ISSN 0042-8744
ВОПРОСЫ
ФИЛОСОФИИ
8
1987

АКАДЕМИЯ НАУК СССР
ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ
ВОПРОСЫ
ФИЛОСОФИИ
No8
НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
ИЗДАЕТСЯ С ИЮЛЯ 1947 ГОДА
ВЫХОДИТ ЕЖЕМЕСЯЧНО
1987
СОДЕРЖАНИЕ
Акту альные социально-философские проблемы современности
в свете решений XXVII съезда КПСС
Ю. Е . Волков — Развитиесоциалистического самоуправления народа
3
О. Н . Крутова — Человеческий фактор: социально-философский
аспект
17
К V III Международному конгрессу по логике, методологии
и философии науки
А. А. Ивин — Ценности ипонимание
31
Л. М. Косарева — Ценностные ориентации и развитие научного
знания
44
ДИСКУССИИ И ОБСУЖДЕНИЯ
Философия и жизнь (Материалы Совещания философской общест­
венности)
.
55
Ответы на анкету «Вопросов философии»
73
Социально-философские проблемы р азвития
социалистического общества
A. М. Мигранян — Взаимоотношения индивида, общества и государ­
ства в политической теории марксизма и проблемы демократи­
зации социалистического общества
75
Диалектика и современное научное познание
С. С. Гусев (Ленинград) — Активность человеческого сознания и
«искусственный интеллект»
92
Проблемы этической теории и нравственных отношений
B. Момов (НРБ) — Нравственный потенциал совершенствования со­
циализма
101
МОСКВА. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК КПСС «ПРАВДА». 1987.

ФИЛОСОФСКАЯ ПУБЛИЦИСТИКА
Социально-философские проблемы мира и прогресса
От редакции . .
110
Д. Павлов (НРБ)—О логике истории в ядерно-космическую эру 110
М. П. Капустин — Как обуздать Франкенштейна? (Философские
аспекты политики мира)
117
Историко-философские исследования и проблемы
Ф. X. Кессиди — Была ли у древних греков идея истории?
126
ФИЛОСОФСКИЕ ЗАМ ЕТКИ
И. Р . Мамед-заде, Н. С. Сафаров (Баку) — Диалектика соотношения
морали и нравов
134
ФИЛОСОФИЯ ЗА РУБЕЖОМ
О. В. Летов — «Историческое» направление в современной западной
философии науки
138
ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ ПОЧТЫ
Отклики читателей: мнения и обсуждения
А. П . Суханов (Новосибирск), Г. В. Самохин (Семипалатинск) —
Письма
145
НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
Л. А. Зеленов (Горький) — Философский клуб ГИСИ. Положение
о нем, Устав и Кодекс
148
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
К. В. Григорьев — К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин о социализме
и коммунизме .
.
.
152
Э. В. Тадевосян — Ц. А. Степанян. Диалектика становления комму­
нистической формации. Теоретико-методологические проблемы 154
Б. Т. Григорьян — С. В. Колесников, Б. И. Усанов. Справедливость
социализма . . .
.
.
.166
М. М. Беляев — А. В. Гулыга. Немецкая классическая философия 162
Т. И . Ойзерман — Так ли надо писать популярные книги по фило­
софии? (О некоторых положениях в книге А. В. Гулыги «Не­
мецкая классическая философия»)
165
Резюме на английском язы ке .
172
Содержание на английском, французском, немецком и испанском
языках
175
Наши авторы
176
© Издательство ЦК КПСС «Правда». «Вопросы философии», 1987.

АКТУАЛЬНЫЕ
СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОСТИ
В СВЕТЕ РЕШЕНИЙ XXVII СЪЕЗДА КПСС
Развитие
социалистического
самоуправления народа
Ю. Е . ВОЛКОВ
Определив задачи и пути дальнейшего развития политической систе­
мы советского общества, социалистической демократии в качестве состав­
ной части долговременной стратегической программы достижения каче­
ственно нового состояния нашего общества через ускорение социально-
экономического развития, XX VII съезд КПСС указал, что эти задачи
«требуют последовательного и неуклонного развития социалистического
самоуправления народа» 1.
Такая постановка проблемы отличается значительной новизной в срав­
нении с тем, как она формулировалась ранее в официальных документах,
и потому требует специального рассмотрения. Хотя если брать существо
дела, проблемы политической власти в нашем обществе всегда могли рас­
сматриваться в рамках идеи самоуправления народа.
Социалистическая демократия и самоуправление
Понятия «социалистическое самоуправление народа» и «социалистиче­
ская демократия» являются однопорядковыми и во многом даже совпа­
дающими по содержанию. Смысл социалистической демократии заклю­
чается, как известно, в том, что власть при социализме принадлежит
самому народу —трудящимся, руководимым рабочим классом, а не экс­
плуататорским меньшинством населения, как то имеет место в капитали­
стическом обществе. Но это же является главным и для содержания
социалистического самоуправления народа, исходя из смысла самого ис­
ходного понятия —самоуправления как такой системы, где люди (мы ог­
раничиваемся лишь общественными системами) являются одновременно
и объектом и субъектом управления. Власть трудящихся во главе с рабо­
чим классом и его революционной партией, возникающая с переходом к
социалистическому преобразованию общества, является с первых шагов
воплощением демократии высшего типа, поскольку это —власть подав­
ляющего большинства, становящаяся затем властью всего народа. В то
же время можно сказать, что по сути своей она является воплощением
самоуправления народа, так как управление делами общества представ­
ляет собой — если реальность соответствует принципам устройства социа­
листического общества, не подвержена существенным деформациям +
выражение интересов самих трудящихся.1
1
«Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза». М.,
1986, с. 55.
3

Сказанное отнюдь не противоречит такой сложившейся в большинстве
социалистических стран практике, когда управление делами общества в
важнейших своих аспектах выступает в государственной форме. Между
социалистической государственностью и идеей самоуправления нет какой-
то принципиальной несовместимости, к ак пытаю тся представить дело не­
которые зарубежные теоретики. В отличие от эксплуататорского госу­
дарства, которое яв ляется внешней по отношению к основной массе
населения, особенно к трудящимся, силой, орудием их принуждения
и подавления, социалистическое государство с самого своего возникнове­
ния выступает организацией самих трудящихся, а по мере завершения
строительства социализма становится организацией всего народа. Управ­
ление народа посредством самого народа—в этом и заключается смысл
идеи самоуправления2. Раскрывая подлинно демократическую сущность
советского строя как воплощение самоуправления народа, В. И. Ленин
обращал внимание на то, что трудящиеся здесь не знают над собой ни­
какой иной власти, кроме власти собственного объединения. Характери­
зуя суть Советской власти, В. И. Ленин и прямо пользовался понятием
самоуправления, говоря, что «в наших руках самоуправление государ­
ством» 3.
Однако при всем совпадении в основном, главном содержания поня­
тий «социалистическая демократия» и «социалистическое самоуправление
народа» второе вносит некоторый новый элемент в понимание демокра­
тии, конкретизирует ее суть. И это имеет отнюдь не абстрактно-академи­
ческое, а практически политическое значение. Методологической основой
правильного понимания этого служит идея В. И. Ленина о различии меж­
ду властью д л я трудящихся и властью, осуществляемой через с а ­
мих трудящихся.
Воплощением демократии высшего типа власть, устанавливающаяся с
переходом к строительству социализма (а следовательно, и вся форми­
рующаяся при этом политическая система), является всегда, в любом
случае, а характеризовать ее в качестве системы самоуправления при
определенных условиях можно лишь с некоторыми оговорками. Эта
власть является подлинно демократической потому, что смыслом ее дея­
тельности является исключительно благо народа, потому что она выра­
жает его коренные интересы. Такова ее суть, независимо от того, насколь­
ко широкие массы участвуют в ее практическом осуществлении; она яв­
ляется таковой, даже если в силу каких-то особых причин, как это было,
например, на Кубе, в течение некоторого периода не проводится выборов
органов власти. Вообще в любом случае, как показывает историче­
ская практика, на ранних этапах становления социализма власть трудя­
щихся выступает в основном в делегированной форме, т. е. осуществляет­
ся более или менее широким кругом представителей трудящихся масс.
И потому именно только в сущности, в главном, основном может квали­
фицироваться как самоуправление трудящихся. В полной же мере система
социалистического самоуправления предполагает их собственное, непо­
средственное участие в осуществлении функций власти и управления
всеми делами общества. Выдвигая еще накануне Великой Октябрь­
ской социалистической революции программу перехода «к настоящему
народному самоуправлению», В. И . Ленин раскрывал смысл последнего
именно как непосредственное участие самих масс в управлении4. И пос­
ле установления Советской власти В. И. Ленин постоянно раскрывал ее
суть как выражение самоуправления трудящихся, ссылаясь на то, что
она создает им возможность участвовать не только в голосованиях и в
выборах, но и в повседневном управлении.
2 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 17, с. 350.
3 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 35, с. 288.
4 См. Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 34, с. 316.
4

Охарактеризованная таким образом сущность системы управления
социалистическим обществом как самоуправление народа не сразу, не с
первых шагов становления нового строя в полной мере находит вопло­
щение в практике организации и функционирования этой системы. На
ранних стадиях становления социализма деятельность по управлению
общественными делами сосредоточивается главным образом в руках про­
фессиональных работников аппарата управления.
Это наряду с прочим таит в себе определенные возможности появле­
ния негативных отклонений в практическом функционировании различ­
ных звеньев политической системы: бюрократизма, отрыва органов
управления от масс, возникновения у отдельных групп работников аппа­
рата собственных интересов, отличных от интересов масс и даже проти­
воположных им. Путь борьбы против таких чуждых социализму явлений
и лежит через всемерное развитие начал самоуправления, т. е. вовлече ­
ние все более широких масс в повседневную работу по управлению дела­
ми общества. И Ленин в качестве одной из важнейших практических
задач выдвигал требование последовательно вести дело к тому, чтобы
Советская власть была не только властью для трудящихся, в интересах
трудящихся, но и осуществляемой самими трудящимися, что и означает
все более полное воплощение в ее функционировании начал самоуправ­
ления.
В свете тех задач глубокой перестройки всех сторон нашей жизни,
достижения качественно нового состояния советского общества, которые
выдвинула и начала решать в настоящее время Коммунистическая пар­
тия, становится очевидно, что начала подлинного самоуправления пока
еще в очень малой степени вошли в нашу политическую жизнь, что их
нужно существенно расширять и углублять. Проявлению этих начал
мешает излишний централизм, пронизывающий всю систему управления
обществом; недостатки правового регулирования, в результате чего мно­
гие вопросы, затрагивающие интересы масс, решаются не ими, а дей­
ствующими в довольно узком составе органами или даже вообще едино­
лично должностными лицами; слабая связь государственных органов с
массами; недостаток гласности; формализм в работе общественных орга­
низаций; недостаточная гарантированность их прав, а также гарантиро­
ванность беспрепятственной критики руководителей и т. д. В результате
широкое распространение получили такие враждебные нашему строю и
делу прогресса явления, как бюрократизм, нарушения законных прав и
интересов граждан и даже факты прямого произвола отдельных долж­
ностных лиц, преследование за критику и как результат —социально-по ­
литическая пассивность довольно широких масс населения.
Намеченный XXVII съездом КПСС курс на всемерное развитие со­
циалистического самоуправления народа и предусматривает преодоление
такого рода негативных явлений в нашей общественной жизни. Главный
смысл намеченного партией курса в этой области состоит, как указы­
вается в новой редакции Программы КПСС, во «все более полном осу­
ществлении социалистического самоуправления народа на основе актив­
ного и действенного участия трудящихся, их коллективов п организаций
в решении вопросов государственной и общественной ж изн и»5. Конкре­
тизируя пути дальнейшего развертывания глубокой перестройки в нашем
обществе, январский (1987 г.) Пленум ЦК КПСС особо подчеркнул зна­
чимость последовательного развития демократических форм, присущих
социализму, расширения самоуправления. Только на этой основе, указы­
валось на Пленуме, может быть обеспечено наше продвижение вперед
во всех сферах общественной жизни.
5
«Материалы XXVII съ езд а К ом муни стич ес кой партии Советского Союза'-,
с. 158.

Хотелось бы обратить внимание на то, что в партийных документах
главная задача в политической области формулируется с использованием
одновременно обоих понятий —развитие демократии и самоуправления.
В связи с этим нужно еще раз сказать, что содержание соответствую­
щих процессов в очень большой мере совпадает, но все же их совпаде­
ние не является полным. Поэтому и упомянутые понятия употребляются
как дополняющие друг друга. Развитие демократических форм —очень
важно. Но это не всегда еще означает углубление самоуправления.
Например, большим шагом вперед будет демократизация нашей избира­
тельной системы и избирательной практики, предоставление избирателям
возможности выбора нескольких кандидатур. Но в плане развития
самоуправления это само по себе может еще ничего не дать, если притом
не повысится роль представительных органов и самих граждан —изби­
рателей в практическом осуществлении управленческих функций. Или.
скажем, несомненным демократическим завоеванием является утвержде­
ние системы выборности руководителей на производстве. Но если при
этом все функции управления будут монополизированы таким избранным
руководителем, если он займет позицию, которая может быть выражена
словами одного из римских императоров — «Ваша воля была избрать
меня, а теперь вы в моей воле»,—понятно, что о самоуправлении нельзя
говорить. (Кстати, можно вспомнить , что председателей колхозов всегда
и раньше избирали, но до самоуправления зачастую дело так и не дохо­
дило, а произвол такого избираемого руководителя выходил за все мыс­
лимые пределы.)
Если попытаться изложить суть дела в самом сжатом виде, то можно
сказать, что самоуправление в обществе и в отдельных его структурных
образованиях, в социальных институтах любых видов предполагает нали­
чие двух сторон, двух систем отношений —внешней и внутренней.
Внешняя выражает известную автономность соответствующего социаль­
ного образования по отношению к располагающимся над ним ступеням
иерархической организации, элементарно необходимую для функциони­
рования данного образования в качестве самоуправляющегося. Внутрен­
няя сторона или система отношений заключается в непосредственном
участии людей, охватываемых данным социальным образованием, в управ­
лении его функционированием.
Усиление начал самоуправления в деятельности
Советов народных депутатов
Рассматривая основные направления реализации курса партии на
развитие социалистического самоуправления, прежде всего нужно крити­
чески проанализировать деятельность местных органов государственной
власти —Советов народных депутатов и высказать соображения по уси­
лению в ней начал самоуправления. В масштабах возглавляемых этими
Советами звеньев общественного организма решается или в принципе
может р еш аться большинство хозяйственно-экономических , социальных и
культурных проблем жизни общества и его граждан, и именно в этих
масштабах последние могут наиболее регулярно и действенно участво­
вать в управлении самыми разнообразными общественными процессами,
притом даже в решении многих оперативных вопросов. Но если эти
процессы управляются преимущественно централизованно, тем самым
ставятся сильные препоны на пути самоуправления. Следовательно, для
его развития в государственном механизме прежде всего требуется предо­
ставление максимально широких прав местным органам власти.
В настоящее время низовым звеньям советской системы уже предо­
ставлены весьма широкие права по решению самых разнообразных во­
просов жизнеобеспечения населения. Однако думается, что следует и
права их расширять дальше, а главное —создать более действенные га­
6

рантии их реализации. Так, Советы не могут должным образом осуществ­
лять свои функции по развитию социальной инфраструктуры на своих
территориях, поскольку не располагают необходимыми материальными
средствами. Ассигнования на капитальное строительство распределяются
по отраслям, и ведомства стремятся их использовать лишь на возведение
производственных объектов и в лучшем случае еще жилья, чтобы было
куда селить работников. Н а такие же необходимые элементы жизнеобес­
печения, как детские дошкольные учреждения, магазины, предприятия
бытового обслуживания и общественного питания, на благоустройство
населенных пунктов и т. д. средств выделяется зачастую явно недоста­
точно, да и подрядные организации для этих целей найти непросто.
В результате местным Советам, которые обязаны заниматься решением
этих вопросов, приходится выступать в роли просителей и далеко не
всегда успешно. Так. сравнительно недавно мы могли быть свидетелями
громадных трудностей в плане жизнеобеспечения жителей, с которыми
столкнулся новый город —порт Ильичевск. Очень тяжелое положение с
развитием социальной инфраструктуры испытывают сейчас города, раз­
вивающиеся в бурно осваиваемых районах нефтегазовых месторождений
Западной Сибири —Сургут, Новый Уренгой и др. Это только некоторые
яркие примеры. А в общем местные Советы везде оказываются в таком
бесправном положении перед предприятиями и центральными отраслевы­
ми органами управления. Ясно, что такое положение противоречит не
только целям социальной политики, но и .идее самоуправления. Видимо,
было бы правильнее, чтобы центральные ведомства, управляющие произ­
водственными отраслями, и сами предприятия отчисляли строго фиксиро­
ванную и достаточную долю средств местным Советам, на чьей террито­
рии расположены соответствующие предприятия, на удовлетворение со­
циально-бытовых потребностей населения. В особенности это касается
тех случаев, когда происходит новое производственное строительство, но
и отчисления от действующих предприятий тоже должны быть значи­
тельно большими, чем теперь. И при формировании планов строительных
организаций должна резервироваться определенная часть для заказов
местных Советов.
Не всегда местные Советы могут фактически реализовать многие свои
права во взаимоотношениях с предприятиями и организациями
вышестоящего подчинения. Хотя законом предусмотрено, что решения
местных органов власти обязательны для всех расположенных на их тер­
риториях предприятий и организаций, но что фактически может сделать
поселковый или даже районный, городской Совет, если строптивый руко­
водитель какой-либо из этих организаций откажется выполнять его реше­
ние? У многих из таких руководителей и сил больше, чем у местного
Совета, они имеют большой вес в вышестоящих органах. Вот и полу­
чается нередко, что орган местного самоуправления оказывается бессиль­
ным. Правда, он имеет право входить с представлениями о наложении
дисциплинарных взысканий на таких руководителей в органы, которым
последние подчиняются. Но зачастую сила и вес этих руководителей
настолько велики, что руководство Совета просто не р еш ается пойти на
такой шаг. Видимо, более надежным стал бы порядок, при котором
Совет не просто имел бы право обращ аться с представлением в отмечен­
ных выше случаях, а был бы обязан это делать.
Расширение прав и повышение роли местных Советов —важная
предпосылка развития самоуправления, но это только именно предпосыл­
ка. Она реализуется, если осуществление расширяющихся прав местных
Советов становится делом все более широких масс самих граждан. Пока
это зачастую происходит далеко не так. Подавляющее большинство во­
просов, которые относятся к компетенции Советов, решаются не ими как
коллегиальными представительными органами, но довольно узким по со­
ставу исполнительным комитетом, а иногда и более того, вообще келей­
7

но — работниками аппарата, а то и единолично должностными лицами.
И даже общественный контроль за последними не осуществляется долж­
ным образом. Тем самым оказываются неиспользуемыми замечательные
возможности по вовлечению трудящихся в систему социалистического
самоуправления.
Думается, что задачи развития, углубления социалистического само­
управления требуют, чтобы все принципиальные вопросы, касающиеся
удовлетворения потребностей и запросов насел ения, реш ались бы именно*
Советом как представительным органом на его сессиях или, в крайнем
случае, его постоянными комиссиями. А профессиональные работники
управления, занятые в его аппарате, выполняли бы именно исполнитель­
ские функции, организовывали выполнение решений органа народно­
го представительства.
Очень большое значение для утверждения таких начал в государ­
ственном управлении и для перспектив развития социалистического
самоуправления имеет наметившаяся в настоящее время тенденция к
резкому повышению роли выборных партийных органов и их членов в
выполнении функций партийного руководства при соответствующем огра­
ничении роли всесильного в прошлом штатного аппарата и сокращении
его численности. Как известно, недавно на таких началах была проведе­
на основательная реорганизация в нескольких райкомах партии Москвы:
ликвидированы отделы, аппарат райкома теперь состоит из руководите-
лей-секретарей и инструкторов, одновременно взята ориентация на тог
чтобы активной повседневной деятельностью занимались члены соот­
ветствующих выборных партийных комитетов. По подобной моде­
ли может и, думается, должна перестраиваться деятельность и
местных Советов. Лучший опыт уже и раньше порождал в ряде случаев
такие начинания, когда постоянные комиссии Советов принимали на себя
функции управления отдельными сферами местного хозяйства. Напри­
мер, в Мурманске в течение многих лет таким образом осуществлялось
руководство работой городского транспорта. Такая система при наличии
небольшого числа штатных инструкторов и при решении всех принци­
пиальных вопросов на общих собраниях депутатов — сессиях Советов —
могла бы постепенно утвердиться в качестве всеобщей, воплощая в себя
начала самоуправления. Но, чтобы это стало возможно, необходимо реа­
лизовать следующие две предпосылки. Во-первых, в структуре управлен­
ческой деятельности государственных органов необходимо резко умень­
шить удельный вес оперативно-управленческих акций, которые и требуют
большего штатного аппар ата (и таят особенно большие возможности для
бюрократического произвола и всяческих злоупотреблений); сосредоточить
внимание на системно-нормативном регулировании общественных про­
цессов, при котором главную роль играют акты, принимаемые колле­
гиально, устанавливающие порядок решения многого числа однотипных
проблемных ситуаций. Такие акты могут приниматься народными пред­
ставителями, а на долю штатных работников аппарата при этом остаются
именно исполнительские функции. Опираясь на такой методологический
подход, было бы полезно провести конкретные исследования —структур­
но-функциональный анализ управленческой деятельности местных Сове­
тов, чтобы выработать конкретные рекомендации по ее совершенствова­
нию на началах самоуправления. Во-вторых, важно, чтобы в качестве
депутатов избирались люди, способные и имеющие время заниматься
регулярно управленческой деятельностью, чтобы на депутатский мандат
перестали смотреть просто как на «почетную обязанность» .
Реализация принципа самоуправления требует не только повышения
роли органов народного представительства, но и обеспечения поряд­
ка, при котором вопросы, относящиеся к компетенции Советов и затра­
гивающие жизненные потребности населения, решались бы при непосред­
ственном участии самих граждан. Вполне возможно, чтобы вся программа
8

гюггельности того или иного Совета и даже отдельные наиболее важные
акции разрабатывались бы при участии всего населения. А это, как
нетрудно видеть, и есть не что иное, как развитие самоуправления
народа.
Такой порядок вполне можно утвердить, если в полную меру исполь-
т:зать уже выработанные практикой формы работы Советов, обеспечи­
вающие их связь с населением, формы, которые позволяют гражданам
н:нтролировать и направлять работу государственных органов и тем
:амым непосредственно включаться в управление делами общества.
Имеются в виду такие формы, ка к отчеты депутатов, исполкомов Сове­
тов. их отделов и управлений перед трудовыми коллективами и на соб­
раниях граждан по месту жительства, наказы избирателей своим депу­
татам, которые во многом определяют деятельность Советов и исполни­
тельно-распорядительных органов. К сожалению, пока многие звенья
этого механизма функционируют формально и потому не обеспечивают
развития подлинного самоуправления. Так, отчеты депутатов и органов
управления нередко проводятся на весьма малочисленных собраниях
я без должного обсуждения. Более содержательной, не сводящейся
к мелочным вопросам должна становиться и практика наказов избира­
телей.
Развитию самоуправления способствует такая практика многих мест­
ных партийных и государственных органов, когда они выносят на широ­
кие обсуждения намечаемые планы и мероприятия, когда местные Сове­
ты публикуют в печати проекты своих планов, решений предстоящих
сессий, проводят обсуждения этих проектов в трудовых коллективах и
по месту жительства населения, собирают замечания и предложения по
ним, проводят социологические опросы в целях выявления потребностей,
нужд граждан, их мнений, оценок, касающихся различных сторон дея­
тельности местных государственных и хозяйственных органов. Думается,
что одна из самых актуальных задач сейчас —добиться широкого внед­
рения в практику накопленного в этой области передового опыта.
Использование таких механизмов и может обеспечить выполнение со­
держащейся в новой редакции Программы КПСС установки о расшире­
нии круга вопросов, решения по которым будут приниматься только
после обсуждения в трудовых коллективах, в постоянных комиссиях
Советов, в профсоюзных, комсомольских и других общественных органи­
зациях.
Расширение прав и повышение роли местных Советов отнюдь не
означает какой-либо недооценки централизованного государственного
руководства. Многие жизненно важные для нашего общества проблемы
могут решаться только централизованно. Но и в функционировании этого
централизованного механизма тоже могут и должны находить все боль­
шее воплощение начала социалистического самоуправления народа.
Главным образом они проявляются во всенародных обсуждениях законо­
проектов и проектов других документов, определяющих стратегию разви­
тия советского общества. Такие обсуждения уже вошли в практику,
и, конечно, целесообразно дальше расширять и углублять такую практи­
ку, в частности, использовать не только широкие обсуждения, но и все­
народные голосования.
Думается, что для развития начал самоуправления во всех звеньях
советского государственного механизма —и в деятельности местных
Советов, и при принятии актов общегосударственного значения —было
бы очень важно выдвигать на обсуждение депутатов и населения, как
правило, не один проект того или иного решения, а несколько альтер­
нативных вариантов. При такой практике открывалась бы возможность
лучше взвесить плюсы и минусы каждого из таких вариантов, обеспе­
чить большую активность обсуждения и оптимальность принимаемого
решения.
9

Развитие самоуправления на производстве
Все большую роль в социальной и политической жизни советского
общества играют трудовые коллективы. Управление общественным про­
изводством является при социализме делом не только экономическим, но
и политическим, самой интересной дл я нас политикой, по известной
оценке В. И. Ленина; следовательно, выступает одним из основных на­
правлений функционирования политической системы нашего общества.
Трудовые коллективы решают и многие социальные проблемы.
Поэтому ясно, что углубление в них начал самоуправления, т. е. обеспе­
чение все более широкого и действенного участия трудящихся в управ­
лении производством и социальными процессами,— одно из важнейших
направлений развития всей системы социалистического самоуправле­
ния народа.
Практика социалистического строительства выработала целый ряд
организационных форм, позволяющих трудящимся участвовать в управ­
лении производством и социальными процессами в своих коллективах.
Эти формы уже многократно и достаточно подробно раскрыты в литера­
туре, так что вряд ли нужно еще раз останавливаться на них. Гораздо
важнее обратить внимание на то, что пока еще уровень участия трудя­
щихся в управлении производственными и социальными делами на пред­
приятиях не может нас удовлетворить. В партийных документах послед­
него времени обосновывается необходимость улучшить всю работу по
развитию демократических начал в управлении производством, следова­
тельно, и по привлечению трудящихся к соответствующей деятельности,
на качественно новый уровень.
Действительно, если проанализировать практику с позиций такого
честного и реалистического подхода, нельзя не признать, что собрания,
производственные совещания и другие институты самоуправления в тру­
довых коллективах, призванные играть решающую роль в выражении их
воли, нередко функционируют формально, обсуждают вопросы, не затра­
гивающие коренных интересов трудящихся, а то и вообще не требующих
коллективного обсуждения. В то же время вопросы, по-настоящему важ­
ные для коллектива, зачастую решаются без его участия, узким кругом
специалистов, руководством предприятия (объединения) или его подраз­
деления, или даже на более высоких уро внях системы хозяйственного
управления. Именно так до последнего времени обычно разрабатывались
и «доводились» до предприятий и объединений планы их производствен­
ной деятельности, вносились изменения в эти планы, решались вопросы
реконструкции и обновления технической базы, вопросы нормирования
и оплаты труда, использования поощрительных фондов, образуемых
из прибыли предприятия (объединения), и многие другие. Понятно, что
такая практика снижает заинтересованность трудящихся в обсуждении
и решении даже тех вопросов, которые выносятся на собрания и произ­
водственные совещания. Тем более что нередко и по таким вопросам —
а это еще один серьезный и типичный недостаток сложившейся в про­
шлом практики —действенность принимаемых решений оказывается
весьма невысокой.
Недостаточная заинтересованность трудящихся в том, чтобы актив­
нее участвовать в работе собраний и других институтов непосредствен­
ной демократии наряду с указанной выше причиной вызывается и
тем, что р езу льтаты общей производственно-хозяйственной деятельности
предприятия, цеха и т. п. довольно слабо влияют на уровень их мате­
риального благосостояния. Нетрудно понять, что если есть прямая и
очень подвижная связь между общими результатами работы коллектива
и величиной получаемого заработка и всех других материальных благ
(объема получаемого коллективом жилья, детских и других социально-
бытовых учреждений, улучшением условий труда и т. д .), т. е. если
30

люди знают, что всего этого они получат больше при повышении эффек­
тивности производственно-хозяйственной деятельности, они, естественно,
будут активнее искать пути повышения этой эффективности, т. е. вклю ­
чаться в процесс управления. Однако сложившийся в прошлом хозяй­
ственный механизм в достаточной степени такой связи не обеспечивал и
потому не мог быть надежной экономической базой развития самоуправ­
ления в коллективах.
В силу тех же* отмеченных нами причин, недостатков в организатор­
ской и воспитательной работе зачастую не в полную силу, а то и просто
формально в ряде коллективов функционируют общественные органы на­
родного контроля, организации НТО и ВОИР, различные самодеятельные
объединения трудящихся, а также и профсоюзные организации, профко­
мы и другие выборные профсоюзные органы. Еще одна серьезная причи-
па недостатков в работе общественных формирований, мешающая им
эффективно развивать управленческую активность трудящихся,— отсут­
ствие четкого «разделения труда», неопределенность задач и функций,
в результате чего одним и тем же делом занимаются разные организа­
ции, возникает взаимное дублирование и параллелизм в работе, а потому
ни одна из них в полной мере не отвечает за какое-то определенное на­
правление, за решение определенного кр уга вопросов. Поэтому порой
получается, что вроде бы все чем-то занимаются, а вместо реальной
работы оказы вается суета и видимость деловитости.
Сказанное позволяет понять основные проблемы, которые необходимо
- решать для обеспечения более активного участия трудящихся в управле­
нии предприятиями, для развития здесь подлинного самоуправления.
Представляется, что на современном этапе самая главная предпосыл­
ка успешного развития рассматриваемого процесса —преодоление утвер­
дившегося в прошлом чрезмерного централизма, существенное расшире­
ние хозяйственной самостоятельности предприятий и объединений при
изменении характера централизованного руководства. Понятно, что, если
права предприятия ограничены, если важнейшие вопросы его деятель­
ности решаются «наверху», возможности для участия членов трудовых
коллективов оказываются, мягко говоря, весьма скромными. Но расшире­
ние самостоятельности предприятий и объединений может дать обще­
ственно полезный экономический и социальный эффект, в частности
придать верную направленность управленческой активности трудящихся,
только при наличии экономического механизма, обеспечивающего тесную
связь материальных интересов общества, трудового коллектива и каждого
труженика. Такой механизм может быть создан на основе подлинного,
а не формально-учетного (каким он был до сих пор) хозрасчета. Поэто­
му требуется не просто расширение прав предприятий и объединений,
но одновременно внедрение полного хозрасчета, перевод пр едпр иятий и
объединений на самофинансирование и самоокупаемость и установление
на этой основе самой тесной связи м ежду эффективностью работы любо­
го трудового коллектива и величиной тех благ, которые получает он как
целое и каждый из его членов. Как отмечалось на XXVII съезде КПСС,
«именно такие экономические условия будут неотвратимо требовать от
предприятий и объединений максимального использования производ­
ственного потенциала, достижений науки и техники, всемерной экономии
ресурсов, заставят гибко и своевременно реагировать на запросы потре­
бителей» 6. Но это и означает, что трудящиеся будут активнее вклю­
чаться в поиск путей повышения эффективности коллективной работы,
т. е. в управление предприятиями.
Опыт последних лет убедительно свидетельствует, что как только то
или иное предприятие, объединение или даже отдельный первичный
6
«Материалы XXVII съ езд а Комму нисти ч еской партии Советского Союза»,
с. 251.
11

трудовой коллектив переходит на новые условия хозяйствования, когда
расширяются его права и создается большая заинтересованность в улуч­
шении результатов производственно-хозяйственной деятельности и боль­
шая ответственность за эти результаты, сразу же существенно повышает­
ся активность трудящихся в поиске путей повышения эффективности
работы, они активнее включаются в управленческую деятельность. И это-
при том, что даже в самых лучших случаях предприятиям (объедине­
ниям) предоставлялась пока еще далеко не полная самостоятельность и
они функционируют далеко не на полном хозрасчете. Можно с уве­
ренностью сказать, что когда эти начала будут реализованы в полной
мере, это приведет к гораздо большему подъему активности участия тру­
дящихся в управлении, т. е. развитию самоуправления в коллективах.
В этой связи необходимо подчеркнуть, что если мы хотим резко=
усиливать активность участия трудящихся в поисках путей повышения
эффективности работы своих предприятий, то это может быть достигну­
то только при условии, что значительно повысится их роль и в решении
вопросов использования тех материальных средств, которые остаются в
распоряжении коллектива. Именно на этой основе будет развиваться
дальше то чувство хозяина производства у трудящихся, которое может
побуждать их активно бороться за улучшение показателей работы своих
коллективов.
Расширение прав коллективов и усиление их экономической заинтере­
сованности в результатах общего труда —важные предпосылки повыше­
ния управленческой активности трудящихся. Но они должны подкреп­
ляться и большой организаторской работой в трудовых коллективах,
т. е. созданием необходимых организационных условий, при которых
только и может должным образом развиваться активность трудящихся.
Между тем, пока еще серьезные недоработки организационного характе­
ра мешают включению рабочих и служащих в управление, воспитанию
у них чувства полноправных хозяев производства. Требуется и суще­
ственное совершенствование правового регулирования, которое надежно'
гарантировало бы права трудящихся и трудового коллектива как таково­
го в решении важнейших проблем производственной и социальной жиз­
ни, затрагивающих интересы людей. Не секрет, что сейчас вполне могут
возникать и действительно возникают ситуации, при которых многие из
таких проблем на предприятиях решаются без участия коллектива или
даже вопреки интересам трудящихся.
Принятый в 1983 г. Закон о трудовых коллективах определил очень
широкий круг прав коллектива, широкий круг вопросов, которые решают­
ся только при его участии, по которым требуется его согласие, одобре­
ние и т. д. Но гарантий этих прав не было разработано, поэтому
существенных сдвигов в развитии
самоуправления
практически
не произошло: творческая инициатива и самостоятельность трудовых кол­
лективов оказались в значительной степени нереализованными.
Сейчас положение меняется. Мощным стимулом для проявления ини­
циативы и самодеятельности трудящихся становится действительный пе­
реход трудовых коллективов к самоуправлению, при котором они само­
стоятельно решают все вопросы внутренней организации производства,
вплоть до избрания руководителей.
При разработке проекта Закона о государственном предприятии (объ­
единении) была взята ясная ориентация на существенное упрочение пра­
вовых основ социалистического самоуправления на производстве. В ходе
его всенародного обсуждения настойчиво высказывалось требование не
отступать под давлением стереотипных представлений, не допускать, что­
бы новый Закон, как это нередко бывало прежде, был обставлен часто­
колом многочисленных инструкций, которые могут существенно ограни­
чить эффективность его использования.
Совершенствование правового регулирования в этой области направ­
12

лено на то, чтобы обеспечить право трудового коллектива вырабатывать
важнейшие решения и контролировать их исполнение, законодательно
установить систему выборности руководителей, закрепить широкий круг
полномочий общего собрания (конференции) как основной формы осу­
ществления полномочий трудового коллектива, права и функции совета
коллектива. Однако на подготовительных стадиях разработки Закона о
государственном предприятии многие вопросы не были должным образом
отрегулированы.
В особенности развитие самоуправления на производстве требует чет­
кого законодательного определения, по каким вопросам совет трудового
коллектива —один или совместно с кем-то
—может
принимать обязатель­
ные решения. Вообще говоря, требуется очень тщательно разработать и
ввести в действие эффективный механизм самоуправления в трудовых
(коллективах. И его утверждение будет одним из важнейших средств, по­
зволяющих направлять в нужное русло и интенсифицировать процесс раз­
вития социально-политической активности масс.
Требуется обеспечивать широкую гласность, информированность лю­
дей о всех сторонах производственно-хозяйственной деятельности и со­
циальной жизни коллектива. Даже располагая широкими правами и бу­
дучи объективно достаточно сильно заинтересованными в улучшении
производственно-хозяйственной деятельности своего коллектива, трудя­
щиеся мало что могут сделать для повышения ее эффективности, если
как следует не знают реального состояния соответствующей деятель­
ности, ее итогов, перспектив, намеченных планов, а также не знают,
какими путями можно повышать производительность труда, эффектив­
ность производства и т. д. Многочисленные наблюдения и социологиче­
ские исследования свидетельствуют, что зачастую широкие массы в тру­
довых коллективах проявляют полную или почти полную неосведомлен­
ность по этим вопросам. Не знают люди и как расходуются средства,
заработанные их трудом и оставляемые по действующему порядку в рас­
поряжении коллектива для удовлетворения его социальных нужд.
Постоянно сообщается в печати о фактах келейного решения вопросов
распределения жилья и других затрагивающих интересы коллективов
проблем. Какое же при таком «порядке» может быть участие масс в
управлении? Нередко трудящиеся не знают даже, за какие показатели
и в каком размере они получают дополнительные материальные поощре­
ни я и даже систему формирования их основной заработной платы.
Так, социологи Дальневосточного филиала НИИ труда (руководитель
Е. А. Антонова) выяснили, что даже среди рабочих, оплачиваемых по
такой простой системе, как повременная, более 80% не обладают необ­
ходимой информацией, позволяющей им точно рассчитать свою зарплату;
только каждый четвертый из всех опрошенных смог перечислить все по­
казатели, за которые начисляется премия, и условия, позволяющие полу­
чить ее в полном объеме. Каждый десятый утверждал, что вообще ни­
каких премий не получает, считая получаемые в действительности пре­
мии (и порой немалые) просто частью зарплаты. На швейной фабрике,
где за год до проведения исследования была введена довольно тщатель­
ная разработанная система премирования, большинство работниц совер­
шенно добросовестно уверяли, что никаких премий они не получают.
Не приводя остальных данных этого интересного исследования (как и
многих других, выявляющих подобные факты), можно с тревогой отме­
тить, что очень многие трудящиеся не имеют необходимой информации
даже по тем элементам системы управления, которые должны стимули­
ровать развитие их заинтересованности, улучшать результаты собствен­
ного и коллективного труда и включаться в управленческую деятель­
ность.
Таким образом, одна из самых первоочередных задач, стоящих ныне
перед социальным управлением в трудовых коллективах,—создать по­
13

всюду стройную и эффективную систему информации трудящихся по
всем важным для развития их активности экономическим и социальным
проблемам.
Другое, может быть, еще более важное организационное условие раз­
вития управленческой активности трудящихся заключается в создании
в каждом коллективе такой обстановки, чтобы все затрагивающие его»
интересы вопросы решались на основе их широкого обсуждения и с м ак-
симальным учетом мнений трудящихся. Как только люди начинают чув­
ствовать, что в процессе управления к ним действительно проявляется'
отношение как к полноправным хозяевам производства, активность
их участия в соответствующей деятельности необычайно возрастает. Все-
это особенно рельефно проявляется в повышении роли собраний коллек­
тива. Бригадир слесарей-сборщиков одесского завода «Стройгидравлика»*
делегат XXVII съезда КПСС А. Якименко рассказывал 7, что еще срав­
нительно недавно на их заводе рабочие собрания зачастую не оказывали
существенного влияния на управление делами предприятия. А теперь,
после того как профсоюзный комитет провел работу по коренному улуч­
шению практики проведения собраний и реализации принимаемых ими
решений, можно, по словам А. Якименко, не боясь преувеличения, ска­
зать, что каж ды й работник завода стал высоко оценивать роль собраний*
«признает за ним право законодателя коллективной жизни».
Пока еще участие трудящихся в управлении является слабым. Тре­
буется пройти довольно большой путь, чтобы все научились и привыкли
в полной мере реализовать свое право на участие в управлении произ­
водством, чтобы участие трудящихся в управлении стало по-настоящему
массовым, регулярным и действенным. Большие возможности для этого»
открывают установки, данные XXVII съездом партии: о последователь­
ном расширении круга проблем, по которым окончательными были бы
решения, принимаемые трудовыми коллективами, о повышении роли*
собраний рабочих и служащих и ответственности за выполнение их ре­
шений, о создании советов трудовых коллективов. Важным и неотъемле­
мым элементом развивающейся системы самоуправления на производстве*
становится и утверждающаяся практика выборности хозяйственных
руководителей, но при том условии, если она органически сочетается с
усиливаю щимся контролем трудовых коллективов за деятельностью своих
руководителей и непосредственным участием широких масс трудящихся,
в осуществлении управленческих функций.
*
*
Номер журнала с настоящей статьей находился уже в производстве*,
когда состоялся июньский Пленум ЦК КПСС, наметивший проведение^
глубочайших преобразований в системе управления нашим народным
хозяйством и обществом в целом, а на прошедшей вслед за этим седьмой
сессии Верховного Совета СССР установки Пленума ЦК, нового стратеги­
ческого курса партии были воплощены в законодательные акты, цент­
ральное место среди которых занимает Закон о государственном предпри­
ятии (объединении). Намеченные этими решениями преобразования в;
качестве одной из важнейш их «составляющих» включают последователь­
ное развитие социалистического самоуправления. «Наши люди,—говорил-
М. С. Горбачев в докладе на Пленуме ЦК КПСС,—не хотят больше ми­
риться с тем, чтобы помимо них кем бы то ни было решались вопросы,,
затрагивающие их интересы» 8. И в принятом Центральным Комитетом,
7 См. «Труд», 24.1.1986.
8 «Материалы П л ену ма Центр ального К ом итет а КПСС, 25—26 июня 1987 г.». .
М., 1987, с. 33.
14

постановлении было записано: «Пленум считает необходимым еще с боль­
шей активностью и последовательностью проводить линию на демократи­
зацию советского общества» 9.
Наиболее детально и последовательно определена «архитектоника»
механизма самоуправления применительно к трудовым производственным
коллективам. Одна из самых главных установок Основных положений ко­
ренной перестройки управления экономикой заключается в том, чтобы
«осуществить переход к самоуправлению трудового коллектива». В Законе
о государственном предприятии указывается, что трудовой коллектив,
являясь полноправным хозяином на предприятии, самостоятельно решает
все вопросы производственного и социального развития (ст. 2, п. 3), что
предприятие вправе по собственной инициативе принимать все решения,
если они не противоречат действующему законодательству (ст. 2, п. 5);
а в разделе II Закона содержатся конкретные и очень подробные нормы,
определяющие организацию и функционирование самоуправления в тру­
довом коллективе.
Пути решения ряда проблем, касающихся углубления самоуправле­
ния, по которым в данной статье высказывались лишь соображения и
предложения, теперь уже определены в директивных документах и зако­
нодательных актах. Самое главное — установлено, что предприятия, про­
изводственные коллективы будут теперь функционировать на началах
настоящей хозяйственной самостоятельности и полного хозрасчета с уста­
новлением прямой зависимости уровня доходов коллектива от эффектив­
ности его работы. А именно это рассматривается в статье как единственно
возможная объективная основа самоуправления в сфере общественного
производства. Однако принятие даже далеко идущих решений не озна­
чает, что проблемы, о которых идет речь в статье, уж е могут быть сняты
с дальнейшего обсуждения. Положено лишь начало, и потребуется еще
немало поиска как для отработки самого «механизма сцепления» интере­
сов работников с повышением эффективности деятельности предприятия
на основе полного хозрасчета, так и для приведения в действие соответст­
вующих социально-экономических факторов в целях обеспечения актив­
ного функционирования системы самоуправления. Не исключено, что по ­
требуется еще вести немалую борьбу и за обеспечение реальной само­
стоятельности предприятий от неистребимой до сих пор «экспансии» ми­
нистерств и других центральных органов. Есть серьезные опасения (опи­
рающиеся уже на некоторые реальные тенденции), что рецидивы пороч­
ного командно-приказного метода управления предприятиями, директив­
ного планирования сверху будут проявляться под видом размещения
государственных заказов или злоупотребления системой контрольных
цифр и т. д. Так что весь сравнительно долгий процесс внедрения нового
хозяйственного механизма потребует проведения постоянного научного
анализа порождаемых им противоречий и хода их разрешения, в частно­
сти, под углом зрения того, как это способствует или препятствует разви­
тию подлинного самоуправления на производстве.
Не могут считаться исчерпанными для научного обсуждения и про­
блемы правового обеспечения системы самоуправления. В Законе о госу­
дарственном предприятии (объединении) права органов самоуправления
трудового коллектива определены гораздо более четко и последовательно,
чем это предусматривалось в проекте Закона. Но и теперь еще многое
представляется должным образом не отрегулированным. Например, не
ясно, кто должен принимать решения по установлению фонда зарплаты
по отдельным категориям работников или по сокращению численности
управленческого персонала (что в ст. 14, п. 4 отнесено к компетенции
предприятия). Такие решения вполне могли бы быть отнесены к функ­
циям органов самоуправления. Или, скажем,. Законом устанавливается,
9Там же, с.78.
15

что по результатам аттестации руководящих работников и специалистов
руководитель предприятия принимает решение о повышении или пони­
жении работников и т. д. (ст. 8, п. 4). Между тем думается, что принятие
таких решений могло бы быть делом совета трудового коллектива, и ка ­
кую-то роль здесь должен играть профком.
Не увеличивая число таких примеров, можно сказать, в целом, что в
развитие основных положений Закона было бы целесообразно разрабо­
тать еще ряд нормативных актов для создания прочной правовой основы
социалистического самоуправления.
Что касается развития начал самоуправления в механизме собственно
государственной власти, здесь тоже осуществлены новые меры —как
решениями июньского Пленума ЦК КПСС, так и благодаря принятию
Верховным Советом СССР законов о всенародном обсуждении важны х
вопросов общественной жизни и о порядке обжалования в суд неправо­
мерных действий должностных лиц, ущемляющих права граждан. Однако
и в этой области потребуется еще немало мер как законодательного, так
и практического, организационного х ар актера, чтобы обеспечить в полной
мере утверждение самоуправления народа. В частности, по-прежнему
остаются требующими обсуждения и реш ения те практические проблемы,
которые названы и в настоящей статье.
Впереди нас ждет исключительно важное событие —Всесоюзная пар­
тийная конференция, где, как известно, будет обсуждаться вопрос о ме­
рах по дальнейшей демократизации жизни партии и общества. Резкая
активизация научных исследований — как общетеоретических, так и при­
кладных —проблем самоуправления была бы, несомненно, весьма полез­
ной для определения путей и конкретных мер, посредством которых мо­
жет успешно пойти обновление этой сферы нашей социалистической
действительности.

Человеческий фактор:
социально-философский
аспект
О. Н . КРУТОВА
В настоящий момент к проблеме активизации человеческого фактора
наметилось два подхода, каждый из которых опирается на особую ин­
терпретацию понятия «человеческий фактор».
Согласно первой интерпретации, это понятие обозначает человека в
качестве работника, производительной силы, условия непосредственного
производства, фиксирует функциональную деятельность людей в конк­
ретных областях человеческой жизни, прежде всего —в экономической
сфере («человеческий фактор экономики») . Слагаемыми человеческого
фактора исследователи считают: 1) уровень профессиональной и общей
подготовки человека, 2) уровень квалификации рабочей силы, 3) соци­
альную активность, 4) производственную инициативу, 5) гражданскую
ответственность, 6) состояние здоровья, физическую подготовку работ­
ника \ С помощью такого понимания человеческого фактора осуществ­
ляется анализ, который можно считать экономико-социологическим.
Здесь обсуждаются пути активизации и оптимизации деятельности чело­
века преимущественно в производственном процессе, исследуются зако­
номерности прежде всего экономического поведения личности.
Нет никакого сомнения, что в центре внимания при этом подходе
оказываются действительно злободневные, острые вопросы и задачи, что
речь идет о сферах, где накопилось много нерешенных проблем и оши­
бок. « Прицельный» , целеустремленный анализ данной тематики, несом­
ненно, необходим. Как справедливо отметила Т. И. Заславская, перест­
ройка невозможна без всемерной помощи социологии 12. Однако, думает­
ся, данный подход (к данная интерпретация понятия «человеческий
фактор»), безусловно, имеющий свою сферу применения, претендовать
на абсолютное значение не может, так как в чем-то он ограничен.
Как это свойственно любой специальной общественной науке, в рам­
ках данного подхода изучаются частные структуры человеческой дея­
тельности, а различные аспекты действительности рассматриваются с
точки зрения оптимизации этих структур. Человеческая деятельность в
ее всеобщих фундаментальных определениях не попадает в поле зрения
и, следовательно, не улавливается фундаментальное содержание задачи
активизировать человеческий фактор. В рамках данного подхода (и это
также определено уровнем анализа в специальной общественной науке)
подлинно субъектные определения личности не улавливаются. Челове-
1 См. С и з е м с к а я И. Н. О возрастании роли человеческого фактора в разви­
тии социал истиче ского производства . Целос тность чел овека в сис теме деятель нос ти,
с ознания и общения. М., 1985, с. 49 —50.
2 См. Заславская Т. И. Пере стройка и социо логия. — «Правда», 6Д1.1987.
2 Вопросы филос оф ии, No 8
17

ческий фактор рассматривается несколько в инструментальном духе,
как средство решения других задач. Этой интенции соответствует взгляд
на человека прежде всего как на работника.
Логика мысли в рамках рассматриваемого подхода определена интер­
претацией существа самой задачи активизировать человеческий фактор.
Последняя понимается как необходимость достижения высокой резуль­
тативности функциональной деятельности людей. В связи с этим о казы­
вается правомерным своего рода «одноплоскостная» оценка реально­
сти —иные (чем результативность) характеристики человеческой дея­
тельности и, в частности, «состояние» ее субъекта (человека) оказы­
ваются не значимыми. Если же все-таки оно попадает в сферу внимания,
то «замеряется» лишь с точки зрения исполнения людьми своих соци­
альных ролей, усиления функционального совершенства их поведения,
его соответствия запросам конкретной деятельности в конкретной ситуа­
ции. Возникает сравнительно узкий взгляд и на человека, и на средства
его стимулирования. Различные средства воздействия на поведение лю­
дей, различные социально-экономические механизмы мобилизации чело­
веческих усилий рассматриваются только под определенным углом зре­
ния. Иные следствия их применения не принимаются во внимание или
значение их преуменьшается.
В рамках данного подхода проблема человеческого фактора рассмат­
ривается в сугубо прикладном аспекте. В центре внимания оказывается
«технология» ее решения, причем последняя осмысляется без обращения
к глубинным, фундаментальным закономерностям исследуемого явления.
При таком ходе мысли возникает опасность абсолютизировать значение
не только наиболее очевидных первоочередных граней задачи, но и наи ­
более очевидных путей и средств ее решения. Возможно ослабление ис­
торического (и, следовательно, критического) подхода к возможностям
используемых сегодня средстр и методов стимуляции человеческих уси­
лий, поскольку абсолютизируется их нынешняя эффективность (в у ка­
занном выше понимании). Однако нельзя исключить, что между способ­
ностью снять сегодняшние трудности и способностью решить проблему
активизации человеческого фактора во всем ее объеме может не быть
тождества.
Как видим, указанный подход улавливает важные (и теоретически,
и практически) аспекты проблемы активизации человеческого фактора,
однако он предлагает достаточно узкую интерпретацию смысла задачи,
социального контекста ее рассмотрения и критериев решения. С другой
стороны, и существующее ныне положение вещей во всей совокупности
его характеристик, во всей его диалектичности и внутренней противоре­
чивости на основе этого подхода осмыслить трудно.
Естественно, существует насто ятельная потребность в подходе к про­
блеме человеческого фактора с более общих и широких позиций, кото­
рый рассматривал бы проблему в ее глубинной сущности, в ее
целостности и исторической перспективе, исходил бы из того, что п рак­
тическое содержание проблемы не существует вне ее гумани­
стического содержания. Такой подход конституируется в рамках
социальной философии марксизма. Здесь предлагается иной контекст:
«человеческий фактор» рассматривается как фактор истории,
движущая сила социального процесса, субстрат социальной формы дви­
жения материи, а активизация человеческого фактора —как развитие
форм исторического творчества масс. Задача мобилизовать человеческие
усилия осмысляется в свете логики исторического процесса, законом ко­
торого является совершенствование количественных и качественных ас­
пектов активности трудящ ихся.
Понятие «человеческий фактор» в социально-философской интерпре­
тации, по нашему мнению, неразрывно связано с идеей человеческой
субъектности, с учетом места и роли человека в общественном процессе.
18

Эт© понята© в известном смысле совпадает с понижем « ч е л о в е к ж
субъект исторического процесса» , но не я в л я е тс я тождественным ему.
Применение особого понятия «человеческий фактор» оправдано тем, что
оно подчеркивает диалектическую взаимосвязь объективного и субъек­
тивного, человеческого в общественном процессе, рассматривает актив­
ность людей с точки зрения ее роли в механизмах истории. Человече­
ский фактор —это и масса людей, классы, группы, социальные слои,
и отдельный индивид. В то же время это понятие, думается, особенно
четко фиксирует человеческую природу совокупных субъек­
тов, социальных общностей, роль отдельного человека в коллективных
действиях. Н ельзя говорить о положении дел в сфере человеческого
фактора —будь то достижения или недостатки, отвлекаясь от жизнедея­
тельности и активности индивидов. «Главным двигателем прогресса, его
душой был, есть и останется человек» 34.
Конечно, отдельный человек не является движущей силой истории,
ко деятельность массы есть деятельность массы человеческих индиви­
дов. Взаимодействие коллективной и индивидуальной деятельности —
существенный аспект человеческого фактора. Здесь важно, состоит ли
масса из безликих атомов, «винтиков» или личностей. Нельзя осмыслить
и роль отдельного человека, абстрагируясь от характера включения его
усилий в коллективные.
Для понимания природы человеческого фактора существенна не толъ-
ко диалектика индивидуальной и коллективной деятельности, в силу
которой человек выступает субъектом лишь как член социального объ­
единения, к ак представитель класса, группы, общества. Объективные
моменты —роль человека в общественном производстве, в социальном
процессе —должны сочетаться с определенными субъективными пара­
метрами человека, эта роль эффективно реализуется лишь при опреде­
ленных чертах самого человека. Понятие «человеческий фактор» фикси­
рует большое значение характеристик личности, ее целей, жизненных
планов, направленности, волевых качеств для развертывания социально­
го процесса. В постановлении ЦК КПСС о журнале «Коммунист» чело­
веческий фактор определен к ак «органическое единство сознательности
и деятельности людей» \
Проблема человеческого фактора традиционна для марксистской фи­
лософии. Ею занимались, употребляя и не употребляя сам термин,
и Маркс, и Ленин. Следует, однако, видеть и то, что проблема челове­
ческого фактора исторического процесса (и в теоретическом, и в прак­
тическом плане) в течение долгого времени не привлекала должного вни­
мания. Характерный штрих: логика изложения и изучения исторического
материализма настолько грешила креном к бессубъектному анализу, что
были основания поставить вопрос, который, казалось бы, применительно
к марксизму невозможен: как ввести (!) в социально-философское
исследование весь круг проблем, относящихся к человеку, индивиду,
личности?5 Исторический процесс рассматривался как «самораскручй-
вание» необходимости, при которой в качестве «обслуживающего персо­
нала» действуют люди. Определяющая роль последних в существовании
и развитии социальной действительности не фиксировалась. Бе з всякого
обращения к людям «объяснялась» диалектика производительных сил и
производственных отношений, базиса и надстройки. И хотя параллель­
но с этим, в отдельной теме, признавалась роль народных масс и лич­
ности в истории, этот тезис, вынесенный за скобки анализа механизмов
3 «Материалы XXVII съ езд а К омму нистич еской партии Советского Союза». М.,
1988, с. 31.
4 «Постановление ЦК КПСС «О жур н ал е «К оммунист». — «Политичес кое са мо­
образование», 1886, No 9, с. 5 —6.
5См. КеллеВ. Ж., Ковальзон М. Я. Важнейшие аспекты методологии
соц иал ьно-философ ского исс лед ова ни я. — «Вопросы философии», 1980, No 7, с. 119.
2*
19

социального процесса, повисал в воздухе. Еще Маркс отмечал, что абсо­
лютизация автоматизма в действии исторической необходимости несов­
местима с признанием подлинной роли человеческих индивидов.
Трудно признать такое положение в теории случайным, не имеющим
корней в практике. Чрезмерная заорганизованность, расцветший бюро­
кратизм и формализм, слабость непосредственной демократии порой
оборачивались тем, что люди были разделены на тех, кто управляет,
и тех, кем управляют 6. Рядовой человек на практике оказывался лишь
безмолвным исполнителем «воли» того движения социальных, экономи­
ческих и идеологических структур, которое существует как бы без его
помощи.
Сегодня возрастание роли человеческого фактора в поступательном
развитии общества названо в постановлении ЦК КПСС о журнале «Ком­
мунист» одной из важнейших проблем философии7. Партия исправляет
и в теории, и на практике возникшую в силу различных причин недо­
оценку роли человека в развитии общества. При этом современная по­
становка данной проблемы, логики ее рассмотрения и решения обладает
большой спецификой, вызванной особенностью современной обстановки.
Подчеркивая традиционность проблемы человеческого фактора, не сле­
дует упускать из вида суть стоящей сегодня познавательной задачи —
дальнейшей разработки классического наследия, овладения созданной
классиками марксизма-ленинизма методологией д л я решения ак­
туальных вопросов.
Социальная философия марксизма осмысляет логику активизации
человеческого фактора в историческом процессе, ее причины и законо­
мерности. Это направление работы оказывается очень важным в свете
особенностей постановки вопроса в партийных документах последнего
времени —человеческий фактор рассматривается здесь под углом зрения
его развития, повышения роли, т. е. видится в динамике. Такой подход
имеет философское обоснование. Одним из самых глубоких положений
марксизма В. И. Ленин назвал сформулированный К. Марксом закон
возрастания роли народных масс: «Вместе с основательностью историче­
ского действия» растет «объем массы, делом которой он является» 8.
Исторический прогресс возможен лишь в той мере, в какой прогресси­
рует человеческая деятельность. Он связан с совершенствованием чело­
веческого фактора. Каковы же направл ения этого совершенствования?
Повышение роли деятельности масс предполагает количественный
рост последней —большее число людей участвует в более широких ис­
торических действиях. Отсюда ленинская формулировка: «Чем глубже
преобразование, которое мы хотим произвести, тем больше надо поднять
интерес к нему и сознательное отношение, убедить в этой необходимо­
сти новые и новые миллионы и десятки миллионов» 9. Опираясь на клас­
сические марксовы положения, В. И. Л енин делает акцент на особых
моментах. Он подчеркивает необходимость сознательности и ответствен­
ности творцов истории. Громадную ценность он видел в превращении
каждого в активного деятеля. В. И. Ленину, вспоминает Клара Цеткин,
«недостаточно было одного «количества массы» для освободительного
дела пролетарской революции, пересоздающей мир: он считал необходи­
мым «качество в количестве».. . Он оценивал массу как сплочение луч­
шего, борющегося, стремящегося ввысь человечества, состоящего из
бесчисленных отдельных личностей. Нужно будить чувства и сознание
этого человечества, развивать и поднимать пролетарское классовое са­
мосознание на высшую ступень организованной активности» 10. Т ак
6 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 202.
7 См. «Постановление ЦК КПСС о жур н ал е «Коммунист», с. 5.
8 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 2, с. 90.
9ЛенинВ.И.Поли. собр. соч., т. 42, с. 140.
10 «Воспоминание о Л енине» , т. 5, М., 1970, с. 62.
20

как изменения характера деятельности масс и самих масс стали особен­
но очевидны (и особенно значимы) в период ломки капитализма и ста­
новления социализма, закон возрастания роли народных масс, значения
человеческой деятельности получил более полное и адекватное выр аж е­
ние. В нем марксистская философия фиксирует не только количествен­
ные, но и качественные аспекты происходящих изменений —изменения
в «качестве» самих деятелей, их активности.
Однако задача «схватить» внутренний стержень проблемы активиза­
ции человеческого фактора, ее глобальность, связь с механизмами исто­
рии. думается, не явл яется для социальной философии единственной.
Необходимость изучать конкретные зависимости жизнедеятельности лю­
дей, частные стороны практики с учетом субъектного статуса челове­
ка —а именно так ставит вопрос современность —актуализирует спе­
цифические функции социальной философии: анализу должны быть
доступны и те вопросы, которыми заним ается экономико-социологиче­
ское исследование. В этом плане эти два подхода различаются не по
объекту осмысления, а по логике его рассмотрения, по ракурсу и уровню
анализа, по интенции исследования. Социальная философия —и в этом
ее специфика —конкретные вопросы активизации человеческой деятель­
ности (в том числе и функциональной) рассматривает в свете общих
закономерностей исторического развития человеческого фактора. Дея­
тельность человека в различных областях практики осмысляется здесь
с точки зрения ее всеобщих определений — как специфическое проявле­
ние участия человека в творчестве истории.
*
❖
Как бы ни понимался человеческий фактор, с каких бы позиций ни
подходили к нему, бесспорно: человеческий фактор есть активность лю­
дей. Однако на этой констатации единство кончается, поскольку различ­
ные общественные дисциплины осуществляют изучение социальной ак­
тивности в соответствии со своим предметом, методологией, уровнем
анализа и т. д. В результате интерпретация социальной активности при­
обретает специфический оттенок.
Наибольшее внимание к социальной активности проявляют социоло­
ги. Здесь исследование различных форм социальной активности (трудо­
вой, общественно-политической, досуговой и т. п .) , критериев, причин,
следствий, условий активности, ее сущности и роли, специфики актив­
ности различных групп и слоев идет широким фронтом. Хотя и сущест­
вуют дискуссионные вопросы, нет еще единого общепризнанного опреде­
ления этого явления, имеются известные достижения.
Нар яду с социологическим подходом к человеческой активности пра­
вомерен и необходим подход философский, в том числе социально-фи­
лософский. В русле этого подхода осуществлен, в частности, анализ со­
циальной активности Г. С. Арефьевойи . Автор рассматривает актив­
ность людей с точки зрения ее характеристик механизма творчества
нового, бесконечного процесса расширенного воспроизводства жизни.
Здесь, думается, указана не только определяющая черта человеческой
активности, но и пр инципиальная особенность философского подхода к
ней —с точки зрения ее роли в социальном процессе, ее связи с зако­
номерностями социальной формы движения. Философия абстрагируется
от каких-то конкретных характеристик социальной активности людей
ради того, чтобы исследовать особый «уровень» ее параметров, осо­
бые —фундаментальные —закономерности функционирования и разви­
тия этого явления.11
11 См. Арефьева Г. С. Социальная активность. М., 1974.

Спе циф ичес кое социально-философское исследование пробле­
мы человеческого фактора может опираться только на это специфи­
ческое видение человеческой активности. При этом исследование
актуальных проблем требует конкретизировать указанное общее понима­
ние: определить более конкретные пути социально-философского иссле­
дования социальной активности, методологические принципы ее анализа,
зафиксировать ряд более конкретных —но столь же «философских» —
особенностей социальной активности.
Представляется плодотворным понимание активности ка к преобра­
зующей деятельности людей, осмысленной с учетом ее субъекта, рас­
смотренной в связи с тем импульсом, который исходит от н е г о 12. Не
только социальная действительность в ее предметных формах не есть
«независимое от чел о века предметное тело», а «предметное» — во площе­
ние его субъективной, т. е. исходящей от него, как от субъекта, деятель­
ности, активности» 13, но и сама деятельность есть в известном смысле
порождение своего субъекта. Чело веческая активность не может быть
осмыслена вне связи со своим субъектом и причиной — «свойства, ха ­
рактеризующие деятельность,—это
всегда объективированные свойства
субъекта деятельности... преобразующего окружающую действитель­
ность в соответствии со своими целями и потребностями» 1415 Иными
словами, социально-организованная деятельность не только «создает»
человека, она, в свою очередь, является его творением и как таковая в
известном смысле представляет собой зеркало самого человека, его со­
стояния, уровня развития. «Личность... условие деятельности, а это зна­
чит, что по крайней мере в известном смысле мы должны и саму дея­
тельность объяснить через личность» 13.
Существует целый ряд направлений развития личности, которые вли­
яют на ее деятельность,—политическое, профессиональное, моральное,
эстетическое, умственное, физическое и т. д. Исследование этих направ­
лений —важная задача науки. Однако социальная философия делает
предметом своего внимания не только и не столько указанные вопросы.
На этом — философском —уровне исследования фокусом анализа ока­
зывается вопрос о развитии человека в качестве субъекта общественного
процесса. Общий же контекст социально-философского анализа логики
и закономерностей активизации человеческого фактора — это осмысление
вопроса в русле исследования состояния и тенденций развития в на­
шем обществе человеческой субъёктности.
Общественный человек всегда явл яется субъектом истории, однако
его субъектность выражается на различных этапах истории по-разному.
В частности, человек как субъект социального процесса превращается в
условиях предыстории человечества в агента этого процесса, его еубъект-
ность оказывается суженной и искажённой, поскольку он выступает
безликим винтиком общественного и производственного механизма. Толь­
ко при полном коммунизме человек становится подлинным субъектом
истории.
С идеей различных конкретно-исторических форм проявления чело­
веческой субъектности неразрывно связана идея конкретно-исторических
типов человеческой активности: каждой такой форме соответствует
«свой» тип активности людей, особые х арактеристики их деятельности.
Эту связь фиксировал В. И. Лёнин, мечтая о новой массе свободных
тружеников, способных «пересоздать мир». Эту же связь детально ис­
следовал К. Маркс. Анализируя деятельность агентов общественного
12 Такое понимание обосновывае т ряд советск их авторов, таких как Г. С. Арефь­
ева, Л. П. Буева и др.
13 Межуев В. М. Культура и история. М., 1977, с. 67.
14 Буева Л. П. Человек: де ятел ьнос ть и общение. 3VL, 1978, с. 68.
15 Юдин 3 . Г. Деятел ьно ст ь как об ъяснител ь ный принцип и как предм ет науч­
ного изучения. — «Вопросы философии», 1976, No 5, с. 73.
22

производства капитализма, он подчеркивал ее принципиальные б т я и Ш
от деятельности свободных ассоциированных производителей —членов
коммунистического общества.
Человеческая активность, если брать ее в историческом разрезе,
меняется в своих весьма существенных и различных параметрах. Ме­
няются цели усилий людей, поскольку на исторической арене действуют
разные классы. Не остаются без изменений масштабность действий лйч-
ности, степень ее сознательности, инициативности, ответственности, ха ­
рактер мотивации, диалектика личных, частных и общественных интере­
сов действующих лиц, взаимодействие индивидуальной и коллективной
деятельности, механизмы включения индивидуальных усилий в массовые,
соотношение творческого и репродуктивного, революцйонно-преобразую-
щего и адаптивно-приспособительного аспектов деятельности, научн ая
обоснованность и результативность выдвигаемых программ и многое
другое. За всем этим стоит совершенствование форм проявления субъ­
ектности людей, историческое развитие последней.
Представляется целесообразным использовать (в качестве рабочего)
понятие «конкретно-исторический тип человеческой активности» 16*18
(неразрывно связанное с понятием «конкретно-историческая форма про­
явления человеческой субъектности») для обозначения особенностей
человеческого фактора на разных этапах исторического развития. При
этом, думается, следует учитывать, что указанное явление подвержено
изменению и в рамках одной и той же формации, поскольку оно «реа­
гирует» на постоянные изменения практики. Нельзя, скажем, не заме­
тить, что между активностью в условиях свободной конкуренции и в
условиях господства монополий нет полного тождества.
Активность масс и индивидов с помощью понятия «тип человеческой
активности» видится в особом ракурсе. При другом подходе внимание
концентрируется на индивидуальных особенностях людей, их биографии,
объективного положения, степени воспитанности, которые делают одного
более, другого менее активным. Исследование ведется под углом зрения
задачи «подтягивать» отстающих до уровня нормативного образца, т. е.
в русле логики педагогического мышления. Понятие «тип общественной
активности», напротив, как бы не включает в себя Индивидуальных
нюансов. Оно исходит из того, что, несмотря на индивидуальные разл и­
чия, уровень практики создает своеобразный «потолок» возможного раз­
вития личности. Предполагается осмысление некоей статистической сред­
ней в зависимости от столь же усредненных, но зато фундаментальных
причин —исторически конкретной, объективно возможной в данных ус­
ловиях формы проявления человеческой субъектности. В центре внима­
ния, таким образом, не только усредненная (к в этом смысле абстракт­
ная характеристика), но и историческая характеристика человеческой
активности. Она рассматривается как атрибут определенной ступени
развития человеческой деятельности, практики, историй человечества.
Заданный масштаб определяет подход к актуальным потребностям
общественного развития нашей страны. Он позволяет рассмотреть их
более детально, а, главное, в свете перспективы. Как известно, реальная
16
Ввод я это п оняти е, сл е дует уточнить один момент. Кл ассовая принадл еж нос ть
лич ности ок азыва ет сер ь е зно е возд ейс твие на ёе поз иции и напра вл енность активно­
сти. Но диа лектич еский анализ по каж ет, что зн ач е ние классо вой пр инад ле жн ос ти
не отменяет существование неких черт, х арактерны х дл я д еятел ь ности всех членов
общества. Ро жд енны е о соб еннос тями роли л юдей в мех ани змах истории, они соот­
ветствуют определенному ее периоду. Писал же К. Маркс, что и буржуа, и пролета­
рий вы ступают равным образом агентами общ ественного про изводства, х отя их ак­
тивно сть в сил у классовой принад л ежн ос ти имее т ра зну ю на правленность, реш ает
разные зада чи. Однако вопрос о классо вой специфике активности и ее чертах,
зад анны х особ енно ст ями особ ой «полосы исто рич еского процесса» (В. И. Л ен и н) ,
мы можем не обсуждать, поскольку анализ посвящен социализму, т. е. обществу,
в котором пол яри зация клас сов ликвидиро вана.
23

нстория нашей страны в 70-е
— н а ч а л е 80-х годов отмечена действием
серьезных негативных тенденцих!. Возник своеобразный «механизм тор­
можения» социально-экономического развития. В результате во многом
впустую растрачивался трудовой потенциал страны (выпуск некачест­
венной, морально устаревшей продукции, использование тружеников не
в соответствии с их квалификацией, способностями и склонностями,
плохая организация труда, неритмичность производства и т. д .) . Резко
упала трудовая и общественно-политическая активность, снизился уро­
вень дисциплины и ответственности (в городе и селе в полную силу се­
годня трудится едва ли пята я часть всех работников 17, с 1960 по 1980 гг.
число прогулов в расчете на одного рабочего в среднем по промышлен­
ности РСФСР возросло более чем в 1,5 р аза18; «меньше проявляется
интерес к выполнению общественных поручений, которые нередко пре­
вращаются в средство удовлетворения престижных, прагматических це­
лей»19ит.д.).
Не следует преуменьшать отрицательные последствия указанных не­
гативных тенденций, актуальности борьбы с ними. Преодолеть их дейст­
вие полностью пока еще не удалось. Однако абсолютизировать эту зада­
чу было бы столь же ошибочно. Острота положения в сфере человече­
ского фактора связана и с тем, что страна стоит на пороге качественно
нового этапа своей истории. Необходимо не просто ликвидировать воз­
никшее несоответствие производственных отношений современному со­
стоянию производительных сил, но обеспечить дальнейшее развитие
производительных сил, производственных отношений, политической си­
стемы общества. Недостаточно вместо работы с прохладцей и ленцой ут­
вердить работу «с полной отдачей» на каждом рабочем месте, в каждой
общественной организации. Само понятие «полная отдача» должно по­
лучить новое, соответствующее периоду перестройки, интенсивного р аз­
вития страны содержание, т. е. качественно измениться . Полный, не­
урезанный смысл задачи повышения роли человеческого фактора в со­
временных условиях означает необходимость изменить, совершенст­
вовать тип активности советских людей. Ее содержа­
нием должно стать творческое отношение к своему делу. Основой этих
изменений должно стать развитие человека в результате совершенство­
вания социализма.
Развитие человеческой субъектности вызывается действием фунда­
ментальных факторов, в конечном счете —совершенствованием револю-
ционно-преобразующей практики. Под влиянием этой мощной детерми­
нанты изменяются место и роль человека в социальном процессе, степень
и характер его относительной самостоятельности и т. п., объективные
параметры человеческой субъектности. Одновременно происходит и из­
менение качеств самого человека. Какие же характеристики человека
имеют в этом плане определяющее значение? На основании марксова
анализа жизнедеятельности агентов общественного производства при ка­
питализме, ленинского анализа путей превращения рабочих и крестьян
в подлинных субъектов строительства нового общества можно, думается,
утверждать, что своеобразной «визитной карточкой» состояния человече­
ской субъектности, ее своеобразной основой является структура интере­
сов личности.
Рассмотрение проблемы активизации человеческого фактора в связи
с типичной структурой интересов людей, с динамикой этой структуры —
одно из направлений социально-философского анализа. Ваяшо, однако,
17 См. «Мы — для перестройки, перестройка для нас. Беседа с Т. И. Заслав­
ской». — «Московские новости», 1Л11.1987, с. 13.
18См. ПатрушевВ.Д., РазмоловаА.А.Отношение крабочему времени
в про изводс твенн ых коллектршах,— «Социологические иссл едования», 1983, No 3, с. 101.
19 «Молодежь в социалистическом обществе: ориентиры научного по иска ». —
«Социологические исс ледо вания», 1985, No 2, с. 183.
24

при этом не упустить специфику именно философского подхода: чтобы
«через» структуру интересов увидеть состояние человеческой субъектно-
сти, надо саму эту структуру рассмотреть как следствие сущностных х а­
рактеристик социальной действительности. Такой ход мысли позволит
выяснить глубинную причину, индуцирующую определенное состояние
интересов личности: гармоничность (дисгармоничность) отношения
«общество — личность», «социальные силы — индивид». Степень этой
гармоничности задана предельно «глубинным» обстоятельством —уров­
нем господства общественного человека над силами природы. Апелляция
к этим фундаментальным основаниям позволяет уловить связь структу­
ры интересов человека с наличием или отсутствием отчуждения, с эта­
пами преодоления этого социального явления.
Объективные факторы —степень развития производительных сил,
характер производственных отношений —определяют положение челове­
ка, способ его включения в общественный процесс, в совокупные дейст­
вия: будет ли он средством развития социальных сил или его целью,
покупает ли общество возможность развития способностей рода «че ло в ек»
ценой деградации массы индивидов, пли оно уже не нуждается в этой
ж ер тве20. Таковы в конечном счете корни отношения человека к об­
ществу и его нуждам, с одной стороны, и отношения общества к интере­
сам человека, с другой.
Крайние точки возможной диспозиции интересов личности и интере­
сов общности или общества, свидетельствующие о полном господстве
или полном преодолении отчуждения,—антагонистическое
противопо­
ставление личного общественному, замыкание на частном интересе,
с одной стороны, и превращение потребностей общественного р азвития в
подлинные интересы личности, с другой. Существуют и своего рода «пе­
реходные» формы. Каждая позиция в диалектике интересов личности и
общества —это ориентация человека на более или менее масштабные,
общественно значимые цели, различное отношение к нуждам развития
социальных сил —от безразличного или даже негативного до заинтере­
сованного (в разной степени).
То или иное соотношение интересов личности и общества, если от­
влечься от индивидуальных нюансов (а исследование «типа» на это и
ориентирует), является необходимым. Изменить это соотношение
можно лишь на основе перемен в объективном положении. Совершенст­
вование типа активности людей в наших условиях, изменение формы
проявления человеческой субъектности связано, таким образом, с гармо­
низацией отношений между обществом и личностью.
*
*
Важнейшей задачей всех общественных дисциплин сегодня является
изучение логики и закономерностей ускорения социально-экономическо ­
го развития страны, анализ нашего общества на современном этапе его
развития. При этом каждая наука решает специфические проблемы. Спе­
цифическое видение предмета есть и у социальной философии. Думает­
ся, именно ей предстоит исследовать общественную реальность наших
дней с точки зрения ее гуманистического потенциала и в этом контексте
осмыслить пр актику ускорения.
Пролетарская революция, уничтожая частную собственность на ору­
дия и средства производства, ликвидирует основу антагонизма личности
и общества. Социализм несет с собой единство личных и общественных
интересов потому, что на основе общественной собственности развитие
народного хозяйства ведет к повышению материального благосостояния
20 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. II, с. 123.
25

трудящихся, удовлетворения их духовных, культурных потребностей,
а политическая система
идеология защищают и выражают их интере­
сы. Обеспечение целей социализма требует максимального р азвития про­
изводства. Труженик, который в конечном счете выступает целью произ^
водства, в то же время является средством его функционирования и
развития21. Эта сложная диспозиция сказывается на всех областях жиз­
ни. Находит отражение она и в сфере диалектики интересов личности и
общества.
Достигнутому уровню гармонизации отношений личности и общества
соответствует структура интересов людей. Для них характерно уважи­
тельное отношение к общественным интересам. Однако забота непосред­
ственно об общественном благе не выступает, как правило, реальным
мотивом поведения: человек руководствуется прежде всего (а подчас и
исключительно) личными интересами. Именно они, в случае их правиль­
ной ориентации, побуждают делать общественно полезные дела.
Уравнительные тенденции в социальной и экономической политике,
получившие распространение в 70-е
—начале 80-х годов, отступления от
принципа оплаты по труду на местах привели к ослаблению курса, серд­
цевиной которого является опора на личный интерес, его правильная
ориентация, что нанесло вред и практической, и духовной сферам. По­
следовательное проведение такого курса в современных условиях явля­
ется единственно возможной эффективной и реалистической политикой.
Только она открывает широкий простор тому типу активности, для ко­
торого уже сегодня имеются объективные условия. Партийными доку­
ментами последнего времени определены два направления такой полити­
ки. Во-первых, последовательное осуществление принципов социалисти­
ческой справедливости в общественном секторе народного хозяйства
(оплата труда в строгом соответствии с его количеством и качеством,
продвижение по службе в зависимости от деловых и политических ка­
честв, правильное распределение общественных фондов потребления
и т. д .) . Во-вторых, более глубокая интеграция в рамках социалистиче­
ского общественного производства индивидуально-трудовой деятельности
граждан, осуществляемой ими в целях дополнительного заработка, все­
мерная стимуляция такой деятельности. Это направление также предпо­
лагает правильную ориентацию личного интереса, поиск возможной фор­
мы его единства с общественным, своеобразную «утилизацию» обществом
еще неизбежных сегодня социально приемлемых стремлений людей.
Масштабы индивидуально-трудовой деятельности граждан в условиях
современного социалистического общества весьма значительны. Так, доля
самодеятельного индивидуального обслуживания составляет примерно
40% от всего объема реализации бытовых услуг населению 22. Личное
хозяйство граждан в 1983 г. обеспечивало 11% всей товарной продукции
сельского хозяйства (в том числе по картофелю —60 %, овощам—29%,
мясу —28%, шерсти —26%) 23. Уже эти цифры говорят р том, что об­
щество не может обойтись без данных трудовых усилий. В то же время
вопрос о формах организации этой деятельности обладает сегодня боль­
шой остротой. В обществе происходят серьезные процессы нерегулируе­
мого и далеко не всегда справедливого перераспределения доходов. Их
размах трудно выразить в цифрах. Однако известное представление мож­
но составить на основе такого факта: по некоторым данным, за 5 лет
21 Примером может служить перевод предприятий на двух- и трехсменную ра­
боту. Это мероприятие, необходимое производству, создает условия, подчас неудоб­
ные т ру ж е ни ку (недар ом на июньском (1986 г.) Пленуме ЦК КГХСС говорил ось о
доплатах рабо тающим в вечернюю и ночную см ены).
22 См. Р а й г И. X. Что может индивидуальное хозяйство? — «Социологические
иссле дова ния», 1986, No 1. с. 38.
23 См. «Народное х озяйство СССР в 1985 г.: Стат. еж егодкик/ЦСУ СССР». М..
1986, с. 185.
26

частные репетиторы получили 8 млрд, руб., что равно годовому бюджету
всей советской общеобразовательной ш ко л ы 24.
Курс на ускорение социально-экономического развития страны пред­
полагает использование резервов индивидуально-трудовой деятельности
при строгом соблюдении определенных условий. Общество будет эффек­
тивно контролировать и организовывать индивидуально-трудовую дея­
тельность, включать честных тружеников в совокупное социалистическое
производство, пресекать всякие попытки корыстных элементов превра­
тить индивидуально-трудовую деятельность в противовес работе на со­
циалистическом предприятии.
Представляется, что сейчас перед наукой поставлена задача осущест­
вить всесторонний анализ, того типа активности, который складывается
на основе правильной ориентации личного интереса, существующей сегод­
ня формы единства личного и общественного интереса, которая делает
неизбежным последовательное проведение принципа материальной заин­
тересованности в общественном производстве и в организации индиви­
дуальной трудовой деятельности. Общеизвестна действенность мотива
материальной заинтересованности. Положительное его влияние на лич­
ность неоднократно было предметом исследования. При этом, однако,
подчас не отмечалось, что принцип материальной заинтересованности,
как и любое социальное явление, внутренне противоречив и потому имеет
и другие следствия, частью возникающие с неизбежностью, частью появ ­
ляющиеся лишь в том случае, когда этот принцип абсолютизируется.
Для полноты анализа нам придется сосредоточить внимание именно на
этих моментах.
В этой связи отметим, что принцип материаль ной заинтересованности
может вызывать издержки в виде появления так называемого «экономи­
ческого сознания», когда к обществу подходят только к ак к средству
удовлетворения личных интересов. Отсюда недобросовестность, недисцип­
линированность, пресечь которые может только действенный внешний
контроль. Возможно безразличие к содержанию труда, когда интересует
лишь его денежная сторона. Бездумное отношение к работе делает чело­
века только исполнителем, которому подчас все равно, что исполнять .
В области отношений между людьми возможно развитие некоторых форм
эгоизма. Важно и то, что материальная заинтересованность, обращаясь
к м атериальным интересам людей, может способствовать тому, что этот
интерес станет основным, а то и единственным побудительным мотивом,
вытеснившим иные человеческие помыслы и чувства 25.
Психологические (и даже социальные) издержки могут быть связаны
и с развитием индивидуально-трудовой деятельности. Последняя, особен­
но сейчас, когда общественное производство не в состоянии решить неко­
торые задачи (например, предоставить населению необходимый объем
услуг, товаров широкого потребления, продуктов питания), позволяет по ­
лучать доходы, не соответствующие затраченным трудовым усилиям. Это
стимулирует отток некоторых членов общества в эту сферу. Превращая
свое участие в социалистическом общественном производстве во второ­
степенное, формально осуществляемое занятие (своего рода ширму), та­
кие люди начинают тяготеть к частнособственнической психологии,
к частнопредпринимательской деятельности. Возникает определенная
группа лиц, уровень жизни которой значительно превосходит уровень
жизни окружающих и не соответствует реальным затратам труда. Со­
циологи уже сейчас активно обсуждают вопрос о том, во сколько раз до­
ходам работников индивидуального сектора на единицу труда позволи­
тельно превышать уровень зарплаты в общественном производстве.
24 См. Азаров Ю., Дрлецкий С. Здоро вье педагогики и педагоги ка зд о ­
ровья. — «Литературная га зета», 14.11.1979.
25 См. Васильев И. Дефицит общности. «Правда», 7.XII .1986.
27

Как видим, меры организационно-экономического характера, жизнен­
но необходимые в современных условиях (последовательное проведение в
жизнь принципа материальной заинтересованности, стимуляции индиви­
дуально-трудовой деятельности), не должны восприниматься как абсолют­
ное оптимальное средство решения в полном объеме проблемы человече­
ского фактора, а тип человеческой активности, стимулируемый этими
мерами, должен оцениваться всесторонне. Будучи способен решить ряд
острых сегодняшних проблем, он не обеспечивает в массовом масштабе
новаторский труд, творческий характер активности, чувство хозяина.
Следовательно, курс на интенсивное развитие экономики, на ускорение
нуждается в оптимизации этого типа активности на основе дальнейшего
углубления единства личных и общественных интересов советских тру­
жеников.
На каких путях может быть решена эта задача? Видимо, нужно со­
вершенствование различных аспектов тех общественных условий, в ко ­
торых действует принцип опоры на личный интерес. XXV II съезд
КПСС указал на необходимость не только ликвидировать уравниловку,
последовательно опираться на личную заинтересованность человека,
но и внедрить новый хозяйственный механизм, оптимизировать полити­
ческие отношения, добиться серьезного роста производительных срхл,
обеспечить значительное развитие социальной сферы и т. д. Рассматри­
вая эти масштабные программы совершенствования социализма с пози­
ций социально-философских представлений о человеческом факторе и
путях его активизации, важно выявить гуманистический аспект предпо­
лагаемых изменений —осмыслить их осуществление как реальный шаг
в сторону дальнейшей гармонизации отношений «личность — общество».
Этот шаг послужит основой более тесного к глубокого единства личных
и общественных интересов, что, в свою очередь, будет способствовать —
и это тоже важно зафиксировать —утверждению более высокого типа
активности советских людей —творческой. Л иш ь тогда, когда обществен­
ные интересы воспринимаются как нечто личностно важное и дорогое,
возможны поиск скрытых резервов, оптимальных путей действий, макси­
мальная эффективность трудовых усилий на основе творческого отноше­
ния к делу, высокой степени сознательности, постоянная ориентация на
новое, борьба за его торжество, чувство хозяина.
Уже практика осуществления перестройки показала необходимость в
целях активизации человеческого фактора «дополнить» последовательное
проведение принципа материальной заинтересованности рядом масштаб­
ных преобразований. Громадное значение в этом плане имеет всемерное
развитие социальной сферы. И дело тут не только в том, что нормальные
условия труда и быта людей благотворно сказываются на результатах
трудовых усилий. Забота о человеке свидетельствует о гуманистических
ориентациях общественного развития и более четко вы являет единство
личных и общественных интересов. Она выступает «противовесом техно­
кратическим поползновениям в экономике, которые, надо сказать, в по­
следние годы приобрели довольно большое распространение» 26. «Техно­
кратические поползновения» связаны со взглядом на человека только как
на средство развития производства и консервируют (а может быть, и обо­
стряют) противоречия между интересами производства и непосредствен­
ными интересами тружеников.
Разрабатывая конкретные пути перестройки, январский (1987 г.)
Пленум ЦК КПСС поставил вопрос о необходимости в самые кратчай­
шие сроки осуществить демократизацию жизни страны. Подобная демо-
кратизация рассматривается как действенный путь активизации челове­
ческого фактора: «Либо демократизация, либо социальная инертность и
26
Горбачев М. С. Перестройка — кровное дело народа. Речь на XVIII съезде
пр оф ес сионал ьных союзов СССР 25 февр. 1987 г. М., 1987, с. 15.
28

консерватизм. Третьего не дано» 27. Самоуправление в экономике высту­
пает в тесной связи с переводом предприятий на полный хозрасчет и са­
моокупаемость. Новые условия будут способствовать преодолению ощуще­
ния «анонимности» социалистической собственности, сделают связь инте­
ресов личности, коллектива и общества более тесной и более очевидной.
Значение демократизации социалистического общества для превращ е­
ния труженика в реального хозяина страны, для его развития в общест­
венном отношении неоднократно обсуждалось философами-марксистами.
Нет никакого сомнения —оно бесспорно и очевидно. Однако нужно от­
метить и другое: изменения в организационно-экономических и полити ­
ческих отношениях полностью выявляют свои потенциальные возможно­
сти лишь при определенных условиях. В этом плане нельзя считать про­
стой случайностью факты, когда сегодня при выборах руководителей
проявл яется желание «определить» на этот пост «удобного», т. е. нетре­
бовательного, человека, когда рабочий коллектив высказывается против
модернизации оборудования, против перехода на выпуск новой продук­
ции, когда у него преобладает настроение «не выкладываться», чтобы не
были пересмотрены нормы и т. п. Нельзя отмахнуться от того, что пере­
стройка наталкивается на недостаточную активность трудящихся в ис­
пользовании институтов производственной демократии. Рабочие подчас не
хотят воспользоваться правами, предоставляемыми им самоуправлением.
«В Казахстане 14% рабочих указали, что участвуют в общественных ин­
ститутах производства потому, что их к этому просто принуждают» 28.
Не следует недооценивать и фиксируемое социологическими исследова­
ниями наметившееся противоречие между руководителями и исполните­
лями. Оно достаточно четко осознается обеими сторонами. «Жесткое де­
ление на «мы» и «они» ведет к серьезным последствиям. У рабочих и
служащ их оно порождает иждивенческие настроения... С другой стороны,
у определенного слоя администраторов возникает ощущение элитарно­
сти, избранности...» 29. Конечно, проблемы, появляющиеся в ходе демо­
кратизации страны и влияющие на этот процесс негативно, приобретают
более острый характер в случае плохой работы должностных лиц и об­
щественных организаций. Однако надо видеть и глубинную причину ука­
занных коллизий: сказы вается то, что общественные интересы не воспри­
нимаются подчас тружениками как «свои». В условиях, когда непосред­
ственные их интересы могут приходить в противоречие с интересами
производства, этот факт не должен удивлять.
При оценке перспектив данных проблем необходим диалектический и
реалистический подход к возможностям их решения, которые несет с со­
бой перевод предприятий на полный хозрасчет, самоокупаемость. Изме­
нение хозяйственного механизма значительно оздоровит ситуацию и
психологию людей. Во многих весьма существенных отношениях единст­
во интересов коллектива, пр едприятия, общества и отдельного человека
станет более глубоким. Однако, поскольку и в новых условиях хозяйст­
вования труженик будет не только целью, но и средством производства,
недостаточная гармоничность отношения «общества —личность» в пол­
ной мере не будет преодолена и она может влиять на идейные и прак­
тические позиции людей.
Большое значение и большие возможности каждого направления со­
вершенствования социализма в деле активизации человеческого фактора
не должны соблазнить исследователя видеть в любом из них, взятом в
отдельности, «панацею». Социально-философское понимание проблемы
активизации человеческого фактора, связывающее утверждение нового
типа активности с гармонизацией отношений «личность — общество»,
27Там же.
28 «Реальность наде жд . Б еседа с директор ом РТнститута социологи ческих и с сл е ­
дований, п рофесс ором В. Н. Ивановым». — «Известия», 5.V.1987 .
29 Там же.
29

обязывает понимать, что решение этой задачи возможно лишь как ре­
зультат совершенствования всех сторон социалистической практики.
Хотя, например, и бесспорно значение социальной политики, однако «ка­
чественные сдвиги в социальной сфере невозможны без глубоких преобра­
зований в содержании труда» 30. Влияние уровня развития производи­
тельных сил и, следовательно, содержания труда на соотношение
интересов личности и общества, на формирование чувства хозяина произ­
водства, не только опосредствованное (через уровень зрелости социаль­
ных связей), но и непосредственное, велико. Качественное изменение
производительных сил призвано внести существенный вклад в смягчение
коллизии между потребностями производства и интересами конкретного
человека и, следовательно, м ежду обществом и личцостыо.
Совершенствование активности масс на основе развития социалисти­
ческого общества —сложный, многоплановый процесс. Существенные
изменения форм проявления субъектности человека явятся следствием
изменений целостного общественного процесса. Но целое складывается из
частей. Отсюда следует, что надо видеть и использовать малейшие воз­
можности для прогрессивных сдвигов (например, связанные с внедрени­
ем новых социальных и политических форм). В то же время надо быть
готовыми к тому, что в силу неравномерности развития различных сто­
рон практики они не смогут раскрыть всех своих потенциальных возмож­
ностей, а может быть, породят и какие-то нежелательные последствия.
*
*
*
В свете социально-философской интерпретации человеческого факто­
ра ясно, сколь важную роль в его конституировании играет процесс фор­
мирования личности. Активизация человеческого фактора предполагает
достижение такого положения, когда гарантировано наличие у личности
необходимых сегодня положительных качеств. Решение этой задачи нуж­
дается в теоретическом анализе не только объективных условий такого
формирования (о чем речь ш ла выше), но и логики самого этого процес­
са. Социальная философия марксизма разрабатывает специфическое п(Ь
нкмание данной проблемы к, следовательно, обосновывает специфические
практические рекомендации. Однако это тема особого разговора.
30
«Материалы XXVII съезд а К оммунист ической парт ии Советского Союза»,
с. 48.

К VIII МЕЖДУНАРОДНОМУ КОНГРЕССУ ПО ЛОГИКЕ,
МЕТОДОЛОГИИ И ФИЛОСОФИИ НАУКИ
Ценности и понимание
А. А. ИВИН
Современная эпистемология —и в последние десятилетия это особен­
но заметно —все более сосредоточивает свое внимание на деятельност­
ных и тем самым ценностных аспектах научного познания. Становится
все более очевидным, что вопреки старому убеждению знание несводимо
к истине и включает также ценности. Знать —значит не только иметь
представление о том, что есть, но и представление о том, что должно
быть.
Понятие «ценности» стало вторгаться в философские рассуждения с
середины прошлого века, когда человек начал рассматриваться как по
преимуществу практическое существо (К. Маркс), не только объясняю­
щее, но и преобразующее действительность. Было бы неточным связы­
вать становление проблемы ценностей в современной философии с к а ­
ким-то одним философским направлением, скажем , с неокантианством
или философией жизни. Эта проблема сложилась в широком контексте
философского анал иза человеческой деятельности.
В эпистемологию «ценности» входили, однако, не без трудностей.
Во многом это было связано с распространенностью позитивистского в
своей основе тезиса, что наука не должна содержать ценностей. С кри­
зисом неопозитивизма кр итика требования исключать ценности из нау ки
заметно активизировалась. Это требование очевидным образом несовме­
стимо не только с реальной практикой социального познания, но и с
практикой научного познания в целом, невозможного без целей, стандар­
тов, идеалов и иных ценностей *.
В дальнейшем будут рассмотрены три взаимосвязанных вопроса:
многообразие видов ценностей в познании; логическая структура опера­
ции понимания и роль ценностей в понимании; взаимные отношения
объяснения и понимания в процессе развития научных теорий.
Понятие «ценности»
Ценности —неотъемлемый элемент человеческой деятельности как
мотивированной активности. Всякая деятельность связана с постановкой
целей, следованием традициям, нормам и правилам, систематизацией и
1
Анализ це ннос тей в науч ном позн ании пока каса етс я, как правило, только
«внешних» для научных теорий ценностей. Такие ценности входят не в структуру
теорий, а в тот контекст, в котором последние существуют и развиваются. Это —
только начало д ви ж ен и я по пути отка за от нео позитивистско го ид еал а науки, чис­
той от ценн остей,
ai

иерархкзацией рассматриваемых объектов, подведением их под образцы
или стандарты, отделением важного и фундаментального от менее суще­
ственного и второстепенного и т. д. Все эти понятия — «цель», «тради­
ция» , «норма», «правило», «система», «иерархия», « фундаментальное»,
«второстепенное» и т. п.—являются
оценочными или несут важное оце­
ночное содержание2. Научное познание как частный случай человече­
ской деятельности насквозь пронизано ценностями и без них немыслимо.
Вопрос о соотношении истины и ценности явл яется другой стороной
проблемы взаимосвязи теории и практики, созерцания и действия. Ключ
к его решению дан К. Марксом: «Главный недостаток всего предшест­
вующего материализма... заключается в том, что предмет, действитель­
ность, чувственность берется только в форме объекта, или в форме со­
вещания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика,
не субъективно» 3. Сущность ценностей и их роль в теоретическом мыш­
лении могут быть поняты только при условии истолкования мышления
не как пассивного, статичного отображения мира, а как специфической
деятельности, внутренне связанной с другими видами человеческой дея­
тельности, с ценностями и ориентированной в конечном счете на прак­
тику.
Существуют десятки определений понятия «ценности». Они различают­
ся деталями, но суть их одна: ценностью объявляется предмет некото­
рого интереса, желания, стремления и т. п., или, короче говоря, объект,
значимый для человека или группы лиц. В более общем случае цен­
ностью считается любой предмет любого интереса. На всех этих опреде­
л ениях сказы вается обычное убеждение, что истина —это свойство мыс­
лей, правильно отображающих действительность, а ценность — свойство
самих вещей, отвечающих каким-то целям, намерениям, планам и т. п.
Однако ценность, как и истина, явл яется не свойством, а отноше­
нием между мыслью и действительностью. Утверждение и его объект
могут находиться между собой в двух противоположных отношениях:
истинностном и ценностном. В случае первого отправным
пунктом сопоставления является объект, утверждение выступает как его
описание и характеризуется в терминах истинностных понятий.
В случае ценностного отношения исходным является утверждение, функ­
ционирующее как оценка, стандарт, план. Соответствие ему объекта
характеризуется в оценочных понятиях. Позитивно ценным считается
объект, соответствующий высказанному о нем утверждению, отвечающий
предъявляемым к нему требованиям 4.
2 Связь деятел ьности с ценнос тями такова, что по нятие де ятел ьно сти вообще
не может быть определено без ссылки на ценности. См. в этой связи, в частности:
Леонтьев А. Н. Деятел ьность. Сознание. Лично сть. М., 1975, с. 102; Каган М. С.
Человеческая деятел ьность. М., 1974, с. 43; Никифоров А. Л. О понимании чело­
веческой деятельности. В кн.: «Проблемы об ъ яс не ни я и по нимания в научном по­
знании». М., 1982, с. 127.
3МарксК. и ЭнгельсФ.Соч., т.43,с.264.
4 Истолкование истины как соответствия у твер жд е н ий описываемым ими си­
туациям — это так называемое «классическо е» ее о пр ед ел ени е. Оно противопос тавл я­
ется обычно истолкованию истины как согласия мышления с самим собой. Опр еде­
ление ценнос ти как соо тветствия са мпх объе ктов у твержд ен ия м о них восходи т ещ е
к античности и тоже может быть названо «классическим» , поскол ьку идет в парал­
лель к лас си че ск ому пониманию истины и опира етс я на при нцип коррес понд енции.
История этого о пред ел ения пока почти не исс ледо вана (см. в этой связи, например:
Аристотель. Ме тафизика. 1051в5; Лейбниц Г. В. Соч инения в 4 -х то мах, т. 1.
М., 1982, с. 242; Спиноза Б. Избр. соч ., т.
М., 1957, с. 521 —522; Гегель Г. В. Ф.
Энциклопедия ф ило софски х нау к, т. 1. М., 1974, с. 126—127). Опред еление ценности
с момента своего во зникновения и на пр от яже нии веков выдавалось обычно за про­
стую пер ефразировку опред ел ен ия истины, раскрывающую некий, якобы бол ее глу­
бокий и полный ее смысл. В частности, у ж е платоновский Сократ считал соответст­
вие того, что п озна ет ся, сво ему понятию особым критер ием истины, а не о пред ел е­
нием ценнос ти (см. Платон. Фсдо и 100). Р а зум ее тс я, никаких д ву х видов, или
двух критериев, истины нет. Вещь, соо твет ствующ ая мысли, пред ста вл яет собой та­
кую вещь, какой она д ол ж на быть, п оп рос ту говоря, хор ошую вещь:

Сопоставляются, допустим, город и его план. Можно, приняв за ис­
ходное город, сказать, что план, соответствующий городу, является ис­
тинным, и можно, приняв за исходное план, сказать , что город, отвечаю­
щий плану, является хорошим, таким, каким он должен быть.
Будем проводить различие между утверждаемыми и неутверждаемы-
ми языковыми выражениями, имеющими форму высказываний; неутвер-
ждаемое высказывание будем заключать в скобки. Скажем, выражение
«[этот дом голубой]», для которого не указан способ соотнесения его с
- си туацией («способ утверждения»), не является ни описанием, ни оцен­
кой, ни вопросом. Оно представляет собой то содержаиие, или ту
основу, из которой может быть получено соответствующее утвержде­
ние или вопрос. Существуют три —p i
только
три —способа, с помощью
которых можно перейти от неутверждаемого высказывания «[А]» к
утверждаемому: «[А]» может стать основой либо описания, либо оценки,
либо вопроса («Да [А]», «! [А]» и «? [А]»). Например, если «[А]»
есть основа «[этот дом голубой]», из нее путем указания способа соот­
несения с действительностью могут быть получены утверждаемые вы­
сказывания: «Да [этот дом голубой]», «! [этот дом голубой]» и «? [этот
дом голубой]». Первое из них представляет собой описание «Действи­
тельность такова, что этот дом голубой»; оно истинно, если дом на самом
деле голубой, и ложно в противном случае. Второе является оценкой или
командой; оно выполняет проектирующую функцию, намечает перспек­
тиву и является сокращенной формой утверждения «Должно быть так,
что этот дом голубой» («Хорошо, что он голубой», «Хорошо было бы,
если бы он был голубым» или даже «Сделайте так, чтобы этот дом был
голубым!» и т. п .) . Если дом на самом деле окажется голубым, он будет
соответствовать утверждению и, как таковой, являться позитивно цен­
ным; в случае другого цвета дом, которому следовало быть голубым, бу­
дет плохим. И наконец, третье выражение есть вопрос «Действительно
ли этот дом голубой?» или «Должен ли этот дом быть голубым?». Опи­
сание «Истинно, что этот дом голубой», оценка «Этот дом должен быть
голубым» и вопрос «Этот дом голубой?» совпадают по своей основе и
различаются только способом соотнесения с действительностью.
В обычном языке между истиной и ценностью имеется определенная
асимметрия. Слово «истинный» употребляется, как правило, только при­
менительно к утверждениям, слово же «хороший» многофункционально 5.
Установление истинностного отношения чаще всего не отмечается, выра­
жение ценностного отношения обычно требует специальных языковых
средств 6. Всякая оценка предполагает, помимо своего предмета и оце­
нивающего субъекта, также определенное основание, т. е. то, с точ­
ки зрения чего производится оценивание. Нередко основание оценки
только подразумевается и не находит явного выражения. Описательное
утверждение также всегда имеет основание. Но основания всех таких
утверждений совпадают, в этом смысле последние не зависят от точки
зрения, являются, как говорят, интерсубъективными. Разные
5 К примеру, «Хорошо, что идет дождь» — это эллиптичная оценка, говорящая
о соответствии с итуации ка кой-то не у ка зан ной явно иде е; «Хорошая трава являе т­
ся зеленой» — в этом утверждении фиксируется одно из свойств, входящих в стан­
дартное представление о том, какой должна быть «настоящая трава»; «Этот снег хо­
роший» — оценка, основание м которой являетс я образцово е предс тавл ение о сне ге
и т. п. Интересно отметить, что в вы ра же ниях, под об ны х «истинный друг» и «истин­
ное пр оизведе ние ис кус ства », слово «истинный» и мее т смысл «со ответствующ ий
своему стандарту» или «такой, каким и должен быть», т. е. употребляется вместо
слова «хороший» («настоящий», «подлинный» и т. п .) . Иногда это обстояте ль ство
ис пол ь зуе тся как повод по говорить о «двух видах» истины (см., например: Г е-
гель Г В. Ф. Энцикло педия фил ософских наук, с. 126—127).
6 Просто сказать «Небо го лубое» все равно, что сказать «Истинно, что неб о го­
лубое». Оценка ж е обычно пред пола га ет испол ьзо вание особы х «оценочных» слов:
«Хорошо, что небо голубое» , «Небо должно быть голубым» и т. п.
*33

оценки могут иметь разные основания, Этим оценочные утверждения
принципиально отличаются от описательных.
Все эти различия между истинностным и ценностным употребления­
ми языковых выражений затемняют параллель, имеющуюся между исти­
ной и ценностью, но не разрушают и не устраняют е е7.
Всякий раз, когда объект сопоставляется с мыслью на предмет соот­
ветствия ей, возникает ценностное отношение. Далеко не всегда оно осо­
знается, еще реже оно находит выражение в особом высказывании.
Формы явного и неявного вхождения ценностей в наши рассуждения,
и в частности в научные теории, многочисленны и разнородны. Что ка­
сается языкового выражения ценностного отношения, то чаще всего оно
фиксируется утверждениями с явным или подразумеваемым «должно
быть»: «Ученый должен быть критичным», «Всякое явление должно
иметь причину» , «Металл должен быть ковкхтм» и т. п.
Явные абсолютные оценки обычно выражаю тся в форме «Хорошо
(плохо, безразлично), что то-то и то-то»
опять-таки с «должно
быть». В явных сравнительных оценках
. ь зуются «лучше», «хуже»
и «равноценно».
К выражениям оценочного характера относятся, помимо прямых оце­
нок, также всякого рода стандарты, правила, образцы, идеалы, утверж­
дения о целях, конвенции, аналитические высказывания, номинальные
определения и т. п.
Очевиден оценочный характер традиций, советов, пожеланий, методо­
логических и иных требований, предостережений, просьб, обещаний
ит.п.
Ценностное отношение находит свое выражение также в разнообраз­
ных нормах. Их область крайне гетерогенна и включает законы (типа
законов государства), правила всякого рода (правила игры, грамматики,
ритуала и т, д.), команды, директивы, технические нормы. моральные
нормы и т. д. Обычно нормы противопоставляются и описаниям и оцен­
кам. Однако, если исходить из существа дела, нормы —это всего лишь
частный случай оценок. Именно тот случай, который представляется нор­
мативному авторитету настолько важным, что он находит нужным уста­
новить определенное наказание за приведение действительности в соот­
ветствие с оценкой 8.
Говоря о формах, в которых воплощается ценностное отношение, нуж­
но отметить, что многие понятия как обычного языка, так и языка науки,
имеют явную оценочную окраску. Их иногда называют «хвалебными»,
круг их широк и не имеет четких границ. В числе таких донятий «наука»
как противоположность мистике и иррационализму, «знание» как проти­
воположность слепой вере, «теория», «труд», «рациональность», «факт»
и т. д. Сами понятия «истины» и «ценности» имеют в большинстве своих
7 Слово «ценность» у по тр еб л яетс я не только для об означ е ния объекта, имею щ е­
го пол ож ител ьную или отрицател ьную значимость д ля ч ел овека или группы лиц,
но и дл я обо зна че ния самого того социального стандарта, образц а, который исполь­
зу е т ся пр и у ста новл ени и ценностного отнош ения. Проводя ра зл ичие м еж ду разны­
ми у потр еб ле ниями да нного слова, иногд а говорят о «предметных ценнос тях » и «цен­
ностях сознания». «К ценностям сознания,— пишет О. Г. Дробницкий,— относят
о бщественные установки и оценки, импер ативы и запреты, цел и и проекты, выра­
женные в форме нормативных представлений (о добре и зле, справедливости, пре­
красном и безобразном, о смысле истории и н азнач е нии человека, идеалы, нормы и
принципы дейс тви я) » («Фило софская энциклопедия». М., 1970, т. 5, с. 4 62).
8 Поскольку норма — это оценка с санкцией, при рассуждении о роли ценностей
в п ознании нет нео б ходи мос ти останавли ваться специальн о на нормах и все х тех
вы раж ениях ценнос тного отнош ения, которые, под обно номинальным опред ел ениям
и конвекциям, так или иначе включают нормы. О свод имости норм к абсолютным
оценкам и. соо тветственно, о р едукц ии део нтиче ской логики к логике абсолютных
опенок см. Ивин А. А. Це нности в научном по зна нии. В кн.: «Логика научного
позн ания. Актуальны е проблемы». М., 1987, с. 246 —247. Логика абсол ютных оценок
исследуется в работе: Ivin A, A. Grundlagen der Logik VQn Wertungen. Berlin4 1975,
34

употреблений явный оценочный оттенок9. Введение подобных понятий
редко обходятся без одновременного пр ивнесения неявных оценок.
Но ценности входят в рассуждение не только с особыми «хвалебны­
ми» словами. Любое слово, сопряженное с каким-то у стоявшимся стан­
дартом —а таких слов в языке большинство,—вводит при своем упо­
треблении неявную оценку. « . ..Слова суть этикетки,—писал Ж. Жубер. —
Поэтому, ища их, обретаешь й вещи» 1011. Называя вещь, мы относим ее
к определенной категории и тем самым обретаем ее как вещь данной,
а не иной категории. В зависимости от имени, каким она названа, от того
образца, под который она подводится, вещь может оказаться хорошей
или же оказаться плохой. Хорошее здание, заметил как-то Спиноза,—
это всего лишь плохие развалины. «Все, что кажется древним, прекрасно,
все, что кажется старым, прекрасным не является» и . Глупое сочинение
становится блестящим и остроумным, если только предположить, что
глупость —сознательный прием 12. Называние —это подведение под оп­
ределенное понятие, под представляемый им образец вещей определенно­
го рода и, значит, оценка. Назвать привычную вещь другим именем зна­
чит подвести ее под другой образец и, возможно, иначе ее оценить13.
Каждое слово, достаточно тесно связанное с жизнью и деятельностью
человека, сопряжено с определенным стандартом, или образцом, извест­
ным каждому, употребляющему это сло во14. Изучение языка и есть
прежде всего усвоение таких стандартов вещей, а не наклеивание имен-
ярлыков на вещи.
Языковые образцы функционируют почти автоматически, так что рас­
суждение, подводящее вещь под образец, скрадывается и понимание ее
в свете образца начинает казаться не результатом дедукции, а неким
внерефлексивным «схватыванием» .
Таким образом, не только «хвалебные» , но и, казало сь бы, оценочно
нейтральные слова способны выражать ценностное отношение. Это де­
лает грань между описательной и оценочной функциями языковых выра­
жений особенно зыбкой и неустойчивой. Вне контекста употребления
выражения, как правило, невозможно установить, описывает ли оно, или
оценивает, или же делает и то и другое сразу.
Чистые оценки и чистые нормы почти не встречаются в теориях,
которые не ставят своей специальной задачей их выработку и обоснова­
ние. В обычные научные теории оценки входят, как правило, только в
виде «смешанных» , оп и сательно-оценочных утверждений.
9 Сказать о каком-то утверждении, что это истина, часто значит не просто кон­
статировать соответствие его реальному положению дел, но и как-то одобрить его.
Стр емл ение к истин е является, как принято считать, по зитивно ценны м, поэтому
каждое конкретное истинное утверждение — если, конечно, оно новое и глубокое,
а не какая-то банальнос ть типа «Сажа чер ная» — обычно оцен ивае тся пол ож ител ь­
но. Ко возможность такой оценки не означает, разумеется, что истинностное отно­
шение идеи к действительности переворачивается и превращается в их ценностное
отношение. Часто приводимое положение «Истина — это одна из ценностей» дву­
смысленно. Верно , что поиск и истины за с лу ж ив аю т од обрения, но неверно, что ис ­
тин ностно е отнош е ние — частный с луч ай ценностного.
10 Ж у б е р Ж. Дневники . В кн.: «Эстетика р аннего французского р омантизма».
М. 1982, с. 345.
11Там же, с. 377.
12 Жан-Поль. Приготовительная школа эстетики. М., 1981, с. 138—139.
13 То, что, давая вещи имя, мы обычно тем самым неявно оцениваем ее, и что
вещь, хорошая в свете одного имени, может оказаться посредственной или даже
плохой, будучи поименованной иначе, за ме чено давно. Как ра з с этим с вязана, судя
по вс ему , стар ая доктрина «выправления имен» Конфуция: все явления и все вещи
должны соответствовать тому смы слу, который вл ож ен в их назва ния (см. «Древне­
китайская фило софия». М., 1972, т. 1, с. 161—162). По по воду этой свое образной
доктрины мож но заметить: вещь, отвеча ющ ая свое му имени, т. е. стандарту, с тоящ е ­
му за ним, явл яе тся х ор ош ей или пози тивно ценной; если бы все вещи соответство­
вали своим именам и не было возмо жн ости назвать их иначе, пл о хих вещ ей прос то
не было бы.
14 См. в этой связи: Ивин А, А. Осно вания логики оц енок. М., 1970, гл. 3.
35

Обилие последних в науке создает иногда даже обманчивое впечатление,
что в ней вообще нет чистых описаний и что в каждом дескриптивном
утверждении имеется элемент оценки.
Очевиден, в частности, отчетливо двойственный, дескриптивно-пре-
скриптивный характер
наиболее общих принципов тео­
рии. Они описывают и объясняют некоторую совокупность фактов. В ка­
честве описаний они должны соответствовать эмпирическим данным и
эмпирическим обобщениям. Вместе с тем принципы являются также стан­
дартами оценки как других утверждений теории, так и самих фактов.
Ценностно нагруженными являются не только общие законы (прин­
ципы) , но в той или иной, мере и все иные законы научных
теорий. Научный факт и научную теорию невозможно строго отделить
друг от друга. Факты истолковываются в терминах теории, их содержа­
ние определяется не только тем, что непосредственно устанавливается
ими, но и тем, какое место в теоретической системе они занимают. Тео­
ретическая нагруженность языка наблюдения и выражаемых на нем
фактов означает, что и факты не являются ценностно нейтральными.
Сложный, описательно -оценочный характер имеют и так называемые
регулятивные принципы познания, подобные принципу
соответствия, принципу наблюдаемости, принципу дополнительности,
принципу простоты и т. д. Все они функционируют прежде всего как эв­
ристические указатели, позволяющие сформировать и реализовать иссле­
довательскую программу, как предписания, касающиеся конструирования
и оценки теоретических систем. Вместе с тем они складываются и кон­
кретизируются в самой практике научного исследования и являются по­
пытками осознать закономерности познания. В связи с этим они выпол­
няют и функцию описания. Ими систематизируется и очищается от слу­
чайностей долгий опыт научных исследований, выявляю тся устойчивые
связи между теорией и отображаемой ею реальностью, и уже на этой ос­
нове выдвигаются определенные образцы и требования. Сопоставление
теории с регулятивными принципами представляет собой подведение за­
даваемой ею «теоретической действительности» под некоторый стандарт
или шаблон, т. е. является установлением ценностного отношения.
Имеются и многие другие разновидности описательно-оценочных ут­
верждений 15.
Если не только общие принципы теории, но и все ее законы и даже
факты являются ценностно нагруженными, то ясно, что ценности неиз­
бежны в структуре всех теорий, как гуманитарных, так и естественнона­
учных. И поскольку ценности входят в теорию, как правило, не в виде
явных оценок, а в форме дескриптивио-прескриптивиых утверждений,
невыполнимо не только требование устр анять ценности из науки,
но и более слабое требование отделять содержащиеся в теории оценки от
чисто описательных утверждений.
15
Еще Сократ сто лкну лся с за труднением, связанным с возможнос тью и истин­
ностной, и ценностной интерпретации одного и того же утверждения или рассужде­
ния. На вопрос, може т ли справедливый чел овек од на жд ы соверш ить нес пра ведл и­
вый поступок, он отвечал, что нет: если это произойдет, чел овек пер ес та не т отве чать
ид ее справедливого. Л. Шестов писал по это му поводу: «Сократовское увер ение ,
что с дурным не может приключиться ничего хорошего, а с хорошим ничего дурно ­
го — есть «пустая болтовня» и «поэтич ес кий образ», который он подобрал где-то на
большой дороге или в еще худшем месте...» (III е с т о в Л. Скованный Парменид.
Париж, 1927, с. 50 —51). О по словице «Пророк действител ьно пророчеству ет» Р. Кар­
нап писал, что она якобы б ес смысл енна (Карнап Р. Философс кие основа ния фи­
зики. М.. 1971, с. 171). Очевидно, это не так. В ценностной интерпретаци и она выра­
жает определенное требование к тому, кто именуется пророком: он должен прори­
цать. Сходным образом аф ор изм «Турнирное сч ас тье все гд а на стор оне призеров»
является с од ерж ате ль но пустым в истинностной интерпретации, но в ценностной
интерпр етации бы у станавли вает важ ное ус ло вие у с п е х а в турнире.

Объяснение и понимание
Понимание —это та точка, в которой пересекаются все основные
темы и проблемы такого сложного и многоаспектного явления, как чело­
веческая коммуникация. Обычность, постоянная повторяемость общения
людей создают впечатление не только естественности, но и своеобразной
простоты употребления язы ка для целей коммуникации и достижения
взаимопонимания. Понимание представляется нормой, случаи непонима­
ния-отклонениями от нее.
Обыденность понимания, иллюзия легкой, почти автоматической его
достижимости долгое время затемняли глубину и комплексный характер
проблемы понимания. Хотя эта проблема начала обсуждаться еще в прош­
лом веке, в полном своем объеме и во всей своей сложности она встала
только в последние десятилетия. Многообразные аспекты понимания со­
ставляют сейчас предмет изучения различных наук: лингвистики, логики,
психологии (в особенности психолингвистики), антропологии (в особен­
ности этнолингвистики), истории культуры, литературоведения, социоло­
гии (в особенности социолингвистики и лингвистической социологии), се­
миотики, информатики, теории массовой коммуникации, философии. Этот
перечень не явл яется, конечно, исчерпывающим 16.
Понимание — функция научного познания, и методология науки не
может игнорировать это обстоятельство 17. Неопозитивизм сводил все за­
дачи науки к объяснению, философская герменевтика противопоставила
объяснению в духе естественных наук гуманитарное понимание. Но оче­
видно, что понимание и объяснение являются универсальными операция­
ми мышления. Они имеют место в любых научных дисциплинах —и ес­
тественных, и гу манитарных — и входят в ядро используемых ими спосо­
бов обоснования п систематизации знания. Однако логическая структура
данных операций не особенно ясна. Прежде всего это касается понима­
ния, относительно которого даже предполагается, что оно вообще лишено
отчетливой, допускающей расчленение структуры и не способно быть
предметом логического анализа.
Основная наша идея сводится к тому, что понимание и объяснение
совпадают по своей общей формальной структуре. Каждая из этих опе­
раций представляет собой дедуктивное умозаключение, од­
ной из посылок которого является общее утверждение, другой —утверж­
дение о начальных условиях. В заключении общее знание распространя­
ется на частный случай. Различие между пониманием и объяснением не
в их строении, а в характере принимаемого общего утверждения. В слу­
чае объяснения общее утверждение явл яется описанием некоторой
универсальной связи, говорящим о том, что имеет место. В случае пони­
мания это утверждение является оценкой, говорящей о том, что
должно быть. Диалектика объяснения и понимания является, таким об­
разом, отражением диалектики сущего и должного, истины и ценности
и в конечном счете одним из моментов диалектики взаимосвязи созерца­
ния и действия, теории и практики.
16 Сложность и многозначность проблемы понимания, е е комплексный характер
хорошо показал и вы ступл ен ия уч астников «Круглого стола» по этой пробл еме, про­
вед енного журн ал ом «Вопросы философии» (1986, NoNo 7—9 ). Эти выступления, в част­
ности, прод емонстрировали, что пониман ие ка ж етс я есте ственным и не сложным
только до тех пор, пока пе зах од и т речь о по нима нии самого понимания.
17 Об изменении отношения современной мет одоло гии к пр облеме по нимания
см. Никифоров А. Л. Семантич ес кая концепция понима ния. В кн.: «Проблемы
объяснения и понимания в научном познании». М., 1982, с. 43—44; Р у за ви н Г. И.
Понимание как комплексная пробл ема; т а м ж е , с. 1—2, 6—7. А. Л. Никифоров на ­
зывает два об ст ояте льс тва, с пособствова вш их сбл и же нию методо ло гии есте ствен но ­
науч ного познания и герменевтики, тр ад иционно за нимавш ейся мет од ами гумани­
тарных наук: к р уш ение нео по зитивизм а и его идеалов нау чно ст и хорошо пока зало,
что общественные науки обладают определенной спецификой, и их методология не
обязана слепо копировать методологию естествознания; обсуждение таких внутрен­

Слово «объяснение» обозначает как операцию, ведущую к определен­
ному результату, так и сам этот результат. Слово «понимание» обознача­
ет, скорее, только результат соответствующей деятельности. Операцию,
ведущую к нему, можно назвать «оправданием» 18.
Объяснение есть подведение под истину, оправдание —подведение
под ценность. Объяснить —значит вывести из имеющихся общих истин,
оправдать (и в результате —понять) —значит вывести из принятых об­
щих ценностей19.
«Пониманием мы называем такой процесс,— писал В. Дильтей,—
в котором на основе чувственно данных знаков мы распознаем нечто
психическое, обнаружением которого эти знаки являются» 20. Понимать­
ся, по Дильтею, могут только индивидуальные психические состояния,
притом понимание — единственный способ научного, общезначимого их
постижения. История, филология и другие гуманитарные науки изучают
индивидуальное человеческое существование, поэтому проблема понима­
ния является для них центральной. «. ..У врат гуманитарных наук мы
сталкиваемся с проблемой, которая в отличие от всякого познания приро­
ды есть их собственная проблема» 21.
Согласно нашему истолкованию понимания, оно столь же универсаль­
но, как и объяснение. Понимание есть оценка на основе некоторого об­
разца, стандарта, нормы, принципа, и пониматься может все, для чего су­
ществует такой общий образец, начиная с явлений неживой природы и
кончая индивидуальными психическими состояниями, «детским лепетом,
«Гамлетом» и критикой разума» 22. Но поскольку проблема понимания
долгое время связывалась как раз с постижением внутренней жизни ин­
дивида и его поведения, лучше всего начать с примеров, относящихся к
этой области.
Вот рассуждение, которое У Дрей в известной полемике с К. Гемпе-
лем по поводу объяснений в истории называл «рациональным объясне­
нием» и противопоставлял «объяснению при помощи охватывающего за­
кона». «В ситуации типа С следовало сделать X; деятель А находился в
ситуации типа С; значит, деятель А должен был сделать X» 23. Это ти­
пичное оправдание. Первая его посылка является общей оценкой («оце­
ночным принципом действия», по выражению Гемпеля), вторая —факти­
ческим утверждением, фиксирующим начальные условия, а заключе­
ние — оценкой, распространяющей общий принцип на отдельный случай.
Данное заключение логически вытекает из принятых посылок.
Гемпель так реконструировал пример Дрея: «Деятель А находился в
ситуации типа С; в ситуации типа С следовало сделать X; поэтому дея­
ни х пр обл ем са мой мет од ологии ес тество знани я, как сравнимость ко нкурирующ их
теор ий, нау ч на я рационал ьность, зна ч ен ие на уч ных терминов и т. п., привело к не­
об ход имост и рассматриват ь ес те ство зна ни е в бол ее широком контексте чел овеч е­
ской кул ьтуры и обращ атьс я к ид еям и понятиям мет одоло гии общественных наук,
и в час тно ст и герменевтики.
18 По поводу этого термина см. W ittgenstein L. On Certainty. Oxford, 1969,
p. 85.
19 Истолкования понимания, по своему смыслу близкие этому опред елен ию его
в тер ми нах ценнос тей, в общем-то нер едки. Так, А. Л. Никифоро в говорит, что «по­
ниман ие ес ть придан ие, пр иписы вание смысла тому , что мы понимаем», по двед ен ие
слова, дейс тви я, пред мета под общие или индивидуальные «смысловые единицы »,
т. е. п од те образцы или стандарты, которые стоят за словами (Никифоров А. Л.
Семантическая концепци я понимания. В кн. «Проблема объ яс не ни я и понимания в
науч ном познании». М., 1982, с. 51—57). В. П. Филатов связывает возможнос ть пони­
мания о бъ екто в не ж ивой природы с науч ными традициями, т. е. опять-таки с опр е­
деленными системами ценностей (Филатов В. П. Факт и традиция: понимание в
структуре естественнонаучного мышления. Т а м ж е , с. 68 —72).
20 D i 11 h е у W. Gesammelte Schrifien. Leipzig, 1924, В. V, S. 292.
21 Ibidem, S. 291.
22 Ibidem, S. 292.
23 C m . Dray W. H. The Historical Explanation of Action Reconsidered. In: «Philo­
sophy and History. A Symposium». N. Y., 1963.
38

тель А сделал X» 24. Здесь заключение является уже не оценкой, а опи­
санием, и оно не вытекает, дедуктивно из посылок, одна из которых пред­
ставляет собой оценку. Данное логически некорректное рассуждение не
цмеет ничего общего ни с объяснением, ни с пониманием.
Самим Гемпелем предлагалась следующая схема «исторического объ­
яснения»: «Деятель А находился в ситуации типа С; в то время он был
рационально действующим лицом; любое рациональное существо в ситу а­
ции зтого типа обязательно (или с высокой вероятностью) делает X;
следовательно, А сделал X». До мысли Гемпеля, это рассуждение пред­
ставляет собой обычное объяснение цри помощи «охватывающего за­
кона».
Нетрудно заметить, однако, что схема Гемпеля является откровенно
двусмысленной. Именуемое им «законом» утверждение «любое рацио­
нальное существо в ситуациях типа С обязательно (или же с высокой
вероятностью) делает X» может истолковываться и как описание, и как
оценка. Что касается прескриптивной интерпретации, то в ней это ут­
верждение выражает определенное требование к «разумным существам»:
в ситуациях типа С они должны всегда или в большинстве случаев де­
лать X. Описательная интерпретация «закона» является гораздо менее
естественной, так как в нем речь идет о «разумных существах» , которые
«обязательно делают» что-то.
Гемпелевская схема может пониматься, таким образом, и как оправ­
дание, и как объяснение. В первом случае заключением должна быть,
однако, оценка «Деятель А должен был сделать X». По поводу второго
случая можно заметить, что «объясняющая сила» описательных утверж­
дении, подобных «Многие люди в ситуации типа С обычно делают X»,
конечно, же, невелика.
Сходный, но более простой пример: «Солдат является стойким; Сократ
был солдатом; значит, Сократ был стоек». Это рассуждение можно ис­
толковать и как оправдание («Солдат должен быть стойким; Сократ был
солдатом; следовательно, он должен был быть стойким»), и как объяс­
нение («Солдат, как правило, стоек; Сократ был солдатом; значит, он был
чаще всего стоек»). Но если исходное рассуждение представить в форме:
«Настоящий солдат стоек; Сократ был настоящим солдатом; значит, он
был стоек», то во зможность описательног о его истол ко ва ния стан овится
заметно меньшей.
Эти примеры показывают, что в обычных рассуждениях чистые объ­
яснения и чистые оправдания довольно редки, как редки лежащие в их
основе чистые описания и чистые оценки.
Не будет, пожалуй, преувеличением сказать, что художественная ли­
тература с большей отчетливостью, чем изучающая понимание герменев­
тика, говорит о том, что понятное в человеческих действиях —это соот­
ветствующее принятому правилу, норме, и что процедура истолкования
поступков человека является поиском ценностей, под которые их удалось
бы подвести.
В романе «Луна и гр°ш>> С. Моэм сравнивает две биографии художни­
ка, одна из которых написана его сыном-священником, а другая неким
историком. Сын «нарисовал портрет заботливейшего мужа и отца, доб­
родушного малого, трудолюбца и глубоко нравственного человека. Совре­
менный служитель церкви достиг изумительной сноровки в науке, назы ­
ваемой, если я не ошибаюсь, экзегезой (толкованием текста), а ловкость,
с которой пастор Стрикленд «интерпретировал» все факты из жизни от­
ца, «не устраивающие» почтительного сына, несомненно, сулит ему в бу­
дущем высокое положение в церковной иерархии» . Историк же, «умев­
ший безошибочно подмечать низкие мотивы внешне благопристойных
24
См. H em p e l С. G. Reasons and Covering Laws in Historical Explanation. In:
«Philosophy and History. A Symposium». N. Y., 1963.
39

действий», подошел к той же теме совсем по-другому: «Это было увлека­
тельное занятие: следить, с каким рвением ученый автор выискивал ма­
лейшие подробности, могущие опозорить его героя» 25.
Этот пример хорошо иллюстрирует предпосылочность всякого пони­
мания, его зависимость не только от интерпретируемого материала, но и
от позиции самого интерпретатора. Однако в данном случае важнее дру­
гое. Пример говорит о том, что поведение становится понятным, как
только удается убедительно подвести его под некоторый общий принцип
или образец. В одной биографии образцом служит распространенное
представление о «заботливом, трудолюбивом, глубоко нравственном чело­
веке», каки м якобы должен быть выдающийся художник, в другой —
вера, что «человеческая натура насквозь порочна» и в случае неординар­
ного человека это особенно заметно. Оба эти образца никуда, возможно,
не годятся. Но если один из них принимается интерпретатором и ему
удается подвести поведение своего героя под избранную схему, оно ста­
новится понятным как для интерпретатора, так и для тех, кто соглашает­
ся с предложенным образцом.
О
том, что понятное —это отвечающее принятому правилу, а потому
правильное и в определенном смысле ожидаемое, хорошо говорит Д. Д а­
нин в «Человеке вертикали». Сознание человека замусорено нашими при­
вычными представлениями, как должно и как не должно вести себя че­
ловеку в заданных обстоятельствах. «Эти представления вырабатывались
статистически. Постепенно наиболее вероятное в поведении стало казать ­
ся нормой. Обязательной. А порою и единственно возможной. Это не за­
поведи нравственности. Это не со скрижалей Моисея. И не из нагорной
проповеди Христа. Это —не десять и не сто, а тысячи заповедей обще­
жития (мой руки перед едой). И физиологии (от неожиданности вздраги­
вай). И психологии (по пустякам не огорчайся). И народной хмудрости
(семь раз отмерь). И здравого смысла (не питай иллюзий)... В этой не­
писаной системе правильного, а главное —понятного поведения всегда
есть заранее ожидаемое соответствие между внутренним состоянием че­
ловека и его физическими действиями. Это всесветная и вековечная си­
стема Станиславского, по которой всю жизнь лицедействует подавляющее
большинство человечества. Для всего есть слово. И для всего есть
жест» 26.
В этой характеристике понятного как правильного и ожидаемого ин­
тересен также такой момент. Предпосылкой понимания внутренней жизни
индивида явл яется не только существование образцов для ее оценки, но
и наличие определенных стандартов проявления этой жизни вовне, в фи­
зическом, доступном восприятию действии.
Дедуктивный характер объяснения и оправдания не всегда нагляден
и очевиден, поскольку наши обычные дедукции являются до предела со­
кращенными. Чаще всего не упоминаются явно некоторые используемые
посылки; утверждения, относительно которых можно предполагать, что
они хорошо известны, как правило, опускаются. Сама логическая связь,
существующая между посылками и выводимыми из них заключениями,
лишь изредка отмечается словами, подобными «следовательно» и «зна­
чит».
Нередко дедукция протекает настолько автоматически и является на­
столько сокращенной, что о ней можно только догадываться. Восстано­
вить ее в полной форме, с указанием всех необходимых элементов и свя­
зей бывает нелегко. Мы видим плачущего ребенка и говорим: «Он упал
и ударился» . Это —дедуктивное объяснение, но, как обычно, крайне со­
кращенное. Опущено общее утверждение «Всегда, когда ребенок ударит­
40
М о э м С. Луна и грош. Театр. Рассказы. М., 1983, с. 8 —10.
Данин Д. Избранное. М., 1984, с. 22.

ся, ему больно, и он плачет» , опущено также заключение «Ребенок
плачет». Видя идущего по улице человека, мы отмечаем: «Обычный прохо­
жий». И в этом своем качестве он понятен для нас. Но за простой как
будто констатацией стоит целое рассуждение, результат которого — оцен­
ка: «Этот человек таков, каким должен быть стандартный прохожий» 27.
Понимание и объяснение —операции самые обычные и постоянно по­
вторяющиеся. И только свернутый их хар актер способен внушить обман­
чивое представление, что они редки и являются результатом деятельно­
сти, требующей особых знаний и неординарных способностей.
Постановка проблемы понимания обычно связывается с философской
герменевтикой, с традицией, у истоков которой стоят Ф. Шлейермахер
и В. Дкльтей. Действительно, герменевтикой многое сделано для прояс­
нения понимания. В частности, она показала ограниченность натурали­
стических, механистических моделей объяснения, привлекла внимание к
проблеме истолкования и понимания, выявила комплексный характер по­
следней, представила понимание как процесс, слагающийся из определен­
ных этапов и предполагающий взаимодействие понимаемого целого и его
частей и т. д. Однако проанализировать природу понимания как универ­
сальной формы интеллектуальной деятельности, установить ясную связь
понимания с объяснением —другой столь же универсальной операцией
мышления —герменевтика оказалась не способна. Причина этого —в уз­
ком и искаженном горизонте, в рамках которого ею рассматривалось по­
нимание, в тех субъективно-идеалистических предпосылках, или «пред­
рассудках», которые лежат в основе ее рассуждений об истине и ценно­
стях и соответственно об объяснении и понимании 28.
Герменевтическая трактовка понимания с самого начала содержала в
зародыше принципиально важную для правильного его истолкования
мысль, что понимание всегда связано с ценностями. Однако это ключевое
положение никогда не было сформулировано герменевтикой с необходи­
мой общностью и ясностью. Сверх того, даже эти частные формы цен­
ностей истолковывались как сугубо индивидуальные и субъективные29.
Очевидно, однако, что ценности бывают не только личностные и меняю­
щиеся от человека к человеку. Гораздо большую роль в человеческой дея­
тельности играют ценности коллективные, ценности социальных групп и
классов, в науке —ценности научных сообществ. Устранение герменевти­
кой понятия объективной истины из методологии гуманитарных нау к
и полная субъективизация ценностей привели к искусственному проти­
вопоставлению естественнонаучного объяснения и гуманитарного пони­
мания.
27 Рациональное понимание (о правдание) как резу л ьта т б о ле е или ме не е отч ет­
ливого рассуждения является дедуктивным умозаключением. Но очевидно, что есть
и «нер ас судочные» формы понима ния. К ним о тносятся интуитивное схва ты вание и
эмоциона льное, или ч ув ст венн ое , понимание с та кой его разно видн остью, как эм па ­
тия. И. Гёте од нажд ы сказал, что не спо с об ен ответить на вопрос, какую идею ему
хотелось выразить в «Фаусте», так как сам этого не знает. Понимание художествен­
ного про изведе ния носит по пре имуществу чувственный, образный хар актер. Как и
понятийное по нимание, оно п редпол агае т ц енно сти и б е з них нево змож но , но оно
не являетс я, конечно, совокупностью д едукций из ценностей.
28 О современной трактовке проблемы понимания герменевти кой см. Бабуш-
к и н В. У. Феноменол огич еская фи лос офи я науки. М., 1985; Вдовина И. С. Фен о­
менологичес кая гермене втика Поля Рикёра: за дач и и методы. В кн.: «Актуальные
проблемы критики со временной буржу а зн ой философии и социоло гии». Л., 1980,
вып. 3; Гайденко II. П. Герменевтика п кризис бур жу а зн ой куль турно -исто риче­
ской тр ад иции. — «Вопросы литературы», 1977, No 5; Ивин А. А
., Фурмано­
ва О. В. Философская герменевтика и проблемы научного по зна ни я. — «Философ­
ские науки». 1984, No 5, с. 70—72.
29 В опубликованной только в 1925 г. рукопис и В. Диль тея прямо говорится о
«принципе неразде ль ности понимания и оценки» и д а ж е о том, что ценность — бл а­
годаря сравнению — мож ет быть сд елана объективной и общезначимой (см. D i 1-
they W. Ibidem, S. 317).
41

Понимание в естественных науках
По поводу идеи «истолкования природы», став шей популярной бла­
годаря Ф. Бэкону. Дильтей ясно и недвусмысленно сказал: «Понимание
природы —interpretatio naturae —это образное выражение» 30« Пони­
мать можно только чужие психические состояния, даже понимание само­
го себя является пониманием в некотором переносном смысле. Современ­
ная герменевтика постепенно отходит от постулата ограничения понима­
ния одними гуманитарными науками, но пока ей не удалось сказать О
понимании природы что-нибудь внятное.
Если в гуманитарном познании процедуры истолкования и понимания
обычны, то в естественных науках они кажутся по меньшей мере редки­
ми. Чем объясняется иллюзия, будто понимание играет ограничен­
ную роль в познании природы или даже, как иногда полагают, вообще
не встречается здесь?
Прежде всего существует определенная асимметрия между гуманитар­
ными и естественными науками с точки зрения форм вхождения в них
ценностей. Первые достаточно прямо и эксплицитно формулируют и обо­
сновывают оценки и нормы всякого рода, в то время как во вторые цен­
ности входят но преимуществу имплицитно, чаще всего в составе описа­
тельно-оценочных утверждений. Это усложняет вопрос о роли понимания
в естествознании и одновременно вопрос об объяснении в гуманитарном
знании.
Далее, весьма распространенной является восходящая к герменевтике
идея, что истолковываться к пониматься может только текст, наделенный
определенным смыслом: понять означает раскрыть смысл, вложенный в
текст его автором. Такая узкая трактовка понимания, будучи приложен­
ной к познанию природы, ведет к неясным р ассуждениям о «книге бы­
тия», которая должна «читаться» и «пониматься», подобно другим текс­
там. Но кто автор этой «книги»? Кем вложен в нее скрытый, не сразу
улавливаемый смысл, истолковать и понять который призвана естествен­
ная наука? Поскольку у «книги природы» нет ни автора, ни зашифрован­
ного им смысла, «чтение» и «толкование» этой «книги» —только ино ска ­
зание. И если пониматься может лишь смысл текста, естественнонаучное
понимание оказывается пониманием в некотором переносном,, метафори­
ческом значении 31.
Иногда слову «понимание» придается смысл неожиданного прозрения,
внезапного схватывания и ясного видения какого-то, до тех пор бывшего
довольно туманным и несвязным целого. Такого рода понимание являет­
30Di11hеу W.Ibidem, S.234.
31 Убед ител ь ная критика тр адиционной трактовки понимания как у сво е ни я
(постижения) готового смысла д а на А. Л. Никифоровым: «Если «понять» знач ит
« усвоить смысл», то понятие понима ния ва ж но лишь для методологии общественных
наук, а в метод ологии ес те ствен ны х наук ему нет мес та, ибо явле ния природы ли­
шены смысла» (там же, с. 45).
Природа не текст, неодушевленные объекты не имеют «смысла» сами по себе.
Их «смысл» —• результат взаимодействия с человеком, исследующим и преобразую­
щим их. Именно в сфере социокультурных по своему характеру отношений, в част­
ности в р амках н ауч ны х со обществ, ф ормиру ются «стандарты» зна чимых дл я чело­
века вещ ей, пр ед ста вле ния о том, какими они могут и до лж ны быть. Эту сторону
дела подчеркивает А. И. Ракитов. Он пишет о понимании неодушевленных объек­
тов: «...Здесь понимание опосредуется рядом процедур, «наделяющих» понимаемый
феномен некоторым смыслом и знач ением... Так что, говоря, например , о понимании
кварков, т ах ио нов или не рел ятивис тских эл ем ентарны х частиц, мы, по сути д ела ,
рассматриваем смы сл о образующи е и об озн ач ающ ие структуры в языке с оответ ст вую­
щей физической теории... Понимание не являетс я привилегией гу манитарного , исто­
рического и в бо лее общем виде —со циокультурного позн ания, но в равной мере,
хотя и по-разному, осуществляется в самых различных формах и видах познава­
тельной деятельности» (Ракитов А. И. Д иал е ктика проц есс а понимания (Истоки
проблемы и операциональная структура понимания). — «Вопросы философии», 1985,
No 12, с. 66).
42

ся, конечно, редкостью не только в естественных, но и в гуманитарных
науках. Но сводить всякое понимание к «озарению», «инсайту» или «про­
зрению» — это все равно, что сводить работу художника над картиной к
нескольким завершающим мазкам, придающим ей особое звучание и
цельность. Отдельные акты понимания, логически связы вая между собой
утверждения и упорядочивая их в иерархическую структуру, придают
единство и целостность теории или иной сложной системе идей. Роль по­
нимания аналогична в этом плане роли объяснения. Итогом многих эле­
ментарных пониманий и объяснений является система идей как органиче­
ское единство, отдельные элементы которого придают смысл целому,
а оно им. Назы вая «пониманием» только заключительный этап «схваты­
вания» или «усмотрения» целостности, складывающейся, р азумеется, по­
степенно, нужно помнить, что без предшествующих более элементарных
дедукций в форме объяснений и пониманий он просто не был бы возмо­
жен.
И наконец, в естественных науках процедуры истолкования и пони­
мания существенно маскируются периодами так называемой «нормаль­
ной науки», когда основные ценности теории, входящие в ее парадиг­
му, не подвергаются сомнению и пересмотру. Нормальная наука внушает
впечатление, что описание обязательно совпадает с оценкой, «имеет мес­
то» — с «должно быть» и, соответственно, объяснение есть одновременно
также оправдание. Однако в период кризиса естественнонаучной теории
и разрушения ее парадигмы, когда на арену выходят конкурирующие си­
стемы ценностей, объяснение и понимание заметно расходятся. В такой
ситуации споры о понимании становятся обычным делом.
В этом отношении показателен кризис в физике, приведший к возник­
новению квантовой механики. Н . Бор отмечал тогда, что атомы удастся
понять, только если станет ясно, что означает само слово «понимание»,
и что смысл «понимания» меняется со сменой теории, к которой оно от­
носится. Одна из глав книги В. Гейзенберга, «Часть и целое», посвящен­
ной событиям того времени, — «Понятие «понимания» в современной фи­
зике (1920—1922)» 32. В кризисный период «есть» и «должно быть»,
объяснение и понимание перестают совпадать и становится возможным и
явным объяснение (в частности правильное предсказание) без понимания
и понимание без у мения объяснить на основе точного закона. Гейзенберг,
в частности, отмечал, что Эйнштейн не понимал квантовую механику и
так и не сумел ее п он ять33. Разумеется, речь идет не о неумении ис­
пользовать законы этой механики для построения объяснений и предска­
заний, а о несовместимости ее законов с самыми общими ценностями ми­
ровоззрения Эйнштейна и прежде всего с его максимой «Бог не играет в
кости» 34.
Понимание мыслей, переживаний, действий —это подведение их под
общие ценности, некоторые нормы, идеалы, стандарты и т. п. Понимание
природы также является оценкой ее явлений с точки зрения того, что
должно в ней происходить, т. е. с позиции устоявшихся и опирающихся
на прошлый опыт познания представлений о «нормальном» или «естест­
венном» ходе вещей.
32 Heisenberg W. Der Teil und das Ganze: Gesprache im Umkreis der Atom-
physik. Miinchen, 1971, s. 45 —64.
33 Ibidem, S. 115.
34 Эйнштейн пис ал M. Борну. 4 дек абре 1926 г.: «Квантовая мех аника внуш ает
большое у ва ж ен и е. Но вну тренний голос говорит мне, что все это НЕ ТО. Эта теория
многое д ает, но к тайне Старика она ед ва ли на с приб лиж ает. Во всяком слу чае,
я убежден* что Он не бросает кости»*
43

Ценностные ориентации
и развитие
научного знания
Л. М. КОСАРЕВА
Вопросы гуманизации пауки, необходимости связи науки с миром че­
ловеческих ценностей волнуют сегодня не только специалистов —иссле­
дователей науки, но и широкие круги общественности. Современные ис­
следования в области генной инженерии, ядерной физики и т. д. де­
лают актуальными вопросы нравственной ответственности ученого перед
обществом.
Утверждение, что наука тесно связана с ценностной сферой, с этикой
на уровне, так сказать, «внешнего» использования научного знания, вряд
ли кто-нибудь станет оспаривать. Однако существует и другая сторона
проблемы взаимосвязи науки и ценностей — «внутренняя»: могут ли цен­
ности детерминировать развитие содержания научного знания?
Вопрос этот достаточно сложен, и неудивительно, что большинство со­
временных западных философов науки, сторонящихся опасностей вуль­
гарного социологизма, либо вслед за позитивизмом вообще отвергают
влияние ценностей на развитие научного знания, либо редуцируют сферу
ценностей, влияющих на науку, до совокупности методологических норм
и идеалов, до когнитивных ценностей \
Марксистское учение о социальной природе познания, о науке как
виде всеобщего труда в сфере духовного производства, об активности
субъекта познания, о единстве познавательного и ценностного аспектов
деятельности человека 12 позволяет, в противоположность постпозитивист­
ской философии науки, сформулировать социологически «сильную» про­
грамму исследований влияния ценностных ориентаций на развитие есте­
ственнонаучного знания. Ценностная сфера является важнейшим кана­
лом социокультурной детерминации познания, обусловливая важность
анализа ценностной детерминации (ЦД) естественнонаучного знания. Этот
анализ предполагает выяснение ряда вопросов: каков тип связи между
научным знанием и ценностями (является ли она каузальной или возмо­
жен иной тип отношений); каковы возможные способы трансформации
содержания ценностных факторов в содержание научных теорий; как
1 Дандая позиция характерна для ряда постпозитивистов. Так, Л. Лаудай в
пр едисловии к своей книге «Наука и ценности» пише т, что читатель, возможно,
ожидает в ней рассмотрения «вопросов, касающихся отношений между наукой и
этикой... но эта книга не о том, как сд ела ть уч ены х б ол ее нравстве нными, и не о
том, как сделать моральную теорию бо ле е науч ной... Моя зад ач а в этой книге ка­
са ется не моральных ценно стей, а когнитивных, не этичес ких норм и правил, а ме­
тодологических» (Land an L. Science and Values. Berkeley, 1984, p. XI).
2 Применительно к естественнонау ч ному позн анию эти проблемы нашли р азра ­
ботку в работах В. А. Лекторс кого, В. С. Швырева и других авторов.
44

объяснить саму возможность ЦД, не впадая в «грех» вульгарного социо­
логизма? 3.
Возможность ЦД естественнонаучного знания возникает, с нашей точ­
ки зрения, благодаря определенной выделенности ценностного мироотно-
ш ения по сравнению со специализированно-познавательным: в процессе
социализации отдельной личности ценностное отношение к действитель­
ности (включающее и некоторые неспециальные познавательные момен­
ты) формируется значительно раньше, чем личность активно включается
в специализированную познавательную деятельность (какой является
н а у к а ). Практически-духовное, ценностно-мировоззренческое освоение
мира формирующейся личностью предшествует специально-познаватель ­
ному, научному. Последнее протекает в «силовом поле» ценностного ми-
роотношения, насыщено, по выражению М. М. Бахтина, змоциональко-
волевым тоном 4. Таким образом, марксистская ко нцепция науки позво­
ляет, на наш взгляд, поставить вопрос о ценностной детерминации
развития естественнонаучного знания в более узком смысле, чем тот, ко­
торый вкладывается в понятие социально-исторической обусловленности
научного познания.
В общеметодологической форме этот вопрос нашел разработку в ряде
работ советских авторов 5. В них, в частности, показано , что ценностный
компонент составляет неотъемлемую сторону научной деятельности, яв л я ­
ясь каналом внутренней социальной детерминации науки; что ценностные
установки входят в предпссылочное знание, образующее своеобразный
«мост» между социокультурными реалиями и содержанием научного зна­
ния. Думается, что для углубления разработки данной проблематики не­
обходимо перейти с уровня общеметодологического анализа на уровень
анализа проблемы в конкретном историко-научном материале. При этом
важно подчеркнуть, что ценностный компонент научного знания не «ле­
жит» на поверхности, он «вплавлен» в тело знания, п для его выявления
необходим специальный трудоемкий анализ — реконструкции. Во многих’
отношениях наиболее удобным объектом исследования является не «нор­
мальная» наука (в смысле Т. Куна), а период научной революции. В дан­
ной статье делается попытка наметить подход к анализу путей воздейст­
вия ценностных установок эпохи ранних буржуазных революций па фор­
мирование предмета механического естествознания.
$$
Чем сторонники концепции ценностной (в частности этической) нейт­
ральности естественнонаучного знания обычно доказывают свою право­
ту? Тем, во-первых, что у этики и науки различные предметы (этика за­
нимается миром должного, а наука —миром сущего) к, во-вторых, чт-
отсутствие тех или иных моральных качеств у ученого никак не отража­
ется на его научных р езультатах. Возможность столь легкого доказатель­
ства отсутствия в естественнонаучном знании внутреннего этического из­
мерения открывается лишь благодаря определенным упрощениям в пони­
мании отношения познавательного и ценностного отношений к миру.
В чем они заключаются? Прежде всего в том, что под этическим понима­
ется лишь соответствие поступка формальной системе готовых норм-
предписаний. Однако смысл понятия «этическое» шире. Он не сводится
к оценке действия в свете некоторых норм, а прежде всего выявляет сам
3
М а м ч у р Е. А. Проблема ценностной детерминации научного знания. В кн.:
«Социальная детер минация познания». Тарту, 1982. с. 71.
Бахтин М. М. К философии поступка. В кн.: «Философия и социоло гия н ау ­
ки и техники». М., 1986, с. 109.
5
См. работы Н. В. Мотрошиловой. Л. А. Микешиной, В. Н. Пору са , Б. Н. Пят-
ницина, В. Г. Федото вой, И. Т. Фролова, Б. Г. Юдина и др.
45

факз? причастности действия к нравственной сфере. Согласно марксизму
сущность этического отношения к миру не сводится к исполнению гото­
вых норм-заповедей: она состоит в нравственном творчестве.
Обратившись к истории культуры, мы найдем целый р яд идеологий,
ориентировавших своих последователей на отказ от общепринятых нутей
реализации моральности, требовавших от них поиска нестандартных, ин ­
дивидуальных решений моральных проблем (кинизм, эпикуреизм, стои­
цизм, неоплатонизм , дзен-буддизм, суфизм, протестантизм и т. д .) . Более
того, в ряде подобных систем выдвигалось требование строить нравствен­
ное поведение, основываясь на познании истинной сути, истинной при^
роды вещей (Эпикур, стоики). Таким образом, если мы понимаем сущ ­
ность этического мироотношения во всей его многоаспектности, в полноте
его исторических реализаций и богатстве его потенций, тогда становится
очевидной неразрывная связанность нравственного и познавательного ми-
роотношений. Эту связь убедительно демонстрирует процесс становления
механистической естественнонаучной программы.
Зададимся вопросом: почему аристотедианско-схоластичеекая физика,
создавшая образ прекрасного, стройного, разумного, совершенного Космо­
са и объяснявшая все мироздание — от «сферы неподвижных звезд» до
земного червя, от таинства пресуществления до поведения воды в насосе,
почему эта физика перестала удовлетворять человека, чуткого к социаль­
ным потрясениям эпохи ранних буржуазных революций?
При ответе на этот вопрос нужно не пойти по пути повторения пря-
молинейно-экстерналистского объяснения, сводящего причины замены
физики схоластов физикой механицизма непосредственно к потребностям
капитализма периода мануфактурного производства6.
Для целей более эффективного производства, скажем , сукна в Англии
XVII в., было безразлично, как устроена материя: состоит ли она из ато­
мов, или в ее основе лежат субстанциальные качества. Для удовлетворе­
ния потребностей в откачке воды из шахт было все равно, из-за чего под­
нимается вода в цилиндре насоса —из -за «боязни пустоты» или из-за
разности давлений воздуха. Но для формирования мировоззрения челове­
ка XV II в. (как мы покажем ниже) вопросы устройства материи и при­
чин ее движения являлись центральными 7.
Несомненно, что новый тип физического объяснения возник потому,
что он отвечал общественным потребностям. Но было бы недопустимым
упрощенчеством сводить общественную потребность лишь к экономиче­
ской, ибо общественная потребность включает также и потребность про­
изводства самого производителя материальных и духов­
ных благ, т. е. нравственную сферу. В обстановке, когда р уши­
лась привычная разумность, понятность мира, привычные ценности, на
первый план выдвигались нравственные, мировоззренческие проблемы.
Как это ни звучит парадоксально, но материальное производство зарож­
дающегося капитализма требовало для своего развития в первую очередь
решения не научно-технических проблем, а проблем нравственных, миро-
6 Leroy М. Descartes Social. Р., 1931; Borkenau Р. Der iibergang vom feuda-
len zum biirgerlichen Weltbild: Studien zur Geschichte der Philosophie der Manufac-
turperiode. B., 1934; Bernal J. Science in History, v. 1. Cambridge, 1971.
7 С точки зр ени я о снователей мех аницизма, при писы вание перипатетиками н е ­
о душевленной прир оде р азу мны х це лей, желаний* лишало чел овека нра вс твенн ой
иск лючител ьности с реди проч их твор ений и являлось «интелл ектуаль ным манев­
ром», снимающим с человека его уникальный долг ответственности перед собой и
п ер ед всем творением. Именно в том, что «экспер именталь на я н атур аль ная фи ло со ­
фия» лишает неодушевленную природу собственных целей, Бойль видел ее нравст­
венную пользу. (См. Boyle R. Some Consideration Touching the Usefulness of Expe­
rimental Natural Philosophy. In: Boyle R. Works, v. 2. L., 1772, p. 39 —40). Сходную
аргу ментацию выдвигает и Декарт. С его точки зрения, призн ани е р а зумной душ и у
животных ведет к «нелепому» утверждению, что «нам в той же мере, как и мухам
и муравьям, нечего бояться и не на что надеяться после этой жизни». (См. Д е-
к а р т Р. Избр. произв. М., 1950, с. 303).
46

воззрннческих, ибо без формирования нового типа человека невозможно
было развивать новую экономику, основанную на частной инициативе:
субъектом нового производства, способным быстро, под свою ответствен­
ность принимать реш ения, не мог стать человек средневекового образца
(внутренне немобильный и духовно несамостоятельный); субъектом ново­
го производства не мог стать также и во всем изверившийся свидетель
социальных бурь XVI—XVII вв., потерявший жизненные ориентиры и
полный равнодушия к позитивному строительству новой жизни.
И действительно, центральный нерв философских исканий конца
XV —первой половины XVI вв. проходит не в области «натуральной фи­
лософии», а в сфере моральной8. Аристотелиаиско-схоластическая (тесно
связанная с физикой субстанциальных качеств) этика, освящавшая пол­
ную включенность человека в микросоциальные корпоративные образова­
ния, не могла ответить на острую проблему: ка к отдельный человек мо­
жет достойно существовать в сложившихся условиях традиционно-ценно­
стного вакуума, без опоры на твердую почву привычного автоматизма
нравов? Это смогли сделать неортодоксальные массовые религиозные те­
чения (протестантизм, янсенизм, унитаризм) 9, а также оказавшиеся зло­
бодневными позднеантичные «индивидуалистические» философские систе­
мы (эпикуреизм, стоицизм, скептицизм, неоплатоническо -герметическая
доктрина), ставшие популярными в постреформационной Европе.
Приведем краткую историческую справку. Одно из основных произве­
дений эпикурейской литературы —поэма Лукреция Кара «О природе ве­
щей» в конце XV в. была издана на латыни дважды (в Вероне в 1486 г.
и в Венеции в 1495 г.) . В XVI в. она переиздавалась 17 раз (в Лейде­
не, Париже, Антверпене и других городах). В XVII в. вышло 15 изда­
ний поэмы, в том числе и первый английский перевод, осуществленный
Дж. Эвелином.
Пожалуй, еще большей популярностью в этот период пользовались со­
чинения римских стоиков —Эпиктета, Марка Аврелия, Сенеки. Напри­
мер, в 90-е годы XV в. появляется несколько изданий трудов Сенеки на
латыни (1492 г.), испанском (1496 г.) и немецком (1498 г.) языках.
В XVI в. философские «Сочинения» Сенеки (собранные в одном томе)
издавались только на латыни 19 раз (в Венеции, Риме, Париже, Женеве,
Гейдельберге, Лейдене). В том числе латинское издание Сенеки Эразмом
Роттердамским 1515 г. воспроизводилось 5 раз за 1529—1555 гг.
В X VII в. «спрос» на моральную философию Сенеки возрастает еще
больше. Его «Сочинения» на пр отяжении этого столетия переиздаются
на латыни 41 раз, иногда, как в 1607 г. или в 1619 г.—по 4—5 раз в
год (не считая отдельных работ на латыни и национальных язы ках).
География этих изданий представлена Антверпеном, Амстердамом, Пари­
жем. Лейденом, Гейдельбергом, Женевой, Венецией. В одном только П а­
риже «Сочинения» Сенеки в конце XVI—XVII вв. были переизданы на
латыни 16 раз (в 1580, 1599, 1602 гг., в 1607 г. — 5 раз, в 1609, 1613,
1619 гг., в 1627 г. — 3 раза, в 1640, 1658 гг.) . Но «рекорд» популярности
был побит Цицероном, синтезировавшим в своей философии идеи скеп­
тиков, стоиков и эпикурейцев: его философские работы были изданы за
XV—XVII вв. только на латыни 148 р аз10, г
8 Так, во «Введении в науку о морали» Леонардо Бруни Аретино, один из круп­
нейш их гуманистов XV в., доказы вал, что фило соф ия природы «мене е по ле зна дл я
ж изни , чем та, которая обраще на к нравам и д оброд ете лям людей»; те, кто, оставляя
моральную ф илософию б ез внимания, «обращ аются к физике... занима ются как бы
ч уж и м делом, пр енебрегая своим собстве нньш » («Сочинения итал ьянских гуманистов
эпохи Возрождения». М., 1935, с. 49 —*50).
9 См. Капелюш Ф. Д . Р елигия ра ннего капитал изма. М., 1931; «Философия
эпохи ранних буржуазны х революций». Мм 1983.
10 Эти количественные данные получе ны нами в резу ль та те анализа соо тветст­
вующи х библ иогр аф ич еских свед ений, публику емы х Национальным объ единенны м
47

По какому основанию культур а X V I—XVII вв. «отобрала» из философ­
ского наследия прошлого именно данные системы, по-разному сплавляя
их с поднятым Реформацией на щит августинианством? Все они разру ­
шали этику соборности, апеллируя к индивидууму, к его самосозна­
нию и . Все они требовали от человека не стихийно-бессознательной
включенности в традиционный поток жизни, а сознательной перестройки,
обновления всего жизненного уклада, систематической рефлексии в свете
основных смысло-жизненных ориентаций.
Этические системы эпохи Реформации, включая «возрожденные» ан­
тичные системы, ориентировали человека на работу над своим внутрен­
ним миром, на формирование его единства (борьбу с хаосом аффектов,
внесение в сознание дисциплины, самоконтроля). Как известно, стоицизм,
эпикуреизм и другие этические системы были связаны прочными узами
с физикой, усматривая в ней свое «объективное» основание. Такие поня­
тия, как «атом» эпикурейской физики или «философский камень» герме­
тической доктрины, выступали в XVI—XVII вв. в качестве парадигмы-
образца в практике обретения внутреннего единства человека (сходную
роль выполняли «логос» стоиков, «Единое» неоплатоников).
На волне исключительного по силе интереса к моральной философии
(и вызванного им издания и многократного переиздания основных сочи­
нений эпикурейцев, стоиков, герметиков) возникло основательное зна­
комство европейской образованной публики с физическими идеями ан­
тичности, альтернативными аристотелевским. К ним прежде всего отно­
сятся физика атомистов, континуалистская, строго детерминистская
физика стоиков и неоплатонико-герметическая «химическая» доктрина
(усматривавш ая за многообразием физических явлений единство актив­
ного и пассивного начал).
В противоположность схоластическому аристотелианству, разделявш е­
му мироздание на качественно различающиеся уровни, в указанных си­
стемах делался акцент на качественном единстве физического мира. Осно­
вой данного единства и однородности выступали атомы —у эпикурейцев,
Логос и пневма —у стоиков, Единое —у неоплатоников и герметистов.
Этот перечень влиятельных физических идей, альтернативных аристоте­
лианству, был бы неполным, если бы мы не рассмотрели концепции ма­
терии реформаторов. Ибо в конечном счете она, обладавшая в огромном
регионе Европы силой идеологической общеобязательности, а не сочине­
ния древних, издававшиеся на труднодоступной латыни, внедрила, в со­
знание широких масс образ мироздания, альтернативный схоластически*
аристотелианскому.
Физика как таковая, как светская наука реформаторов совершенно не
интересовала. Они были поглощены исключительно нравственно-социаль­
ными проблемами и, как пишет Т. И. Ойзерман, «были далеки от фило­
софских вопросов, так же как от вопросов, которыми занимались их со­
временники — естествоиспытатели . Великое открытие Н. Коперника было
не понято Лютером, который осмеял его как невежество относительно со­
держания Библии» 1112. Аналогично этому Кальвин утверждал, что пред­
почел бы истребить все науки, если бы они уводили человека от решения
нравственных проблем 13. Однако «в одном отношении выдающиеся дея­
тели протестантизма являются, можно сказать , непосредственными пред­
шественниками основоположников буржуазной философии. Они беспо­
щадно развенчивают не только католицизм, но и связанную с ним фило­
каталогом Библ иот еки конгр есса («The N ational U ni on Catalog». P re— 1956. Chicago,
1968—1981).
11 Маркс писал: «У эп икурейцев, стоиков и скептиков полно стью предс тавле ны
все моменты самос ознан ия» (Маркс К. и Энгельс Ф. Из ра нних произвед ен ий.
М.. 1956. с. 28).
12 Ой з е р м а н Т. И. Введение. В кы.: «Философия эпохи ранних буржуазных*
революций», с. 17.
13 Calvin J. Institution de la religion chretienne. P., 1911, p. 600.
48

Софию» 14. Д ля того чтобы «теоретически» обосновать правильность пред­
лагаемой ими новой этической ориентации, реформаторы должны были
изменить общепринятое (схоластическое) учение о физическом, ибо оно
по традиции (восходящей к античности) воспринималось как основа пра­
вильной этической системы.
Лютер и Кальвин подвергли резкой критике аристотелевско-схоласти­
ческую концепцию физического мира. Последняя представляла телесный
Космос как в достаточной мере самостоятельную целостность, обладаю­
щую определенной разумностью и активностью, так сказать , местным
самоуправлением с помощью иерархии субстанциальных качеств или
«природ». Концепции реформаторов лиш али материальный мир собствен­
ной активности, «самоуправления» , сам одвижения. «Мы не признаем, —
утверждает Кальвин,—самостоятельной силы в сотворенных предметах»;
мы должны постоянно помнить, что «в сотворенных вещах нет движущей
силы, работы или движения, но что они управляю тся тайным решением
бога» 15. Перед мощью трансцендентного бога теряло смысл сущностное
различение уровней бытия. В этой картине мира упразднялось разде­
ление телесного мира на «верх» и «низ», «более благородные» и «менее
благородные» сферы. Весь физический мир представлялся равнозначи­
мым, качественно однородным.
Таким образом, в картине мира реформаторов материя начинает мы­
слиться абсолютно мертвой, качественно однородной, пассивной воспре-
емницей внешних божественных импульсов.
Реформаторы, проводя критическую работу по деантропоморфиза-
ции, девитализации образа материального мира, не связывали себя жест­
ко с определенной физической концепцией (в отличие от томистов, свя­
зывавших трактовку таинств и формулировку догматов —например, ев­
харистического —с физикой Аристотеля). Тем самым была открыта
возможность различных конкретных концептуальных оформлений идеи
однородной, бескачественной, пассивной материи. И в культуре XVI—
XVII вв. были «проиграны» различные варианты данной общей темы. На
основе проведенной реформаторами «предварительной» работы по крити­
ке аристотелизма, ряд натурфилософов выдвинул концепции, использую­
щие физические представления, альтернативные перипатетическим. Среди
них можно отметить Сеннерта и Хэриота (отдававших предпочтение ато­
мизму), Липсия (склонявшегося к физике стоиков), Чассинуса и Бассо
(соединявших идеи физического атомизма эпикурейцев и континуализма
стоиков). Последних двух мыслителей исследователи считают непосред­
ственными предшественниками Декарта 16.
Концепции физического мира эпикурейцев (атомы и пустоты) и стои­
ков (жестко детерминированный мир, заполненный непрерывной сре­
дой —пневмой), сплавленные с представлением о физическом мире ре­
форматоров (абсолютно пассивная материя, подчиняющаяся божествен­
ному предопределению), явились той концептуальной основой, на почве
которой выросла механическая картина мира Декарта, Гоббса, Бойля,
Ньютона 17.
14ОйзерманТ.И.Указ, соч., с. 17.
15 Цит. по: Hutchison К. Supernaturalism and the Mechanical Philosophy. —
«History of Science», 1983, v. 21, pt. 3, N 53, p. 318.
16 C m . Thorndike L. A History of Magic and Experimental Science, v. 6. N. Y.,
1959, p. 382—384; Barker P., Goldstein B. R. Is Seventeenth Century Physics
Indebted to the Stoics? — «Centaurus», 1984, v. 27, N 2, p. 156.
17 Подробнее см. Фурман Д. Е. Идеология Реформац ии и ее роль в становле­
нии буржуазного общественного сознания. В кн.: «Философия эпохи ранних бур­
жуазных революций», с. 58 —111; Лазарев В. В. Раннебуржуазная эпоха и гене­
зис философии нового времени.— Т а м ж е , с. 112—158; Соловьев Э. Ю. От тео­
логического к юриди че скому мир овоззр ению. — Т а м ж е , с. 159 —256; Косаре-
ва Л. М. Ге незис науч ной картины мира (с оц иокул ьтурные предп осы л ки). М., 1985;
Klaaren Е. Religions Origins of Modern Science. Grand Rapids, 1977; Kargon R.
Atomism in England from Hariot to Hewton. Oxford, 1966.
3 Вопросы философии, jYe -8
49

Возвратимся к поставленному выше вопросу: почему же все-таки ари-
стотелианско-схоластическая физика совершенного и гармоничного Кос­
моса перестала удовлетворять человека XVII в., чуткого к социальным
потрясениям своего времени? Как это ни кажется парадоксальным на
первый взгляд, но решающая роль в социальном ниспровержении физи­
ки Аристотеля принадлежала не физикам, а гуманитарной культуре
X VI—XVII вв. Дл я образованного человека, констатирующего вместе с
героями Шекспира, Гриммельсгаузена или Грасиана, что распалась связь
времен, что «в мире все пошло навыворот, перепуталось не только место,
но и время» 18, аристотелевская физика естественного места и непрерыв­
ного времени тер яла свою внутреннюю убедительность. Шекспировскому
Гамлету, которому «так не по себе» в окружавшей его социальной дей­
ствительности, Земля, воспетая средневековьем как «цветник мирозда­
ния» , на чин ает к а за т ь с я «бесплодной скалой», а небо — «царственный
свод, выложенный золотою искрой»— ско пле нием «вонючих и вредных
паров». Для героев Грасиана мир, рисуемый схоластами как «великолеп­
ный чертог», превращается в «острог» 19, а герой Гриммельсгаузена про­
клинает мир, дарующий человеку жизнь — «прежалкое странствие», ко­
торую «надлежит скорее наречь... смертию» 20.
Человеку «не по себе», человеку плохо в социальной действительно­
сти: вековые устои жизни рухнули. Но при чем же здесь земля, центр
и цветник мироздания, или звездный небосвод, являющ иеся частью пре­
красного Космоса Аристотеля и схоластов? Чем виноват Космос?—опас­
ной близостью к аристотелианско-схоластической этике, обещавшей сча­
стье человеку, включенному в «естественное» течение жизни в русле пат­
риархальных традиций.
Схоластический образ Космоса (включающий и физическое, и этиче­
ское измерение), образ, который на протяжений многих столетий выдер­
живал социальную «верификацию» — каза ло сь , и круговращение небес,
и устойчивая иерархия социального бытия полностью подтверждают его
истинность и незыблемость,—в эпоху разрушения этой социальной осно­
вы теряет свою достоверность. Человек, который не находит себе «естест­
венного места» в социальной действительности XVII в., трактуемой в духе
аристотелианства как часть «прекрасного Космоса», не верит более и ари-
стотелианскому образу земли и неба, пространства и времени. Он начи­
нает искать более убедительные альтернативы. Он ищет и находит иные
концепции физического мира. Какие же? Соответствующие новым со­
циальным реалиям и новому нравственному бытию человека. Из множе­
ства альтернатив человек XVII в. выбирает те, которые в наибольшей сте­
пени согласуются с новой этической практикой, с практикой отрицания
наличной эмпирической действительности, мира традиционных средневе­
ковых ценностей, с практикой их активного преобразования.
Таким образом, процесс разложения феодального и формирование
раннебуржуазного способа производства создает в европейской культуре
особого рода социальную реалию: моральное «силовое поле» высокого на ­
пряжения. Его специфика задается этическими требованиями Реформации
и взятыми на вооружение сходными принципами позднеантичных систем,
апеллирующих к самосознанию индивида (эпикуреизма, стоицизма, скеп­
тицизма, неоплатонизма, герметизма). Причем это «поле», возбужденное
реформационным движением, не считаясь с конфессиональными барье­
рами, проникает «через стены, воздвигнутые контрреформацией» 21,
18 ГрасианБ. Карма нный ораку л. Критикой. М., 1984, с. 114.
19Тамже,с.105,97.
20 Гриммельсгаузен Г. Симплициссимус. М., 1976, с. 393. Приведенные от­
рывки почти досл овно воспроизводят слова Кальвина, про изне сенн ые около века на­
зад: «что тако е мир, как н е гробница? Что есть пребы вание в нем, как не по гр у ж ен ­
ность в смерть?» (Galvin J. Works. Philadelphia, 1936, v. 1, p. 771).
21СоловьeвЭ.10.Указ, соч., с. 171.
50

В этом моральном поле требований «выжечь» в себе субъективные аф­
фекты, стать способным к трезвой самооценке, к объективному наблюде­
нию и анализу действительности возникает новый механистический образ
природы, вобравший в себя учение реформаторов о физическом мире и
физические идеи позднеантичных философских' систем, альтернативных
аристотелианству (стоиков, эпикурейцев, неоплатоников) 22.
Вместе с ним формируется новая концепция естественнонаучного зна­
ния, явившаяся рефлексией над механистической наукой. Она соединила
в себе стремление человека XVII в. к новому знанию о мире со скеп­
тическим признанием невозможности его абсолютной достоверности
(в античном смысле достоверного знания сущности вещи —epistem e).
Результатом этого противоречия явился выход на гносеологическую аре­
ну второй половины XVII в, категории «моральная достоверность», отно­
сящейся к опытному знанию, достоверность которого выше просто веро­
ятного мнения, но ниже абсолютной достоверности математического зна­
ния (certitudo m oralis)23.
Новая механическая кар тина мира (МКМ) не только очерчивала кон­
туры нового предмета познания (девитализированкого, качественно одно­
родного материального мира, подчиненного детерминистическим за ко н а м) ;
она рисовала материальный мир таким, в котором мог существовать и от­
ветственно действовать новый тип человека, рожденный раннебуржуазной
действительностью. Эта кар тина мира не делала человека, свободного со­
циального атома, неотъемлемой частью дышащего жизнью и полного
тайн и скрытых качеств Космоса. Напротив, она «выталкивала» человека,
единственного обладателя «разумной души», из своего царства мертвой
протяженности; эта картина мироздания отдавала материальный деантро-
поморфизированный мир в полное владение человеку, санкционируя тем
самым реализацию идеи его власти над природой и стимулируя техноло­
гический прогресс.
Согласно механицизму, материальный мир не несет в себе разумности
и цели, и нравственно существовать в нем человек может лишь мысля
и сознательно, целенаправленно действуя. Декартовское «мыслю, следо­
вательно существую» явилось в этом плане квинтэссенцией мироощуще­
ния, нашедшего выражение в МКМ.
Основоположники механицизма видели цель науки в исследовании ис­
тины бытия, проливающей свет на смысл жизни человека, задача позна­
ния истины, безотносительной к идее блага, была предельно чужда им.
Процесс исторического самоопределения механицизма как научной про­
граммы исследований являлся в высшей степени ценностно нагружен­
ным. Защитники механицизма (Декарт, Гассенди, Бойль, Ньютон), дока­
зывая его преимущества, выдвигали прежде всего аргументы ценностного
по р ядка24. Согласно основоположникам новой науки, общие нравствен­
ные интуиции, обогащенные знанием физики, становятся высшей нау­
кой —этикой 25. В этом плане можно утверждать, что X VII в. был столь
плодотворным в научном отношении потому, что научные исследования
22 Образ неодушевленной вещи, мертвой природы — nature morte — начинает вы­
полнять в кул ьтуре по стреф ормационной Европы сво еобразну ю роль — уч ите л я
нравственности: не одушевленная вещь не пр оявляет пагубного своеволия, она веде т
«тихую жизнь» (stilleven), она несет пользу, как благо. Такое отношение к неоду­
ш евленной вещи как образцу внеаффективного существования, как бытию, в котором
укрощена «строптивая» н атур а, во многом определ ило р асц вет в ж ивоп иси XVII в.
ж анра натюрморта.
23 Этот тип гносеологической р ефл ек сии подробне е р ассмо трен в работе: Коса­
рева Л. М. В еро ят ностна я концепция ес тест ве ннон ауч но го зн ан ия в гно се ологии
XVII в. В кн.: «Современные ис сл ед овани я по истори и методо ло гии науки (Материа ­
лы к VIII Международному конгрессу по логике, методологии и философии науки)».
М., 1987, с. 26 —100.
24 См. Newton I. Unpublished Scientific Papers. Cambridge, 1962, p. 142—143,
363; Декарт P. йзбр. произв., с. 425; Ньютон И. Оптика. М.— Л., 1927, с. 315.
25 См. Декарт Р. Указ, соч., с. 421.
3*
51

для Декарта, Бойля, Гука, Ньютона являлись средством реализации их
этической метапрограммы; эти научные исследования отличала удиви­
тельная по силе ценностная мотивация26. Так, Декарт утверждал, что
всякий, понявший его принципы (начал а) строения физического мира,
убедится, «как важны эти начала в разыскивании истины и до какой вы­
сокой ступени мудрости, до какого совершенства жизни, до какого бла­
женства могут довести нас эти начала» 27*
*
*
*
Рассмотренные нами материалы свидетельствуют о том, что концеп­
ция принципиальной ценностной нейтральности естественнонаучного зна­
ния (наиболее последовательно развиваемая позитивизмом), концепция
генезиса науки как разрыва с ценностным мироотношеыием (развиваемая
рядом постпозитивистов) не соответствует реальной научной практике.
Возникновение механистического естествознания в XVII в. хар актери­
зуется не разрывом с ценностями вообще, а лишь с ценностями традици­
онно-патриархальными. Рождение механистической исследовательской
программы неразрывно связано с этикой, рожденной жесткой и чуждой
всякой сентиментальности эпохой р анних буржуазны х революций. Она
характеризуется равнодушием к проблемам добра и зла в их традицион­
ном понимании и ориентацией на индивидуальный поиск личного призва­
ния, личного смысла бытия, знаков личной избранности в рамках профес­
сиональной деятельности. И этот «фаустовский» дух равнодушия к тра­
диционной морали, к миру «ценностей Гретхен» пронизывает программу
механицизма 28. Новые ценностные ориентации находят «свое наиболее
полное воплощение как раз в естественнонаучной направленности мыш­
л ения (но не в собственно гуманитарном знании, которое долго оставалось
реликтом средневековой концепции человека)» 29.
Рассмотренный нами конкретный эпизод истории нау ки свидетельст­
вует о том, что в ядро каждой значительной научной программы «вплав­
лена» определенная ценностная установка, участвующая в установлении
тех «можно» и «нельзя» , ко торые очерчивают предмет исследования, за ­
дают его методы, определяют характер проблем и исследовательские цели.
Горячая «магма» ценностных установок «отвердевает» в предпосылочном
26 Д. М. Гвишиани, С. Р . Микулинский и М. Г. Ярошевский подчер кивают, что
различие меж д у учеными с мощным и б ол ее слабым творческим потенциа ло м
о бъ ясн яет ся не только бо льш ей умствен ной одаренностью первых, но и б ол е е силь­
ной вну трен ней мотивацией и х д еятел ьн ости (см. статью д анны х авторов «Социаль­
ные и психологические аспекты изучения деятельности ученого».— «Вопросы фило­
софии», 1971, No 3).
27 Декарт Р. Указ, соч., с. 425; Прямая связь между познанием природы и мо­
ральной философией утверждается и Ньютоном: «Насколько мы можем познать при
помощи натуральной философии, что такое первая причина.., настолько ж е станет
ясным в свете природы наш долг по отнош ению к первой причине , а т акж е друг
к другу» (Ньютон И. Оптика, с. 315).
28 В. В. Соколов приводит сл едующ ий эпиз од из ж и зни Декарта. Когда некий
французский дворянин пос етил Декар та в Голл андии и зах от ел по знакомить ся с
его библиотекой, Декарт «провел его в соседнее помещение, отдернул занавес и,
указывая на труп теленка, воскликнул: «Вот мои книги!» (Соколов В. В. Фило со ­
фия Рен э Декар та. В кн.: Декарт Р. Избр. произв., с. 2 3). Идея д опу стим ости рас­
сечения неодушевленного («разумной душой») существа целиком вписывалась в
эт ич ес кое ядро механистической программы, однако она не смогла бы стать социал ь­
но пр ие мле мой в кул ьтуре с гос под ством другой системы этики, например, индуист­
ской. Именно этот д у х механицизма остро чувствовал и его критики и активно боро­
лись с ним. См., например, Olson R. Тогу — High Church Opposition to Science and
Scientism in the Eighteenth Century. The Works of John Arbuthnot. Jonathan Swift and
Samuel Johnson. In: «The Uses of Science in the Age of Newton». Berkeley etc., 1983,
p. 171—204.
29 Б и б л е р В.;-С. Мышление как творчество. М., 1975, с. 165.
52

знании, включающем наряду с научной картиной мира и стилем мышле­
ния общенаучные методологические п р ин ц и пы 30.
Наиболее общие подходы, образы, идеи, модели, которые разрабаты­
вает естествознание той или иной эпохи, рождаются в недрах социума,
в недрах культуры и имеют поначалу не специально научное, а обще­
культурное применение в качестве универсалий культуры (или категорий
культуры31.
Таким образом, марксистская концепция науки позволяет, в противо­
положность постпозитивистской философии науки, осуществить социоло­
гически «сильную» программу исследований влияния ценностных ориен­
таций на развитие естественнонаучного знания; с другой стороны, марк­
систская концепция науки, утверждающ ая относительную автономию ее
развития, позволяет избежать тех крайностей релятивизма, которые де­
монстрирует современная западная когнитивная социология3^.
Такое понимание научного познания, обнимающее и достаточно ру­
тинную деятельность в рамках «нормальной» науки, и творческое напря­
жение позволяет более адекватно решить проблему отношений науки и
этики. В этой перспективе наука и этика представляются чуждыми друг
ДРУГУ? если сводить их лишь к исполнительской активности. Но как
только мы допускаем творчество в ту и другую сферы, так сразу же
наука и нравственность становятся тем, чем они являются в действи­
тельности —двумя сторонами единой человеческой деятельности: гово­
ря словами М. М. Бахтина, мысль начинает сиять «светом нашей ответст­
венности».
В свете сказанного становится ясно, что ценностная нейтральность
науки является не реальностью, а возникшей в определенных социаль­
ных условиях методологической установкой, оказавшейся полезной на
определенном этапе развития н ау ки33.
Признавая ценностную нагруженыость естественнонаучного знания,
важно обозначить характер связи между наукой и сферами обществен­
ного сознания, которые несут явно выраженную ценностную окраску. Мы
согласны с Е. А. Мамчур в том, что выявление параллелизма в содержа­
нии политических, идеологических, этических и т. п. доктрин и научных
теорий еще не доказывает наличия между ними каузальной связи, не до­
казывает детерминированность научного знания данными ценностно
окрашенными формами общественного со знания. На этом уровне анализа
действительно можно говорить скорее об отношении «синхронизации» ,
«общности по настроению» и т. д . 34.
Понятие ценностной детерминации научного знания начинает плодот­
ворно работать на другом уровне анализа; для его выявления необходи­
мо ввести различение между реальными, практическими ценностными
ориентациями и их отражением в содержании этических, политических ,
философских и т. п. учений. Рождаясь в недрах общественной практики,
реальные ценностные ориентации той или иной эпохи участвуют в фор­
30 См. подроб нее: Микешина Л. А. Ценностны е ориентации субъекта и фор­
мы о тр аж ен ия в н ау ч ном зна ни и. — «Науч. докл. высш. школы». Серия «Философ­
ские науки». М., 1982, No 6, с. 52—61.
31 Степин В. С. О про гностиче ской природ е фило софского зн а ни я,— «Вопросы
философии», 1986, No 4, с. 53.
32 К е л л е В. Ж. Социальная природа нау ки как социол оги ческая проблема.
В кн.: «Философия и социология науки и техники. Еж егод ник 1984—1985». М., 1986.
33 Фр ол о в И. Т., Юд и н Б. Г. Этика науки: сфера исследования проблемы и
дискуссии. — «Вопросы философии», 1985, No 2, с. 73 —76; Анализ конкретных соци­
альных усл овий дан в статье: Косарева Л. М
., Петров М. К. Формирование
идеал а ценностно-нейтра льного нау чного зн ани я. — «Вопросы истории е сте ство знания
и техники», 1987, No 1, с. 62—72.
34 См. Мамчур Е. А. Проблема ценностн ой детерминации научного знания...,
с. 73.

мировании типа личности, его поведенческих и ментальных навыков и в
этом качестве пронизывают собой все тело культуры, все универсалии
данной культуры. «Живая этика», вырастая из глубин общественного
бытия той или иной эпохи, вносит свою ценностную окраску во все сфе­
ры общественного сознания, в этом смысле детерминируя их. В данном
отношении, скажем, политика, этические доктрины и наука выступают в
качестве форм общественного сознания как в равной мере детерминиру­
емые ценностно-практическими ориентациями, принадлежащими к сфере
общественного бытия. На этом уровне анализа тип отношений ценностно-
практических ориентаций к естественнонаучному познанию может быть
обозначен как диалектика общего и особенного. В этом случае ценностно­
практические ориентации, навыки деятельности детерминируют научное
познание (и его результат), как общее детерминирует особую форму
своего проявления.
Так, ценностная установка на выработку умения трезво мыслить и
ответственно принимать решения, рожденная эпохой ранних буржуазных
революций, пронизывая собой все тело культуры этого периода (от эко­
номики до поэзии, от обыденного сознания до философской рефлексии),
явилась существенным детерминантом нового естествознания как на
уровне формирования эмпирического базиса, так и на теоретическом
уровне.
В заключение хочется задаться вопросом: почему же, несмотря на
теоретическую неизбежность в рамках марксистской концепции науки
вывода о социокультурной «нагруженности» образа природы, рисуемого
наукой, н а уровне «непосредственного ощущения» у многих ученых вос­
производится представление о социокультурной, ценностной нейтрально­
сти естественнонаучного знания? Здесь действуют, видимо, несколько
причин. К ним можно отнести слабый интерес со стороны как ученых,
так и философов к реальной истории науки (и соответственно слабое зна­
комство с реальной ролью ценностных установок в рождении новых на­
учных концепций). Сюда же можно отнести и продолжающееся мощное
дезориентирующее воздействие со стороны позитивистской историографии
науки, рисующей лишь одну сторону взаимодействия науки и общества,
а именно: воздействие научных идей на развитие общества, но не наобо­
р о т35. И, наконец, существенной причиной воспроизводства «объектив­
ной кажимости» ценностной нейтральности естествознания явл яется ин­
тересный социальный феномен, описанный Т. Куном как эффект «неви­
димости», «незаметности» научных революций36. Применительно к ин­
тересующей нас проблеме этот феномен выглядит как «невидимость» цен­
ностной установки, вплавленной в ядро научной традиции, для принад­
лежащего к ней ученого. Точно так же философ или историк науки,
изучающий ту или иную научно-исследовательскую программу, может не
увидеть в ней никаких особых ценностных ориентаций, если его собст­
венные неотрефлектированные ценности совпадают с ценностями, импли­
цитно содержащимися в исследуемой им программе.
В этом плане выступает особая роль марксистской концепции, наце­
ливающей исследователей науки не только на чисто гносеологический
анализ роста научного знания, но и на выявление тех социокультурных
ориентаций, тех ценностных, этических установок, которые «вплавлены»
в структуру этого знания: благодаря им научное знание становится фено­
меном культуры и выполняет свою мировоззренческую функцию.
35 Несмотр я на потерю в нас тоящ ее время фил ософ ией по зитивизма ее со^
циального прес тиж а, основны е ее фило софемы за полтора столе тия столь прочно
укоренил ись в куль тур е, в практике ист ор ико-науч ных исс ледо ваний, что подч ас
воспринимаются как нечто «ес те ственное».
36 См. К у н Т, Структура науч ных р еволюций. М., 1977, с. 181—189.
54

ДИСКУССИИ И ОБСУЖДЕНИЯ
Философия и жизнь*
(Материалы Совещания философской общественности)
В. И. ТОЛСТЫХ (д. ф. н., проф., ведущий научный сотрудник Института
философии АН СССР). Вина й беда философии.
Я бы так об означил ситуацию: фило­
софи я на ход итс я в состоянии оцепе нен ия
п ер ед действительнос ть ю. Нах од ится у ж е
давно, и пока из этого состояния выхо­
дить не собирае тся. Не хо чет, а мож ет
быть, у ж е и не мо жет. Уточню: суть кри­
зисного состояния философ ии, как я п о­
нимаю, состоит в отсу тс твии отно шения
к социал ьной действитель но сти, которая
не стала ещ е предметом философ ск ой
реф лексии. Проще говоря, у тра чена по­
зиция. Отсутствие последней и в искус­
стве, и в общественной науке к добру не
приводит, ничего существенного, ч елове­
чески значимого не породит. Сознание
вообще, фил ософское в частности, на чи­
нается с отношения, определения пози­
ции. Декар т, Кант, Гегель, Маркс — это
не просто разные философы , это разные,
сове рш енно опр едел енны е мир овоззрен­
ческие по зиции, они не прос то не су т в
себе «дух времени», они его духовно вы­
ражают. (Попутно заме чу , большинство
на ших ф ил ософских «сочинений» л иш е ­
ны витальной силы, скол ько-нибудь ощу­
тимого этос а, простите, бес хар актер ны.
И поэтому на с, философов, мало кто лю­
бит, ибо нел ьзя любить бе схаракт ерн ое,
рыхлое, неоп ред е ле нно е, аморфное.)
Нам явно не хватает самокритики, са-
мо рефл ексии. Не бития в грудь, а нор­
мального «покаяния», самоо тчета в своих
дейс твиях (тут в самый раз вспомнить,
что слово — тоже поступок). Убежден,
что бе з основательной самокритики, об­
ращения в давнее и недавнее прошлое
не обойтись и в нашей сфере. Что сму­
щает? Возможность высказаться, как го­
ворится, нач исто ту есть, а ж ел ающ их
воспользоваться этой возмож ность ю пока
не видно. Что виноват «не я», а кто-то
«другой» — это еще понятно. Но ведь
никто не виноват, это, со гласитесь, по­
нять трудно.
Притихли, молчат (за редким исклю­
чением) т еоретики науч ного коммунизма,
между тем им есть чем поделиться с об­
щественностью. Например, они могли бы
много инте ресного и поуч ите ль ного р ас­
* Продолжение.
Началосм.вNo7
журнала «Вопросы философии».
сказать о том, как создавал ись и у к ор е­
нялись в общественном сознании пред­
ставле ния о со циал изме, которые, как
выяснилось, оказались с реальностью не
в л аду. Говорят — «практика подкачала».
А может быть, не только практика? Она
сама есть не что иное, как ре ал изация
некоего пла на, схемы, модел и, по пр иня­
той сейч ас терминологии. Так в чем ж е
вина самой общественной наук и (вина,
которую нел ьзя было бы пере л ож ить на
чьи-то плечи) ?
Сейчас можно безбоязненно спорить
(во всяком случ ае, с меньш ей опаской
чем 10—15 лет назад). Но от спора, обна­
руживающего разницу позиций, все
уклоняются. В ч астности, те, кто им ену ет
се бя «ортодоксальными мар ксист ами»,
намекая на то, что все остальные не
очень ортодоксальны, а м ож ет быть, и
не очень марксисты. Было бы и нтере сн о
узнать , как «ортодоксы» от ма ркс изма
о бъясняют ф ен омен «период за стоя» и
«механизм торможения». Очень интерес­
но! Спор — научный, б е з накле ивания
ярлыков — крайне нужен, он имеет со­
зи да тел ь ную цель и напр авл енность. Не­
обходимо объединить усилия для пост­
роения, выработки ад ек ватной реа льно­
сти, совпад ающей с «дейс твительным
движением» (К. Маркс), «работоспособ­
ной» модел и социал изма, котор ая вберет
в с ебя весь накопленный опыт социал и
стйч еского строительства и прида ст глу ­
бокий, исторически осознанный, «долго­
срочный» по с вое му во здействию, смысл
всей гр омаде предпринимаемых ныне
усилий. И историч еский материализм,
и теория науч ного коммуни зма, не раз п
не два объявле нные про тивниками марк­
сизма- ленинизма «вчерашним днем» об ­
щественной мысли, «исчерпавшими» себя
учениями, способны (и долж ны!) под­
твердить свою жизненную силу создани­
ем современной картины мира, в которой
этот мир узнал бы себя. Пусть в этом
ко нструктивном, созидатель но м споре по­
беди т старшинство мысли, а не уме ние
манипулировать фактами и цитатами.
Разу ме етс я, философия не может нор­
мально р азвиваться, если она пове рну­
лась к дейс твительно сти спиной, «телес­
55

ным узло м» , как говорили ср едневековы е
интеллигенты. Но эта связь должна быть
на ур овне теории, а не основываться на
полу- или совсем не обработанных фак­
тах, пример ах , све де ни ях и мнени ях.
Больше всего я боюсь, что на см ен у «уда­
ле нной» от ж и зни философии, т. е. одной
формы псе вдо связи с действите ль нос тью,
приде т другая, вроде какого-нибудь со­
вре менного «эмпириокритицизма» или
«эмпириомонизма». Форма р еал изма на
подножном корму, с мордой, упершейся
вниз, как ос троу мно заметил когд а- то
Маяковский. М опять вер нется в общест-
вознанне — через
окно! — изгоняем ая
сейч ас в дверь псевд оте ори я социал изма,
доказываемая су ммой «угодных» приме­
ров, фактов и готовых постул атов, взя­
тых напрокат у классиков. Я сказал , что
нет пози ции, имея в виду позицию ре­
вол юционно-критического отнош ения к
действительности, когда последняя вы­
ступает не просто как объект, не «в фор­
ме созерцания», а как практика, чел ове­
ч еска я чувственна я де ятел ьность, «субъ­
ективно», т. е . в своем действител ьно
предметном с одерж а нии. По зиция была
апо ло гетич еская, чисто «о хранитель ная»,
ч у жд ая мар ксизму живому , не догмати­
чес кому, твор чес кому.
Апологетика — это и ес ть пу ть само­
устранения, самоудаления от действи­
тельности, подлаживания даже не под
реальность, а под данность , п ор ожд а я
созн ан ие са модо вольное, сытое, ленивое,
сознание — «чего изволите!».
В чем ж е конкретно выразил ся отрыв,
или удаление,
философии от жизни?
Прежд е всего в отсутствии анализа
действительности, в уходе от ее теорети­
ч еского осознан ия, осмысления, в ре­
зультате чего мы однажды были вынуж­
дены призна ть ся себ е в том, что плохо
зна е м общество, в котором живем. Могут
спросить: как ж е так, столько книг, д ис­
се ртаций и статей посвящен о проблема ­
тике социализма, ра звити я советского
общества, а на пове рку выходит, что
имен но социал изм и его реал ьное вопло­
щение оказались без присмотр а, теор е­
тич еского осмысл ения?! Это пар адок сал ь­
ное явл ение имеет свое конкретное
объ ясне ние . В большинстве этих сочине­
ний методология заслонила собой и даже
заме нила теорию. Выработка способа,
пр иемов и пр оц едур исслед ования со­
циализма (как к нему подойти и как
его сл едует изуч ать) превра тилась в са­
моцель, а не в инструмент и средство
те ор етич еского анал иза действ ител ьно­
сти. Мало кто рис кует попробовать при­
менить предлагаемые ими спос обы исс ле ­
дования и реш ения пробл ем к реа льной
практике социализма.
Далее. Обращаясь к действительности,
философия (и не только она!) заметно
утратила об ъе ктивность,
все больше
субъективируется. Имеется в виду не то,
что она становитс я боле е личностной,
индивидуальной. Это, скорее , то, что
можно назвать утратой сущности вне
себя. Движение предметностей и разви­
ти е общественной связи, х ар акт ер изую ­
щее суть общественного про изводства,
основание все й общественной ж из н и
уходит на второй план, в тень. Но «свя­
то мес то пус то не бывает», и ускол ьзаю­
щую сущность начинают создавать внут ­
ри себя, в своем мышлении, над ел яя
ид еа лизова нную «субстанцию» свойства­
ми реаль ного существа, действительного
бытия. Недоста ток, д еф ицит объ екти вно­
сти сказываютс я на на учности. Филосо­
фия, конечно ж е , не своди тся к нау ке,
и это не просто «одна из наук». Но она
не свод ится и к ценн остн ому свое му ста­
т у су и значению, как это довольно на­
стойчиво пытаютс я сейч ас внушить мно­
гие авторы. У т вержд ен ие ценнос тного
начала за счет научного ес ть одно из
проявл ений противоречия м е ж ду иде оло­
гией и наукой, ж ел аемым и сущим.
До сих пор речь шла о вине филосо­
фии. Но у нее есть и беда. Не только
философия и философы до лж ны самооп­
ред ел итьс я в современной ситуации,
быстро м еняющ емс я мире. Общество то­
же должно выяснить, зачем и к чему ему
философия. Е е только философия отда­
лилась от практики, обходит ее сторо­
ной. Практика тоже не очень-то жалует
философ ию и фило соф ов, не испытывая
нужды, потребности в решении «общих
вопросов» (А. Блок называл и х «детски­
ми» ). Многим практикам и политикам
надо еще д ора сти до философии, до по­
нимания ее роли в общественной ж изни.
Технократич ес кое мышление, пу стивш ее
у нас столь глубокие корни (ос обе нно в
«период застоя»),— это крайнее, культур­
ное лишь по форме отрицан ие филосо­
фии, потреб ности в ней. Впрочем, не
только технократы чисто утилитарно,
узко прагматически по нимают и т олку­
ют «пользу» философии. Как ни странно,
но именно т ребование от философов поль­
зы, и притом немедл енной, убивает фи­
лософию, л ишая ее со бс твен ного пред ­
мета.
Мне очень понравилась мысль А. Н.
Яковлева о союзе догматизма с бюрокра ­
тизмом. Они дейс твительно близнецы-
братья. По духу, по крови, по назначе­
нию своему. Н е же ла ние , неготовность и
не спо соб ность к ра звитию, к измене нию,
прогрессу — вот что их роднит. Они
«стоят на своем» не потому, что прин­
ципиальны или ортодоксальны, как они
люб ят с еб я подават ь в общественном
мнении. А потому, что не зна ют, не ве­
дают, к уда и как двигаться дальш е, что
делать завтра, чтобы ж из нь становилас ь
лу чш е. Бюрократизм — социа ль ное зло
«номер один» — спос обен лишь на про­
стое воспроизводство чего угод но, но он
принципиал ьно (по пр ирод е своей!) не
готов к развитию, преобразованию, само-
реформирова нию, обновлению, чего он
боится, ст ра ши тся боле е всего.
В заключение я бы предложил объеди­
нить уси ли я философов всех ее «родов»
вокруг темы и проблемы, которая вызы­
вает
всеобщий интерес,— перестройка
как общественный процесс, сделав ее
56

предметом с ерь езно го философского ана­
лиза. Дел о в том. что в понимании самой
перестройки, ее целей, задач, путей и
средств ее реализации, движущих сил,
субъекта перестройки и т. д. существует
немало «белых пятен» , неяс ностей, кото­
рые стоило бы своевременно обсудить.
И было бы хорошо, если бы в этом об­
суждении приняли участие люди, кото­
рые в отличие от общепринятого иначе
понимают смысл проблем, сто ящ их пе­
ред нашим обществом. Незачем п одд ер ­
живать илл юзию, что существу ет сколь­
ко-нибудь серье зная аль тернатива пер е­
стройке, кардинал ьному обновлению об­
щества. И станет ясно, что дело не в пе­
рестройке самой по себе, а в попытках
со хранить «старый порядок », столь ж е ­
ланный и выгодный совер шенно опр ед е­
ленным слоям и лицам. Это о ни х, кто
устроил «бег на месте», писа л Вл. Вы­
соцкий:
«Из них, уверен, ни один нам не усту­
пит свой уют,
И с этих солнечных витрин они без боя
не уйдут».
Философия может и должна такой бой
дать и помочь обществу его выиграть.
Е. Я. РЕЖАБЕК (д. ф. н., проф. Ростовского государственного у ни верс и те та).
Некоторые уроки и проб лемы р азви ти я социал изма.
Общественная мысль у ж е зафиксир ова ­
ла, что ны неш нему поколе нию советских
людей пришлось жить в условиях дефор­
мации
некоторы х
осно вопо лага ющ их
принципов социализма. С позиции своей
эвристически-крити ческой функции фи­
ло со фия пр извана ответить: каковы ис­
торич еские корни эти х явлений, как мог­
ло сл учиться, что в наш ей стра не стал
ощущаться д ефиц ит социализма? Конеч ­
но, эту специфическую задачу философия
мо жет решать лишь специфич ескими
сред ствами: средствами категор иального
объяснения того, как и что происходило
в стране.
Известно, что победа и утверждение
первой фазы коммунис тич еской форма­
ции — это переход к обществу, начинаю­
щ ему «с самого се бя» 4. Становление об­
щ екоммунис тиче ск их нач ал нач инает ся
уже при социализме, но этапу развития
социа листического общества на своей
собственной основе предшествует этап
возникновения самой этой основы. Со­
циализм начинается с «деспотич ес кого
вмеш ательства в право собств енности и
в бур жу азн ы е производ ственные отнош е­
ния».123Переходный период в нашей стра­
не по свое й сути был этапом высвоб ож ­
дения новых общественных отношений
из тисков внешней необходимости, эта­
пом освобождения от деформирующего
возд ействия
внеш них
обстоятельс тв,
в том числе от воздействия враждебных
новому общ ественному строю обществен ­
но-экономич ес ких укладо в х озяйствова­
ния. В этих условиях задачи развития
на основе общекомму нис тиче ск их начал
оказа лись в зна чител ьной мер е под чине­
ны зада ч ам борьбы против внеш н их сил
(сил внешней и внутре нней контррево­
л юц ии). Тем самым стан овле ние ноеого
общественного строя могло проис ход ить
и реал ьно про исходил о лишь на ограни­
ченной основе. З начитель на я часть сил,
предназначенных для целей созидания,
1 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 42. с. 135.
2Тамже,т.4,с.446.
отвлекалась на ну жд ы борьбы против
небл агоприятных внеш них воздействий,
против д ес таби л изиру ющ их строительст­
во социал изма ди сфункцио наль ных фак­
торов, действующих извне. Но уж е клас­
сики маркс изма-л енинизма пока зал и, что
про гр есс на огр анич енной основе «за­
кре пляе т одност ороннее развитие и ис­
ключает возмо жно сть развития во многих
других направлениях».3 К. Маркс со
своей стороны отмечал, что внеш ние от­
нош ения
«су живаю т с амостоятел ьную
сущность и противоречат ей »4. Дейст­
вие внешней необходимости может ча­
стично
или полно стью парализова ть
действие внутренней необходимости, дей­
ствие внешней необходимости подверже­
но р иску быть наруш ен о разными обстоя­
тельствами, оно ставит исторический про­
цесс в зависимость от случая и произ­
вола.5
Применительно к эпохе становления
со циал изма как нового общественного
строя эта д иале ктиче ская за кон омер ­
но сть означ ае т, что д етер минация явле­
ний возникает на пересечении, и из на­
ложения воздействий двух разных про­
цессов: д ей ствия внеш ней и действия
вну тренней не обх од имости.
Вытеснение и ликвидация укладов,
чуждых или враждебных социализму,
п ревращение страны аграрной в стр ану
индустриальную —это внутренняя необ­
х одимо сть становления социализма, не ­
об ходи мость выработки общественной си­
стемой недо ст ающ их «ей органов» 6, но
форсирован ие темпов индустриал изации,
так ж е как форсирование пер евод а мел ­
ко товарных крестьянских х озяйств на
рельсы коллективизации диктовались
уже ие внутренней, а внешней необхо­
димостью. Как мы помним, на ограни­
ченной основе возмо жн о лишь одн осто­
роннее развитие: ра звитие одних п одраз­
3 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 20, с. 621.
4Тамже,т.1,с.282.
5Тамже,т.25,ч.И,с.464.
6Там же, т.46, ч. I, с. 229.
57

делений народного х озяй ства или сф ер
общественной жи зни за счет других.
Давлению внешних обстоятельств мож но
противопоставить лишь организо ванное
сопроти вл ение, включая на сил ие, направ­
л енное против насилия. Обстоятельства,
навязыва емы е извне, по рожд ают при ну­
дительную форму противодействия их
дестабилизирующему характеру. На этой
почве складывае тся форма пр инудитель­
ности в действии одних общественных
сил против других. Там, гд е силы само-
созидания переключаются на сдержива­
ние небл агоприятных возд ействий, на от­
пор внеш ним силам, легко происх одит
разр аста ние формы принудительности,
в с ил у смеще ния приоритетов примат
о тдается у ж е не целям са мос озидания,
а целям «н аст упления на клас сового вра­
га»: все больш ая и большая доля внут­
ренних ресурс ов от влекается на пр оти­
водействие внеш ней опа сности —опас ­
ности ко нтр революции, реставрации ка­
пита л ист ичес ких порядков в р езу ль тате
неод инакового с опр яж ен ия внутр ен них
и внеш них проблем, встающ их пер ед
страной, открываются различные альтер­
нативы. По х од у взаимного пер епл ете ния
зада ч п од чине ния интересам социал изма
чуждых социализму сил и задач, отдаю­
щих первенство р еш ению внутр енни х
проблем, на первый план выдвигались то
одни, то другие, причем крен в сторону
вытеснения чуждых социализму укладов
лимитировал и существенно лимитиро ­
вал п роце сс становле ния общекоммуни­
стических начал нового общественного
строя. В пер иод нэпа, в пе риод второй
пятилетки примат был отдан р ешению
внутр енни х проблем. Но нэп был пр е­
рван полосой перегибов и ошибок в кол­
хо зн ом ст ро итель стве, пол осой ма ссовых
репрес сий, связанных со спл ошной кол­
л ективиза цией, а третья пяти летка с на ­
чала р азвор ач ивалась в у сл о виях разго ­
равшейс я второй мировой войны, а по­
том полоса мирного строительства была
прервана Ве ликой Отечественной войной.
Решение внутренних проблем может
быть сопряжено с разрастанием самой
формы принудительности, с максимали з­
мом форсированного разв ития одн их от­
раслей народного хозяйства за счет дру­
гих «любой ценой», без должного подтя­
гивания «тылов». На волне максимал изма
появилась пред посылк а выдвиж ения в ря­
ды партийного и го судар ственн ого аппа­
рата «леваков», «перерожденцев», кото­
рые злоуп отр ебл яли своим пол ож ен ием,
стремясь наж ить политичес кий капитал
в личных своекорыстных це л ях . Страна
хор ош о помнит, как па волне максима­
лизма была развернута разнузданная
кампания насилия, впервые осужденная
лишь в 1956 году на XX съезде КПСС.
На платфор ме максимализма сл ож илс я
администрати вно- командный стиль уп­
равления народным хозяйством, породив­
ший те негативные явления обществен ­
ной ж из ни, за которые мы расплач иваем­
ся се год ня. Система максимализма стре ­
милась все подстроить под себя: не о д ну
или две отрасли общественного труда,
а на род ное хозяйство страны, взято е в
его целом. Н абирала с ил у бюрократич е­
ская привычка о пред ел ять экономиче­
скую и соц иа льную цел ес ообразность
« сверху», «по воле начальства», игнори­
руя настро ения и готовность ш ироких
трудящихся масс. Горькие уроки 30—
40-х гг. в жизни нашей страны свиде­
тел ьс твуют, что удар по демократии не ­
избежно оказывается ударом по социа­
л изму . Там, гд е ста новитс я мало демокр а­
тии, ста новитс я мало социал изма. На­
растание принудительности в реш ен ии
пол итичес ких, эко номичес ких, социал ь­
ных пробл ем, встающих п ер ед общест­
вом, д еф ор мируе т д емократические ин­
ституты страны, подрывает самые осно­
вы де мократи и, а вместе с тем и основы
соц иал истиче ского образа жизни.
Статистика свиде те льствует, что с 1917
по 1977 г. на одного рабочего в промыш­
ле нности было влож ено в 3 раза больше
средс тв, чем на одного рабо тника в сел ь­
ском хозяйс тве. В непро изводственной
сф ере разл ич ия оказал ись ещ е больше —
па одного городского ж ите л я средств бы­
ло изра сходо вано в 11 раз больше, чем на
одного ж ит ел я с е л а 7. Спрашивается: бы­
ло ли экономически целесообразно с
точки зре ния р азвития общекоммунисти­
ческих начал социализма перераспреде­
л ение
центра л изуемо го
гос ударством
продукта меж д у промышленностью и
сельским хо зяйство м в со отно ше нии 3:1?
Могла ли эта цел ес ообразность оставать ­
ся одинако вой на эта пе пр евращ е ния аг­
рарной страны в индустриальную и пос­
ле завершения индустриализации на эта­
пе создания единого общенародного хо­
зяйственно го комплекса?
Волюнтарист ск ие методы у правл ен ия
экономикой пр иве ли к то му, что заку поч ­
ные цены на зер но, картофель, овощи,
мясо, молоко с 1928 по 1953 год, по су ­
ществу, не менялис ь. До 1953 года цены
на отдельные сел ьх озпродукты были на­
столько зан иж ены , что не покрывали
расход ов по до ст авке готовой продукции
на заготовительные пу нкты. Практически
из сель ского х о зяй с тва изымалс я весь
прибавочный цродукт. На той ще плат­
форме максршализма широкий р азма х
получила практика перераспределения
доходов за счет одной отрасли общест­
венного труда в пользу других отраслей,
перераспределение доходов из одного ре­
гиона страны в другой регион. Форсиро ­
ва ние «любой ценой» дл я расшивания
узких мест, латание дыр сегодняшнего
дня крайне увеличило разрыв между от­
дельными отрас лями народн ого хо зяй с т ­
ва. Последующее преодоление этого раз­
рыва пор одило тенд енцию к уравнител ь­
но сти, которая, в свою о чередь, н ар уш ал а
принцип соответствия меры потреб ле ния
мере труда . Ра звитие на огр аниченной
7 См. «Развитие сети опорны х центров
расселения РСФСР (Вопро сы мет од и­
ки)». М., 1979, с. 81.
58

основе само становилось ограниченным.
На соответствующ ей питательной почве
сложился механизм торможения или гру­
бого одер гивания т ех общественных сил,
которые боро лись или высту пал и за бо­
л ее полну ю реал изац ию требован ий внут­
ренней необ ход имо сти. Грубейш ие нару­
ш ения социал истиче ск ой за коннос ти ста­
ли общественно опасным явлением. Р еп ­
рессии с наруш ением всех демократиче­
ских процедур, с нарушением элементар­
ных прав личности были по вседн евностью
и возводились чуть ли не на уровень
правовой нормы.
В идеологической сфере сложился сте­
реотип, согласно кот орому все со верш ен­
но необходимо и заранее предусмотрено.
Историч еские уроки свиде те льствую т,
что о д нос тор оннее р азв итие вызывает
сужение возможностей к коренным пе­
рестройка м, грозит за мед л ение м темпов
общественных пре образований: в та ких
условиях начинает сказываться тенд е н­
ция к застою. Однако эта тенденция мо­
жет быть преодолена, если силы, высту­
пающие за согла сован но е, взаимо увя­
за нное развитие вс ех сф ер общественной
ж изн и, буд ут выступать единым фрон­
том, станут проводить насту пател ьну ю,
решительную политику. Дл я этого п ре ж ­
де всего необходимо преодоление инер­
ции ад министративно-командных методов
упр авле ния экономикой и народным х о ­
зяй ством в целом. Вот по че му на январ­
ском (1987 г.) Пленуме ЦК КПСС был
сд елан вывод, что наибо ле е полная д е ­
мокра тизация все х сфер общественной
ж и зн и есть главный рычаг уск оре ния
советского общества и наиб оле е весомая
гарантия необратимости процесс ов об­
новления в жизни народа.
Теоре тич еска я сторона д ел а за кл юча­
ется в том, что неизбежность действия
внеш них сил и не из бе ж но сть действия
вну трен них сил — это разного уровня
неи збе жн ос ти . Если господ ст во внеш ней
необходимости можно преодолеть, то гос­
подство вну тренней необ ходи мос ти пре ­
одолеть нельзя — последняя есть необхо­
димость самой ж и зни , самого самос ози-
дания. Эта внутр ен няя т енде нция борет^
ся за то, чтобы сломать все ограничения,
налагаемые на нее извне. Однако у сп е х
этой акции связан не с закр еп лени ем
развития в одном пункте, а с возмож­
ностью пер ек люч ения развития с одного
пункта на другой, с общим ра сш ирением
возмо жн осте й развития, когда повыше­
ние степе ни свободы в одном пу нкте
развития вызывает цеп ну ю реакцию у в е­
ли чения с тепе ней свободы в других
пунктах. Для этого нуж на дальновидная
политика, зар ан ее взвеш ивающ ая все
плюсы и минусы любого пол итич еского
или эк ономического шага. Общественное
движение направляется в русло более
успешного и ускоренного развития за
счет эл иминации мен ее эффективных
альтернатив. В нутрен няя необходимо сть
есть лишь ступень перехода к свободной
деятельности как особому типу социаль­
ной детер минации индивидов. Свобода —
это независимос ть от да вле ния внеш них
о бстоятельс тв, это вы свобо жд ение из
плена ее удушающ их объятий. Как воз­
мо жна та кая свобода? Она возм ож на
лишь тогда, когд а общество само созд а ­
ет обстояте льс тва своей ж изн и, само
производит и воспроизводи т усл овия,
о беспеч ивающ ие ему нара стающ ие про­
грессивные изменения во всех сферах
общественной ж изн и. Прочным является
лишь то, что люди сами сделали, завое­
вали своим трудом. Только там, где одна
из наи бол ее пер спе ктивны х альтернатив
закрепляется в процессе развития, необ­
ратимость становится ведущим свойс т­
вом пр оцес са ра звития, и общественная
ж изнь , наконец, о бретает «форму эман­
сипации от простого случ ая и про изво ­
ла» 8. Такой на ибо ле е пер сп ективной
альтер нативой являетс я госп одство ин­
дивидов н ад условиями своей ж изни,
включая по дч инение им своей с обствен­
ной общественной организации, подч и­
нение их воле са мих созд аваемы х ими
о бщественных отношений: инд ивиды в
полном смысле слова становятся х о зя е ­
вами «со бс тве нного общественного дви­
ж ения» 9. Следовательно, сфера господс т­
ва сл уч ая и произвола вытесняется и из­
ж ива ет ся лишь стр емл ением к опоре на
собственные силы. Скачок из царства
необходимости в царство свободы озна­
чает не «отмену» необ ход имо сти, а воз­
растание неизбежности в достижении за­
ранее предположенного результата, устра­
нен ие все больш ей и большей доли не­
определенности в процессе развития.
8Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 46, ч. I, с. 356 —357.
9 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 49, с. 181 —182.
Д. В. ГУЛЫГА (д. ф. нм праф., ведущий научный сотрудник Института
философии АН СССР). Приблизить фи лософию к ж и зни .
Меня привело сюда твердое убежде­
ни е, что пер естройка наш ей философа
ской науки не обх од има и во змо жна. Но
для ее осуществления важно дать себе
полный отчет в том, что и как следует
перестраивать. Иначе по лучится, как в
фильме «Покаяние», гд е речь иде т о мни-.
мом, практичес ки нес осто явш емся по кая­
нии, о покаянии лишь в воображении
гер оини, которая сама примирилась с
действитель нос тью, в общем-то не р ас ­
считавшейся с прошлым. Прослушанный
нами вступительный доклад зас та вил
вспомнить об этом фильме: произнесены
59

были правильные, по нед остаточ но само­
критичные слова. Ответственность за
застой в нашей науке ложится не в по­
сл еднюю очередь и на жур на л «Вопросы
философии». А на страницах жур н ал а не
было еще ч ес тного и обстоятельного
расчета с прошлым. Б ол ее того, есть
ст рем ле ние апол огетизиро вать это про­
шлое.
Январский Пленум ЦК КПСС четко
поставил вопро с о консервативных тен­
денциях и в нашей духовной жизни.
Было отмечено, что многие те оре тиче­
ские пр ед ставл ения остаютс я на уровне
30—40 -х годов, когда наш е общество ре­
шало иные за дач и; из общественных
на ук исч е з творческий поиск, на любое
творческо е нач инан ие обрушивалась д у­
бинка. Особенно опасно, когда кон серва­
тивные тенд енции опира ются на эруди­
цию и литер атурные спо собности. Я имею
в виду публикации из ли тер атурного на­
сл ед ия М. А. Лифшица, который сыграл
определенную позитивную роль в 30-е
годы, когда шла борьба с вульгарной со­
циологией, затем стал тормозить разви­
тие наш ей философской мысли. Это надо
во всеусл ыш ание заявить.
И это было сделано журналом «Фило­
софские науки», на ходящемся в менее
привилегир ованном п оло же нии, чем «Во­
просы философии», но ж и вее откликаю­
щемся на насущные запросы наш ей фи­
лософской науки и идейной жизни в це­
лом. В номере пятом за прошлый год
ж ур на л «Философские науки» о публико­
вал материалы обсуждения книги М. А.
Лифшица «В мире эстетики», сос то явш е­
гося в Ленингр аде. Восемь у ченых, при­
нявших участие в обсуждении, решитель­
но о судили полемические приемы автора
и весь у стар ев ший теор етич еский его
багаж. И вот сегодня я получаю свежий
тр етий номер жур н ал а «Вопросы фило­
софии», где помещ ена хвал ебн ая рецен ­
зия на книгу М. А. Лифшица. Добро бы
автор р еце нзии вступал в по ле мику с
материалом, оп убликованным год назад
в «Философских науках», но ему, види­
мо, нечего возр азить, по этому он испол­
няет свою сольную партию. За что он
хвалит книгу М. А. Лифшица? За то, что
книга «разрослась до свое образного пу ­
тевод ите ля по эс тетич еским идеям трид­
цатых годов». Но ведь это не критиче­
ский, а апологетический путеводите ль,
вра ждебн ый тому, что произошл о в на­
шей философии за пос ледние годы.
И эту рецензию послали в набор уже
после январского Пленума, ука завш его
на нед опу стимость за стыва ния на уров­
не полувек овой давности.
Книга М. А. Лифш ица имеет много
тео ре тич ески у язвимых сторон. Оста­
новлюсь на главной — реш ите ль ном не­
приятии автором аксиологии. А меж ду
тем разработка теории ценностей — это,
пожалуй, самое необходимое, чем долж­
на сегодн я запяться наша фило софия,
если она хоч ет как-то помочь у стр анению
того нравс тве нно го спада, на который
опять-таки ука зал январский Пленум.
Проблема цен ностей на ход ится в це нтре
внимания нашей художественной лите­
ратуры и публицис тики сегодня. И если
мы хотим п риб лизить филос оф ию к
жизни, то мы обязаны уделить должное
внимание эт ой пробл ем е, всегд а зани­
мавшей ва ж нейш ее место в отеч естве н­
ной философ ск ой трад иции.
Одна из корен ных пробл ем философск ой
перестройки сос тоит в ож ивле нии фило­
со фской па мяти, в максимально пло до­
творном у свое нии отеч естве нн ой трад и­
ции. А здесь на совести журнала неблаго­
видное д ел о, посл ед ствия которого мы
ощущаем до сих пор, а редакция ничего
не предпринимае т, чтобы и х устра нить.
Я имею в виду негативную р ецензию
С. Р. Микулинского па изд ани е соч ине­
ний родоначальника ру сс кого космизхма
Н. Ф. Федорова (1982, No 12). Эта рецен­
зия содействовал а тому застою, который
возник в изд ании серии «Фило софское
наслед ие»: остановилась работа над на­
ход ивши мися в пр оцесс е реда ктирования
соч инениями В. С. Соловьева, и они были
выброшены из плана. Та же судьба по­
стигла сборник, по священный филосо ­
фии Древней Руси, прои звед ени я славя­
нофилов и революционера М. Бакунина.
Реце нзия С. Р. Микулинского вызвала
возмущение в науч ной ср еде. Видные со­
ветские учены е — историк В. Л. Янин,
философ В. В. Соколов, филолог С. И. Су­
х их обратились в ред акцию с письмом,
в котором уличили рецензента в недоб­
росовестном цитир овании, в т ен де нц ио з­
ном иска ж ении фактов. Они про тесто ва­
ли против нед опу стимы х приемов, «ко­
торые прод емонстриро вал р ец ензе нт и
которые могут лишь содействовать не­
о братимой эр о зи и исторической памяти
народа». Эта к он тррецензия не была на­
печ атана, а р ецен зия С. Р. Микулинского
до сих пор не дезавуирована. Между тем
книга Н. Ф. Федорова про ло жил а себе
доро гу к читателю. Недавно, вы ст упа я по
теле виде нию, Валентин Р а спу тин назвал
Федорова н ар яду с Достоевским и Тол­
стым в числ е сво их любимых авторов.
12 апреля этого года в передаче, посвя­
щенной Дню космонавтики, те лезри тели
могли видеть на своих экр ана х том Н. Ф.
Федорова и слышать добрые слова о нем.
Жизнь идет своим чередом, и если фило ­
софский журнал хочет к ней прибли­
зиться, он до л ж е н заявить о своем отно­
шении к наследию основоположника рус­
ского космизма. Самое справедл ивое —
напечатать мате риал Янина, Соколова,
Сухих . Многие жур нал ы сейчас так
и поступают — публикуют то, что в
свое время не могли или не хот ели печ а­
тать.
Здесь это особе нно важно: русский
ко смизм — наша национальна я гордость,
явление уникальное, ни в одной стране
ничего подобного не было. Вс лед за Фе­
доровым выступили Циолковский, Вер­
на дский, Ч ижевский. Для все х них хара к­
терна идея ед инства человече ства, устрем ­
ле нного в космос, преод ол евшего войны.
60

Что может быть жизненнее, современ­
нее! Неужели «эрозия исторической па­
мяти» в ж у р на л е стала необратимой?
Почему я говорю не о статьях, а о ре­
цензиях? Да потому, что именно фило­
софская критика (как критика худ ож ест ­
венная в л итератур ном изд ании) опре­
деляет лицо фило софского
журнала.
В свое время ЦК КПСС принял реш ен ие
о художественной критике. Оно пол­
ностью относится и к философии. Здесь,
как и в литературе, недопустимы лич­
ные или групповые предпочтения. А жур­
на л «Вопросы философии» за посл ед ние
годы превратился в орган опр едел енной
группы. Я не принадлежу к этой группе,
и мне фактич ески перекрыта дорога на
стра ницы жур на ла . Пос леднюю попытку
я пред принял прош лой осенью, и она
окончилась плачевно. Нап исанную мной
рецен зию отвергли на
смех отвор ном
основании: автор излагает не столько
со дер ж ан ие книги, сколько собс твенную
точк у зр ения. Главный ред актор сообщил
мне, что он был за опубликование реце н­
зии. Так кто ж е тогда вершит судьб ами
ж ур нала?
Для того чтобы приб лизи ть фило софию
к жизни в идеале нужен специальный
популярный
журнал — Философия
и
жизнь». А пока его нет, «Вопросы фило­
софии» до лжны предо ст авить свои стра­
ницы д ля бол ее широкого круга авторов,
предста вляющих разл ич ные точки зр е ­
ния. Нужно больше эссеистики и живой
полемики. Нам ну ж н а не «философ ия
для философов», а философ ия для "на­
рода. Нам не нуж ны «пенсионеры духа »,
которые обильно представлены в р ед ­
коллегии журнала, я имею в виду не
возраст, а жизненную позицию, нежела­
ние творч ески мыслить, стремле ние по ­
чить на лавр ах, порой вес ьма сомни­
тельных.
В. Ж. КЕЛЛЕ (д. ф. н., проф., зав. се ктором Институт а истории ес тес твознан ия
и тех ники АН СССР). П ер естрой ка и проб ле мы исторического материал изма.
Я думаю, р еда кция «Вопросов филосо ­
фии» проявил а изве стную сме лость, ор­
ганизовав обсуждение на тему: «Фило­
со фия и жизнь» . Совершенно очевидно ,
есл и немного пользова ть ся « опер еж а ю­
щим отраж ением», что на такого рода об­
суждении неизбежно будет критика в ее
адрес. Но она в известной степени созна­
тельно поставила себя под удар разного
рода критики, п отому что есть довольно
много людей, недовольных журналом не
только за его реал ьные недос та тки, но и
за то, что кого-то не напеч атал и, чьи-то
статьи отвергли и т. д.
Критический тон на этом совещ ании,
видимо, реш ил зад ать А. В. Гулыга, хотя
он и не принадлежит к числу тех, кому
было трудно пр об ивать ся на страницы
жу рна л а. Его выступление нел ь зя оста­
вить без ответа не потому, что в нем со­
держалась критика, а потому, что тон и
ха рак тер этой «критики» явл яются совер­
ш енно неприемлемыми.
Прежде всего он выступил с резкими
выпа дами в адрес р абот М. А. Лифш ица.
Конечно, А. В. Гулыге не доставило уд о ­
вольствия чтение посвященных разбору
его работ страниц книги «В мире эс тети-
тики». Отрицательное отно шение к этой
книге было высказано и обн ародовано в
журнале «Философские науки». Но А. В.
Гулыге этого мало. Поч ему? Ведь М. А.
Лифш иц, насколько мне помнится, ни­
каких ярлыков на А. В. Гулыгу не наве­
шивал, он отстаивал свое пон имание
и ск усства, его специфики , его роли. Но
никаких ор га низац ионных рычагов в
науке М. А. Лифшиц и при жизни не
имел и к оргвыводам в отношении А. В.
Гулыги эта книга не привела. От работы
его не освобождали и в другой институт
не пер евод ил и. А Гулыга по отношению
к М. А. Лифшицу, его памяти поступает
прос то непорядочно, ибо сам М. А. Лиф­
шиц ответить ему не мож ет. Если бы
А. В. Гулыга, который пох ва ляетс я своей
про грессивностью, по думал, то он бы
мог понять, что он как раз вы ступ ает в
роли ретрограда, за пр ещ ая другому че­
ловеку иметь соб ствен ную точку зрения,
не со впад ающую с его, А. В. Гулыги,
взглядами. Это не в д ухе нашего времени.
Далее А. В. Гулыга утверждает, что в
редколлегии журнала «Вопросы филосо­
фии» царит групповщина. Это — безот­
ветственн ое за явл ение. Думаю, что он
высказывает мнение, кото рое вызревало
в определенной среде, весьма негативно
настроенной в отношении журнала. Но
оно ни на чем не основа но . Утвержда ть
такие вещи — значит напра влять крити­
ку журнала «Вопросы философии» не в
то русл о, потака ть обыва тель ским на ст ­
роениям.
Теперь по существу. Мы все сейчас
живе м перестройкой. Что она у ж е дала
нам? Думаю, что на этот вопрос хорош о
ответил М. С. Горбачев: ес ли говорить о
пе рес тройке (я не цитирую, а излагаю
мысль), то что изменил ось за эти по­
сл ед ние годы? Изменились мы сами,
и мы уже не захотим вернуться к тому,
что было раньше. Действитель но, мы
се йчас у ж е живем в ином социальном
климате, в другой атмосфере . То, как я
сейч ас читаю ле кции, как выступаю пе­
ред людьми, то, какие статьи мы печа­
таем, то, как мы здесь обсуждаем наши
пр облемы,— это у ж е что-то новое. Если
мы не загубим это новое своей бездея­
тельностью или безотве тственность ю, то
мы будем двигаться вперед. Мы, нако­
61

нец, дожили до того времени, до такого
период а, когд а мо же м действитель но пе ­
рестр аива ться. Само слово «перестройка»
для нас не новое. Вспомните, как и в
прежние годы, когда после каждого оче­
редного пленума ЦК мы начинали пере­
страиваться: обяза тел ьно были всякие
изм ене ния в пла нах на уч ной работы
и т. д. Если мы таким образом будем и
сейчас перестраиваться, это будет в худ­
шем виде конъюнктурщина. По этому
мы дол жн ы не мелочиться, не ставить
частные вопросы, а задуматься о фунда­
ментальных основани ях нашего фило­
соф ско го бытия.
Пер ес тройка, д ействительно, (об этом
у ж е говорилось)
не
должна стро­
иться на отрицании всего, что р анее бы­
ло сде ла но. Не льзя рассчитыва ться с
прошлым, выбрасывая все, что было.
Двигаться впер ед мы не смо жем, если
каждый раз будем начинать с нуля.
Вместе с тем философия должна стоять
ближе к жизни, выполнять свои функ­
ции элемента духовной жизни всего об­
щества, а не прос то быть пр едметом пре­
пода вания. Не об ход имой предпосы лкой
этого являе тс я творч ес кая атмосфера, ак­
тивиза ция исс ледо вател ьской деятельно ­
сти в области фил ософии. С этой точки
зр ения я х отел бы ос тановитьс я на проб­
л ема х развития
исторического мате ­
риализма. П ос ле войны он нах одил ся
первонач ально в довольно жал ком со­
стоянии. Учебники, статьи того вре мени
были заполнены политической тре скот­
ней, вос про извед ени ем иде оло гич ес ких
штампов, комментариями к приводимым
цитатам классиков. Анализ реальных со­
циальных проб лем наш ей ж и зн и под
углом зрения исторического материа­
лизма практи чески отсутствовал. Затем
XX съезд — и этого мы не должны забы­
вать — дал серь езный импульс разви тию
на шей философ ской мысли. И с этого
времениАначалось известное движение
впер ед и в об лас ти исторического мате­
риализма. После XX съезда пришло но­
вое покол ение в на ш у философию, более
образованное, чем предшествующее по­
коле ние. Начало подтягива ться и ста­
рое поколение. Обобщая, мо жн о сказать,
что было сд ел ано достаточно много в
смысле, например, об огащ ения пробл ема­
тики исторического матери ал изма. По­
явились темы культуры и ценнос тей,
НТР, глобальные проблемы человека,
было изд а но много работ по отдельным
на правлениям. В 70-е годы возникла по­
требность в общих работах, и в партий­
ной печ ат и был поставлен вопрос о не­
обход имост и такого рода работ. Они
впослед ствии появились, я не б уд у их
пер еч исл ять. Следовательно, мо жно ска­
зать, что публикация этих об общ ающ их
работ по историческому материализму
явилас ь изве стным завер ш ен ием о преде ­
ленного этапа в развитии исторического
мате ри ал изма. Мне предс тавл яетс я, что
сейч ас в области историче ского мате­
риализма сложилась такая ситуац ия,
когда на д остигнут ом ур овне исс ледо ва­
ний и разр аботок, на котором мы сейчас
нахо димся в рамка х имеющ егося круга
идей и проблем, в серьезном научном
пла не больше де л ать нечего.
На этом уро вне да льше ничего прин­
ципиально нового, и нте ресного возн ик­
нуть не мож ет. Надо прорываться на но ­
вый урове нь.
Я думаю, что сейч ас возникла такая
си туация и с озд ана такая обстановка,
когда это возмож но сде лать.
Главное заключается в том, чтобы ас­
симилировать в общую теор ию ист ор иче­
ского проце сса осозн ание т е х новых яв­
лений, которые родились в ж и з ни в по­
сл ед ние де сятил етия.
Действител ьно, произошл и коло ссал ь­
ные изменения и в социализме, и в ка­
питализме, и в третьем мире. Продолжа­
ется научно-техническая революция, воз­
никли глобальные проблемы , ч еловечес т­
во под ош ло к критическим точкам в своем
существовании, усилилась взаимозависи­
мость всего мира и т. д. А в плане пер­
спектив, е сл и взять, на пример, пр об л ему
потр ебно стей, встает чрезвыч айно важ ­
ный вопрос: как о бщество сможет ввести
в будущем распределение по потребно­
стям? Ведь ясно, что зе мл я маленькая,
ее об итател ям надо уме ть и ограничивать
свои потребности. То есть мы должны
просмотр еть теорию ист орич еского про­
цесса с точки зрения того, каким обра­
зом все эти новые процесс ы входят в
нашу теорию, учитывая, что философия —
это эп оха , сх вач енная в мыслях. Когда
мы теоретически будем обобщать все эти
процессы, тогда мы сможем опережать
сего дняшнюю практику и не быть толь­
ко апологета ми конкретной политич еской
ситу ации и конкретны х реш ений, а смо­
жем что-то новое и ценное дать нашему
обществу и нашему народу.
И если мы этого не сделаем, это будут
делать другие, и, может быть, делать
против нас. Мы видим, сколько на З ап а­
де появилось всяких футурол огиче ских
теорий. Мы ж е пока сде лал и очень мало
для того, чтобы ярко, убед ител ьно, кон­
кретно представить на совреме нном ур ов­
не ма рксистскую те орию общественного
развития.
Наши работы д олж ны быть «конку­
рентоспособными» в смысле влияния и
силы воздействия на читателей в разных
странах. А явл яются ли они таковыми по
отношению к Д. Беллу и другим кори­
феям запад ной футур оло гич ес кой мысли?
Например, люд и читают работы А. Тофф-
лера, ярко, публицистич но на писанные.
И читают нашу литературу, посвященную
социальным аспектам науч но -т ехн ич е ­
ского прогресс а. С точки зр е ния формы,
пода чи материала наши работы д ал еко
не всегда оказываются на должной вы­
соте.
Мне кажется, что очень важна пробле­
ма ответственнос ти. Мы до лж ны чу вст­
вовать ответственнос ть. Пар тия взяла на
себ я зад а чу выработать новую страте­
гию экономического р азвития, политиче­
ского развития, демокр атизации страны.
62

В этом процессе дейс твител ьно проблемы
общественного сознания и фило софии
играют огр омную роль, и мы д ол ж ны по­
чувствовать свою от ветственность за те
процессы, которые пр оис ход ят в сф ере
общественного сознания и в обществе в
целом. А знаем ли мы, что в стра не про­
исх од ит в сф ере общественного сознания,
какие идут процессы? Почему возникают
явления социал ьной пасс ивно сти, р ели­
гиозны е на ст рое ния среди инте лл иге н­
ции, появл яютс я очаги национализма
и т. д. Нам нужно думать об этом, ду­
мать и исследовать то, что происходит в
о бществе и соответствующ им образом
реагировать, быть бо ле е инициативными
в по становке новых проблем.
Здесь ничего не говорили о критике
буржуазной философии. Конечно, мы из­
бавились от ра зносного стиля критики,
когда про изно сятся какие- то оценочные
вещи, а что критикуется, неясно. Я ду­
маю, нам нужно сейчас эту критику тоже
поднимать на какой-то новый ур овень и,
критикуя, хорош о знать сво его идейного
противника.
А сколько у нас переведено работ со­
временны х западн ых философо в и со­
циологов? И можем ли мы повышать
свою философскую культуру, не будучи
в гущ е той борьбы ид ей, которая идет
во всем мире?
Нужно внимательно следить за за пад ­
ной социа ль ной мыслью, следить за тем,
что там делается, и сочетать критику с
позитивн ой р азр аботкой новых проблем.
Наконец, ещ е од ин вопрос. Сколько я
себя помню, всегда я слышал, что об­
щественные науки отстают от практики.
На всех съездах об этом говорилось, на
научных конференциях и заседаниях.
Это создавало в философии и обществен­
ных науках своеобразный комплекс вины
или н еп ол но ценн ости за вечное отста­
вание от практики.
Я думаю, что сейч ас в све те нового
мышления и нового взгляда на ж и знь и
на историю, эта формул а — отставание
от практики — недо ста точ на. Общество
имело философию и н ау ку , которые вы­
полнял и о предел е нную функцию. Об
этом очень хорош о ска зал тов. А. Н. Яков­
лев в своем вы ступлении в Т ад ж икис та­
не. Бюр ократам не ну ж н о никакого
творч ес тва, никаких новых ид ей. В аж но
было сохранить статус-кво. Поэтому на­
саждался догматизм. А когда он стано­
вится стилем мышления, он не дает воз­
мож ности так взглянуть на социал ьную
ж и знь , чтобы видет ь в ней проблемы.
Этот стиль ор ие нтирует как р аз на то,
чтобы н еи звест ное , новое подогнать под
изве ст ное.
В историче ском материал изме были,
конечно, попытки каким-то образом уй ти
от абстр актного догма тизма, люди ощу­
щали как недо ста ток отрыв философии
от ж изни.
Почему у нас многие ф ило софы стали
возл агать н ад е жды на р азвитие конкрет­
ной социологии? Именно от нее ожида ли,
что, на конец, историч еский материал изм
получит ту эмпирическую базу, на осно­
ве которой он смож ет избавитьс я от
абс тр актности, от отставания и т. д.
Практически история сл о жила сь так, что
развитие конкретной социол огии шло у
нас с большим трудом, и историч ес кий
мате риали зм от н ее ничего, в общем, не
получ ил . Ее развитие не обогатило проб­
лематики историче ского материализма.
Связь с конкретными общественными
на уками т ож е была слабой, в этой об­
л ас ти сде лано очень мало, и союза фило­
софов и обществоведов пока не у ста но ­
вилось, хо тя были попытки связать ся и
с историками, и с экономиста ми, и пр.
Таким образом, в области историч еско­
го материализма требуется прорыв на
новые ур овни теоретиче ск ого анализа .
База для этого и мее тся, что позво ляе т
надеяться на дальнейшее, более фунда­
ментальное в хор ош ем смысле слова (по­
т о му что у на с фунд аментал ьное пони­
мают иногд а в смысле фунд амента ль но ­
сти многотомно й) движение вперед . Надо
постара ться э ту возмож нос ть р еал изо ­
вать.
В, С. ГОТТ (д. ф. н., проф., главный редактор журнала «Философские
науки»). Большой потенциал философской науки.
Слушая выступавших и внимательно
вглядываясь в зал, я думал о том, каким
большим потенциал ом расп ол агае т фило­
софская нау ка для р еш ен ия поставлен­
ных перед ней задач. Здесь присутствует
ряд членов редколлегии журнала «Фило­
софские науки», которые у ж е принима­
ли участие в обсуждении вопроса о пе­
рестройке работы жур на ла , как нам всем
включаться в эт у революцион ную д е я­
тельность.
Один из выступающих утверждал, что
в наших философских журналах царит
гр уп повщина. Я не могу с этим согла­
ситься не потому, что в озра жа ю против
критичес ких замечаний, а про сто в р ед ­
коллегии на шего философского жур нал а,
к счастью, отсутствуют групповщина,
замкнутость, элитар ность. Конеч но, мно­
го ещ е предстоит сделать по да льнейшей
демократизац ии на шей работы.
Мы всегда старались, чтобы состав
редк оллегии пер иодич ес ки обновлялс я ш
пополн ял ся новыми специалистами. За
20 лет своего существования через ред­
колл егию ж ур на л а прош ли 71 человек.
Примерно раз в пять ле т состав ред кол­
легии изменяется более чем на одну
треть. Многие из присутс тву ющ их были
члена ми редколлегии, внесли свой вклад
63

и продол жают работать консул ьтантами
жу р нал а «Философские науки». Но Амы
будем и дальше совершенствовать и де­
мократизировать р аб оту жур нал а.
Однако самое главное — это качество
материала,
поступающего в журнал.
Здесь у нас еще много недостатков, есть
сл еды о преде ленн ой ограниченности д е­
мократизма,
огранич енности
свободы
мысли, ещ е недос та точ но представле на
и нди видуальность авторского мышления,
существуют и некоторые административ­
ные огра ничения. Коне чно, работать ста­
ло намного легче, но и тр уднее . Сейчас
нам справедливо говорят: за со держ а ние
публикац ий отвечают автор и редк ол ле­
гия, по это му публиковать или воздер­
жаться от публикации статьи — решайте
сами.
В новых у сл овия х ответственность ав­
торов, коллектива редколл егии и редак­
ции, роль консул ьтантов резко во зраста ­
ют. Большинство присутствующих на со­
вещании помогают работе журнала, ре­
цензиру ют статьи д о их публикац ии, вы­
сказывают свои суждения о работе жур­
нала, т. е. созда ют возмо жнос ти дл я бол ее
демокр ат ич ной подготовки публикации.
Мы будем эту линию продолжать, с ва­
ш ей помощью добиват ься еще б оле е
серь езн ых изм енений в рабо те жур нал а.
Но для этого не обх од имо наличие новых
идей, новых разрабо ток со стороны фи­
лософской обще ствеино сти.
Здесь было много сказан о о прошлом,
и это правильно и необходимо для буду­
щего, но хо тел ось бы больше услышать
и о том, какие проблемы мы до лжны ре­
шать. Следует только сказать, что какая
бы составная часть философско го знания
ни развивал ась, она никогда, по-моему,
не мешала развитию философии как ед и­
ного целого. Если есть у сп ех и в одной
облас ти фило софского знания, это всегда
служило и будет служить стимулирую­
щим началОхМ для у сил ения разр аб оток в
других отрас лях. Поэтому я не могу со­
гл аситьс я с т езисом о том, что развитие
исс ледо ваний по философским вопросам
ес тество зна ния как-то мешало развитию
исс ледо ваний других компонент фило со ­
фии. Философские вопросы ес теств озна ­
ния связаны в конечном счете с НТП,
с ра звитием производител ьных сил, они
спос об ствуют укр епле нию со юза фило со­
фов с учены м, работающим в области
изуч ени я объективных законов окру­
ж ающ ей нас материальной дей ствитель ­
ности, пр е жд е всего природы. Все это
связано с человеком. Недо оценка и д а ж е
попытки бросить тень на эти исслед ова­
ния пользы не пр инесут. Другое дело,
что в этих исследованиях имеют место и
н ед остатки, но в целом они получили
пол ож ител ьную оценку нашей научной
общественности.
Я хотел бы рассказать о том, как фи­
лософский подход к анализу природы
приводит к ра звитию науки, к уск ор ен ию
НТР. Бо льшинству пр ису тствующ и х из­
вестны симпатии академика В. Л. Гинз­
бурга к проб лемам философии. Он был
одним из т ех физиков, который высту пил
с критикой од носторонней интерпретации
работ Куна, был участником многих со­
вещ аний по философским вопросам ес те­
ство знания.
Я вспоминаю, как бо ле е
двадцати лет назад в МФТИ на методо­
логическом семинаре шло обсуждение
о дной очень важ ной физической проб ле­
мы — сверхпр оводи мости, противоречивой
сущности этого явления. Виталий Лаза ­
ревич высказал ряд, по своему существу
диалектических, со ображений по пробл е­
ме све рх провод имос ти, в частности о воз­
мож ности п олу ч ени я этого эфф екта при
более высоких темпер атур ах .
Я не буду говорить здесь о физике,
ио х очу подчеркнуть, что В. Л. Гинзбург
дал теоретическую разработку этой фи­
зич еской проблемы (вы со коте мператур ­
ной сверхпроводимости), указал пути
по иска пра ктич еского р еш е ния того, что
было им пред ск аза но теор етиче ск и, опи­
раясь на свойственный е му диалектико-
материалистиче ский
стиль мышления.
Вы, н авер ное, у ж е читали с ообщения, что
созданы особые материалы, облада ющ ие
сверхпроводимостью при температурах
намного выше абсолютно го нуля. Еще
рано говорить о непо средственно м при­
мене нии эт их резул ьтатов в промышлен­
ности, но открываются огромные возмож ­
ности дл я подл инной р еволюции в науке
и тех нике.
Кажд ый исследо ватель в любой отрас­
ли знаний решает задачи прежде всего
с помощью своего мышления. Отсюда
паша зад ач а — не только перестр аивать
свое соб стве нное мышление, но и спо­
собствовать
всеми доступны ми нам
сред ствами формированию науч ного д и­
алектико-материалистич ес кого мышления
у пред ставите лей других наук. По-мо ему ,
в этом состоит одна из задач фил ософ­
ских журналов и присутствующих здесь
философов.
В. 3. РОГОВИН (д. ф. н., ведущий научный сотрудник Института
со циол огич ес ких исследо ваний АН СССР). Пере стройка и ф илософско е осмысл ение
истории социализма.
Чем глубже и динамичней будет раз­
вертываться пер ес тр ойка, тем резч е бу­
дет выступать по ляризация социальных
сил и идейных течений, которая не могла
быть отчетливо выражена в усл овиях за­
стоя и от су тс твия гласности. В этой свя­
зи вее бол ьшую актуально сть буд ет при­
обретать вопро с об оценке историче ского
64

опыта наше го общества, нашего идейного
на сл едия, насл ед ия сове тской общ ествен­
ной, в том числе фило софской, мысли.
Поэтому в принципе можно было бы
ож ида ть того, что мы се го дня усл ышали
от А. С. Гулыги, который призывал «под
флагом перестройки» повести б ор ьбу с
идейным нас лед ие м выдающегося марк­
систского философ а М. А. Лифш ица.
Я готов д опустить , что пр озвучавш ие в
его выступлении грубо-тенд енцио зны е на­
падки в адрес М. А. Лифшица были про­
диктованы не только соображениями све­
дения личных счетов с покойным, кото­
рый в статье «Плоды пр ос вещ ения» под­
верг работы Гулыги у ничто жа ющ ей
критике, но и мотивами принципиального
х ара ктера — например, тем, что предс тав­
лен ное Лифш ицем направление общест­
венной мысли реш ительно противостоит
той концепции истории русской филосо­
фии, котор ую излагал зд ес ь Гулыга.
К сожалению, сегодня приходится стал­
киваться с тем, что многие д а ж е квали­
фицированные обществовед ы оказывают­
ся не сведущ ими в рабо та х Лифшица,
считают, что его научные интерес ы огра­
ничивались только эстетикой, хотя не
меньший вклад он внес в теоретич ескую
социологию, этику и другие ф ило софские
науки. М. А. Лифш иц предс тавляе т фи­
гу р у во многом уникаль ную. Едва ли
можно назва ть другого обществовед а,
активно раб отавше го почти 60 лет и об­
ращавш егося к самым животр епещущим
пробл ема м современности, практически
все работы которого можно сегодня из­
дать б ез купюр и доба вл ений, и при этом
они будут воспринима ться не как а нахро­
ничные, а как су губо современные, всем
своим пафо со м отвечающие д ух у и тре­
бованиям нынешнего перело много этапа
в развитии на шего общества. Когда пе­
речитываешь работы, включенные в не­
давно вышедшие первые два тома собра ­
ния его сочинений, убеждаешься, что в
них с ма рксистских позиц ий предс тавле­
на фило софия истории XX века, осмысле­
ны самые сложны е, драматические и тра­
гич еские противореч ия этой истории.
Сам М. А. Лифш иц прево сходно пони­
мал, что в своих работах 60—80-х го­
дов он шел в известном смысле «против
теч ения», если п од «течением» понимать
умонастрое ние знач ител ьной части нашей
гуманитарной интелл игенции застойного
пер иод а, на который удивительным обра­
зом пр ишел ся расцвет его творч еской
деятельности. Он был беспощаден к ко­
кетничанию с р елигией, художественным
модернизмом и другими ретроградными
на правлениями общественной мысли и
обрушивался на эти явления со всей
мощью свое го поле миче ского таланта.
Всем нам памятно, как он развенчивал
признанные р епу тации , как бичевал
конъюнктурщину,
пр испособл енч ес тво,
верхоглядство и схол астич ес кое теор ети­
зиро вание в общественных нау ках . По­
нятно, что п осл ед няя, п ос ме ртно опубли­
кованная книга Лифш ица «В мире эст е­
тики», включающая нес колько ярких
научных памфлетов (жанр, пр едст авлен­
ный в советской общественной мысли,
по жа л уй, одним этим автором), вызвала
попытки, правда, бес помощные, как мо ж ­
но судить по опубликованному в «Фило­
софских науках» отчету об обсуждении
эт ой книги, дискред итировать М. А. Лиф­
шица. В этой связи. нельзя не отдать
должное принципиальности ред акции
«Вопросов философии», опубликовавшей
положительную рецензию на эту книгу.
Я так подроб но остановился на этом,
казал ось бы, частном вопросе, потому что
он сл уж ит примером р еальной противо­
речивости развития марксистской мысли
в н аш ей стране, которое не остан авлива­
лось и в недавний зас тойный период.
Сегодня
прозвуч ала
спр авед ливая
мысль о том, что ко рни зас тойных явле­
ний уходят далеко в прошлое. С не мень­
шим основанием мож но сказа ть, что гл у­
боко в прошлое у х од ят и историче ские
корни перестройки, й для судеб пере­
стройки и обновле ния нашего общества
крайне ва жно р азобраться в том, каковы
ж е эти историче ские корни.
В последние месяцы мы наблюдаем на­
чавшийся переход к переосмыслению тех
историч еских сюж ет ов, на изу ч еп ие ко­
торых с 1965 г. было на лож ено прочное
и бе зус л овн ое табу. Сегодня оч евидно,
что не мо жет оставаться прерогативой
только ли тераторо в и д еят ел ей искусства
позна ние р еа льного драматизма истории
наш его общества, равно как и постановка
по своей сути философ ск о- со циологи че­
с ких и историко- философских вопросов,
за д авать ся которыми у нас было «не при­
нято» на пр отяж ен ии длительного вре­
мени: как бы сл ож илас ь история, если
бы на ее ход не оказывали влияния та­
кие сл учайные по отно шению к ди нами­
ке классовых сил обстоятельства, как.
х ара ктер личности, ока за вш ейся во гла­
ве общественного, политичес кого д виж е­
ния (попытку художественного модели­
рования под обной ис тори ческой ситуации
п ред принял В. Тендряков в посмерт но
опубликованном романе «П оку шение на
миражи»).
Философы до лж ны принять активное
участие в осмыслении с уч етом истори­
ческого опыта XX века одной и з коре н­
ных философско-соц иологич ес ких проб­
лем — соотношения необходимости и слу­
чайности, законо мер ности и случайности
в историческом пр оце ссе , возм ожно сти
перехода исторической случайности в за­
кономер ность,
существенно вид оизме­
н яющую ход исторического развития.
Данная проблема — отнюдь не в теорети­
ческом пл ане, а в связи с реальными
опаснос тями, вставшими пе р ед партией
в на чале 20-х годов, привлека ла напря­
ж е н н ое внимание В. И. Ленина, отра­
зившееся в его последних статьях и
письмах, прежде всего в «Письме к
съезду» — документе, который более трех
десятилетий скрывался от партии и на­
рода, а в последующие три десятилетия
комментировался столь ж е беспомощно,
сколь и иска женно. В этом письме, пз-
65

вестном так ж е под названием «завеща­
ния», Ленин обратил внимание партии
на то, что концентрация взаимо связан­
ных недо ста тков в хара ктере Сталина,
сосредоточившего уж е к тому времени
в своих руках необъятную власть,— это
обстоятель ство,
которое,
на первый
взгляд, «може т пок азать ся ничтож ной
мелочью»; но с уч етом реально сл о жи в­
ш ихся в то время взаимоотношений
внутри руководящего ядра ЦК — «это не
мелочь, или это така я мелочь, которая
может получить решающее значение»
для судеб партии 10.
То, что в силу целого ряда драматиче­
ских обстоятель ст в л енинский совет о пе­
ремещ ении Сталина с поста генсека не
был реал изован, обер нуло сь такими тра­
гическими по сл едс твиями, которые не
могла предвидеть даже гениальная про­
ницате льность Л ен ина. Если бы это бы­
ло мыслимо предвид еть в то время, когда
Ленин диктовал «Письмо к съезду», он
поставил бы перед партией вопрос о
Сталине намного резче.
После XX и XXII съездов КПСС, сказав­
ших партии и народу значительную часть
правды о Сталине, было немал о попыток
объяснить и д а ж е оправдать объективны ­
ми историческими у сл овиями то, что мы
называем «культом личности и его по­
следствиями». Вот и сегодня С. М. Кова­
лев представил дело таким образом, буд­
то культ лич нос ти за кон омер но вырос из
стремления к тор ж е ст ву мировой р ево­
люции и других особенностей историче­
ской ж и зни 20-х годов. Попытки возве­
сти в историческую закономерность и да­
же неизбежность возникновение того
комплекса явле ний, который обозн ач ает ­
ся этой формул ой, опасны тем, что они
объективно смыкаются с попытками са ­
мой черной р еакции XX века навязать
предста вления, согласно которым семена
ста линского террора и других тягчайших
отсту плений от социализма были зал о­
ж ены в Октябрьской революции.
Здесь справедливо говорилось о том.
что мы знаем наш у собственну ю исто­
рию послеоктябрьского пер иода намного
хуже, чем историю других стран этого
времени. На почве такого незнания во­
зникают самые превра тные трактовки от­
дельных этапов советской истории, при­
чем трактовки, отнюдь не безр азлич ны е
к современности. Так, на с траницах «Ли­
тер атурной газеты» академик ВАСХНИЛ
В. А. Тихонов, выступая в поддержку
пропа гандируемого этой газетой курс а
на безудержное развязывание инициати­
вы мелкого про извод ите ля, выступил с
такой трактовкой социальной структуры
советского общества 20-х годов, согл ас­
но которой кулак был в основном ликви­
дирован в ходе гражданской войны.
—
Данное ут вер жд ен ие решительно
расход ится с ленинск ой оценкой состоя­
ния и те нд енций развития социал ьных
отно шений в сове тской дер евне. В конце
10 См. Ленин В. И. Полн. собр, соч.,
т, 45, с. 346.
1920 года, когда гра жд анска я война была
в основном за верш ена, за несколько ме­
сяцев до определения основных принци­
пов новой экономической
политики,
В. И. Ленин на заседании комфракции
VIII съезда Советов подробно останав­
ливалс я на вы ск азанных там о па се ниях
по поводу того, что «мы будем премиро­
вать кулака» и желании делегатов «поста­
вить п р е ж д е всего премирование сель­
ского общества, волости, колл ективно­
сти — общего труда , но не единол ичного».
Он говорил об этих соображениях, как о
« совершенно правильных, принципиал ь­
но б ессп орны х д л я всякого маркс иста,
не подлежащих сомнению, с точки зре­
ния крестьянства особен но ценных». Д а­
л ее Ленин формулиро вал свою пр инци­
пиальную позицию по о тношению к со­
циальному р ассл оению деревни. «Понят­
но, что наилу чш е поставлено х озяйс тво
у зажиточного кре стьянина и кулака,
которых, конечно, в деревне осталось
сколько угод но , на этот счет мы ни ми­
нуты не сомневаемся. Если мы, во зна ­
граждая за тщательное хозяйство, не за­
ботимся о том, каким пу тем эта тщате ль­
ность в хозяйстве достигается, то естест­
венно, что самым тщательным по х о ­
зяйственным успехам окажется кулак.
К если пре небречь вопросом о том, ка­
кой ценой достигается хозяйственное
улучшение, то получится несправедливая
пр ивилегия кул аку . Если возн аграждать
его средствами производства, т. е. тем,
что служит для расширения хозяйства,
то мы окажемся косвенно, и, пожалуй,
д аж е не совсем косвенно, участниками
в развитии кулачества, ибо, награждая
старательного хозяина без учета того, не
получился ли хороший успех приемами
кулачества, да еще награждая такими
вещ ами, как
сред ства
про изводства ,
т. е. тем, посредством чего он может даль­
ше укре пить свое вл ияние, мы, конечно,
идем вр азре з с осно вными пол ож е ниями
не только земель ной, но и вс ей советской
политики и на руш аем основной прин­
цип — поддерживать интересы трудящ их­
ся против интере со в кула чества. Этим
мы действитель но подрываем самым ко­
ренным образом начало и основы всей
советской по литики, вообще говоря, а не
только земел ьной политики» и .
Историческа я действительнос ть 20-х го ­
дов подтвердила известные положения
Ленина о том, что мел кое товарное про­
изводство ежедневно рождает капита­
лизм. Другое дело — то, что в эти годы
линия Сталина в кресть янском вопросе
(как и во многих других), мягко говоря,
не
отличалась
последовательностью.
Вплоть д о 1928 года Сталин, б ло кируясь
с Бухар иным, проводил линию на под­
дер ж ку «экономически крепкого сельс ко­
го хозяина», под которым подразумевал­
ся не кто иной, как кулак. На выдвину­
тый в 1925 г. Бухар иным л озу нг «Обога­
щайтесь!» окрепш ее кулач ес тво ответило
11 ЛенинВ.И.Поли. собр. соч„ т. 42f
с. 185—187.
66

уже спустя несколько лет саботажем хле­
бозаготовок, который поставил в 1927—
28 гг. Советскую власть на грань кризи­
са, И лишь тогда Сталин обн ару ж ил
«правый уклон» в партии и совершил
резкий, ошеломл яющий поворот — к по ­
литике чрезвычайных мер и затем — к
по литике, по сра внению с ко торой чрез­
вычайные меры являлись, по его собс т­
венным словам, «пустышкой».
Изу че ние
поли тич ес ких метаморфоз
Сталина в 20-е годы поможет глубже
понять то, как мог сл ож итьс я «культ
лич ности». Эта проблема имеет и еще
один крайне важ ный аспект. Сегодня не­
обх од имо не просто вспомнить забытые,
имена, но и ответить на во про с — были
ли в партии силы, которые стре мились
воспрепятство вать у твер жд ен ию ед ино ­
личной власти Сталина и его многочис­
ленным ошибкам, обнаружившимся уж е
в 20-е годы. Это нел егкий вопрос , но рань­
ше или позже он должен будет привлечь
внимание не только историков, но и фи­
лософов.
И, С. ИАРСКИЙ (д. ф. н., проф. Академии общественных наук при ЦК КПСС)
Время правды.
Ныне, мож но так сказать, насту пило
время правды. И нам здесь следует го­
ворить о наш их ф ило софск их пробл емах
правдиво и откровенно, так как есть оно
на самом де ле . Ленинска я мысль о том,
что ко гда мы скрываем х отя бы долю
правды, то этим вредим д е лу во много
раз больше, чем нанос ят нам вреда наши
противники, которые и сп оль зуют те или
иные факты именно в пер иод культа лич­
ности, эта ле нинск ая мысль была факти­
чески переч еркну та, если не как невер­
ная, то хот я бы, как пот ерявш ая поч ему-
то свою актуал ьность, а ведь эта мысль
исключительно правил ьная как раз для
наших дней. И без правды не может быть
ни действительного социализма, нп мо­
рального очищ ения наш его общества, ни
пер ес тр ойки вообще с целью ускоренного
движения вперед. Эту мысль высказы­
вал не раз и подчеркивал ее знач ение
М. С. Горбачев.
Объективная правдивость, да л екая от
узкосубъективных и предвзятых оце­
нок,— вот что нам всем нужно на сегод­
няшнем обсуждении. Но не во всех вы­
ступлениях, к сожалению, это имело ме­
сто. Здесь про звучал , например , призыв
«разгромить» кон цепции М. А. Лифш ица.
Но это по меньшей мере недоразумение.
Оценка или (и) п ере оце нка прошлых явле ­
ний в области философии и эс тетики
долж на быть, полагаю, взвеш ен ной, очень
конкре тной. Я, на пример, не со всем в
творчестве такого видного литера туро ве­
да и эстетика, как М. А. Лифшиц, согла­
сен. Думаю, что его концепция идеал ь­
ного не мож ет быть принята, так как в
ней проис ход ит непр авомер на я онтоло­
гическая абсолютизация содержания этой
кате гории (не говоря у ж е о смеше нии
понятий «идеальное» и «ид еал » ). Упро­
щенно подошел М. А. Лифшиц и к проб­
лемам мод ер низма в искусстве. Но вот
почитаем ныне заве рш ающ е еся изд ание
его трудов по эстетике и литературоведе­
нию в трех томах в издательстве «Изо­
бразительное искус ство» и ср а зу увиди м,
что там бле ст ящие про извед ения, отстаи­
вающие теорию отр аж ени я в е е ди алек­
тическом понимании. Как ж е можно з а­
бывать заслуги М. А. Лифш ица в крити­
ке им вульгарного социал изма в эс тети ­
ке? Таким образом, к оценке и пере­
оценке прошлого нел ьзя п од ход ить с по­
зиций огульных об общений. Это ка са етс я
и примеров несколько иного характ ер а.
Я имею в виду случаи, когда поднима­
ют на щит все творчество отдельных фи­
лософов миновавш их д ес ятил етий, не
давая себе труда (или из каких-то своих
неявных соображений не желая) разо­
браться в этом творчестве по существу,
с по зиц ий четкого те оретического анали­
за и предп очитая со ору ж ать что-то вро­
де абстрактн ых икон или фетишей. Есть,
конечно, ла тинска я посл овица «de morti-
us aut bene aut nihil», но ведь так можно
пос туп ать только в первые месяцы посл е
смерти того или иного философ а. Ведь
если понимать эту формулу буквально,
ныне мы «не имее м права» критиковать,
ска жем, ни Канта , ни Гегел я, ни Фейер ­
баха? Нужна всегда принципиа льная,
объе ктивна я оценка р ане е проделанной
работы, иначе вместо д виж е ни я впер ед
мы в этом отнош ении в философии не­
вольно будем пятиться назад.
И ведь вот что полу чается: из самых,
может быть, благих побуждений при­
украш ивают, «сове ршенствуют» со чине­
ния некоторых, ныне покойных фило со ­
фов, не понимая того, что ведь зд есь
проявл яется, наоборо т, неуваж ите ль ное
и даж е пренебрежительное отношение к
тому, что и как действительн о думал
этот фило соф. Вот неда вний пример:
в 1984 году вышло в свет второе изд ание
«Диалектической логики» Э. В. Ильенко­
ва, и в этом издании были сделаны со­
кращ ения, а с другой стороны,— вставки
из других работ этого талантливого и
интересн ого автора, причем сокращ ения
и вставки нигд е в тексте не обозначены
и конкретно в примеч аниях не оговоре­
ны, а мотивы этих «операций» не о бъ яс­
нены. Разве можно нару ша ть элементар­
ные правила публикации теорет ич еского
нас л еди я покойных уч еных?
Что касается Э. В. Ильенкова, то я не
могу соглас иться с его ко нцепцией отно­
ш ения диале ктики к формальной логике
67

и с его пониманием категории «идеаль­
ное». Эти мои не согла сия мною достаточ­
но п одроб но освещ ены в печати, и воз­
вращаться сейчас к ним я не вижу необ­
хо ди мости. В то ж е время я считаю, что
у Э. В. Ильенкова имеются, н ес омненно,
заслуги в защите им в 50—60-е годы
ид ей «Филос оф ских тетрадей» В. И. Ле ­
нина и в его вы ступл ениях против ниги­
листического отно шения к диал екти ке
Гегеля. Его работы, в которых выражены
эти идеи, полезны, так же, как и работы
по эстетике, где он отстаивал принципы
со циал истического гум ан изма. Но, к со­
ж ал ению, были и другие его работы,
в которых, считаю, вопрос о соотнош ении
диалектической и формальной логики
был запутан, а в ходе последующих ди­
ску сс ий его сторонниками вопрос з апу ­
тан был еще более. И это в наши дни,
когда так остро стоит вопро с о компью­
те ризации проце сс ов обучения, науч ны х
исс ледо ван ий, информации об и х ре зу л ь­
татах и их технических применений!
А вообще говор я, д искус сию об отно­
ш ении марксистско-ленинской те ор ии
позн ани я и диал е ктич еской логики к ло­
гике формаль ной и опира ющ имся на по­
сл еднюю частным и ч астно-общим нау ­
кам пре кращ ать рано, но ее п родол жить
надо непр ем енно при соб люд ении стро­
гих правил этики науч ных споров и тре­
бований методо логич ес кой четкости и
яс нос ти п ози ций и аргументов. Пусть в
х од е этой дискус сии, вы ск аж ут открыто
свое мнение и те, кто ф актич ески при
всех своих благих побуждениях повора­
чивается спиной к науке, к задачам пе­
рестр ойки во всей научный деятельно­
сти, к новым требованиям, пред ъявл яе­
мым тепер ь к ор ганизации высшего (и
не только высшего) образования в стране.
Одним из следствий больншх нечет­
костей в р еш ении вопроса об отношении
диалектики к формальной логике явля­
ется существующий ныне разрыв между
исс ледо ваниями по формальной логике и
теор ии позна ния диал ектич еского мате­
риализма. Получается, что «в одном клю­
че» пишу тся работы по логике формаль­
ной, а совс ем в другом — по философии.
А где ж е синтез? Где же единство миро­
воззр ения? Пора, давно пора преодолеть
указанный разрыв, — р азу ме етс я, преодо ­
леть теоретиче ск ими средс твами.
Тепер ь вообще о связи фи ло софии с
наукой. Здесь уж е было сказано о том,
что очень плохо, когда связь зде сь сла­
бая. А ведь нет верхнего предел а в про­
цессе укр епл ен ия этой связи! Чем боль­
ше философия опира етс я на жизнь,
на практику социальной борьбы и разви­
тия и на достижения всех частных наук,
на ур оки их развития, тем луч ше. Но фи­
л ос офия отнюдь дол ж на не раствор ять ся
в этих науках, и, уж конечно, сама долж­
на на них активно воздействовать.
М. С. Горбачев не раз говорил о необ­
ход имост и профе ссиона лизма, без кото­
рого не д ос тижима подлинно эффектив­
ная связь теор ии с жизнь ю. А у нас,
м е ж ду прочим, ас пиранты-фил ософы не ­
ред ко отвечают на экза мена х ниж е по
тео ре тиче скому уровню, чем студенты.
Иностранные языки знают не многие из
аспирантов. С ни х это и не требуют, точ­
нее: требуют чисто формально. Логиче­
ское образование у аспиранто в-фило со -
фов обычно неболь шое, бол ее чем скром­
ное. Это не со временно!
И еще вопрос: об изд ан ии историко-
философски х источников. В работе изд а­
тельств «Мысль», «Наука» и «Прогресс»,
причастных к этому изданию, получи­
лось нечто вроде зияющей дыры: между
Фейербахом и Расселом — значительная
лакуна в более чем сотня лет. А ведь
это исключительно важный пер иод исто­
рии философ ии. В рамках этого пер иода
действова ли такие крупные мыслители,
как Гуссер ль , Н. Гартман, Ка ссирер
и другие, критическое изу ч ен ие творч ест­
ва которых способствова ло бы повыше­
нию теоретического уровня нашей иссле­
довательской работы. Я считаю, что
заполнить н еобходи мыми изд ани ями от­
меченную лакуну давно пора. Но под­
черкиваю, изд аниями с соответствующ и­
ми критическими маркс истскими пред и­
словиями и комментариями.
Несколько слов относительно проблем
критич еского анал иза по ст позитивизма.
Здесь уже хорошо говорили об этих во­
пр оса х. Но я бы добавил, что в имею­
щихся у нас на эту тему работах по фи­
л ос офии науки непл охо пересказывают,
сна бж а я пер ес ка з очень общим коммен­
тарием, а вот детального противопостав­
ле ния
с оответствующи х марксистских
ко нцепций почти нет. На мой взгл яд,
в этом отнош ении была весьма удачная
книга проф. Степина. Это была реальная
и в общем удачная попытка построить
марксистскую концепцию развития ф и зи ­
ки за последние полтораста лет в плане
методологии. Кроме того, были ещ е не­
многие отдельные работы в этом напра в­
лении. Но физике все-таки «везет», а вот
в отношении других наук дело обстоит
хуже; впрочем, есть заслуживающие вни­
мания работы по методо ло гии биологии
и кибернетики.
А если у нас не будет собственных раз­
работок, исследующих закономерности
развития, если не всех, то большинст ва
основных на ук, то, конечно, б ороться с
позитивистскими
веяниями,
которые
очень живучи, так, как следует, мы не
смож ем.
И зд ес ь очень важ на даль нейшая об­
щая разрабо тка маркс истского метода,
расширение изд ан ия соответствующ их
и сследо ваний. Н еобх од имо больше и зда ­
вать книг не только по теории, но и по
истории марксистско-ленинской филосо­
фии, книг основательных. Ведь на За па­
де выходят толстые фолианты по исто­
рии марксизма, и в н их многое да леко от
истины, и им во все х де та лях противопо ­
ставить на уч ну ю, объе ктивно верную
историю марксистской философ ии, огра­
ничиваясь сжатыми к омпен диумами в
15—20 автор ских листов, прос то -на пр ос то
физически невозможно. Усилиями АОН
68

при ЦК КПСС и ИФ АН СССР мы сейчас
ст ара ем ся с оздать историю марксистско-
ленинской философии на д остаточно вы­
соком теоретическом уровне неш ироким
о хватом материа ла. Что
полу ча ется,
судить не авторам и р ед актор ам. Три
книги этой «Истории» у ж е вышли в свет.
Но вот что получае тся: как только встал
вопрос о переиздании уж е вышедших
томов на иностранных языках, сразу же
появилис ь в отнош ении о б ъе ма всякие
формальны е препятствия.
Необход има и активная рец ензио нна я,
т. е. кр итич еская раб ота в отнош ении
уже проделанного. А у нас рецензий де­
ловых и профессионально глубоких по­
являетс я мало. Пож алуй , и не очень лю­
бят реце нзировать: мож е т быть, опа са­
ются обы вател ьских об ид за критику?
Пожалуй, что нер едко и так. Но в таком
сл уч ае обывател ьский взгл яд на вещ и
получает не отпор, а добавочную сферу
для ра спрос тр анения, а это нетерпимо.
А что касается разговоров о том, что
в философских журналах у нас царит-де
групповщ ина, то я не думаю, что это так
на самом деле: ведь если какая-либо
статья отклоняется, на пример, в ж у р на ­
ле «Философские науки», то это не по то­
му, что взгляд автора не совпадает с
точкой зр ени я больш инства членов ред ­
коллегии (мы печ атаем и д иску ссионны е
с та тьи ), а потому, что пред ставл енная в
ж ур н ал статья проф ессионал ьн о напи ­
сана на невысоком ур овне. Такова у нас
практика, и думаю, что такая практика
в изменениях не нуждается. Замечу, что
не так давно ср еди философов у нас на­
чали было складываться группки, но ве­
тер пер ес тр ойки пр оц есс этот сорвал.
Б. Н. САГАТОВСКИЙ (д. ф. н., проф., зав. каф едрой философии Симферопольского
го сударс твенно го ун ив ер си те та). Причины негативных тенденций
в развитии советской философии и пути их пре од оле ния.
Констатируя и зве стну ю отдал енность
философских исс ледован ий от запросов
реальной жи зн и, общественной практи­
ки, не с л едует понимать этот историч е­
ский факт односторонне.
Причины неудовлетворитель но го вза и­
модействия философ ии
с реальной
ж изнь ю общества и личности носят как
соци ал ьно-организационный, так и внут­
ренне- метод оло гич еский характер . Преж­
де всего над о сказать, что не только фи­
л ос офс кая теория оторвалась от практи­
ки, но и практика зачастую нуждалась
в этой теор ии больше в роли «свадеб но­
го генерала»: упр еки в адрес философии,
увы, не всегд а означ ают налич ие реаль­
ного спроса на нее. К этому следует до­
бавить исторически сл о живш ийся ра з­
рыв кул ьтурно -фил ософских традиций,
пос тепе нно устр ан яемый са моот верж ен­
ными ус ил иями на ш их гуманитариев,
в том числе историков философии. После
введения преподавания философии в ву­
за х в 1958 г. д еф ицит кадров восполнял­
ся вес ьма не требовател ьно и философию
наводнили люди, ушедшие из своих об­
ластей деятельности, но так и не став­
ш ие насто ящими ф илософ ами (им и до
с их пор околонауч ны е и иные коммен­
та рии «по по воду» к а ж ут ся «конкретны­
ми», а по дл инная философ ия «слишком
аб стр акт ной»). Стереотипы мышления,
вполне ус тра ива ющ ие таких фило софов,
закр еп ляются недемокра тичны м стиле м в
решении вопросов о публикациях, недо­
статком гласности. Например, большая
часть фил ософской се кции на В се со юз­
ном совещании заведующих кафедрами
общественных наук (1986 г., октябрь)
высказывала неудовлетворенно сть про ек­
том новой программы по философ ии, на­
стаивала на пр овед ен ии ко нкурс а про­
грамм, но комисс ия во главе с С. Т. Ме-
люхиным даже не сочла нужным реаги­
ровать на вносимые предл ож е ния. Ду­
мается, ес ли бы выборы подобны х ко­
миссий были до верены философской об­
щественности, то их состав и хар актер
решений были бы нес колько иными.
Й, наконец, мешает неясность в осозна­
нии специфики философской деятельно ­
сти, ее места в культуре. Здесь имеют
место метания от моды 60-х годов, по­
клонники которой считали, что из фило­
со фс ких дисципл ин только логика мож ет
претендовать на научность, к новейшей
«антисциентистской»
моде, выдающей
философии индульгенцию от научности.
Что же делать? Прежде всего осознать,
что наш а философ ия — это и «живая
душа культуры» и «в мыслях схвач ен­
ная эпо ха ». Как часть развивающ егося
мировоззрения она есть нау чна я р ефл ек­
сия мес та человека в мире и стра тегии
его деятел ьности. Связь марксист ск о-ле ­
нинской философии с жизнью ни в коем
случае не может означать отказа от ее
основного метод а — во сх ож д ен ия от абст­
рактного к конкретному. Только абстра к­
ции дол ж ны быть разумными, т. е. отра­
жающ ими сущностные инварианты р е­
альности, а концептуа льная
система
абстракц ий — ор иентированной на р еш е­
ние реальных пробл ем. Схоластич еское
тео ретизирова ние — это отнюдь н е пост­
роение категориальных мод ел ей (без
них ф ило соф вообще не может работать
профессионально), но непроблемное та­
сование цитат, деф иниц ий и случ айной
эмпирии. Именно нер азрабо та нность ка­
тегориаль ных
структур меш а ет нам
успешно изучат ь актуальные пробл емы
современности. В самом де ле, чем мы
можем, напри мер, р еал ьно помочь в д ел е
активизац ии человеческого фактора, если
до сих пор не имеем его категор иальной
69

мод ел и и все наш и попытки выйти на
практические ре коменд ации зак анчива ­
ются спор ами «глухих» и «слепых» (не
слушающих и не читающих друг друга)
о самых исходных понятиях: деятельно­
сти, образе жизни материальном и иде­
альном, личности и ин дивидуальности,
социа ль ном и биол огическом и т. д. В се
это напо минает попытку писать совре­
менный «Капитал» без его пер вой гла­
вы... Или, что мо же т сказать философ о
социальных тенденциях перехода на хоз­
расчет, развития ко оп ер ац ии, внедрения
семейного подряда и т. д., если у него
нет четкого представления о соотноше­
нии социальной макросред ы и микро ср е­
ды, общественных отношений и тр ад и­
ций, эко номической и ад министративной
регуляции, с од ной стороны, и р егу ляции
посред ством
ч ел овеческого фактора —
с другой, а в конечном сче те нет отве­
чающей современным р еа лиям цело стной
концепци и общества как системы? Хоро­
шего журналиста он все равно не заме­
нит, а о серьезной науке на таком уров­
не говорить не приходится.
В свою очередь, осуществление реаль­
ного дви ж ени я от абстрактного к" кон­
кретному требует от нас научиться по­
нимать и уважать друг друга и серьезно
заняться «метафилософ скими» исс ле д ова ­
ниями, четко осознать , что являетс я
источником и фактом в философии, ка ­
ковы в ней методы проверки и д ока за­
тельства и т. д. Без этого мы не перей­
дем от писания «метафизич еских рома­
нов» или «коллективных трудов» по
принципу «с бору по сосенке» к настоя­
щей коллективной р аботе, бе з которой
нет совреггенной науки. Да , в каком-то
смысле нам надо «отступить, чтобы вер­
нее прыгнуть», ибо без современной тео­
рии нет пути к современной практике.
И, након ец, надо подумать о кадровом
вопросе: на сколько люди, отве тственные
за отрыв ф илософ ии от реальных сд о ж -
ностей нашей жизни, способны (и мо­
рально, и фактич ески) руководить ее
пер естройкой? Разу ме етс я, та кие вопро­
сы до лж ны вс егд а реш а ться конкретно
и инд ивидуально, но они до лж ны ре­
шаться.
В заключение хотелось бы сказать не­
сколько слов о соотнош ении актуальных
проб ле м современной ж изн и и «вечных»
фундамента льных пробл ем философ ии,
ибо философ ское осмы сл ение первых
т ребует опред елен ного пер еосмысле ния
и р азвития вторых. Методо ло гич ес кая и
миро во ззре нческа я функции дол жны
проявиться прежде всего в анализе гло­
бальных пр облем, выработке нового мыш­
лени я, осмысл ения
соц иал истиче ского
общества как ра звивающ ейся системы и
роли в его пер естр ойке чел овеческого
фактора, р азр або тке основ комплексного
человековедения, н а хо ж д е н ии путей для
пре одо ле ния негативны х явле ний в на­
шей ж изн и (мещ анско-бюрократического
противод ействия
перестройке — прежде
всего). Можно ли это сделать без даль­
нейш ей углубленной разр аботки проб­
лем объективной диалектики и отноше­
ния к н ей человека, без диал екти ко- ма ­
те риа листич еского
анализа фунд аме н­
тальных противоречий чело веч еского бы­
тия и путей их разрешения (не посредст­
вом ра зру ш ени я основ развития природы
и общества, но — в идеале — через раз­
вивающуюся гар мони ю), б ез выявления
ж изне н ны х смыслов, ключевых ценн о­
стей, о предел яющ их путь к гармо ниче­
скому ра звитию человека, общества, кос­
моса к гу ма ни зму и сотворчеству, а не
к ва нда лизации и потребител ьству? Как
и в любой действител ьно ра звивающей ­
ся наук е, фунд амента ль на я и прикл ад­
ная пр облематика филос офии до лж на
нах од иться в органич еском ед инстве.
А чтобы такое единство и развитие
обеспеч ить, надо дать простор колл ек­
тивному твор честву: проводить ко нфе ­
ренции не в режиме монолога, но с ори­
ент ацией па резуль тативный «мозговой
штурм»; практиковать открытое конкурс­
ное обсуждение проблем (не так, конеч­
но, как проведе нный нед авно с полным
отсутствием гласности конкурс учебни­
ков); расширить исп ол ьзо ва ние все х ти­
по гр афс ких и рота пр интных возмо жн о­
стей для опер ат ивного обме на инфор ма­
цией, пер еда в отве тс твенность за к а ­
чество (и со от ветстве нно — за экономию
бумаги) проблемным советам, которые
должны курировать пр е жд е всего Фило­
софс кое общество; предоставить реаль­
ные возмо жн ос ти дл я дел овой критики
и полемики неза виси мо от места ж и ­
тельства и ст ату с а уча стников; всячески
поощрять не сноб истску ю групповщ ину,
но подл инные «незримые кол лед жи» . Не
перестро ившись коренным образом, сами
вряд ли мы смож ем эффек тивно уч ас т­
вовать в перес тр ойке общества, а не
прос то говорить на эту тему,
Л. И. ГОЛЬДИН (д. ф. н., зав. каф едрой упра вления производство м
и социал ьной психол огии ИПК рабо тников химической про мы ш ле нно сти).
О прота вореч иях перестр ойки.
Процес с де мокр атизации, р асш ир ения
во змо жно сте й свободн ого
творческого
развития, самовыраж ения людей идет
нер авномерно в различ ных сферах об­
щественного развития. С одной стороны,
гл убокие перемены в духовной жи зни,
мировоззрении
и
информированности
людей. Неузнаваемым стал облик многих
газе т, жур нало в, телевидения, качест­
венное о бно вле ние охватил о театр, ки-
70

нематограф, музыкальную жизнь.
На
фоне огромного расш ирения масш табов
духовной свободы, крутой ломки сл о­
ж ивш их ся стереотипов, пр едст авлений о
дозволенном и невозможном, когда все
большее число людей осознает, что ни­
кто еего д ня не ра сп ол агает монополией
на истину, когда нет уже прежнего де­
л ен ия на «вещающих» и «внимающих»,
осо бенно явст венно отставан ие в реш аю ­
щей сфере перестройки — в обществен­
ном производстве, в экономич ес ких отно­
ше ниях. Именно зд ес ь сформирован и
особ енно активно проявл яет сво е воз­
дейс твие меха низм тормож ения социал ь­
но- экономического развития.
Нельзя, конечно, игнорировать тот
факт, что кос ная сила инерции в произ­
водствен но-экономической сф ер е обус­
ловлена сложившимся за последние де­
сятиле тия отставанием те хн ич ес кой базы
про изводства , которая во мно гих случ аях
не только не адекватна требован иям со­
циализма, но и явно противоречит его
экономическим, социальным, этическим
требованиям — имеются в виду миллио­
ны рабочих мест с бо ле е чем нес овреме н­
ными ус ловиями труда, где растрач ива­
ются силы и знания людей, резко суже­
ны возмо жн ости личностного развития,
где д еф ор мируютс я мотивы отношения
к труду, чувство хозяпн а про изводства.
Это отставание нельзя компенсирова ть
неп оср ед ственн о соверш енствованием хо ­
зяйственного мех ани зм а, стиля и мето­
дов руководс тва. Но оч евидно, что от­
крыть простор нау чн о-те хнич ес кой р ево ­
люции, обеспечить «высокое со прикос но­
вение» новой те хн ики и подготовленного
професс ионал ь но и нра вственно работни­
ка нево змож но бе з коренных пер емен
во всей сис теме упра вления социал ист и­
ческим производством. Речь идет не
только о пер естр ойке структуры у прав­
ле ния, систе м финансиро вания и стиму­
лирования пр ои зводства, но и о кадрах
управл ения, хо зяйственн ого руко вод ства,
призванны х быть пр оводниками идей
пер ес тр ойки, об язанными созда ть усло-
лия для реализации ее целей.
М. С. Горбачев неоднократно под ч ер ­
кивал н еобх од имос ть добить ся того, чтоб
на всех участках находились руководи­
тели, спо соб ные решать вопросы в духе
времени. Было сказано со всей опреде­
ленностью: пред стоит большая пер ес т­
ройка умов хозяйс твенников. Однако не
секре т, что пр оце сс обновления х озяйс т­
венных кадров, и зм ене ния стиля их д ея­
тельности ид ет бол езне нно , встречая не­
мало препятс твий на своем пути. Еще до
нед ав него времени такие нетерпимые,
противоречащие самому д ух у социал из­
ма явления, как пр от екционизм, у годни ­
чество, коррупция, злоупотребление слу­
же бным пол ож ен ием, проявлялис ь так
откровенно, что порой ед инственны м не­
обходимым средством для из мене ния по­
л о ж ения пр едставлялось вмешательство
честного прокурора. Сегодня мы понима­
ем, что одной только силы юридических
зако нов для изменения: ситуации в х о ­
зяйствен ной сф ере нед оста точ но. Почти
не учитывается тот факт, что злоупотреб­
л е ние властью на хо ди т выражение не
только в незаслуженных материальных
привил еги ях. А феода льная всед озволе н­
ность, кастовое со знан ие превосх одства,
сл адо стра стное пода вл ение досто инства
зависимых, привычные лесть и восторги,
которые порой привлекательнее любых
других благ? Как уч есть не только
нравственные, но и экономические по­
сл едс твия де ятел ьи ос тия таких руково­
дителей, объе ктивно ответственны х за
социальную апатию, атрофию творчества,
пр офанацию общественных интересов и
идеал ов, что в полной мер е сказывается
и в научной, и в производственно-техни­
ческой сфере? Положение усугубляется
тем, что в кра тч айшие сроки многие ру ­
ко водители о владели искусством соци­
альной мимикрии, изощренной демаго­
гией с исполь зованием всего арсенала
наисо вр еменнейш их лозунго в момента.
Налицо обиль ная говорильня о пер е­
стройке, треб овател ьно сти, о тветственно­
сти, а по существу стремление любой
ценой усиде ть в ру ководящ ем кресле,
есл и не в министерстве , всесо юзном об ъ­
единении, то в главке, а что и того опас­
н ее — пер ейти директорст вовать в инсти­
тут, в организацию со слабо о пред ел енны ­
ми функциями, где посл ед ствия автори­
тарно-бюрократического стиля выявятся
не так быстро, как на пр оизводстве .
Дело усугубляется еще и тем, что от­
ветственные за все прегрешения, упу­
щения прошлого фактически не выявле­
ны, а в числе этих б езли ких анонимов
не только уш ед ш ие на пенс ию министры.
Но и замена одних руководителей на
других, пусть и моложе возрастом, еще
не гарантия желаемых перемен. Ведь и
новые р уководители формировались в
прежних условиях, когда в борьбе за
«план» все методы были хорош и, когда
манипу ляции с по каза тел ями, рапорты
к ср оку были реш ающ ими критериями
оценки хозяйс твенни ка, а покровител ь
«наверху» обеспеч ивал вседо звол енност ь
и «непотопляемость». С ледует отметить,
что если автократич еские, волюнтарист­
ские методы присущи по преимуществу
изо щренным администраторам стар ших
покол ен ий, то техно кратич еские ориен­
тации, в основе которых л е ж а т предс тав­
л ения о ч еловеке главным образом как
о маш ине, ос обе нно сильны у молодых
руководителей.
Нужно , конеч но, принять во внимание,
что за долгие годы сложившаяся систе­
ма управления побуждала хозяйственни­
ков во многих сл у ча ях действо вать на
грани закона и этичес ких норм, а по­
рой — и пе ре ходи ть их. Сколько руково­
дителей и трудовых коллективов понес­
ли материа льные и моральные потери,
приняв на пряж енны е планы, испол ьзо­
вав до конца резервы, про явл яя забо ту
об условиях труда и быта людей. Невер­
но думать, что с егодн я все это позади.
Однако в философской литературе уде­
ляетс я очень мало внимания базисным
71

факторам п ерестройки, основные интере­
сы сосредоточены на процессах духовно­
го обновления, хотя эти процессы могут
стать необратимыми и получить даль­
нейш ее развитие только при усл овии
реальных изменений в экономич еских
отношениях. В то же время усиление
рассогласования меж ду возросш ей в не­
бывалых ранее масш таба х степе нью д е­
мок ратизации, политич ес кой и гра жд ан­
ской свободы людей, поворотом в пред­
ставле ниях о человеч ес ком достоинст ве,
с одной стороны, и усл ови ями их произ­
водс твенно-трудовой деятельности, где
сох р аняе тся же стк ая технол огич еская за ­
висимость, привязаннос ть к рабочим ме­
стам с обедненным творческим сод ерж а­
нием, ограничивающим возмо жно сти д у­
ховного и физичес кого развития работ­
ников,— с другой, мо жет
порождать
острые коллизии. Это усугубляется еще
и тем, что условия для реализации на
деле прав х о зя ина производ ства, уч астия
в управлении по-прежнему сужены, ре­
альное д ей ствие Законов о трудовом кол­
лективе, о государственном предприятии
все ещ е очень ограничено пр ежд е всего
из- за неподготовле ннос ти, а во многих
случаях — незаинтересованности руко­
водителей работать по-новому. Если не
будут приняты безотл агательные меры
по линии технического перевооружения
производс тва, внедрения р обо то тех ники
п изменения на деле все более полити­
зирующихся систем управления и кад­
ровой политики, то противоречие м е ж ду
новым мировоззрением, духовными пр и­
тязаниями людей и усл овиями их тру­
довой деятельности станут серьезным
препятствием на пути уск ор ения соци­
ально-экономического
развития.
Мне
представляетс я, что в этом со стоит основ­
ное противореч ие пер естройки.
Видн ое мес то в реш ении данного про­
тиворечия
принадлежит
повышению
уровня знаний, компет ен тности р ук ово­
дителей. Доб ить ся этого нел ь зя только
расшир ение м исполь зован ия ЭВМ, де л о­
вых игр в повыше нии их квалификации.
В настоящее время обучение руководи­
теле й
строится пре имущественно на4
ос нове
технокра тич ес кого
под ход а.
В США в высших школах управл ения,
удельный вес общественных д исципл ин
сос та вл яет до 40% учеб ного времени,
а у нас, как правило, не бо лее 10%. В то
ж е время большинство ру ководител ей
утрач ивают занима емую д олж нос ть не
из- за отсу тствия ин женер ных знаний,
а из-за неуме ния работать с людьми.
Обучение хозяйствен ников с озд ае т вес ь­
ма упрощенные пред ставл ения о потр еб ­
но ст ях и вза имоотно шен иях человека с
социальным о кру же нием, о духовной
жизни. Если зна ния да ются в усеч енном,
«адаптированном» виде, это неминуе мо
веде т к полуобразованности, пол уинтел -
лигентн ости, что сегодня весьма убыточ­
но и в чисто практическом плане. Чем
лучше упрощенная в целях экономии
времен и интерпретация фунда ме нтал ь­
ных по ло же ний марксизма, втискивание
их в удобные «для нагл ядности» схе мы
пресловутых дайджестов и комиксов?
Рекомендации, адресованные хозяйс т­
венникам, чаще всего ставят зад а чу от­
работки стереотипных действий в повто­
ряющ ихся обстояте льствах, ориентируют
их на овладе ние типовыми «за готовка­
ми», маннпулятивны ми прие мами. По­
мимо практической пригодности та ких
рекомендаций в сложнейшей и быстро-
меняющ ейся действитель нос ти, со мните­
лен и их нравственный смысл.
Нужно формировать руководител я не
как «хозяйч ика», не как функци онера -
ме не д ж ера , а как гармонично, всесто рон­
не р азвитую личность. Только в этом
случае он сумеет обеспечить практиче­
ску ю реали зац ию творческого потенциа ­
ла трудящихся, преимуществ социали­
стической системы х озяйствования.
Хочу еще раз подчеркнуть, что ни де­
мократизация, ни гл асность са ми по себе
не могут обеспечить необратимость пере­
стройки. Гара нтировать д ос тиж е н ие ее
конечных ц ел ей м ож ет только коре нное
обновле ние общественного про изводства ,
трудовых отношений, и именно эти про­
цессы до лж ны быть се год ня в центре
внимания философ ской нау ки, обращ ен­
ной к реальности жизни.
Разумеется, при этом не обойтись без
диску сс ий, которые дол ж ны стать нормой
нашей духовной жизни. К сожалению,
здесь были представлены не лучшие об­
разцы ф илософ ской поле мики. И дело
даже не в форме, а в том, что, идя по
старому пути раздачи ярлыков, мы уйдем
от главных, реш ающ их вопросов. Нель­
зя нам доходить до уровня, на котором
порой в едутся диалоги в писа тел ьской
с реде . Н ужно видеть главного, не склон­
ного к нынешним д и ску сс иям противни­
ка — п рофесс ион ал ьно подготовл енного ,
чуждого рефлексии, успевшего подгото­
вить мно гие институциализированные
линии обороны — бюрокр атию, ее ад еп­
тов. Обновлению общества противостоят
не головотяпы и пло хо обученные в по­
литсе ти, а люди, вполне ос ознающ ие,
чем им грозит перес тройка. Они в выс­
шей степ ени заинтер есо ва ны в том, что­
бы не допустить консолидации сил рево­
люционного об нов ления общества.
Я убежден, что огромную роль в
осмыслении целей, д в иж ущ их сил, эта­
пов, противоречий перес тр ойки мож ет
сыграть фил ос офская периоди ка и д а ж е
т еоретическая газе тна я статья. Моногра­
фии выйдут через годы, а жизнь требует
незамед лител ьно го ответа на ключевые,
стоящие, как никогд а р анее, остро вопро­
сы. В редакции «Во просов фило софии»,
на мой взгляд, утвердилось вполне д е ­
мократичная, гласная процедура прохож­
дения публикаций. Например, по первой
моей статье, предложенной журналу,
акад. Т. И. Ойзерман да л отрицательный
отзыв. Но это не по меш ал о ни откровен­
ной дискуссии на редколлегии, ни пуб­
ликации статьи.
(Продолжение следует)

Ответы на анкету «Вопросов философии»*
ВОПРОС: Каковы причины негативных явле ний в философии: 1) в нас самих;
2) в объективных обстоятельствах; 3) в том и другом?
ОТВЕТЫ. При ответе на да нный вопрос сред и причин больше всего под чер кну­
то совокупность «в нас самих» и «в объективных обстояте льства х». Конкретные
ответы:
Утрата ин тере са к истине.
Главная причина — догматизм и н едос та ток творческого д ер зани я.
Прежде всего — в философском сообществе.
Причины многообразны, но главное — исп ол ьзование идео логичес ких импер ати­
вов и оргвыводы из критики.
Превращение философии в сл уж анку политики.
ВОПРОС: Как необходи мо пр е жд е всего обеспечить перелом в философской ра­
боте: на п ут ях изме нен ий содер жа те льно го, функционального, творческого, органи­
зацио нного, кадрового или ещ е какого хар актера?
ОТВЕТЫ. При ответе на данный вопрос чаще всего подч еркнуты или все пути
изме нен ий или из отдельных больше всего сод ерж а тел ьно го, кадрового, ор ганиза ­
ционного характера. Конкретные ответы:
Главное — по иск новых ид ей и ко нцепций.
Необходимо активнее привлекать молоды х науч ны х работников, поощрять их.
Печатать в первую очер едь д ис кус сио нны е статьи и книги.
Нет золотого ключика. Проблемы над о брать во взаимосвязи и комплексе: на до
ломать мех анизм то рмож ен ия в философ ии.
Изменение социал ьного заказа.
Дискус си и.
На пу тях предметного (и пофа мил ьного) анализа прош лых забл ужд е ний.
Необходимо отка заться от монополии на ист ину, до пускат ь свободу различных
точек зрения, концепций.
Но во имя изменений содержател ьны х!
Именно ор ганизационные пре образования приведут к кадровым и всем осталь­
ным.
Путем правильной, на уч но обоснован ной, четкой критики.
ВОПРОС: Какие к на сто ящ ему времени проблемы и ра здел ы философ ии, по Ва­
ш ем у мнению, являются на иб ол е е разработанными, продвинутыми впер ед , а какие
мен ее разработанными, на иб ол ее отсталыми?
ОТВЕТЫ:
Наибо лее р азработа на история фил ософии, х у ж е всего фил ософия истории.
Не разработа на матер иал истич еская фило соф ия духа .
Наибо лее отста лы е — фунд амента ль ны е проблемы диамата и и стмата и их при­
ло ж ен ия к крупны м социал ьным пробл ема м.
Все — наиб ол ее отсталыми.
Наибо лее разработаны — проблемы логики и методо ло гии науки, наиб оле е от­
сталым — истмат.
Более разработаны логика и ист ория философии; истмат и диа мат — х у ж е , о со­
бенно плохо — диалектика.
Теория позна ния наибол ее р азр або тана, ист орич еский материал изм — на имен ее .
Отстали: пол итич ес ка я орга низация общества, формы общественного сознания.
Плюсы — логика, ф ило соф ские проблемы ес те ст возн ания, тео рия ку льтуры. Чем
ближе к социаль ной реальности, тем м ен е е разраб отаны: ф ило софские проблемы об­
щественных наук, этика, ряд разделов истмата.
Вопрос не корре кте н, так как новое мышление т ребует кардинального пер еосмыс­
ления всех проблем.
Отсталые — истор ия рус ской философ ии и культуры, пр облема ч еловека.
Наименее разработаны проблемы мы шления в логико-гно се ол огическом плане .
Практические все — отсталые .
Наименее ра зр або тана диал ектика социал изма.
Наименее разработаны—-истмат и этика.
Продолжение.. Начало см. в No 7 жур на л а «Вопросы философии».
73

Наибо лее разраб отанные: те ор ия по знания, логика, история философии. Наиме­
нее разрабо танны е: научный коммунизм, уч е ни е о социал изме, мето дология обще­
ственных наук.
Менее разрабо танными являютс я аксиол огичес кая, мировоззренч ес кая, истори­
ко-философская проблематика.
ВОПРОС: Какие рубрики в жур на л е «Вопросы философии» представляют для
Вас наибольш ий интере с?
ОТВЕТЫ:
По пробл емам современного социал изма, по противоречиям и социальной борьбе
в нашем обществе сегод ня.
Материалистическая диал ектика, история философии, теория позн ания.
Философская публицистика, д иску ссии.
Теория по зн ания, методо логия, диал ек тика, все рубрики, связанные с социал ь­
ными вопросами, отчасти — логика, история фило софии, совр еменные теч ен ия в фи­
лософии, практичес ки — все .
Посвящ енные социал ьно-философс кой пр обл ематике, фило софии за рубежом, ме­
тодологии нау ки, критика и библ иогр афия.
Рубрики — вообще не интере сую т, инте рес пр едставл яют хорош ие материалы по
любым рубрикам.
Социально-политические проблемы, философ ский аспект.
Философия за рубежом.
Философская публиц исти ка, теория воспитания.
Историко-ф ило софские.
Философский анализ со време нной со ветской действител ьности, перспектив р аз­
вития социализма.
Статьи по диа лектич ескому ма тери али зму и истории фило софии.
Диалектика, теория познания.
Все —- если они сод ерж ате льны .
Вопросы мир овоззр енч ес кие, пробл ематика общ ественного сознания.
ВОПРОС: Пред ло жите темы д ля д искусс ий в об ла сти философии.
ОТВЕТЫ:
Предмет филос офии.
Исторический материал изм и философск ая антропология. Место философии в
системе наук об обществе.
Антагонистические и неантагонистические про тиворечия в обществе.
Проблемы социальной справедл ивости, проблемы, связа нны е с принципом «от
каждого — по способностям, каждому — по труду».
Природа идеального; гуманитарное знание (в отличие от гуманитар ной н ау к и).
Что такое ун ивер сал ьн ое мышление?
Как изу чать человека? Типы развития социальных сис тем.
1) Современность и новый облик диале ктики; 2) Философ ия и обновле ние куль­
туры; 3) Мировая цивил изаци я — пробл емы и про тиворечия.
Любые философские темы.
1) Особенности современного материализма; 2) Понятие развития и его зн аче­
ние дл я те ор ии социал ьного про гр есса ус кор ен ия; 3) Концепция «единого, закономер­
ного мирового процесса»; 4) Концепция человека в диалектическом мате­
риализме.
Техника ф ило софского ис сл ед ова ния, вообще хметафилософия.
Проблемы социал ьного познания; критика релятивизма.
Проблема человека, потребнос тей; механизм власти, упр авления при социал изме.
Проблема соч ета ния инд ивидуума и общества, отд ельного и общего.
Руководящ ая роль партии и демократия.
Существуют ли в совр еме нном советском обществе элементы антагонистических
противореч ий и клас совой борьбы?
Проблема: де класс ированные элементы при социал изме.
Проблемы массового со знан ия.
(Продолжение следует)

СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ
РАЗВИТИЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА
Взаимоотношения индивида,
общества и государства
в политической теории марксизма
и проблемы демократизации
социалистического общества
А, М. МИГРАНЯН
Красной нитью через все документы XXVII съезда, последующих
пленумов ЦК КПСС, в выступлениях руководителей нашей партии и пра­
вительства проходит призыв к раскрепощению умов, к отказу от шабло­
на к рутины, к честному и критическому анализу происходящих в нашем
обществе процессов. Сегодня партия настоятельно требует от философов
и обществоведов активизировать творческий поиск в направлений теорети­
ческих разработок й практических рекомендаций по расширению демо­
кратии и гласности, формированию и совершенствованию механизма со­
циалистического самоуправления.
Осуществляемая в стране перестройка, главной целью которой явля­
ется решительное обновление всех сторон жизнедеятельности общества,
развитие инициативы, гражданской и политической активности советских
людей, освобождение основных звеньев общества от жесткой опеки госу­
дарства и бюрократическй-чйновничьего регламентирования, с новой си­
лой ставит проблему теоретического осмысления взаимоотношений между
индивидом, обществом и государством. Анализ марксистских положений
по этим кардинальным вопросам жизнедеятельности общества даст воз­
можность выявить прйчины возникновения у нас «состояния застоя и
спячки, грозящего закостенелостью общества, социальной корро­
зии» \1
1
Горбачев М. С. Перестройка — кровное дело народа. Речь на XVIII съезде
профессионал ьных союзо в СССР 25 февр. 1987 г. М., 1987, с. 8.
75

Мы предполагаем путем сравнительного анализа выявить, как про­
блема взаимоотношений индивид—общество—государство осмысливалась в
политической теории либеральной демократии, в чем заключается каче­
ственно новый характер ее решения в рамках марксистской политиче­
ской теории и какие факторы реальной жизни могут оказывать негатив­
ное воздействие на процесс реализации идеала политической теории при
совершенствовании социалистического общества.
*
*
*
Освобождение Европы от сословных привилегий и монархического
произвола в результате буржуазных революций стало грандиозным собы­
тием в истории человечества, раскрепостившим созидательные силы
свободной личности и гражданского общества. Однако либер альная теория
демократии, обосновав необходимость радикального разрыва с феодализ­
мом, отстаивая необходимость свободы отдельного индивида, не смогла в
дальнейшем, уже в рамках буржуазных обществ, ни теоретически, ни
практически преодолеть конфликт между индивидом, обществом и госу­
дарством, и в настоящее время он остается постоянным источником со­
циальной напряженности в развитых капиталистических странах.
В либеральной теории демократии гражданское общество имеет прио­
ритет над государством, однако это не означает, что все члены общества
действительно могут осуществлять контроль над государством. В резуль­
тате длительной классовой борьбы на Западе неимущие классы получили
возможность оказывать определенное давление на институты государст­
венной власти и добиваться некоторых своих целей. Но имущие классы,
используя те же самые институты государственной власти, стараются
сохранить сложившееся статус-кво. Государство применяется ка к рычаг
для изменения статус-кво среди конфликтующих сторон2. Собственно,
в этом конфликте громадное преимущество на стороне имущих классов,
которые, используя деньги, знания и сложившиеся каналы доступа к
власти, имеют возможность оказывать действенное влияние на принятие
наиболее важных государственных решений.
С течением времени в условиях обострения классовой борьбы в граж­
данском обществе и увеличения роли и обязательств государства в раз­
личных областях социальной и экономической жизни буржуазное госу­
дарство все чаще выступает в функции арбитра между конфликтующими
сторонами гражданского общества и приобретает большую свободу для
маневрирования в области социальной политики. Усложнение функций
органов власти, прогрессирующая бюрократизация всех сторон государ­
ственной жизни выводят из-под эффективного контроля широкой обще­
ственности процесс принятия многих решений, имеющих жизненно важ ­
ное значение для большинства трудящихся, отчужденных от этого про­
цесса.
Тупики и противоречия капиталистических обществ, которые органи­
зованы и функционируют на основе моделей и рекомендаций либераль­
но-демократической теории, требовали своего разрешения за ее предела­
ми. Такой теорией, снявшей противоречия политической теории либе­
ральной демократии нового времени, стал марксизм, который решительно
порвал со ставшими уже традиционными для буржуазной политической
философии идеями, противопоставляющими индивида, общество и госу­
дарство.
У Маркса и Энгельса понятие «гражданское общество» употребляет­
ся в разных значениях. Иногда более расширительно («Немецкая идео-
2
См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 16, с. 9; т. 23, с. 751; т. 37, с. 418; т. 16,
с. 198; т. 17, с. 422.
76

догия»), иногда более узко («Людвиг Фейербах и конец классической
немецкой философии»). Однако во всех случаях содержание этого поня­
тия отражает сумму всех неполитических отношений, которые существу­
ют в обществе. Среди этих отношений они особо выделяли экономические,
т. е. базисные отношения между антагонистическими классами при
капитализме. Если изложить суть понимания основоположниками марк­
сизма той роли, которую играет понятие «гражданское общество» в их
политической концепции, то она сводится к следующему. При осуществ­
лении социальной революции именно в рамках гражданского общества
происходят кардинальные изменения —вытеснение частной собственно­
сти и господствующих классов, которые затем, после формирования но­
вых органов государственной власти, закрепляются и в политической
сфере. Происходит полное «раскрепощение» гражданского общества:
неантагонистические классы, из которых оно состоит, становятся вла­
дельцами производства, и тем самым в исторической перспективе отпа­
дает необходимость в специальном органе —государстве, которое под­
держивало бы доминирование и господство в гражданском обществе
одних классов над другими. Таким образом, сразу же после перехода к
социализму начинается процесс сужения политической сферы, сферы
государственной регламентации. В противовес этому начинается про­
грессирующее расширение гражданского общества вплоть до окончатель­
ного отмирания государства, которое уступает место механизму коммуни­
стического самоуправления 3. Вслед за Марксом и Энгельсом путь к от­
миранию государства В. И. Ленин видит в расширении самоуправления
во всех сферах гражданского общества 4.
Согласно марксистской теории, до тех пор, пока сохраняется государ­
ство и политические отношения в обществе, предполагается, что индиви­
ды, организованные в различные гражданские добровольные организации
и ассоциации, кооперативы, трудовые коллективы, профсоюзы, творческие
союзы, фонды и т. д., имеют эффективные институты и каналы, через
которые они переносят волю граждан в сферу принятия политических ре­
шений. А органы государственной власти (на различных уровнях) после
обстоятельного изучения множества точек зрения по обсуждаемым об­
щественностью вопросам принимают компромиссные решения.
После принятия политического решения как оно само, так и процесс
его осуществления постоянно находятся под контролем общественности.
Так как при принятии любого реш ения большинством голосов всегда есть
меньшинство, не согласное с ним, то обеспечение этому меньшинству
права на критику и доведение этой критики и контраргументов до све­
дения общественности даже после принятия решения является необхо­
димым условием нормального функционирования социалистического об­
щества. Поскольку при принятии решения учитываются, как правило,
лишь имеющиеся только в данный момент аргументы и факты, то пред­
полагается, что при появлении новых фактов и изменении условий, при
большей обоснованности контрдоводов и аргументов позиция меньшинст­
ва может завоевать поддержку нового большинства. Подобное отношение
большинства к меньшинству, закрепленное в законе, может стать гаран­
том того, что любое решение, которое на каком-то этапе становится
тормозом или негативным моментом в жизни общества, своевременно ста­
нет темой серьезной общественной дискуссии и будет пересмотрено в со­
ответствии с мнением нового бол-ъшинства. Недавний факт отмены реше­
ния о переброске стоков северных рек, когда большинство общественности
выступило против ошибочного решения государства, может слу­
жить тому примером. При переходе от капитализма к социализму боль­
3 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 292.
4ЛенинВ.И.Поли. собр. соч., т. 33, с. 102.
77

шое значение для любой страны имеет степень отдаленности граждан­
ского общества от государства. Опыт X V III —XIX вв. показывает, что в
странах, где гражданское общество в значительной степени контролиро­
вало государство, с наибольшей эффективностью развивался капитализм.
В Англии и США быстрее, чем во Франции, во Франции быстрее, чем в
Германии и Австро-Венгрии, а в этих последних странах быстрее, чем
в России.
Оказывается, чем выше степень защищенности индивидуальной и об­
щественной сфер жизни от жесткой регламентации со стороны государ­
ства и его органов, тем эффективнее развитие общества, так как индиви­
ды, различные ассоциации и промежуточные институты гражданского
общества, сталкиваясь со всякого рода сложностями и противоречиями в
социальной реальности, имели эффективные каналы переноса обсуждения
этих проблем в центр политической борьбы и в сферу принятия полити­
ческих решений. Одновременно следует отметить, что высокоразвитое
гражданское общество явл яется основой стабильности политического ре­
жима. Пример Великобритании, где гражданское общество боролось с
короной, начиная с X II в., и в конце концов подчинило себе ее оконча­
тельно в XV II в., и более чем 200-летняя история США подтверждают
этот вывод. Не случайно Маркс и Энгельс отмечали, что именно в таких
странах, как Англия и Америка, существовали наиболее благоприятные
условия для легального и мирного перехода к социализму 5.
Очень интересные наблюдения мы встречаем у Грамши по вопросу об
отношениях между обществом и государством в связи с сохранением
стабильности политического режима. Грамши указывал: там, где госу­
дарство и общество довольно ощутимо отделены друг от друга, существу­
ет большая вероятность сохранения стабильности политического режима,
поскольку государство и его институты подпираются обществом с его
ассоциациями, политической культурой, обычаями и традициями. Именно
они являются в кризисных ситуациях гарантом выживания политической
системы. Грамши писал: «На Востоке государство было всем, граждан­
ское общество находилось в первичном, аморфном состоянии. На Западе
между государством и гражданским обществом были упорядоченные отно­
шения, и если государство начинало шататься, тотчас же выступала на­
ружу прочная структура гражданского общества» 6.
К аналогичным выводам приходит и известный на Западе социальный
философ Р. Дарендорф в своем сравнительном анализе политических си­
стем Великобритании и Западной Германии. Несмотря на наличие бур­
жуазно-демократических институтов и ценностей, Западная Германия,
считает Дарендорф, больше подвержена радикальным изменениям в кри­
зисных ситуациях 7.
На мой взгляд, вывод Дарендорфа относительно нестабильности бур­
жуазно-демократических институтов и ценностей в ФРГ объясняется тем,
что в истории Германии период расчлененности общества и государства
насчитывает всего несколько десятилетий, в то время как Великобрита­
нии — несколько столетий. Немецкое общество жило всегда под протек­
торатом немецкого государства, и при кризисе государства режим не мог
опираться на общество. Н ынешняя уязвимость Западной Германии по
отношению к тоталитарным тенденциям объясняется тем, что буржуаз­
но-демократические институты и ценности недостаточно глубоко проник­
ли в политическое сознание западных немцев.
От соотношения государства и гражданского общества в предшествую­
щей истории, во многом зависит характер взаимоотношений между об­
ществом и государством в рамках нового, социалистического строя. Оче­
5 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 34; т. 18, с. 154.
6 Грамши А. Избр. произв. в 3-х то мах, т. 3. М., 1959, с. 200.
7 См. Dahrendorf R. The N ew Lib erty. — Stanfo rd (CaL), 1975, p. 56 —57.
78

видно, что страна с развитым капитализмом и с развитым гражданским
обществом имеет возможность более безболезненно перейти к социализму.
В такой стране после перехода к социалистической политической систе­
ме отношения между обществом, индивидом и государством в наиболь­
шей степени соответствовали бы нормативной политической теории
марксизма.
Совершенно иная картина возникает тогда, когда история открывает
возможность для перехода к новой общественно-экономической формации
в стране, где не в полной мере развились все заложенные в старой си­
стеме потенции. В этих условиях, когда недостаточно развита экономиче­
ская, социальная и культурная сфера общества и переход к новой систе­
ме начинается с надстройки, новое социалистическое государство ока­
зывается практически единственной силой, на которую возлагается зада­
ча осуществления коренной ломки и перестройки старой экономической,
социальной и духовной жизни общества. Положение усугубляется еще и
тем, что даже ростки сложившегося гражданского общества оказываются
почти полностью изолированными от строительства новой жизни в связи
с определенной ангажированностью старой системой. Быстрое развитие
гражданского общества в этих условиях, при всем желании новой власти
ускорить этот процесс, затрудняется благодаря двум важным факторам.
Во-первых, колоссальные задачи экономического развития страны и необ­
ходимость защ иты новой системы от внешних и внутренних врагов при­
водят к усилению централизации государственной власти и расширению
прав и полномочий государства, особенно его репрессивных органов. Во-
вторых, отсталость в сфере культуры и образования, отсутствие полити­
ческой культуры у подавляющего большинства населения создают необ­
ходимость постоянной опеки государства над складывающимся обществом
и его организациями, расширяют сферу влияния государства вплоть до
внутрисемейных отношений. В этой ситуации наруш ается естественный
порядок функционирования сложного общественного организма. Проис­
ходит инверсия функций государства и гражданского общества. Общество
оказывается не в состоянии самостоятельно формулировать и ставить в
повестку дня проблемы, требующие непосредственного решения, а госу­
дарство берет на себя не только собственные функции, но и функции
общества. Таким образом, учитывая характер сложившихся отношений
между обществом и индивидом, о чем мы скажем чуть ниже, государст­
во снова как бы «поглощает» и общество и индивида, оно формулирует
задачи за индивида и общество и требует от них беспрекословной реа­
лизации своих решений, искренне считая, что эти, принятые, по сущест­
ву, бюрократическим способом решения наиболее адекватно отражают
интересы индивидов и общества. Следовательно, отсталость в экономи­
ческой, социально-культурной сфере, недостаточная расчлененность го­
сударства и гражданского общества при «старом режиме» придают со­
циалистическому государству в послереволюционном обществе функции и
полномочия, которые не предусмотрены политической теорией марксизма.
В этих условиях (наряду с экономическими, хозяйственными и культурно­
строительными функциями) задачей государства должно стать создание
нового гражданского общества, постепенное ограничение
государственного вмешательства в экономическую и социокультурную
жизнь, пестование гражданственности и добровольных ассоциаций, сою­
зов и организаций для реализации творческой энергии, инициативы на­
рода. П атерналистическая функция, приобретенная государством, в силу
объективных условий, по мере укрепления гражданского общества, долж­
на сводиться к минимуму. Государство должно занять отведенное ему
теорией место —быть функцией общества под надежным его контролем.
Только на этом пути классики марксизма видели возможность постепен­
ного отмирания государства.
79

Анализируя реальности сложившегося государственного механизма,
Ленин у же в 1920 г. был вынужден констатировать, «что государство у
нас рабочее с бюрократическим извращением. И мы этот печальный, —
как бы это сказать? —ярлык, что ли, должны были на него навесить.
Вот вам реальность перехода» 8.
В.
И. Ленин надеялся, что через 15—20 лет или несколько позже
можно было бы достигнуть такого состояния, когда государство стало бы
отмирать, а вместе с ним и «бюрократические извращения» . Однако ре­
альность оказалась иной. В силу объективных и субъективных обстоя­
тельств усиление государства и бюрократии привело к прогрессирующе­
му сужению сферы гражданского общества. В результате характер
взаимоотношений между обществом и государством перестал соответство­
вать требованиям марксистской политической теории. Вскрывая причины
складывания механизма торможения социально-экономической и духовной
жизни советского общества, М. С. Горбачев на январском (1987 г.)
Пленуме ЦК КПСС совершенно справедливо отметил, что мы сейчас
воочию столкнулись с результатами того периода истории нашего обще­
ства, когда на определенном этапе развития «произошла своего рода
абсолютизация сложившихся на практике форм организации общества» 9.
Чрезмерное усиление исполнительных органов власти, снижение ак ­
тивности Советов и других представительных органов, появление элемен­
та формализма в их работе сделали государственную бюрократию и чи­
новников могущественной силой, во многом неподконтрольной широкой
общественности из-за недостатка эффективных инструментов контроля в
ее руках. В результате «произошло непомерное разрастание роли испол­
нительных органов в ущерб выборным. На первый взгляд будто бы все
идет нормально. Регулярно проводятся и пленумы, и сессии, заседания
других выборных органов. Но работа их часто заформализована, на об­
суждение выносятся второстепенные или заранее предрешенные вопросы.
В результате отсутствует должный контроль за деятельностью исполни­
тельных органов и их руководящих кадров. Что греха таить, некоторые
товарищи стали смотреть на выборные органы как на некую обузу, от
которой одни тяготы и помехи.
Вот ведь до чего дошло!» 10.
А между тем в истории нашей страны был период, когда были соз­
даны необходимые предпосылки для развития и совершенствования
гражданского общества. Этот период получил название «новой экономи­
ческой политики». Проводимая Лениным в этот период политика по со­
зданию и развитию гражданского общества сводилась к тому, чтобы при
господствующих социалистических отношениях в обществе советское
государство гарантировало в довольно широких пределах возможность
спонтанного проявления творческой инициативы во всех сферах жизни
как отдельных лиц, так и различных профессиональных групп. Однако
формы и методы проведения индустриализации и коллективизации приве­
ли к тотальной регламентации всех сфер жизнедеятельности общества и
свели почти к нулю любые возможности отдельных лиц или групп к
спонтанно-несанкционированной самореализации.
При отсутствии развитых промежуточных институтов гражданского
общества, которые могли бы эффективно контролировать государственную
власть, на деле становится возможным то, о чем со страхом писал Ток-
виль: новая государственная власть в состоянии осуществить идеал
8 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 42, с. 208.
9 «Материалы Пл енума Центрального К омитета КПСС, 27—28 ян варя 1987 г.».
1987, с. 8.
10Там же, с. 46—47.
80

абсолютизма, когда в обществе все одинаково р авны и равным образом
беспомощны перед государственной властью.
Необходимость эффективного воздействия гражданского общества на
государство, помимо всего прочего, обусловлена еще одним очень в аж ­
ным обстоятельством. Любая политическая теория Нового времени пред­
полагает, что установившаяся на основе рекомендаций этой теории по­
литическая система не является статичной, что институты и ценности дан­
ной политической системы в процессе изменений реальной жизни могут
модифицироваться и таким образом эволюционировать, корректироваться,
улучшаться и т. д. Политическая теория в принципе предполагает ме­
ханизм коррекции политической системы. Это оберегает систему от кос­
ности и неповоротливости, дает возможность исправить ранее принятые
политические решения легальным образом, без применения насилия.
В политической теории либеральной демократии таким элементом яв ­
ляется принцип легитимизации конфликта при принятии различными со­
циальными гр уппами некоторых базисных ценностей либеральной демо­
кратии и незыблемости политической системы в целом. Правда, леги ­
тимизация конфликта и легальная борьба различных интересов в
экономической и политической сфере не обязательно приводят общество
к обсуждению, а тем более принятию справедливых политических реше­
ний. К ак пишут американские леволиберальные политологи (критики
плюралистической теории демократии), буржуазные общества, несмотря
на свою кажущуюся открытость, на самом деле предоставляют могуще­
ственным заинтересованным группам возможность на длительное время
исключать из политической повестки обсуждение и решение проблем, ко ­
торые идут вразрез с их интересами. Они отмечают, что «ценности, у ста­
новленные в политической системе, имеют тенденцию допускать на по­
вестку для обсуждения только безопасные вопросы и препятствуют по­
становке вопросов, которые могут угрожать статус-кво» п .
Учитывая такую возможность и исходя из чрезвычайной важности про­
блемы самокоррекции и саморазвития политической системы, либерально­
демократическая теория идет на допущение крайнего средства. Она до­
пускает акты гражданского неповиновения для тех сил, которые не в
состоянии оказать влияние на политический процесс обычными, легаль ­
ными средствами. Фактически либерально-демократическая теория в
определенных случаях санкционирует даже нелегальные действия против
легально установленных институтов и ценностей. Мы здесь не считаем
уместным останавливаться на проблеме гражданского неповиновения в
рамках либеральной теории демократии. Подчеркнем лишь то обстоя­
тельство, что как в рамках буржуазной политической теории, так и в
практике организации политических систем на Западе гибкость и способ­
ность к изменениям, к соответствующей реакции на давление снизу со
стороны менее обеспеченных, но в принципе значительных по численно­
сти и потенциальной силе групп населения дадут возможность интегриро­
вать в существующую политическую систему протест как в сфере борьбы
идей, так и в реальной политике с тем, чтобы сохранить стабильность
функционирования институтов общества.
Политическая теория марксизма и социалистическая политическая
система для обеспечения коррекции ранее принятых решений не нужда­
ются в том, чтобы вводить в общество принцип легитимизации конфлик­
та или же допускать в определенных случаях акты гражданского непо­
виновения. Она предлагает теоретическую модель такой политической
системы, которая может снять все противоречия и проблемы капитализма.
Основа либеральной теории —легитимизированный конфликт интере­
сов. В политическом процессе этот конфликт завершается победой одной11
11
Bachrach Р., Baratz М. The Faces of Power. — «The American Political
Science Review», 1962, v. 56, No 4, p. 947—952.
4 Вопросы фило софии, No 8
81

из конфликтующих сторон или временным компромиссом, но конфликт
интересов сохраняется и лежит в основе системы. Основа политической
теории марксизма —достижение консенсуса. Однако этот консенсус до­
стигается также через столкновение различных подходов к решению про­
блем. В основе конфликта в рамках марксистской теории и политической
системы лежит конструктивное обсуждение на разных уровнях власти
различных возможностей и способов решения стоящих перед обществом
задач. Обеспечение условий для того, чтобы все (и особенно наиболее
компетентные люди) могли свободно высказать свои суждения по этим
вопросам, даст возможность избежать излишнего окостенения политиче­
ской системы и оградить нас от угрозы делать труднообратимыми реш е­
ния, принимаемые различными государственными органами.
Этот консенсус через конфликт возможен при отсутствии конкурирую­
щих политических партий и антагонистических интересов, при более р а­
дикальном разведении сфер законодательной и исполнительной власти,
при профессионализации не только исполнительной, но и законодатель­
ной власти. Характер нынешней законодательной власти, в институтах
которой наряду с представителями исполнительных органов присутству­
ют все социальные группы .и профессии, фактически парализует главную
функцию законодательного органа: разработку, внесение и дебатирование
того или иного законопроекта и компетентный контроль за деятельностью
исполнительных органов власти.
Здесь возникает ряд вопросов, которые требуют своего разрешения в
марксистской теории и практике. Кто правит? Как правит? Каковы вза­
имоотношения между избирателями и избранным представителем? Кто
должен быть избран в законодательные органы? Все ведущие буржуаз­
ные теории исходят из того непреложного положения, что правит народ.
Но так как нет возможностей, чтобы народ правил, непосредственно уча­
ствуя в обсуждении и принятии важнейших политических решений, то
очевидно, что народ правит через своих представителей. Переход к
принципу представительного правления в теориях демократии поставил
вопрос о том, кто должен быть представителем народа и каковы должны
быть взаимоотношения между ним и избравшим его электоратом. Изна­
чально политическая теория Нового времени предполагала, что при
представительном правлении создается новая отрасль профессиональной
деятельности и политическая сфера должна быть такой же сферой про­
фессионалов, как и любая другая. В X VIII
—начале XIX в.приотно­
сительной неразвитости органов государственной власти, при колоссаль­
ной автономии в р еш ениях дел в маленьких сообществах и в кантонах;
Швейцарии, и особенно в США (в период джефферсоновско-джексонов­
ской демократии), широко бытовало идущее от античной полисной демо­
кратии мнение, что управление государством настолько простая форма
деятельности, что она доступна каждому. Не в последнюю очередь на
формирование подобного мнения оказало влияние политическое учение
Руссо. Принцип политического эгалитаризма —равенство всех в полити­
ческой сфере (в плане участия в управлении государством независимо от
уровня знаний, подготовки, личных моральных и интеллектуальных ка­
честв) —означает то, что все должны быть равными и во всех других
формах жизнедеятельности: в управлении производственным процессом,
в решении задач физики, химии и математики. Но такое понимание сни­
мает проблему необходимости овладения наследием, накопленным наукой
и искусством управления государством в многотысячелетней истории чело­
вечества. Принципы простого равенства всех во всех сферах деятельности
так или иначе ведут к «казарменному коммунизму», это было продемон­
стрировано «культурной революцией» в Китае и трагическими «экспери­
ментами» в Кампучии. Н а самом деле, можно гораздо лучше гарантиро­
вать равенство всех, если удастся заблокировать процесс переноса
неравенства из одной сферы жизнедеятельности в другую.
82

Марксистская политическая теория не ограничивается форшиишьщ
признанием верховенства народа. В отличие от теорий либеральной де­
мократии она указывает пути для обеспечения свободного доступа всех
в политический процесс и гарантирует возможность каждого избирать
представителя в различные органы государственной власти. Одщн$о на
вопрос: «Кто должен быть представлен в органах власти?» — нет одно­
значного ответа. Существующая практика представительства исходит из
принципа, что в органах государственной власти должны быть пред­
ставители всех классов и социальных групп, почти всех основных про­
фессий.
Подобный подход опирается на понимание равенства и справедливо­
сти как «простого равенства». Сторонники этой точки зрения подкрепля­
ют свои доводы якобы ленинским положением, что при социализме каж ­
дая «кухарка» должна управлять государством. На самом деле Ленин был
далек от такого простого и схематизированного понимания равенства и
упрощенного понимания политического процесса. Он никогда не думал,
что каждая «кухарка» без всякой подготовки, «с ходу» примет самые пра­
вильные решения только лишь на том основании, что она имеет из своего
жизненного опыта определенные представления об этих вопросах. Опыт
доказывает, что участие в политическом процессе подобных «кухарок»
может привести к катастрофическим последствиям из-за их некомпетент ­
ности, невежества и непрофессионализма. Кстати, подобный результат
ожидается и в любой другой сфере хозяйственной и социокультурной
жизни. Ленин имел в виду нечто совершенно другое: для любого чело­
века должен быть открыт свободный доступ в политический процесс. Это
предполагает, что в потенции каждый гражданин может реализовать свое
право управлять государством после прохождения определенных этапов
подготовки для политической деятельности. «Мы не утописты,— пи сал
Ленин. — Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способ­
ны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны
и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих
граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком,
будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу
управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые
чиновники, Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управл е­
ния велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было
оно немедленно, т. е. к обучению этому немедленно начали привлекать
всех трудящихся, всю бедноту» 12.
Таким образом, главная идея состоит в том, что общество со своей
стороны не ставит преград на пути «кухарки» и любого другого граж­
данина для реализации ими потенциального права быть врачом, инжене­
ром или политическим деятелем. Если подойти к поставленной проблеме
шире, поставив вопрос: «При каких условиях те или иные лица реально
могут у пр авл ять государством или по крайней мере чувствовать, что они
действительно равны с теми, кто управляет государством»,—то нам надо
обратиться к концепции «сложного равенства» американского политиче­
ского философа М. Уольцера, который ее разработал на основе исполь­
зования одной очень интересной и плодотворной идеи Маркса.
Общеизвестен интерес многих политологов, экономистов, социологов и
философов к проблеме справедливого распределения материальных цен­
ностей. Однако редко кто рассматривает с этой точки зрения проблему
управления государством. Ведь власть представляет собой также некото­
рое благо, распределение которого между гражданами может быть спра­
ведливым и несправедливым. Справедливому распределению материаль­
ных ценностей и власти в обществе мешает, по М. Уольцеру, тот факт,
что наличие иерархии благ в обществе дает преимущества владельцам
12ЛенинВ.И.Полы. собр. соч., т. 34, с. 315.
4*
83

одних, более престижных благ над теми, кто лишен доступа к ним. Вла­
дение одними благами дает возможность первым обладать и другими.
В различных обществах могут быть различные блага, доминирующие
над остальными. Чтобы в какой-то степени избежать доминирования
того или иного социального статуса или блага в обществе, Уольцер
предлагает усиливать автономию различных распределительных сфер.
Обычно философы, экономисты, социологи для достижения справедливо­
сти и равенства предлагают путь «простого равенства», т. е. распределе­
ние поровну имеющихся благ. При этом самому государству отводится
доминирующая роль, а общество при таком постоянном распределении
и перераспределении очень смахивает на «казарму» .
При «сложном равенстве» (так называет Уольцер свою концепцию)
предлагается создать такие структуры в обществе, при которых одни бла­
га не могли бы обмениваться на другие: чтобы за деньги нельзя было
купить любовь или престиж, а за должность обрести богатство и влия­
ние, чтобы различные автономные сферы жизни общества регулиро­
вались принципами, внутренне присущими каждой сфер е13.
Эта концепция действительно в известной степени опирается на идею
Маркса, который, анализируя проблемы обмена и распределения в своих
ранних работах, писал: «Предположим теперь человека как человека и
его отношение к миру как человеческое отношение: в таком случае ты
сможешь любовь обменивать только на любовь, доверие —только на до­
верие и т. д. Если ты хочешь наслаждаться искусством, то ты должен
быть художественно образованным человеком. Если ты хочешь ока­
зывать влияние на других людей, то ты должен быть человеком, дей­
ствительно стимулирующим и двигающим вперед других людей. Каждое
из твоих отношений к человеку и природе должно быть определенным,
соответствующим объекту твоей воли проявлением твоей действительной
индивидуальной жизни» 14.
Опираясь на эту мысль, Уольцер подчеркивает: когда одно благо
обращается в другое, когда нет внутренней связи между ними, это при­
водит к установлению тирании. Концепция «сложного равенства» пытает­
ся создать такие связи между различными сферами жизни общества,
чтобы сделать невозможным доминирование. Так, например, гражданин
«х» может быть избран гражданином «у» на должность для политической
деятельности. В сфере политики «х» и «у» не будут равными. Но они
в целом будут равными во всех остальных сферах жизнедеятельности
общества до тех пор, пока должность гражданина «х» не даст ему пре­
имуществ над гражданином «у» в любой другой сфере: лучшее мед-
обслуживание, лучшее жилье, допуск в лучшие школы и высшие учебные
заведения, антрепренерские возможности и т. д . 15.
Нынешняя ситуация на Западе, и особенно в США, не дает никаких
надежд на то, чтобы произошло блокирование обмена такого доминирую­
щего фактора, как капитал . Осознает это и Уольцер, когда с горечью
констатирует, что «основная черта капиталистической экономики заклю­
чается в том, что имущие дисциплинируют неимущих» 16.
Совершенно иные сложности в связи с поднятыми вопросами встают
в социалистических обществах, где ликвидировано доминирование част­
ного сектора. Однако, хотя политическая теория марксизма предпо­
лагает, что ни деньги, ни занимаемая должность не должны обменивать­
ся в социалистическом обществе на другие блага, опыт развития пока­
зывает, что блокировать этот процесс в реальной жизни нам полностью
не удалось. С новой силой встает необходимость обращения к наследию
13 W а 1 z е г М. Spheres of Justice. A Defense of Pluralism and Equality, N. Y.,
1983, p. 17.
14 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 150 —151.
15См.Wа1zегМ.Op.cit., р.17.
16Ibidеm, р.294.
84

классиков марксизма, которые отмечали такие возможности при социа­
лизме.
В первую очередь следует отметить, что мы не только не поможем,
но даже повредим интересам «кухарки», если предоставим ей возмож­
ность спорадически и на любительском уровне заниматься политической
деятельностью и управлением государством. Защ ита интересов общества
от «своих собственных чиновников» с помощью «кухарки» будет весьма
неэффективной. Необходим выбор в законодательные органы на всех
уровнях компетентных, знающих, наиболее достойных людей, делеги­
рующих действительные интересы тех районов, областей и республик,
которые они представляют.
В политической теории либеральной демократии по вопросу об отно­
шениях избирателей с выбранными представителями в различных орга­
нах власти доминирует принцип, восходящий к Э. Берку и Дж. Миллю.
Они считали, что избранный в парламент наиболее достойный представи­
тель от того или иного избирательного округа достаточно компетентен
и имеет настолько широкое видение обсуждаемых в парламенте проблем,
что сам может определить, в каких вопросах необходимо пожертвовать
некоторыми интересами конкретного района или округа во имя целей
всего общества. Поэтому они ратовали за большую независимость пред­
ставителя от электората. Эта позиция имеет наибольшее количество сто­
ронников в западной политической науке и в реальной политической
практике, но есть ряд недостатков, и среди них самый важный состоит
в том, что избираются на Западе, как правило, не самые достойные
и интересы электората часто приносятся в жертву ради интересов наи­
более могущественных групп давления.
В политической теории марксизма предполагается, что избранный
представитель является делегатом от электората с жестко очерченными
рамками поведения, выраженными в наказах избирателей. Подобный
принцип взаимоотношений между электоратом и избранным представите­
лем призван обеспечить представительство воли народа в максимально
возможной степени, что несомненно усиливает действенность демократии
и фактически исключает возможность игнорировать действительные ин­
тересы электората. Однако реальная политическая практика в полной
мере не подтверждает этого. Признание абсолютного контроля над зако­
нодателем со стороны электората в теории марксизма на практике неред­
ко сводится к тому, что интересы конкретных избирателей оказываются
не представленными в планах социально-экономической политики соответ­
ствующих органов законодательной власти.
Если бы ситуация не была такова, вряд ли М. С. Горбачев привел бы
такие безрадостные примеры, когда в стране имеются города с одним
кинотеатром на 300 тыс. жителей и другими «удивительными фактами»
соцкультбыта.
Второй важный фактор, который способен заблокировать возможность
приобретения с помощью денег и занимаемой должности благ в других
сферах,—это
гласность, открытый доступ законодателей к средствам
массовой информации для широкого обсуждения различных фактов зло­
употреблений административными органами своей властью. В этом деле
помощниками законодателей могли бы стать различные ассоциации граж ­
данского общества, творческие союзы, фонды, кооперативы, трудовые
коллективы, которые будут активно поднимать острые и нерешенные
проблемы общества в своих печатных изданиях. Одновременно было бы
целесообразно ввести некоторые элементы хозрасчета в работу телевиде­
ния, радио, центральных органов печати с тем, чтобы отдельные гражда­
не или трудовые коллективы получили возможность разъяснять свою
точку зрения по тем или иным вопросам.
Анализируя принципы организации и деятельности Парижской ком­
муны, Маркс подчеркивал, что власть должна быть огранизована таким
85

образом, чтобы превратить государственную администрацию «из органа,
стоящего над обществом, в орган, этому обществу всецело подчинен­
ный.,.» 17. Исследуя характ^э взаимоотношений между новой властью
рабочих с рабочими массами, Энгельс подчеркивал необходимость жест­
кого контроля этими массами органов государственной власти. Он отме­
чал, что завоевавший власть рабочий класс —дабы снова не потерять
своего господства — «должен обеспечить себя против своих собственных
депутатов и чиновников...» *8.
Эта мысль была специально выделена Лениным на полях конспекта
энгельсовской р аб о т ы19. Именно в этом суть революционной перестрой­
ки, которую предпринимает наша партия на основе тех кардинальных
идей, которые были сформулированы на XXVII съезде КПСС.
В выступлении М. С. Горбачева на XV III съезде профсоюзов крас­
ной нитью проходит идея о том, что «демократия нам нуж на для пере­
делки много в нашей жизни, для того, чтобы дать простор творчеству
людей, новым идеям, инициативам» 20.
Учитывая, что социалистическое государство в лице своей бюрокра­
тии и чиновничьего аппарата приобретает определенную автономию по
отношению к гражданскому обществу, представляется необходимым,
чтобы гражданское общество обладало реальными возможностями и ин­
ститутами для оказания эффективного воздействия на органы государ­
ственной власти. Социалистическое государство несомненно определяет
основные направления экономического и социального развития, коорди­
нирует хозяйственную и социокультурную жизнь в стране. Но это поло­
жение должно быть конкретизировано: каким образом идет формирова­
ние экономической, социальной и культурной политики; насколько полно
представлены в этой политике действительные интересы трудовых кол­
лективов, творческих союзов, фондов, ассоциаций, кооперативов и т. д.
Делегирует ли общество свои назревшие проблемы государственному
органу или же чиновники-бюрократы определяют, что нужно обществу,
т. е. трудовым коллективам, союзам, фондам, ассоциациям, кооперати­
вам и т. д. Нам представляется, что при жесткой регламентации различ­
ных сторон хозяйственной, социальной, культурной и любой иной сферы
жизнедеятельности со стороны государства наруш ается основной прин­
цип взаимоотношений между обществом и государством и государствен­
ные органы власти из подконтрольной обществу силы превращаются в
бесконтрольного господина. Единственная реал ьная возможность эффек­
тивного контроля общества над органами власти — активизация граж­
данского общества, институционализация его основных звеньев. Осуще­
ствляемые ныне усилия нашей партии по освобождению деятельности
трудовых коллективов от опеки и регламентации со стороны органов
государственной власти (министерств и ведомств), предоставление им
большей самостоятельности в решении экономических и социальных во­
просов на своих предприятиях, в обществе в целом, по увеличению роли
профсоюзов являются одним из кардинальных шагов на пути изменения
соотношения сил между бюрократией и гражданским обществом в пользу
общества. Об этом свидетельствуют и аналогичные меры в сфере куль­
туры, освобождение духовной сферы нашего общества от произвола чи­
новников через институционализацию и закрепление в законе широких
прав творческих союзов. Широкое развитие кооперативных форм в сфере
производства и услуг, распространение семейного и коллективного подря­
да, поощрение индивидуальной трудовой деятельности, а в дальнейшем
и различного рода ассоциаций и объединений общественности станут
17 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 19, с. 26.
18МарксК. и ЭнгельсФ.Соч., т.22,с.199.
19 См. Ленин В. И. Полк. собр. соч., т. 33, с. 239.
20ГорбачевМ.С.Перестройка —кровное дело народа, с. 14.
86

гарантом становления активного гражданского общества, не регламента^
рованного инструкциями и указаниями сверху.
В сфере политической гл авная задача революционной перестройки —
достижение полного контроля гражданского общества над государством
при помощи всех имеющихся средств и тех средств, которые оно полу­
чит в процессе своего прогрессирующего укрепления и институционали­
зации. КПСС к ак истинный вождь рабочего класса и советского народа
стала инициатором и руководителем этой революционной перестройки.
£*
*
Серьезного критического анализа и разработки с позиций достижений
теоретической мысли и общественной практики сегодняшнего дня тре­
буют проблемы взаимоотношений между индивидом и обществом, инди­
видом и государством.
В марксистской политической теории предполагалось снятие противо­
поставления отдельного автономного индивида обществу и государству.
Эта идея была сформулирована основоположниками марксизма уже в
Коммунистическом Манифесте, где они безоговорочно утверждали, что
в коммунистическом обществе «свободное развитие каждого явл яется
условием свободного развития всех» 21.
В этой формуле подчеркивается диалектическая взаимосвязь между
развитием индивида и общества, тут нет даже намека на безоговорочное
подчинение индивида обществу и государству. К сожалению, индивиду
не очень повезло в дальнейшем в работах многих наших философов, эко­
номистов и социологов.
Сложилась парадоксальная ситуация: теория научного коммунизма,
пр изывая построить новое общество с учетом потребностей и чаяний
конкретного, отдельного человека в условиях реального социализма сама
перестала интересоваться проблемами конкретного человека, превратив
его в абстракцию, обезличив его и смешав с такими же обезличенными
индивидами. В свою очередь, при отсутствии институционализированного
гражданского общества индивид и общество были поглощены государ­
ством. Мне представляется, что до сих пор у нас нет достаточно основа­
тельного анализа проблемы индивидуализма в буржуазной философии и
политологии и нет четкого представления о том, от какого наследия бур­
жуазного индивидуализма требовали избавиться основоположники марк­
сизма. Думается, что в пылу борьбы с буржуазным индивидуализмом мы
выплеснули с водой и ребенка.
Попытаемся вкратце проанализировать эволюцию буржуазного
индивидуализма в буржуазной политической философии X V III—XIX вв.
В марксизме считается хрестоматийным, что буржуазная философия Но­
вого времени в лице Локка, Монтескье, Токвиля, Констана, Милля и дру­
гих подготовила теоретические основы для организации и функциониро­
вания буржуазны х политических систем. Основой этих теорий было
предложение об автономной, защищенной от посягательств общества и
государства личности с ее неотчуждаемыми правами, которые были сфор­
мулированы в Декларации прав человека и гражданина в эпоху Великой
французской революции и в американской Декларации независимости.
Это было колоссальным достижением человеческого гения, так к ак осво­
бождало личность от оков средневекового произвола общества и государ­
ства. Однако это великое завоевание буржуазного общества впоследствии
было переосмыслено и использовано в качестве теоретического оправда­
ния свободы (и необходимости) отстаивать свои эгоистические личные
интересы. При «минимальном государстве», по ставл енном под контроль
21 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч^ т. 4, с. 447.
87

гражданского общества в X V III—XIX вв. сначала в Англии, США,
а затем и в тех странах, где стали бурно развиваться капиталистические
отношения, сложился тот резко негативный образ индивидуализма, кото­
рый третируется до сих пор как в марксистской, так и в современной
леволиберальной литературе. Общество, функционировавшее на основе
теоретических установок А. Смита и И. Бентама, состоящее, как они счи­
тали, из отдельных атомов или монад, каждый из которых преследует
свои эгоистические, личные интересы во всех сферах жизни, пришло в
экономике к эпохе laisser-faire — т. е. к свободной конкуренции. При
отсутствии какого-либо трансиндивидуального идеала (помимо провозгла­
шенного утилитаристами достижения экономического благополучия и
пользы) общество впервые действительно стало ареной «борьбы всех про­
тив всех», и не в досоциалыюм состоянии, как думал Гоббс, а на этапе
своего колоссального возвышения в экономическом, социальном и духов­
ном отношении. Доведенный до крайностей, этот индивидуализм вытес­
нил на периферию социальной и экономической жизни огромные массы
людей, которые оказались побежденными в результате подобной «борьбы
всех против всех». Мне представляется, что, справедливо отрицая подоб­
ные этические основы деятельности индивида и осуждая его стремление
(при попустительстве «минимального государства») реализовать свои
пиратские замыслы в обществе, мы вместе с тем проглядели ряд очень
важных обстоятельств, которые предотвратили развал каш 1талистических
обществ на Западе.
Отверженные в этих обществах, объединившись с либеральным кры­
лом господствующих классов и интеллигенции, предприняли энергичные
попытки добиться улучшения своего положения. Начиная со второй
половины XIX в. это давление привело к усилению роли государства в
смягчении конфликтов между совсем неимущими, малоимущими и бога­
тыми классами общества. Под давлением гражданского общества со вре­
мен Дизраэли и Бисмарка осуществляется попытка с помощью государ­
ства уменьшить эгоистические, личные интересы как отдельных граждан,
так и отдельных влиятельных групп и классов в обществе. Это делается
в интересах сохранения стабильности политической системы и сложив­
шегося статус-кво в обществе. В таком усилении роли государства мно­
гие антиэтатистеки настроенные философы, такие, как Токвиль, Констан,
Гумбольдт, Спенсер, и нынешние либертаристы видели путь к рабству и
тотальному контролю государства над обществом и личностью, но дей­
ствительность развития капиталистических обществ показала, что при
слабом государстве в конкурентной борьбе отдельные граждане и со­
циальные группы оказываются беспомощными перед другими, граждан­
ское общество резко поляризуется и становится ареной серьезных кон­
фликтов. Не случайно наиболее ожесточенные классовые битвы в Зап ад ­
ной Европе и США разыгрались в период «минимального государства»
ранних буржуазных обществ, когда государство не брало на себя еще
определенные патерналистические функции по сглаживанию конфликтов
между различными интересами в гражданском обществе.
Таким образом, как недопустимо и опасно противопоставление отдель­
ного индивида государству без промежуточных социальных институтов
гражданского общества, так и противостояние индивида обществу без
посреднической роли государства трагично для многих личностей и со­
циальных групп.
Индивидуализм эпохи laisser-faire, в основе которой лежал эгоисти­
ческий личный интерес, в результате давления масс был несколько
обуздан обществом и государством с помощью социального законодатель­
ства. Развиваю щееся на Западе «государство всеобщего благосостояния»
стало «видимой рукой», н а которое общество возложило ответственность
компенсировать в какой-то степени негативные последствия рыночных
процедур, т. е. «невидимой руки».
88

Однако нельзя упускать из виду, что, несмотря на большие издержки
индивидуализма этой эпохи, в его основе лежали и другие черты, зало­
жившие фундамент того колоссального рывка в экономической, социаль­
ной и духовной сферах, который совершили капиталистические общества
начиная со второй половины XIX в. Среди этих черт необходимо отме­
тить в первую очередь опору на собственные силы, т. е. упорный труд
и нацеленность на р езультат в посюстороннем мире как подтверждение
собственной богоизбранности, инициативы и предприимчивости (протес­
тантская хозяйственная этика). При слабом государстве и отсутствии
жесткой регламентации жизнедеятельности индивида, при формальной
гарантии всем равных возможностей и при формальной открытости всех
каналов для индивидуальной самореализации возникали потенциальные
возможности для всех. При подобной организации любой коллектив и со­
циальный институт оказывался под эффективным контролем их создав­
ших индивидов, и решения в рамках этих институтов принимались
путем всестороннего и открытого обсуждения, всеми членами этих инсти­
тутов и групп. Таким образом, на Западе контроль общества над госу­
дарством во многом обусловлен тем, что гражданское общество, состоя­
щее из различных общественных институтов, находится под активным
контролем индивидов.
Нам представляется, что марксистская политическая теория предпо­
лагает сохранить все неотчуждаемые права индивида, которые были за­
воеваны буржуазными революциями, сделать их универсальными, т. е.
наполнить реальным содержанием для всех членов общества. Одновре­
менно м арксистская политическая теория предполагает такое изменение
мотивов поведения индивида в новых исторических условиях, при кото­
ром этика конкуренции и преследования эгоистического интереса должна
уступить этике сотрудничества. Переход от этики соперничества к этике
сотрудничества должен идти по пути сохранения и расширения незави­
симой сферы отдельной, личности для того, чтобы каждый индивид имел
возможность сделать добровольный выбор в соответствии со своими есте­
ственными способностями и склонностями. Как показывает опыт совре­
менных капиталистических обществ, индивидуализм эпохи laisser-faire
переживает серьезный кризис из-за того, что за последние два десятиле­
тия у многих меняется отношение к основным ценностям западных
обществ: на смену стремлению к материальным ценностям, в основе
которого лежит принцип преследования личного интереса, приходит все­
возрастающая тяга к постматериальным ценностям, что в какой-то сте ­
пени соответствует социалистическому идеалу, т. е. не стремление к
богатству, высокому статусу и т. д.,
а скорее к интересной работе,
к возможностям самореализации, стремление к той или иной форме
коммунальной жизни и т. д.
Таким образом, можно проследить довольно интересную эволюцию
в ценностных ориентациях определенных общественных слоев на Западе;
от этики «войны всех против всех» до поисков той или иной коммуналь­
ной общности. Конечно, мы осознаем, что в ответ на гедонистические
настроения 60-х, 70-х годов и поиски альтернативных стилей жизни и
ценностей неоконсерваторы разворачивают процесс ревайтализации про­
тестантской этики и духа конкуренции. Однако нельзя не отметить, что
этика сотрудничества и отказ от хищнической конкуренции и преследо­
вания каждым своего эгоистического, личного интереса пробивает себе
дорогу даже в цитаделях капитализма. Видимо, для перехода к эффек­
тивным коллективистским формам деятельности как на уровне общества,
так и в межличностных отношениях необходимы полное развитие и р еа­
лизация автономных потенций как личности, так и отдельных институ­
тов, которые затем уже естественным и органичным образом, в результа­
те своего развития могут создать в этом процессе идеально соответствую­
щие данным отношениям институциональные формы.
89

При переходе от одной политической системы к другой, как мы уже
указывали ранее, необходимо учитывать не только степень расчлененно­
сти гражданского общества и государства, но и степень автономии лич­
ности. При отсутствии последней в новом обществе складываются весь­
ма неблагоприятные возможности как для расширения автономии отдель­
ной личности, так и для развития вследствие этого гражданского
общества. Одновременно сложности возникают и из-за недостаточно чет­
кого определения характера взаимоотношений между обществом и инди­
видом. Как уже было указано выше, индивидуализм в своих наихудших
проявлениях в XIX в. в Европе и особенно в Англии приводил в ужас
всех революционеров, и мыслителей тех стран, где сохранились тради­
ционные патриархальные структуры. Эти революционеры пытались
создать модели перехода к социализму, минуя негативные издержки ка­
питализма, и в первую очередь индивидуализм. Так, например, представ­
ляют большой интерес в этой связи рассуждения Герцена, который
отмечал, что на Западе существуют политическая свобода личности и де­
мократические нормы, но- они доступны лишь меньшинству. В России
есть община, но она во многом «поглощает личность». « . . .Как снять их
противоречие, как сохранить независимость британца без людоедства
(т. е. без преследования своего эгоистического личного интереса. —
Л. М .), как развить личность крестьянина без утраты общинного начала?
В этом-то вся мучительная задача нашего века, в этом-то и состоит весь
социализм» 22. Герцен здесь ставит ту же проблему, которую ставили и
теоретики либерализма, и основоположники марксизма. В отличие от
марксистов, призывавших к диалектическому снятию противоречия инди­
вид—общество, и теоретиков классического либерализма, защищающих
неотчуждаемые права и интересы личности, Герцен при решении этой
проблемы допускает трагическую ошибку, которая, к сожалению, явл яет­
ся типичной для практики революционных движений развивающихся
стран и в наши дни.
По мнению Герцена, Россия имела не меньше шансов перехода к со­
циализму, чем европейские страны. Более того, он считал, что у нее
были даже определенные преимущества перед Европой. Главное преиму­
щество —наличие общины, ибо с точки зрения обеспечения социализма
дух коллективизма важнее, чем свобода личности. Поэтому, как считал
Герцен, «наша не во зделанная почва, наш чернозем способнее для посева
зерна, собранного с западных полей» 23.
Это было заблуждением не только Герцена, но и многих других рево­
люционеров. Политическая практика в Китае и Кампучии показала, что
когда свобода личности приносится в жертву коллективу, то коллектив
оказывается деперсонифицированным, это уже не коллектив, где «свобод­
ное развитие каждого является условием свободного развития всех», это
скорее казарма, где жизнь человека не реализация собственных потен­
ций и способностей, а рабское повиновение предписаниям сверху.
Исторический опыт показывает, что поглощение индивида обществом
и государством при статичных, традиционных обществах не приводит к
каким-либо дисфункциям политической системы. Наложение на динамич­
ный базис общества статичных надстроечных институтов приводит к по­
стоянным нарушениям функционирования общественного организма в
целом.
В тех странах, где недостаточно были развиты личные свободы, при
строительстве нового общества часто делается упор только лишь на раз-^
витие коллективизма и культивируется негативное отношение к личному
мнению и личному действию отдельного индивида, порою даже открыто
высказывается пренебрежительное отношение к нему, что ни в коей мере
22 Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. XII, М., 1960, с. 112.
23Тамже,т.XV,с.148.
90

не соответствует марксистской политической теории. Для марксиста оче­
видно. что подлинный коллективизм возникает лишь в результате добро­
вольного объединения свободных, всесторонне развитых личностей. При­
нудительное объединение обезличенных людей ничего не имеет общего
с марксистским пониманием коллективизма. Подобное объединение людей
в лучшем случае может стать казармой.
В заключение хотелось бы еще раз отметить, что для успешного
продвижения перестройки нашего общества требуется радикальное р ас­
ширение автономной сферы личных свобод отдельного индивида, который
только в этом случае сможет играть решающую роль в институционали­
зации гражданского общества, что приведет к скорейшей ломке механиз­
ма торможения.
Без активного использования человеческого фактора, как подчеркивал
в своей речи на съезде профсоюзов М. С. Горбачев, нам не удастся ко­
ренным образом изменить обстановку в обществе. «У нас ничего не
выйдет,—отмечал он,—если мы не сломим до конца силы инерции, тор­
можения...» 24. Чтобы перестройка стала необратимой, необходимо со­
здать все необходимые условия для того, чтобы человек труда смог пол­
ностью реализовать предоставленные ему социализмом широкие политиче­
ские и гражданские права. «Порядок в доме,—подчеркивалось на
январском Пленуме ЦК КПСС,—м ож ет
навести лишь человек, чув­
ствующий себя его хозяином... Без этого человеческий фактор окажется
недейственным... Только так можно открыть простор самой могучей сози­
дательной силе социализма —свободному труду и свободной мысли в
свободной стране» 25.
Июньский (1987 г.) Пленум ЦК КПСС подтвердил, во-первых, реши­
мость партии продолжить линию на радикальное обновление всех сторон
жизнедеятельности нашего общества, а во-вторых, перенес на уровень
практической политики реализацию программы по преобразованию нашей
хозяйственной системы. Принятие З акона о государственном предприятии
(объединении) Верховным Советом СССР и предлагаемые меры по ре­
форме центральных органов власти и управления экономикой, по нашему
мнению, станут необходимыми факторами институционализации гр аж ­
данского общества. Решение Пленума включить в повестку Всесоюзной
партийной конференции 1988 г. специальный вопрос о проблемах демо­
кратизации социалистического общества дает основание предположить,
что наряду с радикальным преодолением механизма торможения в эконо­
мике будут осуществлены необходимые мероприятия для преодоления
механизма торможения в идеологической сфере и в политической системе.
Необходимость комплексных преобразований одновременно во всех
областях жизни советского общества обусловлена его системным хар ак­
тером. Опыт предыдущих провалов в реформировании экономики свиде­
тельствует о том, что, помимо чисто экономических причин, эти неудачи
были вызваны в большей степени тем, что решение экономических проб­
лем осуществлялось без достаточного идеологического и политического
обеспечения. Следовательно, во избежание повторения прошлых неудач
нельзя растянуть во времени радикальную перестройку во всех трех сфе­
рах: экономике, политике и идеологии.
24ГорбачевМ.С. Перестройка —кровное дело народа, с. 8.
25 «Материалы Пленума Центрального К омите та КПСС, 27—28 января 1987 г.»,
с.24-25.

ДИАЛЕКТИКА И СОВРЕМЕННОЕ НАУЧНОЕ ПОЗНАНИЕ
Активность
человеческого сознания
и «искусственный интеллект»
С. С. ГУСЕВ (Ленинград)
Различные аспекты человеческого взаимодействия с окружающим
миром так или иначе включают в себя множество ситуаций, связанных
с решением разнообразных задач, с выбором из некоторого набора воз­
можностей, с поисковой деятельностью в самом широком смысле. Хорошо
известно, что для деятельности человека, в отличие от разнообраз­
ных форм животной активности, характерно не только решение задач,
но и постановка их. Люди осознают некоторые ситуации как проблем­
ные и организуют свою поисковую деятельность в соответствии с выдви­
нутыми целями.
Сегодня достаточно ясно, что и характер поставленной задачи, и осо­
бенности искомого решения зависят от того, как человек представляет себе
исходные условия: какие элементы проблемной ситуации принимаются
во внимание, а что отбрасывается как не имеющее отношения к инте­
ресующей субъекта цели. Т а ка я зависимость обусловлена тем, что любое
решение может рассматриваться как определенная трансформация исход­
ного условия, а потому от специфики организации его элементов зависит
и способ самого решения.
Многочисленные исследования природы творческой деятельности чело­
века так же, как и разработки в области «искусственного интеллекта»,
показывают со всей определенностью необходимость особого акта в про­
цессе формулирования и решения задач —рефлектирования над органи­
зацией исходных условий и ходом решения, хотя огромная часть мыс­
лительной деятельности человека носит автоматизированный характер и
не требует постоянного осмысления используемых навыков и сведений.
Действительно, «потребность в рефлексии возникает лишь тогда, когда
по явл яется сомнение в обоснованности исходных предпосылок» \
Способность сомневаться, как известно , до сих пор является специ­
фической привилегией только человеческого интеллекта, и тем не менее
многие исследователи, работающие в области «искусственного интел лек­
та», отмечают в аж н ос ть м оделирования в маш инах активно-потребност-
ного отношения людей к решаемым задачам 12.
1 Лекторский В. А. Субъект. Объект. Познание. М., 1980, с. 266.
2 См. Тюхтин В. С. Актуальны е пробл емы теор ии «искусственного интелл екта» .
В кн.: «Кибернетика и современное научное познание». М., 1976, с. 289; е г о ж е .
Диалектико-материал ис тич еский принцип отр аж ен ия и творческий хар актер п озна ­
ния. В кн.: «Творческая природа нау чно го позн ания». М., 1984, с. 24, 20; Попов Э. В.
Общение с ЭВМ на естественном языке. М., 1982, с. 348; Ш а л ю т и н С. М. Искусст­
венный интелл ект. М., 1985, с. 9, 122, 150.
92

Естественно, что в данном случае речь может идти не о создании
особого «машинного разума» , а о представлении в явном виде тех про­
цессов, с помощью которых люди отражают не только окружающий мир,
но и самих себя, действующих в этом мире, строят прогнозы относи­
тельно последствий своей активности (хотя эти прогнозы могут о казать ­
ся и ошибочными), оценивают результативность предпринятых действий.
Подчеркивая этот момент, Д. И. Дубровский, например, отмечает, что
подлинный интеллект обязательно должен обладать умением отражать
одновременно и проблемную ситуацию, и себя в этой ситуации в про­
цессе поиска решения 3. Только в этом случае появляется необходимость
в оценке и переоценке имеющихся данных и полученных результатов,
в том, что составляет существо рефлексии.
Очевидно, для того, чтобы научиться моделировать активное отноше­
ние естественного р азума к эффективности своего проявления, нужно
детально разобраться в истории появления данной способности у самого
человека.
Многочисленные попытки объяснить, как происходит выделение чело­
веком себя из природы (важность этой задачи со всей остротой подчер­
кивал В. И. Ленин) 4, породили в прошлом немало теорий, сводящих
человеческий интеллект к спонтанно возникающей внутренней характе­
ристике каждого отдельно взятого индивида5. Хотя общефилософское
решение этой проблемы было дано основоположниками марксизма, в рам­
ках естественнонаучного исследования представление о сознании, ка к о
чисто индивидуальном свойстве неявно сохраняется до сих пор. Многие
авторы, выражающие позицию современной кибернетики, считают, что
достаточно превысить некоторый предел конструктивной сложности соот­
ветствующих технических устройств, и в них самопроизвольно появятся
«разумные» характеристики.
Представляется, однако, что выработка новых продуктивных идей,
потребность в которых сегодняшняя кибернетика так остро ощущает,
предполагает прежде всего учет того факта, что сознание по своей при­
роде социально. Характеристика, которую К. Маркс использовал, опре­
деляя сущность человека, указание на то, что она «не есть абстракт,
присущий отдельному индивиду» 6, полностью относится и к человечес ­
кому сознанию. Не случайно и Ф. Энгельс позднее, обсуждая природу
человеческого мышления, писал: «Есть ли это мышление отдельного еди­
ничного человека? Нет» 7.
Материалистическая традиция исходит из того, что сознание —спе­
цифическая форма отражения объективной реальности в мозгу человека,
следовательно, с этой точки зрения оно и возникает в результате вза­
имодействия людей с окружающим миром. Это бесспорное положение
требует, однако, более четкого указания на то, что для человека важ­
нейшим элементом внешней среды является общение с другтши члена­
ми сообщества, которое опосредует взаимодействие с остальной средой,
и потому именно оно особенно активно влияет на характер и форму
идеальных отображений, создаваемых людьми. Поэтому вопрос о том, как
возникало человеческое сознание, существенно связан с вопросом о том,
как члены первобытной общины отражали в своей духовно-интеллек ­
туальной практике многообразные виды воздействия друг на друга.
Сегодня достаточно аргументированно установлено, что двигательные
реакции являются более древним механизмом, чем речевое общение или
3 См. Дубровский Д. И. Информация, со знан ие, мозг. М., 1980, с. 148 —149.
4 См. Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 85.
5 Критический об зор подобн ых взглядов, в ча стности, см. Черносвитов Е. В.
Самосознание в стру ктур е сознания: а утоиде нтичкос ть и ауто иде нтиф икация. — «Фи­
л осо фские науки», 1986, No 3.
6 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 3.
7 Маркс К. иЭнгельсФ. Соч.* т. 20, с. 87.
93

построение мысленных моделей, поэтому вполне естественно предполо­
жить, что функционирование последних так или иначе должно прояв­
ляться в актах движения. Результаты многочисленных психологических
экспериментов делают подобное предположение достаточно обоснованным.
Хорошо известные исследования процессов формирования детского интел­
лекта, проведенные, например, Л. С. Выготским и Ж. Пиаже, явно де­
монстрируют устойчивую связь мыслительных и двигательных актов.
В целой серии экспериментов швейцарский психолог обнаружил, что ре­
шение интеллектуальных задач (в частности, построение мысленной мо­
дели некоторой последовательности действий) постоянно сопровождается
определенными жестами, играющими роль имитации внутреннего обра­
за. Мысленная схема как бы выносится вовне, заменяется двигательны­
ми актами в тех случаях, когда ее создание вызывает у ребенка затруд­
нение 8.
Можно предположить, что становление человеческого мышления в
древности было существенно связано с подобным выражением содержа­
ния мыслей. Образ другого индивида, возникающий в мозгу некоторого
члена общества, выражался вовне через поведенческое отношение к это­
му другому и таким образом становился частью объективной реальности,
окружающей членов древнего племени. Поскольку люди никогда не вы­
ступают в качестве «гносеологических Робинзонов», по стол ьку в позна­
вательной деятельности, в мысленных моделях окружающей действитель­
ности, формирующихся в сознании каждого индивида, неизбежно фикси­
ровать не только свойства природной среды, но и реакции друг на
друга, поведенческие отношения, складывающ иеся в сообществе.
Это должно было приводить к тому, что представление древних лю­
дей о самих себе, составившее основу их личностного самосознания, по­
началу было отображением той части поведения остальных индивидов,
которая являлась внешним выражением их мысленных образов друг дру­
га, входивших в содержание мыслительной деятельности каждого члена
общества и определявших особенности его поведения по отношению
к тому, с кем они были связаны. Но это обусловливало то, что, строя
образ другого человека, люди включали в содержание этого образа и по­
ведение по отношению к себе в качестве особенности индивида, с кото ­
рым возникало общение.
Таким образом, чужой образ «меня самого» становился частью моего
мысленного отображения носителя этого образа. Видимо, данная особен­
ность человеческого мышления обусловлена его фундаментальной бимо­
дальностью, способностью «Я» превращаться в «не-Я», и наоборот9.
Кроме того, в этом процессе немалую роль играет такое свойство, как
подражание, присущее человеку так же, как и животным .
Известный «танец пчелы», с помощью которого эти насекомые пере­
дают друг другу информацию о маршруте полета, является одним из
наиболее ярких примеров подражания как способа усвоения сообщения.
Но если пчела своими движениями возбуждает в чувственных аппаратах
других особей определенную последовательность сигналов, связанных с
ответными реакциями, и тем самым «кодирует» в них последователь­
ность конкретных движений, то прачеловек, подражая другим, не только
повторял их поведение, но и отражал его в своих мысленных моделях
мира.
8 См. Пиаже Ж. Схема д ействий и у сво е н ие языка. В кн.: «Семиотика». М., 1983,
с. 135. Ту ж е связь, только взят ую с про тивоп оложной стороны, отмечал Л. С. Выгот­
ский. Обсуждая природу эгоцентрической речи, он указывал, что ее функция усили­
валась при возникновении затруднений в решении задач, поставленных перед ребен­
ком. Испытуемые проговаривали, обращ аясь к себе , во змо жну ю сх е му дей ствия. См.
Выготский Л. С. О пр ироде эгоцентричес кой речи. В кн.: « Хрестоматия по общей
психологии». М., 1981.
9 См. Дубровский Д. И, У каз, соч., с. 148-^-149*
94

К.
Маркс подчеркивал, что сознание есть «осознание ближайшей чув­
ственно воспринимаемой среды и осознание ограниченной связи с дру­
гими лицами и вещами, находящимися вне начинающего сознавать себя
индивида» 1011. Но какое-то время образ «самого себя» оказывался внеш ­
ним для данного конкретного субъекта, поскольку складывался в резуль­
тате своеобразной реконструкции из элементов поведения других особей
по отношению «ко мне». Древний человек как бы рассматривал себя со
стороны, еще не подозревая о том, что он —это он. Ситуация, подоб­
ная той, в которой ребенок впервые сталкивается со своим отображе­
нием в зеркале, не имея ни малейшего представления об этом предмете.
Аналогия — не доказательство, но не случайно К. Маркс использовал
именно этот образ, описывая становление самосознания: «... чел овек
сначала смотрится, как в зеркало, в другого человека» и .
Очевидно, и результат подобного процесса поначалу воспринимается
индивидом как нечто ему не принадлежащее, внешнее. Е. В. Черносвй-
тов, например, подчеркивает, что на предметном уровне самосознание
фиксируется как «не-Я», к а к некое вн еш нее по отношению к данному
индивиду сущ ество12. Возможно, явления «раздвоения» личности, изу­
чаемые сегодня психиатрией, представляют собой патологический воз­
врат к состояниям, распространенным в древние периоды развития че­
ловека. Поэтому особенно важно разобраться в том, как «внешний образ
себя» становится элементом внутреннего мира человеческой личности.
Вообразим, например, двух персонажей, обозначенных символами «х»
и «у». Каждый из них воспринимает окружающий мир и строит соот­
ветствующие мысленные модели внешней среды. Поскольку персонаж
«х» воспринимает другого участника ситуации в качестве элемента
внешнего мира, постольку он, фиксируя результат своего восприятия
объективной реальности, отмечает и наличие в ней «у», используя для
этого некоторый материальный предмет, обозначающий другого индивида
(например, кладет камень на землю). Тогда «у», в свою очередь, вос­
принимая этот же мир, отражает не только наличие в нем «я», но и
положенный на землю камень, образ самого себя в этом внешнем мире.
Так, «образ себя», являющийся до сих пор содержанием чужой мыс­
ленной модели, становится для «у» элементом его сознания. Реальным
выражением данной символической операции предметного обозначения
индивидами друг друга выступает как раз взаимное поведение членов
сообщества, о чем говорилось выше.
Данный подход открывает множество интересных возможностей, но
не решает проблему становления самосознания. Так как мир для персо­
нажей подобной ситуации один и тот же, а также в силу того, что спо­
собы фиксации друг друга у них тоже идентичны, мысленные модели
<<х» и «у» должны полностью совпадать. В лучшем случае такой под­
ход позволит описать формирование коллективных способов отражения
действительности, возникновение элементов общественного сознания,
хотя и составляющих важную часть индивидуальной психики, но не ис­
черпывающих ее содержание полностью. Личностное сознание, как под­
черкивал К. Маркс, есть прежде всего «мое отношение к моей среде» 13.
Поэтому попытки рассматривать чужой разум (не только сознание
другого индивида, но и разум, носителем которого могут быть гипоте­
тические обитатели иных миров) в качестве внешней проекции своего
собственного способа о тражения действительности вряд ли самодостаточ­
ны. В этом случае не учитывается возможность того, что способ созда­
ния мысленных моделей в чужом интеллекте может иметь особенности,
10 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 29.
11 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 23, с. 62 (примечание).
12 См. Черносвитов Е. В. У каз, соч., с. 9.
13 Маркс К. иЭнгельсФ. Соч., т. 3, с. 29 (примечание).
95

препятствующие прямому совпадению образов человека и носителя иной
формы разума.
Очевидно, что, разрабатывая различные системы «искусственного ин­
теллекта», было бы полезно не только воспроизводить в маш инах стан­
дартные формы человеческого рассуждения, но и попытаться выявить
менее очевидные способы постановки и реш ения задач, не имеющие сте­
реотипного характера 14.
Еще в 1969 г. один из наиболее известных советских исследователей,
работающих в этой области, — Д. А. Поспелов —выдвинул идею устрой­
ства, в программу которого заложены как модель условий задачи, так
и модель действий самого устройства, изменяющих данные условия. Он
предложил называть такую систему гироматом и выделил в качестве
«сознания» гиромата его способность отображать в своей памяти зако­
номерности внешней среды и результаты своих воздействий на нее. Тог­
да под «самосознанием» следует понимать способность гиромата отобра­
жать себя в модели среды и анализировать изменение своего функцио­
нирования под воздействием окружающей среды 15.
Однако уже в этой работе Д. А. Поспелов отмечал трудности, пре­
пятствующие р еализации подобной программы. Главным образом эти
трудности связаны с отсутствием языковых средств, позволяющих маши­
не не только отличать себя от среды, но и различать мир и собствен­
ную внутреннюю модель этого мира, модель реш аемой задачи и кон­
текст, в котором данная задача возникает и существует 16. Кроме того,
необходимо иметь возможность оценивать эффективность своих действий
как по отношению к задаче, так и по отношению к более широкому
фону всей проблемной ситуации, с которой задача связана, что означа ­
ет появление собственно рефлексивного уровня. Все это предполагает
создание некоторой иерархической системы специализированных языков,
с помощью которых и должны строиться различные модели, составляю­
щие основу функционирования вычислительной системы, решающей кон­
кретную задачу.
Взаимодействие различных слоев этой системы представляет собой
аналог диалога, возникающего в реальной жизнедеятельности людей и
являющегося выражением социальной природы человеческого мышления.
Собственно говоря, сомнение в истинности своих представлений и рас-
суждений может появляться лишь там, где индивид осознает наличие
иной системы мышления, отличающейся от привычной ему. Именно
столкновение с чужой точкой зрения и осознание своей «личной» поро­
ждают задачу обоснования собственных взглядов, а значит, и их анализ,
оценку и т. д.
Очевидно, тот факт, что разные индивиды могут выделять в одном
и том же объекте различные характеристики и стороны, обусловливает
и семантические различия используемых ими языковых средств при по­
строении мысленных моделей и описаний отображаемой действительнос­
ти. Однако в этой ситуации должны сохраняться черты объекта, общие
для всех участвующих в коммуникативном процессе, ибо в противном
случае он просто не мог бы осуществляться.
14 Пока в публикациях, посвящ ен ных д анной теме, дел а етс я в основном у пор на
дублиро ва ние ка ждого аспекта чел овеч еского мышления ( см., например , Эндрю А.
Искусственный инте лл ект. М., 1985, с. 19), что неявно ориентиру ет исс лед овате ля на
уже известные характеристики сознания. Однако не менее важная задача связана с
выявлением скрытых форм поисковой деятельности, которые могут быть об н ару ж е ­
ны именно на маш инной модели. Проблема такого рода обсуж д ае тс я, например, в:
Финк Д. Выч ислительные машины и ч еловеческий разум. М., 1967, с. 238.
15 См. Поспелов Д. А. «Сознание», «са мосозн ан ие» и вычислительные маши­
ны. — «Системные исследо ва ния. Еж егодн ик». 1969, с. 179.
16 См. т а м ж е, с. 183. Позднее он дал более подробное описание предлагаемой
системы, но и там у каза нны е трудности не устранял ись . См. Поспелов Д. А. Те о­
рия гироматов. В кн.: «Проблемы бионики». М., 1973.

Представляется, что и языки , используемые в машинных моделях
творческого процесса, должны обладать свойствами, обеспечивающими
возможность объединения разнопорядковых элементов модели (или р аз­
личных по уровню моделей) и одновременно позволяющими явно фик­
сировать их нетождественность. Подобное требование оказывается тем
более важным, что сама конструкция вычислительных машин существен­
но определяется свойствами используемого для функционирования язы­
ка. Английский кибернетик А. Эндрю, например, определяет машину, как
программу, реализованную в некотором универсальном техническом уст­
ройстве 17. Если учесть тот факт, что программа, в свою очередь, мо­
жет р ассматриваться в качестве образа определенного доказательства,
содержащего план его построения и обоснование этого п л ан а18, стано­
вится ясно, что исследование связи избирательного отношения вычисли­
тельного устройства к решаемой задаче и языков, опосредующих функ­
ционирование этого устройства, явл яется одним из важнейших моментов
в разработках «искусственного интеллекта».
Эта проблема становится тем более острой, что естественные языки
человеческого сообщества представляют собой не только средство для вы­
ражения уже имеющихся мыслительных структур, но и создают «воз­
можность для выявления новых структур мышления» 19. Следовательно,
использование язы ка, позволяющего в явной форме отделять «Я» от
«не-Я», мир объективных процессов, выступающих в качестве материала
решаемой задачи, от их мысленных отображений, от формы, в которой
задача представлена решающему устройству, во многом определяет и
создание систем, обладающих тем, что обычно характеризуется как «ин­
теллект».
Это обусловлено отчасти и тем, что в реальном процессе взаимодей­
ствия познающего человека и окружающего мира складываются специ­
фические формы соответствия внутренних состояний психики и тех
мысленных моделей, которые представляют этот мир в сознании. Послед­
нее явл яется не только хранителем и преобразователем получаемой ин­
формации, но и должно обеспечивать объективацию содержания имею­
щихся знаний.
Строя модели мира, мы в определенных контекстах относимся к ним
как к чему-то, существующему независимо от нашего сознания, на что
направлены деятельностные акты. С этой точки зрения самоидентифика­
ция интеллекта в структуре модели внешней среды есть объективация
своих внутренних состояний на этой модели в качестве источника
возмущений, вносимых в пространство среды (задачи). Это, в свою оче­
редь, предполагает возможность внешнего выражения внутренних со­
стояний машины, когда речь идет о проблемах «искусственного интел­
лекта» .
В памяти вычислительных систем накапливается информация о по­
следовательной смене состояний исходной ситуации, и в силу того, что
данные устройства могут быть предназначены для установления законо­
мерностей, регулирующих эту последовательность, возникает необходи­
мость в разработке формальных способов отождествления системы как
активной силы, преобразующей среду и ее же, как части этой среды.
Естественно, что подобное отождествление одновременно предполагает
и существенное различение этих аспектов.
В этом смысле диалоговый режим работы систем «человек—машина»,
о котором в последнее время начинают говорить все больше, является
не просто одной из форм взаимодействия вычислительного устройства и
17См. ЭндрюА.Указ, соч., с. 47.
18 См. Непейвода Н. Н. Правила неожида нно сти и стру ктурные «go t o». — «Се­
миотика и информа тика». Вып. 23. М., 1984, с. 27,
19 Лекторский В. А. «Альтернативные миры» и пробл ема непр ерывного опы­
та. В кн.: «Природа нау чного п ознания». Минск, 1979, с. 90.
97

его использователей, но и представляет собой способ стимулирования
самоорганизации машин. Поступающие на вход ЭВМ сигналы изменяют
ее внутреннее состояние, но поскольку пока именно человек, решающий
с помощью электронного вычислителя задачу, извне управляет этими
изменениями, постольку вряд ли можно говорить о «самоорганизующих­
ся» системах.
Как справедливо отмечают некоторые современные исследователи си­
стем «искусственного интеллекта», по пытки смоделировать в машине
активный отбор информации, обычно осуществляемый человеком, пока
ориентированы главным образом на учет языковых норм, тогда как твор­
ческий процесс связан с нарушением существующих стереотипов. К тому
же реальный процесс диалога строится на основе смысла используемых
сообщений, а смысл не всегда определяется существующими нормами
языка20.
Тот факт, что люди осмысленно относятся к своей деятельности,
обусловливает и то, что при решении задачи человек как-то представ­
ляет себе конечный результат, который он хотел бы получить, хотя и
в процессе реш ения это представление может неоднократно и существен­
но изменяться21. Таким образом, движение к искомомз^ решению сопро­
вождается не только ощущением правильности (или неправильности)
хода рассуждений, но и перестройкой имеющихся представлений, целей,
знаний.
С этой точки зрения особый интерес представляет проблема органи­
зации памяти вычислительных машин, привлекающая все больше вни­
мания. В современных электронных устройствах обычно выделяют два
типа знаний: процедурное, представляющее собой формализованную за­
пись последовательности команд, с помощью которых машина функцио­
нирует, и декларативное, фиксирующее некоторое множество фактов,
относящихся к внешнему миру. Очевидно, процесс перестройки представ­
лений должен затрагивать прежде всего знания декларативные.
Действительно, в памяти любой машины содержится определенный
объем информации, введенный предыдущими сообщениями, причем эта
информация организована определенным образом для удобства поиска
необходимых д ан н ы х 22. Любое новое сообщение, вносимое в память ,
не только увеличивает объем имеющихся знаний, но и нарушает их
упорядоченность.
Поскольку эти нарушения оказываются результатом функционирова­
ния самого вычислительного устройства, постольку отождествление неко­
торого элемента внешней среды с источником изменений этой среды
способствует формированию внутренней машинной модели, координирую­
щей направленность перестройки информационных структур, содержа­
щихся в памяти устройства. И «диалог» человека и машины должен
быть направлен на создание и закрепление у вычислительного устройст­
ва этой внутренней модели.
Один из возможных путей поиска в этом направлении обусловлен
созданием в системах ЭВМ каналов, связывающих изменения внутрен­
него состояния машины с изменениями внешней среды. Для этого в па­
мяти машины должен выделяться «метауровень», в я зы ке которого стро­
ится описание некоторой идеальной формы организации знаний, соответ­
ствующей предполагаемому конкретному результату решения. Такое
представление будет играть роль контекстно-эталонного образца, с кото­
рым сопоставляется каждое новое состояние памяти, возникшее после
20 См,, например, Попов Э. В. Указ, соч., с. 21.
21 См. Лакатос й . Доказательс тва и о провер же ния. М., 1967; Адамар Ж.
Исслед ов ание процес са и зобретения в области мате матики. М., 1970.
22 Как подч еркивае т Э. В. Попов: «У пор ядо чение и структурир ование памяти мо­
ж ет знач ительно ускорить процес с поиска». Попов Э. В. Указ, соч., с. 96.
98

очередной перестройки, вызванной внесением в память новых сообще­
ний 23.
Тогда сравнение актуального состояния памяти на данной стадий ре­
шения с эталоном позволит решающей системе обнаружить в явной фор­
ме —приближается ли она к нужному результату или удаляется от
йего^ В последнем случае в процедурном знании ЭВМ должен быть
специальный оператор, либо продолжающий ход решения в данном на­
правлении, либо блокирующий его. Подобная процедура может рассмат­
риваться в качестве аналога рефлексивного акта* в результате которого
вычислительная система самопроизвольно изменяет своё внутреннее со­
стояние.
Необходимость выражать в машинных программах соответствие внут­
реннего состояния системы и некоторого конкретного состояний решае­
мой задачи обусловливает структурную неоднородность языков програм­
мы, наличие в ней фрагментов различной природы и уровня. Используе­
мые в практике сегодняшней кибернетики контекстно связанные языки
в этом случае приобретают многоуровневый характер, поскольку должны
вы раж ать зависимость одновременно от различных контекстов. В одной
ситуации —это условие задачи и степень приближения к конечному ре­
зультату, в другой —совпадение эталонного и актуально имеющегося
комплекса знаний.
В упоминавшейся здесь работе А. Эндрю рассматривается один из
возможных вариантов контекстно связанного языка —индексация выде­
ленных подгрупп слов, имеющихся в памяти машины 24. Такая выделен­
н ая группа слов выступает в качестве ключевого определителя соответ­
ствующего контекста, что детерминирует всю сеть ассоциативных связей
и отношений. При изменении контекста задачи меняется и ключевая
подгруппа. Естественно, что, пока изменения подобного рода обусловлены
лишь целями и интересами человека, использующего вычислительное
устройство, многоуровневость контекстных привязок остается скрытой.
Саморефлексия системы, решающей конкретную задачу, должна об­
наруживать нетождественность способов индексации, обусловленных
внутренней потребностью системы в изменении собственного состояния,
и тех, которые отражают изменения в модели решаемой задачи. Подоб­
ное рассогласование хорошо известно исследователям, анализирующим
человеческие способы творческой деятельности.
Действительно, различные люди, сталкиваясь с одинаковой проблем­
ной ситуацией, с одним и тем же классом задач, могут различным об­
разом оценивать значение элементов условия, а значит, и по-разному
организовывать поиск решения. При этом люди ухитряются понимать,
что, хотя их подходы и цели иногда очень существенно различаются, они
все же имеют дело с некой общей проблемой. Машинные системы та­
ким интуитивным пониманием, естественно, не обладают, и потому воз­
никает необходимость в явной форме ставить вопрос о механизмах
взаимоупорядочения различных смысловых (контекстных) слоев. По­
требность в такого рода упорядочении оказывается аналогичной уже
обсуждавшейся выше задаче —взаймоорганизации различных уровней
языков, используемых как в человеческой мыслительной практике, так
и для обеспечения функционирования систем машинного поиска.
Таким образом, мы снова приходим к необходимости найти какой-то
языковой фактор, который позволил бы нам в явной форме фиксировать
одновременное совпадение и различие временно отождествляемых струк­
турных единиц. Нам представляется, что подобным фактором могут ока­
заться языковые метафоры, которые обеспечивают соединение как раз­
личных внешних связок между элементами знаний в памяти машины,
23 Поиск формы соответствия предпола гае мого р еш ения и адекватной ему фор ­
мы организации знаний долж ен быть о тдел ьной т ем ой исследова ния.
24 См. Эндрю А. Указ, соч., с. 125.

так и ассоциативных связок, отражающих семантические отношения
между н и м и25. Действительно, метафорический контекст возникает в
резуль тате временного отождествления понятий, которые в обычной
языковой практике могут восприниматься в качестве несовместимых.
Возникающий «как если бы» контекст указывает на условный характер
подобного отождествления, застав ляя человека в случае необходимости
специально выявлять границы применимости данного приема 26.
Можно предположить, что использование языковых метафор обусло­
влено необходимостью обеспечить основу диалога, возникающего при
столкновении различных представлений и мысленных моделей членов
человеческого сообщества. Сама возможность объединения элементов,
существенно различающихся по семантике, связана с тем, что каждое
понятие обладает целым набором связей и отношений, большинство из
которых обычно не учитывается. В случае возникновения метафоры один
из таких (чаще всего коннотационных) признаков выдвигается на пер­
вый план и начинает определять смысл используемого слова. Поскольку
среди множества характеристик —референтов тех понятий, которые вхо­
дят в структуру метафоры, всегда можно найти более-менее сходные,
постольку их временное превращение в определяющий признак слов по­
зволяет представить в качестве однопорядковых даже те понятия, кото­
рые обычно считаются несовместимыми.
Изменение определяющего пр изнака может порождать новые оттенки
смысла. Например, в достаточно распространенной метафоре «человек-
волк» понятие «волк» играет роль ключевого слова. Как уже отмечалось,
связь элементов метафоры базируется не на всей совокупности призна­
ков, определяющих содержание используемых понятий, а лишь на неко ­
торой выделенной их подгруппе. В рассматриваемой фразе чаще всего
подразумеваются такие свойства волка, как «хищность», «жестокость»,
и т. п. Но можно представить себе контекст, в котором в качестве оп­
ределяющих будут выбраны иные характеристики ключевого слова (цвет
шкуры, количество зубов и др .) . Соответственно изменится и смысл ме­
тафоры в целом.
Подобным же образом, изм еняя индексацию подгрупп в памяти ма­
шины, мы можем менять и характер связи между различными уровня­
ми языка, опосредующего ее функционирование. Это относится и к изме­
нению индексации внутри каждого уровня. Благодаря этому и возникают
многопорядковые смысловые связи, порождающие не предусмотренное
прямо машинной программой богатство контекстов, без чего невозможно
моделировать в машине тонкие особенности человеческого мышления.
Именно взаимодействие различных контекстно-смысловых уровней машин­
ной модели внешнего мира может служить имитацией диалогов, выра­
жающих социальную природу человеческого интеллекта.
Задавая изначально весь набор смыслов, которыми должно опериро­
вать вычислительное устройство, мы упускаем из виду тот факт, что ста­
новление личностного сознания предполагает и самостоятельный поиск
содержания употребляемых в естественных коммуникациях слов. Человек
наполняет «чужие» слова своим личностным содержанием.
Очевидно, попытки создать машинные варианты интеллекта должны
учитывать данное условие и ориентироваться на создание программ, реа­
лизующих многоконтекстные и многоуровневые языки, без которых вряд
ли возможно обеспечить формирование технических устройств, дающих
возможность моделировать активно-личностное отношение к решаемым
задачам.
25 Важность ассоциативных связо к, отличающихся от ло гичес ких, имею щих ся в
семантичес ких с етях , особо отмеч ает 3. В. Попов (См. Попов Э. В. Указ, соч., с. 95).
26 См. Гусев С. С. Наука и метафора. Л., 1984.

ПРОБЛЕМЫ ЭТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ
И НРАВСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ
Нравственный потенциал
совершенствования
социализма
В. МОМОВ (НРБ)
Взаимодейст вие м е ж ду политическими, нравственными и эс те тиче ск ими взгля­
дами, оценками, нормами и традициями и идейно-нра вственным развитием личности
предста вляет комплексный социальный проце сс . Но мне ка ж ет ся, что совреме нны е,
почти нео гранич енны е интегративные тенденци и в идеол огич еской практике требуют
утвержд е ни я бо лее широкого взгляда на социал ист иче скую нравственность и мораль­
ное развити е личнос ти как сп ецифич еску ю сферу ценностного отношения, пра ктич е­
ского действия и социал изации человека. В этом на правлении ориентируют на с и
о боснованны е партийные уст ановки о необ ход имос ти утвердить «широкий социальный
взгляд на ид еол огию как на сф еру мысли, дейс твия и воспита ния» *, так как «человек,
его формирова ние и бл агос остояние — это главная цель социализма» 12.
Широкая х ар актер истика нра вственного формирования и развития социал ист и­
ческой ли чности гор азд о пол нее соо твет ст ву ет социальной природе и функциям мо­
рали, кото ра я не обос об лена предм ет но и прос тр анствен но в социальной ж изни,
а впл ете на во все ее сферы, проникает в каждую человеческую деятель нос ть. Ана ли з
морального созн ани я человека в нер азд ель ном ед инстве с его практич ескими дейс т­
виями, с формирующим влиянием общественной среды, с идеол оги ческим потенциа ­
лом все й социальной практики и осущ ествляется лишь тогда, когда про вод ятся с исте ­
матические иссл ед ования реал ьных иде ол огических процессов. В этом слу ч ае не т не­
об ход имост и обосновывать предме тную локализацию нравс твенности и нравственного
воспитания.
Хочется подч еркнуть, что чре змер ный акцент в теории на программах и ид еал ах
в про тивовес нра вс твенному формированию мо ж ет привести к у сил ен ию и без того
достаточно укоре нивш их ся в ид ейно-воспитате ль ной практике проявл ений мор ал иза ­
торства, может поддержать нереальные и утопические ожидания. Главное в том,
чтобы программы воспитания отраж ал и за коно мер но ст и нра вственного формиро вания
личности.
Постановка вопроса о компле ксной ра зрабо тк е проблем нра вственной социал иза ­
ции личности в рамках теории идеологич ес кого процесс а спо соб ствуе т бол ее полному
и точному раскрытию как специфики нравственны х цен нос тей, так и вскрытию нрав­
ственно-воспитательного за ряда политич еских и эс тетиче ск их явлений. В л итер атуре
нравственным цен нос тям, как правило, припис ывают качества, присущие другим цен­
ностям, в ос обе нност и политическим. Конечно, нравстве нное формирование предпо ла­
гает не только усв ое ни е личностью специф ич еск их нравственных взгл ядов, норм и
оценоч ных требований, но и присущего остальным ценнос тям нравственного заряда .
Такой под ход позвол яе т нам боле е точно определ ить и специфич ески- формирующ ее
воздействие иде ол огич ес ких ценностей, их влиян ие на мораль ную позицию личности.
1 Горбачев М. С. Живое творчество народа. М., 1984, с. 5.
2 Живков Т. За някои нови виждения и подходи в разработването и провеж-
дането на нау ч но-те хнич е ска та политика на НРБ. София, 1985, с. 36.
101

В чем состоит суть этих формирующ их воздействий?
Во-первых, идео ло гич ес кие взгляды, принципы, нормы и традиции формируют
и дейно- классо вое с од ерж ан ие нра вственного созн ания, соста вл яют ми ровоззренч ес кое
ядро нравстве нной позиции чел овека. Изве ст на кла ссич еская мысль Ф. Энгельса о
том, что «люди, с оз нате льно или бес созна тел ьно , ч ерпают свои нравственные в оззр е­
ния в последнем счете из практических отношений, на которых основано их классо­
вое по ло ж ение » 3. Это значит, что экономические о тнош ения пред ст авл яют собой базу
развития ид еол оги чес ких отнош ений, политич ес ки х, нравственных, эс тетич еских, ре­
лигиозных и других явлений, т. е. идеология опосредует и усиливает связь морали с
практикой, мате риал ьной ж изнь ю общества.
Во-вторых, идеол оги ческие ценно сти формируют у ч еловека с озн ан ие соприч аст­
н ост и нравственной ж изни , повсе д невной практичес кой морал и в на шей общественной
сис те ме, на цел ен нос ти на ре ализацию программных ус тано во к по литики партии. Речь
при этом ид ет о формировании такого идейно го нас троя, коо рдинации морал ьных оце­
нок и нра вственного повед ени я лич ности, которые ре ально связывают жи знь индиви­
да с актуа ль ными потр еб нос тями, интер еса ми социал истического общества и своего
ко нкретного коллектива, о бъединяют социал ьные, коллективные и инд ивиду альные
устр емл ения людей.
В-третьих, идео логич ес кие ценнос ти, у сво енн ые личнос тью, сп осо бству ют форми­
рованию единс тва ид ейно-рационал ьного и эмоциональ но-волевого нача ла в е е нравст­
венной ж изн и. Выработанны е лич ностью общественные взгляды и вну трен не воспри­
нятые нормативные требования трансф ормируются в ее ж и з ни в до лж ен ствова ние и
ценностные ориентации, мо тивирующ ие е е п осту пки и практичес кие действия. Так
фор миру ется идейно-пс ихол огич еска я цел остность нра вс твенной ж и зн и чел овека, ра с­
крываются во змож но сти по осуществлению им об ъекти вной (внешней) и субъектив­
ной (вну тре н ней) детермин ации своего бытия в соо тветствии с за кономер ностями р аз­
вития общественной ж изн и.
Следовательно, по ли тич еские, н равстве нные, эс тетич ес кие и другие ценности ,
к онкре тизирующ ие принципы марксистско-л енинского уч ен ия, формиру ют миро воз­
зр ен че скую монолитность и кл ассово-партийную напра вл енность моральной по зиции
человека. Не об ходимо, чтобы с оциал ист ическая личность не про сто поль зо валас ь ма­
териальными и духовными благами общества, удовлетворяя свои пост оянно возра ­
стающи е мат ериальны е и духовные потреб нос ти, но и хо рош о «понимала сущность и
смысл своей собственной деятельности, ее место и значение в жизнедеятельности все­
го общества » 4.
В условиях ускор ен ного развития матери альной ж и зн и и науч но-тех ниче ско го
прогре сса при социал изме, активного исп ол ьзо ва ния экономичес ких мех анизмо в ма­
териал ьного с тимул ир ования наша идейно- во сп итате ль ная работа н е мо же т у сп еш но
противодейство вать потребител ьским отнош ениям и действиям, есл и у руководящ их
кадров и упр авле нче ски х институтов не будет у тв ер жд а ть с я активное нравственное
отнош ение к социал истиче ским це ннос тям, бер еж ливост ь в испол ьзо вании сырья,
энергии, тр уда, новатор ство по у мно ж ен ию и к ач ественно му соверш енствован ию про­
изводства материальных и духовных благ. Нашей партией разработан и успешно
утвержд а ет ся новый под х од в социал ьно-экономич ес ко й и ид еоло гичес кой политике
с целью повышения в гораздо более высокой степени, чем прежде, реальной власти и
отве тствен но сти коллектива, отдельной экономичес кой единицы как х озя ина социа­
листической с обственнос ти, о существления качественных критериев в общественном
труде. Качество материального и духовного продукта, всякого вида услуг и управлен­
чес ких действий —- это ныне «краеугольный камень» в т реб ованиях партии к мораль­
ному кач ес тву человеческого фактора.
Широкая социал ьная и идейно-восп итатель ная практика социализма п од твер жд а­
ет, что «революционная пер ес тр ойка идейных и морал ьных ориентиров у людей»,
усиление идейно- нра вствен ны х качеств социал ист ической личности «имеет не мень­
ш ее зна че ние, чем революцион ное пр еобразование экономики на основе интенсивного
3 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 95.
4 См. «Социально-философские и методол огич еские пробл емы науч но -тех нич е ­
ского п рогресс а»,— «Вопросы философ ии», 1985, No 9, с. 18.
102

развития» 3. Человечес кий фактор — это реш ающ ий фактор всех социаль ных перемен.
Личность, ее по тр еб ности и интересы, ее м иро во ззре ние и общественное поведе ние —
все это на хо д ится в центре иде ол огич еской ж изни . А лич ностна я проблематика в сво­
ей ид ейной сердцевине — это политико -нр австве нна я проблематика.
В рамках масштабн ой дискус сии по пробл ема м коммунистического воспитания
и развития лич но сти на современном эт апе советс кие обществоведы выдвинули ряд
ид ей и пред л ож ен ий по вопросам орга низации идеологич еской, воспитательной, по­
ли тико-массовой работы, в ч аст ност и мысль о нео бх од имос ти «нового качественного
по дхода » к проблемам разви тия и воспитания социал истической л и ч н о с т и56.
Высказанные мысли и соображения относительно активной взаимо св язи мораль­
ного со зна ния с ид ео логи ческим процесс ом в его шир оком смысле помогают боле е
полно и бо лее точно раскрыть, с одной стороны, возр астающую роль морального фак­
тора, моральной позиции лич ности в современном социал истическом строительстве,
а с другой — во змож нос ти применения в этой специфич еской сф ер е со вр еме нных про­
граммно-целевых сред ств организации.
Каковы отличительные особенно ст и ны нешней соц иа льно-идеол огич ес кой си туа ­
ции, ко торая пр ед опреде ляе т рост знач имости нравственных цен нос тей в обществен­
но й ж и зни и партийной практике? Где зд е сь «горячие точки» и актуальные пробле­
мы? Назову некоторые из них.
Первая пробл ема такого порядка обусловливается социальной динамикой. На со ­
временном этапе в нашем обществе пр ои сх од ят быстрые переме ны в эко номике, поли­
тике и культуре, в производ стве и потреб лении материальных и духовных ценностей.
Вместе с этим меняются и потр еб но сти, взгляды, ценнос тные ориентации людей.
В идейной жизни людей все более важное место занимают процессы общения. Насту­
пающие качественные изменения вынуждают к быстрой реакции, опережающим дей­
ствиям, которые весьма часто связа ны с моральной ответственнос тью и большим
риском. И не бе з осн ования социал ьная динамика приковывает наш интер ес к тому,
что изм еняе тс я и развивается. Но всякая х озяйс твен на я сис те ма, каждый трудовой
коллектив, к аж д о е управл енч ес кое звено, всякий ку льтур но-идео логи чес кий инст итут
нуждаются в нормальных и стабильных условиях для своей деятельности.
Вторая пр об лема вытекает из н еобх од имос ти повыш ения инте нси вност и общест­
венного производства. Речь идет о перел оме в развитии социалистического общества,
о новом этапе, связанном с применением ка чес твенных критериев, д о ст иж е ний науч но-
т ехн ич еск ой революции. Речь ид ет о принципиальном изме не нии, как ещ е Ленин даль­
но видно пред сказал , роли и м есте человека в производ стве нном проце ссе 7. На про­
вед енной в Москве (1984 г.) Всесоюзной конфер енции «Социальные и методоло ги­
ческие проблемы нау ч но-тех ниче ск ого прогр ес са » «человеческие измере ния» р азви­
тия на уки и техники, как это видно из опубликованных материалов, были предметом
особого внимания. В жур на л е «Вопросы философии» не р аз отмечалось, что человек
все более освобождается от непосредственного участия в производственном труде и
со средо то чивает в своих ру ка х пр еимущественно програ ммирующие и упра вл енч е­
ские функции, связанные с приемом, перер або ткой информации и пр инятием реш е­
ний 8. Все эти качественны е изме нени я предпо ла гают не только ин те лл ектуаль но е
на п ряж ен ие и творчество, но и значительны е морал ьно-пс ихологич еские ус илия, нрав­
ственный самоконтроль, инициативность.
Третья пр об лема возникает в с вязи с от кл онен иями от принципов социа лизма и
норм социал истического образа жизни, которые порождены не столько чу жи м ид ей­
ным и нра вс твенно- психо логическим влиянием, проникающим извне ( это , бесспор но,
предст авляет соб ой опасность, и е е нел ь зя нед о оц ени вать), сколько внутренними при­
5 См. Семенов В. С. Курс на у скоре ние социал ьно-экономического р азвития,
на с оверш енс твован ие общества ра звитого социал изм а. — «Вопросы фило софии»,
1985, No 5, с. 33 —34.
6 См. «Проблемы коммунистиче ск ого воспитания и развития личности на совре­
менном этапе» (Материалы «Круглого стола » ) . — «Вопросы фило софии», 1985, No 5,
с. 61.
7См.ЛенинВ.И.Поле. собр.соч., т.1,с.78.
8 См. «Социально-филос офские и метод ологи че ск ие пробл емы науч но-т ехни ч е ­
ского прогр есса»; Лось В. А
., Романов В. А. Н ау чно -тех ниче ский прогресс на
современном этапе ра звития социал изма . — «Вопросы ф илософии», 1985, No 9, с. 109.
103

чинами. Как известно, в по сл е д не е вре мя на ши партии выдвинули эту проб лему на
пе ред ний план именно по той причине, что ряд отрицате льных явлений принял уж е
беспокоящ ие размеры, а некоторые из них переросл и д а ж е в социал ьную деф орма ­
цию и как «раковое заб ол еван ие» начинают угро жа ть «здоровью» социа льного орга­
низма. «Возникшие в последние годы элементы социальной коррозии,— отмечает
М. С. Горбачев,— негативно сказались на духовном настрое общества, как-то незамет ­
но подтачивали высокие нравственн ые ценности» 9.
Изложенные вопросы и аргументы касаются од ной все бо ле е ярко вырисовываю­
щ ейся закономерной тенд енции в р азвитии социа листического общества — знач ения
в социальной ж и зн и нра вственных ценностей, морал ьной по зици и субъективного фак­
тора. Указанные особ енно сти социаль но-иде ологи ческой си туации в наш ей стране,
хотя и подч еркнут ые в штр иха х, показывают, что моральные критерии и по зиции
представляют собой иммане нтную ст орону ид еол огизации социа льной практики, ока­
зывают с ущественное влияние на принятие упр авл енч ес ких р еш ений. Мы явл яемс я
свиде те лями того, как быстро и непрерывно возр аста ет роль морального ф актор а в
трудовом коллективе, в меж лич ностны х о тно шениях, в партийной ж изн и. Ныне нет
социал ьного отнош ения бе з со ответ ст вующ ей нравс твенной позиц ии его субъекта .
Во всех социальных сфера х идеол оги чес кое и социал ьно-пс ихич еское воздействие
сл е дует насыща ть политико-моральными требованиями, вел ени ями гр ажда нской со ­
вести, нравственного само со зна ния и самоконтроля. В этом смысле соверш енно прав
ч лен-кор ре спондент АН СССР И. Т. Фролов, подч еркивающий, что от нас т ребуется
«не только нра вственное развитие, но и обновле ние, чтобы жить, как говорится,
«по совести», в соответствии с моральным долгом» 1011.
Проблема ц еле напр авл енного регулирования социальной активности лич ности за ­
нима ет все более ва жн ое место в теории и практике социал ист иче ског о общества .
«Одна из особенностей социализма состоит в том,— пишет академик О. Т. Богомо­
лов,— что вместе с усилением центральных планирующих и управленческих функ­
ций возрастает в организации х озяйс твен ной ж изн и роль со знате льного фактора,
политики партии, оп ирающ ейся на науч ный подход» и . Оптимальное функционир о­
вание идейно-воспитатель ной сферы предпо лага ет р ас ш ирение реал ьн ых возмож но ­
стей целенапр авл енного воздействия на нее. Современный ид еологический пр оце сс
все более развер ты вае тся как творческий синт ез идейны х и организационных це нн о­
стей, таких ед ины х мех анизмов формирующ его возд ействия, какими явл яются обще­
с твенное мнение и ср ед ства масс овой информации, нормативные и контрольные си­
стемы, н ауч но- идеол огич еские институты и т. д. Ныне мы ощущаем все острее объе к­
тивную по требнос ть в организационном обе спе че нии идеоло го-восп итательной рабо­
ты в каж дом социальном коллективе. Подтвер жд аются прозорливые слова Л ен ина о
том, что «при ус ло вии вел икол епной ор га низации мож ет на ша морал ьная сила пр е­
вратиться в материальную» 12. Это д ае т основание некоторым исс ледо вател ям со­
циального упр авления определ ить орга низацию «как третью прир оду» человека, за ­
нимающую специфическое место в общественных отношениях1314 (после того, как
Маркс опреде лил техн ику как «вторую природу», которую человек ставит м е жду со­
бой и окружающей средой).
Ряд авторите тны х со ветских у ч ен ых (имею в виду академика В. Г. Афанасьева ,4)
развивают и ут вержд а ют со вр еменны е взгляды о во змо жн ос ти и реальных путях
научно обоснованного управл е ния идеологич еским пр оцессом, формированием чел ове­
ческой лич ности. В эт ой области проблемой явл яе тся то, как, с помощью каких форм
и сред ств упра вл ени е мо жет осуществляться таким образом, чтобы повышались каче­
ство и эффективность применяемых упр авл ен че ски х программ и технологий, чтобы
9 «Материалы Пленума Централь ного Комитета КПСС. 27 —28 января 1987 г.».
М., 1987, с. 11.
10 Фролов И. Т. Время р еш ающ их пере мен (Коренной поворот в у ск ор ении
на учно -т ехнич еско го прогресса: социально-ф ило софские и гу манистич ес кие пробл е­
мы ) . — «Вопросы философии», 1985, No 8, с. 16.
11 Богомолов О. Т. Согласование экономич ес ких интер есов и политики при
со циа л изме. — «Коммунист», 1985, No 10, с. 86.
12 Ленин В. И. Поли. собр. соч ., т. 9, с. 246.
13 См. Пригож и н А. И. Социология организации. М., 1980, с. 28.
14 См. Афанасьев В. Г. Човекът у правл ен ието на обществото. София, 1978.
104

не допускать упрощ енч ест ва и бюрократизма. Здесь невежество, субъективизм, само­
дельное применени е оторванных от жи зн и кибернетич ес ких схем, сл ишком большое
регламентирование ведут, как это по дтвержда ет практика, к неж ел ател ьным по сл ед ­
ствиям. Мар ксис тско-ленинские концепции не имеют ничего общего с буржу а зной
тео рией и практикой манипу лиро ва ния общественным и индивидуальным сознанием,
целью которого явл яетс я под чинени е лич ности установленным порядкам, блокирова­
ние тех форм поведе ния, которые меш ают «производству» ста ндартного человека,
ад аптированного к трад ицио нным ценнос тям этого общества 15.
Многие этики, которые оспар ивают необходимость и возможнос ть управл ен ия
нравственным формированием и развитием социалистической лично сти, ссылаются
на сп ецифич еский хара ктер морального ре гул ирования, основывающе гос я на личност­
ной автономии, сво бод ном выборе ы добровольном принятии реш ении 1617. Личностная
автономия и свободный выбор — это дейс твител ьно отлич ительная особенно сть мора ­
ли. Моральные ценнос ти, пишет один из исс лед овате лей у правл ения идеологическим
проце ссом, Васил Прода нов, это те, «при ко торых чел овек может... принимать свобод ­
но реш ения, зави сящ ие от его воли» ,7.
В каком смысле можно говорить об упр авле нии нравственным формированием и
развитием личности? В чем состоит сущность этой деятельности?
Прежде все го необ ход имо обратить внимание на бол ее широ кую постановку во ­
проса о нравственном формировании личности, которое осуществляется в тесном взаи­
мо действии с конкретной общественной ср ед ой и практикой, под влиянием со во куп­
ности со циальных факторов. Поэто му прав проф. А. Г. Харчев, когда он ут вержд а ет,
что «абсурдно говорить об упра вл ении воспитапием как о целенаправл енно -вербальной
деятельности» 18. Однако вполне правом ерной является концепция упр авления фор ми­
рованием и развитием личнос ти как реально-социальным процес со м, который под­
чиняется своим объ ективным за кон омер ностям и имеет свой спец ифиче ск ий
механизм.
Кроме того, с л едует подч еркнуть, что ма ркс истско-л ен инский под ход к цел е­
направленной ор ганизации и упра вл ению ид ео логич еским воспитанием исключает
применен ие специальных технол огий для прямого упра вл ения сознанием , которые ос­
нованы на предста вле ниях о несувер ен ной, па ссивной, автоматизированной природе
ч еловеческой лич ности. Мы вед ем речь о человеке как факторе, как субъекте всех со­
циальных изменений.
Целенаправл енное во зд ей ствие на чел овека в усл овиях социал изма активизирует
личностный фактор, его творч ес кие во змо жн ости и свобод ную волю. С ещ е больш ей
силой это принципиал ьное требование относитс я к субъекту воспитательного проце с­
са, совокупн ому субъективному фактору, который планирует, о ргани зует и напра вл я­
ет пол итич еские, нравственные, эс тетич е ские и другие виды возд ействия на личность
и коллектив.
Упра вление идеол ого -воспитател ьным процес со м, нравственным формированием
и развитием социал истиче ск ой лич ности мо ж ет быть эффективным, ес ли оно опира ­
ется на действие объективных за кономер ностей, отраж ающ их потр еб ности развити я
нашего общества на нынешнем этапе его бытия. Ключево е знач ение дл я повыш ения
качес твенной эффективнос ти иде ологи ч ес кой политики коммунис тич еской партии име­
ет соверш енс твован ие социального ме ха низма , организационных факторов, форм и
методов руководства, с помощью которых мож но овладеть объективными за кон омер ­
ностями и вытекающими из них требо ваниями. В насто ящ е е время, когда в партий­
но й политике д оминиру ющ ее место за нимают вопросы ус кор ени я социал ьно-эко но ми ­
ческого развития, инте нси фикации экономики на основе науч но-технич еско го пр огрес­
са, роль и авторитет субъективного фактора, его влияние на социальные перемены
опр ед ел яются главным образом тем, наскол ько его твор чес кая деятель нос ть опирает­
15 См. «Социальное п ознан ие и упр авлени е» . М., 1983, с. 124—125.
16 См. «Проблемы ко ммунистич еского во спитания и развити я личности на совре­
менном этапе» (Материалы «Круглого стола » ). — «Вопросы фило софии», 1985, No б,
с. 35.
17 Проданов В. П ознание и ценнос ти . София, 1979, с. 175—176.
18 См. «Проблемы к оммунисти че ск ого воспитания и р азвития лич ности на совр е­
менном этапе», с. 29.
105

ся на конкре тно-историч еский под х од в социальной действител ьности, до какой с т е ­
пен и его воля к действию опреде ляе тся «волей объ ективного закона». «Субъективный
фактор,— отмечает тов. Тодор Живков,— воистину может делать чудеса, но не тогда,
когда он иде т против требо ва ний общественных законов, а когда на ибо ле е полным об­
разом при принятии своих реш ений и дейс твий учитывает их» и когда «ищет пу ти
и формы дл я полного простор а их действию» 19,
Пренебрежение этой марксистско-л енинской постановкой веде т к проявл ениям
волюнтаризма, а абсол ютизиро вание объе ктивной необходи мости в дух е фата листи ­
ч еской философии подд ерж ивает пассивную позицию субъективного фактора. У обе ­
их крайнос тей есть одна общая методо ло гич еская причина, которая кр оется в неди а­
лектиче ском понимании, в д огматизиро вании связи м е ж ду человеческой целенапра в­
ле нной деятельностью и объе ктивной закономер ность ю историч еского процесс а. «Не
мож ет быть д огматизма,— пи шет Ленин,— там, где верховным и единственны м кри­
тер ием доктрины ставится — соо тветстви е ее с действительным проце сс ом общест ­
венно-экономического р а зв и т и я » 20. И в самом дел е много ле тняя практика социа­
лизма дала поучительные уроки и подтверждения того, что недооценка или нарушение
эт их требований ведет к неудачам и деформациям, тормозит общественное развитие 21.
Целостный и единый проце сс политического, нравстве нного и эс те тич еского фор­
мирова ния социал истической личности развива етс я и функциониру ет в соответствии
с общими объ ективными законами по строе ния и со верш енс твования социал изма. Вме­
сте с этим ид ейно-вос питатель ной сфер е, нра вственн ому воспитанию присущи и спе ­
цифич еские закономер нос ти, возникающ ие при вза имод ейс твии идейно-нравственного
фактора с другими явлениями и видами деяте ль ности общественной практики. Марк­
с изм отлич ается от различных субъективистских социал ьных теорий тем, что он р ас­
сматривает идеологию не изол иро ванно от общественной системы, а как ее не об х од и­
мое явл ение, которое не только д етер мин иру ет ся экономич ес кими отно шениями, но и
во вза имодействии с другими явлениями играет активную роль в общественных пр о­
цессах.
Мы не ставим перед соб ой зад а чу дать анализ специфич ес ких законо мер ностей
иде ол ого -воспитательного проце сса . Отметим лишь одну из них, сос тоящую в у глубле ­
нии ид ео л оги зации общественной ж и зни и « иде ологичес кой социал изации» личности.
Это две стороны одного процесс а, направленного на то, чтобы максимально прибл и­
зить экономичес кую, пол итическую, кул ьтурну ю и прочую социал ьную практику к
потр ебностям и интере са м людей, а общ ественного человека — к потр еб нос тям и тре ­
бованиям общественной среды. И оба асп екта связа ны с конечным эффектом пред мет­
ного возд ействия — с изм ене ниями в чел овеч еской личности, в со циальной ср еде ,
в трудовых, пол итичес ких и духовных отношениях.
Этот процес с ставит п ер ед партийной политикой и практикой ряд острых проблем.
Прежд е всего стоит подч еркнуть необходимо сть всестороннего социа льно-экономиче ­
ского, политического, орга низационного и пр. о бе спе че ния процес са идейно-воспита ­
тельной работы. Поэтому всякое расхождение между словами и делами, всякие про­
счеты, всякий брак вызывают небл аго приятный ид ео логи ческий отзвук, негативные
настрое ния и скептическое отнош ение к текущей эко номической политике партии.
В настоящ ее время активная п одд ер жка ид ейно-во спитатель но й работы экономиче­
скими факторами, социальными фа ктор ами в самой большой степе ни опр ед ел яет пре­
ст иж и реа льное влияние маркс ист ско- ле нинс ко й идеол огии и нравс твенных прин­
ципов соци ал изма. Современный болгарский гр ажд ани н об лад ает высокой по литиче­
ской культурой, он у ж е не принимает на веру умозр ите льные ид еол огичес кие внуш е­
ния, а верит лишь такой идеол огич еской пр опаганд е и агитации, которые п од твер жде ­
ны реальными фактами.
Нередко допускаемые слабости и отдельные деформации в организации и руко­
водстве экономич еской ж изнью, сферой об служ ива ния свиде тель ст вуют о том, что р яд
х озяйс твенны х и ад министративны х работников не принимают во внимание ид ео л о­
19 Живков Т. За някои нови виждания и подходи в разработването и провеж-
дането на науч но -тех нич ес ката политика на НРБ, с. 8 —9.
20ЛенинВ.И.Поли. собр. соч., т. 1, с. 309.
21 См. Михайлов С. Оптимално функционир ане на социал ист иче ското общест­
во. София, 1987, с. 9—10, 19—20.
106

гич ес кое зна ч ение и х д еятел ьности. Зач асту ю за их эко номическими р асч етами и ко­
личественными по каза тел ями те ряе тс я сам человек г - высшая цель социально-эконо ­
мич ес ко й политики. Это порочный стиль упра вл ения. Такие руко води тел и забывают,
что их «вербальная» пропаганда — это «голос в пустыне», ес ли она к аждодневно не
будет под твер жде на фактами «со циал истической пропаганды», т. е. кач ество м това­
ров и услуг, справедливым вознаграждением за труд, ежедневной заботой о челове­
ке, личным примером. Всяко е п опран ие этих л е нинск их принципов созд ае т, как под ­
твер жда ет на ш опыт, т яж ел ую ситуацию дл я ид ео логической работы и нра вственно ­
го воспитания.
Овладение объективными за кономерностями идейн о- во спитатель ного п роцесс а
имее т фунда ме нтал ьное зн ач е ние не только для оптимального управления, но и для
анализа р еальных противоре чий в этой сфере социал ьной ж изни , истинных причин
ряда негативных явлений и отклонений от социал ист иче ск их принципов. Те уч ены е,
которые об ъясняют причины негативны х проце сс ов слабостью в обл асти ор га низа ­
ционно-х озяйствен ной деятельности, на наш взгляд, бо ле е правы, чем те пра ктич ес кие
работники, которые пыта ются об ъяснить неудачи и провалы в хо зяйс тве нном и управ­
ле нчес ком мех ан изм е нед остат ками ид ей но-воспитате льной практики, неудовлетво­
рительным качеством идейной пропаганды и агитации.
Смелая и открытая политико-нравст венная по зиция по отношению к нер еш енным
пробл емам научн о-тех ниче ского прогре сса, острым вопросам дня, непримиримость к
негативным проявлениям в социал ьной ж и з ни есть нео тъемл ем ая ч ер та совр ем енно­
го револ юционного под ход а. Она связа на ныне с посл едо вате льным у твержд е ни ем по ­
литичес ких, нра вс твенных и эсте тиче ских це ннос тей социал истического образа ж из ­
ни, с преодол ением нравственных отклонений в созна нии и поведе нии многих гра ж ­
дан и коммунистов, в том числ е коммунистов-руководителей. Речь идет об откло не­
ниях в образе жизни, в ценностных ориентациях и стереотипах поведения, которые
более опасны и бо ле е уст ойчивы, чем деформация в сознании.
Нельзя закрывать гл аза на истину, сколь горька бы она ни была: дл я немалого
числа людей потреб ител ьство и обывательство превращ аются в неп ис аную , но н е­
уклонно собл юдаемую норму повед ения. Против этой напа сти не ве зд е со зд ают ся
не обходимые силы сопротивления: как в колл ективах по м ес ту работы и м ес ту ж и ­
тельства, так и в широком общественном мнении. Есть гр а жда не , обладающ ие низкой
социаль ной сознатель нос ть ю, искривленной нравственностью, эгоизмом и различными
пороками, присваи вающие общественные блага, соверш ающ ие угол овные пр ес ту пл е ­
ния, нару ш ающ ие эл ементар ны е требования трудовой и общественной дисциплины.
Они обходят или грубо попирают правила социал истиче ск ого общежития. Все эти от­
рицател ьные явле ния (некоторы е из них пер ер аста ют в социальные деф ор мации)
у нас в стране являются пред метом острой и справедл ивой критики.
Чтобы раскрыть реаль ные причины негативных явле ний и социальны х д еф орма­
ций, нео бходимо про вести углубленный анал из многих современны х социаль ных про­
цессов. Нужны комплексные исслед овани я. Здесь мы выскажем лишь некоторы е со ­
ображения, с вяза нн ые с за кономерным взаи модействием объе ктивных и субъектив­
ны х факторов в р еа ль ных социал ьных пр оце сса х. Главную пр ичину во зникно вения и
воспроизводства этих явлений и деформаций, по нашему мнению, следует искать в
пренебрежительном и безответственном отношении субъективного фактора к требо­
ваниям объективных зако нов с оциа лизма. Не соб люд ение этих за конов проявляется
в д ву х направлениях: с од ной стороны, в активном са монад еянном сопро тивлении их
требованиям, на х од ящ е м практичес кое выра жение в проявл ениях вол юнтаризма и
«силового во здействия». При социализме субъективный фактор в самом деле получа­
ет боль шую управл енч ес кую власть, и по д вли янием максимумов «Все може м» и «Нам
все позволено» р уко водящ ие кадры легко могут пер еоце нить свои собс твенные пра­
ва и даже злоупотреблять ими. С другой стороны, это несоблюдение проявляется в
пасс ивной позиции по отнош ению к изу че нию и испол ьзова нию объективных зако но­
мер ностей, что, как пра вило, зам е дл яе т и тормозит р азвити е социа ль ных процессов.
В области ж е духовного формирования личности и регулирования образа жизни не­
собл юд ени е законо в нах од ит свое выражен ие в неогра нич енном довер ии к «всесилию»
слова, вербального воздействия. О такого р ода нед ооц енк е свид ете ль ст ву ет и тот факт,
что активное испол ьзо вание эко номичес ких рычагов и механ измов, материал ьного
107

стимул ирова ния, постоянного увел ич ени я прав социа листического тру ж е ни ка и в се ­
мерного с тимул ирован ия его творческого нача ла н а практике нер ед ко в нед ос та точ ­
ной степ ени со чета ется с параллельным политическим и особенно с моральным воз­
действием, поср ед ством которого у личности формиру ются политико-моральные силы
сопротивл ения, морал ьно-психич еские барьеры, внутр ен ний «иммунитет» против не­
гативных влияний.
Организация широкого нас тупл ен ия против отрицате льных явле ний и моральных
антиподов, действенна я и беск омпро мисс ная борьба против социальны х деф ормаций
сред ствами пол итической, экономичес кой, правовой, идеол ого-во спитательной работы
являетс я в на стоящ е е время высшим партийным долгом, в испо лнен ии которого и
проявл яется активная политико-мор аль ная п озици я субъективного фактора. Яс ная
и сме лая ор иентация наш ей партии в этом направлении ярко свидете льст ву ет о по­
сл едо ватель ном при менении ленинского п од хода.
Для успешного решения назревших социальных задач и моральных проблем воз­
растает значение критической функции идеол ого -воспита тельной работы как ср ед ства
прежде всего утверждения и дальнейшего совершенствования ценностных образцов
и норм, социал истиче ск ого типа меж лич ностны х отно шений. В этом смысле мо жн о
сказать , что критическая позиц ия являетс я идейным ядром, «моральным острием» с о­
временного револ юционного мышления и новаторского д ействия субъективного фак­
тора. Публичная гласность мнений и оценок, затрагивающ их реальные про тиворечия
и негативные явле ния, приобретает все бол ее сильный идейно-нравственный р е зо ­
нанс. Нам, разумеется, хорошо известно из практики, что критическая оценка дан­
ного морального зл а не убир ае т его а вто ма т ич е ск и22, но, как правильно это отмеча­
ется в этической литературе, оно не может быть устранено, если его не дискредитиро­
вать нравственно в с ознан ии ш ир окой общ ественности. От всякого коммуниста , вс я­
кого сознатель ного социалистиче ского тру ж е ник а тр ебуется не пр осто соблюдать
партийные принципы и моральный закон, а воевать за их практическую реа лизацию,
смело противопоставлять себя рутине и спокойствию в ежедневной жизни, безраз­
личию к д обру и злу. Мы имеем в виду созда ни е у коллектива и личности социально-
психологич ес кого и пол итико-нравственного настроя, в котором бы доминировали ини­
циативность, непримиримость и борьба, творч еское ж е л а ние полнокровного у ч а сти я в
преобразовательных проц ессах.
Такая широка я мет од ологическая постановка пробл емы о мораль ной п озиции
субъективного фактора за ставляет пересмотреть регистр морал ьно-негативных явле ­
ний, п ото му что не только прямые откл онения от норм социалистического образа
ж изни, не только моральная деф ор мация, но « удоб ное то пта ние на одном месте», до­
с адн ая «попугайщина » в ид еологической пропаганде, выжид ающ ая позиция и т. д.
приобретают у ж е подч еркнуто отрицательный нра вственный заряд. На первый взгляд
таких людей не за что публично порицать, тем б ол ее что проф илактические мер оприя­
тия «беззубого» социального контр оля про ход ят мимо них, осо бенно когд а они явля­
ются ру ковод ителями, бес препятственно, как «вода сквозь сито», и они «всегда оста­
ются сухими». Но в целостном, моральном плане по вед е ни е и д ел а их пагубны, на­
с тоя щее зл о для общества. Вот почему расш евелить эту «золотую сер ед ину» , эту
инертную м ассу так важ но сегодня. Это зада ча вс ех партийных и общественных орга­
низаций, каж до го идео логич ес кого институ та, занятого ид ейно-нравственным и эко­
номическим воспита нием.
Своевременное и п осл ед овател ьное реш ение актуа ль ных идеол оги чес ких проб­
лем, осуществление качественных изменений в экономической, политич еской и д у ­
ховной ж изн и требуют от иде ологич ес ко го работника — партийного деятел я, общест­
воведа, про пагандиста, ж ур на ли ста , п е д а г о г а - смелой и ясной нравстве нн ой позиции.
Последняя предс тает идейной ориентацией, оценочным отно шением, ответственностью
за творческий риск. Эта позиция отражается при обсуждении и решении актуальных
социальных зада ч, при оценке острых социальных проблем, в о тнош ении к социаль ­
ным противореч иям и отрицательным явлениям. Терпимость ко всевозм ожны м моди­
фикациям морального зла, различным формам нес пра ведл ивос ти, либерал ьного отно­
ш ения к откло нениям от со циал ист иче ского образа жизни и компромиссы с ними
22 См. Титаренко А, И. Антиидеи. М., 1984.
108

являются выр аж ением п ас сивной нравстве нной позиции. Такая по зиция подрывает
социаль ный пре ст иж не только е е субъекта , но и со ответству ющего института, бьет
по авто рите ту партии.
Наши тематические обсуждения и конкретные исследования, творческие контак­
ты с идеол огич ес кими работниками, практика и экспертны е оценки подтвердили, что
недостатки и деформации в этой специфической ценностной сфере представляют со­
бой од ин из наиб оле е опасных и трудно преод олимых барьеров на пути дал ьнейшего
утвер жд ен и я ле нинского стиля мышле ния и дейс твия по развертыванию всякого но­
ватор ского дел а. Мы говорим о негативных откл онениях не столько с точки зр ен ия ми­
ровоззрен ч еск их и пол итических позиций, сколько в отнош ении позиций нр авствен­
ных. Здесь можно разграничить цел ый р яд разновидн ост ей: на одном полюсе — б е з­
различие к добру и злу и тактика выжидания, а на другом полюсе — корыстное от­
нош ение к зан имаемо му ст атусу, т. е. стремле ние извлечь из общественной карьеры
максимальную личную вы году. Вс е ч аще мы стал киваемся с такой модификацией
морального со знания, которую некоторые авторы удачно обозн ач или как «деклара­
тивное со зн ани е». В нем находит свое выраж ение форма льная по зиция к моральным
требованиям, нес оответс тви е м е ж ду словами и дел ами. Слабости и деформац ия в
нра вственн ой по зиции руковод ящ его идеологического работника пре вращают его в
чиновника, основными функциями которого являются р аспорядител ьск ие и ди спе т­
черские функци и, формальное «отбытие долга». От та ких кадров нельзя ожидать ни
новаторского подх од а, ни творческого риска. Их правила по веде ния взяты из хорош о
извес тной философии «легкого со противления» и перес тр аховки.
Наш опыт убедител ьны м образом подт вердил , что связь теории с ид ео логич еской
практикой, связь идео логичес кой работы с экономикой, политикой и ку ль турой пред­
ставляет со бой сложный и противоречивый процесс, у которого есть свои методо ло­
гич еские, инфор мационные, о рганизацио нно-упр авленч еские , нр авс твенн о-п сих ол оги ­
ческие и другие аспекты. Встречное движение теории и практики порождает множест­
во проблем и реальных противоречий, которые над о пра вильно понимать и своевре ­
менно разре шать. Сегодня от су тс твие такого д виж ени я, нетерпи мая «неподвижность»
практики и теории проявляются, с одной стороны, в утвердившей ся в практике инер ­
ции эмпирич ес ких стереотипов дей ствия и с другой — в б ес пл од ной игре категор иями.
Дальнейший под ъем общей маркс ист ск о-лени нской подготовки и нравственной
культуры ид ео логи ческого р аб отника является в н асто ящ ее время нео тъемл емы м
условием повышения качества и эффективнос ти идейно-воспитате льной деятельности.
Не является тайной то, что все ещ е много руко водящ их кадров проявляют пре небре­
жительное отношение к теории и незавидную склонность решать сложные идейно­
воспита тельные пробл емы с помощью готовых шаблонов или у старе вш их и сомни­
тельных средств. Вне встречного движ ени я, «столкновения» теории и ид ео логи ческой
пра ктики не могут формироваться ни активная по зиция, ни компетентное отношение,
ни до вер ие к науке. Не льзя пре одоле ть боязл ивое отнош ение к раскрываемым эмпи­
рическими исследо ва ниями «горьким фактам», к «неудобным» истинам б ез серь езн ой
на уч ной теории. Р азвитие теории и идеол огич еской практики в усл овиях современной
науч но -т ех нич ес кой революции все больше и больше тр ебует не простой их связи,
а о рганического с инте за.

ФИЛОСОФСКАЯ ПУБЛИЦИСТИКА
СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МИРА
И ПРОГРЕССА
ОТ РЕДАКЦИЙ. Профессор Деян Павлов, заслуженный деятель науки НРБ, за­
мес титель дире ктора И нститу та современн ых соц иал ьных теорий при Президиу ме
Болгарской акад емии наук — изве стны й специал ист по актуальным проблемам ид е о­
логической борьбы. Основные его работы: «Идейная нищ ета антикоммунизма» (Со­
фия, 1967), «Буржу а зна я ко нцепция «деидеол оги зации» — форма ид еол огичес кой
диверсии» (София, 1971), «Доктрина Картера» (София, 1979) — получил и высокую
о ценку философской общественности. Б августе этого года пр оф ес сору Деяну Пав­
лову исп ол няет ся 60 лет.
Мы сердечно поздравляем юбиляра, ж е ла ем ем у новых творческих у спе х ов,
большого счастья в жизни!
О логике истории
в ядерно-космическую эру
Д. ПАВЛОВ (НРБ)
Мы живем во втором столе тии по сле
открытия Марксом и Энгельсом объе к­
тивных законов исторического процес са ,
а тео ретич еская полемика и ид еол огиче­
ская борьб а вокруг их существования и
действия, их пра ктич еской проверки ве­
дутся все более интенсивно, потому что
вопросы, связа нны е с ними, каса ются ко ­
ренных интере со в, потребно стей и цел ей
каж дого класса, социальной группы,
каж д ого чел овека , всего мира. Это с осо­
бенной силой относится к предпоследне­
му десятилетию XX в., когда возросшему
до колоссальных размеров объему науч­
ных знаний со пу тс твуе т еще боль шее
число новых, все боле е сл ож ны х пробл ем.
Вот почему, как никогда раньш е, мы
стремимся и будем стремиться удержать
нити того, по словам Гегел я, великого
ковра раскрытого пер ед мировой исто­
рией, который соткан из нево образимо
разнообразных противоре чий реаль ности
и ее п озна ния человеком.
Мы живем в перело мный момент, но
е щ е не мож е м полностью осо знать, как
глубока пер еме на, ка кая часть сущности
на ше го старого бытия, как вы раж ае тс я
один со временный социолог, ис че знет,
чтобы у ступ ить место новому. Испытыва­
ем о стрейшую по тр ебнос ть разобраться
в наступивш ей общечеловеческой с итуа ­
ции, в направлении историч ес ко го пото ­
ка и его динамике в надежде понять
таким образом и кое-что в нашей собст­
венной судьб е.
Мы страстно хо тим опровергнуть мне­
ние Гегеля о том, что история н иче ­
му не науч ила народы и правительства
и что они никогда не следовали ее уро­
кам, которые таковы, что если мы не
вникнем в их логику, не охватим их пол­
ностью и не у чте м их соб ственного ядра,
то земля может навсегда «проститься» с
самой социальной формой движения ма­
терии. Филос офия диале ктич еского мате­
риализма, наш а фил ософия истории н а­
ходится перед наиболее острой необхо­
димостью содействовать поиску ед инст­
венно верного отве та на вопросы, кото­
рые ставит само общественное ра звитие
целиком при отсутствии опыта их р е ш е­
ния. Мы ище м новые нюансы, новые
переходы между явлениями и их сущно­
стью, чтобы це пропустить того, что, мо­
жет быть, неожиданно окажется важным
ключом к новой диалектико- си сте мат и ­
ческой экспликации, о бъ ясне нием ны­
неш него исторического перел ома, кото­
рый и явл яетс я при всем своем многооб­
разии и неизвестности только ед инством
прее мственно сти и развития.
И в наши дни, конечно, история не что
иное, как деятельность добивающихся
своих целей людей,— это
писал еще
Карл Маркс. Но волю, созна ние, цели,
намерения людей определяет объектив­
на я ло гика исторического процесс а. Но­
вейшие факты и события подтвер жд ают,
что нет метафизического тождества меж­
ду событийным рядом исторического про­
цесса и его внутренней логикой так же,
как не совпадают явления с их сущно­
стями. В наше время продолжается за­
кономерное поступател ьно е д виж ени е,
осуществляется исторический переход от
капита лизма к с оциал изму, что сос тав­
110

ляет основное содержание современной
эпохи. Црй всем сб оем безу сл овно м влия­
нии на все, что сегодня происходит на
на шей пла нете , в бытии и созна нии лю­
дей, в облике цивилизации, на уч н о- тех ­
ничес кая р еволюция, е сте ствен но, не от­
меняет законы общественного развития,
их социальный смысл и содержание.
Вполне остается в силе маркс истско-л е­
нинский т езис , что облик XX в. опреде ля­
ет ся социалистиче ской революцией, борь­
бой за ликвидацию п осл ед ней формы
отчужденного
пр ои звод ства,
отчуж­
денного существования и отчужден­
ного мышления. В логи ке со вр ем ен­
ного исторического процесса общесо­
циологический закон о соо тветствии про­
изво дственны х отнош ений
хар актеру
производительных сил сохраняет и даль­
ше нео спор имый приоритет. Но эта ло­
гика обогатилась и пр од о лж а ет обога­
щаться возр ас тающим
мно гообразием
форм проявл ения зак она ус кор ени я исто­
рического пр оцесс а, за кона гл обализации
и интернацио нал изации ж изни . Мы зна ­
ем и можем знать только фундаменталь­
ное направление, объ екти вную логику ,
сущность историч еского дви же ния, кото­
рое, однако, о существляется в зависимо ­
сти от огромного разн ообразия у сло вий и
форм, от диале ктики не об ход имо сти и
случайности. Глобализация и осложне­
ние отнош ений м е ж ду странами и наро­
дами приве ли к невид а нно му усил ению
влияния отдельного события, реш ения,
действия, конкр етно- инди видуального на
общий х од исторического проце сс а. Тут
мож но усл овно говорить об относитель ­
но возрас тающей роли к онкре тн о- инди ­
видуального и слу чайного, что в сос тоя­
нии у скол ьзнуть от сознател ьного конт­
роля людей и в ядерный век поставить
под угрозу саму жизнь. Мы абстрагиру­
емся от споров в нау чной литер атур е о
том, являе тся ли со циал ьная форма дви­
ж е ни я материи высшим типом развития
и является ли сама жизнь, в том числе
и человек, случ ай нос тью по отнош ению
к цел ос тной прир оде материального мира
или ж е появле ние ч ел овека как «эволю­
ции, осознавшей себя» является фунда­
ментальным сво йством материи.
Отбрасывая всякий волюнтаризм и фа­
тализм как одинаково опасны е те оре ти­
ч еские формы само об ольщ ения, мы не
мож е м не учитывать, что слу чайное, ко­
торое не явл яе тся беспричинным и пе ­
реходит в необходимое, меняется с ним
местами, за с л у ж ив а ет большего научного
внимания. Его исс ледо ва ние помо же т
нам гл убж е понять му ки исторического
процесса при подготовке и осуществле­
нии социал истиче ск ой революции, по ­
стр ое нии с оциа лизм а как мировой си с те­
мы. Правда, сл уч айност и составляют
часть общего ход а закономерного в це­
лом развитии, но они могут, как об этом
писал Маркс, ус кор ить или за медл ить
движение. Это относится и к характеру
людей, отдельных личнос тей, возгл авляю­
щих социаль но-пол итич ес кие дви же ния
в наш ем веке, в котором дейс тву ет об­
щесоциол огичес кий закон во зрастающ ей
роли народ ны х масс.
В истории изве стны три исторических,
пер ел омных скачка: начало обработки
зе мли, пер е ход от варварства к цивили­
зации и переход к индустриальной ци­
вилизации.
Нынешний глобальный перел ом имеет
такой целостный характер в у сл овия х
нау ч но-тех ниче ско й ре волюции, который
отл ичается кач ес твенно новыми особ ен­
ностями, касающ имися самой субстанци и
со циальной формы д ви ж ен ия материи.
Наука исследовала движение от элемен­
тарных частиц (протонов, электронов,
нейтр онов) до разумно го человека, но
она все еще довольно мало может нам
сказа ть, каким образом в ядерный век
чело век ра зу мный смо ж ет предотвратить
на ст уп л ен ие ко нца своей истории. Здесь,
вер оятно, д ейс твуе т новый социальный
за кон или ск орее нова я фор ма дейс твия
зако на о соответ ст вии про изводс твенны х
отнош ений хар акт еру производитель ны х
сил.
Коренные
классо вы е
противореч ия
м е ж ду капитализмом и социализм ом как
мировыми система ми сохр аняются. Одно­
временно между ними растет взаимоза­
висимость и взаимодействие прежде все­
го в сл ед ствие логики развития произво­
дительных сил, инте рнацио нал изации
общественной ж и зни , глоб ализации про­
блем, особенно наиболее важной из всех,
существовавших во всей чело веч ес кой ис­
то ри и,— проблемы лик видации ядерного
оружия во избежание применения воен­
ной силы. Это, есл и посм от ре ть ди алек­
тически, два р азлич ных пр оявления од­
ной главной исторической необходимости
наших дней — сохранения социальной
формы д ви ж е ни я материи. При этом
единственно допустимая линия обостре­
ни я противоборства м е ж ду новой и ста­
рой общественно -экон омическ ой форма­
цией лежит только и исключительно в рус­
ле мирного сор евнования и ци вилизо ван­
ных международных отношений. Это та
реальная диал ектика со вр ем енного -раз­
вития, которую М. С. Горбачев охаракте­
ризовал на XXVII съезд е КПСС как со­
ч ет ание соревнования, борьбы м е жду
двумя системами и усиливающейся тен­
денции к взаимной зависимости между
государствами в мире. Это борьба про­
тивопол ожностей, пр и которой, как за ­
явил М. С. Горбачев, в известно й мере как
бы ощупью созд а е тс я противоречивый,
но взаимоза висимый во многих отнош е­
ни ях мир. По вине теряющ их сп особ­
ность тре звого политического мышления
авантюр истиче ск их империал ист ических
кр угов ра ст ет опасно сть того, что чел о­
вечество осознает себя как человеческий
род, когда уже не будет возможности
воспол ьзовать ся этой истиной.
Единство противореч ий мировой исто­
рии — факт, корни которого кроются в
объе ктивных п отр еб нос тях разв ития про­
извод ител ьных сил, развер тывании того
процес са вза имодействия, бе з которого
цивилизация превращ а ет ся в ар ену для
Щ

антич еловече ских политических действий
схо д ящ и х со сцены истории сил. Искать
ло гику совр еме нной ис тори и означ ает
инте нсивно ра звивать науч но е по зна ние
о главных общественных пр оц ес с ах и
обогащать маркс истско- ленинскую н ау ку
новыми категориями, способны ми отра­
зить в своем содержании сущность ко­
ло ссал ьного перелома в чел овеч еской
жи зни . Исключительно перспективно ис­
сл едование и развитие таких у ж е сф ор ­
мулированных категорий, как «новое
мышление в ядерный век», «новое пол и­
тическое с ознание», «мировое сообщество
в ядерный век», «взаимоза висимость го­
сударств», «взаимод ействие» , «борьба и
сотрудничество» и т. д . Материалистич е­
ская диалектика стоит перед острой не­
обх од имостью раскрыть и сф ормул иро­
вать новые переходы, новые нюансы, но­
вые связи меж ду противоречиями ре­
альной истории и их отр аже ние м в со­
зна нии разл ичных классов, чел овечества.
Поскольку ядро «нового политического
мышления» п ред пол агает искусство жить
вместе и считаться с интере са ми друг
друга, необходимо диалектически объяс­
нить, как п ротивополож ности могут со ч е­
таться д ля того, чтобы за коно мер ное по­
сту пател ьное р азвитие пр одол жалос ь.
Все эти проблемы решаются при опреде­
л енной асинхр он ности дей ствия истори­
ческих законов, что отражается в несов­
п ад ении уро вней экономич ес кого, поли­
тического и идеологического развития.
Многовариантный характер ист орическо­
го процесса особенно ярко проявляется
в наши дни: он ставит и перед марксист­
ско-ленинской теорией и перед нашей об­
щественной практикой новые, все бо ле е
сложные задачи ускорения, особенно в
с фере надстройки.
В этот пер ел омный момент вс ех нас
особе нно вол нует вопрос о смы сл е чело ­
веческого бытия, т. е. о том, как должен
существовать человек в мире с его по ­
стоянно растущим многообразием и про­
тиворечивостью. Смысл чел овеч еского бы­
тия не какая-нибудь субстанц ия или аб ­
страктная,
тра нсц енд ен таль ная
сущ­
ность. Этот смысл не опр ед еле н зара нее,
он р езул ьтат практической деятельности
самого чел овека — автора и актера в сво­
ей исторической драме.
Пути исторического движения челове­
ческих обществ сложны и зигзагообраз­
ны. Они отмечены непрерывным появле­
нием, развертыванием и преодо лением
различного род а противоречий, специ­
фичностью д еятел ьн ости
социального
субъекта, борьбой между новым и ста­
рым. Общая восходящ ая направленность
этого процесс а, конечно, не явл яетс я вы­
ражением «железной
необ ходимос ти»,
автоматизма, не явл яется за р ан ее зад а н­
ной какой-то тр ансценд ентной силой,
абсолютным духом, гением или б ож е ст­
вом.
Люди сами творят свою историю,
но это делается всегда в различных кон­
кретных усл овиях, в о бъективных и
с убъективных обстоятельствах. Следова­
тельно, историю д ел ают по -ра зн ому и
своеобразно. Диале ктика открывает об­
щее в своеобразном и своеобразное в
общем. Только таким образом она в со­
стоянии охватить не просто отдельные,
х отя и очень ва жные факты, а дейс тви­
тельность цел остно го процес са социаль ­
ного развития, его закон.
Как всегда в пер ел омные моменты, так
и се йч ас во люнтаризм и фатализм, реля­
тивизм, догматичная сх е ма могут быть
осо бе нно вредными. Ис сл едователю нель­
зя упуск ать из виду совокуп нос ть фак­
тов, е му не об ход имо объяснить скрытую
внутреннюю движущую силу.
Каждый
посл ед овательно
науч ный
анал из со време нной иде ологи ческой борь­
бы д о л ж ен быть направлен на во зника­
ющие проб ле мы новой пер ел омной со ­
циально-пол итической реальности с ее
трудно обозримым и р астущим многооб­
разием, со сл ож ной вза имозависимостью,
с глубокими противоречиями п относи­
тельной целостностью.
В документах XXVII съезда КПСС,
XIII съезд а БКП и высших форумов
других братских партий полу чили даль­
ней ш ее ра звитие новые концепции сов­
ременного мира, о траж ающ ие его основ­
ные тен де нции и противоречия, диа лек ­
тику социальных по нятпй в яд ерную
эр у, новые ос обе нност и иде ологи ческой
борьбы. Эти ко нцепции вно сят вклад в
реальное об огащ ение и твор ческое р аз­
витие фил ософии диалектического и ис­
торичес кого материал изма, марк сизма-
ле нинизма. Посредс твом ана ли за общ ест­
венных явлений, осуществляемого в кон­
кретных науч ны х пон ятиях с по зиций
материал истиче ск ой диалектики, мы ис­
с л едуем общие закономер ности мировой
истории, своеобразие каждой историче­
ской эпохи, специфику развития в от­
дельных странах и регионах. С переме­
нами в общественной жизни людей ме­
няются также и их понятия о мире и о
са мих себ е. Еще Гегель подчеркива л, что
п оняти е н е пуст ая, а творческая форма,
которая заключае т в себе пол ноту вся­
кого содержания. С ускорением общест­
венных процесс ов сложным диа ле ктич е-
ски-опосред ованным пу тем уск ор яется и
их отраже ние: возникновение, ра звити е
и «закат» социальных понятий. Че ло ве ­
ч еские понятия, подч ер кивал Ленин, веч­
но движутся, переходят одно в другое,
они гибкие, под виж ны е и только в каче­
стве таковых могут улавл ивать внутр ен­
ний пульс движения и самодвижения,
отра жать и момент тожде ства, и момент
становления.
Формирование, исполь зован ие, толко­
вание и изм ен ен ие социальных понятий
всегд а были про низа ны острой идей но-
тео ретическ ой борьбой, пото му что в ко­
неч ном сч ете они были связаны с реал ь­
ными клас совыми ра злич иями и интере­
сами. Это ос обе нно относ итс я к нашим
112

дням, когда имп ер иал изм и легионы его
теоретиков и про паганди стов сп еку л иру ­
ют в невиданных масштабах такими фун­
даментальными социальными понятиями,
как «свобода», «демократия», «чел овече­
ские права», «взаимоза висимос ть», «гу­
манизм», «прогресс» и др. В сущности,
н аи бо ле е остро «политизиро ванные» от­
расли буржуазного обществоведения —
«советология», «ис следования Восточной
Европы», «и зу че ние коммунизма» (как
и импер иал ист ичес кая пропаганда , ко­
то ра я ра спро стр аняет их интел лектуал ь­
ную продукцию и опирается на нее) со­
сред оточ ивают сей ча с силы на п опы тках
наполнить реа кционным антис оветским,
а нтисоциалистичес ким и антинауч ным
содержанием такие важные социальные
по нятия я дер пой эры, как «новое поли­
тическое мышление, «новые реальнос ти»
ядерной эпохи, «ед инство мира» и др.
Вот почему борьб а против гл авных и
самых опа сн ых ид еол огич ес ких против­
ников социа лизма будет эффек тивной
только тогда, ко гда
мы разберемся
в сущности этих понятий.
Какова онтологическая база упомяну­
тых новых социал ьных понятий? Можно
ли принять как обо сн ованно е понятие
«ядерная эпоха». И здесь, как всегда, ис­
тина кон кретная.
Историческая
эпо х а — понятие
для
анализа о бщественного разви тия на
уровне конкретны х явлений, кото ро е
сл у ж и т раскрытию какой-нибудь основ­
ной тенденции в определенный истори­
чес кий момент. Именно в рамках нынеш­
ней исторической эпохи перехода от ка­
питализма к социализму в мире возник­
ла «ядерная эра», которая, в свою оче­
редь, часто на зы вает ся и «ядерной эпо ­
хой» или «ядерно-ко смической эпохой».
Этой новой категорией обо зн ач ае тся
время п оявле ния и испол ьзо вания яд ер -
ной энергии с ее чудовищной силой, ко­
торая по инициативе империал изм а США
может быть использована для разруши­
тельных целей, что подтверждается уси­
ленной под готовкой американской воен­
щины к выносу ядерного оружия в кос­
мич ес кое п ространство в це л ях о каза ния
во енно-милита ристского наж има и ш ан­
тажа, нарушения ядерного паритета.
Содержание эпохи перехода от капита­
лизма к со циа л изму в мировом масш та ­
бе — весьма своеобразная и подвижная
целостная система. И сторические эпо хи
вообще в большой степени различаются
по ха р а ктеру и интенс ивн ости кла ссово­
го противос тояния. Сейчас это отно ше­
ние включает в се б я принципиально но­
вую основную форму кла ссового антаго­
низма — ядерное противостояние, кото­
рое в од инаковой мере у гр о жа ет борю­
щимся классам, существованию самой
социальной формы д ви ж ен ия материи.
Кроме общесоцио ло гич ес ких зако нов,
каждый ист ор ический пер иод имее т свои
со бс твенные законы. Такие, специфич ­
ные по своей природ е, законы с ущ ест ­
вуют и в ядерную эру. Долг марксист­
ско-ленинской философ ии — тво рчески
5 Вопросы философии, No 8
разраба тыва ть новые социальны е поня­
тия, с помощью которых р азл ич ные об­
щ ественно- политич еские и идеол оги че­
ские силы о тра жа ют действительнос ть
ядерн ой эры.
Это необходимо потому, что сдвиги в
современно м ме ждунар од н ом развитии
так всеобъ емлющ и, серьезны, гл убоки,
что требуют, как было под чер кнуто на
XXVII съезде КПСС, переосмысления и
компле кс ного а нал иза вс ех его факторов.
Сама обст ановка ядер ного про тивостоя­
н ия обязы вает пр име нять новые методы,
подходы и формы взаимоотношений меж­
д у различными общественными система­
ми, го сударства ми, р егионами. «Совре­
менный мир с л ож ен, мн огообразен , д ина­
мичен, про низан про тивоборс твующими
тенд енциями, полон противоречий. Это
мир сложнейш их альтернатив, тревог и
надежд. Никогда прежде наш земной дом
н е п од вергал ся таким политичес ким и
физическим пере грузк ам. Никогда ч ел о­
век не взимал с прир оды столько да ни и
никогд а не оказывал ся столь уязвимым
перед мощью, которую сам же создал»
Основной вопрос яд ер ной эры — это
вопрос выж ивания или все общей гибели,
и, следовательно, отношение к нему фор­
мируе т д ал е е все остальны е приоритеты
и ценности.
Чтобы выбраться из крайне опасной
зоны угрозы ядерного уничтожения, че­
ловеч ес тво имеет только о д ну альтерна­
тиву — по ср ед ство м р азработки нового
подхода подняться, как было указано в
Отчетном докладе ЦК БКП XIII съезду
па рт ии, на д ограниченным по ниман ием
кл ассовых и националь ны х интересов,
над идеологическими и другими разли­
чиями. Обе мировые общественные си­
стемы — сопе рницы в борьбе идей, но они
должны быть пар тнер ами в борьбе з а
сохранение жизни на Земле. Это и есть
сущность нового политического мышле­
ния в ядерный век, мышления, кото ро е
не обх од имо для того, чтобы об ес печ ить
вы живан ие чел овеч ества . Таким образом,
новое политическое мышление — плане­
тарное, общечеловеческое, у никал ьное в
смысле о тсутс тв ия истор иче ск их пр еце ­
дентов.
Вот почему буржуазная «советология»
и про паганд а так у пор но стремятся внес­
ти концептуальный хаос в сознание лю­
дей все го мира, помеш ать правильному
по ниманию новых реа льно стей и новых
императивов ядер ного века. Так, на ибо­
л е е активные предс тавител и «остфоршун-
га» в ФРГ за месяцы, прошедшие после
XXVII съезда КПСС и съездов других
братских партий практичес ки все новые
категории мы шл ения «ядерного века»
трактуют откровенно с позиций субъек­
тивного иде ал изма, антисоветизма и ан-
тикоммунизма. Прочитав толстые книж ­
ки запад ногерманского жур на л а «Острой-
ропа» за август, сентябрь и октябрь1
1 «Материалы XXVII съ езд а К оммуни­
стич ес кой партии Советского Союзам Мч
1986, с, 6,
Ш

1986 г., познакомившись с десятками от­
дельно изд анны х «докладов И нс титута
восточных и международных исследова­
ний» в Кёльне и с другими произведени­
ями «советологов», мы видим, како е
большое р азно образие ошибоч ных интер­
пре таций, о граниченного по нимания, а з а ­
ча стую и пр ямых фаль сификаций пр о из­
водит эта « интелл ектуальная индустрия».
Гельмут Д ам из Кёльнского институ та,
например, бе спокоится, что мы понимаем
«новое мышл ение» как развитие и при­
мен ен ие л е нинс ких идей, и считает, что
это пр иведет но вую ка тегорию к «гл убо­
кому кризису». Коллега Дама, Герхард
Веттиг, из того ж е институ та, гр убей ш им
образом искажает наше действительное
отношение к сохраняющему свою силу
ленинскому принципу мирного сосущест­
вования гос удар ств с р азлич ны м общест­
венным строем, строя фа льшивую «ос­
новную дилемму» д ля марксистов в наш и
дни — меж ду необходимостью избежать
войну и нашим убеждением, что между
обеими общественно- политич ескими с и ­
стемами существует отношение классо­
вой борьбы. За вер ш ае т свое «построе­
ние» Веттиг «роковым» у твержд е ни ем ,
что мы, страны реа ль ного социал изма,
якобы при верж енцы «анта гонистич еской
структуры безопасности», что для нас бе­
зо пасно ст ь о дной стороны якобы озн ача­
ет потерю безопасности другой (?!).
Вряд ли западногерманские «остфор-
шеры» столь плохо осве до мле ны , как
мож но было бы закл ючить н а основани и
привед енны х ут вер жд ен ий . Цитирован­
ные авторы, как и Вольфганг Бернер,
Ганс Г енинг Шред ер, Бор ис Мейснер,
Клаус Вестей и другие, пытаются со­
здать в новой ситуации необходимые для
антисоциалис тичес кой пропаганды ст е­
реотипы, сеять сомнение среди масс от­
носител ьно и ск ренно сти теоре ти ч еск их
оценок и практических политических хо­
дов СССР и его союзников на мировой
арене.
Мы никогда не пр инима ли и считаем
недопустимым перенос в сферу межго­
сударственных отношений глубоких идео­
логич еских противоречий и разногл ас ий,
которые отраж ают нал ич ие кла сс ово ра з­
деленного мира. Впервые именно Лени н
сфор му лиро вал принцип мирного с о су ­
ществования государс тв с различным об­
щественным строем, который полностью
вы держ ал проверку временем и который
сейч ас конкре тизируе тс я, творчески ра з­
вивается в соо тветствии с реал ьностями
яд ер ной эпохи.
Наличие в мире ядерного оружия и
гонки воо руж ен ий, которую СШД и НАТО
навязывают со зд ани ем новой военной
т ехно логии на базе новых ф изич еских
принципов, р еш ение о ра зработк е СОЙ
коренным образом изменили саму суб­
станцию международных отношений и
вызвали остр ейшую н еобходи мость пар т­
нерства в борьбе за общее выживание,
неза вис имо от идеол огич ес кого со перни­
чества. Это по -новому ставит вопрос и
о националь ной безопасности: беаопас-
ность одного не л ьзя у ж е про тивопостав­
лять безопасности другого — в мире мо­
ж е т быть только все общая безопа сн ость,
политическая безопасность для всех.
В этом смысле действуют не только наши
тео ретич еские принципы, но и на ш а по в­
с ед н евна я практичес кая политика. То,
что «советологи» приписыва ют нам,
в сущности, со ставл яет концепцию и
програ мму США и НАТО, кото ры е пр о­
должают питать иллюзии, что наращива­
ние вооружений и их совершенствование
усиливает их собственную безопасность
и ст ратегич ескую стабильность за сч ет
безопасности соц иал истиче ских стран.
Но не только «советологи» активно за ­
н имаютс я теор етическ ими и по литич е­
скими сп еку ляц иями концепту аль ного х а ­
рактера для того, чтобы вооружить ими
ан тис оциалис тич еские пропа га ндистские
ка мпании импер иа лизма , ра звер ну вш иес я
после съездов наших братских партий.
Заслуживает внимания способ, в соот­
ветствии с которым го сударс твенный се к­
ретарь США Джордж Шульц обращ ается
с некоторыми из важнейших новых соци­
альных по нятий в сво ей обстояте льной
теор етич ес кой ста тье «Новые реаль ности
и новый образ мышления», опубликован­
ной в американском жур н ал е «Foreign
affairs» (No 4, 1985 г.) .
Шульц начинает с мысли Альберта
Эйнштейна о том, что «появление я д ер ­
ного о р уж ия изм енило все, кроме образа
нашего мышления. Если для столь дра­
матичного. явления, как я дер на я р ево­
люция, по на доб илс я такой длительный
пе ри од вре мени, чтобы понять его пол­
ностью, какой ж е продолжительности пе­
риод вр е мени необ ход им, чтобы понять
внутренний смысл более неуловимых, не­
видимых ист орич ес ких пер еме н, которые
происходят вокруг нас». Каковы, по мне­
нию Шульца, новые оценки и критерии,
утвердившиеся в мире в качестве импе­
ративов одн овременно с появлением яд ер ­
ного оружия? По его словам, «междуна­
родный п оряд ок в конце этого век а по ло­
жительно будет намного сложнее модели
мировой пол итики в на чал е века». Шульц
считает, что «распределение сил и дина­
мика международных отношений претер­
певали продолжительную трансформа­
цию, вызванную мно же ством факторов:
тех нол оги ей, экономическими и соц иал ь­
ными переменами, а также и зачастую
недооценкой силы идей. Этот процесс
п род ол ж ае тся, история никогд а не оста­
навливается. Чем ближе мы подходим к
XXI в., тем наблюдение Эйнштейна при­
обретает боль шую значимость: наш образ
мышления должен приспособиться к
новым реал ьностям, абсол ютно не об х о­
димо понять новые тенденции и разоб­
раться в их значении».
Однако даль ше американский го су ­
дарстве нный секретар ь на чина ет ра зви­
вать такое пон иман ие новых реал ьнос тей
и нового мышления, которые по лностью
противореч ат императивам ядерного века
и прежде всего новой социальной реаль­
ности. Сначала он констатирует, что «в
114

термоядерную эпоху у обеих сторон об­
щий интерес — выжить», но сразу ж е до­
бавляет, что на долю З а пада выпала от­
ветственность «твердо противо стоять со­
ветским по сягатель ст вам и в то ж е время
держать дверь открытой для более кон­
структивных возмож нос тей».
Избрание
М. С. Горбачева на ноет Генерального
се кре таря ЦК КПСС, отме чает Шульц,
увеличивает эти возможности. Шульц,
однако, сп еку л иру ет марксистско-ле нин ­
ским тезисом, что соотношение классо­
вых сил изменилось в пользу социализ­
ма, демократии и мира и заменяет по­
нятие
«соо тно шение кла ссовых сил»
«глобальным соо тнош е нием сил», чтобы
про вести спекулятивный т е зис о мнимом
советском стремлении к военному пре­
восх од ству. Шульц пишет: «Наши средс т­
ва достижения цели будут проистекать
из та ких объе кти вных реа ль ностей, ко­
торые ставят русских перед необходи­
мостью быть с нами в лучших отноше­
ниях за столом переговоров: продолже­
ние мод ер низац ии наш ей обороны, ока­
зание помощи нашим друзьям и про­
тивос то яние со ве тско му вызову». Стаби­
лизацию отношений между обеими стра­
нами в следующем веке Шульц видит на
пути стратегии, «направленной на долго­
срочное мышление и ос нов анной од новре­
менно на переговорах и силе». Он жалу­
ет ся на то, что «конвенциональный образ
мы шления по многим из эт их вопросов
пр од о лж а ет отставать от реальности».
Шульц защищает СОИ чуть ли не как
эл е мент «нового политического мышле­
ния», с по мощью которого мож но было
бы добитьс я мира без ядер ного оруж ия.
Шульц рассчитывает на «эвол юцию Ев­
ропы», в кото рую включается и е е восточ­
ная часть. В Восточной Европе следует
стимулировать «усил ия, на правленные
на ли берал изацию», н а «права человека»
ит.д.
Кульминацией стар ого мышления, пре­
по дн есе нно го в новой упаковке, являют­
ся слова Шульца, что «мы надеемся до­
жд ать ся, когда СССР изменит свой образ
мышления и нач нет ра ссматривать свою
собственную безопасность в свете усло­
вий, совместимых со свободой, бе зо п ас ­
ностью и независи мость ю с воих сос ед ей» .
Как видно, под «новыми реа ль ностя­
ми», «новым образом мышления» Шульц
понимает что-то совер ш ен но противопо­
ложное тому процессу, который сейчас
совершается во всем мире и который на­
шел ко нкретное выра жение в Рейкьяви­
ке. Шульц, в сущности, при сваи вае т себ е
тезис Бжезинского о том, что «новое
мышл ение» якобы о зна ча ет «оф ормление
событий в с оответствии с наш ими ид е а­
лами и целями». Он даже говорит в духе
вульгарной антисоциа листич ес кой про­
паганды, ратует за «либерализацию со­
циализма» , что на язы ке империалистов
озна ч ае т вмеш ательство во внутренние
дела нового общества и его дестабили­
зацию. Итак, Шульц, признавая необхо­
димость в новом образе мышления при
новых реа льнос тях, в сущности, занима­
ет ся политич ес кой демагогией при помо­
щи новых понятий, извращ а я и х смысл,
и ф акти чески стр емитс я обоснова ть и
старое импер ск ое по литич ес кое мышле­
ние США, и старую гегемонистическую
политику*
Таким образом, осн овной л инией новых
«со ветол огичес ких » концептуальных спе­
куляций остается антисоветизм как ядро
всей системы идео логи и и политики а н­
тикомму низма и в ядер но м веке. Именно
а нтисоветизм и ан тикоммунизм сл едует
разоблач ат ь как ан ахр онизм в коренным
образом изменившейся исторической си­
туации. как наиболее опасные формы
и способы у старел ого по литич ес ко го мыш­
ления. Не об ход имо си сте матичес ки и
серьезно подвергать убедительной
и
сил ьной кр итике «советологию» с ее
функцией пс евд он ау чн ой основы антисо ­
вет изма и антико ммунизма. В эт ой кри­
тике могут и должны участвовать все,
кто искренне стремится к утверждению
нового политичес ко го мышл ения, к но ­
вым международным отношениям в ядер­
ном веке независимо от различий в оцен­
ках того или другого нашего теоретиче­
ского положения, той или другой сторо­
ны социа листич еского образа жизни.
Буржуазная «советология» как псевдо­
научная основа антисоциалистической
пропаганды понесла серьезный урон пос­
ле того, как было намечецо и началось
осуществление курса на перестройку и
о бновле ние социал изма. На пр от яж е­
нии многих лет антикоммунизм спекули­
ровал теми элементами «коррозии» и от­
рицател ьных явле ний, котор ые в изве ст­
ной мере создавали превратную картину
с оциал истич еского общества. Ос обенно в
конце 70-х — начале 80-х годов буржуаз­
ная «советология» на коп ила в гл аза х им­
периализма и, к сожалению, довольно
широких общественных кругов Запада
известный «капитал» за сч ет выпячива­
ния зас тойны х явле ний в эко номич еской,
социальной и духовной сферах, негатив­
ны х т енд енций, которые были реш ител ь­
но осуждены КПСС на апрельском
(1985 г.) Пленуме ЦК и на XXVII съез­
де партии.
«Советология» стр емится созд авать и
распрос тр анять предст авле ния, которые
упрощают социализм; она очень нужд а­
е тс я в су ммировании та ких фактов и яв­
лений, которые, хотя и происходят в ус­
ло виях нового строя, ч ужд ы его природе .
«Советология» — сво ео бразное «о посред ст­
вующее» звено меж ду основными отрас­
лями реакционного буржуазного общест­
вовед ения, с од ной стороны, и импери а­
листиче скими поли тическими, военными
и пропагандистскими учреждениями —
с другой. Она продолжила исследования
России, нач аты е ещ е до Великого Октяб­
ря в США, Германии и других странах.
В первы е годы по сл е п обед ы революции
в России в духе встречи в Раппало «Не­
мецкое общество исследова ния Рос сии и
Восточной Европы» под д ер жи вал о связи
с СССР, приглаш ало читать л екции та­
ких выд ающ ихся с оветс ких д еят ел ей, как
5*
115

А. Луначарский, Е. Чичерин, Н. -Семашко,
М. Барг, Б. Адоратский и др. С с еред ины
30-х годов это общество пре вратило сь в
рупор антисоветизма, ор удие гитлеров­
ского фашизма и его экспансии. После
второй мировой войны в США были соз-
дапы дес ятки «сове тологических» инсти­
тутов и центров, о которых недавно гар­
вардский «советолог» Дж . Перковец ска­
зал, что они «что-то большее, ч ем р еф ­
л екторная ненависть к СССР». У «совето­
логии» была и есть двоякая функция:
первая — собирать, обрабатывать и ана­
лизировать информацию об о тдель ны х
фактах и явлениях в СССР и других со­
циалистических странах для нужд соот­
вет ствующ и х правительственных органов,
а вторая — снабжать антисоциалистиче­
скими «оценками», «доктринами» и про­
гнозами империа листич еску ю пропаган­
ду, особенно при помощи средств массо­
вой информац ии.
Эти дв е стороны классовой функции
«советологии» тесно связаны и находятся
во вза имодействии. В связи с самокр ити­
кой и критикой недо ста тков, эас тойных
явлений и деформаций при социализме
«советологи» поднимают ш умиху и пы­
тают ся (это ос об енно хар актер но дл я
по вед ени я правок он серва тивных «сове то­
логов» США и Западной Европы в послед­
ние мес яцы) обратить против на с, ком­
мунистов, наш собственный анал из ош и­
бок й недос татков. «К сож а ле нию, по р яду
конкретных вопросов «советологи», р у ­
ко водимые своим классовым социальным
заказом, видели и указывали с враждеб­
ной целью некоторые недо стат ки социа­
лизма, которые мы по и звестным у ж е
причинам об ходили молчанием. Это факт,
и не по д об а ет мар ксистам-учены м отри­
цать его.
Вопрос, однако, в другом. По сле того
как КПСС сама раскрыл а негативные и
застойные явления и приняла меры, что­
бы преодолеть их и осуществить пере­
стройку, та кие ре акционные «советол о­
ги», как 36. Бжезинский, Р. Пайпс,
А. Роксбэргэр, Дж. Сю и другие, сколоти­
ли на скор ую р у ку новые «концепции»
о том, что перестройка социализма долж­
на привести к отклонению от его собст­
венной основы и восприятию бу рж у а з­
ной демокр атии.
Ричард Пайпс, на пример, в связи с ян­
варским Пл енумом ЦК КПСС отмечает
с разочарованием, что при перестройке
«не имеется в виду демократизации в
за пад ном смысле сл ова». В центре атак
«советологов» — со вершенствование соци­
алистич еской демократ ии, ру ковод ящ а я
роль Ко ммунисти ческой партии, воз­
растающ ая социал ьная активнос ть са мы х
ш ир ок их народ ных масс.
Перестройка усилила дифференциацию
среди «советологов», и некоторые уме­
ренно либ ераль ные пред стави те л и этой
дисциплины признают связь между об­
новление м со циал изма и борьбой СССР
и его союзников за безъядерный мир и
мирный космос. Это подтвердил и состо­
явш ий ся-в февра ле 1987 г, большой мос­
ковский форум «За безъядерный мир, за
гуманизм международных отношений».
Начиная с крупного американского соци­
олога и политоло га проф. Гэлбрейта и
кончая некоторыми молодыми «сове то­
логами», ра ст ет числ о за пад ны х «специ­
алистов» по СССР и Восточной Европе,
которые понимают необ ход имос ть «образ
врага» в международной жизни заменить
«образом партнера» , если ч ел овеч ес тво
х оч ет выжить в яд ерно-кос мич еский век.
Мы, конечно, отдаем себе отчет в том,
что не все «кошки черные», что и среди
«советологов» есть научны е работники,
котор ые стре мятс я к боле е точным зн а­
ниям, имеют умере нны е политические
взгляды и не склонны участвова ть в ан­
тисо циали стичес ких
про пага нди стск их
кам паниях. Во прос сводится к тому,
чтобы такие у чены е по няли логику ис­
торического процесса в ядерном веке в
главном и проявл яли большую объе ктив­
но ст ь в оцен ке реального смысла новых
социаль ных понятий и практич еской по­
литики мира и бе зопа сно сти социал исти­
че ски х стран.
С точки зрения диалектической логики
новое политич еское мышл ение можно
анал изирова ть как проце сс формирования
и развития знания от сущности менее
глубокой к сущности боле е глубокой. Как
показала встреча между Рейганом и
Горбачевым в Рейкьявике, новое мышле­
ние, соо тветствующ ее требованиям ядер -
ной эры, ещ е не в со сто янии реш ительно
повлиять на международные отношения.
Рейкьявик, однако, показал , что старое
мышл ение и старые подх од ы д ояд ерной
эры, которые пред ста вил а американская
сторона, у ж е полно стью н е отвечают но­
вым р еальнос тям и потреб ностям ч ел о­
вече ства.
В документах съездов наших партий
подчеркивается, что мы имеем дело с
се рь езн ым кла ссовым-. п ро тивником, ког
торый накопил вековой политич еский и
идеол огич еский опыт, с озд а л огромную
сеть инст итутов и центров иссл едо ваний
наш ей теории и практики, а та кже и
гигантскую про паганд истс кую маш ину
для борьбы с социал измо м и социальным
прогрессом. Вот почему мы рассматрива­
ем как исключительно важную задачу в
этот пе рело мный момент б ор ьбу с по­
пытками ид еол огии и пропага нды отра­
вить с озна ние трудящ их ся, самых широ ­
ких масс спекуляцией на проблемах ди­
але ктики новых социа льных понятий.
Среди основны х принципов нового по­
литического мы шл ения, как и других но­
вых понятий в ядерную эру,— единство
п ре емс твен нос ти и р азвития, принц ипи­
альности и реа лизма , теор ии и практики.
Любые проявления д огматизма и се к­
тантс тва мо гут со зда вать препятствия на
пу ти пер ес трой ки мышления, которая
являетс я пред по сы лкой но вых инте ллек­
туальных и политических побед над бур­
ж у а зн ой «советологией» и пропагандой,
во имя сохранения мира.

Как обуздать
Франкенштейна?
(Философские аспекты политики жира)
М. IL КАПУСТИН
Сначала вспомним некоторые факты,
связанные с самым первым выхо­
дом в мир из лаборатории ученых-
физиков — атомного
Франкенштейна. ..
...
Сорок один год назад, б августа
1945 г., в раннем утреннем небе над горо­
дом Хиросима на высоте 10 км противо­
воздушная оборона обнаружила группу
самол етов, но и з-за ее ма лоч исл еннос ти
воздушная тревога была отме нена. Вс ко­
ре с одного из самолетов был сброшен
сравните ль но небол ьш ой металл ический
предмет — чуть больше полуметра в диа­
метре и длиной около трех метров. Но эта
четырехтонная сигара содержала в себе
урановый зар яд, эквивалентный 20 000 т
тротила, по этому, когда она взорвал ась,
с р а зу погибл и около 200 тысяч человек;
были ранены и под верглись ж ес то ко му
радиоактивному об луч ению ещ е около
160 тысяч человек. В радиусе четырех
километро в от эпиц ентр а взрыва в теч е ­
ние многих часов продолжались всеунич-
тожающие пожары. На площади в 12 км2
все строения1'были' 'полностью разреш е­
ны, из 90 тысяч домов уничтожено 62 ты­
сячи...
Чер ез два дня, 9 августа, вторая бомба
была сброшена на гор од Нагасаки.
Так произош ло первое в истории ис­
пы тание на практике — на люд ях , их
ж и з ня х — только что изготовл енных об­
разцов атомных бомб; самый первый из
трех изгот ов ленных взорвал и 16 июля на
полигоне у Аламагордо, а через три не­
дели — над мирными японскими города­
ми... (Слушая сообщения об очередных
взрывах в Неваде , мы как-то забы ваем
о том, что за ними маячит те нь Алама­
гордо.)
Ныне, спустя четыре десятилетия, за­
пасы ядерного оружия у пяти держав
мира в тысячи раз превыш ают те две н е ­
большие первые бомбы, что закрыли за ­
на вес второй мировой и открыли во змо ж ­
ность войны бе с прецед ен тной, гл обаль­
ной, «всеобщей ядерной войны», как
оп реде лил и ее амер иканские военные
те оретики ещ е в нач але 50- х годов.
Это кардинально изменило саму си ту а ­
цию мира, которая сохраняется вот уж е
четы ре дес ятил етия, но ст ановитс я все
тревожнее и тревожнее, потому что тень
яд ер ной смерти в отличие от мирной
тени отца Гамлета являетс я тепер ь у ж е
не только свое му «сыну» — бывше му
майору ВВС США Клоду Изерли, бом­
бившему тогда Хиросиму, сошедшему с
ума от ужаса содеянного, но и многим
нынеш ним, не бывшим тогда, военным,
только с совер шенно иным эффектом...
Все дела нынешнего человечества пре­
бывают под знаком инферналь ного во­
проса, пос тав ленного не мрачным вооб­
ражением поэта, создавшего первый «Ад»
на земле, а, увы простейшей реально­
стью — Inferno Ядерной Войны, и, стало
быть, никто нынче уж е не может «рабо­
тать для вечности», коль скоро сама веч­
ность стал а сомнительной.
Особое ны нче время, как бы об лу чен­
ное вдруг ра зверзш им ся взрывом высо­
ких и вечных надежд рода человече­
ского.
Взрыв на мирной атомной ст анции,
небол ьш ой по своей абсолютной величи­
не, недаром всколыхнул и притянул к
с е бе внимание всей планеты. Н евед ома я
и, главное, н евид и ма я смерть вдруг рас­
по лз ае тся по внутр енним тканям людей,
животных и растений, по воздуху, воде
и почве, расползается по казавшейся
вечной ткани жизни... У жителей Земли
открылись глаза на непредсказуемую
возм ожн ость под об ной аварии в масш та ­
бах планеты.
В конце XX в. соб ытия п овер нулис ь
так, что не осталось места для когда-то
п опул яр ных лейбнициа нск их упований
на «все лучшее в этом лучшем из воз­
можны х миров», и ед инс твен ная реаль­
ность акции гуманизма заключается во
всеобщем человеческом участии в делах
мира.
Впрочем, как известно, ист ория повто­
ряется и, по остроумному наблюдению
Маркса, п овтор яется у ж е , так сказать,
с комическим оттенком. Так, и в инте ре­
сующем нас здесь плане старая просвети­
тель ская ид ея о «лучш ем из возмож ны х
миров» всплыла через двести лет у одного
и з самых попу ляр ны х се год ня мыслите-
117

лей Запад а, К. Р. Поппера, который за­
явил: «Несмотря на наш и большие и серь­
езные проблемы, нес мотр я на то, что
наше общество — не лучшее из возмож­
ных обществ, я утверждаю, что н а ш
свободный мир есть самое луч­
шее из обществ, когда- либо сущ е ­
ствовавших в ходе человеческой исто­
рии» *. С казанное о тноситс я всецел о и
ка те гор ично только к стр анам Атла нти­
ч ес кого сообщества, где сей л ейбнициа-
нец XX в. узрел следование-де традиции
«отказа от н асил ия, свободы дискус­
сии, у мен ия у ч ить ся на собственных
ош иб ках и, на конец, взаимной тер­
пи м о с т и». Спрашивается, однако, поче­
му же от объявленных превосходных
принципов отлу чен весь остальной мир,
кро ме западного, по ч ему та ж е «терпи­
мость» не действует в отношении, ска­
же м, марксизма, который по пперианцы
пытаются «окончательно отвергнуть без
какого-либ о ш а нс а на восста новле ние» ,
но определению X. Шлинера.
Если бы от с оциа лизма «защищались»
только так, как любит говорить Поппер:
«Пусть умирают теории, н е люди». Но
запа дн ые политики, увы, предпочитают
опираться не на «теории», а на во енно­
техническую мощь — такова,
скаж ем,
СОЙ. Эта новейш ая ид е я «звездных
войн» являетс я итогом вековеч ной «ло­
гики прошлого», е е по сл едним проявле­
нием, закрывающим двери в будущее.
Да, по логике вс ей прош лой истории,
войны существовали как опред елен ные
необходимые формы «продолжения поли­
тики иными средствами», и эта логика
прош лого является именно пр ошлой ло­
гикой. «Стратегическая оборо нна я ини­
циатива» пр ед лага ет бороться с войной...
по извечной матрице силы, а это теперь
стало вообще невозможным, ибо нет та­
ких технических сред ств, которые
позволили бы исключить угрозу для од­
ной стороны и гарантирова ть ей выжи­
вание.
Однако новое мышление, новая логика,
чтобы утвердить себя в мире и мир в
себе, должны пройти через все пласты
общественного сознания людей всех
стран. Это и ст анет Просвещением
нашего времени.
На политическом ур овне эта но ва я ло­
гика конструктивно и зл о ж е н а в целом
ряде со ветс ких мирных инициатив, начи­
ная с За явле ния М. С. Горбачева от
15 января 1986 г. Теперь очередь за все­
ми другими уровнями и формами обще­
ственного со зна ния как в обыденной пси­
хо ло гии
(уровень общечеловеческого
здравого смысла), так и в науке, искус­
стве, кул ьтур е, философ ии.
Специфика и, по-видимому, уникал ь­
ность тепе ре ш ней ситу ации состо ят в
1 «История нашего времени: взгляд оп­
тимиста». М., 1963,
том, что ра зре шить глоба ль ную зад ачу
со вр еменнос ти одними своими силами
политики оказал ись не в состоянии, д а ж е
при самых героических усилиях. Это по­
нятно: «По явление новых систе м ору­
жия массового уничтожения неуклонно
сокращает время, сужает возможности
для пр инятия в случ ае кризисо в поли­
тич еских р еш ений по вопросам войны и
мира» 2.
Война
и
мир — трансисторич ес кая
пробл ема, но вопрос теперь стоит так:
или она будет наконец разрешена в
п ол ь зу мира илы книга истории на этом
за кончится, как в романе «Сто л ет оди­
ночес тва» Габриэля Маркеса. Не правд а
ли, сколь симптоматична д ос ловно точ­
ная пер екличка образов из Политич еско­
го доклада , где было сказано: « ядерно е
оружие таит в себе смерч, способный
см ести род чело веч еский с л ица Земли» 3,
с о бразами из р омана колумбийского
мастера, где планета превращается в «мо­
гучий смерч из пыли и мусора, вращае­
мый яростью библ ейского * ур агана»,
а роду человеческому не суждено по­
явиться на З ем л е дважды?!
Так существует ли сама возможность
решения этой проблемы No 1 планеты?
Да, существует! И реальные возможно­
сти такого ре ш е ния проблемы , нависш ей
дамокловым мечом над человечеством,
изложены в конкретной программе, вы­
двинут ой советским руковод ител ем, на ­
ч иная с историч еского «Заявл ения» от
15 января 1986 г. и продолженной в по­
следующ их его выступлениях. Думается,
что эта программа явл яетс я н е только
политическим феноменом эпохи; она со­
держит в себе потенциал всеобщего по
своему содержанию ответа социалистиче­
ской с овреме нности 80-х го дов на ва ж ­
нейший вопрос всей человеческой исто­
рии. Поэтому ее проблематика может и
должна быть раскрыта в контексте не
только политики, но, например, и фило­
софии истории и философии
культуры.
В политическом докладе съезду отме­
чалось, что со вр еменный мир с тал слиш ­
ком маленьким и хрупким для войн и си­
ловой политики, с пас ти и сох ра нить его
нельзя, если не порвать решительно и
бесповоротно с образом мыслей и дей­
ствий, которые век ами строились на при­
емлемости, допустимости войн и воору­
женных конфликтов. В самом деле, на
протяжении многих и многих столетий
устанавливалось спокойное — «фило соф­
ское» — отношение к вооруженной крова­
вой борьбе м е ж ду народами как «части
иск ус ства (1) политического» (Платон).
Эта линия достаточно протяженна в ве­
ках: от Гераклита, провозгл аш авшего
«война — отец всего и всему царь», и
Аристотеля, видевшего в ней «естествен­
ное средство», до Гегеля и современных
2 «Материалы XXVII съезда Коммуни­
стич еской партии Советского Союза». М.,
1986, с. 64.
3Тамже,с.63.

геополитиков, вы ступавш их е а пологети­
ческим «обоснованием» б ойни народов,
плюс прямой шпенглеро вс кий милитари­
стский фатализм (<Х Шпенглер ещ е в
1933 г. предрекал неизбежность третьей
мировой войны через 25 лет после окон­
чания второй, дейс твител ьно пред ск аз ан ­
ной им)*
Только послед ни е две мировые войны,
погубившие 60 млн. люд ей, «расшатали»
наконец трад иционно е «ф ило софское»
отнош ение к бойне народов.
Правда, мар кс ист ская фи лос офия все г­
да являлась исключением из этой тра­
диции: «вечный мир» 4 м еж ду народа ми,
исключ авший всякие войны и под готов­
ку к ним,— вот международный принцип
комму нистического общества и оди н из
вел иких идеалов, за которые борются
коммунисты5. Мы, наследники миролю­
бивого дела Ленина, исходим из его те­
зиса «Война вообще противна стремле­
ниям партии коммунистов» 6.
В «Заявлении» от 15 январ я 1086 г.
изложена
конкре тная
программа
реализации такой возмож нос ти , при
ос уществлении которой на мес то былых
ко нфронтационных тенд енц ий в пол ити­
ке может и должно прийти «доверие
в
качестве
неотъемлемого
компонента отношений меж­
ду государствами». А в другом
«Заявл ении» от 18 авгу ста ука зы вает ся
на сл о ж ивш у юс я новую, марк систско-
ленинскую ф илософску ю подо пл еку от­
ношения к государствам с иным социаль­
но-политическим строем: «Наше стрем­
ление перевести ход международного
развития на рельсы разр ядк и отвеч ает
наш ей философии, наш е й соци ал исти че­
ской нравственнос ти».
Как видим, сегодня для нас это проб­
лема уж е не только политическая, но и
философско- куль турна я, социал ьно-пси ­
хол огич ес кая и этич ес кая.
Этнографы -показали, что вся пр е­
дыстория человечества и, к сожалению,
история тоже проходили под знаком не­
примир имой вражды и пре зр ите ль ной
нена висти «своих» ко всем остальным —
«чужим». Д а ж е вы сокоцивилизованные
эллины относи ли сь ко многим другим на ­
родам, как к «варварам» (вспомним хо тя
бы Софокла: «Для р абства варвар р о ж ­
ден, лиш ь грек — для свободы»; вот сколь
далеко уходят корни шовинизма, тогда —
у древних греков — еще себя не осозна­
ва вш его ). А кр овож ад ные крестовые по­
хо ды бл агочестивых христиа н против
иноверцев в мрачном Средневековье?!
Не странно ли, что их зловещее эхо, кое
4 У Канта это понятие имело совер­
ш енно абстр актный характер, по то му ни­
когда и не уч итывалос ь реальными по ли ­
тиками, вопреки пож ел анию фило софа
«быть услышанным» ими.
5 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 17; с. 5; Ленин В. И. Поли. собр.
соч., т. 26, с. 304.
6 Ленин В. И. Поли, собн. соч., т. 27,
с. 453.
пристало лишь дикости и отстал ости,
а бсо лю ти зирующ их все «свое», вдруг вос­
кр еса ет сегод ня в объ явл ени и «кресто­
вого п о х од а против коммунизма» ?! Спра­
шивается: куда же девалась объявленная
К. Поппером «вза имная те рпимость»?!
Современная социальная этол огия со
своей стороны пытае тс я объясни ть ка жу­
щееся исконным деление мира на «сво­
их » и «чужих» тем, что лю ди якобы «ге­
нет иче ски на дел ены стр емле нием отвер­
гать шир ок ое социаль но е поле, обознач ив
ее как «антаго низм» , т. е. склонность
всту пать в общение, связ анну ю с «все­
общим сопротивл ением»; но этот «анта­
гонизм прир од ной грубости, брутально­
сти,— полагал великий этик,— побежда­
ется культурностью и моральностью»7.
Мыслители-одино чки дел а ли свое бла­
городное дело, а западная политика шла
своим обычным — так сказать , бруталь­
ным — путе м:
достаточно вспомнить,
скажем, что англичане в Индии до сере­
дины XX в. вели себя немногим лучше, чем
конкистадоры (то ж е ведь были благо че­
стивые христиане!) в Вест-Индии8. Весь­
ма любопытно, что поэт Востока, ска же м,
такой, как Саади, пер е ж ивш ий на личном
опыте скита льца и уж ас ы монгольского
нашествия, и плен у крестоносцев, вы­
вел вел икую и емкую поэтич ес ку ю фор­
мулу общечеловеческого сострадания и
со от ветстве нно взаимопонима ния: «Чело­
в еч ест во — это общий организм: когд а
жизнь наносит удар по одному из суста­
вов этого ор ганизма, то болят и другие
суставы» (нед ар ом этот замечательный
текст на ста языках мира встречает се­
годня посетителя у входа в Организацию
Объединенных Наций). А вот у поэта
Запада еге человеческий «сустав» — в
отличие от стар ого вос точного ко лл еги —
ночему-то не резонировал бедам, причи­
няемым насил ием: Р ед ьярд Киплинг стал
своего род а д а ж е бардом колониального
похода, и трагедия колониализма была
опоэти зир ована им как н еко е якобы из­
вечное, культурное и чуть ли не психо­
логич еское пр отивос тояние народов: «За­
пад есть Запад, Восток есть Восток,
и вместе им не со йтись никогда!»
Получается, что свою сокровенную чер­
ту, «антагонизм» (по кантовскому опре­
делению), имманентную собственной по­
литике, З а пад вольно (европоцентр изм)
или невольно (ид е я «культурных кру ­
гов») припис ывал и все м остальным н а­
родам и культурам.
А ведь в историч еской реаль ности де ло
обстояло со всем н е так! Идее несоьме-
7 См. Кант И. Соч., т. 6. М., 1966,
с. 11.
8 Достаточно у ка зат ь на такой «упря­
мый» факт, как средняя продолжитель­
ность жизни в Индии местного населе­
ния, кото рая в колониальный пер иод
была чудовищно низка: в начале XX в,—
около 20 лет, к 1950 г.— 32 года, а всего
лишь за три десятилетия государст­
венной самостоятел ьн ости почти удвои­
лась — 55 лет (в начале 80-х годов).

стимости Киплинга (теор ети чески обос­
нованной Шпенглером)
про тивостоит
совсем иная мысль его современника б е н­
гальца, Нобелевс кого л аур еа та Раби нд­
раната Тагора: «Дом» Роди ны в «мире»
с человечество м; картине всел енс кой Не­
терпимости, пр ох од ящ ей сквозь всю ис­
торию Запада, изображенной в фильме
«Нетерпимость» американского р е ж и с с е ­
ра Д ж . Гриффита (фильме, обе с смер тив­
шем его и м я ) , противостоит «Дом и мир»
того ж е Тагора и поч ти все кинокартины
Сатьяджита Рэя... Наконец, само у ч ени е
гандизма, будучи куль турфилософским
но существу, но ставшее теорией и по­
литической практикой для дес ятко в мил­
лионов л юдей индийск ого региона, пр е­
емником которого являе тс я и сегод няш ­
ний политический курс. Согласно Махат­
ме Ганди, концепция нен аси ли я и взаи­
мопонимания есть все общий и имманент­
но пр исущий чел овеч еской пр ирод е прин­
цип, который и надл е ж ит внедрять в
практику международных отношений —
о тсюд а про повед ь «возможности пер ма­
нентного мира». Концепция Рамраджьи
(государства Рамы) учит уважать все
религии мира, а из всех религиозно­
нравстве нн ых це нно стей п ерво степ енно е
значение придается гаидистской триа­
де — Истине, Ненасилию, Любви. Ч ел овек
неи зме нн о прогресс ировал в стор ону
ахимсы (синоним ненасилия), и только
этот путь является средством реализации
«подлинного пр огре сс а». И гандистс ка я
политика, п р од ол ж е нн ая в миролюбивом
внеш непол итичес ком «курс е Неру» и
Индиры Ганди, искл ючала любые наси ль­
ственны е акции, во ору ж енн ы е вмеш а­
тельства, д ей ствуя поср едс твом обращ е­
ний, призывов, заявле ний, а дресованных
как народам, так и главам государ ств.
Достаточно вспомнить, что в се нтябре
1982г. ео
время официального визита в
СССР И. Ганди, развивая курс М. Ганди
и Д. Неру, отметила, что они учили не
вступать в «конфликт с интересами дру­
гих» народов и что «законы жизни в наш
ядериый век требуют активного сосуще­
ствования и пози тивн ого со трудничества
со всеми».
Однако этот курс, объявле нный ещ е
Рабиндранатом Тагором — «освобожде­
ние людей от гордыни, порожденной
чувством р азобщенности, этот пу ть к
е ди нс тву — под л инно индийский путь» 9,
словно бы и не существовал для Запада.
Вместо трудных попыток д оби ть ся вза­
имопонимания куда проще и легче было
вырыть те оре тиче скую пропас ть м еж ду
«рационалистическим» З апад ом и «ирра­
циональным» Востоком. В нач але XX в.
по сл е первой мировой войны фило соф
Шпенглер поды скал для этого весьма
сакраментальные
мет афи зич еск ие
и
кудьтурфилософские аргументы и объя­
вил про тивостояние и нес овместимо ст ь
«душ» различных культур: запа д ной —
«фаустовской» и во сточной — «магиче­
ской» (имелся в виду мусул ьманский
9 Тагор Р. Соч. М., 1965, с. 309.
мир). (С точки зрения политической это
след овал о бы обозначить так: «нетерпи­
мость Запада и терпимость Востока», т. е.
«противостояние» было н е столько кул ь­
турным,
сколько
политическим,
при чем одно ст ор онне направленным, что
и получило свое саморазоблачение в док­
трине евро поцентр изма и геополитики.)
Арнольд Тойнби в 1934—1961 гг. раз­
ве рнул эту концепцию в гранд иозное
«Ис сл едование истории» чело вечества,
и лишь совсем недавно, в 60-е годы, на
склоне свои х лет этот за пад ный «исто­
рик No 1 » XX в. возымел мужество уче­
ного отказать ся на конец от концепции
п ротивос тоя ния куль тур — в пол ьзу идеи,
про возгл аш енной и социально реа лиз о­
ванной... маркс измом, а именно идеи
кул ьтурн ого вза имод ейс тви я
народов,
вза имо узна ва ния и взаимоп онимания.
Так что терпимость — уже не только ре­
лигиозная, но и ли нгво-культур ная, эти­
ческая и эстетическая, назовем ее по­
это му более емким вольтеровским сл о­
вом — толерантность, совс ем
нед ав нее
для западной мысли, но величайшее за­
воевание цивилизации, ку пле нно е коло с­
сальной ценой, когда в жертву нетерпи­
мости — религио зной, расовой, на цио­
наль ной — приносились вел ичайшие со­
кровища культуры и даже целые народы.
Сейчас в конце XX в. наст упил о время
сделать следующий шаг — распростра­
нить принцип толерантности на послед­
нее убежище нетерпимости — убежище
политики, гд е стар ая лютая Нетерпи­
мость еще укрывается и откуда соверша­
ет о пасны е и ди кие вылазки, противоре­
чащие духу исторического времени.
Итак, бьет ч а с политического нед ов е­
рия и вражды: нетерпимых более не тер­
пит сама «госпожа История», т. е., гово­
ря конкретнее, историческая необходи­
мость, обусловленная разверзшейся злове­
щей перспективой всеобщего уничтоже­
ния: «Новое мышление.,. в, котором.. нуж­
д ается современный мир, несовместимо
с представлением о нем и как о чьей бы
то ни было вотчине...» 1011, и с точки зре­
ния этого нового мыш ления с ейч ас п е­
ред всеми государствами «стоит задача
фунд аментал ьного поряд ка: н е закрывая
гла за на социальные, по литическпе и
ид ео л огич еские противоре чия, овла деть
наукой и искусством вести себя на меж­
дународной арене сдержанно и осмотри­
тельно, ж ить цивилизо ванно, то есть в
условиях корректного международного
общ ения и сотрудничества » и .
Ведь уж е сегодня существующий ра­
кетно -ядерный по тенциал пре вр ащ ает
первый же акт агрессии, если он про­
изойдет, одновременно в акт самоубий­
ства. Итак, печ ал ьна я поте нция вс ел ен ­
ского с амои стр ебл ен ия ж изни. .. и ключи
10 «За явление Генер аль ного се кре таря
ЦК КПСС М. С. Горбачева». — «Правда»,
18.VIII.1986 .
11 «Материалы XXVII съезда Комму­
ни стич ес кой парт ии Советского Союза»,
с. 65.
120

от перехода в небытие находятся в ру­
ка х политиков? А дальше? Дальше «об­
ст ановка в мире мо ж ет при обрести такой
характер, когда она уж е не будет зави­
сеть от р азу м а или воли по литиков. Она
окажется в плену техники, военно-тех­
нократи ческой логики» 12.
Подобной ситуации Земля еще не зна­
ла. Пора же, наконец, понять, что проб­
лема небы тия, «Ничто», п ус то та Ве чности
обнаруживаются несравненно более ощу­
тимо, чем это казалось ранним христиа­
нам, ожидавшим «конца света», предска­
за нного в Апо калипсис е. В этом пл ане
мож но сказать, что и древнери мс кое на­
поминание memento mori («помни о
смерти») претвор ило сь ныне в е ж е веч ер ­
ние радио- и телесводки о вандальских
опе рац иях в том или ином уго лке мира —
от вчерашней Гренады до сегодняшней
Ливии. Тут не помогут былые коллектив­
ные моления, необходим иной поворот —
к всеобщему Слову — Делу, и опять-таки
не только политиков, но и философов,
призванных профессией к вскрытию кор­
ней всего сущего. Если вер но, что «вна­
чале было Слово», а с гетевс кой поправ­
кой —Дело, так пусть же они будут и в
«конце»! Слово каждого специалиста в
своем деле.
Позволим себе одну парадоксальную
догадку: а не явится ли освобождение
от стра ха яд ер ной смерти... р еш е нием
вековеч ной эс хатол огич еской пробл емы
сегодня, на пороге третьего тысячелетия?
Может быть, апок ал ипсич еская всемир­
ная эс хато логия (учение о конечных
с удьба х мира и человека, о «конце све­
та») и жила, как раз паразитируя на
вечных страхах людей перед неибежно-
стью не столько инди видуального «кон­
ца», сколько
летал ьных конфликтов
м еж д у нар одами, и, так сказать, «сумма
эсхатологии» не была ли духовной про­
екцией суммы эт их стр ахо в по литич еских
и неутоленных социальных надежд па
примирение?^ А- е с л и ед инс твен но ре аль­
ный «конец света» — ядерное уничтоже­
ние — можно предотвратить и надежно
примирить противос тоящие
стороны?
Вот Советский Союз и пр ед л о ж ил начать
с 1986 г. «о существление программы осво­
бождения человечества от страха пе­
ред яд ер ной катас трофой» (из «За явле­
ния» от 15 января). Главнейшая из ак­
ций этой программы — по лна я ликвида­
ция оружия массового уничтожения
(в том числе и химического); такого мас­
штаб а вопрос ещ е никогд а не вставал и
не мог встать, п отому что, согл асн о Марк­
су, ч еловечество ставит се бе только та­
кие задачи, которые при ближайшем рас­
с мотре нии сп особно разреш ить.
Причем страх гибели — это еще не все
и даже не самое страшное. Поскольку в
качес тве первого адресата по навязывае­
мой нам конфронтации для нас пока вы­
ступает Америка, то в этой связи вспо­
мина ется великий американский п и са ­
тель, м ож ет быть, самый глубокий выра-
12 Там же.
зитеяь общечеловеческого ду ха на аме­
риканской зе мл е, Уильям Фолкнер, кото­
рый еще в 1954 г., обращаясь к молодежи
Оксфорда (Миссисипи) , сказал: «Не атом­
ная бомба и даже не ужас перед ней...
Нет, опасность для нас — те мировые
силы, которые исп ол ьзу ют с тр ах ч ел ове­
ка, чтобы лишить его и нди видуальности,
духовности; пода чками и за пугиванием
пытаются низвести его до состояния не­
размышляющей массы... — р ад и собствен­
ного возвеличения или из-за того, что
сами растеряны и боятся или не верят
чел овечес кой смел ости, стойко сти, спо­
с об нос ти к са мопожертвованию».
На протяжении всей культурной исто­
рии выкристалл изо валис ь в ка честве наи­
высших три ценности — Истина, Добро и
Красота. Но чтобы теперь они могли за ­
светиться новым светом, во сх ож д ен ие к
ним не может покупаться непременно
только ценою чел овеч ес кой ж изн и, ост а­
вим эт у безмер ну ю пла ту минувшим ве­
кам вместе с по сл е дн ей войной. Стало
быть, в иер арх ии ценн остей н а первое
мес то вы ходит теперь МИР как у сл о вие
ж изн и, как абсол ютная свер хценн ость
бытия, как ос но вание аксиологической
лестницы. Современной аксиологии, по-
види мому, сл е дует рассматривать поня­
тие «мира» символически как с ве рхус л о­
вие всех других ценностей, как объект
центральных устремлений и желаний ны­
не ш него чело веч ес тва.
В гигантском диалоге бытия— небытия
гамлетовская проблема to be or not to be
стала уделом уже не рефлектирующей
лич ности, а п ротиво ес тественной р ефл ек­
сией человечества, кажется, впервые на­
чинающего с ебя осознавать чем-то ед и­
ным п е р ед пус тотой возм ож ного Ничто.
И Советский Союз пред лага л отнюдь не
words, words, w ord s, а д ействия, с ил у
примера, тер пеливо продл евая в те ч ение
полу тора ле т односторонн ий мораторий
на любые яд ер ные испытания.
В январском З аявл ении было по каза ­
но, что погоня за несбы то чной мечтой о
военном п ре восх одс тве есть политика,
нед о ст ой на я того ур овня цивилизации,
которого достигло с овре менное общество.
В самом деле, с философской точки зре­
ния подчинять себя стихии безудержной
гонки вооружений есть тяжкая форма
нес вобод ы, рабской за ви симос ти от силы,
самим же собой вызванной к жизни,
а ведь «свобод а воли» со времен Имма­
нуила Канта считается высшим достиже­
нием запа дн ой цивилизации! Что же ка­
сается традиции «воли к жизни», то и
ей не дает проявляться тяготеющая над
нею, подобно проклятию, «воля к смер­
ти»—не фрейдовский ли Тана то с, обрет ­
ший плане тар ные масштабы, опред меч ен-
ыый в системах оружия массового унич­
тожения? И это даже не просто несво­
бода.
В запад ном обществе по понятным при­
чинам приобрел попу ляр но ст ь в форме

литер атур ной и к инофа ята стики миф о
Франкенштей не , когда-то п ридуманный
ж е но ю великого ро мантика Мэрй Шелли
в кач ес тве о браза «с овременного Проме­
тея» (кстати, он, видимо , не случ айно
весьма приглянулся еще тогда и Шелли
и его другу Байрону, хотя они-то сами
писали совсем другого Прометея). Этот
инженерный «демон», созданный гением
и зо бретателя, очень быстро становитс я
независимым от своего создателя й, на­
брав силу, в осс тает против свое го творца
и убивает его...
Образ Франкенштейна, демона инжене­
рии, в отличие от со кратовского daimo-
n i o n («внутр еннего голоса»)
вол нует
ныне воображение не только пылких фан-
та стов-кинематографистов, но и « сух их»
ученых. Так, амер иканские специалис ты
по философии психики в середине 70-х
годов выдвинул и «а ксиому Франкен­
штейна» , суть которой свод ится к сл е ­
дующ ему : «Точная ф из ич еск ая копия
чувствующ его существа, как бы эт а ко­
пия ни была изготовлена, сама должна
быть чувствующ им существом» (У. Мэт­
сон) 13.
Если ср еди пси хоф изи ол огов эта «ак­
сиома» ещ е вы зывает с омне ния и споры,
то с реди военспецо в к ней отнош ение,
конеч но, од нознач ное: совре менное ору­
ж ие , как изве стно, са мокорр ектирую­
щееся, оно о борудовано «сенсор ами» (ни
больше ни меньше, т. е . своеобразными
«органами чувств»!) для «сканирования»
(на языке спецов это означает последо­
вательный просмотр путем перемещения
радио- или л азер ного луч а) горизонта
п о дх од ящ их целей. Каково? Франкен-
ш тейн-Х Х, оснащ ен ный с енсорами, «чув­
ством цели» (но, разумеется, уж никак
не эмоциональным ре зо нан сом, не чел ове­
ческой эмпатией-сопереживанием), не за­
висит более в выборе поведения от опе­
ратора: настроенн ый на цель, в с л уч а е
ее появления, он действует однозначно.
А если сама цель возникла лишь в ре­
зультате аварии, непредсказуемого слу­
чая?...
Сейч ас призра к ядерно го Франкен­
штейна бродит по планете, бродит, угро­
ж а я ун ич тож ить своего творца. Перед
лицом этой беспрецедентной угрозы не­
обходимо объединиться сегодня же, ибо
завтра может оказаться просто поздно.
Объединили сь ж е СССР с Со едине нными
Штатами Амер ики п ер ед лицом гитле­
ровского нашествия, «коричневой чумы»,
по жир авш ей народы, и встреч а на Эль­
бе стала символом нашей совместной По­
беды над фашистской гидрой. Встреча в
Женеве, « дух Женевы» невольно воскре­
шает в памяти «дух Эльбы» как возмож­
ность диал ога и сотрудничества во имя
добра и культуры (увы, пока ещ е не н а­
шедшая дальнейшего продолжения).
В Рейкьявике же, увы, сработала ста­
рая логика нетерпимости, не до вери я к
13 См. МарголисД.Личность и со­
зна ние (Перспективы нер едуктивиого ма­
териализма). М. 1986, с. 279.
советским предложениям, в том числе и
потому, что они «чужие», а не «их» соб­
ственны е.
Советская стор она, как изве стно , про я­
вив пол итичес ку ю тол ер ан тность, пошла
на весьма серьезные уступки и внесла
новые пр едл о ж ен ия, открывающие путь к
достижению договоренностей. Но амери­
канская сторона не захотела встать на
этот путь поиска ненаси льственной ра з­
вязки сложных проблем и по-прежнему
отказала сь в принципе от всяких ком­
промиссов, никак не ж е л а я учитывать
интере сы партнера. М. С. Горбачев оце­
нил эт у позицию так: «СОИ — пр оявл ение
пор очной ко нцепции силы... А са мо над е­
янность силы, как показы вает практика,
неизбежно оборачивается политическим
бесплодием» 14.
К сегодняшнему дню около десяти ты­
сяч амер иканск их и около тысячи анг­
лийских ученых категорически осудили
СОИ. Это и понятно, ве дь фактически
СОИ — как бы один из ликов ядерно го
Франкенштейна, таящий в себе непред­
сказуемые последствия, хотя бы в случае
той или иной возмож ной аварии; только
тут ее масштабы в бессчетное число раз
превзойдут бедствие «Челленджера» или
Чернобыля.
Имеющий уши да услышит. Зов совет­
ской Программы мира с е е конкретными
и четкими предложениями, устраняющи­
ми призра к ядер ного Франкенштейна,
нельзя не услышать, а услышав, не от­
кли кнуться. Х оч ется верить, что это
выльется в глобальное движение по обуз­
данию яд ер ной у гро зы , говоря языком
но вейш ей физики, з а ее аннигиляцию,
т. е. уничтожение с последующим пре­
вращением в мирную «энергию излуче­
ния». В этом движении значительное мес­
то, как представляется, принадлежит
также и философской и социальной мыс­
ли.
А програ мма «зве зд ных войн»? Разве
не парадокс истории в том, что космос,
издревле служивший исходным образом
Гармонии (Пифа гор, как говорили, «слы­
ш ал гармонию Вс ел енной, во спр инима я
всеобщую гармонию небесных сфер»)
как нечто пр отивост оящ ее перво зда нно му
Хаосу, хотя и возникающее из него,
имен но тепер ь, в по р у открывшейся ко с­
мич ес ко й эры, т. е. эры его реального ос­
воения чел овеком, ныне благодаря про­
граммам типа СОЙ, становитс я источни­
ком не гармонии, а, как было уж е сказа­
но, инфер нал ьной Угрозы, нового б еспро ­
светного Хаоса? 15.
14 «Правда», 28.XI .1986 .
15 Примечательно, что один из круп­
нейших ученых XX в.— физико-химик с
философским мышл ением, со зда вш ий ве­
личественную
соврем енную
научную
кар тину мира, Илья Пригожии (возглав­
ляющий Брюссельскую школу и Универ­
ситет в Техасе) —■назвал ее «Порядок из
хаоса » (см. Пригожин Й., С т э н-
г е р с И. Порядок из хаоса. М., 1986).
122

В качестве альтерна тивы «звездным
войнам» Советский Союз пред ставил в
ООН програ мму стр оите льства «зве зд но­
го мира» — создания всемирной космиче­
ской орга низации.
Только действител ьно новое историч е­
ско е мышление позвол яет под нять ся н ад
тоталитетом со бственны х (помните: все х
те х ж е «своих»?) политических интере­
сов, ос воб од иться от каиновой печ ати
власти и во ен ной мощи — национал ьной
кичливости.
Думается, при спело время вытеснить
нетерпимость (отторжение, несовмести­
мость) и с последнего социального уров­
ня — в отношении к «инородной» поли­
тике (т. е. го судар ств с иной социал ьно-
политической с ис те м ой). К онец века,
таким образом, может и должен быть
отмечен наступлением эры политической
толерантности. Разумеется, речь идет о
терпимости в отношении явлений, лежа­
щих в орбите общечеловеческих
критериев, орбите гума нны х явлений,
соответствующих
человеческим
ценностям; тер пимос ть ж е в отно ­
шении негуманных, бесчеловечных ак­
ций (скажем, гос ударс твенн ого террориз­
ма или фашистских режимов) была бы
бессмысленна, ибо вызывала бы «огонь»
на себя и тем обрекла бы себя на само­
уничтожение.
Мы призываем вс ех стать «выше наци­
онального эгоизма». И тут тоже стоит
прислушаться именно к голосу СССР,
как это в 60-е годы сделал Арнольд Тойн­
би, когда он в своем открытом пись ме
крупнейшему
со ветс ко му
ис торику
Н. й . Конраду в 1967 г., заявил, что в
решении национ ал ьного вопро са именно
СССР пр ед ставл яе т собой оптимал ьную
«модель будущего человечества», в коей
нет м ес та ни дл я чьей национал ьной
кичливости. Между прочим, уместно
вспомнить, что в за ключ ение своего пись ­
ма, ставше го ш ироко и звестны м и не раз
потом переп еча ты вавш его ся в мировой
пре ссе , английский историк -фило соф ска­
зал: «В атомный век в нашей власти сде­
лать выбор — уничтожить себя или объе­
диниться, впервые в ис тор ии во всемир ­
ном мас ш табе ».
В официа льных с оветс ких за явле н иях
подчеркивается также, что в святом деле
спасения мира на Земле не может быть
посторонних и безучастных — это
дело всех и каждого. Разве оно не имеет
та кж е и свой философский, с оциол огич е­
ский аспект? Да, в этом п ризн ани и нас
сейчас Историей сам собою получает
разр е ш е ние тот фено мен посторонности,
что был поразительно угадан и открыт
Альбером Камю ещ е в 40-е годы, т. е.
задолго до его нынешнего обнаружения,
а в 60-е перенесен американским социо­
логом Вэнсом Паккардом на свое общест­
во, которое он так тогда к обозначил —
«нацией пос тор онних» .
Когда-то в ус ло виях локальных войн,
развязанных тем или иным «националь­
ным эгоизмом», у отдельны х инте лл иген­
тов оставалась гордая возможность за ­
нять высшую позицию — «над схваткой»
(Р. Роллан). Но «над» атомной или хи­
мической «схваткой» это ста ло ф и зич е ­
ски невозможным, по это му немы сл имо
более и не замечать ее «с высот духа»,
переключая, как бывало прежде, внима­
ние, с каж ем , на вопросы куль туры, ис ­
кусства. Сегодня существование культу­
ры в целом, как и отдельной духовно бо­
га той личности, всякой вообще «экзи­
стенции», по истине «витально» зависи­
мо от реш ения главнейшей и острейшей
пробле мы современности, так что об ойти
ее никому не удастся.
В былые време на толера нтность была
уделом одиноч ек -гуманистов, пр овозгла ­
шающих веротерпимость и уважение че­
ловека к человеку несмотря ни на что,
вопреки окружающей — дикой и чудо­
вищной! — соц иал ьной пра ктике н ас ил ия
и попирания всех «чужих». Это был
принцип снач ал а р ел игио зной (Монтень,
Бейль, Вольтер), а потом и культурной
тол ерантн ости (гетевский «за падн о-вос ­
точный синтез», эс тетич е ска я «всеяд­
ность» Бодлера, « все мирная отзывчи­
вость» р ус ской ку льтуры от Пушкина
до Д остоевского и А. Блока: «Нам внятно
все: и острый гал льский с мысл...») . Но
это был именно инд ивидуальный прин­
цип — и немногим более того! — благо­
родная позиция одиноких умов (к тому
же разделявшаяся отнюдь не всеми ума­
ми даже в сфере культуры, не говоря
уж е о политике, всегда защищавшей
только с обственные национальные инте­
ресы и уж е хотя бы поэтому нетерпимой
к «чужим»).
Только после создания атомного ору­
жия ситуация кардинально изменилась;
дело в том, что теперь «человечество
ста ло смертным» (А. Эйнштейн). И вот
в середине 50-х годов группа крупнейших
ученых во главе с А. Эйнштейном и
Б. Ра сс ел ом выпу стил а ставший ш ироко
известным «Манифест мира», где , в ча ст­
но сти, провозглаш алось: «Мы д ол жны
научиться мыслить п о-н о в о м у» (!)...
Перед нами л е ж ит путь непрерывного
п рогре сс а, счастья, зна ни я и мудрости.
Изб ер ем ли мы вмес то этого гибел ь
только потому, что не мож ем забыть
своих ссор с теми, кто зачислен в извеч­
ный стан «чужих»?».
Тогда в 50-е годы, э п ох у «холо дной
войны», этот голос н ауки и культуры ос­
та лся гласом вопиющ его в пу сты не за ­
па дной политики, нетер пимой к В остоку;
сегодня, в конце 80-х годов, Восток на
уровне политических конкре тных
предложений реализует это новое
мышление.
Итак, на ук а и куль тура , открывшие
принцип толер антн ос ти как истор иче­
скую неизбежность, передают его миро­
вой политике; пр о ис ход ит их вза имное
сближение — политизация культуры и
о куль тур ивание политики. Но вая фа за
исторического мышления и пр ед ставляе т
собой их синтез — это политико -культур­
ное или ку льтурно-пол итиче ско е мышле ­
ние. Его р ас прос тране ние на обе кон-
123

фликтующже ныне мировые обществен­
но-пол итиче ск ие систе мы явитс я д о ста ­
точным ус ло вие м д л я нормальной даль ­
нейшей жизни на Земле.
На встрече с деятелями мировой куль­
туры (Москва, ноябрь 1986 г.) М. С. Гор­
бачев сказал: «Политика д о л ж н а питать­
ся всем тем, что заключает в себе ин­
теллектуальное богатство каждой нации
и все й ч ел овеч еской цивилизац ии... Поли­
тика, кото рая не оплодо творяется ра з­
думьями о человеческих судьбах,— это
плохая, амораль ная по литика, и она не
заслуживает уважения» 16. Вот чем выз­
вана потр ебность у политиков и пред ста ­
вителе й со вр еменной культуры общаться,
встречаться, вза имод ействовать — первой
ласточкой этого з на ме ния наш его вр еме­
ни явилс я «Ис сык-кульский форум» и ве ­
личестве нным актом его пр од о л ж ен ия
Московский форум «За бе зъяд ер н ый мир,
з а выж ивание человеч ес тва» в янва ре
1987 г. (который мо ж ет быть рас смотр ен
только в отдельных, са мосто ятел ьных
ста тьях публицисто в) .
На место аб страктного гу ма низма и
прекраснодушной любви к человечеству,
далеких от политической ре аль нос ти со в­
ременной ситуации, сейчас должна прий­
ти увер енн ость в реа льном предо твр ащ е­
нии тотальной войны, вообще и навсег­
да, гар антом чего явится уни ч то ж ен ие
оружия массового уничтожения, т. е.,
говоря языком д иалектического за кон а
от рицания
отрицания,
уничтожение
уничтожения.
Если с тех самых пор, как чело век
встал с четверенек на ноги и стал «с
по дъятым челом к зве зд а м обращаться»
(Овидий), то до наш и х дн ей он свыкал­
ся и, конечно, свыкся с идеей нетерпи­
мости разных народов и культур и, как
сл едствие, с не изб еж н ос тью войн; отны­
не он призван И сторией свыкнуться с
идеей диаметрально противоположной —
не изб еж но с тью то тального мира, толе ­
рантным сосуществованием -народов-^®.
различных политических систем. Для
этого данная идея должна пройти сквозь
все слои мирового общественного созна ­
ния; если она дойдет до умов и душ мил­
лионов и миллионов людей, только тогда
через их тела не пройдет... радиация!
И нет другого способ а предотвратить это.
Вот что следует понимать под «разору­
жением, проведенным снизу», как об
этом говорят иные и з на ш их тол ерантно
мыслящих зарубежных коллег.
В январском З аявлении есть место,
котор ое не мо ж ет буквально не потряст и
всякого непредубежденного человека:
«К ко нцу 1999 г. н а Земле больше
не остапется ядерного ору-
жия(!). Выраб аты вается у нивер сал ьна я
договоренность о том, чтобы это ору ж ие
больше никогда не во зродилось». В оз­
можно, у кого-то за рубежом это вызвало
сомнения: «Фантазия! Мечта!» Но пусть
скептики вспомнят, как в с трашпое для
молодой Советской России вре мя - - пос ле
16 «Литера тур ная газета» , 5.XI .1986. ✓
гражданской войны, голода и разрухи —
в сердце этой огромной, растерзанной
страны, пребы вавшей «во мгле» (1920 г.) ,
великий английский фантаст Герберт
Уэллс беседовал с великим реалистом Ле­
ниным, ви дящим сквозь о кру жа ющую
«мглу.» свою будущую страну, залитую
электр ичество м, и глубоко уваж ите льн о
назв ал его «кремлевским мечтателем»
(кстати, книга У эл л са «Р осс ия во мгле»,
получившая международную известность,
сыгр ала нема лу ю роль в распростра нении
правды о Советской России). Нынешняя
реальность СССР, одной из вел иких д ер ­
ж а в современн ого мира, показывает, что
«кремлевским мечтате лям» стоит до ве­
рять — тем более, когда они сами призы­
вают к всемирному доверию как
« не отъе мл емому компоненту отношений
между государствами».
На XI с ъ е зд е Социалистичес кой ед иной
п артии Германии в апре ле 1986 г. Ге не­
ральный секре тарь ЦК КПСС специаль но
отметил: «В наш ей по литике н ет лову ­
шек. Мы протягиваем Западу не кулак,
а раскры тую лад онь. Х очу подч еркнуть:
мы ищ ем пут и к взаимопониманию, к ог­
раничению гонки вооружений не по сла­
бости. Мир нам нужен, но оп нужен и
всем. На ша пол итика проди ктована за ­
ботой о выживании че лове чес т-
в а, может быть, единственной цивили­
за ци и в зве здны х пр осторах галакти­
ки» 17.
В этих словах не просто очередной по­
стулат в устах политика-профессионала.
Здесь очевидно философское обобщение
обсуждаемой проблемы, причем вгляди­
тесь: н а со верш енно конкре тном матери­
але. Мы государс тво с мощнейш им во­
енно-промышленным по тенциалом, о дна ­
ко мы никому ничего не диктуем, не на­
вязываем, а говорим, взываем к взаимо­
пониманию — на фундаменте, возведен­
ном всей тяж кой и кровопролитной ч е­
лове ческой историей, которая выстрада­
ла пр инцип толерантности?, н а р я д у .с -бот
л ее глубоким, но зато и требующ им боль­
ш их у сил ий и большей конкретнос ти
принципом гуманизма. Ведь гуманизм
дейс твен только в ус л овиях взаимотерп и-
мости, в противном слу ча е п од его фла­
гом, как н е р аз бывало в истории, воз­
мож но любое, са мое вопиющее на сил ие,
ко гда те или иные социал ьные группы
или цел ые нар одн ости «просто за л юдей
не считают» — от к онкистадоров до «бе­
ло курых сверх человеко в» — фа шисто в с
их цинич но-изд ева те ль ским тезис ом в
концлагерях «Каждому — свое». Видеть,
науч итьс я видеть и понимать в другом
чел овеке, любом другом народ е или иной
социал ьно-политической с исте ме нечто
«себе подобное», такое же человеческое,
имеющ ее точно такое ж е право н а
ж и знь — с этого нач иналась мораль, на­
чиналась
че ло веч еска я цивилизация,
о том гл асило зо ло тое правило нр авс т­
венности «Не д ел ай другому того, чего
17 «Правда», 19.IV.1986.
124

не-хочешь, чтобы он сделал тебе», сфор­
мулирова нно е почти одновре менно, пр и­
мерно около VI в. до н. э., Конфуцием и
Буддой, Зороас тр ом и Сократом правило,
развитое далее и ставшее краеугольным
камнем мор али христиан ства: « Бозлюби
ближнего своего, как самого се бя» и
«дальнего» тоже, даж е врага своего.
В заключение не могу не вспомнить
русского классика, которого называют
своим уч ител ем поч ти все выда ющ иес я
пис ател и современного За пад а . Это Фе­
дор Достоевский, величайший провид ец,
которому — единственному из писателей
мира — приш лось соверш ить не гип от е­
тическо е, как «сур овому Данту » а вполне
реальное «сош ествие во ад» (после ин­
сцениро вки коллективного ра сстрела, ког­
да он ощутил и запах и вкус—укус—
Небытия): «Если все до лж ны стр адать,
чтобы страд аниями купить ве чную гар­
монию, то при ч ем тут дети... Этого я и
не мо гу принять. И по ка я на Земле,
я спешу принять свои меры».
Поспешим же и мы, «пока мы на Зем­
ле», испол нить этот за ве т высокой чело­
веч ности и принять свои меры!
Пусть каждый найдет для себя способ
подключить свой гол ос к все охваты ваю­
щему действию идеи разоружения в нед­
рах мирового общ ественного сознания!
Если мы су ме ем эту идею максимально
распро стр анить н а все формы социаль­
ной ж и зни (помните: ид ея стано вится
материал ьной силою, к огда она овлад е­
вает массами), то слово разоружения
с ни з у станет делом его ратификации
свер ху.
Наканун е второй мировой войны вы­
дающиеся деятели западного искусства
и философии осознали необходимость
сбл ижения культуры с политикой; сей­
час, в новый, тревожный канун третьей,
(и последней!) западная политика
должна тем более осознать необходимость
восхождения на уровень, достигнутый в
целом совреме нной -• мировой культ у -
р о й,— уровень толерантности, взаимо-
тер пимос ти про тивопол ож ных феноменов.
Подобный пере ло м в политике, вбира­
ющий в с еб я опыт мировой куль туры
(что свид етел ьст ву ет о мере культуры
са мой пол ити ки), не только н еоб ход им,
но и вполне возм оже н. Об этом нагл яд но
и ярко свид ете ль ст вует опыт советс ко-
инд ийских взаимоотношений, в ос о бе н­
но сти не да вние акты визита М. С. Гор­
бачева в Дели и подписание совместной
Деклар ации. В приветс твенной речи,
адресованной сове тс ко му руководству,
Р. Ганди подчеркнул глубочайшую пре­
емственность своей политики по отноше­
нию к своим вел иким пред ше ствен ни­
кам—И.Ганди, Д.Неру иМ.Ганди—
и специаль но отметил, что индийская ре­
волюция, избравшая путь ненас илия,
была «еди нс твенной в своем роде в миро­
вой истории». При этом она оказалась
тесне йшим образом связанной с на сл ед и­
ем Октябрьской революции, свиде те льст­
вом чего являются нерушимая дружба
наш их народо в и полно е взаимо понима­
ние их политики. Так что вопреки барду
за пад ного кол ониализма опыт д емокр а­
тического развития пока зывает, что За ­
па д вполне мож ет «сойтись» с Востоком
при все м разли чии систе м.
Со своей стороны, советский руководи­
тель заявил: «Лично д ля меня со верш ен­
но очевидно , что именно в общении Со­
ветского Союза и Ипдкп впервые в прак­
тике международных отношений проя­
вилось многое из того, что мы н азы ваем
новым политич ес ким мышлением» 18.
Наконец, в совме стной Делийской де ­
клар ации одним из ва жн ы х пунктов про­
возглашается ненасилие как основа ж из­
ни человеческого сообщества и следует
так ое закл ючение: «Построение свободно ­
го от ядерного оружия и ненасильствен­
ного мира тр ебует рево люционной пер е ­
стройки в умах людей, воспитания наро­
дов в духе мира, взаимного уважения и
терпимо сти» 19.
Пример подобного взаимоуважения и
то лер антнос ти — куль турной и политич е­
ск ой — подан! Дело в его повсеместном
продолжении:;.=‘''
'......
18 «Правда», 28.XI.1986.
19Тамже.

ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ И ПРОБЛЕМЫ
Была ли у древних греков
идея истории?
Ф. X. КЕССИДИ
Заголовок да нной статьи мож ет по­
вергнуть в недоумение читателя, мало
искуш е нно го в пробл ема х древнего мира.
И, пожалуй, не только его. Не секрет,
что Геродот, прозван ный «отцом ист о­
рии», и Фукидид, истор ич еский труд ко­
то рого сч ит аетс я вер шиной античной ис­
ториогр афии, ж ил и и творили в Древ­
н ей Греции V в. до н. э. Однако, во преки
этому распространенному представлению
о древних греках как родоначальниках
историч еского зна ния, неко торые у че ны е
о тстаивают кон цепцию, согласно которой
образу мышления греков присуща «ан­
тиисторическая тенденция» 4, их духов­
ная жизнь «аисторична», статична и ли­
шена чувства историзма12. Предполагает­
ся также, что Ереки не ведали о свобо­
де и личности3.
Неудивительно, что эта трактовка гре­
ч еской культуры, столь реш итель но р ас­
ходящаяся с общеизвестными фактами
из истории Греции ( особен но п ер иод а
классики), может привести в замеша­
тельство даже человека, вполне сведуще­
го в древнегреческой истории. Ведь и
при самом сильном желании невозможно
совместить те з и с об «аисторизме» греков
и непонимании ими ценности свободы
со сл едующ им, например, отрывком из
«Надгробной речи» Перикла, пер ед а нной
Фукидидом: «Мы послужим предметом
удивления для современников и потом­
ства, и нам нет никакой нужды ни в
1 Коллингвуд Р. Дж. Идея исто­
рии. Автобиогр афия. Пере в. с англ . М.,
1980, с. 22; Е1iadеМ. Cosmos andHisto­
ry. The Myth of the Eternal Return. N. Y.,
1959, p. 85.
2См. Воman Th.DashebraischeDen-
ken im Vergieich mit dem griechischen.
Gottinge n, 1965, S. 148; Шпенглер О.
Закат Европы (образ и действител ь ­
ность) , т. 1. М.— П., 1922, с. 70; Лосев
A. Ф. История античной эететики (ран­
няя кл а сси ка) . М., 1963, с. 62; Бычков
B. В. Эстетика Филона А лекса ндрийс ко­
го. — «Вестник древней истории»,
1975,
Ж3,с.60.
3 См. Лосев А. Ф. Указ, еоч., с. 60.
пан егир исте Гомере, ни в ком другом,
доставляющем минутное наслаждение
сво ими п ес нями, в то время, как исти­
на, основанная на фактах, разрушит
вызванное этими пе сн ям и пр ед ста вле ­
ние... Мы ве зд е с оорудили вечные памят­
ники содеянного нами добра (друзьям)
и зл а (вр агам)... Могилою знаме нитых
людей служит вся земля... Считайте
счастьем свободу, а свободою мужество,
и поэтому не озирайтесь перед военны­
ми опасностями» (II, 42 —43).
Если д о ср авнительно н еда вн его вре­
мени считалось, что, говоря словами од­
ного из персонажей А. П. Чехова, «в Гре­
ции все есть», то в настоящее время,
судя по ряду научных публикаций (как
за рубежом, так и в нашей стране), воз­
никает впеч атлен ие, что в столь чтимой
нами Древней Греции ничего, в сущ­
ности, не было: греки не только не ве­
дали о свобод е, л ич ности и истории, но
не нуждались даже в «совести»4.
Чем объяснить столь резкое расхож­
дение во взглядах на античность? Поче­
му од ни исс ледо ва тел и полагают, что
«создание идеала человека;.: ~ является'
всемирно -истор ич еской за слугой антич­
ной мысли и античного художественного
творчества»5,
а
другие,
на против,
утвер жда ют, что иску сст во греков как
«рабовлад ел ьческое ис кус ство ес ть д ля
4 «Совесть...
оказы вается
ненужной
как самим геро ям древнегреч ес кой тра­
гедии, так и их создателям» — этим вы­
водом зака нчивает ся статья В. Н. Ярхо
«Была ли у древних греков совесть?
(К изображению человека в аттической
т ра геди и)» . В кн.: «Античность и совре­
меннос ть. К 80-летию Ф. А. Петровско­
го». М., 1972, с. 263. Ко нцепция В. Н.
Ярхо встретила резкое возражение со
стороны и звестного грузинского ф илосо­
фа — этика Г. Д. Бандзеладзе в его
статье «Была ли у древних греков со­
весть?» (см.: «Литературная Грузия»,
1977, J&10).
5 Тройский И. М. Истор ия антич­
ной литературы. Л., 1947, с. 11
126

нас давно погибшее искусство...»678. И нель­
зя ли ск азать, что кул ьтура греков как
«р або вл адел ьч еская кул ьтура» являетс я
для нас мер твой культурой? Кто боле е
црав: уч ены е, по лагающ ие, что открытие
исторического мышления и человека7,
пр овозгла шени е чел овека мерой вс ех ве­
щей (формулы гу ман изма) и призыв к
по зна нию самого се б я составляют глав­
ные достояния греческой культуры, у к ъ -
следованные Евр опой8, или, напротив,
ученые, наста ивающ ие на том, что ан­
тич ная кул ьтура в кач естве культуры,
основанной на рабс тве, на «удуш ении че ­
ловека и личности»9 и на толковании
«человека как тела» 1011была лишена твор­
ческого порыва, не зна ла «личности с
ее бе сконечными ку ль турны ми возмож ­
ностями» и ? Как согласовать утвержде­
ние об отсутс тв ии у греко в предста вле­
ния о твор ческой личности с необыч ай ­
ным ра сц ветом культуры (так назы ва е­
мым «греческим чудом»), в частности с
тем фактом, что Афины, население ко­
торых на считывало в V в. до н. э. при­
мер но 200 тысяч свобод ного н асе ле ния,
только за од ин этот век дал и чел овеч е­
ству таки е име на «вечных спут ников»
человечества, как Эсхил, Софокл, Еври­
пид, Аристофа н, Сократ, Платон, Фидий,
Фукидид, Перикл?.. Являются ли рас ­
хождения, о которых идет речь, резуль­
татом терминологических недоразумений
или же следствием того, что спорящие
говорят о р азн ых вещах?
Бесспорно, недоразумения, связанные
с разным пони мани ем тер минов «исто­
рия»,
«историзм»,
«личность»,
имеют
место. Однако спор ид ет главным обра­
зом не о словах. Надеемся, что в даль­
нейшем
нам удастся это доказать.
Здесь же напомним, что сложность и зна­
ч ительность греч ес кой культуры, в осо­
бенности богатство и оригинальность
6 Лосев А. Ф. Указ, соч., с. 96.
7 См. Schadewald W. Die Anfange der
Gsschitschreibung ' beiden Griechen.—
«Die Antike». B .— Lpz. 1934, Bd. X, Hf. 2,
S. 144; Jaeger W. Paideia. B .— Lpz.
1934, Bd. 1, S. 8 —9, 13.
8См. Столович Л.H.Человек—.
ме ра в сех вещей. В кн.; «Антич ная куль­
тура и современная наука». М., 1985,
с. 13—16; Казанский Б. В мир е слов.
Л., 1958, с. 121; Нadas М. Humanism
(The Greek Ideal and its Survival). N. Y.,
1960, p. 13; Топуридзе E. И. Человек
в антич ной трагедии. Тбилиси, 1984. Го­
воря о том, что «фундаментальной цен­
ностью, уна сл едо ва нн ой новой цивилиза ­
цией от древней, была идея свободы»,
Е. И. Т опур ид зе пиш ет: «Греки являют­
ся первоо ткрывателями того факта, что
человек — существо свободное, способное
творить свою ж и зн ь согласно избранной
им цели, независимо от каких-либо де­
тер минирующ их его внеш них или вну т­
ренних сил» (с. 3—4, 13, 15).
9 Лосев А. Ф. Указ, соч., с. 94.
10 Там же, с. 95.
11Там же,с.60.
и дей греч еской философии, оправдывают
существование самых разл ичных ее тол­
кований и р азно образных методо логи че­
ских подходов к ней, направленных на
более глубокое и всестороннее ее позна­
ние. П онятно, что многоо бразие не оз­
начает их равную истинность и равно­
ценность.
В данной статье мы ограничиваемся
рассмотр ени ем вопроса о сос то ятель но­
сти ко нцепции, согла сно котор ой древ­
ним грека м были чужд ы историч еское
сознание и чувство историзма. Излишне
распр остра няться об актуа льности по­
ставле нно го вопроса. По словам G. С.
Аверинцева, «мы о стае мся европейцами
и, следовательно, «греками» 12, т. е . н а ­
следниками и х культуры, составляющей
о сн ов у н ов оевр опейской культуры. Но
если грекам были чужды идеи истории
(а также свободы и личности), то это
зна чит, что новоевр опейска я куль тура в
основе своей также лишена этой идеи
или же сохраняет ложные представления
об истории (а также о свободе и лич­
н о с ти ). Ясно, что расс ма триваемая про­
блема имеет не только чисто историч е­
ский (и в этом смысле акаде мич ес кий),
но и гл убоко современный интерес,
так как сти мул ирует к самопознан ию,
т. е . зас тавл яет вновь ставить вопрос о
том, что пр ед ставляе т собой европейс кая
кул ьтур а в своей основе или, во всяком
с луч ае , в одной из своих основ.
Лейтмотивом исследователей, отстаи­
вающ их те зи с об «антиистор изме» гре­
ков (в рамках дайной статьи, за неиме­
нием лучшего термина, назовем их «ан-
тиисториками»), служит ссылка на ра­
ционализм греческой философии и осо­
бенно на элейскую метафизику. Как из­
вестн о,
зародившаяся
те оре тич еск ая
мысль греков была с вязана с поиск ом
всео бщего и главенствующ его первона­
чала (архе) вещей, их единой «сущно­
сти», и попыткой рационал ьного осмыс­
ле ния взаимо отнош ен ия этого перво на­
чала с многоо бразием явлений. Иначе
говоря, «греки, есл и позвол ител ь но так
выразиться, извлек али из ж из нен но го
потока явлений неподвижно-самотожде-
с твен ную «сущность» (будь то «вода»
Фалеса или «число» Пифагор а, «атом»
Демокрита или «идея» Плато на) и нача­
ли с этой «сущностью» инте ллектуа ль но
манипул ир овать, пол ож ив тем самым
философию» 13. Х отя сомнитель но , чтобы
Фалес мыслил «воду» в качес тве непо д­
вижной «сущности», тем не менее мож­
но сказать, что про возгл аш ени е «воды»
а рхе всего ознаме новал о соб ой первый,
но тве рдый ш аг на пути рационально­
научного познания мира.
Сложившаяся в греч еской философии
рационал исти чес кая тр ад иция с ее ори­
ентацией на нахождение постоянных и не-
12 Аверинцев С. С. Греческая «ли­
тература» и ближневосточная «словес­
ность». — «Вопросы литературы »,
1971,
No8,с.44.
13Там же, с, 48.
127

измеиных структур отчетливо проявилась
в элеатизме. В лице Парменида, открыв­
шего «чистый разум» и его предмет - еди­
ное, неподвижное и самотождественное
бытие,- греки сделали понятийно-логиче­
ское мышление основным способом фи­
лософского осмысления действительно­
сти. Неподвижное бытие Парменида,
представляя собой результат абстраги­
рования от конкретного содержания ве­
щей, вело к обеднению мира и самой
жизни. К тому же абстрактное и ста­
тическое бытие древнего философа ока­
залось, так сказать, отрешенным от вре­
мени и происходящих в нем процессов
и событий. Во всяком случае, для пар-
менидовского бытия различие между
прошлым, настоящим и будущим поте­
ряло смысл14. G утратой же этого разли­
чия лишалась смысла также история как
протекающий во времени процесс не­
прерывного движения и изменения яв­
лений жизни и самого мира. Или, го­
воря словами Н. Бердяева: «Эллинская
мысль создала элейскую метафизику,
столь неблагоприятную для понимания
мира как исторического процесса» 15.
Однако невольно возникает вопрос:
какое отношение имеет элейская мета­
физика и вообще греческая философия
к вопросу о том, были ли у греков ис­
торическое сознание, исторические тру­
ды, словом, понятие (идея) истории16.
14 См. Strycker Е. de. Einige Betra-
chtimgem liber die griechische Philosop-
hie in ihrem Verhaltnis zur antiken Kul-
tur und zum modernen Denken.— «Antike
und Abendland», Bd. XX, H. I. Berlin —
N.Y., 1974, S. 7; Кессиди Ф. X. Мета­
физика и диалектика Парменида.-—«Во­
просы философии», 1972, No 7, с. 48.
15 Бердяев Н. А. Предсмертные мыс­
ли Фауста. В сб.: «Освальд Шпенглер и
«Закат Европы». М., 1922, с. 61.
{6 Любопытно отметить, что некоторые
авторы, проводящие параллели между
греческим философским разумом и биб­
лейской религиозной верой, признают
тем не менее, что эти параллели являют­
ся в какой-то степени «подтасовкой».
Так, В. Баррет замечает, что библейский
человек обладает знанием, полученным
не через разум, а «скорее через плоть и
кровь, кости и внутренности, через до­
верие и кровь, смятение, любовь и
страх; через страстную верность верую­
щего Всевышнему, которого он никогда
не может познать разумом. Такой вид
знания человек приобретает только че­
рез существование, а не разумом... Мы,
несомненно, в какой-то степени подтасо­
вали карты, рассматривая эллинизм бо­
лее или менее в том виде, в каком он
был сформулирован философами, в част­
ности Платоном; у эллинов также были
такие поэты-трагики, как Эсхил и Со­
фокл, которые обладали другой разно­
видностью знаний жизни» (Barret W.
Irrational Man. A Study in Existential
Philosophy. N.Y., 1958, p. 7 0 ) ,
К сожалению, у «антписториков» невоз­
можно найти более или менее удовлет­
ворительного ответа на этот вопрос. Да
и суждения, высказанные некоторыми
из этих ученых, последовательностью не
отличаются. Так Р. Дж. Коллингвуд, ка­
залось бы, признает, что «само слово
«история» свидетельствует вплоть до на­
ших дней о том, что история как наука
была открыта греками»17. Подчеркнув,
что «тот пыл, с которым греки следова­
ли идеалу неизменного и вечного объ­
екта знания, легко может ввести в за­
блуждение относительно их интереса к
истории», Коллингвуд продолжает: «Гре­
ческая погоня за вечным была такой
напряженной именно потому, что сами
греки обладали необычайно острым чув­
ством времени. Они жили в эпоху, ког­
да история двигалась с чрезвычайной
скоростью... Вся природа была для них
зрелищем непрерывных изменений, а че­
ловеческая жизнь менялась быстрее все­
го. В отличие от китайской или средне­
вековой цивилизации Европы, где кон­
цепция человеческого общества покои­
лась на надежде сохранить в неизмен­
ности его основные черты, первой зада­
чей греков было принять факт невоз­
можности постоянства и примириться с
ним. Это признание необходимости из­
менения в людских делах и делало гре­
ков особо чувствительными к исто­
рии» 18.
Мы просим прощения у читателя за
длинную цитату, но выраженные в ней
мысли очень хорошо объясняют многое
в греческой мысли, и прежде всего рас­
крывают
объективные
исторические
предпосылки возникновения у греков
истории как науки, а также присущее
им острое чувство историзма. Более того,
приведенная цитата указывает на один
из главных источников происхождения
идеи о всеобщем движении и изменении,
великолепно выраженной Гераклитом в
образе вечно текущей реки, идеи, не ме­
нее свойственной теоретической мысли
греков, чем элеатский принцип неизмен­
ного бытия.
Здесь мы позволим себе небольшое
отступление.
«Антиисторики»,
охотно
ссылаясь на метафизику элейцев, обыч­
но «забывают» о Гераклите или же гово­
рят о нем, как об «одиночке», «исклю­
чении», словом, как о «белой вороне»
среди греческих мыслителей. Но все это
не более чем уловки, к которым вынуж­
дены прибегать сторонники тезиса об
«аитиисторизме» эллинов за неимением
лучших доводов. Впрочем, иногда пред­
принимаются попытки представить уче­
ние Гераклита в качестве разновидно­
сти элеатской метафизики... Так. по сло­
вам С. С. Аверинцева, «эфесец занимает
среди греческих мыслителей особое по­
ложение лишь постольку, поскольку...
усмотрел нечто неизменное в самой из-
17 Коллингвуд Р. Дж. Указ, соч.,
с. 20.
18 Там жJby с. 23—24.
128

меячивости. «Все течет» —эти слова не
относятся к принципу течения: к Огню,
к Логосу. Огонь Гераклита подчинен
объективной вещной закономерности, он,
как известно, «мерою возгорается и ме­
рою угасает», а значит, в самой своей
динамичности и катастрофичности явля­
ет некую стабильность»19. Не говоря
о том. что непонятно, каким образом
слова «все течет» не относятся к Огню,
если известно, что последний подчинен
объективной «вещной закономерности»
возгорания и угасания, приведенное тол­
кование учения Гераклита о всеобщем
течении в духе абсолютного релятивизма
стирает разницу между ним и Кратилом.
Изображая всеобщее состояние мира
в образе постоянно текущей реки, эфе­
сец имел в виду следующее: река (мир
в целом) представляет собой в одно и
то же время единство противоположно­
стей течения и покоя. Ведь река, кото­
рая все время течет, является той же
самой рекой, с тем же руслом, теми же
берегами и с той же водой, а не иной
рекой. То же самое можно сказать от­
носительно Огня и Логоса, которые тес­
но связаны между собой, но не тождест­
венны. Вечно живой огонь выражает
динамический аспект бытия, а его ста­
бильный аспект - логос. Логос есть тот
порядок, та закономерность, по которой
«все совершается», в том числе космиче­
ский процесс мерного возгорания и мер­
ного угасания огня. Логос не существу­
ет помимо космического огня, а этот по­
следний —вне и помимо логоса.
Согласно одному из современных оп­
ределений историзма, это «принцип на­
учного мышления, рассматривающий все
явления как развивающиеся на основе
определенных объективных закономер­
ностей» 20. Если истолковать это опреде­
ление по аналогии с трактовкой учения
Гераклита о всеобщем движении и из­
менении, предпрршятой С, С. Аверинце­
вым, то мы можем сказать, что историзм,
рассматривая все явления в динамике,
подчиняющейся определенным объек­
тивным закономерностям, являет собой
некую стабильность. Но коль скоро «ста­
бильность» есть признак «аисторизма»,
то приведенное выше понимание «исто­
ризма» мы должны расценивать как
«антиисторическое»...
Однако вернемся к Р. Дж. Коллингву-
ду. Вопреки сказанному ранее он утверж­
дает, что доминировавшая будто бы в
греческой мысли «антиисторическая тен­
денция, антиисторическая потому, что
она считала познаваемым только неиз­
менное» 21. Автор не уточняет, о какой
именно мысли (философской, научной,
исторической или религиозной) идет
речь. Поэтому вновь возникает вопрос:
19 Аверинцев С. С. Указ, соч., с. 48.
20 К о н И. С. Историзм.— «Советская
историческая энциклопедия», т. 6. М.,
1965, с. 453.
21 Коллингвуд Р. Дж. Указ, соч.,
с. 29.
как быть с обостренным чувством исто­
ризма (т. е. глубоко исторической тен­
денцией) у греков, отмеченной самим
же Р. Дж. Коллингвудом? И каким об­
разом на горизонте греческой культуры
появились Геродот и Фукидид? Ведь, по
словам Коллингвуда, «Геродот, может
быть, и отец истории, но Фукидид, не­
сомненно,—отец психологической исто­
рии» 22.
Если верить Коллиигвуду, получается,
что Геродот заслужил имя «отца» исто­
рии лишь благодаря своему таланту:
«...с помощью искусной постановки во­
просов Геродот оказался в состоянии
извлечь rzi^xrAj/r{ из Ь о & и таким об­
разом добиться подлинных знаний в той
области, где греки считали это невоз­
можным» 23. Поистине странно, что ни­
кому из греков до Геродота, даже хитро­
умному Одиссею, не пришло в голову
ставить вопросы «искусно». Иначе гово­
ря, что до Геродота не родился человек,
равный ему по своим способностям. «Ге­
ний Геродота,—пишет Коллингвуд,-
одержал блестящую победу над этой
(свойственной грекам
антиисториче­
ской. - Ф. Я.) тенденцией»24. . . . Но ведь
аналогичное можно сказать и о не менее
(если не более) гениальном Фукидиде!
Задаваясь вопросом, чем объяснить «угло­
ватый, искусственный, трудный» стиль
сочинения Фукидида, Коллингвуд пишет:
«У него (Фукидида.—Ф. Я.) больная
совесть. Он пытается оправдать себя за
то, что вообще пишет историю, превра­
щая ее в нечто такое, что не является
историей»25. (Между тем из сочинения
самого Фукидида известно, что он стре­
мился не к художественности изложе­
ния, а к установлению истины.)
Итак, Геродот заслужил имя «отца»
истории исключительно благодаря сво­
им дарованиям, т. е. случайности рожде­
ния, а Фукидид стал «отцом» психоло­
гической истории вследствие «больной
совести», заставившей его превратить ис­
торию, так сказать, в антиисторию. Та­
ковы некоторые, вызывающие недоуме­
ние (если не сказать усмешку) резуль­
таты попыток обосновать «антиисторизм»
эллинов ссылкой на излюбленную «ме­
тафизику элейцев».
Тем не менее почему великое истори­
ческое произведение Фукидида (да и
Геродота) надо, по авторитетным заяв­
лениям ряда ученых, рассматривать, как
«нечто такое, что не является истори­
ей»? В определенной степени ответ на
этот вопрос мы находим у Т. Бомана,
высказывающего по этому поводу идеи,
во многом аналогичные рассуждениям
Коллингвуда.
Отметив, что «греки дали миру исто­
рическую науку», Т. Боман пишет:
«Фукидид написал свою историю, так
как то, что произошло, наверняка могло
22Там же,с.31,
23Там же,с.29.
24Там же,с.30.
25 Там же.
129

бы, в соответствии с человеческой при­
родой, так же или подобным образом
произойти в будущем... Это была по-на­
стоящему греческая мысль: история есть
вечное повторение. Под солнцем не про­
исходит ничего нового. В потоке вечно
меняющихся событий греки ищут неиз­
менное, закономерное повторение. Таким
образом, они применяют к истории тот
же метод, что и к природе, потому что
история есть для них часть природы.
Поэтому можно с полным основанием
сказать, что их духовная жизнь аисто-
рична» 26. Проще говоря, духовная жизнь
греков «аисторична», лишена чувства ис­
торизма вследствие того, что именно
они, греки, открыли историческое мыш­
ление, дали, говоря словами Т. Бомана,
историческую науку! Но не является ли,
спросит озадаченный читатель, такое
совмещение взаимоисключающих поня­
тий парадоксом, если не нелепостью?
Отнюдь нет, ибо для Т. Бомана, «история
есть движение к цели, поставленной Бо­
гом (Die Geschicbte ist eine Bewegnng
auf ein Ziel hin, das von Gott gesetzt
ist)» 27. Здесь мы можем с облегчени­
ем вздохнуть: вопрос, наконец, прояс­
нился.
С точки зрения христианской теоло­
гии подлинная история есть «промысел
Божий», манифестация божественного
провидения, осуществления в человече­
ской истории высших намерений бога.
По сравнению с этим заранее предусмот­
ренным «божественным планом» исто­
рии история в обычном смысле слова,
т. е. «земная» история, есть сфера сует­
ных человеческих помыслов и действий,
эфемерных событий. С теологической
точки зрения историческая наука (как,
впрочем, и всякая наука) в сущности
представляет собой призрачное знание,
а подлинное историческое знание, точ­
нее, истинное понимание смысла исто­
рии, становится возможным в рамках ре­
лигиозного учения о конечных судьбах
мира и людей. Судьба мира и каждого
человека уникальна, поэтому она недо­
ступна научному познанию. По словам
Н. Бердяева, «судьба не может быть по­
нята посредством причинного объясне­
ния. Только точка зрения судьбы дает
нам постижение конкретного»28.
Надо полагать, что мысль Н. Бердяева
сводится к тому, что имеются два рода
познания: один из них, выясняя причин­
ные (и вообще закономерные) связи
между вещами и событиями, устанавли­
вает общее и повторяющееся в них, а дру­
гой, исходя из идеи судьбы, постигает
конкретное и неповторимое. Сходное
суждение высказывает также Т. Боман.
Он считает, что существует два пути ин­
теллектуального приближения к действи­
тельности и ее явлениям: логическое
мышление, на основе которого достига-
26ВошапТ. Op. cit., S. 148.
27 Ibidem.
28 Бердяев И. А. Указ, соч., с. 60.
ется объективная истина, независимая
от нашего душевного состояния, и пси­
хологическое понимание, т. е. постиже­
ние предмета посредством «вживания» в
него и «сопереживания всего хода его
развития»29. Согласно Боману, психоло­
гический (точнее, религиозно-психологи­
ческий) тип мышления является более
глубоким и «ближе к естественной жиз­
ни, чем почти окаменевшая абстракция
нашего высоконаучного мышления,, ха­
рактерного для мышления греков, не
только Сократа и Платона, но и Аристо­
теля» 30. В качестве примера глубокого
религиозно-психологического понимания
жизни и знания людей Т. Боман ссылает­
ся на библейский миф о грехопадении 31.
Отмечая также тот факт, что логические
мышление основано на доказательстве^
а психологическое - на убеждении, ав­
тор замечает, что «если есть намерение
убедить слушателей в чем-либо, то целе­
сообразно обойти те духовные защитные
механизмы, которые каждый человек не­
произвольно строит себе»32. Т. Боман
предлагает в качестве одного из лучших
средств преодоления «защитных средств»
человека (т. е. преодоление в нем по­
требностей в подтверждающих фактах и
аргументации) многократное повторение
одной и той же мысли с целью ее вну­
шения. Проповедник восклицает: «Нич­
тожнейшее. Ничтожнейшее, ничтожест­
во! Все ничтожно!»
Рассмотрим и некоторые другие пара­
ллели, проводимые «антиисториками»
между греческой философией и библей­
ским вероучением. Так, «антиисторики»
заявляют, что ориентация греческих
мыслителей на получение объективного
знания заставляла их занимать познава­
тельную позицию, позволявшую как бы
извне, безучастно и незаинтересованно
созерцать космос и все происходящее в
жизни. Принципиально иная установка
у библейского человека. Беспристраст­
ность и незаинтересованность расценива­
ются им вовсе не как достоинство, а как
недостаток и совершенно для него не­
приемлемы. Находясь внутри жизненной
ситуации, человек веры делает предме­
том своей мысли не «бытие», а жизнь,
не космос, а историю. Космос можно со­
зерцать, в истории приходится участво­
вать 33. (В наш век, нередко называемый
«космическим», космос, как и история,
требует активного «участия».)
Библейский человек оперирует не «ка­
тегориями», а нерасчлененными симво­
лами человеческого самоощущения в
мире, всем своим складом исключая
технически-методологическую «правиль­
ность» философии греков34. Пользуясь
терминологией Т. Бомана, можно ска­
29Вот an Т. Op. cit., S. 170.
30IЪidеm, S,172.
31 См. ibidem, S. 174.
32Ibidem, S.178.
33 См. Аверинцев С. С. Указ, соч.,
с. 16.
?4См.там же,с.48,
130

зать, что мышление библейского чело­
века является психологическим и симво­
лическим, а древнего грека —логическим
и инструментальным («орудийным»).
Если для античного грека истина про­
истекает из его теоретической («созер­
цательной») деятельности, то для биб­
лейского человека —из его религиозно­
нравственных переживаний, чаяний и
надежд. Критерием истины древний грек
считал логическую непротиворечивость
суждений, а также наблюдаемые факты
п события, а приверженец иудейско-
христианского вероучения, если позволи­
тельно так выразиться,- эмоционально­
волевую убежденность, иррациональную
вдохновенность, словом, чувство яснови­
дения и прозрения. В неразложимом на
рациональные моменты чувстве облада­
ния абсолютной истиной коренится ре­
лигиозный догматизм и фанатизм, нетер­
пимость к инакомыслию. Возможно, что
в какой-то мере с чувством ясновидения
и откровения связаны также пренебре­
жение очевидными фактами и законами
логики, наблюдаемое не только у сред­
невековых теологов, но и у некоторых
современных сторонников тезиса об «ис­
торизме» греков 33.
Таким образом, сопоставление филосо­
фии греков и библейской религиозно­
мифологической веры, на основании ко­
торого предпринимаются попытки дока­
зать тезис об «антиисторизме» греков,
не обосновано ни логически, ни факти­
чески, ибо философия, миф и религия
представляют собой различные формы
общественного сознания. Но так уж по­
велось, что некоторые антиковеды, не
говоря уже о теологах и религиозных
философах, проводят параллели между
этими формами сознания. Чувство исто­
ризма, по их мнению, зародилось вместе
с иудейско-христианским вероучением,
35 Как известно, О. Шпенглер относит­
ся к числу этих приверженцев идеи о
том, что греки не ведали идеи истории.
Пытаясь как-то «оправдать» вопиющие
по своей произвольности построения
О. Шпенглера и многочисленные факти­
ческие огрехи его книги «Закат Евро­
пы», Ф. А. Стенун предположил, что на
упреки в произвольности и надуманно­
сти исторических суждений Шпенглера
последний мог бы ответить знаменитой
фразой Гегеля о том, что, если факты не
укладываются в умозрительную конст­
рукцию, то «тем хуже для фактов». Впро­
чем, Ф. А. Стелун добавляет: «Для Шпен­
глера нет фактов вне связи с его новым
внутренним опытом... Это значит, что
формально логические и позитивно науч­
ные неверности шпенглеровской концеп­
ции должны быть поняты и оправданы
в ней как гностические точные символы»
(«Освальд Шпенглер и «Закат Европы».
М., 1922, с. 32). Однако ссылкой на ясно­
видение («внутренний опыт») и «гности­
ческие точные символы» можно оправ­
дать любой произвол и нелепость в
науке.
изобразившим историю своего рода дра­
мой, в которой разыгрывается судьба
мира и всего человечества.
Главные идеи христианско-теологиче­
ского понимания истории сводятся к сле­
дующему: сотворение мира богом и яв­
ление Христа, т. е. «очеловечение бога»
и его искупительная жертва, составляют
два уникальных события, определивших
специфику истории и исторического вре­
мени, т. е. содержание исторического со­
знания в собственном смысле слова. Так,
воплощение бога не допускает никаких
перевоплощений, палингенесии и «вечно­
го возвращения». Поэтому история не­
повторима, историческое время необра­
тимо, движение истории прямолинейно,
а не циклично. Считается также, что в
отличие от мировоззрения библейского
человека мышление грека сконцентри­
ровано не на истории, а на космосе, кото­
рый рассматривается как бесконечный
круговорот вещественных стихий и бес­
цельное повторение одних и тех же про­
цессов 36, иначе говоря, в мире ничего
нового не возникает.. Кроме того, для
грека история есть часть природы (кос­
моса), а для приверженца иудейско-хри­
стианской веры, напротив, природа -
часть истории как «промысла божия»;
воззрения грека иа универсум сводятся
к пространству и статичности, а привер­
женца библейского вероучения - к вре­
мени и динамичности; у греков даже вре­
мя дано в пространственных представле­
ниях, а в библейских текстах само про­
странство выражено в модусе временно­
го движения —как «вместилище» необра­
тимых процессов. Поэтому греческий
«космос» в изначальном смысле этого
слова такой «наряд», который есть «ряд»
и «порядок», т. е. законосообразная и
симметрическая пространственная струк­
тура. Библейский же «одам» в изначаль­
ном смысле слова означает «век», иначе
говоря, поток времени, несущий в себе
все вещи: мир как историю. Словом, го­
воря словами Н. Бердяева: «Природа
есть пространство. История есть время.
Нам мир предстоит, как природа, когда
мы его рассматриваем с точки зрения
причинности, и он нам предстоит, как
история, когда мы рассматриваем его с
точки зрения судьбы... Грек воспринимал
мир статически, он был для него при­
родой, космосом, а не историей»37.
(Высказывая аналогичные идеи в более
позднем своем сочинении, И. А. Бердяев
утверждает, что в библейской концепции
истории, пронизанной мессианским со­
знанием, «...заложены религиозные ис­
точники революционно-социальных уче-
36 Это распространенное представление
о «космосе» греков страдает односторон­
ностью. Понимание «космоса» в качест­
ве гармоничного (прекрасного и разум­
ного) миропорядка заключало в себе
как идею о целесообразно организован­
ном целом, так и пантеистическую идею
о «божественном» строе вещей.
37 Бердяев Н. А. Указ, соч., с. 60.
т

mm истории, всех социалистических дви­
жений».) 38 Это утверждение Н. Бердяе­
ва нуждается в самостоятельном анализе
и критике.
Исследователи, трактующие греческий
«космос» как пространство, а библейский
«олам» как время («век»), облегчают
себе задачу, умалчивая о греческом
«зоне» (alcbv), означающем в изначаль­
ном смысле слова «век», «вечность». Уже
Анаксимандр говорит о «бесконечном
зоне», а Гераклит называет процесс веч­
ного обновления мира-космоса «эоном»,
вековечным состоянием, т. е. характери­
зует мир-космос в модусе времени. Кро­
ме того, греки отличали «зон» от «хро-
носа», т. е. объективного и измеряемого
числом (календарного, хронометрическо­
го) времени, непрерывно текущего из
прошлого в будущее. Греки проводили
различие также между «хроносом» и
«кайросом» —«надлежащей мерой», «над­
лежащей порой», «подходящим време­
нем», «подходящим моментом» и т. д.
«Кайрос есть как бы перерыв в непре­
рывном течении времени («хроноса») 39.
Известно также, что Платон, противопо­
ставляя вечность («зон») времени («хро-
носу»), определяет время как «подвиж­
ный образ вечности». Наконец, обраща­
ет на себя внимание тот факт, что «зон»
в иудейско-христианской традиции вовсе
не означает «бесконечность» в строгом
смысле слова. «В эсхатолии иудаизма и
христианства термин «зон» выступает
как греческая передача еврейского
olam («век») и означает очень продол­
жительное, но принципиально конечное
состояние времени и всего мира во вре­
мени» 40. Итак, получается, что будет та­
кое время, когда наступит конец време­
ни... По-видимому, речь идет о конце
«истории», понимаемой в смысле «века»,
периода времени от «сотворения» мира
до судного дня. Впрочем, не собираясь
рассуждать на теологические темы о кон­
це «времени и всего мира во времени»,
обратим внимание непредубежденного
читателя на следующее.
Произвольно приравняв греческую фи­
лософию с иудейско-христианской теоло­
гией, «антиисторики» столь же произ­
вольно отождествили природу с прост­
ранством, а историю с временем, хотя
очевидно, что природа, существуя в про­
странстве, не сводится к пространству,
а история, как совершившиеся (и совер­
шающиеся) во времени деяния людей
и события, не становится вследствие
этого просто временем. Но без такой «ре­
дукции» трудно доказать «аисторизм»
38 Бердяев Н. Опыт эсхатологиче­
ской метафизики (Творчество и объекти­
визация). Париж, 1947, с. 175.
39 См. Муцопулос Е. Является ли
этика Демокрита этикой Кайроса? —
В сб.: «Proceedings of the 1-st Interna­
tional Congress on Democritus». Xanthi,
1984, p. 317. (На греч. яз .).
40 «Мифы народов мира», т. 2. М.,
1982, с. 863.
античного мира. С целью обоснования
превосходства
иудейско-христианского
вероучения над античной философией
эти исследователи обычно выявляют так­
же (с незначительными вариациями) ряд
взаимоисключающих оппозиций, анало­
гичных указанным оппозициям природа-
история, пространство-время, как-то: не­
обходимость-свобода,
созерцание-дейст­
вие, пассивность-активность, разум-со­
весть, телесность-духовность и т. д. При
этом предполагается, что первая часть
оппозиции присуща античному человеку,
а вторая - библейскому. Наконец, для
доказательства «аисторизма» греков «ан­
тиисторики» нередко ссылаются на ре­
лигиозно-мифологические представления
греков о «вечном возвращении» и палин-
гепесии.
По их мнению, античному циклическо­
му течению времени соответствует кон­
цепция замкнутой, или циклической, кон­
цепции истории, согласно которой собы­
тия бесконечно повторяются, т. е. исто­
рия представляет собой процесс вечного
(и бессмысленного) повторения, в кото­
ром одно событие имеет значение не
большее, чем другое. Напротив, в «ли­
нейной» концепции течения времени,
свойственной иудейско-христианской ре­
лигии, имеются начало и конец истории:
в этой «истории» каждое событие полно
смысла и значения, исключительно и
уникально.
К сожалению, сторонники тезиса об
«аисторизме» греков не опираются на те
или иные исторические факты, которые
подтвердили бы отстаиваемый ими те­
зис. Ссылка же на миф о «вечном воз­
вращении» (кстати, этот миф, присутст­
вует в мифологии не только греков, но
и многих других народов) не является
аргументом, ибо речь идет не о мифо­
логических взглядах греков, а о нали­
чии или отсутствии у них идеи исто­
ризма —чувства историзма и историче­
ского сознания41. Проще говоря, об ис­
торическом сознании греков, как, впро­
чем, об их философии, нельзя судить
по их мифологии. Аналогичное следует
сказать и об идее о палингенесик. От
того, что эта идея встречается у неко­
торых греческих философов, она нисколь­
ко не перестает быть религиозно-мифо­
логической идеей.
Распространенная точка зрения, со­
гласно которой греки мыслили течение
41 Согласно новейшим исследованиям,
возникновение зачатков исторического
мышления сопровождалось отказом от
цикличной мифологической схемы време­
ни. Так, по словам Вяч. Вс. Иванова,
«в античном варианте мифологии (в част­
ности в эпическом повествовании у Ге­
сиода) характерное для архаической ми­
фологии представление о циклическом
мифологическом времени заменяется
представлением о ряде времени» (И ва ­
н о в Вяч. Вс. Миф и мифическое созна­
ние. — «Вопросы философии», 1986, No 7,
с. 150).
132

времени «циклично», а приверженцы
иудейско-христианского
вероучения -
«линейно», представляет собой тенденци­
озное толкование некоторых религиоз­
но-мифологических воззрений греков,
а также определенных идей их истори­
ков и философов с позиции современной
христианской теологии. Американский
ученый Дж. А. Пресс в статье «История
ы развитие идеи истории в античности»,
исследовавший, в частности, термин «ис­
тория» у греческих авторов, пришел к
выводу, что сторонники «аисторизма» гре­
ков навязывают древним грекам и ран­
ним христианским авторам чуждые им
модели мысли. По его словам, «пи один
греческий или римский автор никогда
не утверждал, что история движется по
замкнутому кругу, и ни один христиан­
ский автор не говорил, что развитие ис­
тории носит линейный характер. Так же
никто из греческих или римских авто­
ров не утверждал, что история повторя­
ется, и никто из христианских авторов
не говорил, что она создается раз и на­
всегда» 42.
Вот некоторые смысловые значения
термина «история» у древних греков.
Гомер словом histor обозначает третей­
ского судью, т. е. человека, способного
рассудить спорящих, установить, кто из
них прав, а кто виноват (см. Илиада,
XVIII, 499-501; XXIII, 485-486). У Ге­
раклита historas означает «осведом­
ленность»: «Нужно, чтобы мужи фило­
софы были во многом хорошо осведом­
лены» (фрг. 35; см. также фрг. 129 Diels).
Установлено, что «отец истории» Геро­
дот использует термин «история» преи­
мущественно как синоним слова «рас­
спрашивать», «разузнавать», «расследо­
вать», точнее, результат, полученный пу­
тем расспросов, разузиаваний и расследо­
ваний. Вместе с тем у Геродота намеча­
ется понимание «истории» как научно-
методического исследования и установ­
ления причин описываемых событий.
Для нашей цели важно отметить, что
у Геродота понимание «истории», про­
низанное обостренным чувством исто­
ризма (чтобы ни события с течением
времени «не пришли в забвение», ни ве­
ликие деяния людей «не остались в без­
вестности»), связано с деятельностью
людей. Иначе говоря, для Геродота «ис­
тория» представляет собой расследова­
ние с целью получения достоверной ин­
формации о событиях и людях, их де­
лах и деяниях. Более того, «отец исто­
рии» в первоначальной форме ставит пе­
ред собой задачу рационального осмыс-
42 Press G. A. History and Develop­
ment of the Idea of History in Antiqui­
ty. — «History and Theory», 1977, v. 16,
N 3, p. 288. См. также: Тахо-Годи
А. А. Ионийское и аттическое понимание
термина «история».— В сб.: «Вопросы
классической философии», М., 1969, вын.
2, с. 107—126.
ления событий, т. е. установления меж­
ду ними причинно-следственных связей.
Научно-рационалистическое осмысле­
ние хода событий со всей определенно*
стью выражено у Фукидида, который в
отличие от Геродота полностью исклю­
чил вмешательство сверхъестественных
сил при изображении им явлений реаль­
ной действительности. Видя задачу ис­
торика в «отыскании истины»43, Фуки­
дид объясняет действия людей причи­
нами, коренящимися в самой же челове­
ческой природе44, в частности в прису­
щем людям стремлении к преобладанию
и жажде власти, выгоды и, наконец, сво­
боды —чувстве «более сильпом и неодо­
лимом» в человеке, нежели его стремле­
ние к господству, и толкающем его «на
рискованные предприятия»45. «Челове­
ческая природа», являясь одним ш по­
стоянных факторов исторического про­
цесса, стихийна и бессознательна в своей
основе; она проявляется по-разному в
зависимости от сложившихся условий и
обстоятельств. Так, в период мира и
благополучия как государства, так и от­
дельные люди обычно питают друг к
другу честные намерения, чего нельзя
сказать относительно периодов междоусо­
биц и войн.
Итак, для Геродота «история» есть по­
вествование о деяниях людей на основе
собранной информации, о мотивах их по­
ступков и причинах происшедших со­
бытий, а для Фукидида «история» - это
объективное описание закономерного
хода событий, определяемого природой
человека, его сущностью. Ясно, что по­
нимание «истории» Геродотом и Фукиди­
дом существенно отличается как от
иудейско-христианской концепции исто­
рии, так и от ее экзистенциалистской
разновидности, сводящей «историю» к те­
чению времени —к переживанию «пото­
ка» жизни со всеми ее страданиями и
заботами, страхами и ожиданиями. Оче­
видно и то, что идея об «антиисторизме»
греков возникла в результате модерни­
зации их представлений об истории как
области знания, т. е. явилась продуктом
переноса на них чуждых их схем мыс­
ли. Разумеется, античные представления
об истории можно (и зачастую нужно)
сопоставлять с представлениями после­
дующих периодов истории вплоть до со­
временности. Такое сопоставление позво­
ляет глубже понять, как ставились и ре­
шались иные проблемы. В известной
мере можно даже смотреть на античность
с позиций современности (что, собствен­
но говоря, часто и делается), однако на
этом основании нельзя молчаливо пола­
гать, что проблемы, занимавшие древних,
во всем аналогичны нашим, становясь,
таким образом, на антиисторические по­
зиции и считая, что ничего нового под
солнцем нет.
43 Фукидид. История. I, 20, 3.
44Тамже,I,22,4.
45 Там же, III, 45, 4—6.

ФИЛОСОФСКИЕ ЗАМЕТКИ
Диалектика соотношения
морали и нравов
И. Р . МАМЕД-ЗАДЕ, Н. С. САФАРОВ (Баку)
В советской этической литературе нра­
вы традиционно определяются как обы­
чаи, правила, имеющие моральную зна­
чимость в той или иной социальной груп­
пе, среде, для того или иного класса,
общества. Именно этим понятием широко
пользуются при характеристике норм по­
ведения, бытующих в обществе.
Изучению нравов в этике уделяется
немалое внимание. Причем рассматри­
ваются они с различных позиций —и как
отдельный, самостоятельный способ регу­
ляции поведения людей и как элемент
системы морали общества. Достаточно
вспомнить труды О. Г. Дробницкого,
А. И. Титаренко, Г. В. Кузнецовой,
Л. М. Максимова и др. Большое место
исследование нравов занимает и вне об­
ласти этики —например, в социографии,
непосредственно наблюдающей и описы­
вающей нравы.
Для нас выведенная в названии статьи
проблема, помимо теоретического, имеет
и практический интерес в связи с «боле­
выми точками», реально возникающими
в сфере «мораль-нравы» в нашей рес­
публике.
К сожалению, исследователи в целом
оставляют без внимания различия в об­
щественных и групповых нравах. Это
ведет к неполному представлению о
сложном взаимодействии морали и нра­
вов. Тем более что при социализме все
еще существует определенная дисгармо­
ния между ними. Это первое, на что мы
хотели бы обратить внимание в начале
статьи.
Соотношение морали и нравов - проб­
лема не только исторического прошлого,
но она актуальна и сегодня, сохранит
свое значение и в будущем. И хотя счи­
тается, что «движение общества к ком^
мунистической цивилизации постепенно
устраняет причины возможной дисгармо­
нии морали и нравов» %на наш взгляд,
1 См. Кузнецова Г. В
., Макси-
мов Л. В. Мораль и нравы в истории
цивилизации (Анализ понятий), В сб.:
«Современная цивилизация, и моральные
ценности». М., 1982.
определенное несовпадение, не отменяю­
щее в то же время черт гармонии между
ними, сохранится достаточно длительный
исторический период. В материалах
«Круглого стола» «Вопросов философии»
по проблеме коммунистического воспита­
ния и развития личности на современном
этапе 2 профессор Г. М. Миньковский от­
мечал следующее: «Мотивация правона­
рушения в значительной степени связана
(речь не идет о злостных экономических
и общеуголовных преступлениях) не с
уровнем знания и одобрения основных
социальных ценностей нашего общества,
а с уровнем использования соответствую­
щего знания в качестве компаса повсед­
невного поведения» 3.
Нравы, взятые безотносительно к мо­
рали, не могут характеризоваться только
как позитивные, прогрессивные или же
как негативные и отсталые: либо они
поддерживаются социалистической мо­
ралью (тогда это передовые нравы), либо
идут вразрез с ее требованиями (отжив­
шие нравы). Казалось бы, в случае вза­
имного отрицания, конфликтности мора­
ли и нравов в обществе, нравы как явле­
ние групповое, ограниченное сферой сво­
его влияния и формирования, должны
довольно быстро утрачивать действен­
ность, жизненность.
Однако жизненная практика, как мы
знаем, гораздо сложнее теоретических
построений. Опыт социалистического со­
зидания показывает, например, что даже
взаимоисключающие позиции, характер
и содержание морали и отживших нра­
вов не означают немедленной и сиюми­
нутной победы социалистической морали
над этими нравами. Иначе, чем объяснить
стойкость нравов, чуждых нашему обра­
зу жизни, их живучесть, хотя они и не
поддерживаются моральными отноше­
ниями?
2 См. «Проблемы коммунистического
воспитания и развитие личности на со­
временном этапе (Материалы «Круглого
стола»)».— «Вопросы философии», 1985,
No 9, с. 59—69.
3См. там же.
134

На этот вопрос призвана ответить эти­
ческая наука, которая, конечно, испыты­
вает здесь ряд трудностей, связанных,
как это отмечалось в дискуссии этиков
на страницах журнала «Вопросы филосо­
фии», с методологической необеспечен­
ностью изучения реальных нравов, и
именно эта необеспеченность обусловли­
вает ее коренные слабости. Этике, под­
черкивает А. И. Титаренко, «напрямую»
приходится решать весьма многозначные
проблемы изучения такого «интимно-тон­
кого» предмета, как нравственность4.
Думается, поэтому этика нередко апел­
лирует к сфере художественного освое­
ния мира, тонко и глубоко способствую­
щего осмыслению острых духовных про­
блем. Советская художественная литера­
тура в своих лучших образцах подтверж­
дает это. Противоборство практикуемых
зачастую нравов и социалистической мо­
рали, старого и нового чутко улавливает­
ся и в современной азербайджанской ли­
тературе. Повести Ч. Гусейнова «Маго­
мед, Мамед, Мамиш», Р. Ибрагимбекова
«На 9-й Хребтовой» могут служить в ка­
честве яркого подтверждения сказанного.
В повести Р. Ибрагимбекова 5, написан­
ной на рубеже 60-70-х годов, но не поте­
рявшей своей актуальности поныне, автор
ее, кстати, пытается ответить на вопрос
о живучести старых нравов и при этом
приходит к мысли, что отбросить нравст­
венные представления, которые впитаны
чуть ли не с молоком матери,—дело чрез­
вычайно сложное. Писатель заметил ост­
рейшую проблему, когда личностная мо­
раль не опирается на соответствующие
общественные нравы, более того, когда
отжившие групповые нравы одерживают
верх над самой моралью.
Художественная литература улавлива­
ет острейшие духовные проблемы, но в
их разрешении и исследовании должны
принять участие философы-этики. Исто­
рия этических учений свидетельствует о
4 См.
«Развитие этики: панорама
идей».— «Вопросы философии»,
1984,
No6, с. 112.
5 Здесь одна сторона сложной собы­
тийной линии такова: положительный
герой повести оказывается свидетелем
совершения преступления «из-за чести»
(действие происходит в старом районе
большого города). Сам он такой способ
установления справедливости именует
«пережитком капитализма», и на вопрос,
смог ли он совершить подобное, реши­
тельно говорит «нет». Однако волею
судьбы из-за родной сестры, отвергнутой
женихом, он оказывается перед мораль­
ным выбором. Хотя ему и не хватает дос­
таточной уверенности в своей правоте,
он под воздействием групповых нравов
идет на расправу с «обидчиком». Непо­
средственное окружение, где все еще
сильно влияние стародавних представле­
ний о чести и достоинстве, положитель­
но относится к такому поступку. Более
того, это отношение и становится решаю­
щим фактором в принятии решения.
том, что выдающиеся умы всегда пыта­
лись детально разобраться в сложных и
неоднозначных духовных проблемах. Так,
теоретическое оформление проблемы
соотношения морали и нравов принадле­
жит Гегелю. Он писал, что «нравствен­
ность переходит в мораль»6. При этом
нравственность и есть у него сфера дей­
ствия нравов, которые на определенном
этапе (в частности, в эпоху античности)
переходят в мораль. Гегель считал, что
«действующий существующий закон»
стихийно формирующихся стандартов
поведения, который был «налично всеоб­
щим», данным самим фактом своего су­
ществования, «не подвергается критиче­
скому исследованию, а являет собой неч­
то последнее, на чем нравственное созна­
ние успокаивается», теперь ставится на
суд морального сознания. Так наступает
«отказ от общественных нравов и воцаре­
ние морали» 7.
Однако великий философ опередил
события, ибо «конец нравов», так и не
наступает. Более того, самым необходи­
мым, самым ценным и значимым оказы­
вается как раз разделение сферы нравов
и морали. Подчеркнем также и то, что
нравы не всегда являются стихийно фор­
мирующимися стандартами поведения.
При социализме, к примеру, появляется
реальная возможность управления этим
формированием. Однако не будем забе­
гать вперед. Прежде всего обратим вни­
мание на то, что Гегель под нравами
понимает «нечто» данное, которое при­
нимается именно в силу того, что так
поступают все (и на это обращает вни­
мание О. Г. Дробницкий8. Отметим, что
важное содержательное отли­
чие нравов от морали как раз и
заключается в том, что. прису­
щая морали противоречивость
должного и сущего не имеет
места в нравах, ибо это сфера
общепринятого, сила которой
в
уникальном совпадении
должного и сущего. Анализируя
соотношение морали и обычаев, О. Г.
Дробницкий писал, что поведение, пол­
ностью соответствующее обычаям, явля­
ется характерным для тех исторических
периодов в развитии общества, когда
люди еще не были способны рациональ­
но судить о потребности своей общест­
венной жизни, критически относиться к
наличным условиям бытия9. Здесь, на
наш взгляд, необходимо добавить сле­
дующее: в классовом обществе сфера того,
«как поступают все», дробится. «Все» те­
перь уже воспринимаются, как те, чей
авторитет беспрекословно принимают от­
дельные индивиды в силу своего соци­
ально-классового положения. Видимо,
именно поэтому нравы складываются
под влиянием целого комплекса социаль­
6 Гегель. Соч., т. X. М., 1932, с. 53.
7См.там же,с.52—55.
8 См. Дробницкий О. Г. Понятие
морали. М., 1974, с. 257—284.
9 Там же, с. 266—267.
435

но значимых ориентиров и ценностей,
среди которых немалое место занимают,
естественно, экономические и политиче­
ские. Однако для нас важно в данном
случае подчеркнуть, что групповые нра­
вы не отменяют действия общественных
нравов, но в классовом обществе за них
принимаются (они фактически навязы­
ваются) нравы той группы, которая об­
ладает всей полнотой экономической и
политической власти. Вот почему в клас­
сово-антагонистическом обществе конф­
ликт между господствующими общест­
венными нравами и нравами противо­
стоящих им групп прежде всего в силу
своего социального положения прини­
мает затяжной характер, который на­
ходит свое отражение и подкрепление
в морали. Смена одной системы морали
другой влечет за собой и смену нравов,
воцарение новых общественных нравов,
но еще в групповых нравах остаются
черты отживших. Ведь нравы —это «неч­
то» - и с этим согласны многие совет­
ские этики —связанное с привычкой,
устойчивое, впитанное, образно говоря,
с молоком матери. Об этом верно пишут
Г. В. Кузнецова и Л. В. Максимов: «...в
истории нередки и прямо противополоя-t-
ные коллизии, когда меняется содержа­
ние именно моральных нормативов,
а прежние нравы, закрепленные тради­
цией или иными причинами, сохраняют­
ся» 10.
В этической литературе не раз выска­
зывалась мысль о необходимости разли­
чать мораль и нравы. Однако некоторые
этики, рассуждая о различиях между
моралью и нравами, признают, что даже
при неизменности морали нравы могут
измениться, если в силу каких-либо исто­
рических причин изменится содержание
политических, идеологических ценностей.
На наш взгляд, эта мысль противоречит
диалектике соотношения морали и нра­
вов. Ведь мораль не представляет собой
нечто однозначное. Скажем, буржуазная
мораль на всем пути своего существова­
ния не является чем-то застывшим, хотя
бы потому что в ней происходят процес­
сы, вызванные необходимостью противо­
борства с пролетарской моралью (про­
тивоборство это подвижно). В то же вре­
мя с изменением нравов так или иначе
начинает изменяться и мораль, если не
в целом, то в какой-то степени. Подчерк­
нем: ведь мораль все же одна из важней­
ших составляющих нравов, и потому пе­
ремена нравов не может пройти бесслед­
но для морали. Вспомним, что нравы —
это обычаи, имеющие нравственное зна­
чение (основное определение) и . Естест­
венно, что нравы меняются довольно
медленно. Однако, если мораль в общест­
ве изменилась, а нравы остаются преж­
ними, то это может привести к достаточ-
но серьезным моральным коллизиям.
10Кузнецова Г. В., Максимов
Л. В. Мораль и нравы в истории цивили­
зации, с. 90.
11 См. «Словарь по этике». М., 1975,
с. 199 (под ред. И. С. Кона).
На наш взгляд, необходимо отметить
самое важное различие между моралью
и нравами, а именно то, что нравы пред­
полагают инстинктивный поступок, когда
выбор того или иного действия происхо­
дит как бы без участия сознания. Мораль­
ный же поступок предполагает внутрен­
ний сознательный выбор, иными словами,
речь здесь идет о творческой активности
самой личности, выбирающей свой жиз­
ненный замысел. Сфера приложения нра­
вов и морали может различаться, менять­
ся. Нравы более консервативны. Вспом­
ним, что В. И. Ленин об отживших нра­
вах писал, как о «силе привычки миллио­
нов» как о «самой страшной силе» 12. И в
то же время он писал о коммунистиче­
ском труде как труде, перешедшем в
привычку 13*. Отсюда следует, что нравы,
с одной стороны, являются необходимы­
ми формами регуляции поведения, а с
другой —что сфера и содержание нравов
со временем меняются.
Однако не всегда новые социалисти­
ческие нравы, поддерживаемые моралью
общества и в целом имеющие тенденцию
к укреплению и упрочению в сфере быта,
труда, семейных отношений, легко про­
кладывают себе дорогу. Возьмем такой
факт. Скажем, в далекое прошлое в ре­
гионах традиционного распространения
ислама ушло почитание памяти «святых
мучеников», погибших за веру. Тем не
менее парадоксальной является ситуа­
ция, когда в Азербайджане, в его круп­
нейшем городе Баку, люди, которых ни­
как нельзя заподозрить в набожности,
прекращают всякие празднества в дни
религиозного траура. Что это, дань ува­
жения мусульманским нравам? Либо не­
желание оскорбить чувства тех, кто ве­
рует? Возможно, и то и другое. Но тогда,
как это соотносится с нормами и нрава­
ми нашего общества? Очевидно, само по
12 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41,
с. 27.
13 См. Ленин В. И. Поли. собр. соч.,
т. 40, с. 315. Заметим, что, исходя из дан­
ного высказывания В. И. Ленина, неко­
торые современные философы-этики
отождествляют нравы и привычки. На
наш взгляд, не каждая привычка входит
в сферу нравов. При коммунизме отно­
шение личности к нравам станет внут­
ренне одобряемым и познанным, вошед­
шим в привычку, это уже и не есть соб­
ственно нравы, ибо здесь появляется ос­
новной признак морали, т. е. внутренне
осознанное отношение.
В этом смысле можно перефразиро­
вать известные слова Ф. Энгельса о том,
что «истинно человеческая мораль» ста­
нет возможной при полном слиянии мо­
рали и нравов. Диалектический подход
в исследовании морали подразумевает и
предполагает наличие периодов ее ста­
новления.
«Истинная мораль» в том
числе проходит свои этапы становления,
и в частности, «внесение» нравов в мо­
раль — один из этапов становления этой
морали.
136

себе расширение сферы действия передо­
вой морали, развитие сознания людей
еще не свидетельствуют об улучшении и
воцарении новых нравов,—не может лич­
ность быть духовно развитой без новых
привычек, нравов. Как справедливо от­
мечает А. И. Титаренко, признать, что
нравы развиваются к лучшему, можно
лишь с «саморазвитием гуманистическо­
го содержания нравов»14. И вместе с
тем, учитывая, что при социализме де­
лается решительный шаг к сознательно­
му формированию нравов, приходится
признать, что гуманистическое содержа­
ние нравов оказывается в тесной связи с
развитием морали, а развитие морали -
зависимым от позитивного изменения
нравов. Такова, собственно, одна из ха­
рактерных черт диалектического соотно­
шения морали и нравов. Скажем, у нас
в республике получило широкое распро­
странение устройство дел «по блату»,
протекция, система чаевых. Конечно,
причина этих недостойных социализма
моральных явлений связана и с экономи­
ческими затруднениями и с политиче­
скими ошибками, ко есть и иная причи­
на, лежащая в сфере нраве». И не сек­
рет, что зачастую человек с моральных
позиций осуждает то или иное деяние
(к примеру, не желает делать «подноше­
ния», «денежные» подарки), ко тем не
менее, попадая под влияние общих груп­
повых нравов, вынужден поступать про­
тив своих моральных убеждений. При­
чина этого состоит в том, что временами
в некоторых группах получают перевес
мелкобуржуазные нравы. Им в первую
очередь должны противостоять нравы ра­
бочего класса, но это противостояние
оказывается не всегда успешным, эффек­
тивным. На наш взгляд, в первую оче­
редь необходимо добиться того, чтобы
именно трудовой коллектив оказывал
важнейшее воздействие па формирование
нравов. Когда этого нет, берут верх груп­
повые нравы, которые зачастую форми­
руются стихийно. К сожалению, во мно­
гих коллективах интересуются лишь
вопросами выработки продукции, выпол­
нения плана и т. п., а досуг, сфера от­
дыха игнорируется. Собственно говоря,
это и есть пренебрежение к тому, что
именуется «человеческим фактором».
Некоторые руководители, придержи­
ваясь порочного стиля руководства, из­
бегают гласности своих решений, зажи­
мают критику. Поэтому проявляемое
время от времени внимание к нуждам и
запросам трудящихся воспринимается
последними как нечто лицемерное, не­
искреннее, внешнее. А ведь для того,
чтобы трудовой коллектив обрел свои,
скажем так, позитивные нравы, прежде
всего необходимо наличие внутреннего
единства коллектива, реальное функцио-
14 Титаренко А. И. Критерий нрав­
ственного прогресса. М., 1967, с. 131.
нирование в нем социалистических мо­
ральных отношений. Хотя, конечно, их
недостаточно для складывания социали­
стических общественных нравов. Дело в
том, что нравы могут и не сформировать­
ся, даже если имеются в наличии здо­
ровые моральные отношения. Ведь сфе­
ра нравов подчас более чутко, чем мо­
раль, реагирует на политические, эконо­
мические трудности (к примеру, нару­
шение принципа оплаты по труду и т. д .) ,
что создает конфликты в моральном со­
знании. Хотелось бы отметить, что вни­
мание ко всем сторонам жизни в трудо­
вом коллективе не должно принимать
формы мелочной опеки. Естественно,
в этом процессе огромная роль принад­
лежит руководителям, которые, кроме
профессионального уровня, должны об­
ладать определенной нравственной куль­
турой.
Резюмируя все вышеизложенное, под­
черкнем следующее:
а) разделяя сферу морали и нравов,
необходимо в каждом конкретном случае
уметь находить их соотношение. Некото­
рые авторы считают, что «плохие нра­
вы» —это не обязательно «плохая мо­
раль», а нарушитель определенных мо­
ральных норм - не обязательно носитель
«другой морали»15. Если со второй
частью в какой-то степени мы согласны,
то первая вызывает серьезные возраже­
ния. Что означает «плохая мораль»?
Может быть, мораль отжившая, но и она
когда-то была «хорошей». Вообще «пло­
хо», «хорошо» - оценки для морали слиш­
ком однозначные, фактически ничего не
выражающие; б) сфера, регулируемая
нравами в различных обществах, исто­
рически переменчива. Так, ислам в свое
время жесткой регламентацией всего об­
раза жизни расширял эту сферу, зача­
стую за счет морали. И, естественно, что
в районах традиционного распростране­
ния ислама в нашей стране соотношение
морали и нравов принимает несколько
иное звучание. Прежние нравы переста­
ли действовать (иногда частично), а со­
циалистическая мораль и нравы еще не
проникли полностью в глубь сознания
личности. Отсюда происходит так назы­
ваемый мозаичный стиль поведения: ког­
да личность поступает то так, то иначе.
В таком случае могут следовать друг за
другом поступки, противоречащие друг
другу. Эту ситуацию обязательно должна
учитывать система нравственного воспи­
тания в республике;
в) основу новых, гуманистических нра­
вов должно составлять отношение к дру­
гому человеку как самому себе. Пока мы
не можем утверждать, что добились по­
добного отношения. Окончательное ре­
шение этой задачи впереди.
15 Кузнецова Г. В
., Максимов
Л. В. Мораль и нравы в истории циви­
лизации, с. 90.

ФИЛОСОФИЯ ЗА РУБЕЖОМ
«Историческое» направление
в современной западной философии науки
о. в. ЛЕТОВ
В конце 50-х - начале 60-х годов на­
шего столетия в западной философии и
методологии науки произошли сущест­
венные изменения. Доминирующее влия­
ние логического позитивизма в области
методологии науки к этому периоду было
значительно «поколеблено» представи­
телями так называемого постпозитивист­
ского течения: М. Полани, Н. Р. Хэнсо­
ном, Т. Куном, П. Фейерабеыдом, С. Тул-
мином и др. Идеи, высказанные в их
работах, являются естественной реакци­
ей на узкий эмпиризм философии ло­
гического позитивизма. Представители
постпозитивистского течения основную
цель философии науки видят в изучении
условий изменения в науке (научных
сдвигов), прибегая при этом к широко­
му использованию материалов истории
науки. На смену стандартной концепции
науки, разрабатываемой в рамках нео­
позитивизма, выдвигается тезис о теоре­
тической «нагруженности» утверждений
наблюдения. При этом особо подчерки­
вается роль воображения, изобретатель­
ности ученого в научном поиске. Акцент
делается не столько на логико-методоло­
гическом подходе в изучении научного
знания, сколько на исследовании социо­
культурных и личностно-мировоззренче­
ских факторов в научном познании*.
Как известно, для представителей по­
зитивистского направления в философии
науки характерны такие черты, как
стремление «очистить» науку от фило­
софского влияния,
абсолютизировать
конкретно научный материал, при этом
недооценивается роль теории как сред­
ства познания. На определенном этапе
1 См. «Внутренние и внешние факторы
развития науки: философско-социологи­
ческий аспект проблемы» М., 1984; Вен-
цковский Л. Э. Философские пробле­
мы развития науки. М., 1982; Панин
А. В. Диалектический материализм и
постпозитивизм. М., 1981; Грязнов
Б.С
., Садовский В. И. «Историче­
ская школа» в современной западной ме­
тодологии науки.—
- «Общественные нау­
ки», 1979, No 1, с. 107—123.
развития науки эмпиристская тенденция
в позитивизме сыграла положительную
роль в критике натурфилософского спо­
соба мышления. Однако характер изме­
нений в науке XX в. уже не укладыва­
ется в прокрустово ложе позитивистских
к неопозитивистских программ.
Отдельные положения неопозитивиз­
ма были подвергнуты критике в англо-
американской философии К. Поппером2
и некоторыми другими авторами в
ЗО-х-40-х годах. Но К. Поппер не сумел
до конца преодолеть неопозитивистского
влияния3. Более всесторонняя критика
неопозитивистской программы исследо­
вания научного знания была осущест­
влена рядом представителей англо-аме­
риканской методологии и истории науки
в 50-70-е годы XX в. Первый этап этой
критики связывают с работами М. Пола­
ни и Н. Р. Хэнсона, в которых «доказы­
валось, что поскольку знание с необхо­
димостью в достаточной мере обусловле­
но субъективным элементом, то оно не
может быть полностью исследовано по
типу природного объекта»4.
К началу 60-х годов указанная тенден­
ция сформировалась в особое направле­
ние в философии науки, для представи­
телей которого характерно стремление к
синтезу эпистемологического и историко­
научного подходов к знанию. При этом
следует отметить неоднородность сфор­
мировавшегося направления, в котором
обнаружилось два основных течения,
резко полемизирующих между собой.
Одно из них нашло воплощение в рабо­
тах Т. Куна, а также Н. Р. Хэнсона,
М. Полани, П. Фейерабенда. Это течение
отличается стремлением преодолеть рам­
ки теории научного знания «зрелого»
Поппера. Другое течение, которое пред­
ставлено работами И. Лакатоса, Д. Агас­
2 См. Поппер К. Логика и рост науч­
ного знания. Избр. работы. М., 1983.
3 См., например, Грязнов Б. С. Ло­
гика, рациональность, творчество. М.,
1982, с. 10.
4 Венцков-ский Л. Э . Указ, соч..
с. 11
138

си, Д. Уоткинса и др., находится под
определенным влиянием попперовских
идейРаботы представителей первого
течения отличаются более радикальным
характером по сравнению с работами
второго. Следует отметить, что и в этой
группе философов имеются различия.
Представителей первого течения прежде
всего привлекает реальная история по­
знания. Обращение к ней позволяет вы­
явить зависимость познания от двух
тесно взаимосвязанных факторов: 1) лич­
ностно-мировоззренческого и 2) социо­
культурного. Влияние первого из них
стремится исследовать в своих работах
М. Полани, отчасти - Н. Р. Хэнсон, вто­
рого - П. Фейерабенд. Однако оба фак­
тора настолько взаимообусловлены, что
можно говорить о том, что в целом пред­
ставители данного течения опираются
на социокультурно-психологический под­
ход в изучении научного знания. «Груп­
па, черпающая свое вдохновение в кри­
тике логического эмпиризма с позиций
истории,- пишет Н. Р. Джир,—берет свое
начало поколением ранее и связана с
работами таких авторов, как ... П. Фейер­
абенд, Н. Р. Хэнсон, Т. Кун, С. Тулмин.
Отчасти в силу того, что их пути свя­
заны с интеллектуальной историей, от­
части в связи с реакцией на логический
эмпиризм эта группа особо подчеркива­
ет эволюцию научных идей и принижа­
ет роль эмпирических фактов в развитии
науки. С точки зрения этих мыслителей,
научная рациональность должна основы­
ваться «скорее на историческом процессе
развития науки, чем на (идеализиро­
ванном) сознании ученых» 56. Концепции
этих авторов оказали значительное влия­
ние на дальнейшую эволюцию западной
философии и социологии науки, в част­
ности на формирование Эдинбургской
школы, представители которой (Б. Барнс,
Д. Блур и др.) выдвинули так называе­
мую «сильную» программу в социологии
науки7. «Работы Куна, Фейерабенда и
др. по проблеме несоизмеримости,- от­
мечает Дж. Браун,- оказали огромное
влияние на Барнса и его сторонников» 8.
I
Работы М. Полани оставили заметный
след в англо-американской философии.
Например, М. Грин считает, что Полани
5См. Мамчур Е. А. Проблема выбо­
ра теории. М., 1975, с. 169.
6 G i е г е N. R. Testing Theoretical
Hypotheses. In: «Minnesota Studies in the
Philosophy of Science». Minneapolis, 1983,
p. 269.
7 См. Косарева Л. M. «Социально-
конструктивистская» концепция генезиса
науки,— «Вопросы философии»,
1984,
No 8, с. 122—130; Юдин Б. Г, Реляти­
вистская тенденция в западной социоло­
гии науки. В кн. «Философия и социоло­
гия науки и техники». М., 1986, с. 47—63.
8 Brown J. R. Introduction. — In: «Sci­
entific Rationality». Dordrecht, 1984, p. 12.
(наряду с такими мыслителями, как
Хайдеггер, Мерло-Понти и Витгенштейн)
подготовил почву для «революции в фи­
лософии», а его концепция «лкчношана-
ния» оказала существенное влияние на
мировоззрение ряда крупных современ­
ных философов9. Эпистемологические
взгляды Полани трудно охарактеризо­
вать однозначна В своих работах он во
многом предвосхитил современные тен­
денции западной философии и методо­
логии. М. Полани можно, на наш взгляд,
по праву отнести к разряду тех «неси­
стематичных философов», которые пыта­
ются осознать происходящие в науке
изменения и предложить (как правило,
в конфронтации с предшествующими
философскими конструкциями) собствен­
ные принципы методологического анали­
за 10.
Основные принципы концепции М. По­
лани включают следующее.
1. Предложения науки не являются
простыми описаниями наблюдений, и их
истинность или ложность не может быть
установлена в процессе наблюдения.
Даже в физике, этой наиболее «объек­
тивной» из наук, неизбежны суждения
вероятности. Но вероятность - это не
наблюдаемый факт, а результат личност­
ной оценки, лежащей вне этих фактов.
2. В случае столкновения между двумя
научными теориями или между научной
и ненаучной концепциями (к ненаучным
Полани относит, например, психоанализ
Фрейда) решающим критерием не долж­
но выступать то обстоятельство, что одна
теория соответствует эмпирическим дан­
ным, а другая нет. Любые факты можно
«подогнать» под теорию, если они интер­
претируются в свете этой теории. Для
изменения какой-либо теории требуется
не просто обращение к фактам, но пол­
ное изменение самих рамок интерпре­
тации. В этом случае на первый план
выступает критерий «интеллектуальной
красоты» теории как залог ее возмож­
ности выявить непознанную реальность.
3. Знание всегда подкрепляется интел­
лектуальным чувством субъекта; пред­
положения до тех пор не становятся
частью науки, пока их кто-нибудь не
выдвинет и не заставит в них поверить.
Это чувство играет известную роль в
определении того, что является и что не
является «наукой».
4. Любой процесс овладения навыками
в использовании инструментов, управле­
ния техникой и т. п. предполагает не­
явно выраженное подчинение определен­
ным предположениям о природе вещей,
9 См. Grene М. Tacit Knowing. — In:
«The journal of British Society of Pheno­
menology», 1977, v. 8, p. 169.
10 Критический
анализ
концепции
M. Полани дан в работах: Смирнова
Н. М. Теоретико-познавательная концеп­
ция М. Полани.— «Вопросы философии»,
1986, No 2, с. 136—144; Лекторский
В. А. Предисловие. В кн.: Полани М.
Личностнае знание, М., 1985, с. 5—15 и др.
439

которые мы непосредственно не осозна­
ем, то есть осознаем «вспомогательно»,
а не «фокально». Хотя и не существует
никаких гарантий относительно коррект­
ности подобных предположений, но без
них мы не можем осуществить процесс
отбора знания.
5. Знание не может быть формализо­
вано полностью. Ни одна формула не
может определить границы своего соб­
ственного применения, но это примене­
ние влияет на значимость и обоснован­
ность формулы.
6. Все наше знание о внешнем мире
основывается на неявно принятом мета­
физическом базисе; философские осно­
вания являются неотъемлемой частью
самой науки.
Общие и особенные черты взглядов,
М. Полани обнаруживают себя в срав­
нении с основными положениями кон­
цепции классического представителя
«исторического» направления Т. Куна.
Как у Куна, так и у Полани ученые об­
разуют на основе общепринятых кол­
лективных убеждений «научное сооб­
щество» (или, в терминологии Полани,
«республику науки»). «Доклад Т. Куна,-
отмечал Полани на международном сим­
позиуме по истории науки (Оксфорд,
1961),- может вызвать различные возра­
жения, но я к ним не присоединяюсь.
В конце своего доклада он утверждает,
что в настоящее время очень мало вни­
мания уделяется зависимости исследо­
вания от глубокой приверженности (уче­
ных) к общепринятым убеждениям.
Я не могу с этим не согласиться, ибо на
протяжении многих лет я пытался при­
влечь внимание к этому факту»11. Как
Полани, так и Кун разделяют положе­
ние о том, что не существует объектив­
ных, общепринятых правил выбора меж­
ду конкурирующими теориями (пара­
дигмами). Однако, признавая роль тра­
диции и авторитета, Полани в отличие
от Куна не склонен абсолютизировать
момент стабильности в науке, сближаясь
в этом вопросе с позицией П. Фейер-
абенда, отстаивающего свободную конку­
ренцию идей и теорий (принцип проли­
ферации). Утверждая, что изменения
внутри парадигмы могут быть не менее
«революционны»,
чем
кардинальные
(внепарадигмальиые) изменения поня­
тий, Полани, таким образом, релятиви-
зирует рамки «нормальной науки» Куна.
(К тем же выводам в данной проблеме,
что и Полани, приходит Фейерабенд в
своей концепции
«методологического
анархизма»). Нетрудно усмотреть, что
при наличии определенных общих черт
у каждого из указанных авторов име­
ются свои особенности в подходе к ана­
лизу науки. По сравнению с Куном,
в концепции которого роль социологи­
ческих факторов весьма значительна, для
Полани характерен подход, где относи­
тельно большое внимание уделяется
11 Ро1апу М. Commentary.— In:
«Scientific Change». N .Y ., 1963, p. 375,
воздействию психологических факторов I2.
В основе подхода М. Полани лежит
концепция «личного» (личностного) зна­
ния. Все знание Полани разделяет на
явное, которое мы черпаем из книг,
и неявное (личностное) знание, которое
приобретается в процессе человеческой
деятельности. Неявное знание трудно
поддается рефлексии и отличается своей
нестабильностью (с точки зрения воз­
можности сохранения в фокусе внимания
субъекта). М. Полани выделяет следую­
щие аспекты (или функции) личност­
ного знания: 1) семантический аспект:
посредством личностного знания пости­
гается значение выраженного в словах
явного знания; 2) онтологический аспект:
личностное знание, согласно Полани,
осуществляет контакт субъекта с реаль­
ностью; 3) психологический аспект: про­
цесс перехода от непосредственных осо­
бенностей к объединению их в опосре­
дованное связное целое осуществляется
благодаря личностному знанию.
В целях обоснования категории «лич­
ного знания» М. Полани обращается,
в частности, к результатам гештальт-
психологии. (Данные гештальт-психоло­
гии используют в своих исследованиях
Т. Кун, Н. Р. Хэнсон и другие предста­
вители «исторического» направления.)
У Полани в качестве отправного пункта
служит такой, казалось бы, тривиальный
принцип - нельзя понять целого, не видя
его частей, но мы можем видеть части,
не понимая самого целого. Важным мо­
ментом в этой связи является положение
о существовании двух уровней знания:
фокального (выразимого, явного) и вспо­
могательного (подразумеваемого, скры­
того) . Полани выделяет следующую
триаду: субъект - фокальное знание —
вспомогательное знание. Субъект обра­
зует некий интегративный центр, свя­
зующее звено между фокальным и
вспомогательным уровнем знания. Эти
уровни связаны таким образом, что
если субъект концентрирует свое вни­
мание на одном из них, то другой от­
ходит на второй план. Триада исчезает,
если субъект перемещает свое внимание
от фокуса к периферии13. Опираясь на
понятие интенциональности в интерпре­
тации Брентано и Гуссерля, Полани
вместе с тем пытается шире трактовать
это понятие. В отличие от беспредпосы-
лочной, чисто «отрицательной» трактов­
ки сознания у Гуссерля, М. Полани от­
мечает, что сознание имеет источники,
которые лежат в основе его направлен­
ности на объект. Эти источники вклю­
чают в себя отмеченные выше фокаль­
ный и вспомогательный уровни знания.
12 См. «Современная буржуазная фи­
лософия науки о языке и развитии есте­
ственнонаучного знания»., ч. 2. Таллин,
1982, с. 75.
13См. Ро1апу М. Logic and Psycho­
logy-— «American Psychologist»,
1968,
v.23,p.31
14Q

Рассматривая сознание, Полани выде­
ляет две его основные функции: вообра­
жение и интуицию. «Две функции со­
знания,- пишет
о е , — совместно
сопро­
вождают исследование от начала до
конца. Одна из них - в меру активные
силы воображения, другая - спонтанный
процесс интеграции, который мы назы­
ваем интуицией. Именно благодаря ин­
туиции ощущается присутствие скрытых
источников для решения проблемы. Имен­
но интуиция приводит в действие вооб­
ражение»14. М. Полани особо подчерки­
вает такие свойства, как активность и
личностный характер познания. «Харак­
терная структура всего нашего личност­
ного знания обнаружится более отчет­
ливо, когда мы осознаем, что все позна­
ние есть деятельность...» 15. Любое зна­
ние носит личностный характер, «позна­
ние - это участие посредством пережи­
вания»16.
Задача любой методологической кон­
цепции (в том числе и концепции По­
лани) - определить связь между объек­
тивным характером научного знания,
с одной стороны, и активностью субъек­
та в процессе познания - с другой. Зна­
ние объективно, поскольку оно содержит
в целом достоверную информацию о
мире. В то же время, как любой продукт
человеческой деятельности, знание со­
здается человеком и служит человеку,
а следовательно, испытывает влияние
«человеческого фактора». Своеобразное
решение данная проблема получила в
рассматриваемой концепции М. Полани,
которая исходит из преодоления ограни­
ченности как чисто эмпирического, так
и строго логицистского подходов, счи­
тает необходимой связь теории познания
с широким культурным контекстом17.
Наиболее уязвимым местом в концеп­
ции Полани является, пожалуй, вопрос
об истинности научного знания. В каче­
стве критерия истинности научной тео­
рии М. Полани выдвигает так называе­
мые нестрогие стандарты. В резуль­
тате понятие объективной истины По­
лани фактически заменяет такими кате­
гориями, как красота, убежденность,
интерес и т. п. Данная тенденция, харак­
терная для представителей «историче­
ского» направления в целом, на деле
приводит к отказу от понятия объектив­
ной истинности в философии и методо­
логии науки. Тем самым в решении
проблемы объективности научного зна­
ния Полани, по сути дела, продолжает
линию позитивизма в философии.
II
Норвуд Рассел Хэнсон (1924-1967)-
доктор философии Кэмбриджского и
Оксфордского университетов, в послед­
14 Pol any М., Pros^h Н. Meaning.
Chicago, 1975, р. 60.
15Ibidеm, р.42.
16Ibidem, p.44.
17 См. «Наука и этика». M., 1979, с. 89.
ние гады жизни преподавал историю и
методологию науки в Йельском универ­
ситете (США). Как свидетельствуют за­
рубежные авторы, Н. Р. Хэнсон наряду
с К. Поппером и еще одним-двумя фи­
лософами был пионером в обосновании
«историко-культурного» подхода в фило­
софии науки18. Уже в монографии «Об­
разцы открытия» (1958) Хэнсон выдвинул
ряд положений в области философии и
методологии, которые становятся опре­
деляющими для «исторического» напра­
вления и продолжают оставаться акту­
альными и по сей день 19.
Н. Р. Хэнсон в своих работах предпри­
нял попытку философского анализа
проблем, стоящих перед современной
наукой. Концептуальные взрывы в нау­
ке первой трети нашего столетия обу­
словили то, что физика из точной, ку­
мулятивной, экспериментальной дисцип­
лины, какой она была для Фарадея и
Кальвина, превратилась в нечто более
спекулятивное, аномальное и даже пу­
гающее. Отсюда Хэнсон делает вывод,
что современный научный поиск должен
быть направлен не на реконструкцию
старых фактов и объяснений в более
элегантные формальные системы, поско­
рее на открытие новых систем объясне­
ния. Цель этого поиска заключается не
в использовании теорий, а в их нахож­
дении, не в проверке гипотез, а в их
открытии. Хэнсон призывает исследовать
не то, как наблюдения, факты и данные
вписываются в особую систему теорети­
ческого объяснения, но как эти самые
системы формируют наши оценки фак­
тов и данных.
Подвергая критике неопозитивистское
положение о нейтральности утверждений
наблюдения по отношению к проверяе­
мой теории, Н. Р. Хэнсон пришел к
общей для «исторического» направления
идее - о доминирующей роли теорети­
ческих установок над эмпирическим ма­
териалом. Утверждения наблюдения фор­
мируются в рамках определенного тео­
ретического контекста. Исходя из этого
Хэнсон рассматривает любое утвержде­
ние в науке как теоретически «нагру­
женное». «Существует,- пишет он,—оп­
ределенный смысл в том, что видение
является теоретически «нагруженным»
предприятием. Наблюдение X формиру­
ется предварительным знанием об X.
Другое влияние на процесс наблюдения
заключается в языке или совокупности
условных знаков, используемых для вы­
ражения того, что мы знаем ...» 20.
Видение содержит нечто большее, чем
простое зеркальное отражение предмета.
Это «большее» предполагает лингвисти-
18 См. Nelson В. Homage to N. R. Han­
son. — «Boston Studies in the Philosophy
of Science», 1967, v. 3, p. XXXII.
19 См. «Современная буржуазная фи­
лософия науки о языке и развитии ес­
тественнонаучного знания», ч. 2, с. 9.
20 Hanson N. R. Patterns of Discove­
ry. Cambridge, 1958, p. 19.
141

ческий компонент видения. Иными сло­
вами, в процессе предметного восприя­
тия участвует язык. Вез последнего ре­
зультаты наблюдения не имели бы ни­
какого отношения к знанию как тако­
вому: важность наблюдения потеряла бы
всякий смысл. Именно благодаря языку
результаты наблюдения превращаются
в научное знание. В противном случае
наш зрительный опыт можно было бы
сравнить с сочетанием непонятных то­
чек, фигур и пятен, а наше знание о ви­
димом мире —с опытом слепого, или -
используя известное философское выска­
зывание - можно было бы говорить о
том, что наши чувства слепы, а наши
знания пусты. «Ребенок и неспециа­
лист,- пишет Хэнсон,- могут видеть: они
не слепы. Но они не могут видеть того, что
видит ученый-физик: они слепы к тому,
что видит он»21. Научное наблюдение
направлено не на регистрацию бессвяз­
ных и неведомых звуков, вспышек и
столкновений, а на учет этих звуков,
вспышек и столкновений как явлений
определенного типа. Новые явления
обычно обращают на себя внимание по
мере формирования соответствующей
системы понятий в данной области. Го­
воря языком психологии, мы предраспо­
ложены видеть, наблюдать, замечать тот
или иной характер явлений. Древние,
например, не замечали множество явле­
ний действительности, которые сейчас
кажутся банальными, но это нельзя
объяснить причиной несовершенства
зрения или отсутствием любознатель­
ности. Ученики Галена не видели, что
сердечная перегородка бывает обычно
плотной и не имеет отверстий. Физики
до 1900 г. не могли определить ошибку
в галилеевском доказательстве постула­
та о пропорциональности скорости сво­
бодно падающего тела времени, а не
пройденному пути. В свое время Гете
говорил о том, что мы видим только то,
что мы знаем. Если перефразировать эти
слова Гете, тезис Хэнсона о связи языка
и наблюдения можно сформулировать
так: «Мы можем видеть лишь то, о чем
мы можем сказать». Или: «Мы можем
воспринимать лишь то, что мы можем
выразить».
Таким образом, Н. Р. Хэнсон подчер­
кивает фактор влияния лингвистическо­
го компонента на характер научного
наблюдения. Язык как бы разделяет мир
видимых явлений на две области: одна
находится в поле нашего внимания, дру­
гая - вне его. Между ними имеется едва
различимая «граница»- именно здесь воз­
можно будущее открытие, которое спо­
собно внести изменения в понятийный
аппарат, существующие способы мышле­
ния и наблюдения. Иначе говоря, изме­
нение этой «границы», согласно Хэнсону,
приводит к научным революциям. Что
касается этапа развития «нормальной
науки»., то здесь указанные факторы
(теоретическая система понятий, спосо-
21 Ibidеm, р. 17.
бы наблюдения и т. п.) обусловливают
круг возможных открытий.
Исходя из принципа теоретической
«нагруженности», Н. Р. Хэнсон пытает­
ся подвергнуть ревизии «традиционную»
трактовку ключевых понятий методоло­
гии науки. Согласно традиционным пред­
ставлениям, в случае столкновения двух
конкурирующих теорий ставится прове­
рочный эксперимент, в результате кото­
рого одна из теорий должна быть от­
вергнута. Обратимся к примеру. В обла­
сти изучения оптических явлений неиз­
менно конкурировали две фундаменталь­
ные гипотезы. Стороииики одной (гипо­
теза I) рассматривают свет как части­
цы, а сторонники другой (гипотеза II) —
как волны. Обе гипотезы объясняют оп­
ределенный класс оптических явлений:
распространение света, отражение света,
рефракцию света и др. Гипотеза II пред­
полагает, что скорость света в воздухе
больше, чем в воде, в то время как, со­
гласно гипотезе I, скорость света в воз­
духе меньше, чем в воде. Иными слова­
ми, перед нами типичная ситуация для
«решающего» эксперимента. Опыты, про­
веденные Фуко в 1850 г., показали, что
скорость света в воздухе больше, чем в
воде. Тем самым если придерживаться
«традиционных» представлений о «ре­
шающем» эксперименте, то гипотеза I
должна была бы быть отвергнута «на­
всегда». Тем не менее, как мы знаем,
этого не случилось. Последующие откры­
тия в области оптических явлений
(в частности, фотоэлектрический эффект
и эффект Комптона) получали свое объяс­
нение лишь в терминах корпускулярной
теории.
Все это приводит Н. Р. Хэнсона к
мысли, что «решающий» эксперимент,
так же как и «чистое» наблюдение,
«неинтерпретированные» факты и т. п.,
относится к мифам традиционной фило­
софии науки. В действительности любой
эксперимент подтверждает или опровер­
гает пе отдельно взятую гипотезу, а си­
стему знания в целом, то есть совокуп­
ность предположений и ценностных
установок, логику постановки проблем
и т. д. Утверждение, согласно которому
эксперимент опровергает некоторую ги­
потезу, означает, по мнению Хэнсона,
не то, что данная гипотеза не имеет
предпосылок, но лишь то, что ее пред­
посылки «не приносятся в жертву».
«Решающий эксцеримент,- пишет Н. Р.
Хэнсон,- может быть решающим по
отношению к некоторой относительно
устойчивой совокупности предпосылок,
которые мы не собираемся опровергать.
Однако последнее отнюдь не означает,
что сами эти предпосылки могут все
время оставаться непоколебимыми»22.
Эксперимент оказывается «решающим»
лишь благодаря тому, что он выступает
в контексте проверяемой теории. Сама
проверяемая теория так или иначе уча­
22 Hanson N. R. Perception and Dis­
covery. San Francisco, 1969, p. 255.
142.

ствует в интерпретации результата «ре­
шающего» эксперимента.
Позиция Н. Р. Хэнсона по отношению
к проблеме объективности научного зна­
ния определяется его инструменталист­
скими взглядами. Положения научной
теории рассматриваются Хэнсоном в ка­
честве условных конструкций, средства
для упорядочения результатов наблюде­
ния. Поэтому вопрос об их соответствии
объективной реальности оказывается в
его концепции некорректным. Научную
теорию, по Хэнсону, не следует рассмат­
ривать как результат обобщения опре­
деленных фактов. Теория выражается на
языке общих суждений (скорее по об­
разцу алгебраических, чем арифметиче­
ских построений), поэтому к ней непри­
менимы критерии «истинности» или
«ложности». Согласно Хэнсону, по отно­
шению к теории наиболее уместны такие
термины, как
«применимость»
или
«плодотворность». «Применимость тео­
рии,- пишет он,- заключается в ее спо­
собности провести ограничение довольно
обширной области возможных наблюде­
ний. Ее плодотворность состоит в спо­
собности объяснять еще больше типов
наблюдения, чем это предусматривалось
ранее»2324. Сами теоретические суждения
Хэнсон сравнивает с рецептами повара.
Как рецепт лишь предписывает, что надо
делать с имеющимися в наличии про­
дуктами, так и теорию следует рассмат­
ривать скорее как указание, которое
дает возможность осуществлять те или
иные операции с некоторым классом
объектов наблюдения. «Рецепты и тео­
рии,- пишет Хэнсон,- сами по себе не
могут быть ни истинными, ни ложными.
Но с помощью теории я могу сказать
нечто большее о том, что я наблюдаю» и .
В работе «Восприятие и открытие» Хэн­
сон представляет науку как совокупность
специальных языков, роль которых срав­
нивается с набором инструментов, пред­
назначенных для различных целей.
«В науке,- пишет Хэнсон,- мы осу­
ществляем выбор понятийного аппарата
в соответствии с определенной целью так
же, как,- например, плотник использует
в одном случае пилу, а в другом - руба­
нок для того, чтобы придать дереву же­
лаемую форму» 25.
Подведем некоторые итоги. Н. Р. Хэн­
сон в своей концепции предпринял по­
пытку отразить ряд особенностей нового
этапа развития научного знания. Спра­
ведливо подвергая критике узкоэмпи-
ристский характер доктрины логического
позитивизма, Хэнсон осуществил реви­
зию «традиционной» трактовки соотно­
шения таких понятий, как теоретический
принцип и наблюдение, факты и гипо­
теза, теория и эксперимент. Опираясь
на результаты современной психологии,
он проводит идею об активном, динами­
ческом характере процесса восприятия,
23Ibidеm, р.308.
24 Ibidem.
25 Ibidem.
неразрывной связи наблюдения с рацио­
нальными моментами познания.
Концепция Хэнсона не лишена слабых
сторон. Справедливо подчеркивая роль
языка в процессе научного наблюдения,
Хэнсон существенно «усиливает» этот
тезис положением, согласно которому
понятийный аппарат во многом опреде­
ляет картину наблюдаемых явлений. Тем
самым Хэнсон в известной мере абсолю­
тизирует роль языка в научном позна­
нии. Последнее позволяет говорить о том,
что Хэнсон (вольно или невольно), в сущ­
ности продолжает линию в философии,
намеченную позитивизмом (вспомним
хотя бы известное высказывание Л. Вит­
генштейна: «Границы моего языка озна­
чают границы моего мира» (5.6) 26 со
всеми его крайностями и недостатками.
Неизбежным следствием хэнсоновско-
го положения о «полной теоретической
нагруженности» утверждений наблюде­
ния является тезис о несоизмеримости
последовательно сменяющих друг друга
теорий. Последний фактически превра­
щается у Хэнсона в «тезис несравнимо­
сти теорий»: общих критериев для срав­
нения альтернативных теорий не суще­
ствует. В результате Хэнсон вынужден
отказаться от понятия объективной ис­
тины в оценке научных теорий, что,
в свою очередь, означает очевидную
уступку релятивизму в философии и
методологии.
III
Работы Н. Р. Хэнсона и М. Полаии
свидетельствуют о существенном расши­
рении сферы методологической пробле­
матики в рамках «исторического» на­
правления. Вместе с тем этот процесс
не мог пройти «безболезненно» для
западных методологов, концепции кото­
рых основываются на довольно расплыв­
чатых философских установках. Инстру­
ментализм в трактовке научного знания,
отрицание объективности его характера
закономерно приводят представителей
«исторического» направления к серьез­
ным трудностям и противоречиям в ме­
тодологическом анализе научного зна­
ния, что наиболее ярко выявилось в по­
пулярной ныне на Западе концепции
«методологического анархизма» П. Фейер-
абенда27.
Сформулированные Н. Р. Хэнсоном
(а отчасти и М. Полани) философско-ме­
тодологические принципы —«теоретиче­
ской нагруженности» утверждений на­
блюдения в его радикальной трактовке,
несоизмеримости конкурирующих тео­
рий —легли в основу концепции П. Фейер_
абенда* Однако эти положения претер-
26 Витгенштейн Л. Логико-фило­
софский трактат. М., 1958, с. 80.
27 Критический
анализ
концепции
П. Фейерабенда см. в работах: Ники­
форов А. Л. Фальсификационизм и ме­
тодологический анархизм. В кн.: «В поис­
ках теории развития науки», М., 1982,
с. 210—240; Касавин И. Т. Традиции и
143

пели в его концепции дальнейшую эво­
люцию. Так, тезис о «полной теорети­
ческой нагруженности» трансформиру­
ется у Фейерабенда в прагматистскую
теорию наблюдения. Построение теорий,
согласно Фейерабенду, не зависит от
результатов наблюдения и эксперимен­
та. В итоге оказывается, что каждая
теория имеет свой собственный опыт,
и между этими «опытами» отсутствует
какое-либо пересечение. Основываясь на
прагматистской
теории
наблюдения,
Фейерабеид выдвигает принцип проли­
ферации, то есть необходимости созда­
ния как можно большего числа конкури­
рующих теорий. В данном случае кон­
курирующие теории выступают в каче­
стве «решающего» средства критики при­
нятой теории, причем «более действен­
ного», чем критика, основывающаяся на
сравнении теории с установленными
фактами. В результате оказывается, что
не факты, несогласные с теорией, полу­
чают приоритет над альтернативными
теоретическими гипотезами, а благодаря
отказу от альтернативных гипотез про­
исходит элиминация фактов, потенциаль­
но опровергающих принятую теорию.
Внешнее оправдание теории Фейерабенд
отказывается рассматривать в качестве
признака ее объективности. С его точки
зрения, теории, обладающие высокой
степенью эмпирической подтверждаемо­
сти, становятся почти неотличимыми от
мифа и существуют исключительно за
счет сообщества верующих и их лидеров
(будь то священники или нобелевские
лауреаты). Что же в итоге предлагает
П. Фейерабенд? По его мнению, проли­
ферация должна обеспечить такие усло­
вия научной деятельности, которые бы
не позволяли сдерживать даже наиболее
нелепые продукты человеческого разу­
ма *28*. Естественным следствием проли­
ферации у Фейерабенда является так
называемый
«плодотворный» реляти­
визм. Вера в «приближение к истине»,
по его мнению, лишь ограничивает воз­
можности развития научной теории. Не­
соизмеримость конкурирующих теорий
означает невозможность сравнения тео­
рий с точки зрения их истинности или
правдоподобия. «Что же остается?» —
возникает закономерный вопрос. Оста­
ются, согласно Фейерабенду, эстетиче­
ские суждения, суждения вкуса и наши
собственные субъективные желания2Э.
В основе отмеченных выше принципов
концепции П. Фейерабенда лежит гно­
сеологический плюрализм, который в его
концепции объявляется существенной
плюрализм: к критике культурологии
П. К. Фейерабенда. —«Вопросы филосо­
фии», 1984, No 6, с. 143—151; Нарский
И. С. Пол Фейерабенд и кризис «постпо­
зитивистской» методологии. В кн.: «Ф е й-
ерабенд П. Избр. труды по методоло­
гии науки. М., 1986, с. 5—28 и др.
28 См. Feyerabend Р. К. Problems
of Empicism.— «Philosophical Papers»,
v. 2. Cambridge, 1981, p. 143.
чертой всякого знания, претендующего
на объективность. В таком понимании
познание не есть ряд непротиворечивых
теорий, приближающихся к некоторой
идеальной концепции, оно не может быть
постепенным приближением к истине.
Познание в концепции Фейерабенда -
это скорее увеличивающийся океан
взаимно несовместимых (более того, не­
соизмеримых) альтернатив, в котором
каждая отдельная теория (или каждая
отдельная сказка, каждый миф) явля­
ются частями одной совокупности 30.
В понимании рассматриваемого напра­
вления концепция Фейерабенда пред­
ставляет интерес в том отношении, что
в ней наиболее отчетливо реализуются
возможности, заложенные в методологии
«исторического» направления. Общая
направленность этой методологии харак­
теризуется, с одной стороны, стремле­
нием преодолеть очевидные ограничен­
ности
неопозитивистской доктрины.
В первую очередь это касается пробле­
мы соотношения теоретического и эмпи­
рического в научном познании. Пред­
ставители «исторического» направления
в своих работах убедительно показали
несостоятельность позитивистского деле­
ния словаря науки на теоретические тер­
мины и термины наблюдения. С другой
стороны, Фейерабенд и др. некритически
заимствовали ряд установок, характер­
ных для позитивистской традиции. Преж­
де всего это относится к одной из клю­
чевых проблем методологии науки —
проблеме объективной истинности науч­
ного знания. В своих концепциях пред­
ставители «исторического» направления
вынуждены либо заменить понятие ис­
тины такими категориями, как красота,
интерес и т. п. (М. Полани), либо вовсе
отказаться от понятия объективной ис­
тинности в оценке научных теорий в
силу неспособности предложить крите­
рии для их сравнения (П. Фейерабенд).
Сходные идеи высказывает и классиче­
ский представитель «исторического» на­
правления Т. Кун. «Мир,- пишет он,—
кажется мне так же, как и кантовская
«вещь в себе», в принципе непознавае­
мым. Точка зрения, к которой я стрем­
люсь, также является кантианской, но
без «вещей в себе», а с категориями ра­
зума, которые могут изменяться в про­
цессе приспособления языка и опыта.
Такая точка зрения, на мой взгляд, не
делает мир менее объективным»31. Не­
трудно видеть, что расширение сферы
методологической проблематики сочета­
ется у представителей «исторического»
направления с инструментализмом и
историко-культурным релятивизмом в
качестве
философско-методологической
основы построения моделей развития
науки._____
29См. ibеdет, р.160.
30 См. Фейерабенд П. Избр. тру­
ды по методологии науки, с. 161—162.
31 Kuhn Т. Metaphor in Science. «Meta­
phor and Thought». Cambridge, 1980,
p. 418-419.
144

ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ ПОЧТЫ
ОТКЛИКИ ЧИТАТЕЛЕЙ: МНЕНИЯ И ОБСУЖДЕНИЯ
Когда знакомишься с материалами
«Круглого стола» на тему «Социальные
и методологические проблемы информа­
тики, вычислительной техники и средств
автоматизации» («Вопросы философии»,
NoNo 9, 10, И за 1986 г.), все больше
осознаешь остроту одного из противоре­
чий исследовательской мысли. С одной
стороны, мы видим, как участники
дискуссии хотели бы обосновать ту
грань, которая отделяет человеческий
интеллект от искусственного (ИИ) и к
которой последний будет приближаться
сколь угодно, но переступить ее не смо­
жет. С другой же стороны, мпогие
специалисты вслед
за
академиком
В. М. Глушковым стремятся опроверг­
нуть существование такой грани и, мало
того, доказать, что ИИ не только в ско­
ром времени окончательно достигнет ее,
но и пойдет дальше, оставляя человека
в положении опоздавшего пассажира,
бегущего вслед за уходящим со станции
поездом.
Участник дискуссии академик Г. С. По­
спелов в связи с этим отметил, что «к со­
жалению, до сих пор не изжито пред­
ставление о том, что возможно создать
искусственный интеллект как синоним
искусственного разума». Эти слова на­
ходят подтверждение, когда знакомишь­
ся с монографией В. Михалевича и
Ю. Каныгина «Кибернетика в жизни
общества». Здесь мы читаем буквально
следующее: «ЭВМ не только дополняет,
но и заменяет разум человека (и чем
дальше —тем больше)». Далее авторы
задают, как они сами оговариваются,
непростые вопросы: «До каких пределов
будет продолжаться автоматизация мыш­
ления? Есть ли вообще такие пределы?» 16,
Надо отдать должное участникам
дискуссии, они в большинстве своем
высказали мысли, далекие от фетиши­
зации информационных систем, в том
числе и таких, где используется искус­
ственный интеллект, развивали мате­
1 Михалевич В. С
., Каныгин
Ю. М. Кибернетика в жизни общества.
Киев, 1985, с. 148.
риалистические взгляды на происходя­
щие процессы кибернетизации и ком­
пьютеризации общества.
Одной из важных методологических
посылок, на наш взгляд, явилось бы
разграничение интеллектуальных спо­
собностей человека и информационных
возможностей систем ИИ, являющихся
по своему характеру либо мозгоподоб­
ными, либо немозгоподобными или же
гибридными построениями на основе
различения отражательных процессов у
человека и машины. Именно такой под­
ход, опирающийся на анализ свойств
отражения в живой и неживой материи,
на уровне кибернетических информа­
ционных систем и человека позволил бы
решить ряд важных в теоретическом и
прикладном отношении задач.
Он дал бы возможность классифици­
ровать различные формы и виды отра­
жения и соответствующие им инфор­
мационные процессы но диалектическо­
му принципу общего, особенного и еди­
ничного; определить специфические фор­
мы отражения, присущие человеку как
социальному существу (относящиеся к
эмоциональному, морально-нравственно­
му миру, различным видам творческой
деятельности и др.). Позволил бы вы­
явить общие черты информационных про­
цессов у человека и машины, что дало
бы методологическую основу для разви­
тия подсистем в общей системе «чело­
век - ИИ»; вычленить те информацион­
ные процессы, которые являются при­
оритетными в развитии подсистемы ИИ,
что открыло бы возможность прогнози­
ровать как исследования в области ИИ,
так и наиболее эффективное использова­
ние человеческого интеллекта в эври­
стической и производственной деятель­
ности.
Наконец, это способствовало бы со­
держательному определению различных
форм творческой деятельности, которая
обладает целым рядом специфических
свойств. Остановимся на этом подроб­
нее.
В отличие от других форм научное
творчество предполагает особый «про-
6 Вопросы философии, J4e 8
145

цесс познания,—говоря словами В. И. Ле­
нина,—включающий практику человека
и технику»2. Тем самым подчеркивается
его созидающий характер, тесно связан­
ный с трудовой, практической деятель­
ностью в области материального произ­
водства, которое немыслимо без соответ­
ствующих средств труда, техники.
В ходе социальной практики выявля­
ется общественная полезность той сово­
купности изобретенных средств, с по­
мощью которых достигается рост про­
изводительных сил, определяется их не
только экономический, но и социальный
эффект. Как известно, эти два показа­
теля далеко не всегда согласуются при
планировании друг с другом. В. й . Ле­
нин отмечал: «В своих орудиях человек
обладает властью над внешней приро­
дой, тогда как в своих целях он скорее
подчинен ей» 3.
Одна из важнейших сторон научного
творчества —его неразрывная связь с
социальной стороной бытия, с нравст­
венным, эстетическим, психологическим
и др. аспектами жизни общества. При­
чем чем глубже проникает научное
творчество в материальный мир, тем
более возрастает роль социальной прак­
тики, поднимается значение обществен­
ного влияния и контроля, разнообразнее
и демократичнее становятся связи нау­
ки и общества.
Научное творчество обладает имма­
нентно присущим ему свойством исполь­
зования особых средств в процессе ис­
следовательской деятельности. Это ка­
чественно отличает его от других форм
творчества. Присущие ему методы по­
знания преследуют цель искусственного
создания таких условий и обстоятельств,
при которых исследовательская мысль
проявила бы себя наиболее интенсив­
ным образом.
Творчество в научной деятельности
(впрочем, как и в других сферах: искус­
стве, например, и т. д.) зависит во мно­
гом как от субъективных (интерес, спо­
собности, ответственность и т. п.), так и
от объективных факторов: коренной
перестройки всей системы обществен­
ных отношений, совершенствования хо­
зяйственного механизма, способствую­
щего стимулированию творческого про­
цесса приращения знаний, а с другой
стороны, от внедрения достигнутого в
производство и социальную практику.
Большое значение имеет перестройка
всей системы образования, которая бы
преследовала цель создания единого ру­
ководящего органа, комплексного педа­
гогического подхода, предусматриваю­
щего преемственность всех звеньев об­
разовательного и воспитательного про­
цесса. Единая система образования по­
зволила бы снять межведомственные
2 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29,
с. 183.
3Там же, с. 172.
барьеры между тремя существующими
министерствами, осуществить общую
стратегическую политику подготовки и
воспитания кадров, в том числе и для
научного творчества.
Соглашаясь с мнением д. ф. и. В. Тюх-
тина, что никакое совершенствование
информационно-логических программ ке
заменит творческого потенциала чело­
века, хотелось бы акцентировать мысль
на его активизации и на тех факторах,
которые бы способствовали этому.
Исходя из сказанного, представляется
возможным определить ряд необходи­
мых требований к ЙИ с учетом активи­
зации научного творчества:
— системы ИИ призваны максимально
учитывать и развивать субъективно­
психологические особенности каждой
творческой личности, не допуская ее
нивелирования «в смысле богатства и
разнообразия духовной жизни»4, а, ста­
ло быть, адаптироваться к личности,
что будет способствовать выявлению тех
сторон индивида, которые следует учи­
тывать в информационном обеспечении
для достижения наклучшего эффекта
без проявления ситуации гоголевского
рассказа, где вареники сами летели в
рот его героя;
— учитывая, что творчество —прерыв­
но-скачкообразно в своем проявлении,
а развитие и деятельность ИЙ —непре­
рывны и постоянны, оптимальной фор­
мой соотношения подсистем в общей че­
ловеко-машинной системе представля­
ется избавление творчества от несвой­
ственной ему деятельности, снабжение
его в максимальной степени необходи­
мой и достаточной информацией;
— главная цель НИ, к чему необхо­
димо стремиться, —обобщение достигну­
того, отбор того, что служит необходи­
мым для творческого процесса, решение
простых логико-поисковых задач, не
требующих усилий человеческого интел­
лекта, а также и проведение все в боль­
шей степени экспериментальной части
исследования, а в дальнейшем и внед­
ренческих процессов;
—в
социальном плане развитие чело­
веко-машинных систем должно привести
к качественно новым формам общения,
которые позволяют значительно уско­
рить накопление н обмен социальной
информацией, ее производство и преоб­
разование во имя главной цели: все бо­
лее полного раскрытия сущностных сил
человека, которые не могут быть заме­
нены ИИ, а важнейшим составным эле­
ментом которых выступает научное
творчество.
А. П. СУХАНОВ,
д. ф. н., проф., зав. кафедрой
философии Новосибирского
сельскохозяйствекного института
4 Ленин В. И. Поле. собр. соч., т. 26,
с. 281
146

*
®
ш
Прочитал в первом номере вашего
журнала передовую статью а задачах
философии на современном этапе ев
развитии ж не мог вам не написать.
Статья оказалась созвучной с моими
собственными мыслями и настроением.
Хочется высказать несколько своих со­
ображений.
Одной из современных задач филосо­
фии является разрешение проблем, по­
ставленных научно-технической револю­
цией. Лишь единство философской -и
инженерной мысли способно решить
эту задачу. Классики марксизма-лени ­
низма были не только передовыми фи­
лософами, но и обладали незаурядными
познаниями в точных низших. На мой
взгляд, ? эпоху ускоренного развития
науки к техники фшжчески невозможно
сочетать в одном лиц© профессора фи­
лософии и доктора технических наук,
Времена философов-единочек прошли.
Исходя из этого, необходимо искать сре­
ди специалистов философски одаренных
людей и привлекать их к решению на­
гревших проблем- Тагах людей немало,
поверьте мне. Не каждый мыслитель
идет учиться на философа, технике то­
же нужны таланты, так что нужно боль­
ше вргфдушкваться к мнению спе­
циалистов О ¥Og£5 ИЛИ ИНОМ ВОПрОСв.
В наше время единство инженерной г
философской мысли должно осущест­
вляться но на уровне одиночек, а на
более высоком уровне коллективов уче­
ных, Чтобы избежать формального един­
ства, такие коллективы нужно создавать
из увлеченных людей, тех, кто будет
вкладывать в д&шв ш тшшно знания, но
и душу. Формы создания подобных сим­
биозов инженеров и философов могут
быть различивши. В частности, для ва­
шего журнала одной т таких ф о р м мо­
жет являться открытие на своих стра­
ницах дискуссий представителей раз­
ных шук. Для миящощя философски
одаренных специалистов можно в р ш ш *
зевать конкуре работ по различному
кругу seat, причем эти темы не сладуше
чрездшрж* расширять, а делать нх
конкретными. Специалисты не имеют
времени для написания больших по
объему работ, поэтому на страницах
журнала можно дести обзоры писем,
в которых в краткой форме будут вы­
ражены мнения ученых и инженеров.
Какими бы ни были эти меры, цель их
одна —заинтересовать специалист©® в
решении философских проблем, шшечь
им преодолеть стереотщ! мытаедаяс
философия для философов.
Философия избавляется т дэтшядо-
ма и косности, поэтому в ближайшие
годы неизмеримо возрастет ' кодуажр-
носдъ философских наук. Кое-кто, наг©
раньше отпугивали именно эти черты,
вдруг поймет, что он философ, но жиз­
ненный путь уже раз ж навсегда был
избрав и поздно его менять. Т а й м лю­
дям тоже можно будет помочу Я зя&ю
много людей, искрешш <шюбящшс фило­
софиюt однако, к большему сахкншз&ию,
все они одиночен, Щсжедокн ж догода^
споры с преподавателям на еешшарах
в институте, непояимажие коллег т ра­
ботеприводят к тому, чя&одшшш
люди замыкаются в себе. В уедздолх
гласности нужно чащз предоставлять
философскую трибуну людям е нефнло-
софскпм образованием, ни отторгать их
от философского творчества, а заходить
в их рассуждениях, не всегда, может
быть, носзшдоватальных, рахрюшшьнзы»
верши Одной ш таких трибун могут
оказаться страницы вашего журнала.
От всей души желаю, чтобы итж жур­
нал стаж верным другом т только фи­
лософов, но ж фшютф^ж ашшшщдх
€ЖбфШ££Н&ф0&&>
Г . В* СДМОЖМН, инженер

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
Философский клуб ГИСИ
На IV съезде Философского общества
СССР была дана положительная оценка
работы самодеятельного научного цент­
ра —Философского клуба ГИСИ (Горь­
ковского инженерно-строительного ин­
ститута) .
Философский клуб —это самодеятель­
ная научная организация, объединяю­
щая представителей различных социаль­
ных групп и сфер деятельности, кото­
рые активно занимаются философским
осмыслением проблем человековедения.
Клуб работает на общественных нача­
лах па базе кафедры научного комму­
низма ГИСИ им. В. П. Чкалова и про­
шел паспортизацию в Горьковском До­
ме ученых, где и организует еженедель­
ные заседания.
Философский клуб создан инициатив­
ной группой преподавателей, студентов
и выпускников ГИСИ в 1989 г. В настоя­
щее время его работа носит общегород­
ской характер. В составе клуба пред­
ставители многих профессий: философы,
психологи, экономисты, социологи, фи­
зики, математики, архитекторы, дизай­
неры, инженеры и т. д. В клубе на деле
реализуется связь философии с други­
ми науками в исследовании единой про­
блематики.
Членами юлуба' яйЛйются представи­
тели практически всех возрастных по­
колений (от 16 до 60 лет) и различных
социальных групп: школьники, студен­
ты, аспиранты, преподаватели, кандида­
ты и доктора наук, работники промыш­
ленных предприятий, научных учрежде­
нийит.д.
Широкий состав клуба позволяет все­
сторонне рассматривать каждую пробле­
му, учитывать потребности практики,
достижения многих наук. Основной со­
став клуба — 50 человек, но на органи­
зуемых клубом ежегодных симпозиумах
присутствует до 200—300 человек из 70
городов страны.
Поскольку клуб работает в системе Фи­
лософского общества СССР, постольку
его основной состав оформлен в качест­
ве членов ФО СССР. За 18 лет сформи­
ровался регулярный режим работы: еже­
недельные заседания, ежегодные межзо­
нальные симпозиумы (27—30 мая), еже­
годные издания тезисов докладов и т. д.
Работа клуба строится по методу Ге­
нерации Идей Совокупным Интеллектом
(метод ГИСИ), когда любая проблема
осмысливается и решается коллективно
специалистами различных профилей, ис­
пользующих единую диалектико-мате­
риалистическую методологию и совокуп­
ную информацию множества наук.
По существу, философский клуб пред­
ставляет собой пример перспективности
и плодотворности развития самодеятель­
ной (непрофессиональной) науки в на­
шей стране в современных условиях де­
мократизации общества и всемерного
развития самоуправления во всех сферах
общественной жизни.
В настоящее время его активом разра­
ботано Положение о клубе, Устав "фило­
софского клуба, Кодекс клуба, значок,
эмблема (они далее публикуются).
Разрабатывая, обосновывая и разви­
вая концепцию всестороннего развития
личности, члены клуба сами активно за­
нимаются научно-исследовательской, пе­
дагогической, управленческой, художест­
венной, физкультурной, производственно­
проектной деятельностью.
О продуктивности работы такого са­
модеятельного центра говорят некоторые
показатели. Организовано и проведено
14 межзональных научных симпозиумов
по актуальным проблемам социально-
экономического развития страны: «Все­
стороннее развитие^»■ли чн ости »t «Мера
человека — мир человека», «Теория по­
требностей и способностей», «Система
культуры личности», «Развитие комму­
нистических начал при социализме»,
«Социальные отношения и социальные
институты», «Человек и предметный
мир», «Методология и теория деятельно­
сти», «НТП и проблема социального
управления в свете решений XXVII съез­
да КПСС» и др. Программа симпозиумов
как своеобразных отчетов клуба перед
философской общественностью страны
разработана до 2000 года.
Членами клуба опубликовано 20 кол­
лективных и индивидуальных моногра­
фий, сборников («Процесс эстетического
отражения», «Методологические пробле­
мы эстетики», «Историко-генетические
закономерности искусства»,
«Эстетика
гражданского обряда», «Принципы дизай­
на», «Законы эстетики», «Теория потреб­
ностей и способностей», «Система куль­
туры и ее значение для НТП» и др.). Об­
щий объем монографических публика­
ций—132п. л.
На основе разработок клуба его члена­
148

ми защищено 2 докторских и 7 канди­
датских диссертаций, в стадии заверше­
ния 1 докторская и 7 кандидатских дис­
сертаций. По существу, на базе клуба
сложилась общественная аспирантура;
создано 5 проблемных групп головных и
проблемных советов Минвуза РСФСР
(«Философская теория деятельности»,
«Теория и практика всестороннего раз­
вития личности»,
«Методологические
проблемы теории коммунистического
развития личности», «Искусство и ди­
зайн», «Планирование социального раз­
вития региона»); создана внештатная
проблемная лаборатория «Управление
социальными процессами формирования
личности»; разработано свыше 100 прак­
тических рекомендаций, моделей для
партийных, советских, комсомольских и
профсоюзных организаций, внедрепо в
практику 20 разработок. Члены клуба
ежегодно читают до 400 лекций для на­
селения города и области.
Имеются перспективные монографи­
ческие разработки, ждущие своей публи­
кации: «Мера человека», «Философские
проблемы педагогики», «Основы техни­
ческой эстетики», «Система коммунисти­
ческого развития личности», «Философ­
ская теория деятельности», «Экологиче­
ская культура общества и личности»,
«Физическая культура общества и лич­
ности», «Социализация личности и педа­
гогическая деятельность», «История эсте­
тики в логическом изложении» и др., об­
щим объемом до 300 п. л.
В системе философского клуба осу­
ществляется научное исследование ряда
фундаментальных проблем: теория лич­
ности, теория социализации, теория дея­
тельности, теория потребностей и спо­
собностей, теория социальных отношений
и институтов и др. в рамках общей пер­
спективной темы «Марксистско-ленин­
ская теория человека». В этом направ­
лении достигнуты некоторые теоретиче­
ские результаты:
а) концепция единства информацион­
ной, операциональной и мотивационной
культур личности, формируемых процес­
сами образования, обучения и воспита­
ния;
б) концепция единства идеологической,
общей и профессиональной культур лич­
ности, определяющих становление граж­
данина, интеллигента и специалиста;
в) концепция всестороннего развития
личности как овладения основными ро­
дами деятельности общества: экономи­
ческой и экологической, управленческой
и педагогической, научной и художест­
венной, медицинской и физкультурной;
г) концепция единства, пяти подсистем
социума: способности, потребности, дея­
тельности, отношения, институты;
д) концепция деятельности как систе­
мы. образуемой составом ее основных
компонентов: субъект, объект, средства,
процесс, результат, условия, среда с
перспективой построения соответствую­
щих теорий;
е)
концепция шести принципов дизай­
на как шести направлений обеспечения
качества продукции: социологическое,
инженерное, эргономическое, экономиче­
ское, экологическое и эстетическое с
перспективой построения интегральной
системы управления качеством продук­
ции и др.
Данные фундаментальные разработки
в практическом плане попользуются в
деятельности созданного клубом общего­
родского двухгодичного Народного уни­
верситета дизайна (выпущено 625 слу­
шателей) в реализуемой на кафедре физ-
воспитаиия ГИСИ экспериментальной
программе «Физическая культура и со­
циальный прогресс» (1986—1990 гг.),
в проекте целевой программы «Эстети­
ческое развитие населения г. Тольятти»,
в программе гуманитарного факультета
ГИСИ, в «Комплексном плаке коммуни­
стического развития населения» Приок-
ского РК КПСС г. Горького, в проекте
развития студенческого самоуправления
в ГИСИ, в практике организации граж­
данских обрядов в Горьковской области,
в проекте разработки системы управле­
ния социально-экономическим развитием
г. Горького и т. д.
У философского клуба за 18 лет рабо­
ты сложились устойчивые научные, ор­
ганизационные и педагогические связи с
НТО, Волго-Вятским отделением ССА АН
СССР, ОК ВЛКСМ, обществом «Знание»,
с рядом партийных организаций, пред­
приятий.
Актуальной и позитивной направлен­
ности работы клуба способствует то, что
его. члены в разработке всех вопросов
последовательно руководствуются марк­
систско-ленинской методологией, в его
составе значительна доля членов КПСС,
в его работе участвуют достаточно ком­
петентные
высококвалифицированные
специалисты.
Работа клуба неоднократно анализи­
ровалась и освещалась в печати и полу­
чила положительную оценку: на Прези­
диуме Республиканского совета народ­
ных университетов (1976 г.), на выездном
заседании Президиума ФО СССР в
г. Горьком (1983 г.), на IV съезде ФО
СССР, в «Информационных материалах»
ФО СССР (No 5, 1981 г.), в журналах
«Философская думка» (No 1, 1986 г.),
«Знания — народу» (No 3, 1985 г.).
Как у всякого нового развивающегося
образования, у философского клуба
есть и трудности, и проблемы, и не­
доброжелатели, и скептики. Нас обви­
няют и в том, что мы привлекаем к ис­
следованию философских проблем ие-
философов, и в том, что мы используем
потенциал школьников и студентов, и в
том, что мы оторваны от практики, и в
том, что мы часто организуем симпо­
зиумы, и в том, что на наших форумах
много докладов, и в том, что мы будто
бы вводим новые термины («социум»,
«универсум»), и пр. и пр. Мы устали
оправдываться и объяснять. Нам надо
работать, и мы рады, что число наших
149

союзников и сторонников с каждым го­
дом не убывает, а увеличивается. Впе­
реди XV симпозиум —«НТП и законо­
мерности развития советского общества»,
посвященный 70-летию Великого Октяб­
ря. Заявки и тезисы прислали 185 че­
ловек из 67 городов страны.
18-летний опыт работы Горьковского
философского клуба говорит о важности
и необходимости развития а) междис­
циплинарных исследований актуальных
проблем общественной жизни; б) объе­
динений многопрофильных специалистов;
в) бескорыстного самодеятельного науч­
ного творчества как важного средства
активизации интеллектуального потен­
циала всех категорий
населения;
г) практических ориентаций научных
исследований; д) смелого вовлечения в
«большую науку» молодых творческих
сил.
Л. А. ЗЕЛЕНОЕ
(Горький)
Положение
1. Горьковский философский клуб
(ГФК) является самодеятельной науч­
ной организацией, объединяющей пред­
ставителей различных социальных групп
и сфер деятельности, которые активно
занимаются проблемами теории и прак­
тики всестороннего развития личности.
2. Философский клуб работает на об­
щественных началах на базе кафедры
научного коммунизма Горьковского ин­
женерно-строительного института им.
В. П. Чкалова.
3. Философский клуб проходит пас­
портизацию в горьковском Доме ученых,
где и организует общегородские заседа­
ния.
4 Горьковский философский клуб ра­
ботает под руководством Президиума
Философского общества СССР и ежегод­
но отчитывается перед ним.
5. Основными задачами ГФК являют­
ся исследование комплекса проблем тео­
рии всестороннего развития личности и
разработка практических рекомендаций
для различных социальных институтов
но управлению социальными процесса­
ми формирования личности в социали­
стическом обществе.
6. Работой ГФК руководит Совет, со­
стоящий из председателя, заместителя
председателя, секретаря и двух членов
совета. Совет избирается открытым го­
лосованием абсолютным большинством
голосов на общем собрании ГФК.
7. Основные расходы ГФК возмещают­
ся за счет членских взносов и помощи
организаций, с которыми клуб находит­
ся в постоянном взаимодействии.
8. ГФК руководствуется в своей рабо­
те данным Положением, Уставом клуба
и директивными постановлениями вы­
шестоящих организаций.
Устав
1. Философский клуб является само­
деятельной научной организацией, объе­
диняющей представителей различных
социальных групп и сфер деятельности,
которые активно занимаются проблема­
ми теории и практики всестороннего
развития личности в социалистическом
обществе.
2. Деятельность философского клуба
опирается на основные положения
марксистско-ленинской теории и про­
граммные документы Коммунистической
партии Советского Союза.
3. Горьковский философский клуб
(ГФК) организован на базе кафедры
научного
коммунизма Горьковского
инженерно-строительного
института
им. В. П. Чкалова инициативной груп­
пой преподавателей, студентов и вы­
пускников.
4. Основными задачами ГФК являют­
ся исследование комплекса проблем
теории всестороннего развития личности
и разработка практических рекоменда­
ций для различных социальных Инсти­
тутов по управлению социальными про­
цессами формирования личности в со­
циалистическом обществе.
5. ГФК работает под руководством
Президиума Философского
общества
СССР и ежегодно отчитывается перед
ним.
6. Работой ГФК руководит Совет клу­
ба, избираемый абсолютным большин­
ством голосов на общем собрании клу­
ба сроком на 5 лет.
7. Совет клуба состоит из 5 человек:
председателя, заместителя председателя,
секретаря, двух членов Совета.
8. Совет клуба разрабатывает програм­
му и планы работы клуба, рекомендует
кандидатуры для приема в члены клуба
из кандидатов, формирует оргкомитеты
симпозиумов и редколлегии сборников
тезисов, организует публикацию мате­
риалов клуба, представляет ежегодные
150

отчеты и руководит текущей работой
клуба, ведет все финансовые дела и
документацию клуба.
9. Членом ГФК может быть любой
гражданин СССР, признающий Устав
клуба, активно участвующий в теорети­
ческой и практической работе клуба и
уплачивающий членские взносы.
10. Вступающие в члены клуба про­
ходят кандидатский стаж сроком до
1 года для ознакомления с теоретиче­
скими и практическими разработками
клуба и организационно-нравственными
принципами его деятельности.
11. Прием кандидатом в члены клуба
осуществляется по рекомендации его
членов на общем собрании прямым
большинством голосов.
12. Кандидат в члены клуба имеет те
же обязанности и права, что и член
клуба, кроме права быть избранным в
руководящие органы клуба.
13. Прием в члены клуба осуществля­
ется из" состава кандидатов по рекомен­
дации Совета клуба на общем собрании
открытым голосованием прямым боль­
шинством голосов.
14 Исключение из числа членов клу­
ба осуществляется на общем собрании
открытым голосованием прямым боль­
шинством голосов по представлению Со­
вета клуба.
15. Член клуба обязан:
а) принимать активное участие в ис­
следовании теоретических проблем клу­
ба и разработке практических рекомен­
даций;
б) деятельно участвовать в пропаган­
де и внедрении теоретических и практи­
ческих разработок клуба;
в) соблюдать организационные прин­
ципы и нравственные нормы деятельно­
сти клуба, сформулированные в его ко^
дексе (см. приложение);
г) постоянно совершенствовать свою
мировоззренческую, общую и профес­
сиональную культуру;
д) по мере своих возможностей участ­
вовать в основных сферах общественной
жизни;
е) оказывать всемерную помощь как
членам клуба, так и другим лицам и
организациям;
ж) регулярно уплачивать членские
взносы.
16. Член клуба имеет право:
а) участвовать во всех мероприятиях
клуба;
б) быть избранным в руководящие
органы клуба;
в) свободно выдвигать собственные
идеи на заседаниях клуба и участвовать
в обсуждении выступлений других чле­
нов клуба;
г) критиковать деятельность как клу­
ба в целом, так и любого его члена;
д) использовать научные разработки
клуба в своей теоретической и практиче­
ской работе;
е) при необходимости получать тео­
ретическую и практическую помощь со
стороны клуба.
17. Денежные средства клуба слагают­
ся из членских взносов, а также из фи­
нансовой помощи организаций, с кото­
рыми клуб осуществляет постоянную
совместную работу.
18. Членские взносы взимаются как с
членов, так и с кандидатов в члены
клуба один раз в год в размере 1 рубля.
19. Философский клуб имеет собствен­
ные уставные значок, эмблему и член­
ский билет.
Кодекс
1. Принцип демократизма —все
принимают равное участие в обсужде­
нии всех проблем вне зависимости от
положения.
2. Принцип самодеятельности—
добровольное, творческое и бескорыст­
ное участие всех в работе клуба.
3. Принцип коллективизма —
все участвуют в обсуждении любой про­
блемы и имеют авторство на все идеи
при условии ссылки на работы клуба.
4. Принцип практической ори­
ентации—вся теоретическая работа
клуба в конечном счете подчинена зада­
че совершенствования практической дея­
тельности социальных институтов об­
щества.
5. Принцип междисциплинар­
нос ти—любая проблема может быть
решена лишь совместными усилиями
представителей основных областей нау­
ки и сфер общественной жнзни.
6. Принцип поступательности —
опираясь на достигнутое, постоянно дви­
гаться вперед.
7. Принцип критики —не прекло­
няться перед традициями и авторитета­
ми, проверяя их современным уровнем
реальной практики.
8. Принцип
самокритики—не
абсолютизировать и не канонизировать
достигнутого, постоянно обогащать и
обновлять собственные идеи.
9. Принцип конструктивности—
любая критика и самокритика чего-либо
стоят, если они сопрягаются с новыми
подходами и решениями.
10. Принцип систем пости —доби­
ваться в теоретической разработке лю­
бой проблемы построения системы соот­
ветствующей теории.
11. Принцип простоты—не увле­
каться псевдонаучным языком и дово­
дить анализ до общепонятной четкости
и ясности.
12. Принцип всесторонности —
любой член клуба должен стремиться к
освоению всех основных сфер обществен­
ной жизни.
13. Принцип единства —один за
всех, все за одного.

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин о социализме и коммунизме.
Составители: В. П. Кузьмин (руководитель), Г. А. Багатурия,
С. Е. Гречихо, В. Н. Кузнецов. М., Политиздат, 1986, 495 с.
Перестройка всех сторон жизни наше­
го общества, необходимость совершен­
ствования социализма поставили в по­
вестку дня задачу более полного исполь­
зования всего богатства идей марксизма-
ленинизма, его поистине неисчерпаемого
потенциала.
Особое значение в этой связи имеет
идейно-теоретическое наследие К. Марк­
са, Ф. Энгельса и В. И. Ленина по
проблемам научного коммунизма, кото­
рое и представлено в рецензируемом из­
дании, подготовленном Институтом марк­
сизма-ленинизма при ЦК КПСС.
Думается, главное достоинство книги
состоит в том, что она полно и всесто­
ронне воспроизводит марксистско-ле­
нинскую концепцию нового общества и
тем самым нацеливает на преодоление
еще встречающихся в литературе упро­
щенных стереотипов.
Отличительная черта сборника —ряд
необычных решений, реализованных при
его подготовке. Они явились плодотвор­
ным результатом продиктованного духом
времени нестандартного подхода соста­
вителей к выполнению своей задачи. Об
этом свидетельствует, в частности, орга­
низация включенного в сборник мате­
риала. Извлечения из произведений
классиков марксизма-ленинизма тща­
тельно классифицированы и сгруппиро­
ваны по предметно-тематическому прин­
ципу согласно развернутой, подробно
рубрицированной схеме. Это придает из­
данию композиционную стройность, логи­
ческую целостность, а также позволяет
получить —и это важно отметить —пра­
вильное представление не только о со­
держании, но и о структуре учения Марк­
са, Энгельса, Ленина о социализме и
коммунизме.
Удачно организует материал и отчер­
кивание на полях.
Оно акцентирует
внимание читателей на наиболее важ­
ных положениях создателей науки о ком­
мунизме. Отчеркивания оживляют текст,
способствуют более эффективному вос­
приятию материала, что, бесспорно, не
только придает книге определенное свое­
образие, но и значительно улучшает ее
методическую оснащенность.
Книга состоит из трех основных ча­
стей: общие положения (I и II разделы),
становление и развитие коммунистиче­
ской формации (III раздел), характери­
стика различных сфер жизни коммуни­
стического общества (IV—'VI разделы).
При наполнении рубрик составители
стремились наряду с основными фунда­
ментальными высказываниями Маркса,
Энгельса, Ленина о новом обществе при­
вести те их положения о революционном
обновлении мира, которые особенно ак­
туальны в современных условиях.
Выработанные Марксом, Энгельсом,
Лениным положения о новом обществе
явились результатом применения ими
диалектико-материалистического метода
к исследованию тенденций общественно­
го развития. В частности, собранные во
II разделе фрагменты раскрывают мето­
дологию научного, марксистско-ленин­
ского предвидения будущего. Здесь гово­
рится о том, что научные положения о
будущем являются выводом из историче­
ских фактов и процессов развития; о не­
возможности заранее выработать годные
на все времена «рецепты» способов ор­
ганизации общественной жизни при со­
циализме и коммунизме; о недопустимо­
сти чрезмерной конкретизации и дета­
лизации представлений о новой форма­
ции. Дается также критика теоретиче­
ских основ социального утопизма.
В рубрике «Целостная, характеристика
коммунистического преобразования об­
щества, коммунистической общественной
формации» представлены высказывания,
воспроизводящие общую теоретическую
модель нового общества в совокупности
всех сфер жизнедеятельности, и поло­
жения, раскрывающие главные черты
процесса его коммунистического преоб­
разования. Среди них знаменитый Марк­
сов тезис, важность которого подчерки­
вал В. И. Ленин: «Вместе с основатель­
ностью исторического действия будет,
следовательно, расти и объем массы,
делом которой оно является» (с. 84).
Вождь Октября, акцентируя внимание
152

на этом общесоциологическом законе,
отмечал исключительную важность во­
влечения в процесс исторического твор­
чества самых широких слоев народа,
строящего новое общество, видел в этом
непреложное условие успеха социали­
стического созидания. «Социализм не
создается по указам сверху. Его духу
чужд казеино-бюрократический автома­
тизм: социализм живой, творческий, есть
создание самих народных масс» (с. 86).
В этом же разделе содержится харак­
теристика высшей задачи коммунисти­
ческого преобразования общества —сво­
бодного и всестороннего развития чело­
века, которая показывает подлинно гу­
манистическую сущность нового строя.
Со взглядами классиков марксизма-ле­
нинизма на генезис и развитие коммуни­
стической формации знакомит читателей
III раздел. Его первая часть —«Предпо­
сылки коммунистического преобразова­
ния общества» —важна не только пото­
му, что дает представление о необходи­
мости наличия определенных экономиче­
ских, социальных, политических и ду­
ховных условий для коммунистических
преобразований, но и потому, что, по су­
ществу, содержит косвенную характери­
стику самого общества, идущего на сме­
ну капитализму.
В издание включены также высказы­
вания Маркса, Энгельса, Ленина о со­
циалистической революции; раскрывает­
ся содержание последней как двуедино­
го процесса изменения обстоятельств и
самих людей, всемирно-историческое зна­
чение Великого Октября как первой по­
бедоносной социалистической революции.
В подразделе, посвященном переход­
ному периоду от капитализма к социа­
лизму, внимание читателя акцентирует­
ся на таких темах, как необходимость
переходного периода, экономика, классы,
классовая борьба на этом этапе станов­
ления нового общества; специально рас­
сматривается^^'группа вопросов,' связан­
ных с диктатурой пролетариата —глав­
ным инструментом социалистического
строительства, а также со сложностью
задач переходного периода.
Составные части III раздела —«Фазы
развития коммунистического общества»
и «Длительность и сложность коммуни­
стического преобразования общества» —
относятся, на наш взгляд, к числу самых
интересных в книге. Первая из них по­
казывает сущностное единство, диалек­
тическую взаимосвязь социализма и пол­
ного коммунизма, а также их специфи­
ческие черты как последовательных сту­
пеней зрелости единой, развивающейся
общественной формации.
С главной сущностной черты нового
строя —общественной собствепности на
средства производства —начинается сле­
дующий раздел сборника, характеризую­
щий общественное производство при со­
циализме и коммунизме. В этом разделе
содержатся высказывания классиков
марксизма-ленинизма и по проблемам
способа производства (в том числе под­
черкивается важная роль кооперации,
см. с. 258—260), производительных сил
и производственных отношений нового
общества; о непосредственно обществен­
ном характере труда, повышении его
производительности как самого важного,
самого главного для победы нового об­
щественного строя (см. с. 279), и др.
Особенно актуально —в свете постав­
ленных XXVII съездом КПСС задач ус­
корения социально-экономического раз­
вития советского общества прежде все­
го на основе более эффективного исполь­
зования достижений научно-технической
революции —содержание одной из ча­
стей III раздела —«Соединение достиже­
ний научно-технического прогресса с
преимуществами социализма и комму­
низма». Весьма современно звучат при­
веденные здесь высказывания К. Маркса
о том, что «только при коммунистиче­
ских отношениях уже достигнутые тех­
нологические истины могут быть осу­
ществлены на практике...» (с. 296—297),
а также о том, что «в коммунистическом
обществе машины имели бы совершенно
другой простор, чем в буржуазном об­
ществе» (с. 300). Вместе с тем, при сопо­
ставлении этих высказываний с дейст­
вительным положением дел, становится
ясно, что реальный социализм в этом
смысле еще в долгу перед историей, что
он еще не раскрыл всех своих возможно­
стей развития производительных сил,
использования достижений НТР.
Чрезвычайно созвучны задачам демо­
кратизации жизни нашего общества, ко­
торые решаются сегодня, положения
классиков марксизма-ленинизма, объеди­
ненные в подразделе «Политическая ор­
ганизация общества, социалистическое и
коммунистическое самоуправление». Го­
сударство нового типа, подлинная демо­
кратия людей труда, гласность, критика,
борьба с бюрократизмом и другими не­
гативными явлениями в условиях сози­
дания нового общества, отмирание го­
сударства, «управление народа посред­
ством самого народа» (с. 377), движение
общества к тому состоянию, когда объ­
ект и субъект управления совпадают,—
таковы узловые темы данной части сбор­
ника. Специально рассматриваются раз­
личные аспекты возрастания роли Ком­
мунистической партии в процессе социа­
листического и коммунистического строи­
тельства, ее место в политической орга­
низации общества.
В книге приводятся также высказыва­
ния К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Лени­
на о семейных отношениях, положении
женщины,
взаимоотношениях наций,
а также по проблемам войны и мира.
Как ответ на самый животрепещущий
вопрос ядерно-космпческого века, реа­
лии которого властно требуют прекра­
щения самоубийственного и расточитель­
ного военного соперничества, установле­
ния безопасного, ненасильственного меж­
дународного порядка, звучат ленинские
слова: «Окончание войн, мир между на­
153

родами, прекращение грабежей и наси­
лий —именно наш идеал...» (с. 407).
Проблемы возрастания роли общест­
венного сознания в жизни общества,
становления новой морали, отмирания
религии, развития культуры, науки, ис­
кусства, воспитания и образования при
социализме и коммунизме нашли отра­
жение в заключительном разделе сбор­
ника. Один из важнейших вопросов комг
муыистического преобразования обществ
ва как планомерного, сознательно осу­
ществляемого процесса состоит в изме­
нении роли науки в общественном раз­
витии. В соответствующей части изда­
ния показана диалектика того, как, с од­
ной стороны, новое общество объективно
требует для своего нормального функ­
ционирования самого широкого, созна­
тельного применения научного познания
во всех сферах жизнедеятельности, а с
другой —создает необходимые условия
для развития науки. «Наука может вы­
полнять свою истинную роль только в
Республике Труда»,—писал К. Маркс.
Сборник завершается
положением
классиков марксизма-ленинизма о твор­
ческом характере созданной ими теории,
ее единстве с практикой, необходимости
постоянно сверять их революционное
учение с реальной действительностью,
идти в ногу с жизнью.
Все содержание сборника характери-
зует коммунистическую формацшо как
высшую форму организации обществен­
ной жизни, начало подлинно человече­
ской истории, истинно гуманное общест­
во с неограниченными возможностями
развития* улучшения условий жизни
людей.
Следует отметить научно-справочный
аппарат книги. Подробный и удобный
для пользования предметный указатель
органично дополняет
тематическую
структуру сборника. Он дает возмож­
ность существенно обогатить представ­
ления читателя о той изга иной проблеме
коммунистического преобразования об­
щества, развивает дифференциацию раз­
личных аспектов крупных, узловых про­
блем науки о коммунизме. Например,
обращение к указателю позволяет вы­
членить в общей характеристике комму­
нистической общественной формации та­
кую важную и актуальную тему, как
«Ускорение общественного развития при
социализме и коммунизме».
Большой интерес представляет указа­
тель важнейших теоретических положе­
ний (см. с. 470—483), который в издани­
ях подобного рода дается впервые. Он
включает в цитатной форме наиболее
важные, ставшие афористичными выска­
зывания Маркса, Энгельса, Ленина о
коммунистическом преобразовании об­
щества. Указатель позволяет легко и
быстро найти известные изречения клас­
сиков марксизма-ленинизма, создает оп­
ределенные удобства при пользовании
книгой в ходе научной, преподаватель­
ской и учебной работы.
В адрес составителей сборника необхо­
димо высказать и некоторые пожелания.
Так, работа значительно выиграла бы,
если бы в ней шире были представлены
идеи классиков марксизматленинизма по
проблемам взаимодействия природы к
общества, охраны окружающей среды,
актуальность которых сегодня не нуж­
дается в пространных доказательствах.
Более подробно и, следовательно, шире
необходимо показать взгляды основате­
лей нашей теории на воспитание подра­
стающих поколений.
В целом сказанное дает, на наш
взгляд, основания сделать вывод о том,
что читатель получил интересную кни­
гу, которая будет полезна в научно-ис­
следовательской деятельности и препо­
давании, пропагандистам и слушателям
системы политического просвещения и
экономического образования.
Ко В. ГРИГОРЬЕВ
Ц. А, СТЕПАНЯН. Диалектика становления коммушгстической формации.
Теоретико-методологические проблемы.
«Наука», 1985, 408 с*
Чем дальше развивается та или иная
наука, чем больше накапливает она кон­
кретное
положительно® знание, тем
большее значение приобретает в ней
разработка общетеоретических и методо­
логических вопросов. За последние де­
сятилетия значительно расширились
публикации по различным проблемам
теории и практики социалистического и
коммунистического строительства. Вме­
сте с тем все сильнее ощущается по-?
требность в создании крупных обобщаю^
щих исследований, подводящих важней­
шие итоги научных разработок в данной
области знания и намечающих пути и
перспективы дальнейшего изучения со­
ответствующей проблематики. Поэтому
выход в свет новой книги Ц_. Д. Степа-
няна, посвященной теоретико-методоло­
гическим проблемам становления ком­
мунистической формации,, не мржет не
привлечь к себе пристального внимания.
Разработка вопросов общей теории
становления коммунистической форма­
ции приобретает оеобое значение на со­
временном, переломном этапе развития
нашей страны и мира в целом.
Автор исходит из того, что процесс
подготовки, возникновения ц развития
коммунистической формации является
общим объектом изучения для всех со­
ставных частей единого марксистско-ле­
нинского учения. Вместе с тем необходи­
мо учитывать и особенности подхода
154

каждой кз составных частей этого уче­
ния к решению их общей задачи, опре­
деляемые своеобразием ее предмета и
функций (см. с. 3).
В книге характеризуются место и роль
научного коммунизма в исследовании
закономерностей возникновения и разви­
тия коммунистической формации. С точ­
ки зрения автора, они определяются
прежде всего тем, что эта составная часть
марксистско-ленинского учения дает не­
посредственное научное обоснование ис­
торической миссии рабочего класса и в
неразрывной с е я з и с ее осуществлением,
под этим углом зрения исследует зако­
номерности коммунистической форма­
ции.
Исходя из этого в книге обосновывает­
ся вывод о социально-политическом ха­
рактере третьей составной части марк­
сизма-ленинизма —теории научного ком­
мунизма. Автор раскрывает диалектику
развития и обогащения содержания
предмета научного коммунизма, кото­
рый первоначально выступал прежде
всего как политическое учение марксиз­
ма (учение о классовой борьбе пролета­
риата), затем, в связи с глубокими рево­
люционными социальными преобразова­
ниями в мире, становится социально-по­
литическим учением, а «с полной побе­
дой коммунизма, когда исчезнут все по­
литические отношения, научный комму­
низм будет заниматься только социаль­
ными отношениями общественного раз­
вития» (с. 19).
Поддерживая в целом позицию автора,
следует отметить и известную непосле­
довательность в данном вопросе, связан­
ную с неправомерным, на наш взгляд,
раздвоением предмета научного комму­
низма, характера изучаемых им законо­
мерностей. Ц. А. Степанян считает, что
эта наука изучает два различных ряда
законов —социально-политические и об­
щие социальные. Так, давая обобщаю­
щее' 'определение' по данному вопросу,
он пишет: «Научный коммунизм —это
наука о социально-политических законо­
мерностях создания коммунистической
формации и общих социальных законах
ее развития и функционирования» (с. 22).
G этих позиций проводится в книге и
классификация законов и категорий на­
учного коммунизма (см. с. 24—36).
По нашему мнению, каждая наука
призвана изучать не два или более,
а один, свой, специфический ряд зако­
номерностей. Для научного коммунизма
это широкие, общие социальные законо­
мерности возникновения, развития и
ункционирования
коммунистической
ормации как целого, которые в классо­
вом обществе проявляются в политиче­
ской форме и поэтому выступают как
закономерности социально-политические.
Отсюда вытекает, что все изучаемые на­
учным коммунизмом закономерности по
своему характеру являются социально-
политическими в указанном смысле. Дру­
гое дело, что среди этих закономерностей
есть более широкие, более общие и ме­
нее широкие или менее общие, й сам
автор книги признает, что «общим для
двух групп законов и категорий научно­
го коммунизма является их единая со­
циально-политическая природа» (с. 35).
Ц. А. Степанян обращается также к
сложному и методологически важному
вопросу об общей характеристике ста­
новления и развития коммунистической
формации. Говоря вначале об этой фор­
мации как принципиально новом этапе
в прогрессивном развитии человечества,
он подчеркивает, что ее возникновение
является одновременно и итогом всего
прогрессивного, что достигнуто в предыс­
тории человечества, и началом его под­
линной истории.
В вопросе об основных этапах станов­
ления и развития коммунистической
формации обращает на себя внимание
точка зрения автора, во-первых, на пе­
реходный период от капитализма к со­
циализму и, во-вторых, на среднюю фазу
коммунизма.
Ц. А. Степанян выдвигает положение о
необходимости различать понимание пе­
реходного периода в узком, социально-
экономическом плане и в широком, поли­
тическом плане (см. с, 77^78). В книге
обоснованно критикуется позиция как
тех, кто расширяет исторические рамки
переходного периода и необходимости
диктатуры пролетариата вплоть до выс­
шей фазы коммунизма, так и тех. кто
считает, что переходный период завер­
шается, а диктатура пролетариата пере­
стает быть необходимой уже на первых
ступенях
строительства
социализма.
Именно в этой связи автор признает
правильной позицию, согласно которой
с построением в основном социалистиче­
ского общества и переходный период за­
вершается лишь в основном. В таком
узком, социально-экономическом плане,
говорится в книге, «переходный период
заканчивается с преодолением многоук^
ладности хозяйства и с полной победой
социалистической системы производства
в промышленности и в сельском хозяй­
стве, с ликвидацией антагонистических
классов, с решением вопроса «кто кого?»,
что достигается с построением в основ­
ном социализма» (с. 77). В отличие от
этого переходный период в широком, по­
литическом плане «завершается несколь­
ко позже, когда на основе совершенство­
вания социально-экономической базы со­
циализма диктатура пролетариата пе­
рерастает в общенародное государство,
что достигается с построением началь­
ного этапа развитого социализма» (с. 77—
78). Если переходный период в узком
смысле продолжался в нашей стране до
30 х годов, то переходный период в ши­
роком смысле, по мнению автора, длил­
ся до 60-х годов.
В основе такой дискуссионной,
па
наш взгляд, точки зрения автора лежит,
по существу, отождествление историче­
ских рамок переходного периода и дик­
татуры пролетариата. При этом не учи­
тываются следующие моменты: во-пер­
155

вых, тот факт, что политическим содер­
жанием переходного периода является
диктатура пролетариата, не дает основа­
ния считать, что, пока сохраняется дик­
татура пролетариата, продолжается и
переходный период, ибо историческая
миссия диктатуры пролетариата не ис­
черпывается достижением победы со­
циализма, а включает в себя и ре­
шение задач утверждения и упроче­
ния победившего социализма; во-вто­
рых, если с победой социализма пер­
вая фаза коммунистической форма­
ции оказывается в основном по­
строенной, то это дает все необходимые
основания относить последующее посту­
пательное развитие общества именно к
этой фазе, а не к переходному периоду
как периоду революционного, социали­
стического преобразования всех основ­
ных
сторон
общественной
жизни;
в-третьих, на этапе после построения со­
циалистического общества в основном
идет речь уже не просто о диктатуре
пролетариата, а о диктатуре пролетариа­
та, более или менее быстро перерастаю­
щей в общенародное государство; в-чет­
вертых, вряд ли правомерно рассматри­
вать разграничение переходного перио­
да в широком и узком смыслах как раз­
граничение в экономическом (или со­
циально-экономическом) и политическом
планах, пбо каждый из этих периодов
имеет свое специфическое как политиче­
ское, так и социально-экономическое со­
держание и не может рассматриваться
только в одном каком-то ракурсе. В све­
те сказанного представляется недоста­
точно обоснованным общий вывод авто­
ра о том, что «разграничение сроков
окончания переходного периода в узком
и широком смысле, в экономическом и
политическом планах более точно, по
нашему мнению,
отражает реальный
исторический
процесс
строительства
нервой фазы коммунистического общест­
ва и тем самым адекватно выражает
программные
положения
классиков
марксизма-ленинизма» (с. 78).
Заслуживает одобрения то, что автор
привлекает наше внимание к ленинско­
му высказыванию о «средней фазе» ком­
мунистической формации, о чем в лите­
ратуре обычно предпочитали умалчивать.
Это высказывание (см. Ленин В. И.
Поли. собр. соч., т. 41, с. 27) убедительно
свидетельствует о том, что в ленинском
представлении процесс становления ком­
мунистической формации выступал как
чрезвычайно длительный, сложный и
многоэтапный.
Ц. А. Степапян правильно отмечает,
что исторический опыт подтвердил пред­
видение классиков марксизма-лениниз­
ма не только о наличии общих черт
между двумя главными фазами комму­
нистического общества, но и о громад­
ном различии между ними. И это предо­
пределяет
невозможность
построить
коммунизм сразу и необходимость ряда
переходных ступеней на пути от социа­
лизма к коммунизму. Автор справедливо
возражает против попыток рассматри­
вать среднюю фазу коммунизма как
особый переходный период от социализ­
ма к коммунизму. Он считает, что под
средней фазой коммунизма следует по­
нимать общество, в котором построены
основы коммунизма. «На пути к высшей
фазе коммунизма сначала будут созданы,
как предвидел Лепин, основы его, что,
по нашему мнению, будет соответство­
вать средней фазе коммунизма» (с. 320).
Как известно, положение В. И. Ленина
о средней фазе коммунизма не получило
в его трудах дальнейшей разработки.
Вполне понятно, что и в рецензируемой
книге посвященная этому вопросу спе­
циальная глава (разд. IV, гл. 2) доста­
точно лаконична и скорее ставит эту
проблему, чем решает ее. Тем не менее
автор делает попытку (хотя и не бесспор­
ную) дать краткую обобщенную харак-
тёристику экономических, социальных и
духовных основ общества средней фазы
коммунизма. При этом он исходит из
того, что «средняя фаза коммунизма бу­
дет сочетать характерные черты социа­
лизма с важнейшими элементами выс­
шей фазы» (с. 321).
На наш взгляд, сегодня нет необходи­
мых оснований для того, чтобы в теории
коммунистической формации говорить
не о двух, а трех фазах коммунистиче­
ского общества. Трудно сказать, что
именно имел в виду В. И. Ленин, говоря
в указанном выше месте о средней фазе
коммунизма.
Судя по контексту, не
исключено, что он имел здесь в виду три
ступени становления и развития комму­
нистической формации: переходный пе­
риод, социализм и коммунизм. В таком
контексте социализм можно понимать
как среднюю фазу коммунизма, ибо по
отношению к «кануну краха капитализ­
ма» первой фазой коммунизма будет
выступать переходный период от капита­
лизма 'ктсоциализму;'Ясно •одно-, -что дан­
ное единственное высказывание Ленина
по этому поводу не привело в последую­
щих произведениях к изменению его
прежней точки зрения на социализм и
коммунизм как две фазы коммунистиче­
ской формации. Из этого исходит и но­
вая редакция Программы КПСС.
Значительно более подробно освеща­
ются в книге проблемы диалектики ста­
новления коммунизма и основные черты
его высшей фазы. И хотя книга писалась
и вышла в свет еще до XXVII съезда
КПСС, в канун опубликования важней­
ших предсъездовских партийных доку­
ментов, многие положения этого раздела
книги созвучны этим документам. Автор,
например, акцентирует внимание на то,
что «социализм и коммунизм не разделе­
ны каким-либо барьером. Строить комму­
низм —значит наиболее последователь­
но проводить в жизнь социалистические
принципы. Каждое существенное дости­
жение в экономической, политической и
идеологической
областях неизбежно,
в силу внутренних законов социализма,
15В

продвигает страну к коммунизму»
(с. 311).
Характеризуя особенности постепенно­
го перерастания социализма в комму­
низм, автор справедливо подчеркивает,
что постепенность марксисты-ленинцы
понимают вовсе не в том смысле, будто
процесс этот совершается без противо­
речий, без скачков, замедленно. «Пере­
ход от социализгда к коммунизму —это
ускоренный процесс развития во всех
сферах социальной жизни на основе рас­
крытия и преодоления существующих
противоречий. Постепенность перехода к
коммунизму отнюдь не исключает, а, на­
оборот, предполагает скачки в развитии
различных сторон общественной жиз­
ни...» (с. 317). Наглядным примером та­
кого скачка явится достижение качест­
венно нового состояния советского об­
щества на основе осуществления страте­
гического курса КПСС на ускорение
социально-экономического
развития
страны.
Центральное место в монографии по
праву занимает раздел, посвященный
диалектике планомерного и всесторонне­
го совершенствования социализма. Автор
отмечает, что великая заслуга научной
разработки вопроса о различных ступе­
нях зрелости социалистического общест­
ва принадлежит В. И. Ленину, уже в
первые годы Советской власти говорив­
шему не только о непосредственной за­
даче построения основ социализма, но
и о достижении в более отдаленной пер­
спективе «развитого социалистического
общества», «полного социализма», «со­
циализма, достигшего готовых форм»,
«законченного социализма» и т. д. По
мере того как наше общество и мир в
целом поднимались на более высокие
ступени общественного прогресса, ука­
занные ленинские положения станови­
лись все более актуальными и практиче-
-ски
значимыми.** Вместе с тем они-полу­
чали закономерное творческое развитие
в современной марксистско-ленинской
мысли. В книге показано, в частности,
что были преодолены две односторонние,
неверные точки зрения, одна из кото­
рых, ссылаясь на длительность социали­
стической фазы развития, возводила ее
в ранг особой общественно-экономиче­
ской формации, а другая, наоборот, пред­
ставляла себе социализм как весьма
кратковременный этап в процессе ста­
новления коммунистической формации и
исходила из того, что уже построение
социализма в основном позволяет начать
постепенный переход к коммунизму.
Актуально звучит и мысль автора о
том, что новой закономерностью, прису­
щей развитию социализма, является «не­
уклонное укрепление общества на осно­
ве своевременного раскрытия и преодоле­
ния реальных противоречий» (с. 108—
109). Ц. А. Степанян справедливо высту­
пает против субъективистского отож­
дествления всякого противоречия «с по­
роком. болезнью, тормозом, трудностями,
с ошибками и промахами» (с. ИЗ). Рас­
сматривая укрепление единства социа­
листического общества как закономер­
ность его совершенствования, автор при­
ходит в этой связи к следующему выво­
ду: «Но это единство, достигнутое на
основе ликвидации антагонистических
классов и представляющее историческое
преимущество социализма, не исключает
неантагонистических противоречий, пре­
одоление которых, в свою очередь, укреп­
ляет это единство. Следовательно, в эпо­
ху социализма единство общества и пре­
одоление существующих противоречий
являются взаимосвязанными и взаимо­
дополняющими факторами» (с. 115).
Серьезное внимание к анализу реаль­
ных противоречий развития социалисти­
ческого общества —одно из важных до­
стоинств книги. Это особенно характер­
но для ее второго раздела. В нем подроб­
но характеризуются особенности проти­
воречий социализма и специфические
пути и способы их разрешения. На наш
взгляд, автор прав, с одной стороны,
твердо отстаивая пеантагонистический
характер присущих социализму социаль­
ных противоречий, а с другой —говоря
об индивидуальном антагонизме при со­
циализме, о возможности того, что и в
условиях социалистического общества на
уровне «индивидуального поведения кон­
фликты зачастую могут приобретать са­
мый острый характер, перерастать в ан­
тагонизм» (с. 120).
Важность такой постановки вопроса
определяется прежде всего тем, что в
литературе долгое время не делалось
четкого разграничения между явления­
ми и противоречиями, социалистически­
ми по своей природе, и явлениями и
противоречиями при социализме, т. е.
существующими в услозиях социалисти­
ческого общества. Между тем вторые
шире первых, ибо при социализме су­
ществуют и такие, явдениц .и противоре­
чия, которые не могут и не должны ха­
рактеризоваться социалистическими толь­
ко потому, что пока еще имеют место
при социализме. Совершенно очевидно,
что нет и не может быть «социалистиче­
ского национализма», «социалистическо­
го расхитителя народпой собственности»,
«социалистического взяточника или спе­
кулянта» и т. д., хотя никто не сомне­
вается в том, что пациопалистические
проявления, хищения и взяточничество
еще имеют место в нашем обществе.
Но не менее очевидно и то, что это ие-
социалистические и даже антисоциали­
стические по своей природе явления,
которые находятся в непримиримом, ан­
тагонистическом противоречии с социа­
лизмом, его устоями и принципами. И та­
кая четкая и ясная их оценка важна не
только в нравственном, но и в полити­
ческом и практическом плапе, ибо опре­
деляет наше бескомпромиссное отноше­
ние к ним и пути, средства и формы раз­
решения указанных противоречий, на­
шей непримиримой борьбы с этими чуж­
дыми природе социализма явлениями.
157

Вместе с тем, говоря об общих особен­
ностях противоречий социализма, нель­
зя, на каш взгляд, безоговорочно согла­
ситься с положениями Ц. А. Степаняна,
что эти противоречия всегда и на всех
этапах выступают как противоречия рос­
та (см. с. 115) и разрешаются «по ини­
циативе сверху —партии и государства»
(см. с. 116). G таких позиций трудно пра­
вильно, реалистично оценить, например,
то, что произошло в нашей стране во
второй половине 70-х —начале 80-х го­
дов, когда при выработке политики и в
практической деятельности возобладали
консервативные
настроения, инерция,
нежелание решать назревшие проблемы
и противоречия. Как известно, это при­
вело к потере темпов движения, накоп­
лению серьезных трудностей и нерешен­
ных проблем, появлению застойных, кри­
зисных й других чуждых социализму
явлений. Следовательно, при определен­
ных условиях «перезревшие», т. е. на­
зревшие, но вовремя не разрешенные
противоречия социализма могут из «про­
тиворечий роста» превращаться в «про­
тиворечия торможения». Признание это­
го в теории направлено на своевремен­
ное выявление и активное разрешение
назревших проблем и противоречий. Точ­
но так же было бы неправильным абсо­
лютизировать такой путь разрешения
противоречий социализма, когда оно на­
чинается по инициативе сверху. Проти­
воречия социализма могут разрешаться
и действительно нередко разрешаются
по инициативе снизу и при активной
помощи и поддержке со стороны Комму­
нистической партии и Советского госу­
дарства.
Анализируя структуру действующих в
процессе становления и развития ком­
мунистической формации противоречий,
Ц. А. Степаыян выделяет следующие их
группы: общесоциологические; специфи­
ческие противоречия самой этой форма­
ции, включая основное противоречие
коммунистической формации; противо­
речия социалистической фазы развития,
включая основное противоречие социа­
лизма; временные противоречия отдель­
ных периодов становления коммунисти­
ческой формации (см. с. 122—144). Опре­
деляя свою позицию по дискуссионному
вопросу об основном противоречии ком­
мунистической формации, автор обосно­
вывает вывод, что таким противоречием
является «противоречие между безгра­
нично растущими потребностями всего
народа и достигнутым в каждое данное
время уровнем развития производства
материальных и культурных благ»
(с. 136).
Характеризуя диалектику становления
бесклассового общества, автор говорит
об основном законе изменения социаль­
но-классовой структуры социалистиче­
ского общества, суть которого составляет
единство и противоречивое взаимодей­
ствие двух внутренне взаимосвязанных
и взаимообусловленных тенденций: тен­
денции неуклонного развития всех клас­
сов, слоев ж общественных групп социа­
листического общества, полного раскры­
тия их потенциальных возможностей,
увеличения их творческой, созидатель­
ной роли и ведущей тенденции неуклон­
ного и всевозрастающего сближения ра­
бочего класса, колхозного крестьянства
и интеллигенции, постепенного стира­
ния различий между ними (см. с. 153—
155). В книге раскрывается диалектиче­
ски противоречивый характер движения
советского
общества к бесклассовой
структуре и социальной однородности.
Представляется важным и вывод автора
о том, что «формирование нового чело­
века происходит в результате синтеза
лучших черт всех социалистических
классов и народной интеллигенции при
доминирующем влиянии рабочего класса
как главной и ведущей силы в строитель­
стве коммунизма» (е. 167).
Серьезное внимание уделено в книге
й диалектике интернационального и на­
ционального в развитии советского наро­
да как новой исторической общности лю­
дей. Автор, на наш взгляд, справедливо
выступает против двух встречающихся
в литературе крайностей в данном во­
просе: как против тех, кто считает, что
национальное отомрет уже в ближай­
шей исторической перспективе и что
путь к этому лежит через механическое
вытеснение национального интернацио­
нальным, так и против тех, кто без вся­
кой научной аргументации и вопреки
общеизвестной позиции марксизма-лени­
низма увековечивает существенные на­
циональные различия, подразделение на
национальное и интернациональное. «Со­
четание интернационального и нацио­
нального означает не односторонний ме­
ханический процесс увеличения интерна­
ционального и уменьшения всего нацио­
нального, а их диалектическое всесто­
роннее развитие, взаимовлияние и взаи-
мо’обогащение на основе' ведущей-роли
интернационального, указывающего ма­
гистральный путь перехода к коммуниз­
му» (с. 174).
Известно, что XXVII съезд КПСС, ян­
варский (1987 г.) Пленум ЦК КПСС
остро поставили вопрос о том, что наши
выдающиеся достижения в решении на­
ционального вопроса не должны созда­
вать впечатления, будто сегодняшние
национальные процессы в СССР носят
беспроблемный и непротиворечивый ха­
рактер. В этом отношении заслуживает
поддержки принципиальная позиция
Ц. А. Степаняна: «Исследуя развитие на­
ций при социализме, некоторые авторы
игнорируют реальные объективно су­
ществующие неантагонистическпе про­
тиворечия, изображают развитие нацио­
нальных отношений как беспротиворс-чп-
вое: Для них противоречие в сфере на­
ционального существует не объективно,
а только как временное следствие оши­
бок и недостатков в идейно-воспитатель­
ной работе» (с. 178).
Проявление диалектики противоречи­
вого развития многих других областей
158

общественной жизни находится в цент­
ре II раздела книги, в котором рассмат­
риваются также проблемы социалисти­
ческой демократии и самоуправления,
социалистического образа жизни и фор­
мирования нового человека, социалисти­
ческого сознания и духовной жизни об­
щества. Автор подчеркивает неразрыв­
ную связь между социалистической де­
мократией и социалистическим само­
управлением народа, которое в ходе
строительства коммунизма перерастает
в коммунистическое
самоуправление.
Он подвергает аргументированной кри­
тике как анархо-синдикалистское пони­
мание самоуправления народа, гипер­
трофирующее его роль и значение, осо­
бенно на начальных этапах становления
нового общества, и противопоставляю­
щее самоуправление народа социалисти­
ческой государственности, так и догма-
тическую позицию, согласно которой об­
щественное самоуправление предстает
как дело далекого будущего, которое на­
ступит лишь после отмирания государ­
ства.
Очень верно показана в книге глубин­
ная взаимозависимость успешного ста­
новления новой формации, в том числе
и особенно совершенствования социа­
лизма, и развертывания социалистиче^
ской демократии, углубления социали­
стического самоуправления народа. Уро­
вень развития демократии во многом
обусловливается достигнутой ступенью
зрелости нового общества. Поэтому здесь
«одинаково ошибочно как преждевремен­
ное выдвижение тех или иных форм со­
циалистической демократии, без учета
достигнутой
степени
экономической,
политической и культурной зрелости но­
вого общества, так и отставание в реше­
нии назревших демократических задач»
(с. 266).
Определенное место отведено в книге
и международным-аспектам диалектики
становления коммунистической форма­
ции. Особое внимание здесь зщеляется
обоснованию того, что мирное сосущест­
вование и соревнование государств двух
мировых общественно-политических си­
стем представляет собой объективную
закономерность нашей эпохи, современ­
ного общественного прогресса. Автор
уместно напоминает, в частности, о том,
что, предвидя перспективы обществен­
ного развития, В. И. Ленин еще в 1918 г.
предупреждал, что новая мировая война
может привести «к подрыву самих услог
вий существования человеческого об­
щества» 4. Именно в этих условиях, спра­
ведливо указывает Ц. А. Стёпанян, опи­
раясь на ленинские положения, обще­
человеческие интересы, интересы об­
щественного развития оказываются пре­
выше всего, выше интересов отдельных
классов К
1 Ленин В. Й. Полл. собр. соч., т. 36,
с* 396.
* См* Ленин Be И* Поля, собр. соч.?
В книге показано, что процесс станов­
ления коммунистической формации в
международном масштабе не нуждается
ни в «экспорте революции», ни в агрес­
сивных войнах. Отпадение от системы
капитализма все новых стран и народов
происходит на основе вызревания внут­
ренних противоречий самого капитализ­
ма. Вместе с тем нельзя согласиться,
будто «внутри капиталистического об­
щества давно созрели объективные пред­
посылки и субъективные факторы для
его революционного преобразования...»
(с. 270). Здесь, во-первых, смешиваются
материальные предпосылки со всеми
объективными предпосылками револю­
ций, куда входят и те объективные, но
нематериальные предпосылки, которые
составляют
революционную ситуацию
как объективное
социально-политиче­
ское состояние общества, делающее ре­
волюцию реально возможной. Во-вторых*
тем более нет никаких оснований гово-^
рить, что в капиталистическом мире в
целом давно созрели субъективные фак­
торы его революционного преобразова­
ния.
В книге есть и другие неверные и не­
точные формулировки и положения. Так,
например, "читателю неясно: о каких со­
циалистических странах в Африке мо­
жет сегодня идти речь (см. с. 66,74); по­
чему кулаки причисляются к трудовому
крестьянству переходного периода (см.
с. 91); почему в книге утверящается, что
развитие колхозно-кооперативной соб­
ственности совершается в рамках всена­
родной собственности (см. с. 124); поче­
му развитие социалистической экономи­
ки должно всегда происходить при
преимущественном росте производства
средств производства (см. с. 82, 137)
и т. д. Крайне неудачной представляется
формула: «Социализм, рожденный в нед­
рах старого общества, покрыт его «роди­
мыми пятнами» во'всех областях жизни»
(с. 86). Во-первых, социализм не рож­
дается в недрах капитализма; а во-вто­
рых, наличие у социализма «родимых
пятён» от старого общества вовсе не оз­
начает, что он весь «покрыт» ими.
Несмотря на отмеченные недостатки*
книга Ц. А. Степаняна, несомненно, вно­
сит определенный вклад в научную раз­
работку актуальных, сложных и сравни­
тельно малоисследованных проблем об­
щей теории коммунистической форма­
ций. В свете решений XXVII съезда пар­
тии и последующих Пленумов ЦК КПСС
ясно выявляется потребность в дальней­
шей разработке этих проблем на основе
углубленного анализа практики. Пожела­
ем автору успехов на этом пути.
Э. В. ТАДЕВОСЯЕ
т. 4, с. 220; т. 37, с. 531. См. также: «Ма­
териалы XXVII съезда Коммунистиче­
ский партии Советского Союза»." М., 1986,
с. 21.

С. В. КОЛЕСНИКОВ, Б. И. УСАНОВ. Справедливость социализма. М.,
изд-во «Советская Россия», 1986, 196 с.
Социальная справедл ивость пред ста в­
ляет собой ва жн ейш ий фактор единс тва
и стабиль нос ти социал истического об­
щества, являе тся тем фундаме нтом, на
котором строятся отнош ения м е ж ду
людь ми —отнош ения бе з экс плу атации
и социаль ных анта гонизмов, отнош ения
по длинного колл ективизма и т оварищ е­
ского сотрудничества, реаль ного гума ­
низм а.
Не случаен поэтому интерес к пробле­
мам
социал ьной
справедливости
в
публицистике, научной литературе, ко­
торый стал активнее проявляться в
последние годы. Рецензируемая книга —
работа
нау чно -п ублицист ич ес кая. Это,
по сути дела, «биографии идеи» в исто­
рии социально-политичес кой мысли и
в истории ее практичес кого о существле­
н ия реальным социал измом. В книге
рассматри ваютс я разл ичн ые
аспекты,
граны социальной спр авед ливо сти в на ­
шем обществе, пробл емы, встающие на
пу ти ее оптимальной ре ал изации в
основных сферах общественной жизни.
Авторы прежде всего подчеркивают
исторически-конкретыый характ ер поня­
тий о справедл ивости. Если в мифол оги­
ч еском со зна нии народов древности
представления о подлинной справедли­
вости связывались с надеждой возвра­
щения «золотого века» как некоей сча ст ­
ливой и беззаботной поры жизни перво­
бытного общества, то в ра звитом антич­
ном мире иде я спр авед л иво сти прини ­
мает ярко выра женный клас совый х а ­
рактер и соо тносится с интер еса ми и
взглядами господствующей элиты рабо­
владе ль ческого общества. Ис торич ес кое
своеобразие и ограниченность представ­
лен ий о справедл ивости, основанной на
формальном равенстве, обнаружилось в
Новое время, с развитием и утвержде­
нием буржуазного общества. В кон­
текст е
критики
неспр аведл ивой
и
экспл уата торской природы капитал изма,
как показы вают авторы, и де я спр а вед ­
ливости приобретает новое содержание
в «с оциал истических меч таниях» у т о ­
пич еской мысли, а с ро стом ре вол юцион­
ного д виж е ния пролетариата, о сознания
им сво их классовы х инте ресов и исто­
рической мисс ии, она в ее высшей фор ­
ме получает свое научное обоснование
в марксизме. В этой вводной ча сти р а­
боты, на наш взгляд, заслуживает вни­
мания то, что в кратком историче ском
обзоре авторам удалось уделить долж­
н ое внимание р усск ой общественной
мысли, х ара кт ерис тике идеа ло в спра­
ведливости в воззрениях А. И. Радище­
ва, Ф. М. Дос тое вского, Н. А. Некрасова,
А. А. Блока.
Многие страницы книги посвящ ены
ма рксистско-ленинской концепции с о­
циальной справедл ивости, вскрывшей
илл юзорнос ть пр ед ставл ений о внеисто-
рической «вечной спр авед ливос ти», по­
казавшей те объективные и субъектив­
ные, материа льные и духовные пред по ­
сылки, на основе кото ры х во змо жно
реальное утверждение в жизни справед­
ливости, искл юч ающ ей
экс плу атацию
человека человеком. На конкре тны х
исторических примерах охарактеризо­
ваны первые шаги в осуществлении
принципов спр ав ед л ивос ти посл е п обе­
ды Октябрьской революции, гу манисти­
ческ ая и сп раведл ива я природа социа­
листического о браза жизни.
Кажд ый из этапов стр оительства
нового о бщества отличается своими спе­
цифическими особенностями в реализа­
ции соц иал ьной справедл ивости. Се­
год ня,
как правильно подч ер кивают
авторы, она выражается прежде всего в
посл едо вател ьном применении о сновного
пр инципа социализма: «От ка ждого —по
способностям, каждому —по труду». Не­
о бходимость неу клонного укре пл ения со­
циальной справедливости в распределе­
нии материальных и духовных благ
подчеркнута в партийных решениях
последних лет. Принцип «по труду» —
это основа основ той социальной спра ­
ведл ивости, которую рабочий класс, на ш
народ пре вра тил из мечты в реа льность.
Вместе с тем было бы невер но рас­
сматривать его как некую аб страктную
категорию. Речь ид ет об объективном
экономическом закон е, регул ирующ е м
одну из самых существенных сторон
про извод ственн ых отношений, отмеча ет ­
ся в книге (см. с. 58). Экономическая
необходимость как бы освящается здесь
справед ливо стью. В резул ь тат е принцип
распределения по труду предстает еще
и в качестве этической нормы жизни со­
циалистического общества, пр иобретает
ценностный характер. В книге р асс мат­
риваются ра знопла но вы е колл изии ре а­
лиза ции пр инципов спр авед л ивос ти в
распред ел ител ьны х отнош ениях, выска­
зывае тся р яд практич ес ких р еко мен ­
даций.
В анализе об ъе ктивных факторов,
определяющих характер и степень осу­
ществления социальной справедл ивости
в соц иал ист иче ском обществе, авторы
уделяют значительное внимание ее эко­
номическим предпосылкам и прежде
всего возмож нос тям о бщественной фор­
мы собственности. Однако это положе­
ние в книге о све щено в самом общем
плане, безотносительно к тем конкрет­
ным формам владения и пользования
этой собс тве ннос тью, от которых зави­
сят в существенной мере эффективность
социал истиче ско го хо зяйство вания и со­
ответс твующ ие материаль ные пред по­
сылки
социальной
спр аведл ивости.
В этом разделе книги следовало бы об­
стоятельнее и предметнее сказать о спе­
цифических особенностях и возможнос­
тях со циал ист ических отнош ений с об ­
ственнос ти, о том, какова функция
собственности в экономической ж изне­
деятельности общества и каковы кон­

кретные х озяйс твенны е, социал ьно-пол и ­
тиче ские и ч еловечес кие факторы ее
оптимальной р е ализац ии. Собственность,
как известно, не явл яе тся ка кой-то ме ­
тафизи че ск ой реа льностью, вещью, у ж е
од ним своим фактическим налич ием или
ее юридическим за кр епл ени ем пр ед о пр е­
деляющ ей способ производства , ст епень
эф фективнос ти х озяйс твен ной практики
общества. Собственность как социально-
эко номи ческая категор ия имее т в виду
конкре тную си сте му общ ественных от­
но шений, о бусловленную формой и ме­
рой обладания человеком средствами
производства, предметами потребления
и другими благами. Соответственно е е
значение для решения проблем социаль­
ной справедливости находится в прямой
за вис имости от со верш енства этой си­
стемы отно шений, а в экономике — от
со верш енства хо зяйстве нны х и у пра в­
ленческих механизмов, способных обес­
печить н аи бол ее оптимал ьную продук­
тивность и рентабе льно сть обществен­
ного производ ства.
В более корректной формул ировке и
ко нкретной х ар актер истике нужд аю тся ,
на наш взгляд, некоторые автор ские
суждения о путях достижения социаль­
но й однород ности при социал изме и в ком­
м унистич ес кой пер спективе, о полной
соц иал ьной с праведл ивости. На с. 69 —
70 ощущается неоправданно насторожен­
ное отно шение авторов к индивидуаль­
ным формам труда, в которых они
склонны видеть источник инд ивидуали­
стического мировосприятия и мир оощу­
щения.
Авторы подробно ана лизиру ют о сущ е ­
ствление пр инципа соц иа льной с пра вед­
ливости в социал ьной политике КПСС,
в развитии демократических начал в со­
временных международных отношениях.
Рассказ о качественно новом, социали­
стическо м типе справедл ивости в книге
не ограничива етс я х ара ктер истик ой лишь
его
реальных и потенциальных до ­
стоинств. Авторы раскрывают широкую
п ано раму действител ьно остры х и акту­
альных проблем, р еш е ние которы х толь­
ко и п озволит ре ализовать пр исущие со­
циализму пр еимущества, его огромные
поте нциальные во змож нос ти в области
социальной с правед ливо сти.
Книга заверш ает ся а вторскими р аз­
мышлениями о р оли справед ливос ти в
жизни партии коммунистов, о принци­
пах и нормах партийной жизни, кото­
рые являются и д ол ж ны быть образц ом,
пр имеро м под линно спр авед ливы х от­
ношений между людьми в масштабах
всего общества.
Б. Т. ГРИГОРЬЯН
А. В. ГУЛЫГА. Н емецкая к лас си че ск ая фил ософия. М., «Мысль»,
1986, 334 с.
Появления
обобщающей
работы
А. В. Гулыги по немецкой клас си ческой
философии следовало ожидать. Автор
книг о Гер дер е, Ка нте, Шеллинге, Ге­
геле вряд ли мог не взяться за труд,
ох ваты вающий весь пер иод немецкой
философ ск ой классики. Здесь умес тно
вспомнить, что кроме работы над своими
философско- би ографич ескими
книгами
он принял самое активно е у ча стие - как
ответственный редактор, автор пр ед и ­
словий и послесловий, пер евод чик —в
и здании иа ру сс ком языке пер воисточ -
ппков неме цкой философск ой классики.
Об этом стоило сказать ещ е и потому,
что вкус к раб оте с пер воисточ никами
отлича ет иссл ед овател ьску ю манеру А. В.
Гулыги и составляет одно из д ост оинств
реце нзируе мой книги.
Для А. В. Гулыги как исследователя и
популяризатора характерны ясная и
эмоционально насыщенная манера изло­
ж е ния , стр ем ление предс тавить в первую
очередь то, что живет по сей день в
идейном на сл едии того или иного ф и­
ло софа. Ярко выра жен личностный х а ­
рактер книги, постоянно ч увст вуе тся
горячее отношение автора к тому, о чем
идет речь.
Немецкая
кла ссич еская
философия
рассматривае тся в книге как у никаль ­
ный кул ьтурный феномен, подобный ж и ­
вописи Возрождения или русской лите­
ратур е XIX в. Особенно сть сво ей рабо­
ты А. В. Гулыга видит в по пытке изо ­
бразить данный п ери од как историю р а з­
раб отки вза имос вяза нны х пробл ем, как
целостный проце сс, включающий в себ я
взаи мное возд ейс твие и противоборство
различных концепций, как драму идей.
Автор хочет развернуть своеобразную
«л ес тницу» мысли, «веер» к онцепций,
где общее движение вперед зачастую
достигается ценою потерь ранее полу­
ченных р езул ьта тов.
Этот замысел способен увлеч ь чита­
теля. В самом дел е, кроме ес тественного
желания обрести целостный взгляд на
вел икий п ери од в истории ф ило софии,
всегда интересна, так сказать, соедини­
тель на я ткань ист ори ко- фило софского
процесса, его идейная, культурная, со­
циально-эконо мич ес кая
«почва»
(важ­
нейш ей ко мпонентой которой стала в
книге Великая французская револю­
ция). Чем отве чала та или иная фило­
со фия на осознанные и не вполне осо­
знанные духовные , научные, о бществен­
ные запросы своих совр еменников, на
задачи своего времени? Почему каждое
зн ачител ьное фило соф ск ое теч ение, как
правило, выдвигает несколько ключевых
фигур, как бы выбирающих разные воз­
можности разработки идей в рамках не­
161

которого зад айн ого направления? Вы­
явление, так сказать, эвр истического по­
тенциала философа в контексте проблем
времени, взаимовлияние ид ей в твор­
честве
философов -- увл ека тел ьнейш ие
аспекты ис торико-философ ско го и сс л е­
дования, как и пр ос ле ж ива ни е развития,
т рансфор маци и наибол ее плодо творных
из них. Другое д ел о, что реал изовать
тако й замы сел в книге относительно не­
большого объема весьма сложно.
Первая глава книги — «Накануне» —
целиком посвящ ен а тому, что подгото­
вило и открыло новую эпоху в духовной
жизни Германии. Главное внимание уде­
лено здесь рассмотрению естественно­
научных, в особенности космогониче­
ских, идеи Канта —«величайшего за­
воевания аст рономи и со вре мени Ко пер­
ника» (Ф. Энгельс), идей, поколебавших
господ ствовавш ие предс та вле ния о том,
что природа не имеет историй во вре­
мени,—а также другим работам «докри-
тического» п ер и од а его философ ск ой
эвол юции, и твор чес тву Лессинга —как
наиболее ярким представителям немец­
кого Просвещ ения. Отмечается вл ияние
пи етизма , пр овозгл асивш его критерием
религиозности внутреннее ;угбеждекие й
нр австве нн ое по вед ен ие. Правда, это
ружье, появившееся однажды на сцене,
так и не выстрелило, х отя мож но было
ож идать, что автор верн ется к вопр осу
о воздействии протес тантской нравс т­
венности, скажем, на этику Канта или
со циальные во ззр е ния Фихте. Впеч атл е­
ние, пр о извед ен но е на совреме нников
«бюргерскими
тр агеди ями»
Лессинга,
как показатель изменений, происшед­
ших в общественном сознании, пафос
движения «Бури и натиска», идеи, ко­
торыми снабдили его Гаман, Гете , Гер-
дер, интере с вр емени к личности, к та­
инственны м
глубинам ее духовной
жизни —все это занимает автора и как
фактор, б ез которого нел ь зя вполне п о ­
нять пе р е х од Канта от «докритического»
к «критическо му» пе р и оду его творче­
ства. «Спор о па нтеи зм е», разгор евш ий­
ся после смерти Лессинга, спор, в ко­
тором приняли участие Якоби, Мендель­
сон, Эдельман, Шульц, Шцацир, Фор-*
стер и, наконец, Гердер, у чени к Канта,
один из пер вых те ор етиков и историков
культуры (его взгляды в ра зны х асп ек­
тах очень основательно рассмотрены в
к ни ге) , явственно показывает, как тесно
пр облемы
и положения
кантовских
«Критик»* содержание знаменитых кан­
то вских антиномий привяза ны к ид ей­
ным спорам, открыто или тайно за ни­
мавшим современников Канта: о соо т­
н ош ении бога и материи, рацио нал ьного
мы шления и веры, веры и нравствен­
ности. Обсуждение проблем, затронутых
в ходе «спора о пантеизме», подготовило
также почву для восприятия шеллин­
говской и ге гел евск ой натурфилософии.
В этой ж е главе рассмотрены ранние
подходы к созданию философии истории
и истории культуры — Л есс инга , Форсте­
ра, Аделунга, Гердера,—предшествовав­
шие соответствующ им трудам К а н та ,
Фихте, Гегеля.
Рассмотрен ию фил ософии ранн его
Фихте (до 1800 г.) предпослан обзор по­
лемики вокруг ф илософии Канта, р аз­
вернувшейся еще при его жизни. Вид­
ное место в изл ож ени и за няли не толь­
ко эс те тич еские, по и истори ческие
взгл яд ы Шиллера. Новый материал чи­
татель найдет в разделе, посвященном
так на зы ваемо му не мецкому якобин­
ству. Политические
и фило софские
взгляды Форстера, Векрлинй, фои Кно-
блауха отражают отношение демократи­
ческих слоев немецкой буржуазии к
французской революции в первые годы
ее осуществления. Отсюда происходит
переход к первым произведениям Фихте,
написанным в 1893 г. под влиянием р е ­
волюции и трактующим вопросы со ­
циального у стройс тва . Полное зн ач е ние
этого материала, как и «спора о пан­
теизме»* как и анализа гердеровских
взгл ядо в на пр об ле му возникновения
мышления,
раскры вается
позднее,
в конце книги, когда затр агива етс я
вопрос о м атер иал ист иче ск ой традиции
в Германии, подготови вш ей появл ение
философии Фейербаха.
Колори тно пр ед ста вле на фигура Гете,
сыгравшего в аж ную роль и в воспр ия­
тии идей Канта, и в судьбе Фихте,
п в подготовке немецкой философии к
натурфилософии Шеллинга, и в укреп­
лении естественнонаучных интересов в
Германии. Автор р ассматр ива ет фил о­
со фские и социальные ид еи В. Гум­
больдта в их отношении к Канту и ран­
нему Фихте, к философии истории Ге­
геля, а также естественнонаучные воз­
зрения А. Гумбольдта, с которыми был
знаком и на которые о пирал ся в с воих
работах Шеллинг, воззрения, приведшие
А. Гумбо льдта в оппозицию к Гегелю.
Романтизм р асце ни вае тс я в книге как
важны й фактор, спос об ство вавш ий во з­
вращ ению немецкой философии пос ле
Канта и Фихте к природ е. Показа на
ид ей ная связь романтиков с Фихте,
а затем с Шеллингом. Приходится со­
жалеть, что наряду со взглядами Нова­
лиса, братьев Ш легель, Ш лейермахера
автор не обратился к творч еству Гель­
дерлина, привлекшего к себе особое
вни мание в наше м стол етии, в част­
ности, ста ра ниями Х айдеггера , которого
этот поэт интересовал, пожалуй, не
мень ше, чем Кант ил и Гегель. Вообще
романтизму имело смысл уделить боль­
ше места, рассказать о характерных для
него установках по отношению к при­
род е, нау ке, техни ч еск ой цивилизации,
художественному творчеству, установ­
ках, испытавших бурное возрождение в
западной философии XX века.
Нельзя не назвать и Ш опенгау эра,
философия которого осталась незатрону­
той. Хотя ее звездный час настал в се­
реди не XIX в., первый том «Мира как
воли и представления» вышел в свет в
1819 г. А. В. Гулыга упоминает о дис­
куссии, состоявшейся между Гегелем й
162

Шопенгауэром в марте 1820 г. во время
защиты диссертации последнего: Фило­
со фия Ш оп ен гауэра —плоть от плоти
немецкого ид еал изма , а его ярос тное
непр иятие геге левской философии к ди­
алектики — бо ле е чем личная антипа­
тия к сопернику. В конечном счете оно
касается дальнейших путей эволюции
немецкой философии.
Все перечисленное выше —это в зна ­
чительной сво ей ч асти ма териа л новый,
добытый из первоисточников. А. В. Гу-
лыга стар аетс я най ти интересн ые ра­
курсы в его изложении, готовит чита­
телю сюрпризы. Например, текстоло ги­
ческий анализ произведений Лессинга
позволил ему иначе взглянуть на неко­
торые пол ож ения «Гамбургской драма­
ту ргии», скрытые неточным п ере водо м
на русский язык, в частности касающие-
ея различных возможностей художе­
ственного об общения, по нятия «свобод­
ной игры способности воображения»
(с. 24), возбуждаемой произведением
искусства, понятия, в более развитом
виде занявшего позднее столь важное
место в фил ос оф ии искусс тва Канта.
Проблему возможностей художествен­
ного
обобщения,
перерастающую в
проблему художественного метода и
природы художественного творчества,
автор рассма тривает как од ну и з сквоз­
ных в немецкой эстетике. В книге со­
бран большой ма териал , связа нный с
дискуссией
вокруг н ее, проспеллена
тр ансф ормация пробл емы в р аб от ах
Шиллера,
Гете , Фих те,
Шеллинга,
В. Гумбольдта. Пожалуй, она вообще
впервые столь масш таб но выявлена. Что
касается Лессинга, у которого ее разра­
ботка начинается, тЬ мо жн о заме тить ,
что при истолковании положения о те­
атре как «школе нра вс твенн ос ти» вопро с
о художественном обобщении полностью
заслонил известные суждения Лессинга
о катарсисе как превращении дурных
ст ра стей в добродете ль ные наклоннос ти.
Данное положение заслуживает упоми­
нания* ибо Лес син г до сих пор ра сс мат­
ривается как ключевая фигура в исто ­
рик «нравственной» трактовки трагич е­
ского ката рсиса.
Привлечение матер иала, о котором
шла речь, прида ет магистрал ьному фи ­
лос офс кому
процессу укоренённость,
так ск азать,
измерение
в глубину,
объемность. Но картина могла бы полу­
читься еще более содержательной, если
бы данная тема в еще большей степе­
ни была продолжена автором и в прош­
лое, и в будущее от периода немецкой
классики. В большей мере могли бы
быть задействов аны в конкре тных сопо­
ст авле ниях
и влияниях —причем не
только тео рети ко- позн авател ьного, но и
социал ьно- по литич ес кого
плана —
англ ийская фило соф ия и французские
материалисты XVIII в., а такж е пред­
ш ес твующа я нем ецкая фил ософия, осо­
бенно сред не вековый м истич ес кий пан­
теизм, фило соф ия Лейбница , да и воль-
фиаиская традиция (влияние д вух по­
сл едних отмечено главным образом в
первой Главе, й отношении определен­
ных взгл ядов «докритичёско го» Канта
и Гердёра).
А. В: Гулыга часто приводи т высказы­
вания современных советских и зару­
бежных исследователей,
касающиеся
тёх или иных понятий или положений
нем ецки х фйлософов-кл ассико в. Это очень
интересный материал (в данной связи
хотелось бы отметить важную роль, ко­
торую играют в книге примечания), но,
кроме того, го ра здо больш е внима ния
можно было бы уделить трактовкам не­
мецкой кл ассик и у крупны х западн ых
философов прошлого й нынеш него ве­
ков. Это позволил о бы обозн ачить осно в­
ные т енд енци и в эволюций ее идейного
наследия в буржуазной философии й
весьма отвечало бы общему характеру
книги, автор которой ст ара етс я показать
ж ив ую связь данно го пер иода истории
философии с нашим вре менем. Ин тер ес­
но было бы, на пример, по каза ть со отно ­
шение априорных форм познания у Кан­
та и ар хе типов у К. Г. Юнга (понятие
архетипа несколько раз употребляется
в книге, но остается необъясненным);
сказать, чем занимали Хайдеггера кан­
товские суждения о продуктивном во­
ображении и учение Шеллинга о чело­
веч е ск ой свободе , каку ю тракто вку по­
лу чила кантовская эс те тич ес кая иде я
у Ясперса, что находят у Шлейермахера
со вр еме нны е герменевтики; про сл ед ить
судьбы активистских идей, восходящих
к Фихте и Шеллингу, у представителей
философии жизни, а философии языка
В. Гумбольдта —в гипотезе лингвисти ­
ческой о тно сител ьности Сепир а-У орфа
и т. д . Книга А. В. Гулыги открыта в
данном отношении, и хочется пожелать,
чтобы он продолжил работу над ней.
Страницы, гд е пр ед с та вляе тс я столк­
новение идей.—самые
интере сны е и на­
сы щенные в книге. Н азовем самые важ ­
ные из них. Полемика Гердёра й Канта,
в ходе которой ученик критиковал свое­
го бывшего у ч ител я за отрыв явления
от «вещи самой по себе», за недостаток
историзма в подходе к мышлению, за
априор изм. Отно ше ние Канта к фило со ­
фии Фихте, в которой он безошибочно
нащупал самое слабое место —невоз ­
можность из субъекта самого по себе
«выковырять объе кт» (с. 132) и изме ­
нявшееся отношение Фихте к своему
учителю. Отношение Гете к Канту и
Фихте. Спор между Гете и Шиллером
о художественном методе, типах худо­
ж ест ве нно го творч ества (в котором пр и­
нял участие Фихте, а затем Шеллинг).
Процесс расхождения между Фихте и
Шеллингом,
во спр оизвед енный
оч ень
интере сно, до ку мен тал ьно, на пр яже нно .
Оппозиция рома нтиков по отнош ению
к Ге гелю. Критика Г егел я со стороны
Шеллинга, ясно видевш его ах ил ле со ву
п яту философии своего бывшего друга:
«Понятия как таковые существу ют толь­
ко в сознании; об ъективно ра сс мотре н­
ные они н е предш е ству ют природе,
183

а следуют за ней. Гегель лишил их
естественного места, поставив их в на­
чале философии» (с. 276). Данную аргу­
ментацию ра звил за тем Ф ейербах в
свое й крит ике ге гел евск ой философии.
Материализм Ф ейербаха не только опи­
рался на материа листич ескую традицию
в немецкой философии, он явился и ре­
зул ьтатом внутр ен него развития самого
немецкого идеализма —это автору уда­
ло сь пок азать очень явственно.
На указанных страницах, полных ди­
на мизма и своего рода драматизма, со­
держится наибольшее количество ново­
го материала, собранного автором.
Можно говорить и о другой стор оне
дела: о влиянии ид ей одного мыслителя
на творчество другого. А. В. Гулыга
уделяет много внимания такому вза имо­
влиянию идей: размыш ле ний Лессинга
о соо тнош ении рел игии и нравстве нного
пр огрес са чел овечес тва, его защ иты пра ­
ва исс ледо вать проблемы , связанные с
религией,—на
канто вскую «Религию в
пределах только разума» и на работы
раннего Гегеля; по зд не го Фихте — на
раннего Шеллинга; Фихте и Шеллин­
га —на Гегеля и Гегеля —на поздне­
го Шеллинга, а Шеллинга и Гегел я —
на Фейербаха.
Особенно прис тально
автор прослеживает зарождение и раз­
витие
диалектических идей. Другой
пр ед мет
его
внимания — разработка
принципа истор изма. Меньше внимания
оказалось уделено происхождению и
взаи мно му со отнош ению понятийно го
языка немецкого ид еа л изма .
У А. В. Гулыги, как у ж е отмечалось,
есть вкус к рабо те с первоисточниками,
с материалами, еще не вошедшими в
шир окий научный оборот. Его и ссл ед о ­
ва те ль скую ма неру отлича ет стремле­
ние искать новые аспекты тех или иных
п ол ож ений мыслителя (на пример, в на­
стоящей книге он энергично утверждает
положение об активном характере чув­
ственного по зн ания, восприятия у Кан­
та, положение, которое он раньше не
разделял), он показывает сомнения фи­
лос оф а, внимател ен к изме нен иям в его
по зиции. Дан ное качество ос обе нно при­
год илось е му при во спр оизвед ен ии воз­
зр ений Фихте и Шеллинга, прод ел ав­
ших очень инте нсивную ф илософску ю
эволюцию
в последнее десятилетие
XVIII в. —первое десятилетие XIX в.
В книге широко испол ьзованы новые
мате риалы из ру ко писного на сл едия,
черно вых набросков и писем философов.
Это позволяет интер есно иллюстрир о­
вать рождение замыслов тех или иных
трудов, уточ нять интерпр ет ацию опре­
деленных положений или показывать
происходившие изменения в их трак­
товке.
Хотя в какой-то мер е мо жно сказать,
что А. В. Гулыга принадлежит к иссле­
дователям, так сказать , импре ссио нист­
ского скла да, он оч ень внимател ен к си­
с тем е фило софа. Это оч ень важ ный мо­
мент д ля рассматривае мого пер иод а.
Раскры тие системы прида ет ан ал и зу
осмысл енность и компо зицио нную строй­
ность. Особенно за вер ш енн ой в да нно м
о тнош ени и по луч ил ась глава, по свящ ен­
н ая К анту. Систвхма его фило софии скла­
дывалась постепенно, по мере создания
«Критик», и автору удалось очень внят­
но пр едст авить читателю проц есс ее
образования, а вместе с тем и реализа­
цию замысла ее творца в его цельности:
«Фор мула фи ло софской системы Кан­
та — истина, добро и кра сота, взятые в
их ед инстве, замкнуты е на чел овеке, на
его куль турно м творчестве...» (с. 76).
Проследив
философску ю
эволюцию
мыслителя, А. В. Гулыга возвр ащ ае т чи ­
тателя к исходному пункту его раз­
мышлений —к че ловеку. Хотело сь бы
отметить и то, что появле ние п озд н их
работ Канта, вышедших после создания
«Критик»,
убедительно
пр ед ставл ено
как продолжение и завершение его фи­
лософского пути.
Интересным по лу чил ось п оэтап ное и
перекрестное
изложение
философии
Фихте и Шеллинга. Автор от про изве­
дения к произведению прослеживает
изменения, происходившие в их взгля­
дах. Система философии у них не сло­
жилась, но тем важнее было дать чита­
телю ясное представление об идеях,
ис полнявш их, так сказать , р егул ятив­
ную функцию в их творч естве, питав­
ших и двигавших их мысль в приложе­
нии к различным областям. В этом от­
ношении изложение философии Шел­
линга удалось, пожалуй, лучше, чем
философии Фихте . Как п о зиции «науко-
учения» определяют скажем, социаль­
ные взгляды Фихте, в чем родство ак­
тивного стр емл ения к зн анию и к куль ­
турному созиданию?
Пред ставляя за мысе л своей работы,
А. В. Гулыга пишет в предисл овии, что
свою за д а ч у историка немецкой фило ­
со фской кла ссики он видит в о хвате
широкого круга пробл ем — не только
онто логич еских
и
теоретико -познава ­
те льных, но та кж е проблем этики, эс те ­
тики, ф ило софи и истории и истории
философии, фило софии религии. В ра ­
ботах по немецкой кл ас сич еской фило­
софии, которыми наш чита тел ь рас по­
лагает на сегодняшний день, в большей
степени исследована онтологическая и
гносео логич еская пробл ематика. М ежду
тем современный читатель особенно
остро интересуется как раз вопросами
нравс твенного и эс те ти ческо го порядка,
вопросами ф илософ ии истории и со­
циальной теории. К тому же это наи­
более выигрышный для изложения ма­
териал. В своей совоку пности эти тема­
тич еские пласты, по ж ал у й, пре об лад ают
в удельном весе книги, что тоже состав­
ляет ее ос обенность. Такая про порция
отвеч ает за д ач е работы, адресованной
не только философ ам-с пециал иста м.
Конечно , представить столь огромный
мате риал с исч ерпывающей полнотой
на 330 стр аницах невозмож но. Многое
остал ос ь лишь обозна ченны м, спе циа ­
лист может указать и на то, что оста­
164

лось вне по ля зр ен ия автора. Кроме
того, обязате ль но надо ска зать ещ е об
одном. Стремление автора выразить в
первую оч ер едь позитивный смысл по­
ложений,
выдвигаемых
философом,
иногда оборач ивае тс я упрощ ение м бо­
лее сложного и неоднозначного построе­
ния. Это особенно бросается в глаза в
главе о Канте. А. В. Гулыга знакомит
читателя с наиболее живо обсуждаю­
щимися в паше время положениями его
работ — кас ающ имися соотнош ения с о ­
зе рцания и интеллекта, роли продук­
тивного воображения, тр актовки и нтуи ­
ции, свободн ой воли, до лга и любви,
творческого ге ния и др. Однако пред ­
ставлять по няти е априор ности только
в том смы сле, что по знающ ий индивид
располагает определенными, сложивши­
мися до него формами по зн ания, а у ч е­
ние о «вещи самой по себе» только как
указание на беспредельность познания
и необоснованность претензий науки на
все си лие, недос та то чно. Вне анал иза
оказываются те аспе кты кантовского
учения, которые питали в последующ ем
с убъективистские и агностические тен-
денции
в западной
идеалистической
философии.
Книга А. В. Гулыги — се го дня об этом
можно уже сказать как о свершившем­
ся факте —нашла своих заинтересован­
ных читателей. И тех, кому она пос лу ­
ж ит хоро ш ей пропедевтикой для бол ее
близкого знакомства с немецкой клас­
сической философией, и тех, кому по­
мож ет проверить свои зн ани я о ней.
М. М .БЕЛЯЕВ
Так ли надо писать
популярные книги по философии?
(О некоторых положениях в книге А. В. Гулыги
«Немецкая классическая философия»)
А. В. Гулыга хорошо извес те н совет ­
скому читателю как автор монографий о
философских у ч ен иях Канта, Шеллинга,
Гегеля. Эти опубликованные в серии
«Жизнь за ме чатель ны х людей» книги на­
писаны хор ош им литературным языком,
и те читатели, которые не знают у ч ений
великих предш ествен ников философ ии
марксизма, несомн ен но, признательны
автору, сумевшему, не усложняя и без
того сл о жн ых вопросов, до ходч иво рас­
сказать о ва жн ейш и х ид еях классиков
немецкой философ ии.
Новая книга А. В. Гулыги под ытож и­
вает содержание предшествующих моно­
графий, используя значительную часть
содержащегося в них материала. Она
также может служить примером хороше­
го литературного изложения. И мне не
пришлось бы выступать с критикой этой
книги, если бы в ней не было серьезны х
тео ретич ес ких ошибок. Эти ошибки в
известной мере имелись и в предшест­
вующих монографиях. Однако р ец ензеп -
ты, сп ра вед ливо отме чая литер атурные
достоинства этих книг, об ход или молча­
нием
эти
пол о ж ения,
по- видимому,
не считая их существенными недостат­
ками. Какие же ошибки, заблуждения
А. В. Гулыги я имею в виду?
Начнем с известного положепия Кан­
та: «...мне пришлось ограничить ( au f h e-
ben) знание, чтобы освободить место
в е р е ...» К Отметим, что в первом русско м
пер еводе «Критики чистого разу ма»
1 Кант И. Соч. в 6-и томах, т. 3. М.,
1964, с. 95.
(1902) речь шла не об огр анич ении, а об
уничтожении знания. Современные анг­
лийские, французские и некоторы е другие
издатели «Критики...» такж е переводят
кантовское a u fh eb e n словом «упразд нить»
(abolish, abolir). Читателю, который не
знает учения Канта, но знает, что он вы­
соко ценил науку, в особенности естест­
во знание, о твергая ка кое-л ибо зна ч ение
веры в сфере научного исследования,
этот общепринятый перевод кантовского
aufheben, несомненно, покажется бес­
смысленным. И А. В. Гулыга, по-видимо­
му, разделяет это представление. Он
заявляет, что BGe имеющ иеся переводы
указанного высказывания Канта оши­
бочны, игн орируют многозна чность н е­
мецкого слова au fh eb en , которое в опр е­
деленном контексте означает также «под­
нять». Не ана ли зиру я контекста кан­
товского высказывания, А. В. Гулыга
радикально изменяет весь его смысл, пере ­
водя цитируемую фразу следующим об­
разом: «Я должен был поднять (курсив
мой.— Т. О.) знание, чтобы освободить
место вере» (с. 61 рец ен зиру е мой кни­
ги) . Едва ли кто-ни будь поймет, как
можно предоставить место вер е путем
возвыше ния зпания. Однако су ть д ел а не
в алогичности пр ед ло же нно го А. В. Гу-
лыгой перевода знаменитой кантовской
фразы, а в том, что, обсуждая это выска­
зы вание фил ософа, А. В. Гулыга, по су ­
ществу, игнорирует вопрос, какое зна­
ни е (дей ст витель ное или мнимое) Кант
нам ер ен упр аздн ить, ограничить или,
как утверждает автор книги, поднять,
возвысить. М ежду тем, стоит лишь рас­
165

смотреть слова Канта в связи с пр ед ш е­
ствующим им рассуждением,
чтобы
смысл их стал соверш енно ясе н. Не ­
сколькими строками выше цитируемой
фразы Кант писа л, п од ы то живая свои
рассуждения о метафизике, которую ои
характеризует
как
мнимое
знание:
«Я не могу, следовательно, даже до пу­
стить существование бога, свободы и бес­
смертия для целей необходимого практи­
ческого применения разума, если не от­
ниму у спекулятивного разума также
его пр итязаний на трансце нд ентные зн а­
ния...» 2. Таким образом, Ка нт считает,
что основные идеи метафизических си­
стем (бог, субстанциальная душа, абсо­
лютная свобода воли) не являются дей­
ствите льными знан иями, лишены всякой
теоретической, научной основы. Эти мни­
мые зн ания до лж ны быть исключены из
сферы теор етич еского р азума , так как
их единстве нным ос нование м являетс я
вера. Вот поч ему, когд а Какт говорит —
мне пришл ос ь у пра зд нить знание, чтобы
освоб од ить место вере — он имеет в виду
упр а зд н ен ие мнимого (метафизиче ск ого)
знания. Это видно не только из да нного
высказывания, рассмотре нного в контек­
сте, но и из других заявлений Канта.
Приведем одно из них : «...мы ограничи­
ли р азум, чтобы он не по терял нити эм­
пирических условий и не пускался в
область трансцендентных оснований...»3.
Отметим, кстати, что и А. В. Гулыга чу в­
ствует, что речь идет об упразднении не
действительного , а мнимого зна ния. Он
пишет: «Кант у стр а нил зн ан ие из обла­
стей, ему не принадлежащих...» (с. 61),
т. е. о бъявил ме тафи зич еск ие зна ния
фактически не существующ ими. Но если
это так, то к чему этот алогичный пере­
вод известного, д авно р азъ ясн ен но го по­
ложения Канта?
Однако де ло не только в неправиль ­
ном перевод е, но и в забве нии того, что
со ста вляет сущность кантовского агно­
стицизма. Ведь Кант считает мнимым,
метаф изич еским зна нием не только тра­
дицион ные пр ед ставле ния о тр ансцен ­
дентных сущностях, но и любые выска­
зывания о реа льности, с уществу ющ ей
независимо от со зна ния и воли по знаю ­
щего субъекта. По его учению все, что
по зна ваемо, не существу е т независимо
от познания, а все независимое от позна­
ния принципиа льно непо зна ва емо. Это
значит, что те природные вещи, проц ес­
сы, которые по зн ае т
ес тество зна ние,
представляют собой продукт познаватель ­
ной деятельности людей. Следовательно,
Кант не только упр азд няе т мнимое (ме­
та физич е ско е) зн ани е, истолковывая его
как вер ование, но и субъективистски ис­
толковывает об ъективное
содержание
науки, всю сферу познания вообще.
Именно поэтому в новом рус ском изда ­
нии «Критики чистого ра зума », о публи ­
кованном в 1964 г., пер евод цитировав­
ш е йс я выше фразы Канта уто чнен:
?Там же.
Кант И. Соч., т. 3, с. 497.
«...мне пришлось ограничит ь (курсив
мо й . — Т. О.) зн ани е, чтобы освободить
место вере...» Слово «ограничить», по-ви­
димому, л уч ш е п ер ед ает суть кантовской
мысли, поско льку, у пра зд н яя ме тафизи­
ч ес кое псе вд ознан ие, Кант,
конечно,
не упразднял научное знание, хотя и
истолковывал его в агностич еском д ухе .
Отсюда понятно, поч ему В. И. Ленин н е­
о днократно подч еркивал, что кантовский
агностицизм приниж ает (а не возвыша­
ет, как полагает А. В. Гулыга) зна ние,
разу м. Так, в « Философских тетрад ях»
мы читаем: «Кавт: ограничить «разум» и
укрепить веру» 4. При этом Ленин имеет
в виду, как под чер кивается в примеча ­
ни ях, именно то само е вы сказывание
Канта, которое Д. В. Гулыга переве л во­
преки его д ей ствител ьному, никем кроме
него не ос парива вш ему ся смыслу. В т ех
же
«Философских
тетр адях»
Ленин
вновь возвращается к обсуждаемому
нами пол ож ению Канта, сопоставляя его,
в частности, с воззрениями Гегеля, что
весьма важно дл я по нимания конкре тно -
исторического смысла кантовского агно­
стицизма, закл ючавшего в с е бе иррелп-
гиозн ую тенд енцию. В. И. Ленин подч ер ­
кивал: «Кант пр иниж ае т зна ние, чтобы
очистить место вере: Гегель возвышает
знание, уверяя, что зн ан ие есть зн ание
бога» 5. Как жа ль, что А. В. Гулыга обо ­
ш ел молчанием эти в высшей сте пен и
важны е высказывания В. И. Ленина!
Мы столь подроб но остановились на
предложенном А. В. Гулыгой переводе
известного по л ож е ни я К анта не только
потому, что этот перевод, искажая одну
из основных идей философа, дезориенти­
рует читателя, но и по тому, что он яв­
л яетс я логически исходн ым пунктом фак­
тического о трица ния а гнос тицизма и
субъективизма в философии Канта. «Сам
Кант,— пишет А. В. Гулыга,— агностиком
себя не признал бы» (с. 46). Это ут­
ве р жд е ни е являетс я, мягко выражаясь,
двусмы сл енным. Извес тно, что термин
«агностицизм» возник примерно через
полве ка пос ле смерти Канта. Кант, ко­
нечно, не называл се б я агностиком. Он не
присоединился бы к воззрениям Т, Геке­
ли, изо бретателя этого термина, который,
кстати сказать, ссы лался на Юма и Кан­
та. Дело, конечно, не в термине, а в том,
что агнос тицизм — разн овидн ость фи ло ­
соф ского скептицизма. Агностицизм мно­
голик, но суть у него одна. В. И. Ленин
пишет: «. .. агностицизм есть отрицан ие
об ъе ктивной реальности, да нной нам в
ощущении»6. И если придерживаться
этого о предел ения, то Кант, конечно, аг­
ностик.
Однако А, В, Гулыга оспаривает не
только а гностицизм, но и философский
ск епти цизм Канта, явно игн ор ируя сущ ­
4 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 29,
с. 91.
5 Ленин В. И. Поли. собр. соч ., т. 29,
с. 153.
6 Ленин В. И, Поли. собр. соч .? т. 18,
с. 205.
166

н остное тож д ество того и другого. Кант,
пишет наш автор, «боролся со скепти­
цизмом, любил науку, верил в пр огресс
знания» (с. 46). А. В. Гулыга почему-то
полагает, что сторонники ске птицизма,
скажем, в Новое время, не любят н ау ку,
не верят в ее прогресс. Но до статоч но
почитать хотя бы П. Бейля, истор ически
прогресс ивное зн ач ен ие ске птици зма ко­
торого стоит вне всяких сомнений.
Утверждая, что Кант боролся со скепг
тицизмом, А. В. Гулыга внушае т тем
самым читателю, что Кант не был сто­
ронником этого течения. В действител ь­
ности дело обстоит гораздо сложнее.
Кант критиковал ске птици зм за тоталь­
ное отрицание мет афизики; он критико­
вал Юма, который не допускал возмож­
ности априорных синтетических су ж д е­
ний. Обоснование возмож нос ти такого
типа суждений Кант считал своей перво­
ст епе нной заслугой. Но скептицизм, как
свиде тель ст вует его история, никоим о б­
разом не свод ится к отрицанию возмож ­
ности априорного синтеза.
Кант выступал, с од ной стороны, про ­
тив традицион ных мет аф изич еск их си ­
стем, а с другой — против традиционно­
го с ке птицизма, отрицавшего во змо ж ­
но сть всякого дос товерного знания. Кант
ж е доказывал, что мир явле ний, обра­
зу ющийся, согласно его у чению, в сф ере
познания,
принципиал ьно
по знавае м,
а объективная, неза висим ая от п ознан ия
реальность («вещи в себе» ) принци­
пиально н епознавае ма. Здесь, как зто
сплошь и рядо м бывает в истории фило­
софии,
налицо
проти вореч ие
между
объективным содержанием учения Кан­
та и его с убъективной формой выр аже­
ния. «Критическая философия» К анта
несо мнен но предс тавляла соб ой новую
форму ске птицизма, не смотр я на то, что
ее со зд ате лю представлялось, что он по ­
кончил со скептицизмом. И соверш енно
прав В. Ф. Ас мус, указы вая, что кантов­
ский принцип непо знавае мос ти объе ктив­
ной реа льности «есть, бес спорно, а гн о­
стицизм. Капт только во ображал, будто
в у ч ении об априорности форм чувст вен­
ности и рассудка ему удалось преодолеть?
ске птиц изм Юма и антич ных скепти-
ков» 7. Эту иллюзию Канта р азд ел яет и
А. В. Гулыга.
Историко- фило софский анализ не во з­
можен без строгого разграничения объек­
тивного содержания и субъективной
формы выр аж е ния (и постр оения) фило ­
соф ски х уч ений. З нач ен ие этого пр инци­
па замеч ательно п ока за л Маркс на при­
мере Спинозы, который был убежден в
том, что б ог и природ а тождественны ,
т. е . не отрицал существование бога,
п о фактичес ки был атеисто м. Забывать
об этом фунда ментал ьно м
при нципе
маркс истского
историко-философско го
исследования недопустимо.
Кант, как изве стно, допол нил второе
изд ан ие «Критики чистого разу ма» пар а­
’.Асмус В. Ф. И ммануил Кант. М.,
1973, с. 33.
графом «Опровержение идеал изма». Оз­
нач ает ли это, что Кант противник ид еа ­
лизма? Конечно, нет. Он о твергает ид еа ­
лизм Декарта, Беркли и т. д., создавая
новую форму ид еа лизма, назва нную им
трансцендентальным иде ализмом. Мно­
жество идеалистов, а также привержен­
цев скептицизма, а гностицизма критику­
ют идеализм и скептицизм, даже отвер­
гают его с порога и о стаютс я тем не ме­
нее, иной раз вопреки соб стве нным
убеждениям, идеалистами и агностика­
ми. Эту азбучную истину следует приме­
нять и в анализе учения Канта.
Поставив под вопрос Философский
ске птицизм, агно стицизм Канта, А. В.
Гулыга соответственным образом интер­
пре тирует и по нятие «вещи в себ е». Не
отрицая пол о ж ен ия Канта о ее транс­
цендентности, он не только не рас­
крывает заключающ егося в этой харак­
теристике содержания (существование
вне времени и пространства), но, по су­
ществу, отрицает его. «Кант,— пишет
А. В. Гулыга,— не отрицал эмпирической
реальности про странства и времени»
(с. 47). А. В. Гулыга не поясняет, что
понимал Ка нт под эмпирической реаль ­
ностью прос транства и времени. Крат ­
кие по яс нения, которыми он ограничи­
вает ся, явно затуш евывают кантовское,
ид еал ист ич еско е истолко вание эт их ка­
тегорий. А. В. Гулыга пишет: «Кант ни­
когда не о трека лся от своей космого ни­
ческой гипо тезы, гд е в р еал ьном прост­
ранстве идут реальные процессы образо­
вания и распада миров» (с. 47—48).
Выходит, таким о бразом, что Кант не от­
казывал ся от своих «докритич еских» воз­
зре ний на пространство к время, нес мот­
ря на то, что он прямо назы вал эти воз­
зр ения догматич ес кими, а док тор скую
диссертацию 1770 г. посвятил обо сн ова ­
нию те зис а об априорности прос тр анст ­
ва и времени,
Что же имел в виду Кант, утверждая,
что пространство и время эмпирически
реальны? Только то, что они, со гл асно
его учению, представляют собой чувст­
венные априор ные с озерцания, а не ка­
тегор ии мышл ения, эмпир ичес кую р еаль­
ность которых Кант о трицает. В отлич ие
от рационалистов XVII в., Кант полагал,
что он открыл неп онятийны е, ч увствен ­
ные
формы
априорного Таковыми,
по Канту, и являются пространство и
время, которые о н на зы вает априорными
формами чу вственно ст и.
Положение о том, что пространство и
время нео тдел имы от пр оц есс а познания,
что они его ч увст венны е, субъективные,
но вместе с тем независимые от субъек­
та, в си л у своей априорности, пред по­
сылки, Кант сч итал своим главным от­
крытием, исходным положением провоз­
глаш енной им новой ко перниковской
революции. Поэтому он и писал: «...если
бы мы устранили наш субъект или же
только субъективные свойства на ш их
ч увств вообще, то все свойства объе ктов
и все отношения их в пространстве и
времени и даже само пространство п вре­
167

мя исч езл и бы...» 8. Таких высказываний
у Канта необ озри мое множес тво. Не за ­
метить их мож но только при очень боль­
шой старатель ности. Кант, правда, ут ­
вер жда ет, что прос транство и время
объективно реальны. Но это, со ответст­
венно смыслу его терминологии, о зна ча ­
ет лишь то, что они всеобщи, составля­
ют необходимое условие существования
вс ех явлений, природы вообще. Однако и
явле ния, и природа, считае т Кант, п ред ­
ставляют соб ой феномены познания, ко­
торые н е имеют ничего общего с реа ль ­
ностью, сущ еству ющ ей безотносительно
к познанию («вещи в себе»).
Кант также утверждает, что явления,
поскольку они находятся в пространст­
ве, существуют вне нас. Но и это не оз­
начает, что они неза висимы от д еяте л ь­
ности познания. Суть дела в том, разъяс­
ня ет Кант, что простр анственно е со зер ­
цание (в отличие от времени) есть
внешнее чувство, из чего и проистекает
внешнее по отношению к сознанию су­
ществование простр ан ст венны х явле ний.
Таким образом, вы раж ение «вне нас»
имеет у Канта двойной смысл. С одной
стороны, оно обозначает «вещи в себе»,
находящиеся по ту сторону познаватель­
ного процесса, а с другой — явления, по­
скольку они существуют в сфере «внеш­
него чувства», простр анственного с оз ер ­
цания.
Нам приходится разъяснять эти до­
вольно прос тые вещи, п ото му что этого
не д ел а ет А. В. Гулыга, который, как
нам предста вляется, полагает, что поло­
жительное изложение учения Канта,
прогрессивный хара ктер которого не вы­
зывает со мнений, за ключ ается в том, что­
бы по возможности обходить молчанием
его иде али стич ес кие и агностические
воззрения. Приведем некоторы е примеры
такого рода подх ода , который, на на ш
взгляд, лишь умаляет значение постав­
ле нных Кантом пробл ем.
Характеризуя априоризм Канта, А. В.
Гулыга замечает, что «по Кан ту априор ­
ны только формы знания, с од ерж ан ие
целиком (курсив мой.— Т. О.) поступает
из опыта» (с. 44). Этот столь категори­
ч ес ки высказанный тези с справедлив
лишь в том огр ан ич енном смысле, что
категориальны е формы мышления пред­
ставляют соб ой не зна ние, а только спо­
собы син тезиро вания чувстве нны х д ан ­
ных. Но Кант никогда не утверждал, что
наш и знания целиком проис ходят из
опыта, так как такое утверждение несов­
мес тимо с его у ч ен ием об априорном по
своему содержанию знании в математи­
ке и есте ст возн ании.
По Канту — об этом шла уже речь
выше — априорны не
только формы
мышления, но и формы чу встве нного со­
зе рцания, про странство и время. Априор­
ные ч увстве нны е со зерцания хара кте­
ризую тс я Кантом как основа чистой ма­
те матики, которая не только по форме,
но и по содержанию представляет собой,
8 Кант И. Соч., т. 3, с. 144.
выра жаясь словами Канта , ч истое ап­
риорное знание. В едь главным вопро со м
«Критики чистого р азума» являетс я: как
возможны синтетические суждения а
priori? Говоря проще, это о знач ает: как
возмо жно
априор но е приращение
знания? Этот главный вопрос, д а ле е под ­
разд ел я етс я на два подвопрос а: как воз­
мож на чистая математика? как возмо ж ­
но ч истое ес тес твознан ие, т. е. теор ети­
ч еская механика? Кант р а зъ ясн яе т, что
у него нет никаких сомнений в а приор ­
ности со д ерж ан ия чист ой математики,
а также в том, что теоретическая меха­
ника заключает в с еб е априорные по ло­
ж е ни я. Проблема д ля Канта состоит сов­
сем в другом: показать, как возмо жн о
это фактическое сос тояние знания? Фи­
лософия Канта и есть учение об априор­
ном знании, о путях соединения априор­
ных форм п ознавател ьной деятельности
с чувст венными данными, об априорных
границах всякого знания. Между тем
А. В. Гулыга, правильно подч ер кивая, что
Кант отверг рационалистическое допуще­
н ие возмож нос ти априорного п о ст иж е­
ния сверхчувст венного , тран сце нде нтно ­
го, де л а ет на этом основании со верш енно
не правомер ный вывод, что Кант отри­
цает всякое априор но е зна ние вообще.
Ничего под об ного у Канта, конечно, нет.
Так, излагая основы своего учения в
«Пролегоменах», Кант подч еркивает, что
«ос новопол ож ения
возможного
опыта
су ть вместе с тем вс еобщие законы, ко­
торые могут быть познаны a priori»9.
Тепер ь пон ятна о шибочность у тверж ­
дения А. В. Гзтлыги, что по Канту все
з нан ие целиком про ис ход нт из опыта.
Кант во всяком случае придерживался
совершенно иного убеждения. Он писал:
«хотя всякое по знан ие и нач инаетс я с
опыта, отсюда вовсе н е сл едует, что оно
целиком про исх од ит из опыта» 10. Мы ви­
дим, что Кант как бы пред вид ел коммен­
тарии некоторых сво их попу ляризаторов
и ответил им с недвусмысленной опреде­
ленностью.
А. В. Гулыга в пр иведе нной выше ци­
тате, и ска ж аю щ ей прямое выска зыва ние
Канта, дает читателю и чуждое Канту
пред ставл е ние об опыте. Кант, как из ­
вестно, не ра зд ел ял общеприн ятого в его
время пр едст авления об опыте как сово­
купно сти чувстве нных восприятий, на ­
блюдений и т. д. По его учению, опыт
имеет априорную стру ктуру, посколь ку
он предста вляет собой категор иальный
синтез чувственных данных, а катего­
рии — априорны. Именно поэто му Кант
принципиал ьно р азграничивае т су ж д е ­
ния опыта, осн ованные на применении
категор ий, и с уж д е н и я восприятия, кото­
рые не дают ка кого-либо зна ния о связи
явлений. Эта ча сть уч ен ия Канта, нес ом­
ненно, имеет актуа льное зна че ние с точ­
ки зр е ни я когнитивной психол огии, эпи­
стемол огии, науч ной методологии. Оста­
ется лишь пожалеть, что в книге А. В.
168
9КантИ.Соч., т. 4, ч. I, с. 124.
10 Кант И. Соч,, т. 3, с. 105.

Гулыги эти в высшей сте пен и важные,
сохраняющие свое значение и для наше­
го времени положения гносеологии Кан­
та частью об х од ятс я молчанием, частью
выступают в иск аж енн ом виде.
К сожалению, привед ен ные нами оши­
бочные фор мулировки ор ганически свя­
заны друг с другом. На наш взгляд, они
проистекают частью и з некритич ес кого
отнош ения к у чен ию Канта, частью, увы,
из невн имате льного проч тен ия Канта,
след ствием чего ок азы вается ско ль жение
по поверхности. Так, например, А. В. Гу-
лыга пишет: «Трансц енденталь ная логи­
ка Канта содержательна: она исследует
происхождение, объем и значение зна­
ний» (с. 4 9). Это, конечно, абсолютно
неправильно, иб о тра нсце нд ента ль ная ло­
гика, как свид етел ьст ву ет само на зван ие,
исследует лишь трансцендентальные по­
нятия. Речь в ней, гово ря словами са мо­
го Канта, идет о понятиях, но «не эмпи­
рического и не чувственного происхож­
дения»; имеется в виду идея науки
«о чистом рассудке и основанных на ра­
зум е зна ниях , бла год аря которым мы
мыслим предметы со верш ен но a priori.
Такая наука, определяющая происхожде­
ние, об ъе м и об ъе ктивну ю значимость
под обны х зна ний, д о лж на называться
трансцендентальной
логикой...» и . Как
мы видим, Кант говорит со всем не
то, что приписы вае т е му А. В. Гулыга.
Априоризм, как изв естно , централ ьная
пробл ема
«критической философ ии».
Значение этой проблемы дейс твител ьно
велико, так как речь идет о суждениях,
об лада ющих
апод иктич еской
всео бщ­
ностью. Такие суждения не могут быть
получ ены пу тем эмпирической индук­
ции, простого обобщения чувственных
данных. А между тем без таких сужде­
н ий нев озмож ны не только мате матика,
но и тео ретиче ск ое ес тест во знани е. Кант
поставил со все й остр отой вопрос о
сущности нау чного теоретического зна ­
ния. Но решить его он не смог, поско ль ­
ку для этого необходимо диалектическое
исследование
о тнос итель ности всякой
все общности, понимание противоречиво­
го единства общего , осо бенн ого и ед инич ­
ного. Апри оризм Канта, зна ч ен ие кото ро­
го в кач естве пост ан овки в высшей сте ­
пени ва жн ой гносео ло гиче ской проб ле ­
мы трудно пер еоценить, оказы вается
по это му субъективистски-агностич еским
исто лк ованием
все общности.
Трудно
объяснить, по че му А. В. Гулыга игнори­
рует эту оч евидную ист ину. «Реальный
смысл кантозского априоризма,— утверж ­
дает оп,— состоит в том, что познающий
ин ди вид располагает опреде ленными,
сл ож ившимися д о него формами позна ­
ния. Наука об лад ает ими тем более. Лю­
бое знание в конечном итоге берется из
все ра сш ир яюще гося опыта ч ел овеч ест­
ва» (с. 44). Не требуется большой прони­
цательности, дабы ув идеть , что основные
черты априоризма, т. е. то, что д ел ае т
его вр аждеб ной матер иал изму теорией,
11 Кант И. Соч., т. 3,. с . 158—159.
со верш енно исключены из этой хар акте­
ристики, указы вающ ей на истори ческое
развитие знания и историч еское пр оис­
хождение присущих ему категориальных
форм. Если согласить ся с этим о пр ед е ­
ле нием «реального смысла» кантовского
априоризма, то с л едует признать, что
марксисты — сторонники
априоризма,
а борьба классиков марксизма против
этой, в принципе а нтиисторичес кой кон­
цепции — не более чем недоразумение,
пре од ол енное... А. В. Гулыгоы.
Известно, что истинным камнем прет­
кновения в кантовской философии яв­
л яетс я понятие «вещи в себе» . Много­
значнос ть,
су губая противоречивость
этого поняти я о тме чаются всеми иссл е­
дователями. «Вещи в себе», по учению
Канта, являются, но п о зн ан ие явле­
ний ни на йоту не приближает нас к
знанию о «вещах в себе», ибо они запре­
дельны, тр ансц енде нтн ы. «Вещи в себе»,
утверждает Кант, вызывают ощущения,
о днако понятие причинности, согла сно
кантовской тра нсценд ен тал ьной логике,
применимо только к явлениям. Мы не
ставим своей задачей перечислить все
противоречия, содержащиеся в кантов­
ском понятии «вещи в себе», хотя в этих
про тиворе чиях о тра ж ают ся сущ ествен­
ные особенности процесса познания. Мы
хотим лишь сказать, что любая о дн о ­
значная оценка «вещи в себе» самым
грубым образом искажает как учение
Канта, так и не завис иму ю от кантианст­
ва проблему вещи в себе, т. е. объектив­
ной реальности *.
В. И. Ленин разъяснял в борьбе с фи­
л ософс ким ревизи онизмом, что признан ие
«вещей в себе» никоим образом не яв­
л яе тс я специф ическ им признаком кан­
тианства и агностицизма вообще. Мате­
риалистическое р еш е ни е основного фи­
л ософского вопрос а есть не что иное, как
пр изна ние
существования
«вещей
в
себе». Кантианство, агностицизм «начи­
н ае тс я тогда, когда фил ософ говорит:
вещь в себе существует, но она непозна­
ваема» 12. Позна ние, с мате ри ал ист ич е­
ской, в пер вую очер ед ь марксистской,
точки зр ен ия есть превращен ие «вещей
в себе» ( неп озн анно го, но в принципе
познавае мого) в «вещи д л я нас», т. е.
познанные вещи. «На деле каждый чело­
век,— подч еркивает В. И. Л енин ,— мил­
лионы раз наблюдал простое и очевидное
* Даже далекие от материализма бур­
жуазные философы обычно осознают,
что проблема вещей в себе возникла за­
долго до Канта и не сводится по свое му
со держ ан ию к е е канто вскому решению.
Вот, на пример, нед вусмы с ле нное заявл е­
ние од ного из наибо ле е видных иде али­
стов на чала наш его века М. Шелера:
«Со вр емени Де карта проблема по зна ния
вещей в себе приобретает первостепен­
ное значение» (Sсh е1ег М. Vom Ewi-
gen im Menschen. Erster Band. Leipzig,
1921, S. 111).
12 Ленин В. й . Поли. собр. соч.,
. 18, с. 111.
169

превращ ение «вещи в с еб е» в явление,
«вещь для нас». Это превращение и есть
позн ание» 13.
Нам приходится разъяснять эти азбуч­
ные истины гнос ео логии марксизма по­
то му, что А. В. Гулыга обх од ит молча-
нием проти вопол ож нос ть маркс истского
я кантовского пон имания н ез авис имо й
от по зна ни я реальности. Он огр анич ива­
ется сугубо односторонней характеристи­
кой «вещей в себе», т. е. отмечая глав­
ным о бразом то, что они возд ействуют
на н аш у чувстве ннос ть, вызывают о щу­
щения. При этом в особенности подчер­
кивается, что «вещи в себ е» правил ьнее
называть «вещи сами по себе ». При этом
даже утверждается, что к концу прошло­
го века «словосоч етание «в себе» в ана­
логичных случаях (т. е., по-видимому,
пр и пере воде кантовских тексто в. — Т. О.)
ста ло арх аи змом, «по себе» — нормой ли­
тер атурно го языка» (с. 3 07). Выходит,
та ким образом, что В. И. Ленин, нап и­
савший «Материализм и эмпириокрити­
цизм» в нач але наш его века, пользовал ­
ся преимущественно архаическим выра­
ж ен ием . Впрочем, мы не имее м ничего
против того, чтобы «вещь в себе» на зы ­
валась там, где это ум ест но, «вещь са ма
по себе». Именно так она именуется в
пос л едн ем русс ком пер еводе кантовск их
«Пролегомен» (см. Соч., т. 4, ч. 1). Уди­
вительно другое: А. В. Гулыга выдает
всем и зве ст но е обстояте льс тво за свое
со бстве нное открытие.
Но оставим в стор оне прете нзии авто­
ра, хо тя они, нес омн енно , нацел ены на
од нос торо нне е
толкование
«вещ ей в
себе» как действитель ны х, материаль­
ных предметов, находящихся вне нас и
вызывающих наш и ощущения. Гора здо
ва ж н ее вопрос о кор енном отличии ма­
тер иа листического по нима ния
«вещей
в себе» от кантовского, агностического и
в конеч ном сч ете ид еалистического. Это­
му важнейшему вопросу А. В. Гулыга
посвящае т всего несколько строк. И это
тоже не простое упущение. Признавая
тот очевидный факт, что согла сно К анту
на ш е зна ние, как бы глубоко ни проник­
ло оно в суть явлений, «все же не будет
зна нием вещ ей, каковы они на самом
деле» (с. 4 5), отмечая, что в кантовском
про тивопоставл ении явл ений и «вещей
в себе» нал ич ес тву ет «опасная те нд ен­
ция агностицизма» (только т енденция,
не более!), А. В. Гулыга истолковывает
кантовскую концепцию «вещей в себе»
как пред восх ищ е ние диал екти ко-материа ­
лис тич еского у ч ен ия о р азвитии зна ния,
его относи тельности, неза верш е ннос ти.
«Границы опыта, — пиш ет А. В. Гулы­
га, — непрерывно р асш ир яютс я. Но сколь­
ко бы ни увел ичивал ись наш и знания,
эти границы не могут и сч езнуть, как не
мож ет исч езну ть горизонт, сколько бы
мы ни шли вперед... Против необ ос н о­
ванных п рет ензий наук и, догматиче ского
предрассудка о ее всесилии (который в
наш е время именуе тся «с циентизмом»)
13 Там же, с. 120.
й направлено, по существу учение Кан­
та о вещах самих по себе... его трансцен­
дентная «вещь сама по себе» служит на­
поминанием, что пр еде ла позн анию нет
и быть не может» (с. 48).
На наш взгляд, нет необходимости до­
казывать, что у ч ени е об абсолютно
неп ознавае мых «вещах в себе» (объ ек­
тивной реальности) не имеет ничего об­
щего с диа лектико- мате риал исти ческой
концепцией исторической ограниченно­
сти всякого знания. Марксистское пони­
мание относите льности объективной
истины предполагает отражение позна­
нием о бъективной действительнос ти , в то
время как, по Канту, процесс познания
не имеет дела с объективной действи­
тельностью и предс тавляе т собой пости­
жение сознанием созданной «подсозна­
нием» природы, не реальной, с ущ ествую ­
щей нез авис имо от чел овека природы,
а совоку пности «явлений», образованных
рассудочным категориальным синтезом.
Называя «вещь в себ е» вещью самой
по се бе, А. В. Гулыга тем самым, по-ви ­
димому, хо че т подч ер кнуть , что у Канта
речь ид ет о действительны х вещ ах, как
они существуют безотносительно к по­
зн авательно й деятельности. Увы, это, ко­
нечно, заблуждение, ибо вещи в реаль­
ном смысле слова (тело, вещество и
т. п.) представляют собой, по Ка нту,
лишь явле ния, т. е. пред ставл ения, с ин­
тезированны е ра ссудком, согласно фор­
мальным правил ам мышления.
Все исследователи философии Канта
отмеча ют амбива ле нтно сть «вещи в себ е»
в си стеме трансценде нтал ьно го иде а л из­
ма. Однако А. В. Гулыга пр едпо читает
не затра гива ть этого вопроса, с озд авая
впеч атление, что зд ес ь п ер ед нами ма­
териал истич еская
сторона кантовской
философии, и только. В. И. Ленин зам е­
чательно вскрыл в кантовском поняти и
«вещи в себе» антитезу материализма и
идеализма. А наш уважаемый автор, ци­
тируя известную ленинскую характери­
стику основной черты фил ософии
Канта, исключает из цитаты именно то,
что Лен ин говорит об амб ивалентности
«вещи в с ебе». Вот это ле нинско е поло­
жение: «Когда Кант допускает, что на­
шим пред ставлениям соответствуе т н е ­
что вне нас, какая-то вещь в себе,— то
тут Ка нт материал ист. Когда он объяв­
ляет эту вещь в себ е неп ознаваемой,
тран сц енден тной, по тус тор о нней ,— Кант
выступает как идеалист» 14. Ес тествен но
возн икает вопрос: почему А. В. Гулыга
со ве рш енно
игн ориру ет этот второй,
идеа листич ески-а гиостич еский
аспек т
кантовской «вещи в себе»? Не считает
ли он его чем-то вто ростепе нным, ка­
ким-то не согла су ющи мся с основным со­
дер ж ан ие м философии Канта отклоне­
нием? Если это не так, то почему же он
обош ел молчанием многочисленные вы­
ск азывания Канта о «вещи в себе» как
духовной сущности? Такие высказыва­
14 Ленин В. И. Поли. сс бр. соч., т.
с. 206.
170

ния абсолютно неи збе жн ы в си сте ме
Какта: ведь если инте ллект творпт мир
явлений, то сам он, интелл ект, никак не
може т быть явлением. Так, например,
Кант заявляет, что ра зу м «не есть яв­
ление и не под ч инен никаким усл овиям
чувственности» 15. Развивая эту мысль
несколько н иж е, Кант пишет, что ра зум
«остается одинаковым во всех поступ­
ках при всех об ст оятель ствах времени,
но сам не находится во времени...» 16.
То обстоятельство, что Кант вынужден
был рассматривать «вещь в себе» н е толь­
ко как непознаваемое нечто, существую­
щее по ту стор ону познания, но и как
наше внутреннее Я, интеллект, на позна­
ние которого пре те ндует его система,
убед ител ьно свид етел ьствует о том, что
Кант не нашел выхода и з противоре чий
со здан ной им системы. Знгел ьс ко нста­
тир ует этот факт как крушение ис­
ходных положений философии Канта,
вы являюще еся, в частности, в вопро се
«о мыслящем «я», в котором он тоже об­
наруживает некоторую непознаваемую
вещь в себе» 17.
Мы могли бы и да льш е за ниматься
анализом ош ибочных п ол ож ений, кото­
рых, увы, немало во всех разделах кни­
ги А. В. Гулыги. Мы не исчерпали и
ошибочных положений, содержащихся и
в разделе о Канте. Читателям, интере­
с ующ имся анал изом этих, не расс мо тр ен­
ны х нами ошибочных п ол ож ений, мы мо­
ж ем рекомендо вать рец ензию И. Нарско-
го и Б. Калинникова, о публикованную в
No 3 «Философских наук» за 1987 г.
В заключение хотелось бы отметить
примечательный, зас л уж и вающ ий глубо­
кого с ож а ле ния факт. В первом номере
«Нового мира» за 1987 г. пр офе сс ор
А. Ф. Лосев опубликовал рецензи ю на
книгу А. В. Гулыги. В этом, мо жно ска­
зать, похвальном слове он, м е ж ду прочим,
заявляет, что А. В. Гулыга «снимает с
Канта обвинен ие в агностицизме». Кто
15 Кант И. Соч., т. 3, с. 491.
16Кант И.Соч., т. 3, с.493.
17 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 20, с, 557.
ж е , спрашивае тся, обвинял Ка нта в агно­
стицизме? Не будем перечислять до­
марксистских и современных буржу аз­
ных философов, критиковавших а гнос ти­
цизм Канта, хотя среди них были и та­
кие великие мыслители, как Фихте и Ге­
гель. Главными обвините лями, давш ими
нау чный анализ а гностицизма Канта,
вскрывшими его глубокие гносеологиче­
с кие корни, были, конечно, Маркс, Эн­
гельс, Лен ин.
Отрицая, р а зу ме ет ся с оговорками, аг­
ностицизм Канта, неправильно интепре -
тир уя апри ор изм, тран сце нде нтал ьну ю
логику к учение о «вещи в себе», А. В.
Гулыга д езор ие нтируе т читателя, кото­
рый ищет в популярной книге до сто вер­
ные с ведения, тщательно пр одуманные
оценки, а не субъективное рассужда-
тельство или пока зную уч ено сть .
Кант — гениальный мыслитель. Его за ­
блуждения — заблуждения гения, в кото­
рых всегда таится глубокое прозрение,
догадка, пр едво сх ищ е ние истины. А. В.
Гулыга, вы ступивш ий в ро ли адвоката-
защ ктн ика Канта, не заме тил ни од ной
п од об ной проблемы в его фило софии.
Он старался лишь затушевать заблужде­
ния ге ния вместо того, чтобы исс лед о­
вать те факты, которые Ка нт впервые
открыл и, будучи идеалистом, мистифи­
цировал.
В. И. Лени н критиковал Г. В. П л ехано ­
ва и других марксистов за упрощенное,
«бюхнеровское» понима ние у ч ен ия Кан­
та. А. В. Гулыга не сумел учесть эти
важ ней ш ие кр итич ес кие замеч ания. Он
пытался, елико возмо жно ,
пр ичесать
Канта под матер иалиста и д иал ектика,
игно риру я сво еобразие этого выдающ е­
гося у че ния, предлагавшиеся им новые
п у ти исследова тел ьского поиска, новые
постановки проблем те ори и по зн ан ия
(Кант, кстати сказа ть, был автором это­
го термина — Erkenntnistheorie), которые
вдохновляли его вел иких продол ж ате лей.
Так ли надо писа ть п опул ярны е книги
по философии?
Акаде мик
Т. И. ОЙЗЕРМАЫ

Yu. Ye. VOLKOV. Development of the Socialist Self-government
of the People
The theoretical and practical questions are considered in the article in a close con­
nection with the realizing the directions of the XXVII Congress of the CPUS and of
June Plenary Session of the Central Commitee of the CPSU., concerning development
of socialist self-government.
The idea itself of a self-government means giving a more concrete expression to
the concept of socialist democracy. This conception is closely related withe the Leni­
nist princile of transition from the power for the working people to the power which
is realized through the working people. The realisation of the idea of such a transition
supposes, firstly, a sufficient degree of the autonomy of different cells of the given
social organism which unite immediately all members of socialist society, and, second­
ly, the active participation of the members of socialist society in realizing governm en ­
tal functions. Therefore, the development of the socialist self-government demands an
ongoing broadening and reinforcement of the guarantees of the rights of the territorial
(local) governm ental bodies; it demands also providing a broad and decisive partici­
pation of population in realizing functions of those bodies.
Attention is paid by the author to the problem of development of self-government
on the factories, in workers’ collectives. The main condition of development of self-go­
vernment in this section of social life is the transition to the real and full self-finan­
cing. Therefore it is necessary thes improving of the ogranisational and legal conditions
of the systematic activity of workers’ collectives.
0. N. KRUTOVA. The Human Factor’ The Socio-Philosophical Aspect
The author substantiates the topicality of her owm studies and similar studies by
other researchers by the fact that up to now7 the economic-sociological approach do­
minates in Soviet social science. Within the framew-ork of this approach man is regar­
ded as a carrier of individual (particular) functions: economic, social, civic, etc. Such
an approach is quite rightful, but it should be supplemented with the socio-philosophi-
cal study of the human factor when the latter is regarded as a factor of history, and
when the invigoration of the human factor is considered as the development of the
historical creative activity of the masses.
The bulk of the article deals with the analysis of the change in the content and
form of mass and individual activity under the conditions of the perfection of socialism.
A. A. IVIN. Values and Understanding
Three interrelated problems are discussed: the diversity of the types of values in
cognition, specifically, in the internal structure of scientific theories; the logical struc­
ture of the operation of understanding and the role of values in understanding; the
relationships between the explanation and the understanding in the process of the de­
velopment of scientific theories.
The author gives the general definition of the notion of value embracing the va­
lues of all types and being parallel to the classical definition of the truth: while the
truth is the correspondence of thought to reality, the value is the correspondence of
the object to the idea affirmed abot it. In the case of the truth relation thought is
compared with the object, in the case of the value relation of object is compared wuth
thought which is already not a description, but an evaluation, a standard, a plan. The
object corresponding to the affirmation and satisfying requirements made of it is posi­
tively valuable. From the viewpoint of such an understanding of values the latter,
in addition to direct evaluations using the notions «good» and «better», include all
standards, norms, rules, samples, ideals, conventions and affirmations concerning aims,
analytical expressions, nominal definitions, etc. The value relation is introduced also
by the so-called laudatory words, such as «labour», «exploitaion», «theory», «mysti­
cism», etc. In the general case any word conjugated with any standard, and such words
prevail in the language, introduces a certain evaluation while being used. Evaluations
usually are included in scientific and some other reasonings in the form of ambiva­
lent, descriptive-evaluative assertions. They include general principles of scientific
theories, regulative principles of cognition, scientific laws, etc. Even the statements
about facts are not axiologically neutral. Thus, values are an inalienable element of
172

social and natural-science theories. Science as a form of human activity is fully per­
meated with values and is inconceivable without them. Therefore, the old requirement,
linked, above all, with neopositivism, to exclude values from science or at any rate to
separate evaluative statements from descriptive ones does not hold water.
Analysis of values makes it possible to tackle the problem of understanding in a
new way. The main idea boils down to the fact that the rational understanding is a de­
ductive conclusion and is similar in its formal structure to the operation of explana­
tion. Understanding is an inference from two premises one of which is a general eva­
luation stating what ought to be and the second is he statement about initial condi­
tions. Understanding is the interpretation of the value, the inference of the statement
understood from the general affirmation of what ought to be. Values are incorporated
in all scientific theories. The operation of understanding, like the operation of the
explanation, takes place in ail sciences, both natural sciences and the humanities.
L. M, KOSAREVA. Axiological Orientations and the Development
of Scientific Knowledge
Is natural-science knowledge axiologically neutral or does it carry an axiological
meaning? The author believes that every research programm is based on a definite
axiological system which takes part in delineating the subject-matter of research and
in establishing its aims and methods. However, such axiological orientations are not
obvious. They are fused into the body of scientific knowledge, and a special analysis-
reconstruction is needed for their explication. The author analyses the history of 17th
century science, reconstructing the ethical system of the program of mechanicism. The
development of capitalism is impossible without shaping a certain type of personality
with highly developed self-cosciousness, systematic reflexion and non-traditional so­
lution of problems. The need to shape such a personality in the 16th and 17t.h centuries
evoked a keen interest in the individualistic trends of philosophy of late antiquity,
in ethics of Stoicism, Epicureanism and Scepticism. Being fused with the individua­
listic ethics of the Reformation, they formed an axiological system with oriented man
towards the control of the his inner world, towards its unity as an artefact. The ethics
of both Stoicism and Epicureanism relied on a certain system of physics: the physical
notion of the «atom» among Epicureans or that of «pneuma» among Stoics was used
as a paradigm in the practice of acquiring the inner unity by man. In the 16th and
17th centuries the physical system of Stoics and Epicureans proved to be convincing
alternatives to Aristotelianism of Scholasticism the trust in which was declining. On
the basis of these alternatives a new, mechanistic concept of nature was born. It deli­
neated the new subject-matter of natural science. The image of the world as the uni­
quality Universum created on a single basis proved to be corresponding to a greater
extent of the values of man of the 17th century than to the concept of the Aristotelian
Cosmos with the hierarchy of substantial qualities. The uniquality material world of
the mechanicists, which is devoid of inherent activity, is unreasonable and pointless.
Man can ethically exist in it only thinking and acting in a purposeful way. Descartes’
«Cogito ergo sum» was the quintessence of the world outlook expressed in mechani­
cism. The mechanistic picture of the world is compatible with the ideal «vita activa»,
and not with the ideal «vita contemplativa», putting the world of the dead extent for
man’s full disposition and stimulating technological progress.
S. S. GUSEV. (Leningrad). The Activity of Human Consciousness and «Artificial
Intelligence»
The author considers the differences between the human attitude to the solution
of cognitive problems and those forms in which they are presented in modern compu­
ters. He stresses that for people the active selection of information relating to he prob­
lem of interest to them is typical. But cybernetics uses mainly standardized forms of
human reasoning which are of an algorithmic character. However for further progress
in this field it is necessary to reveal more complex and delicate mechanisms of thin­
king activity. In this connection the author analyzes some aspects of developing human
self-consciousness and stresses its social nature. Constructing mental images of the
environment, people of ancient times reflected the presence of each other as elements
of the wrorld. These mental images were objectified in the mutual behaviour of mem­
bers of the community which, in its turn, was also reflected in mental structures. This
contributed to the formation of internal images for oneself. To simulate this process
in computer systems it is necessary to develop formal methods of identifying the in­
ternal model of the machine as an element of the environment and the model of the
machine as a source of changing this environment. The task determines the impor­
tance of creating the network of interactions between different levels of machine me­
mory and of developing such variants of formal language which could ensure the op­
portunity of the spontaneous emergence of new semantic ties in the computer, which
are not produced directly by the initial programme. .
173

Y&sE MOMQ¥ {Bulgaria).
Moral Potential of Йш Р А Ш а
o f ВоЫийкш
It is pointed out tSiat present-day integrative trends in ideological critique call
for broader views on socialist morality and the moral development of the personality
as a specific sphere of man’s value relation, critical action and socialization. The aut­
hor comes to the conclusion that neither the active stand, nor the competent attitude,
nor confidence in science can be shaped outside the interaction of theory and idologi-
cal practice. The development of theory and ideologcal practice under the conditions
of the modern scientific and technological revolution increasingly requires not simply
links between them, but an organic synthesis when the subjective factor integrated
comprehensive scientific thinking, a competent practical action and an active political
and ethical stance.
Th. Ch. EESSIDIS. Did Ancient Greeks Have the Idea of History?
A paradoxical situation has developed in studying the history of the ideas of the
ancient world: contrary to the universally known fact that Herodotus and Thucydides
were founders of the science of history some researchers of ancient culture are adhe­
rents of the concept that ahistoricism is typical of ancient Greeks’ way of thinking.
The reference to Greeks’ rationalism and to Greek philosophers’ search for the univer­
sal and self-identical primal element (arche) in the world, L e., the single and inva­
riable essence of all things, is the main argument in favour of this concept On the
basis of the comparison of Greek philosophy, especially Eleatic metaphysics (ontolo­
gy), with Judaic-Christian theology, the conclusion is drawn that only single, nonre­
current and unique events, namely, the creatiqn of the world by God and Christ’s ap­
pearance to the people, L e., «God’s humanization» and his redemptive sacrifice, can
be regarded as the content of historical knowledge, as the idea of nistory in the true
sense of the word. Some scholars also assert that unlike a biblical man’s world outlook
a Greek’s thinking is geared not towards history (time, dynamics), but towards the
cosmos (space, statics) which is considered as an infinite rotation of material elements
and the aimless repetition of the same processes — in other words, it is assumed that
nothing new appears in the world.
The author attempts to show that the concept of Greeks* «ahistoricism» does not
hold water because it wrongly equalizes different forms of social consciousness (phi­
losophy and theology), imposing alien schemes of thought on Greek thinkers and on
Greeks’ historical consciousness, to say nothing of the arbitrary idositiHcation of histo­
ry with time and of nature with space. The reference to the myth about «the eternal
return» as a proof of Greeks’ «ahistoricism» cannot be accepted either. The myth is
mentioned in works by some Greek philosophers, but this does not change the fact
that it remains within the realm of religious-mythological concepts. In conclusion the
author shows that the concept of Greeks’ «ahistoricism» stems from the biased inter­
pretation of certain ideas of Greek philosophers and historians and also from some of
Greeks’ religious-mythological concepts from the standpoint of modern Christian theo­
logy and its existentialist variety. Modernizing Greeks’ ideas, the proponents of this
concept tacitly assume that problems which interested Greeks are similar to modern
religious-theological problems, i. e., think that there is no new thing under the sun,
In the author’s opinion this viewpoint is untenable*
CONTENTS
Yu. Ye. VOLKOV. Development of the Socialist Self-government of the People.
0. N. KRUTOVA. The Human Factor: The Socio-philosophical Aspect. A. A. IVIN. Va­
lues and Understanding. L. M. KOSAREVA. Axiological Orientations and the Develop­
ment of Scientific Knowledge. PHILOSOPHY AND LIFE (Materials of a Conference
of Philosophers). ANSWERS TO THE QUESTIONS OF THE MAGAZINE «VQPRQSY
FILQSQFII». A. M. MIGRANYAN. Relations Between the Individual. Society and the
State in the Political Theory of Marxism and Problems of the Democratization of So­
cialist Society. S. S. GUSEV (Leningrad). The Activity of Human Consciousness and
«Artificial Intelligence». Vasil MOMQV (Bulgaria). The Moral Potential of Perfection
of Socialism. D. PAVLOV (Bulgaria). On the Logic of History in the Nuclear and Cost
mic Era. M. P. KAPUSTIN. How Can Frankenstein be Curbed? (Philosophical Aspects
of Peace Policy). Th. Ch. KESSIDIS. Did Ancient Greeks Have the Idea of History?
1. R. MAMED-ZADEH, N. S. SAFAROV (Baku). Dialectics of Correlation of Morals and
Customs. PHILOSOPHY ABROAD; LIFE IN SCIENCE; LETTERS TO EDITORS; BOOK
REVIEWS; ENGLISH SUMMARIES.
174

SOMMAIRE
Iu. Ie. VOLKOV. Developpement du self-government socialiste du peuple. 0 . N. KROU-
TOVA. Le facteur humain: L’aspect social et philosophique. A. A. IVINE. Valeurs et
comprehension. L. M. KOSSAREVA. Les orientations de valeur et le developpement du
savoir scientifique. PKILOSOPHIE ET VIE (Materiaux d’une conference des philo-
s o p h e s) . LE REPONCES A L’ENQUETE DU REVUE «VOPROSSY FILOSOFII».
A. M. MIGRANIAN. Les correlations entre Tindividu, la societe et l’Etat dans la theo-
rie politique du marxisme et les problemes de la democratisation de la societe socia­
liste. S. S. GOUSSEVE (Leningrad). L’activite de la conscience humaine et «Tintelli-
gence artificielle». Vasil MOMOV (Gulgarie). Le potentiel moral du perfectionnement
du socialisme. D. PAVLOV (Bulgarie). De la logique de 1’histoire a temps nucleaire
et cosmique. M. P. KAPOUSTINE. Comment refrener Frankenstein? (Aspects philoso-
phiques de la politique de paix). Th. Ch. KESSIDIS. Auraient eu les grecs une idee
d’histoire?. I. B. MAMEDE-ZADE, N. S. SAFAROV (Bakou). Dialectique de la corre­
lation de la morale et des moeurs. PHILOSOPHIE A L’ETRANGER; LETTRES DES
LECTEURS; VIE SCIENTIFIQUE; NOTES CRITIQUES; RESUME EN ANGLAIS.
ENHALT
Ju. Je. WOLKOW. Die Entwicklung der sozialistischen Selbstverwaltung des Volkes.
0. N. KRUTOWA. Der menschliche Faktor: Sein sozialphilosophischer Aspekt.
A. A. IVIN. Werle und Verstandnis. L. M. KOSSAREWA. Die ^Wertorientierungen und
die Entwicklung des wissenschaftlichen Wissens. PHILOSOPHIE UND DAS LEBEN:
(Materialien einer Beratung der Philosophen). ANTWORTEN AUF DEN FRAGEBOGEN
DER ZEITSCHRIFT «WOPROSSY FILOSOFII». A. M. MIGRANJAN. Di e W e ch s elb e -
ziehungen zwischen Individuum, Gesellschaft und Staat in der politischen Theorie des
Marxismus und die Probleme der Demokratisation der sozialistischen Gesellschaft.
S. S. GUSSEW (Leningrad). Die Aktivtat des menschlichen Bewubtseins und die «kiin-
stliche Inteliigenz». Wasil MOMOV (Bulgarien). Das sittiiche Potential der Vervollkom-
mnung des Sozialismus. D. PAWLOW (Bulgarien). Uber die Logik der Geschichte in
der Kernwaffen- und kosmischen Zeitalter. M. P. KAPUSTIN. Wie miissen wir Fran-
kenstein bezahmen? (Die phiiosophischen Aspekte der Friedenspolitik). Th. Ch. KES­
SIDIS. Hatten die alten Griechen eine Idee der Geschichte? I. R. MAMED-SADE,
N. S. SAFAROW (Baku). Die Dialektik der Wechselbeziehimg der Moral und der Sit-
ten . PHILOSOPHIE IM AUSLAND; BRIEFE AN DIE REDAKTION; AUS DEM WIS­
SENSCHAFTLICHEN LEBEN; REZENSIONEN; ENGLISCHE KURZFASSUNGEN.
SUMARIO
Iu. Ie. VOLKOV. El desarrollo de la autoadministracion socialista _ del pueblo.
O. N. KRUTOVA. El factor humano: aspecto social у filosofico. A. A. IVlN. Valores у
comprension. L. M. KOSAREVA. Las orientaciones de valor у el desarrollo de la con-
ciencia cientifica. FILOSOFIA Y VIDA (Materiales de una conferencia de los fiioso-
fo s) . RESPUESTAS A QUESTIONARIO DE LA REVISTA «VOPROSY FILOSOFII».
A. M. MIGRANIAN. Los corelaciones entre el individuo, sociedad у Estado en la teoria
politica del marxismo у los problemas de la democratisacion de la sociedad socialista.
S. S. GUSEV (Leningrado). Actividad de la conciencia humana у el «intelecto artifi­
cial». Vasil MOMOV (Bulgaria). El potencial moral del perfectionamieiito del socialis-
mo. D. PAVLOV (Bulgaria). Sobre la logica de la historia en la era nuclear у espacial.
M. P. KAPUSTIN. <iComo refrenar Frankenstein? (Aspectos filosoficos de la politica de
la paz). Th. Ch. KESSIDIS. 6Tuvieron los griegos antiguos la idea de la historia?
R. MAMED-ZADE, N. S. SAFAROV (Baku). La dialectica de la corelacion de la moral
у los costu m bre s. FILOSOFIA EN EL EXTERANJERO; CARTAS DE LOS LECTORES;
VIDA CIJNTIFICA; CRITICA Y BIBLIOQRAFIA; RESUMEN EN INGLES. ..

Наши авторы
волков
Юрий Евгеньевич
КРУТОВА
Ольга Натановна
ИВИН
Александр Архипович
КОСАРЕВА
Людмила Михайловна
МИГРАНЯН
Андраник Мовсесович
ГУСЕВ
Станислав Сергеевич
МОМОВ
Васил Митев
ПАВЛОВ
Деян
КАПУСТИН
Михаил Павлович
КЕССИДИ
Феохар Харламппевич
ЛЕТОВ
Олег Владимирович
— доктор философских паук, профе сс ор , за ведующ ий ка­
федрой Высшей школы профдвижения ВЦСПС им.
Н. М. Шверника
— к а ндидат философских наук, старший научный сотруд­
ник Института фило софии АН СССР
— доктор философских паук, проф ессор, ве дущий науч ­
ный сотрудник Института философии АН СССР
— кандидат философских наук, ставший научный со­
трудник ИНИОН АН СССР
— к а н дидат историч еских паук, старший исследо вател ь
Института мировой экономики и меж дунар одн ы х отно­
ше нии АН СССР
— к а ндида т философ ск их паук, д оцент Ленингр адского
института физи ческой культуры им. П. Ф. Лесгафта
— доктор философ ск их наук, проф ессор, директор Цент­
ра теории и упра вления идеол огич ес кими процессами при
АОНСУ при ЦК БКП
— проф ессор, за сл уж ен ный деятель науки НРБ, за мести ­
тель дире ктора Института современных социальных т ео ­
рий при Презид иу ме Болгарской АН
— доктор философских наук, профе сс ор Акаде мии МВД
СССР
— доктор философ ск их наук, проф ессор -консул ьтант Ин­
ститута фило софии АН СССР
— кандидат философских наук,
научный
сотр удник
ИНИОН АН СССР
Впервые публикуются в журнале «Вопросы философии»: С. С. Гусев. М. П. Ка­
пустин, И. Р. Мамед-заде, Н. С. Сафаров, О. В. Летов, А. П. Суханов, Г. В. Самохин,
К. В. Григорьев, М. М. Беляев.
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В. С. Семенов (главный редактор), В. Г. Афанасьев, Л. П. Буева, Б. Т. Григорьян,
Ю. А. Зииевич (ответственный секретарь), М. Т. Иовчук, В. Ж. Келле,
Ф. В. Константинов, Н. И. Лапин, В. А. Лекторский, С. Р. Микулинский,
М. Ф. Овсянников, Т. И. Ойзерман, Н. В. Пилипенко, Ю. Н. Семенов, И. Н. Смирнов,
А. И. Титаренко, В. И. Шинкарук.
Технический редактор Е. IO. Па шкова .
Адрес редакции: 121002, Москва, Г-2, Смоленский бульвар, 20.
Сдано в набор 25.06.87.
Под писано к пе чати 06.08.87.
Высокая печать.
Уел. печ. л. 15,4.
Учетно-изд . л. 17,31.
Тираж 26 000 экз. Изд. No 2375. Заказ No 614
Телефон 201-56-86.
Формат 70 X 108'/,6
Уел. кр.-отт. 15,7"
2-я типография изд ательс тва « Наука», 129099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 6.

Цена 80 коп.
/7 Индекс 70156
ВНИМАНИЮ ЧИТАТЕЛЕЙ!
Подписка на Реферативный журнал
«Общественные науки за рубежом», издавае­
мый Институтом научной информации по
общественным наукам АН СССР в 9 сериях,
на 1988 год будет приниматься всеми отделе­
ниями «Союзпечати» от индивидуальных
подписчиков и учреждений без ограничений.
Сведения о всех сериях Реферативного
журнала «Общественные науки за рубежом»
содержатся в Каталоге «Союзпечати» «Изда­
ния органов научно-технической информа­
ции» (индексы 57182—57190).
ИНИОН АН СССР