Текст
                    у^и^^л^л:^ л^^
^
1Т. зав. Т-ва А. Ф. МАРКСЪ. СПБ.


1^ ПОЛНОЕ С0БРАН1Е СОЧИНЕН1Й П.И.МЕЛЬНИКОВА [АНДРЕЯ ПЕЧЁРСКАГО].  ИЗДАН1Е ВТОРОЕ.  Съ критико-бгографпческпмъ очеркодп^ А. А, Из1\1айЛова(11 съ приложен1емъ портрета П. И. Мельникова-Печерскаго>,  ТОМЪ ПЕРВЫЙ. "^ 5135;г9 ^ . \\ .ъо 1П) жщщ „Нива" на 1303 г.  С.-ПЕТЕРБУРГЪ. Издание Т-ва А. <1>. ЗХАРКСТ». 1909. 
Фл  'Артистическое заведение Т-ва А Ф. Марисъ. Измаил, просп. № 29,^  5337 Ъ1 
п. и. Мельниковъ-Печерскш. (Критико - б10графическ]й очеркъ). I. Въ портретной галлере-Ь русскпхъ писателей трудно воздержаться отъ н'Ькоторыхъ параллелей, ндущихъ глубже вн'Ьшняго сходства. Отъ стра- дальческаго лица Салтыкова васъ невольно тянетъ къ портрету Достоев- скаго. Вы смотрпте на этотъ „комокъ нервовъ" и вспоминаете роднивш1|1 обоихъ писателей страстный пылъ писательства и трибунства. Есть что-то общее въ барски - арпетократическпхъ лицахъ АлексЬя Толстого, Гон- чарова, Тургенева, какъ есть н'Ьчто явно общее и въ ихъ спокойномъ, н'Ьжномъ и ласковомъ писательстве. „На одно лицо" Чернышевск!й и Добролюбовъ. Одна печаль у Гл'Ьба Успенскаго и Гаршина — въ лиц1^ и въ книгахъ. Еще два лица напрашиваются на такую же неизбежную, можетъ-быть, не до конца ясную и поддающуюся точной формулировке параллель. И то и другое — чпсто-русск1я, широюя, съ крупными чертами лица, ли- шенныя красоты въ прямомъ ея пониман1и, но одухотворенныя красотой умныхъ, прекрасныхъ глазъ, внимательно всматривающихся пзъ - подъ слегка взброшенпыхъ бровей, какъ бываетъ у „бывалыхъ" , „себ'Ь на уме" купцовъ. Русская борода широко опушила все лицо и, скравъ черты рта и подбородка, какъ бы оттенила больиюй и благородный лобъ. Н на всемъ этомъ — на мапере смотреть, на складе губъ, на этомъ высокомъ лбе — природа положила печать высокой интеллигентности и въ то же время чего - то тнппчно-русскаго, какого -то добродушнаго юмора, живой и беззлобной усмешки, которая вотъ-вотъ слегка поведетъ губу подъ густымъ усомъ и пробежитъ мгновеннымъ огонькомъ въ этихъ умныхъ, чуткихъ, хоть и нсмолодыхъ глазахъ... Ути два лица — лица Островскаго и Мельникова -Печерскаго. 1" 
— 4 — Что-то таинственно сближасгь даже 1Ш'1;1ине людей одного т])у да, однйхъ настроен1й. Очень в'Ьрно сказалъ одинъ изъ пын'Ьшнихъ наишх!. философовъ-публпцпстовъ, что !мы к'ь старости выслуи;ивае,мъ свое лицо, какъ солдаты - — Георг1Я. Если бы Мельникову - 11еч('11СК().му пришлось подыскивать въ ])усской литератур'1; логическую параллель, — пришлось бы остановиться именно на столь близкомъ къ нему по ]1м])третно.му сходству Островскомъ. Бъ велпкол'Ьпно11 картинной галлере'Ь русскаго бытописательнаго искусства Мельникову принадлежитъ единственное и чудесное создан1е, пм-Ьющее право быть поставленнымъ непос])едственно за холстомъ Островскаго, изображающимъ „темное царство". Огромное, можно даже сказать, необъятное полотно Мельникова посвящено тому же „темному царству", и однако оно не тускн'Ьетъ, не вянетъ отъ близости къ вдохновенному создан1ю автора „Грозы". Авторъ „Грозы" и авторъ „Л'Ьсовъ" и „Горъ" (такъ Мельниковъ для краткости самъ называлъ иногда свои „Въ л'Ьсахъ" и „Нагорахъ") какъ бы размежевали область своего изсл'1здо]!ан1Я. Островск1й взялъ городъ и село, Мельниковъ — лесную дремучину. Островск1й тронулъ всю широту „м1рскихъ" настроенш „темнаго царства", — - Мельниковъ часто проходилъ тамъ же, но преимущественно, спец1ально взялъ на себ)[ мисс1ю изучить и показать темную душу въ ея религ103номъ самоопре- д^ленш, бросающемъ жутко - мерцающ1й отсв'Ьтъ на всякое ея д^ло, слово и мысль. Островскому выпало счастье найтп критика - художника, который прочувствовалъ весь ужасъ его „темнаго царства" и далъ философск1й синтезъ всей его работы. Посл'Ь Добролюбова даже маловнпмателъному читателю стали ясны всЬ точки надъ I, которыхъ не могъ и не хот'Ьлъ поставить Островск1й, какъ худояшикъ. Такого счастья не зналъ Мельниковъ. Его романы появились уже тогда, когда русская критика оскуд'кта. Большинство кр1ггиковъ не раз- емотр'Ьло ничего дальше вн'Ьшнихъ формъ и вн'Ьшнихъ фактовъ мельни- ковскаго разсказа. Она сл'Ьдпла за ними и преклонялась предъ р1;дкимт, даромъ бытопнсательскаго мастерства Мельникова, И1)едъ его из)ми- тельною памятливостью на жизненныя впечатл'];н1я, предъ сочною кра- сочностью, исключительною м'Ьткостью наблюдательности и колоссаль- нымъ запасомъ знан1й. Она не хотела постигнуть синтеза работы Печерскаго и не могла точными словами уяснить читающей публик'Ь, почему онъ ей такъ нра- вится и такъ в])']1зается въ память, — почему, по нрочтен1и „Въл'Ьсахъ" и „На горахъ", ей становится въ такой м'Ьр-Ь понятна русская душа. Въ этомъ было еще новое доказательство иоложен1я, что наша кри- тика посл'Ьдняго 25-л'Ьт1я не опережала чуткаго читателя, но шла по его сл-Ьду. 
— 5 — И. По своему духовному складу Мельниковъ — писатель - однолюбъ. Та- кимъ былъ, наприм'Ьръ, Грибо'кдовъ, всего себя вложивш1й въ одну безсмертную пьесу. Такими были поздн'Ье мног1е изъ мен-Ье славныхъ, уходивипе всец-йло въ одну, в'Ьдомую пмъ область жизни и не пытавш1еся черпать нзъ незнакомыхъ источниковъ. Умственный симпат1И п весь складъ жизни, включительно до избран- наго внос: !;дств!и рода службы, — • устремили Мельникова въ изсл^до- ваше русской старины и людей жпвущихъ по старин'Ь, — въ изсл'Ьдо- ван1е русскаго сектантства. И Мельниковъ вылилъ себя всего въ свой капитальный трудъ — романъ о людяхъ, „взыскующихъ града гряду- щаго". Дв'Ь огромныхъ четырехтомныхъ хроники его „Въ л1;сахъ" и „На горахъ", въ сущности, д'Ьйствительно составляютъ одннъ романъ, какъ потому, что д'1;йств1е посл'Ьдняго начинается съ той минуты, какъ 1сончается первый, при общности отчасти и героевъ,,такъ и по однород- ности изображаемой тамъ и зд'Ьсь среды, — и по колориту, и по манер!, письма. Для самого автора создан1е этой огромной всесторонней энонеи было въ значительной м1;р! неожиданностью. Скромная пов'Ьсть на пару жур- нальныхъ кннжекъ подъ назван1емъ „За Волгой", по м'Ьр'Ь работы надъ нею, стала превращаться въ гранд1озное художественное создан1е, за- хватывать все большее число лицъ, осложняться перенлетомъ событ1й, какой едва въ силахъ было удержать творческое воображен1е. Любимое д'Ьтище Мельникова, его эпопея, и требуетъ къ себ'Ь прежде всего вниман1я читателя и К1)итика. Зд'Ьсь онъ сказался во весь ростъ. Зд'кь ярче и полнее выразились всЬ особенности его творчества и его философ1Я, ч'Ьмъ въ его обличительно - бытовыхъ разсказахъ первой поры или полунсторическнхъ пов'ктяхъ о старорусскомъ дворянств'Ь и кр'Ьпостномъ народ'Ь. „Въ л'Ьсахъ" и „На горахъ" давно стали однимъ изъ тЬхъ фунда- ментальныхъ для русскаго человека сочинен1й, безъ которыхъ не можетъ быть полнаго лнтературнаго образования. Страницы изъ него давно во- шли въ хрестомат1и. Еще при жизни Мельникову было сделано мини- стромъ народнаго просв'1;щен1Я предложен1е издать „Въ л-Ьсахъ" въ ъид'Ь народной хрестомат1и, съ устранен1емъ м'Ьстъ, какнхъ не хотелось бы давать въ 1)уки крестьянски.\гь д'Ьтямъ. Только случайныя обстоятельства пом'Ь|иали осуществлен1ю этого иам1;рен1я. Таково официальное засви- д'Ьтельетвован1е серьезности и ц'Ьнности труда Мельникова, столь р-Ьдко р.ынадающее на долю русскаго писателя не только при жизни, но даже и по смерти. „Въ л1;сахъ" и „На ]'()рахъ" — бытовая хроника жизни русскаго люда, придержинающагося „старой в!ры" и разбросаннаго по обоимь 
- 6 — берегамъ Волги въ нижегородских!, и костромскихъ к])аяхъ. Вы начи- наете читать эту эпопею и съ первыхъ же главъ чувствуете себя въ своеобразной атмосфер-Ь быта, опред1;ляемаго особыми понят1ямп о в15р'Ь, вековыми, священно хранимыми обрядами, поверьями и ире- дан1ями. Это „государство въ государств-Ь" — „страна отцовъ", гд'!-. люди не д-Ьлаютъ жизнь, по покорно несутъ на себ* оброкъ жизни, начертанной во всЬхъ мелочахъ старшими покол'Ьн1ямп. Церковная служба со свопмъ „благочин1емъ" вр'Ьзалась въ эту жизнь настолько властно, "гто и обы- денному, будничному укладу передала т'Ь же основы серьезности, сте- пенности, уставнаго порядка и благообраз1я. Зд^к'ь все предначертано и вылилось въ обрядъ, — и свадьбы, и „умыканья" молодыми людьми д'Ь- вушекъ, и прощен1я отцами дочерей — все совершается по разъ заве- денному „обычаю", по тому исконному „правилу", по какому служатъ въ „моленныхъ" молебны и всеноп],ныя. Главный интересъ Мельникова и главная его заслуга, которая въ гла- захъ большинства его критиковъ такъ и не осветилась, — именно въ томъ, что онъ начерталъ жизнь русской души подъ угломъ зр'Ьн1Я и въ окраск-Ь религ1ознаго уклада. То, что онъ съ нзумительнымъ знан1емъ и мастер- ствомъ воспронзвелъ бытъ русскаго старов'Ьр]я и потомъ („Въ горахъ") сектантства, далеко не такъ важно, какъ уяснен1е имъ психологии этихъ людей, такъ близко нодпустившихъ къ своему сердцу законъ предан1я, законъ обычая, что личная жизнь этого сердца оказалась смятой, за- давленной и заглушённой. Вотъ центральная точка въ писательств'Ь Печерскаго, въ которую должны бить всЬ лучи философской критики и которая осталась въ т1>ни, потому что наша критика была какою угодно — исторической, граждан- ской, эстетической, но не философской. Первое — красочный бытъ, удивительное своеобраз1е вн'Ьшнихъ формъ народной жизни — видели. Второе — трагед1ю душъ, лишенныхъ счастья или отказавшихся отъ него во имя гн'Ьвнаго и немилостиваго Вога, заиреш,ающаго всякую земную радость, — просмотр-Ьли. Видели чер- ную рясу матери Манееы или вчера еш,е беззаботной Фленуи1ки, но при- слушаться къ б1ен1ю пхъ сердецъ подъ этою, на одинъ у всЬхъ образецъ рясою, — не сум'Ьли. И это было огромной критической ошибкой, потому что выводы Мельникова просятся подъ обобщен1Я. Они уясняютъ н'1;что — и мно- гое — не только въ ограниченной сравнительно области „людей древняго благочест1я". Они знаменательны для постижен1я русской души вообш,е. II въ литературныхъ типахъ русской интеллигенц1и, и въ подлинной жизни можно многое понять при св^т'Ь этого подсказа Мельникова о религ1и, умерп],вляюще1"1 земное счастье и д'Ьлающей нзъ людей мертвыя п уны- лыя „машины долга". 
III. Художественная эпопея Мельникова отразила во весь ростъ /кизнь поволжанъ. По своей канв'Ь это такой же характерно-русски! романъ, какъ п по вс'Ьмъ бытовымъ краскамъ. Иностранный читатель, можетъ- быть, оказался бы разочарованъ отсутств1'емъ зд'Ьсь изысканной фабулы, замыеловатыхъ приключен1й, занпмательныхъ неожиданностей. Штъ зд'Ьсь ни револьверныхъ выстр-Ьловъ, ни таипственныхъ масокъ, нн жуткихъ подземел1й. Все пов'Ьствоваше Мельникова льется ровно и не- торопливо, какъ ручей въ долине, сътпхпмъ журчаньемъ, — идетъ, такт> сказать, слегка волнистою лишей, не делающею р^^зкихъ зигзаговъ ни вверхъ ни внизъ. , Проходятъ передъ вами волжск1е „богат'Ьп", въ род'Ь Патапа Чапу- рина, съ ихъ домами — „полными чашами", съ плотными обедами и шумными пирами, милыя д'};вушки Насти и Параши, скучающая по ста- робоярскому обычаю въ сйоихъ одинокихъ св'Ьтелкахъ, подъ монотон- ный сказъ нянекъ и бабушекъ, томятся по н1Шъ добрые молодцы, въ род'Ь Алекс1;я Лохматаго или Петра Самоквасова. Неподкрашенная, неретушированная, переливается передъ вами нетороияпцшся русская жизнь, въ которой, въ самомъ д'Ьл'Ь, н'Ьтъ тОго бурнаго кип1;н1я, той 1Ш'Ьшней ]!ычурностн, как!я даютъ такую живость заграничному буль- варному роману. Тысячники Чапурины то})гуютъ и наживаются. Авантюристы (-ту- коловы или елейные отцы-пгумны Михаилы мошенничаютъ около них'ь, втягивая ихъ въ остроумно придуманную ловушку золотоиромышленно- сти, — и попадаются. Сладкогласно „начетчики" и „уставп],ики" кру- жатъ головы молоденькимъ скитскимъ „б'Ьлицамъ". Практические вы- ходцы изъ крестьянства, въ род'Ь АлексЬя, ведутъ умную атаку на доче- рей богат'Ьевъ. Переплетаются д'Ьло съ безд'Ьльемъ, нирушки съ днями труда, любовь съ равнодунпемъ и ненавистью, — словомъ, растетъ и ширится прихотливый узоръ н-Ьсколько монотонной русской жизни. Въ обрисовк-Ь русской обыденщины и обыденнаго чувства Мельниковъ идетъ не одиноко, но 1)ядомъ съ другими русскими писателями, осв'1;- щавптми бытъ купечества н крестьянства, и ирежд(! всего съ Остров- скилгь. Критика не разъ указывала, что здЬсь, въ постижен1и народ- ныхъ типовъ, оиъ близокъ къ бытописателю Титовъ Тнтычей, Дикйхъ или Кабанихъ. Это д'Ьйствительно можно вид'Ьть, наприм1;ръ, на фигур'Ь Чанурина. 'Только не связанный сг1;сняюн1,ими ])амками драматическаго произ- веден1я, Мельнпковъ могъ осветить фигуру Чапурина во всей пол- иот'1; челов'Ьческихъ слабостей и красотъ при основной черт1; самовол1Я. Онъ могъ быть и былъ совершенно самостоятельнымъвъчастностяхъ. Въ критик'Ь считается прочно установленнымъ фактъ, что писатель ри- совалъ Чапуринп сь натуры, и ((рмгиналомъ былъ для нею нижегород- 
— 8 — ск1и милл1он('])Ъ 11. Е. Бугровъ, покровитель заволжг-каго раскола. Черты тишгшо-русскаго человФ.ка были крепки въ Бу1"ров1; немен-Ье, ч'Ьмъвъ Чапурин-Ь. Многократный 1Милл!оне])ъ, онъ, по ра;зска;^амъ, не отказался отъ прежпяго простого об1)аза жизни до самой смерти. Такт., на паро- ходахъ онъ '11здилъ т])етьнмт, классомъ, буфета не признавалъ, бралъ съ собою ржаной ка])ава11 съ 01'урцами и лукомъ п носплъ самую скромную одеж'ду. Всегдашн1й даръ объективности сослужилъ зд'Ьсь писателю огромную службу. Сквозь налетъ деспотизма и самодурства на васъ смотритъ из'ь Чапурина славная русская душа, талантливая и богатая, широкая въ щедрости и любви и 01)ганически неспособная ни на что низкое. Гроза служащнхъ, хозяинъ, не сносящШ возражен!!!, Патапъ Максимычъ м^тко и сразу чувствуетъ д'Ьльнаго человека и готовъ безъ всякаго сторон- пяго побужден1я самъ оценить и отблагода1)ить усерд1е работника. Весь замкнувнпйся въ завЬтахъ и И])едан1яхъ благочестивой ста])11'ны, онъ чуждъ ея суетныхъ пред1)азсудковъ и безроднаго челов'Ька, въ кото- 1)омъ увид'Ьлъ умную голову и порядочность, готовъ ввести въ свой домъ и въ свою семью, не считаясь съ т'Ьмъ, что это „невм'Ьстно" ему, какъ „тысячнику", и съ гЬмъ, что объ этомъ „ска5кутъ". ]Г. Кр'1;ико и г])ОЗно несетъ онъ власть надъ своими иодч11Н(Ч!ными, какъ п надъ своей семьей, но ничто человеческое ему не чуждо. И Мельниковъ ум'Ьетъ показать въ этомъ кряжистомъ и могучемъ чело- веке всего лишь несчастнаго отца, когда Чапуринъ узнаётъ о паден1и своей дочери Насти съ имъ же обласканнымъ и пригретымъ Але- кс^емъ. Сцена, где Чапуринъ вызываетъ къ себе соблазнителя покойной дочери и оделяетъ его ассигнац1ями, не имея силъ дольше жить вместе съ своимъ обидчикомъ и, можетъ-быть, виновникомъ дочерней смерти, — полна глубокаго трагизма и жизненной правды. Восклицанье: „тя- желы ваши милости!" — вырывающееся нзъ устъ подлинно подавлен- наго его велнкодуш1емъ Алексея, позволяетъ почувствовать действи- тельную душевную „тугу" того, кто долженъ принять это великодупие отъ человека, въ которомъ до техъ поръ виделъ только „хозяина" и грозу. Въ параллель этому месту изъ романа „Въ лесахъ" по выразитель- ности молшо поставить еще одну сцену изъ того же романа, где Чапу- ринъ прогцаетъ свою дочь Парашу, венчавшуюся самокруткой съ полю- бившимся ей Васнльемъ Ворисычемъ. Съ неспокойнымъ сердцемъ читатель следитъ за этой сценой, где мо- лодыхъ людей ждетъ неминуемая кара за ослушан1'е родительской воле. Только-что обвенчавшаяся чета, которая могла бы быть счастливой своей молодой радостью, стоитъ ни л;ива ни мертва передъ грознымъ отцомъ. 
~ 9 — Старикъ тоиаетъ ногами, иодбирнетъ самый альш, „послЬдьия" слова. Вотъ наконецъ плетка его пошла гулять по виноватымъ спи- намъ. „ — Мамынька! Прости меня, окаянную, — голоситъ Параша, валяясь V ногъ матери: — благослови свое д'Ьтище!.. „ — Я те ирощу!.. Я те благословлю! — кричитъ Патапъ Максимычъ, уже уставшШ и браниться и работать плетью, и вдругъ обрап],ается къ жен'Ь съ ясной улыбкой: „ — Простить, что ли, ужъ ихъ, старуха? „ — Какъ знаешь, кормилецъ. Ты — въ дому голова. Какъ ты, — такъ и я... — Ну, такъ п быть... Проп1,ать такъ прощать, мпловать такъ ми- ловать! Вставайте! Богъ васъ простптъ! — говорнтъ онъ, стегнувъ зятя въ посл'Ьдн1й разъ н бросая въ сторону плетку". И черезъ минуту уже веселымъ голосомъ онъ отдаетъ приказъ о сва- дебномъ стол'Ь, о яствахъ и винахъ, и д-Ьло кончается разливаннымъ пиромъ, если не на весь м!ръ, то на всю округу, съ загуломъ на ц'Ьлыя полторы нед'Ьли. „Обрядъ справлялъ Патапъ Максимычъ", — д^[;лаетъ ремарку Мельни- ковъ, описывая чапуринсю'й наигранный гн-Ьвъ, и вы точно видите, какъ спокойное лицо разсказчика поводитъ благодушная улыбка „въ усъ". Купецъ-тысячникъ на самомъ д'ктЬ вовсе не такъ золъ, а если хотите, и вовсе не серднтъ на дочку и зятя, взявшихъ на себя самихъ заботу о своей судьбе. Но какъ изм1;нить старому обычаю Д'Ьдовъ, ко- торые въ такихъ случаяхъ въ своелгь исконномъ предан1н зав1>щал11 обойденному отцу „малость поучить" самоволовъ, прежде ч-Ьмъ дать нмъ свое родительское прощеи1е и благословен1е! Въ этой сцен'Ь сказался настоян1,1й художникъ и настоящ1й наблю- датель живого русскаго человеке» Г. Одна изъ самыхъ интересныхъ п значительныхъ сторонъ писательства Мельникова — именно въ показан1Н страшной и порою сокрушительной власти этого „стараго закона" надъ душою людей новыхъ временъ. Тра- 1'измъ большинстваегогероевъвътомъ, что они, лживые, жаждущ1е счастья, молодые и сильные, опередили то „уложен1е" жизни, которому должны подчиняться. Этотъ исконный, старый укладъ, почивающ1й на Домостро'Ь и про- диктованный далекою стариной, старыми закоит'Ьлыми и закапанными воскомъ церковными книгами въ тяжелыхъ дубовыхъ крынпсахъ, — такъ же негоденъ для нпхъ, какъ младенческое платье взрослому. Но судьба заставляетъ ихъ щеголять въ этомъ тришкиномъ кафтан'1^, счи- тать выше всего въ м1р'Ь постановлен1я какпхъ-нпбудь отцовъ лаодик1й- скаго собора и подчиняться непреклонной вол'Ь какой-нибудь старой 
— 10 — игуменьи Мяневы, своими ионят1ямп сближающей в'Ькь Алексея Михай- ловича еъ в1;комъ Николая. Мсльниковъ отмежевалъ себ'Ь область быта и нравовъ, въ которой поразительно рельефно можно было показать эту практическую непри- м'Ёнимость стараго идеала къ новой жизни. Гд-Ь, въ самомъ д'кт-Ь, можно было ярче почувствовать деспот1ю стараго уклада, какъ не въ жизни людей, взыскавшпхъ на земл* „ангельскаго образа"? По особенностямъ того жанра, въ которомъ работалъ Островск1*й, ему бы.ю совершенно невозможно показать уб1ен!е живой души в'Ьрою въ грознаго и всеосуждаюш,аго Бога. То, что было невозможно для Остров- скаго, невозможно даже и д.тя современнаго драматурга по услов1Ямъ повышенной сценической цензуры. Это оказа-тось возмоншымъ для Мельникова и потому, что онъизбралъ такую просторную литературную форму, какъ романъ, и нотому, что въ своемъ романе онъ нн на минуту не иерестуиилъ границъ объективнаго художника, не ввелъ ни одной страницы тенденцюзной публицистики, рисковавшей оказаться подъ краснымъ крестомъ цензорскаго карандаша. И можно сказать съ совершенною ув-Ьренностью, что Добролюбовъ былъ бы счастливъ, если бы въ ту пору, когда онъ писалъ свою замечательную критику на „Грозу", подъ его рукою оказалась первая половина эпопеи Печерскаго. Зд'кь со старинныхъ, до-никоновскихъ иконъ „иравильнаго" стариннаго письма глянулъ бы на него лпкъ того немилостиваго, страшнаго, в^чно гн-Ьвиаго Бога, который заставлялъ б^дныхъ Катеринъ искать избавлен1я отъ душевныхъ мукъ на дн* Волги, а милыхъ, веселыхъ, жпзнерадостныхъ Фленушекъ — сознательно отка- зываться отъ счастья съ любпмымъ челов'Ькомъ и накрывать свой иы- лаюш,1й мозгъ клобукомъ монахини. Мельниковъ никогда не былъ „бунтаремъ" ни въ какомъ смысл'Ь. Въ своемъ иисате.тьств'Ь онъ былъ, если можно такъ выразиться, орто- доксаленъ не мен-Ье, ч-Ьмъ въ своей чиновничьей служб*. Всего мен4е онъ т1са.1ъ свою поволжскую хронику съ ц1',лью что-нибудь опротесто- вать. Онъ не хот-Ьлъ ни революц'ш ни бунта въ изоб])ажаемоп имъ сред-Ь, да наконецъ и всего мен-Ье онъ писалъ свои книги для людей „старой в'Ьры". Можетъ-быть, только теперь, когда его сочинен1Я становятся достоян1емъ милл10новъ, его „Въ л'Ьсахъ" прочтутъ и т*, о комъ романъ писанъ. Его скорее можно было бы заподозрить даже въ н-Ькоторомъ любован1и т^ми формами жизни, как1я онъ опиеывалъ. Какъ ко1)енному русскому челов'15ку, съ прирожденною любовью къ старин*, съ живымъ ощуш,ен1емъ ея умираюш,ей красоты, притомъ же съ несомн'Ьннымъ складомъ ума консерватора, — ему невозможно было отр'Ьшиться отъ н-Ькотораго обаян1я зтихъ формъ, увлекавшихъ мысль въ красивое русское прошлое. II тГмь не мсн'Ье, когда теперь, черезъ призму бол^Ье ч1;мъ четверти 
— 11 — «■1;ка, смот])11111ь на книги ]1е4ерскаго, — - вцдишь, что никто Д{)угон не далъ такпхъ уб^цптольныхъ данныхъ для того, чтобы осудить тиран110 старнннаго русскаго уклада. Это часто наблюдается въ литератур!. Са- мые спокойные и объективные писатели иногда прочнее всЬхъ утвер- ждаютъ знамя бунта. Такъ прихотливая жизнь часто повторяетъ библейскую истор!ю Ва- лаама, вышедшаго на проклят1е Израилю, но изрекшаго ему благо- словен1е. Художники иногда творятъ безотчетно, ыожетъ-быть, сами не видя во всю величину своей исторической мисс1и. Можно вспомнить Чехова, который, никогда не будучи трибуномъ, громче всЬхъ сказалъ, что можно задохнуться и нельзя больше жить въ безвоздушномъ про- странств'Ь русской реакц1и. У1. Страшную философ1ю русской темной души, не только бояи],ейся Бога, но смертельно „испуганной" Богомъ, Мельниковъ показалъ съ такою силою, какъ никто другой. Значительная доля людей, укрывшихся въ скитахъ подъ широкою темною рясой — пзъ т'Ьхъ обойденныхъ жизнью, которымъ въ м1ру не нашлось м-Ьста. Отрекш1еся отъ него и всЬхъ его сладостей, они при- шли сюда искать „страстей умирен1я". Богъим1ръ въ ихъ понят1яхъ — полюсы, контрасты, взаимно-уничтожающ1яся величины. Гд-Ь М1ръ, тамъ н'Ьтъ Бога, и Богъ начинается тамъ, гд1; умеръ м1ръ. Всякая земная радость — „вражда Богу", „прелесть б'Ьсовская", „сЬть сатанпна". Одна мысль о М1рскомъ вызываетъ на устахъ благочестиваго скитника неизменное восклицан!е: — „Охъ, искушен1е!". Такъ вычеркнуто пзъ жизни этою жестокою в'Ьрою все, что есть ире- краснаго и радостнаго въ жизни, — женская улыбка, женская любовь, |)0жден1е д-Ьтей, д-Ьтская ласка, тихое счастье семьи. Передъ вами ка- кое-то царство заживо умерщвлепныхъ людей. Покойницкая тихость сердца, полнейшее „умертв1е" д.тя М1ра — зд-Ьсь мечтаемый и мучи- тельно искомый идеалъ. Все прошлое безповоротно забыть, привести волю въ безстрасие, погасить мысль вечною „удтою"' молитвой, которая бы теплилась въ бодрствован1п и .сн'Ь, какъ неугасимая ламиада предъ иконой — вотъ п))едЬ.1ъ зд'кшнихъ желан!й имолптвъ. Темная, длинная, бревенча- тая молелмш, съ низкимъ потолкомъ и съ закопченными сгЬнами тина т-Ьхъ, как1я вы еще теперь встр'Ьтите въ какомъ-нибудь Новозыбков11 или Стародуб1;... Трепетное, замирающее мерцан1е тоненькихъ восковыхъ св'Г.чекъ и слабый, слегка сладковатый запахъгорящаго воска... Темн'Ью- щ!е строг1е лики пзсохшихъ п испостившихся угодниковъ на иконахъ... Вотъ атмосфера этой жизни, уиодобляю11;ейся „л{ит!ю". Безжизненныя, тих1я, какъ тени, бл^днолчцыя, съ заострившимися носами, переходятъ отъ клироса къ клпросу старыя матери Илар!и и Евпракс1и... Звучать 
— 12 — 11охо[>оннымъ нап'Ьвомъ, 11роклят1емъ всему Д11|)у отчаянный слова цер- ковной п'Ьсни: „ — Гд^Ь есть м1рская красота? Гд'Ь есть временныхъ мечташе? Не же ли впдпмъ землю и нопелъ? Что уботруждаемсявсуе?'' Пришли въ келп1, но и тамъ не легче отъ ирнчнтан1й старухъ-мо- нахпнь, у которыхъ на устахъ „только антихристъ да антих1)истъ да вся супротивная сила", пли отъ заунывныхъ стиховъ- — все о смерти, гроб'Ь, черв'Ь, подобранныхъ точно нарочно для того, чтобы терзать и мытарить душу: „ — И слезы убожества, и гордость завистная — на семъ вольномъ св'Ьт'1; все минетъ... П ляжемъ мы въ гробы, прпжмемъ руки къ сердцу. Кости наши пойдутъ земл'Ь на предан1е. Талеса наши пойдутъ червямъ на съ'Ьден1е. А богатство, гордость, слава куда пойдутъ?" А жизнь не сдается, сердце не хочетъ умирать, Ы1ръ претъ назой- ливо, дерзко, властно въ каждую дверь, въ каждую ш,елочку. Его за- манчивый гулъ доносится и сюда, въ скитскую дремучпну, и въ этомъ гул!; слышится искусительный разсказъ о томъ, какъ тамъ иировали и пили сладк1я вина, тамъ плясали на веселой свадьбе, тамъ ц-Ьдовались, любились и рождали чудесныхъ, см'Ьющнхся и тепленькихъ д'Ьтей, и жили душа въ душу, покупали и продавали, гадали въ крещенсмй ве- черъ, справляли честной Семикъ пли Ивана Куиалу, и красныя д'Ь- зшцы плели в1;нки и бросали ихъ въ р4ку, сл^дя, къ какому берегу они прпстанутъ... Старые критики иногда ставили Мельникову въ уирекъ, будто бы онъ повертывалъ скитскую жизнь иередъ читателями иреимуи1,ественно светлою ея стороной. Жпвутъ зд-Ьсь сытно и покойно, иодъ прикры- т1емъ и „заступлен!емъ" старов'Ьровъ-богатеевъ, пересуживаютъ м1- рянъ, разсказываютъ сказки, собравшись на своеобразныя „засидки", иоютъ молодыми голосами ирпстойныя п'Ьсни. Казалось бы, не житье, а рай!.. Этотъ уирекъ не очень уб^^дителенъ для т11хъ читателей Печерскаго, которые хоть на минуту задумались надъ только-что нам-Ьченной нами трагед1ей душъ, раздавленныхъ безрадостной в-Ьрой. Не одинъ разъ Мельниковъ показалъ, что таитъ сердце, прикрытое черной рясой. Онъ часто заглядываетъ въ сердце главной начальницы скптовъ, игуменьи Манеоы, этого чудесн-Ьйшаго изъ своихъ создашй. Ей ли, казалось бы, не рай жить зд'Ьсь и властвовать! И однако передъ вами въ существе своемъ глубоко несчастная женщина, избра- вшая „ангельски! образъ" отнюдь не по вольному влеченш сердца, а подъ т'Ьмъ же давлен1емъ страха „в'Ьчной гибели", „зубовнаго скре- жета" и „огня геенскаго". Когда-то, въ далекой юности, молодая, только-что расцв-Ьтшая для счастья Матреша полюбила сво^однаго, какъ она сама, Стуколова. И М0Л0Д011 челов'Ькъ полюбилъ д-Ьвушку. Жить бы да радоваться, но 
- 13 — страшный Вогъ отцовъ требу етъ Матрешу себ^ въ жертву. Надъ по- стелью заберемен'Ьвшеи и рождающей девушки сидитъ и каркаеть страшная жрица этого страшнаго Бога, мать Платоннда. Съ какимъ-то безчелов'Ьчнымъ сладостраст1емъ она поддразннваетъ изнемогаюш,ую вь корчахъ девушку карой Божьей за ея гр-Ьхъ на томъ ев!;!"!;. Съ ка- кпмъ-то отвратптельнымъ захватомъ она твердить ей о кром-ЬшпоГг тьм-Ь, черв'Ь безконечномъ, огн-Ь негасимомъ, которыхъ ей не изб'Ьжать... Скудная, темная, юная душа совершенно раздавлена физической му- кой и этой нравственной пыткой. Она мечется, кйкъ крыса въ ловушк'к, истязуемая раскаленнымъ прутомъ. Д'Ьвунша готова на все, и палачъ въ черной рясЬ, пользуясь случаемъ, вырываетъ отъ нея об'Ьтъ приня- тая иночества. „ — Об'Ьщаешься .ни Христу? „ — Обещаюсь. „ — Принять ангельск1й образъ иночества?.. „ — Об'Ьщаюсь..." И, достигшая своего, мучительница Платонида съ радостнымъ вздо- хомъ Н1летъ молитву къ небесамъ: „ — Боже, сильный, милост1Ю вся строяй! ПосЬти рабу Твою с!ю Матрону..." Казнь совершена. Славной, веселой д'Ьвушки уже н-Ьтъ. Вм'Ьсто нея будетъ двпгаюш,1йся покойникъ — мать Манеоа. Если эта сцена, которую нельзя читать безъ волнен!я, не создаетъ основан1й для протеста, то не знаю, как1я нужны для этого основан1я. Если помнить эту ст|)апицу пзъ жизни Манеоы, то въ какую минуту мельниковскаго пов'Ьствован1я можно пов'Ьрить въ возможность сча- стья Д.1Я нея, хотя бы и сытой, и богатой, и начальственно-вознесенной? ГП. А между т^мъ рана, какую носитъ въ душ-Ь Манеоа, довольно обыч- ная рана скитницъ. И имъ, какъ Манео'Ь, никогда не забыть той капли земного блаженства, какая выпала па ихъ долю, и нич'Ьмъ не избыть тоски безсонныхъ ноч(ч"1, наполненныхъ копгмарнымъ образомъ когда- то любимаго. Въ огромной эпопе-Ь Мельникова есть другая, столь же блестящая иллюстрац1я „погрома женской души" .этимъ „страхомъ Бож!имъ" пли, точн1;е, „пспугомъ Бога". Это истор1Я пострига славной хохотушки и затейницы Фленушки, трагед1ю которой вы воспринимаете еще бол-Ье впечатлительно, такъ какъ она проходитъ передъ читателемъ не въ короткомъ очерк'1; въ три страницы, а развивается во всей полнот-Ь въ ц'Ьломъ ряд!; живописпыхъ главъ. Вы видите одну за другою милыя шалости этой общей монастырской любимицы, „огнево11" д-Ьвки, которая не лазитъ въ карманъ за сло- вомъ и устраиваетъ чужое любовное счастье вб-время сказапнымъ ело- 
— 14 — Бомъ 11.1 И толчко.мъ нср'Ьшительнаго вздыхатели пъ ()б'1,)1т1я н();пюб- ленной. Только кузпецомъ собственнаго счастья Фленутк1; не суждено быть. Въ роковую минуту она даетъ об15щан1е любимой „матушк'1'.-игу- мень'Ь" — матери ея и но крови — принять „об])азъ ангельск1Гг'. Ири- ходитъ нора любить. Любитъ Фленуиша, любитъ и ее выбранный ею че- лов'Ькъ. Доводится ей испытать и сладость его поц'Ьлуевъ и объят1й. Но страшный нризракъ „огня геенскаго" и „червя неусыпающаго" срываетъ молодое счастье. Какъ обид-Ьть матушку? Какъ изм'Ьнить Богу? И вотъ, не предупреждая своего возлюбленнаго, она постригается въ монахини. Мельниковъ даетъ одну изъ лучшпхъ по трагическо!! сил-Ь картинъ, когда изображаетъ приходъ молодого, пылкаго любов- ника въ монастырь въ тотъ часъ, когда новопосвященная слышитъ надъ своимъ ухомъ рыдаюш,1е звуки тропаря: ' „ — Объят1я отча отверстп ми потш,пся. Блудно мое иждихъ жит1е. На богатство погиба юш,ее уповахъ..." Съ нетерп'Ьн1емъ ждетъ ничего не подозр'Ьваюн],1й Самоквасовъ конца службы, чтобы повидаться съ возлюбленной. Вотъ и конецъ... „ — • Н'Ьтъ зд'Ьсь никакой Флены Васильевны, — отв-Ьчаетъ на его вопросъ строгая старица Тапфа: — зд-^^^ь мать Фплагр1я пребы- ваетъ". Счастье кончено. Флена стала Филагр1еи. Въ параллель этой сцен'Ь вспоминается финалъ „Князя Серебрянаго", гд'Ь князь подобнымъ же образомъ узнаётъ страшную в'Ьсть о любимой женщин'Ь отъ своего в-Ьрнаго, слуги. „ — Н1;тъ бол'Ье Елены Дмитр1евны, батюшка, есть только сестра Евдошя..." Скажутъ, что это подстроенный эффектъ, предъ которымъ не могъ удержаться писатель. Но въ томъ царств'Ь испуганныхъ Богомъ люден, которое жпвоппсалъ Мельниковъ, безъ всякаго сомн1ш1я — эта драма не разъ разыгрывалась совершенно въ такой обстановк-Ь. Беллетрп- стовъ иногда напрасно обвиняютъ въ изысканности п выдумк'Ь. Жизнь очень часто обгоняетъ своею прихотливостью и капризностью сам<)е пылкое воображен1е романистовъ. Читателю, сроднившемуся съ эпопеей Печерскаго и усп'Ьвшему полю- бить его героевъ, будетъ, безъ сомн'Ьн1я, интересно знать, что образы и Манеоы и Фленушки — так1е же несочиненные авторомъ, какъ и образъ Чапурпна. Въ свое время въ „Русской Старпн1г' были напечатаны вос- поминан1я объ этихъ двухъ лндахъ н'Ькоей Коваленковой, со словъ ея бабки, лично знавшей мать Манефу (это было ея подлинное имя) и не разъ бывавшей у нея въ гостяхъ въ скитахъ со своимъ отцомъ. Есть тамъ св'Ьд'Ьн1я н о монахин-Ь Александр-Ь, Фленушк-Ь то-жъ (имя Фленушки вымышленное). Оузьба дочери игуменьи оказалась очень печа.льнон: инокиня Александра была зв'Ьрски умерщвлена въ своей 
— 15 — кель'Ь т'Ьмъ лнцомъ, какое «ъ роман'Ь Мольникова выступаетъ под'ь именемъ Самоквасова. Аналпзъ настроен!]"!, толкающшъ живыя дуиш въ мертвый склепъ, нодъ черный клобукъ, былъ бы не полонъ, если бы мы не отметили, что и толкан)щ1е и толкаемые сюда счптаютъ въ темноте своей души это самоумерщвлен1е „службою Богу". Мать Платонида не отъ злости причнтаетъ надъ рождающей Матрешей-Манееой. На ея взглядъ она водптся самыми прекрасными и священными побужден1ями. Она д'Ьй- ствителЕ^но и искренно хочетъ „снасти ногибаюи1ую душу" отъ червя и огня. П Фленушк'Ь сквозь мутный ужасъ ея отказа отъ осл-Ьпитель- наго земного счастья св'Ьтитъ далек!й огонекъ награды „натомъсв'Ьт'Ь" отъ Небеснаго Жениха. Сознан1е подчинен1Я долгу выше всего для всЬхъ этихъ жертвъ са- >и}отречен1я. Мельниковъ хорошо понималъ философ1ю русской души, когда нисалъ эти образы. Въ грустной русской жизни долгъ издавна сталъ ч-кмъ-то тяжелымъ, извн'Ь навязаннымъ, не вытекающимъ изъ внутренняго самоопред'Ьлен1я че-Юв-Ька. Н это засвид'Ьтельствовали всЬ образы русской литературы, начиная съ пушкинской Татьяны. VIII. Разум15ется, далеко не на всемъ душевномъ склад'Ь скитскнхъ людей Ме.тьниковъ чувствовалъ это смертоносное в'Ьян1е мрачной, аскетически безрадостно понятой релипозности. Прекрасно знакомый съ подлинными первообразами своихъ Манееъ и.тп Таифъ, онъ не могъ не зам'Ьтить и того тихаго с1ян1я мира и т'Ьхъ порывовъ св'Ьтлаго экстаза, 1»ак1е в'Ьра несла въ эти сердца, „прил'Ьпивш1яся къБогу". „Сладость церковная" неотразимо влекла души, д'Ьлая для вошедшихъ во вкусъ ея и „притер- певшихся" лншннмъ и ненужнымъ м11)ъ. Мельииковъ самъ могъ понять и почувствовать эту поэз1ю в'Ьры, изучая трогательныя церковныя п-Ьсни, внимая унылому, но не лишенному своеобразной, стильной красоты напеву за скитскими всенощными, или слушая во время ночевокъ въ ])аскольн11чы1хъ пзбахъ разсказы какого-нибудь захожаго начетчика или б1)Одячаго монашка. Тутъ-то не разъ слышалъ онъ сказан1я о невпдимомъ град^ Китеж'Ь пли чудесно прекрасномъ Оионьскомъ (Японскомъ) царств'1; — един- ственныхъ м^Ьстахъ во всемъ Божьемъ м1р'Ь, гд-Ь сохранилась „правая Б'кра" и „истинное священство". Мельииковъ передаетъ .эти сказан1я съ тою лирическою страстностью, какою они отличены въ старинныхъ раскольничьихъ рукопнсяхъ. Какая-то поэтическая дымка окутываетъ вс'1; страницы книгъ Мельникова, гд-}; онъ останавливается на этихъ сказан1яхъ. Даже самый языкъ ихъ впадаетъ въ языкъ молитвы, и стиль ста- новится п1;вучимъ, какъ стиль чудеснаго „Запечатл']^ннаго ангела" Л'ккова. 
„. 10 — Градъ Китежъ — „м15сто злачное и иокоиние". „Поистине; зд-Ьсь царство земное — покой н тишина, весел1о и радость; асвят1и отцы про- цв'Ьтоша, аки крини сельные, и яко финики, и яко кипарисы. II отъ усть ихъ непрестанная молитва къ Отп.у Небесному — яко оим1амъ благо- уханный, яко кадило избранное, яко миро добровонное. И е1'да нощь пр1идетъ, тогда отъ устъ ихъ молитва бываетъ видима: яко столпы пламенные со искрами огненными къ небу поднимаются..." и т.д. Не мен1;е заманчивы и краски, какими живописуется Опоньское царство: „Есть за Сибирью христоподражательная древняя церковь асир- скаго языка. Тамо, въ Опоньскомъ царств'!;, на Б-Ьловодь'к, стоитъ сто восемьдесятъ церквей безъ одной церкви, да кром-Ь того росс1пскихъ древляго благочест1я церквей сорокъ. Им'Ьютъ т'Ь росс1йск1е люди ып- трополита и епископовъ асирскаго поставленья. А удалились они въ Опоньское государство, когда въ Москве изм'Ьнен1е благочест1я стало. Тогда изъ честныя обители Соловецк!я да изо многихъ иныхъ м'Ьстъ много народу удалилось. И св'Ьтскаго суда въ томъ Опоньскомъ госу- дарстве они не им'Ьютъ, — всЬми людьми уиравляютъ духовныя власти. Всяк!е земные плоды тамъ въ обиль'Ь родятся: и виноградъ, п пшен'о сорочинское..." и т. д. И, конечно, не одно н'Ьмое отчаян1е живетъ въ душахъ отказавшихся отъ земной прелести скитницъ. Знакомы имъ и ти^ое удов.1етворен1е. и „радость о Боз-Ь", и любятъ он-Ь неистребимою любовью и унылый звонъ церковнаго „би.1а'\ и эти старыя це])ковныя книги въ восковыхъ ка- п.тяхъ и въ ветхнхъ дубовыхъ дщицахъ, по кож'Ь которыхъ „червь кнн- гожитель" ироложп.тъ свои тропы. Во многихъ сердцахъ давно перего- р'Ьло „земное вождел'Ьн1е", и ничего ужъ этимъ сердцамъ не нужно, только бы не отнимали отъ пихъ этой неземной сладости и радости. Мельннковъ ум-Ьетъ хорошо передать ту жуть тревоги монастырскихъ старицъ, которая овлад'Ьваетъ ими при каждомъ новомъ слух'Ь, что въ скиты ожидается „набольш1й чиновникъ" изъ Петербурга, и что ихъ „Матушку Казанскую" опечатаютъ и увезутъ, а скиты „запечатл^готъ", поставивъ „мерзость запуст'Ьн1я, реченную про])Окомъ Дан1иломъ, на М'ЬСТ'Ь свят^". „ — Красота-то гд'Ь будетъ церковная! — съ искреннимъ паоосомъ тоскуетъ подъ такою угрозой мать Таисея. — ВФ^ь безъ малаго двести годовъ с1яла она въ нашихъ часовняхъ, двести годовъ творились въ пихъ молитвы по древнему чину за всЬхъ христ1анъ православныхъ... П того лишиться должны!.. Распудится наше словесное стадо, смолкнетъ п'1;н1е за вся челов'Ьки, и къ тому не обновится... Древнее молчан1е на- стапетъ. Въ вертепахъ и пропастяхъ земныхъ за имя Христово придется намъ укрываться..." И вы чувствуете, что это не наборъ красивыхъ, понатасканныхъ изъ церковныхъ кнпгъ „жалкихъ" словъ, а настояш,ая тоска души, 
— 17 — от'ь которой гроаят7> отнять высшую и единственную ея радость на земл'Ь. Благодаря тому, что Мельниковъ сум-Ьлъ приблизить къ читатель- скому пониман!ю эту психологию скитскпхъ людей, — могучее впечатл'Ьн1е производятъ посл'};дн1я страницы „На горахъ", описываюи1,!я „скитское разоренье" по прав1!тельственному приказу. И это впечатл'Ьн1е не те- ряетъ отъ того, что эти страницы 1П1сатель создавалъ уиге за два года до смерти, больной и не им'Ьющ1п силъ держать перо, что онЬ не напи- саны, а уже продиктованы имъ жен'!>. Вы точно видите всЬхъ „матерей" изъ разныхъ обителей, съ'Ьха- ВИ1ИХСЯ въ скитъ, чтобы видеть разруп1ен|"е его казенными рабочими. Безъ плача и рыдан1й, съ выплаканными уже слезами, сидягъ он'Ь возл!; своихъ кел1й. Стучать топоры плотниковъ, сносятся знакомыя кровли излюбленной обители, гд'Ь уже смолкло нав'Ькъ молитвенное п'Ьп1е „за вся челов-Ьки", ' Если ГД'Ь Печерск1й приближается кт, Гомеру, то именно зд'Ьсь. Онъ невольно впадаетъ даже въ его манеру, въ манеру первобытнаго былин- наго сказан1я, и въ длинномъ ряд-Ь стро[{ъ перечиси'яетъ читателю, въ какомъ порядке н какъ сид'Ьли собравш1яся старицы, не боясь, что та- кой сухой перечень не рекомендуется современной беллетристической техникой и что онъ утомитъ читателя. Въ чемъ Мельниковъ положительно не знаетъ себ'Ь соперниковъ, за иеключен1емъ Лескова, — это въ обрисовк'Ь бродячихъ монашковъ и странниковъ, этихъ народныхъ философовъ, извлекшихъ „медъ мудрости" изъ своей мужицкой души да изъ старопечатной святоотеческой книги. Устами этихъ мудрецовъ-самоучекъ онъ даетъ намъ прямо философ- ское обоснован1е всего м1ровоззр'Ьн1я изображаемаго имъ люда, „отъ писан1я" оправдавшаго весь существуюнцй строй, съ властями и под- чиненными, съ крепостниками и крепостными. Вотъ, напрнм'1;ръ, об- основан1е такой разумности и целесообразности всего въ м!р'Ь въ устахъ древняго старца 1осифа, толкующаго церковный тропарь: „Гласъ Господень на водахъ". „ — То это означаетъ, что отъ Господа три жреб1я челов'Ьколгь дано: Симовъ жреб1й — Богу служити, 1афетовъ ж-реб1й — власть держати, Хамовъ жреб'п! — страхъ илг1;ти. Оттого и поется, чтобы даровалъ Го- сподь Симу, сир'Ьчь духонному чипу, „премудрость" на поучен!е людей, 1афету, сир'Ьчь д1!орянству, огь пего же и ца|)ск1й корень изыде, по- слалъ „духа разума" людьми править, въ разумеи1и всякнхъ вещей превыше вс'1;хъ стоятп, а Хаму, спрячь черному народу, мужпкамъ, м'Ьщанамъ и ванному брату, купцу, послалъ бы Господь „духъ страха Бож1я" на ио1!И11опен!е Симову жр('б11() и 1афетову. Раби есте... Мы, Симовъ и Тафстовъ жреб1"й, 1)аби Бож]и, а вы, Хамовъ жреб1й, нервее |)аби Вож1и, а потомъ раби наши, то-есть Симоны и 1афетоБы. Вотъ какъ но- Божьему-то. А нын'1; не то, — нын'1; песьи нога выше головы стала..." Сочинен! п П. ХЬмьнпкопа. Т. I. 9 
— 18 — IX. По особенногтямъ своего таланта Мельтпсовъ — художнпкъ чистаго эпоса. Можно указать немного писателей, которые возвышались бы до такой пред'1;льной художественной объективности, до та1а)го спокойнаго пов'11ствовательнаго безстраст1я, какое отличаетъ его и въ уноис!; и въ разсказахъ. Что-то поистпн'Ь гомеровское есть въ (чо манер!;, и это сходство подкр-Ьпляется и некоторыми частностями, въ род'Ь готовно- сти уйти вс'1;мъ свопмъ вниман1емъ въ какую-нибудь быто1{ую частность, въ род-Ь описан1я, наприм'Ьръ, пышнаго к^печескаго об^да. Неторопливо .и.ется пов'1;сть, и читаеп1ь Мельникова — точно слушаен]ь стараго и бывалаго д^да, — спокойнаго, безстрастнаго, привы1:шаго ничему не уди- вляться. Любезности изв'Ьстнаго библ1офила и влад1;льца чудесной сокровищ- ницы искусства, П. Я. Дашкова, мы обязаны т'Ьмъ, что им^ли подъ рукою два объемпстыхъ тома, вм'Ьстившпхъ писанный рукою самого Мельни- кова оригипалъ изв1;стныхъ частей ])омана „На го])ахъ", п ранн1я его рукописи, съ первоначальными планами ])Омапа-эпопси. На самомъ 110- черк^ писателя, изумительно мелкомъ, тончайшими И1трихами нам1;чаю- П1,емъ буквы, неторопливо выппсывающемъ ихъ каждую разд'Ьльно по 1)0внымъ, плавнымъ лпнейкамъ, кажется, сказалась эта черта его пнса- тельскаго темпе])амента — его объективное спокойств1е, отсутств1е въ его тво])честв'Ё взрыва, волнен1я, той судорожности, выешимъ предста- вителемъ которой былъ у насъ Доетое15СК1й. 11ечерск1й именно могъ „работать" надъ своимъ сказан1емъ, какъ работаетъ спокойный, уравновешенны II, все крепко сложивш!й въ го- лове л15тописецъ. Можно съ большою основательностью предполагатт., что въ собственномъ смысл'Ь „напт1я", „вдохновен1я", того состоян1я, когда не1)вная 1)ука едва успЬваетъ запечатлевать слова, — - онъ не зналъ, по краГикч! лгЬр!;, тогда, когда вылпвалъ на бумагу свопмъ би- сернымъ почеркомъ создан1е мозга. Мо;кегъ-быть, это было въ первой стад!и его работы, — -въ обдумыван1и и „вынашпваип!" ббразовъ и сценъ. Характерна и показательна въ этомъ отношен1и и своеобразная ма- нера писателя окончательно обработывать в(Ч11,ь въ коррсчстуре. Мель- никовъ иногда возвращалъ корректуру совершенно въ д])угомъ вид!;, ч'Ьмъ она была набрана, и держалъ до шести корректуръ. Сохранпиппеся листы его романа для ,Д^усскаго В!;стнпка'"' пспещ])ены его поп])авками до такой степени, что п])авка почти стоила- второго набора. Получав1н1й въ последнее время отъ Каткова по 300 рублей за листъ, Мельнпковъ разъ навсегда уступплъ 25 рублей съ листа въ пользу набо1)Н1,иковъ за прапо держать корректуру такъ, какъ онъ прпвыкъ. Салгь онъ придавалъ большое значен1е фактору памяти въ своемъ творчеств!;. На своелгь юбплейномъ торжестве, уклоняясь отъ общихъ похвалъ, Мельнпковъ самъ отметплъ эту сторону своего писательства. 
— 19 — — Вогъ далъ мп!; память, хорошую память. До сихт. по|)ъ она ощс пе слаб'Ьотъ. Что пи иидппП). что ни слыпппт., чт5 ни прочтешь, — нес помнишь. Кйкъ помнии(ь, — самъ Н(> знаю. А на роду было написано довольно-таки поездить по матушке по святой Руси. И гд1>-то ни дово- дилось бывать? И въ л'Ьсахъ, и на горахъ, и въ болотахъ, н въ тун- драхъ, и въ рудникахъ, и на крестьянскихъ полатяхъ, и въ тЬсныхъ кельяхъ, и въ скитахъ, и въ дворцахъ, — -всего и не перечтр1иь. И гхЬ ни былъ, что ни вид-Ьлъ, что ни слышалъ, — все твердо помню. Взду- ма.юсь мн'Ь писать; ну. думаю, давай писать, и сталъ писать „по па- мяти, какъ по грамоте". Мельниковъ любуется всЬми подробностями русскаго быта, какъ лк- битель, соп])пкасаетъ ихъ съ русской старпной, попутно разсказываетъ всю истор1Ю какого-нибудь обычая, уводя съ собою читателя въ дале- шя, почти доисторичРск1я времена, на какой-нибудь праздникъ Ярилы. Вс/Ь, попутно разсказываемыя имъ пов'Ьрья о кладахъ, картинки старпи- ныхъ праздниковъ, приговоры и стихи отличаются точностью чисто- научной передачи. Въ историческомъ прошломъ онъ былъ такимъ же ув'Ьреннымъ хо- зяиномъ, какъ п въ современности, и р'Ьдко кто могъ бы, подобно ему. описать современный народный обычай — вс!; .эти ярмарки у Макарья. лсизнь золотоискателей или рыбопромышленниковъ, к])естьянск1я поси- д-Ьлки или хлыстовск1я раденья. Любовь къ такимъ бытовымъ встав- камъ, какъ и къ эгнографическнмъ оппсан!ямъ, даже несколько вре- дитъ Мельникову, какъ художнику. Избытокъ этихъ вставокъ во второ1г половин1; т])уда его н'Ьсколько отягощаетъ чтеп1е. Сохранились изв'кт1я, что въ пос.тЬднихъ книгахъ „На горахъ" ре- дак11,)я „Русскаго Вестника" допускала уже сильныясокращен1я текста, иодъ предлогомъ нецензурности, что сильно огорчало и раздражало пи- сателя. Во всякомъ случа'Ь два пе1)вые тома „Въ л^сахъ" остаютсл непре- взойденными. Преимущественно упирая ]гь бытовую сторону, Мельниковъ ум-Ьлъ быть на высоте и въ чисто-драматическихъ сценахъ. Нужно прочитать въ „Л'Ьсахъ" главы прнзнан1я Марьи Гавриловны АлексЬю, или любов- ныхъ горен и радостей Флены, чтобы увид'Ьть, какимъ мастеромъ ыогъ быть онъ въ области чистаго „романа", какь могъ схватывать зной и т])еиетъ молодой, долго сдер-,кпваемой страсти. Настоян|,имъ, ненашраниым'ь трагизмомъ в'Ьетъ отъ зарисонанпыхъ имъ ка])ти1гь смерти и похоропъ Насти, или смерти Оленушки, постри- •/кен!я Фл(Ч1ушки, воровства кроткой красавицы Марьи Гав])иловны м!1лл!он1дикомъ-старикомъ изъ-подъ носа у любимаго ею челов!.ка, огь испхолог1и Дуни, вступаюн|,ей въ хлыстовскую обп|;ину. Искусство живописать ;кенскую дуп1у — совсЬмъ особенное искусство, часто ускользавшее даже оть очень гала1ггливыхь людей, было пъ вы- 2* 
— 20 — сокой м-Ьр^} присуще Мельникову. Д1;в1Г1ью „кручину", д-Ьвичьи мечты онъ рисуетъ такими мягкими, н1;жиыми красками. Чутко понялъ онъ красоту души русской женщины съ ея вечною привязчивостью н всегда- 1ннею готовностью на трогательное самоотречен1е. Вспомните Оленушку („На горап>"), на смертномъ одр'Ь завещающую своему мужу взять въ жены д'Ьвушку, которая — она в'Ьритъ — поддержитъ вдоваго мулга и нодннметъ сиротку-д'Ьвочку. Вспомните самопожертвован1е Фленуи1ки, ут'1;п1ающей покинутаго Самоквасова возможностью его счастья съ Дуне11, или Груню, идущую за старика, чтобы поднять его д'Ьтей. „■ — Какъ 5ке такъ? Нешто пойдешь за старика? — удивленно спраши- ваетъ вскормивш1й Груню Чапуринъ. „ — Пойду, тятя. Онъ добрый... Да мн^ не онъ... хМп'Ь бы только сп- ротокъ п])изр1;ть... „ — Да в-Ьдь онъ старый! Теб11 не ровня! „ — Старъ ли онъ, молодъ, — по мн'Ь все одно: не за него, — ради б'Ьдныхъ сиротъ". Зд'Ьсь писатель сум^лъ подсмотреть самыя прекрасный дви;кен1я русской женской души. X. Второе м^сто въ лптературномъ наследстве Мельникова занпмаютъ его разсказы. Ихъ немного, но сами по себе они давали бы право ихъ автору, если бы онъ ограничился только ими, на сове])шенно определенное место въ нашей литературе. Въ этой области Мельниковъ удивительно близко подходитъ къ Сал- тыкову, въ частности, къ его „Губернекимъ очеркамъ". Подобно Щед- рину, Печерск1й рисуетъ здесь дореформенную русскую кривду со всею открытостью честнаго писателя и осведомленностью человека, не по слуху, но лицомъ къ лицу впдевшаго м])ачныхъ героевъ русскаго разо- рен1я. Характерно, что оба писателя выступили на это поприще облп- чен1я одновременно. Длинный рядъ мелкихъ адлпишстраторовъ - взяточниковъ. старыхъ „приказныхъ крючковъ", отпрысковъ „краппвнаго семени", ироходитъ здесь передъ читателемъ. Даръ высокой объективности и высокое чувство меры служатъ здесь Мельникову чудесную службу. Онъ и здесь такъ же, какъ вс(ч^да, спокоенъ, не возвышаетъ голоса, не поддается гие1!у пли возмущен1ю. Отъ этого получается впечатлен1е полнаго исто- рическаго безнри('траст1я, и ни на минуту краски не кажутся сгущенными, а фактъ преувеличеннымъ. Проходитъ тутъ передъ вами старый судъ съ своими „посулами" и „даян1ямп", прпговаривающ1Й непрактическаго чсиовека къпене, разо- ряющей его на всю жизнь, а рядомъ другого, более „предусмотрнтель- наго", отпускаюнцй чуть ли не съ наг1)адоп, т.-е. съ такими „ограни- чен1ями" въ правахъ, к(1Т()рыя для всякаго были бы благодея!иемъ. 
— 21 — ,. — Не будутъ тебя въ сввд'1;т('Л11 брать, но гтанутъ на М1рскоГ1 гходъ пускать, ни въ головы, ни въ старшины, ни даже въ сотск1е аль въде- сят('к1е не станутъ тебя выбирать". Какъ носл'Ь такихъ „каръ" счастливому Прошк'Ь, совернгенно уподо- бившемуся щук'Ь, которую въ на1и1зан1е бросаютъ въ воду, — пс^ упасть въ ноги судьямъ и НС возопить: „ — Отцы мои ])одиые, у-къ 7юл( так1я есть до меня вант малости, — нельзя ли приписать, чтобы и иодводъ-то съ меня не брали!.." („Д'Ьдушка Поликарпъ"). Дальше передъ вами обиралы-пристава, сд-Ьдаешхе себ'Ь доходную статью пзъ иа^здонъ на раскольничьи скиты, при чемъ каждый сопро- вождается хорошею взяткой за молчан1е и картинами безумнаго иере- пуга монашонокъ, хватающпхъ антиминсы за пазуху или сосуды въ карманъ („Поярковъ"). Еще дальше — произведенпый въфалт^шивомонетчика честный торговыГг /юлов'^.къ, котораго по дьявольски подстроенному обвинен1Ю готовы у'/кс сослать въ Сибирь, и сослали бы, если бы не „сладились" на выгодно!! „мзд-Ь". Вотъ „ум1!Ы1'1" П1)0В11Н11,1алы1ый администраторъ, положи в !П III суммы, отпуп^енныя !!а ремонтъ моста, въ свой карманъ, а мостъ тол!.ко пост|)у- ган!111й и закрывш1и для про-бзда на три года („Медв1;ж1й уголъ"). Г5отъ начальникъ почтовой конто])!.!, собирающ!'й съ б1;дняковъ гривен- ники за „почту" и бросаю1!1,!и !1!1сьма подъ полъ, даже не распечатывая ихъ, если они не денежный („Не!!ре.м'Ьнный"). Вотъ драма несчастна!'о крестья!!пна, котораго чуть не ссылаютъ на каторгу за то, что онъ дв"};- Ш1дцать л'1'.тъ „царскаго орла жегъ", т. -е. не скрылъ, что въ его печкФ. оказался кирпичъ съ орломъ, взятый совершенно законнымъ образомъ съ дворцовой стройки („Бабушкины розсказни"). ВсЬ разсказы Печерскаго посятъ такой обличительный характеръ. Не рознятъ съ ними и так1е разсказы, какъ „Красильникопы", рисую- ш,1е непроходимую „дремучину" ду!пи ку!1ца-11ровинц1ала, разру!иив1!!а!о счастье своего сына. Противъ своей воли давшШ ему универсптетскок образоваи1е, темный родитель губитъ его потомъ, когда тотъ женится !1а инов'Ьрк'Ь. Зд'Ьсь вы сталкиваетесь опять съ тою же темною силой, съ тою же философ!ей Платонидъ и Манеоъ, какая разрушала счастье героинь скитскаго царства. Духъ протеста противъ отвратительныхъ формъ отживающей старины властно в1;еть надъ разсказами 11ечерс1и11о. Не удивительно, что, съ гр'Ьхомъ пополамъ нрошедш1е въ свое время цензуру, эти разсказы, собранные въ ц-Ьлвную книгу, дали въ свое время (1858 г.) настолько сгуще!!ное впечатл'Ьн1е, что тпм!11;ъ, у;!;е про!1ущенный московскимъ цен- зоромъ, подвергся запрещен! ю пете])бургскаго цензурпаго комитета. Въ автографахъ П. И. Даи1К01!а сохранилась подл!11!ная, писанная рукой Мельникова, обложка сборника. Разр'Ьшен1е цензора Краузе и печать 
— 22 — его зачеркнуты. ВМ15СТ0 этого попероиъ листка ваписапа .1лов'1Ьщая ре- золю1ия: — „Возвратить издателю безъ одобрешя". Случай, почти безприм'Ьрный въ л^тописяхъ да^ке нашей, видавшей виды цензуры!.. Въ смысл'Ь изучен1я Мельникова очень любопытепъ разсказ ь изъ рас- кольничьей жизни „Гриша" — первое пророчество о будущей гранд103- ной энопе'к Майковъ обд'Ьлалъ его въ стихотворную поэму. Психо- ло1'нческй онъ очень интересенъ своимъ анализомъ религ1озно-экстати- ческой души простеца. Этотъ анализъ можетъ объяснить многое недого- воренное въ романахъ Печерскаго. Если тамъ иногда читатель можеть задуматься надъ вопросомъ, гд1; же ле;катъ корни ра.бскаго подчинен1я челов1;ка вол'Ь „стараго закона" п церковной книги, то зд'Ьсь онъ видитъ вооч1ю, какою иногда поиа- ляющею лавой наполнено сердце русскаго человека, „взыскующаго града грядуп1,аго", какъ мучительно и пламенно можетъ быть въ немъ пскан1е живого Бога и Его правды и страстенъ порывъ отъ земной „скверны". }М;жная, кристально-чистая, хрупкая, какъ цв1;гокъ, душа юноши Гришп зд'1;сь вся охвачена т'Ьмъ религ1ознымъ го1)'1;н1емъ, которое устремляло Оеодос1евъ въ печерск1я катакомбы и гоннтъ сейчасъ тем- ныя К])естьянск1я души въ сектантство, „на подвпгъ" п на готовность „пр1'ять" хоть смерть за свое нспов'Ьдан1е. Благородн'1;йпип мат('р1;1лъ. дуига, которой мереш,ится небо и свя- тость, бронк'на безпощадными )слов1ями русской д1;йствительностн въ руки грубаго хищника, и чистый, милый юноша, подвигу котораго, мо- жетъ-быть, удивился бы м1ръ, — въ Росс1и становится только соучаст- никомъ п])еступлен'1я — во имя Бога и Божьей правды. Мельниковъ одннъ изъ первыхъ нодоиюлъ къ этой страишой, ти- пично-русской трагед1и „богоискательства" съ поиадан1ем'ь на м('])тву10 точку отчаян!я въ услов1яхъ страшной д1;ствительности, — той т])аге- д1и, къ которой подходили вс'Ь наши больиле тк'атели, вплоть до До- стоевскаго и Толстого, и посл'Ьдняя страница въ кото1)Ой для современ- ности представлена „Исповедью" Горькаго. Особое м'Ьсто въ рид^ повестей Мельникова занимают], его „Старые годы", колоритная картина ;кизни ста])аго дво1)ян(тва со вс(чо разнуз- данно("1'ью его нрава и похоти, съ чудачества.\и1 и самодурствомъ, съ фарсами, близкими къ драмамъ. И по задач'Ь своей, и по подробностямъ вьшолнен1я, и по яркости красокъ эта пон'Ьсть вызываетъ въ памяти та- кую же поэму стародворянскаго разгула и ирихоти, оставленную Л'Ьс- ковымъ („Старые годы въ сел-Ь Плодомасов'Ь"). Это поистине „глубоко-поэтическая панихида надъ нашими безпут- ными годами", какъ вы1)азился объ этой пов'Ьсти одинъ изъ старыхъ крптик-овъ. Старыя „забавы" необузданныхъ русскихъ феодаловъ, вы- лускавшихъ .,н1утки ради" костолома-медв-Ьдя на злополучнаго одно- 
— 23 — дворца, одипъ-па-одпнъ, или мазавшихъ медомъ пятки какого-ипбудь приживальщика и прихлебателя, чтобы потомъ ихъ лизалъ козелъ до той минуты, пока несчастный чуть не умиралъ въ корчахъ щекотки, — проходятъ зд'Ьсь передъ современнымъ читателемъ, какъ какой-то да- лек1й, жутки! сонъ. Вспомните, папрпм'Ьрт>, сцену имснинъ зат'Ьйника -князя, когда, ради ут^хн званыхъ гостей, въ княжсск1я хо])омы собпраютъ К1)асавицъ-кр'15- постныхъ съ ц'Ьлой вотчины. Разод'Ьтыя к])асавпцы пляшутъ ц-Ьлую ночь, потЬшая „господъ". „Заря въ пеб^Ь зарумянится, а въ павпльон'1] п1;сни, плясъ да попойка. Воеводы, губернаторъ и друг1е больш1е господа, — кто пля- шетъ, кто поетъ, кто чару иьетъ, кто съ богиней въ уголку сидитъ, Самъ князь АшксШ Ю])ьпчъ папосл'Ьдокъ съ Дуняшей казачка пойдетъ. „ — Эй, вы, римляне! — крикнстъ подъ копецъ: — похищай саби- нянокъ, собаки! „И схватитъ каждый гость по д'1;вочк'1[]: кто посильн'Ьй, тотъ на плечо красоточку взвалитъ, а кто въ охапку ее. А князь станетъ средь комнаты да ту, что приглянулась, перстикомъ къ себ'Ь и поманитъ..." То старина, то и д-Ьянье... Несмотря иа то, что надъ разсказами Печерскаго пронеслось уже полв'кка, они удивительно св^^уки и почти ничуть не устар'кчн въ смысл'Ь беллетристическихъ пр1емовъ. Въ свое ]!ремя они естественно являлись мастерскими по технпк'Ь и справедливо соперничали съ первыми обли- чительными разсказами Щедрина. По сравнен!ю съ этими ранними разсказами бл'1;дпы и „Кня:!;иа Та- раканова", скор15е конспектъ историче(Чгаго ромаиа, ч'Ьмъ романъ, и отрывки, извлеченные изъ бумагъ писателя. Онъ не усп'Ьлъ придать этимъ вещамъ худож.еств(Ч1ну10 форму. Изсл15Дован1я Мельникова о ио1И)вщин'Ь, безпопов1цин'1; и тлйныхъ сектахъ всегда высоко ставились знатоками. Изв'ктно, что нашъ гптса- тель создалъ въ литературе о раскол'!; ц1;лую школу, иолучпвн|"ую имя „мельниковской'*, въ нротивоиЬсь „щановской". Время доказало, на- сколько прав1;е былъ Мельнпковъ, вмдФл!11пй въ раскол1] религ!озно-бы- товое, а отнюдь н(! политически-демократическое явлен1е. Какимъ велико- л'Ьпнымъ знатокомъ ])аскола былъ Мельниковъ, можно вид'Ьть у«ке изъ того, что такой мастеръ .этого д-Ьла, какъ Л15сковъ, гордился гЬмъ, что онъ „ученикъ Мельникова". Чуждыя сухости н высоко интересныя изсл'1^1оваи1я эти любопытны еще какъ живой комментар1й къ типамъ, выведеннымъ Мельниковымъ въ его роман'Ь и иов'Ьстяхъ. XI. Иамъ осталось сказать несколько словъ о вн'Ьшней сторои'1; жиз1И1 Печерскаго. 
— 24 — Павелъ Ииановичъ Мельнпковъ родился 22 октября 1819 годя въ Нижнелгь-Новгород'Ь. Отсцъ его былъ сот(>ннымъ начальиикомъ милтщ!, а подъ консцъ жизни служилъ въ га])низон'1;. Родъ Мельннковыхъ до- вол 1>11() старый, хотя и не значится в'ь })азрядныхъ книгахъ. Свое д'Ьтство писатель иро]5('лъ по большем! части въ городе. Семенов'!;. Еще въ ранней юности онъ потерялъ отца и мать. По 01{опчан1и Ниже- городской гимназ!и онъ поступилъ въ Казанск1й унив(?рситетъ, не нм'Ья еще узаконенныхъ для поступлен1Я шестнадцати л'Ьтъ. Въ 1837 году онъ кончилъ курсъ и былъ оставленъ при униг.ерситет'Ь. Какое-то бур- ное и]!0явлен1е молодости на одной изъ тогдашнихъ студенческихъ пи- рушекъ было причиною того, что онъ, по распоряжен1Ю казанскаго по- печителя, какъ „за провинность" былъ пазначенъ уЬзднымъ учителем], въ захолустный Шадринскъ, Пермской губерн1и, и немедленно „при уни- верситетскомъ солдат^/' отправленъ въ Пермь. Только благодаря „ми.изстп начальства" онъ былъ оставленъ зд'Ьсь учителемъ 1!Стор1и и ст;ггистпки въ П1мназ1и. Это ))аннее увлеч(Ч11(', ви- димо, осталось иамятнымъ для Мельникова, на. всю жизнь. Вся дальн1;й- П1ая его б1ограф1я, вся служебная его деятельность говорятъ уже о со- вершенномъ отсутств1и съ его стороны какихъ-либо „увлеч(чпй". Съ Перми начались добровольныя странств()ван1я Мельникова по Руси, связанныя съ оиред'кченною задачею пзучен1я быта русскаго на- рода. Такъ, онъ "Ьздилъ на Уральск1е заводы, ища сбли'яачпя съ пародомъ. Въ 1839 году онъ перевелся въ Нижегородскую гимназ1ю, гд'Ь про- былъ слишкомъ шесть л'1'>тъ. Зд'Ьсь онъ сблизился съ м'Ьстнымъ арх1епи- скономъ Таковомъ, знатокомъ истор1и и раскола, и познакомился съ М. П. Погодипымъ и В. И. Далемъ. Это окончательно повернуло его въ область истор!и и литературы. Любовь къ чтен1ю и литератур!; сказалась въ немъ вообще очень рано. Уже десятил'1;тн]й, онъ нереписывалъ въ св(И1 тетради по линей- камъ стихи Пушкина, Жуковскаго, Баратынскаго, Дельвига. Теперь онъ д'];ятельно принялся за изучен1е старины. Къ 1839 г. относится пом1>- щен1е имъ въ „Отеч. Запискахъ" перваго своего щ^оизведешя: „Дорож- ныя записки". Въ ел'кдующемъ году въ „Литературной ГазегЬ" появилось первое беллетристическое его произведен1е: „О томъ, кто такой Елппдифоръ Перфильевичъ", — совершенно юношеская попытка подражан1Я Гоголю. Посл'Ь дв-Ьнадцати л'Ьтъ молчашя, въ 1852 г. въ „Москвитянин'Ь" были напечатаны его „Красильниковы", откуда, въ строгомъ смысл-Ь, и начинается настоящая писательская д'Ьятельность П. И. Разыскан1я въ нп'л;егородскихъ архивахъ дали П. И. зван1е члена- корресп(шд(Ч1та археографической комисс!п, отчеты же его по исполне- нпо н'};которыхъ поручен1й по д'Ьламъ раскола сд'Ьлали его имя изв'Ьст- иымъ министру внутреннихъ д'Ьлъ. Уже въ пос.тЬдн1е годы 11:арствован1я императора Николая онъ сталъ нсрвымъ авторитетомъ по д'Ьламъ раскола. 
— 25 — Справедливость тробуетъ сказать, что, сынъ свое1'0 в^;ка, Мель- никовъ разд'Ьлялъ взглядъ правительства на необходимость жестокихъ мФ.ръ въ отношен1и раскола,. Практически осуи1,ествляя н-Ькоторыл адми- нистратпвныя поручен!я по оби;ц)у:л«мпю и прсс'Ьчен110 раскола, от. являлся не бол-Ье, какъ строгили, и, пожалуй, черсзчур'ь })(Ч!ностпым'ь чиповникомъ. Въ начал'Ь новаго дарствовап1'я Мельн1И{0ву было поручено составле- Н1е всеподданн'Ьйшаго отчета. Вт. запискахъ о расколе, ноданныхъ нмт. теперь, онъ предлагалъ м^-.ры п1прокой терпимости. Его секретное изсл-Ь- дован1е иостановлен1й о расколе не стало достоян1ем7, св-Ьта. Поздн'Ье онъзав'Ьдывалъ внутреннпмъ отд'Ьломъ офи1цальной „С'Ьверноп Пчелы", сотруднпчалъ въ „Моск. В11домостяхъ" и „Русскомъ В'Ьстнпк'Ь". Боль- Н1ая литературная известность пришла къ нему съ появлен1емъ первыхъ частей „Въ л'1;сахъ". Ромаиъ этотъ нанисанъ имъ въ отв'Ьтъ на предло- жен1С цесаревича Николая Александ])Овича, которому одна;кды пришлось во ]!ремя путеп1еств1я услышать у1!Л(Ч{ательный раз'сказъ П. И. о быт1; и пои'Ьрьяхъ Поволжья. Посвященъ онъ былъ наследнику це('аре1!ичу Александру Александровичу. Это произведен1е принесло Мельникову славу и полное обезпечен1е. Последнее десятил'Ьт1е жизни П. И. провелъ частью въ споемь пм'1;- Н1И подъ Пижнимъ, сел'Ь Ляхов-?;, частью въ самомъ Нижнемъ. Уже съ 1882 г. онъ былъ разбить наралпчомъ, съ трудомъ произносилъ слова, постоянно забывался и не могъ дер-лсать въ рук-Ь даже папи})осу. Зат'Ь.мь отнялся языкъ, явилась несвязность 1)'1;чи, и 1 февраля 1883 г. творца „Въ л^сахъ" и „На горахъ" не стало. Погребенъ онъ на самомъ краю Нп-л;няго, блпзъ Оки, въ Крестово;'.- движенскомъ мопастыр'Ь.  Четверть в-Ька пронеслась надъ Мельниковымъ-Печерскимъ. Больню четверти вЬка надъ его сочинен1ями. Это такой срокъ, за который умираютъ н1ишторыя лите])атурныя величины, Насл4д1е Мельникова живо и ц'Ьнно попрежнему, и если какая перем'Ьна произо!нла съ нимъ, то только та, чтб бываетъ съ к])уиными бытописателями: изъ беллетрпстовъ современности Мельниковъ сталъ писателемъ истори- ческимъ. Все то, что описывалъ онъ, уже отошло въ истор1Ю. Уже н^тъ ски- товъ на томъ м-Ьст'Ь, гд^ они стояли. Свистятъ локомотивы, и зм'Ьею вьются по'1;зда тамъ, гд-Ь высились ])аскольннчсск1я часовни съ осьми- конечными к])естами и стояли тих1я кельи скитнпцъ. Уже не нравы Ча- нуриныхъ отличаютъ нын'1;1пнихъ новолжскихъ „богатеевъ", изъ кото- рыхъ иные приблизились къ типу сумбатовскнго „Джентльмена". Е|цс далыне въ истор1ю отонгли провинц1альные взяточники и подьяч!е, опи- санные въ его разсказахъ... Все это уже стоитъ въ перспективе истор1и, все это „миновало". Но 
— 26 — сп^^вшК! всему этому ..отходную" Мельниковъ живъ и красоченъ, инте- росенъ 11 поэтпченъ, и назвать его имя — значитт. проникнуться обая- Н1емъ красивой русской старины, вспомнить умсрний быть руескаго купечества — Раскольниковъ скиты запов'Ьдные, Патр1архальность мирныхъ ихъ семей, Обряды ихъ; вдоль Волги вековые Л'Ьса п ширь син'Ёюищхъ степей, Затвор1шц1> юныхъ п'Ьсни хоровыя И ихъ любовь въ тиши монастырей... Нем110г1е изъ писателей непервоклассныхъ сохраняютъ въ истор1п такой ц'Ьльны!! и своеобразный облпкъ... А. Измайловъ. 
КРАСИЛЬНИКОВЫ. Изъ догожныхъ злписокъ. I. Въ у'Ь:!дмомъ город]! с. остановились лп.т посмотрЬть на 1);з- и'Ьстные ко;кевонные заводы Красильникова. Нетрудно было отыскать домъ богатаго заводчика, каменный двухъэтажный, лучшш во Бсемъ город'Ь; стоитъ онъ недалеко отъ древня го собора, обезображеннаго пристройками въ «нов'1зйшемъ» вкус15. Въ верхнемъ нсиль^Ь, въ окнахъ съ ц'Ъльнымн зеркальными стеклами, стояли незатЬйливыя птсовыя изображен1я Воль- тера, Суворова, поднявшей чуть не вынте головы правую ногу Тальонн, зеленаго попугая съ корпчневымъ носомъ и разно- цв^зтной К0НПП1, съ головой, качавшейся при малМшемъ прп- косповеп1и. Въ середнемъ окн'1; виднйчнсь дорог1е бронзовые часы, а стекла другихъ зал'1шлены были выр-Ьзанными . изъ цв1!']'ной бумаги подпб1ямп лоига/ц! и чего-то въ род^Ь буквы Ф, съ раздвоеннымъ нижнпмъ кон11,ом'ь и трехуголь'ой съ лер1)Ямп 11а]{ерху. Въ нижнемъ 5киль'Ь въ окна вд'кчаны были толстый ■.кел'Ьзныя р1ииеткп, а стекла сплошь выбиты. На цокол!. крас- нымъ карандашомъ въ н11сколько рядовъ писаны бирочные знаки: кресты, кружки, черточки — отк"рытая на весь М1ръ расходная книга приказчика, отпускавшаго кому-то онойки. Ворота были заперты. Я стукнулт. тяжелымъ жел'Ьзным'ь кольцомъ о дубовое полотно калитки; раздался сильный лай ц1>пной дворняжки, II въ подворотн'Ь показались три собачьи М0])ды, скаля зубы и заливаясь глухнмъ ревомъ. Щеколда изнутри стукнула, и краснолицая, курносая дФ)Вка-чернавка, вертковъ одиннадцати въ от!)уб'Ь, од'Ьтая въ засаленный мо- сковск!!! сарафанъ изъ иваповскаго ситца, просунулась до по- ловишл и опросила насъ: 
— 28 — — Кого вамъ надотъ? — Корнила Егоры чъ дома? — А отдыхаетъ: сейчасъ пооб^дамши. — Когда его можно застать? — А не знаю же я... Да вы откелева будете? — Изъ П... Я назвалъ губернстай городъ. — По кожу, аль по сало? — Н'Ьтъ... Такъ нун{но хозяина повидать. Когда за- стать-то? — Не в-Ьду. Спрошать разв-Ь Марью Андревну, коль не започивала. ->аперла д'Ьвка-чсрнавка калитку, ушла. Воротясь минутъ черезъ пять, сказала: — Въ вечерню приходите, не то завтра иослЬ ранней об'Ьднп. — Ну, завтра такъ завтра. Мы съ путевымъ товарищемъ хот'Ьли-было идти на по- стоялый дворъ, гд'Ь остановились за неим'Ьньемъ въ С. гости- ницы; но д15вка- чернавка еще разъ спросила насъ, должно- быть, для удовлетворен1я собствсннаго любопытства: — А сами-то вы изъ кагатхъ будете? Приказчики, что ли, чьи? — ИЬтъ, не приказчики. — - Кто же вы? ■ — Чиновные. ■ — Изъ судовъ? — Отъ губернатора. Это слово им'Ьло чарод^'^йную силу: не прошли мы ста са- жеиъ, какъ за нами послыип^лись крики: — Обождите-ка, воротитесь-ка! Корнила Егорычъ васъ клик- нуть вел'Ьлъ, Босоногая д'Ьвка-чернавка б'Ьжала во всю прыть. Ее пере- гоняли собаки, одна вц'Ьпилась въ полу моего спутника. — Лыска! Лыска! цыма-те! Экой постр'Ьлъ, кабанъ прокля- тый! — кричала изо всей мочи д'Ьвка-чернавка. И, схвативъ валяви1уюся на улнц-Ь слегу, принялась коло- тить направо и налево косматыхъ стражей Корнилы Егорыча. Собаки завизнсали и п(Ю'Ьжали домой. Путеводимые спаси- тельницей отъ ихъ ярости, вошлн мы на дворъ Красильни- кова, обошли парадное крыльцо, гд'Ь обглоданные мослы и сбитое с'Ьно указывали на жительство враговъ нашихъ, и те- перь сп1,е игподти1ика бросавитихся подъ ноги. Обогнувъ уголъ дома, по заднему к])ылы1у вопыи мы наверхъ, нагибаясь подъ протянутыми веревками, развешанными для просушки б'Ьлья. По всему двору кр1шко нахло дегтемъ и кожей. 
— 29 — Темными за1;оул1;ам11 провела насъ д'Ьв1:а-Ч('р11авка въ об- ширную комнату — въ «залу» п, молвивъ, что хозяпиъ сей- часъ выйдетъ, уптла. По убранству комнаты видно было, что Корнила Егорычъ — чслов'Ькъ домовитый н, ра:5богат'1шъ, изъ кожи л'Ьзъ, чтоб'ь на славу украсить жилище свое: денегъ не жал'Ьлъ, все иоку- иалъ безъ разбору, платилъ нтридорога, и все невнопадч.. ИтдЬлав'ь сг^ны подъ мраморъ, раззолотплъ карнизы, на- стлалъ дубовый мелкоттучный паркетъ, иокрылъ его и]елко- выми коврами, надъ 01;иами развкилъ бархатныя занав^сп, а н^ ст-Ьну наклеилъ литографию Василья Логинова, въ углу иов'Ьсилъ кл-Ьтку съ перепеломъ, а на окнахъ между какту- сомъ и гел1отропомъ въ полуразбит1>1хт> чайникахъ поставил!, стручковый нерецъ да бальзампнъ. Мебель въ гостиной за дорогую ц'кну куплена была въ ПетербургЬ да еще напере- бой съ какимъ-то вельможей; но опитые изъ поношсинаго холста съ крашенинными заплатами чехлы снимались съ ноя ■1'олько въ Св-йтлое Воскресенье да въ хозяйскгя именины. Въ великол'Ьпныхъ ламиахъ, разставленныхъ по столамъ и но угламъ, масла съ роду не бывало, да во всемъ С. и заи^игать- то пхъ тогда еще никто не ум'Ьлъ. Непривычно Корнил'Ь Егорычу ходить по мелкоштучному паркету, не умЬетъ он'ь ни с1)СТ1; ни стать въ компатахъ, строенныхъ не на житье, а людямъ на показъ, роб'Ьетъ громко слово сказать въ виду дорогихъ своихъ мебелей. Душно ему въ своемъ дом^[5, сбылась над7> нимъ послов]ща: «Своя воля страшней неволи». Осторожно пробираясь межъ затЬйливыми диванами и креслами, ровно изгнаниикъ б'Ьжнтъ Корнила Егорычъ изъ раззолоченныхъ иалатъ въ укромный уголокъ, чу- жому челов-Ьку недоступный. Тамъ на теи.юй изразцовой ле- ■л.-анк'Ь ищотъ онъ удобствъ, какихъ не сыскать въ разубран- ныхъ комнатахъ. Вотъ у лежанки стоитъ сосновый, кр'Ьикой ];одкой травленный столъ подъ ярославской салфеткой; на иемъ счетная, псалтирь и «Московскля В'1}дозюсти»; у стола стулъ-складень: привыкъ къ нему Корнила Егорычъ, еще сидя мальчиш1.-ой въ чужой лавк'Ь. Вотъ двуспальная кровать а, пухови1;омъ чуть не до потолка и съ дюжиной подушек-].: |;р']зико снится на ней Корнил1; Егорычу. Вотъ кафельная печь съ поливными фигурами балахонской работы: ровно баню, гр'Ьетъ она зав-Ьтный уголъ хозяина и ириглядн'Ьй ему б'Ьло- мраморныхъ ст'Ьнъ залы и бархатныхъ обоевъ гостиной. А часовъ съ кукушкой, чтб повЬшены противъ кровати, не от- дастъ онъ за дв-Ь дюжины дорогих'ь часовъ, что на мрамор- помъ подстав'Ь 1;расуются у средняго окна гостиной. Добро- 
— 30 — вольно, 110 иодчаоъ съ досадой, п.адггсл Тьориила Егорычъ т. т'Ьсно!! мурь!) — хватил'!! бы все по боку и зажилъ бы, как!. хочется — да нельзя!.. 11а1л> отъ людей отстать? Попалъ в'ь стаю — лай не лай, а хвостоиъ виляй... Еи1;е скрягой прозо- вутъ. Зато разъ отведена была у него квартпра для губе1)на- тора. На прощаньи генералъ сказа-ит, хозяину: «Ну, Корнила Егорычъ, домикъ-то у тебя на славу отд'Ьланъ — мебель хоть во дворецъ». И счастлив'1> и доволенъ былъ Корнила Его- рычъ и сторицей вознагражден'], за досалдыя минуты, когда, ]1роходя бочкомъ мимо дорогихъ мебелей, думаетъ самъ про себя: «И на какой шутъ, прости Господи, так1е стулья на- Д'Ьланы? С'Ьсть порядкомъ нельзя — безъ сноровки провалишься совсЪмъ». Не странно въ зал'й РСорннлы Егорыча встр'Ьтить и логи- новскую л1!тограф110, и стручковый перецъ, и перепела въ кл'кгк11 изъ лутонгекъ. Дороги они хозяину, добровольному за- точеннику въ золотой тюрьм'Ь своей. Вспоминали они ему бы- лое, б'Ьдное, но свободное отъ несроднаго житья-бытья время — время молодости, когда жилось весел'Ьй, а на св1)т1} Божьемъ было просторп'Ьй и все смотр-бло ясн'Ьй и радостн'Ьй. Ером'!] перепела да перца, остальное было чуждо, несродно хозяину: здГ.сь ему и свое не свое, зд'Ьсь и самъ онъ ровно на вы- ставк'Ь — М1ру на показъ. Ничего для себя; все для чужихъ; даже гипсовыхъ Вольтера съ попугаемъ поставилъ онъ иере- домъ на улицу. По лицу вышедшаго къ намъ Корнплы Егорыча видно было, что могучее слово «отъ губернатора» оторвало его отъ доро- гой лежанки. Зам'Ьтно было, что од'Ьвался онъ наскоро; золо- тыхъ медалей однакожъ не забьыъ над'Ьть. Это былъ широко- плеч1й старикъ средняго роста, волосы совсЬмъ почти б'Ьлые, борода маленькая, клияомъ, глаза иодсл'Ьповатые, но живые, выразительные. По суровому облику его видно бы.ю, что это старикъ своеобычный, крутой; а розсыпью гляд1шипе глаза обличали -въ немъ человека, чтб всякаго проведстъ и выве- детъ. Но въ этомъ хитромъ, б'Ьгающемъ взор'Ь крылась какая- то грусть затаенная. Туманилось лицо Корнплы Егорыча го- рсмъ дунтевнымъ, еще не выношеннымъ, но ]5ыстраданнымъ. День ме1)кнстъ ночью, челов'Ькъ печалью, а горе бороз,1,ы по лицу проводить. Казалось, и 11орн11л1; Егорычу не годы уб-Ь- лили голову, а дупювнос горе. Оно не молодптъ, а косицу б1злитъ. — Покорно просимъ! — сказа,1ъ Корнила Егорыч'ь. — Изви- ните, позадср;калъ: соснуть было-прплегь. И, при восиоминаньи о лежанк'Ь, з'Ьвнулъ, набожно пере- 
— 31 — крести въ ротъ. Мы извини.шсь, то потревожили его, сказали свои имена и показали открытый листъ начальника губерн1и, гд'Ь было сказано, что прь'Ьхалн мы пзъ Петербурга, отъ ми- нистра внутрсннихъ д'Ьлъ для собрптия статистическихъ св-Ь- д'Ьн!!!. Посл'Ь того Я попросилъ хозяйскаго дозволен!)! взгля- нуть на его кожевенный заводъ. Безъ чан11;и чаю, безъ рюмки вина, безъ закуски отъ рус- скаго купца стараго закала никому не уйти. Старинное хле- босольство не чуждо было и Корнил'Ь Егорычу. На столахъ появились вино, закуска, разныя сласти. Бриказчикъ, стри- женный въ скобку, въ длиннополой сук'онной сибнрк/Ь съ бо- рами назади и съ спльнымъ запахомъ кожи, подалъ чай. Р'Ьчь шла про торговлю. — Кожа плохо пошла! — говорилъКорнила Егорычъ. — Въ преи.ни годы въ одну Одессу мы втрое болыие ставили, въ Ливурну оттол'Ь возили; теперь стало дЬло, да п ша- бап1ъ. — Отчего-жъ такъ, Корнпла Егорычт,? — Сырьемъ повезли. У пностраицевъ, я вамъ доложу, на этотъ предметъ руки золотыя — не нашпмъ чета. Нашъ братъ русакъ см-Ьткой взялъ, а н-Ьмедъ — терп'1;ньемъ. Да въ нашей- то смЬтк1> горе проявилось, да не одно, цЬлыхъ три... Рус- ски! челов'Ькъ на трехъ сваяхъ стоптъ: авось, небось да какъ- пибудь. Намъ бы тяпъ-ляпъ — и корабль, а тамъ — н1зтъ-съ, тамъ на этотъ счетъ все въ акуратъ... Къ примеру хоть кожа: что наша русская кожа? Вонъ на двор'Ь парт1Я'Юхты леж:итъ — на урюпинску заготовилъ — разваляйте-ка возъ: тутъ подрезь, туть гниль мясная, а тутъ п все дырье... Отчего?.. Оттого, чтп платишь рабочему поштучно, онъ теб-Ь и дЬлаетъ какъ- нпбудь, одно^норовитъ: больше бы кожъ обрядить... Да какъ поиголъ ножомъ съ плеча валять, тутъ ему не до подр1;зей. Небось, говорнтъ, хозяинъ не заприм^угитъ. А хозяинъ, нашъ братъ, не въ печку же ему бросать ]]орчену кожу: авось, думаетъ, на я])манке сбуду. Л какъ работникъ-отъ д'Ьлаетъ какъ-нибудь да хоронится за небось, да какъ п хозяпиъ-отъ на авоськЪ въ ярманку выЬзжаетъ — добра не л;ди. Правду надо говорить!.. Вотъ за границу нанта кожа и нейдетъ, а сырье инос'1ранцы съ рукамъ готовы рвать. Изъ русскаго сы])ья они такую теб'Ь кожу сработаютъ, что нашей-то въ носъ кинется. Вотъ отчего, сударь, стала наша кожа. Красна юхта покуда еще идетъ — это особь статья, эта завсегда пойдетъ; у насъ березы-то не занимать стать, а за границей чуть не каждый сучокъ на неречет'Ь. — Какъ же сбытъ юхты зависитъ отъ березы? 
— 32 — — Бсрепы н'Ьтъ — дето ]уЬг\,; а беат. д(ттю хорошей тохтьт не сд'Ьлать. Перешелъ разговоръ на смуты, возникш1я бъ то время на Занад-Ь. — Бъ Венгр1и, кажется, война будетъ, — сказалъ я: — для тамошннхъ войскъ кожа потребуется, нашей попросятъ... — Пуда не нонросятъ. Ионгли бы туда наши конгп, ежели бы тамъ шла война по Болгьему вел1шыо, сталъ бы царь на царя, заь'онъ на законъ. Тогда бы пошла... А теперь что намъ?.. Законная разв^Ь война... ])унтъ богопротивный, усобица... Подерутся и боснкомъ!.. Таковы рГзЧи Корннлы Егорыча. А учился за м1;дну пол- тину у нриходскаго дьячка, вьгЬзжалъ изъ своего городка только къ Макарью на ярмарку, да будучи городскимъ голо- вой раза два БЪ губернсшй городъ — ко властямъ на поклонъ. Кром'Ь пса:1тыря, четн-минеи да «Московскпхъ В'Ьдомостей», сроду ничего не чнтывалъ, а говорилъ, ровно книга... Чело- вЬкъ бывалый. Природный, светлый умъ бралъ свое. Загово- рили о развитп! торговли и промышленност]!. — Чтобъ д-Ьло торговое шло, — молви.чъ Корпила Егорычъ: — надо, чтобъ ему не д1;лали пом'Ьхи, а пугце того, чтобъ ему не помогали, на казенну бы форму не гнули. Не приказное это д'кто: въ форменну книгу его не уложишь. А главная статья — сноровка... Безъ сноровки будь каждый день съ барышомъ, а в'Ькъ проходишь нагишомъ. А главн'Ьй всего — Божья воля: благословить Господь — въ отрепь'Ь деньгу найдешь; безъ Божьяго благословенья ];орабли съ золотомъ ко дну нойдутъ. — Такъ, Корнила Егорычъ, слова н'Ьтъ на вашу р1зчь: Божье благословенье первое д'Ьло; но, калготся, вы еще одно позабыли. — А что-жъ такое? — Науку, просв'Ьп1;ен1е. Нахмурился Краспльниковъ, помолчалъ и такую р'1>чь новелъ: — Просв'Ьщен1е!.. Это чт5 въ книгахъ-то пишутъ?.. Эхъ, сударь! мало-ль чтб ппшутъ да печатаютъ! Супротивъ печат- наго не совре]нь. Неро скрыпитъ, бумага молчитъ да все тер- ]штъ... Вотъ, прим'Ьру ради, промысла хоть, что ли, взять? Нишутъ да печатаютъ, что въ гору онп пошли... Р'Ьчи н'Ьтъ, прытко пдутъ, шагаютъ широко, да не такъ, какъ пишутъ. Не въ ту силу говорю, что наша промышленность тише идетъ супротивъ того, какъ про нее печатаютъ: н'Ьтъ-съ, мон^етъ, она и поирытче того идетъ, а про то я говорю, что ппшутъ- то нескладно, неладно, ровно чортъ шестомъ по Не глинной... 
— 83 — Вотъ лъ «ВЬдомостихъ» какъ-то разъ я про нашъ у^^здъ вы- читал'ь. Пишстъ какой-то барпнъ — бидно, такой же, чтб и вы: тол:е св'Ьд'Ьнья собиралъ — пишетъ, что въ запрошломъ году и скота у насъ стало больше п крсстьянск1Й промыселъ въ гору пошелъ; а видно-де это изъ того, что па базарахъ скота больше продано, саней п всякато другого крестьянскаго пзд'Ьлья. — Что-:къ, Корнила Егорычъ? Разв1} базарная торговля не ыолсетъ показать степень крестьянскпхъ промысловъ?.. — Врядъ ли, сударь! По-нашему, не можетъ... Вотъ хоть бы нашу сторону взять... Сторона гулсевая: отъ Волги четыре- ста, отъ Оки дв'Ьстп верстъ, р'Ьки, пристани далеко — надо все гужомъ. Вотъ въ запрошлый годъ и уродились у насъ хл'Ьба Бдоволь, а промысла на ту пору позамялись... Мул^икъ вол- комъ п Бзвылъ, для того, что ему хл'Ьбомъ одннмъ не про- жить... Крестьянско житье толге деньгу проситъ. Спаси, Господи, п помилуй православныхъ отъ недорода, да избавь, Царю Лебесный, и отъ того, чтобы много х.ч'Ьба родилось. — Какъ такъ, Корнила Егорычъ? — Да такъ-съ. Мы люди простые, зато седьмой десятокъ долшваемъ — всего пасмотр'Ьлись. Привелъ Господь смо.)1оду, когда еще въ б'Ьдности находился, и голодъ изнсить: макуху, дуранду^ йгезгу сосновую 'Ьли. И урожаи видалъ. Такъ улгь я и знаю, что переродъ хул;е недорода, что зд'Ьшнему гулсевому крестьянину не то б1^да, что гумно не полно, а то горе вели- кое, ежели работа замнется, промыслу не хватитъ, да па ту пору хл1збъ въ низкой Ц'Ьн15 станетъ. Въ запрошлый годъ хл-Ьбъ-отъ зд'Ьсь по полтин'11 былъ ассигнац1ямп. Серебряный пятиалтынный, зиачитъ, безъ семитки... Подупшыя мулшку надо платить: вези, значитъ, три воза за дв'11сти верстъ до пристани, для того, что по осени да по первозимиц'Ь па м'Ьст'Ь покупщиковъ ни души. Ну, и вози да считай, много-ль дорб- гой-то денегъ прохарчишь... Да чтб подати?.. Подати у насъ, слава Богу, не больно ен1е тялселы; такъ в-Ьдь не па одн-Ь подати мулгику деньги нул^ны: надо уиряжь справить, надо кушакъ купить, шапку, платокъ жен-Ь, въ храмовой праздникъ винца х.а-Ьбнуть, а тамъ еще свадьбы да родины, молебны да крестины, попъ съ праздничнымъ придетъ — ему хл^збт^-огь хл-Ьбомъ, а деньги деньгами. А какъ въ уролгайный годъ хл'Ьбъ-отъ подептев'Ьетъ да промыслы-то ухнутъ, п н'Ьтъ нхъ совсЬмъ, заработки-то пойдутъ дентсвые, у мужика изъ рукъ все и отобьется. А на ту пору староста въ окошко стучитъ, «оброкъ, говоритъ, подавай». — «Депегъ н'Ьтъ». — «Давай, говоритъ, срокъ пришелъ, а н'Ьтъ денегъ, такъ корову продавай...» Повелъ мулгикъ телку, повелъ другой снова телку, повелъ трет1Й Соч1шен1я П. Мельникова. Т. I. Ч 
— 34 — бычка. На базар'Ь ихъ сосчитали да въ «В'Ьдомостяхъ» и припечатали: «скота-деу нихъ расплодилось»... Пропгелъ м^зсяцъ- другой, опять староста у окна. — «Денегъ н'Ьтъ», говоритъ ему мужнчокъ. А староста ему на отв-Ьтъ: к'-у тебя дв^ телЬги — нову-то продай». Повезъ мужикъ тел'Ьгу, повезъ другой сани, повезъ третШ дровни — на базар'Ь ихъ сосчитали, а ваша ми- лость, чтб св'Ьд'Ьнья-то сбираете, и хвать въ «В15домостяхъ» — « промыслы- де у нихъ въ гору пошли»... Не въ ту силу говорю, что нны книги ровно шайтанъ помеломъ въ труб^Ь написа.ть... Годъ-отъ перерода минетъ, на хлЬбъ станетъ ц-йна хорошая, промыслы поднимутся, г-лядишь — справился мужикъ: скотомъ обзавелся, сбруей, и въ мошн'Ь не пусто стало. Въ зпмниц'Ь три-четыре коровушки, подъ нав'Ьсомъ двЬ-трп тел'Ьги, и какъ староста подъ окно придетъ, оброкъ-отъ ему платить есть изъ чего. А на базарЬ ни коровъ, ни тел'Ьгъ, ни саней, чтб въ прошломъ году нужда вывозила. Подм-Ьтятъ господа, чтб книги печатаютъ, да, не справясь со" святцами — бухъ въ большой, скота-де стало меньше: впдно-де, падежъ у нихъ былъ, да п промыслы упали, должно-де быть, народъ об'Ьдпялъ... Об^дня.ть!.. Какъ же!.. Лсжптъ се&Ь на печи да бражку потягпваетъ. Странньшъ казалось мн'Ь уклоненье Корнплы Егорыча отъ прямого разговора. «Что-бъ это значило?— думалось мн-Ь, — На-' чалъ за здравхе, свелъ за упокой». Опять наклонп-иъ я р-Ьчи на прежнШ предметъ, опять сказалъ, что для усп'Ьховъ тор- говли надо купцамъ учиться и учиться... ■ — ■ Въ ппверситет'Ь, что ли-съ? — съ горькой, но задорной усм^Ьшкоп Бозразилъ Краснльниковъ. — Н'Ьтъ-съ, увольте, ваше высокород1е1.. ПокорнЬйше благодаримъ-съ!.. Знаемъ мы! Это д^.ю, сударь, ваше — барское, а нашему брату оно не по шерсти. Изъ нашего брата, изъ купечества, это тому пригодно, кто думаетъ сыновей въ дворяне выводить, а иамъ — нкъ-съ, увольте!., да и проку мало, ей-Богу, мало. Д1>дъ, отецъ копятъ деньги, скопятъ капиталъ, большая д'Ьла заведутъ, миллионами зачнутъ ворочать, а ученый сынокъ въ карты ихъ проиграетъ, на шампанскомъ съ гуляками пропьетъ, камед1янткамъ рас- швыряетъ, аль на балы да на вечеринки... Г.чядишь — и по- ше.1ъ Хрпстовымъ имене.мъ кормиться... Да это бы еще по б'Ьда... А какъ разумъ сгинетъ, какъ... Прохора Андреича Крапивина — изволите знать?.. Въ Москв-Ь суконная фабр1п;а у него была. У него сынокъ-отъ ученый... Въ чинахъ былъ, въ каретахъ ^здилъ, на дворянке женился, да какъ профу- фынплся — изъ рун{ья себя и застр'Ьлилъ... Вотъ-те и чины!.. Вотъ-те и ученье!.. Душеньку-то свою не уберегь, самому сатан'Ь ее на руки отдалъ... 
— 35 — — Не говорю я, Корппла Егорычъ, чтобъ молодые купцы, выучившись, оставляли свое зван1е ц проматывали отцовскье капиталы. Д'Ьльное, правильное ученье научптъ быть береж- ливымъ, научптъ п уважен1е пм'Ьть къ сослов1ю, въ которомъ родился. Теперь у насъ слава Богу... — Не говорите!.. Мн'Ь-то этого но говорите!.. Купцу ученье — пагуба, вотъ чтб!.. У меня у самого... Да позабавьтесь фи- пичкамп-то, ваше высокород1е... Икоркп-то покушайте: пер- ваго, сударь, багренья, прямо пзъ Уральска... А ты чтб губы- то распустплъ, Петровичъ?.. Чтб чашки не примаешь?.. Давай еще чаю-то!.. Да мадерцы еш,е рюмочку, ваше высокород1е!.. Кликни Серелсу, Нетровичъ! Сережа, парень л1'.тъ двадцати трехъ-чстырехъ, румяный, здоровый, съ богобоязненнымъ впдомъ и тихой поступью, робко воше.11ъ въ комнату. Низко поклонясь, смиренно оста- новился онъ у притолки, глядя исподлобья на родителя. Тотъ сказалъ ему: — Сивую въ дро/кки, савраску въ б'Ьговыя. Ты со мной на савраск'Ь по'Ьдешь. Я сталъ уговаривать Корпилу Егорыча самому не безпо- копться, а отпустить съ нами на заводъ одного Сережу... Взгрустнулось, должно-быть, по лежанк'Ь Корнил-Ь Егорычу, — согласился. — ■ Парень молодой, — сказалъ онъ про сына: — мало еще толку въ пемъ... Оно толкъ-отъ есть, да не втолканъ весь... Молодъ, дурь еще въ голове ходитъ — похулить гр'Ьхъ, да и похвалишь, такъ Богъ убьетъ. Все бы еще рядиться да на рысакахъ. Известно, зеленъ виноградъ — не вкусенъ, младъ челов'Ькъ не искусенъ. Л'Ьтось женилъ: кажется, пора бы и умъ копить. Ну, да Господь милостивъ: это еще горе не ве- ликое... не другое чтб... Помутился взоръ Корнилы Егорыча. Помолчавши, вздохнулъ онъ и молвилъ вполголоса: — На волю Божью но подашь просьбы!.. Вошелъ Сережа. — Но'Ьзжай на заводъ съ господами! — сказалъ ему отецъ: — Покажп тамъ все, какъ оно есть... Слышишь?.. Чего сталъ?.. Пошелъ, дожидайся! Сережа пошелъ-было, по отецъ, воротивъ его съ полдороги, тихонько молвилъ ему: — Мптьку въ сушильню!.. Слышишь? — прибавилъ оиъ громко. • — Слышу, тятенька! ■ — Ступай же!.. На крыльц'Ь до^кидайся... Л посл'Ь заводу, 
— 36 — ваше высокород1е, просимъ покорно па чашку чаю. Сд15лайто такое ваше одолжен1е, не побрезгуйте убогпмъ нашимъ уго- ш,ешемъ.  Сережа, тпх1Ё смиренникъ на отцовскихъ глазахъ, не таковъ былъ на заводЬ. Съ нами обходился подобострастно, насилу согласился картузъ над-йть, но съ рабочими обходился круто и къ тому-жъ безтолково. Покрикивая ни за что ни про что, сурово поглядывалъ онъ то на того, то на другого, п пятились рабоч1е и прятались другъ за дружь'у, косясь на толстую, суковатую палку, чтб была въ сильныхъ, мускули- стыхъ рукахъ Серелси... Но вдругъ какой-то шальной, вывер- нувшись изъ-за зольнаго чана, мазнулъ его по спинЬ м1ииал- кой, обмакнутой въ известковый подзолъ. Сд'Ллавъ свое Д'Ьло, поворотилъ онъ неровнымъ шагомъ назадъ. Рабочхс уступили ему дорогу и, казалось, другъ другу говорили глазами: «Ай да молодецъ!..» Увлечеппый разсказомъ, черезъ сколько пере- соловъ проходитъ яловица прежде квасовт^, Сережа ничего не зам'Ьтплъ. Тотъ шальной былъ молодой челов'Ькъ л-Ьтъ подъ тридцать, въ загрязненной, просаленной насквозь холщовой рубах'Ь и въ дырявыхъ сапогахъ. Взъерошенная голова, ка- залось, съ роду не была чесана, небольшая бородка свалялась комьями, бл1^дно-желтое, худощавое лицо обрюзгло, ротъ глупо разинуть; но въ тусклыхъ, помутившихся глазахъ виднелось что-то невыразимо-странное, что-то бол'Ьзиенно-грустное.,. По- тухающ1й умъ посл-Ьдией, прощальной искрой светился въ томъ взор'Ь. Мы проходили черезъ отд^^леше, гд-Ь толкутъ корье. Неочи- щенную ивовую кору подбрасывали въ толчею. Путевой това- рищъ мой зам'Ьтилъ, что онъ вид'Ьлъ въ Бельпи особую ма- шину для скобленья корья. Сказалъ это по-французски. — Ьев шеШеигз С1иг8-тагодшп8 ди! 8е Га^)г^^иеп1;... — про- говорилъ за нами сиплый голосъ. Обернулся Серен{а и крикпу.1ъ: • — Въ сушильню! Оглянувшись, увида.чъ я того шального, чтб вымазалъ спину Сереж'Ь. — Нейду! — закричалъ тотъ задорно. — Ты мн-Ь не указъ... Наушкикъ!.. Подлецъ!.. Ты ее погуби.тъ!.. Ты уби.1ъ мою... — Митька!.. Тятеньке скажу. Вздрогнулъ шальной. Понурпвъ голову, тихо поплелся онъ пзъ толчеи, но вдругъ быстро обернулся и заговорилъ умоляю- щимъ голосомъ: — Серенсепька, голубчикъ ты мой! Дай гривенничекъ. 
— 37 — • — Въ сушильню! — Хоть Еа шкалпкъ! — Слушай, Мптька! — поднявъ палку, закрпчалъ Сережа: — Право, тятеньи'Ь скалсу!.. Хоть бы при чужихъ постыдился!.. Сведи его, бедька, въ сушильню. На замОкъ. Митька самъ пошелъ. За дверьми нестройно зап^злъ онъ хриплымъ басомъ: ^иапс^ 1е У1П с1е СЬатраепе РаИ еп есЬаррап(, Рац, Рап, Ьа йоисе ?^а11ё те ёадпе... — А Ботъ зд'Ьсь дегтемъ бухтарму послТ) дубовъ мажутъ! — говорилъ въ то время Сережа, переводя насъ въ другое от- д'1злен1е. П. Вечеромъ, сидя у Краспльникова, опять я све-чъ разговоръ па просв'Ьщен1е. Говорилъ, что купцамъ ученье необходимо... Заговорилъ и Корнила Егорычъ, сидя за пуншиксмъ. — Не говорите про это, ваше высокородю... Мн'й-то же говорите!.. Говорятъ люди: красна птпца перьемъ, челов'Ькъ ученьемъ... Говорятъ: ученье св'Ьтъ, неученье тьма... Врутъ люди!.. Ученье — прямое мученье, а наншму брату погибель!.. «Купецъ знай читать, зпай писать, знай на счетахъ класть, шабашъ — да.тьше не забирайся!.. Лучпю не доучиться, ч^^мъ переучиться. Учеиье-то б11дь чтй дерево: изъ него и икона и лоната... Аль что ноншкъ: иной его на пользу дерн{нтъ, а нашъ братъ себя-Лгъ по горлу норовитъ... Р^упцу наука, чтб ребенку огонь. Это ужъ такъ-съ, это — не извольте безпо- коиться... Много купецкой молодежи промоталось, много и со- вс'Ьмъ сгинуло, — а все отчего?.. Все отъ ученья, все моды проклятыя, все оттого, что за господамп пошли тянуться, имъ въ версту стать. Н'Ьтъ-съ, былъ бы купецъ смышленъ, да- ромъ что не ученъ. «Нынче за наши гр'Ьхи не на ту стать пошло. Не то что сыновей, дочерей-то французскому стали учить, да на музык'Ь, плясать. Выучатся дочки, хвать — анъ забыли, которой рукой перекрестить лобъ сл^дуетъ... У свояка моего, у Петра Ан- дреича Кирнишникова, дочка ученая есть: имя-то святое, прп креш;еиьи богоданное — Матреной зовутъ — на какое-то басур- манское см'Ьняла, выговорить даже гр'Ьхъ, Матильда, песъ ее онаетъ, какая-то стала... Замужъ вышла за дворянина: про- мотался голубчикъ, женился — кармакъ починить. Стала дво- рянкой и пустилась во вся тяжкая: верхомъ, сударь, на до- Н1ади катается... тьфу ты, гадость какая!.. 
— 38 — «Вотъ п у меня Митька... Поглбъ, совсЬмъ погпбъ, про- пащи! ста.'гь чело1гЬкъ... А все ученье, кое наука... А иа- рень-отъ какой бьыъ разумный, да тих1и, смирный, разсуди- тельный!.. Чт5 передъ пнмъ Сережка?.. Дурь нагольная, как'ь есть одна дурь!.. Сердце коломъ повернстъ, какъ вспомнишь... Охъ, Ты, Господи, Творсцъ праведный!.. «Да-съ, безъ д-Ьтей горе, а съ ними вдвое... Да.тъ мн-Ь Господь двухъ сыновъ да дочку одну: Митька отъ покойннцы отъ первой жены, Сережа да Настя отъ Марьи Андревиы. Ну, дочь, известно Д'Ьло, чужое сокровище — холь, корми, учи, стереги, да послЬ въ люди отдай... А сынъ домашн1й гость — корми его да пой — теб'Ь же пригодится. Да учи его, пока- м'Ьстъ поперекъ лавки лежитъ; вырастетъ да во всю вытя- нется, тогда ул{ъ его не унять. Худъ сынъ глупый — родной отецъ къ кож!) ума ему не пришьетъ, а хуже того сынъ не- наказанный — онъ безчестье отцу... Легло безчестье н на мою сЬдую голову!.. Божья воля!.. «Смышленъ росъ Митька, отдалъ я его здЬсь въ уЬздно училище. Учился бойко — три похвальныхъ листа по.1учп.1ъ. Выучился, въ гимпазпо сталъ проситься, реветъ мой парень: пусти да пусти. Думалъ я ременную г]1мназ1ю ему въ спину- то засыпать, да шуринъ - повдйникъ уговори.гъ... Прпсталъ, отдай да отдай ему Митю на руки... Понуталъ меня гр'Ьхъ — послушался... Въ гпмназ1п Митька учплся лЬтъ пять и былъ уменъ не по годамъ: л'У^томъ, бывало, на побывку прх-Ьдетъ, — па что у насъ пятнпцкой протопопъ отецъ Ннканоръ, н тотъ съ нимъ не связывайся: въ пухъ загоняетъ, да все в'Ьдь по- латынскп... А благочестивый какой былъ: ни об^здни ни за- утрени не нропуститъ... На крылосЬ какъ п'Ьлъ... Голосъ-отъ, голосъ-отъ какой былъ!.. А смиренникъ какой!.. чт5 твоя крас- ная д'Ьвка... И по заводу навострился: ни корья ни подзола при немъ, бывало, фунта не украдутъ, даромъ что не былъ пр1ученъ къ заводскимъ порядкамъ... И думалъ ли я, на него радуясь, что погибнетъ мой разумникъ, что покроетъ онъ го- ремъ старость мою?.. Господи, Господи!.. «Когда срокъ ученья ему отошелъ, былъ я на ту пору въ губорнскомъ город-Ь: городскимъ головой слула-ыъ, къ началь- ству "Ьздилъ. Сталъ Митька проситься въ Москву, въ нивер- ситет'Ь доучиваться. Въ ногахъ валяется — плачетъ: пусти да пусти его еще въ ученье. «Врешь, говорю, Митька, умн'Ье не будешь: не пущу!» — Чуяло родительское сердце!.. А изъ гим- наз1и когда его выпущали, былъ онъ что ни на есть первый ученикъ, не то что своего брата, барчатъ всЬхъ за поясъ заткнуяъ. На экзаментъ на нхн1й вел'Ьли мн'Ь побывать, не- 
— 39 — чатный бплетецъ прислали... Митька рГ.чь держа.1ъ по-фран- цузскому, качалъ бойко, только ничего не поймешь. Его пре- восходительство господпнъ губернаторъ пзъ свопхъ рукъ листъ да книгу эту отжаловалъ, да, подозвавши меня, сказалъ: «У тебя, говорить, Корнила Егорычъ, не сынъ, а звезда». А былъ на ту пору въ иашемъ губернскомъ городе генералъ, иадъ П1Мназ1ей-то набольппй; онъ, слышь, допрашива.1ъ уче- пиковъ, кто чтб знаетъ и куда послЬ выучки идти хочеть. Полюбись ему мой Митька, бойко, слышь, пзъ книгъ гораздо ему отв-Ьчадъ. Сирашнваетъ его генера.ть: чей сынъ, откуда родомъ п куда хочетъ. А Митька ему: «Такъ п такъ, ваше превосходительство, сынъ я первой гильд1п купца Еорнилы Ерасильникова, оченно бы хот'Ьлось въ ниверсптетъ, да тя- тенька не пущаетъ...» Ладно, хорошо!.. Сижу я у шурина, глядь, губернаторскШ лакей на дворъ, въ золоти весь... Чтб за оказ1я?.. — «Гд'1^, говорить, Еорнила Егорычъ Краспльни- ковъ?,.» — «Зд'Ьсь, говорю, я самый и есть». — «Ступай, говорить, къ генералу обедать». Усомнился я, думаю — прошибся ла- кей: къ другому послали, а онъ ко мн-Ь... Н'Ьтъ, ко мн'Ь въ самомъ д'Ьл^... Честь не малая: самъ губернаторъ обедать зо- Ботъ: «Ты, говорить, Еорнила Егорычъ^ приходи моего хл1зба- соли кушать», Пошелъ, благо день-отъ скоромный бьпъ — вторнтгь. «Посадилъ меня губернаторъ съ собой рядышкомь; а тутъ ен1.е сид'Ь.1ъ генералъ, которому Митька-то мой полюбился, да губернаторша, да дв1> барышни — дочкп губернатору-то — кра- совитыя пзъ себя, только ужъ больно сухопароваты. Губер- наторша сама изволила мн'Ь похлебки въ тарелку налить, гу- бернаторъ изъ своихъ рукъ виномъ угош,алъ... Вотъ оно чтб!.. И стали они меня улещать: «Ты, говорять, Еорнила Е^горычъ, поперекъ ]\1итьки не ходи: изъ мальчугана, говорять, выйдетъ прокъ — пусти его до конца доучиться». А генера.1ь-отъ, чтб его возлюбиль, об-Ьщадъ ему зам-Ьсто отца быть, «какъ за род- пымь д-Ьтищемь, говорить, прнг.шжу, баловаться не дамь, да и парень-отъ, говорить онъ у тебя не такой, ба-товникомъ не смотритъ...» Сами посудите, ваше высокородте, ыожно-ль тутъ поперечить имъ? Два генерала ровно съ ножомь къ гор- лу пристали: пусти да пусти Митьку доучиться! Губернаторша тоже: «Ты, говорить, РСорнила Егорычъ, не губи своего д1>- тища рожонаго, не отымай у Митьки счастья. Богь, говорить, за это теб'Ь не попустить!» Послушался... Больно не хоте- лось, чуяло сердце... А послушался — потому нельзя: началь- ство не свой брать — стоя безь шапки да переступая съ ноги на ногу, много не накалякаешься... 
— 40 — «Собралъ Митьку въ Москву. Марья Андреевна хоть по родная мать, а въ гору было - пол-Ьэла. И руками, и ногами: «Не пущу, говоритъ, Митеньку на чужу сторонушку»... Да чтб она?.. Баба, баб11 н.1еть — вотъ н все... Призвавъ Бога въ помощь, Николу на путь, снарядилъ л Митьку; да на про- щаньн, передъ благословенной иконой, взялъ съ него зарокъ, чтобъ посл-Ь Быучкп но ходилъ онъ ни въ офицеры ни въ приказные, а былъ бы всю жизнь свою купцомъ и кожевен- пымъ заводчикомъ. А Митька, ну улгь двадцать первбй тогда, ему шелъ, на полномъ смысл'Ь значитъ: «Не бойтесь, гово- ритъ, тятенька, никуда не пойду, буду вамъ на старости пе- чальникъ, на поконъ души помянникъ, а выучусь, буду то п то, заведемъ мы съ вами такое да этакое...» Да у/къ такъ красно говорилъ, что нехотя вЬрилось!.. «Четыре года Митька въ Москв'Ь выжилъ, учился на пер- вую стать, а в'ь праздники тамъ как1е, аль въ друг1е гуляю- Щ1е дни, не то чтобъ мотаться да бражничать, а все на фабрику какую, аль на заводъ, да па бирюку... Съ первоста- тепнымъ кунечествомъ знакомства све.ть, пять поставокъ юхты уладилъ мн'Ь, да разъ сало такъ прода.т1ъ, что, признательна сказать, мн'Ь бы и во сн'Ь такъ не приснилось... «Нашего у^Ьзда пом'Ьщикъ есть Андрей Баспльичъ Абду- линъ. Не изволите-ль знать? У пего еще кониыы заводъ въ деревн'Г)... Тутъ вотъ неподалеку отъ ведяковской станщн, — 'Ьхалп сюда, мимо про'Ьзжалн. Сынокъ у него Васил1Й Ан- дреичъ вм'Ьст'Ь съ моимъ Митькой учился и такой былъ ему закадычный пр1ятель, ровно братъ родной. Митька у госпо- дина Абдулина дневалъ и ночевалъ: учиться-то вм'ЬсгЬ было повадн-Ье... Охъ пропадай эти Абдулины!.. За'Ьли в-Ькъ у старика, погубили у меня сына любимаго!.. «Отучился Митька, дали ему медаль золотую: не то чтобъ на шею, а такъ, карманную... И въ газетахъ пропечатали: «выучился-де такой-то Дмитр1Й Красильниковъ въ кандидаты»... Домой пргЬхалъ, заводомъ занялся: то уладитъ, другое пере- м'Ьнитъ, то чанъ, зольникъ, то другое чтб. Спервоначалу-то я было-побаивался: испортитъ, думаю. И'Ьть: восемь копеекъ лишковъ на сал'Ь взялъ, семь копеекъ на гохт-Ь, А все его разумомъ да старательствомъ. Отецъ в4дь, кажись, отецъ, а — сыну родному позавидовалъ... Вотъ каковъ былъ умница!.. Л бережливый какой!.. Только и изводилъ деньги, что на книги... Бывало, какъ м'Ьсяцъ ирошелъ, такъ изъ Москвы ко- робъ съ книгами ему и итлють. «Нонсилъ Митька у меня м'Ьсяцевъ сь восемь. Андрей Ва- сильнчъ Абдулинъ той порой на теплыя воды собрался жену 
— 41 — л'Ьчнть. 'Ьхалъ въ чуж1е край всей семьей. Сталъ у ыекя Митька съ ними проситься. Что-жъ, думаю, избнымъ теп- ломъ далеко не уЬдешь, печка н'Ьжитъ, дорога разуму учнтъ, дамъ я Митьк'Ь иарт1ю сала, пущай продастъ его въ чужихъ краяхъ; а благословптъ его Богъ, и заграничный торгъ заве- деиъ!.. Тутъ ужъ меня никто но уговаривалъ — врагъ сму- тилъ!.. Захочетъ кого Господь наказать — разуыъ отыыетъ, сл'Ьпоту на душу нашлетъ!.. «Три года 'Ьздилъ мой Митька, нродаваяъ юхту бродскимъ жидамъ, но салу съ самимъ Лондономъ уладилъ д15ла... Боль- Ш1е пошли барыши — въ три-то года рубль на рубль нажилъ я!.. Не нарадопалось сердце!.. Экой сынъ-отъ, думаю... На что московск1е купцы, и гЬ завидовали... Вс^Ьмъ сталъ знаемъ мой Дмитрш Корнилычъ Красильниковъ. А я? Ч'Ьмъ бы Бога благодарить, колоколъ бы вылить аль икоиостасъ поставить... согр^Ьшилъ, окаянный, возгордился — ^ барыши сталъ считать да сыномъ хвалиться!.. Думы-то были за морями, а горе за пле- чами!.. Гд'Ь теперь мой разумникъ?.. Ч'1шъ теперь похвалюсь?.. Не род1ггься-бъ ему!.. Дай-ка ми'Ь пуншу, Петровичъ, да кр'Ьиче налей!.. «На четвертый годъ воротился изъ-зй моря... Господи, что было радости!.. Письма отъ купцовъ заграничныхъ прнвезъ: товару просятъ, Митьку хвалятъ. Замыш.тали мы съ нимъ свой корабль снарядить, да еш,е бы года три-четыре побылъ у меня Митька въ разум'Ь, два снарядили бы... Думали въ Питер!', контору открыть, домъ купить, загадывали въ Лоп- дон"!) приказчика дерлгать... И все тогда казалось мн'Ь таково сбыточно, какъ вотъ теперь стаканъ пуншу выпить... Анъ нЬтъ... людское счастье, что вода въ бредн-Ь!.. Величался по- четомъ своимъ, величался сыномъ разумнымъ и не зпалъ ни- кого счастлив1зй себя!.. Все суета... Въ мор^ потопъ^ въ иу- стын'Ь зв'Ьрн, въ м1р'Ь б'Ьды да напасти!. . «Двадцать девятый Митьке пои1елъ: давно пора своихъ д-Ьтей наживать. Правду говорить, что и въ раю тошпо зкить одному. Семейная каша погуще кинптъ, а холостой В'Ькъ про- лшветъ да помретъ — собака не взвоетъ по немъ... «За нев'Ьстами д'к'Ю не стало бы: ротъ разинь — изъ любого дома бери... Первостатейные, мильонщики, фабриканты сами съ дочками напрашивались, сами письма писали. И сталъ я Митьк'Ь сов'Ьтовать; пора-де теб'1; и законъ совершить... Только выбирай, говорю, жеиу не глазами, а ушами, слушай р-Ьчь, разумна ли, узнавай, въ хозяйств'Ь какова. Съ лица не воду пить: красота ]1ри глядится, а пгд не прихлебаются. А нуп1,о всего смиренство да разумъ: это на всю Т1]0Ю жизнь приго- 
— 42 — дится. На богатство не зарься: у самихъ, слава Богу, до- вольно. Приданое чтб? Въ потравЬ не хл'Ьбъ, въ долгахъ по деньги, въ приданомъ не лшвоты... «Говорю этакъ Митьк'Ь, а онъ какъ побл^[здн'Ьетъ, а потомъ лицо все пятнами... Что за притча такая?.. Пыталъ, пыталъ, неделю пыталъ — молчитъ, ни словечка... Ополов'Ьлъ индо весь, ходитъ голову пов'Ься, отъ ^ды откинулся, исхудалъ, ровно спичка... Я-было за плеть — думаю, хоть и ученый, да все же мн-Ь сынъ... И по Божьей заповеди и по земнымъ законамъ съ родного отца воля не снята... Поучу, умн'Ье будетъ — от- цовски же побои не болятъ... Сов'Ьстно стало: рука не под- нялась... «Той порой изъ чужихъ краевъ Андрей Васильичъ воро- тился. Домъ купилъ въ город'Ь, рядомъ со мной. Митька тамъ л дпюетъ п ночуетъ, отъ д'Ьла даже отсталъ, прИщетъ на за- водъ — смотритъ въ оба, а не видитъ ничего. А рабочье, сами изволите знать, народъ бест1Я — тотчасъ смекнули и давай добро по сторонамъ тащить... Да чтб заводъ?.. Пропадай онъ пропадомъ, огнемъ гори, сгпнь все, что нажито!.. Митька-то разумъ терялъ — вотъ гд'Ь напасть-то!.. Кровавыми слезами ее не вымоешь!.. В-Ьрите-ль Богу? Старикъ я, старикъ, а пла- калъ, бабой рев^лъ и ему, сыну-то своему, рожденью-то сво- ему, покорился!.. Да, покорился... Слезами обливаючись, упра- шивалъ, умалива-иъ его разсказать про кручину, чтб его одо- лела!.. Не вытерп'Ь.гь слезъ моихъ Митька — сказалъ!.. Лучше-бъ на ту пору языкъ у него отнялся!.. Пуншу, Петровичъ!.. Да лей рому побольше, собака!.. «Н^мка жила у Андрея Васильича, за дочерью ходила. По найму жила, полторы тысячи ассигнациями ей давали... ДЬвка безродная, откуда — Богъ в'Ьсть, такъ шаверь какая-то!.. А в-бры ихпей еретицкой, не то люторской, не то папежской — да это все равно — такая ли, сякая ли, одна нехристь... Митька и бухъ мн'Ь: за моремъ-де слюбился съ ней и окромя ея ни па комъ въ св'Ьт'Ь не женится... Такъ меня варомъ и обдало!.. Въ землю бы легъ, гробовой бы доской укрылся, только бы этихъ словъ не слыхать!.. «Въ з^м'Ь-ль?» — говорю. А онъ свое!.. Корнями обвела, еретица, на богатство польстившись!.. Да чтобъ этому быть, чтобъ я самъ себ'Ь бороду оплева.1ъ!.. Да весь мой родъ переведись!.. По ы1ру пойду, на гноин],'Ь середь улицы лягу, а такого срама не возьму на себя, не возьму покора отъ роду отъ племени!.. «Слушай, — говорю Митьк'Ь: — вотъ теб-Ь счеты: по'Ьзлгай въ Коренную, оттоль прямо въ Нплш1й Еъ Макарью, по осени въ степь за скотомъ». Провет- рится, думаю, дурь-то вытрясетъ. «А пойдешь, говорю, Мо- 
— 43 — сквоы, побывай у Архипа Иваныча Подколеснпкова: }'• пего дочка не нЬмкЬ чета: толге на всякихъ языкахъ говорить, въ ];упеческомъ собран1п пляшетъ, а на музык-Ь позаггатистМ п'15мки пграетъ... А главное — благочестпвыхъ родителей дочь, не еретнца поганая...» Мптька было -перечить, а я ему: «Слу- шай, говорю, хоть ты п барнномъ глядишь, а воля съ меня не снята: возьму варовипу — не пеняй!» — Замолчалъ. «Вечеромъ Андрей Васильпчъ пришелъ ко мн-Ь. Спервона- чалу такъ себ'Ь о томъ, о семъ покалякали. Потомъ р-Ьчь на п'Г.мку свелъ, хвалптъ ее пуще Божьяго мплосерд1Я. Л слуша,10 да думаю: что еще будетъ? Говоритъ, она-де и креститься мо- жетъ; господа-де женятся же на н'Ьмкахъ. Смекнулъ, къ чему р'Ьчь Елонитъ, говорю ему: — «Господамъ п воля господская, а нашему брату то не указъ. Вы мой гость, Андрей Васильпчъ, грубой р^чп вамъ по молвлю, а перестанемъ про еретицу толковать... ну ее къ б'Ьсу совс^^мъ!» « — Да мн'Ь, говорптъ, Димитр1я Корнилычл л:алко. « — Вамъ, говорю, жалко, а мн'Ь вдвое л{алч'Ьй: я в'Ьдь отецъ, хоть д-Ьтское сердце и въ камн'Ь, да отцовское въ д'Ьт- кахъ... Да знаете, говорю, Андрей Васпльичъ, русскую по- словицу: «Свои собаки грызутся, чужа не приставай». — За- ыолчалъ. «Митька всю ночь проревЬлъ. Я ужъ далъ волю... Проре- вется, думаю, легче будетъ. Самого меня отъ хл-Ьба откинуло: отецъ В'1'.дь, каковъ ни будь сыиъ — все бол'Ьзнь утробы моей!.. «Поутру въ садъ я пошелъ. Обрезываю съ яблони сух1е сучья у самаго абдулинскаго забора. Сльипу, Митькинъ го- лосъ!.. Припалъ ухомъ къ забору — и ея голосъ!.. Говорятъ не по-русски!.. Изъ моего-то сада калитка тогда была въ абду- линской садъ — я туда. Св'Ьту не взвид'кта... Митька съ н'Ьм- ]:ой обнявшись сидятъ, плачутъ да ц'Ьлуются!.. Увидавши меня, бежать пюльма, • — знаетъ кошка, чье мясо съ'Ьла... А Митька въ ноги... «Баиошка, говорптъ, мы в'Ьдь повенчаны!..» «Остам'Ьлъ я, услыхавши срамоту на мою сЬдую голову... Зелень въ глазахъ заходила, къ сердцу ровно головня подка- тилась!.. На лелсанк'Ь очнулся, не помню, какъ и добрелъ!.. Выдался денекъ!.. Пять лЬтъ на кости пакинулъ!.. Андрей- отъ Васильпчъ хорошъ!.. П*1пятелемъ звался, х.тЬбъ-соль во- дплъ, денегъ когда займовалъ, а у Мптьки на свадьбе въ посажёныхъ!.. Гд-Ь-то за моремъ, песъ ихъ знаетъ, свадьбу сыграли... Безъ моего-то вГ.дома, безъ родите.чьскаго благосло- венья!.. Вотъ они друзья-то!.. За наше добро намъ же рожонъ въ ребро!.. Да и теперь на меня во всеыъ вину валптъ! Сына, слышь, я погубилъ! Сами посудите, ваше высокород1е, 
— 44 — ч'Ьмъ же я тутъ причиненъ, ч'Ьмъ виноватъ?.. В^да я отецъ — • а в'Ьдь и зм'Ья своихъ д'Ьтей берелштъ?.. Ученье всему виной, ученье!.. Не я-:къ въ самомъ д^Ьл^!.. Еще, слышь, Серелска да Марья Андреевна па Митьку-де наговаривали!.. Какъ же!.. Не догадался-бъ безъ нихъ!.. Такъ вотъ!.. Языкъ-огь безъ костей!.. Вотъ чтб!.. «На другой день иду отъ ранней обЬдни — нЬмка встр'^^чу. Не стерпело — зан1ибъ: удари.ть маленько. Откуда ни возьмись Митька — отнимать ее... Сердце меня и взяло: его въ сторону, п'Ьмку за косу да оземь... Насилу отняли... Ужъ очень распа- лился я... «Тялшла, видно, свекрова рука пришлась!.. Зачахла. М'Ься- цевъ черезъ восемь померла. Ха-ха-ха!.. Слава Богу, думаю, теперь у Мптькн руки развязаны, пореветъ-пореветъ да л справится... Быль молодцу не укора, будетъ опять челов^Ькъ... Да б'Ьда не живетъ одна: ты отъ горя, оно теб'Ь встречу: ири- детъ чаша горькая — пей до дна... «На другой день похоронъ пришелъ Митька домой... Господи батюшка!.. Никогда этого за нимъ пе важивалось!.. Вотъ опо гд'Ь горе-то не1ьзбывное!.. Митя, мой Митя!.. «Кр'Ьпись, Корнила!.. Терпи, голова, благо въ кости ско- вана!.. Эхъ, изв'Ьдалъ бы кто мое горе отцовское!.. Глуби моря 1иапкой пе вычерпать, слезъ кровавыхъ родного отца не вы- сушить!.. Нуншу, пуншу, Нетровичъ!» — Что-нсъ потоыъ сталось съ нимъ? — спросилъ я посл'1; долгаго молчанья. — Не пытайте отца!.. Горько!.. Упился я б'Ьдами, охмс- лился слезами!.. Нетровичъ! лей до краевъ!.. 
Разсклзъ. 11р1'ЬхаБ1пи на Валковскую станц1го, Бышелъ я изъ таран- таса, вел'Ьлъ закладывать лошадей, а самъ пошелъ п'Ьшкомъ впередъ по дорог'Ь. За околицей, у в'Ьтряной мельницы, си- д'Ьлъ старикъ на завалинк'Ь. На солньппк'Ь лапотки плелъ, Я подошелъ къ нему, завелъ разговоръ. То былъ крестьянинъ деревни Валковъ, отецъ стараго мельника, всЬ его звали «д-Ь- душкой Поликарпомъ». Сколько ему лЬть — никто не зналъ, и самъ онъ не помпилъ. Одно только сказывалъ, что несъ тягло еще въ ту пору, какъ «царица Катерина землю держала», Кр'Ьпко жаловался ста- рина на пын'Ьшни времена, звалъ ихъ «останнымн», потому-де, что восьмая тысяча л'Ьтъ въ доход'Ь и антихристъ во Еги- петской стран'Ь народился. Слово за слово, разговорились мы съ д1^душкой. — Чтб, — спросилъ я его: — мпого-ль помолу на мельппц'Ь-то? — Какой помолъ, родименьшй! Ръакой помолъ! Наши м'Ьста безхл'Ьбныя. У насъ, кормилецъ, по всей волости хл'Ьбъ-отъ плохо родится. Каковъ ни будь урожай, дол-Ь Святой своего хл-Ьба не хватитъ; иной годъ съ Тимооея-полузимника *) на базар-Ь покуиаемъ. — Земли-то у васъ, кажется, довольно. — Эхъ, родименьк1й, какая земля по нашимъ м'Ьстамъ! Много ея, да пути-то п'Ьгь. И велико поле, да не родимо. Погляди, какова землица-то: — л'Ьсъ да песокъ, болота да мо- чажины... Какой у насъ хл-Ьбъ?.. Земля же холодная: овсы иной годъ уродятся, ну и льны тоже, а рол{ь завсегда плоха бываетъ. А ежели насчетъ пиюницы аль проса, такъ этихъ  *) Двадцать второе января. 
— 46 — хл'1]бовъ у насъ н въ заведен!)! иЬтъ, сЬмопа погубить, ежель пос'Ьять. Гречей то^ке мало за1[му10тсл, для того, что калсдый годъ морозами ее, сердечную, бьетъ. Тахия улсъ наши м'Ьста! — А въ старину какъ бывало? • — Какъ можно въ старину! Въ старину все лучше было, па что ни взглянешь, все лучше было. И люди были здоров'Ье, хворыхъ да тш,едушныхъ, кажись, и вовсе не бывало вт>. стары-то годы. И все было дешево, и народъ-отъ бы.ть прош,е, родимый ты мой. А урожаи въ стары годы и по нашимъ м'Ь- стамъ бывали хороипе. ВсЬ благодарили Создателя. У мужичка, бывало, года по два да по три немолоченный хл'Ьбъ въ одонь- яхъ стоить... А въ нын'Ьшии останны времена не то... Объ- езжай ты, родимый, всЬ напш м'Ьста: и Заузолье, и Ячмен- скую волость, и Лыковщину, и Жары, нигд-Ь ты единаго одонья не увидишь, чтобы про запасъ заготовленъ былъ. Въ стары-то годы, родименькш, «кулижки» *) жгли, на нихъ ролсь-то, бы- вало, самъ-восемь да самъ-десятъ. А въ ноп^шни года кулн- лсекъ л№чь не велятъ — лЬсные завелись, пол^^совные. Отъ отпхъ отъ самыхъ л'Ьсныхъ кулилгка теперь въ такую Ц'Ьну станетъ, что палить ее ул{ъ и не изъ чего... А бывало, въ старину-то, въ л'Ьтнюю пору, передъ Ильинымъ днсмъ, куда пи поглядишь — тамъ пзъ л'Ьсу дымокъ, въ другомъ м'Ьст'Ь, въ третьемъ... Иной разъ м'11стахъ въ десяти разомъ горитъ... А нынче не велятъ, запретъ пололшнъ. — Что-лсъ это за кулиги так1я, д'Ьдушка, для чего он^з? — А видишь ли, родной... Пойдетъ, бывало, мул^икъ въ лЬсъ, свалитъ ельнику, сколько ему надо, да, сваливши де- ревья, корни-то выростъ, а нотомъ все и спалитъ. А чтобъ землю-то получше разрыхлить, по веси^-то на огнпщ'Ь р-Ьпы нас'Ьютъ. А къ третьему Спасу '•'*) хл'Ьбцемъ засЬетъ. Зем- лица-то Божья безо всякаго удобренья такой урол^ай дастъ, что Господа благодарить... Самъ-восемь, самъ-десятъ урожай-отъ бывалъ. А теперь не то, — съ глубокимъ вздохомъ приба- вилъ д-Ьдушка: ■ — теперь не велятъ кулижекъ палпть. ■ — Да нельзя же, дедушка, волю надъ л^сомъ дать. По- жл^ешь его безъ толку, такъ посл^ не то что на отопку, на лучину ничего не останется. — В'Ьстимо, родименьк1й, Изв'Ьстно д^ло, мужику нельзя въ л15су воли дать... Какъ можно! всякое запре1цен1е для поряд- ковъ делается. Только земля-то у насъ ул^ъ больно скудна, безъ наволчонья ничего не родитъ. Так1я ул{ъ наши м'Ьста! *) Кулша — то же, что валки, чпща, чищоба, огнище— расчищеиный, вы- корчеванный и выжженный подъ пашню л'Ьсъ. **) Шестнадцатое августа. 
— 47 — С-Ьмена надо сгубить, коль хорошенько не унавозишь полосу. Л на кулижкахъ-то и безъ навозу хл-Ьбедъ родился. Такъ-то оно и хорошо было. — Что-жъ вы получше не навозите землю -то? Навозьте ее больше. — ■ В'Ьстиыо такъ, родимый, землю по наишмъ м'Ьстамъ какъ можно больше надо навозить. Какого х.тЬба съ нея безъ на- возу взять? Безъ навозу никакъ нельзя... Только скотинка-то у насъ больно плохонька, Вотъ чтб, кормилецъ!.. Ужъкудасъ нашими коровенками землю удобрять какъ сл'Ьдуетъ!.. Никакъ невозможно... Посмотри-ка ты, какая по нашнмъ м'Ьстамъ скотина? Сама .тядащая, именно, какъ пословица молвится: «коровенка меньше котенка». Слава только одна, что скотина. Вонъ на Горахъ. *) скотина хорошая, крупная: кажда корова барыней смотритъ, оттого тамъ и хд'Ьбъ родится хорошъ. Л у насъ чтб? Листа ужъ тагая у насъ. — Такъ заведите хорон1ую скотину. — • Изв-Ьстно Д'Ьло, родименьк1й, что отъ хорошей скотины больше навозу... Это такъ, это ты истинну правду молвилъ... Л намъ безъ удобренья никакъ невозможно... Вотъ началь- ники-то наши, дай имъБогъмногол'Ьтно здравствовать, хермы **) тоже у насъ завели и скота хорошаго пригнали на нихъ... Такой славный скотъ, что любо-дорого посмотр'Ьть. И мулшч- камъ было - хот'Ьлп давать на племя такую скотину, стро- гостью даже приказывали разбирать ее по дворамъ безданно- безпошлинно... Дай Богъ имъ здоровья, господамъ начальни- камъ... Ужъ такое онп объ насъ глупыхъ попечен1е прини- маютъ, что сказать нельзя. И не стйимъ мы такихъ милостей. Право слово, не стбимъ. — Парасхватъ, чай, разобрали лсалованныхъ-то коровъ? — Какъ возможно, родимый? Намъ ли таку скотину дер- зкать?.. Н'Ьтъ, нечего Бога гн-Ьвить, помиловало начальство: пи единой коровки не дали... Всей волостью поклонились тогда мужички управ-тяющему, по чемъ тамъ съ души пришлось, иоблагодарствовали... Далъ Господь — откупились. Помиловали начальники, дай Богъ имъ, нашимъ доброд'Ьямъ, здоровья — не роздали коровушекъ. Прописали, гд! сх-Ьдуотъ: «же-наю- пщхъ не оказалось». — Какъ лее такъ, д-Ьдушка? Даромъ такое добро вамъ да- гали, а вы не брали? Что-лсь это зпачитъ?  *) На «Горахъз — значить на правой стороиЪ Волги. «Нагорные» — лга- ГС.1И правой стороны Поволжь,'!. **') Фермы. 
— 48 — — А то зпачитъ, родимый, что ужъ так1я у иасъ ьгЬста... М-Ьсто м-Ьсту бФ>дь рознь. Пачальннк'и-то напт, извктно Д'Ьло, каждому челов'Ьку добра хотятъ, одначе нхне добро въ нномъ М'Ьст'Ь впрямь добромъ Быйдетъ, только надобно будетъ Бога в-Ьчно молить за него, а въ нномъ, можетъ, и неподалеку гд^Ь- нибудь, отъ того добра мул{нкъ-отъ волкомъ взвоетъ... Земля-то паша святорусская больно улгъ велика стала, кормилецъ: съ одного-то м-Ьста ее не обозришь... Вотъ, прим-Ьрио сказать, про казеину скотину мы съ тобой калякали: по зд'Ьшнимъ М'Ьстамъ наши лядащ1я коровенки певпрнм'Ьръ способн15Й крупнаго скота. А какихъ-нибудь за тридцать верстъ, хоть у нагорныхъ, крупна скотина — истинно безц-Ьниое сокровище. У насъ в-Ьдь по всЬмъ нашимъ м'Ьстамъ поемныхъ луговь вовсе нФ)Тъ, и полспей-то, с1шныхъ-то, значитъ, покосовъ маловато. По плантамъ и много, да въ палич1и не предвидится... Да и чтб за покосы? Б'Ьлоусъ, да осока, да донникъ — и все тутъ. На что наши коровенки, и т-Ь по раменямъ пасутся, а сыты не бываютъ, зимой стоять на солом'Ь, для того, что посыпки-то взять негд-Ь, и на свой-отъ обиходъ хл'Ьбушко съ базару по- купаемъ... Ну, от7> такого корму не диви, что зд'Ьшняя ско- тина — кожа да кости. По этому но самому крупному скоту у ласъ и невозмолшо быть: зимнимъ д'Ьломъ и самъ голодомъ насидинться и жалованну к:орову сморишь; а л-Ьтомь гд-Ь ее пасти? У насъ по покосамъ да по раменямъ: собашникъ, бо- лиголовъ, лютикъ, б'Ьшеница, молочай, жабникъ *). Ну какъ казенна-то корова да нахватается этой дряни, съ голодухп-то? Вези подъ оврагъ да принимай отъ начальства остуду, не ум-Ьдъ-де, мошенникъ, жалованной скотины соблюсти. И то сказать, въ способныхъ-то м-Ьстахъ не хитро д'Ьло мужику казенну корову во дворъ взять, да хитрое д'Ьло дерлсать ее. Дадутъ теб-Ь корову и надзоръ приставятъ къ ней. Зачнутъ къ му- жику на'Ьзлгать: понав-Ьдаться, здоровенько ли, молъ, жа.то- ванна-то коровушка пол^иваетъ, держитъ ли хозяинъ се въ тепл-Ь да въ хстЬ. А в-Ьдь самъ ты, родименьк1й, знаешь, что на'Ьздъ-отъ начальства нзъ мошны деньгу волочнтъ: и курочку ему заколи, и говядинки купи, п калачика, а по питейной части, окром'Ъ простого, виноградненькаго потребуется. По этому по самому, родимый, мужички напт отъ казеннаго скота и откупились, для того, что жалованна-то корова певпри- м'Ьръ дороже купленной обойдется. Н'Ьтъ, на что ужъ намъ  *) Собашникъ — Сут1ое1о88ит оМсшаТе; болпголовъ — СЬаигорЬуПит; .чю- 1икъ — АсошЬит; б-Ьшенпца — СхсиЬа У1Г08а; молочай — Еир110гЬшт раЫзЬге; жабникъ — Еаштси1и8 Ьи1Ьо8и8 — травы болЬе или меи'Ье ядовитый. 
— 49 — хороши коровы?.. НаМЪ бы ВОТЪ КуЛИЛСКИ позволили, В'ЬК'Ь бы стали Бога благодарить. — Самъ л;е ты, д^здуипса, сказалъ, что кулилггги л^съ гу- бятъ, и что запретъ на нихъ положенъ ради порядковъ, — В^стиыо, роднмепыии. Зиамо Д'Ьло, для порядковъ. Еаг^ъ лее намъ жить безъ порядковъ?.. Пикакъ нельзя... Прим-Ьромъ сказать, хоть объ л-ЬсЬ, нельзя не молвить, что губленье губ- леныо розь... Саыъ посуди, кормилецъ, какое губ.!генье л-Ьсу отъ кулижки? ЛГного ли м'Ьста подъ нее надоть?.. И то ска- зать — л'ьсъ-отъ на кулилски палятъ в'Ьдь не строевой, не дро- вяной, а больше все заборникъ да прясельн1ип.. А заборнику да прясельнику по нашимъ м1]стамъ такое мкто, что, какъ ты его ни руби, опъ изъ земли такъ и лЬзетъ, ровно претъ его оттуда кто. — Д'Ьдушка! да в'Ьдь отъ прясельника и хорошш л'Ьсъ за- горится. Тогда что? — А какъ ему загор'Ьться-то, родимый?.. Хорошему-то л-Ьсу? Л'Ьсной-отъ полшръ по низу не ходитъ, верхомъ все. А ку- лижку-то прежде повалять да потомъ зажгутъ — она и горитъ низомъ, п5 верху ходу ей нФ)ТЪ. — Какъ лее молено попусту л^съ губить? йгечь его зада- ромъ? Жаль такого добра. — Точно, правда, родимый. ЛЬсъ вещь дорогая, дорогая, кормилецъ; какъ не жаль л'Ьса, когда онъ горитъ? Улсъ такъ его жаль, такъ лсаль, что и сказать не молшо. Какъ этакъ увидишь, что лкокъ-отъ гд'Ь-нибудь загор'Ьлся, такъ горько станетъ, подумаешь: «Вотъ ростилъ его Господь долг1Я .11'Ьта, и стоя.1ъ онъ, челов'Ъка дожидаючись, чтобъ изве.1ъ на пока- занную Богомъ потребу, а теперь за гр'Ьхи наши — горитъ безъ пути»... Да вотъ неподалеку отъ насъ, въ Наумовской волости такая Палестина лЬсу выгор'Ьла, подумать страшно: отъ Ро- жествина почитай до Тблмазина, верстъ на тридцать выхва- тило. А л-Ьсъ-отъ бы.ть кондовый, дерево-то не охватишь. За- гор'Ьлось отъ Божьей волн, отъ молоньи, а друго д^^ло,- не знаю. Ну, дерево-то хоша и обгор'Ьло, а все-таки было годно для того, что въ л'Ьспомъ-то пожаре) только хвоя да сучья горятъ, а самому дереву вреды н-Ьтъ. Наши мужички и хо- т1;ли - было купить тотъ горелый .1'Ьсъ, на сплавъ чтобъ его въ низовы города. И купцы ир1'1;зжали, не по одинъ разъ смотр-Ьли, толее хот'Ьли купить. За весь-отъ, чтб его погор'Ьло, два ста тысячъ на монету давали, а Васил1Й Трофимычъ, чт5 нами въ ту пору заправлялъ, отписалъ къ самому большому начальству, чтб т-Ьхъ денегъ взять мало, коли, дескать, сде- лать торги, такъ больше дадутъ. Требовалъ, видишь, родп- Сочпнен1я П. Мельникова. Т. I. 4 
— 50 — ыенькой, Васи.!пй-отъ Трофимычъ двадцать тысячъ благодар- П0СТ1Г, а его не ублаготворили. Поэтому и прописалъ, чтобы л'Ьсъ пе продавать, казн'Ь-де убытки будутъ. На третШ годт> посл'Ь пожару межевой на'Ьзжалъ, вел'Ьхю ему было доподлинно БььАгЬрять, много-ль погор'Ьло казеинаго лЬсу, и сосчитать, сколько придется на продажу бревенъ, и какой толпцшы бу- дутъ они. Ну, Палестина не малая — скоро ли се вымеряешь? На'кшсалъ года по два, — да все-то, кормплецъ, въ саму рабо- чую пору. Понятыхъ сбивалъ, подводы, ну и благодарности тоже требовалъ, безъ того улсь нельзя. Да окромя благодар- ности: харчевыя, да св'Ьчныя, да питсйныя. Одн1]хь пптей- пыхъ что вышло! ЧелоБ'Ькъ-отъ былъ пьюнцй, пародъ-огь съ пимъ то:ке до впнца охоч1й; бывало, каждый Бояай день два либо три штофа п-Ьпиику. Ну, послалъ мс;кевой планты, куда сл'Ьдуетъ; по времени и вышло объ л'ЬсЬ решенье: торги произвесть, кто больпге дастъ, тому его и продать. А р-Ь- пгенье-то выслали посл-Ь пожару па восьмой годъ: той порой .тЬсъ-отъ подгнилъ, в'Ьтромъ его повалило, п остались одн1} гнилыя колоды: лежатъ комлемъ вверхъ и повому л1зсу расти пе даютъ, 1;ории-то выворотило, землю отъ того всю изрыло. Не то, чтобъ купить, — съ казны еще стали просить, м'Ь- сто-то бы только очистить... Такъ и запропало Божье м'Ьсто: гарь теперь одна, не прол-Ьзешь. Грибы да}ке ке растутъ, только и пользы, что малиннику много разродилось. М'Ьсто хоть совс'Ьмъ брось, только бЬглымъ да скръ1ваюи1,имъ скнт- пикамъ жилье уготовали, а больню ничего... Хакъ вотъ оно чтб, родненькой! ■ — промолвилъ д15душка, немного помолчавши. — Еакъ М05КН0 сказать, чтобъ мы не жал1;ли л'Ьсу! Сердце кровью обольется, какъ завидишь л^Ьсной пожаръ. Думаешь: «Ну какъ п этотъ л^съ задаромъ пронадетъ?» Какъ памъ не жал'Ьть л'Ьсу, родимый? В^дь его Богъ не про кого, что про насъ, Еыростилъ. — Ты сказалъ, д^^дуитка, что хл'Ьбъ-отъ у васъ плохо ро- дится. Что-л{ъ, промыслами кормитесь? — 1»акъ }ке, родименькой. Нроыысломъ только п жпвемъ, изд'кльемъ то-есть. Хл4бца-то мало, кулил;екъ-то палить не велятъ, такъ мы все больше около л'Ьску промышляемъ. Ко- тора деревня ложки точитъ, котора чантки, по другимъ м^- стамъ смолу сидятъ, лыко дерутъ, роголги ткутъ: то.тько л^с- комъ и л;ивемъ, родимый! Оттого-то л'Ьсокъ-отъ и любъ намъ, оттого-то мы его и жал-Ьемг — вЬдь онъ пашъ поиледъ, кор- милецъ. • — • За попенныя л'Ьсъ-отъ берете? — За попенныя, кормилецъ, за попенныя. Какъ же можно 
— 51 — безъ попенныхъ? Не велятъ. Да попенныя чтб? Деньги не велик1я, заминки только много отъ нихъ... Л'Ьсной-отъ тоже в'Ьдь баринъ, стало-быть, благодарности требуетъ. Да это бы еще ничего — безъ благодарности какъ же ему и быть, на то онъ л-Ьсной. А вотъ иные больно неподходящи бываютъ и на руку крЬпкн: чуть ему слово, онъ тебя изобьетъ, какъ ему хо- чется. Станешь съ нимъ порядкомъ говорить, а онъ свое: «Разв'Ь, говоритъ, не знаешь, что ты весь въ моихъ ру- кахъ — застану, говоритъ, съ топоромъ въ л'Ьсу, до смерти могу убить... Знаешь ли, говоритъ, что, когда л'Ьсной порубку пресл'Ьдуетъ, дозволяется ему вора -нзъ ружья застр^Ьлить? Такъ поэтому ты, говоритъ, и должеяъ ухо востро держать и меня почитать больше, ч-Ьмъ псиравника аль окружного, по- тому что т-Ь только спину теб'Ь вздерутъ, а я, ежель захочу, д5 смерти могу застр-йлить». «Нашъ Л'Ьсной Иванъ Васильичъ — добрый, хорошШ баринъ — а этакъ же иной разъ нашего брата попуги- ваетъ. Спервоначалу-то думали — морочптъ: «Какъ }ке можно ему челов'Ька застрЬлить», этакъ, знаешь, думаемъ. Да гра- мотеи пзъ нашихъ мужичковъ доподлинно въ законныхъ книжкахъ вычитали, что лесная стража, елсели кого пре- сл'Ьдуетъ, можетъ того человека убить, и смертное уб1й- ство въ гр-Ьхъ ей не вм'Ьняется. Такая статья есть, корми- лецъ... Отъ этого Л'Ьсной нашему брату страшней всякаго: другой баринъ, какъ великъ ни будь, все-таки живота лишить не можетъ, а л15сному это, стало-быть, можно. Правду ска- зать, таковыхъ случаевъ не слыхать, а все-таки страху много. Какъ же посл1) того не ублаготворишь ты его? Умирать не своей смертью кому охота? Хоть, мозкетъ-быть, онъ только для острастки так1я р'Ьчи говоритъ, однакожъ все дЬло въ его рукахъ. Ну, а какъ стрЬльнетъ? Тогда чтб? «Вотъ еще эти изд'Ьльны билеты у насъ! Такую заминку д^лають, что просто не приведиГосподи! Что мужикъ ни сработаетъ: смолы-ль насидитъ, кадушекъ ли, ведеръ ли над'Ьластъ, чашекъ ли на- точитъ, — на всяко изд-Ёлье, какъ его па продажу везти, дол- гкенъ у л'Ьсного бплетъ выправить. И въ тотъ билетъ на до- роги всяк1ц у тебя смотритъ, .тЬнивый разв-Ь про билетъ не спрашиваетъ... И на неревозахъ съ нимъ задерлска, и на ба- зар'Ь хлопотъ не оберешься. А въ города да на ярмолки лучше не 'Ьздн. Всяк1й тамъ съ тебя сорвать норовитъ: и го- роднич1Й, и квартальный, и исправннкъ; будочникъ привя- жется — и будочника ублаготвори, не то скажетъ, что изд-Ьдье изъ краденаго л'Ьса: тебя посл'Ь по судамъ и затаскаютъ. А билетъ даютъ одинъ, сколько мужикъ ни наработаетъ то- 4* 
— 52 — вару, ему все одинъ билетъ. Иной разъ и побсзъ бы пзд'Ьлъс самъ на баааръ, а сына па другой бы послалъ, да страшно: билетъ-отъ не разорвать стать, а 1;уда безъ билета пр1Ьхалъ, тамъ скажутъ, что ты воровское нзд'Ьлье привезъ, и та1а> тебя обориутъ, что долго будешь помнить, каково безъ изд'Ьль- наго билета на базаръ выЬзукать. «Тоже вотт> и насчстъ нгтрафныхъ за псуборку верншнъ п сучьевъ. Это улст» выходить для насъ немножко и обидно, родимень- кой. Самъ ты посуди, кому хочется штрафованпымъ быть?111трафъ- отъ хоть не великъ, да слово-то будто обидно, Даэтотъжештраф7> л'Ьсной беретъ напередъ, заодно съ поиенньтми, точно тому д'кчу такъ и надо быть, чтобы калгдыи челов'Ькъ штрафплся. Ты возьми хоть два, хоть три гривенника — за т-Ьмъ мы не стоимъ — да штрафомъ-то не зови, а то в-Ьдь, чтб тамъ ни говори, все же выходнихь ты челов^и^ъ нехоронпй, коли штрафъ съ тебя взятъ. Да чтб еще л'Ьсной-отъ говорить, какъ при- дешь къ нему за билетомъ: «Ты, говорить, вершины-то да сучья не убирай, а какъ отъ этого казенному л-Ьсу порча, такъ и подай за то гривеиникъ иттрафу, да подай напередъ, чтобъ посл-Ь мн-Ь тебя не разыскивать». Оно и обидно таки р-Ьчи слушать: в'Ьдь это все одно, что скажутъ теб-Ь, казну-де ты обворовалъ. Такимъ д'Ьломъ обзывать невиноватаго, ка- жись бы, но надо. «А куда убирать вершины да сучья — пи у насъ пи по другимъ волостямъ ы'1]стъ не отведено... А м'Ьста нанш ровный: ни горъ ни овраговъ верстъ на сотню во всЬ стороны п'Ьтъ, валить-то вернпхны да сучья и некуда. Разъ было - кучились мужики л'Ьсному, вс'Ьмъ йпромъ кланялись, «укажите, ыо.)1ъ, ваше благород1е, такое м'15сто». Такъ онъ поди-ка какъ разлютовался, «Учить, говорить, меня вздумали? Объ васъ же, говорить, начальство заботу принимаетъ, на- рочно штрафы учредило, чтобъ васъ отъ д-Ьла не отрывать, а вы же, мошенники, еще неблагодарны остаетесь! Да никни, говорить, у меня кто-нибудь хоть единое слово, не то что безъ промыслу — безъ дровъ, безъ лучины оставлю. Лишу и тепла п св'Ьта на всю зиму зименскую». Да весь м1ръ въ зашей. ОпослЪ еще похва-млся нашему голов-Ь: «Воть, гово- рить, отведу я имъ м-Ьсто верстъ за пятьдесять, такъ узнй,ютъ кузькину мать». Чтб ты станешь д-Ьлать, родимый мой? «Да нашь баринъ — добрый и смирный, Ивань-отъВасильичъ. Бога надо благодарить за такое начальство. Просто сказать—- душа-челов'Ькъ. Другой разъ и покричить, н побьеть, и убить изъ ружья погрозится, а все же съ нимъ говорить хоть можно — на р'Ьт охоч1й. И много еще милости оказываетъ, 
— 53 — дай Богъ ему многол'Ьтняго здрав1Я. Хоть бы насчетъ лансу. ]3'Ьдь прелсде, родпменыай, ц'Ьлковый-отъ четыре рубля два- дцать пять копеекъ ходнлъ, а потоыъ его на три съ полти- ной поворотили. Теперь деньги у мужика хоть и тЬ же, да счетомъ-то ихъ стало меньше, оно будто ихъ и не хватаетъ. И по всЬыъ м'Ьстамъ въ пып'Ьшни времена, гдЬ ни послы- шишь — лазкъ-огь везд'Ь порушился, а нашъ Иванъ Васнльичъ, дай Богъ ему здоровья, до сихъ поръ лажемъ милуетъ. По- пепны деньги, тЬ на серебро беретъ, а насчетъ иныхъ сбо- ровъ, которы ему сл-Ьдухотъ: за троицки березки, за в'Ьники, грибной сборъ, ор'Ьховый, за стр-Ьльбу дичины, дровяныя, лу- чинныя, харчевыя, это все, дай Богъ ему здоровья, съ ла- ;кемъ прпппмаетъ. Оно нашему брату и повыгодней... По- этому — хоть иной разъ Иванъ Васильичъ какого непослуш- ника и понзобидитъ, а все-лгь мы довольны Илмъ остаемся: отецъ родной — не баринъ. «За такимъ л'Ьснымъ, какъ Иванъ Васильичъ, дай ему Богъ многол'Ьтняго здрав1я, жить мояшо, и только Бога надо благодарить... А вотъ въ Липовской волости л'Ьс- нон-отъ Петръ Егорычъ — вотъ угкъ б'Ьда: строг1й - на- стропы и самый не подходяицй. Слова съ мужикомъ не молвитъ, глядитъ волкомъ и все норовитъ тебя въ зубы. Какъ ты его ни ублаготворяй, ему все мало. «М-Ьсто мое, гово- ритъ, въ Питер'Ь, не у васъ въ труш,обЬ съ волками да съ медв'Ьдями, такъ за это за самое, говоритъ, ты и должень меня ублаготворить. Да помни, говоритъ, расканалья ты эта- кая, что надо мной есть палата, и потому я самъ подъ сбо- рами нахожусь». Чт5 съ такимъ бариномъ поделаешь? А нашему брату безъ л'Ьсу никакъ невозмо:кно; л'Ьсомъ только и живемъ. «Придетъ къ Петру Егорычу мужпкъ за билетомъ, поиенны принесегь, ну и почести сколько сл'Ьдуетъ, да коли баринъ на ту пору въ сердцахъ — въ карты проигрался, аль жеиу въ городъ за покупками снарялсаетъ, заломнтъ онъ такую благо- дарность, что затылокъ затрещитъ. А какъ муншкъ зартачится, да Бъ ц'1ше не сойдутся, Петръ Егорычъ ему и молвитъ: «при- ходи завтра». Завтра да завтра, да д'Ьло-то до Евдокеи-плю- щихи '■') и дотянетъ. Придеть мужпкъ иа Евдокею, онъ би- летъ ему выдасп> и окром'Ь попспныхъ, — каковъ есть м Ьдный грошъ, — не возьмстъ. И давать станстъ, еще зарычитъ, ровно медв'Ьдь: «я челов;Ькъ благородный, на подлости не пойду, мун- дира марать не стану. Какъ ты см'кть, говоритъ, мошенникъ этакой, взятку ми1> давать? Да за это, говоритъ, въ Сибирь  ') Первое марта. 
— 54 — можешь угодить, коли я захочу». Швырнетт^ благодарность-то, обругает'ь, иной ра.зъ поколотитъ. А въ бплет'Ь иропишетъ, что выдалъ его не на Евдокею, а на Крещенье, либо на Спири- дона - поворота ''■)• Мулсикъ, коли не былъ ученъ, сдуру-то, пожалуй, обрадуется, что дешево выправилъ билетъ, да на радостяхъ за топоръ — • и въ л'Ьсъ. И только-что усп'Ьетъ онъ свалить деревья, что въ билегЬ прописаны, Петръ Егорычъ предъ нимъ ровно изъ земли выросъ. Вспороть прн!;ажетъ, веревками руки-ноги скрутитъ и велитъ пол'Ьсовнымъ въ го- родъ его везти, — рубилъ-де не въ урочное время. Потому ви- дишь ты, родименькой, съ Евдокеина-то дня рубк'Ь л'Ьсу за- преть, для того, что тутъ въ соку онъ бываетъ. Ну, ладно, хорошо. Наругается досыта, ружье на мужика наставить, говорить: «Убыо и отвечать не буду: чорту баранъ готовъ ободранъ. Давай пятьдесятъ ц'Ьлковыхъ, не то по суду больше возьмутъ». Есть у мужика деньги — дастъ, н-Ьтъ — подъ судъ его. Тамъ и распоясывайся какъ знаешь, да еп1;е въ тюрьме насидишься. «Попался этакъ ему мой внучекъ, деревни Жужелкп кре- стьянинъ, Васнл1й Блинниковъ. Моя-то дочка, видишь ты, въ Ж.ужелку выдана: такъ Васька-то внучкомъ мн-Ь и приходится. Затребова.!1ъ съ него Петръ Егорычъ шесть золотухъ; тотъ заупрямился, не далъ. Онъ возьми да д'1;.10-то и затяни за Евдокею, на Сорокъ мучениковъ **) билетъ-то выдалъ, а про- писалъ, что выданъ за день до* Рождества. Васютка, д-Ьломъ не волоча, въ л'Ьсъ: свалнлъ пятьдесятъ, ни1:акъ, деревъ, чтб въ билетЬ прописаны, да только-что свалилъ, Петръ Егорычъ и шасть на то самое м'Ьсто. Поругалъ, поколотилъ, убить по- грозился, пятьдесятъ ц1>лковыхъ спросилъ. Васька не далъ: онъ его въ городъ. Что-}къ ты думаешь, родимый? Оц'Ьнили каждое бревно, по распнсангю, въ два ц'Ьлковыхъ, да съ Ва- сютки по суду семьсотъ рублевъ^на монету бсзъ лажу и взялп. Вдвое, впить, по закону взысканье-то полагается. Чтб станешь д-Ьлать? Мужикъ былъ справный, по всей волости немного та- кихъ было, теперь въ разор'ь разорили его. Пять лошадокъ дерлгалъ, по.шая чанха, а теперь ровно бобыль какой, и коро- венки-то ребятишкамъ на молоко даже н'Ьтъ. И въ палату ходили, къ губернатору: везд'Ь сказали, что д1;ло сд1злано, какъ быть ему сл'Ьдуетъ. «Ужъ бранилъ же я Ваську и клюкой побплъ. «Зач'Г.мъ, го- ворю, песъ ты этакой, не ублаготворилъ л'Ьсного шестью золо-  *) Дв'Ьнадцатое декабря. **) Девятое марта. 
— 55 — тухами, зач'Ьмъ опять, говорю, не далъ ты ому пятидесяти ц'Ьлковыхъ, какъ онъ въ л'Ьсу тебя накрылъ?..» Да чт5 толко- вать? — стараго не воротишь. Да, родименькой, супротивъ В'Ьтру не подуешь... Вотъ за Васьки но упрямство и покара.1ъ его Господь. И самъ-отъ разорился, н ребятишкамъ по М1ру при- дется пдти. «Да, родименькой, ужъ оно такъ п сл'Ьдуетъ. На то и порядки установлены, чтобы пхъ исполнять. ВЬдь они для насъ же, глупыхъ, пачальствомъ ставятся, безъ порядковъ како узкъ ;китье? А кто супротивъ порядковъ пойдетъ, тотъ отв'Ьчай спи- ной и мошной. Это ужъ такъ сл'Ьдуетъ. Вотъ и внучку так1я зке р'Ьчи я баялъ, да ужъ нечего д'Ьлать. Ну какъ ему можно было согрубить передъ Петромъ Егорычемъ? В']здь .гЬсной — начальство, а по нашпмъ м^Ьстамъ начальство-то самое первое, для того что л'Ьсомъ только и дышимъ, А передъ начальствомъ лм'Ьй го.тову наклоппу, а сердце покорно. Начальство должнй во всемъ слугиаться, п вел'Ьно за пего Бога молить. Какъ же молшо было ему огорчать Петра Егорыча? И ближнш чело- в'Ькъ, и бол'Ьзиь утробы моей, а надо правду говорить. Чтб Бъ самомъ д-Ьл'Ь? «И какой еш,е чудпой Васютка-то! Чему скорбитъ! «Мпъ, говоритъ, пе то обидно, что меня ободрали да нищимъ пустили, а то, что судилп меня съ Прошкой Малыгинымъ: — ему осо- бенныя права дали, а меня разорили». А Нроипса Малыпшъ, родименькой, ихней же деревни мулгпчонка есть — воръ отъ- явленный — давно ему вгЬсто въ Сибири аль въ «рестапской>^ ротЬ, да все только въ подозр']5н1и остается. Спервоначалу-то и онъ былъ справный му^кикъ, да хмелемъ зашибся, ву, а зелено на пагубу дано, къ добру оно по приведетъ. Съякшался Прошка съ кабацкими спд'Ьльцамп, пропилъ, чтб было у него, ста.'1ъ нзъ дому таскать, да старикъ-отецъ еще лсивъ, прхоста- новилъ. Связался Прошка съ ворами да съ б'Ьглыми солда- тами и пошспъ за добромъ черезъ заборъ ходить да на боль- шой дорогЬ у тарантасовъ чемоданы резать, ]Маялись съ вимъ, маялись лсулсельски мужики — однако:къ поймали съ поличнымъ. Судъ на'1>ха.1ъ — временное, значитъ, отд'Ьленхе. Проживало въ деревн'Ь пед^Ьли двЬ. Дорого обошлось л^ужсльскимъ Прописиио д-йло!.. В'Ьдь кто по суду ли па^Ьха.чъ, всякому припасай и чаю съ сахаромъ, и вина, и всякихъ харчей. Въ дв'Ь-то недЬлп вс'Ьхъ курицъ въ Жулгелк-Ь перер'Ьзали, чтб барановъ переко- лоли, а свиней, гусей п всякой животины не столь переЬлп, сколь озорствомъ разбросали.. , Да чтб тутъ говорить — известно д-йло; зюръ воруота — М1ръ горюотъ; а воръ попа.тъ — такъ и м1ръ пропалъ. У Проииси обыскъ д'Ьлаиъ былъ: подъ поломъ 
— 56 — лиого крадснаго иашли. Посадили Прошку въ острогъ; сидитъ годъ, сидитъ другой, отъ'Ьлся на острожиых'ь-то калачахъ — быкъ быкомъ сталъ. Па трет1й годт. Про1И1:иио дкю р^шгили. Привели его въ судъ выслушивать р'Ьшенье, и Васютку моего туда-жъ пригнали. Сиорвоыачалу Ваське р^шеиьс вычитали: взять съ него семьсотъ на монету, а посл'Ь того Прошк'Ь стали вычитывать. Вычитываютъ Прошк'Ь та1:оп судъ: «Сл'Ьдовало бы тебя, деревни Л^улселки вора, Прошку Малыгина, за твое великое воровство послать на житье въ дальны губерн1и, да но стать'Ь закона зам'Ьна выходнгь, и по этой стать'Ь сл'Ьдуетъ тебя, Прошку, въ «рестанску» роту на полтора года. А какъ- де въ нашей губерн1и «рестанской» роты покам1]стъ еще не завели, такъ по этому самому случаю теб-Ь, Прошк^, по другой статье друга зам'Ьна выходитъ: сид'Ьть теб'Ь, вору, въ рабочемъ домЬ Д1^а года три м'Ьсяца. А какъ въ рабочемъ дом1; п безъ тебя, вора Прошки, много сид'Ьльцевъ п посадить тебя, мо- ]иенннка, некуда, такъ по этому случаю выходитъ тебЬ по третьей статье третья замена: ве.тЬно теб'1з, Прошк'Ь, дать восемьдееять пять розогъ при полигци». Прочитавши такой судъ, судья спросилъ Прошку: «Доволенъ ли, говорить, р'Ь- шеньемъ?» А Прошка ногъ подъ собой не слышитъ: радъ- радешенекъ, что зам'Ьсто дальней губерни! спиной отв1)тить ыожетъ. Поклонился судь'Ь въ ноги: «Много, говорить, дово- ленъ вамп, по гробъ л{изни, говорит-ь, не забуду вашей ми- лости». А судья ему: «Погоди, говорить, в^дь теб-Ь, ]юру, гра- бителю, еще особенны права будуть». Прошка призадумался. «Что-лгь, думаетъ, с1П1ну-ль вдругорядь станутъ драть, въ острог'Ь-ль еще снд'Ьть доведется, али деньги потребуются?.,» А судья ему: «Перво д'Ьло, говорить, не бывать теб-Ь сирот- скимъ опекуномъ; второе д'Ьло: но будуть тебя въ свид-Ьтели брать; третье д1>ло: не станутъ на м1рской сходъ пускать; четвертое, говорить, д-Ь-ю: • — ни въ головы, ни въ стар]иины, пи далее въ сотск1е аль въ десятск1е не станутъ тебя выби- рать во всю твою лсизнь». Повалился Прошка въ ноги, сле- зами заливается: «Отны мои родные, говорить, благод'Ьтелн вы мои, ужъ коли так1я есть до меня ваши мп.юстп, нельзя ли приписать, чтобь и подводъ-то съ меня не брали?..» Одна- кожь подводами Прошку не помиловали, гоияеть очередь съ другими наряду. «Вотъна это ва самое и обил^ается Васютка: «Какъ л^с, го- ворить, это такъ? По Прошкину д'Ьлу — воръ Прошка; а по моему Д'Ьлу — воръ не я. Какъ же съ меня семьсотъ ц'Ьлковыхъ взяли, а ему права дали и стал'ь опь теперь счастливь на всю лагзнь?» Я говорю: «Ты, Васы^а, молчи, на то поря,1.окъ.. 
— 57 — II всякому свое счастьо, а надо всЬмн Богъ. II ты, говорю. Бога не гнЬвп: — л'Ьсыого почитай, супротивничать не моги, а, кому ка1;ое счастьо Господь па суд'1; посылаегь: не теб'Ь, си- волапому, о тоыъ разсуждать. Какъ ты 00615 ни мудри, а Богъ иадъ намп, и супротивъ начальниковъ ходить не вел'Ьпо. А такая супротпвность, говорю, какъ твоя передъ Петромъ Его- рыче.чъ, по всему хуже Прошкипа воровства...» Въ это время послышался колокольчикъ. Тарантасъ подъ- •Ьхалъ къ мельнпц'Ь, и я простился съ д-Ьдушкой Полпкарпомъ, — А не можен1ь лп ты, родименьк1и, кулижкн-то намъ вы- хлопотать? — проговорилъ онъ, когда я садился въ тарантасъ. — Эхъ, 'Ты!.. Еще съ кулигами тутъ! А ты знай ковыряй свои .тапоткп да языкъ-то но больно распу1н,ай, — ■ молвилъ ямщикъ. — Еще кулиги захотЬлъ!.. Как1Я у;къ тутъ кулиги!.. 'Ьхать, что ли, ваше высокород1е'? — По'Ьзи;ай. Прощай, д'Ьдушка. И лихой ями1;икъ помчалъ по гладкой дорогЬ. ВстрЬчались мул{ики съ бочками смолы, съ ведрами, кадушками, корыта.мп н другимъ л'1'.спымъ нзд'Ьльемъ. Они торопливо сворачивали съ дороги и, издали снявъ шапки, низко кланялись. Лгдали, что и я потребую нзд'Ьльнаго билета. 
ПОЯРКОВЪ. Разсклзъ. 'Ехадъ я болыиси! торговой дорогой, обсаженной березкамп. Тутъ когда-то былъ почтовый трактъ, потому и обсадили е1-о. Торный путь набить саженъ на шесть въ ширину, и обозы по немъ взадъ и впередъ тянутся безпереводно, другь дружк-Ь не м'Ьшая, а широкая тридцатисаженная дорога Бпуст1> лс- житъ; давно отдана въ расноряженье гуртовщикоБъ, что го- няютъ скотину изъ уральскихъ степей съ Нарынъ-Песковъ, ярмарки у Ханской Ставки. Про'Ьхавъ версты четыре, яыш,икъ остановился, сл'1]зъ съ козелъ, сталъ поправлять уиря;];ь на ]:орепной и посвистывать пристяжной. Колокольчпкъ замолкъ. Въ стороне послышался дрожащ1Й старческий голосъ: Блаэюенъ муоюъ, аллияцгя, иже не пде па соошпъ печсст11выхо, алмиг/ш, аллилуйе Я оглянулся: у дороги подъ ракптой сид-Ьл!. старичокъ въ изионюнномъ сюртук!;, съ котомкой за плечами; на трав'Ь возл'Ь пего клюка и кожаный картузъ. Утреннее солнце ярко осв'Ь- ш,ало пепельнаго цв-Ьта лицо его н раскинутые по плечамъ с'Ьдые, какъ лунь, волосы. - — Кто бы это? — сказалъ я путевому товарищу. — Богомолсцъ. И в'Ьрно изъ дворовыхъ. Былъ нсаремъ либо музыкантомъ у богатаго барина, в'Ькъ свой брнлъ бороду, хо- дилъ въ форменномъ казакинЬ, до сЬдыхъ болосъ звался Мишкой либо Гришкой и служилъ Б'Ьрой и правдой. А какъ при]пла старость, руки-неги стали отставки просить, да увн- далъ Гришка, что во дворн'Ь онъ лишнимъ сталъ: то бабы на рубаху холста забыли ему наткать, то въ застольной м'Ьсто ему на сажень отъ чашки — бухъ въ ноги барину: «Увольте въ К1евъ ко святымъ ыощамъ па поклонсн1е да къ святителю Митрофан1ю». Такихъ много по большимъ дорогамъ. 
— 59 — Завидя иасъ, старшп, подошелъ и низко поклонился. — Не въ Ключищи-ль изволите 'Ьхать, ваиге высокородге? — спросилъ онъ, — Въ Клгочищи, а чт5? — Окажите милость старику; позвольте па облучокъ прп- скть, Д'Ьло хворое — ноги болятъ. Самъ Богъ не оставитъ васъ. — Садись, пожалуй, да ты кто такой? — Титулярный сов-Ьтникъ Поярковъ. ■ — Садитесь, пожалуйста... Да куда-ясъ вы? Вотъ зд'Ьсь. Та- рантасъ широкъ, троимъ не будетъ т-Ьсно. — Помилуйте, вайю высокородхе, см'Ью ли я?.. Не извольте такъ много безпокоиться. Насилу уговорилъ его сЬсть съ нами. — Гд1} служили? — спросилъ я, думая, что это одинъ изъ оставлепиыхъ за штатомъ чиновниковъ... Ихъ тоже довольно па больиЕихъ дорогахъ. — Приставомъ второго стана ПисЕомскаго уЬзда Хохлол- ской губерн1и. — Долго слу5кили? — Больше десяти л'Ьтъ. А до того секретаремъ земскаго суда былъ, письмоводитолемъ въ городническомъ правлонхи — все въ полицейскпхъ доллшостяхъ... «Десять Л'Ьтъ становыйгь — п па большой дорог1> пищимъ! Чудеса!..» — подумалъ я. — Отчего-жъ не продолжали службу? — Я-с'ь... отртЬшепъ отъ должности съ тЬмъ, чтобъ впредь никуда не опредЬлять. — Ч-Ьмъ же занимаетесь? ■ — Какъ вамъ доложить?.. Нич'Ьмъ-съ... По святымъ обите- ;;ямъ странствую... Работать не могу — года ужъ так1е. — Частной бы должности поискали.., — Нельзя-съ. Отчего? — Указомъ Правительствующаго Сената объявленъ ябед- пикомъ, хожден1е по частнымъ д'15ла5гь воспрещено... Къ дру- гому ни къ чему не нр1обыкъ. Оно, конечно, вона теперь много м'Ьстовъ по пароходству на Волг!) и въ компан1яхъ, и жало- ванье хорошее, и можно бы приспособиться... И пытался... Да съ моимъ аттестатомъ кто возьметъ? «Вотъ подхвати.1ъ я гуся лапчатаго», — подумалось мн'Ь. — А впрочемъ, благодарю Создателя, что не поиалъ на м'}5сто! — заговорилъ Поярковъ носл-Ь короткаго молчан1я: — а то не сподоби-ть бы Господь столько святыни вид^Ьть и недо- стойными устами своими къ ней прикасаться, не прнвелъ бы 
— 60 — узнать матушку Русь православную, какъ живется, какъ ду- мается народу. Былъ я, вайю высокород1е, въ Шев'Ь и у 11о- чаевской Богородицы, въ БоропеигЬ п в'ь Соловкахъ, у Ки- рилла Б'Ьлозерскаго, у Симеона Верхотурскаго, вкругъ Москвы везд'Ь, всю почти Россио п'Ьшкомъ выходилъ. А в-Ьдь нанюму брату, убогому страннику, въ дворяпстс да въ чиновничьи дома ходу мало: у мулгичковъ больше привнтаемъ, отъ ]1хъ трапезы кормимся. Отъ нихъ-то и узналъ я русск1й народъ... Познавать его вЬдь можно только лежа на полатяхъ, а не сидя за книгами да за бумагами, да разъ'Ьзл;ая по казенной на- добности. Сначала подума.пъ я, что если .это не закоренелый мошеи- пикъ, такъ, по крайней М'Ьр'Ь, плутъ п у;къ нав'Ьрное пьяница. Недаромъ говорится: воръ слезливъ, плутъ богомоленъ. Но, вслушиваясь въ звукп рЬчей, всматриваясь въ лицо Пояркова, больше и больше удивлялся... Пп сизаго носа, ни багровыхъ пятенъ на щекахъ, ни мутности въ глазахъ, ни отека въ лиц'Ь, ни одного изъ признаковъ знакомства съ чарочкой не было. Напротпвъ, въ глазахъ выраяалось много ума и благодуш1я, въ лнц'Ь — много твердости характера. — Послушайте, господинъ Поярковъ, — сказалъ я: — скажу вамъ прямо: вы меня удивляете... По вашему лицу, по вашпмъ р-Ьчамъ не видно, чтобъ вы были... — Шельмованный негодяй? — перебилъ Поярковъ. — Пе ропш,у на судъ челов'Ьческ1ц: творился онъ волею Болаей. По- д'Ьлбыъ я наказанъ. — По... — Какъ ни будь кривъ судъ челов'Ьческ1й, — перебилъ меня Поярковъ: — все-таки онъ творится но Болгьему ве.тЬныо. — Бываетъ однако, что невинные страдаютъ! — Бываетъ, что судь^ мзда глаза деретъ, бываетъ, что судья неоиытенъ п д'Ьла не разумЬетъ, вершитъ не по закону, не по сов'Ьсти... Такъ... Но пов-Ьрьте, что за каждымъ невинно осуж'деннымъ были друг1е гръхи, до людей не дошедш1е, а къ Богу воп1явиие... За эти-то тайные гр^хи п осуждается чело- в'Ькъ подь предлогомъ такпхъ, какимъ онъ не причастенъ... На челов'Ьческомъ судЬ всего одинъ только разъ былъ осу- жденъ не пм'Ьвш1Й гр-Ьха. Судьей тогда былъ Пилатъ. «Правда, — продоллсалъ Поярковъ: — судья, что плотннкъ: что захочетъ, то и вырубитъ, а у всякаго закона есть дышло: куда захочешь, туда и повернешь. Да в'Ьдь п надъ судьей и надъ подсудимымъ есть еще Суд1я... Пеулсли Онъ донустит1> безвинно страдать? Не палачъ Онъ людей, а весь — любовь безконечная... Судья д'Ьломъ кривитъ, волю дьявола тЬмъ тво- 
— 61 — ритъ, на душу СБОЮ гр^хъ накладываеть, а въ то }ке время, по судьбамъ Болаяго правосуд1я, творитъ и волю правды не- бесной, за ту впну караетъ подсудимаго, которой п не зналт. за нимъ. Такъ-то на всякую людскую глупость находить съ неба Божья предтудрость. «Хоть объ своемъ д'Ьл^^ вамъ доложу. Отр'Ьшенъ отъ долж- ности Ботъ за что. Въ деревп1> баня загор'Ьлась, ее раскидали. Подаютъ объявлсн1е о полсар'Ь: до деревни восемьдесятъ верстъ, а у меня сорокъ ва^кныхъ д'Ьлъ на рукахъ, въ томъ числ1^. пятнадцать арестантскихъ. Становому всЬхъ обязанностей исполнить нельзя, будь у него въ суткахъ сорокъ восемь ча- соБЪ. Потому п держать они вольнонаемныхъ пнсцовъ. Наби- раютъ пхъ изъ вольноотпущенныхъ, исоюченныхъ изъ духов- наго зван1я, пзъ службы выгнанныхъ, изъ лицъ, состоящихъ подъ надзоромь полиц1и. Они и заправляютъ д'Ьломъ, а ста- новой т1Ьмъ только занять, чтб новажн'Ье да прибыльн'Ье. И у меня челов1и:ь съ пятокь такихъ было. Одного н послалъ я на сл'Ьдств1е о полсар-Ь; онъ допросы спяль, д'Ьло какь сл'Ь- дуетъ очистилъ, я подписалъ, въ у1>здный судь представили, решили тамъ: «предать вол'Ь Бож1ей», А мужичонка, али хо- зяинъ, кляузникъ былъ, подалъ губернатору жалобу: бы-иъ-де у меня поджогъ, а такой-то отпущеннпкь поджигателей скрылъ. Губернскаго чиновника прислали, тотъ пашелъ, что мужикъ вретъ, поджога никакого не бывало, а сл'Ьдств1е въ самомъ дЬ.тЬ отпущенникъ производилъ, а я па немь учини.тъ фаль- шивую, значить, нодтпюь и совершплъ допросы п очныя ставки заднимъ числомъ... Подлогъ, значить!.. Губернаторь быль внов^^, а нова метла чпсто мететь — подъ судь меня. Въ уголовной 391 статейку и подвели: «лишенье всйхъ правь состояний и ссылка въ Сибирь на поселенье». Подмазаль — -смилостивились: уменьшаюпця вину обстоятельства нашли, р-Ьшили «уволить отъ доджностп». А тутъ другое дЬло завязалось: «о похоро- нен1и на огород'Ь безь священническаго отп'Ьван]'я некрещен- наго младенца матерью его, состояп1;ею въ раско-тЬ». Другой чиновникъ прИ^халь. Прикосновенными были государственные крестьяне, стало-быть, надо депутата. Чиновникъ меня и про- сить: «Нельзя ли, говорить, поскорМ депутата прислать, всего бы лучше безграмотпаго прислать, да прислаль бы свою печать поскор1)е, мы бы д'Ьло-то разомъ кончили. У нась, ви- дите ли, говорить, на будуш,ей нед'Ьл'Ь въ Хохломск-Ь благо- родный театрь будеть, я, говорить, съ губернаторшей «Жен- ш,ину-лунатика>^ представляю, такь достаньте, нолгалуйста, но- скор'Ье депутата, да пепрем'Ьино безграмотнаго». Написаль я къ волостному писарю записочку, выслалъ бы такого-то стар- 
— 62 — шину къ чиновнику. Года черезъ три попадись эта заиис1:а къ ыоимъ лиход'Ьямъ, Завели новое д-Ёло «о разглашен1и тайны», лодъ 453 статью меня: за сооби],ен1е бумагъ, отм'Ьченных!, надписью «секретно»,— отр'Ьшен1е отъ доллшости. В^дь изво- лите знать, что каждая бумага про раскод1)Ш1ковъ, какая ни будь пустячная, сверху-то «секретно» надписывается. Бабы на базар-Ь про д'Ьло толкуютъ, а ты «секретно» пиши... По совокупности преступлен1й меня и приговорили — отр'Ьшить отъ должности, чтобы впредь никуда не определять. Кому ни раз- сказать — всякъ подумаетъ, что не по вин-Ь страдаю. А осу- жден'ь я достойно и праведно. «Теперь такъ говорю, когда Господь умягчилъ мое сердце, а Бъ гЬ поры мыслилъ другое... Когда отрЬшили меня, остался я, на старости л'Ьтъ, безъ куска хл^ба. Еще слава Богу, что пи передо мной ни за мной никого тогда не было — одинъ какъ перстъ. Конечно, деньги были, да лихомъ нажитое прочно не бываетъ, — что было наншто, м1рской слезой облито, а м1р- ская слеза у Бога велика. Подъ судомъ бывши истерялс!!: судъ в^здь докуку да деньги любитъ; да и жи.11ъ-то И1нроконько — привыкъ, знаете, къ хорошей-то гкизни, сразу отвыкнуть не ыогъ. Въ картишки любилъ поиграть, ну и выпала мн'Ь такая лин1я, что д'Ью хоть брось — ни иголки съ елки, ни иконы — помолиться, ни ножа, ч'Ьмъ зарЬзаться. Работать силъ н'Ьтъ: л годы стары и руки мягки, а мягки-то руки чужой хл-Ьбъ въ ротъ кладутъ, а печь своего не умЬютъ. Такъ горько при- шлось, такъ прискорбно, что руки на себя xот^5лъ наложить. «И вотъ злость-то какая во мн'Ь была: прише.1Ъ къ проруби топиться; о душт^, объ отв'Ьт'Ь на Страшномъ суд1з на умъ не приходитъ, а про чувашъ вспомпнлъ, какъ они недругу «суху б'Ьду д'Ьлаютъ». На кого золъ, пойдетъ къ тому да у него на двор^Ь и удавится, судъ бы на него навести... И сталъ я ду- мать, какая-жъ митЬ польза, елгели утоплюсь — унесетъ меня подъ вешнимъ льдомъ и не знай куда, гд'Ь-нпбудь сыш,утъ, въ губернскихъ в'Ьдомостяхъ напечатаютъ, найдено-де неизвест- ное мертвое т^ло, и станутъ вызывать насл1здниковъ или вла- д-Ьльцевъ съ ясными на принадлежность онаго доказатель- ствами. Н'Ьтъ. думаю себ'Ь, коли класть на себя руки, такъ ужъ съ т'Ьмъ, чтобъ лиход'Ью суху б'Ьду сд'Ьлать: пусть же знаетъ, что безрога корова и шишкой бодаетъ. А лиход'Ьемъ почиталъ губернатора, что вел4лъ меня подъ судъ отдать. И такое веселье врагъ вложилъ въ меня, что съ проруби-то я ровно съ праздника воротился. «Св4далъ, что у лиход'Ья д-Ёльцс есть тяжебное, Въ Мало- Р0СС1Ю верстъ тысячу п^шкомъ отшагалъ и усталости не зналъ— 
— 63 ~ т.отъ какова злость-то была. У него, видите ли, дядя безд'Ьт- иый былъ, им'Ьн1я тысячи дв'Ь душъ благопр1обр'Ьтеннаго. По- койникъ жен15 зав-Ьщадъ его, а мои лиходМ сталъ духовную оспаривать. Вотъ, думаю, привелъ же Господь поплатиться да еще и за правду постоять. Взялъ у тетки дов'Ьренность, 'Ьздилъ, хлопоталъ, писалъ и «записался»... У племянника-то, у губернатора, то-ссть, сильна протекп,1я была: тетку по М1ру лустилъ, а мп-Ь хожден1е по д'Ьламъ воспретили... «Указъ заста.тъ меня въ Малороссии. Денсгъ ни копейки, даваться некуда. Опять хот-Ь-иъ руки на себя налолсить, опять къ р1;к'Ь поителъ; но тутъ Господь мн'Ь помощь явилъ... Встр'Ь- тился я со старцемъ, сказывалъ, что идетъ онъ изъ Клева въ СароБскую пустынь. Кто такой, не знаю, по человЬкъ БожШ п даръ прозорливости им'Ьлъ. Сталъ разговаривать п всю-то мою жизнь ровно по кнпг'Ь вычпталъ. И саыъ пе знаю, что со мной сд'Ьда.юсь; заплакалъ я — благодать-то Белая косну- лась ок'амен'Ьлаго сердца. «Паучи, говорю, старче, какъ горв) помочь». — «Ступай, говоритъ, въ К1евъ, помолись .Тоанну Мно- гострадальиому, п твоимъ страданьямъ будетъ конецъ». «Слова старца умилили мое сердце; въ тотъ же день побрелъ я Бъ К1евъ. Много разъ хот'Ь.гь съ дороги воротиться, врагъ- отъ дЬйствовалъ. У самыхъ далге воротъ монастырскихъ ему- тилъ онъ меня, такую тоску нагналъ, что хот11лъ-было я, не заходя во святую лавру — на Дн'Ьпръ да въ воду. Но за мо- литвы праведнаго старца, давшаго мн'Ь благой сов'Ьтъ, пзба- вилъ Господь отъ врага... И самъ не помню, какъ очутился у мощей 1оапна Многострадальна го... И тутъ во мн-Ь ровно чтб прос1яло, и заплакалъ я сладкими слезами... Мерзка и нечестива показалась мн'Ь прошлая жизнь!.. Вотъ теперь де- вятый годъ по об'Ьту, данному въ к1евскихъ пещерахъ, стран- ствую по святымъ обителямъ». Мелсду тЫъ подъехали мы къ Ключищамъ. Старикъ сп'Ь- шплъ туда къ храмовому празднику. Въ церкви того села стоитъ чудотворная икона, и къ ней на поклоненье изъ окрест- иыхъ мЬстъ сходится много богомольцевъ. Посл'Ь обедни за- лу чи.1Ъ я къ себ'Ь Пояркова. Слово за слово, зашла р'Ьчь про бытъ у'Ьздныхъ чиновниковъ. Вотъ что онъ разсказадъ: — Кто кого си.1ьн'Ьй да важн'Ьй въ уЬздномъ город^Ь, — вы не такъ говорить изволите. Ежели хотите знать, кто кого въ у'Ьзд'Ь больше — въ табель о рангахъ не смотрите; тамъ своя табель. Первое М'1]сто въ город'Ь — управляющ1й откупомъ: будь онъ чиновникомъ, будь борода — все одно. Ему и честь и уваженье, его п въ кумовья зовутъ и на свадьбы въ отцы посажёные. Кан{дый Бонс1й праздникъ всЬ отъ обЬднп къ 
- 64 — нему на закуски, казкдое первое число псЬмъ чиновникамъ онъ шлетъ и вина, н нива, н меду, и наличными много-ль кому сл'Ьдуетъ, по «расписапыо». Вотъ это самое распи- санье и есть табель о рангахъ: кому откупщикъ больше пла- титъ, тотъ чиповникъ валш'Ье, силы въ немъ больше. Важн'Ьо всЬхъ, конечно, иснравникъ, а е;кели городъ больнюй, богатый, кунцовъ жнвущихъ въ немъ много, аль ярмопки при немъ знатпыя есть, — то городнпчЫ. Если же городъ не важный, то городнич1Й посл'Ьдняя спица въ колесниц'Ь, и знать его никто не хочетъ, и не слыхать совс^^мъ про него; только-что въ мундирный день въ собор'Ь на первомъ м-Ьст-Ь станетъ — въ томъ и весь его авантажъ. Посл'Ь исправника • — становоГг, потомъ секретарь земскаго суда да секретарь уЬзднаго. Эти люди первые, за ними пойдетъ мелкая сошка: судья, не- прем'Ьнньш членъ, казначей, стряпч1Й, винный приставъ. А БС'Ьхъ ниже штатный смотритель да учителя: ими никто не занимается, и никакого къ нимъ ува;кен1я еЪть, откупъ имъ копейки не даетъ, къ самой даже Пасх-Ь полштофа полу- гару не пришлетъ. И въ гости ихъ не зовутъ: разв'Ь когда пзъ милости, аль для счету. Не во всякомъ городу окруйшью есть да л-Ьсничхе; а это люди первой статьи: окружной съ исправникомъ можетъ вровень стать, помощникъ его да л'Ьсничхй выше станового, чуть-чуть не исправниками смотрятъ. «А Сукели насчетъ гр'Г.ховъ, такъ ихъ во всякомъ городу и во всякихъ чинахъ довольно... Про другихъ не стану гово- рить, зач^мъ осуждать?.. А про свои гр'Ьхи для чего не раз- сказать?.. Всенародное покаян1е очищаетъ в-Ьдь ихъ... «Выросъ я въ канце.1гяр1и; за приказнымъ столомъ и соста- Р'Ьлся. А зналъ людей по одной только бумагЬ. Написано въ д'Ьл'Ь: «Въ деревн'Ь Колосковой крестьянинъ Васил1й Спдоровъ», ну и знаешь, что есть на св-Ьт-Ь Васил1й Спдоровъ. Явится онъ къ теб'Ь но д15лу, только и думы, какъ бы побольше со- рвать съ него. Не думаешь, будетъ ли Сидоровъ съ семьей завтра улсинать, объ одномъ помышляешь, губа-де у меня, у барина, къ сладкому наважена, а мужицкое горло, чт5 сукон- ное бердо, проглотитъ и долото. Пишешь, бывало, бумагу: «Съ крестьянина Миронова деньги взысканы», п знаешь, что у Миронова были деньги. Пишешь: «Кондратьевъ розгами на- казанъ», и знаешь, что есть у Кондратьева спина. А не си- дятъ ли у Миронова ребятишки безъ молока, зажила-ль спина у Кондратьева, про то и не думаешь. Со всякаго берешь, а себя праведникомъ ставишь. Что-жъ? бывало, думаешь: по праздникамъ церковь Божш не об^Ьгаго, поповъ съ празднымъ принимаю, гов'Ью каждый годъ, въ больш1е посты не скоро- 
— 65 — млюсь, нищпыъ по спл'Ь П0М01ЦР1 подаю, въ тюрсмном'ь коми- тет'Ь состою членомъ, ежегодныя пожертвован1я на д'Ьтсхие прпоты, по ппсьмам'ь губернаторши, плачу исправно. Чего еще?.. «Святымъ себя считалъ, а врага слушалъ. Шепчетъ, бывало, въ душу-то: «Карпушку-то Власьева прплгми, денегъ у него, у шельмы, много, пущай не забываетъ, что ты его началь- ство». И прижмешь Карпушку бумаги листомъ, а бумаги ли- стокъ на рук'Ь легокъ, а выйдетъ изъ-подъ руки, такъ иной разъ тяжел-Ьй каменной горы станетъ. «Раз7> были нужны деньги до зар-Ьзу: наличный въ горку снустилъ, праздники нодходятъ, нокойница-жена шляпки тре- буетъ, салопъ съ куньимъ воротникомъ ей подай, въ губерн- ское правлен1е дань посылать срокъ дв-Ь нед'Ьли ужъ минулъ. Хоть въ дом-Ь отъ м1рского приносу всякаго припаса и вдо- воль, да надо хорошенькаго винца купить, неравно губернсшй ЧИНОВНИК!. на'Ьдетъ, не подашь ему мадеры деверье — нтампан-» скаго подавай, да настоящаго, по три ц'Ьлковыхъ бутылка. Просто б15да: какъ бредень ни закидывай, рыбешка не ло- вится. Чтб д'Ьлать, кАкъ быть? А главное д'Ьло — губернское! В5-время не представишь — шесть выговоровъ на нед'ЬлЬ за- катятъ, и пошелъ подъ судъ, купайся тамъ. «Почту получаю. Посмотримъ, думаю, — н-Ьтъ ли благостыни. Подтвержден1и штукъ сорокъ, пом'Ьчаю — «къ д'Ьлу». Пачка публикац1Й о сыск-Ь лидъ и имуществъ: ну, это изв-Ьстно Д'Ьло — подъ столъ, письмоводитель подберетъ, нанпшетъ: «на житель- ств'Ь не оказалось», и конецъ. Отъ губернатора предписан1Я, да все пустяковыя: статистику требуетъ, да двухт. старыхъ д-Ьвокъ въ консистор1ю на ув'Ьщанье переслать... Объявлен1я объ умершихъ солдатахъ, о взыскан1яхъ, о скотскомъ падеж15, много всякой дряни, а путнаго н'Ьтъ ничего. — Эхъ, несчаст- ная ты доля моя!.. Еще распечатываю: губернаторша еще разъ пожертвовать въ пользу д'Ьтскаго пр1юта приглашаетъ. «Н'Ьтъ, думаю, шалишь, ваше превосходительство, — не до твоихъ по- росятъ свинье, коль ее самое палятт, на огн1ъ>. Ст. горя да съ печали за печатны циркуляры принялся. Видно, тяжело было, что за нихъ принялся... Ихъ, бывало, никогда не чи- таешь, то.1ько сбоку пом'Ьтишь: «къ св'Ьд'15шю и руководству». «Десятка полтора прочелъ — ничегохонько... Вдругъ, глялгу — милость-то Господня! У циркуляра сбоку припечатано: «объ отдач'Ь ыалол-Ьтнихъ крестьяпскихъ д'Ьтей въ Горыгор'Ьцкую школу Могилевской губерн1и». — Э!..Не штука — деньги, И1тука — выдумка!.. Вотъ она благодать-то гд-Ь! Съ м-Ьста дал{е веко- чилъ, зап'Ьлъ отъ радости: Заутра услыши гласъ мой! « — Лошадей! Въ Ермолино!»... ПргЬхали. — «Къ волостному Сочниенгя П. Мельникова. Т. ^ г. 
— 66 - голов-Ь!..» Достучалпсь. Бошлп. Хозяйка въ задней избЬ са- моваръ ставитъ, а хозяпнъ, стбя у притолки, въ кулакъ зЬ- 1]аетъ: на разсв'ЬгЬ д'Ьло-то было. « — Что, говорю, Корней СергЬичъ, здоровенько лп поживаешь? « — Слава Богу, говорить, ваше благород1е, Богъ гр'Ьхам'ь терпитъ. « — Ну, слава Богу — дороже всего, говорю... Дома11Ш1е чтб? Хозяюшка здравствуетъ ли? « — Чтб ей дЬлается?.. Вонъ съ самоваромъ возится... Ии]ь надымила какъ въ с'1шяхъ-то!.. Грунька! Чего въ угли-то на- лила?.. Эка дурь-баба!.. Дымъ сюда пройдетъ — у барина го- ловка разболится. « — Ничего, говорю, Корней Серг1.ичъ... Ну, дочки чтб?.. Землем'Ьръ-отъ, чать, недаромъ ы'Ьсяцъ у тебя вьбкилъ. «— Эхъ, ваше благородье, чего тутъ ворошить?.. Ма.10-ль •чего толкуютъ?.. Чужи рЬчи не переслушаешь. « — Ну, да про это что? Д-Ьвки молодыя! Но-вашему, мо- л:отъ, такъ и надо. Парнишка-то что? « — Ничего, ваше благород1е, растетъ. Часословъ скон- чалъ, на второй скамейк-Ь сидитъ. « — Д'Ьло хорошее... А в'Ьдь я. Корней Серг'Ьпчъ, къ тебЬ съ пов-Ьсткой... Читай-ка: человЬкъ ты грамотный. — И подаю ему циркуляръ. А пародъ-отъ по захолустьямъ глунъ: видитъ, печатна бумага, да сбоку «министерство» стоитъ — глаза-то у него и разоружались. Ученъ еще мало, знаете. «Проче.ть бумагу Корней, поверт'Ь.тъ въ рукахъ, на столъ Еладетъ. « — Мы, говорить, ваше благород'ш, люди сл'Ьпые, — извольте приказать, какое тому д'Ьло есть. « — Что ты за сл-Ьпой человЬкъ, Корней СергЬичъ!.. Зач'Ьмъ на себя клепать? Читай-ка вотъ, сбоку-то: «объ отдачЬ мало- л-Ьтнихъ крестьянскихъ дЬтей въ Горыгор'Ьцкую школу, Мо- гилевской губерн1и». Бидишь? « — Вижу, ваше благородье. « — А слыхалъ ли ты про такую губерпио? Про Могилев- скую-то? « — Нпкакъ н'Ьтъ, ваше благородье, не слыхивалъ, что есть такая Могилевская губерн1я. Бпервой слышу! « — Эта губерния за Сибирью, на самомъ краю св'Ьта, — го- ворю ему. — И вся-то она, братецъ ты мой, состоитъ въ мо- гилахъ. А на т^хъ на могилахъ гора, и на той гор-Ь школу, вотъ видишь, завели... Крестьянскихъ ребятишекъ тамъ ко всякому горю пр1обучаютъ: оттого и прозвана «на гор1) го- рецкая школа». Попялъ? 
— 67 — « — • Невдомскъ, ваше благородю: ваши р-Ьчи умныя, да паши головы глупыя. « — Да полно малину-то въ рукавицы совать! Чтб въ самомъ д'1^лЬ на себя клеплеи1ь! У него и Власка каеизмы читаетъ, а самъ будто и печатнаго разобрать не можетъ. Бери бу- магу-то, читай; не морочу в-Ьдь тебя... Печатное. Не самъ ;ке я печаталъ. Видии]ь'? «Объ отдач'Ь малол'Ьтнихъ крестьян- скихъ дЬтей»... А ты читай самъ! «Корней ни жпвъ ни мертвъ: только пальцами сЬмсиитъ. Смекнулъ, кудад'Ьло-то клоню. А все-таки спрашиваетъ: «— Какое-жъ тутъ до меня касательство, ваше благород1С? « - Какъ какое касательство? Власк'Ь-то который годъ? « — Дв'Ьпадцатый на маслениц'Ь пошелъ. « — Такихъ и требуется. Читай-ка вотъ. <; — Нельзя ли помиловать, ваше благород1е? « — Да какъ Лге я тебя помилую? Но ревнзскимъ сказкамъ изв-Ьстно в'Ьдь, у какого крестьянина какихъ .тЬтъ сыновья. Что-жъ мн'Ь изъ-за твоего Власкп па свою голову б'Ьду брать... А?.. «Замолча.1ъ ГСорней. Пов15силъ голову, лицо пятнами пошло. А я себЬ прималкиваю, изъ сундучка бумаги вынимаю да раскладываю ихъ по столу. « — Нель.зя ли какъ помиловать, ваше благород1е? — заголо- силъ Корней. « — Какъ мн'Ь тебя миловать-то, Корней Серг'Ьичъ? Своего, что ли, сына зам'Ьсто Власки по этапу высылать? Такъ у меня и сына-то н'Ьтъ. « — Все въ вашихъ рукахъ, ваше благород1е... КакъБогъ, такъ и вы!.. Помилуйте, заставьте за себя в-Ьчно Бога молить. «Корнеева л^ена въ избу вошла, знаетъ ужъ, о чемъ дЬло идет^ь. Повалилась на по.ть, ухват]1лась мн'Ь за ноги, воетъ въ неточный голосъ на всю деревню. Услыхавши материнъ БОЙ, д'Ьвки прпб'Ь}кали, тоже завыли, тоже въ ноги. А Власка, войдя въ избу, сталъ у притолки, самъ ни съ м-Ьста. Поб'Ь- л'Ьлъ, ровно полотно, стоитъ, ровно къ смерти приговоренъ. « — Душно что-то зд'Ьсь, — молвилъ я Корнею: — -на крыльцо выйду. Хочешь, вм'Ьст'Ь пойдемъ. «Вышли на крыльцо. Хозяйка почти безъ дыхан1я. Д'Ьвки- было за нами, да Корней цыкнулъ па пихъ. «С'Ьлъ на крыльц-Ь, трубочку закурилъ, покуриваю себ!'.... Говорю Корнею таково пр1ятно да ласково: « — Избы не хочу сквернить этимъ куревомъ... Знаю, что старинки держишься, скитамъ вЬруешь... Такъ я на крьт- лечк-Ь, чтобъ у тебя боговъ не закоптить... Садись-ка рядкомъ. Корней СергЬичъ, потолкуемъ... 5* 
— 68 -^ «Потолковали. Па пяти золотыхъ покончили. Написалъ я Власку н-Ьмымъ и увЬчыымъ, въ Горыгор'Ьцкую, значитъ, не- годнымъ. «Съ легкой Корнеевой руки у меня д'Ьло 1.-акъ по маслу пошло. Сколько ни было въ стану богатыхъ мугкиковъ, — всЬхъ объ'Ьхалъ, никого не забылъ. Сулилъ могилы да на горахъ горе, получилъ за каждаго парнишку по золотенькому, въ глух1е, въ н-Ьмые пнсалъ ихъ... Мужики рады-раде]иепьки, отбывши такое великое горе. ВсЬмъ праздникъ, а мн'Ь вдвое: — у жены салопъ и пгляпка съ б'йлымъ перомъ, точь въ течь какъ у вицъ-губернаторши; у полюбовницъ, чтб въ стану дер- зкалъ: у одной шелково платье, у другой золотная душегр-Ьйка; шампанскаго вдоволь, хоть на ы-Ьсяцъ прйзжай губернск1е... А главное, въ губернскомъ правленш остались довольны: кр'Ьнко, значитъ, на м'йст'Ь сижу. «Да-съ, бывалъ я ь'откомъ, лавливалъ мьпиекъ. «Вся штука въ томъ, что надо остроту им^^ть, чтобъ пока- зать мужику Д'Ьло не съ той стороны, какъ оно есть. Это у насъ называлось «перелицовать». Кто мастеръ ни это, будетъ сытъ, и д-Ьтки безъ хл-бба не останутся. Законъ, какъ толково ни будь написанъ, все въ нашихъ рукахъ: изъ каж-дой бу- маги хочешь — св-Ьчку Никол-Ь сучи, хочешь — посконну веревку вей... А мулсикъ чтб поннмаетъ? Опъ челов'Ькъ простой: только охаетъ да въ затылк-Ь чешстъ. До Бога, говоритъ, высоко, до царя далеко. Похнычетъ-похнычетъ — и перестанетъ. «А н'Ьтъ ничего прибыльн'Ьй, какъ раскольники. Народъ ужъ такой: обижаются далее на того, кто не беретъ. Кто взялъ, на того над'Ьются, что не выдастъ и все по-ихнему сд'Ьлаетъ; а кто не взялъ, того боятся, прит'Ьснителемъ обзываютъ, и пронесутъ имя его, яко зло — до самыхъ высокихъ степеней... Такая ужъ вЬра у нпхъ: имъ шагу ступить нельзя, чтобы чего-нибудь супротпвпаго закону не сд15лать. Паспортовъ, по- ихнему, не надо, для того, что антихристову печать означаютъ. Оттого безпаспортнымъ у нихъ пристанище, къ тому-жъ безъ б-Ьглыхъ имъ во всемъ невозможно: попы ли, большаки ли пхн1е, народъ все «скрыющ1йся», попросту сказать — б-Ьг- лый. А это нашему брату и на руку. У меня въ стану скиты были — дно золотое. «Въ каждомъ по десяти, по двенадцати обителей, въ кагк- дой обителп настоятельница, старицъ и б-Ьлицъ штукъ пять- десятъ и побольше. Это «лицевыхъ», значитъ, такихъ, чтб съ паспортами живутъ... Кром-Ь того «скрыющихся» много. Каждая настоятельница за «лицевую» въ годъ золотыхъ по два платитъ, а за «сирыющуся» меньше тридцати взять нельзя. 
-- 69 — А у богатыхъ раскольниковъ еще такое заведен1е есть, что ежели купеческой дочк-Ь пошалить случится и она тяжела станетъ, ее посылаютъ въ скиты, будто бы къ тетушк'Ь тамъ какой-нибудь погостить, въ своемъ-то бы городу огласки не было, женихи бы иосл15 не об'Ьгали. Тутъ, бывало, пожива хорошая: д-Ьвка-то пргЬдетъ съ деньгами, съ нея за то, чтобъ д1звйчьей тайны не огласить, а ребеночка принесетъ — сл'Ьд- ств]я-бъ не производить!.. «Больпюп праздникъ подходитъ: изо всЬхъ обителей къ теб-Ь оъ подносами: къ Пасх-Ь — па куличи, къ Петрову дню — на барана, къ Успенью — на медъ, къ Покрову — на брагу, къ Рождеству — на свинину, къ маслениц^Ь — на рыбу, къ Вели- кому посту — на р'Ьдьку да на капусту. «А то еще за сборами по городамъ матери "Ьздятъ. Пр1'Ьдутъ передъ зимпимъ Николой, воротятся къ Благов'Ьщеньеву дню... 'Ьдучи въ путь, приходятъ пасиорты явить... Со сбору воро- тятся, опять являются — и чего тутъ, бывало, ни натащатъ. Котора въ Саратовъ -йздила — рыбы да пь'ры, котора въ Ка- зань — сафьяну на сапоги, котора изъ Екатеринбурга пргЬхала — нельмы-рыбы да печатокъ изъ камней самоцв'Ьтныхъ, съ Дону — балыковъ, изъ Москвы — сукна, матер1й разныхъ, вся- каго, значнтъ, фабричнаго д'Ьла. Самому ни съ-Ьсть ни изно- €ить, лишки нун{нымъ людямъ въ губернш шлешь... Они до- вольны, и оттого насчетъ непр1ятностей онасен1я не пред- ЕИДИТСЯ. «Въ скитъ придешь — угощенье тутъ теб4 богатой рукой. Спервоначалу все чинно: сядешь за столъ съ' чиновниками, чтб прихватишь съ собой разгуляться, матери во всемъ чину у дверей стоятъ: въ в'Ьнцахъ, во пночествФз, — шапочка такая плисовая у нихъ есть, иночествомъ зовется! — на плечахъ у всЬхъ манатейки — пелеринки этак1я черныя съ красной вы- пушкой. У каждой въ рук'Ь л'Ьстовка: стоятъ смиренно, гля- дятъ умильно, р-Ьчь ведетъ одна игуменья, да разв'Ь еще ке- ларь, стряпка значнтъ, примолвитъ: «милости просимъ», когда на столъ нову порем1зну ставитъ. Рядовыя старицы только вздыхаютъ да молитвы про себя пшпчутъ. Б'Ьлицъ тутъ не бываетъ, — т'Ь по свЬтлицамъ сидятъ. И велишь, бывало, ма- терямъ пить, ихнимъ же добромъ ихъ угощаешь. Хоть всЬ он'Ь, кром'Ь престар'Ьлыхъ, до винца и охочи, — а сперво- началу тоже блюдутъ себя, церемонятся. Выругаешь хоро- п1енько, примутся за чарочки... Перепьются, потому что но см'Ьютъ ослушаться... «Тогда къ б-Ьлицамъ въ гости. А бЬлицы бывали хорош1я, молодыя, красивый, полныя так1я да здоровепныя — кровь съ 
— 70 — молокомъ. Ходятъ чцстеныю: юбки, рубашки ыиткалсны;:, кофточки полотняБЫЯ... При сторонних7> въ черныхъ сара- фанахъ съ цв1'>тными птрокими ситцевыми передниками. Пой- дешь по св'Ьтлицамъ: тамъ он'^ сндятъ, бисерны кошельки Бынизываютъ, шелковы пояски ткутъ, по канв1] шерстями да синелью вышиваютъ... Такая тутъ возня иойдетъ, что безъ гр'Ьха никогда, бывало, кончиться пе можетч^... Насче'п» этого слабеньки... «А в'Ьдь ихъ винить нельзя. У крестьянской д1'.вкп хоть много работы, да въ году три радости есть: на масленид'1; покататься, на Святой покачаться, на Троицу в-Ьшп! завивать. А келейны б^злицы тяжслаго Д'Ьла не знаютъ, снуютъ ц'Ьлый день изъ часовни въ свЬтлицу, пзъ св'Ьтлицы въ часовню, каноны читаютъ да кошельки вяжутъ — вотъ и работа вся. А 'Ьдятъ сладко, спятъ мягко, живутъ пространно, всякому паль- чику но чуланчику — дурь-то въ голову и лЬзетъ. По-ихнему же это и не гр^хъ, а только паден1е: безъ гр'Ьха, слышь, нЬтъ покаян1я, а без'ь покаянья и спасен1я н'Ьтъ. Потому д'Ь- виц'Ь и дозволено согр'Ьшить, было бы въ чемъ каяться и гЬмъ спасен1е получить. Такая ун;ъ в'Ьра. «А когда благод'Ьтели, зпачитъ, богатые купцы, пр1'Ьдутъ въ скитъ, тутъ не то... Не гЬмъ обитель смотритъ, точно въ са- ыомъ д'Ьл'Ь пстинное благочесие въ ней обитаетъ. Поведутъ матери благод'Ьтеля въ часовню, тамъ старицы стоятъ чинно, рядами, въ полномъ чпну, на в'ЬнцЬ у каждой креповая «на- метка», все лицо она покрываетъ. Везд'Ь лампадки, БездФ> св'Ьчп горятъ. Въ середин'Ь стоитъ «уставщпца», смиренно въ землю глаза опустивъ, внятно читастъ старпнныя книги. Чи- стыми, звонкими голосами стройно бЬлицы поютъ по крюкам'ь, демественнымъ разводомъ. Кланяются разомъ, передъ земными поклонами бросаютъ на полъ подручники разомъ, подымаютъ ихъ разомъ, л'Ьстовкн перебираютъ разомъ. Слива сторонняго пе молвятъ, въ сторону не взглянутъ — да этакъ часовъ пять либо гиесть сряду. Благод1)Тель-отъ упарится, умается и са^гь себ'Ь думаетъ: «Вотъ оно гдтЬ благочест1С-то, вотъ она гд'Ь старая-то в1;ра!..» «И пригоршнями благостынп отвалитъ... А домой прИ>детъ, брать'Ь своей зачиетъ говорить: «Видкть я, брат1я, скиты... Ул{ъ такое тамъ благол'Ьп1е, улгъ такое тамъ благочеспе: истинно земные ангелы, небесные л;с челов'Ькн». А небесные челов1>ки — только-что благо д'Ьтель вонъ изъ скита, па радо- стяхъ отъ хорошей выручки,— старицы за рюмочку, а белицы за мила дружка за сердечнаго. «Благод'Ьтели на каноны и па негасимую денегъ скптницамъ 
— 71 — пересылаютъ много. Елгели гд'Ь-нибудь, хоть въ дальнемъ ка- комъ город"!», богатый раскольникъ уыретъ, родственники по- сылаютъ милостыни «на кормъ брат1и». Т'Ь деньги пдутъ на- стоятельнпцамъ, у нпхъ въ каждой обители общежительство: пьютъ, 'Ьдятъ на общ1Й счетъ. Кром-Ь того, на «негасимую св'Ьчу» присылаютъ, значнгь, чтобъ читать пса.1тпрь по по- койник'Ь денно-нощно шесть недель, либо полгода, либо годъ, глядя по деньгаыъ, и каждый день п'15ть «канонъ за едино- умершаго». Иной разъ придется рублевъ по пяти на скитницу, богачи-то присылаютъ на всЬ скиты тысячъ по десяти, на ассигнации... ДЬлежъ бываетъ въ скрытности, опрнчь игумен1Й да какихъ-нибудь знатн'Ьющихъ. никого тутъ не бываетъ... А сборы пмъ закономъ воспрещены; потому он'6 завсегда у насъ въ рукахъ. «Случится узнать, — привезли панафидныя деньги и будутъ д-блить въ такой-то обители. По-Ьдешь, быва.1о; но какъ ни пргЬдешь — ничего не застанеигь, а по всему видио, что вогь сейчасъ пзъ кельи воиъ разбежались... Когда и вО-время по- падешь, да у нихъ въ скитахъ дома нарочно так1е построены: ^ ходы въ нихъ да переходы, темные коридоры, чуланы да тай- ники, скрытные проходы мел:ъ двойными ст-йнами, подъ двой- ными полами, и подземные ходы изъ одной обители въ дру- гую есть. Имъ безъ того нельзя, — такая ужъ у нихъ в-йра, что вся на б1зглыхъ стоить. Прячутъ ихъ въ тайникахъ-то въ случа"!} надобности. «Разъ мн-Ь удалось на д-Ьлежъ попасть. Узналъ, что изъ Си- бири большую сумму привезли и будутъ д-Ьлить у матери Ирииархи въ обители. На ту пору бы.ть я у матери Ири- нархи по какому-то д1)Лу, а у нся купеческая дочка изъ Москвы жила и со мной, гр-Ьшньвгъ д'Ьломъ, по тайности въ любви находилась. А скптск1я д'Ьвки, я вамъ доложу, б'Ьда как1я неотвязчивыя; е;кели съ которой сошелся, требуегь, чтобы въ гости жаловалъ, а елгели долго въ скит11 не бывалъ, плачетъ, укоряетъ — забылъ-де меня... «— Знаешь ли чти, — говорю возлюбленной своей: — вЬдь у васъ завтра собранье будетъ, а мн-Ь больно хочется посмот- Р'Ьть на него. Я бы сегодня такъ сдГ^лалъ, будто у^ду изъ скита, а самъ у тебя въ св'Ьтлиц'Ь останусь, ты инЪ ихнее-то собраше изъ тайничка и покал:ешь. «Обрадовалась моя Варвара Абрамовна, что цЬлыя сутки у ней въ св'Ьт.щцЬ пробуду... Вс.1'Ь.гь я письмоводителю мою шубу над-Ьть, да чтобъ по голосу его не признали, ириказалъ ему пьянымъ быть, и выпгло такъ, будто я напился до без- чувств1я, и меня, полол;ивши въ сани, изъ скита вопъ увезли. 
— 72 — Ц-Ьлыя сутки пробылъ я у Варвары Абрамовны, а подъ вс- чсръ черезъ тайыичокъ внпзъ спустился и сталъ возл-Ь Ири- нархиной кельи. Дырочка тамъ проверчена: все видно. «Собрались матери, приказчика привели, чтб деньги привозъ, помолились, письма прочитали, канонъ за умершаго проп-йли, кутьи по'Ьли и усЬлись — деньги д'Ьлнть. Самая полночь была. Только-что деньги на стол'Ь он-Ь разло;кили, я изъ тайника да середь честной компан1и и сталъ. «— Здорово-ль, говорю, поживаете, преподобный матери?.. Что-жъ меня-то въ долю не принимаете? «Заметались. А при мн-Ь охотнич1Й рогъ бьыъ. Затрубилъ... Сотскхе да разсыльные — а имъ напередъ вел'Ьно было тайным'ь образомъ къ ночи вкругъ обители собраться — голосъ стали подавать. « — Слышите, говорю, матери? Мои-то молодцы русака въ скиту учуяли! Да не ты ли русакъ-отъ, почтенный? — говорю приказчику. — Кажи паспортъ! « — Паспорта н'Ьтъ; въ город'Ь на квартир-Ь, говоритъ, по- КИНу.11Ъ. «: — Это мн'Ь все равно. Ежели при теб'Ь паспорта н'Ьтъ, милости проспмъ въ кутузку. « — Да я, говоритъ, купеческШ сынъ. « — ■ А хотя ты и купеческ1й сынъ, да есть пословица: отт, тюрьмы да отъ сумы никто не отрекайся. Сидятъ въ тюрьм-Ь п дворяне, не то что ваша братья, купцы. «Такъ да этакъ, смп.тювался я, отпустилъ приказчика. Три тысячи на ассигнац1п мнЬ досталось. Читали-ль матери за- казной псалтирь, Н'Ьтъ лн — того не зпаю. «А у;къ какъ легков'Ьрны он'Ь, такъ просто на удивленье! Жила въ Чернушинскомъ скит'Ь среднихъ л-Ьгв д'Ьвка, звали ее Пелагея Коровиха. Л^ила у матерей долго, скитск1е по- рядки знала; да скружилась, — ее и прогнали, Въ городъ нере- ']>хала. Сайки па базар-Ь продавала, съ печенкой у кабака си- д'Ьла — перебивалась этакой торговлей. Познакомилась она съ отставиымъ солдатомъ Ершовымъ, чтб Л'Ьтъ съ десятокъ при земскомъ суд-Ь въ разсыльныхъ былъ, по всему уЬзду знали его. Запивать сталъ — потерп'Ьлп-потерпГ.лп, однако выгнали наконецъ. Приходитъ онъ къ Корових'Ь, на судьбу плачется: «не знаю, говоритъ, чтб и будетъ со мной; удавиться думаю, хуже будетъ, какъ съ голоду помру». Посов'Ьтовались — да п придумали штуку! Обр'Ьзала Коровиха косу, добыла гдЬ-то вицмундиръ, чиновникомъ од'Ьлась, орденъ св. Станислава на шею над'Ьла. Достали лошадей; Коровиха въ сани, Ершовъ ва козлы, да ночнымъ временемъ въ скитъ, только не въ 
— 73 — тотъ, гд-Ь Коровиха жила, а въ другой, гдтЬ не знали ее. А по уЬзду еще не было известно, что смЬненъ Ершовъ, и онъ по дороге} сказываетъ, что посланъ псправникомъ при чинов- ник-Ь, чтб по раскольничьему д'Ьлу изъ Петербурга ]1р1'Ьха-лъ. Передъ Коровихой всЬ шапки ломаютъ; видятъ, баринъ боль- шой: крестъ на ше'Ь. «Пр1'Ьхали. Разбудилъ Ершовъ настоятельницу. «Вставай, говоритъ, скор'Ьй, мать Евфал1я: б-Ьда твоя до тебя дошла. Чиновникъ пзъ самаго Питера прх'Ьхалъ. Чуть ли часовню не станегъ печатать». Евфал1я заохала, Ершовъ ей свое: « — Меня, говоритъ, исправникъ нарочно съ нимъ нослалъ, чтобъ теб'Ь, по сил'Ь возможности, какую ни на есть помощь подать. « — Кормплецъ ты мой!.. — завопила Евфал1я. — Помоги ты мп4 старой старух'Ь, а ужъ я тебя не оставлю... Заставь за себя Бога молить!.. — А сама мелгъ тЫгь Ершову въ руки зелененькую. « — А ты вотъ чтб, мать Евфал1я, — говоритъ Ершовъ: — сд-Ьлайся-ка съ нимъ, какъ знаешь; поблагодари его честь. Исправникъ вел'Ьлъ сказать, что онъ нодходящш, благодарить его можно. <' — Дай Богъ здоровья его высокород1ю Петру ведорычу, — • говоритъ Евфал1я: — ^что на разумъ наставляетъ меня старую да глупую. «А чиновникъ-Пелагея ужъ въ кель'Ь... Очки на носу, бумаги разбираетъ. Вошла къ нему мать Евфал1я ни лсива ни мертва. « — Какъ тебя звать? — крикнула ей Коровиха. « — Евфал1я гр-Ьшная, ваше превосходительство. « — По отц-Ь? « — То-есть по-б-блически-то зовутъ меня Авдотья Маркова; а это значитъ по-иночески: Евфал1Я гр-Ьшная. « — Даразв'Ьты см'Ьешь иноческимъ именемъ называться? — закричала Коровиха и йогами затопала. «Да приподнявиш платокъ, чтб Евфал]я на себя въ роспускъ накинула, увидала подъ нимъ и манатейку н вГ.нецъ... Пуще прежняго закричала: « — Это чтб такое? Это чтб над'Ьто на тебЬ?.. Не знаепш разв'Ь, что за это вашу сестру въ острогъ сал^аютъ? Въ кан- далы старую каргу, — крикнула Ершову Коровиха: — въ острогъ ее, пшльму, вези! « — Слушаю, ваше превосходительство! — говоритъ Ершовъ. « — Подай изъ саней кандалы! — крикнулъ онъ, выйдя въ сЬни, извозчику. «1^овно громъ грянулъ въ обители: въ ногахъ ва-шются, ми- лости просятъ. Тутъ и промахнись Коровиха. 
— 74 -- <; — Давай, говорит!., десять д'Ьлковыхъ да штофъ п'Ьи- пику. «Тотчасъ принесли и деньги и и'1;ипику... Только тутъ всЬ п поусумнились: что-жъ это за важный чиновникъ, коль за д'Ьло, чтб тысячи стоитъ, только десять цЬлковыхъ иотребо- валъ... Опять же ни мадеры, ни рому, ни другого дворянскаго пойла ему не надобно, а вдругъ подай п'Ьннику! Неподалеку отъ скпта псправнпкъ въ то время на сл'Ьдств1И былъ. Ему дали знать, тотъ нагрянулъ. Входить въ келыо, а Коровиха съ Ершовымъ, штофикъ-отъ опорожнивши, по лавкамъ лежатъ. Такъ и взяли ее въ внцмундпр'Ь и съ крестомъ на ше^з. По суду три года въ рабочемъ дом15 потомъ просид'Ьла. «Чего въ 'Лхъ скнтахъ ни творилось! Да вотъ хоть про друга моего, про Кузьку Макурина разсказать. Былъ онъ изъ уд'Ьль- ныхъ крестьянъ, парень еще молодой. Отецъ у него кузне- чнлъ, а когда померъ, довольно деньжонокъ сыну оставилъ, и домъ — полну чашу, и кузницу о двухъ наковальняхъ. Не- разумному сыну родительское богатство въ прокъ не пошло; не понравилось Кузьк'Ь ремесло отцовское: ковать }карь-о, про- давать холодно. Черной работы пе л^аловалъ; захот'Ьлось ему б'1;лоручкой Лгпть — значитъ, отъ кузницы подальше, меньпю бы копоти было. Годика въ два родительское добро все по пптк'Ь спустилъ. Къ винцу да къ сладкой 'Ьд^^ привыкъ, а въ мошн-Ь-то пусто. И почалъ деньги ломомъ да отмычками до- бывать. Разъ пять попадался, да каждый разъ по суду въ подозр'Ьньп только оставляли. Поймали наконецъ на д'1зл'1;, вь солдаты приговорили, потому что нед'Ьли до совершеиныхъ .1гЬтъ у него не хватало. «На другой же день, какъ сдали его, онъ б'Ьлгалъ. По дерев- пямъ проживать опасно было, — онъ въ скиты. Прише.1ъ къ матери Маргарит^Ь: — «Б'Ьгаю, говорить, отъ антихриста, и ты, матушка, меня въ стЬнахъ свопхъ сокрой». «Маргарита разжалобилась, взяла Кузьку на конный дворъ въ работники. Тутъ онъ зажилъ прип-Ьваючи: сыгь^ пьянъ, од'Ьтъ, обутъ... А главное, живучи подъ крылышкомъ Марга- риты, никого пе бойся, даромъ что б'Ьглый... Мы съ ней жили въ добромъ согласи!. Иногда разв'Ь что скажешь ей: «Кузька- то у тебя больно пространно лгпветъ, спрячь его до гр'Ьха». Ну и припрячетъ. «Кузька со мной подружился черезъ то, что Маргаритину племянницу Евпраксхю Михайловну мн'Ь предоставилъ. Изо Ржева была, купеческая дочка — съ офицеромъ провинилась, се и послали къ теткЬ стыдъ прикрывать. Скитское житье ей по нраву пришлось — осталась въ кел.ьяхъ... Ну, Кузька, спа- 
— 75 — сибо ему, помогалъ, очень даже помогалъ. Оттого и завелась у меня дружба съ нимъ. «Неспокойный былъ челов'1жъ. Ч'Ьмъ бы, каясотся, не житье е1му было у матерей? Такъ нЬтъ, пакостить началъ и скит- пицъ мн'Ь выдавать. Шепнетъ, бывало: «Прпходите, ваше бла- город1е, тихими стопами ночью подъ Успеньевъ день къ ма- тери ЭеозвЬ въ моленную; б-Ьглый попъ прйхалъ, въ потня- пой церкви станетъ служить». «Нагрянешь, во всемъ чину службу застанешь. «Это что? Ты Кто такой? Вяжи!» Матери заб'Ьгаютъ, ровно мыши въ иодполь'Ь: котора антиминсъ за пазуху, котора сосуды въ карманъ, съ попа ризы деретъ. А попъ ровно хмельной, самъ шатается, а норовитъ въ уголъ, чтобъ оттуда въ тайникъ да скрытыми переходами въ другу обитель, а оттол^Ь въ л'Ьсъ. Зналъ я эти штуки-то: «Н'Ьтъ, говорю, отче святый, отъ меня не улизнешь, знаю я ваши мышиный норки, а протяни-ка ты лучше стопы свои праведныя, вонъ сотск1й-отъ хочетъ кандалы па тебя набивать». «Старицы въ ноги. <■■ — Батюшка, ваше благород1е, положи гн'Ьвъ на милоств! « — Дамъ я вамъ милость, говорю: вялей всЬхъ да подводы подъ нпхъ снаряжай... ВсЬхъ въ острогъ. «А он-й: « — Помилосердуй, ■милость па суд-Ь хвалится. « — Дамъ я вамъ милость!.. Вяжи вс'Ьхъ да гаси свЬчи: часовню-то запечатаю. «А самъ изъ кармана шпурокъ, печать да сургучъ. Всегда при себ'Ь держалъ: страхъ виушаготъ. « — Да заставьте же, ваше благород1е, за себя Бога мо- лить, — вопятъ старицы: — помилосердуйте!.. « — Да чтб вы, говорю, пристали ко мн!.?.. Ничего не могу сд'Ьлать, губернаторъ предписалъ. Сами знаете: твори волю пославшаго. « — Да все Бъ твоихъ рукахъ, батюшка, ваше благород'1е!.. Какъ Богъ, тапъ и ты!.. «Дали. Попа въ кибитку, а мы къ беозвъ чай пнть да съ б'Ьлнцами балясы точить. «Пров'Ьдаетъ Кузька: подъ моленну новы столбы подвели; скажегь. Прх'Ьдешь въ скитъ, найдешь починку, запечатаешь моленную. Пооб'Ьдаешь, разгуляешься, возьмешь, распечатаешь. «А на Кузьку ни одна изъ матерей подозр'1]н1я не им-Ьда. Думаютъ: «Свой челов'Ькъ, состоитъ по древнему благочестие, какъ же ему Тудой-предателемъ быть». А въ своей обители у Маргариты пакостей онъ не творилъ. 
— 76 — «Не сдобровалъ однако у скитницъ мой Кузыга: очспь уж7> безобразную жизнь иовелт^, стали матери пмъ тяготиться, а прогнать боялись, потому что, ежели прогнать, скитъ сожжет'ь. Напился онъ разъ съ попомъ 11атрик1емъ до-нельзя и зачаль спорить съ нимъ о божественномъ... Спорили они, спорили — Кузька въ ухо попа: «я, дескать, тебя, ревнуя по истинной в'Ьр'Ь, аки Никола святитель Ар1я — заушаю!..» А попъ-отъ че- резъ день возьми да Богу душу и отдай... СлЪдств1Я не было: б'Ьглый б'Ьглаго убилъ, оба люди не лицевые. Такъ оно и заглохло. «Носл'Ь того его и прогнали. По деревнямъ шататься сталт, гд'Ь день, гд'Ь ночь. Тяжело пришлось житье: въ водк'Ь вкусъ позабылъ. Конокрадствомъ вздумалъ промышлять, да на пер- вой клячонЕ'Ь попуталъ гр'Ьхъ: поймали Кузьку, — ко ткЬ. « — Что, говорю, попался? « — Попался, говоритъ, ваше благород1е, такая ужъ судьба моя проклятая!.. А у меня до васъ есть секретъ. « — • Какой? « — Важный секретъ, ваше благород1с. Могу сказать только одипъ на одинъ... Потому секретъ по первымъ двумъ пунк- тамъ, государственный секретъ, ваше благород1е... «Пошли въ боковушку. Сказалъ. «Вышли мы съ нимъ въ канцеляр1ю, стал:ъ я съ Кузьки по- казан1е снимать. « — Зовутъ меня Иваномъ; какъ по отц-Ь и чей родомъ, не помню, сколько л'Ьтъ, не знаю; грамотЬ росс1Йской читать и писать ум'Ью, въ штрафахъ и подъ судомъ не находился, по девятой ревиз1и покуда никуда не приписанъ, движимаго п недвижпмаго им'Ьн1я за мной н'Ьтъ никакого, опред-Ьденнаго промысла или занят1я не им'Ью, а прибывъ въ прошедшемъ году въ зд'Ьшн1й Пцскомск1й у'Ьздъ, занимался д'1;лан1емъ фальшивой монеты. Па таковое ремесло былъ склононъ тор- гующимъ по свид'Ьтельству третьяго рода крестьяниномъ Мар- комъ Емельяновымъ, каковый Маркъ Емельяновъ п научилъ меня, съ помопдтю собственныхъ его инструментовъ, какъ рос- €1йскую, такъ н иностранную монету чеканить. А ту фальши- вую монету, пзъ опасен1я подозр'Ьц1я и законнаго по суду воз- даяп]я въ случа:Ь открыт1я, производили мы въ разныхъ м'Ь- стахъ... — Посл'Ь того и пошелъ перечислять мужпковъ, что самые богатые были... Во свид'Ьтельство представлялъ два фальшивые та^цера и старинный ц'Ьлковый, тоже фальшивый. — И сильно скорбя о сод'Ьянномъ преступлении и Нгестоко му- чась угрызен1емъ сов15сти, р'Ьшился я въ присутстБ1и вашего ^лагород1я чистосердечно обьяснить о сод'Ьянномъ мною пре- 
— 77 — стуилеши, чтб вы уже и слышали отъ меня. Им'Ью неотъемле- мое право на справедливо заслуженное мною наказан1е и, предаваясь въ волю закона, прошу со мною учинить, чтб пра- восуд1е повел'Ьваетъ. «Сд'Ьлавъ такое показан1е, Кузька бойко подписался по вс'1')МЪ статьямъ: «Къ сему показан1ю Иванъ, непомняп1,1и родства, руку приложнлъ». «Вел'Ьлъ я заковать Ивана Непомнящаго и по'Ьхалъ съ нимъ да съ понятыми къ Марку Емельянову. Обыскъ произвели — ничего не отыскали. Маркъ, известно д'Ьло: «Знать не знаю, в'Ьдать не в-йдаю, впервой того человека и вижу». Поставилъ ихъ ла очную ставку. «Кузька говорить: — Побойся Бога, Маркъ Емельянычъ, какъ лее ты меня не знаешь? Да не я-ль у тебя двЬ нед'Ьли выжилъ? Да не ты-ль меня училъ монету д-Ьлать? Да не ты-ль хва.шлся, что сд-Ьлаешь монету лучпге государевой? «Маркъ и руками и ногами, а Кузька ему: « — Н-Ьтъ, постои, Маркъ Емельянычъ, у меня в'1]дь улика есть. « — Какая улика? — спрашиваетъ Маркъ Емельяновъ. « — А вотъ какая: приканхите, ваше благородье, понятымъ въ избу войти. «Я велЬлъ, Кузька и говорить имъ: « — Вотъ смотрите, православные, подъ этой подъ самой лавкой я гвоздемъ нацарапалъ так1я слова, что съ 1 по 22 октября съ Маркомъ Емельяновымъ вотъ въ этой самой избЬ я триста талеровъ начеканилъ. «Посмотр'Ьли подъ лавку, — въ самомъ Д'Ьл'Ь т'Ь слова на- царапаны. «Вязать-было Марка — В7) острогъ сряжать, да сладились. Отъ него къ другим ъ богатымъ мужикамъ по-Ьхали... И всЬхъ объЬхали. А какъ объехали всЬхъ, вел'Ьлъ я Кузьк'Ь б'Ьжать, каидалы подпиливши, самъ и пилочку далъ ему. ДЬло заглохло. «А Кузька, извольте вид'Ьть, когда по деревнямъ шатался, надписи так1я у богатыхъ мужиковъ царапалъ. Попросится но- чевать Христа ради, ляжетъ на полу, да ночью, какъ всЬ за- снуть, и ну подъ лавкой истор1и прописывать. «Посл'Ь того Кузька попомъ оказался и до сихъ, сльпиь, поръ попить. Есть на рубеже двухъ губерн1й, Хохломской да Трое- славской, деревня Худякова; половина — въ одной губернтп, другая — въ другой. Въ той деревп'Ь мулшчокъ проживалъ, Левкой звали — шельма, я вамъ доложу, перваго сорта, а про- мышлялъ онъ попами. Содержать б'Ьглыхъ поповь на губерн- скомъ рубеж1) было ловко: изь Троеславской губерн1и нагря- нуть — въ Хохломскую попа, изъ Хохломской — въ Троеслав- 
— 78 — скую его. Левку всЬ раскольники знали, отъ пего попами ;!аимствова.11ись. Съ этимъ самымъ Левкой и сведи дружбу Кузька Макуринъ — днюетъ и ночуетъ у него, так1е сталп друзья, что водой не разольешь. Рыбакъ рыбака далекб въ плёс'Ь видытъ, а воръ къ вору п нехотя льнетъ. «Лежнтъ разъ Кузька у Левки въ задней пзб'Ь на полатяхъ, а попъ, пбдъ вечеръ взъ'Ьхав1ни къ Левк1> да отдохнувши посл-Ь дороги, сидитъ за столомъ. Избу заперъ, зачалъ деньги считать, чтб за требы набралъ по окольности. Смотритъ Кузька съ полатей, а самъ толге счнтаетъ: считалъ - считалъ и счетъ потерялъ. Сл'Ьзъ тихохонько съ печи, отомкнулъ дверь, вы- шелъ— попъ не впдитъ, не слышитъ... Кузька въ переднюю. «Будитъ Левку: — Вставай, говоритъ, д'Ьло есть. — Левка всталъ, Кузька ему говоритъ: — Попъ деньги считаетъ, я под- смотр'Ьлъ. Такая, братецъ, сумма, что за нее не гр'11хъ и въ тюрьм'Ь посид'Ьть. Съ такими деньгами, Левушка, вЬкъ свой молено счастливу быть, пй Низъ можно сплавиться, въ купцы тамъ приписаться. «Соблазнилъ. «—А видывалъ ли когда тебя отецъ-отъ ПахомШ? — спра- шиваетъ Левка. « — Отродясь, — говоритъ Кузька; — не видывалъ. « — Д'Ьлай лее вотъ какъ да вотъ какъ. «Пошли пр1ятели въ заднюю, гд'Ь попъ-отъ свои д'Ьла пра- вилъ... А хоть дверь п отперта была^ все-таки, чтобъ Пахом1ю не подать сомн'Ьнья, Левка постучался, входную молитву творя. « — Аминь! — отв'Ьти.1ъ попъ изъ пзбы. — Кто тамъ? « — Я, батюшка, отецъ Пахом1й, хозяинъ. « — Сейчасъ, св-Ьтъ, отопру... Эко диво како! Дверь-то была отомкнута!.. Забылъ, видно, запереть, вотъ в'Ьдь память-то ка- кая у меня стала. «Вошли Левка съ Кузькой. А деньги у попа ул;ъ при- прятаны. Иачалъ положили у Пахом1я, простнлись и благо- словились. « — ■ Вотъ, батюшка, отче Пахом1е,- — -говорилъ Левка: — нашъ христ1анинъ, именемъ Косьма, исправиться желан1е пм-Ьетъ, давно мн'Ь кучился свести его къ 1ерею древляго благочест1я. «Кузька въ ноги попу. — Прими, говоритъ, отче святый, н^ лухъ. «— Богъ благословитъ, чадо, — отв'Ьти.иъ ПахомШ: — время теперь тихое, исправлю, пожалуй. «Левка вышелъ, Пахом1Й епитрахиль над'Л.1ъ, требникъ на палой положи лъ. — Клади началъ! — говоритъ. 
— 79 — «Пололсилн началъ. Легъ Кузька нпчкомъ, ПахомШ ему го- лову епитрахилью покрылъ п началъ «псправу»: « — ■ Рщ.[ ми, чадо Косьмо... «А Кузька поднялъ голову, говорить ему: « — Отче святой, сов-Ьсть-то моя очень сумленна, — рцы ми прежде: по отлучениг отъ великоросс1йск1я церкви нринялъ ли ты «исправу втораго чина» съ проклят1емъ ересей? «— Н'Ьтъ, чадо, — говорптъ Пахомш: — «псправ!; втораго чина» и проклят11о ересбй азъ гр15шный по правнламъ не подлежу, того ради, что и крещен1е им'Ью старое н руко- полол;си1е старое. « — А гд'Ь-жъ ты старое-то рукопололгенье сыскалъ? — сиро- силъ Кузька, стапъ на ногп передъ Пахом1емъ. — Кто тебя въ попы-то ставилъ? « — Да не смущается сердце твое, чадо Косьмо, в-Ьдай, яко пмамы нын'Ь арх1ереевъ древляго благочест1я. Начало же сему произволение бысть спцевое. «— Ну, послушаемъ, пожалуй, какое тутъ у васъ было про- и:!волете, — молвплъ Кузька, садясь на лавку. — Садись н ты, отецъ 11ахом1й, разсказывай, какое было пропзволен1е. « — Есть, мой св'Ьтъ, кинов1я БЬлокриницкая. Исперва оби- таема была едиными токмо мнихами, священныхъ же особъ въ себ-Ь не им^ла, нын'Ь же Болаею къ намъ милост1ю полу- чила архипастыря. Вси несумнящеся о семъ хрпст1ане, елико обретается нхъ въ ноднебесной, въ томъ ув1зрены. Та ки- нов1я, Блекуще сЬшя свое отъ древнихъ оныхъ кубанцевъ, рекше пекрасовцевъ, зашедшнхъ туда съ большпмъ количе- ствомъ народа, съ женами и детьми. И тако С1и вышеречен- ные кубанцы, рекше некрасовцы, поселившася въ Туречин'Ь, по р'Ьк'Ь Дунаю, и во упражненш своемъ занят1емъ рыболовства... « — Да ты балясы-то не точи, говори настоящее д'Ьло. Ка- кое произволен1е-то было?.. Кто тебя въ попы-то поставилъ? «— Внимай, чадо Косьмо, дивному промышлен1ю и не бор- зися... Симъ бо случаемъ дивная вещь сод'Ьяся п памяти до- стойна. « — А ты ЛИ1ИНЯГ0-Т0 НС мели, сказывай, кто таковъ? « — Азъ многогр-Ьшный прелсде былъ господскимъ крестьянп- номъ и немалое время находился приставникомъ при псовой охот^. Обаче распалихся Л{елан1емъ 1ерейства, оставя госпо- дина, пр1идохъ къ епископу нашему Софрон1Ю и молпхъ его, да поставитъ мя во 1ерея. Онъ же по многомъ исиытан1и ру- коположи мя у единаго мужа благочестива, на пчельник'Ь, и даде ми одиконъ, рекше путевой прсстолъ, и церковь по- лотняную. 
— 80 — « — Такъ ты, попросту сказать, беглый псарь? « — Не глуыися, чадо Косьмб, рцы же ми своя согр^шеп1я... « — А в'Ьдь ты мошенникТ), отецъ Пахом1Й! Изъ псарей въ попы на пчсльннкЬ поставлепъ!.. Ай да святитсл!ь.. Знаю Софрона-то я. Б'Ьдь это Степка Жпровъ, чтб въ Москв-Ь по- стоялый дворъ въ Вороньемъ переулк'Ь держалъ, чтб попа Егора утопилъ?.. Знаю, все знаю, н другого вапхего пастыря знаю, Антон1я, чтб преладе Шутовымъ прозывался. Такъ ты изъ этакихъ!.. А сколько ты, собашиикъ, христ1анскихъ-то душъ погубилъ, ихъ исправляючи? Да знаешь ли ты, что твое ы'Ьсто въ Спбирп? «Хвать его за честную браду, и «караулъ» закричалъ. Левка съ веревкой вбЬжалъ, скрутили попа, вытащили его на улицу, сбЬжался народъ: кто за попа, а кто кричитъ: «Вези его въ городъ!..» Котятъ ему Кузька въ полы-то пбложилъ: «Вотъ, говоритъ, твои прихожане!» Поглумились этакъ надъ Пахом1емъ и пустили его на четыре стороны, а деньги и весь скарбъ у Левкп остались. «На другой день прпходитъ уставщикъ отъ Пахом1Я. ■ — «Деньги-то, говоритъ, возьмите, подавитесь ими, окаянные, ящикъ-отъ только отдайте... Безъ него отцу Пахом1ю никакъ невозможно. « — Эка чтб вздумалъ!.. — молвилъ Кузька Макуринъ. — Да я такого ящика пятый годъ добиваюсь. Нойду на Урень, — сто- рона глухая, народъ сл-Ьпой, • — стану попить не хуже твоего псаря. Такъ ему и скажи. «Заплакалъ индо уставщикъ: за ящикъ-отъ Софрон1Ю никакъ тысяча была заплачена, а теперь все пропало ни за денежку. «Вскрыли ящикъ: тамъ и одиконъ, и полотняная церковь, и прочее, чтб нужно, и ставлена грамота. « — Эка умница этотъ Жлровъ! — молвилъ Кузька: — не пп- шетъ прим'Ьтъ въ ставленой-то... Хоть я Пахом1ю во внуки гожусь, а съ этой ставленой могу и Пахомгемъ быть. Прощай, Левушка — деньги всЬ себ15 бери, съ меня и ящика довольно. Вотъ какпмъ попомъ буду, самъ ко мн'Ь на исправу придешь... Приходи, Левушка: всЬ гр'Ьхи отпущу и грошй, невозьму. «Такъ и под15лились. Левка съ деньгами на Низъ уЬхалъ — п тамъ расторговался. А Кузька за Пахом1я и до сихъ поръ попитъ... «Такъ вотъ съ какими я людьми хороводился! Вотъ как1я д^Ьла д'Ьлывалъ! Да мало-.1ь чего ни бывало... Всего не перескажешь. «Ничего въ свое время не огласилось, предъ судомъ челов'Ь- ческимъ ничего не явилось. Но все было ясно предъ неумытнымъ Суд1ею... И послалъ Онъ мн'Ь наказание достойно и праведно». 
Разсклзъ. Довелось ын4 разъ побывать въ большоыъ ссл^ Заборь'Ь. Стоип> оно на ВолгЬ, М-Ьсто тутъ привольное; Это гнездо угасшаго рода князей Заборовских'ь, Теперь оно принадле}китъ разбогат'Ьвшему откуппщку Кнрдяпину, роди- тель же его н'Ъкогда былъ подносчикомъ въ Разгуля'Ь. А Раз- гуляй — люби5гЬйшш народомъ кабакъ въ сел-Ь Заборь'Ь. Стоить онъ между пристанью и базаромъ: м15сто веселое, бойкое. М'Ьстность въ Заборь'Ь живописна. Крутой, высок]й берегь Волги тутъ перемежается, образуя обширную, покатую к'ь р'Ьк'Ь лощину, въ ней построено Заборье. Тамъ до десятка злато- главыхъ церквей, сорок'ь либо пятьдесятъ двухъэтажныхъ ка- менныхъ домовъ, больше тысячи деревянныхъ городс1;ой по- стройки, обширный гостиный двор'ь^ н'Ьсколько фабрпк'ь и за- водовъ: всюду кипучая д-Ьятельность. По волжскому берегу тя- нется длинный ряд'ь амбаровь для складки хл'Ьба и другпхъ товаровъ, у пристани стоитъ не одна сотня барокь, расииш'ь, ладей, паузковъ и другпхъ разной величины парусныхъ судовъ. Поодаль, у особой пристани, устроенной въ Кривоборском'ь затон'Ь, дымятся пароходы. Въ стороп'Ь мель, на ней обсохшая коноводка. И справа и сл'Ь15а т'Ьсно застроеннаго и И1умно оживлен- наго Заборья великанами высятся крутыя горы изъ краснаго мергеля. На одной красуются величественные храмы Х\"11 вЬка, украшенные снаружи сгйнописью, ув'Г,нчанные золотыми ша- трами и куполами. Вм-ЬстЬ сь громадными двухъэтажнымп здан1ями, они обнесены зубчатыми б'Ьлокаменными ст'Ьпами, высокими башнями и бойницами. Ни казансше татары, ни лисовчики, ни сообш;ники Разина не могли взять т'Ьхъ твер- дынь, хоть но разъ пытались овлад-бть Заборскимъ монасты- Со'11!нен1я и. Мельникова. Т. I. « 
— 82 — рем'ь, зная о сокровпщахт», въ пемъ сохранявшихся. Теперь не то, теперь здЬсь тпхое и безмятелспое пристанище немно- гихъ пноковъ, просторно разм'Ьстпвшпхся по уголкалъ громад- ныхъ келИ'Г, гд-Ь въ старые годы т'Ьспо было л:ить много- численной брати! п толпамъ слугъ п служебпиковъ Заборской обители. По другую сторону Заборья высятся на гор-Ь палаты князей Заборовскпхъ, Величественный дворецъ, строенный въ про- шломъ стол'Ьт1и по плану Растрелли, окру:кенныи полуразва- лившимися флигелями и слу^кбами, господствуя надъ Волгой п Заборьемъ, угрюмо смотритъ па новую, развившуюся подъ его ногами д'Ьятельность. Запуст'Ьлый, обветшалый, точно переглядывается онъ оъ древними здантями монастырскими... Ведутъ мельъ собой каменные старцы беззвучную бесЬду о сует1> м1рской, чт5 внизу гулолъ тысячи голосовъ и звуковъ даетъ знать о себ'й, о приволь'!) м-Ьста и о довольств'Ь народа. Ведутъ угрюмые старцы бесЬду, а сами будто сокруитаются, что минулп старые годы, когда наверху было людно и шумно, а внизу говорить громко не см'Ьли..,  Исправникъ предложилъ мн'Ь показать заборск1й дворецъ, по нескоро добился ключей. Трое дворовыхъ, приставленныхъ для охраненья гн'Ьзда угасшихъ князей Заборовскихъ, раз- считавъ, что злонамеренные люди пе украдутъ вв'Ьреннаго имъ здан1я, отправнлись па пристань шить кули, чтобъ, заработавъ по пятиа.ггынному па брата, провестп веселый вечерокъ въ Разгуля15. Покам'Ьстъ С0ТСК1Й ихъ отыскивалъ, мы пошли въ садъ. Садъ огромный, версты на по.иоры тянется онъ по в'Ьнцу горы, а по утесамъ спускается до самой Волги. Прямыя аллеи, обса- леепныя вЬковымп липами, пе пропускающими св'Ьта Бошьяго, походили на как1е-то подземные переходы. Местами, гд'Ь стволы деревьевъ п молодыхъ нобЪговъ срослись въ сплош- ную почти массу, чуть не ощупью надо было пробираться по сырымъ грудамъ обвалившейся суши и листьевъ, которыхъ л'Ьтъ восемьдесятъ пе убирали въ запущенномъ саду. Кой-гдЬ уц'Ьл'Ьли каменные постаменты, на нпхъ въ старые годы стояли статуи. Изв'Ьстный богачъ прошедшаго в'Ька, князь Алекс^Ьй Юрьнчъ скупилъ много статуй за границей п поста- вилъ ихъ въ своемъ Заборь'Ь. Куда послГ. д'Ьвались опЪ, Богъ знаетъ... Вотъ на одномъ постаменте уцЬл'Ьли буквы: «1оу... опш1ро1;е11...»! Надругомъ ясна надпись: «Уепиз е1;А(1ош8». Повернувъ изъ главном аллеи въ сторону, очутились мы передъ глубокимъ оврагомъ, что, простираясь до самаго волж- 
— 83 — сь'аго берега, разд'Ьляетъ садъ на дв'Ь части. СмГ.лой аркой иерекпнутъ былъ черезъ тотъ оврагъ камепный мостъ, на дн-Ьшу- мълъ родникъ, С1фывавш1йся въ сочной густой зелени. За ыостомъ каменный павнльонъ — это Раге аих ссг& Заборья старыхъ годовъ... Давно свалились его двери, давно вынгаблены нзъ оконъ его рамы, в15теръ да зимн1я вьюги свободно гу- ллютъ по коыиатамъ, гд'Ь чего-то пи бывало въ старые годы!.. Въ одной комнатФ. уд1;л15ли фрески, и как1я фрески! Недю- жинный маляръ пхъ работалъ. Вотъ Венера въ объяпяхъ Марса — хорошо сохранились св'Ьж1Я, роскошный перси и руки богини красоты, досадная улыбка безобразнаго Вулкана до спхъ поръ мерещится мн'й, только -что вспомню павильонъ за- борсий... На другой ст'1'.н'Ь нагая .;1еда страстно прижимаетъ лебедя, па третьей свЬженькая нимфа л'йниво отталкпваетъ обхватпвшаго ее сатира, а па четвертой сладострастно рас- кинулась юная вакханка, п ея Налитыя п'Ьгой грудгг, Чуть прикрытыя плющомъ, II б-Ьл-Ье СII^;га зубы . И пурпуровыя губы — Манятъ поц-Ьлуй... Шафонъ осыпался, но по сохранившимся остаткамъ за- м-Ьтно, что онъ изобралсалъ торжество Пр1апа... Сколько б-Ьло- брысыхъ Акулекъ п чернявыхъ Матрешекъ перебывало зд^сь, въ качеств'Ь лгивыхъ нпмфъ и вакханоктп — Вонъ тамъ былъ другой такой ;ке павильонъ! — сказалъ псправникъ, указывая па груду кирпичныхъ осколковъ, вы- глядывавшихъ пзъ лопушника, полыни п чернобыли. — Развалился? — Нарочно сломали. — Зач15йгь? — Да видите лп, чтб зд'Ьсь болтаютъ: киязь Данила Борп- совнчъ, годовъ тридцать тому назадъ, пр1'Ьзжалъ въ Заборье и въ томъ павильоне находку, слышь, какую-то нашелъ, да пос.11'> того и ириказалъ его сломать. — Что-жъ он'ь нашелъ? — Да болтаетъ иародъ... оно, можетъ, п вздоръ, а все-таки намолвка идетъ, будто въ томъ павилыпгЬ одна комната из- стари была заложена, да такъ, что и признать ее было не- возможно. А князь Данила Борисовичъ тайно ото всЬхъ своими руками вскрылъ ее. ' — Ну? — В^^дь это одна намолвка, Андрей Петровичъ, а правда ли, н'Ьтъ ли, Господь вЬдаетъ. Кладъ, что ли, какой-то тамъ 5* 
— 84 — нашли, только на ст'Ьн'!^, слыть, люздсмъ было что-то наца- рапано. Какъ только кня:зь Данила Борисовичъ ирочиталъ, тот- часъ ст-Ьну своими руками тоиоромъ зарубиль, а иотомъ и весь павильонъ сломать приказалъ. — Что-псъ такое тамъ было? — Чего зд'Ьсь въ старые годы ни бывало?.. Да вы 1ьз- волили, конечно, читать «Удольфск1я таинства» госножи Рат- клифъ? --- Чита.1Ъ. А чтй? — У насъ по у'Ьщу старики - ном'Ьихики говорить, будто госнол^а Ратклифъ т'Ь таинства съ Заборья списывала. Правду ли, пустяки-ль говорятъ, доложить не могу... А болтаютъ. — ■ Скажите, пожалуйста, не осталось ли старнковъ, чтб жили въ Заборь'Ь при княз'Ь АлексЬ-Ь Юрьич-Ь? — Гд15 /ке? Помилуйте! ВЬдь князь-отъ Алексий Юрьпчъ л'Ьтъ сто тому какъ померъ. За пятнадцать л'Ьтъ до Пугачев- щины скончался, считайте, сколько тому времени. Сынъ его, князь Борнсъ АлексЬичъ^ и внукъ, князь Данила Борисовичъ, подолгу зд'Ьсь не гкивалп, а кня;кна Наталья Даниловна и вовсе зд1>сь не бывала, Посл-Ь ноя пм'Ьн1е за долги продано, теперь стало кпрдяипнскос. Старина и забылась. А до.1го- таки кое-что поддерлшвалось... Вотъ и я еще помню псарню зд'Ьсь, музыкантовъ, арапа стараго да карлика — древн1й-на- древнш былъ, Мало-но-малу переводили все, а какъ вотчина къ Кирдяпинымъ перешла, все пор'Ьшилось, Сами изволите знать, ужъ какъ оно ни на есть, а все чужое. Оттого и не исаль... Былъ зд'Ьсь старпкъ Прокофьнчъ. Чуть-чуть его помню. Да вотъ ужъ л'Ьтъ сорокъ, какъ и онъ померъ. Вотъ онъ такъ ул{ъ всю подноготную про зд4шн1е старые годы зналъ. Дол{илъ до ста л'Ьтъ, а въ молодые годы, при княз'Ь АлексЬ-Ь Юрьич'Ь, въ стремянныхъ бывалъ. Мн'Ь про того Прокофьича Валягинъ Сергеи Андреичъ много разсказывалъ, управляю- п;имъ зд'Ьсь былъ... Посал^енъ былъ на вотчину СергШ Ан- дреичъ княземъ Данилой Борисовичемъ, умеръ при княжн'Ь. Славный былъ челов'Ькъ, хорошхй, умный такой. Онъ даже за- нисывалъ все, чтб ни разсказывалъ ему Прокофьнчъ. Впдалъ и я у покойника такую тетрадку. — Куда-л{ъ она д'Ьвалась? — У насл'Ьдннк-овъ, должно-быть, коли на подвертку св'Ьчъ да на пироги не извелп. Посл'Ь СергЬя Андреича дв15 дочери- д'Ьвушки остались, у нихъ доллспа быть. — А гд'Ь его дочери? • — А какъ Серг'Ьй-отъ Андреичъ померъ, у'Ьхалпон'Ькъ тетк'Ь не то въ Херсонскую, не то в'ь Костромскую губери1ю, хоро- 
— 85 — шепько сказать не могу. Слышно было, что замуж ь иовышли, а за кого — тон{е доложить не могу. Между т1^мъ сотскШ нривелъ одного изъ хр[шителей забор- скаго дворца. Исправникъ приличнымъ образомъ поруга.1ъ его, носулилъ березовой лапши съ ременнымъ масломъ н прпка- уалъ отпереть домъ. Сыростью п затхлою гнилью пахнуло, когда отворили двери чертоговъ киязей ^аборовскихъ. На каждомъ шагу изъ-подь погъ густая пыль поднималась, а ворвав]И1йся въ растворен- ныя двери потокъ св'Ьжаго воздуха колыха.1ъ отставш1я отъ ст-Ьнъ п лохмотьями вис^Ьвипя дорог1я, ркдкостныя когда-то нталеры. Не грустью, не печалью в-Ьяло со ст'Ьнъ запустЬ- лаго жилиш,а былой роск-онш и чудовищнаго своенрав1я: будто съ насм'Ьшкой и сожал'Ьньемъ смотр'Ьли эти напудренные па- С1ухи и пастуипси, чтб видн'Ьлись на обветшалыхъ дырявыхъ гобеленахъ, а въ портретной галлере-Ь потемшЬвш1е лики лю- дей старыхъ годовъ сп'Ьсиво и презрительно глядЬли изъ по- тускнЬвшихъ р'Ьзныхъ рамъ... «Зач^мъ вы запыи сюда, не- званые гости? — будто сирашивали они: — чего не впдалиУ.. Вот, ступайте, жалк1е люди, мы васъ не знаемъ, да и вамъ никогда не изведать нашей раздольной, веселой жизни, на- пкч'о буйнаго разгула, барсиихъ зат'Ьй и ничЬмъ пеудеряси- мыхъ порывовъ!..» --- - Вотъ князь АлексЬй Юрьичъ! — сказалъ исправникъ. Высоки!, тучный князь стоял'ь передъ нами. Открытое лицо съ римскимъ носомъ и выдавшеюся впередъ нижнею губой выражало спЬсь непом'Ьрную и крутую волю, никогда и ни в'1. чемъ не знавшую противор1>Ч1Я. Ь'нязь улыбался, по улыбка лукава была и коварна. Вотъ-вотъ сейчасъ нахмурится это высокое чело, и хитрые, слегка прип1уренные, черные глаза заблестятъ неукротимымъ гн'Ьво^гь... Рядомъ стоялъ портретъ с'1'атной высокой женщины въ желтомъ атласномъ помпадур'Ь с'ь черными круя{евами. Лицо было прекрасно, въ глазахъ много ума, но тихая затаенная грусть внди'Ьлась въ нихъ. Немного радостей, должно-быть, вид1;ла она на в'Ьку своемъ! — • Это княгиня Мареа Петровна, — сказалъ исправникъ: — супруга князя АлексЬя Юрьича. Одинъ портрегь особенно поразилъ меня. Въ голубой роб!; на фижмахъ, съ тонко и кокетливо перегнутою талией, стояла, вЬроятно, молодая женщина: прекрасная ея рука, плотно об- тянутая длинною перчаткой, играла розою. Но лицо, все лицо было густо замазано черною краской... — Это чтб значитъ? — спросилъ я у исправника. — А Господь ихъ зиаетъ, должно-быть, не похожа была. 
— 86 — — Одн;11:ожъ что у васъ про это толи-уготь? — Да говорить-то много говорягь... Сказываютъ, что это первая супруга князя Бориса Алексеевича. Въ замужеств'Ь, слышь, недолго находилась, а взята была откуда-то изда- лека. Только-что молодые усп'Ьли, слышь, сюда 1съ отцу пр!- 'Ьхать, князь Борисъ Алсксъевичъ на войну ушелъ, супруга его стосковалась, въ полкъ къ нему по'Ьхала, да на дорогЬ и померла. А скоро пос.и'Ь того и са>гь князь Алексей Юрьичъ померъ. Говорятъ, будто по смерти молодой княгини очень онъ тосковалъ... Пошелъ, слышь, разъ въ портретную одипъ да н упалъ безъ памяти передъ этиыъ портретомъ. Л какъ въ чувство приигелъ, вел'Ьлъ замазать лицо. Й какъ замазали, па другой же день Богу душу отдалъ. А друг1о говорятъ, что хлебну.ть чего-то... Съ мышьячкомъ, должно-быть, потому что передъ смертью онъ вЬдь подъ судъ попалъ... Въ кабинет'Ь на стЬн'Ь висЬла писанная па пергаыент'Ь родос.ювная. Похвальцо поступили господа Кирдяпины, оста- Бнвъ чуждый п^гь пергаментъ въ запустЬломъ агилнщ]! князей Заборовскихъ. Будто живой пов'Ьствователь объ угасшемъ род'Ь, онъ зд'Ьсь на своемъ м'ЬсгЬ. Вотъ у корня родословнаго древа красуются имена Геди- ыина лнтовскаго, Моптевида корновскаго, Любарта волын- скаго... Вотъ князь ]\1иниганло Зимовитовичъ... ПргЬхалъ он'ь въ Москву па службу къ великому князю Василш Дыитр1с- вичу, крещенъ санимъ мптрополитомъ Фопемъ и прозванъ княземъ Заборовскимъ. И пошелъ отъ него рядъ бояръ, вое- водъ и думныхъ людей: водили Заборовскте московск1е нрлки па крымцевъ и другпхъ супостатовъ; бывали Заборовсюе въ отвЬтИз ''О у цесаря рпмскаго, у короля свейскаго, у поль- скихъ паиовъ рады и у гпланскнхъ статоБъ; сиживали Забо- ровсше и въ приь'азахъ московскихъ, были ЗабороБск1е вт> городовыхъ воеводахъ, но только въ городахъ первой статьи: въ Велпкомъ Нов^город!'., въ Казани или въ Смоленск'Ь... А вотъ сынъ окольннчаго, ]:ня8ь Юр1й княжъ Нпкитичъ За- бороБСК1н, ун;е бритый, сидигь оберъ-штеръ-крпгсъ-комисса- ромъ въ кригсъ-компссар1атской контор Ь военной коллопи... Скончался въ Питербурх'Ь-городк'Ь пос.гЬ попойкн съ го.тланд- скими матросами и знатными персонами пзъ росс1Ёскаго шля- хетства... Единственный его сыпъ, князь Алекс Ьй Юрьичъ, большой слулсбы но сослулсплъ, а въ слцчсиь бывалъ. При Петр'Ь Ве- ликомъ ходу ему не было, потому что въ д]]ло не годился, *) Въ послахъ. 
— 87 — зато ловшй кыязь посл'Ь умЬ.'п. наверстать и взять свое: во- время подбился 1;ъ ]Менш11К0Бу, вб-вреыя вошелъ въ дружбу съ молодымъ Долгоруковымъ, вб-время съ^здилъ въ Митаву на поклонен1е Бнрону, вб-время перекинулся къ Миниху, Бо-вреыя сблизился съ Лестокоыъ. И когда правительствен- пыя перем'Ьпы сопровождались казнями п ссылками, бла- гополу'йе князя АлексЬя Юрьича оставалось неизьгЬннымъ: чины и деревни летали къ пему при каждой перем'Ьн'Ь. Нельзя сказать, чтобы онъ былъ челов'Ькъ умный: образо- ван1е получнлъ плохое, а отъ природы былъ коваренъ, тще- славенъ, къ тому зке былъ великий мастеръ лгать и хвастать пепом'Ьрно. При Потр'Ь Великомъ приходилось ему сдерживать свой неукротимый правъ, въ то время могъ онъ давать пол- ную волю одной только страсти — бражпичаиью. Много тогда б1>1ло важныхъ людей, сбрившихъ бороды, надЬвптихъ н-Ьмец- К10 кафтаны, но оставшихся вЬрными той оторонЬ русской народности, про которую еще равноапостольный Владим1ръ сказалъ: Рг/сн есть весслгв типи. Но, напиваясь, подъ защи- той вельмоишыхъ бра:кииковъ, князь АлексЬй Юрьичъ велъ себя такъ увертливо, что пи разу не отв^Ьдалъ родптельскаго наставлеи1я отъ петровской дубинки. Не понимая и не созна- вая г.агкности д'Ьла сближен1я русскаго общества съ Европой, .Заборовск1й полюбилъ однако общество иностранцевъ, въ осо- бенности близокъ былъ съ в'Ьнскимъ резидентомъ Гогенцол- лерномъ, съ голштинскимъ барономъ Стамбкепомъ, съ прус- скими баронами Мардефельдами, а они, какъ гласитъ пстор1я, были горьк1е пьяницы *). Никогда князь АлексЬй Юрьичъ но былъ такъ доволекъ судьбой, какъ въ короткое царствованье Петра II. Хоть въ то время было ему ужъ подъ сорокъ, но вошелъ онъ въ т^Ьс- "ую дружбу съ даровптымъ, обаятельиымъ, по безпутнымъ юношей, княземъ Иваномъ АлексЬичемъ Долгоруковымъ и былъ съ нимъ вс'Ь три года его могущества неразлученъ. Князь Заборовскгй, подъ запхитой всесильнаго кутилы, далт» полную волю своему разгулу. Подъ прикрытьемъ драгунъ, ровно сумасн1едш1й, скакалъ онъ съ княземъ Иваномъ по московскимъ з^ницамъ, буйствовалъ днемъ, а по ночамъ нагло врывался въ мирный семейства частныхъ людей... Но когда Долгоруковъ девятил'Ьтней ссылкой и смертью па колесе пла- тилъ за гр'Ьхи молодости, ловк1й киязь АлексЬй Юрьичъ,. ругая па чемъ св'Ьтъ стоитъ павшаго собутыльника, съ прекраснымъ аппетитомъ изволи.1ъ куптать за роскошными обт.дами гер-  *) Записка Дюка де-Ир!а. 
цога Эрнста-Тоанпа Курляндскаго. 1>удуч11 знатокомъ тп, ло- шадяхъ и проводя ночи в'1. попой ках'ь съ братомъ герцога, Карлом!., быдъ онъ въ ходу при Бироп'Ь, достигъ генераль- скаго ранга и получилъ кавалор1ю Александра Невск-аго... Но въ 1743 году счастье повернуло къ нему спину: сказано было князю Алекс'1',10 Юрьичу ^'.хать въ свой деревни. Такую немилость современники объясняли близкими отяошен1ямн его къ цариц'Ь всЬхъ баловт. и ассамблей, графип'Ь Ягужинской, и дружбою съ первой к])асавнцсЁ Петербурга, Натальей ве- доровной Лопухиной. Подъ шумокъ поговаривали, будто Ягу- жипская въ числ'Ь немногихъ принимала князя оаборовскаго во время своего таинственнаго затворничества, будто фаво- риту Натальи ведороввы, графу Рейнгольду Левенвольду, кпязь Алексей Юрьичъ проигрывалъ въ фаро огромныя суммы, будто близокъ онъ былъ съ в'Ьнскнмъ резидентомъ, маркизомъ Боттой, будто разъ на охот-!! арапникомъ отду.тъ самого 1*азу- мовскаго. Правда ли, н'Ьтъ ли — кто теперь разберетъ?.. Когда в'Ьтреныхъ красавидъ, пр1ятельниц1, князя Забо- ровскаго, постигла плачевная участь, самъ онъ хоть не со- всЬмъ чист1> вышелъ изъ д'Ьла, но так.ъ -сум'Ьлъ обд'Ьлать д'Ь- лишки, что ему только велЬно было отправиться въ свои вот- чины для приведен1я въ порядокъ разстроенныхъ д'Ълъ. Та- кимъ образомъ живъ, здравъ, невредимъ пр1'Ьха.ть князь Алекс'Ьй Юрьичъ въ свое Заборье; здЬсь онъ началъ строить великол'Ьпный дворецъ, разводить сады и вести лсизнь самую буйную, самую неукротимую... Въ деревенской глуши, възабытомъ уголк'Ь, ник'Ьмъ п нич'кмъ не удерживаемый, онъ предался той жизнп, чтб такъ п6 сердцу пришлась ему во дни могуш.ества князя Ивана. Не только въ Заборь'1'>, — по всей губерн1и все ему кланялось, все передъ нимъ рабо.т'Ьпствовало, а онъ съ каждымъ днемъ больше и болыие предавался неудержпмымъ порывамъ необузданнаго нрава н глубоко-испорченнаго сердца... Вскор'Ь для князей не стало иной законности, кром4 собствен- ныхъ прихотей и самоуправства... При такомъ состояши че- лов'1)ка до преступлен1я одинъ ]нагъ, п князь Алексий Юрьичъ, со1}ершая ихъ, нимало не помышлялъ, что гр15шитъ нередт. Бого^гъ п передъ людьми. О посл'Ьднихъ-то, впрочемъ, онъ не наботился и, и1,едро од'кчяя вкладами монастыри, строя по церквамъ иконостасы и платя за молебны пригоршнями се- ребра, твердо упова.тъ на Бож^е мплосерд1е,.. И до того до- птелъ князь Заборовск1Й, что разсказы про его житье-бытье въ паше время кажутся страшною ск'азкой... Женатъ былъ князь АлоксЬй Юрьичъ на княжне Маре'Ь Петровн'Ь, посл'Ьдней въ род'Ь князей Тростенскпхъ. Своимъ  ^ 
— 89 — ириданымъ увеличила она и безъ того огромное богатство князей Заборовскихъ. Единственный сынъ ихъ, князь Борисъ АлексЬовичъ, крестникъ императрицы Анны 1оапновны, вах- мистр'1. гвард1и въ колыбели, двадцати л'Ьтъ уЬхалъ изъ За- борья въ Петербургъ искать счастья. Находясь съ полкомт, въ какомъ-то захолусть-Ь Росс1и, влюбился онъ въ дочь не- богатаго дворянина Еоростпна, женился на ней безъ роди- тельскаго благословенья и, за неим'Ьшемъ наличныхъ денег ь, иргЬхалъ черезъ годъ носл'Ь свадьбы въ Заборье, кинуться вм-Ьст^ съ женой къ стопамъ оскорбленнаго родителя... Ждали страшной грозы, д'Ьло кончилось благополучно. Молодая кня- гиня была такъ прекрасна, такъ была образована, такъ умна, что съ перваго свиданья уы1зла растопить каменное сердце суроваго свекра... Вскор'Ь началась Семил'Ьтняя война; моло- дой князь Заборовск1й посп1ииилъ подъ знамена Апраксина, оставивъ въ Заборь-Ь молодую лсену. Стосковавшись по мужЪ, по'Ьхала она къ нему въ новопокоренный Мемель, но умерла по дороге... Посл'Ь войны вдовый князь Борисъ АлексЬевичъ поселился въ Петербурге, ншнился въ другой разъ и, проживъ до 1803 года по-барски, скончался отъ несварен1я въ желудк-Ь посл-Ь плотнаго улаша въ одной масонской ложЬ. Ц'Ьлую жизнь, будто по заказу, старался онъ разстроить свое до- стоян1е, по д'Ьдовск1я богатства были такъ велики, что онъ не могъ промотать п половины ихъ, оставивъ все-такп три тысячи душъ единственному своему сыну и насл-^днику, князю Дапил-Ь Борисовичу. Этоп. посл'Ьди1й князь въ древнемъ род'Ь 1:нязен Заборовскихъ какъ пи старался поправпть гр'Ьхи ро- дительск1е, но не могь возстановпть д^довскаго состояп1я. Впрочемъ, и самъ онъ протиралъ-таки глаза отцовскимъ дс- пежкамт. исправно. Съ воронцовскпмъ корпусомъ во Франщи былъ, доиегъ, значите, извелъ немало; въ мистицизмъ, по тогдашнему обычаю, пустился, въ масонскихъ ложахъ да въ хлыстовскомъ кораб.тЬ Татариновой малую толику деньнсонокъ ухлопалъ; д'Ьлалъ больш1я пожертвован1я на Россшское Биб- лейское общество. Душъ восемьсотъ спустилъ понемножку. Дочь его, кпялша Наталья Даниловна, какъ только скончался родитель ея, отправилась на теплыя ]юды, потомъ въ Итал1ю, и двадцать пять л^тъ такъ весело изволила проживать подъ псбомъ Тасса и Петрарки, съ католическими монахами да съ оперными пЬвцами, что, когда привезли изъ Рима въ За- борье засмоленный ящикъ съ останками княжны, въ вотчин- ной кассЬ было дв-Ьнадцать рублей съ полтиной, а долговъ па МИЛЛ10НЫ. Близкихъ родственниковъ у княлсны не было, 
— 90 — пзъ дальиихъ не оказалось ни въ одном'ь столь п'Ьжныхъ род- ствениых'ь чувствъ къ покойниц!!, чтобъ воспользоваться За- борьемъ да кстати унгь принять на себя н должишки птальяи- ск1е. Кончилось т'Ьмъ, что Заборье пошло подъ молотокъ. Сьип, подносчика въ Разгуля'Ь сталъ владел ьцемъ гнезда зпамени- таго рода князей Заборовскнхъ, 'а кредиторы кнллгны полу- чили по тридцати пяти копеекъ за рубль... О, ГедимиЕЫ и Минигаплы! Какъ-то встр^^тпли В1)1 посл'Ьд- шою благородную отрасль вашего благоцв1!ту1цаго корня — княжну Наталью Данил овпу?.. Князь АлексМ Юрьичъ! Вы-то, батюп1ка, вайю с1ятельство, какъ изволили встретить свою правнучку?.. Ну, онъ-то разв-Ь пожал'Ьлъ только, что встр^^- тился съ нею не въ зд15шнемъ св'ЬтЬ. Зд1;сь-то бы онъ рас- правился...  Л-Ьтъ черезъ пять посл'Ь того, какъ былъ я въ Заборь'Ь, в'ь одпомъ стеиномъ городкФ) на верховьяхъ Дона, по случаю, д,осталась мн-Ь связка бумагъ, принадлежавни1хъ какому-то господину Благообразову. Он'Ь состояли большею частью изъ чсрновыхъ иросьбъ, сочипен1емъ которыхъ, какъ видно, за- нимался господипъ Благообразовъ. Но, представьте, каково было мое удивлен1е, когда, разбирая кипу, въ заглав1и одной тетради я ирочелъ: СТАРЫЕ ГОДЫ. Писано по словамъ стол'Ьтняго старца Анисима Прокофьева съ надле- жащими объяснешямп коллежскимъ секретареыъ СергЬеыъ Андреевым'^ сьшомъ Валягинымъ 17-го мая 1822 года въ сел^Ь Заборь'Ь. — Записки Валягина! — Это, должио-быть, тестя, — замЬтилъ случпвш1Ёся на ту пору у меня одинъ старо;килъ того городка. — Благообразовъ- отъ иа дочери Валягина былъ женатъ. Вотъ Записки Валлггиш.  Т. Розовый павильонъ. Вск'ор'Ь по пр11!зд'15 нашемъ въ Заборьс, только-что принялъ я въ улравлен1е вотчину, пошелъ я поутру съ докладомъ гл киязю Данил'Ь Борисычу. Онъ былъ пе въ духЬ. — Я, говорнтъ, сегодня ни на вблосъ уснуть не могъ. Что это за вой былъ у насъ на разсв-Ьт-Ь? — Должно-быть, на псарномъ двор!) собаки зв'1фя учуяли, — докладываю ему. 
— 91 — А князь спрашиваетъ съ неудовольств1емъг — РазвЬ, говорить, у меня есть псарный дворъ? -- Какъ л{е, говорю, псарня у вашего схятельства хоро- шая; собакъ пятьсотъ борзыхъ да сотни полгоры гончыхъ. Исарей и доЬзжачпхъ при нихъ до сорока челов4къ. — Какъ! — закричалъ князь: — шестьсотъ пятьдесять собакъ л сорокъ псарей-дармоЬдовъ!.. Да в-Ьдь эти проклятые псы столько хл^ба съ-Ьдаютт,, что пмъ на хтдой конецъ полто- раста б'Ьдныхъ людей круглый годъ будутъ сыты. Проыу ];асъ, СергЬн Андреичъ, чтобъ сегодня же всЬ собаки до едп- 1[ой былп перев-Ьшаны. Псарей на м'Ьсячнну, кто хочетъ идти на заработки — выдать паспорты. Деньги, чтб шли на псарню, употребите на образован1е въ Заборь'Ь отд'Ьленгя Россшскаго Библейскаго общества. — Слушаю, ваше С1ятельстло, — сказалъ я и тотчасъ же отдалъ приказъ в'Ьшать собакъ. Черезъ полчаса приходить къ князю древн]й старецъ. Лицо у него все смори1,илось; длинные, по плечамъ лежавпйе во- лосы поже.1гЬли, во рту ни единаго зуба, а черные глаза такъ и горятъ. ОдЬтъ былъ опъ въ старинный чекмень съ золо- тымъ галуномъ, опоясанъ черкесскимъ поясомъ. — Я в'Ьков'Ьчный холопъ вашего с1ятельства, Анисимъ Про- кофьевъ, — зашамкалъ старпкъ: — а бькиъ, государь мой, первымъ стремяннымъ у вашего д'Ьдушкгг, у князя АлексЬя Юрьича. — Здравствуй, здравствуй, старикъ, садись - ка, устадъ. ':ай! — говорить ему князь. — СидЬть ын'Ь передъ вашнмъ С1яте.тьств0хмъ по прихо- дится. А иришелъ я къ вамъ, государь мой, челомъ ударить. — О чемъ, Аипсимъ Прэкофьичъ? — Да слышно, вапю с1ятсльство, что изво.шлп на насъ свой гняжесшй гн'Ьвъ положить. — Я?.. Что ты, Прокофьпчт!?.. Въ ум-Ь ли? — Не мудрое Д'Ьло, вайю с1ятельство, и ума ли1ииться отъ такого безчелов'Ьч1я!.. Избить шестьсотъ шестьдесяп> восемь собакъ, нпч'Ьмъ неповннныхъ!.. Это Д'Ьло, сударь, не малое!.. В'Ьдь ото все едино, что какъ царь Иродъ пеповпнпыхт^ мла- деицовъ пзбивалъ!.. Ч-Ьмъ б'Ьдныя собачки провипп.тись пе- 1)едт. вашнмъ С1Ятельствомъ? В'Ьдь это не шутка: пюстьсотъ шсстьдесятъ восемь собакъ задавить!.. Надо в'Ьдь будетъ ва- пюму с1ятельству и Богу на страишомъ судитц-Ь отв'Ьтъ отда- вать... — Полно, старик'!), успокойся, перестань... — говорить ему Ь'НЯЗЬ. 
— 92 — ■ — Чего мн^1 перестать?.. Коль я не буду гогюрпть, кто тсб'Ь скалштъ? ^ — пгЬвно вскричалъ старый стремянный. — Да ь'акъ же тому статься, чтобъ нсЬх'ь собакъ исрев'Ьшать?., Д'Ьдамн, прад11дами нсария установлена, больше ста годовъ дерлсится, прошла про нее слава по всему, почитай, св'Ьту, н вдругъ ни съ того ни съ сего разомъ перевести ее!.. Да 0Т1, такого д'Ьла, киязь Данила Борисычт^, кости твоихъ родителей во гробахъ повернутся, всЬ твои дьды, прад'Ьды изъ гробовъ встанутъ, руки на тебя протянуть, ирогиятье теб'Ь нзрекутъ... Знаешь ли ты, государь мой, что псарня-то наша со дней царя Петра АлексЬича неруишмо стоить?.. За что-жъ ее по- руптть хотите?.. Да в'Ьдь это роду вашему в'Ьчный покоръ, всему вашему княжому племени безчестье, не говорю ул^ъ нро то, что на сов-Ьсть свою такое душегубство хотите принять!.. Собака-то, батюшка, толге тварь Бож1я, а въ писан1и что сказано?.. — «блаженъ иже и скоты милуетъ». Идете, ваше с1я- тельство, супротивъ Бож1ей заиов-Ьди!.. И вотъ, сударь, ваше с1ятельство, надЬлъ я на старости лЬтъ лсалованный чекмень вашего д'Ьдушки — двадцать л-Ьтб въ сундук'Ь лежалъ, думалъ я, что придется его только въ могилу над'Ьть; вотъ, сударь, од'Ьлъ я и поясъ черкесск1й, а жаловалъ мн'Ь этоть поясъ ро- дитель ваи1ъ въ ту самую пору, какъ, лшнившнсь на вашей матушк:Ь, княгин'Ь Елен^ Васнльевн'Ь, иривезъ ее въ вотчину л въ первый разъ охоту своей княгинЬ изволилъ показывать: никто пзъ нашихъ не могъ русака угнать, а сосЬдъ Нвапъ АлексЬичъ Рамировъ ул:е совсЬмъ почти угоня.1ъ, я иоска- ь'алъ, угналъ русака и т'Ьмъ княлгую честь передъ молодой х;упругой сохранилъ... Власть ваша, князь Данила Борисычъ, съ м'Ьста не сойду, покам'Ьстъ милости собакамъ не вы- прошу. — Да чего-л{ъ ты хочешь? — спрашиваетъ у него князь. — А того я хочу, ваше с]ятельство, чтобы вы мн'Ь прежде голову приказали снять, а потолъ бы улгъ и собакъ вешать изволили... Въ этомъ чекмен'Ь, въ этомъ поясЬ предстану я предъ вашими родителями, д'Ьдами и прад-Ьдамп, подведу къ нимъ собачекъ, вами задавленныхъ... А они-то, старики-то ваши, яко з'Ьницу ока пхъ берегли!.. Пусть же ваши роди- тели судятся съ вами на страшномъ суд'Ь за такое злодМ- ство... что не хотЬли вы уберечь родительскаго благосювенья, пролили кровь неповинную!.. Д'Ьло мое, государь мой, старое, а порядки у васъ новые, отпустите меня, ваше с1ятельство, къ господамъ моимъ: прикалсите рубить голову, а тамъ ужъ и со- ■баг1Ъ вЬшайте. Отъ сильнаго волненья у Прокофьича духъ занялся н ногп 
— 93 — подкосились; опъ бы уиалъ н расшибся, если-бъ мы съ кпя- земъ его не поддержали. Безъ чувствъ выпесли старика изъ дома. Горячее заступничество девяностол'Ьтняго стремяниаго спасло на время собакъ. Псарный дворъ въ ЗаборыЬ былъ уни- чтожеиъ лишь посл'Ь смерти князя Данилы Борисыча н Про- кофьпча... Князь полюбилъ старика, часто призывалъ его къ себ1; п. разспрашпвалъ о старыхъ годахъ. По нЬскольку часовъ, бы- вало, просиживали они вм'Ьсгк Разъ, вечеромъ, посл'Ь долгой беседы съ Прокофьичемъ, послалъ князь за мной, требуя, чтобъ а тотчасъ }ке явился къ нему. Я нашелъ князя сильно взволповаинымъ. ■ — СергМ Андреичъ, — сказалъ онъ: — въ состоян1и ли вы П'Ьсколько часовъ, вм-Ьст-Ь со мно11, проработать ломомъУ — Какъ проработать ломомъ, ваше с1ятельство? — Пробить каменную ст'Ьну... Видите ли, Прокофьичъ сей- часъ разсказалъ мн'Ь одинъ необыкновенный случай стараго времени... Мн-Ь бы хот'Ьлось узнать: вздоръ болтаетъ старикъ или правду говорптъ... Постороинихъ, особенно свонхъ кр'Ь- постныхъ, въ это дЬло м'Ьшать не годится... Будьте такъ лю- безны, Сергей Андреичъ, не откажите... Я согласился, далъ слово и спросилъ князя, что-гкъ такое разсказывалъ ему Прокофьичъ? — Э, да все это, монсетъ-быть, еще вздоръ... Прокофьичъ, ка^кется, изъ ума сталъ вылгивать, разс1сазываетъ вещи не- сод'Ьяпныя... А все-таки хочется удостов'Ьриться... Завтра, на- д'Ьюсь, вы исполните данное слово. Я повторилъ об'Ьи;ан1е, и князь тотчасъ же завелъ рЬчь о хозяйственныхъ д'Ьлахъ, но, занятый другимъ, вовсе не слу- шалъ словъ моихъ. Наконецъ отиустилъ меня. • — Такъ завтра? — сказалъ онъ, подавая руку. — Слушаю, ваше с1ятельство. Таинственность предстоявшей работы, какое-то необыкно- венное собьте старыхъ годовъ, волнен1е князя — все это до такой степени распалило мое воображен1е, что я всю почь заснуть ]10 могъ. Ч'Ьмъ св^^тъ присылаетъ за мной князь. — Пойдемте! — сказалъ онъ, к'огда я вошелъ въ кабинетъ. Поше.та за нимъ. Князь о']71,алъ приказан1е, чтобы никто не см'Ьлъ входить въ садъ до нашего возвращенья. Пройдя большой садъ, мы переигли мостъ, перекинутый черезъ оврагъ, и подошли къ «Розовому павильону». У входа въ тотъ па- вильоиъ ужо лежал]! два лома, двЬ кнрки, несколько воско- 
— 94 — выхъ ст.'Ыъ и небольшой 1;рас11аго дерева ящикъ. Кяязь из, разсв'Ьт!! саагь нхт. отнссъ '1'уда. Въ лавпльон'Ь было пять пли пюсть комнатъ. Пройдя три, князь ударил7э въ глухую ст4ду п сказадъ: — Зд'15сь! Мы принялись за. работу; часа черсзъ полтора сгЬна была пробита. Князь :зажегъ св'!Ьчп, и мы ]1рол'Ьзли въ темную, на- глухо со всЬхъ сторонъ закладенпую комнату. Среди развалившейся и полусгнившей мебели лсжалъ чело- 1гЬческ1Й остовъ... Князь перекрестился, заплакалъ и тихо проговорнлъ: • — Упокой, Господи, душу рабы Твоея. — Старикъ сказалъ правду! — прибави.11ъ онъ, немного по- иолчавъ. — Чтб это? — спроснлъ я, немного оправившись отъ нор- ваго впечатл'Ьн1я. — Гр^^хи старыхъ годовъ, СергМ Андреичъ. ПослЬ пс(; разскажу; теперь помогите собрать это... Берелсно собра^чи мы кости п полождлп ихъ въ ящикъ крас- наго дерева. Князь заперъ его и положилъ ключт> въ кар- манъ. Когда мы собпрали смертные останки, нашли между ними брнльянтовыя серьги, золотое обручальное кольцо, Н'Ь- сколько проволокъ пзъ китоваго уса, на которыхъ кой-гд-Ь уц'Ьл'Ьли лохмотья полуистлЬвшец шелковой матерйг. Серьги п кольцо князь взялъ къ себ'й. Утомленные трудомъ л сильными Бпечатл'Ьи1ями, вынесли мы япи1къ изъ сада. — Сейчасъ же собрать челов'Ькъ полтораста съ ломами н топорами, да нарядить пятьдесятъ подводъ! — сказалъ князь бурмистру, проходившему черезъ дворъ. Я зан1блъ въ свой флигель умыться и переод'1)Ться. Когда пришелъ къ князю, его не было въ кабинстЬ. — Гд'Ь князь? — снросилъ я попавшагося лакея. — • Въ портретную галлерею прошли! — отвЬчалъ тотъ. Тамъ, запыленный, запачканный, какъ вышелъ изъ па- вильона, стоялъ князь передъ портретомъ женш,ины. у кото- рой, по какой-то прихоти пренунихъ влад'Ьльцевъ, лицо было замазано черной краской. Знакомый ящикъ стоялъ на полу передъ портретомъ. Я взгляну.1ъ на князя. Онъ нлакалъ. И разсказалъ онъ страшную повЬсть стараго времени. По- дробн'1',0 узналъ я ее посл'Ь отъ Прокофьича...  Когда рабоч1е были собраны, князь приказалъ пмъ сломать «Розовый павильонъ» до основап1я, а кнриичъ отвезти къ 
— 95 — строиБшейся тогда въ Заборь'Ь церкви. Когда потолою. съ павильона былъ сиятъ, мы еще разъ вошли въ ту комнату. На ст1)Н'Ь ч'Ьмъ-то острыыъ было нацарапано: 1757 года октября 14-го. Прости,^ мой милый, твоя Варенька пропала отъ эюестокости гпв... — Тоноръ! — Бскрик.иу.1Ъ князь, прочитавъ эти слова. Подали топоръ. ТСнязь быстро изрубп.ть штукатурку. — Ж.ивМ ломайте! ■ — торопп.ть опъ рабочихъ. — Скор-Ье, скорМ! Къ вечеру павнльонъ былъ сломаиъ. На другой день ч-Ьмъ св1]тъ подали карету. Мы С'1>ли вдвоемъ съ княземъ и взяли съ собой обернутый въ черное сукно ящикъ. — Въ монастырь! — сказалъ князь. Тамъ, въ усыпальиицЬ князей Заборовскихъ, зарыли мы ящикъ съ костями, а на другой день слушали заупокойную об'Ьдню и панихиду о упоиоснт души 2мбы Боэюъей килгшт Варвары. Черезъ нсд'Ьлю князь Данило Борисычъ у'Ьха.1ъ въ Петер- бургъ. Больше мы съ нимъ и ие видались. Черезъ три года онъ скончался. Въ духовпомъ заБ'1ш1;ан1и не забылъ ни меня ни Прокофьича. ]\1олва о таинственной работЬ нашей и о сломке павильона быстро разои1.![ась по народу. Толковали, что князь въ «Ро- зовомъ павильон15» паигелъ ц^лый ящикъ золота. Чтобъ под- держать этотъ слухъ, онъ самъ посл11 разсказывалъ своимъ знакомымъ, что Прокофьичъ откры.гь ему тайникъ, гд-Ь кня- земъ Ллекс'Ьемъ Юрьичемъ залонгены были н^которьтя родо- выя драгоц'Г.нности. Мы съ Прокофьичемъ ту же сказку раз- сказывали. Такъ всЪ и ув'Ьрились. П. Прокофьичъ. — Да, бат1он]ка Сергей Андреичъ, — говори.тъ мн'Ь однажды Прокофьичъ: — въ старипу-то живали не по-кын'Ь1Инему. Въ старину — коли бар]шъ, такъ и лгивн бариномъ, а нынче чтб?. Измельчало все. измалодушествовалось, важности дворянско!! не стало. Посл^дихе годы М1ръ стоитъ. Скоро и св'Ьту конецъ. СовсЬмъ, сударь, другой св'Ьтъ нон'Ь сталъ. Посмотрин]ь- носмотрни1ь, да иной разъ согр'Ьшишь и поропщешь: зач'вмъ, дескать. Господи, зажился я у Тебя на зд-Ьшнемъ св'1гг1)? Давно бы Теб'Ь. пора вслГ.ть старымъ моимъ костямъ идти на в15чный покой, не гляд-кли-бъ мои глазыньки на годы новые... А все-таки, батюшка Сергей Андреичъ, мнлъ вольный св'Ьтъ, хоть и нодуыаен1ь этакъ, а помирать не хочется. 
— 96 — А ужъ т<\,къ измельчало, так,'1> измельчало вес, что и сказать невозможно. У барина, наирим'Ьръ, не одна тысяча душъ, а во двор-Ь какихъ-нибудь десять-пятнадцать человФ>къ — и двор- ней-то нельзя назвать. Псарня малая, ни .музыкантовъ ил п^сенниковъ, а ужъ насчетт. барскпхъ барынь, шутовъ, кар- ликовъ, араповъ, скороходовъ, п'Ьмыхъ, калмыковъ — такъ, я думаю, теперь ни у одного барина и въ завод'11 н'Ьтъ; вс1; стали ровно мелкопом'Ьстиые. Я такъ полагаю, сударь, что теперь врядъ ли гд^^ можно сыскггть кучера, чтобъ сум1злъ карету цугомъ заложить. ВсЬ на парочкахъ — ровно мелкаго рангу, аль купцы как1е... А вЬдь и въ закон^з написано, что столбовому барину шестерикомъ 'Ьздить сл^дуетъ. Да чего уй{ъ тутъ шестерикомъ? — до такой срамоты дошли, что и сказать нельзя: зало;катъ куцу лошаденку въ каку-то одно- колку, сядетъ лакей съ барпномъ рядомъ — самъ руки кре- стомъ, а барину вож'аси въ руки. Смотр'Ьть даже скверно... Вотъ до какого унижен1я дошли!.. И хоть бы неволя нудила, пу, д-Ьлать нечего, — такъ в^Ьдь н'Ьтъ: сами захот^зли... Просто, сударь, мозкно сказать — никакого благородства не стало, одинъ Богъ зпаетъ, чтб это значить такое... До чего в'Ьдь иные дворяне дошли? Торговать пустились, на купчихахъ поженились, конторок! я книги сами ведугь!.. Ну, сами вы умный челов'Ькъ, иосудите ради Христа — дворянское ли это д-Ьло?.. Да хоть бы богатство отъ того какое получили; и того Н'Ьтъ — всЬ профуфыпились, всякъ долженъ в-Ькъ. а платежу нЬтъ какъ п'Ьт'ъ... Эхъ, встали бы д-Ьдушки да ирад'Ьду1ики, царство имъ небесное!.. Ужъ свели бы любезныхъ внучковъ на конюшню да, по старому заведен1ю, такую бы ременную масленицу въ спину-то имъ засыпали, что забыли бы посл"}} того дурь-то на себя накидывать. Хоть бы нашего князя Данилу Борисыча взять! Что ни го- ворите, б1>денъ опъ, б'Ьдепъ, а все-жъ не одна тысяча душъ у него найдется — стало-быть, баринъ настояпцй. А похож']> ли хоть маненько на барина-то? Ну, сами вы скажите — • по- хожъ ли?.. Въ Москвй въ какомъ-то нивирситет'Ь обучался, С7> портными да съ сапожниками тамъ на одной скамь'1], слышь, сид^Ьлъ, — товарин1,ем'ь ихнимъ звался. Ну, возможно-ль сапожнику съ княземъ въ товарищахъ быть?.. Чтб же вы- шло? Сапо5книковъ да всякихъ другихъ разночинцевъ не обла- городилъ, а самъ вкругъ нихъ холопства набрался. Хотя бы вотъ тогда ир1'Ьзжалъ онъ съ 15ами въ свою вотчину — что д-Ьлалъ?.. Ч'Ьмъ бы на охоту съ'Ьздить, аль банкетъ сделать, балъ, гулянку какую, — по мулгичьимъ избамъ на посид-Ьдки дОчалъ таскаться, съ париями да съ д-Ьвками мужиц1;1я игры 
— 97 — играть, стариковъ да старухъ сказки заставлялъ разсказывать да пЬснп п'Ьть, а слмъ на бумагу нхъ записывалъ... Княже- ское ли это д'Ьло?.. Старыя книги да образа за больш1я деньги сталъ покупать. Кто нп скажетъ ему: вотъ, ыолъ, ваше С1я- тельство, въ такой-то деревнЬ у такого-то мужика есть р-Ьд- костная книга, — глазенки у него такъ и загорятся, такъ и заб-Ьгають. Въ полночь ли, за полночь ли — лошадей!.. Ы по- скачетъ, сломя голову, верстъ за тридцать либо за сорокъ къ мужику за книгой... Курганы почнетъ копать, самъ съ мужиками въ зем.тЬ роется, черенки тамъ попадутся аль же- ребейки как1е, онъ ихъ въ хлопчату бумагу ровно драгоц'Ьн- ные камни, да въ ящики, да въ Питеръ. Ие видали, знать, тамъ этакой дряни!.. Увидалъ разъ нигцаго сл-Ьпца, стоитъ сл'Ьпецъ на базар^Ь, Лазаря поетъ. Батюшки свЬты!.. Нашъ князь Данила Ворисычъ такъ и взбЬленился, беретъ слепца за руки, сажаетъ съ собой въ карету; привезъ домой, прямо его въ кабинетъ, усадилъ оббрванца на бархатныхъ креслахъ, водки ему, вина, об'Ьдать со своего стола, да п заставн-иъ стихеры расп'Ьвать. Тотъ обрадовался да дурацкое свое горло и распустилъ, оретъ себ^Ь, какъ бурлакъ какой, а князь Да- нила Борпсычъ все на бумагу да на бумагу... Ну хорошее ли это, сударь, Д'Ьло?.. В'Ьдь грязью играть — только руки марать, Д'Ьло это не княжеское... Три дня тотъ нг1щ1й у насъ выжилъ, пилъ, 'Ьлъ съ княжаго стола, на пуховой постели, собака, дрых- нулъ, а какъ всЬ стихеры переп'Ьлъ, князь ему двадцать рублей деньгами, одежи всякой, харчей, повозку вел'Ь.аъ зало- жить да отвезти до села, гд'Ь онъ въ кельенк'Ь при церкви жи- ветъ. А самъ-отъ посл'Ь носится со стихерами: «золото, гово- рптъ, неоц'Ьненное сокровище!». Хорошо сокровище, нечего сказать, ума лишился, и все тутъ. Н'Ьтъ, сударь, въ стары годы жили не такъ. Въ стары годы господа держали себя истинно по-барски, такую дрянь, какъ НИЩ1Й с.тЬпецъ, на версту къ себ-Ь не допускали. Знай, дескать, сверчокъ свой шестокъ. Компан1ю съ ровней водили, другой хоть и шляхетнаго роду, да не богатъ, такъ его разв-Ь изъ милости въ «знакомцы» принимали, чтобъ надъ нимъ когда пот-Ьшиться, аль чтобы въ дом-Ь было полюдн'Ье. И дол- женъ былъ тотъ «знакомецъ» ходить по стрункЬ, а чуть про- штрафился, шелепами его на конюшн'Ь... Да иначе и не сл'Ь- дуетъ: какъ бы на горохъ не морозъ, онъ бы черезъ тынъ переросъ. Такъ вотъ, сударь, какъ въ стары-то годы живали! А теперь что!.. Тьфу! Хоть бы, наприм1,ръ, при князЬ АлексЬ* Б3рьич1^ зд'Ьсь въ Заборь'Ь было!.. Подлинно, не жнзнь, а рай пресв'Ьтлый. Соч11пен1я п. Мельникова. Т. I. - 
— 93 — Богатство-то, сударь, какое, изобилхе-то какое было! Одного столоваго серебра сто двадцать пудовъ, въ подвал'Ь боченки съ ц-Ёлковымц стояли, а медный деньги, что горохъ, въ су- с'Ькп ссыпали: нарочно так1е сусЬки въ подвалахъ были на- д'Ьланы. Музыкантовъ два хора, на псарн'Ь не одна тысяча собакъ, на конюшн'Ь пятьсотъ лошадей верховыхъ да дв'Ьстн 'Ьзжалыхъ; шутовъ да юродивыхъ десятка полтора при дом-Ь бывало, опричь н-Ьмыхъ араповъ да карликбвъ. Шляхетнаго рода знакомцевъ, изъ мелкопом'Ьстныхъ, челов'Ькъ по сорока и больше проживало. Мужпки ли, бывало, у кого разб'Ьгутся, деревню-ль у кого судомъ оттягаютъ, пропьется ли кто изъ пом'Ьпщковъ, промотается ли, всякъ, бывало, въ Заборье на княжге харчи. Опять барыни - приживалки, барышни: этихъ тоже штукъ по тридцати водилось. Ужъ именно домъ бы.1ъ, какъ полная чаша. А самъ-отъ князь какой былъ баринъ! Такой, сударь, важности, что теперь, весь св^Ьтъ исходи, днемъ съ огнемъ не сыщешь... И все-то прошло, все-то миновалось!.. Да, сударь, стары годы были годы золотые, были они, сударь, да и прошли, прошли и не воротятся. Красно л-Ьто два раза въ году не жпветъ! А куда каково давно тому времени, какъ въ Заборь'Ь-то было житье-бытье раздольное да привольное! МнЪ теперь де- сятый десятокъ идетъ, а въ ту пору и тридцати годковъ не бьцо, какъ батюшки-то нашего, князя Алексея Юрьпча, не стало. А скончаться пзволилъ л'Ьтъ семидесяти безъ малаго... Да я ужъ что за жизнь засталъ? Тогда ужъ князь-отъ въ не- милости былъ, въ опа.и'Ь, то-есть, а вотъ какъ, бывало, родите.1ь мой — дай ему Богъ царство небесное, а вамъ добро здоровье — поразскажетъ про т'Ь годы, какъ князь-отъ Алексей Юрьпчъ въ настоянной своей пор'Ь былъ и въ Питер-Ь «во-времени» находился, а въ Заборь-Ь бывалъ только на'Ьздамп, такъ вотъ тогда точно что :кизнь была золотая. И умирать не надо было. А батюшку моего покойника князь АлексМ Юрьичъ пзво- лилъ жаловать своей княжою милостью. Перво-нанерво онъ у него въ до'Ьзжачихъ находился, а потомъ въ стремянные пона.тъ, да проштрафился однажды: русака въ островъ упу- стилъ. Князь АлексМ Юрьпчъ за то па него разгн'Ьвался и тутъ же, на пол'Ь, пзволилъ его изъ свопхъ рукъ выпороть, да ужъ такъ распалился, что и па конюшн'Ь еще вел^лъ пять- сотъ кошекъ ему вл'Ьпить и даже согналъ его со своихъ кня- ж"ихъ очей: ве.1'Ьлъ управляющпмъ быть въ низовой вотчин'Ь... Однакожъ посл15 того годовъ этакъ черезъ пятокъ помило- валъ — гнЬвъ и опалу пзволилъ снять. Вотъ какъ то д.^^ло случи'лось. Князь Але^сЬй Б^рьичъ на 
— 99 — охоту по первой порошЬ по'Ьхалъ. Время стояло холодное, на Волг^ ужъ закрапны, только самыя еще что называется сте- кольныя, значптъ, ледъ пятакомъ можно еще пробить. Ста полтора русаковъ заполевали, за монастыремъ, на угор-Ь, при- валъ сд'Ьлали. А гора въ томъ м'Ьст'й высокая, чт5 ст'Ьна надъ Волгой-то стоймя стоить. Князь АлексЬй Юрьпчъ веселъ бы.чъ, радошенъ, потЬшаться пзволилъ. С'Ьлъ на в'Ьнц'Ь горы вер- хомъ на бочкЬ съ наливкой, самъ ц-блый ковшикъ изволи-иъ выкушать, а потомъ всйхъ тутъ бывшихъ изъ своихъ рукъ поилъ, да, разгулявшись, п вел'Ьлъ до'Ьзжачимъ да стремян- нымъ р'Ьзака д'Ьлать. А чтобъ сд^^лать р'Ьзака, надо пбдъ гору торчмя головой легЬть, на яру закраину головой проишбпть да потомъ изъ-подо .иьда и вынырнуть. Любимая была потеха у покойника, дай Богъ ему царство небесное! На ту пору никто не сум'Ьлъ хорошо резака сд^Ьлать: иной сдуру, какъ пень, въ р'Ьку хлопнется, — а это ужъ не то, это называется паля, и за то пятнадцать кошекъ въ спину, чтобъ она свое м'Ьсто знала и впередъ головы не совалась. Другой, не долетавши до льда, на гор'Ь себ'Ь шею свернетъ, а три дурака хоть п спра- вили Р'Ьзака, да вынырнуть не сум'Ьли: пошли осетровъ кара- улить. Осерчалъ князь Алексий Юрьпчъ: — «ВсЬхъ, закрпчалъ, за- порю д6 смерти!» За мелкопом'!')Стное шляхетство принялся, имъ приказалъ рЬзака справлять. Т-Ь еще хулсе: одпнъ и прошибъ- было головой ледъ, да тоже къ осетрамъ въ гости по'Ьхалъ. Заплака.11ъ индо князь АлексЬй Юрьпчъ, навзрыдъ зары- далъ: таково ему стало горько и прискорбно. — Видно, говорить, посл'Ьдн1с мои дни настаютъ, что н'Ьтъ у меня мблодца, чтобъ р'Ьзака сум'Ь.тъ справить!.. ВсЬ ровно бабы!.. А гд'Ь, говорить, Яшка Безухой?.. Вотъ удалецъ-отъ: по три Р'Ьзака, бывало, сряду д'Ьлывалъ. А это онъ про батюшку-покойника изволилъ вспомянуть. А батюшка-покойникъ и въ самомъ д-Ьл-Ь безух1Й быль. Л-Ь- во-то ухо ему медв'Ьдь отгрызъ: разъ какъ-то князь АлексМ Юрьич'ь ]13волилъ приказать батюшк'Ь съ любимымь своимъ медв'Ьдемъ побороться, медв'Ьдь, видно, осерчалъ да ухо ба- тюшк'Ь и прочь, а батюшка - покойникъ не вытерп'Ьлъ да охотнпчьимъ ножомъ ]Мишку подъ лопатку и иырну.лъ. У того духъ вонь. Такъ за то, что осм'Ьлился безъ спросу княжаго медв-Ьдя положить, князь Алексей Юрьпчъ прпказаль для па- мяти батюп1К'Ь-покойнику и другое ухо отрезать и прозва.тъ его потомъ Яшкой Безухимъ. А батюшку-покойника вовсе не Яковомъ, а Прокофьемъ зва.'^и. — Гд'Ь, кричитъ, Яшка оезухой? Подавай сюда Яшку Безухаго! 
— 100 — Доложили, что Яшка Безухой подъ гнЬвомъ находится пя- тый годъ, низовой вотчиной управляетъ. — Давай сюда Яшку Безухаго — онъ у меня на р'Ьзак^ яе прор'Ьжется, какъ вы, шельмецы. Поскакали за покойнымъ батюшкой. Ну, Саратовъ — м^сто не ближнее: когда батюшку оттуда ко княжому двору привезли, ледъ-отъ такой ужъ сталъ, что будь у покойника свинцовая голова, такъ и тутъ бы ему р'Ьзака не сд'Ьлать. Доиустили батюшку до св'Ьтлыхъ очей князя АлексЬя Юрьича. — Здравствуй, говорить, Яшка Безухой! Батюшка въ ноги; князь его пол:аловалъ, вел-^лъ встать. — Что, говорить, Р'Ьзака завтра съ того угора вальнешь? — Можемъ постараться, батюшка, ваше схятельство, на- д'Ьючись на милость Бож1ю да на ваше княжеское счастье! — отв'Ьчалъ покойнпкъ родитель мой. — Ладно, говорить, ступай на псарный дворъ. Жалую тебя сворой муругихь, А къ утру вьюга. Да такъ поля засыпала, что охота со- всМь пор'Ьшилась. Остался р'Ьзакь за батюшкой до другого ледостава. Зато ужъ какого же резака на другую-то осень онъ справпль... И за такую службу его и за великое рад-^нье жаловалъ его князь АлексЬй Юрьпчь своей княжеской ми- лостью: пзволи.аъ къ ручк'Ь допустить, при своей княжой охот'Ь приказалъ находиться, красный чекмень съ позументомъ по- жаловаль, на барской барын'Ь женп.тгь, и сказано было ему быть вь первыхъ псаряхъ. ' Н до самой кончины князя АлексЬя Юрьича батюшка у него въ самыхъ блнжнихъ людяхъ и въ большой милости находился. А какъ я родился, князь Алексей Юрьичъ самъ нзволп.1ъ меня отъ святой купели воспринимать, а воспр1емнпцей была Степанида-птичнпца, гайдука Самойлы жена. Тоже изъ барскпхъ барынь. Подрось я, сударь, у батюшки на псарн'Ь, а какъ прх'Ьха.тъ князь сюда совсЬмъ на житье и мн-Ь шестнадцать л'Ьтъ испо.1- нилось, изволи.ть онъ и меня своей высокой милостью взы- скать. На само Св^>тло Христово Воскресенье, посл'Ь заутрени, сказалъ свое жалованье: велЬлъ въ комнатныхъ казачкахъ при себЬ быть, 'Ьсть съ княжаго стола, а матушк'Ь-покопнпц'Ь давать за меня м'Ьсячину мукой, крупой, масломъ, да по три алтына въ м'Ьсяцъ деньгами. Въ грамоту съ прочими казач- ками меня отдали, драли, сударь, немилосердно, однакожъ дьячокъ Пафнутш до своего дошелъ: грамота всЬмъ далась, цыфирному д'Ьлу даже маленько навыои. А когда исполни- лось мн'Ь двадцать годовъ, стали насъ распред15лять по на- укамъ: кого въ музыканты, кого въ часовщики, кого въ жи- 
~ 101 — вописды, кого французскому учиться, чтобъ съ молодымъ кня- земъ съ Борисоыъ АлексЬичемъ въ Парижъ отправить. Меня же, за многую службу матушкп-покойннцы и по ея великой слезной просьб-Ь, по собачьей части князь опрсд'Ьлить изволилъ. Было, сударь, мн'Ь л-^тъ двадцать съ неболыиимъ, какъ сподобилъ и меня Господь передъ св-Ьтлыми очами князя АлексЬя Юрьича малую службишку справить и т-Ьмъ его кня- жескаго жалованья и милости удостоиться. Верстахъ въ два- дцати отъ Заборья, тамъ, за Ундольскпмъ боромъ, сельцо Кру- тихино есть. Было оно вт'Ьпоры отставного капрала Соло- ницына: за ув'Ьчьемъ и ранами былъ тотъ капралъ отъ службы уволенъ и жилъ въ своемъ Крутихин'Ь съ молодой женой... А вывезъ онъ ее изъ Литвы, аль изъ Польши, а можетъ статься, изъ Хохловъ, доподлинно не знаю, — только краса- вица была писаная, теперь, думать надо, изойти весь б'Ьлып св'Ьтъ, такой не найдешь. Князю Алексею Юрьичу Солоничиха приглянулась: сначала хот'Ь.чъ ее честью въ'Заборье сманить, однакожъ она не поддалась, а му}къ взъерошился, воюетъ: «Либо, говоритъ, матушк'Ь государын-Ь подамъ челобитную, либо, говоритъ, самого князя зарублю». Вы'Ьхали однажды по Л'Ьту мы на краснаго зв1фя въ Ундольсшй боръ, съ десятокъ лисицъ затравили, привалъ возл'Ь Крутихина сдЬлалп. Выло- жили передъ княземъ АлексЬемъ Юрьичемъ изъ тороковъ зв'Ьря травлен аго, стоимъ, ждемъ слова ласковаго. А князь АлексЬй Юрьичъ кручиненъ сидптъ, не смотритъ на краснаго зв^ря травленаго, смотритъ на сельцо Крути- хино, да такъ, кажется, глазами и хочетъ съкть его. — Чт5 это за лисы, говоритъ, чтб это за красный зв-Ьрь? Вотъ какъ бы кто мн'Ь затравилъ лисицу крутпхинскую, тому челов-Ьку я II не знай бы чтб далъ. Гикнулъ я, да въ К'рутихино. А тамъ барынька па огород'Ь въ малинничкЬ похаживаетъ, ягодками забавляется. Схватилъ я красотку поперекъ лдвота, перекинулъ за сЬдло, да назадъ. Прискакалъ да князю АлексЬю Юрьичу къ ногамъ лисичку и положилъ. «ПогЬшайтесь, мо-тъ, ваше с1ятельство, а мы отъ службы не прочь». Глядимъ, скачетъ капралъ; чуть-чуть на самого князя не наскака.11ъ... Подлинно вамъ доложить не могу, какъ д-Ьло было, а только канрала не стало, и литвя- ночка стала въ Заборь-Ь во флигел'Ь жить. Л'Ьтъ черезъ пять постриглась, игуменьей въ Зимогорскомъ мопастыр'Ь была, и князь АлексЬй Юрьичъ очень украсилъ ей обитель, каменну церковь соорудилъ, земли купилъ, вклады больш1е пожаловалъ. Добрая была барынька, дай ей Богъ царство небесное, ми- лостивая: какъ жила въ Заборь'Ь, завсегда ум'Ьла утолить 
— 102 — сердце князя Алексея Юрьпча. Только-что онъ на своихъ ли холопей, на мелкопом'ктное ли шляхетство распалится, за- всегда, бывало, уйметъ его. Много за нее Бога молили. За эту самую службу изволилъ меня князь АлексЬй Юръичъ безприм'Ьрно пожаловать. «Коли в^ренъ рабъ, такъ и князь ему радъ», — при всЬхъ сказать изволи.чъ и вел'Ьлъ мн'Ь быть при своемъ княнгемъ стремени. Чекмень малиновый съ позу- ментами изволилъ пожаловать, полтора рубля деньгами, чарку серебряную, три полушубка мерлущатыхъ, лисью шубу, да кусокъ сукна н'Ьмецкаго. А сверхъ того изволилъ женить меня на- барской барын'Ь. Однакожъ матушка - покойница князя укланяла: за молодостью л^^тъ въ брачное д'15ло мн'Ь вступить было отказано. Милость князя была ко мн^ великая: зам-Ь- сто женитьбы съ птичнаго двора Д'Ьвку Акульку въ наложницы МН'Ь пожаловалъ. Да в-Ьдь не то, чтобъ я просилъ о томъ, Н'Ьтъ, сударь, самъ пожаловать изволилъ, безъ просьбы... Посл'Ь того, года черезъ два, меня на п'Ьвиц1з л{енили, на родной сестре Васи.тисы Бурылнхи, что въ Заборь'Ь надо всЬми по- рядокъ держала. Презлющая баба была эта Василиса, а съ рожи такая, что какъ во сн'Ь, бывало, приснится, вскочишь да перекрестишься. А у князя Алексия Юрьпча на великой была милости, для того, что по д15вичьимъ ладно д-Ьла вела. Мн'Ь съ женой изъ-за нея куда какъ хорошо было жить. III. На ярмонк'Ь. «Отсел'Ь, — сказано въ запискахъ Валягина: — заношу въ гш тетрадь со словъ Анисима Прокофьева и по разсказамъ дру- гихъ стариковъ». Въ старые годы бывала въ Заборь^5 ярмонка^ приходилась она въ л'Ьтнюю пору. Съ^знсались на ту ярмонку люди торго- вые со всякими товарами со всего царства русскаго, а также изъ другихъ краевъ, всяюе иноземцы бывали, и всЬмъ былъ вольный торгъ на двЬ нед'Ьли. Сказывали купчины, что наша Заборская ярмонка малымъ ч'Ьмъ Макарьевской уступала, а украинскихъ и иныхъ много лучше была. Теперь совсЬмъ порушилась. Была она на зем.тЬ монастырской, оттого всЬ сборы де- нежные: таможенный, привальный и отвальный, пятно конское, и австерск1я, похомутный и в'Ьсчая пошлина сполна шли на монастырь. Монастырскую землю зкборск1я дачи обошли во всЬ стороны, оттого ярмонка въ рукахъ князя Алексея Юрьпча ., состояла. Для порядку на'Ьзжалп пзъ Зпмогорска комисары съ драгунами «д^л дплъ иавережныхъ» и «для д^ьлъ 
— 103 — обыьзжихъ» , да ассессоры провинц1альные, — псправнпковъ тогда н въ духахъ не бывало, — од,накожъ вся сила была въ княз'Ь Алекс^Ь'Ь Юрьич'Ь. Наступить девятая пятница, начало ярмонк'Ь. Съ ранняго утра въ Заборь'Ь все закпшитъ, ровно въ муравепник'Ь: въ парад'ь зачнутъ сбираться, пудриться, од'Ьваться, коней сЬд- лать, кареты закладывать. И когда все но чину устроится, пойдетъ къ князю старшхй дворецк1й съ докладомъ, — а бы- валъ въ томъ чин'Ь не пзъ холеней, а изъ мелкопом'Ьстнаго шляхетства. Доложитъ онъ, что время на ярмонку 'Ьхать, и велитъ князь въ ряды строиться. Доложатъ, что построились, выйдетъ на крыльцо во всемъ наряде: въ аломъ бархатномъ кафтане, шитомъ золотомъ, камзол'Ь съ серебряными блестками, въ парик'Ь но плечамъ, въ треугольной шляп-Ь, въ красной кавалер!]! и при шпаг-Ь. За ниыъ съ сотню другихъ большихъ господъ, «знакомцевъ» и мелкопомЬстнаго гиляхетства и недо- рослей — всЬ въ 1нелковыхъ кафтанахъ и парикахъ. Потомъ выйдетъ на крыльцо княгиня Мареа Петровна — въ помпа- дур-Ь изъ серебряной парчи съ алыми разводами, волосы кверху зачесаны и напудрены, наверху кораблпкъ, а шея, грудь п голова такъ и горятъ камнями самоцв'Ьтными. За ней ба- рыни — всЬ въ робронахъ, въ пудр-Ь, приживалки въ княги- ниныхъ платьяхъ, комнатныя дЬвки — въ золотныхъ шугай- чикахъ, въ л'Ьтникахъ и собольихъ шаночкахъ. — Трогай! — крикнетъ, сЬвшп въ карету, князь АлексЬй Юрьпчъ, и по'Ьздъ поддеть къ монастырю. Впереди пятьдесятъ вершниковъ, на гн'Ьдыхъ лошадяхъ, всЬ въ суконныхъ кармазинныхъ чекменяхъ, штаны голубые гар- нитуровые, пояса серебряные, штиблеты желтые, на головахъ парики пудреные, шляпы круглыя съ зелеными перьями. За вершниками охота по'Ьдетъ, только безъ собакъ. Псарп и до'Ьзжач1е региментамп: первый региментъ на вороныхъ коняхъ въ кармазинныхъ чекменяхъ, другой региментъ на рыжихъ коняхъ въ зеленыхъ чекменяхъ, трет1й — на сЬрыхъ лошадяхъ въ голубыхъ чекменяхъ. А чекмени у всЬхъ су- конные, черезъ плечо шелковыя перевязи, у однихъ б-Ьлыя, шиты золотомъ, у другихъ пюсовыя, шиты серебромъ. За ними стремянные на гн'Ьдыхъ коняхъ въ чекменяхъ малино- выхъ, въ желтыхъ шапкахъ съ красными перьями, черезъ плечо золотая перевязь, на ней серебряный рогъ. За охотой мелкопом'Ёстное шляхетство и знакомцы, верхами, кто въ мундир'Ь, кто въ шелковомъ французскомъ кафтанЬ, всЬ въ пудреныхъ парикахъ, а лошади подо всЬми съ княжой конюшни. За шляхетствомъ, мало отступя, самъ князь АлексЬй 
— 104 — Юрьичъ въ открытой золотой карет-Ь цугомъ, лошади 61лыя, а хвосты да гривы черные, — нарочно чернили. За каретой четыре гайдука на запяткахъ да шестеро п-Ьшкоиъ, всЬ въ зеленыхъ бархатныхъ кафтанахъ, а кафтаны вкругъ шиты золотомъ, камзолы алаго сукна, рукава алаго бархату съ кон- дырками малыми, золотой бахромой обшитыми. Шапки на гайдукахъ пюсоваго бархату съ золотыми шнурами и съ б'Ь- лымп перьями. И у каждаго гайдука черезъ плечо ц'Ьпь се- ребряная. За каретой арапы п'Ьшкомъ въ красныхъ юбкахъ, съ золотыми поясами, на ше'Ь у каждаго серебряный о]пей- никъ, на голов-Ь красна шапка. Потомъ другая золотая ка- рета, тоже цугомъ, къ ней княгиня Мареа Петровна, вкругъ ея кареты скороходы, на нихъ юбки краснаго золотнаго штофа, а прочее платье б'Ьлаго штофа серебрянаго, сами въ парикахъ напудреныхъ больпгихъ, безъ шапокъ. За княгини- ной каретой каретъ сорокъ простыхъ не золоченыхъ, каждая заложена въ четыре лошади безъ скороходовъ, а только по два лакея въ желтыхъ кафтанахъ па запяткахъ: въ тЬхъ каретахъ большхе господа съ женами и дочерьми, барыни пзъ мелкопомФ.стнаго шляхетства и вольныя дворянки, чтб при княжомъ двор'Ь проживали. Потомъ, на княжихъ лоша- дяхъ, чтб поплоше, видимо-невидимо мелкопом-Ьстнаго шля- хетства. Пр1'Ьдутъ къ монастырю, у святыхъ воротъ изъ каретъ выйдутъ и въ церковь пЬшкомъ пойдутъ. А какъ службу бо- жественную отпоютъ, съ крестнымъ ходомъ кругомъ монастыря отправятся, да, обошедшп монастырь, на ярмонку, ради освя- щен1я флаговъ. Какъ станутъ воду святить, пальба изъ пу- шекъ пойдетъ и музыка. Тутъ князь Алекс1)й Юрьичъ къ архимандриту ярмоночный флагъ поднесетъ, тотъ святой во- дой его покропитъ, а князь на столбъ своими руками вздер- летъ. Пушки запалятъ, музыка играетъ, трубы, роги раз- дадутся, а народъ во все горло: ура! и шапки кверху. Это значптъ ярмонка началась, и съ того часу всЬмъ купцамъ торгъ повольный, а см'Ьй кто допрежь урочнаго часу лавку открыть, запоретъ князь Алексий Юрьичъ того до полусмерти II товаръ въ Волгу велитъ покидать, либо середи ярмонки согкжетъ его. Къ архимандриту об-Ьдать! А ни пол'!'. воз-т-Ь ярмопкп столы накроютъ, бочки съ виномъ ради холопей и для чернаго на- роду выкатятъ. И тутъ не одна тысяча людей на княжой коштъ 'Ьстъ, пьетъ, проклажается до поздней ночи. ВсЬмъ одинъ приказъ: «пей лзъ ковша, а м-Ьра дуига». Р'ЬдкШ годъ челов'Ькъ двадцать, бывало, не обопьется. А пьяныхъ подбирать 
— 105 — было не Бел'!)Но, а коли кто на пьянаго наткнулся, перешагнп черезъ него, а тронуть цальцемъ не см'Ьй. На другой день въ Заборь^Ь пиръ горой. Соберутся больш1е господа и мелкопом'Ьстные, торговые люди и приказные, всего челов'Ькъ, можетъ, съ тысячу, иной годъ и больше. . У князя Алексея Юрьича таковъ былъ обычай: кто ни пришелъ, не спраитпваютъ, чей да откуда, а садись да "пей, а коли 'Ьсть хочешь, пожалуй, и 'Ьшь, добра припасено вдосталь... На по- лян'Ь, позадь дому, столы поставлены, бочки выкачены. Му- зыка, п'Ьсни, пальба, гульба день-денской стономъ стоять. Вечеромъ нот-йшные огни да бочки смоляныя, хороводы въ саду. Со всей волости бабъ да д-Ьвокъ нагонятъ... Тутъ д15ло изв-Ьстное: чтб въ пол'Ь горохъ да р'Ьпка, то въ ьпр'Ь баба да д'Ьвка, значитъ, тутъ безъ гр1)Ха невозможно, потому что всяка жива душа калачика хочетъ. Пот15шные-то огни какъ потухнуть, князь Алексей Юрьичъ съ большими господами въ павильон'Ь, а мелкопом'Ьстное шляхетство въ садочке, на лужочк'Ь да по овражкамъ всю ночь до утра прокура- жатся. Да такъ всю ярмонку и прогуляютъ. Каждый Бож1й день народу видимо-невид[1мо. И все пьянб. Крикъ, гамъ, п'Ьсни, драка — дымъ коромысюмъ. А на ярмонку ради порядку князь Алексей Юрьичъ каждый день изволилъ самъ вьйзжать. Чуть кого въ чемъ зам^Ьтитъ, тутъ ему и расправа. II судъ его бы.1ъ всЬмъ пр1ятенъ, для того, что скоро кончался; тутъ же, бывало, на м-Ьст-Ь и разборъ и взысканье, въ дальн1Й ящикъ не любнлъ откладывать: все бы у него живой рукой шло. Чернилъ да бумаги б'Ьда какъ не жа.зова.та. Зато всЬ торговые люди, что на Заборскую ярмонку съ'Ьзн;ались, какъ отца родного любили его, благод'Ь- телемъ и милостивцемъ звали. И они до бумаги-то не больно ОХОЧИ. До челобитныхъ ли да до приказныхъ дЬлъ купцу на ярмонк-Ь, когда у всякаго кансдый часъ дорогъ? Не любилъ т^хъ князь АлексЬй Юрьичъ, кто поми^^го его по судамъ просилъ. Призоветъ, бывало, такого, шляхетнаго ли роду, купчину ли, мужика ли, ему все едино: первб-на- иерво обругаетъ, потомъ изъ своихъ рукъ побить изволитъ, а послЬ того кошки, плети аль кашица березовая, смотря по чину и но званш. А посл'Ь бани тотъ челов'Ькъ долженъ идти къ князю благодарить за науку. — То-то и есть, — скажетъ тутъ князь: — ты какъ гусь: летаешь высоко, а садиться не умеешь, вотъ и дождался. Разв-Ь н'Ьтъ теб'Ь моего суда, что вздумалъ по приказнымъ ходить? Смотри же, виередъ будь уын'Ье... 
— 100 — И ничего, еще ручку по;калуетъ поц-Ьдовать и лелптъ того челов'Ька напоить, накормить до отвалу. Купцамъ на ярыонк'Ь такой былъ лриказъ: съ богатаго сколь хочешь бери, обманывай, обмЬривао, обв'кишвай его, сколько душ'Ь угодно; б'Ьднаго обид'Ьть не моги. Разъ позвалъ князь къ себ'Ь въ Заборье одного московскаго купчину об1)- дать: купецъ богат1жщ1й, каждый годъ привозилъ на ярмонку панскаго п суровскаго товару на мнопя тысячи: парчи, до- родоры, гарнитуры, глазеты, атласы, левантины, ну и всяк]я друг1я матер1и. А товаръ-отъ все прочный былъ. — лубокъ лубкомъ; въ нын'Ьшнее время такихъ матер1й и не д'Ьлаютъ, все стало щепетильн'Ье, все измельчало, оттого п самую одежу потоньше стали носить. Пооб'Ьдавши. говоритъ князь АлексЬй Юрьичъ купчин'Ь: — Ты но чемъ, Трпфонъ Егорычъ, алый левантинъ про- даешь? — По гривн'Ь, ваше схятельство, продаемъ и по четыре алтына, смотря по доброт'Ь. — А была у тебя вчера въ лавк'Ь попадья изъ Большого Врагу? — Не могу знать, ваше С1Ятельство, народу въ день пере- бываетъ много. ВсЬхъ запомнить невозможно. — Попадья у тебя аршинъ алаго левантиеу на головку покупала, Почемъ ты ей продалъ? ''■'' -Т'''*."- :'' '■ — Не помню, ваше с1ятельство, хоть окол^Ьть на этомъ м'Ьст'Ь, не помню. Да еш;е можетъ статься, не самъ я и товаръ- отъ ей отпуш,алъ, пзъ молодцовъ кто-нибудь. — Ну ладно, — сказалъ князь Алексей Юрьичъ да и клик- нулъ веритника. А вершниковъ съ десятокъ завсегда у крыльца на коняхъ стояло для посылокъ. Вошелъ вершникъ. Купчина ни н«1въ ни мертвъ: думаетъ — на конюшню. Говоритъ вершнику князь Алексей Юрьичъ: — Проводи ты вотъ этого купчину до ярмонки, тамъ онъ дастъ теб'Ь кусокъ алаго левантину самаго лучшаго. Возьми ты этотъ левантинъ и духомъ отвези его въ Большой Врагъ, отдай отца Дмптртя попадь'Ь и скажи ей: купецъ. молъ, москов- стй Трифонъ Егорычъ Чуркинъ кланяться теб'Ь, матушка, велЬ.тъ и прислалъ, дескать, кусокъ левантину въ подарокъ за то-де, что вчера онъ съ тебя за аршинъ такого же леван- тина непом'Ьрную цЬну взя.тъ. А ты, Трифонъ Егорычъ, за молодцами-то приглядывай, чтобъ они б-Ьдныхъ людей не оби- жали, а то В'Ьдь я по-свойски расправлюсь. Пороть тебя не стану, а въ сид'1^льцы къ теб'Ь пойду. Такъ смотри же, держи у меня ухо вострб. 
— 107 — Нед-Ьлп не прошло, спров^далъ князь про Чуркина, одно- дворца какого-то канпфасомъ облгЬрялъ. Только услыхалъ про это, ту-Н{ъ минуту па-конь, прискакалъ на ярмонку, прямо къ Чуркпну въ лавку. — А ты, говорить, Трифонъ Егорычъ, приказъ мои поза- былъ? Экая, братецъ мой, у тебя память-то короткая стала! Нечего д'Ьлать, надо мн'Ь свое княжоо слово выполнить, надо къ теб^Ь въ спд-йльцы идти. Эй, вы, аршинники, вонъ изъ лавки всЬ до единаго! Чуркинъ съ молодцами изъ лавки вонъ, а князь АлексИ Юрьичъ, ставши за прплавокъ да взявши въ руки аршинъ, крпкнулъ на всю ярмонку зычнымъ голосомъ: — Господа честные, покупатели дорог1е! Къ намъ въ лавку покорно просимъ, у насъ всякаго товару припасено вдоволь, есть атласы, капифасы, всяк1е дамск1е припасы, чулки, платки, батисты!.. Продаемъ безъ обмеру, безъ обвесу-, безо всякаго обману. Сдачи не даемъ и сами мелкихъ денегъ не беремъ. Отпускаемъ товаръ за свою цЬну, за наличныя деньги, у кого денегъ н'Ьтъ, тому и въ долгъ можемъ пов'Ьрить: заплатишь — спасибо, не заплатишь — Богъ съ тобой. Навалила въ лавку чуть не ц'Ьлая ярмонка. А князь 3с1 прилавкомъ аршиномъ работаетъ: пять аршинъ чего ни на есть отм'^ряетъ да куска два-три почтен1я сд'Ьлаетъ. Такимъ манеромъ часа черезъ три у Чуркина весь товаръ распродалъ, только наличной выручки оказалось число невеликое. — Вотъ теб'Ь, — сказалъ князь Алексей Юрьичъ Чуркину: — выручка, а остальной товаръ въ долгъ проданъ. Ищи, хлопочи, сбирай долги, это ужъ твоя забота, а мое д'Ьло сторона. Да ты у меня смотри, попадью съ однодворцемъ не забывай. По- ■Ьдемъ теперь въ Заборье об-Ьдать; оно бы, по-настояп1;ему, съ тебя могорычи-то сл'Ьдовали, ну, да такъ и быть: пожалуй, ужъ я накормлю. Садись въ карету. Замялся Чуркинъ, не .тЬзетъ въ карету, стоитъ, дрожитъ, какъ зачумленный. — Не бойсь, хозяинъ, садись, — говорптъ ему князь АлексМ Юрьичъ. — Ты. чай, думаешь, драть тебя стану, не бойся: ска- зано, не стану пороть, значптъ, и не стану. Захот'Ьлъ бы плетью поучить — и зд-Ьсь бы спину-то вздулъ. Садись же, хо- зяинъ! С'Ьлъ Чуркинъ съ княземъ въ карету, по^^халъ въ Заборье об'Ьдать. А за об-Ьдомъ Чуркина на перво м'Ьсто посадили, и князь Алекс'Ьй Юрьичъ самъ ему прислуживалъ: за стуломъ у него съ тарелкой стоя.1Ъ, хозяиномъ все время называлъ. «Я, говорптъ, у Трифона Егорыча въ услужен1и». 
— 108 — А пороть не поролъ. На прощанье еще жалованьемъ удо- стоплъ: отъ любимой борзой суки Прозерпинки кобелька да сучонку на племя подарилъ. Съ той поры Чуркннъ на ярмонку ни ногой. А кто съ княземъ АлексЬемъ Юрьичемъ сы'Ьло да умно по- ступалъ, того любилъ. Разъ одинъ купчина прогнЬвалъ его: отоб'Ьдавши въ Заборь^Ь, не пожелалъ съ барскими барынями да съ деревенскими д-Ьвками въ саду повеселиться, сп'Ьшнымъ д^ломъ отговаривался, получен1е-де предвидится отъ сибир- скихъ купцовъ. Соснувгаи маленько посл^^ об'Ьда, узналъ князь, что купчина его приказу сдЬлался ослушенъ: тихонько на ярмонку съ-Ьхадъ. — Ну, говоритъ, чортъ съ нимъ: была бы честь предло- жена, отъ убытка Богъ йзбавитъ. Порот!) не стану, а до морды доберусь, — не пеняй. И попадись онъ князю на другой день за балаганами, а тутъ песокъ сыпуч1й, за пескомъ озеро, дно ровное да пока- тое, отъ берега мелко, а на середке дна не достанешь; зато ни ямъ ни уступовъ Н'Ьтъ ни единаго. Завидевши купчину, князь остановился, пальцемъ манитъ его къ себ'Ь: — поди-ка, молъ, сюда. Купчина смекнулъ, зач1)мъ зоветъ, нейдетъ, да, стоя саженяхъ въ двадцати отъ князя, говоритъ ему: — Н-Ьтъ, ваше с1ятельство, ты самъ ко мн'Ь поди, а я не пойду для того, что ни зуботрещинъ твоихъ, ни кошекъ, ни плетей не желаю. — Ахъ, ты, аршинникъ этакой! — закричалъ князь Алексий Юрьичъ, да къ нему. А купчина парень не промахъ, задалъ къ озеру тягача, а песокъ тутъ сыпучш, ногп такъ п вязнутъ. Князь Алекс1^й Юрьичъ вдогонку, распалился весь, запыхался, все б'Ьжитъ, сердце-то ужъ очень взяло его. Вязнутъ ноги у купчины, вяз- нутъ и у князя. Вотъ купчина догадался: оглянулся назадъ, видитъ, князь шагахъ во ста отт> него. «Эхъ, думаетъ, усп'Ью»: сЬлъ, сапоги долой, да боспкомъ дальше пустился: бежать-то ему такъ вольготн'Ье стало. Видитъ князь, купчина умно по- ступилъ, самъ сЬлъ, тоже сапоги долой, да босикомъ дальше. Купчина къ . озеру, князь тоже. Забрелъ купчина по горло, а князь по грудь, остановился да перстикомъ купчину и манитъ. — Подь, говоритъ, ко МН'Ь, разд'Ьлаться съ тобой хочу. А купчина въ отвЬтъ тоже пальцемъ манитъ да свое го- воритъ: — Н-Ьтъ, ваше с1ятельство, ты ко мн'Ь подь, а ужъ я не пойду. — Да Б-Ьдь ты, подлецъ, утонешь? 
— 109 — — Тамъ уж'ь, что Богъ дастъ, а къ теб15 не пойду. Перекорялпсь-перокорялись, а другъ къ дружк* не пошли. Хоть время стояло п жаркое, а оба, стоя въ вод'Ь, продрогли. — Ну, — говорить князь: — люблю молодца за обычаи, ■Ьдемъ въ Заборье об'Ьдать, зло твое я забылъ. — Врешь, ваше С1ятельстБ0, — говорить купчина: — обма- нешь, выпорешь. — Пальцемъ не трону, — отв'Ьча.^ъ князь АлексМ Юрьичъ: — ей-Богу, пальцемъ не трону. — Обманешь, ваше саятельство. — Ей-Богу, не обману, право, не обману. — А ну перекрестись! И сталъ князь, стоя въ вод'Ь, креститься и вс^Ьмп святыми себя заклинать, что никакого дурна надъ купчиной не учи- нить. Да.1Ъ купчина в'Ьру, по'Ьхалъ въ Заборье. Не то чтобы выдрать — пр1ятелемь сд'Ьлаль его, домъ ка- менный въ МосквЬ подари.1ь. Бывало, чтб есть — вм'Ьст'Ь, чего нЬтъ — пополамь. Двухъ дочерей замужь повыда.1ъ; въ поса- жёныхь отцахъ у нихъ быль, сына вывель въ чины; посл'Ь въ Зимогорск4 вице-губернаторомъ быль, отъ соли да отъ вина страхъ какъ нажился... — А в'Ьдь утопплъ бы ты меня, Ръопонъ Эаддепчъ, какь бы я къ теб-Ь тогда подошелъ? — скажетъ, бывало, князь. — А какъ знать чего не знать, — отв-Ьчаетъ купчина: — что бы Богъ указаль, то бы я надъ тобой, ваше с1ятельство, и сд-^лаль. И захохочутъ оба, да посл'Ь того и почнутъ целоваться. И всегда и во всемь такъ бывало: кто удалую штуку уде- ретъ, либо тыкнеть князю прямо въ носъ, не боюсь-де тебя, того жаловаль и въ чести держа.тъ. Да воть какой случай быль. Въ летнюю пору посл^ об-Ьда садился, бывало, онъ въ кресла подремать маленько. Кресла ставили на балконе, задн1я ножки въ комнат'й, а передн1я на балкон1), такъ на порог'Ь и дремлетъ. И тогда по всему Заборью и на Волг-Ь на всЬхъ судахъ никто пикнуть не см'Ьй, не то на конюшню. Флагъ надъ домомь особый выкидывали, знали бы всЬ, что князь АлексЬй Юрьичъ почивать изволить. Дремлетъ онъ этакъ разъ, а барчонокь изъ ыелкопом-Ьст- ныхъ знакомцевъ, чтб изъ милости на кухн-Ь проживаль, ти- хонько воз.й дома пробирается. А въ нижпемъ жиль^, нодь самымь т1}Мъ балкономъ, жили барышни-приживалки, вольныя дворянки, и деревни свои у нихъ были, да плохоньк1Я, оттого въ Заборь-Ь на княнсескихъ харчахъ п проживали. Барчонокь подь бкна. Говорить не см^еть, а турусы на колесахъ ба- 
— но — рышнямъ подпустить охота, сталъ руками маячить, а самъ ни гугу. Барышнямъ невтерпежъ: похохотать охота, да гроза наверху, не см-Ьють. Машутъ барчонку платочками: уйди, де- скать, постр'Ьлъ, до гр'Ьха. А барчонокъ маячилъ-маячилъ, да какъ во все горло заголоситъ: «Не одна-то во пол^^ доро- женька». Заоралъ да и драла. Вершники, что у крыльца стояли, его не запримЬтили, сами тоже вздремнули: часъ былъ полу- денный. Такъ барчонокъ и скрылся. Пробудился князь, Грозенъ и мраченъ, руки у него такъ и дергаетъ. — Кто «Дорол{еньку» пЬлъ? — спрашиваетъ. Поб-Ьячали сломя голову во всЬ стороны. Ищутъ. А барчонокъ себ'й на ум'Ь, семью собаками его не сыщешь. Улегся на сЬнник'Ь, сиитъ тоже будто. Кром'Ь барышень никто его не прим'Ьтилъ, а т'Ь, изв'Ьстное д'Ьло, не выдадутъ. — Кто «Дороженьку» п'кть? — кричитъ князь Алекс11Ц Юрьичъ. Б'Ьгаютъ холопи, не могутъ найти. — Кто «Дороженьку» п^.тъ? — кричитъ князь. На крыльцо вышелъ, арапникъ въ рук'Ь. Не знаютъ, что доложить, б'Ьгаютъ, рыщутъ, дознаться не могутъ, '- — Кто «Дороженьку» п^Ьлъ? — на все село кричитъ князь Алексей Юрьичъ: — сейчасъ передо мною поставить, не то всЬхъ запорю! Не могутъ найти. Рычитъ князь, словно медв'Ьдь на рога- тин'Ь. Ушелъ въ домъ, зеркала звенятъ, столы трещатъ. Старипй дворецк1Й и холопп всЬ кланяться стали Васьк'Ь- П'Ьсеннику: «возьми на себя, виноватаго сыскать не можемъ». Васька себ-Ь на ум'Ь, уперся. «Спина-то, говоритъ, моя, но ваша, да еще чего добраго, пол{алуй, п въ прудъ угодииш». Не желаетъ. Стали ему кучиться со слезами: «дворещай, молъ, тебя вы- ручитъ, а на всяк1й случай вотъ теб!» десять рублевъ день- гами». А десять рублей въ старые годы деньги были больш1я. Почесалъ въ заты.те'Ь п'Ьсснникъ: и спины жаль, и съ день- гами разстаться не охота. «Ну, говоритъ, такъ и быть, идемъ. Только смотри же, коль не пзъ своихъ рукъ станетъ пороть, такъ вы, черти, полегче», А т'Ьмъ временемъ князь распалился безъ м'Ьры. — Всему холопству, кричитъ, по тысячЬ кошекъ, все шля- хетство плетьми задеру. Да спросить у барышень, он4 должны знать... Не скажутъ, юбки подыму, розгачами угощу! Страхъ смертный. Пикнуть не см-Ьотъ никто, дышать боятся. 
— 111 — — Кошекъ! — зарычалъ. Зычный голосъ по Заборью раз- дался, и всяка л;пва душа затрепетала. — Ведутъ, ведутъ, — кричатъ комнатные казачки, завпд'Ьвъ дворецкаго, а за нимъ гайдуковъ: волочили они по земл^ по рукамъ по ногамъ связаннаго Ваську песенника. С'Ьлъ князь на софу судъ и расправу чинить. Подвели Ваську. Сами нп живы ни мертвы. — Ты «Дорон^еньку» п'Ьлъ? — спросплъ у п1зсенника князь Алекс^Ьй ВЗрьичъ. — Виноватъ, ваше с1ятельство, — отв'Ьчалъ Васька- пъ- сенникъ. Замолкъ князь. Помол чалъ маленько и молвилъ: — Славный голосъ у тебя... Десять рублей ему да кафтанъ съ позументомъ! Именины. А именины справ.1я.1ъ князь на пятый день Покрова. Пиры бывали велик1е; нед-Ьди на дв'Ь либо на три все окружное шля- хетство съезжалось въ Заборье, губернаторъ пзъ Зимогорска, воеводы провннц1альные, генера.тъ, что съ драгунскими пол- ками въ Жулебин'Ь стоялъ, много п другихъ чиновныхъ. Изъ Москвы наезжали, иной разъ изъ Питера. Всякому лестно было князя Алекх'Ья Юрьпча съ днемъ ангела поздравить. Каждому своя комната, кому побольше, кому поменьше: не- служащему шляхетству, смотря по роду, — ЧИНОВНЫМЪ, Г.1ЯДЯ по чину. Губернатору флигель особый, драгунскому генералу съ воеводами другой, ,по прочимъ флигелямъ больш1е госиода: кому три горницы, кому ДВ'Ь, кому одна, а т^Ь по два, по три гостя въ одной, глядя, кто каковъ родомъ. А на'Ьзжее мелко- пом'1>стнос шляхетство и приказныхъ по крестьянскимъ дво- рамъ разводили, а которыхъ въ застольную, въ ткацкую, въ столярную. Тамъ и спятъ въ повалку. Съ вечера накануне именннъ всеноп1,ну служатъ. Тутъ всЬмъ приказъ: у службы быть неотм'Ьнно. Князь самъ ше- стопсалм1е читаетъ и синаксарь. Зналъ онъ церковный уставъ не хуже монастырскаго канонарха, къ служб'Ь Бож1ей былъ не л1|5ностенъ, къ дому Господню рад'Ьн1е им^лъ большое. Сколько по церквамъ иконостасовъ над-йладъ, сколько колоко- ловъ выли.тъ. въ самомъ Заборь-Ь три каменныя церкви со- орудилъ. Ужина не бывало, чтобъ грЬхомт. до утра не забражни- чаться, об^дии не проспать бы. Подавали каждому 'Ьсть-пить въ своемъ мГ.стЬ. а хмельнаго ставили число невеликое. 
— 112 — На другой день, пос.тЬ об-Ьдии, всЬ, бывало, поздравлять пойдутъ. Сядетъ кпязь АлексЬй Юрьпчъ во все.мъ наряд'Ь п въ кавалер!!! на софЬ, въ большой гостаной, по правую руку губернаторъ, по л^звую — кня14!ня Мароа Петровна. Больш1е го- спода, съ ангеломъ князя поздравивши, тонге въ гостпной раз- сядутся: по одну сторону мул:ч!1ны, по другую — л:енск1й полъ. А садилпсь по чпнамъ п по роду. Шита съ виршами придетъ — нарочно такого для праздни- ковъ держали. Звал!! Семеномъ Т!!тычемъ, былъ онъ изъ по- повскаго роду, а стихотворному д-Ьлу на Москв-Ь обучался. Въ первый же годъ, какъ пр1Ьхалъ 1шязь АлексЬй Юрьичъ на житье въ Заборье, нанялъ его. Привезл!! его изъ Москвы вм'Ьст^ съ карликомъ — ^тожо рЬдкостный былъ челов^жъ: ро- стомъ съ восьмигодового мальчишку, не больше. Жилъ п1ита на всемъ на готовомъ, особая горница ему была, а д'Ьло только въ томъ и состояло, чтобы къ каждому торжеству вирши на- писать и пастораль сд'Ьлать. И каждый разъ, передъ д-Ьломъ, нед'Ьл!! на три его ради трезвости на голубятню; бывало, какъ только вытрезвятъ, та1:ъ и пойдетъ онъ вирши П!1сать да па- стораль строить. 11р!!детъ Титычъ въ гостиную, тоже напудренный, въ гаел- ковомъ кафтан'Ь, !10чнетъ поздравптельныя вирши сказывать. Гости слушаютъ молча. А когда отч!1таетъ, подастъ т^ вирши князю на бумаге, а князь ручку дастъ ему поцеловать, де- негъ пожалуетъ и велитъ напоить Титыча до положен1я ризъ, только бы наблюдали, чтобы Богу душу не отдалъ, для того, что человксъ былъ нужный, а пилъ безъ разсужден1я. Въ ста- рые Г0Д111 п1итовъ было ЧИСЛО невеликос, найти было ихъ трудновато, оттого и берегъ князь Т!1тыча. Таковъ былъ при- казъ: п1иту беречь всякими М'Ьрами и ради потехи вреда ему не чинить. Разъ одного знакомца изъ благороднаго шляхетства та1съ взодралъ 1гнязь за Титыча, что небу стало жарко. Похрысневъ Иванъ Тихон ычъ — было у него дворовъ тридцать своихъ крестьянъ, да разо^Ьжались, оттого и пошелъ на княж1е харчи — съ Титычемъ былъ пр1ятель закадычный: пили, гуляли сообща. Насмотр'Ьлся Пванъ Тпхонычъ, каковы въ Заборь-Ь забавы.' И холопи и шляхетство такъ промежъ себя забавлялись: кого на медведя насунутъ, кому подо1ивы ыедомъ намажутъ да да- дутъ козлу лизать; козелъ-отъ Л1!жетъ, а че.ювЬку ш,ек6тно, хохочетъ до тЬхъ поръ, какъ глаза подъ лобъ уйдутъ и ды- шать еле можетъ. Насмотр'Ьвшись такихъ пот'Ьхъ, Пванъ Ти- хонычъ подм'Ьтилъ разъ друга своего во пьяномъ образ'Ь ле- жаща и сшути.1ъ съ нимъ шуточку, да и шутку-то небольно 
— 113 — обидную: ежа за паз^^ху ему посадилъ. Вскочилъ пшта, за- оралъ благпмъ ыатомъ, спьяну да спросонокъ не можетъ понять, что такое у него подъ рубахой возится да колетъ. Ровно зторФ^лый на дворъ выб'Ьжалъ, «караулъ! р'Ьжутъ!» — крп- читъ. На гр-Ьхъ самъ князь тутъ случись; узнавъ причину, много смеяться изволилъ, а Ивана Тихоныча выпоролъ п ц'Ь- лый день ежа за пазухой носить прпказалъ. — «Ты, говорптъ, знай, съ к'Ьмъ шутить: Титычъ, говорить, теб^ не пара: онъ челов'Ькъ ученый, а ты свинья». Вотъ какъ ученыхъ людей князь почиталъ. А какъ въ день княжихъ именинъ Семенъ Титычъ изъ гостиной выйдетъ, неважные господа и знакомцы пойдутъ по- здравлять, также и приказный народъ. Подходятъ по чинаыъ, и всякому, бывало, князь Алексей Юрьпчъ жалуетъ ручку свою ц-бловать. Кто поц'Ьловалъ, тотъ на галлерею, а тамъ отъ водокъ да отъ закусокъ столы ломятся. Чай станутъ подавать, но только большпмъ господамъ. Въ стары-то годы чай бывалъ за диковину, и пить-то его ум-Ьди только большого рангу господа; мелочь не знала, какъ и взяться... Давали иной разъ мелком'Ьстиому шляхетству аль приказнаго чина людямъ, ради пот'Ьхи, позабавиться бы боль- шпмъ гостямъ, глядя, какъ тотъ съ непривычки глотку ста- нетъ жечь да рожи корчитъ. Шутовъ, бывало, призовутъ, пе- редразнивать барина-то прикажутъ, чай у него отнимать, ки- пяткомъ его ошпарить. Шуты съ бариномъ подерутся, обва- рятъ его, на полъ повалятъ да мукой обсыпл:ютъ. А какъ назабавится князь, въ шею всЬхъ и велитъ вытолкать. Пьютъ, бывало, чай въ гостиной: губернаторъ почнеть в'Ь- домостп сказывать, что въ курантахъ вычита.11ъ, аль изъ Пи- тера чтб ему отписывали. Московск1е гости со своими в'Ь- домостями. Такъ и толкуютъ часъ-другой времени. Пр1'Ьзжалъ частенько на именины генера.^ъ-поручикъ Матв-Ьй Михайлычъ Ситкинъ, — родня князю-то былъ; при двор^ больше находился, къ Разумовскому бывалъ вхожъ. — Слышно, — говорптъ онъ однажды: — про тебя, 1шязь Алекс'Ьй, что матушка-государыня хочетъ тебя въ цесарскую землю къ венгерской королев!) резидептомъ послать. — И до меня так1я в-Ьдомости, с1ятельп'Ьйш1й князь, дохо- дили, — промолви.1ъ губернаторъ: — а когда Матвей Михай- лычъ изъ самаго дворца матушки-государыни подлинныя в1>- домости прывезъ, значитъ, он1> в'1зроят1я достойны. И стали всЬ поздравлять князя АлексЬя Юрьича. А у него лицо такъ и прос1яло. Помолчалъ онъ и молвилъ: — Не 4ду. Соч1шен1я П. Мельникова. Т. I. >г 
— 114 — — Въ ум-Ь-ль ты, князь, али рехнулся? — ужаснулся даже генералъ-поручикъ, родня-то. — Сказано — не по-Ьду, такъ значптъ и не повду, — ыолвилъ князь Алекс^Ьй Юрьичъ. — Пускай меня матушка-государыня смертью казнитъ, пускай меня въ дальни сибирски города сошлетъ, а въ цесарскую землю я ни ногой. г.; А говорилъ оиъ такъ ради того, что зналъ роденьку! .'Своего Матвея Михайлыча: любплъ генералъ краснымъ словцомъ р-Ьчь поукрасить, любилъ и похвастаться передъ людьми: я-де при государыне нахожусь, вс1з велик1я и тайныя д'Ьла до тон- кости знаю. — Да что ты, что ты? — сталъ онъ приставать къ князю. — Есть ли резонъ челов'Ьку отъ фортуны отказываться? Губернаторъ сталъ допытываться, драгунск1й генера.1ъ, вое- вода, изъ большихъ господъ два-три челов-Ька. Друг1е не см-Ёли. — Какъ же мн'Ь возможно 'Ьхать въ цесарскую зем.1ю? — молвилъ наконецъ князь АлексЬй Юрьичъ. — Безъ меня лы- сый чортъ всЬхъ русаковъ зд'Ьсь затравитъ, а объ красномъ зв-Ьр-Ь л'Ьтъ пять посл'Ь того и помину не будетъ. А лысымъ чортомъ изволилъ звать Ивана СергЬпча Опа- рина. Барпнъ былъ большой, по соседству съ Заборьемъ вотчина у него въ дв'Ь тысячи душъ была, въ старые годы посл'Ь князя Алекс'Ья Юрьича по всей губернш былъ первый челов^къ. — Не взыщи, князь Алексей, — подхвати-тъ Иванъ Сер- г'Ьичъ: — всЬхъ перетравлю. Ты тамъ у венгерской королевы резидируй, а я теб'Ь мышонка не покину. См-Ьяться изволи.11ъ князь. П вс4 больние господа см'Ьялись, а въ другихъ комнатахъ и на га.мере^1 знакомцы, шляхетство мелкопоместное и приказные тоже на тотъ см'Ьхъ хохотали, хоть къ чему тотъ см'Ьхъ — и не выдали. — А ты .1учше скажи-ка мн'Ь, честный отче, подобаетъ ли намъ вотъ это китайское зелье пить? ГрЬха тутъ н'Ьтъ ли? — спросилъ князь Алекс'Ьй Юрьичъ. А это онъ тому же Ивану СергЬичу молвилъ. Звалъ его .1ысымъ чортомъ потому, что голова у него была на подоб1е рыбьяго пузыря, а честнымъ отче потому, что въ старыхъ уставахъ Опаринъ былъ св'Ьдуш,ъ. Хоть бороду и брилъ, а париковъ не над'Ьвалъ и табаку не курилъ, поставляя въ томъ гр4хъ велик1Й. Бею жизнь пробылъ въ н-Ьт^хъ 'О? пятидесяти л-Ьтъ недорослемъ писался, и хоть при Петр-Ь Великомъ не разъ былъ за то батогами битъ нещадно, но обычай свой *_) }1)ьтями назывались 11еяБ!1вш1еся на службу дворяне. 
— 115 — спесъ — на службу въ Пптеръ не явился. Спервоначалу и нЬмецкаго платья над'Ьть на себя не хот^Ьлъ, да супруга обря- дила. Былъ женатъ на богатой, супруга на ассаыблеяхъ упражнялась, нраву, была сварливаго, родня у ней знатная, потому мул;у бпть себя не соизволила; и онъ у нея изъ рукъ смотр'Ьлъ. Хоть черезъ великую силу, бородой и охабнемъ су- пружеской любви поступился. А родитель Ивана СергЬпча, въ. прежни годы, съ князьями ЛГышецкимп заодно былъ, у рас- кольщиковъ въ Выгор'Ьцкомъ скит'Ь п жизнь скончалъ. — Н'Ьтъ ли, — говоритъ ему князь АлексЬй Юрьичъ: — въ этомъ пойл'Ь гр'Ьха? Не опоганили-ль мы съ тобой, честный отче, душъ своихъ? — А что-жъ въ чаю поганаго? — отв'Ьчаетъ Иванъ Сер- г^ичъ: — не табачище!.. Объ ча-Ь и въ Соловецкой челобптной не обозначено, стало-быть, погани въ немъ н^тъ никакой. — А видишь ли, честный отче, вычелъ я въ одной фран- цузской книгЬ, что когда въ Хпнской земл'1^ чай собI^)аютъ, такъ языческ1е тамошн1е жрецы богомерзкое свое служенхе на по.чяхъ совершаютъ и водой идоложертвенной чай на корню кропятъ. А по уставу идоложертвенное употреблять не подо- баетъ. Пов'Ьдай же намъ, честный отче, опоганили мы свои души аль н'Ьтъ? — А можетъ-статься, на тотъ чай, что мы у тебя пьемъ, богомерзкая-то вода и не попала? — молвилъ Иванъ Серг'Ьичъ, накрывая чашку. — Вотъ теб^Ь и сказъ. — Охъ, ты, отв1>тчикъ! — крикнулъ князь А.1ексМ Юрьичъ, немножко прогневавшись: — всстто у тебя отв-Ьты. Сказы- ваютъ, что смолоду ты немало и раскольничьнхъ отв'Ьтовъ Неофиту писалъ... Правда, что ли? — молви.1ъ князь, подмпг- нувъ губернатору. — Сколько, лысый чортъ, на твою долю по- морскихъ отв'Ьтовъ пришлось написать? Сочти-ка да скажи намъ. — Теб-Ь бы, князь АлексЬй, цыплятъ по осени считать, а такого д'Ьла не ворошить. Не прп теб-Ь оно писано. — Смотри, лысый чортъ, ты у меня молчи. Но то госпо- дина губернатора и владыку святого стану просить, чтобъ тебя съ раскольщиками въ двойной окладъ записали. Пош;е- го.гяешь ты у меня съ желтымъ козыремъ да со значкомъ на вороту. Хоть и разгн'Ьвался маленько князь Алексей Юрьичъ, но Иванъ СергЬпчъ барпнъ бьмъ большой, попросту съ нпмъ разд'Ьлаться невозможно, самъ сдачи дастъ, у самого во двор'Ь пшстьсотъ челов1и{ъ, а коиши да плети не хуже заборскихъ. На счастье, подъ самое то слово чихнулъ губернаторъ. 
— 116 - Всташ II поклонъ отдали. Привсталъ п князь АлексЬй Юрьичъ. И всЬ въ одпнъ голосъ сказали: — Салфетъ вашей милости '•)! А губернаторъ кланяется да приговариваетъ: ■ — Красота вашей чести! На ту пору дверь распахнулась, четыре лакея, каждый въ сажень ростомъ, закуску на подносахъ внесли п на столы по- ставили. Были тутъ сельди голландск1я, сыръ нкмецкШ, икра яикская съ лимономъ, икра стерляжья съ перцемъ, балыкъ донской, колбасы заморск1я, семга архангелогородская, ветчина вестфальская, сиги въ уксусЬ изъ Питера, грибы отварные, огурцы подноъсгае, рыжики вятск1е, пироги подоваго д'Ьла, оладьи и пряженцы съ яйцами. А въ графинахъ водка золо- тая, водка анисовая, водка зорная, водка кардамонная, водка тминная, — а всЬ своего завода. Закусываютъ часъ либо два, покам'ктъ всЬ графины не опорожнятъ, всЬ тарелки не очистятъ, тогда обЬдать пойдутъ. А въ столовой, на одномъ конц'Ь княгиня Мареа Петровна съ барынями, на другомъ князь АлексЬй Юрьичъ съ боль- шими гостями. Съ правой руки губернатору м-Ьсто, съ л-Ьвой — геяерадъ-поручику, за ними нроч1е, по роду и по чпнамъ. П всякъ свое м'Ьсто знай, выше старшаго но см'Ьй залезать, не то шутамъ велятъ стулъ изъ-подъ того выдернуть, аль прп- кажутъ лакеямъ кушаньемъ его обносить. Кто помельче, гЬ на галлере'Ь 'Ьдятъ. Тамъ въ именины человЬкъ пятьсотъ либо шестьсотъ обедывало, а въ столовой челов'Ькъ восемь- десятъ лпбо сто — не больше. Подл^Ь князя Алексея Юрьича, съ одной стороны, двухгодо- валаго ручного медв'Ьдя посадятъ, а съ другой — юродивый Сппря на полу съ чашкой сядетъ: босой, грязный, лохматый, въ одной рубах'Ь; въ чашку ему всякаго кушанья князь на- бросаетъ, и перцу, и горчицы, и вина, и квасу, всего туда накладетъ, а Спиря 'Ьстъ съ прибаутками. Мишку тоже изъ своихъ рукъ князь кормилъ, а посл-Ь водкой, бывало, напоить его до того, что зв1)рь п ходить не можетъ. Въ столовой на серебре подавалн, а для князя, для кня- гини и для генеральства ставились золотые приборы. За каждымъ стуломъ по два лакея, по угламъ шуты, н'Ьмые, карлики и калмыки — вс1з подачекъ ждутъ и промежъ себя дерутся да ругаются.  *) При дворй говорили салюшъ (ва1111) вашей милости, въ провинцш еалютъ переделали въ салфетъ. Въ глухцхъ городахъ салЛетъ до спхъ иоръ водится. 
— 117 — Уху, бывало, БЪ серебряной лохани подадутъ — стерляди так1я, кашя въ нон'Ьшни годы п не ловятся: отъ глаза до пера два аршина п больше. Осетры — чудо морское. А тамъ еще задъ быка прпнесутъ, да ветчины окорока три-четыре, да барановъ штуки три, а куръ, инд'Ьекъ, гусей, утокъ, ряб- коБъ, куропатокъ, зайцевъ — всей этой мелкоты безъ счету. Вс11хъ кушан1й перем15нъ тридцать и больше, а посл^Ь каждой перем-Ьны чарки въ ходъ. Подавали вина ренск1я, аликант- ское, эрмитажъ и разныя друг1я, а больше домашнхя наливки и меда ставленные. Въ стары годы п так1е господа, какъ князь Алекс^Ьй Юрьичъ, заморскнхъ винъ кушали понемногу, пили больше водку да наливки домашн1я и меды. Дорогхя вина только въ праздники подавались, и то не всЬмъ: пода- вать так1Я вина на галлерею въ заведен1и не было. А шам- панское вино да венгерское только и пивали въ именины... Подъ конецъ об'Ьда, бывало, станутъ заздравную пить. Пили ее въ сто-товой шампанскимъ, въ галлере'Ь — вишневымъ ме- домъ... Начнутъ князя съ ангеломъ поздрав.1ять, «ура» ему закричатъ, п'Ьвчте «многая л'Ьта» запоютъ, музыка грянетъ, трубы затрубятъ, на угор'Ь изъ пушекъ палить зачнутъ, шуты вкругъ князя кувыркаются, карлики пищатъ, н-Ьмые мычатъ по-своему, больш1е господа за столомъ пойдутъ на счастье имениннику посуду бить, а медв^Ьдь реветъ, на задн1я лапы поднявшись. Встанутъ изъ-за стола, княгиня съ барынями на свою по- ловину пойдстъ, князь Алексей Юрьичъ съ больптимн госпо- дами въ гостиную. Сядутъ. Оглядится князь, вс^ ли гости усЬлись, лишнихъ н'Ьтъ ли, помолчитъ маленько да, глядя на старшаго дворецкаго, вполголоса промолвитъ ему: «ХлЬбъ нашъ насушный дал{дь намъ днесь». Дворецкхй парень бы.тъ наметанный, каждый взглядъ князя понималъ. Тотчасъ, бывало, смекнетъ, въ чемъ д1;ло. Было у князя въ подвал'Ь старое венгерское — вино дорогое, страхъ какое дорогое! Когда еще князь АлексЬй Юрьичъ при госу- дарын1} въ Питер-Ь проживалъ, води.ть онъ друлгбу съ цесар- скимъ резидентомъ, и тотъ цесарск1й резидентъ изъ своего королевства бочекъ съ пять того вина ему по дружб'Ь вывезъ. Пахло ржанымъ х.^'Ьбомъ, оттого князь и звалъ его хл'Ьбомъ насущнымъ. А подавали то вино изр-Ьдка. Принесутъ гайдуки стопки серебряный, старнпй дворецк1Й разольетъ х.йбъ насущный. Возьметъ князь Алекс1Л1 Юрьичъ стопку, привстанетъ, къ губернатору обернется: «будьте здо- ровы», — ская{етъ и хлебнетъ х.тЬба насущнаго. Потомъ опять привстанетъ, генералъ-поручика тЬмъ же манеромъ поздрав- 
— 118 — ствуетъ и опять хлебнетъ х.тЬба пасущпаго. Г! прочпхъ также, все по роду п по чину. А кого князь здравствуетъ, тому и проч1е п привставая кланяются и хл^ба насущнаго прихлебы- ваютъ. А п'Ьвч1е поютъ ыногол'Ьт1с, въ галлере'Ь «ура» крп- чатъ, на угор'Ь изъ пушекъ палягь, трубы, рога, музыка. И питаются, бывало, хл'Ьбомъ насущнымъ, когда часъ времени, когда и бо.1ьше. ■ -т — Ну, — скажетъ, вставая, князь Алексей Юрьичъ: — Богь напиталъ, никто не видалъ, а кто вид'Ьлъ, тотъ не обидЬлъ. Не пора-ль, господа, къ Храповицкому? II птиц-Ь вольной и зв15рю лесному, не токмо челов'Ьку разумному, присудилъ Го- сподь отдыхать въ часъ полуденный. И попдутъ по своимъ Мвстамъ, а князю Алекс^^ю Юрьичу на балконе кресло ужъ поставлено. И станетъ по Заборью тишина. Только храпъ слышно... отдыхаютъ... Соснувъ ма.тенько, зачнутъ къ вечернему балу снаряжаться, и весь домъ станетъ вверхъ дномъ. Господа, барыни и ба- рышни сидятъ въ пудраматахъ, д'Ьвушки да камердинеры 1акъ п снуютъ: кто съ робой, кто съ утюгомъ, кто съ фиж- мами, кто съ камзоломъ глазетовымъ. Въ одномъ м'кт'Ь пряжки къ башмакамъ прилаживаютъ, въ другомъ барышню двЬ д'Ьвки чте) есть мочи стягиваютъ, въ третьемъ барыни мушки на лицо себ'Ь л'Ьпятъ... Къ семи часамъ всЬ готовы и соберутся въ домъ. А тамъ ужъ восковыхъ свечей зажжены тысячи, передъ домомъ и въ саду плошки, по гор'Ь смоляныя бочкп горятъ, а за Во.лгой, на томъ берегу, костры разложены. Выйдетъ князь Алексей Юрьичъ съ княгиней Мареой Пе- тровной во всемъ парад'Ь, и грянетъ музыка. Цолонезъ за- играютъ: губернаторъ, въ зеленомъ кафтан'Ь на красномъ ста- мед'Ь, въ аломъ камзол-Ь, въ большомъ парикЬ, съ кавалер1еп черезъ плечо, къ княгин-Ь подлетитъ, реверансы другъ другу сд^лаютъ и пойдутъ. Посл-Ь того друг1е господа, кто барыню, кто барышню поднимутъ и пойдутъ водить полонезъ по заламъ II галлереямъ, и водятъ немалое время. А барынь подни- маютъ и въ полонезъ водятъ также по роду и по чинамъ. Находившись досыта, въ боковую галлерею пойдутъ «пасто- раль» смотреть. Тамъ подмостки съ декорац1ей сд-бланы, п какъ гости войдутъ, музыканты нтальянскхя кантаты играть зачнутъ, II играютъ, покам-Ьотъ гости по м'Ьстамъ разсядутся. Тутъ занавеска на подмосткахъ поднимется, сбоку выйдетъ Дуняшка, ткача Егора дочь, красавица была первая по За- борью. Волосы наверхъ подобраны, напудрены, цв-Ьтамп из- украшены, на П1;екахъ мушки на.1'Ьп.1ены. сама въ помпа- дур-Ь на фижмахъ. въ рук-Ь посохъ пастушеч1й съ алымн 
— 119 — и голубыми лентами. Станетъ ин.'.зя виршамп поздравлять, а иисалъ т'Ь вирши Семенъ Титычъ. И когда Дуня отчитаетъ, Иараша подойдетъ, псаря Данилы дочь. Эта пастушкоыъ на- ряжена: въ пудр15, въ штанахъ и въ камзол'Ь. П станутъ Па-- раша съ Дунько11 виршамп про любовь да про овечекъ раз- говаривать, сядутъ рядкомъ и обнимутся... Недели по четыре д-Ьвонъ, бывало, гЬмъ впргаамъ съ голосу Семенъ Тптычъ училъ — были неграмотны. Долго^ бывало, маются, сердечныя, да какъ разъ пятокъ пхъ для понятая выдерутъ, выучатъ твердо. Андрюыку-поваренка сверху на веревкахъ спутятъ. Маль- чишка былъ бойкШ и проворный, — грамот'Ь самоучкой об- учился. Бога Феба онъ представлялъ, въ аломъ кафтан-Ь, въ голубыхъ штанахъ съ золотыми блесткамп. Въ рук'Ь доска прор'Ьзная, золотой бумагой оклеена, прозывается лирой, вкругъ имовы у Андрюшки золочены проволоки натыканы, въ род15 С1ян1я. Съ Андрюшкой девять д'Ьвокъ на веревкахъ, бывало, спустятъ: напудрены всЬ, въ бЬлыхъ робронахъ, у каждой въ рукахъ нужная ъещъ, у одной скрипка, у др)ТОЙ святочная харя, у третьей зрительна трубка. Подъ музыку стихи про- поютъ, князю В'Ьнокъ подадутъ, а плели тотъ вЬнокъ въ оран/кере'11 изъ лавроваго дерева. И такой пастора.тью всЬ ут'Ьшены бывали. Велитъ иной разъ князь Алексей Юрьпчъ позвать къ себ'Ь Семена Титыча, чтобъ изъ своихъ княжихъ рукъ подарокъ ему пожаловать, но никогда его привести было невозможно, каждый разъ не годился и въ своей горнид'Ь за замкбмъ на привязи сидУъ. Несиокоенъ, царство ему небесное, во хмелю бывалъ. Опять полонезъ заиграютъ, господа въ большую залу пой- , дутъ. Тутъ МатвЬя ^Тихайлыча — генералъ-поручика — .мар- шаломъ сд-^лаготъ, княгиня Мареа Петровна букетъ цв'Ьтовъ полгаловать ему изволптъ. Приколетъ онъ т'Ь цв'Ьты къ каф- тану п зачнетъ танцами распоряжаться. Сперва менуэтъ тан- цуютъ, кланяются^ реверансы д'Ьлаютъ, къ сердцу руки при- жимаютъ, на разлетъ ими отмахиваютъ, а барышни присЬдаютъ, на сторонку перегибаются п в15еръ тихонько поднимаютъ. Посл-Ь менуэта манимаску начнутъ, а тамъ матрадуръ, гавотъ и друг1е танцы. Чуть не до полночи, бывало, промаются. В11еремежку тапцевъ подавали воду брусничную, гру- И1ев?:у, сливянку, квасъ яблочный, квасъ малиновый, питье миндальное. За-Ьдки всяк1я, бывало, разносили: конфеты, мар- ципаны, цукаты, сахары зеренчатые, варенье инбирное индМ- скаго дЬла; изъ овош;ей — внноградъ, яблоки да разныя овощи полосами: полоса дынная, полоса арбузная да ананасная по- 
— 120 — леса невеликая. Дынную да арбузную вс^кмъ подаютъ, ананас- ную не всякому, потому что вещь р'Ьдкостная, не всякому гостю по губамъ придется. А въ другпхъ комнатахъ столы разставлены, на пихъ въ фаро да въ квинтпчъ играютъ; червонцы изъ рукъ въ руки такъ п переходятъ, а выигрываетъ, бывало, завсегда больше всЬхъ губернаторъ. Друг1е кости мечутъ, въ шахматы играютъ — кому что больше съ руки. А межъ игрой пунши да взварцы пьютъ, а лакеи то и дЬло водку да закуски разносятъ, ВечернШ столъ бывалъ не великхй: кушаньевъ десять либо двадцать — не больше, зато напитковъ вдоволь. Пьютъ, другъ отъ дружки не отставая, кто откажется, тому князь прика- жетъ вино на голову лить. А какъ посл-Ь ужина барыни да барышни за княгиней уйдутъ, а потомъ и изъ господъ кто чиномъ помельче аль годами помоложе по своимъ м1зстамъ разойдутся, отправится князь АлексМ Юрьичъ въ павнльонъ и съ собой гостей челов'Ькъ пятнадцать возьметъ. И пойдетъ тамъ кутежъ на всю ночь до утра. Только-что войдутъ туда князь Алексей Юрьичъ, и кафтанъ и камзблъ долой, гости тоже. Спервоначалу кипрскимъ виномъ серебряную дедовскую яндову нальютъ, «чарочку» запоютъ и пустятъ яндову въ круговую. Не то попарно, какъ цэебцы въ лодк-Ь, на полъ усядутся, «Внизъ по матушк-Ё по Волг-ё» затянутъ и орутъ себ-Ь чтб есть мочи. А запевалой самъ князь АлексЬй Юрьичъ. — Н'Ьтъ, скучно такъ, ребята, — скажетъ, бывало: — бо- гинь, богинь сюда съ Парнаса! И влетятъ богини: Дуняша, Параша, Настенька, Машенька, Грушенька, девять сестеръ, что въ пасторали были, да еще сколько нужно на придачу по числу гостей. Вс4 разряжены: которая въ пудр-Ь и роброне, ровно барышня, которая въ сарафан'Ь, а больше такъ, какъ въ павильонахъ на стЬнахъ * писано. Красавицы-то были как1я! Хоть бы Дуню взять. Б'Ьленькая, кр'Ьпонькая, черные глазенки въ душу такъ и смотрятъ. Пой- детъ плясать: старикъ растаетъ, на нее глядя! Бубенъ въ руку; вверхъ его надъ головой вскинетъ, обведетъ вс^хъ глазами, топяетъ ножкой да вольной птичкой такъ и запорхаетъ, а сама вся, какъ зм'Ьйка, изгибается, отъ сердечной истомы щеки пышутъ, глазки горятъ, а ротикъ раскрытъ у голу- бушки... Настенька опять — д'Ьвочка славная, кровь съ моло- комъ, голосокъ соловьиный. Войдетъ, въ сарафан'Ь алаго бар- хату, въ кружевныхъ рукавахъ, на голов'6 золотая повязка, коса у Настеньки по ко.т^на, — на кого ни взг.1янетъ, р}юлемъ подаритъ, слово кому скажетъ, мурашки у того по всему т'Ьлу 
-■ 121 — заб^гаютъ... Или Груша опять!.. Машенька!.. На подборъ были собраны красавицы, а выбирались изъ ц^лой вотчины. Все-то состар'Ьлось, а состар1&вшись примерло!.. Заря въ неб'Ь зарумянится, а въ павпльон'Ь п'Ьсни, плясъ да попойка. Воевода, Матвея Михайлычъ, драгунскШ, Иванъ Серг'Ёичъ, губернаторъ и друг1е больш1е господа, — кто пляшетъ, кто поетъ, кто чару пьетъ, кто съ богиней въ уголку сидитъ... Самъ князь Алексей Юрьичъ напосл'Ьдокъ съ Дуняшей ка- зачка пойдетъ. — Эй, вы, римляне!.. — крикнетъ подъ конецъ. • — Похип1;ай сабпнянокъ, собаки! И схватитъ каждый гость по д'Ьвочк'Ь: кто посильн^Ьй, тотъ на плечо красоточку взвалитъ, а кто въ охапку ее... А князь Алексий Юрьичъ станетъ средь комнаты, да ту, чт5 пригля- нулась, перстикомъ къ себ'Ь и поманитъ... П разойдутся. Т-Ьмъ именины и кончатся. У. Въ монастыре. Охоту больше на краснаго зв^ря князь Заборовск1й любилъ. Обложили медв'Ьдя, — готовъ на край св-Ьта скакать. Л-Ьса были бодьш1е, л^Ьсничихъ въ помин^^ еще не было, оттого не бывало и порубокъ; въ лК^сной гущине всякаго зв-Ьря много водилось. Р^^^дкую зиму двухъ десятковъ медведей не под- нимали. Только станетъ зима, челов'Ькъ сорокъ пошлютъ берлоги пскать. Опричь того мужики по всей окрулшости зналп, какое жалованье за медведя князь АлексЬй Юрьичъ даетъ, оттого, бывало, каждый, кто про медв^^дя ни пров'Ьдаетъ, в-Ьсти при- носитъ къ нему. А сохранп, бывало, Господи, ежели кто безъ него осм-йлится медв|[^дя поднять! Не родись на св'Ьтъ тотъ челов'йкъ!.. Самъ любилъ мишку повалить. Таковъ приказъ у него былъ: «бей медв-Ьдя, коли драть тебя станетъ аль подъ себя под- беретт,, — до гЬхъ поръ тронуть его не моги». Изъ ружья р-Ьдко бивалъ, не жаловалъ князь ружейной охоты, больше все съ ножомъ да съ рогатиной. — «Надобно-жъ, говоритъ, бывало, Михайл-Ь Иванычу, господину Топтыгину, передъ смертнымъ часомъ дать позабавиться; чтб толку пу- лей его свалить, изъ ружья бей сороку, бей ворону, а съ Мишень- кой весело силкой пом-Ьряться!» Сорокового билъ изъ ружья. Сорок'овой медв'Ьдь — д'Ьло не простое, редкому счастливо сходптъ онъ съ рукъ — любитъ сороковой безъ костяной шапки оставить. 
— 122 — А всего ыедв'Ьдей сто, коль не больше, повалилъ княпь АлексЬй Юрьичъ въ приволжскихъ краяхъ, и все пожомъ да рогатиной. Не разъ п Мигака топталъ его. Ра;зъ бедро чуть не вьйлъ совсЬмъ, въ другой^ подобравъ под'ь себя, такъ за- чалъ ломать, что князь закричалъ неблагимъ матомъ, и лакъ медведя пор^шилп, такъ князя чуть живого подняли и до саней на шуб'Ь несли. Шесть нед-йль хворалъ, думали, жизнь покончитъ, но Богъ помиловал'ь. ; . Берлогу отыщутъ, зв'Ьря обложатъ. Станетъ князь противъ выхода. Правая рука ремнемъ окручена, ножикъ въ ней, въ л15вой — рогатина. Въ стороне станутъ охотники, кто съ ружьемъ, кто съ рогатиной. Поднимутъ Мишку, по.тЬзетъ кос- матый старецъ изъ затвора, а сн'Ьгъ-отъ у него надъ головой такъ столбомъ и летнтъ. И прпметъ князь л^юного барина по-холопски, рогатиной припретъ его, куда сл-Ьдуетъ, покрепче. Тотъ разозлится да на него, а князь сунетъ ему руку въ раскрытую пасть да тамъ пожомъ и пойдетъ работать. Тутъ-то вотъ любо, бывало, посмотреть па князя АлексЬя Юрьича — богатырь, прямой бо- гатырь!.. А по осени, какъ въ отъезжее поле соберутся, нед'Ь.ть по шести,, бывало, полюютъ, провинц1и по дв'Ь объезжали. Вы- '1^детъ князь АлексЬй Юрьичъ, какъ солнце пресв'Ьтлое: че- тыреста при немъ псарей съ борзыми, ста полтора съ гон- чими, знакомцевъ да мелкопом^стныхъ челов'Ькъ восемьдесятъ, а больш1е госиода — гЬ со своими охотами. Одинъ Иванъ СергЬичъ Опаринъ прх^детъ, бывало, такъ своръ восемьдесятъ съ собой приведетъ... Народу видимо-невидимо. Двинутся, въ рога тотчасъ, и такой трубный гласъ пойдетъ, что просто ума помраченье. А за охотой на подводахъ припасы везутъ, по- вара тамъ, конюхи, шуты, д'Ьвки, музыканты, арапы, калмыки п другой народъ всякаго зван1я! Дадутъ поле — тотчасъ на привалъ. А у каждаго человека фляжка съ водкой черезъ плечо, потому къ привалу-то всЬ маленько и наготовЬ. Разложатъ на пол-Ь костры, пойдетъ стряпня рукава стряхня, а средь поля шатеръ раскинутъ, возл'Ь шатра боченокъ съ водкой, ведеръ въ десять. — Съ полемъ! — крикнетъ князь Алексей Юрьичъ, сядетъ верхомъ на боченокъ, нац'Ьдитъ ковшъ, выпьетъ, сколько душа возьметъ, да изъ того-жъ ковша и другихъ почнетъ угощать, а самъ все на боченк'Ь верхомъ. — Съ полемъ, честной отче! — крикнетъ Ивану СергЬпчу. Подойдетъ Иванъ Серг'Ьичъ, князь ему ковшикъ подастъ. — Будь здоровъ. князь АлексЬй. съ чады, съ домочадцы 
— 12-^ — II со вс'Ьмп таопмп псами борзыми II гончими, — молвить Иванъ Сергкпъ п выпьетъ. — Ц-Ьлуй меня, лысый чортъ. И ц'Ьлуются. А князь все на боченк.'й верхом'ь. По одному каждаго барина къ себ'Ь подзываетъ, съ полемъ поздравляетъ, лзъцюБша водкой поить и съ каждымъ цЬлуется. Посл-Ь боль- шихж господъ, мелкопом'Ьстное шляхетство подзываетъ, потомъ знакомцевъ, что у него на харчахъ проливали. А для подлаго народу въстороик1> сорокоуша готова. На- роду немало, а винцо всякому противно, какъ нищему гривна: по маломъ времени бочку опростаютъ. Ковры на полян'Ь разстелютъ, господа об-Ьдать на ннхъ уся- дутся, князь Алекс'Ьй Юрьичъ въ середке. Сначала о пол'Ь р1)Чь ведутъ. каждый собакой своей похваляется, объ лоша- дяхъ спорятъ, про прежн1е случаи разсказываютъ. Одинъ хо- рошо сморозитъ, другой лучше того, а какъ князь начнетъ, такъ всйхъ за поясъ заткнетъ... Иначе и быть нельзя; испо- конъ в'Ьку заведено, что самый праведный челов'Ькъ на охот-Ь чтб ни скажетъ, то совретъ. — Штъ, — молвилъ князь АлексМ Юрьичъ: — вотъ у меня лошадь была, такъ ужъ конь. Аргамакъ персидск1й, настоящШ персидск1й. Кабпнетъ-минпстръ Волынсе1й, когда еще въ Астра- хани губернаторомъ былъ, въ презентъ мн-Ь прислалъ. Впд'Ьлъ ты у меня его^ честный отче? — А какой же это аргамакъ'?- Что-то не помню я у тебя, князь АлексМ, такого. — Э! наше.1Ъ я спросить кого, точно не знаю, что ты до сЬдыхъ волосъ въ недоросляхъ состоишь и Питера, какъ чортъ ладану, боишься... Такъ вотъ аргамакъ былъ. Каковы были к'они у герцога кур.тяндскаго, и у того такого аргамака не бывало. Приставалъ не одинъ разъ курляндчнкъ ко мн'Л, по- дари да подари ему аргамака, а не то бери за него, сколько хочешь. — Что же, продали, князь? — спросплъ Суматевъ, СергМ Осипычъ, тоже баринъ большой. — Эхъ, ты, голова съ мозгомъ! Барышникъ, что ли, я кон- СК1Й, аль цыганъ какой, что стану лошадьми торговать? Въ курляндскомъ герцогстБ'Ь тридцать четыре мызы за аргамака мн'Ь влад'Ьющ1й герцогъ давалъ, да я и то не уступилъ. А когда регентомъ сталъ, фельдмаршаломъ хот'Ьлъ меня за арга- мака того сд'Ьлать, — я не отдалъ. — Ну ужъ и фельдмаршаломъ! — уем-йхнулся Иванъ Сер- г-Ьичъ. — Да ты молчи, лысый чортъ. колп тебя не спрашиваютъ. 
— 124 — Знаешь, что во многопагодан!!! н'Ьсть спасенГя, потому и молчи... Проспд'Ьлъ в'Ькъ свой въ деревггЬ, какъ тараканъ за печью, такъ все теб-Ь въ диковину... Чт5 за невидаль такая фельдмаршалъ?.. Ие Богъ знаетт^ что!.. ЗахотЬлъ бы фельд- маршалоыъ быть, двадцать бы разъ былъ. Не хочу да и все. — Полно-ка ты, князь АлексМ. Ну чт5 городишь? Слу- шать даже тошно... Ну какъ бы ты сталъ полки-то водить, ь'огда ни въ единой батал1и не бы.1ъ? — Ври да не завирайся, честный отче! — ^крикнетъ на то князь Алекс^Ьй Юрьпчъ. —Какъ я въ батал1яхъ не бывалъ?.. А Очаковъ-отъ кто взялъ? А при Гданск-Ь кто виктор1ю по- лучилъ?.. Небось, Минихъ, по-твоему? Какъ же!.. Взять бы ему безъ меня дв'Ь коклюшки съ половиной!.. Принялъ только на себя, потому что хитеръ я-Ь^гедъ, везд'Ь ум'Ьетъ про.т'Ьзть... А я челов-Ькъ простой, вязаться съ нимъ не захот1.1ъ. Ну, думаю себ-Ь, Богъ съ тобой, обид'Ь.та ты меня, да в'Ьдь Господь терп'Ь.1Ъ и намъ повел'Ьлъ... И отлились же волку овечьи слезки! теперь проклятый шЬмецъ въ Пелым'Ь съ ледяными сосулька- ми воюетъ, а мы вотъ гуляемъ да краснаго зв'Ьря^травимъ!.. Да! И подвернись на грйхъ Постромкпнъ, Петръ Фплипычъ, изъ мелкопом'Ьстныхъ. Служи-иъ въ полкахъ, за ранами уво- ленъ отъ службы. Вступись онъ за Миниха — подъ командой у него прежде служилъ. Какъ вскочптъ князь Алекс-Ьй Юрьичъ, п'Ьна у рта. — Ахъ, ты, шельмецъ! — закрпчалъ. — Смеешь ротъ поганый распускать... Эй, вы!.. Вздуть его! Выпилъ ли черезчуръ Петръ Филипычъ, азартъ ли такой нашелъ на него, только какъ кинется онъ на князя, цапъ за горло, подъ себя, да и ну валять на об^ корки. — См'Ьешь ты, говоритъ, честнаго офицера шельмедомъ обзывать!.. Похвальбишка ты поскудный!.. Да я самъ, гово- ритъ, тебя вздую. И вздулъ. А князь: — Полно, полно, Петръ Филипычъ... Больно в'Ьдь!.. Пере- стань... Лучше выпъемъ!.. Я в1^дь пошутнлъ, ей-Богу пошутилъ. Н съ той поры пр1ятели сделались. Водой не разольешь. НаЬдутъ, бывало, на вотчину Петра АлексЬича Муранскаго. Баринъ богатый, домъ полная чаша, но былъ челов'Ькъ не- веселый, въ бол'Ьзни да въ немощахъ все находился. А съ молоду «скосыремъ» слылъ п, живучи въ Питер'Ь, на ассам- блеяхъ и банкетахъ такъ шпыня-тъ *) большпхъ господъ, ба-  *) Шпынять — подсмеиваться, острить. 
— 125 — рынь и барышень, что всЬ р'Ьчей его пуще огня и чумы боя- лись. Съ Мпнпхомъ подъ туркой былъ, подъ Очаковымъ его искалечили, негоденъ на службу сталъ и отпросился на покой. Прь'Ьхалъ въ деревню и ровно переродился. Былъ одинокъ, думали —женится, а онъ въ святость пустился: духовныя книги зачалъ читать, и хоть не монахъ, а жизнь не хуже черно- ризцу- новелъ. Много добра твори.тъ, б^днымъ при Нхизни его хорошо было: только все это узналось лишь посл-Ь кончины, его, д.ш того, что милостыню творилъ тайную. И такой былъ мудреный че.тов'Ькъ, что всЬмъ на удивленье! Была псарня, на охоту не 'Ьздилъ; были музыканты, при немъ не играли; ни пировъ ни банкетовъ не д^лалъ; самъ никуда, кром'Ь церкви, ни ногой и холопямъ никакого удовольствхя не д'!?- лалъ, не поилъ .ихъ, не бралсничалъ съ ними... И чтб же? И господа п холопи какъ отца родного любили его. Недаромъ князь Алексий Юрьнчъ « чудотвор цемъ» его называлъ. А друг1е колдуноыъ считали Муранскаго. Къ нему, бывало, охотой двинутся. Таборъ-отъ въ пол-!) останется, а князь А.тексМ Юрьичъ съ большими господами, съ ш.1яхетствомъ, съ знакомцами, къ Петру АлексЬнчу въ Махалиху, а всего но^дотъ челов'Ькъ двадцать, не больше. Петръ АлексЬпчъ приметъ гостей благодушно, выйдетъ изъ дому на костыляхъ и сядетъ съ княземъ рядышкомъ на кры- лечк'Ь. Друг1е отдаль — и ни гугу. — Ну, чудотворецъ, — скажетъ, бывало, князь Алексей ВЗрьичъ: — мы къ теб^ за'Ьхали потрапезовать: припасы свои, нынче в^дь пятница, опричь луку да квасу у тебя, чай, н^п» ничего. Благослови на мясное яст1е и хмельное пит1е!.. Эй, ты, честный отче! . Лысый чортъ!.. Куда запропастился? А Иванъ СергЬичъ чиннымъ шагомъ выступаетъ съ задворка, ровно утка съ боку на бокъ переваливается. Маленьый былъ такой да пузатеньк1й. — Здравствуйте, говоритъ, государь мой, Петръ АлексЬичъ. Какъ васъ Господь Богъ милуетъ? Чтб ты, князь Алексей, меня кликалъ? Аль заврался въ чемъ-нибудь, такъ на вы- ручку я тебе понадобился? — Я-те заврусь!.. У меня, лысый чортъ, ухо востро держи. Проси-ка вотъ лучше у чудотворца на трапезу благословенья... Эхъ! да в'Ьдь у меня изъ памяти вонъ, что ты, честный отче, раскола держишься — самъ сегодня ради пятницы, поди, на сухаряхъ пробудешь? Нельзя скоромятины — выгорещае отцы не благословили. И пойдутъ перекоряться, а Петръ АлексЬичъ молчитъ, только ухмыляется. 
— 126 — — Пошпыняй ты его хорошенько, пошпыняй лысаго-то чорта, — скажетъ князь АлексЬй Юрьичъ: — вспомни старину, чудотворедъ!.. Помнишь, какъ, бывало, на банкетахъ у графа Вратиславскаго вс'Ьхъ шпынялъ. • — Полно-ка, миленьюй князь, — ответить Петръ Але- ксЬичъ, — Мало-ль чего, бывало? Что было, голубчикъ, то былью поросло. А об'Ьдъ вамъ готовъ; ждалъ в4дь я гоетв1-то... Еще третьяго-дня пали слухи, что ты1 съ собаками ко^ш-й' Бъ Махалпху 'Ьдешь. Мплости просимъ. — Ну, вотъ за это спасибо, чудотворедъ. Погреба-то вели отпереть, не то в'Ьдь — ■ народъ у меня озорной, разбойникъ на разбойнпк'к Неровенъ часъ: самъ двери вонъ — да безъ уго- щенья, что ни есть въ погребу, и выхлебаютъ. Пе вводи б'Ьдныхъ во гр'Ьхъ — отдай ключи. — Охъ, проказнпкъ, проказникъ, впиенькгй мой кня- зинька! — съ усмешкой промолвить Петръ АлоксЬичъ. — Чтб съ тобой д'Ьлать!.. Пахомычъ! Подойдетъ ключникъ Пахомычъ. — Отдай княжимъ людямъ ключи отъ второго, что ли, по- греба. Пускай утешаются. Да молви дворецкому: гости, молъ, ъсть хотятъ. Пзъ табора нагрянутъ и выпьютъ весь погребъ. А въ по- греб-Ь сорокоуша п'Ьннаго да ренское, наливки да меды. А погребовъ у Муранскаго было съ десятокъ.  Посередь Заборья, въ глубокомъ, поросшемъ широколистнымъ лопушникомъ, оврагЬ течетъ въ Волгу р-Ьчка Вишенка. Л-Ь- томъ воды въ ней немного, а весной, когда въ верхотинахъ мельничные пруды спустятъ, бурлитъ та р'Ьчонка не хуже горнаго потока, а если отъ осенняго паводка сорветъ плотины на мельнпцахъ, тогда ни одного моста на ней не удержится, и на день или на два н-^тъ черезъ нее ни перехода ни пере- езда. Разъ, напировавшись у Муранскаго, взявши лос.т\э того еще поля два либо три, князь АлексМ Юрьичъ домой возвращался. Гонца напередъ послалъ, было-бъ въ Заборь^ къ ночи сго- товлено все для пр1ема большихъ господъ, мелкаго шляхет- ства и знакомцевъ, было-бъ ч-Ьмъ накормить, напоить п гд'Ь спать положить псарей, доЬзжачнхъ, охотниковъ. В-Ьтер!. такъ и рветъ, косой холодный дождикъ такъ и хлещетъ, тьма — зги не видно. Подъ'Ьзжаютъ къ Вишенк'Ь — п.чотипы сорваны, мосты снесены, н-Ьтъ пути ни конному ни п-йшему. А за р-Ьчкой, на угор!^, прив'Ьтнымъ св'йтомъ бле- щутъ окна дворца Заборскаго, а нал'Ьво, иадъ полемъ, зарево 
~ 127 — стоить отъ разложенныхъ костровъ. Вкругъ т^хъ кострог.ъ псарямъ, до'ёзжачпмъ, охотникамъ пировать сготовлено. Подъ^зжаетъ стремянный, докладываетъ: — «н'Ьтъ нере- 'Ьзду!..» — Броду! — крикнулъ князь. Стали броду искать — трое потонуло. Докладываютъ... —[Броду!.. — крикнулъ князь зычнымъ голосомъ. — Не то всЬхъ перепорю до единаго! — И всЬ присмирели, лишь вой в^тра да шумъ разъяреннаго потока слышны были. Еще двоихъ водой снесло, а броду п^тъ. — Бабы!.. — кричитъ князь. — Такъ я же вамъ самъ бродъ сыщу! Ы поскакалъ къ Вишенк'Ь. Нагоняетъ его Опаринъ, Нванъ Серг'Ьичъ, говоритъ: — Ты богатырь, то всЬмъ изв'Ьстно... Ты перескочишь, за тобой и друг1е... Кто не потонетъ, тотъ пере-бдетт,... А со- баки-то какъ же? Надо В15дь всЬхъ погубить. Хоть Пальму свою пожалуй. А Пальма была любимая сука князя АлексЬя Юрьича — подаренье прштеля его, Дыитр1я Петровича Па.тецкаго. — Правду сказалъ, лысый чортъ, — молви.тъ князь, оста- новивъ коня, — Что-жъ ыолчалъ?.. Пятеро в'Ьдь потонуло!.. На твоей душ'Ь гр'Ьхъ, а я тутъ не при чемъ. Повороти.гь коня, стегнулъ его изо всей мочи и крикнулъ: — Въ монастырь!.. А монастырь рядомъ. на угор1). Бьыъ тотъ монастырь строенье князей Заборовскпхъ. тутъ они и хоронились; князь АлексЬй Юрьичъ въ немъ ктиторомъ былъ, безъ воли его архимандритъ пальцемъ двинуть не могъ. Богатый бы.гь мо- настырь: отъ ярмонки больш1е доходы им'Ьлъ, отъ ктитора много денегъ и всякаго добра получалъ. Церкви старинный, каменный, бо.1ьш1я, иконостасы золоченой р'Ьзьбы, иконы въ серебряныхъ окладахъ съ драгоц-Ьиными камнями и жемчу- гами, колокольня высокая, колоколовъ десятковъ до . трехъ, бо.тьиюй — въ дв'Ь тысячи пудъ, ризъ парчевыхъ глазетовыхъ, бархатныхъ. дородоровыхъ множество, погреба полнехоньки ви- нами и запасами, конюшни — конями добро'Ьзжими, скотный дворъ — коровами холмогорскими, птичный — кзфами. гусями, утками, цесарками. А порядокъ въ монастыр-Ь не столько архимандритъ, сколько князь держалъ. Чуть кто изъ брат1и задуритъ, ктиторъ его на конюшню. Чиновъ не разбиралъ: будь послушникъ, будь рясофоръ. будь соборный старецъ — всякъ ложись, всякъ по д'Ьломъ принимай воздаянье. И было въ '^аборскомъ мона- 
— 123 — стыр'Ь благостроеп1е. и славились старцы его вел1имъ благо- чест1емъ. Только-что р^Ьшплъ князь въ монастыр-Ь ночлегъ держать, трое вершниковъ поскакали архимандрита повЬстить. Звоиъ во БС^Ь колокола поднялся... Подъехали. Святыя ворота настежь, келарь, казначей, со- борные старцы въ длинныхъ мант1яхъ, по два въ рядъ. По сторонамъ послушники съ фонаряхми. Взяли келарь съ казна- чеемъ князя подъ руки, съ п^Ьн1емъ и колокольнымъ звономъ въ соборъ его повели. За нимъ больш1е господа, шляхетство, знакомцы. Псари, до'Ьзжачае, охотники по широкиыъ мона- стырскимъ дворамъ костры разложили — отецъ казначей бочку имъ Быкатилъ. Гр-Ьются, Хрпстосъ съ ними, подъ кровомъ святой обители Воздвижен1я честнаго и животворящаго креста Господня... А собаки вкругъ нихъ тутъ же отдыхаютъ, чуя монастырскую овсянку. Отецъ экономъ первымъ д'Ьломъ рас- порядился насчетъ собачьяго ужина... Зналъ старецъ пре- подобный, сколь милы были псы сердцу ктитора честныя оби- тели... Оттого и заботился... Въ церкви князя встр-Ьтилъ архимандритъ соборн'Ь, въ рп- захъ, съ крестомъ и святою водою. Молебенъ отп'Ьли. къ иконамъ приложились, въ трапезу пошли. И тамъ далеко за полночь куликали. Разм-Ьстились гости, гд-Ь кому следовало, а князь съ архи- мандритомъ въ его кель'Ь легъ. Наступи.11ъ часъ полуночный, в'Ьтеръ въ трубЬ воетъ. жел'Ьзными ставнями хлопаетъ, по крыш'Ь свиститъ. Говоритъ князь шопотомъ: — Отче архимандритъ!.. Отче архимандритъ... Спишь али н'Ьтъ?.. — Не сплю, ваше с1ятельство. А вамъ что требуется? — Страхъ что-то беретъ!.. Что это воетъ?.. — В'Ьтеръ, — говоритъ архимандритъ. — Штъ, отче преподобный, не в'Ьтеръ это, другое что- нибудь. — Чему же другому-то быть? — отв'Ьчаетъ архимандритъ. — ■ Помилуйте, ваше с1ятельство! Что это вы? — Штъ, отче святый, это не в'Ьтеръ... Слышишь, слы- шишь?.. — Слышу... Собаки завыли. — Цыцъ, долгогривый!.. Собакъ тутъ нашелъ!.. Слышишь?.. Душа Палецкаго воетъ... Зналъ ты Палецкаго Дмитр1я Пе- тровича? — Разв'Ь могутъ души усопшихъ выть? — молви.ть архи- мандритъ. 
— 129 — — Это не говори... Не говори, отче преподобный... Ма.ю-.ть что яа св'Ьт'Ь бываетъ!.. Это Палецкш!.. Онъ воетъ!.. С.ты- шишь? Упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего Дми- тр1я... Страшно, отче святый!.. И лампадка-то у тебя тускло горитъ... Зажги св^чу!.. — ■ Зажгу, пожалуй, — молвилъ архимандритъ. — Да полноте, ваше с1ятельство. Какъ это не стыдно и не гр'Ьхъ? — Толкуй тутъ, а я знаю... Это меня зоветъ ПалецкШ... Скоро, отче, придется теб-Ь хоронить меня. — Чтб это вамъ на умъ пришло? — говорить архимандритъ. — Конечно, памятован1е о смертномъ конц! спасительно, да в'Ьдь и суев'Ьрхс гр'Ьховно... Ужъ если о смерти помышлять, такъ лучше бы вашему с1ятельству о свонхъ дЬлать подумать. — А что мои д-Ьла?.. Как1я д'бла?.. Укралъ, что ли, я у кого?.. Позавидова.1ъ кому?.. Аль мало вкладовъ даю теб'Ь на мона- стырь, подлая твоя душа, безстыж1е поповск1е -глаза!.. ЯЪтъ, братъ, шалишь! На этотъ счетъ я спокоенъ, над'Ьюсь на Божхе милосердие... А все-таки страшно... — То-то страшно: страшенъ-то гр'Ьхъ, а не смерть... Такъ-то, ваше с1ятельство, — молви.1ъ архимандритъ. — Привяза.1ся, жеребячья порода, съ грехами, что банный листъ! И говорить-то съ тобой нельзя. Тотчасъ начнетъ горо- дить чортъ зяаетъ что... Давай спать, я и свечку потушу. — Спите съ Богомъ, почивайте, покойной ночп вашему С1ятельству, — проговори.тъ архимандритъ. Замолчали, и в'Ьтеръ маленько стихъ. А князь Алексей Юрьпчъ все вздыхаетъ, все на постели ворочается. Опять завылъ в'Ьтеръ. — Чтб это все воздыхаете, ваше с1ятельство? — спросилъ архимандритъ. — О смертномъ час^, отче святый, воздыхаю! Слышишь?.. Слышишь?.. Упокой, Господи, душу раба Твоего Дмптр1я!.. Его голосъ... — Да это собака завыла. — Собака?.. Да... да... собака, точно собака... Только по- стой!., погоди!.. Пальма — ея голосъ... А Пальма Палецкаго подаренье... это — она его душу чуетъ, ему завываетъ... А это?.. Да воскреснетъ Богъ и расточатся вразп Его!.. Это что?.. Собака по-твоему, собака? — В'Ьтеръ въ труб'Ь. — В'Ьтеръ!.. Хорошъ в'Ьтеръ!.. Упокой, Господи, душу раба Твоего Дмитр1я!.. ХорошШ бы.1ъ челов^Ькъ, славный бы.тъ челов-Ькъ, любилъ я его, душа въ душу мы съ нимъ жили... Еще въ Петербурге пр1ятелями были, у князя Михаилы Спчпнен1я П. Мельникова. Т. I. о 
ознакомились, когда князь Михаила бо времени былъ. Обо- имъ намъ за одно д'Ьло и въ деревни вел'Ьно... Все. бывало, вм'Ьст11 съ нимъ... Охъ, Господи!.. Страшно, отче святый!.. — Полноте, ваше С1ятельство, перестаньте... Вы бы пере- крестились да молитву сотворили. Отъ молитвы и страхъ и ночное мечтан1е яко дымъ исчезаютъ... Такъ-то. — Молюсь... молюсь, отче преподобие... Прости, Господи, согр'Ьшен1я мои, вольная и нево.тьная... Опять Пальма!.. Чуетъ, шельма, стараго хозяина!.: Я^ке словомъ, яже д'Ьломъ, яже в'Ьд'Ьнхемъ и пев'Ьд'Ьн1емъ!.. Видишь ли, отче, когда уми- ралъ ДмитрШ Петровичъ, царство ему небесное, при немъ я былъ... И онъ, голубчикъ, взялъ меня за руку, да и гово- ритъ: «нехорошо, князинька, мы съ тобой жили на вольномъ св1)Ту, при смертп вспомнишь меня»... Да съ этимъ с.ювомъ за- стоналъ, потянулся, глядь — не дышитъ... Охъ, Господи!.. Чу!.. Поминаетъ, что смерть подходитъ ко мн-Ь... Слышишь, отче?.. — Одно суев'Ьр1е, — сказа.1ъ архпмандритъ. — Предзнаме- ноБан1ямъ в^ры давать не повел'Ьно... Кто пмъ в'Ьритъ — ■ духу тьмы Б'Ьрптъ... Пустяками вы себя пугаете. — У тебя все пустяки!.. Н'Ьтъ, отче святый, разум'Ью азъ. гр'Ьшный, близость кончины: предо мной стоитъ... Слышип1ь?.. Скоро предамся червямъ на съ'Ьденье, а душу неведомо како устроптъ Господь. — Да отчего это вамъ въ голову пришло? — Мало-.пь отчего?.. И Палещай воетъ, и Пальма воетъ, и сны так1е вижу... Сказано въ ппсан]и: «старцы въ сошяхъ видятъ». У пророка 1оиля сказано то! А мн'Ь седьмой деся- токъ, стало-быть, я старецъ... Старецъ вЬдь я, старецъ? — Д'Ьло не молодое, — молвнлъ архпмандритъ. — Такъ видишь ли: «старцы въ сон1яхъ видятъ». А что я вечоръ во сн'Ь вид'Ьлъ?.. Съ Машкой-скотницей венчался... Вид-йть во сн'Ь, что в'Ьнчаешься — смерть. — Полноте, гр'Ьховодникъ вы этак1й! — Теб-Ь все полно да пенно! Не теб-Ь, чернохвостнику, въ гробъ-отъ ложиться... А это по-твоему тоже «полно», что намедни Дданка тринадцатью ощенилась? Да еще одного, трех- палаго принесла, самъ борзой, щипецъ ровно у гончей, и безъ правила. Это по-твоему тоже ничего? — Не иовел-Ьно, ваше с1ятельство... — Да ты молчи, ко.ть я съ тобою говорю, чортъ ты эта- кШ!.. По-твоему и это ничего, что нын1)Шняго года въ самое мое рожденье зеркало въ гостиной у меня лопнуло? — Слыша.гь я, что сами же св-Ьчу подъ то зеркало под- ставили. 
— 131 — — Врешь, отце преподобный, ничего ты не смыслишь!.. Коли зеркало лопнуло — кончено д'Ьло. Тутъ ужъ, братъ, какъ не вертлсь — отъ смерти" не отвертишься. А теб'Ь все ничего... Ты, пожалуй, скажешь, и это ничего, что намедни ко мн'Ь воробей въ кабинетъ залет'Ьлъ?.. По-твоему, и это ничего, что на прошлой недЬл'Ь насъ ужинать сЬло тринадцать?.. Отсчп- талъ отъ себя трпнадцатаго — выше-иъ Скорняковъ. Знаешь Скорнякова? Въ знакомцахъ у меня проживаетъ — рыж1й та- кой, губа сЬченая... Думаю, пусть же надъ нимъ надо псомъ оборвется тринадцатый. Вел'кчъ ему пить — лшзнь бы свою тутъ же покончилъ собака... Съ полведра вылакалъ, бест1я, безъ памяти подъ столъ свалился, ни духу ни послушан]я. «Ну, думаю: слава Теб'Ь, Господи — опился. Тринадцатый-то, значитъ, онъ...» Что-жъ ты думаешь?.. На другой день поутру глядь, а онъ въ буфет-Ь похмеляется... Такъ меня вароыъ п обдало!.. Кто-:къ, по твоему, тринадцатый-то -вышелъ?.. А?.. — Велик1й гр'Ьхъ суев'Ьр1ямъ предаваться, — говорилъ архимандритъ, — ■ А ты молчи, лгеребья порода!.. Видишь, къ смертному часу готовлюсь, такъ ты молчи... Слышишь!.. Опять Палец- кш!.. А вотъ и Пальма его учуя.т!.. Страшно!.. Помолись обо мн^, отче преподобный, не помяни моихъ озлобленШ, по- молись за меня за гр'Ьшнаго, простилъ бы Господь прегр!,- шен1я мои, вольная и невольная... Молись за меня, твое д-Ь-чо. Еще году не прошло, большой вкладъ тебЬ падожилъ, коло- колъ вылилъ — значитъ, не дарохмъ нрошу святыхъ молитвъ твопхъ... Духовную писалъ, душеприказчикомъ тебя с}];кщлъ. Самъ знаешь, опричь тебя такого д'Ь.га поручить некому, на- родъ все пьяный, забулдыжный... Такъ улгъ я тебя... Помру, положи ты меня въ ногахъ у родителя моего, князь Юрья Никитича; сорокъ об'Ьденъ соборн'Ь отслужи за меня, въ си- нодикъ запиши въ пост^нной и въ литейной, чтобы брат1я по вся годы молилась за меня безпереводно. А панихиды по мн'Ь п'Ьть: на день преставлен1я моего да пятаго октября, на день московскихъ святителей Петра, Алекс1я, 1оны — ангела моего день, — и служить тЬ панихиды каждый годъ безиереводно... П въ гЬ дни кормъ на братйо н вел1е угЬ- шен1е... Такъ и вели записать въ синодикъ, и тЬ бы архи- мандриты, которые посл'Ь тебя будутъ, в-Ьдалп и чинили по моему зав'Ьщанью каждый годъ безо всяк1я порухп. А душу свою теб15 поручаю. Будь ты на поконъ моей душ'п помян- никъ, умоли ты Господа Бога объ отпущеньп грЬховъ мо- ихъ, будь мопхмъ ходатаемъ, будь моимъ молитвенникомъ, п-з- веди изъ темницы дуп]у мою... 9- 
— 132 -■ И, заливаясь слезами, повалился въ ноги архимандриту, ноги у него и срачицу ц'Ьлуетъ, а самъ такъ и рыдаетъ. Архимандритъ ут'Ьшаетъ его, а князь такъ и разливается, плачетъ. — Получишь ты по духовной большая деньги, сколько по- лучишь, теперь не скажу: не добро хвалитися о дЬлахъ сво- ихъ... Четверть тЬхъ денегъ себ'Ь возьми, д'Ьлай на нихъ, чтб теб-Ь Господь н^ сердце положитъ; другой четвертью рас- порядись но совету съ брат1ею, какъ уставъ велитъ... На собор'Ь-то главы позолоти, совсЁмъ в'Ьдь облезли; говорилъ я теб'Ь, и денегъ давалъ, и бранился съ тобой, а теб'Ь все неймется, только и словъ отъ тебя: «лучше на иную потребу деньги изведу»... А Владычиц^! жемчужный убрусъ устрой, жемчугъ княгиня Мареа Петровна вьтдастъ, да выдастъ она е1це теб'Ь пять пудовъ серебрянаго лому, изъ того лому ризы но второй ярусъ иконостаса устрой. Въ Москв'Ь закажи... Зубрилову серебрянику не см'Ьть заказывать: я еще съ нимъ, съ подлецомъ, покам^стъ н^ивъ, разд-Ьдаюсь. Отв'Ьдаетъ, ка- налья, вкусны-ль заборск1я кошки бываютъ... Представь ты себ-Ь, отецъ архимандритъ, на ярмонк-Ь см-Ьлъ онъ, шель- медъ, до моего параднаго вы-бзду лавку открыть. Счастливъ, что тбтчасъ же уЬхалъ, а то-бъ я ему штукъ пятьсотъ середь ярмонки-то вл'Ьпилъ бы. Подъ это слово ставень — хлопъ! Побл'Ьдн'Ьлъ князь, за- дрожалъ... — Упокой, Господи, душу раба Твоего Дмитрхя!.. За мной пришелъ. Слышалъ?.. — Ставень хлопнулъ, — отв'Ьти.та архимандритъ. — У тебя все ставень!.. У тебя все... А Пальма-то, Пальма-то такъ и завываетъ! — Да полноте же, ваше с1ятельство1.. Какъ ото не стыдно?.. Ровно баба деревенская. — Ругаться, чортъ этакш?.. — во все горло закрича.тъ князь и кулаки стиснулъ. — Не больно ругайся, промозг.1ая кутья!.. Кулакъ-отъ у меня баб1йУ.. Ну-ка, понюхай. И поднесъ кулачище къ архнмандричьему носу. — Ложитесь-ка лучше съ Богомъ на спокой... Давно ужъ пора, — кротко и спокойно промолви лъ архимандритъ. — Безъ тебя знаютъ!.. «Баба»!.. Дамъ я теб'Ь бабу, долго- гривый чортъ!.. Охъ, Господи помилуй, опять Пальма... Н'Ьтъ, отчр снятый, надо умирать, скоро во гробъ положишь меня, скоро въ склепъ поставятъ меня, темн5 тамъ... сыро... Охъ. Господи помилуй. Господи помилуй!.. Да!.. В'Ьдь я не докон- чилъ теб'Ь про духовную-то... Третью четверть денегъ раздай 
— 13Я — по всей епарх1и протопопамъ, попамъ, дьякамъ, пономарямъ II инымъ, сколько ихъ есть, причетникамъ по рукамъ, каж- дому дьякону противъ попа половину, каждому причетнику протнвъ дьякона половпну. И закажи ты. имъ, и попроси ты пхъ, усердно бы молились Всемилостивому Спасу и Пресвя- той Богородиц'Ь о прощен1п гр-Ьшной души раба Бож1я князя Алекс1я, искупили бы святыми молитвами своими вел1я моя прегр'Ьшен1я,.. Кирчагинскому дьякону не см'Ьй ни копейки давать!.. Вздумалъ на меня въ губернскую канцеляр1ю чело- битну подать?.. Поле, слышь, у него я вытопталъ, корову за- стр-Ьлилъ!.. Такъ развЬ хот-Ьл-ь я у него хл'Ьбъ-отъ топтать? Виноватъ разв'Ь я, что заяцъ въ овесъ къ нему кинулся?.. Упускать русака-то ради дьяконскаго овсиптка?.. А корову?.. Разв'Ь самъ я стр^злялъ?.. Со мной вонь сколь всякой сво- лочи 'Ьздитъ, усмотришь разв'Ь за всЬми?.. Усмотришь разв'Ь?.. Н'Ьтъ, ты скажи, отче преподобный, можно-ль за этими дья- волами усмотр-Ёть?.. А?.. Можно?.. Да ты молчи, коли я го- ворю, губы-то не распускай: во многоглаголан1и нЬсть спасе- шя, такъ ты и молчи... Нечего теб-Ь разсказывать: къ духов- ному чину завсегда решпектъ им-Ью, потому что вы наши пастыри и учители, теплые объ насъ молитвенники, очиш;аете насъ окаянныхъ, въ безднЬ гр'Ьховной, ото всяк1Я мерзости и нечистоты... оттого даже ни одинъ пономарь отродясь въ Заборь'Ь на конюшн-Ь у меня не бывалъ... А кирчагинск1й помни!.. Помни, подлый кутейникъ, овесъ да корову... Еще доберусь до шельмеца!.. Останную четверть денегъ изведи на похороны... Покрова не покупай, въ Парижъ къ двоюродному брату, князь Владйм1ру, посланы деньги, самой бы наилуч- шей Л10НСК0Й парчи тамъ купи.1ъ. Боюсь только, не спустилъ бы мои дененжи въ фаро. Въ Версали большую игру ве- детъ. Ему, шалопаю, и въ голову не можетъ придти, что по его милости могу я на тотъ св'Ьтъ голышомъ предъ Бо- гомъ предстать... Прошлаго года просилъ его купить сочине- ния Вольтера да гобеленовъ въ угольную. До сихъ поръ не шлетъ... Шапку архимандричью устрой себ-Ь, у княгини ЛГарйы Петровны жемчуговъ и камней спроси, — давно ей отъ меня приказано... А не княгиню, такъ капральшу кру- тихинскую спроси, она тоже знаетъ... Да д'Ьлай шапку-то поразвалист'Ьй, а то срамъ мядЬть на тебя — въ какихъ итапкахъ ты служишь: ни фасону ни красоты, н'Ьтъ ничего... На похороны все шляхетство созови, и столповыхъ, и моло- дыхъ. и мелкопом'Ьстныхъ; хорошенько помянули бы меня за упокой... Б'Ьлавпна бедьку не см'Ьй только звать... Онъ меня знать не хочетъ, и я его знать не хочу... Эка важна пел- 
— 1Я-1 — сона!.. А тоже сердце им-Ъехъ!.. Поучплъ я его прошлаго года маленько, такъ онъ и губу надулъ... Да это бы напле- вать, я бы за это II вспороть его могъ. Въ Петербургъ что- то ппсалъ про меня. До двора дошло; отписывали мн1>, будто по этому д-Ьлу на куртаге говорили про меня немилостиво. А я Б'Ьдь хоть не въ опал'Ь, да, и не во времени... ]\1ного-ль надо меня уходить?.. Будь это при второмъ императоре, будь при владЬющемъ курляндскомъ герцог'Ь — я бы ведьку въ руднпкахъ паЕопа.1ъ, — а теперь я чтб?.. Въ подлости нахо- л;усь — не хуже тебя долгогриваго... Отъ того и махнулъ я рукой на Б'Ьлавина... Что съ дуракомъ связываться? напле- вать да и все тутъ... А в'Ьдь поучилъ-то его за что?.. Ради его же души спасен1я... Видишь ли, какъ бы.ю д^зло: об'Ьдалъ ведька у меня въ воскресенье, великимъ постомъ. Самъ знаешь, больш1е посты я соблюдаю, уставъ тоже знаю... По- даютъ кушанье какъ сл-Ьдуетъ: вино, елей, злаки и отъ че- репокожпыхъ. А ведька Ызлавинъ, когда подали стер.тяжью уху, при вс'Ьхъ и крнчитъ мн-Ь съ другого конца стола: «вы, говоритъ, ваше с1ятельство, сами-то постовъ не соблюдаете, да и гостей во гр^хъ вводите». — «Чтб заврался? говорю, въ чемъ ты гр15хъ наше.1ъ?» — «А въ этомъ». — говоритъ да на стерлядь и показываетъ. Вел'Ьлъ подать «Уставъ о хриспан- скомъ Ж11Т1П», подозвалъ ведьку Б'Ьлавина: — «Читай, говорю, коли грамот'Ь знаешь». А онъ: — «Тутъ писано про черепокож- ныхъ, спр1)Чь про устерсы, черепахи, раки и улитки, яже акридами нарицаются». Зло меня взяло, слыша такое руга- тельство надъ церковью Бож1ею... Какъ?.. Чтобы намъ свя- тыми отцами заповедано было сн-Ьдать такую гадость, какъ улитки?.. А ведька 'богомерзк1п свое несетъ, говоритъ: — «Стер- лядь — рыба, черепа на ней н'Ьтъ». Поревновалъ я по «Уставе», взялъ стерлядку съ тарелки да головой-то ему въ рыло. — «Чтб, говорю, есть черепъ, а.тЕьн'Ьтъ?» Кровь пошла — разсадилъ ему рожу-то. Только всего и было... Не дралъ его, не колотилъ, волосомъ даже не тронулъ, объ его же спасен1и поревновалъ, чтобы въ самомъ д'Ьл'Ь, по глупости своей, не вздумалъ христ1анскую душу скверной у.титкой поганить... Такъ подп-лгь ты съ нимъ... Въ доносы пустился; дивлюсь еще, какъ слово и сЬъло не гаркн}мъ... Погубить бы могъ, шельмецъ... Плюну.1ъ я на ведьку, знаться съ дуракомъ не хочу и на поминкахъ монхъ кормить нечестивую утробу его не желаю. Не зови его, отче святый, никакъ не зови... По- зовешь, будемъ съ тобой на томъ св'Ьгй передъ истиннымъ Спасомъ судиться. Помни же это... Мн!; чтб!.. Господь съ нимъ, съ Б'Ёлавинымъ, меня, маленькаго челов'Ька, обидЬть 
1 п -; легко, а каково-то ему на томъ сг;Ь"Ь будетъ... Вотъ что!.. Пу, давай спать, старина. В1;тсръ затихъ. По маломъ времени и князь и архиман- дритъ захрап-Ьди. На зар'Ь проснулся князь АлексМ Юрьичъ, говорить архи- мандриту: — Надо мн-Ь, отче, на тотъ св^^тъ сбираться. Надо, какъ ты не мудри. То.зько заснулъ я, ПалецкШ въ оврагЬ стоитъ ц Пальма съ нимъ, а въ оврагЬ жупелъ огненный, сЬрой пахнетъ... Стоитъ ПалецкШ да меня къ себ-Ь манитъ, сердце даже захолонуло. — Что-жъ такое? • — спроси.гъ архимандрптъ. — Говоритъ: «подь сюда; сколь вору ни воровать, висе- лицы не миновать»... Ужаснулся я, отче, потъ холодный нро- шибъ меня, проснулся, а онъ воетъ, и Пальма воетъ... НтЬтъ, отче преподобный, вижу, что жить мн'Ь недолго; сегодня-жъ князю Борису пишу, -Ьхалъ бы въ Заборье скор'Ьй, мать бы свою не оставилъ, отца бы предалъ честному погребенью... Шабашъ охогЬ!.. По-Ьду отъ тебя прямо домой — съ женой проститься, долгъ хрпст1анск1й испо.лнить. Пр1'Ьзжай вечер- комъ исповедать меня, причастить... Па своихъ нрх'Ьзжай, мои-то кони въ разгон!;... Свадьбу сегодня у меня спра- в.ляютъ... Устюшку замужъ выдаю. Знаешь Устюшку-то мою? Маленькая такая, чернявенькая... ухъ, горячая дЬвка какая!.. Такъ ужъ ты, отче святый, на своихъ прйзжай, лъ пепостыдной кончин'Ь готовить меня многогр'Ьншаго... — Слушаю, ваше стятельство, слушаю, безнрем-Ьино пргЬду, не премину, — говоритъ архимандритъ. — А къ княгин-Ь Маро'Ь ПетроБН-Ь но'Ьзжайте, примиритесь съ нею по - христ1ански: знаю в'Ьдь я, что вотъ ужъ шестой годъ какъ вы слова съ ней не перемолвили... Замучилась она, б'Ьдная! — Что княгиня?.. Баба!.. Баб'Ь п.1еть... — Эхъ, ваше с1ятельство!.. Ч'Ьмъ бы суев'Ьр1ямъ преда- ваться да сны растолковывать, лучше бы вамъ настоящимъ д'Ьломъ о смертномъ часЬ помыслить, укрощать бы себя по- маленьку, съ ближними бы мириться. — Чтб мнЬ съ ними мириться-то?.. Обид'Ьлъ, что ли, я кого?.. Курица, и та на меня не пожалуется!.. А страшно, отче преподобие!.. Охъ, голова ты моя, головушка!.. Ра- зума напиталась, къ чему-то приклонишься?.. Въ монахи пойду. — Княгиню-то куда же? — Ну ее къ бЬсу! ^1н'Ь бы свою-то только душу спасти... А она какъ знаетъ себФ., чортъ съ ней. 
— 180 — — Ахъ, Бптпе с1Ятельство, ваше с1ятельство!.. Чт5 съ вами д'Ьлать? Не знаю, что и придумать. — «Чтб д-блать! Чтб делать!..» — передразнилъ князь архи- мандрита. — Ишь какой недогадливый!.. Да долго-ль въ са- момъ д1>л'Ь мнЬ просить молитвъ у тебя?.. Святъ ты чело- в'Ькъ предъ Господомъ, доходна твоя молитва до Царя Не- беснаго? Помолись же обо мн1з, пожалуйста, сд'Ьлай милость, помолись хорошенько, замоли гр'Ьхи мои... Страшенъ в-Ьдь часъ-отъ смертный!.. Къ дьяволамъ бы во адъ не попасть!.. Ухъ, какъ прискорбна душа!.. Спаси ее, отче снятый, отъ огня негасимаго... И заплакалъ, и упалъ къ ногамъ архимандрита... Ноги у него ц'Ьлуетъ, говорить не можетъ отъ душевнаго смирен1я, отъ сердечнаго умилетя. Вдругъ за оградой гонч1я потянули по зрячему... Грянули рога на звтЬря на краснаго... Какъ вскочплъ князь! — На-конь! — крикну.тъ въ окно зычнымъ голосо-дгь. И, к(5й-какъ од'Ьвшись, не простясь съ архимандритомъ, метнулся на крыльцо и вскочплъ на лошадь... Во весь опоръ помчалась за нимъ охота къ оврагу Юра- гинскому. Княгиня Мареа Петровна. Много горя натерп'Ьлась въ свою жизнь княгиня Мареа Петровна, мало красныхъ дней на долю ей выпа.ш, — вели- кая была мученица, — царство ей небесное! Родитель ея, князь Петръ Иванычъ Тростенск1ы, у перваго императора въ большой милости былъ. 'Ьзди.иъ за море ино- страннымъ наукамъ обучаться, а воротясь на Русь, бо.1Ьше все при государ-Ь находился. Въ Полтавской батал1и передъ св'Ьтлыми очами царскими многую храбрость оказалъ, и, когда супостата, свейскаго короля, побили, велик1й государь при всЬхъ генералахъ ц-Ьловалъ князя Тростенскаго и послалъ его па Москву съ отписками о дарованной Богомъ впктор1и. Отпуская въ путь, далъ ему государь письмо въ старому боярину Карголомскому. А тотъ Карголомск1й жилъ по ста- рымъ обычаямъ. И съ бородой не пожелалъ-было разстаться, но когда царь указалъ, волкомъ взвы.гь, а бороды себя ли- шилъ. Зато въ другомъ во всемъ крепко старинки держался. Бы.1ъ у него сынъ, да подъ Нарвой убили его, посл-Ь него осталась у старика Карголомскаго внучка. Ни за нимъ ни передъ нимъ никого больше не было. А вотчинъ и въ дому богатства — тьма тьмущая. 
— 137 ^ Отдаетъ великШ государь письмо князю Тростенскому, самъ такой приказъ ему сказываетъ: — Будучи на Москв'Ь, изволь отдать письмо Карголом- скому, п чтб въ томъ письме писано, пзволь, съ своей сто- роны, чинить по нашему указу. Въ наклад-Ь не будешь... — Да поц'Ьловавши князя въ лобъ, примолвилъ: — Съ Богомъ. Ирх-Ьхавши на Москву, подалъ князь Петръ Иванычъ цар- ское письмо Карголомскому. Прочиталъ старикъ, охну-иъ, затрясся, потъ на лбу у него выступилъ. Положивъ три зем- ныхъ поклона передъ Сиасовымъ образомъ, сказалъ князю Тростенскому: — Воля государева, а мы всЬ его да Божьи. А въ государев-Ь письм'ё было написано: «Понеже господпнъ майоръ князь Тростенск1й въ европей- скихъ христ1анскихъ государствахъ наук'Ь воинскихъ д'Ьлъ довольно обучался п у высокихъ потентатовъ при нашихъ резидентахъ не малое время находился, нын-Ь же во время преславной, Богомъ дарованной намъ надъ свейскимъ коро- лемъ виктор1и великую храбрость предъ нашими очами пока- залъ, того ради изволь выдать за него въ замужество свою внуку, и т'Ьмъ д'Ьломъ прошу посп'Ьшпть. А Д'Ьло то и васъ вс'Ьхъ поручаю въ милость Всевышняго». Горька пришлась свадьба старику Карголомскому: вид-Ьлъ онъ, что нареченный его внучекъ — какъ есть н'Ьмецъ-н'Ьм- цемъ, только званхе одно русское. Да ничего не поделаешь: царь указалъ. Даже горя-то не съ к'Ьмъ было размыкать ста- рику... О такомъ д'Ьл'Ь съ к^мъ говорить?.. Пришлось одному на старости л'Ьтъ тяжкую думушку думать. Не вытерп'Ьлъ долго старикъ — померъ. Молодые жили ду1иа въ душу. Велики! государь и родные, глядя на нихъ, не могли нарадоваться. Черезъ годъ посл'1> Полтав- ской батал1и даровалъ нмъ Господь княжну Мареу Петровну. Конца не было радостямъ. Самъ государь княжну изволилъ отъ святой купели принимать и, когда стала она подрастать, все. бывало, н'Ьтъ-н'Ьтъ, а у отца и нав'Ьдается, чему крест- ница обучается и каково ей наука дается. ^^Гивонскую н'Ьмку самъ присуавилъ ходить за ней, плЬннаго шведа пожалова.11ъ для обученья княжны всякой наутгЬ и на чужестранныхъ языкахъ говорить, француза для танцевъ самъ князь отъ себя наймовалъ. Пр1'Ьдетъ, бывало, велик1й государь къ князю Тростенском}', — а ■Ьзжа.ть къ нему нередко, — анисовой снро- ситъ, кренделемъ закуситъ и велитъ княжну къ себ1^ приве- сти, почнетъ ее разспрашивать, чему дареный шведъ выучилъ, по - чужестранному заговоритъ съ ней, менуэтъ заставитъ 
— 138 — проплясать, а потомъ поцълуетъ въ лобъ да прпмолвитъ: «Растп, крестница, да ума копи, вырастешь большая — мое будетъ дЬло женпха сыскать». Не сподобплъ царя Господь при себ-Ь пристроить крестницу; пятнадцати годочковъ княжн'Ь не минуло^ какъ взялъ къ себ'Ь Богъ перваго императора. По восьмому годочку осталась княжна послЬ матери, а ро- дитель черезъ полгода посл'11 великаго государя жизнь скон- чалъ. Оставалась книжна сиротиночкой, кровпыхъ, близкпхъ родныхъ н-Ьтъ никого, одна, чт5 хмелинка безъ тычинки, и н1)тъ руки доброй, ласковой, поддержать бы сиротство да ма- лость ея... За опекой д'Ьло не стало — сирота богатая, не объ'Ьстъ... Взяла княжну тетка ея внучатная — княгиня Бай- терекова. Стала съ ней княжна во дворецъ на куртаги "Ьздить, на ассамблеи къ св'Ьтл15йи1ему Меншикову, къ графу Головкину, къ князю Куракину, а къ инымъ знатнымъ пер- сонамъ на балы, на банкеты и съ, визигою. И не было въ Питер15 подобныхъ красавицъ и разумнпцъ, какъ княжна Мареа Петровна Тростенская, Въ коемъ дому нев-Ьста богатая, въ томъ дому женихи, чт5 комары на болоте, толкутся. Такъ въ старые годы бы- вало, такъ повелось и въ пын'Ьшни дни... У княжны отбою отъ жениховъ не было, а были Т'Ь женихи изъ самыхъ знат- ныхъ родоБъ, а которы не родословны, аль родовъ захуда- лыхъ, т'Ь знатные чины при двор'Ь иль въ гвард1и имЬли. Однако княжна хоть и молоденька была, но честь свою на- блюдала кр'Ьпко, мног1е ею «заразились», а она благосклон- ности никому не показала. Девьеровъ сынъ, Петръ Антонычъ, бы.лъ счастлив-Ьй дру- гихъ. На куртагахъ княжну на любовь склонп.1ъ, черезъ тетку Байтерекову присватался, черезъ отца своего доложилт. государыне... Передъ обрученьемъ Екатерина АлексЬевна изволила княжну иконой благословить, а свадьбу ве.тЬла от- ложить, пока не пошлетъ ей Господь облегченья. Была государыня нездорова, а крестницу перваго императора сама хот-Ёла замужъ отдать п т^мъ об^и^анье Петра Великаго вы- полнить. Ждутъ женихъ съ невЬстой м'Ьсяцъ, ждутъ другой, трет1й, царице все хуже да хуже. Бол-Ьзнь становилась прежестокая, стали тихомолкомъ поговаривать, врядъ ли подниметъ царицу Господь. А кому, отходя сего св'Ьта, земное царство отка- жетъ, не в-Ьдалъ никто. И печальны всЬ были... Не до пи- ровъ, не до свадебъ... Государыня едва духъ переводила, какъ женихова отца, графа Девьера, взяли подъ караулъ... Домъ его опечатали, къ княгин'Ь Байтерековоп драгунский 
~ 139 — капптанъ прт-Ьзжалъ: .всЬ вещи княяаты Тростенской пере- смотр'Ьлъ, каюя письма отъ жениха къ ней были, всЪ ото- бралъ, а самой впредь до указу никуда не вел'Ьлъ пзъ дома выезжать. Передъ вешнпмъ Николой, дня за три, по Питеру б'Ьготня пошла: знатныя персоны въ каретахъ скачутъ, приказный людъ на своихъ на двоихъ б^жнтъ, всЬ ко дворцу. Солдаты туда же маршируютъ, простой народъ валитъ кучами... Что такое?.. Царицы не стало, б'Ьгутъ узнать, кто на русское царство с15лъ, кому надо присягу давать. Услыхавши ту в-Ьсть, княжна на полъ такъ и покатилась... Ввечеру сказали: женихова отца кнутомъ бить, чести, чиновъ, им^Ёнья лишить и послать въ Сибирь, а жениха въ дальнюю деревню вмЬст'Ь съ его матерью. И родную сестру не пожал'Ь.аъ св'Ьтл'Ьйшш Меншиковъ. П проститься жениху съ невестой не дали, Хот-Ёла-было княжна съ другомъ своимъ въ несчаст1е -Ьхать, да тетка Байтерекова и многхя друг1я знатныя персоны ее отговорили. Годъ прошелъ; новг.тй царь со всЬмъ дворомъ въ Москву пере'Ьхалъ. Байтерекова съ племянницей туда же... Тамъ при- глянись княжна князю Заборовскому. Челов'Ькъ былъ уже не молодой, л'Ьтъ подъ сорокъ, вдовецъ, хоть и безд-Ьтный. Княжна и слышать про него не хот-Ьла. А князь АлексЬй Юрьичъ съ государевымъ фаворитомъ, княземъ Пваномъ АлексЬичемъ Долгорукимъ, въ ближней дружб-Ь находился... Сталъ ему до- кучать про нев'Ьсту, фаворитъ доложилъ государю... И ска- зано было княжн'Ь: «крестный твой отецъ, первый нмпера- торъ, далъ теб'Ь об'йщанье, когда въ возрастъ придешь, же- ниха сыскать, но не исполнплъ того об'Ьш;ан1я, волею Бож1ею отъ временнаго царствован1я въ в'Ьчное отыде, того ради ве- лики! государь, его императорское величество, памятуя 064- щан1е дфда своего, указалъ теб-Ь, княжн'Ь Маро'Ь Петровой дочери Тростенскаго, быть замужемъ за княземъ АлексЬемъ князь Юрьевичемъ Заборовскимъ». Только -что стала зима, на Москв'Ь торжества и пиры пошли. Самъ государь съ сестрой фаворита обручался, фаво- ритъ съ Шереметевой, князь Заборовсшй съ княжной Тро- стенской. Ровно зна.1ъ князь Алексей Юрьичъ, что скоро перем'Ьна посл'Ьдуетъ: только святки минули и свадьбы играть стало невозбранно, онъ пов'Ьнчался съ княжной. Невеселая свадьба была; шла невеста подъ в15нецъ, чтб на смертную казнь, б.тЬдн'^.й полотна въ церкви стояла, едва на ногахъ держалась: Фаворитъ въ дружкахъ былъ... Опоздалъ окъ II вошелт. въ церковь сумрачный. Съ к'Ьмъ ни по]пеп- 
— 140 — чется — у каждаго праздничное лицо горестнымъ стаиетъ; тепнулъ словечко новобрачному, и тотъ насупился. И стала свадьба грустн'Ьй похоронъ. И пира свадебнаго не было: по скорости гости разъ1зхались, тужа и горюя, а о чемъ — не говорить никто. На утро' спознала Москва, — второй импера- торъ при смерти. Княгиня Мареа Петровна п до свадьбы и посл^ свадьбы ходила словно въ воду опугценная; новобрачный тоже день бто дня больше да больше кручинился... Про великаго госу- даря в'Ьсти недобрыя: все тяжел'Ьй становилось ему. А была въ ту пору «семибоярщина». Съ семью верховными боярами и съ фаворитомъ князь Заборовск1й заодно находился и каждый Боиг1й день во дворецъ къ больному царю ^зжалъ. Только - что великш государь преставился, пропа.тъ князь Алекс'Ьй Юрьичъ, найти не могутъ, д-Ьвался куда. Ни моло- дой княгин'Ь ни въ дому ничего не изв^Ьстно: пропалъ безъ вЬсти да все тутъ. М^Ьсяца черезъ два на Москве объявился: съ Бирономъ вм'Ьст'Ь нзъ Митавы пр1'Ьхалъ. У курляндца все время въ чести иребывалъ^ сама царица Анна Ивановна велнкимъ жалованьемъ его жаловала. От- того и княгиня Мареа Петровна при двор'Ь безотм-Ьино на- ходилась, и даже когда, быва.то, самъ-отъ князь отпросится отъ службы въ Заборье гулять, княгиню Мароу Петровну го- сударыня съ мужемъ отпускать не изволила, каждый разъ указъ объявляла быть ей при себ'Ь. Сына родила княгиня Мареа Петровна, князь Бориса АлексЬича. Государыня изво- лила его отъ купели принять и въ конную гвард1Ю вахми- стромъ пожаловать. Мало радостей видала дома княгиня Мареа Петровна. Горькая доля выпала ей, доставалось супружество скорбное. Князь крутенекъ былъ, каждый день въ дом'Ь содомъ и го- моръ. А пр1'1'.детъ хмеленъ да распалится не въ м-Ьру, и ку- лакамъ волю дастъ... Княгиня тихая была, безотв-Ьтная; только, бывало, поплачетъ. Съ перваго же году сталъ князь отъ лшны погуливать: ли- вонсшя д'Ьвки у него на сторон'Ь жили да мамзель изъ фран- цуженокъ. По ск'орости и въ дбму завелись барскхя барыни. И тутъ никому княгиня не жалобилась, съ одной подушкой горевала. Покам'Ьстъ въ Питср'Ь жили, княгиня частенько езжала во дворецъ и въ дома знатныхъ персонъ. Весе.10-.ть было ей, н'Ьтъ ли, про то никому неизв'Ьстно. Только, живучи въ Питере, она ровно маковъ цв-^тъ цв'Ьла. Получивши прошенье, пр115халъ въ Петербургъ Девьеровъ 
— 141 — сынъ. Свпд'Ьлись..., II съ того часу въ конецъ разлютовался князь на жену свою. Зачахла она и локоны носить перестала... Князь р'Ьдко п говорить съ нею сталъ, съ каждымъ днемъ лютМ да лют'Ьй становился... Пока сынъ подрасталъ, княгиня съ нпмъ больше время проводила. Хоть учителей нзъ фран- цузовъ ц н'Ьмцевъ приставлено было къ маленькому князю вдоволь, однакожъ княгиня Мареа Петровна сама бо.гьше учила его и много за то отъ князя терп'Ьла: боялся онъ, чтобъ бабой княгиня сына не сд'Ьлала... Отпустивши его ужъ изъ Заборья въ Питеръ на царскую службу, стала княгиня ровно св'Ьча таять и съ той поры жила, какъ затворница. Только ее и видали, что въ именины да въ больш1с праздники, когда, по мужнину приказу, во всемъ парад15 къ гостямъ выходила... И тутъ, бывало, мало кто отъ нея слово услышитъ, все, бы- вало, молчитъ. Сидя почти-что безвыходно въ своей горниц'Ь, книги читала, Богу молилась, церковные воздухи да пелены шила. Гостей, бывало, на'Ьдетъ множество, господа и барыни съ барышнями пляшутъ до полночи, а княгиня молится. Тамъ музыка гремитъ, танцы водятъ, шумное пиршествб идетъ; а княгиня на ко.тЬняхъ передъ образомъ... Сколько разъ и спать приходилось ложиться ей не ужинавши: д'Ьвки вкругъ нея были верченыя — бросятъ, бывало, княгиню одну и пойдутъ глаз-бть, какъ господа въ танцахъ забав.тяются... Начала кня- гиня глазами бол-Бть, книги читать стало ей невозможно. Жилъ у князя на хл!.бахъ изъ мелкопом'Ьстнаго шляхетства Кондрат1Й Серг1^ичъ Б'Ьлоусовъ. Деревню у него сосЬдъ оття- га.тъ, онъ и пошелъ на княж1е харчи. Челов'Ькъ не молодой, совсЬмъ Богомъ убитый: еле душа въ немъ держалась, крот- К1Й былъ и смиренный, вина капли въ ротъ не биралъ, во святомъ писан1и силу зналъ, все, бывало, надъ божественными книгами сидитъ и ни единой службы Господней не пропу- ститъ, прежде попа въ церковь придетъ, посл-Ь всЬхъ выйдстъ. И ве.тЬла ему княгиня Мареа Петровна при себ'Ь быть, сама читать не могла, его заставляла. ВьЛхалъ князь на охоту, съ самаго выЬзда все не зада- валось ему. За околицей попъ навстр'Ьчу; только-что усп'к1Ъ съ попомъ расправиться, лошадь понесла, чуть д5 смерти не убила, русаковъ почти всЬхъ протравили, Пальма ногу пере- шибла. Распалился князь АлексМ Юрьичъ: много арапникомъ работалъ, но сердца не утолилъ. Воротился подъ вечеръ до- мой мраченъ, грозенъ, ровно туча громовая. Письмо подаютъ. Взглянулъ, зарычалъ аки левъ... Зеркала да окна звенятъ, двери да столы трещатъ. Никто не пойметъ, на кого гн'Ьвъ простираетъ. ВсЬ по угламъ да молитву творятъ... 
— -^^2 — — Княгиню сюда! — закричалъ. Докладываетъ гайдукъ Дормедонтъ: княгиня сверху сойти не могутъ, больны, въ постели лежатъ. Едва выхмолвилъ т-Ь слова Дормедонтъ, палъ аки снопъ... Пяти зубовъ потомъ не досчитался. Самъ вломился къ княгин-Ь. КондратШ Серг-Ьпчъ возл'Ь по- стели сидитъ, жит1е великомученицы Варвары княгин'Ь чнтаетъ. — А! — зарычалъ князь. — И сына до того развратила, что на шлюх-Ь женился, и сама съ любовниками полуночничаешь!.. И далъ волю гн'Ьву... На другой день Кондрат1п Серг'Ьнчъ безъ в'Ьсги пропалъ, а княгиня Мароа Петровна на стол'Ь лежала. Пышныя были похороны: три архимандрита, священнпковъ челов'Ькъ сто. Хоть княгиню Мареу Петровну и мало кто зналъ, а всЬ по ней плакали. А князь, стоя у гроба, хоть бы слезинку выронилъ, только похуд^лъ за посл'Ьдн1е дни да часто вздрагпвалъ. Шесть недель нищую братио въ Заборь'Ь кормили, кажду субботу деньги имъ по рукамъ раздавали, на челов1жа но денежк'Ь. Въ сорочины весь об-Ьдъ съ заборскнмъ архимандрптомъ князь бесЬду велъ отъ писан1я. Толковали, какъ душу спасать, какъ должно Христовъ законъ исполнять. — Вотъ хоть бы покойницу мою княгинюшку взять, — со смирельемъ и слезами говорплъ князь Алексей Юрьичъ: — ужъ истинно уготовала себ^ м'Ьсто свЬтло, м'Ьсто злачно, м'Ь- сто покойно въ селен1и праведныхъ... Что за доброта была, что за покорность!.. Да, отцы свят1и, нелицем'Ьрно могу ска- зать, передалъ я Господу на пречистыя руки Его вел1ю пра- ведницу... Не по д'Ьломъ наградилъ меня Царь Небесный столь многоц^ннымъ сокровиш,емъ. Всему наишму роду красой была, аки лоза плодовитая: въ моемъ дому процв'Ьтала, всЬмъ была изукрашена: смирен1емъ, послушан1емъ, молчан1емъ, добро- ум1емъ, пош,ен1емъ, нищелюб1емъ, песквернолож1емъ... Единая у меня радость была!.. Охъ, Господи, Господи!.. Ужъ каково мн'Ь, отцы СВЯТ1И, прискорбно, ужъ каково -то ынЬ горько, и поведать вамъ не могу... Какъ я безъ княгпнюшки остан- ную-то жизнь стану мыкать?.. Кто домъ мой изобильемъ на- полнитъ?.. Кто за меня Бога умолитъ? Ут'Ьшаютъ князя архимандриты и попы словами душепо- лезными, а онъ сидитъ, кручинится, да такъ и 1)азлиБается, плачетъ. — Н'Ьтъ. говоритъ, отцы преподобные, прискорбна дупта моя даже до смерти! Не могу дольше жить въ семъ пре- лестномъ М1р'15, давно алчу тихаго пристанища отъ бурь жи- 
— 143 — тейскпхъ.,^ Прими ты меня въ число своей брат1п, отче свя- тый, не отрпнь слезнаго моленья: причти мя къ малому стаду избранныхъ, облеки во ангельск1й образъ. — Такъ говорилъ архимандриту монастыря Заборскаго. — Нам-Ьренхе благое, с1ятельн'Ьцш1и князь, но Д'Ьло Бож1е должно творить съ разсужден1емъ, — отв^чалъ архимандритъ. — Чего еще разсул:дать-то?.. Въ наклад'Ь не останешься: сорокъ тысячъ вкладу... Мало — такъ сто, мало — такъ две- сти! Копить мн!) некому. • — Сынъ у васъ есть, — зам-Ьти-тъ другой архимандритъ. — Князь-отъ Борька?.. Да коль хочетъ онъ, шельмецъ, живымъ быть, такъ не смМ ко мн4 на глаза казаться!.. II меня погубилъ, злодЬй, й матери своей смерть причинилъ!.. Осрамилъ, злод-Ьй, нашу княжую фамил1ю!.. Честь нашу по- терялъ, всему роду князей Заборовскпхъ безчестье нанесъ!.. Безъ спросу, безъ роднтельскаго благословенья на мелкой шляхтянк'^ женился!.. Да ей бы, каналь-Ь, за великую честь было у меня за свиньями ходить!.. Убилъ, шельмецъ, скаред- нымъ д-Ьломъ мою княгпнюшку!.. Какъ услыхала, сердечная, про князь-Борькино злодейство, такъ и покатилась, тутъ же съ ней кровяной ударъ и приключился... II громко, навзрыдъ зарыда.гъ князь АлексЬй Юрьичъ, по- никнувъ головой на край стола. — Въ несчаст1и смириться дол;кпо, ваше с1ятельство, — зам-Ьтилъ одинъ архимандритъ. — Не передъ княземъ ли Борькой смиряться мн'Ь?.. — • вскрикнулъ князь Алексей Юрьичъ, , быстро закннувъ назадъ голову и гн^^вно засверкавъ очами. — Хоть ты и архимандритъ, а выходишь дуракъ, да и тотъ дуракъ, кто тебя, бо.твана. архимандритомъ сд'Ьлалъ!.. ^Тн-й передъ п],енкомъ, передъ сквернымъ поросенкомъ, князь-Борькой смириться!.. Штъ, братъ, мирно съ^отъ!.. Ты кутейникъ, ты не можешь понять, что такое значитъ шляхетская честь!.. Да еще не просто шмя- хетская, а княжеская... Мы Гедиминово рожденье!.. Этого въ пустую башку твою не вл'Ьзетъ, хоть ты и въ Кхев'Ь обучался!.. Вс^^ вы едино — одна жеребячья порода!.. Не понять вамъ чести дворянской!.. Смерды вы, въ под.юсти рождены, въ подлости и помрете, хоть патрхархами сд'Ьлай васъ!.. Передъ княземъ Борькой смиряться мн'Ь!.. Экъ что выдумалъ, долго- гривый космачъ!.. Я еще его въ бараний рогъ согну, покажу, какъ отца уважать надо... Полушки мЬдной шельмецу не оставлю... Самъ :кенюсь, я еще, слава Богу, кр'Ьпокъ. Друпя д^Ьти будуть; имъ все предоставлю. А князь Борька съ своей подлой п.тляхтянкой броди себ-Ь подъ оконьемъ, кормись Хри- 
— 144 — • стовымъ именемъ... За невестами у меня дЬло не станетъ: каждая барышня пойдетъ съ удовольств1емъ. Не пойдетъ, чортъ съ ней, — на скотниц'Ь Машк'Ь женюсь!.. Подъ эти слова стали «тризну» *) пить. Архидьяконъ За- борскаго монастыря «Во блаженномъ успен1и» возгласилъ, п'Ьвчхе «Вечную память» зап'Ьли. ВсЬ встали изъ-за стола и зачали во святъ уголъ креститься. Князь АлексЬй Юрьичъ снопомъ повалился передъ образами п такъ зарыдалъ, что, глядя на него, ъсЬ заплакали. Насилу архимандриты поднять его съ полу могли. На другой день много поролъ, и всЬхъ почти изъ свопхъ рукъ. На кого ни взглянетъ, за каждымъ вину найдетъ. Шля- хетнымъ знакомцамъ пришлось невтерпежъ, — бежать изъ Заборья сбирались. Въ такомъ гн-ЬвЬ съ нед-Ёлю времени былъ. Нолютовалъ - полютовалъ, на медв'Ьдя по'Ьхалъ. И съ того часу, какъ свалилъ онъ Мишку ножомъ да рогатиной, и гн'Ьвъ и горе какъ рукой сняло... Стар^Ьть сталъ, и грусть чап];е и чаш;е на него находила. Сядетъ, бывало, въ пол-Ь верхомъ на боченокъ, зачнетъ, какъ водится, изъ ковша съ охотой здравствоваться — вдругъ по- мутится, и ковшикъ изъ рукъ вонъ. Но полю см-Ёхъ, шумъ, гамъ — тутъ мигомъ все стихнетъ. Нобудетъ атакъ мало вре- мени — опять прос1яетъ князь. — Напугалъ я васъ, — скажетъ. — Эхъ, братцы, скоро умирать придется!.. Нроп];ай, прош,ай, вольный св'бтъ... Прости, прощай, житье мое удалое... Да вдругъ и гаркнетъ: Пей, гуляй, перва рота, Втора рота на работу... Тысяча голосовъ подхватнтъ. И зачнутся плясъ, крикъ, попойка до темной ночи... VII. Княгиня Варвара Михайловна. Черезъ годъ посл'Ь кончины княгини Мареы Нетровны при- везли въ Заборье письмо отъ князя Бориса АлексЬича. Про- читалъ его князь Алекс^Ьй Юрьичъ, призвалъ старшаго дво- рецкаго и бурмистра и далъ пмъ такой приказъ: — Завтра князь Борька съ своей поскудной шляхтянкой въ Заборье прх'Ьдетъ. Никто-бъ передъ ними шапки не ло- малъ, попадется кто навстр-Ьчу, лай имъ всякую брань. Ко  *) На похоронныхъ об-Ьдахъ сливаютъ вм'ЬсгЬ виноградное вино, ромъ, пиво, медъ, и ньютъ въ конц'Ь стола. Это называется «тризной». 
— 145 — зш'Ь допустите, а коней не откладывать. Проучу скаредовъ да т'Ьмъ же моментомъ назадъ прогоню. Слышите? — Слушаеыъ, ваше с1ятельство. — Смотрите же у меня! Ухо вострб... Чего нп натерп'Ьлпсь князь Борисъ Алекс^ить съ княгиней, ехавши по Заборыо! Онъ, голову пов'Ься, молча сид'Ьлъ, кня- гиня со слезами на глазахъ, кротко, прив-Ьтно всЬмъ улыба- лась. На приваты ея встречные ругали ее ругательски. Маль- чишекъ сотни полторы съ села согнали: б'Ьгутъ за молодыми господами, «у-у!» кричатъ, языки имъ высовываютъ. Князь въ зал'Ь — а.рапнпкъ въ рук'й, глаза какъ у волка горятъ, голова ходенемъ ходитъ, а самъ всЬмъ т4ломъ тря- сется... Тайнымъ образомъ на всякъ случай священника съ задняго кры.1ьца провели: можетъ, исповедать кого надо будетъ. В01ПЛИ молодые. Гневно и грозно кинулся къ нимъ князь АлексМ Юрьичъ... Да, взг.шнувъ на сноху, такъ и остам'Ьлъ... Арапникъ изъ рукъ выпалъ, лицо лаской-радостью прос1яло. Молодые въ ноги. Не допусти.тъ снох'Ь князь бъ землю пасть, одной рукой обня.тъ ее, другой за подбородокъ взя.чъ. — Да ты у меня плутовка! — сказалъ ей ласково. — Глянь- ка, какая пригожая!.. Поц'Ьлуй меня, доченька, познакомимся... Здравствуй, князь Борисъ, — молвидъ и сыну, ласково его обнимая. — Тебя бы за уши надо подрать, ну да ужъ Богъ съ тобой... Что было — не см'Ьть вспоминать!.. ВсЬ диву дались. И то надо сказать, что княгиня Варвара Михайловна такая была красавица, что дикаго зв-Ьря взгля- домъ бы своимъ усмирила. Зашумели въ Заборь'Ь, что пчелки въ уль'Ь. ВсЬмъ бы.1ъ тотъ день великаго праздника радостн-Ьй. Как1е балы посл'Ь того пошли, как1е пиры! Никогда такихъ не бывало въ За- борь'Ь. И гЬ пиры не на прежнюю стать: ни медв'Ьдя, ни юродивыхъ, ни шутовъ за об-Ьдомъ; шума, гама не слышно; а когда одинъ изъ большихъ господъ заговорилъ-было про ночной кутежъ въ розовомъ павильонЬ, князь АлексЬй Юрьичъ такъ на него посмотр15.гь, что тотъ хот1>.1гь что-то сказать, да голосу не хватило. А все было д-Ьломъ княгини Варвары Михайловны. Бывало, скажетъ только: «полноте, батюшка-князь, такъ не годится» — и онъ все но ея слову. Миновались расправы на конюшн-Ь — кошки ве.тЬлъ въ кучу собрать и сжечь при себ15... Барскихъ барынь замужъ повыдалъ, изъ мел1:оном'Ьстнаго шляхетства, которые оченно до водки охочи были и во хмелю неспо- койны, по другимъ деревнямъ на житье разослалъ. Въ дом'Ь чистота завелась, во всемъ порядокъ. Даже на охот-Ь не но- С 'Ч11нси1я И. Мельникова. Т. I. 1(у 
— 146 — прежнему стало. Полно на боченокъ садиться, полно пить че- резъ край; выпьетъ, бывало, чарку - другую, другпмъ дастъ хлебнуть, а безъ м'Ьры пить не велитъ. «Нехорошо, гово- рить, неравно доченька узнаетъ, серчать станетъ». И князя Борпса АлексЬича полюбплъ, все на его руки сдалъ: и домъ и вотчины. — «Я, говоритъ, старъ становлюсь; пора мн^ и на поко-Ь пожить. Ты, князь Борись съ дочень- кой, заправляйте д-^лами, а меня, старика, покойте да кормите. Немного мн-Ь надо, поживу съ вамп годочекъ-другой, внучка до- л^дусь и пойду въ монастырь Богу молиться да къ смертному часу готовиться». Сына родила княгиня Варвара Михайловна. Сколько было радости! У вс'Ьхъ на душ'Ь такъ легко, какъ будто Светло Воскресенье вдругорядь пришло, а князь Алексею Юрьичу ровно двадцать годовъ съ костей скпнуло. Воз.г-Ь княгининой спальнп девятеро сутокъ высид'Ьлъ, все наблюдалъ, чтобъ кто не испугалъ ее. Носитъ, бывало, внучка но комнатамъ да ти- хонько колыбельныя песенки ему нап'Ьваетъ. Чуть пискнетъ младенецъ, тотчасъ бережно его въ датскую, и тамъ сядег'ь дедушка у колыбельки, качаетъ внучка. Въ крестины всей дворн'Ь по ц-Ёлковому рублю да по суконному кафтану пожало- валъ, двести отпускныхъ выдалъ, барскихъ барынь, которыя замужъ не угодили, со двора долой. Павильоны досками ве- л-Ьдъ забить, не было-бъ туда ни входу ни выходу... Одну Дуняшку остави.лъ, и то тайкомъ отъ княгини Варвары Ми- хайловны. Шестп нед'Ьль не прожилъ маленьк1Й князь. Съ такого горя князь Алексей Юрьпчъ въ постелю слегъ, два дня маковой росинки во рту у него не быва.ю, слова ни съ к-Ьмъ не вы- молвилъ. Мало-по-малу княгиня же Варвара Михайловна его утешила. Сама, бывало.^плачетъ по сынк'Ь. а свекра ут'Ьшаетъ, французск1я п-Ьсенки ему сквозь стезы тихонько поетъ... Году не длилось такое житье. Ведомость пришла, что прус- ск1й король подымается, надо войн-Ь быть. Князь Борисъ Але- ксЬичъ Бъ полкахъ служилъ, на войну ему следовало. Сталъ собираться, княгиня съ мужемъ 'Ьхать захот-Ёла, да старый князь слезно моли.1ъ сноху, не покидала-бъ его въ одиноче- стве. представля.1ъ ей резоны, не женскому-де но.1у прп вой- ск'Ь быть; зюлодой князь жен1) то-жъ говори.1ъ. Послушалась княгиня Варвара Михайловна; — осталась на горе въ Заборь^. С.1езное, умильное было прощанье!.. Пос.тЬ мо.1ебна «въ путь шествующихъ». благословнлъ сына князь Алексей Юрьичъ святою иконой. обня.1ъ его и много поуча.ть: сражался бы храбро, себя не щадилъ бы въ бою. а еудигь Господь животъ 
— 147 —- положить — радостно пролилъ бы кровь и принялъ св1^тлый небесный в'Ьнецъ, — «Объ жен-Ь, — князь говорилъ: — ты не кру- чинься; будетъ ей и тепло и покойно»... А когда княгиня Варвара Михайловна съ мужемъ стала прощаться, господа, шляхетные знакомцы п дворня навзрыдъ зарыдали... Смотреть безъ слезъ не могли, какъ обвилась она, сердечная, вкругъ му/ка и безъ словъ, безъ дыханья повисла на ше1). Такъ безъ чувствъ и снесли ее въ постелю. Перекрестплъ жену князь Борпсъ АлексЬпчъ, поц'Ьловалъ и въ карету с^^лъ. По отъ'Ьзд'Ь заборовская жизнь еще тише пошла отъ того, что княгиня много грустила. Прх'Ьздъ бывалъ не велпк1Й, празднпковъ. об^довъ не стало. Князь АлексМ Юрьичъ не отходилъ отъ снохи, всячески ее спокоилъ, всячески утЬшалъ. Письма стали доходить отъ молодого князя; про батал1и пи- салъ, писалъ. что дальше въ Прусскую землю идти ему не вел'Ьно, указано оставаться при иолкахъ въ гррод'Ь Меме.тЬ. Княгиня весел'Ьй стала, а она весела — и все весело. Опять стали гости въ Заборье сбираться; опять пошли об'Ьды да празд- ники. И все было добро, хорошо, тихо и стройно. Позавидовалъ врагъ рода челов'Ьчес1;аго. Подосадовалъ тре- клятый, глядя на новые порядки въ Заборь-Ь. П вложи.тъ въ стихшую душу князь Алексия Юрьича помыслъ греховный, распалилъ - стараго сластолюбца б'Ьсовскою страстью... Сталъ князь сноху на нечпстую любовь склонять. Въ ужасъ княгиня при- шла, услыхавши отъ свекра гнусныя р-Ьчи... ХотЬла образумить, да гд'Ь ужъ тутъ!.. Вывелъ окаянный князя на стару дорогу... — А! еретица!.. Честью не хочешь, такъ я теб1^ покажу. Н ве.1'Ьлъ кликнуть Ульяшку съ Василисой: бабищи здоро- венныя, презлющ1я. — Ну-ка, — говоритъ. — По старинЬ!.. Закрутили бабы княгпн1^ руки пазадъ и тихимъ обычаемъ пошли по своимъ м'1зстамъ. А князь гаркнулъ въ окошко: — Рога! Въ дв-Ьсти роговт. затрубили, собачш вой поднялся, и за т'Ьмъ содомомъ ничего не было слышно... И пошла-по'Ьхала гульба прежняя, начались попойки денно- нощныя. опять внзгь да пляску подняли барск1я барыни, опять стало въ дом'Ь. кабакъ-кабакомъ... Поирежпему шумно, разгульно въ Заборь-Ь... И кошки да плети попрежнему въ честь вошли. А про княгиню Варвару ]\1ихайловыу слышно одно: больна да больна. Никто ее не видитъ, никто не слыппггъ — ровно въ.воду канула. 13о.1тали, къ мужу-де въ Мемель иросил^хсь, да свекоръ не пустилъ, оттого-дс и захворала. 10-^ 
— 148 — Былъ въ княжеской дворне отпетый головор^зъ Гришка Шатунъ. Смолоду десять годовъ въ б-Ьгахъ находился; сказы- вали, въ Муромскомъ л-Ьсу, у Кузьмы Рощина въ шайк'Ь онъ жилъ. Когда разбойника Рощина словили, Шатунъ воротился въ Заборье охотой... И князь АлексЬй Юрьнчъ мало-по-малу его возлюбилъ, приблизилъ къ себ-Ь и зналъ черезъ него все, чтб гд'Ь ни делается. Терпеть не могли Шатуна, ровно нечи- стой силы боялись его. Перехватилъ окаянный письмо, что княгиня къ мужу по- слала. Прочиталъ старый князь и насупился. Ц^лый день взадъ да впередъ ходи.1ъ онъ по комнатамъ, самъ руки назадъ, думу думаетъ да посвистываетъ. Ночи темнМ — не см-Ьотъ никто и взглянуть на него... Иаъ Зимогорска отъ губернаторскаго секретаря письмо по- даютъ. Пишетъ секретарь, держалъ бы князь ухо востро; губернаторъ-де съ воеводой хоть и прхятелп вашего с1ятель- ства, да забыли хл'Ьбъ-соль: получивши жалобу княгини Вар- вары Михайловны, розыскъ въ Заборь1> вздумали д-Ьлать. Опять молча, одинъ-одпнешенекъ, ц-Ьдый день ходи.1ъ князь по комнатамъ дворца своего. Не 'Ь.1ъ, не пи.1ъ, все думу ка- кую-то думалъ... Вечеромъ Гришку позвалъ. Держалъ его у себя чуть не дб св'Ьту. На другой день приказъ — снаряжать въ дорогу княгиню Варвару Михайловну. Отпускалъ къ мужу въ Мемель. Осен- нимъ вечеромъ — а было темнб, хоть глазъ уколи — карету подали. Княгиня прощалась со всЬми, подошелъ старый князь — вся затряслась, чуть не упала. — Съ Богомъ, съ Богомъ, — говоритъ онъ: — прощай, сно- шенька... Сажайте княгиню въ карету. Посадили. Сзади сЬлн Ульяшка съ Василисой, на козлахъ Шатунъ. Ночью князь въ саду пробы.1ъ немалое время... Своими руками Розовый павильонъ заперъ и ключъ въ Волгу бро- силъ. ВсЬ двери въ садъ заколотили, и былъ отданъ приказъ близко къ нему не подходить. Въ ту же ночь безъ в^сти пропала Никифора конюха дочь. Чудное д-Ьло!.. Нед-Ьди четыре Д'Ьвку лихоманка трепала — жизни никто въ ней не чая.1ъ, и вдругъ сбежала... Съ той поры объ Аришк'Ь ни слуху ни духу... Много чудились, а зря языкъ распускать нпкто не посм'Ьлъ... Проводивши княгиню, Гришка Шатунъ съ об'Ьими Оабами домой воротился. Докладываетъ, княгиня-де Варвара Михай- ловна на дорог* разнемоглась, приказала остановиться въ та- комъ-то город'Ь, за л'Ькаремъ послала; л-Ькарь былъ у нея, да 
— 149 — помочь ужъ было нельзя, черезъ трое сутокъ княгиня престави- лась. Ппсьмо князю подалъ отъ воеводы того города, отъ л15- каря, чтб л'Ьчилъ, отъ попа, чтб хоронилъ. Взялъ письма князь и, не читавши, сунулъ въ карманъ. По ь^ончин-Ь князя АлексЬя Юрьпча, Василиса каялась, что 1;няг1шю Варвару Михайловну, только -что пзъ Заборья они вы-Ьхали, задней дорогой подвезли къ Розовому павильону, а нам'Ьсто ея посадили въ карету больную Аришку. Когда же дорогой Аришк-Ь смерть приключилась, зам-Ьсто княгини ее схоронили. Гришки съ Ульяшкой скоро не стало. На другой либо па трет1й день посл-Ь того, какъ онп воротились, послалъ ихъ князь по какому-то д11у за Волгу. Осень была, по р-Ьк-Ь «сало» пошло. По'Ьхалъ Шатунъ съ Ульяшкой, стало ихъ затирать, лодчонка плохая — пошли ко дну... Когда закричали въ За- борь-Ь, наши-де тонутъ, на в11нц'Ь горы сталъ недвижимъ князь Алекс'Ьй Юрьичъ, руки за спину заложивши. В-Ьтеръ шляпу сорвалъ, а онъ стоитъ, глазъ не сводитъ; зорко глядитъ на людскую погибель, сЬдые волосы в'Ьтеръ такъ п разв'Ьваетъ... Пошли ко дну, перекрестился, и тотчасъ домой... Василиса наканун'Ь того дня сб-Ьжала. Разлютовался князь. «Подавай Василису живую иль мертвую». Докладываютъ: по- шла къ свату въ сосЬдню деревню, захме.тЬла, легла спать въ овин'Ь, овинъ сгор'Ьлъ, и Василиса въ немъ... Стропе розыски д'Ьлалъ, самъ на овинное пожарище -Ьздилъ. обгор'блыя косточки тростью пошевыря.ть. Ув'Ьрился, стихъ... А гЬ обго- Р'Ьлыя кости были не Василисины, а н-Ькоего заб1>глаго ша- туна, что ше.тъ въ Заборье на княж1е харчи. Ше.1Ъ на волю да на пьяное житье, попалъ въ овинъ, а оттуда въ жизнь в'15ков'6чную... И то д'Ьло Василисинъ деверь состряпалъ. Бьтл'ь онъ на ту пору велик'ь челов'Ькъ у князя Алексия Юрьича. «Концы въ воду, басни въ кустъ, — уг1;шаетъ себя князь. — Двадцать розысковь на'Ьзжай — ничего не разыщутъ». Запили, загуляли — чуть не всЬ погреба опростали. Дв'Ь не- д'Ьли всЬ пьяны были безъ просыпу. А изъ города в-Ьсти з;; в'Ьстямп — розыскъ "Ьдетъ, а князю и горюшка н'Ьту — гу-тяетъ!.. Большихъ господъ на ту пору ужъ не было, и мелкое шля- хетство стало р'Ьд'Ьть, знакомцы и т'Ь кажду ночь по два да по три челов-Ька зачали бегать, Пные, помня княжую хл^бъ- соль, докладывали ему, поберегся бы маленько, ходятъ-де слз^хи, розыскъ въ Заборье готовятъ... У князя одинъ отв^^тъ: «Это будетъ, когда чортъ умретъ, а онъ еще и не хварывалъ. Прх-Ьдетъ губернаторъ — милости просимъ: плети готовы»... А шляхетство все тягу да тягу. Пришлось подъ конецъ князю 
— 150 — съ одними холопами бражничать. На что (пита — и тот г. (■Су1^- жалъ. Середь :залы бочонки съ вии()мт,. II пьютт, и льютъ. да тутъ же п спятъ вповалку. Д'Ьвки — въ чемъ мать на св'Ьтъ родила, волосы раскосмативши, по всему дому скачутъ да срамныя п'Ьснп ноютъ. А князь немытый, небритый, нечеса- ный, въ одной рубах'Ь, на ковр'Ь середь залы возл!) боченка сидитъ да только покрикиваетъ: — «Эй. вы, черти, веселее!.. Головы не в-Ьшай, хозяина не печаль!..» Чтб денегъ онъ тогда безъ пути разброса.тъ... Д^-.вкамъ при- горшнями жемчугъ д'Ьли.тъ, серьги, перстни, фермуары брильян- товые, матер1и всяк1я раздарпва.1ъ, бархаты... Разъ подъ утро узнаютъ: розыскъ на-Ьхалъ... Стихла гульба. — По м'Ьстамъ! — сказалъ князь: — были бы плетп наго- тове. Я пхъ разыщу! Приходптъ майоръ, съ нимъ двое чиновныхъ. Князь въ гостиной во всемъ параде: въ пудр^Ь, въ бархатномъ каф- тане, въ кавалер1и. Вошли т-Ь, а онъ чуть прпвсталъ и на стулья пмъ не показываетъ, говоритъ: — Зач'Ьмъ пожаловать изволили? — Ве-т-Ьно намъ строжайштй розыскъ о твопхъ скаредныхъ поступкахъ съ покойной княгиней Варварой Михайловной сделать. 4 — Чт5-о? — крикнулъ князь и ногами затопалъ. — Да какъ ты см^-^ъ, пащенокъ, холопскш свой носъ ко мн^Ь совать?.. Не знаешь разв'Ь^ кто я?..' Отъ кого приел анъ?.. Отъ воеводы- шельмеца, аль отъ губернатора-мошенника?.. И они у меня въ перед^лЬ побываютъ... А тебя!.. Плетей!.. — Уймись, — говоритъ майоръ. — Со мной шкадронъ дра- гунъ, а прислантуя не отъ воеводы, а пзъ тайной канцелярш, по именному ея пмператорскаго величества указу... Только вымолви.тъ онъ это слово, всЬмъ т'Ьломъ затрясся князь. Схватился за голову да одно слово твердптъ: — Охъ, пропа.тъ... охъ, пропалъ! Подоше.тъ къ майору смирнехонько, божится, что знать ни- чего не знаетъ и ни въ чемъ не виноватъ. что ес.тп-бъ жива была княгиня Варвара Михайловна, сама бы невинность его доказала. — Покойница княгиня о твоихъ богомерзкпхъ д'Ьлахъ своей рукой ея императорскому величеству челобитную писала. Гляди! И показалъ княгинино челобитье. — Проз'Ёва.1ъ, .значитъ, Шатунъ!.. — прошепталъ князь. — Счастливъ, что на св'Ьт'Ь н'Ьтъ тебя. 
— 151 — — Въ силу даннаго намъ указа, — говоритъ майоръ: — во все время розыска быть теб1>, князь АлексМ княжь Юрьевъ сынъ оаборск1Й. въ своемъ дом1] иодт, жестокимъ карауломъ. Для того п драгуны ко всЬмъ дверямъ приставлены. Выхода отсель теб-Ь н'Ьтъ. Голосу у князя не хватаетъ. Столы раскладьгваютъ. бумаги кладутъ. ла столъ садятся, ничего князь не виднтъ: стонтъ, глаза въ уголъ уставивши, одно твердитъ: — Охъ, пропалъ. охъ. пропалъ!.. А майоръ розыскъ зачинаетъ. Говоритъ: — Князь АлексЬй княжь Юрьевъ сынъ Заборск1п. По имен- ному ея императорскаго величества указу изъ тайной канце- ляр1и изволь намъ по пунктамъ показать доподлинную и самую доточную правду по взведенному на тебя богомерзкому и ска- редному Д'Ьлу... — Не погуби!.. Смилуйся! Будьте отцы родные, не погубите старика!.. Ни впредь ни посл'Ь не буду... Будьте милостивы!.. И повалился князь въ ноги майору. Великъ былъ челов'Ьрл,. архимандритовъ въ глаза дураками ругалъ, до губернатора съ плетьямп добраться хот'Ёлъ, а какъ грянулъ царск1й гн-Ьвъ — майору въ' ножки поклонился. — Не погубите!.. — твердитъ. — Въ монастырь пойду, въ ,затворъ затворюсь, схиму надену... Не погубите, милостивцы!.. •Золотомъ осыплю... Что ни есть въ дому, все ваше, все бе- рите, меня только не губите... — Встань, — говоритъ майоръ. — Не стыдно-ль теб-ЬУ В-Ьдь ты дворянинъ, князь. — Какой я дворянинъ!.. Что мое княжество!.. Холопъ я твой в-Ьков-Ьчный: какъ же мн^Ь тебЬ не кланяться?.. Милости в-Ьдь прошу. Теперь ты великъ че.тов'Ькъ, все въ твоихъ ру- кахъ, не погуби!.. Двадцать тысячъ рублевъ сейчасъ выдамъ, только бы все въ мою пользу пошло. — Полно бе.зд'Ьльныя р1зчп нести, давай отв'Ьтъ въ силу даннаго намъ указа. Поднялся князь на ноги, скр^пилъ себя, грозно нахмурился и глухо отв'Ьтилъ: — Знать ничего не знаю, выдать не в4даю. — Смотри, не пришлось бы намъ ту комнату заст^нкомъ сдктать. Не хочешь добромъ подлинной правды сказать — дру- г1я средства найдемъ: кнутъ не ангелъ ■ — души не вынетъ, а правду скажетъ. Опустился на кресло князь. побагров-Ьдъ весь, глаза зака- тились, еле духъ переводитъ. 
— 152 — — Ой, пропалъ!.. — твердитъ. — Ой, не снесу!.. Посмотр'Ьлъ на него майоръ... Остановилъ розыскъ до дру- гого дня. Къ князю никого не допускаютъ. Ходитъ одинъ-одпнеше- некъ по запустелому дому, волосы рветъ на себ'Ь, воетъ въ поточный голосъ. Идетъ по портретной галлере^, взглянулъ на портретъ к'ня- гнни Варвары Михайловны — и сталъ какъ вкопанный... Чудится ему, что лицо княгини ожило, и она со скорбью, съ укоромъ головкой качаетъ ему... Грянулся 6 полъ... Языкъ отнялся, движенья не стало... Подняли, въ постель уложили. Что-то ыаячитъ, но понять невозможно, а глаза такъ и горятъ. Майоръ посмотр^лъ, за л'Ькаремъ послалъ, людей допустилъ. Кину.тъ лекарь руду. Маленько полегчало. Хоть косно, а сталъ кой-что говорить. Дворецкагэ подозвалъ. — Замажь, говоритъ, лицо на портрете княгини Вар- вары Михайловны. Сш же минуту замажь. Заказали. Докладываютъ, — Ладно, — молви.)1ъ. — Не скажу теперь майору. Думали — бредитъ, взглянули — духу н'Ьтъ... Такъ розыску и не было. 
Разсказъ. Въ Зимогорской губерн1п есть уЬздный городъ Чубаровъ — глз^шь страшная. Тому городу другого имени н^тъ, какъ Медв'Ьжтй Уголъ. Что за дорога туда! Ровная, гладкая — ни горки, ни косо- гора, ни йзволочка, — скатерть-скатертью. М'Ьста сыроваты, но грунтъ хрящевикъ: ц'15лое л'Ьто ливмя лей, грязей не будетъ. Не перероютъ чубаровску дорогу водоропны, не наплыветъ на нее съ боковъ текучей грязи и всякой мерзости, и въ ра- бочую пору разсыльный не выгонитъ на нее мужика, съ ло- патой на плеч'Ь да съ краюхой хл'Ьба на пестер'Ь, верстъ за двадцать отъ дому — чинить путь-дорогу ради благополучнаго проезда его превосходительства господина губернатора. Благодарятъ Создателя мужики чубаровск1е, не больно обидна по ихнимъ м^стамъ повинность дорожная. Зато скорбятъ, плачутся и Богу жалуются т-!), кому судьба даровала жреб1й заправлять натуральными повинностями. Съ какой завистью, съ какой затаенной злобой смотритъ исправникъ чубаровскш на уЬзды сос'Ьднхе! Тамъ и глинка размывистая, и горы съ изволоками, и топи, и гати — и заготовка фашинника!.. Не столь попъ великому посту да богато:.)у покойнику радъ, сколько рады въ т-Ьхъ уЬздахъ исправники октябрю м'Ьсяцу, когда расписанге дорожныхъ участковъ составляется. А въ Чубаров15, въ этомъ «чортовомъ болоте», не то что отъ рас- писанхя, отъ самаго даже развода участковъ никакой поживы н'Ьтъ. «Шохой у'Ьздъ, алтынный уЬздъ!..» — говорятъ про него и въ губернскомъ нравлен1и и въ губернаторской канце- ляр1и. Пытач11ся исправникъ чубаровск1й, Иванъ Алекс^>ичъ Чир- ковъ, избыть б1ду неизбывную, пытался исправить б'Ьду не- 
— 1Г)4 — поправпмую. Вздумалъ д1-,ло сотворить — и самому бы теплепько было, II кого посл'Ь нсго дворянство въ исправники выберетъ, помянулъ бы добромъ преды^зстнпка, панихиду-бъ отп'1;лъ за упокой души его. Не удалось... Получаетъ отъ губернатора 11редппсап1е. Требуетъ онъ «для государственныхъ соображен1й, подробнаго и тщательнаго опи- сан1я дорогъ почтовыхъ, торговыхъ, проселочныхъ, какъ искус- ственныхъ, такъ и грунтовыхъ, съ показан1емъ удобствъ и неудобствъ оныхъ, какъ въ впдахъ административной ком.му- Н11кац1и, такъ и въ отнои1ен1и къ вящшему расиространен11<) м'ктной торговли и промышленности, представивъ притомъ свои соображен1я о проложеши новыхъ, бол'Ье удобныхъ путей сообш;ен1я, въ видахъ общей государственной пользы». Иностраннымъ языкамъ Иванъ АлексЬичъ не обучался, по- тому «административной коммуникац1и» не разум'Ьлъ, но на «спосп1^шествован1п» придумалъ штуку разыграть. Какъ дважды -два доказалъ онъ губернскому начальнику, что народъ об'Ьднялъ и промыслы упали, и въ торговл-Ь за- стой оказался, самое даже отечество б'Ьдствуетъ единственно по той причин'Ь, что чубаровская почтовая дорога проложена не тамъ, гд'Ь сл^Ьдуетъ быть. Для «вящшаго преусп'1зян1я и спо- сп'{^шествован1Я къ развит1ю» Иванъ АлексЬичъ придумалъ новую дорогу тамъ проложить, гд'Ь самъ л'Ьшп! подумавши ходитъ. Зато скслько мостовъ, сколько гатёп!.. ВсЬ эти топи, мочажины, болота, теперь ле}кащ1я впуст11, не принося никому пользы, уже представлялись ему богатой оброчной статьей въ вид1} гатей, ежегодно перестилаемыхъ, мостовъ, каждый годъ перекрашиваемыхъ. Во сн1} п наяву мереш;ится ему, какъ изъ вонючихъ, никуда негодныхъ болотъ прыгаютъ въ кар- манъ золотеньк1е и сыплются пачки буман{екъ радужныхъ. Прекраснымъ, благодатнымъ м'Ьсяцемъ сталъ для него холод- ный, дождливый октябрь! ■ Жидъ Месс1ю иль концессш на желЬзную дорогу такъ ждетъ, какъ, ожидалъ Иванъ АлексЬичъ разр'Ьшен1Я на свое представлен1е. И вдругъ: «будетъ въ виду вашъ проектъ при общемъ соображен1и объ устройств'Ь грунтовыхъ дорогъ въ государств'!)». Ждетъ Иванъ АлексЬичъ обш,аго соображетя, ждетъ, ждетъ, и вдругъ умираетъ, запарившись въ бан'Ь: русск1й человЬкъ, по-русски п померъ. Былъ оплаканъ семьей^ секретаремъ п становыми. Почесала въ затыльсЬ губернаторская канцеляр1я, сморщилось губернское правлен1е; его превосходительство при вс'Ьхъ изволилъ сказать: «Жаль — исправникъ былъ расто- ропный». 
— 155 — II лриказалъ въ губернскнхъ в'Ьдомостяхъ некрологъ его напечатать. Прошло немало времени к посл'Ь блаженной кончины Ивана ЛлексЬича, разрешен!.}! на представлен1е не было. До снхъ лоръ благодарятъ Создателя мужики чубаровск1е, что не обидна имъ повинность дорожная, до сихъ поръ скорбятъ, плачутся, Богу жалуются т-Ь, кто в'11дастъ въ Чубаровскомъ у'Ьзд'Ь натуральными повинностями. Хороша дорога въ Чубаровъ, — скатерть-скатертью. ■ • Подъ самымъ городомъ вдругъ стало меня немилосердно поталкивать. Ч-Ьмъ дальше, т^мъ хуже. Заметало тарантасъ ]?о вс'Ь стороны, того и гляди— на бокъ. Во весь опоръ ска- кавш1Я лошади шагомъ пошли. — Чтб за дорога?- — вскрпкнулъ я. — Городская, — отв'Ьчалъ ямщимъ. Так1е плоды преусп1>ян1я городского хозяйства обыкновенньт. Съ терп'Ьн1емъ 1ова ждалъ я минуты, когда подъеду къ длин- ному, версты на полторы черезъ болото построенному мосту. Другой конецъ его упирался въ главную и единственную го- родскую улицу. Издали б15Л'Ьлась и св'Ьтл'Ьлась итрокая гладь мостового полотна. «Ну, думаю, отдохнутъ мои косточки». Не тутъ-то было: ямщикъ своротилъ направо и потащился топкимъ болотомъ; колеса вязли по ступицу, добрые кони едва духъ переводили. — Куда ты, куда ты? — -крикнулъ я ямщику. — Ступай по мосту. — По мосту? Заказанъ. Вонъ и шлахбанъ спущенъ. Въ самомъ дктЬ, возл-Ь развалившейся будки бьмъ спу- щенъ ветх1Й шлагбаумъ. Кром'1^ воронъ, сидЬвшихъ на пери- лахъ, да квакавшихъ въ болотЬ .лягуишкъ, ничего живого во- кругъ не было, но никто не дерзалъ, поднявъ шлагбаумъ, про'Ьхать запов'Ьднымъ мостомъ. Столь свято исполняются въ Зимогорской губерн1п начальственпыя распоряжешя. Гу- берн1я благонаделшая... — Отчего-жъ по мосту н'Ьтъ 'Ьзды? — Заказано. Казенный сталъ, берегутъ, — отв'Ьтилъ ямщикъ. • — Зач'Ьмъ же его строили? — А губернаторъ на'Ьдетъ, либо пзъ набо.тьшихъ кто. — Давно-ль такхе порядки? — Не такъ чтобъ давно, — отв'Ьчалъ ямщикъ, помахивая кнутомъ надъ лошадьми... — Эхъ, вы, голубчики, ну, ну. ну-у!.. Съ самыхъ съ гЬхъ поръ, какъ мосты да дороги на земство поворотили и зачали ими алхитехтуры заправлять... Эхъ, вы. 
— 15Г. — ну, ну!.. А прежде дорога и зд^сь была знатная, и по мосту ^здн-ии вс'Ь невозбранно... Ну, ну, соко.11ИКи! — Отчего-жъ запретп-ии по мосту "Ьздить? — Рьто ихъ знаетъ?.. Таше порядки!.. Эхъ, ну, ну, вы!.. Кормиться тоже и алхитехтурамъ надо, безъ того нельзя!.. Эхъ, вы, матушки, вывози, вывози, поштенныя!.. 'Ьсть-пить всякому надо... Только нашему брату совсЬмъ б'Ьда!.. Глядь-ка, кака маята к5нямъ-то!.. Ну, таш,и, тащи, соколики!.. А прежде алхитехтуровъ да анженеровъ слыхомъ не слыхать!.. Эхъ, ну, ну, вы! Мучимые комарами, что толклись надъ болотомъ, съ пол- часа промаялись мы. Про-йзжая мимо моста съ тоненькими, старенькими стойками, нонялъ я расчетъ строителей. Сд'Ь- лавшись съ подлежаш;ей властью, то-ль еще творятъ они по глухимъ м'Ьстамъ, так1я-ль еще бФ>ды строятъ народу Божьему! А все больше поляки да н'ймцы. Въ Медв^жьемъ Углу гостиницъ н'Ьтъ. Привезли меня къ Абрамовн'Ь, чтб содержитъ единственный въ город-Ь по- стоялый дворъ. По счастью, нашлась порожняя горенка; тамъ кой-какъ я располоя:ился. Объ удобствахъ р'Ьчи не было, и за то слава Богу, что комнатка наш-иась. Не усп'Ьлъ оглядеться, какъ услышалъ спльн'ЬйшШ хранъ. Кто-то рядомъ отдыхалъ въ часъ полуденный. Богатыреве звуки неслись изъ сосЬдней горенки, куда вела растворчатая, сильно покоробленная п не очень плотно затворявшаяся дверь. Она была заперта черныыъ, рФшчатымъ замкомъ '■'-) на двухъ кольдахъ. Вошла здоровенная д'Ьвка въ засаленномъ, темно- сппемъ, китаечномъ сарафане, пестромъ ситцевомъ переднике и сильно поношенномъ шелковомъ платке на голов-Ь. — Самоварчикъ вашей милости не поставить ли? — Какой теперь самоваръ!.. Рсто это у васъ такъ по- храпываетъУ — А Гаврила Матв-Ьичъ, — отирая передникомъ потное лицо, отв'Ьчала работница Абрамовны. — Какой Гаврпла Матв'Ьпчъ? — А Уткинъ Гаврила Матв'Ёичъ, подрядчикъ, — отв'Ьчала работница, удивленная моимъ незнаньемъ такой знаменито- сти. — Острогъ строитъ, на'Ьзжаетъ за работой приглядеть. Завсегда у ведосьи Абрамовны становится. — Купецъ? — спросилъ я. — Какъ вашей милости сказать? Не больно разумею я  *) Черный, т.-е. жел-Ьзный впсячи! замокъ. Р-Ьпчатый — наподоб1е сплюс- нутаго шара, р'Ьпой. 
— 157 — отв'Ьтить-то... Купецъ, надо быть, — молвила работница. — Пи- шется деревни Б-Ьдавки уд-Ьльнымъ крестьяниномъ, вотъ не- далече отсель деревня Булавка есть. Таыъ и домъ у него, и крупчатка о четырехъ поставахъ, фабрику недавно полотня- ную поставилъ въ Б'Ьлавк'Ь-то. Самъ-отъ больше по губерн1и *) прожнваетъ. По всему какъ есть купецъ. По свид-Ьтельству что-ль какъ-то торгуетъ, не уы'Ью сказать доподлинно: наше д-Ьло женское — до всякой точности не доходнмъ. Да вы даль- н1Ё, видно? — ДальнЛ. — То-то. — А почемъ ты узнала, что дальнШ я? — А Гаврилы-то Матв-Ьича не знаете. Его всЬ знаютъ. И начальство и больш1е господа. — Вотъ какъ! — Да-а... Гаврилу Матв'Ьича всЬ знаютъ... Такъ самовар- чикъ не потребуется? • — • Штъ, не потребуется. — Ну ладно. Ушла. А храпъ Гаврилы ЛГатв^ича громче да громче раз- давался по моему «покойчпку». Силъ не стало, и хоть жаръ еще не свалилъ, хоть и усталъ я съ дороги, но— не слыхать бы этого храпу, поигелъ смотр^^ть на Медв'Ьж1п Уго.1ъ. Городъ какъ городъ. Каменный соборъ на грязной, немо- щеной базарной площади, нескончаемые заборы, незат^Ьйли- дзой наружности бревенчатые домики, дырявые тротуары, за- валенные всякой гадостью и травой поросш1я улицы, камен- ный присутственныя м-Ьста, развалившаяся больница, ветххй нав-Ьсъ съ пустыми разсохшимпся бочками, съ испорченными пожарнымп трубами, — словомъ, то, что каждый видадъ не въ одномъ десятк'б русскихъ городовъ. Не по торговымъ иль промышленнымъ надобностямъ возникали наши Чубаровы... При учрежден1п губернхй ткнули пальцемъ на карт-Ь, сказали: «быть городу», и ста.тъ городъ. Оттого т'Ьмъ городамъ и чужда городская жизнь. Сколь бы ни хлопотали о хозяйстве «мед- в'Ьжьихъ угловъ», как1е-бъ ни сочиняли инвентари ихъ иму- ществъ, как1я-бъ ни производили изсл'Ьдован1Я, какъ бы за- т'Ьйливо ни составляли росписи доходовъ и расходовъ, по спл-Ь коихъ, безъ разр'Ьшен1я высшаго начальства, лишней метлы купить нельзя, — «медв'Ьжьи углы» на вЬки в-Ьчные останутся «медв'Ьжьими углами». Зато сёла, что на бойкихъ, приволь- ныхъ м'Ьстахъ построены, запросто, какъ Богъ посла.1ъ — съ  Въ губернскомъ городе. 
— 158 — каждымъ годомъ богат^ютъ, каменные дома въ т:Ьхъ селахъ что грибы растутъ, кипитъ торговля, заводятся училища, боль- ницы, даже бпбл10текп. Иваново, Павлово, Лысково, Ку- карка, — сравните съ ними «медвежьи углы»... Гд^Ь городъ, гд^ деревня?.. Въ полчаса весь городъ узна.1ъ. Ни единой живой души, ни едпнаго звука, ровно чума прошла, ровно вымеръ Чуба- ровъ... Сиитъ, плотно пообедавши, Ыедв'ЬжШ Угодъ. Изъ города, спящаго сномъ временнымъ, погаелъ я въ городъ спя- щихъ непробуднымъ сномъ. Тамъ, средь простыхъ крестовъ и голубцовъ, В11дн1^лись г.ой-гдЬ каменные памятники да оби- тые жестью столбики, строенные по правиламъ доморон1еннаго зодчества... Читаю надгробный надписи. Дчрсм-Ь изреченш изъ свяи],еннаго ипсашя, встр'Ьчаются друпя. „Подъ камнемъ симъ лежитъ коллежск1й секретарь Котовъ, „Рожденъ былъ отъ дворянъ, отечеству служить готовь, „Отецъ д^тей невинныхъ и плачущей вдовы супругь, „Въ жизнь доброд-Ьтелень, онъ умеръ вдругъ, ,.Не могши изб'Ьжать той горестной судьбины, „Чтобъ не вкусить грозящей намъ кончины". Вообще надписи длинноваты! Съ надлел^ащей подробностью означается, за сколько лЬтъ йм-Ьдъ покойникъ безпорочную пряжку, сколько л-^тъ оставалось ему дослужиться до сл'Ьдую- щаго чина, и что подъ судомъ и сл-Ьдствхемъ не находился... Чубаровск1е покойники ранга невысокаго: коллежск1е секре- тари, титулярные сов'Ьтникн, есть майоръ... Однако нЬтъ! позвольте — вотъ памятннкъ знатнаго челов'Ька: „Подъ симъ камнемъ погребено т'Ьло д'Ьйствительнаго тайнаго сов'Ёт- „ннка, Росс1Йскаго Императорскаго Двора оберъ-камергера, росс1йскихъ „орденовъ Святаго Апостола Андрея Первозваннаго, Святаго Благов-Ьр- „наго князя Александра Невскаго и Святаго равноапостальнаго Князя „Владим1ра 1-го кпасса, ирусскаго Чернаго орла, датскар Слона и швед- „скаго Серафимовъ, князя АлексЬя княжь Михайловича (фамил1я стер- „лась)... двороваго его челов'Ька Полуехта Спиридонова". Возвращаясь съ кладбища, пошелъ я къ острогу. Рабоч1е высыпались и косно брались за работу. Въ ям-Ь съ известкой два парня бёзъ толку болтали весёлками, работа не спори- лась, известка сваривалась въ комья. Еъ неум'Ьлымъ подо- ше.лъ кръикш, коренастый, невысокаго роста старпкъ. Хоть и стояли 1юльск1е жары^ на немъ была над'Ьта поношенная, крытая синей крашениной шубенка, а на голов'Ь м'Ьховой малахай. — Эхъ, вы, горе-ребята!.. — молвнлъ онъ, подойдя къ из- вестковой ям*. — Зам-Ьсить-то, постр'Ьлы, путемъ не ум^^ете!.. А туда-жъ каменщики!.. Эхъ, вы!.. Дай-ка весёлко-то. 
— 159 — И, Езявшп весёлко, старикъ такъ пошедъ работать, что мо- лодому бы впору. — Эхъ, ты, яма, матушка!.. — онъ приговарпва.тъ. — -Хо- зяина дождалась!.. Смотрите, горе-ребята, гляди, какъ месить сп-Ьдуетъ. Вотъ какъ, вотъ какъ!.. А вы что?.. Кпсельники!.. Г-тади-ка ты!.. Вотъ какъ, вотъ какъ сл^дуетъ!,. А тоже каменщики!.. Эхъ, вы, горе!.. Да сразу и зам-Ьсилъ. — Ванюха!.. Для че перекладину-то мало запутаешь?,. Ка- кая тутъ прочность будетъ?.. Не на одинъ годъ строится... Глубже пущай. • — Алхитехтуръ такъ ве.тЬлъ, Гаврила Матв'Ьичъ, — ото - звался подмастерье, прилаживая перекладину надъ воротами. — Знаетъ пл'Ьшиваго б^зса твой а.1хитехтуръ!.. А л'Ьтъ че- резъ пять ст'Ьна трещину дастъ, тогда твоего алхитехтура ищи да свищи, .а мн1) отъ нача-льства остуда... Надо, Ванюха, всяко д-Ьло делать по-божески... Пущай, пущай-ка ты ее глубже. Пущай!.. И везд'Ь, во вс'Ьхъ мелочахъ зорк1й глазъ ГаврилР)! Матв'Ьича м'Ьтко слЬдилъ за работой. Во всЬхъ его распор яженьяхъ ви- денъ былъ не такой подрядчикъ, къ какимъ всЬ привыкли. Не хот'Ьлось ему строить казенпаго дома на живую нитку: начальству въ угоду, архитектору на подмогу, себ1) на раз- жшву, а развалится посл'Ь свидетельства, чортъ съ нимъ: — слабый грунтъ, значитъ, вышелъ, — вина не моя, была воля Бож1я. Заговори.1ъ я ст. Гаврилой Матв'Ьичемъ. Сначала старикъ не больно распоясывался, кинетъ нехотя словечко и пойдетъ покрикивать на Ванекъ да на Гришекъ. Но когда я назвалъ себя старику, онь спросилъ меня: — Не про тебя-ль, барпнушка, слыха.1ъ я отъ нашего управляющаго, отъ РГвана Владимхрыча? — Можетъ статься. Знакомъ съ нимъ. — Такъ и есть... С:шха.ть про тебя. Знаю, что Иванъ Владпм1рычу ты пр1ятель, значитъ, человЬкъ хороши!, худого человека онъ не похвалить. — Спасибо на добромъ слов'Ь, Гаврила Матвеичъ. Стало- быть, довольны вы Иваномъ Владим1рычемъ? — Неча и говорить!.. На начальство-то не похожъ, вотъ каковъ челов'Ькъ!.. Одно слово: челов'Ькъ-душа. И всяку кре- стьянску нужду знаетъ, ровно родился въ бан-Ь, выросъ на полатяхъ. И говорптъ-то по - нашему, по-русски то-есть, не какъ иные господа, что ихней р'Ьчи и въ толкъ не возьмешь. Всяки крестьянски д'Ьло знаетъ, а законт, даетъ по правд11 да 
— 160 — по любви. Такой баринъ, что живи за нимъ, что за камен- ной стеной, саыъ только будь хорошъ да поступай по правд'Ь да по любви. — Подрядами занимаешься?.. — спросилъ я. — И подрядами маленько займуюсь, — отв-Ьтилъ Гаврила Матв-Ьичь. — Да пропадай они, эти подряды!.. Бедовое, ба- ринъ, д-бло. — А чтб? • — Да что!.. Обиды много, толку ма.то... Известно — д-Ь.то казенное, каждому желательно руки погр-Ьть. И казну заби- жаютъ, и нашего брата не забываютъ. Не приведи Господи! — Кто-жъ? — У кого глаза во лбу да руки на плёчахъ. Л-Ьнивый только обиды теб-Ь не сд'Ьлаетъ... Слышь ты, Митреп! Клади кирпичъ-отъ ровнМ. Гд'Ь у тя глаза-те? Эхъ, ты, го.10ва съ мозгомъ! — А в^^дь мы съ тобой, Гаврила Матв'Ьичъ, сосЬди. — Какъ такъУ — В-Ьдь ты на постояломъ? — У Абрамовны. — И я тамъ же. Рядомъ съ тобой. — Ой-ли? — Да. — Такъ пойдемъ вм'Ьст'Ь ко дворамъ-то. По пути будетъ. — Пойдемъ, Гаврила Матв'Ьичъ.  Весь вечеръ просид'Ьлъ я со старикомъ. Сначала былъ онъ не очень разговорчивъ: хвали.ть Ивана Владим1рыча, толко- валъ про обиды, а въ чемъ т'Ь обиды — не сказывалъ. Подъ конецъ разговорился. — Казенное д'Ьло, — сказалъ онъ, — оттого дорого, что Бсякъ челов'Ькъ г.тядитъ на казну, что на свою мошну: лапу запускаетъ въ нее по-хозяйски. Казной корыстоваться невпри- м'Ьръ способнМ, ч'Ьмъ взятки брать... Съ кого взялъ, тотъ, пожалуй, «карау.11ъ» закричитъ, а у матушки казны н'Ьтъ языка... За то ее и грабятъ. «Завели счеты да поверки, думаютъ руки связать!.. Какъ не такъ! Съ т'Ьми счетами казну грабить сподручн'Ье, потому что по счетамъ концы схоронить ловч'Ьй, а на пов15рку не ангеловъ Божьихъ посылаютъ... Какой челов^къ рыло отво- ротитъ, когда ему въ зубы калачикъ суютъ?.. А? «Постройку взять. Этой частью сызмальства займуюсь. Мальчишкой кирпичъ на л'Ьса таскалъ, потомъ въ артели бы.1ъ, а по времени. Богъ благослови.1ъ, хозяиномъ сталъ... 
-- 161 — Эту статью знаю вдосталь. Въ лрежни годы, баринушка, по этой части совЬсти было больше. Нын'кз не то. Вт. лреишн- то годы на всю губернйо алхитехтуръ одинъ, а нынче гладп- ка чтй ихъ развелось. Л нр1'Ьзжаетъ все голь и вся-то эта голь хочетъ сиор1>й наживы. Анжннеръ хуже, для того, что анжинсръ форснстЬе. Онъ, видишь ты, съ аполетами — зна- чить, ему деяегъ больи1е надо. «См'Ьту составятъ. Городнич1Й аль полицмейстеръ заодно. Даютъ сиравочны ц'1шы впятеро выше базарных'ь, а урочное положен1е — д'Ьло широкое: карасей ловить можно. Нарочно такъ и писано... Такую состряпаютъ см'Ьту, что на см'Ьтны-то деньги, зам1>сто одного дома, два либо три выстроишь. Посл'Ь торговъ, когда желаюице обозначатся, анжинеръ и шлетъ за тобой, говоритъ: «Ты, борода, номнн, что десять процентовъ мои: это ужъ такъ везд'Ь но казеннымъ д'Ьламъ, да окром^ т-Ьхъ десяти «казенныхъ» давай еще десять процентовъ «строи- тельиыхъ». Не дашь, въ гробъ законопачу, залоги твои про- паду тъ». — «Какъ же, ваше благород1е? — молвишь: — не сходно в'Ьдь?»— «Сходно, говоритъ, будетъ, чортътыэтак1Й, для того, что сверхсы'Ьтны работы тебЬ предоставлю. Исполнять ихъ теб'Ь не придется, а деньги, чтб получимъ за нихъ, поиоламъ. Своей половиной ты все наверстаешь. А контрактъ подпи- шешь, пять процентовъ т6тчаст> неси, такъ д'Ьло будетъ в'Ьр- нЬй». Какъ быть? Нодрядчикъ завсегда у него въ рукахъ: мо}кегь онъ тебя на первомъ же Д'Ьл'Ь, на свпд'Ьтельств'Ь ма- тер1аловъ, такъ прижать, что жизни не будеп1ь радъ. Въ ра- зоръ разорить — самъ-отъ чистъ выйдетъ, еще крестъ за со- хранен1е казеннаго интереса возьметъ, а ты со своимъ усер- Д1емъ да дурацкой простотой купайся. Поэтому хошь на торгахъ и сносишь ц'Ьну, да сносишь такъ, чтобъ двадцать алхитехтурскихъ процентовъ не изъ своего кошеля вынимать, да чтобы не изъ своихъ денегь и полицмейстеру заплат1ггь, потому что и онъ прит-Ьсненхе можетъ сделать, потому и дол- жОнъ ты его задарить», — Полицеймейстера-то зач'Ьмъ жо задаривать, Гаврила Мат- в'Ьичъ? Не его дйю. — Нодрядчикъ завсегда въ его рукахъ: всяк1п часъ мо- жетъ онъ ему пакости сд'Ьлать. Рабочихъ со стройки сгонптъ: «табельный, дескать, день сегодня». Табели-то хоть и н-Ьтъ, да ужъ это его д'Ьло: какую табель захочетъ, таку и нагонитъ. Перо да бумага въ его рукахъ, а мы люди хоть мятые, а д-Ьдо-то наше все-таки темное. И строительная компсс1я для чего-нибудь да сделана... И въ ней люди пить-'Ьсть хотятъ. Не ублаготворишь: изобидятъ за всяко просто, да такъ, что Сочинения И. Мельникова. Т. I. Ц^ 
— 162 — дома но ска/кеться. Поэтому на торгахъ и комиссии па па- мяти держишь, чтобъ и ей но пзъ споего копю.ш вынимать. Да еще об'Ьды: при заклад1гЬ об'Ьдъ, при оскященьи другой. Тутъ все начальство зови, губернаторскаго повара найми — безъ того нельзя: другого не сжШ нанимать. Полидмойстор']. съ генеральской дворней завсегда другъ-пр1ятель, снокон'ь в'Ьку ведется такъ. Потому и зови повара губернаторскаго, а торговаться не см'Ьй, не то полицмейстеръ такую теб'1> табель загнетъ, что пос.1'Ь не вспомнишься... Об1^дъ же для такого случаю нулчснъ зазвонистый, со всякими, значить, фруктами, съ бакалеями и со вс'1шъ, какъ оно есть... А благословись за работу, алхитехтуръ на стройку къ теб^ пожалуетъ. Пора лФ/гняя, жарко, упарится. «Мочи, говоритъ, н'Ьтъ; давай хо- лодненькаго». А «хо.иодненькое» означаетъ шампанское, пода- вай бутылочку въ три ц'Ьлковыхъ. Наведетъ пртятелей, и пол- дюжиной не управишься. Квартальному надо почесть сд1)Лать, хожалаго уважить, будочниковъ обдарить. Счетецъ-отъ и вый- детъ кругленьк1й, оттого на торгахъ и нельзя сносить. Какъ ни вертись, тридцать пять процентовъ безпрем'Ьнно но рукамъ разойдется, себ^ барыша хоть двадцать процентовъ надо, вотъ теб'Ь и ият1>десятъ пять. А кому на шею?.. Казн'Ь. «Про стройку теб-Ь говорю, а еще лучше — земляны работы: землю то-есть надо гд'Ь срыть, аль набережную сд-Ьлать, откосъ, либо дамбу. Урочно-то положен1е, сказалъ я теб'Ь, д'Ьло ши- рокое, торговъ на большую земляну работу въ обр'Ьзъ сдФ>- лать невозможно, для того, что сквозь землю не видно, на ка- кой грунтъ попадешь: единому Богу изв'Ьстно. А копать пес- чаный, прим'Ьромъ, грунтъ — одна ц'Ьна, глину — другая, ка- менистый — во много разъ дороже. Понадешь на песчаный, а приставленный анжинеръ отписываетъ да деньги изъ казны беретъ за каменистый. Оно, значптъ, и можно деревеньку ку- пить. Поверять прпп1лютъ 11ХНЯГ0 жо брата: въ одномъ м'ЬстЬ учились, однокашники- — всЬ на одномъ стоятъ. Папоитъ, на- кормитъ на'Ьзнгаго, барапгка въ бумажк'Ь сунетъ товарищу, песокъ за камень пойдетъ. Да какъ и пов^рять-то? Въ одномъ м'Ьст'Ь землю вынутъ, въ другомъ ее насыпятъ — не копать же стать сызнова. А что столбпкамп-то землю ради пов-йрки оставляютъ, такъ не хитрое д1)Л0 лицевой столбикъ изъ ка- кого хошь грунта сделать. На это ихпяго брата только и взять... Доточный народъ, ученый народъ. «А горд1аны как1е, не приведи Господи!.. Самый то-есть не- подходящш народъ... Былъ у меня л'Ьтось подрядъ въ Зпмо- горск-Ь, откосъ на Покровскомъ съ-Ёзд-Ь делали, работами рас- поряжался Николай бомичъ, .Лпнквистъ прозывается: не то 
— 103 - ]1:]ъ н'Ьмцевъ, не то изъ крещеныхь Лчидовъ, хорошенько ска- :1ать пе ум1яо. Надо быть, изъ выкрестовъ... Вотъ улсъ чело- и15чекъ!.. Такъ п норовитъ оборвать тебя всячески... Сюва другого отъ него не услышишь, какъ «мошенннкъ», да «бо- рода», да «каналья». Самъ взятку принимаегь, а мошеннп- комъ обзываетъ тебя... Да то и д'Ьло твердитъ: «Стану я под- лостями заниматься? Я в'Ьдь, говорить, не чернильная душа... Насъ, говоритъ, аполетами да усами пожаловали, значитъ, мундира марать нельзя». Да!., у мундира-то явыка н'Ьтъ, а то бы на весь народъ закричалъ: «шили меня, братцы, на крадены денежки!..» «Ославлены становые съ квартальными, а тФ, невприм'Ьръ добрей, потому что, хоть бы Николай бомичъ — и казну гра- бить и отъ взятки не прочь, только воруетъ да взятку бе- ретъ съ гордостью; и обругаетъ тебя бравши, а подъ пьяну руку и поколотить. А тЬ люди простые, поступаютъ по-хри- ст1ански: сорвать сорвутъ, да и доброе слово молвятъ, у тебя на ду]И'1]-то и полегче. «Стбит1>, баринушка, посмотр'Ьть на Николая бомича, оченно стбитъ... Посмотри, какъ будешь въ Зимогорск'Ь. Ходить гого- лемъ, смотритъ зв'Ьремъ, воруеть какъ волкъ, передь наболь- П1имь лебезить ровно полякъ. — А ужъ вретъ какъ, обманываетъ!.. Пи на гроп1ь въ томъ челов'Ьк1^ правды н-Ьтъ. Въ самомь д'Ьл^ посмотри, стбитъ погляд'Ьть: забавный, право, забавный. «А на выдумки хитрый! Взяль я однова подрядъ: на шос- сейну дорогу камень для ремонту выставить, разбить его, значитъ, и въ сажёнки укласть. Двадцать тысячъ подрядился выставить, на Ц'Ьлую, значить, дистанцио, а дистанщей за- ||равля.1ъ Николай бомичъ. Шлеть за мной Е)ську, солдата- жиденка, что на в'Ьстяхь при немъ быль. Прихожу. Лел^ить мой Николай бомичъ на диванЬ, курить цыгарку, кофей рас- ииваеть: только завид'Ьлъ меня, накинулся аки бЬсь и почаль ругать-ругательски, за игго про што — не знаю. « — Ты, говоритъ, чортова борода, нодрядъ-отъ на камень взяль? « — Точно так'ь, гово1)Ю, ваше олаг(»1)од1е, мы-сь. « - А знаешь ли, говор1ггь. что ты теперь весь въ моихъ рукахъ? Захочу — по-м1ру пуш;у, на весь в-йкь несчастнымь сд'Ьлаю. Въ Сибирь могу сослать!.. Въ острог'Ь насидишься!.. Руду будешь копать, каналья ты этакая, спину на плопщди вздуютъ. «А самъ подъЬзнгаетъ. Такъ и норовить въ рожу, и ку- лаки наготов'Ь. «Это онь, знаешь, страху наиуш,аетъ. Такая ужъ у нихъ иоведенц1я, 11* 
— 164 — «А я: « — Да ты, говорю, вате благо])од1е. лучше гкажп, чтб тре- буется... Для че по иустякаыъ кричать!.. ]1ров[. портить. Пе- ченка неравно лоппетъ... « — А того мн!] требуется, оретъ, чтобъ зна-чъ ты, мо- шеннпкъ этакШ, что я твое начальство, чтобъ не см'Ь.1ъ ты, поганая бестгя, нзъ воли моей выходить ни на капельку. « — Какъ же, говорю, нашему брату изъ волн нача1ьства выходить? Всякое начальство бтъ Бога, это мы знаемъ. « — То-то и есть, — говоритъ. — Ты у меня, чертова бо- рода, гляди въ оба да ходи по струнке;, не то въ баранЮ рогъ согну. Сколько, распротоканалья ты этакая, камню по- ставить взялся? « — Двадцать тысячъ, вапш благород1е. « — Дв'Ь тысячи ставь, а за восемнадцать деньги ми'15 подаГг. « — Какъ же такъ, говорю, ваше благород1е? Пр1емка в-Ьдь будетъ. « — Самъ, говоритъ, принимать стану. А умничать будешь, П0-М1РУ, каналью, нуи1у да въ прпдачу дв'Ь пгкуры спущу. «Что станешь д-Ьлать? Челов'Ькъ хеша небольнюп, а управы надъ нимъ н'Ьтъ. Поставилъ дв-Ь тысячи, разбилъ. Николай вомичъ жидятамъ сангонокъ изъ пины над'Ьлать вел-Ьдъ да битымъ камнемъ и обложилъ ихъ. Жида на то взять, обря- дитъ Д'Ьло, иголки не подточишь. По времени изъ округа на- чальство наклгаетъ; скачетъ по шоссе с.юмя голову, само са- жёнки считаетъ. ВсЬ налицо. Говоритъ начальство Николаю бомичу: «спасибо з^ х.т'Ьбъ за соль, а шоссе у тебя исправно». Другое начальство скачетъ нзъ самаго Питера, тоже сажёнкп считаетъ: всЬ на.1ицо, чинъ Николаю вомнчу, крестикъ въ петличку. По времени, ста.1ъ онъ глиняны сажёнкп раскиды- вать, а самъ отписываетъ: на ремоитъ, дескать, камень весь изоню.ть. А чтобъ шоссе-то не больно портилось, круглый годъ у него полдороги бревнами заложено: чннятъ, дескать. Только и снимутъ бревна, какъ начальству про'Ьхать, а обознпковъ въ шею; да еи1,е выпорютъ, коли вздумаютъ артачиться... Зд'Ьшн1и-отъ мостъ вид'Ьлъ?.. — - ВидЬть-то вид'Ь.1ъ, а 'Ьздить но "Ьздилъ. — Заказанъ. Николай л^е Оомичъ заказалъ. Ему была та работа поручена, а подрядъ за мной оставался. Ве.т'Ьлъ ста- рый мостишко выстрогать, покрасить, да на старыхъ же стой- кахъ и поставить. Съ городничимъ поладилъ... Вотъ теперь трет1Й годъ ни коннаго ни п15шаго, опричь начальства, по мосту не пунщютъ. На тотъ годъ думаютъ, слыи1ь, пускать, ради ремонта, значитъ: ну, тогда хоть и провалится кто, ни- 
-- 165 - чего: урочный срокъ пышелъ — аначитъ, все въ порядк^^... А по вссн'Ь можно наводнен1е прописать: снесло, дескать, мост1, волею Бонаею. Бумага все терпитъ. А посл-Ь того Николаю же бомпчу и новый-отъ ыостъ строить дадутъ. «А съ какой работы барышей нельзя получить, на ту Ни- колай Эомичъ и не двинется. Гори, тони народъ, — ухомъ не иоведетъ. Въ зд'Ьигней губерн1и город'ь Мухинъ есть, стоитъ на гор'Ь надъ Волгой. Гора — страсть: стоймя стоитъ, а народъ еще сызстари ухитрился нал'1шить по ней домиигекъ, живетъ въ нихъ, и горя ему мало. Случается, что иной домъ въ Волгу съ-Ьдетъ, да ыухинцамъ это ни почемъ: поохаютъ, повздыхаютъ, да Н|1 томъ же м-Ьст-Ь новы дома почнутъ л'Ь- пить. А Мухинъ хоть на ВолгЬ, а городъ безъ воды. За водой на Волгу ходить неспособно: гора крута, а родникъ во всемъ городу одинъ. Еще въ стары годы тотъ родникъ обрядили, а по улиц-Ь, что подъ гору ндетъ, деревянну трубу въ земл'Ь заложили, да к.шчъ-отъ въ нее и пустили. Чанъ врыли ве- деръ ста въ три, вода-то въ него и стекала, и никогда въ томъ чану не переводилась. И на домапшюю потребу, и на случай Бож1я наслашя, въ пожарное то-есть время, всегда было ея довольно. Такъ и лгпли ыухпнцы л'11тъ сто, коли не больше, попросту, безъ затЬй. Мало-по-малу труба засорилась: д-йло не мудреное. Видятъ мухинцы городску нужду, приго- воръ составили, опред'Ьлили трубу починить и чанъ новый врыть на счетъ обывателей. Сд15лали см^^ту всего-то въ восемь съ полтиной. А хотя, по закону, городское обп^ество и само можетъ такую дешевую постройку д-Ьлать, только этого сд'Ьлать невозможно, потому что начальство обижается, а- обидЬвшнсь однимъ, на другомъ наверстаетъ. Оттого дума обо всякой по- стройкЬ, хотя-бъ она кусанаго гроша не стоила, губернскому правленш рапортуетъ. Такъ и въ Мухин'Ь сд1>лали. Въ гу- бернскомъ правлен! и ихнюю бумагу прочпталъ рсгистраторъ, да и то съ налету. Впдптъ, по строительной части, дололгилп, слушали, приь'азали: позаслать въ строительную комиссгю. Тамъ свой журналъ слушали и приказали капитану Линквисту, отправясь на м'Ьсто, освид'Ьтельствовать происшедшую въ му- хинсьомъ «городскомъ водопроводЬ» порчу и представить свои соображен1я о лучшемъ устройств'^ того водопровода. Посмо- тр'Ьлъ на бумагу Николай Эомичъ, да какъ увидалъ, что всей- то благодати на восемь съ полтиной, плюпулъ даже на нее, да еще промолвилъ: «не тому у насъ въ к'орпусЬ обучали, чтобъ такой дрянью заниматься». «Проходптъ годъ, пргЬзл<:аетъ въ губерн1ю мухннск1Й голова. Какъ водится — поклоны да подносы пужнымъ людямъ. За- 
— 166 — иернулъ и къ Николаю вомичу, Хрпстомъ Богомъ проснтъ его дЬломъ о чанЬ посп'К^шпть: «Вода вкдь сонс1>мъ не б'Ь- житъ, ваше благородте. обор(Л111 Господи — иожаръ, до тла сгоримъ». Кпкъ накинется на него Иш.-олаЛ вомичъ! Обру- галъ на чемъ св'Ьтъ стоитъ и потребовал'!. т]»нста цГ,л1;овых1> благодарности. «Помилуйте, — говоритъ голова: — В'Ьдь это д-Ьло ]1левое, всего-то восейь съ полтиной. Нельзя-Л!, подешевлеУ» Какъ зарычит'г., 1>акъ затоиаетъ Николай вомич!,; насилу го- лова и ноги уплелъ... Еще годъ проход1т., труба совс'Ьм'1. засорилась, въ чану, какова есть капля воды, и той не стало... Еще годъ пропшлъ — по улицЬ вода стала землю пучить, а тутъ ]10чтовый трактъ пролегаетъ. Изрыл;! вода дорогу такт., что и способу н'1^тъ. До губернатора жалобы отъ про'Лзжающих'ь стали доходить, городск'ого голову за нерад'1.Н1е отъ с.тужбь! удалили. Хоть, изв1)Стно дЬло, радъ-радехонекъ, для того, что служба торговому челов1л;у хуже горькой рЬдыа!. Сто ц1',лко- выхъ Николаю вомичу свезъ, думалъ, знаешь, что отъ него это произош.10. Тотъ, ничего, взялъ... Еп1,е годъ. другой про- ходитъ. Мухпнды безъ воды волк'омъ воюгь, а ему напле- вать. Сыскались охотники изъ м'Ьщанъ сами трубу вычистить, въ Сибирь чуть не угодили: такую статью подвели, что еле- еле откупились. Пр11.зжа.гь въ Мухинъ и губернаторъ, по- смотр'Ьлъ п сказалъ: «надо починить». «Обыскался мрдвЬдь поблизости Мухина. Пали слухи въ гу- берн1п. А Николай бомпчъ на медв'Ьдя охочъ былъ ходить; какъ заслышалъ, так'т. и поскака.гь «по д'Ьлу о водопровод'^». Медв'Ьдя застр'Ьлилъ, водосточной трубы въ глаза не впдалъ, для того, что зима была, а из'ь городскихъ доходовъ прогоны взялъ туда и обратно. И медведя въ губерн]ю на городской счетъ въ особыхъ саняхъ везъ: 'Ьхалъ Мишка подъ видомъ ннструментовъ. «Донесъ Николай вомич'ь: такъ и такъ, «'Ьздп.ть въ городъ Мухинъ «по дЬу о водопров()Д'Ь», д'кла.ть нпвеллпровку, грунтъ нашелъ слабый, подземными ключами размываемьхй, р'Ькою Волгой подмываемый, совсЬмъ ни на что неспособный; потому деньги за сондировку и нивелировку, полтораста рублей, въ уплату рабочпмъ изъ моей собственности удержанные, покор- н'Ьйше прошу возвратить откуда стГ.дуетъ, а для благосостоян1я города ]\1ухпна и для безопаспаго и безостановочнаго сл'Ьдо- вашя по большой дорогЬ казенныхъ транспортовъ и арестан- товъ, а равно нро1^зжающихъ по казенной и частной надобно- стямъ, необходимо мухинскую гору предварительно укр'Ьпить и потомъ уже устроить водопроводъ для снабжен1Я жителей водою». «Поваляли бумагу по разнымъ м'Ьстамъ, съ годъ времени 
— 167 -- поваляли, полтораста рублей вел'Ьлп Липпвисту пзъ мухин- скпхъ доходовъ выд;1Т1., а ему прт.-азали смФ>ту составить на укр'1',плен1о горы и на устройство водопровода. «Составилъ ;ке Николай вомичъ смЬту — чуть не милл]онъ насчитал'!,. Десятокъ-другой такихъ городовъ, каков!:. Мухин'ь, со вс'Ьыи ихъ потрохами продать, такихъ денегъ не выручишь. А д'Ьло-то, иомни, на иервыхъ иорахъ было В1, восемь съ полтиной. Хорошо, видно, планы да см'Ьты сд-Ьталт, Ник-олай вомичъ, награда вышла ему... А ыухинпы ни водопровода ни чана съ водой до сихъ поръ и во сн'Ь не видали... Живи, какъ знаешь, чинить не смМ. Д1;ло заглохло, улицу совсЬмъ ра:!рыло, дома три повалило, а к'акъ л-Ьтошный год1. па самый Иетровъ день случился пожаръ: весь городь и выдрало. Сл 1^д- ств1е сд'к1али. Вышло, что загор1к1ся Мухинъ отъ воли Бо- ж1ей, а втювнымъ ншгго не состоитъ. Въ пользу погорЬвпшхъ подписк-у сдЬлали, и Иик-о.гай вомич'ь чуть ли не первый два Ц'Ьлковыхт, подписалъ: губернаторша сбирала — нельзя... «Не могу ск'азать, ь'аь'ъ по други.мъ м'Ьстамт., а въ наишй губерн1И всякое казенно строенье дЬлается на живу нпть'у. Поживы-то хочется побольпю, потому п жел'Ьзца поубавятъ, и кирпичекъ непережжепый поставятъ, и балку положатъ поко- роче. Барышъ двойной: и отъ стройки перепадетъ и ремонту по скорости потребуется. «Вотъ отчего казенная стройка въ дорогую дЬну обходится и завсегда бываетъ непрочна. Про друпя м'Ьста не знаю, а у насъ всЬмь на виду, что случилось. Пятнадцати .тЬтъ не пропью, кчпгь больш1я работы въ губерн1и были; не однт> милл1он'ь въ землю засадили, городс1»а казна до сихъ поръ к'ряхтитъ: городь въ долгу, какъ въ шелку. А на все, что было въ тЬ поры построено — глядЬть горько: губернаторскШ домъ снизу дове1»ху Т1)еп1,ину да.ть, ск'оро подъ гору ио1детъ, ка- зармы развали.) нсь, откосы обсыпались, съЬды завалило, отъ набе1)ежной с.гЬда не осталось. Дв'Ь церкви старнпнггго дЬла ра:'.сыиалнсь, кремлевская ст'Ьна свалилась, а стояла бо.тк' трехъ сотъ годовъ... Надо бы было вь гор1^ родники отвест]!. Ихъ не отвезли, зато у строителей деровеньк'и явились: сол- даты, что кирпичъ караули.ги, и гЬ домишки собЬ построили. «А въ стары годы не такъ строили. Вид'Ьлъ ли, баринушк-а. соборъ у насъ въ губерн1иУ Пятьсотъ годовъ стоитъ, хоть бы трепишу далъ; сводъ на немъ хоть въ замокъ сведенъ, да завершен'ь осиновымъ коломъ. И держптъ тотъ колъ церковны!! сводъ шестую сотню годовъ, и стоитъ тотъ свод'ь ровно пзъ м1,ди вылитый. Въ стари ну-то в'Ьдь хит1)0сти да умЬпья было поменьпю, зато совести было побольнге». 
н  Гл:зск:\-зъ.  /Кпвя въ богосппсаемомъ град!) Бобылев!, познакомился я со всЬмп его обывателями, отъ городничаго и соборнаго про- топопа до сапожника Абросима и коллежскаго секретаря Ма- урина, чтб состоялъ подъ падзоромъ полпщи «за н-Ькоторые дебоши В1) одномт, изъ столичныхъ городовъ россШской нмпе- р1и», какъ онъ выражался. Хаживалъ ко мнЬ Андрей Тихонычл. Подоб'Ьдовъ — «непре- мЬнныи». Это значить непремЬнный заседатель земскаго суда. По у'Ьздамъ, съ учрежден1я становыхъ, вывелось старинное слово «зас!эдатель», и непрем'Ьннаго заседателя земскаго суда стали звать просто «непрем'Ьннымъ». Это было плешивенькое, коренастое создан1е, в^чно въ форменномъ съ гербовыми пуговицами сюртуке и въ мухояро- выхъ панталонахъ. Добр'Ьйш]й былъ челов1'.къ, всякому ста- рался услужить, а къ служб1> до того былъ усерденъ, что хворалъ только въ табельные дни. Что всего замечательнее — не пилъ. Онъ изъ старинныхъ столбовыхъ, но захудалыхъ, мелкопо- местныхъ дворянъ. За отцомъ его по пятой ревиз1и въ Д. гу- бернш было записано двенадцать душъ крестьянъ. Съ тече- п1емъ времени пмен1е его «пропало безъ вести». — Затерялось-съ, затерялось, — съ грустью и глубоким]! вздохами говаривал!) Андрей Тпхоиычъ. — А теперь, пожалуй, душъ двадцать пять народилось бы. Такое ужъ несчастье!.. Следовъ отыскать не могу. Пропали души, да и все тутъ. — А зем.тя-то ктда-лп. девалась, Андрей ТихонытьУ — И земля затерялась... — А документы'.-'.. 
- 169 — — И Д01;ументы :^атерялис1|... Так'т.-тгил! все затерялось. Что станешь дЬлать? Видно, уж'ь на то воля Бож1я. • — Что-жъ вы не хлопотали? — Два раза пробовалъ, да толку не выходило. На гербовый только истратился. Еще, слава Богу, по манифесту простили. Не то просто б^да — разориться бы могъ. Вотъ вы, Андрей Петровичъ, въ Нетербург-Ь служите, стало-быть, все знаете... Скаягите Бога ради, не предвидится-ль по скорости милости- ваго ыанифестпка? — Кто-жъ это, кром'Ь государя, мол{етъ знать?.. А вам'ь чтб? — Да еще бы разокъ поиробовалъ: авось вывезстъ. А не В1.1везетъ, такъ по йрайности тЬмъ бы былъ спокоенъ, что гербовыхъ не привелось бы платить. Родитель Андрея Тихоныча служилъ, по выбору дворянъ, въ земскомъ войск'1) 1807 года и потому посилъ золотую ме- даль на владим1рскоп лентЬ, мундиръ съ малиновымъ ворот- никомъ п шляпу съ зеленымъ перомъ. Служилъ въ БобылевЬ по выборамъ до смерти, а умерт. безъ гроша. Въ наследство Андрею Тихонычу, кром'Ь безъ в'Ьсти пропавшихъ дв'Ьнадцати душъ, достался домашни! скарбъ, турецкий кипжалъ, ружье Лебеды да ста полтора кппгъ екатерининскаго времени, большею частью разрозненныхъ. Тихонъ АлексЬичъ Иодоб'Ь- довъ Лгал15лъ народъ, оттого и померъ нпщимъ. Зато крестьяне всего Бобылевскаго уЬзда служили по немъ панихиды, запи- сали имя его въ своихъ помпнаньяхъ. Старики ^о сихъ поръ добрымъ словомъ его поминаютъ. Единственный его сынъ, Андрей Тихоиычъ, чуть не боси- комъ б'Ьгалъ въ уЬ.здное училище, а научившись та>гь писать скорописью, былъ взятъ родителемъ изъ храма Минервы и введенъ во храмъ бемиды, говоря классически, а если по- просту сказать — родитель пом'Ьстилъ его въ первое повытье *) бобылевскаго уЬзднаго суда. Тихонъ АлексЬичъ говаривалъ: «уЬздный судъ — всему начало и всему голова: тутъ молодой челов1>къ все.му навык'нетъ, тутъ и тяж'ебныя д'Ьла п уголов- ныя, тутъ всего лучше начинать службу». Года черезъ три Андрей Тихонычъ получалъ уже по сорока пяти копеек'ъ въ м1>сяцъ жалованья. Какимт, богачоз1ъ ь-азался онъ товариищмъ! Т'Ь, получая такое "-ке вознагражден1е, были обязаны содержать кто мать-старуху, к'то вдовую сестру съ ребятиишами, кто сл1}пого отца, кал'1и,-у. А Андрей Подоб-Ь- довъ жпветъ у отца на готовомъ! сытъ, од1^тъ, обутъ, да еще сорокъ пять копеекъ въ м'Ьсяцъ... Богачъ!.. Шере^гстевъ!.. *) Часть канцелярш, то л;е, что теиерь называется «столо.мъ». 
— 170 — Еще при жизни родителя Андрей Тихонычъ получилт. ре- гистраторсгай чинъ и получалт. жалованья по девяноста ло восьми ];опеек7. въ мЛюяц'ь, бсзт. вычета на госпитали и ра- неныхъ. Оп'ь ужъ обзавелся тросточкой и важно ею помахи- валъ, прогуливаясь по дырявым'ь тротуара.м'ь Бобылева, обза- велся зелеными зампювыми перчатками и на кровныя де- нежки сиравилъ суконную нппи^'П) гороховаго пв'Ьта «съ семи- десятью семью воротниками» — верхъ щегольства того вре- мени. Счастливый, довольный и собой и м]ром'1., двадцатил'ЬтнИ! Андрей Тнхопыч'ь сталъ помьпплят1> о подруг15 жизни. Иа у'Ьздиых'ь вечерникахъ присосйживался къ Оленьк'Ь, дочери магистраторскаго секретаря, говорилъ ей про свое сердце, и хоть она ему про свое ничего не сказывала, однакожъ Андрсмт Тихонычъ смекалъ, что и красненькую ленточку на груди Оленька для него ирикалываетъ и височки колечком'ь потому приглалгиваетъ, что ому такъ нравится... Вдругъ его родитель, Тихонъ АлексЬпчъ, с];ушавши за ужи- номъ шесть сковородокъ грибовъ въ сметан'Ь, къ утру леи^алъ на томъ стол-Ь, гд-Ь наканун'Ь куишлт. вкусные,- сочные бере- зовики. Онъ былъ первой жертвой первой холеры въ Бобы- леве... Остался Андрей Тихонычъ одинъ на своихъ рукахъ. Еще слава Богу, что пи за ннмъ ни иередъ нимъ никого не было: одинъ какъ перстъ. А осталась бы обуза на ру- кахъ — мать, паприм'Ьръ, аль сестры незамужи1я: не та-бъ участь ему впередп была. Пустплся-бъ во вся тяжкая, спился бы съ к'руга. Всегда так'ъ бы]заетъ. Увида.ть, что на девяносто восемь к'опеекъ безо взятокл. жить нельзя. А взятки брать но выучился. Пробовалъ, да он1> мимо его къ секретарю проскакивали. Ему работа, да на сов1>ст1) гнетъ, а сек'ретарю денежки. Горько стало х\ндрею Тихонычу. Объ Оленьк'Ь и думать пересталъ, да и она, видя, что отъ него толку не будстъ, вышла за ннвалиднаго пору- чика и зажила домкоьгь на счетт. солдатиковъ. Тошио стало Андрею Тихонычу въ Бобылев-Ь. «Хоть землю, думаетъ, буду копать, хоть воду стану носить, а перееду вт. губсрн1ю... Авось тамъ другая мн'Ь лин1я выпадетъ». «Эк1Й я счастлпвець, — подумалъ онъ, ]ьОгда совершенно не- ожиданно иолучилъ м'Ьсто въ одномъ губернскомъ присутствен- номъ м'Ьст']^. — Лгалованье хорошее, и душа спокойна, оттого что Бзятокъ брать ни съ кого не приходится. Знай, .тупи, дери одну казну-матушку... А это развез гр'Ьхъ...» Служилъ - служи.ть Андрей Тпхоныч'ь, пряжку безиорочную выслужплъ, титулярнаго получил1>. Челов'Ькъ смирный, покор- 
~ 171 — ньтй, безотБ1^тныГ1. каждое слово начальства, ровно слово пзъ Неопалимой Купины, нрпнпмалъ. Оттого п начальство его возлюбило: каждый годъ Андрей Тихонычъ получалъ наград- ныя изъ остаточныхъ суммъ. Отъ т-^хъ наград'ь да отъ кру- ппцъ, чт5 отъ казенной соли перепадали, составился у Ан- дрея Тихоныча капитал ьчик'ь тысячъ въ пять ассигна- Д1ЯМИ. Однажды занимался онъ въ кабинет!! его превосходитель- ства, господина статскаго сов^Ьтника Александра Иваныча. II до сихъ поръ въ провинцш статскихъ сов'Ьтниковъ зовутъ иревосходительствомъ, а это было еще въ тЬ времена, когда статским'ь сов15тникамъ давали станиславск1я зв'15зды безъ ленты. Какъ же со зв'Ьздой-то да Н(! генералт,? — Сановникъ!.. Такимъ зв'Ьздопосцемъ-сановнпкомъ былъ Алексапдръ Ива- нычъ фонъ-Кабрейтъ. Пра.вилъ онъ много л'Ьтъ казенной па- латой — 1;азенная соль, винок'уренные заводы, откупщики. ре1футск1е наборы, торги на постав1.-и п подряды, к'упеческ1я свидетельства, казенные лЬса, оброчныя статьи, перечислен1е дупи. — все подъ его властной рукой... И. статьи-то как! я все жирныя!.. На пять, на десять такихъ сановниковъ раз- дф.лпть — вс'!^ бы сыты были... И раздф.лилп по времени — го- сударственныя имущества вь особую палату отвели и Ва- силья Трофимыча надъ ними посадили. П Алексапдръ Ива- нычъ доходовъ не лищплся, н Васил1й Трофимычъ разбога- т15лъ. А прт'Ьхалъ въ губерн1ю въ одной шинелишь'ъ. — А что, — сказа.1ъ Александръ Иванычъ, ь-огдаНодоб'Ьдовъ кончилъ работу. — Лгенатъ ты, Андрей ТихонычъУ Сроду впервые начальство по имени по отчеству его на- звало. У Андрея Тихоныча въ глазахъ зарябило: будто кре- стикъ въ петличку подв1]сили. И то опять, о чемъ спраши- ваетъ его превосходительство, не по слу;кб'Ь, а по Д'Ьлу, можно сказать, партикулярному. — Никакъ н'Ьтъ, ваще превосходительство, — задыхаясь отъ душевнаго волненья, едва могъ проговорить Андрей Ти- хонычъ — Теб'Ь бы. братецъ, жениться... Ты челов^кь улп> сте- ленный. Растаялъ Андрей Тихонычь. — Какъ прикажете, ваще превосходительство, — чуть слыщно пробормота.1ъ онъ. — Приходи ко мн-Ь завтра вечерко.мъ... часу этакъ въ восьмомъ... СЛЫШ[1ШЬУ — Слупгаю, ваше превосходительство. — Да од'Ьнься почии1,е... КЛ) невФст!; по^-.дем'ь. 
— 172 — — Слушаю, ваше провосходительство, — не в'Ьря ушамъ, молвилъ Андрей Тихонычъ. Какая милость низошла по благости Бож1еп! И на мысль не Бспадало, во сн-Ь не грезилось!.. Ногъ не слышалъ подъ собой, когда ш, темную, дождливую осеннюю ночь крупно и сп'Ьшно шагалъ онъ но липкой грязи, возврап1,аясь отъ его превосходительства в'ь дальн1й конецъ города, гд'Ь нанималъ горенку у вдовой дьяконицы... «Какое счастье, какое вниманье начальства!» — дума.1ъ от.. Ц-Ьлую ночь заснуть не могъ. Приходило въ головую о невест!): «Кто бы такая была?.. — раздумывалъ онъ. — И собой какова, молода-ль, не ряба ли, иль какого изъяну не им1>етъ лиУ» Мысль о милости начальства вытесняла однако нескромныя мысли о нев'Ьст'1;. «Ну ее совсЬмъ! Милость его превосходи- тельства, вотъ это д'Ьло!. По имени по отчеству! Вм'1зст'Ь, го- воритъ, по'Ьдемъ!.. Вм^ст-Ь!.. Да этого онъ секретарю не скажетъ!» На другой день разод'Ьтый, распомаженный Андрей Тихо- нычъ явился въ назначенное время. Тотчасъ позвали его въ кабннетъ. Александръ Иванычъ од-Ьвался. • — Ты куришь? — спросилъ его превосходительство. — Гришка, трубку Андрею Тихонычу. Еслп-бъ коленопреклоненное королевство, долго и тш,етно отыскивая властителя, — какъ, наприм'Ьръ, Испан1я, а въ бы- лыя времена Польша, — со слезами и съ рыданьями сказало д-ской казенной палаты столоначальнику: «Андрей Тихонычъ, бери корону, царствуй надъ нами!» — едва-ли-бъ слова буду- щихъ в'Ьрноподданныхъ настолько смутили его душу, насколько смутили ее слова Александра Иваныча. Его превосходитель- ство трубку табаку нзволитъ предлагать!.. Самъ изволитъ предлагать!.. Не сонное-ль вид'Ьн1е?.. Н'11тъ. Гришка суетъ ему въ руку длинный черешневый чубукъ съ громаднымъ янтаремъ... Дрожатъ руки у Андрея Тихоныча, отъ умиленья и слезы въ глазахъ и зелень туманомъ. — Да ты садись, — молвилъ его превосходительство, за- стегивая помочи. — Садись вотъ зд'Ьсь на дпванЬ. Покойн'Ье будетъ. Языкъ отнялся у б'Ьднаго. Хот'Ьлъ что-то сказать, не смогъ. Въ блаженств'Ь таялъ. «Батюшка, батюшка! — думалъ ои'ь: — гидишь ли?.. Ви- дишь ли ты, до какой чести дожи-иъ твой Андрюшенька?» С.тезы градомъ ли.1ись у Андрея Тихоныча. — Что съ тобой? — спросилъ Александръ Иванычъ. — Такъ-съ, ничего, ваше превосходительство. Покойника батюшку вспомннлъ... 
— 17") — — Похналько. молодой челов'Ькъ (а молодому челов'Ьку было за тридцать за пят!.). Д11нств11тельно, въ столь важную минуту жизни должно призвать благословен1е родителей... Хорошо, мой другъ, хорошо!.. Похвально!.. — прибави.тъ Александръ Иванычъ, ц-Ьлуя Андрея Тихоныча. Отъ полноты чувств'ь коровой зарев'Ёлъ Андрей Тихонычъ. Насилу отпоилъ его Гришка холодной водой. — Садись, — сказалъ Александръ Иванычъ, когда Андрей Ти- хонычъ, какъ столбъ, стоялъ на крыльц'Ь передъ каретой его превосходительства. «На козлы а.11ь на запятки?» — приш.юнаумъ Андрею Ти- хпнычу. Лакей втолкнулъ его въ карету. «Батюшка, батюшка! — чуть не вслухъ сказалъ Андрей Ти- хонычъ. — Видишь ли?» Въ первый разъ въ жизни онъ 'Ьхалъ въ карет15. И съ к-Ьмъ?.. ПрИ^хали на. «дачу». Такъ въ губернскомъ город-Ь Д... у великихъ людей звались домики, гд'Ь цв-йли роскошные цв'Ь- точки... Цв'Ьточекъ Александра Иваныча — одна пзъ много- численныхч> сестеръ Стр'Ьльскихъ, чтб, служа по кр'Ьпостному праву князю Кошавскому, служили съ т'ймъ вм'Ьст'Ь кто Тал1и, кто Мельпомен'Ь, кто Терпсихор'Ь въ дош;атомъ ветхомъ ба- лагане. По святцамъ Пелагея, по театру Полина Ивановна, служила Терпсихор'Ь, но, отбивъ объ неровный полъ театра р-йзвыя свои ноженьки, пятый годъ в'Ьрно, нелицемерно слу- жила Александру РГванычу. А онъ ее за то на волв) откупилъ... Вид'Ьлъ Андрей Тихонычъ ярко осв'Ьщенныя комнаты... Ви- д'Ьлъ, какъ его превосходительство, съ словами: «вотъ твой женихъ, Поленька», подве-иъ его къ грузной барыне въ рас- пашномъ капот-Ь. Вид'Ьлъ, какъ она сунула ему въ губы жир- ную руку. Вид-Ь-Пз, какъ подали шампанское... Как7. во сн15. И какъ онъ сь ума не сошелъ?.. Золотые часы, серебряная табакерка, енотовая шуба, а главное — милость на- чальства, ]1 супруга, кажется, не строгая!..' Сыграли свадьбу, и зажили домкомъ Андрей Тихонычъ съ Полиной Ивановной... И къ Александру Иванычу попривыкъ Андрей Тихонычъ, не съ прежней робостью говорплъ съ ннмъ. А говорил!, нередко, потому что господинъ фонъ-Кабрейтъ, хотя свою Полину замужъ и выдалъ. однакожъ н'Ьтъ-нЬтъ, да, бывало, и завернетъ къ ней вечеромъ поспд'Ьть. О томъ, о семъ покалякаютъ, потомъ его превосходительство и ска- Лгбтъ Андрею Тихонычу: «Что ты, братецъ мой, все дома си- дишь? Съ'Ьздилъ бы хоть въ театръ, что ли, аль къ кому из'ь знакомыхъ. Отъ-Ьзжай на моихъ дрожкахъ, ежели хочешь». И по'Ьдетъ, бывало, въ гости Андр(!Й Тихонычъ... 
— 174 — М'Ьсяца черсэт. три послЬ с15;1Д1.бы Полипа Пваиовиа сынка принесла. В'ь тогь же день нав'Г.стнл'!, молодых-!. Лле1;сандр'1, Иваныч'г.: родительннц'Ь билегь въ тысячу ц1;лковыхл. «на зубо1п.» иоложплъ, Андрея Тихоныча кр1;пко обняль и раггь пять иоц'Ьловалъ. — Ты в-Ьдь дворянинъ? — опросил'!, его !1ревосходыельство Андрея Тихоныча. — Такъ точно, — робко отв'1;т11лъ Андрей Тнхонычъ, — Въ родословную запнсанъ'.-' — - Такъ точно, ваше нревосходнтельство... — - Отецъ твой дослужился до дворянства? — Никакъ н'Ьтъ, ваше превосходительство. Нашъ родъ старинный, столбовой, въ шестой части родословной книги, И въ бархпт!10й книг-Ь запнсанъ, при Симеон-Ь Гордомл. наи1И предш! на Мос!1ву выЬхалп. Такъ въ нашей грамот-Ь прописано... — Очень радъ, очень радъ! — сказалъ Александръ Ива- нычъ. — Стало-быть, новорожденному не нужно, чтобъ у тебя Станиславчш^ъ въ петличгъЬ висЬлъ, или чтобъ ты коллеж- скиыъ асессоромъ былъ. Очень радъ!.. А то въ нын-Ьтинее время это немнолско затруднительно... О сын-Ь не безпокойся — Богъ дастъ, подрастетъ, дорога ему будетъ. Сунулъ въ рухсу Андрею Тихонычу ломбардный билетъ въ десять тысячъ ассигнац1ямп, еш,е поц'Ьлова.лъ его со щеки на ще1;у н уЬхалъ, говоря на крыльц-Ь счастливому супругу: — Очень радъ, что сынъ твой старинный дворян!!нъ. очень радъ... Подарилъ его превосходительство I1олиы'^^ Ивановн'Ь домикъ въ Бобылев-Ь. Ни на что онъ ему не пригоденъ бы.1ъ, и до- стался-то ионево.1^: за долгъ ли оставилъ его за собой Але- ксандръ Пванычъ, д])угое-ль что-то вл, этакомъ род-Ь было. Подосп'1;лн дворянск1е выборы, его превосходительство го- ворить Андрею Тихонычу: — Хочешь ъъ Бобылевъ вт^ непрем1шн!ле? Св'Ьта не взвид1злъ Андрей Тнхонычъ... М'Ьсто, на кото- ромъ отец'1> его померъ. про которое и мечтать не см-Ьлъ. — Ваше превосходительство!.. ваше превосходитель- ство!.. — только и могъ онъ выговорить, всхлипывая отъ под- стунавшихъ рыданШ... ^ Я тебя выберу. И выбралъ. Въ Бобылевскомъ уЬзд'Ь Александръ ГТванычт. самъ-другл. заправляль всЬмъ на выборахъ. Д])угихъ кру!1ныхъ помЬи1,и- ковъ не было. 
— 175 — Бобылевсий у'1щъ обыкновенно присоединяли ки Чсрно- л'Ьсскому. Его превосходительство каждый разъ, бывало, и го- воритт, "чсрнол'Ьсскимъ дворянамъ: «По вашему у1ззду я буду 1,-ласть, кому куда прикажете, а по «моему у^зду» по-моему д'Ьлапте. В-йдь мн^Ь, а не вамъ съ выбранными чиновни1:ами придется три года возиться. Такъ унп. вы сд^Ьлайте милость». Чернол'|5сск1е по-его и дЬлали. Оттого въ Бобылеве губер- натора не столько трусили, сколько Александра Иваныча. Такимъ образомъ его превосходительство и сд-Ёлахв Андрея Тпхоныча непрем^)Ннымъ. И какъ былъ ему онъ благодаренъ... Того ему и въ голову придти не могло, что Полипа Ивановна поизмялась, и его превосходительству св-Ьженькой захотЬлось, ради чего и вы- бралъ онъ Андрея Тихоныча въ непрем'Ьнные. Въ первое напю свиданье спрашиваетъ Андрей Тихонычъ меня, привставая со стула: — Какъ въ своемъ здоровь^Ь его превосходительство Але- ксандръ Иванычъ, осм'Ьлюсь вас'1) спросить? — Какой Алекс андръ Иванычъ? — Его превосходительства Александра Иваныча не знаете? — съ удивлен1емъ вскликнулъ Андрей Тихонычъ. Не могло у него сложиться мысли, чтобъ кто-нибудь могъ не знать его превос- ходительства. — Папрасно, напрасно, — говорплъ онъ, оза- даченный моимъ вопросомъ: - челов'Ькъ известный. 11,а вы его въ ПетербургЬ должны былп знать. В'Ьдь онъ туда ка;кдый год'ь 'Ьздитъ, — прибавилъ Андрей Тихонычъ. - Петербургъ не Бобылевъ, Андрей Тихонычъ. Мало-ль та^гь народу? ВсЬхъ не узнаешь, — сказалъ я. — Не им'Ьл'ь счаст1я бывать въ Петербург'Ь, а надо по- лагать, что такихъ людей, какъ его превосходительство Але- ксандръ Иванычъ, и тамъ не очень много, — возразилъ Ан- дрей Тихонычъ. — Пятьсотъ душъ отличнМшаго им'Ьн1я, статсшй сов'Ьтннкъ, звезда!.. Отъ самихъ господъ миннстров'ь иочтёнъ!.. Такихъ людей немного, очень даже немного... Это уж'ь позвольте вамъ доложить... Не можетъ быть, чтоб'ь по ■всей Росс1йской пмпер1и много было такихъ людей. Если бы его превосходительство продо-лжали службу, могли бы губернато- ромъ быть, даже министромъ, потому что умъ необыкновенный. — Отчего-жъ онъ не слуллгтъ? — Н-п-нельзя-съ, — немножко помявшись, отвЬти.ть Андрей Тихонычъ. — А что? — Непр1ятность в'ь н'Ькотором'ь род!], — подсудность не- больншя. 
— 170 - — А! — Не подумайте, что за небре-.кен'ю по слуи;б1,. Шлъ-съ. По 3.10615, единственно по злоб15 враговъ. У кого нхъ н-Ьт-ь, Андрей ПетровичъУ У всякаго есть!.. А д-йло его превос- ходительства, можно сказать, самое простое: о казенной но- ставк'Ь... — А! о П'ктавк'Ы Что-жъ. видно, пбставка-то пе поста- вилась? ^ Правильно изволили сказать, но сами согласитесь, в'Ьдь соль — матер1алъ сырой. Мало-мальски водой ее хват1ггь. тотчасъ на утекъ и превращается, можно сказать, въ ничто- жество. Его превосходительство Александръ Иванычъ об'ь этомъ своевременно доносили но начальству: буря, дескать, и разлит1е р'Ькъ, и крушетпе судовъ. Сл-ЬдстЕхе было произведено, н р'Ь1иен1е восиосл'Ьдовало; предать д'Ьло вол-Ь Бож1ей. А враги назначилп перензсл'Ьдован1е. Тутъ волп-то Бож1еЁ и не ока- за.юсь. Понимаете?.. • — ■ Что-жъ теперь под-блываотъ вап1Ъ Александръ Иванычъ? — Четвертый годъ старается, нельзя ли третьяго слЬд- СТВ1Я выхлопотать. Авось бы опять на волю Бож1ю пово- ротили... И въ своихъ д-Ьлахъ Андрей Тихонычъ точенъ до самыхъ посл15днпхъ мелочей. Любилъ норядокъ. Верстахъ въ дв^Ьнадцати стъ Бобылева проживалъ въ своей деревушке мелкопоместный пом'Ьщикъ Чоботовъ ^Гихайла Але- кс1зичъ. Разъ въ сентябр'Ь пр1'Ьзжаетъ къ нему Андреи Тихо- нычъ. Пом-Ьщнкъ радъ; Андрея Тихоныча всЬ любили. А все- таки членъ земской полищи, сираишваетъ хозяинъ: не по дЬлу-ль. — Я ничего, сударь мой Михаила АлексЬичъ. По сосед- ству отъ васъ былъ — у Лпзаветы Ивановны; и къ вамъ за- вернулъ «освид'Ьтельствовать» почтен1е. Лизавета Ивановна, тоже мелкопом'Ьстная, жила въ усадебк'Ь верстахъ въ трехъ отъ Чоботова. — Пу, такъ милости просимъ. Какъ по-вашему, за чаекъ, аль прямо за водочку? — спрашиваетъ Чоботовъ. — Благодарю покорно, ^1пхайла АлексЬичъ, я в'йдь на ми- нуточку. Развяжите вы меня Христа ради съ Лизаветой Ива- новной... Будьте милостивы. — Что такое, Андрей Тихонычъ? — Да вотъ какое д'Ьло, сударь ты мой. Годъ нынче вы- шелъ такой: гусей нелегкая больно много уродила. Кто, бы- вало, прежде цыплятами снабжалъ, нынче все гуся шле1ъ, кто прежде свинью привози.1ъ, и тотъ нынче съ гусями .111- 
— 177 — зетъ. Такое, сударь мой, окаянство — просто б'1'.да. Гуся не охаешь, птица добрая, да расходу много проклятая требуетъ, обжорлива очень. Колоть теперь рано: и перо слабо, и по- троха не жирны, и сала немного... Откормить къ Казанской да свезти въ губерн110, можно будетъ барыши тЛтъ, да кор- мить-то, сударь ты мой, ч15мъ станешь?.. Самимъ вамъ, Ми- хайла АлексЬичъ, пзв'Ьстно, какой нынче на овсы-то урожай. Вовсе ихъ н-Ьтъ. И прен{де-то ко мн-Ь немного овса подво- зили, а нынче, повЬрите лн вы Богу, воза порядочнаго не собра.11ъ. Ей-Богу, право, не лгу... Чт5 мн'Ь лгать-то?.. Я че- ловЬкъ простой. — Такъ чт5 же вамъ, Андрей Тихонычъ?.. Овса, что ли, ве- леть насыпать? — спроси.гь Чоботовъ. — Какой съ васъ овесъ! — съ негодовашемъ воскликнулъ Андрей Тихонычъ. — Сохрани Господи п помилуй овсомъ отъ васъ взять!.. Какъ вто можно!.. А вотъ мучки ржаной такъ пора бы прислать, Михаила АлексЬичъ. Чать, ужъ обмоло- тились. — Не намололи еп1;е, Андрей Тихонычъ. — Ну ладно, д-бло не къ сп-Ьху... Такъ вотъ я объ Лиза- вет'Ь-то Ивановне, Вся у меня на нее надежда была, думаю, дастъ возикъ овсеца, гуси-то у меня и откормятся. Пр1'Ъхалъ къ ней въ Трегубово:— <'Такъ и такъ, молъ, сударыня, не по- губи гусей, дай овсеца». А она: — «Рада бы радешенька, го- ворить, Андрей Тихонычъ, не пожалела бы для тебя, да в-Ьдь гр'кхъ-отъ, говоритъ, какой у меня случился, овсы-то еш,е въ бабкахъ н^ пол'Ь, хоть самъ погляди». — «Какъ же, говорю, Ли- завета Ивановна, око.тЬватъ, что ли, гусямъ-то? Помилуйте, го- ворю, матупта, колоть, что ли, мн-Ь ихъ спозаранокъ-то?Изубыт- чусь в-Ьдь. Пожа.1'Ьй...» А Лизавета Ивановна: — ^'По'Ьзжай, го- воритъ, къ Михаиле АлексЬичу, у него овсы смолочены, онъ теб'Ь не отпажетъ». — Я ей и такъ и сякъ... Н'Ьтъ, сударь, уперлась баба: поезжай да по'Ьзжай къ Михаиле АлексЬичу, да и все тутъ... Ужъ я ей толкова.1Ъ-толкова.1ъ, никакъ, су- дарь, подъ ладъ не дается. Баба такъ баба и есть, хозяйства понимать не можетъ. — Что-жъ, — сказалъ Чоботовъ: — коли надо, такъ я дамъ овса. — Помилуйте, Михаила АлексЬичъ... Да какъ же это воз- можно? Какъ же так1е непорядки вводить? — съ ссрдцемъ вскрикнулъ Андрей Тихонычъ, съ м'Ьста даже вскочилъ. — Каюе же непорядки, Андрей Тихонычъ?.. Не понимаю я васъ, растолкуйте, пожалуйста. — Сд-Ьлать по-вашему — поля перемЬшать, хозяйство, зна- Соч1шеп1Я П. Мельникова. Т. I. 12 
— 178 — читъ, спутать. РазвЬ это порядки? Скажите на милость, по- рядки это, ал и н'Ьтъ? — • Хоть убейте, не могу понять. — Да разв'Ь вы не знаете, какъ у меня у'Ьздъ-оп> под-Ь- ленъ? У меня вотъ какъ заведено, сударь ты мой, — важно и серьезно началъ Андрей Тихонычъ. — По сю сторону р'Ьчки Синюхц всЬ господа помещики на ржаномъ стоять, а по ту сторону на яровомъ. Съ васъ, съ Петра Егорыча, съ Анны Никитичны беру ржаной мукой, а съ Лизаветы Ивановны, съ Егора Пантелспча — овсомъ, гречей, горохомъ. Какъ же мн11 съ васъ овсомъ-то взять, когда вы во ржаномъ пол'Ь стоите? Этакъ, батюшка, п концовъ не сведешь... По.11я перепутать — хозяйство сбить. Какъ Михаила АлексЪпчъ ни ублажалъ Андрея Тпхоныча взять съ него овсомъ, не согласился. Уп{?рся, какъ баранъ въ ст'Ьну рогами, ннкакихъ резоновъ не принялъ. «Не спутаю хозяйства», — да и полно... Покончили на томъ, что Михаила Алекс^^ичъ послалъ Ли- завет'Ь Ивановн'Ь овса взаймы, и она, какъ пом'Ьп^ица яро- вая, отдала этотъ овесъ Андрею Тихонычу. Когда же, ула- дивъ д'Ьло, Михаила АлексЬичъ хотЬлъ послать овесъ на своихъ лошадяхъ въ городъ къ Андрею Тихонычу, тотъ не согласился и на томъ настоялъ, чтобъ овесъ бы.1ъ отвезенъ къ Лизавет'Ь Ивановн^Ь, а она бы ужъ его въ городъ отправила. Вотъ какой точный былъ человЬкъ Андрей Тихонычъ.  И ъсЪ въ Бобылеве любили его, и онъ вс^хъ любилъ. Душа у него самая мягкая, каждому былъ радъ услужить, ч-Ьмь только могъ. Чиновники, бывало, о немъ: — «А нашъ-отъ блажен- ный! Онъ ничего. Пороху не выдумываетъ, а че.юВ'Ькъ ти- хш». Мужички въ одинъ голосъ: — «Такого барина, какъ Андрей Тихонычъ, вв'Ькъ не нажить. И родитель былъ душа-чело- в^къ, а этотъ п того лучше; всякому доступенъ, всякаго по сил-Ь-возможности милуетъ. Много за него Господа молимъ». А бьмъ же и у него врагъ. При всемъ благодуш1и, при всей кротости не могъ Андрей Тпхонычъ говорить про него равнодушно. Это бы.1ъ бобылевск1й почтмейстеръ Егорычъ. — Отчего вы не любите Ивана Петровича? — спросн.1ъ я однажды Андрея Тихоныча. — Нельзя мн'Ь любить его, Андрей Петровичъ... Онъ — з.ю- дМ мой... Такую б-Ьду надо мной сд-Ьлалъ, что представить себ^ не молюте. Такая по милости этого подлеца со мной кон- фуз1я случилась, что вспомнить страшно!.. Ехидный челов'Ькъ!.. Самый злющ,ш, самый жадный!.. 
— 179 — «Служен1е свое первоначально пм'Ьлъ онъ въ гусарскомъ полку, по скоростп исключенъ за пьянство. И какъ же теперь онъ злословитъ ихнюю гусарскую слул:бу, даже вчуж'Ь обидно. Ув15ряетъ, якобы гуса})Ы не кутятъ, п что у нихъ чуть кто выпьетъ да ма-иенько пошутитъ, тбтчасъ его вонъ изъ полка. «Хоть меня, говоритъ, взять — ну чтб такое я сд'Ьлалъ? Вы- пивши, голый я по базару прошелся, и за это — хлопъ! — изъ полка вонъ». Всячески злословитъ. «Как1е, говоритъ, на- персточные кутилы, бабьими наперстками пьютъ». И зд'Ьсь каждаго человЬка обид'1;ть готовъ. «На что я? На весь уЬздъ пошлюсь, никто меня ни въ чемъ не прим'Ьтилъ. Такъ н15тъ, и меня оскорбилъ по азарт- ной своей нравственности. Да оскорби.тъ-то какъ! Безъ ножа голову снялъ. «Нокам-Ьстъ я по милости его превосходительства Александра Иваныча на семъ м'Ьст'Ь «пр1уставленъ» не былъ, проживайте им15лъ въ губернхи, а домикъ, чтб его превосходительство По- лин'Ь Ивановн'Ь пожертвовали, отдавадъ подъ почтовую кон- тору. Когда-жъ пере'Ьхалъ въ Бобылевъ, дому-то срокъ не вы- шелъ еще. Д'Ьлать нечего, и отъ своего угла безъ малаго два года въ наемной квартир'Ь пришлось проживать, потому кон- трактъ, можно сказать, вепдь священная. «А л, осм'Ьлюсь вамъ доложить, хоть на м'Ьдныя деньги об- ученъ, но старшихъ уважаю и долгъ почтен1я не забываю, для того что воспитанъ въ страх-Ь Бож1емъ. Душу им'Ью памят- ную, къ благодарности склонную, для того, по христ1анскому обычаю, передъ каждымъ праздникомъ, не им-Ья возможности, за отдаленностш разстоян1я, лично поздравлять его превосхо- дительство Александра Иваныча, письменно свой долгъ исполню. Придешь, бывало, на почту: Иванъ Нетровичъ письмо при- метъ, гривенникъ получитъ — я и спокоенъ. И шло такимъ манеромъ д'Ьло безъ м'^ла два года. «Зачалъ меня «оброчнымъ» звать. Встр'Ьтится гд1;, во все горло оретъ — черезъ улицу, черезъ площадь ли — все равно: «Здравствуй, оброчный! Красна Пасха на двор'Ь, оброкъ неси». А ин-ой разъ даже попрекнетъ: «Эй, ты, оброчный, къ Возне- сенью-то опозда.1ъ, смотри, братъ, въ недоимку со штрафомъ впишу». «А мн^ невдомекъ, чтб такое слова его означаютъ. Ка- кой, думаю, я ему оброчный? Подъ начальствомъ пе состою, зависимости не имЪю: какой же я ему оброчный? Разъ далге въ церкви, пос.тЬ обедни, такимъ прозвищемъ меня обозвалъ. Стали ко кресту подходить... Я, исправляя до.1гъ почтен1я, благородныхъ съ праздникомъ поздравляю, и ему подлецу сви- 12* 
— 180 — д'Ьтельствую почтен1е... А онъ пооониться-то поклонился, да, осклабившись, при всЬхъ и бухнулъ: — «Спасибо, оброчный, за поздравленье, и за оброкъ спасибо, что не запоздалъ»... Сердце меня взяло! Какъ же это въ самОхМъ д^Ьл'Ь?.. Въ храм'Ь Го- споднемъ, при городничемъ, при исправник'Ь, при дамахъ, при всЬхъ благородныхъ, вдругъ меня такимъ маперомъ хватилъ!.. Не вытерп'Ьлъ, сказалъ ему: — «Милостивый государь мой, го- ворю, я столповой дворянинъ и потому у васъ на оброк'Ь со- стоять не могу, а ваши слова, милостивый государь мой, для меня безчестны». Вспылилъ тугь я самъ немножко, обид'Ьлъ его при всЬхъ: «милостивый государь мой» назвалъ. А онъ хоть бы чтб, нисколько не обид^блся, точно не ему сказано. Да еще говоритъ: — ^^Хоша ты и столповой дворянинъ, а все-жъ мой оброчный»... Я отъ него въ сторону пошелъ, думаю: «Го- сподь съ тобой, наругатель ты этакой». «Подъ конецъ контракта слышимъ — Иванъ Петровичъ у Спиридонова домъ покупаетъ и контору къ себ'Ь переводитъ, чтобы, знаете, и наймомъ квартиры не харчиться, и съ казны за контору деньги получать. Меня не прижималъ, съ'Ьхалъ даже до сроку. «Ужъ и отд'Ьлалъ же онъ домъ-отъ. Хуже харчевни сд'Ь- лалъ его: ст-Ьны сургучомъ пзмазалъ, полы перегноилъ. Просто, съ позволен1я вашего сказать, такая была гадость, что уму непостижимо! «Вижу, надо поновить. Тутъ, благодаря Бога, его превосхо- дительство Александръ Иванычъ въ свою вотчину проезжать изволили и по душевному своему распо.10жен1ю л'Ьску инЪ по- }каловали, плотнпковъ прислали, конопатки, гвоздочковъ и дру- гого жел'Ьзца, сколько требовалось. Поисчинп.1ъ я крышу, ст'Ьны поисправплъ; думаю, кстати ужъ и полы-то перестелю — ■ плот- ники даровые. Тронули полы въ большой комнатЬ, гд^з «пр1ем- ная» была, гляжу: половицы-то еще хороши, поос'Ьли только, щели въ палецъ шириной п больше. Оно, конечно, можно бы ихъ и сколотить, да умъ видно мн-Ь Божеское напомпнан1е было. Заколодило въ голове: перестели да перестели. Что-жъ, думаю, перестелю, теплее будетъ, да и черный-отъ полъ за- одно поисправлю, золой его забью, чтобъ не дуло. « — Сымай, братцы, полы, — говорю плотникамъ, а самъ точно подъ какимъ-нибудь предчувств1емъ состою... «Ръакъ принялись за топоры, какъ запустп.та ихъ подъ по- ловицы, какъ пошла у нихъ работа, поварите ли?., у меня мурашки по спин'Ь. И сердце-то бол'Ьетъ и въ голов'Ь-то ровно туманъ... Точно какъ будто сейчасъ растворится дверь и войдетъ губернаторъ. « А ско.тькод'Ьлъ? А покажи-ка, распорядительный!..» 
— 181 — «Вышелъ на дворъ осв-Ьжиться. Слышу, плотники про бу- маги толкуютъ. ;< Брось, — говоритъ старший: — опосля все спалимъ». «Я къ окну. « — Чт5, молъ, у вжъ тутъ такое? « — • Да вотъ, говорятъ, больно много бумаги подъ поломъ- то насовано... Надо-быть, въ эту щель совали. « — Давай, говорю, сюда. Чт5 такое? «Высыпали они мн'Ь за окошко ворохъ страшенный... Угод- ники преподобные!.. Все-то письма, все-то письма!.. «Которы распечатаны, у которыхъ и печати ц'Ьлы. Одна печать — письмо не тронуто, пять — вскрыто. На адресахъ куши не велпк1е: ц-Ёлковый, два, три, къ солдатикамъ больше, въ полки. «А плотники подкидываютъ да подкпдываютъ. Сотъ пять накидали... Господи Боже мой!.. Штъ же у челов1Ька совЬстп, и начальства не боится. «Сталъ я ворохъ разбирать, а самого какъ лихоманка тре- плетъ. Думаю: «Злод11й-отъ в'Ьдь безъ разбора письма пбдъ полъ сажалъ... Ну какъ я на государственный секретъ на- ткнусь... Червь какой-нибудь, нуль этакой, какой-нибудь непре- менный, да вдругъ въ высш1я соображешя проникнетъ!.. Что тогда?.. Прона.1ъ аки шведъ подъ Полтавой! Охъ, ты, Господи, Господи!..» «А В'Ьдь не кто, какъ 'Богъ. Сказано: «На кого воззрю? Токмо на смиреннаго». Такъ иное д'Ьло. Государственныхъ-то секре- товъ и не было! «Батюшки!.. Мое письмо!.. Къ его превосходительству!.. Ва- ромъ меня такъ и обдало!.. Лучше-бъ государственный секретъ узналъ!.. Злод'Ьй, злод-Ьй! «Разъ, два, три, четыре... всЬ шестьдесятъ восемь, всЪ до единаго! Иродъ ты этакой!.. «Хоть бы одно распечаталъ! Любопытства-то даже не было. Безчувств1е-то какое в'Ьдь!.. С.1еза меня прошибла... Вотъ оно «оброчный»-отъ!.. Гривенники-то бралъ, а письма подъ полъ да пОдъ полъ... Значитъ, я ему въ самомъ дЬлЬ ^передъ каж- дымъ праздникомтз по гривеннику оброку посилъ. «Пропадай они гривенники!.. Его-то превосходительство, Александръ-отъ Иванычъ, чт5 могутъ про меня сказать? «Не- благодарное животное», вотъ чтб могутъ сказать!.. Какъ же это въ самомъ д^ЬлЬ?.. Безъ малаго два года и ни одного почтен1я!.. Господи, Господи!.. «Собра.1ъ я письма. связа.11ъ въ узелокъ: маршъ въ нову контору... Иванъ Иетровичъ въ засаленномъ, сургучомъ зали- 
— 182 — тбмъ халате письма принимаетъ — день-01'ь почтовый былъ... Онъ было мн'Ь: «здравствуй, оброчный!» « — Свинья ты, свинья, Иванъ Петровичъ! Бога не боишься н стыдъ забылъ. «А онъ: «— Ч'Ьмъ ты, оброчный, обид^Ьлся? «я письма-то на столъ, и говорю: — Это чтб? «А онъ и въ конфуз1ю не пришелъ, только спросилъ: « — Аль полы перестилаешь?.. « — Просьбу, говорю, подамъ, подъ законъ подведу тебя. «Зло-то меня, знаете, очень ужъ взяло. «А онъ хоть бы бровью моргнулъ. «По маломъ времени однако заговори.1ъ: « — А я, говоритъ, допрежде тебя рапортъ пошлю, что, молъ, оставилъ я, при пере'ЬздЬ на квартиру, въ дом-Ь титу- лярнаго сов'Ьтника Подоб15доза постъ-пакетъ съ донесен1ями къ разнымъ миннстрамъ, пакеты съ надписью «секретно» да сто тысячъ казенныхъ денегъ... И онъ-де, титулярный со- Б'Ьтникъ Подоб'Ьдовъ, тотъ постъ-пакетъ похитилъ... Чтб тогда скажешь? А? «Я такъ и обомл'Ьлъ. Вижу, д^Ьло-то хуже секретовъ. «Хот'Ьлъ изловчиться: — У меня, говорю, свид'Ьтели есть. «А онъ: « — Плотники, что ли? Такъ я, говоритъ, нхъ отстраню, потому что они у тебя въ услужен1п. На это, братъ, статья есть. «Вижу, н'Ьтъ у че.юв'Ька стыда въ глазахъ... Плюнулъ, по- шелъ вонъ». — Какъ же теперь поздравляете Александра Иваныча- то? • — спросилъ я. — Сотскнхъ изъ суда гоняю. 
именинный пирогъ. Разсказъ.  Это было еще до крымской войны... Въ одной изъ степныхъ губернШ, въ захолустномъ городке Рожнов^^, пришлось мн'Ь прожить по одному Д'Ьлу больше м'Ьсяца. Однажды въ воскресный день посл'Ь об-Ьдии, когда «благо- родные» обыватели богоспасаемаго града Рожнова, приложась ко кресту, поздравляли другъ друга съ праздникомъ, у11здный стряпч1й Иванъ Семенычъ Хоринск1й подошелъ ко мн'Ь. — Сд-Ьдайте такое одолженхе, — говорилъ онъ съ кат.-ими-то торжественными ужимками, — удостойте чести мой пирожокъ; Антонъ Михайлычъ будутъ, Степанъ Васильичъ, Михаила СергЬичъ. Сд'Ьлайте такое одолжеше, удостойте!.. Сегодня я именинникъ. Поздравивъ именинника, я об^^щался быть у него непрем1>нно. — Только ужъ нельзя ли пораньше, Андрей Петровичъ: мы в-Ьдь люди простые, не столичные, привыкли рано. Сде- лайте милость, теперь же, прямо изъ церкви. Зат-Ьмъ, посуетившись среди «благородныхъ», Иванъ Се- менычъ въ алтарь погаелъ приглашать духовника своего, рожновскаго протопопа, отца Симеона. Мимоходомъ трону.1ъ за плечо купца Дерюгина, торговавшаго бакалеями, виномъ и другими жизненными потребностями и заннмавшаго въ ту пору должность городского головы. Дерюгинъ оглянулся, име- нинникъ что-то шепну.1ъ ему, и голова съ С1яющимъ лицомъ поклонился стряпчему въ поясъ. Погода была прекрасная. «Благородные» п'Ьшкомъ пошли къ Ивану Семенычу. Шелъ городничШ Антонъ Михайлычъ, 
— 184 — шелъ исправникъ Степанъ Васильичъ, шслъ судья МихаЁ.та СерЛичъ, шелъ «непрем-Ьиныи» Егоръ Матв-Ьить, шелъ лочтмейстеръ Иванъ Павлычъ, пглн и друпе обоего пола «благородные». Дв-Ь бородки примкнули къ бритому сонму чиновныхъ людей: одна украпшла красное, широкое лицо Дерюгина, другая густымъ л1;сомъ разрослась по румяному лицу касимовскаго купеческаго брата Масляникова, бывпгаго прежде ц'Ьловальникомъ, а теперь управляющаго рожновскимь виннымъ откупомъ. Расходивш1еся изъ церкви мЪщане и разночинцы почти- тельно снимали шапки и низко кланялись шествующему сонму властей, но никто не удостоился отв-Ьтпаго поклона. Не гор- дость, не чванство причиной тому. Попадись благородный одинъ на одинъ любому м'Ьш.анину, непрем'Ьнно-бъ отв'Ьтилъ ему поклономъ и дружелюбно поговори.1ъ бы. Но, шествуя въ сонм-Ь властей, какъ поклониться?.. Нельзя!.. Именинникъ встр-Ьчадъ гостей на крылечк'Ь. Шумной тол- пой ввалили они въ залу, а тамъ столы ужъ уставлены яствами и пипями, задорно подстрекавшими зр'Ьте, обонян1в и вкусъ нахлынувшихъ гостей. Люди мелкой сошки: столоначальники, или, какъ звали ихъ по старин-Ь, «повытчики», городской голова, магистратски! и думск1и секретари, учителя со штатнымъ смотрителемъ, отецъ дьяконъ, остались въ зал-Ь. Чинно разсЬвшись по стульячъ, скромно, вполголоса вели они бесЬду о новГ.йшихъ пропсше- ствхяхъ въ город'Ь РожновЬ: о томъ, какъ въ уи1ат'й съ по- моями затонула хохлатенькая курочка матушки-протопопицы, какъ бабушка-повитуха Терентьевна, середь б'йла дня загля- нувъ въ нетопленую баню, увидала на полк^^ кикимору, какъ повытчика духовнаго правлен1я Глорганскаго кладбищенск1й дьяконъ Гервас1Й засталъ въ самую пблночь въ своемъ ого- род'Ь, купно съ д'Ьвицей Капптолиной Гервас1евной. Гово- рили, обсуждали, а самп съ жадностью пог.11Ядывали на пред- стоявшую трапезу. Гости первой статьи, ранга высокаго: городничш, исправ- пнкъ, протопопъ, управляюицй откупомъ, судья, «непрем-Ьн- пый», заседатели уЬзднаго суда, почтмейстеръ, два секретаря лзъ судовъ земскаго и у'{)Зднаго, казначей, винный приставъ, продолжали шеств1е въ гостиную, а тамъ на диване сидЬла разряженная Катерина Васильевна, супруга Ивана Семеныча, съ Анной АлексЬевной городничихой да съ Марьей Васильев- ной исправницей. У дивана возл'Ь матери стояли два сынка Ивана Семеныча, одинъ л'Ьтъ девяти, другой восьми, сба въ красныхъ рубашечкахъ, рбшитыхъ б'Ьлы1\П1 шнурками. Дико 
— 185 — смотр'Ьлп мальчишки: старшШ мрачно ковырялъ пальцемъ въ носу, а младш1й, увидя издали Протопопову бороду, разинулъ ротъ, собираясь задать пспрагную ревку. Онъ не замедлилъ, братишка завторплъ ему, и Катерина Васильевна, схвативъ сыновей за руки, увлекла ихъ въ д'Ьтскую и минутъ черезъ пять воротилась къ гостямъ, оправляя помятое платье. Чай подали. Хоть русскхй челов'Ькъ до чаю охочъ, но, въ ожидан1и будущихъ благъ, гости пили его не до поту лица. Вскор'Ь хозяииъ пригласплъ спд'Ьвшихъ въ госгиной перейти къ залу — водочки выкушать. — Да ты бы сюда вел^Ьлъ тащить, — молвилъ Нванъ Пав- лычъ почтмейстеръ, хвалившшся передъ т'Ьмъ, что онъ- всего Вблтера наизусть вытвердилъ. Почтмейстеръ всЬмъ говорилъ «ты», и оттого всЬ думали, что онъ вольнодумецъ и в1фуетъ не въ Бога, а въ Волтсра. Иванъ Павлычъ гордился ймъ. — Помилуйте, Иванъ Павлычъ, — съ явнымъ замЬшатель- ствомъ отв'Ьтилъ ему именинникъ, ткиувъ па.чьцемъ по на- правлешю къ дивану. Надъ диваномъ вис^Ьлъ писаный масляными красками портретъ пожилого господина въ мундире, съ красной лентой черезъ лЬвое плечо и съ двумя зв'Ьздами. Длинный, горбатый носъ и глаза на выкагЬ подъ наморщенными, щетинистыми бровями сурово гляд-Ьди пзъ ярко позолоченной рамы. — Экъ чего струснлъ! — захохоталъ почтмейстеръ. — Не жпвой, авось не укуситъ!.. — Все-таки подобхе, — сдержанно молвилъ именинникъ. — Вамъ что?.. Вы в'Ьдь Вблтеръ, а мы христ1ане. — Да-съ, могу сказать!.. —самодовольно отв'Ьтилъ, погля- дывая на меня, Иванъ Павлычъ. — Могу сказать, что Вбл- тера знаю... Ты бы, Иеянъ Семенычъ, хоть «Оду на разру- шен1е Лиссабона» раскусилъ, такъ и не сталъ бы призраковъ бояться. — продолжалъ онъ, указывая на портретъ. — Призракъ В'Ьдь?.. А? — По.чноте вамъ!.. — неспокойно проговорилъ имеиинниРсЪ, увлекая нечесаннаго В6.1тера къ столу съ графинами и гра- финчиками. — Вы бы лучше вотъ выкушали. — Можно! — отв'Ьтилъ почтмейстеръ, и прошелся по водочк-Ь. — Славная икорка! — зам-Ьти.чъ городнич1й, набивая ротъ хл'Ьбомъ, вплотную намазаннымъ св'Ьжей зернистой икрой. — Изъ Саратова? — Изъ Саратова,- — отсЬтилъ пмепиннпкъ. — Хорошая пкра. Чтб бы теб'Ь, Маркелычъ, такую дер- жать? — сказа.11ъ Антонъ Михайлычъ стоявшему у прптолки городскому годов'1з. 
— 186 — Почтительно подойдя къ «хозяину города», голова ст, низ- кимъ поклономъ и плутоЕскоЛ усм1'.п1коГ1 промолннлъ: — Несходно будетъ, ваше Бисокород1е. Сами изволите знать, какой зд^Ьсь расходъ. — Мы бы стали брать, вотъ Степанъ Васильичъ, АлексЬй Петровичъ, Иванъ Семенычъ, всЬ... — Н'Ьтъ, ужъ увольте, ваше высокородхе. Ей-Богу, несходно. Правъ былъ голова: несходно ему было хорошую веш,ь въ лавк'Ь держать. Икра за прилавкомъ не залежалась бы, въ день либо въ два расхватали-бъ ее «благородные» — на книжку. А это значитъ: «пиши долгъ на двери, а получка въ Твери » . — Пирогъ поданъ!.. — возгласилъ именннникъ. — Андрей Петровичъ, Антонъ Михайлычъ, милости проси.мъ. Иванъ Павдычъ, а повторить? ■ — Можно, — отв'Ьтилъ почтмейстеръ, и повторилъ въ пя- тый либо Бъ шестой разъ. Ученнкъ Вблтера придерживался россшскаго, о виноградномъ отзывался презрительно, называя его свекбльникомъ. Гости перваго сорта вокругь стола усЬлись, мелкая сошка пили и "Ьли стоя, барыни съ Катериной Васильевной удали- лись въ ея комнаты. Нельзя-жъ при кавалерахъ прихлебы- вать настоечки да наливочки. Зашла бесЬда о жел'Ьзныхъ дорогахъ. СтоявшШ за стульями штатный смотритель съ приличной осторожностью осмелился доложить, что было-бъ хорошо и даже необходимо для отече- ственнаго просв'йщен1я провести жел-Ьзную дорогу въ Рож- новъ, Городнич1Й закинулъ назадъ голову и, съ презр'Ьньемъ взглянувъ на смотрителя, молвилъ: — Ишь чего захот'Ьлъ! Штатный смотритель поперхнулся кускомъ пирога и съ глухимъ кашлемъ, наклоняясь и закрывая ротъ салфеткой, торопливо вышелъ въ переднюю. — • А что-жъ?.. Недурно бы было, — сказалъ исправникъ. — Съ Волги живыхъ стерлядей сюда бы возили, Исправникъ, по собственному его выражен1Ю, им-Ья «ха- рактеръ гастрономпческ1й», держалъ повара, привезеннаго изъ Москвы, и смотр'Ьлъ на об'Ьдъ какъ на ц'Ьль челов'Ьче- ской жизни. — Часты будутъ наЬзды изъ губерн1и, — отв'Ьтилъ город- ничШ. — Изъ мундира не вы.14зай. Да и накладно. — Правда, — ■ подтвердилъ сонмъ благородныхъ. Согласился и гастрономъ-исправникъ. По угламъ разговоры шли деловые. Только п слышно было: 
— 187 — — Къ вамъ послано было отношеше, на это отношете вы отвЬчали... — А по указу губернскаго правлен1я... — Недоимка наросла страшная, хоть бы тутъ тресни, ни- чего не под-блаешь... ■ — А казенная палата и посылаетъ указъ... — Ну, и заключить его въ тюремный зймокъ! И за столомъ разговоръ съ жел'Ьзныхъ дорогъ на д^ла пе- рсшелъ. — ДЬятельностью могу похвалиться, — говорилъ исправ- нпкъ. — Загляните когда-нибудь къ намъ въ земскШ судъ, Андрей Бетровичъ, — посмотрите... Тридцать шесть тысячъ исходяш;ихъ1.. И до этакого числа, могу сказать, я довелъ. При покойник'Ь АлексЬ'Ь АлексЬнч'Ь р^Ьдк1й годъ двадцать ты- сячъ набиралось. При моей бытности, значитъ, въ по-жтора раза д-Ьятельность умножилась. Д-Ьлъ теперь у меня... Арда- л1онъ Петровичъ! — крикнулъ онъ черезъ сто.1ъ секретарю земскаго суда. — Сколько у насъ д'15лъ? — По суду? — басомъ спроснлъ секретарь.- — И по суду и у становыхъ, всего сколько? ■ — Тысяча восемьсотъ шестьдесятъ девять д11ъ къ первому числу показано, — пробасилъ Ардал10нъ Петровичъ и хлоп- нулъ нй-лобъ рюмку хересу. — Возьмите вы это, Андрей Петровичъ, тысяча восемь- сотъ шестьдесятъ девять д'Ьлъ. Среднимъ числомъ хоть по двадцать листовъ на д'Ьло пололсить... в'Ьдь это... двадцать да И1сстнадцать... семнадцать... в-Ьдь это тридцать семь тысячъ листовъ безъ малаго. Да еще мало я кладу по двадцати листовъ на д'Ьло. Такъ изволите ли вид-Ьть, какова у насъ д'Ьятельность... Слова исправника просьбицу означали: когда, дескать, уви- дите министра, скажите ему: «есть, молъ, ваше высокопре- восходительство, въ Рожнов-Ь исправнпкъ, Степанъ Васильичъ, отличный псправпикъ, Д'Ьятельиый, привелъ уЬздъ въ цв'Ьту- и[,ее, мой'но сказать, положен1е». А вечеркомъ на сонъ грядущ1й такъ исправникъ мечталъ: «Скачетъ отъ губернатора нарочный, скачетъ, скачетъ, прямо ка мнЬ. — «Пожалуйте, говоритъ, къ губернатору для объясне- 1ия по д-Ьламъ службы». Ъду, разум-Ьется, немедленно, являюсь... А губернаторъ на шею ко мн-Ь. — «Поздравляю, говоритъ, поздравляю, Степанъ Васильичъ, поздравляю!» А самъ кре- стикъ изъ пакета вынимаетъ, къ мундиру мн'Ь пришпили- ваетъ. Я, разум'Ьется, въ плечо его превосходительство, руку ловлю... Пе даетъ. — «Лучше, говоритъ, я тебя въ губы»... За- 
— 188 — манчиво, чортъ возьми! Ей-Вогу, заманчиво!.. Какой бы об-Ь- дище задалъ!.. Какъ свиней кормятъ пареной р'Ьпой, такя, бы вс'Ьхъ закормп.1ъ я трюфелями!.. Пироговъ бы страсбургскихъ выписалъ, омаровъ... На каждаго по пирогу да по ц'Ьльному омару!.. Такими бы дюшесами столъ изукрасилъ, что кто-бъ ни взглянулъ, такъ бы и обомл'Ьлъ». Пиршество межъ т-Ьмъ продо-ижалось. Именинникъ торопливо переб^галъ отъ гостя къ гостю, упрашивая ровно Богъ знает'1. о какой милости побольше покушать. Напрасно онъ хлопотала, ]1 безъ того гости охулки на руку не клали. Исчезло со сто- ловъ пять кулебякъ съ вязигой да съ семгой, исчезъ чудо- вищный осетръ, достойный украсить об-Ьденный столъ любого отк-упщика; исчезли бараньи котлеты съ зеленымъ горошкомъ и даровые рябчики, нашпикованные не вполн'Ь св'Ьжпмъ до- машнимъ саломъ. Все исчезло въ бездн'Ь «благородныхъ» утробъ... Со славой тЬ утробы поспорили бы съ утробами по- повскими... Про нихъ, къ обш,ему удовольствш гостей, рон^ Н0ВСК1Й Волтеръ, обращаясь къ отцу протопопу, сказалъ: «Си- дитъ попъ надъ псалтырью, другой попъ съ нимъ рядомь. «Что-бъ означало, — спросилъ одинъ: — бездна бездну при- зываетъ?» Другой отв-Ьчаетъ: «Это, говоритъ, значитъ: пот. попа въ гости зоветъ». Изъ-за стола встали грузны. Волтеръ хот'Ь.иъ-было домой идти, но, отыскивая картузъ, с^лъ нечаянно на сту-чъ у окошка и тотчасъ заснулъ. Духовенство ушло, всл-Ьдъ за нимъ и мелкая сошка. Оставш1еся завели р-Ьчь про губернаторскую ревизш, по- томъ заговорили о портрете, висЬвшемъ въ гостиной имении - ника. — Разскажи, Нванъ Семенычъ, про портретъ-отъ, — ска- залъ городнпч1й. - — Да вы в-Ьдь з^жъ знаете, Антонъ Михайдычъ, — несм'Ьло отозвался Иванъ Семенычъ. — Зач'Ьмъ же повторять? — Да вотъ нашъ гость дорогой, Андрей Петровичъ, не знаетъ. — Э.хъ. — Боскликнулъ Иванъ Семенычъ, махнувъ рукою. — Не понять Андрею Петровичу!.. Мы в'Ьдь люди простые, степняки, не петербургск1е... Н-Ьтъ ужъ, Антонъ Михайлычъ. — пущай его виситъ!.. Богъ съ нимъ... Мы-жъ теперь маленько подгуляли... Нехорошо въ такомъ вид-Ь про так1я д'Ьла го- ворить. Неотступныя просьбы поколебали именинника. Тихо подо- шель онъ къ гостиной, осторожно притворилъ дверь и усЬлся въ кружокъ. На лиц'Ь его зам'Ьтно было душевное волнеше. 
— 189 — Положилъ онъ шнрок1я ладони на кол'Ьнн, св'Ьсилъ немного голову и, помолчавши, вполгблоса началъ разсказывать: — Его превосходительство АлексЬй Михайлычъ Оболдуевъ, нашъ губернскШ предводитель, — его, Андрей Петровичъ, вы, конечно, имеете честь знать, — изволили лЬтъ пять тому на- задъ въ Рожновскомъ у^зд'Ь съ аукцхона купить заложенное п просроченное им'Ьн1е гвардш поручиг;а Княжегорскаго, село Княжово съ деревнямп... Въ томъ сел-Ь домъ былъ старый- престарый, комнаты — сараи, потолки со сводами, ст-Ьны толстыя, ровно московск1й Кремль. Въ стары-то годы, знаете, любили строиться прочно, чтобъ строенью в-Ьку не было. Толсто, несуразно, зато прочно выходило. «Домъ у Княжегорскаго былъ запакощенъ хуже не знай чего. Когда въ нашей губерн1и вторая бригада восьмой дивизхп стояла, онъ его подъ военный постъ отдавалъ. И ст'1;ны, и полы, и потолки въ такомъ вид-Ь посл-Ь христолюбиваго воин- ства остались, что самому небрезгливому челов-Ьку стоило только взглянуть, такъ, бывало, ц'Ьлый день тошнитъ... И въ такомъ-то дом'Ь — слышимъ — его превосходительство, АлексМ Михайлычъ желаетъ по л-Ьт^мъ пролшвать. Оченно ему по- нравилось м'Ьстоположенье Княжова. «Съ диву пали. «Какъ же это, думаемъ, его превосходитель- ство Алекс'Ьй Михайлычъ, особа обращен1я деликатнаго, вос- питан1я тонкаго, въ вертеп-Ь станетъ жить?» Однакожъ года черезъ полтора его превосходительство, можно сказать, восьмое чудо сотворили: изъ запакош,еннаго дома такой, могу вамъ доложить, соорз^дили, что хоть бы въ Петербургъ возл-Ь госу- дарева дворца поставить. Зимн1е сады, цв'Ьтныя стекла, брон- зовыя р'Ьшстки, карнизы, изъ б'Ьлаго камня сЬченые. Не домъ — чертоги. «Такъ и ахаютъ всЬ, а его превосходительство АлексЬй ]\1ихайлычъ изволятъ говорить: «подождите, то ли еп1,о будетъ>-'. И выписали они изъ Риги Н'Ьмца — Карла Иваныча, чтобы онъ княжовсь1Й домъ живописью украсилъ. Прх'Ьхалъ Карлъ Нванычъ, а былъ онъ н'Ьмецъ настояш,1й, ни едипаго то-есть слова по-русски не разум-Ьлъ. Посл-Ь патор'Ьлъ, а на первыхъ порахъ ровно полоумный былъ: ты ему говоришь д'Ьло, а онъ выпучитъ глаза да головой мотаетъ. См'Ьшной былъ н-Ьмецъ! «Чего только онъ ни натворилъ: потолки расписалъ, нагихъ Венеръ, Купидоновъ н другихъ языческ'пхъ боговъ намалевалъ, и всЬ-то они вышли у него народъ здоровенный, матербй, любо-дорого посмотреть! «Живучи въ Княжов'Ь, Карлъ Иванычъ въ Рожнов'Ь частенько бывалъ. 
— 190 — «Подрулгплся Я съ нимъ, когда онъ по-русски сталъ пони- мать. Мастеръ наливки д-йлать н все по рецептамъ. И меня т'Ьми рецептами снабдилъ. Наливочки, см'Ью полагать, изрядне- хонъкп. Андрей Петровичъ, сливяночки не прикажете ли, али вотъ поляниковки!.. Делпкатесъ, могу дололсить!.. «Однажды пргЬожаетъ нЬмецъ въ городъ прямо ко мн-Ь. « — Чтб, говорю, Карлъ Иванычъ, зач-^мъ Богъ принесъ? « — Д-йльце, говорить, Ифанъ Симонишь, есть. « — Какое д'Ьльце? «Пошелъ н-Ьмецъ разсказывать. «Д^ло вотъ какое было. Въ ихней Н'Ьмсчпн^, въ самой то- есть настоящей Н'Ьмечин'Ь, въ Ревел'Ь, сродникъ померъ у Карла Иваныча, и ему доводилось наследство получить. А кйкъ получить — не знаетъ. По дружб'Ь взялся я ходатайство- вать, доверенность взялъ у него и пошелъ въ Н^мечину бу- маги писать. Возни много было, н'Ьмцы — народъ ремесленный; законовъ не разум^готъ... И присутственны-то м-Ьста у нихъ не какъ у людей: «оберъерихты» да «гутманы», самъ чортъ не разберетъ!.. А Кар.га Иванычъ горячка: ему-бъ въ одинъ день наследство взять безо всякой переписки. «Н^тъ, говорю, братъ, шалишь, не въ порядке будетъ, ты поврегиени, а я стану писать, какъ следуетъ». Насилу могъ урезонить. На- ставивши его на должный порядокъ, безъ малаго полтора года велъ его дела. Выслали напоследокъ Карлу Иванычу изъ ревельской Немечины шестьсотъ целковыхъ. «Зарадовался. На козьихъ своихъ ножкахъ такъ и подиры- гпваетъ, ручонки такъ и потираетъ... «— Сколько, говорить, надо, Ифанъ Симонишь, благодар- ности? «А я ему: « — Богъ съ тобой, Карлъ Иванычъ!.. Съ ума ты, что ли, спятилъ... Я хлопоталъ по дружбе, денегъ не возьму. «А онъ: « — Да мне, говорить, совестно, Ифанъ Симонишь. «Хорошхй быль человекь, даромъ что немецъ, совесть зналь. «— А коли, говорю, совестно, такъ подари картинку своего писанья. «Такъ и запрыгалъ... Руку мне понгимаетъ, меня же благо- дарить, что картину у него потребоваль... Слезы даже на гла- захъ выступили. А не тому радъ, что деньгами мне не по- платился. — «Мне, говорить, то дорого,; что вы, Ифанъ Симо- нишь, искусство .тюбнте». «А я ему: 
— 191 — « — Ужъ тамъ, брать, люблю лп я, н1;тъ ли, а картинку-то ын1} подай. <^ — Есть, говоритъ, у меня «Разбойнпкъ венец1анск1й», младенца р'Ьжетъ, да есть, говоритъ, «Итальянское утро», да есть говоритъ, губернаторск1й портретъ. «Разбойника взять поопаснлся. По должности неприлично... Стряпч1й... У царскаго-то ока да вдругъ разбойнпкъ въ дом-Ь заведетсяУ.. Хоть и не русскШ, а все нехорошо... Опять же супруга каждый годъ тяжела бываетъ, неравно на посл'Ьднихъ часахъ взглянетъ на «Разбойника» да испужается... Портретъ взять, думаю, будетъ не по чину, см-Ьяться бы не стали. — «Какая-нибудь, дескать, пиголица, уЬздный стряпч1й, а тоже подоб1е его превосходительства у себя нм-Ьеть». Давай, го- ворю, «Итальянское утро^>. На томъ и решили. «Добрая нед'Ьля прошла, а «Утра» н'Ьтъ какъ н-Ьтъ... Сталъ я подумывать, не надулъ ли меня н'Ьмецъ, по губамъ только не помаза.1ъ ли? Однакожъ н'Ьтъ, везутъ изъ Княжова яш,икъ аршина два длины, полтора ширины. Вотъ оно «Утро»-то!.. Честный челов'Ькъ, не надулъ. «Жену кликнулъ... Гляди, молъ, «Утро» привезли. Д-Ьти при- бежали. « — Папася, напася, — голосятъ: — это пастила, что ли? « — Нишкнпте, говорю, какая тутъ пастила! Тутъ «Итальян- ское утро»: солнышко восходитъ, коровки пдутъ, пастушокъ на свир'Ьлк'Ь пграетъ. «Ребятишки такъ и запрыгали; одинъ крпчитъ: «папася, мн'Ь колонку!», другой го.10ситъ: «папася, пасуська!». «Какъ вскрылъ да поставилъ я картину на сто.1ъ, такъ даже ахнулъ... Этакой ты безстыжхй, Карлъ Ива- нычъ! Къ женатому челов-Ьку да такую пакость!.. Утра-то на картине вовсе н'Ьтъ: стоитъ молодая д-Ьвка въ одной. рубах'Ь, руки моетъ, рубашонка съ плечъ спущена, все нарулси, рядомъ постель измятая... И другое житейское — все тутъ же! «Лк'ена какъ взвизгнетъ да всплеснетъ руками. Плюнула на картину, говоритъ: « — Срамникъ ты, срамникъ этакой, Иванъ Семенычъ!.. На старости л'Ьтъ пакостями вздумалъ заниматься!.. Я, говоритъ, отцу Симеону пожалуюсь, задалъ бы теб-Ь на духу хорошень- каго нагоняя, епитимью наложилъ бы. А меня, покам'Ьстъ эта мерзость въ дом'Ь, ты и не знай. «Ушла и дверью хлопнула. «А ребятишки пальцами въ картину тычутъ, кричатъ: «кормилка! кормилка!». А кучеръ Гришка, чтб ящикъ въ ком- 
— 192 — наты вносплъ, сзади стоить, ухмыляется да бормочетъ себ4 подъ носъ: «ровно куыа Степанида». « — Вонъ всЬ пошли! — крикнулъ я. «Остался одинъ передъ «Утромъ», разглядывать сталъ... Б'Ьсъ и ну смущать... Глаза масляные, съ поволокой, зубы б^лые, сама дородная; смугла, зато грудиста, а волосы смоль, какъ есть смоль черные. «Гляжу-глян{у, а самъ чувствую, какъ гр-Ьхъ-отъ на душу л-Ьзотъ. Мурашки по спин1з... Дышишь — задыхаешься, въ сердце ровно горячей иглой кольнуло тебя. Разб'Ьжались глаза... Хорошо намалевано!.. Да гд-Ь-ись «Утро-то итальянское»? «Вспомнилъ, что въ закон-Ь, въ брак'Ь то-есть состою — не- чего, значитъ, на чулсую красоту глаза пялить... Какую Богъ послалъ • — той п держись, • а на чужую не см'Ьй зариться, гр-Ьшныхъ мыслей не умножай!.. Такъ Господь повел'Ьлъ.,. «Гр'Ьховодникъ ты, гр'Ьховодникъ, Карлъ Иванычъ! Вотъ оно въ тихомъ-то болот'Ь черти живутъ. Тихоня, скромникъ, бы- вало, на курносую, рябую стряпку взглянетъ, такъ весь зар- д^еть, а вотъ ч'Ьмъ занимается!.. » «}Кену кой-какъ усовЬстилъ, резоны ей представлялъ всяк1е: даровому-де коню, матушка, въ зубы не смотрятъ, а теб^, го- ворю, опасаться нечего, д'Ьвка не живая. «Степанидой попрекнула. А я ей: « — ■ Степанида, говорю, матушка, веш,ь живая, и ты сама знаешь, что я теперь — -ни-ни. А это, говорю, картина, вещь бездушная, гр'Ьха отъ нея случиться не можетъ. «Такъ да этакъ, уговорилъ Катерину Васильевну повысить картину въ гостиной. «Пов11сили. Только сталъ я зам'Ьчать, что моя Катерина Васильевна невесела ходитъ; каждый разъ, что ни пройдетъ черезъ гостиную, плюнетъ. Иной разъ всплакнетъ даже. Ста- нешь что-нибудь говорить съ лаской, она: — «Ступай, говорить, въ гостиную, тамъ у тебя «Итальянское утро». «Раздоръ семейный, несоглас1е!.. Ахъ, ты, н^Ьмедъ окаянный! «Рождество Христово подошло, съ визитами всЬ. Мужчины ирйдутъ — съ «Утра» глазъ не сводятъ, а барыни — хоть святыхъ вонъ неси. «Челов'Ькъ вы немолодой, Иванъ Семе- нычъ, — корятъ меня: — малыхъ д-Ьтей им'Ьете, а такой со- блазнъ въ честной домъ внесли... Бога не боитесь!.. >^ И ни одна, бывало, мимо картины не пройдетъ, чтобы не плющть!.. А небось, какъ у его превосходительства АлексЬя Михайлыча въ Княжов-Ь балы бываютъ, такъ изъ угольной отъ Аполло- новой статуи нашихъ барынь плетью не отгонишь. «Житья не стало отъ окаяннаго «Утра». Отецъ Симеонъ 
^ 193 — началпть сталъ:— «Гр'Ьхъ, говоритъ, въ одной кошшт'Ь со свя- тыми иконами богомерзкое изображеп1е держать». «Жаль было картинки. Не бросить же!.. Ежели въ гостиной нельзя держать, перенесу ее въ заднюю, — маленькая тамъ у меня горенка есть, для прохлады... «Хуже стало. Весь РоуКновъ заговорилъ, что царское око въ потаенный развратъ ударился! Отецъ протопоиъ заходилъ, строго выговаривалъ. «Провались ты, думаю, окаянный Н'Ьмецъ, со своимъ «Итальянскимъ утромъ»! — Заколотилъ его въ ящикъ, и иазадъ въ Княжово. «Давай, — пишу Карлу Иванычу, — губернатора». О ту пору, какъ я «Утро» отправлялъ, его превосходи- тельство господпнъ губерпаторъ у насъ въ Рожнов'Ь на ревиз1и бы.1ъ. Прйхалъ грозный п уЬхалъ грозный. Такой робости зада.11ъ, такъ всЬхъ понастронлъ, что только Господи ты Боже... Во все самъ вхрдилъ: и сук'но на столахъ охаялъ, и коверъ, говоритъ, по закону долженъ быть... Зам-Ьтилъ, что законы не за замкомъ лежать, что стуй:.я поломаны, на заднюю лестницу даже ходилъ. ВсЬмъ досталось, а мн'Ь пзволилъ сказать: «Ты ни за чФ^мъ не смотришь, ничего не видишь!» Такъ и сказалъ... Ей-Богу! «Думаю: — «Ну какъ н11мца да продернетъ на портрет!;.., Какъ угораздитъ его, чортова сына, безъ орденовъ изобра- зить. Пов-Ьсить нельзя будетъ его превосходительство. Хулсс «Итальянскаго утра» выйдетъ», «Везутъ яш;икъ, Тутъ я ни жену ни д-Ьтей не позвалъ, вдвоемъ съ Гришкой ящикъ вскрывали... Ахъ, ты, н'Ьмецъ окаянный... Зв1ззду намалевалъ, а ленты е'Ь.ть... Да еп],е во фрак1) изобразилъ начальника-то губерн1и!.. А у фрака-то, можете себ4 вообразить, лацк'апъ больше ч'Ьмъ полъ-зв^зды зак'рываетъ. «А сходств1я много; и смотрптъ грозно и руку за жилетъ. Такъ вотъ, кажется, сейчасъ и скажетъ: «а ты чего смотришь, дуракъ?» «Пов-йсилъ я портретъ въ гостиной падъ диваномъ. Сперво- началу у насъ въ дом-Ь все посмирн1и1 пошло, и жена меньше ругается п развратомъ не попрекает'ь. Кто ни придетъ, всяк1й, бывало, съ почтен1емъ взираетъ. Одинъ Иванъ Павлычъ, ну да онъ чтб?.. Вблтеръ, такъ Вблтеръ и есть. «Заварилось той порой казусное Д'Ьло. Окружной съ откун- ш,икомъ не поладплъ, каши ему наварплъ. Изъ-за выставокъ д1;ло пошло. Знаете, выставка пятидесятидневная, а сидятъ СЬ ВИНОМЪ круглый ГОДЪ. Окружной ВЗЪОрОНГИЛСЯ, Д'ЬЛО ПОДНЯЛ'!,. 11роиз1$ели сл^дстихе, въ у11здпый судъ представили, плохо СочипеШя П. Мельникова. Т. I. 13 
— 194 — откупщику. Самъ прискакалъ... Заметался во всЬ стороны: «отцы, говорить, родные, выручайте». Съ окру'/кныыъ на ми- ровую, съ нами тоже. «Только-что уЬхалъ оиъ отъ меня, стою въ гостиной, счи- таю благостыпю. Поднялъ глаза, варомъ меня обдало! Его превосходительство глаза такъ п выпучилъ. — «Л! мошенникъ, попался!.. Въ моемъ виду берешь!.. А по Владим1рк'Ь хочешь?.. А?..» Руки съ деньгами я за себя, самъ думаю: — «А въ самомъ д'Ьл'Ь, неловко въ присутств1и его превосходительства якобы благодарность получать. Оно, конечно, не въ самоличности, однакожъ подобхе». «Да сыскоса и глянулъ па портретъ... диво, сй-Богу!.. Не страшно. «Однакожъ, думаю, что-жъ это за оказ1я? Сталъ* заме- чать: — никто не боится портрета, даже и ребятишки, Стар- шШ-отъ у меня побойч'Ье, безъ робости въ гостиную ходить, запрыгаетъ на одной ноя^к'Ь передь портретомъ, спустить ру- кава съ ручонокъ да и крпчитъ во все горло: «Альмяпинъ, альмянинъ, больсеносой альмяпинъ!» « — Какой, — крикну ему, — армянинъ? Это начальникъ, ты до.11женъ им'Ьть къ нему уваженхе. «А онъ прыгаеть да твердптъ: «Не нацяльннкъ — альмяпинъ!.. Не нацяльникъ — альмянинъ»... Да все на одной ножк-Ь. ОЫъ два раза — неймется. «Цесарцы "*) въ Рожповъ прИхалп, моя Катерина Василье- вна п кликни нхъ... Бабье д^ло, имъ бы хоть поглаз1>ть на нарядныя вещицы. Разложили цесарцы товары въ зал'Ь. Жена и ну приставать: купи да купи ей браслетку да брошку. Я сначала будто не слышу, а какъ надоела, вызваль ее въ го- стиную, сталъ урезонивать. « — Образумься, говорю, матупша! Пристало-ль теб^, говорю, браслеты да брошки носить? В4дь ты ужъ не молоденькая!.. «Какъ ругпетъ меня!.. Да разъ, да другой, и пошла и пошла. « — Что ты, говорю, матушка, раскудахталась? Хоть бы его превосходите.тьства постыдилась! «А Катерина Васи.1ьевпа какъ захохочетъ, такъ даже п покатилась.  *) Цесарцамп назывались ыелме торговцы, развозившее по городамъ п пом'Ьщпчьплъ дерсвпямъ товары и лекарства. Они назывались н «венгер- цами». Это были сювакы, много ме:кду ними было п жпд^въ, нрпкнды- вавшпхся словаками. .1-Ьтъ сорокъ или бол'Ье тому наоадъ, всл'Ьдствхо зло- употреблен1й жидовъ, особенно по продаже лЬкарствъ, иногда даже ядовъ, торговля эта была стеснена до того, что вскор'Ь цесарцы у насъ совсЬмъ псревелнсь. 
— 195 — « — Дуракъ, говорптъ, ты, дуракъ... Рьакое это начальство? Это, говорптъ, тряпка малеванная! Это, говорптъ, вотъ чт5... «Да какъ харкнетъ прямо въ носъ его превосходительства. «Я такъ п ахнулъ... А какъ прошло время, думаю, что-жъ это въ самомъ д-Ьл'Ь'? Не похоже разв'Ь? «Сталъ больше зам'Ьчан1я держать. Что за шутъ, прости Господи... Нпкакой робости передъ портретомъ... Чт5 такое?.. До того дошло, что иной разъ посл'Ь пирушки голова развин- тится, — тряпку съ уксусомъ приложишь, травничкомъ опохме- лишься да, принеся подушку въ гостиную, положишь ее на диванъ, да въ халат-Ь подъ портретомъ и ляжешь. Лежишь да посматриваешь, иной разъ даясе скансешь мысленно: «Ну что? Ну вотъ я и пьянъ, и въ судъ не поше.гъ, а ты ничего не можешь сд'Ьлать, даромъ что губернаторъ». То-есть, я вамъ доложу, ни мал'Ьйшей робости. Тутъ только я догадался, что портретъ-отъ бы.11ъ прпвезенъ на другой день пос.ч'Ь того, какъ его превосходительство на.дгь копоти задалъ. Со страху-то на первое время онъ грозно смотр'Ь.гъ и уваженхе къ себ"!! все- ля.тъ, а какъ д-Ьло-то поулеглось и портретъ-отъ пригляд'Ьлся, робости и не стало, «Не ловко дЬло. Ребятишки подрастаютъ, и ежели мальчишки съ малол'Ьтства не будутъ уважать начальство, что выйдетъ изъ нихъ, какъ вырастутъ?.. Сохрани Господи и помилуй отъ такого несчаст1я! Взялъ я отпускъ дёнъ на четырнадцать, въ губерн1ю по^5халъ. Нортретъ съ собой. «Тамъ узнаю, что его превосходительство новой монаршей МИЛ0СТ1Ю взысканъ, Владнм1ра второй степени большого креста получить удостоился. Нортретъ-отъ, значитъ, я и кстати при- везъ, другую зв'Ьзду надо пририсовать, «Живетъ у насъ въ губерн1и Иванъ Лазарсвъ, цараповск1й отпуш,енникъ. Живописью кормится: выв-Ьски по городу пи- шетъ и Божьимъ мплосерд1емъ отчасти промышляетъ, иконы то-есть пишетъ, и хоша запиваетъ, однако богомазъ изъ наи- лучшихъ. Портреты, окром11 царскихъ да его превосходи- тельства, теперь пересталъ писать; портретная-де работа по- дошла и совс^мъ, почитай, перевелась съ гЬхъ норъ, какъ угораздило н-Ьмца какого-то штуку выдумать: посадитъ чело- века передъ ящпкомъ, портрегь въ яп],ик'Ь самъ готовъ. Ни дать ни взять, какъ камед1янты яичницу въ шляп'Ь стря- паютъ. Нечистая-ль сила тутъ малюетъ, другое-ль чт5, только эти ящики, — говорптъ Пванъ Лазаревъ, — насущный хл-Ьбъ у нашего брата отбили... В'Ьдь на выв'Ьскахъ да на Божьемъ милоссрдш далеко, говоритъ, не уЬдешь. «Я къ нему, къ Ивану Лазареву. Нр1ятеля-то, Карла Ива- 13* 
— 196 — ныча, въ нашей губерн1и тогда риъ не было, въ 1Н>ме1ипу уЬхалъ. Говорю Лазареву: — «Вотъ, братецъ ты мой, портретъ его превосходительства, припиши ты другую зв-йзду, въ муи- дпръ наряды и въ ленту, да въ лиц'Ь величия и строгости под- пусти. Заодно ул{ъ и золотую раму спроворь». «Поладили за тридцать ц-Ьлковыхъ кругомъ. « — Смотри лее, говорю, не попорти, работа н'Ьмецкая. «— Помилуйте, говоритъ, батюшка Иванъ Семенычъ. Памъ н^Ьмецка работа ни почемъ. Бывала въ нашихъ рукахъ самая даже итальянская. Не самоучкой доп1лп до искусства, покой- никомъ бариномъ пзъ годовъ Ступину въ академическую школу былъ отданъ. Десять л'Ьтъ, сударь, въ Арзамасе вы- лшлъ! Рафаэля можемъ писать. « — К7> тому я теб-Ь говорю, Иванъ Лазаревъ, что руки-то у тебя больно трясутся. « — Это, говоритъ, ваше благород1е, отъ пьянства. Запоемъ пью. А вы не сумлЬвайтесь; хеша рука и дрожитъ, однаколгъ на губернаторскихъ портретахъ птибко набита. Такъ я ее, сударь, набилъ, что вотъ хоть сейчасъ, въ вашемъ виду за- л:мурюсь и портретъ напишу: въ ростъ, такъ въ ростъ пояс- ной. Оченно много заказываютъ. «Ждалъ я недолго. Несетъ Лазаревъ портретъ. Перед'Ьлалъ па диво. Своимъ добромъ хвалиться пе велятъ, а тутъ ужъ просимъ цзвинен1я... Хорошъ! утаить нельзя. «Какъ принесъ его Иванъ Лазаревъ — взгляну.тъ я н глаза опустилъ. « — Спасибо, говорю. Вотъ твои деньги, вотъ еще полтин- Еикъ на водку. Одолжилъ!.. « — Питеръ, не губернаторъ, — говоритъ Иванъ Лазаревъ, отстуннвъ шага на три и закинувши голову. « — Именно, говорю, хоть въ Питеръ такой портретъ. « — Громы, говоритъ, меш,етъ грозный з^Ьвъ *). « — Грозёнъ, говорю, действительно. И з^звъ, говорю, у его превосходительства очень грозёнъ. Зарычитъ на ревизхн — душа въ пятки уйдетъ. Ну, говорю, можно теб^ чести при- писать, Иванъ Лазаревъ, руки у тебя золотыя. Жаль только, что руки-то золотыя, да рыло поганое. Зач^мъ не въ м^ру пьешь? « — Эхъ, завей горе веревочкой!.. Прощайте, батюшка Иванъ Семенычъ. Теперь за ваше здоровье запи.тъ Ванька, загуля.1ъ.  *) Пвапъ Лазаревъ въ АрзамасЬ у Ступппа учился ыпоолог1П, зналъ про Зевса и Юпитера. Иванъ Семенычъ, пе получивъ класспчесрсаго обра- зовагпя, полагалъ, что елу онъ про Петербургъ да про губерпаторсшй з'Ьвъ говоритъ. 
— 197 — «Чтб ни знаю живописцевъ, до вина очень охочи. Хоть и Карла Иваныча взять: бывало, такъ пар-Ьжется, что л рус- скому но сум'Ьть! А изъ гооподскихъ, чтб отдаютъ въ ученье живописному, все давятся побольню; барипъ учитъ-учитъ че- лов'Ька, а какъ только выученный малый поступитъ въ бар- ск1й домъ, тотчасъ п задавится. Ну и убытокъ. «Привожу домой обновленный портретъ, в'Ьшаю на прежнее м1;сто. Тишина райская пошла. Жена ни гугу, а д'Ьти разре- вутся — нянька прямо ихъ въ гостиную. Покажетъ на портретъ, скажетъ: «а вонъ бука-то!», Ребенокъ н стихнетъ. «Сами изволите видЬть: п велнч1е, и строгость, и важность, все. И дв'Ь зв'Ьзды и лента черезъ плечо. «Случится въ судъ опоздать, такъ я изъ спальной черезъ кухню, а мимо портрета не могу. Не вынесу, ей-Богу не вынесу! «Да не я одинъ... Помните, Антонъ Михайльтчъ, какъ въ прошломъ году я получен1е безпорочной пряжки праздновалъ. Этакъ же вотъ собрались всЬ у меня, Андрей Петровпчъ, только вечеромъ. ПослЬ ужина подали жженку варить. Середь гостиной столъ поставили, св'Ьчи вынесли, зажгли нгженку. Тольк'о вдругъ вотъ Антонъ Мпхайлычъ какъ закричитъ: «Убери, Р1вапъ Семенычъ, убери поскорЬй!..» Взглянули, а отъ пламени-то личико его превосходительства такъ п мор- щится, такъ и хмурится. Пошелъ я къ Катер ин-Ь Васильевне, взялъ драдедамовый платокъ л съ благогов-Ьн^емъ зав'Ьсплъ портретъ». — Да, сходств1е большое, — зам'Ьтилъ, затягиваясь жуко- вымъ, Антонъ Мпхайлычъ. — Мечта! — зам'Ьтилъ исправникъ. — Хороша мечта, — возразплъ городничш. — А въ прошлую рсвиз]ю какъ за мосты да за гати кого-то пудрили? Тоже мечта была? — Н'Ьтъ, Стспанъ Васильичъ, — подхватилъ имеппнникъ: — тутъ не мечта. Па что Иванъ Павлычъ, п тотъ передъ пор- третомъ горла зря но распускаетъ. Да гд'Ь онъ? Оглянулись: Волтеръ, сидя на стул'Ь и склонивъ на окно буйную голову, спалъ богатырскимъ сномъ. Пять экстръ приди, десятка два эстафетъ прйзжай, — не добудятся. — Свалило, — мотнувъ головой, зам'Ьтилъ городнич1й. 
БАБУШКИНЫ РОЗСКАЗНИ. Разсказъ. Бабушка Прасковья Петровна Псчерская кончила жизнь далеко за сотню годовъ отъ роду. На старости л-^тъ хватила старушка гр'Ьха на душу — молодилась. Бывало, бабушк'Ь все восьмой десятокъ въ доход'Ь. Л'Ьтъ двадцать пять доходплъ, — такъ и не дошелъ. Бабушка Прасковья Петровна на самомъ-то д^л^ была мн'Ь прапрабабушкой, да мы вс4 ее бабушкой звали. И это ста- рушке нравилось. Спросишь, бывало: • — Въ которомъ году родились вы, бабушка? ■ — А вотъ ужъ года-то, шоп соеиг, и не упомню, — отв-Ь- титъ. — Да ты считай: покойница матушка принесла меня въ самый тотъ день, какъ на Охт'Ь попа жгли. Привозн.1ъ того попа въ Петербургъ князь Дундукъ, а князь Дундукъ въ ту пору былъ енде некреш,еный, н тотъ попъ былъ у него самый набольшШ: по-нашему арх1ерей, по -ихнему, по-калмыцки, чурлама. Онъ въ Петербург'Ь возьми да п помри, а по кал- мыцкому закону мертваго попа надо жечь. Ну и сол^гли. Весь Петербургъ тогда на Охту высыпалъ: всякому лестно было ногляд'Ьть, какъ поповъ жгутъ. И батюшка съ матушкой, дай Богъ нмъ царство небесное, ездили. Матушку-то въ народ'Ь п помяли: какъ пргЬхала домой, такъ меня и принесла... Такъ- то, Андрюша!.. Ты зналъ ли, голубчикъ, что я недоносокъ? • — Бабушка! да в-Ьдь этому больше ста .тЬтъ *). — Полно-ка ты, — заворчитъ бабушка: — молодъ еще надо мной смеяться!.. Сто л'Ьтъ!.. Экъ чтб сморозплъ!.. Перекрести лобъ-отъ, опомнись... Семьдесятъ восемь либо семьдесятъ семь — это можетъ статься, а ты ужъ г.шди-ка что махну.1ъ!.. Сто годовъ!.. Прошу покорно!.. *) Сожжен1е чурламы было въ маЬ 1736 года. 
— 199 — И пойдетъ, бывало, ворчать баоу1ика, но не надолго: добрая была старушка и меня очень любила. Съ малол'Ьтства былъ я ея баловпемъ. Меня, бывало, такъ н звали: бабушкинъ вну- чекъ да бабушкинъ внучекъ. И она очень это любила. Глуха подъ старость стала п видела плохо, но память со- хранила редкую. И, какъ часто бываетъ съ людьми преклон- ныхъ л-Ьтт., хорошо помнила только время молодости. Какъ начнетъ, бывало, свои розсказни про времена елизаветинсюя да екатерининск1я — все до подробности разскажетъ, а фран- цузскаго погрому не помнила, хоть и вывезли ее изъ Москвы за пять часовъ до вступлешя Наполеона п она, крестясь и глухо рыдая, всю ночь прогляд-бла изъ подмосковной на страш- пое зарево славнаго пожара. — Какъ же это вы забыли, бабуи1ка, какъ Наполеонъ-отъ въ Москву приходилъ? — спросишь, бывало, ее. — Н'Ьтъ, милый Андрюша, не припомню. Не припомню, родной... И долго лшла на Москве, а такого не помню... Да кто онъ такой былъ? По прозвпгцу изъ чужестранцевъ, до.1жно- быть? — Французъ, бабушка — Французъ!.. Н'Ьтъ, моя радость, такого не помню. И хва- стать не хочу. Много в'Ьдь французовъ-то тогда па Москв'Ь проживало... Да онъ кто таковъ? Тандовщпкъ иль гувернеръ, можетъ статься? — Императоръ, бабушка. -- Императоръ!?. Какъ такъ императоръ?.. Какой? — Императоръ французовъ, бабушка. — Перестань, Андрей!.. Гр-Ьхъ надъ бабушкой см-Ьяться. Господь счастье отниметъ... Смотри-ка, чтй вздумалъ. Нашелъ у французовъ императора!.. А еще учишься!.. Нехорошо... Императоровъ, топ соеиг, во всЬмъ св^т15 только двое — нашъ да ен1,е римск1й; салтанъ турецк1й тоже въ ранг'Ь императора состоитъ, только не совсЬмъ, для того, что некрещеный. А у французовъ, топ соеиг, король, го1 с1е Ргапсе еЬ с1е Кауагге... Да... Какъ нынкпняго-то зовутъ? Ьои18 86126 все еще цар- ствуетъ, аль дофинъ воцарился? — Эхъ, бабушка, чего хватилась! Да теперь ужъ л'Ьтъ пять- десятъ, какъ Людовику головку срубили. — Жал-Ью, очень н^ал'Ъю. Безподобный былъ король и къ намъ всегда былъ расположенъ. Моп сои«ш, князь Свибловъ, при нашемъ резиденгЬ въ Париж'Ь находился и разсказывалъ про Еои18 86126 очень много хорошаго. «П пе раг1е ]ата18 йе по1ге 1трёгашсе, — говаривалъ топ сои81п: — дне йап8 1е8 1:ег- шез (1и р1и8 ргоГопс! гезрес! еЬ (1е 1а р1и8 Ьаи1;е езИте». По- 
— 200 — тому и жал'Ью его. Только вЬдь оиъ былъ такой миролюбивый; съ к'Ьмъ же это онъ воевалъ? Съ гишпанскимъ, полагаю. — Ни съ к'Ьмъ^ бабушка, не воевалъ. — II 881; 1т — ты сказалъ. • — Тиё-то 1ие. Да не на вопн'Ь, а на эшафот'Ь. — Послушай, Андрей! Ты, должно-быть, ыартинистъ... Не- хорошо, милый, очень нехорошо! Ужъ ты съ Лопухинымъ но знаешься ли?.. Смотри, шоп соеиг, не опечаливай бабушку: мало-ль что можетъ случиться! Долго-ль къ Шешковскому въ лапы попасть?.. А у него, топ р1§еоппеаи, еще милость Бо- ж1я, какъ только посЬкутъ — это еще ничего, примочилъ арни- кой и вся недолга, — а неровенъ часъ... хуже бываетъ... Н'Ьтъ, Апдрюша, береги ты себя и бабушку не огорчи!.. И объ чу- жестранныхъ короляхъ всегда говори съ уважешемъ... Р1 ка- К1Я в'Ьдь ты, въ самомъ дЬтй, несод'Ьянныя вещи говоришь: и король-отъ на эшафот'Ь, и фрапцузск1й-то нмператоръ въ Мо- скву пргЬзжалъ... Стыдно, шоп соеиг, безприм'Ьрно какъ стыдно... Ностой... постой, Андрюша! Вспомнила, вспомнила... Ты перепуталъ, радость моя!.. Точно, былъ на Москве нмпе- раторъ, только не французский, а рилсшй! Жозефомъ звали. Видала его, голубчикъ, видала... На бал'Ь у главнокомандую- ш,аго вид'Ьла, въ Нескучномъ — у графа Алекс'Ья Григорьича Орлова, въ Кусков'Ь — у Шереметева на празднпкЬ... Какъ те- перь на него гляжу: черты Т41к1я тонк1я, н'Ьжныя. Только онъ сохраня.ть самое строгое 1псо§п1(;о и завсегда въ трак- тирахъ да на постоя.1ыхъ дворахъ приставалъ. А когда у го- сударыни въ Царскомъ Сел'Ь находился, проживалъ въ бан-Ь. Надъ баней-то государыня трактирную выв'Ьску вел'Ьла пов1;- сить. Онъ п пов'Ьри.гь, да такъ и прожи.тъ все время въ бан-Ь и тЬмъ свое 1псо§п11;о сохрани.1ъ... Графомъ Фалькенштейномъ прозывался, а ты и прозвище-то ему какое-то несообразное придума.1ъ... Наполеонъ! Что такое Наполеонъ?.. Такихъ свя- тыкъ и у католиковъ н'Ьтъ, не то что у насъ, правов'Ьрныхъ... Собачья кличка какая-то!.. Нехорошо, мой дру}кокъ!.. Будь умникъ, шоп Ьуои, такихъ словъ не говори, особенно при чужихъ людяхъ... осудятъ... Нехорошо... Да... Много испытала въ своей жизни покойница-бабушка. До замужества жила въ НетербургЬ, а выходила замужъ не очень стара: л'Ьтъ четырнадцати. Была при двор'Ь Елизаветы Пе- тровны и Екатерины второй, жила въ МосквЬ во время чум- ной заразы, въ Казани передъ пугачовскимъ разгромомъ, въ Нижеемъ, въ Архангельске, въ Ярославл-Ь, въ К1ев11 и опять по н'Ьскольку разъ въ Москве и Нетербург-Ь. Много вид'Ьла, много слышала, больше того испытала... Чтб гр'Ьха таить — 
— 201 — смолоду бабушка пошаливала... Да какая-жъ молодая, светская женщина въ тотъ в'Ькъ не пошаливала?.. Время было такое... А вотъ чтб странно: каждая женщина, въ стары ли годы, въ нын'Ьшнемъ ли в15ку, ежели смолоду пошалнваетъ, подъ ста- рость непрем'Ьнпо въ хашкество пустится, молебнами да по- стами молодые гр'Ьшкн поправить бы... За бабушкой не води- лось этого. Печать восемнадцатаго в-Ька неизгладимо сохра- нилась на ней до самой кончины... Бывало, съ грустью, со слезами на тусклыхъ очахъ глядитъ на свою изсохшую, жел- тую руку, вспоминая то время, когда напудренная молодежь любовалась ея прекрасной, пухленькой, б'Ьлосн'Ьжной ручкой... Л'Ьтъ съ пятидесяти въ зеркало перестала смотр'Ьться... Страшно стало постаревшей красавиц'Ь взглянуть на себя... Но никогда нимало не ханжила. Ыапротивъ, отъ нея отъ первой узналъ я про Вольтерову 1е зегтоп (1ез С1пс1иап1е, про Фоблаза, про 1а 4^иег1е с1ез сИеих. Впрочемъ, въ посл'Ьдн1е годы жизни своей бабушка каждый день до обмороковъ замаливалась. Сотни по по.аторы, по дв-Ь земныхъ поклоновъ по вечерамъ на сонъ грядущ1й клала... Разыгрывалось тогда въ лотерею головинское имЬнье, бабушка взяла три билета, и ей очень хогЬлось выиграть Вороты- нецъ. Объ этомъ-то она и молилась, да такъ усердно, что калсдый разъ, бывало, ее безъ чувствъ въ постель уложатъ... Лотерея была разыграна, бабушке вынулись пустые, но она верить тому не хот'Ьла и поирежнему молилась до обмороковъ о богатомъ Воротынц'Ь, объ его садахъ, пристаняхъ, картин- иыхъ галлереяхъ и другихъ богатствахъ диковиннаго им'1ийя. Много воды утекло съ т^хъ поръ, какъ прииьюсь мнЬ бро- сить горсть сырого, Нгелтаго песку на бархатный гробъ н'Ьжно любившей меня старушки... Я былъ очень еще молодъ, когда, бывало, сидя у изразцовой лежанки, гд-Ь любила гр^ть свои косточки покойница-бабушка, слушалъ разсказы ея про ста- рые годы. Не могъ тогда оценить ихъ: мимо ушей они проле- тали, друг1е тотчасъ забывались. Но теперь, когда стихли порывы легкомысленной молодости и сЬдина начинаетъ въ борЬд'Ь пробиваться, добрая бабушка, съ ея сказаньями, воскресаетъ въ памяти, и люди восемна- дцатаго в'Ька встаютъ передо мной, какъ Образы какой-то знакомой, хоть и не прожитой жизни. Блескъ протекшей эпохи осл'Ьпительно бьетъ въ глаза... Все такъ величаво, такъ пышно, широкб и обаятельно... Но этотъ блескъ — случайный, вн'Ьпппй, Поднимая занов1^дную пышную зав'Ьсу, за которую отъ пытливыхъ взоровъ грядущихъ покол'Ьн1Й хоронится восем- 
— 202 — надцатый в'Ькъ, видишь душевную пустоту, царствующую падъ Б'Ьтренымъ 110колЬн1емъ, чтб, прыгая, танцуя, шутя н см'Ьясь, съ тр1олетомъ бурпме на устахъ, врасплохъ застигнутое смертью, нежданно для него и негаданно вдругъ очутилось въ сырыхъ и темныхъ могилахъ... Когда ожнваютъ въ памяти разсказы милой бабушки и возстаютъ передъ душевными очами Образы давно почившихъ д^здовъ, слышатся: и наглый крикъ временщпковъ, и таинственный лепетъ юродивыхъ, и нодобо- страстныя р'Ьчн блюдолизовъ, и голосъ в-Ьчно живущей правды изъ-подъ дурацкихъ колпаковъ. Слышатся амурный шопотъ петнметровъ и метрессъ, громюя, сочныя лобзанья дворовыхъ красавицъ, ревъ медв-Ьдей, глуххе удары арапника, вой собакъ и сладостпыя созвучья итальянской музыки. Чудятся басно- словные праздники, ледяной дворецъ Анны Ивановны, маска- радъ на московскихъ улицахъ, екатерининскхй карусель, по- темкинск1й балъ, плаванье по Волг'Ь съ переводомъ Мармон- теля, блестящая поездка въ Тавриду... Все ликовало въ тотъ в'Ькъ!.. И какъ было не ликовать? То былъ.^'Ькъ богатырей, в'Ькъ, когда юная Росс1я поборола двухъ королей-полководцевъ, дв'Ь первостепенныя державы низвела на степень второклассныхъ, а третью — под'Ьлила съ сосЬдями... Пол- тава, Берлинъ и Чесма, Минихъ въ Турщи, Суворовъ на Аль- нахъ, Орловъ въ Архипелаге и ген1альный, неподражаемый, ве- ликолепный князь Тавриды, создающш новую Росс1ю изъ ни- чего!.. Чтб за величавые ббразы, что за блескъ, чтб за слава!.. Но съ этимъ блескомъ, съ этой славой объ руку ндутъ вы- сокомерное полуобразован1е, раболепство, слитое воедино съ наглымъ чванствомъ, корыстныя заботы о кармане, наглая неправда и грубое презрен1е къ простонародью... Но миръ вамъ, деды! Спите покойно до трубы архангель- ской, спите до дня оправдашя!.. Не посмеемся надъ вашими могилами, какъ смЬялнсь вы надъ своими бородатыми дедами!..  I. Серг1Ьй Михайловичъ. — Куда какъ просто живали мы въ старину-то, Андрюиш.. Сравнен1я нетъ никакого съ нынешними поведешямп... Затей- ное было времечко, раздольное да привольное. «Не ломали твои дедушки дворянсшя головы надъ всякими науками, зато выхрапку такую задавали по ночамъ да пообе- давши!.. Немного думали, топ р1§еоппеаи, зато много кушали, и оп'ого здравы и долголетяы бывали. 
— 203 — «А теперь пошли люди тщедушные и живутъ не подолгу. А отчего? Мало "Ьдятъ, много думаютъ... Да... В'Ьдь кр-Ьикая-то дума кровь портптъ, гаоп соеиг... Да... «А г^атае здоровенные люди въ наше-то время бывали! Гене- ралъ-аншефа Михаилу Васильича Пильнева взять... Помнишь, въ Ярослав.л'Ь государевымъ нам'Ьстникомъ былъ?.. Онъ тебя очень ласкать изволплъ... Какъ, бывало, ни пргЬдетъ къ намъ, тебя на колЬнки посадитъ и }калованну табакерку съ алма- зами дастъ поиграть... А ты ее одинъ разъ и раскокалъ... Папенька твой за это нам-Ьстнику сЬраго аргамака подвелъ, а тебя высЬкъ... ПЬтъ, постой, топ соеиг, — перепутала я, это папеньку твоего за табакерку-то высЬкли... Такъ... ^Гочно такъ — Петрушу, не тебя: ты еще тогда не родился... Такъ вотъ Михайла-то Васильпчъ... Истинно бы.1ъ челов'Ькъ, можно чести приписать. Быкъ, сударь мой, быкомъ... Иначе какъ на соф-Ъ не садился, а ежели въ бальной зал'Ь случится ему сЬсть, такъ на трехъ стульяхъ — меньше нельзя... Породистъ улсъ очень былъ... А когда померъ, гробовщпкъ такъ п ахнулъ. «Этого барина, говоритъ, въ одномъ гроб^ не похоронишь». Косяки въ нам'Ьстнпчьемъ домЬ изъ дверей выламывали, гробъ-отъ чтобъ возможно было вынести... А нынче чтб за люди?.. Мозглякъ на мозгляк'Ь, — смотреть даже ненртятно. «А ужъ простота какая была, Андрюша!.. По чести сказать, ужесть какая простота!.. Хоть бы того же Михаилу Васильпча взять! Въ л-Ьтнюю пору, бывало, сберутся молодые, иной разъ старички, да всю ноченьку напролетъ и прокуликаютъ. А пили въ стары годы, топ соеиг, безпрнм'Ьрно — не по-пын'Ь- пгнему. Пропивши ночь, подъ утро съ п15снями да съ музыкой но улицамъ — да прямо въ Рубленый-Городъ. Тамъ у Ильи Про- рока передъ нам'Ьстничьимъ домомъ станутъ да какой-нибудь полонезъ и грянутъ. Разбудятъ, конечно, Михаилу Васильича, онъ безъ парика, въ одномъ шлафроке на балконъ и выйдетъ. « — Что вы, пострелы, — крикнетъ: — съ пьяныхъ-то глазъ у меня весь Ярославль перебулгачили? Аль подъ караулъ за- хот'Ьли? «А т'Ь ему: Мы тебя любиагь сердечно, Будь ты нам'Ьстникомъ в'Ьчно! Наши зажегь ты сердца— Мы въ теб'Ь видимъ отца! «И велитъ Михаила Васильичъ мючнику наливокъ корзинку- другую на плош;адь вынести... И самъ выйдетъ къ гулякамъ, усядется съ ними на краю горы, чтб падъ Которостью, да до поздняго утра и прогу.таютъ. 
— '204 — «Вотъ в!,дь и пам'Ьстникъ былъ и генералъ-апшсфъ, а из- рядными людьми не брсзговалъ, какъ теперь поповичъ какой- нибудь въ люди выскочивши... Рагувпи, зиаенгь, этакой, вы- скочг.а изъ подлости... Ухъ, какой безиодобный былъ челов1и1ъ Михаила Васильичъ!.. Ужесть!.. Попробуй -ка нынче, топ Ьуои, такъ сд-Ёлать — въ самомъ д'Ьл'Ь, пожалуй, подъ карау.1Ъ уго- дишь... Какъ можно сравнивать старые годы съ нынешними!.. Гораздо было проще. «Опять СерЛя Михайлыча взять — Чурилина. Безприм^фный былъ челов-Ькъ, даромъ что изъ солдатскихъ д'Ьтей. Штатск1й д-Ьйствительный сов'Ьтникъ, отставной красногорскШ губерна- торъ, аннинская лента черезъ плечо — персона, значитъ, нема- ловалшая. Взявши абшндъ, доживал'ь свой в'Ькъ у насъ въ Зимогорск'Ь... Покойникъ твой д'Ьдушка съ драгунами тогда въ Зимогорск'Ь на винтеръ-квартирахъ стоялъ, тамъ и жизнь- , то свою скончалъ, въ синодальномъ Благов^Ьщенскомъ мона- стыр-Ь и погребенъ... Я ужъ вдов-бла, у Ванюши и{ила, когда СергЬй-отъ Михайлычъ въ Зимогорскъ па житье переЬхалъ... Изрядный былъ господинъ, отм'Ьннаго ума, вс^Ь уважали его и боялись. У кого д'Ьло какое случится — ссора-ль домашняя, другое ли чтб — первымъ долгомъ къ Серг15ю Михайлычу. И сов-йтъ дастъ и помиритъ, а ежели кто виноватъ, и пожуритъ, да, глядя по вин'Ь и по челов-Ьку, иного и тросточкой... Вся- кое д'Ьло устроить ум^Ьлъ... И за то Сергея Михайлыча всЬ какъ родного отца любили, «д-Ьдушкой» звали, а онъ всЬмъ говорилъ «ты» и каждаго «собакой» звалъ — не изъ брани, а любя. ВсЬ ручку у него Ц'Ьловали, и дамы, даже еЬ с1ето18е1- 1е8, а онъ руку ц'Ьловалъ только у преосвященнаго, съ попами въ губы ц^зловался. Безъ спроса Сергея Михайлыча ни еди- ной дворянской свадьбы не бывало, сынъ ли у кого родится, дочь ли — имени младенцу отецъ съ матерью наречь не см'Ьли, спрашивали, какое будетъ угодно Сергею Михайлычу. И всЬхъ самъ крестилъ — любилъ крестить, дай Богъ ему царство небесное. Бывало, и у дворянъ, и у купцовъ, и у поповъ — ■ у вс'Ьхъ въ кумовьяхъ. «И что-жъ ты думаешь, шоп соеиг, какая изъ этого непр1- ятность въпнла... Подросли крестники да крестницы, хвать — анъ но всей Знмогорской губерн1И ни одной дворянской свадьбы сыграть невозможно: всЬ въ духовномъ родств'Ь, всЬ одного крестнаго отца д'Ьти. Теперь, слыхала я, такого закона ужъ н'Ьтъ, а тогда очень строго было... Пу, известно, которые и повлюблялись другъ въ друлгку, а в-кичаться не могутъ. До- сталось же тогда крестному батюпп^^Ь на ор^Ьхи! Так1Я поминки сердечному СергЬю Михайлычу загибали, что не одинъ, чать, 
— 205 — разъ кинулось ему на томъ св'Ьт'Ь. Д15лать нечего: стали не- Б-Ьстъ пзъ другихъ губори1й брать, а барышень въ Москву для замужества возили. Съ десятокъ однакожъ до того крест- ными братцами заразились, что съ горя да съ печали въ мо- настырь пошли... Дуры он-Ь были, топ р1^еоппеаи... По мо- ему разсужденью су1щя дуры!.. Не могли разв1'. просто лю- биться?.. Но правда-ль, топ Ьуои?.. А одинъ изъ крестни- ковъ съ любви али съ горя, а думаю, оттого, что въ голов-Ь сквозная пустота была, въ Волг'ё утопился, другой пзъ му- шкетона застр'Ьлился... Вотъ чтб значитъ крестить-то безъ пути, Андрюша!.. Поэтому я и не крещу никого... Сохрани Господи!.. «А все-таки Серг-Ьй Михайлычъ отменный былъ челов'Ькъ. Такихъ людей, радость моя, въ нынешнее время сыскать не- возможно. Въ старину-то в^дь, шоп ])еИЬ, люди бывали без- прим^рно лучше, ч'Ьмъ теперь... Какъ молшо!.. Что теперь!.. Важности н'Ьтъ. Ужесть какъ неловко всЬ выд'Ьланы, и такъ темны въ св'Ьт'Ь, такая у всЬхъ тФ)Снота въ голов-Ь, что просто . умора... Ул^есть, просто улшсть!.. Разночинцами какими-то всЬ глядятъ... Право!.. Безнрим-Ьрио, какъ см1ш1ны!.. «Не такъ, топ соеиг, въ наше время л^ивали. Бывало, ни одинъ дворянинъ лицомъ въ грязь себя не ударитъ, всякъ свою честь бережетъ строго и съ подлой сволочью якшаться пи за что, бывало, не станетъ, а теперь... Охъ-охъ-охъ-охо!.. Нынче баринъ изъ знатнаго, родословнаго рода съ м^щани- номъ аль съ кутейникомъ на одной ног-Ь себя ставитъ — - онъ, дескать, ученый. Да коли онъ ученый, такъ ученость его пущай при немъ и остается, никто у него ее не отниметъ, — да въ дворянск1й-то кругъ ему подло-рожденному зач'Ьмъ л-Ьзть?.. М-Ьсто, что ли, ему тамъ?.. Нов^фь ты мн-Ь, топ соеиг, елшли какой челов'Ькъ рожденъ въ подлости, будь у него ума палата, съ неба зв-йзды хватай, все-таки с1ап8 1а 80с1ё1ё с1е8 депи18Ьотте8 быть ему не сл'Ьдуетъ. Дворянство т'Ьмъ ро- няется, шоп сЬег, Гап81осга11е 8е 1;отЬе... Ты это пойми, топ р12еоппеаи... Нельзя й{е, шоп ат1, объ этомъ не подумать. На этомъ все держится». — Бабуипса, да в11дь сами вы говорите, что Серг^й-отъ Михайлычъ ]1зъ солдатскихъ д'Ьтей былъ... Какъ л{е вы у него ручку-то ц-йловали?.. — Ахъ, Андрюша, Андрюша! Какъ ты этого, дружокъ мой, сообразить не можешь?.. Тутъ совсЬмъ иное... Серг'Ьй Ми- хайлычъ — Н1татск1й д'Ьйствительный сов'Ьтяикъ, отставной гу- бсрнаторъ, аннинская лента черезъ плечо, дв1^> тысячи душъ, Тутъ ун{ъ 1ше аии'е ро81иоп йапз 1е топ(1е. Мало ли чтб! И 
— 206 — Меншиковъ оладьями торговалъ, п Шафировъ въ лавк'Ь сл- д'Ьлъ, II РазумовскШ па клиросЬ хгЬлъ, однакожъ какими вель- можами стали... Тутъ, топ сЬег, милость Бож1я, а больше того — 1а ]Гауеиг йе 1а соиг... Кто взысканъ п вознесепъ, къ тому, въ какой бы подлости о]1ъ ни родился, хоть бы огь самаго посл'Ьдпяго холопа, — подлость льнуть не можетъ... Навсегда омытъ такой челов'Ькъ отъ первороднаго гр'Ьха под- лости рожден1Я... Да... Серг'Ьй Михайлычъ роду хотя былъ не шляхетнаго, однакожъ въ люди вышелъ, на службЬ |)азбога- т'Ьлъ, выгодно женился, дослужился до генеральства... А все умомъ. Отм-Ьнио умный былъ челов'Ькъ: во всякомъ умномъ челов'Ьк'Ь ум'Ьлъ сыскать себ^ ми.10стивца. Сначала самъ ручки у всЬхъ ц'Ьлова.1ъ, потомъ у него стали ц'Ьловать... Вотъ это и называется умъ... Да, топ соеиг, это настоящхй умъ, но такой, что у нын'Ьпшихъ умниковъ проявился... Посмотришь теперь: самъ-отъ мЬдной полушки не стоитъ, а рыло кверху гнетъ по-рублевому... Плеточкой бы ихъ, юоп реШ, по-ста- ринному, либо кнутнкомъ... На истинную дорогу безпрем'Ьнно бы вышли. А то смотреть даже ненр1ятно. «А сталъ Сергей Михайлычъ въ люди выходить посл'Ь же- нитьбы. А женился въ пугачовское зам'Ьшательство, онъ въ ту пору былъ въ Чернор^^цк!} воеводой... Когда злод'Ьи на его городъ нагрянули, задалъ онъ, сердечный, тягу... Въ л-Ьсу схоронился и царску казну съ собой захватилъ, опричь м'Ьд- ныхъ гривенъ да пятаковъ сибирскаго д'Ьла — большунця были монеты — изъ грпвны-то порядочную кастрюлечку можно было сд^Ьлать... А нынче — понево.т'Ь вздохнешь да норопш,ешь иной разъ — и денегъ-то такнхъ не стало — перевелись... Все-то измельчало, все-то, топ соеиг, измалодушествовалось... Прежн1е-то люди какхе здоровенные были — пни дубовые, а нон^шни — хлысты вербовые... Да... Ну такъ вотъ СергМ-отъ Михайлычъ тяжелу-то казну съ собой и не взялъ — захва- тить-то ее было не подъ силу, серебряную казну зары.гъ въ землю, и въ .тЬсу отъ сущихъ з.тод'Ьевъ отсид'Ьлся. А не уйти изъ города ему было никакъ невозмояшо, для того, что сила у него бы.га неве.шкая, дайне больно надежная, а у государ- ственнаго злод'Ья ратной силы было видимо-невидимо. Пугачъ въ Чернор^^цк-Ь недолго канальствовалъ, царицына сила по пятаыъ за нимъ шла, для того и навострплъ онъ лыжи за Волгу. Только-что изъ Чернор'Ьцка злод'Ьй вышелъ, Сергей Михайлычъ въ городъ... Сызнова на воеводство сЬ-тъ, чтобъ, знаешь, настоящ1е порядки вести... Тутъ его сердечнаго плетьми взодра.ш». — Какъ такъ, бабушка? 
— 207 — ■ — Да такъ, топ соеиг, выдрали да п все тутъ... По ошибк'Ь... Такое сумятпое время было. — То ли еще по ошпбкЬ- то случается, топ еп^'ап1!.. А съ Сергйемъ Михайлычемъ ви- дишь ли какъ это приключилось. Только-что онъ на воевод- ство-то сызнова сЬлъ, глядь, анъ съ Караульной горы кон- ница, да все казаки. Переполохъ въ городу поднялся, ду- маютъ, Пугачъ воротился, б']^гутъ, кто куда, сломя голову, СергЬй Михайлычъ въ огородъ, да въ горох-Ь и схоронился. Однакожъ его отыскали и къ казацкому начальнику сердеч- наго приволокли. А начальникъ-отъ ело на кон-Ь держится — ньянехонекъ. Сирашиваетъ Серг-Ья Михайлыча: « — Кому служишь? «А СергМ Михайлычъ пог.1яд^.1ъ-погляд'Ьлъ на его пьяную рожу, думаетъ себ'Л5: — «Гусь-отъ не кто другой, какъ пуга- човецъ. Дай, надую шельмеца, а то еще съ пьяныхъ-то глазъ пов'Ьситъ, пожалуй». Да и брякнулъ: « — Слулгу великому государю Петру веодоровпчу. «Только-что молвнлъ онъ это слово, на кобылу его да въ плети. Ста полтора вкатили да въ тюрьму посадили. А тотъ казацкш начальникъ вовсе былъ не пугачовецъ, а царицынъ — изъ Михельсоновыхъ полковъ. И какъ онъ къ утру-то про- спался да узналъ, что во хмелю царицына воеводу выпоролъ, — пошелъ къ нему въ тюрьму а11ё§иег роиг ехсизе... А это онъ родного дядю плетьми-то вздулъ... Слово за слово, разговори- лись... п выш.то, что казацкой-отъ начальникъ племянпикомъ роднымъ Серг'Ью ]\[нхайлычу доводился... Да... «Зато посл'Ь, когда Сергей Михайлычъ при у1:р.10вныхъ Д'Ь- лахъ находился и когда губернаторе мъ былъ, какъ ни пода- дутъ приговоръ о КНУТ15, аль о плетяхъ, завсегда на поло- винку сбавитъ, да тому, кто подаетъ, безнрем-Ьнио примол- витъ: «Теб-Ь, собака, легко прпговоръ-отъ перомъ на бумагЬ писать, а какъ станутъ его на сппн'Ь кнутомъ подписывать, такъ не теб'Ь небо-то съ овчинку покажется. Ты, собака, но можешь понимать, чтб такое кнутъ да плети, а я, по ми- лости родного племянничка, отв'Ьдал'ь, каково они вкусны... Пе роди на св'Ьтъ мать сыра земля!» «Посл'Ь того, какъ его высЬкли, женился онъ по скорости. Пали ему слухи, что недалеко отъ Чернор-Ьцка, въ сел'Ь Кня- жух'Ь, молодая вдова б'Ьдствуетъ, Марья Семеновна Жилина, а родомъ Болтнныхъ была. Мужа-то у нея злод-Ьи повысили въ пхнемъ сел'Ь Енгалычев'Ь, а сама она съ четверыми д-йтьми, малъ мала меньше, въ овин'Ь какъ-то ухоронилась. Жилйнская вотчина была немалая — дворовъ подъ тысячу, а ншть Марь-Ь Семеновн'Ь негд'Ь: барск1Й-отъ домъ Пугачъ спалилъ, а 
— 208 — у мужиковъ жить побаивалась. Оченно были они тогда не- спокойны... СергМ Мнхайлычъ послалъ къ ней для береженья капрала съ солдатами и звалъ ее на житье въ городъ. 11р1- •Ьхала Марья Семеновна не въ глазетахъ, не въ бархатахъ, а въ бабьей по няв-Ь да въ кичк'}), д'Ьтки-то — Захаръ Мнхай- лычъ, Дмитр1Й Михайлычъ, СергФ>й Мнхайлычъ да еще, ка- жись, Петръ Михайлычъ — вс15 въ пестрядиныхъ рубашон- кахъ. Отвелъ воевода Марь'1^ Семсновн'Ь съ д1пъми квартиру самую лучшую, од'Ьлъ ее съ ребятишками, пои.чъ, кормилъ на свой коштъ, покуда не затихло зам^Ьшательство. А потомъ — лоснился на ней и зажилъ бариномъ. У нея и достатки хо- ро1и1е п родство хорошее; а у него м'1зСТ0 доходное, стало- быть, и можно было жить складно. «Взявши абшидъ^ Сергей Михай-нычъ сталъ въ ЗимогорскЬ жить. Тогда ужъ онъ овдов1^лъ. Жн-иъ одинъ, а въ дом'Ь за- всегда было ладно... Калцый Бояай день открытый столъ для званыхъ и незваныхъ и какой есть часъ, какая минута — бсзъ гостей СергЬй Михайлычъ не обходился. Очень его лю- били... и побаивались. И нельзя было его не любить, нельзя и не бояться, — въ Петербург'Ь рука была сила сильна — съ самими Орловыми смолоду въ пр1ятельств'Ь былъ. Прелсде ч15мъ фортуну они себ'Ь сд^Ьлалп, по трактпрамъ съ ними ку- ликалъ да на кулачныхъ бояхъ забавлялся. «Домъ у СергФ>я Михайлыча въ Зимогорск'Ь ужесть какой ■больиюй былъ, ровно дворецъ какой... Какъ, бишь, улица-то прозывается?.. Да ты долженъ помнить, Андрюша... Тутъ еш,е неподалеку арх1ерейск1й домъ, у Тихона-чудотворца въ прп- ход1^, помнится мн1]». • — Да вТ.дь я, бабушка, въ Зимогорск-Ь-то никогда и не ■быва.дъ. — Чт5 ты дурачишься, топ ре^И;... Какъ это ты въ Зн- могорск'Ь не бывалъ?.. А забылъ, какъ у Серг-Ья Михайлыча на нменинахъ либо на его рожденьи, хорошенько не запомню теперь, ты съ Лизаветой Соболевой вальсъ-казакъ танцовалъ да изъ озорства робу ей разорвалъ? Тебя, раба Бож1Я, тутъ же въ угольную свели да и высЬкли... Что?.. Этого, видно, не ломнишь? — Да когда-жъ это было, бабушка?.. Что вы? — Давно, топ соеиг... Полагаю, не въ томъ ли году, какъ трафъ Кал10стро въ Петербургъ нргЬзжалъ. — Да в'Лдь этому больше пятидесяти л^тъ, бабушка, а мн-Ь и двадцати н'Ьтъ... — И въ самомъ д-Ьл-Ь, топ р1деоппеаи, — з'Дчв^-^^^^ь ба- ^)ушка. — Правду ты сказалъ... Такъ знаешь ли чтб? 
— ;209 — — Чтб, бабушка? — Это твоего папеньку выс^.кли, Петрушку... Такъ, точпо; 1!С1гомнп.11а я теперь — доподлинно Потрушу... Какая однагсолгъ память-то у меня стала, дружокъ, — все-то я забываю... А кажись бы, как1е еще мои годы?.. Про что, бишь, я говорила, Апдрюша? — Про Серг^ш Михайлыча, бабуиига. — Да, про Серг'Ья Михайлыча. Бо-зподобный былъ муж- чина, — во всемъ изрядный господинъ. Старехонекъ былъ, а любплъ съ дамами ноферлякурничать, — пе ставилъ того во гр-Ьхъ, царство ему небесное!.. Ужссть как1е, бывало, гнилые взгляды кидаетъ да томные вздохи пущаетъ... Право, если-б'ь маленько бы.1ъ помоложе, ь'аждой бы пзъ нашей сестры, до кого ни доведись, можно бы было С1. нимъ д6 смерти залю- биться... По чести, всЬ мы были до Серг'Ья Михайлыча охот- ницы... Зе уоиз азяиге, даромъ, что сЬдой, а 1е8 дгапйз &:ис- се8 между нами имкяъ... И какъ славенъ былъ, когда, бывало, зачнетъ съ дамами дурачиться... Ухъ! какъ славенъ!.. 1>ез- прим-Ьрио... Съ 1е8 йешо18е11е5 не любилъ — визгу, говорить, отъ нихъ очень много — все, бывало, съ дамами, съ замуж- ними..-. Изъ напгей сестры каждая тбтчасъ готова была па- дать и задурачиться съ нимъ до безум1я... Старенскъ только былъ: бывало, и толку всего, что языкомъ иоболтаетъ, да разв'К- разв-Ь когда рукамъ волю дастъ... Ухъ, какъ, бывало, любплъ онъ нашу сестру, ^ё^^е-а-^ё^е, конечно, с1е 1а1ег, йе 1о11с11ег, 80П(1ег... Ахъ, какъ было утЬшно!.. Помиии1ь, топ ссеиг?.. И на чуж1е амуры любилъ посмотр'Ьть и много помогалъ... Ахъ, какъ любилъ покойникъ объ амурахъ козировать '), ахъ, какъ любилъ!.. Бывало, пе токма у му^кчииъ, у дам'ь у ка;кдой до единой перссироситъ — кто съ к'Ьмъ «махается», какимъ в15еромъ, каю. и куда прелестная нимфа свой в1зеръ дерлгитъ '■'*)... Будь молодая, будь старая, въ д'Ьвкахъ сиди, •.'.амужъ выдь — ему все одно... Игуменью увидитъ — п ту раз- сироситъ, съ кФ,мъ и какъ... Бап8 1а Ьаи^с 80С1ё1ё всЛ. благо- ])Одныя интрижки зналъ до тонкости... Очень это было за- нятно Серг'Ью ЛГнхайлычу. «А радушный какой былъ, гостепрпкмныи. .11'Ьтпимъ всчер- комъ, бывало, выспавшись посл-Ь об'Ьда, пад1зцетъ б'Ьлый кам- *) Саияег. "'*) Махаться съ тьмь въ ХУП! стол. упот11сблялось вм'Ьсто пыпЬ- шияго волочиться .ш тьмъ. Лереводъ .ч'суоп^-ог — обмахиваться в11сром'ь. ]^'Ьеръ, какъ и мушки, прнл^илсниыя на лицо, 11Г11али важную роль въ во- локнтствахъ пашихъ прадЬдовъ и нрабабушекъ. Куда пр1[лФ.пле11а мушка, какъ п куда махнула красавица вЬсромъ — это была цЬлая иаука. Соч1шен1я П. Мельцикоиа. Т. I. |4 
— 210 — чатный шлафрокъ, зв'Ьзду къ нему пригапилитъ, кавалсрствен- ную ленту чере.ть плечо, да за ворота на улнцу и выйдстъ. Тамъ на лавочк:!;, чтО у калптки, усядется... И тросточка при немъ, никогда съ ней не разлучался, потому что на всяколъ м^ст'Ь приводилось поучить того, кто въ ум-Ь развязенъ '''). Самъ знаешь, топ соеиг, дураку и въ алтарЬ не велЬно спускать. «Идетъ, бывало, по улпц'1; кто-нибудь (1е 1а поЫе.'^^-с, проме- падъ, понимаешь ты, д'Ьлаетъ. Еш,е издали Сергею Михай- лычу решиектъ, иотомъ п]ляпу подъ мышку н подойдстъ къ нему. СергЫ! Михайлычъ весело, прпв'Ьтно комплиментъ ему ска5кетъ: « — • Здорово, собака!.. Сядсыъ рядкоыъ, потолку емъ ладкомъ. «Тотъ, разум'Ьется, къ ручкЬ, и рядышкомъ съ Серг'Ьсмъ Ми- хайлычемъ па лавочкЬ усядется... Самъ посуди, шоп р1а181Г, до кого пи доведпсь — всякому честь съ генераломъ бокъ-о- бокъ посид'Ьть!.. Хотя-бъ и не долгое время — а все-таки честь. Малочпновпые дворяне и недоросли нарочно по углам'ь улицы изъ своихъ холопей вершниковъ ставили — и только •Л вершники оавидятъ, бывало, СергЬя Михайлыча у кали- точки, тотчасъ сломя голову къ своимъ господамъ и скачугь. С'Ьлъ, дескать, Т^Ь въ перегонышки къ Тнхону-чудотворцу въ приходъ. За угломъ изъ каретъ выйдутъ да п1;шечкомъ, будто д.1я-ради променада, къ генера.^ьской калиточк-Ь и проби- раются... А другъ друга для того упреждали, чтобы прежде чиновныхъ посп'Ьть и хоть одпнъ бы момеитъ съ Сергеем'!, 1\1ихайлычемъ рядышкомъ посид'Ьть. Случалось, топ соеиг, что за угломъ-то п до кулаковъ д'Ьло доходило, потому что каж- дому :келательно было первому у СергЬя ДГихайлыча ручку поц'Ьловать. А на глазахъ у него браниться пс см1}ли: бы- вало, и тросточкой... «Кто сядетъ рядкомъ съ СергЬемъ Михайлычемъ, тому онъ, вынувши пзъ кармана табатерочку, понюхать поднесетъ. Гость возьметъ съ благодарностью понюшечку б10лэ. Въ паше время, топ р1§-еоппеаи, всЬлюди с1е 1а 8ос1ё1;ёбезпрем'Ьнпо нюхали; иной, ежели табакъ очень ул{ъ противенъ, 4дучп въ гости нарочно кружевную манишку п манжеты табакомъ посыиа.1ъ, а сидючи въ гостяхъ то и Д'Ьло, бывало, въ рукахъ табатерку вертитъ, чтобъ зазору отъ другихъ не принять — онъ-де не нюхаетъ... И дамы нюхали, е!: с1ето15е11е