции передовые люди Китая, писал Мао Цзэ-дун, искали правду в западных странах. Но вот «... русские совершили Октябрьскую революцию... тогда, и только тогда, китайцы... вступили в совершенно новую эпоху. Китайцы нашли всеобщую истину марксизма-ленинизма, применимую повсюду, и лицо Китая изменилось...» *.
Победы Красной Армии Советской России над войсками белогвардейских генералов, разгром колчаковщины в Сибири, героическая победоносная борьба дальневосточных партизан против японских, американских и других интервентов имели колоссальное значение для Китая.
В. И. Ленин говорил: «Я думаю, что то, что проделала Красная Армия, ее борьба и история победы будут иметь для всех народов Востока гигантское, всемирное значение. Она покажет народам Востока, что как ни слабы эти народы, как ни кажется непобедимой мощь европейских угнетателей, применяющих в борьбе все чудеса техники и военного искусства, тем не менее революционная война, которую ведут угнетенные народы, если эта война сумеет пробудить действительно миллионы трудящихся и эксплуатируемых, таит в себе такие возможности, такие чудеса, что освобождение народов Востока является теперь вполне практически осуществимым с точки зрения не только перспектив международной революции, но и с точки зрения непосредственного военного опыта,
‘ Мао Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, М., 1949, стр. 5. 231


проделанного в Азии, в Сибири, опыта, который проделан Советской республикой, подвергшейся военному нашествию всех могущественных стран империализма»
Таким образом, победа социалистической революции в России и ее влияние на Китай были важнейшим фактором, определившим новые черты в послевоенной истории Китая.
В Китае началась новая эпоха. Страна вступала в этап новодемократической революции.
Революционное движение, развернувшееся в Китае после Великой Октябрьской социалистической революции в России, делится на два этапа — первый этап — новодемократическая революция (буржуазно-демократическая революция нового типа, возглавляемая рабочим классом), и второй этап — социалистическая революция.
Усиление позиции Японии в Китае и активизация американского империализма. Когда окончилась первая мировая война, Китай послал свою делегацию на Парижскую мирную конференцию. Буржуазные политические деятели Китая возлагали на конференцию большие надежды. Они рассчитывали, что Китаю будут возвращены германские владения в Китае. Но империалистические державы по Версальскому договору (статьи 156—158) передали бывшие германские владения в Шаньдуне не Китаю, а Японии и тем самым санкционировали японский грабеж Китая.
Представители американского империализма на Парижской конференции не поддержали Китай. Заявляя о своем сочувствии Китаю, империалисты США еще в 1917 г. пошли на сговор с японцами за счет Китая. 2 ноября 1917 г. состоялся известный обмен письмами между государственным секретарем США Лансингом и виконтом Исии относительно «специальных» интересов Японии в Китае. Этот сговор США с Японией, так же как и уступки американской делегации Японии в Париже, имели, несмотря на существовавшие между США и Японией империалистические противоречия, своей целью борьбу с разраставшейся в России революцией и организацию совместными усилиями интервенции против России.
Во время мировой войны Япония колоссально расширила свои экономические и политические позиции в Китае. Ослаблением после мировой войны европейских держав воспользовались в свою очередь и США, чья агрессия увеличилась и в Китае.
В борьбе за Китай в послевоенные годы основным соперником Японии стал американский империализм. Укрепление Японии на Тихом океане в годы первой мировой войны приходило в прямое противоречие с империалистическими интересами США.
Сначала американские империалисты пытались расширить свое господство в Китае и вытеснить Японию путем организации
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 30, стр. 132—133. 232


огромного финансового консорциума, в котором они играли бьг руководящую роль. Японская агентура в Китае повела кампанию против консорциума, разоблачая цели США монопольно закабалить Китай и взять в свои руки в виде гарантии за займы даже сбор земельных налогов и т. п. Американские планы потерпели в то время крах, но наступление американского империализма на Китай отнюдь не прекратилось. Число американских фирм в Китае росло. Если к началу XX в. их было не более 70, то в 1913 г. их насчитывалось уже 131, а позже — в 30-х годах — свыше 500. Кроме того, американские капиталисты заключили с пекинским правительством соглашение о займе на постройку ряда радиостанций. Общая сумма расходов составляла 4620 тыс. американских долларов.
Таким образом, агрессия Японии и США в Китае росла. Росли также и империалистические противоречия между державами и в первую очередь противоречия между США и Японией.
Советская Россия и Китай. В противовес грабительскому Версальскому договору Советское правительство направило Северному и Южному правительствам Китая свое обращение от 25 июля 1919 г., показавшее коренную противоположность политики РСФСР политике империалистических держав в Китае.
В этом обращении Советская Россия отказывалась от неравноправных договоров, заключенных прежними правительствами России с Китаем и соглашений третьими державами, касающихся Китая, от особых прав и -привилегий, вырванных у Китая царизмом, от русской доли «боксерской контрибуции», наложенной на Китай в 1901 г. В этом обращении Советская Россия говорила с Китаем как равная с равным. Китаю впервые протягивалась братская рука помощи. Советская Россия (Предлагала Китаю заключить договор на условиях полного равноправия.
Это обращение Советского правительства не сразу дошло до самого китайского народа, ибо реакционные милитаристы, находившиеся под влиянием империалистических держав, не только отказывались от заключения договора с Советской Россией, но, больше того, даже скрывали обращение Советского правительства от китайского народа. Это обращение было оставлено без ответа. Известно, что реакционные милитаристические власти, враждебно настроенные к Советской России, против воли китайского народа, не только поддерживали белогвардейскую эмиграцию, но даже отправили войска для участия в антисоветской интервенции. Без ответа была оставлена и нота РСФСР Китаю от 27 октября 1920 г., в которой повторялось прежнее предложение о заключении советско-китайского договора. А когда переговоры все же начались, то реакционные власти Китая под различными предлогами затягивали их. Ряд миссий РСФСР, посылавшихся в Китай в 1921—1922 гг., как и несколько конференций советских представителей с властями Северного Китая, не приводили ни к каким результатам.
235


Дипломатические отношения между Советским государством и Китаем не устанавливались в течение ряда лет. Им препятствовали империалистические державы, главным образом США, Англия, Франция, Япония и др.
Идеологические сдвиги в китайском обществе. Рост влияния •Советской России. Национально-освободительный подъем в Китае усилил движение и в области культурного обновления страны. .Это был период, когда значительная часть китайской буржуазии все больше осознавала свои национальные интересы. Одной из «форм движения за новый Китай была так называемая «культурная революция», развивавшаяся в связи с национально-осво- •бодительным движением. Она была направлена против засилия ■старой феодальной культуры и идеологии и за создание новой китайской письменности, более легкой и удобочитаемой, которая могла бы служить орудием народных масс. Эта письменность называлась «байхуа» (простой язык). В ее основе оставались старые иероглифы, но было значительно сокращено их количество, упрощен стиль, и письменность стала ближе к разговорной речи. На байхуа стали издаваться популярные работы, печататься журналы и в дальнейшем газеты.
Реформа письменности была частью идеологической борьбы, усилившейся в послевоенные годы, но начавшейся в Китае еще раньше. С ростом китайского национального капитализма, с консолидацией национальной буржуазии выросла новая, буржуазная ■интеллигенция. Новая культура подрывала патриархальный быт.
Еще до окончания первой мировой войны передовая молодежь выступала против старой философии, конфуцианской морали, средневековых нравов и обычаев. «В то время китайцы, •стремившиеся к прогрессу, читали все книги, содержащие новое западное учение... в юности я также учился этому, — писал Мао Цзэ-дун. —Это была культура западной буржуазной демократии, или так называемая новая школа, включавшая доктрины •социологии и естественной науки того времени и являвшаяся противоположностью культуры китайского феодализма или так называемой старой школы» *.
Центрами новой культуры стали университеты, и прежде всего Пекинский, где собрался цвет китайской буржуазной интеллигенции. Однако после Великой Октябрьской социалистической революции в России университеты в Китае явились уже рассадниками не только буржуазной культуры. До Китая стали доходить новые идеи — в Китай проник марксизм-ленинизм. В связи с этим, среди активных участников движения за «культурную революцию» стало образовываться левое крыло. Так, например, в то время самыми горячими поборниками и самыми замечательными представителями этого движения были впоследствии виднейший китайский коммунист Ли Да-чжао, а также ве-
1 М а о Ц з э-д у н, О диктатуре народной демократии, Господин»дат, 1949, стр. 4.
234


дикий писатель Лу Синь и др. «Движение за новую культуру среди народных масс стало нарастать, как морской прибой», — пишут китайские авторы. «Движение за уничтожение варварских обрядов и учений», за свержение конфуцианства, за внедрение новых идей наряду с патриотическим движением проникло в каждый уголок Китая. В целом ряде изданий на народном языке велось развернутое наступление против реакционной идеологии феодального общества».
Таким образом, после Великой Октябрьской социалистической революции в России среди китайской интеллигенции все более и более росло и активизировалось левое, революционное крыло.
Империалистическая агрессия разбила мечты китайцев «научиться у Запада. А в это время, — говорит Мао Цзэ-дун, — революционная энергия великого русского пролетариата и трудящегося народа, находившаяся в скрытом, невидимом для иностранцев состоянии, внезапно взорвалась, подобно вулкану... Орудийные залпы Октябрьской революции донесли до нас марксизм-ленинизм.
Октябрьская революция помогла прогрессивным элементам мира и Китая применить пролетарское мировоззрение для определения судьбы страны и пересмотра своих собственных проблем» ’. Влияние революционных идей, идущих из Советской России, росло все больше и больше.
На филологическом факультете Пекинского университета было создано отделение русского языка и литературы; были приглашены русские профессора и писатели, не только обучавшие студентов русскому языку и литературе, но и знакомившие их с успехами Великой Октябрьской социалистической революции.
Значительную роль в деле ознакомления Китая с РСФСР сыграл корреспондент китайской газеты «Чэньбао» Цюй Цю-бо, приехавший в Советскую Россию в 1920 г. Цюй Цю-бо стал преданным другом РСФСР. Его корреспонденции, а позже несколько книг о Советской России сыграли значительную роль в деле ознакомления передовой общественности Китая с Советской Россией2.
Подъем национально-освободительной борьбы китайского народа. «Движение 4 мая». Важнейшим политическим событием в Китае вскоре после окончания первой мировой войны и победы Великой Октябрьской социалистической революции в России было «Движение 4 мая» 1919 г. Под этим названием известно широкое национально-освободительное и антифеодальное движение, направленное сначала главным образом против японского
‘Мао Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, Госполитиздат, 1949, стр. 5—6.
* В 1934 г. Цюй Цю-бо, являвшийся крупным деятелем Коммунистической партии Китая, был арестован в гоминьдановском Китае и в июне 1935 г. казнен по приказу Чан Кай-ши.
235


империализма, а затем и против других империалистических держав.
Это национально-освободительное движение, открывшее новую страницу в истории Китая, явилось важнейшей частью наступившего после Великой Октябрьской социалистической революции революционного подъема во всем мире; оно было проявлением общего кризиса капитализма и свидетельствовало о начавшемся кризисе колониальной системы империализма. Национально-освободительный подъем в Китае означал, что народы колониальных и зависимых стран не хотят больше жить по-старому.
Еще до подписания Версальского мирного договора, когда уже стала ясна предательская позиция держав Антанты по отношению к Китаю, во всех городах Северного Китая стали собираться митинги, проходили демонстрации, провозглашались лозунги антияпонской, антиимпериалистической борьбы.
Общественные организации провинции Шаньдун, где германские концессии были захвачены Японией, избрали делегацию, приехавшую в Пекин с требованием не подписывать Версальский мирный договор. Повсюду создавались студенческие союзы, союзы купцов. Образовывались и другие общественные антиимпериалистические организации. Развернулись антияпонские стачки купцов и студентов. Начался бойкот японских товаров. Движением были охвачены почти все крупные города. С наибольшей силой движение развернулось в Пекине среди студенчества, где оно было направлено не только против империалистов, но и против японофильского правительства и клуба «Аньфу», возглавлявшегося японским ставленником Дуань Ци-жуем. Здесь в Пекине наиболее крупные демонстрации происходили 4 мая 1919 г. В лозунгах демонстрантов, помимо общего требования непризнания Версальского договора, было и требование отставки министров, зарекомендовавших себя в качестве прямых агентов японского империализма. И в этот день 4 мая 1919 г. по демонстрантам стреляли войска пекинского правительства. Расстрелы вызвали еще большие волнения. 24 мая в Шанхае происходили антияпонские стачки; 4 июня началась всеобщая стачка купцов, продолжавшаяся до 11 июня. Вскоре движение поднялось на новую> более высокую ступень — с июня начались рабочие выступления. Развернулась забастовка рабочих на железной дороге Шанхай — Нанкин, происходили политические забастовки рабочих Чансинь- дяня, Таншаня и др. В Париж на имя китайской делегации было послано более 1000 телеграмм от различных общественных организаций Китая с требованием не подписывать Версальского договора.
В результате давления общественного мнения китайская правительственная делегация в Париже вынуждена была отказаться от подписания Версальского мирного договора. В Пекине наиболее скомпрометированные министры должны были уйти в от236.


ставку. Все же германские концессии в Шаньдуне перешли в руки Японии.
Однако важнейшим событием в ходе развития «Движения 4 мая» явилось то, что в это время на арену политической борьбы в Китае вышел китайский рабочий класс. Китайский автор Ху Цяо-му пишет: «Впервые активная политическая роль китайского рабочего класса начала проявляться в «Движении 4 мая 1919 г.». Именно выступления рабочего класса привели к тому, что «Движение 4 мая» превратилось в массовое национально-освободительное движение.
Историческое значение «Движения 4 мая» заключалось в том, что оно являлось своего рода водоразделом в истории национально-освободительного движения в Китае. Мао Цзэ-дун писал, что до «Движения 4 мая» политическим руководителем буржуазнодемократической революции в Китае была мелкая буржуазия и буржуазия Китая (их интеллигенция). В то время пролетариат «еще не вышел на политическую арену, как сознательная самостоятельная классовая сила. Участвуя в революции, он еще шел за мелкой буржуазией и буржуазией. «Например, именно такую роль играл пролетариат во времена революции 1911 года.
Хотя после «Движения 4 мая» китайская национальная буржуазия продолжает участвовать в революции, однако роль политического руководителя буржуазно-демократической революции в Китае принадлежит уже не китайской буржуазии, а китайскому пролетариату. В этот период рост китайского пролетариата и влияние русской революции привели к тому, что пролетариат быстро превратился в сознательную, самостоятельную политическую силу» Ч Влияние Великой Октябрьской социалистической революции начинало все больше и больше сказываться в Китае. В страну стало проникать учение марксизма-ленинизма.
Говоря о «Движении 4 мая», Мао Цзэ-дун указывает, что у китайской революционной интеллигенции появились новые надежды на национальное освобождение Китая, ибо она видела, что «... развалились такие крупные империалистические державы, как Россия, Германия, Австрия, были ослаблены войной такие крупные империалистические державы, как Англия и Франция, российский пролетариат создал социалистическое государство, а в Германии, Австрии (Венгрии) и Италии происходили революционные выступления пролетариата... «Движение 4 мая» родилось в ответ на призыв мировой революции, призыв русской революции, призыв Ленина» 1 2. «Движение 4 мая» ускорило соединение рабочего движения в Китае с марксизмом-ленинизмом и подготовило создание компартии.
Консолидация китайского пролетариата. Важнейшим фактором, свидетельствующим об усилении революционного движения 1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 215.
2 Т а м же, стр. 258.
237


в Китае и о переходе его на новую, высшую ступень, явилась политическая консолидация китайского пролетариата.
Под влиянием Великой Октябрьской социалистической революции в России оформилось политическое самосознание китайского пролетариата.
Невероятно тяжелые условия, в которых находился китайский пролетариат, не могли не толкать его на борьбу за свои насущные интересы. Однако в те годы политический и культурный уровень китайского пролетариата еще был крайне низок. Большинство рабочих было неграмотно; среди них господствовали суеверия. У рабочих процветали родственные, земляческие связи. Ремесленные рабочие объединялись в цехи, которые поклонялись своим богам-покровителям.
Среди рабочих существовали старинные братства. Они отнюдь не были пролетарскими организациями, ими руководили подрядчики («старшинки»), державшие в своих руках рабочих не только материально, но и идеологически. Только в некоторых промышленных центрах наиболее квалифицированные рабочие уже имели свои профессиональные организации, приближавшиеся к современным профсоюзам, но и они еще носили следы цеховщины.
После Великой Октябрьской социалистической революции в России и под ее воздействием китайский рабочий класс начинал свои первые шаги в освободительной борьбе. Возникли рабочие союзы в Шанхае, Кантоне и в других промышленных центрах. Стачечное движение началось сперва с лозунгами экономической борьбы: повышение заработной платы, сокращение рабочего дня, прекращение побоев и т. п. Если в 1918 г. в Китае происходило 25 стачек, охвативших всего лишь 6455 рабочих, то в 1919 г. количество стачек возросло до 66, а количество участников — до 91520 человек. Однако эти первые профсоюзы, возникшие в Китае, стали подлинными классовыми организациями лишь после образования в Китае коммунистической партии, после того, когда коммунисты возглавили их.
Первые марксистские кружки. Начало консолидации китайского пролетариата и влияние Великой Октябрьской социалистической революции в России вели к образованию коммунистической партии. Предшественниками партии были марксистские кружки, зародившиеся еще в 1920 г. в Пекине, Шанхае, Чанша и других крупнейших городах Китая.
Особенно большое значение в истории китайской коммунистической партии имел марксистский кружок, возникший в г. Чанша (главном городе провинции Хунань). Организатором коммунистического кружка в Чанша был Мао Цзэ-дун. Уже в течение предшествующих лет он показал себя крупным организатором, активно участвовавшим в общественной жизни своей провинции.
238


Мао Цзэ-дун родился в 1893 г. в деревне Шаошань (провинции Хунань) в крестьянской семье. Восьми лет маленький Мао» поступил учиться в начальную школу. С раннего детства он вынужден был помогать отцу в хозяйстве. Отец хотел видеть сына богатым и знатным и готовил его к карьере купца. Он отдал сына учеником в рисовую лавку, но Мао Цзэ-дун тянулся к знаниям» и с трудом добился от отца разрешения поступить в Чанша в среднюю школу.
Китайская революция 1911—1912 гг. застала Мао Цзэ-дуна 18-летним юношей, который жадно присматривался к событиям в стране. Он вступил в революционную армию, где пробыл полгода. Но революция закончилась, и Мао вернулся к учебе. В 1918 г. он окончил учительский институт.
Завершив образование, Мао Цзэ-дун прибыл в Пекин, где- поступил помощником библиотекаря в Пекинский университет. «Я много читал о событиях в России... жадно разыскивал коммунистическую литературу, которой было очень мало в это время на китайском языке. Особенно взволновал меня «Коммунистический манифест» — первая марксистская книга, вышедшая на китайском языке. Эта книга родила во мне веру в марксизм как единственно правильную революционную теорию», — рассказывал о себе сам Мао Цзэ-дун *.
В 1919 г. Мао Цзэ-дун вернулся в Чанша и здесь с новой энергией занялся общественной и культурной деятельностью. Он редактировал радикальную газету, создал общество по изучению» культуры, университет для самообразования, книжную лавку. «С огромным интересом следил я за событиями в Советском Союзе. В 1920 году я уже основательно ознакомился с марксизмом, продолжая искать и поглощать марксистскую литературу. Под влиянием марксистской революционной теории и опыта Великой Октябрьской социалистической революции в России я создал зимою 1920 года в городе Чанша первую политическую организацию рабочих. С этого времени я считаю себя марксистом», — говорил Мао Цзэ-дун1  2.
Из марксистского кружка в Чанша, созданного и руководимого Мао Цзэ-дуном, впоследствии вышел ряд видных деятелей Коммунистической партии Китая.
Один из первых кружков возник также и в Пекине вокруг профессора Пекинского университета Ли Да-чжао (1888—1927) — одного из активных руководителей «Движения 4 мая». Он, как и Мао Цзэ-дун, вышел из бедной крестьянской семьи. До революции 1911—1912 гг. он был членом Тунмэнхой. Октябрьская социалистическая революция в России указала ему новый и верный путь освобождения народа. С первых дней Великой Октябрьской социалистической революции Ли Да-чжао заинтересовался мар1 Мао Цзэ-дун. Биографический очерк, ОГИЗ, 1939, стр. 33.
2 Т а м же.
239»


ксизмом, жадно читал немногочисленную марксистскую литературу, попадавшую тогда в Китай Ч
Кружки в Чанша и Пекине не были единственными коммунистическими ячейками, создавшимися в Китае. Почти одновременно возникли коммунистические кружки и группы в Шанхае, Учане, Тяньцзине, Кантоне и других городах. Из отдельных марксистских кружков и коммунистических групп вырастала будущая Коммунистическая партия Китая.
В Китае происходило образование новой силы, которой суждено было играть решающую роль в дальнейшей истории Китая.
Начался процесс соединения марксизма-ленинизма с рабочим движением.
От 1-го съезда Компартии до периода первой гражданской революционной войны
1-й съезд Коммунистической партии Китая. Первые коммунистические кружки начали вести пропагандистскую работу. Журнал «Синьциннянь» («Новая молодежь») стал органом пропаганды марксизма в Китае. Мао Цзэ-дун выпускал журнал «Цзянси — Хунаньский критик». Выходил и ряд других газет и журналов. Эти органы сыграли большую роль в распространении идей марксизма-ленинизма и в подготовке создания самой коммунистической партии. Организовывались рабочие кружки и курсы. Так, например, была создана школа для рабочих в Чансиньдяне (близ Пекина), сыгравшая большую роль в истории образования подлинно классовых, революционных профсоюзов в Китае.
На китайский язык стали переводиться и издаваться труды классиков марксизма-ленинизма. После перевода «Коммунистического манифеста» в Китае перевели «Наемный труд и капитал», «Государство и революция» и др. Кроме того, издавалась массовая популярная литература о рабочем и коммунистическом движении, вроде брошюр «Что такое профсоюз и как его организовать», или «Кто такие коммунисты?» и т. п.
В июле 1921 г. в Шанхае нелегально состоялся 1-й съезд Коммунистической партии Китая. Этот съезд и провозгласил образование коммунистической партии.
В то время коммунистические кружки насчитывали всего лишь несколько десятков участников. На самом съезде присутствовало 12 делегатов и в том числе Мао Цзэ-дун. Основное ядро съезда состояло из боевых революционеров, которые с того времени несут знамя коммунистической партии. Во главе этого ядра стоял Мао Цзэ-дун. Съезд происходил в течение нескольких дней. Опасаясь преследований полиции, участники съезда меняли места заседаний. Одно из заседаний, в целях конспирации, происходило, например, на лодках под видом увеселительной прогулки по озеру.
1 В 1927 г. Ли Да-чжао был казнен по приказу японского наймита Чжан Цзо-лина.
240


1-й съезд принял устав коммунистической партии, избрал центральные органы. Так была основана Коммунистическая партия Китая.
На съезде шли горячие споры. Спорили о задачах партии. Особая сложность выработки правильной линии заключалась в том, что коммунистическая партия возникла не в развитой в капиталистическом отношении стране, а в стране полуфеодальной и полуколониальной. В. И. Ленин еще в 1919 г. указывал коммунистам Востока, что перед ними стоят особые задачи. «Здесь перед вами стоит задача, которая не стояла раньше перед коммунистами всего мира: опираясь на общекоммунистическую теорию и практику, — говорил В. И. Ленин, — вам нужно, применяясь к своеобразным условиям, которых нет в европейских странах, суметь применить эту теорию и практику к условиям, когда главной массой является крестьянство, когда нужно решать задачу борьбы не против капитала, а против средневековых остатков... Вот те задачи, решения которых вы не найдете ни в одной коммунистической книжке, но решение которых вы найдете в общей борьбе, которую начала Россия. Вам придется эту задачу поставить и решать ее самостоятельным опытом» L
Задача, стоявшая перед только что возникшей молодой Коммунистической партией Китая, заключалась в непрерывном изучении опыта Китая, в слиянии общекоммунистической теории с конкретной практикой китайской революции.
Конец господства аньфуистов и образование в Пекине нового кабинета. Создание правительства Сунь Ят-сена в Кантоне. Еще летом 1920 г. началась милитаристская война в Северном Китае. Клика У Пэй-фу, за спиной которой стояли англо-американские империалисты, начала войну против японофильской, аньфуистской клики, господствовавшей в Пекине. В результате У Пэй-фу одержал победу, изгнав аньфуистское правительство. Но плоды победы разделил с У Пэй-фу и правитель Дунбэя (Маньчжурии) Чжан Цзо-лин, который к концу военных действий тоже выступил против аньфуистов. Через Чжан Цзо-лина Япония пыталась восстановить влияние, утерянное с падением клики Аньфу. В Пекине был создан коалиционный кабинет министров из ставленников У Пэй-фу и из сторонников Чжан Цзо-лина.
Осенью 1920 г. началась милитаристская война и в Южном Китае. В ноябре 1920 г. Кантон был взят одним из милитаристов юга — Чэнь Цзюн-мином, который в прошлом, во время революции 1911—1912 гг., прикидывался соратником Сунь Ят-сена. По существу же Чэнь Цзюн-мин был такой же милитарист, как и другие, но в те годы он козырял своим якобы «революционным» прошлым, изображая «левого» деятеля. Захватив Кантон, он пригласил к себе Сунь Ят-сена.
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 30, стр. 140—141.
16 Зак. 554
241


Сунь Ят-сен, который в то время жил в Шанхае, не оставлял мысли о восстановлении демократических свобод, уничтоженных реакционерами после поражения революции 1911 —1912 гг. Стремясь развернуть борьбу за демократию, он принял предложение Чэнь Цзюн-мина и прибыл в Кантон. Сюда, в Кантон, съехались и члены парламента, изгнанные с Севера милитаристами в 1913 г. Сунь Ят-сен создал в Кантоне правительство и созвал в апреле 1921 г. старый парламент. Этот парламент, не признавая реакционной власти на Севере, вынес решение об избрании Сунь Ят-сена президентом Китайской республики. Столицей был объявлен г. Кантон, где и обосновалось новое правительство.
В сентябре 1921 г. кантонские войска заняли соседнюю провинцию Гуаней, еще более расширив таким образом подвластную правительству Сунь Ят-сена территорию.
Так в 1921 г. на юге страны стала подготавливаться база борьбы за свободу и демократическое переустройство Китая. Сунь Ят-сен искренне боролся за демократию, но методы его борьбы были в тот период ложны. Он пытался осуществить демократические преобразования в союзе с милитаристами — врагами демократии.
Усилия США создать блок держав против национально-освободительного движения в Китае. В целях удушения растущего национально-освободительного движения в Китае, а также для борьбы с укреплявшейся советской властью в России империалисты США решили применить новые методы борьбы. Кроме того, расширение позиций японского империализма в Китае сильно обострило противоречия между США и Японией. В силу этого, по инициативе США, в Вашингтоне была созвана конференция девяти держав, открывшаяся в ноябре 1921 г. Задача конференции заключалась в том, чтобы державы, сговорившись между собой, выступили единым фронтом против растущего национально-освободительного движения китайского народа. А для этого США прикрывались заявлениями о якобы «дружественной» по отношению к Китаю политике. Ближайшая же задача США заключалась в том, чтобы всяческим способом помешать смычке национально-освободительного движения китайского народа с победоносной революцией в России.
На Вашингтонской конференции США удалось добиться соглашения с Англией и значительно усилить свои империалистические позиции. Япония, ослабленная в этот период, вынуждена была пойти на ряд уступок (подписание соглашения о выводе из Шаньдуна японских войск и др.). Огромную роль в ослаблении Японии сыграл крах ее интервенции на Дальнем Востоке, явившийся результатом героической борьбы Красной Армии Советской России и дальневосточных партизан. Как известно, японские империалисты упорно продолжали эту интервенцию даже после провала интервенции США и других государств.
242


Державами в Вашингтоне был подписан так называемый «договор девяти», лицемерно декларировавший обязательство уважать независимость и территориальную целостность Китая и провозглашавший американский принцип «открытых дверей» в Китае. США требовали «открытых дверей» в Китай, чтобы тогда уже наиболее мощный американский империализм мог подчинить себе не какой-либо отдельный район, а весь Китай.
Заключенные в Вашингтоне соглашения усиливали позиции американского империализма на Дальнем Востоке. Эти соглашения своим острием были направлены против китайского народа и Советской России, а что касается лицемерных заявлений о независимости и территориальной целостности Китая, то они лишь прикрывали собой сговор империалистов относительно дальнейшего грабежа Китая и подавления в нем национально- освободительного движения. Стремлениям Японии к монопольному господству в Китае были поставлены некоторые преграды. В результате Вашингтонской конференции, как указывает Мао Цзэ-дун, Китай «оказался под совместным господством нескольких империалистических государств» Для американского империализма это являлось удобным путем к установлению в будущем своего полного господства в Китае.
Рост рабочего движения в Китае. Стачка моряков и грузчиков в Гонконге. Важнейшим фактором, характеризующим политическое положение Китая в 1922 г., являлся дальнейший рост в стране рабочего движения.
Все большее значение приобретала стачечная борьба. В 1922 г. в Китае уже происходило более 100 стачек, в которых участвовало около 300 тысяч рабочих. В одном лишь Шанхае за этот год произошли 64 забастовки, из которых 25 окончились полной и 17 частичной победой рабочих. Большинство забастовок происходило на иностранных предприятиях. Во главе рабочего движения стала молодая Коммунистическая партия Китая.
Огромное значение имела гонконгская стачка моряков и грузчиков. Она началась 12 января 1922 г. В ней участвовало несколько десятков тысяч бастующих. Стачка продолжалась 55 дней. Были выдвинуты требования о повышении заработной платы, о возвращении на работу уволенных моряков и т. д. Несмотря на чисто экономические требования, эта стачка имела огромное политическое значение, как фактор антиимпериалистической борьбы, ибо она была направлена против английских империалистов.
Весть об антианглийской стачке в Гонконге разнеслась по всему Китаю. Кое-где происходили стачки солидарности. Поступали пожертвования в помощь бастующим. Правительство Сунь Ят-сена поддержало антианглийскую стачку. Часть бастующих моряков перебралась в Кантон. И в конце концов китайские моря-
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. I, стр. 262. 243


ки и грузчики победили. Их требования были приняты. Значение •стачки было огромное. Она показала возможность победы китайских рабочих даже над таким сильным врагом, каким казался английский империализм. Стачка дала толчок дальнейшему росту рабочего и антиимпериалистического движения, она выдвинула китайский пролетариат в первые ряды борцов за независимость родины, поставила его в авангарде национально-освободительного движения.
В марте 1922 г. кантонское правительство издало законы, гарантирующие свободу стачек, союзов, свободу печати, слова, собраний. 1 мая 1922 г. в Кантоне открыто, с разрешения кантонского правительства, праздновался первомайский праздник.
И в этот же день 1 мая 1922 г. в Кантоне открылся 1-й Всекитайский съезд профсоюзов. На нем присутствовало 162 делегата от 12 городов, представлявших свыше 100 профсоюзных организаций. Съезд принял антиимпериалистичёский манифест, провозгласил борьбу за 8-часовой рабочий день и ряд организационных решений. Был утвержден всекитайский центр профсоюзов.
Происки англо-американских империалистов в Китае и свержение в 1922 г. правительства Сунь Ят-сена в Кантоне. В Северном Китае продолжалось господство реакционных милитаристов, за спиной которых стояли империалистические державы.
Борьба держав на Вашингтонской конференции нашла свое отражение и в Китае в форме новой милитаристской войны. Усиление американских империалистов в результате Вашингтонской конференции привело к тому, что против милитаристов японской ориентации активно выступили в Китае милитаристы, за которыми стоял англо-американский капитал.
Ставленник англо-американских империалистов У Пэй-фу начал стягивать войска в Северный Китай. В свою очередь японский наймит Чжан Цзо-лин усилил свои войска в Северном Китае и захватил Пекин. Все это привело к новой милитаристской войне, являвшейся прямым отражением борьбы империалистов за Китай. Борьба У Пэй-фу с Чжан Цзо-лином была следствием неудачи японского и англо-американского империализма в деле «согласования» их интересов в Вашингтоне.
Война началась в апреле 1922 г. Дуань Ци-жуй, еще недавно изгнанный из Пекина, примкнул к коалиции Чжан Цзо-лина. В этой же коалиции участвовал и Сунь Ят-сен, который таким путем думал нанести удар У Пэй-фу — своему главному и непосредственному противнику. Войска Сунь Ят-сена уже в марте 1922 г. выступили на север и заняли несколько городов в провинции Хунань.
Большие бои развернулись в Северном Китае в начале мая 1922 г. Перевес сил был на стороне У Пэй-фу, и войска Чжан Цзо-лина отступили. У Пэй-фу занял Тяньцзинь и Пекин, после 944


чего этот англо-американский ставленник стал фактическим правителем Северного Китая.
У Пэй-фу отстранил от власти президента Сюй Ши-чана, бывшего пешкой в руках японофильских клик, и вернул к власти старого президента Ли Юань-хуна.
Однако южный парламент не признал Ли Юань-хуна, и войска Сунь Ят-сена продолжали военные действия против У Пэй-фу. Но Сунь Ят-сен попрежнему опирался на милитаристов, в частности на войска Чэнь Цзюн-мина. Вскоре поход Сунь Ят-сена окончился неудачей, так как Чэнь Цзюн-мин, подкупленный английскими империалистами, изменил Сунь Ят-сену. В то время, когда войска Сунь Ят-сена одерживали победы на фронте, Чэнь Цзюн-мин вошел в тайную связь с У Пэй-фу и организовал контрреволюционный переворот в самом Кантоне. В ночь с 15 на 16 июня 1922 г. части Чэнь Цзюн-мина захватили Кантон, не встретив большого сопротивления, так как основные войска Сунь Ятсена были на фронте. Сунь Ят-сену пришлось перебраться на военное судно. Ему остались верными лишь несколько военных судов и пехотные части, вышедшие в северный поход. Приказом Сунь Ят-сена последние были возвращены с фронта для подавления мятежа.
Но победа все же оказалась на стороне Чэнь Цзюн-мина, и Сунь Ят-сен бежал в Гонконг, а оттуда уехал в Шанхай.
Правительство Сунь Ят-сена распалось, и в Кантоне воцарилась реакция. После своего прибытия в Шанхай Сунь Ят-сен опубликовал декларацию, в которой заверял китайский народ, что он и впредь будет продолжать борьбу за свободу и благоденствие китайского народа.
2-й съезд китайской Коммунистической партии. События,, происшедшие в Кантоне, не могли, однако, приостановить роста в стране национально-освободительного движения. Не прекращалась в Китае и борьба рабочего класса. Все более усиливалась деятельность коммунистической партии. В мае 1922 г. в Ханчжоу (главный город провинции Чжэцзян) собрался 2-й съезд Коммунистической партии Китая. На этом съезде было принято решение о вхождении коммунистической партии в Коминтерн. На съезде был принят программный манифест, говоривший об общеполитическом положении Китая и формулировавший ближайшие задачи коммунистической партии. Эти задачи были изложены в следующих пунктах:
1) уничтожение междоусобных войн, свержение господства милитаристов и обеспечение мира в стране;
2) ликвидация господства империалистов и достижение полной независимости Китая;
3) объединение Китая и образование подлинной демократической республики;
245


4) предоставление народу демократических прав и свобод (право выбора, свобода слова, печати, собраний и др.);
5) проведение мероприятий, направленных на улучшение положения рабочих и крестьян.
Однако этот манифест не был свободен и от некоторых недостатков. Они заключались в том, что в нем не был еще поставлен вопрос о необходимости гегемонии пролетариата, не выдвигалось требование о передаче земли крестьянам и не ставился вопрос о революционной власти, а имелся лишь призыв к рабочим и крестьянам участвовать в демократической революции и бороться ' за свои права.
Возвращение Сунь Ят-сена в Кантон и восстановление кантонского правительства. Рост влияния коммунистической партии, дальнейший подъем рабочего движения в Китае и в особенности победы Советской России, с одной стороны, а с другой — измена Чэнь Цзюн-мина убеждали Сунь Ят-сена в необходимости перейти к новой политике. Сунь Ят-сен начал все больше интересоваться успехами Советской России. Находясь в Шанхае, в январе 1923 г. Сунь Ят-сен вступил в переговоры с советскими представителями, приехавшими в то время в Китай для установления дипломатических отношений между СССР и Китаем. Сунь Ят-сен опубликовал заявление, в котором говорил о полном совпадении его взглядов со взглядами Советского правительства на вопрос о советско-китайских отношениях. Сунь Ят-сен не оставлял мысли вернуться в Кантон и восстановить этот важнейший плацдарм национальной революции. Между тем вокруг Кантона продолжалась милитаристская война. Армии гуансийских и юньнаньских генералов вторглись в провинцию Гуандун и вели вооруженную борьбу против Чэнь Цзюн-мина.
Сунь Ят-сен послал своих представителей к юньнаньским и гуансийским генералам и пытался использовать этих милитаристов для возвращения Кантона под свою власть. В конце концов юньнаньские и гуансийские милитаристы одержали победу и Чэнь Цзюн-мин был изгнан из Кантона. Его войска отошли в северо-восточную часть Гуандуна. Сунь Ят-сен благодаря договоренности с юньнаньскими и гуансийскими генералами получил возможность вернуться в Кантон.
Таким образом к весне 1923 г. в Кантоне снова восстановилось правительство во главе с Сунь Ят-сеном.
Пекин-ханькоуская стачка железнодорожников. В стране все шире росло рабочее движение. Крупнейшим событием в этот период была стачка пекин-ханькоуских железнодорожников. История ее такова. На 1 февраля 1923 г. в г. Чжэнчжоу была назначена профсоюзная конференция. Она должна была объединить профсоюзы железнодорожников во всекитайскую федерацию и избрать ЦК профсоюза. Уже съезжались делегаты, как У Пэй-фу вдруг заявил, что конференция запрещается. В ответ на это железнодорожники устроили демонстрацию протеста. У Г1эй-фу 246


отдал распоряжение полиции быть наготове. Здание профсоюза в Чжэнчжоу было окружено и занято полицией. В знак протеста рабочие объявили политическую стачку. 4 февраля в 12 часов дня вся железнодорожная линия Пекин — Ханькоу замерла. Рабочие не вышли на работу. Появились воззвания и листовки, разъясняющие смысл стачки. Железнодорожников поддержали другие профсоюзы провинции Хубэй. Кое-где произошли стачки солидарности.
По приказу У Пэй-фу начались репрессии против стачечников. Однако рабочие не прекращали борьбы. Бастующие стали выпускать свою газету «Забастовка», сыгравшую большую роль в организации бастующих. На 6 февраля была назначена всеобщая стачка протеста в Ханькоу. В городах Центрального Китая устраивались митинги, демонстрации. Но в этот же день в события вмешались дипломатические представители США, Англии и других империалистических держав. По их «совету» на линию железной дороги и на главные станции были стянуты войска У Пэй-фу для беспощадного подавления забастовки.
В ночь на 7 февраля были арестованы некоторые руководители стачки. 7 февраля войска расстреляли рабочую демонстрацию. На улицах Чжэнчжоу завязался бой рабочих с войсками. Было убито 53 рабочих, среди них коммунисты, руководители профсоюза. Председатель профсоюза железнодорожников в Цзя- нани коммунист Линь Сян-цян был казнен на глазах рабочих. Его привязали к телеграфному столбу и принуждали отдать распоряжение прекратить забастовку. Линь категорически отказался. «Рубите мою голову, но к работе не приступим!» — дважды крикнул он. Палачи отрубили ему голову.
Рабочих хватали на улицах и под угрозой казни заставляли становиться на работу. Те, кто отказывались, тут же попадали под пули солдат. Такие же зверства происходили и в городах Ханькоу, Чансиньдяне и других.
Стачка была подавлена, но она оставила крупнейший след в сознании китайского рабочего класса. Рабочее движение в Китае поднялось на новую, более высокую ступень и стало еще более крупной политической силой в борьбе народа против империализма и милитаризма.
Вместе с тем эта героическая борьба железнодорожников диктовала и свои уроки. Победа реакции свидетельствовала, что рабочий класс, в условиях полнейшего отсутствия демократических прав, без наличия сильных союзников и без своих собственных вооруженных сил, не может одержать победу над вооруженными до зубов реакционными силами. Таким образом, уроки этой забастовки заключались, во-первых, в том, что победа революции в Китае могла быть одержана лишь при условии создания единого фронта всех антиимпериалистических классов и, во-вторых, путем вооруженной борьбы сил революции против сил контрреволюции.
247


Большого развития достигло в этот же период рабочее движение и на юге Китая, в частности, в провинции Хунань. На рост рабочего движения огромное влияние здесь оказало руководство рабочим классом со стороны хунаньской организации коммунистической партии, во главе которой стоял Мао Цзэ-дун. Во второй половине 1922 г., под руководством коммунистической партии, прошли крупные и победоносные забастовки рабочих свинцовых рудников Шуйкоушаня и на Аньюаньских копях. Происходили в провинции Хунань и другие, в большинстве своем окончившиеся победой рабочих, забастовки.
Росло рабочее движение и в провинции Гуандун. Здесь, где весной 1923 г. вновь восстановилась власть правительства Сунь Ят-сена, рабочий класс имел возможность легально строить свои профсоюзные организации, политически крепнуть и успешно бороться за свои права.
Политическое пробуждение китайского крестьянства. Политическое пробуждение китайского крестьянства, организация в деревне крестьянских союзов связаны с именем Мао Цзэ-дун^. Перу Мао Цзэ-дуна принадлежит ряд блестящих работ по крестьянскому вопросу в Китае. Кроме того, Мао Цзэ-дун практически руководил строительством крестьянских союзов. Под его идейным руководством выросли кадры талантливых руководителей китайского крестьянства.
В провинции Гуандун создание крестьянских союзов связано с деятельностью коммуниста Пын Бая.
Отсталое в то время крестьянство Гуандуна сначала трудно было организовать. В первые месяцы своей работы в деревне Пын Бай вел лишь культурно-просветительную работу: он организовал для крестьян аптеку с медицинским пунктом, школу, создал общество взаимопомощи, помогавшее беднякам при похоронах родных. Он даже выступал перед крестьянами в качестве фокусника и артиста — устраивал концерты, пуская для этого в ход граммофон. Так постепенно шаг за шагом Пын Бай завоевывал авторитет и объединял вокруг себя крестьян.
В сентябре 1922 г. после упорной работы Пын Бая в крестьянском союзе уже насчитывалось около 500 членов. Молва о первом союзе распространилась в соседних деревнях, где также стали создаваться крестьянские союзы. В январе 1923 г. организовался крестьянский союз всего уезда Хайфын, насчитывавший уже около 20 тысяч семей, приблизительно 100 тысяч человек. Крестьянские союзы стали возникать и в других уездах провинции Гуандуня. От культурно-просветительной работы они переходили к экономической борьбе, выдвигали требование снижения арендной платы и налогов и нередко добивались победы.
3-й съезд Коммунистической партии Китая и образование антиимпериалистического фронта. Политическое влияние Коммунистической партии Китая становилось все значительнее. Но задачи ближайшей борьбы коммунистической партии еще 248


не всем были ясны. Почти независимо от коммунистической партии продолжали свою борьбу Сунь Ят-сен и партия гоминьдан, возглавлявшие кантонское правительство. Координации между коммунистической партией и гоминьданом не было.
Коммунистический Интернационал, руководствуясь одним из тактических принципов ленинизма об обязательном использовании компартией каждой страны всякой возможности обеспечить пролетариату массового союзника, тем более в такой стране, как Китай, где гнет империализма задевал интересы даже части буржуазии, указал китайским коммунистам в специальном письме от января 1923 г. на необходимость сотрудничества с гоминьданом.
Вместе с тем ИККН предупреждал коммунистическую партию о необходимости не свертывать своего собственного знамени и не терять своей политической и организационной самостоятельности.
Так Коминтерн призывал Коммунистическую партию Китая к образованию объединенного антиимпериалистического фронта, подчеркнув особую роль рабочего класса и коммунистической партии в этом едином фронте.
В июне 1923 г. в Кантоне, где существовала власть правительства Сунь Ят-сена, легально состоялся 3-й съезд Коммунистической партии Китая. 3-й съезд принял решение о вступлении; коммунистов в гоминьдан. Не все члены коммунистической партии в то время еще понимали необходимость единого фронта. Некоторые защищали сектантскую линию и призывали коммунистов к немедленной социалистической революции в Китае. Левацкая, сектантская опасность в партии была в то время серьезной опасностью, против нее боролось большинство коммунистической партии.
Но наряду с ней уже тогда проявилась и правооппортунистическая линия, против которой также предупреждал Коминтерн, линия, ведущая к полному растворению коммунистов в гоминьдане, к потере политической самостоятельности коммунистической партии. Такая правооппортунистическая линия особенно' сильно дала себя знать позднее в ходе первой гражданской революционной войны 1924—1927 гг. и связана она была с именем правого оппортуниста Чэнь Ду-сю.
Мао Цзэ-дун, активно участвовавший в работе 3-го съезда, отстаивал правильную точку зрения и выступал против порочных взглядов левых и правых.
На этом съезде Мао Цзэ-дун был выбран членом ЦК партии.
Оценивая значение 3-го съезда, Мао Цзэ-дун писал: «Съезд этот со всей остротой поставил вопрос о более активном участии компартии в нараставшем национально-освободительном движении в стране. На этом съезде было принято историческое решение — войти в гоминьдан и, сотрудничая с ним, создать единый фронт против северных милитаристов» L
1 Мао Цзэ-дун. Биографический очерк, стр. 34—35,
249'


Сунь Ят-сен, а также его лучший соратник Ляо Чжун-кай 1 и некоторые другие деятели гоминьдана согласились с предложениями компартии организовать единый фронт.
Но уже в то время имелись и правые гоминьдановцы, которые не хотели сотрудничать с коммунистами. Они вынуждены были тогда подчиниться Сунь Ят-сену, но вели сначала скрытую, а затем и открытую борьбу против коммунистов. Сунь Ят-сен резко осуждал таких членов гоминьдана. Он сам лично принял в партию Ли Да-чжао — одного из основателей коммунистической партии.
Сунь Ят-сен все яснее понимал неприемлемость своей прежней тактики опоры на милитаристов. Он приходил к пониманию необходимости опираться на массы.
Одновременно Сунь Ят-сен стал высказывать желание учиться у Советской России.
Весной 1923 г. Сунь Ят-сен послал в Советскую Россию делегацию для ознакомления на месте с опытом и результатами побед Советской России.
Начало реорганизации гоминьдана. Первой задачей коммунистов в гоминьдане была реорганизация самого гоминьдана. Но и сам Сунь Ят-сен, изучая опыт русских большевиков, понял, что одним из важнейших условий победы является наличие крепкой, единой и дисциплинированной партии. «В 1923 г. Сунь Ят-сен при содействии Коммунистической партии Китая принял решение о реорганизации гоминьдана, сотрудничестве гоминьдана с китайской коммунистической партией и допущении коммунистов в гоминьдан» 1 2.
До этого времени гоминьдан не был партией в точном смысле этого слова, не было учета членов партии, и гоминьдановцами считались все те, кто заявлял о своей солидарности с Сунь Ятсеном. Таким образом, реорганизация гоминьдана означала по существу создание новой организации, на основе блока рабочих, крестьян, городской мелкой буржуазии и национальной буржуазии.
Начав сотрудничать с китайскими коммунистами, Сунь Ят-сен провозгласил и свою новую политику. Свои известные три народных принципа — «национализм», «демократизм» и «народное благоденствие» — он дополнил тремя политическими установками— союз с СССР, сотрудничество с компартией Китая и поддержка гоминьданом рабочего и крестьянского движения. Эта новая политика была объявлена одновременно с организацион1 Ляо Чжун-кай был убит реакционерами — агентами империалистов 20 августа 1925 г. Его вдова Хэ Сян-нин является в настоящее время председателем Комиссии по делам китайцев, проживающих за границей. Сын Ляо Чжун-кая, Ляо Чэн-чжи, — коммунист, председатель федерации демократической молодежи.
2 М а о Цзэ-дун, Избранные произведения, т. I, М., 1952, стр. 27. Примечание.
250


ной перестройкой. На районных конференциях гоминьдана в ноябре 1923 г., на которых участвовали уже и коммунисты, по их инициативе были приняты первые решения по рабочему и крестьянскому вопросам. Было решено выработать закон об охране труда и о фабрично-заводской инспекции и декларировано запрещение детского труда. Крестьянам была обещана помощь семенами и орудиями и передача казенных и монастырских земель. Было решено отменить внутренние таможенные сборы, вредившие купечеству, и добиваться возвращения кантонской таможни, находившейся в руках английских империалистов.
Положение в Северном Китае и новое наступление империалистических держав на Китай. На территории Северного Китая власть попрежнему была в руках китайских милитаристов. Официальный президент Ли Юань-хун реальной властью не располагал. Кабинеты министров менялись один за другим. Парламент в Пекине был фикцией. Формально в парламенте были политические партии, но в сущности они не имели ничего общего с действительными политическими партиями. Это были небольшие группы, отражавшие интересы того или иного милитариста или сановника-бюрократа.
Летом 1923 г. в Северном Китае произошло событие, известное под названием «линьчэнского инцидента». Линьчэн — это станция на Тяньцзинь-Пукоуской железной дороге, недалеко от которой 6 мая 1923 г. было совершено нападение бандитов на проходивший экспресс.
Бандиты захватили и увели с собой более 100 пассажиров, среди которых было 26 иностранцев (англичан, американцев и итальянцев). Бандиты шантажировали пекинское правительство, обещая выпустить пленников только в том случае, если глава банды получит чин генерала, а ее участники будут включены в правительственную армию.
К требованию бандитов присоединил свой голос и посланник США. Его поддержали и посланники других империалистических держав. Они настаивали перед пекинским правительством на удовлетворении требований бандитов и на уплате компенсации иностранцам.
Империалисты использовали «линьчэнский инцидент» для предъявления Китаю новых унизительных требований. В американской печати поднялась кампания за интервенцию в Китай, выдвигались требования взять под контроль все китайские железные дороги и полицию, ввести иностранные войска в Китай Для охраны железнодорожных линий и т. д. Дипломатический корпус предъявил пекинскому правительству несколько нот, написанных в этом духе.
В такой обстановке, под нажимом американских и других империалистов, был прогнан со своего поста президент Ли Юань- хун, не решавшийся сразу выполнить требования империалистов.
251


На пост нового президента американские империалисты теперь прочили своего ставленника Цао Куня, старого слугу маньчжурской династии, одного из лидеров чжилийской клики.
В октябре 1923 г., под прямым давлением американского посланника в Китае, состоялась комедия «выборов» нового президента. Избран был Цао Кунь. Все в Китае знали, что «выборы» были совершены путем прямого подкупа членов парламента, на что Цао Кунь израсходовал 13,5 миллиона долларов. Для поддержки Цао Куня посланник США присутствовал в зале заседаний парламента, а после объявления результатов голосования первый принес ему поздравления и объявил о «признании» его США.
Через несколько дней после своего «избрания» Цао Кунь «ликвидировал» линьчэнский инцидент, приняв основные требования империалистов и удовлетворив претензии бандитов. В ответ на это Цао Кунь получил от держав официальное признание его «выборов». Так американская марионетка стала «президентом» Китая.
Тем временем на юге страны произошло важнейшее событие: в январе 1924 г. в Кантоне открылся первый конгресс реорганизованного гоминьдана, который оформил объединение всех антиимпериалистических сил. В Китае назревала великая революция. Наступал период первой гражданской революционной войны 1924—1927 гг.


gg. ■ jnu
ГЛАВА XXII
ПЕРВАЯ ГРАЖДАНСКАЯ РЕВОЛЮЦИОННАЯ ВОЙНА
В КИТАЕ (1924—1927)
Предпосылки китайской революции. После окончания первой мировой империалистической войны 1914—1918 гг. обострились противоречия между выросшей в Китае национальной буржуазией и иностранным капиталом. Усилилась в Китае и политическая роль национальной буржуазии.
На политическую сцену в качестве самостоятельной и решающей силы вышел и китайский пролетариат. В Китае образовалась коммунистическая партия, ставшая во главе рабочего движения, начавшая устанавливать связь с крестьянством и организовавшая сотрудничество с гоминьданом.
Полуколониальное положение Китая, порабощение китайского народа империализмом явились первой предпосылкой китайской революции.
Второй предпосылкой революции явилось то, что превращенный в полуколонию Китай оставался страной полуфеодально й, в социально-экономическом строе которой продолжали господствовать феодальные и полуфеодальные пережитки. В Китае отсутствовало политическое единство, страна была разделена на отдельные милитаристские вотчины.
В силу этого перед китайской революцией стояли следующие тесно связанные и взаимно обусловленные задачи:
1) Борьба за независимость, за превращение Китая из полуколониальной страны в независимое государство.
2) Ликвидация господствовавших в стране феодальных и полуфеодальных пережитков и в первую очередь разрешение аграрного вопроса.
3) Национальное объединение страны.
253


1-й конгресс гоминьдана. В январе 1924 г. в Кантоне открылся первый конгресс реорганизованного гоминьдана. Во всей работе конгресса чувствовалось огромное влияние опыта Великой Октябрьской социалистической революции.
Выступая на этом конгрессе, Сунь Ят-сен в своей речи говорил: «Посмотрите на Советскую Россию. Армия ее была окружена, но партия коммунистов, в противовес всем контрреволюционным правительствам — Колчака, Деникина и др. — имела свое революционное правительство, вокруг которого объединился народ, и победила... Мы живем в опасное время и мы должны учиться урокам истории. Результаты же русской революции всем очевидны, и мы должны брать с нее пример, если желаем создать сильную, организованную и дисциплинированную партию — гоминьдан».
Во время конгресса гоминьдана в Кантон пришла весть о смерти Владимира Ильича Ленина. Взволнованный Сунь Ят-сен обратился к делегатам и сообщил им о великой утрате, понесенной человечеством. «Ленин был вождем революционного движения всего мира, — говорил Сунь Ят-сен, — и величайшим человеком, борцом за освобождение угнетенных народов, указавшим всем новый путь к освобождению». Конгресс почтил память великого Ленина вставанием. В Кантоне был объявлен трехдневный траур, заседания конгресса прерваны.
Выступая на траурном митинге в Кантоне, посвященном смерти Ленина, Сунь Ят-сен произнес речь, ярко выразившую его любовь и преклонение перед усопшим вождем всего угнетенного и трудящегося человечества.
«В 13-й год Китайской республики, — сказал Сунь Ят-сен,— я пришел со своими друзьями почтить твою память. За многие века существования мира было немало вождей и ученых, говоривших красивые слова, которые, однако, не претворялись в жизнь. Ты не только говорил и учил, но претворил свои слова в действительность, ты создал новую страну, указал путь к совместной борьбе. Я хочу идти твоим путем и, хотя мои враги против. этого, но мой народ будет приветствовать меня за это. Ты умер, небо не продлило твоей жизни, но в памяти угнетенных народов ты будешь жить веками, великий человек».
Траурные манифестации и митинги по поводу смерти Ленина имели место не только в Кантоне. По всему Китаю вплоть до уездных городов и самых глухих районов проходили траурные собрания. Волнующие рассказы о Ленине, которого «боялись все богатые и знатные», проникли в самую толщу народных масс.
После вступления коммунистов в гоминьдан и поддержки ими кантонского правительства, последнее, несмотря на ограниченность территории, на которую распространялась его власть, все больше и больше превращалось в национально-революционное правительство Китая.
Сам Сунь Ят-сен начинал понимать роль и значение народных масс. «Я живо вспоминаю крестьянскую конференцию в провин254


ции Гуандун, которая собралась в Кантоне в июле 1924 г., — писала жена Сунь Ят-сена Сун Цин-лин. — Тогда впервые мы увидели лицом к лицу тот самый народ, который должен сделаться опорой нового Китая и который поднялся для того, чтобы принять участие в революции. На конференции собрались крестьяне со всех концов провинции. Многие из них проделали путь из своих деревень в Кантон, пройдя босиком сотни миль. Они были в лохмотьях. Я помню, как глубоко был взволнован доктор Сунь. Он сказал мне: «это начало победы революции», и он снова подчеркнул ту роль, которую угнетенный китайский народ должен играть в борьбе за свое собственное спасение».
Объединивший в своих руках революционные элементы страны гоминьдан становится политическим органом антиимпериалистической борьбы китайского народа. На первом конгрессе гоминьдана в Центральный исполнительный комитет этой организации, наряду с известными деятелями гоминьдана, были избраны и коммунисты: Мао Цзэ-дун, Ли Да-чжао, Цюй Цю-бо и др.
После вступления коммунистов в гоминьдан последний превратился в партию блока рабочих, крестьян, городской мелкой буржуазии и национальной буржуазии. Несмотря на то, что различны были цели и роль этих классов в революции, блок их в то время являлся движущей силой китайской революции. Па другую сторону баррикады стояли империалистические державы, китайские помещики, милитаристы и компрадорская буржуазия.
Коммунистическая партия завоевывала все больший и больший авторитет среди народа. Ее политическое влияние росло с каждым днем.
Компартия на территории провинции Гуандун работала легально, имела свои печатные органы. Она принялась за организацию пролетариата, строительство профсоюзов, за объединение крестьян в крестьянские союзы. Это начинало внушать опасения некоторой части национальной буржуазии. Начались колебания, отходы и измены. Внутри объединенного национального фронта развернулась борьба. Уже на первом конгрессе гоминьдана раздавались отдельные голоса гоминьдановцев против принятия коммунистов в эту организацию. Например, при обсуждении устава гоминьдана некоторые гоминьдановцы выступили против принятия в гоминьдан лиц, «состоящих в других партиях». Однако подавляющее большинство делегатов конгресса не поддержало их. Резкий отпор дал им Ляо Чжун-кай: «Надо понять, — говорил он, — что только в единении сил с другими революционными партиями мы можем завершить революцию».
В мае 1924 г. кантонское правительство создало военную* школу на острове Вампу, возле Кантона, для подготовки командного состава организуемой им национально-революционной армии. Компартия приняла активное участие в организации этой школы и в создании вооруженных сил революции. Программа школы 255


в значительной степени была заимствована у военно-политических школ Красной Армии СССР. Наряду с военными дисциплинами в школе изучали политические предметы. В школе был введен институт политических комиссаров. В своей речи перед курсантами школы Вампу 3 ноября 1924 г. Сунь Ят-сен заявил: «Успехи русской революции гораздо глубже, чем успехи революций во Франции и в Америке, происходивших более ста лет назад. Это произошло потому, что в России появился революционный мыслитель, всем известный Ленин. Он создал революционную партию с железной дисциплиной. Эта партия стала огромной силой, и успех революции в России сказался очень быстро. Эти русские революционные методы должны служить для нас прекрасным образцом».
Установление отношений между Китаем и СССР. Тем временем Советская Россия все больше завоевывала симпатии китайских трудящихся масс и интеллигенции. Стали усиливаться голоса тех, кто требовал заключения договора с Москвой, ориентации Китая на Советскую Россию. Коммунистическая партия Китая развернула энергичную кампанию за установление дипломатических отношений между Китаем и СССР. Ярким проявлением растущей популярности, которой пользовалась Советская Россия, был почин Пекинского университета, постановившего торжественно отметить пятую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции на открытом заседании 7 ноября 1922 г. Председателем этого торжественного заседания был избран профессор-коммунист Ли Да-чжао. Особенно большими симпатиями пользовалась Советская Россия на юге Китая — в Кантоне. Сунь Ят-сен, глава южного правительства, все определеннее и решительнее выражал свое сочувствие Октябрьской революции.
Еще 28 августа 1921 г. Сунь Ят-сен отправил письмо народному комиссару по иностранным делам Чичерину, изъявляя в нем желание получать информацию о Советской России и подробно узнать о жизни молодой Советской республики.
В ноябре 1923 г. руководители восьми высших учебных заведений Пекина обратились к находившейся в то время в Китае советской дипломатической миссии с просьбой о том, чтобы еще до формального открытия советско-китайских переговоров СССР предоставил русскую долю китайской контрибуции за восстание 1900 г. на развитие просвещения в Китае, причем часть ее — в фонд этих восьми учебных заведений. Советское правительство ответило согласием.
В конце 1923 г., в день своего 25-летнего юбилея, Пекинский университет провел анкету среди студентов. В анкете был вопрос: «Кто является истинным другом Китая — США или Советская Россия?» И 80% ответов гласило: «Советская Россия».
Наибольшими симпатиями пользовался Советский Союз среди трудящихся масс. Рабочий класс Китая был в авангарде борьбы за установление дипломатических отношений Китая с СССР.
256


Итак, социальные и политические достижения Великой Октябрьской социалистической революции стали завоевывать в Китае сердца миллионов трудящихся. Влияние Советской страны и ее идей все росло. Престиж США, который ко времени окончания первой мировой войны, казалось, прочно утвердился среди значительной части китайской интеллигенции, стал уступать место влиянию русской революции.
После неоднократных проволочек и срывов переговоров (они являлись следствием упорного противодействия со стороны держав, в особенности США и Франции) 31 мая 1924 г. между СССР и Китаем был подписан договор (так называемое советско-китайское соглашение). Это был первый равноправный договор за последние сто лет истории Китая. В соответствии с этим договором СССР отказался от всех специальных прав, концессий и привилегий царской России в Китае, от прав экстерриториальности, от русской части контрибуции за восстание 1900 г., которая была передана на нужды народного образования в Китае.
В Китае это событие было встречено с восторгом. Трудовой народ ликовал. На многочисленных митингах и собраниях он выражал свои симпатии Советскому Союзу. ЦИК гоминьдана приветствовал соглашение в специально выпущенном манифесте.
В то же время японский посланник Иошизава сравнивал советско-китайское соглашение с землетрясением. Японская газета «Токио Асахи» писала: «Нетрудно предвидеть, что договор, по которому Китай становится в равноправные сношения с Россией, еще больше усилит стремление китайцев добиваться возвращения своих прав, столь развившееся за последние годы. В то же самое время будет расти и тенденция действовать совместно с Россией».
Советско-китайское соглашение имело поистине огромное значение для Китая, оно положило начало тесному общению между китайским народом и народами СССР, которое в свою очередь не могло не увеличить симпатии китайского народа к Советскому Союзу.
Подавление контрреволюционных мятежей в Кантоне. На территории, находившейся под властью правительства Сунь Ят-сена, порой вспыхивала открытая гражданская война. Кое- кто из генералов, находившихся на службе у Сунь Ят-сена, устраивал против него контрреволюционные заговоры.
После того как в начале 1923 г. Чэнь Цзюн-мин был разгромлен коалицией, созданной усилиями Сунь Ят-сена, и бежал, в Кантон вернулся Сунь Ят-сен. С этого времени рабочее и крестьянское движение, а также антиимпериалистическая борьба в Гуандуне поднялись с новой силой. В июле 1924 г. в Шамяне произошла антиимпериалистическая стачка. (Шамянь — в то время иностранная концессия в Кантоне, отделенная от китайской части города каналом.)
17 Зак. Ь54
257


Краткая история этой стачки такова: по распоряжению иностранных властей был запрещен китайцам вход в Шамянь без специальных на то пропусков, выдаваемых иностранными консулами. Кроме того, при входе в Шамянь иностранная полиция стала обыскивать всех китайцев. Предлогом для введения этого мероприятия было покушение на губернатора Французского Индокитая Мерлена, произведенное 18 июня 1924 г. одним аннамским террористом в Шамяне, куда прибыл Мерлен. Отношения к китайским революционным организациям это покушение не имело. Тем не менее эти оскорбительные ограничения были введены иностранными властями. Тогда китайские рабочие и служащие 15 июля покинули в знак протеста Шамянь и объявили забастовку. В Шамяне замерла жизнь, закрылись фабрики, банки, магазины. Попытка империалистов взамен бастующих нанять штрейкбрехеров провалилась. В конце концов китайские рабочие победили, и иностранные власти вынуждены были заявить об отмене издевательских правил. Победа этой антиимпериалистической стачки усилила национально-освободительную борьбу в Китае и укрепила правительство Сунь Ят-сена.
Сунь Ят-сен все решительнее выражал свои симпатии к Советской России. Когда 8 октября 1924 г. в порт Вампу возле Кантона вошло советское судно «Воровский», правительство Сунь Ят-сена в честь советских моряков устроило прием, на котором присутствовали члены правительства, ЦИКа гоминьдана, представители воинских частей и профсоюзов. Сам Сунь Ят-сен обратился с приветственной телеграммой к командованию советского судна.
Однако враги революционного Кантона — английские, американские и прочие империалисты — не унимались. В октябре 1924 г. в Кантоне произошел подготовленный англичанами новый контрреволюционный мятеж. На этот раз против Сунь Ят-сена выступил крупный кантонский компрадор, акционер английского так называемого Гонконг-Шанхайского банка Чэнь Лянь-бо (Чэм Лим-пак). На деньги англичан он приобрел оружие, собрал несколько тысяч человек всякого сброда — бродяг, бандитов, купеческих сынков — и организовал «войско», которое потом в насмешку прозвали «бумажными тиграми». Мятеж так и вошел в историю под названием восстания «бумажных тигров». При поддержке англичан «бумажные тигры» организовали в октябре 1924 г. кровопролитные бои на улицах Кантона. Изменник Чэнь Цзюн-мин также поддерживал этот мятеж. Так, например, после начала мятежа он организовал наступление на Кантон с востока Гуандуна силами сохранившихся там остатков его армии.
Однако решительными мероприятиями Сунь Ят-сену с помощью рабочего класса и компартии удалось подавить это восстание. Как только начался мятеж в Кантоне, Сунь Ят-сен создал революционный штаб по его подавлению, так называемый «ревком», в который вошел и представитель компартии. 10 октября 258


в своей директиве этому ревкому Сунь Ят-сен прямо указывал на необходимость заимствования русских методов борьбы с врагами народа. Он говорил: «Надо учиться у русских, как совершать революцию. Нынешняя революция должна следовать примеру России; китайская революция отныне не может добиться успеха, если мы не будем рассматривать Россию, как своего учителя».
Первостепенную роль в разгроме мятежа сыграли кантонские рабочие, руководимые компартией, и курсанты военной школы Вампу.
Хотя мятеж «бумажных тигров» был подавлен, он показал, что английский империализм ставит перед собой задачу свергнуть национальное правительство Сунь Ят-сена и что в самом Кантоне существуют и действуют реакционные силы, которые требуют от национального правительства прекращения сотрудничества с коммунистами, ареста коммунистов и запрещения рабочих и крестьянских организаций. Это событие свидетельствовало, что внутри гоминьдана активизировались правые деятели, связанные с реакцией и империалистами. Они повели подпольную работу и втайне готовили свержение Сунь Ят-сена. Кантонскому правительству пришлось и после подавления мятежа «бумажных тигров» вести борьбу с контрреволюционными силами на территории Гуандуна. Весной и осенью 1925 г. революционные войска осуществили первый и второй восточные походы против Чэнь Цзюн-мина, в результате которых войска этого агента английских империалистов были разгромлены. В первой половине июня 1925 г. в Кантоне был ликвидирован заговор юньнаньских и гуансийских милитаристов, пытавшихся при поддержке властей Гонконга свергнуть кантонское национально-революционное правительство. Благодаря тому что Сунь Ят-сен все решительнее ориентировался на народные массы и действовал в тесном союзе с компартией, все эти заговоры в то время кончались поражением контрреволюционеров и поддерживавших их английских империалистов.
Образование народных армий на севере Китая. В 1924 г. на севере Китая проходила очередная милитаристская война между стоявшими у власти в Пекине У Пэй-фу и президентом Цао Кунем, с одной стороны, и мукденской кликой Чжан Цзо-лина, правившего в Маньчжурии, — с другой. Чжан Цзо-лина поддерживал в это время и Дуань Ци-жуй.
Ликвидация осенью 1924 г. мятежа «бумажных тигров» в Кантоне укрепила правительство Сунь Ят-сена и содействовала дальнейшему росту национально-освободительного движения как на юге, так и на севере Китая. Повсюду росли симпатии к Сунь Ят-сену и его правительству. Взоры самых широких кругов китайского населения все больше и больше обращались к Кантону, как к центру национально-освободительной борьбы.
259


В этой обстановке осенью 1924 г. в разгар военных действий между У Пэй-фу и Чжан Цзо-лином в войсках У Пэй-фу произошло восстание. Против У Пэй-фу выступил подчиненный ему генерал Фын Юй-сян. Он объявил себя сторонником Сунь Ят-сена и создал из своих воинских частей так называемые народные армии (точнее «национальные армии» — гоминьцзюнь). Сразу же изменилось соотношение сил в Северном Китае. Ослабленный выступлением Фын Юй-сяна, У Пэй-фу бежал в Центральный Китай; Цао Кунь был арестован, а так называемая «чжилийская клика» разгромлена.
Однако несмотря на разгром чжилийцев и изгнание У Пэй-фу, их военный противник Чжан Цзо-лин не мог считать себя победителем. Пекин заняли войска Фын Юй-сяна. Было создано коалиционное правительство из сторонников как Чжан Цзо-лина, так и Фын Юй-сяна. Во главе его стал тогдашний союзник Чжан Цзо- лина Дуань Ци-жуй, которому теперь приходилось учитывать факт усиления национально-освободительного движения в Китае и, в частности, огромную популярность Сунь Ят-сена. К тому же Дуань Ци-жуй не мог не считаться с тем обстоятельством, что в столице находились «народные армии» Фын Юй-сяна. Вынужденный поэтому маневрировать, Дуань Ци-жуй обратился с письмом к Сунь Ят-сену, в котором приглашал его приехать в Пекин для переговоров о мирном объединении Китая и о созыве с этой целью специальной объединительной конференции.
Поездка Сунь Ят-сена в Пекин и его смерть. В сентябре 1924 г. Сунь Ят-сен отправился в Пекин. Его поездка была настоящим триумфальным шествием. Всюду его встречали толпы народа, приветствовавшие «отца китайской революции». Однако договориться с Дуань Ци-жуем он не смог, потому что вместо национального конгресса, который предлагал созвать Сунь Ят-сен, Дуань Ци-жуй хотел собрать лишь военную конференцию наместников провинций. Сунь Ят-сен прекратил переговоры с Дуань Ци-жуем.
В начале 1925 г. Сунь Ят-сен тяжело заболел. Болезнь (рак печени), обострившаяся у него еще по пути в Пекин, окончательно приковала его к постели и вскоре стала роковой.
11 марта, за несколько часов до кончины, он вызвал к себе сопровождавших его руководителей гоминьдана и продиктовал обращение к ЦИКу СССР.
Обращение это, подписанное в тот же день Сунь Ят-сеном, гласило:
«Дорогие товарищи, в то время как я здесь лежу в смертельном недуге, против которого бессильны люди, моя мысль обращена к Вам и судьбам моей страны.
Вы возглавляете союз свободных республик, — то наследие, которое оставил угнетенным народам бессмертный Ленин. С помощью этого наследия жертвы империализма неизбежно добьются освобождения от того международного строя, основы 260


которого издревле коренятся в рабовладельчестве, войнах и несправедливостях. Я оставляю после себя партию, которая, как я всегда надеялся, будет связана с Вами в исторической работе над окончательным освобождением Китая и других эксплуатируемых стран от империалистического строя. Волею судеб я должен оставить свое дело незаконченным и передать его тем, кто, оставаясь верным основам учения партии, тем самым будут истинными моими последователями. Поэтому я завещаю гоминьдану продолжать дело национально-освободительного движения вплоть до полного освобождения Китая. С этой целью я поручил партии быть в постоянном контакте с Вами.
Я твердо верю в неизменность поддержки, которую Вы до сих пор оказывали моей стране.
Прощаясь с Вами, дорогие товарищи, я хочу выразить надежду, что скоро настанет день, когда СССР будет приветствовать в могучем, свободном Китае друга и союзника и что в великой борьбе за освобождение угнетенных народов мира оба союзника пойдут к победе рука об руку. С братским приветом Сунь Ят-сен».
12 марта 1925 г. Сунь Ят-сен умер и временно был похоронен на так называемых «Западных холмах», в 45 км от Пекина.
В оставленном Сунь Ят-сеном своей партии завещании говорилось: «Я посвятил 40 лет своей жизни делу национальной революции, имеющей целью обеспечить равноправие и свободу для Китая. Сорокалетний опыт привел меня к убеждению, что для того, чтобы достигнуть этой цели, мы должны пробудить массы и объединиться со всеми народами, относящимися к нам, как к равным, для общей борьбы. Ввиду того что революция еще не завершена, товарищи должны продолжать борьбу для ее осуществления.
По моему мнению, согласно всей программе реорганизации Китая, предложенной в декларации первого конгресса нашей партии, в первую очередь должно быть созвано народное собрание и выставлено требование об аннулировании неравноправных договоров.
Я поручаю партии приложить все усилия к тому, чтобы эти цели были осуществлены в самое короткое время».
Так умер Сунь Ят-сен. Он оставил гоминьдану следующие заветы: крепить дружбу с СССР, продолжать сотрудничать с китайскими коммунистами и во всей своей деятельности твердо опираться на массы.
У Сунь Ят-сена имелись ошибки, колебания, в его учении был ряд реакционно-утопических черт, но вместе с тем он был горячим патриотом и революционным борцом за свободу и независимость Китая.
Сунь Ят-сен был другом Советского Союза. Мао Цзэ-дун писал, что Сунь Ят-сен «...приветствовал Октябрьскую револю261


цию, приветствовал русскую помощь китайцам и приветствовал сотрудничество с ним Коммунистической партии Китая» L
«Сунь Ят-сен придерживался иного мировоззрения, чем мы, и исходил с иной классовой точки зрения при определении и разрешении проблем, — писал далее Мао Цзэ-дун, — но в проблеме борьбы против империализма в 20-м веке он пришел к выводу, который в основном соответствовал нашим выводам» * 2.
Забастовка в Циндао и расстрелы 30 мая в Шанхае. 19 апреля 1925 г. на японских текстильных фабриках в Циндао (в Шаньдуне) началась забастовка рабочих, которая продолжалась больше месяца. К концу мая забастовка завершилась победой рабочих, причем управляющие японских фабрик подписали с представителями рабочих соглашение, удовлетворявшее требования забастовщиков. Но когда о нем узнали в Токио владельцы этих фабрик, то они, посовещавшись с японским правительством, решили разорвать соглашение.
25 мая 1925 г. китайские рабочие пришли на фабрики, чтобы возобновить работу на новых условиях. Им тут же заявили, что, согласно инструкции из Токио, соглашение аннулировано. Рабочие запротестовали, организовали митинги во дворах фабрик и пытались устроить демонстрацию. Японская жандармерия учинила расстрел рабочих.
Расстрел японцами безоружных рабочих Циндао всколыхнул пролетариат других городов Китая и особенно рабочих-текстильщиков Шанхая. 30 мая рабочий класс и студенчество Шанхая организовали демонстрацию протеста против расстрела в Циндао, а также против убийства китайского рабочего коммуниста Гу Чжэн-хуна, совершенного японским надсмотрщиком незадолго до этого в Шанхае. Когда безоружная демонстрация, в рядах которой было много женщин и детей, проходила по Наньцзинлу, главной улице сеттльмента, ее встретил отряд иностранной полиции. Командующий отрядом англичанин Эверсон, по прямому указанию главы муниципалитета международного сеттльмента американца Фесендена, не пропустил дальше демонстрацию. Он скомандовал своим полисменам: «Бей насмерть!» И много рабочих, их жен и детей, обливаясь кровью, полегли на мостовой, сраженные пулями озверелых наемников империализма. А государственный департамент США в выпущенном 2 июня коммюнике цинично сообщал: «Полиция действовала так, как надлежало при создавшихся обстоятельствах».
Расстрелы, учиненные в Циндао и Шанхае, вызвали огромное движение протеста китайского народа и в первую очередь китайского рабочего класса. На следующий же день в Шанхае началась организованная и возглавленная коммунистами забаJMao Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, Госполитиздат, 1949, стр. 6.
2 Т а м же, стр. 7.
262


стовка, которая вскоре, впервые в истории Китая, переросла во всеобщую забастовку рабочих, купцов и студентов.
Шанхайская и гонконг-кантонская забастовки. В Шанхае рабочий класс бастовал в течение трех месяцев. К забастовке присоединились учащиеся средних школ и всех высших учебных заведений Шанхая. Забастовали также рикши и китайская прислуга, работавшая у иностранцев, китайские купцы закрыли свои магазины, прекратили работу китайские банки.
Китайская национальная буржуазия Шанхая сначала поддержала забастовку. Подъем во всей стране был настолько велик, что в других городах Китая — Пекине, Кантоне, Ханькоу — рабочие также прекратили работу. Руководителем всего движения явился шанхайский рабочий класс во главе с его авангардом — коммунистической партией. В Шанхае организовался так называемый «Объединенный комитет», куда входили делегаты от рабочих, студентов и купцов. Председателем этого комитета был член КПК. Кантонское правительство, созданное покойным Сунь Ят-сеном, поддержало шанхайскую забастовку, пробудившую к борьбе против империалистов народные массы всего Китая.
Шанхайская забастовка, поднявшая могучую волну антиимпериалистического движения, встретила горячий отклик среди трудящихся масс всех стран, и в первую очередь СССР.
Трудящиеся Советского Союза с огромной радостью приветствовали поднявшийся на борьбу китайский народ. Узнав о развернувшейся в Шанхае всеобщей забастовке, рабочие и служащие постановили отчислить однодневный заработок и через ВЦСПС перевести собранные средства Шанхайскому стачечному комитету. В Москве, Ленинграде и в других городах состоялись митинги и собрания, приветствовавшие китайскую революцию. А как только к берегам Китая двинулись военные суда империалистических держав и возникла угроза иностранной интервенции и разгрома национально-освободительного движения, трудящиеся Советского Союза вновь, как в 1924 г. во время организованного империалистами контрреволюционного мятежа в Кантоне, бросили клич «Руки прочь от Китая!» В Москве развернуло свою деятельность общество «Руки прочь от Китая», которое повело активную политическую кампанию в защиту китайской революции.
Через три недели после начала всеобщей забастовки буржуазия Шанхая решила, что ее дальнейшее участие в ней нецелесообразно, ибо в условиях бойкота иностранных товаров ей легче, чем когда-либо, добиться первенствующего влияния на китайском рынке. Буржуазия прекратила забастовку, стали открываться лавки китайских купцов. Но рабочий класс, руководимый компартией, продолжал забастовку на иностранных предприятиях еще три месяца.
Особенно большой отклик получили шанхайские события на юге Китая — в Гонконге. 19 июня 1925 г. забастовали моряки 263


и портовые рабочие Гонконга. Организованные коммунистической партией рабочие Кантона, в свою очередь, выразили свою солидарность с шанхайскими и гонконгскими рабочими.
23 июня совместно демонстрировавшие кантонские и гонконгские рабочие были встречены пулеметным огнем из Шамяня. Около 50 убитых и раненых китайцев оказалось на набережной Кантона — Шаки, по которой стреляли из Шамяня.
Этот так называемый «шамяньский расстрел» народной демонстрации, произведенный империалистами, поднял на борьбу самые широкие массы гонконгских и кантонских рабочих. Руководимые компартией, они организовали грандиозную забастовку протеста и бойкот Гонконга. В результате политическая забастовка моряков и грузчиков, начавшаяся в Гонконге еще 19 июня, превратилась в огромной важности событие. Бастовало около 200 000 рабочих. Остановилась экономическая жизнь Гонконга. Порт замер, иностранные суда стояли в бездействии. Забастовщики начали покидать Гонконг. К 4 июля около 150 000 рабочих покинули Гонконг, многие из них переселились в Кантон, остальные вернулись в свои деревни и города Гуандуна.
Армией бастующих гонконгских и кантонских рабочих руководил избранный на делегатских собраниях рабочих стачечный комитет, в котором ведущую роль играли члены коммунистической партии. Стачечный комитет имел несколько отделов: культурно- просветительный, финансовый (распоряжавшийся средствами), продовольственный (устраивавший столовые для рабочих), квартирный (заботившийся о расселении в Кантоне 64 000 стачечников, покинувших Гонконг) и военный отдел, создавший вооруженные пикеты рабочих. Всего в Кантоне было организовано 20 пикетов по 108 человек в каждом, т. е. имелось более 2000 пикетчиков.
Стачечный комитет имел даже несколько моторных лодок, на которых развевался красный флаг. Эти лодки несли патрульную службу и вылавливали контрабандистов, ибо комитет руководил также и бойкотом английских товаров.
Деятельность стачечного комитета показала возросшую организованность и инициативу китайского рабочего класса и коммунистической партии. Его председателем был видный член коммунистической партии Су Чжао-чжэн.
Гонконг-кантонская забастовка, начавшаяся в июне 1925 г. и окончившаяся в октябре 1926 г., продолжалась, следовательно, целых 16 месяцев. Это была самая длительная забастовка в истории мирового рабочего движения. Она серьезно ударила по английскому империализму, тем более что совпала с большим внутренним потрясением, которое испытывала в то время Англия, — со всеобщей стачкой английских горняков летом 1926 г.
Торговый оборот Гонконга уже к осени 1925 г. сократился на 48% по сравнению с предыдущим годом. Доходы английских пароходных компаний снизились вдвое. Ряд владельцев фабрик, 264


магазинов, отелей, гаражей и т. д. покинули Гонконг и возвратились в Англию. Арендная плата за помещения в Гонконге упала на 40%.
Рабочие Гонконга, переселившиеся в Кантон, были тем революционным элементом, который, попав в среду кантонского пролетариата, усилил политическое влияние коммунистической партии. Коммунисты, ведшие за собой столь революционно настроенные массы, стали еще более серьезной политической силой.
Как уже указывалось, не все покинувшие Гонконг рабочие остались в Кантоне; часть из них ушла в деревни и сёла и расселилась по провинции Гуандун, много рабочих посылал в деревни сам стачечный комитет. Там, в деревнях, рабочие объединяли крестьян и поднимали их на антифеодальную и антиимпериалистическую борьбу. Не случайно в тех сельских районах, где оседали забастовщики, крестьянское движение получило в дальнейшем наибольший размах.
Много бастующих рабочих вступили в ряды организующейся в Кантоне национально-революционной армии и стали в ее составе наиболее стойкими и смелыми бойцами.
Борьба внутри кантонского правительства. Гонконг-кантонская забастовка укрепляла кантонское правительство, создавала ему массовую базу. Стачечный комитет не противопоставлял себя правительству, и оно в целом поддерживало стачечников в их борьбе против английских империалистов. Вместе с тем среди правых деятелей кантонского правительства, у правых гоминьда- новцев, существовало и все более росло недовольство стачечным движением, которое пугало китайскую буржуазию.
Кантонское правительство не было однородным. С одной стороны, имелась откровенно правая группа, идейным вождем которой был Дай Цзи-тао; представителем ее в самом кантонском правительстве являлся военный министр Ху Хань-мин. С другой стороны, в кантонское правительство входил в качестве министра финансов Ляо Чжун-кай, левый гоминьдановец, ближайший соратник и друг покойного Сунь Ят-сена, горячо поддерживавший союз гоминьдана с коммунистической партией.
Председателем же кантонского правительства был Ван Цзин- вэй, который тогда изображал из себя «левого». Позднее Вац Цзин-вэй стал открытым изменником и прямым агентом Японии^
Внутри объединенного национального фронта обострялась борьба между пролетариатом и национальной буржуазией за^ гегемонию в революции. Массовое движение рабочих и крестьян, поднималось все выше и выше. В деревнях росли крестьянские* союзы, создавались крестьянские комитеты, проходили съезды и совещания крестьян. Крестьяне выставляли требования об Уменьшении арендной платы. Развивалось и крепло рабочее Движение. Сама коммунистическая партия увеличивалась коли-. Явственно, а ее влияние в массах неуклонно усиливалось.
265


И в довершение всего в Кантоне появилось несколько десятков тысяч стачечников Гонконга, которые представляли собой наиболее революционную силу и которые шли за коммунистами.
Все это пугало китайскую буржуазию. Некоторые круги ее стали проявлять недовольство сотрудничеством с компартией, требовать ограничения массового движения, разрыва с коммунистической партией и исключения коммунистов из гоминьдана. В связи с этим внутри гоминьдана усилилась борьба правых гоминьдановцев с теми, которые стояли за сотрудничество с коммунистами. Правые гоминьдановцы даже стали применять индивидуальный террор.
20 августа 1925 г. в Кантоне был убит член кантонского правительства, министр финансов, левый гоминьдановец Ляо Чжун- кай. Это было политическое убийство, и правые гоминьдановцы были к нему причастны.
Положение на севере Китая. На севере Китая уже действовали, как известно, «народные армии» Фын Юй-сяна. В 1925— 1926 гг. эти армии вели войну против маньчжурского диктатора Чжан Цзо-лина, причем вначале военные действия развивались для них весьма успешно.
В ноябре 1925 г. в районе Шаньхайгуань — Тяньцзинь против Чжан Цзо-лина выступил начальник его штаба генерал Го Сун-лин. Это произошло в то время, когда армии Фын Юй-сяна теснили войска Чжан Цзо-лина на фронте. Выступление Го Сун- лина происходило на территории, которую японские империалисты считали своей монопольной сферой влияния. Поэтому они бесцеремонно вмешались в борьбу. Сначала они обещали Го Сун- лину, что будут нейтральны, тем самым заманивая его к Мукдену. Когда же Го Сун-лин приблизился к Мукдену, японцы с помощью своих шпионов выдали Го Сун-лина Чжан Цзо-лину. В декабре 1925 г. он вместе со своей женой был казнен.
Ввиду провала восстания Го Сун-лина угроза в тылу у Чжан Цзо-лина была ликвидирована, и положение последнего укрепилось. К тому же и на фронте «народные армии» Фын Юй-сяна в это время потерпели ряд весьма серьезных неудач.
В начале 1926 г. в Китае стали проявлять особую активность империалистические державы.
На севере Китая обстановка становилась напряженной. В первых числах марта 1926 г. в Дагу (возле Тяньцзиня) были сконцентрированы японские военные суда. Японские войска напали на части «народной армии» Фын Юй-сяна, занимавшей тогда Тяньцзин, и нанесли им тяжелый удар. Японские военные корабли бомбардировали Дагу.
В ответ на эти действия японских империалистов 18 марта в Пекине состоялась демонстрация протеста против японской интервенции, а также против пекинского правительства японофила Дуань Ци-жуя. 30 000 студентов и студенток собрались у президентского дворца. Ораторы произносили пламенные речи, 266


призывали к отпору Японии. Студенты и учащиеся средних школ, среди которых находились преподаватели и профессора, в том числе профессор-коммунист Ли Да-чжао, — ждали выхода Дуань Ци-жуя, чтобы ему лично предъявить свои требования, но Дуань Ци-жуй не вышел. Зато из боковых ворот президентского дворца появились солдаты — гвардия Дуань Ци-жуя, которая открыла по демонстрантам стрельбу. Было убито и ранено свыше 50 человек. Вслед за расстрелом начались массовые обыски и аресты в Пекине. Арестовывали не только коммунистов — передовых борцов за национальное и социальное освобождение Китая, но и тех, кто просто зарекомендовал себя честным патриотом и защитником независимости страны.
События 18 марта свидетельствовали о том, что реакция переходит в наступление. Вмешательство Японии в национально-освободительную борьбу, ее выступление против «народных армий» Фын Юй-сяна окрылило в свою очередь все китайские контрреволюционные силы. Вскоре Фын Юй-сян потерпел ряд новых поражений, и его армии стали отходить на северо-запад к провинциям Чахар и Суйюань. На некоторое время в Китае начался период спада революционной волны.
События 20 марта 1926 г. в Кантоне. Пользуясь этой обстановкой, китайская буржуазия, участвовавшая в революции, сделала попытку ее ограничить. Проявлением этого явились события на юге Китая.
20 марта 1926 г. в Кантоне Чан Кай-ши попытался совершить контрреволюционный переворот.' Он, будучи начальником военной школы Вампу, задержал подошедший к острову Вампу крейсер «Чжуншань» и арестовал его комиссара-коммуниста. Одновременно он разоружил учащихся школы — коммунистов и, приведя верную ему часть курсантов в город, занял помещение стачечного комитета, произвел в нем обыск и арестовал находившихся там нескольких коммунистов.
В ответ на эти контрреволюционные действия Чан Кай-ши коммунистическая организация Кантона призвала массы на поддержку кантонского правительства. Массы не пошли за Чан Кай-ши, и он, учтя соотношение сил, вынужден был отступить и как бы замять этот «инцидент».
Однако это событие имело свой исторический смысл. И. В. Сталин охарактеризовал его следующим образом:
«Попытка Чан Кай-ши в марте 1926 г. изгнать коммунистов из Гоминдана была первой серьезной попыткой национальной буржуазии обуздать революцию» \ Благодаря решительному отпору народных масс китайской буржуазии не удалась полностью эта ее попытка, но кое-чего она все же добилась. В результате событий «20 марта» Чан Кай-ши расширил свою власть в армии, кантонском правительстве и в гоминьдане. Положение
1 И. В. Сталин. Сочинения, т. 9, стр. 223. 267


коммунистов в руководящих органах гоминьдана после «20 марта» было ослаблено.
Однако единый национальный фронт еще сохранился, буржуазия не могла еще его разорвать, и Чан Кай-ши, подло лицемеря и двурушничая, вынужден был продолжать сотрудничество с коммунистами.
Северный поход и развертывание революции. Летом 1926 г. в Центральном исполнительном комитете гоминьдана был поставлен вопрос о том, что кантонское правительство, создав свои вооруженные силы, должно начать революционную войну против северных милитаристов за объединение Китая. Было решено организовать Северный поход национально-революционной армии.
Коммунистическая партия Китая в соответствии с учением В. И. Ленина о прогрессивности национально-освободительных войн в колониях и полуколониях в эпоху империализма рассматривала готовящуюся Северную экспедицию как справедливую войну и приняла в ней активнейшее участие. Правда, прежде чем коммунистическая партия стала на эту правильную позицию, ей пришлось преодолеть сопротивление некоторых так называемых «левых», которые не хотели видеть разницы между этим Северным походом и обычной милитаристской войной в Китае и считали, что данный поход укрепит правых гоминьдановцев и Чан Кай-ши и что они только используют коммунистов в качестве «носильщиков паланкинов».
Начало Северного похода облегчили следующие события: весной 1926 г. в Хунани подчиненный У Пэй-фу генерал Тан Шэн-чжи поднял восстание и заявил о своем присоединении к кантонскому правительству. Однако У Пэй-фу, который контролировал тогда ряд центральных и южных провинций, в том числе и Хунань, не склонен был ее оставлять и направил свои войска на подавление восстания.
В мае У Пэй-фу отбил у Тан Шэн-чжи Чанша, что сильно ухудшило положение восставших.
Учитывая сложившуюся обстановку, кантонское правительство и решило начать Северный поход прежде всего с посылки войск в Хунань в помощь своему новому стороннику Тан Шэн-чжи.
9 июля 1926 г. по решению ЦИК гоминьдана и кантонского правительства из южных провинций — Гуандун, Гуаней и Гуйчжоу — выступили на север шесть корпусов национально-революционной армии, в общем насчитывавших 60 тысяч человек.
Каждый корпус состоял из трех дивизий трехполкового состава.
Среди командиров имелись коммунисты. В частности, помощником командующего одного из корпусов был Чжу Дэ1; в чет* 1 Чжу Дэ — ныне заместитель председателя КНР и главнокомандующий Народно-освободительной армии КНР — родился в 1886 г. в провинции Сычуань в семье крестьянина. Еще юношей вступил в армию рядовым 268


зертом корпусе был Отдельный полк, которым командовал коммунист Е Тин. Этот полк был наиболее боеспособной частью Северного похода.
Но хотя в отдельных звеньях комсостава и были коммунисты как вышедшие из школы Вампу, так и вступившие в армию позднее, все же большинство командиров состояло из гоминьданов- цев. Что касается работы политотдела, то она почти полностью была сосредоточена в руках коммунистов и левых гоминь- дановцев.
Начальником политотдела был левый гоминьдановец Дэн Янь-да. В политотделе работал известный писатель, демократический деятель и крупный историк Го Мо-жо (ныне президент Академии наук КНР). Вместе с войсками Северного похода пошли руководящие работники гоминьдана и китайской компартии, в том числе такие видные коммунисты, как Чжоу Энь-лай, Линь Бяо, Линь Цзу-хань и другие.
Северный поход сразу же принес революционным войскам огромные победы. В августе национально-революционные войска уже освободили полностью всю провинцию Хунань. Когда национально-революционная армия вступила в Хунань, генерал Тан Шэн-чжи присоединился к ней со своими войсками.
Северный поход национально-революционной армии имел первостепенное значение в деле дальнейшего развития революционного движения в Китае. Военный фактор в китайской революции играл исключительно важную роль. И. В. Сталин писал: «Раньше, в XVIII и XIX столетиях, революции начинались так, что обычно восставал народ, большей частью безоружный или плохо вооружённый, и сталкивался он с армией старого режима, каковую армию он старался разложить или, по крайней мере, частично перетянуть на свою сторону. Это типичная форма революционных взрывов в прошлом. То же самое имело место у нас в России в 1905 году. В Китае дела пошли иначе. В Китае не безоружный народ стоит против войск старого правительства, а вооружённый народ в лице его революционной армии. В Китае вооружённая революция борется против вооружённой контрреволюции. В этом одна из особенностей и одно из преимуществ китайской революции. В этом же кроется особое значение революционной армии в Китае» L
Победив в Хунани и захватив город Чанша, войска Северного дохода разделились на две колонны — «северную» и «восточную». «Северная» колонна двинулась в Центральный Китай, по направлению к так называемому «Уханьскому трехградью», состоящему из трех городов: Учана, Ханькоу и Ханьяна.
и» быстро выдвинувшись, поступил в военную школу. Позже прошел все ступени в°енных званий от командира отделения до командира бригады. Чжу Дэ участвовал в революции 1911 г. После возникновения в Китае компартии становится коммунистом и крупнейшим военным деятелем партии.
1 И. В. Сталин, Сочинения, т. 8, стр. 363.
269


14. Первая гражданская революционная война (1924—1927 гг.).
270


«Восточная» колонна направилась на восток, в соседнюю провинцию Цзянси, к ее столице Наньчану, куда уже раньше вышли некоторые войсковые части прямо из Гуандуна. Задача этой колонны заключалась в том, чтобы по достижении своих непосредственных целей пойти на Шанхай и Нанкин.
Выбор этих двух направлений был не случаен. Помимо чисто военно-стратегических задач, которые он ставил перед походом, он явился как бы отражением серьезных политических противоречий в едином национальном фронте.
Говоря о перспективах развития китайской революции, Ц. В. Сталин поставил вопрос о двух путях развития китайских событий: «Либо национальная буржуазия разобьёт пролетариат, вступит в сделку с империализмом и вместе с ним пойдёт в поход против революции для того, чтобы кончить её установлением господства капитализма; либо пролетариат ототрёт в сторону национальную буржуазию, упрочит свою гегемонию и поведёт за собой миллионные массы трудящихся в городе и деревне для того, чтобы преодолеть сопротивление национальной буржуазии, добиться полной победы буржуазно-демократической революции и постепенно перевести её потом на рельсы социалистической революции со всеми вытекающими отсюда последствиями». И дальше И. В. Сталин указывал, что «...борьба между этими двумя путями революции является характерной чертой китайской революции» Г
Последующие события показали, что командование «восточной» колонны войск во главе с Чан Кай-ши, заняв провинцию Цзянси, начало в Наньчане концентрацию преданных ему сил для удара по пролетариату, для того чтобы «кончить революцию установлением господства капитализма».
В начале Северного похода империалистические державы в основном ограничивались скрытой интервенцией в форме помощи реакционным китайским милитаристам. Что касается Японии, то объяснялось это главным образом тем, что после Вашингтонской конференции внешнеполитическое положение Японии, одного из главных в то время жандармов и душителей национально- освободительного движения в Китае, было неблагоприятным. Курс политики Сидехара (тогдашнего министра иностранных дел Японии) в отношении Китая заключался в том, чтобы по возможности избегать открытой вооруженной интервенции и ограничиваться активной поддержкой тех или иных милитаристских групп в Китае; по мнению Сидехара, было целесообразнее маскировать Действия Японии в Китае и проявлять максимальную гибкость, приноравливаясь к обстоятельствам. В тот период революционное движение еще непосредственно не угрожало ни Северному Китаю, ни тем более Маньчжурии, и, следовательно, Япония могла выжидать. Однако, когда Япония чувствовала хотя бы
1 И. В. Сталин, Сочинения, т. 9, стр. 221—222. 271


малейшую угрозу своему господству в Маньчжурии, она каждый раз активно вмешивалась в борьбу и беспощадно расправлялась с национально-освободительным движением. Вспомним обстрел Дагу весной 1926 г., провокационные действия против «народных армий» Фын Юй-сяна и т. п.
США вначале также маневрировали. Наряду с этим они продолжали активно поддерживать китайскую реакцию, а кроме того, все в большем и большем количестве перебрасывали к берегам Китая свой флот и отправляли туда свои войска.
Американский империализм вел серьезную подготовку к организуемому им удару по китайской революции, который и был нанесен им несколько позднее. Пока же США, так же как и Япония, маскировали свои действия разговорами о мнимом «расположении» к кантонцам.
Английский империализм—другой душитель национально- освободительного движения — вел всестороннюю подготовку к открытой интервенции, но, будучи ослаблен грандиозной всеобщей забастовкой горняков, происшедшей в Англии летом 1926 г., не мог немедленно осуществить свои планы. Тем не менее уже 5 сентября 1926 г. английские империалисты жестоким обстрелом портового города Ваньсянь (в провинции Сычуань) пытались запугать поднявшийся на борьбу китайский народ.
События в Ваньсяне произошли следующим образом: 29 августа 1926 г. английский пароход, носивший китайское название «Ван Лю», остановился в Юньяне по пути в Ваньсянь. К пароходу подплыли три китайские лодки. Неожиданно, без предупреждения, «Ван Лю» дал полный ход, лодки перевернулись, и находившиеся в них 54 человека потонули. По прибытии парохода в Ваньсянь китайские власти послали офицера на борт «Ван Лю» для выяснения причин катастрофы. Но в дело вмешался капитан стоявшей в Ваньсяне английской канонерки «Кокчефер». Посланные им матросы прибыли на борт «Ван Лю» и, разоружив китайского офицера и сопровождавших его солдат, удалили их с парохода. Одновременно английская канонерка «Кокчефер» навела свои орудия на город. В ответ на эти наглые действия англичан китайские власти задержали два других английских парохода, стоявших в Ваньсяне. Обо всех этих событиях начались переговоры между китайскими властями провинции Сычуань и английским консулом в Чунцине. Однако, несмотря на ведущиеся переговоры, 5 сентября 1926 г. английские канонерки «Кокчефер» и «Виджен», стоявшие в Ваньсяне, неожиданно открыли артиллерийский и пулеметный огонь по беззащитному городу. В результате было убито 250 китайцев, а городу причинены убытки в размере 3 млн. долларов. Этот расстрел английскими канонерками города Ваньсянь был открытым выступлением империализма против китайской революции.
Тем временем части «северной» колонны национально-революционной армии уже вступили в начале сентября 1926 г. 272


в провинцию Хубэй и подошли к Уханьскому трехградью. Сначала были взяты Ханькоу и Ханьян; больше месяца продолжалась осада Учана. Затем революционные войска заняли и этот город.
Один из непосредственных свидетелей боев за Учан дал яркое и волнующее описание штурма этого города: «Штурмовые батальоны, заранее подобранные из добровольцев, захватив с собой легкие бамбуковые лестницы, повели ночью штурм. Добежав до рва, они засыпали его собственными телами и, перебравшись через него и подставив свои лестницы, они, как древние галлы, полезли на стены.
И их, также по древнему обычаю, не торопясь, обливали клокочущей смолой, сваливали на них груды камней и бревен, а в заключение, после горячей смолы, когда, не выдержав, стали отступать штурмовики, их косили пулеметами.
Это был первый штурм, и стоил он сотен пять убитыми и столько же искалеченными и обожженными.
Но штурм пришлось повторить.
Командование национально-революционной армии после первого штурма пыталось вести под стены подкоп. Но неприятель ночью сделал вылазку и истребил всю бригаду шахтеров, уже работавшую у самой стены. Тогда компартия призвала своих членов. Китайские коммунисты пошли в роты и батальоны, когда все было готово, на рассвете войска снова двинулись на штурм, и 10 октября 1926 г., в годовщину китайской революции 1911 — 1912 гг., Учан был взят.
За холмами, на озерах, последний раз пытался У Пэй-фу остановить революционные войска. Он сам приехал на фронт. Но было поздно — его армия отступала, бежала, совершенно разбитая и деморализованная. Часть войск У Пэй-фу, узнав, что дорога через мост заграждена, обезумев, ринулась в озера, и большая часть их там перетонула...»
Наибольший героизм в занятии г. Учана, а до него и других городов Уханьского района — Ханьяна и Ханькоу — проявили те части, которые входили в состав 4-го корпуса, и именно тот Отдельный полк, которым командовал коммунист Е Тин.
Следовательно, к концу 1926 г. «северная» колонна заняла Хунань и южную часть Хубэя.
Хуже протекали военные операции «восточной» колонны. Все же в ноябре 1926 г. ею был взят Наньчан (главный город провинции Цзянси), после чего она стала готовиться к походу на Шанхай.
Китайские милитаристы и реакция терпели, таким образом, поражение за поражением. Не на шутку забеспокоились и империалисты США, Англии и Японии. Чтобы укрепить контрреволюционные силы всего Китая, решено было объединить их под начальством такого лютого врага революции, как Чжан Цзо-лин. В ноябре 1926 г. Чжан Цзо-лин был объявлен диктатором Северного Китая и главнокомандующим созданной тогда же так назы18 Зак. 554
273


ваемой «Армии умиротворения» (Аньгоцзюнь) — армии, которая должна была подавить революцию.
Однако победоносное продвижение национально-революционных войск с юга на север продолжалось. Их победы объясняются в первую очередь тем, что Северный поход действительно явился формой национально-освободительной войны. Последняя пробуждала народные массы, поднимала их на борьбу. Армию, шедшую из Гуандуна, с радостью встречало население освобождаемых от реакции провинций. При приближении революционных войск рабочие, крестьяне и городская беднота нередко принимали все меры к тому, чтобы ослабить тыл милитаристов. Конечно, не всегда и не везде победы давались легко. Порой выбывало из строя до 30% рядового и до 40% командного состава.
Коммунистическая партия играла в национально-революционной армии выдающуюся роль; она развернула большую работу по организации политотделов в частях. Политотделы занимались политико-воспитательной работой не только в армии, но и среди населения. Китайские коммунисты использовали опыт победоносной Красной Армии Советской России в гражданской войне. На освобожденных территориях возникали гоминьдановские партийные организации, создавались ячейки компартии и комсомола. Коммунисты объединяли рабочих в профсоюзы, крестьян — в крестьянские союзы, создавали крестьянские комитеты.
Всюду, куда вступала национально-революционная армия, поднималась широкая волна народного движения. Повсеместно вырастали различного рода массовые организации. Создавались организации «Общества дружбы с СССР» и др. Крестьяне начали предъявлять помещикам требования об уменьшении арендной платы. Рабочие, вовлеченные в профсоюзы и почувствовавшие свою силу, повели борьбу за улучшение своего материального и бытового положения, за сокращение рабочего дня, повышение заработной платы и т. п.
К новой жизни и борьбе пробудился китайский народ. Женщина, забитая и бесправная в полуфеодальных и патриархальных условиях Китая, еще недавно бывшая в полном смысле слова рабыней, также приняла участие в революции. Появились девушки политработники, пропагандисты, агитаторы.
На освобожденной территории вводились демократические порядки. Установилась свобода слова, собраний и печати. Армия, победоносно двигавшаяся на север, стала оставлять на освобожденной территории своих политических работников, которые создавали органы новой власти, издавали революционную политическую литературу и т. д.
Так как национально-революционная армия несла китайскому народу свободу, последний встречал ее как свою освободительницу. Народ воочию убеждался в разнице между армией, идущей с юга под знаменем Сунь Ят-сена, в которой выдающуюся роль играли коммунисты, и войсками милитаристов, которые при при274


ближении революционной армии либо переходили на сторону последней, либо в панике бежали на север.
И разница, действительно, была громадной, несмотря на то, что в революционности некоторой части командиров кантонской армии можно было усомниться. Как по своему социальному положению, так и по своей прошлой деятельности многие генералы вызывали серьезные подозрения.
Вскоре после того как Уханьский район был занят революционными войсками, туда переехало из Кантона национальное правительство.
С первых чисел января 1927 г. местопребыванием национального правительства стал город Ханькоу — один из городов Уханьского трехградья. Если раньше, когда национальное правительство находилось в Кантоне, оно называлось кантонским правительством, то теперь его стали называть уханьским правительством.
Город Ханькоу сразу преобразился.
«За пять месяцев, протекших со времени моего последнего посещения Ханькоу, вид города резко изменился, — писал один из очевидцев китайской революции. — В июне на территории концессий нельзя было встретить ни одного солдата-китайца. Теперь совсем другая картина. Всюду толпы китайцев. Набережная запружена празднично разгуливающей толпой... Как будто бы никогда не было на этой набережной скамеек с надписью «только для иностранцев». Всюду развеваются красно-синие полотнища гоминьдановских флагов. Снуют автомобили с военными. На улицах кое-где остались проволочные заграждения, валяются мешки с песком. Перед приходом кантонцев иностранная часть Ханькоу была сплошь баррикадирована и опутана проволочными заграждениями. Почти на каждом перекрестке стояли пулеметы, виднелись ряды ощетинившихся штыков. Но все это оказалось бесполезным. Опасения были напрасны: не зарегистрировано ни одного случая ни убийства, ни грабежа кого-либо из иностранцев. Порядок на улицах был образцовый».
Так выглядел Ханькоу после освобождения его национальнореволюционными войсками.
В ночь на 5 января 1927 г. народные массы и в первую очередь пролетариат Ханькоу и Ханьяна под руководством Лю Шао-ци1 заняли территорию английской концессии в Ханькоу и вернули ее Китаю. Через несколько дней в руки Китая перешла и английская концессия в Цзюцзяне.
Насколько велик был подъем национально-освободительного движения, показывает тот факт, что вскоре было подписано соглашение между представителем Англии — советником английского посольства в Пекине, специально прибывшим в Ханькоу, — 1 Л ю Ш а о-ц и — ныне председатель Постоянного комитета Националь ного собрания Народных представителей и секретарь ЦК КПК.
275


О’Малли и министром иностранных дел уханьского правительства Евгением Чэном (Чэнь Ю-жэнь). В этом соглашении англичане должны были признать переход концессий в руки Китая. В условиях небывалого подъема, антиимпериалистического движения в Китае англичане были вынуждены маневрировать. Путем переговоров и временных уступок они пытались «приручить» к себе гоминьдан, не без основания рассчитывая на поддержку правых гоминьдановцев во главе с Чан Кай-ши.
Уханьское правительство становилось притягательным центром революционных сил не только Китая, но и всего Востока. Из Индии поступали телеграммы, поздравлявшие Китай с победой в борьбе против империализма. В Ухани индийцы и корейцы начали создавать свои национально-революционные объединения и союзы.
В эти незабываемые месяцы воздействие Великой Октябрьской социалистической революции на Китай Ощущалось особенно сильно.
Развитие китайской революции вызвало к жизни новую литературу, искусство, живопись. В этом отношении влияние Великой Октябрьской социалистической революции также было огромно. В Китае была создана «Всекитайская федерация искусств», возникли передовые литературные общества, организовались новые литературные журналы «Творчество», «Поток» и другие. Произведения средневековых поэтов стали сменяться революционными стихами, например, стихами Цзян Гуан-цы «Песня трудящимся», «Мой салют пионерам» и др.
Стала развиваться реалистическая проза. В создании новой литературы выдающаяся роль принадлежала великому китайскому писателю Лу Синю. В новых произведениях литературы описывалась жизнь народа. Древних конфуцианских классиков стал заменять реалистический роман.
Появилась революционная живопись — агитационный плакат, политическая карикатура. Родился и новый театр, возникло множество разъездных театральных бригад.
На китайский язык в большом количестве стали переводить труды Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина, сочинений советских писателей — Горького, Маяковского, Серафимовича, Гладкова, Фурманова и других.
Об огромном интересе китайской интеллигенции к советской культуре говорит следующий факт: в декабре 1926 г., после занятия города Ханькоу национально-революционными войсками, туда приехала из провинции Хунань делегация педагогов с просьбой прикрепить к китайским учебным заведениям советских профессоров русского языка. В самом Ханькоу делались такие же заявки. Представители китайских учебных заведений просили пригласить в Ханькоу 20 советских профессоров в организуемый там университет.
276


Но не только в больших политических центрах, не только в среде пролетариата и китайской интеллигенции пользовался огромным авторитетом и любовью Советский Союз — весть об успехах Великой Октябрьской социалистической революции, о ее идеях достигла самых глухих районов Китая.
В феврале 1927 г. войска «восточной» колонны национальнореволюционной армии начали наступление по направлению к Шанхаю.
На фоне победоносно развернувшейся освободительной войны и захвата национально-революционными войсками одной провинции за другой — освобождение крупнейшего в промышленном отношении города Шанхая, цитадели империализма в Китае, было бы величайшей победой китайской революции.
Для иллюстрации обстановки, которая существовала в Шанхае в то время, приведем свидетельство одного старого итальянского дипломата. Этот буржуазный дипломат рассказывает, что в начале марта 1927 г. он остановился проездом в Шанхае и не узнал этого города. То, что на стенах Шанхая выставляли на пиках головы казненных коммунистов, его не поразило (к этому он привык); его удивило другое: население Шанхая, несмотря на свирепствовавший там террор, не скрывало своих симпатий к наступавшей на Шанхай национально-революционной армии. Итальянский дипломат, выходя из отеля, наблюдал небывалую, в его представлении о Китае, картину. Увидев мальчишек, продающих газеты с последними известиями с фронта, с сообщениями о том, где находится национально-революционная армия, рикши бросали газетчикам медяки, покупали газеты, и грамотные читали вслух неграмотным о том, когда же, наконец, придет национально-революционная армия в Шанхай и освободит народ. То, что кули и рикши начали интересоваться политическими событиями, могло заставить призадуматься не одного только итальянского буржуазного дипломата.
В Шанхае — городе, в котором было сконцентрировано около половины пролетариата Китая, не прекращалась борьба рабочего класса. Эта борьба была направлена на то, чтобы помочь национально-революционной армии занять Шанхай.
Трижды поднимался шанхайский пролетариат на вооруженные восстания. Первое из этих восстаний произошло еще 24 октября 1926 г. Оно было жестоко подавлено китайской реакцией. В Шанхае тогда хозяйничал союзник У Пэй-фу генерал Сунь Чуань-фан; позднее его сменил шаньдунский генерал Чжан Цзун-чан, одним из помощников которого был белобандит, колчаковский офицер Нечаев. Последний создал из колчаковского офицерья и прочего сброда бригаду, которая боролась с нарастающим революционным движением в Шанхае.
Реакции удалось тогда расправиться с первым восстанием рабочих.
277


Но шанхайский пролетариат не был разбит. Уже в феврале 1927 г. произошло второе восстание. Однако и это восстание было подавлено.
Наконец, когда части национально-революционной армии приблизились к Шанхаю, коммунистическая партия призвала рабочий класс к всеобщей забастовке с целью парализовать всю жизнь Шанхая и облегчить кантонским войскам занятие города. Эта забастовка переросла в вооруженное восстание, и 21 марта шанхайский пролетариат захватил город в свои руки. Войска Чжан Цзун-чана бежали в сторону Нанкина. Вооруженные рабочие их преследовали. Особенно ожесточенные бои развернулись в районе Северного вокзала (Шанхай-Нанкинская железная дорога).
В Шанхае был образован так называемый «Объединенный комитет», руководителем которого стал коммунист. На фронт в части национально-революционной армии был послан представитель этого комитета с сообщением о занятии города рабочими. Через сутки, т. е. 22 марта 1927 г., передовые отряды национально-революционной армии уже входили в ликующий город. Население с радостью приветствовало кантонские войска.
Шанхай был взят. Весть об этом облетела весь мир.
Отношение советских людей к этому факту прекрасно выразил Владимир Маяковский. Когда национально-революционные войска 22 марта 1927 г. заняли Шанхай, Маяковский был в Ярославле. Выступавшему со своими стихами поэту аудитория кричала: «Товарищ Маяковский, прочтите лучшее Ваше стихотворение!»
— Какому
стиху отдать честь? Думаю, упершись в стол.
Может быть,
это им прочесть,
а может, прочесть то?
•Пока
перетряхиваю стихотворную старь, И нем
ждет
зал,
газеты
«Северный рабочий» секретарь тихо
мне сказал... И гаркнул я, сбившись с поэтического тона, громче иерихонских хайл:
— Товарищи!
278


Рабочими и войсками Кантона взят
Шанхай!
Национально-революционная армия, войдя в Шанхай со стороны Южного вокзала, прошла к Северному. Началось преследование отступавших милитаристских войск. Отойдя к Нанкину, последние удержались там недолго. 23 марта 1927 г. национально-революционная армия, наступавшая со стороны Уханя (части бывшей «северной колонны», где политическим руководителем был видный коммунист Линь Цзу-хань), заняла Нанкин, заставив банды Чжан Цзун-чана бежать дальше на север.
Северный поход имел для развертывания революции огромное значение.
Если раньше прочным плацдармом революции были лишь Кантон и провинция Гуандуан (затем к нему присоединились провинции Гуйчжоу и Гуаней), то вовремя Северного похода были освобождены провинции Хунань, Цзянси, Фуцзянь, Чжэцзян, Хубэй и такие крупные города, как Ухань, Шанхай и Нанкин. Таким образом, территориальная база революции во много раз увеличилась.
В национально-освободительное движение были втянуты широчайшие народные массы не только Гуандуна, но и всех тех провинций, по которым проходила национально-революционная армия. Массы были подняты на борьбу, пробуждены к общественно-политической жизни. Если накануне революции в 1924 г. в Китае в профсоюзах состояло 230 тысяч человек, то в 1926 г. членов профсоюза было уже полтора миллиона, а к маю 1927 г. 2 млн. 800 тысяч человек.
В деле организации крестьянства также был сделан огромный шаг вперед. Выросли крестьянские союзы, объединившие миллионы крестьян. Не только на территории, занятой частями национально-революционной армии, но и в северных провинциях Китая, где еще хозяйничали реакционные милитаристы, также расширилось крестьянское движение. В Хэнани и Шаньдуне развернулось огромное крестьянское движение, руководимое старинными тайными обществами «Красных пик» и др.
В итоге Северного похода поднялись на борьбу широчайшие народные массы, и во много раз возросло рабочее и крестьянское движение. Еще ярче выражены итоги Северного похода в росте Коммунистической партии Китая. Если в январе 1925 г., когда заседал четвертый съезд коммунистической партии, отмечалось, что по всей стране имеется около 950—1000 членов партии, то к 1927 г. коммунистическая партия насчитывала в своих рядах уже около 60 000 членов.
Значительно вырос и китайский комсомол. Накануне революции он насчитывал около 27г тысяч членов, а к началу 1927 г. 279


уже около 25 тысяч. Улучшился и социальный состав комсомола. Если в 1925 г. рабочих-комсомольцев было 20%, то к маю 1925 г. их было уже 41%; если в 1925 г. крестьянская молодежь составляла всего 5%, то в 1927 г. — уже 10,2%; если студентов и учащихся в 1925 г. было 65%, то в 1927 г. — 42,3%. И, наконец, если накануне четвертого съезда тираж центрального органа коммунистической партии «Сяндао» составлял всего несколько тысяч экземпляров, то в 1926 г. тираж возрос примерно до 55 000 экземпляров.
Открытая интервенция США и Англии; бомбардировка Нанкина и капитуляция китайской буржуазии. Когда контрреволюционные генералы бежали из Шанхая в Нанкин, то им стало ясно, что здесь они уже не смогут удержаться. Офицеры и солдаты разложившейся и разбитой армии стали грабить город и, нападая на мирное население, перед своим отступлением на север с провокационной целью убили несколько английских граждан и одного американца.
Через несколько часов в город вошли национально-революционные войска, и тут англо-американские империалисты решили открыто вмешаться в борьбу.
Придравшись к убийству иностранцев, совершенному солдатами милитаристов, командование стоявших на реке Янцзы военных кораблей США и Англии на следующий день — 24 марта 1927 г. — приказало открыть стрельбу из шестидюймовых орудий по городу Нанкину. 20 минут американские и английские корабли вели орудийный огонь по мирному китайскому городу. Было много убитых и раненых. Городу был причинен огромный ущерб.
Весьма характерно, что командующий американскими военно- морскими силами в Шанхае Вильямс никак не хотел уступить англичанам постыдную «честь» первенства в этом кровавом деле. Он цинично опроверг слухи, будто англичане толкнули американское командование на открытие огня в Нанкине. «Начали мы», — заявил он.
Справедливо писала в те дни газета «Правда», что «страна Георга Вашингтона и «декларации независимости» выступает теперь перед Китаем в образе изверга Вильямса, который в потоках крови топит независимость китайского народа» *.
11 апреля 1927 г. империалистические державы предъявили уханьскому правительству объединенную ноту, без всякого основания возлагавшую на него ответственность за убийства и грабежи в Нанкине, происшедшие еще до вступления в город национально-революционной армии. Эта нота содержала угрозу, что в случае невыполнения ряда требований — наказания виновных, письменного извинения, компенсации пострадавшим — державы примут меры, какие они найдут нужными.
1 «Правда» от 27 марта 1927 г.
280


Таким образом империализм решил активно вмешаться в борьбу. Нанкинский расстрел, явившийся сигналом открытого вмешательства империалистов в китайские события, ободрил китайскую реакцию на севере. Надо также иметь в виду, что в Японии в это время сменилось правительство и к власти пришел генерал Танака, провозгласивший открытую агрессивноинтервенционистскую политику по отношению к Китаю.
Окрыленная вмешательством держав, китайская реакция во главе с японским ставленником Чжан Цзо-лином 6 апреля 1927 г. организовала бандитский налет на помещение военного атташе советского посольства в Пекине. Во время налета были арестованы 15 советских граждан — служащих советских учреждений. Одновременно была схвачена группа китайских коммунистов и в их числе Ли Да-чжао. Арестованные китайские коммунисты вскоре были казнены озверевшей реакцией.
Расстрел американским и английским флотом Нанкина произвел устрашающее впечатление и на китайскую буржуазию. Она испугалась нажима со стороны держав и вместе с тем боялась дальнейшего развития революции.
Известно, что китайская буржуазия выступала против массового движения еше до нанкинских событий. Часть гоминьдановских лидеров и прежде всего Чан Кай-ши, обосновавшись в городе Наньчане (там была его ставка), уже тогда пытались противопоставить себя уханьскому правительству. В Наньчане Чан Кайши созывал военные совещания с целью привлечь на свою сторону гоминьдановских генералов и т. п.
Но до прямого раскола тогда еще не дошло. Соотношение сил в стране еще не определилось, а империалистические державы, хотя все время активно помогали китайской реакции, все же еще не могли договориться между собой о немедленной' открытой интервенции. Поэтому, несмотря на растущую внутреннюю борьбу в объединенном национальном фронте открытого раскола в то время еще не произошло.
Переломным моментом в этом отношении явились нанкинские расстрелы. Характеризуя эти события, И. В. Сталин писал: «Нанкинские расстрелы послужили в этом отношении сигналом к новой размежёвке борющихся сил в Китае. Стреляя в Нанкин и предъявляя ультиматум, империалисты хотели сказать, что они ищут поддержки национальной буржуазии для совместной борьбы, против китайской революции» \
И эту поддержку со стороны китайской буржуазии империалисты вскоре получили.
Национально-революционную армию народ всюду встречал как освободительницу. Рабочие Шанхая горячо приветствовали вступление в город национально-революционных войск. Но под влиянием и при помощи империалистов и крупной шанхайской
1 	И. В. Сталин, Сочинения, т. 9, стр. 225.
281'


буржуазии командный состав этой армии, состоявший в большинстве своем из представителей помещиков, стал открыто проявлять свою контрреволюционную сущность.
Чан Кай-ши счел момент подходящим для совершения давно задуманного им контрреволюционного переворота. Связавшись с американскими империалистами и получив крупную финансовую поддержку от шанхайских банкиров, он пошел на подлую измену китайскому народу.
В апреле гоминьдановские власти в Шанхае издали распоряжение о сдаче оружия, захваченного рабочими в то время, когда они, подняв восстание и разгромив милитаристов, овладели городом. Началось разоружение рабочих, стали запрещаться митинги и собрания. Возмущенный этим шанхайский пролетариат ответил демонстрацией протеста, которая 12 апреля 1927 г. была расстреляна по приказу предателя Чан Кай-ши.
Этими подлыми действиями Чан Кай-ши разоблачил себя, показал всему миру свое лицо кровавого палача китайского народа.
Что знаменовали собой эти расстрелы, происшедшие вслед за событиями в Нанкине?
Они, как писал И. В. Сталин, знаменовали собой «отход национальной буржуазии от революции, нарождение центра национальной контрреволюции и сделку правых гоминдановцев с империализмом против китайской революции» L
«...мощный размах революции, с одной стороны, и натиск империалистов в Шанхае, с другой стороны, не могли не отбросить национальную китайскую буржуазию в лагерь контрреволюции...» 1 2 — писал И. В. Сталин.
15 апреля 1927 г. в Кантоне также произошел контрреволюционный переворот.
18 апреля правые гоминьдановцы, казнив тысячи рабочих, десятки тысяч бросив в тюрьмы, образовали в Нанкине свое контрреволюционное правительство во главе с предателем Чан Кай-ши. Оно стало называться нанкинским правительством.
Какие же классовые силы совершили этот контрреволюционный переворот и кто поддержал нанкинское правительство? Его организовала испугавшаяся размаха революции национальная буржуазия, совместно с крупными компрадорами и крупными помещиками, перед которыми она капитулировала. Направляющей же силой этого кровавого переворота были империалистические державы, главным образом США. Известно, например, что Чан Кай-ши имел совещание с рядом представителей военно- морских сил США и заручился их поддержкой, а также установил контакт с председателем муниципалитета шанхайского международного сеттльмента американцем Фессенденом и т. п.
1 И. В. Сталин. Сочинения, т. 9, стр. 225—226.
2 Т а м же, стр. 225.
282


До этих событий национальная буржуазия принимала участие в революции, хотя и непоследовательно и добиваясь главным образом не общенациональной цели, а стремясь прежде всего к удовлетворению своих классовых интересов. Апрельские же события свидетельствовали, что национальная буржуазия капитулировала перед блоком империализма, крупных компрадоров и крупных помещиков.
Контрреволюционный переворот был совершен правыми кругами гоминьдановской военщины (командным составом «восточной» колонны войск Северного похода во главе с Чан Кай-ши), и ею же было поддержано нанкинское правительство. Кантонские власти после совершенного там контрреволюционного переворота со своей стороны заявили о признании нанкинского правительства.
Однако первая революционная гражданская война в Китае еще не закончилась.
После измены национальной буржуазии начался поворот от революции общенационального объединенного фронта к революции аграрной.
Уханьское правительство продолжало существовать. Его власть распространялась на провинции Хунань, Хубэй, Цзянси.
Уханьскому правительству угрожали: с востока — нанкинское правительство, с юга — изменившие революции власти Кантона, с запада — сычуаньские милитаристы Ян Сэнь и Лю Сян, с севера— Чжан Цзо-лин. Самым сильным из них был Чжан Цзо- лин — закоренелый враг революции.
Лишь «народные армии» Фын Юй-сяна, располагавшиеся в провинции Хэнань, поддерживали уханьское правительство.
В такой обстановке уханьское правительство не могло открыть военные действия одновременно против всех своих противников. Первоочередная военная задача Уханя заключалась в том, чтобы совместно с войсками Фын Юй-сяна двинуться дальше на север для расширения базы революции. 31 мая— 1 июня войска уханьского правительства соединились с войсками Фын Юй-сяна.
В то время Ухань был единственным революционным центром в Китае, и коммунистическая партия имела в уханьском правительстве двух своих представителей. Еще с марта 1927 г. министрами земледелия и труда были члены КПК.
Развитие аграрной революции. Крестьянское и рабочее движение. Социально-экономическая структура тех провинций, на которые распространялась власть уханьского правительства, характеризовалась особенно высоким процентом помещичьего землевладения, а также тем, что основная масса сельского населения состояла из безземельных крестьян. Крестьяне в большинстве случаев арендовали землю у помещиков. Поэтому огромный размах приобрела здесь аграрная революция.
В провинции Хубэй рост членов крестьянских союзов происходил следующим образом: в марте 1927 г. союзы охватывали 283


800 000 членов, а в мае — 2—2!/2 млн. В Хунани количество крестьянских организаций составляло 7000, в союзах состояло 5 млн. человек. Всего в вышеупомянутых трех провинциях насчитывалось около 10 млн. крестьян, организованных в крестьянские союзы.
Крестьяне уже не ограничивались требованием снижения арендной платы. Они стали требовать конфискации помещичьих земель и в ряде районов явочным порядком осуществляли свои требования.
«...широкие крестьянские массы поднялись, чтобы выполнить свою историческую миссию; поднялись демократические силы деревни, чтобы свергнуть ее феодальные силы... Ниспровержение этих феодальных сил и является подлинной целью национальной революции. Сунь Ят-сен в течение сорока лет отдавал все свои силы национальной революции; но то, к чему он стремился и чего не смог совершить, крестьяне осуществили за несколько месяцев. Это — беспримерный подвиг, какого раньше не удавалось совершить ни за сорок лет, ни даже за тысячелетия...», — писал в то время Мао Цзэ-дун 1.
Уханьское правительство должно было бы учесть эту особенность революции и немедленно приступить к разрешению земельного вопроса. Но уханьское правительство не решилось на это, а, как мы увидим ниже, тогдашнее руководство компартии во главе с правым оппортунистом Чэнь Ду-сю плелось в хвосте у уханьских гоминьдановцев. Уханьское правительство боялось аграрной революции, боялось роста и размаха крестьянского движения.
При ЦИК гоминьдана в Ухане создана была аграрная комиссия, на заседаниях которой велись нескончаемые споры по вопросам конфискации помещичьей земли. Что же касается практических последствий ее работы, то они свелись лишь к опубликованию декрета правительства об . арендной плате (11 мая 1927 г.). Статья 2-я этого декрета устанавливала максимум арендной платы, уплачиваемой помещику крестьянином-арендатором, в 40% урожая.
Установление максимума арендной платы в 40% урожая ни в какой мере не удовлетворяло поднявшееся на борьбу крестьянство. Крестьяне ждали не этого. Они требовали земли, конфискации ее у помещиков, т. е. требовали коренного улучшения своего положения
Размах аграрного движения был настолько велик, что в отдельных местах крестьянские комитеты, органы крестьянских союзов, становились фактической властью на местах.
Крестьянские союзы превратились в столь авторитетные организации, что люди, прежде безоговорочно подчинявшиеся власти помещика, теперь подчинились власти крестьянства. Даже 1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 1, стр. 41.
284


для урегулирования таких мелких дел, как семейные дрязги между мужем и женой, обращались в крестьянские союзы.
В некоторых районах земля была захвачена самими крестьянами, что вызывало лютую злобу у помещиков и возбуждало недовольство среди значительной части командного состава Уханьской армии, ибо он в большинстве состоял из сыновей имущих классов.
В городах, подвластных уханьскому правительству, развернулась борьба пролетариата. Рабочие требовали улучшения своего положения, сокращения рабочего дня, увеличения заработной платы. Они стали наступать на предпринимателей и не только на иностранцев, но и на своих китайских хозяев. Китайский пролетариат переживал невиданный подъем. В Ухань съезжались революционные рабочие со всех концов Китая, приезжали и международные пролетарские делегации. 16 мая в Ухане открылась Тихоокеанская конференция профсоюзов, на которой был избран Тихоокеанский секретариат профсоюзов. В конце июня в Ухане происходил 4-й съезд профсоюзов Китая.
Таким образом на территории уханьского правительства развивалось массовое движение рабочих и крестьян, требовавших удовлетворения своих нужд.
Экономическое положение провинций, находившихся под властью уханьского правительства, было тяжелым. Отрезанные от морских портов, со всех сторон окруженные врагами, они были к тому же блокированы империалистами. Положение еще более осложнялось фактами прямого саботажа со стороны китайской буржуазии. Все это вызывало застой в торговле, закрытие предприятий, финансовый кризис. Явления эти не могли не отразиться на положении рабочих, а также на политических настроениях китайской средней и мелкой буржуазии. Безработица росла. Бюро помощи безработным зарегистрировало только в Ухане (т. е. в городах Ханьян, Ханькоу и Учан) около 150 тысяч безработных.
Борьба коммунистической партии с оппортунизмом Чэнь Ду-сю. Коммунистический Интернационал предупреждал Китайскую коммунистическую партию, что нельзя откладывать удовлетворение нужд крестьян и рабочих, что необходимо немедленно удовлетворить требования крестьянства, что нужно теперь же принять меры для решения аграрного вопроса. Обстановка в Китае диктовала китайским коммунистам необходимость энергичной работы внутри уханьской армии, чтобы создать в ней свои надежные кадры.
Однако тогдашнее руководство ЦК китайской компартии не Делало этого. Оно, проводя правооппортунистическую линию, понимало единый фронт как полное и безусловное подчинение гоминьдановской политике. Во имя сохранения во что бы то ни стало единого фронта с гоминьданом, оппортунистическое большинство тогдашнего ЦК отказывалось от критики гоминь285


дана, жертвуя самостоятельностью своей партии. Оно считало, что всякое мероприятие, которое приходилось гоминьдану не по вкусу, должно быть отброшено в сторону.
В китайской компартии назревал кризис. Коммунисты — рабочие, работники крестьянских союзов, связанные с массами, — наталкивались на противодействие чэньдусюистской части Центрального комитета.
Такие революционные деятели, как Мао Цзэ-дун, проводившие правильную политическую линию, возглавлявшие народное движение, были тогда в меньшинстве в ЦК. Мао Цзэ-дун и ряд других членов Центрального комитета, опираясь на партийные массы, повели борьбу против Чэнь Ду-сю.
Мао Цзэ-дун писал в то время, что подъем крестьянского движения представляет собой чрезвычайно важную проблему, так как в недалеком будущем он вызовет движение сотен миллионов крестьян, которые разорвут все связывающие их путы и устремятся на путь освобождения. Все революционные партий и революционеры будут испытаны перед лицом этих масс Ч
И дальше, отвечая оппортунистам, кричавшим о «перегибах», о так называемых «излишествах» крестьянского движения, испугавшимся «эксцессов» аграрной революции, он писал:
«...революция — это не званый обед, не литературное творчество, не рисование или вышивание; она не может совершаться так изящно, так спокойно и деликатно, так чинно и учтиво. Революция — это насильственный акт, это беспощадные действия одного класса, свергающего власть другого класса. Революция в деревне — это свержение крестьянством феодально-помещичьей власти» 1 2.
Китайский комсомол также выступил против оппортунистической линии Чэнь Ду-сю.
Коммунистический интернационал указывал Чэнь Ду-сю на необходимость созыва партийного съезда. Несмотря на сопротивление Чэнь Ду-сю, все же съезд был созван.
В обстановке роста аграрной революции и усиливающихся требований крестьянства о конфискации помещичьих земель, в условиях разгорающейся борьбы рабочих против предпринимателей, в то время как руководители уханьского правительства вместе с оппортунистом Чэнь Ду-сю сдерживали массовое движение, собрался пятый съезд Китайской коммунистической партии.
Съезд открылся 27 апреля 1927 г. в Ханькоу. На нем присутствовало 80 делегатов и 100 гостей.
В основном съезд принял правильные решения, призванные выправить оппортунистическую линию прежнего ЦК. Однако съезд не устранил от руководства Чэнь Ду-сю.
1 См. Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 1, стр. 36.
2 Т а м же, стр. 43—44.
286


События развивались быстро. Реакция крепла, смелела и начала переходить в наступление. Соотношение классовых сил з стране начало меняться не в пользу революции.
На территории уханьского правительства стали поднимать- голову отдельные контрреволюционные генералы.
Первой попыткой этих контрреволюционных генералов свергнуть уханьское правительство явилось предательство командира 14-й дивизии Ся Доу-ина. Его дивизия стояла на юго-западе Хубэя. 16 мая 1927 г. Ся Доу-ин, в момент наступления сычуаньского генерала Ян Сэня, открыл фронт и перешел на его сторону. Изменив уханьскому правительству, он дал возможность милитаристским войскам приблизиться к Уханьскому трехградью. Создалось опасное положение, но благодаря энергичным действиям компартии на фронт была срочно брошена воинская часть, которой командовал коммунист Е Тин. Решительным и быстрым натиском на изменника Ся Доу-ина и на сычуаньские войска Е Тин спас положение. Западный фронт был восстановлен. Но это событие в свою очередь показало, что коммунисты должны еще больше заботиться о создании надежных частей внутри уханьской армии.
21 мая 1927 г. произошла вторая измена. Командир полка, стоявшего в Чанша, столице Хунани, генерал Сюй Кэ-сян арестовал всех политработников-коммунистов и отказался подчиняться уханьскому правительству.
Вслед за этим он стал громить партийные организации в Чанша. Начался открытый контрреволюционный мятеж.
В ответ на это крестьянские союзы провинции Хунань, организованные Мао Цзэ-дуном, послали отряды крестьян на подавление мятежа. Но когда крестьянским отрядам уже удалось окружить Чанша и оставалось лишь войти в город, что не представляло особого труда, пришла телеграмма от Чэнь Ду-сю с требованием прекратить борьбу и остановить крестьян. Уханьское правительство, вместо того чтобы энергичными мерами подавить контрреволюционный мятеж, не нашло ничего более подходящего, как послать в Чанша... правительственную комиссию для «выяснения обстоятельств и причин выступления Сюй Кэ-сяна». Вот яркий пример предательской политики уханьского правительства и плетущегося у него в хвосте Чэнь Ду-сю.
Комиссия эта, впрочем, так и не доехала до Чанша, ибо по- пути узнала, что генерал Сюй Кэ-сян издал приказ о немедленном аресте и казни членов комиссии. Поэтому последние поспешили возвратиться в Ханькоу.
Третьей изменой был переворот генерала Чжу Пэй-дэ. Войска Чжу Пэй-дэ стояли в Наньчане, главном городе провинции Цзянси.
1 июня 1927 г. Чжу Пэй-дэ арестовал всех коммунистов-полит- работников. Он вызвал к себе представителей коммунистической Партии и предложил им, якобы для того, чтобы «избежать про287


лития крови», 30 000 долларов на эвакуацию всех коммунистических организаций из провинции Цзянси. Коммунисты отказались воспользоваться этим гнусным предложением и были задушены палачами по приказу Чжу Пэй-дэ.
19 июня 1927 г. Уханю изменил и генерал Фын Юй-сян. На свидании в Сюйчжоу он договорился с Чан Кай-ши и подписал с ним соглашение, направленное против Уханя и в особенности против коммунистов.
Все эти контрреволюционные перевороты и измены командного состава армии облегчались тем обстоятельством, что уханьское правительство попустительствовало реакционерам, а компартия не создала в уханьских войсках своего достаточно крепкого революционного костяка.
Страшась роста массового движения, с одной стороны, и под влиянием нажима блока крупной китайской буржуазии и помещиков, империалистов, а также собственной военщины, с другой, сами уханьские гоминьдановцы все больше стали склоняться в сторону открытой реакции. На их позицию влияли также и экономические трудности, ставшие перед ними: последствия империалистической блокады, торговопромышленный и финансовый кризис и т. п.
Не желая брать на себя ответственность за преступное попустительство реакции, коммунистическая партия 4 июля отозвала своих представителей из уханьского правительства.
15 июля главари гоминьдана в Ухане вместе с генералитетом армии открыто выступили против революции. Начались массовые аресты и убийства коммунистов, революционных рабочих и крестьян. Революция в Китае потерпела временное поражение.
Но несмотря на это поражение первая революционная гражданская война в Китае имела для дальнейшего развертывания китайской революции огромное значение. Она подготовила условия для дальнейшей революционной борьбы китайского народа под руководством коммунистической партии.


ГЛАВА XXIII
ВТОРАЯ ГРАЖДАНСКАЯ РЕВОЛЮЦИОННАЯ ВОЙНА
В КИТАЕ (1927—1937)
Общая обстановка в стране. Первая гражданская революционная война 1924—1927 гг., закончившаяся временным поражением революционных сил, не разрешила задач, стоявших перед Китаем.
Китай оставался страной полуколониальной и полуфеодальной. Империалистические державы усилили свои позиции в Китае. В угольной промышленности доля иностранного капитала увеличилась с 54% в 1923 г. до 72% в 1928 г., в металлургии доля иностранного капитала за те же годы возросла с 70% до 90%. В текстильной промышленности, где в 1928 г. китайскому капиталу принадлежало 50%, также увеличились позиции иностранного капитала, на долю которого в 1930 г. приходилось уже около 80%.
Вследствие господства полуфеодальных отношений, сельское хозяйство переживало хронический кризис. Помещики усилили эксплуатацию крестьянства. Кабальный характер аренды не только не уменьшился, но увеличился, арендная плата достигала порой 80—90% урожая. Увеличившийся гнет помещиков над крестьянами, растущая ростовщическая кабала, огромное количество всевозможных налогов (188 различных налогов существовало тогда в китайской деревне) — все это приводило к дальнейшей деградации сельского хозяйства.
Катастрофические размеры принял в Китае голод. В 1927 г. в стране было 9 млн. голодающих, в 1928 г. 27 млн., а в 1929 г. 57 млн. В 1931 —1932 гг. в одной лишь провинции Шаньси умерло от голода 3 млн. человек.
Промышленность, принадлежащая китайской национальной буржуазии, также оказалась в весьма тяжелом положении. Увеличившийся ввоз иностранных товаров наносил ей губительные 19 Зак 554
289


удары. Многие китайские национальные предприятия закрывались или свертывали производство. Кроме того, происходил процесс перехода фабрик и заводов, принадлежавших китайскому капиталу, в руки иностранных капиталистов.
Правительство Чан Кай-ши—контрреволюционная диктатура крупных компрадоров и крупных помещиков. Нанкинское правительство, созданное еще 18 апреля 1927 г., стало диктатурой крупных компрадоров и крупных помещиков, агентурой империалистических держав.
Правящая партия — гоминьдан — превратилась в партию блока феодалов-помещиков и крупной компрадорской буржуазии.
Изменившая революции национальная буржуазия, которая поплелась в хвосте помещиков и крупных компрадоров, оказалась обделенной в смысле участия во власти.
Господство блока крупной компрадорской буржуазии и крупных помещиков в первую очередь обрушилось на массы трудящихся. Вместе с тем оно начинало задевать и интересы национальной буржуазии.
Летом 1928 г. гоминьдановские войска заняли Пекин, и Чан Кай-ши хвастал, что он «объединил» весь Китай. Чан Кай-ши и его сподручные демагогически утверждали, что они будто бы за «независимость» страны. С этой целью были обнародованы правительственные декларации о якобы предстоящем «пересмотре» неравноправных договоров.
Нанкинское правительство заключило с империалистическими державами ряд новых договоров, но отнюдь не менее кабальных, чем старые.
Политика империалистических держав. Нанкинское правительство сразу приобрело покровительство США, узревших в нем подходящее оружие для осуществления своих захватнических планов. Американец Кулидж участвовал в работе военного министерства, американец Кэммерер занял пост председателя планового комитета. Советником по железным дорогам был назначен американец Мантель. Американская авиационная компания стала распоряжаться всеми воздушными силами Чан Кай-ши. Американцы Линебаргер и Мэрилл получили посты советников правительства. К этому времени усилились и экономические позиции США в Китае. Если в 1914 г. сумма американских капиталовложений в Китае составляла всего около 60 млн. американских долларов, то к 1930 г. она достигла уже 240 млн.
Наряду с американским капиталом возросло и внедрение японского капитала. Особенно расширились экономические позиции Японии в Маньчжурии. 95% добычи угля в ^Маньчжурии и 60% во всем Китае находилось в ее руках. Усилились позиции японского капитала и в хлопчатобумажной промышленности. В Китае возникали новые японские фабрики.
290


Летом 1927 г. японский премьер Танака выдвинул меморандум, в котором развернул бредовую программу империалистических захватов и в первую очередь захвата Японией Маньчжурии, а затем и остального Китая.
Для захвата Китая сначала необходимо захватить Маньчжурию и Монголию, а для захвата всего мира необходимо завоевать весь Китай, говорилось в этом документе. План Танака предусматривал также нападение на Советский Союз и захват советской территории.
В 1927 г. Япония сделала попытку оккупировать провинцию Шаньдун и этим воспрепятствовать гоминьдановской клике Чан Кай-ши, ориентировавшейся на США, распространить свою власть на север Китая.
Весной следующего года японские империалисты повторили свою попытку. 3 мая 1928 г. произошел так называемый цзинаньский инцидент — нападение японских войск на китайских солдат, избиение и расстрелы мирного китайского населения в г. Цзинани (главный город провинции Шаньдун).
В целом политика империалистических держав после поражения первой революционной гражданской войны заключалась, с одной стороны, в организации наступления на Китай, а с другой стороны, в поддержке китайской реакции с целью предотвращения нового революционного взрыва. В укреплении изменившего революции гоминьдана империалисты видели гарантию от повторения революционной бури.
Политика гоминьдановского правительства. Внешняя политика гоминьдановского правительства была насквозь предательской. Оно сначала способствовало Японии в ее агрессии в Китае, а затем — огромному усилению позиций американского империализма..
Во внутренней политике нанкинское правительство разрабатывало законы, которые ставили своей задачей подчинение различных провинциальных милитаристов правительственному контролю.Однако государственного единства на деле не было достигнуто. Фактическая власть нанкинского правительства распространилась лишь на пять провинций, расположенных по нижнему течению Янцзы. Милитаристские клики внутри гоминьдана и отдельные милитаристы вели войны друг с другом. Ввиду этого военные расходы росли. За семь лет — с 1928 по 1934 г. — они выросли более чем в два раза. В 1928 г. они равнялись 210 млн. юаней, а в 1934 г. — 440 млн.
Гоминьдан состоял из враждовавших между собой клик. Лидеры этих клик являлись новыми милитаристами, отличавшимися от старых, например от У Пэй-фу, Чжан Цзо-линя и др., главным образом тем, что носили в своих карманах партийные билеты гоминьдана и кощунственно заявляли о своей приверженности учению Сунь Ят-сена.
291


. Гоминьдановское правительство установило неслыханно свирепый террор, жесточайшим образом подавляя революционное движение. Все демократические права, завоеванные китайским народом во время первой гражданской революционной войны, были аннулированы. Фашистскими методами гоминьдан расправлялся со всеми инакомыслящими и с особой жестокостью обрушился на коммунистическую партию. Тюрьмы в гоминьдановском Китае были переполнены. Только за 8 месяцев, с января по август 1928 г., число убитых рабочих, крестьян и представителей мелкой буржуазии достигло 100 тысяч человек. Аресты, пытки и казни стали повседневным явлением.
Восстание в Наньчане. Но как ни неистовствовали гоминьда- новцы, они не могли уничтожить героическую коммунистическую партию. Коммунистов и весь китайский народ, писал Мао Цзэ-дун, «не удалось ни запугать, ни покорить, ни истребить. Они поднялись с земли, смыли с себя кровь, похоронили погибших товарищей и снова продолжали борьбу» 1.
1 августа 1927 г., по решению компартии, Чжу Дэ и Чжоу Энь-лай организовали революционное восстание в г. Наньчане. Подняли восстание два воинских соединения, командирами которых были коммунисты Е Тин и Хэ Лун. Восставшие свергли контрреволюционную власть и организовали революционный комитет.
День восстания в Наньчане явился днем рождения в Китае подлинно народной армии.
7 августа 1927 г. нелегально собралось чрезвычайное совещание ЦК Коммунистической партии Китая, которое отстранило правого оппортуниста Чэнь Ду-сю от руководства партии.
Захватив Наньчан, восставшие удерживали свою власть в городе в течение нескольких дней, а затем, оставив Наньчан, войска Е Тина и Хэ Луна предприняли поход на юг через Цзянси в старую базу революции — провинцию Гуандун, к порту Сватоу.
Однако необходимо отметить, что правооппортунистические ошибки периода первой революционной гражданской войны еще полностью не были изжиты, йчтоэтому этот поход не удалось еще сочетать с развязыванием аграрной революции.
24 сентября революционные войска подошли к Сватоу, но затем у города появились иностранные военные суда, и уже 2 октября войска Хэ Луна и Е Тина вынуждены были отступить.
Перейдя в сельские районы провинции Гуандун, революционные войска начали партизанскую войну.
Создание революционной базы в Цзинганьшане. Восстания в Гуандуне. В это же время образовалась первая база партизанской борьбы на границе провинций Хунань и Цзянси. В сентябре 1 Мао Ц з э-д у н, Избранные произведения, т. 4, стр. 469.
292


1927 г. в провинции Хунань развернулось крестьянское восстание («восстание осеннего урожая»), которым, согласно решению» августовского совещания ЦК компартии, руководил Мао Цзэ-дун. Из восставших крестьян, рабочих и солдат Мао Цзэ-дун сформировал отряд, получивший название Первая дивизия первого корпуса Рабоче-крестьянской революционной армии.
Спустя некоторое время Мао Цзэ-дун со своим отрядом направился в горы Цзинган, где в ноябре 1927 г. в уезде Чалин был создан первый в Китае орган народной власти.
В конце октября 1927 г. крестьяне двух северо-восточных уездов провинции Гуандун — Хайфына и Луфына — провозгласили народную власть, которая объединяла 50 сельских населенных пунктов. На этой территории конфискованные помещичьи земли были переданы крестьянам.
В ночь с 10 на II декабря 1927 г. компартия организовала восстание в Кантоне. 11 декабря телеграф, почта и другие учреждения были заняты Красной гвардией, а 12 декабря почти весь город уже был в руках восставших. В тот же день в Кантоне состоялся массовый митинг, на котором было создано рабоче-крестьянское правительство. Это правительство издало ряд декретов: об аннулировании неравноправных договоров, о безвозмездной конфискации помещичьей земли, о 8-часовом рабочем дне для рабочих, о создании Красной армии.
Рабоче-крестьянская власть показала, что лишь пролетариат, став к этому времени гегемоном антиимпериалистической и аграрной революции, способен последовательно и до конца разрешить задачи революции.
Однако против революционного Кантона открыто выступили империалистические державы.
13 декабря началось наступление на город гоминьдановских войск при прямой поддержке военно-морских сил США, Англии и Японии.
Несмотря на героизм рабочих, беззаветно защищавших свою народную власть, 14 декабря восстание было подавлено.
Лишь часть восставших сумели выйти из города и соединиться с партизанскими отрядами крестьян и, в частности, с революционными войсками Е Тина и Хэ Луна.
В Кантоне воцарился террор. Мирное население города была отдано во власть озверевших гоминьдановских палачей.
Зверски расправились гоминьдановцы и империалисты с восставшими. Только за три дня было казнено 7000 человек. Пленных связывали по 6—8 человек, обматывали хлопком, обливали керосином и сжигали.
14 декабря гоминьдановцы совершили налет на советское консульство и разгромили его. Аресту подверглись советский консул и все консульские сотрудники. Пятеро из них были убиты.
293


Восстание в крупнейшем городе Южного Китая Кантоне окончилось поражением.
Главная причина поражения кантонского восстания заключалась в том, что соотношение сил революции и контрреволюции в Китае было уже не в пользу революции. Кроме того, в силу особого положения крупных китайских городов, где были сосредоточены мощные военные силы империалистических держав, удержать свою власть в таких городах трудящиеся Китая тогда не могли.
Опыт восстания в Кантоне говорил о том, что в этот период революция могла одержать победу не в крупных городах, а в сельских районах. Почти все значительные города Китая — Кантон, Шанхай, Тяньцзинь и другие — являлись опорными пунктами внешней и внутренней контрреволюции. В этих городах были сосредоточены иностранные предприятия и банки, иностранные государства держали в них свои войска, основные военные и полицейские силы гоминьдановцев также концентрировались в этих городах.
Вместе с тем контрреволюция не располагала достаточными силами, чтобы укрепить свою власть повсеместно, особенно в сельских районах, где крестьяне, испытавшие влияние революции, не прекращали борьбы за землю.
Вот почему успешная революционная борьба в этот период могла развернуться главным образом в сельских районах в форме крестьянской войны, руководимой партией пролетариата — КПК. Успешному ходу этой борьбы благоприятствовал раскол в лагере реакции, так как распри между различными группировками гоминьдановских генералов, за которыми стояли соперничавшие империалистические державы, ослабляли фронт контрреволюции.
Исходя из этих особенностей обстановки в Китае, революционные базы стали создаваться в сельских районах. Создание опорных баз революции в деревне, их расширение, постепенное окружение городов накопленными в деревне силами и в конечном итоге освобождение городов — таков был путь китайской революции.
В течение нескольких мес$ГЦев после поражения кантонского восстания продолжала еще существовать рабоче-крестьянская власть в Хайфыне и в Луфыне.
В 1928 г. в уезде Жэньх^а (провинция Гуандун) возникла небольшая революционная база, продержавшаяся несколько месяцев. В уезде Юндин (западная Фуцзянь) в феврале 1928 г. в результате рабоче-крестьянского восстания также образовалась народная власть.
Вскоре отряды Е Тина и Хэ Луна вместе с красногвардейцами, пробившимися из Кантона, ушли из провинции Гуандун в Хунань и установили революционную власть в уезде Лилин.
294


В результате восстания горняков и крестьян в Пинсянском уезде провинции Цзянси также созданы были рабоче-крестьянские органы власти. В этих районах образовались и части Красной армии.
Революционные базы не были еще связаны между собой, они были разбросаны по разным провинциям южной части страны. Красная армия того периода состояла в основном из отдельных партизанских отрядов, в которых еще не было достаточной организованности и дисциплины.
В этих отрядах имели место уравниловские тенденции и проявления партизанщины и путчизма.
На территории революционных баз допускались подчас и политические ошибки. Левацкие ошибки имели место в разрешении аграрного вопроса; например иногда подвергалась конфискации и разделу не только помещичья земля, но затрагивалась и земля крестьян. Перескакивая через буржуазно-демократический этап революции, некоторые руководители народной власти запрещали частную торговлю, регламентировали рыночные цены.
Перегибы проявлялись и в попытках приказом изменить нравы и обычаи, административным путем уничтожить религиозные предрассудки и т. д.
Но, допуская порой политические ошибки, первые революционные базы в Китае все же в целом поднимали массы на борьбу за победу народной революции. В эти же годы образовался и основной революционный костяк китайской Красной армии.
Самой прочной из первых революционных баз была база в горном районе Цзинганшань на границе провинций Хунань и Цзянси, образовавшаяся под руководством Мао Цзэ-дуна.
Весной 1928 г. в горы Цзинган на соединение с Мао Цзэ-дуном двинулись из провинции Гуандун партизанские отряды, руководимые Чжу Дэ.
В апреле 1928 г. в Нинганском уезде состоялась встреча отрядов, руководимых Мао Цзэ-дуном, с партизанскими частями Чжу Дэ, пришедшими из Гуандуна и Хунани. В результате их объединения образовался знаменитый 4-й корпус Красной армии. Командующим корпусом стал Чжу Дэ, а политическим комиссаром Мао Цзэ-дун.
В Хунани, где еще во время первой гражданской революционной войны развернулось мощное аграрное движение и уже в те годы крестьянство было организовано в союзы, не прекращались крестьянские выступления. И вот здесь, в Хунани, в 1928 г. нелегальная организация компартии установила связь с одной дивизией правительственных войск и с командиром полка этой дивизии Пын Дэ-хуаем.
Часть дивизии во главе с Пын Дэ-хуаем подняла восстание, заняла ряд уездов и организовала народные органы власти.
295


16. 2-я гражданская революционная война.
С этого времени Пын Дэ-хуай становится одним из выдающихся командиров Красной армии '.
Так, в результате рабоче-крестьянских и солдатских восстаний и в провинции Хунань образовались отряды Красной армии.
До конца 1929 г. отрядЫ|Красной армии не были еще организационно связаны между собой. Однако изолированные друг от друга революционные базы и отряды Красной армии успешно вели героическую борьбу против карательных экспедиций гоминьдана.
В 1928—1929 гг. борьба против Красной армии велась еще не армиями Нанкинского правительства, а силами провинциальных войск. Эта борьба носила местный характер, не принимая формы правительственных походов, как это имело место позднее.
1 После начала войны в Корее, в октябре 1950 г. Пын Дэ-хуай стал командующим отрядами китайских народных добровольцев, пришедших на помощь корейскому народу. В настоящее время Пын Дэ-хуай министр обороны КНР.
296


Красная армия разбивала посылаемые против нее карательные экспедиции, расширяла территорию революционных баз и создавала новые органы народной власти.
6-й съезд КПК. Летом 1928 г. состоялся 6-й съезд Коммунистической партии Китая. 6-й съезд покончил с оппортунистической линией Чэнь Ду-сю, но наряду с этим подверг также критике левацкие, путчистские тенденции, появившиеся в партии. Дело в том, что расширенное совещание ЦК КПК в августе 1927 г., правильно борясь против правого оппортунизма Чэнь Ду-сю, вместе с тем открыло дорогу «левым» ошибкам. Они заключались в том, что некоторые тогдашние руководители компартии ошибочно расценивали обстановку того времени, как обстановку продолжающегося подъема революции. Они отвергали необходимость организованного отступления и требовали продолжения наступления, вследствие чего партия и революционный пролетариат несли огромные потери.
Вскрыв вредность для дела революции этих левацких ошибок, 6-й съезд указал, что китайская революция остается по своему характеру буржуазно-демократической, главной задачей которой является создание антиимпериалистической и антифеодальной демократической власти рабочих и крестьян. Съезд определил программу деятельности этой власти; создание Красной армии, организацию опорных революционных баз, осуществление раздела помещичьей земли между крестьянами.
Съезд указал на неизбежность наступления нового революционного подъема, но поскольку этот подъем еще не наступил, главной задачей партии является борьба за массы.
Но в решениях шестого съезда были недостатки и ошибки. Например, «съезд не дал законченной правильной оценки двойственной позиции промежуточных слоев (прежде всего средней и городской мелкой буржуазии. — Лет.) и внутренних противоречий в среде реакционных силине наметил правильной политики по отношению к тем и другим, а также не проявил должного понимания того, что после поражения великой революции партии необходимо было организованно провести тактическое отступление, не понял всей важности опорных баз в деревне и того обстоятельства, что демократическая революция будет носить длительный характер» Ч
Мировой экономический кризис и Китай. В 1929 г. начался мировой экономический кризис, который охватил и Китай. Падение спроса на мировом рынке вызвало сильное падение цен на экспортные товары Китая. Вывоз из Китая шелка, чая, масла, кож и шерсти упал в денежном выражении с 650 млн. долларов в 1929 г. до 182 млн. в 1933 г.
Экономический кризис, обострив иностранную конкуренцию, ударил по национальной китайской промышленности. В 1929 г. из 100 китайских табачных фабрик в Шанхае большинство вынужде-
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 4, стр. 331. 297


но было ликвидироваться. Ряд сигаретных фабрик, в том числе крупнейшая табачная компания «Бр. Наньян», обанкротился. Закрылись многие спичечные фабрики.
Почти беспошлинный ввоз в Китай иностранной (главным образом американской) муки разрушал китайскую мукомольную промышленность. Закрылось много мукомольных фабрик.
Шелкомотальная промышленность сократила в 1930 г. производство по сравнению с 1929 г. на 900 тысяч пикулей 1. В Ханчжоу, важном центре шелкопрядильной промышленности Китая, прекратили работу многие шелкопрядильные фабрики. В Шанхае число шелкопрядилен сократилось с 106 в 1930 г. до 46 в 1932 г.
Экономический кризис резко увеличил безработицу. Примерно половина китайского рабочего класса в те годы была так или иначе задета безработицей.
Наряду с закрытием и свертыванием в годы экономического кризиса предприятий, принадлежавших китайскому капиталу, одновременно происходил рост иностранных предприятий в Китае. Японские капиталисты, например, не только скупили многие обанкротившиеся китайские предприятия, но и расширили свои предприятия в Китае. В годы экономического кризиса японцы перебросили даже несколько своих фабрик из Осака в Китай, потому что условия производства в полуколониальном Китае создавали благоприятные возможности для выколачивания максимальных прибылей. Английские и американские капиталисты в свою очередь также усилили свои позиции в промышленности Китая.
Антисоветская провокация 1929 г. Поражение первой революционной гражданской войны в Китае усилило агрессивность империалистов и против СССР. «Усмирив», как им казалось, Китай, они решили на его территории создать антисоветский плацдарм, а китайских милитаристов использовать против Советского Союза.
Инспирируемые империалистами маньчжурские власти, по приказу Чан Кай-ши, при активном участии русских белогвардейцев, 10 июля 1929 г. насильственно захватили Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД)1  2.
Маньчжурские власти уволили советских служащих, а многих из них арестовали. Начался открытый террор против советских граждан, живших в Маньчжурии. Одновременно с этим банды беломаньчжурских войск перешли советскую границу. Поджигатели войны пытались штыком китайской реакции прощупать силы Советского Союза. Советское правительство использовало все возможности, чтобы мирным путем добиться разрешения конфликта. Однако провокации Чан Кай-ши против СССР не прекращались. Тогда СССР вынужден был заявить о разрыве дипломатических 1 Пикуль = 60 кг.
2 КВЖД, согласно советско-китайскому соглашению 1924 г., была превращена в чисто коммерческое предприятие и управлялась на паритетных началах: правление этой дороги состояло из представителей Советского Союза и Китая.
298


отношений с нанкинским правительством, и доблестная Особая Дальневосточная армия Советского Союза нанесла зачинщикам войны сокрушительный удар. Гоминьдановскому правительству, почувствовавшему мощь Советского Союза, пришлось восстановить прежнее положение на КВЖД и 22 декабря 1929 г. подписать на этот счет в г. Хабаровске так называемый «Хабаровский протокол».
События на КВЖД свидетельствовали, что правительство Чан Кай-ши и гоминьдан были послушным орудием в руках империалистов, что они готовы идти на любое преступление, лишь бы выслужиться перед империалистическими державами.
Рабочее движение на территории гоминьдановского Китая в 1929—1931 гг. В 1929 г. на гоминьдановских территориях происходит некоторый рост забастовочного движения, руководимого коммунистами. В 1928 г. насчитывалось 400 тысяч забастовщиков, а в 1929 г. — 750 тысяч. Хотя в 1930 г. число забастовщиков упало до 358 тысяч, но в 1931 г. снова поднялось до 760 тысяч. Однако эти отдельные признаки роста революционного движения не были характерны для всего Китая, для всех его районов. Неравномерность революционного движения оставалась его типичной чертой.
Сравнительно большое число забастовок и участвовавших в них рабочих стачечников еще не означали того, что в эти годы можно констатировать наличие общего революционного подъема. Несмотря на самоотверженную борьбу рабочего класса, значительное число стачек кончалось поражением рабочих. Это свидетельствовало о слабостях движения, вскрывало недостаточную организованность рабочего класса и указывало на ошибки компартии в работе среди пролетариата.
Руководители ряда организаций компартии на гоминьдановских территориях не вели систематической и кропотливой работы по организации рабочего класса, а нередко увлекали рабочих на путь недостаточно подготовленных классовых боев. Это являлось проявлением «левого», авантюристического уклона. Как указывается в «Решении по некоторым вопросам истории КПК», опубликованном в виде приложения к четвертому тому «Избранных произведений» Мао Цзэ-дуна, в тот период следовало в городах в качестве основного курса «поставить во главу угла оборону (а не наступление), всемерно использовать для работы легальные возможности (а не отказываться от их использования)...»1.
Наступления Красной армии на города в 1930 г. и их неудача. В середине лета 1930 г. Красная армия Китая развернула крупные наступательные операции. Части Красной армии в Хунани подошли к городу Чанша и в ночь на 27 июля заняли его.
Однако на четвертый день по реке Сянцзян, на которой расположен город, подошли иностранные канонерки, которые навели жерла своих орудий на город. Силы были слишком неравны. 1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 4, стр. 359.
299


И, несмотря на героизм населения и бойцов Красной армии, проявленный при защите Чанша, город пал.
Летом же 1930 г. другие части Красной армии, оперировавшие в провинции Гуаней, заняли город Лючжоу. В Лючжоу они продержались всего несколько дней, так как из Индокитая прилетели французские бомбардировщики, и Красной армии пришлось отступить.
Несмотря на то, что бои за Чанша и Лючжоу явились яркой героической страницей в истории освободительной борьбы китайского народа, борьба за эти города в тогдашних условиях была проявлением левацкой, авантюристической линии. Она была отклонением от курса на укрепление революционных баз в деревне и стоила революционным силам больших, ненужных жертв.
Необходимо отметить, что в 1930 г. в КПК имел место «левый» уклон (связанный с именем одного из тогдашних руководителей ЦК КПК — с Ли Ли-санем), сторонники которого переоценивали успехи революции в Китае и предлагали, минуя буржуазно-демократический этап революции, перейти прямо к социалистической революции. «Левые» выдвигали авантюристические лозунги об организации повсеместных восстаний в то время, как обстановка в Китае обрекала такие восстания на неизбежное поражение. Они призывали к наступлению на большие города, хотя Красная армия не была еще настолько сильна, чтобы справиться с подобной задачей. Эта политика грозила привести партию к отрыву от масс и приносила не победы, а поражения. Широкие массы членов партии, руководимые Мао Цзэ-дуном, выступили против этой линии «левых».
Разгром первого и второго походов войск Чан Кай-ши против Красной армии. Несмотря на вред, причиненный революционной борьбе «левоуклонистами», Красная армия, руководимая Мао Цзэ-дуном, Чжу Дэ и другими деятелями КПК, и революционные опорные базы укреплялись и росли. К 1930 г. окрепли революционные базы в Цзянси, Хунани, Фуцзяни, Хубэе и некоторых других провинциях.
Правительство Чан Кай-ши, напуганное ростом сил Красной армии, решило разгромить Красную армию и осенью 1930 г. организовало первый поход своих армий против революционных баз. Однако этот поход войск нанкинского правительства, в котором участвовало 7 дивизий (100 тысяч человек), закончился в январе 1931 г. разгромом гоминьдановских войск. Красная армия, применив тактику заманивания противника вглубь своей территории, разбила 2 дивизии нанкинских войск.
В феврале 1931 г. нанкинское правительство провозгласило второй поход против революционных баз, в котором участвовало 200 тысяч солдат. Однако и этот поход закончился для гоминьдановских войск столь же бесславно. К июню 1931 г. Красная армия разбила ряд соединений противника, взяла в плен более 300


30 тысяч человек, захватила 20 тысяч винтовок и расширила территорию революционных баз.
Чанкайшистское «Национальное» собрание и гоминьдановская «Конституция политической опеки». В начале мая 1931 г. Чан Кай-ши созвал так называемое «Национальное собрание». Это было ублюдочное учреждение, никак не отражавшее волю китайского народа. Широкие народные массы были отстранены от участия в выборах. Фактически депутаты этого собрания были назначены гоминьдановской верхушкой.
«Национальное» собрание приняло так называемую «Конституцию периода политической опеки», имевшую целью оформить диктатуру клики Чан Кай-ши. Основывалась конституция на теории так называемых трех периодов укрепления государственности в Китае: 1) период военной власти, 2) период политической опеки, 3) период конституционного правления. Согласно этой «теории», в течение первого периода гоминьдан ведет вооруженную борьбу за распространение своей власти на всю страну, во втором периоде гоминьдан, «опекая» народ, «воспитывает» его, и лишь в третьем периоде вступает в действие конституционное правление.
Таким образом, считая, что Китай еще «не дорос» до третьего периода, клика Чан Кай-ши устанавливала свою «опеку» над китайским народом, т. е. «узаконивала» свою диктатуру над народом.
«Конституция» устанавливала, что высшим органом власти в Китае является конгресс гоминьдана, а в период между конгрессами— ЦИК гоминьдана. Правительство Китая назначается ЦИК гоминьдана. Глава правительства также не избирается, а назначается ЦИК гоминьдана и не несет никакой ответственности перед народом.
Захват Японией Дунбэя (Маньчжурии). Японские империалисты, используя то обстоятельство, что Англия, Франция и США были заняты экономическим кризисом, а в самом Китае происходила гражданская война, решили напасть на Китай.
На путях военной авантюры правящие классы Японии пытались найти выход из экономического кризиса, который потрясал и их собственную страну.
Японские империалисты поставили перед собой задачу: захватить весь Китай с его огромным населением, с его богатейшими естественными ресурсами. Кроме того, Япония рассматривала Китай и как стратегический плацдарм для будущей империалистической^ войны против других держав и главным образом для захватнической войны против СССР.
Летом 1931 г. Япония приступила к захвату северо-востока Китая.
Политическая обстановка в Китае способствовала империалистической агрессии Японии. В конце мая 1931 г. в Китае началась новая междоусобная борьба: коалиция милитаристов во 301


главе с Ван Цзин-вэем выступила против нанкинского правительства. Последнее двинуло против этого объединения милитаристов 150-тысячное войско.
Едва миновала угроза открытой милитаристской войны, как Чан Кай-ши в июле 1931 г. начал свой третий поход против революционных баз. Против революционной базы в Цзянси была брошена 300-тысячная армия.
В этой обстановке японские империалисты и начали захват Дунбэя (Маньчжурии). Чтобы иметь повод для выступления, японские захватчики спровоцировали ряд инцидентов. На корейско- маньчжурской границе в уезде Ваньбаошань японская разведка спровоцировала в мае погром корейцев. Затем 7 июля во Внутренней Монголии был убит японский капитан Накамура, и японские представители провокационно обвинили китайцев в убийстве. Наконец, 18 сентября, в то время когда японцы перевозили войска по Южно-Маньчжурской железной дороге, была якобы «обнаружена» подготовка крушения японского воинского эшелона.
Все эти «инциденты», подготовленные японской разведкой, должны были «оправдать» последующие действия Японии, создать впечатление, что японская армия «вынуждена защищать своих подданных в Китае, их жизнь и имущество». 18 сентября японские войска начали оккупацию северо-восточного Китая и на следующий день—19 сентября — они вступили в Мукден, (Шэньян), столицу северо-востока.
Власти северо-восточных провинций, выполняя предательское указание Чан Кай-ши, не оказали японским агрессорам сопротивления. Вскоре и ряд других городов Дунбэя был занят японскими войсками.
В ноябре отдельные китайские части в районе Цицикара пытались, вопреки предательским приказам Нанкина, дать японским агрессорам отпор. Однако силы были неравны, и японцы разбили эти войска.
Но если попытки нескольких китайских генералов оказать японцам сопротивление окончились неудачей, то это не остановило народные массы, руководимые коммунистами, от партизанской войны против оккупантов.
Оккупировав Маньчжурию, японские империалисты 1 марта 1932 г. объявили об образовании нового «государства», так называемого Маньчжоу-Го. Во главе этого марионеточного государства они поставили свергнутого еще в 1912 г. последнего императора Китая Пу И.
В Маньчжурии была расквартирована японская оккупационная армия, носившая название «Квантунской армии».
Захватив северо-восточный Китай, Япония овладела территорией с населением более чем в 30 млн. человек. Это был один из самых развитых в экономическом отношении районов Китая. 37% запасов железной руды, около 40% выплавки чугуна, 302


23% выработки электроэнергии, 40% железнодорожных линий и около 40% внешней торговли приходилось на этот район.
1-й съезд рабочих и крестьянских депутатов. 7 ноября 1931 г. на территории Центральной революционной базы в уездном городе провинции Цзянси Жуйцзине открылся 1-й съезд рабочих и крестьянских депутатов. На съезде присутствовало около 600 делегатов и примерно такое же количество гостей. Они прибыли из провинций Хунань, Гуандун, Гуаней и других районов.
Приехали делегаты и от нелегальных профсоюзов гоминьдановского Китая и от частей Красной армии. Среди гостей находилось несколько представителей маньчжурских партизан, революционных организаций Кореи, Вьетнама, демонстрируя этим огромное значение, которое имела китайская революция для всего колониального Востока.
Этот съезд положил начало существованию рабоче-крестьянской республики на части территории Китая. Съезд принял проект Конституции. Он принял законы ,о земле и о труде, тезисы по экономической политике, положение о китайской Красной армии, о строительстве органов народной власти, резолюцию по нацио-, нальному вопросу и воззвание по поводу захвата японцами Маньчжурии, призывавшее китайский народ к ведению национально-освободительной войны против захватчиков.
Съезд избрал Временное центральное рабоче-крестьянское правительство. Председателем правительства был избран Мао Цзэ-дун, народным комиссаром по военным делам Чжу Дэ, который являлся также председателем Реввоенсовета. Заместителем председателя Реввоенсовета стал Чжоу Энь-лай, народным комиссаром просвещения был избран Цюй Цю-бо, народным комиссаром иностранных дел — Ван Цзя-сян !.
Поражение третьего похода Чан Кай-ши. Как уже говорилось выше, после провала первого и второго походов гоминьдановских войск против революционных баз Чан Кай-ши в июле 1931 г. начал третий поход. Сначала гоминьдановским армиям удалось потеснить части Красной армии, вторгнуться вглубь территории Центральной революционной базы в Цзянси и даже занять два уездных города — Нинду и Дунгу. Однако в декабре — через несколько месяцев после начала похода — в ответ на призыв компартии о сопротивлении японской агрессии произошло восстание в частях 26-й гоминьдановской армии, находившихся в Нинду. В результате этого восстания свыше 10 тысяч гоминьдановских солдат перешли на сторону Красной армии. К началу 1932 г. Красная армия вытеснила все войска противника со своей территории.
Таким образом, результаты третьего похода оказались для Чан Кай-ши такими же плачевными, как и результаты первых двух походов.
1 Ван Цзя-сян был первым послом КНР в СССР в 1949/50 г., в настоя щее время — заместитель министра иностранных дел КНР.
303


Положение в революционных базах в 1932—1934 гг. В 1932— 1934 гг. существовало несколько более или менее устойчивых революционных баз.
Центральная революционная база. Она образовалась в результате перехода Красной армии из Цзинганшаня на юго-восток Цзянси. Этот район охватывал юго-восток провинции Цзянси и западную часть Фуцзяни. Территория его равнялась примерно 120 тыс. кв. км. В этом районе, в городе Жуйцзине, находилось Временное центральное рабоче-крестьянское правительство. Здесь расположились главные части Красной армии (1-я, 3-я и 5-я армейские группы) во главе с Мао Цзэ-дуном и Чжу Дэ.
Революционная база в северо-восточной части Цзянси на границе провинции Чжэцзян. Территория ее равнялась примерно 60—80 тыс. кв. км. Руководителем народной власти здесь был один из героев китайского народа Фан Чжи-минь, командующий 10-м корпусом Красной армии.
Цзянси-хунаньская база. Она объединяла ряд уездов провинций Хунань и Цзянси. Площадь ее равнялась 70— 80 тыс. кв. км. Партийную организацию этой базы возглавлял Жэнь Би-ши, видный деятель компартии Китая, один из руководящих деятелей 6-й армейской группы Красной армии.
Хубэй-хэнань-аньхойская революционная база, расположенная к северу от Янцзы; здесь до зимы 1932 г. находилась 4-я армейская.группа Красной армии во главе с Сюй Сян-цянем. После отхода оттуда войск Сюй Сян-цяня эта база была временно потеряна. Однако через некоторое время в этом районе вновь была восстановлена народная власть.
Район в западной части провинции Хубэй. Здесь располагалась руководимая Хэ Луном 2-я армейская группа Красной армии.
Революционная база в Сычуани. Она возникла позднее других — зимой 1932 г. Расположена она была в северо-восточной части провинции Сычуань и занимала площадь примерно в 110—120 тыс. кв. км.
Кроме того, существовали и некоторые другие революционные базы и районы партизанской борьбы — в провинциях Гуандун, Гуаней, Шэньси, Ганьсу и др.
Народная власть, образовавшаяся на части территории Китая, приняла форму собраний рабочих и крестьянских депутатов. Трудящиеся Китая в то время называли эту власть «Советами». По своей форме эта власть действительно была близка к советской власти. Однако по своему содержанию она, в отличие от Советов в СССР, не была еще диктатурой пролетариата, а являлась особой формой революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства.
В Китае задача ликвидации капиталистических отношений и строительства социализма в то время непосредственно еще не стояла. Там пролетариат, став во главе революции, вел вместе 304


с крестьянством борьбу не за ликвидацию капитализма, а за национальную независимость страны и за уничтожение феодальных пережитков.
Разрешение аграрного вопроса. На территории революционных баз вся земля помещиков конфисковалась и распределялась между крестьянами по числу едоков и с учетом количества рабочей силы в семье. Кулаки пытались навязать народной власти принцип передела земли по количеству сельскохозяйственных орудий и скота. При таком переделе кулаки, имея больше скота и орудий производства, оказались бы в выигрышном положении.
Закон не предусматривал немедленного проведения национализации земли, считая это несвоевременным, и не лишал крестьянство права на куплю-продажу и сдачу земли в аренду.
Что касается рек, озер, лесов, пастбищ и т. д., то последние передавались в ведение народных властей.
Земельный закон указывал на преждевременность, в тогдашних условиях, создания колхозов и совхозов, т. е. предостерегал от авантюристического, левацкого забегания вперед.
Практика показала, что после конфискации помещичьей земли и передачи ее крестьянам положение крестьянства на территориях революционных баз заметно улучшилось. Только в одной Центральной революционной базе землю получили более чем 5 миллионов крестьян. Несмотря на то, что свыше половины взрослого населения этого района находилось в то время либо в Красной армии, либо в партизанских отрядах, объем сельскохозяйственной продукции после передела земли вырос на одну треть. Каждый крестьянин-бедняк и каждый безземельный батрак получил от 1,8 до 2 му земли на члена семьи, что составило 8—10 му на каждую семью.
В китайском земледелии огромное значение принадлежит искусственному орошению. До образования народной власти оно было запущено. Народная власть сыграла большую роль в починке дамб, плотин и пр. Давая землю крестьянам, народная власть всячески помогала крестьянским хозяйствам семенами, удобрениями и т. п. и способствовала росту сельского хозяйства.
На территории некоторых революционных баз в 1932 г. возникли плужно-буйвольные прокатные станции. В организации этих станций сказалось стремление использовать опыт МТС, созданных в СССР. В китайских условиях, при отсутствии машинной техники в сельском хозяйстве, прокатные станции могли, естественно, обслуживать крестьянство лишь примитивным китайским плугом и буйволами.
Возникла и форма революционного соревнования. Соревнующиеся бригады создавались во время посевной и уборочной кампаний.
Однако наряду со всем положительным, что было сделано в разрешении аграрного вопроса, необходимо указать и на ряд серьезных левацких ошибок, имевших место в отдельных районах.
20 Зак. 554
305


Левацкими ошибками являлась, например, политика полного лишения земли бывшего помещика и наделение кулака худшей землей, попытки преждевременной организации колхозов и совхозов, запрещение в ряде мест купли и продажи земли, проведение приказом сверху всеобщего уравнительного передела земли и т. д- Иногда выставлялся лозунг, чтобы батракам и сельскохозяйственным рабочим не давали земли, «мотивируя» это тем, что если им дать землю, то партия потеряет пролетарскую базу в деревне.
Политика народной власти в рабочем вопросе. На 1-м съезде рабочих и крестьянских депутатов был принят закон о труде, по которому устанавливался 8-часовой рабочий день для взрослых и 6-часовой для подростков. Детский труд был запрещен. На вредных производствах вводился 6-часовой рабочий день.
Закон о труде предусматривал полную свободу организации профсоюзов и создание бирж труда; предприниматели обязывались нанимать рабочих только через биржи труда. Закон указывал на необходимость выработки законопроекта о социальном страховании и устанавливал обязательность еженедельных дней отдыха, ежегодных двухнедельных отпусков для всех рабочих и месячных отпусков для рабочих на вредных производствах. Женщины были приравнены в оплате труда к мужчинам.
Все это для Китая являлось делом невиданным. Ведь в те годы рабочий день на гоминьдановских территориях фактически был не ниже 12 часов, а нередко доходил и до 14—16 часов. Гоминьдановские власти отменили все завоевания рабочих периода первой гражданской революционной войны. На ряде текстильных фабрик гоминьдановского Китая, например в Шанхае, Тяньцзине и других городах, рабочий день был увеличен до 16 часов. У рабочих шанхайских шелкопрядилен и типографий рабочий день был увеличен с 10 до 14 часов, в арсеналах рабочий день был также увеличен с 10 до 14 часов и уничтожены дни отдыха. В Гуандуне- на железных дорогах, в арсенале и на патронном заводе рабочий день был удлинен на 2 часа. Дней отдыха рабочие почти не имели. Даже по данным гоминьдановского бюро экономической информации некоторые категории рабочих работали круглый год.
Пункт закона о равенстве оплаты женского и мужского труда тоже имел исключительное значение.
Не удивительно, что принятие закона о труде произвело огромное впечатление и вызвало отклик среди рабочих и в гоминьдановском Китае. Так, например, в 1933 г. в Миньшане, пограничном городке на гоминьдановской территории, в 50 км от Хэнань-хубэй- аньхойской революционной базы, происходила забастовка рабочих. Бастующие выставили только одно требование — введение в их городе того закона о труде, который существовал в революционных базах.
306


Однако и в политике по рабочему вопросу допускались порой ошибки, главным образом левацкого характера. Как впоследствии указывал Мао Цзэ-дун, народные органы власти иногда «не ставили себе целью развитие производства, расцвет экономики... а ставилась цель близорукая и односторонняя, так называемое благосостояние трудящихся...» Ч
Борясь с этими левацкими ошибками, компартия и руководимые ею органы народной власти, вопреки огромным трудностям, все же добились того, что на территориях революционных баз положение рабочих во много раз улучшилось и было несравнимо с каторжными условиями труда рабочих в гоминьдановском Китае.
Политика в области промышленности, торговли и финансов. В тезисах об экономической политике, принятых 1-м съездом рабочих и крестьянских депутатов, говорилось, что предприятия, принадлежащие иностранным капиталистам — фабрики, рудники, железные дороги, банки и т. д., национализируются.
Однако было оговорено, что если иностранный предприниматель после национализации его рудников или заводов пожелает продолжать работу на концессионных началах, то предприятия могут быть сданы ему в концессию, при условии соблюдения им всех законов народной власти и, в частности, закона о труде. Что касается китайских капиталистов, то их предприятия не подлежали национализации и оставались в руках их прежних владельцев.
В тех случаях, когда при приближении частей Красной армии китайский предприниматель бежал, бросая на произвол судьбы свои заводы и рудники, органы народной власти брали управление ими на себя или передавали их артелям или производственным кооперативам из рабочих.
Вместе с тем на территориях революционных баз создавались и небольшие государственные заводы и мастерские, преимущественно военного значения. Завод по ремонту сельскохозяйственного инвентаря в Жуйцзине и несколько других предприятий также находились в непосредственном ведении органов народной власти.
Тезисы об экономической политике допускали свободу торговли. Частные магазины и лавки, принадлежавшие китайским торговцам, оставлялись в их руках. Народные органы власти не регламентировали цены. Но там, где появлялась спекуляция, грозившая нормальному снабжению Красной армии и рабочих, принимались необходимые меры. Сохраняя частную торговлю, народная власть в то же время всячески поощряла развитие кооперации. На территории революционных баз было создано много кооперативов.
1 Мао Цзэ-дун, Текущий момент и наши задачи. Сборник «Важнейшие документы освободительной войны китайского народа за последнее время», Харбин, 1948, стр. 17.
307


Все прежние налоги были отменены. Рабоче-крестьянское правительство ввело единый сельскохозяйственный прогрессивно-подоходный налог. Бедняки при этом были освобождены от него полностью. На том же принципе основывался и единый промысловый налог.
Все долги населения были аннулированы, а долговые расписки признаны недействительными. Это было весьма существенным мероприятием, потому что деревенская и городская беднота находилась в вечной кабале у ростовщиков. Ломбарды, хищнически грабившие народ, подлежали закрытию, а заложенные в них вещи были розданы бедноте.
В Жуйцзине был создан Рабоче-крестьянский банк, наделенный эмиссионными функциями. Первоначально он выпускал бумажные денежные знаки с портретами Маркса и Ленина и надписью «Пролетарии всех стран и угнетенные народы всего мира, объединяйтесь!», а потом — и серебряные деньги. В конце 1932 г. рабоче-крестьянское правительство выпустило два внутренних займа. Подписка прошла успешно не только на территориях революционных баз, но тайно проводилась и на гоминьдановских территориях.
Культурные мероприятия. Огромную работу проделала народная власть и в области культурного строительства. На территориях революционных баз был создан Комиссариат просвещения, организовавший учебное дело и создавший много начальных школ, школ по ликвидации неграмотности. Были открыты народные читальни, университет в Жуйцзине. Развернулась работа по пропаганде марксистско-ленинских идей.
О развитии народного образования говорят следующие цифры: в одном только уезде Нинду, на территории Центральной базы в провинции Цзянси, где до победы революции было всего 10 начальных училищ, через год после образования народной власти имелось уже 350 дневных и 580 вечерних школ.
На территориях революционных баз издавалось много газет и литературы. Органом рабоче-крестьянского правительства была газета «Хунсэ Чжунго» («Красный Китай»). Выходил и ряд военных и других газет.
Красная армия Китая. Крупнейшим достижением рабоче- крестьянской власти явилось создание военных сил революции в лице Красной армии.
В 1932—1933 гг. Красная армия Китая делилась на шесть армейских групп и ряд отдельных воинских соединений, дивизий и т. п. Во главе всей Красной армии стоял Революционный военный совет.
Красная армия Китая состояла в те годы главным образом из пехоты. Мотомехчастей, танков и авиации не существовало. Артиллерия была преимущественно горная; имелись саперные батальоны и подразделения связи. Кавалерии до перехода 308


Красной армии на северо-запад не было, так как на юго-востоке Китая почти нет лошадей.
Армия строилась по троечному делению: три взвода в роте, три роты в батальоне и т. д. В ротах имелись политруки, в батальонах — комиссары, в полках — политотделы.
Численность Красной армии росла из года в год. Если в 1928 г. Красная армия насчитывала всего 10 тысяч человек, то в 1929 г. в ней было 22 тысячи, в 1930 г. 62 тысячи, в 1931 г. 145 тысяч, в 1932 г. 170 тысяч, а в 1933 г. — 300 тысяч человек 1.
В частях Красной армии, расположенных на территории Центральной революционной базы, насчитывалось 30% рабочих, 68% крестьян, 1% служащих и 1 % прочих.
В войсках Центральной революционной базы 28% солдат и офицеров были коммунисты и 10,6% —комсомольцы.
Большая часть личного состава армии состояла тогда из молодежи в возрасте от 16 до 24 лет.
Части Красной армии комплектовались на добровольческих началах на основе призыва партийных, комсомольских и профсоюзных организаций. Всеобщей воинской повинности еще не существовало.
Командный состав в большинстве случаев состоял из коммунистов и членов комсомола. Среди командиров были и женщины, например сестра Хэ Луна — Хэ Лань-ин и др. В 4-й армейской группе коммунистка Чжан Ци-цю командовала крупным воинским соединением.
На территории революционных баз были созданы военные учебные заведения (в основном пехотные), военная академия и военно-политическая школа.
Центральная военная газета — орган Реввоенсовета — носила название «Хун Син» («Красная звезда»). В воинских частях издавались стенные газеты, занимавшиеся политическим и военным воспитанием бойцов и командиров.
Установлена была и форма одежды: серая гимнастерка с прямым стоячим воротником; на голове фуражка с красной звездой. В частях 1-й, 3-й и 5-й армейских групп имелось относительно хорошее обмундирование, изготовлявшееся в военных мастерских Центральной революционной базы.
У Красной армии имелись свои военные уставы (полевой службы, караульной службы и т. д.).
На территориях революционных баз действовал специальный закон о льготах красноармейцам. Этот закон нанес удар по оппортунистам, которые не хотели давать землю семьям красноармейцев. По закону земля предоставлялась таким семьям на общих основаниях, а если какая-нибудь красноармейская семья* 1 Ч ж у Д э, 25 лет китайской Народно-освободительной армии, «Правда» от 1 августа 1952 г.
309


оказывалась не в силах обработать свой участок земли, то народная власть привлекала ей на помощь соседних крестьян.
Нападение Японии на Шанхай в 1932 г. и героическая шанхайская оборона. В начале 1932 г. японская военщина, видя, что ей легко удалось захватить Маньчжурию, что гоминьдановское правительство не оказало ей никакого сопротивления, решила попытаться захватить Шанхайский район.
Началось, как обычно, с «инцидента». Воспользовавшись столкновением между группой китайских рабочих и несколькими японцами, происшедшим в одном из районов Шанхая, японцы заявили, что якобы китайские рабочие убили японского монаха. Это была очередная провокация. Японцы предъявили ультиматум об уплате компенсации семье убитого, и т. д.
Гоминьдановский мэр Шанхая принял все японские требования. Но это не удовлетворило японский империализм. Япония высадила морской десант и попыталась захватить Шанхай. В январе 1932 г. началась война за Усун, Чапэй и другие районы города.
Шанхай с его героическим рабочим классом, город, с чьим именем связаны события первой революционной гражданской войны, демонстрация 30 мая 1925 г., три вооруженных восстания пролетариата и т. п., оказал сопротивление. Рабочие по призыву компартии объявили забастовку и стали защищать город. К ним присоединилась учащаяся молодежь, студенчество. Стоявшая в Шанхае 19-я гоминьдановская армия во главе с ее командующим — генералом Цай Тин-каем, под влиянием сопротивления народных масс, несмотря на капитулянтскую политику нанкинского правительства, тоже стала давать японцам отпор.
В своей героической борьбе 19-я армия плечом к плечу с рабочими и патриотическим студенчеством не раз отбрасывала японские войска к морю. Китайские солдаты и население города самоотверженно защищали Шанхай. Впервые, с начала японского вторжения в Китай, мир услышал весть о том, что «непобедимая» самурайская армия, которой так кичились японские империалисты, терпит поражения. Два месяца длилась упорная борьба за Шанхай, и японским войскам так и не удалось захватить его. Нужно сказать, что при этом народным массам и 19-й армии никакой поддержки со стороны нанкинского правительства не оказывалось. Наоборот, заправилы гоминьдана делали все, чтобы только заставить 19-ю армию прекратить борьбу. Тем не менее рабочий класс, студенты и бойцы 19-й армии отстояли Шанхай.
Успехи народного сопротивления и участие в нем гоминьдановской 19-й армии встревожили империалистические державы. Империалисты рассчитывали руками японской военщины расправиться с национально-освободительной борьбой китайского народа и направить японскую агрессию против СССР, поэтому под видом «помощи» Китаю и «посредничества» они поспешили облегчить 310


заключение соглашения в Шанхае между Японией и нанкинским правительством. В этом соглашении были заинтересованы и японские захватчики, так как по нему китайские войска выводились из Шанхая, а кроме того, этим соглашением они могли прикрыть тот факт, что благодаря отпору китайского народа их цель — захватить Шанхай — ими не достигнута. 3 мая 1932 г. в Шанхае состоялось подписание соглашения между Нанкином и Японией. Вывод китайских войск из Шанхая с согласия нанкинского правительства вызвал возмущение всего китайского народа. Росло анти- японское и антигоминьдановское движение. Усилилась и борьба китайского пролетариата. В 1932 г. бастовали моряки Шанхая, отказавшиеся перевозить японское оружие и снаряжение из Шанхая в Маньчжурию.
Шанхайские грузчики жгли японские товары, бросали в воду японских подрядчиков.
Фучжоуские моряки, грузчики Ханькоу и Сватоу отказывались грузитц рис для Японии. В 1932 г. в Китае бастовало уже 1215 тыс. рабочих. В 1933 г. в Северном Китае, в Калгане, рабочие провели две антияпонские демонстрации, в которых участвовало свыше 7 тысяч рабочих. Рабочие захватили оружие и организовали антияпонские добровольческие отряды.
После попытки захватить Шанхай японская военщина вновь активизировала свою агрессию на севере, и борьба, после захвата в начале 1933 г. провинции Жэхэ, перешла в провинции ‘Северного Китая, в районы проходов Великой китайской стены — Губэйкоу и Шаньхайгуаня.
Заняв проходы Великой китайской стены и сначала создав там так называемую «демилитаризованную зону» (на основании соглашения с нанкинским правительством об отводе китайских войск к югу от Великой китайской стены, подписанного, в мае 1933 г. в Тангу), японцы затем стали создавать в Северном Китае независимые от Нанкина марионеточные правительства.
Позиция держав по отношению к агрессии Японии. Японское вторжение в Китай не встретило противодействия со стороны империалистических государств. Известно, что в Китае сталкивались интересы различных империалистических держав. В течение десятилетий существовали острейшие противоречия между Японией и США. Обострялось, несмотря на длительную «дружбу», соперничество между Англией и Японией. Наконец, противоречия между Англией и США в течение многих лет находили свое отражение также и на китайской почве. Японское вторжение в Китай в 1931—1933 гг. неминуемо должно было усилить все эти противоречия. Так оно и случилось. Больше того, само выступление Японии явилось в значительной степени результатом углубления всех этих империалистических противоречий.
Тем не менее империалистические державы не противодействовали Японии, а поощряли ее.
311


Правительство Франции открыто одобрило японские действия, Французская реакция рассматривала захват Японией Маньчжурии как шаг к войне против СССР. Журнал французского генерального штаба «Ревю милитэр франсэ» прямо подчеркивал «законность» японских притязаний в Маньчжурии. И если Аристид Бриан в Лиге наций пытался пацифистскими речами замаскировать позицию французского правительства, то буржуазная парижская пресса открыто восхваляла японских империалистов.
Английское правительство тоже не противодействовало Японии в Маньчжурии и не осуждало японскую агрессию. Член английского правительства Эмери, например, заявлял:
«Если мы осудим Японию, то будут также осуждены наша собственная политика в Индии и наша позиция в Египте». Консервативные газеты открыто выражали сочувствие японским действиям, в особенности пока эти действия ограничивались Маньчжурией. Борьба с национально-освободительным движением китайского народа, подготовка войны против СССР руками японцев, а также глубокие противоречия с США — вот главные причины такой позиции руководящих английских политических деятелей. Правда, позднее, когда Япония начала развивать агрессию вглубь Китая и расчеты на развязывание войны против СССР не оправдались, Англия пыталась несколько сдержать японское наступление на те части Китая, в которых Англия была непосредственно заинтересована.
США, которые, исходя из своих глубоких противоречий с Японией, казалось, должны были бы выступить против своей главной соперницы на Тихом океане, на деле также содействовали японской агрессии. Президент США Гувер открыто выражал сочувствие Японии. Например, на одном ответственном заседании, посвященном дальневосточным вопросам, он заявил: «Предположим, японцы нам открыто заявили: мы не можем более соблюдать вашингтонское соглашение, ибо в Китае порядок не восстановлен, половина территории Китая большевизирована и сотрудничает с Россией, а все существование нашего народа зависит от нашего экспорта в Китай и импорта оттуда сырья; наша» экономика почти парализована из-за отсутствия порядка в Китае. Маньчжурия находится в руках авантюриста; к тому же наше существование будет поставлено под угрозу, если на севере, па соседству с большевистской Россией, мы будем иметь еще на фланге большевизированный Китай, — поэтому дайте нам возможность восстановить порядок в Китае. Если бы они нам это прямо сказали, мы не могли бы выдвинуть возражений».
Американская политика определялась прежде всего стремлением финансовых монополий руками Японии организовать контрреволюционную войну против СССР. Эту политику поощрения Японии американские государственные деятели пытались изобразить как невозможность для США отдельно от европейских дер* жав предпринять решительные действия против Японии.
312


Таким образом, империалистические державы проводили* пресловутую «политику невмешательства». Политика «невмешательства» на деле являлась политикой попустительства агрессии.
Лишь Советский Союз, верный принципам мира и поддержки народов, ставших жертвами агрессии, занял позицию решительной защиты интересов Китая. Советский Союз не признавал японского захвата Маньчжурии. Подчеркивая свое сочувствие Китаю, ставшему жертвой агрессии, СССР 13 декабря 1932 г. восстановил дипломатические отношения с Китаем, разорванные по вине гоминьдановского правительства в 1929 г. в связи с его провокациями на КВЖД. Восстановление отношений с СССР значительно укрепило международные позиции Китая.
Четвертый поход гоминьдановских войск в июне 1932 г- В июне 1932 г. нанкинское правительство начало четвертый поход против Красной армии. Гоминьдановцы собрали 500-тысячнук> армию (около 90 дивизий), которую направили против революционных баз. Сначала этот поход развернулся против Центральной революционной базы в Цзянси, а затем и против района на северном берегу реки Янцзы, т. е. против Хубэй-Хэнань-Аньхойского района. Сюда против 4-й армейской группы Красной армии гоминьдановское командование бросило свои хорошо вооруженные дивизии. Борьбу против революционных баз на фронте нанкинское правительство на этот раз сочетало с новой системой полицейских репрессий против гражданского населения. В деревнях была введена система круговой поруки, проведена так называемая «чистка деревень». Одно из распоряжений гоминьдановских властей гласило: «Всем благонадежным гражданам властями будут выдаваться удостоверения-жетоны в том, что они — противники коммунистов. Все не имеющие жетонов будут рассматриваться как коммунисты. Коммунисты скрываются в окрестных деревнях и смешиваются с населением, их трудно отличить. Поэтому всем начальникам уездов отдано распоряжение срочно проверить население всех деревень и благонадежным гражданам выдавать жетоны-удостоверения, которые нужно прикалывать к одежде. Не имеющие их будут арестовываться».
Хорошо оснащенной гоминьдановской армии удалось потеснить 4-ю армейскую группу Красной армии, насчитывавшую в то время всего 15 тысяч бойцов. 4-я Красная армия оставила прежнюю территорию и, пройдя северную часть провинции Хубэй, организовала зимой 1932 г. в провинции Сычуань новую революционную базу, которая по своей площади была почти вдвое больше оставленной. Однако гоминьдановские войска недолго удерживали захваченную территорию. Как только помещики, с санкции нанкинского правительства, попытались восстановить там свою земельную собственность, в Хубэй-Хэнань-Аньхойском районе началась партизанская война крестьян.
О том, что нанкинское правительство восстанавливало помещичью собственность на землю на занятой его войсками террито31$


рии бывших революционных баз, говорит «Положение об урегулировании земельного вопроса в районах, пострадавших (!) от коммунистов», опубликованное 7 октября 1932 г. в газете «Синьвэнь- бао». Вот два главных пункта этого «Положения»: пункт 2-й: «Все земли, относительно которых сохранились документы или межи, подлежат возвращению прежним владельцам», пункт 3-й: «Там, где не окажется документов или межей, следует созвать совещания помещиков и обсудить вопрос о порядке возвращения земли по принадлежности».
В этом районе поднявшиеся на борьбу крестьяне организовали два народных корпуса: 25-й и 28-й, которые изгнали гоминьдановских насильников и восстановили народную власть в Хэнань- Хубэй-Аньхойском районе.
В 25-м корпусе было много сыновей и младших братьев бойцов и командиров 4-й армейской группы Красной армии, которая перешла в Сычуань. Ввиду того, что возраст большинства красноармейцев нового корпуса был не выше 16 лет, он получил название «Пионерского».
Таким образом, конечные итоги четвертого похода гоминьдана наглядно показали, что даже тогда, когда Красная армия вынуждена была временно оставлять тот или иной район, это не приводило к ликвидации революционного движения. Наоборот, был не только восстановлен прежний район, но и создана новая крупная революционная база в Сычуани.
Эти результаты были достигнуты потому, что компартии удалось тогда преодолеть ошибочную линию в военном вопросе, заключавшуюся в том, что некоторые командиры 4-й Красной армии, зараженные «левым» оппортунизмом, не считаясь с реальным соотношением сил, не хотели понять необходимости стратегического отступления.
Коммунистам во главе с Мао Цзэ-дуном удалось, после серьезной борьбы с «левыми», доказать, что в тогдашних условиях главное для китайской революции заключалось в сохранении живой силы Красной армии, что для этого можно было временно пожертвовать территорией, ибо, сохранив Красную армию, можно было затем вернуть и территорию. «Что касается утраты территории, то сплошь и рядом бывает так, что, только утратив ее, можно ее сохранить. Как говорится, «если хочешь взять, то сначала дай», — писал Мао Цзэ-дун. Далее Мао Цзэ-дун говорил: «Если мы лишаемся территории, а получаем победу над врагом, да потом еще восстанавливаем территорию и даже расширяем ее — это прибыльная операция» !. Именно «такая прибыльная операция» получилась для революционных баз в итоге четвертого похода гоминьдановских войск.
Антияпонское движение в Китае и изменения в расстановке классовых сил. Японские захватчики установили в оккупирован-
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 1, стр. 373. '314


ных ими районах кровавый террористический режим. Прямой террор японцы сочетали с широкой демагогией и с идеологической обработкой населения.
Экономическая жизнь оккупированного северо-востока была подчинена интересам подготовки Японии к большой войне. Все строительство, которое японская военщина проводила в северо- восточном Китае, было направлено на это. Железные и шоссейные дороги, аэродромы, авиационные площадки, промышленные предприятия и т. п. должны были обслуживать японскую армию во время войны. Маньчжурия, став колонией Японии и базой для ее дальнейших захватов, превратилась в ад для китайского населения.
Поэтому подавляющее большинство населения северо-востока поднялось на борьбу против захватчиков. Под руководством компартии были созданы партизанские отряды, которые вели героическую борьбу против японских войск. Позднее, в январе 1936 г., эти партизанские отряды были объединены под командованием члена коммунистической партии Ян Цзин-юя в Северо-восточную объединенную антияпонскую армию. В ней плечом к плечу сражались против японских захватчиков трудящиеся китайцы и корейцы. Одной из партизанских дивизий, впоследствии партизанской армией, командовал Ким Ир Сен. Партизаны наносили чувствительные удары японским оккупантам.
Политика японских захватчиков не могла не вызвать изменения в расстановке классовых сил в Китае.
Политика японских империалистов ущемляла интересы китайского капитала. В силу беспошлинного ввоза японских текстильных товаров и контрабанды терпели банкротство китайские текстильные фабрики. От японцев страдали китайские предприниматели и торговцы. Разорялась средняя и мелкая буржуазия.. Китайские предприятия закрывались или 'захватывались японскими капиталистами. Китайская торговля приходила в полный упадок. В Северной Маньчжурии, например, оборот многих видов торговли уменьшился к 1 января 1932 г. на 80—90% против. 1931 г. Доля же собственно Китая в ввозе товаров в северо- восточный Китай упала с 30% до оккупации до 14% в 1932 г. Снизилась также и доля собственно Китая в вывозе товаров с северо-востока.
Все это не могло не повлиять на позицию национальной буржуазии. Национальная буржуазия, напуганная борьбой народных масс, до этого ряд лет так или иначе поддерживала политику Чан Кай-ши. Теперь же она стала постепенно отходить от феодально-компрадорского лагеря.
Деятельность стоявших у власти крупных компрадоров, объединившихся вокруг Чан Кай-ши и его клики, а также хозяйничание монополий США в Китае в свою очередь разоряли национальную буржуазию. Последняя начинала понимать, что господство клики Чан Кай-ши, а тем более превращение всего Китая 315


в японскую колонию несовместимо с развитием национальной промышленности.
Что касается широчайших масс китайского народа, то их сознание все более проникалось мыслью о том, что борьба за спасение родины от нашествия японского империализма — первоочередная задача. Чем больше развертывалась японская агрессия, тем активнее действовали патриотические силы Китая. Группа видных представителей китайской интеллигенции во главе с писателем Лу Синем обратилась к правительству с требованием организовать отпор Японии.
Руководящая же клика нанкинского правительства попреж- нему вела изменническую политику и не желала оказывать японцам сопротивление. Такая политика Чан Кай-ши, Ван Цзин-вэя и других предателей начинала вызывать возмущение и протесты в самых различных кругах китайского общества. В ЦИК гоминьдана стали поступать обращения с требованием оказать сопротивление агрессору и прекратить войну против китайской Красной армии, которую во все больших масштабах продолжало вести нанкинское правительство. Такие обращения стали подписывать даже руководители китайских банков и некоторые крупные капиталисты.
Антияпонские настроения не могли не проникнуть и в гоминьдановскую армию, которую правительство, вместо того, чтобы посылать на войну с японскими захватчиками, посылало против китайской Красной армии. Уже тот факт, что в 1932 г. командование 19-й гоминьдановской армии приняло участие в обороне Шанхая, был свидетельством изменения позиции некоторых слоев национальной буржуазии.
Летом 1933 г. маршал Фын Юй-сян, близкий к кругам национальной буржуазии, возглавил, вместе с группой других генералов, созданную им в провинции Чахар в сотрудничестве с компартией, так называемую Соединенную антияпонскую армию. Эта армия, не подчиняясь капитулянтским приказам Чан Кай-ши, предприняла контрнаступление против японских войск» вторгшихся в провинцию Чахар, и отбила у захватчиков некоторые населенные пункты. Большую роль в Соединенной антияпон- ской армии играл мужественный генерал Цзи Хун-чан, позже расстрелянный Чан Кай-ши за принадлежность к компартии, в которую он вступил на склоне лет.
Соединенная антияпонская армия не смогла, однако, широко развернуть свои операции, так как войска Чан Кай-ши предательски ударили ей в тыл. Соединенная антияпонская армия была рассеяна, а населенные пункты, отбитые ею у врага, снова попали в руки японских войск.
Летом 1933 г. на выпуске стрелковой школы в Ханькоу, где инструкторами были японские и немецкие офицеры, лучшие снайперы школы должны были демонстрировать свои успехи в стрельбе. Они действительно показали очень хорошую подго316


товку. Но когда немецкие и японские инструкторы подошли к мишеням, то они увидели, что мишенями служили изображения японских генералов и японского императора.
Восстание против Чан Кай-ши в Фуцзяни в 1933 г. В конце 1933 г. последовало открытое выступление против правительства Чан Кай-ши 19-й гоминьдановской армии, ранее прославившейся обороной Шанхая. После вывода этой армии из Шанхая Чан Кай-ши направил ее против Красной армии. Однако солдаты, офицеры и даже генералы 19-й армии не желали продолжать гражданскую войну, они выступили за борьбу против японской агрессии. 19-я армия, расположенная в конце 1933 г. в провинции Фуцзянь, подняла восстание и образовала Народное антияпонское правительство, которое заключило соглашение с Красной армией о прекращении братоубийственной войны. В этом правительстве, кроме командиров 19-й армии — Цай Тин- кая и других, приняла участие также группа видных гоминьдановских деятелей, не согласных с предательской политикой Чан Кай-ши. Однако войска Чан Кай-ши вторглись в провинцию Фуцзянь и жестоко подавили это восстание, оказав, таким образом, еще одну услугу японскому империализму. Долю ответственности за поражение фуцзяньского восстания несут и «левые» уклонисты в тогдашнем руководстве ЦК КПК. Не поняв всей важности сотрудничества с порывавшими с Чан Кай-ши элементами, они не оказали им должной поддержки.
В 1933—1934 гг. в Шанхае образовалась «Лига национального спасения Китая» во главе с вдовой Сунь Ят-сена — Сун Цин-лин. В эту лигу вошли видные политические и общественные деятели, крупнейшие ученые, профессора, активным ее деятелем стал Лу Синь.
В антияпонское патриотическое движение были вовлечены широкие слои студенчества и вообще буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции.
Таким образом, после оккупации Японией северо-восточного Китая и распространения ее агрессии на другие районы страны, начали происходить существенные сдвиги в позиции промежуточных слоев, в том числе — национальной буржуазии.
К мысли о необходимости сопротивления Японии стали склоняться даже некоторые представители крупной компрадорской буржуазии, связанные с промышленным и банковским капиталом приморских провинций Китая. Этот капитал стал уже ощущать экономические последствия японского вторжения. Поэтому понятно, что его представители высказывали мнение о необходимости готовиться к войне против Японии. Большинство этих деятелей самым тесным образом было связано с деловыми и политическими кругами США, многие из них получили в свое время образование в Америке, они открыто придерживались американской ориентации. И в то время как демократические 317


массы и широкие круги прогрессивной интеллигенции выступали как истинные патриоты, представители части крупной буржуазии избрали линию поведения, подсказанную им, с одной стороны, американским капиталом, недовольным чрезмерным усилением своего конкурента — Японии, а с другой стороны, страхом перед грозным и все более нарастающим возмущением народных масс.
В начале 1934 г. 20 членов законодательного юаня (палаты) самого нанкинского правительства выступили с требованием сместить Ван Цзин-вэя, который был в то время министром иностранных дел и вел открыто предательскую линию на капитуляцию Китая перед Японией. Ван Цзин-вэй представлял интересы прояпонских кругов компрадорской буржуазии, являлся открытым сторонником соглашения с Японией. В 1934 г. на этого изменника родины даже было произведено покушение. Самые широкие круги требовали его отстранения от государственных дел, и в конце концов он вынужден был уехать за границу, в фашистскую Германию.
В те годы абиссинский народ мужественно сопротивлялся напавшей на него Италии. «Молодцы абиссинцы, мы радуемся за абиссинцев, но нам стыдно за себя, за китайцев»,— писала тогда даже газета «Миньгожибао» — орган гуандунского комитета гоминьдана.
«... в острые моменты национального кризиса в гоминдановском лагере должны происходить расколы, — говорил в 1935 г. Мао Цзэ-дун.— Эти расколы находили свое выражение в колебаниях национальной буржуазии, они находили свое выражение в поступках таких нашумевших в свое время антияпонских деятелей, как Фын Юй-сян, Цай Тин-кай...» Далее Мао Цзэ-дун указывал, что даже в самом помещичье-компрадорском лагере нет полного единства. «В момент, когда острие борьбы направлено против японского империализма, прихвостни американцев и даже англичан могут, в зависимости от силы окрика своих хозяев, пойти на тайную и даже на явную борьбу против японских империалистов, и их приспешников». Заканчивая анализ классовых отношений, складывавшихся в стране, Мао Цзэ-дун говорил: «... можно сказать, что в связи с коренным изменением обстановки, выразившимся во вторжении японских империалистов в глубь Китая, изменились и взаимоотношения между различными классами страны, выросли силы лагеря национальной революции, сократились силы лагеря национальной контрреволюции» Ч .
Пятый поход Чан Кай-ши против революционных баз. Если внутри Китая обстановка характеризовалась ростом антияпонских сил, то на международной арене, под влиянием последствий мирового экономического кризиса 1929—1933 гг., обострились противоречия капитализма. В Японии все большую роль стала играть фашистская военщина, в центре Европы, в Германии, власть
‘Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 1, стр. 268—270. 318


в 1933 г. захватили гитлеровцы. Развернулась открытая подготовка ко второй мировой войне и прежде всего к войне против Советского Союза.
В этих условиях империализм поставил перед собой задачу ускорить превращение Китая в один из важнейших плацдармов войны против СССР, а для этого требовалось подавить в Китае революционное движение, силы которого могли сорвать планы поджигателей войны. Главной силой революционного движения в Китае была компартия и руководимая ею Красная армия,, вокруг которых начинали сплачиваться самые широкие слои китайского народа. Поэтому уничтожение коммунистов и разгром Красной армии являлись неотложной задачей международной и китайской реакции.
В октябре 1933 г. начался пятый — самый большой и длительный поход против революционных баз в Китае. В большей мере,, чем все предыдущие, он был подготовлен при активнейшей помощи американских, германских, японских, английских и других империалистов.
США снабдили правительство Чан Кай-ши деньгами. Они предоставили ему 50 млн. американских долларов под видом так называемого «пшеничного и хлопкового» займа и, кроме того, кредит в 40 млн. долларов на нужды авиации. США послали Чан Кай-ши вооружение, в том числе большое количества самолетов. Англия дала сычуаньскому генералу Лю Сяну несколько миллионов фунтов стерлингов для борьбы против пришедшей туда еще в 1932 г. 4-й армейской группы Красной армии.
В Китай прибыл немецкий генерал фон Сект, один из главарей рейхсвера. Нанкинское правительство пригласило его в качестве советника по борьбе с китайской Красной армией. Вместе с Сектом приехали и другие немецкие генералы — более ста офицеров германского генерального штаба.
Чан Кай-ши особенно симпатизировал Гитлеру. Эти симпатии были взаимными. Гитлер, например, был первым, кто в день 50-летия Чан Кай-ши прислал ему поздравительную телеграмму и присвоил высшую награду.
Фон Сект разработал «новый план» борьбы с Красной армией Китая. Этот план отличался от предыдущих тем, что теперь было решено уклоняться от полевых сражений с Красной армией. Сект составил план окружения и блокады революционной базы в Цзянси. Он хотел взять ее измором и превосходством техники.
Зажать Красную армию в кольце, построить вокруг революционной базы в Цзянси блокгаузы, создать плотную систему укреплений и, опираясь на них, уничтожить при помощи авиации живую силу Красной армии — вот тот «новый план» Секта, который Мао Цзэ-дун называл «войной блокгаузов». К 1934 г. вокруг Центральной революционной базы было построено 2900 таких блокгаузов. Контрреволюция сосредоточила огромные силы для пятого похода. Миллионная армия, в составе пехоты, технических -319»


частей и авиации, была брошена против китайской Красной армии. Число самолетов, сосредоточенных Нанкином, равнялось 300, что составляло огромную цифру в тогдашних условиях Китая. Большинство самолетов было доставлено из США и управлялось иностранными летчиками. Возглавлял поход Чан Кай-ши. Начальником штаба назначен был Сект.
Гоминьдановским войскам противостояли в Центральной революционной базе 1-я, 3-я, 5-я армейские группы и ряд отдельных воинских соединений (7-й, 8-й, 9-й полки), общей численностью примерно в 150 тысяч человек. Красная армия не имела в то время ни одного зенитного орудия, ни одного действующего самолета. Правда, во время предыдущих походов гоминьдановцев Красной армии удалось захватить 2 самолета, но в Центральной революционной базе на территории Цзянси не было горючего.
Пятый поход длился целый год. Огромной ордой надвинулись гоминьдановские армии на Центральную революционную базу. Американские самолеты сбрасывали бомбы, применяли газы и производили страшные опустошения на китайской земле. Красная армия истекала кровью. Империалистическая пресса уже заявляла, что с Красной армией Китая покончено навсегда, и поздравляла Секта с победой.
Красная армия не смогла отбить этот поход. Неудачи Красной армии явились результатом господства в эти годы в ЦК КПК «левой» оппортунистической линии, в частности, неправильной военной стратегией и тактикой, проводившейся в борьбе против пятого похода.
В эти годы (1931 —1935) в руководстве КПК господствовал новый «лево»-оппортунистический уклон (Ван Мин, БоГу). Последние овладели руководством в Центральном комитете на
4-м пленуме ЦК в январе 1931 г. Следовательно, этот новый «левый» оппортунистический уклон по существу сменил «левацкую» линию 1930 г. (линию Ли Ли-саня).
«Левые» оппортунисты на деле были против создания единого фронта с национальной буржуазией, хотя последняя, после начала японской агрессии, стала поворачивать в сторону сотрудничества с народными массами для борьбы с японскими захватчиками.
На гоминьдановских территориях «левые» отказывались от использования каких бы то ни было легальных возможностей, придерживались сектантской политики, вели партию к изоляции от широких масс. Своей рекламируемой «ортодоксальностью» и «революционностью», а на деле своим авантюризмом они ставили партию под свирепые удары гоминьдановских палачей.
Такая политика в конце концов привела нелегальные парторганизации в гоминьдановском Китае почти к полному разгрому, и Центральному комитету, состоявшему тогда в большинстве из этих «левых», пришлось перебраться на территорию революционных баз.
320


В 1933 г., когда ЦК перебрался на территорию Центральной революционной базы в Цзянси, «левые» оппортунисты не решились снять с поста председателя рабоче-крестьянского правительства Мао Цзэ-дуна, ввиду его огромной популярности. Однако с мнением Мао Цзэ-дуна и других выдающихся строителей революционных баз и Красной армии, с их советами и предложениями «левые» оппортунисты не хотели считаться. Таким образом, Мао Цзэ-дун и другие руководители революционных баз были если не формально, то фактически оттеснены от руководства, в особенности от руководства армией.
В военных вопросах «левые» уклонисты отрицали стратегию и тактику революционной войны, выработанную в революционных базах.
Они игнорировали необходимость ведения Красной армией маневренной войны и взяли курс на обычную регулярную войну армий двух больших государств. Во время борьбы против пятого похода своевременно не были организованы прорывы в тыл и на фланги противника и взята была ошибочная, установка на сохранение территории любой ценой. «Левые» оппортунисты не желали считаться ни с конкретной обстановкой, ни с ценным опытом, накопленным Красной армией во время борьбы против предыдущих походов. Они отвергли прежнюю правильную военную тактику Красной армии, выражавшуюся в формуле: «Враг наступает — мы отступаем, враг останавливается — мы тревожим, враг утомился — мы бьем, враг отступает — мы преследуем».
В работе «Стратегические вопросы революционной войны в Китае», написанной Мао Цзэ-дуном осенью 1936 г. в качестве пособия для Академии китайской Красной армии, указывалось, что успехи гоминьдановцев в пятом походе объяснялись этими ошибками в военной тактике, совершенными тогдашними руководителями компартии, не хотевшими маневрировать и пожертвовать частью территории. «Не пожелав, — писал Мао Цзэ-дун, — отдать часть территории, мы в итоге лишились всей» 1.
Этот оппортунистический уклон, господствовавший в КПК целых четыре года (с 1931 и до 1935), нанес партии огромный вред. Носители его являлись типичными догматиками, не желавшими считаться с конкретной практикой революционной борьбы в Китае.
2-й съезд рабочих и крестьянских депутатов. В то время как Красная армия вела кровопролитную и упорную борьбу с превосходящими ее в несколько раз войсками гоминьдана, 22 января 1934 г. в столице революционных баз — Жуйцзине— открылся 2-й съезд рабочих и крестьянских депутатов. На 2-м съезде присутствовал 821 делегат и около 1500 гостей. Социальный состав съезда был следующий: промышленных рабочих 8, ремесленных рабочих 244, кули 53, торговых служащих 2, батраков 122, бед1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 1, стр. 374.
21 Зан. 554
321


няков 303, середняков 25, мелких торговцев, студентов и лиц свободных профессий 64.
На съезде был заслушан отчетный доклад главы Временного правительства революционных баз Мао Цзэ-дуна.
В своем докладе Мао Цзэ-дун привел данные о положении в революционных базах, об успехах, которых добились народные массы, и о трудностях и лишениях, имеющихся еще у народа.
Разумеется, если бы не ряд левацких ошибок, связанных с «лево»-оппортунистической линией тогдашнего партийного руководства, успехи могли быть большими. Все же в 1933 г. продукция сельского хозяйства на территории Центральной революционной базы, несмотря на военные действия, выросла по сравнению с 1932 г. на 15%, а в пограничном районе Цзянси — Чжэцзян — на 20%. Хороший урожай был собран в новой Сычуаньской базе. В некоторых местах дореволюционный уровень сельскохозяйственного производства не только был достигнут, но даже превзойден. Была возобновлена обработка земель, заброшенных во время революционных боев, и начато освоение новых земель. В некоторых местах возникли товарищества трудовой взаимопомощи и бригады по вспашке земли. Для преодоления затруднений, вызванных нехваткой рабочего скота, были созданы товарищества по оказанию помощи тягловой силой.
Однако на съезде отмечалось также, что проводимая гоминьдановским правительством блокада создала трудности в деле вывоза товаров с территорий революционных баз. В результате этого многие отрасли кустарного производства, особенно производства табака и бумаги, зачахли. Трудности имелись и с ввозом соли и тканей из гоминьдановских районов. Однако некоторые отрасли кустарного производства постепенно стали возрождаться^ и это говорило о том, что все эти трудности не непреодолимы.
Мао Цзэ-дун в своем докладе указывал, что народное хозяйство революционных баз состоит из трех секторов: государственного, кооперативного и частного. В ведении государства находились лишь те хозяйственные предприятия, государственное управление которыми было тогда возможно и необходимо.
Что касается частнохозяйственной деятельности, то народная власть не препятствовала ей, а поощряла при условии, чтобы частные предприниматели не нарушали законов. Надо иметь в виду, что в то время частное хозяйство обладало абсолютным перевесом и представлено оно было мелкими предприятиями.
Мао Цзэ-дун отметил, что кооперативный сектор быстро развивается. В 17 уездах провинций Цзянси и Фуцзянь к сентябрю 1933 г. имелось 1*423 различных кооператива с паевым капиталом, превышавшим 300 тысяч юаней.
Так как единственным возможным источником средств для финансирования хозяйственного строительства явилось привлечение средств населения, народная власть выпустила заем на сумму в 3 миллиона юаней. Заем с большим успехом распространялся. 322


В волости Чанган с населением в 1500 человек заем был распространен на сумму 4500 юаней.
Крестьяне и рабочие вступали в ряды Красной армии и с оружием в руках защищали свою народную власть. На съезде отмечалось, что в волости Чанган 80% всей молодежи и мужчин и женщин зрелого возраста вступило в ряды Красной армии. В волости Цайси в ряды Красной армии вступило 88%.
Начало Великого северо-западного похода Красной армии. В октябре 1934 г. Красная армия, терпевшая огромные потери, благодаря господству в ЦК КПК «лево»-оппортунистической линии, вынуждена была покинуть Центральную революционную базу и двинуться на запад страны.
Еще до этого, в августе, 7-й и 9-й полки Красной армии отступили на восток — в провинцию Фуцзянь. Проникнув в провинцию Фуцзянь, эти части Красной армии провозгласили борьбу против Японии, стремясь через Фуцзянь пробиться на север и вместе с Красной армией северо-восточной части Цзянси и Чжэцзяна, руководимой Фан Чжи-минем, образовать антияпонскую армию спасения родины. Когда войска, отступившие из Цзянси, соединились на фланге гоминьдановских армий с войсками, действовавшими под командованием Фан Чжи-миня, Чан Кай-ши и Сект должны были снять с Центрального фронта часть пехотных дивизий и авиации и бросить их на этот новый участок войны.
Развернувшаяся на фланге у Чан Кай-ши борьба Красной армии оттянула силы гоминьдана и способствовала организации прорыва главных сил 1-й, 3-й и 5-й армейских групп Красной армии из Центральной революционной базы.
Если бы эта маневренная война (поход в Фуцзянь — Чжэцзян) начата была своевременно, в частности, в конце 1933 г., во время восстания 19-й армии в Фуцзяни, как предлагали Мао Цзэ-дун и его соратники, исход пятого похода был бы, возможно, иной и революционная база в Цзянси не была бы утрачена. Теперь же сохранить ее уже было невозможно.
Красная армия северо-восточной Цзянси с пришедшей туда группой войск из Центральной революционной базы под руководством Фан Чжи-миня двинулась на север и вступила в провинцию Аньхой. Фан Чжи-минь объявил руководимые им войска антияпонским авангардом Красной армии. Однако в январе 1935 г. эти войска потерпели поражение. Фан Чжи-минь попал в плен к гоминьдановцам и был казнен.
Еще в августе 1934 г., почти одновременно с началом фуцзяньского прорыва, 6-я армейская группа Красной армии, руководимая Жэнь Би-ши, находившаяся в Пограничном районе Хунань-Цзянси, прорвала окружение и начала перебазирование на новые позиции. В октябре того же года она соединилась в восточной части провинции Гуйчжоу с отрядом 2-й армейской группы Красной армии под командованием Хэ Луна. Из войск 6-й и 2-й армейских групп был создан Второй фронт Красной
323


15. 2-я гражданская революционная война (Великий северо-западный поход)
324


армии под командованием Хэ Луна, а район расположения этого фронта стал как бы мостом между Центральной революционной базой в Цзянси и революционной базой в Сычуани. Он находился на стыке провинций Хунань, Хубэй, Гуйчжоу и Сычуань. Политическим комиссаром Второго фронта был назначен Жэнь Би-ши.
10 ноября 1935 г. главные силы Красной армии оставили Жуйцзинь.
Началось стратегическое перебазирование Красной армии, являвшееся в то же время продолжением ее стратегической обороны. Через провинции Хунань, Гуаней и Гуйчжоу части Первого фронта Красной армии (1-я, 3-я и 5-я армейские группы) двинулись в Сычуань на соединение с действовавшими там войсками Четвертого фронта Красной армии. Переходы совершались главным образом ночью, чтобы затруднить преследование со стороны гоминьдановской авиации.
Этот Великий северо-западный поход Красной армии Китая навсегда вошел в историю как одна из самых героических страниц борьбы китайского народа. В течение 12 месяцев, в кровопролитных боях, через бурные горные реки, скалистые горы, безводные пустыни Красная армия прокладывала себе путь.
Поход был труден, стоил больших потерь. В значительной степени эти потери объясняются ошибками, допущенными «лево»- оппортунистическим руководством ЦК компартии на первом этапе Великого похода. Это руководство попрежнему недооценивало маневренную войну, стояло за прямолинейное движение вперед, стоившее больших жертв.
Совещание в Цзуньи и второй этап Великого похода. Во время похода, когда части Красной армии проходили через провинцию Гуйчжоу, в январе 1935 г. в г. Цзуньи, где войска остановились на отдых, состоялось расширенное совещание Политбюро ЦК компартии. На этом совещании марксистско-ленинская линия Мао Цзэ-дуна и его соратников одержала победу. На совещании был осужден «левый» уклон, имевший место как в общеполитических вопросах, так и в руководстве военными действиями. Совещание вынесло решения по военным и организационным вопросам, означавшие полную победу Мао Цзэ-дуна и его соратников. Руководство коммунистической партии с этого момента перешло в руки испытанных марксистов-ленинцев. «Это был перелом в жизни Коммунистической партии Китая, имевший крупнейшее историческое значение» L
Преодолев все препятствия, разгромив многочисленные гоминьдановские части, преграждавшие им дорогу, пройдя через местности, куда еще не ступала человеческая нога, войска Первого фронта Красной армии достигли летом 1935 г. провинции Сычуань и соединились с частями Четвертого фронта.
1 М а о Ц з э-д у н, Сочинения, т. 4, стр. 349.
325


Затем войска Красной армии под командованием Мао Цзэдуна двинулись к северной части провинции Шэньси. Они направились в Шэньси, чтобы соединиться там с местными частями Красной армии, руководимыми коммунистом Лю Чжи-данем. Эти части действовали на севере Шэньси уже ряд лет. Задача заключалась теперь в том, чтобы укрепить революционную базу в северной Шэньси, подготовив ее к тому, чтобы она стала твердой преградой наступлению японских захватчиков в Северном Китае. Так начался второй этап Великого похода.
В это время компартии пришлось столкнуться с предательской деятельностью Чжан Го-тао, оппортуниста и ликвидатора, пробравшегося в руководящие органы Четвертого фронта Красной армии. Чжан Го-тао выступил против похода Красной армии на север, он стоял на позициях пораженчества и ликвидаторства и настаивал на отступлении Красной армии в районы национальных меньшинств, в Сикан — на границу с Тибетом. Изменник и раскольник Чжан Го-тао даже создал свой незаконный ЦК партии. Выступление Чжан Го-тао нанесло огромный вред Четвертому фронту Красной армии. Однако компартия разоблачила предательские планы Чжан Го-тао и спустя некоторое время восстановила положение на Четвертом фронте, хотя последний, в результате преступных действий Чжан Го-тао, понес тяжелые потери и Красная армия сильно сократилась в численности.
В октябре 1935 г. Первый фронт Красной армии достиг северной части провинции Шэньси. В течение 1936 г. сюда были стянуты и остальные силы китайской Красной армии — Второй и Четвертый фронты, а также войска «Пионерского корпуса», пришедшие из Хэнань-Хубэй-Аньхойского района. Таким образом, на границе провинций Шэньси — Ганьсу — Нинся образовалась новая, обширная по территории, революционная база, так называемый Пограничный район. Политическим центром Пограничного района, местопребыванием ЦК компартии Китая в начале 1937 г., стал город Яньань. Он оставался местопребыванием ЦК компартии целых 10 лет.
В результате успешного завершения Великого похода китайская Красная армия получила теперь прочный тыл. «Одно время силы китайской революции были отрезаны Чан Кай-ши от международных революционных сил, и в этом смысле мы были изолированы. Сейчас положение изменилось, оно изменилось в благоприятную для нас сторону», — указывал Мао Цзэ-дун \
Предательское соглашение «Хэ — Умэцу». А в это время клика Чан Кай-ши, ведя войну против Красной армии Китая, продолжала политику измены интересам Китая. В июне 1935 г. военный министр нанкинского правительства предатель Хэ Ин-цинь заключил с командующим японскими войсками в Китае Умэцу новое изменническое соглашение, по которому из важнейших районов
1 Мао Цзэ-дун, Сочинения, т. 1, стр. 290—291. 326


Северного Китая были отведены китайские войска. Соглашение «Хэ — Умэцу» было новым шагом к полному захвату Японией Северного Китая.
В конце 1935 г. японское правительство попыталось осуществить этот захват. Нанкинскому правительству были предъявлены требования создания в Северном Китае «автономного режима», который должен был, по существу, означать переход всех северокитайских провинций под полный контроль японских империалистов и их агентов. Гоминьдановское правительство, снова идя навстречу японским домогательствам, объявило о создании в Пекине так называемого Хэбэй-Чахарского политического совета, во главе с японофильски настроенными генералами; этому совету, независимому от нанкинского правительства, были подчинены две провинции — Хэбэй и Чахар.
Борьба КПК за единый антияпонский фронт. До 1935 г., когда «левые» оппортунисты находились у руководства компартии, они, не считаясь с теми изменениями, которые происходили в позиции национальной буржуазии в результате японского вторжения в страну, всячески тормозили организацию единого антияпонского фронта.
Однако, вопреки «левым» уклонистам, руководители китайской Красной армии все же неоднократно обращались к гоминьдановскому командованию с предложением прекратить гражданскую войну и начать совместную борьбу против вторгшейся в Китай японской армии.
После того, как «левые» были отстранены от руководства ЦК, компартия 1 августа 1935 г. обратилась с развернутым воззванием ко всему китайскому народу с призывом добиться прекращения внутренней войны и объединения всех сил против японского агрессора. Компартия предлагала всем партиям и организациям, всем китайским армиям создать Объединенное всекитайское правительство национальной обороны и Объединенную .антияпонскую армию. Эта политика китайских коммунистов диктовалась огромной опасностью, которая нависла над китайским народом в связи с японской агрессией.
Таким образом, с 1935 г. в центре всей политики Коммунистической партии Китая становится борьба за создание общенационального единого фронта борьбы против японской агрессии.
В декабре 1935 г. Мао Цзэ-дун выступил на заседании партийного актива в Ваяобао с речью «О тактике борьбы против японского империализма», в которой подробно разобрал вопросы создания единого антияпонского фронта. Мао Цзэ-дун убедительно доказал, что в условиях расширения японской агрессии в Китае противоречия между китайской национальной буржуазией и империализмом обостряются; поэтому национальная буржуазия может теперь явиться союзником революционного лагеря в борьбе против японского империализма. Пролетариат может и должен использовать в интересах революции противоречия в лагере своих 327


врагов, может использовать в качестве временного союзника не только национальную буржуазию, но даже и те группировки компрадорской буржуазии, которые связаны не с японским, а с американским или английским капиталом. Эта тактика была успешно проведена китайскими коммунистами в жизнь на протяжении 1935—1937 гг.
Мощный подъем национально-освободительной борьбы и «движение 9 декабря 1935 г.». Новый мощный подъем национально-освободительного движения, руководимого коммунистической партией, последовавший в ответ на попытку Японии захватить Северный Китай, начался в декабре 1935 г.
С этого времени отдельные участки фронта революции начинали сливаться в общенациональный фронт. Китай находился накануне великих перемен. Развитие китайской революции, носившее раньше неравномерный характер, начинало обнаруживать тенденцию стать в известной степени равномерным.
9 декабря 1935 г. в Пекине состоялась бурная студенческая демонстрация, прошедшая под антияпонскими лозунгами. Движение протеста против предательской политики Чан Кай-ши получило название «Движение 9 декабря». Оно продолжалось в течение всего 1936 г. и начала 1937 г. Его лозунгами были: прекращение гоминьдановских походов против китайской Красной армии, образование единого национального фронта, сопротивление японской агрессии.
В течение 1936 г. в патриотическое движение втягиваются вслед за рабочим классом и крестьянством не только мелкая буржуазия, но и национальная буржуазия. Даже некоторые группировки правившего феодально-компрадорского лагеря, связанные с интересами империалистических конкурентов Японии, а именно с США и Англией, начали занимать позицию осуждения японской агрессии.
Дело в том, что к этому времени противоречия между японским империализмом, захватившим в Китае громадную территорию, и англо-американскими монополиями зашли уже далеко. США и Англия в 1935—1937 гг. начали побуждать своих сторонников и агентов в Китае, прежде всего клику Чан Кай-ши, к оказанию некоторого сопротивления Японии.
В условиях национально-освободительного подъема в Китае, а также обострения противоречий между Японией, с одной стороны, и США с Англией — с другой, клика Чан кай-ши в 1936 г. уже не решалась подписывать с Японией таких открыто изменнических соглашений, какие были заключены ею в Шанхае bi 1932 г., в Тангу в 1933 г., в Северном Китае в 1935 г.
Чан Кай-ши и его ближайшие подручные в этот период позволяли себе даже отдельные «патриотические» фразы, пытаясь убедить китайский народ, что гоминьдан готов отстаивать интересы Китая в случае нового наступления Японии. Однако, несмотря на 328


все эти фразы, Чан Кай-ши попрежнему проводил политику раскола и гражданской войны, политику «искоренения коммунизма»^ жесточайшего подавления всех инакомыслящих.
Весной 1936 г. части Красной армии выступили из Пограничного района Шэньси—Ганьсу — Нинся на восток, с целью защиты родины от японских захватчиков. Красная армия готова была, не щадя жизни, сражаться за независимость Китая. Однако гоминьдановские войска, по приказу Чан Кай-ши, преградили дорогу Красной армии и начали против нее военные действия. Во время этих военных действий погиб в бою Лю Чжи-дань, основатель революционной базы на севере провинции Шэньси.
Не желая продолжать гражданскую войну, командование Красной армии отвело свои части обратно в Пограничный район. Наступление Красной армии на японские войска в Северном Китае было, таким образом, сорвано по вине гоминьдана.
В августе — октябре 1936 г. японские войска вторглись в провинцию Суйюань. Но всенародный антияпонский подъем в Китае был в это время уже так велик, что не только китайские солдатыг но и некоторые генералы не могли уже не оказать сопротивления захватчикам. Части гоминьдановского генерала Фу Цзо-и, находившиеся в провинции Суйюань, дали отпор бандам японских, наймитов и отбросили их назад.
В конце 1935 г. вспыхнули антияпонские уличные демонстрации в Ханькоу, Учане и Ханьяне. В феврале и ноябре 1936 г. в Китае имели место мощные антияпонские забастовки рабочих текстильщиков на японских фабриках Шанхая и Циндао. В феврале в забастовках участвовало 18 тысяч рабочих, в ноябре в одном только Шанхае 63 тысячи.
Демонстрации шанхайских рабочих против японской агрессии привели даже к объявлению осадного положения в Шанхае. В годовщину студенческой демонстрации 9 декабря 1935 г. бурные патриотические демонстрации состоялись почти во всех крупных городах Китая.
Сианьские события. В декабре 1936 г. Чан Кай-ши попытался организовать новый поход против китайской Красной армии. С этой целью он прибыл в город Сиань, центр провинции Шэньси. Здесь борьбу против китайской Красной армии должны были вести войска, отведенные с северо-востока в 1931 г. (так называемая Дунбэйская армия генерала Чжан Сюэ-ляна). Почта все солдаты этой армии были уроженцами северо-востока, оккупированного Японией. С 1931 г. они находились вдали от родного* края. Их глубоко волновали вести, приходившие из северо-восточного Китая, о жестоком гнете японцев, о том, что многие из их близких замучены и убиты. Антияпонские настроения были среди них сильнее, чем в какой-нибудь другой гоминьдановской армии.
Соседство с китайской Красной армией, главные силы которой находились в этот период уже в северной части Шэньси, 329»


в свою очередь оказывало на Дунбэйскую армию большое революционизирующее влияние. Антияпонские лозунги коммунистов были в ней весьма популярны. Началось общение между Красной армией и частями войск Чжан Сюэ-ляна.
Получив приказ Чан Кай-ши начать новый поход против Красной армии, Дунбэйская армия отказалась выступить и 12 декабря 1936 г. вместе с местной шэньсийской армией генерала Ян Ху-чэна подняла восстание. Чан Кай-ши был арестован и две недели содержался под стражей.
Один из участников сианьских событий рассказывал, что когда 12 декабря в пять часов утра к помещению, где жил Чан Кай-ши, подошли восставшие и началась стрельба, Чан Кай-ши вскочил с постели и, не одеваясь, в ночном белье, забыв даже свои вставные зубы на столе, выскочил из помещения и пустился бежать. Пробежав некоторое расстояние, он споткнулся и свалился в поросшую бурьяном канаву. Там в канаве дрожащего Чан Кай-ши и обнаружили восставшие солдаты и арестовали.
Однако обстановка в Китае была чрезвычайно сложной. Арест Чан Кай-ши мог вызвать взрыв новой междоусобной войны. Последняя была бы на руку Японии.
Поэтому руководство китайской компартии, узнав о сианьском восстании, приняло все меры, чтобы помочь мирному урегулированию конфликта. Если бы между Нанкином и Сианем начались в то время военные действия, это, вопреки патриотическим стремлениям бойцов и офицеров Дунбэйской армии, могло повредить Китаю. Новая гражданская война в Китае была бы выгодна только японскому империализму. В Сиань прибыла делегация компартии во главе с Чжоу Энь-лаем. Последний получил свидание с арестованным Чан Кай-ши и имел с ним беседу. Чан Кай-ши, насмерть перепуганный, обещал Чжоу Энь-лаю прекратить войну против Красной армии, организовать сопротивление японской агрессии и демократизировать политический строй в гоминьдановском Китае. После этого, по совету компартии, восставшие освободили Чан Кай-ши. Таким образом, планы японских империалистов и их агентов в нанкинском правительстве, думавших использовать арест Чан Кай-ши для расширения гражданской войны и углубления раскола Китая, были сорваны.
В феврале 1937 г. собрался 3-й пленум ЦИК гоминьдана. 10 февраля ЦК китайской компартии отправил пленуму ЦИК гоминьдана телеграмму с предложением прекратить гражданскую войну, восстановить сотрудничество компартии и гоминьдана и мобилизовать все силы для борьбы с японскими захватчиками.
В этой телеграмме коммунисты предлагали гоминьдану принять следующие пять пунктов: 1) прекращение внутренней войны: 2) установление свободы слова, печати, собраний; всеобщая амнистия для политзаключенных; 3) созыв Национального собрания; 4) завершение подготовительных работ для организации сопротивления Японии; 5) улучшение положения масс.
330


Коммунистическая партия заявила, что в случае принятия этих пяти пунктов Красная армия прекратит войну против нанкинского правительства и войдет в общую национальную анти- японскую армию, а революционная база на границе провинций Шэньси — Ганьсу — Нинся будет реорганизована в особый район Китайской республики. Компартия заявила, что в условиях освободительной войны против Японии она воздержится от дальнейшей конфискации помещичьих земель.
Хотя 3-й пленум ЦИК гоминьдана еще не принял этих предложений, уже на самом пленуме наметился определенный сдвиг в пользу соглашения с компартией. Английская и американская печать в Китае, отражая обострение межимпериалистических противоречий, в этот период побуждала клику Чан Кай-ши оказать хоть какой-нибудь отпор Японии.
Таким образом, противоречия между империалистами Япойии и империалистами США. и Англии были в интересах китайского народа. В то же время национально-освободительный подъем в Китае был непреодолимой силой, толкавшей клику Чан Кай-ши к сопротивлению Японии. Идея единства страны встречала всенародную поддержку. Как ни упирался гоминьдан, он все же не мог бесконечно игнорировать ясно выраженную волю всего китайского народа.
В мае 1937 г. в Яньане состоялась всекитайская конференция Коммунистической партии Китая. Конференция подтвердила правильность линии на создание единого антияпонского фронта. Конференция явилась важной вехой в истории сплочения китайского народа перед лицом японской агрессии.
В обстановке начатой Японией в июле 1937 г. открытой войны против Китая гоминьдану, под давлением народных масс, ничего другого не оставалось, как согласиться на создание единого антияпонского фронта. Это не означало, как показали дальнейшие события, что гоминьдан действительно намерен был бороться с японскими захватчиками. Подлинными борцами единого национального, антияпонского фронта являлись лишь китайские коммунисты и руководимые ими массы.


ГЛАВА XXIV
НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ ВОЙНА КИТАЙСКОГО НАРОДА ПРОТИВ ЯПОНСКОГО ИМПЕРИАЛИЗМА (1937—1945)
Национально-освободительная война китайского народа против японского империализма была частью второй мировой войны. Китайский народ, руководимый компартией, восемь лет стоял насмерть против вооруженного до зубов японского империализма. В неравной борьбе китайский народ отстаивал свою честь и свободу до того дня, когда Советская Армия, водрузив победоносное знамя над рейхстагом, пришла ему на помощь и своей героической борьбой на полях Дунбэя заставила капитулировать японский империализм.
Первый этап. 7 июля 1937 г. японские войска напали на мост Лугоуцяо 1 в 11 км к юго-западу от Пекина на Пекин-Ханькоуской железной дороге. Китайские солдаты, охранявшие мост, оказали сопротивление. Так началась освободительная война китайского народа против японского империализма.
Готовясь к войне против Китая, японские империалисты в течение ряда предшествующих лет создали себе для этого удобные позиции. Японские войска заняли Маньчжурию, часть Внутренней Монголии, укрепились в районах Северного Китая. Теперь японские империалисты поставили перед собой задачу отрезать Северный Китай от остального Китая. Провокацией у Лугоуцяо японские захватчики рассчитывали выполнить эту задачу.
Однако в отличие от прошлых лет, когда японским империалистам их агрессия сходила и гоминьдановские войска не оказывали им никакого сопротивления, а отступали без боя, теперь китайские войска стали оказывать сопротивление.
Не дожидаясь приказа гоминьдановского правительства и высшего командования, сами солдаты и младшие офицеры начали да1 Лугоуцяо — старинный мраморный мост, описанный еще Марко Поло.
332


вать японцам отпор. Гоминьдановское правительство и Чан Кай-ши некоторое время молчали. Японская армия развернула наступление на города Северного Китая. Вскоре военный флот Японии взял курс на Шанхай.
Гоминьдановские военачальники, в особенности высший командный состав, обнаружили свою полную никчемность, а часть из них пошла на прямое предательство. Измена генералов — вот первый ответ гоминьдановского командования на японское вторжение в Китай. Благодаря измене гоминьдановских генералов значительная часть территории Северного Китая сразу же попала в руки Японии. Дезорганизованные гоминьдановские солдаты, лишенные руководства, в беспорядке отступали на юг. 28 июля японские войска заняли Пекин, 30 июля — Тяньцзинь. Был захвачен Калган и другие города Северного Китая.
8 июля, т. е. на следующий же день после нападения Японии на Китай, Коммунистическая партия Китая обратилась к населению с манифестом, призывающим весь китайский народ к самоотверженной борьбе против захватчиков. 10 июля Коммунистическая партия повторила свое обращение, в котором требовала создания единого национального фронта для отпора Японии.
Гоминьдан же не принимал никаких мер к тому, чтобы организовать защиту родины. Лишь рост патриотического движения во всем Китае и отсутствие в тот момент каких-либо реальных намерений со стороны Японии вести с гоминьданом мирные переговоры заставили последний, спустя некоторое время, сделать первые шаги к обороне страны.
Одним из первых таких шагов было согласие гоминьдановского правительства заключить с Советским Союзом договор о ненападении. Этот договор был заключен 21 августа 1937 г.
СССР был единственным государством, которое протянула Китаю руку помощи, когда он стал жертвой агрессии. Договор между СССР и Китаем явился огромной поддержкой для Китая.
В Китай прибыли советские летчики-добровольцы. Они геройски сражались в рядах китайской армии, защищая китайские города и села от японских бомбардировщиков.
В г. Ханькоу воздвигнут памятник советским летчикам-добровольцам, погибшим в 1938 г. в воздушных боях над Ханькоу.
В 1938 г. СССР предоставил Китаю заем на 100 млн. долларов на покупку вооружения, а в 1939 г. еще один заем на 150 млн. долларов. В июне 1939 г. было подписано советско-китайское торговое соглашение.
А какова же была политика империалистических держав?
«... ни одно из правительств империалистических государств не оказало нам подлинной помощи — один только Советский Союз помог нам военной авиацией и материальными ресурсами», — писал Мао Цзэ-дун Ч
1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 190.
333


Когда Китай стал жертвой агрессии, ни одна страна, за исключением Советского Союза, не пошла с ним на договор. Империалистические страны продавали Японии оружие, и главным поставщиком японской армии были США, которые снабжали японских захватчиков нефтью, цветными металлами, хлопком и прочими необходимыми для войны материалами.
22 сентября 1937 г. в китайских газетах была опубликована декларация коммунистической партии о том, что она отдает все силы борьбе за изгнание японских империалистов с территории родины, а для этого прекращает борьбу против гоминьдановской власти.
Красная армия переименовывается в национально-революционную армию, которая становится частью общекитайской армии, долженствующей отстаивать целостность и независимость страны.
Революционная база на стыке провинций Шэньси — Ганьсу — Нинся, где существовала революционная власть, реорганизуется и переименовывается в Особый пограничный район Китайской республики. В своей декларации коммунистическая партия заявляла, что в условиях войны против Японии, когда создается единый антияпонский фронт самых различных классов, коммунистическая партия отказывается от конфискации помещичьих земель и переходит к политике снижения арендной платы и ссудного процента. Идя на эту уступку, компартия исходила из того, что в условиях войны против Японии нельзя развязывать гражданскую войну в деревне.
В свою очередь Чан Кай-ши в интервью с представителями печати 24 сентября заявил, что он обещает установить в Китайской республике демократические порядки, освободить из тюрем коммунистов и других борцов против японского империализма, созвать Национальное собрание, подготовить страну к отпору японским захватчикам.
Эти два документа: Декларация коммунистической партии и беседа Чан Кай-ши с представителями печати—должны были бы явиться началом создания единого фронта борьбы против Японии.
Когда японские империалисты начали войну против Китая, компартия Китая имела сравнительно небольшие по численности вооруженные силы. То была героическая китайская Красная армия, которая к этому времени уже передислоцировалась с юго- востока страны на северо-запад.
Главные силы Красной армии, переименованной в 8-ю национально-революционную армию, находившиеся на северо-западе, были отправлены на фронт. Они перешли реку Хуанхэ, вошли в провинцию Шаньси и столкнулись с японскими войсками. В конце сентября 1937 г. под старинной крепостью Пиньсиньгуань близ Великой китайской стены началось крупное сражение. 115-й дивизией 8-й армии командовал один из героических сынов китайского народа Линь Бяо. Сражение 8-й армии с японцами привело к разгрому японской дивизии, которой командовал генерал Ита- 334


гаки, впоследствии военный министр, а затем один из главных военных преступников на токийском процессе.
Войска Линь Бяо полностью уничтожили у Пиньсиньгуаня одну бригаду японских войск, захватили ее штабные документы и пленных. 9
- Эта была первая крупная победа над японскими войсками, одержанная не гоминьдановскими войсками, а бывшей китайской Красной армией.
Следующей победой 8-й армии явилось сражение в октябре 1937 г. в районе Синькоу (северная Шаньси).
Таким образом, коммунистическая партия послала свои войска в бой и честно выполняла свои обязательства в течение всей войны. Что же касается гоминьдановцев, то их обещания остались на бумаге.
Сразу же с начала японо-китайской войны и до самого' ее конца, до 1945 г., в Китае фактически существовали два фронта: один — боевой, героический фронт 8-й национально-революционной армии (в 1938 г. была создана еще Новая 4-я национальнореволюционная армия) и другой, гоминьдановский, фронт, пассивный, капитулянтский.
Все же формально в сентябре 1937 г. установился единый национальный антияпонский фронт, включавший самые различные классы и общественные группы Китая. В него входили не только пролетариат, крестьянство, городская мелкая буржуазия (составляющая значительный слой населения в китайских городах), но и национальная, главным образом, средняя буржуазия и часть помещиков. Даже часть крупной буржуазии, которую представляли Чан Кай-ши и его клика, т. е. компрадорская буржуазия проамериканской и проанглийской ориентации, часть милитаристов, связанных с этими кругами, на первых порах формально входили в этот широкий антияпонский фронт.
Для клики Чан Кай-ши, этой плутократической олигархии, связанной с американскими империалистами, для милитаристов этой клики участие в антияпонском фронте было вынужденным. Они уступили прежде всего давлению широких народных масс.
В то же время часть имущих классов не могла быть заинтересована в захвате Китая Японией, зная, что в этом случае прибыли и доходы получат круги буржуазии, связанной с японским капиталом.
А так как определяющая политику в гоминьдановском правительстве группа была проамериканская, то она не была заинтересована в превращении Китая в японскую колонию, она не хотела отдавать свои прибыли и доходы в руки Японии. Эта группа считала, что существующее положение страны, господство в Китае США, ее удовлетворяет. Но, с другой стороны, перспектива подлинно народной войны, рост активности масс пугали ее. Активизация народных масс, вовлечение народных масс в войну отнюдь не соответствовали ее интересам.
335


Китайская крупная буржуазия, как указывал Мао Цзэ-дун, делилась на два крыла: открытых предателей, которые искали соглашения с Японией, не хотели войны с Японией, которые были связаны с японцами и являлись открытыми изменниками, и другую часть крупной буржуазии, которая примкнула к единому «фронту, но вела капитулянтскую политику. Эту часть буржуазии Мао Цзэ-дун называл консерваторами.
Позиция национальной (в основном средней) буржуазии определялась следующими фактами:
17. Национально-освободительная война китайского народа против японского империализма (1937—1945 гг.).
336


В полуколониальном Китае продолжали существовать противоречия между самостоятельным капиталистическим развитием страны и ее полуколониальным положением. Это обстоятельство должно было определять антиимпериалистическую позицию национальной буржуазии, но возросшая политическая активность рабочего класса, который уже являлся гегемоном революции, внушала страх национальной буржуазии. К тому же эта средняя национальная буржуазия была сравнительно слабой. Поэтому во время антияпонской освободительной войны 1937—1945 гг. национальная буржуазия в целом и близкие к ней слои мелких и средних помещиков занимали нерешительную, колеблющуюся политику.
В отличие от буржуазии пролетариат проявил себя верным и последовательным, смелым и решительным защитником национальных интересов. Он стоял во главе широчайших масс крестьянства, ибо, если вся революция, весь революционный процесс в Китае, как указывает Мао Цзэ-дун, есть крестьянская война, руководимая пролетариатом, то и в войне против Японии основной движущей силой было крестьянство, а руководил крестьянством рабочий класс.
Пролетариат повел за собой крестьянство, городскую мелкую буржуазию и интеллигенцию и даже известные слои национальной буржуазии.
Успехи 8-й армии все же не могли изменить общую картину сражений в начале японо-китайской войны, не могли приостановить продвижение японских войск на гоминьдановском фронте. На гоминьдановском фронте царил полный хаос. Японское командование, начав военные действия на севере, одновременно поставило своей задачей захватить Шанхай, а также тогдашнюю столицу гоминьдановского Китая Нанкин. В августе японский флот развернул операции в шанхайском районе. Японские самолеты бомбардировали Шанхай, Нанкин, Ханчжоу и другие города.
В то время, когда японские войска начали борьбу за шанхайский и нанкинский районы и вторглись в Восточный Китай, угрожая столице, правящие классы Китая, крупная компрадорская буржуазия и крупные помещики готовы были уже капитулировать. Впоследствии выяснилось, что почти одновременно с сентябрьским соглашением с коммунистической партией о совместной борьбе против Японии Чан Кай-ши искал мира с Японией. Позже в Китае были опубликованы документы, полностью изобличающие клику Чан Кай-ши в предательстве уже с самого начала войны. Один из этих документов относится к декабрю 1937 г., т. е. спустя всего лишь два месяца после соглашения гоминьдана с Коммунистической партией. Этот документ неопровержимо свидетельствует, что Чан Кай-ши в декабре 1937 г. был готов принять переданные ему через германского посла Траутмана «мирные» предложения Японии.
В числе этих предложений было признание японских захватов в Китае, расширение «демилитаризованной зоны», подавле22 Зак 554
337


ние антияпонского движения, борьба против коммунизма и т. п.
Этот позорный документ говорит о том, что даже в самом начале войны крупная компрадорская буржуазия склонна была к капитуляции перед Японией.
Однако эти переговоры не завершились успехом из-за военных побед, одержанных японцами. Переговоры имели место 6 декабря, а японская армия к этому времени уже захватила Шанхай (ноябрь), а 11 декабря заняла Нанкин. Гоминьдановские войска в беспорядке бежали, и японские империалисты считали, что силой оружия они добьются большего, чем при посредничестве Германии. 27 декабря японцами был взят Ханчжоу.
Таким образом, вслед за Северным Китаем японцы захватили Восточный Китай. В это же время развернулись бои в провинции Шаньдун; гоминьдановский губернатор позорно бежал, и вся эта богатая провинция была захвачена японскими войсками без боя. Вслед за тем Япония сосредоточила свои войска на Тяньцзин- Пукоуской железной дороге.
Захватив узловые станции Тяньцзин-Пукоуской железной дороги, японское командование соединило свои войска, находившиеся в Северном Китае, с войсками, действовавшими в Восточном Китае. После этого японский военный флот двинулся на юг к главному городу Южного Китая Кантону. 22 октября Кантон был захвачен. Заняв Кантон, японцы лишили Китай возможности привозить морским путем купленное за границей вооружение.
Японская армия после занятия Нанкина двинулась вглубь страны. 25 октября пал Уханьский район (города Ханькоу, Ханьян и Учан). Чан Кай-ши сбежал в Чунцин — в провинцию Сычуань. Таким образом, к концу октября 1938 г. японские войска заняли основные железные дороги Китая, крупнейшие промышленные центры и порты Северного, Восточного и Южного Китая.
Огромные войсковые соединения гоминьдановской армии попали в окружение, оказались без командования. Дезорганизованные, лишенные руководства, они бродили по оккупированным районам.
А в это время коммунистическая партия начала создавать на оккупированной японцами территории в Восточном Китае новую армию. Из оставшихся там частей бывшей Красной армии КПК организовала Новую четвертую национально-революционную армию под командованием Е. Тина. На оккупированной врагом территории компартия развернула героическую партизанскую войну.
Мао Цзэ-дун указывал, что японо-китайская война будет иметь три этапа: первый этап будет этапом наступления Японии. Вследствие неподготовленности Китая к войне и слабости гоминьдановской армии, ввиду недостаточно проведенной организации масс, Япония на этом этапе будет одерживать временные победы.
338


Но после первого этапа наступит второй этап, этап «равновесия сил». Японское продвижение приостановится, и развить дальше свое наступление японские войска не смогут. Однако и Китай еще не будет в состоянии начать контрнаступление. Поэтому наступит полоса известного равновесия сил.
Наконец, наступит третий этап войны: Китай перейдет в контрнаступление и разгромит японские войска.
После занятия Уханьского района японские империалисты, считая, что они уже захватили основные коммуникации Китая и его промышленные центры, обратились к гоминьдановскому правительству в Чунцине с предложением о мире.
Тогдашний японский премьер Коноэ предложил гоминьдановскому правительству мир на кабальных и позорных для Китая условиях. Он требовал признания отторжения от Китая Маньчжурии, т. е. признания Маньчжоу-Го; вовлечения Китая в сферу японской экономической деятельности, т. е. превращения китайской экономики в придаток японской, и, наконец, присоединения Китая к так называемому антикоминтерновскому пакту.
Предложение Японии внесло известное смятение в правящий гоминьдановский лагерь. Уже первый этап войны показал рост демократических сил в Китае. Такие факты, как победа 8-й армии в Пиньсиньгуаньском горном проходе, создание компартией Новой 4-й армии и ее активное вступление в борьбу, серьезно пугали китайские правящие классы. Обращение Коноэ пришлось кстати. Правящие классы Китая не хотели дальше воевать, и значительная часть лидеров гоминьдана высказалась за принятие условии Коноэ. За мир с Японией еще раньше высказывались виднейшие деятели гоминьдана, возглавлявшиеся заместителем председателя гоминьдана Ван Цзин-вэем.
Ван Цзин-вэй и многие из его сторонников были давно связаны с японцами. Эта группа правящего лагеря представляла интересы компрадоров и помещиков прояпонской ориентации. Однако Чан Кай-ши, представлявший проамериканскую группу в гоминьдане, не принял тогда предложения Коноэ. Ван Цзин-вэй бежал из Чунцина в Куньмин, а затем на оккупированную японцами территорию, где он возглавил марионеточное «правительство» в Нанкине.
Отказ Чан Кай-ши в 1938 г. принять предложения Японии объясняется, с одной стороны, его связями с американскими монополиями, а с другой стороны, тем, что открытое принятие японских требований грозило бы полной дискредитацией его власти и способствовало бы усилению демократического лагеря и опасностью взрыва народного гнева.
Мао Цзэ-дун в своей работе «Китайская революция и Коммунистическая партия Китая» писал, что в войне против японских захватчиков прояпонская крупная буржуазия открыто капитулировала; крупная же буржуазия проамериканской и проевропей- ской ориентации оставалась еще в антияпонском лагере, однако 339


она также проявляла крайнюю неустойчивость. Прояпонскую буржуазию Мао Цзэ-дун рассматривает как открыто вражескую силу. Что касается проамериканской и проевропейской буржуазии, то и ее политика, писал Мао Цзэ-дун, чрезвычайно опасна. Политика КПК по отношению к этой части буржуазии заключалась, с одной стороны, в том, чтобы использовать ее в борьбе с Японией, поскольку она еще как-то сопротивляется японцам, с другой стороны, вести с ней борьбу, поскольку она ведет антинародную политику.
По отношению к этим кругам буржуазии применяется, писал Мао Цзэ-дун, двойственная политика: «...с одной стороны, мы объединяемся с ними, так как они еще ведут борьбу против японских захватчиков и противоречия между ними и японским империализмом необходимо использовать, а с другой стороны, ведем решительную борьбу с ними, так как они проводят антикоммунистическую, антинародную политику репрессий, ведущую к подрыву дела войны против захватчиков и к подрыву единства» L
Второй этап войны. С 1939 г. начинается второй этап японокитайской войны. Он отличается от первого прежде всего тем, что военные действия японских войск на гоминьдановском фронте почти совсем прекратились и основные силы японской армии были брошены против все более и более разраставшегося партизанского движения и против 8-й и Новой 4-й армий. Таким образом, если второй этап войны на гоминьдановском фронте явился этапом затишья, то в борьбе против народных армий и китайских партизан японцы увеличили свою активность.
На втором этапе войны на территории, контролируемой гоминьданом, усилились репрессии против демократических организаций и прежде всего против коммунистической партии. Соглашение о сотрудничестве между гоминьданом и компартией, установленное в сентябре 1937 г., фактически было гоминьданом разорвано и гоминьдановские войска даже нападали на части 8-й и Новой 4-й армий. Несмотря на то, что Чан Кай-ши не заключил мира с Японией, он проводил все более и более реакционную и предательскую политику. В Чунцине усилились разговоры об «усталости» Китая, о необходимости прекратить войну. Определялось это главным образом боязнью роста народного движения, опасением, что война усилит демократические силы. Главное, о чем тогда думали гоминьдановцы, это о том, чтобы подготовить удар по компартии и по руководимым ею национально-революционным армиям. Они и готовили этот удар.
Коммунисты на оккупированной врагом территории, а также в тех районах, которые не могли занять японцы, развернули широкую кампанию за расширение подлинно народной освободительной войны. Эта кампания имела успех. Свыше 66% япон-


ских войск, находившихся в Китае, были брошены на подавление народного партизанского движения и для борьбы с 8-й и Новой 4-й армией. 95% войск марионеточных властей, созданных японцами, были заняты войной против народных армий и партизан.
8-я и 4-я армии, а также партизаны освободили от японцев ряд районов, которые стали называться Освобожденными районами. Центром народной войны, куда не смогла ступить нога японского захватчика, был Особый пограничный район на севере провинции Шэньси с главным городом Яньань, где находился Центральный комитет партии. Крупный освобожденный район был расположен на границе провинции Хэбэй — Чахара и Шаньси—так называемый Хэбэй-Чахар-Шаньсийский Освобожденный район с почти 20 млн. населения. В январе 1938 г. в уездном г. Фупине происходил съезд делегатов — представителей населения этого района. Съезд тайным голосованием избрал Правительство Освобожденного района. Под руководством этого демократического правительства во всех деревнях и селах Освобожденного района были проведены выборы и создана народная власть. Возникли и другие Освобожденные районы.
В Яньань, центр партизанской народной войны, стекались из разных концов страны все лучшие сыны китайского народа. В Яньане была создана военно-политическая академия, которая обучала командиров и политработников для ведения народной войны. Один иностранный корреспондент, посетивший Яньань, писал об этой академии: «Я до сих пор не видел, чтобы люди овладевали знаниями с таким упорством, рвением и в таких трудных условиях. Это, верно, единственное в мире учебное заведение, аудиториями которой являются пещеры, со стульями и столами из камня и кирпича, а классными досками — стены из известняка и глины».
В народной войне за освобождение родины бесспорными руководителями масс были китайские коммунисты. Они вели за собой не только сыновей и дочерей китайских рабочих и крестьян. В коммунистах начинали видеть своих руководителей также и широкие круги мелкобуржуазной интеллигенции и лучшие, патриотически настроенные элементы национальной буржуазии. Масса мелкобуржуазной молодежи, тысячи китайских студентов и учащихся уходили в партизанские отряды, которыми руководили коммунисты.
Героически сражалась против японцев не только 8-я, но и Новая 4-я национально-революционные армии. .Ее передовые части иногда подходили к Шанхаю, к Нанкину, «столице» марионеточного правительства Ван Цзин-вэя, созданного японцами в 1940 г.
Корреспондент индийской газеты «Эдванс» сообщал о доблестном поведении группы молодых бойцов из партизанского отряда, действовавшего под руководством 4-й армии. Японцы захватили в плен нескольких человек из этого партизанского
341


отряда. Пленные — это молодежь в возрасте 17—18 лет. Их повели на расстрел. Перед расстрелом был допрос: японец кричит: «Вы стреляли из пулемета в нас?» — «Да, чтобы убивать врагов нашей Родины». — «Знаете ли вы, что вам придется за это поплатиться?» — «Да, мы знаем и не боимся этого». — «Я имею в виду смерть!» — кричит, задыхаясь от ярости, японский офицер. «Мы думаем: лучше умереть свободными, чем жить рабами японцев».
Пленных стали расстреливать и сбрасывать с высокого утеса в р. Янцзы, а один из них вывернулся и спрыгнул с огромной высоты в реку. Его не смогли поймать. Оказалось, пишет корреспондент, это был не мужчина, а девушка Ма Су, чемпион Китая по плаванию, которая не раз участвовала на международных состязаниях, портреты которой печатались во всех иллюстрированных журналах Китая и за границей. Ма Су вступила в партизанский отряд, руководимый китайскими коммунистами, и стала сражаться против японских захватчиков.
Можно привести много других примеров самоотверженного героизма китайских коммунистов и солдат и офицеров народных армий в их борьбе против японцев. Так, например, молодым бойцам 8-й армии коммунисту Тан Чжи и его жене Ци Линь-ю удалось заманить в свой дом в деревне Лухай штаб 7-й японской дивизии. Взорвав затем свой дом, Тан Чжи и его жена погибли вместе с японцами. При взрыве был уничтожен весь штаб 7-й японской дивизии.
Тан Чжи и его жена пожертвовали собой ради спасения родины.
Другой пример. Город Чаошань, возле Шанхая, защищал отряд Новой 4-й армии в количестве 600 человек. Весь отряд во главе с командиром Яо Цзэ-цином решил оборонять город до последнего. Японцы имели численное превосходство. Четыре дня велись непрерывные ожесточенные атаки, но ни один китайский боец не дрогнул. Этот город был занят японцами лишь тогда, .когда все 600 его героических защитников пали смертью храбрых.
Передовая демократическая общественность Китая готова была жертвовать всем для достижения победы над ненавистным врагом.
Иначе обстояло дело в лагере гоминьдана. В 1939 г. на пленуме ЦИК гоминьдана было принято решение об ограничении действий так называемых «враждебных партий» — имелось в виду ограничение деятельности коммунистов. Разумеется, такой политический курс гоминьдана был сразу использован японцами, которые всячески поддерживали в гоминьдане группы, стремившиеся к расколу единого фронта с компартией. Наряду с этим японцы бомбардировали Чунцин — новую столицу гоминьдановского Китая и вместе с бомбами сбрасывали листовки, в которых призывали гоминьдановцев капитулировать.
. А в это же время народные армии, руководимые компартией, продолжали свою освободительную борьбу. Так, в августе — де- 342


кабре 1940 г. народные войска на севере, 8-я армия и партизанские отряды развернули «битву 100 полков».
Эта битва расстроила японские коммуникации на севере Китая и прервала на некоторое время движение на железных дорогах японских воинских эшелонов. Одним из результатов «битвы 100 полков» было то, что японские войска, оказавшись скованными военными действиями на севере, не смогли начать намеченное ими наступление на такие города, как Чунцин, Куньмин и Сиань. Победы, одержанные 8-й армией, сыграли огромную роль в развертывании нового подъема антияпонского движения во всем Китае.
Если Советский Союз оказывал борющемуся Китаю не только моральную, но и материальную поддержку, то, в противоположность политике Советского Союза, империалистические державы, и в первую очередь США и Англия, попрежнему не только не оказывали Китаю материальной помощи в его борьбе с агрессором, но, наоборот, продолжали всячески помогать японским захватчикам.
Имеются цифры, свидетельствующие, что в американском экспорте в Японию военные материалы и вооружение составляли в 1937 г. 58%. В 1938 г. военные поставки США Японии еще более возросли и составляли 67% вывоза США в Японию. В 1939 г. они достигли уже 70% всего вывоза США в Японию. Таким образом США являлись военным поставщиком японского империализма, в то время, когда последний вел свою захватническую войну против Китая.
Англия и Франция также продолжали помогать Японии. В 1939 г. правительства Англии и Франции сделали даже попытку прийти на Дальнем Востоке к такому же прямому сговору с агрессором, к которому они пришли в Европе. Это была попытка организовать так называемый «дальневосточный Мюнхен». 24 июля 1939 г. по соглашению, подписанному английским послом в Японии Крейги и японским министром иностранных дел Арита, Англия признавала японские захваты в Китае и сделала Японии ряд других уступок.
В 1940 г. английское правительство, для того чтобы заставить Китай пойти на мир с Японией, закрыло дорогу Бирма — Китай. По этой дороге китайцы получали оружие, боеприпасы, машины, необходимые для войны.
В основе «мюнхенской политики» США, Англии и Франции на Дальнем Востоке лежали те же самые расчеты, которые породили эту политику в Европе: надежда на то, что можно использовать Японию в качестве ударной силы против Советского Союза и, кроме того, силами японской военщины подавить национально-освободительное движение в Китае и вообще в Азии.
Таким образом в 1939—1940 гг. подготавливалось открытое предательство Китая как со стороны гоминьдана, так и со стороны империалистических держав.
343


Только Советский Союз оставался верен Китаю. А в самом Китае лишь одна КПК призывала к борьбе и на деле вела борьбу с агрессором.
В 1940 г. компартия Китая выступила с развернутой программой демократического переустройства страны. Эта программа требовала создания действительно демократического Китая, который в состоянии был бы изгнать японских захватчиков из страны. Она была сформулирована в большом труде Мао Цзэ-дуна «О новой демократии». Этот труд Мао Цзэ-дуна стал программой всестороннего и подлинно демократического переустройства Китая. В нем в развернутом виде были сформулированы основные принципы государства народной демократии.
Летом и осенью 1940 г. положение в гоминьдановском Китае характеризовалось еще большей активизацией капитулянтских элементов. Это было связано также и со всей международной обстановкой. Уже развертывалась вторая мировая война. Летом и осенью 1940 г. фашистская Германия, как известно, одержала ряд побед в Европе. В сентябре 1940 г. в Берлине был подписан тройственный пакт между Германией, Италией и Японией. Возникла пресловутая ось Берлин — Рим — Токио.
Победа фашистской Германии в Европе не могла не отразиться отрицательно на политическом положении в гоминьдановском Китае. Китайские реакционеры становились все наглее.
В марте 1940 г. японские империалисты создали марионеточное правительство в Нанкине. Это марионеточное правительство они составили из сбежавших из Чунцина открытых предателей китайского народа, во главе с Ван Цзин-вэем, который еще в 1938 г. заявлял о необходимости прекращения войны с Японией. Реакция подняла голову и в Чунцине так, что некоторые прогрессивные деятели Китая, в том числе такие, как, например, вдова Сунь Ят-сена Сун Цин-лин, были вынуждены покинуть Чунцин и перебраться в Гонконг, где они создали антияпонскую патриотическую организацию — так называемую «Демократическую лигу».
В начале 1941 г. Чан Кай-ши развернул уже открытое наступление против демократических сил. В январе 1941 г. по его приказу было произведено вероломное нападение на Новую 4-ю национально-революционную армию. В южной части провинции Аньхой гоминьдановские войска ночью неожиданно напали на штаб и политотдел 4-й армии. В это время главные силы 4-й армии переправились на северный берег Янцзы, а на южном берегу оставалась штабная колонна. Предательское нападение гоминьдановских войск стоило жизни 9 тысячам бойцов Новой 4-й армии.
Провокация Чан Кай-ши имела целью уничтожить Новую 4-ю армию и вызвать разрыв единого фронта.
Однако компартия Китая не поддалась на эту провокацию, не дала втянуть себя в новую гражданскую войну. Это вероломное нападение гоминьдановцев не переросло еще в то время в большую гражданскую войну. Однако блокада районов, зани344


маемых 4-й и 8-й армиями, продолжалась. Гоминьдановское правительство не посылало в партизанские районы, контролируемые коммунистами, ни оружия, ни продовольствия, ни медикаментов, не пускало туда даже иностранных корреспондентов. Лучшие свои войска гоминьдановцы держали не на антияпонском фронте, а на границах этих партизанских районов, готовя им удар в спину.
Однако летом 1941 г. международная обстановка резко изменилась. Нападение гитлеровской Германии на Советский Союз и начало Великой Отечественной войны советского народа привело к образованию антифашистской коалиции. Освободительный характер второй мировой войны резко усилился. Советский Союз, который подвергся нападению гитлеровской Германии, повел Великую Отечественную войну против фашистских захватчиков.
Великая Отечественная война, которую повели народы СССР против фашистских государств, не могла не таить в себе и перспективу будущего поражения также и японских империалистов. Победы Советской Армии над главной силой фашистского блока — гитлеровской Германией — приближали и сроки освобождения Китая от японских оккупантов.
Еще не находясь в войне с Японией, Советский Союз был на деле единственным и надежным союзником Китая в его освободительной войне. В 1938 г. в боях у озера Хасан и в 1939 г. на реке Халхин-Гол Советский Союз разгромил японских захватчиков. Японские империалисты сосредоточили на границе с СССР и МНР огромную Квантунскую армию за счет отправки ее на фронт против Китая.
Советский Союз сковывал крупные силы японской армии и этим оказывал огромную помощь китайскому народу во время его войны с Японией.
Империалистические же державы продолжали идти по пути сговора с Японией. Особенно опасной попыткой такого сговора с агрессором были переговоры между государственным секретарем США Хэллом и японским послом в США адмиралом Номура, происходившие в 1941 г., накануне войны на Тихом океане.
Правительство США предлагало тогда японцам свои услуги, чтобы заставить Китай прекратить сопротивление и принудить его к капитуляции перед Японией. США фактически готовы были признать захват Японией Маньчжурии и соглашались с тем, чтобы Япония держала свои войска в Китае «для защиты от коммунистической опасности».
Американские империалисты надеялись, что такой ценой им удастся руками японской военщины развязать войну против Советского Союза. С другой стороны, они рассчитывали, что Япония покончит с освободительным движением в Китае. Эти расчеты не оправдались.
В декабре 1941 г. нападением японского флота на американскую военно-морскую базу Пирл-Харбор началась война на Тихом океане. Это событие не могло не изменить положение на 345


Дальнем Востоке. Объективно получилось так, что США и Англия оказались в одном лагере с Китаем против Японии.
Характерно, что лишь после начала войны США и Англии против Японии гоминьдановское правительство решилось объявить ей войну.
С 1937 по 1941 г., несмотря на то, что война уже велась, гоминьдан все же формально войну Японии не объявлял, оставляя открытыми двери для переговоров. Лишь после того как в войну с Японией вступили США и Англия, гоминьдановское правительство рискнуло пойти на этот шаг. Многие годы гоминьдановское правительство не отзывало также и своего посла из Японии. Все это говорит о том, что гоминьдан надеялся договориться с японскими империалистами, несмотря на начатую ими захватническую войну против Китая.
Однако клика Чан Кай-ши и после начала тихоокеанской войны активной борьбы против японских агрессоров не вела. Формально гоминьдановское правительство присоединилось к антифашистской коалиции, но на деле чем дальше, тем больше склонялось к миру с Японией.
Японцы в это время фактически совсем прекратили военные действия против гоминьдановских войск, а основные свои силы бросали против 8-й и 4-й национально-революционных армий и партизан. Этим японские империалисты очищали себе тыл, готовили плацдарм для нападения на Советский Союз.
Известно, что когда в октябре — ноябре 1941 г. гитлеровская армия подходила к Москве, японцы должны были напасть на советский Дальний Восток. Для этого все у них было готово. Однако разгром гитлеровцев под Москвой остановил Японию.
Мешала японским империалистам также и героическая борьба китайского народа. Китайский народ своей войной против японских захватчиков оказал большую поддержку Советскому Союзу. То обстоятельство, что во время всех лет Отечественной войны Советского Союза против немецко-фашистских захватчиков японские империалисты не осмелились двинуть свою армию, расположенную в Маньчжурии, против советского Дальнего Востока, во многом объяснялось самоотверженной борьбой китайского народа, который сковывал силы японского империализма.
Основные силы японской армии были направлены против 8-й и 4-й армий и партизан. Именно потому 1941 —1942 гг. были для национально-революционных армий и партизан особенно тяжелым, трудным периодом. Японские карательные экспедиции «по очистке тыла» достигли тогда огромного размера. В результате того, что Япония направила почти все свои силы против национально-революционных армий и партизанских частей, территория освобожденных районов в это время уменьшилась. Однако население этих районов продолжало оказывать японцам героическое сопротивление. По призыву ЦК китайской компартии народ освобожденных районов героически защищал свои территории, свои 346


земли. Крестьяне закладывали на дорогах и полях мины. Корпуса таких мин делались нередко, ввиду отсутствия металла, из каменной глыбы. По виду их нельзя было отличить от камня. Крестьяне нередко применяли самодельные пушки, сделанные из бревна, опутанного металлической проволокой, чтобы его не разорвало при выстреле.
Крестьяне повели против японских захватчиков так называемую «тоннельную войну». Крестьяне рыли под землей туннели, и эти туннели соединяли между собой много деревень. Имелись туннели, соединявшие сотни деревень. Население пряталось в них от японцев, загоняло туда свой скот, уносило туда имущество, запасы воды и продовольствия.
В китайском фильме «Великая победа китайского народа», демонстрировавшемся в Советском Союзе, показаны эти туннели. Там видно, как партизаны входят в туннель в одном уезде, а затем неожиданно появляются и выступают против японцев в других местах. Выходя из таких туннелей, партизаны совершали свои смелые вылазки против японских захватчиков. Они мужественно отбивали атаки японцев, а в 1943 г. сами перешли в частичное наступление. Начавшееся в 1943 г. частичное наступление китайских народных армий и партизан связано с историческим переломом на фронтах Великой Отечественной войны советского народа. Сталинградская битва имела гигантское значение и для борьбы китайского народа.
Если на территориях освобожденных районов шла руководимая КПК мужественная борьба против японских захватчиков, то иначе обстояло дело на территориях, контролируемых гоминьдановским правительством. На гоминьдановской территории крупный компрадорский капитал полностью сблокировался с иностранными, главным образом американскими, монополиями, а также с полуфеодальными помещиками. Этот крупный капитал, который контролировал политическую жизнь на гоминьдановских территориях, еще теснее сросся в годы войны и с государственным и партийным гоминьдановским, аппаратом. Он превратился в государственный, монополистический так называемый «бюрократический капитал».
Верхушка чунцинского правительства и гоминьдана являлась представителем этого «бюрократического капитала». Этот капитал персонифицировался в так называемых «четырех семействах». Капитал этих «четырех семейств» составлял к концу войны около 20 млрд, американских долларов. Этот «бюрократический капитал» не являлся национальным капиталом, ибо он являлся всего лишь младшим партнером американских монополий; он был экономическим и политическим агентом американского империализма.
Одно из этих «четырех семейств» возглавлял потомок шан- сийских ростовщиков банкир Кун Сян-си, женатый на старшей сестре жены Чан Кай-ши.
347


Кун Сян-сй был связан через жену с американским капиталом, а через своих родственников из Шаньси — с японским капиталом. Другое семейство возглавлял буржуазный делец Сунь Цзы-вэнь, шурин Чан Кай-ши, получивший образование в США.
Этот американизированный китаец занимал крупнейшие посты в правительстве Чан Кай-ши.
Третье семейство возглавляли два брата — Чэнь Ли-фу и Чэнь Го-фу. Чэнь Ли-фу был главой гоминьдановской разведки, что не мешало ему изображать из себя философа. Он проповедовал так называемое учение о «новой жизни». Вся преступная гоминьдановская камарилья поклонялась этому «учению», призывавшему к конфуцианству, возвращению к средневековью и мракобесию.
Вся эта банда руководилась четвертым семейством — Чан Кай-ши и его жены Сун Мэй-лин. Сун Мэй-лин также воспитанница американских вузов. Сам Чан Кай-ши, являясь диктатором Китая, держал в своих руках армию, разведку и гоминьдан. На словах он был за сопротивление Японии, а на деле планомерно готовил капитуляцию перед Японией, а главное, развертывал борьбу против китайской демократии.
В начале 1942 г., когда в ходе начавшейся тихоокеанской войны японцы одерживали победы над американцами, капитулянтские настроения в гоминьдане еще больше усилились.
В марте 1942 г., в самые тяжелые времена для китайского народа, когда Освобожденные районы, руководимые коммунистами, самоотверженно защищали независимость страны, когда рабочие, крестьяне, ремесленники рыли туннели под землей, готовили самодельные мины и защищали каждую пядь китайской земли, Чан Кай-ши вновь был близок к тому, чтобы заключить сепаратный мир с Японией.
В марте 1942 г. в провинцию Гуаней прибыл японский разведчик Курода. Губернатор этой провинции обратился за указаниями к Чан Кай-ши. Чан Кай-ши в ответ дал инструкцию вступить с Курода в тайные переговоры. В 1943 г. Курода прибыл в Чунцин и был принят самим Чан Кай-ши.
13 мая 1943 г. в Чунцин прибыл изменник У Кай-сянь, бывший заместитель заведующего организационным отделом ЦК гоминьдана, который в начале 1942 г. сбежал из Чунцина и перешел на сторону японцев. Перед тем как отправиться к Чан Кай-ши У Кай-сянь имел беседу с генерал-майором штаба японских войск Кабаяси, который поручил ему поехать к Чан Кай-ши и начать переговоры о мире. Сразу же после прибытия У Кай- синя в Чунцин Чан Кай-ши лично его принял и вступил с ним в переговоры.
Однако коренной перелом в ходе второй мировой войны, происшедший в результате исторических побед Советской Армии, и прежде всего великая Сталинградская битва сорвали все эти попытки сговора японцев с Чан Кай-ши.
348


И. В. Сталин, подводя 6 ноября 1943 г. итоги году коренного перелома в ходе войны, говорил: «истекший год был переломным не только в Отечественной войне Советского Союза, но и во всей мировой войне... Результаты и последствия побед Красной Армии далеко вышли за пределы советско-германского фронта, изменили всё дальнейшее течение мировой войны и приобрели крупное международное значение» Ч
Международная обстановка резко изменилась после великих побед Советской Армии. Из фашистского блока вскоре выпала Италия. Советская Армия, продолжая свое наступление дальше на запад, одерживала все новые и новые победы. В начале 1945 г. она вступила уже на территорию Германии.
Другим обстоятельством, помимо коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны, которое сорвало переговоры Чан Кай-ши с японцами, был переход 8-й и Новой 4-й армий и партизанских частей в частичное наступление на японские войска.
Таким образом, в результате двух факторов: побед Советской Армии на советско-германском фронте и наступления, начавшегося на фронтах национально-революционных армий в Китае, гоминьдановское правительство вынуждено было, хотя бы формально, оставаться в состоянии войны с Японией.
Однако на фронтах тихоокеанской войны главные силы японской армии не были еще не только побеждены, но даже сколько- нибудь существенно затронуты американскими силами.
Разбить главные силы японской армии можно было на территории самой Японии либо в Китае. Однако американское командование не собиралось в то время переносить военные действия на территорию Китая или Японии.
Что касается Японии, то последняя, торопясь поскорее покончить с войной в Китае и видя, что благодаря изменившейся международной обстановке мирные переговоры с Чан Кай-ши затягиваются, начала в апреле 1944 г. большое наступление против вконец разложившихся и дезорганизованных гоминьдановских войск.
Целью этого наступления было быстрее заставить гоминьдановское правительство принять условия мира.
Несмотря на переброску в связи с этим наступлением части японских войск против гоминьдановских армий, все же главные силы японской армии и в 1944 г. продолжали действовать против национально-революционных армий и партизан.
Однако и небольшого количества японских армий, брошенных против гоминьдановских войск, было достаточно, чтобы нанести гоминьдановским армиям серьезное поражение. Японские войска в провинции Хэнань обратили в бегство гоминьдановские армии. Затем японцы, развивая свое наступление на юг, заняли главный
1 И. Сталин, О Великой Отечественной войне Советского Союза, изд. 5, 1951, стр. 121. 349


город провинции Хунань Чанша. В результате занятия Чанша японцы открыли для себя железнодорожный путь из Северного Китая на юге до самого Кантона. Следовательно, проходящая через всю страну железная дорога от Пекина до Кантона оказалась в их руках. Густо населенные и экономически развитые провинции Китая были отрезаны от Чунцина — тогдашней столицы гоминьдановского Китая.
Гоминьдановские войска терпели поражение за поражением. Их генералы сдавались в плен, переходили на сторону врагов.
Чан Кай-ши и его генеральный штаб в это время, вместо организации отпора японской армии, занимались тем, что припрятывали оружие для будущей войны против демократических сил, которую они не переставали готовить.
Гоминьдановские власти жестоко угнетали народ. Правительство увеличивало налоги, устанавливало всевозможные поборы, проводило бесчисленные реквизиции и т. д. Во много раз усилилась эксплуатация рабочего класса. В ответ на это в Китае начались массовые народные выступления. Возмущение гоминьдановской политикой в народе нарастало. Гоминьдановское правительство оказалось между двух огней. С одной стороны, ему угрожало начатое новое наступление японских армий, которые в декабре 1944 г. уже вступили в провинцию Гуйчжоу, и гоминьдановская столица Чунцин оказалась в полукольце, а с другой стороны, гоминьдановские правители видели, что в стране назревает такая обстановка, при которой народные массы близки ко всеобщему выступлению против диктатуры гоминьдана.
Разгром японскими войсками гоминьдановских армий в 1944 г. показал китайскому народу всю глубину банкротства гоминьдана. Коррупция, взяточничество в правительственном аппарате, армии и в самом гоминьдане достигли в это время своего апогея. Даже американские буржуазные корреспонденты вынуждены были в то время писать о безобразиях, которые творятся в гоминьдановском Китае: «гоминьдановская армия не желает воевать с Японией, гоминьдановские офицеры вместо того, чтобы идти на фронт, открывают в тылу магазины и лавки и занимаются торговлей».
В стране растет невероятная спекуляция. На черной бирже можно купить даже американские «виллисы»,—вот одно из многих тогдашних сообщений иностранных буржуазных корреспондентов.
В ряде иностранных иллюстрированных журналов того времени были помещены снимки, показывающие, как в гоминьдановском Китае проходят мобилизации крестьян в армию. По 10— 15 молодых крестьян связывали и на веревке вели на призывные пункты. Так проходила мобилизация в гоминьдановском Китае.
События 1944 г. показали китайскому народу и всему миру глубокое морально-политическое банкротство гоминьдановской власти. Перед лицом нового японского наступления еще ярче обнаружилось полное нежелание гоминьдана защищать страну, охранять ее независимость.
350


Однако Китай не погиб.
Японскому наступлению противостоял сам народ во главе с коммунистической партией.
Сам китайский народ позаботился о своей судьбе.
Борьба в освобожденных районах, в партизанских базах поднялась в это время на новую ступень. Во всех провинциях, куда вступали японские войска, возникали новые партизанские районы.
К апрелю 1945 г. в Китае существовало 19 крупных освобожденных районов. Общее количество населения, жившее на территории этих районов, превышало 100 млн. человек.
Таким образом, уже во время японо-китайской войны имелось два Китая. Китай гоминьдановский, реакционный, и Китай народный, демократический.
В гоминьдановских районах ненависть народа по отношению к изменникам и предателям росла все больше и больше. Все чаще и чаще вспыхивали народные аптигоминьдановские восстания. Гоминьдан уже не мог управлять старыми средствами и вынужден был заговорить о каких-то «реформах». Гоминьдановские власти разрешили иностранным корреспондентам посетить освобожденные районы, что прежде не разрешалось. Кроме того, гоминьдан согласился вступить в переговоры с компартией.
В начавшихся переговорах между компартией и гоминьданом коммунисты выдвинули требование немедленного создания коалиционного правительства, которое включало бы в свой состав не только представителей гоминьдана, но и компартии и других демократических партий и групп, а также беспартийных общественных деятелей.
Антинациональная, предательская политика клики «четырех семейств» привела к еще более глубокому обострению противоречий между национальной буржуазией и крупной компрадорской буржуазией, что создавало для пролетариата условия для укрепления единого фронта. Отход значительных групп национальной буржуазии от Чан Кай-ши, создание и деятельность «Демократической лиги» и других организаций, которые начинали критиковать, хотя бы и с либеральных позиций, чанкайшистский режим и требовать создания коалиционного правительства, —это характерный процесс в истории Китая тех лет.
В апреле 1945 г. в Яньане, незадолго до окончания второй мировой войны, открылся VII съезд КПК.
Центральными вопросами на этом съезде были: доведение освободительной войны против Японии до победоносного конца и создание в Китае коалиционного демократического правительства. В своем докладе «О коалиционном правительстве» Мао Цзэ-дун обосновал требование коммунистической партии, дал анализ всей освободительной войны; говорил о значении единого фронта рабочих, крестьян, городской мелкой буржуазии и национальной буржуазии.
351


Заканчивая доклад, Мао Цзэ-дун сказал: «Опыт трех революций и в особенности опыт войны против японских захватчиков, убедил нас и весь китайский народ в том, что без усилий Коммунистической партии Китая, без китайских коммунистов, как станового хребта китайского народа, невозможно добиться независимости и освобождения Китая...» !. Он говорил, что близок день, когда родится новодемократический Китай.
Мао Цзэ-дун подчеркнул, что руководить единым фронтом, как показала история, может лишь пролетариат и коммунистическая партия. Только пролетариат может повести за собой крестьянство, мелкую городскую буржуазию и недовольную политикой «четырех семейств» национальную буржуазию.
Обстановка в Китае к 1945 г. была такова, что правительство Чан Кай-ши вынуждено было либо принять требования коммунистов, либо оно было бы сметено народом. Однако гоминьдановскую реакцию спасло тогда вмешательство США.
Если раньше, до 1945 г., США не высаживали свои войска в Китае, не открывали фронта на материке, то теперь в обстановке 1945 г. они уже стали приступать к высадке американских войск. Однако они это начали делать не столько для борьбы с Японией, сколько для того, чтобы помочь гоминьдану расправиться с народными массами Китая.
Еще в 1944 г. в Китай прибыли американские генералы Хэрли и Ведемейер — представители наиболее экспансионистских кругов монополистического капитала США. Хэрли ставил перед собой задачу подготовить гоминьдан к разгрому демократических сил. Он прибыл в Китай не столько для того, чтобы помочь Китаю в борьбе с Японией, сколько для того, чтобы превратить Китай в колонию США и в плацдарм для нападения на СССР. Для этого же сперва надо было разгромить силы китайской демократии.
США в течение первых лет антияпонской войны по существу не помогали Китаю, а та помощь оружием, которая шла, направлялась не столько против Японии, сколько накапливалась гоминьданом для борьбы с коммунистами. С середины 1944 г. в Китай хлынули американские советники; разведчики, моряки, летчики. Гоминьдановские войска обучались американскими инструкторами. В результате участились нападения на Новую 4-ю и 8-ю национально-освободительные армии и на партизанские отряды. Китай вползал в новую внутреннюю гражданскую войну, которая развязывалась американскими империалистами.
Третий этап войны. В мае 1945 г. Советская Армия заняла Берлин. Германия капитулировала. Война в Европе была окончена. Через три месяца после окончания войны в Европе СССР выступил на помощь Китаю.
Героическая Советская Армия разгромила японскую так называемую Квантунскую армию. Сухопутные силы Японии были разбиты. В плен было взято более 594 тысяч японских солдат,
1 М а о Ц з э-д у н, Избранные произведения, т. 4, стр. 572.
352


148 генералов. Вся Маньчжурия (Дунбэй) и часть провинции Чахар были освобождены силами Советской Армии. Советским войскам помогли и части МНР.
Маньчжурия, которая была захвачена японцами еще в 1931 г. и превращена в японскую колонию, была возвращена Китаю.
В этот исторический момент, когда Советская Армия наносила Японии решающий удар, гоминьдановское правительство не сделало ничего, чтобы помочь Советской Армии.
Противоположной была политика компартии Китая. 8-я и Новая 4-я армии, партизанские отряды, которые несли на себе всю тяжесть войны против Японии, приняли активнейшее участие в окончательном разгроме японских захватчиков.
10 августа 8-я и Новая 4-я армии перешли в генеральное наступление против японцев. В то время, когда Советская Армия вступила в Маньчжурию, эти армии, руководимые коммунистами, развернув наступление, одержали громадную победу: они освободили от японских оккупантов почти все территорию Северного Китая и значительную часть Центрального Китая. 8-я армия заняла более 150 городов — Калган, Чифу, Вэлхайвэй и др. Части 8-й армии подошли к стенам Пекина, к Тяньцзиню, Новая 4-я армия развернула свои бои в Восточном Китае и вплотную подошла к Шанхаю. В городе 25 августа произошло народное восстание. Делегации фабрик и заводов выходили навстречу народным войскам.
Вся территория, захваченная у Китая японцами, могла бы быть освобождена силами 4-й и 8-й армий, если бы не вмешательство США, которые именно в этот момент стали реализовывать свой давний план захвата Китая.
Американские империалисты больше всего боялись, как бы во всей освобожденной от японцев части Китая не установилась народно-демократическая власть, как бы такие города, как Шанхай, Пекин и другие, не были бы заняты коммунистами. США рассматривали Китай как свою колонию, как плацдарм для будущей войны против Советского Союза, а китайский народ как пушечное мясо для этой войны. За превращение Китая в колонию США стоял и продажный антинародный гоминьдан.
Американские империалисты приняли все меры к тому, чтобы захватить под свой контроль все важнейшие города и коммуникации Китая и тем помочь гоминьдану, который не смог бы сам, без помощи американцев, занять эти города. Поэтому американскими империалистами была организована переброска и высадка гоминьдановских и американских войск в Пекин, Тяньцзинь, Шанхай и другие важнейшие города.
В итоге получилось, что все ключевые позиции на территории, ранее оккупированной японцами, перешли под контроль американцев, а затем при их помощи к гоминьдановцам. Это, а также крупная финансовая и военная помощь, оказанная США гоминьдану, отдалило час полного освобождения Китая от гоминьдановской реакции на несколько лет.
23 Зак. 554
353


ТРЕТЬЯ ГРАЖДАНСКАЯ РЕВОЛЮЦИОННАЯ ВОИНА (1945—1949)
Японский империализм, в течение десятилетий эксплуатировавший и угнетавший Китай, был поставлен на колени. Китай оказался среди держав-победительниц. 2 сентября 1945 г., когда японские милитаристы подписали акт о безоговорочной капитуляции, китайский генерал, вместе с представителями других держав, принял капитуляцию Японии. Международное положение Китая значительно укрепилось. Этому способствовал такой важнейший факт, как заключение 14 августа 1945 г. договора о дружбе и союзе между Китайской республикой и СССР.
Однако перед китайским народом во весь рост стоял вопрос, как жить дальше, как устраивать свою жизнь после победы?
Переговоры компартии с гоминьданом. Сразу же после окончания войны в Китае начались переговоры между коммунистической партией и гоминьданом.
28 августа 1945 г. в Чунцин приехал Мао Цзэ-дун. Еще до его прибытия в Чунцин — 25 августа — коммунистическая партия выпустила декларацию, в которой требовала, чтобы гоминьдановское правительство признало власть, существующую в районах, контролируемых 8-й и Новой 4-й армиями. В декларации говорилось о том, чтобы правительство предоставило этим армиям право приема оружия от капитулирующих японских войск. Коммунистическая партия требовала полной легализации политических партий, гражданских свобод, созыва межпартийной конференции для сформирования коалиционного демократического правительства, созыва Национального собрания на основе всеобщих и свободных выборов для выработки и принятия демократической конституции.
Переговоры в Чунцине закончились 11 октября 1945 г. Решено было передать нерешенные вопросы на рассмотрение нового 354


органа, который постановлено было создать. Этот орган был назван Политическим консультативным советом. Не договорившись по основным вопросам, стороны согласились создать такую организацию, которой бы были переданы все эти спорные вопросы.
Мао Цзэ-дун вернулся в Яньань.
Однако позже стало известно, что еще до начала чунцинских переговоров, 23 августа 1945 г., начальник генерального штаба Чан Кай-ши предатель Хэ Ин-цинь издал приказ о том, что японское командование несет ответственность за «порядок» в районах, где находятся «незаконные» вооруженные силы. В этом приказе японцам запрещалось сдавать оружие 8-й и 4-й армиям.
В первые дни октября 1945 г., когда в Чунцине еще шли переговоры, в стране уже начиналась гражданская война.
После капитуляции Японии гоминьдановское правительство, совместно с американскими империалистами, начало проводить в жизнь свои давнишние планы разгрома и уничтожения коммунистической партии и ее вооруженных сил.
В октябре в военных действиях между гоминьдановскими войсками и 8-й и 4-й армиями уже участвовало около 1 млн. человек с обеих сторон. Бои происходили вдоль Пекин-Суйюаньской, Пекин-Мукденской, Лунхайской железных дорог, в провинциях Жэхэ, Суйюань, Хэбэй, Шаньдун и др.
С запада на 8-ю армию были брошены суйюаньские войска, а с востока (со стороны провинции Шаньдун) наступали войска гоминьдановского генерала Ху Цзун-наня. 8-я армия была почти окружена, но, несмотря на это, китайской реакции не удалось ее уничтожить. Наоборот, иногда целые соединения гоминьдановских войск переходили на сторону 8-й армии.
Китайская реакция не смогла в открытом бою уничтожить 8-ю и 4-ю армии.
27 ноября 1945 г. посол США Хэрли — открытый поджигатель гражданской войны в Китае, который думал, что называется, «сходу» уничтожить демократические силы Китая, — был отозван, и в Китай был назначен бывший начальник штаба американской армии Маршалл, который должен был несколько иными методами выполнить то, что не удалось его предшественнику Хэрли. Другими словами, Маршалл должен был более тщательно подготовиться к походу против демократических сил Китая. А для этого требовалось время и нужна была некоторая маскировка.
В конце ноября 1945 г. выступили против гражданской войны студенты юго-западных провинций Китая. 1 декабря в Куньмине студенты организовали демонстрацию. Они требовали прекращения гражданской войны, установления мира и демократических свобод. Не страшась кровавых расправ, они смело выступили в поддержку коммунистической партии. Гоминьдановские войска стреляли в куньминских студентов. Были произведены многочисленные избиения, аресты и расстрелы. Кровавый «куньминский инцидент» поднял бурю возмущения во всем Китае.
355


Начавшаяся гражданская война в Китае заставила собравшееся в декабре 1945 г. в Москве совещание министров иностранных дел СССР, США и Англии по инициативе СССР коснуться и китайских событий. В решениях совещания по Китаю было сказано, что необходимо ликвидировать военные действия внутри Китая и создать там правительство, включающее, помимо членов гоминьдана, и представителей других демократических элементов.
27 декабря 1945 г. в Китае начались новые переговоры между гоминьданом и компартией. В Чунцин приехал для переговоров Чжоу Энь-лай. Эти переговоры закончились 10 января 1946 г. соглашением о прекращении военных действий. Было выпущено совместное коммюнике о немедленном прекращении гражданской войны, о восстановлении средств сообщения и о запрещении, за исключением особых случаев, переброски военных сил.
Для реализации решения о прекращении военных действий в Пекине был создан специальный штаб из представителей гоминьдановского правительства, коммунистической партии и миссии США.
Вслед за этим соглашением в тот же день 10 января 1946 г. открылась первая сессия Политического консультативного совета. На открытии ее выступал Чан Кай-ши. В своей лицемерной речи он обещал даровать стране демократические свободы, освободить политических заключенных и т. д.
Политический консультативный совет состоял из 39 делегатов, из которых 9 представляли гоминьдан, 7 были посланы коммунистами, 2 — «Демократической лигой», 2 — от «Ассоциации национального спасения» и несколько представителей от небольших политических групп и организаций, а также беспартийные деятели.
Состав Политического консультативного совета отражал наличие в Китае в то время трех политических лагерей.
Помимо представителей революционного лагеря в лице компартии и реакционного лагеря в лице гоминьдана, в Китае имелся еще и так называемый промежуточный лагерь, в основном выражавший интересы национальной буржуазии и либеральных помещиков, представителем которого была «Демократическая лига». Общественные слои этого лагеря верили в возможность какого-то «третьего пути» развития Китая. Промежуточные социальные слои не уяснили еще, что в Китае может восторжествовать либо подлинная демократия, либо реакционная гоминьдановская диктатура.
На сессии Политического консультативного совета коммунисты выступили с проектом соглашения. В этом проекте говорилось о необходимости реорганизовать правительство, освободить его от руководства одной партии и создать коалиционное демократическое правительство. Проект предлагал выработать демократическую конституцию и созвать Национальное собрание.
31 января 1946 г. сессия закрылась. Политическим консультативным советом были приняты решения о реорганизации пра356


вительства, по военным вопросам, о проекте конституции и о новом Национальном собрании.
Соглашение о реорганизации правительства предусматривало расширение существовавшего в Китае Государственного совета. Государственный совет должен был стать главным правительственным органом и состоять теперь из 40 советников — 20 от гоминьдана и 20 от других партий и беспартийных. Согласно этому решению Чан Кай-ши оставался главой государства, но Государственный совет мог 3А голосов отклонить вето Чан Кай-ши. Далее указывалось, что министрами могут быть не только гоминьда- новцы, но и коммунисты. Другими словами, соглашение говорило о создании Временного коалиционного правительства в лице Государственного совета.
В соглашении по военным вопросам указывалось, что армия принадлежит государству и должна быть независимой от политических партий. Военный совет подлежал превращению в военное министерство, а последнее должно было находиться не при ЦИК гоминьдана, как было раньше, а в составе кабинета министров, подчиненного Государственному совету.
В дополнение к этим решениям несколько позже было подписано соглашение между Чжоу Энь-лаем (от компартии) и генералом Чжан Чжи-чжуном (от гоминьдана), а также послом США в Китае Маршаллом о самой технике реорганизации армии.
Для разработки проекта новой конституции Политический консультативный совет создал комиссию в составе 25 человек. Он же принял решение и о Национальном собрании.
На заключительном заседании 31 января 1946 г. вновь выступил Чан Кай-ши. Поздравив участников с успешным завершением переговоров, этот двурушник лицемерно заявил: «Отныне гоминьдан отказывается от однопартийной системы, наступило время демократии». Затем выступил Чжоу Энь-лай. Он отметил, что все резолюции приняты единогласно, в духе компромиссных решений. И несмотря на то, что резолюции компромиссные, коммунистическая партия готова бороться за их проведение в жизнь.
Демократическая общественность Китая и друзья Китая во всем мире приветствовали это соглашение.
Однако все дело заключалось в том, будут ли эти решения проведены в жизнь?
Если демократические круги приветствовали решения Политического консультативного совета, то реакционные силы встретили их враждебно и повели против них борьбу.
Еще во время сессии, 26 января, «Особая служба» (гоминьдановская полиция) нагло произвела обыск на квартире двух делегатов сессии, членов «Демократической лиги». 10 февраля был разогнан митинг, созванный в Чунцине руководством Политического консультативного совета в ознаменование успешного окончания сессии. Митинг был разогнан той же «Особой служ- 357


•бой», причем полицейские избивали ораторов и в том числе даже члена президиума митинга, известного китайского ученого и писателя Го Мо-жо.
Действия гоминьдановцев на второй день после соглашения указывали на то, что они демонстративно выступают против решений Политического консультативного совета, что они стремятся сорвать эти решения.
Их поведение вместе с тем свидетельствовало о том, что цель гоминьдановской реакции и американских «посредников» во время переговоров заключалась в маскировке подготовлявшейся войны против демократических сил Китая.
1 марта 1946 г. открылся пленум Центрального исполнительного комитета гоминьдана. Этот высший партийный орган гоминьдана принял такие резолюции, которые свели на нет все решения Политического консультативного совета и показали, каким подлым обманом являлось признание со стороны Чан Кай-ши и его клики этих решений. Вопреки решениям, принятым Политическим консультативным советом, пленум постановил, чтобы члены Государственного совета от других партий предварительно утверждались ЦИКом гоминьдана.
Пленум принял решение о восстановлении Центрального политического совета гоминьдана (органа, который направлял и контролировал всю деятельность правительства). В разрыв с решением Политического консультативного совета, что Государственный совет будет высшим органом власти и что он будет состоять из представителей различных политических партий, пленум ЦИК гоминьдана еще больше укреплял диктатуру гоминьдана. Вместо того чтобы перейти к Государственному совету, власть еще больше сосредоточивалась в руках Центрального политического совета гоминьдана.
От имени коммунистической партии Чжоу Энь-лай тогда прямо заявил, что «Пленум ЦИК гоминьдана своими решениями аннулирует резолюции Политического консультативного совета».
Гоминьдан хотел во что бы то ни стало сохранить свою диктатуру.
Переговоры с гоминьданом помогали Коммунистической партии Китая разоблачить в глазах народных масс антинародную политику гоминьдана. Переговоры давали народным массам, а также самым широким кругам общественности Китая возможность на опыте убедиться в антинародной политике гоминьдана и в том, что в противоположность гоминьдану коммунистическая партия стоит за внутренний мир и подлинную демократию. Таким образом вступая в переговоры, Коммунистическая партия Китая следовала одному из тактических принципов ленинизма, заключающемуся в том, что «...одной пропаганды, одной агитации малонужен собственный политический опыт масс» Ч
1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 31, стр. 73.
358


После мартовского пленума ЦИК гоминьдана все силы китайской реакции перешли в наступление. Они восприняли решение пленума как сигнал к открытому походу против демократии. В частности выявилось желание сохранить японские военные силы в Китае. Так, начальник генерального штаба Хэ Ин-цинь назначил бывшего командующего японской армией в Китае генерала Окамура начальником по связи китайского штаба с японскими солдатами и офицерами «для передачи распоряжений китайского командования». Саботировалось разоружение японских войск, больше того, их использовали для «наведения порядка» в Китае. Саботировалось также и разоружение войск бывших марионеточных правительств, созданных японцами. Отправка капитулировавших японских войск в концентрационные лагери шла очень медленно. Таким образом, взят был курс на сохранение кадров японской армии, а также войск бывших марионеточных «правительств».
Ободренные такой политикой, японские империалисты и их агенты начали приходить в себя. Создался ряд тайных и открытых фашистских объединений. Образовалась так называемая «Ассоциация радикальной молодёжи партии великой Азии», организация явно фашистского типа. В Шанхае возникла даже нацистская подпольная организация «Вервольф» («Оборотень»).
.В своей политике китайская реакция все время пользовалась всесторонней поддержкой Соединенных Штатов Америки.
Политика американских империалистов в Китае. США после окончания тихоокеанской войны во много раз усилили свою экспансию в Китае. Если в 1936 г. доля США во всем ввозе в Китай доставляла 17%, то в 1946 г. доля США возросла на 63%. Капиталовложения США в Китае до войны равнялись 340 млн. американских долларов, а после войны они составляли сумму в 3 млрд. 400 млн. американских долларов (включая займы за годы войны и поставки по ленд-лизу). Соответственно сильно упало экономическое влияние других империалистических держав —Англии, Японии и т. д.
Американские монополии были тесно связаны с господствующей кликой гоминьдановской реакции — «четырьмя семействами». Захватившие в свои руки важнейшие отрасли экономики Китая, «четыре семейства» во главе с Чан Кай-ши являлись открытой агентурой американского империализма, без помощи которого они не рассчитывали справиться с демократическими силами Китая.
4 ноября 1946 г. США подписали с гоминьдановским правительством договор «О дружбе, торговле и мореплавании». Он фактически явился для Китая не чем иным, как новым неравноправным договором. На основании его американский капитал получал монопольные права в деле эксплуатации Китая. Кроме того, американский военный флот обеспечил себя важнейшими военно-морскими базами в Китае.
35$


Введенные в Китай американские войска не думали оттуда уходить. Реакционная агентура США — Чан Кай-ши и его клика — была прямо заинтересована в пребывании американских войск и ждала от них помощи в войне против китайского народа. По сведениям китайской печати, численность этих войск осенью 1947 г. превышала 113 000 человек. В одном только порту Циндао (провинция Шаньдун) стояло свыше 50 военных судов из 7-го американского флота.
Американская военщина вела себя в Китае, как в завоеванной стране.
Вот как описывал поведение американских солдат один из многочисленных свидетелей их насилий и издевательств над китайцами:
«На Сеймур-роуд (в Шанхае) трое американских солдат, спотыкаясь, брели по опустевшей улице. По другой стороне улицы тащил свою коляску, высматривая пассажиров, рикша.
Американцы заметили китайца и начали его задирать. Истощив запас ругательств, они вздумали прокатиться — уселись в коляску, рассчитанную на одного, и приказали рикше везти. Китаец взмолился, доказывая, что не в силах везти троих. Тогда солдаты вылезли, перевернули и сломали коляску. Рикша бросился было бежать, но американцы догнали его и начали бить. Рикша поднял крик. Солдаты отпустили несчастного, но, когда он снова побежал, вслед полетели камни, и китаец упал. Удовлетворенные американцы, горланя песни, отправились дальше.
Я доставил избитого рикшу в больницу. Однако здесь его не хотели принять, пока я не внес вперед деньги за лечение, — таков порядок. Без этого не примут больного даже в самом тяжелом состоянии. Я вспомнил горькую шутку шанхайских бедняков,, которые говорят, что смерть им обходится дороже жизни».
Недаром американское агентство «Ассошиэйтед пресс» сообщало, что «американская армия обнаружила, что в Китае, где имеется большая рождаемость, человеческая жизнь стоит очень дешево». И действительно, американские военные власти установили, например, в 1946 г. в Тяньцзине компенсацию в 100 тысяч юаней за убийство китайца, а за убийство осла — 135 тысяч юаней.
Вооруженные силы США не думали уходить из Китая. Наоборот, с каждым месяцем в Китай прибывали все новые пополнения. Генерал Ведемейер еще 24 ноября 1945 г. откровенно заявил на пресс-конференции в Шанхае: «Мы вооружили 39 китайских дивизий, из которых 20 вооружены полностью, а 19 — на 70—80%».
К лету 1946 г. количество вооруженных и обученных американцами дивизий достигло 45, а к осени 1948 г. 106.
Под предлогом помощи Китаю в интернировании японских войск, а на деле для войны с народными армиями США пере- тали гоминьдановскому правительству суда, самолеты и пр. Летом
860


1946 г. США передали гоминьдановскому правительству 271 военный корабль.
Такая политика американского империализма не могла не вызвать протеста в самих США. Некоторые влиятельные политические деятели, конгрессмены, военные выступили с критикой политики Трумэна в Китае.
Агрессия Соединенных Штатов в Китае стала вызывать беспокойство и в Англии. Некоторые английские политические деятели начали требовать вывода американских войск с китайской территории.
В январе 1946 г. командующий американскойморской пехотой в Китае генерал-майор Рокки цинично заявил, что «задачи американской морской пехоты сейчас значительно расширены; 50 тысяч морских пехотинцев занято охраной железных дорог и угольных шахт».
Генерал Рокки признал даже, что «японские войска оказывают помощь американской пехоте», а командующий всеми американскими войсками в Китае Ведемейер прямо заявил, что он «обязан нести ответственность за переброску гоминьдановских войск в Маньчжурию». Это означало, что гоминьдановские войска перебрасываются против 8-й армии, некоторые части которой еще осенью 1945 г., сражаясь с японцами, вступили в Маньчжурию.
О размерах той помощи, которую оказывало правительство США китайской реакции, говорят следующие цифры: расходы- по ленд-лизу после капитуляции Японии уже в середине 1946 г. составляли более чем 600 млн. американских долларов, а расходы по переброскам гоминьдановских войск — свыше 300 млн. американских долларов. США после войны дали Китаю больше оружия, чем за все 8 лет антияпонской войны.
27 октября 1947 г. было подписано еще одно американо-китайское соглашение «Об оказании США помощи Китаю». В конце-
1947 г. китайская печать сообщала о новом американском военном займе гоминьдановскому правительству в размере Г/г—2 млрд, американских долларов. Такова была политика правительства США и американского военного командования в Китае, политика,, которая всячески поддерживала китайскую реакцию. Последняя, чувствуя эту поддержку, еще больше подняла голову.
Гоминьдан развернул и антисоветскую кампанию. В ряде городов (Чунцине, Шанхае и др.) по указке гоминьдановских властей были устроены демонстрации по поводу того, что Советский Союз якобы не думает выводить свои войска из Дунбэя. Некоторые официальные представители гоминьдановского правительства нагло называли эти явно провокационные демонстрации патриотическими выступлениями. Выпускались фальшивки о будто бы существующем договоре между Советским Союзом и Китайской коммунистической партией. Таким враньем занималась, например, гоминьдановская газета «Минью». Однако, когда Советское правительство начало в объявленные им сроки выводить свои войска из 36L


Дунбэя, само гоминьдановское правительство стало просить об оставлении советских вооруженных сил в Дунбэе «до прихода туда китайских правительственных войск».
После того как к маю 1946 г. Советский Союз вывел все свои войска из Дунбэя, США, желая воспрепятствовать укреплению там демократической власти китайского народа, стали на своих транспортных самолетах и судах спешно перебрасывать в Дунбэй гоминьдановские войска из числа вооруженных, снабженных и обученных ими дивизий.
Первый этап открытой гражданской войны. Весной и летом 1946 г. в Южном Дунбэе (Сыпингай, Чанчунь) развернулись многодневные ожесточенные бои против находившихся в Дунбэе народно-освободительных армий. Одновременно начались сражения и в провинции Цзянсу и Аньхой с частями бывшей Новой 4-й армии \ Таким образом в конце июня — начале июля 1946 г. началась гражданская война в масштабе всей страны.
Решения Политического консультативного совета, окрылившие было надеждами демократические круги Китая, были гоминьданом грубо нарушены. Рёакция стала осуществлять, совместно с американскими империалистами, план разгрома 8-й и Новой 4-й народно-освободительных армий, план похода против китайской демократии.
Начав в стране гражданскую войну, гоминьдановцы в то же время решили провести так называемые «выборы» в Национальное собрание. Однако в условиях разнузданной реакции, когда в стране развернулась гражданская война и свирепствовал террор против демократических организаций, эти «выборы», разумеется, не могли явиться свободным волеизъявлением народа.
В ноябре 1946 г. комедия «выборов» закончилась, и в Нанкине открылось так называемое «Национальное собрание». Демократическая общественность вместе с компартией бойкотировала выборы и не участвовала в этом фальсифицированном «Национальном собрании».
«Национальное^ собрание» приняло «Конституцию», которая должна была вступить в силу через год, т. е. в конце 1947 г. Эта «Конституция» являлась насквозь антидемократической, ничем не отличавшейся от всех прежних гоминьдановских проектов.
Основной целью Конституции являлось наделение «законом» президента Чан Кай-ши диктаторской властью в государстве.
До лета 1947 г. гражданская война в Китае характеризовалась наступлением гоминьдановских армий и в основном стратегической обороной народно-освободительных армий. Соотношение сил было следующее: у гоминьдана имелось свыше 4 млн. солдат, хорошо оснащенных американским оружием, а народно-освободительные армии в то время насчитывали всего 1200 тысяч бойцов.
1 8-я и Новая 4-я народно-революционные армии к этому времени были реорганизованы и получили название народно-освободительных армий.
362


18. Освобожденные районы Китая в начале 3-й гражданской революционной войны.


У народно-освободительной армии не хватало винтовок, почти не было артиллерии, не было ни танков, ни самолетов. Ввиду этого гоминьдан временно одерживал победы, его войска захватывали некоторые города, ранее занимавшиеся народно-освободительными армиями. Ему удалось, например, в октябре 1946 г. занять город Калган, а в марте 1947 г. даже овладеть г. Яньанью. Однако эти временные успехи гоминьдана достигались им в результате огромных и все увеличивавшихся потерь в живой силе и технике, которые несли его вооруженные силы.
Второй этап гражданской войны. С лета 1947 г. обстановка коренным образом изменилась. Народно-освободительная армия, измотав гоминьдановские войска, не только приостановила дальнейшее наступление войск гоминьдана, но, перейдя сначала в наступление на отдельных участках фронта, начала осенью 1947 г. широкое контрнаступление.
Наступление народно-освободительных армий развернулось в южной и юго-западной частях провинции Шаньдун, вдоль Лун- хайской и Пекин-Ханькоуской железных дорог, на севере провинции Цзянсу и в Центральном Китае. Задача этих военных операций, вылившихся в героический прорыв народных армий в районы Центрального Китая, заключалась в перенесении войны в тыл гоминьдана, на его территорию, с целью отвлечь часть гоминьдановских войск от Дунбэя. Этот прорыв был успешным, отдельные части народных армий приближались даже к таким центрам, как Шанхай, Нанкин, Ухань, наводя изрядную панику на гоминьдановскую верхушку.
В результате этого наступления к ноябрю 1947 г. гоминьдановские войска потеряли свыше полумиллиона солдат и офицеров. Народно-освободительные армии захватили огромные трофеи.
В ходе военных действий менялось и соотношение в численности армий. Армия гоминьдана численно уменьшилась, а народно-освободительные силы численно росли. К началу следующего, т. е. 1948 г., численность, например, гоминьдановских войск уменьшилась на 650 тыс. человек, в то время как численность народных армий увеличилась на 1600 тыс. человек.
Осенью 1947 г. началось также весьма успешное наступление Объединенной демократической армии Дунбэя (северо-восточной народно-освободительной армии) главным образом вдоль железной дороги Мукден — Чанчунь, а также в районе Ляонин — Жэхэ — Чахар — Хэбэй.
В итоге этих боев почти вся территория Дунбэя, за исключением отдельных укрепленных городов, была очищена от гоминьдановских войск. Это вскоре вынужден был признать и тогдашний премьер-министр гоминьдановского правительства Чжан Цюнь. 18 октября 1947 г. на заседании Национального политического совета Чжан Цюнь заявил, что «Правительство контролирует только 9% территории Маньчжурии, а 91% находится теперь в руках коммунистов».
364


Экономическое и политическое положение на территории гоминьдановского Китая было невероятно тяжелым. В результате полнейшего экономического хаоса на гоминьдановской территории невероятно росли цены на товары и усиливалась колониальная и полуфеодальная эксплуатация рабочих. О неимоверной хозяйственной разрухе и глубоком экономическом кризисе в гоминьдановском Китае говорят следующие цифры.
В Шанхае в 1941 г. 1 фунт мяса стоил 50 центов, а в 1946 г. 2 тыс. китайских долларов; в 1941 г. 1 фунт хлеба стоил 10 центов, а в 1946 г. — 600 долларов. Цены возросли в 7 тысяч раз. В одной из шанхайских газет был напечатан следующий расчет: «В 1937 г. за 200 китайских долларов можно было купить 2 коровы; в 1941 г. — одну свинью; в 1943 г. — одну курицу; в 1946 г.— одно яйцо, а в октябре 1947 г. за 200 долларов можно было купить только полкоробки спичек. В конце 1946 г. за 1 американский доллар давали 3200 китайских долларов, а в начале 1947 г. за 1 американский доллар давали уже 20 тыс. китайских долларов. В 1948 г. 1 американский доллар стоил уже... 12 млн. китайских долларов». Бюджет гоминьдановского правительства в 1947 г. выражался астрономической цифрой. В 1948 г. эти астрономические цифры выросли еще в несколько раз.
Число китайских фабрик во внутренних провинциях страны за 1945—1946 гг. сократилось с 589 до 144.
Согласно заявлению гоминьдановского министра общественных работ Гу Чжэн-гана, после окончания войны с Японией в одних лишь районах Китая, подвергшихся японской оккупации, насчитывалось 6 млн. безработных.
На гоминьдановских территориях усиливалось забастовочное движение. В основных промышленных центрах за один только 1946 г. произошло свыше 20 тысяч конфликтов, в которых участвовало 2 млн. рабочих. Бастующие рабочие предъявляли наряду с экономическими требованиями — повышения зарплаты, отмены средневековых условий труда — также и политические требования — вывод из Китая американских войск, прекращение гражданской войны, создание демократического коалиционного правительства. Таковы, например, были лозунги 100-тысячной демонстрации шанхайских рабочих в июле 1946 г., таковы были требования бастующих в Уси, рабочих на заводе пароходной компании «Минь- шэн» в Чунцине и т. д.
Поднялось на борьбу и многомиллионное крестьянство. Крестьянство подвергалось полуфеодальной средневековой эксплуатации помещиками и ростовщическим капиталом; оно было отдано на полный произвол гоминьдановских властей.
Сельское хозяйство в гоминьдановском Китае переживало глубокий кризис. Урожай риса составил всего 67% довоенного, урожай картофеля 66%, пшеницы 60%. Рост налогов и арендной платы, всевозможные реквизиции и сборы продовольствия, 365


лишения арендаторов земли, мобилизации крестьян в армию и на военные стройки во много раз ухудшали и без того невероятно тяжелое положение китайских крестьян.
На территории гоминьдановского Китая повсюду начались крестьянские восстания. В провинции Сычуань в 1947 г. из 113 уездов 87 были охвачены восстаниями. Восстания развернулись и в провинциях Хунань, Гуаней, Гуйчжоу, Гуандун, Чжэцзян, Цзянсу, Аньхой, Шэньси, Сикан и др. По данным китайской газеты «Лянхэваньбао», во всех этих восстаниях участвовало более полумиллиона крестьян. Крестьянская молодежь саботировала набор в гоминьдановскую армию, не являлась на призывные пункты; крестьяне бойкотировали продовольственные поставки государству.
В конце февраля 1947 г. вспыхнуло крупное народное восстание против гоминьдана на Тайване. Это восстание продолжалось свыше 2 недель. До середины марта все важнейшие города Тайваня находились под контролем восставшего против гоминьдана населения. Это восстание было зверски подавлено гоминьдановской военщиной.
Развернулось антигоминьдановское движение среди студенчества и китайской интеллигенции в целом. Весной 1947 г. в Шанхае, Нанкине, Тяньцзине, Пекине, .Ханькоу, Кантоне прокатилась волна студенческих забастовок и демонстраций. В них участвовало свыше 100 тысяч человек. Студенты выступали против империалистической политики США в Китае, к ним присоединились многие группы профессоров Пекинского и других университетов. Виднейшие деятели литературы и искусства во главе с писателями Го Мо-жо и Мао Дунем опубликовали в Шанхае декларацию, в которой говорилось: «Вся китайская земля забрызгана кровью убитых; утром нельзя поручиться за то, что доживешь до вечера».
Главари нанкинского правительства ших эксплуататоров китайского народа, ской войны и после нее Чан Кай-ши министры Сун Цзы-вень и Кун Сян-си, Го-фу и Чэнь Ли-фу монополизировали экономические богатства страны. Пользуясь тем, что они и есть государственная власть, — эти лица путем темных спекулятивных махинаций награбили огромные капиталы. В руки этих «четырех семейств» перешли крупные фабрики и заводы, копи и банки, железные дороги, а также огромные земельные фонды. «Четыре семейства» были также виднейшими представителями ростовщического капитала, и, одновременно владея огромными земельными фондами и будучи крупнейшими помещиками, они были наитеснейшим образом связаны с феодальным и полуфеодальным землевладением.
«Четырем семействам» принадлежали самые большие правительственные банки, контролировавшие более половины банковвыродились в крупней- Еще в годы антияпон- и его родственники — а также братья Чэнь в своих руках основные
366


ского капитала Китая. Они владели командными позициями и в сфере промышленного производства. В промышленности провинции Сычуань почти половина акций принадлежала семейству Чан Кай-ши, а остальные — другим трем семействам. В промышленности провинции Хунань примерно три четверти акций были в руках Кун Сян-си; в провинции Гуйчжоу 68% промышленных акций принадлежали трем «правительственным банкам», которыми владели эти «четыре семейства».
«Четыре семейства» являлись владельцами крупнейших компаний, присвоивших монопольное право на торговлю солью, рисом, хлопком, сахаром, чаем, вольфрамом, оловом, сурьмой и т. д.
Этим же воротилам принадлежало «общество по обработке пустующих земель» и множество других крупнейших сельскохозяйственных земель. В их руках находилось и Центральное ссудное товарищество, а также больше половины ссудных организаций Китая.
«Четыре семейства» захватили в свои руки почти всю печать: они владели центральным информационным агентством, а из 970 газет, выходивших в гоминьдановских районах, им принадлежало 670 газет, а также 10 крупнейших издательств.
«Четыре семейства» не только зверски эксплуатировали трудящиеся массы страны — рабочих и крестьян, но разорял» и угнетали многочисленные слои городской мелкой буржуазии, а также и национальную (в основном среднюю) буржуазию.
В ноябре 1947 г. гоминьдановское правительство, на основании принятой в 1946 г. «конституции», проводило «выборы» в так называемое «Национальное собрание». Китайский народ в своем огромном большинстве бойкотировал эту пародию на выборы. По сообщению корреспондента агентства «Юнайтед пресс» из Шанхая, он опросил наугад 50 человек, принимали ли они участие в голосовании. Обнаружилось, что из опрошенных им людей физического труда в выборах приняло участие менее 10%; из десяти опрошенных учителей, журналистов и адвокатов в голосовании участвовало всего трое. «Выборы» закончились 23 ноября 1947 г. По сведениям иностранных корреспондентов, в них участвовало менее Vs населения страны. Естественно, что судьба «выборов», проводимых в обстановке жесточайшего гоминьдановского террора и гражданской войны, была заранее предопределена в пользу гоминьдана.
Таким образом, выборы в «Национальное собрание» отнюдь не явились волеизъявлением китайского народа, а были прямым издевательством над народом.
Даже в самом гоминьдане не все были довольны такой откровенно реакционной политикой руководства партии и правительства, не всех деятелей гоминьдана устраивала политика
367


США в Китае, превращающая страну в полную колонию американского империализма.
Еще в мае 1947 г. известный гоминьдановский генерал Ли Цзи-шэнь выступил в Гонконге с резким осуждением политики Чан Кай-ши. Маршал Фын Юй-сян в свою очередь открыто обвинял Чан Кай-ши в разжигании гражданской войны и требовал от США прекращения помощи реакционному нанкинскому правительству и вывода американских войск из Китая.
Выступления этих военных и политических деятелей Китая против главарей гоминьдана и нанкинского правительства, несомненно, отражали неблагополучие и внутри самой правящей партии.
Положение на территории демократических районов было коренным образом другое.
К 1948 г. освобожденные демократические районы занимали уже огромную площадь с населением примерно в 200 млн. человек, т. е. более многочисленным, чем население США. На страже этих районов стояла трехмиллионная народно-освободительная армия и несколько миллионов народных ополченцев из местного населения.
4 мая 1946 г. ЦК Коммунистической партии Китая принял важное решение по земельному вопросу. Решено былс вернуться к политике конфискации помещичьей земли, от которой во время войны против Японии временно отказались. В сентябре 1947 г. •состоялась Всекитайская аграрная конференция.
На основе принятых в сентябре 1947 г. Всекитайской аграрной конференцией Основных положений земельного закона, утвержденных ЦК КПК 10 октября того же года, в освобожденных демократических районах стала проводиться земельная реформа.
В результате проведения этого закона в жизнь помещичья земля была конфискована и распределена между крестьянами. То, за что крестьянство Китая столетиями вело борьбу — землю,— крестьяне получили из рук коммунистов. Долгожданную землю получило свыше 100 млн. крестьян и членов их семей.
Вождь Китайской коммунистической партии Мао Цзэ-дун говорил: «... в период войны с Японией, чтобы создать антияпон- <ский фронт с гоминьданом и сплотить всех тех людей, которые тогда еще могли бороться против японских захватчиков, наша партия по собственной инициативе изменила свою политику конфискации помещичьих земель и распределения их между крестьянами, проводимую еще до антияпонской войны, заменив ее политикой снижения арендной платы и долговых процентов. Это было совершенно необходимо. После капитуляции Японии крестьяне настойчиво требовали землю. Тогда мы своевременно приняли решение об изменении аграрной политики, заменили политику снижения арендной платы и долговых процентов политикой конфискации помещичьих земель и распределения их между крестьянами. Решение ЦК нашей партии, опубликован¬
ие


ное 4 мая 1946 года, является выражением этого изменения в политике. В сентябре 1947 года наша партия созвала Всекитайскую аграрную конференцию, на которой были выработаны основные положения земельного закона».
Далее Мао Цзэ-дун говорил: «Курс нашей политики таков: чтобы, опираясь на бедняка, держа прочный союз с середняком, •уничтожить систему феодальной и полуфеодальной эксплуатации класса помещиков и кулаков старого типа» !.
В то время как в гоминьдановском Китае фабрики и заводы закрывались и росла безработица, в одном только освобожденном районе северной части провинции Шэньси еще в 1946 г. число заводов возросло с 12 до 120. В последующие годы в освобожденных районах, в особенности в Дунбэе, число промышленных предприятий росло еще быстрее. Так, в 1947— 1948 гг. в городе Аньдуне возникло 526 новых предприятий, в г. Цицикаре открылось 311, в Харбине 1537 промышленных предприятий.
В освобожденных демократических районах народ впервые участвовал в государственной деятельности, свободно выбирал свои органы власти из среды народа и для народа. Здесь полностью были осуществлены демократические свободы. Поэтому широкие народные массы активно поддерживали коммунистическую партию. Рабочие и крестьяне тысячами и десятками тысяч продолжали вступать в ряды народно-освободительных армий.
В освобожденных районах сам китайский народ стал хозяином своей судьбы: крестьянин получил землю, а рабочий завоевал человеческие условия существования и именно это обстоятельство определило коренной перелом в ходе гражданской войны в Китае и стимулировало дальнейшие еще более значительные победы народно-освободительных армий. Эти победы отнюдь не являлись лишь военными победами; они были победами поднявшегося на борьбу народа, победами развернувшейся народной революции.
Решающее наступление народно-освободительных армий. К началу 1949 г. народно-освободительная армия полностью изгнала гоминьдановцев из северо-восточного Китая. 19 ноября 1948 г. народно-освободительные армии освободили г. Чаньчунь, 2 ноября был освобожден крупнейший промышленный город Мукден (Шэньян). К 15 ноября 500-тысячная группировка гоминьдановских войск в Дунбэе была полностью ликвидирована.
Разгромив гоминьдановскую военную группировку также и в провинции Шаньдун, народно-освободительная армия освободила Цзинань и Чифу.
Народно-освободительные армии развернули сражения и в Центральном Китае. Важнейшие бои происходили у пересечения
1 М а о Ц з э-д у н, Текущий момент и наши задачи. Сборник «Важнейшие документы освободительной войны китайского народа за последнее время», Харбин, 1948, стр. 9—10; см. также «Правду» от 6 января 1948 г.
24 Зак. 554
369


Лунхайской и Тяньцзин-Пукоуской железных дорог. В октябре — ноябре народно-освободительная армия освободила города Чжэнчжоу и Кайфын. Затем бои развернулись в бассейне реки Хуайхэ. В этом районе гоминьдановское командование организовало особенно сильный заслон, долженствующий быть щитом, прикрывавшим гоминьдановскую столицу — Нанкин. Здесь в ноябре 1948 г. началась знаменитая Хуайхайская битва, закончившаяся грандиозным разгромом отборных, составленных из членов гоминьдана, чанкайшистских воинских соединений и освобождением г. Сюй- чжоу, важнейшего узлового пункта. Гоминьдановские войска потеряли сотни тысяч человек убитыми, около 400 тыс. было взято одних только пленных.
В результате победы в Хуайхайской битве народно-освободительная армия смогла на широком фронте выйти к реке Янцзы на подступы к Нанкину, Шанхаю и Уханю.
К концу 1948 г. соотношение в численности гоминьдановских и народно-освободительных армий изменилось в пользу последних. Народно-освободительные армии насчитывали свыше 3 млн. человек, а армии гоминьдана — 2,9 млн. К началу 1949 г. площадь освобожденных районов составляла уже более 30% всей территории Китая, а население около 300 млн. человек.
Под влиянием поражений своих армий и продвижения народно-освободительных войск к Янцзы Чан Кай-ши пошел на очередной маневр. 31 декабря 1948 г. он выступил с новогодним посланием, в котором заявлял о желании начать «мирные» переговоры с коммунистической партией. Этим маневром Чан Кай-ши хотел остановить наступление народно-освободительных армий и выиграть время для приведения в порядок своих разбитых войск.
Коммунистическая партия 14 января 1949 г. ответила на это 8-ю условиями. Условия компартии были следующие: 1) Наказание военных преступников, 2) Отмена гоминьдановской антинародной конституции, 3) Отмена антинародных законов, 4) Преобразование на демократической основе вооруженных сил, 5) Конфискация бюрократического капитала, 6) Проведение земельных преобразований, 7) Отмена кабальных договоров с империалистическими державами, 8) Созыв Политического консультативного совета без участия реакционных элементов и создание демократического коалиционного правительства. Если эти 8 условий гоминьданом будут приняты, то компартия, стремясь скорее прекратить гражданскую войну, соглашается вступить в переговоры с гоминьдановскими представителями. Одновременно компартия указала и имена военных преступников — врагов китайского народа и среди них главным врагом объявила Чан Кай-ши.
21 января 1949 г. Чан Кай-ши из тактических соображений объявил, что он временно оставляет пост президента, «удаляется от государственных дел» и уезжает к себе на родину в г. Фынхуа «поклониться могилам и духам своих предков». Исполняющим 370


обязанности президента был назначен гуансийский милитарист — генерал Ли Цзун-жэнь.
Тем временем наступление народно-освободительных армий продолжалось. 15 января 1949 г., после ожесточенных боев, был освобожден крупный город и важнейший порт Северного Китая — Тяньцзинь, а 23 января 200-тысячный гоминьдановский гарнизон Пекина вместе со своим командующим без боя сложил оружие и капитулировал. В Пекин вступили войска народно-освободительной армии. Были освобождены и другие города: одни по «тяньцзиньскому варианту», другие «по пекинскому» — как говорили тогда в Китае.
В марте 1949 г. состоялся пленум Центрального комитета Коммунистической партии Китая. Этот пленум вынес решения, определявшие политику партии, он призвал всех членов партии к борьбе за завоевание окончательной победы революции во всей стране. Пленум указал на необходимость перенесения центра тяжести работы партии из деревни в.город. Он подчеркнул, что после завоевания государственной власти в масштабе всего Китая демократический этап революции будет в основном завершен и китайская революция после этого перейдет ко второму, социалистическому этапу. Решения мартовского пленума ЦК КПК 1949 г. имели огромное принципиальное значение.
’ Исполняющий обязанности президента Ли Цзун-жэнь решил продолжить «мирные» маневры Чан Кай-ши. В начале апреля 1949 г. в Пекин прибыла гоминьдановская делегация. Начались переговоры между нею и представителями коммунистической партии. В результате переговоров гоминьдановская делегация заявила о своем согласии с мирными условиями компартии. Однако главари Нанкинского правительства и сам Чан Кай-ши, который, находясь у «могилы своих предков», на деле продолжал быть ; диктатором, отклонили предложения компартии.
Когда стал известен отказ Нанкинского правительства от мирного соглашения, Мао Цзэ-дун и Чжу Дэ 20 апреля дали приказ войскам народно-освободительной армии начать наступление на ^гоминьдановскую столицу — Нанкин. Началось героическое форсирование реки Янцзы —одна из самых ярких страниц в летописи революционных войн китайского народа.
Блестяще форсировав крупнейшую водную артерию Китая — реку Янцзы, народно-освободительная армия 23 апреля освободила Нанкин, 17 мая — Ухань, 27 мая — Шанхай. Гоминьдановские войска были вытеснены почти из всех районов Центрального Китая.
v За три года, с 1946 по апрель 1949, народно-освободительная армия вывела из строя и взяла в плен свыше 5 млн. гоминьдановских солдат и офицеров. За эти годы народно-освободительная армия захватила огромные трофеи: свыше 3 тысяч танков и 12 тысяч грузовиков, 220 пулеметов и около 40 тысяч орудий и огромное количество патронов. Почти все захваченное 371


у гоминьдановской армии вооружение было американского производства. Недаром одна из походных песен бойцов народно- освободительной армии заканчивалась словами: «США — наш арсенал, а Чан Кай-ши наш транспорт».
Несмотря на то что гоминьдан мобилизовал все свои силы на борьбу с китайской демократией и что ему все время самым активным образом помогали американские империалисты (в общей сложности Чан Кай-ши получил от США 6 млрд, американских долларов), китайский народ одерживал одну победу за другой.
Победа китайского народа. 21 сентября 1949 г. в освобожденном Пекине открыл свои работы Народный политический консультативный совет, состоявший из представителей всех демократических партий и групп Китая. Ему предшествовали заседания Подготовительного комитета, которые происходили с 15 по 19 июня 1949 г. 1 октября 1949 г. была провозглашена Китайская Народная Республика. Во главе образованного Центрального народного правительства Китайской Народной Республики стал испытанный вождь китайского народа Мао Цзэ-дун.
Воодушевленная образованием Китайской Народной Республики, народно-освободительная армия развернула затем свои операции и на юге и западе Китая, победоносно завершая освобождение этой части страны. К началу 1950 г. весь континентальный Китай, за исключением Тибета, был очищен от гоминьдановской власти. Остатки гоминьдановского правительства, а в том числе и Чан Кай-ши, сбежали на остров Тайвань.
Эта победа китайского народа могла иметь место лишь в результате общего усиления сил социализма и демократии во всем мире и в первую очередь дальнейшего усиления после второй мировой войны Советского Союза, роста его международного политического авторитета.
«Если бы не существовало Советского Союза, если бы не было победы в антифашистской второй мировой войне, если бы — что особенно важно для нас — японский империализм не был разгромлен, если бы в Европе не появились страны новой демократии... Разве мы могли бы одержать победу?..» — спрашивал Мао Цзэ-дун и отвечал: «Конечно нет» L
Великая победа китайского народа намного усилила лагерь мира и социализма. К этому лагерю присоединилась страна, население которой составляет почти населения всего мира. Соответственно ослабел лагерь реакции и поджигателей третьей мировой войны.
Позорный крах потерпели планы американских империалистов, желавших превратить Китай в свою колонию и в плац-
1 Мао Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, Госполитиздат, 1949, стр. 9.
372


дарм войны против Советского Союза. Вместо того чтобы превратиться в колонию американского империализма и базу войны американских империалистов против СССР, Китай стал крупнейшим фактором дальнейшего развития национально-освободительной борьбы народов Индии, Бирмы, Индонезии, Вьетнама и других порабощенных империализмом стран Востока.
В октябре 1949 г. одна из .индийских газет в передовой статье писала: «В условиях, когда СССР признал правительство Китайской Народной Республики, а последняя объявила Чан Кай-ши преступником, обязанность нашего правительства — немедленно признать народно-демократическое правительство Китая. Самые тесные связи между Китайской Народной Республикой и Индией необходимы как для Индии, так и для остальной Азии, стремящейся освободиться от гнета западной цивилизации».
Выходящая в Иране газета указывала примерно в это же время: «Сегодня, когда новое правительство Китая установлено и рано или поздно будет признано всеми державами мира, когда прогнивший паразитический режим одной из великих стран мира разрушен как карточный домик революционной бурей, следует констатировать, что нынешний мир не идет под ярмо насилия и что демократия проложит себе путь даже через огонь и кровь. Правительства больших и малых стран, которые хотят существовать в нынешнем веке, никогда не должны забывать об этом, они должны извлечь уроки из событий в Китае».
Советский Союз обрел теперь в Азии великого и могучего соседа — дружественную и свободную Китайскую Народную Республику.
Завершилась, наконец, многолетняя и тяжелая борьба китайского народа за свое освобождение от гнета чужеземных захватчиков и их китайских прислужников. Новая, светлая страница открылась в истории этой древнейшей страны.
Великий китайский народ прошел трудный и героический путь борьбы. Народно-демократический этап революции, оказавшийся длительным и затяжным, был в основном завершен. Начался следующий, социалистический этап китайской революции, и китайский народ приступил к строительству социализма в своей стране.
Народ-борец стал народом-строителем.


ГЛАВА XXVI
КИТАЙСКАЯ НАРОДНАЯ РЕСПУБЛИКА.
ВОССТАНОВИТЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД
Международное значение победы народной революции в Китае. Великая победа народной революции в Китае открыла новую эру в многовековой истории этой страны. Она означает коренной поворот в судьбах китайского народа, завоевавшего свою свободу, независимость и возможность строительства в Китае социалистического общества. Вместе с тем эта победа имеет огромное всемирно-историческое значение. Отпадение от империализма самой крупной страны колониального мира с шестисотмиллионным населением является наиболее ярким проявлением происходящего в наше время распада колониальной системы, означает резкое сужение сферы империалистической эксплуатации народов. Это подрывает господство финансового капитала и в метрополиях, ибо уменьшает возможность подкупа рабочей аристократии и раскола рабочего класса.
Распад колониальной системы империализма ведет к обострению противоречий между империалистическими державами, между крупнейшими монополиями, их борьбы за возможность эксплуатации тех стран и народов, которые еще не сумели сбросить ярмо колониального угнетения и ограбления.
Являясь важнейшей составной частью глубоко прогрессивного процесса освобождения народов колоний и зависимых стран от чужеземного господства, китайская революция и ее победа в свою очередь оказывают огромное воздействие на народы Востока, своим вдохновляющим примером укрепляя их готовность и решимость бороться до конца за свое освобождение, на практике подтверждая реальную возможность победы колониальных и зависимых народов в их освободительной борьбе, указывая пути достижения этой победы.
374


Победа народной революции в Китае означает, далее, крах агрессивных замыслов империалистов, рассчитывавших превратить Китай в свой огромный военно-стратегический плацдарм, откуда можно было бы нанести удар по СССР. Они рассчитывали •использовать для этого и реакционную гоминьдановскую армию, оснащенную иностранным оружием и руководимую иностранными генералами. Эти планы позорно провалились. В результате победы народных масс Китая по соседству с СССР образовалась великая народная республика. Нерушимый союз двух великих держав — Советского Союза и Китайской Народной Республики — является прочной опорой лагеря мира, демократии и социализма. «Единодушная дружба и совместная борьба этих двух великих держав за мир и прогресс оказывают ныне все более решающее и далеко идущее влияние на судьбы всего мира» L
Все это означает резкое ослабление лагеря империалистической реакции и войны и огромное усиление лагеря мира, демократии и социализма, который после победы народной революции в Китае объединяет государства с общим населением в 900 млн. человек.
Победа китайского народа, достигнутая под руководством Коммунистической партии Китая, под знаменем Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина, означает новое величайшее торжество марксистско-ленинского учения, всемирно-историческое доказательство непобедимости марксизма-ленинизма.
Характеристика нового этапа китайской революции. Создание Китайской Народной Республики означало, что главный вопрос революции, вопрос о власти, был решен. Следовательно, первый, новодемократический этап китайской революции в основном закончился с уничтожением контрреволюционной гоминьдановской диктатуры. Начался второй, социалистический этап китайской революции, задачей которого является построение в Китае социалистического общества. Коммунистическая партия Китая еще задолго до победы революции разработала свою стратегию и тактику, основываясь на ленинской теории перерастания, проверенной опытом русской революции. В 1939 г. Мао Цзэ-дун писал в своей работе «Китайская революция и Коммунистическая партия Китая»: «... руководимое Коммунистической партией Китая революционное движение в целом является единым революционным движением, охватывающим и этап демократической революции, и этап социалистической революции. Это — два различных по своему характеру революционных процесса, и только завершив первый из них, можно взяться за завершение второго. Демократическая революция является необходимой подготовкой к социалистической революции, а социалистическая революция —
1 Н. С. Хрущев, Речь на торжественном заседании в Пекине, посвященном пятой годовщине со дня образования КНР, 30 сентября 1954 г., «Правда» от 1 октября 1954 г.
375


неизбежным направлением развития демократической революции» Ч
Переход революции в социалистический этап и выдвижение в качестве основной задачи построения в Китае социалистического общества означает, что образование Китайской Народной Республики положило начало периоду перехода от новой демократии к социализму. II пленум ЦК Коммунистической партии Китая, состоявшийся в марте 1949 г., определил, что главной задачей китайского народа после победы революции является превращение Китая из аграрной страны в индустриальную державу, из новодемократического государства в социалистическое. Впоследствии ЦК Коммунистической партии Китая под руководством Мао Цзэ-дуна более конкретно определил генеральную линию в переходный период. Это определение включено в Конституцию КНР, в которой говорится: «Период от создания Китайской Народной Республики до построения социалистического общества есть переходный период. Основными задачами государства в переходный период являются постепенное осуществление социалистической индустриализации страны, постепенное завершение социалистических преобразований в сельском хозяйстве, кустарной промышленности, а также в капиталистической промышленности и тор' говле» 1 2.
На социалистическом этапе революции в Китае существуют два основных противоречия: противоречие между рабочим классом и буржуазией и противоречие между Китаем и империализмом. Однако это не означает, что с образованием, Китайской Народной Республики было полностью разрешено прежнее основное противоречие между демократией и феодализмом, т. е. между крестьянством и помещиками. Напротив, в течение первых трех лет существования КНР оно оставалось важнейшим противоречием в китайской деревне. Это противоречие было разрешено в 1950—1952 гг. в результате осуществления великой аграрной реформы.
Положение различных классов и прослоек в Китайской Народной Республике. Победа народной революции в Китае привела к тому, что союз рабочего класса и трудящегося крестьянства (80—90% населения), являвшихся в гоминьдановском Китае наиболее эксплуатируемыми и политически бесправными классами, стал основой государства народной демократии. Рабочий класс занимает в этом союзе и во всем государстве руководящее положение, которое и является важнейшей предпосылкой успешного решения задач переходного периода. К трудящимся крестьянам близки по своему положению миллионы кустарей и других несельскохозяйственных тружеников города и деревни, 1 Мао Цзэ-дун, Избранные произведения, т. 3, стр. 180.
2 «Материалы Первой сессии Всекитайского собрания народных предста* вителей>, Госполитиздат, М., 1954, стр. 75—76.
376


которые живут полностью или в основном за счет собственного- труда.
В ходе социалистического строительства крестьяне и кустари постепенно превращаются из единоличников в членов производственных кооперативов, т. е. в тружеников создающегося социалистического общества, объединенных в коллективные хозяйства.
Китайская интеллигенция является неоднородной социальной прослойкой, она состоит из трудящейся интеллигенции, сомкнувшейся с рабочим классом и трудовым крестьянством и служащей им, буржуазной интеллигенции и ничтожной части интеллигенции, обслуживавшей феодалов и компрадоров. Задачей народного государства является идеологическое воспитание и перевоспитание интеллигенции (за исключением реакционеров, выступающих, против народа), вовлечение ее в дело демократических преобразований и социалистического строительства.
Определенную роль в экономической и политической жизни страны играет национальная буржуазия города и кулачество в деревне. В силу особых исторических условий Китая, угнетавшегося в недавнем прошлом империализмом, между китайским рабочим классом и национальной буржуазией существуют своеобразные отношения, которые Коммунистическая партия Китая- определяет как отношения «союза и борьбы». Национальная буржуазия входила в период национально-освободительной войны против японского империализма и в период народно-освободительной войны против клики Чан Кай-ши и американского империализма в единый фронт, руководимый рабочим классом. Этот единый фронт сохранил свое значение и в Китайской Народной Республике после победы революции, как своего рода союз трудящихся с теми слоями нетрудового населения, которые на данном этапе поддерживают народно-демократический строй. Многие представители национальной буржуазии приняли руководство* рабочего класса и участвуют в демократических преобразованиях. Промышленные и торговые предприятия национальной буржуазии играют немаловажную роль в экономической жизни страны. В условиях Китая с его слабо развитой промышленностью использование всех городских и сельских частнокапиталистических предприятий необходимо в интересах экономики страны. Все это* создает условия для сохранения этого союза.
Вместе с тем выдвижение задачи строительства социализма в Китае означает, что противоречие между рабочим классом1 и буржуазией становится основным и что частнокапиталистическая собственность должна быть постепенно преобразована в общенародную собственность. Это определяет неизбежность борьбы с национальной буржуазией, некоторая часть которой, находясь в едином фронте вместе с трудящимися, и в прошлом, и в настоящее время не оставила надежд на захват руководства экономи377


ческой и политической жизнью страны, на превращение Китая в буржуазное государство. Весь опыт истории Китая убедительно говорит о невозможности такого пути развития, говорит о том, что в Китае возможны либо помещичье-компрадорская власть при сохранении господства иностранных империалистов, либо уничтожение этого господства и создание независимой народной республики, идущей под руководством рабочего класса к превращению в социалистическое государство. Те же представители национальной буржуазии, которые не оставили надежд на установление в Китае буржуазной власти, не учитывают опыта истории и пытаются действовать вопреки объективным условиям, •сложившимся как в Китае, так и во всем мире. Это и обрекает на провал попытки части национальной буржуазии установить «свое господство в Китае. Еще в 1949 г. Мао Цзэ-дун, говоря о необходимости использования всех городских и сельских капиталистических предприятий, приносящих пользу национальной экономике и не наносящих ущерба жизненному уровню народа, вместе с тем писал: «В руках народа находится сильный государственный аппарат, и народ не боится восстания национальной буржуазии» Ч
В переходный период от новой демократии к социализму политика «союза и борьбы» в отношении национальной буржуазии означает использование частного капитала в интересах развития национальной экономики, т. е. для увеличения снабжения населения промышленными товарами, накопления средств для социалистической индустриализации, расширения товарооборота, обучения кадров технике и управлению предприятиями; ограничение частного капитала, так как стремление предпринимателей и торговцев только к получению частнокапиталистической прибыли отрицательно сказывается на задаче повышения народного благосостояния; преобразование частнокапиталистических предприятий в социалистические через промежуточную, переходную ступень — госкапитализм.
В отношении кулаков политика коммунистической партии заключается в ограничении кулацкой эксплуатации трудящегося крестьянства и постепенной ликвидации кулачества путем развития трудовой взаимопомощи и кооперирования в китайской деревне.
Реакционные классы, господствовавшие в старом Китае, — компрадоры и помещики — были ликвидированы в ходе революции и аграрной реформы в результате ожесточенной классовой борьбы, но это не означает, что уничтожена всякая возможность сопротивления делу строительства социализма со стороны как свергнутых классов, так и тех классов, которые будут ликвидированы. В докладе Политбюро ЦК КПК 4-му пленуму Центрального комитета, состоявшемуся в феврале 1954 г., секретарь ЦК
1 Мао Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, М., 1949, стр. 12. .378


КПК Лю Шао-ци, говоря о социалистическом этапе китайской революции, подчеркивал: «Эта революция является более глубокой и более широкой по сравнению с революцией, направленной против империализма, феодализма и бюрократического капитала, и сопровождается сложнейшей и острейшей борьбой. В этой борьбе иностранный империализм отнюдь не будет оставаться безучастным наблюдателем, это с одной стороны; с другой стороны имеются свергнутые классы внутри страны, которые также не хотят примириться со своей гибелью; те классы, которые будут ликвидированы, безусловно окажут сопротивление, а наиболее решительные контрреволюционные элементы из их рядов, действуя в сговоре с иностранными империалистами, непременно будут использовать малейшую возможность для того, чтобы подорвать дело нашей партии и народа, будут пытаться нанести революции в Китае поражение и возродить в стране господство реакции».
Задача защиты завоеваний революции и организации социалистического строительства, подавления сопротивления контрреволюции и обороны страны от империалистической агрессии потребовала создания и постоянного укрепления сильной государственной власти—демократической диктатуры народа.
Общая программа НПКС и государственное строительство в первый период существования КНР. К 1 октября 1949 г. еще не вся территория страны была освобождена. Первоочередной задачей народно-освободительной армии и всего китайского народа было завершение разгрома отступавших гоминьдановских банд в юго-западном Китае. В последние месяцы 1949 г. народная власть распространилась на Сычуань, Юньнань и другие юго- западные провинции. В апреле 1950 г. был освобожден остров Хайнань, в мае — Чжоушаньские острова.
Однако еще в течение многих месяцев в тех провинциях Китая, которые были освобождены осенью и зимой 1949 г., действовали контрреволюционные банды. Лишь в результате усилий народных масс, принявших активное участие в борьбе с этими бандами, они были уничтожены. За первые два года существования КНР были ликвидированы многочисленные контрреволюционные формирования, насчитывавшие 2 млн. бандитов.
После победы революции важнейшим делом китайского народа было создание нового государственного аппарата в центре и на местах. В первые годы существования КНР временной Конституцией республики служила Общая программа Народного политического консультативного совета (НПКС), разработанная по инициативе Коммунистической партии Китая и одобренная всеми партиями, организациями и группами, входящими в единый народный демократический фронт. Общая программа НПКС определяла демократическую диктатуру народа как государственную власть народного демократического единого фронта рабочего 379


класса, крестьян, мелкой буржуазии, национальной буржуазии и прочих патриотических демократических элементов, основанную на союзе рабочих и крестьян и руководимую рабочим классом. Согласно Общей программе, задачами Китайской Народной Республики являлись: ликвидация всех особых прав и привилегий империалистических стран в Китае, национализация бюрократического капитала, проведение земельной реформы, охрана общественной собственности государства и собственности кооперативов, а также экономических интересов и частной собственности рабочих, крестьян, мелкой буржуазии и национальной буржуазии, развитие новодемократической экономики и превращение Китая из страны сельскохозяйственной в индустриальную державу.
Великие успехи в осуществлении этих задач объясняются прежде всего тем, что Коммунистическая партия Китая привлекла к делу строительства народного государства широкие народные массы, впервые в истории Китая ставшие хозяевами своей судьбы и судьбы своей страны.
Органы власти, создававшиеся после победы революции, обеспечивали возможность мобилизации всех сил народа на решение насущных задач, стоявших перед республикой. Они строились по принципу демократического централизма. До избрания в 1954 г. Всекитайского собрания народных представителей верховным органом государственной власти являлась сессия Народного политического консультативного совета, которая наделила полномочиями государственной власти Центральный народный правительственный совет, избранный 1-й сессией НПКС. Центральный народный правительственный совет избрал Государственный административный совет в качестве высшего исполнительного органа государства, Народно-революционный военный совет в качестве высшего органа, ведающего военными делами государства, Верховный народный суд и Верховную народную прокуратуру. Эти пять органов составили Центральное народное правительство во главе с Мао Цзэ-дуном.
Страна была разделена на шесть крупных административных районов (Северо-Восточный Китай, Северный Китай, Северо- Западный Китай, Восточный Китай, Центрально-Южный Китай, Юго-Западный Китай), объединявших по нескольку провинций. По мере освобождения Народно-освободительной армией различных провинций и городов в них устанавливалась власть военно-контрольных или военно-административных комитетов, задачей которых являлось подавление сопротивления контрреволюционных элементов, установление революционного порядка и налаживание нормальной жизни, подготовка и осуществление демократических преобразований. Органы военного контроля сыграли большую роль в становлении демократической диктатуры народа. Выполнив свои функции, они передали власть конференциям представителей всех слоев населения и избранным 380


ими народным правительствам. Созыв в 1950—1952 гг. конференций представителей всех слоев населения явился следующим шагом по пути укрепления органов власти демократической диктатуры народа и вовлечения в работу по управлению государством широких народных масс. Делегаты конференций представителей всех слоев населения частично избирались, частично назначались правительственными органами, частично приглашались от демократических партий и организаций. Центральные и местные органы власти явились могучим орудием строительства народно-демократического государства. В их работе участвуют миллионы представителей рабочего класса, крестьянства, интеллигенции и других патриотических элементов. Так, к октябрю 1952 г. по всей стране насчитывалось свыше 13,6 миллиона делегатов конференций представителей всех слоев населения.
Национальное строительство в КНР и мирное освобождение Тибета. Важным участком государственного строительства КНР является работа по сплочению всех национальностей Китая и достижению подлинного равноправия для национальных меньшинств. Некитайские национальности составляют 6% населения, т. е. около 36 млн. человек. Наиболее крупными национальными меньшинствами являются тибетцы (около 3 млн. человек, живут главным образом в Тибете, Сикане, Цинхае, Сычуани), монголы (около 2 млн. человек, живут во Внутренней Монголии, Синьцзяне, Ганьсу, Цинхае), корейцы (1,2 млн. человек, живут в Северо-Восточном Китае), хуэйцзу (дунгане, свыше 4 млн. человек, живут в провинциях Шэньси, Ганьсу, Синьцзян), уйгуры (3—4 млн. человек, живут главным образом в Синьцзяне), и (они же носу, лоло, свыше 2 млн. человек, живут главным образом на юго-западе страны), мяо (2—3 млн. человек, живут на юго- западе страны), чжуан (тун, около 6 млн. человек, живут главным образом в провинции Гуаней), чжунцзя (1,6 млн. человек, живут главным образом в провинции Гуйчжоу).
В Общей программе НПКС национальной политике КНР посвящен специальный раздел, в котором указывается, что все национальности, населяющие Китай, равноправны, подчеркивается сплочение всех национальностей страны в борьбе против империализма и врагов народа среди каждой национальности. Воспрещается всякая национальная дискриминация, провозглашается борьба с великодержавным шовинизмом и национализмом. В районах, где национальные меньшинства составляют большинство населения, учреждены органы национального самоуправления. В Китайской Народной Республике созданы многочисленные национальные автономные административные единицы различных масштабов — от волости до автономного района Внутренней Монголии, автономия которой была провозглашена еще во время гражданской войны, 1 мая 1947 г. С 1 октября 1955 г. провинция Синьцзян преобразована в Синьцзянский Уйгурский автономный район. В районах совместного проживания различ381


ных национальностей созданы многонациональные коалиционные правительства, в которых представлены все национальности, населяющие данную административную единицу.
Под руководством коммунистической партии ведется борьба за развитие экономики и культуры национальных меньшинств. В районах, населенных национальными меньшинствами, прокладываются железные и шоссейные дороги, создаются электростанции, рудники, нефтепромыслы и другие промышленные предприятия, развивается торговля. За три года в этих районах было создано большое количество торговых точек, обеспечивающих продажу национальными меньшинствами продуктов и снабжение их необходимыми товарами по справедливым ценам.
Для подготовки разнообразных кадров из среды национальных меньшинств создан ряд специальных учебных заведений, в том числе Центральный институт национальных меньшинств, в котором в конце 1953 г. учились представители 42 национальностей.
Крупным успехом национальной политики Китайской Народной Республики является мирное освобождение Тибета, соглашение о котором было подписано в Пекине представителями Центрального народного правительства и тибетских властей 23 мая 1951 г. Тибет долгое время являлся объектом всевозможных интриг и империалистических махинаций. В период третьей революционной гражданской войны и особенно после провозглашения Китайской Народной Республики иностранные империалисты усилили попытки отторгнуть Тибет от Китая, направляя в Тибет шпионов и организаторов всяких провокаций. Правящие круги США даже попытались использовать Организацию Объединенных Наций для осуществления своих захватнических планов в отношении Тибета. Однако все эти интриги были сорваны в результате последовательной национальной политики народного правительства, получившей одобрение и поддержку всех национальностей Китая, в том числе тибетцев. Соглашение о мирном освобождении Тибета предусматривает национальную областную автономию Тибета, помощь местного тибетского правительства в продвижении частей Народно-освободительной армии (НОА) в Тибет и укреплении национальной обороны, реорганизацию тибетских войск и их включение в НОА, сохранение существующей в Тибете политической системы, полномочий далай- ламы и панчен-ламы, свободу религиозных верований, развитие экономики и культуры Тибета, концентрацию в руках Центрального народного правительства КНР ведения всех внешних дел тибетского района Китая. После заключения этого соглашения войска Народно-освободительной армии, приветствуемые тибетским народом, вступили в Тибет. Таким образом было завершено освобождение всей континентальной части территории Китая.
Борьба китайского народа за восстановление экономики страны. Одновременно с государственным строительством Ком382


мунистическая партия Китая подняла широкие народные массы на борьбу за восстановление и перестройку хозяйства страны. Уже в самом начале 1950 г. Мао Цзэ-дун заявил, что «в настоя^ щее время Коммунистическая партия и Центральное народное правительство Народной Республики Китая переходят на рельсы мирного хозяйственного строительства».
Разрабатывая свою экономическую политику, Коммунистическая партия Китая и Центральное народное правительство исходили из факта многоукладности китайской экономики, а также из задачи обеспечения предпосылок построения социализма в Китае.
В результате победы революции основными секторами китайской экономики стали:
1) государственный сектор хозяйства, социалистический по своему характеру, образовавшийся в результате национализации собственности так называемого «бюрократического капитала» (чанкайшистской клики «четырех семейств»);
2) кооперативный сектор, состоящий из снабженческо-сбыто- вых, потребительских, производственных, кредитных и транспортных кооперативов;
3) сектор индивидуальных хозяйств крестьян и кустарей;
4) частнокапиталистический сектор (предприятия национальной буржуазии в городе и кулаков в деревне);
5) сектор государственного капитализма.
Общая программа НПКС определила, что государство должно заниматься координированием и регулированием различных секторов хозяйства с тем, чтобы все они «под руководством сектора государственного хозяйства сотрудничали на основе разделения труда и нашли каждый свое место в интересах содействия развитию всего общественного хозяйства в целом» L
В соответствии с целями переходного периода политика Коммунистической партии Китая и Народного правительства была направлена на то, чтобы в ходе восстановления хозяйства страны укрепить руководящее положение государственного, социалистического сектора экономики, а также создать предпосылки для кооперирования хозяйств крестьян и кустарей и положить начало превращению частнокапиталистических предприятий в государственно-капиталистические.
В своей самоотверженной борьбе за восстановление экономики страны китайский народ, руководимый Коммунистической партией, опирался на опыт и помощь советского народа. Китайские коммунисты всегда были убеждены, подчеркивает Мао Цзэ-дун,
1 «Законодательные акты Китайской народной республики», ИИЛ, М., 1952, стр. 57.
383


что «опыт экономического, культурного строительства и строительства в других важнейших областях Советского Союза станет .примером для строительства нового Китая» 1.
Благодаря трудовому героизму рабочего класса Китая и большой организаторской работе партийных организаций КПК, органов народной власти, профсоюзов уже к концу 1949 г. — началу 1950 г. основные железные дороги, большая часть фабрик и заводов Северо-Восточного Китая, Шанхая и других промышленных районов возобновили работу.
В борьбе за восстановление производства наглядно проявились огромные преимущества народно-демократического строя, как средства мобилизации и организации народных масс. Тысячи передовых рабочих, отличников производства и героев труда, изобретателей и рационализаторов показали образцы нового, хозяйского отношения к труду. Такие рабочие, как забойщик Ма Лю-хай, слесарь Лю Ин-юань, ставший директором столичной электростанции, токари Чжао Го-ю и Ма Хэн-чан, паровозный машинист Ли Юн, носильщик Чжоу Шу-тин, выдвинутый на пост заместителя начальника службы пассажирского движения дороги, организатор женской паровозной бригады Тянь Гуй-ин, циндаоская текстильщица Хао Цзянь-сю, бурильщик медного рудника Дань И-синь, рабочий механического завода Аньшань- ского металлургического комбината Ван Чун-лунь, изобретатель Чжан Мин-шань и многие другие, стали примером для всего героического рабочего класса Китая.
Коммунистическая партия выдвинула задачу добиться восстановления народного хозяйства в течение 3—5 лет. В июне 1950 г. ■состоялся 3-й пленум ЦК КПК, на котором Мао Цзэ-дун выступил с докладом «Борьба за коренное улучшение финансового и экономического положения государства». Пленум подвел первые итоги хозяйственной работы, отметив, что народное правительство централизовало контроль и руководство в области финансов и экономики, добилось сбалансирования доходов и расходов, остановило инфляцию и стабилизировало цены. Продолжая борьбу за восстановление хозяйства, китайский народ за первые три года существования республики достиг выдающихся результатов. К концу 1952 г. наивысший уровень производства, когда-либо достигавшийся в Китае, был превзойден по основным отраслям промышленности. Пои этом среднегодовой прирост промышленной продукции за 1949—1952 гг. составил почти 37%. За первые три года существования КНР был восстановлен железнодорожный транспорт и построено 1470 км новых железных дорог, в том числе железная дорога Чунцин — Чэнду в провинции Сычуань, железная дорога Тяньшуй — Ланьчжоу в провинции Ганьсу и др.
1 «Правда» от 18 февраля 1950 г.
:384


Начало меняться отношение между различными отраслями хозяйства и секторами экономики. Прежде всего значительно вырос удельный вес государственного сектора и примыкающих к нему госкапиталистического и кооперативного секторов в ущерб частнокапиталистическому сектору.
Если в 1949 г. на долю государственного, госкапиталистического и кооперативного секторов приходилось немногим более одной трети валовой продукции всей промышленности, а частнокапиталистический сектор производил почти две трети продукции, то в 1952 г. государственный сектор вместе с госкапиталистиче- ским и кооперативным секторами давал уже почти три пятых промышленной продукции. Вторым существенным показателем начавшейся в восстановительный период перестройки хозяйства является рост удельного веса продукции современной промышленности в валовой продукции народного хозяйства с 17% в 1949 г. до 26,7% в 1952 г. Наконец, важно отметить, что производство средств производства уже в первые три года существования КНР росло быстрее, чем производство средств потребления. Так, в 1949 г. средства производства составляли около 29% всей промышленной продукции, а в 1952 г. около 40%. Таким образом, первый период в истории КНР ознаменовался не простым восстановлением экономики, но и начавшейся перестройкой ее, что явилось крупной предпосылкой для перехода в 1953 г. к широкому плановому строительству основ социализма. Другой важнейшей предпосылкой, сделавшей возможным этот переход, было осуществление великих аграрных революционных преобразований, навсегда покончивших с феодальной и полуфеодальной системой эксплуатации китайского крестьянства.
Аграрная реформа. Как уже отмечалось выше, в первые годы существования КНР наряду с противоречием между рабочим классом и буржуазией и противоречием между Китаем и империализмом сохраняло свое значение и было основным в деревне противоречие между крестьянством и феодальными помещиками. Без разрешения этого противоречия революционным путем нельзя было и думать о коренных социалистических преобразованиях и социалистической индустриализации Китая. Поэтому важнейшей задачей китайского народа было проведение аграрной реформы, осуществленной широкими массами крестьянства под руководством и при помощи рабочего класса и его коммунистической партии.
На части территории Китая крестьяне получили землю еще в ходе народно-освободительной войны, на основе решения ЦК Компартии Китая от 4 мая 1946 г. и Основных положений земельного закона Китая, принятых Всекитайской земельной конференцией в сентябре 1947 г. и утвержденных ЦК КПК 10 октября 1947 г.
25 Зак. 554
385


Победоносное окончание гражданской войны создало условия для осуществления аграрной реформы на всей территории Китая, кроме оккупированного американскими империалистами острова Тайвань. Вместе с тем изменившаяся обстановка потребовала изменений в аграрной политике коммунистической партии и Народного правительства. В связи с этим 2-я сессия Всекитайского комитета НПКС в июне 1950 г. обсудила и одобрила разработанный коммунистической партией проект нового закона об аграрной реформе, который вступил в действие с 30 июня 1950 г., после утверждения его Центральным народным правительственным советом.
Как указал в своем докладе «Об аграрной реформе в Китае» секретарь ЦК КПК Лю Шао-ци, цель реформы заключается не только лишь в улучшении положения бедных крестьян. Проблема нищеты крестьянства решается аграрной реформой только частично, а полностью эту проблему могут разрешить лишь социалистические преобразования. Важнейшей целью аграрной реформы является «освобождение сельскохозяйственных производительных сил, а именно: освобождение трудящихся деревни, земли и других средств производства от оков феодальной системы помещичьего землевладения в интересах развития сельскохозяйственного производства и расчистки пути для индустриализации Китая» Ч
Закон об аграрной реформе внес изменение в политику в отношении кулаков: переход от реквизиции излишков их земли и имущества, разрешенной Основными положениями земельного закона Китая от 10 октября 1947 г., к политике сохранения их хозяйства. В условиях ожесточенной войны между революционными силами китайского народа и силами реакции, когда кулаки склонялись на сторону помещиков, и выступали против аграрной реформы, передача в собственность крестьян излишков земли кулаков наряду с помещичьей землей должна была поднять революционный энтузиазм крестьян в деле участия в народно-освободительной войне и уничтожения чанкайшистского режима, поддерживаемого американским империализмом. В новых условиях, после победы народной революции, создалась возможность отрыва кулаков от помещиков с целью изоляции помещиков. По земельному закону 1950 г. у кулаков сохранялись в неприкосновенности не только те земли, которые кулаки обрабатывали сами или с помощью наемной рабочей силы, но и небольшие земельные участки, сдававшиеся кулаками в аренду. Только в том случае, когда кулак-полу помещик сдавал в аренду большую часть принадлежавшей ему земли, та часть земли, которая сдавалась в аренду, подлежала реквизиции. Коммунистическая партия выдвинула лозунг: «Опора на бедняков и батраков, союз с середняком и нейтрализация богатых крестьян, постепенное уничтоже-
1 «За прочный мир, за народную демократию!» от 21 июля 1950 г. 386


ние системы феодальной эксплуатации и развитие сельскохозяйственного производства» Ч
При обсуждении закона об аграрной реформе были намечены сроки ее осуществления в различных районах Китая с тем, чтобы к началу 1953 г. в основном завершить аграрную реформу (помимо ряда национальных районов, где проведение аграрной реформы отложено на будущее). Эта задача выполнена благодаря мудрому руководству Коммунистической партии Китая, накопившей с 1927 г. большой опыт подготовки и проведения революционных аграрных преобразований, благодаря активному участию в них десятков и сотен миллионов крестьян, получивших возможность осуществить свою вековую мечту о земле. К февралю 1953 г. аграрная реформа была проведена на территории с населением около 450 млн. человек. 47 млн. гектаров помещичьей земли перешли в собственность крестьян, получивших возможность развивать свое хозяйство. Крестьяне избавились от необходимости вносить помещикам примерно 3 млрд, пудов зерна в виде ежегодной арендной платы. Для успешного проведения революционных аграрных преобразований коммунистическая партия и органы Народного правительства подготовили несколько сот тысяч работников. Массы крестьянства под руководством коммунистов научились бороться с помещиками, выделив из своей среды прекрасных организаторов-активистов крестьянских союзов, получивших опыт борьбы, умеющих распознавать и обезвреживать уловки помещиков и их прихвостней. Для борьбы с врагами аграрной реформы были созданы народные суды и отряды крестьянской милиции. Революционные аграрные преобразования осуществлялись как одно из великих всенародных движений китайского народа. Сломав феодальные оковы, препятствовавшие развитию производительных сил Китая, ликвидировав класс помещиков — основную социальную опору империалистических угнетателей Китая, революционные аграрные преобразования создали основу для общего подъема китайской экономики, для укрепления независимости Китайской Народной Республики. В результате проведения аграрной реформы укрепился союз рабочего класса и крестьянства — двух основных классов китайского общества, упрочилось руководящее положение в Китайской Народной Республике рабочего класса.
Одним из важных последствий аграрной реформы является осереднячивание китайской деревни: середняки стали составлять до четырех пятых сельского населения. Вместе с тем в отдельных районах, где аграрная реформа была проведена сравнительно давно, начался процесс расслоения крестьянства: некоторые крестьяне, не сумев наладить свое хозяйство, продавали землю, полученную в ходе аграрной реформы, другие приобретали ее,
1 Лю Шао-ци, Об аграрной реформе в Китае, «За прочный мир, за народную демократию!» от 21 июля 1950 г.
387


превращаясь в новых кулаков. Однако этот процесс мучительного для крестьянства капиталистического развития сельского хозяйства не получил сильного развития, так как коммунистическая партия решительно повела крестьянство по пути взаимопомощи и кооперирования.
Крестьяне стали объединяться в бригады трудовой взаимопомощи — первичные формы производственного кооперирования, а также в сельскохозяйственные производственные кооперативы. Объединенные в бригадах взаимопомощи крестьяне получают дополнительные возможности повышать сельскохозяйственное производство за счет простого сложения имеющейся рабочей силы, скота, сельскохозяйственных орудий и т. д. При этом сохраняется частная собственность каждого крестьянина на землю и другое имущество. Имеются следующие виды взаимопомощи и кооперирования крестьян: временные бригады трудовой взаимопомощи, охватывающие небольшое число крестьян; постоянные бригады трудовой взаимопомощи, более крупные, в которых крестьяне помогают друг другу не только при выполнении сельскохозяйственных работ, но и на подсобных промыслах; в таких бригадах вырабатываются производственные планы, и часть доходов идет на приобретение коллективного имущества (новые плуги, водяные колеса для орошения и т. д.); сельскохозяйственные производственные кооперативы — объединения крестьян полусоциалистического типа, основанные на коллективном труде и частном землевладении, причем вся земля такого кооператива, за исключением участков личного пользования, обрабатывается совместно как единое целое, что дает возможность улучшить методы обработки полей. Часть дохода членов кооператива распределяется среди них в зависимости от затраченного ими труда, другая часть распределяется в виде паевых начислений за переданные в общий фонд кооператива землю и другие средства производства. Часть доходов кооператива расходуется на улучшение и расширение производства, а также на культурные мероприятия. Крестьяне, объединившись в сельскохозяйственные кооперативы, получают значительно большие доходы, чем члены бригад трудовой взаимопомощи.
На опыте своих соседей и земляков миллионы китайских крестьян убеждаются в преимуществах коллективного труда. Руководство коммунистической партии, терпеливая разъяснительная работа коммунистов и членов Новодемократического союза молодежи, замечательный пример советского колхозного крестьянства, навсегда покончившего с нищетой, успехи бригад трудовой взаимопомощи и сельскохозяйственных производственных кооперативов в старых освобожденных районах имели результатом массовое развитие первичных форм производственного кооперирования китайских крестьян: к сентябрю 1952 г., когда заканчивался восстановительный период, в стране насчитывалось 388


€ млн. бригад трудовой взаимопомощи, объединяющих 35 млн. крестьянских хозяйств (40% крестьянских хозяйств Китая) и свыше 4 тысяч сельскохозяйственных производственных кооперативов полусоциалистического типа. Среди организаторов бригад трудовой взаимопомощи на всю страну прославился Ли Шунь- да — крестьянин-коммунист провинции Шаньси, удостоенный звания Героя Труда за выдающиеся успехи руководимой им бригады трудовой взаимопомощи, инициатор патриотического соревнования китайских крестьян.
В Китае еще не созрели условия для массовой организации колхозов, однако первый в стране колхоз «Искра» был создан в 1951 г. в Северо-Восточном Китае, в 20 км от города Цзя- мусы. К октябрю 1952 г. в Китае существовало более 10 колхозов.
Преобразования в китайской деревне создали условия для осуществления крупных ирригационных и мелиоративных работ. Наводнения и засухи были бичом китайских крестьян, задавленных прессом феодальной эксплуатации, и поэтому не имевших возможности бороться со стихийными бедствиями и предотвратить их. Многочисленные китайские реки Хуанхэ, Янцзы, Хуайхэ, Шухэ, Сицзян, Ханьшуй и многие другие разливались, затопляли крестьянские поля, смывали почву, оставляли без крова и средств к существованию миллионы крестьян. Антинациональная гоминьдановская клика не уделяла никакого внимания ирригации, заботясь лишь о своем обогащении и ведении войны против демократических революционных сил китайского народа. В результате в 1931 г. реки Янцзы и Хуанхэ затопили около 10 млн. га земли в восьми провинциях Центрального Китая. В 1938 г. была затоплена огромная территория в Северном Китае. В период народно-освободительной войны 1945—1949 гг. гоминьдановские бандиты варварски разрушили многие дамбы и плотины. Энергичные мероприятия Народного правительства, осуществляемые по инициативе коммунистической партии и активно поддержанные миллионами крестьян, дали большие результаты. За три года существования Китайской Народной Республики на реках Китая было произведено 1,7 млрд. куб. м земляных работ, что почти в 10 раз превышает объем земляных работ на строительстве Панамского канала.
Особенно большой размах приобрели ирригационные работы на реке Хуайхэ, в бассейне которой проживает 55 млн. человек. По призыву коммунистической партии — «во что бы то ни стало обуздать Хуайхэ!» — зимой 1950 г. началось осуществление пятилетнего плана строительных работ на этой реке, который предусматривает решение комплекса народнохозяйственных задач: устранение опасности наводнений на площади в 210 тысяч кв. км, увеличение площади орошаемых земель на 2,7 млн. га, улучшение судоходных путей на протяжении 1 тыс. км, создание возмож26 .Чяк
389


ности получения гидроэлектроэнергии. В июле 1951 г. первая: стадия работ на Хуайхэ при помощи советских специалистов была успешно завершена, а в 1952 г. была закончена вторая очередь работ. Крупное строительство ведется на великой китайской реке Янцзы и на других реках Китая.
Таким образом, ликвидация помещичьего землевладения открыла широкие перспективы для развития сельского хозяйства Китая. В 1952 г. производство продуктов питания превысило наивысший уровень, достигавшийся когда-либо в Китае, на 9%, а производство хлопка — на 55%. Китай, трудящиеся массы которого в недалеком прошлом систематически страдали от голода, обеспечивает себя хлебом. Импорт зерна в Китай, приносивший огромные прибыли американским монополиям, прекращен. Китайское крестьянство производит также достаточно хлопка для обеспечения потребностей растущей текстильной промышленности страны.
Движение помощи Корее. Значение огромных успехов в политическом и экономическом строительстве в первый период существования народно-демократического Китая тем более велико, что они были достигнуты китайским народом в условиях, когда ему пришлось оказать вооруженное сопротивление Соединенным Штатам, которые путем интервенции в Корее и оккупации китайских островов Тайвань и Пэнхуледао создали непосредственную угрозу безопасности Китайской Народной Республики. Когда в июне 1950 г. началась война в Корее, США одновременно оккупировали Тайвань и Пэнхуледао. Агрессивные круги США рассчитывали оккупировать всю Корею и после этого, «сходу» вторгнуться в Китай. Одновременно усилилось американское вмешательство в Индокитае. Таким образом развернулась непосредственная подготовка к вторжению в континентальный Китай с трех сторон: с северо-востока, со стороны Кореи, с юго-востока, со стороны захваченного ими китайского острова Тайвань и с юго- запада — со стороны Индокитая. Но агрессоры просчитались. Когда войска американских империалистов и их сателлитов рвались к корейско-китайской границе, к рекам Ялуцзян и Тумынь- цзян, а американская авиация начала осуществлять бомбардировки китайских городов и сел, по всему Китаю развернулось могучее всенародное движение сопротивления американской агрессии и помощи корейскому народу. Китайский народ начал создавать части китайских народных добровольцев, которые 25 октября 1950 г. пришли в Корею, чтобы плечом к плечу с Корейской народной армией бороться против интервентов. 4 ноября 1950 г. демократические партии Китая опубликовали совместную декларацию, в которой говорилось: «Китайский народ не только в силу своего морального долга должен помочь корейскому народу в его борьбе против Америки. Оказание помощи Корее отвечает также интересам всего китайского народа и вызывается необходимостью самообороны. Спасти своего соседа — значит 390


спасти себя. Чтобы защитить нашу родину, мы должны помочь корейскому народу. Весь китайский народ горит желанием оказать сопротивление американской агрессии, помочь Корее и защитить свои дома и свою родину... Только сопротивлением можно дать урок империалистам и справедливо разрешить вопрос о независимости и свободе Кореи и других районов, исходя из воли народов» *.
В борьбе за защиту Родины китайский народ проявил высокий интернационализм и патриотизм. В первые же дни со всех концов Китая стали приходить в Пекин, в редакции газет и в различные организации десятки тысяч заявлений с просьбами о зачислении в отряды народных добровольцев. По всей стране прошли митинги и собрания, участники которых горячо поддерживали обращение демократических партий Китая. На фабриках и заводах, шахтах и электростанциях, железных дорогах, в деревнях развернулось патриотическое соревнование, целью которого являлось повышение производства для укрепления могущества родины, помощи китайским народным добровольцам и Корейской народной армии в их справедливой освободительной войне. Рабочие и крестьяне, служащие и работники науки, писатели и воины Народно-освободительной армии, все патриотически настроенные граждане Китая сплотились в своем стремлении дать отпор агрессорам, отстоять независимость Китая. Движение борьбы против американской агрессии, за помощь Корее усилило единый народный демократический фронт, способствовало укреплению великого единства всех демократических сил и всех национальностей нового Китая.
Народные добровольцы — отважные сыны и дочери великого китайского народа — с честью выполнили свой долг. С 25 октября 1950 г. по конец мая 1951 г. Корейская народная армия и отряды китайских народных добровольцев совместно провели пять крупных наступательных операций, в результате которых интервенты и лисынмановцы были отброшены в район 38-й параллели, после чего народные войска перешли к позиционной войне, применяя тактику активной обороны. В результате победоносных совместных боевых действий Корейской народной армии и китайских народных добровольцев, миролюбивой внешней политики Советского Союза и всего социалистического лагеря, давления общественного мнения всех стран США были вынуждены согласиться на предложение правительства СССР от 23 июня 1951 г., поддержанное правительствами КНР и КНДР, начать переговоры о перемирии в Корее. 10 июля 1951 г. такие переговоры начались.
Стойкость, мужество, боевой опыт Корейской народной армии и китайских народных добровольцев, народов Кореи и Китая,
1 «Правда» от 5 февраля 1950 г. 391


опирающихся на моральную поддержку стран лагеря мира и социализма, демократических слоев населения во всем мире, непопулярность войны среди американского народа привели к тому, что правительство США должно было в конце концов пойти на перемирие в Корее, соглашение о котором было подписано 27 июля 1953 г. в Паньмыньчжоне.
В результате войны в Корее США и их союзники и сателлиты понесли тяжелое военное и морально-политическое поражение. Они надеялись на молниеносную войну и быструю победу, а получили длительную тяжелую войну и провал своих агрессивных планов. За три года войны части Корейской народной армии и китайских народных добровольцев убили, ранили и взяли в плен свыше 1 млн. вражеских солдат и офицеров, сбили и повредили более 12 200 самолетов и 257 военных кораблей противника, уничтожили и захватили огромное количество военной техники и снаряжения.
Итак, несмотря на мобилизацию для войны в Корее трети американской армии, пятой части военной авиации и большой части военно-морского флота, а также вовлечения в войну 15 других стран, несмотря на перевес в военной технике, на затрату свыше 20 млрд, долларов и доставку в Корею более 73 млн. т военных грузов, американский империализм проиграл войну. После трех лет ожесточенных военных действий армия самой ’сильной державы капиталистического мира была вынуждена прекратить войну, не добившись цели.
Одной из главных причин победы народов Кореи и Китая является их братство и нерушимое единство, окрепшее в ходе справедливой войны за свою свободу и независимость. Китайские народные добровольцы, помогая своим корейским братьям и защищая свою родину, проявили массовый героизм и самопожертвование. Более 300 тысяч китайских народных добровольцев были отмечены наградами за боевые подвиги, многие батальоны, роты и взводы получили наименование подразделений-героев. Примером массового героизма может служить рота Ду Шэн-сяна, в которой 139 народных добровольцев были удостоены за свои подвиги звания героя. В Китае, Корее и во всем мире широко известно имя добровольца Хуан Цзи-гуана, повторившего подвиг советского воина Александра Матросова. Хуан Цзи-гуан увидел в Корее фильм «Александр Матросов» и образ героя, пожертвовавшего жизнью за родину, глубоко потряс его. Во время штурма одной из высот в районе горного хребта Сангань раненый связной Хуан Цзи-гуан своей грудью закрыл амбразуру вражеского дота.
Летчик Чжан Цзи-хуэй, сбивший американского асса майора Дэвиса, знаменитый истребитель вражеских танков Чжан Ба-фу, командир Ян Гэнь-сы, рота которого прославилась при обороне высоты 1071, и по их примеру сотни тысяч народных доброволь392


цев своим героизмом утверждали право китайского и корейского народов на независимое, свободное развитие.
Китайские народные добровольцы в Корее укрепляли и укреп* ляют узы братства между китайским и корейским народами. В подвиге народного добровольца Ло Шэн-цзяо, погибшего при спасении провалившегося под лед корейского мальчика, именем которого названа река в Корее, проявились великие интернационалистические качества, характерные для народных добровольцев, как и для корейских патриотов, которые, подобно Пак Де Кыну, жертвовали собой ради спасения раненых китайских народных добровольцев.
Моральная поддержка мужественной борьбы корейского и китайского народов против империалистической агрессии, оказанная Советским Союзом, странами народной демократии и всеми миролюбивыми народами, вдохновляла патриотов Кореи и Китая и сыграла важную роль в торжестве их правого дела.
Победа корейского и китайского народов в их справедливой войне имела огромное международное значение. Тот факт, что правящие круги США, несмотря на то, что им удалось вовлечь в свою военную авантюру 15 государств, не смогли добиться победы над сравнительно небольшим, но сильным своим стремлением к свободе и независимости корейским народом, поддержанным братским народом великого Китая и всеми свободолюбивыми народами, наглядно показал, что в мире произошли величайшие перемены.
Исход войны в Корее подтвердил, что после победы народной революции в Китае обречены на провал попытки империалистических государств решать дальневосточные и важнейшие мировые проблемы без участия Китая и тем более вопреки интересам Китая. Кампания борьбы против американской агрессии, за помощь Корее способствовала и внутреннему укреплению Китайской Народной Республики, развитию движения за увеличение промышленного и сельскохозяйственного производства, высвобождению интеллигенции из-под влияния американской империалистической идеологии, разоблачению контрреволюционных элементов — империалистической агентуры, сплочению всего китайского народа под руководством коммунистической партии.
Большое значение для укрепления и развития Китайской Народной Республики имела кампания борьбы против «трех» и «пяти» злоупотреблений, развернувшаяся в конце 1951 г. и первой половине 1952 г.
Борьба против «трех» и «пяти» злоупотреблений. В результате уничтожения империалистического гнета и свержения власти феодальных помещиков и крупной, компрадорской буржуазии, национальная буржуазия Китая получила возможности развития и экономически окрепла за первые годы существования КНР. Воспользовавшись этим, многие ее представители начали систе393


матически нарушать Общую программу НПКС и государственные законы, пытаясь захватить в свои руки руководство политической и экономической жизнью страны. При этом буржуазные элементы использовали для подрыва государственного аппарата пороки, свойственные чиновничеству старого полуфеодального, полуколониального Китая, еще не до конца уничтоженные с созданием новой, народно-демократической власти.
Чтобы отразить эти атаки буржуазии на народно-демократический строй, Коммунистическая партия Китая в конце 1951 г. призвала народные массы развернуть борьбу против «трех» злоупотреблений — коррупции, расточительства и бюрократизма в государственных учреждениях и организациях. В своем выступлении в связи с наступлением нового 1952 г. Мао Цзэ-дун говорил: «... Я желаю нам победы на вновь открывшемся фронте — фронте, на котором народ и, в частности, должностные лица страны призваны начать и развернуть в широком масштабе победоносную и беспощадную борьбу против коррупции, непроизводительных расходов и бюрократизма, чтобы очиститься от этой скверны, оставшейся после старого общества» Ч
Одновременно развернулась борьба против «пяти» злоупотреблений, свойственных большой части буржуазии: против взяточничества, уклонения от уплаты налогов, расхищения государственных средств, недобросовестного выполнения правительственных заказов и выкрадывания в государственных учреждениях секретных экономических сведений с целью спекуляции.
В борьбе против «трех» и «пяти» злоупотреблений участвовали миллионы рабочих и служащих государственных учреждений и предприятий, работников общественных организаций, рабочих и служащих частнокапиталистических, промышленных и торговых предприятий. В одном лишь Северном Китае более миллиона работников различных организаций, учреждений, государственных предприятий и учащейся молодежи, а также свыше 500 тысяч рабочих и служащих частных предприятий и фирм участвовали в разоблачении расхитителей и расточителей государственного имущества, бюрократов, спекулянтов ц прочих нарушителей Общей программы. Своими письмами и заявлениями трудящиеся в огромной степени способствовали успеху борьбы против «трех» и «пяти»> злоупотреблений. При их активном участии было выяснено, что среди государственных служащих были виновные в коррупции, расточительстве и бюрократизме. Были установлены различные наказания — от административных взысканий до смертной казни по приговору народного суда, к которой присуждались крупнейшие расхитители народного добра, нанесшие ущерб государству на сотни миллионов и миллиарды юаней. Чтобы представить масштабы хищений, можно привести
1 «Правда» от 3 января 1952 г. 394


такой факт: в Пекине было разоблачено 450 крупных преступников, расхитивших свыше 100 млрд, юаней государственных средств (в старых денежных знаках !). На эту сумму можно было приобрести продовольствие на год для 280 тысяч человек.
В результате успешного проведения кампании борьбы против «трех» злоупотреблений государственный аппарат стал действовать более эффективно, повысилась ответственность государственных служащих за выполнение их обязанностей, укрепилась связь между правительственными органами всех степеней и народными массами, значительно сократились управленческие расходы.
Большие результаты дала кампания борьбы против «пяти» злоупотреблений. Обследование более чем 450 тысяч частных промышленных и торговых предприятий в 9 крупнейших городах страны (в том числе Пекине, Тяньцзине, Шанхае, Кантоне, Ухане, Шэньяне и др.) показало, что свыше трех четвертей владельцев предприятий совершали различные противозаконные сделки и действия. В Шанхае, например, частные торговцы и промышленники нанесли ущерб государству в размере 150 000 млрд, юаней. В ходе борьбы против «пяти» злоупотреблений были вскрыты факты не только воровства и экономического вредительства, но и создания подпольных контрреволюционных организаций по инициативе некоторых представителей национальной буржуазии. Немало капиталистов пыталось сорвать само движение против «пяти» злоупотреблений, искусственно создавая экономические затруднения, закрывая предприятия и прекращая выплату рабочим зарплаты.
Однако рабочий класс Китая смог под руководством коммунистической партии привлечь на свою сторону мелкую буржуазию и прогрессивно настроенную, патриотическую часть национальной буржуазии, в результате чего кампания борьбы против «пяти» злоупотреблений была проведена успешно и привела к укреплению руководящего положения рабочего класса в политической, идеологической и экономической жизни страны. Борьба против «трех» и «пяти» злоупотреблений была важной подготовительной ступенью для перехода с 1953 г. к широкому плановому экономическому строительству—к осуществлению первого пятилетнего плана развития народного хозяйства Китайской Народной Республики.
1 В 1954 г. в КНР' была проведена денежная реформа: старые денежные знаки были обменены на новые из расчета 10 000 юаней на 1.


ГЛАВА XXVII
СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ И СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ КИТАЯ
Борьба за социалистическую индустриализацию Китая. Успехи, достигнутые в первые три года существования КНР в проведении аграрной реформы, восстановлении всего народного хозяйства, укреплении руководящего положения государственного сектора в экономике страны, в организации трудовой: взаимопомощи и кооперирования крестьян, в усилении демократической диктатуры народа, в отпоре американскому империализму — все эти крупнейшие завоевания китайского народа, одержанные им под руководством Коммунистической партии Китая, при братской помощи Советского Союза и всего социалистического лагеря, создали благоприятные условия для перехода к экономическому строительству больших масштабов на осцове первого пятилетнего плана на 1953—1957 гг. Центральной задачей пятилетки является развитие тяжелой промышленности, создание базы для индустриализации страны и обороны. Вместе с тем намечается соответствующее развитие транспорта, легкой промышленности, сельского хозяйства и торговли. На базе развития производства должно быть обеспечено постепенное повышение материального и культурного уровня жизни народа. Важной задачей пятилетнего плана является неуклонный рост социалистического сектора в народном хозяйстве, перевод частнокапиталистических предприятий на рельсы госкапитализма и государственного планирования, развитие производственного кооперирования китайского крестьянства. Таким образом, выполнение первого пятилетнего плана КНР будет означать крупный шаг на пути превращения Китая в могучую индустриальную социалистическую державу.
396


Историческое значение первого пятилетнего плана подчеркнула в своей речи на седьмом съезде профсоюзов КНР секретарь ЦК КПК Лю Шао-ци, заявивший: «Наша родина вступает в новый исторический этап и возлагает на нас новые исторические задачи. Эти задачи заключаются в осуществлении индустриализа* ции нашей страны и постепенном переходе к социализму».
Грандиозная задача построения социализма в стране с шестисотмиллионным населением и слабо развитой экономикой требует напряженной работы всего народа в течение довольно длительного времени. Коммунистическая партия Китая считает, что для выполнения основных задач переходного периода потребуется примерно три пятилетки в дополнение к трем годам восстановительного периода, а дело превращения Китая в могучую социалистическую державу с высокоразвитой индустрией займет 40—50 лет, т. е. всю вторую половину XX века. Но эта задача вполне осуществима. Залогом этому являются руководство Коммунистической партии Китая, трудовой энтузиазм рабочего класса и крестьянства, братская помощь Советского Союза. О реальности программы строительства социализма свидетельствует успешное выполнение заданий первых трех лет пятилетки.
В период первой пятилетки строятся и реконструируются около 700 крупных промышленных объектов, вступление которых в строй приведет к увелйчению за период 1953—1957 гг. вдвое объема промышленного производства и резкому повышению технической оснащенности страны. В числе наиболее важных предприятий, начавших действовать за первые годы пятилетки, — рельсо-балочный цех, цех бесшовных труб, цех тонколистового проката, три автоматизированные доменные печи самого крупного в стране Аныпаньского металлургического комбината, мартеновский цех на Чунцинском металлургическом заводе, тепловые электростанции в Сиани, Урумчи и других городах, высоковольтная линия электропередачи на северо-востоке, завод текстильного машиностроения в Тайюани, крупный угольный карьер в Фусине, обогатительный завод на оловянных рудниках в Гэцзю. Строятся крупные металлургические базы во Внутренней Монголии (у г. Баотоу) и в г. Хуанши, у берегов великой китайской реки Янцзы. У г. Чанчуня создается первый в стране автомобильный^ завод. Другой автозавод сооружается в районе Уханя. В Дояне и Тянь-цзине строятся тракторные заводы.
Быстро развивается машиностроение, которого до победы революции почти не было в Китае. За шесть лет существования КНР освоено производство более 2000 типов станков и машин, в том числе оборудование для шахт и рудников, крупные гидротурбины и трансформаторы, разнообразные металлообрабатывающие станки. Китайская промышленность изготовляет пассажирские и товарные вагоны, пароходы.
Большой размах приобрело железнодорожное строительство, которое имеет большое значение для устранения нерациональ397


ного, неравномерного развития промышленности в различных районах страны, бывшее одним из последствий хищнического господства империалистов в экономике Китая. Пятилетний план предусматривает строительство восемнадцати железных дорог общей протяженностью в несколько тысяч километров. В их числе — железнодорожная магистраль Ланьчжоу — Синьцзян, до советско-китайской границы, протяженностью более 2000 км. Эта дорога, являющаяся продолжением Лунхайской железной дороги, свяжет богатые естественными ресурсами районы Северо- Запада, в том числе крупнейшие в Китае Юймыньские нефтепромыслы (провинция Ганьсу) с промышленными центрами на востоке страны. Строится железная дорога Баотоу — Ланьчжоу, которая соединит северо-западную часть страны с Внутренней Монголией и Пекином. Железнодорожная линия Баоцзи — Чэнду обеспечит железнодорожное сообщение между Северо-Западом и Юго-Западом. Большое значение для экономики Китая и укрепления связи с СССР и МНР имеет железная дорога Цзинин — Эрлянь (на китайско-монгольской границе) — Улан-Батор и далее до советско-монгольской границы.
Одной из крупных строек пятилетки является огромный железнодорожный мост через Янцзы в г. Ухане, который обеспечит «беспрерывное сообщение через всю страну с севера на юг, от Пекина до Кантона.
На севере Китая сооружается новый крупный порт Синьган (Новая гавань), первая очередь которого уже вступила в строй. Преодолевая огромные трудности, работая высоко в .горах, дорожники проложили два шоссе, соединивших столицу Тибета Лхасу с Сиканом и Цинхаем, а через них — с Восточным Китаем.
Наряду со строительством жизненно важных для развития Китая предприятий тяжелой промышленности и коммуникаций, развивается дакже легкая и пищевая промышленность. Более .20 текстильных фабрик (заново построенных или реконструированных) начали в 1953 г. давать продукцию; в Харбине был построен самый крупный в Северо-Восточном Китае сахарный завод. Осуществляются крупные мероприятия с целью развития сельского хозяйства — освоение целинных земель, строительство ирригационных сооружений и т. д. 2-я сессия Всекитайского собрания народных представителей, утвердив 30 июля 1955 г. пятилетний план, приняла также большую программу обуздания и комплексного использования р. Хуанхэ. Выполнение этой многолетней программы не только положит конец стихийным бедствиям (наводнения, засухи) на огромной территории, охватывающей 2/б всей обрабатываемой в стране земли, но и даст возможность использовать громадные ресурсы энергии и превратит Хуанхэ в один из важных путей сообщения.
Пятилетний план успешно выполняется китайским народом, прежде всего героическим рабочим классом Китая, который под руководством коммунистической партии, опираясь на братскую 398


помощь советского народа, настойчиво преодолевает все трудности ради процветания своей родины. Общий объем промышленного производства увеличился в 1955 г. по сравнению с 1952 г. приблизительно на 62%.
Широкое экономическое строительство, к которому Китайская Народная Республика приступила в 1953 г., привело к дальнейшему быстрому росту удельного веса валовой продукции современной промышленности во всей продукции промышленности (включая кустарную) и сельского хозяйства Китая, удельного веса производства средств производства во всем промышленном производстве, удельного веса государственной, кооперативной и госкапиталистической промышленности во всей промышленности страны, о чем говорят следующие данные:
Год
1949
1952
1957 (план)
Удельный вес современной промышленности . .
17
26.7
36
Удельный вес производства средств производства
28,8
39,7
45,4
Удельный вес государственной, кооперативной и госкапиталистической промышленности .
37
59
87,8
Таким образом, речь идет не просто о промышленном строительстве, а о социалистической индустриализации, целью которой является ликвидация капиталистического уклада в экономике, обеспечение социалистической реконструкции всего народного хозяйства и превращение социалистического уклада из ведущего в господствующий и единственный уклад всей экономики страны. Социалистическая индустриализация и социалистическое преобразование индивидуальных хозяйств крестьян и кустарей, частнокапиталистической промышленности и торговли—две неразрывно связанные между собой части общего плана построения социализма в Китае.
Социалистическое преобразование экономики Китая. Опыт первых лет переходного периода показал возможность и необходимость использования гибких и многообразных форм для социалистического преобразования сельского хозяйства и кустарной промышленности, а также для частнокапиталистической торговли и промышленности. В сельском хозяйстве главной переходной формой от единоличного крестьянского хозяйства к социалистическому коллективному хозяйству является сельскохозяйственный производственный кооператив полусоциалистического типа.
С 1953 г., когда китайский народ приступил к выполнению Первого пятилетнего плана, коллективные формы труда в сель399


ском хозяйстве Китая начали развиваться особенно быстро. К осени 1954 г. в бригадах взаимопомощи и производственных кооперативах было объединено уже 60% крестьянских хозяйств. Конечно, пока еще значительная часть крестьян входит не в производственные сельскохозяйственные кооперативы, а во временные и постоянные бригады трудовой взаимопомощи, которые являются базой для создания кооперативов. Именно наличие такой базы, накопление китайским крестьянством собственного опыта коллективного труда в его низших формах создали возможности для бурного развития производственного кооперирования китайского крестьянства. Исходя из этих реальных возможностей, а также из объективной необходимости социалистической перестройки сельского хозяйства Китая, ЦК КПК принял в декабре 1953 г. постановление о развитии сельскохозяйственной производственной кооперации, в котором отметил, что крестьяне (главным образом середняки), вследствие своей двойственной природы, могут пойти как труженики по пути социализма, а как собственники и продавцы сельскохозяйственной продукции обнаруживают стихийные капиталистические тенденции. Поэтому политика коммунистической партии «состоит в том, чтобы настойчиво и вместе с тем осторожно, применяя разнообразные, приемлемые для крестьян переходные формы, направить производственную активность крестьянского индивидуального хозяйства на путь развития взаимопомощи и кооперации, преодолеть таким образом стихийные капиталистические тенденции, основой которых являются индивидуальные хозяйства, и постепенно перейти к социализму» L
Далее в постановлении ЦК КПК указывается, что возможность осуществления такой политики обеспечивается, во-первых, существованием народной власти, руководимой рабочим классом, и руководящей ролью социалистической промышленности в народном хозяйстве; во-вторых, тем, что крестьяне получили свободу и землю под руководством рабочего класса и верят в правильность его руководства; в-третьих — общностью интересов рабочих и крестьян, а также интересов бедняков и середняков. ЦК КПК обязал все партийные организации путем убеждения и примера, опираясь на поддержку государства, добиваться добровольного объединения крестьян и развития китайской деревни по социалистическому пути.
Развернув на основе этого постановления большую организаторскую и агитационно-пропагандистскую политическую работу, партийные организации возглавили серьезный подъем движения крестьян за производственное кооперирование. Об этом свидетельствуют следующие цифровые данные. Если в конце 1953 г.
1 Постановление ЦК Коммунистической партии Китая о развитии сель-* скохозяйственной производственной кооперации от 16 декабря 1953 г. См. приложение к журналу «Народный Китай» № 8 за 1954 г., стр. 4. 400


в Китае существовало 14 тысяч сельскохозяйственных производственных кооперативов, объединивших 273 тысячи дворов (0,24% всех крестьянских хозяйств), то к июню 1955 г. имелось 650 тысяч сельскохозяйственных производственных кооперативов, в которых было объединено 16,9 миллионов дворов — около 15% всех крестьянских хозяйств Китая.
31 июля 1955 г. товарищ Мао Цзэ-дун выступил на совещании секретарей провинциальных, городских и областных комитетов КПК с докладом «Вопросы кооперирования в сельском хозяйстве». В этом докладе обобщен большой опыт, накопленный Коммунистической партией Китая в руководстве кооперированием китайского крестьянства, и подвергнуты критике оппортунистические взгляды, выражающиеся в недооценке руководящей роли КПК в деревне и горячей поддержки, которую оказывают партии широкие массы крестьянства. Сторонники таких взглядов считали, что необходимо затормозить кооперирование, основываясь на том, что кооперативное движение в деревне якобы «опередило уровень сознательности масс». Вскрывая несостоятельность и вредность этих установок, Мао Цзэ-дун на основе анализа социального состава современной китайской деревни показал, что 60—70% сельского населения составляют бедняки и незажиточные середняки, которые желают под руководством партии идти по пути социализма — единственному пути, способному обеспечить им счастливую зажиточную жизнь.
Мао Цзэ-дун указал в своем докладе, что «в недалеком будущем в деревне наступит подъем социалистических преобразований в общегосударственном масштабе» и что к весне 1958 г., т. е. к началу первого года второй пятилетки, около 250 млн. крестьян— около 55 млн. дворов (половина всего сельского населения) — вступят в сельскохозяйственные производственные кооперативы полусоциалистического типа. К тому времени, говорится в докладе, во многих уездах и некоторых провинциях в сельском хозяйстве в основном будут завершены преобразования полусоциалистического характера, в различных районах страны небольшая часть кооперативов из полусоциалистических по своему характеру превратится в кооперативы полностью социалистического типа. Что же касается хозяйств остальной половины сельского населения, то к 1960 г. в отношении их в основном будут завершены полу- социалистические преобразования.
Состоявшийся в октябре 1955 г. 6-й (расширенный) пленум ЦК КПК в соответствии с докладом Мао Цзэ-дуна от 31 июля 1955 г. принял резолюцию по вопросу о кооперировании в сельском хозяйстве, в которой указывается, что на современном этапе классовая борьба в китайской деревне — это главным образом борьба крестьянских масс против кулаков и других капиталистических элементов, борьба между двумя путями развития — социалистическим и капиталистическим. Пленум ЦК КПК подчеркнул значение воспитания и убеждения крестьянских масс, особенно 401


середняков, с целью помочь им преодолеть колебания в выборе пути между социализмом и капитализмом.
Пленум обязал местные партийные органы проявлять инициативу и усилить руководство, отметая субъективистские и оппортунистические взгляды.
«Цель кооперативного движения, — говорится в резолюции пленума, — состоит в том, чтобы повернуть 110 млн. крестьянских дворов от индивидуального способа ведения хозяйства к коллективному ведению, а затем пойти дальше к осуществлению технической перестройки сельского хозяйства и ликвидации последней оставшейся системы эксплуатации в деревне — капитализма, к построению социализма». Пленум в основном одобрил проект примерного устава сельскохозяйственного производственного кооператива и решил передать его на рассмотрение Государственного Совета КНР и Постоянного Комитета Всекитайского собрания народных представителей.
Наряду с главной в настоящее время формой кооперативного движения в деревне — сельскохозяйственными производственными кооперативами полусоциалистического типа — большую роль в развитии социалистической экономики в деревне, следовательно — в ограничении, вытеснении и постепенной ликвидации капиталистических элементов в сельском хозяйстве играют снабженческо-сбытовые и кредитные кооперативы. Снабженческо- сбытовые кооперативы укрепляют связь крестьянства с государственной, социалистической промышленностью, «подрубая» нити, соединяющие мелкотоварное хозяйство крестьян с частнокапиталистической экономикой, с рыночной стихией, т. е. препятствуя торговой эксплуатации трудящихся крестьян посредниками — спекулянтами, купцами, предпринимателями, кулаками. Все это ведет к усилению экономического союза рабочего класса и трудящегося крестьянства.
Роль снабженческо-сбытовых кооперативов, которые объединяли в сентябре 1954 г. около полутораста миллионов членов» и имеются почти во всех районах страны, особенно возросла после введения в 1954 г. государственных плановых закупок и планового снабжения зерном, жирами, хлопчатобумажными тканями, а также плановых закупок хлопка. Эта мера государства вызвана тем, что темпы роста народного потребления превысили темпы развития производства предметов потребления, чем пытались воспользоваться злонамеренные спекулянты для взвинчивания цен на товары. Введение плановых закупок и снабжения обеспечивает интересы широких масс крестьян — производителей сельскохозяйственной продукции, а также интересы трудящихся города и деревни — потребителей хлеба, жиров, тканей. В этих условиях особенно большое значение приобретает деятельность снабженческо-сбытовых кооперативов крестьян, которые вместе с государственными торговыми организациями призваны обеспечить правильное осуществление плановых закупок и снабжения 402


с тем, чтобы эта мера вела к укреплению союза рабочих и крестьян: под руководством рабочего класса.
Тем же целям постепенного переустройства китайской деревни на социалистических началах служат кредитные кооперативы, призванные бороться против ростовщической эксплуатации крестьян кулаками и другими капиталистическими элементами. Быстрое развитие сельскохозяйственной производственной кооперации настоятельно требует взаимодействия с кредитными кооперативами, которые могут помочь производственным кооперативам в приобретении сельскохозяйственных орудий и покрытии других необходимых расходов. Улучшение положения китайского крестьянства дает реальные основания планировать быстрое развитие кредитной кооперации.
Таким образом народное правительство и Коммунистическая партия разработали целую систему мероприятий, которые подводят китайского крестьянина к ясному пониманию несомненных преимуществ коллективного ведения хозяйства по сравнению с индивидуальным, единоличным хозяйством. Сельскохозяйственные производственные кооперативы полусоциалистического типа не представляют еще наиболее совершенной формы коллективного труда. Они обеспечивают переход к социалистическому типу хозяйства — сельскохозяйственному производственному кооперативу, основанному на коллективной собственности на все средства производства, включая землю, т. е. к колхозу. Этот переход осуществляется по мере организационного и экономического* укрепления сельскохозяйственных производственных кооперативов полусоциалистического типа, роста сознательности их членов. Убеждаясь в том, что последовательное осуществление социалистического принципа распределения доходов только по труду ведет к повышению производства, следовательно к росту доходов, члены кооперативов постепенно сокращают ту долю доходов, которая подлежит распределению соответственно земельным паям, пока, наконец, не перейдут полностью к распределению^ доходов только по труду, т. е. к ликвидации частной собственности на средства производства. Это и будет означать превращение сельскохозяйственного производственного кооператива полусоциалистического типа в кооператив социалистического типа, колхоз. Летом 1954 г. в Китае было около 200 таких колхозов. Итак, от простых, временных бригад трудовой взаимопомощи через постоянные бригады трудовой взаимопомощи к сельскохозяйственным производственным кооперативам полусоциалистического типа и от них — к высшей форме сельскохозяйственной производственной кооперации — к колхозам, — таков путь к счастливой зажиточной жизни, к социализму, на который твердо стало китайское крестьянство.
Что же касается класса сельских капиталистов — кулаков, то Конституция Китайской Народной Республики определила, что «в отношении кулацких хозяйств государство проводит политику
403


их ограничения и постепенной ликвидации». Осуществление этой политики облегчается относительной слабостью китайского кулака по сравнению, например, с кулаком в Советском Союзе до начала сплошной коллективизации. Как отметил в своем докладе о проекте Конституции Лю Шао-ци, благодаря развитию в деревне производственной, снабженческо-сбытовой и кредитной кооперации, а также благодаря введению государственных централизованных закупок и сбыта зерна и других важных видов сельскохозяйственной продукции кулацкие хозяйства подвергаются значительному ограничению. Они развиваются не по восходящей, а по нисходящей линии. Многие кулаки воздерживаются от найма батраков, сократилась их ростовщическая и торговая деятельность. Хотя борьба и неизбежна и китайский народ учитывает необходимость сломить сопротивление кулачества социалистическим преобразованием, все же, как сказал Лю Шао-ци, «судя по общему политическому и экономическому положению в стране, нам впредь не придется проводить специальную кампанию «вроде аграрной реформы». Ликвидация капиталистических элементов в деревне произойдет постепенным путем, по мере укрепления различных видов кооперации, прежде всего — производственных кооперативов.
В отношении социалистического преобразования кустарной промышленности избран тот же путь постепенного кооперирования на основах строгой добровольности, что и в отношении сельского хозяйства. Трудящиеся кустари, как и трудящиеся крестьяне, объединяются в производственные и снабженческо-сбытовые кооперативы. По данным на конец 1953 г. имелось более 4800 производственных кооперативов, объединяющих 300 тысяч кустарей.
Китайская Народная Республика накопила уже известный опыт и в деле социалистического преобразования частнокапиталистической промышленности и торговли. Здесь переходной ступенью является государственный капитализм.
Низшая форма государственного капитализма, наиболее распространенная в первое время после образования КНР, — это закупка государством продукции частнокапиталистических предприятий. Начиная с 1950 г. главное место в госкапиталистиче- ском секторе стала занимать средняя форма госкапитализма: переработка частнокапиталистическими предприятиями государственного сырья или полуфабрикатов; выполнение частными предприятиями государственных заказов на изготовление определенных видов товаров, причем государство авансирует предпринимателя или частично обеспечивает его сырьем; централизованные закупки государством всей или особо важной продукции частнокапиталистических предприятий. В первом полугодии 1954 г. четыре пятых валовой продукции частнокапиталистических предприятий восьми крупнейших городов страны — Шанхая, Тяньцзиня, Пекина, Уханя, Кантона, Шэньяна, Чунцина
-104


■и Сианя — составляли выполненные государе lBtJHtiDic оапаэш шт товары, сбываемые через государственные торговые организации. Введение плановых закупок и планового снабжения рядом важнейших товаров привело к тому, что многие частные магазины и фирмы, специализировавшиеся на торговле этими товарами, •стали сбывать их по поручению государственных торговых организаций. Это ведет к быстрому усилению государственного капитализма в торговле.
Государственные заказы частнокапиталистическим предприятиям и контрактация их продукции подготавливают превращение этих предприятий в смешанные государственно-частные предприятия, которые являются высшей формой государственного капитализма.
Смешанные предприятия начали создаваться уже в первые годы существования Китайской Народной Республики, но тогда они занимали незначительное место в экономике страны. Так, в 1950 г. государственно-частные предприятия давали всего лишь 2% всей промышленной продукции, в 1952 г. 5%. Положение существенно меняется в период первой пятилетки, особенно в 1954 г. Как отметил Чжоу Энь-лай в докладе о работе правительства Китайской Народной Республики на первой сессии Всекитайского собрания народных представителей (сентябрь 1954 г.), «капиталистические промышленные предприятия начинают целыми группами преобразовываться в государственночастные предприятия». В результате доля частного капитала в промышленной продукции Китайской Народной Республики в 1954 г. снизилась до 29%. Одной из важных задач первого пятилетнего плана является завершение в основном перевода частнокапиталистических предприятий на рельсы государственного капитализма и государственного планирования.- Результаты первых лет пятилетки показывают, что эта задача вполне реальна.
Особенности переходного периода в Китайской Народной Республике. Своеобразие исторических условий, в которых китайский народ борется за построение социализма, определяет некоторые особенности переходного периода в Китае. Прежде всего переход к социализму в Китайской Народной Республике осуществляется не от капитализма, который не утвердился в дореволюционном Китае как господствующий способ производства, а от новодемократического строя, возникшего на развалинах старого полуколониального и полуфеодального общества. Китай идет к социализму по некапиталистическому пути, минуя капиталистическую стадию развития. В новодемократическом Китае рабочий класс является руководителем государства, а союз рабочих и крестьян составляет прочную основу демократической диктатуры народа, основу единого народного демократического фронта, сыгравшего под руководством рабочего класса важную роль в победе революции и ныне сохраняющего свое значение 405


в деле мобилизации всех прогрессивных сил страны. Политическое руководство рабочего класса в Китайской Народной Республике опирается на экономическую основу — созданный в результате победы новодемократической революции и постепенно крепнущий государственный, социалистический по своему характеру уклад экономики. В то же время строительство социализма в Китае осуществляется в благоприятных международных условиях, при многосторонней поддержке могучего лагеря мира, демократии и социализма, возглавляемого Советским Союзом. Эта поддержка усиливает элементы социализма в ущерб элементам капитализма.
Все эти факторы создают условия для построения социализма мирным путем. «Строй народной демократии в Китайской Народной Республике, то есть строй новой демократии, обеспечивает для нашей страны возможность мирным путем, — говорится в Конституции Китайской Народной Республики, — ликвидировать эксплуатацию и нищету и построить процветающее и счастливое социалистическое общество».
В отличие от капиталистических стран, социалистическая революция в Китае не имеет своей задачей свержение существующего государственного строя, ибо это не буржуазный, а народно- демократический строй. Напротив, демократическая диктатура народа является мощным оружием китайского народа в его великом деле построения социалистического общества. Поэтому в Конституции Китайской Народной Республики записано, что «Китайская Народная Республика, опираясь на государственные органы и общественные силы, путем социалистической индустриализации и социалистических преобразований обеспечивает постепенное уничтожение системы эксплуатации и построение социалистического общества».
С другой стороны, уничтожение капиталистической эксплуатации не потребует применения таких методов, которые применялись, например, в период аграрной реформы, когда за сравнительно короткий период времени народные массы разом покончили с феодальной системой эксплуатации. Эта цель достигается постепенно, в городе — через различные формы государственного капитализма, в деревне — через развитие кооперации,, ограничение и постепенную ликвидацию кулацких хозяйств.
Частнокапиталистическая промышленность и торговля занимают противоречивое положение в Китайской Народной Республике. Они играют и положительную роль в смысле снабжения населения промышленными товарами, расширения товарооборота,, накопления средств для социалистической индустриализации,, обладания известным опытом управления предприятиями, и отрицательную роль, ибо капиталисты стремятся только к получению прибыли, не заботясь о благе народа. Как правило, уровень производства на частнокапиталистических предприятиях 406


низок, ибо его повышению препятствуют противоречия, заложенные в самой основе капиталистического производства.
Это противоречивое положение частнокапиталистической промышленности и торговли отражено в Конституции Китайской Народной Республики, в которой устанавливается, что государство, согласно закону, охраняет право собственности капиталистов на средства производства и другие капиталы, и в то же время указано, что государство «постепенно заменяет собственность капиталистов общенародной собственностью». Двойственное положение капиталистического сектора в экономике Китайской Народной Республики определило и соответствующую политику в отношении частного капитала, выражающуюся словами: «использование, ограничение и преобразование».
Разумеется, мирный переход к социализму отнюдь не означает отсутствия классовой борьбы в переходный период в Китае. Не говоря уже о классовой борьбе между империалистической и гоминьдановской агентурой, компрадорами и помещиками, с одной стороны, и народом, с другой, в период строительства социализма происходит и классовая борьба между буржуазией города и деревни и трудящимися, руководимыми рабочим классом. Такие факты, как вскрытые в конце 1951 г. — первой половине 1952 г., в период кампании борьбы против «трех» и «пяти» зол, многочисленные нарушения частью капиталистов законов КНР, различные преступления, имевшие целью захват руководящего положения в экономике страны и в государственном аппарате, — представляли собой наступление буржуазии на народно-демократический строй. И после этого часть капиталистов совершает различные противозаконные действия, а некоторые из них даже сопротивляются социалистическим преобразованиям. В различных местностях вскрыты факты сопротивления кулаков государственным плановым закупкам и сбыту, попытки подрыва трудовой взаимопомощи и кооперирования. Государственные органы, исходя из Конституции республики, последовательно борются со всеми этими враждебными действиями, надежно охраняя и защищая коренные интересы народа.
Об острой классовой борьбе в переходный период свидетельствуют разоблачение антипартийного блока Гао Гана — Жао Шу-ши, вскрытие подрывной деятельности группы Ху Фына, который выдавал себя за «деятеля прогрессивной литературы», а в действительности являлся врагом революции, связанным с гоминьдановцами. Работники науки и культуры нового Китая под руководством КПК ведут борьбу против антинаучных и антинародных воззрений идеолога крупной буржуазии Ху Ши и его последователей.
Особенности переходного периода в Китае еще и еще раз подтверждают замечательные слова В. И. Ленина, написанные в одной из последних его работ: «...дальнейшие революции в неизмеримо более богатых населением и неизмеримо более отличающих407


ся разнообразием социальных условий странах Востока будут преподносить..., несомненно, больше своеобразия, чем русская революция» L Однако особенности развития Китая по пути к социализму не могут изменить того основного факта, что по своей классовой сущности и целям переходный период в Китайской Народной Республике в основном однотипен с переходным периодом в СССР и в европейских странах народной демократии.
Первые всеобщие выборы, созыв Всекитайского собрания народных представителей и принятие Конституции Китайской Народной Республики. Исторические завоевания китайского народа в строительстве нового, народно-демократического государства, в развитии по пути к социализму создали условия для проведения в 1953—1954 гг. всеобщих выборов в местные органы власти, созыва на этой основе в сентябре 1954 г. Всекитайского' собрания народных представителей и принятия первой Конституции республики. Право участия в выборах в местные собрания народных представителей получили свыше 97% граждан в возрасте от 18 лет. Более шести седьмых всех избирателей приняли1 участие в выборах. Уже эти цифры говорят о подлинно демократическом характере первых всеобщих выборов в истории Китая. Низовые собрания народных представителей образовывались прямыми выборами депутатов, что же касается собраний народных представителей уездов, крупных городов и провинций, а также Всекитайского собрания народных представителей, то их депутаты избирались собраниями народных представителей нижестоящих административных единиц.
Избрание собраний народных представителей всех ступеней означает дальнейшую демократизацию государственного строя Китайской Народной Республики, обеспечивающую вовлечение еще более широких народных масс в дело управления делам» государства.
Одновременно с выборами в собрания народных представителей шло составление проекта Конституции КНР, который вырабатывался специальной комиссией под председательством Мао Цзэ-дуна. В основу работы Конституционной комиссии был положен проект, предложенный в марте 1954 г. Центральным комитетом Коммунистической партии Китая, который затем в течение двух месяцев обсуждался в различных городах многочисленными представителями демократических партий, народных организаций и всех слоев населения. 14 июля 1954 г. выработанный комиссией проект Конституции был опубликован Центральным народным правительственным советом для всенародного обсуждения. В ходе этого обсуждения, в котором приняло* участие более 150 млн. человек, широкие народные массы выразили горячее одобрение проекта Конституции. Ряд поправок и дополнений, внесенных в ходе обсуждения, был внесен Конств- 1 В. И. Ленин, Сочинения, т. 33, стр. 439.
408


туционной комиссией, после чего проект Конституции был принят Центральным народным правительственным советом и внесен на -обсуждение Всекитайского собрания народных представителей. 20 сентября 1954 г. Всекитайское собрание народных представителей единогласно, в обстановке огромного патриотического подъема, утвердило Конституцию Китайской Народной Республики.
Как отметил в своем докладе о проекте Конституции Лю Шао-ци, Конституция КНР есть обобщение исторического опыта китайского народа за последние сто лет, опыта борьбы за национальное и социальное освобождение, против иностранных поработителей Китая и внутренних реакционных сил.
Китайский народ много лет стремился к тому, чтобы иметь конституцию. В свое время реакционные силы, стремясь укрепить свое господство и обмануть народные массы, вводили всякого рода лжеконституции. Это проделывали и представители цинской монархии, и северные милитаристы, и главари чанкайшист- ского гоминьдана, враждебные не только народной демократии, но даже и буржуазной демократии. Все эти «конституции» оставались клочками бумаги, которые никак не меняли существа дела, выражавшегося в господстве феодалов и компрадоров — приспешников империализма.
Что же касается конституции буржуазно-демократического типа, то такая конституция была принята в Китае в результате революции 1911 г. (синхайской), но так как революция эта потерпела поражение, погибла в зародыше, то и конституция, порожденная синхайской революцией, также была уничтожена Юань Ши-каем. Уничтожение этой конституции, как и вообще поражение революции 1911 г. и последующие события, наглядно доказало, что под руководством буржуазии китайский народ не может добиться свободы и подлинной демократии, что для этого необходимо руководство рабочего класса.
Таким образом, исторический опыт показал, что настоящей конституцией китайского народа могла стать и действительно стала только конституция социалистического типа.
Вместе с тем при составлении Конституции КНР учитывался не только опыт китайского народа, особенно в новейшее время (Конституция, принятая на 1-м съезде рабочих и крестьянских депутатов Китая в Жуйцзине в 1931 г., законы освобожденных районов в период антияпонской и народно-освободительной войн, Общая программа НПКС),, но и международный революционный опыт в этой области (конституции СССР различных периодов и конституции народно-демократических государств).
Конституция КНР основана на марксистско-ленинской теории, ее принятие является новым крупнейшим подтверждением действенности учения Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина. Б ней закреплены завоевания китайского народа, достигнутые в результате победы народной революции и за первые пять лет 27 Зак. 554
409


переходного периода, а именно: превращение Китая из полуколонии в независимое государство; уничтожение длительного господства феодализма; достижение подлинного объединения страны в единое государство, сплочение различных национальностей; уничтожение бесправия народных масс, развитие широкого демократизма и активное участие сотен миллионов трудящихся в политической жизни страны; восстановление разрушенного империалистами и гоминьдановскими реакционерами народного хозяйства и начало социалистического строительства.
По своей классовой сущности Конституция КНР принадлежит к конституциям социалистического типа: она закрепляет руководство рабочего класса государством и союз рабочих и крестьян, как основу государства. При этом Конституция КНР указывает и основные задачи государства в переходный период, а именно: постепенное осуществление социалистической индустриализации, постепенное завершение социалистических преобразований сельского хозяйства, кустарной промышленности, а также капиталистической промышленности и торговли.
Как отмечается в Конституции, возглавляемый Коммунистической партией единый народно-демократический фронт, который был образован из демократических классов, демократических партий и групп и народных организаций на основе союза рабочих и крестьян, и в дальнейшем будет играть свою роль в мобилизации и сплочении народа всей страны на выполнение основных задач государства в переходный период и на борьбу против внутренних и внешних врагов. Единый фронт представляет собой еще более широкое, по сравнению с союзом рабочих и крестьян, объединение; своего рода союз между трудящимися и нетрудя- щимцся, с которыми возможно сотрудничать. Организацией единого народного демократического фронта является Народный политический консультативный совет. В декабре 1954 г. состоялась пленарная сессия Всекитайского комитета (второго созыва) Народного политического консультативного совета Китая, принявшая новый Организационный статут НПКС, который содержит следующие руководящие принципы: 1) поддерживать Конституцию КНР и предпринимать все усилия для ее осуществления; 2) укреплять народно-демократический строй, руководимый рабочим классом и основывающийся на союзе рабочих и крестьян; укреплять ведущее положение социалистического сектора в народном хозяйстве; 3) помогать государственным организациям и приводить в движение общественные силы для осуществления плана государственного строительства в целях социалистической индустриализации и социалистических преобразований; 4) крепить тесную связь с массами, отражать их мнение и вносить предложения в государственные организации; 5) крепить единство всех национальностей страны, развивать патриотизм, повышать революционную бдительность, охранять национальное строительство и вести борьбу против внешних 410


и внутренних врагов; 6) крепить и развивать нерушимую дружбу Китая с СССР и странами народной демократии, способствовать дружбе Китая со всеми миролюбивыми странами, укреплять дружбу Китая с миролюбивыми людьми во всем мире, бороться против агрессии, защищать мир во всем мире и поддерживать справедливое дело человечества *.
Социалистический характер Конституции КНР выражается и в том, что в ней закрепляются не бумажные, а реальные права и свободы граждан: свобода слова, печати, собраний, союзов, демонстраций, свобода личности, право на труд, право на образование, право трудящихся на отдых, на получение материальной помощи в старости, а также в случае болезни или потери трудоспособности. При этом Конституция устанавливает, что государство будет обеспечивать эти права граждан КНР путем постепенного расширения соответствующих материальных условий. Государственный и общественный строй Китайской Народной Республики определяет возможность заботы государства о правах и свободах граждан.
Конституция определяет, что граждане КНР имеют право на труд и что государство обеспечивает это право путем планового развития народного хозяйства, постепенного увеличения занятости трудом, улучшения условий труда и повышения заработной платы. Экономическое и культурное строительство в КНР привело к постоянному и сильному сокращению числа безработных, которых в старом Китае насчитывались миллионы. За три с половиной года (с середины 1950 г. по конец 1953 г.) свыше 2 млн. безработных получили работу. В это число не входят те безработные, которые нашли работу сами, без рекомендации соответствующих учреждений. На северо-востоке страны, где промышленное строительство развернулось раньше, чем в остальных районах Китая, безработица в основном уже ликвидирована. Растет число рабочих и служащих, которых в 1953 г. было уже более 13,7 млн.
Непрерывно улучшаются условия труда на предприятиях. На предприятиях введена охрана труда и техника безопасности. Внедряется механизация наиболее трудоемких процессов, в частности, в угольной промышленности. Растет заработная плата рабочих, которая в 1953 г. была (по предприятиям пяти основных промышленных министерств) на 84% выше, чем в 1950 г.
Право на отдых, записанное в Конституции, обеспечивается введением 8-часового рабочего дня на государственных и сравнительно крупных частных предприятиях, строительством профсоюзных домов отдыха и санаториев, предоставлением беременным женщинам 56-дневного оплачиваемого отпуска. На курортах страны за три года отдыхало и лечилось 800 тысяч рабочих.
1 См. «Правду» от 27 декабря 1954 г.
411


Введение системы рабочего страхования, пенсий по старости, бесплатного медицинского обслуживания обеспечивает осуществление статьи Конституции, гласящей: «Трудящиеся Китайской Народной Республики имеют право на получение материальней помощи в старости, а также в случае болезни или потери трудоспособности...».
Конституция КНР предоставляет гражданам республики право на образование. Это великое завоевание трудящихся масс страны, где до победы революции неграмотные составляли 80% населения. Государство отпускает на просвещение огромные средства: в 1953 г. на развитие просвещения было отпущено в 30 раз больше средств, чем в 1936 г. В результате число студентов высших учебных заведений в 1953 г. было больше на 40%, чем в дореволюционном Китае, число учащихся средних специальных школ — на 75% больше, число учащихся общеобразовательных средних школ — на 95%, число обучающихся в начальных школах — на 117% !. При этом непрерывно растет число учащихся из семей рабочих и крестьян. Кроме того, миллионы рабочих и десятки миллионов крестьян обучаются в различных вечерних школах, школах зимнего периода и других учебных заведениях, играющих огромную роль в повышении общего культурного уровня трудящихся.
Политической системой Китайской Народной Республики является система собраний народных представителей, которая в условиях Китая является наиболее удобной для осуществления народными массами их прав, для постоянного участия народа в управлении государством, для развития активности и творческой инициативы народных масс.
Собрания народных представителей всех ступеней создаются путем всеобщих * выборов, в которых участвуют все граждане, достигшие 18 лет, за исключением феодалов-помещиков и представителей бюрократического капитала, лишаемых права избирать и быть избранными. Правда, в современных условиях еще необходимо давать большую норму представительства городскому населению, чем сельскому, чтобы обеспечить руководящее положение рабочего класса в государстве, еще необходимо применять систему многостепенных выборов, как это было в СССР, когда в нашей стране действовала система съездов Советов (до принятия в 1936 г. новой Конституции СССР), еще необходимо, ввиду наличия большого количества неграмотных, при выборах в низовые органы власти проводить голосование путем поднятия руки. Конечно, избирательная система в КНР, как сказал в докладе о проекте Конституции Лю Шао-ци, «будет постепенно совершенствоваться и после создания соответствующих условий
1 См. «Правду» от 27 декабря 1954 г. 412


будет полностью осуществлена система всеобщих, равных, прямых выборов при тайном голосовании» Ч
Конституция устанавливает, что высшим органом власти Китайской Народной Республики является Всекитайское собрание народных представителей (ВСНП), создаваемое сроком на 4 года из представителей, избранных от провинций, автономных районов, городов центрального подчинения и китайцев, живущих за границей. ВСНП вносит изменения в Конституцию, принимает законы, контролирует проведение в жизнь Конституции, избирает и утверждает высших должностных лиц республики (Председателя и заместителя Председателя КНР, премьера и членов Государственного совета, членов Государственного комитета обороны, председателя Верховного народного суда и Генерального прокурора Верховной народной прокуратуры), утверждает народнохозяйственные планы, государственный бюджет и отчет об его исполнении, административное деление страны, принимает решение об амнистии, решает вопросы войны и мира, а также выполняет другие функции, которые ВСНП считает необходимым взять на себя. Постоянно действующим органом ВСНП является Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей.
Согласно Конституции КНР, Всекитайское собрание народных представителей избирает сроком на 4 года Председателя Китайской Народной Республики, который на основании решений ВСНП и Постоянного комитета ВСНП опубликовывает законы и указы, назначает и смещает премьера и заместителей премьера Государственного совета, министров, председателей комитетов и комиссий, начальника секретариата Государственного совета, заместителя председателя и членов Государственного комитета обороны, награждает орденами и присваивает почетные звания, опубликовывает указы об амнистии и о помиловании, объявляет о состоянии войны и опубликовывает указы о мобилизации. Председатель КНР представляет Китайскую Народную Республику в области международных отношений. Он возглавляет вооруженные силы страны и является председателем Государственного комитета обороны.
В случае необходимости Председатель КНР созывает под своим председательством Верховное государственное совещание в составе заместителя Председателя КНР, председателя Постоянного комитета ВСНП, премьера Государственного совета и других необходимых лиц. Заместитель Председателя КНР, также ^избираемый Всекитайским собранием народных представителей, помогает Председателю КНР в его работе.
Высшим государственным административным органом^ является Государственный совет, который руководит работой мини-
1 «Материалы Первой сессии Всекитайского собрания народных представителей», стр. 40.
413


стерств, комитетов и комиссий, а также местных административных органов.
Первая сессия Всекитайского собрания народных представителей единодушно избрала вождя китайского народа товарища Мао Цзэ-дуна Председателем Китайской Народной Республики, товарища Чжу Дэ — заместителем Председателя КНР, товарища Лю Шао-ци — председателем Постоянного комитета ВСНП, товарища Чжоу Энь-лая—премьером Государственного совета.
Китайская Народная Республика делится на провинции, автономные районы, города центрального подчинения. Провинции и автономные районы делятся на автономные округа, уезды, автономные уезды, города. Уезды и автономные уезды делятся на волости, национальные волости, поселки.
В провинциях, городах центрального подчинения, уездах, городах, городских районах, волостях, национальных волостях, поселках учреждаются органы государственной власти на местах — Собрания народных представителей и их исполнительные органы — Народные комитеты. В автономных районах, автономных округах и автономных уездах учреждаются органы самоуправления.
Принятие Конституции Китайской Народной Республики является выдающимся завоеванием китайского народа, получившего могучее оружие в борьбе за социализм. Вместе с тем Конституция КНР имеет огромное международное значение. Народы колоний и полуколоний, находящиеся ныне в том же положении, в каком находился всего лишь несколько лет назад китайский народ, видят в его успехах, в принятии Конституции КНР пример того, чего может добиться за короткий период народ, освобожденный от империалистической кабалы; они убеждаются на примере китайского народа в возможности путем борьбы с угнетателями добиться свободы и независимости, добиться условий для установления в своих странах подлинно демократических порядков и принятия подлинно демократических конституций.
Внешняя политика КНР. Китайская Народная Республика с момента своего образования стала одним из сильнейших бастионов мира. «Борьба за благородные цели мира во всем мире и прогресса человечества является неизменным курсом нашей страны в международных делах», — говорится в Конституции КНР. Основой внешней политики народного Китая являются отношения нерушимой дружбы с Советским Союзом и странами народной демократии. Правительство КНР настойчиво выступает за сохранение мира на Дальнем Востоке и во всем мире, отстаивая возможность мирного сосуществования со всеми странами, которые придерживаются этого же принципа. Китайская народная республика установила дипломатические отношения с 25 странами, население которых составляет 1 млрд, человек. Свыше 50 стран ведут торговлю с Китаем. Укрепление международного веса и авторитета КНР проявилось в таких важных фактах, как 414


прекращение военных действий в Корее, достигнутое при активном участии Китая, как успех состоявшегося в 1954 г. Женевского совещания пяти великих держав и других заинтересованных стран, в котором Китайская Народная Республика приняла участие как одна из великих держав. В результате самоотверженной освободительной борьбы вьетнамского народа, а также в результате последовательной политики СССР и КНР, Женевское совещание приняло решение об установлении мира в Индокитае на основе признания прав вьетнамского народа и других народов Индокитая на независимое существование. Исход Женевского совещания продемонстрировал всему миру, что в наше время невозможно решать какие-либо важные международные вопросы без участия великой державы китайского народа.
Большое значение для дела мира и международного сотрудничества имеет установление дружественных отношений между Китайской Народной Республикой и Индией, а также другими странами юго-восточной Азии. Состоявшаяся в конце июня 1954 г. встреча между премьер-министрами Китая и Индии завершилась опубликованием совместной декларации, в которой отражены пять основных принципов мирного сотрудничества между различными странами, независимо от их государственного и общественного строя, а именно: взаимное уважение территориальной целостности и суверенитета, ненападение, невмешательство во внутренние дела друг друга, равенство и взаимная выгода, мирное сосуществование. Эти пять принципов одобрены правительствами многих, особенно азиатских, государств, они полностью соответствуют задаче сохранения мира во всем мире. Как заявил в своей речи в Пекине 30 сентября 1954 г. Н. С. Хрущев, «Совет-* ский Союз считает, что если эти принципы будут приняты всеми странами, то мирное сосуществование государств с различными социальными системами будет обеспечено и угроза опасности новой мировой войны уступит место миру и взаимному доверию» 1. В укреплении дружественных отношений между свободным Китаем и странами Юго-Восточной Азии — Индией, Бирмой, Индонезией, ставшими на путь независимого существования, — проявляется коренное изменение положения в Азии, народы которой, вдохновляемые примером великого китайского народа, полны решимости не допустить больше хозяйничания империалистов на своем континенте, полны решимости превратить Азию в крепость мира.
Правительство КНР стоит за установление нормальных добрососедских отношений с Японией, за развитие торговли с ней на основах взаимной выгоды.
Выступая за мирное сосуществование со всеми государствами, независимо от их государственного и общественного строя, правительство Китайской Народной Республики осуществляет курс на 1 <Правда> от 1 октября 1954 г.
415


нормализацию отношений со всеми странами, в том числе с Соединенными Штатами. Наглядным доказательством этого являются китайско-американские переговоры в Женеве, начавшиеся по инициативе КНР в августе 1955 г., которые привели к соглашению о репатриации гражданских лиц обеих сторон. Правительство КНР выдвинуло в августе 1955 г. предложение заключить пакт коллективного мира стран Азии и района Тихого океана, включая США, который бы занял место различных военных блоков, существующих в этой части земного шара. Народное правительство Китая предложило также созвать дальневосточное совещание с широким представительством стран Азии для того, чтобы добиться мирного решения корейского вопроса. Ярким проявлением миролюбия китайского народа является тот факт, что к осени 1955 г. из Кореи выведено в общей сложности 19 дивизий китайских народных добровольцев.
Проводя миролюбивую внешнюю политику, правительство Китайской Народной Республики при решительной поддержке Советского Союза и стран народной демократии настойчиво отстаивает национальные интересы китайского народа, требует прекращения американской оккупации Тайваня, восстановления законных прав Китая в ООН, устранения искусственных препятствий на пути развития политических, экономических и культурных связей между государствами.
В своей борьбе за мир на Дальнем Востоке и во всем мире КНР выступает в тесном союзе с СССР и всеми странами социалистического лагеря.
Нерушимый союз и взаимная помощь Советского Союза и Китайской Народной Республики. С победой народной революции в Китае создались условия для превращения дружбы между народами СССР и Китая в нерушимый союз двух великих держав — Советского Союза и Китайской Народной Республики. Советское государство с первых дней своего существования последовательно проводило политику поддержки справедливой борьбы китайского народа за свою свободу и независимость. Симпатии и сочувствие советского народа всегда были на стороне- народных масс Китая. Эта последовательная линия нашего государства, нашего народа получила, например, яркое выражение- в таких фактах, как установление дипломатических отношений в 1924 г. на основах полного равноправия, как бескорыстная и разнообразная поддержка, оказанная Советским Союзом Китаю в годы национально-освободительной войны китайского народа против японского империализма. Но существовавшие до 1949 г. в Китае реакционные правительства, проводя антинациональную, проимпериалистическую политику, всячески препятствовали развитию советско-китайской дружбы.
Положение коренным образом изменилось, когда победивший китайский народ создал свое государство — Китайскую Народную Республику. На следующий день после провозглашения КНРГ
416


2 октября 1949 г., Советское правительство приняло решение установить дипломатические отношения с Китайской Народной' Республикой и обменяться послами. Это решение, за которым последовали такие же решения народно-демократических стран. Европы и Азии, в огромной степени укрепило международное положение только что образованной Китайской Народной Республики.
Китайский народ восторженно встретил сообщение о решении Советского правительства. Представители рабочего класса и других демократических классов, народных организаций, различные- газеты — все единодушно заявляли об огромном значении установления дипломатических отношений между СССР и КНР.
Дальнейшим развитием этой политики дружбы и сотрудничества явилось заключение 14 февраля 1950 г. советско-китайского договора о дружбе, союзе и взаимной помощи сроком на тридцать лет, соглашения о Китайской Чанчуньской железной дороге- (КЧЖД), Порт-Артуре и Дальнем и соглашения о предоставлении правительством Советского Союза правительству КНР долгосрочного экономического кредита.
В договоре указано, что оба государства объединяют свои усилия для совместной борьбы за поддержание мира и безопасности народов. Договаривающиеся стороны обязались предпринимать все необходимые меры для недопущения повторения агрессии со стороны Японии или любого другого государства, которое прямо или косвенно объединилось бы с Японией в актах агрессии. В случае нападения на одну из договаривающихся сторон, предпринятого Японией или союзными с ней государствами, другая договаривающаяся сторона обязывается немедленно оказать всю возможную военную и иную помощь. СССР и КНР обязались добиваться заключения совместно с другими союзными вовремя войны державами мирного договора с Японией, не участвовать в коалициях и действиях, направленных против другой договаривающейся стороны, консультироваться друг с другом по всем важным международным вопросам, развивать и укреплять экономические и культурные связи, взаимную помощь и сотрудничество.
Соглашение о КЧЖД, Порт-Артуре и Дальнем основывалось на учете коренных изменений, происшедших после 1945 г. в обстановке на Дальнем Востоке и создавших предпосылки для нового подхода к вопросу о КЧЖД, Порт-Артуре и Дальнем. Советское правительство согласилось передать правительству КНР все свои права по совместному управлению КЧЖД со всем принадлежащим дороге имуществом. Этим же соглашением предусматривался вывод советских войск из совместно используемой военно-морской базы Порт-Артур и передача КНР сооружений в районе Порт-Артура. Передача прав по управлению КЧЖД, вывод советских войск из Порт-Артура и передача со417


оружений в районе военно-морской базы Порт-Артур должны были осуществиться после заключения мирного договора с Японией, но не позже чем в конце 1952 г. СССР и Китай договорились, что после заключения мирного договора с Японией будет рассмотрен и вопрос о порте Дальнем, администрация в котором полностью принадлежит правительству КНР. В соответствии с этим соглашением КЧЖД была полностью передана правительству КНР к 31 декабря 1952 г. Наряду с этим 15 сентября 1952 г. был произведен обмен нотами по вопросу о продлении срока совместного использования военно-морской базы Порт-Артур до тех пор, пока не будут заключены мирные договоры между СССР и Японией и КНР и Японией. В результате переговоров, которые велись в Пекине в сентябре — октябре 1954 г. между правительственной делегацией СССР и правительством КНР, были опубликованы совместные декларации правительств СССР и КНР по вопросам советско-китайских отношений и международного положения и по вопросу об отношениях с Японией, а также совместные коммюнике по вопросу о военно-морской базе Порт-Артур и по другим вопросам. Как указывается в советско-китайском коммюнике, правительства СССР и КНР, учитывая изменения международной обстановки на Дальнем Востоке в связи с прекращением войны в Корее и восстановлением мира в Индокитае, а также принимая во внимание укрепление обороноспособности КНР, договорились о том, что советские воинские части выводятся к 31 мая 1955 г. из совместно используемой военно-морской базы Порт-Артур, и сооружения в этом районе к тому же сроку безвозмездно передаются правительству КНР. Решения обоих правительств были осуществлены в установленный срок.
Помимо решения вопросов о КЧЖД, Порт-Артуре и Дальнем, важное значение имеет заключенное 14 февраля 1950 г. соглашение о предоставлении Советским правительством долгосрочного кредита Китайской Народной Республике, которое основано на стремлении обоих государств укреплять их экономическое сотрудничество и взаимопомощь. Соглашение предусматривает предоставление Советским Союзом Китаю долгосрочного кредита в размере 300 млн. американских долларов для оплаты поставок из СССР оборудования для электростанций, металлургических и машиностроительных заводов, угольных шахт, рудников, транспортного оборудования и других материалов, необходимых для восстановления и развития народного хозяйства Китая. Как указано в соглашении, ввиду чрезвычайной разоренности Китая вследствие длительных военных действий на его территории, Советское правительство предоставило правительству КНР заем на льготных условиях, из 1 % годовых. Соглашение о долгосрочном экономическом кредите, предоставленном Советским Союзом Китайской Народной Республике, является ярким примером новых, братских отношений между СССР и Китаем, установив418


шихся после образования КНР. Этим же духом нерушимой дружбы и братства двух великих народов проникнуто решение правительства СССР о безвозмездной передаче правительству КНР имущества, приобретенного советскими хозяйственными организациями у японских собственников в Маньчжурии, а также всех зданий бывшего военного городка в Пекине; обмен нотами об этом состоялся 14 февраля 1950 г.
Советско-китайский договор создал незыблемую основу для дальнейшего всемерного развития великой дружбы между народами СССР и Китая. Он превратил советско-китайскую дружбу в могучую силу в деле укрепления мира во всем мире.
Советский Союз оказал помощь в развитии добычи цветных и редких металлов, а также добычи и переработки нефти в Синьцзяне, в организации строительства и ремонта судов и налаживании гражданской авиации КНР. В результате переговоров, состоявшихся в 1953 г., Советское правительство дало согласие систематически оказывать экономическую и техническую помощь КНР в строительстве и реконструкции 141 крупного промышленного предприятия. Эта помощь включает выбор места для строительства предприятий, проектирование, поставку оборудования, монтаж, пуск предприятий в ход, а также налаживание выпуска новых видов продукции. Значение этого соглашения подчеркнул Мао Цзэ-дун: «Благодаря согласию правительства Великого Советского Союза систематически оказывать экономическую и техническую помощь Китаю в строительстве и реконструкции 91 нового предприятия и 50 ныне строящихся и реконструируемых предприятий, китайский народ, энергично изучая передовой опыт и новейшие технические достижения Советского Союза, сможет постепенно построить свою мощную тяжелую индустрию. Это будет иметь чрезвычайно важное значение для индустриализации Китая, для постепенного перехода Китая к социализму, а также для укрепления сил лагеря мира и демократии, возглавляемого Советским Союзом» 1.
Этим не ограничивается помощь Советского Союза в осуществлении великого дела индустриализации Китая. В октябре 1954 г. были подписаны соглашение о предоставлении правительством СССР правительству КНР долгосрочного кредита в сумме 520 млн. рублей и протокол об оказании правительством СССР помощи правительству КНР в строительстве дополнительно 15 промышленных предприятий и увеличении объема поставок оборудования для 141 предприятия, предусмотренного в соглашении 1953 г. общей стоимостью дополнительных поставок оборудования из СССР свыше 400 млн. рублей.
Ввод в строй 156 предприятий, намечаемый в период между 1953 и 1959 гг., будет означать создание заново или большое развитие отраслей жизненно необходимой для Китая тяжелой 1 «Народный Китай», 1953, № 18—19.
419


промышленности. В результате выпуск в Китае важнейших видов промышленной продукции будет в 1959 г. примерно соответствовать уровню промышленного производства, достигнутому в СССР к концу первой пятилетки, т. е. в 1932 г.
Не меньшее значение, чем непосредственная экономическая помощь (кредиты, поставки оборудования по торговым и другим соглашениям), имеет для развития Китая использование передового советского опыта, передаваемого через советских специалистов, работающих в Китайской Народной Республике, а также через китайских рабочих, техников, инженеров, студентов, обучающихся в Советском Союзе. Большую роль в пропаганде передового опыта советского народа, первого среди всех народов на земле проложившего путь к социализму, играет деятельность Общества китайско-советской дружбы — самой массовой организации в КНР, в которую в качестве коллективных членов входят Всекитайская федерация профсоюзов, Всекитайская демократическая федерация женщин, Всекитайская федерация демократической молодежи и другие демократические объединения.
Одним из наиболее популярных лозунгов китайского народа являются слова Мао Цзэ-дуна, произнесенные им в феврале 1953 г. на 4-й сессии Всекитайского комитета НПКС: «Мы должны осуществить огромное государственное строительство, нам предстоит трудная работа, но у нас нет достаточного опыта. Поэтому мы должны как следует изучать передовой опыт Советского Союза. Настойчиво учиться у Советского Союза должны все: будь то члены компартии или беспартийные, старые кадры или молодые кадры, технические работники или люди интеллектуального труда, рабочие или крестьяне. Мы должны изучать не только теорию Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, но и передовую советскую науку и технику. Мы должны по всей стране развернуть широкое движение по изучению опыта Советского Союза в интересах строительства нашего государства» L
Китайские рабочие и инженеры, крестьяне и ученые настойчиво овладевают советским опытом. Герой труда Чжао Го-ю, токарь одного из мукденских машиностроительных заводов, в беседе с ленинградским токарем, лауреатом Сталинской премии Генрихом Борткевичем сказал: «Мы приехали учиться у советских людей. У нас создано много кружков по изучению социалистического опыта Советского Союза. Все, что я услышу от вас, я расскажу на родине».
Китайские ученые, побывавшие в 1953 г. в СССР в составе делегации Академии наук КНР, возвратившись в Китай, прочитали много докладов о достижениях советской науки, которые прослушали тысячи научных работников Китая. На специальных совещаниях обсуждались возможности применения достижений советской науки в Китае. Китайские физиологи, психологи, медики 1 «Народный Китай», 1953, № 4, 25 февраля, стр. 7.
420


провели научную конференцию, посвященную учению академика И. П. Павлова. Аналогичные конференции, посвященные изучению передового опыта советских ученых, провели китайские математики, физики, химики, архитекторы, работники китайских университетов.
В китайских газетах и журналах приводятся многочисленные примеры самоотверженного труда советских специалистов, работающих в Китае. Помогая китайскому народу в деле строительства могучей индустриальной державы, советские специалисты укрепляют дружбу между великими народами СССР и КНР.
Большим вкладом в дело укрепления советско-китайской дружбы является решение Советского правительства об оказании научно-технической и производственной помощи Китайской Народной Республике и некоторым другим государствам в создании научно-экспериментальных баз для развития исследований в области ядерной физики и использовании атомной энергии для мирных целей. При этом учитывается то обстоятельство, что КНР и другие страны, которым предоставляется эта помощь, поставляют Советскому Союзу соответствующие сырьевые материалы. Это решение Советского правительства воодушевляет китайский народ и особенно китайских ученых, работающих в области атомной науки, пишет газета «Гуанминжибао». Китайский физик Чжао Чжунь-яо заявил, что решение Совета Министров СССР является важным вкладом Советского Союза в развитие международного сотрудничества в области использования атомной энергии в мирных целях. Помощь СССР сыграет большую роль в осуществлении социалистической индустриализации Китая 1.
Для этой же цели — укрепления дружбы и взаимной помощи — создана Советско-Китайская комиссия по научно-техническому сотрудничеству, которая в декабре 1954 г, утвердила протокол, определяющий взаимные обязательства сторон по оказанию технической помощи в различных областях народного хозяйства. Помощь Советского Союза Китаю выражается в безвозмездной передаче проектно-технической документации по промышленному строительству, рабочих чертежей на'производство машин и оборудования и технологической документации на производство многих видов промышленной продукции, а также в передаче советской научно-технической и учебной литературы, некоторых стандартов и справочных материалов. Со своей стороны Китайская Народная Республика передает Советскому Союзу описание технологии производства и образцы изделий легкой, фармацевтической и местной промышленности. Передаются также образцы сельскохозяйственных культур, в том числе субтропических растений, цитрусовых, овощных, зерновых и других культур. КНР предоставит возможность советским специалистам ознакомиться 1 См. «Правду» от 20 января 1955 г.
421


с достижениями и опытом работы отдельных отраслей народного хозяйства Ч
Нерушимый союз между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой является фактором первостепенного международного значения. Об этом свидетельствуют результаты советско-китайских переговоров, состоявшихся во время пребывания в КНР в сентябре — октябре 1954 г. правительственной делегации Советского Союза, возглавляемой Н. С. Хрущевым.
В совместной декларации Правительства Китайской Народной Республики и Правительства Союза Советских Социалистических Республик говорится, что «оба правительства единодушны в своих стремлениях и впредь принимать участие во всех международных действиях, направленных на укрепление мира, и будут консультироваться друг с другом всякий раз, когда будут возникать вопросы, затрагивающие общие интересы Китайской Народной Республики и Советского Союза, с целью согласования своих действий, направленных на обеспечение безопасности обоих государств, поддержание мира на Дальнем Востоке и во всем мире» 1 2.
Соглашения между СССР и КНР, заключенные после победы народной революции в Китае, и их выполнение ярко демонстрируют беспредельные возможности развития советско-китайской дружбы и взаимного сотрудничества на благо народов СССР и Китая, на благо всего миролюбивого человечества, «...силы, рожденные этой дружбой, безграничны, неисчерпаемы и действительно непобедимы, — писал Мао Цзэ-дун. — Пусть содрогаются все империалистические агрессоры и поджигатели войны перед лицом нашей великой дружбы!»3.
Под руководством своей славной Коммунистической партии китайский народ доказал, что он умеет не только бороться со своими угнетателями и побеждать их, умеет не только разрушать старое, но и обладает огромными возможностями для созидания, для строительства нового общества. Шестисотмиллионный великий народ, сбросив иго феодального гнета и империалистической кабалы, выпрямился во весь свой исполинский рост и уверенно идет вперед по пути строительства социализма.
В этом грандиозном деле проявляются лучшие качества китайского народа — его стойкость и трудолюбие, огромный талант, верность революционным традициям своих предков, преданность идеалам свободы и мира.
«Наше дело правое, — говорит Мао Цзэ-дун. — А правое дело никакой враг не сможет подорвать. Основной силой, руководя1 См. «Правду» от 18 января 1955 г.
2 «Правда» от 12 октября 1954 г.
3 Мао Цзэ-дун, Величайшая дружба, «Правда» от 10 марта 1953 г.
422


щей нашим делом, является Коммунистическая партия Китая. Теоретической базой нашей идеологии является марксизм-ленинизм. Мы полны уверенности в том, что преодолеем все трудности и препятствия на нашем пути и превратим нашу страну в Великую социалистическую республику. Мы идем вперед. Мы творим самые славные и великие дела, которых никогда не свершали наши предшественники. Нам непременно надо достигнуть нашей цели. И мы обязательно достигнем нашей цели» Ч
1 «Материалы Первой сессии Всекитайского собрания народных предста* вителей», М., 1954, стр. 4.


СОДЕРЖАНИЕ
Стр.
Глава 1. Первобытно-общинный и рабовладельческий строй в древнем Китае 5
Глава 2. Древнекитайские деспотии Цинь и Хань 20
Глава 3. Народные восстания и кризис Ханьской империи ... 29
Глава 4. Развитие феодальных отношений в III—VI веках ... 39
Глава 5. Всекитайские феодальные государства в VI—VII веках . 49
Глава 6. Борьба феодалов за перераспределение земельной собственности и крестьянская война IX века 60
Глава 7. Аграрный строй, развитие городского хозяйства и дальнейшее обострение классовых противоречий в X—XII веках ... 72
Глава 8. Борьба китайского народа против кочевников-завоевателей и организация китайского государства Мин 82
•Глава 9. Социально-экономический строй и политическая борьба в XV—XVII веках 91
Глава 10. Великая крестьянская война и борьба китайского народа против чужеземных завоевателей 100
Глава 11. Китай под маньчжурским владычеством в XVII—XVIII веках 112
Глава 12. Первая опиумная война. Начало освободительной борьбы китайского народа против капиталистических поработителей Китая 125
Глава 13. Восстание тайпинов 137
Глава 14. Вторая и третья опиумные войны 145
Глава 15. Период обороны Тайпин Тяньго и борьба тайпинов
с интервентами 150
Глава 16. Китай после подавления тайпинского восстания . . . 158
Глава 17. Ихэтуаньское восстание 179
Глава 18. Пробуждение Китая и синьхайская революция . . . 188
Глава 19. Китай в годы первой мировой войны (1914—1918) . . 209
Глава 20. Китай на пороге новейшего времени 217
Глава 21. Начало новодемократической революции в Китае . . 231
Глава 22. Первая гражданская революционная война в Китае
(1924—1927 гг.) 253
Глава 23. Вторая гражданская революционная война в Китае
(1927—1937 гг.) 289
Глава 24. Национально-освободительная война китайского народа
против японского империализма в 1937—1945 гг 332
Глава 25. Третья гражданская революционная война (1946—1949 гг.) 354 Глава 26. Китайская Народная Республика в восстановительный
период ... 374
Глава 27. Социалистическая индустриализация и социалистическое преобразование экономики Китая 396
Симоновская Лариса Васильевна, Эренбург Георгий Борисович, Юрьев Михаил Филиппович Очерки истории Китая
Редактор А. М. Филиппов, Художник С. Б, Телингатер. Художественный редактор М, Л, Фрам, Технический редактор М, И, Смирнова, Корректор В. П. Гуркина
Сдано в набор 19IVIII 1955 г. Подписано к печати 12IXII 1955 г. 60х92’11в. Печ. л. 26,5
(0,68) вкл. Уч.-изп. л. 26,69-1-0,35 вкл. Тирчж 30 000 экз. А03874. Закаа 554. Цена без переплета 7 р. 20 к.+цв. карты 55 коп. Переплет 1 руб. 50 коп.
Учпедгиз. Москва, Чистые пруды, 6.
Типография им. Сталина, Минск, проспект им. Сталина, 105.


Учпедгиэ,1955 г
ПОБЕДА НАРОДНОЙ РЕВОЛЮЦИИ В КИТАЕ
Редактор А И. Агафонова
Отпечатано на нартфабрине No 107. Зак- С-6-2. Тир 30150.


Редактор А И Агафонова
Отпечатано на нартфабрине N9 107-