t

Жг

*f
*&f*

4&

Ц20

L

УУт^/

-Іэтю-ды
—і—

В. А. ВАГНЕР

—

n<

»i

.i^t-V

Д-Р ЗООЛОГИИ И ПРОФ. СРАВНИТЕЛІ
ПСИХОЛОГИИ ЛЕНИНГРАДСКОГО УН-

СРАВНИТЕЛЬНОЙ

ПСИХОЛОГИИ'

/ЛА

ВОЗНИКНОВЕНИ

РАЗВИТИЕ
ПСИХИЧЕСКИ
и

СПОСОБНОСТЕЙ
ПЕРВЫЙ

ВЫПУСК

ДОНЕРВНАЯ ЖИЗНЬ
/

Культурно-

просветительное
кооперативное товарищество

„НАЧАТКИ

3 НА

Ленинград

о

1923

НИИ-

ЭТЮДЫ ПО СРАВНИТЕЛЬНОЙ психологии
в. А. ВАГНЕР

Д-р

зоологии и

проф. сравнительной

психологии

Ленинградского Универгптста

ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ
ПСИХИЧЕСКИХ СПОСОБНОСТЕЙ
Раздражимость,

как основа; рефлекс, как следствие;
наследственное знание; эмоция, как
приспособление; разум, как руководитель поведения;
прогресс, как неизбежное следствие.,

инстинкт,

как

ВЫПУСК

ПЕРВЫЙ

ДОНЕРВНАЯ

ЖИЗНЬ

м

КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬНОЕ
КООПЕРАТИВНОЕ ТОВАРИЩЕСТВО

«НАЧАТКИ ЗНАНИЙ»
ЛЕНИНГРАД

—

192*

Ленинградский Гублит Ns 9994.-4
Гос.

уч.-практ.

шк.-типогр.

им.

тов.

л.

Алексеева.

Тираж
Ленинград.

3000 эк).

Красная,

1.

От автора.

с

Задача точной науки состоит в том, чтобы предвидеть, сообразно I
воздействовать и определять линию поведения.

этим

Само

понятно, разумеется,
что психология,
претендуя
среди точных наук, должна ставить себе те же
задачи, т.-е. стремиться к такому знанию, которое давало бы гозыожность выяснить и определить
законы, управляющие поведением
людей, и таким образом предвидеть, воздействовать и направлять.
Для решения этой задачи необходимо, с одной стороны, чтобы
в явлениях, которые изучаются, была определенная закономерность,^
ибо предвидеть что-либо вне закономерности, разумеется, невозможно;
а
с другой стороны
необходимо, чтобы метод изучения явления
давал
возможность
устанавливать и выяснять управляющие им
на

свое

собою

место

законы.

К решению этой задачи ученые идут разными путями.
Одни
полагают, что для ее решения достаточно ограничиться изучением
только человека
разных возрастов, разных племен, разных культур ; другие полагают, что в этом нет надобности, что достаточно
будет изучить физику и химию живого вещества; третьи, что данные последних наук слишком далеки от явлений конкретной жизви
людей, и что для выяснения законов их деятельности должна служить физиология с ее методикой и приемами исследования.
Биопсихологи
полагают, что решение задачи может быть до- /
_стигнуто только на основе эволюционного учения, и что для этого
необходимо иметь в своем распоряжении:
во-первых,
точку
отправления,
т.-е.
возникновение
психических способностей,
а затем направление
пути движения, т.-е. этапы развития
получивших
место психических
способностей.
Если это так
а
—

—

в

этом

едва

ли

есть

основание

сомневаться,

—

то

естественно,

что

необходимые знания для того, чтобы решить вопросы о поведении людей,
предвидеть и предсказывать,
может только срав-

дать

—

—

нительная

психология,

точку отправления
ческлх

в

способностей;

так

как только

решении задачи,
только

она

т.-е.

она одна может

одна может

определить

возникновение

установить

и те

психи?

этапы
*

^эволюции,

те

вехи

пройденном

на

пути,

которые

и

определят/

направление пути движения.
Чем больше протяжение пути, которое имеет в виду исследователь, чем больше стоящих на нем вех, тем точнее может быть
определено его направление, тем точнее могут быть сделаны предсказания. Как бы ни были велики завоевания зоологов и ботаников,
основные вопросы этих наук не могли бы получить своего решения,
если бы в распоряжении
ученых не было данных палеонтологии..
Ту роль, которая в биологии выпала на долю этой последней,
в
психологии
человека
играет сравнительная
психология:
она
является живой
палеонтологией
в психологии.
И роль эта тем

указания тем необходимее, что человек до наших
что он получил
в
наследие от животных ; его
инстинкты остались теми же, законы их развитиятоже, его эмоциональная жизнь расширила свои пределы, по ее сущность осталась неизменной.
Только разумные способности увеличились так
значительно,
что вся психология
человека
получила особенности,,
значительнее,

дней

живет

ее

тем,

—

не

только

количественно,

психологии
познание

животных;

его психологии

из

но

и

чего,

во.чможно

качественно

однако,

отличающие

вовсе

не

было методами

следует,

ее

от

чтобы

физиологическими

интроспективными,
статистическими
и
другими,
имеющими в виду только человека.
Нам могут сказать на это, что и физиология и субъективная
психология уже обладают знаниями, которые, вопреки моему утверждению, дают им возможность совершенно точно предсказы
или

методами

психологические

явления

не

только

в

жизни

индивидуальной,

но

коллективной.
Такие предсказания действительно делаются ими и совершенно
точно оправдываются;
но характер этих
предсказаний и их значение для
решения вопросов прогресса и эволюции психики не
не более
научны,
чем
предсказания ребенка, который, бр
мячик вверх, предвидит, куда он должен будет упасть,
и безошибочно предсказывает,
куда нужно бежать,
чтобы его поймать;
совершенно таковы же, как предсказания кухарки о том, что. будет
с яйцом
в кипящей
воде после 3,
5. 10 минут пребывания егов ней, или предсказания кузнеца о том, что будет с раскаленным
железом, если его опустить в холодную воду, и т. д.
Предсказания эти, будучи безусловно точными, .все же не будут
научными предсказаниями.
В ^ем тут разница
это не нуждается в разъяснениях : читатель сам их знает; он знает, что наличность этой разницы так же
существенна, так же огромна, как разница между эмпиризмом и
знанием, основанным на синтезе и анализе явлений.
А чтобы
пользоваться в психологии данными этих последних путей познания,
необходимо подходить к предмету изучения тем путем, которым
к познанию
ведет сравнительная
психология.
Без знания этих.

и

—

'

путей мы в лучшем случае будем себя чувствовать так же ; как
себя чувствовал тонкий психолог и знаток „человеческого сердца"
Поль Бурже, когда писал, что, сталкиваясь, по своей профессии
писателя, с бесчисленным числом людей и приобретя такой навык
в определении
психологии,
что ему достаточно нескольких свиданий и небольших разговоров
с данным лицом,
чтобы узнать его
психологию, т.-е. чтобы предсказать, как поступит данный субъект
в таком-то
и
таком-то
случае, он оказывался совершенно беспомощным, когда заговаривали инстинкты в этом субъекте; логика
инстинктов, объяснял себе своз положение автор, не логика людей.
Легко себе представить, что же собственно знал Бурке, если жизнь
человека насквозь проникнута инстинктами
к пониманию которых
у него не было ключа!
Да и гдэ его было взять, этот ключ,
когда подавляющему большинству
писателей неизвестен ни генезис ни эволюция инстинктов,
ни их отношение к другим психическим способностям
человека
эмоцяям и разуму? Где его взять,
■когда нет такой лаборатории,
которая могла бы научить этому?
Ее нет нигде, кроме той области, которую исследует сравнительная
психология,
ибо только она одна исследует генезис психических
способностей и законы их эволюции, а в их числе
и генезис и
—

—

эволюцию

инстинктов.

Я отнюдь не хочу сказать этим, чтобы, кроме биопспхологйи, не
было никаких других путей к познанию психики человека.
„Все
дороги ведут в Рим" и все они обладают теми или иными достоинствами.
Скажу больше: путь биопсихологических исследований без
этих других путей познания
(физики, химии, физиологии и психологии
в обычном смысле
этого слова,
иод которым разумеется
исключительно

психология

огромной задачей,
объеме, если рядом
с

И

человека)

с нею

не

—

в состоянии

не

этому

поставленной

предмету,

будут работать
■

в

справиться
полном

смежные с нею

ее

науки.

что-нибудь

и можно сказать по адресу этих последних,
так
то, что идущие по их путяу авторы нередко заходят
за пределы того,
на что методы избранных ими путей исследования дают им право.
В таких случаях, как и на обычных жизненных дорогах,
катастрофы оказываются неизбежными: большой воз,
следуя по тесной тропинке, рискует свалиться в канаву, и его
груз гибнет, нанося ущерб общей экономии работы; следуя проселочной дорогой,
легко запутаться,
потерять направление пути и
с этим потерять и цель, и т. д.

это

если

лишь

одно соображение, а другое
это то, что люди,
вообще
преувеличивать
значение
того пути,
на котором
стоят
сами, силою вещей приводятся к исключительности, к стремлению
устранить других от участия в общей работе тогда, когда для
решения сложных и трудных задач, стоящих перед наукою наших
дней, нужны не сепаратизм, а сотрудничество, не взаимное исключение друг друга, а взаимопомощь, не игнорирование,
а понимание

Это

—

склонные

—

.—

И

друг друга.

6

—

говорю о той исключительной роли, которая
принадлежит сравнительной психологии, то
это потому лишь, что эволюционная теория, лежащая в ее основе,
приведя биологию к познанию трансформации организмов и законов
их прогрессивного
развития,
приведет и психологию к познанию
трансформации психических способностей и законов их прогрессивного развития;
причем, как там науки, обслуживавшие биологию :
эмбриология, гистология, палеонтология и др., от такого обслужив

решении

если

я

задач

этвх

—

вания ничего

тельных

утрачивали
знания,

не

дисциплин

в своем значении

так

и

в качестве

здесь смежные

с

самостоя-

сравнительной

науки ничего не утрачивают, от того, что, идя
решении своих специальных задач, войдут в сферу

психологией

путями

в

дования задач

сравнительной

В заключение
психологии"

„Биологические

вием:

которого

посвящен

Третий
в

1916

г.,

том

—

как это

иссле-

психологии.

сказать,
продолжением

остается

являются

своими

основания

что

„Этюды

моего

по

сравнительной

исследования под загла-

сравнительной психологии",

науки, II
статике.
динамика предмета
был
начат
значится в университетском отчете
методике

I

том

—

—

печатанием
за

год.

этот

типографии Вольфа, в которой моя работа
печаталась, набор был разобран,
и
книга
осталась
неизданной.
Восстановив текст работы, я только тепеуъ получил
возможность
приступить к ее печатанию, но по техническим соображениям

Но

с

социализацией

—

не

отдельной

ким

целое

ной

книгой,

а

выпусками

в

3

—

4 печатных

расчетом,
чтобы
каждый из них представлял
законченный этюд по тому или другому вопросу
—

психологии.

листа,

с

та-

законченное

сравнитель-

ГЛАВА

Донервная

субъективный метод ее изучения, в связи
инфузорий „нервной системы мозга".

жизнь;

Изучение
а

не

логия,

что
с

и

откры-

с

у

тием

ясно,

I.

зоологии

начинают

психологию

середины,

как

с

простейших

животных

изучать с них же, т.-е.
делают авторы, полагающие,

надо

это

будучи функцией нервной

системы,

(Protozoa):
с

начала,

что

психо-

может начинаться лишь

изучения животных, такой системой обладающих; или с конца,
другие авторы, полагающие, что психологию можно
изучать только у человека, на том основании, что животные не
говорят и рассказывать о своих переживаниях не могут.
Но тут-то и выясняется, что в термине „простейшие" больше
иронии, чем правды, и что изучение их жизни не проще, чем
изучение сложных организмов.
С одной стороны, в деятельности корненожек и особенно инфузорий проявляется так много психизма, что их наделяют самыми
разнообразными
психологическими
свойствами
до
способности
к
рассуждению
и
творчеству
включительно,
причем открытая
у инфузорий „нервная система" и даже „головной мозг" как будто
бы дают для таких соображений научное основание.
С другой
стороны,
обстоятельства,
делающие
эту нервную
систему и головной мозг более чем сомнительными, а рассуждения
по этому поводу
делом скорее монистической философия, чем научного
монизма,
а
сверх того
биомеханическая
гипотеза
Лёба,
которая находит в деятельности как раз простейших
животных
наиболее подходящий для нее материал,
дают основание относ

как это делают

I

—

—

—

ситься к психологии

этих

животных,

как

таковой,

очень скептически.

Если организм представляет собою машину,
работающую за
счет химической анергии протеинов, поверхностной энергии коллоидных частей и наконец осмотической и электрической энергии ионов,
если поведение живых существ, как это полагает ученый, сполна
может быть сведено к известным уже в настоящее время физикохимическим
вится

на

законам

место

—

к

старого

энергетике, которая
материалистического
разумеется, говорить

инфузории,
Правда, не только по
нервной системой, но и по
о

психологии

отношению
отношению

к
к

образом станомиропонимания, то
не приходится.

таким

животным,

Protozoa,

обладающим
гипотеза

Лёба

—

8

—

встречает очень серьезную и убедительную критику целого ряда
ученых, начиная с Дженингса, которые установили, как факт, что
детерминизм Лёба на самом деле не так прямолинеен,
как он
[казался последнему; но самый принцип, как на этом настаивает

Леб,

мнению, остался непоколебимым.

по его

организмов сводится к фиперемены в нем обусловливаются переменами в их молекулярном строении, то идея о прогрессивной эволюции организмов представляет не более, как. одну из
старых иллюзий, с которой пора уже проститься, как это сделала
наука с целым рядом других, не менее интересных и привлекательных иллюзий.
Перемены в организмах строго и закономерно
соответствуют физико-химическим переменам, а прогрессивны ли
они или регрессивны
это решают
условия жизни, механически
удерживая одни и устраняя другие. Нет, стало- быть, ни прогресса
ни регресса,
а
есть только безграничные
по своему
качеству и
количеству перемены.
Заключение это, однако, вызывает сомнения отнюдь не по своей
безотрадности только, а и по соображениям не менее научно обоснованным, чем самое это безотрадное заключение; эволюция в мире
органическом
вследствие
сложности
происходящих в нем перемен
не может
сводиться к тому маятникообразному качанию от
проблематического протила, гелия и водорода к теллурию и урану,
а затем обратно от теллурия и урана к гелию и водороду,
чтобы
снова начать движение в обратную
сторону,
как это
происходит
в мировом пространстве, где туманные пятна превращаются в солнца,
а солнца
в туманные пятна. Если жизнь
простейших животных
ставит нам пока еще неразрешимые задачи, если Джедс и Томсон
правы, выражаясь фигурально в своей книжке о происхождении
пола, что то, что постановили на своем совещании две корненожки,
не могут изменить все парламенты мира, то, думается мне, время

А

если

зике

и

это так,

химии

если

деятельность

вещества

живого

и

—

—

—-

—

,

для

категорических

еще

не

по

«опроса м

психологии

'понЯть смысл их речей, и если нельзя
том, что они знают, то надо заставить
языку, чтобы научиться их понимать.
А что же собственно мы знаем из того, что

ножки,

заставить
самих

Оказывается,
большею частью
Начнем
логин

с

с

что очень
очень

немногое,

не всеми,
элементарном

людей,

если

то многими

в

масштабе.

Этим методом
вания жизни

условиях

сверх

знают

того

и

их

рас-

себя учиться

то,

они?
что

знаем,

^

простейших

вследствие

способностями

животных

по

ана-

первые наделяются
последних, хотя бы и

чего

и до сих пор продолжают вестись исследоживотных; он характеризуется тем, что при этих
каждый автор делает свои
аналогии
по-своему,

этих

работы

а

спорно.

оценки деятельности

деятельностью

науке-

в

выяснить, о чем говорили две корне-

сказать о
их

j

резолюций

пришло ; надо прежде

велись

—

9

—

вследствие чего оценка деятельности

произвольной,

а

неизбежно

животных

самый метод изучения предмета

Вот ряд примеров, которыми выясняется характер
описаний жизнедеятельности простейших животных и
по

аналогии

с

является

субъективным.
такого
ее

рода

оценки

человеком.

„Большая инфузория (аципета),

—

Carter,
возбужденная

пишет

—

покачивалась на

предстоящим ей
деторождением, так как маленький зародыш начинал уже двигаться
в
ее
утробе.
Все это усмотрела
находящаяся
подле
крупная
амеба. Предвкушая лакомый кусочек, амеба медленно приближается
и... схватывает новорожденную аципету
в момент, когда она направляется к свету из тьмы материнской утробы"...
Описания охот инфузорий
позднейшими
авторами не столь
ярки, как эти, но по своему научному значению и смыслу ничем
от них не отличаются и ни в чем не изменяют сущности дела.
Наиболее известным из описаний современников является „охота"
Didinium за Paramaecium, сделанная Balbiani.
Описание это воспроизводилось потом десятки, быть-может, сотни раз, как в специальных исследованиях,
так в популярных произведениях,
и в общем
представляет собою следующее.
Одна из таких инфузорий
Didiсвоей ножке,

наслаждаясь

жизнью

и

—

nium, имеющая по внешности
добычу, которой большею частью

сходство

с

бочонком,

ловит

свою

инфузория
Paramaecium: охотник, отличающийся чрезвычайно быстрыми движениями, распознав свою добычу
(т.-е. Paramaecium), овладевает
ею следующим оригинальным способом:
„он выбрасывает из своей
бывает другая

—

направлению к ней громадное количество остроконечных
которые почти моментально парализуют добычу: последняя становится тотчас же совершенно неподвижною
пли ослабевает настолько,
что не может уйти от инфузории-охотника.
Вслед затем из средины плоского донышка своего тела
охотник-инфузория
выдвигает по направлению к своей добыче
длинный хоботок, при посредстве которого втягивает пойманную
инфузорию в полость своего тела, чем и заканчивается акт этой
миниатюрнейшей в мире охоты".
Другие охотникп-и нфузории обнаруживают не менее оригинальные способы ловли своей добычи, доказывающие не только способность
различения ими предмета своей добычи, но и целый ряд

глотки

по

палочек

(трихацист),

сложных

разнообразных

известных

еще более.

целей

и

Случаи,

движений,

производимых
когда

живая

направленных

к

достижению

личному выбору".
Даже
добыча подвергалась нападению
„по

особей хищных инфузорий одновременно, объясняются,
как
случаи, свидетельствующие о наличности у этих животных
„инстинкта стадности",
подобного тому, который наблюдается у
волков при нападении на добычу.
Еще любопытнее поведение инфузорий в период их копуляции.
В явлениях этого порядка многие авторы видят особенно
нескольких

—

наглядное

доказательство

10

—

сознательных

способностей у простейших

животных.

Вот

что по

этому предмету

югация, т.-е. временное слияние

пишет

тот

инфузорий

Бальбиани.
Конъпарам, соответствую-

же

по

половому процессу у остальных животных и растений, зачии сопровождается
(специально у Paramaecium) совершенно
особенным поведением животных.
Отдельные пары играют между
собою, прикасаются друг к другу ресничками, плавают некоторое
время вместе и затем вновь разъединяются. Эта игра продолжается,
пока не наступит
продолжительное
соединение двух неделимых.
„Я сам (пишет Бючли) наблюдал это неоднократно у Paramaecium''.
Плавание парами инфузорий не всегда заканчивается действительным их соединением;
случается, что они разъединяются,
сходятся с другими и с последними
конъюгируют.
А затем не- ,
сколько ниже мы читаем: „копуляция Vorticella представляет осо- '
Йепный интерес по проявлению в это время сознательной деятельности психики у этой инфузории".
щее

нается

Приведенных примеров толкования жизнедеятельности простейших животных достаточно,
чтобы составить себе о них определенное представление.
Само собою разумеется, что другие авторы, следуя тем же
путем аналогии, приходили к оценке тех же явлений совершецно
другого, иногда прямо противоположного характера. Указывали на
то, например, что один инфузории вводят в свое тело такие вещества, которые для питания служить не могут,
а
выбор других,
хотя и оказывается строго
определенным, тем ве менее, однако,
не
нуждается, как это выяснил Мопа, в участии психических
способностей, так как определяется причинами морфологическими
(устройством ротового отверстия, которое не допускает принятия
иной пищи, кроме данной, и др.). Авторы утверждали, что простейшие животные способностью
„выбирать пищу" не обладают. Другие
авторы, указывая на то, что протесты, питающиеся живыми организмами, хватают лобычу лишь при ее движении, и потому именно
при движении, что оно оказывает на них при прикосновении такое
механическое раздражение, следствием которого является акт хватания
раздражающего предмета, утверждали,
что допущение
у

простейших

животных

психических

способностей

вообще

не

осно-

вательно.

утверждает, что разборчивость протестов в нище
сущности, не отличается от „разборчивости"
некоторых
| жидкостей, которые вбирают в себя вещества лишь определенного
! свойства.
„Поэтому,
говорит ученый,
так называемая способность низших организмов к выбору пищи ничего психического собою

Бернгольд

!

ничем,

в

—

—

.

г не

представляет".

Морган,
держаться

касаясь этого

того,

чему

нас

вопроса, пишет, что „если мы станем
непосредственно учит наблюдение, то

—

11

—

пищи будет слагаться из следующих действий:
когда простейшее животное замечает известного рода вещества, и особенно
те, которые служат ему обыкновенной пищей, то неизменно совершает то же
самое
движение,
состоящее в стремлении
схватить
данное вещество; но если это последнее, при прикосновении к нему,
Столкновении с ним
или
при виде его, оказывается веществом,
іне подходящим для
употребления в пищу, то микроорганизм не
производит акта схватывания".
„Я пе могу,
продолжает ученый,
согласиться с тем, чтобы
этих данных было достаточно
для каких-либо заключений,
так
как
то же
самое
ложно
наблюдать на чувствительной стороне
фотографической пластинки. Среди наиболее крупных волн эфира,
порождающих красный цвет, и еще более крупных тепловых волн,
падающих на поверхность пластинки, она остается нечувствительной, но она реагирует на сравнительно слабый стимул, представляемый небольшим лучом более мелких эфирных вибраций, называемых фиолетовым цветом".
Совершенно в том же смысле объясняются и движения, сопровождающие конъюгацию инфузорий; авторы, о которых я упоминал

выбор

—

—

—

выше, видят в этих движениях „очевидное проявление сознательной психики" этих животных.
Критикуя это заключение, ІІфефффр указал, что у тайнобрачных растений антерозоиды приближаются к месту
оплодотворения благодаря причинам чисто-хими-

То же доказывалось и для инфузорий.
Не трудно видеть, однако, что на той почве, которой держатся \S
критики, спор между ними и их противниками останется бесплодным.
Одни будут утверждать, что жизнь простейших животных
преисполнена волевыми движениями; другие будут доказывать, что
таких движений у этих
животных
не
существует, а третьи, что
возможно и то и другое.
Так, Ферворн с одной стороны выступает с критикой произвольных движений, а с другой
сам допускает их существование *).
ческим.

—

т ) Я укажу здесь некоторые пз них: движения бактерий прп плавании
совершенно неправильные изменения направлений при этом, по мнению Ферворна, вполне произвольны; таковыми же ученые считают и некоторые движения жгутпковых инфузорий.
Медленное, дрожащее скольжение дпатомпіі, то в одном, то без всякого
внешнего повода в противоположном направлении, представляет собой, по
мнению Ферворна, вполне пргпзвольпое движение.
Так же произвольно
происходит ползанье корненожек, которые, как, например, амебы, то тут,
то там выпускают
псевдоподии, чтобы передвинуться с места на место,
или, как Lieberkvihnia, вытягивая из своей раковинки длинные, тонкие, иротонлазматнческпе нити, цепляясь пми за почву,
ползут вперед, и проч.
Правда, ученый с тем вместе полагает, что ц эти произвольные движения
бессознательны. „Мы заключаем о бессознательности произвольных движений микроорганизмов из того, что каждый вид этих животных совершает либо только
одну форму (корненожка), либо одну определенную
группу форм движений (жгутиковые и ресничные инфузории), причем и

п

—

12

—

Разногласия эти после открытия у инфузории нервно-моторных
V центров, разумеется, не только не устранились, но еще более
усилились. В литературе предмета уже слышатся голоса, что
теперь, когда у

простейших

отрицавшие

психические

специального изучения
"

новую' фазу,

—

Способности у

их

жизни,

открыта „нервная

на основании
этих

система",

которого

авторы,

требовали
до-нервной. Поле-

животных,

как жизни

нервной системы у протистов вступает
обстоятельство, которое обязывает меня сказать об

мика о психике с
в

животных

единственный аргумент,

отпадает

открытием

открытии несколько слов.
Первое открытие фибрилл, за которыми теперь предполагают
нервную функцию, сделано давно и было встречено недоверчиво:
,.что
это
за
нервы, которые соединяют „гіеп
а
г і е п",
спрашивали ученые.
Наличность у них „рецепторов" ничего не
говорит в пользу наличности нервной системы, так как у них нет
центра, в который восприятия рецепторов поступали бы.
Но вот Шарп, Иоком и Ч. Рис открывают искомый центр:
это
„нервно-моторный аппарат инфузорий", который некоторые
ученые уже предлагают назвать клеточным м озгом, а процессы
нервно-моторного аппарата, как подійннйе рефлексы.
Задолго до этого открытия я писал, что если когда-нибудь у
Protozoa и будет открыто что-либо напоминающее нервную систему, то это открытие только подчеркнет различие между ними
и животными, обладающими подлинной нервной системой, сделав
его еще более очевидным; и мне кажется,
что изменить что-либо
в этом моем
предположении после открытия Шарпа у меня нет
оснований.
этом

—

>/

—

Различия

эти заключаются

f(a) Открытые

в

следующем:

инфузорий образования уже

по тому одному
нервная система, что образования эти в конце-то концов
не органы, а по определению самих
желающих видеть в моториуме нервную систему
не, более, как
органеллы. Это слово, конечно, ничего не объясняет, и дело не
в словах, а в следующем.
Еще Спенсер указал на то, что если
возбуждения определенного участка протоплазмы повторяются, то
в ней происходят дифференцирования, которые мало по маду при-

у

могут рассматриваться,

едва ли

как

—

[В

том и

другом

в

образом,

случае каждая из них повторяется неизменно одинаков тех случаях, когда условия,
в которых опи произ-

!

вым

I

водятся, изменились. Последнее обстоятельство, действительно, как нельзя
убедительнее указывает па безсознательность этих движений, ибо, целесо-

образные

одном

в

способами

даже

случае,

при перемене условий

производятся

тогда, когда становятся нецелесообразными".
будет так, все же остается неясным: каким образом

теми

же

ц

Пусть
будут произвольными

действия

время оказываются бессознательными;
а затем: что же представляют собою те нроиівольные действия простейших,
возможность нецелесообразности которых до сего времени установить не

удалось?

и

в

то же

—

водят к

13

—

специфической проводимости раздражения. Циглер,

физиологические

фибрилл

в

нервных

свидетельством

Циглер

основы

(рис. 1), которые

клетках

высказанных

полагает,

выясняя

памяти, констатировал существование этих

что

являются

реальным

Спенсером предположений.
каждой нервной

в

наблюдается

клетке

тончайших фибрилл, ^gjoflFe о^р яч утщ^ил и особую сеть (рис. 1),
или проходят в клетке от одного отростка к другому 1 ).
Я не буду входить здесь в рассмотрение той роли, которую
автор отводит этим фибриллам : для нас сейчас важен самый ({«акт,
сеть

І что фибриллы

нервных

возникают в

возбуждений. А

если

это так,

собрания

видеть нервы,

клетках

то едва ли

рассматривать,

их

на путях повторяемых

основательно в
как

мозг,

а

органеллах
процессы

—

Гос. 1.

рефлексы;

как

ществование

в

нервной клетке.
b) Моторнум
клетки,

противном

целой нервной

тогда

случае

нам

системы

представляет

с

пришлось
мозгом

и

бы признать сунервами в одной

продукт дифференцировки вещества

как возникновение

нервной

клетки

является

про-

дуктом дифференцировки физиологического разделения труда м ежду
^лет ками. Это отличие, разумеется, ничего не утрачивает в своем
зШГченыи от того, что „моториум получает начало из эктоплазмы,
подобно тому как нервные клетки многоклеточных животных получают начата
из эктодермы"; мне думается,
что
это указание
только подчеркивает принципиальное различие между предметами,
6 которых идет речь.
c) Указания на то, что вещества, действующие парализующе па
нервную систему высших животных, производят такое же действие
и
на инфузории,
представляются еще менее доказательными:
—

х

vaux

) Н. Е. Ziegler. La
de

Laboratoire

base
d'institut

cytologique

<Ie l'iiistmcl

Sol vay I. III.

et

Je la meraoire.

Tra-

—

14

—

что некоторые насекомоядные растения (ронапр.), как это показал еще Дарвин, проявляют те же споГсобности, с другой, как это показал Лёб, потому что нерішые
f элементы не необходимы для выполнения живым веществом известных реакций на воздействия среды.
d) Наконец, тот факт, что окраска методом Моллари, благодаря
которой удалось открыть сказанные образования, окрашивает не один
моториум, но и ядро, а с другой стороны, что ни метод Района
Кахаля, ни метод Гольджи,
которыми подлинная нервная система
с

одной стороны, потому,

сянка,

—

быть установлена,
не вызывают соответствующих реакций ни в моториуме, ни в „нервных фибриллах",
думается мне, свидетельствуют о том, что моториум и отходящие
от него фибриллы
не нервные образования.
Соображения эти, вместе взятые, дают основание полагать, что
открытые у Protozoa образования ни мозга ни нервной системы
не пр едставл яют, а пред ставляют об разования, по своей роли и своему
| зна^еЖм хШя^может^быть, и ана логичные нервной с истеме м поуоI клеточных дшво тных, но ни *в каком случа а—не гом ологичные :
черты ваепШего "сходства есть, но принципиально образования эти
совершенно различны. Стремясь их, по возможности,
сблизить и
даже отожествить,
мы не только обесцениваем огромное
значение
«і сделанного американскими учеными открытия, проливающего новый
' свет
на основной признак живого вещества
его ра здражимость и
пути erb развития, но. оаррикадируем эти пути к выяснению совершенно новой категории явлений и, быть -может, не одной, а целого
ряда их, нам пока неизвестных. Вместо того, чтобы стать на этот
много -обещающий
путь,
правоверные монисты спешат подвести
сделанное у инфузорий открытие под старые шаблоны, навязать ему
роль, которой оно не имеет, и таким образом забаррикадировать
с несомненностью

может

—

—

—

—

движение

к

познанию

истины.

каковы соображения,

на основании которых я продрлжаю делить
группы: имеющих и не имеющих нервную систему,
с
этим
продолжаю
считать
суждения о деятельности
них по аналогии с последними
не научными.

лшвотных на две

,-а

вместе

чцушых

из

—

ГЛАВА
Жизнь простейших

животных

с

П.

физино-химической

зрения их

точки

структуры.

Исходя

из

материалистической
факторы деятельности

задачи

физико-химические

гипотезы:
и

их

выяснить

координации,

ее

сторонники говорят о том и другом по отношению к рефлексам и
гормонам, совершенно забывая о том, что то и другое представляет
одно из производных раздр ажимости,
а отнюдь н е нечто иденти чное _раздражпмости :
носледняя~ #существовала тогда, когда нп о
рефлексах ни о гормонах не «могло итти и речи. Отсюда станоновптся понятным, почему б-вомеханисты и физиологи
так горячо
приветствовали открытие нервной системы у инфузорий и почему
последние поторопились заговорить о рефлексах у этих животных ').

*) Здесь

будет сказать,

теория

получила свою
электрического
тока на нервную деятельность,
и она начала и продолжает свои исследования не с начала, т.-е. не с живого вещества, а с середины, с одной из
производных последнего. Как приложить к инфузориям и корненожкам
рассуждения о перемещении содержащихся в нерве ионов, вызываемых
электрическим током, и о том, как они, встречая на своем пути «ало проницаемыедля нпх мембраны, накопляются и достигнув определенного напряжения, преодолевают препятствие и порождают раздпажевне,— эти вопросы

основу

в

кстати

исследованиях над

что п

ионная

физиологическим действием

неразрешимыми.
Какое приложение к деятельности простейших животных может иметь
теория, выясняющая нервный процесс, т.-е. передачу возбуждения с одного
нейрона па другой, вследствие распространения(путем диффузии) новыпп ннон концентрации возбуждающих ионов через межнервное пространствосинапс, причем, чем сильнее возбуждение, тем больше скопляется ионов
у синапса, теп большему числу соседних нейронов передается процесс и
тем распространеннее будет рефлекс?
Если такое приложение и может
иметь место,, то, очевидно, лишь весьма отдаленное, так как не выясняет
і основного свойства живого вещества, которое называется раздражимостью.
I Теория ионов выясняет нам физическую основу нервного процесса; но от:
I этой теории одинаково далеки и начальный процесс (раздражимость) и]
конечный (явления психологического порядка). Никто не сомневается в тол,
конечно, что нервная система обязана своим генезисом раздражимости
остаются

живого

стемы;
не

вещества,

а

психологические

но ведь возникновение

делает

эти

предметы

бабочки

явления— эволюции
из

тожественными.

Рефлексами и психикой —различие не
ігсжду яйцом, гусеницей п бабочкой.

гусеницы,

Между

только

нервной

си-

гусеницы из яйца
раздражимостью же.
а

не меньше,

а

больше,

чем

16

—

—

Сторонники материалистической
А

+

В

исходят

школы

=

формулы:

из

М

обозначает физико-химическую структуру инфузории, В
г
реагент и М
реакцию.
Члены этого уравнения принимаются за величины известные :
инфузория со своими способностями реагировать на воздействие
того или другого фактора среды принимается за предмет, обладающий определенными свойствами, вытекающими из ее химического
состава ;
факторы среды, которыми на нее воздействует экспериментатор, тоже представляют
величины
известные ;
это :
свет,
тепло, химические реактивы, механическое воздействие и проч.
Остается, стало-быть, подвергнуть данное животное А воздействию В, или С, или D и отмечать реакции на раздражение,
чтобы
решить вопрос о действии животного по формуле:
где А

—

—

—

А+ В

=

A-bC

=

A

А
остается
переменные,

где

+

величиной

—

в

М

N
D«=0

ж

т. д.

постоянной,

зависимости

от

В, С, D
которых получается

величины

—

ряд опре-

действий: М, N, О.

деленных

Противники

этой шкоды, исходя из того положения, что оргахимический препарат, а живое вещество, считают невозможным принимать его за определенную и нам известную величину А, как это делается в приведенном выше уравнении; оии

низм

—

не

утверждают,

что

мы не знаем о химическом

составе

инфузории

как

раз того, что могло бы объяснить нам структурные перемены
в организме животного под влиянием тех или иных
на него воздействий, и потому в первый член уравнения вместо А
вводят
одно неизвестное
X, которым обозначают перемены, происходящие в химической структуре данного организма.
Но это не все.
Не будучи знакомыми с химической структурой живого вещества, говорят они, мы в равной степени ничего не знаем и о внутренней природе основного свойства этого вещества: его способности
к
раздражению.
Отсюда в состав первого члена
уравнения, кроме X, нам необходимо ввести другое неизвестное Y,
Таким образом первыми членами нашего сравнения будет не А,
—

—

а

(Х + Т).

и

нам

Вторыми
более

более

или

легко

в

ностью

вается.

членами
или

уравнения

менее

остаются

известные

—

это

переменные

величины

будут:

менее, а не просто известные, потому
такой степени изолировать друг от друга,

В, С,
что

D

и

т. д.:

их не

всегда

чтобы

с

уверен-

приписать реакцию организма тому именно, который

испи-

Наконец, третий член уравнения представляет собою ве.шчину,
могущую быть нам известной, так как мы не знаем первых
членов уравнения.
Таким образом вместо

не

А + В=М

будем

мы

иметь

(X+Y) +

формул определяется

Этим различием
исследования,

так

X первого

B=Z

и

члена

в

его

различие

как в

методах

задачах.

(химическая

уравнения

щества) нашему исследованию

структура

живого

ве-

раздражи мость
живого
вещества, если не со стороны
споен
внутренней природы, то со стороны ее внешних проявлении, под
влиянием того или иного фактора
среды, и может и должно подлежать исследованию,
так как разд ражимост ь представляет собою

субс трат,
который на

котором

тот

на

и

известном,

подлежать

; Y

образуется

сов ремен ен

уровне'

не может

развития

нервную деятельность.
Сказанным сами собою определяются

—

нервна я
царства

животного

авнзнх
заме-

няет

сравнительной психологии
уравнению А+В
М.

дований
задач

по

и

задачи объективных

то,

иссле-

отличаются

они

чем

от

—

С точки зрения этого последнего,
Pelomyxa palustris, например, под воздействием реагентов, проявляет действия только двух
категорий: под влиянием сильно действующих реагентов она при-

шарообразную форму, а под влиянием реагентов слабо действующих она проявляет либо отрицательный, либо положительный
тропизм, т.-е. либо направляется от реагента, либо направляется
к нему. С нашей же точки зрения никакой разницы между этими

нимает

действий

категориями

Pelomyxa

ствие
а.

мы

и

не

быть,

может

как

пе

приспособлена

целесообразное

как

пет

рассматриваем

так как каждое д
химическую роакіу
іниям і.кружлгоінеп

ее

среды. Для монистов всякое действие животного, производимое им!
в одних условиях,
сходное с другим, производимым в других уоло-І
впях,
представляет одни и тот же таксис (или гргаіизм
нас же сходство
действий животных без выяснения его биологи—

ческого

смысла

ческому

учету

Что
под

касается

мы

тельный

прежде

гни.

так

циям:

В.

во

не

как

всего

сводят

I.

не

положительных

имеют

биологам

Вагнер.

до

значения

имеет,

и

мы

к

принимаем.

должны

отрицательный

и

логической,

не

факторов умеренной

влиянием

поводу

никакого
его

смысла.

и

силы

отрицательных

воздействия,

отметить,

таксис,

Они

что

таксисов,

то

с. точки

удобны

зрения
га

реакции живого вещества к хпм

опи

решительно

ничего

не

этому

по

термины

говорят.

био-

био.,

в
;

реак-

Г

но,
2

\/~

—

18

—

дело, вводя в цепь рассуждений
фактору, вовсе не
учету.
Когда Pelomyxa двигается к предмету раздражения, нам нужно знать не то, что она на этот раз и по отношению к данному
предмету обнаружит
положительный или отрицательный "таксис, а то
какой биологический
смысл имело для
^/ лее данное действие со стороны основных задач ее жизни : пита; дня, самосохранения и размножения.
Рассматривая -живое вещество, как химический препарат, монисты должны были сосредоточить
свои исследования столько же
на нем
самом, сколько на раздражителях,
которых воздействия
наблюдали. Исследовались тысячи предметов, так или иначе влиявших на живые организмы, устанавливалось
многое множество наименовании раздражителей-,
описывались условия, при которых воздействия эти проявлялись, с одной или со всех сторон они производились на организме, различались положительные и отрицательныереакции,
первые в том случае, если движение организма совершалось по направлению
к раздражителю,
вторые
от
йего, и т. д.
ЛёГ» назвал движения инфузорий тропизмами, под которыми ра-І
зумел строго детерминированные действия, п ответ на положительное или отрицательное
отношение этих животных к воздействиям
среды. Дженинге показал, что этот детерминизм не совсем таков,
каким он казался Лёбу, и установил ряд явлений,
которые опреони

путают

подлежащие

—

—

—

делил,
в

их

как

и заблуждения"
(essais et erreurs) инфузорий
раздражителям? Дальнейшими исследованиями
что инфузории не уходят
прочь по прямой линии от
по
отношению
к
которым проявляют отрицательный

„попытки

отношениях

к

установлено,
предметов,
тропизм: двигаясь назад от этого предмета, они постоянно меняют
направление пути и, лишь выйдя за пределы влияния, к которому
относится отрицательно, они начинают двигаться нормально вперед.
Положительные тропизмы чоже не так просты, как кажутся.
Бон так описывает эти явления: инфузории собираются в район А.
Впечатление от действия сборища таково, что место А как будто
| привлекает к себе животных. На самом деле движения их
3 і совершаются в различных
направлениях,
из коих
некоторые ве'Эд дут в район А. Инфузории обнаруживают етц^ш^а^ли,. случ
1в него проникают; но, раз проникнув, держатся в нем, как в
падне.
Во многих случаях тропизм
только иллюзия.
Из сказанного вытекает, что движения инфузории представляют явления вполне оригинальные,
а с этим вместе и то, между
прочим, что моториум— не мозг, фибриллы
но нервы, и происходящие в них процессы
не рефлексы, если
под последними разуметь однообразные,
правильно повторяющиеся, носледспіенно установленные действия в ответ на специфическое раздражение, так как движения инфузории в ответ на раздражение оказываются и не однообразными
и не
правильно повторяющимися.

\

—

—

—

ГЛАВА
Объективный

биологический
животных

на

метод

основах

От метода исследования
хология

.

таксисы,
t

отличается

раздражимость

а

собляемость,
хемо-,

термо-

животных
с

тем,

на

питанием,

что

III.

исследования

эволюционного

физико-химиков
имеет

организмов

в

и их

и

другие

таксиси,

сравнительная

метода

пси-

не

исследований ставит не
действия простейших

а выяснение.

основах раздражимости
животного
размножением и самосохранением.

От субъективного
хологии", строившего

простейших

раздражителей и
целесообразную нрш'по-

виду

вследствие чего задачей своих

жизни

учения.

исследования

вещества,

„классической

свои заключения на аналогии

действии

в

связи

зоопсиживот-

соответствующими действиями человека, биопсихология (или
сравнительная психология) отличается тем, что на месте человека,
как единственного объекта, с которым сравниваются все остальные
группы животных, ставит эволюционный принцип бйологниТ
Согласно этому
принципу,
действия кажді й группы живот і
сравниваются с соседней родственной ей группой; сравниваются
так же объективно, как сравниваются между собою морфологические f
признаки этих групп.
Личным мнениям и личным толкованиям
при таком методе исследования не более места, чем при сравнении
признаков морфологических.
Отсюда возможность
полного
объективизма в исследованиях сравнительной психологии, тем ближе
приближающим нас к истине, чем богаче имеющийся в руках
исследователя материал и чем лучше он обработан.
К сказанному остается присоединить
следующее
замечание.,
До настоящего времени действия простейших животных обозначаются
либо теми же терминами, что и действия многоклеточных животных,
)бладающих нервной системой, либо тропизмами и таксисами,
іричем разные авторы не одинаково прилагают эти термины к со)тветствугощим действиям этих животных. Одни, например, назыиіют
таксисами
только
такие действия,
которыми
инфузории
отвечают на односторонние раздражения; такие же реакции, которыми они отвечают на всестороннее раздражение (например, тепловые,
Шимические и проч.), таксисами не называют: другие называют
■тими терминами реакции и на всестороннее раздражение. Я буду
ных

с

^

I
—

1
'

20

—

обозначать все действия простейших животных одним общим 1
термином таксисов, каковыми бы эти раздражения ни были, на
том основании,
что имею в виду
различия действий простейших

не между
собою, а отличие их от действий животных,
обладающих нервной системой, так как дело вовсе не в том: в каких
условиях данный раздражитель вызывает то или другое действие
живого вещества, а в том, какой биологический смысл это действие
имеет, смысл,- определяемый объективно, а не по аналогии с чело_^.леком или высшими животными.
Изучение этих явлений sui generis в высшей степени важно
потому, что они приведут нас к познанию раздражимости живого
вещества, составляющей одну из важнейших задач биологии,
так
как раздражимость эта представляет собою примордиальную
форму

животных

•

психических
/

факты,

способностей.

доказывающие,

быть совершенно

стороны,

что

сходными,

ответные

что

Бог почему

действия
а

смысл их

реакции

Ь могут быть различными,
I жение условий.
Необходимо иметь в

в

для

нас

простейших
—

различным,

а

с

важны

могут

другой

тот же раздражитель
сопровождавших раздра -j

на один

зависимости

особенно
животных

и

от

виду при этом, что раздражимость простейших животных представляет собою вовсе не однородную вели* чину:
она
различна у различных представителей этих животных.
В то время, как раздражимость инфузорий поражает нас своей
I тонкостью и разносторонностью,
захватывая в реакцию на раздраі жение все ее тельце, у корненожки Diffiugia, например, сильное
I раздраженно, в каком-нибудь месте ведет за собою реакцию лишь
на ближайшей
час'' и тела животного.
На рис. і показаны последствия перереза нитевидных псевдоподий
Orbitolites (по Ферворну):
в а
звездочкой обозначено место перереза; в b
мы видим протоплазму, собирающуюся в шарики; с
d
передача раздражения
идет дальше, но, достигнув
в d крайнего своего предела,
раздражение дальше не передается; напротив,
протоплазма псевдоподий
■

—

—

—

снова вытягивается

—

*).

указанным обстоятельством

стоит другое, не менее
раздражимости у одной и той же особи одного
^ вида простейших в разиых условиях жизни проявляется различно.
Это объясняется тем, конечно, что живое вещество реагирует на
раздражение не автоматически, а в зависимости от целого ряда
факторов, которые в целом, после Дженнингса, называют физиолог
гическим состоянием.
Это же последнее обусловливается не внёш-

В

связи

важное:

с

способность

) В нервных

способность передачи раздражения достигает
не
у всех животных, однако,
В нерве лягушкп fuo Гельнгольцу) возбуждение передается со
26 метров в секунду, у омара со скоростью всего лишь 6 ме
а у человека возбуждение передается уже со скоростью пе 26, а 34
в секунду.
г

высшей

степени

волокпах

развития,

—

шнми
жш

причинами,

иначе

а

21

причинами

—

внутреннего

оказывающими свое влияние

на

происхождения,

степень

и

так

характер

Я буду иметь в виду, поэтому, под термином
„интенсивность" раздражи мост и не один только максимум
и минимум реакции на данный раздражитель,
в равной степени и
•форме его воздействий, но максимум п минимум реакции на один
оі тот
же
раздражитель, одинаково воздействующий на организм,

раздражимости.

Рис

ізо

не

одинаково

гического

им

состояния,

2.

воспринимаемый в зависимости от физиолообусловливающего характер раздражимости

в
данный момент исследования.
Из сказанного
вытекает, что
раздражимость
живого
вещества может
быть чрезвычайно разнообразной б"з всякого отношения к составу и свойству раздражителей.
Дело не столько в них, сколько в тех свойствах организма, который
хотя и имеет и своей структуре определенный состав химических
веществ, но который стоит к ним в таком же отношении, в каком
композитор стоит к клавиатуре инструмента: в его произведении
лет ничего,
кроме той гаммы звуков, из которых он создает свое

22

—

произведение, что
только бесконечно

не

мешает

—

произведениям

разнообразными,

но

—

и

этим

это всего

оказываться не
важнее

—

выте-

звуков данного инструмента, а из других
источников, психологического порядка.
К сказанным требованиям
в изучении
деятельности простейших
организмов с биологической
точки зрения остается присоединить несколько слов о трофических явлениях,
под
которыми не все авторы разумеют одно и
то же. Я буду принимать под этим термином процессы, вследствие
частого повторения которых масса тела увеличивается.
Объяснить
эти явления лишь физико-химическими факторами, разумеется, невозможно. Способность к раздражимости с трофическими последствиями
может проявляться в различных случаях и направлениях, но самая
способность, как таковая, во всех случаях остается, разумеется,
кающими

одною
не

из

тою

состава

же.

Остается сказать, что так как задача моя
в том лишь, чтобы рассмотреть все случаи

ний,
из

и

не

в связи с

того

данные,

раздражимостью

материала,
хотя

бы

приспособляемость

в

простейших,

-который собран
общих чертах

о

их

а в

заключается
таксических

том, чтобы

таксическнх

отнюдь
движеизвлечь

движениях,,

целесообразную

выясняющие

к важнейшим
биологическим
самосохранению и размножению,
то для этой цели нам достаточно будет извлечь из этого материала
только те данные, которые способны ознакомить вас с этой стороной
явлений, на что химия ничего ответить нам не может. К сожалению,
их пока еще
очень немного,
и
они
тонут в море исследований
положительных и отрицательных
таксисов и тропизмов.
От этих предварительных замечаний обратимся теперь к данным
объективной сравнительной психологии.

моментам

их

живого

жизни:

вещества

питанию,

А. Таксисы простейших

животных

в

связи

с

питанием.

Таксисы эти, как мы увидим, решают те же задачи, которые
решаются и многоклеточными
животными,
но
совершенно иным
путем: и корненожки и инфузории „отыскивают пищу", различают
„годный для этого материал от негодного", „овладевают" добычей,
если это хищники, „приспособляются
иными способами",
если
это
не хищники, и т. д.
Все эти действия простейших
животных
являются
следствием тех или иных свойств раздражимости
их
живого вещества в разных
условиях,
различно реагирующих
на
воспринимаемые раздражения.
В связи с питанием я различаю:
1) таксисы, вызываемые непосредственным прикосновением ппіщевых веществ к предмету нищи;
2 ) таксисы, вызываемые раздражением
пищевых веществ на:
расстоянии.

—

23

—

Рассмотрим эти две категории явлений в перечисленном порядке.
1)
Примером
таксисов,
вызываемых
непосредственным

служить

могут

рать

предметы пищи

тело

свое

в

соприкосновением
пищевых
веществ,
корненожки типа Lieberkiibnia,
неспособные вби-

(делать

это метает им

раковина),

происходит
внеклеточное
переваривание
пищи.
Когда к псевдоподии корненожки коснулась инфузория
(Colpidium colpoda, например), то прикосновение это вызывает на
соответствующем
месте
псевдоподии
выделение клейкого вещества.
Инфузория им удерживается на месте; движения ее мало по
налу прекращаются, очевидно,
вследствие
того,
что
выделяемое
протоплазмой вещество убивает ее, а затем тело инфузории начинает уменьшаться в объеме, жидкие и протоплазматические части
его переходят в тело корненожки и им ассимилируются.
2) Таксисы, вызываемые раздражением
пищевых
веществ
на
расстоянии.
вследствие

у

чего

Предполагается,
которые

в

них

одинаковой

пищевые

что

вещества

раздражителей

качестве

^

излучают

воздействуют

на

"

частицы,

1

протиста

со всех сторон:
та
часть
тела,
исто/шику раздражения, подвергается
ему сильней, чем сторона противоположная.
Опытным путем у
новлено,
что
благодаря такому воздействию пищевых веществ
нротисты двигаются по направлению к ним *).
Обстоятельство это, помимо всего другого,
свидетельствует о
чрезвычайно тонкой восприимчивости протестами тех раздражении,
которые являются для них полезными, другими [словами
о
спо- I
собности этих организмов к тонкому целесообразному приспособлению. |
Необходимо иметь в виду при этом, что степень концентрации,
при которой вещества начинают действовать хемотакеически,
для
различных веществ и для различных организмов
не одинаковы.
Простейшим и наиболее тщательно описанным случаем такого пи,
та аил
простейших животных является питание амеб. Процесс
этот описывается таким образом: перемещаясь с места
на
и<
помощью своих псевдоподий, корненожка,
очевидно,
получив раздражение
на некотором расстоянии
от
предмета,
служащего
ей
не

с

которою

протист

интенсивностью

обращен

к

—

—

пищей (например,
няет

направление

одноклеточной водоросли),
„внезапно измедвижения",
подползает
к
„обнаружен-

своего

ной его" (помощью хемотаксиса) водоросли и касается ее вплотную.
Как только это произошло,
протоплазма амебы „старается" охшігить свою добычу,
что ей даеіся не сразу:
водоросль
вследствие
.

іадвигапия
ияет

свои

іопыток

твует
х

корненожки

амебе

попытки

1'

отодвигается;
овладеть

ею;

амеба

сноТГаГ

после

многих

о

б

н о-

бесплодных

„удается наконец охватить водоросль, чему соде и
амебой клейкое вещество". Когда это случилось,

-

выделяемое

) Этот

„воз

вид хемотаксиса

Шталь

назвал

трофотаи--

—

24

—

протоплазма все более и более облекает водоросль, вводит ее внутрь,
и амеба продолжает
свое дальнейшее движение.
В этом описании целый ряд выражений, совершенно не соответствующих тому, что происходит на самом деле.
Выходит так, что
амеба как будто старается решить какую-то задачу, что она
исправляет неудачи, возобновляет попытки и проч. На
самом деле ничего этого нет; выражения эти грешат
совершенно
очевидным антропоморфизмом, хотя и употребляются авторами, не
допускающими у амеб подобного рода способностей, исключительно
потому, что нет других,
более правильных и соответствующих
явлениям выражений и терминов; а нет их потому, что действия
простейших животных описывались либо монистами-психологами,
допускавшими у этих животных сознание, стремление, соображение
и пр., либо монистами-материалистами,
которые, переводя действия
этих животных

на язык

химии,

физики

и

механики,

не стеснялись

Попыток описания действий простейших
животных с точки зрения их способности
к раздражимости
и
таксическим движениям, которые в своей совокупности
заменяют
у них
психические способности,
не было.
Получилось то, что явления
описывались заведомо неправильно и наделялись смыслом, которого

терминологией.

не

имеют.

Вся деятельность амебы при приеме пищи слагается из двух
^ моментов: раздражимости протоплазмы и таксических движений,
которые при
данном
физиологическом
состоянии
представляют
собою реакцию на полученное раздражение. Пища на некотором,
очень незначительном расстоянии
раздражает протоплазму живот-

образом,

оно двигается по прямому
направлению
раздражения.
Животное, в данном случае
амеба, сворачивая со своего пути по направлению к водоросли,
которая оказывает на него раздражающее
действие, проявляет
выработанное сложное приспособительное действие, производящееся

таким

ного

к

*

источнику

тем

живого

вещества,

который

одновременно

отличает

препарата, и от действий животных, обладающих нервной системой.
Мы не можем, поэтому, говорить о
„стараниях" амебы, о возобновлении нападений и неудачах. Дело
гораздо проще:
характерными свойствами протоплазмы простейших животных являются: слабая способность
к
передаче раздражения и быстрая утомляемость
в восприятии раздражений опр
ленного порядка
*). Амеба „удаляется от предмета питания"
его

'

механизмом

что

этого

и

от

химического

г)
Ферворн, касаясь явлений этой категории, пишет: „При/ слабых
раздражениях мы замечаем, спустя некоторое время, понижение, а затем,
наконец, и прекращение явлений раздражения, наблюдавшихся
вначале:
обнаруживается и р и в ы ч в а приспособлен яд к раздражению". В дальнейшем: изложении автор явления эти называет уже приучением организмов. Так, Actinosphfinum, по миеишо Ферворна, приучается к сравнительно сильным растворам соли, которые вначале вызывали ясные явления

—

25

—

потому, что „трудности, которые ей пришлось преодолевать
при овладевании ею"
в конце кондов привели
ее к заключению

новее не

—

о

дальнейших

бесплодности

описания,

пищей

жения

попыток,

просто потому,

а

в

данном

что

месте

ее

выходит

как это

влияние

тела,

вследствие

раздражения, теряет наконец свою силу.
Эта способность протоплазмы амеб является
ным

приспособлением.
„положительным

своим
если

бы

пища

подлежала

эта

по

введению

очень

не

могло

бы

признакам или своей
внутрь.
Способность
к

своим
ее

длительности

целесообраз-

иначе, животное, привлеченное

хемотаксисом",

смыслу

раздра-

от

к

пище

нее

уйтп.

величине

не

утомляемости

„усилиям"амеб и ее
таксическим
движениям
добычей; она перестает реагировать на раздражение и
уходит прочь.
Возможно, что в случае небольшого размера добычи
предел

кладет

I

Будь

но

хеиотаксического

овладеть
и

утомления

той части тела, которая реагировала на ее раздраудалившись от добычи на некоторое расстояние,
возможность
воспринимать хемотаксическое раздражение

амеба,

жение,

получит

неутомленными частями своего тела.
Ясно, однако, что
реакция на раздражение ничего общего с „возвраще-

другими,
такая

возобновлением
попытки
овладеть
Амеба двигается к раздражителю, как двигалась бы к нему впервые, почувствовав его присутствие. Животные не
повторяют нападения, а производят его впервые; и
производят не на тот предмет, которым бесплодно старались овладеть, а на новый предмет,
так _как способности
к
а я_ и.п м и н я
нием

назад

добычей"

не

и

имеет.

И

-

нию%_ажб. пином не доказана.
"Таким образом процессы, сопровождающие
амеб, представляются

очень

сложными,

но

не

принятие пищи у
в том

смысле,

в

ка-

предполагаются монистами- психологами,
такой сложности
явлений у амеб не наблюдается,
а в том, который отличает де-у^
ятельность живого вещества от физико-химических реакций.
Раздражимость простейших животных и таксическне реакции, которые I
являются внешним проявлением этой раздражимости
это все, что /
мы наблюдаем у простейших
животных.
Всего этого, однако так,
же
мало,
по
сравнению с животными,
обладающими нервной
системой, как-много для того, чтобы признать эти процессы физикохимическими реакциями.
ком они

—

—

—

раздражения; и тут же присовокупляет: „подобная приспособляемое і і,
проявляется пазвашіым животным п но отношению к слабым ядовитым
растворам, к высокой температуре н проч."; а еще ниже мы узнаем, что
Девенпорт прпучнл инфузорию к слабым растворам сулемы и т. п.
Такая путаница понятии не может, разумеется, содействовать правильному решению задачи: ніг о научении, ни о привычках у простейших говорить не приходится.
Дело гораздо правильней и проще объясняется слабою способностью к передаче раздражения и быстрою утомляемостью этих
животных в проявлениях
различных свойств их раздражимости, — факт,

установленный

точными

наблюдениями.

>

■

-

—

V

26

—

Процесс принятия пищп у амеб имеет много общего с процессом
удаления из их тела непотребленных ею остатков, хотя описываются
эти
процессы совершенно различно.
Это последнее обыкновенно
делается таким образом: пищеварительная вакуоля, в которой после
того,

годное,

как все

из нее

потреблено

протоплазмой,

остаются

неперевариваемые предметы: раковивки, папцыри диатомий, хитиновые части коловраток и, др., механически
(вследствие того, что
протоплазма
тела
амеб .находится в постоянном движении) приближаются
к
поверхности
тела
клетки
настолько
близко, что
содержимое вакуоли отделяется наконец от внешней среды лишь
тонким слоем протоплазмы. Тогда слой этот разрывается, и содержимое вакуоли опорожняется. Выходит так, что постольку, поскольку
поглощение
пищи представляет
собою сложный психологический
акт,
освобождение от остатков пищи представляет акт чистомеханический.
И то и другое одинаково нуждается в оговорках:
первый из описанных процессов на самом деле проще и, как было
сказано, никакой психологии в себе не заключает, второй
сложнее,
—

чем

он

изображается;

и

тот

и

другой

одинаково

являются

след-

раздражимости протоплазмы и таксических действий; вакуоля
не случайно двигается к поверхности тела, она „выпирается"
плазмой, которая" таким образом совершает таксические движения
на соответствующие раздражения сторонних веществ, находящихся
внутри тела.
Вся разница в том лишь, что по отношению к пищевым веществам она, выражаясь языком монистов материалистической
школы,
положительно
хемотаксична,
а
по
отношению
к содержимому
вакуолей
отрицательно хемо-, а может-быть, и
тигмотаксична.
Исправив таким образом переоценку явлений,
сопровождающих поглощение пищи, и недооценку явлений, сопровождающих
экскрецию ее остатков, мы получим то, что есть на
самом
деле,
т.-е.
явления
раздражимости,
приспособляющейся
к потребностям
жизни, и таксических действий, соответствующих
сложившимся приспособительным
свойствам раздражимости данного
ствием

—

организма.

і

инфузорий

Питание
цшшально.

и

деталями,

отличается

от

корненожек и прин4
особенностей в строении

питания

вытекающими из

протистов.
Они заглатывают пищевой материал
помощью „ротового отверстия". Стебельчатая инфузория Vorticella
„загоняет" пищевой комочек в ротовое отверстие помощью ресничек.
Комочек этот затем поступает в
эндоплазму животного.
Свободно плавающая инфузория Paramaecium сама разыскиваетсебе пищу, руководясь
„хемотаксисом".
У некоторых инфузорий этот хемотаксис развит так хорошо, что они определяют
присутствие пищи на довольно значительном расстоянии (относиорганизма

этих

тельно,
разумеется), вследствие чего собираются на пищевых!
предметах в большем или меньшем числе особей, как это наблюдаем у Coleps liirtus, которые заглатывают части пищи, значительно

27

—

—

расширяя для этого помещающееся на конце их тела ротовоеотверстие.
Такие случаи,
когда
они
наблюдаются у хищных

'

инфузорий (как у Didinium, например), описываются авторами, как
действия „скопом".
На самом деле ничего подобного нет: нападение
„скопом" представляет случай, когда добыча привлекала У
к
себе не одну,
а
несколько
особей, находившихся в зоне ее
воздействия.
Совершенно аналогичное явление мы наблюдаем и у
Paramaecium.

впустить химически-чистой угольной
ддя контроля,
пузырек обыкновенного
воздуха, то
густой массой соберутся вокруг
первого и оставят свободным от своего присутствия второй.
По
мере того, однако, как углекислота,
диффундируя в воду, скопляется в вей в концентрации, лежащей выше optimnm'a, и чрамецип
удаляются от пузырька углекислоты в зону optimnm'a, так как они
обладают определенным хемотропизмом к высоким концентрациям
этого
газа.
Из этих опытов вытекает, что. так как ларамеции,
подобно всем организмам вообще, сами производят углекислоту, то
туда, где по какой-либо причине собирается большое количество
этих инфузорий, привлекается все большее и большее их ксдичеЕсли

кислоты

этим,
парамеции

выделяемой

.

ими

Здесь,

с

накопления

как и

в

явления,

большого

месте

этом

в

'

количества

углекислоты.

же

простейших

Таксисы

животных

стекло

одновременно

вследствие

ство

В.

покровное

под

и

связи

оюивотнъгх
с

питанием,

в

мы

связи

самосохранением.

с

наблюдаем у простейших

монистов-психологов,

по толкованию

аналогичные

наблюдались у многоклеточных животных: они „уходят от опасности",
„принимают меры к самосохранению", „устраивают жилища"
и пр. и пр. и пр.;
а
в толковании
монистов-материалистов производят действия, сводящиеся к физико-химическим
реакциям.
На самом же деде действия эти представляют собой
тем, которые

специфические
отличающиеся

приспособления живого вещества,
и от физико-химических реакций и

в

равной

от

мере

психической

деятельности.

Таксисы
ным

образом

гическому

эти описываются
по

своим

значению

авторами,

и

смыслу,

'

как и все

проявлениям,

внешним

который

а

остальные,
не

имеют.

по

—

тому

глав-

биоло-

Корненожки

или

инфузории

при таких-то внешних воздействиях принимают форму
шара и перестают двигаться, или наоборот
начинают усиленное
движение.
Факты эти интересуют исследователей
только со стороны указанных реакций организмов на раздражение.
О том же,
—

.

какое

биологическое

внешним

смыслу,
ческой

признакам,
речь вовсе

—

философии

и

значение
но
не

имеют

эти

действия,

сходные

по

иногда различные по своему биологическому

поднималась,

подниматься

не

да с точки
могла.

зрения

монисти-

*/»

—

Если

28

—

случаях раздражения организмов
соляной кислорастворе едким кали, или другими кислотами,
щелочами и солями в слабой концентрации
животное втягивает
свои псевдоподии и принимает форму шара,
то в других
случаях
раздражители эти вызывают усиленную деятельность ресничек и
жгутиков, вследствие чего движение животных ускоряется и в известных случаях
до такой
степени,
что производит впечатление
мечущихся из конца в конец по полю зрения точек.
Наконец, у
третьих указанные раздражители вызывают сокращение стебелька,
помощью которого
они
прикрепляются к подвижному предмету,
как это наблюдается у сувоек
(Vorticella). Некоторые корненожки
в ответ на механическое
раздражение выделяют слизь вокруг своего
тела и т. д. Так, если, например,
подвергнуть выделенную из корненожки Thalassicolla
центральную капсулу сильному механическому
воздействию, то псевдоподии ее сокращаются, и между ними появляется толстый слой слизистого вещества.
Указав на &ти явления, монисты-психологи говорят о целепонимательности простейших животных, а монисты-материалисты сводят
их к физико-химической структуре живого вещества. Подтверждение
этого последнего
объяснения явления авторы видят в том, что
Protozoa разных видов реагируют на однородные раздражения различно, а особи одного вида на разные раздражения реагируют
одними и теми же действиями. И первая и вторая категории явлений, по их мнению, каждая по-своему подтверждают, что все дело
в химическом составе реагирующих
на раздражение
животных. Это
било бы правильно, если бы верно было положение, на основании
которого это заключение построено,
но это
не доказано.
Парамеции,
напр., в ответ на сотрясение (на толчок по предметному

той,

или

одних

в

в

—

1%

—

—

стеклу)

внезапно

замедляют свои движения,

первоначальной

но тотчас же

вслед за-

скорости.
Аналогично ведут
себя инфузории, двигающиеся
посредством жгутиков: при толчке
•они производят усиленный удар жгутикоуі,
который изменяет направление своего первоначального
движения, а
затем
спокойно
продолжают двигаться по новому пути. Pleuronema, обыкновенно
лежащая на дне, расставив свои длинные, тонкие реснички, при
механическом раздражении делает ими энергичное
движение; получается род прыжка с одного места на другое, где она и принимает свое первоначальное
положение.
В другом случае спокойно
лежащая на предметном стекле инфузория эта начинает совершать
прыгательные движения, если удалить диафрагму микроскопа и
таким образом внезапно осветить ее.
На постепенное воздействие
светом
она
не
реагирует
таким
образом.
Ясно, что дело не
в реагенте и не в химии, а в другом
месте.
у»
Если присоединить к этому, что реакция особей одного вида
бывает различна не только на разные раздражители,
но и вследствие
различных физиологических
состояний
особи, то' едва ли
тем

возвращаются

%

к

29

—

—

сомневаться в том,
что мы имеем
здесь дело не с физихимией, а с целесообразными приспособлениями.
Интересны в этом отношении выработанные у простейших животных приспособления
к переменам температуры.
Если мы примем во внимание факты, доказывающие, что амебы,
например, как это доказал Кюне, погибают как при -j- 40 или 4г> с
но Ц.. так и при
охлаждении
до точки замерзания, то для нас
сделаются понятными приспособительные 'іакспсы этих животных,
благодаря которым они „стремятся" к оптимуму температуры.
Парамеции, например, уходят из водяной среды, температура которой превышает 25 28°, а равно тходят и при охлаждении среды
можно

кой

и

—

до 12°.

В

рубрики

о
таксисах
самосохранения, остается
способности простейших животных в интересах самосохранения „устраивать себе жилища", пользуясь для
этого сторонним материалом.
Диффлюгии одного вида строят свои
раковины
из
диатомий,
другого
из
песчинок
определенной
формы, третьего
из частичек ила и т. д. Явления тигмотакеиса,
т.-е.
способности определенным образом реагировать на прикосновение к твердым
веществам, проливают некоторый свет на этот
вопрос.
Но одной этой
способностью
разумеется,
не
объяснить:
уж тот факт, что раковины устраиваются из сторонних
предметов, говорит о наличности здесь не одного только тигмотаксиса, но и о других,
более важных биологических
факторах,
источником которых
является
целесообразная приспособляемость.
Механическая точка зрения на эти явления так же недостаточна
и одиостороння,
как и попытка объяснить строительство насекомых
особенностью их организации.
Недостаточность такого объяснения
там была доказана Фабром' с такою очевидностью,
с которою здесь
по техническим условиям установлена
быть не может; но общность

заключение

сказать

несколько

слов

о

—

—

рода явлений не только не мешает нам впдеть здесь
причины, т.-е. особенности раздражимости протоплазм..:
разных видов этих жшютных, но и объясняет нам этот признак.

законов

этого

аналогичные

О

Тшхсисы^простсйгйпх

оісивотньуу

в^связиЩрхмзмпожгнием.

Монисты смотрят на размножение простейших животных, как
рост за пределы
индивидуальности,
и
с этой
точки зрения
явления
эти представляются
им до такой
степени простыми, что

па

они
за

сопоставляют

пределы,
И

таком

именно

Спенсер, которому,
его

его

с

делением капли воды,

определяемые

повторяют

„размножение

сцеплением

смысле

сколько

тысячи

я

понимал

когда

рост

она

выходит

частиц.

размножения
за которым
тезиса, по которому

определение

знаю, оно принадлежит

авторов.

представляет

ее

Толкование
за пределы

и

индивидуальности",

в

продолжения существования родоначальников в потомстве,
предлагают некоторые авторы, не грешит против истины,
только определения
размножения,
как явления
и
процесса,

смысле

как это
но

разумеется,

Этому

не

представляет.
на предмет

в значительной мере содействовали,
во-первых, те схемы, которые предлагались
авторами для иллюстрации явления, и те изображения искусственного деления корненожек и амеб, которое вело к такому же размножению простейших

взгляду

животных,

как и

естественное

их

деление.

Факты приводят нас, однако*, к заключениям иного содержания:
они доказывают, во-первых,
что схемы для иллюстраций слишком
схематичны и не столько разъясняют, сколько затемняют (Истинный
смысл явления; далее, во-вторых, они доказывают, что искусственное
деление простейших животных хотя и ведет к тем же результатам,
что и естественное деление,
не

имеет.

Искусственное

утраченных

частей,

разумеется,

хотя

однако ничего
деление

общего

с этим

последним

ведет за собою

регенерацию
не одно и то же,

а не размножение,
что вовсе
результаты и оказываются одинаковыми.
Еслп сравнить процессы восстановления недостающих частей
разрезанного пополам Stentor'a с соответствующими моментами размножения этих инфузорий делением, то поверхностное сходство и глубокое различие этих явлений, по существу сделается в такой же
степени
очевидным, как и то,
что регенерация
отрезанного у
саламандры хвоста или ноги размножения не представляет.
О случаях непрямого деления нечего и говорить »).
Из сказанного следует, что размножение, как акт биологический,
не обнимается тезисом „роста за пределы индивидуальности".
Оно
и у простейших
животных представляет собою уже акт несравненно
большей сложности, чем простой рост организма.
Наблюдения констатируют, что перед наступлением размножения
движения амебы становятся более вялыми. Это
обстоятельство дает основание предполагать,
что
импульсивная
роль ядра, с которого начинается процесс деления, слабеет, а
вследствие
этого
слабеет и деятельность протоплазмы, подобно
тому, как слабеет деятельность сомы с прекращением импульсирующего влияния половых
клеток,
вследствие
кастрации
или
вследствие патологических
причин у многоклеточных
раздедьно—

.

*) Деление

корненожки Acantocystis, например, начинается с расщеплении
иентпозомы, которая до этого расщепления находится в центре
клетки; ядро спускается вниз н становится между разошедппіміг частями
центрозомы: мало по малу оно разрушается и исчезает. Сначала хроматинядра отделяется от остальной массы составляющего его вещества; затем
первоначально цельный участок хроматина распадается на части; еще
далее
эти части снова распадаются. Этот процесс распада н есть процесс,
частичной смертп старого организма; он сопровождается новообразованиями
и дает начало новому организму.
па две части

—

«К

31

—

полых

Исходя

животных.

из этого

—

соображения,

мы

имеем

осно-

предполагать,
что
в
ядре
клетки
перед его .делением
происходят процессы, сопровождающие не повышение его деятельности,
а понижение,
в связи с расщеплением
и распадом.
Прование

этот процесс у простейших животных различно.
Иногда
ядро распадается так, что кажется, будто оно разделилось на две
части; иногда, распавшись на две части* оно продолжает процесс
распада: делится еще на две части и т. д., до тех пор, пока вновь
возникающие за счет старого,
погибшего материала новообразования не займут места и функций дегенерирующих
частей.
Если прогрессивная эволюция всегда представляет собою переход от менее дифференцированного
и неопределенного
к
более
дифференцированному и определенному, то мы имеем основание
полагать,
во-первых, что прямое деление представляет собою не
дегенерацию, как это думали Цигдер и Рота, а первичную форму
размножения; далее, во-вторых, что указываемые О. Гартнигом
разные формы деления представляют собою разные этапы развития
процесса от простейших форм прямого деления к наиболее сложным
формам деления непрямого.
На размножении простейших животных почкованием останавливаться не будем, так как почкование представляет собою частичный

исходит,

случай

деления.

Вся совокупность
относящихся
сюда
форм размножения, несмотря на свое разнообразие и разнотипность, имеет один общий
признак, который заключается в том, что индивидуальность размножающихся делением особей сохраняется, хотя и изменяется более И
менее

или

глубоко.

Иное представляет
шая

форма

Вот

этого

что

рнёножка
лочкой,

мы

эта

собою

явления

наблюдаем
втягивает

размножение

копуляцией.

Простей-

наблюдается еще у корненожек.
у

Actynosplierhuii.

свои

псевдоподии

После
и

того,

покрывается

как

обо-

Затем

получившиеся путем этого распопарно сливаться.
Этот процесс
рассматривают, как процесс освежения и обновления.
Он достигается ценою гибели значительного
числа двойных ядер, которые
и резорбируются,
т.-е. рассасываются, потребляясь на образовательные
процессы.
После ряда дальнейших
делений ядер, новой
оли некоторой их части, происходит
процесс, в котором авторы
хотят видеть ничто аналогичное
акту оплодотворения
у высших
пада

ядро

новые

ее

делится.

ядра

начинают

животных.

Конъюгация инфузорий представляет явление еще более сложное.
Перед конъюгацией парамеции попарно плавают рядом друг
■'

другом
х)

В

).

1

начале это it главы мы ознакомились с описанием конъюгации

Антропоморфизм

в

оценке описываемых явлении делает

их столь

Бючля.

же

дал е-

—

32

—

Действия, которые

проявляются при этом животными, очень
мирятся с химией: последняя
едва ли может объяснить,
почему случается, что две инфузории, сойдясь друг с другом по
всем правилам конъюгации
расходятся, не конъюгируя; если бы
дело ограничивалось
химией, факторы которой либо влекут, либо
отталкивают
тела друг от друга,
то особи, ' не соответствующие
конъюгации, не могли бы сблизиться; с другой же стороны
раз
сблизившись на основании физико-химических законов, оно не
могли
бы, на основании тех же законов, разойтись. Ясно, что
.дело здесь не в одной химии, а в раздражимости вещества, свойV ства которого в одних
случаях ведут к конъюгации, в других
ей препятствуют.
Другое обстоятельство, заслуживающее нашего внимания, заключается в том, что из двух ядер
большого и малого
у парамеций
первое распадается со всеми признаками дегенерации:
оно превращается в бесформенную зернистую кучу.
Возражать на то, чтс
мы имеем здесь явление смерти одного из важнейших частей старого организма
едва ли возможно.
Другое, малое ядро распадается на четыре части, из которых три гибнут и рассасываются;
уцелевшая четвертая часть делится пополам; одна из половин
перр ходит от одной конъюгирующей особи в другую и там сливается с соответствующей половиной ядра другой особи. Происходит
процесс, который функционально представляется аналошчным размножению
у Metazoa, причем перемещающееся из тела од нон
плохо

—

—

—

—

—

—

инфузории образование будет соответствовать сперматозоиду, а остаю
яйцу. Ничего не было бы удивительною, поэтому,

щееся на месте

—

бы образование,
соответствующее
сперматозоиду,
в
связи
условиями его перемещения, выработало и такие морфологи-

если
с

ческие

признаки, которые наиболее соответствовали бы этой задаче.

Итак, при размножении делением, части основных элементов
^ старой индивидуальности в большей или меньшей степени со:
же они гибнут сполна.
В первом
без некоторого основания можем говорить о том, что стар
индивидуальность,
хоть
и частично,
сохраняется, во втором она
несомненно
гибнет.
Если мы к сказанному
присоединим,
биологические условия, благоприятствующие размножению де.

няются, при конъюгации

мы не

\/

прямо противоположны тем, котогые

благоприятствуют

кошлог;

придем к наведению, не лишенному интереса.
Если перенести бактерий
Bacterium termo, Spirillum undula
и др.
из жидкостей с незначительным количеством
питан
V раствора в такую, которая содержит этот раствор в большом количестве, то названные бактерии начинают размножаться с поразито мы

—

—

кимл от

истины,

как и заявление

о

той, что

инфузории

„притягивают друг к другу какие-то химические силы",
монисты' материалистической іпколы.

при к чшогации

как

этр утверждаю!

33

—

—

тельной быстротой, давая начало миллионам особей.
Если в их
среду поместить одну инфузорию Paramaecium, питающуюся этими
бактериями, то через несколько дней эта одна особь даст начало
тысячам других путем размножения делением.
С другой стороны,
Мопа и др. исследователи свидетельствуют, что „эпидемия конъ_

югации" у инфузории наблюдается главным образом тогда, когда
условия жизни ухудшились и ощущается недостаток в пище ; обильный же коры задерживает конъюгацию.
Факты эти, независимо от причин, их

глубокого

живают

обусловливающих, заслу-

условия, вызывающие конъюгацию,
противоположны условиям, вызывающим V

внимания:

как было сказано,
прямо
размножение делением.
Последнее

происходит

с

тем

большей

благоприятнее условия индивидуальной жизни
вообще и питание в частности ; конъюгация как раз наоборот :
она задерживается этими благоприятными условиями на более или
менее продолжительный
срок.
интенсивностью,

Отсюда
югация

мы

есть

чем

можем
акт

сделать

видовой

следующее

заключение:

жизни

наступает

и

с

если

конъ-

ухудшением

индивидуальной, то размножение делением, интенпри благоприятных условиях жизни индивидуальной, в своих требованиях совпадает с требованиями последней
и стоит к ней ближе, чем конъюгация.
Заключение это находит
поддержку в фактах, свидетельствующих, что на первых ступенях
эволюции интересы индивидуальной и видовой жизни сливаются
жизни
сивно

проявляющееся

между собою непрерывными

собою акт,
дегенерируют

ции представляют

ядра,

жизни,

связями, тогда как явления
в

котором

сполна

и

старые
начала

конъюга-

носители
новых

видовой

носителей

жизни
образуются заново. А из этого заключения, в свою
очередь, вытекает следующее : размножение простейших животных
представляет не три типа, как это принято думать (размножение
делением, почкованием и конъюгацией), а много типов, каждый
из которых является
этапом на пути эволюции от момента, когда
интересы и задачи индивидуальной жизни совпадают с интересами
жизни видовой,
до момента, когда эти интересы и задачи расходятся, если не исключая друг друга, то определенно противополагаюсь друг другу.
Эшм и объясняется, почему, подкармливая инфузорию, можно
отодвинуть период конъюгации на долгий период времени.
К сожалению,
опыты в этом
направлении не привели еще к окончательному решению вопроса.
По одним исследованиям, отстрочка
конъюгации в конце концов ведет к вырождению и смерти, по
другим
она к таким последствиям не ведет, и результаты первых
опытов объясняются тем, что инфузории перекармливались ').

этой

—

х

) Вопрос

дуальной
В.

о

воспроизведения потомстііа с длительностью индивиподнимался в литературе
предмета уже не один раз.

связи

жизни

Вагнер. I.

3

,

34

—

'

Несомненно, невидимому,

одно,

инфузорий выступает на очередь
по

тем или

—

именно,

а

причинам слабеет

другим

конъюгация

что

тогда, когда индивидуальная жизнь
и

склоняется к

гибели

*).

у насекрмых (и, вероятно, и других суставчатоногих) жизнь которых с воспроизведением потомства прекращается,
а
инстинкт самосохранения отсрочивает наступление гибели до
последнего предела возможности, у инфузорий эту роль играют не
инстинкты, а определенные, направленные в эту сторону свойства
их раздражимости.
Сказанным я мог бы и ограничиться по вопросу о до-нервной
жизни животных.
Но в начале этого очерка я указал, что в связи

Подобно тому,

с

как

протистологией,

—

как

называют

занимающийся
целый ряд общих во-

отдел зоологии,

исследованиемпростейших животных,

—

возник

просов огромной важности, и до сего времени остающихся спорными.
Забегая вперед, я все же не считаю возможным обойти их полным
ы§лчанием и не коснуться здесь, у самого источника их решения,
хотя бы в самых общих чертах.

Многими авторамп

отлетались случаи, когда следующая за воспроизведесмерть отсрочивалась, если оплодотворение задерживалось на более или менее продолжительный срок.
Мои наблюдения над домашними мухами свидетельствуют о следующем.
Я заметил, что. осенью сиариванье случается у гораздо большего числа особей, чем в течение лета, и не потому, что число особей к этому времени
может быть большим, айв тех случаях,
когда их число незначительно.
Желая вылепить, в каком отношении стоит этот факт к условиям жизни
вообще и к питанию в частности, я опытным путем установил, что неблагоприятные условия индивидуальном жизни, и в частности лишение инщн,
усиливали потребность сиарнванпя и в течение лета ; отравление же мух
квассией, мухомором, мышьяком вызывают настоявшую эпидемию спаривания.
Она захватывает особей совсем больных; более подвижные самцы
спаривалось с полумертвыми самками н т. п.
Факт этот, думается мне, дает некоторое основание полагать, что принием

чина

потомства

явления лежит в смене инстинктов

тами жизни

Ьервой

видовой, усиливающейся

в

индивидуальной

жизни — инстинк-

связи с ухудшением

условий

жизни

из них.

*) Теория Гартвига, объясняющая конъюгацию

(его величины,

тем

или

иным отноше-

роли)

к ее протоплаше, на мой взгляд, представляет собою не столько объяснение причины
-явления, сколько описание сопровождающих его внешних признаков.
Теория Шаудина, который усматривает в стремленииодной особи к другой
в период конъюгации
притяжение их химическим веществом, входящим
в состав ядра, а самую конъюгацию
излишним накоплением этого вещества, грешит всеми недостатками попыток объяснять явления живого существа процессами физико-химического порядка. Любопытнее всего, что такая
реорганизация ядра, к которой приводит конъюгация, рассматривается им,
как средство „избежать опасность, к которой может привести накопление
в ядре вредных веществ".
Химия таким образом выступает в качестве

нием ядра

клетки

а

в связи с

—

—

фактора целесообразной приспособляемости.

..

этим п

его

ГЛАВА

Общие вопросы,

изучением

выдвигаемые

Л. Механическая

гипотеза

IV.

до-нервной

развития

и

жизни животных.

автогенез.

Вопросы эти двояки.
Одни вытекают из разногласия между „механистами" и противниками идеи о возможности свести все видоизменения
форм организмов к механике,
физике и химии на их современном уровне
знания, а в связи
эволюции форм

Другой
можно

или

яснить

и

этим

и

разногласия

по

вопросу

законах

о

организмов.

из разногласия
ученых о том: возобъяснить вес действия живых организмов
законами физики и химии, а в связи с этим объ-

вопрос

вытекает

невозможно

известными нам

логических)

с

эволюцию

действий

(физиологических

и

психо-

зрения „механической" теории.
Начнем с первого из них, который, кратко формулируя, можно
поставить
так:
механична или не механична эволюция органиче-

ских

с

точки

'

форм?

не считаю
аргументацию философкосмической и органической эволюции )
убедительною. Разделяя точку зрения научного монизма н признавая законы, управляющие переменами неорганического мира во
всем его безграничном масштабе, с одной стороны
едиными и то- л
жественными, а с другой «—не имеющими признаков ни прогресса ни*,'
регресса, в том смысле,' в котором эти термины понимаются, я,
не отрицая' общности органической эволюции с эволюцией неорганического мира, с тем вместе полагаю, что в этой последней имеются
признаки, отсутствующие в мире неорганической природы.
И полагаю я это вот почему.
Учение о том, что эволюция организмов идет путем бесчисленных
уклонений во все стороны и механического отбора наиболее удовлетворяющих условиям времени и места,
предполагает, что самые
эти уклонения
происходят вследствие соответствующих и закономерных перемен молекулярного строения зародышей. Почему могут
происходить эти перемейы
для нас здесь это вопрос второстепенный.
Живое вещество проявляло такие-то свои свойства по-

Я уже говорил

ского

монизма

о

о

том,

что

тожестве

—

—

—

—

тому,
мулу:

что

живое

Аі

Вг

—

вещество

требует

—

молекулярное строение имело, скажем, такую форС 3 ; если формула эта изменяется в А 2 ВіС 3 , то

его

—

36

изменяет

измененная

свойства

свои

формула.

Я

же

раз так,

как

полагаю,

что

наше

как

того

современ-

ное
знание
физики и химии не обнимает всех явлений живого
I вещества и решительно ничего не дает для выяснения раздражимости, которая
остается для
физико-химиков наших дней такою
We загадкой, какою было сто лет тому назад. Из этого, конечно,
не следует,
что мы никогда
не
узнаем того, что нужно знать,
чтобы явление раздражимости
приобрело надлежащую ясность
с точки зрения
законов
физики и химии. Но пока этого нет, и
потому пока мы должны себе объяснять свойства живого вещества
его
молекулярным
строением
иной
формулы, а именно:
Аі
В%
Сз
X
Т; последние члены этой формулы суть те неизвестные нам пока физико-химические факторы, которыми соврсме—

нем

—

будут

выяснены доныне невыясненные явления живого вещества.

Так стоит
сделается

—

—

дело сейчас.
Возникает вопрос: а когда неизвестное
известным, и когда будет точно установлено, что моле-

кулярные перемены в формуле живого вещества механически предопределяют соответствующие перемены в свойствах
живого вещества, ничего не оставляя неясным в этих переменах; когда будетточно
установлено,
что
происшедшие
чисто-механические
перемены в свойствах живого вещества механически удерживаются
или
устраняются отбором,
тогда можно ли будет
принять формулу
—

биомехаников

люцией

о

тожестве

космической?

законов

Тогда

органической

получим

яволюции

с эво-

утверждать, что в первой, как и в последней, нет ни прогресса ни регресса, или, вернее,
что то,
что мы считаем прогрессивным, не
есть дело закономерности,
а дело простой случайности,
которая ші
в чем не изменяет космических законов развития.
___
Полагаю, что и тогда мы этого права иметь не будем.
Жизнь простейших организмов учит нас, что действия их отнюдь
не напоминают реакций физического
и химического порядка. Инфузории,
помещаясь в несоответствующей
им
температуре
воды,
стремятся к температуре им соответствующей. Чему же собственно
одна температура
соответствует, а другая не соответствует? Мы
не можем сказать: не соответствует их самочувствию, так как термин
этот по отношению к простейшим животным не может иметь приложения, ибо того, что им обозначается у вые іих животных, простейшие не имеют; самочувствие последних отличается от самочувствия первых и по генезису и по своей природе,
хотя и остается
аналогичным
по своему
биологическому смыслу.
За отсутствием
надлежащего термина, однако, мы, чтобы избежать описания того,
с чем имеем дело, длинной фразой о состоянии инфукорий, иаходяли

мы

возможность

—

'

у

.

\f
,

щихся

в

воде,

[ротоплазмы

не

их

соответствующей нормальной жизнедеятельности
определяемой ее раздражимостью, V- будем

тела,

:

называть это
в

ковычках.

не

явление,

по его

биологическому смыслу, „самочувствием"

Итак, инфузории, помещенные

соответствующей их „самочувствию"

—

в

воду

с

температурой,

ищут другого места, более

соответствующего этому „самочувствию".
Стремление их к этому
новому месту,
их таксисы, как это указал Бон,
вовсе не похожи
на явления химических реакций. В их действиях проявляется то, **
что у высших животных в аналогичных случаях описывается, какХ
хотение, как воля, и что у простейших организмов можно, разумеется, определять этим термином лишь с такой же оговоркой,
которую мы сделали по отношению к самочувствию.
Если это так, то ясно, что, какими бы безграничными ни были
перемены, происходящие в живом веществе, среди них не может
быть ни одной, которая, механически сложившись, не находила
бы В самом живом веществе, в его „самочувствии", либо отрицательного к ним отношения, если проявление этих перемен оказывается в противоречии с этим „самочувствием", либо положительного
отношения, если с ним совпадает. Отбор может делать свое дело
чисто-механически, перемены молекулярного строения
тоже возникать механически, но
„самочувствие", имеющее свою основу
в раздражимости протоплазмы данного
живого вещества,
булет
делать свое дело.
Что из того, что характер и свойства этой
раздражимости являются только закономерным выявлением их физико-химической структуры? „С тремление", в свою очередь, являясь
ее^сдедствием, является и актив ным_$актором перемен в их эволюции. В литературе предмета имеется много хорошо проверенных
даВНъіх, которыми устанавливаетсяналичность явлений, объясняемых
законом инерции. Признак, получивший место в одном поколении,
стремится Мать" Польши м в следующих поколениях, иногда достигая
такой гипертрофии в своем развитии, что может сделаться гибельным
для существования вида. Это стремлениек развитию, к увеличению,^-.,
к усилению, к активности, этот момент активного участия
*
?. переменах, не наблюдаемый в эволюции мертвой природы, и кладет
между ними ту грань, которая для явлений одной категории предопределяет один путь эволюции, а для другой
иные.
Вот что я, между прочим, писал в статье своей „Прогрессивная
эволюция и регресс" по этому вопросу ').
Мы признали раздражимость живого вещества за одну из тех
/
—

—

—

—

его

особенностей,

материи:
в

которая резко

она ставит

которых

отличает его от
это

в

такие

одного

этого

Отсюда,

не

может

неорганизованной

отношения

вещество никогда находиться

живое

ствие

вещество

не может

подлежать

и

к
—

среде,
уже

и

тожественным

следует, чтобы таких законов, которым могли бы подчиняться предметы организованной и неоргани— -«
зованной природы, вообще не могло быть.
Такие закрпы суще-

законам.

х

) См. .„Новме

конечно, не

идеи в

биологии", Д» 9, 1924.

38

—

ствуют,
нии:

них,

из

тот

и

—

который формулирован Спенсером

в положе-

„каждая причина производит более одного следствия"

служить

тому примером,
неживой и еще

ниях

так

того

как закон

более

этот

имеет

природы.

живой

—

может

место и в явле-

Но

на

ряду

общими законами в изменениях живого вещества, оно подлежит
действиям других специальных законов, которые, имея применение
с

здесь,

не

этого

ожидать

вещества,

и

отличающихся

материи.
Этот факт,
законы

в изменениях
неживой природы; а это дает
особенных следствий в явлениях изменяемости

его

имеют

основание

своей стороны,

со

действий

живого

веществ неживой

изменяемости

от

является

вещества

не сполна

аргументом за то, что
исчерпываются этими

законами.

Воздействующая

I
'

организм среда, например, не всегда вызыреакции, как это совершается в мире^
неживых
веществ.
При известных условиях и при известных
обстоятельствах кислород и водород неизменно дают воду одного
состава и одинаковых свойств.
Происходит это потому, конечно,
что в кислороде и водороде,
как предметах
мертвой природы, не
происходит никаких энтогенетических процессов: они мертвы и
оставались
бы неизменными вечные времена, если бы внешние
вает

неизменно

факторы

не

поставили
только

вывели
их

это

в

их

из

случилось,

так

неизменного

своего

определенные

предопределенные
реакции.

|

на

одинаковые

положения

и

не

друг к
другу.
Как
тела эти вступают в заранее
и
дают
предопределенные

отношения

тотчас

же

взаимоотношения

С живым веществом дело
обстоит иначе.
Среда, на него
воздействующая, встречает не индифферентный .щщдшиу а такой,
который внутри себя претерпевает непрерывные изменения, обусловливающие

реакции.
Но
различными в

не

тожественные

это не

все.

зависимости

данный

в

данный

Реакции
от

того

эти
или

(аналогичные

не

момент,
только

иного

а

различные

оказываются

состояния

—

в

момент

явления

могут

живого

быть указаны и в неживой природе, хотя бы со стороны- внешних признаков
процесса), но и по другим, особенно для нас важным признакам;
раздражимость живого вещества представляет собою способность
не только реагировать сообразно с его состоянием,
но и так,
как
того
требуют вытекающие из раздражимости и^гдательныеего
способности: живое вещество из «претерпеваемых им воздействий
среды
на одни
отвечает положительно,
на другие отрицательно.
Иными словами, оно действует так, что мы получаем право говорить
о предпочтении,
которое живое вещество оказывает одним предметам, одним действиям перед другими.
О таких способностях у
неживой материи мы говорить,
разумеется, не можем.
Правда,
монисты указывают на химическое
сродство, на „выбор лучей"
фотографических пластинок и др. явления, аналогичные „выбору"
вещества

—

39

—

вещества; но они упускают из виду, что этот последний выбор
характеризуется как раз теми же признаками, какими характеризуются отличия живого вещества от неорганизованной природы: и I
химическое сродство, и выбор фотографической пластинки, и другие
живого

аналогичные

явления

—

неизменны и

сполна

определяются

внеш-

факторами среды, тогда как выбор живого вещества определяется факторами его внутренней природы, его эптогенеза. Последними

ствия
и

в

такого

отличия

концов

конце

живой

приводят

неживой
тому, что

и
к

природы неисчислимы
представляют два

они

разных мира, со своими специальными законами перемен.
Способность к выбору, способность к предпочтению живого
вещества делает его предметом, активно реагирующим на воздействие

А

среды.
если это

смысле,

чем

так, то ясно, что изменения его закономерны
изменения

неживых

веществ:

эта

в ином

закономерность

поведет первое из них не механически куда-то, как это происходит

сторону наилучшего самочувствия, т.-е. в сторону
для его существования.
Для нас совершенно безразлично, почему для
одного живого вещества благоприятными являются одни, а для других
другие. Пусть в основе
этого обстоятельства лежат свойства входящих в состав данного
вещества химических элементов и их взаимоотношений. Для нас
это не важно.
Важно для нас то, что отношение данных хими- V*
ческих элементов в живом веществе таково, какого мы не встречаем
в природе неорганической; важно то, что оно происходит в условиях,
не наблюдаемых в неживой природе и потому влекущих за собой
последствия, которых мы не наблюдаем в явлениях последней.
Если это так, то мы получаем основание говорить об активности
в действиях живых веществ,
о его способности к предпочтению
одних элементов среды другим и к выбору наиболее удовлетвосо

вторыми,

а

в

наиболее благоприятную

—

_

ряющих

этот

выбор способностей,

а

с этим вместе и

о

его энтоге-

разумеется, что способности к выбору и предпочтению, о которых идет речь, носят иной характер, чем тот,
который наблюдается у животных,- обладающих ^нервной системой,
хотя бы и самой элементарной; что мы употребляем здесь термины —
незе.

Само

собой

„предпочтение" и „выбор" в ином их значении, чем употребляются
у животных с нервной системой, и поступаем так исключительно
потому лишь, что в области явлений, о кфторых идет речь, мы не*_
имеем надлежащей терминологии.
Научный язык так далеко ,
отстал от предметов и явлений, наукой открытых, что уже давно
'

нуждается

в

пользоваться

дополнениях,

за

отсутствием ^аоторых

приходится/

старой терминологией, заведомо употребляя

несоответ-

ствующие предметам и явлениям слова.
,-»
Как бы ни были элементарны способности к „выбору" и „предпочтению", как бы ни разнились действия выбора и различения
у живого вещества недифференцированного от того, что мы видим

•

—

40

даже у инфузорий и у корненожек;
особенности у названных животных
животных с
гическая

нервной системой,

основа

явлений

в

—

том

—

как

от

пройдя

животных,

хические

способности,

нечто,

чему

а

мы в

мы

эти

наблюдаем у

в

тою

этой способности длинный
совершенствования, достиг,
которой у него возникли псис этим вместе и вследствие этого полуприроде не встречаем уже ничего анана

основе

путь систематического осложнения
наконец, той ступени эволюции, на
чилось

были различны

что

котором мы рассматриже, т.-е. такой, которая
определенную
грань между

смысле,

вопрос, везде остается одною и
в процессе
изменений устанавливает
живым и мертвым.

ни

инфузорий сущность, биоло-

даже у

ваем

Мир

бы

того,

и

логичного.

Из

сказанного

само

люции живого вещества

одних только
я

не

назвал
могла

конечно,

собой следует, что конечные итоги, эвоне могут рассматриваться, как результат

активная роль той способности, которую
способностью к „предпочтению" и „выбору",
роли в эволюционном процессе,
и роль эта,

случайностей;

энтогенезом,

не играть
была огромной.

ГЛАВА

V.

Продолжение.

Раздражимость

В.

ная

и

Психоплазмическая

реакция.

жизнь на

базе

жизни

и

психонерв-

до-нервной.

Другой вопрос, возникающий в свази с изучением простейших
и в
их
жизни
ищущий своего решения, заключается

животнцх
в

том,

было указано выше: возможно ли или невозможно
действия живых организмов известными нам законами
химии, а в зависимости от этого объяснить и эволюцию

как это

объяснить

все

физики и
действий

(физиологических

механической

Прежде,

и

психологических)

с

точки

зрения

теории.

чем

отвечать

на

вопрос,

этот

отмечу

следующее

обстоятельство.

Биомеханисты,

перечисляя признаки живого вещества, указыассимиляцию, диссимиляцию, выделение, восстановление,
ра множение, регулирование процессов и пр. и пр.
В перечисленных
признаках живого вещества интересно не
вают на

это,
не

а то, что, перечисляя их,
упоминают о раздражимости.

эти

признаки,

Отсутствует

авторы
раз то, что

многие
как

вовсе
всего

ярче характеризует живое вещество и, вследствие этого, вовсе не
поддается объяснению лабораторными приемами исследования. На.
месте
раздражимости в качестве
основного
признака ставится
реакции, т.-е. не первый, а второй момент процесса, не причина,*
а

следствие.

Такая

вопроса
мне
представляется
совершенно
реакция составляет основное свойство живого
вещества, а раздражимость, и не по тому одному только, что она
явилась
раньше реакции, но и потому, главным образом,
что
именно с нее
должно начинаться изучение
психологии,
которая
является ее дериватом.
Не реакция определяет раздражимость и
характеризует ее, а раздражимость
реакцию.
Здесь может, разумеется,' возникнуть вопрос: расчленими ли
эти два
процесса живого вещества
раздражимость от реакции,
пли, выражаясь
иначе,
различимы ли моменты сенсорный от
сс

постановка

правильной;

не

—

—

моторного?

|

—

Если
в

расчленили,

они

каком

отношении

стоят

то

42

—

какова

эти

процессов, и
другу, и какие
ослаблению сенсорного и

природа
друг

моменты

факторы

этих

к

содействуют усилению или
моторного процессов V
На первый из этих вопросов о расчленимости сказанных моментов реактологи сами дают определенно-утвердительный
ответ: они
различают в реакции два процесса'
раздражение и движение, и
рассматривают их, как явления разнородные.
Мне пришлось много раз наблюдать на Еавказе следующее явление у прямокрылого насекомого, которого определить не удалось: вечером насекомые эти прилетали на стол балкона и садились на зоне
света
от
дампы.
По прошествии некоторого времени насекомое
выдвигало свою вторую пару крыльев и трепетало ими в течение
1
-J, секунд, а затем их складывало ; через минуту оно снова выдвигало крылья, трепетало ими в течение секунды и снова складывало. Повторив эти действия раз 10, насекомое, вместо очередного
трепетания крыльями, взлетало, устремляясь к свету (и, полетав
некоторое время, снова опускалось на стол в зону света и снова
повторяло описанное, до нового взлетания и, т. д.).
Трепетание крыльев есть, очевидно, разряд накопляющейся энергии, воспринимаемой органами зрения, а быть-может, дермически.
Разряд произошел; вновь накопляется энергия, снова следует ее
разряд и т. д.
Процесс этот повторяется периодически правильно
—

j
і
'

—

несколько раз.
Но вот трепетание крыльев сменяется полетом.
Ясно; что,
одновременно с описанным процессом накопления и разряда, в нервных центрах
происходит
какой то другой процесс накопления
энергии, который повторяется в другие периоды с более продолжительной амплитудой.
Графически процесс этот может быть представлен таким
по д-р л д

-

образом:

О +111111 О ++++-Н-+о +++++++о
где крестики обозначают периоды трепетания крыльями, а кружки

периоды

полетов.

слабые воздействия
дующих

друг

действий

по

за

Сказанное дает
вызывают

другом,

нам

реакцию

—

что

повторных, сле-

лишь после

определенной

в

полагать,

основание

последовательности,

формуле:
а+а+а+а=п.

Раздражения а+ а+а ■^—реакции
совершенно равное
чтобы таковую вызвать.
одно а

—

Второй вопрос

не вызывают ;

необходимо

трем предшествующим

из вышепоставленных

является

по

уже

еще

своей силе,
спорным.

Одни авторы признают раздражимость процессом апперцептивного
порядка,

а

мускульную реакцию

—

процессом порядка перцептивного,

—

43

—

непроизвольного (рефлекторного). Другие категорическиотрицают
рефлекторный характер мускульных движений и признают их такими
апперцептивными актами, как и акты сенсорного порядка.
отношениях ц факторах, усиливающих и ослабляющих сенсорные и моторные процессы, является еще более спорным.
В то время, как одни считают таким фактором внимание (Л. Ланге),
другие, как раз наоборот, утверждают, что внимание в этих процессах никакого значения не имеет; более того:
величина сенсорной реакции, при направлении внимания в эту сторону, не только
не увеличивается, но даже падает ниже мускульной реакции (Кетже

Вопрос об

телла). Одни
щего

или

на место

внимания,

в

ослабляющего сенсорные

качестве
и

фактора,

усиливаю-

моторные реакции,

ставят

представление данного лица и привитые воспитанием качества
(Болдуин); другие опытным путем доказывают полную несостоятельность

этой

гипотезы

Причины

такого

(Флуранс) и т. д.
безотрадного положения

реактологии, очевидно,

заключаются

в

том, что

основных
к их

вопросов

решению под-

не с начала, а с конца эволюции.
Началом этим должны были бы служить исследования простейшех животных в этом направлении. К сожалению, исследования эти пошли в сторону интересов, связанных с монистическим
миропониманием натуралистов, а не тех, которые вытекали из
вопроса о раздражимости живого вещества.
Физиологи начали свои исследования, по их мнению, с самых
простых реакций, т.-е. с элементарнейших форм раздражения и
движения у человека, вследствие чего, как этого и следовало ожидать,
скоро очутились перед задачей непреодолимой трудности. Реакции зрительные, слуховые и иные раздражения порождали не простые движения реагирующих органов, а очень сложные.
Отсюда понятными являются разногласия и споры исследователей по самым основным вопросам, подлежащим их решению •).
Что же касается до предложения рассматривать не раздражимость, а реакции на раздражение, как „основную форму всякого
жизненного процесса" "), то неправильность этой
идеи вытекает

подходят

і)

Л отнюдь, разумеется, не хочу сказать, что исследования, предпринаправлении пснхо-физнологами, бесплодны. Ничуть. Я утверждаю лишь, что, начиная не с начала, а с конца, исследования эти потребуют несравненно больших усилий и несравненно чаще приведут к спорным заключениям, а иногда и к ошибкам, чем это было бы, если бы исследования раздражимости начинались ве с сложного, а с действительно
простого.
2 ) Э'тдел физиологии, изучающий этп явления, получил название реактологии.
Это выделение части в самостоятельную .область науки
едва ли может быть сделано без ущерба и для физиологии и для самой
„реактологии", как не может быть (по той же причине) выделена в самостоятельную науку и рефлексология, тоже представляющая небольшую
область физиологии нервной системы. Стремление в такому сепаратизму^
нятые в этом

|

44

—

из

соображений

двух следующих

жимость

может

дователя

реакцией,

место,

иметь

—

во-первых,

:

и, во-вторых,

из

того,

раздражимость, а не реакция, в
дала начало совершенно различным
что

теру,

физиологической

своей

и по

из того,

отвечая на нее

не

и это

—

явлениям

основе, и

по

и

иссле-

особенно важно,
по

—

процессе

эволюционном

своем

раздра-

что

заметной для

своему харак-

своему

психологиче-

скому значению.

То,

что

признаки

реакция,

не

вещества,

живого

ства, что последняя
может

/даже

его

и

нервная

/■способность
не

,

к

может

на,

составляет

это

иметь

место

из

то

в

того

время,

ткань,

Этот

раздражимости,
него

основные

обстоятелькак
вторая

факт удостоверяется
выработавшая в себе особенно

иметь.

реакцией,
реакция может быть,

отвечать

тем,

раздражение,
было слабым.
В

воспринимая
если

оно

что;

развитую!
может
живом

слабой
Саже на очень сильное раздражение ; естественно, что слабые раздражения, воспринимаясь, будут недостаточными для того,
чтобы
вызвать заметную на них реакцию.
А из этого уже само собой
следует, что раздражение генетически предшествовало реакции;
другими словами, что основным признаком живого вещества является
раздражимость, а не реакция, и что начинать изучение живого вещества поэтому надо с раздражимости,
а не с реакции.
Другой аргумент, подтверждающий правильность заключения
о том, что не реакция, а раздражимость
является основным
признаком живого вещества, заключается в том,
что
раздражимость,
а не реакция в своем процессе 'эволюции дает начало двум категориям явлений, совершенно различных по своему характеру, по
своей физиологической основе и по психологическому значению.
Эти два пути, с точки зрения данных эволюции психических
іцестве

^

не

раздражимость
следует уже

а

как мы

это

видели,

очень

способностей, таковы:
С одной стороны
раздражимость клеток многоклеточных оргапизмов привела к возникновению нервной системы, которая, получив место, пошла
своим путем
развития и, пройдя свои этапы:
инстинктов, эмоций и разумных способностей, привела к явлениям,
—

\,

совокупность которых
психологии

человека,

для животной

дает материал
т.-е.

психологии

и

сравнительной психологии, 'или биопси-

хологии.

С
в

).
Л

другой

—

раздражимость

образовании нервной сисхемц,
"

клеток,
не

не

при нимавши х

участия

исчезла~;~"1юлее тоТоГ*она

не

но, развиваясь, привела к реакциям своего
особого специфического характера, не менее мощных в области своего
только

сохранилась,

влияния

на

действия

животных

организмов; реакциям, совокупность

свидетельствуя о неустаповлешюоти данной отрасли знания, грозит такой
гипертрофией научных дисциплин, которая в конце концов будет пе содейчтвоватъ, а тормозить движение вперед научного знания.

—

45

—

развития обусловливает
явления,
темпераментом у животных и человека. ] л
Первый из этих путей эволюции я считаю правильным назвать
психо-нервным, потому что он получает начало с возникно»
вением нервной
системы и приводит к явлениям,
которые называются психическими и никакими иными называться не могут.
Другой путь эволюции раздражимости живого вещества я считаю
путем псевд о-п сихическим,
или
психо-плазмиче-

которых

на

ступенях

высших

называемые характером

ским,

так как он

или

имеет

своим

источником

протоплазму

живого

неопределенный характер;
одни авторы рассматривают их, как явления психические (характер,
темперамент), другие
как явления физиологические.
___J
В современной литературе о характере и темпераментах, как
психологических
способностях, писано так иного, что совокупность
написанного получила даже особое наименование
„характерология".
вещества. Явления мой категории

носят

—

—

Под нею разумеют науку, изучающую душевные наклонности или
душевные качества.
Самое это определение указывает на то, что
мы имеем тут дело не с нервными процес сами, а с чем-то другим,
от них отличающимся".
Но в чем заключается это отличие, откуда
взялись эти
ства

■—

об

предмета
указание

наклонности,

нет.
на

как

сколько-нибудь

Вместо

знания имеются

то,

что

С
,

душевные качеобоснованного в литературе
лишь іипотезы или прямое

складываются эти

ничего

этом

.«

причины,

обусловливающие

эти

явленна,

современному

психологическому
анализу не-*
доступны". Вся сущность знания сводится к тому, что характер,/или
темперамент
это совокупность
свойственных данному лицу % ^
„нам

неизвестны

и

—

психических

наклонностей.

Правда, имеются попытки дать на эти вопросы более определенный ответ, но попытки эти, ничего не давая, только подчеркивают правильность откровенного свидетельства о том, что „мы не
знаем

и

погнать

не

можем".

В самом деле, что представляет собою гипотеза, полагающая,
что темперамент и характер есть следствие преобладания в тканях
организма п роцессов распада или восстановления fJouillee); или
что
разнообразие характ еров обусловливается бысті іо^щйт--*едзген"^,
постно и эііер)ч Ш"ТПпШТВИя (Perez),
соображение,
очень иаііоч
мина
догадку о тбмГ*что зимой в лесу бывает холодно от-»
того, что в нем не растет малина; или гипотеза Kretschmer'a, по
которой характер
это сумма всех аффективно-волевых реакций
человека; возможных и возникших у него в течение его жизни,
т.-е. из наследственного расположения и всех экзогенных факторов;
а темперамент
пока еще не
имеет
окончательной
формулы, но
имеет большое значение для биологической
психологии. Я полі
как раз обратное:
определение темперамента, для биопсихологии
значения не имеет,
ибо у животных и. •характер и темперамент)
суть явления не индивидуальные, а видовые, п в качестве
—

—

таковых^

—

46

—

отбора; у человека же опредетемперамента, так и характера, если их можно
принципиально различные явления, предста-

иявляются продуктом естественного
ление

'

і

природы

как

"рассматривать, как
вляет огромный интерес.

Соображение Freud'a об эрогенных
имеющим к делу

оральные

(период

никакого

отношения;

ребенком

зонах

мне

деление

же

кажется

не

влечений

на

пальцев),

которое переу женщин, представляется мне таким односторонним, что учитывать гипотезу названного автора в вопросе о характере человека едва ли нужно; и это
тем более,
что никаких указаний на такое деление и на такую
роль зон у высших животных, от которых человек унаследовал
основы темпераментов и
характеров, мы не имеем: то и другое
складывается у них без всякого отношения к оральным, садистисосания

ходит в садистическое у мужчин и

ческим и

своих

анальное

анальным зонам.

Здесь уместно

напомнить о гипотезе

Лёба

и его

школы,

по кото-

рой поведение животных определяется вовсе не нервной системой,
служащей только регулятором деятельности организма, а протоплазсвойствами.
Согласиться с этой
могу: деятельность животных,
обладающих нервной системой, как мы увидим, стоит в непосредственной и прямой зависимости от уровня развития нервной системы,
которая может усиливаться и ослабляться под влиянием факторов
разного порядка; но я отнюдь, однако, не отрицаю и роли раздра- \
жнмости протоплазмы в этой деятельности у животных.
Разница ]
между этими двумя родами деятельности заключается в том, между
прочим, что психоплазма составляет достояние всего животного
царства, от монер (если бы реальное существование их было
установлено) до человека, тогда как психо-нервная деятельность,
мой

последнего,

точкой зрения

"

Л
■

ее

я,

видовыми

разумеется,

не

обуслрпдиваемая нервной системой, составляет достояние лпшь
некоторой части животных, ею обладающих. Сверх того, как я
сказал уже,
эволюция нервной деятельности приводит к генезису

•

И чисто-психологических способностей

к

эмоциям и познавательным

способностям (инстинктивными разумным), другими словами к нсихо-нервной деятельности; а то, что является продуктом эволюции
—

і, фажимости клеток,

I

к

приводит

к

явлениям психо-плазмическим,

явлениям, называемым характером или темпераментом, а частью

ііи^силой

воли.

Необходимо
йлазмический
ник в

и

иметь в

виду при этом,

психо-нервный,

раздражимости

живого

имея

вещества,

оба эти пути,
общий для них
потом разойдясь

что

один
а

психо-

источи

идя

путями развития, не могли, конечно, быть изолированными
друг от друга; на всем пути развития они не могли, конечно, не
оказывать друг на друга соответствующего влиянии.
Остается присоединить к сказанному, что у животных в пеихонлазмическая и психо-нервная жизнь является видовой, вследствие
своими

47

—

однородности
системы

и

свойств протоплазмы,
подавляющего

однородного

значения

(инстинктов),
отбором, в строгом

способностей
ственным

—

признаков,

т.-е.

строения

наследственных

соответствии

со

нервной

психических

определяемых
естеУ человека

средой.

ослабления Г деятельности естественного отбора и
обеспеченности жизни под охраной общественности,
и характеры,
и темпераменты, и воля
сделались признаками уже не видовыми,
а индивидуальными и потому
бесконечно различными.
С другой
же, вследствие

—

стороны, и эволюция психических способностей под влиянием разума
индивидуализировалась и стала бесконечно разнообразной
взаимоотношения между псевдопсихикой и психо-нервной деятельностью установились в ч резвычайно сложных ф ормах.
А из этого,
между прочим, само сооо"ю следует, что поз*нанае .психики человека
каким бы то ни было иным путем, без учета
данных эволюции
психических способностей и при условии начинать изучение с начала, т.-е. с простейших
организмов, а не середины и еще того
тоже

—

менее

для

конца,

с

Вне

этого

т.-е.

пути

аргументации

с

человека,

—

невозможно.

положения, так как основанием
своих соображений у авторов в лучшем случае
нет

выхода

из

либо односторонние физико-химические теории, либо теории
физиологические; а в худшем
либо философские учения от Сократа
до Шопенгауэра, либо данные само наблюдения и психоанализа, котоимеются

—

рые у каждого автора свои; либо основанием

этих

мнений служит

художественной литературы; либо, наконец,
материал исторический, в котором фигурируют Павлы, Августины,
Лютеры и др. работники в области морали.
Легко представить себе безбрежность рассуждений на этой зыб-

материал

из

кой почве.

области

.

ГЛАВА

VI.

Заключение.
этот
первый выпуск „Этюдов по сравнительной
посвященный до-нервной жизни животных, я таким
образом формулирую его содержание:
1) Ни корненожки ни инфузории не могут рассматриваться

Заканчивая

психологии",

в

качестве

эволюционном пути от одноклеточных к много-

на

этапа

организмам.
Protozoa, и особенно инфузории, приобрели такие специфические
и такие
сложные
способности раздражимости,
что генетическая
-связь их с многоклеточными организмами по прямой восходящей
линии
является
маловероятной: они -слишком далеко ушли по
пути развития своих, им одним свойственных, особенностей; раЗДОДЖИМОСТЬ СЛИШКОМ Диффер етгпир о^ Я] гд '' т -і чтпКы Ч""У тгг| гт РО^млжпплть
согласо вать их с требованиями соподчинения и корреляции, необхоклеточным

'

нужны элементы

і ности,

а

8_к_тсловиям,
Исходя

меньшей сложности,

зависимости

в

которых

в

из

ли

начало

и

2) Другое
вотных

им

указанных

tee, как боковая
им

от

—

и

меньшей
большей

придется быть, входя

соображений,

я

дифференцированприспособляемости
в

его

состав.

полагаю, что Protozoa

—

не

примордиальных организмов, которые
первичным многоклеточным организмам.

ветвь от тех
и

заключение

можно

этого

-

из

формулировать

сказанного
так:

о

до-нервной

важнейшим

жизни

жи-

характерным

и

является раздражимость
из чего уже
изучение этой способности надлежит
S начинать с простейших организмов, т.-е. с начала, а нф с сере/ Дины,
как это делают авторы, начинающие изучение этой способ! ности с середины, т.-е. с момента образования нервной системы,
или с конца, т.-е. с человека и его реакций на раздражение.
3) Наконец, третье и последнее заключение -из сказанного состоит в том,
что изучение основного свойства живого вещества

признаком живого

у само

собою

вещества

следует,

,

что

2.

—

.

его

раздражимости,

методами
место

в

свойства,

пока

не

поддающегося

исследованию

физики и химии, но получающего вполне определен'/
области явлений, изучаемых объективными методами био-

.

•,

49

—

—

приводит к установлению трех путей эволюции
свойства живого вещества.

психологии

—

основного

Один

тот,

это

—

который привел Лёба и

системы,

его

школу

к

заключению,

их
нервной
физико-химических свойств протоплазмы каждого дан-

поведение животных

что

этого

а

является

производным

не

ного из них.

Этот путь исследования, поскольку правильность его подкребиопсихологин, обнимает не все категории жизнен*-— ^ ,
ных явлений, на которые претендует, а лиргь некоторую их часть,
Jj )
ту, которая в своем конечном развитии, как это было указано, у^ I У
приводит к психологическим признакам, описываемым под тер ми- (

пляется данными

характер

нами:

Другой путь
нервной

и

темперамент^

m

возникновению^
половине прошлого столетия привел ]

эволюции раздражимости привел

к

Этот путь в
теории рефлексов спинного и головного мозга, в наши
дни; с новыми методами изучения предмета, обогативший науку j
целым рядом крупных завоеваний в этой области знания.
Этот путь исследования, поскольку правильность его подкрепляется данными биопсихологии, обнимает еще меньшую категорию
явлений, чем путь исследования Лёбовской школы; во та область
явлений, которая поддается методологическим приемам физиологической школы, приведет науку к приобретениям большой ценности.
Третий путь эволюции раздражимости привел, как мы это увидим, в установлению, объективным методом сравнительной психологии
(или биопсихологии), законов эволюции психических способностей
во всей их
совокупности, от раздражимости живого вещества до
психологических способностей человека включительно.
Этот путь исследования, установив законы эволюции, то-есть
определив точку отправления, развития и направление его пути,
с тем вместе получает возможность
к
предвидению и научно
обоснованному предсказанию явлений в области индивидуальной
и коллективной психологии грядущего.
Чтобы яснее представить сказанное о путях исследования психологии, которыми наука эта двигается в наше время, и указать
место, занимаемое в этих исследованияхданными жизни простейших
животных,
я предлагаю график (рис. 3-й).
В общих чертах он
дает надлежащее представление о моей точке зрения на предмет.
На графике этом значится:
А
В
К
эволюция раздражимости живого вещества;
а
b
с
боковая ветвь, указывающая развитие одноклеточных орсистемы
.

физиологов

|

к

—

—

—

—

—

—

—

ганизмов, заканчивающееся возникновением

ВС

—

DI

эволюция

—

низмов,

раздражимости

заканчивающаяся

инфузорий;
орга-

клеток многоклеточных

явлениями психоплазмы или

явлениями псевдопсихики; это:

DE
F
I
D
GН
—

—

—

—

В.

—

—

Вагнер.

I.

характер ;
темперамент.

I

—

4

\

'

»

—

В другую

сторону

от

50

—

процесса

этого

другой.

шел

эволюции
С
К
получает начало нервная система,

В

стадии

—

—

С

L
L

—

—

—

—

К

М
Р

—

—

—

L

—

N
R

О

—

—

—

О
О

которая дает начало

рефлекторной деятельности, систематически
растающей и дающей начало.

—

—

инстинктивной и
разумных способностей.

деятельности
деятельности

Е Г

—

воз-

М N.

G.H

P. R.

Рис. 3.

Воспринимающими и реагирующими элементами психо-плазмии психо-нервной
деятельности
являются
определенные
ткани организмов;
действие птих реагентов может проявляться и
независимо друг от друга,
и (что несравненно чаще)
во
взаимоческой

отношении
ими

друг

деятельность

Из

с

другом.

В

том

и

другом

называется волевыми

предложенной диаграммы

принята гипотеза Лёба
обозначенная сплошной

в

видно,

вопросах

черной

случае

проявляемая

актами.
в

какой мере

психологии:

краской

и

быть
рисунка,

может

это часть

обозначающая

психо-

плазму или псевдопсихику. К явлениям нервно-психическим гипотеза Лёба не имеет отношения;
проявления и законы эволюции
последней могут быть устанавливаемы только сравнительной пси-

хологией,

или

биопсихологией.

ОГЛАВЛЕНИЕ.
СТР.

От автора
Г

л

а;в

а

............................

[I. Донервная
чения,
и

жизнь

в связи с

(Protozoa); субъективный метод ее изуинфузории „нервной системы"

открытием у

„головного мозга"

Глава П. Жизнь

..................

простейших животных

химической структуры

с точки

зрения

животных на основах эволюционного

простейших животных

учения

в связи с их

самосохранением

C. Таксисы—

в

размножением

с

их

7

физико15

простейших
......

в связи с их питанием

B. Таксисы—

связи

их

.................

Глава III. Объективный биологический метод изучения
A. Таксисы

3

......

........

19
22
27

29

Глава ГУ. Общие вопросы, выдвигаемые изучением донервной жизни.
A. Механическая гипотеза развития и автогенез

Глава V.

Продолжение.
Раздражимость

B.

и

реакция. Психо-плазмическая и

хо-нервная жизнь на базе жпзни

Глава VI. Заключение

.....

донервной

35

пси-

.....

......................

41

48

В. А.

Этюды

ВАГНЕР.

сравнительной

по

психологии.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПСИХИЧЕСКИХ

СПОСОБНОСТЕЙ.
В 10 выпусках.

СОДЕРЖАНИЕ:

Выпуск 1.

До-нервная

животных

жизнь

общие

и

вопросы,

выдвигаемые ее изучением.

Выпуск

Нервная

2.

стоящие

Выпуск 3.
века

с

значение

их

жизнь

и

общие вопросы биопсихологии.

нею

От рефлексов до
и

(рефлекторная)

до-психическая

связи

в

инстинктов

высшего

типа

у

чело-

жизни последнего.

в

Выпуск 4. От рефлексов до эмоции высшего типа у животных.
Эмоции у человека, их особенности и их роль в современ,

ной жизни общества.

Выпуск 5.

рефлексов

От

до высшего уровня

разумных способ-

ностей у животных и человека; их роль в трансформации
организмов морфологической и психологической.

Выпуск 6.

Эволюция

смешанным

Выпуск 7.

Психология

животных

Выпуск

и

способностей

психических

по

чистым

и

линиям.

питания,

ее

эволюция

и

достижения

у

Итоги этой эволюции.

человека.

Эволюция психологии размножения у животных и
Две стороны психологии: А) Эволюция полового
чувства и В) Эволюция ухода за потомством.
Материнство и семья у животных.
Эволюция материнства у чело8.

человека.

Семья

века и ее итоги.

и

ее

роль

в

прошлом

и

настоящем.

Выпуск 9. Эволюция психологии самосохранения, от психофизиологических приспособлений до возникновения постоянной

Выпуск

общественности
10.

Генезис

направление

ее

у животных.

Ее

эволюция

и

итоги.

общественности у человека;
пути, пройденные этапы и достижения.
и

эволюция

Все издание выйдет

в

свет

до весны 1925 года.

Печатаются выпуски 2-й, 3-й

Культурно-просветительное
«НАЧАТКИ

и

4-й-.

Кооперативное Т-во

ЗНАНИЙ»

КНИГИ ТОГО-ЖЕ АВТОРА

(с 4-мя таблицами) из XXI тома Трудов
С.-Петербургского Общества Естествоиспытателей. 1890 г. (Магистерская диссертация).

1. Наблюдения над Araneina

2. Industrie

des

Araneina.

St.-Petersbourg.

Memoires

de

Г Academic des

Tome XLII, № 11

VII serie.

aves

10

Sciences de

planches. Prix

17 Mark. 50 Pf. 1894.'

3. Вопросы

Изд. Пантелеева. 1896

зоопсихологии.

г.

Цена

1

р. 50

к.

(Издание разошлось).
4.

Водяной паук (монография), его индустрия и жизнь, как материал
сравнительной психологии. С 1 таблицей рисунков. Из Bull. d. Nat.

5.

Городская

de Moscou. № 182. 1900
ласточка,

ее

6.

X, №

6.

Цена 2

р. 80

жизнь,

к.

1900

как

материал сравни-

Записки Академии

Наук.

г.

в зоопсихологии (докторская диссертация).
„Труды Спб. Общ. Естествоиспытат.", Отд. Зоологии и Физиол.
Т. ХХХШ, вып. 2. 1901 г.

Биологический метод

7. Психология животных

Цена
8.

и

С 7-ю таблицами.

тельной психологии.

Том

г.

индустрия

(популярные лекции).

Издание 2-е.

1902

г.

(Разошлось).

1 р. 25 к.

Psycho-biologische Untersuchungen an Hummeln mit Bezugnahme auf
die Frage der Geselligkeit im Tierreiche. Mit 1 Tafel und 136 textfiguren. Separatabdruck aus Zoologica Originale-Abhandlungen aus
dem Gesammtgebiete der Zoologie. Herausgegeben von Prof. Dr. Carl
Chum in Leipzig. Heft 46. 1907. Pr. 60 Mark.

9. Биологические теории и вопросы
зование". Книжка 1-я.

Цена 85

к.

жизни.

1910

Книгоизд-ство .Обра-

г.

сравнительной психологии. (Био-психология). Том I, с 296 рис. Издание Т-ва М. О. Вольф. 1910 г. Цена
3 руб. (Издание разошлось).

10. Биологические основания

11. Биологические основания

логия). Том И,
12.

с

сравнительной психологии. (Био-психоВольф. 1913. Ц. 3 р.

155 рис. Издание Т-ва М. О.

Сравнительная (или общая) психология, как одна из основных частей биологии. Ставрополь, Г. С. Н. X. (На правах рукописи). 1921

13. Биопсихология

и

смежные науки.

Издат. .Образование". 1923

г.

Цена
□
—

—

1

□

40

к.

',

: ---------------------------------------

-------------

□!□

1—

□
О'

—

□

ИЗДАНИЯ

Т-ВА

-о—

„НАЧАТКИ ЗНАНИЙ"

Анциферов, Н.
О методах и типах историко-культурных экскурсий.
Вопросы экскурсионного дела. Под общ. редакцией
проф. Б. Е. Райков а.
Глаголева, Н. М.
Часы рассказа.
Естествознание в трудовой
школе С. С. С. Р.
по
—

—

данным Всеросс. Съезда Естествоиспытателей.
Зиммель, Г.
Конфликты современной культуры.
Клейнборт, Л. М.
Очерки рабочей интеллигенции.
—

—

Т. I

и

II.

Лепилов, К., профессор.

—

Школьники-иллюстраторы.

С 7-ю табл. рисунков.
Райков, Б. Е., проф.
Современная

школа

—

и

есте-

ствознание.

Симонов, И. С.
Школа и половой вопрос.
Фомин, А. Г.
Белинский-педагог.
Чулицкая, Л.
Гигиена детского сада.
Шнйцлер, А.
Профессор Бернгарди. Комедия в 5
Эфруссй, П. О.
Успехи психологии в России.
—

—

—

—

д.

—

Святловский, В. В
в

История

—

—

История

социализма.

дополненное

Второе переработанное

и

по

вопросам

теории

Библиографи-

народного хозяйства.
справочник марксиста.

политики

ческий

и

издание.

Практический справочник

—

идей

экономических

России. Т. I.

Белов, Н. А.
Личность и внешность.
Поварнин, С. И.
Искусство спора
(Эристика).
—

—

теории

практике спора.
Розенберг, А. В
Философия архитектуры.
Розенталь, Н. Н.
Юлиан-Отступник. Трагедия
лигиозной личности.

О

и

—

—

Лейинград, Проспект

25

Октября,

ре-

№ 108

□

F?

О

------------

' ----------------------------------------------------------------------------

Типография

в

аренде

Коопер. Т-во «Начатки Знаний.

7

Советская,

23-26

□

|

D

-