ISSN 0042-8744
ВОПРОСЫ
ФИЛОСОФИИ
3
1987

АКАДЕМИЯ НАУК СССР
ИНСТИТУТ ФИЛОСОФИИ
ВОПРОСЫ
ФИЛОСОФИИ
НАУЧНО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ
ИЗДАЕТСЯ С ИЮЛЯ 1947 ГОДА
ВЫХОДИТ ЕЖЕМЕСЯЧНО
1987
СОДЕРЖАНИЕ
Актуальные социально-философские проблемы современности
в свете решений XXVII съезда КПСС
Р. Г. Яновский — Человек в условиях ускорения социально-экономи ­
ческого и духовного развития страны .
3
В. Г. Ф едотова— Духовность как фактор перестройки .
11
К V III Международному конгрессу по логике, методологии
и философии науки
А. М. Анисов — ЭВМ и понимание математических доказательств 29
Актуальные проблемы исторического материализма
Н. А. Айтов (Уфа) — Отношения по расселению (Методологические
аспекты)
41
Социальные и методологические проблемы
научно-технического прогресса
Ф. И . Гиренок — Теоретическая биология и биотехнология (Пробле­
мы философского анал иза)
53
Методологические проблемы общественных нау к
С. А. Лощакова — К предыстории формирования марксизма
66
Глобальные проблемы современности: социально-философские
и методологические аспекты
В. А. Лось — Социализм и глобальные проблемы современности
78
Диалектика общественного развития и идейная борьба
А. М. Гендин (Красноярск) — Методологические ориентиры совре­
менной буржуазной футурологии
93
ФИЛОСОФСКАЯ ПУБЛИЦИСТИКА
Социально-философские проблемы мира и прогресса
Д. А . Волкогонов — Современный джингоизм
107
МОСКВА. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК КПСС «ПРАВДА». 1987.

Историко-философские исследования и проблемы
В. М. Богуславский — Скептицизм и рационализм Себастьяна Кас­
тел Лиона
.
120
Академику Саве Гановскому — 90 лет
Ф. В. Константинов — Видный творческий марксист-ленинец
132
ИЗ РЕДАКЦИОННОЙ ПОЧТЫ
Отклики читателей: мнения и обсуждения
Н. И . Губанов (Актюбинск), А .Й .Вайткявичю с (Каунас) — Письма 137
НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
В. И . Тищенко — Актуальные методологические проблемы общест­
воведения
.
.
.
.
.
139
A. Г. Мысливченко — Научное сотрудничество философов СССР
и ГДР
________
.
142
Сообщение о X V I II Всемирном философском конгрессе
147
КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
Н. Н. Козлова — Новые исследования обыденного сознания в истори­
ческом материализме
.
148
B. И . Керимов — И. Л . Андреев. Рукописная страница истории марк­
сизма
.
152
C. И . Голосовский — Основы науковедения
.
153
Н. М. Сватков, Л. И . Василенко — А. А. Горелов. Экология — нау­
ка — моделирование
156
В. Г. Горохов — Б . И. Пружинин. Рациональность и историческое
единство научного знания .
158
В. Г . Арсланов — Мих. Лифшиц. В мире эстетики
.
161
A. М. Коршунов — С. Д . Смирнов. Психология образа: проблема ак­
тивности психического отражения . . .
.
.
163
И. А . Герасимова, С. А . Лебедев — Ю. В. Ивлев. Содержательная се­
мантика модальной логики .
.
165
B. А . Шуков — В. В. Бабков. Московская школа эволюционной гене­
тики .
.
167
К сведению руководителей и участников философских (методологи­
ческих) семинаров и в помощь занимающимся в системе полити­
ческого и экономического образования и самообразования
169
Информация о результатах проведения открытых конкурсов на
создание учебников для студентов высших учебных заведений по
философии, политэкономии и научному коммунизму
170
Некролог — |Академик Марк Борисович Митин)
171
Резюме на английском языке
.
173
Содержание на английском, французском, немецком, испанском
языках
175
Наши авторы .
176
@ Издательство ЦК КПСС «Правда». «Вепре е ы философии», 1987*

АКТУАЛЬНЫЕ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ
СОВРЕМЕННОСТИ В СВЕТЕ РЕШЕНИЙ
XXVII СЪЕЗДА КПСС
Человек в условиях ускорения
социально-экономического
и духовного развития страны
Р. Г . ЯНОВСКИЙ
Страна уверенно идет к 70-летию Великого Октября. Мы вступили в
ответственнейший исторический период —период перестройки и обновле­
ния нашего общества.
В этих условиях партия нацеливает теоретическую мысль на то, чтобы
она дала всестороннюю и объективную картину сложного современного
мира, полнее и глубже раскрыла особенности нынешней стадии социа­
лизма, конкретные этапы достижения им качественно нового состояния,
факторы ускорения социально-экономического и духовного развития стра­
ны, выработала такие средства анализа действительности, которые «га­
рантируют от повторения ошибок, позволяют идти вперед и только впе­
ред, на деле доказывая органически присущую социализму способность
к постоянному самосовершенствованию» 4.
В центре внимания общественной науки должен неизменно находиться
человек, его жизненные интересы и возможности, способности и нравст­
венные ценности, цели и идеалы. Важнейшее направление деятельности
общественных нау к — теоретическое обеспечение практической работы
по воспитанию масс, развитию их активности и творчества. Научное чело­
вековедение выдвигается сегодня на передовые позиции. «Успешное ре^-
шение намеченных задач партия связывает с повышением роли человече­
ского фактора,— подчеркивается в новой редакции Программы КПСС .^
Социалистическое общество не может эффективно функционировать, не
находя новых путей развития творческой деятельности масс во всех сфе­
рах жизни» 12.
Это настоятельно требует по-новому р ассматривать место и роль чело­
века в социалистическом обществе. Н ельзя допустить, чтобы понятие
«человеческий фактор» воспринималось только как пропагандистский тер­
мин, а рассуждения о нем становились данью моде. Необходимо раекрыть
содержание данного понятия, выявить пути и средства активизации че­
ловеческого фактора развития социализма.
Повышение роли человека и активизация человеческого
фактора в условиях совершенствования социализма
В отличие от многих предшествующих и современных философских
концепций, так или иначе редуцирующих природу человека к социальной
либо биологической стороне, марксизм рассматривает ее как такое диа­
лектическое единство природного и общественного, в котором обществен-
1 «Материалы Пл ену ма Ц ентр ал ьного Ко митета КПСС, 27—28 я нваря 1987 г.»,
М., 1987, с. 6.
2 «Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза».
1986, с. 140.
3

Пая сторона выступает в качестве ведущей: «сущность человека не есть
«абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она
асть совокупность всех общественных отношений» 3.
Именно в этом сущностном качестве человек выступает ка к личность,
общие характеристики которой определяются историческим типом обще­
ства, а особенные — конкретно-историческими условиями ее жизни.
К. Маркс подчеркивал, что «сущность» «особой личности» составляет не
ее борода, не ее кровь, не ее абстрактная физическая природа, а ее со­
циальное качество» 4.
Таким образом, реш ая проблему человека, марксизм, с одной стороны,
учитывает определяющее влияние общества. В то же время, подчеркивает
К. Маркс, человек не есть пассивный продукт социальной среды, жизнен­
ных обстоятельств, поскольку способом его существования и соответст­
венно способом существования общества является преобразующая мир
предметная деятельность. Потому и история общественного развития
рассматривается в марксизме как предпосылка и результат деятельности
Преследующего свои цели человека.
Развитие классово-антагонистических обществ в досоциалистическую
йпоху —рабовладельческой, феодальной и буржуазной цивилизаций —
происходило на индивидуалистических началах, на основе частной собст­
венности.
Суть их —эксплуататорская.
«Низкая
алчность,—писал
Ф. Энгельс, — была движущей силой цивилизации с ее первого до сегод­
няшнего дня; богатство, еще р аз богатство и трижды богатство, богатство
не общества, а вот этого отдельного я^алкого индивида было ее единствен­
ной определяющей целью» 5. Следствием этого стало порабощение инди­
вида внешними для него обстоятельствами общественной жизни, его
ущербное, одностороннее развитие.
Ликвидация эксплуататорских отношений между людьми, утвержде­
ние общественной собственности на средства производства, равные обя­
занности трудиться и управлять производством, богатая духовная жизнь
создают при социализме прочную основу действительного развития каж ­
дого человека. Более того, с уничтожением частной собственности значи­
тельно возрастает роль народных масс и личности в строительстве нового
общества. Можно даже сказать, что она становится решающей, ибо, как
отмечал В. И. Ленин, «социализма не может ввести меньшинство —
партия. Его могут ввести десятки миллионов, когда они научатся это де­
лать сами» 6.
Понятие «человеческий фактор» выражает основное содержание объ­
ективного закона возрастания роли народных масс и личности в истории
развития человечества, открытого К. Марксом. Рассм атривая действие
этого закона при социализме, В. И. Ленин определял его как живое твор­
чество масс, как основной фактор новой общественности7. Он подчерки­
вал: «Чем больше размах, чем больше широта исторических действий,
тем больше число людей, которое в этих действиях участвует, и, наобо­
рот, чем глубже преобразование, которое мы хотим произвести, тем боль­
ше надо поднять интерес к нему и сознательное отношение, убедить в
этой необходимости новые и новые миллионы и десятки миллионов» 8.
Следовательно, под человеческим фактором при социализме нужно по­
нимать такую совокупность возможностей развивающихся свойств, зна­
ний, опыта, способностей и навыков человека, которые проявляются в его
действиях и тем самым влияют на социальные процессы. Они сознатель­
но используются новым обществом как в интересах планомерного совер­

шенствования всех сторон социальной жизни, так и в интересах улучше­
ния собственной жизни каждого члена общества.
Когда мы говорим о человеческом факторе, то, несомненно, подчерки­
ваем тот момент, что человек выступает как деятель, как сознательный
созидатель нового общества. Своей деятельностью он преобразует окру­
жающий мир, социальные отношения. Но и в этом случае его нельзя
рассматривать лишь как средство достижения определенных, пусть даже
самых возвышенных и благородных целей. Уже в самом процессе дея­
тельности раскры вается способность человека быть субъектом, творцом.
Здесь создаются не только социально значимые материальные и духов­
ные ценности, но и развиваются сами способности человека. Поэтому по­
нятие «человеческий фактор» ни в коей мере не заменяет понятия «че­
ловек». Понятие «человек» шире и богаче по содержанию. Не случайно
ведь «повышать степень зрелости общества, строить коммунизм,— под­
черкивается в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии,—
это значит повышать зрелость сознания, обогащать духовный мир чело­
века» 9.
Сфера действия человеческого фактора чрезвычайно широка. Ф акти­
чески он действует во всех областях жизни общества, включает полити­
ческую, социальную, психологическую и идеологическую стороны. Эта
разностороннее созидательное творчество человека в системе социальных*
экономических,
научно-технических ,
организационно-управленческих,
культурно-воспитательных и др. отношений, все то, что относится к нему
как субъекту деятельности в разных сферах общественно-трудовой жизни.
Использование человеческого фактора —это выявление, формирова­
ние и применение в интересах социализма творческих возможностей
людей труда. Человек —главная производительная, социальная и духов­
ная сила, он главный движитель производства, мощный ускоритель ста­
новления и поступательного развития нашего общества. Но в полной
мере он им становится тогда, когда чувствует себя хозяином страны, во ­
оружен научным мировоззрением, руководствуется в своей деятельности
идеалами коммунизма и, следовательно, осознает исторический смысл
собственных деяний.
Когда речь идет о возрастании значения человеческого фактора, под­
черкивается прежде всего сознательная и духовная сторона деятельности
людей, связанная с такими явлениями, как идейная убежденность, поли­
тическая зрелость, деловитость, бескорыстие, благородство, честность, ра­
бота по совести, патриотизм, интернационализм и т. д. Духовная культу­
ра человека, его образованность, истинная духовная свобода становятся
сегодня важнейшим инструментом преобразования мира. В этой связи все­
стороннее развитие духовного потенциала дл я активизации человеческого
труда, глубокой социально-психологической перестройки, выработки уме­
ния и желания мыслить и действовать по-новому приобретают исключи­
тельную актуальность.
К сожалению, в последние годы в сфере духовной жизни нашего об­
щества наметился ряд негативных тенденций, что значительно снижало
активность человеческого фактора и, сДедовательно, тормозило экономи­
ческий, научно-технический и социальный прогресс. Причины этого, ка к
отметил январский (1987 г.) Пленум ЦК КПСС, кроются «в серьезпых
недостатках функционирования институтов социалистической демокра­
тии» 10, устранение которых сегодня стоит на повестке дня именно по­
тому, что они сдерживали творческий потенциал народа —главного ис ­
точника нашего поступательного движения.
В новых условиях, когда ускорение общественного развития стало
безальтернативным, взятый XXVII съездом партии и январским Плену-
9 «Материалы XX VII съ езд а Комму нис тич еск ой парт ии Советского Союза», с. 91.
10 «Материалы П ле нума Це нтра ль ного Комитета КПСС, 27—28 января 1987 г.»,
с. 10.
5

ком ЦК КПСС курс на всестороннюю демократизацию общественной
жизни является необходимым условием активизации человеческого фак­
тора в контексте идущей перестройки. «Перестройка —это опора на жи­
вое творчество масс, это всестороннее развитие демократии, социалисти­
ческого самоуправления...; это высоко поднятое уважение к ценности и
достоинству личности» и . Таким образом, демократизация всех стороп
жизни общества как объективная предпосылка активизации человеческо­
го фактора предполагает совершенствование самого человека. Ныне реше­
ние политических, экономических , социальных, научно-технических
проблем социализма во многом зависит от дальнейшего развития самого
человека, его надежности, от подготовленности кадров, способных эфф ек­
тивно использовать технику, достижения науки и культуры. Именно от
качества работы каждого на своем рабочем месте зависят в конечном ито­
ге общие показатели развития экономики, науки, образования и культуры.
«Самое существенное, на чем сегодня необходимо сосредоточить всю
силу партийного воздействия,— это достижение понимания каждым че­
ловеком остроты переживаемого момента, его переломного характера,—
отмечается в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии. —
Любые наши планы повиснут в воздухе, если оставят равнодушными лю­
дей, если мы не сумеем пробудить трудовую и общественную активность
масс, их энергию и инициативу» 1112.
Вот почему необходимо решительно преодолевать инерцию, страх пе­
ред новым, передовым, разрушая устаревшие привычки и стереотипы.
Повышение роли человеческого фактора предполагает осуществление
выработанной партией реалистичной и действенной программы формиро­
вания в массе трудящихся высококвалифицированной, идейно и нравст­
венно подготовленной личности, причастной ко всему, что делается в
стране, с подлинно рачительным и ответственным отношением к делу,
общественной жизни.
Необходимо критиковать тормозящие развитие взгляды, согласно ко­
торым творчеством может заниматься только ограниченный круг лиц
и противостоять любому одностороннему подходу к этой сложнейшей
проблеме.
Многочисленные исследования, да и сама жизнь, неоспоримо под­
тверждают, что игнорирование или недооценка роли человека труда ста­
новится сдерживающим моментом научно-технического прогресса, пере­
вода экономики на рельсы интенсивного развития.
В основных ячейках общества —трудовых коллективах —концентри­
руются и проявляются все важнейшие черты социалистического труда и
образа жизни, идет творческий поиск резервов активизации человеческо­
го фактора. Свыше 2,5 млн. таких взаимосвязанных ячеек образуют це­
лостную систему нашего народного хозяйства, которая создает прочную
материальную основу социалистического общества. С введением в жизнь
Закона о трудовых коллективах значительно расширятся их права, упро­
чится социальная база, активизируется социалистическое самоуправление
народа.
Дальнейшее повышение роли трудовых коллективов в жизни общест­
ва требует больших усилий со стороны партийных, общественных и го­
сударственных организаций по воспитанию в людях способности мыслить
и действовать по-новому, работать интенсивно, творчески, с полной от­
дачей сил.
В этой связи необходимы конкретные меры по преодолению инерции
мышления, сформированного в предшествующий период. Устаревшие сте­
реотипы нередко сл ужат питательной средой дл я скептицизма, апатии ,
инертности, индивидуализма и потребительства.
11Там же,с.2.
12 «Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза»,
fe.85-86.

По сути дела, наряду с технологической, производственной рекон­
струкцией всего народного хозяйства необходимо во многом стимулиро­
вать и процесс обновления общественного сознания, формирования
передовых нравственных норм и передовой психологии людей, т. е. «осу­
ществить перелом в умах и настроениях кадров сверху донизу, сконцен­
трировав внимание на самом важном —научно-техническом про­
грессе» 13.
Естественно, что перелом в сознании —далеко не разовый акт. Речь
идет, по существу, о формировании нового поколения рабочего кл асса и
народной интеллигенции, о реализации такой концепции роли современ­
ного рабочего, инженера, колхозника, ученого, которая исходит из при­
знан ия современного работника центральной фигурой интенсивного про­
изводства. Поэтому в деле активизации человеческого фактора особая
роль принадлежит воспитанию в каждом трудящемся чувства хозяина,
овладению сложным искусством быть им везде и во всем, не оглядывать­
ся на «начальство», а по-хозяйски подходить к жизни и производству.
Такой подход способствует активизации практически неисчерпаемых
творческих, сознательных сил социализма. Ка к отмечается в Политиче­
ском докладе ЦК КПСС, «главным двигателем прогресса, его душой был,
есть и остается человек» 14.
Темпы преобразований, как подчеркивалось на XXVII съезде КПСС,
непосредственно зависят от того, к ак идет работа по формированию ду­
ховно богатой, обладающей научным мировоззрением, высокими мораль­
ными качествами личности. Объективная логика развития основных сфер
жизнедеятельности общества —экономической, социальной, общественно-
политической, духовно-нравственной выдвигает новые требования прежде
всего к политическому, профессиональному и нравственному сознанию
людей.
Конечно, воспитание высокой нравственности, политической созна­
тельности, развитого чувства хозяина, понимания общественного долга
диктуется не только необходимостью борьбы с недисциплинированностью,
безответственностью, предотвращением наносимого ими материального
ущерба. Повышенное внимание к вопросам политической, правовой, нрав ­
ственной и психологической культуры обусловлено целым комплексом
проблем.
Возникновение новых отраслей промышленности и технологий —
электроники, атомной энергетики, роботостроения, генной инженерии, пе ­
рестройка управления порождают не только производственные, но и со­
циальные, идеологические, моральные проблемы. Нравственное и полити­
ческое сознание человека по своей значимости встает в один ряд с таким
фактором, как профессиональная подготовка работника. Действительно,
внедрение бригадного подряда в промышленности, комплексных хозрас­
четных звеньев в сельском хозяйстве, создание гибких автоматизирован­
ных производств, расширение прав хозяйственных руководителей и т. п.
влекут за собой определенные моральные обязательства. Например, одно
из главных условий эффективной деятельности бригад —создание здоро­
вой морально-психологической атмосферы, преодоление индивидуалисти­
ческих «рваческих» настроений. Таким образом, многие нравственные ас­
пекты нашего труда и быта, которые прежде в практике общего и спе­
циального образования, воспитания и трудовой деятельности не всегда
принимались в расчет, приобретают сегодня большое общественное зву­
чание.
Активизация человеческого фактора — это объективный, интернацио­
нальный, присущий и братским странам социализма процесс. Но он не
может протекать, тем более успешно развиваться, стихийно, автоматиче­
13 Горбачев М. С. Избранные реч и и стать и. М., 1985, с. 132.
14 «Материалы XXVII съ езд а К о ммунисти чес кой партии Советского Союза», с. 31.
7

ски. Он направляется партийными, государственными и общественными
организациями, является объектом политики и науки, литературы и ис­
кусства. Руководящей и направляющей силой этого воздействия в нашей
стране выступает КПСС, основная задача которой, как писал В. И. Ленин,
«вести весь народ к социализму, направлять и организовывать новый
строй, быть учителем, руководителем, вождем всех трудящихся» 15.
Коммунистическая партия —это политический и моральный авангард
советского народа. Она объединяет в своих р ядах более 19 млн. комму­
нистов, спаянных единством цели, воли и дисциплины. Все прочнее ста­
новятся ее корни в рабочем классе, во всех слоях нашего общества. До­
статочно сказать, что только за последние пять лет партийная прослойка
среди взрослого населения страны увеличилась на 0,4% и составляет в
настоящее время 9,7%. Кандидатами в члены партии только после
XXVI съезда КПСС ежегодно в среднем принималось по 661 тыс. чело ­
век. Причем, как и на всех предыдущих этапах развития партии, в новом
пополнении ведущее место занимают рабочие и лучшие представители
трудового крестьянства.
Ныне в КПСС более 440 тыс. первичных, 551 тыс. цеховых парторга­
низаций и 721 тыс. партийных групп, значительная часть которых дейст­
вует непосредственно в производственных бригадах 16. Через эти низовые
звенья партия оказывает благотворное влияние на трудовые коллективы,
доносит политические установки, свои главные цели, мобилизует массы
на их осуществление.
Партия —это живой, сложный, постоянно развивающийся политиче­
ский организм. Ка к подчеркивал М. С. Горбачев в своем интервью ин­
дийским журналистам, «вся перестройка в обществе должна начинаться
с партии. Мы предъявляем сейчас более высокие требования к комму­
нистам... напомнили всем об их долге перед народом» 17. Такое отноше­
ние —необходимое условие ускорения развития нашей страны.
Реализовать идеал, о котором мечтали основоположники научного
коммунизма,—устроить мир истинно по-человечески 18—это и значит
создать все необходимые условия для достойной человека труда свобод­
ной и счастливой, творческой, созидательной ж и з н и . А для этого надо
не только в полной мере использовать возможности, способности, тал ан ­
ты и дарования, коренные интересы самого человека, но и развивать их
на основе достижений науки.
Общественные науки и активизация
человеческого фактора
Говоря о роли общественных наук в деле перестройки, обновления и
ускорения развития нашего общества, было бы ошибочным считать, что
эта роль сводится, главным образом, к теоретическому обеспечению у с­
пешного совершенствования организационно-управленческих и иных от­
ношений общественного производства. Не менее, а, может быть, и более
значительная задача обществознания заключается в активизации челове­
ческого фактора, воспитании нового человека. Ибо, как отмечалось в
Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии: «Успех любого
дела в решающей мере определяется тем, насколько активно и сознатель­
но участвуют в нем массы. Убедить широкие слои трудящихся в пра­
вильности избранного пути, заинтересовать их морально и материально,
перестроить психологию кадров —важнейшие условия ускорения нашего
роста. Продвижение вперед станет тем быстрее, чем выше будут дисцип­
лина и организованность, ответственность каждого за порученную рабо­
15 Ленин В. И. Поли. собр. соч ., т. 33, с. 26.
16 См. «Партийная жизнь», 1986, No 14, с. 27.
17 «Правда», 1986, 24 ноября.
18 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 593.

ту, за ее результаты» 19. На первый план здесь выдвигается эффектив­
ная научная идейно-воспитательная деятельность.
В научном понимании воспитательная работа предполагает прежде
всего создание такого социального климата, таких общественных условий,
которые бы всемерно раскрывали творческий потенциал каждого, стрем­
ление выработать в себе ясность социалистического сознания, твердость
убеждений и характера. Имеется в виду в первую очередь создание усло­
вий, при которых любой человек в соответствии со своими природными
склонностями станет активным и в области самовоспитания, и в труде,
и в общественной деятельности, и в образе жизни. В этой связи исклю­
чительную актуальность приобретают ленинские слова о необходимости
«перевоспитать себя для строительства коммунизма» 20, его известная
мысль о том, что «коммунистом стать можно лиш ь тогда, когда обога­
тишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало чело­
вечество» 21.
Повышение значения науки в ускорении научно-технического про­
гресса, в деле активизации человеческого фактора проявляется в том, что
знания превращаются в достояние все более широких слоев трудящихся.
Использование плодов науки становится не только возможным, но и не­
обходимым в повседневной деятельности каждого. Н аука через образова­
ние оказывает непосредственное, прямое воздействие на воспроизводство
человека в совокупности его физических и духовных свойств и качеств.
Именно последние выступают в первую очередь объектом влияния науки,
именно духовные условия воспроизводства развиваю тся в процессе по­
требления знаний. Общественно-исторические формы социального движе­
ния и научно-технического прогресса и движущие силы его ускорения
самым тесным образом связаны с развитием человечества, его матери­
альными и духовными возможностями. Они воздействуют на моральные
нормы, нравственный облик личности, на познание и освоение ею мира.
«Нашим идеалом является всестороннее развитие человека, которое
предполагает все более полное удовлетворение растущих материальных и
духовных потребностей людей, — о тм ечал М. С. Горбачев в речи на Все­
союзном совещании заведующих кафедрами общественных нау к. — При
этом важно, чтобы материальный прогресс сопровождался интеллектуаль­
ными и моральными приобретениями» 22.
Социальный идеал всесторонне развитой личности нар яду с общими,
типическими чертами предполагает и ее неповторимые, индивидуальные
качества. А само формирование идеала — это реальный процесс, обеспе­
чивающий каждому человеку возможность свободно развивать свои спо­
собности или, ка к говорил К. Маркс, свои сущностные силы. Социальное
развитие личности, становление ее способностей может осуществляться
только в трудовой и общественной деятельности. В условиях соединения
НТР с преимуществами социализма одним из главных ориентиров здесь
и выступают нау чная компетентность, образованность, профессионализм,
нравственное сознание и самосознание человека. Н аряду с этим одна из
центральных задач советского обществознания состоит в том, чтобы спо­
собствовать «углублению теоретических и методологических разработок
по проблемам современной кадровой политики» 23.
Совершенствование профессиональной подготовки кадров, как и кад­
ровой политики в целом, рассматривается ныне в неразрывной связи с
общественно-политическими, воспитательными задачами. Отсюда ва ж ­
ность постоянного улучш ения процесса обучения и воспитания, внедре-
19 «Материалы XXVII съ езд а К омму нис тич еской партии Советского Союза»,
с. 23 —24.
20 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 402.
21Тамже,с.305.
22 «Коммунист», 1986, No 15, с. 4.
23 «Материалы Пл ену ма Централ ьного Ко митета КПСС, 27—28 января 1987 г.»,
с. 93.
9

'ния в учебный и воспитательный процессы передовых достижений марк­
систско-ленинской философии, политической экономии, истории, педаго­
гики, социальной психологии, передовой организации учебного процесса.
Необходимо умело связывать достижения общественных наук с совре­
менным естествознанием п техническим творчеством.
Общественным наукам, как никогда ранее, предстоит взвешенно и
точно учитывать сложнейшую диалектику развития всех сторон совре­
менного социалистического общества, системы социализма в целом. Се­
годня для успешного выполнения поставленных партией задач требуется
еще более четкая проектно-практическая ориентация общественных наук,
забота об обществоведении и его развитии со стороны общества. Без глу­
боко проработанных социально-экономических проектов и прогнозов
очень трудно управл ять социально-экономическим развитием страны,
воспитанием человека. Отсюда возникает необходимость глубоко изучать
объективную логику этих процессов, умело формировать понимание мас­
сами хода этого развития, у читывать соотношение обыденного и теорети­
ческого сознания.
Сегодня обществоведахМ особенно важно ориентироваться на всесто­
роннее изучение социального опыта человека как творца истории, об­
щественного деятеля, как активно действующей, творческой, мыслящей
личности. Главное здесь — с научных, теоретических позиций ответить
на важнейшие и актуальные вопросы: что думают, что хотят люди, чем
они руководствуются в своей повседневной жизни, в трудовой и общест­
венной деятельности? Проектно-практическая ориентация общественной
науки требует решительного отказа от «валового», казенно г о подхода и
рассмотрения каждого человека с позиций его индивидуальности; внима­
тельного изучения социальной сферы его жизнедеятельности в тесной
связи с задачами ускорения и перестройки в целом, обновления всей
нашей жизни.
Важнейшим направлением научной работы является широкое иссле­
дование глобальных проблем человечества, выход научного человекозна-
ния на качественно новые рубежи. Необходимо также интенсифициро­
вать научный поиск в области новых форм и методов управления трудо­
вой и общественно-политической деятельностью людей, согласования об­
щественных, коллективных и личных интересов, создания оптимальных
социально-организационных условий, совершенствования системы стиму­
лов, повышения инициативы людей, их дисциплины, наконец, выработки
нового экономического и политического мышления, дальнейшей ра зр а ­
ботки нравственных критериев жизни и деятельности, их смысла, взятого
не только обобщенно, но и в сугубо личностных, индивидуализированных
аспектах. Общественная наука в содружестве с естественными и техни­
ческими дисциплинами призвана формировать сегодня у людей понима­
ние необходимости поворота в способах деятельности, перехода к ново­
му, отрицающему «спокойный» ход жизни типу поведения, должна помо­
тать бороться со скептицизмом и цинизмом в подходе к новаторским
идеям, обострять восприятие фактов жизни, заставлять задумываться над
ними.
Таким образом, речь идет о том, чтобы ученые создали солидный тео­
ретический фундамент для новаторской всесторонней разработки всего,
комплекса проблем научного человековедения, глобальных проблем р аз­
вития человечества, подвели солидную базу для формирования высокосо­
знательных граждан социалистического общества, достойных члепов тру­
довых коллективов, активных строителей коммунизма, патриотов и ин­
тернационалистов.

Духовность
кок фактор перестройки
В. Г. ФЕДОТОВА
Перестройка общества и ускорение социально-экономического разви­
тия затронули все стороны нашей жизни, в том числе и духовную. По­
следняя на этом крутом переломе обнаружила свою значимость как фак­
тор и компонент перестройки и ускорения и как их цель, ибо конечные
задачи социалистического общества состоят в формировании духовно
богатой, всесторонне развитой, социально активной и свободной лич­
ности.
1. О единстве экономического. социального и духовного прогресса
В последние годы идея прогресса, владевшая помыслами советских
людей на протяжении всей истории строительства социализма, трансфор­
мировалась на уровне обыденного сознания, что было схвачено и учтено
теоретиками не сразу. Надо учитывать, что в сознании масс об общест­
венном прогрессе сложились три основных мнения: есть прогресс; нет
прогресса; есть прогресс в одних аспектах общественной жизни и его нет
в других. Сходные позиции формировались в обыденном сознании и в
оценке темпов прогресса: они достаточны; недостаточны; слишком быст­
ры в одних направлениях и отстают в других.
Научный анализ темпов социально-экономического развития показал
их недостаточность, оцененную не только качественно, но и количест­
венно, и позволил КПСС выдвинуть программу ускорения социально-эко ­
номического развития, которая осуществляется на основе коренной пе­
рестройки: научно-технической оснащенности предприятий; методов
руководства —переход от административных к хозяйственным, разви­
вающим самостоятельность предприятий, самофинансирование и само­
окупаемость производства; человеческого фактора производства; хозяйст­
венной и социальной активности масс; системы управления и развития
форм демократии. В Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду
партии М. С. Горбачев отметил: «В необходимости перемен, усилении
динамизма развития общества состоит смысл стратегии КПСС, изложен ­
ной в новой редакции Программы» \
Краеугольным камнем марксизма является признание первичности
производственных отношений и их определяющей роли не только для
производства, но и для общества в целом. На этой основе проблемы
развития социальной сферы, культуры, духовного мира личности рас­
сматривались долгое время как производные от экономической сферы.
В настоящее время жизнь внесла следующие поправки: 1) она «...пока ­
зала несостоятельность представлений, согласно которым в социалиста-*
ческих условиях соответствие производственных отношений характеру1
1
«Материалы XXVII съезд а К омму нист ичес кой партии Советского Союза». М.,
1986, с. 94.
И

производительных сил обеспечивается как бы автоматически» 2. Необхо­
димость совершенствования самих производственных отношений нашего'
общества поставлена на повестку дня; 2) она показала, что неравномер­
ность осуществления прогресса и диалектическая связь его сторон —
экономической, социальной и духовной требуют усилий по их гармони­
зации, что не только экономический прогресс определяет социальный и
духовный, но существенный потенциал совершенствования экономики
коренится в социальной и духовной сферах, в развитии кул ь тур ы3.
Строго говоря, за экономический прогресс, взятый в отрыве от дру­
гих сторон общественной жизни, общество может заплатить столь же
дорогую цену, что и отдельный человек за крен на исключительно эко­
номическое развитие. Это —новая проблема, которая встает перед об­
ществом в условиях интенсивного развития экономики и которую следу­
ет заблаговременно обозначить, хотя до сих пор многие недостатки
культурной, духовной, социальной жизни были вызваны отставанием
экономического р азвития. Экономическое благосостояние отдельной лич­
ности может быть добыто ценой отказа от социального и духовного р аз­
вития, от нравственных принципов и даже юридических норм. Такая
плата за экономический прогресс не подходит ни отдельным людям, ни
социалистическому обществу в целом. И вместе с тем экономический
прогресс является важной целью нашего общества на современном эта­
пе. Поэтому в развитии экономики ныне требуется гибкость на уровне
поиска конкретных экономических стимулов, которая обеспечила бы
подъем духовных и социальных завоеваний, а также учет всех духовных
следствий экономических преобразований, равно как анализ влияния
культурных, духовных факторов на экономическую жизнь. Марксизм с
самого начала исходил из предпосылки, что социалистическое общество
отличается от буржуазного тем, что имеет конечной целью человека,
а следовательно —экономическое, социальное, духовное должны разви­
ваться в диалектическом единстве. Эта теоретическая идея превращается
ныне в принцип всей практики.
Приведем примеры. На одном крупном металлургическом заводе страны мы —
группа философов — столкнулись с неожиданной для себя ситуацией: в цехе горяче­
го проката с тяжелыми условиями труда, оборудованием столетней давности теку­
честь кадров оказалась 6%, тогда как в хорошо оборудованном полуавтоматическом
цехе холодного проката с хорошими по традиционным меркам условиями труда (ра­
бочий у кнопки прокатного стан а) т екуч ес ть кадров, по пер воначальным данным,
была 9%. Когда ж е за «круглым столом», посвященным проблемам социального раз­
вития предприятия, мы пост авили во прос о при чи на х такой си туации, нач ал ьн ик
цеха в ответ закричал: «Какие 9%? 15%!». Одной из прич ин т еку ч ес ти кадров
в этом цехе, по мнению рабочих и администрации, является незавершенная автома­
тизация, которая создает для рабочих нервные нагрузки, подобные нагрузкам при
умственном труде без тех творческих компенсаций, которые имеются в нем. Оказы­
вается, эти компенсации прямым образом способствуют защите здоровья, тогда как
нетворческие нервные нагрузки повышают опасность сердечно-сосудистых заболева­
ний. Неудовлетворенность трудом сказывается на моральном климате цеха. Но дело
не только в этом. В старом цехе сложился коллектив, чьи традиции тянулись более-
чем из вековых глубин. Условия труда там — взаимозависимость рабочих на произ­
во дстве — фор мировал и с паяннос ть и сол ид арно сть этого колл ектива, тогд а ка к в но ­
вом цехе каждый отвечал за себя и мог не знать другого, а внепропзводственная, со­
циальная де ятел ьно сть р абочих, их само стоятел ьнос ть и иные формы колл ективности
были плохо развиты. Здесь мы видим прямое влияние социальной и духовной атмо­
сферы производства на его экономическое содержание. Пример более крупного мас­
штаба представляет собой борьба за эффективные экономические показатели оценки
деятельности предприятия. Известно, какие ложные стимулы создавала производству
ориентация на вал. Переход к показателю нормативно-чистой продукции не избавил
предприятия от некоторых сомнительных выгод: незаинтересованности в механиза­
ции и автоматизации, ибо чем больше ручного труда, тем больше нормативно-чистая
.пр одукция. Потребо вались до пол нител ьные нормы оценки т ехн ич еск ой ос нащ ен но ст и
производства, сокращения ручного труда и др. Явления сознания и духовного содер­
2Там же,с.38.
3 См. Заславская Т. Ч ел овеч ес кий фактор р азвития экономики и социал ь­
ная справедливость.— «Коммунист», 1986, No 13 и последующее обсуждение в жур­
на ле эт ой статьи.
12

ж а ни я труда, социал ьные аспекты про изводс тва оказа лись д ля пего пер во степ енно
значи мыми в у сл о ви ях совер ш енствова ния про извод ственн ых отнош ений.
Подчеркивая роль духовных факторов, сознания в перестройке и
ускорении социально-экономического развития общества, М. С. Горбачев
■сказал на XXVII съезде: «Всякая перестройка хозяйственного механиз­
ма, как известно, начинается с церестройки сознания, отказа от сложив­
шихся стереотипов мышления и практики, ясного понимания новых за ­
дач» 4. Значение духовных факторов в ускорении социально-экономиче ­
ского развития этим не исчерпывается —рост демократии, гласности,
общественного подъема масс и таких социальных воплощений этих идей,
ка к общественное самоуправление народа, развитие социалистической
справедливости и социальной ответственности к ак норм пр актики и ду­
ховных принципов социалистического образа жизни, обстоятельно рас­
смотрен в документах XXVII съезда КПСС.
Сказанное позволяет понять, что перестройку и ускорение не следу­
ет трактовать узко прагматически и технократически. Речь идет о новых
задачах социализма не только в отношении темпов экономического роста,
но и глубоких переменах во всех сторонах жизни. «Диалектика обновле­
ния» 5 касается всех сфер общества, и, как убедительно показано в рабо­
тах В. С. Семенова, А. С. Ципко, социально-культурный уровень, духов­
ные процессы серьезно влияют на определение конкретных целей со­
циалистического общества. В. И. Толстых приводил в одной из своих
статей6 адресованное ему письмо В. Шукшина, который писал, что к
коммунизму наш народ шел, чтобы быть сытым. Конечно, авангард масс
имел более развернутое представление о коммунизме, а образованным
марксистам идея коммунизма была ясна во всей ее глубине. Наш ныне
неголодающий народ видит уже иные цели коммунизма, в том числе в
экономической области, и его духовный уровень таков, что идеалы нашего
общества могут быть осмыслены массами более полно как реальные
задачи общества. Поэтому важнейшим условием социально-экономи ­
ческого развития является повышение духовного уровня народа, совер­
шенствование социально-культурной сферы, рассматриваемой не в ка­
честве средства, а как самоцель истории, состоящая во всестороннем
развитии народа, повышении уровня его образованности, культурных
запросов, творческой самодеятельности в труде, социальном управлении,
творении новых форм жизни. На XXVII съезде КПСС было отмечено:
«Курс на ускорение не сводится к преобразованиям в экономической об­
ласти» 7.
*
*
*
В заголовок нашей статьи мы не случайно вынесли понятие «духов­
ность». Этот термин сейчас менее применим, чем некоторые «родст­
венные» понятия. Из 242 наименований публикаций, представляющих
собой названия книг и статей, расписанных по статьям сборников, кото­
рые вычислительная машина библиографической службы ИНИОН
АН СССР «выдала» на запрос «духовное», треть я часть (81 наименова­
ние) была посвящ ена духовному производству, 18 наименований —анали ­
зу духовной сферы, значительная часть публикаций повторяла «сфер-
ный» принцип под именем «духовная жизнь общества», «духовные осно­
вы», «ориентиры» , некоторое число работ было посвящено анал изу
духовной деятельности и духовных отношений, общения (тоже «сфе­
ры»!). В небольшом количестве публикаций ставился вопрос о духовном
развитии общества и личности. Здесь термин «духовный» у трачивал
4 «Материалы XXVII съезд а Коммунистической партии Советского Союза», с. 38.
5 См. Лапин Н. И. Диал ек тика обновле ния. «Правда», З.Х.1986.
6 См. Толстых В. И. Открывая ис тинную д ей ствител ьность. «Литературная
газета», 2.Х.1985, с. 3.
7 «Материалы XXVII съезд а Коммунистической партии Советского Союза», с. 21.
13

тождество с понятием «сознание» и приобретал некую ценностную
окраску, однако столь абстрактную, что ее общий смысл можно охарак­
теризовать так: духовное не важнее материального, но оно как бы выше.
Не оказалось работ, выясняющих соотношение душевного и духовного.
Полагаем, что анализ литературы свидетельствует о том, что некоторые
концепции, например теория духовного производства, существенно про­
двинувшие методологически (анализ социальных механизмов образова­
ния сознания, условий его функционирования и др.) исследование об­
щественного сознания, обнаруживают свои границы при анализе созна­
ния со стороны его содержания. Причем мы вовсе не хотим вернуться
на круги своя спора между сторонниками социологического и гносеоло­
гического подхода к сознанию, ни даже присоединиться к тем, кто р а­
тует за генетически-содержательный и имманентно-содержательный ана­
лиз сознания. Речь идет о таких содержаниях сознания, которые опре­
делены
не
предметом
отражения,
а
целями и
ценностями человеческого общества. Мы еще обратимся
к категориальным основам исследования сознания в интересующем нас
аспекте, но сейчас хотелось бы подчеркнуть одно: в философии не найти
обсуждения того вопроса общественной жизни (а не только духовной
жизни, сферы!), который поднят публицистикой и художественной ли­
тературой, по поводу которого не один год ломают копья журналисты
и педагоги,— вопроса о духовности. Даже в тех работах, где предлага­
ется ввести понятие духовного в систему полноправных философских
катего рий8, а не эпитетов к какого-то рода деятельности или сфере,
мотивации введения этого понятия остаются «сферные», «ас пектны е»,
выводящие необходимость по нятия «духовного», и з не обходимости запол­
нения клеточек категориальной матрицы.
В публицистике, художественной литературе, педагогике проблема
духовного встает как антитеза бездуховному, безответственному. Она
вырастает на фоне борьбы с меркантильностью, стяжательством, потре­
бительством, сведением человека к условиям его жизни, с социальной
пассивностью, равно ка к активизмом, не имеющим этических основ.
Причем всегдашний знак плюс перед словом «духовное», буквально
крик прессы о нехватке духовности говорит о последней столь недиффе­
ренцированно, что не позволяет обратиться к ее действительному анали­
зу. Категориальной абстрактности философского подхода к духовному
здесь противостоит абстрактность обыденных восприятий. Между тем
духовная жизнь нашего общества полна противоречий, определяющих ее
движение, положительных завоеваний и недостатков. В частности, от­
сутствие общих забот у философов и публицистов (за редким исключе­
нием, которое представляет ныне философская публицистика), филосо­
фов и педагогов, философов и писателей или, по крайней мере, разли­
чие языков, на которых они свои заботы выражают, позволяет говорить
о различных типах духовности. Прибегая к некоторой идеализации и
схематизации, можно выделить, по крайней мере, три типа духовно­
с т и 9, каждый из которых культивируется определенной профессиональ­
ной или социальной группой: «эстетизм» как предпочтительная доминан­
та духовного развития некоторых представителей художественной интел­
лигенции и в своих собственных проявлениях —части молодежи;
«теоретизм» как максима научной интеллигенции и деятелей сферы уп­
равления; «этизм» как направленность педагогики, публицистики, зна­
чительного числа произведений художественной литературы и менее
социологически определенная, но существующая в обществе позиция, на ­
пример, отношение взрослых к молодежи. (Особое место занимают рели­
8 См. Каган М. С. О духовном (Опыт категориального анализа). - — «Вопросы
философии», 1985, No 9, с. 91 —102.
9 См. Бахтин М. М. Ф илос офия по сту пка . В кн.: «Фило софия и социол оги я
на уки и тех ники. Е ж егод ник 1984—1985». М., 1988.
U

гиозные искания, которых мы лишь коснемся в связи с их этическим;
пафосом.) Выделение типов духовности позволяет, на наш взгляд, объ­
яснить некоторые причины недостаточной общественной роли филосо­
фов, их малой известности в сравнении с артистами, писателями, жур­
налистами; некоторые расхождения в позициях различных отрядов ин­
теллигенции по мировоззренческим вопросам; задать вопрос о месте
проблем духовного освоения мира в философии и категориальных осно­
ваниях их анализа.
Между выделенными типами духовности и внутри каждого из них
существуют определенные противоречия, которые не столь просты, что ­
бы можно было отбросить одну из сторон к ак «плохую» и признать
другую общественно необходимой и «хорошей». Противоречивость про­
гресса, открытая не только теоретически, но и ставшая для всех людей
жизненно-практической реальностью, присуща в полной мере духовному
прогрессу. Чтобы бороться за духовность, надо знать, какой она может
быть и какой мы ее хотели бы видеть. В этой связи перед философией
встает задача не просто комментировать документы XXVII съезда КПСС,
но и помогать партии в разработке теоретических основ ее культурной
стратегии 1011.
2. Типы духовности
Развитие личности непременно основано на драматическом пережи-
ванип и преодолении антиномий, которые ставит жизнь. Эстетическое и
этическое, идеализированно представляемые в единстве и даже в три­
единстве истины, добра и красоты, в своем реальном существовании не­
редко являют собой полюсы, формирующие определенные личностные
доминанты.
Концентрированным выражением эстетического в жизни является
праздник, который согласно эстетической теории праздника М. М. Б ах­
тина (в отличие от трудовой теории В. Я. Проппа) характеризует не-
особую форму художественного отражения жизни, а игровую, художест­
венным образом оформленную ж и зн ь п. Праздничное мироощущение
дает наиболее яркие формы эстетического в самой жизни, причем,
диапазон его проявлений достаточно широк: от соблазняющего до очи­
щающего воздействия праздника, ибо эффект эстетической полноты вклю­
ченности в мир может иметь разное этическое содержание. Так, эстети­
ческое, характеризующееся ощущением полноты жизни, переживания,
чувством наполненности и подлинности переживаемого, может быть да­
леким от осмысления этического содержания жизни. Этот эффект может
быть достигнут не только морально-эстетическим переживанием, но и
внеморальным, т. е. таким, когда этическое осмысление действительности
не играет полноправной роли. При этом эстетическое не становится амо­
ральным, а лишь самостоятельно и изолированно, наиболее чистым обра­
зом выделенным. Вместе с этим полнота эстетического переживания мо­
жет быть не только внеморальной, но и аморальной, когда в погоне за
эстетической наполненностью допускаются любые средства. Эта кр ай­
ность эстетизма предстает в гедонизме. Гедонистические устремления
могут приводить к совершенно уродливым переживаниям полноты и
включенности в мир, основанным как раз на реальной выключенности
из мира или однобокой включенности —наркомания, оргии, садизм и пр.
Здесь возникает эстетика безобразного, полностью противостоящая эти­
ческому мировосприятию, где полярность эстетического этическому дохо­
дит до последних пределов. Общественно неразвитая чувственность, от­
10 См. «Материалы XXVII с ъезд а Ко мму нисти че ской партии Советского Союза»,
с. 90.
11 См. Бахтин М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средне­
вековья и Ренессанса. М., 1965; М а з а е в А. И. Праздник как социально-худежест-
вонное явл ен ие. М., 1978.

сутствие в ней этического начала делает эстетизм такого рода отврати­
тельнейшим из зол. Однако не этот крайний случай является предметом
нашего интереса, а эстетизм в его «серединном» внеморальном сущест­
вовании. Эстетизм выступает как преимущественная ориента­
ция на эстетические ценности жизни и искусства.
Соблазняющая сила эстетизма состоит в его способности оторвать от
мира реальных забот и ответственностей, погрузить в игру, жизнеподо-
бие которой как будто бы сулит иную жизнь —полную очарований, ра­
достного самоощущения и полноты. В условиях разделения труда, роле­
вого общественного поведения, абстрактной заданности (регламентации)
каждого дня эстетическое переживание обладает несомненной ценно­
стью самопознания, раскры тия глубин собственного «Я» и возможности
видеть в мире целостность. С этих позиций жизнь воспринимается как
торжество эстетического, а этическое рассматривается к ак тот предел,
который ограждает от чрезмерностей эстетизма и «спасает» прп его
утрате. Эстетическое привлекает тем, что существует лишь в качестве
достоверности, не требующей доказательств. Одно переживается ка к эсте­
тическое, другое нет, и никакое объяснение большей эстетической цен­
ности другого не способно превратить его в достоверность для тех, кто
этого не ощутил. Сказанное важно для анализа явлений массовой куль­
туры и понимания той подоплеки, которая создает ее апологетов, сто­
ронников, людей, буквально живущих в ней.
Большинство исследователей соглашаются с тем, что приобщение масс к культу­
ре пр оходит ряд сту пе ней, и по лож ите льно оценивают те из них, которые поднимают
ввер х по л е стнице восприятия куль туры. Если внач але воспр ини ма ются наибо ле е
простые явления культуры, а сложные понимаются примитивно, требуют разъясне­
ний, то это все же путь вверх, нелегкое движение по которому формирует в конеч­
ном итоге культурно, эстетически развитую личность. Но если эстетически пережи­
вается суррогат и это переживание заслоняет действительные образцы культуры, на­
лицо фе но мен мас сово-ку ль турный в том отрицате ль ном зн ач ении, как этот тер мин
чаще всего у по тр ебл яе тся. В аж н о отметить, что контр куль тур ные, «поп-артиые» фор­
мы эстетического поведения, а в сущности — просто поведения, его агентами субъек­
тивно могут переживаться как достоверная эстетическая реальность, влекущая за
собой всю возможную для данного человека полноту чувств и жизненной реализа­
ции. Эту реа льнос ть не л ь зя п од вергнуть критике извне, никака я критика не пр они ­
кает в сознание того, кто усматривает в критикуемом явлении определенную подлин­
ность 12.
Ожесточенность против такой критики со стороны критикуемых не знает пред е­
лов. «Машину времени» (ансамбль.— В. Ф.) трогать не смейте,— пишет девушка-элек­
трик из Ростовской области. - - Это первая группа, имеющая смелость, быть может,
даже наглость петь так, как мы думаем, и про то, как мы живем» 13. По существу,
она четко определяет в письме, что ее эстетическая реальность определена ее обра­
зом ж изн и. Критики не понимают того, что чел овек н е м ож ет иметь эст етич е ски бо­
гатую реальность переживания, совмещаемую с реально бессодержательным образом
жизни. Здесь мы имеем эстетизм на уровне его элементарных чувственных проявле­
ний, тем не менее заменяющий отсутствие чувственной полноты жизни и, стало быть,
зо вущ ий на свой лад этого чел овека к полно те чувств, ввер х, а н е вниз, ес ли вновь
обратиться к метафоре ступеней культуры. Однако нет пределов и движению вниз.
Извращенная, дурная, грубая чувственность хуже, чем ее отсутствие, ху же для об­
щества. Индивид ж е в силу достоверности его грубо чувственных переживаний, даже
те х, что грубы настолько, что т ер яют свою эст етич е ску ю окра ску, о казы вается в пл е ­
ну своих предпочтений и не выходит из них до тех пор, пока не ощутит достовер­
ность иных форм эсте тиче ской реа льности, что во змо ж но не просто в си лу вос пита­
ния, а путем создания условий для изменения образа жизни.
«Сама жизнь,—указывается в Политическом докладе ЦК КПСС
XXVII съезду КПСС,— ставит вопрос о сохранении культуры, о защите
ее от буржуазного разложения, от вандализации» 14. Культурный чело­
12 Это не означает, что надо отказаться от критики, которой полна пресса, кото­
рая содержится и в данной статье, а значит лишь то, что критике следует четко
сознавать в качестве своего адресата не столько гедонистически настроенную моло­
дежь, сколько деятелей культуры, которые в культурной политике должны создавать
и распр остра нять эс тети че ски е альтернативы китчу.
13 «Озабоченность и надежда». — «Наш современник», 1984, No 42, с. 171.
14 «Материалы XXVII съ езд а Ко ммунист ичес кой пар тии Советского Союза», с. 19.
16

век —это человек, живущий жизнью, требующей культуры. И дело тут
не в знании культуры, а в таком содержании жизни, чтобы продукты
культуры в ней «работали». И чем богаче и интереснее жизнь, тем
больше незамеченных, недейственных, незначимых явлений культуры
обретут в ней свое значение. Культурный человек —живущий в куль­
туре, вовлекающий культуру в свою реальную жизнь и свою реальную
жизнь —в культуру. Следовательно, эстетизм в его массовых формах
является попыткой «несчастного сознания» перевернуть мир будничных
и мелких забот, превратить его в мир праздника, способного ужаснуть
других варварством, но не распознанного в таком его содержании сами­
ми у частниками торжества.
Одной из форм эстетизации жизни является стремление к ярким и
острым ее проявлениям, культивированию таких ситуаций, которые вы­
глядят почти литературными. «Литературные» детали жизни —это ее
символизации, яркие страницы, предугадывания, встреча с человеком,
похожим на другого, реальное двойпичество встречаемых людей, словом,
все те обстоятельства и события, которые создают эстетическую целост­
ность жизни. Они часто сопровождают активно относящихся к жизни
людей, ибо и жизнь начинает относиться к ним активно, вовлекать их в
необычные и требующие эмоционального напр яжения события. Эстетиче­
ская ориентация в жизни, доходящая до эстетизма (его определенной
формы), всегда связана с высокой оценкой литературы и «литературно­
го» в жизни , т. е. того в ней, что могло бы быть литературой. Это —
жизнь, рассмотренная сквозь призму идеала. Литературность, литера­
турное отношение к жизни предстает даже как борьба с литературой за
такую же полнокровную, как литература, жизнь, ибо это —концентри­
рованная жизнь, создающая ощущение бытийиости, многообразия, раз­
ветвленности и вместе с тем целостности жизни. Концентрированное
выражение такой образ чувств находит в любви —открываемом через
другого новом бытии, творческой окрыленности и преодоления рутинно­
го в себе. Этот вид любви в отличие от любви родственной, милосердной,
заботливой, жалостливой порой лишь о тталкивается от объекта любви,
не проникаясь всеми оттенками его существования, которые могли бы
заземлить, озаботить реальными проблемами отношение к другому. Д ан­
ный тип эстетизма не дает увидеть сокровенного, тихого, внутреннего,
чем живут многие люди. Но он стимулирует раскрытие творческих сил
и способностей человека и выступает как определенный тип духовности.
Во всех приведенных проявлениях эстетизма —от уродливых до
привлекательных —существует опасность устранения этического, а сле­
довательно —очищение эстетического от тех этических проблем, которыми
полна реальная жизнь. Эстетическое выглядит при этом как абстрактная
сторона жизни, но сторона такая, которая несет в себе ощущение ее
полноты и целостности. Именно в этой противоречивости эстетизма лежит
его трагедия. На одном своем полюсе она приводит к эстетике безобраз­
ного, на другом — к утрате эстетического чувства вообще под влиянием
обстоятельств, опыта, возраста, раскрытия иллюзорности абстрактно­
эстетического отношения к миру, исчезновения «энергии заблуждения»
(Л. Толстой), к появлению пустоты, апатии, парализации душевных сил,
фрустрации и неспособности жить в мире, вчера полном ярких пережи­
ваний, а сегодня — застывшем и омертвевшем для того, чей эстетизм
рухнул, разбит жизнью. Трагедия эстетизма проистекает из того, что
эстетический мир, в силу своей способности манить полнотой пере­
живания, принят за весь мир. Но, не будучи всем миром на деле, он не­
пременно рано или поздно обнаружит свою условность, односторонность,
и человек встанет перед лицом действительного мира и действительной
жизни. Следовательно, гипертрофия эстетического приводит к трагиче­
скому крушению, трагическому в полном смысле этого слова, ибо круш е­
ние это осуществляется на взлете. К ак правило, сходного взлета не про-
2 Вопросы философии, JMe 3
17

исходит, а если он случается, то по причине обогащения эстетической
позиции другой — нравственной. М. М. Бахтин пишет: «Мир эстетиче-
ского видения, полученный в отвлечении от действительного субъекта
видения, не есть действительный мир, в котором я живу, хотя его содер­
жательная сторона и вложена в живого субъекта» 1516, —и далее, —« . ..эс­
тетический рефлекс живой жизни принципиально не есть саморефлекс
жизни в движении, в ее действительной жизненности, он предполагает
вненаходящегося, другого субъекта вживания» i(i. Какого же субъекта?
Такого, который может быть свободен от ответственности и долженство­
вания, присущих жизни. Пренебрегая этими жизненными обязательства­
ми и целостностью жизни, эстетизм терпит крах. Заострение противоре­
чия эстетического и этического осуществляется в литературе как проти­
воречие наслаждения и долга, ибо эстетическое как необходимое отно­
шение к жизни утверждается нередко в коллизиях с отношениями
ответственности и долга.
В «Новом мире» 17 был опубликован ра сска з Юрия Максимова «Виногр ад на Краси­
ной скатерти». Герой р асс каза — бывший фронтовик, инвалид, в тяж ел ы й для себ я
день годовщины смерт и жены, чтобы заб ыться, уйти от мрачных мыслей, включил
телевизор. Шла передача о художнике, которая поначалу не привлекла внимания
Ивана Петровича. Но потом он невольно вслушался в рассказ. Художник во время
войны в Таш кен те н аписа л карт ину «Виноград на крас ной скатерти». За эту картину
уже после войны он получил международную премию. Художник говорит телезри­
телям, что он все гд а ос тавлял з а собой право на соб стве нну ю пес ню. Потрясенный
Иван Петрович думает: «Виногр ад на крас ной скатерти. В войну, в сорок третьем!»
Война ассоциировал ась у Ивана Петровича с чем угодно , только не с виноградом на
красной скатерти... Но, оказывается, было и что-то другое д а ж е тогд а, д але кое и не ­
похожее, была другая жизнь, какая — Иван Петрович не знал, но он знал теперь, что
в той ж и зн и был виноград, который не только мо жн о было есть , но и, насытивш ись,
положить на красную скатерть и срисовать для грядущих поколений» 18.
Все наши чувст ва «на сторо не» Ивана Петровича , безо тве тстве нно и странно пр ед ­
стает художник, в годину испытаний занятый собой. Его эстетическое существова­
ние выглядит аб стракцией реал ьной ж и зни , пр ич ем абстракцией, оскорбляющей те х,
кто провел это время в окопах. Это предельный случай разошедшихся этических И
эстетических ориентаций. Этическая неприязнь к художнику, рисовавшему «Виноград
на крас ной скатерти» в сур овое вре мя с абсолютной достовер нос тью, прон икает в со­
зн а ние хоть скол ько- нибудь совестливого читателя. Но при все м этом этическо м отно­
шении приходится вспоминать, что речь идет о художнике по профессии, которого
государ ство поч ему- то берегло (эвакуировало в Та шкент) и ны не ценит — показыва ет
ио тел евиде нию. В озника ет вопрос: а бывают ли такие общественные состояния,
когда самым важным делом является изображение винограда на красной скатерти?
Нет, никогда. Имеет ли право художник на собственную песню? Нам кажется, что да,
и не только право, но и обязанность хорошо спеть эту его собственную песню, коль
скоро общество несет на себе бремя войн и строек. Опека художника в суровые для
страны годы оправдана заботой о сохранении того, что накапливается в художествен­
ной жизни для дней мира, для поддержания общественно развитой чувственности 19.
Оправдывая деятельность художника и даже неактуальность темы его картины,
нельзя не увидеть вместе с тем его безответственного ухода от обсуждения им самим
15БахтинМ.М.Указ, соч., с.92.
16Там же, с. 93.
17 «Новый мир», 1986, No 3, с. 144—150.
18Там же.
19 Поставленная в этом ра с ска зе пр обл ема не являе тся новой. Ф. М. Достоевский
в стать е «Г-н
-бов и вопрос об искусстве» блестяще разобрал спор между эстетиз­
мом и утилитари змом в ру сской литер атур е. Он проводит вымышленный пример о
поэте, который во время землетрясения в Лиссабоне опубликовал бы не имеющие от­
ношения к этому событию стихи. Возмущенные лиссабонцы казнили бы поэта за
стихи о розах и янтаре. «...Поэта-то они б казнили, — пишет Ф. М. Достоевский, —
а через тридцать, через пятьдесят лет поставили бы ему на площади памятник за
его удивительные стихи вообще и за «пурпур розы» в ч астности... Поэма, за которую
казнил и поэта, как па мятник с оверш енства п о эзии и язы ка, принесл а, мо же т быть,
и немалую пользу лиссабонцам, возбуждая в них потом эстетический восторг и чув­
ство красоты, и легла благотворной росой на души молодого поколения» (Достоев­
ский Ф. М. Соч. в 30-и томах, т. 18. Л., 1978, с. 76). Ф. М. Достоевский — вовсе не
стор онник эсте тизма в искус стве, но в пол емике с утилитар ист ами он защ ищ ает его
художественность, доведенную даже до пределов эстетизма. Это очень современно
звучит в контексте нынешних споров, разобраться в которых наша задача. Й потому
все же не статья Ф. М. Достоевского, а рассказ Ю. Максимова обсуждается нами.
18

своего на это права в годы войны, его неспособности предположить в зрителе много­
стр ада льных Иванов Петровичей. М. М. Ба хтин пише т: «Эстетическое вид ение есть
оправданное вид ение, если не п ер ех оди т своих границ, но, поскол ьку оно пр е тендует
быть философским видением единого и еди нстве нного бытия в его собы тийности,
оно н е из б еж н о обречено выдавать абс трактно выде ленну ю часть за д ей ствитель ное
целое» 20.
И эта недействительность, абстрактность эстетического мира как са­
модостаточного обнаруживает себя по отношению к жизни точно так же,
как абстрактное господство двух других выделяющихся миров —этиче ­
ского и теоретического.
Начнем с последнего —теоретического мира. То* что такой мир
строится и должен быть построен для проникновения в сущность про­
цессов и использования полученного знания для овладения этими про­
цессами, является общепризнанным и общезначимым в современном
мире. Теоретические построения соотносятся с действительностью по
весьма непростым правилам, ибо их объясняющ ая сила относится к
сущности, а не к явлениям . Поэтому на уровне явлений мы имеем го­
раздо большее разнообразие, чем это предусматривает и предсказывает
теория, гораздо больше отклонений от логически чистого случая. Там,
где речь идет о социальной теории, затрагивающей массы людей, интере­
сы и образ жизни миллионов, теория может обнаружить свои возмож­
ности, отвечая потребностям социальных движений масс и классов и
вместе с тем чутко реагируя на те симптомы, которые возникают в со­
циальной практике и которые могут привести к достраиванию, доработ-
ке теории, внесению в нее существенных изменений, вплоть до ее
пересмотра.
Теоретизм есть преимущественная ориентация на теорети­
ческие доводы в отношении жизни и теоретический уровень науки. Тео­
рия может изменить мир, в котором мы живем, и жизнь может отверг­
нуть теорию, дать ей иные трактовки. Но одно важно —теоретический
мир, будучи миром сущности, не является миром действительной жизни
и не претендует на то, чтобы сказать: мир жизни равен миру теории.
Мир жизни остается тем миром, где мы живем, мир теории не равен
ему. Очень многие знания, о человеке например, не изменили его само ­
ощущения, не привели к альтернативным стилям жизни. Подобно тому,
как М. М. Бахтин говорит, что мир эстетического видения, отвлеченный
от действительного субъекта, не есть действительный мир, так и мир
теоретического видения, отвлеченный от действительного субъекта, об­
щественного субъекта, не есть действительный мир. «В мир построений
теоретического сознания в отвлечении от ответственно-индивидуального
исторического акта я не могу включить себя действительного и свою
жизнь как момент его, что необходимо, если это —весь мир, все бы­
тие...»
—пи ш е т М. М. Бахтин, в цитируемой работе которого мы находим
серьезную опору для нашей п о зи ц и и21. Теоретическое освоение мира
отличается именно той особенностью, что, будучи реально обращено к
целому, оно не позволяет само по себе, без соответствующих дерациона­
лизаций и воплощений в практике пережить целостность и полноту
теоретического описания. В сравнении с жизнью теоретический мир
абстрактен, он выступает как средство изменения жизни, но не подобен
самой жизни. Именно на фоне теоретического мира эстетический пленяет
своей жизненной полнотой и оправдывает себя. В эстетическом бытии,
отмечается М. М. Бахтиным, можно жить как в мире игры, надев на
себя маску другого, двойника-самозванца22. В теоретическом нельзя
жить, так как это мир сущностей.
Поэтому сциентизм —жизненно -практическая и философская уста­
новка, полагающая достаточным для мировоззрения и жизни существо­
20 Бахтин М. М. Указ, соч., с. 94.
21 В том числе термино ло гич ес ки. См. Бахтин М. М. Указ, соч., с. 88.
22См. там же, с. 95.
2*
19

вание достижений науки, подвергается ожесточенной антисциентистской
критике, имеющей разную направленность: экологическую, гуманисти­
ческую, но прежде всего —эстетическую и этическую. С эстетических
позиций сциентизм критикуется за изгнание полноты бытия, за утрату
эстетического отношения к действительности, за предельную рационали­
зацию мира и человеческих чувств. С этических позиций сциентизм кри­
тикуется за изгнание морально-ответственного субъекта, за господство
научно-технических решений над повседневными жизненными ценностя­
ми, за беспечность в отношении этических последствий вытеснения тр а­
диционных ценностей рациональными решениями и др. В этих видах
критики теоретизм рассматривается как противостоящий духовности.
Справедливость ряда антисциентистских аргументов не устраняет в
целом односторонности антисциентизма, который враждебно относится к
науке, технике и техническому пути развития. При этом антисциентизм
еще кое-как мирится со знаниевым содержанием наук, особенно о приро­
де, но совершенно отрицает, что наука формирует определенный «пози­
тивный» тип духовности. Его представители не замечают того обстоя­
тельства, что научно-теоретическое мышление нельзя отождествлять с
рассудочным или технологическим, что истина вошла в арсенал ведущих
духовных ценностей нашего времени и что теоретическое освоение мира
может быть охарактеризовано как духовно-теоретическое не только пото­
му, что оно есть вид духовной (а не материальной, не практической)
деятельности, но и потому, что наука утверждает некое универсальное
качество своих результатов: общезначимость, истинность, проверяемость,
характеризующих через цели науки возможные духовные устремления
общества и личности. Антисциентизм в противоположность сциентизму
считает достаточным основанием формирования мировоззрения продукты
вненаучных форм знания и деятельности и отрицает значимость науки
для мировоззренческих выводов.
Однако сциентизм-антисциентизм —это конфронтация по поводу веры
в прогресс общества, основанный на развитии и применении естествен­
ных наук с присущим им «теоретизмом». Но теории бывают разными 23.
И в гуманитарной сфере уже Ф. М. Достоевский отождествлял теоретизм
с кабинетностью, незнанием жизни. В приведенной выше статье он гово­
рит об основном недостатке критикуемой им утилитаристской позиции —
кабинетности, о кабинетных мечтателях 24, в «Подростке» и других про­
изведениях он противопоставляет живую жизнь людям из книжек.
Подобно тому, как достоверность эстетического переживания делает
его непроницаемым для всякой критики, направленность науки на полу­
чение истины, убежденность ученых и кабинетных людей в ее достовер­
ности не позволяют критике теоретизма сказаться на содержании и ре­
зультатах научной деятельности. Подобно тому, как гедонистический
эстетизм вполне удовлетворялся объектами своего эстетического пережи­
вания, несмотря на более высокие образцы эстетизма, теоретизм, каби­
нетность, например в гуманитарных науках, вполне довольны собой,
невзирая на имеющиеся более совершенные способы исследования гумани­
тарной проблематики, не утратившие связи с жизнью. Поэтому «теоре­
тизм», «сциентизм» оказываются устойчивым мировоззрением, ошибоч­
ность которого может быть раскрыта опять же путем трагического
постижения того, как его последовательное проведение подрывает его
основную ценность —эффективность, возможность реше­
ний на основе одного лишь знания. Ныне, когда логика технократических
решений в значительной мере дискредитировала себя в ходе их осу­
ществления, показала общую природу с бюрократическими решениями
23 См. Баткин JL М. Два способа изучать историю культуры,— «Вопросы фило­
софии.», 1986, No 12.
24 См. Достоевский Ф. М Указ, соч., с. 81, 93.
20

(в том смысле, что способна предвидеть ближайшие следст­
вия и отрицать все то не относящееся к делу, что впоследствии с а-
м ы м неожиданным образом на этом деле скажется),
именно эти жизненные уроки оказались условием действительной, а не
только умозрительной критики теоретизма и кабинетности, а также усло­
вием определения границ того абстрактного типа духовности, который
держится только на знании. При этом нам не хватает грамотных и эф­
фективно действующих инженеров, ученых, хороших теоретиков, теорий
в гуманитарных науках, научной эффективности в целом. Эта эффектив­
ность, однако, не обеспечивается как раз теоретизмом, сциентизмом, ка ­
бинетностью, приводящими к превращению теории в догму.
В отношении к тому одностороннему проявлению духовности, кото­
рое может сформироваться в философии на основе теоретического анали­
за действительности, В. И. Лениным была дана критика общих формул,
не способных схватить особенностей конкретной политической и экономи­
ческой обстановки. Он писал: «Стремление искать ответов на конкретные
вопросы в простом логическом развитии общей истины... есть опошление
марксизма и сплошная насмешка над диалектическим материализмом» 23.
Именно таким «теоретизмом» и страдала наша философия, прививав­
ш ая обществу этот тип духовности в 70-е годы. X X VII съезд поставил
перед общественными науками задачу развития их теорий в тесной связи
и взаимодействии с жизнью, дал критику не только отрыва теории от
практики, но и практики от теории, догматизма и схоластики. М. С. Гор­
бачев отмечал в Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду: «Лю­
бая попытка превратить теорию, которой мы руководствуемся, в набор
застывших схем и рецептов, годных везде и на все случаи жизни, реши­
тельнейшим образом противоречит сущности, духу марксизма-лениниз ­
ма» 26.
«Эстетизм» и «теоретизм», бывшие предметом размышлений в рус­
ской общественной мысли XIX в., ка жутся равно однобокими, но разли­
чающимися тем, что одно пленяет жизнеподобием, тогда как другое уда­
ляет от жизни в мир абстракций. Теоретизмом М. М. Бахтин и называет
такое умонастроение, которое не обладает непосредственной жизненной
укорененностью. Так последовательно, но односторонне выраж енн ая эти­
ческая позиция, т. е. данная не в формулах жизни, а в виде предписа­
ний и абстрактных норм, представляется ему таким же теоретизмом.
«Говоря о теоретическом мире и противопоставляя ему ответственный
поступок, мы ничего не сказали о современных этических построениях,
которые как раз ведь и имеют дело с поступком.
Вся почти критика
теоретизма всецело распространима и на этические системы» 27. Т акая
точка зрения на этику объяснима, если видеть в ней науку о морали
и нравственности. Она справедлива и в отношении нравственности, пол­
ностью оторвавшейся от нравов и предстающей как система общезначи­
мых, должных норм. Но спекулятивным системам этики противостою'
практически-духовное освоение мира в нравственной форме, которое на
уровне личного бытия индивидов выступает в виде индивидуально-осмыс ­
ленного нравственного поступка, т. е. морали, уж е не оторванной от
реальной жизни, а спаянной с ее содержанием. Это позволяет видеть в
этическом отношении не только теоретизм (ведь последний возможен и
на уровне эстетических теорий), но трактуемые в терминах самой жизни
этические установления. По этой причине мы полагаем, что «этизм» мо­
жет быть выделен как еще один тип духовности (наряду с эстетизмом и
теоретизмом), ставящий в о главу угла нравственное содержание
жизни.252627
25 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 3, с. 1 4
26 «Материалы XXVII съезд а К оммунистич ес кой партии Советского Союза», с. 5.
27БахтинМ.М.Указ, соч., с. 97.
21

Художественная проза и публицистика, ратуя за духовность, имеют в виду имен­
но этот тип духовности. В «Пожаре» В. Рас путина , в «Плахе» Ч. Айтматова и других
п ро извед ен иях мы видим морального геро я- одиноч ку, с нера зд ел ьнос тью слова и дел а,
моральных принципов и их воплощ ен ия в по сту пках . В оцен ке эт их ли тер атурны х
явлений многое нам кажется неадекватным их содержанию. Так, в дискуссии по во­
просам соц иал ьной обусловленности литератур ы В. И. Тол стых у пре ка л В. Рас пути на
в том, что тот не показал со циа ль ны е' корни ч естнос ти Ивана Петровича — ге роя
«Пожара» 28. Но дело в том, что смысл этого произведения, как и «Плахи», состо ит
в пок азе того, что кон ец 70-х годов о знаме но вал ся подрывом социальных корней чес т­
ности, и мораль отдельны х лиц, со хр ани вш аяс я в у сл о виях по прания общественной
нра вственнос ти, могла ещ е с луж ить осно вой нравстве нного п оведе ния для других.
Ошибочной ка ж ет ся нам и критика в печ ати позиции Ч. Айтматова и некоторы х
Других писателей как рел игиозной. Поиски рел игиозной духовности действител ьно
имеют место в нашем обществе, о чем свидетельствует большое число верующих. По
отнош ению к их ре лигиозно му чу вству , пр ед ставл яющ ему собой сплав этич ес кого и
эсте ти че ск ого о тнош ения с верой в бога, научный а теизм многих исс ледо ва тел ей яв­
ляется беднейшим «теоретизмом», слабости которого не в его знаниях, а в том, что
он не н ес ет альтернативы бога той и впеча тляющей духовности. Эту роль скор ее
осуществляет атеистическая философия в целом, но она является тем видом специа­
лизированной духовной деятельности, которая доходит до масс преимущественно в
виде пропаганды знаний, а не во всей своей миро во ззре нческ ой и мир оощущающей
полноте. Но Ч. Айтматов обращается к мифу о Христе как художественному приему
не для утверждения религиозности, а для утверждения этической духовности, пред­
ставле нно й не этическими т еор етизмами — «социальными заклинаниями» , как он пи­
ш ет, а жертвенным п ос туп ком. Путь жертв, повторяющ их опыт Христа, у твер жд аю ­
щих мораль, не м ож е т стать все общим способом нравстве нного о зд оро влени я общест­
ва, но путь слов, проповедей, этич ес ких теоретызмов т ож е не явл яе тс я таковым.
Общественное переус тр ойс тво на начала х гл асности, демократии, честно сти — вот
действител ьный путь , за который сейч ас боре тся наш е общество и в отношении ко­
торого «этизм» ли тер атуры и публицистики выступает как од носторонний взгляд,
подчиняющий и эстетическое, и теоретическое. В определенных условиях позиция
названных писателей является действительно гражданственной, ибо она защищает
про явл ения высокой морал ьности в ус л ови ях и сп орч ен ности общественных нравов.
Следовательно, именно эта литература, в ущерб художественности даже, в повороте
к публицистике 29 указала на нравственно и социально больные точки, тр ебующ ие
перес тр ой ки, не решив вопроса о спо соб ах ее о существления. Она привлекл а внима­
ние теоретиков к тому, что абстрактно-общее реш ение, не вовлекающее в душевную
и пра ктич ескую р або ту дейс твительных инд ивидов, о ста ется все тем ж е «т ео ретиз­
мом», не затрагивающ им реал ьную ж изнь.
Практически-духовыый «этизм» наш ей литер атур ы неред ко п овер хн осте н в вос­
певании традиционных нравов и од носторонней критике се годн яш них . Так, В. Белов,
известный историк крестьянства и знаток д ере венс кой ж и зни, в романе о гор оде
«Все впереди» предельно поверхностей в наблюдениях и в своем традиционном «этиз-
ме» оторван от осмысл ения дейс твител ьных нравов не мене е, чем любой «теоретизм».
Здесь мораль гос под ст вуе т н ад людьми, зас та вляя их спотыкаться на ка жд ом реаль­
ном ш агу ж изни , а критика нравстве нного уп ад ка принимае т столь откровенно об ли­
чительный х арактер, что отталкивает отсу тствием р еал ьной заботы о морально у п ав ­
ших и нежеланием знать действительные причины их падения, заменой их надуман­
ными авторскими схемами жизни. Но так же, как в критике «эстетизма» и «теоре­
тизма» убед ит ь но си тел ей этих «измов» оказыва лос ь невоз мож ным в си лу достовер ­
ности эстетического чувства и убежденности в теоретической истинности позиций,
так и «этизм» силен в своей жизненно-практической форме непосредственной эти­
ческой очевидностью утверждаемого для его автора. Можно сказать, что жизненный
опыт В. Белова делает абсолютно достоверной для него собственную моральную по­
зицию.
Борьба литературы за нравственную жизнь приводит к изменению
типа социальных носителей нравственности. Так, Ю. Давыдов в статье
«Взросление литературного героя» 30 справедливо отмечает, что общест­
венный запрос на морально-ответственную личность сместился с молодо­
го, только вступающего в жизнь литературного героя 60-х годов к герою-
труженику 70—80 -х годов, представленному в романах гшсателей-« дере-
венщиков» , а тем самым см ес тилась э тиче ск ая оценка нравственного как
естественного, еще не задетого обществом (герой, вступающий в жизнь)
28 См. Толстых В. И. Указ. соч .
29 Нам кажется , что, когд а с оциал ьная конфликтнос ть сме ститс я в какую-л ибо
другую сторону (все коллизии общественной жизни заранее нельзя предвидеть, но уж е
сейчас возникает тема-конфликт, связанная с защитой человеческого достоинства),
будут читать не «Пожар», а «Век живи, век люби...», н е «Плаху», а «Прощай, Гульса-
ры» и «Белый п ар оход ».
30 См. «Литературная учеба», 1984, No 3.
22

на нравственное как воспитанное трудом (герои—крестьянин, труженик).
Позволим себе не согласиться с последним утверждением. Предметом
литературы явл яется человек, и потому ее интересуют моральные иска­
ния отдельной личности как резерв общественно признанной нравствен­
ности. «Естественный» молодой герой 60-х годов был таковым лишь тем,
что он не прошел жизненных испытаний периода культа личности и в
новых условиях мог предложить обществу свою неискаженную куль­
том моральность. Но, как справедливо показал Ю. Н. Давыдов, к нача ­
лу 80-х годов этому герою за сорок и сделал он мало. Социальный кон­
формизм 70-х годов сломал его творческую энергию. И новый взрослый
герой-труженик, крестьянин возник в литературе не как взращенный
трудом, но как естественно сохраненный в силу удаленности от больших
городов с их конформистским сознанием, как морально крепкий крепо­
стью традиций, т. е. тоже ка к герой естественный. Основанием для такой
позиции является то, что сельская жизнь связана с трудом настолько,
что она и есть труд, в силу которого она предстает порой как форма
жизни, имеющая момент органической целостности и самодеятельности.
Этот аспект деревенской жизни в сравнении ее с городом отмечается
философами, причем очень далекими от идеализации с е л а 3132. В художе­
ственной литературе данный аспект получал иногда преувеличение, очи­
щенное от реальной социальности деревни отображение.
Однако поиски духовности в самом народе положили начало пере­
смотру обывательской позиции тех теоретиков, кто не видел себя в иной
роли, чем учителя масс, и не желал пи учиться у массы, ни соотносить
и поверять свои теоретические построения с ее потребностями. Ныне,
когда партия говорит языком народа, теоретик-воспитатель выглядит
посрамленным. Но и апологетика сознания масс имеет свои границы,
обнаруживаемые в новых требованиях к трудящимся, в новых задачах,
которые стоят перед ними.
Народ как носитель духовности сменил в советской художественной
литературе свои социальные характеристики. В прозе революционных
лет, в литературе предвоенного и послевоенного периодов это был рабо­
чий, чья революционная духовность была направлена на преодоление
своекорыстия и практицизма не только прежде господствовавших клас­
сов, но и крестьян. При этом опыт и созидательная духовность крестьян­
ства игнорировались зг. Ныне опыт крестьянских масс в литературе ос­
воен и восстановлен нередко с силой жизненной правды 33, но произве­
дения о рабочих часто страдают схематизмом, ходульностью, позитив ­
ностью образов, в которую не веришь из-за иераскрытости подлинного
духовного облика рабочего, являющегося ведущей социальной силой на­
шего общества. В романах об интеллигенции мы чаще видим интриги и
сплетни, разбор мелкого мирка служебных отношений и редко ту дейст­
вительную укорененность интеллигенции в духе, которую мы находим в
произведениях Ю. Трифонова.
Русская литература всегда была учебником жизни, и потому ее нрав­
ственная задача формирования нравов делает возможным рассмотрение
именно этизма как типа духовности. От искусства можно было ожи­
дать утверждения эстетической духовности. Но русская и советская
литература не отличались эстетизмом, ибо вынуждены были брать на
себя слишком много проблем в связи с неразвитостью других духовных
форм освоения действительности. В настоящее время потребность в по-
31 См. Туровский М. Б. О месте сближения города и села в становлении со­
циальных отношений ко ммуни зма. — В кн.: «Проблемы теории культуры». НИР! куль­
туры. Труды 55. М., 1977.
32 См. Лобанов М. Освобождение (о романе М. Алексеева «Драчуны»). — «Вол­
га», 1984, No ю, с. 145 -164 .
33 Хотя здесь наследуются традиции изображения крестьянства, заложенные
Л. Толстым, и м ене е или совсем не освоены традиции, идущие от И. С. Тургенева,
А. П. Чех ова, И. А. Бунина,
23

вышешш художественности литературы кажется нам остро необходимой
для духовного развития нашего общества, ибо без художественного рас­
кры тия духовного мира человека этизм, социальная активность литерату­
ры могут быть внешними, конъюнктурными. Литература ставит вопрос о
нравственно ответственной личности как предпосылке нравственно от­
ветственного общества. Это противоречит «теоретическому этизму» , но не
во всех условиях противоречит жизненной практике: в условиях общест­
венной стагнации многое решалось на уровне личной порядочности и
честности. И все-таки теоретическая позиция настаивает на необходимо­
сти таких социальных условий, при которых личная порядочность и чест­
ность были бы естественны, т. е. порождены этими условиями. Пропо­
ведь этической духовности в антагонизмах с «теоретизмом» и «эстетизмом»
не замечает своих односторонностей: она считает возможным изменить
общественную нравственность пропагандой ее образцов и личными
жертвами носителей подлинного морального чувства; в ней отсутствует
понимание того, что пример должной нравственности далеко не всеми
воспринимается как таковой; она склонна к резонерству, декларации,
безразличию к эстетической ценности морального акта, который мог бы
помочь прорвать ложные нравственные очевидности полнотой эстетиче­
ского переживания подлинно морального поступка. Этическая духовность,
«этизм» как борьба за духовность нередко утверждают себя в отрыве от
социальной практики, в резонирующей моральности, которая будоражит
и без того взбудораженную совесть морально ответственного человека и
никоим образом не доходит до сознания морально безответственных субъ­
ектов. Но «этизм» современной литературы, оказавшейся формой крити­
ки общества на этапе 70 — начала 80-х годов, приводит к теоретическо­
му осмыслению нравственных проблем в связи с социальными процесса­
ми. Кроме того, гражданственность этих и других писателей привела их
литературу к публицистическому крену и огромной работе в публицис­
тике. Советские писатели Ч. Айтматов, Ф. Абрамов, М. Алексеев,
С. Залыгин, В. Крупин, В. Тендряков, В. Распутин, Ю. Трифонов,
В. Шукшин и другие заново переоткрыли (после Л. Толстого) новое об­
щественное «измерение» истины — этически осмысленную истину, име­
нуемую правдой. М. С. Горбачев говорил на XXVII съезде КПСС, что из
опыта нашего развития мы должны извлечь самые серьезные уроки.
«Первый из них можно назвать уроком правды. Ответственный анализ
прошлого расчищает путь в будущее, а полуправда, стыдливо обходящая
острые углы, тормозит выработку реальной политики, мешает нашему
движению вперед» 34. Он же отмечал: «Принципиальным явл яется для
нас вопрос о расширении гласности... коммунистам всегда и при всех
обстоятельствах нужна правда»35. Однако художественная литература
может быть жива правдой не только жизненной, но и художественной,
т. е. не только этически, но и эстетически осмысленной истиной. Этого
триединства истины, добра и красоты как целостного типа духовности,
не разделенного на три отдельных и нередко противостоящих друг дру­
гу, не хватает нашей литературе и нашей жизни. Эстетизм, теоретизм,
этизм выступают не как совершенный уход от жизни, а как реальные
жизненные односторонности, вытекающие из разделения труда и соци­
альной неоднородности. В оценке перспектив их сближения ведущее
место занимают социально-экономические преобразования, совершенство­
вание культурной политики и форм организации научного труда. Боль­
ш ая роль в этом синтезе принадлежит философии, если она сама преодо­
левает свой односторонний теоретизм (см. далее). Для этого у нее есть
огромные возможности в связи с отличием философских теорий от спе­
циально-научных, их способности к синтезу духовности, к одновременно­
84 «Материалы XXVII съ езд а К омму нист ической партии Советского Союза», с. 23,
35Тамже, с.60.
24

му осмыслению этических, эстетических, теоретических аспектов жизни.
Художественная литература тоже содержит потенциал такого синтеза.
Даже и в «Плахе», которую мы рассматривали как пример этизма, есть
попытка художественной концептуализации жизни. В произведениях
Ю. Трифонова она превращается в социально-художественное исследова­
ние «времени и места», на шей истории. С. П. Залыгин выступает в серии
романов («Комиссия», «После бури», «На Иртыше») к ак историк совет­
ского общества. «После бури» яв ляется философско-художественным ис­
следованием, дающим известные образцы (например, в анализе социаль­
ных типов) и профессиональным философам. И в способах, и в содержа­
нии философского осмысления мира профессиональным философам и пи­
сателям необходим прямой диалог.
3. Практически-духовные и духовно-теоретические
способы освоения действительности
Задача «обогащения духовной жизни общества новыми ценностя­
ми» 36 поставлена партией в качестве одной из центральных. Борьба за
духовность не может игнорировать ее различное содержание и отрица­
тельные моменты некоторых проявлений духовной жизни.
Рассмотренные типы духовности реально существуют и культивируют­
ся в обществе, т. е. социально обусловлены и социально произведены.
Генетически они могут быть охвачены концепцией духовного производст­
ва, но в своем содержании они не допускают социологической редукции
и сведения духовного к социальному. Концепция духовного производства
говорит о духовном как сознании и в известной мере «отдает» его содер­
жание гносеологическим подходам, которые анализируют содержание со­
знания на основе отражаемого в нем объекта. Тут возможен и методоло­
гический ракурс: он направлен на анализ тех способов активности субъ­
екта отражения и деятельности, которые приводят к определенному типу
производства сознания и обеспечивают воспроизводство в нем объекта.
Ни один из этих подходов не улавливает того содержания сознания, ко­
торое может быть охарактеризовано термином «духовность». Ведь н аря­
ду с этой характеристикой сознания и поведения, жизни в целом могут
быть бездуховные сознание, поведение, жизнь . Следовательно, термин
«духовное» не только не тождествен «сознательному», ибо может быть
отнесен к поступку, делу, жизни, а не только к сознанию, но и не по­
зволяет считать все сознательное духовным в силу того, что духов­
ность есть качественная характеристика сознания
(как и поступка, дела, жизни), или, точнее, характеристика
его разнокачественности. Характеристика эта отражает господствующий
тип ценностей, и поэтому духовность не есть нечто единое. Она пред­
ставлена разными типами: эстетизмом, теоретизмом, этизмом, религиозно­
стью и в перспективе своего развития предполагает движение к целостности
и единству истины, добра и красоты. До тех пор, пока этого не происходит,
духовные искания полны противоречий и коллизий, противостояний и
нереализаций. В них в идеальной форме отражаются коллизии различ­
ных образов жизни.
Одним из существенных вопросов, который встает перед философами
в связи с проблемой формирования духовности, является вопрос о кате­
гориальном аппарате, о появлении новых теоретических оснований ана­
лиза, о духовности самой философии.
Философия всегда видела свою цель в анализе понятий, в которых
воспроизводится наиболее общее содержание действительности мира.
Но анализ понятий нередко увлекал философов настолько, что превра-
36
Горбачев М. С. Доклад на Пленуме ЦК КПСС 23 апреля 1985 г,— «Комму­
нист», 1985, No 7, с. 15,
25

щался в самоцель, уводящую от тех содержаний и проблем реальной
жизни, которые всегда остаются конечной целью анализа.
Однако есть случаи, когда практические задачи приводили к введению
в философию и к активному применению в ней понятий, смысл которых
недостаточно уяснен, метафорически-многозначен и необходимость кото­
рых тем не менее совершенно выявилась в контексте рассмотрения мно­
гих проблем, прежде всего связанных с формированием личности, совер­
шенствованием духовных и нравственных основ социалистического об­
щества. Речь идет о понятиях «практически-духовное» и «духовно-тео ­
ретическое» освоение действ ител ьности37. Их введение выполняло ряд
задач, при решении которых обнаружилась явная нехватка категориаль­
ного аппарата. Главным было рассмотрение не только материальной
практики, на которую прежде были ориентированы все исследования,
но и показ практической роли искусства, нравственности, философии в
формировании личности и духовных сдвигах общества. Традиции анали­
за данных понятий сложились следующие: дедукция смысла терминов
из цитат классиков марксизма, этимологическое рассмотрение. Эти спо­
собы анализа не могут быть определяющими, хотя, конечно, нас интере­
сует смысл вводимых К. Марксом понятий и те филологические тонкости,
которые можно усмотреть в подборе именно этих слов. Однако смысл
понятий следует прояснить прежде всего исходя из тех задач, которые
решаются с их помощью и неразрешимы без них.
Разделение способов освоения действительности на духовно-теорети­
ческие и практически-духовные имеет заметное сходство с кантовским
различением теоретического и практического разума. Духовно-теорети­
ческое относится к той сфере духовной деятельности, где мир осваивает­
ся в понятиях и прочих форхмах, характерных для науки и ориентирован­
ной на науку философии. Более широкое понимание вытекает из рас­
смотрения теории как особого способа упорядочения мысли, который
распространен не только в науке, по и в философии, в идеологических
системах. Теория не обязательно, следовательио, научная теория, а ду­
ховно-теоретический способ освоения мира —это его освоение в форме
теории, в том числе и научной. Почему же эта форма выделена, а глав ­
ное —отделена от практической, или, точнее, от практически-духовной?
Дело в том, что теория как фактор духовной жизни может довершить
практическую работу в сфере духа не вполне самостоятельно, а лишь
совместно с вненаучными формами освоения мира, которые ориентиро­
ваны на жизненно-практические задачи, решаемые идеально, выработ­
кой соответствующих целей и ценностей. Теоретический, прежде всего
научный, способ отношения к действительности призван найти собствен­
ные, отличные от жизненно-практических формулировки задач и ука­
зать пути их решения.
Показав недостаточность и антиномичность чистого разума в прак­
тических делах, Кант оставлял преимущества в суждениях о пих разу­
му практическому, ядром которого является этическое отношение к дей­
ствительности. Однако это разделение Канта, оказавшее влияние на
философскую мысль, в марксизме подверглось существенным уточнени­
ям. «Чистый» разум (духовно-теоретическое освоение действительности)
никогда не бывает чистым, а практический разум (практически-духовные
способы освоения действительности) никогда не бывает только практи­
ческим. Они находятся в неразрывном единстве благодаря своей привя­
занности к сфере духа и обращенности к практике. Это позволяет объ­
единить указанные способы под именем «духовные», а в широком смыс­
37
Существенный вклад в их р азр аб от ку внесли ис сл ед о ва ния киевских ф ило со­
фов. Об этом см. «К атегории фило софии и категории ку льтуры». Киев. 1983; «Практи­
к а — по зна ни е — мировоззр ение». Киев, 1980; «Ч еловек и мир человека». Киев, 1977;
«Искусство в мире духовной культуры». Киев, 1985; «М ирово ззренче ска я культура
личнос ти». Киев, 1986; «Материальное и духовное в социальном развитии». Кие в, 1986.
26

ле делает их практическими. Именно из соображений критики кантов­
ской субординации теоретического и практического разума, где
практический разум —верховный судья человеческих дел, и ради пока­
за их принципиальной связи и даже (на примере марксизма) влияния
теории на переосмысление и реально-практическое изменение социально­
го мира Э. В. Ильенков употребляет понятие «духовное» ка к синоним
«нравственно-теоретического» . « Нравственно-теоретическое» объединяет
уже по смыслу термины духовно-теоретическое и практически-духовное,
и объединяет с тем, чтобы поставить вопрос об их отношении «к разви­
тию материальной основы, материально-технических и имущественных
отношений между людьми» 38. В другом месте он поясняет эту мысль:
«Маркс и Энгельс, подвергая критическому анализу построения немецкой
классической философии, показывали , что ни «мышление» (духовно-
теоретическое. — В. Ф .), ни «нравственность», ни «эстетическое созерца­
ние» (практически-духовное. — В. Ф.) нельзя рассматривать как цель и
сущность человеческой жизнедеятельности. И то, и другое, и третье суть
одинаково продукты и «средства» развития производительной силы чело­
веческого рода (в широком смысле этого слова —в смысле способности
предметно, практически преобразовывать природу)» 39. Духовные по от­
ношению к материальной практике три указанных «аспекта» человече­
ской деятельности (мышление, нравственность, эстетическое) являются
продуктами практики, изменяющими ее самое, так как материальная
практика выступает как «единственная» «субстанция» всех «модусов»,
всех «частных образов человеческой культуры» 40.
Но, помимо этого общего отношения духовных реальностей к мате­
риальной практике, есть и специфическое отличие взаимодействия с
ней. Именно это отличие и позволяет разделить только что соединенное
духовно-теоретическое и практически-духовное вновь по тому, как они
осуществляют свою роль «средств» практики.
Сравнение практически-духовных и духовно-теоретических способов
освоения действительности приводит к необходимости сопоставления тео­
рии и практики не в общепринятом аспекте —их взаимодействия, а в
плане их непосредственного или опосредствованного воздействия на лич­
ность. В. И. Ленин специально
подчеркивал: «Практика выше
(теоретического) познания,
ибо она имеет не только достоин­
ство всеобщности, но и непосредственной действительности» 41. Эта мысль
в ажна во многих отношениях. Прежде всего важно отметить, что всеобщее
выступает итогом не только теоретической, но и практической деятель­
ности, а также всех форм практически-духовного освоения мира. Хотя и
различно представленное, всеобщее является продуктом всех общественно
значимых видов человеческой деятельности, нередко ошибочно приписы­
ваемых только науке или философии. Во-вторых, существенной хар акте­
ристикой практики, как и практически-духовного, является их непосред­
ственная действительность. Однако всеобщее, получаемое наукой, как
уже показано, абстрактно, не совпадает с формами самой жизни, обще­
значимое в искусстве чувственно-конкретно, общезначимое в нравствен­
ности функционирует также в чувственно-конкретных формах или в виде
норм, которые легко «заполняются» жизненными примерами. Эстетика
и этика как науки очищают эту чувственно-конкретную и полную неиз-
гнанных реалий форму всеобщего до абстрактно-общих выводов. Поэтому
эстетика и этика так же мало содержат собственно художественного и
нравственного, как любая наука, уходящая от бытия предмета к его
сущности.
Понятия о практически-духовном и духовно-теоретическом освоении
38 И л ь е н к о в Э. В. Искусство и коммунистический идеал. М. 1984, с. 170.
39Тамже,с.231.
40Тамже,с.172.
41ЛеыинВ.И,Поли. собр. соч., т. 29, с, 195,
27

действительности методологически значимы для осмысления практиче­
ских функций философии. Философия относится в литературе то к ду­
ховно-теоретическим образованиям, то к ирактически-духовным. Есть
попытки провести водораздел между способами освоения мира внутри
философии: как система теорий она —форма духовно-теоретического ос­
воения мира; как мировоззрение — форма практически-духовная. Каж­
дая из позиций предполагает свой взгляд иа отношение философии к
жизни: по типу научной теории, опосредствованно относящейся к жиз­
ни; по типу непосредственной постановки и решения жизненных про­
блем; комбинированным образом. Можно было бы согласиться с «третьей»
линией, если бы знать, как комбинировать теоретические и жизненно-прак­
тические цели философии. А именно в этом и состоит вопрос.
На наш взгляд, полезную роль в решении этой проблемы может
сыграть предложенная В. С. Степиным и развиваемая киевскими фило­
софами концепция мировоззренческих универсалий (категорий культу­
ры). Она позволяет выделпть два типа философских исследований: на
уровне мировоззренческих универсалий и на уровне их теоретического
осмысления в категориях философии42. Б. Т. Григорьян показал, что
и перед западной философией встает задача активизации ее практиче-
ски-духовной деятельности в сравнении с научно-теоретической, и ее
осуществление в известной мере определено институциональными фор­
мами философской деятельности 43. Сходная позиция высказана Э. Ю. Со­
ловьевым (VI Всесоюзная школа молодых ученых, Тбилиси, 1986 г.) о
существовании в истории философии трех типов философствования: обра­
щ енная к философу-специалисту теоретически-систематическая форма
философствования; обращенная к иефилософу риторически-беллетрп-
стическая форма; философствование в нефилософских формах. Полагая,
что две последние формы могут быть также формами профессиональной
работы и общения философов (Киркьегор, Ницше, философские романы
Камю и др.) , отметим главное (в интересующем пас смысле): есть два
жанра философского исследования. Один — практически-духовный (на
уровне работы с мировоззренческими универсалиями, осуществляемый не
специально-понятийными средствами, иногда средствами других форм
мышления —например, публицистическими, художественными). От него
можно требовать работы в материале жизни и с непосредственной жиз­
ненной отдачей. Другой —духовно-теоретический, соответствующий теоре­
тической работе в философии, осуществляемой ее собственным понятий­
ным аппаратом. От него можно требовать связи с жизнью, понимая, что
это связь по типу теории, менее непосредственная, но так же предпола­
гающая, что за теориями стоит реальное жизненное содержание и что
теории могут иметь практическое значение, достигаемое многообразной
сетью опосредствоваиий. Очень опасно впасть в крайность отрицания
всякой теории как схоластики. Нужна критика лишь схоластических
теорий.
Следовательно, участие философии в анализе жизни советского об­
щества, ее борьба за подлинную духовность требуют развития ее собст­
венной духовности, использования всего не только возможного, но и
необходимого спектра философского вторжения в жизнь. Философия мо­
жет способствовать осмыслению и интеграции духовных исканий, осу­
ществляемых деятелями культуры и самим народом, и заговорить так,
чтобы ее голос был всенародно слышим.
42 См. Степин В. С. Твор чес тво культуры и пр огнозирующ ие функции фило ­
со фии . — В кн.: «Диалектика нау чно го и технич еско го творч ества». Обнинск, 1982.
43 Григорьян Б. Т. Что такое философия и зачем она? (Западная философия
в поисках своего местоопределения). — «Вопросы философии», 1986, No 5.
28

К VIII МЕЖДУНАРОДНОМУ КОНГРЕССУ ПО ЛОГИКЕ,
МЕТОДОЛОГИИ И ФИЛОСОФИИ НАУКИ
Э В М и понимание
математических доказательств
А. М. АНИСОВ
Наряду с гносеологическими, методологическими и социальными во­
просами, возникающими в связи с попытками машинного моделирования
процессов понимания, все более актуальными становятся проблемы
адекватного понимания человеком результатов машинных вычислений.
Речь идет о тех трудностях, с которыми сталкивается человек, пытаю ­
щийся понять и правильно использовать возможности вычислительной
техники. В частности, упомянутые трудности появились в математике
как следствие применения компьютеров при доказательстве теорем.
Складывающаяся в математике ситуация требует философско-методоло­
гического анализа, составляющего основное содержание данной статьи.
О необозримых машинных процедурах
Более двух тысячелетий математические теоремы доказывались людь­
ми, которые проверяли и правильность предложенных доказательств.
Положение изменилось, когда при доказательстве теорем стали использо­
ваться компьютеры. Можно ли считать, что доказательства, полученные
в существенной части без человека, имеют одинаковый эпистемологиче­
ский статус с обычными математическими доказательствами?
Важность поставленного вопроса определяется тем местом, которое
занимает в математике понятие доказательства. Несовместимость подхо­
дов к анализу этого понятия в различных программах обоснования мате­
матических рассуждений ни в коей мере не поставила под сомнение
фундаментальное значение доказательств в математике. По справедливо­
му замечанию видного специалиста по основаниям математики Г. Такеу -
ти, «м атематика представляет собой совокупность доказательств. Это
верно независимо от того, какой точки зрения на математику мы при­
держиваемся —платонизма, антиплатонизма, интуиционизма, формализ­
маит.д.»4.
Применение компьютеров при доказательствах теорем отнюдь не об­
разует однородной области деятельности и отличается большим разнооб­
разием форм, результатов и целей. Уже доказанные людьми теоремы мог­
ли быть затем «переоткрыты» компьютером. Некоторые теоремы были
впервые доказаны с помощью ЭВМ. Машинные доказательства предла­
гаются в качестве полного или частичного решения малоизвестных или
знаменитых математических проблем, не поддававшихся усилиям мате­
матиков в течение многих лет. Доказательство одних математических1
1 ТакеутиГ. Т еория до ка зател ьс тв. М., 1978, е. 8.
29

утверждений требует значительных машинных ресурсов, других —обходит­
ся без ощутимых затрат времени и памяти. Программы доказательства
теорем отличаются по длине и сложности, по степени эффективности и
используемому языку программирования. Программы могут обеспечи­
вать вывод целого ряда теорем или служить средством доказательства
одной-единственной важной теоремы.
Пестрота этих задач затрудняет поиск ответа на вопрос о статусе
машинных доказательств. На наш взгляд, в рассматриваемом аспекте
представляют интерес прежде всего те полученные с применением
компьютеров теоремы, которые при сегодняшнем уровне знаний не могут
быть доказаны без ЭВМ ввиду необходимости огромного количества рас­
четов, превышающего возможности человека.
Десять лет назад было опубликовано сообщение об успешном реше­
нии К. Аппелем и В. Хакеном проблемы четырех красок 2. Она заклю­
чается в следующем: допускает ли каждая карта, расположенная на сфе­
ре, такую раскраску, чтобы каждая страна на этой карте имела один из
четырех цветов, причем две соседние страны не были окрашены одина­
ково 3. «Заманчивая простота формулировки проблемы четырех красок,—
писал А. А. Зыков,— по-видимому, явилась причиной того, что за ее ре­
шение, как и за доказательство Великой теоремы Ферма, взялись , кроме
серьезных математиков, также целые полчища дилетантов...» 45. Поста­
вленная в середине прошлого века, проблема четырех красок продер­
жалась более ста лет, причем и после появления работы Аппеля и Ха-
кена многие математики отказывались признать, что задача о четырех
красках действительно решена. Причина возникших разногласий связа­
на с существенным использованием ЭВМ в процессе решения.
Идея применить компьютеры при решении проблемы четырех красок
обсуждалась еще в шестидесятых годах. Предложенные методы доказа­
тельства не могли быть реализованы без современных быстродействую­
щих ЭВМ, так как требовалось произвести большое количество вычисле­
ний. Хотя, как пишут Аппель и Хакен, «мы верим, что наши доводы ло­
гически очень просты и что все сложности имеют комбинаторную
природу» 3, объем работы исключал возможность осуществить все расче­
ты вручную 6.
Особенности решения, предложенного Аппелем и Хакеном, выводят
его за пределы традиционных представлений о математических до каза­
тельствах, даже если принять во внимание уже упоминавшиеся разли­
чия в подходах к понятию доказательства в философии математики.
Сказанное относится к такой важной х арактеристике доказательства,
как проверяемость. Невозможность ручной (или мысленной) проверки
хода решения порождает серьезные сомнения в том, что оно может быть
отнесено к категории математического доказательства. По-видимому,
именно поэтому некоторые математики предпочитают говорить не о ре­
шении проблемы, а об обосновании гипотезы четырех красок с помощью
ЭВМ7. Такая терминология выглядит необычно применительно к мате­
матическим гипотезам.
Сложившаяся ситуация требует для адекватного описания введения
новых понятий. В качестве объектов анализа мы будем рассматривать
2 См. Appel К., Н a k е n W. Every Planar Map is Four Colorable. «Bull, of the
AMS», 1976, v. 82, N 5, p. 711 —712.
3 Точную постан овку зада чи см., например, в кн.: Зыков А. А. Теор ия конеч­
ных графов. Но восибирск, 1969, § 48.
4Там же,с.453.
5Арре1К.,
Н a k е n W. Every Planar Map is Four Colorable. Pt. 1. «111.
J. Math.», 1977, v. 21, N 3, p. 486 -487 .
6 Программы вычислений в цел ях больш ей эффективности были написа ны на
ассемблере и выполнялись щ трех ЭВМ. Подробнее см. Appel К., Нakеn W. and
Koch J. Ev e ry Planar Map i s Four Colorable, Pt. 2, p! 491—567.
7 См., например , Рингель Г. Те орема о рас кра ске карт. М., 1977, с. 12.
30

математические утверждения и процедуры, разрешающие эти утвержде­
ния в смысле установления их истинности или ложности, исходя из
предположения об истинности посылок процедуры. Частным случаем
процедур являются доказательства или выводы.
Назовем процедуру установления истинности или ложности матема­
тического утверждения обозримой, если существует пр актическая
возможность проверки правильности этой процедуры человеком. В про­
тивном случае процедура будет необозримой.
Требование, чтобы процедура могла быть проверена человеком, озна­
чает такую последовательность действий и мыслительных актов, которая
базируется на индивидуальных физических и психических возможностях
человека, что обеспечивает охват решения и его детальное понимание в
рамках индивидуального сознания. Требование практической осуществи­
мости проверки, по всей видимости, не нуждается в особых уточнениях,
особенно если иметь в виду его размытый характер, не позволяющий
установить четко обозначенных границ.
Необозримая дроцедура, реализуемая в существенной части на ЭВМ,
либо допускает, либо не допускает редукцию к обозримому доказатель­
ству имеющимися в распоряжении математиков методами. В первом
случае применение ЭВМ можно устранить, поэтому проблема соотноше­
ния машинных и обычных математических доказательств по-настоящему
обретает остроту только во втором случае, когда нетривиальная теорема
доказывается с использованием компьютера и неизвестны способы ее до­
казательства без него (что вовсе не исключает появления таких способов
в будущем). По мнению некоторых ученых, здесь мы имеем дело с си­
туацией, типичной для экспериментальных наук.
Математическое доказательство
и ли математический эксперимент?
Заслуживает внимания аргументация в пользу данной точки зрения
известного математика и программиста X. П. Ф. Суиннертона-Дайера.
«Если теорема была доказана с помощью компьютера, то невозможно
изложить ее доказательство таким образом, чтобы оно удовлетворяло
обычному требованию —позволить достаточно терпеливому читателю
проработать доказательство и проверить его правильность»,—пишет
Суиннертон-Дайер и продолжает: «Более того, каждый современный
компьютер имеет скрытые дефекты в программном обеспечении и
электронике,—так редко приводящие к ошибкам, что они остаются
незамеченными годами,—и
каждый компьютер подвержен случайным
сбоям. Как ни редки такие ошибки, но некоторые из них могли случить­
ся в ходе вычислений, о которых сообщается в данной статье» 8. Имеется
ли возможность проверки подученных подобным образом результатов?
Единственный способ сделать это, по мнению Суиннертона-Дайера, —
осуществить независимую проверку, в ходе которой другим програм­
мистом должна быть написана новая программа для другой машины, ре­
шающая ту же самую задачу. Отсюда делается вывод о том, что метод
доказательства теорем с использованием компьютеров явл яется фактиче­
ски экспериментальным и обязан удовлетворять стандартным требовани­
ям, предъявляемым к постановке эксперимента, в частности, обеспечи­
вать его воспроизводимость 9.
По-видимому, не приходится сомневаться в экспериментальной приро­
де исследований, которые имеет в виду Суиннертон-Дайер. Необычность
создает, однако, то обстоятельство, что в роди экспериментальной уста­
новки оказывается ЭВМ, а результатом экспериментального подтвержде-
8
Swinпегtоn-DуегН.Р.F.OntheProduct ofThreeHomogeneous Linear
Forms.^ «Аeta Arithmetica», 1971, v. 18, p. 373,
0 (X ibidem, p,373—374 ,
-31

ния явл яется математическая теорема. В связи с методом матёма'тзгче-
ского эксперимента говорят о новом направлении математической дея­
тельности, сближающем математику с экспериментальным естествознани­
ем, о «размывании гр аниц математики» и т. п .10.
Ответ на вопрос о том, приобретает ли математика черты, свойствен­
ные экспериментальным наукам, в значительной мере зависит от пози­
ции научного сообщества, отнюдь не являющейся в данном случае фик­
сированной и определенной. Действительный процесс развития методов
математического эксперимента находится фактически на начальном от­
резке пути, и последствия его воздействия на статус математики как
науки однозначно не предсказуемы. Этот вопрос вообще выходит за гра­
ницы математики, поскольку ответ на него во многом определяется куль ­
турно-терминологическими соображениями. Совершенно прав В. М. Глуш­
ков, у к азы в ая па невозможность «единственно правильного» ответа: «По­
пытка дать такой ответ неизбежно приводит к порочному кругу: любой
ответ должен базироваться на предварительном определении предмета и
метода математики, а пытаясь дать такое определение, мы в явной или
неявной форме должны предварительно решить вопрос о включении тех
или иных предметов или методов в сферу действия математики» 11.
Другое дело —вопрос о типе знания, которое мы получаем, применяя
стандартные математические методы, или имеем на выходе математиче­
ского эксперимента. По форме, безусловно, в обоих случаях мы получа­
ем математические утверждения. Но не разделяет ли качественный барь­
ер теоремы, доказанные человеком, и теоремы, полученные в результате
машинного эксперимента, особенно если нет иного способа убедиться в
истинности последних, кроме повторения эксперимента?
Все рассматриваемые проблемы теряют остроту или вообще снима­
ются, если основываться на эмпирической концепции математического
знания, что лишний раз свидетельствует о методологической слабости
эмпиризма, его неспособности учесть новые тенденции развития науки.
«Эмпирический взгляд на математическое познание,—констатирует
Г. И. Рузавин,—всегда вызывал критику со стороны математиков и в
настоящее время расценивается как признак научной отсталости» 12.
Подробный критический разбор концепций эмпиризма и неоэмпиризма в
философии математики, осуществленный в ряде работ, позволяет нам со­
средоточиться непосредственно на обсуждении последствий компьютери­
зации математических исследований13. Ограничимся лишь одним заме­
чанием. Особый статус математических истин не означает, что они не
имеют отношения к опыту. Неопозитивистский тезис об априорности ма­
тематического знания, безусловно, несостоятелен. Но не следует впадать
в противоположную крайность и забывать о длительном процессе вос­
хождения к абстракциям все более высокого уровня, сопровождавшемся
появлением качественно новых типов знания.
Коль скоро нет абсолютно непреодолимой пропасти между опытными
и математическими истинами, ответ на вопрос о качественном разделе­
нии обычных и машинных теорем не вытекает автоматически из отри­
цания доктрины эмпиризма. Что преобладает в математическом экспери­
менте —математическая доказательность или эмпирическое подтвержде­
ние? По мнению В. М. Глушкова, математический эксперимент есть
10Армеиский Е. В
., Винокуров В. А
., Дыш левый П. С
. Взаимодей­
ствие математики и технол огии ч ерез ЭВМ в у сл ови ях НТР. — «Вопросы философии»,
1983,NoИ,с.52-53.
11 Глушков В. М. Математизация научного знания и теория решений.— «Во­
просы философии», 1978, No 1, с. 30.
12 Рузавин Г. И. Фило соф ские пробл емы о сно ваний матема тики. М., 1983,
с. 41.
13См., например,Рузавин Г.И.Указ, соч.; БеляевЕ.А., ПерминовВ.Я.
Философские и ме тодол огич еские проблемы математики.
1981; Чудинов Э. М*
Природа нау чн ой истины. М.} 1977.
32

принципиально новый метод научного познания, «занимающий проме­
жуточное место между классическим дедуктивным и классическим экспе­
риментальным методом исследования» 14. Обсуждение особенностей ма­
тематического эксперимента в цитируемой статье ведется в более широ­
ком контексте проблем математического моделирования объектов науки,
изучепия свойств полученных моделей на ЭВМ и, таким образом, выхо­
дит за рамки задач данной работы.
Вместе с тем идея о «промежуточном месте» математического экспе­
римента не позволяет пройти мимо очевидной возможности отнести ма­
шинные теоремы к области особого знания, отличного к ак от эмпириче­
ских, так и от математических истин. Здесь уместно вспомнить о
критериях разделения эмпирического и математического —допускают ли
принятые определения существование особой области между первой и
второй разновидностями знания, или ее постулирование ведет к проти­
воречию?
Мы придерживаемся точки зрения, соответствующей традиционным
представлениям. Пусть дана система математических объектов и сформу­
лирован специальный язык описания объектов системы и отношений
между ними, правила которого достаточно строги, чтобы избежать недо­
разумений, связанных с двусмысленностью выражений. Если эта систе­
ма сложная, то утверждения на указанном языке о входящих в нее объ­
ектах и о действующих в ней закономерностях распадаются на два
класса. В первый попадут все утверждения, которые опираются на отно­
сительно полную информацию о всей системе или ее части, фрагменте.
Во второй —утверждения, основанные на неполной совокупности сведе­
ний о системе или ее частях.
Что имеется в виду под относительно полной или неполной информа­
цией о математической системе, станет ясно из следующих примеров.
Предположим, поставлен вопрос о том, обладает ли каждый объект си­
стемы определенным свойством. Ясно, что ответ на такой вопрос пред­
полагает знание, касающееся каждого объекта, хотя бы их было сколь
угодно много. Утверждение о существовании объекта с определенным
свойством также говорит нам нечто о всей системе. Действительно, если
известно только то, что искомый объект существует, то, удалив из си­
стемы один-едипственный элемент, мы уже не можем быть уверены в
истинности утверждения о существовании.
Примером утверждения, сделанного на основе неполной информации
о математической системе, может служить высказывание «Теория мно­
жеств Цермело-Френкеля непротиворечива»,
которое, как заметил
П. Дж. Коэн, «существенным образом представляет собой предмет
веры» 15, хотя эта вера и подкреплена колоссальным практическим опы­
том успешного использования данной теории.
Процедура, посредством которой устанавливается принадлежность
утверждения к первой или второй совокупности, является соответственно
либо математическим доказательством, либо эмпирическим подтвержде­
нием. Таким образом, места для промежуточного типа знания не на­
шлось. Из сказанного, естественно, не вытекает, что нет никаких других
типов человеческого знания, кроме математического и эмпирического.
Речь идет только о том, что на языке математики о математических
структурах можно высказать либо эмпирическое, либо доказанное ут­
верждение (третьего не дано), причем одно и то же утверждение способ­
но воплощать в себе как эмпирическое, так и математическое знание в
зависимости от того, какое именно обоснование произнесенного или напи­
санного высказывания подразумевается или предъявляется.
Следует ли из факта применения ЭВМ на определенном этапе про-*13
14 Глушков В. М. У каз, соч., с. 29.
13 Коэн IL Дж. Теория множеств и континуум-гипотеза . М., 1969, с. 102.

цедуры обоснования математической теоремы вывод об эмпирическом
характере полученного в результате знания и тем самым заключение о
том, что теорема, полученная таким образом, не может считаться дока­
занной?
Развернутая критика идеи доказательства теорем с использованием
компьютера дается в письме известного специалиста по конструктивному
направлению в математике Н. М. Нагорного, опубликованном в цитируе­
мой ниже книге. Непосредственным поводом для критики послужил
именно результат Аппеля и Хакена. Н. М. Нагорный пишет: «...есть
серьезные возражения против того, чтобы считать работу К. Аппеля и
В. Хакена решением проблемы четырех красок. Отношение к ней очень
зависит от того, что мы согласимся рассматривать в качестве доказатель­
ства в математике» 16. Отмечается, что традиционной формой представ­
ления доказательства является текст, который должен обеспечивать воз­
можность поиска в нем ошибок, а также последующих исправлений и
добавлений. «Аппель и Хакен,—продолжает Н. М. Нагорный,—предла­
гают считать элементом доказательства некоторый физический процесс —
процесс вычислений на ЭВМ, протекший и исчезнувший бесследно. Д аже
если доказать, что их программы были составлены правильно, все равно
нельзя быть уверенным, что правильно работала машина и, в частности,
то устройство, которое напечатало заключительный ответ. А вдруг маши­
на дала «сбой»?» 17. Из-за невозможности проверить результаты данного
конкретного процесса вычислений мы вынуждены поверить авторам на
слово, хотя речь идет о решении знаменитой математической проблемы.
«Мне кажется,—пишет далее Н. М. Нагорный,—что
протекший и
никак не зафиксированный процесс в ЭВМ так же мало годится быть
элементом доказательства, как и процессы, протекающие в синхрофазо­
тронах, паровозах или, например, в утюгах. То, что ЭВМ является ма­
шиной, используемой математиками, не меняет сути дела» 18. Смену со­
стояний ЭВМ человек не может контролировать с помощью своих орга­
нов чувств. Эту задачу, по мнению цитируемого автора, могла бы
выполнить только какая-либо другая машина, которая, в свою очередь,
нуждалась бы в третьей проверяющей ЭВМ и т. д . — мы
имеем, таким
образом, регресс в бесконечность. «Следует, может быть, добавить,—
заключает Н. М. Нагорный,—что
повторный счет может только по­
высить нашу уверенность, но в принципиальном отношении он не дает
ничего нового. Кроме того, со временем ЭВМ, на которых производились
вычисления, отомрут, и тогда это «доказательство» нельзя даже будет
воспроизвести, так что оно перестанет, быть может, удовлетворять про­
стому критерию научности» 19.
Понимание доказательств и ошибки
в доказательствах
В основе приведенных рассуждений (как и в доводах Суиннертона —
Дайера) лежит, по-видимому, противопоставление деятельности челове­
ка, обладающего способностью понимания процедуры решения математи­
ческой проблемы, и функционирования быстродействующего вычисли­
тельного устройства, наделенного упомянутой способностью не в большей
мере, чем другие созданные человеком приборы и машины. Человече­
ская способность понимания математических доказательств не сводится
к хорошей пам яти и умению безошибочно выполнять элементарные опе­
рации. Об этом достаточно убедительно писал, например, Анри Пуанка^
16 Кудрявцев Л. Д. Современная ма те матика и е е пренодаваыпе. М., 1985,
с.103.‘ "
.......................................... -
-
.
.
.
.
17Там же.
48Там же.
19 Там же, с. 104.
&

ре, признаваясь, что он «неспособен сделать без ошибки сложение»,
причем данное обстоятельство не препятствовало безошибочному ПрОВе-
20
дению сложных математических доказательств .
Наличие различных критериев доказуемости никак не отразилось на
самой возможности понимания математических рассуждений. Хотя дока­
зательство, предложенное представителем одного направления философии
математики, может не принять сторонник другого, спорящие стороны
всегда могут явищм образом указать именно тот шаг в доказательстве,
который вызвал разногласие. «Возможно, — пишет Ю. И. Маиин, —для
психолога или философа науки наиболее интересно то, что любой мате­
матик может понять точку зрения другого (хотя и не обязан с ней со­
глашаться) » 2021. Независимость адекватного понимания математических
доказательств от индивидуального сознания, интерсубъективность мате-
хматических рассуждений, зафиксированных в виде текста,—такова важ ­
ная отличительная черта математического знания в его традиционном
понимании.
Нельзя сбрасывать со счетов и вопрос о персональной и профессио­
нальной ответственности человека за результаты своей деятельности.
Средства социального и личностного контроля в немалой степени способ­
ствуют совершенствованию математических доказательств, большей эф­
фективности и надежности предлагаемых решений. Санкции за промахи
и ошибки могут быть довольно суровыми. Приведем следующее приме­
чательное свидетельство. «Одна из самых знаменитых гипотез в матема­
тике, впервые высказанная
в 1916 г., доказана американцем, предыду­
щие исследования которого долго игнорировались математиками-соотече-
ственниками» 2\ Доказательство принадлежало Луи де Бранжу,
«который,—по словам многих коллег,— значительно подорвал доверие к
своим результатам 30 лет назад, опубликовав одно ошибочное доказа­
тельство» 23.
Де Бранжу удалось «взять реванш» за неудачу, но не всегда подоб­
ные истории заканчиваются благополучно. К драматическим последст­
виям для выдающегося немецкого логика Г. Фреге привело обнаружение
Б. Расселом в его системе (потребовавшей от Фреге многих лет упорно­
го труда) противоречия, устранить которое Фреге не удалось. В резуль­
тате, прожив еще более двух десятков лет, Фреге «не опубликовал ни
одной значительной работы по логике» 24.
Бесспорный факт наличия ошибочных математических доказательств
со всей определенностью демонстрирует различие между теоретическим
идеалом математического знания и практикой реальных рассуждений. Не
следует преувеличивать значение данного расхождения, поскольку лишь
очень редкие имеющиеся доказательства содержат существенные ошибки.
Вместе с тем существование ошибочных доказательств, успешно прошед­
ших сквозь фильтры понимания, порождает сомнения в справедливости
тезиса о безусловном превосходстве «понимающих» процедур над машин­
ными. Конечно, коль скоро ошибка обнаружена, всегда можно сказать,
что предшествующее пош ш ание было неполным и основывалось на доб­
росовестном заблуждении. Однако такой вывод осуществим лишь зад­
ним числом. В действительности массив математических доказательств,
признанных научным сообществом полноправными составляющими мате­
матического знания, в каждый данный момент времени содержит неуст­
ранимую часть, составленную из неправильных выводов, в которой опро­
вергнутые доказательства, подобно головам Лернейской гидры, замеща­
ются новыми ошибочными рассужденияхми.
20 См. Пуанкаре Л. О науке. М., 1983, с. 311.
21 М а пи н 10. И. Доказуемое и недоказуемое. М., 1979, с. 74.
22 «В мире науки», 1985, No 1, с. 23.
23Там же,с.13.
К а р р и X. Ос нования мате мати ческой логики. М., 1969, с. 32.

Еще в 1880 г. англичанин Кемпе опубликовал работу, в которой при­
водилось доказательство гипотезы четырех красок. Лишь десять; лет
спустя Хивуд обнаружил пробел в доводах Кемпе и доказал, что любую
карту на сфере можно р аскрасить в пять цветов. «Тот факт, что р ассу ж­
дения Кемпе не оспаривались в течение десяти лет,— пишет Г. Рин-
гель,—убедительное свидетельство, что математики тех дней были не
более склонны читать статьи друг друга, чем сегодня» 25. Количество
примеров остроумных замечаний по поводу распространенности ошибок в
математических работах, призванных служить цитаделью строгости, мож­
но было бы без труда умножить.
Не претендуя на исчерпывающую классификацию всевозможных ма­
тематических ошибок, будем различать ошибки-опечатки, ошибки-недо­
смотры и ошибки в доказательствах. Уже первая разновидность оши­
бок —далеко не безобидная вещь, особенно если число их велико, а ут­
верждения, в которых они имеют место, не отличаются очевидностью.
Источником возможных ошибок может служить неоправданная крат­
кость рассуждений, когда вместо полного доказательства предъявляется,
по существу, его набросок. «Мой план, — писа л выдающийся польский
математик А. Мостовский,— состоял в том, чтобы дать насколько воз­
можно более полные доказательства... Я хотел избежать стиля, принято­
го во многих публикациях по основаниям математики, где доказательст­
ва лишь намечаются, и автор фактически просто уверяет читателя, что
все пробелы могут быть восполнены ценой тяжелых выкладок» 26. Одна­
ко идеал строгости вновь остался недостигнутым. По иронии судьбы,
в оригинале, с которого был сделан перевод на русский язык, одна из
семи аксиомных схем оказалась пропущенной в результате недосмотра.
Между тем, как замечают редакторы перевода, она не следует из шести
•оставшихся 27.
Следующий пример касается ошибки в доказательстве. В 1930 г*
Ж. Эрбран доказал утверждение, на котором основываются наиболее
распространенные машинные алгоритмы поиска доказательств теорем
математической логики. Только в 1963 г. в его рассуждениях была обна­
ружена трудноустранимая ошибка, потребовавшая особой тщательности
в проведении повторного доказательства 28.
Необходимо обратить внимание на отсутствие методов, позволяющих
эффективно отделить любые неправильные доказательства (содержащие
ошибки по крайней мере одного из перечисленных видов) от доказа­
тельств, безупречных с точки зрения самой строгой критики. В самом
деле, если осуществлена детальная и неоднократная проверка сложного
математического рассуждения, в результате которой проверяющие могли
бы сказать, что они поняли доказательство и убеждены в правильности
каждого шага вывода, то это еще не является абсолютной гарантией от
просмотров возможных ошибок. Степень субъективной уверенности в
адекватности некоторого утверждения не может служить критерием его
принадлежности к тому или иному типу знания.
Чем же отличается описанная ситуация от положения дел в экспери­
ментальных науках? Тем, что правильные доказательства существуют
и, вне всяких сомнений, составляют значительную часть совокупности
имеющихся математических рассуждений (особенно если не рассматри­
вать как неправильные доказательства с от пбками-опечатками). Но мы
не можем в каждом конкретном случае с абсолютной надежностью уста­
новить факт правильности доказательства даже при условии всесторонне-
25 Рингель Г. Указ, соч., с. 12.
26 Мостовский А. Конструктивны е мн ож ества и и х прил ож ения. М., 1973,
с. 8.
27См.там же,с.12.
28 См. Минц Г. Е. Теорема Эрбрана. В кн.: «Ма тема тическая теор ия логическо­
го вывода». М., 1967.
36

ш понимания, поскольку интерсубъективная природа понимания мате­
матических выводов, во-первых, сама подвержена изменениям с ростом
математического знания, а во-вторых, никогда не реализуется в «чистом»
виде, помимо индивидуальных механизмов психической деятельности.
Другими словами, человеческое понимание доказательств в исторической
перспективе обнаруживает способность ко все большему углублению,
позволяющему учитывать неизвестные прежде тонкие моменты рассужде­
ний, что находит выражение, например, в критике некоторых имевшихся
доказательств с высоты достигнутого нового уровня понимания. Кроме
того, понимание как индивидуальный психический процесс неизбежно
подвержено разного рода случайным «сбоям», вызванным , допустгш,
усталостью или неспособностью охватить все детали доказательства при
субъективной уверенности в противоположном. Неотделимость правиль­
ных доказательств от неправильных не должна истолковываться в то*м
смысле, что вообще нет доказательств, соответствующих требованиям
теоретического идеала, и что математическое знание имеет эмпириче­
ский характер. Д аже если в будущем возросший уровень понимания ма­
тематических структур позволит обнаружить противоречпя в существую­
щих дедуктивных системах, лежащих в основе математики, это не при­
ведет к катастрофическим последствиям, поскольку, по справедливому
замечанию Ю. И. Манина, математический мир «обладает некоторой ре­
альностью и внутренней жизнью, мало зависящей от формализмов, при­
званных его описывать» 29.
ЭВМ и рост математического знан ия
Покажем теперь, что в некоторых случаях реализация необозримых
процедур на ЭВМ способна обеспечивать прирост математического зн а ­
ния. Нам кажется, что существует принципиальная разница между ма­
шинными преобразованиями информации в соответствии с программами,
правильность которых не доказана, и вычислениями по доказуемо пра­
вильным пр огр ам м ам30. Конечно, доказательство правильности исполь­
зуемых программ может содержать ошибки, однако если доказательство
правильно и в памяти компьютера размещены именно эти программы, их
ошибочное выполнение становится возможным только в результате ма­
шинного сбоя. Следующий момент существен. Заменяя в р ассматривае­
мой ситуации реальный компьютер идеальным вычислительным устрой­
ством (по определению не делающим ошибок!), мы приходим к выводу о
том, что если результатом работы компьютера явл яется доказательство
математического утверждения, то это утверждение должно быть отнесе­
но к совокупности полноценных теорем математики.
Аналогичная замена реальной экспериментальной установки ее иде­
альным вариантом означает переход от не вполне надежного эмпириче­
ского знания к такому эмпирическому знанию (фиксируемому, кстати
говоря, в обоих случаях одним и тем же высказыванием), которое не об­
ладает «недостатками» прототипа. Если бы мы эмпирически обосновыва­
ли истинность последней теоремы Ферма неудачей поиска контрпримера
в ограниченной области натуральных чисел (такой поиск на самом деле
проводился с использованием ЭВМ), то отличие реального эксперимента
от идеального состояло бы лишь в том, что в действительности контр­
пример мог существовать в проверяемой области, но оказаться пропу­
щенным, в то время как в идеальном эксперименте такой пропуск был
бы невозможен, хотя от этого обоснование не перестало бы быть эмпи­
рическим.
29Там же, с. 108.
30 О доказательствах правильности программ дл я ЭВМ см., на пример, Лидер-
сон Р. Доказател ьство правильно сти программ. М., 1982; Грис Д. Н аука програм­
мирования. М., 19 84
37

Показанная замена является своего рода «лакмусовой бумажкой»,
помогающей определить тип знания, исходя из предположения о его ин­
вариантности в условиях подобной проверки. Однако можно ли относить
машинные доказательства к идеалу математического знания, зная о по­
тенциальных ошибках в реальных вычислениях и невозможности их
непосредственного выявления человеком? Выше у же было показано, что
проблема эффективной отделимости всех правильных доказательств от
неправильных практически неразрешима, и участие человека в проверке
доказательств здесь ничего не меняет. Поэтому потенциальная возмож­
ность ошибок в компьютерных выводах сама по себе не создает непре­
одолимого препятствия, исключающего принадлежность обычных н ма­
шинных теорем к одному и тому же типу знания.
Конечно, каждый конкретно реализованный необозримый процесс вы­
числений может быть ошибочным. Повторный счет такж е не дает абсо­
лютных гарантий правильности. Однако такова же ситуация и при про­
верке людьми конкретных сложных математических рассуждений. Кроме
того, коль скоро ошибка при выполнении программы, правильность кото­
рой доказана, существует, рано или поздно она будет обнаружена. В про­
тивном случае приходится предположить, что многие компьютеры втай­
не от человека систематически совершают ошибки и не в состоянии без
них завершить ни один длительный процесс счета, что вряд ли соответ­
ствует действительному положению вещей. Напротив, прогресс в повы­
шении надежности ЭВМ и удешевлении машинного времени позволяет
надеяться, что посредством увеличения количества и улучшения качест­
ва автоматических проверок необозримых процедур удастся достичь бо­
лее высоких результатов, чем при ручной проверке обозримых доказа­
тельств.
Отметим еще одно обстоятельство. Доказательство правильности про­
граммы может проводиться машиной при участии человека. Необходи­
мость применения ЭВМ на этапе верификации программ вызвана слож­
ностью и трудоемкостью процесса доказательства их правильности. «Если
бы можно было формализовать доказательство правильности и проводить
его абсолютно надежным образом (автоматически доказывающим устрой­
ством),—пишет Р. Андерсон,—то ему можно было бы полностью дове­
рять. В будущем это, возможно, о кажется реальным, но не сейчас» 3132.
Как видим, надежность проверки правильности программ автор связыва­
ет с использованием ЭВМ (кстати говоря, надежды полностью формали­
зовать доказательства правильности любых программ несбыточны из-за
теоретических ограничений) 3\ Но программа по доказательству пра­
вильности программ, в свою очередь, нуждается в доказательстве пр а­
вильности. По-видимому, в конечном итоге правильность верифицирую­
щей программы должна быть доказана человеком.
Если правильность программ, с помощью которых было получено ма­
тематическое утверждение, не доказана, то мысленная замена реального
компьютера на идеальный автомат позволит лишь освободиться от оши­
бок вследствие возможных машинных сбоев, но не избавит от неуверен­
ности в том, что программы доказывают именно то утверждение, о кото­
ром идет речь (фактически в устранении таких сомнений и состоит резуль­
тат доказательства правильности программ). Вместе с тем какие-нибудь
разумные доводы, подтверждающие правильность используемых про­
грамм, обычно приводятся или подразумеваются и при отсутствии дока­
зательства правильности. В этом случае утверждение о правильности
программ имеет эмпирический характер. В практике программирования
распространен, например, прием тестирования программ, когда вывод о
31АндерсонР.Указ.соч„с,26.
32 См. Крайзель Г. Некоторые при л ож е ни я те ор ии д оказател ьс тв к поиску
программ д ля ЭВМ. В кн.: «Ис сл едо вания по те ор ии доказа тел ьств». М., 193-1.
38

правильности делается на основе успешных испытаний работы програм­
мы при некоторых (не всех) значениях входных данных.
Таким образом, граница между математическим и эмпирическим зна­
нием проходит не по линии разделения обычных и машинных доказа­
тельств. В зависимости от способов использования компьютеров при по­
лучении математических теорем последние либо попадают в совокупность
эмпирически подтвержденных истин, либо становятся доказанными
утверждениями, даже если имеющиеся доказательства относятся к числу
необозримых процедур.
Остается еще вопрос о месте нахождения теорем, доказанных с по­
мощью компьютеров, в иерархии математических истин, упорядоченных
но степени обоснованности. Следует признать, что метод доказательства
утверждений на ЭВМ, опирающийся на доказательство правильности
программ, вряд ли в общем случае может претендовать на высокое по­
ложение в упомянутой иерархии. В процессе применения метода одна
часть работы должна быть выполнена человеком (например, составление
программ доказательства утверждения, доказательство их правильности,
ввод соответствующих команд в машину с терминала, доказательство
вспомогательных лемм и т. п .), другая —связана с выполнением про­
грамм компьютером. В любой из этих частей могут быть допущены
неявные ошибки, способные свести на нет результаты всех усилий. По-
видимому, суммарная вероятность ошибок, как и трудность их обнаруже­
ния, в целом будет выше, чем в обычных доказательствах. Не способст­
вует улучшению положения и отсутствие представления доказательства
в виде текста, на которое указывал Н. М. Нагорный, что увеличивает
сложности проверки правильности машинных процедур.
На наш взгляд, существует возможность приблизить ранг обоснован­
ности теорем, доказанных компьютером, к максимально достижимому
уровню математической строгости. Допустим, что необозримое доказа­
тельство реализовано компьютером как вывод искомой теоремы в опреде­
ленной формальной дедуктивной системе, который полностью зафиксиро­
ван запоминающим устройством. В этом случае удается радикальным об­
разом избавиться от имеющихся .трудностей обоснования использования
машин в качестве инструмента получения доказательств.
Основное преимущество дедуктивных систем заключается в сущест­
вовании алгоритмов, позволяющих однозначно определять правильность
формальных выводов. Такая проверка не требует понимания смысла пре­
образований и вполне доступна машине. Метод применения ЭВМ, осно­
вывающийся на формальных доказательствах, которые представлены в
виде текстов на бумаге или хранятся на безбумажных носителях инфор­
мации, обеспечивает независимость полученных с его помощью резуль­
татов от конкретной ЭВМ и проверяющих программ. Д ля любой другой
машины, обладающей необходимыми техническими характеристиками,
даже если ее функционирование осуществляется на иных физических
принципах, может быть без особых затруднений написана новая про­
грамма проверки правильности этих доказательств. Таким образом, про­
цедура проверки оказывается в итоге не связанной с конкретными физи­
ческими процессами, протекающими в компьютере и недоступными не­
посредственному контролю. Проверка оказывается неограниченной не
только в пространстве (имеется в виду ее осуществимость на любом под­
ходящем компьютере), но и во времени: если сохранность носителя ин­
формации обеспечена, результаты могут быть проверены на ЭВМ буду­
щего.
Наличие доказательства (записанного, например, на магнитных дис­
к ах ), возможность создания его копий и проведения многочисленных не­
зависимых повторных проверок правильности дает, как нам кажется,
право говорить о своеобразном аналоге феномена интерсубъективности
применительно к знанию, вырабатываемому компьютерами. Объектом
39

критики в описываемой ситуации выступает совершенно определенное
доказательство, но функции критикующего субъекта берут на себн^ вьь*
числительные машины.
Насколько, однако, мы можем доверять компьютерам? Отметим, что
длинные формальные выводы вызывают у людей значительные трудности
при их проверке (если вообще проверка физически возможна). Так что
на помощь человека рассчитывать не приходится. С другой стороны,
компьютеры как нельзя лучше приспособлены для проведения подобных
операций. Более того, машинная проверка формальных доказательств
существенно надежней, чем процедура выполнения правильных про­
грамм. Даже если правильность программ доказательства теоремы дока­
зана, область возможных ошибок при их выполнении неопределенно
широка.
Более подробное изложение рассматриваемых проблем выходит за
рамки настоящей статьи. Мы оставляем в стороне ряд вопросов специ­
ально-методологического характера, связанных с трудностями практиче­
ской осуществимости необозримых доказательств, выбором подходящей
дедуктивной формальной системы, машинным поиском выводов и т. д.33
.
В заключение остановимся на различии в механизме понимания не­
обозримых и обозримых математических доказательств. Несмотря на то,
что степень обоснованности первых в принципе может быть выше обос­
нованности вторых, детальное понимание в первом случае вообще невоз­
можно. Хотя детальное понимание вывода утверждения при установле­
нии его принадлежности к математическому знанию не необходимо
(подобно тому, как не необходимо знание всех траекторий молекул для
описания поведения вещества), перевод необозримых доказательств в
обозримую форму желателен отнюдь не только по соображениям психо­
логического порядка 34. Такой перевод, если ему предшествовал длитель­
ный процесс неудачных поисков обозримого доказательства, означал бы
качественный скачок в углублении понимания существа решаемых мате­
матических проблем.
33 См., например, Смирнов В. А. Формальный вывод и л огические исчисле ния.
М., 1972; Ч е н ь Ч., Л и Р. Математическая логика и авто матиче ское доказател ьство
теорем. М., 1983.
34 Не пре кращ аютс я попытки найти обо зр имое реш е ние пробл емы че тырех кр а­
сок. См. Д о н е ц Г. А., Ш ор Н. 3. Алгебраический подход к проблеме раскраски
плоских графов. Киев, 1982.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
Отношения по расселению
(Методологические аспекты)
Н. А. АЙТОВ (Уфа)
Одной из важнейших задач исторического материализма является ис­
следование общественных отношений как целостности, как системы.
В. И. Ленин писал: «Чтобы действительно знать предмет, надо охватить,
изучить все его стороны, все связи и «опосредствования». Мы никогда
не достигнем этого полностью, но требование всесторонности предостере­
жет нас от ошибок и от омертвения» \ Между тем, как правило, при
анализе того или иного общества оно исследуется лишь с точки зрения
изучения его производственных, социально-классовых, национальных, по­
литических, семейно-бытовых, идеологических отношений. На наш взгляд,
такой анализ еще не полон, так как точное представление о данном об­
ществе можно получить, изучив не только указанны е выше виды обще­
ственных отношений, но и отношения по расселению.
$$
$
В советской литературе уже давно была высказана весьма интерес­
ная мысль о том, что все общественные отношения делятся на сущност­
ные и общностные 12. К сущностным относятся: производственные, поли­
тические, идеологические отношения, которые действуют в определенных
сферах жизни —экономике, надстройке и т. д. В общностные обществен­
ные отношения включаются социально-классовые, национальные, се­
мейно-бытовые, которые действуют во всех сферах жизни. Например,
основой основ классового деления общества — согласно ленинскому опре­
делению классов —являю тся производственные отношения, но классовое
деление проявляется и в политической, и в идеологической области,
и в сфере культуры и образования. Значит, социально-классовые отно ­
шения —это и экономические, и политические, и идеологические отно­
шения.
Но в то же время ни социально-классовые, ни национальные, ни се­
мейно-бытовые отношения нельзя свести к экономическим, политическим
и т. д. отношениям: это система взаимоотношений между социальными
общностями во всех сферах жизни, и здесь, как и в любой системе, це­
лое не сводится к сумме частей.
К числу общностных отношений, на наш взгляд, следует отнести и
отношения по расселению —систему отношений между региональными
1 Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 42, с. 290.
2См.СеменовВ.С.Капитализмиклассы. М., 1964,гл.I.
41

социальными общностями. Само существование общественных отношений
по расселению вызывается локализацией на определенной территории
общих для страны экономических, социально-классовых, национальных,
политических и других общественных отношений 3. Эта локализация со­
здает у населения каждого региона и поселения определенные специфи­
ческие местные интересы, не совпадающие в полной мере с интересами
всей страны. Таким образом, носителем общественных отношений по рас­
селению является территориальная общность людей.
В данной статье мы попытаемся проанализировать не само расселе­
ние людей (это предмет географии и дем огр аф ии), а общественные отно­
ш ения между людьми по поводу расселения, отношения между террито­
риальными общностями и внутри них. Такой территориальной общ­
ностью может выступать регион (союзная республика, область, группа
областей) и отдельное поселение (город, деревня, городская агломера-
ция).
Вопросу об отношениях по расселению большое внимание уделяли ос­
новоположники марксизма-лёнйнйзма, но, теоретическое богатство их
мыслей по этому вопросу практически не обобщено.
Несмотря на то, что развитие любого региона и поселения в основном
определяется общими закономерностями формации и тенденциями соци­
ально-экономического развития данной страны в данное время, все же в
определенной мере регион и поселение обладают ы известной относи­
тельной самостоятельностью в развитии. На основе ее может существо­
вать неравенство в условиях жизни между регионами и поселениями.
В конечном итоге развитие отношений по расселению определяется сущ­
ностью данного общества — способом производства, но у этих отношений
есть и своя логика, и свои закономерности развития.
Отношения по расселению имеют место во всех известных нам об­
щественно-экономических формациях. Их не было разве только в перво­
бытном обществе, где о расселений можно говорить довольно условно —
в смысле территориальной ограниченности кочевок кровнородственных
объединений —рода или племени.
Не случайно Ф. Энгельс писал: «Старое общество, покоящееся на ро­
довых объединениях, взрывается в резуль тате столкновения новообразо-
вавшихся общественных классов; его место заступает новое общество,
организованное в государство, низшими звеньями которого являются
уже не родовые, а территориальные объединения...»4. Переход от
кровнородственной организации общества к территориальной — один из
важнейших признаков возникновения классов и государства. И это нали­
чие территориальной организации общества является основой существо­
вания общественных отношений по расселению.
Что же характеризует понятие «общественные отношения по расселе­
нию»?
Прежде всего это относительная независимость развития регионов и
поселений от развития страны. Конечно, в любом обществе —рабовла­
дельческом, феодальном, капиталистическом, социалистическом —дейст­
вуют свои общие закономерности, и развитие каждой данной страны име­
ет направленность, обусловленную господствующим способом производст­
ва. Но эти общие закономерности в каждом регионе и даже поселении
действуют в специфической форме.
Специфичность развития регионов обусловливается историческими,
экономическими и национальными особенностями. Вследствие этого тем­
пы экономического и социального развития регионов и поселений могут
быть различными. А на этой базе возникает и существует социально-
экономическое неравенство регионов. При капитализме (особенно на ста­
См. М е ж е в и ч М. Н. Социальное развити е .город. Л., 1979, с. 103.
4 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 26.
42

дии империализма) в силу действия открытого В, И. Лениным закона не­
равномерности развития империализма не только развитие страны, но и
развитие отдельных регионов внутри них происходит неравномерно. Н а­
ряду с бурно развивающимися регионами (например, в США —Кали­
форнии, расцветшей в последние десятилетия на основе бума военного
производства) существуют регионы и поселения, где производство сверг
тывается, население убывает, а отдельные поселения просто исчезают..
Известно, какое огромное неравенство существует мёжду собственно
Англией и Уэльсом, в Италии —между Севером и Югом, в Испании —
между автономными провинциями. Это неравенство настолько велико, что
оно дало основание американскому социологу Д. Харвею написать, что
«некоторые территории являются эксплуататорами, другие —эксплуати­
руемыми» 5. Разумеется, что не территории эксплуатируют друг друга,
а буржуазия одних регионов осуществляет различную (по степени) экс­
плуатацию трудящихся разных регионов.
При социализме, где действует закон социальной интеграции и посте­
пенно происходит становление социальной однородности общества и пол­
ного социального равенства людей, социальные и экономические разли­
чия регионов постепенно стираются. Так, в 30-х гг. кратность макси­
мального разрыва между районами СССР по производству валовой про­
дукции на душу населения достигала 38 раз, во второй половине 70-х гг.
она сократилась до 3,4 р аза6.
Процесс достижения полного социального равенства людей включает
в себя не только становление социальной однородности общества, но и
такие процессы, как постепенное отмирание в будущем различий в ма­
териальном положении людей, вызванных применением принципа «От
каждого по способностям, каждому —по труду», ликвидацию последних
остатков неравенства между нациями, а также между регионами. Следо­
вательно, развитие отношений по расселению прямо сказывается на до­
стижении определенной ступеньки полного социального равенства людей.
Конечно, относительная самостоятельность развития регионов прояв­
ляется не только в том, что они различаются по уровням развития.
Не менее важно и то, что одни и те же закономерности могут проявить­
ся в различной форме. Известно, что социалистическая собственность
в СССР существует в двух формах и соответственно этому имеется два
класса —рабочих и колхозников. Но среди сельского населения Казах­
стана колхозники составляют, по данным переписи 1979 г., всего лишь
12,8%, Эстонии —29,4%, Армении —25,9, зато в Туркмении (61,1%)
и Украине (53,2%) они преобладают. Резко различаются тенденции в
рождаемости и миграции между, с одной стороны, союзными республи­
ками Европейской части СССР, Грузии, Армении и республиками Сред­
ней Азии, Казахстана —с другой стороны. В результате этого первая
часть республик испытывает острый дефицит рабочей силы, вторая —ее
избыток. Видимо, можно даже говорить о проблеме общего и региональ­
но особенного в совершенствовании социализма.
Возьмем специфический регион страны — Нечерноземье. Историче­
ски получилось так, что там с X IX в. (особенно после, реформы 1861 г.)
население деревни весьма мало занималось сельским хозяйством. Здесь
были распространены отходничество и различные промыслы (В. Й. Ле­
нин в «Развитии капитализма в России» в первую очередь использовал
примеры из нечерноземных губерний). Видимо, это было следствием ма­
лоземелья и весьма плохого качества земли. Традиции отходничества и
ремесла в этой зоне сохранились и до сих пор, но теперь в виде повы­
шенной миграции из деревни в гор од7.
5Нагvеу D.SocialJusticeandtheCity.N.Y., 1973,p.38.
6 См. Кочерга А. И
., Мазараки А. А. Нар од нох озяйст венный компле кс и
социал ьные проблемы. М., 1981, с. 62.
7 См. сб. «Народное хозяйство СССР в 1984 г.». М., 1985, с. 14—16.
43

За 25 лет численность сельского населения Нечерноземья уменьши­
лась почти в два раза (незначительность снижения в Ленинградской об­
ласти, видимо, идет за счет большой маятниковой миграции в Ленин­
град), в СССР —на 11%, в РСФСР в целом —примерно на 30%. Меж­
ду тем именно в это время были сделаны многомиллиардные вложения в
экономическое и социальное развитие села Нечерноземья с целью удер­
жать там население. Но эти вложения не дали эффекта, так как не были
учтены исторические традиции этого региона.
На XXVII съезде КПСС отмечалось, что в Туркменской ССР за по­
следние 15 лет совершенно не выросла производительность труда. Нам
кажется, что, кроме вины руководящих органов республики, есть в этом
и вина центральных органов. С 1970 г. по 1985 г. численность населения
здесь выросла с 2159 тыс. до 3189 тыс. человек 8, т. е. более чем на один
миллион человек, а численность рабочих и служащих —с 478 до
793 тыс. чел., или на 315 тыс. ч е л .9 Основные производственные фонды
Туркмении в 1984 г. по отношению к 1975 г. составили 208% 1011. Как
будто бы рост хороший. Но если учесть, что на 3189 тыс. населения
Туркмении приходилось 13,9 млрд. руб. основных фондов, а на 2604 тыс.
жителей Латвии — 16 млрд, руб., то ясно, что при распределении капи­
тальных вложений были недостаточно учтены быстрые темпы прироста
населения и рабочей силы в Туркмении. В результате здесь рабочая
сила используется недостаточно, а. при ее избытке технический прогресс
неизбежно затормаживается.
Видимо, в силу национально-исторических различий даже пути реше­
ния одних и тех же проблем в регионах будут разными. Думается, что
в условиях Средней Азии с ее высокой рождаемостью и низкой мигра­
ционной подвижностью проблему города и деревни надо решать нетра­
диционным путем —путем все большего и большего внедрения промыш­
ленности в деревню для полного использования рабочей силы. На
XXVII съезде КПСС было сказано, что во многих случаях малые пред­
приятия оказываются эффективнее крупных и . В среднеазиатской дерев­
не вполне можно строить такие небольшие предприятия, а также филиа­
лы и цехи крупных предприятий. Разумеется, должна быть одновременно
организована на местах подготовка кадров в ГПТУ
Регионы резко различаются и по уровню урбанизации. В Туркмении
и в 1985 г. доля сельского населения была выше, чем городского, а в Эс­
тонии оно составляло лишь 437 тыс. из 1530 тыс. всего населения, или
около 28% населения12. Эти различия есть не только между союзны­
ми республиками, но и внутри них. В РСФСР доля сельского населения
колеблется от 47% в Краснодарском и Ставропольском краях до 12%
в Кемеровской области, на Украине —от 59% в Закарпатской, Черно­
вицкой и Винницкой областях до 10% в Донецкой, в Казахстане —от
78% в Алма-Атинской до 13% в Карагандинской области 13.
Ясно, что вследствие этого стратегия ускорения социально-экономиче ­
ского развития в разных регионах должна осуществляться с помощью
разной тактики.
Если в стране в среднем 33,3% всех семей являются социально-гете­
рогенными, то в Литве — 27, Молдавии —29, Эстонии —32% 14. А это
значит, что в республиках, вступивших в состав СССР на 20 лет позднее
8 См. «Народное хозяйство СССР в 1984 г.», с. 8.
9См.там же,с.411.
10См.там же,с.61.
11 См. «Материалы XXVII съезд а Коммунистич еской партии Советского Союза».
М., 1986, с. 37.
12 См. «Н ар одное хозяй ство СССР в 1984 г.», с. 8 —9.
13См. там же.
14 Наш расч ет по данным сб. «Числ енность и состав на се л ен ия СССР. По дан­
ным Всесоюзной переписи населения 1979 г.», М., 1984, с. 322, 338, 340, 352.
44

другах, еще не преодолена до конца былая отчужденность социальных
групп, особенно кастовость интеллигенции.
Наконец, относительная самостоятельность отношений по расселению
заключается и в том, что эти отношения весьма тесно связаны со своей
материальной базой —производственными предприятиями, производст­
венной и социальной инфраструктурами. Даже когда общественный строй
меняется коренным образом (например, при переходе к социализму),
м атериальная база отношений по расселению меняется гораздо медлен­
нее и оказывает на них обратное влияние. Поэтому изменения в отноше­
ниях по расселению происходят зачастую дольше, чем в целом в способе
производства, и эти отношения иногда не соответствуют господствующим
общественным отношениям 13.
^
£
*
Отношения по расселению в каждой общественно-экономической фор­
мации имеют специфические закономерности развития.
При рабовладельческом строе отношения по расселению характеризо­
вались антагонизмом региональных социальных общностей, когда они
выступали друг для друга как поле для гр абежа, как источник пополне­
ния рабов, когда существовало их резкое экономическое и социальное не­
равенство и даже зависимость одного региона от другого (например, за ­
висимость древнегреческих колоний от своих метрополий). Феодальное
общество характеризовалось узостью связей между регионами и поселе­
ниями, замкнутостью социальных и экономических процессов внутри тер­
риториальных общностей, противоположностью их интересов, порожден­
ной попытками феодалов усилить эксплуатацию за счет захватов чужих
территорий.
При капитализме замкнутость экономических и социальных процес­
сов внутри территорий практически исчезает, появляется национальный
и даже мировой рынок. Ареал жизнедеятельности людей расширяется,
кругозор их не ограничивается местными интересами. Буржуазия ломает
все средневековые перегородки между областями. В то же время проти­
востояние регионов, их неравномерное развитие усиливаются.
В условиях социализма складываются принципиально новые отноше­
ния по расселению. Исчезает антагонизм между регионами; за время
своего развития социализм в нашей стране существенно сократил разли­
чия в уровне экономического и социального развития регионов. Но опре­
деленные остатки этих различий еще сохранились. Их существование имеет
несколько причин. Самая главная заключается в том, что социализм за
короткий срок — менее чем в 70 лет — просто не успел полностью ликви­
дировать огромные региональные различия, накапливавшиеся в царской
России многими веками. До революции эти р азличия носили в основном
национальный характер: это различия между районами, заселенными
преимущественно русскими, и отсталыми национальными окраинами.
В результате осуществления ленинской национальной политики сложи­
лось положение, когда у нас более не существует отсталых националь­
ных окраин. Произошли огромные изменения в развитии всех союзных
и автономных республик, а также автономных областей и округов. Все
они стали индустриальными или аграрно-индустриальными. В результа­
те этого неравенство в уровнях развития отдельных территорий потеряло
национальный характер. Различия в этом отношении между областями
одной и той же союзной республики сейчас иногда значительно выше,
чем между союзными республиками. Однако и до сих пор основная часть15
15
Так, например , вся систе ма ди сперсн ого сельского ра ссел е ния до стала сь
нам от мел котоварной, мел кокре стьянс кой дер евни и сейчас дал еко не со от ветст вуе т
требованиям крупного совхо зного и кол хо зного производства . Но, ес тественно, боле е
всего это пр оявляется в преи мущественно «деревенских» р егионах.
45

промышленности СССР сосредоточена в европейской части страны. Меж­
ду тем, квалификация, культурно-технический уровень и заработная
плата работников в промышленности существенно выше, чем работников
сельского хозяйства.
Одной из причин неравенства регионов яв ляется общесоюзное разде­
ление труда. Ясно, что помидоры выгоднее выращивать в Молдавии, чем
в теплицах в Норильске. Следовательно* будучи экономически оправдан­
ным, разделение труда населения регионов вместе с тем приводит к тому,
что доля работников сельского хозяйства, в том числе и колхозников ,
в южных союзных республиках и областях РСФСР существенно выше,
чем в северных, центральных и восточных республиках и областях, Дан­
ную причину сохранения территориального социального неравенства пол­
ностью устранит только превращение сельскохозяйственного труда в ин­
дустриальный, стирание в целом существенных различий между городом
и деревней.
Одной из важных причин сохранения территориального неравенства
в СССР явл яется ведомственная система распределения средств на раз­
витие социальной инфраструктуры. Особенно этот факт сказывается на
степени развития социальной инфраструктуры различных регионов. Так,
в 1984 г. в среднем на одного горожанина в Эстонии приходилось
17,2 кв. м жилья, в Латвии — 16,2, Грузии — 15,4, в РСФСР —14,1,
Азербайджане — 13,5, Белоруссии —13,4, в К и р г и з и и 11,1, в Таджи­
кистане — 10,8 16. Товарооборот на душу населения в 1984 г. колебался
от 1681 р. в Эстонии и 1593 в Латвии до 679 р. в Азербайджане 17.
Дело в том, что при социализме реальный жизненный уровень (и если
взять шире —реальные условия жизни) зависит не только от высоты за­
работной платы, но и количества общественных фондов потребления,
приходящихся на одного жителя. В Политическом докладе XXVII съез­
ду КПСС было сказано, что эти фонды «отнюдь не фонды благотвори­
тельности. Они играют важную роль в обеспечений равного доступа чле­
нов общества к образованию и культуре, выравнивании условий для вос­
питания детей, облегчении жизни тех, кто по тем или иным
обстоятельствам нуждается в единовременной или постоянной помо­
щи» 1819. Следовательно, региональные различия в развитии общественных
фондов потребления —это различия между регионами в условиях вос­
производства рабочей силы и всестороннего развития личности. Человеку
важно не только то, что в целом в стране хорошо развито здравоохране­
ние, для него еще важнее, чтобы оно было достаточно развито именно в
том месте, где он живет.
Существование социальных различий в территориальном плане явля­
ется объективной основой для появления такого вредного явления, как
местничество, являющегося своеобразным выражением интересов данной
региональной общности.
В новой редакции Программы КПСС говорится: «Большое внимание
будет уделяться выравниванию условий труда и быта населения различ­
ных регионов страны» 1Э. Что же представляют собой социальные ра з­
личия между регионами? Они включают в себя, во-первых, р азличия в
условиях жизни20, которые складываются из трех основных ком­
понентов: 1) уровень жизни (величина дохода на одного жителя, качест­
во снабжения, обеспеченность жильем, детскими и медицинскими учреж­
дениями, школами, предприятиями бытового обслуживания и т. д .);
условия труда; экологические условия; 2) непосредственные условия для
всестороннего развития личности (возможности получения высшего, сред­
16 Наш расч ет по сб. «Народное х озяйс тво СССР в 1984 г.», с. 8 и 441.
17Там же, с. 480.
18 «Материалы XXVII съезд а К омму нист ичес кой партии Советского Союза», с. 46.
19См.Там же,с.156.
20 Более подробно об этом см. Айтов Н. А. «Социальное ра звитие регионов» .
М., 1985.
46

него специального и профессионально^тёхнйчёскохю образования; возмож­
ности выбора сложных видов труда; наличие свободного времени; воз­
можности качественного использования этого времени); 3) условия,
создающие уверенность в завтрашнем дне (возможность получения ка­
чественной медицинской помощи на месте; возможности трудоустроиться
при ликвидации старого рабочего места или профессий в результате тех­
нического прогресса; низкий уровень стресс-ситуаций, вызываемых
преступностью и пьянством).
Во-вторых, это р азличия в социальной структуре регио­
нов. Например, доля служащих среди городского населения колеблется
от 39,6% в Грузии и 35% в Латвии до 31,1% на Украине и 32,3%
в Туркмении 21.
В-третьих, это различия в интеллектуальном потенци­
але населения регионов. Под последним мы понимаем знания, на ­
выки и умения населения, необходимые ему для выполнения всех видов
жизнедеятельности. Особенно важен этот потенциал для трудовой дея­
тельности. Если в данном регионе недостаточна доля интеллигенции
(особенно производственной), лишь небольшое число рабочих подготав­
ливаются в ГПТУ, то неизбежно будет наблюдаться й отставание регио­
нов в развитии экономики. Особенно возрастает значение интеллектуаль ­
ного потенциала в связи с ускорением научно-технического прогресса.
Итак, различия в условиях жизни, в социально-классовой структуре,
в интеллектуальном потенциале составляют основу социального не­
равенства между регионами.
*
*
❖
Отношения по расселению в любой общественно-экономической фор­
мации выражаются в виде определенных связей между территориальны­
ми общностями. Рассмотрим эти связи на примере социализма, имея в
виду тот факт, что по своей сути отношения по расселению являются от­
ношениями дружбы, сотрудничества и взаимной помощи.
Экономические связи регионов при социализме обусловлены
общесоюзным разделением труда. Экономика каждого региона дополняет
экономику других. Д анный регион производит определенный набор про­
мышленной и сельскохозяйственной продукции или оказание услуг (на­
пример, поселения или регионы курортной зоны, города, связанные в ос­
новном с развитием транспорта). В силу специализации труда регионы
вступают между собой в отношения обмена, ибо цельный народнохозяй­
ственный комплекс представляет собой только экономика всей страны.
В основном этот обмен ведется на основе закона стоимости. Однако он
не может осуществляться полностью эквивалентно во всех своих прояв­
лениях, не может строиться на голом хозрасчете. Дело в том, что Совет­
ское государство как персонифицированный представитель единой обще­
народной собственности в плановом порядке перераспределяет нацио­
нальный продукт между регионами либо с целью увеличения производст­
ва определенного вида продукции на данной территории, либо с целью
выравнивания условий жизни, либо с целью создания преимущественных
условий жизни в регионах, где планируется наиболее быстрое развитие
производительных сил (например, сейчас р Сибири и на Д альнем Восто­
ке). Но при этом важно, чтобы в масштабах страны совокупный обмей
между регионами и поселениями совершался в целом на эквивалентной
основе —иначе различия в условиях жизни будут увеличиваться, что мо­
жет породить определенные трения между регионами и усилит местни­
ческие тенденции. Следовательно, между регионами существуют специ­
21 См. «Численность и состав населения СССР», с. 155,
47

фические экономические отношения, наличие которых обязательно нужно
учитывать в системе управления.
Демографические связи между регионами и поседениями
осуществляются в виде миграций населения —миграции из деревни
город, внутрисельской миграции, межгородской миграции, маятниковой
миграции, миграции между регионами, вахтовой миграции. Б аланс мигра­
ции между регионами и поселениями явл яется следствием различий в
жизненных условиях. Одни регионы теряют население, другие увеличи­
вают его. Поэтому демографические связи между регионами и поселения­
ми не являются эквивалентными. Миграция зачастую осуществляется в
невыгодном для общества направлении. Так, например, на Южно-Тад­
жикском территориально-производственном комплексе работает меньше
таджиков, чем мигрантов из трудонедостаточных Сибири и Дальнего Во­
стока 22. С первого взгляда кажется, что убыточным для деревни явля­
ется и общий обмен населением между городом и деревней: в настоящее
время годовой баланс миграции в пользу города составляет 1,6 млн. чело ­
век 23. Однако следует учитывать и качественную сторону миграции.
Город, забирая из деревни главным образом профессионально неподго­
товленную рабочую силу, отдает ей (правда, в меньшем количестве)
квалифицированную рабочую силу. Так, из 1,5 млн. ежегодно переезжаю­
щих из города в деревню, по нашим расчетам, около 350—400 тыс. со­
ставляют выпускники вузов, техникумов, профтехучилищ и различ­
ных курсов. Таким образом, обмен людьми между городом и деревней
оказывается примерно «эквивалентным». Конечно, при этом существуют
различия в уровне миграции: в Нечерноземье деревня обезлюдела в
весьма высокой степени, в Средней Азии на селе сложился даже неко­
торый избыток рабочей силы. Таким образом, примерная качественно­
количественная эквивалентность обмена людьми между городом и дерев­
ней существует в целом на уровне страны, а не на уровне отдельных
регионов и поселений, что приводит к определенным трудностяхм и тре­
бует регионального управления процессами миграции. Анализ итогов
выборочного социально-демографического исследования, проведенного
ЦСУ СССР в 1985 г., показывает, что и сейчас в миграции наблюдается
большая неравномерность между союзными республиками. Ясно просмат­
риваются два типа республик —где основные миграции уже завершены и
где миграция только начинается.
Миграция населения в нашей стране растет очень быстрыми темпа­
ми. По переписи 1979 г. проживало на постоянном месте жительства не
со дня рождения 47,1% населения24. Возрастает и в целом территори­
альная подвижность населения (командировки, поездки на отдых, учебу
и т. д .) . Если в 1960 г. пассажирооборот всех видов транспорта в СССР
составлял 254,7 млрд, пассажиро-километров, то в 1984 г. — 9 90,4 м лрд25.
В результате этого исчезает постепенно провинциализм, региональная ог­
раниченность людей, их ареал жизнедеятельности выходит за рамки
«своего» населенного пункта. А это, безусловно, в определенной мере
способствует расширению кругозора и всестороннему развитию людей.
Социально-политические связи проявляются главным обра­
зом в отношениях между городом и деревней в целом. Дело в том, что
основная часть советского рабочего класса (особенно промышленного)
сосредоточена в городах; а ведь рабочий класс —авангар дная сила со­
ветского общества. Кроме того, в городах сосредоточены практически все
органы централизованного управления в стране, и с этих двух точек зре­
ния «город» и каждый отдельный город осуществляют политическое ру­
ководство «деревней» и каждым отдельным селом.
22 См. «Социологические и сс ледован ия», 1981, No 4, с. 10—11.
23 См. «Социологические иссл едо ва ния», 1981, No 3, с. 42.
24 См. «Численность и состав населения СССР», с. 360—361.
25 См. «Народное хозяйство СССР в 1984 г.», с. 336.
48

К числу непосредственных политических связей относятся и поездки
сельского населения в города для участия в управлении (депутаты Сове­
тов народных депутатов, партийный, комсомольский, профсоюзный и т. д.
актив) или для решения лично кх касающихся вопросов управления.
При анализе политических отношений регионов следует учитывать,
что социальная структура их весьма различна. Анализ изменения соотно­
шения доли рабочего класса, интеллигенции и колхозного крестьянства
между переписями 1959 и 1979 гг. показывает, что по типу развития со­
циальной структуры в стране выделяются две группы республик. Первая
группа —это союзные республики, где прирост численности рабочего
класса идет медленнее, чем прирост интеллигенции (РСФСР, УССР, Л а т­
вийская, Эстонская, Узбекская и Казахская ССР). Здесь развитие давно
■уже идет ио д воздействием научно-технической революции. В остальных
республиках происходит еще рост доли рабочего класса за счет сокраще­
ния доли колхозного крестьянства. Это — развитие, соответствующее за­
вершающему этапу индустриализации. Ясно, что такие различия в типе
развития социальной структуры определенным образом сказываются на
политических отношениях и связях между регионами. В этих условиях
специфическую политическую окраску, связанную с авангардной ролью
рабочего класса в жизни советского общества, приобретают отношения
между регионами с резким преобладанием рабочего класса и регионами
с преобладанием колхозного крестьянства.
Бытовые связи между регионами, между городами и деревнями
включают в себя торговые связи (38% всех покупок сельские жители
осуществляют в городах) 26, использование системы бытового обслужи­
вания, общественного питания, здравоохранения одного населенного
пункта жителями другого поселения, использование территории сельских
поселений жителями городов не только данного, но и других регионов
для рекреации. К ак мы видим, здесь во многом обеспечение быта жите­
лей города и деревни сливается, города оказывают определенные услуги
селам, крупные города —малым, села — городам. Реальным ареалом
жизнедеятельности человека все больше становится не отдельное посе­
ление, а целая система расселения.
Наконец культурные связи. Они выражаю тся в том, что
из-за неравномерности развития сети высших и средних специальных
учебных заведений значительное число жителей одного региона выезжает
на учебу в другие регионы; в том, что почти все специалисты села по­
лучили образование в городе; в том, что в значительной мере город
обеспечивает удовлетворение духовных потребностей жителей села, круп­
ные города —небольших городов. Обмен культурными ценностями в зна­
чительной мере — это специфически региональное общественное отно­
шение.
Важной стороной общественных связей по расселению при социализ­
ме является сохранение во многих городах остатков неравномерности за­
селения территорий социальными группами. Есть два источника этого
явления. Первый заключается в том, что в крупном городе, как правило,
есть промышленная зона, деловой и торговый центр. Естественно, что
рабочие стремятся селиться поближе к своим заводам, интеллигенция —
к своим вузам, учреждениям, НИИ и т. д. Так, в Уфе почти 60% на­
селения Кировского района —интеллигенты: здесь сконцентрированы
все учреждения управления республикой, почти все вузы, театры и т. д.
Наряду с этим есть районы крупных промышленных предприятий, в на­
селении которых преобладают высококвалифицированные рабочие. Дру­
гая причина —территориальное расширение городов, включивших в себя
зачастую десятки бывших деревень. В этих районах длительное время
26
См. «Проблемы аграрной политики КПСС на современном этапе». М., 1984,
т, II, с. 842.
3 Вопросы философии, Лв 3
49

сохраняется сельский образ жизни, зачастую они служат «перевалочным
пунктом» для мигрантов из деревни. Ка к правило, они заселены мало-
и неквалифицированными рабочими мелких промышленных предприятий
и сферы обслуживания. Поэтому здесь имеются и некоторые различия в
образе и уровне жизни.
Определенные элементы неравномерности расселения социальных
групп имеются и на селе, где они выражаются в различной социальной
структуре функционально различающихся поселений —центров колхозов
и совхозов, центров бригад и участков, периферийных населенных пунк­
тов, хуторов и т. д. Как правило, в центре колхоза (совхоза) сконцент­
рированы сельская интеллигенция, квалифицированные рабочие и кол­
хозники (особенно механизаторы и строители). В периферийных посел­
ках зачастую преобладают не- и малоквалифицированные работники,
а иногда пенсионеры.
Р. В. Рывкина правильно пишет, что «от того, живет ли семья в круп­
ном и развитом поселке центральной усадьбы или периферийном слабо
развитом поселке, в большой мере зависит весь тип жизни и характер
труда (поскольку производственно-экономическая структура развитых
сельских поселков сильно отличается от отраслевой структуры отсталых
поселений), и занятость в личном подсобном хозяйстве, и характер быта,
и тип досуга 27.
Одной из важнейш их сторон социальной структуры общества при со­
циализме явл яется относительно длительное сохранение существенных
различий между городом и деревней. Мы не будем подробно останавли­
ваться на всех сторонах этой проблемы, так как о ней имеется огромная
литература. Но поскольку основное внимание в этой литературе уделя­
ется экономической стороне проблемы, связанной с различиями промыш­
ленности и сельского хозяйства и двух форм собственности, то мы оста­
новимся только на одном, практически не изученном аспекте —собствен­
но расселенческой стороне сохранения различий между городом и
деревней. Дело в том, что даже при максимальной индустриализации
сельского хозяйства между городом и деревней останутся весьма глубо­
кие различия, вызванные мелкодисперсным характером сельского рассе­
ления и связью сельского хозяйства с землей. Даже при своем макси­
мальном развитии отдельно взятая деревня не в состоянии предоставить
человеку тех же возможностей всестороннего развития личности, кото­
рые предоставляет крупный город. Видимо, даже при коммунизме нельзя
будет строить в каждой деревне свой оперный театр. В деревне возмож­
ности выбора занятий в рабочее и свободное время невелики. Напротив,
в городе намного больше возможностей получения образования, профес­
сиональной карьеры и социальных перемещений.
Эти р азличия обусловлены меньшей величиной деревни. То же отно­
сится и к малому городу по сравнению с крупным городом. В какой-то
мере эти различия уменьшаются в связи с постепенным укрупнением де­
ревень (при общем уменьшении численности сельского населения числен­
ность населения деревень с количеством жителей более тысячи человек
постоянно растет). Но ясно, что количество жителей деревни не может
подняться до численности населения крупного города. Реальное решение
вопроса заключается в складывании единой системы расселения, которая
свяжет в органическое целое и города и деревни. Мощное развитие транс­
порта привело в последние десятилетия к резкому увеличению транспорт­
ной подвижности населения. Перевозка пассажиров автобусами в сель­
ской местности выросла только с 1980-го по 1984 г. с 7121 млн. человек
до 7660 млн., что
составляло в 1980 г. 72,6, а в 1984 г. — 79,4 поездки
на сельского жителя 28. Значит, с учетом возвращения каждый сельский
27 Рывкина Р. В. Образ жизни сельского населения. Новосибирск, 1970, с. 73.
28 Наш расчет по данным сб. «Народное хозяйство СССР в 1984 г.», с. 5 и 355.
50

житель не менее трех раз в месяц бывает в городе. Начинает склады­
ваться такое положение, при котором жители деревни могут использовать
все возможности близлежащего города для своего развития. Разумеется,
это касается не только культуры, но и всех других вопросов развития
села.
Таким образом, можно говорить о том, что сегодня идет процесс ак­
тивного формирования «нового расселения человечества (с уничтожением
как деревенской заброшенности, оторванности от мира, одичалости, так и
противоестественного скопления гигантских масс в больших г ор о д ах )»29.
Степень складывания этой системы можно определить по развитию
маятниковой миграции: ею захвачено уже 10—15% сельского населения
страны 30.
Итак, собственно расселеический аспект стирания существенных р аз­
личий между городом и деревней имеет весьма важное значение. Эти
различия нельзя ликвидировать только путем подъема сельского хозяйст­
ва, превращения сельскохозяйственного труда в разновидность индуст­
риального, более быстрого экономического и социального развития дерев­
ни по сравнению с городом. В целом деревня не может в течение дли­
тельного времени развиваться быстрее города. Основой достаточного раз­
вития сельского хозяйства является преимущественное развитие промыш­
ленности в условиях ускорения научно-технического прогресса. Но при
этом, учитывая тот факт, что наука и промышленность —это системооб­
разующие факторы города, следует признать: более быстрое развитие де­
ревни по сравнению с городом возможно лишь на относительно короткое
время, например, на период действия Продовольственной программы
СССР, и проводится в результате специальной социальной политики
партии.
Поэтому считать, что стирание существенных различий между горо­
дом и деревней может быть достигнуто тем, что деревня догоняет город
по всем показателям,— неверно. Отдельно взятая деревня никогда не
сможет догнать город по всем показателям. Выход —во втягивании де­
ревни в орбиту города, в складывании единой системы расселения. Не
случайно, что в аграрной политике партии уделяется столь большое вни­
мание развитию дорожного строительства, транспорта и связи на селе.
❖
*
*
Характерной особенностью отношений по расселению в любом общест­
ве явл яется то, что регион и поселение являю тся системами. Город не
может функционировать, если в этой системе не хватает какого-то эле­
мента (достаточно напомнить о миграциях среднеазиатских городов вслед
за изменением течения рек). Еще К. Маркс писал, что само существо­
вание «города как такового отличается от простой множественности
независимых домов. Здесь целое не просто сумма своих частей. Это свое­
го рода самостоятельный организм» 31. Иными словами, системность го­
рода предлагает не только взаимосвязанность всех сфер его жизни, от­
дельных предприятий, подсистем (рабочих мест; рабочих рук; социальной
структуры; демографической структуры; потребительской структуры
и т. д .), но и относительную независимость их развития друг от друга
по своим специфическим закономерностям. А это значит, что необходимо
специальное управление, обеспечивающее действительно системное р аз­
витие региональных объектов. Именно отсутствие такого управления
привело к тому, что в течение 70-х гг. социальные различия в террито­
риальном плане не только не уменьшились, а даже в известной мере и
29ЛенинВ.И.Полп. собр. соч., т. 26, с. 74.
30 См. «Проблемы р асс е ле н ия в СССР». М., 1980, с. 227.
31 Маркс К. и Энгельс Ф, Соч., т. 46, ч. I, с. 470.
3*
51

увеличились. В результате этого быстро росла избыточная мигра1щя»_,кр^
торая, как мы уже писали, зачастую так и идет в невыгодных для об­
щества направлениях. В то же время миграция из трудоизбыточных ре­
гионов с высокой рождаемостью очень низка, а это приводит к недо­
использованию крупных трудовых ресурсов.
Мы уже показали, что существуют большие диспропорции в социаль­
ной структуре населения разных союзных республик. Не случайно, что,
по данным переписи 1979 г., именно в Грузии и Латвии, где особенно
высок процент служащих, среди работников физического труда самая
большая доля лиц с высшим, незаконченным высшим и средним специ­
альным образованием наиболее велика —102 и 110 на 1000 занятых, при
среднем по стране показателе 77 32. Видимо, здесь столько выпускников
вузов и техникумов, что они не могут быть трудоустроены по своей
специальности. Данный пример —еще одно свидетельство того, что в
управлении отношениями по расселению существует много нерешенных
вопросов. По существу, они и не могли быть решены, так как до по­
следнего времени эти отношения не выделялись из сферы общественных
отношений в самостоятельную группу, а потому не могло быть и речи
об управлении ими.
Настоящая статья имеет преимущественно постановочный характер.
Автор пытается лишь обозначить проблему, определить ее основные
структурные компоненты и показать практическое значение. Полный же
анализ отношений по расселению —в том числе и в социалистическом
обществе —потребует ряд фундаментальных исследований специалистов
различных областей обществознания.
32 См. «Численность и соста в на се ле ния СССР», с. 182.

СОЦИАЛЬНЫЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ
НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОГО ПРОГРЕССА
Теоретическая биология
и биотехнология
(Проблемы философского анализа)
Ф. И. ГИРЕНОК
Проблематика, связанная с теоретической биологией, обсуждается
уже несколько десятилетий \ Центральное место при этом занял вопрос
о возможности самого существования, построения теоретической биоло­
гии. На этот вопрос отвечали по-разному. Одни ученые утверждали, что
теоретическая биология существует со времен Ч. Дарвина и поэтому
никакой особой проблемы ее создания н е т 12. Другие придерживались
прямо противоположного взгляда: ни Дарвин, ни какой-либо другой уче­
ный не создали теоретической биологии. Ее нет, и она невозможна3.
В такой ситуации, как часто бывает, возникла компромиссная мысль,
которой сейчас придерживается большинство философов и биологов: тео­
ретическая биология еще не создана, но есть все основания для того,
чтобы ее создать. Правда, реализация этой возможности представляется
опять-таки альтернативно: либо за счет сближения биологии с физикой,
либо, наоборот, на пути развития и понимания особенностей биологиче­
ского познания. Первый вариант обосновывался Л. фон Бертал анфи4.
Второй —Н. В. Тимофеевым-Ресовским5. Берталанфи показал, что лю­
бой биологический объект подчиняется законам физики и химии, являясь
открытой системой. Н. В. Тимофеев-Ресовский ввел четкое различие
между собственно феноменом жизни и живым организмом как объектом
исследования. Биологическое знание складывается в постоянном сопря­
жении этих двух моментов. С одной стороны, оно явл яется опытным,
т. е. предполагает факт непосредственной встречи с феноменом жизни,
с другой —оно может опираться на теоретические схемы физики, кон­
струируя свой особый объект, биологическую реальность.
В рамках биотехнологии и то, и другое обстоятельства приобретают
новое содержание и новые связи. Казалось бы, биология —это наука,
а биотехнология —это всего лишь производство, использующее свойства
1 См. Бауэр Э. С. Теоретическая биология. М.— Л., 1936; Б е р г Л. С. Труды по
тео рии эвол юции (1922—1930). Л., 1977; Борзенков В. Г
., Северцев А. С. Тео­
ретическая биология: размыш ления о предмете. М., 1980; Гартман М. Общая биол о­
гия. М.— Л., 1936; «На пу ти к теоретич еской биологии». М., 1970; Полянский Ю. Н.
Физико-хи миче ск ая биол огия и эвол юционная теори я. — «Журнал общей биологии»,
1981, No 2, т. 42/2; «Теоре тич еская биология: т рудность созд ан и я и перспективы р а з­
вития». — «Журнал общей биологии», 1973, No 1, т. 32; Фролов И. Т. Методологи­
ч еские проблемы теоретич еской биологии. Препринт. Пущино, 1982.
2 См. Малиновский А. А. Пути теоретиче ск ой биологии. М., 1969.
3 См. Касинов В. Б. Критерии успеха в деле создания теоретической биологии.
Л. 1979.
4 См. Bertalanffy L. von. Theoretische Biologie. Bd. 1—2. Berlin, 1932—1942.
5См. Tиmофeeв-PссовскийН. В. Генетика, эволюция и теоретическая
биология,— «Природа», 1980, Яг 9.
53

живых систем в практических целях человека и к теоретической биоло­
гии отношения не имеющее. Но коль скоро человек создает продукт с
заранее предусмотренными свойствами искусственно, т. е. развивает био­
технологию, это не может не способствовать и развитию теории. «Искус­
ственное» же дополняет естественные формы жизни, и поэтому оно вхо­
дит в состав предмета теоретической биологии. Создавая искусственные
живые системы, мы можем что-то узнать о естественных процессах жиз­
ни, по отношению к которым это знание будет теоретическим. Принято
считать, что если опытному расширению зрения предшествует внеопыт-
ное, то это последнее и есть теоретическое знание. Но биология разви­
вается не так, как развивалась физика. Наивно думать, что между теоре­
тической биологией и биотехнологией так ая же дистанция, к ак между
механикой и строительством мостов. Физика стала теоретической после
того, как были идеализированы некоторые воспроизводимые параметры
физических процессов. Все попытки найти такие «порождающие» принци­
пы для биологического знания оказались тщетными. И не потому, что их
плохо искали, а потому, что их искали не там, где «потеряли», а там, где
«светло», т. е. с оглядкой на теоретическую физику. Все внимание было
приковано к биологическим процессам на уровне их воспроизводства, к р аз­
работке соответствующих идеальных объектов и их теоретическому опи­
санию, хотя «задним числом» понималось , что мир живого —это мир,
в котором происходит порождение нового, и что никакой теоретической
биологии не получится, если мы создадим ее онтологию вне зависимости
от этого факта. Следовательно, у же в своих исходных пунктах теоретиза-
ция биологии отличается от теоретизации физики тем, что обращается к
пониманию не только воспроизводства каких-то свойств живых систем,
но и к процессам их порождения. И это последнее обстоятельство прида­
ет новый смысл категории искусственного, проективному пути развития
биологии, на котором нечто выступает в форме теории потому, что оно
когда-то выступило в форме проекта.
На теоретизацию биологии оказывают сильное влияние нормы и
идеалы инженерного мышления, реализуемого биотехнологией. Эта мысль
становится особенно очевидной, когда речь заходит о биологии в целом.
Понятно, что ее разнородные части нужно как-то «суммировать», объ­
единить. Но на какой основе? При попытках найти такую основу возни­
кают разногласия между физикалистами и холистами, функционализмом
и структурализмом, редукционизмом и интегративизмом в биологии. Р аз­
решались же пока эти разногласия таким образом: они «снимались» в
работах по общей биологии, в университетских кур сах биологии, где в
учебных целях объединялось все то, что теоретически объединить не
представлялось возможным. Между тем проективный синтез биологиче­
ских знаний выступил в качестве той основы, на которой происходит
теоретическое развитие биологии. Иными словами, в биологии из проек­
тивного синтеза извлекается теория.
Теоретизация биологии: идеалы и реальность
Проблема, с которой сталкиваются любые попытки построения теоре­
тической биологии, состоит в следующем. Пока еще не удалось найти
такие теоретические схемы (необязательно физические), которые бы де­
лали опытное знание величиной производной, объяснимой в терминах
« картины мира».
Если учесть, что дисциплинарные знания развиваются неравномерно,
то становится понятным и различное отношение людей, олицетворяющих
различные фазы их развития, к идее теоретической биологии. Эта идея
представляется излишней там, где научный предмет у же сложился, где
он выработал (или позаимствовал) образцы и нормы своего теоретиче­
ского воспроизводства. Если же таких образцов и норм нет, а фактуаль-
54

ное биологическое знание растет, то рост этот будет неоформленным,
хаотичным. В борьбе с такой хаотичностью и возникает идея тео­
ретической биологии. В этом плане она наиболее четко выр ажена
Б. Л . Астауровым6.
Конечно, можно было бы подождать, пока тот или иной раздел
биологического знания естественно, сам собой выработает свою форму.
Но ожидания эти ни к чему не привели. Не успела завоевать широкое
признание синтетическая теория эволюции, как предметом дискуссии
вновь стала идея номогенеза7. Не успели создать физико-химическую
теорию клеточной дифференцировки, как новые признаки жизни стала
подавать идея морфогенетического по л я 8. Казалось бы, популяционист­
ский стиль мышления, захвативший биологию в XX в., навсегда покон­
чил с организмоцентризмом, ибо новый стиль мышления позволял описы­
вать существование популяции. «Существование без указания на то, что
существует», представлялось абстракцией высокого ранга. Эта абстрак­
ция давала простор для применения математического аппарата анализа
и питал а надежды ученых на скорую теоретизацию биологии. И действи­
тельно, в популяционной генетике особи, например, стали пониматься
как идентичные экземпляры, наподобие идентичности тех предметов, ко ­
торые Галилей бросал с Пизанской башни. Они были также взаимозаме­
няемы, как и колбы, наполненные нуклеиновыми кислотами.
Биологи быстро привыкают к тому, что за них говорит язы к физики
и говорит больше, чем говорят они сами. Вместе с электронной микро­
скопией и ядерным магнитным резонансом в биологию проникают физи­
ческие идеи. И хотя они никогда не исчерпывали биологическое созна­
ние, их содержание успешно работало за него. Сработало это содержа­
ние, и возникла модель двойной спирали ДНК, возникла идея (еще у
Н. К. Кольцова) матричного принципа наследования.
Все это создало условия для того, чтобы однажды сделанное в физи­
ке отложилось затем в язы ке биологии, увязалось с предметным содер­
жанием биологического знания и воспроизвелось здесь заново. Но про­
блема в том и состоит, что сколько бы ни тиражировалось содержание
физических идей, сколько бы мы их ни воспроизводили внутри биологии,
физические идеи не становятся биологическими. Новой связи не полу­
чается. В результате эмпирический материал биолога живет своей
жизнью, а его идейный арсенал —своей. Возникает состояние, в кото­
ром не работает теоретическая структура воспроизводства биологического
знания, его предметный язы к начинает «расплываться». Биологические
объекты теряют свой собственный центр и приближаются к границе с
микрофизикой.
Любой биологический объект подчиняется физико-химическим зако ­
нам, любой конкретный процесс жизнедеятельности можно свести к ним,
объяснить на их основе. Э. Шредингер имел полное право «взглянуть»
на жизнь с точки зрения фи зики9. Однако ни один биологический
объект не выводйм из физико-химических законов, не следует из теоре­
тических схем микрофизики. Свести к ним можно, а вывести нельзя, ибо
был синтез и был Л. Пастер, который понял, что воспроизвести можно
лишь то, что уже было живым. Воспроизводство устроено аналитически.
В нем нельзя из неживого произвести живое. Не вообще нельзя, а вот
теперь, когда уже реальный синтез органического вещества произошел,
и возникла жизнь, а мы этот синтез повторяем, только аналитически,
в объектных терминах. То, что было (первичный синтез), воспроизво­
8 См. Астауров Б. Л. Теоретическая биология и ее очередные задачи. — «Во­
просы философ ии», 1972, No 2.
7 См. Б е р г Л. С. Труды по теории эволюции...
8 См. Гурвич А. Г. Те ория биологич ес кого поля. М., 1944; Белоусов Л. В.
Проблема эмбрионального форм ообразования. М., 1971.
9 См. Шредингер Э. Что так ое ж и знь с точки зр ен ия физики. М., 1947;
55

дится сегодня как биологический объект уже в масштабах микрофизики.
Отказаться от этого воспроизводства —значит отказаться и от биологи­
ческого знания.
«Смешно всю науку сводить к микрофизике» 10. Смешна, конечно, не
редукционистская методология сама по себе, а тот способ ее применения,
который редукционистские описания стремятся представить в качестве
реального синтеза жизни. Биологическое знание разрушается, если оно
пытается заглянуть за этот синтез. Когда содержание физических идей
отказывается работать на биолога, тогда вступает в действие непосред­
ственный опыт понимания феномена жизни, из которого извлекаются
объяснительные схемы и эвристические принципы. Здесь-то и возникает
для биологов вопрос о том, что такое биология как наука, что в ней от­
носится к стандартному и рациональному, а что таковым не является,
что в ней дано иам лишь потому, что мы даны сами себе фактически,
а не теоретически. Почему содержание этих данностей есть, а объектной
мысли о них пет? Она как бы выпадает из пространства рационального
мышления и срастается с интуитивной областью, отсекая логические
мостики и переходы в биологическом мышлении.
Между тем идея теоретической биологии появляется не в точках раз­
рыва биологического знанпя, а после уже выполненного акта мышления,
т. е. там, где оно сработало. Парадоксальность ситуации заключается в
том, что нар яду с этим состоявшимся мышлением мы хотим построить
(или найти) еще одно, настоящее теоретическое мышление.
Состоялось, например, наблюдение Г. Менделя за скрещиванием горо­
ха, и из этого наблюдения он сумел извлечь мысль о независимом рас­
щеплении генов. Какое мышление здесь имело место? Теоретическое или
эмпирическое? К какой биологии нужно отнести этот феномен? Нужно
заметить, что извлеченная Менделем мысль никак не была связана
с позднейшими представлениями о мейозе, строении хромосомы, линей­
ном расположении генов. А без этих представлений сделать вывод, к ко ­
торому он пришел, теоретически невозможно. Но Мендель-то его сделал,
причем практически. И вот теперь, когда мысль извлечена, мы пытаемся
повторить ее содержание, но уже на других основаниях, в плане теоре­
тической биологии. Конечно, мы можем увязать ее содержание с тем,
с чем оно не было связано в момент своего появления. Но достигаем-то
мы как р аз не того, чего хотели достичь, не теоретической биологии, не
порождения мысли, а воспроизводства ее содержания в логически обра­
тимых связях. Такую работу, например, проделал Э. Бауэр. Он ввел в
план своих рассуждений представление об устойчивой неравновесности
и на основе этой конструкции попытался построить логические переходы
между различными биологическими понятиями и принципами. Построен­
ная Э. Бауэром «теоретическая биология» базируется на основе одной
очень важной в философском отношении идеи. Суть ее состоит в факти­
ческом расщеплении акта мышления на ряд состояний и частей, растя­
нутых во времени. Мысль начинает как бы дробиться. Одной своей
частью она присутствует у Менделя, другой —у Моргана, третьей —
у Серебровского или у Кольцова и т. д. Э. Бауэр исходит из того, что
все эти фактические части можно связать одной логической конструк­
цией и получить одно теоретическое целое.
Реализуя такой замысел, мы должны смириться с тем, что всякий
раз нам будет дана только часть мысли. Целиком она будет собрана ло­
гикой где-то впереди относительно любого конкретного акта позна­
ния. Фактически же мышление (если оно имеет место) в любом конкрет­
ном акте представлено не какой-то своей частью, не одной особенной
стороной, а в полном объеме, со всеми своими предпосылками и допуще-40
40 Гинзбург В. Л. В науке необходим широкий подход. - - «Вестник АН СССР»,
1982, No 1, с. 121.
56

ниями. Либо оно есть полностью, либо его нет. Либо полностью выполнен
акт биологического мышления, либо реализовано какое-либо другое мыш­
ление, например, физическое. Оно не может быть на одну треть физи­
ческим, а на две трети —биологическим. Правы те, кто говорит о том,
что теоретическая биология создана у же Дарвином. Но не в смысле пол­
ноты содержания, а в смысле осуществления теоретических условий био­
логического рассуждения. Если он был выполнен, то добавить к его усло­
виям уже ничего нельзя. Содержание же мысли можно «членить»,
т. е. повторять и расширять в объектных терминах биологии как науки.
Вот такая расчлененность содержания биологического мышления по
различным научным дисциплинам и заставляет некоторых ученых отка­
зываться от самой идеи теоретической биологии, ибо восприятие живых
систем осуществляется живым существом, а мысль из этого наблюдения
извлекается внешним наблюдением, в терминах рефлексивного сознания
и в трансцендентной перспективе, т. е. в рамках физической картины
мира. Т ак ая мысль не подкрепляется собственным восприятием биологи­
ческого сознания. Она находится как бы за спиной исследователя в пред­
положении, что физически осмысленное явление жизни будет когда-то
понято, будет встроено в систему смыслов и значений биологического со­
знания. Как встроились в него химические представления о катализе,
физические идеи об энтропии, кибернетические идеи об информации,
квантовые представления о микромире.
Биология как нау ка появилась в качестве воспроизводимого наблюде­
ния за живым организмом. Восприятие, если оно получилось, необрати­
мо. «Информацию можно забыть,—пишет М. В. Волькенштейн,—но она
не возвращается вспять» и .
В точке восприятия феномена жизни можно построить эксперимент
и воспроизвести его содержание еще один раз, только в качестве объек­
та, т. е. в обратимых связях. Наблюдать можно уникальное, воспроизво­
дить —типичное . В этом состоит принципиальное отличие наблюдателя
от экспериментатора1112. Для наблюдения ие требовалось знать что-то о
жизни, помимо и наряду с ее восприятием, ибо само это знание входило
в состав опыта нашей сознательной жизни, контролировалось его содер­
жанием. Н икаких особых средств мыслительного контроля пока что не
требовалось. Именно поэтому биологические обобщения и факты рассы­
пались по различному пространству восприятия, срослись с «материей»
наблюдения. Теперь, когда мы их начинаем собирать и логически увязы­
вать в целостную систему, перед нами и возникает образ «собранной»
биологии, т. е. биологии, контролируемой внеопытиыми средствами мыш­
ления. Однако для того, чтобы ее собрать, нужно отделить знание от
материи восприятия, от наблюдаемых свойств живого вещества.
Процесс отделения биологического знания от того материала, относи­
тельно которого оно было сформулировано, совпадает сегодня с физика-
лизацией его понятий. Тем самым создается ситуация, в которой важ ­
ным становится уже не то, что мы знаем из опыта о живых системах,
а то, что мы можем о них знать в физической картине природы.
Если сегодня мы хотим узнать, возможна ли теоретическая биология,
то мы хотим узнать, в какой картине мира биолог может расширять зна­
ния о живом без непосредственного обращения к тому, что является
живым. Речь, следовательно, идет не о том, есть ли в биологии обобще­
ния и теории или их нет. Суть дела состоит в том, как они получены
и как они расширяются.
11 Волькенштейн М. В. Теория информации и эволюция. Препринт. Пущино ,
1982, с. 5.
12 См. Шноль С. Э. Ко нцепция стоха ст ическ ого детерми низма в прошлом и н а­
стоящем. Инерция сложившихся взглядов и стратегия новых научных истин. Пре­
принт. Пущино, 1982.
57

Все обобщения и теории в биологии формулируются не априорно,
а лишь после того, как расширяются границы нашего опыта. И это
«после того, как» накладывает ограничения на физикализацию биологи­
ческого знания, делает проблематичным его теоретическое построение в
рамках «картины мира» 13. Между тем, «когда физик обращается впервые
к биологическим структурам и процессам, они ему представляются без­
надежно сложными и запутанными. Но это —иллюзия . . . Применение
арсенала физических приборов и методов, а главное —физических
идей позволяет поставить и решить любую естественнонаучную
проблему» 14.
Представление о «сложности объекта» , к а к известно, характеризует
не сам объект, а наше к нему отношение. У объекта нет внутренней
ш калы сложности.
Конечно, любой биологический объект является и термодинамиче­
ским, и электрическим, и информационным, если на него посмотреть в
физической картине мира. Но что он есть по своей сути, что делает тер­
модинамическую машину живой, на этот вопрос ответа нет.
Такое понятие, как ген, имеет точный физический смысл как опреде­
ленная последовательность нуклеотидов. Но превращение генотипа в фе­
нотип физического смысла не имеет. Вполне возможно, что онтогенетиче­
ское время —это просто физическое время, измеряемое организмом.
Но связи между онтогенезом и филогенезом составляют биологическую
реальность, а не физическую.
Ученым, использующим рентгеноструктурный анализ, спектроскопию,
электронную микроскопию, удалось раскрыть структуру биополимеров,
т. е. белков и нуклеиновых кислот. Осуществлен их лабораторный син­
тез. При этом, чтобы описать появление белков, постулируется наличие
нуклеиновых кислот, а чтобы синтезировать нуклеиновые кислоты,—
предполагаются данными белки. Д л я р азреш ения таких взаимообуслов­
ленностей вводятся представления о протобелках и протонуклеиновых
кислотах, т. е. умножаются сущности. Известно, что белок является ка­
тализатором определенных химических реакций. Синтез низкомолекуляр­
ных соединений осуществляется через ряд промежуточных реакций, каж ­
дая из которых предполагает синтез определенного фермента. Синтез
белков по такому принципу невозможен из-за бесконечности перебора
реакций. Его синтез устроен по принципу матрицы. И хотя до сих пор
неясны еще многие детали синтеза белков и устройства, например, такой
белкосинтезирующей машины, как рибосома, хотя еще предстоит
до конца понять физический смысл процессов мутагенеза и рекомбина­
ций, тем не менее можно, видимо, сказать, что физикализация биологии
в основном, в идейной своей части, завершена. Однако ее кинетическими
уравнениями не заполнить «теоретические проемы, зияющие... в молеку­
лярной биологии, цитологии и биологии развития прежде всего» 15.
Например, спонтанные мутации могут выступать при кодировании
ДНК в качестве физического события, теплового шума. Однако генети­
ческие «шумы» —это не флуктуации броуновского движения. Они не
рассасываются, а сохраняются организмом. Физикализация биологии по­
родила молекулярную, а также «физико-химическую» биологию, в кон­
цептуальном аппарате которой ждать каких-либо фундаментальных из­
менений, наверное, не имеет смысла. «Весь идейный, концептуальный
багаж биологов-теоретиков заимствован,—отмечает В. Б . Касинов,—
извне, а не создан на почве самой биологии. Основой этого багажа слу­
13 См. Рашевский Н. Модели и математич еские принципы в биоло гии. — В к н. :
«Теоре тич еская и математич еска я биология».. М., 1968, с. 53.
14 Б р е с л е р G. Е. Физика и биология.— «Успехи физических наук», 1975, т. 115,
выл. 1, с. 121.
15 А с т а у р о в Б. Л. Теоретическая биология и ее очередные задачи, с. 67.
58

жат физическое мировоззрение, физические представления о времени,
пространстве, движении, атомах, полях и т. д.» 16.
Применяя физический аппарат анализа, мы можем создать теорети­
ческую биологию, но лишь ценой потери ее объекта. Отыскивая «общее»
в физической картине мира, устанавливая в ней молекулярное единство
многообразных форм жизни, мы утрачиваем понимание единства процес­
сов жизни. Фиксируя биологический объект как феномен жизни, мы те­
ряем общее, ибо фенохменальность невоспроизводима.
Анализируя границы биологического знания, Ж , Моно делает вывод
о том, что в биологии «невозможно создать удовлетворяющую нас мыс­
ленную картину, соответствующую некоторым абстрактным представле­
ниям современной ф изи ки » 17. Биологический объект описывается в
предположении, что у него в любой момент могут появиться свойства,
которые даже статистически не следуют из его уже известных состоя­
ний и связей. И вот это обстоятельство мешает физикализации биологи­
ческого знания, указы вая на то, что биологические объекты представ­
ляются в иных онтологических картинках, нежели объекты физической
теории.
Но что мешает построить теоретическую биологию на почве самой
биологии, т. е. отыскать общее в составе самих эмпирически наблюдае­
мых свойств? На этОхМ пути двойственность биологического знания стано­
вится явной, ибо одной своей стороной оно опирается на схемы, извле­
каемые из нашего собственного опыта бытия в качестве живых существ,
а второй —на независимые от этого опыта описания физических состоя­
ний материи. Такого рода расщепление делает, например, различимым
жизнь и «живое вещество». Когда мы говорим о живом организме, то
предполагаем, что произойти он может лишь только от живого же орга­
низма. Но когда мы говорим о жизни, то допускаем первичный синтез,
возможность ее проявления из неживой материи. Жизнь и живое веще­
ство здесь не совпадают. Несовпадение это позволяет говорить об исто­
рии материального субстрата (или структуры) независимо от истории
функций, реализуемых жизнью на таком субстрате.
Создавая теорию эволюции, мы вводим в систему своих представле­
ний случайность. Но эволюция, основанная на случайности, оказывается
незаконосообразной. Создавая теорию эволюции, основанную на идее
закона, мы теряем идею собственно эволюции. В первом случае мы
можем говорить о законах эволюции лишь после того, как случится эм­
пирически констатируемое событие, т. е. глядя назад, во втором —появ ­
ление самой эволюции будет отодвигаться вперед во времени, т. е. мы
никогда не сможем сказать, что вот сейчас и здесь в настоящем проис­
ходит эволюция, что, например, человек эволюционно прогрессивнее чум­
ной бациллы.
Биолог имеет дело с объектом, в котором все время происходят изме­
нения- Но констант для фиксирования таких изменений нет. В мире
живого все время порождаются новые сочетания нуклеотидов, новые гено­
мы, новые популяции и т. д. «Иными словами,—отмечает В. В. Нали­
мов,—нельзя
построить модель генератора, порождающего мутации
в привычных нам терминах причинно-следственных связей, т. е. нельзя
найти причины, однозначно порождающей все наблюдаемое многообразие
мутаций» 18. Именно поэтому биолог, используя весь свой понятийный
и методологический арсенал, не может, описывая рептилию, умозаклю­
чить, что за рептилиями появятся млекопитающие. Млекопитающие фак­
тически должны появиться, чтобы после этого можно было прочертить
16 Касинов В. Б. Критерии успеха в деле создания теоретической биологии,
с. 4.
17 Моно Ж. Границы биологии. -^- «Природа», 1971, No 4, с. 42.
18 Налимов В. В. Теор ети ческа я биология? Ее все еще нет... — «Знание —
сила», 1979, No 7, с. 10.
59

между ними и рептилиями законосообразную связь. Но из этих описаний
мы не можем извлечь обобщения, которое имело бы силу закона, чтобы
определить, что случится в следующий момент времени. Ибо то, что
произойдет, будет эволюционно неповторимым.
Ученым, работающим с биологическим концептом природы, все время
приходится перекидывать мостик между тем, что дает ему физическое
описание, и тем, что он может описать, будучи сам живым существом,
т. е. находясь внутри случившегося феномена жизни. А в качестве тако­
го существа он имеет, например, схему целесообразности. Эта схема
работает не только тогда, когда мы наблюдаем, как мыши убегают от
кошек, но и тогда, когда речь идет о функциях биологической мембраны,
о функциях ферментов в метаболизме. Между пространственной структу­
рой, отвечающей за биологическую функциональность, и первичной
структурой белка нет однозначного соответствия. Мы можем узнать про­
странственную структуру белка, т. е. ее физический смысл, но эта струк­
тура ничего нам не скажет о функциях белка в качестве фермента,
т. е. о его биологическом смысле. Если мы представим онтогенез в каче­
стве всего лишь перевоплощения последовательностей нуклеотидов в фе­
нотип, то затем уже в этом перевоплощении не нужно искать развития.
Ему там не будет места. Онтогенез будет обозначать индивидуальное
развитие без развития, без порождения нового. В этом своем качестве
«онтогенез» и входит в структуру биологического мышления, а вместе с
ним «входят» и проблемы так называемой теории индивидуального раз­
вития.
Биологи знают, что по полю бегают кролики, а не их зиготы. Но они
не знают, почему кролик отличается от своей оплодотворенной к л ет к и 19.
Они знают, что зигота развивается в организм, хотя экспериментально
фиксируют нечто прямо противоположное, а именно: соответствие после­
довательности аминокислот в полипептидной цепи последовательности
нуклеотидов в РНК и ДНК. «. ..В области биологии развития мы бродим
пока,—пишет Б. Л . Астауров,—в совершенных потемках... все еще взи­
рая на развитие цыпленка в яйце как на подлинное чудо» 20.
Весь парадокс физико-химического развития биологии состоит в том,
что мы пришли не к теоретической биологии в классическом смысле
этого слова, а к конструктивной. В составе биологических исследований
порождаются не теории, которых ожидали, а проекты, т. е. новые едини­
цы биологического знания. Генная и клеточная инженерия являются
первыми результатами нового поворота в истории биологии, а биотехно­
логические проекты и программы указываю т на ближайшие перспективы
развития биологического знания. Построить проект —это значит объеди­
нить в одно целое, в одну конструкцию содержание различных теорий.
Биотехнология: диалектика естественного и искусственного
Успехи современной биологии очевидны. Сейчас биологи умеют делать
почти все, начиная с химического синтеза важнейш их биорегуляторов
типа простаглапдинов (биологически активные вещ ества ), феромонов
(половые приманки) и заканчивая инженерными операциями по измене­
нию наследственного аппарата микроорганизмов. Это умепие основано на
знании тех пространственных цепочек, в которые укладываю тся нуклео­
тиды нуклеиновых кислот и аминокислоты белков, а также на знании
биологического кода, т. е. соответствия между нуклеиновыми кислотами и
белками. Д ля того, чтобы понять живое, нужно было «заглянуть» впутрь
живой клетки, увидеть там сцепление атомов и молекул, т. е. физико­
химические основы жизни. Теперь, когда эти основы стали известны,
19 См. Уоддипгтон К. X . Основные биол огич еские концепции. В кн.: «На
пути к теоретич еской биологии». М., 1970.
20 Астауров Б. Л. Теоретическая биология и ее очередные задачи, с. 67.
60

появилась возможность для создания биотехнологии не только в хлебо­
печении, как это было в прошлом, а, например, в энергетике.
Если традиционная энергетика основывается на использовании нево­
зобновимых источников энергии, то в современной биологии отраба­
тывается технология использования возобновимых источников. Одним из
биологических методов получения топлива является, например, создание
плантаций быстро размножающихся одноклеточных водорослей. Вполне
возможно, что когда-нибудь мы научимся управлять важнейшей на Зем­
ле биохимической реакцией фотосинтеза вообще и бесхлорофильного син­
теза в частности. Но это одна из тех задач, решение которых составляет
содержание будущего развития биологии и биотехнологии.
В промышленности, занятой производством пластмассы и волокон,
делаются попытки найти место для организмов, гены которых управляют
производством природного белка, подобного паутине.
Микробные организмы могут накапливать металлы, отделяя их от
руды, извлекать нефть из отработанных скважин, очищая ее от серы и
парафина. Чтобы реализовать все эти свойства в биотехнологии, нужно
генно-инженерным путем создать штаммы —продуценты соответствую­
щих микроорганизмов. Поскольку микроорганизмы способны утилизовать
металлы, пластмассы, нефть и другие вещества, постольку они могут
быть задействованы в борьбе с загрязнением окружающей среды.
Биотехнологическое производство позволяет устранить дефицит кор­
мового белка в сельском хозяйстве. Сырьем для получения микробного
белка слу жат углеводороды нефти, природный газ, отходы целлюлозно-
бумажной промышленности и т. д. Благодаря современной биологии ста­
ло возможным клонирование эмбрионов животных.
Интенсивной точкой современных научных исследований является
проблема связывания свободного атмосферного азота. Молекулярный
азот фиксируют только бобовые растения, например, соя. Она сама себя
удобряет, выделяя азот благодаря симбионтам, т. е. микроорганизмам,
живущим с ней в симбиозе. Решение этой проблемы могло бы револю­
ционизировать методы ведения сельского хозяйства.
Робототехника, создание персональных компьютеров —это та метка,
по которой мы отличаем современность от классики. Методы биотехноло­
гии могут найти применение и здесь. У же сегодня создаются условия
для того, чтобы вместо металлов и кремния использовались в качестве
ячеек памяти ЭВМ органические молекулы, например, бактериородоп-
сина.
В медицине методы генной инженерии используются для лечения на­
следственных заболеваний. Создается промышленность, в которой биотех-^
нологическим путем будут создаваться важнейшие препараты: гормон
роста человека, инсулин, интерферон, иытерлекин и т. д. Современным
биологам удалось выделить и затем воспроизвести в искусственных усло­
виях нейропептиды, т. е. белки головного мозга, регулирующие такие
биологические функции, ка к сон, память , боль и т. д. Учеными разраба­
тываются теоретические предпосылки для активного вмешательства в на­
следственный аппарат организма человека. Правда, последствия таких
экспериментов предсказать еще трудно.
Знание физико-химических основ жизни наращивается в современной
биологии мощными темпами. Сегодня исследователь может за одну неде­
лю расшифровать 300—500 нуклеотидов, тогда как еще недавно в тече­
ние года прочитывалась цепочка не более 1000 нуклеотидов. Если 10—
15 лет.назад для синтеза 7 нуклеотидов требовалось восемь лет и за это
давали Нобелевскую премию, то современная техника позволяет за не­
сколько дней синтезировать 15—20 нуклеотидов. А одним триплетом,
т. е. тремя нуклеотидами, кодируется одна аминокислота. Тем самым
расширяются возможности расшифровки структуры белков. В тех слу­
чаях, когда последовательность аминокислот в белке велика, ее разби­
61

вают на. фрагменты, пептиды, и «читают» белок пептидами, т. е., образно
говоря, абзацами. Почти рутинной лабораторной процедурой стала и тех­
ника отделения гена, за которую Пол Бер г получил в начале 70-х го­
дов Нобелевскую премию, положив начало генной инженерии.
Для расщепления нуклеиновых кислот используется такой фермент,
как рестриктаза. Эта операция позволяет выделить ген из ДНК и затем
встроить его в плазмиду, функционирование которой в соответствующей
микробной культуре позволяет очень быстро размножить нужный ген.
В современной биологии изготовление гена может быть как инженер­
ным, так и химическим. В первом случае используется метод обратной
транскрипции (Р Н К —Д Н К), во втором —синтез нуклеотидов.
Методами рентгеноструктурного анализа и ядерного магнитного резо­
нанса можно установить пространственную ориентацию органической мо­
лекулы. Использование ЭВМ дает возможность для современной биоло­
гии изображать структуру белков с точностью до координат отдельных
атомов.
Объектом инженерии выступает сегодня и клетка в целом. Разрушив
оболочку из целлюлозы, можно слить две разнотипные растительные
клетки в одну, гибридную. А из одной растительной клетки мы можем
получить целое растение. Продуктом клеточной инженерии являются так
называемые моноклональные антитела, т. е. антитела строго направлен­
ного действия —великолепное средство для диагностики распознавания
болезнетворных агентов.
Список того, что современная биология умеет делать или будет уметь
в недалеком будущем, можно было бы продолжить. Но «заглядывание
внутрь» живого вещества как теоретический принцип современной био­
логии не имеет выделенной точки, на которой можно было бы остано­
виться. Этот принцип дополняется й развивается требованиями «направ­
ленно изменить», «сконструировать», «осознанно воспроизвести», «по­
строить в заданных условиях», «сделать искусственно» живой организм.
Вот в таких терминах, в таком языке выражаются умонастроение совре­
менного биолога, стилистика его мышления, совершенно недопустимая в
классической биологии.
Классическая биология, вершиной которой является теория происхож­
дения видов Ч. Дарвина, выработала идею субстанциональности форм
жизни. Согласно этой идее, жизнь субстанциональна, если в ее составе
нет таких форм, модусов й акциденций, которые бы порождались помимо
ее собственных оснований, т. е. были бы частями какого-то другого цело­
го. К составу жизни относилось только то, причиной чего была сама
жизнь. При анализе процессов жизни не нужно было обращаться к
трансцендентным сущностям, встроенным в объектную структуру мира.
Иными словами, классической биологией исключалась возможность того,
чтобы кто-то мог знать о явлениях жизни до жизни.
Описание феномена жизни запрещалось строить на основаниях,
исключающих этот феномен. Например, обращение Кювье к геологиче­
ским катастрофам для понимания процессов видообразования было с
этой точки зрения незаконным. Для объяснения процессов жизни оно
вводило сущности, л ежащие за пределами жизни.
Классическая биология строила свою систему знания так, что она не
зависела от знаний о происхождении жизни, о превращении материи во­
все не ощущающей в материю ощущающую. Биологическое описание
объекта, например, деления клетки или миграции птиц, сопровождалось
безобъектным пониманием того, что здесь имеет место феномен жизни,
а не условия ее происхождения.
Так, описание содержания жизни человека не содержит в себе неяв­
ной отсылки к тому факту, что человек произошел от определенной по­
роды обезьян, т. е. это содержание не объясняется натуральными усло­
виями происхождения человека. В терминах происхождения можно
62

объяснить то, что в человеке от обезьяны, а не от него самого. Просле­
живая эволюционные линии, можно сказать , почему у человека биноку­
лярное зрение, а не фасеточные глаза, рефлексы, а не тропизм, копчик,
а не хвост, две ноги, а не сорок ножек.
Если возможности зрения человека расш иряются при помощи изобре­
тенных предметов, произведений искусства и т. д., то в этом расширении
оно не зависит от унаследованной от обезьяны природы. И это —челове­
ческое зрение, т. е. не биологический факт, а социальный.
Феномен жизни нельзя объяснить происхождением химических
свойств углеродистых соединений, ибо в самой операции выделения этих
соединений уже сработали представления о живом веществе, т. е. сами
по себе углеродистые соединения не обладают признаками, указывающи­
ми на их выделенность, привилегированность относительно, например,
соединений кремния. Во время такого объяснения появляются сущности,
ходом рассуждения биолога не контролируемые. Для Ч. Дарвина, напри­
мер, не контролируемой биологическим мышлением сущностью была так
называемая неопределенная изменчивость. Неопределенная изменчи­
вость —факт, но мышление биолога должно строиться независимо от
этого физического факта, ибо процессами жизни он не контролируется,
т. е. он вырастает на каких-то других, несвойственных жизни основаниях.
Современная биология возникает как физика, если под физикой пони­
мать все то, что мы можем извлечь из восприятия пространственно опреде­
лившихся структур, в том числе структур жизни. Физический анализ
того материала, на котором реализовалась жизнь, составляет содержание
физико-химической биологии и образует исходный пункт для искусствен­
ной перестройки тела живых организмов. Иными словами, инженерный
характер современной биологии стал возможен после того, к ак была
установлена эволюционная случайность материала, из которого «сделан»
живой организм. В предположении случайности этого материала его
можно заменять, переделывать, создавая новые организмы с заранее за­
данными свойствами. Но если мы делаем какой-то организм по «черте­
жу», то это не значит, что мы знаем, как материя неощущающая превра­
щается в материю с ощущением.
В XIX в. жизнь понималась в качестве способа существования белко­
вых тел. В XX в. белковые тела стали производиться в массовом порядке.
Белки синтезируются, а способ существования жизни остается тайной,
Т. е. что остается тайной? Жизнь. Живое вещество переводится в план
искусственный, а жизнь как феномен не укладывается в воспроизводство
белковых тел на условиях, нами заданных, и остается в плане есте­
ственном.
Проективное отношение к живой природе показало, что возможны
искусственный ген, искусственная клетка, искусственное сердце, а жизни
искусственной нет. Если она есть, то она всегда естественна, т. е. в ней
обнаруживается нечто такое, что мы выбирать не можем и не можем
переделать. И это нечто мы воспринимаем как ценность, как феномен,
который мы можем только понять. Он не зависит от замещ ения частей
тела, если оно (это тело) еще живо. Мы не можем делить жизнь на
маленькие части и самые маленькие из них наблюдать, допустим, впред-
биологической эволюции. Жизнь, если она существует, то существует
полностью, а не на одну треть или на одну восьмую, и в этом смысле не
важно, наблюдаем ли мы за полетом бабочки с одним набором хромосом
или за прыжками обезьяны, у которой другое количество хромосом.
Для того, чтобы узнавать в пространственных структурах живое ве­
щество, нужно уже знать что-то о жизни, и это знание не «вычитывает­
ся» из полета бабочки или генетической структуры дрозофилы, а дается
нам сознанием нашей собственной жизни, т. е. нужно жить, чтобы у зн а­
вать живое. Вот это безобъектное знание жизни сопровождает ее
описание в научно-предметных терминах и сохраняется в фундаменталь-
63

ном различении жизни и живого вещества. Если мы знаем жизнь в
каком-то безобъектном смысле, то это не значит, что наше знание
обыденное, эмпирическое. Напротив, обыденное знание всегда предметно*
т. е. оно работает по правилу содержательного перечисления. В безобъ^
ектном смысле мы понимаем жизнь вне ее связи с тем случайным ма­
териалом, который нам встречается. Сегодня это понимание позволяет
нам, например, отличить робота от живого тела.
Предметное содержание наших знаний в современной биологии у тра­
чивает связь с тем ненаглядным и внепростраыственным пониманием
жизни, которое выражается в символических структурах сознания и
позволяет нам отличить живое от неживого в любой точке пространства
вне зависимости от их материальных форм.
Современная биология дистанцируется от того, что человеку может
быть дано лишь самим фактом его существования, т. е. объект дисципли­
нарного биологического знания как бы отделяется от условий его пони­
мания. Этот процесс можно обозначить как процесс десубстантивации
жизни, возможности знания в котором не связаны с возможностью пони­
мания феномена жизни.
Допущение о равенстве жизни и живого вещества оправдывает инже­
нерное отношение к жизни, но наклады вает ограничения на понимание
«естества» жизни. С этой естественностью жизни, видимо, все чаще будут
сталкиваться современные (инженерные) биологи.
Естественное разнообразие пространственно наблюдаемых структур
биологи связывают в одно целое теорией эволюции, по описание эволю­
ции в терминах этих же структур приводит к недоразумениям. Напри­
мер, простейший эволюционный акт представляется синтетической тео­
рией эволюции в виде изменения частоты какого-либо гена в популяции
под воздействием отбора. Если частота гена изм еняется —значит, проис­
ходит эволюция, если же не изменяется —нет эволюции. Эволюционные
представления были условием понимания и выделения частоты генов в
популяции, и затем эти условия начинают интерпретироваться в «частот­
ных», т. е. в предметных терминах. Например, заметили, что изменяется
частота генов в популяции Homo sapiens и появилось утверждение о том,
что продолжается биологическая эволюция человека. Тем самым сработа­
ла логика предметного язы ка, которая делает невозможным понимание
того, что частота генов изменяется, но из этого изменения нельзя извлечь
представления об эволюции, ибо это представление у же сработало при
выделении частоты генов.
«Заглядывание внутрь живой клетки» , т. е. поиск физико-химических
основ жизни, является теоретическим принципом современной биологии.
На основе этого принципа получены самые впечатляющие научные до­
стижения, в том числе инженерные. В философском плане этот принцип
обычно представляется как движение человека из мира обыденных кажи­
мостей жизни к подлинному свету их физических сущностей, которые
имеют свою иерархию и свой ранжир. Есть менее и более глубокие сущ­
ности, существует еще какая-то последовательность в их прохождении,
вроде расписания, согласно которому этп сущности открываются учены­
ми. Этой последовательности соответствует логика восхождения от
абстрактного к конкретному. Самая глубокая сущность наиболее кон­
кретна, менее глубокая сущность менее конкретна, т. е. сущности еще
как бы маркированы. Но в таком представлении изображается не реаль­
ный процесс позттаиия, не логика дела, а дело логики, т. е. логический
процесс, каждый момент которого определяет содержание следующей за
ним сущности. Иными словами, в этом изображении любое движение к
истине застревает на кажимости, если реальная истина выясняется лишь
потом, на пути к следующей сущности. Современная биология, занимаясь
прохождением последовательности физических сущностей, разлагает
условия мыслимости своего (т. е. биологического) объекта.
64

« Заглядывание внутрь» как принцип теоретической биологии работает
в предположении, что есть внешнее и есть внутреннее в составе жизни,
и существует еще некая пелена или занавес между ними, отодвинув ко­
торый можно увидеть суть дела. Рассеивая пелену, устр аняя занавес,
современная биология оказывается физикой или химией. Между тем в
предметно неопределимой пелене жизни скрывалась граница хмежду тем,
что живет, и тем, у чего нет жизни, ибо сама эта граница не описывает­
ся в терминах внутреннего или внешнего и воспринимается она, как
уже было сказано, метатеоретическим сознанием.
Современная биология сделала решительный поворот к тому, чтобы
перейти эту границу и все то, что она знала о феномене жизни изнутри
этого феномена, заменить описанием извне, со стороны впешнего наблю­
дения, т. е. наблюдения, в котором исключается понимание феномена
жизни и вырабатываются категории искусственного плана.
Например, «направленно измепить» —катег ория искусственного пла­
на. Но направленно изменить можно то, что утратило свою субстанцио­
нальность. Происходит трансформация самой связки «изменения» и «на­
правления». Эволюционным направлениям предшествовало изменение
содержания феномена жизни, т. е. изменилось нечто в этом содержании
и появилось эволюционпое направление, но это было вторым шагом, а не
наоборот. В плане искусственном появляется направление и затем что-то
меняется по этому направлению. А это значит: то, вокруг чего пульси­
рует жизнь, оказывается не естественным продуктом ее развития, а кон­
структом. Жизнь естественна, а то, вокруг чего она складывается, оказы­
вается искусственным, сконструированным, т. е. частью какого -то другого
целого.
Тем самым проблема связи естественного и искусственного в среде
обитания человека выступает в качестве важнейшей философской про­
блемы современной биологии и биотехнологии.

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК
К предыстории
формирования марксизма
С. А. ЛОЩАКОВА
Интенсификация исследований в сфере общественных наук неизбежно
связана с повышенным интересом к проблемам методологии, к фундамен­
тальным принципам марксистско-ленинской теории. Марксизм как теоре­
тическое выражение пролетарского движения дает важнейшие методоло^
гические принципы адекватного решения современных проблем обще­
ственного р азвития. Однако усвоение этих принципов в готовом виде
содержит ограниченные возможности их творческого применения.
Глубокое овладение марксистским методом требует ясного представ­
ления о самом процессе становления этого метода, о его истории и
предыстории. Важнейшие положения марксизма разработаны в трудах
его основоположников на основе критического преодоления учений
их предшественников. Однако поиски новой теории были характерны и
для утопического социализма, одна из заслуг которого состояла именно
в подготовке, хотя и незрелой, целого р яда кардинальных проблем обще­
ственного развития, в попытках синтеза идей социализма с философски­
ми и экономическими учениями своего времени. Домарксовская социали­
стическая мысль опробовала целый ряд подходов к решению этих про­
блем, и хотя последние получили свое научное разрешение лишь в
марксизме, знание путей, по которым шла мысль утопистов, позволяет
значительно глубже понять его фундаментальные положения, уяснить
связь его составных частей.
История утопического социализма самым тесным образом связана с
развитием общественной мысли своего времени —философскими и эко­
номическими взглядами. Проблема взаимосвязи теоретических источни­
ков марксизма в процессе его формирования получила в нашей литера­
туре достаточно обстоятельную разработку1.
Что же касается взаимосвязи теоретических источников марксизма на
этапе его предыстории, то эта проблема еще требует дальнейшей р азр а­
ботки. Потенциал, накопленный в области истории социалистических и
экономических идей, позволяет подойти к изучению утопического социа­
лизма с более широких методологических позиций —как к явлению
переходному от мировоззрения буржуазного к научному, пролетарскому.
Проблема взаимосвязи буржуазной политической экономии и утопи­
ческого социализма в широком смысле выступает как проблема взаимо­
связи двух антагонистических мировоззрений —формирующегося проле­
тариата и утверждающей свое политическое господство буржуазии.
1
См., например, О й з е р м а н Т. И. Формирование философии марксизма. М.,
1974; Лапин Н. И. Молодой Маркс.
1968 и др.

Буржуазное и пролетарское мировоззрения уже на стадии своего ста^-
новления выступают как противоборствующие идеологические потоки,
исходящие, однако, из общего мыслительного (теоретического) материа­
ла своей эпохи: эпохи крушения феодализма и утверждения политиче­
ского господства буржуазии. Неудивительно поэтому, что и буржуазное
и пролетарское мировоззрения с точки зрения их теоретического содер­
ж ания прошли сходные, хотя и несколько сдвинутые во времени фазы
эволюции: религиозную, философскую (рационалистическую) и эконо­
мическую.
Первая фаза была связана с реформационными движениями и дли­
лась вплоть до XVIII столетия. Для истории становления буржуазного
мировоззрения она имеет самостоятельное значение. Д ля утопического
социализма это этап предыстории.
Вторая и третья фазы эволюции буржуазного мировоззрения прихо­
дятся на X V I II столетие—восходящую линию буржуазного способа
производства.
Теория естественного права с ее представлениями о равенстве, спра­
ведливости страдала неисторйчностью и абстрактностью, но именно эти
качества делали ее наиболее пригодной для борьбы с исторически сло­
жившимися традициями идеологии феодального общества. Однако в пе­
риод идеологической подготовки буржуазной революции широта и абст­
рактность учения просветителей и материалистов XVIII в. позволяли
делать из него выводы противоположного классового содержания. Бур­
жуазное требование юридического равенства было дополнено требова­
нием общественного равенства (уничтожение классов).
Последовательное проведение основных принципов материализма
X V III в. вынуждало утопистов выходить за юридические рамки ограни­
ченной буржуазной трактовки теории естественного права в социальную
и экономическую сферу, вынуждало их искать новые средства, обоснова­
ния социалистического идеала. И они находили эти средства в идейном
материале своей эпохи —в буржуазной политической экономии.
Все положительное содержание классической школы буржуазной по­
литической экономии, послужившее впоследствии основой для социали­
стических выводов, вышло из буржуазной философии и выступает лишь
как последовательное развитие принципов теории естественного права.
Классики буржуазной политической экономии защ ищали интересы
капитализма, который шел на смену феодальному способу производства.
Классовый антагонизм между поднимающейся буржуазией и феодальной
аристократией еще не заслонил собой неразвитый антагонизм между тру­
дом и капиталом.
Это обстоятельство определило прямолинейность, объективность,
научную честность представителей данной школы, которые исследовали
«производство ради производства... как развитие производительных сил
человечества» 2.
Однако это же обстоятельство позволяло и представителям других
классов использовать выводы классической школы политэкономии для
выражения своих интересов. Выход за рамки буржуазного (юридическо­
го) понимания равенства с неизбежностью приводил к утверждению р а­
венства экономического —требования права на полный продукт своего
труда, что не затрагивало основ буржуазного способа производства.
Утопическому социализму с момента его возникновения было при­
суще внутреннее противоречие между социально-экономическим (все­
мирно-историческим) содержанием и той формой (фантастической, умо­
зрительной) , в которой это содержание находило свое выражение.
2 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. И, с. 123.
67

Этап экономического обоснования (с Позиций буржуазной политиче­
ской экономии) социалистического идеала, связанный прежде всего с
английским утопическим социализмом, логически (и исторически)
явился завершающим этапом на пути сближения социалистического
идеала с действительностью в рамках утопии —этапом, непосредственно
предшествующим выходу социализма за рамки утопии и превращению
его в науку.
Развитие буржуазной политической экономии и сопутствующей ей со­
циалистической критики идет рука об руку с развитивхМ внутреннего
антагонизма буржуазного общества. Вначале эта критика раздается из
среды самого господствующего класса и носит филантропический харак­
тер (Беллерс—1623—1687). Затем на смену ей приходят идеи уравни­
тельной справедливости, в синкретичной форме выражавшие протест
предпролетариата, мелкой буржуазии и буржуазной демократии против
выходящих нар ужу антагонизмов капиталистического способа производ­
ства (Мабли - 1709-1785; Ч. Холл - 1740-1820; Т. Спенс - 1750—
1814; У Годвин —1756—1836). Для этого этапа XVIII в. характерна
чисто рационалистическая критика классовой направленности выводов
формирующейся буржуазной политической экономии, при отсутствии
сколько-нибудь серьезных попыток ее теоретического преодоления.
Социалистическая критика политической экономии этого периода носит
случайный, эпизодический характер (не имеет массового характера).
Вместе с тем у же на этой стадии мы наблюдаем в зачаточной син­
кретичной форме практически все более поздние направления социали­
стической критики буржуазной политэкономии —феодальное, мелкобур­
жуазное, уравнительно-коммунистическое, анархически-коммунистиче-
ское, —которые выходят на поверхность (конституируются) в первой
половине XIX в., т. е. на стадии разложения классической школы бур­
жуазной политической экономии.
Разложение этой школы осуществляется по нескольким линиям. Она
подвергается критике с консервативно-апологетических позиций со сто­
роны вульгарной политической экономии, которая является ее собствен­
ным продуктом развития и выражает интересы пришедшей к власти бур­
жуазии. Рикардианскую школу критикуют справа с реакционных пози­
ций, выражающих интересы земельных собственников (Мальтус). Она
подвергается критике «слева», со стороны теоретиков конституирующего­
ся пролетариата, которые сначала отвергают ее как классовую доктрину
(Сен-Симон, Фурье и частично Оуэн), а затем пытаются делать с ее по­
мощью антикапиталистические выводы (английские социалисты 20—
40 гг.) . И наконец, классическую школу атакуют теоретики мелкой бур­
жуазии (Сисмонди, Прудон).
Собственно социалистическим является лишь одно из названных на­
правлений. Однако на этой ступени развития капитализма в Западной
Европе ему сопутствует широкий спектр псевдосоциалистической крити­
ки буржуазной политической экономии, выражающей интересы тех клас­
сов общества, которые по мере развития капитализма приходят в упадок
(феодалов, мелкой буржуазии), а также «социалистические» попытки
самой буржуазии замаскировать все более обостряющийся антагонизм
между трудом и капиталом.
Предметом столкновения различных форм псевдосоциализма является
противоречие между трудом и капиталом, выявленное представителями
классической школы в теории трудовой стоимости.
Феодальный социализм критикует эту теорию с нравственно-рациона­
листических или религиозных позиций, предостерегая против заложен­
ных в ней революционных выводов.
Буржуазный, «государственный» социализм пытается освободиться от
этой теории на пути ее вульгаризации —теории издержек производства,
6S

призванной привлечь пролетариат на сторону буржуазии, создать види­
мость гармонии интересов всех классов общества.
Мелкобуржуазный социализм (Сисмонди, Прудон) указывает на про­
тиворечие между теорией трудовой стоимости и реальной практикой
буржуазных экономических отношений, но панацею от всех бед капита­
лизма видит в простом товарном производстве.
Все направления псевдосоциалистической критики классической шко­
лы буржуазной политической экономии в силу своего классового содер­
жания стремятся так или иначе затормозить ход исторического процес­
са, насильственно втиснуть современные производительные силы в рамки
отживших общественных отношений и не могут поэтому реализовать за­
ложенный в ней революционный антикапиталистический потенциал. Н аи­
более ясно и недвусмысленно это отношение проявляется у Шарля
Фурье, который видит в буржуазной политической экономии лишь клас­
совую апологетическую доктрину, « лж енауку», лиш ен ную какого бы то
ни было положительного содержания3. В его произведениях мы встре­
чаем имена А. Смита, Сэя, Сисмонди, однако сам Фурье даже не пытает­
ся анализировать теоретические предпосылки их концепций. Он просто
объявляет их негодными, отбрасывает, как голую апологетику, апеллируя
к абстрактным принципам теории естественного пр а в а 4.
В противоположность Ш. Фурье Сен-Симон всячески превозносит тео­
ретические заслуги политико-экономов, не замечая классового содержа­
ния их теории. В политической экономии он видит прообраз науки буду­
щего —науки об организации общественного производства.
Анализируя труды политико-экономов, Сен-Симон всячески подчерки­
вает их феодальную направленность, пе чувствует аитипролетарской,
апологетической сущности их теорий, уверенный в том, что частные ин­
тересы класса промышленников самой силой вещей согласуются с обще­
ственными интересами. Однако именно такой, абстрактный, надклассо­
вый подход к политической экономии позволяет Сен-Симону прийти к
одной из своих поистине гениальных догадок —о превращении политики
в науку о производстве, о поглощении политики экономикой, о превраще­
нии политического управления людьми в управление вещами, в руковод­
ство процессом производства56.
Вместе с тем Сен-Симон прочно стоит на позициях социального идеа­
лизма. Соглашаясь вроде бы с общими принципами политической эконо­
мии, Сен-Симон тем не менее исходит из физиологии индивидуумов, ко ­
торая является, по его мнению, основой социологии. Д ля политической
экономии в его мировоззрении просто нет места. Она интересует Сен-
Симона лишь с точки зрения практического применения, утилитарно.
Сен-Симон не пытается анализировать политическую экономию как
теорию, уличить ее в противоречии со своими собственными предпосыл­
ками и выводами, как это делали впоследствии «пролетарские противни­
ки политико-экономов» 20—40-х гг. Отчасти это объясняется тем, что
«... крупная промышленность, а вместе с ней и противоположность меж­
ду буржуазией и пролетариатом находились еще только в процессе воз­
никновения» fi Однако пе менее важную роль здесь сыграл, по-видимому,
и тот факт, что главным распространителем и популяризатором идей
классической школы буржуазной политической экономии во Франции
выступил Сэй —основатель вульгарной политической экономии XIX. в.
Главное достижение классической школы —трудовая теория стоимости,
представленная в учении А. Смита еще в неявной форме, в системе Сэя
исчезла полностью. Освободив учение А. Смита от «излишних» сложно­
стей и абстракций, Сэй заменил трудовую теорию стоимости, отра­
3 См. Фурье Ш. Избр. соч ., т. I. М., 1924, с. 113; 88; т. IV, с. 391, 406, 146 и др.
4См.там же,т.И,с.202—206идалее.
5 См. Сен-Симон. Избр. соч., т. I. М., 1948, с. 92, 115, 130, 148—150 и др.
6 Маркс К. иЭнгельсФ. Соч., т. 19, с. 195. j
69

жавшую основное противоречие капиталистического производства-,
поверхностной теорией факторов —труд, капитал и земля принимают
равноправное участие в создании стоимости продукта. У читы вая особое
расположение, которое испытывал Сен-Симон к Сэю, трудно не предполо­
жить, что позиция последнего не оказала влияния на характер отноше­
ния великого социалиста-утописта к буржуазной политической экономии.
Особенности исторической ситуации и идейного фона, на котором про­
исходило формирование взглядов Сен-Симона, привели к тому, что у него
буржуазное и пролетарское направления стояли рядом. Отношение Сен-
Симона к буржуазной политической экономии в целом находится в русле
этого второго направления7.
В подходе французского критически-утопического социализма к поли­
тической экономии, несомненно, проявилось его отношение к политике
вообще. Отрицание Сен-Симоном и Фурье политической борьбы было
вызвано прежде всего психологической реакцией на эпоху террора
1793 г., но не только ею. Не последнюю роль здесь сыграл тот идейный
фон, на котором формировались взгляды социалистов-утопистов.
Отношение Р. Оуэна к политической экономии своего времени во мно­
гом отличается от позиции Сен-Симона и Фурье. «Весь оуэновский ком­
мунизм, поскольку он вступает в экономическую полемику,—писал
Ф. Энгельс,—о пирается на Рикардо» 8.
Коммунизм Оуэна непосредственно примыкает к французскому ма­
териализму и в целом не выходит за рамки рационалистической схемы
XVIII в. Для обоснования своего коммунистического идеала Оуэн поль­
зуется исключительно рационалистической аргументацией, даже не пы­
таясь привлечь какие-либо данные экономической науки. Многие вопро­
сы, имеющие самое прямое отношение к экономической организации бу­
дущего общества, Оуэн или оставляет открытыми, или дает им чисто
рационалистическое обоснование, ограничиваясь ссылками на челове­
ческую природу 9.
Вместе с тем, обладая прочными знаниями в политической экономии,
будучи близким к кругам виднейших экономистов своего времени, в чис­
ло которых входил и Д. Рикардо, Оуэн был первым, кто, опираясь на
принципы классической школы, пытался сделать е их позиций антикапи-
талистические выводы. Последние не легли в основу его коммунисти­
ческой системы, однако играли в ней далеко не последнюю роль.
Будучи практиком, он обращается к политической экономии. Как и
лучшие ее представители, Оуэн стоит на позициях теории трудовой стои­
мости, однако в отличие от Рикардо он обращает эту теорию против ка ­
питала, в защ иту непосредственных производителей.
Выводы, сделанные Оуэном из теории трудовой стоимости, носят не
коммунистический, а уравнительный характер.
Теория трудовой стоимости играет в учении Оуэна чисто вспомога­
тельную роль, в то время как его коммунистическая система в своих важ­
нейших моментах и по духу в целом не выходит за рамки рационалисти­
ческой философии XVIII в.
*
*
Английский социализм 20—40-х гг. X IX в. возникает на завершающей
стадии борьбы буржуазии за свое политическое господство, в условиях
наиболее развитой промышленной страны того времени. Его представите­
ли сознательно отстаивают интересы труда против капитала и идут по
пути сближения теории с практикой. Исходные принципы их учений по­
7 См. Сен-Симон. Избр. соч., т. I, с. 414, 415—416, 424 и др.
8 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 24, с. 17.
9 См., например, Оуэн Р. Избр. соч., т, I. М., 1950, с, 132-133, т. И, с. 22 -25 ,
51идр.
70

черпнуты из теории естественного права, однако средства для осуществ­
ления этих принципов авторы ищут в буржуазной политической эконо­
мии — в теории трудовой стоимости классической школы.
« Пролетарские противники политико-экономов» видят причину бед­
ственного положения рабочего класса в неэквивалентном обмене между
трудом и капиталом, считая его результатом обмана и насилия со сторо­
ны господствующего класса. Рассматривая прибыль капиталиста как не­
справедливый вычет из продукта труда, созданного рабочим, они стремят­
ся разработать «эквивалентную систему» обмена, исходным принципом
которой явл яется «право производителя на полный продукт своего труда» .
Кто же эти писатели и каково их отношение к буржуазной политиче­
ской экономии? Несмотря на кажущую ся простоту этого вопроса, ответ
на него связан с определенными методологическими трудностями.
В «Нищете философии» (1847 г.) К. Маркс называет «социалистами»
тех, кто предлагал уравнительное применение рикардовской теории,
pi приводит в качестве примера имена Годскина, Томпсона, Эдмондса,
Брея, указывая, что это лишь незначительная часть весьма обширной
литературы, посвященной этому вопросу10. Именно в таком значении
употребляется этот термин в нашей историографии, когда заходит речь
о писателях, делавших с позиций трудовой стоимости Рикардо выводы
в пользу пролетариата.
Не все из названных выше писателей являю тся учениками Оуэна, его
сознательными последователями, но все они используют логическую схе­
му социалистического применения теории Рикардо, впервые предложен­
ную Оуэном. Правда, В. Г. Плеханов в статье «Утопический социализм
XIX века» наряду с учениками Оуэна выделяет еще одну группу анг­
лийских социалистов, связанную духовным родством с коммунистическим
анархистом Годвином (Рейвнстон, Годскин)11. Проводя такое разделе­
ние, В. Г. Плеханов, видимо, имел в виду не столько способ обоснования
социалистического идеала, сколько его характер, источники, откуда со­
циалисты заимствовали свои исходные принципы. Если же рассматривать
способ обоснования социалистического идеала, то проводимое В. Г. Пле­
хановым различие оказывается не столь существенным, если принять во
внимание, что взгляды самого Оуэна формировались не без влияния идей
Годвина и что Годвин одним из первых у казал на несправедливость
присвоения владельцами средств производства части трудового дохода 12.
Социалистическое применение теории Рикардо в Англии 20—40-х гг,
возникло на основе устойчивой традиции в истории социалистической
мысли, корни которой восходят к XVII столетию (Веллере). Однако про­
стое указание на источники взглядов представителей этого направления
в лучшем случае характеризует историческую форму движения со­
циалистической мысли* в то время как внутренняя содержательная сто­
рона ее развития остается во многом скрытой.
В период работы над «Нищетой философии» К. Маркс только позна­
комился с антикапиталистической английской литературой 20—40-х гг.,
названной им в целом социалистической. В 1862—1863 гг., работая над
историко-критической частью «Капитала» , он вновь в озвращается к ее
изучению и дает ей более развернутую характеристику.
Согласно плану его сочинения, по словам Маркса, социалистические
и коммунистические писатели вообще не включались в исторические об­
зоры. Эти обзоры должны были лишь показать, во-первых, в какой фор­
ме политико-экономы критикуют сами себя, а во-вторых, в каких формах,
явившихся историческими вехами, были впервые высказаны и развиты
10 См. Маркс К. й Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 102.
11 См. Плеханов Г. В. Избр. фил ос. произв., т. III . М., 1956, с. 583 —586.
** К этому следует добавить, что под сильным влиянием Годвина находился и
такой верный посл ед овате ль Оуэна, как Томпсон. На это, в частности, обращае т
внимание В. В. Галкин в работе «Наука или ут опия?», М., 1981.
.71

далее законы политической экономии. Поэтому при рассмотрении при­
бавочной стоимости Маркс оставил в стороне таких писателей XIX в.,
как Бриссо, Годвин13 и др., а кроме того, социалистов и коммунистов
XIX века. Те немногочисленные социалистические писатели, о которых он
в дальнейшем говорил в своем обзоре, либо сами становятся на точку
зрения буржуазной политической экономии, либо исходят в своей борьбе
против нее из ее же собственной точки зрения.
И далее, в 21-й главе IV тома «Капитала» — «Пролетарские противни­
ки политико-экономов, исходившие из рикардовской теории», —рассмат­
риваются анонимный памфлет 1821 г., выш едший в Лондоне, сочинения
Рейвнстона, Годскина и Брея 1415.
При анализе приведенного высказывания К. Маркса прежде всего об­
ращает на себя внимание тот факт, что он говорит не о социалистах,
а о социалистических писателях, которые стоят на позициях рикардов­
ской теории стоимости, однако делают из нее выводы, противоположные
тем, которые делали буржуазные политико-экономы13. Они принимают
основные теоретические посылки классической экономической школы, но
выступают против их буржуазной интерпретации. Они являются эко­
номистами, во всяком случае, используют экономическую теорию и
делают в пользу пролетариата те выводы, которые содержатся в теорип
Рикардо в неявной форме. Идя по этому пути, они развивают «далее за­
коны политической экономии» и в ряде случаев делают шаг вперед по
сравнению с Рикардо.
К. Маркс не зачисляет всех «противников политико-экономов» в р аз­
ряд социалистов, а делит их на две группы: 1) тех, которые «сами
становятся на точку зрения буржуазной политической экономии», делая
с ее позиций выводы в пользу пролетариата; 2) тех, кто выступает
против буржуазной политической экономии, уличая ее в противоречии
с ее же собственными принципами, исходя «из ее же собственной
точки зрения», т. е. теории стоимости Рикардо.
Анализ 21-й главы IV тома «Капитала» позволяет предположить, что
к первой группе К. Маркс относит автора анонимного памфлета 1821 г.,
Рейвнстона и Годскина, а ко второй группе —Брея.
С этих позиций становится понятна внутренняя структура (логика)
21-й главы IV тома «Капитала» — « Пролетарские противники политико-
экономов, исходившие из рикардовской теории». К. Маркс не пытается
дать сколько-нибудь полный исторический обзор сочинений социалисти­
ческих авторов, в той или иной форме примыкавших к теории трудовой
стоимости Рикардо. Эта работа была им проделана, видимо, во второй
половине 40-х гг., когда он знакомился с названным видом английской
литературы 16.
В равной степени К. Маркс не занимается и анализом той логики,
которая позволила названной группе писателей обратить трудовую тео­
рию стоимости Рикардо в пользу пролетариата. Эта логика «простейше­
го социалистического применения теории Рикардо» 17 была изложена и
13 Бриссо (1754—1793) и Годвин (1756—1836) с чисто рациона листич еских по­
зи ций доказывали несоответствие господ ствующ ей в обществе частной собс тве нно­
сти «е сте ственн ому праву собственности», единственны м основанием которой явля­
ются потребности человека и его труд.
14 Незаконченный раздел о Брее помещен в эту главу на основе указаний са­
мого Маркса. См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.. т 26. w Т. г XX IV—XXV.
15 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. III, с. 245—336.
16 Здесь следует отметить, что в советской историографии эта задача еще ждет
своего реш е ния. Англ ийская антикапитал ис тич ес кая литер атур а 20—40-х гг. XIX в.,
«вновь» открытая Марксом в конце 40- х гг., в на ше время во многом ост ает ся «забы­
той». Д о сих пор на рус ский язык пер евед ены только основные пр ои звед ен ия Год­
скина, Грея, Брея. Единственная обобщающ ая работа (Галкин В. В. Наука или
утопия?), претендующая на восполнение этого пробела, появилась лишь в 1981 г.
17 Выра жение Ф. Энгельса. См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 183.
72

критически осмыслена К. Марксом еще в 1847 г. в «Нищете философии».
Предметом исследования К. Маркса в названной главе является про­
цесс сближения социалистического идеала с действительностью в рамках
утопии, точнее, процесс нарастания (развития) научных предпосылок, за­
ложенных в трудовой теории стоимости Рикардо в рамках английской
антикапиталистической литературы 20—40-х гг. XIX в. При этом можно
предположить, что социалистическое применение рикардовской теории
рассматривается К. Марксом не как самостоятельное направление утопи­
ческого социализма, а в качестве одной из линий разложения классиче­
ской школы буржуазной политэкономии, которое шло рука об руку с
развитием антагонизма между трудом и капиталом.
Теории прибавочной стоимости представляют собой первый и единст­
венный набросок заключительного тома «Капитала» . Многие его разделы,
включая главу «Пролетарские противники политико-экономов . . .», оста­
лись незавершенными. И все же имеющийся материал позволяет просле­
дить намеченную К. Марксом общую логику «социалистической эволю­
ции» рикардовской теории, которая имеет принципиальное значение для
определения исторического места «рикардовского социализма» и той
границы, которая отделяла этот очень своеобразный вид утопии от на­
учного социализма.
Представители первой группы «пролетарских противников политико-
экономов» не являю тся социалистами в строгом смысле этого слова. Они не
выступают против частной собственности, не дают сколько-нибудь р аз­
вернутого социалистического идеала будущего общества. Стоя на по­
зициях теории трудовой стоимости классической школы, они лишь после­
довательно делают выводы, содержащиеся в теории Рикардо в неявной
форме. Эти выводы, пролетарские по своей направленности, в общем и
целом не выходят за рамки экономической теории и не ведут к развер­
нутой критике буржуазного общества в целом.
Теория классической школы, позволявшая в одно и то же время счи­
тать в качестве источника стоимости, с одной стороны, труд, а с дру­
гой —капитал, отражала действительное противоречие буржуазного об­
щества. Однако в том виде, в котором это противоречие было сформу­
лировано у Рикардо, оно содержало в себе возможности для выводов
самого различного классового содержания. «Пролетарские противники по­
литико-экономов», в зявш и е за основу «труд», н а правлял и свои выводы
против вульгарных последователей Рикардо и его противников справа,
абсолютизировавших «капитал ». Ни те, ни другие не смогли теоретиче­
ски преодолеть концепцию классической школы и разрешить сформули­
рованное в ней противоречие, однако в рамках учений «пролетарских
противников политико-экономов» мы наблюдаем постепенный процесс
выявления научного потенциала, заложенного в теории трудовой стоимо­
сти Рикардо.
Автор анонимного памфлета 1821 г. сводит прибавочную стоимость
к прибавочному труду, который присваивается капиталистом бесплатно.
Рейвнстон связывает величину прибавочной стоимости со степенью р аз­
вития производительной силы труда. Однако оба они еще сохраняют оп­
ределенные иллюзии относительно «производительности капитала» и де­
лают шаг в сторону уравнительного коммунизма XVIII в., предлагая в
качестве средства избавления от эксплуатации ограничение объема про­
изводства средствами первой необходимости для трудящихся.
Т. Годскин с позиций теории Рикардо делает вывод о непроиз­
водительности
капитала и вплотную подходит к пониманию к а­
питала как общественного отношения. Однако, раздел яя «с обратной сто­
роны» заблуждение политико-экономов относительно неразрывной связи
капитала с вещественными элементами процесса труда, Годскин напр ав­
ляет орудие своей критики не против капиталистического отчуждения
вещных элементов труда от производителя, а против самого овеществлен­
73

ного труда, стремясь доказать его незначительность по сравнению с жи­
вым трудом рабочего, и тем самым доказать необоснованность притязаний
капитала на прибыль 18.
Вывод Годскина о непроизводительности капитал а завершает восхо­
дящую линию развития научных предпосылок классической школы, на­
меченную представителями первой группы «пролетарских противников
политико-экоыомов »,
Представители второй группы «пролетарских противников...»
—
У. Томпсон, Т. Эдмондс, Д. Брей и отчасти Д. Грей —это социалисты,
выступающие против частной собственности, обстоятельно рисующие
идеал будущего общества и использующие для его обоснования трудовую
теорию стоимости Рикардо. Все они не только требуют права рабочего
на полный продукт своего труда, но и пытаются построить такую систе­
му распределения, которая бы на практике обеспечила осуществление
этого требования. Учения Томпсона, Эдмондса и Грея весьма неодно­
родны как с методологической точки зрения, так и в отношении их социаль­
но-экономического содержания. В теоретическом отношении, в плане вы ­
явления научных предпосылок теории Рикардо, они не дают ничего но­
вого по сравнению с представителями первой группы «пролетарских про­
тивников политико-экономов». Ни один из них не поднимается до
вывода Годскина о непроизводительности капитала.
Это определило и отношение названных социалистов к политической
экономии. Объективно их учения направлены против вульгарных после­
дователей и противников Рикардо справа. Однако они еще не осознают
классового содержания буржуазной политической экономии, не пытают­
ся противопоставить одну сторону учения Рикардо другой.
В 1830 г. наступает кризис. Буржуазия приходит к политической
власти. На первый план выдвигается борьба между трудом и капиталом.
На смену беспристрастным научным изысканиям в политической эконо­
мии приходит вульгарная апологетика. Это, в свою очередь, вызывает
ответную реакцию со стороны идеологов формирующегося пролетариата.
От отдельных пролетарских выводов из теории Рикардо они переходят к
критике с ее позиций буржуазного общества в целом, включая саму бур­
жуазную политическую экономию. Таким является труд Брея «Неспра­
ведливости в отношении труда и средства к их устранению» (1839) —
наиболее яркое произведение английского социализма 30-х гг. X IX в.
Брей «идет» прямо по той логике, которую Маркс в свое время «наме­
тил» для Годскина19. Он завершает линию антикапиталистического
истолкования теории Рикардо, последовательно противопоставляя одну
сторону его учения, «научно» развиваемую политико-экономами, их фети­
шистским представлениям 20.
Брей стоит выше Годскина, поскольку не смешивает вместе с полити­
ко-экономами вещные условия труда и ту социальную форму, которую
они приобретают при капитализме. Брей берет накопленный труд в его
естественном виде —как простой момент всякого труда, и направляет
свой основной удар не против капиталистов как индивидов, что было
характерно для Годскина, а против самой системы отношений, которая
подчиняет труд его же собственному продукту.
Путь борьбы с этой системой —ликвидация частной собственности и
переход средств производства («капитала» по терминологии Брея) в ру­
ки общин трудящихся.
Уравнительно-социалистические выводы из теории трудовой стоимо­
сти Рикардо были основаны на двух ошибочных допущениях: 1) о воз­
18 См. Го деки и Т. Соч., М., 1938, с. 7, 26, 30, 36, 22—23 и др.
19 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. II I, с. 284—285.
20 См. Брей Дж. Ф. Несправедливости в отношении труда и средства к их
устранению. М., 1956.
74

можности использования рабочего времени в качестве непосредственной
меры стоимости продукта и универсального эквивалента «равного» ин­
дивидуального обмена; 2) о тождественности общественных издержек
производства и индивидуального вознаграждения за труд (стоимости про­
дукта и заработной платы).
Первое допущение не учитывает того факта, что в условиях обособ­
ленности производителей действительная стоимость продуктов определя­
ется не непосредственно затраченным на них рабочим временем, а опо­
средованно —путем их отчуждения (превращения в товар) и сопоставле­
ния в процессе конкуренции. На данном ошибочном предположении —
что рабочее время, затраченное на производство продукта, изначально
явл яется общественно необходимым, —строили свои системы «справедли­
вого» индивидуального обмена Прудон и Грей. Подобное заблуждение в
большей или меньшей степени было свойственно всем «пролетарским
противникам политико-экономов» , поско ль ку они допускали в будущем
коммунистическом обществе индивидуальный обмен продуктами труда
или видели в нем переходную меру к этому обществу.
Второе заблуждение —о тождественности стоимости продукта труда и
заработной платы —собственно и послужило отправной точкой для урав­
нительных выводов из теории Рикардо, который различал эти два поня­
тия, хотя и не мог объяснить действительного источника заработной пла­
ты (превращение рабочей силы в товар). Это заблуждение приводило
« пролетарских противников политико-экономов» к неразрешимым против
воречиям, когда с позиций права на полный трудовой доход они пыта­
лись построить общество ассоциированных производителей. Право на
полный трудовой доход сразу же вступало в противоречие с потребно­
стями коллективно организованного производства, требовавшего совмест­
ного пользования произведенным продуктом. Грей и Прудон разрешили
это противоречие в пользу мелкотоварного производства, Томпсон, Эд­
мондс и Брей — в пользу коммунистически ассоциированного, хотя они
и не смогли полностью о тказаться от принципа индивидуальной обеспе­
ченности. Однако ни один из «пролетарских противников политико-эконо ­
мов», вкл ючая Оуэна, не смог подняться до идеи централизованного ре­
гулирования производства и потребления в масш табах всего общества.
Их коммунистические системы носят кооперативный характер.
Источником названных заблуждений явился изначально субъективный
метафизический подход «пролетарских противников» к теории трудовой
стоимости Рикардо, которая не явилась для них источником социализ­
ма, а лишь средством обоснования принципов, почерпнутых из рацио­
нальных, этических представлений. Такой, по существу, утилитарный
подход к теории не позволил им выявить действительного положительного
его содержания и закономерно привел к утопии.
В теории трудовой стоимости Рикардо было впервые сформулировано
(на уровне антиномии) противоречие буржуазного способа производст­
ва —как противоречие между определением стоимости количеством тр у­
да и законом обратной пропорциональности заработной платы и прибыли.
Эта антиномия создала воображаемую научную основу как для вульгар­
ной политической экономии, так и для «пролетарских противников поли­
тико-экономов». Первые абсолютизировали «капитал», вторые — «труд».
Не видя в этом противоречии никакого залога прогресса, обе стороны пы­
тались избавиться от него, зачеркнув одну из противоположных сторон.
С точки зрения своего теоретического содержания учения «пролетар­
ских противников политико-экономов» представляют собой одну из линий
разложения классической школы буржуазной политической экономии.
«Социалистическое» истолкование рикардовской теории явилось резуль­
татом ее вульгаризации. Поэтому К. Маркс в своих исследованиях пошел
не от учений «пролетарских противников политико-экономов», пыта вш их ­
ся подогнать действительность под односторонне воспринятые экономи­
75

ческие принципы, а от самой теории трудовой стоимости Рикардо, найдя
ключ к разрешению сформулированного в ней противоречия в превраще­
нии рабочей силы в товар. В итоге там, где «пролетарские противники»
видели результат насилия и обмана, К. Маркс увидел необходимое выра­
жение законов общественного развития.
В социально-экономическом отношении «право на полный продукт
своего труда» явилось определенной данью прошлому —условиям мелко­
товарного производства, уступающим место промышленному капитализ­
му. Однако во всемирно-историческом смысле оно смотрело в будущее,
поскольку выражало протест формирующегося пролетариата против си­
стемы капиталистической эксплуатации и было направлено против самих
устоев буржуазного общества —частной собственности на средства
производства. В то же время лозунг «Право рабочего на полный про­
дукт своего труда» не мог служить точным выражением интересов р а­
бочего класса, поскольку ориентировал его не столько на преобразова­
ние способа производства, сколько на реорганизацию сферы распре­
деления.
Историческая заслуга «пролетарских противников иолитико-экономов»
определяется отнюдь не их теоретическими выводами, которые по своему
всемирно-историческому смыслу в целом ряде случаев пошли дальше
Рикардо. Их действительная заслуга состоит в попытке сблизить социа­
листический идеал с современной им действительностью, в попытке со­
единить те направления мировой общественной мысли, которые наряду
с немецкой классической философией вскоре нашли свое высшее завер­
шение в марксизме.
*
Попытка синтеза теоретических источников марксизма на этапе его
предыстории отнюдь не была монополией английского социализма. Социа­
листическая мысль 30—40-х гг. X IX в. опробовала целый ряд путей соз­
дания нового мировоззрения. К их числу принадлежит попытка соеди­
нить социализм с диалектической философией Гегеля, которая была пред­
принята мыслителями целого ряда стран Европы, включая Бакунина,
Белинского, Герцена и Чернышевского. Эта попытка тоже оказалась не­
удачной в силу идеалистического характера философии Гегеля, однако
в целом она лежала в русле общего движения от утопии к науке. По­
пытки соединить социализм с политической экономией носили интерна­
циональный характер. И здесь большая заслуга принадлежит русским
социалистам. В отличие от англичан они подходили к действительности
с исторических позиций (хотя и оставались в целом в рамках идеализма).
С подобными идеями выступал В. А. Милютин (1826—1859), кото ­
рый, правда, отрицал теорию трудовой стоимости как противоречащую
действительным экономическим отношениям буржуазного общества.
Поистине замечательной фигурой в истории мировой общественной
мысли явл яется Н. Г. Чернышевский (1828—1889). Он первым в России
сделал уравнительно-социалистические выводы из теории Смита —Рикар ­
до 21. Вместе с тем в отличие от английских социалистов, стремившихся
немедленно подогнать действительность под свои представления о спра­
ведливом общественном устройстве, Н. Г. Чернышевский понимал, что
новое общество может возникнуть не в результате осуществления проек­
тов, а на основе постепенных изменений в материальных условиях
жизни.
21
Русские нар одники под влиянием ид ей Н. Г. Ч ер ныш евско го не только воспри­
няли «теорию трудовой стоимо сти» , но и сде лал и из н ее революционные выводы.
Наибол ее отчетливое выраж ение эти выводы нашл и в трудах П. Л. Лаврова
(1823-1900).
76

.... . «Мысль Чернышевского,—писал Г. В. Плеханов,— шла по тому же
самому пути, который привлек западноевропейскую мысль к марксиз­
му» 22. Однако неблагоприятные условия российской жизни оставили его
учение в стороне от генеральной линии развития мировой общественной
мысли. В период его творчества К. Маркс и Ф. Энгельс уже заложили
краеугольные камни нового научного мировоззрения.
С этих позиций именно английским социалиста*м 20—40-х гг. X IX в.
принадлежит первая попытка соединить социализм с экономической тео­
рией. С точки зрения исторической их учения представляют собой пере­
ходное звено между утопическим социализмом и классической буржуаз­
ной политической экономией, с одной стороны, и научным социализ­
мом —с другой.
Социально-экономические условия жизни Англии и исходные методо­
логические позиции английских социалистов предопределили неудачу
этой попытки. Однако их опыт, как, впрочем, и опыт всего домарксов-
ского социализма, помог классикам марксизма избежать ошибок своих
предшественников. Этим и определяется историческое место английского
социализма 20—40-х гг. XIX в. в процессе превращения социализма из
утопии в науку.
22 Плеханов Г. В. Избр. филос. произв., т. IV. М., 1958, с. 407.

ГЛОБАЛЬНЫЕ ПРОБЛ ЕМ Ы СОВРЕМЕННОСТИ:
СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ
И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ
Социализм и глобальные
проблемы современности
В. А* ЛОСЬ
Характерной особенностью развития человечества, стоящего на поро­
ге XXI столетия, является возрастание масштабов процессов, происходя­
щих в социально-экономической, научно-технической, политико-идеологи­
ческой и социокультурной жизни общества, осложнение взаимоотноше­
ний между человеком, обществом и природой, обострение интереса к про­
блемам человека и перспективам современной цивилизации. Именно ос­
новоположники марксистско-ленинской философии, выявив эти тенден­
ции, заложили теоретико-методологические и социальные основания
марксистско-ленинской концепции глобальных проблем современности,
значение которой все возрастает.
Это еще раз наглядно проявилось в ходе международной конферен­
ции «Социализм и глобальные проблемы современности» (Прага, ЧССР,
1985). В ней приняли участие более 100 ученых стран социалистическо­
го содружества, представителей ряда научных центров капиталистиче­
ских стран, а также ведущих международных организаций, обсудивших
около 50 докладов и сообщений, посвященных различным аспектам ис­
следований глобальных процессов мирового развития.
1. Основы исследований глобальных проблем
мирового развития
К середине 80-х годов были окончательно разрушены сомнения в
реальности глобальных проблем и тех общечеловеческих процессов, ко­
торые с ними связаны. В мире ведется острый и активный спор о спо­
собах решения системы глобальных проблем, выявления их сущности.
Научный анализ показывает, отмечал в этой связи вице-президент ЧСАН
академик Зд. Снитил (ЧССР), что совокупность глобальных про­
блем является выражением современных общественных процессов; это в
полной мере касается способов и форм их разрешения. Радикальный
путь решения глобальных проблем связан с установлением общественных
отношений, которые создают адекватные условия для эффективного прео­
доления противоречий социального развития. И социализм представляет
собой тип общества, более всего отвечающего искомым требованиям.
Именно в его рамках реализация соответствующих социально-полити ­
ческих действий позволяет обеспечить гармоническое будущее развитие
человечества. Социалистические страны исходят из того, что, несмотря
на остроту глобальных проблем, современное состояние развития произ­
водительных сил, науки и техники предоставляет необходимые материаль­
ные и интеллектуальные средства для их разрешения. Реализация этих
78

;потенциальных возможностей связана прежде всего с улучшением поли­
тического климата в мире, укреплением международного сотрудничества
во всех сферах человеческой деятельности. И социалистические страны
в полной мере осознают свою высокую ответственность за защиту жиз­
ненных интересов трудящихся всего мира, дальнейшую судьбу цивили­
зации.
Эта мысль получила дальнейшее обоснование в докладе, представлен­
ном В. В. Загладиным и чл. - к орр. АН СССР И. Т. Фроловым
(СССР), в котором сложности социального, научно-технического и духов­
ного развития нашей цивилизации середины 80-х годов XX столетия рас­
сматривались в контексте глобальных проблем. При этом обращалось вни­
мание на то обстоятельство, что социализм в своем развитии, с одной
стороны, во все большей степени вовлекается в процессы общемирового
масштаба и характера, а с другой —указывает новые социальные марш­
руты, ведущие в будущее. Тем самым социализм показывает свою обще­
человеческую значимость, выявляет свое фундаментальное место в ди­
намике всемирно-исторического процесса.
Влияние глобальных проблем на все стороны жизни человека и че­
ловечества имеет столь существенный характер, подчеркивалось в докла­
де, что современная эпоха как переходная от капитализма к социализ­
му не может быть понята в отрыве от процессов планетарного масштаба.
Однако эти процессы и действия находятся в многосторонней зависимо­
сти от основного противоречия нашей эпохи —между социализмом и ка­
питализмом. Марксистский подход к вопросу о сущности и значении гло­
бальных проблем настоящего и будущего учитывает эти характерные осо­
бенности современного мирового развития, определяемые объективными
процессами интернационализации в самом широком их понимании. На­
учная концепция глобальных проблем должна в полной мере учитывать
их комплексный характер и перспективное развитие, их иерархическую
соподчиненность. При этом обеспечение мирного будущего для всего чет
ловечества —настоящий императив современной эпохи, основа и пред­
посылка разрешения всей системы глобальных проблем.
Авторы доклада обращали внимание на важность учета динамики
глобальных проблем, ибо каждая из них и все они вместе проходят оп­
ределенные ступени и этапы эволюции. И на каждой такой ступени и
этапе соответствующая глобальная проблема (и их система в целом) из­
меняется как в количественном, так и качественном отношениях . Иными
словами, ставится вопрос об изменяющемся объеме знаний, технических,
материальных и интеллектуальных ресурсах, необходимых для снятия
системы глобальных проблем, предотвращения наиболее опасных их по­
следствий. В этом контексте особая роль отводится современному науч­
ному знанию, совокупности естественных, технических п общественных
наук.
Очевидно, что разрешение таких глобальных проблем, как энергетиче­
ская, сырьевая или экологическая, связано с выявлением новых техни­
ко-технологических решений, требующих «высокого соприкосновения»
технологии с человеком, обществом и природой. И это требование ста­
новится не просто жизненной необходимостью, но и непременным усло­
вием как эффективного применения этой новой технологии, так и самого
существования цивилизации. К анализу глобальных проблем все фунда­
ментальнее подключаются естественные и общественные науки. Вместе
с тем адекватный анализ глобальных проблем требует комплексного под­
хода, все большего углубления и расширения интеграции знания и со­
циальной практики в направлении решения проблем человека.
Именно философский анализ глобальных проблем создает, по мнению
Г. Банзе (ГД Р), предпосылки для их действительно научного рассмот­
рения, включая выявление причин существования и обострения противо­
речий планетарного масштаба, взаимосвязи классовости и «глобальности»,
79

иерархической типологии и т. п. При этом он выделяет ряд методологиче­
ских принципов (историзма, эволюционизма и др .), «работающих» в фи­
лософии диалектического и исторического материализма и чрезвычайно
важных для теоретико-философского анализа глобальных процессов ми­
рового развития. Учет этих принципов позволяет продвинуться в р аз­
работке типологии глобальных проблем. Опираясь, в частности, на извест­
ную классификацию советских ученых, автор выделил четыре группы
глобальных проблем, которые одновременно представляют и их опреде­
ленную иерархию: 1) сохранение и укрепление мира; 2) гарантии усло­
вий общественного прогресса (реализация принципов мирного сосуще­
ствования, преодоление экономической и культурной отсталости, под­
держка справедливой борьбы угнетенных слоев); 3) защита свободы
выбора личности (гуманизация научно-технического прогресса, удовлет­
ворение основных потребностей); 4) сохранение естественных условий
общественного и индивидуального существования (преодоление социаль­
но-экологических противоречий). Докладчик обратил внимание на взаи­
мосвязь выделенных проблемных групп, а также их зависимость от ре­
шения проблемы сохранения мира и предотвращения мировой термо­
ядерной катастрофы.
Согласно представлениям, которые развивал президент Междуна­
родного института жизни М. Мару а (Франция), с любой точки зре­
ния (социальной, политической, философской, этической и др.) перво­
степенной задачей современной цивилизации явл яется сохранение жизни
на планете. Именно этот императив выступает в качестве высшей цен­
ности как индивидуального, так и общественного сознания, важнейшим
элементом и основанием выбора приоритетов научной деятельности со­
циальной практики. Задача института —изучение жизни, выявление опас­
ностей, стоящих на ее пути. Обращалось внимание на решающее значе­
ние научно-технического прогресса для всестороннего развития лично­
сти. Решение глобальных проблем связывалось с активизацией борьбы за
жизнь, за объединение усилий народов мира, мирового «научного сооб­
щества» для реализации научных и социальных программ, охватываю­
щих наиболее важные стороны взаимоотношений человека, общества и
природы.
Вместе с тем планетарный характер глобальных проблем, их актуал ь­
ность для всего человечества отнюдь не означают, что не существует
специфики их проявления в различных социально-экономических систе ­
мах. В чем же суть социалистического подхода к решению глобальных
проблем?—поставил вопрос X. Хорстман (ГДР). Во-первых, в пла ­
нировании народнохозяйственных процессов, что позволяет рационально
интегрировать социально-экономический, научно-технический, природный
и социокультурный потенциал общества, ориентируя его на преодоление
как отдельных глобальных проблем, так и их системы в целом. Во-вто ­
рых, в реализации такого экономического развития, которое исходит из
необходимости сочетания научно-технического прогресса и принципов
рационального природопользования, ориентации на удовлетворение мате­
риальных и духовных потребностей человека.
В процессе всемирно-исторического развития, заметил президент
Центра исследований и документации Дж. Куаранты (И тали я),
все в большей мере выявляется взаимосвязь морально-этических и со­
циально-экономических представлений. Несмотря на наличие имманент­
ных противоречий и различий, человечество тем не менее приходит к
осознанию своего определенного единства, наличия некоторой общей
судьбы. Возникновение и обострение глобальных проблем ставят нетри­
виальные вопросы в процессе выявления приоритетных направлений со­
циального развития. И в этом смысле все большее значение придается
общественным наукам, разработке их концептуального аппарата, логиче­
ской структуры и др. Именно социальные науки призваны внести суще-
80

ственный вклад в разработку, в частности, понятия «развитие», которое
является, по выражению выступавшего, «удобным зонтиком», где нахо­
дят приют самые противоречивые идеи и концепции (традиционность,
модернизация, качество жизни и т. п .) . Монистический —экономический
подход к проблеме развития, доминирующий до недавнего времени в по­
строениях буржуазных исследователей, во все большей мере дополняет­
ся социокультурными представлениями, обусловленными необходимостью
учета специфики конкретной реальности, включая особенности развития
молодых национальных государств. С другой стороны, развитие как це­
лостный процесс, выявляя свою историческую неизбежность, преодолева­
ет изолированность западных и восточных типов цивилизации; на осно­
ве «культурной вариабельности» усиливается тенденция к «глобальной
гомогенизации» человеческих сообществ.
С марксистских позиций не вызывает сомнений тезис, что абсолюти­
зация тенденции к единству человечества, не учитываю щая специфики
социально-экономических проявлений глобального развития, не позволя­
ет представить адекватную «модель мира». Это хорошо видно, например,
при анализе деятельности Римского клуба, проводимой, в частности,
в Центре научной информации АН ГДР. Марксистско-ленинская наука,
справедливо подвергнув критическому анализу теоретическую несостоя­
тельность и социальную ограниченность буржуазных моделей глобаль­
ного развития, вместе с тем выявила их позитивное содержание. Более
того, моделирование процессов глобального развития можно рассматри­
вать как одно из важнейших достижений науки последней четверти ухо­
дящего столетия. X. Штрювинг (ГДР) следующим образом обосно­
вывает этот вывод. Во-первых, начато формирование банка данных, ка ­
сающихся различных аспектов и сторон мирового развития; во-вторых,
созданы соответствующие технические системы, создающие условия для
их использования; в-третьих, получили развитие новые математические
методы, адекватные глобальным процессам и их отражению в современ­
ных высокопроизводительных ЭВМ; в-четвертых, критический характер
«мировой проблематики» требует для ее эффективного разреш ения под­
ключения всего потенциала современной науки.
И тем не менее десятилетие исследований в области глобального мо­
делирования на Западе представляет собой, если воспользоваться загла­
вием последней книги Д. Медоуза, «Топтание в темноте». Конечно, мо­
делирование является важным и полезным инструментом долговременных
прогностических расчетов системы связанных фактов, явлений и про­
цессов. Более того, без современного моделирования глобальных процес­
сов Мирового развития трудно представить контуры будущего. И все же
буржуазные «миромодели» не в состоянии предложить адекватный мо­
дельный анализ будущих социально-экономических и социокультурных
процессов. По существу, все «глобальные стратегии» и «сценарии буду­
щего» являются попытками обосновать на уровне буржуазного сознания
«стратегию выживания» капиталистического общества, завуалировать от­
ветственность, которую несет капитализм за возникновение и обострение
системы глобальных проблем.
2. Научно-технический прогресс в условиях
глобальных проблем
Современный научно-технический прогресс, являясь выражением ос­
новных социальных процессов эпохи, приводит в действие все сферы ма­
териальной и духовной деятельности общества, изучение которых рассмат­
ривается как одно из важнейших направлений деятельности Института
философии и социологии ЧСАН. Его директор Я. П е ц е н (ЧССР) го­
ворил о том, что, с одной стороны, в ходе Н ТР складываются материаль­
ные предпосылки целенаправленного овладения закономерностями разви-
•81
4 Вопросы философии, JS5 3

тия общества и природы, а с другой, обостряется актуальная и
потенциальная возможность стихийного развития науки и техники в оп­
ределенных социальных и политических условиях. Обострение глобаль­
ных проблем явл яется выражением потребности перестройки тех обще­
ственных форм, посредством которых осуществляется научно-техническое
развитие. Человечество приближается к такому рубежу, где плановое уп­
равление научно-техническим и социально-экономическим развитием ста­
новится исторической неизбежностью, условием обеспечения самосохра­
нения человечества. Эти новые социальные условия диктуют необходи­
мость развития нового типа науки, целью которой явл яется всеобщее
развитие человека.
Именно в условиях социалистического общества создается объектив­
ная потребность и формируются соответствующие предпосылки для вы­
хода на уровень новой системы науки; создаются предпосылки для воп­
лощения идеи единой стратегии развития науки в масштабах всего об­
щества как выражение исторического единства научно-технического и
общественного прогресса, складывающегося на основе социалистических
отношений, обеспечивающих известное соответствие между рациональным
и эффективным развитием науки и потребностями общественного развития
человека как основной ценности социалистического общества. Складываю­
щ аяся новая система науки приходит к объединению подходов рацио­
нального познания мира и мира человеческих ценностей на основе такого
способа развития общества, в системе которого нау ка целенаправленно
включается в качестве опосредующего звена всеобщего развития чело­
века. Эффективность формирования нового типа науки связывается с
развитием новых теоретико-методологических оснований, отражающих
диалектический характер революционного преобразования природы и об­
щества в процессе преодоления глобальных противоречий современной
цивилизации.
В 80-е годы особое значение приобретает, считает представитель КП Ч
в редакции жу рнал а «Проблемы мира и социализма» П.Ауэрсперг
/ЧССР/, понятие «третья промышленная революция», означающее выход
НТР на уровень роботизации, компьютеризации и т. п., выявление соот­
ветствующих социально-экономических последствий. Капиталистические
производственные отношения придают этим процессам деформирующий
характер, обостряя, в частности, безработицу, которую в демагогических
целях пытаются использовать ультраправые силы. В этой связи возни­
кает кардинальный вопрос: как будет происходить в социалистических
странах перестройка структуры рабочей силы, учитывая новые тенден­
ции промышленного производства?
Отмечая трудности, возникающие в процессе роботизации и компью­
теризации в условиях социализма, следует прямо сказать, что домини­
рующей тенденцией при этом является коренное улучшение условий
труда и жизни трудящихся, совершенствование централизованного пла­
нирования и улучшение экономического управления на уровне пред­
приятий. «Третья промышленная революция» создает оптимальные пред­
посылки для интенсивного осуществления социалистической интеграции
на всех ступенях экономической и культурной жизни. При этом социа­
лизм вносит свой реальный вклад в создание коллективной стратегии
мирового развития, что неизбежно способствует возрастанию политиче­
ского значения решения глобальных проблем. Иными словами, разработ­
ка оптимальной и реалистической программы научно-технического
прогресса имеет принципиальное значение не только для стран социали­
стического содружества, но прежде всего для усиления международного
влияния социализма.
Практические достижения научно-технической революции в значитель­
ной мере связаны с прогрессом современных технологических процессов.
Так, по данным академика Я.Прохазки /ВНР/, если два десятиле­
82

тия назад для размещения современного компьютера требовалось поме­
щение размером в большой зал, то теперь соответствующая вычислитель­
ная система умещ ается на письменном столе; уменьшается постепенно
и стоимость ЭВМ. Применение новейшей технологии приводит, с одной
стороны, к сокращению использования материально-энергетических ре­
сурсов, а с другой —ведет к росту производительности труда. Именно
в этом кроется одна из причин того, что научно-техническое отставание
развивающихся стран становится все более значительным, т. е. НТР в
который раз демонстрирует доминирующий социальный контекст. В усло­
виях социализма есть все необходимое для того, чтобы активнее зарабо­
тал механизм, обеспечивающий приоритет новейшей технологии.
С НТР связаны многие достижения: одно из них —феномен биотех­
нологической революции. Речь идет о сочетании традиционных биологи­
ческих и новых технико-технологических систем, связанных с управляю­
щими природными процессами в направлениях, соответствующих пред­
ставлениям о более высоком «качестве жизни» . При этом важно иметь,
по мнению П. Бизоньо /Италия/, более четкие социокультурные
ориентиры, ибо конечной целью прогресса является развитие актуальных
и потенциальных возможностей личности. В этом смысле прогнозирова­
ние научно-технического прогресса как один из элементов прогнозирова­
ния вообще занимает большое место в мышлении современного человека.
Реализация позитивных сценариев будущего в значительной мере связа­
на с переориентацией развития науки и техники. Иначе говоря, решение
глобальных проблем требует выхода на новый уровень политики в об­
ласти научно-технического прогресса, дальнейшей универсализации нау­
ки, т. е. сочетания нового знания с внешними факторами развития
/социальными, культурными, природными и т. п./.
Другим важным достижением НТР является «микроэлектронная ре­
волюция», реализация потенций которой имеет, как полагает Г. Ковач
/ВНР/, глобальный контекст. Действительно, если существующая диф­
ференциация между отдельными странами и их группами в использова­
нии микроэлектроники не будет нивелироваться, то это может привести
к дальнейшему усилению неравномерности развития отдельных стран и
регионов, особенно молодых национальных государств. С другой сторо­
ны, тенденция более активного использования микропроцессоров может
рассматриваться как выражение противоположных процессов, т. е. тен ­
денции к выравниванию уровня развития в мировом масштабе. При этом
развитие вычислительной техники дает новый импульс изменениям
структуры знания, всей системы образования, воспитания, соответствую­
щих навыков и т. п. В общем виде можно говорить о возрастании твор­
ческого элемента к ак в производственном, так и научно-образова­
тельном процессах, т. е. человеческий фактор выступает ведущим
элементом реализации потенциальных возможностей, открываемых
эпохой НТР.
Именно к середине 80-х годов с особой рельефностью выявляется
диалектика развития науки и НТР, с одной стороны, а с другой,—фе­
номена глобальных проблем. Логично поставить вопрос: существуют ли
в современной системе науки такие механизмы, которые способствовали
бы разрешению глобальных проблем современной цивилизации? В поис­
ках ответа на него К. М ю л л е р /ЧССР/ формирует две предельные ус­
тановки: 1/ динамика развития глобальных проблем, включая рост
взаимообусловленности и внутренней сложности, значительно опережает
рост соответствующих возможностей науки; 2/ накопленный потенциал
современного научного знания значительно превышает тот массив науки,
который находит применение при интерпретации глобальных проблем.
Следовательно, задача заклю чается в том, чтобы, во -первых, усилить
степень практического использования результатов современного научного
знания в социальной практике, и, во-вторых, расширить общечеловечес-
.4*
83

кую направленность науки, т. е. усилить ее ориентацию на разработку
мировых проблем глобального развития.
Именно поэтому в современных научных исследованиях, и в частнос­
ти экономических разработках, все большее значение придается методам
систехмного планирования, использованию вычислительной техники, даю­
щей возможность обработки значительного массива фактических данных,
необходимых для принятия адекватного решения в сфере комплексных
проблем. Конечно, замечает в этой связи П.Медоу /Канада/, рыноч­
ные механизмы, основанные на частнособственнических принципах раз­
вития, не создают адекватных предпосылок для эффективного моделиро­
вания глобальных процессов мирового развития, которые искажаю тся в
угоду «экономическому редукционизму». И тем не менее компьютерные
модели обладают немалыми потенциальными возможностями в области
исследований эволюционных изменений социальных структур, включая
анализ внеэкономических факторов развития общества.
Современный этап НТР, связанный с обострением противоречий си­
стемы глобальных проблем, ставит сложные задачи перед наукой управ­
ления. Вся система управления народным хозяйством, нацеленная при
социализме на удовлетворение потребностей человека, ускорение научно-
технического прогресса для принятия адекватных решений должна, по
мнению М. Питтнера /ЧССР/, учитывать всю систему как внешних,
так и внутренних факторов развития. В этой связи повышается значе­
ние системного подхода, обеспечивающего, в частности, научные основы
анализа и регулирования крупных народнохозяйственных процессов, рас­
ширяющего масштабы применения новой техники и технологии. И здесь
возникает проблема последствий /социальных, экономических, экологиче­
ских и т. п ./ использования новых технических решений, что при на­
личии глобальных проблем выступает в качестве непосредственного вы­
ражения НТР.
3. На пути к глобальной экологической стратегии
Еще В. И. Вернадский обращал внимание на то, что человечество
становится решающей силой планетарного масштаба, определяющей эво­
люцию нашей планеты. Отсюда вывод —и социальная практика второй
половины XX в. подтверждает его в полной мере,—что человечество для
своего существования и позитивного развития в будущем должно при­
нять на себя ответственность за биосферу. Тем самым фиксировался
процесс преобразования биосферы в ноосферу, т. е. феномен коэволюции
человека и естественной среды его обитания, целенаправленного разви­
тия общества и биосферы, отказ от стихийной самоорганизации взаимо­
отношений человека, общества и природы.
Чтобы выйти на уровень управляемого развития взаимоотношений
общества и природы, необходимо, как считает академик Н. Н. Моисеев
/СССР/, выполнение по крайней мере трех условий. Во-первых, должны
быть сформулированы цели управления. Если основная цель человечест­
ва —обеспечение гармонизации взаимоотношений человека и биосферы,
то ее реализация предполагает создание системы, которая подобно штур­
манским расчетам позволила бы вести «корабль цивилизации» в обход зон
штормов и неблагоприятных течений, т. е. коэволюция биосферы не
должна перейти в область «закритических» ее значений. Во-вторых, дол­
жен быть разработан инструментарий, позволяющий оценивать резуль­
таты предпринимаемых действий. Речь идет о создании системы моде­
лей, имитирующих функционирование биосферы и способных предсказать
ее развитие в зависимости от характера сценария человеческой актив­
ности. Наконец, в-третьих, должны быть созданы механизмы управления,
обеспечивающие не только выработку, но и реализацию соответствующих
84

решений. Речь идет о создании международно-политических условий пре­
одоления конфронтации и формирования кооперативных «институтов
согласия» —ин струмента международного масштаба, способствующего
разработке совместных решений, определяющих целенаправленное р аз­
витие общества, коэволюции человека и биосферы.
Анализ мировой социально-экологической ситуации свидетельствует,
по мнению вице-президента ЧСАН В. Б а р у ш а /ЧССР/, о широкой
вариабельности воззрений на ее характер и перспективы развития, опре­
деляемых различными классовыми, идеологическими, политическими, со­
циокультурными подходами и др. В этой связи марксистский подход
представляет единственно научную аль тернативу формирования страте­
гии управления глобальной системой «биосфера—человечество», в ыдвигая
перед обществом позитивные перспективы мирового р азвития и противо­
поставляя буржуазной апокалипсической футурологии исторический опти­
мизм. Рациональная стратегия взаимоотношений общества и природы
должна исходить из сохранения динамического равновесия биосферы;
предпосылка этого —переход от эволюции, управляемой стихийными био­
логическими факторами /биогенез/, к эволюции, управляемой человечес­
кой деятельностью и сознанием /ноогенез/. В этой связи немалые зада­
чи возникают и перед системой современного научного знания. Форму­
лирование глобальной экологической стратегии предполагает, с одной
стороны, создание комплекса «биосферических наук», ориентированных
на разрешение системы «биосфера—человечество» , а с другой стороны,
Ихмея в виду ее практическую реализацию, формирование новых общест­
венных отношений, т. е. материализацию потенциальных возмож­
ностей социализма, в том числе и в сфере рационального приро­
допользования.
Производственно-хозяйственная деятельность человечества, св язанная
с развитием промышленного и сельскохозяйственного потенциала, добы­
чей энерго-сырьевых ресурсов, развитием коммуникационных систем
и т. п., чревата всевозрастающим проникновением в естественную среду
обитания человека различного рода соединений химического происхожде­
ния. Некоторые из этих соединений на современном уровне человеческой
деятельности нельзя исключить из процесса производства, особенно это
касается сельского хозяйства, активно использующего химические средст­
ва, которые, с одной стороны, способствуют интенсификации сельскохо­
зяйственного производства, а с другой, увеличивают «химизацию» био­
сферы, нар уш ая ее исторически сложившийся качественный состав.
Используемые химические средства оказывают негативное воздействие на
организмы, естественные почвенные .процессы, загрязняю т гидросферу
и т. п. По существу, в мире отсутствуют территории, которые в той или
иной степени не были бы затронуты отходами химического происхожде­
ния /промышленные эмиссии, «кисло тные дожди» и т. п ./ К настояще­
му времени накоплено немало фактов об опасных последствиях исполь­
зования химических соединений в военных целях. Так, опираясь на
данные международного симпозиума, посвященного последствиям для че­
ловека и природы применения гербицидов и дефолиантов в военных це­
лях /Хошимин, 1983/, академик Б. Рыглавы /ЧССР/ привел резуль­
таты многолетних исследований действий использованных во Вьетнаме
химических веществ, отмечая их воздействие на здоровье человека, почву,
фауну и флору.
Обсуждение экологических последствий военных действий непосредст­
венным образом приводит к представлениям о глобальном характере
взаимоотношений общества и природы. При этом В. А. Л о с ь /СССР/
обратил внимание на два обстоятельства. С одной стороны, отношение
«общество —природа» выступает составной частью сложившейся систе­
мы глобальных проблем, т. е. каж дая из них имеет существенный эко­
логический контекст или их совокупность; с другой стороны, проблема
85

взаимоотношений общества и природы, явл яясь органической частью
мировой глобальной системы, выявляет вместе с тем и свою специфику.
Генезис и развитие глобальных проблем, внося новые элементы в состав­
ные процессы НТР, предопределяют и особенности современной социаль­
но-экологической ситуации, выражаемые в общей форме в «глобализации»
общественно-природных процессов. Во-первых, масштабы человеческой
деятельности в широком смысле слова, приобретая планетарный харак­
тер, охватывают биосферу в целом и распространяются на области кос­
мического пространства; во-вторых, естественноисторические противоре­
чия между производительными возможностями биосферы и ростом обще­
ственных потребностей становятся столь велики, что для их преодоления
требуется целенаправленная ориентация все более значительной части
научно-технического потенциала человечества; в-третьих, деградационные
изменения естественной среды обитания человека приводят к нарушени­
ям исторически сложившихся природных связей и отношений, угрожают
стабильности мировых экосистем; в-четвертых, социально-экологические
идеи, теории и концепции, являясь составной частью материальной и ду­
ховной ку льтуры современной цивилизации, оказывают воздействие на
все, по существу, стороны жизнедеятельности общества. Иными словами,
человек получает возможность не только мыслить, но и действовать в
« пл анетном аспекте» /В. И. Вернадский/.
По решению Генеральной Ассамблеи ООН анализ широкого круга
глобальных экологических проблем возложен на ЮНЕП. Создание этой
крупнейшей специализированной организации связано с учреждением
международного механизма по координации деятельности мирового со­
общества в области охраны окружающей среды как одной из важнейших
глобальных проблем. Процесс осуществления соответствующих программ­
ных мероприятий происходит, отметил Б. Г . Иванов /Ю НЕП/,
на трех уровнях. На первом —представляется информация по конкрет­
ным проблемам окружающей среды; на втором —формулируются задачи
и вырабатываются тактика и стратегия осуществления соответствующих
акций на уровне правительств, международных неправительственных
организаций, заинтересованных групп ученых и т. п.; наконец, на
третьем уровне определяются те разделы программы, которые непосред­
ственно разрабатываются в рамках ЮНЕП. Учитывая, что деятельность
различных специализированных учреждений ООН связана в той или
иной мере с различными аспектами проблемы взаимоотношений общест­
ва и природы, ЮНЕП, не дублируя их работу, выступает в качестве
определенного интеграционного центра, в рамках которого формируется
научное понимание международного характера проблем окружающей
среды.
Интерес к глобальным экологическим проблемам характерен для мно­
гих международных организаций. Так, чл. - корр. ЧСАН М. Конецкий
/ЧССР/ сообщил о том, что Международный совет научных союзов при­
ступил к подготовке фундаментальной научной программы, которая
акцентирует внимание на исследованиях взаимоотношений литосферы,
биосферы, гидросферы с космическим пространством. Эти процессы рас­
сматриваются как в р ам ках естественных закономерностей, обусловлен­
ных внутренними факторами развития природы, так и в контексте
внешних воздействий, связанных с расширением масштабов производст­
венно-хозяйственной деятельности общества. Конечной целью исследова­
ний является разработка дальнейшего прогноза эволюции планеты,
предупреждение негативных планетарных последствий экологического ха­
рактера.
При этом выявляются все более существенные взаимосвязи между
естественными процессами в атмосфере и антропогенными факторами
развития. В рамках Института физики атмосферы ЧСАН, рассказал его
директор В. В и т ю к /ЧССР/, разрабатывается трехкомпонентная мо­
86

дель климата, представляющая собой двухкомпонентную модель «атмо­
сф ер а -о к еа н » , дополненную учетом факторов антропогенного влияния.
Общий вариант обобщенной трехкомпонентной модели будет иметь фи­
зико-математическую структуру со столькими степенями свободы, чтобы
модель была способна адекватно реагировать на соответствующие изме­
нения земных параметров, иметь широкий прогностический потенциал.
А это значит, что в перспективе в систему прогнозирования должны
быть включены социально-экономические й политические процессы миро­
вого развития, реальность которых будет оказывать решающее воздейст­
вие на климатические изменения в планетарном масштабе, характер де-
градационных изменений биосферы.
Как бы продолжая эту мысль, академик Э. Мазур /ЧССР/ под­
черкнул, что НТР, оказывая все большее воздействие на процессы вза­
имоотношений общества и природы, усиливает тенденцию, связанную с
нарушением естественной динамики биосферы. Волее того, радикальное
воздействие современных технических систем на природу создает опас­
ные локальные и глобальные социально-экологические ситуации. При
этом постепенно наруш ается динамическая система равновесия историчес­
ки сложившихся природных связей и взаимоотношений, ослабляется спо­
собность к естественному восстановлению природных ресурсов. Проблема
взаимоотношений общества и природы приобретает доминирующий со­
циальный характер, являясь частью социально-экономических и полити ­
ческих отношений в мире. В рамках современной цивилизации необхо­
димо создание такого социально-экономического механизма, который
обеспечивал бы эффективное и конструктивное сочетание экономических
принципов развития с современными экологическими представлениями,
сближение экономических и экологических целевых установок. В этом
смысле чрезвычайно велики потенциальные возможности социалистиче­
ского общества.
Преодоление остроты современных экологических противоречий яв ля­
ется той сферой деятельности, где с особенной рельефностью проявляют­
ся достоинства и противоречия противоположных социально-экономиче ­
ских систем. В отличие от капиталистического общества, подчеркивал
П. Троян /ПНР/, в условиях социализма все в большей мере прояв­
л яется принципиально иной подход к проблеме взаимоотношений обще­
ства и природы. При социализме исчезает основное ограничение для реа­
лизации эффективной экологической политики —частная собственность.
Обобществление средств производства и народнохозяйственное планиро­
вание создают предпосылки для преодоления антиномии между разви­
тием народного хозяйства и принципами охраны природы, рационально­
го природопользования. В условиях социализма развитие народного
хозяйства обеспечивает материальный и духовный прогресс человека,
создает адекватные экологические условия для его жизнедеятельности и
эффективной трудовой деятельности. При этом охрана природы является
конституционной обязанностью государства, долгом гр ажданина социали­
стического общества.
Проблемы охраны природы и рационального природопользования яв­
ляются предметом тесного международного сотрудничества стран —чле ­
нов СЭВ, что позволяет объединить значительные силы /материальные,
природные, интеллектуальные и т. п ./ для разрешения крупных проб­
лем социально-экологического х арактера. Вместе с тем эффективное
предотвращение деградационных изменений естественной среды обитания
человека не может иметь адекватных форм выражения в рамках эконо­
мических, политических или военных союзов, т. е. необходимость разре­
ш ения глобальной экологической проблемы выступает как необходимое
и достаточное условие, подтверждающее принципы международного со­
трудничества государств различных общественных систем.
87

4. Интернационализация как одна из ведущих тенденций современного
мирового развития
Современный мир отличает усиливающаяся взаимосвязь и взаимоза­
висимость хозяйственной и культурной жизни. Поэтому обеспечение нор­
мального функционирования всемирного хозяйства, развитие на равно­
правной основе взаимовыгодных мирохозяйственных связей справедливо
отнесено академиком О. Т. Богомоловым /СССР/ к числу в ажней­
ших глобальных проблем современности. Наряду с национальными и
региональными экономическими комплексами всемирное хозяйство пред­
ставляет одну из реальностей. При наличии на планете двух систем все­
мирное хозяйство выступает как диалектическое единство противополож­
ностей; в нем переплетены международные экономические, политические
и социокультурные отношения, характерные для различных социальных
структур. При этом различие социально-экономических систем отнюдь не
явл яется препятствием для совместного решения ряда общих проблем,
расширения взаимовыгодной торговли и сотрудничества во многих сфе­
рах производственно-хозяйственной и культурной деятельности между
капиталистическими и социалистическими государствами. Более того,
поступательное движение в этом направлении следует рассматривать как
одно из условий перехода к новому типу международных экономических
отношений, ориентированных на координированное сотрудничество стран
независимо от социальных и политических различий между ними. В ус­
ловиях достигнутого ныне уровня развития мировых производительных
сил и продолжающегося изменения соотношения сил на мировой арене
в пользу социализма все решительнее заявляет о себе объективный про­
цесс интернационализации хозяйственной деятельности.
Экономическая интеграция стран —членов СЭВ служит примером
эффективного подхода к организации международного разделения труда
и обмена в интересах решения таких насущных проблем, имеющих гло­
бальный характер, как обеспечение всех стран социалистического содру­
жества необходимыми для их индустриального прогресса топливом,
сырьем и продовольствием, ускорение научно-технического прогресса и
создание благоприятных условий для использования его достижений, пре­
одоление неравенства в уровнях экономического развития и др. С дру­
гой стороны, участие стран социализма в международном разделении
труда способствует развитию ряда позитивных тенденций международной
хозяйственной жизни, которые определяют ее будущее. Страны —члены
СЭВ, учитывая глобальный характер многих задач экономического раз­
вития, в своей внешней политике исходят из необходимости общемиро­
вого взаимодействия в самых широких сферах общественной жизни:
стремятся к тому, чтобы создавались и укреплялись общедемократиче­
ские основы такого взаимодействия —социально-экономические, полити­
ко-идеологические и социокультурные предпосылки решения системы
глобальных проблем, стоящих перед человечеством.
Роль интернационализации в динамике современного мирового разви­
тия повышает интерес к теоретическим истокам этого процесса. В исто­
рии идей социализма прослеживаются, по мысли Л. Саму эли (ВНР),
по крайней мере две линии, с развитием которых связано формирование
отношений к феномену глобальных проблем: одна из них абсолютизиро­
вала положительное значение НТР, а другая —акцентировала внимание
на противоречиях капитализма, и в этом контексте на НТР возлагалась
ответственность за негативные тенденции, характерные для развития
буржуазного общества. Научный социализм преодолел утопический ха­
рактер социальных представлений своих предшественников, создав цель­
ную теорию общественно-экономического развития, которая не просто
признает объективный характер развития производительных сил совре­
менного общества, но и обосновывает социалистическую перспективу че­
88

ловечества как необходимое условие динамического экономического про­
гресса во всемирных масштабах. Основоположники научного социализма
и коммунизма зафиксировали «космополитический» характер кап итализ­
ма, в условиях которого создается всемирный рынок, усиливается интер­
национализация экономического развития. Именно эти идеи —основа
адекватного анализа современных глобальных процессов, происходящих
в мире.
В мировой науке, и прежде всего усилиями марксистов, отметил
Н. Б е х а р /НРБ/, была проделана существенная работа по теоретиче­
скому и социальному осмыслению феномена глобальных проблем. При
этом обращается внимание на то обстоятельство, что изучение глобаль­
ных процессов является уникальным примером интегративного объекта
исследований, имея в виду необходимость «подключения» для их анали­
за как теоретических, так и практических разработок. И если теорети­
ческие исследования ведутся достаточно широким фронтом, позволяя,
к примеру, выявить эффективность системного подхода, основанного на
диалектико-материалистических представлениях, то практические разра­
ботки не получают пока соответствующего развития. Речь идет о необ­
ходимости более активного перехода от научного анализа системы гло­
бальных проблем к разработке комплексных мероприятий практико-орга­
низационного х арактера, обеспечивающих эффективность соответствующих
научных исследований, приобретающих все более интернациональный ха­
рактер.
Интернационализация, проявляясь в научной, хозяйственной и социо­
культурной деятельности, оказывает существенное воздействие на разви­
тие человеческого общества, генерируя некоторые новые процессы и
тенденции. На некоторые из них обратил внимание чл. - корр. ПАН
X. Холай /ПН Р/. А именно: 1/ становление понятия «всемирная
история» /Маркс/ как реальный феномен современной социальной дей­
ствительности; 2/ выявление особого характера обобществления произ­
водства в условиях капитализма, который обостряет процесс неравномер­
ного развития государств при одновременном усилении тенденции к их
взаимосвязи; 3/ создание основ для перспективной единой научно-техни ­
ческой базы, характеризующей развитие экономического потенциала раз­
личных стран; 4/ углубление международных связей в различных сфе­
рах общественной деятельности; 5/ выявление преимуществ социалисти­
ческой экономической интеграции и обострение кризисных тенденций
мирового капиталистического хозяйства. Итогом интернационализации мож­
но было бы считать социально-экономическую гетерогенность мировой
экономики, т. е. создание «метасистемы», охв атывающей две противопо­
ложные формации; в условиях социализма и при капитализме «работа­
ют» противоположные экономические механизмы. И тем не менее общие
проявления интернационализации, происходящие под влиянием научно-
технического и социально-экономического прогресса, усиливая междуна­
родное обобществление производства и международное разделение труда,
демонстрируют наглядные преимущества социалистической интернацио­
нализации.
Эффективность этой формы хмеждународного сотрудничества особенно
рельефна на фоне особенностей экономического положения молодых на­
циональных государств. Преодоление экономической и социальной отста­
лости стран Азии, Африки и Латинской Америки справедливо рассмат­
ривается А. Голубом /ЧССР/ в качестве одной из важнейших гло­
бальных проблем человечества. Развивающиеся страны и к середине
80-х годов не смогли преодолеть «ножниц» в уровне экономического раз­
вития по отношению к промышленно развитым странам, ибо на пути ус­
корения темпов социально-экономического развития стран Азии, Африки
и Латинской Америки существует немало сложностей. С одной стороны,
преобладающий социально-экономический дуализм, т. е. переплетение
89

капиталистических, докапиталистических и переходных отношений раз­
личного типа, представляет собой недостаточную «стартовую площадку»
для существенного ускорения социально-экономического и научно-техни ­
ческого развития. С другой стороны, подавляющее большинство развив а­
ющихся стран представляет собой составную часть мирового капитали­
стического хозяйства, оказывающего внешнее тормозящее воздействие на
и х ,развитие. Несмотря на растущее сотрудничество с социалистическими
странами, существующий международный экономический порядок детер­
минирован экономическими закономерностями капитализма, усиливаю­
щими экономическую зависимость развивающихся стран от капиталисти­
ческих государств Запада. И если не произойдут существенные изменения
в характер е международных экономических отношений, то большинство
стран Азии, Африки и Латинской Америки не преодолеет своей эко­
номической зависимости от развитых капиталистических государств. По­
этому развивающиеся страны усиливают свою борьбу за радикальную
перестройку международных экономических отношений на демократиче­
ской основе, что находит полное понимание социалистических государств.
Уже говорилось о том, что на пути развивающихся стран немало
трудностей и проблем, и одна из них —специфика демографической си­
туации. Стремительный рост численности населения по сравнению с тен­
денциями 60-х годов, тем не менее острый характер демографической си­
туации в развивающихся странах не способствует преодолению ими
социально-экономической отсталости. При этом определенные успехи,
достигнутые странами Азии, Африки и Латинской Америки в развитии
экономики, в социальных преобразованиях и повышении образовательно­
го
уровня населения, сопровождаются «парадоксами отсталости».
Э. А. А раб-Оглы /СССР/ обратил внимание на три из них. Во-пер­
вых, несмотря на беспрецедентную по масштабам и темпам урбаниза­
цию, плотность сельского населения не уменьшается, а возрастает, со­
провождаясь усилением относительного аграрного перенаселения; во-вто­
рых, несмотря на значительное возрастание количества рабочих мест и
занятости, число людей, не находящих применения своему труду, катаст ­
рофически увеличивается; в-третьих, несмотря на значительное увеличе­
ние грамотности населения, абсолютное количество неграмотных на зем­
ном шаре возрастает. Анализируя мировую и региональные демографи­
ческие ситуации, следует иметь в виду следующее: если буржуазные
демографы зачастую абсолютизируют негативные тенденции решения ми­
ровой демографической ситуации, ее воздействие на экономическое поло­
жение развивающихся стран, то социальный оптимизм марксистов, про­
грессивных ученых и общественных деятелей, стоящих на реалистиче­
ских позициях, открывает пути преодоления социально-демографических
противоречий.
При этом марксисты отнюдь не затуш евывают трудности социально-
экономического развития стран Азии, Африки и Латинской Америки,
осложняющие решение продовольственной глобальной проблемы. Оче­
видна взаимосвязь острого характера социально-демографической си­
туации в развивающихся странах с решением проблемы их продовольст­
венного обеспечения. По данным ФАО, мировая продовольственная си­
туация не получит своего позитивного разрешения и к началу третьего
тысячелетия в значительной степени за счет остроты продовольственного
положения в странах Азии, Африки и Латинской Америки. Несмотря на
значительные усилия, предпринимаемые в этих странах, по-прежнему
«ножницы» между темпами прироста населения и уровнем производства
продуктов питания имеют тенденцию к увеличению. Проблема интенси­
фикации сельскохозяйственного производства явл яется, таким образом,
отмечал в этой связи чл. - к орр. ЧСАН Я . Машек /ЧССР/, одной из
важнейших для развивающихся стран. С одной стороны, выявляются
трудности и проблемы, связанные с реализацией достижений «зеленой
20

революции», а с другой —реализуются научно-технические пути /био­
технология, фотосинтез, стимуляторы роста и др./, обеспечивающие повы­
шение эффективности сельскохозяйственного производства. При этом, од­
нако, обращалось внимание на то, что развитие материально-технической
базы сельского хозяйства в странах Азии, Африки и Латинской Америки
зависит в первую очередь от радикальных социальных преобразований,
позволяющих придать аграрным процессам общественный характер, пре­
одолеть социальное наследие колониализма и неоколониализма.
В этой связи важное значение придается выявлению динамики ре­
гионального и глобального, учету социокультурных факторов развития.
Эффективное и конструктивное решение системы глобальных проблем
предполагает, по мнению Г. К л имашевского /ГД Р/, реализацию
такой долгосрочной программы, элементы которой должны быть скоор­
динированы между собой и подчинены единой целевой установке —обес­
печить человеческому роду адекватные условия для физического и ду­
ховного существования. В основу такой программы, необходимой для
стабильной и динамично ориентированной глобальной деятельности в ре­
шении стоящих перед человечеством задач, может быть положена систе­
ма общекультурных человеческих ценностей, принятая всеми участниками
сложного процесса принятия глобальных решений. Иными словами, со­
циокультурный подход в интерпретации и разрешении феномена глобаль­
ных проблем создает предпосылки для интеграции на гуманистических
началах различных установок /мировоззренческих, ценностных, духовных
и т. п./, что является важным элементом в осмыслении общечеловечес­
ких проблем цивилизации.
И в этом контексте выявляется значимость диалектики этического и
социального. Причем для западных исследователей характерен акцент
на «новую этику», «новые чел овеческие ка честв а» и т. п. Здесь показа­
телен, в частности , поиск новых ценностных установок, что присуще
деятельности Римского клуба. Период десятилетий эволюции концеп­
туальных установок этой международной неправительственной организа­
ции можно было бы выразпть, полагает П. Баран /ЧССР/, следую­
щей формулой: от «внешних» к «внутренним» лимитам , т. е. выход на
уровень «новых» человеческих ценностей рассматривается как предпо­
сылка формирования общества «глобальной человечности». С марксист­
ских позиций очевидно, что теория «новых ценностей», в ыдвигаемая,
в частности, Римским клубом, не смогла преодолеть противоречие меж­
ду абстрактно сформулированными ценностными императивами и со­
циальной реальностью. М арксистско-ленинская теория ценностей в про­
тивовес такому подходу исходит из формирования таких аксиологических
установок, которые учитывают как реальность «человеческого фактора» ,
так и его социальную обусловленность.
Именно об этом свидетельствует практика реального социализма, по­
зволяющего использовать в своем развитии диалектику этического и со­
циального, динамику интернационального и глобального. Так, Советский
Союз, страны социалистического содружества постоянно обращают вни­
мание, например, на то, что борьба за установление справедливых меж­
дународных экономических отношений, связанная , в частности, с преодо­
лением о тставания стран Азии, Африки и Латинской Америки, будучи
исключительно важным и исторически необходимым явлением, ни в коей
мере не должна подменяться или ослаблять усилия развивающихся стран,
направленные на решение внутренних социально-экономических проблем,
исходя из национальных целевых установок. Эта мысль была подчеркну­
та Ван-Тао /Вьетнам/, который обратил внимание на следующее об­
стоятельство: обобщение вьетнамского национального опыта решения
крупных народнохозяйственных проблем имеет, с одной стороны, поло­
жительное значение для развивающихся регионов, демонстрируя возмож­
ности социалистических принципов развития, а с другой —он может
91

быть реализован в планетарном масштабе —в процессе материализации
принципов мирного сосуществования государств с различным обществен­
ным строем.
Общепланетарный характер глобальных проблем, усиление процессов
интернационализации во всех сферах человеческой деятельности повы­
шает, считает М. Бачваров /Н РБ/, статус соответствующих между­
народных организаций, роль международного научного сообщества.
В современных условиях
возрастает необходимость концентрации
усилий на разработке в рамках
международного сотрудничества
конкретных вопросов глобальной стратегии. Речь идет об объе­
динении усилий всех стран и народов, международного научного
сообщества в решении всей системы глобальных проблем современности,
в обеспечении позитивного развития цивилизации, вступающей в третье
тысячелетие.
%*
*
Участники международной конференции «Социализм и глобальные
проблемы современности» выступили с обращением ко всем ученым и
общественности, в котором подчеркивалось значение глобальных проблем
для настоящего и будущего развития мировой цивилизации1. В нем
особенно подчеркивалась реальность диалектики взаимосвязи проблем
мира и разоружения с разрешением всей системы глобальных проблем,
т. е. той идеи, которая красной нитью проходила через все выступле­
ния, прозвучавшие на конференции, ставшая особенно актуальной сегод­
ня, когда огромный резонанс в мире получают советские инициативы,
направленные па предотвращение мировой термоядерной катастрофы и
сохранение мира во всем мире.
Преодоление противоречий глобального масштаба, затрагивающих са­
мые основы существования цивилизации, требует и создания необходи­
мых политических, социальных, материальных и духовных предпосылок,
обусловливая необходимость взаимодействия всех государств и народов
в масштабах планеты. «Такое взаимодействие нужно,—указывается в
Политическом докладе ЦК КПСС XXVII съезду партии, —чтобы предот­
вратить ядерную катастрофу, чтобы смогла выжить цивилизация. Оно
требуется, чтобы сообща и в интересах каждого решать и другие обост­
ряющиеся общечеловеческие проблемы»2. КПСС исходит из того, что,
как ни велика угроза миру, создаваемая политикой агрессивных кругов
империализма, фатальной неизбежности войны нет, т. е. можно предот­
вратить войну и уберечь человечество от глобальной катастрофы. В на­
сыщенном острыми противоречиями мире есть единственно разумный вы­
ход —мирное сосуществование государств с различным общественным
строем. Мирное сосуществование отвечает интересам всех стран и наро­
дов, ибо, как отмечается в Программе КПСС, «открылись бы благопри­
ятные возможности и для решения коллективными усилиями всех госу­
дарств глобальных проблем» 3.
Расширение научного изучения системы глобальных проблем явл яет­
ся не только актуальной теоретической, но и важнейшей практической
задачей. Ее решение открывает новые горизонты перед системой совре­
менного научного знания, способствуя дальнейшей интеграции естествен­
ных, технических и общественных наук; выявляет диалектику фундамен­
тальных и прикладных исследований, взаимосвязь научных и социальных
подходов; формирует основы и предпосылки интегративно-синтетической
науки будущего, необходимость которой становится очевидной на пороге
XXI в.
** См. «Новое время». 1985, No 27, с. 24.
2 «Материалы XXVII съ езд а К оммунист ической партии Советского Союза». М.,
1986, с. 20.
3 Там же, с. 137.

ДИАЛЕКТИКА ОБЩЕСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ
И ИДЕЙНАЯ БОРЬБА
Методологические ориентиры
современной
буржуазной футурологии
А. М . ГЕНДИН (Красноярск)
В нашу эпоху «столкновение и борьба противоположных подходов к
перспективам мирового развития приобрели особенно сложный х ар ак­
тер» \ Все большую роль в современном идеологическом противоборстве
играет столкновение представлений о социальном будущем, концепций
дальнейшего пути развития человечества, что делает особенно значимым
анализ методологических основ футурологических изысканий буржуазных
обществоведов12.
Рост внимания буржуазного обществознания к социальным перспек­
тивам объясняется рядом причин. Интерес капиталистических корпора­
ций и государства к теории и практике социально-экономического про­
гнозирования и программирования порождается потребностями развития
современных производительных сил, соревнованием с социалистической
системой, обострением экологических и демографических проблем, запро­
сами растущего военно-промышленного комплекса, углублением кризис­
ных ситуаций, политическими и идеологическими соображениями, про­
диктованными необходимостью маневрирования в обстановке усиления
классовых противоречий, разработки более тонких методов воздействия
на сознание масс.
Буржуазная пропаганда все в большей мере эксплуатирует характер­
ную для современного мира ориентацию массового общественного созна­
ния на будущее. В капиталистических странах эта ориентация в нема­
лой степени связана с неуверенностью в будущем, со страхом перед гря­
дущим. Как признает американский социолог Джои Мак Хэйл, «кол лектив­
ное чувство будущего» на Западе характеризуется тем, что «на смену опти­
1 «Материалы XXVII съезд а Ко ммуни сти ческой партии Советского Союза». М., 1986,
с. 12.
2 См. Ожегов Ю. П. Социальное прогнозирова ние и иде ол огичес кая борьба. М.,
1975; А р а б - О г л ы Э. А. Демографические и экологические прогнозы. Критика
современных буржуазных концепций. М., 1977; К ок о ш ин А. А. О буржуазных
про гно за х развития международ ны х отношений. М., 1978; Косолапов В. В., Ли­
си ч к и и В. А. Критика буржуазных концепций будущего. М., 1978; Бестужев-
Лада И. В. Кризис буржуазных концепций будущего человечества. М., 1979;
Шахназаров Г. X. Фиаско футуро логии (Критический очерк немаркси стс ких
те ор ий общ ественного р азвити я). М., 1979; Ключников Б. Ф. К онцепции и
прогнозы нового ме ждународ ного экономического поряд ка. Горизонты 2000 года.
М., 1982; Л е й б и н В. М. «Модели мира» и образ человека. Критический анализ
ид ей Римского клуба. М., 1982; «Критика бурж уа зн ой футур ол огии (Проблемы со ­
циального про гнозиро вания. Вып. I X ) ». Красноярск, 1984; Шахназаров Г. X.
Американская модель: с будущим в конфликте. М., 1984.
93

мистическим ожиданиям пришли тревоги и опасения, порожденные угро­
зой войны, возможностью экологической катастрофы, разгулом террориз­
ма, экономической нестабильностью и гражданскими беспорядками,
информация о которых благодаря средствам массовой коммуникации ста­
новится общим достоянием» 3. В целом, по мнению автора, «чувство бу­
дущего обострилось и более тесно вплетается во временную структуру
повседневной жизни» , что я в л яе тс я «изменением в парадигме, в миро­
восприятии людей» 4.
Политические лидеры и идеологи капитализма хорошо понимают, что
в такой обстановке прогнозы общественного развития могут служить
действенным средством идеологической обработки масс. На Западе в по­
следнее время отмечаются бурный рост «футурологической» литературы,
появление многочисленных институтов прогнозирования. В значительной
мере это объясняется тем, что правящие круги делают ставку на то
влияние, которое наукообразно разработанные прогнозы, сочетающие реа­
листические предположения о будущем состоянии частных сфер общест­
венной жизни, об отдельных достижениях науки и техники с реакцион­
ными социально-политическими утопиями глобального масштаба, могут
оказать на мировоззрение, жизненные планы, политическую ориентацию
широких масс, их практическую деятельность и тем самым (благодаря
действию так называемого «эффекта Э ди па» )5—на реальное будущее
человечества.
Государственно-монополистический капитализм в подобных условиях
выдвигает противоречивые требования перед той сферой буржуазного
обществознания, которая занимается проблемами будущего и обычно на ­
зывается футурологией6*8. С одной стороны, необходимы теоретическое
обоснование программирования в социально-экономической области, р аз­
работка конкретных методик прогнозирования в целях управления, а так­
же конструирование представлений о перспективах развития человечест­
ва, имеющих преимущественно пропагандистско-идеологический характер.
С другой стороны, перед идеологами империализма стоит задача «опро­
вержения» марксистско-ленинского предвидения путей общественного
развития, что требует отрицания самой возможности научного социального
предвидения на основе познания объективных закономерностей истории.
В методологическом отношении реализации этих противоречивых тре­
бований способствуют общефилософские построения позитивизма в его
новейших проявлениях с характерным для них субъективистско-инстру­
менталистским, эмпирическим подходом к действительности. Позитивист­
ский подход, все чаще дополняемый теперь антропологизмом при рас­
смотрении общественных явлении, характерен для теоретической интер­
претации социального предвидения в буржуазной футурологии и в то ж е
время служит отправным пунктом практики прогнозирования.
Противоречивый социальный заказ правящего класса в значительной
мере определяет теоретическую неоднородность буржуазной футурологии,
разноплановость решаемых ею проблем, различия в подходе к ним. Наша
задача заклю чается в том, чтобы рассмотреть некоторые основные фи-
3 Me Hale J. Time and the Future Sence.— «Technological Forecasting and Social
Change», 1978, v. 12, N 1, p. 9.
4 Ibidem.
5 «Эффект Эдипа», составляющий главную сп ец ифи ку социал ьного пр ед видения,
предст авляет собой явл ение «самоор ганизации» или «самопредотвращ ения» со ­
циальных прогнозов в р езу ль тат е их влияния (ч ер ез напр авляему ю ими де ятел ь ­
ность людей) на предсказываемое будущее.
8 Понятие футур ол огии многозначно. (О различных смыслах упо тр еб л ен ия этого
терми на см.: «Прогнозирование в социол огичес ких и ссл ед ованиях» . М., 1978, с. 18 —
19). В данной статье под футурологией будет подразумеваться главным образом
совокупность исс ледований будущ его и пред ста вл ений о нем в р амка х немаркси­
стской общественной мысли.
91,

лософско-методологические посылки исследований социального будущего
в современной буржуазной футурологии, что важно в целях повышения
теоретического уровня и идеологической эффективности ее критического
анализа. Такой подход позволяет в то же время выявить целый ряд
сложных проблем социального детерминизма и социальной гносеологии,
которые порой ставятся в работах западных футурологов и требуют по­
зитивного решения с марксистских позиций.
В целях критического анализа философских истоков, методологиче­
ских принципов, социальных функций футурологических изысканий бур­
жуазных обществоведов мы постараемся использовать их собственные
оценки положения в данной области, апеллируя в ряде случаев, так ска­
зать, к самоотражению буржуазной футурологии, к ее своеобразной ме­
тодологической рефлексии. Конечно, о буржуазных мыслителях, как
давно показали классики марксизма-ленинизма , нельзя судить только по
тому, что они говорят о себе сами. Буржуазная идеология, превратно
отражая сущностные аспекты реальной действительности, как правило,
иллюзорно воспринимает собственную природу, извращенно тр актует свои
методологические основы и социальные функции. Это в полной мере от­
носится и к футурологии как совокупности немарксистских исследований
и концепций социального будущего. Однако, пропуская оценку буржуаз­
ными идеологами, футурологами их собственных концепций через фильтр
знания социальных и гносеологических причин, детерминирующих иска­
женное отражение реальности и неадекватность идеологического самосоз­
нания, мы можем получить ценную информацию о факторах эволюции
буржуазной футурологии, высветить как бы изнутри действительные
трудности в постижении будущего, ближе познакомиться с проблемами,
нуждающимися в научной разработке.
Повышенный интерес к своим теоретическим основаниям, социальным
истокам и функциям, к собственным исследовательским процедурам яв­
ляется, как известно, характерной чертой современного научного позна­
ния. В западной футурологии этот интерес усиливается ее кризисным со­
стоянием, противоречивым характером ее задач, роли в общественной
жизни. С методологией на различных ее уровнях имеет дело каждый фу­
туролог. Однако прогнозисты-практики могут отчетливо и не сознавать
методологические принципы своих изысканий, а футурологи-теоретики,
разрабатывающие методологию общенаучного и частнонаучного уровней,
не всегда видят ее связь с определенными философскими основаниями.
Как верно замечает А. Л . Никифоров, «для большинства представителей
современной буржуазной методологии характерно то, что они, как пра­
вило, не формулируют в явном виде, а иногда и просто не осознают тех
философских принципов, которые л еж ат в основе их методологических
построений» 7. И тем не менее методологические регулятивы, которыми
фактически руководствуются западные футурологи, исходные мировоз­
зренческие постулаты не только воплощаются в процессе и результатах
прогнозных разработок, но так или иначе отражаются в их понимании
причин «бума прогнозов» и его последующего спада, в представлениях
о сути и значении футурологии, о возможностях постижения социально­
го будущего, в характеристике применяемых методов (и в самом их вы­
боре) , в оценке получаемой в итоге информации и т. п.
В своих работах западные футурологи нередко обращают внимание на
социально-экономические, политические, общественно-психологические
факторы, обусловливающие р азвертывание прогностических исследований.
Некоторые из них указывают в этой связи на магическое влияние при­
ближающегося рубежа тысячелетий и желание публики знать, что будет7
7 Никифоров А. Л . От формальной логики к и стории нау ки. Критический
анализ буржуазной методологии науки. М., 1983, с. 3,
95

после 2000 го д а 5 Причины «подъема футуризма» подчас объясняют
потребностями и достижениями научно-технического прогресса, космиче­
ских исследований89, даже влиянием растущей популярности фантастики
и «утопических повествований» 10. Указывается и на необходимость про­
гнозных исследований в целях планирования развития экономики11. За­
метим, что в 60-е гг. буржуазные идеологи, вдохновляемые кейнсиански­
ми концепциями, значительно больше, чем теперь, уделяли внимание
роли прогнозов в упорядочении «экономического роста», верили, что
с их помощью можно обеспечить бескризисное развитие капитализма.
Разочарование в возможностях государственного регулирования экономи­
ки, страх перед надвигающимися социальными переменами порождают
ощущение углубления кризиса всей общественной системы, что побуж­
дает идеологов капитализма делать акцент на политических и идеоло­
гических причинах футурологического бума.
Английский социолог (выходец из Индии) Кришан Кумар отмечает,
что еще в 60-е гг. начинает тускнеть вера в индустриализм, в его спо­
собность решить все проблемы, обнаруживаются его теневые стороны12.
«Поэтому,—признает он,—возникает потребность в переосмыслении бу­
дущих направлений развития индустриального общества. Футурология в
ее разнообразных формах явилась одним из принципиальных ответов на
сложившуюся ситуацию. Перед лицом угрозы серьезной дезинтеграции
системы (читай: капитализма. —А . Г.) социальные теоретики должны
были конструировать новую идеологию, новый образ «хорошего общест­
ва» 13. Кумар, в общем, неплохо показал ту реальную обстановку, ко­
торая побуждает идеологов монополистической буржуазии выступать с
широковещательными декларациями относительно трансформации тради­
ционного капитализма в некое «новое» общество будущего (от «постин­
дустриального» до «информационного» и им подобных). Многие футуро­
логи полагают, что «изучение будущего» призвано вооружить органы,
принимающие решения, знанием позитивных перспектив широкого мас­
штаба, раздвинуть горизонты «стоящих у руля» , с тем чтобы оптимизи­
ровать управление хотя бы в тактическом плане 14.
Представления о социальных истоках и социальном предназначении
изучения будущего накладываю т отпечаток на понимание предмета этого
нового междисциплинарного направления исследований, находят о траже­
ние даже в его названиях, которые предпочитают те или иные западные
футурологи. Причем сам факт предпочтения тех пли иных названий сви­
детельствует об определенных методологических аспектах, выражает из­
менения, различные оттенки в теоретических концепциях «исследователей
будущего».
Предмет футурологии трактуется ее представителями, как правило,
чрезвычайно широко —ка к постижение всякого будущего, ка к все пред­
ставления о нем, вместе взятые. Толкуемая столь широко, футуроло­
гия рассматривается в качестве общего мировоззрения, призванного за­
менить идеологию (оправдание и прославление настоящего), утопию
(стремление изменить существующий порядок к лучшему, оптимистиче­
ское представление о грядущем) и антиутопию (пессимистический взгляд
8 См. S о m i t A. Political Science and the Study of the Future. Hinsdale, 111., 1974.
p. 2; King A. The Future as a Discipline and the Future of the Disciplines. In:
«The Future as an Academic Discipline». Amsterdam, 1975, p. 36.
9 Cm . S о m i t A. Op. cit., p. 2—3; Kumar K. Prophecy and Progress. The Sociology
of Industrial and Post-Industrial Society. L., 1978, p. 189.
10Cm.SоmitA.Op.cit., p.2.
11 Cm. Kumar K. Op. cit., p. 186.
12 Cm. Ibidem, p. 187—188.
13Ibidem, p.188.
14 Cm. Cornish E. Creating a Better Future: The Role of the World Future Society, -
«The Futurist», 1980, v. XIV, N 5, p. 17.
96

на будущее) t5. Футурология понимается, с одной стороны, в позити­
вистском духе, как преодоление всякой идеологии, «чисто научное» по­
стижение будущего, а с другой —как некое новое общее мировоззрение,
особая философия, панацея от всех грядущих катаклизмов и всемогущее
средство гармонизации о бщ еств а1516. Понятно, что подобные претензии
буржуазных футурологов представить футурологию в качестве общего
мировоззрения и в то же время «деидеологизировать» ее, превратить
в «чисто научное» средство решения проблем будущего человечества
являются реакционной утопией, игнорирующей реальные классовые, со­
циальные противоречия современного мира, необходимость революцион­
ных преобразований для осуществления исторического прогресса.
Являясь сторонниками главным образом эмпирического подхода к
перспективам грядущего, разочаровавшись (особенно в связи с неожи­
данными для идеологов капитализма кризисными потрясениями 70-х гг .)
в самой возможности обоснованно предвидеть ход общественного разви­
тия, буржуазные «исследователи будущего» в наши дни все чаще отвер­
гают статус футурологии как науки, а предвидения —как научного зна­
ния 1718. В этом отношении показателен тот факт, что сами термины
«футурология» и «прогностика» непопулярны теперь среди западпых фу­
турологов. Президент Ассоциации по исследованию будущего и редактор
журнала «Фьючерист» Эдвард Корниш объясняет это тем, что латинский
термин «футурология» (буквально —наука о будущем) о значает «будто
будущее может быть познано научно», а греческий термин «прогностика»
(буквально — предзнание, т. е. предвосхищающее знание) «поднимает
вопрос —возможно ли вообще знание как таковое относительно бу­
дущего» 1S.
Понятно, что дело здесь не в названиях самих по себе. Какие бы тер­
мины для обозначения данной области исследований ни предлагались
представителями немарксистской футурологической мысли, на поверку
оказывается, что все они выражают примерно такое же содержание, как
«футурология» в ее «классическом», флейхтгеймовском (т. е. неоправдан­
но широком, как уже отмечалось выше) понимании, связаны с теми же
претензиями этой новой области исследований выступать в качестве над­
классового, внеидеологического средства реш ения глобальных проблем че­
ловечества 19. Правда, в последнее время в связи со все более четко об­
наруживающимся акцентом на операционально-прагматический подход к
перспективам грядущего развития проявляется тенденция к некоторому
сужению предмета «исследования будущностей» путем сведения его к
15 См. Flechtheim О. К. History and Futurology. Meisenheim am/Glan, 1966, p. 77,
97-102 .
16 Cm. U c h i d a S. The Scientific Basis of Futurology and Its Major Task. In: «Chal­
lenges from the Future», v. 1. Tokyo, 1970, p. 128; Kahn H. World Economic Deve­
lopment. 1979 and Beyond. Boulder, 1979, p. 491—494.
17 См., например. Amara R. The Futures Field: Searching for Definitions and Boun­
daries.—«The Futurist», 1981, v. XV, N 1, p. 25; е г о ж е . The Futures Field: How
to Tell Good Work from Bad.— «The Futurist», 1981, v. XV, N 2, p. 67; «John Kettle
Interviews Michael McCracken».— «Futures», 1982, v. 14, N 1, p. 70, 74; M ay G. The
Argument for More Future-Oriented Planning. — «Futures», 1982, v. 14, N 4, p. 316.
18 Cm. Cornish E. What Shall We Call the Study of the Future? — «The Futurist»,
v. XI, N 1. p.44—45. Интересно, что в ходе опроса членов «Ассоциации по иссле­
дованию будущего» было предложено 22 термина. При этом «футурология» и
«прогностика» за пал и со от ветстве нно лишь ш ест ое и седь мое места. На первые
два места вышли методо ло гич ески ней тральные на зван ия « изу че ние будущего »
(future studies) и «исследование будущностей» (futures research»). См. ibidem,
р. 45
.
19 Как пишет канад ский пр офе ссор социол огии Рич ард Хэнсел, дисципл ина, и ме ну е ­
мая «исследованием будущностей», «... в настоящее время, подобно социологии
в прошлом, претендует на решение социальных проблем, на указание путей со­
циальной политике». Henshel R. С. Evolution of Sontrovercial Fields.: Lessons
from the Past for the Futures. — «Futures», 1981, v. 13, N 5, p. 404.
97

разработке комплекса методик социального проектирования и их исполь­
зования в прогностической практике2021.
Преобладание эмпирико-прагматического подхода к будущему в прак­
тике социального прогнозирования, снижение теоретического уровня фу­
турологических изысканий находят противоречивое отражение в сознании
буржуазных футурологов. Одни из них весьма болезненно реагируют на
эти процессы, признают острый дефицит социальных концепций обще­
исторического масштаба в западной общественной мысли, его негативное
воздействие на практику прогнозирования. Другие, пытаясь объяснить
происходящее, фактически его оправдывают, обосновывают принципи­
альную невозможность действительно научного постижения грядущего.
В современной буржуазной методологии науки, как известно, проис­
ходит поворот от строгих критериев научности, научной рациональности,
характерных для логического эмпиризма, к «методологическому анархиз­
му» Фейерабенда, резко снижающему требования к статусу научности
для теоретических построений. Этот процесс совершается неравномерно
в различных областях научных исследований. И современные теоретики
от футурологии, отвергающие научность последней, с одной стороны,
применяют чрезмерно строгие критерии научной рациональности, харак­
терные для логического эмпиризма, а с другой —исходят из трезвой
констатации реального состояния футурологических исследований.
Крупный американский прогнозист (один из создателей метода «Дель­
фи») Олаф Хелмер, подводя итоги первого десятилетия развития запад­
ной футурологии, отмечал, что прагматический подход в этот период
преобладал над разработкой теоретических основ прогнозирования. Стре­
мясь лишь усовершенствовать процессы принятия решений, исследовате­
ли будущего часто пренебрегали анализом и объяснением социальных
процессов, «основываясь просто на наблюдаемой корреляции между яв­
лениями или на интуитивных внетеоретических мнениях экспертов...
Исследование будущего явл яется поэтому донаучным (pre-Scientific) по
своей природе»24. Профессор Вашингтонского университета Джон Ри­
чардсон сетует на то, что если исследования футурологов и приобретают
иногда статус научности (понимаемой в эмпирическом смысле. —А. / \ ) ,
то это происходит лишь за счет сужения решаемых проблем (они ста­
новятся все более частными) и ум еньшения временного горизонта прог­
нозов22. Американский социолог С. Липсет, характеризуя общее состоя­
ние западной социологии, сравнивает ее с метеорологией и констатирует,
что она вследствие отсутствия общей теории социальной эволюции спо­
собна лишь на краткосрочные прогнозы, разрабатываемые на эмпириче­
ской методологической б а зе23. Профессор Мичиганского университета
Дональд Майкл полагает, что «коренная проблема, которую надо решать,
чтобы преодолеть поверхностный характер исследования будущностей,—
это проблема эпистемологическая» 24.
Многие западные футурологи пишут о бесперспективности господст­
вующего «фрагментарного прогнозирования» , пытающегося раскрыть
тенденции отдельно взятых, изолированных социальных процессов без
общей теории исторического р азви ти я25, жалуются на эклектицизм ис­
20 См. A m а г a R. New Directions for Futures Research —Setting the Stage . - «Futu­
res», 1984, v. 16, N 4, p. 401—402; Becker H. S. Making Futures Research Useful;
The Practioner’s Opportunity.— «Futures^, 1984, v. 16, N 4, p. 409.
21 Cm. Helmer 0. An Agenda for Futures Research. — «Futures», 1975, v. 7, N 1, p. 4.
22 Cm. Richardson J. M. The State of Futures Research.— Personal Reflections. —
«Futures», 1984, v. 16* N 4, p. 385, 391.
23 Cm. L i p s e t S. M. Predicting the Future of Post-Industrial Society* Can We Do It?
In: «The Third Century: America as a Post-Industrial Society». Standford, 1979, p. 2,
35.
24 M i c h a e 1 D. N. With Both Feet Planted Firmly in Mid-Air. Reflections on Thinking
About the Future.— «Futures»* 1985, v. 17* N 2, p. 95*
25 Cm. Thomson A. E. Understanding Futurology: An Introduction to Future Study.
London, 1979, p. 16; Godet M. Europe Facing its Futures. In: «Through the 80s;

пользуемых при этом методологических принципов и методов исследова­
ния 2в, выражают неверие в возможность решения фундаментальных
вопросов постижения будущего путем лишь дальнейшего совершенство­
вания частных методик2627 Французский специалист по прогнозированию
М. Годэ считает одним из важнейших факторов, порождающих серьез­
ные ошибки в прогнозных разработках, «отсутствие глобального, качест­
венного (теоретического в своей основе,—Л . Г .) по дхода»28, а амери­
канский профессор О. Маклей полагает, что главная беда заключается
в том, что «нет такой адекватной теории социальных изменений, которая
могла бы послужить основанием рационально-аналитической методологии
исследования вариантов будущего»29 Тоска по такой обобщающей,
«синтетической» теории особенно явственно выражена английским социо­
логом X. Фримэном. «Фрагментарный подход социальных наук, —пишет
он в рецензии на «Третью волну» Тоффлера,—явл яется теперь растущей
помехой для понимания происходящего в социальных системах. Сущест­
вует настоятельная потребность в подходе, характерном для Джона
Стюарта Милля и М аркса,—подходе, который связывает воедино социо­
логию, экономику, политику, философию, историю и футурологию »30.
Западные «исследователи будущего» в общем правильно характер и­
зуют положение, сложившееся в буржуазном обществознании в целом и
в области футурологии, в частности. Поскольку подсистемы социального
целого обладают относительной самостоятельностью, в принципе возмож­
но, конечно, прогнозирование некоторых частных процессов и без науч­
ной философской методологии. Частнометодологические исследования
буржуазных специалистов ведут порой к созданию конкретных методов и
методик прогнозирования, что позволяет разрабатывать реалистические
прогнозы научно-технического прогресса, перспектив развития отдельных
сфер общественной жизни. Однако даже весьма совершенные конкретные
методики прогнозирования сами по себе не способны решить задачи
комплексного социального предвидения, не избавляют, как убедительно
свидетельствует практика буржуазной футурологии, от искажения пер­
спектив развития общества в целом. Возможности правильных предска­
заний, осуществляемых с их помощью, крайне ограниченны. Дело в том,
что развитие отдельных сторон общества зависит от влияния других эле­
ментов социальной системы, от действия закономерностей, в которых ин­
тегрируется взаимодействие частей социального целого. Поэтому долго­
срочное прогнозирование даже отдельных процессов и тем более выявле­
ние их широких социальных последствий немыслимы ныне без цельной
теоретической модели социальной системы, без знания общих закономер­
ностей ее развития, что возможно лишь на мировоззренческой и методо­
логической основе разрабатываемого марксизмом материалистического
понимания истории.
Западные футурологи выдвигают немало заслуживающих внимания
концепций и подходов также и на общенаучном уровне методологии
прогнозирования —интересные соображения об учете «эффекта Эдипа»,
о синтезе поискового и нормативного прогнозов, принципах имитационно­
го глобального моделирования и др. Однако ненаучный характер фило­
Thinking Globally, Acting Locally». Washington, 1980, p. 172; Freeman Ch.
A Flawed but Fascinated Grand Design. -«Futures», 1980, v. 12, N 6, p. 508; Ri­
chardson J. M. Op. cit. , p. 384.
26 Cm. J a h о d a M. Conclusions. In: «World Futures. The Great Debate». L., 1978,
p. 380.
Cm. Cole S. and Miles J. Assumptions and Methods: Population, Economic Deve­
lopment. Modelling and Technical Change. In: «World Futures. The Great Debate»,
p. 72.
28 Cm. G о d e t M. Reducing the Blunders in Forecasting.- «Futures», 1983, v. 15, N 3,
p. 182.
29 Cm. Markley 0. W. Preparing for the Professional Futures Field. — «Futures», 1983,
v.15,N1,p.59.

софской методологии, реакционные политические установки приводят к
существенным издержкам и в этой области, обусловливают, например,
гипертрофию роли субъективного фактора в генезисе социального буду­
щего и трактовку предвидения на этом «основании» в инструментально­
прагматическом духе; смешение нормативного прогнозирования с плани­
рованием, что чревато волюнтаризмом в постижении и проектировании
грядущего; отсутствие подлинной системности в разработке глобальных
моделей; рассмотрение моделируемых процессов вне широкого социаль­
ного контекста.
Не приемля в силу классовой предубежденности канонов буржуазного
мышления марксистскую концепцию общественного развития, западные
социологи пытаются определенным образом объяснить в общем-то верно
осознаваемые и констатируемые ими кризисное состояние теоретических
основ футурологии, поворот последней к откровенному эмпиризму. По­
добного рода объяснения представляют для нас определенный интерес,
поскольку являются существенным моментом «методологической рефлек­
сии», идеологического самосознания этой крупной ветви буржуазного об-
ществознания.
Сами эти объяснения часто близки по своему характеру к оправданию
нынешнего положения, служат подчас его апологией. Ричард Кэртис, на ­
пример, исходя из антропологистского по своей сути понимания характе­
ра и направленности предвидения как функции личностных особенностей
человека, индивидуальной специфики его психофизиологических качеств
(вплоть до преобладающей роли правого или левого полушарий), утвер­
ждает, что электронно-компьютерная революция, вооружая человеческое
сознание новыми средствами решения проблем, меняет сам стиль
мышления, вызывает к жизни новую методологию, побуждая «футу­
ристов» переходить от предвидения будущего к моделированию «альтер­
нативных будущностей» 31. Кэртис затрагивает здесь интересную пробле­
му обратного влияния современных познавательных средств, основанных
на их применении конкретных методик исследования, на эволюцию мето­
дологии. Но он весьма односторонне подходит к ее решению, отдавая
дань модному на Западе «методическому фетишизму» и отвергая, по су­
ществу, решающую роль теоретической методологии в разработке самйх
частных методик и в их рациональном использовании.
Более серьезным явл яется подход к объяснению перемен в методоло­
гических ориентациях «футуристов», с вяз анн ый с указанием на опреде­
ленные факторы социального порядка. Американский социолог Рой Ама-
ра, анализируя лозунг и одновременно своеобразное методологическое
кредо Ассоциации по исследованию будущего — «Мыслить —глобально,
действовать —локально »,
показывает, что «глобальному мышлению»,
жизненно необходимому для решения современных кардинальных проб­
лем человечества, препятствует отсутствие в обществе «глобальных меха­
низмов и социальных институтов», а к л окал ь ным масш табам практиче­
ской деятельности вынуждают прагматические соображения, связанные
со все большей атомизацией западного мира, его дифференциацией на
различные группы, союзы, партии, что исключает совместные действия
крупномасштабного п л ан а32. На локальный характер и узкие временные
горизонты прогнозов и плановых решений, социальную обусловленность
невозможности в «свободном мире» глобального подхода к практическо­
му решению современных проблем указываю т многие западные специа­
листы 33. Они обращают подчас внимание и на социальную детерминиро­
31 См. Curtis R. К. Evolution or Extinction: The Choice before Us. A Systems Ap­
proach to the Study of the Fut ure. Oxford, N. Y., 1982, p. 136—137.
32 Cm. Amara R. Thinking Globally, Acting Locally. In: «Through the 80s, Thinking
Globally, Acting Locally». Washington, 1980. p. 38 —40.
33 См., например, Forrester J. W. Global Modelling Revisited — «Futures», 1982,
v. 14, N 2, p. 108; M ay G. Op. cit, p. 313; Steenbergen B. van. The Frugality
100

ванность трудностей познавательного хар актера в области стратегическо­
го прогнозирования и планирования34.
Во всех подобных объяснениях неявно содержится признание того
факта, что в конечном счете решающей социальной причиной теоретиче­
ского анархизма в буржуазной футурологии, эмпиризма ее методологии,
бесплодности и утопичности прогнозных изысканий является капитали­
стическая общественная система, раскалы вающая человечество на анта­
гонистические классы, конкурирующие группы, порождающая господство
стихийности в общественной жизни, что вызывает принципиальные труд­
ности в социальном предвидении и делает невозможным объединение
всего человечества для решения перспективных задач общеисторического
масштаба. Однако буржуазные социологи трактуют социальные факторы,
влияющие на нынешнее состояние футурологии и ее эволюцию, с абст­
рактно-внеклассовых позиций, игнорируя противоборство классов, про­
тивостояние общественных систем, затуш евывая коренные р азличия
между капитализмом и социализмом рассуждениями о современном «че­
ловечестве» , «обществе», «цивилизации» вообще. Причем в качестве выхо­
да из сложившейся тупиковой методологической ситуации они, как пра­
вило, предлагают меры сугубо методического и организационного по­
рядка.
Объясняя теоретическую слабость собственной методологии, поворот
к «методическому фетишизму», буржуазные футурологи в значительной
мере оправдывают такое положение. Далеко не все из них убеждены в
необходимости разработки общей теории преодоления засилья «частично­
го» прогнозирования. Многие не только мирятся с данной ситуацией, но
и пытаются доказать ее правомерность и целесообразность, выражая при
этом собственные, вполне определенные методологические позиции. Так,
упоминавшийся выше Р. Хэнсел, фиксируя фрагментарный характер
предвидения, приходит к выводу, что футурологические претензии на це­
лостное познание будущего вообще несостоятельны, поскольку будущее
не является реальной системой. Задача может заключаться лишь в том,
чтобы изучать те возможные «будущности», которые на каждом данном
этапе интересуют исследователя35. Член редколлегии журнала «Фьючез»
Христофор Джонс (Англия), перечисляя крупные события и явления
общественной жизни последних лет, которые не были предсказаны футу­
рологами, заключает, что якобы терпит крах традиционная концепция
времени как объективной реальности, основанная на причинной взаимо­
связи прошлого —настоящего —будущего. В результате, полагает он,
теперь не работают детерминистские концепции становления и постиже­
ния будущего, и проблемы, связанные с ними, надо решать не с помощью
теоретических абстракций, а посредством активных практических дейст­
в и й36 Иначе говоря, «исследование будущностей» призвано заниматься
не научным познанием социальных процессов в их динамике, а выпол ­
нять чисто операциональные функции по обслуживанию управления.
О. Хелмер, сетовавший в прошлом на преимущественно прагматический,
донаучный характер западной футурологии, теперь прямо пишет, что
«целью этой дисциплины («исследования будущностей» . —А. Г .) являет-
Society: A Future Design for the First World. In: «Visions of Desirable Societies».
Oxford, N. Y., 1983, p. 132; Nanus B. Future Research-Stage Th ree. - «Futures»,
1984, v. 16, N 4, p. 405—406; Gabel M. Planning Diseases.- «The Futurist», 1984,
v. XVIII, N 5, p. 21.
34 Cm. Emery F. Futures We Are In. Leiden. 1977, p. 213; Meadows D. H. Lessons
from Global Modelling and Modellers.— «Futures», 1982, v. 14, N 2, p. 114; Hel-
mer 0. The Future State of the US Economy. - «Futures», 1985, v. 17, N 3, p. 194—
195
35См.Henshe1R.Op.cit., p.410.
36 Cm. Jones J. Ch. On Praxis, or What Became of the Future? — «Futures», 1983,
v. 15, N 6. p. 426—429.
.
101

ся решение прагматических задач по обеспечению запросов долгосрочно­
го планирования» 37.
Характерный для позитивистски ориентированной западной общест­
венной мысли разрыв гносеологических и аксиологических аспектов тео­
ретических концепций особенно ярко проявляется в многочисленных р а­
ботах Германа Кана. Ветеран буржуазной футурологии давно отстаивал
идею резкого разграничения утилитарной и научно-познавательной
функций человеческого з н а н и я38. Такого рода сугубо инструментальный
подход Г. Кан последовательно распространяет и на прогнозирование.
Констатируя отсутствие «адекватной теории» для научного социального
предвидения, он отвергает академический (т. е. научно-теоретический. —
А. Г.) стиль мышления в прогнозировании, предполагающий точную по­
становку вопросов, надежную информацию для их решения, очевидные
различия между истинными и ложными постулатами39. Вместо него
Кан предлагает эмпирико-интуитивный в своей основе, заимствованный
из опыта бизнеса и политической деятельности «практический подход»
к принятию решений, при котором «теоретическое обоснование и методо­
логия часто могут оказываться ошибочными»40. «Рецептам» Кана бук­
вально следуют многие западные прогнозисты-практики, которые откро­
венно признают свою теоретико-методологическую несостоятельность,
отказываются от долгосрочного и комплексного предвидения как невоз­
можного и делают ставку на краткосрочное прогнозирование с помощью
эмпирически отработанных методик обнаружения тенденций предстоя­
щих изменений экономической и политической конъюнктуры41. Такой
подход, плодотворный, по их мнению, для оперативного решения ориен­
тационно-управленческих задач, отражает, конечно, действительные ме­
ханизмы стихийного развития экономики и перипетии политической жиз­
ни при капитализме, в какой-то мере служит средством адаптации к
реалиям этого общества. Но он означает в то же время доведенный до
логического заверш ения сознательный отказ от теоретической методоло­
гии, долговременной стратегии, ориентацию на эмпирико-тактические по
своему характеру мышление и деятельность.
Эмпирико-инструменталистский подход к изучению и проектирова­
нию социального будущего в буржуазной футурологии органически свя­
зан с субъективно-идеалистическим мировоззрением, с волюнтаристским
прожектерством, господствующими в современной немарксистской об­
щественной мысли. Волюнтаризм, субъективно-идеалистический подход к
перспективам общественного развития —общая характерная черта бур­
жуазной футурологии и идеологии в целом, обусловленная целым рядом
социальных и гносеологических причин. Отвергая объективные законо­
мерности и тенденции исторического процесса, буржуазные футурологи
абсолютизируют роль субъективного фактора, целевого начала (значение
которых в развитии современного общества действительно существенно
37 См. Н е 1ш е г О. Reassessment of Cross-Impact Analysis.- «Futures», 1981, v. 13,
N5,p.389.
38 Cm. Kahn H. and Wiener A. J. The Year 2000: A Framework for Speculation on
the N e x t Thirty-Th ree Year s. N. Y., 1967, 410. Противопоставление теоретического
и практического аспектов прогностической информации, под мен а оценки ее истин­
ности оценкой поле зн ости явл яетс я хар ак тер ной чертой бур жу азн о го общество-
знания. (См., например, I k 1е Ch. F. Can Social Predictions Be Evaluated? —
«Daedalus», 1967, v. 96, N 3, p. 738—739; Schwarz S. Notes of Information and
Epistemology in Futuristics. In: «Challenges from the Future». Tokyo, 1970, v. 1,
p. 56; Krishna D. «The Self-Filfilling Prophecy» and the Nature of Society. —
«American Sociological Review», 1971, v. 36, N 6, p. 1106; Ellul J. Search for an
Image. — «The Humanist», 1973, v. 35, N 6, p. 22—23).
39 Cm. Kahn H. World Economic Development. 1979 and Beyond., p. 39—41.
40 Cm. ibidem, p. 41—42.
41 Cm. R a у R. Contracts on Tomorrow: How Futures Prices Foretell the Economic Fu­
ture. — «The Futurist», 1983, v. XVII, N 2, p. 48—50; Zentner R. D. Forecasting
Public Issues .— «The Futurist», 1984, v. XVIII, N 3, p. 25—26; Inayatullah S,
Futures and the Organization.^ .«Futures», 1984, v. 16, N 3, p. 304-^305.
102

возрастает) в становлении социального будущего. Предвидение утрачива­
ет при этом статус отражения, рассматривается не как объективно ис­
тинное научное познание грядущего, а как его волевое предопределение,
«социальное изобретательство». Рациональные моменты такого подхода
(активное отношение к будущему, конструирование возможных и выбор
предпочитаемых вариантов предстоящего развития) снимаются отсутст­
вием научной обоснованности, волюнтаристским произволом. Все это на­
ходит, естественно, специфическое и весьма противоречивое отражение
в сознании буржуазных футурологов.
Речь здесь идет, собственно, о коренных философско-методологиче­
ских основах футурологии, ее мировоззренческих предпосылках, посколь­
ку затрагиваются вопросы о движущих силах общественного развития,
решающих факторах детерминации будущего42. Буржу азная обществен­
ная мысль, сформировавшаяся и развивающаяся в лоне идеалистического
понимания истории, отягощенная эмпиризмом в подходе к действитель­
ности, не в состоянии разобраться в сложной диалектике взаимодействия
объективного и субъективного факторов в развитии общества, в генезисе
будущего. Проблемы будущего вообще недоступны рациональному реше­
нию с позиций эмпирического мышления43. Реальность будущего при­
знается лишь в субъективно-психологическом плане
—к а к реальное бы­
тие ценностных ориентаций субъекта, его помыслов, надежд, ожиданий,
устремлений в грядущ ее44. Гипертрофируя роль субъективного фактора,
целевого начала в предопределении будущего, буржуазные футурологи
все в большей мере отказываются от понимания предвидения как отра­
жения, познания в пользу его сугубо волюнтаристской трактовки как
«изобретения» , « конструирования» грядущего в соответствии с предпо­
чтениями субъекта. Выдвинутый Деннисом Габором девиз: «Будущее
нельзя предвидеть, но его можно изобрести»45 стал методологическим
кредо западных футурологов, которые рассматривают «предвидение-»
с чисто инструменталистских позиций манипулирования будущим46.
Обосновывая правомерность применения подобного методологического
принципа в наше время, Эрвин Ласло (США) утверждает, что в пере­
ломные исторические эпохи «детерминизм отступает» и открывается
простор для абсолютно свободного творчества, изобретения более совер­
шенного будущего47.
42 Английски е социол оги С. К оул и Д ж . Майлс спр авед ливо замеча ют, что никакие
самые соверш енны е мет одики н е мо гут дать ответа на фунд аментал ьный вопрос :
«В какой степени прошлое обусловливает будущ ее и в какой мере человеческие
дейс твия способны трансфор мировать этот процесс?» (Cole S. and Miles J.
Op. cit., p. 72 .). По существу, это основной вопрос философии в его применении к
становлению социального будущего — что доминирует в детерминации будущего
х о д а событий: объ екти вные усл овия, со зд анны е прошлым развитием и воплотив­
шиеся в современной действительности, или субъективный фактор, представлен­
ный нынеш ней с ознател ьной чел овеч еской деятельностью, ее ценностн о-вол евы ми
ориентациями?
43 «Современная социол огия,— пише т нид ер ланд ский с оцио лог Барт ван Стинбер-
ген,— является прежде всего эмпирической наукой, а будущее, по самому опре­
делению, не эмпирично». (Steenbergen В. van. The Sociologist as Social Archi­
tect. A New Task for Macro-Sociology? — «Futures», 1983, v. 15, N 5, p. 379.
44 См., например, Panikkar R. The Mirage of the Future.— «The Teilhard Review,
1973, v. VIII, N 2, p. 44; Albertson L., Cutler T. Delphi and Image of the Fu­
ture.— «Futures», 1976, v. 8, N 5, p. 397; Bell W. Futuristics and Social Behavior.
In: «Images of the Future: The Twenty-First Century and Beyond». Buffalo, N. Y.,
1976, p. 58.
45 Gabor D. Inventing the Future. L., 1964, p. 161.
46 Cm. Cornish E. Towards a Philosophy of Futurism. — «The Futurist», 1977, v. XI,
N 6, p. 381; Kumar K. Op. cit., p. 326—327; Peccei A. One Hundred Pages for
the Future. Pergamon Press, N. Y., 1981, p. 6, 11—12; M ay G. Op. cit., p. 316;
Mс H a 1e J. and M с H a 1e M. Exploring Alternative Social Visions. In: «Visions
of Desirable Societies», Oxford, 1983, p. 93; Steenbergen B. van. The Sociologist
as Social Architect, p. 382—384.
47 Cm. L a s z 1 о E. The Crucial Epoch. Essential Knowledge for Living in a World in
Transformation,-* «Futures», 1985, v, 17, N 1, p. 16.
i03

Отвергая объективную детерминацию социального будущего законов
мерным ходом общественного развития, буржуазные футурологи все чаще
подменяют будущее, причинно обусловленное прошлым и настоящим,
«будущностями» ( «fu tu res» ) , которые понимаются как произвольные
сценарии, творимые человеческим воображением и имеющие сугубо цен­
ностную пр ир о ду48. Следует заметить, что сейчас вообще одним из наи­
более характерных и распространенных направлений волюнтаристского
подхода к постижению и проектированию будущего в буржуазной футу ­
рологии становится признание примата ценностных моментов, решающей
роли интересов, предпочтений, идеологических воззрений, эмоциональных
настроений субъекта в видении грядущего и в его предопределении49.
Преобладание ценностного подхода к проблемам социального будуще­
го иногда осуждается (правда, не часто и довольно робко) в его наибо­
лее гипертрофированных формах отдельными западными футурологами.
Английский социолог Дж. Майлз, например, в статье с весьма симптома­
тичным названием («Измените ваши ценности, и тогда изменится мир»)
протестует против чрезмерной гиперболизации роли ценностей в общест­
венном развитии, что характерно, по его мнению, прежде всего для се­
вероамериканской социологической н а у к и 50. Субъективно-идеалистиче­
ская по своей природе абсолютизация роли ценностей в становлении бу­
дущего, волюнтаристско-инструменталистский подход к нему встречают
критическую реакцию со стороны некоторых теологов, поднимающих го­
лос против засилья релятивизма, субъективистского произвола в изобра­
жении будущего, что характерно дл я позитивистски мыслящих социоло­
гов, футурологов51.
Однако критика субъективно-идеалистических концепций ценностного
подхода к будущему с идеалистических позиций не достигает цели. Цен­
ности в их многообразных проявлениях действительно играют важную
роль в мотивации теоретической и практической деятельности человека,
оказывают значительное влияние на ход общественного развития и со­
циальное познание. Проблема заключается в научно-материалистическом
объяснении объективных предпосылок формирования, функционирования
и изменения ценностей, их действительного места и роли в механизмах
социальных процессов. Такое объяснение, разработка подлинно научной
теории ценностей возможны только с позиций диалектико-материалисти­
ческого мировоззрения, материалистического понимания истории. Идеа-
48 См. Т г i s t Е. The Environment and System-Responce Capability.— «Futures», 1980,
v. 12, N 2, p. 114; Elmandjra M. Reclaiming the Future. Futures Studies in Afri­
ca. — «Futures», 1984, v. 16, N 6, p. 575; A m a r a R. Probing the Future. In: «Hand­
book of F utu res R ese ach ». Westport, Conn., 1978, p. 47; Curtis R. K. Op. cit., p. 80;
Loveridge D. Sticking to the Knitting. — «Futures» 1984, v. 16, N 6, p. 652.
49 Cm. Harman W. W. On Normative Forecasting. In: The Study of the Future»:
An Agenda for Research». Washington, 1977, p. 76—77; A m a г a R. The Futures
Field: Searching for Definitions and Boundaries, p. 28; C u r t i s R. C. Op. cit., p. 339—
340; McHale J. and M с H a 1e M. Op. cit., p. 93; Steenbergen B. van The Frugality
Society: A Future Design for the First World, p. 126.
50 При таком подх од е, как пиш ет он, «главные мировые пробл емы пр едставляются
как психо логичес кие ( ес ли не парапс ихол огиче ские) проблемы» и могут якобы
решаться (в том числе пробле мы ликвидации голода в мире, пре кращ ен ия гонки
воор уж ений и др.) пу те м простого изме нени я ценнос тных ор ие нтаций людей.
(См. Мi 1е s J. Change You Values, and the World Changes Too.— «Futures», 1982,
v. 14, N 6, p. 558 —559).
51 См., например, Sittler J. The Perils of Futurist Thinking. In: «Shaping the Futu­
re». Amsterdam—London, 1972, p. 70; Gibson A. Visions of the Future.— «Conci­
lium», 1973, v. 6, N 9, p. 118; Benne R. Values, Technology and the American Fu­
ture: A Comparative Analysis of Robert Heilbroner and Daniel Bell. In: «Belonging
and Alienation: Religious Foundations for the Human Future». Chicago, 111., 1976,
p. 95.
Профессор теологии Робер т Бэнни (США), например, изл ага я и ко мментиру я
с р ел игиозных позиций футурол огиче ские концепции Хейлбронер а и Бэлла, д о­
вольно метко опр ед ел яет их понимание ген ези с а будущ его формулой: «ценности -ь
+ технология = будущее». (См. Benne R. Op. cit., р. 95).
104

диетические подходы к этой проблеме приводят лишь к выведению одних
ценностных систем из других, к порочному кругу филиации ценностей
или к псевдонаучному антропологизму, сводящему причины ценностных
ориентаций к психофизиологическим особенностям ин див и да32 и предла­
гающему заменить теоретическую методологию предвидения «психологи­
ей футуризма» , ориентируясь главным образом не на логические «лево­
полушарные» прогнозы, а на подсознательно-интуитивные, «правополу­
шарные» предсказания (включая предугадывания, телепатию и т. п.) 5253.
Причем изменение самих психофизиологических особенностей индиви­
да, его ценностных установок нередко объясняется в настоящее время
прямым влиянием технического прогресса, новейших достижений НТР.
Абсолютизация ценностного подхода в предначертании и созидании со­
циального будущего выступает при этом в качестве канала, объединяю­
щего антропологический подход к будущему с элементами не сдающего
свои позиции технологического детерминизма. Подобная эклектическая
методология служит основой модной сейчас на Западе футурологической
концепции «информационной революции», «информационного общества».
Абстрагируясь от социальных условий капитализма, буржуазные футу­
рологи утверждают, что прогресс компьютерной техники способен непо­
средственно изменить систему ценностей человека и человеческих групп,
поскольку ЭВМ, обрабатывая огромные массивы информации об интере­
сах, мнениях, запросах людей, в перспективе могут обеспечить их
взаимопонимание, улучшать нравы, разреш ать любые конфликты (от
семейных драм до политических столкновений). В результате изменится
общество —гармонизируются отношения, повысится качество жизни 5\
Сознавая эмпирический характер методологии прогнозирования, отда­
в ая себе отчет в субъективистском видении будущего через призму
ценностных предпочтений субъекта, ведущие западные футурологи уже,
как правило, не пытаются искать выход в преодолении существующего
положения. В своих теоретико-методологических изысканиях они стре­
мятся обосновать своеобразную «философию волюнтаризма», ввести во­
люнтаристское конструирование будущего в определенные рамки, позво­
ляющие использовать его в прикладных целях управления.
Эдвард Корниш в работе с претенциозным названием «Что мы долж­
ны делать: программа для футуристов», расписываясь в крахе надежд на
научное предвидение, характерных для «детстьа футуризма» 55, призна­
52 См., например, Curtis R. К. Op. cit., р. 12; L о у е D. The Forecasting Brain: How
We See the Future.— «The Futurist», 1984, v. XVIII, N 1, p. 66, 67.
53 Cm. Loye D. The Knowable Future: A Psychology of Forecasting and Prophecy.
N.Y., 1978,p.38-39,51-65.
54 См., например, Smith G. W. Mass Producing Intelligence for a Rational World.—
«F utu res», 1983, v. 15, N 1; Swithenbank J. Fut ure Computers and Futu re D e­
cisions. — «Futures», 1983, v. 15, N 2; Alexander K. Has Progress a Future? —
«Futures», 1983, v. 15, N 6; Bugliarel lo G. Hiperintelligence: The Next Evolutio­
nary Step.— «The Futurist», 1984, v. XVIII, N 6; H a 1 a 1 W. E. Beyond Left Versus
Right: Evolution of Political Economy in an Information Age. — «Futures», 1985,
v. 17, N 3; Ma s u d a Y. Hypothesis on the Genesis of Homo Intelligence.— «Futu­
res», 1985, v. 17, N 5.
«Инфор мационная революция», как н ад еют ся Г. Смит и Дж. Дебе н хэм, искл ю­
чит из ж и зни общества не только войны, но и ... революции (См. Smith G. W.
and Debenham J. D. Op. cit., p. 44). По мпению японского профессора У. Масуды,
компьютеризация изменяет природу человека, превращая его из Homo Sapiens в
Homo Intelligens. Новый человек вызовет к ж изни и новую цивилизацию. И этот
переход свершится не путем революции в социальных структурах, а посредством
«го ризонтал ьной социальной трансформации» человеч ес кого мате риал а общества.
(См. МasudaY.Op. cit., р.492—494).
Итак, «информац ионная революция» вместо социальных революций. П ожа луй,
трудно бол ее от кровенно выра зить подл инную ре акци онную пол итичес кую п од оп­
леку новейших буржуазных футурологических концепций.
55 Э. Корниш весьма образно характеризует ситуацию, в которой очутилась западная
футурологи я: «Многие телеско пы, ч ер ез которые мы так про ницательно смотрели
в 60-е годы, теперь предстают как калейдоскопы -=• искажающие оптические сред­
105

ет, что в настоящее время «мы, футуристы, не столько мыслим в катего ­
риях предвидения будущего, сколько пытаемся определить, какое именно
будущее было бы наиболее желательным» 56. Близка к идеям Корниша
и характерна для методологических исканий современных буржуазных
футурологов позиция Барта ван Стинбергена. В 60-е гг. он представлял
«новых левых» в западной футурологии, принадлежал к демократически-
просветительскому ее течению и выступал с резкой критикой апологети­
ческой футурологии истеблишмента. Однако, отвергая фаталистические,
по его мнению, концепции технологического детерминизма «официаль­
ных» футурологов, Стинберген ратовал за неограниченный волюнтаризм.
«Нет существенных границ для процесса творческого созидания будуще­
го,—писал
он в то время. — Человеческая воля —достаточное условие,
чтобы творить новый мир» 57. Теперь Стинберген, человек с буржуазно­
либеральными взглядами, разрабатывает теоретическую доктрину «уме­
ренного волюнтаризма». Традиционная социология, утверждает он, вы ­
двигает «толкающую модель» социальных изменений, согласно которой
некие причинные факторы движут («толкают») общество вперед —из
прошлого через настоящее в будущее, что служит исходной посылкой де­
терминистского подхода к прогнозированию. Более перспективна концеп­
ция «тянущей модели», согласно которой социальные системы как бы
«притягиваются», «увлекаются» в грядущее «образами лучшего будуще­
го». Здесь главный интерес исследователя направлен не на то, что имен­
но произойдет, а на то, «в каком направлении общество желает разви­
ваться» 5859.
И Стинберген пытается наметить вехи новой социологии, которая
«будет явно нормативной, менее детерминистской и более волюнтарист­
ской, мыслящей в категориях контроля и управления» 5Э. Он понимает,
что та кая волюнтаристская по своему духу социология, «дизайнсоциоло-
гия», превращение социолога в «архитектора», «дизайнера», проектирую­
щего будущее, вполне отвечает социальным запросам власть имущих.
Здесь же он пишет о том, что проективно-инструменталистский подход
к будущему, существовавший подспудно, неявно и раньше (но осуждае­
мый подчас как утопический), теперь выходит на авансцену, легализиру­
ется благодаря растущему спросу со стороны политиков и бизнесменов,
«которым дела нет до предсказаний и предвидений будущего», но кото­
рым нужно сейчас, немедленно оценивать альтернативные варианты и
принимать р еш ения60.
Действительно, проективно-инструменталистский, волюнтаристский в
своей основе подход к будущему в значительной мере определяется со­
циальным заказом отжившего общественного строя. Но, с другой сторо­
ны, он сам способствует реформистско-апологетическому видению буду­
щего с целью сохранения основ настоящего. Субъективно-идеалистиче­
ские методологические позиции, которых сознательно придерживаются
буржуазные футурологи, оказываются единственно приемлемыми для
формирования «образов будущего», объективно отвечающих (независимо
от того, сознают это или не сознают отдельные «исследователи будуще­
го») интересам общественного строя, против которого работают законы
истории.
ства, которые зат ем няют и извращ ают мир в большей степени, чем по зволяют
проникать в него. И многие из нас испытали позор опровержения наших предска­
заний действительным ход ом событий». Cornish Е. What We Must Do: An A g en ­
da for Futurists. In: «Through the 80s: Thinking Globally, Acting Locally». Washing­
ton, 1980, p. 423.
56 Ibidem, p. 427 —428 .
**
—
-
-s
57 Steenbergen B. van. Critical and Establishment Futurology. In: «Challenges
from the Future», v. 1. Tokyo, 1970, p. 99.
58 Cm. Steenbergen B. van. The Sociologist as Social Architect, p. 376—377 .,
59Ibidem,p.379.
60 Cm. ibidem, p. 377.

ФИЛОСОФСКАЯ ПУБЛИЦИСТИКА
СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЕ ПРОБЛЕМЫ МИРА
И ПРОГРЕССА
Современный джингоизм
Д. А. волкогонов
Тысячи лет насчитывает человеческая цивилизация. Но что ее ждет
в ближайшее время? Дальнейший прогресс или гибель? Вот вопрос воп­
росов, волнующий сейчас все человечество. «Никогда не была столь гроз­
ной опасность, нависш ая над человечеством. Но никогда не были и столь
реальными возможности сохранения и упрочения мира» 1—сказано в
Программе КПСС. Мы оптимисты и верим, что миролюбивые силы отве­
дут угрозу ядерного уничтожения.
В этой борьбе нам противостоят социальные силы, которые В. И. Ле­
нин, выступая в 1920 г. на конгрессе Коммунистического Интернациона­
ла, назвал джингоистскими2. Именно они, выражая крайний, воинствую­
щий милитаризм, представляют, говорил он, «величайшую опасность для
социализма» 3. Стремясь отбросить новый мир на «пепелище истории»,
джингоизм ныне делает ставку на космическую авантюру. «После
Рейкьявика,—подчеркнул М. С. Горбачев в своем выступлении по совет­
скому телевидению 14 октября 1986 г. , —еще больше у всех на виду
оказалась пресловутая СОИ как символ обструкции дел мира, как кон­
центрированное выражение милитаристских замыслов...» 4. Каков фило­
софский и политический смысл этой милитаристской программы, способ­
ной подтолкнуть человечество к гибели?
1. Космос и неоконсерваторы
В конце прошлого века знаменитый английский фантаст Г. Уэллс
написал роман «Война миров». Художественное воображение огромной
силы нарисовало полотно необычной, страшной войны, пришедшей на
Землю из безбрежного космоса. Писатель был не только фантастом, но и
провидцем. Многие из его пророчеств, будучи поразительными догадками,
сбылись: предвосхищения об искусственном мозге, «лучах смерти» (ла­
зере), «дьявольской счетной машине» (компьютере) и т. д. Некоторые из
его предсказаний грядущих катастроф стали пугающей реальностью конца
XX в., в том числе и та, которая ныне угрожает человечеству из космо­
са. Но Уэллс не мог и представить, что угроза из космоса будет исходить
не от марсиан или других экзотических инопланетян, а от тех землян,
адрес которых сегодня на нашей планете известен. Это его принципиаль­
1 «Материалы XXVII съ езд а К омму нистич еской парт ии Советского Союза. М., 1986,
с. 137.
2 Джингоизм как термин родился от припева шовинистической английской песенки
кон ца прош лого века. В дальнейш ем в политическом лексикон е дж ин гои зм оли­
цетвор яет воин ствующ ий милитар изм.
3 Ленин В. И. Поли. собр. соч ., т. 41, с. 246 —247.
4 «Правда», 15.10.1986.
107

ная «ошибка», которую с вершины сегодняшнего времени можно усмот­
реть в «Войне миров». Адрес тех, кто не хочет отказаться от космиче­
ских амбиций, еще раз был назван в Рейкьявике, высветившем два
принципиально различных подхода к мировой политике.
Ко времени, когда Советский Союз достиг военно-стратегического
паритета с Соединенными Штатами, кану ла в Лету возможность военно­
го давления на мир социализма, «победа исчезла». Это ясно и высоко­
поставленным планировщикам в военном ведомстве США, но примирить­
ся с этим они не могут. Н ачался лихорадочный поиск новых вариантов,
которые позволили бы Вашингтону обеспечить «решающее превосходст­
во над Советами». Американские военные любят создавать модели и
сценарии возможной войны. Обычно они абстрактны, заметно переоцени­
вают свои силы. Ведь настоящей войны подавляющее большинство аме­
риканцев не знает; шрамы окопов в XX в. не бороздили их землю, в руи­
нах не лежали тысячи городов, США не бросали миллионы жизней в
прожорливую пасть Молоха войны. В пентагоновских сценариях, как и
в детских играх, можно бесконечное число раз «умирать» и «воскресать».
Но если по этим нотам когда-либо Вашингтон решит разыграть чудовищ­
ный спектакль, сцена может навсегда оказаться пустой.
В Пентагоне не хотят согласиться с максимой нового мышления: сей­
час создан, существует механизм гарантированного, взаимного уничтоже­
ния. А нужен механизм блокирования, защиты от угрозы уничтожения.
Но его создание, как было еще раз показано М. С. Горбачевым в своих
выступлениях после Рейкьявика, задача не техническая или технологи­
ческая, а прежде всего политическая. Одна из принципиальных труд­
ностей перехода на политические рельсы решения проблем войны и мира
заключается и в том, что США по-прежнему делают ставку на возмож­
ность достижения победы в ядерной войне. Т ак бывший директор «Союза
обеспокоенных ученых» США Д. Форд в книге «Пусковая кнопка» пи­
шет, что «Пентагон по-прежнему считает безошибочной военной логикой
концепцию нанесения удара первыми» 5. А чтобы сделать его безнаказан­
ным, стратеги Пентагона обратили свои взоры к космосу —последней
сфере, свободной (пока!) от наступательного оружия.
К. Пейн, один из основных ядерных планировщиков Пентагона,
в книге «Ядерные силы» откровенно и цинично рассуждает: «США,
несмотря ни на что, должны планировать победу над СССР такой ценой,
которая бы позволила выжить американцам» 6. И эта победа, утвержда­
ют пейны, заключается в способности нанести удар непременно первыми.
По заданию американской администрации в начале восьмидесятых го­
дов консервативный исследовательский центр «Херитидж фаундейшн»
(«Фонд наследия») подготовил амбициозный документ под названием
«Высокий рубеж». Его суть заключается в том, что для обеспечения
«полной безопасности» США необходимо создать глобальную орбиталь­
ную систему противоракетной обороны, способную перекрыть все вероят­
ные траектории межконтинентальных баллистических ракет, направлен­
ных на С Ш А 7. Выводы доктрины «Высокого рубежа» опирались на
утверждение, что без такой «системы обороны» США «просто не выжи­
вут». Каждая страница документа подчеркивала оборонную направлен­
ность концепции. Мол, новая «оборонная система» позволит совершить
переворот в стратегическом мышлении от «сдерживания через устраш е­
ние» к «сдерживанию через выживание» . Не все обратили внимание на
фразу в документе, составляющую его суть: «Создавая равновесие меж­
ду стратегическим наступлением и стратегической обороной, одновремен­
5 F о г d D. The Button. Simon and Sehnster. N. Y., 1985, p. 4.
6 P a i n K. Nuclear Forces. N. Y., 1986, p. 235.
7 Cm . «Congressional Policy. A. Guide to American Foreign Policy and National De^
fence». Washington, 1982, p. 105—111.
108

но расширяется применение средств стратегического возмездия» 8. Одна­
ко эта фраза в «Высоком рубеже» ключевая: попытаться обезопасить
себя от ответного ядерного удара в стремлении сокрушить раз и навсегда
своего противника.
Не исключено, что этот документ сыграл значительную роль в мно­
гочисленных встречах, которые имел американский президент с предста­
вителями промышленных, военных и научных кругов и которые позволи­
ли «отшлифовать» идею «звездных войн». В частности, как сообщает
«Нью-Йорк тайме», Рейган четырежды встречался с Э. Теллером, счи­
тающимся в США «отцом» водородной бомбы. Выводы Теллера о возмож­
ности создания новой стратегической концепции, по его словам, были
одобрены президентом. Директор Гудзоновского института, известный
футуролог Г. Кан публично советовал администрации: «настало время
разработать концепцию космической войны...»9. Уж он-то, Кан,—боль­
шой мастак составлять сценарии и разрабатывать различные модели
ядерных войн. Одна из его давних книг —«Термоядерная война» —по ­
явилась в Америке почти четверть века назад. Как видим, концепция
зрела в тиши кабинетов экспертов, многочисленных центров и фондов,
привлеченных к расчетам и анализу, в мозговых «бункерах» Пентагона.
23 марта 1983 г. президент Рейган выступил со своей печально из­
вестной речью, которую тут же журналисты окрестили концепцией
«звездных войн». И хотя ей попытались дать более благовидное, миролю­
бивое название — «Стратегическая оборонная инициатива» (СОИ),—
суть ее, конечно, не изменилась . Внешне все сводится к тому, чтобы со­
здать надежный противоракетный щит, который бы «освободил» мир от
дамоклова меча испепеляющей ядерной войны. При помощи такой обо­
ронительной системы, утверждал президент, можно было бы лишить
ядерное оружие силы и сделать его устаревшим. Реализация идеи, по
словам президента, дала бы новую надежду в XXI столетии. Таков замы­
сел, рассчитанный на пропагандистское потребление. И, к слову сказать,
расчет оказался верным. При помощи бесстыдной манипуляции общест­
венным мнением администрации удалось добиться значительной под­
держки проекта. В разное время от 60 до 80% опрошенных американ­
цев поддерживали идею СОИ. Ведь концепция-то «оборонная»! Это же
«щит», а не «меч»! Разве аморально создать антиядерный «зонт» над го­
ловой? Психологическая обработка дала нужные Пентагону плоды.
Однако, если говорить об истинном смысле «Стратегической оборон­
ной инициативы» , то она яв ил ась новой попыткой реализовать старую
идею: добиться односторонних стратегических преимуществ над СССР и
поймать наконец призрак ускользающей победы. Ставка на «звездные
войны» означает не что иное, как долгосрочную подготовку к возможно­
сти разрешения основного противоречия эпохи —противоречия между
социализмом и капитализмом —военным путем. Так обстоит дело.
Люди, выдвинувшие и одобрившие идею «звездных войн», решили к
концу нынешнего столетия развернуть во Вселенной новый, бескрайний
фронт, без окопов и блиндажей, насыщенный многочисленными техниче­
скими системами, которые для неискушенного человека могут казаться
фантастическими. Но особенность этого фронта такова, что все ключевые
позиции на нем намерены занять американцы, взяв под прицел каждую
цель в Советском Союзе, других социалистических странах. Поэтому
речь идет не об оборонительной, а об остронаступательной концепции, ко ­
нечная и главная задача которой —обеспечить потенциал первого удара и
не допустить ответного. Американский президент, как и его единомыш­
ленники, любит говорить, что реализация СОИ «может изменить ход
истории». Нетрудно представить, что эти изменения, по мысли творцов
8 Ibidem.
9 «C onfrontation in Space». N. Y., 1981, p. 9.
109

« инициативы», должны лежать в русле философии консерватизма, кото­
рая переживает ныне в США настоящий ренессанс.
Философия американского неоконсерватизма, представляю щая интел­
лектуальную платформу «ястребов», м атериализующих идею «звездных
войн», не очень оригинальна. Ее творцы считают, что просто продолжа­
ют традиции Платона, Фомы Аквинского и др. Основные постулаты, на
которые опираются «ястребы» (и те, кто возглавляет совет директоров
военно-промышленного концерна, и те, кто в бункерах Пентагона выис­
кивает «пути к победе» в ядерном конфликте, и те, кто благословляет
крестовый поход против всего социалистического, демократического и
просто либерального), несложны. Их, например, довольно откровенно из­
ложили авторы четырехтомной антологии «Мудрость консерватизма» ,
изданной в Соединенных Штатах, а также в так называемой «Портленд­
ской Декларации», в которых выражены взгляды самых реакционных
кругов США. Это —настоящее кредо американского джингоизма, нацелив­
шегося на социальный реванш во всемирном масштабе.
Нынешний консерватизм выступает как своеобразная классовая реак­
ция на непрекращающ ийся процесс революционных перемен в мире.
Предтеча консерваторов президент К. Кулидж еще в 1927 г. объявил:
«Мы взяли на себя миссию отбить охоту к революциям!» Консерваторы
решительно заявляют о своем стремлении сохранить существующее в
«свободном обществе» статус-кво, законсервировать отношения неравен­
ства. Как пишет американский философ Д ж. Гильдер в своей книге
« Богатство и бедность», стремление к социальной справедливости есть
утопия, и оно не может быть программой свободного общества, тяготею ­
щего к консервативным идеалам10. Идея социального прогресса прини­
мается философией консерватизма лишь в той мере, в какой она обеспе­
чивает сохранность и незыблемость извечных ценностей буржуазного
мира: частной собственности и рыночной экономики; размежевания клас­
сов, необходимости элиты, аппарата бюрократии и религии; сохранения
традиционной семьи; существования нынешних политических институтов
капиталистического государства как «высших выражений человеческой
свободы» 11.
Мировоззренческие установки консерваторов, отвергающие любые
ценности, кроме своих, и выражающие готовность с помощью силы «пе­
ределать мир», будучи переложенными на партитуру военно-стратегиче­
ских концепций, чрезвычайно опасны для судеб мира. Не случайно сов­
ременные джингоисты так спешат с реализацией концепции «звездных
войн». Круги, приведшие нынешнюю администрацию к власти, понима­
ют, что господство ультрареакционеров не может быть вечным. Эти силы
стремятся навязать, закрепить социально и экономически нынешнюю
консервативную политику для будущих администраций. Доктрина «звезд­
ных войн» как раз такое универсальное средство, которое может сделать
новые милитаристские шаги необратимыми. Это фактически не просто
символ, но и наиболее конкретное выражение джингоизма.
Сегодняшнюю политику для будущего пытаются закрепить сотнями
миллиардов долларов, которые намерены бросить на алтарь космической
войны. Ведь президенты приходят и уходят, а военно -промышленный
комплекс остается. Хотя некоторые из этих президентов и осознают в
конце концов тщетность борьбы за превосходство. Так, еще в 1953 г.
Д. Эйзенхауэр заявил: «Никто не должен думать, что расходы огромных
сумм на оборонительные системы и оружие смогут гарантировать абсо­
лютную безопасность. Неумолимая арифметика атомной бомбы не допу­
скает такого простого решения. Д аж е самой мощной обороне лишь не­
сколько атомных бомб могут нанести неприемлемый ущерб». Специалисты
10 См. Gi 1d ег G. Wealth and Poverty. N. Y., 1985, p. 75—79.
11 MarderK. U. S. Power . N. Y ., 1983, p. 73.
110

считают, что «космический щит», способный «уловить» до 95% ядерных
боеголовок, бессмыслен. Прорвавшиеся 5% способны нанести непоправи­
мый ущерб цивилизации.
Однако философия ястребов исходит из постулата: «лучше быть мерт­
вым, чем красным». И хотя никто всерьез Уайнбергеру, Нитце, Роджер­
су, другим ястребам войны не предлагает «покраснеть» или хотя бы со­
циально «порозоветь», вы м ыш л ен ная ими самими «смертельная угроза
западной свободе» способна толкнуть их на непоправимое.
Является политической аксиомой положение теории социалистической
революции о том, что марксисты никогда и никому не навязывали своих
взглядов, порядков, образа жизни с помощью оружия. Только дремучая
политическая невежественность и идеологические спекуляции рождают
домыслы, которые нередко материализуются в поразительных по прово­
кационному цинизму «произведениях». Таким, например, как телесериал
«Америка» , со зданный компанией Эй-би-си в США, в котором главная
идея — « зах ват Штатов русскими» . Самое печальное, что подобные анти­
советские поделки в силу дезинформированности населения США, систе­
матической деформации истины находят отклик у определенной части
общественности.
Ядром консервативного мышления нынешних стратегов «звездных
войн» является апологетика силы, культ мощи: экономической, военной,
политической. В этом смысле консерватизм выступает как одна из важ­
нейших философских основ гегемонизма. Мы знаем, что в американском
общественном сознании давно и устойчиво существует миф о некой
«исключительности» его истории и народа. Этот миф интенсивно подпи­
тывается в школах и колледжах рассуждениями о том, что США —для
всего мира «подлинный образец» демократии, свободы, мощи, авторитета
(здесь обыгрывается тезис о непричастности к колониальному грабежу)
и т. д. Эта исключительность, мол, дает право, «предопределенное судь­
бой, всевышним, историей», руководить всем миром. «Американцы из­
давна привыкли думать,—отмечает американский философ П. Бергер,—
что наделены особой миссией спасти мир» 12. Таково философское кредо
тех, кто видит сегодня в космосе новый ТВД (театр военных действий),
кто готовится развернуть там безбрежный фронт, неизмеримо более
страшный, нежели тот, который создали пришельцы Герберта Уэллса.
Мышление консерваторов буквально боготворит силу, кулак, военную
мощь, потенциал устрашения и возможного уничтожения своего антипо­
да. Вся более чем двухсотлетняя история США, когда они остались в
стороне от наиболее кровавых и разрушительных войн, сформировала у
нации чувство военной неуязвимости и большей, чем у кого-либо,
безопасности. Теперь иные реальности (никакие океаны не спасут при
ядерном конфликте), к которым консерваторы привыкнуть не могут.
Мировоззренческие установки, основанные на антисоветизме, не позво ­
ляют даже считаться с общечеловеческими интересами, ценностями и
глобальной угрозой. Ведь, если исходить из реальной действительности
современного мира, можно, пожалуй, утверждать, что историческое разви­
тие в случае ядерного катаклизма могло бы пойти и вспять, в обратном
направлении, и потребуются исключительные усилия для выживания
человечества. Еще А. Эйнштейн предупреждал, что если человечество
уничтожит себя, то Вселенная не проронит ни одной слезы. Мы могли
бы назвать несостоявшуюся катастрофу, которая останется лишь на бу­
маге как материал для историков грядущего, колоссальным успехохМ.
Мир возможен. Но и война вероятна. Этот вывод порождает не интел­
лектуальное смятение перед лицом ядерного абсурда, возможной истори­
ческой нелепости, а неодолимую политическую волю и решимость не
12 ВегgегР. Pyramids of Sacrifice. N, Y., 1984,p. 14.
Ill

допустить трагического исхода, к которому подталкивают те, кто уже
печатает в типографиях стратегические карты нового, космического театра
военных действий.
2. Безбрежный ТВД
На берегу Потомака, в Вашингтоне, стоит бронзовый Т. Джефферсон,
творец американской Декларации независимости, третий президент Соеди­
ненных Штатов. Это он, рассуждая о войне и мире, произнес знамениг
тую фразу: «Творец создал землю для живых, а не для мертвых». Го­
товя государственный герб США, они с Б. Франклином предложили,
чтобы в одной лапе орла была оливковая ветвь, а в другой —тринад­
цать боевых стрел (по тогдашнему количеству ш татов). Однако при
этом «отцы-основатели» настояли, чтобы голова орла была повернута в
сторону оливковой ветви, сторону мира. Правда, это не помешало хищ­
ной птице и в прошлом веке не раз использовать стрелы войны. «Ошиб­
ка» Т. Джефферсона была исправлена Г Трумэном в разгар «холодной
войны». По его настоянию в герб было внесено принципиальное нов­
шество: повернули голову орла в сторону стрел, нужных государству,
когда оно идет тропой войны. Но и старые гербы остались в употребле­
нии, до сих пор вводя в заблуждение простаков.
В этом символическом акте проявилась давняя борьба двух тенденций
во внешней политике главного империалистического хищника. Первая
(которая возобладала в 70-е годы) олицетворяет буржуазный реализм и
способность трезво оценивать процесс происходящих в мире изменений.
Вторая тенденция, которая вновь стала господствующей с начала
80-х годов, выражает культ грубой силы для достижения политических
целей, способной, по мысли нынешних хозяев Белого дома, изменить век­
тор общественного развития в соответствии со сценариями, которые го­
товятся в Пентагоне. Бронзовый орел, который в 70-е годы иногда искоса
поглядывал на оливковую ветвь в своей лапе, вновь обратил свой взор
на ядерные стрелы войны. Люди типа Уайнбергера хотят убрать тор­
мозные колодки с путей гонки вооружений, чтобы военная колесница
еще быстрее покатилась к черте, где может произойти непоправимое.
Когда марсиане в фантазии Уэллса готовились проникнуть на Землю
из космоса, ими двигали вполне определенные причины. Он излагал их
так. Марс остывал. Условия жизни па планете становились все суровее.
Истощение этого очага жизни во Вселенной стало главной проблемой
для марсиан. Под давлением неотложной необходимости их ум работал
на пределе, уровень их техники рос, сердца ожесточались. И глядя в
мировое пространство, они видели недалеко от себя, на расстоянии каких-
нибудь 35 млн. миль, «утреннюю звезду надежды», на шу теплую плане­
ту. Зеленая от растительности и серая от воды, с туманной атмосферой,
свидетельствующей о плодородии, она манила инопланетян, лишенных
чувств, но наделенных мощным холодным интеллектом. Мы, люди, пи­
сал Уэллс, казались им такими же чуждыми и примитивными, как нам,
допустим, лемуры. Их мир погибает, а на Земле .кипит жизнь, но это
жизнь каких-то низших тварей. Завоевать этот мир, ближе к Солн­
цу —вот в чем их единственное спасение от неуклонно надвигающейся
гибели. Так писатель-фантаст определяет глубинные причины вступле­
ния марсиан на космическую тропу войны. Каковы же пружины замыс­
ла забраться в космос с оружием сегодня? Что движет политиками из
Белого дома и стратегами Пентагона в наши дни?
Самая глубинная причина приверженности правящей верхушки «кос­
мической инициативе» лежит в сфере экономической. В результате дол­
гих поисков найден наконец бездонный источник прибыли, сверхпри­
были, суперприбыли монополий, работающих на войну. Военно-промыш­
ленный комплекс, детище джингоизма, дорвался до столь жирного фи­
нансового пирога, который он может пожирать десятилетиями. Здесь,
112

в социально-экономической сфере империализма, находится, отмечается
в Программе КПСС, источник военной опасности13.
По подсчетам экономистов, только на исследовательские разработки
будут выделены десятки миллиардов долларов, а сама система, если она
когда-нибудь будет создана, потребует затрат, выходящих за пределы
астрономической суммы в триллион долларов. А может быть, и больше.
В этом смысле СОИ —«идеальная» находка для бизнеса, для тех, кто не
представляет мир как высшую общечеловеческую ценность. В США
широким фронтом начались исследовательские, конструкторские, испыта­
тельные работы по созданию различных элементов СОИ, работы, кото­
рые могут привести к милитаризации космоса. Сейчас делаются энергич­
ные попытки привлечь к проекту Японию и натовских союзников. Еще
К. Маркс говорил о войне как акте, когда нация кидает в воду свой
кап итал 14. Но мог ли и он представить, сколь огромным будет выбро­
шенный капитал?!
В скалистых каньонах гор Санта-Сюзанна, неподалеку от Лос-Андже­
леса расположен центр с кодовым названием «Сигма Тау», где, как со­
общает «Нью-Йорк тайме», разрабатывают лазерное оружие, которое
можно было бы разместить на «шаттлах» и космических станциях. Уче­
ные и конструкторы из компании «Мартин-Мариэтта» работают над
электромагнитной пушкой, способной использовать сильные магнитные
поля для выброса снарядов вдоль металлических направляющих в косми­
ческое пространство, где нет трения. В Ливерморской лаборатории (штат
Калифорния), основанной в 50-е годы Э. Теллером, работают над проб­
лемой по созданию рентгеновского лазера, использующего энергию ядер-
ного взрыва в космосе. Фирма «Томпсон—Рамо —Вулридж» занимается
разработкой сверхкомпыотеров для СОИ, способных осуществлять слож­
нейшие операции по слежению, контролю, координации, наведению, пус­
ку на цели поражающих элементов. Этот список можно было бы
продолжить. Финансовый дождь, орошающий СОИ, обещает быть дол­
гим, и за право попасть под него развернулась ожесточенная борьба
между многочисленными фирмами, корпорациями, научными лаборато­
риями, работающими в системе военно-промышленного комплекса.
Другая причина, тесно связанная с первой, выражает политическое
стремление высшего эшелона власти США путем достижения односто­
ронних военных преимуществ поставить социализм в такое положение,
когда бы в его природе произошли такие эволюционные изменения, кото­
рых добивается «свободный мир», а при благоприятных условиях вообще
«сокрушить социализм как общественно-политическую систему». Так ста­
вятся задачи американской администрацией в «Директивах развития аме­
риканских вооруженных сил на 1984—1988 гг.». Подготовка к социаль­
ному реваншу, о котором говорилось на XXVII съезде КПСС, идет не
только в сфере планов, но и усиленно материализуется в процессе воен­
ных приготовлений тех, кто мыслит джингоистскими категориями.
Ярым поборником СОИ является министр обороны США К. Уайнбер-
гер. Выпускник привилегированного Гарвардского университета, он
быстро сделал карьеру на ниве бизнеса. До Пентагона он длительное
время был вице-президентом суперконцерна военно-строительного профи­
ля «Бектел корпорейшн», сооружающего тысячи военных стратегических
объектов. И хотя вторую мировую войну Уайнбергер закончил лишь к а­
питаном, его финансовый, промышленный и организаторский опыт с
прочной репутацией антикоммуниста открыл ему дорогу на самые верх­
ние этажи власти в Вашингтоне. Он считает, как заявил после Рейкья­
вика, что речь должна идти не о том, создавать ли СОИ, а как ускорить
13 См. «Материалы XXVII съ езд а Коммунистич ес кой партии Советского Союза»,
с. 133.
14 См. «Архив Маркса и Энгельса», т. IV. М., 1935, с. 29.
5 Вопросы философу Jvft 3
ИЗ

её воплощение. Миллионер Уайнбергер —типичная фигура дельца й
политика, для которого интересы военно-промышленного комплекса пре­
выше всего. Трудно припомнить неделю, когда бы этот «звездный стра­
тег» не выступал с рекламой пресловутой «стратегической оборонной
инициативы» .
Конечная цель «стратегической оборонной инициативы» абсолютно
очевидна. О ней (этой цели) пишут и в США. А мериканский профессор
М. Каку в статье «Ставка на нанесёние первого удара» пишет, что в
глобальной стратегии Вашингтона ясна главная идея: обеспечить эффек­
тивный первый удар по Советскому Союзу; уцелевшие 10 или 20% его
ракет, запущенные для ответного удара, перехватить системой СОИ; а от
одиночных прорвавшихся боеголовок защититься средствами граждан­
ской обороны. Этот вариант, отмечает Каку , по мысли его творцов, мо­
жет обеспечить Соединенным Штатам победу в ядерной войне. Но какое
отношение все это имеет к «обороне»? Ведь США хотят обеспечить с по­
мощью СОИ не просто нанесение первого ядерного удара, а у дара безот­
ветного.
Если допустить, что создание такой системы в принципе возможно,
то придется допустить и то обстоятельство, что боевые действия на кос­
мическом театре войны будут управл ять ся не людьми, а компьютерами.
Им бы пришлось в трагические минуты «судного дня» проанализировать
миллиарды бит информации, поступающей от множества датчиков. Для
каждой цели (а их, считая тысячи ложных «боеголовок», которых может
быть огромное число!) нужно вычислить все необходимые исходные дан­
ные и поручить каждую цель одной из систем оружия. Можно полагать,
считают специалисты, что такая программа будет иметь свыше 10 млн.
команд и она, эта программа управления системой, должна быть выпол­
нена за несколько десятков секунд! Подобную программу, пишут специа­
листы в книге «Звездные войны» 15, не составишь «вручную». Она мо­
жет быть подготовлена лишь на ЭВМ. На этом, принципиально ином
уровне сложности и скоростей принятие решений с участием человека
маловероятно. Поэтому, если бы когда-нибудь «звездная война» р азр ази­
лась, она могла бы принять характер колоссального автоматического
спазма. СОИ предполагает, по существу, вручить судьбы мира автома­
там, где возможность ошибок была и останется весьма высокой.
Это лишь один аспект извращенного стратегического мышления сто­
ронников СОИ. Другой же заключается в том, что, если программа
«звездных войн» будет осуществляться, противная сторона предпримет
ответные меры, чтобы быть в состоянии, если потребуется, нейтрализо­
вать СОИ. К тому же системе ПРО, которая может быть создана в США
к концу столетия, пришлось бы уничтожать совсем другие стратегиче­
ские ракеты противника. Ведь естественно, пишет П. Стеаз в книге
«Стратегия США в области космических вооружений», что в случае раз­
вертывания СОИ русские не будут сидеть сдожа ру к и16.
Во всем мире, в самих Соединенных Ш татах имеется много серьез­
ных критиков космического авантюризма. К ним относится, например,
одна из влиятельных научных групп в США —«Союз обеспокоенный
ученых» , в который входит немало людей с мировым именем, лауреатов
Нобелевской премии, выдающихся физиков, специалистов по электрони­
ке, связи и т. д. Среди них научные звезды первой величины: Г. Бете,
В. Вайскопф, Ф. Морисон, С. Смит, Р. Беккер, К. Бейнбридж и многие
другие. Именно на людей такой квалификации рассчитывает американ­
ский президент и все, кто поддерживает идею «звездных войн». Обра­
щаясь по радио к нации в июле 1985 г., Рейган заявил, что он предло­
жил научной общине изменить ход истории. Американцы, дескать, были
15 См. «La guerre des etoiJs». Paris, 1986, p. 98.
16 Cm. S t ar e s P. Space Weapons and U. S. Strategy. L., 1986, p. 216,
114

бы величайшими глупцами, если бы этого не сделали. Д ля президента
идея СОЙ стала, как пишут американские издания, предметом маниа­
кальной, фанатичной веры, любимым детищем, которое, ка к он надеется,
обессмертит его имя на века. Й он понимает, что реализация навязчивой
идеи невозможна без максимальной мобилизации интеллектуального по­
тенциала страны.
По этому поводу профессор Г. Бете из Корнеллского университета,
лауреат Нобелевской премии, один из главных участников «Манхэттен­
ского проекта», в результате которого у США появилась атомная бомба,
утверждает, что абсолютная оборона в космосе недостижима, но сама
попытка создать ее даст толчок бешеной гонке в области наступательно­
го оружия. Члены «Союза обеспокоенных ученых» подготовили простран­
ный доклад, в котором они акцентируют два момента. Во-первых, бес­
прецедентная опасность для человечества самой концепции СОИ в исто­
рической перспективе. Она может лишь ускорить гонку вооружений в
космосе и на Земле в неконтролируемых размерах. И во-вторых, техни­
ческая ограниченность возможностей в создании «абсолютного противо­
ракетного щита» .
В истории было немало попыток создать «абсолютную» оборону. Кре­
пости, укрепрайоны, оборонительные линии, казалось бы, самые непри­
ступные, оказывались поверженными или ненужными. Историческое со­
ревнование между обороной и наступлением всегда шло с переменным
успехом. Но и сегодня по-прежнему ясно, что «абсолютной» обороны
быть не может. Ведь через одно-два десятилетия, когда американцы рас­
считывают создать «космический щит», противная сторона будет обла­
дать уже другими средствами, неизмеримо более совершенными. Поэто­
му расчеты нанести первый удар и закрыться от удара ответного про­
тиворакетным панцирем—надежда химерическая. Не будет ли эта
система не «Высоким рубеяюм», а космической «линией Мажино» , ока ­
завшейся в исторической практике бесполезной? —вопрошают многие
американские аналитики. Это признают даже многие из тех, кто думает
в «том же направлении», что и президент. Г. Браун, физик-ядерщик,
бывший директор Ливерморской лаборатории, давно уже работающий над
созданием лучевого оружия, называет концепцию «звездных войн» в пол­
ном объеме «нереальной мечтой». Поэтому можно сказать, что сомнения
в возможности создать «абсолютную защиту» , в ы с ка зан ны е «Союзом
обеспокоенных ученых», имеют под собой серьезные основания.
Очень многие честные ученые, в ком есть «комплекс К. Изерли»
(американский летчик, сбросивший первую атомную бомбу на Хиросиму,
а затем, годы спустя, испытавший страшные муки взбунтовавшейся со­
вести), поддержали идею «Союза обеспокоенных ученых» —космос дол­
жен стать заповедником без оружия.
Еще А. Эйнштейн однажды заметил, что атомная бомба изменила
почти все, кроме человеческого мышления. В этом свете призыв нашей
партии на XXVII съезде о необходимости нового мышления в ядерный
век приобретает судьбоносное значение для будущего человечества.
3. Стратегия антивойны
Погоня за военным превосходством завлекла Вашингтон не только в
тенёта космических вооружений, но и в политическую западню. Выйти
из нее «архитекторы» СОИ смогут, если решат дилемму: или, проявив
подлинную мудрость, приложить все силы для совместного создания ме­
ханизма, гарантирующего мир; или, продолжая скользить по прежней
колее, приблизить мир к немыслимому катаклизму. Пока, к сожалению,
нет признаков, которые бы свидетельствовали об их способности, а глав­
ное, о желании мудро и достойно решить главную дилемму века: быть
или не быть. В Вашингтоне продолжается не н5иск стратегии
П5

мира, а стратегии, которая бы позволила достичь военной
победы.
Тень космической угрозы, отбрасываемая на Землю, еще рельефнее
очертила веер трех основных возможностей дальнейшего разви тия борь­
бы за сохранение цивилизации: мирное сосуществование, балансирова­
ние на грани войны (а это —грань «утончающаяся») и ядерный апокалип­
сис. Какая из этих возможностей реализуется, зависит не только от тех,
кто находится на холме власти в Вашингтоне, а прежде всего от тех сил,
которые олицетворяют отрицание войны как способа решения противоре­
чий современного мира. КПСС считает, что реал изация принципа мирно­
го сосуществования в наши дни лежит в русле готовности социализма
не только проявлять свою политическую волю и наращивать экономиче­
скую мощь, но и поддерживать военно-стратегический паритет. Его ус­
тановление в Программе партии оценивается как «историческое достиже­
ние социализма» 17.
Проницательные догадки о роли баланса сил в сохранении мира вы­
сказывались давно. Еще в конце XVIII в. Кант в своем трактате
«К вечному миру» писал о неизбежности (рано или поздно) установления
мира во всем мире. Но этот мир, догадывался философ, может быть до­
стигнут не потому, что все «поймут бесполезность конфликтов», а в ре­
зультате стабильного равновесия между государствами, поддерживаемого
соответствующим механизмом. Д иалектика современного исторического
момента именно такова, что ныне агрессор делает выбор не просто
между победой или поражением, а между уничтожением и существова­
нием. Мир без войны —это мир равновесия и сдержанности. Превосход­
ство одной из сторон делает конструкцию мира хрупкой.
Способность и решимость социализма сохранять соотношение сил в
форме паритета (по вине американцев —сегодня на очень высоком
уровне) создает те главные материальные гарантии безопасности, кото­
рые служат всему миру. Можно даже сказать, что эта диалектическая
взаимосвязь между балансом стратегических сил и обеспечением между­
народной безопасности выступает как одна из ведущих закономерностей
сохранения мира.
За послевоенные годы империализм, как известно, р азвязал несколь­
ко десятков локальных войн и вооруженных конфликтов, неоднократно
ставил мир на грань опасной конфронтации, проводил глобальные учения
наступательных стратегических ядерных сил (типа «Глоубл шилд») с
подъемом в воздух сотен бомбардировщиков с ядерными средствами на
борту, наведением множества ракетных комплексов с ядерными боеголов­
ками на реальные цели.
Подобные провокационные у чения могли стать прелюдией к тоталь­
ному нападению на Советский Союз и его союзников. Война бесшумно
подходила к порогу мира. Ведь никто не может знать: учения ли это
или коварный план нападения? Однако каждый раз, столкнувшись с
мощью, решительностью и бдительностью социализма, его Вооруженных
Сил, империализм вынужден был отступать. Те, кто находится в пунктах
управления Пентагона, не могут не понимать, что, готовясь «сокрушить»
Советский Союз, Соединенные Штаты не смогут избежать ответного у да­
ра. Однако в Вашингтоне, к сожалению, никак не хотят согласиться с
властным требованием ядерного века: подлинная безопасность ныне за­
ключается не в поисках путей достижения победы в войне, а в гаранти­
рованной способности предотвратить ядерный катаклизм. Это, по сути, стра­
тегия антивойны. Она выдвигает в качестве ближайшей цели ослабление
ядерной угрозы; цели последующей —еще больше уменьшить ее вероят­
ность и, наконец, конечной цели —исключить ядерную войну из жизни
человеческого общества. Эти идеи, сформулированные в Программе*
*7 «Материалы XXVII съ езд а Коммунист ической партии Советского Союза», с. 127.
116

КПСС, наша партия стремится материализовать в действительности.
Деятельность Генерального секретаря нашей партии в Рейкьявике —
ярчайшее тому подтверждение.
Человечество, ш агая по бесконечным ступеням общественного про­
гресса, тысячелетиями тащило за собой кровавый шлейф войн и конф­
ликтов. Марс, бог войны, на протяжении многих веков собирал обильную
жатву, По мнению историков, за последние пять с половиной тысячеле­
тий человечество прошло через 14 тыс. войн, в которых погибло более
4 млрд, человек, т. е. приблизительно столько, сколько живет сейчас
землян на нашей планете. XX в. был особенно «щедрым» на крупные
войны. Две мировые войны нынешнего столетия унесли свыше 60 млн.
человеческих жизней. Марксизм-ленинизм давно доказал, что главным
источником всех этих войн был и остается эксплуататорский строй.
И в свете не призрачной, а реальной угрозы новой мировой войны, к ко­
торой подталкивается империализмом мировое сообщество, особо важ ­
ным выглядит вывод коммунистов о том, что ядерный катаклизм не яв­
ляется фатальным, неизбежным. Наступило время, когда просто необхо­
димо пресечь роковую череду войн, ставших , по выражению Ф. Энгельса,
«по стоянным промыслом» эксплуататоров 18.
Можно ли сохранить мир, основу будущего на Земле? Есть ли какая-
то взаимоприемлемая, объективная основа общей безопасности? В бес­
конечном калейдоскопе взглядов, доктрин, концепций отчетливо просмат­
риваются две диаметрально противоположные линии. Одна из них сво­
дится к тому, чтобы собственную безопасность создать за счет абсолют­
ного отсутствия таковой у потенциального противника. Именно в этом
«тайный» смысл концепции «звездных войн». По существу, Вашингтон
говорит (а главное, и делает), что для того, чтобы сохранить мир, надо
вооружаться. Но это то же самое, что пытаться предотвратить уничтоже­
ние человечества путем подготовки к его уничтожению...
Размещение ударных космических средств на орбитах вокруг Земли,
способных поражать цели во всех сферах, развалило бы окончательно
Договор о ПРО, заключенный СССР и США в 1972 г. Статья первая
Договора гласит, что стороны обязуются «не развертывать системы про­
тиворакетной обороны территорхш своей страны и не создавать основу
для такой обороны». Все сегодня говорит о том, что Вашингтон ведет
дело именно к подрыву Договора. Вашингтон не смущает (и это под­
твердил Рейкьявик), что он идет на прямое нарушение советско-амери­
канского Договора в отношении систем ПРО. Эти действия нельзя рас­
сматривать иначе как серьезнейший дестабилизирующий фактор, способ­
ный перевести гонку вооружений в качественно иную плоскость с труд­
нопредсказуемыми последствиями. Может быть, принятие советских
предложений в Рейкьявике явилось бы редким историческим шансом для
судеб мира. Ведь опыт показывает: если новый виток гонки вооружений
не сблокировать в самом зародыше, в последующем это сделать бывает во
много раз сложнее.
Политика, которую представляют СССР, братские социалистические
страны, исходит из принципиальной возможности и необходимости найти
взаимоприемлемую формулу общей безопасности. Сейчас те, кто стоит у
власти в натовских столицах, как правило, полагают, что внешняя поли­
тика —это то, когда проигрывает одна сторона и выигрывает другая.
А человечеству внужно другое: чтобы мир был общим выигрышем. А для
этого сегодня важно не на словах, а на деле согласие капиталистическо­
го мира на абсолютно справедливый принцип: равная безопасность,
которая должна выр ажаться в паритете, балансе стратегических сил. Вот
та единственно реал ьная основа возможной безопасности государств в
ядерный век. Эта объективная причинная связь выступает как своеобраз­
18 См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 21, с. 164.
117

ный «закон сохранения мира», на основе которого в дальнейшем можно
было бы, как предлагает советская сторона, попытаться постепенно и
пропорционально снижать уровни ядерного противостояния. Безопас­
ность заключается не в способности вести погоню за эфемерной побе­
дой в ядерной войне, а в способности предотвратить ее на
основе стратегического баланса и отказа от намерения достичь превосход­
ства. Конечно, само по себе равновесие не всегда может остановить на­
падающего. Но в ядерной войне он будет вынужден заплатить столь вы­
сокую цену, что реш иться на это может лишь агрессор-самоубийца.
Может быть, создание антиядерного международного механизма, ко­
торый способен предотвратить бессмысленную войну, следует начать
именно с решения космических проблем? Ведь еще в 1975 г. после трех­
летней подготовки состоялась советско-американская космическая экс­
педиция «Союз —Аполлон». И когда А. Леонов и Т. Стаффорд, открыв
люки причаливших друг к другу кораблей, крепко пожали друг другу
руки, казалось, в истории космоса открывается новая эра. То был час
большой надежды. Ее проблески вновь появились, когда ученые многих
стран обменивались информацией при изучении феномена кометы Гал­
лея. Были расширены наши познания о Вселенной, в которой с фанта­
стической скоростью мчится паша маленькая планета. Н аша цивилиза­
ция уникальна и, видимо, одинока в беспредельном мироздании. И ей,
этой цивилизации, сегодня угрожают те, кто не в состоянии овладеть но­
вым мышлением. Это по их воле в обозримом будущем непроницаемая
чернота космоса может быть опутана траекториями и орбитами американ­
ских ударных военных систем.
Те, кто находится у власти в Вашингтоне, по-прежнему заняты уско­
рением разбега для прыжка в космос, прыжка с оружием. Для сохране­
ния моральной поддержки значительной части населения США амери­
канская пропаганда сейчас много говорит о «значительных технологиче­
ских прорывах» в создании системы. Директор Ливерморской обсервато­
рии Р. Батцель в своем интервью оптимистично говорил о ходе работы
по созданию рентгеновского лазера с ядерной накачкой. О работах в об­
ласти «эластичного зеркала», которое будет направлять луч на ракету,
создании «космических мин» и т. д. Наши планы требуют, говорил со­
трудник лаборатории Д ж. Миллер, загрузки испытательного полигона в
Неваде, где не прекращаются ядерпые взрывы, на несколько десятиле­
тий... Сотни крупных физиков, инженеров, исследователей этой лабора­
тории сидят за компьютерными терминалами, создавая самое изощренное
оружие. Ведают ли там, что, создавая космического монстра, там соз­
дают Франкенштейна (образ технического чудовища в одноименной кни­
ге английской писательницы М. Шелли), который может в конце кон­
цов убить, как в романе, своих творцов?
Сегодня очевидно, что наибольшие гарантии безопасности перед ли­
цом милитаристского вызова США и НАТО основаны на способности
социализма поддерживать военно-стратегическое равновесие в форме
паритета. Важное место в защитном механизме, блокирующем страшный
смерч войны, занимают Советские Вооруженные Силы. Не будь оборон­
ной, военной мощи социалистических государств и их армий, империа­
лизм (и в этом мало кто может сомневаться) давно бы приступил от
политики угроз и военного давления к прямым агрессивным действиям.
И то, что удается сохранять хотя бы такой непрочный, мир, каким он
явл яется сегодня, обусловливается в решающей мере политической волей
социализма, его экономической мощыо и боевым потенциалом его воору­
женных сил. В этом факте видна своеобразная диалектика социальной
роли вооруженных сил. Они, бывшие на протяжении всей истории чело­
веческой цивилизации инструментом насилия и войны (таковыми они
остаются и при капитализме), в условиях социализма превратились в
орудие мира и международной безопасности. Этот исторический факт

огромного значения закреплен в Программе КПСС, подчеркивающей, что
«советская во ен ная доктрина, имеющая сугубо оборонительный харак­
тер» 13, направлена исключительно на защиту от нападения извне и
служит сохранению мира.
Наш народ, а это стоит немалых средств, делает все для того, чтобы
не позволить империализму сломать достигнутое военно-стратегическое
равновесие. Империалистические круги США и НАТО никак не могут
привыкнуть жить в условиях этого равновесия. Но им придется это сде­
лать, ибо другая альтернатива, которой пока придерживаются в Вашинг­
тоне, только увеличивает риск испепеляющего мирового ядерного
конфликта. Однако в бункерах Пентагона, и об этом свидетельствуют все
новые и новые заявления Уайнбергера, похоже, считают, что паритет —
дело временное и может быть нарушен с помощью программы «звезд­
ных войн». Распространение гонки вооружений на космос, подчеркивает­
ся в Резолюции XXVII съезда по Политическому докладу ЦК КПСС,
«ускорит и без того критически высокий темп накопления и совершенст­
вования ядерного и других видов оружия, в результате чего даже пари­
тет перестанет быть фактором военно-политического сдерживания»1920.
Вот почему Советский Союз готов ответить на любые вызовы, угрожаю­
щие нашей безопасности, будь то на Земле или в космосе. Мы знаем, что
в критические моменты мы должны быть готовы действовать в высшей
степени решительно и быстро.
*
*
У Б. Брехта есть строки-цредупреждение: «Великий Карфаген вел три
войны. После первой он был еще могущественным; после второй —еще
обитаемым. После третьей его у же невозможно было обнаружить». Угро­
за немыслимой, третьей мировой войны, которая могла бы, возможно,
стать войной последней, обостренно требует нового мышления. Одна из
важнейших: его особенностей —осознание планетарного характера нашего
общего существования. Нашу Землю можно представить как очаг Разу­
ма, который мчится, как космический корабль, в беспредельном мирозда­
нии. Вокруг, в непроницаемой черноте космоса, мы не знаем обитаемых
островов и подобных Земле кораблей. И вот в этом бесконечном полете
существа, мыслящие джингоистски, хотят отказать в праве находиться на
корабле другим, мыслящим и живущим иначе.
Если бы была возможность провести на этом космическом корабле с
названием «Земля» всепланетный референдум по вопросу: чего хотят
люди —мира или войны, то наверняка подавляющая часть четырех мил­
лиардов землян однозначно выбрала бы первое. Именно эти чаяния
большинства простых людей планеты отстаивала наша страна в Рейкья­
вике, борется она за них и сегодня.
19 «Материалы XXVII съезд а Комму нист ичес кой партии Советского Союза», с. 161.
20 Там же, с. 110.

ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ
И ПРОБЛЕМЫ
Скептицизм и рационализм
Себастьяна Кастеллиона *
В. М. БОГУСЛАВСКИЙ
Фигура французского гуманиста Себастьяна Кастеллиона (1515—
1563), зачинателя «беллианизма», лишь сравнительно недавно привлекла
к себе внимание исследователей. Появление этого близкого к эразмиан-
ству, но более радикального движения было реакцией на принявшие в
связи с Реформацией и Контрреформацией невиданные до того массовые
масштабы преследования людей за их убеждения. Фанатическая нетер­
пимость подавляющего большинства европейцев —и католиков, и проте­
стантов —превращала выступление против таких преследований в дело,
весьма опасное для всякого, кто на него отваживался. Но идея, побор­
никами которой первоначально выступили реформаторы, позднее став­
шие ее противниками, —идея свободы религиозных взглядов, свободы
мысли —окрылила некоторых гуманистов, и они, рискуя своей жизнью,
подняли знамя борьбы против преследования людей за инакомыслие.
« Беллианизм», заним авш ий не последнее место в процессе становления
философии нового времени, явился важным этапом в развитии не только
рационалистической, но и скептической мысли эпохи. Это название про­
исходит от вымышленного имени «Беллия» , под которым в 1554 г. вышел
трактат, направленный против преследования еретиков и имевший боль­
шое значение для развития движения. Организатором его издания, авто­
ром важнейшей его части, скрывшимся под именем Беллия, был Кастел-
лион, роль которого в формировании и распространении «беллианизма»
трудно переоценить. От расправы, ожидавшей его как протестанта в
Лионе, Кастеллион бежал за границу, но в Женеве встретился с такой
же инквизиторской теорией и практикой, какие царили в католической
Франции. Своими выступлениями против фанатической нетерпимости
Кальвина, который в это время «стал диктатором Женевы» [I. 243],
Кастеллион навлек на себя гнев реформатора и вынужден был бежать в
Базель. Но человека, осмелившегося выступить против «самого» Кал ьви­
на, продолжали травить и в Базеле. Обвинив его в ереси, кальвинисты
затеяли против него процесс, и от казни его спасла только внезапная
смерть от сердечного приступа. Еще при жизни Кастеллиона его работы
стали публиковаться в различных странах, где у него появилось немало
единомышленников. После же смерти, до конца XVI в. и в первой поло­
вине XVII в., его произведения издавались и переиздавались на различ­
ных языках почти ежегодно, и его идеи получили большое распростра­
нение во Франции, Швейцарии, Германии, Англии, Польше, особенно в
* Литератур а дана в ко нце статьи, ссылки в тексте: пер вая цифра — порядко­
вый номер источника, вторая — стра ница. .
120

Нидерландах. Заметн-ое влияние на передовых мыслителей X VI—XVII вв.
оказали, как свидетельствуют последние исследования, особенно работа
Г. Р. Гуггисберга [см. 4 ], не только провозглашение Кастеллионом права
каждого на образ мышления, который ему диктуют его разум и его со­
весть, но и скептические идеи этого гуманиста. Их рассмотрению посвя­
щена настоящая статья.
1. Необходимость сомнения,
Люди, пользующиеся большим влиянием на умы и нередко распола­
гающие властью, говорит Кастеллион, провозглашают сомнение в чем-либо
из того, что они говорят, тягчайшим грехом и внушают нам, что мы
должны считать все, чему они учат, безусловно, неопровержимо истин­
ным, не допуская никаких сомнений, даже если проповедуемое ими со­
вершенно невероятно и явно противоречит разуму и показаниям наших
органов чувств. «Почему бы вам не поверить тому, кто вас в этом убе­
дил, что то, что вы видите белым, белым не является, что то, что слы­
ш ат ваши уши, не есть звук, что ощущаемое ртом не есть вкус, что
осязаемое руками не есть то, что вы осязаете, что понимаемое вашим
умом вы не понимаете?» Ведь «с момента, когда эти авторы вас убедили,
что надо, закрыв глаза, т. е. игнорируя свидетельства органов чувств и
ума, верить одним сло вам,... нет уже ничего столь абсурдного, столь
невозможного, столь ложного, в чем им не удалось бы вас уверить»
[3, 92]. Это подтверждается высказываниями античных авторов и Пи­
сания, где предписывается сомневаться в том, что у человека проказа,
пока длительная проверка не установит этого точно. «Следовательно, бог
приказывает сомневаться в проказе до тех пор, пока не будет хорошо
установлено, проказа ли это. А то, что он приказывает в отношении част­
ного случая, необходимо применить ко всем случаям того же рода, т. е.
ко всему, что не несомненно» [3, 77].
Сомневаться не просто разреш ается, не просто можно —сомневаться
необходимо, это наш долг. Сам бог предписал нам сомневаться. Широко
распространенному в то время взгляду, что сомнение во внушаемых на­
роду положениях —непростительный грех, злостная ересь, Кастеллион
противопоставляет свой тезис: опаснейший грех совершают люди тогда,
когда верят в то, в чем следует сомневаться [см. 3, 29], потому что
уверенность в несомненности того, в чем необходимо сомневаться, влечет
за собой для людей тягчайшие несчастья. Прямым следствием этой по­
рочной уверенности является то, что и в прошлом на протяжении ряда
столетий и в наши дни, подчеркивает этот гуманист, христиане предава­
ли и предают мучительной смерти лучших в своей среде людей, людей
самой высокой нравственности и благочестия; «если бы христиане хоть
немного сомневались в том, что они думают, они не совершили бы всех
этих убийств» [3, 78]. Ставя под сомнение свои мысли, они поинтересо­
вались бы мыслями тех, кто в чем-то с ними расходится во взглядах. За
отказом сомневаться в своих мыслях стоит себялюбие, стремление н авя­
зать всем свое мнение. Отсюда отказ разобраться в мнениях других
людей. От последователя взгляда Лютера на Причастие очень трудно до­
биться, чтобы он добросовестно рассмотрел точку зрения, отличную от
лютеровой.
Овладению «искусством сомнения и веры» Кастеллион придает столь
большое значение, что посвящает ему свое главное произведение —
обширный трактат «Об искусстве сомнения и веры, неведения и знания» .
Здесь ставится вопрос: поскольку не все суждения, с которыми нам
приходится встречаться, сомнительны, следует решить вопрос: где,
в какой сфере необходимо сомнение, выделить, очертить круг суждений,
в которых необходимо сомневаться.
Вот как Кастеллион отвечает на этот вопрос. Суждения, совершенно
121

несовместимые с тем, что мы видим, осязаем и т. п., или противореча­
щие разуму нашему, не сомнительны, а ложны, ибо то, что такие суж­
дения утверждают, невероятно. Не сомнительны и те суждения, которые
убедительно доказаны показаниям и наших органов чувств или нашим
интеллектом; эти суждения следует признать истинными. «Сомнительны
положения предположительные, обладающие некоторой вероятностью.
В эту категорию входит все, чего нельзя воспринять ни органами чувств,
ни умом, положения, которые, с другой стороны, не сообщены несомнен­
ным и очевидным образом и которые вместе с тем не противоречат ни
показаниям органов чувств, ни уму, ни достойным доверия авторам»
[3, 78-79].
Христианин может сказать, читаем мы в «Трактате об искусстве сом­
нения...», раз доктрина христианства бесспорно несравненно совершеннее
и выше всех прочих, незачем исследовать основания, на которых покоят­
ся входящие в ее состав положения. Хотя, говоря так, он будет прав от­
носительно совершенства нашего учения, но он будет неправ относитель­
но необходимости его исследования. В истинность доктрины христианст­
ва подавляющее большинство христиан верит только потому, что их
родные и другие окружавшие их люди внушали им ее с раннего детства.
Вера этих христиан ничем не отличается от веры мусульман или даже
язычников. Родившись в стране, где им с детства внушали бы совершен­
но другие учения, они точно так же верили бы в истинность тех учений.
«Этого сорта вера —это вера детей п простаков» [3, 41].
Чтобы показать, что в предметах веры христиан много весьма сомни­
тельного, здесь прежде всего выдвигается аргумент, неоднократно выстав­
лявшийся (и древними скептиками, и Эразмом),— о том, что несомнен­
но, не спорят, а безрезультатные споры о положениях, считающихся
принципами христианства, длятся уже много веков. Есть две категории
этих положений: положения, утверждающие нечто такое, что может быть
воспринято нашими органами чувств, и положения, утверждающие то,
чего эти органы воспринять не могут («не противоречащие чувствам,
а превосходящие их»). Утверждения, которые подтверждаются показания­
ми органов чувств, надо считать истинными, а о тех, которые «противо­
речат опыту чувств», «мы утверждаем и неизменно провозглашаем, что
они ложны и должны быть отброшены» [2, 95]. Что касается положений
второй категории, то они не могут ни противоречить показаниям органов
чувств, ни подтверждаться ими. В зависимости от того, насколько заслу­
живают доверия сообщения, содержащие такие положения, в них можно
верить, или подвергать сомнению, или, признав, что нам неизвестно,
истинны ли они, ничего о них не высказывать. Знания о них иметь не­
возможно [см. 3, 93].
В качестве примеров положений второй категории (в которые в одних
случаях надо верить, в других —сомневаться) Кастеллион называет от­
веты не только на вопрос, существует ли пустота в центре Земли, но и
на вопросы, что такое бог, создал ли он мир, создал ли он мир в тот
или иной день, засыпают ли души людей вместе с их телами, когда они
умирают, и воскреснут ли они вместе с телами, т. е. важнейшие вопросы
христианской религии.
Верить, по Кастеллиону, значит признавать истинным неочевидное
положение, являющееся лишь вероятным, т. е. таким, которое может
оказаться и истинным, и ложным. Но о ложном не может быть знания;
признание ложного есть не знание, а ложное мнение, т. е. заблуждение.
То, во что верят, может быть и часто бывает ложным, «чего нельзя ска­
зать, когда речь идет о знании» [3, 134]. В отличие от веры со знанием
такого не бывает: ложного нельзя знать, в ложное можно только верить
[см. 3, 80]. Этот тезис Кастеллион провозглашает очень решительно,
заявл яя: пусть тот, кто его отрицает, попытается его опровергнуть, это
ему не удастся. Соотношение веры и знания обнаруживает, по Кастел-
422

лиону; следующий диалог. — Что он рассказывает? —Что отец возвратил­
ся. — Ты веришь, что он вернулся? — Верю. — Ты это хорошо знаешь? —
Нет, я вовсе ничего об этом не знаю. — Почему же ты веришь этому? —
Потому, что тот, кто это рассказал, всегда говорит правду.
И божеские и человеческие законы признают свидетелями только зн а­
ющих, но не верящих. Судьи верят свидетелям, если они заслуживают
доверия. Свидетели же (которым судьи верят) н е верят, а знают
[см. 3, 82]. Пока человек не знает чего-нибудь, он, получив об этом со­
общение от того, кого считает знающим и заслуживающим доверия, верит,
что содержание данного сообщения истина. Но если у него нет веских
оснований считать того, от кого исходит сообщение, знающим или, если
нет уверенности, что человек, сообщивший то, о чем идет речь, заслужи­
вает доверия, он сомневается в истинности данного сообщения. С того же
момента, когда человек сам узнает, приобретает знание того, во что пр еж ­
де верил или в чем прежде сомневался, его сомнения или его вера ис­
чезают. Где начинается знание —вере приходит конец [см. 3, 80].
2. Средства достижения истины
Уже эразмово отношение к библейским текстам отличается и от тр а­
диционной католической их трактовки, и от той, какую им дают Лютер и
Кальвин. Еще дальше от обеих этих трактовок отходит Кастеллион. Его
скептицизм в отношении Библии хотя и близок к скептическим идеям
Эразма, но радикальнее их.
Так, автор тр актата «Об искусстве сомнения» имеет смелость заявить,
что далеко не все в Писании есть слово божье. Там есть высказывания,
представляющиеся бессмысленными, ошибочными, а также немало вы­
сказываний, явно противоречащих друг другу. Многие из этих высказы­
ваний, безусловно не принадлежащих богу, появились в Библии из-за
ошибок, допущенных переписчиками. Д аж е если обратиться в Писании
к тому, что не искажено переписчиками, то и в этих текстах очень мно­
гое отнюдь не представляет собой высказываний бога. Писание содержит
как слова, произнесенные самим богом, так и речи, произнесенные апосто­
лами. Последние представляют собой мнения людей, в которых могут со­
держаться и действительно содержатся наряду с истиной и заблуждения,
и противоречия. Если мы встречаемся с высказываниями, по-видимому,
противоречивыми в текстах Писания, представляющих слова бога, «мы
должны исследовать с величайшей тщательностью все обстоятельства
времени, места, всех лиц, все поводы и причины (связанные с данными
высказываниями), пока кажущееся разногласие не превратится в наших
глазах в согласие. Если мы этого не достигнем, надо считать виновным
в этом наше невежество... Ибо Дух истины, являющ ийся автором этих
откровений, не может быть в разногласии с самим собой» [3, 65].
Как ни фидеистично звучат последние слова, в целом позиция Кастел-
лиона в отношении Писания весьма далека от слепого фидеизма. При
рассмотрении каждого библейского высказывания, утверждает он, необ­
ходимо поставить вопросы: не искажен ли текст переписчиками? Если
текст искажен, то каким он был до искажения? Соответствуют ли истине
содержащиеся в данном тексте высказывания людей, которые были близ­
ки к Христу? Не являются ли мысли, высказанные этими «святыми
людьми», яв ны м и заблуждениями? Если в тексте есть слова самого бога,
какие обстоятельства, при которых данные слова были произнесены, не­
обходимо учесть, чтобы понять, что при данных обстоятельствах они
выражают нечто мудрое, хотя на первый взгляд представляются бессмыс­
ленными? Каждый из возможных ответов на эти вопросы подлежит тщ а­
тельному непредубежденному исследованию, и до той поры, пока не бу­
дет с достоверностью установлено, какой из ответов верен, в любом из
них не только можно, но необходимо сомневаться. Многое в них неоче­
123

видно и поэтому неудивительно; что «далеко не худшие люди ставят под
сомнение саму христианскую религию» [3, 27]. Вследствие противоречий,
содержащихся в Писании, «почти все мнения можно защищать автори­
тетом священных текстов» [3, 86], даже если сторонники этих мнений
придерживаются диаметрально противоположных точек зрения, следова­
тельно, одна только ссылка на библейский текст ничего не доказывает.
Мне, признает автор трактата «Об искусстве сомнения», могут предъ­
явить обвинение, что предлагаемый мною критический подход к библей­
ским текстам крайне опасен: если сомневаться в священных текстах,
скажут мне, рушится авторитет Писания, уменьшается, подрывается вера
в него. «На это я отвечу,—пишет он,—если бы дело обстояло даже так,
это нисколько не поколебало бы истинности мнений, которые я высказы­
ваю, а если кто-нибудь считает их ошибочными, пусть он их опровергнет.
Если же они верны —а они верны,—надо это принимать во внима­
ние» [3, 69].
Нельзя положить конец распрям среди теологов, обращаясь лишь к
формулировкам, имеющимся в священных книгах. Нечего надеяться, что
данный метод выяснения истины, не давший никаких положительных
результатов на протяжении ряда столетий, приведет к преодолению этих
трудностей в будущем. Необходимо идти другим путем. «Надо, следова­
тельно, искать принципа, при применении которого истина выступает
так очевидно и столь легко распознаваемая всеми, что никакая сила на
свете, никакая вероятность не может склонить людей в пользу другого
взгляда. Принцип, о котором я говорю,— это св идетельство органов чувств
и ума. Так как они —инструменты суждения, нельзя сомневаться, что им
надлежит доверить миссию выносить суждение» [3, 91]. Н ел ьзя даже
представить себе, будто природа, помимо органов чувств и интеллекта,
дала людям какой-то иной инструмент, иное средство, чтобы выносить
верное суждение о чем бы то ни было. «Если вы лишите человека ор­
ганов чувств и интеллекта, вы лишите его всякой возможности судить
обо всем» [3, 95]. Кастеллион решительно выступает против тех, кто
оспаривает правомерность применения критериев чувственного опыта и
интеллекта в отношении некоторых религиозных вопросов (которые, по
их мнению, должны решаться только на основе библейских текстов) и
настойчиво доказывает, что и данные вопросы, к ак и все другие, подле­
жат решению только на основе провозглашенных им критериев истины
[см. 3, 125].
В том, что только опираясь на свидетельства этих наших руководи­
телей, мы в состоянии составить себе верное мнение по любому вопросу,
были убеждены, говорит Кастеллион, еще древние светские авторы,
«ученики природы», имено вавш ие «органы чувств и ту часть души, ко ­
торая понимает и судит», критерием, т. е. орудием, посредством которо­
го выносится верное суждение. Этот же взгляд мы находим и в Писании.
Христос никогда не утверждал ничего такого, что противоречило бы
чувственным восприятиям и разуму; их свидетельствами он руководство­
вался во всех своих суждениях и поступках и так же рекомендовал
поступать своим ученикам. Их глазам, ушам, рукам и их разуму он пре­
доставил роль свидетелей и судей всего, что он делал, и он одобрял су ж­
дения, к которым учеников приводили их восприятия и их ум. Да Хри­
сту никто бы и не поверил, если бы он стал утвер ждать что-нибудь, про­
тиворечащее показаниям органов чувств и свидетельству разума.
Существуют теологи, говорится в трактате, предлагающие нам, чтобы
мы, не раздумывая, не считаясь со свидетельством своих органов чувств,
не слушая голоса здравого смысла, слепо поверили в положения, явно
противоречащие и нашему разуму и тому, что мы видим, слышим,
ощущаем. О таких теологах Кастеллион говорит: «Я их спрошу,
пришли ли они сами к этому предложению, закрыв глаза, т. е. не раз­
думывая, не прибегая к рассудку или разуму, или же они пришли к нему

с помощью рассуждения. Если они действительно говорят необдуманно,
то мы вправе отвергнуть их речи. Если же, напротив, они основываются
на рассуждении и разуме, то они очень непоследовательны, убеждая нас
посредством своего рассуждения, чтобы мы отказались от нашего» [3,
97]. Получается, что себе они оставляют и зрение, и ум, а нас старают­
ся ослепить и лишить ума, чтобы можно было заставить нас поверить в
любую бессмыслицу, какую им заблагорассудится внушить нам.
В трактате «Об искусстве сомнения» обстоятельно опровергается
взгляд, согласно которому органы чувств и интеллект людей оказались
испорченными вследствие греха, совершенного Адамом. Неизвестно кто,
говорится в трактате, распространил это совершенно ошибочное мнение
в древности. Многочисленные люди, принявшие его за истину только из-
за его древности, подобны слепцам, которые взяли себе поводырями дру­
гих слепцов. Нет ни одного разумного довода в пользу этого заблужде­
ния; напротив, все, что нам известно, убедительно доказывает, что «ни
органы чувств, ни разум человека не были испорчены грехом Адама»
[3, 105]. Что касается Писания, то в нем ясно говорится, что, совершив
свой грех, первые люди вкусили от древа познания, а теологи, клевещу­
щие на наши органы чувств и ум, превращают древо познания в древо
невежества.
Э.
Ф. Хирш пишет, что эти высказывания Кастеллиона предвосхища­
ют мысли Кьеркегора, указывавшего триста лет позднее, что Адам после
грехопадения прозрел, осознал свое отличие от животных, устыдился
наготы своей [см. 5, 249—250]. На деле, однако, Кастеллион рационали­
стически истолковывает этот миф, утверждая, что в результате грехопа­
дения человеку открылась мощь его разума, способного вести людей к
истине. А датский философ, стремившийся, по его собственным словам,
к «предельной иррационализации христианства» [цит. по 8, И З ] и писав­
ший, что, чем больше знаний у человека, тем труднее ему быть христиа­
нином, видел смысл данного мифа в том, что грехопадение открыло че­
ловеку, как выражается Кьеркегор, «нечто прямо противоположное его
мысли и разуму» [цит. по 8, 131].
Руководствуясь принципом, что все, противоречащее разуму, представ­
ляет собой заблуждение, Кастеллион трактует догматы о троичности бога
и о причащении. И католики, и Лютер относят эти догматы к числу
основоположений христианства. В трактате же «Об искусстве сомнения»
весьма обстоятельно доказывается, что оба догмата надо отвергнуть, так
как в свете р азума они представляют собой нелепейшую бессмыслицу.
Чтобы понять великое значение разума, говорит Кастеллион, необхо­
димо учесть, что разум существовал до Писания, до какой бы то ни было
обрядности («церемоний»), даже до сотворения мира и что он будет су­
ществовать вечно, после всех Писаний и церемоний: Бог поучал тех,
к кому он благоволил (Авеля, Ноя, Авраама и др.) до моисеевых книг,
согласно разуму, и согласно разуму наставлял своих учеников и дейст­
вовал Христос, именуемый по гречески «Логос», т. е. Разум. В Новом
Завете сообщается, напоминает Кастеллион, цитируя соответствующие
места из Евангелия, что во имя разума Христос отверг тексты Писания,
что «он приглашает людей покинуть тексты, чтобы придти к разуму»
[3, 100]. Именно разум разыскивает истину и находит ее. Р. Бэйнтон
указывал, что, по Кастеллиону, существует три источника, из которых
можно получить религиозное знание —чувственное восприятие, разум и
Откровение, причем Кастеллион никакой иерархии между этими источни­
ками не устанавливает [см. 2]. С этим нельзя согласиться: во всех рабо­
тах этого гуманиста, особенно в трактате «Об искусстве сомнения» энер­
гично подчеркивается приоритет разума, значение Откровению придает­
ся лишь постольку, поскольку в нем находит свое выражение разум.
Библейским текстам, где столь несовершенно, согласно Кастеллиону, за ­
печатлено Откровение, отводится второстепенная роль.
,125

Рассматривая параллельно высказывания «языческих» античных авто­
ров и высказывания Писания но тем же вопросам, автор трактата «Об
искусстве сомнения» находит у этих авторов ряд мыслей, совпадающих с
положениями христианства, хотя, говорит он, эти люди не знали бога и
не были им вдохновлены. У них не было принято основывать свои ут­
верждения на авторитете богов, и они их обосновывали доводами разума.
Именно поэтому, несмотря на то, что они были язычниками, они смогли
постичь важнейшие истины: их привел к этим истинам разум.
Как и Эразм, Кастеллион указывает, что и в самом человеке, и в тех
объектах, о которых он хочет составить себе верное мнение, его позна­
вательная деятельность наталкивается на препятствия. Из-за этих пре­
пятствий он нередко ошибочно судит о некоторых явлениях. Из-за болез­
ни или повреждения органов чувств, из-за внешних обстоятельств чувст­
венные впечатления могут оказаться искаженными образами наблюдае­
мых явлений. Тогда у человека возникают иллюзии. Что касается разума,
то он встречается с препятствиями, мешающими ему вынести верное
суждение, когда предмет, о котором он должен судить, чересчур сложен
и возникающие при этом вопросы очень запутаны (как это бывает в ма­
тематике или, например, при выяснении причин плодородия почвы).
Ошибки, вызываемые серьезными трудностями, с которыми разум встре­
чается, стараясь найти верное решение таких вопросов, не могут быть
исправлены сразу. Их преодоление требует больших усилий и длитель­
ного времени. Таковы препятствия, мешающие органам чувств и разуму
выносить верные суждения, которые возникают независимо от воли лю­
дей, вопреки их воле.
Но нередко бывает, что человек сам отказывается прибегнуть к своим
органам чувств для выяснения того, что собой представляет предмет,
о котором он судит; что он отказывается задуматься над стоящим перед
ним вопросом, взвесить различные его решения, рассмотреть его своим
разумом и выносит свое решение, ни на что не глядя, глухой к голосу
здравого смысла. В таких случаях препятствие, мешающее человеку вер­
но судить о том или ином предмете, — его собственная воля. Если причи­
на препятствий, не зависящих от воли людей,— по вреждение органов
чувств, необычные условия наблюдения или чрезвычайная сложность
изучаемого предмета, то причиной нежелания человека воспользоваться
своими органами чувств и своим разумом являются повреждения души
этого человека —его эгоизм, тщеславие, алчность и другие его страсти.
Не означают ли все эти рассуждения отказа от веры в чудеса? Чтобы
дать отрицательный ответ на этот вопрос, Кастеллион выдвигает свою,
весьма отличную от ортодоксальной, интерпретацию чуда: подлинное
чудо, говорит он, заслуживающее того, чтобы в него верить, не противо­
речит ни показаниям наших органов чувств, ни нашему разуму, оно мо­
жет их превосходить (в том смысле, о котором говорилось вы ш е), но ни
в коем случае не может им противоречить, потому что ничто противоре­
чащее им невозможно. И тем, кто указывает на то, что святые, благоче­
стивые люди верили в чудеса, необходимо разъяснить, что эти люди не
верили ни во что невозможное, ни во что, противоречащее показаниям
органов чувств и разума. «Мы, следовательно, должны считать установ­
ленным, что то, что цротиворечит показаниям органов чувств или разуму
(там, где и первые, и второй функционируют без препятствий), не должно
признаваться. То же, на что чувства и разум дают свое согласие, заслу­
живает нашего признания» [3, 111].
3. Скептицизм Кастеллиона и скептицизм Эразма
Хотя скептицизм Кастеллиона несет на себе печать эразмианства,
в ряде отношений он существенно отличается от воззрений Эразма.
Николай Отрекурский и его единомышленники занимали скептиче-?
12R

скую позицию в отношении всего, что не дано непосредственно в
опыте или не доказано посредством закона противоречия, одновременно
считая, что все христианские догматы, все содержание П исания, все
вообще содержание христианской религии ни опытом, ни разумом обос­
новать невозможно, что к признанию истинности всех этих положений
нас обязывает только вера, поскольку все они имеют своим источником
Откровение. Эразм занимает скептическую позицию в отношении «темных
мест» Писания, ряда христианских догматов и всей христианской обряд­
ности. Истинность же положений христианства, к ак его понимает Эразм
(включающий в это учение вместе с рядом этических принципов лишь
немногие религиозные поло жения), этот мыслитель считает рационально
доказанной. Дл я названных представителей средневековой скептической
мысли вера и знание, религия и философия коренным образом отлича­
ются друг от друга, как правило, даже противоречат друг другу, а по
Эразму противоречие есть между разумом, предписаниями следующего
разуму Христа и невежественными суевериями, сводящими христианст­
во к культу изображений, к обрядности, культу святых и т. п., но нет
противоречия между истинной верой и истинным знанием, между хри­
стианской религией и христианской философией. Обе учат тому, призна­
ния чего требуют опыт и разум (требования которых совпадают с требо­
ваниями природы). Христианская вера, по Эразму, не безотчетное чув­
ство (как ее трактуют Лютер и Кальвин), а разумно обоснованное
убеждение, вполне согласное с требованиями природы, убеждение, по
сути дела, не отличающееся от знания. То, чего нельзя согласовать ни с
опытом, ни с разумом, ни с требованиями природы, Эразм отвергает,
а вопрос об истинности положений, которые в свете разума и опыта
лишь более или менее вероятны, он считает открытым. Каждый может
в отношении таких положений придерживаться того мнения, какое ему
к аж ется почему-нибудь приемлемым. Это область, где наиболее уместно
рекомендуемое скептиками воздержание от суждений.
Когда Кастеллион определяет различия между суждениями, удосто­
веренными показаниями органов чувств и разумом (знанием), теми, ко­
торые опровергаются чувственным опытом и разумом (заблуждениями),
и теми, которые не удостоверяются и не опровергаются чувственными
впечатлениями и разумом и в которых необходимо сомневаться, взгляды
этого гуманиста оказываются весьма близкими к воззрениям Эразма.
Как и Эразм, он относит к рационально доказанным положениям, кото­
рые, по его мнению, образуют содержание подлинного христианства (его
этические принципы, признание существования бога и некоторые другие
христианские положения). Несколько шире, чем у Эразма, круг положе­
ний, которые Кастеллион считает заблуждениями: он относит к заблуж­
дениям ряд положений, в отношении которых, по Эразму, нужно следо­
вать совету скептиков —воздерживаться от суждения.
Отход от позиции Эразма гораздо сильнее обнаруживается, когда К а­
стеллион рельефно показывает коренное отличие веры от знания, отличие,
которое так решительно подчеркивали представители университетской
скептической мысли первой половины XIV в., но которое оставалось в тени
и даже стиралось в рассуждениях Эразма. Из приведенных выше высказы­
ваний Кастеллиона недвусмысленно следует, что, когда нам предлагают ка­
кое-нибудь суждение, существуют лишь три альтернативы. Либо мы долж­
ны согласиться с ним (если убедимся,что оно рационально доказано), либо
отвергнуть его (если окажется, что оно противоречит опыту или разуму),
либо поставить его под сомнение (если установим, что оно не подтверж­
дается и не опровергается ни чувственным опытом, ни интеллектом).
Места для веры здесь нет.
Тем не менее Кастеллион призывает верить, выдвигая в пользу веры
аргументацию, существенно отличную и от той, какую приводили Нико-
127

лай Отрекурский и близкие к нему мыслители XIV ;в., и от той, которую
приводил Эразм.
С момента своего возникновения и на всем протяжении своей много­
вековой истории христианство всегда выступало как вера, и все, кто его
проповедовал, подчеркивали это. О бъявлять себя христианином, одно­
временно заявл яя, что христианство, которого он придерживается, не яв ­
ляется верой, может только тот, кто (как бы он ни интерпретировал свою
позицию) полностью рвет с христианством. И Эразм, п Кастеллион вовсе
не помышляли о том, чтобы идти на такой разрыв. Напротив, они были
уверены, что являю тся борцами за восстановление подлинного христиан­
ства, защитниками истинной христианской веры, ибо то, что христианст­
во является верой, не подлежало для них сомнению. Но Эразм как бы не
замечает того, что отличает веру от рационально обоснованного знания.
Кастеллион же решительно выявляет и подчеркивает имеющиеся между
ними различия. Чтобы примирить свое убеждение, что христианство, при­
верженцем которого он является, есть вера, с провозглашенным им прин­
ципом, что признания заслуживает лишь то, «на что чувства и разум
дают свое согласие», Кастеллион требует отличать друг от друга два
вида веры.
Есть вера безотчетная; проникшись ею, человек считает, что никаких
разумных оснований для его веры не требуется, он приемлет то, во что
ему предлагают верить, даже если это явно противоречит и чувственно­
му опыту, и здравому смыслу. Но есть и другая вера, имеющая своим
основанием сообщения тех, кто засл уживает доверия. Хотя приемлющий
такую веру человек не знает, истинно ли содержание этих сообщений, но
он знает, что те, от которых исходят эти сообщения, заслуживают до­
верия. Веру первого рода Кастеллион называет слепой и решительно от­
вергает: ведь в данном случае человек верит в то, в чем он должен сом­
неваться. Этот гуманист горячо доказывает, что так ая вера крайне опас­
на: вера в то, в чем необходимо сомневаться, влечет за собой ужасные
несчастья. Что касается веры второго рода, опирающейся на заслуживаю­
щие доверия источники, то она, утвер ждает Кастеллион, отнюдь не без­
отчетна, не слепа. Она имеет надежные, убедительные основания. Но,
как мы видели, убедительность, надежность какого-либо положения мо­
гут, по Кастеллиону, засвидетельствовать лишь опыт и разум. Из той
характеристики, которую он дает вере второго рода, с необходимостью
следует, таким образом, что она, по сути дела, не отличается от знания,
приобретаемого при помощи чувственного опыта и интеллекта. Ж . Лин-
дебоом в связи с этим замечает, что в своей попытке отличить веру от
знания Кастеллион не преуспел, вера у него «чересчур смешивается со
знанием» [7, 167]. Независимо от того, что он об этом думал сам, тре­
бование принимать только положения, убедительно, надежно обоснован­
ные (поскольку т&кое обоснование, по Кастеллиону, может быть только
рациональным), несовместимо ни с какой религиозной верой. Стремление
построить рационалистическую религиозную доктрину, совместить свой
рационализм с религиозностью делает позицию этого мыслителя внутрен-^
не противоречивой.
Вопреки своей позиции автор трактата «Об искусстве сомнения» вы­
ступает против взгляда, что к той вере, которой, как он утверждает, не ­
обходимо придерживаться, людей приводит интеллект. Такая трактовка
веры, говорит Кастеллион, неправомерно отождествляет веру со знанием
об очевидно истинном, знанием, которое имеет своим источником уви­
денные нами факты, а не услышанные нами слова (от них возникает
вера). Кто же усомнится в том, что он видит, в том, что очевидно для
его разума? Интеллект не сомневается, не верит, а знает. Иное дело
вера. Далеко не всякий поверит в то, чего он не видел, чего он не знает,
в то, в чем можно сомневаться и во что можно вовсе не верить. От
знания, приобретаемого при помощи органов чувств и интеллекта, рели-
128

гпозная вера существенно отличается. «. . -. Христианская вера заключает­
ся в том. чтобы верить во все слова Бога. Слова же божьи могут быть
рассказами, проповедями, заповедями, обещаниями, угрозами; кто не ве­
рит во все эти речи, даже если он верит некоторым из них, не есть
верующий» [3, 82]. Истинность всех этих «речей» отнюдь не очевидна.
Есть теологи (здесь явно имеются в виду Лютер и Кальвин), утверждаю­
щие, что вера —дар божий, что она возникает в человеке вследствие того,
что на него нисходит с небес Благодать. Этот взгляд, согласно которому
вера возникает у человека помимо его воли, Кастеллион отвергает. Хри­
стианин сам избирает веру. Его побуждает признать истинность предпи­
саний Бога и всего содержания христианской религии, поверить в нее не
его интеллект й не Благодать, а его собственная воля. Сам человек при­
нимает решение верить, его воля —вот подлинный источник веры
[см. 3, 81; 131—134].
Кастеллион признает, что из всего этого могут заключить, что хри­
стианская вера слепа. Такой вывод действительно с необходимостью сле­
дует из только что приведенных его слов. Не ж елая с ним согласиться,
он заявляет: нет, христианская вера не слепа, тот, кто ею проникся, зна­
ет того, кому он верит, но «не знает того, во что он верит. Он знает
Бога и верит его слову... но того, о чем говорит Бог, он часто не знает»
[3, 133].
Сохраняя верность взгляду (проводимому в его работах весьма по­
следовательно), что предмет знания —очевидное или с очевидностью до­
казанное и потому несомненное, а предмет веры —неочевидное, недока­
занное, сомнительное, Кастеллион тем не менее заявляет, что такой вере
в определенных случаях надо следовать. Между тем едва ли не важней­
шей задачей трактата «Об искусстве сомнения» провозглашается его ав­
тором убедительное рациональное обоснование христианской веры. В са­
мом начале трактата автор обещает показать, что религиозная вера
христиан согласуется с разумом и природой, что, хотя ее положения о су­
ществовании Бога, управляющего миром, о его справедливости, о воздая­
нии —аксиомы, но «мы их докажем», и излагает рассуждения, являю ­
щиеся, по его мнению, рациональным доказательством этих положений.
В ряде мест трактата утверждается, что в существовании Бога, его бла­
гости и справедливости, в необходимости его почитать и следовать его
нравственным заповедям никто (кроме дикарей, немногим отличающихся
от животных) не сомневается именно потому, что все следуют своему
разуму, а разум с очевидностью доказывает истинность всех этих поло­
жений. Что же касается заявлений гуманиста, что для верующего слова
Бога не нуждаются в обосновании, то логика собственных рассуждений
Кастеллиона вынуждает его эти заявления дезавуировать. Он решительно
выступает против теологов, которые «доходят до того, что учат: особен­
ность, свойственная христианской вере —верить в невероятные положе­
ния... Первая почесть, которую мы должны, по их мнению, воздать Богу
и его сыну, заключается в том, чтобы верить его слову, каким бы оно ни
было невероятным и как бы оно ни противоречило нашему собственному
здравому смыслу и здравому смыслу других людей» [3, 92]. Вот причи­
на того, «что столько чудовищных заблуждений процветает по сей день
среди народов, которых убедили в этом» [3, 92—93].
Вере слепой, порождающей тягчайшие заблуждения, Кастеллион
противопоставляет веру продуманную, обоснованную: «Мы не должны
следовать нашему учению без размышления, необдуманно, а должны это
делать осмотрительно и рассудительно» [3, 30]; «необходимо верить в
христианское учение е силу тех же оснований (raiso n s), которые обычно
заставляют нас предоставлять свою веру (сгёапсе) кому-нибудь» [3,
38]. Т аких оснований, в силу которых мы должны верить сообщению
(хотя сами не знаем, истинно ли данное сообщение), этот гуманист на­
считывает четыре. Во-первых, верить следует лишь сообщению того, кто
129

никогда себе не противоречит, а еще лучше, если не противоречат друг
другу сообщения нескольких лиц. Во-вторых, когда то, что мы внутрен­
не переживаем, настолько полностью совпадает со многим, сообщаемым
данным лицом, что мы немедленно соглашаемся с данными его сообще­
ниями, то мы охотно соглашаемся и с тем в сообщениях этого лица,
чего мы сами не переживаем. Например, если врач верно описывает
больному то, что тот чувствует, то больной верит и тому в сообщениях
врача, чего он сам не чувствует. Третьим основанием для того, чтобы
верить сообщениям человека, является то, что человек этот никогда не
обманывает. Наконец, четвертое основание покоится на правиле: о том,
что человек может сделать, следует судить на основе опыта. Например,
если мы видим, что слесарь хорошо изготовил замок или ключ, мы верим,
что он хорошо изготовит такж е задвижку или щеколду. На основании
того, что, ка к известно, человек уж е сделал, мы верим его сообщению о
том, что он сделает [см. 3, 48—49].
Можно, конечно, показать, что перечисленных оснований недостаточ­
но, чтобы считать веру, покоящуюся на них, достаточно надежно обос­
нованной. Но рациональный характер и самого требования обоснованно­
сти такой веры, и тех условий, которые здесь рассматриваются к ак обес­
печивающие ее обоснованность, по-видимому, не подлежит сомнению.
И. Кюн утверждает, что «существует только одна форма религиоз­
ности, которая как тако вая ведет к признанию ничем не ограниченного
права «другого» на собственное мнение (Geltenlassen des «Anderen») —
ее мистическая форма» [6, 18]. Но если кто действительно беззаветно
боролся против контроля над мыслями и высказываниями людей, за ни­
чем не ограниченное право каждого думать и говорить то, что ему под­
сказывают его разум и совесть, так это, конечно, Кастеллион. Между
тем его религиозность — а он, конечно, был человеком религиозным —
совершенно чужда какой бы то ни было мистике. Это признают все ис­
следователи его теоретического наследия.
Здесь уместно указать на следующую черту учения Кастеллиона, от­
личающую его от эразмова скептицизма. Признавая, что он не понимает
ни смысла ряда положений, в которые предписывает верить церковь, ни
доводов, обосновывающих истинность сообщений, из которых вытекает
необходимость верить в данные положения, Эразм тем не менее рекомен­
дует покорно следовать этим предписаниям только в силу их древности
и общепринятоеTM. Д авая такую «оппортунистическую» рекомендацию,
Эразм ссылается на греческих скептиков, занимавших аналогичную по­
зицию. И они, и Эразм, соглаш аясь с тем, что им предписало общество,
отходили от скептического принципа воздержания от суждения. Ведь, по
их собственному признанию, для того, чтобы отвергнуть то, что км на ­
вязывает общество, есть ничуть не менее убедительные основания, чем
для того, чтобы это принять. Кастеллион, правда, призывает верить в то,
что сообщают некоторые лица (даже если нам ничего неизвестно об
истинности содержания таких сообщений). Но когда доводы, доказываю­
щие, что эти лица недостойны доверия, являю тся столь же вескими, как
и доводы, побуждающие им доверять, Кастеллион требует, чтобы к таким
сообщениям мы относились скептически. Он при всей своей непоследо­
вательности гораздо более последовательно, чем Эразм, сохраняет вер­
ность скептическому «эпохэ».
Таким образом, для скептицизма Кастеллиона еще более, чем для
Эразма, характерна отчетливо выраженная антифидеистическая, рацио­
налистическая направленность.
В заключение отметим еще одну особенность скептицизма Кастеллио­
на, имевшую важное значение для преодоления того преклонения перед
древностью, владевшего не только умами средневековых мыслителей, ибо
от него не были свободны и ренессансные философы, даже Эразм. Толь­
ко невежественный народ, говорит Кастеллион, верит в то, будто чем
130

древнее какое-нибудь положение, тем оно ближе к истине. Истина не
сыр, который тем лучше, чем старее. В применении к истине справед­
ливо скорее противоположное правило. Д л я оценки того, насколько
близки к истине мысли, высказанные в древности, и мысли новые, от­
личные от старых, следует учесть по крайней мере два обстоятельства.
Прежде всего все, что сегодня явл яется древним, в древности было новым.
В наши дни многие утверждают, что Моисею следует верить больше, чем
праведникам, жившим после него; его высказывания древнее —значит, в
них больше истины. Но если бы эти люди были современниками Моисея,
они призывали бы верить тем, кто жил задолго до него, а ему бы они не ве­
рили: ведь его проповедь была бы для них не древней, а новой [см. 3,
48]. Во-вторых, не только в медицине продвижение вперед достигается
благодаря тем врачам, которые, не ограничиваясь старыми приемами, от­
крывают новые средства лечения. «В искусствах, к ак и во всех других
областях, успеха (progress) достигают не те, кто довольствуется привыч­
ным, тем, что вошло в обычай (usages), а те, которые, заметив в чем-
то недостаток, дерзают исправлять и изменять» [3,, 74], не ретрограды,
а новаторы. Правда, тех, кто прокладывает новые пути, ждет немало
неприятностей. « . ..Но надо отважиться выдвигать нечто новое, если мы
хотим помочь людям» [3, 73].
Перед нами не только решительное отрицание прочно укоренивших­
ся традиционалистских представлений, но и зародыш идеи поступатель­
ного движения, прогресса в познавательной деятельности людей, идеи,
получившей дальнейшее развитие у некоторых авторов, выступивших зна­
чительно позднее, в XVI и X VII вв.
ЛИТЕРАТУРА
1. Маркg К. и ЭнгельсФ.Архив, т. 7. М.— Л., 1940.
2. Вaintоn R.Н.ConcerningHeretics. N.Y., 1935.
3. Сastе11iоn S. DeTart de douter et de croire, d’ingnorer et de savoire. Gene­
ve — Paris, 1953.
4.
Giiggisberg H. R. Sebastian Casyellio im Urteil seiner Nachwelt vom Spat-
humanismus bis zum Aufldarung. Basel und Stuttgart, 1956.
5. Hirsch E. F. Castellio's «De arte dubitandi» in: «Autour de Michel Sewet et de
Sebastien Castellion». Haarlem, 1953.
6. К ii h n J. Geschichtsproblem der Tolerans in: «Autour deMichel Sewet...».
7. L i n d e b о о m J. La place de Castellion daus Thistoire deI’esprit in: «Autour de
Mich el Sewet...» .
8.Быхозскей Б.Э.Кьеркегор.M., 1972.

АКАДЕМИКУ САВЕ ГАНОВСКОМУ — 90 ЛЕТ
Видный творческий марксист-ленинец
Ф. В. КОНСТАНТИНОВ
В марте 1987 г. исполняется 90 лет со
дня рождения академика Савы Ганов­
ского, видного болгарского фило соф а и
пед агога, общественного де ятел я. Комму­
нист, активный деятель Бол гар ской ком­
мунистической партии, он на про тяж ении
многих десятилетий находился в первых
рядах борцов за дел о коммунизма.
С. Гановский р одился 1 марта 1897 г.
в се ле Кунино Врачанского округа Бол­
гарии. Приобщается к революционной
деятельности ещ е в годы учебы в гимна­
зии. В 1914 г. он вступает в молодежное
с оциалистиче ское д в иж ение . Встретив с
восторгом Ве ликую Октябрьскую социа­
листиче ск ую революцию, С. Гановский в
начале 1918 г. вмес те со своими товари­
щами изд а ет два номера газе ты «Правда».
Так началась публицистическая деятель­
ность С. Гановского. Вс коре за активну ю
про паганду коммунистич еских ид ей он
был ар естован и приговорен к 15 годам
тюремного заключения, од нако ч ер е з н е ­
которое время по амнистии был выпу­
щен на свободу и вновь включился в ре­
вол юционную
деятельность
БРСДП,
в ряды которой он всту пил в 1918 г.
В 1919—1922 гг. С. Гановский студент
Софийского университета, где он изуч ает
философию и пед агоги ку. Одновременно
он является секретарем молодежной
организации в софийском районе Подуя-
не, членом комисс ии по усыно вл ению
со ветских д етей , п острада вш их во время
голод а в Поволжь е, уп олно мо ченн ый пар­
тии и комсомола д ля работы ср ед и с ту­
дентов у ниверс итет а, чле н руководства
софийского молодежного общества.
В 1923—1928 гг. С. Гановский — в Гер­
мании, где продолжает учебу. Здесь он в
качес тве ч лена ГКП руководит комму­
нистической группой болгарских студен­
тов в Галле. Вернувш ись пос ле кратко­
вре менного пребы вания на р од ине по
призыву партии в Германию, Сава Ганов­
ский является здесь одним из инициа­
торов с озд а ни я Нар одного студенческого
союза (Нарстуд) и принимает активное
участие в его деятел ьно ст и. В апреле
1925 г. на состоявшемся съезде народных
с тудентов из Бол гар ии, Германии, Фран­
ции, Бе ль гии, Польши, Австрии и Юго­
славии с участием коммунистов и пред­
ст авител ей других партий С. Гановский
избирается заместителем председателя
этой первой международной антифашист­
ской орга низации.
В 1928 г. по решению партии Сава Га­
новский уезж ает в СССР. В Москве он
поступает в Институт Красной профес­
суры, о дновре мен но читает ле кции по
философии в Московском универс итете ,
активно участвует в идейно-политиче­
ской жизни института и в дискуссии со­
ветских философов по вопр осу о ле нин ­
ском этап е в марксистской философ ии,
зна комится с фило софским на сл ед ием
Ленина и с достижениями советской фи­
ло с офс кой науки. В 1931 г. он возвращ а­
ется в Болгарию. Здесь он наряду с на­
пряженной партийной работой пишет
стать и на ф илософ ск ие, пед агоги ч ес кие,
литературно-теоретические темы, и вся
эта огр омная рабо та под чине на одной
главной задаче — утверждению ленин­
ских принципов на иде ол огич еском фрон­
те, в борьбе против реакционной буржу ­
азн ой идео ло гии и пропаганды.
Такова в наиболее общих чертах дея­
тел ьность Савы Гановского д о 1941 г.
В этом году насту пают новые, роковые
события для мира и для Болгарии, кото­
рая была вовлечена в войну на стор оне
фашистской Германии. Все видные д е я ­
тели партии и активные антифашисты
подвергаются
же сто ким
преследова­
н и я м — и х арестовывают, пытают, бро­
сают в тюрьму , в концлагеря. С. Ганов­
ский, про сид евш ий в концен трационном
лагере три года, в апреле 1944 г. стано­
витс я партиза ном, зам ест ител ем полити­
ческого ко мисс ара 2-й военн о-о ператив­
но й зоны в Пл евенс кой военной области.
Непосред с тве нно п ер ед антифаш истским
восста нием 9 сен тября 1944 г. С. Ганов­
ский по распоряжению БКП приезжает
в Софию, с вязы вае тс я со штабо м парти­
занского движения и вместе с другими
товарищами готовит для пр ессы мате­
риалы о происходящих в стране важных
событиях.
После 9 сен тября начинается новый
132

пери од в де ятел ьно сти С. Гановского.
Заканчивается борьба за свержение фа­
шизма и старого р еж има, на ч ина ется
борьба за построе ние социал истиче ск ого
общества в Болгарии.
Непосред ственно пос ле 9 се нтября тов.
Гановский — на д ол ж нос ти главного д и­
ректора по печати. В 1945—1947 гг. он
полномочный министр в Румынии и Юго­
славии; до конца 1949 г.— заместитель
министра внутренних дел. Потом раб о­
тает в ку льтурно- про светитель ско м се к­
торе и до 1952 г.— председатель Коми­
тета по пауке, искусству и культуре.
В 1953 г. С. Гановский переходит на
работу в ЦК партии и до 1957 г. заве­
дует отдел ом науки, образования и иску с­
ства, принимает уч аст ие в де ят ель ност и
Союза б ол гаро- со ветских обществ.
С 1954 г. Сава Гановский чле н Це нт­
рального Комитета БКП. С 1952 г. — депу­
тат
Народного
собрания;
в
1959—
1966 гг.— председатель Комитета взаимо­
понимания на Балканах, а в 1966 г. из­
бирается председателем Бюро Народного
Собрания HP Болгарии.
Наряду с этой широкой и р азн ообраз­
ной государственной, общественной и
ку льтурной деятельностью С. Гановский
активно работает и в секторе науки и
высшего образования. До 1946 г. он про­
фессор в Софийском университете, чи­
та ет ле кции по д иале ктич еско му мате­
риализму и истории марк сист ско -л енин­
ской философ ии, а в 1951—1954 гг. за ве ­
д ует кафедрой философии. В 1952 г.
С. Гановский избира ет ся действитель ны м
чле ном
Болгарской Акад емии н ау к
(БАН) и в том же году — академиком-
секр етарем Отдела философии, истор ии,
ар хеол огии и педагогики БАН. В 1957—
1959 гг.— заместитель председателя БАН,
а с 1959 по 1966 г. — директор Институт а
педагогики. С 1977 г. — директор Инсти­
тута ф ил ософии Болгарской Академии
нау к.
В 1963 г. С. Гановский изб ир а ет ся чле-
но м-кор респонде нто м Акад емии
наук
ГДР, а в 1965 г.— членом Румынской
Акаде мии наук. В 1971 г. избран членом
АН СССР. Он первый философ социали­
стич еской страны, избранный пре зид е н­
том Международной федерации философ­
ских обществ. З анимая этот пост с се н ­
тября 1973 г. по 1978 г., он способствует
ак тивизации работы Ф ед ер ац ии, все ­
стор онне му улуч ш ению де ятел ьности
ее ру ко водящ их органов, расш ир ению
контактов между философами, более
тесному сотрудничеству с ЮНЕСКО и
т. д.
Одной из зас луг Савы Гановского перед
коммуни стич еским д виж е ние м в Болга­
рии является то, что он первым в фило­
софс ком асп екте ставил вопро с о внед­
рении ленинских принципов в идеол огии
и идейной борьбе. В 1927 г. в своей статье
«Ленинизм и диале ктика» он обосновы­
вает положение о том, что наиболее
надежное средство от ошибок и недугов
в прошлом и настоящем партии — введе­
ние ле нинск их начал во все сферы н а­
шего д ви ж ен и я С. Гановский не только
принципиал ьно ставит вопрос о ленини-
заци и ид еол огич еского фронта, но и
выявляет и показывает то, что является
наиболее существенным в ленинизме,
пронизывает его теорию и практику,-
ма те риа лист ич ес кую д иалектику. Исходя
из основных принципов ле нинизма , Га­
новский у казы вает на т еоретический
источник ошибок, которые д о пус каю тся
в руковод стве революционной борьбой
и з-за не ум ен ия при ме нять в практике
революционной борьбы материал истиче­
ск ую диале ктику.
С. Гановский развивал активную д е я ­
тельность т ак ж е в области педагогики,
в теории и практике, литературы, пс и­
холо гии и атеизм а. Помимо с озд ани я
теоретических работ, он участвует в из­
дании ряд а журн ал ов («Народна про­
света», «Научна трибуна», «Современ­
ник», « Звезда »,
«Съвременна мисъл»,
«РЛФ», «Иаковалня», «Науч ен пре глед»
и др.).
В своих работах об искусстве и лите­
ратуре, как и по проблемам религии и
а теи ст ического воспитания, С. Гановский
утверждает ленинские принципы, пока­
зывая, что то новое, что внес Ленин в
разработку этих проблем в сравнении с
Марксом и Энгельсом,— это у вязка ана­
лиза корней религии с анал изом импе­
риализма, с зад ач ами социалистического
к ул ьтур ного строител ьства 12.
С. Гановский в своих публикациях ос­
вещ а ет проблемы ди алектического и
ист ор ического материал изм а, гн осео ло­
гии; проблемы ч ел овека, с вязи филосо­
фии и частных наук, критики буржуаз­
но-ид еа лис тич ес кой философии; мет од о­
ло гич еских пр обл ем истории филос офии
ит.д.3.
В своих трудах С. Гановский обстоя­
тельно р ассматривает проб л ему ед инс тва
диалектики, логики и гносео ло гии, ан а­
лизирует вопрос о предмете и сущности
диалектической логики, обосновывая точ­
ку зрени я, что диа ле ктиче ск ая логика
раскрывает связь и р азвитие категорий,
процесс ы р азвития ма териаль ного мира
и п озн ания. В ед инс тве законов бытия
1 См. С. Гановский. Ленинизм и
диалектика. — «Комму нистическо знаме»,
1927, кн. 1, с. 23.
2 См. С. Ган овски. Плеханов и Л е­
нин в областта на литературата и изкус-
ство то. — «Наковалня», бр. 227, 1931.
3 См. С. Га новски. Основни на пра в­
ления във фило софията. София, 1934;
е г о ж е . Педа гоги чески албум. София,
1935; его же. Из философията на
Възраждането. София, 1938; ег о ж е .
Основни закони на науч ната философия.
София, 1940; его же. Проблемы на
възпи танието. София, 1940; е г о ж е .
Полово и естетическо възпитание. София,
1940; е г о ж е . Кратка история на фило­
софията. София, 1945, 1972; е г о ж е .
Природа и общество. София, 1945; е г о
ж е. Фридрих Енгелс — вожд и теоретик
на световния пролетариат. София, 1972.
133

и мышления, говорит он, марксисты
видят осн ову по нимания еди нства д иа ­
лектики, логики и гнос ео логии.
Анализ логического и историч еского
Сава Га новский связы вае т с объ екти в­
ной и субъективной диалектикой. С раз­
витием общественной практики и зме ня ­
ются имеющиеся категории и понятия и
созд а ются новые. Ди але ктиче ска я логика
включает в се бя историю всего ч е ло ве­
ческого знани я, от вергая все нен ау ч но е
и усваивая подлинно научные достиже­
ния.
В своей борьбе против пр ед ставите лей
неокантианства , р емкеа нства, ме ха ни ­
цизма С. Гановский р азраб ат ыва ет не ко ­
торые гносео ло гич еские проблемы. Отли­
чите ль ная черта его р азр аб оток закл юча ­
ется в том, что в них последовательно
отстаивается ленинская теория отраже­
ния как основа теории познания диалек­
тического материализма4.
Рассматр ивая вопро с единс тва теории
и практики, Гановский под чер кивае т, что
практика являетс я основ ой ра звити я по­
зн ания и критерием его истиннос ти. Как
критерий истины она про низывает весь
процесс, путь позн ан ия.
В своем творч естве С. Гановский обра­
щался и к проблеме человека, и это не
сл уч айно. В 30—40 -х гг. пробл емы чело­
века выхо дят на первый план. В 1939—
1940 гг. между профессорами Кинкелем
и Консуловым, с одной стороны, и проф.
Михалчевым — с другой, в ед е тс я поле­
мика по вопросу об отношении между
природой и обществом, биол огией и со­
циологией. Свое мне ние по подн ятым в
этой поле мике вопро са м высказывает и
С. Гановский. Он обосновывает точку
зрения, что спорный вопро с явл яетс я н е
чисто социол огическим, а философским,
вопро со м мир овоззрения и метода. А для
того, чтобы выяснить отношение между
миро воззре нием и методом, нео бходим о
выяснить сред ствами науки сущность
природы, общества, человека — его про­
исхождения, его существования 5. В своих
поле мических стат ьях он а нал изи ру ет
сущность исторического процесс а, проис­
хождение и историческое развитие обще­
ственного чел овека, ед инс тво природы и
общества, взаимо действие чел овека и
природы в процессе исторического раз­
вития общества. Характер этой необх оди ­
мой связи изм ен яе тся в за висимости от
степе ни р азвития общества, но реш а ю­
щими в этом развитии являются общест ­
венные, а не природные законы.
В борьбе против предс тавител ей биоло­
гизма и р асизма Сава Гановский об ос но­
вывает марксистско-ленинский взгляд
о существовании единства ес тественны х
и природны х ус ловий, осуществляемого
4 См. С. Ганов ски. Основни напра в­
ле ния във философ ията , с. 140.
5 См. С. Га новски. Природа и об­
щество. — «Архив за стопанска и социална
политика, год XV». София, 1940, кн. 5,
с. 341.
в процессе общественного труда и состав^
ляющ его осно ву всей истори ческой ж изн и
чел овека. Именно общественное про из­
водство являетс я источником существо ­
вания человека, е стественно й, н еоб ход и­
мой базой для существования и развития
общества. При этом С. Гановский от­
мечает качественное своеобразие челове­
ческого труда как сознательного проце с­
са, проявления целесообразно направлен­
ной воли человека.
Проблема ч ел овека является объе ктом
исс ле д овани я Савы Гановского и в по­
следующие годы. В частности, он рас­
сматрива ет е е в связи с развитие м нау ч­
но -технич еской революции и с ее влия­
нием на человека как творца истории,
как гла вную про извод ител ь ную с илу об­
щества 6.
Важным вкладом С. Гановского в марк­
с истско -л ен инскую фило софию являетс я
его монографич еское ис сл ед овани е «Об­
щественно -эк ономичес кая формация и
мирное сосуществование», приобретшее
ш ир окую известность. В книге рассматт
ривается круг пр облем революционного
рабоче го д виже ния, борьбы марксистов-
ленинцев за обеспечение мирных усло­
вий, закономерного перехода от классо­
во-антагонистической
к
бесклассовой
о бщественно- эк он омич ес кой формации,
С. Га новский рассматривает в этой книге
также проблему объективного и субъек­
тивного факторов в общественном разв и­
тии, проблему сущности и значения мир­
ного со существования с точки зрения
перехода человечества к социализму и
ко мму низму и форму лирует ряд важных
выводов о пу тя х укре пле ния еди нства
сил социа лизм а и прогре сс а в мировом
масш таб е.
Сава Гановский углубленно р азраба ­
тывает и р яд метод ол огич еских вопро­
сов истории фило софии как науки.
В своих р аб отах он пытается показать,
что фил ософ ские системы орга нич ески
связаны с общественной и научной жиз­
нью народо в и как часть общ ественной
жизни характеризуются в своем разви­
тии опр едел енны ми закономерностями,
раскрытие и изучение которых является
о дной из основных зад а ч историко-
философской науки. Ис тор ия филос офии
в обобщенной форме отражает историю
развития человеческой мысли, знания,
культуры. С. Гановский высоко оцен и­
вает попытку Гегеля представить исто­
рию фи лософии как единый процесс.
Но Гегель рассматривае т историю фил о­
софии как историю имманентного разви­
тия мысли. Отвергая эту то чку зрен ия,
Гановский указывает, что история фило­
соф ии, л иш енна я материал ьной основы
и остающаяся на почве одной лишь идео­
логии, — это мис тифициро ванная история
6 См. С. Га новски. Общественно-
икономиче ската формация и мирното
съ вместно съ щ ес тву ване . София, 1962,
с. 452. Эта работа вышла на ру сско м язы­
ке в Москве в 1964 г.
135

философ ии, как она пр ед ставл ена в си­
стеме у Гегеля 7.
Являясь частью духовной истории ч е­
ло веч еского общества, история фил осо ­
фии имет и свои вну тре нние закон омер ­
ности и логику. К а жд ая филос офская
систе ма д ол жн а быть, по его мнению,
и нте рпретирована в са мой тес ной связи
с историей народа; при этом следует учи­
тывать
индивидуальные особ енности,
х арактер
пол итич ес ких
учреждений,
нравы и обычаи данного народа.
Характерной особе нностью науч но -тео ­
ретической деятельности С. Гановского
является его последовательная и систе­
матическая критика буржуазной филосо­
фии вообще, и в частности взглядов ее
предс тавите лей в Болгарии. В своих ра­
ботах этого напра вл ен ия он выясн яет
прежде всего некоторые общетеоретиче­
ские аспекты, такие, например, как
борьба против буржуазно-идеалистиче­
ской философии в эп о ху империализма;
кризис буржуазной науки в наше время,
н ауч на я нес остоятел ьно ст ь нео кантиа н­
ства, ремкеа нства, ф ило софи и Ницш е,
Шпенглера, Ш опенгауэра , раси зма 8.
При анализе и оцен ке философской
системы Канта С. Га новский рассматри­
вает не ме цкого мыслителя как р од она­
ча льника критич еской философ ии, н ан о­
сившей удар догматизму. Вме ст е с тем
он остро критикует субъективный ид еа ­
лизм Канта, но пол о жител ьно оценивает
ма те риал истич еские те нд енц ии в его
философии9.
Анализируя ф илософию Им. Канта,
С. Гановский под вергает критике пред­
ставите ле й н ео канти анства Фрейбургской
школы (Виндельбанд, Риккерт, В ебер).
Он также прослеживает связь этой
школы с фил ософией Канта 10.
Критически рассматривая и оценивая
расовую те ор ию, Сава Гановский обра­
щает внимание на главное, сущ ествен ­
ное заблуждение в этой теории, заклю­
чающееся в том, что ее сторонники объ­
ясняют о бщественные явления законами
природы; кла ссовое нер авенство, клас­
совую борьбу, угнетение и др. объясняют
7 См. С. Ганов ски. Кратка история
н а ф ило софията. София, 1940, с. 12.
8 По этим вопросам С. Гановский о пуб­
ликовал сл едующ и е работы: «Фило софия­
та на германската р еволюция. Ёману ил
Кант» .— «Н ауч на мисъл », 1935, бр. 32;
«Вернер Зомб арт» .— «З везда», 1932’, кн. 7;
«Възможно ли е научно предвиждане?» —
«Народна просвета», 932, кн. 2; «Кризата
в българската буржоазна наука». — «Звез­
да», 1932, бр. 4; «Освалд Шпенглер». —
«Мисъл», 1936, бр. 10; «Р асовата теор ия
и демокр ацията». — «Мисъл», 1936, бр. 12;
«Философията
на
Нптче». — «Научна
мисъл» , 1936, бр. 42, 43; «А. Шопен-
гауер» . — «Съвременна
мисъл»,
1938,
кн.7,8идр.
9 См. С. Ган овски. Филос офията на
герма нската революция. Емануил Кант,
с.2идр.
10 См. С. Га новски. Вернер Зомбар т.
биологическими, а не социа льными при­
чинами. В связи с этим Гановский рас­
крывает клас со ву ю сущность этого взгля­
да: если общественные явления пр ед став­
ляют собой сл ед ствие есте ст вен ных , био­
логических причин, то человек не в
сос то янии изменить существу ющ ее поло­
жение вещей, из чего следует, что капи­
тализм веченп. Он показывает, что
причины борьбы в общ естве не биоло ги­
ч ес кие, а общественные, так как человек
црежде всего — производящее существо,
в о бщественно-пр оизводс твенной деятель­
ности активно изме няю щ ий с аму при­
роду, себя, условия своего существова­
ния. Не борьб ой за существование, ха рак ­
терной для животного царства, следует
об ъяснять социал ьную бор ьбу, стремле­
ния чел овека, а его местом в производ­
стве и распределении материальных и
духовных благ. Именно поэтому человеку
свойственна борьба между разными об­
щественными классами, а животны м —
биологическая борьба за существова­
ние 12.
С. Ган овский явл яетс я одним из актив­
ных деятелей идеологического и науч­
ного фронта. Он внес существенный
вклад в борьбу против современной бур­
жуазной философии и идеологии. Углуб­
ленно и критически он анализирует п
оцени вае т н аибо ле е влиятельные бур­
жуазные философские течения в наше
время: феноменологию, экзистенциа лизм,
нео позитивизм, нео томизм. С. Гано вский
раскрывает некоторые существенные чер­
ты и тенденции в современной буржуаз­
ной философии: вр ажд еб но сть не только
к маркс изму-л ен инизму , но п к прогрес­
сивным буржуазным учениям в прош­
лом. В некоторы х специа ль ных обл астях
(логика, семиотика) буржуазная филосо­
фия достигла положительных результа­
тов, но из-за методологической несостоя­
тельнос ти фил ос оф ских концепций пр ед ­
ставите ли эт их о бл ас тей не могут дать
нау чно -ф ил ософского р еш е ния рассмат­
риваемых ими проблем, они не в состоя­
нии н ауч но реш ить вопросы, связанны е
с содержанием и методом современной
науки. «Потому,— пишет С. Гановский,—
что она (иде ал исти че ска я фил ософия)
явл яе тся ид ео л огией кла сса, инте ресы
которого вступают в противор ечие с
объективным ходом истории, буржуазная
философия все более проникается духом
пессимизма, становится все менее спо­
собной дать ответ на научны е, мо раль­
ные и политические проблемы эпохи» 13.
Следует подч еркнуть, что С. Ганов­
ский также активно борется за разобла­
чение новейших буржуазных, антиком­
мунистич еск их, антисо вет ск их и реви­
зи онис тских концепций, которые враги
раб оч его класса и социализма в посл ед -
11 См. С. Га новски. Критика на ра­
совата теория, с. 20.
12См.там же,с.23.,
13 См. С. Га новски. Кратка истор ия
на фило соф ията, с. 440 —441.
135

ние годы противопоставл яют марк сист ­
ско-ле нинской теории и практике. В сво­
их публикациях «А нтисоветизм — основ­
но е ядро и главное направл ение совре­
менного антикоммунизма»,
«Ленинизм,
тео рия отра ж ен ия и совре менный анти­
коммунизм» и в ряде других он подает
пример партийност и в философии, твор­
ческого отнош ения к актуал ьным проб ле ­
мам и непримиримост и ко всем попыт­
кам идеалистических и ревизионистских
сп екуляций. Он убеди тел ьн о показыва ет,
как антисо ветизм под маской «плюрали­
зации
маркс изма»,
«либерализации»
социалистических стран пытается разру­
шить общественно-политический стр ой в
стр анах соц иал истиче ского содружества
и созда ть предпосылки к реставрации
капитал изма.
Существен вклад С. Гановского в об­
ла сти педаго гики. Своими трудами и
педа гогич еской деятельностью ещ е до
побед ы социал истической революции он
спо со бству ет внедрению и развитию л е ­
нинс ких ид ей в педагогике в Болгарии.
Кроме того, он творчески развивае т со­
образно с усл овиями в Болгарии основ­
ные проблемы обучения, воспитания,
образования, подвергает углубленному
критическому анализу буржуазные кон­
цепции в этой области, активно сод ейс т­
вует утверждению марксистско-ленин ­
ских принципов обучения и воспитания.
С. Гановский разрабатывает с успехом
ряд метод ол огич еских проб лем обучения,
воспитания и о бразования. Во спитание,
по его мнению, должно давать ребенку
не только познание действительности, но
также создавать у него умение изменять
эт у действительность. Понятие среды,
по С. Гановскому, не закл юча етс я лишь
в том, что среда «окружает» людей, но
главным о бразом в том, что она форми­
рует и воспитывает их, влияет на ни х,
способствуя развитию общественного со­
знания. Он обосновы вает марксистскую
точку зр ен ия о том, что пед агогич еский
проц есс явл яе тся двуст оронни м процес ­
сом взаимодействия между учителем и
учеником, что уч еник как объект, так и
с убъект этого процесса.
При определении задач школы в социа­
листи ческой Болгарии Гановский обра­
щает внимание на главное, существен­
ное: школа д ол ж на готовить подрастаю­
щее поколение таким образом, чтобы оно
достигло бол ее высокого уро вня овл ад е­
ния технич ескими знан иями по сра вне­
нию с сегодняшним и основами науки в
целях полу ч ения бо ле е широкой подго­
товки, приобретения практичес ких у м е ­
ний и навыков. При стро итель стве со­
циализма необ ход имы люди, имеющ ие
высокий урове нь образования, тех ни­
чески грамотные, люди широкой душ и,
у которых вел икие ид еал ы и которые
готовы сл уж ить свое му народу.
С. Гановский написал работы и по
вопросам психологии. Им исс ледо ван
вклад Сеченова и Ивана Павлова в пси­
хологию, а в настоящее время он изучает
п си хо логич ес кие процес сы личности в
условиях нау ч но-те хнич е ско го прогресса.
Значительное место в трудах Савы
Гановского занимают и вопросы социал и­
стичес кой кул ьтур ной революции. И с ход ­
ным теоретическим положением для него
явл яется мар ксистско-л енинская ко нцеп ­
ция сущности социалистической рево лю­
ции в развитии социал истиче ско го об­
щества.
Наиболее существенной чертой обшир­
ной науч н о-тех нич ес кой деятельности
С. Гановского является его нер азры вная
связь с за дача ми, ко торые стояли и стоят
перед коммунистическим движением на
разных этапах его развития. С. Ганов­
ский в полном смысле слова партийный
философ , испытанный и посл ед овате ль­
ный марксист-ленинец.
Сава Гановский один из пер вых орга­
низа торов с оциалистиче ской науки и
культуры в Бо лгарин, пламенный борец
за мир, за у про ч ени е советско-бол гарской
дружбы и за укрепление социалистиче­
ского инте рн ац ионал изма. Его ж изнь
служит прекрасным примером непоколе­
бимой вер нос ти д е лу партии, са мо отвер­
ж е нно й борьбы против фа шизма, за по­
ст рое ние социал истиче ск ого общества в
Народной Республике Болгарии. Он и
тепер ь интенсивно раб отает в области
философ ско- со циол оги чес ких наук и под­
готовки ка дров стр оител ей социал изма.
Вся научно-теоретическая философская
и пра ктич еская де ят ель нос ть академика
Савы Гановского являетс я ещ е одним
ярким свидетель ством науч ности и ж и з ­
нен ной силы марксизм а-ленинизма, вели­
кого у ч ен ия Маркса, Энгельса, Ленина.
ОТ РЕДАКЦИИ: 27 февраля 1987 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР
за многолетнюю плодотворную работу по развитию и укреплению дружбы и сотруд­
ничества между болгарским и советским народами и в связи с девяностолетием со дня
рождения заместитель председателя Всенародного комитета болгаро-советской друж­
бы Сава Гановский награжден орденом Л е п и и а .
Редакционная коллегия и редакция журнала «Вопросы философии» сердечно
поздравляют академика Саву Гановского с высокой наградой и желают ему крепко­
го здоровья и новых успехов в творческой и общественной деятельности.

изредакционной почты
Отклики читателей:
мнения и обсуждения
В наше время, как известно, повышен­
ным вниманием чита тел ей философской
литератур ы пол ьзуют ся материалы, от­
лич ающиес я глубоким научным об осн о­
ва нием, в которых представлены разл ич ­
ные точки зр ен ия на актуальные фило­
софс кие
проблемы.
предпол агающ ие
живую дискуссию по ним и связь филосо­
фии с жизнью. В своем письме мне хоте­
лось бы высказа ться от носительно ма те­
риалов «Круглого стола», посвященных
пр обл ематике нау чных революций в
естественных и технических науках 4.
Следует пре ж д е всего отметить, что
актуа льность проблемы науч ны х револю­
ций в последнее время значительно воз­
росла. Это связано с тем, что необходи­
мость уск ор ения с оциал ьно-экономич е­
ского р азвития страны, четко о босно ван­
ная
XXVII съездом КПСС, может
претвориться в жизнь только через на­
учно-тех нич еский пр огр есс, ва жнейш им
моменто м которого слу ж а т нау чны е рево­
люции.
В рамках «Круглого стола» была пр ед ­
ставлена анал итичес кая к онцепция н ау ­
ки, включающая в себя, в частности,
представление о таких основаниях науч­
ного поиска , как идеал ы и нормы нау ки,
научная картина мира и философские
основания н ау ки (В. С. Степин). Эта кон­
цепция и послужила в значительной мере
стержнем обсуждения. Хорошо, что ре­
дакция журнала сохранила и донесла до
ч итателей пол емичность все х вы ступле­
ний, отражающую сложность и много­
гр анность пробл емы науч ных револю­
ций. Как позитивный момент дис кус сии
следует отметить наметившиеся сближе­
ние и синтез двух подходов к проблеме,
основанных на исс ле до ва нии пр еи му­
щественно: 1) внутре нней динамики на­
учного знания (ме тодо логический п од ход)
и 2) социокул ьтурных детер минант и
1 См. «Сущность и социокультурные
предпосылки революций в естествен ных
и тех нич ес ких науках»
(Материалы
«Круглого стола» ).— «Вопросы филосо­
фии», 1985, Лр2 7, 8,
аспектов в р азвитии науки (кул ьтур ол о­
гический подход).
За «Круглым столом» были рассмот­
рены особенности революций в техниче­
ских нау ка х. Однако многие важные
аспекты, связанн ые, в частности, с ком­
пьютерной революцией, могут составить
предмет нового обсуждения. Эти аспекты
не были затро ну ты и в материа лах
«Круглого стола» «Социальные и метод о­
логические проблемы информатики, вы­
числ ительной тех ники и средств автома­
тизации» (см. «Вопросы филос офии», 1986,
NoNo 9, 10).
В дальнейшем обсуждении нуждаются
поставленные на «Круглом столе» проб­
лемы типол огизации нау чны х революций
на основе учета специфики исследуемой
реальности, связи науч ны х революций
с динамикой культуры. Было бы инте­
ресно рассмотре ть закономер ности рево­
люций в те х отр аслях знания, которые
исследуют такой уникальный объект, как
ч ел овечес кое со зна ние.
Уникальность
этого объекта состоит в том, что он пред­
ставляет собой субъективную реал ьность,
которая сама по себ е принципиально
не мо ж е т фиксировать ся объе ктивными
методами (с помощью приборов). Объек­
тивные методы ф иксиру ют лишь мате­
риальные проявл ения субъективной ре­
альности (нейр одинамический код, у с т ­
ную и пись ме нную речь, экстра лингви-
стичес кие формы коммуникации, дейс т­
вия личности), сама же она дается субъ­
екту лишь по ср ед ством интроспекции.
Поэтому и научные революции в иссле­
довании сознания обладают своей глубо­
кой специфичностью, связанной, в част­
ности, с р азвитием и вза имодейс твием
о бъекти вных и субъективных методов
исс л ед ования со знан ия и психики.
К сожалению, за «Круглым столом»
совс ем не зат ро ну ты вопросы о револю­
циях в геологических, мед ицинск их и
сельскохозяйственных науках, а между
тем, как известно, роль этих наук в ж из­
ни общества возр аста ет в связи со стоя­
щей пер ед ч ел овечес твом глобальной
экологическо й проблемой. Особенно пер­
спективным предста вляется расс мотре­
137

ние научных революций в медицине. Это
обусловлено не только возрастающей зна­
чимостью мед ицины в обществе, но и
тем, что мед ицина органично включает
в свой состав как естественнонаучное,
так и с оциа льно-гуманитарное, а в у с л о ­
виях автоматиза ции и компьют ер изации
даже и техническое знание. Поэтому об­
суждение научных революций в меди­
цине могло бы служить переходом к рас­
смотрению революций в общественных и
гуманитарны х н аука х.
Важно отметить, что при всем разли­
чии высказанных уч астниками «Круг­
лого стола» точек зре ния, вс ех их об ъ ­
единяло общее стре мление раскрыть
гуманистические начала, присущие под­
линной науке . Это ос обе нно актуально
по тому, что антис циен тистски орие нти­
рованными буржу азны ми фило софами
наука изображается как враг культуры
и человека. Реа кци онн ому ант исц иент из­
му буржуазной философии за данным
«Круглым столом» была противоп остав­
лена четко выраженная и хорошо аргу­
Поводом для обращения к вам послу­
жило письмо инженера А. В. Панкратова,
опубликованное в д ес ятом но мере 1986
года в вашем журнале (с. 142—143). Так
как я тоже инженер и интересуюсь проб­
лемами «умственной деятельности» и,
в частности, и нж е н ер ной деятельностью,
поэтому пол ностью пр исо еди няюс ь к п о­
желанию А. В. Панкратова, чтобы инже­
не рная тематика чаще появлялас ь на
ваших стр аницах .
Особенно хотелось бы глубже уяснить
отношение философов к не прекращаю­
щимся среди экономистов дискуссиям о
материа ль ном и «нематериальном» про­
изводстве, о характере и содержании
умственного труда, о философском аспек­
те пон ятий «стоимости», «потребитель­
ной стоимости», р езул ьта та ( продукта)
умственной деятельности» и т. д. Фило­
софское осмысление этих вопросов необ­
ходимо еще и в связи с тем, что во всех
существующих точках зрения (в том чис­
ле и в прямо противоположных) едино­
душно объявляется, что они основыва­
ются на ма рксистско- ленински х принци­
па х диа лектич еского материал изма.
Есть у меня также и более узкие тео­
ретические вопросы, вызванные су ж д е­
ниями А. В. Панкратова (при этом воп­
ментированная гуманистическаяг' пара­
дигма науки.
Наконец, не л ьзя не отметить того об­
стоятельства, что об су жд ен и е проблем
на уч ной революции на «Круглом столе»
не ограничилось лишь ретроспективным
анализом сложившейся к настоящему
времени науки. В связи с вопросом куль­
ту рно-истор ическ ой детер минации нау ки
и на уч ных революций в р яд е выступл е­
ний предпри нима лись попытки расс мот­
рения тех форм, которые могу т прини­
мать науч ны е революции в будущем.
И это дополнител ьно подтвержд ает, что
обсуждение проблемы научных револю­
ций отнюд ь не закончено. Хоч ется на ­
деяться , что «Вопросы философии» про­
должат обсуждение
этой
пробл емы,
актуал ьнос ть котор ой сейч ас возр астает.
II. И. ГУБАНОВ (Актюбин ск), кандидат
философ ских
наук,
доцент кафедры
философии
и научного
комму низма
Актюби н ск о м медицинского институ та
*
росы не Полемического пла на, а прос то
рад и ис тины). Во-первых, д ей ствительно
ли специфической функцией инженера
является орга низация цел еиспо лнения?
Во-вторых, не сужается ли сфера инже­
не рной деятельности «прикреплением»
ее только к созданному техническому
объекту? Ведь существует инженерная
деятельность и в информатике, и в ин­
женерно-консультативных услугах...
В каком смысле можно понять положе­
ние, что наука причисляется к сфере об­
щественного сознания? Резул ьтат ы н ау ч ­
ной деятельности, во всяком сл учае,
вполне мате риальны и входят в на ш е
бытие. Они д а ж е мо гут быть вовлечены
в товарный обмен. Мне думается, что нет
принципиальных различий между содер­
жанием труда научного
сотрудника
отраслевого НИИ (или НИИ, вход ящ его
в состав объединения) и цехового инже­
нера; тех ноло га или конструктора, или
они (различия)
несравнимы с р азл и­
чиями между трудом инженера и испол­
нитель ским трудом.
А.
Й. ВАЙТКЯВИЧЮС (Каунас),
ин же к ер -те хн ол о г Литовского институ та
промы шленного проектирования

НАУЧНАЯ ЖИЗНЬ
Актуальные методологические проблемы
обществоведения
В сентябре 1986 г. в. Ташкенте состоя­
ла сь вторая се сс ия со ветско-бол гарской
комиссии по со трудничеству в области
общественных наук. В раб оте се сс ии при­
няли участие ученые ряда институтов
Акаде мии нау к СССР, бо лгарской Акад е­
мии наук, Академии наук Узб ССР, ин­
ститу та истории партии при ЦК Компар ­
тии У зб екиста на.
Открывая заседание, председатель со­
ветской части ко миссии акаде мик А. Г.
Егоро в отметил, что время про веде ­
ния второй совместной сессии было
выбрано не случайно. На мер ение про ­
вести ее после XXVII съезда КПСС и
XIII еъезда БК11 вызвано тем, что это
были съезды , принявш ие стратегиче ские
решения. Они поставили п ер ед на шими
странами не только крупные, во многом
новаторские проблемы, но и, опираясь
на насущные потребности жизни в ее
п оступательн ом, д иал ектическом д в и ж е ­
нии, дали обществоведа м социальный за ­
каз прочнее связать всю науку, в том
числе и общественную, с практикой,
выйти на конкретные ее нужды и обес­
печить на р убеж е нового тысячелетия
ускор ен ие социально-экономич ес кого р аз­
вития. И то, что задачи, стоящие перед
учеными Советского Союза и Болгарии
во многом совпадают, создает хорошую
базу для активного взаимодействия бол­
гарских и советск их обществовед ов п
будет способствовать дальнейшему сбли­
жению наших стран на базе социалисти­
ческой экономич еской интеграции. При
этом, не обходя жизненные противоре­
чия, а наоборот, с позиций диалектико­
материалистич еского
реализма,
они
должны ещ е активнее вторгаться в
жизнь, в практику, ди на мизм которых
под воздействием XXVII съезда КПСС и
XIII съезда БКП в Советском Союзе и в
Болгарии усиливается. При этом, естест­
венно, нужно глубже изучить передовой
опыт друг друга, совокупный опыт миро­
вого социа лизм а, н еу ст ан но искать новые
пути и средства для продвижения на но­
вые, высшие рубеж и.
Вот почему, отметил акаде мик А. Г.
Егоров, мы реш или в отличие от других
под обны х науч ных се сс ий обществовед ов
не только под вести итоги со ветско-бол гар­
ского сотр удничества за 1981—1985 годы,
не только определить наши задачи в све­
те решений XXVII съезда КПСС и
XIII съезда БКП, но и обсудить проб­
лемы мар ксистско-л енинской мет одо ло ­
гии общественных нау к на современном
пер ел омном эт апе.
В ответном слове пр ед сед а тел ь болгар­
ской ч аст и ко миссии ч лен-ко рресп онде нт
БАН Ст. Ангелов подчеркнул, что
задачи, стоящие перед болгарскими и со­
ветскими о бществовед ами на современ­
ном, перел омном эт апе, непросты е. Вс е ­
мер ная интенс ификация народного хо ­
зяйс тва предп ол агает активизацию эко­
номич еских р езер во в и чел овеч еского
фактора во все х сф ера х общественной
ж и зни , социальную активность масс,
а такж е пре одо ле ния какой-либо ра зоб­
щенности науки и труда. В этих услови­
ях научное, идейно-теоретическое сотруд­
нич ество бо лгарс ких и со ветских обще­
ствовед ов полу ча ет новый социальный
импульс.
Далее академик А. Г. Егоров выступил
с обстояте льным докладом, посвященным
некоторым во просам развития общество­
ведения в свете XXVII съезд а КПСС.
В документах XXVII съезда, как отме­
тил докладчик, по ст авл ено много новых
и важных вопросов, имеющ их принципи­
альное значение. Прежде всего они каса­
ются интенсивного р азвития народного
хо зяй ства, эффективнос ти производс тва,
товар но-д е неж ны х отно шений, д иале к­
тики неа нтагон истич ес ких противоре чий
и т. д . Поставлены и важны е проблемы
международных отношений,
мирового
развития, будь то хар актерист ика совре­
менной эпохи и основных движущих сил
социал истиче ско го прогресс а, хар актер и­
стика и мпер иал изма или вли ян ие СССР,
все го
содружества
социал истиче ских
государств на международные дела,
шир окая программа борьбы за мир, роль
демокр атич ес ких антивое нных движ ений
в современных условиях.
Все эти и другие положения, выдвину­
тые жи знью и раскрытые в до кумента х
ь139

XXVII съ езд а КПСС, в постановлении
ЦК КПСС о журнале «Коммунист», очень
существенны. Онп дают возмож нос ть
гл убже понять диал ектику развития со­
ветского общества, его со сто ян ие на со ­
вре менном эт ап е, сл о жн ости в развитии
международного коммунистического дви­
ж ени я, но вые формы кла ссо вой борьбы,
возникшие в ка пита листич еских стр анах
под вли янием нау ч но-т ехни че ско й рево­
люции.
Однако как бы ни были существенны
эти положения сами по себе, идейно-тео ­
ретическое значение XXVII съезда КПСС
не ограничивае тс я этим. Чтобы оценить
творческий вклад XXVII съезд а КПСС в
развитие марксизма-л енинизм а, основные
положения его документов и в первую
оч ер ед ь Пол итичес кого докл ад а, новой
ред акции Программы партии до лж ны
быть поняты как опорные пу нкты марк­
систско- ленинс кой методол огии по зн ания
и, следовател ьно, как принципы це л е ­
устре мле нно го д ей ствия в соответствии
с ними.
Остановившись на анализе особе нно­
стей современно го переломного этапа
ж изн и наш его общества, академик А. Г.
Егоров знач ител ьное внима ние в своем
докладе уделил пробл ем ам разв ития про­
изводительных сил в у сл о виях НТР, ди ­
алектике про извод ите льных сил и пр о из­
водственных отно шений. Рост пр оизводи­
тельных сил не мину емо вле чет за собой
и зме нени я в мето да х х озяйствова ния,
в общественных связях людей по поводу
средств пр оизвод ства, его ре зул ьта тов,
а значит, и в с оц иал ист ической собствен­
ности. Однако обществовед ы ещ е не при ­
ступили по-настоящему к изучению этих
проблем. Все еще слабо исследуется со­
отнош ение экономич ес кого и правового
содержания собственности, взаимозави­
симости инте ресов общества, колл екти­
ва и личности. В обществоведении не
изжито еще представление, что общест­
венная со бс тве нность сама по себе, авто­
матически порождает заинтересованное
к ней отношение. Во многом это обуслов­
лено тем, что все стимулы, которые су ­
ществуют, непо ср ед стве нно на правл ены
главным образом на резул ьтаты трудо­
вой деятельности и почти совсем не ка­
саются человека как собс твенника об­
щественного производства . Это относи тся
и к системе распределения и обмена.
В современных у сл овиях проце сс рас­
пределения, который за последние годы
заметно усложнился, нуждается в серьез­
ной перестройке, требуя отказа от уста­
ревших, н езре лы х стимулов и нес овер ­
ш енных предс тавле ний. Не все ладн о
пока и в самой с истеме орга низации р ас­
пределения по труду, которая сложилась
давно и не отвечает современным треб о ­
ваниям. Нуж ен пер есмотр и меры труда
в различных сферах и более точное опре­
деление его количества и качества.
Сейчас наш а партия принимает меры к
то му, чтобы обес печ ить стро гую о пла ту по
ТРУДУ- Эта работа сл о ж ная и, возм ож ­
но, нуждается в поэтапном решении,
Между тем в обществоведении господ­
ствуют нормативные предст авле ния, ото­
рванные от жизни , которые меш ают
многим нашим уч ены м понять, что, х от я
система распределения и обмена — про­
должение производства, эта сфера, однако,
имее т относ итель ную с амос то ятел ьность
и требует особого внимания. Вот почему
ученые, столкнувш ись с пробл емой н е ­
трудовых доходов, на рубеже 70—80-х го­
дов пытались об ъяснить е е лишь нед о­
статочной сознатель но сть ю людей.
В этой связи, как под чер кнул академик
А. Г. Егоров, особое зна че ние на совре­
менном пер ел омном этапе в ж из ни на­
шего общества приобретает для общество­
ведения проблема товарно-денежных от­
ношений. Как известно, на XXVII съезде
отмечалось, что «зд оровое функционир о­
вание то ва рно-д ене жны х о тнош ений на
социал истиче ской осно ве способно со з­
дать таку ю обст ановку, такие усл овия
хозяйствования, при которых его резуль­
таты все цело за вис ят от кач ества р аботы
коллектива, от у м ен и я инициативно
руковод ить».
Докладчик обстоятельно
проанал изирова л пробл ему развития со­
циалистического самоу правл ен ия наро­
да, вопрос о возрастании роли масс в
общественной жизни.
Над о, избе гая парадности и шумихи,
раскрывать и все мерно поддерж ива ть
реальные стимулы роста активности
людей, доходя до каждой «клеточки»
трудового коллектива, выявлять при­
чины нео ди накового ра звити я социальной
активности у р азны х слоев на сел ен ия,
причины па сс ивности отд ельных катего ­
рий граждан. К сожалению, здесь не­
редко и меет мес то формальный п од ход
к делу. Все сводится к изучению с по­
мощью анкет самооценивающих сужде­
ний, которые даже в лучшем случае не
могут выйти за рамки определения по­
тенциал ьной активно сти людей. И еще:
говоря об изу ч ении , а нализе социальной
активности масс, не л ьзя сводить д ел о к
изу ч ен ию лишь отдель ных фактов, собы­
тий с егодняш него дня. Жизнь показы­
вает, что нужно смелее выявлять тенден­
ции в поведении граждан, поддерживая
и развивая их положительные устремле­
н ия и, наоборо т, пре од ол евая негативные
явл ения в самой их за вязи — пока они
еще не разрослись. В связи с этим на­
зрела, видимо, необходимость в совершен­
ствовании методоло гии и методики пла­
ниро вания социа ль ного ра звития трудо­
вых коллективов, гор одо в, районов и т. д .
и, р а зум ее тс я, про гнозиро вания в области
социал ьных отнош ений, в ед ин стве коли­
ч ес тве нных и кач ественных ха рактери­
стик при н еу кл онно м соверш енствовании
планов экономического и социал ьного
развития страны.
При этом, думаю, на до об язател ьно
учитывать, что внедрение резуль татов
общественных наук в жизнь имеет свою
специфику и носит по своему содержа­
нию н е только социал ьно-эк ономический,
но и политичес кий х ара ктер . И, конечно,
отнюдь не исчерпывается той недосред-
140

ственной связью с практикой, о кото рой
только что говорилось.
Общественные науки имеют своим
главным
практичес ким
на знач ен ием
идейно- политич еское, нра вственное вос­
пита ние человека, масс. И, сл едо ва­
тельно, нам нужно обстоятельнее зани­
маться ч ел овечес ким фактором. У скор е­
ние пред пол ага ет исп оль зование вс ех р е­
зервов н е только в экономике, но и в
ха р актере все х других социал истич еских
о бщественных отношений, в том числе и
резервов духовных, твор ческих, пос ле до ­
вательную борьбу с буржуазной идеоло­
гией, проявлениями ме лко собс твен ниче­
ской психол огии и другими негативными
явлениями.
В этих у сл овиях было бы наивностью
думать, что вс е те оретич еские и по лити­
ческие вопросы, стоящие перед обще­
ством, у ж е полностью выявлены, ре ш е ­
ны и обществовед ам ост ае тся только по­
вторять общие истины. Н еоб ход имо обо­
гащ ение теоретич еской обществовед ч е­
ской мысли, чтобы обеспеч ить револю­
ционизирующие преобразования в со­
циальной практи ке.
Обсужд ен ие актуал ьных методо логич е­
ских проблем общественных наук было
продолжено в докладе чл.-корр. БАН
Ст. Ангелова.
Марксистско-ленинская
метод ология,
как по дч еркнул доклад чик, ее твор ческое
усвоение и пр именение в конкретной
научной деятельности есть главная пред­
посылка
формиро вания
современного
стиля науч ного мышления. Отмечая в этой
связи ед инство общественных наук при
изу ч ен ии социальных процессов и явле ­
ний, Ст. Ангел ов особ ое внимание уделил
а на лизу ед инс тва внутр ен ней природы
социал ьного. Оно все гда организовано
как историч ески р азвивающ аяся система
вза имо связей и взаимодействий. У зко­
специальный, частный подход уже не
соо твет ст ву ет
ос об енно стям позн ания
общества, где глубокое объяснение от­
дельного общественного явления может
быть да но только в том с луч ае, если оно
рассматривается в с истеме общих связей
и с точки зр ени я их исторического р а з­
вития. Ра зу ме ет ся , этим не отрицается
необходимость дальнейшей специализа­
ции наук и развития методологии, мето­
дики и техники их специальных исследо­
ваний. Речь идет о том, что узкоспециаль­
ный подход имеет свои границы, он не
приводит ис сл ед овател я от обла сти ча ст­
ного и отдел ьного к с истеме общих вза­
имосвязе й.
Далее чл. -корр. БАН Ст. Ангелов
подробно остановилс я на ана лизе ч ел о­
века как высшем т ипе органич еской
целостности, характеризующейся без­
граничным много образием отношений,
диалектическим
взаимопроникн овени­
ем, взаимоо тр ицанием и наличием бес­
конеч но богатых качеств, сторон, о пре­
делений.
Социальная д ей ствител ьнос ть ставит
все более высокие требования перед науч­
ным исс ле до ва нием человека. Це лостное
изучение человека исходит из рассмотре­
ния субъекта как активного существа и
предпо ла га ет осмысл ение си стем основ­
ных видов его деятельности — труда, по­
знания и общения.
На эти животрепещущие проблемы
практики ну ж н о ответить комплексны м
ис сл ед ован ием чел овека, исходн ым мо­
ментом которого явл яе тся диа ле ктика
природного , со циального и личного н а­
чала ч ел овеч ес кого индивида. При этом
чел овек являетс я пр едмет ом изу ч е ния
наук, к а ж д а я из ко торых рассматривает
осо бенны е существенные свойства чело­
века как биол огич еского вид а и как исто­
рического человека, как индивида и лич­
ности, как субъекта и объекта трудового
процесса, социального отражения и обще­
ственных коммуникаций.
Для настояще го этапа компле кс ных
исследований
человека,
подчеркнул
Ст. Ангелов, основной явл яется пробл ема
вза имод ей ствия и за коно мерно стей по­
стр оения систе мы комплексных методов
и подх одо в. При этом во всем бога тстве
пр обл ем особ енно отчетливо оч ерчива ­
ютс я вопро сы об уровнях метод ологи че­
ского си нтеза и о мес те фило софской
методологии в комплексном исследова­
нии человека. Фи ло софская ме тодоло гия
является не только общей и опосредован­
ной гносеологической базой, но п непо­
сред ственным и необходимы м уч а стн и­
ком, основным центр ом и орга низацион­
ным зве но м во все х со време нных комп­
лексных исследованиях человека.
Новый чело век, развива ющийся как
целостная гармоническая личность,— это
одновременно субъект и объект всех
компле ксных исс ле до ва ний природных и
социальных процессов, субъект и объект
компле ксного са мопо знания своих со бс т­
венных характер ист ик.
Итоги сотрудничества советских и бол­
гарских ученых в 1981—1985 гг. и пер­
спективы д аль нейш его р азвития совмест­
ных ис сл ед овател ьс ких работ были об­
суждены в докладах заместителя предсе­
дателя советской части комиссии И. И.
Орлика и у ч еного секр етаря болгар­
ской части комисс ии Т. Ив. Живк ова.
Они также показали, как плодотворно
развивалось совместное сотрудничество
в обла сти истор ическ их иссл едований.
Опубликованы р аботы по пробл ема м бол­
гарского во зр ожд е ни я, болгаро-со ветских
отнош ений в 1917—1970 гг. Отмечался
также ряд проблем, связанных с иссле­
дованием вопросов ра звития и вза имо ­
влияния культур на ш их народо в.
Обращено внимание на не обх од имос ть
соверш енствования форм вед е ни я сов­
местных исс лед ований, обмена специали­
стами. По мнению докладч иков, н ео б х о­
димо совер шенствовать организационные
формы вза имного сотрудничества , идя
по пу ти работы специал изированных д ис ­
циплинарных се кций комисс ии, а т а кж е
сосредоточ ивать совме стные у си л и я у ч е­
ных д ву х стран на ограниченном числе
комплексных проб лем и одной целевой
програ мме иссл едо ва ний, с вяза нной с
141

и зуч е нием чел овеч еского фактора у ск о­
рения нау чно -тех нич еск ого про гре сс а.
В выступлениях В. М. Шаститко
(СССР), М. Бочарова (НРБ), К. Ф.
Шеремета (СССР), К. Кйрякова
(НРБ) были обсуж де ны метод ол огиче­
ские вопросы развития болгарс кой эко­
номич еской науки й мирового социали­
стич еского х озяйс тва, п роанализированы
t
opMbi социа листиче ск ой собственнос ти,
ормйрующиеся в условиях совершенст­
вования хо зяйстве нного меха низма , р яд
глобальных пробле м, отр аж ающ ихся в
комплексе на ционал ьных или региона ль ­
ных пр обл ем, а та кж е вопросы ра звития
демократизации общества и рёгулятив-
ных функций нормативности.
Вопросы комплекс ного и зуч ен ия соци­
альных процесс ов, сове рш ен ство ван ие
идео ло гич еских отнош ений на с овре мен­
ном этап е, а та кж е ак туальные проблемы
методологии и ор га низации социол огич е­
ских исследований были обсуждены в
выступлениях Ж. Т. Тощенко, А, Г.
Здравомыслова (СССР), Б. Ч а к а-
лова (НРБ).
Особенное внимание участников с е с ­
сии вызвали выступления Б. Ф. Л о м о-
ва, И.Н.Смирнова (СССР),Г. ЙOr
лова
(НРБ), посвященные анализу
метод ол огиче ских пробл ем взаимоотно­
ш ения психол огии и социальной прак­
тики, вопросам компле ксного изуч ения
ролы человеческого фактора в ускорении
со циаль но-экономич еского ра звития со­
циалистического общества. К ним такж е
тесно примыкали вы сту пл ен ия Э. Ю.
Юсупова, В. И. Злыднева (СССР)
и Г. Димова (НРБ), посвященные
вопрос ам партийного, классового под­
хода к проблемам изучения культурного
наследия, методологии литературоведе­
ния и мето до логи ческим аспе ктам со вет­
ско-бо лгарского сотрудничества в области
истории культуры.
В заключение сессии был подписа н про­
токол со трудничества в области общест­
венных наук, в кото ро м отмечались
ш ирокие масштабы сотрудничества совет­
ских и болгарс ких обществоведов. Был
принят та кже Проб лемно-тематический
план науч ного со трудничества между
болгарской Академией наук и Акад емией
на ук СССР в области общественных наук
на 1986—1990 гг.
В. И. ТИЩЕНКО
Научное сотрудничество философов
СССР и ГДР
В мае 1986 г. в г. Ереване состоялась
очередная, XIII сессия двусторонней
Комиссии философов СССР и ГДР. Со­
ветскую философскую науку на сессии
представляла де ле гация в составе: ака­
демика Т. И. Ойзермана (председа­
тель сове тской части Комиссии, глава
делегации),Г.А.Брутяна, С.С.Тов-
масяна, Д.П.Грибанова, Е. М.
Бабосова, И.3.Чавчавадзе,А.Д.
Косичева, А. Г. Мысливченко,
И. С. Нарского, С. Ф. Одуева,
М. А. Абдуллаева, Л. М
. Карапе­
тяна, К. М.Б6станджяна, А. М.
Экмаляна, Г. А. Погосяна, Р.М.
Габитовой идр. Со стороныГДРв
работе сессии приняли участие: акаде­
мик Э. Хаан (председатель немецкой
части
Комиссии,
глава
делегации),
X. Херц, В. Эйхгорн I, А. Козин г,
Г. Климашевский, Ф. фидлер,
Г. Опитц, В. Шелер, Р. Вейдиг,
А. Гризе, Л. Штрибинг, Г. Мер-
чинг, 3. Хёппенер, В. Хеделер.
В соответствии с программой се сс ии
был проведен научный симпозиум на
тему «Актуальные фил ософские проб ­
лемы дал ьнейш его со верш енствования
со циал изма в свете материалов XXVII
съезда КПСС и XI съезда СЕПГ».
Раб о ту се сс ии открыл вступительным
словом академик АН Арм. ССР Г. А. Б р у-
т я н. С приветственным словом от имени
ЦК Компартии Армении выступил заве ­
дующий отделом науки и учебных заве­
денийА. П.Мелконян. Он отметил,
что XIII сессия Комиссий философов
СССР и ГДР является первым междуна­
родны м симпозиумо м фило софов-мар кси-
стов после недавних съездов братских
па ртий, поставивш их ряд кардинальных
теор етич ес ких и метод ол огиче ск их зад ач
п ер ед обществовед ами. Сегодня, как ни­
когда раньше, встает задача поднять на
кач ес твенно новую ступе нь всю сис тему
связей между странами социализма. В ре­
шение этой задачи призвана внести свои
вклад и ны неш няя встреча философов
СССР и ГДР.
На симпозиуме были заслушаны два
основных доклада: «XXVII съ езд КПСС
и за д ач и советс ких философов» (доклад­
чик Т. И. Ойзерман) и « Те оре тич ес кие
проблемы ра звитого социа листического
общества. Решения XI съезда СЁЙГ,
дальнейш е е формиро вание ра звитого со ­
циалистического общества и зад ач и в об­
лас ти мир овоззр енч ес кой работы» (до­
кладчик Э. Хаа н) *.
Т. И. Ойзерман в своем докладё
подчеркнул, что на XXVII съезде КПСС
1 Доклады о публикованы в «Вопросах
философии», 1985, No 10 и No 11.
142

была всесторонне обоснована генер ал ьная
линия на у скор ение социал ьно-эко номи ­
ческого развития страны, упро ч ени я
мира на Земле. В настоящее время в
центре
тео ретич еской и практич ес кой
деятельности партии находится сложный
комплекс проблем, вытекающий из п ер е ­
ломного х ара ктера р азвития как на шего
общества, так и мира в целом. Ключ к
их реш ению д ае т выдвинута я КПСС кон ­
цепция ус корен ия, ко торая стала круп ­
нейшим достижением творческого марк­
сизма-л ен инизма . Р ас сматр ивая хара ктер
общественных проц ессов, докладч ик от­
метил, что общественное развитие пр ед ­
ставляет со бой субъект- объ ектн ый про ­
цесс (а не просто объективный процесс),
что обстоятельства в такой же мере соз­
дают людей, как и люди — обстоятель­
ства, причем вклад кажд ого пок оления
все бол ее возрастает. Мар ксизм-ле нинизм
утверждает возможность ускорения исто-
рическогЬ пр оце сса , призна ва я огр омную
роль революционной инициативы, твор­
чества народных масс , каж до го чел овека.
Чтобы
повысить
про изводите льность
труда и обес печ ить да ль нейш ее развитые
на уч но-тех нич еско го пр огресса как глав­
ного условия ускорения, необходимо ак­
тивизировать
человеческий
фактор.
Чтобы каждый трудящийся человек ра­
ботал д обросовестно и с полной отд ачей,
необходимо создавать для этого соответ­
ст вующие матери ал ьные усл овия, прово­
дить сильную социал ьную политику.
Докладчик отметил, что XXVII *съезд
КПСС поставил серь езн ые и отве тствен ­
ные задачи перед учеными-обществове-
дами, которые в известн ой степ ени отд а­
л ял ись от актуал ьных пр об лем социально-
эко номичес кой
практики.
Философы
должны усилить свое внимание к изуче­
нию диа лек тич еско го со ответствия про­
извод ствен ных отно шен ий хар акт еру про­
извод ител ьных сил при соц иал изме, кото­
рое не об ес печ и вае тся автоматиче ски,
а осуществляется в процессе постоянного
со знател ьного соверш енс тво ва ния про из­
водственных от нош ений, замены ус тар е в­
ш их методов хо зяйств ова ния новыми.
Объектом всесторо ннего иссл едован ия
должна стать и проблема социалистиче­
ской соб ственности. В мар ксизме- лен и ­
низме вс егда подч еркива ло сь огр омное
зн ач ен ие пер евор ота в производственны х
отнош е ниях, вызываемого уст ано вл ение м
общественной собственности на средства
производства. Но этот переворот пред­
ставляет соб ой не ед иновременный акт,
а с ложны й и противоречивый процесс,
в ходе развития которого у трудящихся
воспитыва етс я новое отнош ение к соб ст­
веннос ти, чувство х озяи на , связа нное с
их возм ожн остями влиять на ор га низа ­
цию производства, распределения и об­
мена.
Э. X а а н, подчеркивая в своем до­
кладе значение XXVII съезда КПСС и
XI съезд а СЕПГ для современной исто­
рической практики, для достижения
более высокой ист орич еской активности
масс, ос тан овился н а роли субъективного
фактора в борьбе за мир на Земле и за
общественный прогресс в социа листич е­
ских странах. Зад ач а философов-маркси-
стов заключае тся в том, чтобы вскрыть
социальные и классовые основы борьбы
между тенденциями к войне и к миру,
взаимодействие между классовой борь­
бой, социальным про гре ссом и об ес печ е ­
нием мира. Чтобы выполнить эту зад а ­
чу, необходимо прежде всего выяснить
социал ьную, политич ескую, на циона ль ­
ную и идеологическую структуру движе­
ния сторонников мира, мотивы их д е я ­
тельности.
Далее докладч ик о ст ановился на роли
субъективного фактора в процессе совер­
ш ен ст во ва ния со циалистического обще­
ства. Опираясь на материалы XI с ъ е зд а
СЕПГ, он сд ела л вывод, что развити е
этого фактора в обозримом будущем бу­
дет про текать по сл едующ им основным
направл ениям: в у кре пл ени и роли марк­
систско-л енинс кой партии, сове рш енс тво ­
вании социа листич еской лич нос ти и р аз­
витии со циал истиче ск ой идео логии. Ка ­
саясь последнего направления, доклад­
чик поддержал мнение тех философов,
ко торые считают, что с л е дует проводить
различие м еж ду понятиями «социали­
стическая идеология» и «идеология социа­
лизма».
После докладов развернулась содержа­
тельная дискуссия участников симпозиу­
ма. В ряде выступлений обсуждались
вопросы, связанны е с задач ами все сто ­
роннего соверш енствования социа лис ти­
ческого общества на совр еме нном этапе
его развития.
Анализируя теоретические положения,
выдвинутые XXVII съездом КПСС и
XI съездом СЕПГ,А. Козйнг подчерк­
ну л общность принципиальных позиций
о бе и х партий в по стро ении р азвитого со­
циалистического общества. З ад а ча фило­
со фов состоит в том, чтобы поср ед ством
ан ализа зако номе рно стей экономического
прогресса, путей повышения эффектив­
ности общ ественного пр огресса глубж е
и конкретнее изучать диалектику разви­
тия с оциал изм а — в тес ной взаимо связи
проблем вну тре нне го р азвития с пробл е­
мами, возникающими на международной
арене.
В выступлении Р. Вейдига были
про анал изир ованы вопросы ед инс тва эко­
номич еской и социальной
политики
КПСС и СЕПГ, направленной на достиже­
ние нового качества производительных
сил. С этим связа на пробл ематика да л ь­
ней ш ег о ра звития классо в и социальных
сл оев, пер спектив их д еяте ль нос ти в со­
циалистическом обществе.
Существу ет
потребнос ть в таком совер шенствовании
их кач еств ен ного профиля, чтобы они
были способны с высокой экономической
и социал ьйой эффективностью о сущ е ­
ствлять роль субъектов научно-техниче ­
ской революции. По это му не об ход им о
учитывать два проц есс а в социал истиче­
ском обществе. Во-пер вых, у кре пл ен ие
пол итического, ид ейно го и социального
единства классов и социальных слоев,
143

как главного истор ического пр оце сс а их
сближения и решающего фактора раз­
вития движущих сил общественного
про гресса. Во-вторых, при знани е продук­
тивной роли и целесообразности дальней­
шего развития специфических профес­
сиональны х ор иентаций и интере сов,
свойственных различным кл ассам и соци­
альным слоям. Признание таких особен­
но стей является не альтернативой сбл и­
же ни ю классов и социал ьных слоев, а со ­
ставной частью этого проце сс а. Поэтому
в научных исследованиях мы должны
уделять большее внимание изучению об­
щих и особенных
профе сс ионал ьных
ориентаций и и нтере сов кла ссов и соци­
альных слоев с целью дальнейшего уси­
л ения их роли как субъектов развития
соврем енных прои зводител ьных сил.
ВыступлениеИ.С.Нарского было
посвящ ено д иал ектике объ ективност и и
субъективности, сознательности и сти­
хийности в условиях социализма. Он под­
черкнул , что было бы метафизично и
неправильно считать объе ктивны е про­
цессы только как вполне осознанные,
являющиеся результатом использования
законов общественного развити я. При
социа лизм е могут прои сходи ть и стих ий­
ные процессы, не с вяза нн ые с таким
ос ознан ием законов. З ад ач а состои т в
том, чтобы исс лед овать хар актер с тихий­
но возникающих процессов, поддержи­
вать и стимулир овать те и з них, которые
по своей сут и явл яются прогрессивными.
Высту па ющ ий под вер г критике точку
зр ен ия Франкфуртской школы, котора я
от ож дес твлял а вс якое объе ктивное в
обществе со стихийным, а всякое с озн а­
тельное объявляла ч исто субъективным.
Позицию И. С. Нарского поддержал
А.Д.Косичев. Он отметил, что сло­
жившаяся у нас схема управления эконо­
микой (хозяй ственн ый мех а низм упр ав­
ления эко номикой обусловливает эконо­
мичес кую д еят ел ь ность чл енов общества ,
а последняя определяет эффективность
экономич еского р азвития общества) су ­
ществует лишь в идеале. Она не охваты­
вает полно стью экон ом ическ ую де ятел ь ­
ность людей, так как эта деяте ль нос ть не
поддается всецелому планированию и уп­
равлению, и ра звитие общества не про ­
исхо дит автоматически, б е з борьбы и нте ­
ресов людей и воздействия различных
социал ьных групп. Поэтому ст их ийные
процессы про являются не и зб еж но .
На симпозиу ме были обс тоятель но об ­
с у жд ены мир овоззре нч еск ие проблемы
научно-технического прогресса и научно-
технической революции. X. Херц под­
черкнул необходимость разработки цело­
стной философ ской концепции НТР,
которая была бы связана с д иал ектиче­
ской теор ией р азвития науки как цикли­
ческого типового изм ере ния. Раскрыв
спе циф ику разл ич ных этапов разв ития
НТР, он ос тан овился на современном е е
этапе, связанно м с внедрением микро ­
электроники, б иотех нол огии и инф орма ­
ционной тех ники. В р езул ь та те их при­
мене ния развивае тся новый спо соб мыш­
л ения, в ч астности, в д иал оге «человек —
машина» растет потр ебнос ть в новом
философ ск ом
понима нии и проверке
истины, принятия реш ен ия (например,
при авар иях) и лич ной отве тственнос ти.
На совр ем енном эт апе социал истиче ск ого
строитель ства необ ход имо новое каче­
ство углубления связи нау ки и производ­
ства. Докладч ик ра сс казал о накопл ен­
ном в ГДР опыте экономического регу ­
лир ования, за ключ ения договоров о ко­
операции между научными учреждения­
ми и промышленными комбинатами.
Л. Штрибинг в своем выступлении
о ст ановил ся на некоторых новых фило­
софских проблемах, обусловленных раз­
витием тех нич е ски х ср ед ств информации
и коммуникации, б иотех ноло гии и т. д.
Необ ход имо бол ее диффере нциро ванно
разраба тыва ть вопросы, связа нны е с по­
вы шением роли человека в пр оцес се на ­
учно-т ех нич ес кой революции. Развитие
«мыслящей» тех ники ( «иску сс твенного
интеллекта»)
побуждает разработку
субъект-о бъ е ктн ой диалектики, «диало­
га» м е ж ду человеком и компьютером.
Выступление С. С. Товмасяна
было посвящ ено
ан ал и зу некоторых
противореч ий, во зника ющих в пр оц есс е
решения зад ач многократного повыше­
ния эф фективно сти производства по­
ср едс тво м повыш ения производ ите ль ­
ности технических систем. С одной сто­
роны, мы имеем традиционные механи­
ческие системы, непосредственно воздей­
ствующие на предмет труда, а с дру­
гой — управл яющ ие системы, раб ота ю­
щие на электронной, мик ро пр оцес сорной
тех нол огии. Реш ите льного по выш ения
п роизводител ьности труда можно д обить ­
ся н а пу тя х р азвития микро процес сорной
те хники — эл ектроф изич еской, ф изико ­
химич еской, ионной, ла зер ной и др.
Большой и нт ере с у участников симпо­
зиума вызвало обсуждение проблем че­
ловеч еского
фактора, его сущности,
структуры и путей активизации. Е. М.
Б а б о с о в отметил, что человеческий
фактор — это це лос тная система социаль­
ной деятельности, напра вленной на и зм е­
нен ие, развитие, совер шен ствование об­
щественных усло вий. Акти визация ч ел о­
веческого фактора предс тавляет собой
субъект-об ъе ктный процесс , основным
со д ер ж а ни ем которого являе тся приве­
дение в активное действие экономиче­
ских,
орга низационных,
социальных,
псих ол оги чес ких, моральных резервов и
возможностей в целях совершенствова­
ния социалистического общества и чело ­
века. Основные пути активизации: новое
понимание критериев прогресса науки и
тех ники, эфф ек тивное испол ьзование их
достижений, создание научно обоснован­
н ой системы упр авл ения совокупны м
рабо тником н а вс ех ур о вн ях, разрабо тка
нормативны х моде лей науч но ор ганизо­
ванных раб очих мес т, ко ре нное преобра ­
зова ние системы по вы шения квалифика­
ции кадров, оптимиза ция и х включ ения
в активное со циал ист иче ск ое самоу прав­
ле ние , пер ес тройка идейно-воспитател ь -
144

ной-работы с акцентом на индивидуаль­
ное воспитание и р азвитие сущностных
сил к аж д ого человека.
С. Ф. О д у е в подчеркнул, что совер­
шенствование социализма — решающее
средство для с озд ан ия материа льных и
духовных пред посы лок для все ст оро н­
него р азвития лично сти. Доминантная
роль в ф ормировании лич нос ти социал и­
стического типа д ол ж на прин адл еж ать
воспитанию правдой, а опр ед ел яющ ей
формой воспи тател ьной работы д о лж ен
стать инди видуальный подх од . Выс ту ­
павший пок азал возд ейс тв ие позитивных
и негативных т енд енций в развертыва­
нии за конов со циал изма на формирова­
ние с озн ани я личности.
В выступлении А. Г. Мыслив ченко
была, раскрыта роль человека как ре шаю­
щего фактора всестор он него со верш енс т­
вования социал истического
общества.
Хотя психологическая пер ес тр ойка и яв­
л яетс я важным аспектом активизации
человеческого фа ктора , однако предс тав­
ляется зауженным определение этого
фактора как по преимуществу психоло­
гического фактора. Сущность человече­
ского фактор а бо ле е то чно р аскры вается
посред ством
кате гор ии деятель нос ти.
Сравнительный анал из понятий «челове­
ческий фактор» и «с убъективный фактор»
показывает, что х отя они являются од но ­
порядковыми, все же между ними суще­
ствуют и некоторы е разли чия.
По мнению А. М. Экмаяна, чело­
веч ес кий фактор — это лич ностный фак­
тор в сис теме производ ства. Активизиро­
вать чел овеч ес кий фактор значит пре ж д е
всего оптимизиро вать трудову ю д еят ел ь ­
ность. Среди причин, меш а ющ их опти ­
мально трудиться, мо ж н о выделить сл е ­
дующие: недостаточный уровень общеоб­
разовательной и специаль ной подготов­
ки, нед ос татки в ор ганизации труда ,
нед ос татки в сис теме материального и
морального стимулирования трудовой
деятельности.
Задачи расширения участия трудя­
щ ихся в у правл ении производ ством ра с­
сматривались в выступлении Г. А. П о-
г о с я н а. Социологические исследования
показывают, что сущ еству ет большой
неиспол ьзованный р езер в
желающих
принять участие в той или иной форме
управления производством: прежде всего
в таких сф ерах , как контроль за ко личе­
ством и качеством труда, материал ьно е
и моральное ст имул ирован ие, р ас пр ед е ­
ление материальных благ и услуг на
предприятии. К.М.Бостанджян от­
метил важ ность и зуч ен ия вза имосвязи
законов общественного развития, поли­
тики па ртии и ор га низаци и у правл ения
социал ьными процесс ам и.
Участники симпозиума обсудили также
различные аспекты формиро вания нау ч ­
ного миро воззре ния, духовной культуры,
пропаганды ф илософских зн аний в социа ­
листич еском обществе. В обла сти фило­
со фской пропаганды, отметил Г. О п и т ц,
философы призваны знач ительно боль ше
уделять внимания выработке у трудя ­
щихся диалектического мышления. Каж­
дый коммунист,
осо бенно
если
он
занимает руководящий пост, должен
развивать в себ е спос обно ст ь на высо­
ком ур овне применять диал ектико-мате ­
риалистический метод в своей деятель­
ности. Возросла по тр еб ность в глубоком
позн анип и убеди тел ь ной про паганд е
нового этапа да льнейшего соверш енство­
вания социал изма , актуаль ных проб лем
о бщественного ра звития в со временном
мире. О необходимости более тесной
связи фил ософских исс ледован ий с прак­
тикой общественного ра звития говорил и
Ф. Ф и д л е р. Важность совместной ра­
боты обществоведов СССР и ГДР по из­
данию в Берл ине полно го собрания
с очинений Маркса и Энгельса под чер кну­
ла А. Г р и з е. Это издание открывает
новые возможности в изучении и исполь­
зован ии теоретиче ск ого на сл еди я осново­
поло жников марксизма в современны х
условиях. Особого внимания, сч итает она,
заслуживает обращение к таким аспек­
там тво рчества Маркса и Энгельса, кото­
рые касаются вопросов развития ес тес т­
венных наук, про изводитель ных сил,
связи науч но-т ех нич еско го пр огр есса с
развитием научного познания и т. д.
В выступлении М. А. Абдуллаева
были р ассмотрены особ ен ност и р азвития
духовной культуры малых народов СССР
в ус л ови ях со верш енс твования социал из­
ма. Важное значение для теории и прак­
тики националь ных отно шен ий имеют
достижения малых народов Севера, Си­
бири,
Дальнего Во стока,
Дагестана.
Культура этих народов имеет сл ож ную
стр уктуру, составные эл ементы которой
развиваются ещ е б ол ее нер авномер но,
ч ем у наций. Здесь сказывается как
сте пень влияния со ответст вующ их обще­
советски х и иноэт ничес ких ко мпонентов
культуры, так и сп особно ст ь созна ния
малых народ ов воспринимать п осмысли­
вать эти компоненты.
Актуальное значение имело обсужде­
ние на си мпозиу ме и другого круга во­
просов, связанных с теор етич еским ос­
мы слением борьбы за мир, против угрозы
яд ер ной войны, со отно шени я политики
и войны, фор мирования ш ирокого фронта
миролюбивых сил и т. д. В докладах и
выступл ениях уч астников симпозиума
подч еркивалось, что XXVII съ езд КПСС
и XI съезд СЕПГ дали глубокий анализ
современног о развития, оп ред ел ил и пути
и формы борьбы за мир, против гонки
воо руж е ний.
В. Шелер в своем выступлении от­
метил, что с тр ате гия братских партий
по созданию системы международной
безопасности исходит из необходимости
применения нового подхода к вопросам
войны и мира. Новое мышл ение озн а­
чает: осо зна ние нового ха рактера угрозы
яд ер ной войны, которая мо же т привес ти
к са моун ич тож ени ю человечества , новая
оценка зна чения мира для интере сов
все х клас сов, пр изнание того, что в на­
ст оящ ее время безо пасн ос ть не може т
основываться на вс е большем накопле-
6 Вопросы философии, K t 3
145

ншг смертоносного ору ж ия, а только на
разоружении, в ядерной войне не будет
победителей и побежденных, применения
ядерного оружия не должно быть при
всех обстоятельствах, необходимо сохра­
нять
в оен но- стратегич еский
па ри тет,
борясь за его понижение.
Раскрывая объекти вные и субъектив­
ные факторы борьбы за мир, А. Д. К о ­
с и ч е в отметил, что к объе ктивным
факторам относятся: коренное измене­
ние в соотношении общественных сил
на мировой арене в пользу мира и со­
циализма, у кре пл ени е мировой социал и­
стичес ко й системы, развитие мирового
революционного процесса; дальнейш ее
углубление общего кр изиса капитализма.
К субъективным факторам относитс я
активная деятельность разнообразных
мирол юбивых сил. При этом, чем пр оч ­
нее позиции социализма, тем больше от­
крывается возможностей для мирного со­
существования государств.
Задачи
сохранения
мира,
сказал
В. Эйхгорн, тр ебуют сегод н я взаимо ­
действия а нтагонистич еских общ ествен­
ных сис тем на осно ве взаимных д ого ­
воренностей. Для обеспечения прочного
и дл ител ьного мира не об ходи мо, чтобы
развитие совр еменных пр оизвод ител ьных
сил не было подч инено про извод ству
средств уничтожения. В. Климате в^
ский остановился на задачах решения
гл об альных пробл ем современности, кото­
рые волнуют самые ш ир окие массы во
всем мире. Филос офы-марксисты при­
званы концентрировать свои ус ил ия на
выработке гуманистич еского п од ход а к
решению проблем, на выявлении и раз­
витии гуман истич ес кого потенциала те х
нема рксис тских кругов, которые высту­
пают с позитивны ми инициативами.
Следуя установившейся традиции, чле­
ны Ко мисс ии приняли активное у ч ас тие
в н ау ч но-пр опаганд истс ких мер оприя­
тиях. Филос офы ГДР и СССР встре тились
с коллективами научных и высших уч еб­
ных за ве д ен ии Еревана, выступив с со­
общениями по проблемам развития
философской науки в своих странах.
XIII сессия двусторонней Комиссии фи­
лософов СССР и ГДР ознаменовалась
плодотворным обсуждением актуальных
пробл ем д ал ьнейше го со верш ен ствования
социалистиче ско го общества , борьбы за
мир, отве тс твенных зад ач , во зникающих
на совр ем енном перел омном эт апе ра зви­
тия человеческой истории перед обще-
ствоведами-мар ксистами.
А. Г. МЫСЛИВЧЕНКО

Сообщение о XVIII Всемирном
философском конгрессе
По решению Международной Федера­
ции ф илософских обществ (МФФО) оче­
ред ной Всемирный философск ий конгресс
со сто ится в Брайтоне (Великобритания)
21—27 авгу ста 1988 г. Всемирный фило-
I. 1900 — Париж
II. 1904 — Женева
III. 1908 — Гейдельберг
IV. 1911 — Болонь я
V. 1924 — Неаполь
VI. 1927 — Нью-Йорк
VII. 1930 — Оксфорд
VIII. 1934 — Прага
IX. 1937 — Париж
Ведущая тема XVIII Всемирного фило­
софского к он грес са — «Ф илософско е п о­
нимание чел овека». Всемирный конгр ес с
в Брайтоне, следуя примеру предыдуще­
го — монреальского — конгресса, будет не
только широко обсужд а ть осно вную тему,
но и давать трибуну участникам, желаю­
щим ставить и дискутировать и другие
современн ые фил ософ ск ие проблемы. З н а ­
чительную часть программы конгр есса
предпо лагае тся реализова ть на д ву х сим­
позиумах. Пленарные заседания посвяще­
ны следующ им четырем темам:
1. Ч еловек как пр ед мет философского
исс ле до вания;
2. Человек: его природа, его мышление
и общество;
3. История, общество и личность;
4. Современное положение и будущее
чел овечества.
На каждом пленарном заседании снача­
ла будут прочитаны доклады, посл е чего
начнутся дискуссии по их темам.
На двух симпозиумах обсуждению под­
лежат следующие темы:
Президе нт
Почетный президе нт
Вице-презид енты
Почетный виц е-пр езид ент
Генераль ный секретарь
Казначей
Официальными языками данного кон­
гр есса
являются: английский, фран-
софс кий конгр ес с со зываетс я кажды е
пять лет, хотя в прошлом эти сроки по
разным причинам не все гд а собл юдались.
Сообщаем даты и места, когд а и гд е со ­
стоялись пр ед ыдущие конгрессы:
X. 1948 — Амст ердам
XI. 1953 — Брюссель
XII. 1958 — Венеция
XIII. 1963 — Мехико
XIV. 1968 — Вена
XV. 1973-Варна
XVI. 1978 — Дюссельдорф
XVII. 1983 — Монреаль
1. Существуют ли общекультурные по­
нятия?
2. Справедливость и свобода.
Кроме пленарных заседаний и симпо­
зиумов, организуются еще два коллок­
виума по темам:
а) К 200-летию вых од а в свет «Критики
пра ктич еского р азума » Канта;
б) Философия Гуссерля сегодня.
Как и пленарные заседания, симпо­
зиумы и коллоквиумы также начнутся с
вводных док ладов, специа льно дл я этой
цели подготовленных. Да л ее р абота конг­
ресса будет проводиться и на 53 секци­
ях, которые или связаны с в едущ ей те ­
мой, или с теми или иными ф илософски­
ми дисциплинами. У ча стники конгресса ,
желающие выступать на секционных за­
седаниях, должны прислать текст своих
выступлений или сообщений в адрес
Программного комитета ко нгр ес са не
по здн ее 30 июня 1987 г.
Пред сто ящ ий кон грес с подготавливает
руководящ ий комитет. Бюро этого коми­
тета состоит из следующих членов:
В. Кош и (Монреаль)
А. Димер (Дюссельд орф)
Р. Т. де Джордж (Лоуренс)
А. Козинг (Берлин, ГДР)
Т. Падилья (Рио- де -Жа нейро)
Э. Агацци (Фрибур)
Г. Кюнг (Фрибур)
X. Д. Льюис (Лондон)
цузский, неме цкий, рус ский и испан­
ский.
6*
147

КРИТИКА И БИБЛИОГРАФИЯ
Новые исследования обыденного сознания
в историческом материализме
Как отмечалось на XXVII съезд е
КПСС, «социалистиче ское общество не
может
эф фективно функционировать,
не находя новых путей развития твор­
ческой деятельности масс во всех сфе­
рах жизни» i. Люди, работающие заин­
тересованно и сознательно, — вот глав­
ный резерв выполнения задач по уско­
рению социального и экономического
развития страны. Привед ение в действие
этого резерва требует перестройки созна­
ния, отказа от сложившихся стереотипов
мыш ления и практики, ясн ого пониман ия
новых за да ч. Сфор мулир ова нные на о сно ­
ве научной общественной
теор ии
и
выдвинутые парти ей конкре тные орие н­
тиры и цели ост ану тс я мертвой буквой,
если не будут восприняты и осознаны са ­
мыми широкими масс ам и людей.
Понятна в этой связи знач имость и зу ­
чения условий, предпосылок и меха­
низмов во спроизвод ства социал истическ о­
го сознания у масс, выявления источни­
ков его про тиворечивости. Б ез ясного
представления об этих процессах нет
смысла говорить о возмож но сти нау чно го
управления в духовной сфере общества,
о со зда нии бл агоприятны х у сло вий фор­
миро вания коммунис тич еского мир ово з­
зр ени я в масс овом масш табе . Совершен­
но очевидно, что эта ситуация формули­
рует социальный заказ обществознанию и
философ ии по иссл едо ва нию обыденного
с ознания.
Обыденное сознание является предме­
том как науч ного, так и внен ауч ного по ­
знания, его можно изучать как философ­
скими мето дами, так и мет одами сп е ­
циальных нау к. Цель нас тоящ его об зо ­
ра — обрисовать ситуацию в иссл ед овании
обыде нного созн ания, как она складыва­
ется в литературе по историческому ма­
териализму, на примере вышедших в по­
следнее время монографических исследо­
ва ний 2.
1 «Материалы XXVII съезд а Коммуни­
стической партии Советского Союза». М.,
1986, с. 140.
2 См. Шахзадеян М. А. Обыденное
со знани е: ф илософск о- мет од ологиче ск ие
Обыденное созна ние, так ж е как и об ­
щественное сознание в целом, представ­
ляет собой сл о ж но е явле ние, которое
можно изучать в различных аспектах,
что делает необходимым уточнение иссле­
дователем угла зр ения, по д которым про­
во ди тс я анализ. Неудивительно, что в р е­
цензиру емы х книга х проблемам методол о­
гии исследования уделяется значительное
внимание. Как известно, в л итер атур е по
ист орич еско му материа л изму фиксируе т­
ся наличие прежде всего двух подходов
к а на л изу — гно сеологического и социо ло­
гического,
вы де ле ние которых имее т
смысл посто ль ку, поскол ьку мы р азлич а ­
ем познавательную и целеполагающую
стороны с ознания, зн а ни е и сознан ие.
В зависимости от специф ики изу ча емой
«разновидности» со зн ан ия тот или иной
подход является, вероятно, преобладаю­
щим или по меньшей мере должен быть
применен в пер ву ю очередь.
С гносеологической точки зре ни я со зн а ­
ние изучается как знание, с точки зрения
того, насколько это знание приближается
к объе ктивной исти не, — при этом и ссл е­
дование, исходящее из представления о
со знан ии как о бщественном явлении, мо­
жет учитывать особенности субъекта
познания, его связь с субъектом практи­
ки. Применительно к обыденному созна­
нию — это анализ его познавател ьного
поте нциала, и именно таким образом под ­
ходят к нему авторы одной из рецензи­
руемых книг — И. И. Дубинин и Л. Г. Гус-
лякова. Они исследуют обыденное созна­
ние как знание определенного вида и
уровня. Основной паф ос книги — опис а ­
ние спе цифики зна ний, вхо дящ их в со ­
держание обыденного сознания, исходя из
предс тавл ени я о нем как об «историче ски
во зникш ей форме отр аж е ни я действитель-
проб лемы исс л ед ова ния по вседн евного
практического со зна ния масс. Ереван,
1984;Черняк В.А., ТалиповК.Т.
Диалектика теоретического и обыденно го
созн ан ия
(Мировоззренчес кий а с п е кт) .
Алма-Ата, 1985; Дубинин И. И
., Гус-
л яко в а Л. Г. Динамика обыденного
со знан ия. Минск, 1985.
148

иостп, с вое образной орга низации знаний,
которые х ара кт ер изу ютс я конкретностью,
нерасч лененностью, п ер епл ете нием исти н­
ных и ложных представлений, установле­
нием чаще всего случайных связей меж­
ду вновь обнаруженными и уж е извест­
ными явлениями» (с. 7 —8) . Авторы п од ­
вергают ан али зу факты обыде нно го
с ознания, его стер еотипы, выявляют св я­
зи обыденного сознания и убеждений
лич ности. И с с л едуя типологию обыд енно­
го сознания, они стремятся характеризо­
вать обыденный уровень отражения в раз­
личных формах общественного сознания,
выдел яя обыд ен ное эсте тиче ское , рел иги­
озно е, нравственное, политич ес кое со зн а­
ние. Наряду с этим они выд еляют та кие
разновид нос ти об ыденного со зна ния, как
эмпир ически- си стема ти зир ованное и н е ­
систе матизир ованно е. Надо отметить, что
анализ типоло гии обыденного зн а ни я
представляет собой определенный пози­
тивный вклад авторов в ра зр аб от ку этой
проблематики.
Авторы стр ем ятс я исс ледовать обыде н­
ное сознание как один из регуляторов со­
циальных процесс ов (см. с. 114 —121
и др.), уделяют специальное внимание
устным каналам коммуникации, тр ад и­
ции и др. Однако зада ча эта явл яе тся
побоч ной по отнош ению к основной цели
книги — ан ал изу обыденного со знан ия
как вида знания.
Исслед ование обыденного со зна ния как
зн ания соверш енно пра вомерно и в осо­
бенности значимо применительно к со ­
циальному познанию, где т ес на я связь
нау чных и внеиау чиых форм пр ин ад л е­
жит к числу специфических его особен­
ностей. Но нел ьзя не заметить, что в ка­
честве зна ни я обыден ное созна ние во мно­
гом «проигрывает» по сра внению с тео­
ретическими познавательными формами.
С гносеологической точки зрения созна­
ние р асс матривае тся либо как «истинное»,
либо как «ложное». В обыденном же
сознании истина выступ ае т в обличье
«правды», боле е того, оно н е ориентир ова­
но на позна ние специально, будучи на­
правлено на достижение цели, на преоб­
разование наличной ситуации. Бол ее
адекватпым для и ссл ед овани я обыденно ­
го со зна ния предст авляе тся социол огич е­
ский (социал ьный) анализ, при котором
впимапие акц ентируе тся на цел еп ол агаю­
щей функции об ыденного
сознания,
об ъяс нени и его как продукта системы об­
щественных отношений, рассматриваемой
в историческом развитии. Такое и с сл ед о­
вание позво ляет исключить взгляд на
обыденное сознание как на нечто недо­
развитое и неполноценное, «схватываю­
щее» лишь явления и не спос обно е про­
никну ть в сущность. Путь анализа дол­
жен, по нашему мпепию, идти от выяв­
ле ния у сл овий и форм воспроизводства
обыденного сознания в обществе к изу­
ч ению его роли в по знават ел ьном про­
цессе .
Надо сказать, что в рецензируемых
книга х выска зывается явная не удовлет­
воренность сос то яние м ра зработки проб­
лем обыденного сознания в нашей лите­
ратуре. Более того, полученные резуль­
таты зач а стую интер пр етируютс я как
отрицательные. Книга М. А. Ш а хзаде я-
па в значитель но й ст епе ни по свящ ена
теор етико-мет одоло гиче ским
проблемам
исс лед ован ия. По его мнен ию, анализ
обыденного сознания позволяет пока­
зать, что хар актер истики типа «ниже »,
«выше», « уже» , «шире», долгое время
применяемые к а н ал и зу с озна ния, явля­
ютс я весьма и вес ьма сомнительными.
В работе прослеживается стремление,
учитывая взгляд на обыденное сознание
как на сл ож но е, многослойное, противо­
речивое образование, выявить его «вер­
тикальные» и «горизонтальные» связи,
прос тые и сл ож ные элеме нты. При этом
оказывается, что всякие попытки пред ­
ставить стр уктуру общественного созна­
ния в виде уни вер сал ьной модел и, где
жестко определено, где «верх», где «низ»,
где кон чается один эл ем ент и на чин ает­
ся другой, не могут привести к успеху.
Пер еч исл ение совокупно сти признаков
об ыденного
сознания — например, по­
вседн евность, эмпирич ность, неси стема -
тизированность — та кж е мало что д а ет
для содерж ате ль ного анализа. Автор от­
меч ает, что при абсо лютизации различий
в подходах получалось, что обыденное
со зн ан ие анализировало сь лишь в паре с
теоретическим (научпым), а обществен­
ная психо ло гия — с идео логией, в то время
как, например, соо тнош е ние о бществен­
ной психол огии с обыденным со знани ем
нс ра ссматривало сь вовсе. Стремление
же стко разгр ан ичить уровни и элементы
общественного сознания порой сковывало
иссл ед овате ль скую практику, не д авая
выявить дейс твител ьну ю ди намику обще­
ственного сознан ия.
В резул ь тате мет одологического ис сл е­
дования М. А. Шахзадеян приходит к вы­
воду, что анализ позволил зафиксировать
« известную амбивалентность структур­
ны х св язей общественного сознания, по­
ка зат ь, что выделение его структурных
элементов нос ит относи тельный и во. мно ­
гом условный характер» (с. 30). Резуль­
таты этой критики со стоян ия исс ледова­
ний автор стремится реализовать в соб­
ственном ан али зе обыденного сознания,
в частности при исс ледовании д иал екти­
ки науч ного и обыденного со знания, гд е
он выявляет структурирующее воздейст­
вие на содержание и форму обыденного
со зна ния м ас с как практики, в которой
участву ет чел овек, так ч «высших» форм
общественного сознанпя, в том числе и
науки.
Исследовате ли д остаточно хор ошо пока­
зали, в каком смысле обыденное созна ние
не является наукой (см. работу И. И. Ду­
бинина и Л. Г. Гусляковой). Что ж е каса­
етс я « положительной» разр аб отки пр обл е­
мы обыденного созна ния, как она стоит в
историческо м ма териал изме, то она еще
т ребует значительных исслед овател ь­
ских
усилий. Симптоматичным для
рассматриваемы х публикаций являе тс я
стремле ние найти точку зр ения, которая
149

бы обе спеч ил а историч еский взгляд на
предмет, во змож нос ть найти осн ования
дифф ер енц иаци и и инте грации эл ементов
общественного сознания. С нашей точки
зрения, пр ед ст авл яетс я цел ес ообразным
исследование обыденного сознания не как
«слоя», причем низшего, в структуре об­
щественного сознания в целом, а как «сре­
ды», которая, с одной стороны, «питает»
формы общественного сознания, а с дру­
гой — впиты вает продукты специ ал изи ­
рованного про извод ст ва сознания. Обы­
денное сознание выступает при этом как
такой элемент, б ез котор ого инд ивид не
может вступить в общественную связь.
Стремление «схватить» с ло жны е д и а­
лектич еские процесс ы в общественном со ­
знании сказывается в наши дни и в том
внимании, которое уделяется пробл емам
мир ов оззре ния.
Свидетельством
этого
служит книга В. А. Черняк и К. Т. Тали-
пова, которые избрали д ля анал иза мир о­
воззре нч еск ий
ас пект
взаимод ейс твия
тео ретич еского и об ыденного со знан ия.
Авторы аргу мен тированно показывают,
что названная проблема — одна из карди­
нальных в исс ле до ва нии общественного
созн ания, ибо каса етс я вопросов д иа ле к­
тики зн ан ия и цел еп олагания, пре вращ е­
ния знания в функционирующий элемент
общественной жизнедеятельности. Дейст­
вительно, мировоззрение несет в себе тео­
ретическое начало, но его мо жно хар ак­
тер изовать и как ф орму практич ес ки-ду-
хо вного ос во ения мира. Разработка этой
пробл емат ики исключительно важна в
связи с акту ал изацией обретения больш и­
ми мас сами люд ей осо зна нной миро воз­
зре нче ской позиции. В книге верно, на
наш взгляд, отмеч ает ся, что с пецифика
диалектики теор етического и обыденного
сознания обусловлена новыми чертами об­
щественно- ист ор ичес кой практики соци а­
лизма и, соответ ст венно, повсе дневного
опыта субъекта — участника обществен­
ного пр ои зводства . По вседн евный опыт,
будучи локальным по отношению к об­
щественной практике в целом, всегда
но си т конкре тно- историч еский х ар актер
и в принципе мо ж ет олицетворять наи­
более существенные тенденции общест­
венно-историче ск ой практики. Цель и с­
сл ед ован ий со сто ит в выявлении путей
и средств освобождения сознания масс
от иллюзий и утверждения в нем науч­
ных знан ий, пр евращ е ния коммунисти­
ческого ми ровоззр ени я в ядро обыден­
ного с озн ан ия масс.
Особенностью книги В. А. Черняк и
К. Т. Талипова является то, что процесс
формиро ва ния у м асс социа листич еско­
го со знан ия авторы раскрывают путем
о браще ния к резу ль та там кон кретно-со ­
циологических исследо ва ний, про вед ен­
ных в АН КазССР. Опираясь на эти
исс лед ования, авторы специаль но х ара к­
т ер изую т такую особе нность социалисти­
ческого сознания трудящихся, как новое
отношение к труду, выявляют роль но­
вых
повсе дне вн ых
предс тавле ний
в
усвоении мир овоззр енч ес ких
понятий,
ст ремятся сфор мул иро вать пра ктич еские
рекомендации, служащие более успешно­
му формированию коммунис тич еского ми­
ровоззрения (см. гл. IV, V).
Как можно видеть, авторы рецензируе­
мых книг разрабатыва ют шир окий круг
пробл ем, ка саю щ их ся а нализа обыденного
сознания масс. Но в то же время чтение
эти х работ оставляет и нек от орое чувство
неудовлетворе ннос ти. Скажем ср азу , что
оно обусловлено не индивидуальными не­
достатками конкре тных и ссл ед овател ей,
а общим состоянием разработки пробле­
мы обыденного со зн ан ия в историческом
м атер иал изме. Главное, как предст авля­
е тся, в том, что н е выработаны критерии
развитости обыденного сознания, его зре­
лости. Авторы рецензируемых книг в зна­
чительной ст епе ни связывают во зникно­
вение новых ха рактеристик с озн а ния
ма сс с воздействием теоретич еских си­
стем, научной идеологии3. Но при этом,
несмотря на все оговорки, зна чител ьно
меньш е уч иты вается существование обы­
денного сознания в новых формах, скла­
дывающихся в процессе собственной
предм ет но-практи чес кой и социал ьно-пре-
образующей деятельности людей. Нет
сомнения, рост социальных зна ний трудя­
щ ихся является необход имы м мо ментом
подготовки субъективных предп осы лок и
условий сознател ьного творчества масс.
Общественные наук и и философия в с о­
циалистическом обществе активно сод ей­
с твуют выработке у люд ей ум ен ия ориен­
тирова ться в социа льной обстановке, при­
нимать обо сн ованные реш ени я. Практика
соц иализма тр ебует напра вл енного ор иен­
тирования сознания масс на основе полу­
ченных научных знаний об обществе в
рамках, на пример, системы марксистско-
ленинск ого образования. Но при ана лизе
обыденного сознания — в том числе в ка­
честве посредника между теорией и со-
циально -пр еобразующ ей деятельностью
масс — следует иметь в виду, что оно
оказы вается спос обным не просто усвоить
какие-то науч ные знания. Оно само фор­
мируется в процессе участия людей в об­
щественном про изводс тве, в котором н е­
посредственной производительной и со-
циально- пре образующ ей силой ст ано витс я
наука — как естествознание, так и обще-
ст вознан ие — и цел и которого, склады­
вающие ся объективно, ф орму лирую тс я на
основе науч ного пред видения. Сложнос ть
диалектики теор ии и со зн ан ия м ас с авто­
рами рецензиру емы х работ уч итывается
далеко не всегда.
Авторы вс ех тре х книг стр емятся пр о­
демонстрировать зна чимо сть обыде нно го
сознания в жизни общества, сознания,
регулирующего повседневную жизнедея­
тельность больших масс людей. Действи­
тельно, «философ-мар ксис т не м о ж ет ис­
3 Как пишут, на пример, В. А. Чер няк
и К. Т. Талипов, «социалистическое со­
знан ие масс не только адекватно общест­
венному бытию социал изма, но и да ет
его нау чно -п рактич еское... и в пер сп екти ­
ве научно-теоретическое отражение дейст­
вительности» (с. 3 3).
150

пытывать пр е зр е ни е к об ыденности», как
писал в свое время Д. Лукач. Но вопрос
сос тоит в том, каким образом трактовать
эту «об ыденность» — как в пр инципе не­
полноценную и п од л еж ащую исправле­
нию посред ством науки или ж е как неч­
то, что в принципе может нести в себе все
богатство общественных отношений и
духовной культуры общества. У зко гнос ео ­
л огическа я трактовка, достаточ но долго
бытовавшая в литера туре по историч еско­
му ма териал изму, пос вящ е нной сознанию,
в определ е нной степ ени спос обство вала
формированию от нош ения к об ыденному
сознан ию только как к ни зш ей форме от­
ражения и волей-нево лей приводила к
тому, что этому сознанию отказывали в
активности. Понятно , что « узость » гно­
сеологич еского п од х од а к обыде нному
с ознанию проявлялась при огр аничен­
ном ж е понимании самого этого под хода ,
который приводил к ин терпрет ации обы­
денного сознания как осознания внешней
ср еды или «эмпирического бытия».
Но дело не только в этом. Одна из при­
чин, порождающих неудовлетворенность
уже проделанной работой, — недостаточ­
ная р еал изац ия принципа ист ори зма по
отнош ению к обыденно му сознанию. Су­
ществующ ая трад иция о тнош ения к обы­
денному сознанию как к сознанию обы­
вательс кому , как к «неорга низованному»
остатку, «не ох вач енному» духовным
производством, связана, как пр ед ставл я­
ется, именно с этим. Р еал ьно е об ыден­
но е со знан ие масс действи тел ьно проти­
воречиво. С одной стороны, о но не со­
отве тствует бытующ им представлениям
об об ыденном созна нии как об ограни­
ченном, «довольном собой» с ознании. Это
реальное сознание воплощает в себе бо­
гатый жизненный мир
современного
человека, впитывает продукты спец иал и­
зированного
про извод ст ва
сознания.
Но нельзя закрывать глаза и на те «не­
достатки» этого созна ния, которые дают
ос нования дл я оценки его, так сказать,
со знаком «минус». Иссл едовате ль -мар к­
сист фиксирует противоречие между
значимостью обыденного
сознания в
жизнедеятельности общества и его дей­
ствительной огр анич енностью. Но нел ьзя
останавливатьс я па ста дии регис трации
этой проблемы, с л едует стр емиться дать
объяснение такого положения. В истори­
ческом материализме это подразумевает
исследование
историч еской динамики
о быде нного со знани я, ра ссмо трение его
со стояния как резу ль та та общественно­
истор ич ес кого проце сса , взятого как це­
лое. При этом следует выявить усло вия
превращ ен ия его в созн ание «необыва­
тель ское»,
т. е. по н аш ему мнению,
в непосредственно общественное.
Осознаваемая самими же авторами
анал изируемы х работ, но тем не ме нее
при су тству ющ ая в их текстах противо­
речивость в понимании проблем обыде н­
ного сознания имеет под собой, думает­
ся, не только гнос еологические, но и со ­
циальные корни. Р азвитие спос обности
«рядового человека» к критическому
мышлению ус тр ан яе т социал ьную почву
для возвышения сознания социал ьного
теор етика над «массой». В условиях от­
чуждения агенты духовного производст­
ва п ре те ндовали на производс тво в сеоб­
щих форм общественной связи в форме
идей, отво дя с ознан ию ма сс роль пас­
сивной материи. Но всеобщее пр оизво­
дится и воспр оизводитс я масс ами, как
практичес ки, так и на у ровне со знан ия.
Действительный прогре сс общества во
многом зависит от ст епе ни со впад ен ия
целеполагания практически действую­
щих индивидо в с цел ями, как они пред­
ставлены в общественной теории. При
социализме создаются основы для тако­
го со впа де ния, т. к. со циальные усл овия
отчуждения оказываются преодоленны­
ми. Однако, поскол ьку имеют мес то р аз­
личия в условиях развития индивидов и
отдельны х социальных групп, д ифф ере н­
циация д еятел ьно сти, ве домс твенная ог­
раниченность и др., сохраняется и про­
тиворечие м е ж д у индивидуальным и об­
щественным интере сом. В этой с иту а­
ции носителем обывател ьского созн ания
могут вы ступать как массы, так и т ео ­
ретики. Ведь эма нси паци я теоретич еско­
го с озн ан ия от повс ед невной практики
масс не все гда свид ете ль ствует о при­
частности теоретика к всеобщей обще-
ртвенной практике. Массы
способны
по двергнуть теор ию критике н а своем
язы ке — язык ж е этот являе тся языком
действия или бездействия. Но точно так
ж е мы не можем пока засвидетельство­
вать и полное исч е зно вени е обыватель ­
ского сознания у масс, которое тянет
назад, препятствуя достижению высших
целей социализма. Для успешного раз­
вития как с пе циали зир ованного те ор е­
тического сознания, так и повседневного
сознания масс следует больше учиты­
вать как в теор ии, так и на практике
о пасности, пор ожд ае мы е нер азвитость ю
самодеятельного объединения индивидов.
Возможности истор ико-материал ист ич е­
ского ан ализа обыденного с озн ан ия дос та­
точно хорошо обрисованы в указанных
работах. Действительно, социал ьный ана­
лиз способен дать богатое представление
об обыденном со зна нии как части ед ин о­
го цел ого — о бщественного сознания. По­
добный подход предотвращает как недо­
оц енку общественной роли обыденного
созн ания, так и абсо люти зац ию его
свойств как с озн ани я практич ес кого и
про тивопоста вление его с пециализиро ван­
ным формам производства созна ния, иб о
не возводит «пер егородок» м е ж ду отдел ь­
ными компонентами и у ро внями общест­
венного со знан ия, уч итывает его общест­
ве нно-индивидуальный хара ктер. Будучи
одним из аспектов изучения активности
субъекта исторического действия, иссле­
дование обыденного со зна ни я по зво ляет
конкретизировать мех анизмы практиче-
ски-преобразующей и познавательной дея­
тельности человека. Это ка сае тся, в ч аст­
ности, откр ывающ ихся возмо ж нос тей бо­
лее детального, чем до сих пор, анализа
возр аст ания роли субъективной стороны
151

общественно- историч еско го проце сса , п е ­
рехода от стихийного регул иро ва ния со­
циальных процессов к сознательному уп­
равлению ими.
Вышедшие*в свет книги позвол или пр о­
яснить целый ряд пр об лем исс лед ова ния
обыде нно го со знания, в ч астнос ти каса ю­
щихся подхода к его анализу, его мето­
дологических уровней, характеристики
совр еме нного со сто ян ия со зна ни я масс.
Но наряду с этим публикации последне­
го времени да ли возмо жно сть осознать
наличие неразработанных аспектов проб­
лемы, ис следо вать которые ещ е пр ед ­
стоит.
Н. Н. КОЗЛОВА
И. Л. АНДРЕЕВ. Рукописная страница истории марксизма (Проблема общины и
рода в рукописях К. Маркса 70—80-х годов). М.,
«Мысль», 1985, 271 с.
Рукописное наследие К. Маркса —
важный источник углубления методоло­
гического потенциал а современных с о­
циально- фил ософских и сс ледован ий. Это
относ итс я и к марксовым конспектам
70—80 -х годов, впервые ставшим пр ед ­
метом специального ан ализа в р еце н зи­
руемой книге. Ф. Энгельс, как извес тно,
реализовал некоторые ид еи Маркса, н а­
веянные знакомством по сл ед не го с кни­
гой Г. Л. Моргана «Древнее общество»,
в своей работе «Происхождение семьи,
частной собственно ст и и го сударс тва».
Тем не менее, как показывает И. Л. Анд­
реев, марксовы конспекты вы шеназван­
ной р аботы Моргана, а такж е книг
Дж. Фире «Арийс кая д ер евня в Индии и
на Цейлоне», Г. С. Мейна «Дер еве нск ие
общины на Востоке и Западе» и особен­
но М. М. Ковалевского «Общинное зем ­
л евлад ение, причины, хо д и п осл ед ствия
его разложения» дают неоценимый мате­
риал по важнейш им вопросам теории
общественно -эко номич ес ких формаций.
Пристальное и концентрированное вни­
мание Маркса к докапита листическим
структурам в 70—80-е годы — факт ха­
рактернейший. Раб ота я над III томом
«Капитала», он не мог не с толкнуться с
реликтами ар хаиче ск их отнош ений в
сфере земледелия. Постоянное расшире­
ние и о бо гащ ение историческим ма т е­
риалом теории общественно -эк ономич е ­
ских формаций все боле е вовлекало в
круг науч ных интересов Маркса р осс ий­
ские, американски е и колониальные сю­
жеты. И недаро м, по-видимому, две с а­
мые знач итель ны е работы, привлекшие
его внимание в этот период, на писаны
американским и русским учеными.
О труде Моргана « Древнее общество» в
марксизме существует большая литерату­
ра. Книга И. Л. Андреева выдел яетс я в
н ей благодаря тому , что автору удалось
уточнить комплекс именно марксовы х
идей, возникновени е которых ст иму лир о­
вано работой Моргана, удалось показать,
в чем выразилось матери алистич еское
прочтение этого труда. Действител ьно,
если у Моргана при ана лизе р одо племе н­
ных от нош ений присутс твовал и моменты
идеализма и биологизма, то Маркс в ходе
конспектирования пер енос ит акцент на
факторы социал ьно-экопомические, «со
средс тв потр ебл ени я на сред ства про из­
водства, и прежде всего орудия труда»
(с. 133). Маркса привлекала в книге Мор­
гана идея исторического генезиса роли и
эволюции систем родства. Не будучи пр о­
фессиональным этногр афом, осно во пол ож ­
ник ма ркс изма гениально выявил сл абые
места в моргановской сх еме.
И. Л. Андреев убедите л ьно показы ва­
ет, что в ко нсп екте Маркс в противо ­
п оло ж нос ть Моргану выдвигает очень
перспективную с точки зрения современ­
ной н ауки гипотезу: о посл едовательном
зарождении брачных, родовых и семей­
ных от нош ений (см. с. 14 0). Хочется
сп ециаль но отметить, что ра зд ел реце н­
зир уе мой книги, посвящ енный этому
вопросу, чрезвыч айно и нтере сен не толь­
ко д ля специалистов, но и в с ил у богат­
ства материала и ч еткости изл ож е ни я
для всех изучающих марксизм.
Идею о первичности моногамной семьи
Маркс считает, по сути дела, буржуаз­
ной, так как в этом случае современные
формы семейных о тнош ений п ер ено сятс я
на да леко е прошлое. Бол ее того, по явл е­
ние родовых отно шений объ яс няе тс я «вы­
рожд ени ем»
варваров
и
дикарей
(см. с. 150). И зд есь пр оявляется ещ е
одно достоинство р ец ен зируе мой книги:
автор пост оянно со относит, каза л ось бы,
далекие истор ич еск ие сюж еты с реалиями
се год няш не го дня, с пр облемами ид еол о­
гической борьбы. Ра зве до си х пор аполо­
геты империализма не пыта ются об ъя с­
нить с пец ифиче ские социальные формы в
развивающ ихся стр анах «вы рождением» ,
«неполноценностью» и т. п.?
У людей, слабо знакомы х с реалиями
сегод няш него дня, нер ед ко возн икает ил­
люзия, что такие явления, как род или
община, — «дела давно мину вших дней».
Нет ничего ошибочнее. В силу нер авно ­
мерности и сторического развити я, а так­
же в силу своей относительной самостоя­
тельности и инер тнос ти арха ич еские
структуры ж иву т и сегодня. И н е просто
жи ву т, но и вза имод ей ствуют слож ным
образом с совреме нны ми. Вчераш нее
(с точки зр ен ия логики истори и) часто
оказы вается се годняш ним, с ущ еству ю­
щим «здесь и теперь», требующим теоре­
тического осмысления и практического
пре образования. Действительно, в Тропи­
ческой Африке до сих пор существуют
этноплеменные партии, клановые формы,
152

.возрастные братства, восходящие к эпохе
род оп леменны х от нош ений (см. с. 162).
Сложным образом мод ифиц иру ясь со вре­
менными отнош ениями, они тем н е мен е е
со хр аняют р яд вну трен них за кономер но­
стей развития, выявл енных Марксом при
ко нспектировании книги Моргана.
Сказанное выше о роде относится и к
общине. Но если род регу лировал брач­
ные и властные институты, то о бщина —
это главным образом ячей ка хо зяй ст вен ­
ная, п рос тейш ая форма ко операции.
Высоко ц ен я труды Ковалевского,
Маркс — так же, как в случае с Морга­
ном, — прочитывает их материал ист иче­
ски, остро критикуя идеалистические мо­
менты, формал ьно-юриди ческий под х од к
общине (см. с. 52—53). Но цен ность кон­
спек та не огр ан ич ивается его критиче­
ской частью. Как всегд а, Маркс прон ица­
тельно про зр евал чер ез ма ссу эмпирич е­
ского мате риал а важ ные т енд енции все­
мирн о-и сторич ес кого
пр оцесса .
Так,
причины эволюции общины он видит в
отличие от уч ены х того времени не в
борьбе родственников и чуж аков, а п р е ж ­
де всего в объе ктивном проце сс е «р азви­
тия производ ите льных сил, о со бе нно в
землед ел ии» (с . 6 3). Община интере со­
вала Маркса с точки зр ен ия борьбы в ее
недрах общественного и частнособствен­
нического начал. И это устой чивая тен­
денция в изы сканиях Маркса на тему
общипы; достаточно вспомнить, что и в
«Формах, пр ед ш е ствующ и х капита листи­
ческому производству», напис анны х за
30 лет до конспе кта книги Ковалевского,
Маркс такж е сосредоточ ил внимание на
диалектике соб ственно ст и.
Поэтому соверш енно опра вданным в ре­
цензируе мой книге выглядит привлеч ение
к анализу наряду с конспектами 80-х го­
дов «Экономическо -философских ру копи­
сей 1857—1859 гг.», а такж е известны х
набросков ответа на письмо В. И. З асу­
лич. По мысли автора, «диле мму Ковалев­
ского — Моргана «община или род»...
Маркс в черновиках ответа З асу ли ч бле ­
ст яще разреш ил путе м творческого, д иа­
лектико- материалистического
«снятия»
реального социал ьно-экономического с о ­
держания обеих концептуальных схем»
(с. 212—213). В про тивоп оложнос ть мно­
гим мыслител ям того времени Маркс ра с­
с матривал общину не как локальный «эк­
зотический» феномен, а «как обществен­
но-эконо мический институт, «пронизы­
вающий»
все
докапиталистические
формации» (с. 2 15), но это не ме ш ает ему
видеть различные историч еские и мест ­
ные формы общины, о преде лять и х вза и­
мосвязь и превращ ения. Дуализм общи­
ны, закл ючающ ийся в антиномии патри­
арха льно-род овых и со сед ско-о бщинных
отнош ений, — вот
главное
открытие
Маркса в этой облас ти, п озвол яющ ее
со зд ать цел ьну ю концепцию р азви тия до ­
капитал ист ических социал ьных структур.
Поднятая и разработанная К. Марксом
проблема дуализма общины сохраняет и
се йч ас свою актуальность, ибо, как отме­
чает И. Л. Андреев, 60—80% населения
Тропической Африки (с тоит добавить, что
и знач ител ьная часть крестьян в А зи и и
Латинской Америке) о хвач ено общинны­
ми отношениями (см. с. 227). Учет дуа­
лизма общины, противореч ия м е ж д у ее
колл ективистскими и ч ас тно соб ственн ич е­
скими поте нциями помога ют проводи ть в
ряд е стран социал истиче ск ой орие нтации
целенапра вл ен ную пол итику по превра­
щению этих структур в ячейки коллек­
тивного производс тва.
Вместе с тем, как подч еркивает автор,
было бы методо логи чески ош ибо чно и
пра ктически вредно дел ать упор на
искл ючител ьности и «благодетельности»
общинно- родо вых структур. Огромный ин­
терес к марксизму во всем мире порожда­
ет порой его неадекватную интерпрета­
цию. Поверхн ос тно освое нный, он превра­
щается в пресловутые теории «негритю-
да», «африканского социализма» и д а ж е
«африканского способ а
производства»
(о последнем см. с. 30). Тщательпое про­
никно вение в мысли Маркса являетс я
важным фактором пр еодо л ени я вульгари­
заций марксизма. И здесь рецензируемая
книга д ае т бо гатейш ий материал.
Некоторые положения книги не могут
не вызвать споров, но это, как правило,
относ ится к ча стно стям. Например, мысль
автора о том, что барщинная форма ф ео­
дальной эксплуатации была типична д ля
Западн ой Европы, выглядит нео пра вдан­
ной ге нер ализацией: она была хар актер ­
на имен но для Восточ ной Европы. Есть и
досадн ые петоч пости. Так, современн ые
кре ст ьяне Лати нской Америки названы
«предками» (?) «со зда те лей самоб ытных
цивилизаций, ра зру ш енн ы х конкистадора ­
ми и колониза тор ами» (с. 110).
В заключение хочется отметить, что
книга п ред ста вляет несомнен ный интерес
для широкого круга фило софов, истори­
ков, этнографов, а также всех изучающих
мар ксистско-л енинскую те орию ис тори че­
ского процесса.
В. И. КЕРИМОВ
Основы нау к оведе ни я. Руковод ите ль авт. колл . С. Р. Микулинский.
М., «Наука», 1985, 431 с.
В условиях, когда перед наукой социа­
листических стран стоят задачи перехода
на интенсивный путь развития, резкого
подъема эффективности научной дея­
тельности, уси л ен ия связи нау ки с произ­
водством, р еце нз ируе ма я книга, ес тест­
венно, пр ивлекает к себе внимание ак­
туал ьностью р асс матри ваемых в ней
153

проблем, их практич еской важностью.
Это, по сущ еству , одно из первых в ли­
тературе
сис тематич ес ких
изложений
науковедения. В создании этого труда
наряду с советскими авторами участво­
вали уч ены е и з Бо лгарии, Венгрии, ГДР,
Польши, Чехословакии.
Перед авторским коллективом стояли
большие трудности. Нет нужды говорить
о том, что сам предмет исследования на­
уковедения — наука,
даже если рас­
сматривать ее только в одном ср езе, как
особую форму деятельности по производ­
ству знаний, чрезвычайно сложное явле­
ни е. При его анализе мы сталкиваемся с
пробл емам и экономическими, социальны­
ми, пс их ол оги ческими, о рганизацио нно­
управленческими и т. д. В реальной жиз­
ни все они тес но переплетены, влияют
друг на друга и общую результативность
науч ной деятельности, и для того чтобы
глубоко осмыслить процес с этой деятель ­
ности, а тем бол ее выработать с ис те му
мер ее интенсифи кации, нео б ход имо ви­
деть ед инство и взаи модействие вс е х этих
факторов. Это ставит перед исследовате­
лями на уки сл ож ные методол огиче ск ие
проблемы. Авторский коллектив впо лне
осознал эту задачу и убедительно рас­
крыл необходимо сть комплексного , си­
стемного подхода к анализу развития на­
уки и способ ы его реал изации. Принцип
компле ксного расс мотре ния науч ной дея­
те ль ности пол ож ен в основу концепции
книги и проведен в ней со всей последо­
вательностью. Для этого нужно было раз­
работать н е только правильные м етодо ло ­
гич ес кие принципы ан ализа п ау ки, но и
иметь опреде л енну ю, адекватно о тра ж аю ­
щую реальность, те ор ию разви тия науки.
Сама методология исс лед ования могла
быть р азр або тана только при наличии та­
кой теории, исходя из нее. Этой теори­
ей послужило
маркс ист ск о-лен инское
учение о развитии науки.
В книге успешно продолжена ли­
ния, получившая убедительное выраже­
ние в р аботе «Социализм и наука»
(М., 1981), состоящая в раскрытии того,
что хотя классики марксизма и не оста­
вили сводного, обобщающего труда о на­
уке и ее развитии, но если систематизи­
ровать все их высказывания по этим во­
просам, то мы увидим, что клас сиками
ма рксизма-л енинизм а
создана целост­
на я, стройная, глубоко и всестор онне
разр або танн ая теор ия развити я науки.
Авторы «Основ науковедения» последо­
вательно развивают эту теорию приме­
нитель но к новым усл овиям и задач ам
на уко веде ния.
В результате научная деятельность
предс тавл ена в книге как ц елостная,
развивающ а яся систе ма, чутко вза имо­
дейст вующ а я с социальными, экономи­
ческими, политическими и культурными
условиями жизни общества и материаль­
ным производ ство м.
Сложность всех этих пробл ем становит­
с я ос обе нно понятной, ес ли учес ть, что
науковедение — совсем ещё молодая, по
существу еще только формирующаяся об­
ласть знания. В этой связи мож но ск а­
зать, что «Основы н аук овед ени я» — это
и систематизация добытых до сих пор
знаний, и в то же время определенная
основа для дальнейшего развития науко­
веде ния.
В книге р ассматривается
широкий
комплекс вопросов, включающих предмет,
методы и задачи науковедения, анализ на­
уки в системе воспроизводства общест­
венной жизни, специфику и структуру
науч ной деятельности, пробл ему личности
и коллектива в научном творчестве; со ­
держание, структуру и проблемы оценки
науч ного поте нциала . Бол ьшо е внимание
удел яется вопросам планирован ия, ор­
ганизации и управления научной деятель­
ностью, включая вопросы развития м е ж ­
дународных научно-технических связей.
Специальна я глава п освящ ен а роли нау ч ­
ной политики в социаль ном у правл ен ии
при социал изме. Освещ аются т ак ж е проб ­
лемы соц иал ьной о тве тственно сти и эти­
ки ученых.
В раб оте отмечается, что н ау ка есть
вид духовного производства, движущей
сил ой которого в конечном сче те являет­
с я р азвитие материал ьно го пр оизводс тва.
Вместе с тем нау ка облада ет относите ль­
ной самос то ятельнос ть ю, и мее т соб ствен ­
ную логику развития, связанную с внут­
ренними и внешними возд ействиями, н а­
х од ящ ими ся в диале ктич еской взаи мосвя­
зи. Вн ешние возд ействия,
на пример,
прело мляются в собстве нную до мин анту
науки через ее специфику, т. е. выража­
ются в качестве научных проблем. Решая
пх, нау ка, выполняя социальный зак аз,
воплощ ает свои резу льтаты в новых т е х ­
нологиях, в предметах и средствах труда.
Как показано в книге, на определенном
историческом эта пе на сту па ет пер ел ом­
ный момент в развитии науки в плане
взаи мо отно шен ий ее с обществом: нау ка,
превращаясь в непосредственную произ­
водительную силу, становится необходи­
мым элементо м развития материал ьного
производства . К. Маркс по каза л револю­
ционную с тор ону этого проце сса . Все
шире используя науку в качестве непо­
ср едс твенн ой производител ьной силы, ка­
пита лизм
« он аучива ет»
производс тво,
с о зд а ет та кой мощный производс тве нный
организм, существование котор ого в рам­
к ах ка пита ли сти ческих от но ш ений стано­
витс я невозможным. И только социал изм
п редст авляе т ту сис тему общественных
отношений, которая в наибольшей степе­
ни соответствует тенденции превращения
науки в непосредственную производи­
тель ную си лу и открывает перс пек тиву
использования достижений научно-техни­
ческой револ юции на благо людей. Поэто­
му соед ин ен ие преимуществ социализм а
и достижений научно-технической рево­
люции ра сс матриваетс я ко ммунистич е­
скими партиями как стр атегическа я зад а ­
ча, как ключ к реш ен ию мно гих актуаль­
ны х социально-экономич еских проблем.
Важным является выдвинутое в книге
положение о том, что науковедение изу­
чает не только общие пр оцессы развития
154

науки, но и ориентацию уч е ны х как твор­
ческих личносте й, как членов нау чного
коллектива и общества в целом, а нал изи­
рует объективную и субъективную сторо­
ны их деятел ьности.
На современном эт апе ра звити я общест­
ва велика ответ ственнос ть уч ен ого — про­
фессиональная и социальная. Существует
реальная опасность злоупотребления на­
учными достижениями в условиях обще­
ства, гд е прибыль явл яе тся целью про из­
водства, где военно-про мышл енный комп­
лекс использует результаты науки в раз­
рушительных,
антигуманных
целях.
Вместе с тем кажд ый научный резул ьтат
представляет
со бой
индивидуальный
вклад конкретного уч ен ого, конкретного
коллектива. Поэтому ученый не м ож ет
снять с се бя социал ьную ответственнос ть
за с озда ние резул ьта тов, направленных
против человека.
Сложность орга низацион ных структур
со временной нау ки вызывает необ ход и­
мость спе циа ль ного а нализа пробл ем
упр авл ени я этими структур ами. В этой
связи предс тавляет большой научный и
практический и нтер ес раскрытие в книге
содержания, структуры, проблем измере­
ния и повыш ен ия эф фективности науч но ­
го поте нциал а. Пон ятие «на уч ный п оте н­
циал» имеет важное значение на всех
уровнях управления наукой. Хотя оно и
часто употребляется, но еще не достиг­
н уто од нознач ного его понимания.
Сведение этого п онятия к сово купнос ти
материальных ресурсов, находящихся в
распоряжении
научных учреждений,
неправомерно, поскольку эти ресурсы не­
полно характеризуют содержание рас­
сматриваемого поняти я. Очень ч аст о при
наличии пр имерно равных матери ал ь­
ных ресурс ов нау чны е ор ганизации име­
ют разный «выход».
К сожалению,
в р аботе пон яти е нау чно го потенциал а
четко не сф ор мул ировано.
Можно согласиться с автор ами, что
«научный по тенциа л страны — это ее
суммарные возможности в решении на­
учных задач и в использовании их ре­
зультатов» (с. 30). Вместе с тем состав­
ляющ ие нау чн ого по тенциал а — количе ­
ство и структура кадров, занятых в на­
уке, ур ове нь материал ьно- техничес кого
обеспечения и финансовых средств,
а та кж е инф ормационные ресур сы —
имеют ко лич ественну ю оценку.
Подробно ра сс матривая
содержание
все х составл яющ их нау чно го поте н­
циала, авторы книги н ед оста точ но вни­
мания уделили такому важному инфор­
мационному ресурсу, как научный за­
дел, имеющийся в той или иной науч­
ной
ор ганизации.
Известно,
что
плод отворн ая работа уч е ного предпо ла га ­
ет его знак омство с нау ч ной инфор мац и­
ей по своей теме. Но ее эффективное ис­
по льзован ие во многом завис ит от нали­
чия с обственного или имеющ егося в дан­
ном НИИ научного задела.
На ра звитие науч ного по тенциа ла и
реализацию его возможностей решающее
влияние оказывает пла нирова ние. Пл ан
является важным с ред ством активного
формиро вания будущ его состояния нау ки
в соответствий со стоящими перед стра­
ной общественно -политич ескими за д ач а ­
ми и ее со бстве нными потребностями.
Поэтому, как правильно считают авто­
ры, в планировании науч ной деятельно­
сти имеются два основны х блока зада ч.
Первый связан с определением общест­
венных цел ей и переводо м их на язы к
на уч н о-тех нич е ских пробл ем, выявлением
средств достижения этих целей (конкрет­
ных исследовательских направлений) и
определением основных этапов (хода) ис­
след ований. Второй — это планир ова ние
«входов» в пауку для целенаправленного
развития нау чного поте нциа ла . В о тдель ­
ный блок выделяются зада ч и вза имосвя­
зи планов научно-технических исследова­
ний с пл анами развития народн ого х о зяй ­
ства, о своения новых видов продукции,
техники и те хнологии.
В книге р ассматриваютс я мет оды про г­
нозирования как важнейшая часть пред­
плано вой подгото вки, в общем виде изл а ­
гаетс я те хнол огия планирования, в том
числе программно-це ле во е пла нир ование.
Учитывая специфи ку фунда ме нтал ьных
иссл едо ва ний, пробл емам их планирова­
н ия п освящ ен специал ьный ра зд ел книги.
Однако практика со ставл ени я тематиче­
с ких планов отрас левых НИИ и КБ отра­
жена слабее. Ничего не говорится о мето­
д ах отбора тематики, оценке эфф ективно­
сти научных исследований и разработок
на различ ных ст ад ия х планирован ия.
Большое место в книге занимают во­
просы орга низации и управл ен ия н ау чной
деятельностью. Справедливо отмеч ае тся,
что эффективнос ть любой ко лл ективной
деятельности в огромной сте пе ни за висит
от того, как она ор ганизована. Причем
для науки зн ач ен ие этого фактор а так
велико, что он являетс я д а ж е «со ставляю­
щей» нау чного по тенциала. Основная за ­
дача орга низационно -упр авленч еской р а­
боты состоит в создании необходимых
условий для наиболее продуктивной дея­
те ль ности науч ны х коллективов и от­
дельных ученых.
Эта задача решается с помощью комп­
л екса мер, направленных на обоснован­
ный выбор целей и областей исследова­
ний, на обеспечение необходимых мате­
риальных, инф ормацио нных и мораль но-
этичес ких усл овий для эфф ек тивной
н ау чной работы, на р азви тие коммуни ­
каций в науке и т. п.
Органы управления для решения задач
ор ган изации науки ис пол ьзу ют правовые
нормы, заф иксиро ванны е в зако нод ател ь­
стве, являющиеся в то же время
те ми ра мками, в которых д ейс тву ют все
другие формы регулирования — админи­
стративные, экономические и т. д . Вместе
с тем в науке приобретают первостепен­
ное зн ач е ние личностные качес тва р уко­
води теля, его зна ния, опыт и спос обность
к руководящей деятельности, к общению
п р еж д е всего с пред ставител ями такой
вес ьма сп ециф ич еск ой социал ьной груп­
пы, как на уч ные р аб отники.
155

Авторы книги отмечают, что, хотя име­
ются многие примеры со зд а ни я эфф ек­
тивных о рганизацио нно-упр авле нче ских
структур, об есп еч ивающ их развитие на ­
уки и практическое освоение ее достиже­
ний, у н ас формы организации и у правл е­
ния все еще отстают от потребностей не­
прерывно разви ва ющ их ся про изводител ь­
ных сил. Особенно это каса етс я ор­
ганизации внедрения. Внедрение нахо­
дится на стыке науки и производства и
тр ебует специализации, кото ра я на пр ак­
тике реализуется в отдельных подразде­
лениях в пределах институтов, КБ, пред­
приятий или выд ел яе тся в самостоятел ь ­
ную единицу отраслевого или меж отрас­
левого знач ения.
Рассматр ива я н аиб оле е рас про стр анен ­
ные типы структур научных учреждений
(функционал ьно- пред метна я, про ек тная,
целевая и матричная), авторы книги
правильно отмечают, что в посл ед ние
годы и ссл ед ова ния по этой пробл еме
сосредото ч ились на поиске путей их
быстрого и максимально б езб о л е зне н но ­
го соверш енс твования в соответ ст вии с
новыми задачами.
Упра вле ние науч ной деятельностью
пред пол агает исп оль зование и экономич е­
ских методо в, важ ней ш им из которых яв­
л яе тся хо зяйс тве нный расчет.
Известная обособл еннос ть
научных
о рганизаций и оп ера тивно -хо зяй ственн ая
самостоятельность в распоряжении фи­
нансовыми, мате риальными и трудовыми
ресурса ми, материальные стимулы у ско ­
рения разработки и внедрения дают воз­
можность использовать в науке хозрасчет­
ные отнош ения. Но зд ес ь есть свои
о соб енно сти по сравнению с промыш лен­
ностью. Ре зул ьтата ми науч ной деятель ­
ности являются новые зна ни я о пр ед ме­
те, научно-техническая информация в
виде отчетов и др., которые затем м ате ­
риализу ют ся в промыш ленной продукции.
Здесь авторам надо было бы более под­
робно показать ос об енность науч ной
продукции, на котор ую, в отличие от про­
дукции производ ст ве нных предприятий,
ее пр оизводи тел ь не теряет собс твенность.
Результаты научных исследований и раз­
работок мо жно использо вать многократно,
передавая их разным
потребителям.
В связи с этим и экономический эффект
от использования одной и той же разра­
ботки получ ают многие пр едприятия,
в то время как, например, на станок,
п ер едавае мый заводу- потребител ю, завод-
производ ител ь тер яе т право соб ствен­
ности.
Следовало бы отметить и такую ос обе н­
ность, как уста новле ние цены на науч ­
ную пр одукцию. В нее д ол ж на входить
не только с метна я стоимость, как счита­
ют авторы, но и часть экономического эф ­
фекта от использования в производстве
этой пр одукции.
Большую
актуа льность приобретает
о ценка эффек тивно сти науч ной деятель ­
ности. Как отмеч ается в работе, с самых
ранних этапов своего становления науч ­
ное со общество вырабатывало опр ед ел е н­
ные подходы , п озволяющ ие оценивать от­
дельные до ст иж ен ия. Все прои зводимое в
науке все гда на ходило сь под контролем
нау чной общественности . Но в связи с
громадными затратами на науку с ейч ас
появилась нео бх од имость дать колич ест­
венную оценку ее эффективности, кото ­
рую можпо условпо разделить на три ка­
тегории: науч ная, экономичес кая и со ­
циальная.
Совокупность эти х эффектов в со постав­
ле нии с испол ьзованными ресурс ами ха­
рактери зует эффективность науч ны х ис­
след ован ий. Несмо тря па обилие литера­
туры и большо е количе ство методик для
оценки эффективности научно-исследо­
вательских работ, эта проблема нуждает­
ся в дальнейшей разработке с учетом
специфики видов науч ны х исследова ний,
условий использования их результатов
ит.д.
Хочется подчеркнуть, что авторский
коллектив о бобщил большой материал и
т ес но у вязал т еор ет иче ские постановки
с актуальными вопросами общественной
практики. Монография является важным
вкладом в р азраб отку пробл ем науко ве­
дения, значение которых в период пере­
хо да на инте нсивный пу ть ра звития на­
родного х озяйс тва сильно возр астает.
Помимо своего содерж а ния, книга инте­
ресна и поучительна еще в двух отноше­
ниях. Прп большом числ е авторов, и при­
том из р азных стр ан, она легко могла пр е­
вратиться в сборник отде льных статей.
Этого не произо шл о. Перед нами моно ­
графия в по лном смысл е этого слова. На­
конец, она мож ет сл уж ить наглядным
примером плодотворн ости те сного со труд­
ничества уч ены х социал ист ическ их стран.
Авторы не только пишут о важности
международной научно-технической ко­
операции, но и сами на практике успеш­
но осуществили ее, хотя, как уж е отме­
чалось, не все вопросы нау коведе ния
решены и вперед и ещ е много работы.
Но книгой «Основы науковед ения» п од
эту работу подведен хороший фундамент.
с. и. голосований
А. А. ГОРЕЛОВ. Экология — наук а — мод ел ирование (Философский
о ч ер к). М., «Наука», 1985, 207 с.
Книга посвящ ена фи лософ ск ому ана­
л изу метод а мод елирования в его приме­
нении к иссл едова нию вза имодей ствия
чел ов ека с природной сред ой. Этот метод
автор счита ет основным ср ед ством исс ле­
дования сложных систем с иерархиче­
156

ской структурой, п од обны х системе «че­
ловек — природа». Он характеризует раз­
личные виды модел иро вания, их д остои н­
ства и недостатки, об ъяснител ь ные и
пр едсказател ьные возмож ности, со отно­
ше ние модел ирования с экс пер иментир о­
ванием, выдвижением гипотез, их про­
веркой и обоснован ием и т. д. Надо так­
ж е отметить, что автор прида ет мод ели ­
рованию и более широкое значение — как
ср едс тва конструктивной разработки и
«проверки ид еальных моде лей, с по­
мощью которых человек стр емится пре­
образовать мир» (с. 167). Действительно,
проекты преобразования природы ну ж ­
даются во всесторонне м исс ледо вании
всех возможных последствий осущест­
вления, а дл я этого как раз и необх од имо
проанал изиро вать их функцио ниро вание
и развитие в рамках сл ож ной системной
орга низации вза имод ей ствия общества с
природой в целом. «Преобразовательную»
функцию модел иро вания автор соотносит
с планир ующ ей деятельностью человека,
с цел еп олага нием, с ценнос тями, р егу л и­
рующими процессы выдвиж ен ия цел ей и
принятия реш ений. Он высказывается
против задания жестких целевых устано­
вок в моде лировании и преобразовании
природы, поскольку моде лиро вание пред­
мета преобразований следует рассматри­
вать в ед инстве с моде лир ованием цел ей
и сред ств пре образования, в ед инстве с
идеальными моделями потребного буду­
щего. Весь этот круг ид ей отлич ает д ан­
ную рабо ту от многих других, ограничи­
вающихся чисто гносеоло гиче ск ими фун­
кциями модел иро вания и недос та то чно
полно учиты вающих специф ику сл ож но
организо ванных систем.
В соб ственно философ ск ом плане, од на­
ко, это тр ебует бо ле е основательной про­
работки тех фи ло соф ских вопросов, кото­
рые в книге только затронуты. Напри­
мер, по ле мизир уя с теми, кто предл ага ет
слишком простые р ецепты до ст иж е ни я
равновесия с природой, автор подч ерки­
вает «неравновесно сть» в о рганизации
природных систем и де ятел ьн ости чело­
века. Но ес ли так, то можно поставить
по д вопрос то, что автор связы вае т моде ­
ли рование с зад ач ей «оптимизации» вза­
имодействия общества с природой. Во-
первых, не так у ж и много ф илософов,
разделяющих идею «оптимизации», а во-
вторых, ес ли автор сам веде т речь о внут­
ренней противореч ивости в си сте ме «че­
ловек — природа», то необходимо спе­
циально расс мотре ть вопрос о том, как
«оптимизировать» систе мы с противор е­
чиями. Если автор ограничится с ис те ма ­
ми, в котор ых внутр енняя противоречи­
вость разрешена в рамках целостности и
организации, то его о босно вание ед инст­
ва мето да модел ирования будет довольно
твердо опираться на поставле нну ю ц ел е­
вую задачу «оптимизации» или более
основательную задачу обеспечения го­
ме оста зис а
глобальной
экосистемы.
Но если вводить в расс мотре ние разные
источ ники нес табил ьно ст и в с исте мах,
противоречия и т. ш, то это выходит за
рамки зада ч равнове сия и функцио ниро ­
вания систем. Автор, конечно, не игнори­
рует постановку проблемы развития как
в самих природных системах, так и в си­
стема х, о ргани зующ их взаимодейс твие
человека с природой, но пр инятая им
трактовка ра звития как «ед инства коли­
чественных и качественных изменений»
(с. 56), на наш взгляд, нуждается в кон­
кретизации, дл я ко торой необходимо р е ­
шить вопросы о механизмах и движущих
факторах развития, его ус ловиях, пр ед ­
посыл ках и пр. Вопрос о ед инс тве мето­
да моделирования при этом н еоб ход имо
будет вновь про анализиро вать.
А. А. Горелов ра ссматрива ет природо ­
преобразующую деятельность не только
в связи с «пре образовательной» функ­
цией моде лирования и связанными с ней
целями, цен но стями, образами потреб но­
го будущ его, но и с такими философски
значимыми проце сс ами, как экологич е­
ская пер еориентация современной науки
и техники, формиро вание экологич еской
ответственности и ее идейных и нравст­
венно-эмоциональ ны х основ.
В этой с вязи он осмысл ивает экологи­
чес кую роль те хники как ф ено мена чел о­
веческой культуры и рассматривает т е х ­
ническую деятел ьность как п одч инен ную
задач ам формирования нового человека
в адекватных социальных и эколо гич е­
ских усл овиях. Автор высказывается в
п оль зу «индивидуализации» техники в
соответствии с региональ нь ши экологич е­
скими, социальными и культурны ми у с ­
ловиями, с зад ач ами творческой деятель ­
ности ч ел овека по пре образованию при­
роды и самого себя. Эти идеи заслужи­
вают под дер жки, так как в конечном
счете автор видит в технике не чуждую
биосфере силу, а новый этап ее разви­
тия, связанный с со зд а нием экологиче­
ской и «биосфер осо вмеетимой» техники
и техноло гии, имеющей социа ль ные и
о бщекультурны е ориентиры.
Как ни странно, автор высказал боль­
ше критики по отнош ению к науке, чем
к те хни ке — чаще в экологической л ите­
ратуре посту пают наоборот. К поте н­
циально негативным с экологической
точки зр ен ия хара ктер ист икам автор от­
носит бе злич ность н аучного знания; с п е­
циф ику субъект-об ъе ктно го отнош ения,
когда «человеку отводится активная роль,
а природ е завед омо пассивная» (с. 121);
аналитич ес ку ю на правленность науки и
искусственную изоляцию исследуемого
объе кта при экспериментиро вании, кото­
рые
«ответственны за
экол огические
трудности», так как производ ят «идеаль­
ное ра зруш е ние » мира (с. 123—124).
Эти аргументы, однако, нам пр едст авля­
ютс я нед ос таточ ными. «Безл ичность» на­
учного знания относится главным обра ­
зом
к дискуссии о дегуманизации;
субъект-объектное отношение в научном
исследовании сложнее - с не меньшим
правом мо жно говорить, что в научном
описа нии субъективные факторы должны
устранять ся, а природа до лж на говорить
са ма за себя; еще в античности и в Сред­
157

ние века на у ка была вполне аналитич-
ной, а экол огический кризис — явле ние
наших дней. В этой связи автору следо­
вало бы дать более убедительное обосно­
вание идей об экол огизации науки и
сформу лироват ь эти ид еи на мировоз­
зр енч еском и методо логич еском ур овне.
Экологическая пробл емат ика вносит и
о предел енные изм ен ен ия в ценностные
о риентации
со вр ем енного
человека.
В книге , по существу, вы двигается мысль
о том, что каждый человек должен вклю­
чать в свое пониман ие личного мате­
риального бл агоп олуч ия не только ка­
чества среды обитания, но и Земли в це­
лом. Сложность такого уч ета и связанной
с ним гл убокой пере стр ойки псих ол огии
ка ж до го чел овека становитс я по нятнее,
ес ли вспомнить, что биол огич еский вид
Homo sapiens с его индивидуалистиче­
ской, максимум се мей ной, р од овой пси­
хол огией формиро ва лся на пр отяж ен ии
по мень шей мер е несколь ких миллионов
лет. Она чуть ли не генетически закреп­
л ена в психо ло гии личности. Современ­
ная ж е ситуация требует, чтобы пере­
стройка в с озна нии чел овеч ес тв а в целом
произо шла в т еч ени е всего нескол ьких
десятилетий. В противном случае ухуд­
ш ение природ ных ус ловий на Зем ле при­
ведет к неизбежной депопуляции челове­
чества. Вот п оч ему трактовка совр ем ен­
ного экологичес кого сос тояния ч ел о веч е­
ства
как
переживание
им
просто
экол огичес ких «трудностей» (см. с. 17—
18) является чр езмер но мягкой оценкой
ситуации. С трудностями нужно бороть­
ся, но мож но и мириться. Кризисное ж е
состояние непременно должно быть пре­
одол ено.
В связи с этим пр ед ста вляе тся неточ ­
ной данная на с. 18 схема цепи мате­
риально- пр ои зводственной деятельности
чел овека. Рассматр ивать отходы только
как сл едс твие потр ебл ен ия по лезных
продуктов нельзя. Они образуются и при
про изводстве этих поле зны х продуктов.
Главная же неточность состоит в том,
что отходы р ан о или позд но вовле каются
в глобальный кру говор от вещ еств, в том
числ е и геологи чески длител ьный и такой
глубокий, что в нем любые отходы пр е­
о бразу ютс я в новые горные породы.
По д лител ьности ж е такие круговороты
вещ ества на Земл е на много порядков
превыш ают время ч ел овеч еской истории.
В принципе не замкнутой эт а цепь мате­
риально-производственной деятельности
быть не может.
Глубокий и в общем правильный ана­
лиз экологической ситуации на З емле,
на уч ных предс тавле ний о ее во зникнове­
нии, существовании и прогноз ее разви­
тия на основе моде лирования про извод­
ственной деятельности человечества и
о ценки ее бо ле е или ме нее отда ленных
посл едс твий сос тавл яет основное с од ер ­
ж ан ие монографии. Однако в этом анали­
зе пока еще недостаточен учет социаль­
ной р азобщенности человечества , одно­
временно го существования соц иали ст иче­
ской и к апита листической социал ьно-эко ­
номических формаций, воздействие кото ­
рых на сферу обитания и деятельности
человека с ущ ественно неодинаково. Пои­
ски социаль но пр иемле мых экологиче­
с ких р еш ений с примен ением новых ме­
тодов, новой те хники требуют новых от­
ношений между людьми, в которых на­
чалам
ко нкуре нции,
противосто яния,
борьбы противопоставл яютс я на чал а со ­
трудничества, со пе ре жи ван ия, соч увс т­
вия, духовности и даже широко философ­
ски пон имаемой любви к свое му миру.
Развитие событий на З ем л е по казывает
необх од имость энергичн ой работы в этом
направлении.
В целом автору удалось убедительно
провести чер ез все исс ледо ван ие мысль о
неотложности решения экологических
проблем и о существенной необходимости
мет ода модел иро вания как основного
сред ства иссл едо вания, план ирования и
п ро гнозирования экол огического буду щ е ­
го. Этот мет од позволяет де л ать выводы,
зна ч ение которых выходит д ал ек о за
рамки тех, казал ось бы, у зко специаль ­
ных задач, которые возникают в совре­
менны х экол огичес ких исс ле до ва ниях .
Н. М. СВАТКОВ,
Л. И. ВАСИЛЕНКО
Б. И. ПРУЖИВДШ. Рациональность и ист орич еское ед инство науч но го
зна ния. М., «Наука», 1986, 150 с.
Книга Б. И. Пружинина посвящена
важной и актуальной теме — анализу ме­
тодологии науки как особой сферы дея­
тельно сти и по зна ния. Если методо логи­
ческому анализу различных типов науч­
ного зн ания в марксистской философской
л итер атуре посвящ ено множ ес тво доброт­
ны х работ, то иссл ед ованию самой мето­
дологии, ее роли и функций в современ­
ном научном познании уделяется все
е ще мало внимания. Ко нечно, о ее месте
и о тнош ении к спе циаль ным облас тям
науки и к философии и науковедению
говорят и пишут достаточно много и дав­
но, но специа ль ного исс ледо ва ния этого
феномена до сих пор не предпринима­
лось. Рецензируемая книга фактически
по свящ ена «рефле кс ии метод ол огич еской
рефлекс ии»,
«метаметод ологическому»
ис следо ванию.
Автор четко отл ичает методоло гию н ау ­
ки от методологического сознания науки,
внутр инауч ной реф ле кси и как «совокуп­
ности пр ед ставл ений о це лях, ст ан дар тах
и кри тер иях нау ч ного знания, которыми
руковод ствуютс я у чен ые и которые скла­
158

дываются непосредственно в ходе практи­
ки научного познания» (с. 5).
Прежде всего Б. И. Пружинин ана­
лизирует предмет, структуру и функции
метод оло гиче ск ой рефл ек сии над наукой.
Здесь он уделяет большое внимание экс­
пликации поняти я «знание». «З нание —
не устр анимый компонент любого чел ове­
ческого спо соб а освое ния мира — мож ет
быть воплощ ено практич ески во вс ех
продуктах материальной и духовной дея­
тельности люд ей... Но только в наук е
фор миру ется знание как таковое, и толь­
ко в науч ной деятельности материал ьно е
во пло щение зн ания с на ибольш ей о тчет­
ливостью и полно той выра жае т функцио ­
нальную ун ивер сал ьн ость зна ния как об ­
щественного отношения, а тем самым вы­
ражает и его особую природу» (с. 14).
Такое обращение к уточнению одного из
основоп ол агаю щих п онятий современной
методо логии науки становитс я особе нно
актуальным, поскольку тер мин «знание»
употребляется сегодня в самых различ­
ных контекстах и прежде всего при ис­
сл ед ован ии проблемы предст авле ния зн а­
ний в компьютерны х си сте м ах так, что
его исходный мет од ологический смысл
«размывается». З нан ие, пишет Б. И. Пру­
ж инин, это «общественный, культурный
феномен, возникающ ий лишь то гда, когда
взаи модей стви е со ср ед ой протекае т в
формах,
обусловленных общественно ­
историч еской практикой людей...» Оно
«с самого начала конструируется людь­
ми как образ мира, предназначенный для
функцио нирования в кач естве такового
в культуре, и деятельность по его созда­
нию носит принципиально культурный
характер» (с. 26).
Методо логическая р еф лекс ия, по мне ­
нию автора, направлена прежде всего на
толко вание те кстов, в котор ых предс тав­
лены образцы нау чно го зн ания. Но реал ь­
ность познаватель ной деятельности дл я
методолога закл ючена н е в языке, а в
живой истории познания, что предпола­
гает пон иман ие текстов. Одной и з осн ов­
ных функций метод ол огии автор сч итае т
крит ико- рефле ксивную функцию.
Еще
одна функция заключается в том, что
метод ол огия — это сп ос об формиро вания
методоло гического с озн ан ия наук и.
Отмечая, что в реал ьной практике по­
знания зафиксировать различие между
по зициями уч ено го и методо ло га часто
бывает сложно, Б. И. Пружинин подчер­
кивает, что тем не менее в развитой нау­
ке оно носит принципиа льный характер .
Рассматривая работы по методологиче­
скому анализу конкретных областей зна­
ния, он видит сп ец иф и ку исс ледо вател ь­
ской позиции методолога в том, «что сфе­
рой его оц ен ок являются методо логи че­
ские предп осылки зн ани я, но н е само
зн ание. Н епо средс твенн ая оценка зн а­
ния — функция ученого» (с. 21). Обсуж­
дение ж е предпосылок знания ставит
ученого в позицию методолога. В особен­
ности это р азл ичие, по мнению автора,
становится очевидным, когда в сферу ме­
тодологич еского ана лиза попадают н е от­
дельные фрагменты науч ного знания,
а цел ые напр авления, дисц ипл ины, ком­
плексы д исциплин. Особый ин тер ес пред ­
ставляет с опос та вление различ ных по­
знавательны х с итуаций, когда пу тем вы­
явле ния ча ст ны х историч еских контек­
стов ка жд а я из них «выступает как ос о­
бенное про явление общей нормативной
стр уктур ы науки» (с. 2 2).
Б. И. Пружинин, ра сс матри ва я п озити­
вистскую и пос тпози тивистскую литер а­
т ур у по методоло гии науки, по дч ер ки­
вает, что крен в с тор ону формально-л оги ­
ч ес кого анализа статиче ско й структур ы
научного знания так же недопустим, как
ч ре змер ное увл еч е ние «историос офским
конструированием» б е з ан ализа развитой
стру ктуры науки.
Большое внимание в книге уделяется
философским основаниям методо логич е­
ской рефлексии над наукой. Философия
образует не только внешний фон этой
реф ле ксии.
«Свою особую
«предмет­
ность» (формы бытия зна ния) методо ло­
гия может удержать только благодаря
функциональ ной ориентиро ван ност и ис­
след ования, а ор иентация эта пр ямо или
опосредованно, но задается на всех уров­
нях методол огии именно ф илософской
трактовкой
общественно-пр актич еских
функций научного знания и познания во­
обще» (с. 28). Альтернативу философ­
скому познанию в рефлексии над зна­
нием со ста вл яет мифол оги чес кое миро­
ощущение. Поэтому именно философия
являе тся гарантом р ациональ но ст и нау ч­
ного п озн ания. Автор подч ер кивает, что
сама пробл ема рационал ьности носит
«метаметодологнческий» характер.
Анализ методо логи и науки, пред при ня­
тый Б. И. Пружининым, нес омненно , яв­
ляе тс я продуктивным и позволяет экс­
плициро вать многие ее аспекты, которые
лишь по дразум еваю тся самими методо ло­
гами, но четко не осо знавали сь или не
вы ражал ись ими. Отметим лишь, что с е ­
годня такое исследование будет непол­
ным, если в его сферу не попадают но­
вые типы методо логич еской реф ле ксии,
и прежде всего методология проектиро­
вания. Они т акж е требуют философск ого
осмысл ения.
Автор обращается и к рассмотрению
с оциокул ьтурны х аспе ктов знания. Под­
черкивая важность историко-куль туроло­
гич еского ис сл ед ова ния науки, он тем не
менее справедливо отмечает необходи­
мость его со че тания с методоло гическим
ан ализом вн утре нней логики ра звити я
науки, содержания научного знания. Без
этого так назы ваема я «внеш няя» исто­
рия науки не способна объяснить реаль­
ну ю д инамику н ауч ного зн ания. Однако
и са ма методоло гия нау ки все в больш ей
мере усваивает историческую точку зре­
ния. Автор ста вит закономерный вопрос:
что же дает это обращение к истории?
Конечно, н е только дополнител ьный эм­
пири ческий или иллюстративный мате­
риал. Дело в том, что если считать зада­
чей методоло гии выраб отку мет одоло ги­
ч еск их р екомендаций, то такие р ек омен -
159

даци и будут эффективны лишь постольку,
поскольку в них учитывается предшест­
вующий опыт историч еского р азвития
на уки.
Значительное место в книге уделено
ан ал и зу различ ий фундамента л ьного и
при кладного в науке.
Автор считает, что фунд амента л ьные
науки и исс ледования, за нятые по иска­
ми истинного знания, имеют целью по лу ­
ч ение зн аний о мире, картины мира. По­
лученное знание здесь является достоя­
нием само го иссл едо ва теля, а нап равле­
ние исс ле дований опред ел яет ся главным
образом зада чей выявить и познать еще
не познанны е характер ист ики объекта.
« Фундаментальное ис следо ва ние являет­
ся фунда ме нтал ьны м именно потому, что
оно на пра вл ено на с оверш енс твование
объе ктивного, логически аргу ментирован­
ного знания, л е ж ащ е го в основании при­
кладного исс ледо вания» (с. 127).
Прикладные п ауки и иссл едования
прямо ориентированы на испол ьзование
резул ьта тов в про извод ст ве, по этому их
цель — пр ед пис ани е для производ ства ве­
щей, гд е истинное знание обл ад ает лишь
ин струмента льной ценностью, является
ценностью общественных институ тов,
а не самого и сс ле довател я. «В приклад­
ной науке ад екватность знан ия выражает
п р е жд е всего его соо тветстви е конкрет­
ным усл овиям данной практической за ­
дачи» (с. 109). Здесь опр ед ел яющую роль
играют ф ина нсиру ющ ие организации, не ­
поср едс твенно за интер есо ва нные в опре­
деленных прикл адных ре зу л ьтата х. При­
кладное иссл ед ование, пишет автор,— это
«спецификация знан ия с целью р асш ире­
ния сферы его адекват ного прил ож е ния.
Однако спецификация происходит не пу­
тем перестройк и ло гически связного об­
раза реальности, но за сч ет вн еш них ог­
раничений и дополнений... впол не рацио­
нальных с точки зр ен ия реш а емой при­
кладной задач и» (с. 127). Прикладное
или инс труме нталь ное зна ние как р е ­
зул ьтат прикладного и ссл ед ования скл а­
дывается в процессе «модификации науч­
ного знания применительно к сфере тех­
нологии, обыденного опыта, спе ц иа ли зи­
рованных типов деятельности и регуля­
ции повед е ния людей» (с. 13 3).
Такая трактовка фунда ме нта ль но го и
прикл адного в со вр еменной науке, о дна ­
ко, вызывает р яд возра же ний. Во- первых,
любые науки сегодня имеют в своем со­
ставе как фундаментал ьны е, так и при­
кладные и сс лед ован ия. Д а ж е трад ицион­
но, казалось бы, далекие от практическо­
го пр именения исс ледо ва ния часто самым
неож и да нны м образом привод ят к фор ­
мированию новых отра слей и технол огий
независ имо от ор иентации отдел ьных
ученых, ра звивающ их эти напра вл ения,
как ста ло, на пример, с атомной эн ер ге ти­
кой. Во- вторых, пр икладн ое зна ни е не
обязательно специфицируется относитель­
но технол огии, обыденного опыта и спе­
циальных видов чел овеч еской деятель­
ности, но и, нап ри мер, относите льно дру­
гих на ук ' ( прил ож ение знаний, методов
и результатов; одних наук в других науч> •
ных дисциплинах). В-третьих, многие
науки, отно симые в нача ле наш его или
в прошлом веке к разряду прикладных,
призн аны в на сто ящ ее время в качестве
фундамента льных. Кроме того, вряд ли
можно противопоставлять пр икл ад ное
знан ие на у чн ому знанию, так. как оно по­
тому и названо прикладным, что- п ред­
полагает предвар ител ьное науч ное и сс ле­
дование и получается в ходе такого ис­
сл ед ования (пус кай даж е и дополнитель­
но го ). Как показывает мет одо логич ес кий
анализ тех нич е ских наук, само пр ил ож е­
ние уже полученных знаний не являет­
ся механич еским процесс ом. Напротив,
в ходе приложения научные знания зна­
чительно
п ер естра ива ются, модифици­
руются, часто формулируются новые
научные задачи и получается новое науч­
ное знание. Конечно, здесь решающее
воздейст ви е оказывает не столько вну т­
ренняя логика развития нау ки, сколько
логика р еш ени я практических задач .
Но именно таков сегод ня сл ож ный путь
взаимод ей ствия те ории и практики: при ­
кладные исс ледо ва ния тесно вза имод ей ­
ствуют с фундаментал ьными и до пол ­
няют их не только в н ау ке как целом, но
и в каждой отдельной дисциплине.
Конечно, р азли че ние фундаме нта ль ного
и прикладного в науке необходимо, но
оно д о лж но проводиться бо ле е корректно,
с уч ет ом современны х тенденций ра зви­
тия науки. В сущности, и сам автор от­
меча ет это, говоря, что спец ифи че ски е
установки прикладн ого
и ссл ед ования
«проникают на все уро вни науч ной де­
ятельности» (с. 108), что «прикладное ис­
сл ед ование — это не прос то тр ад иционное
исследование, погруженное в контекст
внешних задач, точно так же, как фун­
даментальное не является просто и сс л е­
дованием, не ограниченным никакими
практи ческими тр еб ованиями» (с. 126).
Но в то же время он пишет, что «при­
кла дное и ссл ед ова ние отча сти теснит, от­
части подчиняет себе собственное науч­
ное познание, навязывая последнему свои
нормативно-мотива ционные стру ктуры и
своп куль турны е ориентации» (с. 133).
В этих словах зву чит вполне оправдан­
ная тревога за судьбу фундаментального
знан ия в на ук е, но не уч итываются тен­
денции в самих прикладных исследова­
ниях, которые автор поч ему-то выносит
за преде лы науки. Это приводит к фак­
тич ескому пр иниж е нию роли ко мпле кс­
ного исследования в науке, к приписы­
ванию ему статуса прикладного. «Сего­
дня мы видим,— пишет Б. И. Пружп-
нин,-—что ориентация науки на решение
конкретных пр актичес ких зад а ч веде т
к выдвижению на передний план таких
научных исследований, где оценка зна­
ния осуществляется не только с точки
зрения устоявшихся канонов научных
дисциплин, но по преимуществу на базе
довольно расплывчатых, зач а стую лишь
«т ех ничес ки обоснованных» (зато вполне
«предметных») требований у тил изации
знания. При атом решение практически:
160

задач предполагает в большинстве слу­
чаев комплексное исс ледо вание , т. е. пр и­
влечение д исципл ин с различными, иног­
да взаимоисключающ ими стандартами»
(с. 109—110). Однако совр еме нное комп­
ле ксное иссл едование не обязател ьно
ор иентировано на уровень обыденного со­
знания и механическое соединение уже
получ ен ных знаний, а п ред ст авляет со ­
бой сложный пр оц есс интеграции знаний
(как отмечается ниже на той же страни­
це) с целью получ ения бо лее конкретной
те оретич еской модел и об ъекта на основе
син теза абс трактных предс тавле ний р аз­
личных научных дисциплин. В резу л ьта ­
те формиру ются новые комплексные н а­
учно-тех нич еск ие дисципл ины, к кото­
рым, в частности, относится си стем о­
техника, приводимая Б. И. Пружшшным
в качестве примера такого не ж ел а тел ь ­
ного комплексирования, ра зруш ающ его
традиционны е нормы единомыслия, на­
пример, в «т еоретиче ской школе». Конеч ­
но, многие традиционные нормы науч но­
го исследования здесь разрушаются, но
формируются новые, вл ияние которых на
со временну ю науку не возмож н о отрицать
и н ел ьзя считать та ко е влияние негатив­
ным. Это о тносится, кстати сказать, не
только к си стемо те хни ке, но и к эргоно­
мике, д и зай ну систе м, исс ледо ванию
опер аций, сис те мному анализу, инфор ­
матике и многим другим науч но -тех ни че ­
ским и не только н ауч но-тех ниче ск им
дисципл инам, которые н еоб ход имо п од ­
вергнуть тща тел ь ному не «внешнему»,
а «внутреннему» метод ол оги ческ ому ана­
ли зу, и не огр аничиваться лишь конста­
тацией их «разруш ающего» возд ействия
на
традицион ны е
«добропорядоч ные»
нормы и идеалы органи зации нау чного
знания.
Серьезное исследование Б. И. Пружи-
нина читается с интересом и побуждает
методо логи ческую мысль к тщ ател ьному
а нал изу не только научн ой деятельности,
но и сво их с обственных оснований.
В. Г. ГОРОХОВ
МИХ. ЛИФШИЦ. В мире эс те тики. М., « Изобразительное искусство» ,
1985, 320 с.
Эта книга под гот овл ена к печати при
жизни автора, но вышла в свет через
два года посл е его кончины. Все вошед­
ш ие в книгу статьи, н аписа нные с 1969
по 1981 г., за исключением небольших
отрывков, печа таются впервые.
Книгу усл овно можно р азд ели ть на две
части. В первой из них М. А. Л ифш иц
п ол еми зи руе т с рядом советских авторов
по некоторым теор етич еским вопросам.
Большая статья «Человек тридцатых го­
дов», посвященная памяти незаслуженно
забытого
эсте ти ка
и
и ску сство вед а
И. А. Ильина, образу ет вторую часть
книги. Задуманная в свое время преди­
словием к сбор нику статей И. А. Ильина
(он был подготовлен к печа ти Л ифш ицем
и издан в 1983 г.), эта работа разрослась
до своеобразного путеводителя по эсте­
тическим идеям тр идцатых годов. Будучи
«воспоминанием о мыслях», она вмес те
с тем меньше всего может быть отнесена
к жанру отрешенных от злобы дня фило­
со фс ких мемуар ов, иб о столь ж е остро
полемична, как и другие статьи сбор­
ника.
Так сложилось, что тридцаты е годы,
ос обе нно и х вторая половина, ч асто рас ­
цениваются как время до гматизации в об­
щественных науках — в отличие от твор­
ческих
и
продуктивных двадцаты х.
По >мнению Мих. Лифш ица, это миф, с о­
зданный заинтер есованны ми
людьми.
Все те явления, которые пр инято назы­
вать до гматизмом, явились законными
наследниками вульгарной
со циологии
двадцатых годов, той непримиримой
«левизны», отражавшей разрушительную
энергию мелкого буржу а , обывателя, ко­
торая, как пред видел Ленин, предст авля­
ла главную опасность для дела социализ­
ма. Те оретич ески вуль гарная социол огия
была разгромлена в жарких литератур­
ных б итвах именно в тридцатые годы.
К сожалению, «левизна», не изжитая
ор ганически в 30-е гг., по лу чила вторую
жизнь в действиях тех, кто пытался
преод оле ть е е «нахрапом», т. е. по -лева ­
чески же. Не случайно поэтому, что «на
коне» снова нер едк о оказывались быв­
шие «леваки». Вульгарн ая соц иол оги я,
и сч езн увш ая, как пишет автор,
«по
щучьему велению», возрождалась в но­
вом обличье борьбы за истину, добро и
красоту, за н ароднос ть и реал изм. Так
«было на время испор чено вел икое
дело — слияние народного подъема с вы­
сокой кла ссич еской традицией» (с. 9).
Однако прежнее пустозвонство с охотой
расстается в наши дни с чуждым ей, на­
детым лишь по внешней н еобх од имос ти,
мундиром. Ч ита телю под видом нового,
смелого и оригиналь ного пре под нос ится
«прошлогодний сне г».
Мих. Лифшиц, с конца тр идц аты х го ­
дов практичес ки не публиковавший своих
работ, выступил в шестидесятых-семи­
десятых годах с рядом полемических ста­
тей, и зд ал нес колько книг, с большим
инте ре сом встреч ен ны х ч итател ем. Зна­
чительное место в этих публикациях от­
води лось критике форма лизма в ис кус ст­
ве и искусствознании. Любой непреду­
бежденный читатель, даже если ему на­
стойчиво внуш алось, что м е ж ду Мих.
Лифшицем и идейно ему близкими тео­
ретиками тридцаты х годов, бор овш имися
за возрождение и развитие традиций ми­
161

ровой гу манистич ес кой культуры, с одн ой
стороны, и «дубовой» ор тод оксией про ш­
лых лет — с другой, нет никакой ра зни ­
цы убедится в обратном, взяв в руки
эту книгу.
Вероятно, дл я читателя, зна ющ его не
столько д ействите льну ю позицию Мих.
Лифшица, сколько искаженное отраже­
ние ее в зеркалах далеко не всегда бес­
пристрастных оппонентов, окажется не­
о жид аннос тью, что автор, например, за ­
щищ ае т «классика» формального ме тода
в искусствознании Г. Вельфлпна от со­
циологической критики изве стного за п ад ­
ного «марксиста» А. Х ау зер а . Ве льфлин,
согласно Лифшицу, прав в том, что ху­
дожественная форма — не перевод ди­
скурсивного мышления, понятия на язык
чувствен ных образов, она имеет соб-г
ственные, только ей пр исущ ие законы
развития, не сво димые к влиянию извне,
не
под чиняющ иес я сле по дви жен ию
внеш них со циал ьных сил. Если принять
про тивопол ож ную, социол оги чес кую точ­
ку зр ения, которую отстаи вае т А. Х ау­
зер, то художественная форма окажется
всего лишь суггестивны м средством,
ср едством внуш ения, вд албл ивания в го­
ловы людей той ил и иной системы идей
и настр оен ий — безотно ситель но к их
конкретному содержанию. Это есть и
форма ли зм
вуль гарно-со циоло гиче ско го
толка, гораздо худший, чем формализм
Вельфлина.
Основатели формально го метода были
далеки от фор маль но-те хнич ес кой точки
зрения, согласно которой «содержанием
всякой творч еской деятельности явля­
ются намерения субъекта, а формой —
избранные им средства для достижения
поставл енной цели, все эти ср едс тва —
т ехн ич еск ие приемы: знаки, категории,
жа нры, мотивы, при знаки опред ел енн ого
стиля — относятся к условиям человече­
ской головы и не имеют себе подобия
в ре ал ьном мире» (с. 2 27). Напротив,
пионеры формализма даже чрезмерно
подчеркивали объективность художест­
венного стиля, выводя его из внел ичных
и вн еобщественных закономер но стей —
неокантиан ск ой «установки» со знани я,
художественной воли и т. д. В поисках
объективного начала художественного
творчества Вельфлин и его стор он ники
пришли в конце концов как раз к субъе­
ктивистской к онце пции «видения», хо т я
субъективизм в искусстве был для них
вну трен не непр иемлем. Субъективизм
преодолевается лишь в результате ди­
алектического
понима ния
отнош ения
субъекта и объекта в художественном
творчес тве , которо е, как и вся кое твор­
чество, предполагает не созерцательное
отношение субъекта к объекту, а актив-
но-преобразующее, отражающее практи­
ку вза имоотно ш ения ч ел овеч ества с при­
родой.
Метаф изи ческо е
по нимание
роли
субъекта в художественном творчестве
о бусловливает формальный взгл яд н а
него — будь то формализм Г енри ха Вель­
флина или его «социологич еского» кри­
тика Арнольда Хаузера. Последний, как
и ву ль гар ная социол огия в цел ом, яв^
ляе тся н ас лед ником наиб ол ее слабы х,
реакционных тенденций, заложенных из­
начально в формальном ме тоде.
Между тем многочисленные оппоненты
Мих. Лифшица, в том числе и те, кто
оказался персонажем его последней кни­
ги, о су жд а ют его за толкование отра­
жения в художественном творчестве
как якобы пасс ивного , с озерцательного
акта.
На пр отя же нии многи х лет своей твор­
ческой ж изни , н ач иная с лекций, кото­
рые с конца двадц аты х годов автор читал
в Институте красной профессуры, а поз­
днее в ИФЛИ, и до рецензируемой кни­
ги, он о тстаивал и р азвивал теорию отр а­
ж е ни я в ее ле нинском понимании. При
формально м то лковании этой теории
о бъект о тра же ния, действител ьный мате­
риальный мир р ассма трива ется как внут­
ренне мертвый, па сс ивный пред мет ч ел о­
вече ски х
ма нипуляций.
Активность
субъекта в этом случае предстает как
его «право» пер екр аивать д ействител ь­
ность так, как за б ла гор ас судится. Кстати
говоря, в со зд ан ии эт ой карикатуры на
маркс ист ск о- л ен инскую теорию по знани я
зна чител ьну ю роль сыграли с овр еме нные
«неомарксисты». В и зве стной книге «Ди­
алектика пр освещ е ния» лидеры Франк­
фуртской школы, Т. Адорно и М. Хорк-
х аймер , писали, что основно й принцип
науч ного
по зна ния,
провозглашенный
Ф. Бэконом и впосл ед ствии развитый
марксизмом,
заключается в насилии
субъекта по отношению к объекту. Уче­
ный, доказывали они, относится к пред­
мету своего познания точно так же, как
диктатор к подчиненным: о ба они мани­
пу лиру ют своим объе ктом, п од чиняя его
своей воле. Тезис Ф. Бэкона «знание —
сила» на самом деле, по Адорно и Хорк-
хаймеру, гласит: знание — насилие. Отра­
жение
действительности подменяется
зд ес ь формал ьно- бюрократич ес ким опе-
рационал измом, зач атки которого были
замечены Гете и нашли классическое
художественное выражение в созданном
им образе лжеученого Вагнера* Правда,
Вагнер еще не охвачен демонизмом воли
позднебуржуазного сознания, но главные
предпосылки для него уж е налицо: ж аж­
да систематизац ии и кла ссифи кации во
что бы то ни стало — безумие формального
рассудка, утратившего связь с собствен­
ной жизнью действительности. Подлинная
наука во все времена руководствовалась
пр ямо пр отивополож ным принципом —
«теория, мой друг, сера, но вечно зелено
древо жизни». Только та концепция до­
стигает ступени истины, в которой ожи­
вает объект, когд а ему предо ставл яе тс я
свобод а самор азвити я, раскрытия его
сущности. Вся природ а, согласно изве ст­
ному положению Ленина, обладает спо­
собностью к отражению, но только в че­
ловеч ес кой деятельности объекты отра­
жаются согласно внутренне присущей
им мере. Этот т ез ис был одним и з цент­
ральных в работе Лифшица об эстетиче­
162

ских взгл яда х Маркса, напи са нной в н а­
чале тридцатых годов.
Активность субъекта понимается марк­
сизмо м не как его «право» ломать и п е ­
рекраивать об ъе кт, п од чиняясь только
своему «видению», а как сп особно сть
субъекта предоставить активность са мо­
му объекту с тем, чтобы последний раз­
вернул п ер ед человеком бес ко неч ность
своей природы. Ра зу ме ет с я, такое по ни­
мание активности предполагает убежд ен­
ность в том, что са ма действительнос ть
бесконечно «умнее» любого индивидуаль­
ного со знания, которое ста но витс я твор­
чеством, а не слепым мех анич ес ким отра­
жением и внутренне родственным ему
насилием, только уча сь у дейс твит ель но­
сти, проникая в е е объ ективные за коно­
мерности. Т е зис о первичности бытия и
вторичности со знан ия не н ес е т нич его
унизительного для посл ед не го, напротив,
открывает д ор огу для действител ьной со ­
зна тел ьной активности, ос воб ожд а я ин­
телл ект от чванливости формали зо ва нно­
го рассудка.
Автор показы вает, что ра злич ны е фор­
мы отражения действительности, создан­
ные человеком в его твор чес кой практике,
стремятся к полноте ее отражения, ни­
когда не исч ерпыва я этого океана бе с ко ­
нечности. Каждая из этих форм имеет
свои достоинства, каждой из них прису­
щи и недостатки. Науч ное отра же ние
мира в поняти ях, ра скры вающе е бе ско ­
нечно сть потенциальную,
знач ительно
мень ше , чем искусство, спос обно к отра­
же нию б есконеч ности актуальной, б еск о­
нечности, данной в конкре тно м явле нии
и потому более доступной чувственности.
Рассудочность, убивающая искусство,—
сл едствие формализова нного со знан ия,
утра тившего истину дейс твительности,
за менившего ее «вагнеровской» актив­
ностью. Мих. Лифшиц остроумно высмеи­
вает чванливость р ас судка с его внут­
ренним нигилистическим убеждением в
том, что никакой объе ктивной истины
в жизни нет и потому «все дозволено».
Это активность парвеню, выскочки, «ж и­
тейская фил ософ ия маленькой бестии,
тр ебующ ей себ е львиную долю добычи,
жа лкая теория, согла сно которой все
львы, изве стны е древнему и новому
миру, были в сущности только крысы,
ловко скрывающие свою мел кую ж ад ­
ность» (с. 254). Знач ите льно раньше
Адорно и Хоркхаймера вуль гар ная с о­
циология д вадцатых год ов отразил а прак­
тику «маленькой бестии», пытавшейся
превратить социа лизм в казар му с ее р ас­
судочной регл аментированнос тью и си­
сте матиза цией, открывавшими с вободу
демонической активности и манипул яции
людьми.
Леваческое насилие над д ей ствител ь­
ностью приводи т в конце концов, но со ­
вершенно неизбежно вправо, к возрожде­
нию отжи вш его , реа кционного, аб страк­
ция прогр есс а за ме н яетс я круговор отом,
замы ка нием цикла. Только тогда, «когда
со циал истическ ая д ем окр атия по нимает,
что н ел ьзя упра вл ять хо зяйство м и куль­
турой военно-админис тр ативным методом,
что план нуждается в живом интересе
миллионов лю дей и всякий контроль тре­
бует, в свою очередь, контроля над собой
со стороны народны х масс, это —- размы ­
кание цикла, борьб а против кру говорота
и связа нного с ним историче ско го р азоч а ­
рования... Даже самому развитому и бо­
гато му общ еству грядущ их поколений
будет ну ж е н коллективный Сократ, чтобы
умерить собственное чванство и разумно
оценивать свои силы, н е превращ ая прог­
ресс науки и техники в Молоха потен­
циальной бесконечности» (с. 30 1).
Нелицеприятная по ле мика, столь ред ­
кая в наш ей философс кой литер атур е,
никогда не была д л я Лифш ица способом
све д ен ия личных счетов. Бескомпр омис­
сный и открытый науч ный спор, не зна ю­
щий над собой иного суда, кроме суда
объ ективной истины,— вот пример, кото­
рый демонстр ировал и кл ас сики мар кс из­
ма. Мих. Лифшиц следовал ему как в ли­
тературных сражениях тридцатых годов
с вульгарной социол огией, так и в своей
пол емике
шестидесятых—семидесятых
годов, какими бы личными неприятно­
стями эта полемика для него ни обора­
чивалась.
Новой книге Мих. Лифш ица, как и
другим его работам, опубликованным и
еще ждущим публикации, суждена, на
мой взгл яд, дол гая жизнь. И не только
по то му, что пу стозвонст во и бе спринцип­
ность в науке и жизни, против которых
направлена эта книга, н е могут, к с ож а­
лению, исчезнуть «по щучьему велению».
Труды Лифшица, посвященные, как пра ­
вило, специа льным вопросам эс тетики и
философ ии, рас крывают смысл гор азд о
более широк их явле ний и процесс ов со­
вре менной общественной ж изни.
В. Г. АРСЛАНОВ
С. Д. СМИРНОВ. Пс ихол огия образа: пробл ема активности
психического отражения. М., изд-во МГУ, 1985, 231 с.
Широко известны мысли В. И. Ленина
о значении данных психологии для раз­
работки теории по зна ния и диалектики.
В современных исследованиях филосо­
фов активно обобщаются последн ие д о­
сти ж ен ия в области псих ол огич еской
на уки. В свою оч ередь, ни одна сколько-
ни будь значительная психологическая
работа, посвящ енна я исследова нию по­
знавательных процесс ов, не обходится
без выявления исходных философско-ме ­
тодо ло гич ес ких принципов. Но при этом
мож но
отметить два обстоятельства.
Во- первы х, психо ло ги неред ко ограничи­
163

ваются лишь и зл о ж ен ие м принципиаль^
но важных, но весьма общих положений
те ории познания. Во-вторых, сф ор мул и­
ровав те или иные ф илософские поло­
ж ен ия в кач естве пр еамбулы психологи ­
ческого и сс ле до ва ния, авторы часто «за­
бывают» о них с тем, чтобы в луч шем
сл уч ае показать в закл юче ние соответ­
ствие получ енных ре зул ьта тов исходным
философским посылкам. Понятно, что об
эвр истической функции собс твенно фи­
ло со фского знан ия в психол огич ес ком
исследовании в этом случае речи не идет.
Конечно, упре ки такого р ода могут
быть адресованы не всем работам по пси­
хологии. Положительным примером в
этом смысле, на наш взгляд, являе тс я
книга С. Д . Смирнова, по св ящ енна я ак­
ту альной и во многом д искусс ионной
пробл еме соотнош ения активного и ре­
активного нач ал в психич еско м отра­
же нии.
Основной тези с, который обосновыва­
ет автор, мож но сформул иро вать так:
в современной псих ол оги и не пре од оле ­
ны полностью упрощенные представле­
ния о психич еском образе как имеюще м
пре имущественно ада птивную и реактив­
ную природу, т. е . как о со вокупности
реакций на актуаль но во зд ействующую
стимуляцию. По мнению С. Д. Смирнова,
принцип активности, который принима­
ется практичес ки всеми советск ими пси­
хологами, не наш ел ещ е посл ед овател ь­
ной р еал изации в конкре тно -психол оги ­
чес ких теор иях образа. Вместе с тем со­
вре менная психо ло гия накопила «крити­
ческую массу» эмпирическо го материала
и смогла развить новые теоретич еские
по дходы , которые открыли п ер спективу
радикальной п ере стройки традиционных
сх ем ан ал иза познавател ьных проце сс ов
и полного во пло щ ен ия принципа актив­
ности в понимании их природы.
Обобщая р езул ьтаты многочисл енных
иссл едований проблемы отр аж ени я, ав­
тор особое внимание уделяет тем подхо­
дам, которые спо соб ст ву ют окончатель­
но му пр еодо лению бытовавших у нас
одно время упрощенных представлений
об о тра же нии как о пр оцес се, выражаю­
щемся прежде всего в изменениях, при­
вносимых извне в отра жа ющ ий субъект
отражаемым явлением. В основе о тра ж е­
ния л еж ит спос обность материальны х
объектов развивать о пред ел енны е внут­
ренние состояния навстречу внешним
объектам, имеющим нечто общее с при­
родой отражающего субъекта, а также
воспроизводить этими состояниями х а ­
рактер истики внеш него воздействи я и
таким образом компенсировать его во з­
мущающ ее влияние на цел остность от­
ражающ е го субъекта , содействова ть со­
хранению определенности последнего.
Однако, как под чер кивается в р аботе ,
отсюда не следует, что причина отраже­
ния лежит внутри субъекта. В этой связи
ва жно разли че ние источника образа и
его причины. Источник образа — о бъе к­
тивный мир, существующий вне отра­
жающего субъекта, причина ж е формиро­
вания образа — процесс вза имод ейс твия
отраж ающ его и отраж аемо го объектов.
Такое понимание открывает путь дл я
трактовки отр аж е ния как подлинно си­
стемного качества, ибо в проце ссе отр а­
ж ен и я (и его продукте) воспроизводи т­
ся то всеобщее, что пр исуще системе
«отража ющ ий
субъект — отра жаемый
объект». Отсюда следует, что отражение
как образ не является только принад­
лежностью
отр ажа ющ его
субъекта,
а есть про явление сущности как отра­
жающего субъекта, так и отражаемого
объекта, способ их существования друг
в друге за пределами их физических
границ. На зн ач е ние этого пол ож ен ия
для психологии в свое время обращ ал
внимапие С. Л. Рубинштей н.
Для анализа психического образа с у ­
щественное значение имеет дифферен­
циация понятий отра ж ен ия и вза имо­
дейс твия, ра сс мо трение разл ичных зн а ­
чений термина «отражение»: от ра же ние
как все общее свойство материи; как спо ­
собность отдельного об ъекта к отра ж е­
нию опреде ле нной сф еры реальности,
отр аж ен ие как процесс и как продукт
(образ) . В книге подч еркивае тся прин­
ципиальная возможность для пси хологии
обоснован но го в работа х р яда философов
по нимания от ра ж ения как способа раз­
решения противоречия между самоопре-
деляемостью (вну тре нней
обусловлен­
ностью) существования любого объекта
и его опр едел яем ос тью иным (вне шняя
обусловленность). Разреш ение этого про­
тиворечия о сущ ествляется путе м пре­
вращения внешних детерминант сущест­
вования объ екта в моменты его внут­
реннего самоопред ел ения.
Роль внутр енних дет ерми нант сущ ест­
вования, с амо д виж ения и са моизмене-
ния о бъе кта в процесс е отра же ния по­
зво ляет дать содержател ьный анализ
поняти я «активность». Активность мате­
риальных объе ктов являе тся не об ход и­
мым усл овием для развития их отра­
жат ел ьной спосо обно ст и, и наоборот.
В книге специа льно рассматриваются
сту пени в развитии а ктивно сти мате­
риальных объе ктов по мере у с л ож не ния
их ст ро ен ия и выделяются те парамет ­
ры, которыми хара ктер изу ются бо л ее
высокие у ровни активности.
Результаты философск ого
анализа
ключевых дл я пси хологи и понятий не ­
посред стве нно
испол ь зуютс я автором
при рас смотрении ра звития предс тавле ­
ний об а ктивной пр ир оде психич еского
о браза в истории психо ло гии и ра зработ­
ки эт ой проблемы крупнейшими шко­
ла ми психол огии XX века. Автор при­
хо ди т к выводу, что посл ед овател ьн ая
реализац ия принципа активности в по­
нима нии природы психич еского образа
во змо жна лишь при тр актовке его как
момента деятель ности. Именно по эт о­
му пути пошла со ветс кая психо ло гия,
достижениям которой
в разрабо тк е
проблемы активности пси хи че ск ого о тра ­
жения уделяетея особое внимание*
164

И все же, по мнению С. Д. Смирнова,
эта проблема не нашл а еще своего пол­
ного решения по той причине, что даже
в общепсихологической теории деят ел ь­
ности А. Н. Леонтьева, котора я внесла
наибольший вклад в ра зработ ку пробл е­
мы психологии активности, главное вни­
мание было уделено изу ч ению зависи­
мости психического отражения от дея­
тельности. Это было связано с домини­
рованием генетического анализа, сквозь
призму которого на первый план вы­
ст упа ет «страдательная» характ ер истика
п сихич ес ких
образований,
определяе-
мость их характером д еятел ьности. «Об­
ратное» влияние психики на деяте л ь­
ность, ее активная роль в инициации
и регулировании деятел ьности мож е т
быть адекватно схваче на лишь в ход е
функционального анализа, к оторому в
«деятельностном под ход е» уделялось зна ­
чительно меньш е внимания.
В главе «Образ и деятел ьность» цент­
ральное место отведе но понятию «образ
мира», в той его содержательной интер­
претации, которая да на в по сл ед них ра­
ботах А. Н. Леонтьева. Автор книги
убедите ль но
показыва ет возмож ность
выразить с помощью этого понятия как
генетическую зависимость образа от д ея­
тельности, так и первичность образа ,
его опр ед ел яющ ее влияние на деяте л ь­
ность в функционал ьном плане . В этой
связи намечаются основные ха рактер и­
стики «образа мира» как интеграти вного
образования познавательной сферы лич­
ности, рассматриваются некоторы е во­
просы его стан овл ения и развития в
онто ге незе, со от нош ение ч увстве нны х,
рациональных и эмоциональ ных про­
цессов на разных функционал ьных эта ­
пах становле ния образа . Выде ляются
активные и реактивные составляющ ие
в цел остном пр оцесс е пси хич еск ого отра­
же ния.
Для воплощения принципа активно­
сти в ма териал е ко нкре тно-психол оги ­
ческих иссл едований понадобило сь от­
казаться от ряда традиционных пред ­
ставлений. Речь, в ча ст нос ти, ид ет о
том, что назван о в рабо те «стиму льпой
парадигмой» функцион ал ь ной структу­
ры познавательных процессов. Согласно
этой традиции, пр оце сс постро ения об­
раза всегда на чина ется с возд ей ствия
внеш них стимуло в на органы чувств
и последующей переработки результа­
тов этих возд ействий (иногда назы вае ­
мых се нсорными данными или чувст­
венными впечатлениями) и постро ения
знач ащ его образа «на выходе». Дава я
убедительную критику этого подхода,
G. Д. Смирнов показывает, что при та­
кой трактовке образ может быть понят
лишь как реактивное образование. В до­
полнение к аргументам философско-ме­
тодологического характера автор при­
водит ко нкре тн о-психол огич ес кие и эм­
пириче ские да нны е в пользу того, что
исхо дным звеном процесса построения
образа в функциональ ном пла не явля­
ет ся «встречный» проце сс позн авател ь­
ного движения «от субъекта на внеш­
ний мир», содерж ание которого состав­
ляет система непрерывно ге нерируе мы х
познаватель ны х гипотез о пред метах —
источниках ожидаемой стимуляции. Со­
вокупность таких гипо тез и консти туи­
рует собой анализируемую часть образа
мира человека. Принципиально важ но,
что такие гипотезы ф орму лиру ются и
на языке мод аль но окра шенпы х чувст­
венны х данных. В работе пред ла га ются
и новые схемы анализа проце сс ов по­
стр оения и функционирования образа ,
которые до лжны быть про тивопоставл е­
ны стимуль но-р еа ктивной сх еме .
Говоря о нед оста тках работы, сл едует
отметить вре менами изл ишнюю полеми­
ческую заос тренно сть формулиро вок е е
тео ретической части. При чтении IV гла­
вы возникает ощущение диссонанса меж­
ду тщательностью и детальностью опи­
сани я собственных экс перимен тал ьных
иссл ед ований автора и очень лаконич­
ной, порой схе ма тичной формой изл о ­
ж ен ия литератур ных данных эмпириче­
ского и экс пер имента льного х аракт ер а
во II и III главах. Можно указать на
отдел ьные неточности и д испропорции,
допущенные при изложении историко-
философского материала.
Книга С. Д. Смирнова открывает пер­
спе ктиву широких исс ледо ван ий целой
об ла сти психол огич еских явле ний, кото­
рые развертываются до во зд ейс твия сти­
мула и оказывают реш а ющ ее влияние
на п роце сс формиро вания образа объ ек ­
та — источника стимуляции. Р азу ме етс я,
исс лед ования такого рода велись и рань­
ше, и автор тщательно собрал относя­
щийс я сюда материал и з истории пси­
хологии и со вр еменных работ. Однако
си сте мати чес кий ана лиз всего комплек­
са вопросов, каса ющ ихся природы и х а ­
рактеристик процессов, в ко торых в наи­
более концентрированном виде выра же­
на сущность активности в ее психоло­
гическом аспе кте, не мог быть начат
без необ ход имого теоретико -мето до логи ­
ческого обо сн ов ания и со ответ ствующ его
концептуального аппарата.
А. М. КОРШУНОВ
Ю. В. ИВЛЕВ. Сод ер ж ател ьная се мантика модал ьной логики.
М., изд -во МГУ, 1985, 170 с.
Одним из наиб ол ее интересны х с фи­
л ософской точки зр е ния и активно раз­
рабатываемых в по сл ед не е время р аз­
делов совреме нной логики являе тс я мо­
дальная логика. Она ставит своей з а ­
дачей экспликацию различны х возмож ­
ных
смыслов
та ких
по нятий, как
«необход имое»,
«сл уч айное»,
«воамож-
, 105

ное», «невозмож ное», и построение на
это й основе ло гич еских теорий, описы­
вающ их не об ход им ые связи по форме
м е ж ду высказываниями с модальными
тер минами.
Совре менная мод ал ьная логика воз­
никла в начале XX века. Первые мо­
дальные исчисления были построены
К. Льюисом при реш ении зада чи фор­
мализации классического поняти я логи­
чес кого сл едования. Как известно, под­
х од К. Льюис а к модальной логике был
чисто синтаксич еским: модальные си ­
стемы стро ились как акси омат иче ские
исчисления, а выбор тех или иных фор­
мул в качес тве аксиом оправдыва лс я их
соо тветствие м неким интуитивным пред­
ставле ниям о свойствах логического
сл ед ова ния, логиче ской необ ход имос ти
и возм ож нос ти.
Льюисовские системы долгое время не
имели а декватной се ман тич еской интер­
претации. Правда, в 1948 г. А. Тарским
и Дж. Мак - Кинси были предложены
ал гебраические семантики модальной
логики. Суть их состояла в том, чтобы
модаль ному исчисле нию поставить в с о­
ответствие некотор ую ал гебраическую
систему (множество объектов с выде­
ленными элемента ми и зад анны ми на
нем операциями и предикатами). Одна­
ко алгебраический подход к модальной
логике по существу не прояснял содер­
жатель ны й смысл модальных понятий.
Более приемле мыми в этом о тнош е­
нии оказались так назы ваемые р ел я­
ционные семантики, пр ед л ож е нны е в
50-60 -х годах С. Крипке, Я. Хинтиккой,
С. К ангеро м и другими. И стинностные
зна ч ен ия модальным формул ам припи­
сываютс я в этих с ема нтика х отно си­
тельно не ко то рой моде льной структуры,
которая состоит из непустого множества
(оно трактуется как множество возмож­
ных миров) и б инар ного о тнош ения, за ­
данного на этом множестве (оно пони­
мается как отношение достижимости
одного мира из другого).
Очевидно, что основные пон ятия ре­
ляционных семанти к (п онятия «во змо ж­
ного мира», «отнош ения достижимости
между мирами»,
«модел ьной структу­
ры») являются весьма абстрактными, и,
след овател ьно, экс пликация модальных
понятий, пр овод имая в рамках у к а за н­
ных семантик, не являе тся вполне удов­
ле тво рительной с с од ер ж ател ь ной точки
зр ения. Поэтому актуаль ной явл яе тся
зад ач а б ол ее глубокого семантического
а нал иза мода льных высказываний.
Некотор ыми у чеными были пред при­
няты попытки истолковать и сход ны е по­
нятия реляционной семан тики, нап ол­
нить их конкретным сод ер жа ние м. Так,
Е. К. Войшвилло пр ед ло ж ил трактовать
возможны й мир как описа ние сос тоя­
ния вместе с некоторым мно жес твом
законо в, а до стиж имость одного мира из
другого - как отношение между мно­
ж ес тва ми зак онов этих миров.
Другой путь преодоления недостатков
реляционной семантики сос то ит в том,
166
чтобы строить се мантику мод альной ло­
гики, отказавшись от ее исхо дны х аб :
страктных понятий «возмож ного мира»
и «достижимости» и и с х од я из менее
сильных абстракций и иде ал изаций.
Данный под х од и развит в книге
Ю. В. Ивлева.
Важней ш ая особенность дан но го под­
хо да - отказ от доминиро вавш его в ло­
гической нау ке с пос оба построе ния мо­
дальной логики, со сто ящ его в том, что
сначал а на ос нове расплывчатой инту и­
ции созда ютс я исчисле ния, а затем им
поды скиваются адекватные интерпр ета­
ции. Ю. В. Ивлев ид ет не от синтаксиса
к се мантике, а от семантики к синтак­
сису: пер воначально смысл модальных
понятий уточняется на содержательном
уровне и фиксируется с помощью точ­
ных се мантич ес ких средств, и лишь
пос ле этого р еш ае тся проблема форма­
л изации се мантики и с троит ся соответ­
ству ющ ее ей мода льное исч исл ение. Та ­
кой подх од явл яется, на наш взгляд,
более приемле мым и продуктивным.
Минимальная мод аль ная логика стро­
ится Ю. В. Ивлевым на основе класси­
ческого принципа двузна чн ости (всякое
выска зывание либо ис тинно, либ о л ож ­
но), а также с учетом того очевидного
факта, что зн ач ен ия модаль ных выска­
зываний, в отличие от других сложных
высказываний, не всегда жестко детер­
минированы зн ач ениями составляющ их
их высказываний.
Следует отметить, что Я. Лукасевич
стро ил минима льную мода льную логи­
ку, подобно К. Льюису, подбором ин­
туитивно приемлемы х постула тов, не
фор мул ируя точного логического смысла
тер минов «необходи мо» и «возможно».
Минимальная логика, по стро ен ная Ю. В.
Ивлевым, имеет перед системой Я. Лу-
касе вича то пр еимущество, что она ба ­
зируется на содержательно обоснован­
но й и точной сема нтике мода льных по­
нятий.
Расшир ения минимальной мода льной
логики о существляются автором за счет
отказа от принципа двузначности и вве­
дения в семантику четырех возможных
зна че ний высказываний: нео б ход има я
истина, сл уч айн ая ис тина, сл уч айн ая
ложь, необходимая ложь. Различение
д ву х типов истины и лж и выглядит
весьма естественным и о пира етс я на
со ли дну ю фил ософс кую и логическую
трад ицию. Те пер ь оказываются во змо ж ­
ными различные определения условий
истинности модальных высказываний,
что «зависит от типов ана лизиру емы х
высказываний. Сами ж е типы высказы­
ваний обусловливаются об ластями д ей ­
ствительности, утверждениями о фактах
которых эти высказывания являются»
(с. 24). Более того, теперь имеется со­
держательное основание для отказа от
обычного понимания ло гиче ских связок
как функций, которые знач ениям со­
ставляющ их со пос тавляют единственно
во змо жн ое зна ч ение сл ожн ого высказы-

ванпя. Например, очевидно, что конъ­
юнкция случ айно истинного и с луч айно
ложного высказывания может быть лож­
ной как случ айно, так и нео бходимо .
В книге описаны девять систе м мо­
дальной логики, п олу ча ющ их ся за счет
различных комбинаций опреде л ений мо­
дальных оператор ов и ло гических свя­
зок. Указанные системы являются ори­
гинальными, они сущ ественно отлича­
ются от нормальных сис те м модальной
логики (в частнос ти, в по ст ро енных
Ю. В. Ивлевым сис тем ах от сутс тву ет
правило Геделя, позв оляющ ее присоед и­
нять знак необ ход имос ти к любой дока­
зуемой формуле). По мнению автора,
эти системы, в отличие от но рмальных,
эксплицируют не логические модально­
сти, а неко торые типы фа ктич ес кой н е­
обх од имости и возможнос ти, относ ящ ие­
ся к различным областям д ействител ь­
ности.
В рецензируемой работе представле­
ны т акж е с еман тики нормал ьных систем
модал ьной логики, построенные б е з ис­
пользо вания
абстракций
«возмож ного
мира» и « дос тиж имости од ного мира из
другого». Модель для оценки модальных
высказываний в се манти ках, пред ло ж е н­
ных Ю. В. Ивлевым, предс тавляет н е­
которое множ ес тво кла ссич еск их опи са­
ний состояний, по луч ен ное из мно же ства
всех описа ний состояний с помощью
орга нич енйй на ло гиче ские формы эл е­
мента рных
высказываний в со ставе
сложного . Дан ные огр аничения суть х а ­
рактерист ики некоторы х формул как ло­
гически выполнимых или невыполни­
мых, а та кж е хар ак тер истики мно жеств
формул
как ло гически пр отивор еч и­
вых пли непротивореч ивых. Законами
модальной логики явл яются формулы,
истинные при любых огран ичениях мно­
ж е ства описаний состо яний.
Варь ируя хар актер ука за нных огра­
ничений, автор получ ает семантики,
адекватные нормальным сис те ма м S5*
S4, М. Дос тои нство построенных Ю. В.
Ивлевым семантик состоит не только в
их большей конкретности и содержа­
тельности по с равнению с рел яцио нны­
ми семантиками, но т акж е в том, что
они да ют эффективный метод проверки
в ко нечн ое число шагов, является ли
пр оизвол ьная формула за коном той или
иной системы модал ьной логики.
В книге сф ор мулированы та кж е си­
стемы с дву мя типами модальностей:
логическими и фактическими. Предл о­
женный автором п од ход распростран я­
ет ся на сема нтичес кое постро ение ра з­
личных систе м модал ьной логики пре­
дикатов.
Большой и нтер ес предста вл яет и пред­
л о ж ен на я автором с исте ма деонтич еской
ЛОГИКИ.
Содерж ател ьное исс ледо вание Ю. В.
Ивлева не лишено отдель ны х нед о ста т­
ков. Строя логику фактических модаль­
ностей, автор дает только три опред е­
ле ния модальны х операторов. Однако
существуют и другие, приемлемые, с со­
дер ж ател ь ной точки зрения, и нтерпр е­
тации модаль но ст ей в рамках данного
по дхода . Такйм образом, некоторые ин­
тер ес ные системы логики фактичес ких
модальностей, к сожалению, остались за
рамками монографии. Чтение ее затруд­
няется чересчур громоздкими и длин­
ными
доказательствами адекватности
модальны х исч исле ний соответству ющ им
семантикам. Эти до каза тел ьства мо жно
было значительно упр остит ь и сде ла ть
компактными, используя более современ­
ные методы. О пред еления некот оры х
вводимых автором понятий нед остат оч но
четки и строги (напри мер , д ава емое на
с. 84 о пр ед ел ени е ограниченного мно­
жества описаний состояний). Имеются
случ аи неудачного использования тер­
минологии. В частно сти, знаки д еян ии
в де онтич ес кой логике Ю. В. Ивлева
уместней
называть
квазиформу ла ми,
а не субформул ами.
И. А, ГЕРАСИМОВА, С. А. ЛЕБЕДЕВ
В. В. БАБКОВ. Московская школа эвол юцио нной генет ики. Отв. ред.
акад. Д . К. Бе ляев. М., «Наука», 1985, 216 с.
Рецензируемая книга посвящена оте­
че стве нной тр адиций в у че нии о микро­
эволюции, пр едставл енной школ ой С. С.
Четверикова.
Широко известно, что
С. С. Четвериков в за меч ател ьном т ео­
ретическом исследо вании 1926 г. о б ъ­
ед инил дарвиновские принципы ес те ст­
венного отбора и менде левс кое у ч ен ие
о наследовании и заложил тем самым
основы теоретиче ск ой и экс пер имента ль ­
ной генет ики попул яций. Аналогичные
об общ ающ ие работы, ос уществленные
н еза висимо в р амках иной биологиче­
ской традиции в 1930-1932 гг., опубли­
ковали Р. Фишер, С. Райт и Дж. Б. С.
Холдейн. Однако до книги В. В. Бабко­
ва немного было изве стно об исто ках
эволюционной концепции С. С. Ч е тве ­
рикова, о ее спе цифике в ср авнении с
англ о-а мериканскими
ис следо ваниями,
о ее вкладе в гене тику популяций, о ее
знач ении д ля ны неш них биологов, р е­
шающих сложные вопросы о путях и
спо со ба х биологич еской эволюции.
В истории и мет одол огии н аук и стало
уже общим местом положение о том, что
о публикование в 1905 г. А. Эйнштейном
статьи «К электродинамике движущихся
тел» привело к коренным пр еобразовани­
ям в ф изи ке. Идеи, высказа нны е в этой
статье, ре вол юционизиро вали в Дальней­
шем учение о космосе и микромире*
167

о движений й энергии,- о пространстве и
вре мени. И как-то неп ростител ьно мало
обращается внимания на то, что по су­
ществу такого ж е рода революционные
пре образования в биологии вызвала
статья С. С. Ч етвер икова «О неко торых
моментах эво люционного процес са с точ­
ки зр ен ия со време нной генетики». Как
отметил в преди сл овии к рец ензируе мой
книге акад. Д. К. Бел яев, ид еи Ч етвер и­
кова сообщили всей пр об лематике эволю­
ционной генет ики импуль с столь знач и­
тельной силы, что его влияние нал ож ил о
яркий отпе чаток на все работы в д анной
области. Достоинство книги как р аз и со ­
стоит в том, что ее автор детально и ар­
гумен тированно по казал: статья Ч етвер и­
кова послужила программой для после­
дующ е го построе ния популяцио нной и
эвол юционной генетики, а ее реал изацию
осуществили уч еники Четвер икова, сос та­
вившие московскую шко лу эво люционной
генетики.
В книге собран богатый материал , по­
черпнутый главным образом из почти не ­
доступ ны х изд аний и архивов. Правда,
не так давно стар аниями проф. 3 . С. Ни-
коро были опубликованы главные труды
С. С. Четверикова («Проблемы общей био­
логии и генетики», Новосибирск, 1983).
Однако целый ряд ныне забытых или н е ­
оцене нных уч еных впервые показан в
полный рост именно в книге В. В. Баб­
кова; впрочем, и основное исс ледо вание
С. С. Ч ет вер икова по эволюции с точки
зр ения биоло га-эвол юциониста наших
дней т акже про комментиро вано в этой
книге. В резул ьта те за пол н ен известный
пробел в наш их предст авле ниях о разви­
тии эво люционной биологии XX века. Это
важно и потому, что в работах последне­
го времени по филос оф ии биологии на ме ­
тилась те нд енци я опира ться на один и
тот ж е наб ор источников, огранич енный
и н ед оста точно ре пре зе нтативный. Сле­
дует приветствова ть введе ние в науч ный
о бих од целого ряда источников, пока не
попавших в пол е зр ени я фило софов.
Привлекая в каждой главе новый фак­
тический материал, автор посл едо вател ь­
но провод ит мысль, что два момента на ­
учной деятельности С. С. Четвер икова —
интересы на тура листа и сис те мный п од ­
ход — определили существенные отличия
его концепции от концепций его зап ад ­
ных коллег. Созд ание С. С. Ч етвериковым
экс пер именталь ной генет ики по пул яций
было очень скоро подхвачено на Западе
благодаря работам, ра звер нуты м Ф. Г.
Добржанским в США, Н. В. Тимоф ее вым-
Ресовским в За пад ной Европе, отчасти
благодаря Дж. Б. С. Холдейну, который
привлек к этому кругу вопросов своих
учеников в Англии. Ина я судьба была у
системного по д хода С. С. Четверикова .
Следуя ему, уч ени ки Четвер икова соче­
тали изучение передачи генов и популя­
ционной динамики с изучением осущест­
вления генов (феногенетика). В совокуп­
н ост и эти линии исс ле до ваний составил и
целостную неразрывную теоретическую
концепцию.
Фоногенетические работы
дали ценный мат ери ал И. ЙЛПмалъгаузе-
ну для его теор ии стабилизиру ющ его от­
бора. Напротив, в школ е Т. Г. Моргана
редукцион истс кая ориентация, прине с­
шая успех в составлении карт хромосом,
накладывала запрет на пр обл ему осуще ­
ствления. (Заметим, что с этой ос обе н­
ностью моргановской школы была связа ­
на ее критика в 1920-е годы). Феногене­
тика на Западе стала развиваться чуть
п о зж е К. Уоддингтоном, И. М. Лернером
II С. Дарлингтоном обо собленно от тр анс­
миссионной и по пул яционной генетики;
работы эти х авторов (как и И. И. Шмаль-
гаузена) и сейчас еще недостаточно оце­
нены именно и з- за р едукционистской
ориентации. Однако материалы книги
свиде те ль ствуют, что в систе мном по д хо ­
де С. С. Четверикова (бывшем причиной
недопо ниман ия его концепции в 1930—
40-е годы) за л о ж ен высокий идейный по ­
те нциал, который може т сыграть свою
роль в реш ении на сущной зада чи биоло­
гии наших дней — построении общей кар­
тины процесс а эвол юции.
В этой связи интересна и проходящая
красной нитью чер ез всю книгу мысль
автора о нера вноценност и теор ет иче ск их
моментов в концепции С. С. Четверикова.
Автор пока зывает, как шаг за шагом кон­
кретизиро вал ась и обогащ алась новым
смыслом централ ьная пр облема С. С. Ч ет­
верикова — природа и поддержание из­
менчивости в п оп уляциях; как все б ол ее
полное выраже ние нах од ил его си стем­
ный под ход и что это было возможно
ценой проверки, шаг за шагом, уточнений
и д еф ормаций первон ачаль ной модели
эволюционного изме не н ия (возникнове ­
ние мутаций — повышение их концент­
раций — отбор) и в конечном счете р ез­
кого ограничения сферы е е примен имо­
сти, когда были найдены предпосылки
для постр оения бол ее адекватной модели.
Книга производи т цел ьное впечатле ­
ние. Текст очень ко нцентрир ованный,
и материалы книги могут быть разверну­
ты в несколько новых книг. Одна из них,
яесомпенно , будет посвящ ена истории
«эволюционного синтеза». В частых сей­
час обсуждениях «современного синтеза»
общеприняты м являетс я р азл иче ние тр ех
этапов, или трех компонентов синтеза
(объ еди не ни е дарвинизма и менде лизма;
с о зда ние теор ии генетики п опул яц ий как
ядра теор ии эволюции; стр емле ние по­
ставить ге нети ку по пул яций в центр кру­
га дисципл ин, включающих зоологию, бо­
танику, систематику, палеонтологию).
Материалы рецензируемой книги указы­
вают на во змо жнос ть иных р еконструк­
ций эвол юционного синтеза и пр ед о сте­
регают от абс ол ютизации широко р ас­
пр ос тр аненной схемы.
Не пр иход итс я сомневаться, что книга
В. В. Бабкова привл еч ет внимание не
только биологов, историков науки, но и
методологов и философ ов е сте ст возн а­
ния и сослужит им хорошую службу.
В. А. ШУКОВ
168

К сведению руководителей и участников
философских (методологических) семинаров
и в помощь занимающимся в системе политического
и экономического образования и самообразования
В 1—3 номерах журнала «Вопросы
философии» за 1987 г. опубликованы по
рекомендуемым темам следующ ие статьи,
посвящ енные социальным и методо ло ги­
ческим проблемам у скорен ия науч но -т ех ­
нического прогресса:
Тема 1. Партийное руководство
ускорением научно-технического
прогресса (НТП)
1. Передо ва я. — Проблемы перестройки и
за да ч и ф ило софии на современном этапе,
No1,с,3-20.
2. В. С. Семенов. — Диал ектика со вер ш ен­
ствования у скорения, пер ес тр ой ки в со ­
временном развитии со ветск ого общества.
Статья вторая, No 1, с. 21 —40.
3. В. Н. Кудрявце в. — Взаимос вязь право­
вого ре гул иро вания и специаль ны х инте­
ресов, No 1, с. 41 —51.
4. Н. П. Федоренко, В. Л. Перламутров. —
Хозрасч ет ные отнош ен ия — динамика и
перспективы , No 2, с. 3—16.
5. В. Г. Смольков.— С оциалистичес кое со ­
ревнование : опыт, проблемы, пе рсп екти ­
вы, No 2, с. 30—41.
6. Р. Г. Яновский — Человек в условиях
ускор ени я социал ьно- экономич еского и
духовного развития страны, No 3, с. 3—
10.
7. В. Г. Фед отова. — Духовность как фак­
тор перестройки, No 3, с. И —28.
Тема 111. Роль хозяйственного механизма
в ориентации экономики на
максимальную восприимчивость к НТП
1. Н. П. Федор енко, В. Л. Перла мутров. —
Хозр ас четны е о тно шения — динамика и
перспе ктивы, No 2, с. 3— 16.
2. В. Г. Смольков. — Социалистичес кое со­
ревнование : опыт, проблемы, пер сп екти ­
вы, No 2, с. 30—41.
Тема V. НТП и общеметодологические
проблемы технических наук
1. Передо вая. — Проблемы перес тр ойки и
за да чи философии на совреме нном этапе,
No1,с.3-20.
2. Г. И. Рузавин.— Человек и робот (О не­
которых философских и социальных
проблемах роботизации), No 2, с. 67—79.
3. Л. Тондл, И. Пейша (ЧССР).— Методо­
логические аспекты системного проекти­
рования, No 2, с. 87—96.
4. Ф. И. Гиренок.— Теоретическая биоло­
гия и биотехнология (Проблемы фило­
софского анализа), No 3, с. 53—65.
Тема VI. Методологические и социальные
проблемы развития машиностроения
1. Г. И. Рузавин. — Человек и робот
(О некоторых философских и социальных
проблемах роботизации), No 2, с. 67—79.
2. Ф. И. Гиренок.— Теоретическая биоло­
гия и биотехнология (Проблемы фило­
софского анализа), No 3, с. 53—65.
Тема VIII. Активизация человеческого
фактора — необходимое условие
ускорения НТП
1. В. С. Семенов.— Диалектика совершен­
ствования, ускорения, перестройки в со­
временном развитии советского общества.
Статья вторая, No 1, с. 21—40.
2. В. Н. Кудрявцев. — Взаимосвязь право­
вого регулирования и социальных инте­
ресов, No 1, с. 41—51.
3. Н. П. Федоренко, В. Л. Перламутров.—
Хозрасчетные отношения — динамика и
перспективы, No 2, с. 3—16.
4. В. Г. Смольков.— Социалистическое сог
ревнование: опыт, проблемы, перспекти­
вы, No 2, с. 30—41.
5. Р. Г. Яновский — Человек в условиях
ускорения социально-экономического и
духовного развития страны, No 3, с. 3—
10.
6. В. Г. Федотова.— Духовность как фак­
тор перестройки, No 3, с. 11—28.
Тема XI. Сохранение мира, прекращение
гонки вооружений как важнейшая
проблема современности
1. Г. И. Тункин. — О необходимости науки
о межгосударственной системе, No 1,
с. 85-93 .
2. Д. А. Волкогонов.— Современный
джингоизм, No 3, с. 106—119,

Информация о результатах проведения
открытых конкурсов на создание учебников
для студентов высших учебных заведений
по философии, политэкономии
и научному коммунизму
В соответствии с совместным ре ш ени­
ем Министерства высшего и сред него
специаль но го образования СССР, А каде­
мии нау к СССР, Акад емии общественных
наук пр и ЦК КПСС, Инс титута маркс из­
ма-л енинизма при ЦК КПСС и Политиз­
дата с 1 сентября 1983 г. до 1 сентября
1986 г. про ход ил и открытые ко нкурс ы на
создание учебников для студентов выс­
ш их уч еб ных за вед ений по марксистско-
л енинской философии, пол итической эко­
номии и на уч ному коммунизму .
На конкурс уч ебников по марксистско-
ленинской философии под де виза ми было
пред ставл ено 22 рукописи, по по литич е­
ской экономии — 17 рукописей и нау ч но­
му к оммунизму — 8 рукописей.
Жюри конкурса уч еб ников по курсу
мар ксистско-лен инской философии реш и­
ло первую и вторую премии не присуж­
дать. Третья премия присуждена рукопи­
си под девизом «Ясень» (автор — чл. - корр.
АН СССР А. Г. Спиркин), поощри­
тельные премии пр ису жде ны рукопи сям
п од девиза ми: «Синтез» (автор — доцент
ка федры фило софии Уральского науч но­
го центраАНСССРВ.И.Корюкин),
«Красная гвоздика» (автор — доцен т ка­
федры фило соф ии и нау чного комму ни з­
ма Славянского государс тве нного пед а­
гогического инст итута В. Й. Филатов),
«Эстафета» (автор — доктор философ ских
наук, пр офе сс ор , зав. кафедрой Саратов­
ской высшей партийной школы С. Г. Б о р-
щов).
Жюри конкурса учебников по курсу
политич еской экономии реш ило не при­
суждать первую, вторую и третью пре­
мии. Поощрительные премии присужде­
ны рукописям под девизами: «Уча—
учимся» (рукопись подго товл ена коллек­
тивом авторов под руководством доктора
экономических наук, профессора, зав. ка­
федрой пол итической экономии ес те ст ­
венных факультетов МГУ В. В. Р а д а е-
ва),
«Факел» (рукопись подготовлена
коллективом авторов под руководством
доктор а экономических наук, проф есс о­
ра, зав. каф едрой политической экономии
Московского экономико-ст атис тичес ко го
институ та А. Д . Смирнова), «Ленин­
град» (авторы — профессор АОН при ЦК
КПСС М. И. Волков, академик АН
СССР А. М. Румянцев, профессор, зав.
отделом Института мировой экономики
и международных отношений АН СССР
Ю. И. Юданов).
Жюри конкурса учеб ников по курсу
научного коммунизма решило не присуж­
дать первую и вторую премии. Третья
премия присуждена рукописи под деви­
зом «Прогресс» (рукопись подго товл ена
коллективом авторов под руководством
доктора ф илос офс ких наук, пр оф ессор а,
зав. ка федрой науч ного коммунизма ИПК
при МГУ Е. А. Ануфриева). Поощри­
тельные премии при су жд ен ы рукоп исям
под девизо м: «Ускорение» (рукопись под­
готовлена коллективом авторов под ру­
ководством д октора фил ософ ск их наук,
профессора, зав. каф едрой науч ного ком­
мунизма ЛГУ А. К. Белых), «Комму­
нист» (рукопись под го товлена коллекти­
вом авторов под руководством доктора
философ ских наук, профессора , зав. ка­
федрой науч ного комму низма Московско­
го государственного института междуна­
родных отношений Э. В. Тадевосяна).
Организации-учредители
выражают
благодарно сть всем лицам, принявшим
участие в конкурс е.

JАкадемик Марк Борисович Митин
Советская философская наука понесла тяжелую утрату. На 86-м году
жизни скончался член КПСС с 1919 года, лауреат Государственной пре­
мии СССР, председатель Научного совета АН СССР по проблемам зару­
бежных идеологических течений, вице-президент Философского общества
СССР академик Марк Борисович Митин.
Научная общественность нашей страны, других социалистических
стран знала М. Б . Митина ка к видного советского философа, специалиста
в области диалектического материализма, истории философии, критики
буржуазной идеологии, организатора науки, партийного и общественного
деятеля.
Ветеран партии М. Б . Митин весь свой талант ученого и организатора
науки отдал борьбе за идеалы марксизма-ленинизма, развитие советской
философской науки.
Академик Митин внес значительный вклад в работу Академии наук
СССР как заместитель директора Института философии, член редколлегии
журнала «Под знаменем марксизма», член Президиума АН СССР, главный
редактор журнала «Вопросы философии» , зам естите ль академика-секре-
таря Отделения философии и права, председатель Научного совета по
проблемам зарубежных идеологических течений АН СССР. Он явл ял ся
одним из основателей и председателем правления Всесоюзного общества
«Знание».
Большой организаторский талант Марка Борисовича Митина раскрыл­
ся на ответственной партийной работе — директора Института марксизма-
ленинизма при ЦК ВКП(б), ответственного секретаря редколлегии теоре­
тического органа партии журнала «Большевик», шеф-редактора газеты
«За прочный мир, за народную демократию», профессора Академии об­
щественных наук и руководителя кафедры Высшей партийной школы
при ЦК КПСС. М. Б . Митин был делегатом III съезда РКСМ и несколь­
ких партийных съездов, неоднократно избирался членом ЦК КПСС и де­
путатом Верховного Совета СССР. В тяжелы е годы борьбы с немецко-
фашистскими захватчиками М. Б . Митин во главе бригады лекторов ЦК
ВКП(б) и Политуправления РККА неоднократно выезжал на фронт.
Под его редакцией и при непосредственном участии были созданы
первый в нашей стране учебник «Диалектический и исторический мате­
риализм», трехтомное и шеститомное издания «Истории философии», мно­
готомное исследование по материалистической диалектике, а также ряд
других монографических исследований. Перу М. Б . Митина принадлежат
десять монографий и более 600 публикаций.
Большое значение для р азвития марксистской мысли имела подготов­
171

ка к публикации под руководством М. Б. Митина ряда работ К. Маркса
и Ф. Энгельса, четвертого издания сочинений В. И, Ленина. Крупный
вклад в популяризацию произведений классиков мировой философии
внесла деятельность академика М. Б. Митина как руководителя серии
«Философское наследие».
Значительную роль в развитии творческих контактов советских филосо­
фов с зарубежными учеными сыграл М. Б. Митин как участник несколь­
ких международных конгрессов по философии и другим научным дисцип­
линам. Будучи членом руководства Варненской международной философ­
ской школы, а также Международной Федерации философских обществ,
вице-президентом Философского общества СССР с момента его основания,
академик Митин с честью отстаивал позиции марксистско-ленинской фи­
лософии в идеологических дискуссиях с нашими идейными противниками,
защищал интересы советской науки.
За заслуги перед Коммунистической партией и Советским государст­
вом Марк Борисович Митин награжден тремя орденами Ленина, орденом
Октябрьской Революции, тремя орденами Трудового Красного Знамени,
орденом Дружбы народов, болгарским орденом Кирилла и Мефодия I сте­
пени, а также медалями.
Светлая память о большом ученом, публицисте и человеке Марке Бо­
рисовиче Митине навсегда сохранится в наших сердцах.

SUMMARIES
FEDOTOVA V. G. The Spirituality as a Factor of Restructuration.
The author considers the relationship between economic, social and spiritual pro­
gress, shows their contradictory unity requiring efforts to harmonize them. The impor­
tance of the upswing of the spiritual life of society for accelerated economic develop­
ment is pointed out. The spirituality as the axiological meaning of life, culture and
consciousness is discussed. Types of spirituality (aestheticism, theoreticism and ethi-
cism) and their real functioning in life, the arts, philosophy and science are analyzed.
The author comments on the polemic in the press on the problems of shaping modes
of spirituality. The role of philosophy in synthesizing the types of spirituality is dis­
cussed. The erroneousness of sociological reduction in studying spiritual processes is
shown. The categorical apparatus corresponding to the tasks of analysing spiritual life
by philosophy is considered. The content of the concepts of practical and theoretical
perception of the world and the unity of the types of this perception are revealed.
ANISOV A. M. Computers and the Understanding of Mathematical Proofs
The author discusses the correlation between the activity of a person having the
ability to understand the procedure of solving mathematical problems and the fun­
ctioning of a high-speed computer which, according to one of the views, possesses this
capacity not to a larger extent than other man-made devices and machines. Answering
the question about the epistemological status of theorems proved with the use of a
computer, the author points out that proofs by machines, contrary to the widespread
delusion, no necessarily apply to the sphere of results obtained experimentally. With
the fulfilment of conditions given in the article, proofs obtained by the use of a com­
puter have the same epistemological status as conventional mathematical demonstra­
tions.
LOSHCHAKOVA S. A. On the Pre-History of the Formation of Marxism
Ricardo’s theory of labour value formulated for the first time (at the level of an
antinomy) the contradiction of the bourgeois mode of productionbetween the deter­
mination of the value of the quantity of labour and the law of the inverse proportio­
nality of wage and profit. This antinomy provided an imaginary scientific basis both
for vulgar political economy and for «proletarian opponents of political economists».
The former absolutized capital and the latter labour. Seeing no guarantee of progress
in this contradiction both sides tried to get rid of it by denying one of the opposite
notions.
From the viewpoint of their theoretical content the doctrines of the «proletarian
S ents of political economists» represent a line of the degradation of the classical
of bourgeois political economy. The «socialist» interpretation of Ricardo’s theory
was a result of its vulgarization. That is why in his studies Karl Marx proceeded not
from the doctrines of «proletarian opponents of political economists» who tried to make
reality fit for one-sidedly perceived economic principles, but directly from Ricardo’s
theory of labour value, finding the key to solving the contradiction formulated in it
in turning labour force into the commodity. Therefore, Marx saw the relevant expres­
sion of the law of social development where «proletarian opponents of political econo­
mists» had seen the result of violence and deception.
The historical service of «proletarian opponents of political economists» lies not

in their theoretical conclusions which in their world-historical meaning went in some
cases further than David Ricardo did. It consists in the attempt to bring the socialist
ideal closer to the reality of their time and to integrate the trends of world political
thought which, along with classical German philosophy, shortly found their supreme
consummation in Marxism.
GENDIN A. M. Methodological Foundations fo Modern Bourgeois Futurology
The philosophical-methodological foundations of modem bourgeois futurological
thought are analyzed, the social causes of the emergence and development of this
major sphere of social studies in the capitalist world and its social functions are re­
vealed. It is shown that general philosophical schemes of positivism in its newest ma­
nifestations with their subjectivist-instrumentalist, empirical apprach to reality metho­
dologically contribute to the utmost to the implementation of the contradictory «social
bidding» addressed to bourgeois futurology by the outmoded social system. A positivist
approach, now complemented more and more frequently by anthropologism in consi­
dering social phenomena, is typical of the theoretical interpretation of social prognosti­
cation in modern bourgeois futurology and, at the same time, serves as a starting point
of forecasting in capitalist society.
It is shown that absolutizing the role of the subjective factor and the goal — orien­
ted principle in forecasting the future, bourgeois futurologists increasingly abandon the
treatment of forecasting as a reflection and cognition in favour of its purely volunta­
rist interpretation as the «invention» and «design» of the future in accordance with
the subject’s axiological orientations and preferences. It is stressed that in all basic
concepts of present-day bourgeois futurology there is an inherent kinship between
such voluntarist methodology and reactionary political orientations.
VOLKOGONOV D. A. Modern Jing ois m
The present policy of imperialism’s aggressive circles is analyzed. This policy
marked by militaristic and chauvinistic ideas is akin to jingoism. The author reveals
the ties between the policy of neoconservatives and the interests of the US military-
industrial complex and explains who will benefit from the arms race in space.
It is stressed that the only real alternative to the crazy nuclear arms race is the
policy of the Soviet Union and other socialist countries for international detente and
against the militarization of space.
The conviction is expressed that despite the militarists’ intrigues a nuclear war
w ill be prevented by the forces of peace and progress.
BOGUSLAVSKY V. M. Sebastian Castellion’s Scepticism and Rationalism
The similarity and differences between scepticism of Sebastian Gastellion, a 16th-
century humanist and proponent of the freedom of thought and religious tolerance, and
gnoseoiogy of Nicolas d’Autrecour and Erasmus are discussed. Proclaiming sensual
experience and reason as the only criteria of truth in all fields, including religion, Se­
bastian Castellion called on people to show scepticism towards everything which can­
not be checked up by these criteria. Castellion’s views are close to the doctrine of
Erasmus who was also convinced in the rationality of Christianity (as he understood it),
but Castellion sharply counterposed knowledge and faith, proving that one believes in
something if he does not know the thing, and that with the acquisition of knowledge
the necessity of faith disappears. Here he greatly disagrees with Erasmus who did not
see any difference between true knowledge and true faith, between «Christ’s philosophy»
and «Christ’s religion». As far as the Scripture is concerned, Castellion’s stance also
differs considerably from Erasmus’ views. Erasmus did not recognize the fact that there
are mistakes and even nonsense in the Bible. On the contrary, Castellion maintained
that the Bible contains a lot of erroneous and meaningless passages and many contra­
dictions and that the same criteria of truth must be applied to biblical texts as to all
other texts.
The author proves that there is an obvious inconsistence in Castellion’s statements
on the question whether the basic theses of Christianity are knowledge or not. He
points out that Castellion’s doctrine coiitains the embryo of the idea of progress in
man’s cognitive activity.

CONTENTS
R. G. YANOVSKY. Man under Conditions of Acceleration of the Socio-Economical and
Spiritual Development of the Country. V. G. FEDOTOVA. The Spirituality as a Factor
of Restructuration. A. M. ANISOV. Computers and the Understanding of Mathematical
Proofs. N. A. AITOV (Ufa). Relations Connected with Settling. F. I. GIRENOK. Theore­
tical Biology and Biotechnology (Problems of a philosophical analysis). S. A. LOSH-
CHAKOVA. On the Pre-History of Marxism. 0 . D. SIMONENKO. The Methodological
Features of Theoretical Engineering Knowledge. V. A. LOS. Socialism and the Global
Problems of the Present Time. A. M. GENDIN (Krasnoyarsk). Methodological Founda­
tions of Modern Bourgeois Futurology D. A. VOLKOGONOV. Modern “Jingoism”.
V. M. BOGUSLAVSKY. Sebastien Castellion’s Scepticism and Rationalism. F. V. KON­
STANTINOV. The 90 Anniversary of Sava Ganovsky. LETTERS TO THE EDITORS;
PHILOSOPHY ABROAD; LIFE IN SCIENCE; BOOK REVIEWS; ENGLISH SUMMA­
RIES.
SOMMAIRE
R. G. IANOVSKI. L’homme sous les conditions de Tacceleration du developpement so-
cio-economique et spirituel du pays. V. G. FEDOTOVA. La spirituality comme facteur de
la restructuration. A. M. ANISSOV. Computer et la comprehension des demonstrations
mathematiques. N. A. AITOV (Oufa). Du probleme social de Tetablissement. F. I. GIRE­
NOK. La biologie theorique et biotechnologie (problemes d’une analyse philosophique).
S. A. LOCHTCHAKOVA. Sur l’histoire des idees precedents la formation du marxisme.
0. D. SIMONENKO. Les particularites methodologiques du savoir theorique dans la do-
maine de la technique. V. A. LOS. Socialisme et les problemes globaux de l’actualite.
A. M. GUENDINE (Krasnoyarsk). Les orientations methodologiques de la futurologie
bourgeoise moderne. D. A. VOLKOGONOV. Le jingoisme moderne. V. M. BOGUSLAV-
SKI. Scepticisme et rationalisme chez Sebastien Castellion. LETTRES A. LA REDAC­
TION; VIE SCIENTIFIQUE; NOTES CRITIQUES; RESUME EN ANGLAIS.
INHALT
R. G. JANOWSKIJ. Der Mensch unter den Bedingungen der sozialokonomischen und
geistigen Entwicklung des Landes. W. G. FEDOTOWA. Das Geistige als Faktor der
Umstrukturierung. A. M. ANISSOW. Computers und das Verstehen der mathematischen
Beweise. N. A. AITOW (Ufa). Die Sozialprobleme der Ansiedlung. F. I. GIRENOK. Theo-
retische Biologie und Biotechnologie (Probleme einer philosophischen Analyse).
S. A. LOSCHTSCHAKOWA. Zur Vorgeschichte der Formierung des Marxismus. 0 . D. SI­
MONENKO. Die methodologischen Eigentiimlichkeiten des theoretisch-technischen Wis-
sens. W. A. LOSS. Sozialismus und die Globalprobleme der gegenwartigen Zeit. A. M. GEN­
DIN. (Krasnojarsk). Methodologische Orientierungen der gegenwartigen burgerlichen
Futurologie. D. A. WOLKOGONOW. Der moderne «Jingoismus». W. M. BOGUSLAW-
SKIJ. Skeptizismus und Rationalismus bei Sebastien Castellion. F. W. KONSTAxNTI-
NOW. Der 90. G ebu rt stag vo n S awa G ano wski. PIIILOSOPHIE IM AUSLAND; AUS DEM
WISSENSCHAFTLICHEN LEBEN; BRIEFE AN DIE REDAKTION; REZENSIONEN;
ENGLISCHE KURZFASSUNGEN.
SUMARIO
F. G. IANOVSKI. El hombre bajo las condiciones de la aceleracion del desarrollo socio-
economico у espiritual del pais. V. G. FEDOTOVA. La espiritualidad со то factor de la
restructuracion. A. M. ANISOV. El computer у la comprension de las demostraciones
matematicas. N. A. AITOV (Ufa). Los problemas sociales del establecimiento. F. I. GUI-
RENOK. La biologia teorica у biotecnologia (problemas del analisis filosofico).
S. A. LOSHCHAKOVA. La prehistoria de la formacion del marxismo. 0 . D. SIMENEN-
KO. Las particularidades metodologicas del saber teorico tecnico. N. A. LOS. Socialismo
у los problemas globales contemporaneos. A. M. GUENDIN (Krasnoyarsk). Orientacio-
nes metodologicas de la futurologia burguesa contemporanea. D. A. VOLKOGONOV. El «Jin-
goismo» contemporaneo. V. M. BOGUSLAVSKI. Escepticismo у racionalismo de Sebastian
Castelion. F. V. KONSTANTINOV. 90 anos del academico Sava Ganovski. GARTAS A
LA REDACCION; FILOSOFlA EN EL EXTRANJERO; VIDA CIENTIFICA; CRITICA
Y BIBLIOGRAFIA; RESUMEN EN INGLES.
175

Наши авторы
ЯНОВСКИЙ
Рудольф Григорьевич
ФЕДОТОВА
Валентина Гавриловна
АНИСОВ
Александр Михайлович
АЙТОВ
Нар иман Абдрахмановпч
ГИРЕНОК
Федор Иванович
ЛОЩАКОВА
Серафима Авнеровна
ЛОСЬ
Виктор Александрович
ГЕНДИН
Александр Моисеевич
ВОЛКОГОНОВ
Дмитр ий Антонович
БОГУСЛАВСКИЙ
Вениамин Моисеевич
—
доктор философских наук, п роф ессор, ректор АОН при
ЦК КПСС
—
доктор философских наук, старш ий научный со труд­
ник Института философии АН СССР
—
каидпда т фило соф ских наук, младш ий науч ный со труд­
ник Института фил ософии АН СССР
—
доктор философских наук, профессор, за ведующ ий ка­
федрой Уфимского авиационно го институ та им. Серго
Орджоникидзе
—
кандидат ф ил ософских нау к, уч еный секре тарь Цент­
рального совета фило соф ск их (методол оги чес ких) се­
минаров при Президиуме АН СССР
—
канд ида т ф илос офс ких наук, науч ный сотрудник Науч ­
ного совета при Презид иум е АН СССР по философским
п социальным пробл емам науки и тех ники
—
доктор философ ских наук, за местител ь предс ед ате ля
секции Науч ного сове та при Презид иу ме АН СССР по
философским и социальным проблемам н ау ки и
техники
—
доктор философ ск их наук, пр оф есс ор Красноярского
пе да гогич еского институ та
—
доктор философ ск их наук, профес сор , генерал-полков ­
ник, за ме ст ител ь начальника Главного полит ического
упра вл ен ия Советской Армии и Военно-М орского Фло­
та
—
■доктор философских наук, профессор, профессор-кон ­
сул ьта нт И нс титута фило софии АН СССР
Впервые публикуются в журнале «Вопросы философии»:
А. М. Анисов, С. А. Лошакова, А. Й. Вайткявичус , С. И. Гол осовский,
В. Г. Арсланов, И. А. Герасимова
РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:
В. С. Семенов (главный р ед а ктор), В. Г. Афанасьев,
Л. П. Буева, Б. Т. Григорьян, Ю. А. Зиневич (ответственный с е кр е тар ь), М. Т . Иов-
чук, В. Ж. Ке лле, Ф. В. Конс та нтинов, Н. И. Лапин, В. А. Лек торский, С. Р . Микулин-
ский, М. Ф. Овсянников, Т. И. Ойзерман, Н. В. Пилипенко, Ю. Н. Семенов, И. Н. Смир­
нов, А. И. Титаре нко, В. И. Шинкарук.
Технический редактор Е. 10. Пашкова.
Адрес редакции: 121002, Москва, Г-2, Смоленский бульвар, 20.
Телеф он 201-56-86 .
Сдано в набор 20.01 .87.
Под пис ано к пе чати 06.03.87.
Формат 70Xl08Vie.
Высокая печать.
Уел. печ. л. 15,4.
Учетно-изд. л. 17,31.
Уел. кр.-отт. 15,75
Тираж 26 000 экз.
Изд. No 932
Заказ М« 55.
2-я типография изда те льс тва «Н аука», 121099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 6.

Цена 80 коп.
Индекс 70156
МАГАЗИН «ПРОГРЕСС»
ИМЕЕТ В ПРОДАЖЕ И ВЫСЫЛАЕТ НАЛОЖЕННЫМ
ПЛАТЕЖОМ КНИГИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЗНАЕТ и ИЗУЧАЕТ
ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ:
НЕМЕЦКИЙ ЯЗЫК:
Брентано К- Избранное. М
.
: Радуга, 1985. Ц. 2 р. 80 к.
С параллельным текстом на русском языке. В сборник крупней­
шего представителя немецкого романтизма вошли эпическое
произведение «Романсы о розарии», лучшие стихотворения р а з­
ных лет.
Варкентин И. Осенний сбор. Сборник стихотворений.
М.: Прогресс, 1980. Ц . 1 р. Автор, немец по национальности,
пишет стихи о Родине, природе, а такж е лирические. Книга
включает переводы на немецкий язык стихотворений Брюсова,
Есенина, Блока и других поэтов.
Немецко-русский синонимический словарь. М.: Русский
язык, 1983. Ц. 5 р. 80 к.
ИСПАНСКИЙ ЯЗЫК:
Отеро-Сильва М. Избранное. М.: Прогресс, 1982.
М.: Прогресс, 1981. Ц . 3 р. 20 к. В сборник вошли роман
«Когда хочется плакать — не плачу», книги стихов «Хоральная
элегия Андресу Злою Бланко», «Море, которое зовется смерть»
и другие произведения.
ФРАНЦУЗСКИЙ ЯЗЫК:
Блок Ж. - Р . Избранное. М.: Прогресс; 1982. Ц. 1 р. 80 к.
Настоящий
сборник
включает
лучшие
произведения
Ж--Р . Блока, публициста, прозаика, поэта, вписавшего яркую
страницу в историю литературы Народного фронта Сопро­
тивления, поборника дружбы между СССР и Францией.
Клавель Б. Волчья пора. Роман. М.: Прогресс, 1978.
^
Ц. 1 р. 90 к. Роман-притча о судьбе человека, пережившего
трагедию своего времени.
Лакло Ш. Опасные связи. Роман. М.: Прогресс, 1978.
Ц. 2 р. 40 к. В книге воспроизводится картина разложения
нравов аристократического общества накануне Французской
буржу азной революции XVIII века.
Французская повесть 70-х годов. М.: Прогресс, 1982.
Ц. 2 р. 30 к. Издание представляет повести А. Стиля «Ребенок —
это бог», П. Модиано «Бульварное кольцо» и П. Флетьо «Исто­
рия о картине».
Заказы высылайте по адресу: 125299, М осква, ул. Космо­
навта Волкова, 19.
«Книга — почтой».
В
о
п
р
о
с
ы
ф
и
л
о
с
о
ф
и
и
,
1
9
8
7
,
No
3
.