АКАДЕМИЯ Н
К СССР
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ
XIV—XV ВЕКОВ
^ЗДАТЕЛЬСТЬО АКАДЕМИИ НАУК ССОР • ЛЕНИНГРАД • 1933
Напечатано; по: распрряженЬр АкадемииНаук СССР -х К < Июнь1983 г. г	/ f '	“ '•	-
'	-	,	, т \ ' ' Непременный секретарь академик 5. Бол»««
г /' '

;.т , z..	-л. У .	1 /	\ 'г —
Отдельной оттиск из Известий АкадемииНаук ССОР
по Отделению обхцественных наук, 1933 r.f№№ 1-и	.
Редактор издания академик-секретарь ООН А. С. Орлоц
•%-''

Технический;редактор Л. А. Федоров. — Ученый корректор А. ЖСуслой
Йб’стр.'17;	V .* - \\	,,
Формат бум; 72 X 110 см. — 31/3 цеч. л. — 42 000 тип. зн. — Тираж 1000 экз.
ч 1 JteHropiAr № 16981.	АНЙ № 220. •—:3аказ,№ Ш1\ . .
Тишйфа^ия Акйёйир Наук СССР,7В. О., Элинйя, 12
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
Немецкий город позднего средневековья трактовался в исторической литературе с точки зрения двух противоположных концепций.
Материал первоисточников — хроник, актов, цеховых статутов — громко вопиет о том, что XIV—XV века были временем глубоких социальных переворотов, резких общественных сдвигов, острой классовой борьбы. Это представление вполне гармонирует с основными Фактами, дошедшими до нас от той эпохи.
В XIV—XV вв. по Германии прокатилась волна цеховых революций. Их история в целом еще не написана. Но и отрывочных описаний некоторых из них вполне достаточно, чтобы понять, какое глубокое потрясение переживали в то время маленькие общественные организмы немецких городов,/ и как резко ожесточенно там поднимались слой против слоя, класс против класса. А с другой стороны, необходимо учесть, что отмеченная нами эпоха непосредственно подводит нас к крестьянской войне, которую* Ф. Энгельс по силе социального эффекта и по значению в истории страны приравнивает к революции 1848 г. Следовательно, в XIV—XV вв. складывались и созревали социальные противоречия, впоследствии нашедшие выход в великом восстании крестьян и городской бедноты. А это опять-таки служит свидетельством того, что конец средних веков был временем тревожным и Дурным.
В каком же виде рисует эту, эпоху историческое исследование? Монографии, посвященные отдельным вопросам истории городов и близко стоящие к материалу первоисточников, частично отражают ее характер.. Не всегда одинаково полно и не всегда одинаково точно, но все же отражают его. О работах обобщающего свойства этого сказать нельзя. Особенно далеко отклоняется от непосредственного живого смысла Фактов та.
ИОН, 1983, Стоклицкаа	— I —	I
2
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
концепция истории города XIV—XV вв., которая связана с именами К. Бюхера и Г. Белова, главным образом первого. Для К. Бюхера город интересующей нас эпохи — маленький обособленный мирок, тихая социальная заводь, которая не знает ни резких имущественных различий, ни классовой борьбы. Эта точка зрения, крепкая и живучая, частично оказала влияние и на монографическое исследование, толкая последнее на путь слащавого искажения исторических Фактов.
Чтобы восстановить истинный социальный z образ немецкого города конца средних веков, нужно пересмотреть отдельные стороны его истории, исходя из первоисточников и взяв за основной стержень исследования, классовую борьбу, кипевшую в его недрах. Предлагаемый очерк представляет попытку такого пересмотра по отношению к одной из проблем истории XIV—XV вв., к истории подмастерья. Представляя собой одну из глав работы, посвященной социальной истории города,1 очерк этот не дает ответа на все вопросы, связанные с историей подмастерья. Это преимущественно описание их быта и борьбы с мастерами. Корни образования слоя постоянных подмастерьев, тесно связанные с узловыми вопросами социальной истории XIV—XV вв., почти не нашли отражения в данном очерке. Они частично освещены в,других частях упомянутой работы.
Подмастерью не повезло в исторической литературе. Монографическое исследование истории средних веков сильно шагнуло вперед в конце XIX и начале XX веков. Особенно в Германии. Каждый год выбрасывал на книжный рынок множество' книг и брошюр, посвященных разработке мелких и мельчайших проблем социальной и экономической истории средневековья. Каждый год в стенах университетов созревали десятки диссертаций на подобные же темы. Основанные или на материале местных архивов, или на кропотливом и детальном исследовании ранее опубликованных данных, они вносили новую струю в общий источник Фактов, проливающих свет на прошлое и служащих базисом для общих исторических концепций.
Но эта исследовательская работа протекала по ограниченному, определенно Очерченному руслу. У историографии есть свой излюбленный круг движения, диктуемый окружением самого историка. То, что не попадает в его орбиту, остается в тени. В конце прошлого и начале нынешнего века центром внимания буржуазной историографии была проблема происхождения городского строя. Ей посвящены десятки книг и ряд теорий, она
1 Работа эта, подготовляемая к печати, состоит из 8 очерков.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
3
Вызвала живейшую перекрестную полемику между представителями разных течений. Все Факты, относящиеся к ней, приведены в известность, разноречия, вплоть до тончайших, отточены и отшлифованы.1 В 10-х и 20-х годах текущего столетия много писали о продовольственной политике отдельных городов, усиленно разрабатывали местную историю ремесла. Но прошлое подмастерья оставалось в стороне от дороги, проложенной историческим исследованием. В нё'мецкой исторической литературе оно Остановилось объектом специального рассмотрения всего два-три раза. Прошло слишком -пятьдесят лет с тех пор, как появилась работа Георга Шанца о движении немецких подмастерьев.1 2 3 Автор извлек из немецких архивов большой материал по истории подмастерьев Рейнской области и посильно, хотя и не до конца, проанализировал его. Но то, что было еще возможно в 60-х и 70-х годах, оказалось невозможным в последующие десятилетия.
Труд. Шанца констатирует наличие глубокой внутренней розни в среде немецких ремесленников XIV, XV и XVI вв. и истолковывает движение подмастерьев в терминах борьбы двух, как он выражается, сословий (Stande). Но мыслима ли была такая постановка вопроса, буржуазной историографией в среде, где борьба рабочего с капиталистом все шире разливалась, все глубже взрыхляла самые основы провинциально тихого житья, все настойчивее рождала в некоторых кругах буржуазии потребность в таком понимании прошлого, которое было бы резкой антитезой настоящего, в облечении его в радужные покровы социальной идиллии? (см. об этом подробно в 1-м очерке). Но Факты, приводимые Шанцем, и материалы, собранные им, так ясно говорили в пользу его точки зрения, что историографии, не желающей принять эту последнюю, оставалось одно лишь — не касаться истории подмастерьев.
Единственным продолжателем работы Шанца явился Бруно Шейл анк. В своей известной книге. «Sociale Kampfe vor 300 Jahren» (первое издание вышло в 1894 г.), которой предшествовали статьи на ту же тему в одном из немецких экономических журналов,8 Шеиланк осветил, по- архивным данным, движение нюренбергских подмастерьев конца XV в. и, главным образом, XVI в. Написанная доступно и живо, на основе совершенно свежего материала, и притом освещающая историю с точки зрения классовой борьбы, книга Шейл анка представляет несомненную ценность, но хронологически она почти целиком выходит за пределы интересующего нас периода.
1 Работы Белова, Кейтгена, Зома и других историков.
2 Schanz. Zur Geschichte der deutschen Gesellenverbande im Mittelalter, Leipzig, 1876.
3 Jahrbiicher fur Nationalokon. u. Statistik, 1889, SS. 337—395.
4
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
Быт средневекового подмастерья до некоторой степени освещен в диссертации Дирке о юридическом положении подмастерья, вышедшей в 1914 г.1 — единственной монографической работе на эту тему. Работа. Дирке представляет интерес, как сводка юридических данных по вопросу о подмастерьях. К сожалению, она не полна и игнорирует некоторые очень существенные стороны быта подмастерьев, как, например, вопрос о продолжительности рабочего дня.
Обычно все сочинения по истории средневекового ремесла и промышленности уделяют мимоходом некоторое внимание вопросу о положении подмастерья.2 Но эти небольшие отделы мало дают для уразумения проблемы.
Недостаток внимания к нашей теме и скудость посвященной ей литературы повлекли за собой определенные последствия. Новые работы по экономической истории, игнорируя труд Шанца, голословно утверждают, что отношения между мастером и подмастерьем в XV в. чужды были признаков социальной борьбы и представляли все особенности патриархально мирного, сожительства. Такова точка зрения Гепке.3 В то же самое время основные и существеннейшие стороны быта подмастерья остаются не обследованными. Не собран воедино материал, нужный для такого задания, и не произведена его предварительная обработка.
Иллюстрируем нашу мысль примером. Трехчленное деление состава цеха:—ученик, подмастерье, мастер—обычно принимается немецкими авторами как нечто неоспоримое. Между тем оно складывалось исторически. Вполне мыслим и действительно существовал непосредственный переход, от ученичества к званию мастера. Во Франции двухчленное деление цеха— ученик, мастер — встречалось довольно часто.4 Но оно не было, повиди-мому, чуждо и Германии. Во всяком^ случае понятие подмастерья сильно эволюционировало в Германии. Это видно из того, что если даже взять, эпоху наивысшего оформления здесь цеха,—XIV и XV вв.,—то окажется, что status подмастерья в разных городах характеризуется различными признаками. В Кельне это чисто Фактическое состояние. Кельнские цеховые статуты не устанавливают обязательного стажа для подмастерья.5
1	А. V. Dirke. Die Rechtsverhaltnisse der Handwerkslehrlinge und Gesellen nach den deutschen Stadtrechten und Zunftstatuten des Mittelalters, 1914.
2	См. напр. Kley, Geschichte und Verfassung des Aachener Wallenambachts, 1916. —• K. Hiiseler. Das Amt der Hamburger Rotgiesser, 1922, и много других монографий, посвященных местной истории ремесла.
з	R. Hapke. Wirtschaftsgeschichte, 2-е изд., 1928, стр. 66 и след.
См. напр. Hauser, Ouvriers du temps, раззё, 1899.
5 Это явствует из цеховых статутов Кельна. См. Losch. Kolner Zunftstatuten, 1907». Подробный анализ их см. ниже.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
&
Он становится мастером, когда получает материальную возможность открыть мастерскую и исполнить прочие условия, требуемые при этом переходе. Иначе обстоит дело в Любеке. Там подмастерье должен прослужить минимальное количество лет в качестве такового (3 года и т. д., смотря по ремеслу), без чего он не может стать мастером.1
Было бы очень важно проследить, не отразилась ли в указанном различии последовательная смена стадий в процессе развития категории подмастерьев как особого общественного слоя7— сперва Фактическое состояние, затем юридическое закрепление его. Такая работа могла бы пролить свет на самый генезис института подмастерьев и объяснить очень многое в его эволюции и общественной роли. Но для выполнения подобного задания • нужно теснейшми образом связать историю подмастерьев и ремесла с общей экономической историей отдельных городов, а в этом последнем направлении .абсолютно ничего не сделано.
Обращаемся к вопросу о первоисточниках. В этом смысле наше положение несколько более благоприятно, чем в смысле литературных обработок.
Цеховые статуты, которыми мы располагаем в большом количестве для разных частей Германии, дают надежную опору для уяснения, юридического и частью экономического положения подмастерьев.1 2
Основным источником для знакомства с движением подмастерьев продолжают оставаться документы, собранные Шанцем и напечатанные им в виде приложения к его книге.3 Но в 1914 г. мы приобрели новый сборник материалов по этому же вопросу, существенно дополняющий Шанца. Он входит в состав так назыв. «Цеховых грамот Франкфурта», изданных в 3-х томах Карлом Бюхером и Бенно Шмидтом.4 Они содержат данные не только по Франкфурту, но и по многим другим рейнским городам. О северных городах можно почерпнуть кое-какие сведения в соответствующем сборнике Рюдигера,5 о Нюренберге имеются некоторые данные у Шенланка.6 Но последние данные незначительны.
Неприязнь буржуазной историографии к нашей теме, вызванная, ее .социальной остротой, привела к тому, что материалы для нее собирались
1 Wehr manti. Die altern liibeckischen Zunftrollen, 1864. Подробный анализ их ниже.
2 См. сборники документов, цитир. ниже при характеристике социального положения немецкого подмастерья.
8 G. Schanz, цит. соч., приложения к нему.
4 К. Bucher и. В. Schmidt. Frankfurter Amts- und Zunfturkunden. В трех томах, .1914 .( Ver often tlichungen der historischen Kommission der Stadt Frankfurt a. M.).
5 Rudiger. Die altern hamburgischen Zunftrollen, Hamburg, 1874.
в B. Schonlank. Sociale Kampfe vor 300 Jahren, 2-е изд., Leipzig,. 1907.
6
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
вяло и скупо, не в Планомерном порядке, как для основной задачи, а лишь попутно. В результате, теперь, как и- 50 лет тому назад, мы имеем возможность изобразить, хотя и на основе более обширного Материала, только движение подмастерьев Рейнской области.
Однако и эта тема заслуживает научной разработки. Прежде всего-потому, что наш материал обладает большой и яркой выразительностью,, хотя он и ограничен локально. А затем еще по одной причине: о быте французских и Фламандских подмастерьев в средние века мы знаем, по цеховым статутам этих стран, не меньше, чем о быте их немецких собратьев.. Но движение средневековых подмастерьев Франции и Фландрии — их столкновения с хозяевами, их стремление улучшить условия труда, их борьба за право коалиции — еще в гораздо меньшей степени освещены исторической наукой, чем движение немецких подмастерьев, за отсутствием опубликованных материалов. Работы по Французскому компаньонажу (движении подмастерьев) затрагивают в сущности лишь эпоху XVI в. и позднее.1
Таким образом, идя по стопам Шанца, мы углубляемся в малоизвестную область средневековой жизни.
Что такое представлял собой средневековой подмастерье, как социальная категория?
В немецких документах он почти неизменно Фигурирует под названием Knecht — работник. Термин Gesellen — товарищи — в то время означал сотрварищей по ремеслу, т. е. мастеров, принадлежащих к одному и тому же цеху. применении к подмастерьям он всплывает лишь в самом конце средних веков и чаще начинает употребляться в XVI в. и в последующее время.
«Работник». Это слово передает сущность отношений подмастерья к мастеру. В противоположность ученику, который поступает к мастеру для обучения ремеслу и платит ему за это,1 2 подмастерье представляет собой взрослого, вполне обученного рабочего, получающего за свой труд определенную плату. Впрочем грань между понятиями ученик и работник текуча. . Ученик, приближающийся к окончанию учения и изучивший ремесло, с успехом может заменять взрослого работника. Бывали случаи, что мастера намеренно нользовались бесплатной рабочей силой учеников для частичного вытеснения ими подмастерьев, и на этой почве возникали конфликты между мастерами и подмастерьями. Такого рода столкновение произошло в 1363 г.
1 См. напр. Martin St. Leon, Le compagnonnage, 1901
2 Таково общее правило. Обычно ученик получает плату за свой труд только в строительных ремеслах, иногда у скорняков.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
7
у страсбургских ткачей,1 Любекские столяры, которые часто оказывались в затруднительном положении из-за того, что подмастерья бросали их и уходили за город работать, в XV в. провели изменение своего цехового устава в том смысле, что мастерам разрешалось держать двух учеников, между тем как раньше можно было иметь только одного.1 2 Для мастера было очень соблазнительно продлить срок учения ученика и тем гарантировать себе на будущее время бесплатного рабочего. Несостоятельный же ученик стремился освободиться от платы за ученье, хотя бы ценой продления срока его. Получалось совпадение интересов обеих сторон, и заключались договоры, в силу которых срок учения увеличивался в полтора или в два раза против времени, установленного цеховыми статутами данного ремесла, во зато мастер обязывался обучить поступающего к нему юношу бесплатно. Такого рода случаи мы знаем у кельнских цырульников: обычно обучение продолжалось в этом ремесле четыре года,3 но с бесплатных учеников требовали, чтобы они учились, т. е. другими словами бесплатно работали на мастера восемь лет.4 То же самое практиковалось у люнебургсквх сапожников: срок учения для платных учеников был установлен в два года, для бесплатных — в три года.5 Из этих Фактов выясняется, что ученик был не только младшим помощником подмастерья, но вместе с тем и возможным конкурентом его.
В течение какого времени подмастерье оставался таковым?
Принято утверждать, что существеннейшая черта отличия средневекового подмастерья от современного рабочего заключалась в кратковременности этого состояния. Согласно этому взгляду подмастерье занимал подчиненное положение только в течение своего служебного стажа, но, прослужив два-три года, он сам становился мастером, т. е. самостоятельным хозяином, и сам начинал держать подмастерьев.6 Только в самом конце средних веков—говорят сторонники этого взгляда —- затруднения, ставимые цехом подмастерью при переходе в мастера, — в виде высокого взноса, трудного экзамена и др. условий, — стали так значительны, что начал возникать слой так назыв. «вечных» подмастерьев.
1 G. Schmoller. Strassburger Tucher- und Weberzunft, 1879, стр. 9—10.
2 Wehrmann. Die altern lubeck. Zunftrollen, стр. 297 (Устав 1422 г.).
з Losch. Kolner Zunfturkunde, I, № 3 u. 2.
* Там же, II, № 229.
5 Bodemann. Die altern Zunfturkunden der Stadt Liineburg, 1883, XXVIII, стр. 232.
e R. Hapke, цитир. соч. и цит. стр. Впрочем, Парке излагает эту мысль в несколько неуверенной Форме.
6
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
Мы указали выше, что отсутствие в печати соответствующих материалов и неразработанность вопроса о подмастерьях не дают возможности восстановить во всей полноте историю возникновения и развития этого слоя. Но все же мы думаем, что традиционный взгляд нуждается в поправке. Несомненно, что цеховые статуты мыслят состояние подмастерья как переходную ступень к званию мастера. Весь вопрос в том, какова была продолжительность этой переходной стадии? Точно ли она была в большинстве случаев очень кратковременной?
Мы настойчиво подчеркиваем, что продолжительность переходного периода от подмастерья к мастеру ни в коем случае не должна быть отождествляема с продолжительностью служебного стажа подмастерья, требуемого обычаями и статутами некоторых цехов. Стаж для подмастерья, как и все вообще содержание цеховых статутов, устанавливался мастерами, и в интересах мастеров, а отнюдь не подмастерьев. Он имел в виду гарантировать мастеру нужную ему и покорную рабочую силу и, моящт быть, несколько ослабить наплыв новых элементов в цех. Но не стаж, установленный цехом, создавал категорию подмастерьев, а нечто другое. Мы видели, что кельнские цехи совершенно не знали обязательного стажа для подмастерья, а между тем они были превосходно знакомы с подмастерьем как с рабочим.1 Если молодой человек, прошедший ученье у ремесленника, не обладал средствами для открытия мастерской, то он, естественно, оставался подмастерьем. Сколько времени он оставался им—зависело . исключительно от его материальных ресурсов. Стаж для подмастерья, устанавливаемый некоторыми цехами, означал лишь то, что подмастерье может выйти в мастера не раньше двух, трех и т. д. лет. Но отсюда не следовало, что по истечении законного срока подмастерье должен немедленно стать мастером. Состоятельный ученик быстро проходил в мастера, несостоятельный долго оставался подмастерьем. Многое зависело в этом случае и от характера ремесла, составлявшего его специальность. Легче было стать хозяином мастерской по изготовлению деревянных башмаков, чем приобрести самостоятельность в скорняжьем ремесле, где для ведения дела нужно было обладать капиталом, ибо материал был дорог, так как шел издалека. В ремеслах, требовавших капитала, процент подмастерьев, застревавших на пути к званию мастера, должен был быть выше, чем в ремеслах, не требовавших его.
1 Вывод сделан на основании кельнских цеховых статутов. Ом. Losch, цит. сон. введение к нему.	, -	’•
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
9
к
Мы резюмируем. Средневековый подмастерье — это платный рабочий. Первоначальное возникновение этого слоя, как. постоянной категории, вызвано было экономическими причинами.
Однако, стеснения, которые ставились цехом подмастерью при переходе его в мастера, также сыграли несомненную роль в процессе дальнейшего пополнения класса подмастерьев и наложили специфический отпечаток на весь его быт.
Л В настоящем очерке мы не можем остановиться на рассмотрении причин, побуждавших цехи к закрытию доступа новым членам. Представляя -собою сложный комплекс экономических явлений, они не могут быть трактованы мимоходом. Мы остановились на них в очерке, посвященном .вопросу о влиянии торгового капитала на эволюцию ремесла. В данном же месте мы отметим лишь, что документы свидетельствуют о том, что уже в XIV—XV вв. получить звание мастера в Германии можно было, только преодолев большие и все возрастающие трудности, особенно в некоторых городах.
Очень выразительную позицию заняли в этом смысле любекские цехи. Помимо указанного выше стажа, к кандидату в мастера там предъявлялся еще ряд других требований. Иногда от него требовали, чтобы он весь служебный стаж провел у одного мастера.1 В большинстве случаев требовалось доказательство того, что он произошел от законного брака.1 2 Требовалось, чтобы кандидат превосходно владел ремеслом, что он во многих случаях должен был доказать выполнением шедевра (Meisterstuck). У шапочников шедевр заключался в изготовлении из куска Фетра различных шляп,3 у шпажников—в изготовлении двух шпаг.4 Далее, кандидат в мастера должен был быть бюргером, что сводилось к обладанию некоторым имуществом.5 Он должен был уплатить определенный взнос в пользу цеха.6 И — как последнее условие—он обязан был угостить мастеров и их жен обедом.7 В XVI и XVII вв. указанные требования вырастают до чрезвычайности. Экзамен становится крайне сложным, почти непреодолимо трудным, взносы увеличиваются, , обед превращается в неоднократные
1 Wehrmann, цит. соч., стр. 190, цех скорняков, Устав 1386 г.
2 Почти во всех любекских цехах.
з Wehrmann утверждает, что устав шапочников, содержащий указанное требование, лзозник в XIV в. См. Wehrmann, цит. соч., стр, 471.
4 Устав 1473 г. См. Wehrmann, цит. соч., стр. 455.
5 Wehrmann, цит. соч., введение, стр. 125.
6 Там же, стр. 186 и др. места.
7 Там же, стр. 329, цех маляров, Уст. 1425 г.
10
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
угощения с обильными возлияниями Бахусу. Такое богатое угощение требовалось в XVI в. гамбургскими медниками и многими другими.1 Но уже* в интересующую нас эпоху указанные условия способны были закрыть многим доступ к званию мастера.
Впрочем, как мы указали, тенденция к замыканию цеха в самом себе не везде проявлялась с одинаковой силой. Кельнские цехи XIV и XV вв. были в этом отношении гораздо либеральнее любекских, что, вероятно,, объясняется тем, что, работая для экспорта (см. очерки III и VIII), кельнская промышленность обладала большой емкостью и нуждалась в большом количестве рабочих рук.
До XIV в. в Кельне от кандидата в мастера не требовали даже доказательства того, что он прошел ученичество. В XIV в. это требование начинает предъявляться кельнскими цехами,3 но о стаже, обязательном для подмастерья, как мы также указали, нет упоминания в течение всего средневековья. Требование шедевра выдвигается в Кельне лишь с половины XV в. Раньше всего появляется оно у стригальщиков сукна. Затем у портных, панцырников, сапожников, столяров и мечников.3 Поздно появляется там и требование происхождения от законного брака. В XIV в. оно Фигурирует только в уставах самых аристократических цехов: двух купеческих — розничных торговцев сукном (Gewandschneider) и торговцев вайдой, й одного ремесленного цеха — золотых дел мастеров.4 Последние проявляют исключительно аристократическую тенденцию по вопросу о происхождении кандидата. Желающий стать золотых дел мастером должен не только происходить от законного брака, но сверх того не должен был быть сыном представителя какой-либо из следующих профессий: ткача льняных изделий, цирульника, Флейтиста, или вообще музыканта, бродяги и члена монашествующего ордена бегинов.5
Начиная с середины XV в. требование происхождения от законного брака для приема в цех становится в Кельне всеобщим. Оно появляется в уставах поясников, плотников, бочаров, стригальщиков сукна и др.6
Описанные затруднения ставились в полном объеме лишь новым^эле-ментам, желавшим проникнуть в цех. Родственники же мастеров, особенно сыновья их, находились в привилегированном положении. Уже в XIV к
/	1 См. К. Hiiseler. Das Amt der Hamburger Rotgiesser. 1922 г., стр. 8—9.
2	Cm. Losch, цит. com, введение, стр. 76.
з	Losch, т. II, №№ 511, 612, 631, 642A, 649 § 5.
4	Там же, т. I, стр. 80, п. 1.
5	Там же, т. II, № 428 и 433.
в Там же, т. II, №№ 244, 578 С, 683, 706.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
11'
’XV вв. им делаются льготы при приеме в мастера. Для них вступительный взнос меньше, служебный стаж короче и т. д.1 И эта тенденция — к преимущественному допущению своих-—принимает особенно крупные размеры в XVI—XVII вв., когда некоторые цехи, по выражению одного историка,, превратились в органы призрения родственников.2
В результате указанных причин, т. е. в первую очередь материальной нужды, а затем и требований, выдвигаемых статутами, в немецких городах уже в XIV и XV вв. образовался, повидимому, более или менее постоянный слой подмастерьев,. Как ни консервативны по содержанию и внешней Форме цеховые статуты, однако они отразили косвенным образом этот Факт. Цеховой обычай требовал от подмастерья, чтобы он был холост и жил в семье мастера. Такое условие применимо, конечно, по самой своей сути, лишь к временному рабочему. В принципе от указанного правила нв' делалось никаких отступлений, и даже в поздних ста- ' тутах XVI в. мы не находим прямого разрешения подмастерью жениться и селиться отдельно. Но жизненная практика временами уже расходилась с цеховым законом, и в тех же статутах, утверждающих тот общий принцип, что подмастерье не должен иметь своего дома, одновременно мелькают указания на наличие подмастерьев, живущих своим домом. В Кельне такие подмастерья встречались у кошелечников,3 золотопрядилыцицД. поясни-ков,5 в Страсбурге в шерстоткацком цехе.6 Скорее всего это были лица,, принадлежавшие к типу постоянных подмастерьев, не могущих расчитывать на быстрое продвижение в мастера.
О женатых подмастерьях определенно упоминают страсбургские грамоты ткачей льняных изделий,7 франкфуртские грамоты шапочниковЛ Женатые подмастерья часто встречались среди строительных рабочих, но эти цехи не могут служить примером для других.
Очень много «вечных» подмастерьев знала кельнская шелкоткацкая промышленность.9 Но есть ли надобность ссылаться на эти мелкие Факты
1	Подобные послабления делались уже в указанную эпоху даже в Кельне. Почти все , цеховые статуты Кельна требуют со своих значительно меньший вступительный взнос, чем с чужих.
2	Neuburg. Zunftgerichisbarkeit und Zunftverfassung vom 13-ten bis zum 16-ten Jahrh. Сказано применительно к гамбургскому цеху зол. дел мастеров.
з	Losch, I, № 4 и. 5.
4	Там же, I, № 29, п. 14.
5	Там же, II, стр. 274.
6	См. G. Schanz, цит. соч., стр. 49.
7	См. Материалы, собранные Шанцем, стр. 221.
8	Frankf. Amts- und Zunfturkunden, II, стр. 379 (Док. 1477 г.).
9	Losch, II, № 661. Подробно об этом см. ниже.
12
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
в доказательство мысли о наличии контингента постоянных рабочих в немецких городах XIV—XV вв.? Ведь об этом говорит такой крупный и значительный Факт, как движение подмастерьев, т. е. f рабочее движение в этих городах, Факт, как мы увидим ниже, неоспоримый. Совершенно ясно, что временный рабочий не мог быть заинтересован в создании касс взаимопомощи или союзов борьбы с мастерами за улучшение условий труда.
Обращаемся к вопросу об экономическом и юридическом положении -подмастерья. Живя в доме мастера, подмастерье пользовался его столом и сверх,того получал заработную плату. Обычно ему давалось полное довольствие, но в некоторых случаях статут оговаривал, что подмастерье получает у мастера лишь часть пропитания, повидимому то, что требовало изготовления на кухне; другую же часть его; могущую быть купленной в готовом виде, он приобретает сам. Так обстояло дело у страсбургских ткачей — бумазейщиков. Мастер давал подмастерью помещение и приготовляемую пищу, но хлеб, пиво и свечи подмастерье покупал за свой счет.1 В других случаях, как, напримбр, у любекских колесников статут оговаривал обратное, а именно, что хозяин обязан не только кормить подмастерье, но даже давать ему на пиво.1 2
Очень редко бывало, чтобы, живя у мастера, подмастерье не пользовался его столом. Такой случай мы наблюдаем у любекских корабельных плотников.3 Объяснение его, вероятно, в том, что вся работа этих ремесленников протекала вне дома. Но в подтверждение того, что подобное положение является уклонением от нормы и что нормальным было пользование хозяйскими харчами, мастер по пятницам давал каждому1 подмастерью хлеб и селедку. Аналогичным образом составлялась плата строительных рабочих Франкфурта на Майне. Здесь подмастерья имели возможность выбора: либо хозяйский стол и сокращенная плата, либо полная плата на своих харчах.4 Имеются Факты, дающие основание думать, что обычно вся заработная плата подмастерья исчислялась в деньгах, но из нее делался " вычет за пользование хозяйским столом, и на руки выдавалась лишь остающаяся сумма.5
1 G. Schmoller. Strassb. Tucher- und Weberzunft, стр. 161, статуты 1537—1541 гг.
2 Wehrmann, цит. соч., стр. 307.
8 Тал же, стр. 406.
4 Frankf. Amts- und Zunfturk., т. I, стр. 5 и след., стр. 3 и след, и др. места.
5 Эта система принята вендскими скорняками (Bodemann, Liinb. Zunfturk., с^р. 180, докум. 1540 г.) и страссбургскими ткачами-бумазейщиками (см. G. Schmoller, цит. вышеизл. соч. и стр.).
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
13'.
Что касается способа исчисления денежной платы, то в основу его был положен один из двух признаков: либо время — тогда возникала Форма платы поденной, понедельной, годовой; либо количество изготовленных предметов — тогда возникала Форма сдельной оплаты труда.
Применялась еще третья Форма заработной платы, учитывавшая "знания и умелость подмастерья и степень производительности его труда. Она обычно создавалась путем установления максимальной ставки заработной платы (поденной, понедельной или сдельной). По этой ставке оплачивался труд лучшего рабочего. Работавшие хуже получали соответственно меньше. Мы коснемся еще максимальных ставок заработной платы. В рассматриваемый период времени они Приобретали все большую популярность среди хозяев, ибо давали широкий простор понижению оплаты труда и являлись действительной мерой давления на рабочего.
Трудно говорить о преобладании какой-либо одной Формы заработной платы, ибо в статутах они Фигурируют все.
Поденную плату применяли в Форме максимальных ставок нюрен-бергские сапожники1 и др. Недельная плата в Форме максимальных ставок была принята у любекских золотых дел мастеров и др.2 Обыкновенная Форма недельной платы встречается у гамбургских медников.3 Форма годовой платы принята была любекскими пергаментщиками (притом в виде максимальных ставок), кельнскими поясниками4 и другими. Полугодичная плата применялась любекскими скорняками.5 Сдельная плата была излюбленной Формой оплаты труда у бочаров, шапочников, четочников и др? Любекские шапочники оплачивали, например, сдельно каждую дюжину шляп определенного сорта; за высший сорт платили 20 пф., за следующий 15 пф. и т. д., понижая плату до 8 лф. Любекские четочники оплачивали определенной суммой каждую тысячу четок. Но любопытно, что. некоторые ремесла, как, напр., золотых дел мастера,7 строжайше запрещали поштучную плату, исходя, невидимому, из желания поддержать высокое качество продукта.	/
В очерке, посвященном положению строительных рабочих, мы ука(= зали, как сильйо колебалась оплата труда этой категории рабочих в зави-
$
1	См. очерк «О положении строительных рабочих».
, 2 Wehrmann, цит. соч., стр. 120.
8	Hiiseler. Das Amt der Hamburger Rotgiesser.
4	Wehrmann, цит. соч., стр. 364 — Losch, цит. соч., т. П, № 498, п. 2.
5	Wehrmann, стр. 356. (устав относится к времени, предшествовавшему 1409 г.).
в Там же, стр. 472. — Losch, I, № 5, п. 9.
7	Losch, I, № 28, п. п. 6 и 8. II, № 498, п. 2.
14	В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
спмостп от времени года. Другие ремесла обычна не знают подобных колебаний. Только у любекских скорняков мы нашли нечто подобное системе, господствовавшей в строительных ремеслах. Они оплачивали труд подмастерьев по полугодиям — от св. Мартина (11 ноября) до Сретения Господня (2 Февраля) и от Сретения Господня до св. Мартина, причем за зиму платили меньше, чем за лето.1
До сих пор мы говорили о денежной оплате труда. Но уже в рассматриваемую эпоху встречались случаи оплаты его товаром вместо денег — Trucksystem. Эта система пустила корни, главным образом, в текстильной и кожевенной промышленности. Так, обычай этот применялся кельнским шелкоткацким и шелкопрядильным цехом (конец XV в., женские цехи), шпейерскими ткачами (середина XIV в.), любекскими временщиками (Устав 1396 г.), кельнскими дубильщиками и кельнскими заготовщиками.1 2 В средние века, как и в XIX и XX вв., система оплаты труда товарами прикрывала собою понижение заработной платы. О степени эксплоатации подмастерья путем применения такой системы оплаты труда можно судить по одному интересному документу конца XV в. Это доклад известного в свое время в Кельне общественного деятеля Гергарда фон Везеля, представленный кельнскому совету и трактующий об отрицательных сторонах кельнского шелкового производства. Гергард фон Везель пишет: «Перед нашими глазами проходят примеры бедняков, принимающихся за прядильную и ткацкую работу, чтобы спасли себя от голода и жажды. Они принуждены брать вместо заработной платы у мастериц шелковую материю, оцениваемую мастерицей в 19 кельнских марок, между тем как за нее нельзя выручить до 141/2—15 марок; порой же их заставляют брать сукно, оцениваемое мастерицей в 6 марок, которое они рады сбыть затем с уступкой третьей части цены».3 Шелкопрядильное и шелкоткацкое ремесло, игравшее крупнейшую роль в жизни средневекового Кельна, было сильно капитализировано. Шелк-сырец был дорог и шел преимущественно из Венеции либо сухим путем, либо на венецианских кораблях через Брюгге или Антверпен.4
Нужно'было обладать большим по тому времени капиталом, чтобы иметь самостоятельное предприятие в этой отрасли промышленности. Тот
1 Wehrmann, цит. соч., стр. 356.	*
2 Losch, II, № 661, п. 6. — Моне. Zeitschrift fur die Geschichte des Oberrheins, XVII, стр. 56. — Op. Dirke, цит. соч., стр. 83. — Wehrmann, стр. 375. — Rudiger. Altere Ham-burgische Zunftrollen, стр. 276. — Losch, I, стр. 135; там же, II, № 549, п. 2.
з Losch, II, № 661, п. 6.
4 Koch. Geschichte des Seidengewerbes in Koln, 1904 (Staats- und socialwissensch. cEorsch., herausgeg. von G. SchmoHer, Heft 128).
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	15
же Гергард фон Везель сообщает, что самостоятельная мастерица должна была тратить не меньше 2—3 тысяч гульденов в год на покупку шелка-сырца. Этим объясняется сильная внутренняя диФеренциация шелко-ткацкого цеха в Кельне, отразившаяся на его юридической структуре, а также высокая степень эксплоатации рабочего в этом цехе. Небольшое количество так назыв. главных мастериц (Гергард фон Везель говорит,. что их было не больще 4—5) покупало шелк-сырец и обрабатывало его при помощи учениц. «А почтенные лица», как выражается фон Везель, «изучившие ремесло и владевшие им не хуже главных мастериц, лишены" были права держать учениц и принуждены были работать на богатых мастериц».1 Отсутствие права обучать других — один из юридических признаков средневекового подмастерья.1 2 Таким образом, весь шелкоткацкий цех рисуется нам состоящим из немногих капиталисток и массы «вечных» женщин-подмастерьев, заработная плата которых, вероятно, с самого начала понижена была широким применением ученического труда и еще больше понижалась системою оплаты труда товаром. Очевидно, применение этой, системы повсеместно влекло недовольство подмастерьев и волнения, ибо власти — цеховые или городские — стараются подавить ее везде, где она всплывает.3 Насколько успешно — мы не знаем.
Мы указали па Формы заработной платы средневекового подмастерья. Возникает вопрос о ее реальной ценности. В другом очерке, посвященном 4 рабочему вопросу в средние века, «О положении строительных рабочих» мы сделали попытку посильно ответить на этот вопрос и пришли к тому выводу, что заработная плата едва покрывала нужды рабочей семьи в начале XV в. и совершенно не покрывала их в конце его. Но что было возможно в применении к одной категории ремесленников, работавших в одном-двух городах, то становится чрезвычайно сложным — при современном состоянии исследования по интересующему нас вопросу — применительно к разным отраслям труда и разным городам. Первая трудность, встающая на этом пути — это многообразие денежных систем Германии и постоянная порча монеты, меняющая ее ценность как монеты, даже в пределах краткого периода времени. Вторая трудность — колебания цен на предметы первой необходимости в разных местах и в разные годы. Третья— .неизвестность того, как строился бюджет рабочего, что стояло на первом плане, что на втором и т. д. Но если бы путем солидных предварительных
1 Losch, II, № 661, п. 1. Гергард ф. Везель говорит, что пряжа принадлежит не им.
2 См. напр. устав кельнских стригальщиков шерсти 1897 г. — Losch, I, № 72, п. 8.
3 См. источники, цит. в примеч. 2 на стр. 14.
16
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШИОВИЧ
работ все эти затруднения удало.сь преодолеть и воздвигнуть ряды цифр,, выражающих номинальную и реальную заработную плату подмастерьев-разных ремесл в разных городах, то оставался бы еще один последний икс,, наиболее трудный для преодоления. Мы видели, что заработная плата подмастерья, выдаваемая деньгами, составляла лишь дополнение к другой' части его платы, получаемой им натурой, в виде квартиры и стола. Как, учесть реальную ценность этой составной части? Живя у мастера, подмастерье пользовался, вероятно, тем же, что и остальные члены семьи, мастера. Но при той сильной социальной диФеренциации, которая существовала в среде цехового ремесла (см. очерк «К вопросу об имущественной структуре средневекового города»), стоимость пропитания подмастерья
' должна была заметно колебаться в отдельных случаях. Конечно, можно вывести средние цифры стоимости жизни, как это, напр., практикуется в настоящее время при определении ставок заработной платы домашних работниц, но эти цифры заключали бы в себе еще больше гипотетического, чем исчисления, указанные нами на первом месте. Повторяем, указанная работа колоссальна по своим размерам. Исчисление реальной стоимости заработной платы строительных рабочих облегчалось, помимо, того, что эти рабочие принадлежали к немногим профессиям, - еще отсутствием последней трудности, ибо представители этого вида'труда, получали свою заработную плату по выбору: либо целиком деньгами, либо деньгами и столом.
Итак, мы сознательно отказываемся от разрешения проблемы о реальной ценности заработной платы немецкого цодмастерья, поставленной; в таком широком объеме. Что подмастерья часто были недовольна своей заработной платой, видно из неоднократно выдвигавшегося ими требования о повышении ее и из жалоб на плохой стол.
Подробными данными, хотя и не в одинаковой мере для всех городов,, располагаем мы по вопросу о продолжительности рабочего дня. Особенно много сведений этого рода имеется по Кельну. Почти каждый цеховой статут содержит их. Порой в Форме категорического определения продолжительности рабочего дня, порой в виде указания максимальной продолжительности его. Так, иголыцики постановляют (Устав 1397 г.) начинать работу не раньше 5 час. утра, кончать ее не позже 8 час. вечера.1 Буквально то же постановление содержится в Уставе медников (Устав 1421 г.),2 Ткачи льняных изделий (Устав 1490 г.) в категорической Форме постановляют < ' 1
1	Losch, I, № 53, п. 14.
2	Там же, I, № 43, п. 10.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
17
начинать в 5 час. и кончать в 8 час. вечера.1 Кузнецы устанавливают для зимнего времени—-от св. Ремигия (1 октября) до заговения (воскресение перед началом великого поста);—рабочий день от 5 час. утра до 8 час. веч. Летом работали, повидимому, больше (Устав 1397 г.).2 Еще длиннее был рабочий день у столяров. Они постановляют начинать работу не раньше 4 час. утра, кончать — не позже 8 час. вечера, т. е. работа продолжается 16 часов (Устав 1397 года).3 У сумочников та же продолжительность рабочего дня, т. е. 16 часов, а именно, с 5 час. утра до 9 час. вечера установлена в категорической Форме для зимы; летом работали, повидимому, больше.4 Наиболее продолжительный рабочий день встречаем мы у кельнских шапочников. Их уставом предписано начинать работу не раньше 4 час. утра, кончать ее не позже 10 час. вечера, т. е. устанавливается максимальная продолжительность рабочего дня в 18 часов5 (Устав 1397 г.). У кельнских прядильщиц работа начиналась и кончалась с звоном колоколов на городских башнях (Устав 1397 г.).6 15-ти часовой рабочий день мы встречаем у любекских сундучников—с 4 час. утра до 7 час. вечера (Устав 1508 г.).7 Как видно из приведенных данных, продолжительность рабочего дня в некоторых ремеслах колебалась в зависимости от времени года. Очень точное соответствие между естественной продолжительностью дня и длиной рабочего дня мы нашли у строительных рабочих. Уставы других ремесл меньше распространяются на эту тему. Очень ясные постановления имеются у любекских четочников, у которых зимой—-от св. Михаила до Пасхи — работали от 6 час. утра до 8 час. вечера, летом — от Пасхи до св. Михаила— от 5 час. утра до 8 час. вечера (Устав 1510 г.), т. е. зимой 14 часов, летом 15 часов.8
Посмотрим, как обстоит дело с работой при свечах. Есть цехи, безусловно запрещающие ее. Таковы кельнские текстильщики (ткачи-бума-зейщики и шерсто-ткацкий цех), стекольщики, маляры и резчики. Установленное ими правило гласит, что работа должна производиться исключительно при дневном свете (Устав 1420 г.).9 Но таких цехов мало. Большая часть уставов лишь более или менее ограничивает вечернюю работу.
1	Losch, I, № 54, п. 16.
2	Там же, I, № 56, и. 15.
3	Там же, I, № 59, п. 7.
4	Там же, I, № 70, п. 16.
5	Там же, I, № 89, п. и. 14 и 15.
6	Там же, I, № 22, п. 11.
7	Wehrmann, стр. 253.
8	Там же, стр. 349.
9	Losch, I, № 54, п. 16; № 78, и. 8.
ИОН, 1933, СтоЕлвцкая	3
18
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
Обычно постановляют, что работа может производиться при свечах только зимой. Так, в Кельне у игольщиков, медников, поясников и др.1 При этом зимний сезон определялся временем от св. Ремигия (1 октября) до понедельника или вторника после прощеного воскресенья или до Сретения Господня (2 Февраля).1 2 * Очень подробно нормирована вечерняя и ночная ра-бота-у кельнских стригальщиков сукна и золотых дел мастеров. Первые постановляют, что при свечах можно работать от св. Андрея до Рождества, т. е. от 30 ноября до 25 декабря. После Рождества при свечах можно стричь лишь небольшие сукна, меньше 4 локтей, т. е., очевидно, менее дорогой товар. На стрижку же больших сукон при свечах нужно иметь специальное разрешение цехового старшины (Устав 1293 г.).8
Устав цеха золотых дел мастеров гласит, что между св. Ремигием и великим заговением (понедельник или вторник после прощеного воскресения) запрещается работать после 8 час. вечера. Момент окончания работы возвещается боем колоколов у церквей св. Лаврентия и св. Альбина. За две недели до Рождества и в течении двух недель после Рождества вечерняя и ночная работа разрешается в неограниченном размере (Устав 1397 г.).4
Цеховое законодательство в такой мере чуждо представлению о социальной гигиене, что трудно предположить, чтобы запрет ночной работы диктовался соображениями последнего свойства. Только что приведенные постановления ясно указывают, что, запрещая ночной труд, цех в первую очередь заботился о доброкачественности продукта. Поэтому ночной труд совершенно запрещается там, где требуется дневной яркий свет, как в тка-честве и при резьбе, и особенно тщательно регламентируется в отраслях, изготовляющих ценные товары — дорогое сукно и золотые изделия. Некоторую роль в деле ограничения ночной работы могли играть и соображения пожарного порядка.5 * Впрочем, как видно из того же устава . золотых дел мастеров, соображения наживы перевешивали страх перед порчей продуктам пожарами, ибо в горячий для ремесла период (золотые изделия шли для праздничных подарков) запрет ночной работы отпадает. И в других ремеслах, где существовала сезонная и срочная работа, ночной труд применялся в неограниченном размере, например, у портных. Кельнские портные постановляют, что по субботам и накануне праздников нельзя ра
1 Losch, I, Л» 53, п. 17; № 43, п. 11; № 32. п. 8.
2 Там же, I, № 5б, и. 15; № 32, п. 8.
8 Там же, I, № 73, п. 16. '
4 Там же, I, № 28, п. 13.
5 Меры противопожарного свойства играли большую роль в деятельности средневеко-
вого города. См. Andres Tuckers Baumeisterbuch и Frankfurter Amts- und Zunfturkunden.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
19
ботать позднее полуночи.1 Следовательно, в остальные дни работали и позднее. Яркий пример неограниченного применения ночного труда мы увидим ниже у страсбургских портных.
Как общее правило, работа накануне воскресенья и праздников кончалась раньше. В Кельне во многих ремеслах принято было кончать работу в эти дни засветло. Так, у сапожников, шапочников, сумочников и др. У кузнецов накануне праздников кончали работу зимой в 5 час., летом в 7 час.2
По воскресеньям и праздничным дням обычно не работали.3
Но запрет воскресной работы, ч как и запрет ночной работы, имел лишь относительный характер. Мы увидим ниже, что' у портных во время сезона, праздники не соблюдались. И золотых дел мастера в принципе допускали работу в праздники. Требовалось только, чтобы подмастерье, исполняющий в эти дни чей-либо заказ, имел на это разрешение мастера.4 Другими словами, преследовалась не воскресная работа, а работа за собственный счет подмастерья. Пример систематического нарушения воскресного отдыха представляет цех пекарей и мельников в Шпейере.5 И в тех ремеслах, где по воскресным дням и праздникам производство останавливалось, праздничный отдых был все-таки не всегда полным. Продажа готовых изделий часто производилась и по праздникам, хотя -и в сокращенном размере. Так, шляпы разрешалось продавать только на дому у шапочника (не в торговых рядах и не на рынке), причем нельзя было устраивать выставку на окнах и перед дверью. Тоже постановление действовало у иголь-щиков.6
Непомерно данный рабочий день и общая перегруженность работой делают понятной интенсивную жажду отдыха у средневекового подмастерья, зачастую принимавшую бурные Формы и выливавшуюся в своеобразное требование свободного или так назыв. «голубого» понедельника (подробно об этом ниже).
Но острота рабочего допроса заключалась не только в продолжительном рабочем дне и порой недостаточной плате, но и в общей приниженности положения подмастерья, в тяжелой личной зависимости от мастера, в отсутствии свободы,собраний и права коалиции.
1	Losch, I, № 57, и. 1.
2	Там же, I, № 60, и. 12; № 70, п. 17; № 89, и. 14; № 56, п. 16.
з	Почти во всех уставах.
4	Losch, I, № 27, п. 10.
5	Документы, собранные Шанцем, стр. 177, внизу.
«	Losch, I, № 38, п. 16; № 39, и. 12; № 53, п. 16.
2:
20
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
Сохранился интересный документ, проливающий свет на то, как далеко простирались вожделения хозяев в смысле личного подчинения себе подмастерьев. Это страсбургский «Регламент о рабочих,» — Knechteordnung,— датированный 1465 г. Он одинаково касается и домашних слуг и ремесленных подмастерьев, устанавливая для обеих категорий работников одни и те же правила поведения. Подмастерье не имеет права отлучаться поздно из дома. Летом (летним сезоном считается время от Пасхи до св. Михаила) он обязан быть дома не позже 10 час. вечера, зимой не позже 9 час. После этого часа; он не имеет права больше выходить из дому. Подмастерьям строжайше запрещается посещение таверн и увеселительных заведений. За соблюдением этого правила должны следить сами хозяева таверн, обязанные в любой момент впускать к себе для контроля слуг аммейстера, тайную стражу и патруль, ходящий по городу дозором, как домашним слугам, так и подмастерьям безусловно запрещено устройство собраний и заключение союзов. Они не имеют права совместно разбирать какие-либо дела и принимать решения. Исключение делается лишь для вопросов, связанных с религиозным культом. Для их обсуждения слуги и подмастерья могут собираться по воскресеньям и, кроме того, еще один раз каждые четверть года. Запрещается подмастерьям в массе носить одинаковые шляпы, сюртуки и брюки или одинаковые знаки. Запрещается носить в пределах города и бургбана оружие — длинные мечи, ножи и кинжалы. Вооружаться можно, лишь уезжая в сельские местности. Как домашние слуги, так и подмастерья приносят присягу в повиновении хозяевам и совету. Столкновения между подмастерьями и мастерами разбираются в первой инстанции цеховыми старшинами, во второй — городскими властями. Нанимая работника, мастер представляет его цеховому старшине, который приводит нанимаемого к присяге и вносит его в списки, подмастерьев данного ремесла. Наем считается законным лишь при выполнении этого условия.1
Был ли этот регламент когда-либо осуществлен в жизни? Вряд ли в течение долгого времени. Изданный в период жестоких столкновений между подмастерьями и мастерами на нижнем Рейне (подробно см. ниже) регламент о рабочих ярко отразил на себе взволнованную атмосферу напряженной социальной борьбы. Кое-что в нем утрировано, кое-что вызвано потребностью момента. Запрет ношения одинакового платья, одинаковых знаков и оружия рожден страхом перед заговором подмастерьев против
1 Документы, собранные Шанцем, стр. 193—201.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
21
хозяев и. городских властей. Угроза постоянного обыска таверн вряд ли могла систематически проводиться в жизнь.
Однако, общие линии «Регламента» не представляют чего-либо Фантастического. Они вполне реальны. Принципы, выраженные в «Регламенте», служили руководящими'началами цехового законодательства о подмастерьях. Характерно уже одно сравнение ремесленных. подмастерьев и домашних слуг. Оно создает некое единое представление о служащей челяди, Gesinde (кстати этот термин довольно часто употребляется в документах применительно к подмастерьям). у
XV век в Германии был эпохой усиленной регламентации труда сельскохозяйственных рабочих. Уставы владетельных князей Тюрингии и Саксонии в интересах работодателей запрещают рабочим переселение из мест постоянной работы в другие места и так наз. безделье (Miissiggang), под которым подразумевался перерыв между одной службой и другой больше чем на 12 дней. Чтобы гарантировать исполнение этого правила, городским советам Саксонии в 1442 г. было предписано принуждать к работе и городскую челядь.1 Аналогичное распоряжение издано было страсбургским городским советом еще в 1411 году.1 2 Других постановлений, принуждающих городских рабочих к работе, мы не встретили. Это понятно, ибо в городах, в противоположность сельским местностям, по всему видимому, недостатка в рабочих руках не наблюдалось. Но дух зависимости, дух закабаления рабочей «челяди» был достаточно силен и в городах.
Страсбургский «Регламент о рабочих» предписывает подмастерьям возвращаться домой летом в 10 час., зимой в 9 час. вечера. Это требование отражает общий принцип, цеховых уставов. Подмастерье всегда и неизменно должен ночевать дома. Люнебургские шапочники постановляют, что подмастерье должен быть дома не позже 10 час. вечера.3 Люнебургские медники требуют, чтобы он возвращался к 8 ч.; если же он не вернется ' к 10 ч., то мастер имеет право не пускать его в дом.4 Кельнские сапожники штрафуют подмастерьев за отлучку по ночам без ведома и согласия мастера.5 И в том же смысле высказываются десятки других ^статутов. В некоторых цехах установлено такое строгое наблюдение за исполнением
1 О регламентации труда сельскохозяйственных рабочих в Саксонии и Тюрингии см. В, Wuttke, Gesindeordnungen und Gesindezwangsdienst in Sachsen bis zum Jahre 1835, Leipzig, 1893.
2 Cm. Hegel, Chroniken der deutschen Stadte, Strassburg, В. II, стр. 1029.	(
3 Bodemann. Luneburger alteste Zunfturkunden, XIII, 3, стр. 114.
4 Там же, ХШ, стр. 189. Устав 1573 г.
5 Losch, II, № 644, и. 1. Устав 1491 г.
22
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
этого правила, что на самого мастера возлагается обязанность доводить до сведения цеховых властей о каждом случае невозвращения подмастерьев вечером домой. Мастер, не исполнивший требований закона, платит штраф. Так обстояло дело у люнебургскйх сапожников 1 (Устав 1389 г.), любекских скорняков1 2 и др. Цо если рабочий день обычно кончался не раньше 8 ч. (см. выше) и в 8—9, самое позднее в 10 часов, подмастерье неукоснительно должен был быть дома, то совершенно очевидно, что для отдыха,, развлечений и общения с товарищами у него в будни времени не оставалось. Цеховые статуты нормировали не только времяпровождение подмастерья, но и каждый шаг его личной и общественной жизни. О запрете жениться мы уже говорили. Он представляет собой естественное последствие совместной жизни с мастером. Но вместе с тем строго преследовалось и простое сожительство с женщиной, так называемая wilde Ehe.3 Статуты обязывают подмастерьев бывать по воскресеньям в церкви и выслушивать проповеди пасторов. Случалось, особенно в позднюю эпоху, что это правило нарушалось и что вместо церкви подмастерье отправлялся в клубы и таверны, проводя время в игре и попойках.4 Цеховые власти следят за нравственностью подмастерьев; им запрещается напиваться, участвовать в азартных играх; выходя на улицу, они должны были всегда быть прилично одеты.5 Запрет собраний и союзов настолько безусловен и ясен, что в большинстве случаев он даже не упоминается; появление его в статуте обычно свидетельствует о начавшемся рабоче^ движении,6 как видно из цит. страсбургского «Регламента о рабочих». В сущности, подмастерье рассматривается цеховым законодательством только как рабочая сила., призванная выполнять определение технические Функции в производстве. Как общественная единица он либо игнорируется,, либо подавляется.	*
Согласно господствующему в литературе взгляду, немецкий подмастерье не принимал активного участия в цеховой жизни, и управление цехом и цеховое законодательство складывались и Функционировали помимо его желания и воли. Мы присоединяемся к этому взгляду, ибо, перелистывая статуты том за томом, страница за страницей, мы повсюду встречаем
1 Bodemann, цит. соч., XXVIII, 1, стр. 233, Устав 1389 г.
2 Wehrmann, цит. соч., устав скорняков, стр. 357.
3 Frankf. Amts- und Zunfturkunden, стр. 373, п. 2.
4 Документы, собранные Шанцем, стр. 271, п. 26.
5 Wehrmann, цит. соч., 363. — Rudiger. Zunftrollen, стр. 46, § 27. —- Bodemann, цит. соч.,, II, 1, стр. 23.
3 См. выше.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV~XV ВЕКОВ	'	23
подтверждение его. Цеховые органы выбираются мастерами и из состава мастеров, все обязательные постановления принимаются мастерами. Мастера претендуют на неограниченную юрисдикцию по вопросам, касающимся внутренней жизни цеха и. взаимоотношений хозяев и подмастерьев. Активное участие подмастерья в организации и законодательной деятельности цеха встречается лишь как редкое исключение.
Шанц приводит некоторое количество Фактов подобного рода. Но большая часть их относится к XVI веку.1 Только четыре случая имеют отношение к средним векам. Из них два относятся к XIV веку. Оба касаются шерсто-ткацкого ремесла: подмастерья-ткачи и страсбургские подмастерья ткачи и шерстобиты (первые по Уставу 1351 г., вторые по документам 1350 г. и 1356 г.) Фигурируют как участники в постановлениях и юрисдикции цеха. Но шерсто-ткацкий цех в южных прирейнских городах отнюдь не типичен для отношений между мастерами и подмастерьями средневековой Германии. Мастер ткач и порою шерстобит находились там в полной экономической зависимости от так назыв. сукнодела (Tucker), дававшего ему сырой материал и получавшего от него готовый продукт. Шмоллер, посвятивший специальное исследование состоянию шерсто-ткацкой промышленности в средневековом Страсбурге, приходит к выводу, что социальная борьба протекала там не между мастером и подмастерьем, а между мастером и подмастерьем, с одной стороны, и сукноделом и торговцем шерстью — с другой.1 2 Страсбургский мастер-ткач экономически так был близок к подмастерью, что равноправие обоих элементов в цеховой жизни на представляет ничего удивительного. Третий приводимый Шанцем случай равноправия подмастерья в цеховой жизни относится к XV веку и касается каменщиков, т. е. опять-таки цеха, где мастера и подмастерья, в силу зависимости обоих от предпринимателя, руководившего постройкой, были экономически ближе друг к другу, чем в других ремеслах.3 И только четвертый случай, цитированный Шанцем и имеющий отношение к средневековой жизни, касается ремесла обычного типа мельников (Устав 1429 г.). К Фактам, приводимым Шанцем в доказательство активного участия подмастерьев в цеховых собраниях, мы, с своей стороны, можем прибавить еще один Факт, оставшийся ему неизвестным. Мы
1 Schanz, цит. соч., стр. 118 и след.
2 Schmoller. Die Strassburger Tucker- und Weberzunft, стр. 452. «Der soziale Gegen-satz lautete nicht Webermeister und Weberknechte, sondern grosse Tuchmacher und Wollhand-ler einerseits, Webermeister und Knechte andererseits ».	1
8 См. наш очерк «О положении строительных рабочих».
24
В. В. СТОКЛИП,КЛЯ-ТЕРЕШКОВЙЧ
имеем в виду подмастерьев-шапочников Франкфурта на Майне.1 У них приняты были общие собрания мастеров и подмастерьев (хотя на ряду с ними Функционировали, повидимому, и отдельные собрания тех и других), и они все вместе выбирали цеховых старшин. Но эта совершенно исключительно цеховая организация нисколько не помешала яростным столкновениям между обоими элементами и объединению мастеров-шапочников Франкфурта с мастерами-шапочниками других рейнских городов для борьбы с подмастерьями-шапочниками. Все это мы увидим ниже. Последний случай наводит нас на ряд размышлений. Не являлись ли редкие случаи активного участия подмастерьев в Функционировании цеховых органов Фактами вторичного порядка, продуктом предшествовавшей борьбы между мастерами и подмастерьями? Другими словами, не представляли ли они вынужденную уступку мастеров подмастерьям?1 2 Каково бы ни было происхождение ста-тутов, подобных уставу Франкфуртских шапочников, они не меняют общего тона цеховой жизни Германии. Повторяем, в громадном большинстве случаев подмастерье не участвует ни в создании цехового права, ни в цеховом суде.
Этот Факт оказал сильнейшее влияние на весь характер цеховых постановлений. Они защищают интересы мастера и лишь в ничтожной степени ограждают интересы подмастерья. ,
Посмотрим, например, как цеховые статуты регулируют отношения, вытекающие из договора найма. Поступить или не поступить на службу к мастеру зависело от подмастерья. Но условия найма, заработная плата, продолжительность рабочего дня, срок найма, в большинстве случаев определялись не свободным соглашением сторон, а обычаями и предписаниями цехового статута,3 т. е., другими словами, совокупностью мастеров. Принцип свободного соглашения между сторонами по вопросам трудового договора выдвигается статутами очень редко и лишь применительно
1 Frankfurter Zunft- und Amtsurkunden, т. I, стр. 261—267, особенно п. 21. Устав 1407 г.
2 Des Marez. (L’organisation du travail a Bruxelles au XV siecle, 1904) отмечает, что в Фландрии в некоторых случаях подмастерья принимали активное участие в законодательной и судебной деятельности цеха, но одновременно подчеркивает, что вопрос этот мало обследован. См. стр. 415 и след.
3 Отсюда не следует, что каждый статут содержит все условия найма. Такая систематичность противоречила бы самому характеру законодательного памятника средних веков. Запись появляется по мере надо'бностм в случае разногласий относительно того, что предписывает обычай. Этим объясняется чрезвычайно характерный Факт, отмеченный нами ниже, а именно, почему подмастерья, добиваясь лучших условий труда, ссылаются на обычай, якобы освящающий их требования.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
25
к заработной плате, а отнюдь не к рабочему времени.1 Больше того, ।
статуты строго карают мастеров за всякое отступление от установленных правил договора. Так, напр., запрещается платить подмастерью больше, чем ему полагается по ставке или давать сверх заработной платы так назыВе магарыч.1 2 Срок найма также нормируется обычаем, отражающимся в статутах. В большинстве случаев наем подмастерьев производится .дважды в год, иногда один раз. Кельнские пекари постановляют, что работников следует нанимать только в день св. Екатерины. Нарушение этого правила влечет за собой денежный штраф в одинаковом размере для обеих сторон, т. е. для нанимателя и для нанимаемого.3 В Любеке в большей части ремесл принято было нанимать подмастерьев дважды в год: за две недели до Пасхи и за две недели до св. Михаила.4 Те же сроки найма приняты были в других северных городах: в Люнебурге5 и,Гамбурге.6 Очень много внимания уделяют статуты вопросу о нарушении договора найма, и в этой области односторонний характер защищаемых ими интересов выступает особенно резко. Вопрос чрезвычайно детализирован и породил громадное количество статей, но если присмотреться к ним, то окажется, что большая часть их требует ответственности подмастерья за нарушение договора, об ответственности же мастера за те же нарушения речь заходит очень редко.	.	Г '
Статуты предусматривают разнообразные виды нарушения договора подмастерьем, а именно: подмастерье самовольно бросает службу до истечения срока найма; подмастерье, подрядившись с мастером, не является на работу, или поступает одновременно к двум хозяевам; подмастерье самовольно не является на работу (прогул); подмастерье участвует в забастовке и т/д. Каждый из указанных проступков влечет за собой соответствующее наказание. Наиболее слабое из них денежный штраф, затем следует по •силе воздействия временный запрет другим мастерам принимать данного подмастерья к себе на службу; запрет давать ему работу, пока он не доставит соответствующего удовлетворения мастеру; полное исключение под
1 См. устав кельнских ткачей. Заработная плата за выработку обойной материи шириною в 3 локтя устанавливается по соглашению. Зарплата за выработку обойной материи уже или шире 3-х локтей устанавливается статутом, см. Losch, I, № 12, п. 9.
2 Losch, I, № 2, п. 7.
з Wehrmann, стр. 162. — Rudiger. Zunftrollen, стр. 181.
4 Wehrmann, стр. 367. Статут любекских колесников,
, 5 Bodemann, цит. сон., XX, 1, стр. 121; XXVIII, 1, стр. 232.
в Rudiger. Altere hamburgische und hansestadtische Handwerksgesellendokumente, .1875; cm. Rolle der Fast- und Weissbackergesellen, стр. 1—6.	<
26
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
мастерья из данного цеха, т. е. полная утрата им права на работу и т. д.1 Как видно, наказания крайне чувствительные, подрывающие основу экономического существования подмастерья. Мастер же, досрочно уволивший подмастерье,—упоминания об этом очень редки, — не платит даже штрафа. Закон вменяет ему лишь в обязанность уплатить увольняемому жалованье за весь срок найма.2 Но так как значительная часть вознаграждения за труд получается подмастерьем натурою, то очевидно, что мастер, досрочно уволивший подмастерье, не несет разорительных жертв. Лишь в одном случае указанный проступок мастера несет за собой тяжелое наказание для него, а именно, когда досрочное увольнение подмастерья произошло за границей, когда он вывезен был мастером для работы. В этом случае мастер платит штраФ и исключается из цеха.8
Интересы подмастерья, связанные с договором найма, получают более или менее действительную защиту в статутарном законодательстве лишь в одном пункте — в отношении уплаты жалованья. Есть статуты, наказывающие мастера за несвоевременную выдачу его подмастерью.4 Подмастерье, взыскивающий с мастера заработную плату, ставится статутом в привилегированное положение по сравнению с другими кредиторами. Его претензии идут впереди претензий других кредиторов и, выиграв по суду дело, он имеет право немедленного удовлетворения их.5
Мастер пользуется защитой закона во всех случаях, когда права его нарушены. Очень многие статуты устанавливают наказания за хищение и присвоение подмастерьем хозяйского материала, за порчу им хозяйских орудий.® Между тем жизнь и здоровье подмастерья не пользуются никакой защитой закона. Цеховые статуты чужды всякого представления о том, что .принято называть в настоящее время охраной труда. Если подмастерье приобретает болезнь или увечье во время исполнения им обязанностей, то единственное, на что он может заявить притязание по закону — это выплата им хозяином жалованья до окончания срока найма.7 Ни о какой
I
1	Losch, I, стр. 33, 36, 108, 47 и мн. др. — Bodemann, стр. 57 и др. — Rudiger. Die altes-ten hamburgiscben Zunftrollen, стр. 181, 250 и др. — Wehrmann, цит. соя., стр. 198, 205, 247, 328, 367 и др. Вопрос о последствиях, вытекающих из нарушения трудового договора, подробно разработан Dirke. См. стр. 88 цит. соч. и след,	\'
2	Примеры см. у Dirke, стр. 99.
з	Так у любекских бочаров.
4	Rudiger. Zunftrollen, стр. 26, 98.
5	Dirke, цит. соч., стр. 84—88.
6	Очень часто встречается в кельнских статутах. См. еще Wehrmann, стр. 162, Rii^ diger, Zunftrollen, 181 и др.
7	Dirke, стр. 78.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
27
ответственности мастера, ни о каком возмещении убытков, ни о каком пособии на лечение, ни о какой пенсии инвалидам—нет речи.
Неразвитость элементов охраны труда в цеховом законодательстве особенно ярко проявляется в том Факте, что если болезнь или увечье причинены подмастерью третьим лицом, независимо от процесса производства, то юридические последствия этого Факта для подмастерья совершенно те же, что и в первом случае, т. е. и в этом случае хозяин обязан выплатить ему жалованье до окончания срока найма. При этом хозяину дается право взыскать понесенные убытки с виновника несчастья.1 Тем менее могли подмастерья расчитывать на регулярную помощь в случаях болезни, увечья и инвалидности, приобретенных независимо от процессов труда. Принципы социального законодательства также чужды были представлению тех, кто творил законы о промышленном труде, как и принципы охраны труда.
Эти пробелы порой порождали оригинальные попытки их восполнения. В средневековых городах существовала довольно обширная категория людей, исполнявших различные Функции — высшего и низшего свойства — на службе у города, или, как бы мы сказали в настоищее время, категория городских служащих и рабочих. В Кельне их было в конце средних веков около 500 человек, а с семьями, конечно, больше. Их деятельность сосредоточивалась в сфере торговли и транспорта, и особенно заметную величину составляли они в городах крупных (по понятиям того времени), торговых, обладавших так называемым складочным правом, т. е. где провозимые в разные стороны товары оставались в течение некоторого времени впредь до дальнейшего продвижения.2 Таким правом обладал Кельн и другие города. Но представители этой категории труда имелись и в городах средней величины, как, напр., Трир. Чрезвычайно развитой в средине века контроль городских властей над торговым оборотом, о котором мы подробно говорим в другом месте, порождал необходимость в такого рода работниках. Здесь были присяжные маклера и комиссионеры, посредничавшие при торговых сделках, надзиратели у подъемных кранов и весов, мерильщики ржи, соли, вина и других товаров, весовщики, грузчики,, носильщики, возчики и многие другие. Большая часть их принадлежала к деклассированным элементам. Чаще всего они вербовались из рядов ремесленников, потерпевших неудачу на первоначальном жизненном пути, как, напр., подмастерья, не сумевшие пробиться в мастера и разорившиеся мелкие мастера; часть их вышла из среды мелких торговцев, чернорабочих
1 Dirke, стр. 78.
з Так назыв. Stapelrecht.
28
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
и потомков тех, кто принадлежал к так назыв. «позорящим» профессиям — цырульников, ткачей полотна и др. Городские рабочие и служащие были организованы не в цехи, а в более свободные союзы, так назыв. Genos-senschaften. Они — особенно низшие их разряды — были подвержены iipo-Фессиональным и другим заболеваниям не в меньщей, если не в большей степени, чем ремесленные подмастерья, и не менее остро, чем последние, должны были испытывать в моменты нужды отсутствие организованной помощи. Частью они восполняли этот недостаток организацией взаимопомощи на случай болезни, как делали — это мы увидим ниже-—и ремесленные подмастерья, частью выработали исключительно оригинальный метод социального страхования.
Заключался он в следующем. Городской совет назначал заместителя вместо больного или неспособного к труду старика или инвалида, а замещающий брал на себя обязательство выплачивать половину жалованья тому, кого он заменял. Подобного рода обязательства могли простираться и на вдову и на сирот того, чья должность была передана другому. Но вдовы получали лишь половину того, что получил бы их муж, т. е. четвертую часть Фактического заработка, а сиротам оказывалась помощь лишь .до совершеннолетия. В некоторых случаях заместителя назначал не город, а сам пострадавший; в иных случаях лицо, которому передавалась должность другого, договаривалось с этим последним( об уплате ему единовременной суммы вместо доли заработка. Охарактеризованные Формы взаимопомощи часто влекли за собой тяжелое обременение для рабочего, но зато давали ему уверенность, что, в случае несчастья или инвалидности, и он и семья его не останутся без помощи. Но система заместительства, как своего рода, пенсионная касса, покоилась на определенной предпосылке, а именно, что должность того, кто временно или навсегда утратил трудоспособность, составляла, как источник дохода, его достояние, или, оставаясь в пределах средневековых понятий и средневековой терминологии, его лен. Городская служба действительно рассматривалась в средние века таким образом. Охарактеризованные нами категории работников, состоявших на городской службе, смотрели на свои служебные Функции как на некое право, порой пожизненное, порой наследственное.1 В кругах цехового ремесла такого взгляда на службу не могло быть, и цеховым подмастерьям, беспомощным перед такими превратностями судьбы, как болезнь
1 Быт городских рабочих подробно освещен в работе BrKuske «Die stadtischen Han- , dels und Verkehrsarbeiter und die Anfange stadtisches Socialpolitik in Koln», 1914. См. особенно стр. 107—116.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
29
и увечье, предстояло выработать другие методы социальной защиты против, них, методы, лежащие на основе взаимопомощи и борьбы с мастерами.
Из характеристики быта подмастерьев XIV—XV вв., данной нами в настоящем очерке, ясно вытекает, какие задания стояли перед этим: общественным слоем. Закон, созданный мастерами и поддерживаемый городскими властями, обрекал подмастерье на исключительно пассивную роль в общественной жизни цеха и не давал гарантии его насущным интересам. Перегруженный работой и живя в атмосфере, где каждый шаг был регламентирован какими-либо правилами, подмастерье не имел времени для отдыха и общения с товарищами. Законами о трудовом договоре он лишен был возможности в любой момент свободно менять хозяина. Заболев и потеряв трудоспособность,' он не мог рассчитывать на регулярную помощь. Изменить отрицательные стороны своего быта подмастерье мог лишь собственными усилиями. Первым этапом на этом пути должно было явиться создание крепкой организации подмастерьев. В эту именно сторону и направилось первое движение массы подмастерьев.
Интересующая нас эпоха — XIV — XV вв. — дает очень много для характеристики раннего периода организационного строительства подмастерьев в Германии. В эту эпоху заложены были краеугольные камни того союза подмастерьев, который, развиваясь и укрепляясь, перешел в XVI— XVII века, все время служа основным носителем борьбы подмастерьев за улучшение условий своего существования.
В пестрой массе материала, относящегося к ранним стадиям движения подмастерьев, уловимы очертания двух организационных типов: союза взаимопомощи и союза борьбы с мастерами за улучшение условий труда. Назовем по традиции первый братством, второй — содружеством. Первый выступает неприкрыто, второй маскируется целями одного лишь общения и совместного времяпровождения. Но различие между обоими типами носит лишь относительный характер. Уже в ранний период развития элементы того и другого типа смешиваются, на поздних же стадиях происходит еще более полное шх слияние, и все чаще всплывает единый союз подмастерьев, несущий Функции как братства, так и содружества.
Собственно говоря, первоначальным ядром, вокруг которого произошло сплочение подмастерьев, послужили не организация клубов и не задачи взаимопомощи,' а чисто религиозные цели. Подмастерья объединялись для совместного культа святых: праздновались дни этих последних. Устраивались процессии с хоругвями и иконами, зажигались свечи перед алтарями. Мастера не противились этому виду общения подмастерьев. В доку
30	В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
ментах, отразивших борьбу мастеров с подмастерьями, мы неоднократно находим подтверждение того, что для религиозных целей подмастерьям разрешается собираться. К культу святых очень рано присоединилась еще одна цель: совместные похороны товарищей, также не встречавшие возражений со стороны хозяев. Ио допуская культ святых, мастера зорко следили за тем, чтобы временная организация, созданная для приготовления к празднествам^ не превращалась в постоянную. Имеются интересные примеры этого рода. У любекских подмастерьев-портных принят был культ св. Вальпургия. Уже в XIV в., за неделю до дня этого святого, подмастерьям разрешалось выбрать представителей для устройства праздничных развлечений, но немедленно по окончании двух праздничных дней выборные должны были слагать свои обязанности, и организация, созданная по этому случаю, прекращала свое существование.1 Ио не так легко было подавить возникшие организационные ячейки в среде подмастерьев, где так много было оснований для недовольства и так сильна должна была быть жажда перемен., Несмотря на меры предупреждения, раз возникшая организация продолжала развиваться. В XV в. культ святых и похороны товарищей часто являются Функциями союзов взаимопомощи.
La confrerie des pauvres — Братство бедных. Так окрестил эти союзы взаимопомощи бельгийский историк Des Marez, обрисовавший их развитие и деятельность в Брюсселе в XV в.1 2 Это обозначение удачно выражает сущность братств взаимопомощи. Они объединяют элементы экономически слабые х и нуждающиеся в помощи. Изредка они прибегают для этой цели к институту заместительства, порой связывают Функцию взаимопомощи с деятельностью обществ сотрапезников (Graffelgesellschaften).3 4 Но чаще всего носителями этой Функции становятся ремесленные братства. В Брюсселе в XV в. в них обычно участвуют подмастерья и мастера, виды помощи ясно и отчетливо диФеренцированы, и техника ее сравнительно развита.3 Брюссельские братства различают три вида неспособности к труду, дающие право на помощь: болезнь, несчастный Случай и старость. Установлен минимальный срок членства и регулярной уплаты взноса, до истечения которого участники братства не могут претендовать на помощь, а в некоторых уставах точно определен размер пособий, выдаваемых потерпевшим увечье. Но и эти
1 Wehrmann, стр. 166.
2 Des Marez. L’organisation du travail a Bruxelles au XV siecle, 1904.
8 Примеры см. у Kuske, цит. соч., стр. Ill—112.
4 Характеризуя деятельность брюссельских братств взаимной помощи, мы базируемся на цит. соч. Des Marez, стр. 439 и след. Des Marez утверждает, что братства взаимопомощи стали боевыми организациями класса подмастерьев лишь в новое время.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	31
сравнительно совершенные организации так мало знакомы с принципами, лежащими в основе современного социального страхования, что не устанавливают никакого соответствия между размером взноса и опасностью профессии.
Братства взаимопомощи немецких подмастерьев не достигли того совершенства в смысле установки целей и технической стороны дела, как брюссельские союзы взаимопомощи. Их деятельность ограничивается помощью больным и субсидиями на похороны. Зато они представляют, тот интерес, что в противоположность брюссельским братствам, которые, соответственно тому, как их рисует Des Marez, еще в XV и XVI веке покоились на мирном объединении мастеров и подмастерьев и не выходили из круга задач взаимопомощи — они, немецкие братства, уже в середине века проявили социально агрессивные тенденции. Брюссельские братства взаимопомощи, судя по тому, как их рисует Des Marez, всегда состояли из мастеров и подмастерьев. В немецких организациях этого типа иногда участвуют мастера. Но прием последних происходит по требованию и настоянию подмастерьев, которые представляют единственную активную и движущую силу немецкого союза взаимопомощи. Легко понять, какие мотивы руководили подмастерьями в деле привлечения мастеров к участию в кассах взаимопомощи. Это означало увеличение денежных фондов и косвенное привлечение мастера к ответственности за увечья и болезни рабочих. Но так как немецкие братства рано проявили характер боевых организаций, то тенденция привлечения мастеров не получила у них полного развития, и участие мастера в союзах взаимопомощи не стало общим явлением.
Типичный пример немецкой организации, преследующей цели взаимопомощи, представляет братство, основанное в 1404 г. страсбургскими подмастерьями-скорняками.1 Оно состоит из подмастерьев и учеников. Устав его определяет систему взносов, круг деятельности общества и устойчивую Финансовую организацию. Различаются три категории взносов: взносы вступительные, еженедельные и уплачиваемые по четвертям года. «Подмастерье, желающий стать членом общества, вносит при вступлении три страсбургских пфеннига. Затем еженедельно 1 гельбелинг. Такой же размер взносов устанавливается для учеников, получающих более 3 гульденов в год. Ученики, получающие меньше 3 гульденов в год, вносят при вступлении 2 пф. и столько же каждые 3 месяца. Отсюда явствует, что у'страс-бургских скорняков ученики занимали особое положение, являясь регуляр-:
1 Документы, собранные Шанцем, стр. 167.
32
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
ними платными работниками, так сказать младшими работниками, между тем как обычно они платы не получают. Время уплаты взносов точно определено. Еженедельные взносы уплачиваются по воскресеньям. Взносы, производимые по четвертям года — в постные пятницы, в начале каждой четверти года. Член братства, не уплативший своевременно причитающихся с него взносов, платит штраф. Подмастерье, уехавший из Страс- , бурга и отсутствующий больше, чем полгода, считается выбывшим из братства. Чтобы стать членом его, он должен вновь уплатить вступительный взнос. Деятельность страсбургского братства подмастерьев-скорняков определяется, с одной стороны, религиозными Функциями, с другой — систематической помощью членам. В сущности, указаны только два вида помощи — на случай похорон и на случай болезни. Братство хоронит на свой счет несостоятельных членов и дает денежное пособие больным. Подмастерье, воспользовавшийся во время болезни ссудой от братства, обязан по выздоровлении вернуть ее. Не сделавший этого, лишается права работать в Страсбурге — строжайший вид наказания, применяемый братством.
Мы видим, что виды помощи мало детализированы. Размер ее тоже не определен. Зато Финансовая организация разработана очень детально. Общее собрание членов выбирает казначеев, сменяемых каждые три месяца; они обязаны взаимно контролировать друг друга и, при выходе в отставку, представляют общему собранию членов отчет в поступивших и истраченных суммах. Принадлежность к братству носит принудительный характер — этот пункт мы считаем самой примечательной чертой устава. Подмастерья и ученики, не желающие примкнуть к союзу и подчиниться его требованиям, не имеют права работать в Страсбурге. Каким образом достигается осуществление этой угрозы? Путем систематического распределения свободных мест между безработными членами братства, или путем снятия с работы непокорных подмастерьев, бойкотирующих братство? Устав, чрезвычайно лаконичный, в этом пункте молчит. Исходя из совокупности имеющихся у нас данных, мы склонны думать, что скорее применялся второй способ, чем'первый. Как мы увидим ниже, организации подмастерьев лишь с громадными усилиями добились права распределять работу между своими членами и обычно достигали его лишь в подвинутой стадии своего развития, будучи уже союзами ярко выраженного боевого типа. Но если даже братство ограничивалось одним лишь снятием с работы подмастерьев, отказывавшихся примкнуть к нему, то и этот метод воздействия далеко выводил его за пределы узкой сферы Функций взаимопомощи
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	33
< и раскрывал, перед ним широкую арену всевозможных столкновений с мастерами. Легко представить себе, в какой Форме протекают такие конфликты. Мастер нанимает подмастерьев, считая их для себя пригодными. Но братство несогласно с выбором мастера, ибо нанимающийся подмастерье не состоит его членом, и вот почва для столкновений готова.
Но братство увлекается на путь борьбы с мастерами еще иным способом. В только что охарактеризованном нами уставе страсбургских подмастерьев-скорняков экономический бойкот в Форме лишения работы рас-читан только на подмастерьев. Но ещё один шаг — и он с равным успехом может обратиться против мастеров. Такой шаг делает Фрейбургское братство пекарей, устав которого относится к 1420 г.1 Он принуждает к вступлению в братство не только подмастерьев, но и мастеров, запрещая подмастерьям работать у тех мастеров, которые не присоединились к братству. По отношению же к подмастерьям, не вступившим в братство, Фрейбург-ские пекари проявляют еще большую строгость, чем страсбургские скорняки. Подобные подмастерья наказываются Фрейбургскими пекарями не только экономическим, но и общественным бойкотом. Подмастерья, которые осмелятся поддерживать сношения с такими отщепенцами, платят штраф.1 2
В более позднем братстве страсбургских слесарей и шорников (Устав 1464 г.) связь между вступлением подмастерья в братство и получением им работы принимает уже довольно отчетливые организационные Формы, напоминающие союзы борьбы и развитое право посредничества по приисканию работы, а именно: подмастерье, приехавший в Страсбург, должен обратиться к казначеям братства. Если он изъявляет согласие вступить в братство, казначеи подыскивают для него работу, в противном случае казначеи не делают этого.3
Параллельно с утверждением принципа принудительного членства пу-‘ тем экономического и общественного бойкота уставы развивают статьи, касающиеся взаимопомощи, и укрепляют Финансовую организацию. То и другое совершается в двояком направлении: в Форме требования регулярной уплаты взносов и в Форме неукоснительного взыскания ссуд. В обоих случаях применяются строгие санкции, вплоть до общественного бойкота. Братство подмастерьев-пекарей в Фрейбурге4 постановляет, что ссуды
1 Документы, собранные Шанцем, стр. 188—189.
2 Там же, стр. 201—‘202.
з Там же, стр. 222.
4 Там же, стр. 188—189.
ИОН, 1933, Стокаицкаа	3
34
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
нуждающимся членам могут даваться только в ограниченном размере. Желающий получить большую ссуду, чем допускается уставом, должен испросить на это специальное разрешение общего собрания членов и сверх того дать залог. Благодаря ограниченному кругу членов материальная основа, на которой зиждятся Финансовые операции братства, носит узкий характер, и это обстоятельство вынуждает к ограничению помощи. На ряду с последней тенденцией ведется ярая борьба с неплательщиками. Так, братство подмастерьев-кожевников в Страсбурге (Устав 1477 г.),, совмещающее, подобно скорнякам, цели религиозные с целями взаимопомощи, постановляет бойкотировать членов, которые, взявши ссуду из братской казны, не возвратили ее. Запрещается есть и пить с такими подмастерьями, пишет устав.'1 Есть братства, простирающие ответственность за невозвращение взятых ссуд на самих казначеев организации. Так поступают указанные выше страсбургские братства подмастерьев-кожевников (1477 г.). Они требуют, в виде общего правила, залога от всякого, кто желает получить во время болезни ссуду из братской казны в размере одного гульдена. Кто не может дать залога, получает ссуду только в размере полугульдена, причем залог берется с того казначея, который выдал ссуду и, как следует предположить, переходит в собственность общества в случае невозвращения взятых денег. Если ссуда была выдана без залога двумя казначеями братства, то они совместно несут ответственность за этот акт, и, в случае невозвращения ссуды, восполняют ее из собственных средств.1 2 Все уставы строго регулируют размер и время уплаты взносов. Некоторые уставы постановляют, что лицо, выбывшее из братства, может быть обратно принято в него лишь при условии полной ликвидации своей задолженности, т. е. уплаты членских взносов за все пропущенное время и причитающихся с него штрафов.3 В ШаФгаузене братство подмастерьев-кузнецов и других металлистов, работающих при помощи молота, привлекает к взысканию членских взносов с задолжавших подмастерьев тех мастеров, у которых. эти задолжавшие работают. Мастеру дается право наложить арест не только на жалованье неплательщика, но даже на его имущество.4
Имеются примеры братств, предусматривающих возможность вступления в организацию лиц, совершенно чуждых профессии данного цеха, под условием уплаты ими определенного взноса. Это неоднократно цитиро
1 Документы, собранные Шанцем, стр. 212—218.
2 Там же, стр. 216—217.	'
3 Там же, стр. 222—223. Устав 1484 г.
4 Там же, стр. 204.
/ НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	S5
ванные уже Фрейбургские подмастерья-пекари.1 Указанная мера могла быть продиктована желанием увеличить средства союза и, быть может, пробивавшим себе дорогу сознанием того, что с увеличением числа участников устойчивость организации возрастает.
Мы могли бы указать еще целый ряд братств взаимопомощи, но вряд -ли мы таким путем что-либо прибавим к уразумению их сущности. К этой Форме организации прибегают подмастерья самых различных ремесл. Мы встречаем братства подмастерьев-пекарей, сапожников, кузнецов, слесарей, скорняков, кожевников и др. Основные черты этого типа организации везде одинаковы. Они выяснились достаточно полно: принудительный характер членства и, как средство для осуществления, этого принципа, экономический и общественный бойкот тех; кто противится вступлению в организацию; ограниченность помощи; неразвитость технической стороны; узость Финансового базиса; большое рвение в привлечении средств и большая экономия в их расходовании и, наконец, как последняя руководящая нить—скрытая агрессивность по отношению к мастерам. Она не находит выражения в уставах братств, но неизбежно прорывается в их деятельности.
На ряду с охарактеризованными общими целями братства порой ставят себе и специальные задачи. Так, страсбургские подмастерья-пекари заключают с местным госпиталем договор, гарантирующий больным подмастерьям-пекарям право лечения в госпитале, пользования там диэтическим столом и даже помощью духовника, причем больной обязывается всецело подчиняться уставу госпиталя.1 2
Второй тип союзов подмастерьев, тот, который мы окрестили термином содружества и который можно было бы также обозначить как союз подмастерьев в тесном смысле слова, в начальной стадии преследует цели регулярного общения подмастерьев. Как и братства, эти союзы объединяют подмастерьев и учеников, но, в отличие от братств, в них никогда не участвуют мастера. Главное внимание уделяется вначале устройству клуба, созданию ряда выборных должностей, необходимых для его Функционирования, и выработке клубного устава.
Типичным примером содружества может послужить Фрейбургский союз подмастерьев-сапожников, основанный в 1494 г.3 и объединивший все
1 Там же, стр. 188—189.
2 Там же, стр. 234—236.	'	<
з Там же, стр, 224.	>
3
36	в. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
подручные силы мастера — подмастерьев и учеников. Союз устанавливает систему регулярных взносов: вступительный, размер которого колеблется в зависимости от высоты заработной платы; еженедельный, взимавшийся в размере одного гельбелинга с подмастерья и полугельбелинга с ученика; квартальный, уплачиваемый каждую четверть года в ту, пятницу, на которую приходится католический пост; и, наконец, судебную пошлину, Правление союза состоит из четырех человек. Член правления остается в этой должности полгода, но перевыборы правления происходят не сразу, а- по четвертям года; каждые три месяца вновь выбираются два члена. Имеются казначеи (неясно, исполняется ли эта Функция членами правления или это особо выбираемые лица). Существуют еще две должности низшего порядка: так назыв. хозяин клуба (Wirt) и так назыв. заведующие клубом. «Хозяин» выбирается на одну неделю и исполняет, невидимому, Функции хозяйственного свойства. В течение своей недельной службы он обязан присутствовать в клубе с 12 ч. дня до 9 ч. вечера, пока рыночный колокол не возвестит о наступлении ночи, т. е. в течение всего того времени, когда клуб посещается. Заведующие клубом нёсут обязанности административно-судебного характера. Им надлежит улаживать столкновения между подмастерьями, «судить» и примирять, все это при содействии самих подмастерьев. Союз арендует дом для устройства собраний. Физиономия союза, как юридической личности, настолько неоФормлена, что исправное поступление арендной] платы гарантируется владельцу дома следующим образом: сам владелец выбирает из среды подмастерьев четырех человек, на которых возлагается личная ответственность за своевременный взнос арендной платы.
Основная* жизненная нить союза и основной смысл его существования заключаются в устройстве собраний, игр и развлечений. Поэтому устав союза содержит, как весьма существенную часть, подробный регламент поведения подмастерьев. Запрещается им произносить грубые слова и проклятия, оскорблять товарищей, вступать в драку. Разбивший посуду в братском доме—возмещает ее стоимость. Проигравший—обязан уплатить долг наличными или дать залог в обеспечение его. Предписывается быть прилично одетым, особенно в церкви и на похоронах. В этих случаях, говорит устав, обязательно носить брюки и камзол.
Судя по той суммарной характеристике, которую цитйруемый устав дает деятельности союза, собрания последнего должны были носить характер невинного времяпрепровождения. Однако, мастера имели, очевидно, основание сомневаться в этом, о чем свидетельствует одна из статей устава,
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	37
%
предписывающая порядок устройства собраний. В ней говорится, что ни одно собрание союза подмастерьев не может состояться без предварительного разрешения старшин цеха сапожников. Цех посылает на каждое такое собрание двух представителей от мастеров, без согласия и одобрения которых не йожет быть принято ни одно решение. Очевидно содружество с первых же шагов своей деятельности вступило на путь, возбудивший недоверие мастеров.
Устав Фрейбургских подмастерьев-сапожников дает, как мы указали, лишь общую характеристику стремлений союза.
Другие дошедшие до нас уставы содружеств более подробно останавливаются на разных сторонах их деятельности, явно намечая вехи развития. Франкфуртские подмастерья-пекари, в противоположность своим фрейбургским собратьям, рассматривают свои собрания не как добровольные встречи, a цак некую обязательную повинность. Они требуют от подмастерьев аккуратного их посещения, угрожая неявившимся штрафом.1 Такое отношение становится понятно, если принять во внимание, что собрания Франкфуртских подмастерьев-пекарей выполняют судебные Функции. Рассматриваемый устав постайовляет, что если между двумя подмастерьями произойдет спор, то за разрешением его они в первую очередь должны обратиться к общему собранию подмастерьев. Лишь позднее, во второй инстанции, дело рассматривается городским судом и бургомистром.1 2 Но, присвоив себе судебные Функции, союзы Франкфуртских подмастерьев-пекарей не перестают оставаться местом товарищеских встреч и развлечений. Их устав регулирует эту сторону быта, постановляя, что дважды в год — на Рождество и на Пасху—-устраиваются пирушки.3 Еще более актуальные Функции вовлекают в круг своей деятельности содружества франкфуртских подмастерьев-шапочников. Мы имеем в виду посредничество по приисканию труда.4 Оно получает определенную организацию, явно носящую характер компромисса между мастерами и подмастерьями, компромисса, которому, очевидно, предшествовали столкновения между ними. Представители мастеров и подмастерьев обязаны в день приезда пришлого подмастерья приступить к поискам работы для него. Если им удастся определить его на место, то подмастерья в ближайший праздничный день устраивают угощение для приезжего собрата. Если работыж городе не окажется,
1 Frankfurt,аг Amt,я- und Zunfturkunden, Bd. II, стр. 226, п. 6, 1451 г.
2 Там же, стр. 226, п. 5.
8 Там же, стр. 267, п. 8.
4 Там же, стр. 283, п. 2, 1451 г.
38
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
то подмастерье уезжает. Но в, день приезда, к вечеру, его все-таки угощают, а в самый момент отъезда с ним распивают меру вина.
Так с двух сторон совершается натиск на прерогативу мастера самому выбирать рабочих. Оба типа организации подмастерьев, — братство и содружество, — идя разными путями, приходят к одному и тому же: братство—из стремления сделать членство принудительным, содружество,— из непосредственного желания завладеть распределением работы среди подмастерьев и урегулировать приток пришлых рабочих. Оба типа организации быстро прорывают скромный круг первоначальной деятельности и вторгаются в сферу, актуальную и жгучую, несущую в себе обильные семена конфликтов с мастерами.
Устав Франкфуртских подмастерьев-шапочников относится к 1454 г. Но рисуемая им картина приискания мест для пришлых подмастерьев отдельными своими чертами уже живо напоминает XVI век, изображенный Шенланком в его книге о движении нюренбергских подмастерьев.
Содружества уделяют’много внимания и внешним сторонам быта подмастерьев, в частности одежде. Содружества, как и братства, заинтересованы в том, чтобы их члены имели в общественных местах приличный вид, но некоторые уставы идут в указанном направлении дальше. Так, устав подмастерьев-портных в Франкфурте содержит постановления, направлен- < ные против роскоши. Подмастерьям запрещается носить белую обувь или обувь, сшитую из кожи трех разных сортов. Очевидно, это Являлось признаком особого щегольства по понятиям того времени.1 Им запрещается носить кольца, шелковые галстуки,1 2 рюши на шее, бархатные или шелковые платья с оторочкой, жемчужные пуговицы и нитки жемчуга.3 Может показаться странным, что, создавая братства бедняков, как мы их назвали выше, подмастерья вместе с тем видят себя вынужденными бороться с проявлениями роскоши в. своей среде. Но прежде всего приведенный устав единственный в своем роде; у других подмастерьев мы не встречаем подобных постановлений. А затем, если учесть характер городской жизни в XV веке; то отмеченные противоречия  окажутся вполне в ее духе, укладывающимися в общее русло ее проявлений, вполне жизненными. Мы видим в городах той эпохи (см. очерк «К вопросу о социальной структуре немецкого города») сильную имущественную диФеренциацию: на ряду с численно небольшим слоем населения, материально хорошо обеспеченным,
1 Frankf. Amts- und Zunfturkunden, т. II, стр. 323, п. 10.
2 Там же, и. 11.
3 Там же, стр. 326, п. 29.
х НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV~XV ВЕКОВ	39
широкие Слои бедноты, рост пауперизации, множество нищих и бродяг. На Фоне этой пестрой среды пышным цветом распускается роскошь. Роскошь в костюмах, роскошь в пище, роскошь в удовольствиях и празднествах. Она захватывает не только зажиточную часть городского населения, но и малообеспеченные слои его. Из постановления Лейпцигского городского совета от 1463 г. видно, что и домашние слуги носили шелковые платья и украшали себя нитками жемчуга и кораллов.1 Тяга к роскоши захватывает даже деревню. Из территориальных уставов саксонских князей XV в. видно, что и сельская челядь отделывала платье серебром. Городское законодательство, а вслед за ним и уставы территориальных властей всемерно борются с развитием роскоши. Городские советы подробнейшим образом регламентируют характер платья мужского и женского, запрещая ношение роскошной одежды и ограничивая ношение драгоценностей; запрещают также устройство пышных пиров и чрезмерные траты на празднование семейных торжеств.1 2 Указанные постановления подмастерьев-портных вполне гармонируют с общим характером городского законодательства. Подмастерья-портные заражаются общим стремлением к роскоши. Наличие добавочных заработков в этой среде в виде работы за свой счет, преследуемой цехами мастеров, но трудно искоренимой (см. ниже — спор между страсбургскими мастерами и подмастерьями-портными), облегчает удовлетворение стремления к роскоши. Но внешне приобщаясь, хотя бы только моментами, к жизни зажиточных слоев населения, подмастерья-портные тем острее должны были чувствовать зависимость своего положения и перегруженность работой. Мы увидим вскоре, что в среде портных борьба между подмастерьями и мастерами приняла особенно упорный и затяжной характер. Невидимому, некоторый материальный достаток подмастерьев-портных обострял у них желание еще больше улучшить свое экономическое положение.
Содружества не только постепенно вырывают у мастеров юрисдикцию по Делам подмастерьев и Функцию распределения/ работы, но присваивают себе и Функцию надзора за всей жизнью подмастерья. На ряду с предписаниями об одежде, в уставах появляются правила, регулирующие поведёние подмастерьев в широком смысле слова, т. е. не только в братском клубе и во время пирушек, но и в остальных случаях жизни. Некоторые уставы запрещают употребление бранных и неприличных слов в присутствии
1 См. Wuttke, цит. соч., стр. 13—14.
2 См. напр., законы о роскоши у Baader в «Niirnberger Polizeiordnungen», Ср. Nu-bling, Die Reichsstadt Ulm am Ausgang des Mittelalters, 1907.
40
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
женщин и детей.1 Другие содержат предписания об устройстве поминок1 2 и т. п.
Интересную, эволюцию совершил союз подмастерьев-ткачей бумазеи во Франкфурте во второй половине XV в.
Вначале он представлял собой только братство, основанное для целей взаимопомощи. Затем круг деятельности братства расширился, и к его первоначальной Функции присоединились организация клуба и регулярное общение подмастерьев между собой.3 После того, что нами было сказано об естественных путях развития братства и содружества, подобное слияние обоих Форм не должно возбуждать удивления.
Как отнеслись мастера к стремлению подмастерьев создать свою собственную организацию? Безусловно враждебно. Материалы, относящиеся к середине XV в., способны создать впечатление, что братства не встречали противодействия со стороны мастеров и что единственным яблоком раздора между хозяином и работником служили организации клубного типа. Но этот вывод верен лишь относительно. Братства лишь до тех пор пользовались признанием и не возбуждали отпора со стороны мастеров, пока оставались в узкой сфере интересов взаимопомощи. Но всякая попытка выйти из указанных рамок и вмешаться в качестве регулирующей силы в отношения между хозяевами и рабочими — а йак мы видели всякое братство неизбежно проявляло подобную тенденцию;—-тотчас наталкивалась на отпор мастеров. В начале XV в. на верхнем Рейне развернулось крупное движение подмастерьев-сапожников, потерпевшее в конечном итоге неудачу. Во время наступившей реакции преследованию подвергались не только содружества, но и братства. История этого восстания, прослеженная И. Фрицем по неопубликованным материалам страсбургского архива, конкретно рисует социальную борьбу внутри сапожного цеха.4
Поздней осенью 1407 в. на Верхнем Рейне пронеслись тревожные слухи, что подмастерья-сапожники всей ве^рхнерейнской области подготовляют забастовку. Передавали?’ что в мае месяце в области Руфиха предположено созвать общее собрание всех подмастерьев сапожного ремесла для принятия мер, нужных для этой цели. Полетели- грамоты из города в город. 9 ноября городской совет Базеля пишет городскому совету Франк-
1 Frankfurter Amts- und Zunfturkunden, П, стр. 328, п. 38.
2 Там же, стр. 323, и. и. 14 и 15; стр. 325, п. 24 и др. места.
8 Там же, стр. 290—296.
41. Fritz. Der Aufstand der oberrheinischen Schuhmacher gesellen im Jahre 1407. Zeitschrift fur die Geschichte des Oberrheins, N. F., 6, стр. 132—140.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
41
фурта на Майне, что ожидаемые события внушают ему живейшее опасение. Предполагается присутствие 4 тыс. чел. на майском собрании. Движение принимает такие большие размеры, что в него легко могут оказаться вовлеченными и подмастерья других ремесл. Ведь подмастерья проявляют нескрываемое желание стать хозяевами над своими мастерами. Под влиянием такой переписки города решили созвать в Шлетштате общий съезд представителей нижнерейнских городских советов для обсуждения мер борьбы с непокорными подмастерьями. Опасения Базеля, что подмастерья других профессий пожелают примкнуть к движению,® покоились на реальной основе. Об этом свидетельствует переписка подмастерьев разных городов, выдвигающая проект созыва после Рождества общего съезда подмастерьев всех профессий для обсуждения разных злободневных вопросов, ибо —так гласит переписка — в быту подмастерьев имеется много неустройств, и необходимо наладить отношения между ними и мастерами. ,	'
Мы ре имеем точных данных для суждения об истинных причинах недовольства подмастерьев. По предположению Фрица, обрисовавшего историю восстания по архивным материалам, подмастерья были недовольны не столько заработной платой, сколько' порядками, господствовавшими в ремесле: гнетущей личной зависимостью от мастера, вычетами за прогулы и другими подобными Фактами. У подмастерьев были свои агитаторы, разъезжавшие по городам и везде подстрекавшие работников к восстанию, и был свой вождь, некий рыцарь Вернер, руфихский фогт.
Общий съезд городов собирался в течение этого года два раза. Путем энергичных усилий городам удалось подавить движение. Одним из ближайших последствий описанного периода волнений был полный запрет в нижнерейнских городах всех организаций подмастерьев, как содружеств, так и братств. В период бурных столкновений между мастерами и подмастерьями братства проявили, очевидно, таящиеся в них возможности щ сбросив скромную оболочку касс взаимопомощи, заодно с содружествами стали требовать изменения «порядков» и приняли участие в организации забастовки. Пример движения 1407 г. на нижнем Рейне наглядно иллюстрирует затаенную сущность братств. Он поучителен еще в другом смысле. Из него видно, какую деятельную поддержку оказывала политическая организация города в лице советов мастерам в их борьбе с подмастерьями.
Запрет организаций подмастерьев, изданный нижнерейнскими городами, не везде соблюдался с одинаковой строгостью. Городской совет Шпейера уже в 1410 г. утвердил статут подмастерьев-пекарей и мельни
42
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
ков.1 Другие города неукоснительно придерживались постановлений съезда городов. Так, напр. было в Констанце. Этот город, в котором промышленность рано стала работать для экспорта и рано проявились резкие социальные противоречия, выделялся среди немецких городов упорным характером кипевшей внутри его социальной борьбы.1 2 Стремление подмастерьев к общественной самодеятельности подавляется городским советом Констанца с особой энергией. Уже в 1389 г. город постановляет изгонять подозрительных подмастерьев.3 4 В 1390 г. в Констанце запрещаются клубы подмастерьев? Только что описанное движение подмастерьев-сапожников в нижнем Рейне настроило констанцских мастеров и городские власти Констанца еще более непримиримо по отношению к подмастерьям. В‘1410 г. городской совет Констанца обращается к совету Страсбурга с предложением подавить агитацию подмастерьев-портных, которые, живя в Констанце, добивались там новых «порядков» и, ничего не достигнув в этом смысле, перенесли свою деятельность в Страсбург. Совет Констанца высказывается в том смысле, что он скорей примирится с уходом подмастерьев из Констанца, т. е. другими словами с утратой рабочих рук, чем потерпит у себя основанные ими Общества.5 6 То же враждебное отношение к новшествам подмастерьев и к носителям этих новшеств проявляют КаизерсбОрг и ШаФенгаузен? В Страсбурге запрет организаций подмастерьев держался, невидимому, до двадцатых годов XV в. В это время союзы подмастерьев вновь появляются там.7
Итак, повторяем, бывали периоды, когда братства подмастерьев подвергались не меньшим гонениям, чем содружества. Но в общем, отношение к ним на протяжении интересующей нас эпохи довольно терпимое. Вся горечь, все озлобление, все усилия мастеров направлены против союзов, преследующих цели свободного общения подмастерьев, другими словами, против организаций клубного типа. Каждый шаг на пути их утверждения берется с бою. Мастера встречают их с недоверием, соглашаются признать их лишь после продолжительной борьбы, но и примирившись с их существованием, стремятся ограничить и контролировать их деятельность.
1 J. Fritz, цит. соч. Фриц судит на основании архивных данных.
2 Gothein. Wirtschaftsgeschichte des Schwarzwaldes. Особенно главы: Die Zunftver» fassung in den Stadten. Der Handel. Die Nahrungsmittelgewerbe. Das Textilgewerbe.
8 Документы, собранные Шанцем, стр. 160.
4 Там же.
5 Там же, стр. 182—183.
6 Там же. '	‘
7 Fritz, цит. еоч.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	43
Два цеха особенно прославились на Рейне бурными столкновениями между мастерами и подмастерьями — портные и скорняки. Мы только что коснулись забастовки подмастерьев-портных, происшедшей в 1410 г. в Констанце, которая сопровождалась уходом подмастерьев из города и агитацией их за свое дело в других городах. Но констанцская забастовка лишь один из этапов в истории организации подмастерьев-портных. Борьба за право коалиции и улучшение условий. труда ведется этими рабочими в течение почти всего рассматриваемого нами периода, совершаясь с переменным успехом, но в конечном счете приводя, однако, к постепенному укреплению их самостоятельной организаций. Уже в конце XIV в. среди подмастерьев-портных Базеля вспыхивают волнения на почве стремления подмастерьев иметь свои уставы и свой суд.1 Затем следует известное нам движение 1410 г. Затем, в 1421 г., в ряде городов, расположенных по среднему Рейну, начинаются волнения среди подмастерьев-портных. В ответ на это новое движение городские власти Майнца, Вормса, Шпейера и Франкфурта прибегают к испытанной мере: они закрывают клубы подмастерьев и запрещают рабочие собрания, за исключением тех, в которых обсуждаются религиозные вопросы.1 2 В 1423 г. опять начинаются забастовки подмастерьев-портных в Майнце и т. д. По всему видимому, в последующие годы движение расширяется, охватывая большой район, и соответственно этому связи между подмастерьями разных городов и мест крепнут. Это видно из того, что в 1452 г. созывается съезд мастеров-портных 20 городов, расположенных по Рейну, на котором происходит совместная выработка правил, призванных регулировать отношения между мастерами и подмастерьями.3
На съезде присутствовали портные следующих городов: Майнца, Страсбурга, Вормса, Шпейера, Франкфурта, Ландау, Гейдельберга, Оппенгейма, Бингена, Кобленца, Альцей, х Одернгейма, Гейльбронна, ВимпФена, АшаФенбурга, Кейзерслацперна, Нейтштата на Галле, Лаупенбурга, Буцбаха и Гельгаузена. Из постановлений этого съезда с полной несомненностью вытекает, что за 50 слишком лет, прошедших с начала отмеченного нами движения подмастерьев-портных, организация последних, несмотря на все гонения и удары, которым она подвергалась, сумела пустить
1 Schanz, цит. соч., стр. 33.
2 Kriegk. Frankfurter Biirgerzwiste und Zustande im Mittelalter, стр. 541, 542.
3 Полный текст этого документа и постановлений однородных съездов в последующие годы мы находим в неоднократно цитированных уже Frankf. Amts- und Zunfturkunden. По-стан. съезда 1457 г. в т. II указанн. изд., на стр. 399—403.
44
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
корни и принять определенные Формы. В конце XIV в. она находится еще в зародышевом состоянии. Под влиянием забастовки 1399 г. мастера портные Базеля, поддерживаемые советом города, решили уничтожить ее. Они строжайше запретили подмастерьям собираться для обсуждения светских дел и принимать решения, направленные против них, мастеров. Строжайше подтвердили, что суд по делам подмастерьев принадлежит в первой инстанции исключительно им — мастерам, во второй инстанции — городскому совету. Определили, что собираться подмастерья могут единственно лишь для решений, связанных с вопросами культа и похорон товарищей, но что вопросы, связанные с Финансовой стороной этой деятельности,' т. е. выборы казначея, смета и отчетность, должны рассматриваться в присутствии представителя от мастеров. От светской организации подмастерьев, которую последние, очевидно, создали в ходе забастовки, уцелел лишь жалкий обломок в виде разрешения каждый праздничный день собираться в доме мастера. Но, давая это разрешение, совет города подчеркивает, что запрещается приглашать на эти собрания чужих подмастерьев, не служащих у данного мастера.1 Таково было положение подмастерьев-портных в конце XIV в. В середине XV в. перед нами вполне оформившийся зрелый союз подмастерьев, с развитыми органами и далёко идущей самодеятельностью. Мы встретили его уже на протяжении нашего очерка.1 2 Он устраиваетz регулярные собрания и у него свои статуты, предписывающие подмастерьям как вести сёбя, как одеваться/ как выдавать ссуды и взыскивать их. Правление его состоит из 4-х подмастерьев. Внутренние конфликты разбираются судом 16 или 17 выборных подмастерьев, «разумнейших и честнейших», как гласит устав.3 Союз обладает полной независимостью в Финансовых делах. Расходование сумм, выборы казначеев, представление отчетов — все это протекает вне всякого контроля с чьей-либо стороны. Было время, когда Финансовые права союза ожесточенно оспаривались мастерами. Но подмастерья отстояли себя, и к середине XV в. положение союза и в этом смысле вполне упрочилось.4
Таким образом, в середине XV в. организация мастеров-портных и организация подмастерьев-портных стоят друг против друга, как две сложившиеся силы. Союз подмастерьев стал признанным Фактом. Само ' существование его не вызывает больше возражений.
1 Документы, собранные Шанцем, стр. 160—162.
2 Frankf. Amts- und Zunfturk., II, стр. 322 и след.
3 Там же, стр. 325, п. 22.
,	- 4 Там же, стр. 326, и. 30.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
45
В дальнейшем борьба между мастерами и подмастерьями вступает в новую стадию развития. Вынужденные примириться с существованием союза, хозяева, однако, при всяком удобном случае поднимают вопрос о пределах его компетенции. Основной же почвой для развития конфликтов являются вопросы экономического свойства. Эта сторона отношений мастера к подмастерью была предметом столкновений между ними уже в XIV в. и являлась, конечно, одним из главных стимулов, побуждавших подмастерьев к организационному выделению из союза мастеров. Уже во время базельского конфликта 1399 г. был поставлен вопрос о заработной плате. Судя по смыслу текста, подмастерья требовали введения одинаковой заработной для всех работников, между тем как мастера отстаивали диФеренциальные ставки, в зависимости от умелости работника, причем размер ставки платы определялся, конечно, мастером. Оказавшись стороной проигравшей, подмастерья вынуждены были подчиниться порядкам, отстаиваемым мастерами. Но недовольство принятой Формой оплаты труда оставалось и продолжало рождать столкновения между обеими сторонами. Упомянутый съезд мастеров 20 прирейнских городов, состоявшийся в 1457 г., подробно останавливается на вопросах заработной платы. Мастера решили поддер'живать старую линию диФеренциальной оплаты труда, придав ей несколько измененную, более усовершенствованную Формулировку. Съезд постановил ввести максимальную заработную плату, не больше двух Фунтов геллеров за весь срок найма.1 Для подмастерья это означало ухудшение условий оплаты: различие между ставками сохранялось, но высший их размер был прочно установлен и не мог быть оспариваем. Эта Форма заработной платы приобрела в рассматриваемую эпоху большую популярность среди мастеров. Съезды мастеров различных специальностей постановляют ввести ее у себя.
Не менее жизненное для подмастерья значение имел другой вопрос,, поднятый съездом 1457 г., о последствиях нарушения подмастерьем договора о найме. Мы видели выше, рассматривая юридические условия быта подмастерьев, как суров был в этом вопросе цехЬвой закон по отношению к подмастерью. Съезд 1457 г. занимает в этом смысле особенно неумолимую позицию. Принятоеимпо этому вопросу постановление гласит, что подмастерье, покинувший своего хозяина до истечения срока, на который он нанялся, не может быть принят на службу ни одним мастером в упомянутых 20 городах.1 2 Это значило объявить подмастерье
1 Там же, стр. 400, п. 2.
2 Там же.
46	В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕГПКОВИЧ
	t
под экономическим бойкотом в пределах целого округа, что было почти равносильно его экономическому уничтожению, по крайней мере, на время. Естественно, что таким путем легче всего было внушить подмастерью покорность и прикрепить его,- хотя бы временно, к мастерской. Указанное постановление, подобно решению 0 максимальной заработной плате, является типичным для целого ряда областных ремесленных съездов. За целых сто лет до съезда мастеров-портных — в 1352 г. — совершенно такое же решение было принято съездом пекарей восьми прирейнских городов: Франкфурта, Майнца, Вормса, Шпейера, Бингена, Оппенгейма, Баха-риха и Боппирда.1 В1383 г. подобная же мера была провозглашена съездом кузнецов девяти прирейнских городов;2 в 1477 г. — съездом шапочников семи прирейнских городов;3 в 1490 г. — съездом мастеров-кожевников четырех городов.4
В большинстве приведенных случаев мастера угрожают подмастерьям экономическим бойкотом только за досрочное оставление работы. Одни лишь пекари вводят эту драконовскую меру наказания еще за некоторые другие особо тяжелые проступки со стороны подмастерья.5 Шапочники же не довольствуются одной угрозой экономического бойкота за досрочный уход от хозяев. Сверх того они грозят за этот проступок еще и общественным бойкотом.6
Третья категория решений съезда портных 1457 г., как и первая, касается области экономических отношений между мастером и подмастерьем. Она затрагивает вопрос о продолжительности рабочего дня. Чрезмерно обремененный работой средневековый подмастерье так же интенсивно стремился к сокращению ее продолжительности, как и современный рабочий. Но в середине века это требование выливалось в исключительно своеобразную Форму. Ставился вопрос не о сокращении рабочего дня, а об увеличении общего количества свободного времени, которым работник пользовался в течение недели, в Форме предоставления ему лишнего выходного дня на неделе (кроме воскресенья) или, как принято было выражаться, «голубого» понедельника. Почему именно понедельника и откуда произошло обозначение «голубой»? На этот счет возможны лишь предположения, ибо твердых данных для суждения о поставленном вопросе у нас нет. Наиболее вероят-
1	Документы, собранные Шанцем, стр. 359, п. 2.
2	Там же, стр. 391, п. 3.
8	Там же, стр. 374, п. 2.
4	Там же, стр. 381, п. 2.
5	Там же, II, стр. 359, п. 2,
, в Там же, стр. 374, п. 8.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	47
ным кажется нам предположение, объясняющее требование свободного' понедельника тем, что это был традиционный день всех цеховых собраний, я, следовательно, по мере того как союзы подмастерьев получили законное признание, и всех собраний подмастерьев.1 Обозначение же «голубой» могло корениться в том обстоятельстве, что в понедельник церковные алтари в Германии украшались голубыми покровами.1 2 3 Каково бы ни было происхождение указанного требования, Факт тот, что оно неизменно выдвигалось подмастерьями и наделало много шуму. Идя из глуби средних веков, оно перешло в XVI и XVII вв. Местами оно признается мастерами уже в XVв. Так, в Люнебурге у бочаров.8 Но в большинстве случаев оно наталкивается на ожесточенное сопротивление со стороны хозяев. Съезд 1457 г. согласился признать требование «голубого» понедельника лишь в половинном размере. Он разрешил подмастерьям праздновать этот день лишь раз в две недели и то лишь при том условии, что на этой неделе нет других праздников, кроме воскресенья. Если же подмастерье вздумает отдыхать в день, установленный для работы, то из его жалованья делается вычет, как за прогул.4 И это решение съезда 1457 г. является типичным для линии, принятой мастерами в аналогичных случаях.
Наконец съезд в 1457 г. отозвался и на последнюю группу вопросов, служивших предметом разногласий между хозяевами и работниками. Имелся в виду чрезвычайно острый случай конфликта между ними, касающийся неуплаты работнику его жалованья. Невидимому спор вращался вокруг того, кому в таких случаях следует играть роль исполнительной инстанции — цеховому старшине или старшине союза подмастерьев. Съезд разрешил его в том смысле, что подмастерье волен обратиться к любому из них, но что старшина, к которому он обратился, обязан на другой день позаботиться об обеспечении иска.
Постановление" съезда 1457 г., как и все, впрочем, .документы по истории немецких подмастерьев, использованные нами, написано на немецком языке XIV и XVвв., в Форме медлительно нескладных Фраз и тяжелых периодов. Действительность, породившая- решения съезда, не была так невозмутимо спокойна, ’ как эти тяжеловесно неуклюжие Фразы. Она полна была острых треволнений, бурных противоречий, неустанных конфликтов. Сохранились два документа о портных, передающие ее не
1 Dirke, цит. соч., стр. 56.	/	1
2 Deutsches Worterbuch von J. u. W. Grimm. Слово «Montag», Band П.
3 Bodemann, цит. соч., IV, 4, стр. 37.
4 Frankf. Amts- u. Zunfturkunden, II, стр. 400—401, n. 3.
48	В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
посредственное дыхание более близко, чем решения съезда. Мы остановимся на них, прежде чем закончим наш отдел о подмастерьях-портных.
Эти документы — проект устава, предложенный страсбургскими мастерами-портными на утверждение городскому совету Страсбурга, и возражения, выдвинутые против этого проекта, подмастерьями-портными.1 Оба документа датированы XV веком, без более точного обозначения времени. Но, судя по их содержанию, они относятся к периоду, непосредственно предшествовавшему съезду мастеров-портных, на решениях которого мы так подробно остановились. Проект устава и съезд 1457 г. выдвигают одни и те же основные пункты разногласий между хозяевами и работниками: вопрос о досрочном уходе рабочего, вычеты за прогульные дни и размер заработной платы. По сложившемуся обычаю наем подмастерьев-портных происходил дважды в год: на Рождество и на св. Ивана, следовательно подмастерье нанимался на полгода. В своем проекте мастера истолковывают этот способ найма в том смысле, что до истечения полугодия подмастерье не имеет права покинуть мастерскую, в которую он поступил. Досрочное оставление работы карается штрафом и лишением заработной платы за все прослуженное время — очевидно, заработная плата выдавалась тоже по полугодиям. Мы видим, что съезд пошел дальше проекта, введя за досрочный уход рабочего более тяжелую меру наказания.
Толкование сроков найма, выдвинутое проектом, вызывает живейшие возражения со стороны подмастерьев. Их ответное послание на проект мастеров заключает ряд горячих жалоб на жизнь подмастерья. Подмастерья утверждают, что, гарантировав себе на полгода рабочую силу, мастер совершенно перестает стесняться в обращении с подмастерьем. Во многих случаях подмастерьев плохо кормят. Многие мастера заставляют подмастерьев работать сверхурочно. У портных существовал обычай посылать подмастерьев для работы на дом к заказчику. Последний платил за такую ’ работу поденно мастеру по тарифу, установленному законом, подмастерье же получал у мастера свою установленную плату. К моменту возникновения спора между мастером и подмастерьями тариф поденной работы портных на дому у заказчиков был понижен на два динария. Но мастера умудрялись извлекать из работы подмастерьев такую же выгоду, как до понижения тарифа. Это достигалось тем, что мастер заставлял подмастерье работать несколько часов рано утром до ухода к заказчику и несколько часов поздно вечером, после возвращения от последнего, не оплачивая этого труда.
1 Frankf. Amts- u. Zunfturkunde, II, стр. 401.-^-Док.,‘ собр. Шанцем, стр. 236—241.
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV--XV ВЕКОВ
49
Подмастерье, прикрепленный к мастерской угрозой лишения заработной платы и уплаты штрафа, вынужден был мириться с плохим питанием и сверхурочной работой. Наблюдались, по утверждению подмастерьев, и другие случаи угнетения подмастерья мастером. Бывали случаи, что мастер, не желая уплатить подмастерью заработанные им деньги, всякими придирками выживал его из мастерской, так что подмастерье, в силу необходимости, досрочно уходил от хозяина. Горячие жалобы вызывает у подмастерьев низкая, по их мнению, оплата труда. Максимальный размер ее — 1 Фунт в полгода, вдвое меньше, чем установлено съездом 1457 г., что подмастерья считают недостаточным. Установленная мастерами градация заработной платы не учитывает умения и работоспособности отдельных работников. С большой настойчивостью доказывают подмастерья свое право на .свободный день в неделю, не считая воскресенья. Аргументация, к кото-? рой они прибегают в этом случае, лишний раз бросает свет на условия их жизни. Подмастерьям необходим этот день для удовлетворения общественных потребностей и посещения бани. Работники с избытком возмещают хозяину ущерб, проистекающий для него от того, что в этот день работа останавливаеткя. Ведь накануне Рождества, Троицына дня и в периоды сезонной работы подмастерье работает в праздник и в будни, днем и ночью, не будучи обязан это делать и ничего не получая за сверхурочный труд. Пусть мастера учтут еще то обстоятельство, что в дни отдыха подмастерье не пользуется хозяйским столом. С особым возмущением говорят подмастерья о том, что установленные йми дни отдыха рассматриваются мастерами как прогульные дни и что за каждый такой день из жалованья работника делается вычет, превышающий его дневной заработок. Сопоставляя это слезное послание с решением съезда 1457 г., мы видим, что по большинству спорных вопросов последний занял компромиссную линию. Установив драконовскую меру борьбы с досрочным оставлением работы,— что давало самую существенную гарантию интересам хозяина, — он предоставлял подмастерьям один свободный день в две недели (вместо свободного дня каждую неделю), но зато уступил в вопросе о размере заработной платы, вдвое повысив ее против прежнего. Интересно отметить, что в пылу борьбы обе стороны — хозяин и подмастерье — ссылаются на старину и обычай, якобы освящающие их требования. Эта черта, как и лозунг «голубого» понедельника, глубоко свойственна средневековью. Мы неоднократно наталкиваемся на нее по мере того, как перед нами развертывается история движения подмастерьев. Борясь за право коалиции, за больший размер личной свободы, за создание условий быта? в которых он был бы
ИОН, 1933, Стоклицкая	4
50
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
не челядью, а договаривающейся стороной, словом за коренную ломку старых устоев и ^укрепление новых начал в отношениях между мастером '	о	!
и подмастерьем, подмастерье в то же время настойчиво уверяет, что он, отнюдь, не новатор и что единственная цель его стремлений воскресить старину и обычай. И совершенно так же аргументируют мастера, ухудшая в то же время условия труда подмастерья против прежнего.
Борьба подмастерьев с мастерами обнаруживает таким образом ряд черт, специфически свойственных социально-культурной обстановке средних веков. Несмотря на это, она дышит резкой противоположностью интересов хозяина и работника и ясной осознанностью целей, преследуемых последним. Обычно приводят, как пример настойчивости подмастерьев в осуществлении поставленных целей, забастовку подмастерьев-пекарей Кольмара, покинувших родной город на целых 10 лет и вернувшихся туда лишь после того, как братство их было признано и главные требования удовлетворены.1 Но кольмарская стачка загорелась из-за того, что подмастерьев-пекарей обошли местом в крестном ходе, устраиваемом в праздник «Тела Христова». Ее экономическая сторона смутна и неясна, и как социальное явление она гораздо менее выразительна, чем. обрисованное нами движение подмастерьев-портных. Борьба этих последних не закончилась съездом 1457 г. Натиск на их организацию со стороны мастеров не прекратился и после него. За отсутствием достаточных данных нам не удалось восстановить перипетий дальнейшей борьбы. Однако, мы знаем, что в самом начале XVI в. мастерам вновь удалось сломить Финансовую автономию, союза подмастерьев. Постановлением городского совета Франфурта от 1501 г. мастерам предоставлено было право контроля над Финансовой деятельностью союза.2
Подмастерья - скорняки, подобно подмастерьям - портным, вначале борются главным образом за право коалиции. Первые стадии движения ускользают от нас, а в 1404 г. мы находим у страсбургских подмастерьев-скорняков вполне сформировавшееся братство взаимопомощи.3
В двадцатых годах между братством и мастерами разгорается конфликт. Братство не довольствуется больше Функциями взаимопомощи и заявляет притязание на право суда над своими членами. Мастера протестуют,
1 О. Schade. Vom deutschen Handwerksleben in Branch, Spruch und Lied в Weima-risches Jahrbnch fur deutsche Sprache, Literatur und Kunst, B. 4, Hannover, 1856, стр. 258 и след.
' 2 G-. Schanz, цит. con., стр. 78 и след.
8 Документы, собранные Шанцем, стр. 167—174,
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	ч 51
они успели уже признать Факт существования братства подмастерьев, но после враждебного выступления этой организации вновь начинают покушаться на ее автономию. Подмастерья бросают работу и с гиком и свистом уходят в город Хагенау. Конфликт разрешается компромиссом. Право суда признается за организацией подмастерьев, но лишь при условии участия двух мастеров в судебном разбирательстве.1 В семидесятых годах в Страсбурге вновь ярко вспыхивает волнение среди подмастерьев-скорняков. По заявлению последних причиной их недовольства служат некие новшества со стороны мастеров. Из полемики, завязавшейся между мастерами и подмастерьями выясняется, что «нововведение» мастеров заключалось в их притязании на исключительное право заведывать наймом работников. Подмастерья утверждают, что скорняжье ремесло ни в одном немецком городе не знает этого обычая, что он целиком противоречит старине, ибо подмастерья всегда и везде принимали участие в распределении работы.1 2 Движение принимает бурный характер, подмастерья, по обыкновению, бросают работу и уходят в Хагенау. К забастовке постепенно примыкают подмастерья ряда других городов: Кольмара, Вольштета и Фрейбурга.3 Между подмастерьями ряда городов завязывается интересная переписка. Они стараются поддержать друг у друга бодрость духа, убеждают не сдаваться и не становитьсяна работу, пока мастера не рткажутся от своих притязаний. Штрейбрехерам грозят бойкотом: «кто не исполнит этого (т. е. станет на работу), того мы, по обычаям нашего ремесла, объявляем врагом общества».4 Исход конфликта не освещен нашими документами. Шанц предполагает, что мастера принуждены были отказаться от строгого проведения своих требований.
Забастовка скорняков типична по своим лозунгам для целого ряда конфликтов между мастерами и подмастерьями. Жажда овладеть распределением рабочей силы (мы осветили причины, порождавшие это стремление), чрезвычайно сильна у обеих сторон. Как мастера, так и подмастерья претендуют на исключительное заведывание этой Функцией, и борьба на этой почве, ведомая с переменным успехом, не прекращается. Другой, очень часто повторяющийся мотив столкновений — это вопрос о заработной плате. Мы коснулись его уже выше, говоря о портных. Но сказанное требует дополнения. Излюбленная мастерами Форма максимальных ставок комбинируется ими с системой вычетов, и такое сочетание дает широкий простор
1 Там же, стр. 191—193-
2 Там же, стр. 205—208, №№ 63 и 64.
3 Там же, стр. 208—210, №№ 65, 66, 67.
4 Там же, стр. 208, № 65.
4
52
В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
сокращению заработной платы. Прекрасной иллюстрацией того,, каким образом подобный эффект достигался, служат постановления съезда мастеров-шапочников Франкфурта, Майнца, Вормса, Шпейера, Гейдельберга, Гельнгаузена, состоявшегося в 1477 г. Съехавшиеся установили максимум заработной платы — 6 альбосов в неделю, решив штрафовать мастеров, которые вздумают платить своим подмастерьям больше.1
Одновременно съезд устанавливает объективный критерий для определения максимальной производительности, вознаграждаемой высшей ставкой. Этот критерий максимальной производительности, который называется дневным уроком, колеблется,1 в зависимости от изготовляемых предметов. Конкретно выражаясь, это означает следующее: Дневной урок состоит либо из 3-х шляп с начесом, либо из 6-ти больших Щляп, либо из 8-ми детских шляп и т. д. За выделку шляпы с начесом платят 5 пф., за простую шляпу 3 пф., за детскую 2 пф. Работник, который в течение недели полностью исполняет дневной урок, вознаграждается высшей ставкой заработной платы, т. е. 6 альбосамй. С того, кто вырабатывает меньше, делается соответствующий вычет.2 Одновременно ведется борьба за улучшение питания. Мы имеем основание думать, что на этой почве споры возникали часто. Мы встречались выше с жалобами подмастерьев-портных на плохой стол, даваемый им мастерами. Но бывает, что мастера жалуются на чрезмерные требования подмастерьев в этом смысле. Так обстояло дело у тех же шапочников, утверждавших, что подмастерья хотят питаться лучше, чем сами мастера. Упомянутый съезд шапочников постановил, что подмастерья могут претендовать лишь на тот стол, которым пользуется хозяин и его семья, и что мастер, вздумавший давать своим подмастерьям вино к завтраку или полднику, будет оштрафован.3
На этом,мы закончим детальную характеристику движения отдельных групп подмастерьев. Было бы бесполезно углубляться в историю подмастерьев каждого ремесла в отдельности. Факты, прошедшие перед нами, с достаточной ясностью рисуют основные цели движения, пути и методы обеих сторон. Подмастерье добивается права коалиции и улучшения условий своего экономического быта. На ряду с борьбой за полную автономию союза выступает борьба за исключительное овладение распределением рабочей силы или, по крайней мере, заметное участие в ее распределении, борьба за свободу расторжения договора, за повышение заработной платы и
1	Frankf. Amts- und Zunfturk., II, стр. .375, п. 1.
2	Там же, п. п. 5 и 2.
3	Там же, п. 3.
58
.	- НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ
к уменьшение продолжительности рабочего дня. Наиболее интенсивно проявляются указанные стремления у подмастерьев тех ремесл, где от мастеров требуется обладание большими средствами. Так, у скорняков, где дорогой материал шел издалека, у портных, которые в южно-немецких городах часто шили из своего, сукна, у кожевников, седельников, шапочников и кузнецов, ибо кожа и металлы были дороги. В этих ремеслах, раньше чем в других, должен был образоваться контингент «вечных» подмастерьев. Довольно сильное движение подмастерьев мы наблюдаем и у пекарей,1 сырой материал в производстве которых был недорог в урожайные годы, но сильно поднимался в цене в неурожайные годы, благодаря чему в борьбе за самостоятельное положение должны были побеждать те, кто обладали некоторым капиталом и, следовательно, как и у скорняков, имелись данные для образования заметного слоя постоянных подмастерьев.
< Борьба ведется обёими сторонами с максимальной энергией и, что чрезвычайно характерно, в самом процессе ее оба противника расширяют свои связи и организацию за узкие пределы городских мирков. Кому принадлежали первые шаги в этом направлении? Вряд ли мы ошибемся, предположив, что подмастерьям. Мы видели на протяжении нашего очерка, как каждая крупная стачка тотчас же перекидывалась на другие города и местности. Так обстояло дело у портных, скорняков, сапожников. Известно, что ремесленные подмастерья представляли ^самый подвижной элемент средневекового общества. «В мире союзов местного характера они представляли, на ряду с духовенством и евреями, третью великую силу социальной связи. . .» Эти слова принадлежат К. Бюхеру,2 статистически обосновавшему свое утверждение в следующей таблице:
Из каждых 100 чел. населения Франкфурта на Майне происходят из местности, располо» женной от Франкфурта на расстоянии: 8
Количество миль	Новых бюргеров ,	Подмастерьев	Евреев
0— 2	23.1	2.4	2.7
2—10	52.7	27.1	45.0
10—20	11.9	19.8	22.3
Свыше 20	12.3	56.7	30.0
Максимальная подвижность подмастерьев вытекает отсюда о полной очевидностью.
Уже в XIV в. у подмастерьев, начал складываться обычай странствования (wandern) состоявший в том, что часть своего служебного стажа
1	Там же, см. постановления съездов представителей указанных ремесл.
2	К. Bucher. Die Bevolkerung von Frankfurt a. Main im 14 u. 16 Jahrh., стр. 656.
3	Там же, стр. 655.
54	В. В. СТОКЛИЦКАЯ-ТЕРЕШКОВИЧ
они проводили, переходя из города в город и меняя места работы. Для историографического состояния проблемы о подмастерьях очень характерно, что корни этого обычая — такого своеобразного и приобревшего уже в конце средних веков значение неотъемлемой части быта подмастерьев — совершенно необследованы.
В XIV и XV вв. обычай странствовать уже довольно распространен среди подмастерьев, но цеховые уставы еще редко предъявляют к ним такое требование. Раньше других вводят у себя такую повинность люксембургские сапожники; у них она устанавливается уже статутом 1389 г.1 В Любеке в XIV и XV вв. одни цехи, как, например, четоч-ники, запрещают подмастерьям странствовать. Другие — как маляры, стекольщики и шерстоткацкий цех — поощряют этот обычай. Маляры и стекольщики разрешают подмастерью, который хочет отправиться в странствие, покинуть хозяина до истечения срока, на который он нанялся. Шерстоткацкий цех постановляет, что сын мастера, который один год провел в странствиях, освобождается от исполнения всех прочих требований, предъявляемых к кандидату в мастера.2 Но обязанности странствовать любекские цехи не знают, как не знает его и кельнское ремесло, хотя и там во второй половине XV в. обычай этот является уже всеобщим.3 Но если мы возьмем в руки статуты XVI в., то в очень многих из них окажется статья, обязывающая подмастерье проводить некоторое вр’емя в странствиях.
К. Бюхер статистически доказал, что немецкий подмастерье заходил во время своих странствий в отдаленные местности и даже в чужие страны. Среди Франкфуртских подмастерьев имелись представители не только всех частей Германии, но и пришлецы из Австро-Венгрии и Швейцарии (из обеих стран 8.5°/0) и даже4 некоторый °/0 уроженцев Голландии (О.4°/о) и Люксембурга (столько же). В одной средневековой песенке, сложенной подмастерьями, речь идет о работнике, исколесившем Франконию, Швабию, Швейцарию, Тироль, Штирию, Саксонию, Богемию и Венгрию.5 В другой песенке описывается путешествие из Брауншвейга в Гамбург и Амстердам и оттуда в Швецию, затем обратно в Германию в Данциг.6 Колеся по Германии, подмастерья часто заходили в Голландию, Данию, Швецию, Венгрию и даже Польшу. Но романские страны (Италия, Франция, Испания),
1	Bodemann, цит. соч., XXVIII, 1, стр. 229.
2	Wehrmann, цит. соч., стр. 348, 328, 494.
8	Losche, II, № 302.
4	К. Biicher. Die Bevolkerung von Frankf. a. M., стр. 63L
5	0. Schade, цит. соч., стр. 303—305.
6	Там же.	!
НЕМЕЦКИЙ ПОДМАСТЕРЬЕ XIV—XV ВЕКОВ	S5
повидимому, никогда не посещались ими.1 Легко представить себе, какой колоссальный Фермент брожения должна была разносить эта армия молодых людей, в большинстве случаев горожан. По данным того же Бюхера 79.3°/0 подмастерьев, приходивших в Франкфурт, являлись туда из городов—даже больше того из крупных городов1 2живых свидетелей'неурядиц и неустройств в отношениях между хозяевами и рабочими в Германии и за границей. Одновременно с Ферментом брожения разносился и Фермент солидарности. Озе (Hauser) в книге, рисующей историю Французского подмастерья в XV и XVI вв., предостерегает против преувеличенного представления о солидарности средневековых подмастерьев.3 Но работа Озе написана исключительно на основе Французского материала, а быт Французского подмастерья, представляющий множество общих черт с положением его немецкого собрата, все же в некоторых отношениях разнился от него. Во Франции только часть ремесл была организована в цехи, так пазив. «присяжные ремесла», а другая часть их, так назыв. «свободные ремесла», существовала вне рамок цеховой организации и не знала градаций—-ученик, подмастерье, мастер.4 Это различие внутренней структуры разных ремесл должно было ослабить спайку между работниками. Помимо этого, не нужно забывать и обстоятельства, подчеркнутого нами в начале очерка, а именно, что движение Французских подмастерьев в средние века, их борьба с мастерами за улучшение условий труда составляет предмет, почти не затронутый историческим исследованием. Говоря об организациях, в которых принимали участие средневековые подмастерья, Французские историки останавливаются на характеристике одних только союзов взаимопомощи, объединявших хозяев и работников.5 История же союзов борьбы обычно ведется ими лишь с XVI века.6 Таким образом, взгляд Озе, возможно, объясняется тем, что та сторона истории средневековых подмастерьев, в которой ярче всего могла бы сказаться их солидарность, еще не выявлена и не реконструирована.
Все то, что мы знаем о движении немецких подмастерьев укрепляет нас в мысли, что спайка между ними была очень сильна уже в XIV и XV вв. Мы видели, какую сильную поддержку оказывали друг другу бастующие' подмастерья разных городов, видели, как подмастерья целого округа —
1 Там же.
2 К. Bucher. Die Bevolk., стр. 652.	'
8 Hauser. Ouvriers du temps passe, стр. 53—54.
4 Там же, стр. 20 и след.
5 Н. Н. Грацианский. Парижские цехи.
6 См. напр. Martin St. Leon, Le compagnonnage.
56
В. В. СТ0КЛИЦКАЯ-ТЕРЕП1К0ВИЧ
нижнерейнские сапожники — развили агитацию за созыв общего съезда. Жестокая борьба с мастерами из-за права распределять работу между подмастерьями сильнейшим образом должна была содействовать укреплению солидарности между последними. Ведь проблема распределения труда сводилась в сущности к тому, чтобы ввести хаотическое предложение труда со стороны пришлых подмастерьев в организованное русло, направляемое местными подмастерьями. Совершенно естественно, что проявленная подмастерьями тенденция к созданию организации, охватывающей ряд местностей (вспомним хотя бы забастовку нижнерейнских сапожников), вызвала ответную тенденцию того же рода со стороны мастеров. Она проявилась в тех съездах мастеров, с решениями которых мы познакомились. Так в самом ходе движения Формировался компактный слой постоянных подмастерьев, сплачивавшийся против мастеров.
Масса подмастерьев, Фигурирующая в средневековом движении, еще не представляет собой единого рабочего класса. Даже в процессе объединения подмастерья ортаются разбитыми по цеховым ячейкам. Высшая цель, которую они ставят себе, заключается в созданий областных союзов, направленных к защите узко профессиональных интересов данной специальности.
Мы изображали это движение, не гоняясь за использованием всех Фактов, — да такая цель была бы неосуществима в пределах небольшого очерка, — а стремясь лишь выявить типичные линии и руководящие идеи. То, что предстало перед нами, не представляет никаких принципиальных отличий от движения позднейшего времени — XVI и XVII вв. Не только в целях, но и в приемах й методах борьбы немецкого подмастерья XIV—XV вв. уже ясно видны очертания XVI века. Борьба за повышение заработной платы, за «голубой» понедельник, за право досрочного оставления работЩ. Борьба при помощи стачек и объединенного действия подмастерьев разных городов. Съезды мастеров. Борьба за право распределения работы как мощное орудие экономического уничтожения противника. XVI век прибавил сюда организованное вмешательство государственной власти, — владетельных князей и имперских съездов, — которые, подобно тому, как это делали, раньше городские советы, решительно стали на сторону мастеров против подмастерьев. Этот век внес больший размах в движение подмастерьев, много шума, блеска и драматизма в отдельные перипетии борьбы.1 Но лозунги рабочей массы ни в чем существенном не изменились. Это были все те же старые лозунги подмастерьев, выкованные в горниле двух предыдущих столетий.
1 См. В. Schoenlank. Sociale Kampfe vor 300 Jahren.