ГЕОГРАФ-Я
ИСТоРі^
Ж«НГОИЗМТЕ*71БСТЕ°'^^Л
^ап^овдЯк
12 СТРЕ-Р^ІННД^ _С-рЕТЕРД7Р 1 =
ЭЛИЗЕ РЕКЛЮ
Безплатное приложеніе къ журналу ,, ПРИРОДА и ЛЮДИ'1 за 1908 г.
Редакторъ Ф С Груздевъ]
[Издатель П. П Сойкинъ
Книга I.
Книжный складъ Д. Д. Сойкина.—Слъ„ Стремянная, Д° 12.
ЪорцсВъ, Георгій.
Удавы Романъ изъ современной каггискоб
.-кв.-ии. Въ 2-хъ част. съ предисдов. В Л Величко.
ЗіЮ стуап Ц. 1 р. 50 к., сь перес. 1 р. 75 к.
5решКо-5"ешКоОДій, К К
ШОПОТЪ ЖИЗНИ Разсказы 336 стр. Ц 1 р.
ЗеличКо. 3. Д.
Арабески Н"«ыя стихотворенія. Съ портретомъ
внтѵра, въ зудож исполи обложі.ѣ С. С. Солонкс.
492 страи. Цѣна 2 руб., и> перес. 2 р. 50 ъ.
В&лмт, В. А.
НаВИ ТУЛуПОВЦЫ П вѣсти: Нищій чнно' пикъ.
Бабій клубъ, "іудакт благот»оріте«.. Цѣна 1 руб
ршчекъ, Ззсиф’ѵ.
РОССІЯ в Западъ Глава изъ книги «П ѣздка
въ Россію*. 148 еіра^- Цѣня 75 коп
Заринъ, А. (.
Тотализаторъ Гаасьазъ. 135 стр. Цѣя.збЭ »
НгзПЬ Гомаьъ. 310 стран. Цѣнъ 1 руб.
ЦрН’ВаПіе Романъ. 256 стран. Пііі.і 1 руб
Даръ сатапы РавсЕаяы. 272 стр. Цѣвя І р.
Захарьинъ-ЯКунинъ, И. Я
Графъ В. А.ПергвскіЙ и его шипій походъ г
Хпвг. ііі. 2-хъ частяхъ. 216 лтр. Ц. 1 р 50 в.
ХнВЗ. 206 страв Цѣна 50 коп.
ЛЮДИ ТѲИнЫе Очерки и разсказы. 400 стр
2-е лзд. Цѣна 1 руб.
Для Парода. Рае-.к.ізы 80 стран. Цѣпа 20 к.
Измайловъ, А А.
Рыоіс СЛОВО Повѣсти и разск. 308 стр. Ц. 1 р.
ХаменсЦш, А. Я
С' еПІЬ'г ГОЛЗСа Разскавы 236 стран. Ц. 1 у.
- Каразинъ. Я Д
Съ сѣвера а ЮГЪ Р"мань іъ 2-хъ томахъ.
661 стран. Ц1 и і за 2 тома 3 руб. »
На далекихъ окраинахъ Романъ въ 3-хъ
частяхъ. 346 стран- Цѣпа 1 руб. 50 «оп
Красновъ, А Я
Любовь Абиссинки Погѣстя в разсказы.
352 стран ЦЬча 1 руб.
ХоринфсКій. А А
Поэзія Н К СлучевсЕаго Этюдъ ЯЯ стран
Цѣна 60 і 'П
Д. н Садовниковъ и его поэзія 112 стран
Пѣна 60 кон
Дебвйебъ, 11*
Тихія пѣснл Стихотворенія 218 стран
Цѣпа 1 руб.
Лухманова. Я* А
О счастьѣ 1ІСИ1-ЛОІЬЧеСКю очерки. ИМЩПОС
изданіе, 142 стран Цѣна 75 моп.
Михайловъ. Д. А
Лпрнка К Р- въ свяіп съ исторіей русской
поэзіи .о вторую половину XIX вѣка 168 <трав.
ЦЬиа 75 пои.
Ояшпобъ. 3. А
Сорокъ пьесъ изъ иизни народа Одпоавтныя
драмы, момедіи и шутки 822страп. съ й рягунн ли
художника А Апсята, Ц. 2 съ перес. 2 р 50 к.
Драпы, ноыеііп. водевили и феерія 480 стр.
Цѣна 1 руб съ яороо. 1 руб. 50 к
На родной зедлѣ Повѣсти я раяскагы изъ
иіроднаго быта. І1Ѣ11.1 75 істі., съ персс. 1 руб.
Въ итд, пкд. каждый разсказъ стиктъ 8 я и.,
съ перво. 1П коп.
Шутъ БаЛаНСревЪ Повѣсть пзъ временъ цар-
стимваіпи Петра В и.каго. Къ 200-лѣтію 0. Петер-
бурга. 136 стран. Цѣпи 40 кои., съ персс. 50 к.
Уіаслищсвъ, ДсЬъ.
Кончила А. С Пушнлна (Изъ семейныхъ
і.оеппццнатй) Составилъ его лсмлп. 101 стран.
Цѣна 50 коп
СлучсбсКійт X- X*
Отъ поцѣлуя КЪ ЦвЦІДуа. Романъ. 302 стр
Цѣпа 1 руб.
Повѣсти 4 разсказы I. Гпппц-кОЙ голова.
11. Трусъ. (II Он-і скучала. IV Костры. 400 стр.
Цьна 1 руб.
Соколовъ, К. ДО.
Лирина Я И По^опспаго. критическій этюдъ.
100 стран. Цѣна 60 Квл.
О С ’.вѣ. 80 стран. Цѣна 50 коп.
(оловьев>№см№ло6ъ, К А.
Незамѣтные .поди Повѣсти и разсказы.
262 стран. Цѣла 1 руб.
Среди людей. Очерка п разсваы. 2-*8 стран.
Пѣна 1 руб.
Сиверцевъ (. (Лолилобъ).
Опѣ . . . Новоллы 311 СТраИ. Ц 1 р.
Трудящіеся ІЬеѢстп. 288 стран Ц. 1 р.
Филипповъ, Ій. А.
Патріархъ Нпііонъ. Цсто^пчсскііі риж. въ 2-хъ
т-'Махъ 812 стран. Цѣна за 2 тома 1 р. 50 к.
ІЛюшчгвъ. 9. Э.
БѢглеПЪ Риманъ пзь плгра іичпой жизни
341> стран. Цѣна 1 р. 50 коп.
Ясинскій, 11 (Максимъ ЬіьлиясКШ).
Тапанапін бунтъ Повѣсти 242 стр. Ц 1 р.
Семидесятые ГОДЫ Повѣсти « разсмиш.
3-и изданіе. 291 страп. Цѣпа 1 руб.
Нелеланпыг Іѣтп. Гоманъ въ 3-хъ частяхъ.
422 стран. Цѣи.і 65 кои.
Зтниа ооыденнои ЕШЗНа. Независи-иаго
1С2 страя Ці на 1 руб.

Жанъ-Элизе Реклю (родплоя 15 марта 1830 года въ гор Оаиъ-Руа-Ля-Гряндъ (департ
Жиропды, Франція), уморъ 4 іюля і9<К» года въ гор. Туру (въ Бельгіи).
ЭЛИЗЕ ГЕКЛЮ
ЧЁЛО^ЪНЪ
и ЗЕМЛЯ
Уеогріфік ничто иное, какъ Исторія »ъ
престраненъ, точно такъ же, какъ Исторія
«стъ Т'еэгр-ьфія >о »рекени.
ПРОИСХОЖДЕНІЕ. —ВНЪШНІЯ УСЛОВІЯ—трудъ ОТСТАЛЫЕ Народы,—СЕМЬЯ КЛАССЪ, НАРОДЪ.-
РИТМЪ ИСТОРІИ. — ИРАНЪ.—КАВКАЗЪ — МЕСОПОТАМІЯ—АРАВІЯ.— ЕГИПЕТЪ. - ЛИВІЯ — ЭѲІОПІЯ.—
I РЕ ЦІЯ -ОСТРОВА И ПОБЕРЕЖЬЯ ГРЕЧЕСКАГО МІРА.-РИМЪ—КИТАЙСКІЙ ВОГТОМЪ.- ИНДІЯ,-
ПТДЯЛЕННЫЕ МІРЫ—ХРИСТІАНЕ - ВАРВАРЫ.—ВТОРОЙ РИМЪ —АРАБЫ И БЕРБЕВЫ.-КАРОЛИНГИ И
НОРМАННЫ.—РЫЦАРИ И НРЕСТОНОСЦЫ.-НОММУПЫ.-МОМРХІИ.-МОНПЛЫ, турки, ТАТАРЫ И
КИТАЙЦЫ.-ОТКРЫТІЕ НОВЫХЪ ЗЕМЕЛЬ-ВОЗРОЖДЕНІЕ.
переводъ съ французскаго
ПОДЪ ГЕДАКЦІЕй
ДЪЙСТВИТЕЛьНАГО ЧЛЕНА ИМПЕРАТОРСКАГО РУССКАГО ГЕОГРАФИЧЕСКАГО ОБЩЕСТВА
Ф. С Г Р У 3 Д Е ₽ Я-
2322525251
ТИПОГРАФІЯ П. И. СОЙКИПх. гпв.. СТРВКННИАЯ гі, сожтв. д., •№ 12.
ОГЛАВЛЕНІЕ.
СТР
ПРЕДИСЛОВІЕ ................................................ 8
ПЕРВОБЫТНЫЕ ЛЮДИ
Глава I. Происхожденіе.
Исторія и. геоірафія—Животное происхожденіе человѣка.—Негрпты
л пигмеи.—Убѣжища человѣческихъ предковъ . . . •	..... 9
Глава П Внѣшнія условія.
Класслфпйацш общественныхъ факторовъ.—Холодъ и жара,— Сухость
и влажность.—Горы и степи.—Лѣса.—Острова, болота, озера,—Рѣки —
Моро.—Контрасты среды,—Сами люди представлять для человѣка
среду .	. .	.......................... ...... ЗЛ
Гла-а 111. Трудъ.
Трудъ, — Подражаніе. —Взаимная помощь.— Распри, война -Починъ
ооработки почвы.—Союзы съ животными...................  72
Глава IV Отсталые народы.
Современныя свѣдѣнія о доисторическомъ періодѣ.—Пища.-Жилища
и укрѣпленныя мѣста.—Свайныя постройки.—Мѣста встрѣчи.—Тро-
пинки и дороги.—Распредѣленіе городовъ.—Промышленность.—Укра-
піенія. .	....	...	.............. 94
Глава V Семья, еооловія, народъ
Сомеііпыя груаиы.-Матріархатъ н патріархатъ — Установленіе со-
словій—Царская впасть и рабство. -Языки,—Письменность — Ре-
лигія. —Нривствен ность. .	. .	.................. .	142
Глава VI. Раздѣленіе и ритмъ исторіи
Востокъ и Западъ.—Начальные меридіаны.—Схождѳшб и расхожденіе
путей,—Ходъ цивилизаціи ....	...	.	.	178
ДРЕЗНЯЯ ИСТОРІЯ
Глава I Иранъ
Передняя Азія и Иринъ.- Арійцы. - Плато, горы и естественные
пути —Вакгріана, Арихозія, Гедррзія.—Правъ и Туранъ.—Исторіи
Элама,- Зохакъ и Кауэ-—Нравы и вѣрованія. —Мидяне и Персы.—
Персы и Греки.......................................   200
II
Главэ II Кзвкааъ	сте.
Кавказъ.—Его рельефъ, склоны, горные проходы.—Дагестанъ и Мпп-
греліи —Народности —Апти-Кавказъ.—Его рельефъ и пути сообще
нія.—Армяне и курды,—Исторія	.	....... 254
Глава III Месопотамія
Месопотамская область,—Историческіе пути Туринская цивили-
зація— Прибытіе семитовъ.—Земной рай.—Священныя горы.— Пла-
ваніе.—Легенды о потопѣ.— Земледѣліе; промышленность, архитектура,
астрономіи письменность.—Халдейскій и ассирійскіе города и госу-
дарства.................................................. 270
Глава IV Финикія
Анатолійская возвышенность.—Слѣды язычества. Понть-Эвксипъ,
Сирія—Колыбель сомитовъ,—Плены киттвтовъ. —Страна дамассовъ.—
Береговыя стоянки.—Дальнее плаваніе.—Конторы и финикійская ци-
вилизація. . .	.	...................................... Зі2
Глава V Аравія
Аравія.- Пезпііпсимэсть бедуиновъ,—Роль Гпміпріи—Сабеизмъ (по-
клоненіе небу и свѣтиламъ;.—Счастливая Аравія.—Оманъ , .	,	346
Главэ VI Египетъ
Долина Нила. —Климатъ.—Доисторическій періодъ.—Флора и фауна,—
Начало историческаго періодп.—Вториенів пноземцавъ.- Распростра-
неніе влагип земледѣліе.—Деспотизмъ.—Божества —Жрецы.—Цари.—
Смерть м безсмертіе,—Пирамиды.-Архитектура. - Науки и промыш-
ленность—Литература.—Египтяне и чужеземцы	.	. .	361
Глава VII Ливія. Эѳіопія.
Страна Мѳроэ.—Эѳіопія и Гиміарія.—Сабинское и еврейскі е вліяніе-—
Африканскій материкъ Территорія Софала.—Рудники и храмы.—
Страна Нигера............. ........................ • .	420
Глава VIII. Греція
Греція и море,—До-аллипскія ціівидизаціп.---ІІервыя переселенія.—
Героическая ьпоха.—Дорійское вторженіе.—Спарта и Донны.— Греки
и персы.—Граждане и рабы.—Александръ,—Греки и римляне—Искус-
ства.—Науки,—Религія.—Тріумфальный конецъ Греціи............. 445
Глава IX. Острова и побережья греческаго міра.
Родосъ. -Кипръ.- Киликія.- Имперія селевкпді-въ.—Антіохъ.—Еги-
петъ Птоломеевъ --Кнрениика.—Великая Греція.— Карѳагенъ п его
владѣнія,- Сицилія........................................... 518
Глава X. Римъ.
Народы Италіи.—Начало Римл,—Вторженіе галловъ.—Географическая
среда. -Внутренняя борьба.—Пуническія войны—Римскія учрежде-
нія.—Литература п религія.—Альпы, Проваист, Гасконь и Секванія.—
Нашествіе парваръ—Правленіе Августа —Внѣ государственныя вой-
ны.—Главнѣйшіе пути.—Римскій міръ.—Стопки и Антонины.
Глава XI итайокій востокъ.
Пути сообщенія по Азіи.—Горы, пустыни п мертвые городи.— Насе-
леніе и ого занятія.—Травянистыя степи.—Манчжурія—Тибетъ.—
Путь баковъ -Китайскія области.—Желтоземъ.—Хоапго и Якъ-тзе-
кіамъ,—Земледѣльцы п цари.—Семья, философія, исторія,- Корея.—
Происхожденіе японцевъ. .	.	.............. 629
Глава XII Индія
Индія и индусы —Цейлонъ,- Первые обитатели —Появлепіеаріііцевъ.—
('трапа пяти рѣкь. • Пѣсни Веды, —Браыапмамь -Дути и преграды —
Касты.—Появленіе буддизма.- Экспедиція Александра Македонскаго —
Греки въ Азіи — Морскія сношенія. Побѣдоносное распространеніе
буддизма...............................................
Глава XIII Отдаленные міры.
Индо-Кмтай -Кмерская цивилизація.—Страна Чампо.—Двѣ Явы.—
Миланцы. -Мореходство полинезійцевъ.- Металанимъ.—Мадагаскаръ.
НОВАЯ ИСТОРІЯ.
Глава I Христіане
Имперія и императоры. — Государство, религіи и наука — Борьба съ
варварами.—Равенна. —Взятіе Рима Аиарихомъ ...........
Глава И Варвары
Дути Азіи и Европы.— Германія и германцы. —Наука, искусство п
миеолѵгія варваровъ.—Переселенія народовъ.—Гунны, вандалы, готы
и франки —Конецъ имперіи.—Пути во Франціи,- Меровинги,— Вторже-
ніе въ Англію и ея пути. — Язычппкп и хрпсііапе. — Монашество. -
Ирландія ..............................................
Глава III. Второй Римъ
Римъ и Румъ.—Расхожденіе эволюцій двухъ имперій.— Укрѣпленное
положеніе Копстаптин.-поля.—Армине и евреи.—Византійское обще-
ство. — Законы, искусство, организація труда. Закрытіе Аопиской
школы —Факелоносцы, —Нѳсторіанство.—Имперія Хозр евъ,—Греки и
варвары .	. .	.	....................... ,	.	.	...
Глава IV. Арабы и берберы.
Быстро*’ распространеніе ислама. — Общинная собственность. — Анар-
хическій характеръ арабовъ.—Фатализмъ.— Дѣйствіе побѣдъ мусуль-
манъ надъ Византіей и Персіей. — Шіиты, иконопочитатели и иконо-
борцы—Завоеваніе Мавританіи - Вторженіе въ Испанію.—Саррацпны
во Франціи,—Арабская наука. — Страсть къ путешествіямъ - Равно
иѣсіе силъ .	.	.	.	.....	. .................
Глава V Каролинги и норманны.
Карлъ Великія и его имперія. — Франція, Германія п Лотарингія. —
Лптпратурп —Ирландія и ея .миссіонеры - Скаіщииаііія. — Трейдеръ и
датскіе короли. — Экспедиціи норманновъ. — Заселеніе Исландіи, —
Открытіе Новаго Свѣта — Славяне, финны, чехп, болгары, мадьяры,
турки-сельджуки ....................................
Глава VI Рыцари и крестоносцы
Тысячный годъ. — Великій расколъ. — Паны, епископы п монархи. —
Власть духовная и свѣтская. — Западное монашество, — Рыцарство и
крѣпостничество.—Паломничество,—Причины Крестовыхъ походивъ —
Переселеніе и обратный толчокъ. -Фр'цщія, старѣйшая дочь Церкви.—
Храмовники п убійцы Клюни и Онто — Валъденсы. — Ариольдо изъ
Брешіи Судьбы Ирландіи. —Людовикъ Святой
Ш
сте.
«56
766
785
809
»
865
888
911
850
IV
Глава VII Общины и монархіи
Средніе вѣки.—Общины. — Венеція, Ііиаа, Генуя. — Гвельфы и гибел-
лины. — Альбигоііскля воина — Чума, разбойничество, рабство и за-
хватъ земель.—Виклефъ и 1’уеиъ.—Шотландія и Англія ....
Глава VIII Монголы турки, татары я китайцы ..................
Глава IX. Эпоха открытій -Возрожденіе
Открытіе новыхъ земель Колумбъ, Каботы Васко де Гама. Амерпго
Веспучи. -Магелланъ.—Эііиха Возрожденія.—Гуманисты — Книгопе-
чатаніе. -Возвышеніе и паденіе Испаніи.................
СГР.
084
1001
1007
Утъ редактора руечкаго изданія.
Періодомъ—«Открытіе новыхъ земель и Возрожденіе» заканчивается
наше изданіе сочиненіи Э. Роклю «Человѣкъ и Земля», согласно обѣщанію,
данному редакціей журнала «Природа и Люди» при открытіи подписки на
190а годъ.
Какъ всякое историческое изслѣдованіе, трудъ покойнаго ученаго могъ
бы и закончиться, остановившись на вышеуказанномъ -еріодѣ исторіи, какъ
з на всякомъ другомъ. Но въ данномъ случаѣ извѣстно, что покойный авторъ
включилъ въ свое сочиненіе и дальнѣйшіе періоды исторіи, доведя свой трудъ
до послѣднихъ лѣтъ XIX столѣтія. Къ сожалѣнію, редакція, при всемъ же-
ланіи, пока, въ настоящее время, липена возможности дать этотъ трудъ
даже за отдѣльную плату, такъ какъ онъ ве вышелъ еще и во французскомъ
оригиналѣ, и неизвѣстно, когда появится въ свѣтъ. Мы могли предложить
свовмь подписчикамъ только то, что уже появилось во французскомъ ориги-
налѣ, включая эпоху Возрожденія, и это обѣщанное исполнили.


л	и' •


Ч€/108ѣг\а ЭТО-ЛРИРОДП
ПОЗНПг^іЦНУ] Сб/чое СЕБУ]
ПРЕДИСЛОВІЕ.
Нѣсколько лѣтъ толу назадъ, дописывая послѣднія стропя своего большого
сочиненія <Ъа Хопѵеііе Сгёо^гаріпе шііѵегзоііеэ “), я высказалъ пожеланіе
изучить человѣка въ послѣдовати вѣковъ, какъ я изучилъ его въ разныхъ
странахъ зеиного шара, разсмотрѣть прошлое народовъ земли, начиная съ
доисторическихъ временъ. Я тогда же составплъ плачъ новаго сочиненія,
въ которомъ намѣтилъ—свести въ одно условія почвы, климата, словомъ, всоП
окружающей среды, гдѣ совершались историческія событія, и въ которомъ вы-
яснилось бы отношеніе Людей къ Землѣ, з дѣятельность народовъ объяснялась
бы въ ихъ гармонической причинной связи съ ходомъ развитія планеты.
Въ настоящее время я представляю читателю это сочиненіе.
Я, разумѣется, заранѣе зналъ, что никакими изысканіями но достигну
открытія того закона человѣческаго прогресса, соблазнительный призракъ кото-
раго вѣчн-' трепетно движется на нашемъ горизонтѣ и вѣчно бѣжитъ отъ
насъ, и разсѣивается, п вновь возникаетъ. Мы появились, какъ точка среди
безграничнаго пространства, мы ничего но вѣдаемъ о нашемъ происхожденіи,
о нашихъ судьбахъ, не знаемъ даже, принадлежимъ ли мы къ едини венному
животному . зду, пли уже раньше нѣсколько чоловѣчествъ нарождалось, поту-
хало п вновь появлялось: мы не можемъ установить ходъ процесса разити
’) Переведено ва русскій языкъ подъ заглавіемъ: „Земля п Люди* (Всеобщая
Географія.
*
4
того, что намъ невѣдомо, обрабатывать туманъ, въ -лдеждѣ ірпдать ому
точную и опредѣленную форму.
Кѵнечні-, нѣть. Но все же мы можемъ въ этомъ ряду вѣковъ, длина
котораго всо глубже п глубже уходить въ ночь прошедшаго, благодаря архео-
логическимъ находкамъ, — мы можемъ распознать тѣсн ю связь, которою
связанъ каждый періодъ жизни того или иного народа съ дѣйствіемъ окружающей
среды. Въ каждомъ періодѣ жизни народовъ намъ можно прослѣдить ея со-
отношеніе съ измѣненіемъ въ окружающей средѣ, наблюдать воздѣйствіе При-
роды и самого Человѣка на Землю.
Мы ощущаемъ волненіе, созерцая всѣ пейзажи планеты во всемъ ихъ
безконечномъ разнообразіи и въ той гармѵніи, какую имъ придаетъ дѣятель
ноетъ человѣка въ разныхъ странахъ земли; и то же чувство, то же впечат-
лѣніе получаемъ мы отъ созерцаніи картинъ исторіи народовъ, то пользу-
ющихся счастьемъ, то глубоко несчастныхъ, но всегда и неизмѣнно сохраня-
ющихъ тѣсную гармоническую связь съ Землею, которая ихъ носитъ на с«бѣ и
питаетъ, и съ небомъ, которое ихъ освѣщаетъ и пріобщаетъ къ единству
вселсппой. И подобно тому, какъ поверхность странъ развертываетъ передъ
нами красу своихъ видовъ, которою ѵы восхищаемся всею мощью бытія, точно
также и ходъ исторіи і редставляетъ намъ цѣпь событій и сценъ, которыя пора-
жаютъ насъ свопмъ величіемъ, п знаніе и изученіе которыхъ облагораживаетъ насъ.
Историческая географіи поражаетъ насъ несравненными драмами, какія
только можетъ измыслить самое пылкое воображеніе.
Въ наше время остраго кризиса, когда все общество такъ глубоко по-
колеблено, когда, кажется, рушатся самыя вѣковыя основы, п охваченный го-
ловокруженіемъ человѣкъ поневолѣ ищетъ ч >в<-Й точки опоры, изученіе исторіи
пріобрѣтаетъ тѣмъ большій интересъ, что ся непрерывно расширяющаяся
область даетъ все болѣе н болѣе обильный и разнообразный рядъ поучитель-
ныхъ примѣровъ. Изученіе прожитыхъ человѣчествомъ вѣковъ становится для
пасъ велпкою школою, дающею вамъ несравненные уроки жизни, изъ кото-
рыхъ можно даже вывести основные законы. Эти уроки жизни и глубоко
интересны, и въ высшей степени поучительны, какъ увидимъ далѣе.
И прежде всего, разсматривая историческія событія, мы скоро убѣж-
даемся, какъ подъ дѣйствіемъ неодинаковаго развитія личностей и обществъ
всѣ человѣческія общества, за исключеніемъ народцевъ, ^ставшихся въ со-
стояніи первобытности, раздѣляются на разные классы и касты, интересы ко-
торыхъ не только различны, но противоположны, даже явно враждебны другъ
5
другу. II это явленіе неизмѣнно и однообразно происходивъ во всѣхъ странахъ
свѣта, съ небольшой разницей, обусловленной мѣстоположеніемъ н климатомъ
той и другой страны; срцноеть же явленія остается неизмѣнной на сѣверѣ и
югѣ, на востокѣ и западѣ.
Другой любопытный фактъ, наблюдаемый при разсмотрѣніи историче-
скихъ событій, состоитъ въ томъ, что нарушенное равновѣсіе между лично-
стями и классами постоянно колеблется вокругъ своей оси покоя. Нарушеніе
правосудія всегда вопіетъ о мщеніи; отсюда—непрестанныя колебанія. Тѣ,
кто повелѣваютъ, стремятся остаться господами, въ то время какъ порабо-
піенныо дѣлаютъ усилія вернуть свою свободу, а затѣмъ, увлеченные сплою
разбѣга, стремятся вновь возстановить власть, по уже въ свою пользу. Такъ
возникаютъ и смѣняютъ другъ друга гражданскія войны, осложненныя внѣш-
ними войнами; разрушеніи и разгромы перепутываются въ непрерывную цѣпь,
заканчиваясь такъ или иначе въ зависимости отъ силъ борющихся сторонъ:
либо вор&бощонные іюкоряіотся, исчерпавъ всю мощь сопротивленія, и затѣмъ
медленно угасаютъ и умираютъ, не владѣя ужо болѣе тою энергіею, которая
даетъ жизнь: либо верхъ берутъ свободные .поди, п тогда въ хаосѣ событій
можно бываетъ различить настоящія революціи, т. о. совершенныя перемѣны
политическаго, экономическаго и общественнаго порядка.
Наконецъ, изучая человѣка во всѣхъ вѣкахъ и странахъ, мы скоро
приходимъ къ тому убѣжденію, что никакой прогрессъ въ существованіи на-
родовъ не можетъ быть созданъ иначе, какъ путемъ личнаго усилія. Только
человѣческая личность, какъ первичный элементъ всякаго общества, даетъ
тотъ толчокь, который воюмъ вызываетъ событія, измѣняющія совершенно
жизнь народовъ, п эти толчки тѣмъ энергичнѣе, чѣмъ свободнѣе личность; на сво-
бодѣ полнаго развитія каждой отдѣльной человѣческой личности, этой основной
клѣточки, которая соединяется и сливается потомъ свободно и по своему усмо-
трѣнію съ другими клѣточками измѣнчиваго человѣчества, основывается и сво-
бода общества. Общества выигрываютъ въ своемъ значеніи прямо пропорціо-
нально этой свободѣ первоначальнаго развитія личности. Отъ человѣка ро-
ждается та созидающая воля, которая строить н перестраиваетъ міръ.
Борьба классовъ, исканіе равновѣсія между иими и стремленіе къ сво-
бодѣ личности—таковы три порядка фактовъ, которые намъ открываетъ исто-
рическая географія, и которые въ общемъ хаосѣ всего существующаго вля-
ются въ достаточной мѣрѣ постоянными для того, чтобы имъ дать названіе
«Законовъ#. И то уже много, что ихъ можно узнать е черезъ это пріоб-
6
рѣстп возможность направлять по нвмъ собственное поведеніе п участіе въ
общей дѣятельности общества, въ согласованіи съ вліяніями среды, отнынѣ
уже изученными и взвѣшенными. Наблюденія надъ Землею -‘бъясняютъ намъ
событія Исторіи, а она въ свою очередь приводитъ пасъ къ болъе глубо-
кому изученію планеты, къ болѣе сознаваемой сложности и солидарности нашей
личности, въ одно и то же время такой крошечной и такой великой, съ
необъятною вселенною.


Чередованіе вѣковъ — велика» школа
человѣчества.
ГЛАВ А I.
Исторія и географія.-Животное происхожденіе человѣка—Негрпты и пигмеи.—
Убѣжища человѣческихъ предковъ.
Характеристическія черты поверхности вашей планеты указываютъ на слѣды тѣхъ
воздѣйствій, которымъ Земной шаръ былъ подвергнутъ въ теченіе цѣлаго ряда вѣковъ.
Материки и острова, выдвинувшіеся изъ глубинъ моря, и самъ океанъ, съ своими
заливами, и озера и рѣки и всѣ вообще географическія частности земли во всемъ
безконечномъ разнообразіи ихъ природы и внѣшняго вида, носятъ слѣды непрестанной
работы силъ, производящихъ въ вііхъ измѣненія. Каждая изъ этихъ формъ земной
поверхности, въ свою очередь, съ самаго своего появленія становится и остается во все
время своего существованія причиною перемѣнъ, происходящихъ въ жизви существъ,
порожденныхъ землею. Безконечная въ своихъ превратностяхъ исторія изъ вѣка въ вѣкъ
протекала подъ двойнымъ вліяніемъ псба и земли; этому вліянію были подчинены группы орга-
низмовъ, растительныхъ и животныхъ, которые были порождены моремъ н землею.
Когда народился человѣкъ, послѣдовавшій за громаднымъ рядомъ другихъ организован-
ныхъ существъ, то ого будущее развитіе уже было намѣчено свойствами и видомъ тѣхъ
странъ, въ которыхъ обитали его предки—животныя.
Географія въ ея соотношеніи къ человѣку представляется ничѣмъ инымъ, какъ
исторіею въ пространствѣ, какъ исторія — географіею во времени. Вѣдь выразился же
10
1 ^дьръ, говоря о физіологіи, что опа — анатомія въ дѣйствіи Развѣ нельзя было бы
сказать, что Человѣкъ—это Природа, сознавшая себя?
Относительно появленія человѣчества па Землѣ возникло и разбиралось много вопро-
совъ, все еще по рѣшенныхъ. Какъ совершилось наше происхожденіе отъ животнаго міра? Про-
изошлн-ли мы отъ циого пли отъ нѣсколькихъ прародительскихъ типовъ? Изъ этихъ двухъ
гиш-тезъ—моногенизма (происхожденіе отъ одного типа) и полигенизма (оть нѣсколькихъ),
какая, если по вѣрна, то, по крайней мѣрѣ, наилучше согласуется съ извѣстными фак-
тами? Правда, вамъ говорятъ, что вся эта схоластика уже отошла въ прошлое, съ тѣхъ
норъ какъ Дарвинъ привелъ всѣхъ къ соглашенію, по споръ возраждается подъ другими
названіяіг: спорятъ о «расахъ», о томъ, раэсматрнвагь-ли ихъ какъ нѣчто нерушимое?
Каждому индивидууму естественно свойственно созерцать себя какъ существо,
стоящее совершенно особо и отдѣльно въ общемъ строѣ вселенной. Внутреннее чувство
собственной жизни, полнота личныхъ силъ не позволяютъ ему видѣть въ другихъ рав-
ныхъ себѣ; овъ воображаетъ себя особо избраннымъ случаемъ или богами. Но нужды
существованія прикрѣпляютъ его ьъ семейной группѣ, затѣмъ ьъ роду, къ племени, и
онъ мс можетъ себѣ вообразить своего происхожденія вполнѣ независимымъ отъ кружка
близкихъ, если только исключительная гордость не побуждаетъ его считать себя боже-
ствомъ, какъ это было съ Александрами п Цезарями Итакъ, оиъ соглашается раздѣлись
общность своего происхожденія съ своими ближними, но только съ нимп; каждоо племя
придумываетъ себѣ какое-нибудь особое происхожденіе. Въ первые вѣка, какъ они сохра-
нились передъ иамн въ самыхъ древнихъ племенахъ, человѣкъ инстинктивно придержи-
вается полигенизма. Изъ всѣхъ разнообразнѣйшихъ видовъ онъ одинъ сьой считаетъ, въ
своей наивной гордости, человѣческимъ но преимуществу.
Везъ сомнѣнія, имена иародвдвъ и народовъ состоять чаще всего изъ словъ,
означавшихъ первоначально «Человѣкъ», иъ исключительномъ значеніи, причемъ какъ оы
предуказывалось, что всякія другія людскія группы, въ глазахъ избраннаго племени,
были не человѣческія существа, а такъ, что-то вродѣ низшихъ животныхъ.
Даже въ тѣхъ случаяхъ, когда народныя имена происходятъ отъ спеціальнаго
слова, обозначающаго мѣстность, способъ происхожденія или какую-нибудь особен-
ность, эти имена съ теченіемъ времени утрачиваютъ первоначальное значеніе, и въ
представленіи тѣхъ, кто ихъ носитъ, пріобрѣтаютъ особый, исключительный, единствен-
ный въ своемъ ротѣ, даже божественный смыслъ. Нѣть такого дикаря — да и какѵй
народъ въ нтомъ отношеніи можетъ похвастать, что освободился отъ первобытной дико-
сти?—нѣтъ такого дикаря, который бы пе взиралъ на окружающіе его племя народы
съ высоты достоинства «избраннаго племени».
Но такая отчужденность но можетъ долго тянуться, и въ силу событій, союзовъ
и торговыхъ спі'Шешй, войнъ п ыирпыгь договоровъ, люди узнали, что они принадле-
жатъ, если и во къ одной и той же породѣ, то, ио крайней мѣрѣ, къ одной группѣ
сущепвъ, которыя очень близко схожи между собою. Ихъ общія черты, какъ, напр.,
прямое стояніе на йогахъ, употребленіе огня, членораздѣльная рѣчь, рѣзко отличаютъ ихъ
отъ всѣхъ другихъ животныхъ. Въ мипуты общихъ бѣдствій, а еще чаще ірн подовомъ
сближеніи по инстинкту любви, начинаетъ нарождаться братстяѵ между людьми разныхъ
11
племенъ Впослѣдствіи, когда великія пивплнзаціп привели въ соприкосновеній значи-
тельную часть человѣчества, какъ, напр., въ Лнчія во вроиепа Будіы, или въ періодъ
греко-римскаго сліянія, распространилась пдея человѣческаго единства. Даже нппавидя
другъ дрѵга, сыпь Земли гордились своимъ одинаковымъ и обшилъ происхожденіемъ.
Въ это время нашелъ своихъ апостоловъ мовогеппэмъ
Въ качествѣ документа, возвѣщающаго что-то промежуточное между этими двумя
противорѣчивыми воззрѣніями — моногенизмомъ и полигенизмомъ — можно указать па
«Книгу Бытія*. Ее можпо привести въ подтвержденіе и той, н другой гипотезы, потому
что съ одной стороны опа разсказываетъ о созвороній одного человѣка, Адама, который
былъ владыкою всѣхъ животныхъ на Землѣ. (Кн. Быт. гл. I. 26), а съ другой стороны
даетъ намекъ на то, что уже въ моментъ убійства Авеля Канномъ люди населяли
Землю (гл. IV, 14, 15). Съ тѣхъ норъ людская мораль, въ своей Фщсраспространен-
пой практикѣ, не переставала проявлять противорѣчіе, подобное тому, какое христіане
пахотятъ въ своей священной книгѣ.
Какъ ни велпка гордость чистотою породы у народцевъ, всячески старающихся
избѣгать соприкосновенія съ друіимп людьми, или въ современныхъ арпстоі:ратическпяъ
фамиліяхъ, претендующихъ на «чистоту крови», все-таки въ круговоротѣ человѣческой
жизни, перемѣшивающемъ между собою племена, подобно рѣчной водѣ, вѣчно совер-
шается скрещиваніе племенъ по всему свѣту. II ученію средневѣковыхъ раввиновъ,
человѣкъ былъ созданъ изъ глппы, въ составъ которой вош.іѵ семь разныхъ земель;
этимъ, вѣроятно. имѣлось въ виду обозначить, что вь составъ человѣчества вошли
отпрыски всѣхъ цвѣтовъ, всѣ члены будущаго человѣческаго рода. .11 современпый чело-
вѣкъ заключаетъ въ себѣ тины, которые ему прсдтествоиалп, истому что наслѣдство!!
несть распространяетъ сьое дѣйствіе на всѣ смѣшанныя расы.
Можно приставить себѣ, что какое-нибудь племя, замкнутое среди неприступныхъ
скалъ, осталось чистымъ, во вошло въ смѣшеніе съ чужими; но какъ только начина-
лось соприкосновеніе, начиналось и смѣшеніе. Въ сущности всѣ люди принадлежатъ
къ смѣшанной расѣ. Даже наиболѣе противоположные типы, черный и бѣлый, и тѣ
уже цѣлые вѣка какъ сочетались между собою п дали новыя смѣси, хотя и сохранили
отличительные признаки, которые сдѣлали изъ нихъ порозы, заслуживающія особыхъ
названій. Смѣшеніе изъ поколѣнія въ поколѣніе ведется различнымъ путемъ. Мѣстами
оно идетъ постепенно и незамѣтно, напр., въ мирное время; а въ другихъ мѣстахъ,
во время войнъ, оно происходитъ сразу, насильственно Но, такъ или иначе, оно про-
должается. И напрасно иной пылкій патріотъ усиливается оспаривать смѣшеніе расъ;
каждый человѣкъ, сколько бы онъ нп гордился чистотою своей крови, имѣетъ милліоны
милліоновъ предковъ, и среди пнхъ могли быть представители самихъ разнообразныхъ
типовъ Антропологи отваживались дѣлить человѣчество на отдѣльныя «расы» въ силу
своей увѣренности въ политеистическомъ происхожденіи человѣчества, или просто ради
удобства, чтобы облегчить мимъ пріемомъ изученіе человѣка. Но они были приведены
къ изрядной нутанацѣ, смотря по точу, какому внѣшнему признаку они отдавали пред-
почтеніе: цвѣту кожи, росту, частямъ скелета, формѣ н размѣрамъ черепа, волосамъ,
языку илп духовной характеристикѣ.
12
Такъ, Пиомснбахъ различаетъ пять классическихъ расъ: бѣлую, желтую, красную,
коричневую (пли оливковую) п черную. Внрэ принимаетъ всего зва типа. Топинаръ
насчиталъ ихъ до шестнадцати, а затѣмъ и до девятнадцати. Ноттъ и Гдпддонъ—во-
семь типовъ съ раздѣленіемъ ихъ на шестьдесятъ четыре семейства. Геккель далъ серію
пъ тридцать четыре расы; и, наконецъ, Деинкеръ, вооружившись результатами обмѣровъ,
доставленныхъ путешественниками и изслѣ-
дователями со всѣхъ концовъ земного шара,
далъ тщательную классификацію двадцати
девяти отдѣльныхъ расъ, образующимъ сем-
надцать нтническихъ группъ. Но остаются
еще многіе представители человѣчества, пн-
куда не пристроенные, о которыхъ трудно
рѣшить, въ какую изъ установленныхъ
группъ ихъ включить.
Мы теперь знаемъ, что всѣ втм по-
строенія, при всемъ игъ остроуміи, предста-
вляются шаткими. Со временъ Дарвина ста-
рая теорія видовъ, по которой извѣстныя
формы принимались окончательно установи-
вшимися, незыблемыми, неспособными смѣ-
шиваться съ другими, оказалась опрокину-
тою. Вообще идея вида, служащая лишь
точкою опоры для приспособленія къ су-
ществующему порядку вещей, измѣняется
сообразно взглядамъ натуралистовъ; каж-
дый изъ нихъ включаетъ въ свою систему
болѣе или менѣе обширный кругъ формъ.
Какой, папр., видъ считать родоначальни-
комъ епбаки? Припять лн за него волка,
лисицу, шакала, гіену или какую-нибудь
другую первобытную форму, которая путемъ
прирученія и разнаго образа жизни посте-
пенно видоизмѣнилась, развилась и дала
безчисленныя разновидности? Установленъ
фактъ, что волки п шакалы скрещиваются
съ собаками и даютъ потомковъ, раса которыхъ поддерживается путемъ дальнѣйшихъ
скрещиваній. Съ другой стороны, одичавшія собаки, смотря по мѣстности, принимаютъ
типъ то водка, то шакала, то лисицы. Гдѣ же начинается незыблемый видъ, пе выхо-
дящій изъ нерушимыхъ границъ, а гдѣ—разновидность со своими безпрестанными измѣ-
неніями? Неизвѣстно.
II тѣ-же затрудненія, какія представляются въ вопросѣ о собачьихъ породахъ,
существуютъ и по отношенію къ другимъ животнымъ, и прирученнымъ, и дикимъ. Они
13
Скелетъ человѣка-
(Дли оравпоиіи ого оь горпдлоіі).
обнаруживаются и относительно человѣка, у котораго разница пожду Нопю онгораепз
и Ното аіріип? гораздо рѣзче, чѣмъ между различными видами собакъ Несмотря на
безчисленны^ примѣры помѣсей между нег-
рами и бѣлыми, которые такъ скапдалпзп-
рують сыновъ прежнихъ рабовладѣльцевъ
въ Соединенныхъ Штатахъ, слѣдуетъ ли
считать негровъ видомъ или подвидомъ, от-
личнымъ отъ такъ называемой кавказской
расы, или же разсматривать ихъ, какъ про-
стую разновидность вида человѣкъ?
Если негры и бѣлые должны быть
ооъеднп'-ны въ общемъ происхожденіи оть
первоначальнаго человѣческаго типа, то какъ
считать пиратовъ острова Лусопа, андаме-
новъ и карликовъ, разсѣянныхъ по Афри-
канскому материн)? Сами негры готовы
видѣть въ Анка, Ба-Бипга и Ба-Бонго
существъ другого вида, гордые же бѣлые
смотрятъ на (іпхъ, какъ на обезьянь въ че-
ловѣческомъ ооразѣ. Иныя племена, угасаютъ
п исчезаютъ, н быть можетъ именно за от-
сутствіемъ скрещиванія съ другими, такова
была участь карликовъ съ береговъ Саш хм.
П несомнѣнно, что между другими пі-г-
меіевііми паромами и африканскими племе-
нами обычнаго роста происходили кровныя
смѣшенія. Дональдсонъ Смитъ утверждаетъ
что карлики, обитавшіе нѣкогда въ мѣст-
ности къ сѣверу отъ озеръ Стефаніи и Ру-
дольфа, утратили свой первоначальный типъ
путемъ браковъ съ племенами высокаго ро-
ста, такъ что современные Думе литі. оста-
токъ древней расы. Точно также Уать-Уа
(АѴаі-’ѴѴа), «дѣти травы», обитающіе по
озеру Киву, крошечные человѣчки, на кото-
рыхъ негры, какъ, папр., Уа Худу, смотрятъ
съ отвращеніемъ, со стороны Другихъ негр-
скихъ племенъ, какъ, напр , Уа-Тусси, поль-
зуются дружбою; тѣ такъ и зовутъ ихъ
«великими друзьями*, в охотногь ними род-
нятся черезъ бракн. Женщины пнгмейки изъ Уганды (по Джонстону) съ большимъ
удовольствіемъ сочетаются съ неграми высокаго роста.
14
Очень вѣроятно также, чц нѣкоторые пигмейскіе пародцы, ногти которыхъ нахо-
дятъ вмѣстѣ съ костями крупно рослыхъ ЛІОДГЙ во многихъ европейскихъ пещерахъ,
особенно во Франціи, а равнымъ образомъ и перувіапскіс х у а к а исчезли именно черезъ
скрещиваніе т. е. были постепенно поглощены массою окружающаго населенія. Они
верну хись въ нѣдра виіа.
Скелетъ шимпанзе.
Апатомы, изучающіе скелетъ съ точки
зрѣнія трансформизма, т. с. какъ снарядъ,
подвергавшійся медленному созиданію, изъ
поколѣнія въ поколѣніе, путемъ приспо-
собленія къ средѣ и усовершенствованія,
черезъ сравненіе разныхъ типовъ убѣжда-
ются въ зонъ, что современный человѣче-
скія расы произошли не путемъ извѣст-
ной наслѣдственной постепенности,» скорѣе
должны быть разсматриваемы какъ парал-
лельныя вѣтви, восходящія, по всей вѣроят-
ности. къ общему предку, существовавшему
еще раньше четверорукихъ. Въ этомъ перво-
быйюмъ типѣ, быть можетъ, надо ' вдѣть
потомка сумчатыхъ, вьсвою очередь, какъ
думаетъІѴккель. выродившагося изъ амфибій.
Но гутъ мы должны положить себѣ
границы. Не будемъ пытаться восходить
мыслью къ тѣмъ отдаленнымъ отъ пасъ вре-
менамъ. когда вышедшій изъ первобытной
жпв<тлости человѣкъ образовалъ видъ или
человѣческія расы Остановимся нз томъ
періодѣ, когда предки паши, совершевъ свое
величавшее завоеваніе, научились модули
ровать свои крики, раньше бывшіе нечлено-
раздѣльными, и передѣлали свой дай, вор-
чанье или завыванье въ настоящій языкъ.
Вь этотъ великій поворотный моментъ
исторіи, пароды уже сочетались вь явно
отличимыя группы, а образовавшіеся языки пріобрѣли и выработали корни, сообразно
способностямъ племени къ образованію и произношенію словъ, логикѣ и ритму фразы.
Нарѣчія арійскія, семитическія, уральскія, варварійскія (или берберскія), банту
(кафрскія), алгонкинскія взаимно не превратити одни въ другія. Это языки народцевъ
которые въ ту эпоху, когда формировался ихъ языкъ, находились въ совершенно
несхожихъ условіяхъ, такъ что предстазлялн собою какъ бы совсѣмъ разные пяды,
особыя человѣчества. Если считать отъ этого древнѣйшаго времени человѣческой исторіи,
то можно бы сказать, что она началась съ полигенизма. Народы, разсѣянные въ тѣ
15
времена по землѣ, не могли обладать сознаніемъ своего единства. Сколько оыло отдѣльно
язычныхъ группъ, столько же было и взаимно чуждыхъ человѣческихъ міровъ. Итакъ,
вотъ исходная точка человѣческой исторіи
въ преемствѣ временъ: — полигевичеспое
нарожденіе въ разныхъ областяхъ земли
взаимно непревратимыхъ языковъ, соот-
вѣтствующихъ разнимъ степенямъ чувства
н мысли.
Сколько такихъ языковъ народилось,
и какова была продолжительность того
време ни, въ теченіе котораго разные предки
современныхъ людей пріобрѣтали эту капн-
тальнЬйшую способность, составляющую
первое отличительное свойство человѣче-
скаго существа, какимъ мы его себѣ теперь
представляемъ? Этого нельзя узнать, и при
томъ многіе изъ этихъ языковъ погибли въ
борьбѣ за существованіе; что же касается
до тѣхъ, какіе теперь существуютъ, то пхт.
списокъ незаконченъ; пока еще методп
чески опредѣлили только группы нарѣчій,
па которыхъ говорятъ лишь главныя иа
риіности. Остается изучить и точно опре-
дѣлить мѣсто цѣлаго ряла говоровъ, упо-
требляемыхъ разными народцами всего міра.
Но все-гаки и теперь можно составить
карты языковъ, которыя могутъ свидѣтель-
ствовать о громадныхъ завоеваніяхъ, со-
вершенныхъ широко распространяющимися
языками.
По ту сторону эпохи, которая поро-
дила разумнаго человѣка, существо, кото-
рому даръ слова далъ такой чудесный тол-
чокъ къ дальнѣйшему развитію, существо-
вало лишь жеведное, располагавшее для
вяаимиыгь сношеній однеии тѣлодвиже-
ніями, лаемъ, воемъ, мяуканьемъ, п»доб-
иымъ издаваемымъ собаками в кі-шкаич.
Скелетъ чел о в Ь к а
(Дам сралн иія ого съ шямпяпао).
ближайшими къ намъ кандидатами на че-
ловѣчество Весь аіогь древній періодъ,
которому можно бы дагь названіе и рола л іи (т. е. доязычной эпохи), слѣ-
дуетъ разсматривать каьъ періодъ, предшествовавшій появленію истиннаго чедовѣче-
16
ства. Человѣкъ образовалъ новый вицъ только съ той поры, какъ перестать быть без-
словеснымъ (аіаіиз).
Изученіе животныхъ формъ, которыя связѵютъ насъ съ четвероногими и просмыкэ-
ющимпся, относится къ д<>аптрипо.ъ>гической эпохѣ, характеризуемой топомъ РІіорііЬеспз
аіііідииз, обломокъ челюсти котораго найденъ ви Франціи, въ Жареной долинѣ, близъ
Сансона; повидимому, это было ближайше? къ человѣку животное, изъ всѣхъ, какія
до сихъ поръ стали извѣстны. Отсюда, паі" полагать, проистекаетъ и наше инстинк-
тивное отвращеніе къ обезьянамъ; въ нихъ мы слишкомъ ужъ узнаемъ самихъ себя.
Еще старикъ Энній говорилъ:—<$ішіа дпатп яітіііз Іигріззіта Ъсзііа поЪіз» (обезьяна,
какъ животное похожее на
насъ, наиболѣе противна
вамъ).
Рііііесацііи ороз, ис-
копаемые остатки котораго
были открыты докторомъ
Е. Дюоуа въ 1894 году
въ вулканическомъ пеплѣ
древняго четвертичнаго на-
пластованія близъ Трипв-
ля, на островѣ Явѣ, вмѣ-
стѣ съ другими ископа-
емыми, принадлежавшими,
по большей части къ цыпѣ
исчезнувшимъ животнымъ
типамъ, быть можетъ пред-
ставляетъ собою то недо-
стающее звено, которое
Опытъ возстановленія черепа питекаитроноеа, произве-
денный д-ромъ Ыанувріо въ 1895 г.
соединяетъ человѣка съ его предками изъ міра животныхъ. Его внѣшній видь, ростъ
(1,657 мстр.), близкій къ среднему человѣческому, его черепъ, вмѣстимость котораго
(900—1000 куб. савтим.) почти наполовину превышаетъ емкость череповъ всѣхъ
доселѣ извѣстныхъ человѣкоподобныхъ обезьянь, ставятъ втого питекантропа на одну
линію съ человѣческимъ типомъ, связуя послѣдній съ гиббонами (НуІоШез), породою
обезьянъ, какъ извѣстно, наиболѣе намъ близкою по строенію тѣла, и повидимому, про-
исходящею отъ однихъ съ нами предковъ.
Эта «обезьяна-человѣкъ», Ношо іаѵапепзія, по Манувріе, и? владѣлъ даромъ
слова, .драгоцѣннѣйшимъ даромъ настоящаго человѣчества
На Трианльскомъ черепѣ лобъ слишкомъ узокъ, и сжатость его распространяется
по направленію къ серединѣ черепа; это даетъ возможность утверждать, что <извилнна
Брока» у питекантропа была едва ли явственнѣе развита, чѣмъ у человѣкоподобныхъ
обезьянъ. Около Бахіи, въ Бразиліи, нашли въ кучѣ раиовинъ черепъ человѣка, отли-
чающійся явно лервобытными признаками; его хотѣли было сблизить съ Три нильскимъ
черс-п^иъ, но трудно было въ точности установитъ его древность.
17
Эти находа какъ будто бы указываютъ па то, что человѣкъ, въ его нынѣшней
формѣ, народился въ областяхъ роскошнаго развитія органической
солнце посылаетъ свои самые щедрые лучи, и гдѣ дожди падаютъ
разные типы ногрптовъ развились тоже въ экваторіальной полосѣ,
видовъ человѣкоподобныхъ обезьянъ, родственныхъ человѣку.
Нарожденію этого типа, какъ кажется, должна была способствовать именно тро-
пическая природа со всею ся мощною производительностью. Почти во всѣхъ странахъ.
жн:}ии, тамъ, куда
въ видѣ ливней. И
отечествѣ крупныхъ
Ноапдортааьскій черепъ (въ профиль).
кронѣ лишь чисто равнинныхъ, люди создали миоы о томъ, что нхъ предки спустились
съ высокихъ горъ, замыкающихъ горизонтъ ихъ страны. Эти легенды надо приписать
чисто оптическому эффекту. Гордыя вершины, воздымающіяся прямо къ небу, пронизывая
облака, конечно, могли казаться обителями боговъ, и первобытный человѣкъ долженъ
былъ себѣ представлять, что его предки, первые люди, народились у ногъ этихъ
божествъ.
«Человѣкъ, это павшій богъ, который вспоминаетъ о небѣ», говоритъ Ламартинъ.
Конечно, человѣкъ не «павшій» богъ, потому что онъ скорѣе воздымается, тѣмъ
падаетъ; вспоминать же онъ, дѣйствительно, вспоминаетъ—о безконечной ь. Онъ вышелъ
изъ ряда безчисленныхъ поколѣній другихъ людей пли человѣкоподобныхъ обезьянъ,
животныхъ, растеній, первичныхъ организмовъ, и всѣмъ строеніемъ и существомъ
своимъ ѣапомиваетъ о томъ, что пережили его предки въ теченіе громаднѣйшаго ряда
вляав рвкпс.	2
13
вѣковъ. Опъ представлять собою сводъ всего, что ему предшествовало, подобно топу,
какъ въ своемъ зачаточномъ состояніи »пь послѣдовательно представляетъ формы раз-
іпчпыхь простѣйшихъ, чѣмъ пнъ. организацій. Древняго человѣка надо искать не среди
однихъ только дикихъ племенъ; надо искать его возможно дальше среди его предковъ,
животныхъ, тамь, гдѣ забрезжилъ первый свѣтъ разума и добра.
II въ самомъ дѣдѣ, общестпа животныхъ являютъ намъ частью въ зародышѣ, а
частью ужо и въ явственно развитомъ видѣ вствоімічкные тины папізхъ человѣческихъ
обществъ. Въ ихь разіообравиыхъ группахъ мы находимъ ту же игру ннгсрссовъ ц
страстей, коюрые оезирсстанно направляютъ и видоизмѣняютъ пашу жизнь и обусловли-
ваюсь собою движеніе цивилизаціи впередъ, либо наладь. 11 проявленія животной
жизни, будучи болѣе наивны, менѣе сложны, гораздо легче поддаются изученію, в
наблюдателю гораздо успѣшнѣе удается разсмотрѣть эти маленькіе мірки гдѣ-нвоудь па
птичьемъ ,]ворѣ, въ сосѣднемъ кустарникѣ, среди воздуха и водъ.
Въ тѣ времена, когда звѣри говорили, какъ іъ сказкахъ, люди поиимаш вхъ.
Звѣри двурукіе и четырехпалые, голокожіе, пернатые, чешуйчатые не имѣли другъ
отъ друга никакихъ тайпъ. II это взаимное пониманіе было до такой степени полное,
что народъ, имѣющій надъ мудрецами преимущестко вѣрнаго, хотя и безсознательнаго
уразумѣнія вещей, долго еще продолжалъ, да мѣстами и теперь продолжаетъ бесѣдовать
съ животными въ сказкахъ, составляющихъ, быть можетъ, важнѣйшую часть литературы,
истому что опа всѣхъ непосредственнѣе; она не відаетъ собственнаго ііропехокденіа.
Человѣкъ охотно воображаетъ себя «царемъ мірозданія», и даже ею религіи
отправляются отъ этой исходной точки Оно и ноилтио. Когда существо видитъ, что
всѣ лучи сходится въ его взорѣ, всѣ видимости въ ого мозгу превращаются въ дѣй-
ствительность, то, конечно, можетъ подумать, чго онъ центръ всего, цтритъ надъ всѣмъ
Только путемъ долгаго размышленія, безпрестанной провѣрки жизни, человѣкъ успѣваетъ
познать значеніе и относительное мѣсто существъ я равенство всѣхъ фирмъ, развивав-
шихся вьтечеше вѣковъ.
Человѣкъ не можетъ даже изъявлять домогательство на то преимущество, какое
дастъ ему фактъ ею недавняго появленія, т. е., ва то, что онъ являетъ собою послѣдній,
высшій результатъ работы вѣчно дѣятельныхъ силъ природы.
Съ давнихъ временъ, въ- силу физическихъ и химико-фпзаческихь воздѣйствій
земной среды, могли народиться многіе виды. Но Кентону, вапр., весь иіръ птицъ при-
надлежитъ "О своему происхожденію къ періоду болѣе ноздішму, чѣмъ человѣкъ. Да и
среди видовъ, существующихъ съ самыхъ опаленныхъ временъ, развѣ не найдется такихъ,
которые слѣдовали по совершенно другому направленію развитія, чѣмъ человѣкъ, а
между тѣмъ пришли къ такой общественной жизни, которпя пичугъ не хуже тсто хаоса,
въ которомъ все еще мечется человѣчество? Муравьи, пчелы, бобры, луговыя собаки,
которые всѣ живутъ вь счастливыхъ республикахъ, журавли, описывающіе па синемъ
небѣ характерныя линіи своего колета, всѣ этн животныя обладаютъ собственною цичш
лизаціею которая, пожалуй, стоить нашей.
Если оы человѣкъ только руководился примѣрами его товарищей звѣрей, если бы
къ не пользовался ихъ поддержкою въ борьбѣ за существованіе, ели бы, съ другой
10
стороны опъ ил изотэялся въ борьбѣ съ враждебный! ему животными, усиливаясь либо
убѣжать отъ нихъ, либо восторжествовать надъ ними, онъ такъ бы и остался дикимъ
двуногимъ среди четвероногихъ, владѣлъ бы лишь тѣмъ же наслѣдіемъ, что и прочіе
звѣри, и въ его судьбахъ не было бы никакого прогресса; можетъ быть, онъ даже
погибъ бы. Да и ьъ наши дии пе далеко ходить за примѣрами, когда человѣкъ но въ
силахъ устоять въ борьбѣ со своими соперниками.
Въ окрестностяхъ Сингапура плантаціи часто покидались владѣльцами пзъ затоіо,
что люди опасались страшнаго нашествія королевскаго тпгра. Мѣстами въ Іфшіігѣ слоны
Черепъ человѣка і:зъ Гро-ЛІанышъ {въ профиль).
ломясь сквозь лѣса, сокрушая вѣтви деревьевъ и топча обломки вхъ подъ сгонмп
тяжкими стопами, обращали въ бѣгство перепуганныхъ туземцевъ. Но вотъ является
бѣлый и начинаетъ истребительную войну противъ страшнаго животнаго. Въ Коста-Рнкѣ,
въ Гватемалѣ, на берегу Тихаго океана, человѣкъ былъ вынужденъ покинуть нѣкоторыя
мѣстности изъ за вампировъ потому что пе въ силахъ былъ оборонять свой скотъ и
самого себя отъ этихъ кровопійцъ. Наконецъ, человѣкъ иногда долженъ былъ отсту-
пать даже передъ безкопечію-малыми существами, не говоря уже о микробахъ воздуха.
Существуютъ мѣстности, гдѣ комары рѣютъ цѣлыми тучами, доводя до неистовства
всѣ живыя существа, которыхъ опп жалятъ Въ такихъ мѣстахъ никакая Оорьоа съ
20
ппми во была возможна до тѣхъ поръ, пока врачи и энтомологи по изучили роль насѣко-
мыхъ въ переносѣ микробовъ и по указали средствъ борьбы съ ними въ ихъ личивозней
стадіи развитій. На берегахъ озера Плншартрепа, въ нѣкоторыхъ лагунахл Луизіаны,
въ травянистыхъ островкахъ Барь-Э.іь-Газаля, гдѣ живутъ Нуэры и Дспка, нельзя
было бы существовать съ голымъ тѣломъ, по обмазаннымъ густымъ слоемъ глипы.
Черепъ -іеловЬка пзъ .Гро-ІІааьоаь (еп Іасеу.
охры пли зслы
Въ такія мѣстности чело
вѣкъ можетъ попасть лишь ми-
моходомъ и доджей ь немедленно
бѣжать изъ нихъ. Но въ дру-
гихъ мѣстахъ земли онъ могъ
выдержать борьоу, приспосо
биться къ средѣ и. либо сво-
ими единоличными усиліями,
либо путемъ союза съ другими
животными, достигъ того, что
очистилъ себѣ въ мірѣ про-
сторное мѣсто, пріобрѣлъ дѣй-
ствительное владычество яадь
большимъ числомъ животныхъ
породъ, н взялъ явный верхъ
надъ многими другими, пе
успѣвъ пока лишь одолѣть въ
своей борьбѣ за существованіе
только невидимыхъ микробовъ.
Калялось бы, что для су-
жденія о темныхъ вѣкахъ, о ко-
торыхъ не сохранялось ника-
кихъ извѣстій, у насъ пе имѣет-
ся никакой руководящей пити,
а между тѣмъ многочисленныя
поколѣнія людей, жввшпхъ среди ятой тьмы вѣковъ, оставили слѣды свО’ТО существованіи,
достаточные для того, чтобъ ученый могъ создать новую науку—первобытную исторію.
Въ самомъ дѣлѣ, если люди, жившіе до изобрѣтенія письменности, не могли
оставить настоящихъ лѣтописей, и памь неизвѣстны даже имена, которыя ини носили,
языки, иа коюрыхь они выражали свои мысли, то все-таки въ землѣ нашли безчи-
сленные документы:—кости людей и домашнихъ животныхъ, утварь, оружіе, амулеты,
украшенія, всякаго рода отссанныі- камни, изученіе которыхъ дало ьь общихъ чертахъ
картину диі ализащй нашихъ доисторическихъ предковъ. Быть мижегь, рано или поздно
удастся даже установить, хоть въ тѣхъ же общихъ чертахъ, смѣну хренолоіическихъ
періодовъ развитія згихъ первобытныхъ насельниковъ земли, и это ужо пытались сдѣлать
Археологи а теперь могутъ составить рядъ вѣковъ первобытной исторіи, притомъ съ
21
такою полнотою н связностью, какой иногда но хватаетъ писателямъ, часто утрачива-
ющимъ руководящую мысль, благодаря обилію сбивчивыхъ подробностей.
Первобытная исторія, какъ совокупность знаній, связующихъ современнаго человѣка
съ прежнимъ, ставящая пасъ въ соприкосновеніе съ его непрерывнымъ развитіемъ, предста-
вляетъ собою пауку новую, недавняго происхожденія Офиціальное провозглашено- ея
нарожденія относится не далѣе, какъ ко второй половинѣ ХІХ вѣка, когда па англій-
скихъ конгрессахъ Лябелль установилъ, какъ неопровержимый ^іаптъ, существованіе
человѣка н его хозяйственной дѣятолцости въ четверичный періодъ, т. е. въ эпоху,
когда земли и воды бы іи распредѣлены не такъ, какъ въ наши дни, и когда был ь
совсѣмъ иной климатъ. По еще прежде, чѣмъ истина вломилась такимъ путемъ въ
двери конгрессовъ н академій, уже находились отдѣльные труженики знанія, незави-
симые мыслители, которые явно распознали остатки каменнаго періода и истолковали
ихъ смыслъ и значеніе.
Еще въ первой половинѣ XVI вѣка римлянинъ Меркати установилъ петшиіую
п ауру предметовъ вооруженія и ингтрумептохъ, которые, по распространенному повѣрью,
обозначались именемъ «громовыхъ стрѣлъ». Два вѣка спустя, Антуавъ Жюссье написалъ
мемуаръ, опередившій на сто пятьдесятъ лѣтъ офиціальную науку. Бюффопъ тоже гово-
ритъ кое - что, свидѣтельствующее о томъ, что и онъ имѣлъ предчувствія п догадки
по этой части.
Въ то время, каіф Кювье со своими учениками упорно противился всѣмъ нова-
торамъ, но желавшимъ склоняться передъ .казенною наукою, толпа изслѣдователей,
которые тщательнымъ изученіемъ ископаемыхъ остатковъ были приведены къ признанію
человѣка четвертичной эпоха н его промышленности, становилась все многочисленнѣе.
Іімары, Ами-Буэ, Турнали, Шмерлингн, Кристоли, Марсслі-де-Серръ, Бушэ-дс-Иерты,
наконецъ восторжествовазн надъ врагами прогресса, представителемъ которыхъ явилась
школа ученаго (Кювье), оставившаго, однако, великолѣпное наслѣдіе истеріи мысли,
поастнпѣ, всякій прогрессъ, становящійся догматомъ, постепенно вырождается въ тормозъ.
Теперь непрерывное существованіе человѣка, медленно н постепенно ргзвпеавшагося
и совершенствовавшагося съ самыхъ древнѣйшихъ временъ, —эго капитальный и всѣми
призванный фактъ. Можно только задать вопросъ:—какъ великъ тотъ рядъ вѣковъ,
въ точеніе котораго долженъ былъ осуществиться прогрессъ человѣчества въ доисториче-
скія времена?
Въ самомъ дѣлѣ, надо вообразить себѣ вѣка пролаліи, которын предшествовали
выраженію мысли ьь формѣ слова, потомъ вѣка пропирін, т. е. предшествовавшіе изо-
брѣтенію огня, и тогда можно попять, сколько усилій, сколько побѣдъ надо было со-
вершать человѣку, чтобъ перейти изъ первобытнаго звѣринаго состоянія, когда онъ і що
не умѣлъ говорить, не умѣлъ поддержать огня, зажженнаго молніею или вулканомъ,
въ состояніе животнаго высшаго разряда, умѣющаіо выражать свои мысли соотвѣт-
ственными словами и питать священный огонь па очагѣ или алтарѣ въ его хижинѣ.
Время, вь теченіе котораго совершались в смѣняли одна другую эти ступени развитія,
можетъ быть по нимъ раздѣлено на періоды, рѣзче отличающіеся одинъ отъ другого,
нежели періоды нашей писано.' исторіи: древность, средніе вѣка, новые вѣка.
22
Начиная съ тѣхъ отталеппѣйшвхъ временъ, когда пдшн предки овладѣло сл-вомъ,
н потомъ, въ теченія долгихъ вѣковъ, вплоть до изобрѣтенія огня, человѣкъ, побу-
ждаемый измѣняющеюся средою, самъ непрерывно измѣнялся, все бо^гѣ<- и болѣе обо-
собляясь огь животныхъ, которые воспріяли начало вмѣстѣ съ нимъ. ИЗЪ ОДНОГО
общаго источника.
Благодаря слѣдамъ его пребыванія въ пещерахъ и на берегахъ рѣкъ, благодаря
разнообразнымъ остаткамъ его промысловъ ьъ тѣ вѣка, которые предшествовали исторіи,
археологи могли вь общемъ видѣ возстановить и разсказать о его жизни въ разныхъ
частяхъ свѣта, и прослѣдить послѣдовательные моменты его цикидизаши. Они сдѣлали
гаже попытки описать эти различные доисторическіе народы, классифицировать ихъ по
ихъ родству пли по ихъ различіямъ, начертать карту пхъ странствованій и завоеваній,
и отыскать связи въ хаосѣ перепутавшихся народовъ.
Изъ этихъ, столь ревностно произведенныхъ разслѣдованій, вытекаетъ тотъ вели-
кій фактъ, что различные представители человѣческаго рода въ ихъ развитіи, конечно,
ип' гда сопряжеепомъ съ отступленіями назадъ, часто выдавались надъ другими, умѣли
путемъ искусства и изобрѣтательности увеличить свои силы, создать множество пред-
метовъ внѣшней обстановки иэт> камня, дерева, костей, роговъ. Въ первыя времена нашъ
первооытныВ предокъ ограничивался тѣмъ, что просто собиралъ вѣтви, сучья и камни,
какъ вто дѣлали его сородичи обезьяны, л пользовался нтимъ матерьяломъ въ каче-
ствѣ вооруженія н инструментовъ. Это бытъ тагъ возрасть человѣчества, который увѣ-
ковѣчили до нашихъ дней свирѣпые мексиканскіе Сери, у которыхъ вооруженіемъ слу-
житъ круглый камень.
Потомъ начался Эолптическі' періодъ, когда устанавливалось простое пользованіе
камнемъ, періодъ относящійся, быть можетъ, къ средней Эоценовой формаціи. Напнись,
вѣроятно, новаторы, своего рода еретики и огстунникп, котпрые научились употреблять
въ дѣло разной величины и формы камни, вродѣ дубинъ, кинжаловъ, пилъ, сверлъ,
наконечниковъ и другихъ подобій нашихъ орудій; они кое-какъ обравнивали эти качин,
посредствомъ тренія ихь о другіе камни. Очень можетъ быть, что иной разъ обработку
совершали и собственными зубами, если только вѣритъ свидѣтельству Кастаньеды, под-
мѣтившаго такой пріемъ у индѣйцегь-охотниновъ ХА I вѣка
Такое употребленіе первобытныхъ орудій, еще и до сихъ п»ръ мѣстами встрѣ-
чающееся, было истиннымъ началомъ человѣческой промышленности. Начали обрабаты
вать кремневые куски, и археологи находятъ ихь тамъ, гдѣ наши предки ихъ бросали,
очевидно, послѣ пхъ использованія, и гдѣ они оставались на вѣки, благодаря своей
прочноетв, въ то время, какъ вещи изъ дерева и другого непрочнаго матерьяла успѣ-
вали перегнить н разсыпаться. Такимъ образомъ въ англо-французско-бельгійекомъ бассейнѣ
былъ распознанъ и установленъ «рейтельскій» вѣкъ, когда человѣкъ жилъ рядомъ со
мономъ и носорогомъ (ЕІерЬаз апііуипч н Шнпосегоз Мегскіі).
Затѣмъ, нпвыл революціи и постепенныя перемѣны привели за собою вѣка, въ те-
ченіе которыхъ человѣкъ научился обтесывать камни п придавать имъ полезную форму,
обращая ихъ въ орудія труда или защиты и нападенія. Потомъ потянулись вѣка, когда
ремесленники артисты стали изощряться надъ передѣлкою снарядовъ л орудій въ иа-
23
стоящіе предметы искусства, въ драгоцѣнности; это былъ періодъ, предшествовавшій
нарожденію металлической промышленности. Два послѣдніе періода—камня о.бдѣлаи-
ваго и камвя полированнаго, обычно обозначаются названіями палеолитическаго п
неолитическаго
Но каковы были ступепи прогресса между послѣдовательными періодами жизни
первобытнаго человѣчества? Па это можно пока отвѣтить только разными гипотезами,
потому что въ доисторическое время, тянувшееся, быть можегь, милліоны годовъ, пока
но появился Пото Заріеиз и не овладѣлъ планетою, перемѣны окружающей среды
были иногда такъ значительны, что представляли со^ою настоящія революціи, иногда
внезапныя и рѣзкія, иногда постепенныя, по все таки рѣшительныя в дѣйствитель-
ныя. Обитатели земли дол;кны были испытывать на себѣ всѣ эти перемѣны; иногда имъ
приходилось изъ-за нихъ перемѣнять мѣсто жительства, иногда совсѣмъ измѣнять образъ
жизни на мѣстѣ своего нарожденія. Иной разъ людская порода, почти начисто истре-
бленная, бывала вынуждена начинать свое существованіе сызнова и долгимъ н упорнымъ
трудомъ вновь завоевать тотъ прогрессъ, который уже былъ достигнуть предками. Разныя
человѣчества какъ бы принимались послѣдовательно за пробы, попытки жить.
Изверженіе лавы, землетрясенія, провалы, громадныя наводненія, разливы морей
должны были часто совсѣмъ изм Ьнять поверхность земли, и при этомъ истреблять цѣлые
народы, иногда въ полплмъ составѣ. Сколько, въ самомъ дѣлѣ, создалось однихъ только
сказаній о всемірныхъ потопахъ! Къ халдейской исторіи потопа, воспроизведенной въ
книгѣ Бытія, присоединяются такія же сказанія Китая, Индіи, Египта, Новаго свѣта,
въ особенности низменныхъ странъ, подверженныхъ опустошительнымъ разливамъ рѣкъ.
Въ другихъ мѣстахъ, напр., въ вулканическихъ областяхъ, въ «огненныхъ земляхъ» со-
здались другія сказанія, тоже на основѣ предшествовавшихъ событій, сказанія о камен-
ныхъ дождягь, о паденіяхъ горъ, о внезапномъ появленіи пли исчезаиіи озеръ, о про-
валѣ городовъ.
Смѣна ледниковыхъ періодовъ, т.-о. отступленіе и наступленіе линіи вѣчнаго
льда, влекущія за собою погребеніе цѣлыхъ областей подъ снѣгомъ, льдомъ в обломками
камня, тоже была испытана человѣчествомъ послѣ того, какъ оно вышло изъ перво-
бытнаго состоянія. Тіо настоящему земля испытала лишь одинъ ледниковый періодъ,
тотъ, который еще и теперь продолжается въ Гренландіи и на полярныхъ архипелагахъ.
Но при смѣпѣ климатовъ, замерзшая масса воды го выдвигается впередъ, то отсту-
паетъ, и такимъ образомъ, отъ одного времени года до другого, отъ одного цикла врс
мепи до другого, каждый поясъ, примыкающій къ полосѣ вѣчнаго льда, имѣетъ свой
ледниковый періодъ, т.-о. иа извѣстное время занимается льдомъ, а затѣмъ очищается
отъ пего.
Подступы и отступленія льда обусловливаютъ собою настоящія революціи для
всего міра растеній и животныхъ, которыя вынуждены либо отступать передъ льдами,
либо снова идти впередъ. Каждоо изъ этихъ колебаній образуетъ явный этанъ въ
цивилизаціи народовъ, живущихъ по сосѣдству съ вѣчными льдами.
Точныя времена передвиженія полярныхъ льдовъ остаются неизвѣстными, во точная
граница передовыхъ ледниковъ, отходившихъ далеко къ югу во многихъ мѣстахъ очень рѣзко
24
отмѣчена Камни, ііавеаншыо льдами съ сѣвера, изъ Гренландіи, со Шпицбергена, изъ
Скандинавіи, находить въ лѣсахъ среди корнай деревьевъ и въ травяной поросли
луговъ, водъ пластомъ недавнихъ осадковъ. Карты, составленныя геологами Европы
и Сѣверной Америки, явно совпадаютъ н ноказыгаюгъ, до какой степени область оби-
танія людей вь сѣверномъ полушаріи былыхъ временъ была тѣсна п ничтожна но
сравненію съ нынѣшнею. Она стѣснялась еще болѣе тѣмъ, что крупные горные массивы
того времени. Альпы, Пиренеи, Кавказъ были покрыты гораздо болѣе обширными, чѣмъ
нынче, ледниками, и малыя гориыя цѣпи, какъ, напр., Вогезы. Морваиъ, Севсииы,
Карпаты, тоже давали отъ сеоя потоки льда, камней и грязи въ общій ледниковый потокъ.
Возьмемъ для примѣра наилучше изученныя геол-ігами мѣстности Европы, напр.,
ту область Голландіи, по которой нротекаютъ Шельза и Маасъ. Ві тѣхъ мѣстахъ сов-
паденіе періодовъ промышленнаго развитія человѣка съ явленіями вторженія ледниковъ
случилось, по увѣренію ученыхъ, пять разъ. Пятъ разъ за этп время полярные лодннкн
надвигались на сѣверъ Европы, покрывая воды, лѣса и обитаемыя поляны.
Для того, чтобы заключить о жизни древпяго человѣка вь извѣстной мѣстности,
вовсе пѣтъ надобности въ томъ, чтобы тамъ были найдены его кости. Находка ого
орудій, жилищъ, всѣхъ вообще слѣдовъ ею жизни, совершенно достаточна для того,
чтобы это доказать и даже, чтобы вывести болѣе положительныя заключенія, нежели
черезъ находку хорошо сохранившихся череповъ. Первобытные вѣка «дубинки» оста-
пуіея навсегда намъ нсвѣд.оіы, потому что всякая дубника давно успѣла сгнить н
истлѣть и разсыпаться но прахъ; но «каменный вѣкъ» още весь у пасъ передъ глазами
Положимъ, промышленность верхняго олигоцеиа, такъ называемая «Тевеіская»,
считается не вполнѣ возстановленною по образцамъ, добытымъ въ долинѣ Піера и изу-
ченнымъ Буржуа; остается нѣкоторое сомнѣніе насчетъ происхожденія самыхъ лучшихъ
образцовъ, которые талъ были добыты, и которые въ настоящее время хра-
нятся въ Сенъ Жсрмевскомъ музеѣ. Но другіе, очень древніе остатки, какъ, папр.,
кремни изъ Пюи-Курнп. найденные вь Орндьякѣ Рамомъ, пссомнѣнн-і подлмііы,
признаны европейскими археологами. Эти камни, употреблявшіеся нашими отдаленными пред-
ками, принадлежали къ верхнему міоцену; это свидѣтели чрезвычайно почтеннаго прошлаго.
Кремни, найденные въ Кентѣ Престуичтъ на мѣловыхъ площадяхъ тоже большинствомъ
геологовъ считаются несомнѣнно древними, относягоимися къ среднему пліоцвву, который
предшествовалъ четыремъ послѣднимъ спускамъ къ югу ледниковаго пояса. Далѣе шли
другія находки эолитическаго періода, въ Сенъ-Прэ, въ Ретелѣ, въ Мевенѣ, вплоть
до классическихъ іюлдекшй Шолля, Сенть-Ашоля, Мустье, заключающихъ огромное
число орудій и снарядовъ, найденныхъ при раскопкахъ въ средней Европѣ, въ долинахъ
Роны и Днѣпра.
Южная Франція, особенно бассейны Гаронны и Оды, и скаты центральныхъ воз-
вышенностей, дали цѣлый рядъ гнѣздъ дровней человѣческой промышленности, процвѣ-
тавшей во время движеній полярныхъ зеднпковъ взадъ и впередъ. Революціи, поро-
жденныя наступленіями и ѵтступленіямн ледяныхъ массъ на сѣверъ, конечно, причинили
очень важныя измѣненія въ культурѣ южныхъ странъ, однако, не уничтожили ее вполнѣ.
Пустого мѣста, «Ыиіиз'а», какъ выражаются археологи, на югѣ не оыло замѣчено. По
25
въ разныхъ мѣстностяхъ средней Европы случались полныя унпчтожопія цивилизаціи, и
она была насаждаема тамь сызнова колонизаторами, являвшимися изъ исоиустошсиііыхь
мѣстностей.
При раскопкахъ въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ Европы,
ученые какъ бы воочію присутствуютъ при борьбѣ чело-
вѣка съ ледниками Такъ, на равнинахъ Суффолька и
Бедфордшайра, при раскопкахъ въ срединѣ XIX вѣка
найдены несомнѣнные слѣды труда человѣка, стрѣлы изъ
кремня п другія орудія, въ сдояхъ земли, отложившихся
непосредственно вслѣдъ за отступленіемъ ледника, когда
нынѣшнія рѣки но успѣли еще прорыть свои русла, въ
грунтѣ которыхъ найдены эти остатки. Но всего лучше
эти слѣды борьбы человѣка съ ледниками при отвоевыва-
ніи у нихъ почвы Н" мѣрѣ ихъ отступленія, видны въ
Швейцаріи, гдѣ Альпы отзывались па колебанія поляр-
ныхъ льдовъ.
По Рютимейеру (1875 г.) древнѣйшее свидѣтель-
ство пребыванія человѣка леди новой эпохи въ Альпахъ
добыто имъ на берегахъ озера Ветцнкона, гдѣ ему уда-
лось найти и изучать то, что онъ счелъ остатками
корзиночной мастерской, а именно, три палочки, остру-
ганныхъ и заостренныхъ съ одного копца и оплетен-
ныхъ прутнякомъ.
Впослѣдствіи было обращено вниманіе па то,что нѣ-
когда многочисленные въ озерахъ Швейцаріи бобры могли
быть мастерами, обдѣлавшими эти палочки, а переплетъ
ихъ прутиками произошелъ быть можетъ при ударахъ
ихъ волнами о берегь. Иные даже считали эти «корзинки»
простыми сосновыми вѣтками, изъѣденными временемъ.
Какъ бы то ни было, обнаружено были немало
другихъ слѣдовъ существованія человѣка въ
послѣднюю пору ледниковъ, въ тѣ времена,
когда жили два крупные, нынѣ исчезнувшіе
звѣря, ЕІерЬаз ргіші^епіоз н Сегѵиз іа-
гапсіиз. Находки около НІафгаузена напоми-
Колоссалъпая доисторическая статуя
съ о-ва Пасхи.
наютъ о древней Гренландіи. Впрочемъ, не-
чего удивляться тому, что въ горныхъ обла-
стяхъ пропали всякіе слѣды обитанія древ-
ііяго человѣка; здѣсь льды много разъ спускались съ вѣчно снѣжныхъ горъ и при
своемъ движеніи увлекали массы скалъ съ окраинъ ледниковъ, толкали ихъ впередъ и
покрывали ими почву у подножія горъ, иногда на пространствѣ нѣсколькихъ тысячъ
квадратныхъ километровъ, взрывая при этомъ мѣстность, по которой двигались.
26
Ископаемые остатки человѣка трудао сохраняются въ поверхностныхъ слояхъ
земли, и притомъ только при особо благопріятныхъ условіяхъ, вапр., подъ покровомъ
известняковъ; въ такпхъ случаяхъ изслѣдователи находили иногда очень древніе костяки
тѣхъ самыхъ артистовъ, которые обтесывали куски кремня, обсидіана, роговъ ши сло-
новой кости въ теченіе межледниковаго періода и въ позднѣйшія времена. Къ несчастію,
чато такіе остатки выкапывались неопытными липами, которыя пе принимали необхо-
димыхъ мѣръ для того, чтобы обезпечить свов паходкн отъ всякихъ подозрѣній п сом-
нѣній, и пе могли составить точнаго описанія самаго хода пхъ раскопокъ. «Тысячи
доисторическихъ могильниковъ были истреблены», говоритъ Манувріе. Остатки, обломки
были разбросаны, и образцы костей въ музеяхъ, несмотря па огромное число раскопокъ,
произведенныхъ въ пещерахъ, до сихъ поръ не многочисленны.
Об.юмкп, найденные въ нижнихъ слояхъ почвы наыпамвъ, какъ кажется, древнѣе
ледниковаго періода западной Европы, а но всякомъ случаѣ древнѣе такихъ же пред-
метовъ, найденныхъ до нашихъ дней въ Европѣ. Однако же, два коренныхъ зуба чело-
вѣка, найденныхъ въ Таубахѣ, блпэь Всіімара, относятся къ концу пліоценовой ипохв,
предшествовавшей вѣку мамонта и оленя, ко временамъ ЕІерЬаз аішдиия н Кіп-
посегоз Мегскіі. Слѣды огня, кремлей в «отесанныхъ костей и остатки ннщи
еввдѣіельствуютъ о существованіи человѣка къ Европѣ во время третичнаго періода.
Другіе обломки человѣческаго костяка, добытые, напр., въ Хорватіи, въ Крапинѣ
дали возможность археологамъ высказаться нѣсколько іпредѣ.теипѣе объ этихъ отдален-
ный. временахъ; человѣкъ мѣстной расы обладалъ зубами, очень напоминавшими зубное
оборудованіе человѣсоп. дойныхъ обезьянъ.
Благодаря этимъ и другимъ, раньше пайдыіпымъ остаткамъ, ученые спепіалисты
могли сгруппировать людей палеолитической эпохи въ нѣсколько расъ, пзъ которыхъ
древнѣйшая, такъ называемая Спи Неандертальская, (по двумъ мѣстамъ находокъ: Спи,
въ бассейнѣ р. Мозеля в Веандергаль, на Рейнѣ) отличается сильно выдающимися
бровными дугами, настоящими иавѣеамн надъ глазами, и плоскимъ черепомъ, очень
напоминающимъ этою чертою большихъ обезьянъ. Эту расу пи ІПвальбе, надо бы раз-
сматривать скорѣе какъ промежуточную между человѣкомъ и питекантропамъ (см выше),
нежели какъ предка современнаго человѣка. Въ генеалогическомъ древѣ высшихъ живот
пыхъ эта раса должна составіять совсѣмъ особую вѣтвь.
Впльзеръ предложилъ выдѣлить въ особую расу скелетъ, найденный въ 1902 году
въ Лифлявдін, близъ Впйеека; черепъ этого скелета превышаетъ по діввѣ всѣ дрѵгіе
человѣческіе тяпы (0,67).
Что касается до Кро-Мавьонскаго человѣка, жившаго въ Магдалпнпнскую эпоху
въ пещерахъ Первгора и Лимузена (Франція), то это былъ несомнѣнный проді-тавитсль
человѣческой расы; онь облагалъ высокимъ ростомъ, высокимъ лбомъ, благообразіи
закругленнымъ черепомъ, и отличался истыми художественными талантами Эта Кро-
маньонская раса вначалѣ была, повидимому, очепь лютая п свирѣпая, пе задумыва-
вшаяся нп умирать, ни причинять смерть; по потомъ опа, кажется, достигла ысшей
степени культурности, съ точки зрѣнія искусства, такъ что въ этомъ смысл Ь превзошла
всѣ другія расы неолитическаго вѣка.
27
Авторы, разрабатывавшіе гипотезы, относящіяся къ доисторическимъ расамъ, сти-
раются разгадать условіи происхожденія и среды, въ которыхъ жили разныя племена,
становища которыхъ открыты изслѣдованіями. Но въ разини, теоріяхъ слиткомъ много
занимаютъ мѣста личныя мнѣнія, такъ что пѣгъ возможности остановиться на точныхъ
выводахъ въ такомъ сбивчивомъ вопросѣ. Во всякомъ случаѣ, ничто не доказываетъ,
чтобы въ размѣрахъ мозга и формѣ черепа у человѣка замѣчался постоянный, пра-
вильный и непрерывный прогрессъ. Вѣроятнѣе будетъ предположить даже обратное.
Вопреки общеиу мнѣнію, вмѣстимость черепа со временъ палеолитическихъ вовсе
не возросла. Большинство ископаемыхъ череповъ превышаютъ п<> своей вмѣстимости
современные. Можетъ быть, это зависитъ отъ того, что паши предки четвертичной эпохи
пе имѣли никакой возможности жпть такъ, какъ большинство нашихъ современниковъ.
Борьба за существованіе была гораздо лютѣе, разнообразнѣе, требовала болѣе постоян-
ныхъ усилій, высшаго присутствія духа, высшей изобрѣтательности, находчивости. Исторія
человѣчества указываетъ на вѣчныя колебанія выигрыша и проигрыша въ ситѣ, ловкости,
остротѣ чувствъ, духовной мощи, и въ исторіи обществъ ихъ совокупный прогрессъ
могъ совпадать іъ далеко не высшимъ развитіемъ отдѣльныхъ личностей.
Были уже дѣланы попытки опредѣленія мѣры времени, которыя могли би послу-
житъ хоть какими-нибудь точками опоры для исторіи человѣка вь вашихъ умѣренныхъ
климатахъ сѣвернаго полушарія.
Приблизительныя исчисленія, сдѣланныя надъ осадочными пластами аллювія въ
озерѣ Четырехъ Кантоновъ (Фирвальдштетеког оз.) и на Тунскомъ озерѣ дали геологу
Хейму іб.ыОО лѣтъ, а Брюкнеру и Беку—15.000 лѣтъ, какъ время, протекшее отъ
послѣдняго отступленія линіи полярнаго ледника въ Швейцаріи.
Вь Соединенныхъ Штатахъ, остатки ледниковыхъ осадковъ, обозначающіе линію
наступленія ледника, тянутся стѣною отъ Лоигъ-Айленда къ берегамъ Охайз и Мичигана,
а потомъ на западъ до границъ Канады у подошвы Скалистыхъ горъ Но размѣрамъ
разрушенія, причиненнаго дождями п рѣками въ «тихъ кучахъ остатковъ, геологи раз-
личію исчисляли время, начиная съ котораго льды «великой зимы» начали отступать
къ сѣверу, оставляя морену, залегавшую вкось черезъ Американскій материкъ. Самыя
ііедавиія исчисленія указываютъ 10.000 лѣтъ до нашего времени, а Уинчелль опредѣляетъ
тотъ же срокъ вь 78 столѣтій.
Рѣчиые наносы, хотя п являются мѣриломъ ненадежнымъ, толю служили
способомъ для опредѣленія вѣка человѣчества. Такъ, въ дельтѣ Нила нашли горшки,
покрытые сдоями ежегодныхъ осадковъ, по которымъ можно было высчитать, что эти
останки труда человѣческаго восходятъ за 15.000 лѣтъ до нашего времени. Такія же
наблюденія были сдѣланы въ плювіальныхъ пластахъ Миссисипи. Но опять-такн ио-
вторяемъ, эти исчисленія ненадежны и не точны, и до новой тщательной провѣрки не
могутъ служить существенною точкою опоры.
Какъ бы то ни было, періода временя, указываемые намъ наблюдателями и будто бы
протекшіе вь новѣйшія геологическія эпохи, т. е. эпохи образованія нынѣшнихъ рѣкъ,
совершеяно ничтожны по сравненію съ десятками, сотнями тысячъ гоаоьъ, которыми,
такъ сказать, играютъ спеціалисты по доисторической археологіи, когда опи намъ ловѣ-
28
ствуютъ о вѣроятной продолжительности временя, какое понадобилось пашамъ предкамъ
для того чтобы подняться изъ состоянія эолитической цивилизаціи до изобрѣтеніи пись-
менности. Притомъ они ведутъ свои вычисленія, какъ бы исходя изъ того положенія,
что природа удовлетворилась своимъ псрвосозданиымъ человѣческимъ типомъ, и вела
его безъ перерывовъ, безъ поправокъ, сквозь рядъ наслѣдовавшихъ другъ другу пспо-
дѣній питекантроповъ и людей. Но кто намъ поручится, что земная энергія не прини-
малась за это дѣло нѣсколько разъ все сызнова, прежде чѣмъ создала, наконецъ, родъ
человѣчзскій, обладающій достаточною жизнеспособностью, который, постепенно прогрес-
сируя. созвалъ наконецъ самъ себя в все окружающее, и иачадь на себя смотрѣть,
какъ на «душу Земли?»
Имѣется только одинъ достовѣрпый фактъ, который свидѣтельствуетъ о чрезвы-
чайной продолжительности существованія человѣчества на планетѣ:—зоологическій видъ «ч<
довѣкъ» является передъ намн распространившимся съ незапамятныхъ временъ по всей
поверхности земного шара.
Въ началѣ письменной исторіи, пмалѣ, которое въ вныхъ странахъ отступаетъ отъ
вашею времени за десять тысячъ лѣтъ, а въ впыхъ всею за нѣсколько вѣковъ, смотря
ио времени изобрѣтенія письменности у цивй дпзоваиныгь пародовъ, арійцевъ, сомитовъ,
ту ранцевъ, всѣ материки уже были заселены почти по всему игъ протяженію, а вмѣстѣ
съ ними и расположенные около нихъ большіе острова. Ненаселенными, какъ и нынѣ,
оставались только безплодныя горы, полярныя пространства, покрытыя льдомъ и снѣ-
гомъ, болота п трясины, пески и каменистыя мѣстности, лишенныя растительности.
Въ Азіи ве найти мѣстности, куда не пытались бы проникнуть кочевники, арабы,
монголы, гдѣ бы они временно не обитали послѣ грозовыхъ ливней, сопровождающихся
появленіемъ обильной растительности.
Правда, въ Аравіи есть пустыри, особенно на сѣверѣ Халрамаута, куда пикто не
отваживался провіквуть, глазнымъ образомъ изъ-за сыпучип песковъ, въ которыхъ
человѣкъ засасывается въ нѣсколько минутъ
Въ Африкѣ остались необитаемыми за все извѣстное намъ историческое время
многія мѣстности Сахары, какъ, папр., на западѣ Египта, за его послѣдними оазисами
Фарафрехомъ, Харгэ и Доходенъ; здѣсь тянутся на протяженіи тысми верстъ, п»
направленію къ Тибести, ряды мрачныхъ дювъ.
Дюны Игидп въ западной Сахарѣ точно также старательно обходятся караванами
Равнымъ образомъ «Чрево Пустыни», страшный Джуфъ, лежащій къ сѣверо-западу отъ
Томбукту и лредставляющій собою, по всей вѣроятности, солончаковую впадину, тоже
избѣгается людьми, грозя имъ голодомъ и ужасами чего-то невѣдомаго.
Но внѣ этихъ дѣйствительно необитаемыхъ областей люди распространились
повсюду, по всѣмъ материкамъ Стараго и Новаго свѣта, до самыхъ окраинъ, до «концовъ
свѣта», и перебрались черезъ море, населивъ большую часть острововъ а архипелаговъ
Безчисленныя группы острововъ Полинезіи постепенно заселились щ-чзи всѣ
подрядъ, вплоть до Низменныхъ острововъ, едва видимыхъ па широкомъ просторѣ моря,
и до уединеннаго острова Пасхи, гдѣ удалось найти почти грандіозные- остатки доисто-
рической цивилизаціи.
29
Полное заселеніе матервю выть пространствъ свидѣтельствуетъ о длпнн1 ыъ рядѣ
вѣковъ. въ теченіе которыхъ различныя расы человѣческаго рода распростравялнсь но
свѣту. Трудно себѣ и представить, до какой степени была тягостна колонизація, прежде
чѣмъ черезъ лѣса и болота были проложены дороги, прежле чѣмъ научились дѣлать
суда п плоты для переправы черезъ морскіе проливы.
И несмотря на это, человѣчество все-таки разселялось съ одного копца земли до
другого, частью медленно и постепенно, путемъ размноженія, частью одновременными
гуртовыми переселеніями на большія разстоянія отъ родины Теперь мы съ удивленіемъ
видимъ на обоихъ группахъ мзтервковъ народцы, видимо принадлежащіе къ одному
корню, говорящіе родственными языками, а между тЬмъ отдѣлепныі другъ ѵтъ друга
па тысячи верстъ и остающіеся ввѣ всякихъ взаимныхъ сношеній, которыя свидѣтель-
ствовали бы о ихъ древнемъ родствѣ.
Ио существуютъ также многочисленныя группы, которыя увѣковѣчили свое пре-
бываніе на одномъ мѣстѣ въ теченіе безконечнаго ряда вѣковъ п которыя, поэтому, могутъ
считаться истыми аборигенами тѣхъ мѣстностей Таково большинство американ-
скихъ племенъ, которыхъ натуралистъ Агассисъ былъ склоненъ разсматривать, какъ племя,
созданное особо и отдѣльно отъ человѣчества Стараю свѣта.
Ути группы туземцевъ, людей «отъ земли рожденныхъ», обычно живутъ въ
мѣстностяхъ, обладающихъ особыми характерными условіями климата н почвы Въ этой
особой внѣшней обстановкѣ обитатели должны принимать особый образъ жизни,
отличный отъ образа жизни ближайшихъ сосѣдей
Такія племена очень втжно подвергать особо тщательному изученію, чтобы по
симъ успѣшнѣйшимъ образомъ установить могучія и прочныя воздѣйствія среды,
измѣняющейся лишь съ крайнею медленностью и постепенностью, и соотвѣтствени>-
воздѣйствующі-б и на индивидуумовъ, и на человѣческія группы. Группы, подверженныя
такимъ вліяніемъ, являютъ собою какъ бы человѣческое существо громадныхъ размѣ-
ровъ. живущее въ теченіе чрезвычайно .длиннаго періода времени.
Каждый періодъ въ жизни народовъ со-
отвѣтствуетъ измѣненію среди (внѣшнихъ
условій).
ГЛАВА П.
Классификація общественныхъ факторовъ.-Холодъ и жара. — Сухость и влаж-
ность.—Горы и степи,-Лѣса.—Острова, болота, озера--Рѣки,—Море.—Контрасты
среды.—Сами люди представляютъ для человѣка среду.
«Разнообразіе земной поверхности создали различія въ исторіи человѣчества» го-
воритъ Дроммондъ, и каждая черта вызывала среди безконечнаго разнообразія вещей
соотвѣтствующее явленіе. Де-Грифъ говорить коротко: «жизнь есть соотвѣтствіе съ
средой». Наконецъ, Іерингъ выражается такъ: «п-чва —это весь народъ».
Таково основное Положеніе иезоюгіи, или науки о средѣ —положеніе, высказанное
еще болѣе 2,000 лѣтъ тому назадъ Гиппократомъ передъ сго учениками въ Аішвахъ.
Общія истины, выраженныя имъ, были съ тѣхъ норъ повторены н дополнены многими
писателями, кдьі. напримѣръ; Момтенсыъ Монтескье, Боденомъ, но такъ мало обосно-
ваны, что не примѣнялись серьезно вь географіи и исторіи Только въ девятнадцатомъ
вѣкѣ начались систематическія наблюденія, которыя въ совокупное и приняли названіе
«науки», раньше, чѣмъ онп того заслужили; но крайней мѣрѣ, была описана въ пре-
красныхъ монографіяхъ среда, но которой стараются опредѣлить историческое происхо-
жденіе народовъ Іудеи, Греціи, Италіи.
31
Недостаточно признагъ вліяніе природы на челтвѣка вообще; нужно еще указать,
вь чемъ именно проявляется вліяніе каждаг» отдѣіыіаго условія среды. Поэтому учены
новѣйшихъ временъ продались самому тщательн му нзслѣдоьанію и изученію этихъ
условій, распредѣляя игъ по степени вліянія на человѣка.
Школа Ле-Плей особенно много внесла въ вти стремленія классифицировать фак-
торы, опредѣляющіе дѣятельность человѣка, и де-Турвиль, развивая теорію своего
учителя, составилъ классификацію всѣхъ этихъ факторовъ. Зга школа считаетъ, что
трудъ де-Тургиля <вспомогательное средство, такъ же п цвмнувшео соціальную науку,
какъ подгвпула химію ея иомеклатура», что это ^точное и полное орудіе, посредствомъ
котораго быстро и вѣрно анализируются самыя сложныя общества». Это слишкомъ
сильно сказано; это орудіе приносить большую пользу ьъ рукахъ того, кто ищетъ съ
его ч-мошью свѣдѣній объ извѣстныхъ ужо соціальныхъ группахъ: но оно можетъ сдѣ-
латься очень опмяымъ, когда сго примѣненіе не нитчинсно подробному званію мѣстной
географіи п исторіи; потому что значеніе факторовъ представляй гея не ьь правильной,
постои иной послѣдовательности, а измѣняется съ временемъ п мѣстомъ въ каждомъ
народѣ и индивидуумѣ. Здѣсь холодъ, бури, волны являются главными двигателями людей:
тамъ—жаркое солище я мягкій вѣтерокъ.
Классификація соціальныхъ факторовъ де-Турвиля распредѣляется на двадцать
ііять отдѣловъ, и удивительно прежде всего, что эта таолица не устанавливаетъ различія
между условіями, кот ірымъ подчинены всѣ люди, независимо отъ степени ихъ культуры,
и условіями, примѣнимыми только кь соврсмсшіому человѣку.
А между тѣмъ, есть очень существенное различіе между условіями природы, кото-
рыхъ нельзя избѣгнуть, и принадлежащими къ искусства ому міру, которыхъ можно
избѣжать и даже совсѣмъ но призвавтть. Почва, климатъ, родъ труда и пэщи, кровна
р<ідствп п союзы, формы группировки,-—вотъ первыя условія, вііяющія па жвань ка-
ждаго человѣва. какъ и каждаго животнаго; тогда какъ заработокъ, покровительство,
торговля, государственный надзоръ —второстепенные факторы, которымъ общество не
было подчинено въ первобытныя времена.
Правда, часто искусственная сторона жпзви подавляетъ въ человѣкѣ естествен
>ыя условія жизни; тѣмъ не менѣе, въ классификаціи, носящей общій характеръ, на
нервомъ мѣстѣ должна стоять среда котерчя .мѣла опредѣленное вліяніе па перво-
бытное населеніе. Нужно сначала изучить статическія условія среды, а татвмъ уже
разсматривать динамическія.
Во главѣ первоначальныхъ факторовъ нужно, конечно, поставить явленія темпе-
ратуры съ ея значительными колебаніями —отъ крайняго холода до крайней жары,
нерѣдко равно смертельными, и ихъ прямыя слѣдствія: сухость почвы или ея влажность.
Статистическія г.арты ясно показываютъ, что климатъ распредѣляетъ людей на повер-
хности земного тара, группируя ихъ густыми массами въ тропической полосѣ и умѣрен-
ной, если только мѣстности хорошо протоны, и, наоборотъ разрѣжая населеніе ледя-
ныхъ странъ, оставляя даже сонершинно но засоленными гѣ мѣста, гдѣ въ чиловѣче
ег.оиъ тѣлѣ не шлютъ поддерживаться сго жизненная теплота.
Въ общимъ. плотность насозевія своими коптраставп воспроизводитъ плиматпче-
32
гкіп контрасты; около потюс''въ изотерма 0° почти точно совнадаеть съ границей, до
которой природа сдѣлала возможнымъ существованіе человѣка. Почтп всѣ сѣверный не-
обитаемые острова лежатъ въ поллріьні ало граничащей съ пею области, среди тума-
новъ іі вьюгъ, снѣговъ и льдовъ: переселявшіеся пароды, оттѣсненные геологическими
переворотами іпп другими народами, или инстинктивно избѣгали этихъ ужасныхъ мѣстъ
или погибли ранѣе, чѣмъ успѣвалп приспособиться къ этой суровой средѣ, гдѣ, однако,
въ нѣкоторыхъ исключительныхъ мѣстностяхъ,—па почвѣ, удобренной ыпиіоиами пла
тающихъ птицъ выростаюгь злаки въ пятъ метровъ вышины. Семьи эскимосовъ живутъ
на сѣверѣ до соленія Эта (ІІта) на разстояніи 1,300 километровъ отъ полюса и со-
провождали путешественника Пиря въ его научныхъ экспедиціяхъ еще гораздо далѣе па
сѣверъ: на югѣ море остановило представителей человѣаоскаго рода гораздо ближе къ
экватору: къ Огненной землѣ за 3,ь00 километровъ отъ южнаго полюса.
Не очевндио-ди въ обоихъ полушаріяхъ, что человѣкъ избѣгаетъ полярныхъ остро-
вовъ вслѣдствіе ихь холода, н возможно ли отрицать тутъ рѣшительное вліяніе среды?
Прежде чѣмъ человѣкъ ьъ извѣстной стелена освободился съ помощью вауки отъ вліянія
климата, і-нъ не могъ проникнуть сѣвернѣе маленькихъ эскимосскихъ поселеній въ ужас-
ную область П'чярнаго холода, болѣе недоступную, чѣмъ древній халдейскій рай. Теорія,
утверждающая, будто человѣкъ, располагая врожденной силой, вполнѣ независимъ пть
среды, совершенно расходится съ наблюдаемыми фактами, і: пикто уже по имѣетъ права
повторить слова Гобпно- «достаточно было-бы, чтобъ бѣлые люди, саяыо чистые, самые
умныя, самые сильные поселились, вслѣдствіе непреодолимыхъ обстоятельствъ, среди по-
лярныхъ льдовъ или подъ лучами сКватора. и всѣ идеи, всѣ стремленія, вся дѣятель-
ность сосредоточились бы тамъ*. Опытъ опровергнулъ эту смѣлую мысль, и еще не-
давно среди полярныхъ странъ, въ экспедиціяхъ, состоявшихъ изъ путешественниковъ
той расы, которую Гобияо такъ превозносить, появлялось людоѣдство и даже случаи,
когда слабые предавались смерти. Офиціальныя разслѣдованія естественно упомянули
вскоіьзь объ этихъ мрачныхъ фактахъ.
Эскимосы ніи аниупты, т. е. «люди» Сѣверной Америки, такъ же какъ лап-
ландцы Европы, самоѣды и чукчи Азіи носятъ на всей своей личности, иа всемъ образѣ
жизни яркую печать господствующаго вліянія холада. Во-первыхъ, они очень малочисленны,
что зависитъ отъ скудости арктической земли, покрытой льдами на большей части про-
странства. Па протяженія семи тысячъ километровъ, приблизительно, съ запада на во-
стокъ, отъ юсточнзго берега Гренландіи до стрэпы чукчей въ Сибири, па площади почти
въ двадцать тысячъ квадратныхъ калпмегровъ, въ сорокъ разъ большей, чѣмъ Франція,
живетъ менѣе пятидесяти тысячъ эскимосовъ чистой или смѣшанной крови, и среди нихъ
навѣрное но ботѣе тысячъ пятнадцати туземцевъ, которые, живя совсѣмъ въ сторонѣ отъ
европейцевъ, сохранили чистую кровь. Страна эскимосовъ, сравнительно съ остальной
землей, въ четыре-пять тысячъ разъ менѣо населена.
Эти сѣверные жители такъ разбросаны, что по многихъ мѣстахъ группы пть по-
теряли одна другую изъ вида, не вѣдаютъ о существованіи одна другой. Такова была
самая сѣверная группа гренландцевъ, состоявшая человѣкъ изъ двадцати н бродившая
въ ледяныхъ пустыняхъ сѣвера между проливомъ Смита п Ледовитымъ океаномъ. Въ
33
1818 году Россъ встрѣтилъ игъ па берегу Ита, къ сѣверу отъ залива Ммьвилля; они
били поражены видомъ другихъ людей, приняли пхъ за существа, спустившіяся съ лупы
или вышедшія изъ океана, воображая, что они одни представляютъ собою всо чело-
вѣчество. Мертвыя пространства, на которыхъ бродятъ эскимосы, очепъ скупо доста-
вляютъ имъ необходимыя средства для существованія. Поэтому мало вѣроятно, чтобъ
эти племена родились въ ледяныхъ странахъ, гдѣ теперь живутъ; развѣ что мѣстный
климатъ охлаждался постепенно, заставляя туземцевъ безпрестанно примѣняться, измѣ-
нять образъ жизни, соотвѣтственно окружающей природѣ. Предполагаютъ, что жители
Дальняго Сѣвера были постепенно оттѣснены къ берегамъ Ледовитаго океана, и многіе
Эскимосъ въ споем ъ каякъ.
археологи считаютъ ихь потомками людей магдалѵнской эпохи, послѣдовавшими за
сползавшими ва сѣверъ льдами.
Вь своемъ движеніи эскимосы очевидно руководились исканіями мѣстъ охоты и
рыбной ловли: ѵни послѣдовали за мускусными быками, китами, моржами и тюленями. Гдѣ
пѣгъ слѣдовъ этихъ животныхъ, пѣтъ и никакихъ признаковъ жизни вннуптовъ,
какъ, ніпр., въ полярномъ сѣверо-западномъ архипелагѣ.
Въ тѣ времена, когда исторія впервыо упоминаетъ объ эскимосахъ, оня жили
еще въ -.трапахі, нѣсколько минѣе суровыхъ по климату. Девять вѣковъ тому назадъ,
когда норманны .«садились гораздо южнѣе страны нынѣшнихъ и инуитовъ, ва берегахъ
Геллюлавда н Винланда, оня вступали въ борьбу вс съ алгонкинами — краснокожими
охотниками, а съ скреллингерами, то-есть коралагами, настоящими эскимосами, род-
ственными эскимосамъ полярнаго архипелага.
Въ настоящее время, граница между упомянутыми двумя племенами рѣзко опре-
ЯПИЗЕ РККЛЮ	3
31
дѣлена п соотвѣтствуетъ особенностямъ природы. Есть поговорка: «Индѣецъ тамъ, гдѣ
деревья, а гдѣ начинается мохъ, тамъ начинается эскимосы. Въ восточной Америкѣ
истребительныя войны обозначили
ныхъ эскимосовъ. У южныхъ
эту границу пролитою кровью. «Земля слишкомъ
ма.іа.іля обѣихъ расы» —говорилъ одинъ
эскимосъ путешественнику Боасу. И
развѣ но эти слова повторяютъ во всѣхъ
копцахъ міра всѣ расовые п классовые
враги?
Вліяніе среды ярко выражается во
всемъ, даже въ наружности чистокров-
гренландцевъ его труднѣе замѣ-
титъ, такъ какъ они почти всѣ
вмѣшались съ датчанами и под-
чинились чужимъ политическимъ
и религіознымъ вліяніямъ. У на-
стоящихъ ипнувговъ удлиннен-
ная форма головы, п<> оезъ силь-
ныхъ выпуклостей; ихъ уши плот-
но прилегаютъ къ головѣ, волосы
густые, жирные; носъ широкій,
плоскій настолько, что не вы-
дается надъ скулами; маленькіе
глаза нѣсколько стянуты, опу-
шены густыми рѣсницами; п»ги
и руки, закругленной формы, не
обнаруживаютъ никакой муску-
листости. ппн сани, въ своихъ
толстыхъ, кожаныхъ одеждахъ
походятъ на шары, и на ходу
Сравпеніѳ типовъ и череповъ настоящаго и нити та
и краснокожаго алгоекппа изъ Лабрадора.
кажется, что -чій катятся
Подобно тому, какъ наѣзд-
никъ, конюхъ или жокей прі-
35
обрѣтаетъ сходство съ лошадью, эскимосъ, постоянно охотящійся на китообразныхъ, пред-
ставляетъ удивительное сходство съ филономіей тюленя, плоское лицо съ рѣдкими тор-
чащими усами, кроткое, нѣсколько испуганное выраженіе, общее впечатлѣніе чего-то
жирнаго. 11 характеръ его доходитъ на тюленій, съ перемежающимися періодами лѣни
и напряженной дѣятельности.
Зіщащаясь толстой одеждой снаружи, эскимосъ и внутренно долженъ согрѣваться
такимъ количествомъ пищи, о которомъ большинство европейцевъ не имѣетъ и пред-
ставленія. Эскимосъ — имя, которое у называющихъ его такъ индѣйцевъ означаетъ
«сыро-ѣдъ»—поглощмгь безъ передышки 30, 12,14 килограммовъ жира, мяса, масла.
Правда, это необыкновенное объядѣніе чередуется часто съ продолжительнымъ по-
стомъ,— менѣе опаснымъ, впрочемъ, для здороиья.
У лабрадорскихъ иннунтовъ голодовка, продолжающаяся нѣсколько дней, является
главнымъ испытаніемъ, окончательнымъ экзаменомъ для молодыхъ людей передъ тѣмъ,
какъ опн допускаются вь общество зрѣлыхъ людей: передъ ними ставится обильное,
сочное кушанье, но опи ие дотраіпваідая до него-
Устройство жилища, одежда и пища опредѣляются условіями среды. Въ нѣкото-
рыхъ мѣстностяхъ, особенно въ южной Гренландіи, жители при постройкахъ своихъ
хижинъ пользуются стволами деревьевъ, прибиваемыми сюда теченіемъ; въ другихъ мѣ-
стахъ. въ восточной Гренландіи, употребляются камни; но властное вліяніе климата
заставляетъ всѣхъ строителей углублять эти деревянныя или каменныя жалища въ землю
и обкладывать стѣны дернемъ и мхомъ, а выходящія на поверхность части стѣнъ сна-
ружи защищать еще и плотными слоями снѣга. Во многихъ мѣстностяхъ сѣверное
страны эскимосовъ, круглая хижина, въ которую проникаютъ ползкомъ черезъ узкій
корридоръ, сдѣлана цѣ гикомъ изъ снѣга, и въ ней, въ продолженіе нѣсколькихъ зимнихъ
мѣсяцевъ ютится до десяти семействъ. Они сидятъ въ ней безо всякой одежды, про
тускломъ свѣтѣ плошки, въ удушливой атмосферѣ, которая еще заражается, вдобавокъ,
скопленіемъ нечистотъ. Кажется, невозможно выжить въ подобной обстановкѣ, но къ
чему не пріучается человѣкъ? Скупщики мѣховъ, миссіонеры, какъ, напримѣръ, Петято
проводили по нѣсколько мѣсяцевъ вь этихъ ужасныхъ логовищахъ.
Когда лѣтнее солнце освобождаетъ этихъ заключенныхъ, они разрушаютъ хижину,
и талая вода уноситъ всѣ останки
Понятно, климатъ препятствовалъ иинуптамъ во всѣхъ попыткахъ земледѣлія, и
съ іромадвымъ трудомъ только недавно удалось имъ поработать землю на нѣсколышхь
небольшихъ площадкахъ. Изъ раститеді вой пищи эскимосовъ только н есть нѣкото-
рыя ягоды, горькіе лишаи, растущіе на скалахъ; кромѣ того, оии ѣдятъ непсрсвари-
вшуюея зелень, которую находятъ въ кишкахъ оленей.
Иннуиты питаются почти исключительно животной пищей, добываемой охотой, рыбной
ловлей или посредствомъ разведенія стадъ. Чукчи имѣютъ оолыпіо стада оленей; лабра-
дорскіе эскимосы живутъ большей частью охотой; эскимосы Баффиновой земли охотятся
за сѣверными оленями и мускусными быками, такъ какъ береговые льды простираются
такъ далеко, что препятствуютъ употребленію лодокъ для рыбной ловли. Но гренланд-
скіе эскимосы, живущіе у глубокихъ морей, на берегахъ, омываемыхъ прибрежнымъ
36
теченіемъ, занимаются почти исключительно охотой па тюленей, причемъ обнаруживаютъ
удивительную инстинктивную ловкость, подбираясь къ своей добычѣ и лѣтомъ на сво-
бодномъ морѣ, и зимой, когда тюленя скрываются подъ льдомъ.
Орудія эскимосовъ, предназначенныя для пораженія этихъ животныхъ, скрывающихся
въ воду, прямо изумительны по искусству и приспособленности. Эскимосскіе артисты другъ
передъ другомъ отличаются въ рисованіи, точеніи, особенно же въ рѣзьбѣ и гравировкѣ
(Паунъ). Говорятъ даже, что изобрѣтательность эскимосовъ Аляски выразилась въ
открытіи спирали и, такимъ образомъ, вь дѣлѣ механики пошла дальше, чѣмъ у гре-
ковъ, славящихся своей изобрѣтательностью! Они примѣнили короткую спираль, равно-
мѣрно завернутую справа налѣво, на концахъ ихъ стрѣлъ.
Но несмотря на удивительную ловкость охотниковъ, они часто остаются безъ
дича. Голодъ, ужасный голодъ, наступаетъ порой и, всегда угрожающій эскимосамъ, онъ
объясняетъ многія черты ихъ нравовъ, непонятныя для осѣдлыхъ племенъ, которыя
могутъ разсчитывать ва ежегодный урожай. Семейныя узы связываются и разрываются
въ зависимости отъ требованій охоты и рыбной ловли.
Въ поселеніи Пойнтъ-Барроу принято, что мужъ можетъ развестись съ женой, слиш-
комъ слабой для того, чтобы слѣдовать съ экспедиціями въ качествѣ носильщицы; оиа
остается въ колонія со стариками и дѣтьми, а мужъ беретъ съ собой другую женщину,
болѣе сильную, способную перенести всѣ труды и опасности путешествія.
Иногда общая опасность заставляетъ ловцовъ локипуть больного или раненаго
спутника такъ же, какъ въ бурю европейскіе матросы въ отчаяніи оставляютъ упавшаго
въ море товарища. Какъ во всѣхъ странахъ міра, случаи людоѣдства бываютъ па дале-
комъ сѣверѣ во время полнаго голода; по во многихъ инпуптскяхъ общинахъ онн но-
сятъ характеръ правильно установленныхъ жертвъ для общаго блага. Нерѣдко родители
умерщвляютъ себя голодомъ, чтобы дать пищу дѣтямъ. Матери жертвовали иногда сво-
ими грудными младенцами для семьи.
Нѣсколько лѣтъ тому назадъ были найдены залежи золота въ Клондайкѣ, на
берегахъ рѣки Юкона и на мысѣ Номѣ, и экономическое состояніе внпуитовъ, доставля-
ющихъ бѣлымъ золотоискателямъ рыбу и жиръ, сразу измѣнилось. Мѣстные чукчи разбога-
тѣли и могутъ содержать своихъ родителей; по прежде старцы, неспособные слѣдо-
вать за сильными на охоты, передъ угрозой голодной смерти въ уединенныхъ поселе-
ніяхъ, сами просили смерти, и въ такихъ случаяхъ дѣти п ближайшіе друзья должны
были, согласно обычаю и собственнымъ чувствамъ, совершать это убійство.
Въ Пойнгь-Барроу ужасная церемонія пе кончается убійствомъ:—трупъ отдается
ва съѣденіе собакамъ, которыя въ свою очередь съѣдаются общиной, чтобы душа умер-
шаго избѣгла злыхъ духовъ п послужила бы па пользу живымъ.
Послѣ этихъ мрачныхъ обрядовъ слѣдуетъ продолжительный постъ и молчаніе, и
долго потомъ еще избѣгаютъ въ разговорѣ такого сочетанія слоговъ, которое могло бы
напои нить имя умершаго.
Несмотря па эти драмы, неизбѣжное слѣдствіе голода, эскимосы, въ силу необ-
ходимой для нихъ взаимопомощи, солидарнѣе всѣхъ другихъ пародовъ. Они очень разго-
ворчивы, откровенны, охотно посѣщаютъ сосѣднія хижпаы и деревни.
37
Когда у нить достаточно запасовъ, а охота и рыбная ловля не занимаютъ всего
времени, они охотно пускаются въ путь за нѣсколько сотъ километровъ, чтобы на-
вѣстить друзей.
Всякій чужестранецъ имѣетъ право на пріютъ въ ихъ хижинѣ.
Эта природная доброта, лта полная солидарность, которая влечетъ человѣка къ
человѣку—являются правиломъ у алеутовъ и гренландцевъ.
Ваши предки временъ греко-римскаги періода и среднихъ вѣковъ нредставляли
себѣ жару въ тропическомъ поясѣ слишкомъ сильною, чтобы люди могли тамъ жить
считали этотъ дѣйствительно жаркія климатъ настолько знойнымъ, что люди оуквально
жарятся въ немъ, и чеоная кожа негровъ служила какъ-бы подтвержденіемъ такого мнѣнія
Дальнія плаванія Колумба, Ваеко-де-Гача, Магеллана и другихъ лицъ, пред-
принятыя івЬ тысячи лѣтъ послѣ того, какъ финикіяне при фараонѣ Вехао объѣхал.
вокругъ Африки—доказати, что это мнѣніе ложе , чго человѣкъ можетъ жать такжі
и въ тѣхъ странахъ, гдѣ солнце въ зенитѣ. Итакъ, жара не представляетъ, подобно
холоду, непреодолимаго препятствія къ распространенію человѣческаго рода, или, вѣрнѣе,
высокая до крайности температура воздуха, которая была бы невыносима для человѣка,
по истрѣчается на земномъ шарѣ. Карта изотермъ приставляетъ мѣстности, гдѣ го
довая средняя температура превосходить тридцать градусовъ; во .многихъ странахъ жара
часто или даже постоянно достигаетъ 10 градусовъ, а иногда тамъ, гдѣ солнечные
лучи отражаются скалами пли лесками, зноЕ кажется нестерпимымъ, вапомввая
горячую тягу изъ печи—и тѣмъ но менѣе привычный человѣкъ переноситъ ого по вримя
своихъ обычныхъ работъ.
Если зъ Жаркомъ поясѣ встрѣчаются обширныя пространства, почти или совер-
шенно необитаемыя, то причиною тому вовсе не чрезмѣрная жара, а насыщеніе
воздуха парами воды пли чаще—недостатокъ въ немъ влаги. Въ наиболѣе благопріят-
номъ для человѣка климатѣ воздухъ содержитъ не болѣе ’/10 и не менѣе 2/, того
количества паровъ, которое потреби < для полнаго насыщенія воздуха; какъ скоро содер-
жаніе понижается до одной четверти, до пятой и ниже, условія для существованія
становятся неблагопріятными. Къ тому-же, страны, гдѣ ощущается недостатокъ влаги
въ воздухѣ, обыкновенно лишены вот г.ъ почвѣ; вь такихъ странахъ нѣть ни расти-
тельности, пк животныхъ, слѣдовательно нельзя жить и людямъ.
Вслѣдствіе именно этой сухости воздуха громадныя пространства, начиная съ
Монголіи до Адрара, заключающія въ себѣ степь Гоби, Кашгарію, Карамапскую пустыню,
Аравію и Сахару, но насолены или почти необитаемы; даже въ Америкѣ, Цеара захва-
тывается ивигда потокомъ настолько сухой атмосферы—невзирая на сосѣдство Атлан-
тическаго океана,--что жители бываютъ принуждены переселяться па время въ ооласть
рѣки Амазонки. На пространствѣ почти 12 милліоновъ квадратныхъ пиломѵтрквъ этого
пустыннаго пояса Стараго свѣта, со встрѣчающимися въ нихъ оазисами, населеніе до-
стигаетъ едва одного милліона жителей, т. е. въ 120 разъ менѣе средней населенности
кѵвтинентові.
Иинунты, на которыхъ ми указывали, какъ на типъ народностей, подверженныхъ
вліянію самаго суроваго климата, безъ сомнѣнія, не первобытные люди, вь смыслѣ по-
38
Д а в а к и л е ц ъ.

роды, такъ какъ въ теченіе неисчислимыхъ
вѣковъ развитія человѣческаго рода среда,
въ которой пни жили, послѣдовательно измѣ-
нялась; однако, въ сравненіи съ различными
народами тропическаго пояса эти оои-
тателв Дальняго Сѣвера могутъ счи-
таться аборигенами, гакъ сказать «по-
рожденными! своей землей. Напро-
тивъ того, группы народностей, наи-
болѣе замкнутыя къ жаркихъ стра-
нахъ, какъ Туарсгп въ Сахарѣ, или
Нубійцы, Беджа. Донакнль, или Со-
мали, живущіе по знойному побе-
режью Краснаго моря и Индѣйскаго
океана—извѣстны, какъ племчиа зна-
чительно смѣшанныя, уже много вѣ-
ковъ принадлежащія къ историческому
міру. Еще предки ихь находились въ
частыхъ сношеніяхъ еъ Индіей, Египтомъ и Финикіей. Моро» на Верхнемъ Нилѣ былъ однимъ
изъ ихь иавныть городовъ и центромъ высокой культуры, они уже, ц.і крайней мѣрѣ,
тридцать шесть вѣковъ знакомы съ употребленіемъ желѣза'и бронзы, доказательствомъ
чего является живопись па стѣнахъ одного храма въ Нивахъ, изображающая людей
племени Пунтъ идя Сомали съ такимъ-же оружіемъ, какое въ употребленія у нихъ и
въ настоящее время
При возникновеніи религій В"Вѣятаго времени — Беджа приняли хуіистіанстз",
а потомъ исламъ; дапакиди в сомали смѣшались съ Арабами и убѣжденно называютъ
себя соотечественниками пророка п правовѣрными; нѣкоторые изъ нить даже имѣютъ
претензію принадлежать къ роду Магомета. И, однако, ати народы, подвергшіеся столь
различнымъ измѣненіямъ, могутъ, подобно эскимосамъ, служить типичнымъ образчикомъ
вліянія климата.
Легко замѣтить, насколько эти жители тропическаго побережья, будь опп арабской
или пеі ритянскоіі породы, схожи по строенію тѣла и по походкѣ. Противоположно
толстымъ и низкорослымъ сѣверянамъ съ »дутловатами щеками, развалистой походкой,
вздутымъ животомъ, сыпы солнца худощавы, нервны, гпоки. всегда хорошо сложены,
удивительно быстры въ бѣгѣ. Ихъ черты лица тверды и опредѣленны, живые глаза
гладятъ смѣло п волоса—единственная защита головы отъ жгучихъ лучей солнца—спа-
даютъ гривой па плечи. Одежду Дай а киль и Сомали составляетъ тольк» блуза или
просто накидка, пли. наконецъ, шарфы хижины, куда они угодятъ па ночь —простые
навѣсы изъ переплетенныхъ вѣтвей. Пчъ но надо поддерживать въ вей, подобно эски-
мосамъ—огонь. Пиша этихъ номадовъ самая простая, такъ какъ имъ но нужно согрѣ-
ваться пищевареніемъ- немного проса, молока, масла, баранины или рыбы, если море
близко,—вотъ и все. Беджа и Дапмлн --олицетворенная воздержанность; спи такъ же
зі’
умѣютъ неревѵснть голодъ, какъ и Ипнуиты,
і о аиры ахъ показались бы лостомъ для
любителей тюленей. Вильни взвѣшивалъ ко-
личество пищи, съѣдаемой сирійцемъ въ день,
и иашеіъ въ ней не болѣе шести унція,
т. е. 170 граммовъ. У Беджа, безъ сомнѣнія,
ниша не болѣе обильна. Еедупиы— это имя
даютъ всѣмъ кочевымъ мусульманскимъ пд'-
ік-намъ—въ пѣсняхъ прославляютъ свою воз-
держность, какъ европейцы нашего времени
превозносятъ веселую жизнь и тонкія яства.
«Когда меня мучитъ голодъ* — такъ гово-
рится въ одной пѣснѣ—«я по обращаю ва
него сниманія, я его обманываю, эаоываю
про него, прогуливаю его н уоиваю».
Точно также въ Америкѣ Бапаго изь
Соноры легко проводитъ два-три дня безъ
питья подъ палящимъ солнцемъ, и вопреки
научнымъ таблицамъ, по которымъ врачи
высчитываюгъ необходимыя для человѣческаго
организма дозы азота, углерода и воды—
бедуины и папаго обладаютъ изумительною
силой и ловкостью. Папаго -замѣчательные	Сомаліец-ь.
скороходы: при игрѣ въ «каканеконъ*, т. а,
вь ножной мячъ, нмъ приходится бѣжать за мимъ иногда 50 и до 65 кидомотровъ.
Однообразный, безцвѣтный тонъ пейзажей, скалъ, носковъ — рѣдко, кое-гдѣ пре-
рываемый видомъ оазисовъ, конечно, отражается въ умственномъ и нравственномъ отно-
шеніи на племенахъ, населяющихъ эти облачи засухи и зноя, образъ жизни въ этой
суровой, жесткой средѣ дочти не можетъ измѣняться: мысли, нравы остаются иъ про-
долженіе вѣковъ одни н тѣ же, всегда простые, сдержанные, точные и властные.
Но разгоряченной палящими лучами солнца головой легко овладѣваютъ гнѣвъ и
бѣшенство. Въ этихь странахъ мстятъ съ звѣрскимъ остервенѣніемъ, и во время вели-
кихъ народныхъ движеніи, вь войнахъ за независимость или завоевательныхъ—фапатпки-
туземшд проявляютъ неустрашимость, доходящую д» крайнихъ предѣловъ возможности,
даже до невозможнаго, какъ казалось иногда въ извѣстные историческіе моменты,
а именно во времена первыхъ нашествій магомегавъ или во время внезапваго возстанія
махдпетовъ противъ завосвателсй-ацгличанъ.
Рѣзкій контрастъ съ этими изсушенными атмосферою н скудными почвою стра-
нами представляютъ собою края, гдѣ сырость воздуха и чрезмѣрное обиліе дождей
дѣлаютъ пребываніе въ пвхъ человѣка почти невозможнымъ. Въ этомъ отношеніи за
иадиий берегъ Америки представляетъ поразительный противоположности: такъ, въ
пзвѣчпылъ частяхъ побережья, напримѣръ, на полуостровѣ Калифорнія (что значить
4'1
«горячая ночь») и яа низквп берегахъ южнпй части Перу живутъ только рудокопы,
ловцы жемчуга, жадные торговцы металломъ п химическими солями, а двѣ дождливыя
области къ сѣверу и къ югу, съ одной стороны, берегъ Аляски, съ другой—архипелагъ
Хоносъ остались пустынны, несмотря на лѣсное боіатство страны, естественное плодо-
родіе почвы п удобныя, эащищ-тшыя гавани.
Городъ Жюпо, который, если ш считать золотопромышленныхъ мѣстечекъ, іо
переполненныхъ, то покинутыхъ пскаіелями долота, является самымъ значительнымъ
пунктомъ на сѣверѣ и остается всо-жс -пень ничтожнымъ центромъ торговли и управленія,
хотя онъ и сдѣлался столицей Аляски (1903) и обѣщаетъ быструю наживу золото-
лѣсо- и рыбопромышленникамъ, что имѣетъ первостепенное значеніе для американцевъ
п для многихъ другихъ.	вс
Считается невозможнымъ предпринять экскурсію за предѣлы селенія Ситха,
когда-то выстроеннаго для русскихъ чиновниковъ и сдѣлавшагося теперь мѣстомъ
конторъ нѣкоторыхъ промышленниковъ. Вода накопляется во всѣхъ углубленіямъ почвы
и даж* на крутыхъ склонахъ древесные корни задерживаютъ дождевую воду, напиты-
вающую М"хъ. какъ огромныя губки; капли падаютъ съ вѣтки на вѣтку; по стволамъ
струятся потоки: сломанныя, гніющія вѣтви покрываютъ гранитную почву, образуя
липкую грязь; падающій сквозь вѣтки ливень или поднимающаяся сирость создаютъ
всегда водяную или паровую вапну. Опускающіяся облака н поднимающіеся тѵманы
постоянно смѣшиваются, и влага всегда пронизываетъ человѣка. Можію-лл удивляться
что въ подобныхъ условіяхъ населеніе—очень рѣдкое—живетъ однообразной жизнью,
не зная порывовъ молодости? Оно постоянно занято мыслью объ убѣжищѣ.
Во многихъ дождливыхъ и туманныхъ мѣстностяхъ человѣкъ не могъ поселиться,
несмотря на различныя другія выгоды: танъ, напримѣръ, между прочими землями
Индѣйскаго океана, на островѣ Кершснъ, который долго считали мысомъ какого-
нибудь южнаго материка. Площадью къ четыре или пядь тысячъ квадратныхъ кило-
метровъ этотъ островъ представляетъ много удобныхъ для обработки нѣсть, и опыты
мореплавателя Джемса Росса показали, чтз на немъ возможно столь же, успѣшное ско-
товодство, какъ въ американскихъ водахъ іа Фальыаадѣ, болѣе близкомъ къ полюсу.
Географическое положеніе острова Вершена—подъ 49° — соотвѣтствуетъ положенію
Парижа въ сѣверномъ полушаріи; средняя температура его такая же. какъ въ Хри
стіаніи и Москвѣ, то-еегь, вполнѣ благопріятная для человѣческаго существованія
Кромѣ того, представляя удобныя гавани, защищенныя отъ страшнаго сѣверо-западнаго
вѣтра, островъ этотъ находится какъ-разъ на полпути между Мельбурномъ н Капомъ
Понятно, что французское правит.-льство старалось удержать за собой землю, нокрая
имѣла бы огромное экономическое значеніе, если бы была заселена. Но моряки, кнто
лови и нѣкоторые естественники, проведшіе на островѣ по нѣсколько мѣсяцевъ подъ
дождями и бурями, не замапиля колонистовъ своими разсказами па этогъ островъ, п.
крайней мѣрѣ, па западный его берегъ, обращенный къ вѣчнымъ грозамъ и туманамъ;
даже альбатросы не устроили собѣ пріюта на его скалахъ. Люди живутъ тамт только
ноневолѣ, одушевленные однимъ желаніемъ поскорѣе покинуть эту «землю отчаянія»
какъ назвалъ ее Кукъ въ своемъ путешествіи 1776 года. Насѣкомыя этого острова.
41
а именно мухи и одинъ вить бабочки,
сршногобляясь къ климату, утратили
крылья, которыя М ТЛИ ИМЪ ТОЛЬКО
мѣшать, такъ какъ вѣтеръ упссъ бы
ихъ раньше, чѣмъ они успѣла бы рас-
пустить свои крылья.
Но такимъ же причинамъ многія
тропическія долины, очень плодородныя
и богатыя металлами, остаются незасе-
ленными: человѣкъ откатывается жить
йодъ постоянными дождями Такъ, бо-
гатые, золоіые рудники Каравабя были
вь теченіе всего XIX столѣтія по-
кинуты испанскими юлотопромышлеп-
пвьами, несмотря на всю ихъ жад-
ность къ добычѣ, Равнымъ образомъ
склоны Эквадорскихъ Апдовъ, спуска-
ющіеся па востокъ къ теченію Ама-
зонки, почти совсѣмъ пустынны, не-
смотря на минеральныя и растительный
богатства. Сколько разт искатели на-
живы пускались въ восточныя долины
магдаленской Сіерры - Невады, между
Ріо-Хача и Санта-Ларія. разсчитывая
Негръ цдеыеннцсика
на богатую добычу золота, но ихь мужество
терялось подь ежедневными дождями, въ парахъ которыхъ размножаются москиты и
другія насѣкомыя, сосущіе кровь и распространяющія микробовъ. Впрочемъ, півѣриое
рабочіе будущаго времени, :учшо снаряженные, болѣе подготовленные въ научномъ
отношеніи смогутъ успѣшнѣе бороться съ этими бичами и утвердятся съ торжествомъ
въ тѣхъ-же мѣстностяхъ, откуда бѣжали ихъ предшественники.
Во многихъ мѣстахъ, гдѣ сырость воздуха в>- препятствуетъ человѣку селиться—пре-
пятствіемъ является сырость почвы. Такъ, въ Ирландія тряслны-торфивникп (ццакіндЪоея)
и многія мѣста въ Америкѣ, извѣстныя подъ именемъ «Ігетеіісіаіѳв» о «й)шЫа<1егаз> избѣ-
гаются путешественниками нмогуть быть культивированы тедько послѣ полнаго осушенія почвы.
Недавно еще внутренняя область Нью-Фаундлепда оставалась неизвѣстной, хотя
юрода и селенія покрываютъ часть береговъ, группируясь у рыбныхъ и хорони защв
шейныхъ гаваней. Наперечетъ были извѣстны гѢ смѣльчаки, которые отважились
пересѣчь островъ черезъ всѣ его скалы, озерки, болота, заросли и чащи карликовыхъ
хвойныхъ деревьевъ, такъ переплетающихся > что возможно идти только по верху лѣса,
представляющему сѣть неровныхъ вѣтвей, па которыхъ путешеетвеппикъ съ трудомъ
удерживаетъ равновѣсіе. Чтобъ сдѣлать страну доступной, пришлось съ громадными
затратами прорѣзать ее колесшлін в желѣзными дорогами, ва которыхъ вь зимнее
время путешестненпикъ рискуетъ застрять въ снѣжныхъ заносахъ.
42
Въ числѣ странъ, которыя представляются для большинства людей необитаемыми
и тѣмъ но менѣе обитаемы, создавая совсѣмъ особый обратъ жизни для своего насе-
ленія—нужно назвать озера Верхняго Пила, гдѣ рѣка, задерживаемая горнымъ хреб-
томъ «Ярмо рѣкъ», образовывала въ періодъ дождей измѣнявшее форму озеро, усѣянное
большими травяными островками «седдами». Живя, если но вь водѣ, то на береговыхъ
болотахъ или на пи.іуустаіійвиіііпихся островахъ, негры племени Донка, именно часть
ихъ, извѣстная полъ именемъ Пуэръ, служатъ предметомъ насмѣшекъ всѣхъ сосѣдей
за свои привычки, подобныя пріемамъ водяныхъ птицъ. За ихъ высокій ростъ и
худыя, длинныя ноги ихъ прозвали ходулями; они. какъ цапля, стоятъ на одной ногѣ
ьь водѣ, опираясь на нес пяткой другой скорченной ноги, и въ этой странной позѣ
могутъ простоять, по крайней мѣрѣ, часъ Осторожно опѵскат ногу въ илистую воду,
изъ боязве наступить на какое-нибудь живое существо, они вытягиваютъ другую высоко
надъ стеблями травъ н даже на сушѣ сохраняютъ эту «ходульную» походку. Чтобы
ловить рыбу, они часто влѣзаютъ на гнѣзда термитовъ, возвышающіяся, какъ обелиски,
надъ равниной, такъ какъ въ ятой странѣ наводненіи термиты строятъ болѣе высокія
гнѣзда, въ нѣсколько этажей, поднимаясь изъ одного въ другой, смотря по высотѣ
воды. Издали живая длппная фигура на вершинѣ красноватаго гнѣзда производитъ
очень курьезное впечатлѣніе, и но знаешь, что вто, рыболовъ со своей корзиной или
большая цапля-лопатевь (Ваіаешсерз гех), которую арабы называютъ «отцомъ башмака»
за ея длинныя клювъ, напоминающій форму башмака. Донка, Пуэры всегда ходятъ
нагими; одежда стѣсняла бы яхъ движенія въ водѣ, а мокрыя ткаин на тѣлѣ
порождали бы, конечно, лихорадки. II, какъ всегда, привычка стала нравственнымъ
закономъ; Пуэры стыдились оы одежды; съ нихъ достаточно тутуировки, колецъ,
браслетовъ и звеньевъ. Но чтобы хоть чѣмъ-нибудь защитить тѣло отъ сырости, богатые,
негры, владѣльцы стадъ, вымазываютъ все тѣло жиромъ и покрываютъ его ровнымъ пла-
стомъ расположеннымъ коровьимъ пометомъ, а другіе просто весело катаются въ пеплѣ
погасшаго костра, поднимаясь въ сѣрой окраскѣ, пріобрѣтающей синеватый оттѣнокъ,
когда авѣіъ ихъ кожи просвѣчиваетъ сквозь пепелъ.
Во многихъ другихъ странахъ, въ Лидіи, Индо-Кнтаѣ, особенно въ Бразиль-
скомъ Маттс-Гроссо, въ Гранъ-Чако Парагвая и Аргентины живутъ такіе же воіяные
тюли, какъ Нуэры, также гуляющіе на водѣ, оспаривающіе рыбу у водяной птицы
умудряясь выращивать семью па зыбкль почвѣ, которая состоять езъ перегнившихъ
тростниковъ, покрывающихъ глубокую воду. Этв существа, отличныя отъ другихъ людей—
истинные плѣнники болотъ, и всякій, кто не пріучался постепенно къ втой средѣ, непре-
мѣнно бы въ ней погибъ.
А племя Уараупъ или Гуяраувосъ, описанное Гумбольдтомъ и прославленное
имъ—развѣ это не плѣнники окружающей ихъ природы? Вь то время, какъ пхъ посѣ-
тилъ великій путешественникъ, то-есть, въ первомъ десятилѣтіи ХіХ-го вѣка, Уарауны,
въ четыре-пять разъ болѣе многочисленные, чѣмъ теперь, жили еще на вершинахъ
деревьевъ въ періоды наводненій, когда всѣ острова вь устьѣ Ориноко, между сорока
рукавами рѣки, покрывались сѣрой пеленой, выступившей изъ береговъ воды. Соединяя
верхушки пяти-шести пальмъ, они устраивали подъ этой лиственной крышей легкій
43
полъ для своихъ вотдушвыхъ жилищъ, возвышавшихся на нѣсколько метровъ надъ
уровнемъ воды.
Этотъ способъ устраивать свое жилище не сохранился до нашего времени
Поддерживая постоянныя сношенія съ европейцами, кастильскаго происхожденія па
западѣ, англійскаго—ва востокѣ, Уарауиы теперь обзавелись прочными барками,
в'-торыя служатъ виъ домами, какъ только обыкновенная хижина заливается рѣкой;
когда вода поднимается и выступаетъ изъ береговъ, жіиоли переходятъ на свои барки
и становятся въ улобш>мъ мѣстѣ на якорь. Образъ жизни ихъ, пища и издѣлія, огра-
ничивавшіяся средствами одпчго дерева, именно Маврншевой пальмы, теперь также измѣ-
нились. Но все же и пелу-цйвнлизопаапыѳ Уарауиы принуждены окружающей средой
въ тысячахъ обстоятельствъ жизни поступать иначе, чѣмъ обитатели твердой земли.
Такъ, прокладывай дороги, оин не ограничиваются, подобно своимъ сосѣдямъ,
прорубаніемъ лѣса: сваливъ деревья, они укладываютъ ихъ поперекъ дороги и связы-
ваютъ волокнами пальмоваго дерена. При наводненіи вся эта дорога цѣликомъ подни-
мается, обращаясь въ плотъ; когда вода спадаетъ, онь опускается вмѣстѣ съ ..ей. Что
касается мертвыхъ, то не желая закапывать игъ въ грязь, Уарауны обкладываютъ ихъ
тѣла глиной н привѣшиваютъ къ вѣтвямъ недалеко отъ дома или къ своимъ баркамъ
и гащать за собой по рѣкѣ. Въ нѣсколько часовъ трупы бываютъ совершенно объѣдены
рыбой, а останки родичей благоговѣйно складываются въ погребальныя корзины
Даже вь ин.шзованиѵй Европѣ, среди современнаго городского населенія сохра-
нились странныя привычки, когда-то обуслов іонныя средой п оправдываемыя еще
мѣстными условіями, хотя и измѣнившимися вмѣстѣ съ общими перемѣнами, которыя
вноситъ цивилнзиція. Такъ, недалеко отъ главнаго коммерческаго порта Германіи и Евро-
пейскаго континента — Гамбурга, садовники и другіе земледѣльцы къ низкихъ
устьяхъ Эльбы ходятъ по низинамъ иа ходуляхъ. На востокъ отъ острова Пуармутьс,
другіе «болотники» живутъ въ хижинахъ, выстроенныхъ изъ глипы, смѣшанной съ рублен-
нымъ тростникомъ, иа которыя для груза наваливаются пласты грязи, чтобы они
противостояли морскимъ вѣтрамъ. Жители не могутъ ходить по равнинѣ иначе, какъ
съ длинными шестами, съ иѵмпщью которыхъ ови перескакиваютъ черезъ рвы.
Что касается обитателей лайдъ Гаскони, живущихъ вокругъ озеръ иа морскомъ
берегу, то ихъ <ригуры на ходуляхъ метра нь два вышиной представляютъ единственную
въ своемъ родѣ картину въ мірѣ. Они не Мема бы слѣдовать за своими стадами бака-
новъ по этимъ пастбищамъ, усѣяннымъ лужами и мелкими болотцами, если бы не были
вооружены своими курьезными подставками. Когда въ первый разъ видишь къ лайдахъ
группу на ходуляхъ, то невольно останавливаешься передъ этой картиной, какъ передъ
какимь-то чудомъ. Одѣтые въ бараньи поношенныя уже шкуры, съ вязаніемъ чулка
или крученіемъ питонъ въ рукахъ, оин сосредоточенно подвигаются надъ высокимъ
верескомъ и тростникомъ, точно колдуны, скользя по стеблямъ и не сгиоая ихъ; зри-
тель скрыть высокой зеленью, а онн точно по небу ходятъ на горизонтѣ. Чѣмъ ближе—
тѣмъ болѣе страннымъ это кажется, потому что, не разсуждая, глада, по своему логичные,
принимаютъ сначала ходули за естественное продолженіе йогъ, я то, чтокажется колѣ-
номъ, сгибается не впередъ, пакъ у обыкновенныхъ смертныхъ, а назадъ. Длинная
44
палка, которой эти люди съ удивительной ловкостью по іьнуются, какъ балансомъ, рукой
и -шорой, усиливаетъ странное впечатлѣніе пхъ вида: точно гигантскіе кузнечики! Въ
нѣкоторыхъ округахъ. еще не превращенныхъ кулыурою въ лѣса, всѣ жители поль-
зуются хотулямн: даже дѣти в'- боятся взбираться на отцовскія подставки и часто
надъ верескомъ видны жопскія фигуры—всегда почти въ черномъ—которыя напоминаютъ
огромныхъ воронъ иа сухихъ вѣтвяхъ.
Въ числѣ алиментовъ среды. представіяемпй земной поверхностью— горы явля-
ются однимъ изъ тѣхъ, которые совокупностью своихъ естественныхъ условій сильнѣе
всего опредѣляютъ особенный тракторъ жителей а своеобразные ихъ привычки и правы.
Образуя стѣны вокругъ равнинъ, горы рѣзко противоположны пустынямъ и степямъ,
побуждающимъ человѣка къ свободному передвиженію и перемѣщенію на безграничномъ
пространствѣ. Эти стѣны точи.* срапичиваютъ міръ, я нерѣдко дѣйствительно эта гра-
ница, обозначенная крутыми скалами подошвы горы, такъ же рьзка, какъ кажется.
Населеніе—многочисленное, дѣятельное, живое—тѣснится у подножія, какъ волны озера,
плещущаго вокругъ утесовъ: а выше сейчасъ же поднимаются обрывистыя скалы, голыя
каменныя пространства, избѣгаемыя человѣкомъ.
Но сгущенность населенія во многихъ мѣстностяхъ принуждаетъ людей проникать
черезъ горные проходы ь заселять болѣе удобныя для колонизаціи мѣста, которыя
казались недоступными.
Горныя страны скрываютъ въ евпвтъ стѣнахъ большія пространства, особые
міры, представляющіе достаточно рессуровъ, чтобы удовлетворить нужды большаго насе-
ленія, н предназначенныя, въ силу своего уединенія, быть колыбелью особой цивилизаціи.
Танъ образовались въ Америкѣ рѣзко обособленныя этническія группы мексиканцевъ
Нахуатлъ, племенъ Муиска, Кихуа, Аймара. Многіе бассейны рѣкъ, окруженмыо вели-
колѣпнымъ амфитеатромъ снѣговыхъ горъ, изобильно питающихъ ихъ водой—превра-
тились въ сады, какъ чудная долива Кашмира съ ея большими озерами и полянами.
Даже Швейцарія, на половинѣ своего пространства почто иное, какъ полоса полянъ и
лѣсковъ, превращенныхъ во внутреннюю долину развѣтлепіямн Юры, закрывающей ее
съ сѣвера-запала.
Итакъ, въ горныхъ складкахъ лежать обширныя, обитаемыя мѣстности, дающія
пріютъ милліонному населенію, но на высотахъ горъ люди находятъ только узкія долины,
аьружеиные скалами бассейны рѣкъ, съ бѣдной растительностью, нерѣдко засыпанные
скатившимися камнями, подъ нависающими, готовыми обвалиться, утесами.
Изъ втихъ тюрьмъ трудно сообщаться съ остальнымъ міромъ, и во многихъ гор-
ныхъ областяхъ естественнымъ центромъ притяженія являются не нижніе склоны, а
противоположные, въ бассейнѣ другой уѣкн. Съ этой стороны доступъ облетенъ тра-
вянистыми уступами, на которыхъ бродятъ стада, тогда какъ ввизъ по рѣкѣ един-
ственнымъ выходомъ является узкая и опасная расщелина; ну;никъ нерѣдко продпочв
таетъ карабкаться черезъ ужасныя скалы, чѣмъ пуститься въ вто ущелье. гдѣ ьода
падаетъ каскадами или разливается въ бассейны среди отвѣсныхъ скалъ. Такъ, до
постройки дороги, которая въ новѣйшее время съ огромнѣйшими затратами была про-
ложена черезъ скалы, возвышающіяся надъ бурною рѣко- Гиль вь долинѣ Кейра,
45
Житель французскихъ лавдъ
этотъ басссйпъ сообщался съ внѣшнимъ мірянъ
черевъ ущель Изоаръ, открывающееся съ сѣвера,
въ сторонѣ Бріапсоиа.
Эти проходы такъ неприступны, что въ Аль-
пахъ па югѣ Франціи ихъ называютъ «запорами»,
указывая этимъ именемъ, какъ они замыкаютъ до-
лину отъ внѣшняго міра: нужно заперсться или
выбирать другой путь. Па каж-
дой подробной горной картѣ мож-
но увидѣть сотни такихъ назва-
ній, какъ «Долина Ада*, «Ко-
нецъ свѣта», «Замкнутая доли-
на» и т. и., и въ каждой изъ
этихъ долинъ живетъ затерянная
частица человѣчества, имѣютъ
пріютъ нѣсколько семей, заму-
рованныхъ въ тѣенчв кольцо
скалъ и снѣговъ.
Разъ хижины замкнуты —
замкнуты в людв, и ихъ мысль.
Предоставленное свовыъ соб-
ственнымъ, скуднымъ средствамъ,
уединенное населеніи этихь замк-
нутыхъ долинъ не можетъ, ко-
нечно, выраб тать такую слож-
ную цивилизацію, какъ жители
низменныхъ равнинъ. Оно долж-
но довольствоваться первобыт-
ными ремеслами, воздѣлываніемъ
своей небольшой площади па-
хотной земли, разведеніемъ сво-
его скота іі охотой за горными
животными.
Многіе историки погто-
ряютъ —не провѣривъ еі критически—легенду, будто-бы населеніе равнинъ спустилось
съ горъ по теченію рѣкъ, между тѣмъ какъ переселеніе совершилось вь обратномъ
направленіи. Жители горныхъ высотъ, очевидно, люди рапнивъ, принужденныя подняться
къ вершинамъ, въ поискахъ убѣжища или дѣвственной почвы, чтобы спастись отъ вра-
говъ или отъ голода. Верхнія іодины въ горахъ—прекрасныя убѣжища; пзъ разнородныхъ
странъ пришли сюда бѣглецы самыхъ различныхъ расъ, приспособляясь къ повой средѣ.
Среди многихъ и іаогихъ народовъ, постившихся въ замкнутыхъ горныхъ доли-
нахъ, ни одинъ не можетъ считаться типичнымъ, потому что такія бѣгства, такой
46
исходъ происходилъ въ различные историческіе періоды, сопровождаясь противоположными
превращеніями. Но какъ пи различны эти народы по происхожденію и нравамъ, они
сходны по извѣстнымъ условіямъ среды н, слѣдовательно, представляютъ иного общихъ
чертъ. Прежде всего, рѣдкость воздуха вызываетъ у нихъ одинаковыя дыхательныя
явленія: въ самомъ дѣлѣ, человѣкъ, живущій на высотѣ двухъ или трехъ тысячъ
метровъ надъ уровнемъ моря, не вдыхаетъ въ одномъ пріемѣ воздуха столько же
кислорода, сколько житель низменности, и втоть недостатокъ живительнаго газа создастъ
при восхожденіи на горы ту горную болѣзнь, которая происходить отъ неполнаго оки-
сленія ядовитыхъ частей, остающихся въ организмѣ.
Вслѣдствіе этого «барометрическаго малокровія» посѣтители высокихъ плоско-
горій подвержены особеннымъ болѣзнямъ, отличающимся отъ болѣзной въ равнинахъ.
По человѣческій организмъ приспособляется къ этимъ условіямъ, благодаря одному
физіологическому измѣненію, а именно тому, что число красныхъ шариковъ, которыхъ
насчитываютъ около пяти милліоновъ въ кубическомъ миллиметрѣ крови у жителя
морского берега, доходитъ до восьми милліоновъ и даже болѣе у того, кто жпветь на
высотѣ четырехъ тысячъ метровъ. Но только потомство его, по и самъ переселенецъ
можетъ такимъ образомъ приспособиться довольно быстро къ жизни въ- разрѣженномъ
воздухѣ горныхъ высотъ, въ силу этого увеличенія количества кровяныхъ шариковъ.
Это измѣненіе создало у всѣхъ безразлично горцевъ иные размѣры грудной клѣтки,
чѣмъ у жителей равнинъ. Племена Кііхуа, Аймара, такъ же какъ тибетцы, поражаюсь
массивнымъ строеніемъ туловища, по отношенію къ которому ихъ конечности кажутся
народамъ равнинъ неуклюжими. Даже чистокровные потомки испанцевъ, поселившихся
три или четыре вѣка тому назадъ на плоскогоріяхъ Колумбіи и Мексики, очень отли-
чаются размѣрами груди отъ своихъ кастильскихъ братьевъ.
Мы всѣ, путешественники, посѣщающіе горы въ лучшее время года, вдыхая съ
наслажденіемъ аромать зелени, собирая яркіе альпійскіе цвѣты, гуляя около потока
въ тѣни ольховыхъ вѣтвей, никогда не задумываемся надъ тѣмъ, какова была жизнь
первобытныхъ горцевъ, какова она для вхъ потомковъ, замкнутыхъ въ этихъ высокихъ
стѣнахъ, живописныхъ и заманчивыхъ въ лѣтнее время.
Извилистыя дороги, проложенныя надъ пропастями, даже желѣзнодорожные пути,
проведенные тунслямн сквозь скалы, доставляютъ насъ въ эти маленькіе когда-то
замкнутые міры, гдѣ, утомленные жизнью, истощенные тѣломъ и духомъ, мы ста-
раемся возстановить физическое, умственное и душевное равновѣсіе. Все кажется намъ
прекраснымъ на этихъ высотахъ; но мѣстные жители знаютъ, какъ трудно жить въ
этихъ тѣсныхъ пространствахъ. Какъ многія полярныя страны, многія альпійскія до-
ливы часть года лишены солнца, и зимній день не приноситъ ни одного прямого луча,
нисколько яркаго свѣта; это скорѣе уменьшеніе ночной темноты. Издали, изъ-за высо-
кихъ кряжей распространяется отблескъ любимаго свѣтила. Въ полдень, жители долины
съ т.ской слѣдятъ взоромъ за свѣтомъ зари, которая наверху охватываетъ профиль
горы, затѣмъ ослабѣваетъ н постепенно гаснетъ, оставляя тяжелыя тѣни па могиль-
ныхъ очертаніяхъ глубокой долины. Въ верхнихъ долинахъ горъ, такъ же какъ въ по-
лярномъ архипелагѣ, «темноту труднѣе переносить, чѣмъ холодъ».
47
Какая радость для этихъ людей тьмы, когда весной свѣтило показываетъ свое
сіяніе, потомъ весь свой дискъ, восходящій, какъ божество и, навѣрное, привѣтствуемый
какъ таковое. Въ долинѣ Годомаръ жители деревни Андрій собирались въ концѣ дѣта
па посту, перекинутомъ черезъ ихъ потокъ, и въ моментъ, когда послѣ 102 дней исчезно-
венія—отъ 1 ноября до 10 февраля—солнце сноса являло свой золотой дискъ —они
протягивали къ нему круглую яичную лепешку, въ этомъ грубомъ символѣ подражая
цвѣту п формѣ божества и надѣясь расположить его благопріятнымъ образомъ для
скудныхъ плодовъ своей бѣдной
почвы.
Недостатокъ св-ѣта порож-
даетъ болѣзни: человѣкъ плохо
развивается у подножія всегда
темныхъ и сырыхъ склоновъ:
суставы его сводятся, онъ дѣ-
лается рахитичнымъ, часто у
него растетъ зобъ; иногда онъ
становится кретономъ. Больше
всего уродовъ всегда въ горныхъ
странахъ: золотушныхъ, хро-
мыхъ, слѣпыхъ н глухихъ. Одно
альпійское селеніе носило ког-
да-то—и очень справедливо—
названіе «Селеніе Зобатыхъ»;
собаки, даже куры ходили танъ
съ длинными, тяжелыми зоба-
ми. Гигіеническое состояніе на-
селенія совершенно измѣнилось
въ теченіе второй половины
ХІХ-го вѣка, благодаря широко
распространившемуся лросвѣ-
Островъ Тристанъ д'Акунья.
щенію и его практическимъ слѣдствіямъ: возможно, что химическая промышленность
также способлвоваіа измѣненію состава воздуха.
Въ Гималаяхъ, Пириііеяхъ, Андахъ, на Кавказѣ также есть больное населеніе:
зобы развиты у большинства жителей длинной Колумбійской долины Каука. II ие
только несчастныя селенія верхнихъ долинъ страдаютъ отъ долгаго отсутствія солнца;
населеніе городовъ, расположенныхъ внѣ горъ, по вь тѣни ихъ стѣнъ, также ли-
шено его.
іменыпѵпіе солнечнаго свѣта и тепла влечетъ за собой пропорціональное ослабленіе
мысли и свободы духа.
Къ этимъ тяжелымъ условіямъ горной среды присоединяются еще снѣжные за-
носы пѵтей. Тогда пдѣдники долинъ оказываются въ полярной обстановкѣ: снѣгъ
скопляется въ долинахъ, заваливаетъ вершины и нагромождается на краяхъ обрывовъ.
18
постоянно угрожая >бваломь сгруппировавшимся на какой-нибудь площадкѣ хижинамъ
и, чтобъ не битъ раздавленными, жителямъ приходится прятаться въ естественныхъ ил
искусственныхъ пещерахъ и прорывать къ нимъ сквозь снѣгъ галлереи, чтобы диь
доступъ свѣжему воздуху. Собранные въ лѣтнее время запаси рѣдко хватаютъ этимъ
пещернымъ семьямъ, которыя нѳ могутъ, подобно суркамъ, впасть въ спячку, поддер-
живая питаніе излишкомъ жира; обыкновенна зрѣлые люди, оставляя стариковъ, жен-
щинъ и дѣтей въ пещерахъ, спускаются въ равнину искать пропитанія, движимые въ
то-жр время той жаждой приключеній, тѣмъ стремленіемъ расширить свою темницу
которое свойственно заключенному горцу. Съ высоты скалистыхъ выступовъ, окружа-
ющихъ доливу, опъ пилить рагтилающіЗгя подъ ппмъ міръ; безконечность врывается
передъ его взоромъ, и овъ спускается, идетъ все дальше впередъ, увлекаемый
радостнымъ созерцаніемъ широкихъ пространствъ.
Изъ в< Ьхъ европейцевъ — швейцарцы по въ самомъ большемъ количествѣ, н«.
методичнѣе всѣхъ выселяются во всѣ части свѣта. Дѣло въ томъ, что, овладѣвъ мало-
по-малу торговыми путями по теченію берущихъ начало въ ихъ странѣ рѣкъ: Рейва
Роны, Тосеині, Дуная, они научились распредѣлять поле своей дѣятельности: никѣмь
эта наука пе воспринята лучше. Частичное переселеніе горцевъ въ зимнее время происхо-
дило, вѣроятно, во игѣ времена и вь концѣ концовъ приняло совершенно опредѣленный
характеръ; жители равнинъ привыкли къ этимъ періодическимъ появленіямъ, какъ къ
перелетнымъ птицамъ. Они радушно встрѣчали ихъ, такъ какъ горцы приносили бо-
гатства своей земли, полезныя или красивыя вещи, какъ кристаллы, драгоцѣнныя
растенія, рѣдкихъ животныхъ а также предлагали за хлѣбъ свой трутъ. Нужда заста-
вила ихъ изобрѣсть особые промыслы; они умѣли дѣлаться необходимыми в благодаря
своимъ услугамъ переходили безъ ущерба изъ страны въ страну. Но такъ давно еще,
передъ гЬмъ какъ европейская эмиграція и желѣзныя дорого перевернули весь экой*,
мическій ‘Трой ІОжпой Америки, боливійское племя Коллахуайя, состааіяющсе части
народа Айолнстасъ въ горахъ Аполобамба, высылало всѣхъ взрослыхъ мужчинъ въ
окрестііѵсти Лимы, Вальпарайзо, Буэносъ-Айреса, даже Ріо-Жанойро—продавать ма-
гнитные камни, лѣкарства. Самые ловкіе, нося большое распятіе, пользовались сдавой
искусныхъ врачей. Послѣ нѣсколькихъ дѣдъ странствованія эти Іп<ііов «іеі Реги
возвращались вь сьоіо страну, ревниво пряча тяжелый мѣшечекъ съ деньгами, иногда
съ караваномъ нагруженныхъ муловъ. Они признавали родившихся въ ихъ отсутствіе
дѣтей и учили мальчиковъ продолжатъ ихъ искусство мелкихъ заработковъ.
Не вѣдая мѣстныхъ распрей, она проходили по воюющимъ странамъ, по принимая
ни ту, ни другую сторону; однако, поизвавая всѣ промыслы, они нанимались и на
временную воепвѵю службу. Такъ, швейцарцы въ средніе вѣка, <дие.і ѵіііап Ъгиіі»
какъ говоритъ Аріосто, сдѣлали убійства в грабежи своимъ общественнымъ про-
мысломъ.
Превозносятъ храбрость горцевъ. Уто гачество тоже вытекаетъ изъ условій ихъ
среды и образа жизни. Оставшись, благодаря л-раждатщпмъ нхъ стѣнамъ, свободными
въ братскихъ отношеніяхъ, эти жители высокихъ Адыгъ, со свойственной людямъ иллю-
зіей, считаютъ свою свободу результатомъ своихъ достоинствъ и презираютъ раболѣпную
49
толпу, кишащую потъ пвми въ равнинѣ Каждая ахъ долива представляетъ маленькую
республику, нерѣдко федеративно связанную съ окрестными долинами, и образуетъ нзпри-
стуииый міръ, пока продолжается эготь союзъ противъ нижнихъ враговъ.
До проведенія дорогъ горцы могла оградиться отъ всякаго нападенія, благодаря
своимъ естественнымъ убѣжищамъ, лабиршіту тропинокъ и долинъ, своимъ крутымъ
утесамъ, на которые имъ однимъ быль извѣстенъ доступъ. Естественныхъ крѣпостей-
горъ было достаточно, и имь не нужно было прибѣгать къ жалкимъ искусствен-
нымъ укрѣпленіямъ
Такъ объясняется сохраненіе независимости нѣкоторыми общинами среди боль-
шихъ политическихъ государствъ. Въ своихъ скалнстигь пещерахъ Гуанчи Большихъ
Канарскихъ острововъ долго защищались противъ испанскихъ завоевателей. Аборы и
другіе гимаіайцы подъ защитой не только своихъ скалъ, но оше и ливней, облива-
ющихъ въ періодъ муссоновъ ихъ горы, все еще сохраняютъ свою независимость, хотя и
имѣютъ дѣло съ англичанами. Въ Пирингахъ, Альпахъ, Балканахъ. Куэнь-Луяѣ, Кор-
дильерахъ, па Гималаяхъ и па Кавказѣ, во всѣхъ горныхъ странахъ были въ новѣйшей
исторіи или даже есть въ современной примѣры такихъ обществъ, создавшихъ респу-
блики, независимыя отъ политической групііровки равнины.
Положеніе Лхассы вь странѣ Великихъ снѣговъ, за дворнымъ хребтомъ Гималай-
скихъ и Трансъ-Гималайскихъ горъ, сохранило этотъ городъ ненрикосневѵинымъ до по-
слѣдняго временя.
Змѣя хорошо защищаться, если толью* они не разслаблены монашествомъ, какъ
тибетцы, горцы оказываются обыкновенно неискусными ири нападеніи относительи-
немногочисленные. <>нп составляютъ столько отдѣльныхъ клановъ, сколько долинъ »пп
населяютъ: ихъ раздѣленіе было заранѣе опредѣлено расположеніемъ горы Они являлись
часто красителями, но не завоевателями
Впрочемъ, каждая горная группа, сама пи себѣ, составляетъ такое обширное цѣлое,
представляющее всѣ черты земного шара, что въ ней можно найти всѣ противополож-
ности, создаваемыя рамичіемь высоты, ночвы, наклона и температуры. Жители групиру-
ются, конечно, ьъ щвисимости отъ климата, защвшепиостп мѣста, качества почвы или
какою-нибудь особенно притягательнаго свойства, какъ рудники и залежи. Селенія
ищутъ защиты отъ холода или оть жары известковыхъ склоновъ; ови избѣгаютъ голыхъ
или слишкомъ отвѣсныхъ скалъ, ищутъ уютныя впадины, орошенныя и защищенныя
кольцомъ скалъ.
Вь нѣкоторыхъ мѣстностяхъ, напримъръ въ Эѳіопіи, границы, ооразуемыи ущельями,
такъ глубоки и непроходимы, что составляютъ границы государствъ.
На вулканѣ Килиманджаро на пространствѣ восьмисотъ квадратныхъ метровъ не
менѣе 83 самостоятельныхъ государствъ съ населеніемъ приблизительно въ шестьдесятъ
тысячъ человѣкъ: естественныя границы, образуемыя глубокими трещинами горы, распре-
дѣлили людей, какъ овецъ по пастбищамъ
Вь большихъ долинахъ, какъ напримѣръ, въ долинѣ верхней Роны, замѣтно, чтг
дома тѣснятся на склонахъ, удобряемыхъ рѣчными отложеніями. И тѣмъ гуще наса-
леніе на этихъ холмахъ, чѣмъ они обширнѣе и лреіставдяюгь большій бассейнъ рѣч-
ЭПИЭЕ РВКЛЮ
4
50
пыхъ потоковъ; наконецъ, склонъ, обращенный къ солнну, лучше всего обработанъ, на-
саженъ цѣпными растеніями, напр., виноградомъ, и представляетъ цѣлую гирлянду селеній
Въ равнинахъ каждая группа холмовъ, каждое возвышенное мѣсто представляетъ
въ маленькомъ размѣрѣ картину большихъ горъ и тЬ же противоположности среды,
соотвѣтственно вліяющія па населеніе.
Такъ, ва крутыхъ, обрывистыхъ холмахъ, возвышающихся надъ соленіями и по-
лями, выстроились замка и зубчатыя укрѣпленія средневѣковыхъ граблтелей-рыцарей, и
до нашего времени для военныхъ сооруженій выбираютъ возвышенные пункты. Такимъ
жо образомъ пещеры, извилистые подземные ходы, долгое время въ эпоху первобытной
цивилизаціи представляли безопасное убѣжище, равно какъ замкнутыя горныя долины и
нѣкоторые народы, именно магдаленцы палеолитическаго періода, не имѣли друенхъ
жилищъ.
Впрочемъ, характеръ земной поверхности не позволяетъ сильно распространиться
пещернымъ жителямъ: широко разселяются в владѣютъ міромъ жители поверхности, сво-
бодной отъ всѣхъ этихъ таинственныхъ лабиринтовъ. Въ минувшія эн хн человѣчество,
представленгое различными своими расами, развивалось тѣмъ полнѣе, чѣмъ открытѣе.
умѣреннѣе я плодороднѣе была мѣстность, чѣмъ меньше она заростала лѣсомъ, загро-
мождалась скалами и болотами и была богата чистой, проточной водой.
Умѣренность высоты, плодородія, климата представляетъ наиболѣе благопріятныя
для нервооытпаго человѣчества условія. Н-представляютъ лп овп благопріятныя для чело-
вѣка условія пути къ развитію его генія, къ открытіямъ, къ умственному совершенство-
ванію? Конечно, нѣть; нужны пронятсгвія, чтобы взывать постоянное напряженіе силъ;
если препятствія слишкомъ велики — родъ пыиоаотъ, во онь погибаетъ н тамъ, гдѣ
приспособленіе къ средѣ слишкомъ легко. Борьба необходима, но борьба соразмѣрная съ
силами человѣка, изъ которой оиь могъ бы выйти побѣдителемъ.
Сравнительно съ горами и ихъ замкнутыми долинами—безконечныя степи п преріи
съ ихъ еле замѣтными подъемами, неглубокими рвами, бѣдными рѣками, плоскими лагу-
нами — являются по преимуществу странами свободнаго передвиженія п безграничнаго
горизонта: онѣ уходятъ вдаль, какъ море, и какъ на морѣ, можно въ степи получить
убѣжденіе шаровидности планеты по формамъ, вырисовывающемся вдалекѣ на небо-
склонѣ.
Только ьъ этихъ равнинахъ человѣкъ испытываетъ ту радость, то увлеченіе ширью
и далью, которое съ такой нѣжностью передано Гоголемъ п Тургеневымъ и съ гакамъ
восторгомъ воспѣто Пстсфи.
Однообразная, сѣря поверхность, на которой п:что по препятствуетъ взору,
допускаетъ свободный полоть фантазіи, и среди этихъ безграничныхъ пространствъ, не
сдерживающихъ нигдѣ потока мыслей, можно вообразить себя такимъ же сыномъ воз-
душнаго міра, какъ антилопа или птица. Вѣтеръ всегда является главнымъ властели-
номъ этихъ низкихъ иространствъ: онъ вѣетъ, какъ ни морѣ, взвивая песокъ, вырывая
траву. Во многихъ степяхъ монголы спішагь сложить свои войлочныя палатки, какъ
только замѣтятъ приближеніе бури: они знаютъ впередъ, что иначе ихь жилища будутъ
-скручены и изодраны порывами вихря.
51
Вольное идти, куда вздумается, стопное населеніе, однако, не случайно направляетъ
своя странствіе, а, руководствуясь расположеніемъ пастбищъ и источниковъ, групируются
семьями п племенами по сродству: необходимость взаимопомощи и тяготѣніе человѣка къ
человѣку создаютъ обшествл, подобный стадамъ травоядныхъ животныхъ, которыя, съ
тѣхъ поръ какъ стали домашними, связаны съ ихъ судьбой. Но источники могутъ
изсякнуть; трава, съѣденная до корня, не даетъ новой пищи для животныхъ: дичь убѣ-
гаетъ въ другія стороны; нужно переселиться вь другія, болѣе благопріятныя степныя
мѣстности, и мало-по-малу вырабатываются ритмичныя, опредѣляемыя временемъ года
кочевки племени. Правильные переходы съ одного пастбища на другое — единственная
перемѣна въ естественной жизни степного человѣка.
Жизнь въ открытой, но голой равнинѣ, безъ деревьевъ, безъ, разнообразія мѣст-
ности, слишкомъ мчноювна, чтобы степное населеніе мстло измѣняться и быстро совер-
шенствоваться подъ вліяніемъ среды. Оно остается вѣками на той же степени развитія,
если сильные толчки, вродѣ нашествія другихъ народовъ, засухъ, пожаровъ и т. п. не
заставятъ ихъ переседиться. Эти пепредвидѣнные перевороты моіутъ внезапно произойти
въ ихъ жпени, и тогда все населеніе степи съ дѣтьми, женщинами и стариками, съ
стадами и жилищами цѣликомъ переселяется. Эго полный исходъ.
Земледѣльческіе пароды, живущіе въ сторонѣ одинъ отъ другого, въ разнородной
средѣ въ горныхъ долинахъ, около озеръ, ручьевъ, на лѣсныхъ полянахъ, по могли бы
собраться въ огромныя арміи, да и сдерживались бы мѣстными интересами силой того
консервативнаго духа, который подчинилъ себѣ осѣдлыя общества. По кочевые пастухи,
объединенные своими запятіями, нравами, образомъ жизни и видомъ однородной мѣст-
ности, не знаютъ такихъ ѵковъ: привычные кь странствованію но степямъ, оии легко
собираются, но оставляя за собой никого; цѣлый пародъ можетъ собраться въ одномъ
мѣстѣ.
Если такія условія на земномъ тарѣ, какъ зеленыя равнины, способствуютъ пере-
мѣщенію людей и развиваютъ въ нихъ инстинктъ переселенія, то другія мѣстности,
ограничивающія обитаемое ііростраііствп, могутъ считаться настоящими тюрьмами Таковы
дѣвственные лѣса, но тѣ, которые проврашаются человѣкомъ въ паркъ съ аллеями,
охотничьими загонами, и скаковыми полями, а та чаща въ которой человѣкъ еще пе
подступалъ къ гигантскимъ деревьямъ, этимъ таинственнымъ прадѣдамъ.
Темная, сырая, переплетенная масса тропическихъ растеній не походить вовсе на
величавые храмы сѣверныхъ лѣсовъ съ правильно разставленными буками, елями и
соснами. Туда входишь не съ религіознымъ трепетомъ, а скорѣе съ какимъ-то ужасомъ:
густой, сжатый кустарникъ, переплетенный ліанами, не принимаетъ посѣтителя въ есте-
ственныхъ аллеяхъ на ровной почвѣ, усѣянной листьями, уложенной мхомъ, убранной
цвѣтами. Если толььс сойти съ тропинки, всѳ дѣлается препятствіемъ: корни, стволы,
ліаны и паразиты. Слабое мерцаніо свѣта едва пронвкаеть вь хаосъ вѣтвей и листвы.
На высотѣ сорока метровъ отъ земли лѣсъ раскидываетъ, можетъ быть, пелену яркихъ
цвѣтовъ, и птицы радостно летаютъ въ воздухѣ, погружая крылья въ мягкія водны пеле-
наю моря; во внизу, въ глубокомъ мракѣ, человѣкъ еле содвигается, спотыкаясь о
корня, если не слѣдуетъ п>. тропинкѣ, проложенной слономъ или тапиромъ
*
52
Непрерывные лѣса, безконечныя чащи Ппліп, по Амазонкѣ или Конго составляютъ
на землѣ самый консервативный элементъ; ихъ населеніе живетъ безъ замѣтныхъ измѣ-
неній, въ первобытномъ состояніи гораздо болѣе, чѣмъ населеніе оазисовъ, горъ и ледя-
ныхъ пространствъ, потому что среда вокругъ нихъ измѣняется съ необычайной мед-
ленностью, и въ продолженіи долгихъ вѣковъ онп могутъ жить совершенно въ сторонѣ
отъ другихъ людей, благодаря окружающему ихъ мраку и трудностямъ путей, ведущихъ
въ пхъ убѣжища. Именно въ лѣсахъ еще можно найти, если не первобытныхъ
людей, то такихъ, которые, по нашимъ представленіямъ, наиболѣе приближаются къ
первобытному типу.
Во многихъ мѣстностяхъ названія «дикій», «лѣсной», «люди лѣсовъ»—орангъ-
утанги—полны* синонимы. Съ уничтоженіемъ лѣсовъ, уничтожается ихъ населеніе,
настолько оно зависвгь отъ своей среды. «Кто убиваетъ дубъ—убиваетъ серба» гла-
сила балканская поговорка въ тѣ времена, когда селенія этой страны ютились еще въ
узкихъ доливахъ подъ тѣнью большихъ деревьевъ.
Живя, какъ въ погребахъ, въ теплотѣ влажнаго воздуха, тѣсныя племена отли-
чаются гораздо ботѣе бѣлымъ цвѣтомъ кожи, чѣмъ населеніе савапвъ, палимое солнцемъ.
Черты лѣсныхъ жителей болѣе мягки, закруглены, чѣмъ у сосѣднихъ туземадвъ саваннъ,
характ ръ также менѣе сильный и бодрый. Вообще нужно замѣтить, что люди, живущіе
ва вольномъ воздухѣ, обладаютъ болѣе твердымъ духомъ, яснымъ умомъ, смѣлой
восіупью, радушнѣе н благороднѣе, чѣмъ люди, прятущіесл въ лѣсахъ.
Самое нераьвиюе пм*ия Америки, а именно племя Айморовъ или Ботокудо,
насеіявгоес бразильскія чащи па Досс и Жекитніѵпла, не умѣли строить жилищъ,
плесть гамаковъ, корзинъ, лѣпить горшвоьъ, обрабатывать почву Но живя среди
лѣсныхъ звѣрей и праѵлижавсь къ ихъ нравамъ, эти индѣйцы и имъ подобные удиви-
тельно изучили окружающій вхь животный міръ; нигдѣ инстинктъ взаимнаго пониманія
не достигаетъ такой степени, а между тѣмъ прирученіе животпыхь, разведеніе скота
для пищи иди для цѣлей передвиженія и несенія тяжестей соверш-’нно не првиѣвяется
ѵ нихъ. Матеріальныя усло ія среды безусловно препятствуютъ этому. Какъ гнать
ікоть по густымъ чащамъ, гдѣ съ трудомъ можно протиснуться, гдѣ люди многвхъ
племенъ—Короъіосы—«увѣнчанные» илп «бритые»—оорѣзають волосы, чтооь не запу-
таться пни въ вѣтвяхъ?
По характеру лхь среды, лѣсные жители должны дробиться до безконечности на
мелкія группы, даже па ссмыі, поддерживая свое гущі-ствововавіе сборами ра-
стительныхъ плодовъ, охотой н, можетъ быть, первобытной обработкой земли. Нѣко-
торыя племена. численность которыхъ опредѣлялась пугешесівепввкачи въ нѣсколько
тысячъ человѣкъ, разсыпаны на широкихъ пространствахъ, па разстояніи нѣсколькихъ
ансіі пути, ѵкевсдиціи встрѣчаютъ въ лѣсахъ Америки только отдѣльныя семьи, ютящіяся
подъ листвой, или въ дня праздниковъ и совѣщаній столько собравшихся туземцевъ, сколько
найдется вь европейскомъ посолки. Я -ыки дробятся, какъ расы, въ такой средѣ. Каждая
нзъ этихъ маленькихъ народностей посиненію измѣняетъ свой говоръ, я на про-
тяженіи нѣсколькихъ поколѣній языкъ раздѣляется на нѣсколько рѣзко отличающихся
нарѣчій. И такой языкъ можетъ исчезнуть вмѣстѣ съ говорящимъ на ні-мъ племенемъ
63
вслѣдствіе какой-нибудь несчастной войны пли наводненія. Всѣ знаютъ исторію влпсцу-
зльскоі народности Атуровъ, которая исчезла, оставивъ только попугая, сохранившаго
нгь нарѣчіе Этотъ необыкновенный случай втохповплъ ірозаиковъ и чоитовъ, и
вокругъ этой атурской птицы создалась цѣлая литература.
Въ этчй исторіи главнымъ образомъ поражаетъ грустная сторона событія, пройдя
судьбы, сдѣлавшей глупую птицу сднпетвсннымь наслѣдникомъ гешя и духовной жизни
народа. Но нужно усматривать вь пей и роковую судьбу всѣхъ, кто, уединяясь и живя
въ сторонѣ, чуждые условіямъ взаимонимощи, попадаютъ къ полную зависимость отъ
обстоятельствъ. Они обречены заранѣе на смерть или рабство. И не только <>нп всего
Капотъ изъ бересты у сѣвѵро-амернкансквхь аьд-Вицевь.
могутъ ждать отъ судьбы, вслѣдствіе своей малочисленности и отсутствія сдвнодѵшія,
но оказываются также неспособюиш къ ир'трессу, такъ какъ отчужденность дѣлаетъ
пхъ виѵлнѣ консервативными.
Именно между лѣсными жителями можно иэвтп самые дровпіс типы п-> формамъ
тѣла п понятіямъ. Карликовыя племена Африки н Остъ-Индія живутъ только въ
самыхъ дремучихъ лѣсахъ: ихъ жизнь (.вязана съ этой первобытной чащей, Какъ мало
могутъ измѣняться мысли въ этов средѣ, недоступной для другихъ людей!
Даже въ цивилизованной Европѣ, изрѣзанной во всѣхъ направленіяхъ разными
дорогами, угольщики и дровосѣки, обитатели лѣсовъ всегда являются вѣрными храни-
телями старыхъ разсказовъ, преданій и скатокъ, давно забытыхъ жителями открытыхъ
мѣстностей. Они же хранители былой свободы: около Ліона крестьяне, изготовлявшю
сабо, а околи Гардь-Френо—пробки, также дровосѣки изъ Ші всегда, даже ранѣе
революціи были ярыми республиканцами. Хотя -яп п не составляютъ самостоятельнаго
54
населенія, но, живя въ сторонѣ отъ деревенскаго и городского насоленія, сохраняютъ
свой собственный, болѣе старый, образъ мыслей. Усердные католики, охваченные иногда
сомнѣніемъ, съ завистью говорятъ о непоколебимой «вѣрѣ угольщиковъ»
Каковы бы ни были географическія условія игъ уединенности, семьи или пле-
мена, не связанныя съ жизнью дѣятельнаго, борющагося человѣчества, проявляютъ
топ. же упорный, консервативный дугъ. Впрочемъ, быстрота развитія мысли всегда
пропорціональна числу участвующихъ въ немъ лицъ. Такъ, затерянный среди океана
островъ, обитаемый въ енлу-лн какс-го-ппбудь кораблекрушенія нлч добровольнаго пере-
селенія, всегда отличается <>тъ самыхъ сосѣднихъ съ нимъ странъ нравами н обычаями
своего населенія
На «дномъ изъ острововъ архипелага Хпрта или Сапъ-Кильда, раса >ложениаго
вблизи Гибридовъ, живетъ въ зеленѣющей долинѣ такая община, состоящая се-
мействъ изъ двадцати, занимаясь исключительно овцеводствомъ и охотой за морскими
птицами, въ продолженіе суровой зимы это населеніе должно было бы умереть отъ голода
если бы изъ Шотландіи имъ но отправлялись пароходы съ припасами. Среда этого
маленькаго міра настолько отличается отъ среды Великобританіи, что раньше, когда
сообщеніе еще поддерживалось рѣдко —достаточно было прибытія корабля, чтобы среди
населенія распространялся заразительный насморкъ. Кромѣ того, новорожденные часто
гибнутъ оть «восьмидневной болѣзни», рода столбняка, происходящаго, вѣроятно, отъ
того, что жители питаются главнымъ образомъ морскими птицами и изъ нихъ извле-
каютъ топливо, освѣщеніе и пухъ для своего ложа.
На островахъ Вестмапьяръ, у южнаго берега Исландіи, тогъ же режимъ выпы-
настъ тѣ-же тяжелыя послѣдствія.
Что касается островитянъ, заключенныхъ въ самой ужасной естественной тюрьмѣ
па землѣ Тристанъ д' А кунья,—окруженной холодомъ и бурями, то оии пользуются пол-
пымъ здоровьемъ, которое дается хорошими гигіеническими условіями; оии имѣютъ
даже то, чего напрасно требуютъ европейскіе рабочіе: обезпеченное пропитаніе, по такъ
тяготятся жизнью па этомъ островѣ, что постоянно требуютъ у британскаго прави-
тельства другой отчизны. Пространство вокругъ нихъ слишкомъ широко, а нравственнаго
единодушія нѣть. Зная о существованіи человѣчества, они хотятъ чувствовать его
вліяніе и заботы.
Далѣе на югъ, на другомъ островѣ—Гоу или Діего-Альварецъ раскинуты кра-
сивыя долины, прелестные ландшафты, п потерпѣвшіе крушеніе безъ трудностей про-
живали на немъ, но одиночество сдѣлало для нихъ этотъ островъ ужаснымъ.
Такъ у” какъ островитяне, могутъ быіь изолированы жители болотистыхъ и
озерныхъ мѣстностей, и тогда оно сохраняютъ вѣками старые обычаи: измѣненія внѣш-
няго міра ихъ не касаюіея.
Какъ примѣръ такого населенія, оставшагося вѣрнымъ древнимъ обычаямъ, можно
указать на племя Уру, живущее на плотахъ па озерѣ Титикака, Въ началѣ XVII сто-
лѣтія историкъ Херрера говоритъ объ этихъ людяхъ, имѣющихъ только тростникъ, въ
качествѣ единственнаго матеріала для своихъ жилищъ и жизненныхъ потребностей.
Не разсказамъ, основаннымъ, можетъ быть, только па игрѣ слоиъ, люди этого племени
55
очевидно лишенныя всякаго расоваго самолюбія, говорили племени Кичуа, что они не
люли, а просто «червяки».
За эти три вѣка жпапь плрмопн Уру, навѣрное, но измѣнилась: они все прозя-
баютъ па тростниковыхъ плотахъ въ низкихъ тростниковыхъ жо хижнпахъ, отчасти
покрытыхъ глиной. Обыкновенно, они привязываютъ плоть къ утесу пли къ береговой
травѣ, іі но отваживаются отплыть отъ берега иначе, капъ въ самую лучшую погоду.
Тогда они ставятъ парусъ, также ьыткапный изі волоковъ тростника, в очень ловко
управляютъ своимъ троствп оиыма. судномъ. Главное питаніе ихъ также въ тростникѣ;
ѵііи ѣдятъ его корни съ рыбой в водяными птицами. Они продаютъ часть своей дичи
береговымъ племенамъ Кичуа в Анмара, но никогда, говоритъ Баэадръ, не согла-
сятся жить въ хижинахъ на твердой землѣ и не вступаютъ въ союзы съ другими пле-
менами. Если ужъ плохія обстоятельства заставятъ ихъ сойти на берегъ, они качаются
н надаютъ, кань пьяные.
Даже въ Соединенныхъ Штатахъ, гдѣ современная промышленная сила дѣлаетъ
«цивилизованныхъ» всемогущими истребителями, племя Семиноловъ во Флоридѣ отчасти
избѣгло избіянія в плѣненія солдатами Штатовъ благодаря болотамъ, потокамъ н тря-
синамъ Эверглады. Теперь ихъ селенія посѣщаютъ пзъ любопытства, пробираясь къ пипъ
по широкимъ, хорошо содержимымъ дорогамъ.
Если стоячія воды разъединяютъ людей, то текущія, напротивъ, сближаютъ ихъ.
Замкнутыя долины, лѣса, болота, озера и острова --факторы консервативные въ исторіи
человѣчества. Рѣкя-жо, благодаря судоходству, успѣхамъ земледѣлія в упрощеннымъ
способамъ сообщеній между людьми являются главными источниками жизни и того, что
принято называть цивилизаціей. Говоря о завоеваніяхъ человѣка, въ которыхъ такъ
много помогли ему рѣка, мы должны Повторить слова Ііиндара: «Вода—лучшій даръ
природы» Вліяніе рѣкъ настолько важно въ исторіи человѣчества, что мыслители
(Левъ Мечниковъ въ св ,емъ трудѣ «Великія историческія рѣки»), изслѣдуя его вь раз-
витіи народовъ, оставляютъ безъ вниманія друпе элементы и считаютъ, что рѣки были
главными двигателями въ переходную эпоху, которая слѣдовала за первобытной и обни-
мала цивилизаціи Египта, Месопотаміи, Китая, страны Инда и Ганга.
Иногда различныя обстоятельства географической среды, какъ естественныя загра-
жденія, заросли, отнимаютъ у рѣки по всему или въ части теченія эту благодатную
для человѣка ея роль, превращаютъ рѣку въ болото. Есть рѣки, доступъ къ ьоторымъ
прегражденъ полузатопленными лѣсами иди непроходимыми зарослями тростниковъ,
которые скрываютъ неопредѣленные берега рѣки, постоянно измѣняемые вслѣдствіе
застоя и перемѣны теченія рѣки.
Большое число рѣкъ, особенно въ тропическихъ мѣегиостяхт., покрытыхъ густой
растительшістые, избѣгается попеволѣ племенами, кромѣ тѣхъ, которые знакомы съ
судоходствомъ. Въ доисторическія времена большинство рѣкъ, даже тѣ, которыя впо-
слѣдствіи имѣли огромное вліяніе на судьбу человѣчества, какъ Евфратъ, Инлъ,
Ян-тсе-Кіавгъ, оставались недосягаемы для населенія. Для примѣра Гринъ указываетъ
намъ на рѣки Англіи, которыя играютъ такую большую роль вь жизни націи и которыя до
появленія римлянъ и морскихъ пародовъ тщательно избѣгались туземцами.
56
Древніе города строились на холмахъ внутри страны, цодатьш» отъ болотъ и
лѣсовъ, тянувшихся вдоль рѣки. Примѣромъ тому можетъ служитъ Вѣна, почтя до на-
шихъ дней остававшаяся въ отдаленіи отъ Дуная, и «гороть корабельщиковъ» — ПІнф-
фоштадтъ, жит»‘.ш котораго съ давнихъ норъ таннміілпсь судоходствомъ, но несмотря
на это. выстроили слои дома на высотахъ вдали отъ рѣки
Нормальная, удобная рѣка, каковою она яі; іяотся въ нѣкоторыхъ счастливыхъ
странахъ н каковою въ другихъ со сдѣлалъ человѣкъ, тѣмъ самымъ стала факторомъ
великихъ историческихъ событій. Въ своемъ свободномъ, не всегда ровномъ, по непре-
станномъ теченіи, она песетъ передъ взорами чриореяпплхъ жителей вѣну, травы и
вѣтви. Какъ могъ устоять умъ человѣка противъ обаянія рѣки, этой побѣдительницы
пространства и времени, вѣчно отражающей въ себѣ цѣлыя поколѣнія, яеизмѣниоіі
какъ рокъ и, вмѣстѣ съ тѣмъ, разнообразной и въ прибыли и убыли своихъ водъ,
въ игрѣ волнъ и зыби, въ отблескѣ солнечныхъ лучей и переливѣ тѣней? Откуда вая-
лась это могучая рѣка? Первобытные жители ея береговъ не могли имѣть яснаго о томъ
представленія. Въ чемъ зак попалась тай«а Нила и другихъ рѣкъ, происхожденіе кото-
рыхъ было неизвѣстно людямъ? Они. вѣроятно, воображали, что рѣку изливаетъ божество
изъ урны, пли даже принимали ее за самое божество. Если вдалекѣ они видѣли горы, то
истокъ ея естественно полагали въ этихъ горахъ, во представляли себѣ ее по просто бѣгу-
щею съ высотъ, а примѣшивали сюда какое-нибудь чудо. Такъ, эпопея Раиайяна говоритъ
.. божественномъ Гангѣ, который съ небесъ ниспадаетъ на гоюву Сивы п, пробѣжавъ
по темени великаго бога, протекаетъ черезъ три міра, возбуждая веселіе по всей землѣ
Куда течетъ рѣка? Первобытныя человѣкъ не могъ себѣ этого объяснить, но
безпрестанно убѣгавшая волна привлекала его взоръ н манила за собой въ невѣдомыя
страны. Картина этого постояннаго движенія возбуждаетъ жажду путешествія, какъ
вызывалъ се видъ птицъ, стаями улетающихъ но направленію долинъ.
Сколько трагическихъ свмволои> создали поэты въ сказаніяхъ о Лорелсѣ, Сиревѣ,
і нимфахъ, заманивающихъ людей въ глубину! Но прежде чѣмъ принять такіе страшвые
образы, легенда была самаго простого характера Богиней, которая завлекала на гибель
столькихъ молодыхъ и славныхъ удальцевъ. была быстрая сверкавшая волна, игравшая
пескомъ, и коварные водовороты.
Видъ текущей воды вноситъ что-то идеальное въ душу каждаго, даже мало
развитого человѣка. Великолѣпный трудъ Курціуса показываетъ намъ, насколько треки,
ужо отрѣшившіеся отъ ватуралігма, видѣли въ водахъ живыя существа, приписывали
нмь земный страсти и участіе въ людскихъ дѣлахъ, И если источпикп про ставлялись
вмь живыми, оплодотворяя, какъ Егроть, поражая смертью, какъ Стиксъ или Лорной-
ская гидра, то паскотько сильнѣйшимъ союзникомъ или врагомъ являлась рѣка, ко-
торая сносила города, затопляла селенія, преграждала путь арміямъ. Переправа черезъ
рѣку считалась дѣломъ первѣйшей важности, требовавшимъ молитвъ и умнлостивнтедь
ныхъ жертвъ. Къ рѣкѣ обращались, какъ къ божеству иди, по меньшей мѣрѣ, какъ къ
генію; но, заключивъ союзъ съ другими божествами, можно было отомстить рѣкамъ
поглотившимъ людей. Такъ, Киръ наказалъ Гипдосъ—притокъ Тигра—заставивъ цѣлый
годъ работать сьою армію, чтобъ раздѣлить рѣку иа триста шестьдесятъ каналовъ.
57
Съ этой точки зрѣй я Ксерксъ, приказавшій сѣчь Геллеспонтъ розгами, поступалъ по
понятіямъ своего времени.
Современные циііиліізомпшле люди, жизнь которыхъ проходить въ тысячахъ ие-
ючей, въ взаимно-уничтожающихся впечатлѣніяхъ, не могутъ понять, съ какой силой
зоветъ в влечетъ за собой бѣгущая вода, которая кажется самымъ живымъ существомъ
въ природѣ и въ то-же время
распро. траняегь жизнь вокругъ
себя. Между тѣмъ сила той жпз
ни производить глубокое впечэ
тлѣніе не только па людей, при-
выкшихъ къ одному пейзажу, по
и па тіхъ, которые въ полнотѣ
своихъ впечатлѣній и познаній
обнимаютъ, такъ сказать, міръ п
сдѣлались гражданами всего зем-
ного шара. Такъ, великій нату-
ралистъ Хедсонъ, прожившій
долгое время ва берегахъ Ріо-
Негро вь Патагоніи, напрасно
силился представить себѣ во спѣ
или въ своемъ воображеніи дру-
гій виды; одинъ овладѣлъ его
мозгомъ: всюду онъ видѣлъ по-
росшую кустарникомъ плоскость,
крутой склонъ, спускающійся къ
рѣкѣ, в широкій потокъ, исче-
зающій въ лучахъ свѣта или тЬ-
пи за мысомъ.
Чѣмъ рѣчной пейзажъ
проще, тѣмъ сильнѣе овладѣваетъ
онъ ѵмомъ Тотъ, кто жилъ на
прибрежныхъ холмахъ Мисспс-
сипв. одной изъ рѣкъ, наиболѣе
сохраняющей свой характеръ на
Типъ племени д I о л а.
всемъ теченіи въ своей ширинѣ, ровности волвъ, однообразіи береговъ и темной сгѣвт
отдаленныхъ кипарисовыхъ лѣсовъ — гь трудомъ можетъ отрѣшиться отъ убѣжденія,
что эта водная масса спускающаяся съ такой неѳтравимой силой, есть главная ось
всего обитаемаго міра. П если люди, сильные умомъ, но могутъ побороть этихъ продол
жательныхъ внечітлЬній, то нечего удивляться тому вліянію, кото[юе производитъ на
воображеніе ирнбрежныхь, мало просвѣщенныхъ жителей, течепіо такой рѣки, какъ
Амазонка—безконечно длинное, широкое, такое могучее, что оно разрѣзаетъ п шоламь
какъ экваторъ, всю южную Америку. Племя Тапуйосовь на Амазонкѣ пе могло себѣ
58
представить, чтобы человѣческое жилище могло стоять гдѣ-нибудь вь другомъ мѣстѣ,
какъ не на одномъ изъ береговъ этой рѣки.
Труды первыхъ изслѣдователей, Спикса, Мариуса, Бетеа, и Уоллеса, полны самыхъ
курьезныхъ замѣчаній, которыя инь приходилось слышать отъ своихъ гребцовъ: гѣ
не могли никакъ попять того, что имъ разсказывай о другой природѣ. Шесть тысячъ
лѣтъ тому назалъ египтяне представляли себѣ міръ такой же формы, какъ ихъ нихь-
ская долина, т. е. длиной равниной, прирѣзанной, какъ осью, рѣкой п окаймленной
пустынями и горами.
На берегу вічп  движущихся водъ, этихъ «бѣгущихъ путей», судоходство было,
такъ сказать, предопредѣлено заранѣе: не достаточно ли было плывшаго ствола, чтобы
привлечь вниманіе дѣтей, барахтавшихся на берегу? Развѣ не п<ыьяовала>'ь на игъ
глазахъ какая-нибудь водяная птица, можетъ быть, лажа лѣсное животное, эглмъ естествен-
нымъ способомъ передвиженія?
Точно также, увлеченный внезапнымъ наводненіемъ, человѣкъ, навѣрное, совершалъ
нерѣдко невольный путешествія по теченію, подхваченпыл кикнмъ-нпбудь пловучимъ
островомъ или унесенными деревьями, или даже вь собственномъ жилищѣ, увлечен-
номъ выступившими изъ береговъ волнами.
Сила необходимости сдѣлалась, такимъ образомъ, воспитательницей дикаря: у него
остался въ памяти тотъ плотъ, которые онъ нашелъ вь природѣ, которымъ онъ восполь-
зовался наряду съ степными или лѣсными животными, и на спокойной водѣ онъ ста-
рался подражать природѣ, строилъ елмъ подобный плотъ. 11 когда человѣку случилось
увидѣть на водѣ бревно, можетъ быть выгнившее и образовавшее углубленіе, и этотъ
естественный челнъ оказался удобнымъ и стойкимъ, понятно, человѣкъ, движимый
инстиктивнымъ пиниманіемъ его пользы, привязалъ его около своего '’елонія, чтобы
воспользоваться имъ, когда понадобится переправиться на другой береіъ или даже
подняться вверхъ го рѣкѣ.
Забавы дѣтей н молодежи на водѣ, ю которой они плавали, уцѣпившись за
бревно, уіаряя по водѣ погани, руками, вѣтвями, чѣмъ попало, дали имъ мысль о веслѣ
п рулѣ, которьь они и примѣнили къ своему челну, сдѣлавъ ого подвижнымъ, но покор-
нымъ существомъ. Отъ этого выдолбленнаго природой бревна естественъ былъ переходъ
къ выдолбленному человѣкомъ съ помощью огня пли какого-нибудь оруця, и этотъ
переходъ долженъ былъ совершиться па многихъ и многихъ рѣкахъ у безконечнаго числа
населеній, потому что выдолбленные илъ одного бревна челны встрѣчаются во всѣхъ частяхъ
земвого шара.
Первобытный человѣкъ случайно научился примѣненію паруса, замѣтивъ, что вѣтки
съ листвой увеличиваютъ скорость плавающаго ствола. Принимая во вниманіе мате-
ріалъ, пзъ котораго сооружено такое судно дикаря, можно считать его совершеннымъ
судномъ: таковы челны изъ коры на Нигерѣ, выдолбленные стволы на Таримѣ, березовая
пирога, употребляемая у Гуроновъ и Оджибвеевъ на дальнемъ сѣверѣ. У бѣлаго че-
ловѣка нѣтъ ладьв, которая могла бы соперничать съ этимъ первобытнымъ челномъ въ
легкости, удобствѣ при управленіи и починкѣ, доступности употребляемаго для него ма-
теріала. Путешественникъ — индѣецъ пли метисъ, иа всѣхъ берегахъ имѣетъ нужное
Ллв.-зеландскіе капоты ивъ пальмолихъ стволовъ
60
для постройки своего судна и можетъ безпрепятственно съ своимъ портативнымъ челномъ
пересѣчь всѣ мѣстности Канады, Великихъ озеръ и Скалистыхъ горъ.
Поэтому удивительно но то, что почти всѣ дикія племена знакомы съ судоход-
ствомъ, а то обстоятельство, что нѣкоторыя, живя на берегахъ рѣкъ, по рѣшаются
пуститься по своимъ водамъ. Такъ, знаменитые Ботокуды даже но рѣшались плавать
и не умѣли строить лодокъ. Понятно, что въ нѣкоторыхъ рѣкахъ бассейна Ориноко
и Амазонки, кишащихъ маленькими опасными рыбами «рігапдаз», жадно бросающимися
на человѣка, вонзая вь него свои острыя зубы, прибрежное населеніе боится воты и
не пускается вплавь; по какъ понять, что туземцы не плаваютъ н но употребляютъ
лодокъ на совершенно почти безопасныхъ рѣкахъ? Очевидно, вь этомъ случаѣ играетъ
роль какое-нибудь суевѣріе, продолжающее существовать съ древнихъ вѣковъ, несмотря
на измѣненія среды Когда-то этотъ народъ жиль около опасныхъ водъ, сдѣлавшихся
поэтому для него запретными, и эта осторожность превратилась въ ненарушимый законъ,
который они перенесли въ своихъ переселеніяхъ съ одной рѣки на другую.
Такимъ образомъ, несмотря на противорѣчія, представляемыя нѣкоторыми племе-
нами, и на безсмысленную логику военныхъ державъ, которыя, какъ древніе варвары,
воображаютъ, что глубокія рѣки, какъ дикіе потоки въ ущеліяхъ л замкнутыхъ ска-
лахъ, разграничиваютъ людей и народы, несмотря па это, можно считать постепенное
открытъ судоходства на рѣкахъ земного шара, какъ общее явленіе прогресса, совершив-
шееся въ тысячахъ различныхъ пунктовъ.
Какой прогрессъ скрывался уже въ этомъ чудесномъ открытіи, придавшемъ дви-
женію человѣка движеніе природы. дОполпивіимъ личную силу безконечно малаго—како-
вымъ мы являемся - силой могущественнаго божества, вооруженнаго такой несравнимой,
безконечной п» отношенію къ вамъ мощью, какъ ііиееиссипи или Амазонка! И тѣмъ
не менѣе первые плавны, пустившіеся на вертлявомъ и перекачивающемся бревнѣ, навѣр-
ное была тредметомъ общихъ насмѣшекъ: умные люди, осторожные, оставшіеся на берегу,
отъ чистаго сердца смѣялись надъ этими искателями приключеній, надъ этими безумцами,
которые съ опасностью жизни пускались вдаль отъ твердой земли, твердей, обыкновенной
почвы ихъ предковъ!
Овладѣвъ, благодаря судоходству, безконечнымъ пространствомъ, во всякомъ случаѣ
его прямолинейнымъ направленіемъ, рѣчное населеніе ст> гамыхь раннихъ временъ полу-
чило возможность широко пользоваться своей побѣдой. На верхнихъ притокахъ Ама-
зонки въ Боливіи живетъ племя Мохосеаъ; это люди никогда не отважатся войти въ
сосѣдній лѣсъ дальше, чѣмъ на разстояніе полета стрѣлы или лая собаки, но на тысячи
километровъ знаютъ рѣку и ея притоки, развѣтвленія, ея «Гигоя* и «рагапатігіт*;
эти «дикари» знаютъ не только свою, но п другую природу, умѣютъ ладить съ другими
народами, чувствуютъ себя свободно среди различныхъ условіи цивилизаціи, !тги греоцы
не дрожать отъ страха, нриб.іижаиеь къ порогамъ или водопадамъ; когда, подхвачен-
ные теченіемъ, оіш заслышатъ шумъ волнъ у своихъ ногъ, то во время ударяютъ
весломъ, чтобъ проскользнуть между камнями, избѣгнуть толчка и обходами Добраться
до спокойной воды—«гашанво», растилаюшакіся у подножья водопада. Тамъ, гдѣ рѣка
надаетъ слышкомъ высоко, онн пользуюіея разсѣлинами утесовъ, переплетенными при-
61
бражными ліапами, естествеппыми уступами берега, его песчаными отмелями, чтобы
спустить челны.
Ивжс, ідѣ рѣка чревращастся въ движущееся море, онп умѣютъ укрываться отъ
бури среди пловучей травы или «саініагаііа», ослабляющі й волпошо; опп умѣютъ также
сопротивляться вѣтру, который увлекъ бы ихъ къ верховью рѣки, привязывая лодку къ
бревну, опускающемуся па нѣсколько метровъ въ глубину в продолжающему равномѣр-
ное движеніе по теченію впередъ.
Брвавяьекая „я> а н г а д аи.
Поднимаясь по рѣкѣ—что продолжается нвеколько мвсяцевь,—они умѣютъ поль-
зоваться пассатными вѣтрами, дующими противъ точенія, а также боковыми рукавами
рѣки, которые во время разлива принимаютъ обратное теченіе.
Въ такихъ путешествіяхъ люди не только развяваютъ свою силу и ловкость, по
научаются и мѣстнымъ промысламъ, различнымъ языкамъ и приносятъ своимъ семьямъ
самыя разнообразныя свѣдѣнія и знанія. В» имъ пепзвѣстпы сухопутныя пространства
между теченіями рѣкъ, и бѣлые географы узнали о существованіи саваііпъ пли <сашров»,
свободныхъ отъ лѣсной растительности въ пеибьятпомь бассейнѣ Амазонки, чть другихъ
народовъ идя путемъ собственныхъ экспедицій
62
Рѣка, научившая человѣка судоходству п тѣмъ самымъ положившая начало обмѣну
познаній, указала также па земледѣліе, почти безъ всякой иниціативы человѣка въ этомъ
направленіи. Постоянно размывая н намывая берега, рѣчное теченіе но только создаетъ
плодородную почву, по проноситъ также корни, зерна, ростки незнакомыхъ туземцамъ
растеній, которые быстро выростаютъ на новой почвѣ, вызывая удивленіе мѣстнаго
населенія. Если раненіе подходитъ, если оно можетъ пойти въ пищу нмъ или домаш-
нимъ животнымъ, то люди будутъ подражать природѣ послѣ; каждаго наводненіи; чело-
вѣкъ будетъ собирать плавающіе зерна и корни п поручить нхь дѣвственной почвъ,
намытой волнами Безъ сомнѣнія, этотъ трудъ, діа котораго требовалось только нагнуться,
явился въ тысячи мѣстностей земного шара и пріучилъ человѣка повторять его не только
на берегахъ текущихъ водъ, но и на склонахъ холмовъ и на лѣсныхъ прогалинахъ.
Можно даже въ наше время видѣть этп слабыя попытки земледѣлія въ нѣкоторыхъ
мѣстностяхъ, на берегахъ, выступившихъ изъ-подъ оодыпихъ американскихъ рѣкъ.
Итакъ, чѣмъ только пе обязаны мы текущимъ видамъ, этимъ мѣстнымъ боже-
ствамъ! Оии вывели насъ изъ первобытнаго инертнаго состоянія, вызвали движеніе,
превратили насъ въ совершенствующееся человѣчество, постоянно обновляющееся, научили
пасъ мнѵжеству промысловъ черезъ сближеніе съ другими людьми п, наконецъ, помогли
намъ добывать хлѣбъ. Такимъ образомъ, насъ привязываютъ къ рѣкамъ сознательныя и
безсознательныя воспоминанія безчисленныхъ событій. Мы знаемъ, что ихъ долины пред-
ставляли историческіе пути переселявшихся народовъ, и что жизнь націй развилась на
ихъ берегахъ.
Великія цивилизаціи, изъ которыхъ мы образовались и безъ которыхъ не было бы
человѣчества вь современномъ смыслѣ этого слова—ие пріяли бы существованія, если бы
не было Желтой рѣки, Голубой, Инда, Ганга, Евфрата, если бы ис было Египетской рѣки,
Сенегала, Нигера. Съ чувствомъ сыновняго благоговѣнія мыслящій человѣкъ произносить
эти великія имена.
Съ теченіемъ временъ первоначальное вліяніе какого- ннбудь условія среды вре-
вращается всегда въ обратное. Вначалѣ большія рѣки раздѣляли людей; фауна отчасти
различна на двухъ берегахъ Амазонки; точно также въ не -ічевь отдаленныя историче-
скія времена, племена. ш искусныя вь судоходствѣ, никогда не переходили съ одного
берега па другой: огромп о русло, наполненное движущейся кодой, разграничивало людей
такъ же какъ животныхъ. II это препятствіе, непреодолимое д/я первобытнаго рѣчнаго
населенія, сдѣлалось великимъ двигателемъ для цивя івзоваппыхъ, способомъ передвиже-
нія вещей, людей п мыслей. Мале -пи-налу человѣкъ, плававшій въ своею, челнокѣ по
рѣкѣ становится путешественникомъ по сушѣ, коммерсантомъ, человѣкомъ, приспособля-
ющимся среди всѣхъ пародовъ. Таковы, напримѣръ, воспитавшіеся ва своихъ приморскихъ
озерахъ туземцы Діода на южныхъ африканскихъ рѣкахъ, нхъ можно встрѣтить ни-
всюду, даже за предѣлами Нигера.
Такія же историческія явленія наблюдаются но отношенію человѣка къ морю.
Сколько племенъ, вышедшихъ язь степей, лѣсовъ, горъ, бассейновъ рѣкъ, въ ужасѣ
осіанав швадось на крайнемъ выступѣ вь море, передъ безконечнымъ водянымъ про-
страпстгомъ, чудовищнымъ ревомъ разбивавшихся волнъ! Море, котовому суждено было
63
вести съ одного конца міра ва другой горделивыя суда, вначалѣ было .для земныхъ
жителей непреодолимой преградой, внушающій ужасъ областью.
Впрочемъ, нѣкоторыя морскія побережья должны были быть для своихъ обитателей
Маякъ на о-вѣ ИпсгЬ, самомъ краппомъ иаь Шотландскихъ овов-ь
такпип я:о тюрьмами, какъ замкнутыя горныя долины или лѣсныя поляны среди чащи
Кромѣ острововъ и береговыхъ архипелаговъ, береговая полоса заключаетъ въ себѣ
совершенно отдѣленныя отъ твердой земли пространства, гакъ дюпы, болота и скалы,
почти неприступныя съ континента. Обитатели ихъ. лишеппыг удобства сообщеній съ
64
прімепшщіімц странами, ѵоиеволѣ ваключепы въ тѣсныхъ границахъ, сто растенія безъ
питательной почвы. Такимъ было долгое время приморской населеніе Вандеи.
Населеніе морскихъ береговъ, почти совершенно оторванное отъ континентальнаго,
тѣмъ но менѣе во многихъ мѣстностяхъ, представлявшихъ достаточное пространство п
средства къ кптни, сумѣло прпспосоонться къ окружающей природѣ, навлекая изъ нея
нужное для жизни п ооработкн и живя нсзаввснмымн обществами. Л тамъ, гдѣ бере-
говое населеніе океана имѣетъ возможность сооощаться съ внутренними странами черезъ
легко проходимыя осушившіяся равнины или по теченію удобныхъ протоковъ, он» можеіъ
одновременно пользоваться выгодами сношеніи съ континентомъ а овладѣть постепенно
преимуществами, кпторыя даетъ омъ море.
Нъ нѣкоторыхъ мѣстахъ, волны легко поддаются стремленіямъ человѣка овладѣть
ичи. Тамъ, гдѣ рѣка разливается въ устье, а устье переходитъ въ заливъ, судоходство
естественно слѣдуетъ по тому же направленію вдоль береговъ, иногда по волѣ гребца
преслѣдующаго добычу, иногда по подѣ вѣтра или теченія.
Такимъ образомъ совершается переходъ отъ {тѣни къ морю; познаніе соленой воды
начинался съ прѣсной. Заливы, закрытые отъ вѣтра, или проливы, защищенные отъ
валовъ открытаго моря островами влп цѣпями рифовъ, какъ напримѣръ, у береговъ
Далмаціи, представляютъ для береговыхъ жителей такую жт легкость судоходства, какъ
рѣки, п такіг же челны должны были появиться и па ихъ берегахъ.
Такимъ образомъ рѣчное судоходство переносится на взморье, а затѣмъ и на море.
Нерѣдко пловецъ увлеченъ въ открытое м^ре; иногда онъ самъ пускается туда, чтобъ
не быть выброшеннымъ на отмель или разбитымъ о рифь. Онъ узнаеіъ, что море со
своей невѣдомой глубиной менѣе опасно, чѣмъ берегъ съ его обрывами, скалами, мелями,
и смѣло пускается по огромнымъ волнамъ.
Къ тому же, море имѣетъ особую притягательную силу въ своихъ приливахъ и
отливать, дважды въ день манящихъ прибрежныхъ жителей на покинутое моремъ ложе-
они любятъ преслѣдовать водны в убѣгать отъ нпхъ, когда тѣ снова стремятся овла-
дѣть берегомъ.
Море познается, угадываются скрывавшіяся подъ нимъ бездны, изучается его
дѣйствіе на растенія и животныхъ. Береговое населеніе обыкновенно питается исклю-
чительно рыбой и другими «морскими входами», которые находитъ въ лагунахъ, между
камнями рифовъ, вь пескѣ и плѣ.
Жадное исканіе морской добычи, а у молодыхъ—страсть къ приключеніямъ должны
были увлекать приморское населеній дальше за продѣли от.іИиоиъ п приливовъ. Какъ
могла бы дѣти устоять противъ влеченія играть п бороться съ волнами? Они видятъ
вдали длинные волнистые ряды, выростающіе но мѣрѣ приближенія, подвигающіеся, какъ
колонны войскъ на полѣ битвы: онн видятъ, какъ эти волны взимаютъ острые гребни,
наламываются въ пѣнистой гривѣ, обрушиваются одна за другой, сливая шумъ паденія вь
грлмовые раскаты, сопровождаемые свистомъ летящихъ брызгъ. Это движете, сто смятеніе
опьяняютъ юношу, начинающаго сознавать свои силы; онъ бросается въ бурлящую воду,
борлся съ поднимающей и опрокидывающей его волной, снова появляется па поверхности
и, виплыгъ дальше, играете какъ тритонъ, въ складкахъ воды на далекомъ просторѣ.
65
Благодаря такимъ играмъ, развивающимъ сиды п ловкость человѣка, онъ, при-
выкнувъ съ іѣтства къ схваткамъ съ моремъ, чувствуетъ себя въ немъ, какъ рыба.
Разсказы путешественниковъ объ обитателяхъ Каролинскихъ острововъ, Полинезіи
и о другихъ островитянахъ, живущихъ въ теплыхъ тропическихъ меряхъ, кажутся намъ
невѣроятными. Часами, въ продолженіе даже цѣлыхъ дней, ..ші держатся на волнахъ,
какъ въ природномъ влемептѣ.
Въ XVIII вѣкѣ во времена путешествій, пролившихъ для нагъ свѣтъ па правы
жителей южныхъ морей, суда’, опасаясь рифовъ, бросали якоря за нѣсколько километ-
ровъ "ть берега, и скоро ихъ окружало все населеніе ближайшихъ земель: мужчины,
ФиЕикіжсвьа талера.
жепшины, дѣти съ радостными криками барахтались въ волнахъ вокругъ невидан-
ныхъ чудовищъ.
Судоходство должно было быть въ раннія времена тѣсно связано съ плаваніемъ
и первоначально въ очень грубой формѣ. Такъ, «Великіе Ватаяга», родственные племени
Банту, населяющіе африканскіе берега между Камеруномъ н Габономъ, употребляютъ
челнъ вѣсомъ не болѣе 7—% килограммовъ, легкс неся его потъ мышкой по выходѣ
ва берегъ; по общей формѣ вти длинные, узкіе челны, пчтя безъ углубленія, можно
сравнить съ деревянными лошадками Туземцы Батапга садятся на пвхъ верхомъ, но-
гами направляя ихъ, сохраняя ран'огѣсіо и предохраняя отъ наполненія водой. Европейцы
съ удивленіемъ смотрятъ на этихъ всадниковъ и ихъ странныхъ коней, скользящихъ,
какъ насѣкомыя, но водѣ, справляясь въ неожиданныхъ движеніяхъ съ волнами южнаго
прибоя, которыхъ боятся даже самые опытные матросы.
Въ другихъ, но мевѣе бурныхъ и опасныхъ моряхъ, у Коромандельскаго берега,
напримѣръ, приморскіе жители пользуются плотомъ «катамарамь», который свободно
ЭЛИЬЕ РОКЛЮ.
5
66
зілвваюп волны, каждый разъ угрожая увести гребцовъ. Также точно у бралпльсквхъ
береговъ, у Вахіи и ІІерначбуко, часто встрѣчаются ва большомъ разстояніи отъ берега
«жангады* изъ скрѣпленныхъ легкихъ стволовъ, оснащенныя парусомъ; волны заливаютъ
эти плоты, окачивая гребца, и онъ обыкновенно пвинуждевъ прпьмзывать сеоя, свои тык-
венные сосуды в тяжелый каменный якорь къ плоту.
На такихъ судахъ, вѣроятно, моряки, принадлежащіе къ этнической группѣ Ки-
хуа, открыли Галапагосскіе острова па два вѣка ранѣе прибытія испанцевъ и дошли,
вѣроятно, до острова Пасхи, гдѣ, по мнѣнію иныхъ, оставили въ знакъ своего по-
сѣщенія тѣ странныя скульптурныя произведенія, которыя украшаютъ теперь перистиль
Британскаго музея. Въ мѣстахъ, гдѣ вѣтры правильно распредѣлены между днемъ и
ночью пли по временамъ года, смѣльчаковъ и искателей приключеній особенно притя-
гиваетъ море; къ путешествіимъ отъ одного острова къ другому ихъ естественно влечетъ
п тамъ, гдѣ острова разсыпаны па близкомъ разстояніи одинъ отъ другого; такъ, въ
Эгейскомъ шорѣ съ его какъ бы намѣченными заранѣе остановками, судоходство должно
был> притягивать къ собѣ насоленіе, какъ желѣзо притягивается силой магнита.
Пе всѣ моря доброжелательны, не асѣ вѣтры олагонрілтны и очень не мно о
водныхъ пространствъ, заслуживающихъ названіе «&о!Го сіеіав Ваіпаь» —«Моро дамъ»,
данное первыми испанскими лоцманами мексиканской части Тихаго океана, потому что
достаточно было бы женской руки, говорили опп, для управленія еудноиь въ этихъ
одахъ- Нѣкоторыя пространства океана, въ области сильныхъ вѣтровъ, бурь п цикло-
новъ поднимаются л образуютъ такія бездны и горы, чго кажется, въ этомъ хаосѣ
сталкивающихся волнъ всякое судно должно исчезнуть. И тѣмъ не менѣе, такова при-
тягательная сига этого вѣчно-движущагося моря и такова, съ другой стороны, сила
голода у многихъ племенъ, населяющихъ безплодныя побережья богатаго рыбой моря,
чго морякъ пускается вь эти опасныя мѣста па легкихъ доскахъ. На окраинахъ мате-
риковъ, на островахъ и архипелагахъ нѣтъ мѣста, которое въ своихъ названіяхъ не
сохраняло-бы цѣлую исторію крушеній и несчастій. Для приморскихъ бретонцевъ названіе
«Заливъ Погибшихъ» является пе простымъ географическимъ именемъ, а напоминаніемъ
о цѣломъ рядѣ происшедшихъ тамъ драмъ, о страшной анонсѣ человѣческихъ жизней,
поглощенныхъ моремъ, имъ видятся суда съ сломавшимися мачтами, неотвратимо иесу-
, шіяся на скалы; имъ слышатся трескъ ьндя. наскочившаго на камень, и грохотъ воло-
чащихся по камнямъ якорей и цѣпей; вь бурныя ночи имъ чудятся крики и вопли
погибающихъ, умирающихъ, можетъ сыть, голоса мертвецовъ, которые ясно раздаются
среди воя волкъ.
И если море дѣйствуетъ такъ силы,» на воображеніе приморскихъ жителей болѣе
ьли менѣе цивнлизо><ачныхъ и даже на нашихъ современныхъ матросовъ, знающихъ
новѣйшія изобрѣтенія, чудеса машинъ, то какъ сильно должно было опо вліять ва от-
даленныхъ островитянъ, живущихъ, какъ обитатели Гебридскихъ, Оркнейскихъ, Шот-
ландскихъ и Фаррерскихъ острововъ, па скудно покрытыхъ травой, почти голыхъ скалахъ,
прорѣзанныхъ вторженіемъ волнъ и сообщающихся съ берегомъ только узкими, почти
вертикальными тропинками, по которымъ спускаются съ помощью веревокъ!
Рѣки имѣютъ м<"уществевиое вліяніе на человѣка. По что значитъ Миссисипи
С7
или Амазонка, не говоря уже о Рейнѣ или Шельдѣ, сравнительно съ океанскимъ
пространствомъ;?
Въ запвсимосіи отъ формы п контуровъ берега, отъ широты, направленія вѣт-
ровъ и теченій, море является то милостивымъ, то страшнымъ, ласковымъ или грознымъ,
во всегда жиьымъ, дѣятельнымъ, страстнымъ, какъ бы одареннымъ собирательной и
множоетвевной силой въ своемъ цѣломъ и въ каждой своей волнѣ, въ каждомъ гребнѣ,
въ каждомъ комкѣ пѣны.
Вгѣ преданія, всѣ наши литературы, начиная съ Одиссеи, воспѣвающей мощную
и грозаую жизнь «тысячегодоснаго> океана, говоритъ намъ о морѣ, н * моряки совсѣмъ
иначе чувствуютъ его величія. Имъ по приходится, какъ жителямъ суши,получать отъ
него только истетическое наслажденіе; ооя живутъ мо|>емъ и благодаря морю: опо игъ
создатель, ихъ другъ и часто также ихъ могила; опи люблтъ ого. обожаютъ, во вмѣстѣ
съ тѣмъ трепещутъ передъ нимъ, какъ передъ чѣмъ-то волшебнымъ, внушающимъ имъ
ужасъ въ призракахъ смерти иа песчаномъ или типистомъ днѣ! Находясь всегда подъ
этимъ впечатлѣніемъ, морякъ отличается серьезнымъ отношеніемъ къ жизни, и ого
спокойные глаза всегда сохраняютъ отраженіе смерти, къ которой онъ былъ столько
разъ близокъ.
Большое отличіе среды внутреннихъ странъ и морскихъ берѵіовъ обусло-
вливаетъ н противоположность, нредставляемую населеніемъ приморскимъ и внуіреи-
нимъ. Переходъ изъ одной области въ другую ь се измѣняетъ,—и природу, и людей вмѣстѣ
гь пѵю. Нужно составлять часть ужо очень передового человѣчества, чтобы обнять
умомч и объединить въ высшемъ синтезѣ столь различныя впечатлѣнія и противорѣчи-
выя понятія, которыя являются у жителей внутреннихъ странъ в приморскихъ: повсюду
въ первобытную эпоху человѣчества выказывается эта двойственность между обѣими
группами пародовъ, теперь соединенныхъ въ міровомъ единствѣ. Исторія расширялась
постепепо съ увеличеніемъ морей п становится единой, когда всѣ моря сіиваются
въ овеанѣ.
Войны. сопрі'голідавшіяся набѣгами и завоеваніями, разъединяли народы. Жадп-'С
приморское насоленіе, обосновавшееся на островахъ и полуостровахъ, хотѣло сохранить
оезраздѣльио ловъ рыбы, ракушекъ, можетъ быть, коралловъ, янтаря,жемчуга, вымѣни-
вая на нихъ произведенія другихъ странъ. Смотря но обстоятельствамъ, эти люди явля-
лись торговцами или пиратами: тамъ, гдѣ сила осгалась бы но на ихъ сторонѣ, они
появлялись въ качествѣ честныхъ купцовъ, обмѣнивавшихся товарами, согласно за-
конамъ людей, подчиняющихся обоюдному интересу: въ другихъ мѣстахъ <ни являлись
врагами, раззорявшими селенія, убивавшими мужчинъ и увозившими въ рабство жен-
щинъ и дѣтей.
Обычная вражда первобытныхъ племенъ, различныхъ но средѣ. ихъ окружающей,
; вообще все міровоззрѣніе, долго оправдывали эти жестокости.
Финикіяне и кареагеняне въ древнія времена, викинги въ средніе вѣка, а нынѣ
малайскіе и китайскіе пираты служатъ примѣрами этихъ приморскихъ народовъ, вра-
ждебныхъ населенію внутреннихъ странъ. Пираты или кхпцы, смотря по обстоятельствамъ,
они одновременно разрушали срабежомъ, убійствами и порабощеніемъ, и цвиилизопали,
*
68
доставляя товары, распространяя по пѵтн новыя идеи, смѣшиваясь съ пиыыя племенами
и порождая ньвые тяпы, болѣе спѵсобные къ прогрессу.
Конечно, необходимо подробно наслѣдовать въ отдѣльности опредѣленное вліяніе
того или другого фактора среды, какъ холода плн тепла, горы иля равнины, степи иди
лѣса, рѣки ила моря на опредѣленны!! пародъ; но только путемъ вполнѣ отвлечен-
наго разсужденія можно представятъ себѣ аіо условіе среды существующимъ отдѣльно,
а изолировать его отъ всѣхъ прочихъ, чтобъ изучить его основное вліяніе.
Даже тамъ, гдѣ это вліяніе является рѣшающимъ въ Матеріальной и нравствен-
ной жизни общества людей, оно, тѣмъ не менѣе, переплетается съ множествомъ другихъ
двигателей, однородныхъ или противоположныхъ вліяній.
Среда в&тда очень сложна, и человѣкъ напражіяпся тысячами различныхъ силъ
дѣйствующихъ вь различныхъ ваправь-шяхъ, слагающихся, сочетающихся подъ различ-
ными углами и взаимно противодѣйствующихъ.
Такъ, жизнь островитянина опредѣляется не только силой окружающихъ его вотвъ,
но нужно такжг принять во вниманіе широту, -іодъ которой онъ живетъ, силу освѣща-
ющаго его солнца, колебанія температуры, направленіе и силу вѣтровъ, менѣе извѣстное,
но не менѣе дѣйствительно * вліяніе магнитныхъ токовъ со всѣми ихъ элементами, кикъ
склоненіе, наклоненіе п напряженіе. Необходимо также опредѣлить составъ окружа-
ющихъ изучаемую соціальную группу скалъ, почву, ея цвѣтъ, разнооорпзіѳ и виды ра-
стеній и животныхъ, общій характеръ окружающей мѣстности, однимъ словомъ, все, что
во внѣшней природѣ можетъ дѣйствовать на чувства. Каждый изъ насъ вь дѣйстви-
тельности представляетъ итогъ всею того, что онъ ьидѣлъ, слышалъ, пережилъ, всего,
что овъ могъ воспріять чувствами.
И все-жс эта іервобытная среда, создаваемая окружающимъ міромъ, составляетъ
только часть той совокупности вліяній, которымъ подчиненъ человѣкъ. Потреиности
существованія опредѣляютъ питаніе въ зависимости оть мѣстности; така.** точно нагота
или одежда, жизнь на воздухѣ или разнообразныя жилища, пещеры я кровъ изъ листвы,
хпжииы и дома вліяютъ па образъ мыслей и характеръ чувствъ, создавая въ большой
частя то. что называется «цивилизаціей»—вѣчно измѣняющееся состоянія новыхъ прі-
обрѣтеній, переплетенныхъ съ болѣе или менѣе уЬорнымя пережитками. Кромѣ того,
«бризъ жизни въ сочетаніи со средой усложнится многочисленными болѣзнями, вне-
запными эпидеміями, разгонными въ зависимости отъ страны и широты в очень вліяющими
на совокупность силъ, ипредѣляюшпхъ человѣчество.
Къ средѣ - пространству, выражающемуся тысячью внѣшнихъ яилопій, нуж-
но прибавить сроду - время съ его пенрегіаннымп измѣненіями и безконечными
отраженіями.
Если исторія, пп выраженію Мишлэ, начинается съ географіп, то географія ста-
новится постепенно исторіей, силой непрерывнаго взаимнаго вліянія человѣка на чело-
вѣка. Каждый новыя человѣкъ, отличающійся удивительными поступками, новаторскимъ
умомъ, протнворѣчащиыи традиціямъ мыслями, дѣлается героемъ или мученикомъ; в->
счастливый или несчастный, онъ вліяетъ, н міръ измѣняется. Человѣчество образуется
я преобразовывается въ промежуткахъ поступательнаго движенія, возврата н смѣшан-
69
ныхъ состояній, и каждое — различнымъ образомъ измѣняетъ и выливаетъ въ ту или
другую форму человѣческую расу.
какъ перечислить всѣ эти факторы, дѣйствіе которыхъ смѣняется гь обществами
и постоянно возрождаетъ ихъ? Переселенія, смѣшеніе крови, сосѣдство нартовь, тор-
говыя сношенія, политическія измѣненія, преооразованія семейныхъ началъ, собсгвеняоств.
религій, нравственныхъ устоевъ, увеличеніе илн уменьшеніе познаній,—все это факторы,
измѣняющіе внѣшнія условія и въ то же время вліяющіе на часть человѣчества, погру-
женную въ новую среду. По ничто не теряется: старыя условія, хотя и смягченныя,
продолжаютъ имѣть вліяніе,— правда, второстепенное,—и изслѣдователь можетъ найдя ихъ
въ скрытомъ тсчепіи современнаго движенія, такъ жи какъ вода, исчезнувшая съ пер-
вичнаго ложа, сохранилась въ глубокихъ пещерахъ- Поэтому справедливо можно сказать,
что «мертвецы управляютъ живыми» и «смерть владѣетъ жизнью». У кафровъ есть
поговорка, которую бѣлые могутъ принять къ свѣдѣнію такъ же, какъ чернокожіе:
«одно явленіе—дитя другого явленія, и ш слѣдуетъ никогда забывать преемственности».
Такимъ образомъ, среда вообще распадается на безчисленные элементы, изъ кото-
рыхъ одна принадлежать внѣшней природѣ и которые часто называютъ «средою» по
преимуществу, собственно говоря, окружающею средою; другіе жо проистекаютъ изъ самаго
развитія обществъ и нарождаются послѣдовательно, увеличивая до безконечности слож-
ность дѣйствующихъ факторовъ. Эта послѣдняя среда, динамическая, вмѣстѣ съ первою—
статическою, представляютъ сов<-куппость вліяній, въ которой всегда трудно, если не вегоз-
можно. распознать господствующія вліянія, тѣмъ болѣе, что относительное значеніе тѣхъ
иди другихъ, чисто-ли географическихъ идв уже историческихъ, мѣняется сообразно съ
народомъ п вѣкомъ. Такъ, вь одномъ мѣстѣ непомѣрные холода производятъ запустѣніе
страны, вымираніе породы, или же, побуждая людей изобрѣтать средства примѣняться
къ слишкомъ суровой с;н>дѣ, способствуютъ косвеннымъ образомъ прогрессу; въ другомъ—
море и.іп рѣка являются главнымз двигателемъ цивилизаціи; въ третьемъ — случайное
столкновеніе сь чуждыми породами, съ чуждой культурой опредѣляетъ рѣшительный
поворотъ къ развитію.
Всякое смѣшеніе какого-нибудь народа, значительно подвинувшагося къ наукѣ и
искусствѣ съ народомъ другого происхожденія, болѣе низкой культуры, имѣетъ необхо-
димымъ послѣдствіемъ новый толчекъ поступательнаго пли образнаго движенія въ раз-
витіи общества: гакъ было еь рнмляпамн по завоеваніи ими Греціи; такъ, воооще, оы-
ваеть со всѣми варварсі.ииь народностями при соприкосновеніи ихъ сь народами образо-
ванными.
Хотя всѣ такія приспособленія разныхъ народовъ къ окружающей ихъ средѣ
всегда сопровождаются борьбою или войнами, но на витъ нельзя смотрѣть, какъ на
результатъ войны съ природою или съ людьми. Ооыкпоьепно, въ полномъ нсвѣдѣнів
нстинплго смысла жизни, говорятъ, что суровое завоеваніе вызываетъ прогрессъ. Конечно,
физическая сила почти всегда сопровождается и силою воли, но не можетъ ее замѣ-
нить. Вь обыкновенномъ разговорѣ употребительны слова: «борьба», «побѣда», «завое-
ваніе», какъ будто возможно измѣнить формы жизии какими-нибудь силами, кромѣ силъ
ирироды; надо только умѣгь примѣняться къ ея явленіямъ, тѣсни связать съ нами
7Ы
свою энергію и соединиться съ понимающими эти явленій то«дрвщами, чтобы про-
извести что-либо прочное.
Но всѣ эти силы приролы мѣняются, смотря по времени и по мѣсту, и іапрасно
географы пытались установить въ послѣдовательномъ поряднѣ тѣ элементы, которые
вліяютъ на развитіе народа: многоразличныя, переплетающіяся явленія жизни не поддаются
методической классификаціи. Уже по отношенію къ единичному человѣку — это трудъ
неблагодарный н имѣетъ значеніе условное, личнаго мнѣнія. Везъ сомнѣнія человѣкъ
долженъ стараться «познать самого себя», какъ его учили и повторяли ему философы;
но для такого незнанія самого себя ему необходимо изслѣдовать измѣнявшія его внѣш-
нія вліянія, изучить исторію своихъ предшественниковъ, ознакомиться вь подробностяхъ
съ условіями среды, въ которой жили его предки, вообразить себя въ періодѣ несозна-
тельной жизни, воспроизвести въ своей памяти тѣ рѣшительныя слова или дѣйствія,
которыя заставили ихъ избрать тотъ пли другой изъ тысячи путей, представляющихся
въ жизни. Во сколько же разъ труднѣе такое изученіе, когда мысль должна обнимать
значительныя общества, цѣлые народы, у которыхъ съ теченіемъ времени стало все
другое: и имя ихъ, и повелители ихъ, и іраницы, н самыя владѣнія ихъ, пароды, кото-
рые- имѣютъ даже превратное понятіе о происхожденіи своихъ предковъ!
По і тому-то историки и изслѣдователи, подоопые Тэну, отличающемуся своею
проницательностью, обыкновенно ограничиваются описаніемъ среды н вѣка, іспосред-
ственн'' близкихъ къ изслѣдуемымъ, событій и характеровъ—методъ въ чаемости хоро-
шій, дающій общее понятіе, но весьма сомнительный въ тѣхъ сіучаяль, когда изученіе
касается самородныхъ геніевъ, т.-е. тѣхъ именно людей, которые, будучи созданы усло-
віями, не входящими въ число элементовъ обыкновенной среды, сами вліяютъ на нее.
Задачи исторіи, относящіяся къ послѣдовательности измѣненій среды, настолько
трудны, что обыкновенно ихъ совершенно обходятъ, и указываютъ па как»е-то суще-
ственное различіе такъ называемыхъ «расъ». Сдѣлавъ попытку разъяснить себѣ непо-
средственныя вліянія, которыхъ дѣйствіе очерняло, обыкновенно приписываютъ вгѣ другія
особенности національнаго характера редполагаемому свойству расы. Но что же тако»
«раса» со всѣми ея особенностями въ строеніи тѣла, въ размѣрахъ ого, въ чертахъ
лица, въ объемѣ мозга, какъ пи продуктъ былыхъ, безконечно разнообразныхъ вліяній
среды, дѣйствовавшихъ въ теченіе всего времени со дня появленія первопачаіьныхъ
человѣческихъ родовъ?
То, что называютъ «наслѣдственностью усвоеннаго характера», ничто иное, какъ
повторное вліяніе окружающей среды. Раса устанавливается, кавъ и индивидуумъ,
требуя для этого необходимое время.
Итакъ, исторія человѣчества въ цѣломъ и въ частяхъ можетъ оыть объяснена
только совокупностью вліяній окружающей среды и интересовъ, сложившихся па протя-
женіи вѣковъ: но, чтобы вѣрно понять совершившуюся эволюцію, нужно также узнать,
въ какой степени измѣнилась сама ср<да и, слѣдовательно, измѣнила свое вліяніе. Такъ
напримѣръ, гора, съ которой нѣкогда спускались въ равнины безконечные льды и кото-
рая была неприступна для человѣка, уже не препятствуетъ движенію народностей съ
тѣхъ поръ, какъ открылись ущелья, едва покрытыя пли совсѣмъ свободныя отъ снѣга,
71
завъ дорогу между вершипчмм, п съ тѣхь поръ. какъ прорѣзали гору подземными доро-
гами къ услугамъ праздникъ, скучающихъ путешественниковъ. Такъ же точно рѣка,
которая была большимъ препятствіемъ для слабыхъ племенъ, неискусныхъ въ судоход-
ствѣ, позднѣе становится великимъ жизненнымъ путемъ для пловцовъ ея побережья.
Па берегу океана «Край свѣта», пакъ мысъ Саіресъ, превращается въ точку
отправленія Для открытія невѣдомыхъ материковъ. Равпнна тоже представляетъ для
развитія цивилизаціи совсѣмъ другую почву, когда опа засажена деревьями, пересѣчена
дорогами и застроена человѣческими жилищами.
Есть также природныя условія, которыя, ни въ чемъ не измѣнившись, пріобрѣ-
таютъ, чдиако, совершеви!) шіее вліяніе дѣйствіемъ историческихъ условій, измѣняющихъ
относительную цѣнность всѣхъ В''Ще0. Такъ, Греція сохранила свои формы, исключая
нѣсколькихъ мелкихъ измѣненій, происшедшихъ отъ размыванія и наносовъ. Но какое
различное значеніе имѣли яти очертанія н возвышенности, когда интересы цивилизаціи
стремились къ Греціи, исходя изъ Кипра, Финикія, Египта, иди когда позднѣе истори-
ческимъ центромъ сталь Римъ! Произошелъ переворотъ явленій, сравнимый съ контра-
стомъ между свѣтомъ, распространяющимся на зарѣ на салопѣ горы, и тѣнью, охваты-
вающей его въ сумерки. А близость столицы порта, рудниковъ, нефти—развѣ все это
но вызываетъ жизни среди мертвой, безсильной на взглядъ природы? Самое развитіе на-
родностей обусловливаетъ измѣмѵй среды: время попрсітапно иямѣпяегь пространство.
Человѣкъ порождаетъ ту созидающую
і элю, которою строится и перестраи-
вается иіръ.
ГЛАВА Ш.
Трудъ. — Подражаніе. — Взаимная помощь. — Распри, война. — Починъ обработки
почвы.—Союзы съ животными
Надобности повседвег.ной жизни требовали отъ человѣка чрезвычайно разнообразнаго
труда, а ио разнообразіе труда создали разнообразіе типовъ людей. Первоначально вашъ
отдаленный 'іредокъ питался зернами и плодами; объ этомъ явно свидѣтельствуетъ его
организація, его ногти, зубы, мускулы. Но усилившееся размноженіе, тѣснота занятой
мѣстности породили недостатокъ среіствь пропитанія, а затѣмъ голодъ; и этотъ-то страш-
ный руководитель человѣка измѣнилъ его нравы, приспособивъ къ измѣненіямъ
среды. Человѣкъ сталъ овладѣвать другими животными и питаться ими. Онъ сдѣлался
охотникомъ, рыболовомъ, истребителемъ живыхъ существъ; этого требовала отъ него вся
окружавшая сто природа и обстановка.
Такое приспособленіе къ средѣ происходило, несомнѣнно, глмымв разнообразными
путями, хотя ыноііе ученые и утверж таютъ, что оно шло въ извѣстномъ и строго опре-
дѣленномъ порядкѣ. Публика, увлеченная примѣромъ этихъ ученыхъ, тоже приняла ихъ
гипотезы за Доказанныя положенія; для пея это было, правда, очень удоопо, потому
что снимало съ пея тяготу самостоятельнаго размышленія. По этому ученію человѣчество,
будто-оы, все прошлѵ черезъ различныя, но вполнѣ опредѣленныя ступени цивилизаціи.
73
Такъ, первобытныя времена у всѣхъ пародовъ, бу дто бы, характеризуются тѣмъ, что чело-
вѣкъ собиралъ плоды, охотился, ловилъ рыоу. Потомъ па ситЬну атому первобытвому періоду
явилась полоса пастушеской жизни, а за кочевымъ пастушествомъ наступилъ періодъ
осѣдлаго земледѣлія. Кондгрсэ насчитывалъ десять періодовъ исторія человѣчества; опъ
указываетъ, какъ иа іажнѣйшіе изъ нихъ, на «образованіе пастушескихъ народовъ» и
«переходъ къ земледѣльческому состоянію». Но подробное изученіе показываетъ намъ,
что такое пониманіе исторіи — одна лишь праздная игра ума, не согласующаяся съ
фактами. Житель глухого, полнаго дичью лѣса, житель морского берега, обитатель
безконечныхъ степей, усѣянныхъ стадами, горецъ, въ своей узкой замкнутой долинѣ,
очевидно, должны были вести совершенно различную жизнь, сообразуясь съ главными
условіями среды.
Въ устройствѣ жизни пригимаза участіе прежде всего животная наслѣдственность,
прапредки племени могли быть и плотоядные, а травоядные. Можно только принять
за правило, что первая стадія въ жизни человѣчества харакіерпз->валась простымъ сбо-
ромъ продуктовъ прі витанія, какого бы они ни были происхожденія. Голодъ заставлялъ
Оыть всеяднымъ. Затерянный гдѣ-ипбудь въ дремучемъ лѣсу человѣкъ былъ радъ всему,
что попадаю подъ руку и годилось въ ѣду; ѣлъ траву, ѣлъ червей, рѣшался, бытъ
можетъ, не безъ отвращенія, ѣсть ягоды, грибы, рискуя отравиться ими и руководясь
лишь инстинктивною осторожностью, которую проявляютъ п животныя Въ такое поло-
женіе люди попадаютъ и въ наши дни, и нѣть ничего невѣроятнаго, что іакъ доводи-
лось жить цѣлымъ Семьямъ, племенамъ и даже пародамъ; иной разъ такую же жизнь люди
Рели лишь въ извѣстное время года, а иной разъ и постоянно, дока не научились
приспособлять среду къ своимъ потребностямъ.
Сборъ готовыхъ продуктовъ долженъ былъ зависѣть, опять-таки, отъ мѣстныхъ
условій, и мѣстами принималъ особый, единственный въ своемъ родѣ, характеръ. Туземцы
глинисто-песчаной пустыни сѣверо-западной Австраліи рыщутъ въ розыскахъ лужицъ
воды в живутъ около нихь, пока лужа не изсякнетъ; найдя такое становище съ водою,
опи начинаютъ съ того, что «пускаютъ палы» (какъ говорятъ нагая русски стеьияки),
зажигая заросли БріпіГех'а и потребляя ихъ огнемъ иногда на пространствѣ круга въ
16—20 верстъ въ поперечникѣ. Когда же пожаръ прекратится, дикари вооружаются
остроконечными палками и роются въ землѣ, отыскивая подъ грудами волы ящерицъ,
змѣй, крысъ, червей н разныя сѣмена и зерна, которыя, будучи захвачены бѣгучимъ
огнемъ, н< успѣваютъ обуглиться, а только зажариваются. Когда эта кладовая припа-
совъ вся опустошена, а вода выпита, орда Переходитъ па новое мѣсто и тамъ начи-
наетъ ту же систему хозяйства. Такъ у нихъ веѵь годъ и прохѵдигъ въ круговой кочевкѣ
отъ источника къ источнику, но мѣстности, прекрасно еми изученное, такъ что овн
знаютъ, когда и куда надо направляться.
Въ кустарныхъ заросляхъ и лѣсахъ человѣкъ, жившій еще сборомъ готоваго сырья,
оскалъ на земль и въ землѣ сѣмена, кбрни. луковицы; это ознакомляло его съ расти-
тельными продуктами и служило подгсвительнсю работою, къ искусству воздѣлыванія
земли. Онъ видѣлъ иророставіе сѣмени, превращеніе его въ новое растеніе, онъ видѣлъ
и срывалъ отпрыски отъ стеблей или корней старыхъ растеній, наблюдалъ, запоминалъ
74
и поучался. Земледѣліе какъ бы постепенн'- насиживалось въ его умѣ Ему надо было
только овладѣть терпѣніемъ, пастпйчивостыо, способностью выжидать плоды своихъ трудовъ.
Кочевая жизнь обычно считается предшественницею земледѣлія, а на самомъ дѣлѣ
она, какъ кажется, требуетъ болѣе долгой подготовки. Примѣръ Новаго Свѣта на всемъ
сго протяженіи доказываетъ самымъ блестящимъ образомъ, что земледѣліе могло наро-
диться безъ предшествовавшаго пастушескаго періода; оно встрѣчается въ Америкѣ повсюду
и по всему ея прпгяж.тію, тогда какъ пастухи кочевники тамъ нигдѣ ие встрѣчаются
Правда, у Кичуа было домашнее животное, лама, но оно у нихъ спужало для перевозки
грузовъ, масса же населенія оставалась чисто осѣдлою, земледѣльческою Никто пе могъ
моквнуть своего поля безъ дозволенія властей.
Въ Америкѣ не нашлось такого геаія, которьіи сумѣлъ приспособить самокъ
домашнихъ животныхъ къ доенію ихъ молока, внѣ періода кормленія ея собственнаго
приплода. Да и въ Старомъ Свѣтѣ есть народы, питающіе отвращеніе къ молоку. Китайцы
и японцы получити многія знанія, пожалуй, даже и всю свою пивитизашю съ запада,
а между тѣмъ никакъ не могли научиться пользоваться молокомъ длмашней коровы.
Можно думать, что вто человѣческое завоеваніе потребовало много времени и труда,
потребовало даже измѣненія физіологическихъ отправленій организма животнаго, потому
что въ дикомъ состояніи животныя располагаютъ лишь молокомъ, необходимымъ для
приплода. Какъ только сосупъ отнимается отъ матери, такъ тотчасъ у ней пр«чіра--
щастся и отдѣленіе молока. Ханъ полагаетъ, что первое употребленіе молока было пре-
ношеніе его въ жерлву богамъ. Вѣроятп», имъ дѣлали возліянія иа адгарь, въ видѣ
умилостивительной жертвы за умерщвленіе самки.
Итакъ, развитіе человѣческой хозяйственности шло ае въ такомъ порядкѣ, какъ
прежде думали, а вѣроятно, видоизмѣнилось сообразно съ природою окружающей среды.
Разсмотримъ для примѣра нѣкоторыя народности Стараго Свѣта. Африканскіе карлики,
обитающіе въ тѣни безграничныхъ лѣсовъ, конечно, могли кормиться лишь продуктами
сбора да грубыми пріемами охоты; такъ оии, навѣрное, и жили, покуда какое-нибудь
сосѣднее племя, превышающее ихъ ио способностямъ, не научило зхъ либо земледѣлію,
лпбо обмѣну продуктами.
Буеры, обитающіе въ болотахъ и на плавучихъ островахъ Баръ-Эль-Джебеля и
Баръ-Эль-Зерафз, осуждены на собираніе зерна и ловлю рыбы до тѣхъ чоутъ, пока,
будутъ лишены способовъ легкаго сообщенія съ сухвме мѣстностями материка. Лофо-
денскіс островитяне самою природою были приспособлены къ ловлѣ морской рыбы до
тѣхъ поръ, пока развившееся судоходство по привело игъ вь сношенія съ Европою.
Когда земледѣльцы приручили дом&шивхъ животныхъ и научились пользоваться
молокомъ пхъ самокъ, изъ нихъ естественно выдѣлилась обитатели тѣхъ обширныхъ
мѣстностей, гдѣ охотничій образъ жизни былъ невозможенъ за отсутствіемъ дичи а
земледѣліе—за сухостью климата. Такія области годились лишь для стадъ скота, который,
стравивъ растительность на извѣстномъ участкѣ, быстро перегонялся па другой участокъ,
обильный подножнымъ кормомъ.
Когда земледѣлецъ научился пасти свой скотъ около своего жилища, пользовался
либо его раоотою, либо молокомъ, либо мясомъ, я за это оборонялъ его олъ хищныхъ
75
звѣрей, тогда оігь могъ смѣло покинуть лѣса пли берега морей а рѣкъ п перегнать
свои стада ьъ безконечныя степи или па обширныя горныя пастбища. Мѣстности
иного характера, какъ, навр., песчаныя пли глинистыя равнины, каменистыя проггран-
етна, скалы, снѣжный области и ущелья горъ, погодныя ни для земледѣльцевъ, пи для
пастуховъ, явились раздѣльными поясами. Черезъ зти полосы переходили только между
двумя сосѣдними эксплоатпруемымп областями тѣ, кто занимался передвиженіемъ про-
дуктовъ, работая въ одиночку или группами, собственными силами пли при пособіи
Вьючныхъ животныхъ.
Вообще въ каждой нетронутой странѣ контрасты почвы, растительности, есте-
ственныхъ произведеній дополняются контрастами насоленій и ихъ промысловъ. Окру-
жающая природа выясняетъ происхожденіе отъ контрастовъ. Она же указываетъ,
почему данная, видныя форма цивилизаціи держится изъ вѣка въ вѣкъ. Земледѣльче-
скіе парода болѣе или менѣе оыстрч развиваются, потому что оин жили въ такихъ
мѣстностяхъ, гдѣ господствовали условія, благопріятствующія прирученію животныхъ и
разведенію кормовыхъ растеній.
При изученіи первобытной цивилизаціи кидается въ глаза то обстоятельство, что
на нее гораздо больше вліяетъ пространство, нежели время; другими словами, опа больше
зависитъ отъ географическихъ, нежели отъ историческихъ условій. Такъ, напр., сѣверо-
американскіе индѣйцы Тпнін, народы, казалось бы, совершенно одинаковой исторической
судьбы, имѣли очень разнообразную хозяйственную судьбу. Одни азъ нихъ сдѣлались
охотниками, другіе—рыбаками, третьи—земледѣльцами, и эю проето-за-просто, смотря
по тому, въ какой области оии жили:—въ лѣсу, па озерѣ иди па плодлріідиой почвѣ.
Кочевники сѣверной Африки, смотря по почвѣ и климату игь области, развели
одни—коней, другіе—верблюдовъ, третьи—козъ, четвертые—рогатый скотъ.
Случается, что въ одной и той же области перемежаются разные тины есте-
ственныхъ угодій, навр., пустыня съ хорошо орошаемыми нолями; тогда и населеніе
формируется въ двойственный типъ пастуха и земледѣльца; обычно такіе люди отли-
чаются усиленною смышленностью, особою остротою чувствъ и предусмотрительностью;
двойственность промысла дастъ толчокъ къ усиленному развитію. Приходитъ пора обра-
ботки земли—житель такой мѣстности садится на своего верблюда, везетъ сь собою
«вою легкую соху, мѣшокъ съ посѣвнымъ зерномъ, и ѣдеть разыскивать плодородный
ѵчастокъ, достаточно обезпеченный влагою. Онъ находитъ нужное мѣсто но примѣтамъ,
по виду почвы, по естественной поросли на ней; онъ сѣетъ тутъ свое зерно, а если
мѣста не хватаетъ—ѣдетъ отыскивать другой участокъ. Для пастьоы своихъ стадъ ему
над< хорошо изучить мѣстность на огромномъ пространствѣ въ нѣсколько тыіячъ
квадратныхъ верстъ. Онъ долженъ знать либо н» преданію, либо по личному наблю-
денію, сколько недѣль или мѣсяцевъ онъ можетъ оставаться ва извѣстномъ пастбищѣ,
знать—есть ли по сосѣдству источникъ или ручей, и какія племена, мирныя или воин-
ственныя, встрѣтятся ему по дорогѣ, и по какой дорогѣ, въ какіе дни ему нри-
іется проходить.
Политическія и общественныя перемѣны, проистекающія изъ суммы человѣческаго
прогресса, въ свою очередь могутъ измѣнять границы между состояніями цивилизацій.
76
Мы видимъ, паир., въ сѣверной Америкѣ или въ южной Монголіи, какъ народы земле-
дѣльческіе дѣлаютъ нашествія та народы пастушескіе плн бродячіе, в мало по-малу
ткомятъ ихъ съ сохою. А въ другихъ случаяхъ, наоборотъ, пастушескіе народы
дѣлаютъ натискъ па земледѣльцевъ, занимаютъ нхъ області, запускаютъ обработанныя
поля, вновь обращающіяся вь первобытную залежь и, не умѣя добывать себѣ пропи
таніо земледѣліемъ, кормятся дикими животными и домашнимъ скотомъ. Такіе примѣры
мы видимъ въ древней Халдеѣ, въ Хаурапѣ и въ нѣкоторыхъ областяхъ центральной Азіи.
Въ Новомъ Свѣтѣ чисто пастушескихъ народовъ не было, и потому тамъ могли
быть столкновенія в смѣны цивилизацій лишь И'жду племенами первобытными, рыбо-
ловами и охотниками, и племенами цивилизованными, земледѣльцами и промышленниками.
Никакая форма цивилизаціи не можетъ существовать въ по ной, обособленной
чистотѣ, потому что сама природа слишкомъ разнообразна, и историческія перемѣны,
весь ходъ исторіи повсюду имѣютъ свои отличія и особенности. Нѣтъ такаго земле-
дѣльческаго общества, среди котораго не нашлось бы охошвкоьъ и рыболововъ.
Краснокожіе, народъ какъ будто бы чисто охотничій; ихъ главная добыча—
бизонъ, мясомъ котораго они питаются; однако, они усердно собираю-ь сѣмена дикат
риса и воздѣлываютъ кукурузу, что сближаетъ ихъ съ земледѣльцами. У племени Оджи-
бева сборъ колосьевъ дикаго риса (Яі/апіа адпаііса) п<- болотамъ былъ однимъ изъ
самыхъ крупныхъ пар овыхъ празипковъ. Въ верховьяхъ Миссисипи многія урочища
называются именемъ этого праздника (Мономппекъ).
Иныя племена, народны или семьи переходятъ отъ с-цпг'го вида цивилизаціи къ
другому, слѣдуя ва смѣною временъ года. Такъ, Хотоны, живущіе среди монголовъ
(оии сюда переселились изъ Туркестана) сначала засѣваютъ свой поля, а потомъ при-
нимаются пасти свои стада. Забайкальскіе казаки, владѣющіе обширными пахотными
землями, лѣтомъ бродятъ съ своими стадами вь глубинѣ монгольскихъ степей. Еъ Аль-
пахъ деревенскіе жители, земледѣльцы, кочуютъ на высокихъ горныхъ пастбищахъ,
мѣняя культуру земледѣльческую па пастушескую, какъ Калмыки, Халхасы, Буряты.
Весною они орошаютъ свои поля, пропахиваютъ посѣвы, потомъ обрабатываютъ вино-
градники, а какъ началось лѣто, уходятъ со своимъ скотомъ на поросшія свѣжею,
сочною травою альпійскія пастбища. Потомъ, когда начинаются заморозки, они спѣшатъ
спуститься съ горъ; но тамъ еще остаются дровосѣки, рубятъ лѣсъ в спускаютъ его
по скатамъ и горнымъ потокамъ.
Населенія распадались на отдѣльныя сообщества сообразно съ второстепенными
условіями среды. Но пѣлокуппоеть человѣчества проявляется вь каждой изъ его опре-
дѣленныхъ группъ. Можно даже сказать, что каждая семья изображаетъ въ маломъ
видѣ человѣчество. Разныя работы, начиная съ тѣхъ, какія исполняются въ шалашѣ
дикаря (напр., приготовленіе обычнаго кушанья), вплоть до самыхъ утонченныхъ, каковы
чтеніе п письмо, т. е. передачи мыслей на разстояніи, совершаются подъ одною и тою же
кровлею. Любая стадія развитія цивилизаціи включаетъ въ ссоѣ безконечное множество
пережитковъ, относящихся къ различнымъ вѣкамъ исторіи. Но все это гармонично соче-
тается, потому что жизнь умѣетъ изъ втого разнообразнаго матеріала составить нѣчто
общее и связное.
77
Сили, необходимыя для созпдапія въ человѣкѣ иди въ обществѣ чпго-ішбуаь
новаго, всегда зависятъ отъ внѣшняго толчка; такъ бываетъ даже съ геніальными дѣтьми,
часто возмущающимися давленіемъ, какое на анхъ оказываетъ сила обычая или наслѣд-
ственность. Иногда этотъ толчокъ, если онъ идетъ со стороны неорганической природы,
бываетъ очень грубъ, прлнудптеленъ, неотразимъ. Таковы, вавр., вулканическое извер-
женіе, наводненіе, набѣгъ моря, опустошенія отъ урагана; такія катастрофы много разъ
побуждали людей бросать родную землю и бѣжать въ другія, болѣе гостепріимныя
области. При этомъ иной разъ перемѣна мѣста влекла за собою и перемѣну мыслей,
давала другое представленіе объ окружающей природѣ, указывала иные способы приспо-
собленія къ обстояіельствамъ. И случалось, что ужасное само по себѣ бѣдствіе служило
толчкомъ къ мощному шагѵ впередъ по пути развитія. Отдѣльныя личности сильно
страдали, потеряли, быть можетъ, всѣ плоды своего труда, всѣ своп запасы. Но что
значили зі < потери въ сравненіи съ духовными пріобрѣтеніями, которыя воспослѣдовали
изъ приспособленія къ повой средѣ?
Правда, иі чгда бѣдствіе влечетъ за собою г  одинъ только матеріальный ущербъ.
Случалось, что при катастрофахъ истреблялись цѣлые народы, в нмъ приходилось тогда
лишь мало но малу и постепенно возобновляться. Тогда племя, руководясь какими-то
смутными слѣдами наслѣдственности, возвращается къ своимъ стариннымъ обычаямъ в
правамъ, снова обращается къ прародительскимъ способамъ борьбы еа существованіе,
борьбы, въ кпторой оіа горсть людей иногда и падаетъ уая окончательно побѣжденною.
Въ своемъ вѣковѣчномъ стремленіи къ улучшенію существованія и благоденствію человѣкъ
ча<то слабѣетъ и возвращается къ первобытному состоянію; а въ другихъ случаяхъ онъ
торжествуетъ надъ враждебными силами и идетъ впередъ, къ лучшему будущему.
Кромѣ воздѣйствій со стороны внѣшней природы, постепенныя перемѣны въ жизни
обусловливаются въ человѣческихъ обществахъ еще и взаимнымъ обученіемъ. Обычная
форма такого взаимнаго дух-шнаго воздѣйствія—игра. Большая игры—величайшіД воспи-
татель человѣчества. То, что мы теперь называемъ игрою, забавою, противопоставляя
эту вещь съ понятіемъ полезнаго труда, въ первобытныя времена служило выдающеюся
формою человѣческой дѣятельности, главнымъ дѣтомъ послѣ заботы о пищѣ. Мать
играетъ со свонмъ ребенкомъ и при этой игрѣ учитъ его движеніямъ, жестамъ, зву-
камъ. которые постепенно ознакомляютъ его съ окружающею средою; точно также дѣти
и подростки съ глубокою радостью предаются играмъ, являющимся какъ бы репетиціею
жизни. Сида воображенія дѣтей такъ велика, что онп испытываютъ истинное удоволь
ивіе, представляя себя въ роли актеровъ, паціентовъ, зрителей, даже тогда, когда
иіраютъ вь одиночку. По какъ усиливается ихъ страстное увлеченіе, ихь усердіе, съ
какою искренностью они предаются игрѣ, когда собираются цѣлою толпою, когда у
каадаго изъ нихъ бываетъ своя отдѣльная роль вь драмѣ или комедіи! Тутъ они пооче-
редно становятся то охотникомъ, то добычею, то побѣдителемъ, то побѣжденнымъ, то
судьею, То жертвою, то невиннымъ, то преступнымъ. Онл проходятъ вь игрѣ черезъ
всѣ вообразимыя фазы существованія, испытываютъ всѣ его впечатлѣнія и пріучаются
раз-явать то или другое господствующее качество ихъ натуры Тутъ совершается безсо-
знательное самовоспитаніе. (Ши устанавливаютъ связь между дѣйствительною жизнью и
7"
гою воображаемою жизнью, содержаніе которой составляетъ игра; п послѣдняя имъ
часто кажется болѣе реальною, потому что -ни отдаются ей со вссю страстью. Тутъ
по простое развлеченіе, не отдыхъ, какъ у взрослыхъ, а цѣлое осуществленіе идеала
дѣтства пли юности. Притомъ, этотъ идеалъ играющаго человѣка мало и отличается
отъ того, который посится передъ впмъ въ спокойномъ состояніи его мысли. Иной
учится въ игрѣ быть свободнымъ, добрымъ, хорошимъ товарищемъ; другой учится либо
повелѣвать, либо повиноваться Въ играхъ, какъ и въ жязвп, выступаютъ в тираны, и раоы.
Трудится человѣкъ или играетъ, «въ, и самъ того ие подозрѣвая, почти всегда
певоіьн-і увлекается примѣромъ другого. Большая часть дѣйствій, на видъ самосто-
ятельныхъ. на самомъ дѣлѣ лишь—подражанія. Историку преходится отмѣтить толь
фактъ, что на ларѣ человѣчества ого великомъ воспитателемъ и наставникомъ быль
животный міръ; онъ даетъ намъ драгоцѣнные примѣры на всѣ случаи жизни.
Возьмемъ, хотя бы, важнѣйшее изъ знаній—умѣнье находить себѣ ишцу; кто
лучше старшихъ братьевъ человѣка, позвоночныхъ я безпозвоночныхъ, могъ его этому
научить? Человѣкъ ітогь затрудняться—какъ ему собирать нишу, пхитвіься за нею,
удить ее; но развѣ вокругъ него не было безчисленныхъ поучительныхъ примѣровъ, но
которымъ онъ могъ видѣть, какъ это надо дѣлать? На берегу моря крабы и другіе
ракообразныя указывали ому прямо на тѣ мѣста, гдѣ укрываются разные жильцы моря.
Животное, сооираьшее плоды, рывшее корни, ловившее другихъ животныхъ или рыбу,
навѣрное дѣлалось предметомъ ладнаго наблюденія со стороны голоднаго человѣческаго
существа, и человѣкъ постепенно перепробовалъ всевозможные роды пищи, ягоды и плоды,
листья и корни, мелкихъ и крупныхъ животнымъ, которыми, какъ ,інъ видѣть, корми
лись его животныя собратья. Человѣкъ могъ даже научиться у своихъ наставниковъ
искусству собирать запасы па случай скудости; этому его учили муравьи, термиты
пчеіы, бѣлки и луговыя собаки; у нихъ онъ научился дѣлать хранилища и шкладывать
въ нихъ избытки добычи во времена ея изобилія. .Іюбая деревенька термитовъ,
построенная гораздо совсршепиѣс человѣческой деревни, стоявшей дудъ же, но сосѣдству,
представляла собою стройный рядъ галлерей, зернохранилищъ, сушиленъ я кладовыхъ—
цѣлый хозяйственнный міръ! Наконецъ, и лѣкарственныя вещества, листья иля корни
больной человѣкъ тоже позаимствовалъ отъ животныхъ.
Очень можетъ мыть, что и начала земледѣлія были преподаны человѣку живот-
ными. По мнѣнію натура иста Макь-Гн, первобытнѣйшая обработка земли съ цѣлью
ежегоднаго сбора нишевыхъ зеренъ можетъ быть наблюдаема у индѣйцевъ напаго (или
папахо), въ Аризонѣ, у Калифорнскаго залива Здѣсь эти туземцы имѣли передъ собою
примѣръ трудолюбивыхъ земледѣльцевъ муравьевъ, колоніи которыхъ у'-ѣитаютъ всю ту
мѣстность. У каждой іакой колоніи имѣется свое поле, своя нива, которую они рачи-
тельно воздѣлываютъ, я свой токъ, гдѣ они оокігядъ* зерно.
Краснокожему это могло показаться чудомъ; онь. движимый самолюбивыми
чувствомъ, не захотѣлъ уступить въ искусствѣ ничтожному насѣкомому и принялся ему
подряжать. Мѣстные индѣйцы ежегодно ходятъ на югъ, запасаются тамъ зернами куку-
рузы, тыквы, бобовъ, в потомъ у себя дома, когда настаетъ дождливой времи,
разбрасываютъ эти сѣмена п» сырой м-чвѣ, пн рытвинамъ. Надо думать, что такія
79
земледѣльческая практика отвисится къ весьма отдаленнымъ временамъ, и быть можетъ,
съ ея началомъ совпадаетъ соединеніе папаговъ въ общину или племя. Макъ-Гп пола-
гаетъ, что земледѣліе первоначально было настоящимъ «промысломъ пустыни». Если
такое утвержденіе и слишкомъ смѣло, то п ходячее мнѣніе о томъ, что земледѣліе
началось въ плодородныхъ мѣстностяхъ, тоже нуждается въ провѣркѣ.
Человѣкъ много обязанъ своему воспитателю и наставнику, животному, за обученіе
добывать пищи, л ему-же либо своимъ собственнымъ предкамъ, онъ обязавъ своимъ
Луговыя собаки у свопхъ хлѣбныхъ магазиновъ.
искусствомъ находить жилище или строить его. Много пещеръ оетались-бы пезамѣчеп-
нымп человѣкомъ, еслибъ ему пе указали ихъ летучія мыши, рѣявшія папъ расщелинами
скалъ и скрывавшіяся черезъ нихъ внутрь обширныхъ гротовъ. Немало полезныхъ мыслей
внушили ему и птицы, вьющія гнѣзда и умѣющія при этомъ искусно сплетать волокна,
шерсть, волосъ и даже сшивать листья. Отъ насѣкомыхъ человѣкъ перенялъ разные
промыслы, а особенно отъ искуснаго ткача-паука. Горилла, хлопающая съ извѣстнымъ
ритмомъ по тыквѣ, преподала ему первые уроки музыки; тамъ-же, въ лѣсу, онъ видѣлъ
тропы, протоптанныя кабаномъ, тапиромъ, слономъ, и учился прокладывать дороги.
Прослѣживая тропу льва, онъ научался находить дорогу къ водѣ. По полету нтипъ
80
опъ узнавалъ в наиудобвѣйшихъ горныхъ перевалахъ, угадывалъ ширину морскихъ
проливовъ а острововъ, невидимыхъ съ Серега.
Инстинктъ, стодь-же развитой у первобытнаго человѣка, какъ у звѣря, научалъ
его искусству притворяться, бѣжать, или мѣнять свою внѣшность, чтобы избавиться
отъ опасности. Онъ умѣлъ прикинуться мертвымъ, т. е. лежать неподвижно, какъ это
дѣлаютъ многія животныя, когда имъ желательно избѣжать вражескихъ клюва пли
копей. Матеря-жснщйны могли поучиться у птицъ воспитанію, усвоить манеру кор-
мленія. опредѣлятъ ’.ремя, когда молодь можетъ быть предоставлена собственнымъ за-
оотаиъ, Чувство красоты, изящнаго, искусство гоптическаго творчества тоже, можно
думать, позаимствовано человѣкомъ отъ птицъ. Онъ не могъ не замѣтить жаворонка,
возносящагося въ высь сь своимъ звонкимъ радостнымъ щебетаньемъ, или соловья,
наполняющаго мелодическими звуками своей пѣсни лѣса въ п- -ру любви. Онъ и въ наше
время подражаетъ птицамъ, устраивая свои воздухоплавательные снаряды, а раньше
онъ копировалъ рыбу, принимая ея позвоночникъ за образецъ киля, ребра—за ооразещь
боковыхъ реберъ судна, а плавники и хвостъ—ва образцы веселъ и руля.
Область подражанія распространяется на все человѣчество и нь все животное
царство. Едва два народца приходятъ въ соприкосп вепіе, какъ тотчасъ-же между
ними начинается взаимное заимствованіе нравовъ и обычаевъ. Да в въ предѣлахъ
одной группы стоитъ какому-пибудь одному человѣку выдаться своимъ трудолюбіемъ
иди какою-ниоудь кидающеюся въ глаза особенностью производитедьности, и онъ
сейчас-ъ-жо дѣлается предметомъ подражанія для товарищев, и это иногда влечетъ за
собою перемѣщеніе духовнаго центра тяготѣнія во всей общанѣ. Заимствованіе часто
дѣлается безсознательно, передается какъ-бы въ видѣ заразы; но отъ этого оно только
глубжі пускаетъ корни, оказываетъ усиленное дѣйствіе на заимствующаго. Сознательныя
подражанія, хотя и не гакъ важны, во они пораждають в развиваютъ мніго общежи-
тельныхъ свойствъ; подражаютъ, увлекаясь симпатіею, дружбою, покорностью чужой
водѣ или склонностью къ улучшенію, усовершенствованію.
Если не всѣ, то большинство духовныхъ отправленій — языкъ, чтеніе, письмо,
счисленіе, искусства, наука, для своего распространенія требуютъ развитія способности
подражанія; безъ этой способности не быдо-оы пи общественной жизни, ни промышлен-
ности. Пере-битная литература началась съ танца, т е. съ пантомимы, съ ритмиче-
скихъ движеній, сопровождаемыхъ размъреввымн звуками инструментовъ и голосовъ.
Первобытная форма правосудія, і-ыражающаяся въ формулѣ: «Око за око, зубъ за зубъ»,
очевидно, ня что иное, какъ подражаніе. Ьсѣ старинные своды законовъ— эго своды
обычаевъ; люди молча «платались держаться издавна заведеннаго обычая, который
такимъ путемъ и превращался въ законъ. Въ этомъ смыслѣ особенно поучительны
англійскіе законы, которые, какъ извѣстно, никогда не отмѣняются и всегда стремятся
.,дрреться на'старые законы, общественная жизнь выработала правило—отдавать ви-
зитъ за визитъ, угощеніе за угощеніе, подарокъ за подарокъ, такъ что и самая >бще-
ственная нравственность нашла себѣ осн.-ву и зпору въ идеѣ долга, отплаты, воздаянія
заслугою да заслугу, какъ среди отдѣльныхъ личностей, такъ и цѣлыхъ группъ.
Подражаніе во многихъ случаяхъ совпадаетъ съ взаимною помощью, которая
81
всегда была, есть в будетъ главнымъ двига-
телемъ человѣческаго прогресса. Во второй
половинѣ минувшаго вѣка Дарвинъ, Уоллисъ
і ихъ ученики воздвигли стройную систему
развитія органическаго міра на основѣ при-
способленія къ средѣ. Большинство учени-
ковъ. не стараясь вникнуть въ суть ученія,
упрощая его до послѣдняго предѣла, видѣли
въ драмѣ живого міра пдну лишь «борьбу
за существованіе». Но знаменитый авторъ
«Происхожденія видовъ» и « Происхожденія
человѣка» говорилъ также о «соглашеніи
для существованія»; онъ славилъ общины,
въ которыхъ, благодаря соединенію значи-
тельнаго числа участниковъ, тѣсно между
собою сплотившихся, устававлинается благо-
денствіи, процвѣтаніе и нарождается мн->го-
•ч поденное потомство.
Ці ярые дарвинисты не слушали учи-
теля и принялись ВОПЯТЪ о томъ, ЧТО ЖИ-
ВОТНЫЙ міръ—910 арена съ гладіаторами, что
Раненый журавль, поддерживаемый
на лету своими товарищами.
каждое твореніе создано и дрессировано для борьбы. И подъ крыломъ якобы пдувд
началось оправданіе эгоистическихъ угнетателей и грубыхъ насильниковъ; они рады были,
конечно, очутиться въ числѣ «сильныхъ», хорошо вооруженныхъ для «борьбы за суще-
ствованіе», и смѣло испускати свѵи боевой кличъ: «Горе побѣжденаымъ!»
Правда, земной міръ предъявляетъ намъ безконечныя сцены борьбы в истребленія,
которую ведутъ между собою всѣ существа его населяющія, начиная отъ сѣмени, которое
воюетъ за кличекъ плодородной земли, рыбьей икры, борющейся за свое мѣсто вь
видѣ, и кончая арміями, <л» яростью истребляющими взаимно одна другую мечами, пу-
лями, бомбами; по картавы другого, нрогивсиоложнаго свойства мы видимъ гораздо
чаще, потому что жизаь беретъ верхъ надъ смертью, а безъ взаимопомощи жизнь
была-бы невозможна. Если растеніе, животное, человѣкъ живутъ и образуютъ огромные
лѣса, стада, народы, то эго только потому, что элементы добраго согласія, взаимности
берутъ верхъ .іадъ элементами распри и борьбы. Простое «здравсівуй» или «прощай»,
которымъ люди по всему свѣту на всѣхъ языкахъ обмѣниваются между сооою, уже
указываетъ на существованіе между людьми добраго согласія, свидѣтельствуя о ихь
взаимномъ благожелательствѣ. Прекрасная арабская пословица гласить; «Фиговое
дерево, смотря на друго< фигѵвие дерево, учится приносить плоды». Правда, у тѣхь-же
арабовъ есть я другая поговорка; «Не смотри такъ пристально на финиковую пальму;
она съ чужими вѳ разговариваетъ».
Натуралисты приводятъ безчисленные примѣры взаимопомощи у животныхъ, а
почти всѣ эти примѣры, въ той иди другой формѣ, встрѣчаются н у людей. Осооенно
ідиаг гикаю.
6
8
краснорѣчивы въ этомъ смыслѣ факты, іюдмѣчеиаые въ жизни муравьевъ и пчелъ;
надо только удивляться, какъ мало обращаютъ вниманій на этилъ насѣкомыхъ сторон-
ника и противники идеи вѣчной борьбы, происходящей въ органическомъ мірѣ. Среди
муравьевъ ведутся настоящія войны, оии ожесточенно истребляютъ другъ друга, берутъ
въ плѣнъ в}аговъ. вращаютъ илъ въ рабство. И рядомъ съ этимъ у нихъ взаимо-
помощь доведена до такого предѣла, что въ случаѣ нужда щи даже кормятъ другъ
друга,- сообща ведутъ земледѣліе и промыслы, какъ, папр., воздѣлываніе нѣкоторыхъ
пороть грибовъ, обрабатываютъ зерна, подвергая ихъ настоящимъ химическимъ опера-
ціямъ, и въ случаѣ надобности проявляютъ высшіе примѣры самопотортвованія ради
блага своин, ближнихъ. Колоніи муравьевъ, часто состоящія изъ сотенъ, тысячъ му-
равейниковъ, если только вхъ населеніе принадлежитъ къ породамъ, не враждующимъ
межту собою, подаютъ примѣръ наплучшаго согласія и сердечнаго міра. При видѣ этигь
мирныхъ трудовыхъ общинъ іп-вольн-і вспоминаются слова Дарвина: <иозгъ муравья—
ато чудо, быть можетъ, большее, чѣмъ человѣческій мозгъ».
А сколько трогательныхъ примѣровъ взаимоп >мощи мы видимъ у птицъ, чотворо-
погихъ, четверорукихъ! Крошечныя пичужки смѣло кидаются въ бой съ крупнымъ
хищникамъ; случалось видѣть трясогузокъ, нападавшихъ на копчика и коршуна. Чайки
гурьбою нападаютъ на орда и провожаютъ его своимъ, словно насмѣшливымъ гвал-
томъ. Къ ілинпстыгь берегахъ Колорадо, на Дальнемъ Западѣ Америки, цѣлыя колоніи
ласточекъ преспокойно гнѣздятся подъ скалою, на которой вьетъ гнѣздо соколъ. Есть
немало такихъ породъ, у которыхъ нѣть иного врага, кромѣ человѣка. Такія животныя
живутъ между собою въ полномъ мірѣ и согласіи, подъ тѣнью своего дружнаго союза;
таковъ, напр., воробей-республиканецъ Кяш-кой колонія, попугаи американскихъ лѣсовъ
или стаи птвдь на одномъ изъ Гавайскихъ острововъ, Дойзапѣ.
У всѣхъ этихъ животныхъ чувство взаимности доходить до доброты, до преданности,
какъ они примѣняются (не очень-то, впрочемъ, часто) у человѣка. Случается, что
досужій охотникъ стрѣляетъ въ стаю журавлей и рапитъ одного изъ аихъ, напр.,
раздробляетъ ему крыло, такъ что птица по можетъ летѣть Типическій клипъ журав-
линой стаи ссйчасъ-жи перѳ< таиляется; два сосѣднихъ журавля подлетаютъ къ ра-
веннцу товарищу съ боковъ в поддерживаютъ его. Иногда случается видѣть въ ком-
паніи съ журавлями мелкихъ птичекъ, напр., жаворонковъ; пользуются-ли малютки
какою-нибудь дѣйствительною помощью отъ журавлей, этого но удалось замѣтить; но
все-же журавли оіотір принимаютъ ихъ вь свою стаю, и маленькимъ это, вѣроятно,
въ какомъ-нибудь отношеніи бываетъ полезно.
Такимъ образомъ, мизантропы, увѣряющіе, что животный міръ состоитъ сплэшь
изъ разбойниковъ, рвущихъ другъ друга въ кючья клювамн и кьгтям : и пьющихъ
кровь жертвъ, грѣшатъ противъ фактовъ. Борьба за существованіе, что бы о ней ни
думали, не есть глаінмй двигатель, главный законъ жизни, в обратное явленіе, союзъ,
взаимопомощь, проявляется въ жпвнп чаще, выступаетъ впередъ, беретъ верхъ надъ
борьбою. Мы можемъ видѣть подтвержденіе такого взгляда въ томъ, что счастливѣе
всѣхъ другихъ живутъ тѣ существа, которыя наименѣе вооружены для борьбы, для
хищничества и Убійства; оборудованіе ихъ слабое и несовершенное, но зато взаимность
83
среди нить развита очень широко, и это даетъ вмь особую полноту н радость суще-
ствованія.
Что иы сказали о животныхъ. то же можно повторить и о первобытныхъ племе-
нахъ, «дикаряхъ» Очень многіе изъ этихъ пароддевъ живутъ среди полнаго мира в
покоя, обрабатываю™ сообща землю. Народны, приспособившіеся къ войнѣ, къ гра-
бежу, штрѣчаются рѣже. Вь нѣкоторыхъ племенахъ утвердился обычай, когда насту-
паетъ истощеніе запасовъ, переходить всѣмъ на уменьшенную дневную дачу, чтобы всѣмъ
Обезьяна на посту Корио (акватор. Африка), ищущая паразитовъ у овецъ.
хвати іо прокорма до новаго запаса; при этомъ случается, что большіе и сильные усту-
паютъ часть своей Дали маленькимъ п слабосильнымъ, отнюдь не думая злоупотреблять
своею силою. Въ первобытной исторіи человѣчества мы вообще встрѣчаемся съ тѣмъ
капитальнымъ фактомъ, что почти повсюду родъ, община, племя признаются существомъ
по преимуществу, считаются вещью, господствующею надъ отдѣльною личностью, которая
подчинена общинѣ п должна безъ разсужденій жертвоваіъ за нее собою. Тутъ взаимо-
помощь лиогда даже простирается за предѣлы жизни; на Ново-Гебридскихъ островахъ
существовалъ такой обычай, что когда умиралъ ребенокъ, то его мать, либо тетка добро-
вольно убивали себя, чтобы ва томъ свѣтѣ не оставить роб“нка безъ ухода н заботъ
б иныхъ пгемепъ убиваютъ стариковъ, во съ ихь вполнѣ непринужденнаго со-
*
8-1
гла< ія; тзкой обычай существовалъ, папр., у русскихъ Чукчей. у племев> Батта (на
Суматрѣ), у американскихъ индѣйцевъ. Такой, па пер«ый взглядъ свирѣпый и варвар-
скій обычай, можно истолковать, какъ своего рода актъ взаимопомощи. Въ самомъ дѣлѣ,
въ средѣ племени, гдѣ всѣ живутъ для всѣхъ, гдѣ всеобщее благоденствіе является
главною заботою каждаго отдѣльнаго члена общины, въ случаѣ недостатка средствъ
пропитаны, старикъ долженъ сознавать, что онъ составляютъ лишнее бремя, что у него
уже не стало силъ споспѣшествовать общему благосостоянію, н онъ рѣшаетъ устранить
себя, избавить общину отъ заботы о немъ. Вь такой первобытной общинѣ люди мыс-
лятъ прямѣе, чѣмъ въ нашемъ культурномъ обществѣ, гдѣ старики никогда не пере-
стаютъ себя считать полезными или, по крайней мѣрѣ, воображать. Старикъ дикарь
гораздо глубже, чѣмъ старикъ цивилизованный, мучается тьмъ. что «заѣдаетъ чужое
вѣкъ», и потому охотнѣе приходитъ къ мысли о своемъ устраненіи; и вотъ старецъ
начинаетъ просить своихъ, чтобы они «помогли» ему переселиться въ «страну покоя и
вѣчно-юной жизни». Кто знаетъ, тучше ли поступаютъ ваши современныя цивилизо-
ванныя семьи, когда, подъ предлогомъ любви и уваженія, не чемлютъ иному старцу,
умоляющему ихъ прекратитъ его муки, причиняемыя какой-нибудь ужаспой болѣзнью,
отъ которой, какъ это всѣмъ окружающимъ хорошо извѣстно, недужному пѣлъ спасеніи?
И вотъ «любящая» родпя безжалостно заставляетъ несчастнаго старца цѣлыя недѣли,
иногда мѣсяцы стонать, кричать и метаться и корчиться отъ невыносимой боди, пока
смерть не окажется добрѣе ихъ.
И теперь во многихъ мѣстахъ, даже въ такихъ, гдѣ давно уже строго утверди-
лась личная собственность, можно еще встрѣтить остатки общиннаго владѣнія, которое
когда-то рѣшительно преобладало. Эта манера владѣнія уже сама по себѣ свидѣтель-
ствуетъ о силѣ чувства взаимопомощи у первобытныхъ народбвъ; а она обычно долго
сохраняется даже у пародовъ, достигшихъ относительно высокой степени развитія. Тутъ оче-
видна забота каждаго о благосостояніи всѣхъ; это видно даже иногда по тѣмъ названіямъ,
которыя придавались обшннѣ: «общество» у басковъ, «міръ» у русскихъ, «задруга»
у сербовъ, «братство1 у бурятъ.
У римлянъ п народовъ, отъ пихъ происшедшихъ, утвердилось слово «коммуна»;
оно прилагается ко всѣмъ іюіямъ, принимающимъ участіе въ общественныхъ тяготахъ,
т.-е. другими словами, къ тѣмъ, кто участвуетъ во взаимопомощи. Община породила
общеніе, сближеніе духовное. Человѣкъ «но едппымъ хлѣбомъ живъ», п. практикуя
взаимопомощь попутно привыкаетъ дѣлиться, кромѣ матерьлльпыгь благъ, и духов-
ными—общеніемъ и распространеніемъ идей, поученіемъ. Самый черствый эгоистъ и тотъ
не упускаетъ случая подѣлиться сюныи взглядами и старается сообщить ихъ другому.
Чѣмъ болѣе развивается общество, тѣмъ сильнѣе отдѣльныя личности пріучаются видѣть
въ другихъ своихъ ближнихъ. У низшихъ животныхъ мы наблюдаемъ чисто раститель-
ную жизнь, прозябаніе, и то же повторяется у первобытнаго человѣка; но но мѣрѣ роста
разума и чувства, мы гидомъ постепенную перемѣну. Первооытпый человѣкъ зналъ
только труды в заботы существованія; человѣкъ же, постепенно проникнутый сознаніемъ
жизни, значительно расширяетъ сбой кругозоръ и начинаетъ помышлять о благоденствіи
ближнихъ, а затѣмъ и всего человѣчества.
85
По вь ходѣ человѣческаго развитія бываютъ ппой разъ ужасныя отступленія и
возвраты назадъ. Взаимное содѣйствіе, которое такъ успѣшно двигаю человѣчество впе-
редъ, па пути улучшенія его дуіовпаго и нравственнаго состоянія, вдругъ уступаетъ
мѣсто взаимному противодѣйствію, борьбѣ, жестокой разнузданности, злобѣ, ненависти и
мстительноеги. Эта ярость истребленія чаще всего возгорается среди охотничьихъ племенъ,
убійпъ и і роду жизни. Охота человѣка-мясоѣда на животныхъ, которыми онъ питается,
уже сама по себѣ война; она развиваетъ иъ йенъ, какъ и въ хищныхъ звѣряхъ, хит-
рость, жестокость; она легко могла становиться косвенною причиною войны, предпринятой
ужи прямо сь цЬлью истребленія себѣ подобныхъ, ііхотннкъ вѣчно занятъ мыслью оты-
сканія добычи въ достаточномъ длл пропитанія количествѣ; ічевпдпо, опъ пе можетъ
иначе, какъ косо, смотрѣть на соперника, оспаривающаго у него добычу. И вотъ на-
ступаетъ моментъ, когда ненависть, порожденная такимъ соперничествомъ, ярко вспыхи-
ваетъ, и человѣкъ обращаетъ оружіе п[ютпвъ другого человѣка. Это первая война воз-
никла изъ спора за добычу; а сколько за нею потомт потянулось другихъ войнъ, .пу-
шенныхъ все тѣмъ же стремленіемъ къ покоренію, къ овладѣнію!
И зтн-то дикія столкновенія, эту «злую войну», какъ ее называетъ Гомеръ,
многіе писатели, путая в перевертывая здравыя понятія, прославляютъ, какъ всликѵю
воспитательницу человѣчества! Тузъ трудно видѣть что-нибудь ввое, кромѣ возрожденія
древнихъ вѣрованій въ полезность жертвы, изь боязни злыхъ духовъ, злобныхъ геніевъ,
жаждущихъ собственнаго возрожденія черезъ смерть живыхъ. Конды центральной Индіи, когда
нарѣзывали умилостивительную жертву, чтобы ея крпвью освятить свои поля и жилища,
пѣіи свой ^жасный гимнъ; «Знай, что для жвзнн міра и боговъ нужна кровь, ц для
того, чтобы охранять жизнь народа и увѣковѣчить потомство, нужна кровь. Если бы
не было пролитой крови, не было бы ип племенъ, ни народовъ, ни царствъ. Твоя про-
литая кровь, о посредникъ и заступникъ, утолитъ жажду земли, и она одушевится
новою мошью!»
Въ древности рѣдкій городъ. рѣпная стѣна возводилась безъ топ, чтобы ее пер-
вый камень пе орошаіея кровью жертвы. Па томъ мѣстѣ, гдѣ теперь находится городъ
Дели, по преданію, прежде были разные города, которые разрушались одинъ за другимъ.
Въ самомъ центрѣ этого мѣста ноетавмнъ желѣзный столбъ, такъ называемый, Рад-
жадхава. Этотъ столбъ, по преданію, весь орошенъ кровью; здѣсь была заживо погре-
бена цѣлая армія людей-змѣй (т.-е. туземцевъ) во славу сыиа Панду, Юдиштиры.
Правда, войны, какъ явленіе въ высшей степени сложное, охватывающее общество
во всемъ объемѣ его жизни, вь силу ?той своей сложности могли быть причиною про-
гресса, несмотря на разрушенія, опустошенія и всяческое зло, которое онѣ непосред-
ственно прнчвнялп. Такъ, до во> вы могли быть совершены развѣдочныя путешестыя,
доставлявшія драгоцѣнныя свѣдѣнія о странахъ, мало извѣстныхъ до тѣхъ поръ, а послѣ
зойнъ заключались союзы и возникали торговыя и дружественныя сношенія. И эти сно-
шенія были полезны, потому что расширяли кругозоръ народовъ, раньше ие, знавшихъ
другъ друга, увеличивали вхъ богатства, развивали знанія. Но всѣ эти благія послѣд-
ствія далеко нельзя считать прямыми результатами войны; напротивъ, они являлись по-
слѣдствіями совсѣмъ противоположнаго движенія. Опн не стой ли бы пикаг.нхь жертвъ,
86
если бы .союзы были заключены до пролитія крови, до побоища; а вѣдь опа могли
быть заключены и безъ войны. Но народъ но поиннтъ мирныхъ событій, такихъ, кото-
рыя не сопровождались пн ужасомъ, ни отчаяніемъ; онъ вспоминаетъ только «смутныя
времена» и къ «тинъ фатальнымъ годинамъ относить все, я худое н доброе, псо, что,
по настоищему, надо оы строго различать и относить къ истиннымъ причинамъ. Не адо
убаюкивать себѣ тщетными иллюзіями; война родится изъ ненависти и порождаетъ ее;
любовь же между людьми проистекаетъ лишь изъ гармоніи усилій. И то, что приписы-
вается борьбѣ, и» настоящему должно быть относимо къ взаимопомощи.
Вспомнимъ, сколько разъ в> йпа была доводима до ея крайнихъ предѣловъ, до ея
послѣднихъ логическихъ выводовъ, т.-е. до тбхъ поръ, пока истреблялось цѣлое племя,
даже цѣлый народъ, цѣлая раса, и вмѣстѣ съ іінми истреблялся п всякій прогрессъ,
потому что иекому было имъ пользоваться. Среди людей венавнеть нарождается такъ
же легко, какъ з любовь. Она вспыхиваетъ съ силою страсти между молодыми людьми,
ухаживающими за одною и тою же женщиною; она натравляетъ друть па друга народы,
столкнувшіеся въ своихъ поискахъ за мѣстомъ охоты, рыбной ловли или осѣдлости. И
притомъ не всегда столкновеніе интересовъ порождаетъ ненависть. Иной разъ достаточно
одного рѣзкаго различія въ внѣшнемъ видѣ, ростѣ, цвѣтѣ кода, нравахъ, чтобы почтя
вмванно возбудить вражду. Черные муравъв ведутъ жесточайшую войну съ рыжими.
Точно такъ же возникаютъ схватки между людьми, черными, рыжими, желтыми, смуг-
лыми, бѣлыми, іотому что оии считаютъ другъ друга чѣмъ-то низшимъ, а сами собя—
высшими представителями человѣчества.
Случается, что люди принимаютъ ш-навидѣть другъ друга изь-за разницы въ
образѣ жизни Библія разсказываетъ намъ о двухъ людяхъ — пастухѣ н хлѣбопашцѣ,
которые вздорятъ до тѣхъ пиръ, пока одинъ нзъ нихъ в< гибнетъ. Положимъ, по ска-
занію, эта вражда вызвана сампмъ Богомъ; онъ отринулъ жертву хлѣбопашца и эхамъ
возбудилъ ьъ немъ ненависть къ брату, счастливому сопернику. Ненависть долго пи-
тается уже послѣ того, какъ минула породившая ее причина, сказаніями, преданіями, бое-
выми пѣснями; онаставі вится съ теченіемъ времени наслѣдственною. Вспомнимъ германскихъ
профессоровъ, которые называли французовъ «наслѣдственнымъ врагомъ.; вспомнимъ
прозвища, которыми взаимно честятъ другъ друга сосѣдніе народы; французы называютъ
англичанъ «свиньями» (сосЬоп агідіаізе), а англичане французовъ «лягушками»
Итальянецъ рѣдко назоветъ пѣвца просто іейезсо’а, а непремѣнно лЪезііа іогіезса»
Такія клички, прямо разсчитанныя на взаимное уязвленіе, можно найти почти повсюду
между сосѣдними деревнями, городами Откуда возникли эти ктички? Конечно, маъ ста-
ринной прапрадѣдовской вражды и ненависти.
Возникшее изъ войны рабство стали ш-нимать, какъ полнѣйшее отрицаніе вь
порабощенномъ всякихъ правъ. Рабъ лишался свойствъ человѣческаго существа; пред-
полагалась, что у пего пѣтъ «душа», что онъ не существуетъ. Такъ трактовали районъ
уже пріобрѣтенныхъ, и этотъ взглядъ невольно переносился о ва будущихъ рабовъ, т.-е.
на все враждебное племя; за нимъ не признавалось никакихъ правь, оно не -іе.іьзова-
лось ни иалЬишимь уваженіемъ. Конечно, изъ этою -ющаго правила приходилось дѣлать
исключенія при веденіи торговыхъ дѣдъ, при пріемѣ пословъ, наконецъ, при соблюденія
87
нерупгимыхь правилъ гостепріимства; но тутъ уже люди становились внѣ ходячихъ основъ
нравственности, поступали подъ покровительство религіи; а аа всімъ тѣмъ все-таки
представитель вражескаго племени всегда оставался человѣкомъ ничтожнымъ, добычею.
Ьаклапы, помогающіе китайскомъ рыбакамъ ловить рыбу.
Трудовые союзы между людьми, конечно, съ незапамятныхъ временъ сопрягались
съ использованіемъ окружающей природы, иногда съ значительною переріботкою есте-
сівенныхъ условій. Подобно обезьянамъ, наши предки научались дѣлать себѣ ложа ивъ
88
трави п листьевъ, кровли изъ вѣтвей. Это же самое дѣлали и птипы, и звѣри: птицы
вили себѣ слѣзла. б..йры сооружали великолѣпныя плотины а прочнѣйшія жилища, обезьяны
строили на деревьяхъ шалаши, съ подомъ и потолкомъ изъ древесныхъ вѣтвей. И
человѣкъ, по ихъ наглядному примѣру, пользовался растительными продуктами; пчелы,
муравьи, суслики учили его запасать продовольственные припасы.
Но равныя мѣстныя условія породили и различные виды земледѣльческаго труда;
тутъ уже человѣкъ ни столько руководился примѣрами животныхъ, сколько собственнымъ
геніемъ, наблюдательностью н поіребпостями существованія. Пвкоторы*' плоды имѣютъ
свойство при созрѣваніи лопаться съ трескомъ и разорасывать зерна; это обстоятельство,
конечно, не ускользнуло отъ наблюдательности первобытнаго человѣка. Американскій
дикарь видѣлъ, какъ съ высокаго дерева (Вегіііоівѣіа ехееіяа) падали па землю огром-
ные плоды, величиною съ человѣчью голову, ударившись о камень или о корень раз-
бивались, и изъ нихъ летѣла во всѣ стороны крупныя зерна; онъ не могъ не понять,
въ концѣ-г-інновъ. что каждое изъ этихъ зеренъ надставляетъ зачатокъ новаго дерева,
такого же, какъ то, которое сбросило съ себя этотъ плодъ. Такимъ же путемъ, но еще
эффектнѣе, передъ нпмъ съ трескомъ лопаіпсь стручки недотрога (Ітрайвпз), далеко
выкидывая свои сѣмена. А земляной орѣхъ (Агасіііз Курроеаеа) прямо самъ хоронилъ
свои плоды въ землѣ, преподавая мыслящему человѣку-младенцу первый урокъ зеиле
дѣлія и растепьсводствт. Новый пріемъ размноженія указывали ему ползучія растенія,
ускавшія въ землю свои корешки, и растенія клубненосныя, окружавшія свой подзем-
ный стебель кучкою зародышей, азъ которыхъ выроста.™ въ слѣдующій растительный
періодъ новыя особи того же вида. Все это прям> г наглядно указывало нашему на-
блюдательному прапредку способы размноженія полезный. для пего растеній. У дѣтей
земледѣльцевъ, ае лишенныхъ пъкоторой наблюдательности, всѣ такія явленія порождали
любовь ьъ земледѣлію. Кто изъ насъ въ дѣтскіе годы не сажалъ деревьевъ, не возился съ
цвѣтами? 11 то, что теперь дѣлаютъ наши дѣти, когда-то дѣлалъ народъ-дитя, повсюду,
во всѣхъ уголкахъ земли, вь разныхъ видахъ, смотря по мѣстнымъ условіямъ.
Земледѣліе народилось въ тысячѣ различныхъ мѣстностей; н<> надо помнить, что
рядомъ съ нимъ развиіались другіе промыслы. Само собою разумѣется, что многія дикія
племена были болѣе склоппы. н по натурѣ, и по мѣстнымъ условіямъ, добывать про-
питаніе совсѣмъ иными путями—охотою, войною. Обработка земли, і осѣвъ, жатва, осо-
бенно, когда все это ведется въ обширномъ размѣрѣ, требуетъ и неослабнаго прилежанія,
и сообразительности, я терпѣнія, тогда какъ преслѣдованіе в эшля добычи—вещь про-
стая, да притомъ увлекательная, возбуждающая страсти. Первобытный человѣкъ, хотя и
побуждается къ охотѣ голодомъ, по все же предается ей, какъ забавѣ, а опасности, съ
ней сопряженныя, дѣлаютъ ее только еще болѣе заманчивою. Тугъ возбужденіе чувствъ
часто перерождается въ настоящую одержимость; въ пылу оорьбы человѣкъ перестаетъ
мыслить и разсуждать; у него одно стремленіе: овладѣть добычею, рвать ее въ клочья,
рѣзать на куски.
Можно полагать, что прирученіе животныхъ часто было гораздо легче и подручнѣе,
нежели земледѣліе, потому что иныя породы животныхъ, какъ бы сами шли навстрѣчу
человѣку; иныѵ виды вели ту же жизнь, какъ человѣкъ, и союзъ между ними указывался
89
самою сплою вещей. На постѣ Карпо, въ якваіоріальной Африкѣ масса прирученныхъ
животныхъ образовали изъ себя любопытнѣйшую оощину—республику; такъ, въ 1898 году,
тамъ, между прочимъ, жала оольшая обезъяна, которая добровольно приняла на себя
обязанности дозорнаго п пастуха. Она, напр., водила на пастбище овецъ, ни латъ ни
взять, капъ наша пастушья собака; ина совсѣмъ по собачьи гонялась за овцами, хватала
игъ зубами за поіл, когда тѣ отбивались отъ стада. А когда овцы мирно щипали
траву, опа безъ церемоніи усаживалась на одной изъ нихъ и отыскивала въ < я густомъ
рунѣ паразитовъ. Она, значитъ, сама напрашивалась въ союзники къ человѣку.
Въ нѣкоторыхъ областяхъ союзъ человѣка съ животными былъ до нѣкоторой
степени неизбѣженъ, потому что почва и климатъ стлввли людей въ особое положеніе
тѣснѣйшей взаимозависимости. Такъ, па нѣкоторыхъ фермахъ и запм: ахъ (ранчо и
корраляхъ) Новой Мексики, Аризоны и Соноры естественными союзниками человѣка
становятся коншуны «выгребщики»; они преспокойно заявляются на хоздйскЬі помойныя
ямы и производятъ тщательную ихъ очистку, за что, конечно, хозяева бываютъ имъ
очень признательны и не обижаютъ т. Когда на ферму является чужой, птицы сто-
ронятся и нодозрите.іьв>- чудятся пришельца, а когда онъ уходить, сн >ва водворяются
на а іенъ пастбищѣ. Онѣ становятся. почти полноправными гражданами птичьяго
двора хозяина.
Голубь тоже любитъ жить около человѣка; мѣстами, завидѣвъ тншника, голуби
прячутся около жилья, и иногда даже излетаютъ внутрь его Волкъ, койотъ хотя и не
вступаетъ въ интимную дружбу съ человѣкомъ, по все же можетъ Сыть сочтенъ пара-
зитомъ мексиканскаго индѣйпа; онъ по ночамъ бродить около очага, подбираетъ остатки
пищн, и хозяева никогда не прогоняютъ его; его считаютъ чѣмъ-то вродѣ мистическаго
родственника и по ссорятся съ ними, въ увѣренности, что въ отплату за скудную трапезу
онъ оберегаетъ хозяевъ отъ злобныхъ геніевъ ночи
Прирученіе животныхъ надо разсматривать, какъ высшую ступень первобытной
общительности, проистекающей изъ обмѣна услугъ. Въ Сонорѣ и Аризонѣ индюкъ (какъ
извѣстно, американскій уроженецъ) прирученъ такъ же, какъ и въ Еврипѣ; надо ду-
мать, что первоначально опъ тамъ сблизился съ человѣкомъ, кань голубь, т. е. искать
около человѣка убѣжища и пиши, въ концѣ же концовъ вполнѣ приспособился къ этому
образу жизни и іачаль бояться лѣсныхъ зарослей, гдѣ первоначально жить. Тутъ
человѣку можно было, безъ всякихъ особыхъ стараній, пресіо-за-проето довольствовался
взаимными чувствами симпатіи и общностью интересовъ.
Случалось, безъ сомнѣнія, что человѣкъ и животныя сближались при добычѣ
пищи. Такъ, напр., въ южной Африкѣ готтентотъ и кукушка стали добрыми друзьями,
потому что и тотъ, и другая дѣятельно выслѣживаютъ гнѣзда дикихъ пчелъ, Кукушка
боретъ на себя заботы разыскивать зги ульи; найдя добычу, она даетъ объ этомъ
знать человѣку рѣдкимъ крипомъ, а тотъ отвѣчаетъ ой свистомъ. Потомъ оба сходятся
около добычи и братски цѣлятся; человѣкъ, сознавая и цѣпя оказанную ему услугу, не
думаетъ обижать птицу и даетъ ей щедрую долю добычи.
Въ рыбной ловлѣ можно наблюдать такое же дружеское взаимное содѣйствіе. Въ
Лапландіи, на озерѣ Пеллаярви морская ласточка служить вожакомъ рыболова, указы-
90
вастъ ему обнлующій рыбою отмоли и за это получастъ часть добычи. Между чело-
вѣкомъ-рыбакомъ и итецею-рыболсионъ заключается договоръ, хоть и не писанный,
но строго соблюдаемый.
Китайцы теперь ловятъ баклановъ и дрессируютъ ихъ для рыбной ловли, а чтобы
они не глотали пойманную рыбу въ ущербъ хозяину, рыбакъ надѣваетъ имъ па горло
мѣдное кольцо, мѣшающее глотать. Очень вѣроятно, что первоначально между китай-
цемъ рыбакомъ н бакланомъ былъ свободный союзъ, и они мѣстѣ рыбачили по рѣкамъ
и озерамъ, дѣля добычу поровну; вь нѣкоторыхъ мѣстностяхъ внутренняго Китая такой
принципъ дѣлежа и до сихъ поръ соблюдается. Такіе союзы заключаются не всегда
только въ интересахъ добыванія пиши, а иногда и для взаимной зашиты, какъ напр.,
для борьбы со змѣями. Такъ, на Мартиникѣ, кишащей ядовитѣйшими гадами, птицы
собираются стаею п громко кричатъ, предупреждая человѣка о близости желѣзной зм і.и (Тгі-
"ОПОсерЬаІиз); а когда человѣкъ убиваетъ змѣю, онѣ празщують побѣду торжеству-
ющими и радостными криками.
Пашъ союзъ съ собакою, самымъ близкимъ п вѣрнымъ другомъ, былъ подобнаго
же происхожденіи Много разъ было замѣчено, чти дикія или одичавшія собакъ соби-
раются внегда большими стаями, чтобы совмѣстно преслѣдовать звѣря, который либо
опасенъ своею сплою, либо спасется быстрымъ бѣгомъ отъ одной собаки. Добыча потомъ
полюбовно дѣлится.
Когда люди ради своихъ пуждъ охотились за крупнымъ звѣремъ, собаки принимали
участіе въ этой охогѣ, разсчитывая йотомъ, что охотникъ выдѣлитъ и имъ добрый
кусокъ изъ добычи. Такъ н запечатлѣлся союзь между двумя охотниками, человѣкомъ
я собакою; изъ свободнаго союза съ теченіемъ времени образовалось полное подчиненіе
одного другому; человѣкъ оцѣнилъ добрыя качества союзника. Такимъ же путемъ охотники-
птицеловы достигли прирученія сокола.
Въ заключеніи союзовъ между человѣкомъ и животными, конечно, играла родъ
симпатія, въ силу которой начиналась дружба. Па берегахъ Нила газели и другія
жвачныя первоначально были друзьями и нахлѣовикаыи, а затѣмъ уже (тали приру-
ченными животными, употребляемыми въ пищу. Жители той мѣстности, гдѣ Нилъ про-
текаетъ но саванамъ и загроможденъ плавучими островами, племя Денка въ настоящее
время остановились въ этомъ отношеніи па ш-лдорогѣ. <>ти чернокожіе занимаются раз-
шделіемъ скота, коіирый пасется въ высокой травѣ саванъ и плавней; это ихъ един-
ственный промыселъ. Они почти йоготв рять свой скотъ; въ торжественныхъ случаяхъ
они клянутся предками коровы. Сами для ссбя Денка сооружаютъ очень простые ша-
лашики, но для дойныхъ коровъ строятъ просторныя п очень опрятныя помѣщенія,
всегда гдѣ-нибудь на сухомъ мѣстѣ, возвышающемся надъ окружающею равниною.
Питаются они почти исключительно молокомъ своего скота, коровъ и козъ, которыя
чхотнѵ даются доилыцнкамъ; но Денка никогда ае соглашаются уонвать здоровыхъ
животныхъ. Кировы у нихъ очень красивыя, похежіа на антилопъ; Денка берегутъ ихъ,
сколько возможно. Денка народъ сильный, едоровый, но въ пнщѣ воздержаный: ѣдятъ
они обычно разъ въ депь, при закатѣ солнца. Мясо она ѣдятъ Тъдько въ томъ случаѣ,
гели скотина захвораетъ или сильно ранена; тогда они убиваютъ ее. Даже во время
91
голодовки оии не убиваютъ здоровый скотъ, а только выпускаютъ изъ него кровь и
питаются ею, смѣшавъ съ молокомъ. Ихъ мирный и общительный нравъ побуждаетъ
идъ заводить дружбу даже съ зміями. Въ ихъ области водятся безвредныя, неядови-
тыя змѣи, очень лакомыя до молока, какъ наши ужи, и въ каждой семьѣ живетъ
нѣсколько такихъ змѣй; всѣ семейные вхъ знаютъ, отличаютъ одну отъ другой, зо-
вутъ по именамъ.
Въ сосѣднемъ Египтѣ цивилизованные жители точно также приручаютъ крокоди-
ловъ. Въ древности, не сказанію, жители Депдераха славились свонмь искусствомъ
укрощать этвхъ животныхъ, обитавшихъ въ тѣ времена по всему Пилу; они ѣздили па
крокодилахъ верхомъ.
Въ бассейнѣ Ппръ-Мапго, близъ Куррачи, ди пришествія европейцевъ держали
крокодиловъ, п тогда аіь звѣри были такъ мирны и хорошо дрессированы, что выплы-
вали на призывъ сторожей; благочестивые художники садились на спины священныхъ
животныхъ и расписывали имъ морды пестрыми красками. Въ Паламбаііѣ мальчики
играютъ съ крокодилами, которыхъ народъ сытно кормитъ разными кухонными отбросами,
выкидываемыми изь жилищъ, построенныхъ среди рѣки, па сваяхъ.
Среда многихъ народцевь, особенно въ южной Америкѣ, молодые люди и пре-
имущественно женщины обладаютъ чудеснымъ даромъ заговаривать (околдовывать и
укрощать) живоіпыхъ. Иная хижина окружена цѣлымъ звѣринцемъ; тугъ и тапиры, и
козы, и сариги (двуутробки) и даже ягуары; обезьяна прыгаютъ налъ хижиною въ
ві твяхъ деревьевъ, пекари роются около нея въ землѣ; летаютъ взадъ и впередъ тѵканы
и щ путай. Крупныя птицы, агамп и собаки несутъ службу защитниковъ этой пест-
рой семьи; никто чужой не пройдетъ въ хижину, если самъ хозяинъ не введетъ
его туда.
Европеецъ, если бы «нъ былъ окруженъ такою разнообразною днчиною, но пре-
минулъ бы ее использовать для своего стола, но индѣецъ щадитъ жизнь звѣрей, имъ
самимъ вырощенныхъ; они входятъ въ составъ домочадцевъ; если оші и несутъ
службу, напр., сторожатъ жилье, то дѣлаютъ эіо вполнѣ добровольно, безъ всякаго
принужденія со стороны человѣка. Тутъ свободный союзъ, и изъ него проистекаетъ
общежитіе.	*
Благодаря этому товариществу, животныя очень скоро духовно развеваются; про-
исходятъ то же, что бываетъ съ ученикомъ, состоящимъ подъ вліяніемъ особо-даровитаго
и умнаго наставника; чѣмъ послѣдній лучше, тѣмъ успѣшнѣе развиваются и его ученики.
Труди" понять, послѣ этого, сторонниковъ того положенія, что умственному развитію
животныхъ положенъ, будто бы. какой-то фатальный предѣлъ, за который они никогда
не могутъ переступить. По этому ученію, животное замкнуто въ какомъ-то безысход-
номъ кругѣ. Если это такъ, то это значило бы, что охотничья собака и дичь, которую
опа преслѣдуетъ, никогда не сумѣютъ придумать новыхъ уловокъ и хитростей, что пи
насѣкомыя, пи высшія животныя, освоившіяся съ какимъ-нибудь прі мысломъ. никогда пе
придумаютъ въ немъ никакого новаго способа, никакая птица не придумаетъ новаго
мотива ев'іей пѣсни Очень можетъ быть, что развитіе животныхъ шло медленнѣе раз-
витія человѣка, особенно съ тЬхъ поръ, какъ опт сумЬлъ снабдитъ себя орудімян
92
труда, ио ппо все-таки непрерывно «родолжавтся. И человѣкъ, п животныя иро-
гресеврѵютъ.
Повсюду, гдѣ образовались малые мірки съ общими интересами, эти группы вы-
казываютъ склонность использовать условія внѣшней среды, чтобы обособиться, придать
себѣ опредѣленную форму, невѣстную географическую характеристику. Люди стараются
приспособиться къ окружающей природѣ я сопавпіь изъ сеоя цѣлое, племя, народъ,
съ своею особенною физіономіею.
Часто граница ооптаиія выступаетъ ясно, отчетливо, рѣзко, в эта ясность гра-
ницы иногда явп<> вліяла па выборъ мѣста обитанія. Островъ, мысъ горная долина,
окруженная высокими скалами, плоскогорье, окруженное безднэми, плодородная равнина,
окруженная безплодными скатами, долина потока съ ропатою раститеіьпостью, —все это
такія тѣла, приготовленныя природою, нь которыя охотно вселялась душа--человѣкъ.
Общественный инстинктъ человѣка всегда придавалъ жизнь этимъ мѣстечкамъ.
Даже въ древнѣйшія времена, когда дикій человѣкъ бродилъ по лѣсамъ и степямъ, онъ
уже стремился и пытался образовывать эти группы, которыя впослѣдствіи становилась
мѣстами осѣдлости, иыроставшпмн въ города. Созидательныя силы, которыя породили
скопленія людей, въ свою очередь давшія начало городамъ, областямъ, обширнымъ
государствамъ, таились еще въ дикаряхъ, и въ нихъ надо изучать происхожденіе этихъ
силъ. Мы н. гдѣ не встрѣчаемъ племени, идеаломъ котораго было бы полное одиноче-
ство, если только племя не живетъ йодъ вѣчнымъ страхомъ вражескаго нашествія.
Такая отчужденность была оы медленнымъ самоубійствомъ.
Потребность въ толномъ уединеніи—такое уклоненіе отъ нормы, которое мо-
жетъ возникнуть развѣ только у злополучныхъ жертвъ религіознаго бреда, что,
конечно, можетъ приключиться лишь при далеко подвинувшейся впередъ культурности.
Уединяются факиры, отшельники, удрученные іорестямв жизни. Да и <*нн прибѣгаютъ
къ отшельничеству, все же будучи убѣждены въ солидарности съ ними окружающаго
населенія, которое одобрить пхъ подвигъ и возьметъ на себя снабженіе ихъ продоволь-
ствіемъ, взамѣнъ ихъ молитвъ за грѣхи людскіе. Богомолецъ же, доведенный до крайняго
экстаза, оторвавшійся отъ земли и людей, рискуетъ погибнуть, подобно раненому дикому
звѣрю, вабившемуся въ непроходимыя дебри лѣса.
Обыкновенный, нормальный смертный въ обществѣ дикарей, охотникъ, рыбакъ,
пастухъ, не можетъ обойтись безъ общества собѣ подобныхъ. Положимъ, промыселъ
можетъ его побудить иногда совершенно уединяться, сторожить гдѣ-нибудь звѣря влв
подкарауливать рыбу, и съ этою цѣлью удалиться игь жилаго мѣста; по какъ только
ему модаю соцтіісь съ ближними, какъ только у нихъ сооралпеь запасы продовольствія,
они немедленно возвращаются вь общее мѣстожительство.
Интересныя изслѣдованія американскихъ этнологовъ выяснили, что именно въ
Америкѣ можно найти такое племя, которому удалось, болѣе чѣмъ какому-либо ииоыу,
остаться въ уединеніи и отчужденіи. Эъо племя обитаетъ въ областяхъ сѣверной Мек-
сики. Область эта окружена, пустынями, да широкимъ проливомъ, отдѣляющимъ отъ
материка островъ Тибуронъ, въ Калнфоряскомъ заливѣ. Нто индѣйское племя Сзрп.
Область его. обитанія лежитъ пнѣ всякихъ путей сообщенія; его не знаютъ даже пред-
'.)3
пріимчивые американскіе купцы, заглядывающіе во всѣ уголки своей земли. Сори чу-
ждаются и бѣгутъ отъ всякаго живаго существа, кромѣ звѣря, на котораго охотятся
и мясомъ котораго кормятся. Май такъ свято сохранили свой всрвооытный типъ, что
до сихъ поръ еще не вышли изъ эолитическаго періода культуры. Они не умѣютъ лаже
еще шлифовать обломки камней; ихъ вооруженіе состоять нзь неотесаннаго кайля,
привязаннаго въ куску лъяны
Это племя по культурности приходится отлепи къ періоду, предшиствовэротему
каиснпому вѣку. Но у нихъ зато всегда было удивительное, особенное средство спасенія
отъ какихъ угодно враговъ.—именно, необычайно быстрыя ноги в соотвѣтствующая
этой быстротѣ неутомимость; пѣтъ звѣря, котораго Сэра въ копцѣ концовъ не загналъ
бы на смерть. Благодаря этой фантастической быстротѣ бѣга, имъ удалось хоть въ нѣ-
которой части уцѣлѣть стъ набѣговъ завоевателей испанцевъ, которые истребляли ихъ мас-
сами. а затѣмъ, впослѣдствіи, отъ «ппвйлизованныхъ» мексиканцевъ.
Сэра внушаютъ ужасъ своимъ сосѣдямъ, главнымъ образомъ тѣмъ, что они ска-
тофаги, т. е. пожираютъ экскременты. Главная ихъ пища, положимъ не зло, а такъ
называемая тѵпа, варварійская фига Но они пожираютъ этотъ фруктъ вь неимовѣр-
номъ количествѣ, и гакъ какъ принятая внутрь порція не можетъ вся перевариться,
то часть ея и извергается непереваренною. Въ случаѣ голодовки индѣйцы подбираюсь
этотъ матерьялъ и питаются имъ, приготовляя изъ него чю-то вродѣ муки. Они уоѣ-
ждены. что эта пища не только здоровая, но даже обладаетъ волшебными свойствами:
сообщаетъ мужество воинамъ.
Каждое изъ маленькихъ первобытныхъ обществъ, прпладпвпшеь и приспособив-
шись къ окружающей средѣ, конечно, оставалось бы безконечно долгое время на разъ
достигнутой ступени развитія, еслибы по подвергалось разнообразнымъ вліяніямъ при
столкновеніяхъ съ сосѣдями. По ли столкновенія то и дѣло нарушаютъ равновѣсіи
установившейся жизни и измѣняютъ ео. Такимъ путемъ каждое племя, каждый народъ
выводится изъ уединеннаго состоянія и мало-по-малу, сочетаясь съ другими людскими
обществами, образуетъ съ еимв человѣчество въ его общей совокупности.
Но чего только но переживало человѣчество за все безковечн-іе время своего раз-
витія! Сколько въ немъ было мирныхъ сліяній и кровавыль схватокъ, сколько союзовъ
для мирнаго труда и сколько разрушеній плодовъ упорнаго труда, казавшихся прочными
и вѣковѣчными; сколько разъ оно населяло пустыни и сколько разъ населенныя мѣста
обращались въ чустыим! Вся исторія человѣчества это какой-то вихрь, вь которомъ
люди и дѣла ихъ взвиваются, какъ пыль, и разсѣкаются, какъ пыль!
Эю была непрерывная схватка между жизнью и смертью, гдѣ брала верхъ то
жизнь, то смерть. Но все-гаки, вь конечномъ выводѣ, вашъ человѣческій міръ отъ
момента своего зарожденія до нашихъ дней крѣпнулъ и развивался, его отдѣльныя
группы связывались и сливались между собою в образовали всеобщій сою:>ъ, который
становился все болѣе и болѣе слитнымъ и образовалъ одно цѣлое съ Землею, которая
его песетъ на себѣ. Это сліяніе я есть то, чю люди называютъ прогрессомъ.
Ингщіагорамп были люди, постигшіе природу
ГЛАВА IV.
Современныя свѣдѣнія о доисторическомъ періодѣ.—Пища—Жилища и укрѣ-
пленныя мѣста.—Свайныя постройки—Мѣста встрѣчи.—Тропинки и дороги,—Рас-
предѣленіе городовъ.—Промышленность.—Украшенія.
Многочисленныя перемѣны, которыя претерпѣло человѣчество со для своего
нарожденія, перемѣны, извѣстныя подъ именемъ «прогресса» п движенія впередъ цивили-
заціи, могутъ быть точно изучены только въ опредѣленные періоды исторіи, отъ кото-
рыхъ сохранились памятники съ собственными именами в хронологическими датами.
Въ это время человѣчество, если и не все, то отчасти, начинаетъ заботиться о томъ,
чтобы передать будущимъ поколѣніямъ въ возможно послѣдовательной формѣ свою
исторію; это, такъ сказать, заря наступаи щаго дня. Въ втомъ полусвѣтѣ уже можно
различитъ слѣды отъ зданій и общественныхъ установленій, можно прослѣдить
перипетія, которыя переживались даннымъ народомъ. Отъ згого періода сохраняются
традиціи и легенды, истинный смыслъ которыхъ стараюгся постигнуть ученые; всѣ эти
остатки дають возможность возстановить общую картину данной эпохи, при чемъ про-
бѣлы, существующіе въ документахъ, достовѣрность которыхъ пе подлежитъ сомнѣнію,
95
восполняются болѣе или менѣе вѣроятными предположеніями. Въ искаженныхъ над-
писяхъ ученые стара шея вставить недостающія буквы. Эта неполная періи-оытаая
исторія составляетъ особый отдѣлъ натки; ея неопредѣленныя границы подходятъ къ
наиболѣе древнимъ временамъ, изучая которыя ученымъ, быть можетъ, удастся возста-
новить всю картину былыхъ вѣковъ.
По окончаніи доисторическаго и первопсторнческаго періода начинается истори-
ческій періодъ, возникновеніе котораго зависитъ отъ народностей и отъ мѣстности.
Благодаря быстрому росту цивилизаціи вь нрибрежвыхъ странахъ Стараго Свѣта, Индій-
скаго океана и Средиземнаго моря, историкамъ удалось проникнуть вь періоды, огдѣ-
ленныо промежуткомъ въ пять, шесть и дал;о десять тысячъ лѣтъ отъ нынѣшней эпохи,-—
Тогда какъ въ другихъ странахъ, гдѣ изслѣдователямъ не посчастливилось найти рукопи-
сныхъ памятниковъ, ихъ познанія въ исторіи не позволяютъ подняться выше нѣсколькихъ
поколѣній. Такимъ образомъ, званіе Новаго Свѣта обнимаетъ періодъ около четырехъ
вѣковъ до появленіи тамъ европейцевъ, п только общая послѣдовательность въ главныхъ
событіяхъ исторіи подѣе пвьидизовапныхъ народовъ позволяетъ пролить нѣкоторый свѣтъ
на этотъ материкъ.
Можно смѣло сказать, что доисторическій періодъ для многигь народовъ продол-
жается еще и теперь; вопреки своей принадлежности къ старому міру, они до сихъ
воръ еще не пріобщились къ всеобщей цивилизаціи и ведутъ вполнѣ изолированную, въ
нравственномъ и умственномъ смыслѣ, жизнь. Даже среди народностей, населяющихъ
западную Европу, даже въ тѣгь центрахъ, гдѣ виденъ наиболѣе яркій свѣтъ совре-
менной культуры, даже н тамъ изслѣдователямъ обычаевъ, преданій и народныхъ пѣсснъ ,
удалось открыть пережитки и слѣды доисторическаго періода. Благодаря существованію
въ настоящее время подобныхъ пародовъ, изслѣдователи, при изученіи «первобытныхъ*
или точнѣе «отсталыхъ* народностей, которыя еще и теперь очень мал» изслѣдѵвавы
покорившими ихъ народами, могутъ возстановить ту эволюцію, которую претерпѣли
наши предки въ существовавшей въ нхъ вермя средѣ.
Трудно, конечна, составить себѣ достаточно ясно, только на основаній найденныхъ
костей а оружія, картину жвзіга первобытныхъ пародовъ. Но во многихъ мѣстахъ при-
рода еще очень мало измѣнилась съ этахъ отдаленныхъ временъ, и, сверхъ того, въ
странахъ, гдѣ существуютъ еще плсмепа съ аналогичными нравами, вваднѣ достаточно
примѣровъ, по сравненію съ которыми можно возстановить картину былого.
Пространство находится въ соотвѣтствіи съ временемъ: въ настоящее время нзъ
одного вѣка переходятъ такъ же легко въ другой, какъ изъ одной страны въ другую.
Разговаривая со стариками Новой Гвинеи, изслѣдователь Мдхлуха-Маклай услышалъ отъ
нихъ, что ихъ племя сраспительп-і еще недавно но умѣло добывать огня. Когда угли
гасли въ одной хижіівѣ, приходилось иггн за жаромъ вь другую. И Та-Ола, найденные
въ густой чащѣ Целебесскихъ лѣсовъ, вс являются ли еще болѣе укрытыми темною
ночью минувшихъ вѣковъ, когда единственнымъ стремленіемъ человѣка была нища?
Прогрессъ, дѣйствительна, существуетъ у очень многихъ пародовъ, особенно у тѣхъ,
кою коснулись мы, цивилизованные люди; но сколько еще существуетъ народовъ, вернув-
шихся обратно въ свои берлоги!
Пв
Однимъ изъ ппрвип. является вопросъ:—какова была пища вашпхъ предковъ?
Наблюденія надъ современными памъ народами, находящимися вь первобытномъ состояніи,
лаютъ вполнѣ удовлетворительный отвѣтъ па втотъ вопросъ. Ііі.ща некультурныхъ
Пароловъ измѣняется въ зависимости отъ климата, почвы и іой ступени цивилизаціи,
иа которой стоять эт и народы. Большая часть жителей океанскихъ архипелаговъ, но отно-
шенію къ которымъ природа не оыла очень скупой, до самаго послѣдняго времени
должна была ограничиваться плодами, зернами, зелеными побѣгами мѣстныхъ растеній;
иногда они прибавляли къ своей обычной нишѣ дичь, рыбу и морскихъ животныхъ, ко-
торыхъ въ изобиліи доставляли имъ окружающія игъ со всѣхъ сторонъ воды.
Въ мѣстахъ, лежащихъ близъ пустыни, точно такъ же, какъ и въ странахъ съ
каменистой почвой и суровымъ климатомъ, пища, употребляемая человѣкомъ, не можетъ
отличаться большимъ разнообразіемъ, тогда какъ въ клвтивентальныхъ странахъ сама
природа даетъ возможность человѣку дѣлать выборъ. Окружающая среда доставляетъ пишу
какъ животнымъ, такъ и человѣку. Въ зависимости отъ времени и мѣста, измѣняются,
конечно, и вкусы человѣка, и то, что кажется лакомымъ кускомъ очному, вызываетъ
чувство отвращенія въ другомъ. Одинъ любить лакомиться насѣкомыми и червями,
другой прогорклымъ саломъ, протухшимъ мягомъ или еще зеленою, не успѣвшею пере-
вариться въ желудкѣ пищею оленя. У одного монгола, сопровождавшаго Пржевальскаго
во время экспедиціи, появлялась рвота всякій разъ, когда онъ видѣлъ, что европейцы
ѣдятъ утку. Самъ же онъ обыкновенно употреблялъ въ пищу грязныя бараньи кишки.
Одни племена питаются только зернами и плодами, другія же кровавымъ мясомъ На
земномъ шарѣ существуетъ цілый рядъ странъ, жители которыхъ употребляютъ іъ
пищу человѣческое мясо. Частью это дѣлается вслѣдствіе жестокости, присущей воин-
ственнымъ племенамъ, частью вслѣдствіе уваженія къ врагамъ,—покоритель думаетъ,
что въ него вселится душа убитаго; такъ . оступають на Сингапурѣ малайцы съ мя’омъ
Убитаго тигра, — частью же въ силу извѣстныхъ религіозныхъ воззрѣній и, наконецъ,
въ силу голода. Сколько разъ сбившіеся съ пути моряки отказывались отъ пріюта,
боясь попасть въ рукч людоѣдовъ. Изъ того, что подобные случіи повторяются довольно
часто, Денморъ Лашъ заключаетъ, что каннибализмъ распространенъ среда жителей
Полинезіи очень сильно. Впрочемъ, большая часть человѣческихъ жертвъ вызывается
требованіями религіи. Извѣстный родъ ппщи вмѣстѣ съ употребляющейся къ ной при-
правой. будучи необходимымъ для однихъ людей, является для другихъ совершенію без-
полезнымъ Такъ, иапримѣръ, соль, безъ которой не сядетъ за столъ ни одинъ евро-
пеецъ, выбываетъ чувство отвращенія въ жителяхъ центральной Африки. Вполнѣ воз-
можно, что они удовлетворяются тою солью, которая содержится въ йогѣ растеній, слу-
жащихъ имъ пищею.
ч «Кухонные остатки>—груды раковинъ, которыя попадаются на берегахъ Даніи,
точно такъ же какъ «озігіазэ—устрицы, добываемыя въ испанской Америкѣ, «заш-
Ъадиі» Бразильскаго берега и другіе обломки, скопившіеся подъ развалинами деревень,
относящихся къ періоду свайныхъ построекъ, являются остатками пиши, сохранившейся
въ теченіе долгихъ вѣковъ. Такія же груды остатковъ получались бы и въ настоящее
время въ городахъ въ количествѣ милліоновъ кубическихъ метровъ, если бы современный
Жилище туземцевъ на строп Ь Суматрѣ
человѣкъ вс примѣнилъ ихъ въ дѣло
самими разданными способами; илъ
употребляютъ при земляныхъ рабо-
тахъ. при постройкахъ; вмп пользу-
ются при удобреніи п-'Л«-й. Теперь этп
остатки уничтожаются: пиша же ста-
новится болѣе разнообразной, и при
помощи торговыхъ сношеній, суще-
ствующихъ между государствами, пере-
возится изъ одной страны въ другую.
Нѣкоторыя і руды раковинъ, по-
падающіяся въ изобиліи на морскомъ
берегу, достигаютъ значительныхъ раз-
мѣровъ; хзъ этого слѣдуетъ, что оби-
татели побережья достигли довольна
высокой ступени цивилизаціи. Отдѣль-
ный люди, точно такъ же, какъ и
семьи, жившія особнякомъ. не могли
оставитъ послѣ себя
такія юры раковинъ
отъ устрицъ II Дру-
элпзв РЕК.’ІЮ
93
гихъ моллюсковъ Иногда эти груди достигаютъ трехсотъ метровъ въ длину, отъ
тридцати до шестидесяти въ ширину и до трехъ въ высоту. Можно предположить, что
люди, жившіе вь эту эпоху, собирались для ѣды устрицъ цѣлымъ ооществомъ. Къ
устрицамъ „ни прибавляли всевозможныхъ сортовъ рыбу, оленей, косуль, свипѳи, быковъ,
собакъ, бобровъ и выдръ; обглоданныя кости этихъ животныхъ попадаются еще и теперь
въ грудаіъ остатковъ.
Съ того времени, какъ сложились зіи кучи раковинъ, многп- виды и разновид-
ности ивъ животнаго царства совершенно исчезли, или же, по крайней мѣрѣ, сильно
измѣнились Съ другой стороны, можно установить, что многіо виды животныхъ суще-
ствовали тамъ, гдѣ, пъ мнѣнію историковъ, они отсутствовали. То же самоо можно отмѣ-
тить я по отношенію къ растеніямъ: такъ, нѣкоторыя фруктовыя деревья, считавшіяся
привезенными изъ Азіи во ьремева господства Римлянъ, отличіь росли въ западной
Европѣ въ де-сторичоскій періодъ. На днѣ лещорь были найдены косточки плод- въ, по
которымъ можно судить, что пещерные люди знали двѣ разновидности вишенъ и три
разновидности сливъ въ эпоху, когда образовывалась пласты «цвѣтныхъ валуш-въ».
Въ Галліи встрѣчался ірѣхішый кустарникъ уже вь третичный періодъ. Наконецъ,
въ магдаленскій періодъ люди воздѣлывали хлѣбные злаки, о чемъ свидѣтельствуютъ ихь
изображенія на камняхъ, относящихся къ этой эпохѣ. Точно также въ западной Европѣ
росла и виноградная доза, которую жители бронзоваго вѣка изображали на своихъ
украшеніяхъ Въ это время жители Италіи пили настоящее виноградное вино, распро-
страненіе котораго шло съ запада на востокъ, а не съ востока на западъ, какъ это
думали раньше. Въ доисторическія времена и даже на зарѣ исторіи обитатели свайныхъ
построекъ такихъ альпійскихъ областей, какъ Варезъ и Любліана пила вино изъ тервовнка-.
на сѣверномъ же склонѣ Альпъ, отъ Савойи до Австріи, употреблялся обыкновенно на-
питокъ, получаяпьйся при броженіи малины и “жочики. Всѣ эіи запитки опьяняли чело
вѣка, который часто чувствовалъ потребность уйти отъ самого себя и погрузиться па
нѣсколько времени въ безчувственное состояніе; суевѣріе и религіозный культъ "назы-
вали на это состояніе извѣстное вліяніе.
Въ доисторическій періодъ жилища были гакъ же разнообразны, какъ и пищи
первобытнаго человѣка. 0 то, я другое зависитъ отъ среды, вь которой протекала
жизнь, и поэтому всѣ старыя формы жилищъ сохраняются и до сихь поръ, несмотря
на быстрые успѣхи цивилизаціи. Земля, покрытая глубокимъ слоемъ снѣга, давала аі
распоряженіе эксимоса совершенно другіе матеріалы для построекъ, чѣмъ камеаиітая
пустыня—арабу или же нетронутые рукою человѣка лѣса—индусу. Даже съ теченіемъ
времени, когда болѣе обезпеченные культурные люди стали воздвигать себѣ роскошныя
сооруженія изъ дерева, глппы, кирпича, камня и мрамора, и тогда природа оказы-
вала свов вліяніе на эти сооруженія. Климатъ вліяетъ па архитектурныя формы По-
катая крыша свидѣтельствуетъ объ обильныхъ дождяхъ: плоская указываетъ на то,
что солнп" даетъ много свѣта и, наконецъ, крыша, покрытая камнями,—на сильный
вѣтеръ. Изъ старинныхъ сооруженій сохранились не только готическія и римскія; нѣть
пи одного шалаши, пи одной берлоги, въ которой жилъ первобытные люди п видо-
язмѣнеяіе которой не существовало бы теперь. Это можно наблюдать даже въ наиболѣе
99
богатыхъ изъ современныхъ городовъ. Поищите хорошенько, и вы, навѣрно, пай гто
пещерныхъ обитателей въ Парижѣ и Лондонѣ. Здѣсь попадаются и люди, живущіе въ
шалашахъ, построенныхъ изъ всевозможныхъ обломковъ и древесныхъ вѣтокъ, про
такихъ же, которымъ приходится проводить ночь подъ открытымъ небомъ, на голой
землѣ, нечег" и говорить.
Въ тропическихъ странахъ, гдѣ находится колыбель человѣчества, и теперь ещг
обычнымъ жилищемъ для многихъ племенъ служитъ густой кустарникъ. Для нѣкоторыхъ
жилищемъ служатъ вершины высокихъ деревьевъ, гдѣ полъ замѣняется мѣстомъ, откуда
Жилище кафровъ.
расходятся вѣтви, крышей же служитъ густая листва, защищающая отъ палящаго солнца,
бури я проливныхъ дождей.
Такъ я>нлй люди, подобно свопмъ четверорукимъ родичамъ. При помощи рукъ и
зубовъ они добывали собѣ пищу—ягоды и плоды; для зашиты же при нападеніи они
отрывали отъ своей живой крѣпости вѣтви и пользовать ими, пакъ дротикомъ,
копьемъ пли булавою.
Вполнѣ возможно, что въ тѣхь случаяхъ, когда расположенныя рядомъ вѣтви
тѣсно Переплетались между сооою, въ густо"! листвѣ происходили столкновенія между
обитателями деревьевъ и ихъ врагами, явившимися по воздуху. Теперь, съ появленіемъ
ооужія, поражающаго на значительномъ разстояніи, племенамъ, живущимъ въ лѣсахъ,
стало невозможнымъ укрываться въ подобныхъ жилищахъ. Такъ, напримѣръ, племя
Уараунъ. живущее въ дельтѣ Ориноко, скрывается на вершинахъ деревьевъ, только
100
во вршя разлива рѣки; точно также и нлеил Сара, жившее прежде, подобно обезьянамъ,
на вѣтвяхъ высокихъ зріодендроновъ, было изгнано оттуда ружейными .ыстрѣлами
Багирминскнми работорговцами,
Впрочемъ, берлоги, въ которыхъ, точно лѣсные звѣри, живутъ дикіе люаи, еще
очень многочисленны въ мѣстахъ, покрытыхъ лѣсомъ, кустарникомъ или же тростни-
комъ. Опѣ являются одновременно н убѣжищемъ, я защитою отъ нападенія враговъ, и
взъ-за вмхъ зачастую происходятъ столкновенія между людьми и медвѣдями или дру-
гими дикими звѣрями. Эти уголки, созданные самой природой, защищенные отъ дикихъ
порывовъ вѣтра, палящихъ солнечныхъ лучей и бурь, манятъ къ себѣ человѣка,
предлагая ему мягкую постель изъ мха. травы пли іпстьевъ. И даже культурные люди,
которымъ случалось на жизненномъ пути испытать приключенія въ дремучихъ лѣсахъ,
сравнивая ихъ съ монотонною жизнью въ запертомъ со всѣхъ сторонъ домѣ, но м >-
гѵтъ вь минуты безсонницы не пожалѣть о минувшемъ. Звѣзды улыбались нмъ съ
безбрежнаго неба, Млечный путь весело мелькалъ сквозь густыя вѣтви деревьевъ, когда
онн, лежа на спипѣ, ощущали подъ собою мягкую постель изъ пахучихъ траль.
Въ этихъ дивныхъ уголкахъ очень часто можно еще больше увеличить уже су-
ществующія удобства; таьъ, напримѣръ, стоятъ связать вмѣстѣ верхушки нѣсколькихъ
деревьевъ, расположенныхъ по окружности, чтобы получить нѣчто вродѣ шалаша, имѣю-
щаго коническую форму. Если переплести стволы деревьевъ вѣтвями, оставивъ отверстіе
для входа, то получится настоящая хижина. Перейти отъ такой хижины къ болѣе
совершеннымт постройкамъ пе представляло особеннаго труда: сложенные вмѣстѣ стволы
деревьевъ образуютъ наружную стѣну, плавки и фзшнны дѣлятъ внутренность на части,
листья, положенные сверху густымъ слоемъ, замѣняютъ крышу; отдѣльные стволы
играютъ роль опорныхъ колоннъ. Вокругъ хижины устраивается изгородь изъ колючаго
кустарника—опа предохраняетъ жилище отъ нападенія дикихъ звѣрей и людей. Въ па-
комъ видѣ появились первыя хижины: ихъ размѣры, точи » такъ же. какъ и архитектура,
измѣнялись въ зависимости отъ мѣстныхъ условій. Главнымъ матеріаломъ при возве-
деніи построекъ па востокѣ Азіи является бамбукъ. Этотъ злакъ отльчается пе только
быстротою своего роста, правильностью формы, но также, и легкостью обработки.
Въ странахъ съ умѣреннымъ климатомъ и па склонахъ горъ, т.-е. гамъ, гдѣ бамбукъ
не ранетъ, при постройкахъ пользуются стволами деревьевъ; здѣсь строенія походятъ
па бревенчатыя избы-хижины.
Круглая и квадратная пли же четыреугольная форма являются типичными для
первобытныхъ построекъ. Выборъ еавнепть какъ отъ имѣющагося матеріала, такъ и оть
работы, необходимой для того, чтобы придать ту или оную форму. Наиоолѣе часто
встрѣчается округленная форма, унаслѣдованная людьми огь животнаго царства; она
напоминаетъ собою жилище бобровъ, муравейниьн, гнѣзда птицъ, рыбъ и насѣкомыхъ,
а также и паутину.
Выстроить хижину первобытной округлой формы было нетрудно; достаточно было со-
гнуть стволы расположенныхъ и» окружности деревьевъ, связать вмѣстѣ ихъ вершины, оть
чего получался своіъ, и въ нѣкоторыхъ случаяхъ для приданія нмъ большей прочности
обмазать гдпной; для устройства жилищъ, имѣющихъ четыреугольную форму, прпх-<-
101
лилось ужо срубать деревья и помѣщать ихъ одмо на другое. Главно' достоинство
устройства жи.іишъ такого рода то, что при чстыроугольвпй формѣ жилищу можно
придать необходимые размѣры. Длинные дома, которые строятъ ирокезы и другіе
американскіе индѣйцы, точно такъ-же, какъ жнігли нѣкоторыхъ остроьоьь южной части
Великаго океана,,поедназначенные для жизни молодыхъ людей н для пріема гостей,
вѳ могли быть другой формы, какъ четыреугольные. Впрочемъ, даже тамъ, гдѣ
строительное искусство развилось настолько, что строитель умѣетъ дать любую форму
хижинѣ, извѣстный консерватизмъ и подчиненіе преданіямъ племени заставляютъ при-
держиваться того типа построекъ. который передавался пзъ поколѣнія въ поколѣніе.
Въ этомъ отношеніи Африка дѣлится на двѣ части; впрочемъ, грависы этихъ частей
совпадаютъ далеко но всегда Въ одной части попадаются круглыя формы жилищъ, вь
другой четыреугольныя, Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ крыши закруглены, вь другихъ остры
Мертвые, по мнѣнію жителей, имѣютъ тѣ же привычки, какъ и ж-нвыо люда, и
поэтому впвшпяя форма могилъ совпадаетъ съ формою жилыхъ домовъ.
Природа, кромѣ лѣса и кустарника, даетъ человѣку еще и пещеры,- и здѣсь онъ
можетъ устроить собѣ убѣжище. Какъ людямъ, такъ и хищнымъ животнымъ, она дастъ
въ качествѣ естественнаго пріюта всякія полости, образовавшіеся у подошвы скалъ,
благодаря размыванію воды. Въ нѣкоторыхъ странахъ известковая почва изрыта
подземными гротамі п галлереями, имѣющими многочисленныя развѣтвленія. Въ этвхъ
мѣстностяхъ всѣ племена вели пещерный образъ жизни. Здѣсь можно оыло пересѣчь
вгю страну, идя по обширнымъ пещерамъ, не В'-трѣчая по дорогѣ рѣшительно никого—
псѣ обитатели исчезали въ глубокихъ расщелинахъ скалъ. Обитатели этихъ галлерей,
куда но проникалъ лучъ свѣта, приспособили ихъ для своихъ надобностей, общими
силами завалили они обломками скалъ и стволами огромныхъ деревьевъ входы въ пе-
щеры. подняли дно, служившее имъ поломъ, и сравняли выступы па потолкѣ
Такъ какъ гроты представляли собою предметъ вожделѣній какъ для овѣр^й.
такъ и для нашихъ предковъ, то этимъ послѣднимъ приходилось либо вести борьбу за
право обладанія гротомъ, либо молча переносить ихъ сосѣдство. Археологамъ много
разъ случалось натыкаться па слѣды, свидѣтельствующіе о смѣнѣ обитателей п'чцеры.
Галлереи нѣкоторыхъ изъ этихъ іюдземчыхь жилищъ имѣютъ такъ много развѣтвленій,
что напоминаютъ собою цѣлый городъ. Здѣсь нетолько могло укрыть- я со всѣми своими стадами
цѣлое племя, но оно могло даже выдерживать осаду враговъ, въ осооенпосіи въ томъ
случаѣ, если галлереи имѣли нѣсколько выходовъ на поверхность земли, о существо-
ваніи которыхъ не знала враги, а поблизости отъ выходовъ находились мѣста, гдѣ
осажденные могли запастись провіантомъ. Впрочемъ, случалось и такъ, что пещеры
становились могилою своихъ обитателей; болѣе многочисленные враги закрывали: всѣ
выходы пзъ п'чцеры п обрекали, такимъ образомъ, находящихся въ пей людей на го-
лодную смерть, плн же зажигали у входа костры пзъ соломы и сухихъ листьевъ, и
пещерные жители задыхались отъ дыма. II подобныя жестокости имѣли мѣсто по только
въ доисторическій періодъ жизни человѣчества. Нѣтъ, и въ наши дни. народы, счи-
тающіе себя причастными къ цивилизаціи, вплетали это гнусное звено въ цѣпь свовгь
подвиговъ.
102
Впрочемъ, жители пещеръ и въ мирное время ни могутъ быть увѣрены въ спо-
койномъ завтрашнемъ днѣ Вода, просачивающаяся изъ камней и украшающая потолки
пещеръ сталактитами дѣлаетъ нѣкоторыя мѣста совершенно необитаемыми; кромѣ того,
даже отъ незначительнаго колебанія почвы можетъ обрушиться надтреснувшій потолокъ
грота. Многія пещеры, обитаемыя въ прежнее время, вслѣдствіе обваловъ стали совер-
пеыно недоступными, друіія же постоянно размываются водою. Такъ, черезъ пещеру
Масъ-д’Азиль, находящуюся во французскихъ Пиренеяхъ, протекаетъ рѣка Ризъ (Аризъ),
воды которой поднимаются иногда на 13—14 метровъ выше межени. Поэтому
люди, жившіе на лѣвомъ берегу Ариза, гонимые поднявшейся водою, были принуждены
спасаться на сосѣдніе утесы, гдѣ оно находили себѣ пріютъ отъ и-погоды.
Несмотря на всѣ ята затрудненія и опасности, пещеры все же служили и слу-
жатъ еще и теперь наиболѣе удобнымъ убѣжищемъ для дикаго человѣка. Въ нѣкото-
рыхъ пещерахъ были раскопаны известковыя отложенія, составляющія ять полъ; толшвна
отложеній доходила мѣстами до восьми метровъ: -ши содержали въ себѣ куски костей,
обломки всевозможныхъ предметовъ и обуглившееся дерево. Благодаря этимъ остаткамъ,
иайдѳ ’ыыъ ьъ пещерахъ, археологамъ удалось возстановить жизнь доисторическаго
человѣка.
Поѵолнишн'Ъ вь гротѣ, человѣкъ, въ силу прирожденнаго ему стремленія къ
удобству, старался упорядочить окружающую его обстановку. Онъ «ыравнивалъ
полъ, прокладывалъ въ немъ для стока воды канавы, сглаживалъ выступы па стѣнахъ,
чтобы они не мѣшали его свободному движенію, справа н слѣва отъ главна го жилища
устраивать камеры, предназначенныя для храненіи припасовъ или же для жилья
дѣтей н друзей. Сами скалы давали ему необходимые для работы матеріалы -каменныя
и литы, при помогай которыхъ онъ устраивалъ лѣстницы и корридоры.
Развитіе архитектуры, вызвавши проіресеъ въ постройкѣ жилищъ, не всегда при-
носило человѣку прямую выгоду; всякое улучшеніе былѵ сопряжеві- съ извѣстными
неудобствами. Пещерные люди, перемѣнивъ свои первоначальныя жилища на дома, поте-
ряли, въ сущности, очень многое.
Зимою въ пещерахъ достаточно тепло, лѣтомъ же снѣ доставляютъ пріятную
прохладу, т е. какъ въ тонъ, такъ и другомъ схучаяхъ, онѣ представляютъ собою въ
гигіеническомъ отношеніи то, что можно найти далеко по во всякомъ домѣ. Извѣстный
изслѣдователь Египта, Флввдеръ Петри, часто съ сожалѣніемъ вспоминалъ о подзем
выхъ могилахъ, гдѣ ему пришлось жить во время раскопокъ ппрамидъ въ Газе. Оби-
татели города Шустера, находившагося вь древнемъ Эламѣ, отлвчво понимали ту пре-
лесть, которую представляютъ подземныя жилища. Поэтому возлѣ ихъ домовъ находятся
пещеры, вырытыя въ галечныхъ конгломератахъ, нанесенныхъ съ Загрошскаіи хребта;
ихъ искусственныя пепкры «пускаются иногда на двадцать метровъ ниже жилого помѣ-
щенія и служатъ лѣтнимъ мѣегопреоываліемъ для семьи.
Даже въ наиболѣе цивилизованныхъ странахъ встрѣчаются пещерные жители,
измѣнившіе, конечно, вь зависимости отъ требованій времени и мѣста, свой образъ
жизни. Такъ, напримѣръ, въ Италіи въ 1890 году оыло около сіа тысячъ пещерныхъ
жителей, разселенныхъ нъ 37.000 пещеръ.
103
Въ известковыхъ холмахъ Франціи, тянущихся по берегамъ Гаронны, Луары и
ихъ притоковъ, существуютъ цѣлыя деревни, заселяющія искусственныя и естественныя
пещеры. Ихъ обитатели въ своихъ потребностяхъ иѳ ограничиваются тѣмъ, что дастъ
имъ естественный кровъ; они отдѣлываютъ в улучшаютъ свои жилища; здѣсь можно
Планъ подземныхъ галлерей въ одной деревнѣ Южнаго Туниса.
1. Входъ. 2. Корридоръ. 3. К ми&та для гостей. 4. Цистерны для воды. б. Кошошпп. 6 Дворы оъ
открытыхъ «обокъ. 7. Жааыя компаты. 8. Кухня. 9. Хаѣбиы® магваппы.
найти не только необходимую мебель, по также и стѣнные часы, книги и даже гра-
вюры. Для подземный, пещеръ такого рода выбираются обыкновенно обрывы изъ туфа,
расположенные невысоко надъ водой и обращенные къ югу. Кое-гдѣ, особенно вдоль
рѣки Луары, гораздо больше людей живетъ подъ землей, чѣмъ на поверхности земли,
и надо отдать имъ справедливость—вь смыслѣ удобствъ ихъ жилища во много разъ
превосходятъ дома, построенные наверху.
Такъ, въ деревушкѣ Гошъ, расположенной недалеко отъ Моптуара, комнаты
1'04
погреба и конюшни чначительпо лучше, чѣмъ во многихъ жилищахъ, находящихся
поОлпяопи, Здѣсь даже была устро<ш въ углубленіи скалы церковь, заиущепиая въ
настоящей время. Въ искусетвепныхъ гротахъ чисто попадаются и украшенія; по
скульптурнымъ произведеніямъ въ римскимъ и готическомъ стилѣ или же по стилю
эпохи возрожденія, археологи могучъ судить о времени, когда были созданы эти постройки
Въ отрогахъ Тру тоже существуетъ очень много подземныхъ жилищъ; впрочемъ, здѣсь
галлереи не только связываютъ между собою этажи отдѣльныхъ демонъ, но и подхо-
дятъ, какъ г.ъ находящимся внизу источникамъ, такъ и къ расположенной наверху
крѣпости. Таквмъ образомъ, всѣ подземныя жилища представляютъ собою нѣчто цѣльное,
тѣсно связанное между собою. Фиговыя и миндальныя деревья пустили глубокіе корпи
въ расщелины скалъ и украсили утесы садиками, которые опускаются внизъ террасами;
здѣсь растутъ пахучія растенія вродѣ тимьяна, розмарина а шалфея. Тру является
мѣстомъ, гдѣ пещерная жизнь сохраняется наиболѣе долго п лучше всего приспособляется
къ новѣйшимъ требованіямъ жизни.
Иногда мѣста, запитыя лещерпымп жителями, приспособляются къ самымъ невѣ-
роятнымъ человѣческимъ потребностямъ. Такъ, галлерея Пои гъ-Тушаръ, расположенная
близъ Сомюра. превратилась въ подземный кабачекъ; здѣсь, подъ громадными плитами
долмсновъ, люди распиваютъ пѣнистое вино. Въ Индіи в'трѣчаются роскошны храмы,
устроенные въ выдолбленной скалѣ; попадаются также и кладбища—города мертвыхъ—
рядомъ съ городами, паселевнымн жшымп. Пбтра —«Городъ Камня»—городъ съ див-
ными лабиринтами, украшенными статуями н надписями, представляетъ собою огромное
кладбище, тогда какъ въ былыя времена- -восемнадцать столѣтій назадъ—эта била
королевская столкпа. полная роскоши и блеска, владыки ісото]> >й хотѣли ни въ чемъ
но отставать отъ древшіго Рима,
Чтобы созидать строенія, не нужно было переносить камни; достаточно было по-
немногу углубляться внутрь утеса и такимъ образомъ создавать одинъ этажъ надъ дру-
гимъ. Въ Европѣ склепы, устроенные при нѣкоторыхъ дворцахъ и соборахъ, соперни-
чаютъ по красотѣ своей архитектуры съ зданіями, построенными на поверхности земли.
Вь нѣкоторыхъ пещерахъ каменныя породы настолько прочны, что годятся для
украшенія помѣщеній и даютъ возможность устраивать внутри ихъ дворцы и храмы.
Не то приходится сказать про пещеры, устроенныя въ мягкой землѣ; онѣ такъ мало-
уютны, что могутъ служить жилищемъ лишь для дикихъ людей и тѣхъ взъ піонеровъ
цивилизаціи, которымъ еще не удалось устроиться съ большимъ комфортомъ. Такъ,
мѣстность, гдѣ жили Алгонкины и Гуроны сѣверной Америки, не покрыта лѣсами, и
поэтому этн племена не могли строить себѣ хижины "пи вырывали себѣ для жилья
ямы на ровной поверхности и затѣмъ паполовяпу прикрывали ихъ дерномъ. Европейскіе
піонеры, вытѣсниінше краснокожихъ, во время завоеванія пользовались тѣмъ же спо-
собомъ для устройства временныхъ жилищъ. Эти жилища назывались «сіи^-оиі», что
означаетъ * выемки», и походили на «.упмы* (хѵеепія) Гебридскихъ острововъ и Шотландіи,
или же па тѣ ямы, которыя роютъ себѣ тибетскіе горнорабочіе для прикрытія отъ
рѣзкаіо сѣвернаго вѣтра, засыпающаго пхъ пескомъ и мелкими камнями. Эту же
самую работу—правда, въ громадныхъ размѣрахъ.—производили двѣ арміи, японская и
106
русская, во время послѣдней войны. Въ долинѣ рѣки Хуанхе они вырывали въ твердой
землѣ цѣлыя галлереи землянокъ. Къ этому же роду относятся и жилища изъ снѣга,
въ которыхъ эскимосы коротаютъ длинные мѣсяцы зимы.
Когда человѣчество прожило первые дни своего дѣтства, то наша предки, отчасти
пользуясь пріобрѣтеннымъ опытомъ, отчасти подъ вліяніемъ развивающагося искусства,
но больше всего подъ давленіемъ желѣзной необходимости, стали измѣнять первона-
Свайная д е р о в и я Палядрю
чадьную форму своихъ жилищъ независимо отъ того, гдѣ они находились—на верхушкѣ
деревьевъ, въ чащѣ лѣсовъ, въ скалахъ, въ землѣ пли же въ снѣгу. Ужо задолго до
начала историческаго періода люди умѣли воздвигать разнообразныя строенія, при чемъ
оьи отличались другъ отъ друга въ зависимости отъ того матеріала, которыіі предла-
гала природа. Съ тѣхъ поръ какъ люди додумались до орудій, приготовленныхъ изъ камня,
и до крученія крѣпкихъ веревокъ, у пихъ появилась возможность обрубать древесныя
вѣтви, вырывать деревья съ корнемъ, или же, въ зависимости отъ надобности, подру-
106
(гать игъ у основанія класть стволы одинъ на другой, т. е. устраивать стѣны прорубить
двери и окна и, наконецъ, дѣлить на части внутренность домѣшенія. Такъ получили
свое начало избы сарматовъ, ничѣмъ не отличающіяся сгь тѣхъ избъ, въ которыхъ
живутъ русскіе мужики.
Въ горахъ Кашмира, Непала, Сиккима и Тироля, а также и въ Швейцаріи,
гдѣ встрѣчаются такія же условія, и гдѣ племена, ведущія пастушескій образъ жизвв,
имѣютъ въ своемъ распоряженіи каменныя глыбы самой разнообразной формы для
устройства фундамента и деревья для устройства внутренней и внѣшней части дома,
возникли зданія, выстроенныя хотя и живописно, но очень однообразно въ смыслѣ
архитектуры. Съ теченіемъ времени эти племена пріучились употреблять въ пищу мясо
домашнихъ животныхъ; теперь въ вхъ распоряженіи «казались кожи, которыми они и
воспользовались дія устройства прикрытій на голыхъ равнинахъ. Выучившись ткаіь
матерій, они стали пользоваться этими послѣдними для устройства палатокъ. Въ другихъ
мѣстахъ люди замѣтили, что глина подъ вліяніемъ тепла—солнечныхъ лучей иогня —
становится твердой. Этимъ свойствомъ глины «ни воспользовались для изготовленія кирпичей
и возведенія стѣнъ. Они располагали глину слоями и стоили нзь нея пирамиды.
Изъ этихъ двухъ типовъ построекъ возникъ новый—типъ смѣшанныхъ построекъ,
имѣющій, впрочемъ, свои отличительныя черты. Условія мѣстности и мѣсторожденіе пле-
мени. возводящаго постройку, оказали здѣсь свое вліяніе. Вѣдь у человѣка, ушедшаго
изъ родной страны, остается въ памяти внѣшній видъ тѣхъ зданій, въ которыхъ онъ
жилъ на своей родинѣ. Арекуна, Макѵзы и другіе караибскія племена, живущія во вну-
тренней части англійской Гвіаны, устраивали еебѣ жилища, очень похожія на тѣ, въ
которыхъ на илистыхъ берегахъ взморья живутъ родсгвечаые имъ Уарауны или Гуарауносы.
Хотя ихъ страна покрыта саванами, отшчается сухостью почвы и вообще находится въ
иныхъ усховіягь, чѣмъ дельта рѣки Ориноко, они, тѣмъ п. мепѣо, строятъ гв<>и жилища
на сваяхъ, приготовленныхъ изъ того же вида пальмы (Еійегре оіегасеа), который
они примѣняли въ дѣло раньше. Эта пальма растетъ на сырой почвѣ н сравнительно
рѣдво встрѣчается небольшими группами въ вхъ странѣ. И вси же они подражаютъ
своимъ предкамъ, жившимъ въ мѣстности, наполовину покрытой водою. Точно такъ же
у папуасовъ, живущихъ во внутренней части страны, сохранились тѣ же архитектурныя
формы жилищъ, какъ и у ихъ собратьевъ, заселяющихъ болотистое побережье. Вполнѣ
возможно, что згимъ объясняется возведеніе двухъ-нтажныхь домовъ, у которыхъ нижній
этажъ находится между сваями, покрытыми листьями и рогожами. Въ нижнемъ этажѣ
устраиваются обыкновенно стойла для скота и кладовыя для пищи. Возникновеніе
швейцарскихъ хижинъ объясняется такимъ же образомъ; съ одной стороны играетъ
ролъ подражаніе уже пережитымъ формамъ, съ другой—необходимость приспособляться
къ окружающей средѣ.
Одной изъ главныхъ причинъ, оказавшихъ вліяніе на выборъ формы жилья, была
необходимость защищаться отъ нападенія враговъ. Подражая првродѣ, доставлявшей
естественное убѣжиш- въ видѣ пошеръ и ущелій, человѣкъ выбиралъ себѣ для жилья
горныя расщелины, считая ихъ наиболѣе безопасными мѣстами. Въ Азіи, Европѣ, Аме-
рикѣ в и? нѣкоторыхъ островахъ Океаніи попадаюлеи стѣны, иівѣстныя подъ именемъ
107
«циклопическихъ сооруженій» Игъ сооруженіе приписываютъ ппклопамъ, могучимъ
гигантамъ, которые жили ю появленія нашего слабаго рода. Обломки сканъ, паъ кото-
рыхъ построены эти стѣны, употреблялась въ дѣло такими, какъ давала ихъ природа.
Дѣло же строителей состояло лишь въ томъ, чтобы складывать ихъ везиожно
искуснѣе. Съ теченіемъ времени такое отношеніе къ работѣ пріобрѣло религіозные
характеръ; первобытный человѣкъ сталъ считать грѣхомъ обламывать «ыітупы камня и
сглаживать на немъ шероховатости
Во всѣхъ странахъ существовала священныя мѣста, гдѣ хранились народныя сокро-
Ііорт-. Тампа, современный свайный городъ.
вяща; яти мѣста охранялись особенно тщательно. Обитатели мѣстностей, покрытыхъ горами
или болотами, изрѣзанныхъ рѣками, одѣтыхъ въ непроницаемы^ лѣса и вустзрняи,
постоянно стараются скрыть свое главное мѣстопребываніе; для этого они помѣщали
его вдали отъ тропинокъ, такъ, чтобы враги не могли увидать его и, напавъ на ложный
елпдъ, прошли бы мимо.
Тамъ, гдѣ не было возможности укрыться отъ человѣческихъ глазъ, дикари всѣми
силами старались затруднить доступъ къ своему убѣжищу. Ііалиіады, вхѵщ и выходы,
рьы и ямы, ложныя тропинки затрудняли непріятель доступъ, а иногда даже дѣлали
нападеніе совершенно невозможнымъ. Центральная Африка славится юдоонымн лаби-
ринтами, и современное искусство Подражаетъ имъ. стараясь возсоздать пхъ въ садахъ.
Въ открытыхъ мѣстахъ укрѣпленія устраивались обыкновенно на нндостумыхь
108
скалахъ. II хотя мы живемъ въ эпоху воинъ я приступовъ. когда для военныхъ цѣлей
въ крѣпостяхъ каждой страны находятся подъ ружьемъ десятки тысячъ солдатъ, все жо
открытіе путешествеяниковъ-археологовъ, нашедшихъ въ Америкѣ цѣлыя племена, вѣчно-
живущія на скалахъ, вызвало всеобщее удивленіе. Скалы совершенія- уединены отъ
внѣшняго міра; онѣ имѣютъ отвѣсные обрывы, п ихъ обитатели е тупаютъ въ сношенія
съ жителями лежащей у ихъ подошвы долины псключитедьно при шмоши вырублен-
ныхъ вь камнѣ лѣстницъ. При взглядѣ на племена Пуни и Моки въ Аривопѣ и Туяебо-
ьъ Колумбіи, невольно въ головѣ встаетъ вопросъ: такъ ли ужъ велвпа равнина между
этими дикарями, взбирающимися съ ловкостію обезъяны по своимъ лѣ'-тпицемъ, и на-
шиин инженерами, пользующимися для военныхъ цѣлей точно такими же мѣстами? Въ
этомъ отношеніи между первыми м вторыми—между прошлымъ человѣчества и его
настоящимъ—существуетъ тѣсная связь.
(.казанное выше относятся и къ свайнымъ постройкамъ, найденнымъ во многихъ
странахъ и, между прочимъ, вь западной Европѣ. Зимою 1853 — 1854 года вода
Цюрихскаго озера опустилась такъ низко, что возлѣ Обермейлена открылись остатки
старой деревни, устроенной иа сваяхъ на значительномъ разстояніи отъ берега. Послѣ
этого изслѣдователи нашзи свыше ста мѣстъ, гдѣ еще • идпы слѣды свайныхъ соору-
женій; здѣсь же найдена масса предметовъ работы нашихъ предковъ, жившихъ вь
доисторическій періодъ. Изслѣдованіе свайнаго поселка, открытаго возлѣ Невшатольгкаго
озера, доставило въ швейцарскіе музеи около 25.000 образцовъ работы прежнихъ вре-
менъ; да и теперь еще на днѣ озера остался неизслѣдованнымъ сдой ила толщиною
больше метра.
Находки были такъ многочисленны, что па основаніи ихъ отлично можно себѣ
представить картину свайнаго поселенія съ выдолбленными лодками, лѣстницами, веду-
щими къ самой водѣ, незатѣйливымъ внутреннимъ убранствомъ хижинъ, оружіемъ и
орудіями, амулетами п предметами забавы, корзинками п плотниками, зернами и пло-
дами, служившими пищею первобытнымъ людямъ. Мы можемъ представить себѣ живот-
ныхъ, которыми пользовался вь эту эподу человѣкъ.
Впрочемъ, узнать все это можно и изъ наблюденія существующихъ въ настоящее
время поселеніи на Биллитонѣ, Борнео, въ странѣ Папуасовъ и па южно-американскомъ
берегу близъ Маракайбо. Еще и теперь существуетъ не мало городовъ, которые полу-
чила свое начато отъ свайныхъ построекъ или озерныхъ поселковъ; мало-по-малу оьи
разрослись такъ, что теперь пѣтъ никакой возможности найти то мѣсто, откуда начался
городъ. Таковы, напримѣръ, Нидау, лежащій на берегу Біеннскаго озера, Цюрихъ, распо-
ложенный на оков чности озера, носящаго то же имя, что и онъ. Нѣкоторые изъ
сваішыхъ построекъ превратись въ крѣпости, на мѣстѣ другихъ выросли увеселитель-
ныя мѣста. Таковы лежащая на берегу Варезскаго озера Пзолетта, пли же Розенпн-
золь—на берегу Штарнбергскаго озера. Города Бамбергъ п Вюрцбургъ произошли изъ
рѣчныхъ поселковъ
Свайныя постройки примыкали обыкновеніе) къ берегу, п теперь въ неглубо-
кихъ проливахъ можно наиги въ торфѣ наносномъ пескѣ ихъ остатки. Па озерѣ
ІТаладрю были остатки, относящіеся къ «нолѣ Каролингонъ. Подобныя постройки по
109
такпмъ же причинамъ возникали на морскомъ берегу; наиболѣе извѣстными примѣрами
являются городъ Тиръ, Фаросъ близъ Александріи, Джозира въ Алжирѣ, Венеція и
Кіоджія. Изученіе свайныхъ построекъ и нхь флоры ясно показываетъ, какъ сильна
была власть человѣка надъ силами природы въ эпоху, прошедшую со времени свайныхъ
построекъ. Растенія, которыя человѣкъ воздѣлывалъ тогда, отчасти улучвепы, отчасти
замѣнены другими разновидностями, приносящими большее количество плодовъ. Дикія же
а сорныя травы ничѣмъ не отличаются отъ тѣхъ, которыя росли нѣсколько тысяче-
лѣтій назадъ.
Изучая внимательно любую страну, можно замѣтить, что болішая часть типовъ
древнихъ построекъ сохранена въ пой п до нынѣшняго времени; впрочемъ, есть цѣлый
рядъ странъ, особенно интересныхъ въ этомъ отношеніи. Такъ, въ Мавританіи охиать-
вающей островъ Джербу, сосѣднюю пустыню н прибрежныя отроги Туниса и Триполи,
существуютъ строенія всевозможныхъ формъ. Здѣсь встрѣчаются остатки морскихъ свай-
ныхъ построекъ, ксуры берберовъ, укрѣпленія и дома, построенные вь современномъ
стилѣ, хижины номадовъ, пещеры съ круглыми наружными выходами, имѣющія
форму галлерей, п вырытыя въ скалахъ траншеи, ведущія во внутренніе круглые
дворы и расходящіяся ьъ разныя стороны, наконецъ, пирамиды укрѣп еній и бастіоновт.
гдѣ осажденные могутъ переходить оть одного укрѣпленнаго мѣста къ другому. Такоіы
въ общемъ эти разнообразныя строенія, занимающія собою узенькую прибрежную полосу
Пѣв. Африки. Въ Матматѣ почтовая контора—учрежденіе, пользующееся почетомъ—
находится въ пещерѣ.
Жилища людей, образуя селенія, деревни и города, приспособляются, конечно,
къ тѣмъ условіямъ, которыя даетъ окружающая среда. Свойства почвы, холмы п горы
олвзость источниковъ, дающихъ хорошую воду, лѣсъ, дающій дро а и каменоломни—
камень, близость защищенной бухты, гдѣ могутъ плавать суда, — всѣ эти естественныя
условія люди стараются использовать въ своихъ интересахъ. Впрочемъ, кромѣ этихъ
олижайшихъ условій среды, шраютъ немаловажную роль и огдалениыя. Отдѣльныя пле-
мена, народи п даже цѣлыя націи устраиваютъ свои жилища въ зависимое! и оть своихъ
склонностей. При этомъ они повинуются инстинкту, стараясь удовлетворять взаимныя
требованія, обезпечивающія нмъ ихъ существованіе.
Съ тѣхъ п-лръ, какъ человѣкъ возвысился надъ тѣмъ состояніемъ, когда, подобп..
солку, онъ жидъ только для себя, у него появляется чувство интереса, симпатіи къ
дрѵгимъ людямъ, потребность во взаимной помощи; люди стараются видѣться другъ
съ другомъ  для этого прокладываютъ тропинки отъ одного жилища къ другомѵ.
Можно смѣло сказать, что кромѣ Саровъ л нѣкоторыхъ племенъ, живущихъ п > бассейну
рѣки Ампзовки, п вслѣдствіе природныхъ условій лишеппыхч, возможности встрѣчаться
со своими сосѣдями, всѣ люди, населяющіе землю, любятъ вступать во взаимныя
отношенія.
Большинство племенъ для сношенія съ сосѣдями выбираютъ обыкновенно мѣста,
куда удобно прооратьея, благодаря естественнымъ путямъ сообщенія, рѣкамъ, горнымъ
ущеліямъ и проходамъ. Здѣсь происходятъ празднества, ведутся переговоры н обмѣнъ
тѣми предметами, которыхъ нѣть у одного нлемепп и много у другого.
110
Въ прошломъ вѣкѣ краснокожіе свободно бродили по лѣсамъ и преріямъ. і°жа-
щчмъ іо точеніи рѣки Миссисипи. Онв имѣли обыкновеніе сходиться на полуостровахъ,
образующихся прп сліяніи двухъ рѣкъ, капъ, напримѣръ, на треугольникѣ. отдѣляющемъ
Мононгахелу отъ Аллегани: случалось, что ети собранія происходили и на открытыхъ
холмахъ, откуда видна безконечная равнина. Съ ппхъ, еще издали, - ни видѣли, какъ
тянутся по направленію къ ішмъ нхъ товарищи или какъ они трудятся ва оерегахъ
рѣкъ и озеръ. Такими сборными пунктами были два островка Маниту, расположенные
между озерами Мичиганомъ и Гурономъ.
Еще въ половинѣ девятнадцатаго вѣка ежегодно весною толпы краснокожихъ
собирались со всѣхъ сторонъ вь «Великія лагерь», представлявшія собою обширную
равнину, покрытую густою травой. «Великій лагерь» находился къ западу отъ южнаго
Уайоивнга близъ пограничной линіи между двумя океанами. «Великій лагерь* для
Америки игралъ такую же роль, какъ Нижній Новгородъ для Россіи. Здѣсь заключа-
лись перемирія между враждующими племенами; тутъ же шла мѣновая торговля, состя-
занія въ ловкости и силѣ, азаріныя игры, при которыхъ играющіе нерѣдко рисковали
всѣмъ своимъ имуществомъ. Общимъ языкамъ для собравшихся людей былъ языкъ знаковъ.
Если бы не впыиіе холода, въ атомъ мѣстѣ, столь удобномъ но своимъ условіямъ, на-
вѣрное возникъ бы городъ.
Въ странахъ, богатыхъ дичью, рыбой, скотомъ и продуктами, добываемыми земле-
дѣліемъ, густота населенія при нрочнхъ равныхъ условіяхъ а «виситъ отъ изооилія
средствъ жизни Положеніе для будущихъ городовъ опредѣляется вь зависимости отъ
существующихъ центровъ производства; разстояніе между центрами измѣряется пропор-
ціонально спросу, и движеніе общей суммы, на которую совершается обмѣнъ, идѵгь но
линіи иаининьшаго сопротивленія.
Часто случается, что мѣста, выбранныя для торговли и для встрѣчъ племенъ,
совершенно не засолены, не принадлежатъ ни одному изъ договорившихся племенъ, пред-
ставляютъ собою голую пустыню, опушку лѣса иди же голый греоень горъ. Такимъ
мѣстомъ была ярмарка въ Латіерѣ, лежащемъ между Сеитонжемъ, Псригоромъ н Ангу-
муа; она происходила на безплодныхъ холмахъ, покрытыхъ верескомъ и молодыми
соснами. Зга пустыня оживала въ дпв ярмарки, а потомъ, послѣ ея окончанія, снова
замирала. Два горныхъ племени—испанскіе баски изъ І’онкаля и французскіе- изъ Барета,
считавшіеся издревле наслѣдственными врагами, въ сущности же добрые друзья, встрѣ-
чались на торжественной ярмаркѣ въ Пиренейскихъ городахъ, возлѣ камня ев. Мартина,
въ царствѣ снѣговъ и дождей
Возникновеніе промышленности сопровождалось обыкновенно раш.птіемъ мѣновой
торговли. Обиліе кремня, употреблявшагося для изготовленія оружія и рабочихъ инстру-
ментовъ, пласты глины, изъ которой приготовлялась посуда и трубки для куренія,
металлическая руда—для выплавки, розсыпи драгоцѣнныхъ кампей и обиліе причудливыхъ
раковинъ, замѣнявшихъ ходовую монету и служившихъ украшеніемъ—всѣ этн причины
заставляли людей собираться въ одно, опредѣленное мѣсто. Если же въ одномъ изъ
такихъ мѣстъ добывалась вь изобиліи паша, то, очевидно, сама природа указывала на
него, какъ на мѣсто для постоянна го поселенія.
ш
Впрочемъ, человѣкъ, устраивая свою жизнь, рукпчочствуется но одними матеріаль-
ными интересами. Человѣка части тянетъ кь тому мѣ ту, которое возбуждаетъ ого
страхъ, и онъ селится тамъ, гдѣ испытываетъ чувство ужаса пііелъ священными пред-
метами или предъ неизвѣданнымъ будущимъ. Если ивъ расщелинъ почвы изрываются
пары, точно азъ кузницы, гдѣ боги на наковальнѣ выковываютъ себѣ стрѣлы, или же
насмѣшливые голоса духовъ эхомъ отзовутся па звукъ человѣческаго голоса; если въ
какомъ-нибудь уголкѣ земли случится нѣчто странное — безразлично, будетъ ли это
упавшая сь веба желѣзная ілыба, пламя или геплый источникъ, вырвавшіеся изъ-подъ
земли; если таинственное облако приметъ форму человѣка и послѣ этого разсѣется въ
Кремневые топоры
Палеолитической эпохи.
воздтхѣ. — религія непремѣнно будетъ считать свяіымъ это мѣсто. Здѣсь появится
храмь, сюда будутъ стокаіься Воронины богомольцевъ, и если, сверхь всего, вто мѣсто
кажется удобно расположеннымъ, то оно превратится въ Мекку или Іерусалимъ.
Кромѣ этихъ причинъ, существуютъ еще и другія — взаимная вражда, страхъ
передъ насиліемъ и ірабежомъ, которыя и въ наши дни заставляютъ людей группиро-
ваться въ опредѣленныхъ мѣстахъ. Одна изь главныхъ заботъ нашихъ предковъ со-
стояла въ томь, чтобы обезопасить себя отъ нападенія непріятелей.
Во всѣхъ странахъ города были окружены палисадами и рвами; люди старались
воспользоваться всѣми преимуществами даннаго мѣста, чтобы оно служило для нихъ
надежнымъ убѣжищемъ. Островъ, отдѣленный отъ берега глубокимъ проливомъ, пред-
ставляетъ собою очень удобное мѣсто для постройки города; проливъ защищаетъ его
жителей отъ вторженія непріятелей и вмѣстѣ съ тѣмъ даетъ возможность оказывать
радушный пріемъ друзьямъ. Отвѣсныя скалы нредставлякпъ собою данныя самою при-
родою укрѣпленія; въ случаѣ нападенія осажденные могутъ встрѣтить враговъ цѣлимъ
112
градомъ камней; кромѣ того, жнея па высока* скалѣ, обитателя, точп« горные орлы,
могутъ свободно наблюдать за всѣмъ окружающимъ вхъ пространствомъ
Въ странахъ, гдѣ поверхность земли отличается неровностью, гдѣ находится
 троги горъ, глубокія пропасти, широкія рѣки или же морской берегъ, отдѣльныя
группы людей, представляющія собою очаги, отъ которыхъ идетъ жизнедѣятельность,
распредѣлены крайне неравномѣрно. Совершенно противоположное замѣчается въ отра-
иахъ, представляющихъ собою обширную равнину. Однообразіе почвы, профиля вшерх-
ности и климатическихъ условій позволяетъ жителямъ устраивать поселенія на болѣе
или менѣе одинаковомъ растоявіи одно отъ другого. Въ странахъ съ рѣдкимъ населе-
ніемъ одинъ обитаемый пунктъ лежитъ отъ другого на разстояніи цѣлаго дня пути, въ
странахъ же съ густымъ населеніемъ — полудневнаго пуги и даже меньше. Въ этомъ
замѣчается вполнѣ опредѣленная закономѣрность.
Если разсматривать точно составленныя карты, то въ глаза необходима должна
броситься та рѣзкая разница, погорая существуетъ между мѣстами съ нормальнымъ
распредѣленіемъ народонаселенія и тѣми, гдѣ измѣнено внѣшней среды внесло извѣст-
ный безпорядокъ. Въ точеніе долгаго времени единственною мѣрою разстояніи быль
дневный переходъ средняго пѣшехода, причемъ въ этотъ переходъ включалась и время,
необходимое для отдыха. Прирученіе лошади дало возможность увеличитъ дневной пере-
ходъ; иа дорогахъ появились мѣста, предназначенныя для отдыха всадниковъ, которыя
чередовались съ мѣстами отдыха для пѣшеходовъ.
Очевидно, что другія животныя, примѣнявшіяся, вмѣсто лошади, для передвиженія
людей и перевозки тяжестей, какъ, напримѣръ, верблюды въ центральной Азіи, слоны
вь восточной Индіи и быки въ южной Африкѣ, должны были оказать вліяніе на
устройство остановочныхъ пунктовъ Конечно, разстоянія между этими пунктами зависѣли
оть быстроты движенія животныхъ. Тамъ, гдѣ животныя перено'лгъ только товары,
разстоянія между этапами значительно короче, чѣмъ въ странахъ, гдѣ »нп перевозятъ людей.
Разстояніе между селеньями, деревиями и городами зависитъ отъ профиля мѣст-
ности, формы побережья, климата, флоры, фауны я другихъ условія данной страны;
заселенныя мѣста располагаются обыкновенно п>- ееті-стествѳвнымъ путямъ сообщенія
или же по дорогамъ, протореннымъ человѣческой стопою. Для пастушескихъ племенъ,
переходящихъ постоянно съ горныхъ пастбищъ на пастбища, лежащій въ долинахъ,
само движеніе опредѣлила мѣста временныхъ, а для части племени и постоянныхъ
остановокъ. Разсматривая карту, па которой показываютъ взаимное положеніе отдѣльныхъ
пунктовъ человѣческой дѣятельности, можно но пей прослѣдить но только всю исторію
данной народности, по даже въ частности и іаппаго мѣста. Карта укажетъ па связь между
причиной и слѣдствіемъ, и обратно, взаимныя отношенія между мѣстностями, покры-
тыми горами и долинами, берегомъ н островомъ, заливомъ и проливомъ, оазисомъ и
рѣчною долиною. Нѣтъ пи одной отрасли человѣческаго яиашя болѣе интересной, чѣмъ
распредѣленіе по землѣ .мѣстъ, занятыхъ человѣкомъ. Впрочемъ, необходимо, чтобы по-
верхностное строеніе земли было повсюду сходнымъ; въ противномъ случаѣ получатся
выводы, которыо только затемнять истину.
Пути сообщеніи возникли, какъ только отдѣльныя группы людей вступили во
113
взаимныя сношенія. Спачаіа, конечна, онп были очень незначительны, хотя и
вполнѣ достаточны для того, чтобы нѣсколько видоизмѣнить внѣшній видь природы и
придать ей особую прелесть въ глазахъ того, кто животъ близъ п я в старается по-
знать ея таинственныя явленія. Тропинка, вьющаяся благодаря нонадаюшинся па ся
пути покатостямъ, большимъ и маленькимъ препятствіямъ, ползетт, точно змѣя. Пролегая
Ткацкія принадлежпоетп туз идешь о-ва Уаланъ (Каролинскіе о-ва).
1. Столокъ. 2, Основа. 8. Утокъ. 4 и 5. Потки (тузомнан и европейская).
не долинѣ, она почти совсѣмъ но дѣда°ть заворотовъ; при подъемахъ ея повороты
очень круты, л путникъ съ удовольствіемъ движется по пей и наблюдаетъ ея послѣдо-
тельные изгибы, являющіеся прямымъ слѣдствіемъ естествена ой неровности почвы
Путники, словно по молчаливому соглашенію, безсознательно стараются затратить воз-
можно м°пыпе энергіи -і ставятъ н»ги на одни и тѣ же мѣста. Когда внѣшнія условія жнзпв
н< испытываютъ особенныхъ измѣненій, разъ проложенная тропинка не измѣняетъ сво-
его направленія, несмотря на то, что вѣка идутъ за вѣками п на мѣстѣ н>бѣждев.
ЭЛИЗЕ РЕКЛЮ.
8
114
выхъ народностей водворяются побѣдители. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ, благодаря обиль-
нымъ дождямъ образуются лужи; тона тропинки дѣлаютъ боковые и гибы. которые
безконечно развѣтвляются. Случается в такъ, что тропинка, пролвгашая среди земляныхъ
холмовъ или рыхлыхъ скаль, глѵбоко зарывается въ нихъ. Но «бѣ стороны находятся
покрытые травою уклоны, а наверху шумятъ широко раскинувшіяся вѣтви деревьевъ.
Въ ручьяхъ, пересѣкающихъ тропинку, набросаны камни, по которымъ путникъ
можетъ пройти, не замочивъ себѣ ногъ. Все это указываетъ путнику на власть чело-
вѣка надъ природой и придаетъ путешествію воэтмческую прелесть.
Прокладывая дорогу, человѣкъ <чень часто пользовался указаніями н слѣдами
животныхъ. 11 рп прокладываніи тропинокъ въ тролическвхъ лѣсахъ люди пользуются
слѣдами отъ ногъ слоновъ, тапировъ и другихъ крупныхъ животныхъ. Вулканъ Геде,
находящійся на островѣ Явѣ, былъ бы совершенно недоступенъ. если бы носороги не
проложили широкой тропинки къ его кратеру. Да и въ пустынѣ человѣкъ находитъ
путь къ источнику и къ броду черезъ рѣку, пользуясь тропинками, проложенными жи-
вотными
Жители острововъ направляли свои лодки по полету птицъ, чтобы добраться до
другихъ странъ; маогіе горны,' хребты стались бы недоступными до сихъ поръ, если
бы перелетныя птицы пе указали мѣста, гдѣ возможенъ наиболѣе удобный переходъ.
Точно также же и моряки во время путешествія руководствуются 1 Олегомъ птицъ
и постоянными вѣтрами—пассатами, муссонами и бризами. До примѣненія силы пара
къ мореплавапію, на морѣ, точно такъ же. какъ н на сушѣ, существовали историческіе дуги.
Безъ сомнѣнія, тропинки являются самыми древними проявленіями человѣческой
дѣятельности; огромныя кирпичныя сооруженія, найденныя въ Халдеѣ и на берегахъ
Нила, по сравненіи съ тропинками являются не больше, какъ созданіемъ вчерашняго для.
Протоптанныя ногами цѣлаго племени, онѣ на самнмъ дѣлѣ представляютъ тысячи
развѣтвленій, тѣсно сплетающихся другъ съ другомъ Тропинки проложены чрезъ
ущелья, п долинамъ, по склонамъ холмовъ, идутъ отъ одного населеннаго мѣста къ
другому, повинуясь указаніямъ профиля данной мѣстности. Знающій инженеръ по м<>гь
бы проложить ихъ лучше, чѣмъ п|юложили дикіе люди. Искусственно проложенная тро-
пивка не отличалась бы, конечно, такою живописностью ;< не обходила бы юпадаю-
щіяся па пути препятствія съ большою красотою.
Съ тѣхъ поръ какъ почва нѣкоторыхъ долинъ была осушена, многія тропинки
измѣнили свое направленіе. Чтобы избѣжать на пути болотъ, грязныхъ мѣстъ,
густого кустарника в засады, путпики часто шли по верху холмовъ; въ этпмъ случаѣ
охъ глазамъ были открыты оба склона. 1’спнштейнъ, пролегающій черезъ Тюрингію,
является наиболѣе характернымъ типомъ подобныхъ историческихъ дорогъ. Впрочемъ,
съ тѣхъ поръ, какъ черезъ долнпу была нроведеяа новая дорога, эта была оставлена.
Въ настоящее время, люди въ силу благоговѣнія предъ минувшими временами,
стараются найти слѣды старинно-- дороги, но не пользуются ею, такъ какъ современная
цивилизація даетъ возможноегь не пользоваться болѣе путями, проложенными по гор-
ному гребню.
Многія племена, считающійся дизнмп, проявляютъ зш.Чи льныя строительныя но-
115
званія и смѣлость при сооруженія мостовъ в переходовъ черезъ горные потоки, про-
пасти и даже большія долины
Во многихъ странахъ, напримѣръ въ восточномъ Тибетѣ и въ Америкѣ, въ странѣ
Инковъ, употребляются при переходахъ черезъ глубокія пропасти веревочные мосты —
«огоуаз», «Іагаѣісая»—самыхъ разнообразныхъ конструкцій, перекидывающіеся съ одного
берега пропасти на другой.
Безъ сомнѣнія, такіе мосты унаслѣдованы оіъ народовъ, отличавшихся шачитольно
болѣе высокою культурою, чѣмъ нынѣшнее населеніе этихъ странъ. Нѣкоторыя амери-
канскія племена—между прочимъ племя Аруаковъ въ Сіера-Невадѣ-де-Савта-Марта—
вернувшіяся въ первобытно' состояніе, сохрапили у себя очень примнтъьныя сооружены,
таковы мосты, устроенные изъ живыхъ деревьевъ слѣдующимъ образомъ: наклонивъ до-
статочно два дереьа, связываютъ верхнія вѣтви, переплетая ихъ для большей прочности
ліанами.
Современный культурный человѣкъ относится очень строго къ имѣющимся въ его
распоряженіи путямъ сообщенія—дорогамъ, каналамъ и желѣзнымъ дорогамъ. При такомъ
отношеніи онъ вообще думаетъ, что его предки были совершепно лишены средствъ пере-
движенія. Какое это заблужденіе!
Правда, въ распоряженіи нашить предковъ не было удобныхъ экипажей, но тѣмъ
ш менѣе охотники и пастухи-помады отлично пользовались для передвиженія ногами, и
переходы, которые считались бы теперь за чю-от исключительное, прод'гавляли въ
былое время обыденное явленіе. Это можно видѣть еше и теперь въ сѣверной Мексикѣ
у племенъ Сори, Яки и Тарахумара.
Случалось, что цѣлыя племена переходили со всѣми больными и ранеными съ
одного мѣста въ другое; беременныя женщины рожали во время пути, и тогда имь
приходилось дѣлать остановку на нѣсколько дней. Проѣзжая но тропинкѣ, путешествен-
ьакн неоднократно видѣли, какъ за ними слѣдовали въ теченіе цѣлаго дня индѣйцы;
иаи пробиралась по густому кустарнику, ловко обходили попадающіяся на пути препят-
ствія, проскальзывай, точно змѣи, между ліанами Индѣйцы тѣмъ легче передвигались
гъ одного мъста ва другое, чѣмъ меньше было у ьихъ накопленныхъ имуществъ. При
такой легкости передвиженія цѣлому племени не представлялось особепн.> труднымъ со-
вершить путешествіе въ нѣсколько сотенъ и даже тысячъ километровъ, невзирая яа
различи- внѣшнихъ условій и климата, которое представляла данная страна Изслѣдо-
ванія американскихъ этнографовъ приведи къ интереснымъ результатамъ: оказалось, что
яа громадномъ пространствѣ, лежащемъ между -дтровомъ Ванкуверомъ и Флоридою
в между Канадскою озерною областью и Сіерра-Мадре, разселены племена, имѣющія
одно и то же происхожденіе и общій языкъ. Глядя на распредѣленіе пламенъ по по-
верхности земли, можно было бы сказать, что этимъ распредѣленіемъ руководилъ исклю-
чительно случай,—-такъ значительно разбрелись во всѣ стороны племена, совершая завое-
ванія, уходя отъ преслѣдованія непріятелей иди же повинуясь простому капризу. Пере-
селеніе народовъ происходило во весп западной части Стараго Свѣта послѣ паденія
Римской имперіи. Въ то время въ Галліи, на Иберійскомъ полуостровѣ и на границѣ
африканскихъ пустынь попадались народы, явившіеся съ Кавказа в Тянь-Шаньскихъ горъ.
116
То круамя горная тропинка, то простая дорожка, проложенная и„ каменистому
утесу, то глубокая колея, лептою вившаяся по степи, поросшей густою травою, то, на-
конецъ, морская дорога, которой угрожалъ всякій порывъ вѣтра—словомъ цѣлая сѣть
всевозможныхъ дорогъ покрывала поверхность земли; паши предки, однако, пе зпалн
точно планировки мѣстности; уходя изъ своей страны, <>ни не знала, какое направленіе
слѣдуетъ избрать, чтобы попасть въ ту обѣтованную страну, о которой имъ разсказы-
вали легенды.
Однако, нѣкоторыя изъ первобытныхъ племенъ, безъ сомнѣнія, имѣли достаточна
точныя познанія по географіи. Современнымъ путешественникамъ нерѣдко і -подались
дикаря, которые точно могли имъ ооъягипть направленіе пѵти. Для этого онп чертили
на пескѣ или же на бумагѣ карту, ѵказывавппю не только направленія путей, нѵ и
приблизительныя разстоянія отъ одного пункта до другого.
Наиболѣе полныя карты малоизслѣдованныхъ странъ составляются туземцами,
которые, самя того не сознавая, являются географами. По словамъ де-Бретта у Аруа-
ковь, о которыхъ утки говорилось выше, существуетъ поговорка: запинаться картогра-
фіей почетно. У нихъ жо свящецппкп преподаютъ дѣтямъ позиашя по религіи, генеа-
логію и геі-графію. За полвѣка д<> нашего времени почти вся картографія Сахары между
рѣкою Нигеромъ п горами Атласъ была создана неграми, арабами и туарегами, изобра
жавшими карты на камнѣ и па пескѣ.
Сравнительно подавно (а возможно, что и теперь) въ рукахъ лоцмановъ Каро-
линскихъ п Маршальскихъ острововъ находились «те(І05»—настоящія карты, на кото-
рыхъ острова изображались раковинами и камешками, а зкваторъ, мирик-ны, дни пла-
ванія, морскія теченія и морскія пути пал> чками, расположенными въ разныя стороны.
Вь Торресовомъ прошвѣ находится масса подводныхъ камней, благодаря чему плаваніе
по пему крайне опасно. Единственная карта, которою руководствуются во время плава-
нія п< опаснымъ рифамъ, расположеннымъ между островами Мабуягомъ и Бврономъ,
принадлежитъ тузечнычъ морякамъ.
Пря помощи торговли поддерживались сношенія между осѣдлыми племенами
Обмѣнъ пищевыми иродуктати, разнообразными товарами, религіозными нивами и идеями
совершался между отдѣльными племенами не только при помощи военноплѣнныхъ, кого-
рыо въ копцѣ-конш-въ становились членами побѣдившаго піъ племени, по п при по-
мощи особыхъ бродячихъ племенъ, защитою которымъ во время транствованііі былъ
ихъ полезный трудъ.
Даже самыя жестокія в- йны не оказывали вліянія на отнхъ свободныхъ отрав-
никовъ—мужчинъ в женщинъ. Ихъ считали за святыхъ, такъ какъ всякій обычай по-
степенна входилъ въ религіозный ритуалъ нерюзбытвыхъ племенъ. Благодаря странству-
ющимъ ремесленникамъ, которые были извѣстны во всѣ времена, міровая культура прі-
обрѣла гораздо больше, тѣмъ обыкновенно думаютъ. Переходя пзъ одной страны въ
другую, они переносили вмѣстѣ съ собою всевозможные предметы и мысли.
Теперь даже трудно себѣ предітавнз ь, какую роль въ исторіи человѣчества сыграли
торговыя племена, такъ какъ количество бродячихъ разносчиковъ и ремесленппкчвъ
значительно уменьшилось въ настоящее время. Съ появленіемъ курьеровъ почты, теле-
117
графовъ а телефоновъ ихъ значеніе, какъ людей, передающихъ новоти. сведено на нѣть.
Бродячіе ремеелсвникн въ настоящее время па больше, чѣмъ пережитокъ старины. Теперь
ихъ нерѣдко презираютъ я гонятъ вопъ, тогда какъ прежде они вліяли на развитіе
человѣчества, ибо только благодаря имъ люди узнавали о своей принадлежности къ
одной семьѣ. Опи походили на нервную и кровеносную систему Громаднаго обществен-
наго организма. ІГаюй-то миссіонеръ вполнѣ справедливо замѣчаетъ, что монголы і
могутъ по быть гостепріимными уже потому, что всякій странникъ является для нихъ
п газетой, разсказывающей о томъ, что творится па бѣломъ свѣтѣ, и посланникомъ,
передающимъ ихъ сосѣдямъ привѣты и порученія. Весьма возможно, что ихъ порученія
будутъ исполнены черезъ мѣсяцы, и даже годы, во въ концѣ концомъ шн все же будутъ
исполнены. То же самое происходило н въ Мексикѣ до тѣхъ поръ, пока она не была
покрыта цѣпью желѣзныхъ дорогъ. Индѣйцы, нп минуты не задумываясь, предпринимали
путешествіе съ береговъ Калифорнскаго залива на перешеекъ Техуантепекъ. Время іе стогло
вмъ рѣшительна ничего, и они совершали путешествія, продолжавшіяся цѣлые мѣсяцы
лишь затѣмъ, чтобы выполнить какое-нибудь пустячное порученіе пли же удовлетворить
свою прихоть. Примѣръ цыганъ, извѣстныхъ въ Европѣ подъ различными названіями,
показываетъ, какъ сильно измѣнилось положеніе бродячихъ племенъ съ тѣхъ поръ, какъ
народы утратили надобность въ посредникахъ торговли и знанія—ролъ, которую испол-
няли вомиы, умѣвшіе лѣчить но только скотъ, по и людей. Выше мы ужо упоминали о
племени аполпбамба въ Боливіи; оно странствуетъ по всему югу американскаго конти-
нента, встрѣчая всюду отличный пріемъ.
Проведеніе дорогъ положили кинешь странсгвоьавіянь этихъ племенъ, появленіе
которыхъ въ данной мѣстности прежде ожидалось съ нетерпѣніемъ. Мы не оудсмъ гово-
рить о времени, когда цыгане проникли въ Европу; н теперь еще можно наблюдать
непосредственно нравы этихъ бродячихъ группъ но банджарамъ и и.вввдахамъ, ихъ
соплеменникамъ, странствующимъ по Индіи. Прежде они были друзьями большинства
осѣдлыхъ народовъ, такъ какь оказывали ямъ значительныя услуги. Населеніе выходило
къ нимъ навстрѣчу, здоровалось п призывало на нихъ Божье благословеніе, вело съ
нпмв разговоры; затѣмъ, пока старшіе говірплп съ пришедшими о торговыхъ дѣлахъ,
дѣти играла принесенными имъ стеклышками, а пришедшія женщины гадали по рукѣ
дѣвушкамъ Напротивъ, вд цивилизованныхъ странахъ Европы образъ жизни пыганъ
настолько отличался отъ образа жпзнп осѣдлыхъ племенъ, но территоріи которыхъ они
бродили, что мало но-ыалу ихъ даже перестали считать за людей. Пмь, словно зачу
мленнымъ, позволяютъ устраивать таборъ только внѣ предѣловъ деревни, къ нимъ точно
подозрѣвая ихъ въ чемъ-то. примѣняютъ особенно строгій полицейскій режимъ; далѣе,
военрещая имъ всѣ законные виды торговли, тѣмъ самымъ какъ-бы толкаютъ на во-
ровство п грабежи п, чтобы избавиться отъ нихъ, высылаютъ ихъ изъ страны. И да
будетъ стыдн>' нашему культурному обществу за то, что оно, не будучи въ состояніи
сдѣлать что-либо доброе, прибѣгало къ подобнымъ мѣрамъ въ половинѣ минувшаго сто-
лѣтія чъ Баскін п Беарип!
Пути, по которымъ ьъ прежнее время шли странствующіе торгаши, можно узнать
теперь не только по профилю мѣстности, съ которымъ они сообразовались, во также
118
и по предметамъ торговли, вайдовымъ въ мѣстахъ остановокъ и на мѣстахъ, гдѣ про-
изводилась торговля. Подобно сѣверо-американскимъ «охотникамъ за пушнымъ звѣремъм
и другимъ путешественникамъ, устраивавшимъ во многихъ мѣстахъ склады оружія и
провизіи, и купцы, путешествовавшіе съ караванами въ доисторическія времена по
Европѣ и Азіи, зарываю по пути, на нЬк>торомъ разстояніи одинъ отъ другого, клады.
Благодаря этимъ кладамъ, найденнымъ въ настоящее время, можно составитъ картину
Европы съ тѣми путями, которыг проложили доисторическіе народы съ одной оконеч
пости материка па другую. Такими путями были: путь отъ Кавказа къ Балтійскому
морю, отъ Азовскаго моря къ Дунайской долинѣ, отъ Адріатическаго моря черезъ про-
ходъ между Альпами и Карпатами въ страну янтаря, путь черезъ Галлію о-> долинамъ
Соны и Сены и путь отъ Иберійскаго полуострова, черезъ горныя ущелья, лежащія по
побережью Бискайскаго залива.
Преимущества даннаго пути предъ другами въ доисторическую эпоху, при медлен-
номъ обмѣнѣ товаровъ, должны были сказаться и въ доисторическій періодъ. Такіе пути
стали главными, вдоль нихъ расположились важнѣйшіе города, и они сыграли въ жизни
отдѣльныхъ народностей немаловажную роль.
Одновременно съ свободными путешественниками, имѣвшими полную возможность
странствовать среди враждующихъ народовъ, существовали я цѣлыя мѣстности, на кото-
рыхъ, по взаимному соглашенію народовъ, воспрещались какія-бы то ни было проявлены
враждебныхъ отвишг-пій. Такого рода явленія были вызваны, конечно, необходимостью.
Народамъ нужно было встрѣчаться гдѣ-нибудь вполнѣ мирно, чтобы обмѣниваться пред-
метами, необходимыми для жизни. Конечно, обстоятельства, благодаря которымъ изби-
рался тотъ или иной пунктъ, измѣнялись въ зависимости отъ мѣста и времени. Подобное
мѣсто, находящееся въ благопріятныхъ географическихъ условіяхъ, избиралось путемъ
формальнаго договора; впрочемъ, гораздо чащі—почти что всегда- -это совершалось
внезапно, въ гомъ мѣстѣ, которое укаж-тъ ѵама природа. Молчаливое соглашеніе болѣе
соотвѣтствуетъ замкнутому, подозрительному характеру некультурнаго человѣка, готоваго
нарушить договоръ при первой тревогѣ. Всегда и во всѣхъ странахъ изъ мѣстъ, гдѣ
происходила свободная торговля, выростали мѣста встрѣчи, куда съ удовольствіемъ сти-
рались даже врагн.
Въ мароккі комъ Су существуетъ осыпай, воспрещающій мстить врагамъ въ ба-
зарный депь (Вгіііез).
Жилища человѣка, тропинки, проложенныя имъ, мѣста, гдѣ онъ останавливался ла-
геремъ я производилъ торговлю—все, это говорить объ его мирной жизни; между тѣмъ,
между отдѣльными народностями, интересы которыхъ были противоположны, происхо-
дили постоянныя войны, и появившаяся промышленность помогала людямъ стать боіѣв
сильными но только для ихъ взаимныхъ мирныхъ отношеній, но и для войны.
Въ горныхъ пещерахъ и въ известковыхъ отложеніяхъ сохранились предметы, от-
носящіеся къ періоду пещерной жизни человѣчества и указывающіе, какихъ усовершен-
ствованій добились люди въ этой области. Въ атомъ отношеніи особенный интересъ
представляютъ пещеры, лежащія па югѣ Франціи, по рѣкѣ Везору и оть Дордоныі до
Дера и Ардеша.
11У
Въ теченіе долгаго времени люди, подобно своимъ сородичамъ обезьянамъ, имѣли
въ своемъ распоряженіи естественныя оружія для защиты—мѵскулы, когти и зубы; въ
случаѣ надобности они употребляли отломанную отъ дерева вѣтку или же камень, ото-
рванный отъ скалы.
Вполнѣ попятнч. что при такихъ средствахъ зашиты опи были принуждены жить
па деревьяхъ и подъ прикрытіемъ дремучихъ лѣсовъ, защпщак пихъ иіъ оть нападенія
:ищпыхъ животныхъ и доставляі чіиіъ имъ пищу. Пища, носившая исключительно ра-
стительныя характеръ, состояла изъ листьевъ и ягодъ, коры деревьевъ, корней и клубней
Пролетѣлъ безконечно длинный рядъ вѣковъ, прежде чѣмъ какой-нибудь первобытный
Архимедъ замѣтилъ разницу между заостреннымъ н тупымъ, безформеннымъ кремнемъ.
Теперь человѣкъ сталъ равенъ хищнымъ животнымъ; теперь онъ могъ спуститься на
землю изъ своего высокаго жилища и вступить въ бой съ хищниками, противопоставляя
топоръ ихъ копямъ. Теперь ему не нужно было бѣжать при встрѣчѣ съ врагомъ—
онъ могъ вступить съ нимъ въ борьбу. Слѣдствіемъ этого было измѣненіе всѣхъ при-
вычекъ и нравовъ первобытнаго человѣка.
Теперь человѣкъ ѵмѣлъ проливать кровь животныхъ; ему осталось только при-
выкнуть употреблять ее въ пищу, подобно тому, какъ что дѣлали махайродусъ и другіе
звѣри. Онъ началъ употреблять въ пищу мясо животныхъ, приготовлять нвъ ихъ кожи
ковры и одежды, замѣнилъ непрочныя веревки изъ тракъ и ліанъ болѣя крѣпкими
приготовленными изъ кишекъ и сухожилій убитыхъ имъ животныхъ. Независимо отъ
того, употреблялъ ли онъ въ пишу растительные продукты илв мясо, или и то,  другое
вмѣстѣ, онъ могъ пользоваться землею въ сьияхъ интересахъ, стать Тезсемъ или Гер-
кулесомъ, истребителемъ чудовищъ, надъ которыми онъ могъ властвовать. Словомъ,
теперь наступилъ для него новый вѣкъ. Когда же къ заостренному камню человѣкъ
прибавилъ палицу я топоръ, измѣнилъ форму камня, сдѣлавъ его острымъ и падкимъ,
когда въ его распоряженіи появились праша, стрѣлы и дротикъ, въ его рукахъ 'каза-
лось громадное преимущество предъ остальными живыми существами. Іінъ стадъ
царемъ природы, побѣдивъ мамонта, мастодонта, медвѣдя, пещернаго льва, крокодила
и змѣю.
Только въ нѣкоторыхъ странахъ ₽му осталось бороться съ тучами комаровъ и
другихъ безконечно-маленькихъ насѣкомыхъ, да благодаря летучимъ мышамъ и вампи-
рамъ жизнь въ нѣкоторыхъ мѣстахъ была невозможною. Такъ, напримѣръ колонисты
Коста-Рики должны были бѣжать вмѣстѣ со всѣмъ своимъ домашнимъ скотомъ съ за-
паднаго побережья, лежащаго къ югу отъ Геррадуры.
Появленіе первобытныхъ орудій, употреблявшихся человѣкомъ при возникновеніи
промышленности, было очень просто. Прежде чѣмъ научиться пользоваться, какъ ору-
жіемъ и орудіемъ, предметами, взятыми изъ внѣшняго міра, человѣкъ долженъ оылъ
старательно беречь имѣипіеся вь его распоряженіи іалки и камни Онъ замѣчалъ,
какъ внѣшняя форма, данная предметамъ самою природою, увеличиваетъ силу и лов-
кость примѣняющаго ихъ въ дѣло человѣка. Постепенно человѣкъ научился сравнивать
гибкость различныхъ ковней и вѣтвей и въ зависимости оть этою свойства примѣнять
то или нное дереві для дпотиковъ. палицъ или метательныхъ снарядовъ; овъ устроилъ
ѵ
120
бумерангъ, которымъ пользуются австралійскіе дикари, и которымъ не м ігутъ воспользо-
ваться цивилизованные люди вашихъ дней благодаря частичному прогрессу. Первобытный
человѣкъ видѣлъ разницу между полотомъ камней, брошенныхъ обезьяною. И до сихъ
поръ ю многихъ странахъ дикари умѣютъ мѣтко бросать камни и конья даже на зна-
чительномъ разстояніи. Еврейская легенда говоритъ, что Голіаоъ быль убитъ намаемъ,
брошеннымъ изъ пращи ому въ лобъ. Па востокѣ, въ Сузіанѣ, пастухи отправляются
на пастбище, имѣя при себѣ пращу, и любой изъ нихъ не уступитъ въ ловкости и
мѣткости глава библейскому Давиду.
Человък'ь, бросившій камень о скалу съ такою силою, чтобы онъ разбился, могъ
подобрать получившіеся кусочки и употреоить ихъ на своя нужды. Мы знаемъ, что вь
точіпіе долгихъ вѣковъ люди употребляли въ дѣло кремень, обсидіанъ и другія горныя
породы, отличающіяся блескомъ и твердостью; изъ нихъ они приготовляли себѣ орудія
и предметы первой необходимости—иголки, булихки, скребницы. Постоянная работа
человѣка требовала, чтобы эти острые камни извлекались изъ земли милліонами, ибо
ихъ выкидывали вопъ, какъ только ихъ острая грань станетъ тупою. Съ теченіемъ
времени опытные работники научились заострять ихъ снова нѣсколькими острыми
ударами а такнмъ образомъ снова пользоваться ими въ т₽ч> ніе болѣе продолжительнаго
времени. Таковъ былъ переходъ отъ обыкновеннаго заостреннаго камня къ камню,
искусно обработанному рукою человѣка. Прекрасно отполированные камни и лучшія
изваянія родилась изъ предназначенная для опредѣлеппыхъ потребностей человѣка
камня, который въ свою очередь путемъ усовершенствованія былъ созданъ взъ безфор-
меннаго природнаго камня. Однако, потееавны" камни употрсбіяіотся въ дѣло еще в
теперь; крестьяне, относясь къ пинъ съ благоговѣніемъ, пользуются нми при размеже-
ваніи полосъ и прокладкѣ дорогъ. Па Арроискилъ островахъ, расположенныхъ по
серединѣ ирландскаго залива Гальвсй, камни служатъ рыбакамъ, вмѣсто якоря; тамъ же
 чень распространены жилища взъ обломковъ скалъ, извѣстныя подъ именемъ «с1в§-
кай»; по внѣшней формѣ ові напоминаютъ собью пчелиный улей.
По камнямъ археологамъ удалось установить различные періоды доисторической
эпохи—эолитическій, палеолитическій г неолитическій. Въ зависимости отыіскусносги,
съ которой создавались орудія, сперва изъ простыхъ обломковъ камней, затѣмъ путемъ
болѣе иди менѣе удачнаго отбиванія и, наконецъ, путемъ тщательной полпровкп, со-
здались данныя для хроно, іоіячеекпхъ дѣленій первобытнаго періода. Вполнѣ попятно,
что каменныя орудія легли въ основу этого дѣленія. Вѣдь камень можетъ сохранится
въ теченіе ряда вѣковъ, въ то время, пакъ издѣлія изъ дерева, слоновой кости рога и
матерій, точно такъ же какъ и сосуды приготовляются изъ такого вещества, которое
портится оть времени и пн въ какомъ случаѣ не можетъ служить для указанія про-
должительныхъ періодовъ.
Земля, доставляя человѣку камни, тѣмъ самымъ доставляла ему и оружіе. Точно
также можно (казать, что первобытному человѣку не нужно был<> придумывать способъ
изготовлять ткани: природа, по крайней мѣрѣ, въ тропическихъ странахъ, гдѣ, какъ
вредноіагають, находится колыбель человѣчества, давала ему одежду вь изобиліи. Тамъ
нѣкоторые виды кактуса, бананы и другія растенія съ толстыми стволами, окутанными
121
у основанія естественными тканями изъ переплетающихся между собою волоконъ, даютъ
человѣку настоя шія ткани, котодын являются образцомъ для матерій, примѣняюпиіия
и теперь для одежды. Очень не трудно выровнять эти ткани п сдѣлать нхъ болѣе
плотными и прочными, аѵжно только либо ударами молотка отбить отъ нихъ все
излишнее, лиоо вымочить въ протравѣ. Еще въ доисторическія времена нѣкоторые
смѣльчаки выучились пиши совать эти естественныя ткани, переплетая кресіь на крестъ
отобранныя и отдѣланныя волокна; впослѣдствіи эти пріемы были упрощены: появился
ставокъ для основы, сквозь которую пропускался челнокъ съ утк ічъ
Лишь постепенн) появились великолѣпныя ткани изъ хлопчатой бумаги г шелка.
Точно также и гончарное .дѣло возникло безъ ^посредственнаго желанія чело-
вѣка; солнце высушивало изогнутые пласты глины; густой слой ила скоплялся въ
петелькахъ заброшенной въ воду сѣти—п то. в другое, какъ и большія раковины, по-
падавшіеся па морскомъ берегу, могли исполнять роль довольно удобныхъ сосудовъ.
Вода, проникая въ плотно утрамбованную почву, япогда несетъ съ собою мелкія
частички, которыя, высохнувъ, связываются такъ сильно, что образуютъ годные къ
употребленію кирпичи. Отсюда было вполнѣ естественно перейти къ тому, чтооы начать
растираті ее руками, придать ей нужную плотность, удалить давленіемъ воду и. на-
конецъ, выровнять ее ладонью руки. Въ зависимости отъ величины приготовляемаго
предмета или же отъ количества вещества—напримѣръ воды—которое долженъ былъ
содержать въ себѣ данный сосудъ, брался кусокъ глины, который, послѣ того, какъ
нужный предметъ былъ готовъ, выставлялся для просушки на солнце. Опытность соз-
давалась годами и даже столѣтіями, передавалась изъ поколѣнія въ поколѣніе и въ
копнѣ дошла до высшей степени, какал возможна при ручномъ производствѣ.
Неизвѣстно, рано или поздно, гончару явилась могучая помощь.
Возможно, что неподалеку отъ того мѣста, гдѣ работалъ мужъ-гончаръ, нахо-
дился очагъ его жены; раскаленные угли и горяшія вѣтви могли случайно упасть на
то мѣсто, гдѣ лежали глиняные плиты и сосуды. Еще возможнѣе, что самый очаіъ
былъ когда нпбудь сложенъ изъ кирпичей, и послѣ безконечнаго ряда случайныхъ или
преднамѣренныхъ наблюденій, человѣкъ могъ замѣтить дѣйствіе огня и тѣхъ измѣненій,
которыя произошли въ глинѣ благодаря огню; вѣдь гончарное искусство сложилось
изъ этихъ двухъ составныхъ частей. Что касается изобрѣтенія механическаго колоса,
которое значительно упростило полученіе красиво округленныхъ сосудовъ, то извѣство,
чго этому изобрѣтенію способствовало вращательное движеніе между ладонями рукь,
которое гончаръ давалъ глюлиному сосуду. Къ такому же способу прибѣгаютъ еще и
теперь уолофскія женщины при изготовленіи мисокъ. Въ Ориолакѣ, вь Пиренеяхъ и
на берегахъ Нила и теперь еще пользуются тѣми же способамн при изготовленіи гон-
чарныхъ издѣлій, какъ и въ каменномъ вѣкѣ.
Величайшимъ открытіемъ, давшимъ начало всей механикѣ, было изобрѣтеніе ко-
леса: археологи до сихъ поръ не знаютъ, коцу приписать эту заслугу. Извѣстно
только, что обитатели Новаго Свѣта до появленія испанцевъ не звали повозокъ. У
нихъ была толью- сани въ то время, какъ въ Старомъ Свѣтѣ, даже па зарѣ исторіи,
повсюду встрѣчаются удивительныя сооруженія, представляющія собою ящикъ на двухъ
122
колесахъ. Яшекъ прикрѣпленъ къ оси, а въ немъ вмѣстѣ со всёмъ своимъ скарбомъ
помѣщается человѣкъ; въ повозку впрягалось животное пли человѣкъ.
Можно смѣло сказать, что изобрѣтете колеса и начало разработки металловъ
были настоящею зарею новаго міра.
Развитіе обработки металловъ совершалось далеко не одинаково въ различныхъ
странахъ. 'Ло зависѣло какъ отъ обилія и качества руды, такъ и отъ того прогресса,
который совершили другія народности.
Такъ, извѣстно, что дикари, живущіе п> берегу Верхняго Озера въ Сѣвер-
ной Америкѣ, выучились очень рано ковать изъ залежей онтовагоаской в кьюинейгкой
самородной мѣди всевозможныя украшенія п оружіе. Равнымъ образомъ и гренландскіе
эским'сы, но умѣвшіе отливать металловъ и ушедшіе впередъ не дальше каменнаго и
костяного вѣка, употребляли въ дѣло осколки метеорнаго и куски самороднаго желѣза,
найденнаго ими на берегу моря. Тогда какъ въ западной Европѣ развитіе употребленія
металловъ шло отъ мѣди къ желѣзу,—между этими двумя періодами былъ періодъ упо
требленія бронзы—сплава мѣди и олова,—негры и жители Урала начали прямо съ
употребленія желѣза; «ни-то и выучили кузнечному искусству шронейскихъ и азіат-
скихъ аріііпевъ, т. е. другими словами, это искусство проникли двумя путями -съ востока
и сь юга.
По замѣчанію Лепормана, метеорное желѣзо, кугокъ едкон-пноудь небеснаго
тѣла, было послано на землю добрымъ божествомъ въ видѣ подарка своему народу;
благодаря этому подарку во многихъ странахъ развились металлурінческія работы.
Метеорное желѣзо но нужно было добывать изъ земли.
Для приготовленія язь нгго всевозможныхъ инструментовъ, достаточно было его
расплавить Такимъ образомъ этотъ кусокъ желѣза, ниспосланный какъ бы самимъ
небомъ, давалъ нашимъ отдаленнымъ предкамъ первые уроки обработки металловъ. На
это указываетъ и египетско" названіе желѣза—<Ьа-еи-рзѳ»—небесное вещество, и
древняя теорія представляетъ себѣ небо желѣзнымъ сводомъ, отъ котораго время оть
времени отрываются и падаютъ на землю осколка. Точно такж в древніе греки назы-
вали желѣзо «зіііегиз», производя зто названіе оть слова «звѣздный» (зМегаІу. По
ихъ мнѣнію, метеорное желѣзо представляло собою маленькую звѣзду, оторвавшуюся одъ
небеснаго свода. Въ Египтѣ желѣзо было извѣстно сь самаго начала историческаго
періода; вт Хеопсовой пирамидѣ было найдено замурованное желѣзное кольцо. Однако,
вслѣдствіе ли недовѣрія къ предмету, ставшену извѣстнымъ сравнительно недавп >, или
же изъ страха предъ оогами, низвергающими на землю метеориты, египтяне считали
желѣзо нечпедымь.
По преданію Тифонъ убилъ желѣзнымъ оружіемъ Озириса н ржавчина, которою
зчень быстро покрывается желѣзо благодаря влажному климату, считается запекшеюся
кровью Божества. Въ развалинахъ Трои было найдено Шдамаиомь очень древнее
оружіе, сдѣланное изъ метеорнаго желѣза.
Въ настоящее врем/ работы по добыванію руды и во выдѣлкѣ металла позво-
ляютъ вь большинствѣ цивилизованныхъ мѣстностей отнести данный моментъ къ капой-
цибудь изъ извѣстныхъ или же предвидимыхъ историками эпохъ. Огромное количество
123
документовъ, собранныхъ въ музеяхъ, даютъ возможность археологамъ опредѣлить время,
къ которому относится данное металлическое произведеніе. Глазинай - мѣстность, нахо-
дящаяся въ Кроадш — дала при раскопкахъ около двадпатм тысячъ каменныхъ, брои
зовыхъ и желѣзныхъ предметовъ.
Прогрессъ въ производствахъ всѣхъ родовъ, совершенный человѣчествомъ въ до-
историческую вноху, но своей важности значительно превышаетъ то, что создало чело-
вѣчество въ историческія времена; необхі днмымь спутниіо-мъ этой свободной работы
была страсть, своего рода артистическій подъемъ, который положилъ начало искусству.
Въ первобытный періодъ, когда отдѣльные классы каждой народности еще не
разслоились, и громадный общественный организмъ еще не разложился на части, у
только что возникшаго искусства не было спеціальныхъ приверженцевъ, живущихъ внѣ
давшій общины. Всякій былъ для самого себя и художникомъ, в артистомъ, и постав
шикомъ всего, что требовалось для поддержанія его жизни, и своимъ защвтпнксмъ въ
іпаспыя минуты.
Когда первобытный человѣкъ подстерегалъ въ густомъ кустарникѣ добычу, ожидая
удобной минуты, чтобы поразить се стрѣдою, или же пробирался къ отдыхающей дичи
сквозь высокую траву и низко свѣсившіяся вѣтви, часто предъ его глазами открывались
такія жиншвсныя картины, коюрыя'необходим» должны были врѣзаться въ его на-
мяти. Воть тихоныш пробирается могучій тигръ, выпустивъ когти, оскаливъ крѣпкіе
зубы, готовый всякую минуту укусить; воть слонъ, схвативъ хоботомъ дерево, выры-
ваетъ его съ корнемъ н бросаетъ на землю; вотъ олень, поднявъ свои рога, пробѣгаетъ
ао лужайкѣ. И когда вечеромъ диварь мечталъ при свѣтѣ тлѣющей головни, въ его
иаыятн снова вставали подученныя имъ днемъ впечатлѣнія, н онъ, чтобы показать ихъ
другимъ, старался возсоздать ихъ на рисункѣ.
Засстзенный кусокъ кремня давалъ ему возможность выгравировать рисѵнокъ на
черепкѣ своего оружія, пѣнности котораго благодаря этому значительно повышались. Въ
ту эпоху понятіе о цѣнности было вполнѣ отвлеченнымъ: искусство отличалось ііепо-
средственностью и не зависѣло ни отъ какихъ матеріальныхъ причинъ. Это было, дѣй-
ствительно, великое искусство! Художникъ творить линь для себя и своихъ близкихъ.
Дикарь вырѣзывалъ фигуры для женщины, кот рую онъ любилъ; онъ создавалъ изобра-
женіе своихъ предковъ и животныхъ-покровителей, । вѣшадъ ихъ па стѣнѣ своей
хижины. Итакъ, искусство родила сама жизнь, а пе «сверхъ-чсловѣиъ*, какъ это д\
маютъ современные художники, слишкомъ высоко ставящіе себя. Дѣйствуя на природу,
первобытный человѣкъ самъ подпалъ подъ ея вліяніе, «шъ н< былъ какимъ-то *сверхъ-
зі-мныиъ> существомъ высшаго порядка.
Бъ свободныя минуіы, оставшіяся отъ охоты и отъ удовлетворенія голода, чело-
вѣкъ проявлялъ и другія свои художественныя склонности, кромѣ вырѣзыванія и гра-
вированіи м рогу кости, дереву и камню. Въ его распоряженіи были краски—красная
и желтая охра, густой сокъ нѣкоторыхъ плодовъ, я онъ рисовалъ ими на скалахъ тѣ
предметы, которые особенна плѣняли его глазъ.
Нѣть, кажется ни одного дикаго народа, который не прибѣгалъ бы къ крас-
камъ для удовлетворенія своей потребности въ искусствѣ; иногда онъ употреблялъ краски
124
съ утилитарной цѣлью—чтобы сообщить сроимъ сородичамъ о томъ фактѣ, о кото-
ромъ чужно было звать всѣмъ.
Правда, большая часть этихъ картинь, предоставленныхъ разрушительному влі-
янію атмосферы— дождю, вѣтру, солнечнымъ лучамъ, морозу и оттепели, не могла со-
храниться въ теченіе долгихъ лѣтъ: <>вѣ стерты п смыты, тогда какъ вырѣзанные в
выгравированные предметы сохранились, словно въ шкатулкѣ для драгоцѣнностей, подъ
толстымъ слоемъ камней и земли. Существуютъ страны, гдѣ отсутствіе скалъ съ
іладкою поверхностью н сырость ш позволяютъ человѣку упражняться въ живописи;
вь этихъ случаяхъ люди выражали свою мысль отмѣтками на деревьяхъ: они заплетали
вѣтви деревьевъ гакъ, чтобы проходящіе но тому же пути обратили ва это свое вни-
маніе; вообще, опи всѣми способами старались удовлетворить свою потребность въ худо-
жествѣ и необходимость передавать па разстоянія свои мысли.
Во времена, сраііаиіеіьно близкія къ намъ, племена, на которыхъ указываютъ,
какъ па примѣры народностей съ зачаточной цивилизаціей, отличались все же значи-
тельной склонностью къ живописи.
На берегахъ рѣки Глепельгъ, въ сѣверо-западной Австраліи, знаменитый Георгъ
Греи встрѣчалъ нтстояппя картины, нарисованныя нѣсколькими красками—бѣлой, чер-
ной, желтой и краевой—картина была покрыта смолой, точно лакомъ. Впрочемъ, теперь
это искусство исчезло совершенно, такъ какъ племя, выполнявшее эти картины,
истреблено.
Такъ же дѣло обстоитъ и въ Южной Африкѣ, здѣсь, на почернѣвшихъ скалахъ,
уже не ' подаются картины; онѣ погибли вмѣстѣ со своими творцами—племенемъ
сапъ- «племя, живущег вь кустарникахъ» (босьемэпы и бушмены). Впрочемъ, боль-
шинство изъ произведеній этого рода перенесено въ Марицбургскій и Блюмфоніепскій
музеи, и пхъ репродукціи имѣются въ главныхъ европейскихъ музеяхъ.
Самая большая изъ этихъ картинъ состоитъ изъ тридцати восьми фигуръ живот-
ныхъ и людей; картина исполнена четырьмя красками. На пей очень живо изображено,
какъ оосьемэны угоняютъ скотъ; ихъ преслѣдуютъ кафры, вооруженные щитами и
дротиками. «Племя,живущее въ кустарникахъ» вооружено лукомъ и стрѣлами; по кар-
тинѣ видно, что оно пользуется съ успѣхомъ своимъ оружіемъ з должно побѣ-
дить врага.
Живопись, точно такъ же, какъ вырѣзаніе и скульптура, должна было служить
самымъ разнообразнымъ цѣлямъ. Она служила потребности человѣка жить съ окружа-
ющею природой и отражать ее, она то была разсказомъ о происшедшемъ, для узкаго
круга своего племени, разсказывающая о кратковременной жизни, то настоящею .тѣто-
дисью, предназначенной для дімннаго періода времени. Кромѣ того, живопись, найден-
ная па к жахъ, выдѣланныхъ сѣверо-американскими дикарями, воеила иногда харак-
теръ счетовъ, напоминая собою тѣ бирки, которые еще и теперь употребляются въ ци-
внлизѵвапвыхъ странахъ булочниками и другвмн ежедневными поставщиками. Очень
часто рнсункп имъдп характеръ символовъ и относились къ тъмъ представленіямъ, которыя
были у даннаго народа о сверхъестественномъ. Наконецъ, вполнѣ возможно, что нзоора-
женіе ва свалахъ и на кожахъ всевозможныхъ фигуръ является настоящимъ идеогра-
125
фическимъ письмомъ. Въ виду этого рисунки эти должны быть спеціально изучены, какъ
одно изъ проявленіе языка данной народности.
Знаменитый изслѣдователь нешоръ, археологъ Піетть, предполагаетъ, что рисунки
«сдоя раскрашеннаго валуна», найденный въ доисторическихъ отложеніяхъ въ пещерѣ
Масъ д'Аэиль, относятся къ періоду сѣвернаго оленя
видовъ гіороглифовъ. Большею частью это полосы и
круги краснаго цвѣта, которые, по всей вѣроятности,
означали числа, факты и идеи.
Надписи, вырѣзанныя на скалахъ доливъ Ин-
ферно и Фонтанальба, и давшія сосѣднимъ озерамъ
названіе «Чудесныхъ озеръ», не оставили пнкакого
сомнѣнія у тѣхъ, кто разбиралъ этн надписи, что
изображенія орудій, животныхъ и земледѣльческихъ
работъ но только рисуютъ правы, относящіяся къ
этой эпохѣ, но вмѣстѣ съ тѣмъ являются особеннымъ
спнволнчоскиыъ письмомъ. Фонъ-Іерипгъ справедливо
замѣчаетъ, что письменность возникаетъ пъ то время,
когда давнее племя пріобрѣтаетъ домашній скотъ.
Цвѣтныя мѣтки на кожѣ живыхъ быковъ были пер-
вымъ проявленіемъ письменности, н этв исписанныя
быки мирно паслись на лугахъ. Оть мЬтокъна кожѣ
живыхъ быковъ постепенно перешли къ тому, чтобы
наносить на кожу, снятую съ околѣвшихъ животныхъ,
все то, что должно сохраниться въ памяти. На кожу
заносились наиболѣе важные документы — договоры
между племенами, законы. Кожею пользовались древ-
ніе евреи и римляне; отъ нихъ позаимствовали уче-
ные Пергама, которые стали выдѣлывать особую ко-
жу—пергаментъ.
Произведенія искусства, унаслѣдованныя рами
оть нашихъ доисторическихъ предковъ, даютъ вамъ
возможность узнать о нѣкоторыхъ чертахъ цивилиза-
ціи этихъ отдаленныхъ періодовъ жизни человѣчества.
и представляютъ собшо одинъ изъ
Кафръ.
На основаніи ихъ предъ нами вырисовываются фигуры
вашихъ предковъ; во нимъ можно даже сдѣлать по-
пытку классифицировать людей и отнести ихъ къ той или иной расѣ, па которыя условно
раздѣляется человѣческій родъ. Въ первый періодъ «вырѣзыванія на камнѣ», въ періодъ,
когда стада слоновъ разгуливали по зеленымъ полямъ, но берегамъ рѣкъ в озеръ и но
высокимъ долинамъ, только что освободившимся отъ льда, благодаря мягкому дуновенію
полдня, художники вырѣзывали изъ слоновой кости женщину, покрытую волосами а
сильно напоминающую собою «готтентотскую Венеру»
Населеніе болѣе позднихъ эпохъ, напримѣръ магдаленскаго періода, приблвжа-
126
лось по своему типу къ современнымъ людямъ. По ихъ изображенія, крайне грубыя и
не точныя, не могутъ дать достаточно ясныхъ указаній; многіе антропол'-ги воздержи-
ваются отъ попытокъ отожествить доисторическіе племена съ живущими нынѣ. Если
судить ло развитію промышленности и по образу жизни, то люди, жившіе іъ магда-
лѳнскій періодъ п< рѣкамъ Веэвру я Дордонѣ, окажутся настолько схожими съ лопа-
рями ѵ эскимосами, что многіе ученые готовы были признать въ этап обитателяхъ
сѣверное Скандинавіи и крайняго сѣвера Америки прямыхъ потомковъ обитателей до-
исторической Галліи.
Наиболѣе значительное изъ племенъ, обитавшихъ въ магдалннскій періодъ, было,
безъ сомнѣнія отодвинуто на сѣві-рт по мѣрѣ того, какъ измѣнялся климатъ; слѣдуя
снѣга и льды, направились въ полярныя
за сѣвернымъ оленемъ. і>ни, когда исчезли
Изображеніе туземцевъ и» архипелагѣ Бисмарка.
'травы, географическое очерта-
ніе которыхъ значительно измѣ-
нилось сравнительно съ тепереш-
нимъ. благодаря чему въ тѣ вре-
мена переходъ съ одного мате-
рика на другой в»- предегаьляд ь
никакихъ затрудненій.
Людвигъ Вильзеръ, авторъ
извѣсіной книги «бегшанеп»,
говорилъ, какъ жители кро-
маньонскаго періода, отодвинутые
въ южную часть Скандинавіи,
подверглись тамь дѣйствію ола-
готворнаіо климата и преврати-
лись въ привиллегировавное племя арійцевъ, которые передали міру свою цивилизацію.
Первобытный человѣкъ вырѣзывалъ на слоновой кости кремнемъ тѣхъ животныхъ,
которыя были его добычей ч которыхъ ему удалось пріучить; таквмъ образомъ, съ по-
мнимо слоновой кссти, па которой выгравированы эти рисунки, мы можемъ узналъ, бла-
годаря находкамъ въ Голютрв. что въ палеолитическій періодъ, когда еще употребля-
лись въ дѣло неотполированные камни, лошадь была уже ручной или, по крайней мѣрѣ,
служила человѣку пищей; лошадь вырѣзалась сперва на барельефахъ, а потомъ на
разукрашенныхъ стрѣлахъ всегда съ уздою, одѣтою па морду.
Позднѣе, въ зП'чу оленя, когда климатъ сталъ болѣе сырымъ в лошадь исчезла,
благодаря глубокимъ снѣгамъ, первобытный человѣкъ приручилъ олопя. Наконецъ, когда
на смѣну снѣгу появились дожди, люди стали пріучать къ себѣ одну изъ разно-
видностей быка, котораго либо покрывали тканью, либо опоясывали широкимъ
ремнемъ.
Кромѣ красокъ, при помощи которыхъ изображались люди и предметы окружа-
ются природы, первобытные люди въ качествѣ украшенія примѣняли всевозможныя
раскрашенныя фигуры, прямыя и кривыя линіи, то простыя, то пересѣкающіяся Изъ
«того мі-жв-і вывести, что у первобытныхъ людей существовалъ болѣе и мивѣе развитой
127
вкусъ, отъ котораго зависѣло количество украшеній. Первобытныя племена Австраліи
не были знакомы со спиралью н греческими узорами; негры, которыхъ не коснулось
мусульманство, но знали ни спирали, ни завитковъ, тогда какъ у полинезійцевъ и аме-
риканцевъ, которые въ смыслѣ культурности стоятъ гораздо ниже африканскихъ пле-
менъ, декоративное искусство достигло значительной степени развитія. Дикари Гвіаны
и Амазонки не только знакомы со спиралью я греческимъ узоромъ, во умѣютъ также
строить многоугольные фигуры и вписывать ихъ одна въ другую самыми различными
Риоуввп туземцевъ архипелага Бисмарки.
способами. При помощи повторезія и удвоенія они создаютъ узоры, подобные по своей
красотѣ арабскимъ. Вполнѣ понятно, что масса разнообразныхъ предметовъ въ при-
родѣ, среди растеній, птпць и раковинъ, должна была развить въ туземцахъ художе-
ственный вкусъ. Такъ, папуасы Новой Гвинеи, окруженные со всѣхъ сторонъ богатой
природой, умѣютъ столь хорошо украшать домашнюю утварь и хижины, что возбуждаютъ
чувство удивленія въ Изслѣдователяхъ.
Магдалсвскій періодъ, на который особенно часто ссылаются изслѣдователи, говоря
о произведеніи искусства, отличатся грубостью геометрическихъ формъ, примѣненныхъ
для украшенія.
Прогрессъ въ этой области начинается только съ бронзоваго вѣка
Среди инструментовъ, найденныхъ во время раскопокъ въ жилищѣ первобытныхъ
128
людей, точно такъ же, какъ и среди инструментовъ, встрѣчающихся у запоздалыхъ на-
родностей, есть не мало такихъ, которыя позволяли людямъ коротать досуги, сопрово-
ждая игру на нихъ пляскою; однако, при раскопкахъ попался только одввъ. дѣй-
ствито іьио музыкальный инструментъ—свистокъ.
Чтобы отыскивать п°рвоисточввкъ музыки, нужно прежде всего обратиться къ
царству птицъ, среди которыхъ многія надѣлены этимъ чуднымъ талантомъ, а нѣко-
торыя даже — напримѣръ, кое-какія’ изъ развооидпостей журавлей — умѣютъ и тан-
цовать.
Мы внаемъ, что очень многіе представители животнаго царства.чувствительны ко
всѣмъ, даже самымъ незатѣйливымъ формамъ музыки. Нерѣдко бывало, что узники
привлекали музыкою пауковъ, крысъ и другихъ товарищей но тюрьмѣ. Различными мо-
дуляціями голоса, свистомъ и дутовымв инструментами, человѣку удавалось привлечь
вниманіе змѣй и заставить ихъ въ тактъ пьесѣ качаться на хвостѣ. Военная музыка
дѣйствуетъ возбуждающимъ образомъ на лошадей, такъ же какъ и на людей. Монголы
творятъ, что скрипачъ, жалобно играющій па скрипкѣ, можетъ заставить плакать
верблюда.
Ни одно древнее сказаніе не кажется столь правдивымъ, какъ легенда объ
Орфеѣ, который звуками своей лиры вызывалъ дикихъ звѣрей изъ ихъ берлогъ и пре-
вращалъ ихъ въ друзей человѣка, вдыхалъ духъ жизни въ мертвые камни, и дни сами
складывались вь стѣны, изъ которыхъ выростали города. Безъ сомнѣнія, Орфей олице-
творяетъ собою доисторическое искусство, и мы можемъ смѣло сказать, что его лира
сдѣлала для человѣческаго прогресса несравненно больше, чѣмъ полчища Геркулеса.
Мы не знаемъ, что осталось отъ згихъ давно минувшихъ дней, но можемъ смѣло
«казать, что тѣ аріи, которыя насвистываетъ крестьянинъ, когда гонятъ на водопой
скотъ, в вообще деревенскіе мотивы, въ которые каждое поколѣніе вставляетъ свои
слова и которые передаются изъ вѣка въ вѣкъ, пзь одной страны въ другую, у наслѣ-
дованы нами отъ первыхъ дней исторіи. Пѣсня укрощаетъ человѣческія страсти, при-
водить въ порядокъ ежедневную жизнь, регулвтіуеть мысли в поступки. Пѣсня вмѣстѣ
съ пантомимою и сказкою положила начало литературѣ; она же сдѣлала человѣка
участникомъ искусства.
Музыка, „называвшая столь благотворное вліяніе на человѣка, вызывавшая ьъ
его душѣ идеаты, съ теченіемъ времени потеряла очень много, какъ средство, оказы-
вавшее помощь человѣку въ его мелкой, повседневной жизни. Теперь ещо поютъ кое-
гдѣ но время чисто физической работы. напримѣръ, на кораблѣ при иаматываніи
каната па воротъ, илп въ провинціальныхъ булочныхъ, мѣся тѣсто; по зто исключенія;
почти повсемѣстно, вмѣсто пѣсни человѣка, звуковъ флейты и скрипки слышны мѣрные
удары поршня и рычаговъ н грохотъ колесъ. Теперь женщина но постъ, сидя за
прялкой; ея голосъ не слышенъ даже па ткацкой фабрикѣ за стукомъ машинъ. Въ
оыдыя времена всѣ болѣзненныя операціи сопровождались музыкой; звуки какъ бы
умѣряли боль. Мѣрное ѣніе позволяло меньше страдать во время татуировки в <'б]ѣ-
занія. Во время погребальнаго обряда, то Пчвышающіяся, то понижающіяся причитанія
плакальщицъ укачивали и успокаивали отчаяніе и горечь. Часто музыка дѣйствуетъ
129
па мысль усыпляющимъ образомъ и заставляетъ человѣка иогрувигъся въ безсознатель-
ное состояніе, причелъ человѣкъ только едва-едва чувствуетъ жизнь. Поэтомѵ-то негры
нѣсколько часовъ подъ-рядъ стучать въ свой тамъ-тамъ или маримбу. Точно гакіімь
же образомъ дикарь извѣщаетъ своихъ далекихъ друзей; шъ отлично знаетъ, что на-
ходящійся вдали другъ или любимая женщина услышатъ звуки его барабана и пой-
мутъ ихъ.
Когда іезуитскіе миссіонеры, глубокіе знатоки человѣческой душв, подними іпсь
верхъ или спускались внизъ по теченію американскихъ рѣкъ, опн въ такгь гребцамъ
Украшь-нія хижины апатое (Нидерландская Индія).
распѣвати своя наиболѣе сильные и звучные гимны, будучи увѣрены, что индѣйцы,
спрятавшіеся въ прибрежныхъ кустахъ, будутъ тронуты иролсстью ихъ пѣнія.
Обращеніе въ христіанство индѣйцевъ, закончившееся устройствомъ въ Парагваѣ теокра-
тической общины, началось съ пѣсенъ, которыя повторялись эхомъ то иа о дномъ, то
на другомъ берегу молчаливой рѣки. II сколько разъ случались съ тѣхъ поръ, что
путешественникъ быль обязанъ спасеніемъ своей жизни но превосходному оружію, а
имѣвшемуся у него музыкальному ящику!
Гдѣ ПОЮТЪ, ЖИПК СПОКОЙНО вооь СВОЙ вѣкъ —
ПѢспп пѣть дурной пе станетъ человѣкъ!
элпае геклю.
9
130
Ниры-рабы, приведенные на американскія плантаціи азъ различныхъ мѣстъ
Африки, говорили первоначально па различныхъ нарѣчіяхъ; съ точеніемъ времени опп
позабыти родной языкъ и
Ряконнна съ Соломоно-
выхъ о-поль.(Тіа пей изо-
бражено лицо: глаза —
двумя птичьими голова-
ми. а зубы— крыльями).
даже другъ съ другомъ стали объясняться на языкѣ езонхъ
хозяевъ. Точно также они во могли объясняться съ дикарями
Новаго Свѣта въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ эти послѣдніе по были
еще окончательно истребгены Ненависть, точно такъ же, какъ
и страхъ, отдѣляли другъ отъ друга красныхъ отъ черныхъ;
вообще между побѣжденными очень легко возникаетъ злоба;
онп съ удовольствіемъ вымещаютъ на своихъ товарищахъ
по ііесчастію испытанныя нми униженія. Тѣмъ но менѣе между
ними во многихъ странахъ на почвѣ музыки состоялось при-
миреніе. Несмотря па взапмвѵю вражду между людьми, афри-
канскіе музыкальные инструменты въ нѣсколько лѣтъ рагпро-
страпи.іпсь даже средп народовъ, вѣчно живущихъ вь непро-
ходимыхъ снльвасахъ..
Мало-по-малу тамъ-тамъ и маримба примирили людей,
различавшихся цвѣтомъ кожи; это примиреніе совершилось
іораздо скорѣе, чѣмъ война вселила въ нихъ взанмгуго вражду.
Племя «Іасіійоя», живущее въ Гватемалѣ, было-бы крайне удивлено, если бы узнаю,
нструмсяты перешли къ яему отъ тѣхъ чернокожихъ, которые поль-
что музыкальные
зуются такимъ презрѣніемъ.
Плены этого племени играютъ съ иомень-
шпмъ увлеченіемъ, чѣмъ негры, живущіе по
Коего, хотя лица нхь во время шры и менѣе
счастливы. «Артистическій геній,—говорить Го-
бино, — является сыномъ отъ брака бѣлой п
черной расы».
?капомпстъ Карлъ Вюхеръ въ своей книгѣ
«Трудъ и ритмъ» говоритъ, что музыка и танцы
оказали па технику гораздо большее вліяніе,
чѣмъ принято обыкновенію думать. Работа, осно-
ванная п мѣрномъ ритмѣ, дѣйствуетъ возбуж-
дающимъ гбраз<мъ на работника, заставляетъ его
.Коробки еыіпкрустацшміі изъ сло-
новой кости (изъ Фр'аад. Конго).
тщательнѣе относится къ дѣлу, даетъ, наконецъ,
ему то геселое настроеніе, которое постоянію
возобновляетъ въ немъ анергію и иниціативу. Въ
смыслѣ экономическаго фактора музыкальный ритмъ оказалъ большое вліяніе на исторію
цивилизаціи. Даже во время работъ, носящихъ первобытный характеръ, вь нашъ вѣкъ ма-
шинъ, когда человѣкъ долженъ властвовать надъ металломъ и деревомъ, а не быіь пхъ
безсловеснымъ слугою, хорошій работникъ все же старается сдѣлать спою работу рит-
мичной и мѣрной. Кузнецъ заставляетъ падать молотъ на наковальню черезъ извѣстные
промежутки времепп, также в слотивкъ вгоняетъ гвозди и стругаетъ доску; бондарь
131
заставляѵгь свѵп бочки звучать, подобно барабаиу. Даже въ томъ случаѣ, когда чело-
вѣкъ работаетъ совсѣмъ одинъ, онъ возбуждается отъ мѣрныхъ звуковъ евоего нштру-
Малаецъ съ о-ва Пагаи, ьь праздничномъ уборѣ.
мевта, безразлично, будетъ ли ято легкій шумъ мри вязаніи синцами илп же безмолвное
дыіжені. блестящаго орудія. Какъ то, такъ и другое вполнѣ достаточно, чтобы сдѣлать
работу живой, нормальной функціей человѣческой жизни.
Еще большее значеніе имѣетъ ритмъ въ томъ случаѣ, когда иного іюлей (•оеди-
*
132
пвлись вмѣстѣ дія одной, общей работы, и ихъ ипструмепты производятъ тѵмъ, мѣрно
отбивающій тактъ. Въ этомъ случаѣ в<ѣ работники участвуютъ въ общемъ трутѣ; пи.
мускулы самп напрягаются сообразно ритму работы. Работаютъ всѣ вмѣстѣ, и отдыхъ
можетъ быть лишь общимъ Мостильщики всегда стучать одновременно своими желѣз-
ными и деревянными трамбовками, которымъ чш дали, по вполнѣ попятв<>му сходству,
названіе «барышень»: вѣдь >нп, точи» еъ барышнями, кружатся по мостовой.
Тоже самое замѣчается и при молотьбѣ цѣпами—явленіе, которое вскорѣ должно
исчезнуть—въ самыхь отдаленныхъ уголкахъ Европы; пѣны падаютъ размѣрно, за тремя
ударами слѣдуютъ снова три, и эти звуки, составляя собою пріятный аккордъ для уха,
удивительно хорошо согласуются съ другими звуками, которые даетъ природа. Вѣдь
удары цѣнами напоминаютъ собою стрекотаніе кузнечика—не нравда-ли?
11а рѣкахъ и на океанѣ гребцы одновременно опускаютъ и поднимаютъ ві-сла,
руководствуясь движеніями того, кто ведетъ лодку: точно также и на корабляхъ мат-
росы, наматывая канатъ на ворогъ, чтобы увеличить общую силу напряженія мышцъ,
помогаютъ себѣ пѣшемъ. Крики, вздохи, короткіе звуки н отрывистыя ноты, чередуясь
и слѣдуя дру.ъ за другомъ въ извѣчномъ гармоническомъ порядкѣ, выливаются иногда
въ настоящую пѣсню. На востокѣ земледѣльцы во время обработки земли, которая со-
вершается цѣлыми группами, ударяютъ о землю своими орудіями въ тактъ. Прежде, въ
дни радостной івободы, земля обрабатывалась подъ звуки флейты и барабана, или же
модъ пѣніе и пляску молодой дѣвушки; во времена же владычества ассиріянъ и египет-
скихъ фараоновъ, тактъ отбивался бичемъ, валкою или же хлыстомъ.
Наконецъ, движеніе солдатъ регулируется одновременнымъ поднятіемъ п опусканіемъ
ногъ, движеніемъ всего тѣла и видоизмѣненіемъ наложенія мускуловъ. Военная пого-
ворка говорить, что сраженіе выигрывается не оружіемъ, а ногами. Извѣство также,
что алівотныя, па шею которыхъ одѣти бубенчики, поддаются усталости значительно вь
меньшей степени, чѣмъ друіія. Звонъ мѣди но только оказываетъ вліяніе на ихъ работу,
но также даетъ имъ увѣренность вь томъ, что человѣкъ довѣрилъ имъ вести за собою
цѣлое стадо или же всю упряжку.
Оселъ, снабженный колокольчикомъ н идущій передъ лошадьми, напоминаетъ собою
Тиртея. Такимъ образомъ чередующійся ритмъ и музыка оказываютъ очень хорошее
вліяніе на работу человѣка. Очевидно, ритмъ имѣетъ какую-то непонятную связь съ
ритмомъ крови, бѣгущей но жидамъ и сь г дарами сердца, дающими жизнь нашему тѣлу
такъ же, какъ поршень дастъ жизнь механизму паровой машины.
Первобытный человѣкъ пользовался искусствомъ и для себя. Встрѣчаются племена,
не носящія одежды, по нѣтъ, кажется, пп одного парода, который не заботился бы о кра-
сотѣ своею тѣла. II только среди злодѣевъ и людей, отчаявшихся рѣшительно во веемь,
попадаются такіе, которые живутъ совершенно изолированно п ня заботятся о красотѣ
своего тѣла. Въ обыденной же жизни человѣкъ въ прежнія времена, такъ же какъ и
теперь, старался нравиться если не другимъ, то, -по крайней мѣрѣ, самому себѣ.
Въ организмѣ человѣка пѣтъ такихъ средствъ, которыми обладаютъ животныя,
іп и цы и гады, смѣняющіе въ періодъ любви свой обыденный нарядъ на болѣе яркій и
блестящій. Человѣку мало радостныхъ взглядовъ, очаровательныхъ улыбокъ и внѣшняго
133
вида, оть котораго вѣетъ сплою и здоровьемъ; ему нужны еще прически п разнооб-
разныя внѣшнія украшенія. Первобытные люди заботятся вс меньше о своей красотѣ,
чѣмъ фаты изъ цивилизованнаго общества. Часто они проводятъ цѣлые часы, сооружая
себѣ какую-нибудь прическу: охота и война гораздо меньше запинаютъ ихъ, чѣмъ
выборъ перьевъ, булавокъ, бусъ, цвѣтныхъ стеколъ и матерій, которыя будутъ кра-
соваться па ихь тѣлѣ. Съ какамъ наивнымъ благоговѣніемъ дикарь показываетъ
Тату правка тузѳмцсв-л Каролинскихъ
о-вовъ (сиередп).
Татуировка туземцевъ Каролицскихъ
и-вивь (со спины).
окружающимъ яркость красокъ, которыми онъ покрылъ все свое тѣло! Жирная
земля, глина, »хра и плоды, при помощи которыхъ можно раскрасить тѣло, каковы
напримѣръ въ Южной Америкѣ геніша и руку, все это составляетъ цѣнные предметы
торговли. Украшенія и краски зависятъ не только оть тѣхъ матеріаловъ, которые даетъ
данная страна; форма прически н цвѣтъ дина играютъ здѣсь немаловажную роль, и
художники, подобно оиитнымъ кокоткамъ, умѣютъ достигать въ этомъ отношеніи зна-
чительнаго эффекта.
Первобытные люди, чтобы сдѣлать себя бѵлѣе красивыми, а иногда, въ случаѣ
надобности, п болѣе страшными, дѣлили и дѣлаютъ еще и теперь во многихъ стра-
13-1
нагъ па своемъ тѣлѣ неизгладимые руоцы, раны; они уродуютъ нѣкоторыя наста тѣла,
покрываютъ его татуировкой, красками и рисунками. Желаніе нравиться или возбу-
ждать чувство страха но было единственной причиной, изъ-за которой дикаря обрекали
себя на эти добриволыіыя мученія в страданія. Большая часть племенъ точно такъ же,
какъ и каждый отдѣльный ихъ продстаьвтель, хотѣли проявить чѣмъ-нибудь свои инди-
видуальныя особенности, указать па свой родъ, свою славу и оставить въ память потомству
сказаніе о своихъ подвигахъ.
Люди нашего временя имѣютъ въ своемъ распоряженіи паспортъ и документы,
въ прежнее же время дикарь выставлялъ всѣ своп титулы па тѣлѣ в лицѣ такъ, чтобы
всякій могъ пхъ видѣть.
Очень часто подобные знаки дѣлали человѣка безобразнымъ.
Подобно тому, какъ цивилизоваиыо люди хвастаются иногда своими пороками и
преступленіями, такъ и дпкарн гордятся отсутствіемъ суставовъ па рукахъ, выбитыми
зубами, широкими кольцами, продѣтыми въ губы и шрамами па лбу. Кромѣ тщеславія
и желанія подражать окружающимъ, существуетъ еще цѣлый рядъ причинъ, ваставли-
ющихъ дикаря обезобразить себя.
Такъ, потерявшій друга или родственника добровольно посвящаетъ частицу своего
существа либо затѣмъ, чтобы о.іа послѣдовала за умершимъ въ невѣдомую даль, либо—чтобы
умилостивить духа смерти, витающаго у его очага.
Къ этой же цѣли ведетъ цѣлый рядъ причинъ. Амулеты, защищающіе тѣхъ, кто
ахъ носить, оть колдовства, являются одновременно и драгоцѣнными украшеніями; корал-
ловое колье, одѣтое на элегантную красавицу, не только защищаетъ ее отъ злыхъ духовъ,
но вмѣстѣ съ тѣмъ и оттѣняетъ бѣлизну ея шеи в роскошныхъ плечъ.
Татуировка, въ томъ видѣ, какъ опа практикуется у бо.іі.іпіпьтва дикихъ паро-
довъ, отличается грубостью. Только тамъ, гдѣ люди могутъ «дцовремоино и обходиться
безъ одежды, и двигаться впередъ въ своемъ развитіи, только танъ татуировка подіін
мается до степени искусства. Вѣчно одѣтые въ мѣха кішмосы не станутъ татуировать
свое тѣло.
Черточки, линіи, точки, затѣмъ кружки и крестики—вотъ тѣ, ничѣмъ не смы-
ваемые знаки, которые художники-татуировщики вырѣзаютъ на кожѣ. На лбу, на ще-
кахъ, подбородкѣ, рукахъ и груди молодыхъ дѣвушекъ часто вырѣзываются цвѣты,
которые являются, дѣйствительно, проиьведенінми искусства. Человѣкъ, увидавъ впервые
татуировку а іевободиішись отъ перваго непріяхнаіо впечатлѣнія, которое она на него
производитъ, не можетъ удержаться отъ проявленія восторга. Рисунки въ греческомъ
стилѣ, ромбы, треугольники, переплетающіеся съ кругами, находятся въ строгойь соот-
вѣтствіи со всей фигурой человѣка, будь то женщина или мужчина. Особенно высокой
ступени раз мня достигла татуировка у жителей Полинезіи и японцевъ. Правда, здѣсь опа
отличается нѣсколько ориінваіьвымь стилемъ, но во всякомъ случаѣ представляетъ собою
значительный интересъ.
Является вполнѣ естественный вопросъ: почему татуировка ралввлаіь д<> высшихъ
своихъ предѣловъ па островахъ океана, отличающихся незначительными размѣрами и рѣд-
кимъ населеніемъ, среди котораго могли свободно создаться школы этою искусства?
135
Японская татуировка на свпнѣ англійскаго солдата.
Замѣчено, что еще съ древнихъ временъ полоса, гдѣ ото искусство было распро-
странепо, захватываетъ іолько тропическія области Полинезіи. Фруктовыя деревья, ра-
стенія, годныя для ниши, масса рыбы, словомъ, вообще изобиліе пищи давало возможность
татуировщику посвящать ежедневп- цѣли часы своей работѣ.
Досуги па лонѣ богатой природы, дававшей человѣку силу, ловкость и красоту, давали
возможность художнику
и его паціенту не думать
о завтрашнемъ днѣ и,
разъ работа начата, про-
должать ео хоть цѣлые
годы, хот ь всю молодость
Эта длинная п мучитель-
ная операція была иногда
опасной для жизни; и
все же къ ней прибѣгали
постоянно, такъ какъ въ
большнні твѣ странъ, ле-
жащихъ па океанѣ,толь-
ко благодаря ой мужчина
и женщина стаповплись
полноправными гражда-
нами свощі общины. Ни
одна нечистая, т.-е. по
покрытая татуировкой
рука но смѣла подавать
пишу къ столу; чолові къ
не могь пользонаться все-
общимъ уваженіемъ, если
на его лицѣ и« было та-
туировки. Татуироввабы-
ла символомъ свободы.
И дѣйствительно,
тІ.ла маорійцовъ и жите-
лей Маркизскихъ остро-
вовъ, покрытыя роскошной татуировкой, представляютъ собою прекрасное зрѣлище Крас-
ный фопт пхь тѣла испещренъ голубыми полосами, которыя, различаясь всюду по сво-
сму рш-упку, вполнѣ гармонируютъ съ внѣшнимъ очертаніемъ тѣла; вь однихъ мѣстахъ
контуры тѣла благодаря этимъ полосамъ становятся рѣзче, въ другихъ, наоборотъ—
гораздо мягче; оии придаютъ благородство, грацію и прекрасную уравновѣшенность чело-
вѣку, благодаря которымъ строеніе тѣла становится чтепь ригинальнымъ.
1 японцевъ, родина которыхъ паходпгся на океанскихъ островахъ, татуировка
измѣнилась сообразно съ ошцимъ характеромъ національной живописи и теперь сильно
136
отличается отъ татуировки вь Полинезія Опа еоворприіпю ввоѣодвлась отъ симметріи съ
формами человѣческаго тѣла; опа отводитъ главной мѣсто рисунку, отличающему» ие-
ожиданпостью: то на рисункѣ изображены извивающіеся драконы, то сквозь цвѣтущія
вѣтви видны птицы и улыбающіяся лица.
Вь настоящее время татуировка почти совершенно по практикуется п іи, по
краевой мѣрѣ, старательно скрывается подъ платьемъ; въ былыя же времена оно была
настоящимъ «дѣяніемъ, отвѣчающимъ дарованіямъ каждаго отдѣльнаго человѣка и измѣ-
няющимся по требованію моды лишь изъ поколѣнія въ поколѣніе.
Впрочемъ, татуировка должна была потерять всякое значеніе, какъ только по-
явился обычай посвть одщвду. которую очень легко сикать во всякій моментъ, въ
зависимости отъ измѣненія температуры, рода запятій, каприза и желаній даннаго чело-
вѣка Татуировка па человѣческомъ тѣлѣ примѣнялась для того, чтобы всякій могъ ее
видѣть; опа должна быіа возбуждать въ окружающихъ удивленіе, любовь или страхъ.
Поэтому вполнЬ понятно, что разъ она останется незамѣтной никѣмъ, пѣть болѣе на-
добности подвергать свое тѣло страданіямъ. Отъ татуировки еще въ доисторическій
періодъ пемпиуемо должны были отказаться всѣ тѣ племена, которыя стали носить
мѣха, кожи, хламиды, плащи, цдатья и обувь; она могла только удержаться вь кач’-
ствѣ пережитка, какъ впякъ, укатывающій на принадлежность кь какой-нибудь кастѣ
или братству—между отдѣльными членами, которые не хотѣли, чтобы окружающіе знали
объ этомъ. Татуировка была паспортамъ, по готорому отдаленные друзья могутъ узнать
другъ друга; она же играла роль символическаго изображенія обѣта, даннаго человѣкомъ
подъ вліяніемъ гнѣва или любви. Такую роль игралъ въ настоящее время татуировка
у католиковъ изъ Босніи и у пилигримовъ изъ Лорето; впрочемъ, вполнѣ возможно,
что (юъяснсніе этого нужно искать въ томъ, что въ татуированное изображеніе вхо-
дитъ крестъ.
Происхожденіе зтого обычая относится къ тому времени, когда ччовѣкъ боготво-
рилъ природу; вп всякомъ случаѣ онъ появился значительно раньше, чѣмъ жить Хри-
стосъ. Татуируются люди, достигшіе половой зрѣлости, прп чемъ эта операція совер-
шается пе рапыпе весенняго равноденствія. Потерявъ значеніе великаго, всѣми уважа-
емаго искусства, татуировка стала мало-по-малу тіііиой и даже презираемой. Сь теченіемъ
времени опа ухудшилась н спустилась па ту зачаточную ступень, па которой стояла въ
самомь началѣ.
Теперь опа уже болѣе пе то, чѣмъ была прежде. Прежде опа была исторіей дап-
иой расы, рисующей ея идеалы. Когда кто-ппоудь поступалъ иротввнѵ правиламъ чести,
па татуцровкѣ ставили знакъ измѣны.
Одежда, «вившаяся на смѣну татуировкѣ, должна была въ большинствѣ сіу чаевъ
служить человѣку для тѣхъ же цѣлей; украшая его тѣло, она тѣшила его личное тще-
славіе п вызывало чувітво удивл нія въ окружающихъ. ТІмъ по менѣе большая часть
моралистовъ, сохраняя въ своихъ теоріяхъ современные предразсудки н перенеся нхъ
въ далекое прошлое, склонны думать, что первою причиною, побудившею человѣка но-
сить всевозможныя одежды, было чувство стыда. Держась подобнаго взгляда, они удо-
влетворяются библейскимъ сказаніемъ по которому первые люди жили въ раю нагими,
137
потомъ же, отвѣдавъ плода отъ дерева познанія добра п ала, прикрыли спою наготу
листьями.
Если, дѣйствительно, причиною, заставляющей человѣка прикрывать свою наготу,
быль стыдъ, то почему же многіе пл первобытныхъ народовъ, какъ, напримѣръ, австра-
лійцы, мппкопп и ботокудо безъ всякаго стыда обнажаютъ своо тѣло?
Почему еще сравнительно недавно у абиссинцевъ и галласовъ лучшимъ побѣд-
нымъ трофеемъ считались огеапа ^епПаІіа побѣжденныхъ? Почему другія пле-
мена дикарей украшаютъ своо тѣло бахромой, раковинами, жемчугомъ, крас-
ными бусами и стеклышками, стараясь привлечь къ себѣ вниманіе окружающихъ, а не
устранить его? Почему кяпакп Новой Каледоніи, нѣкоторые изъ жителей Меланезіи в
кафры изъ Лоренцо Маркезъ поикрываютъ себя только спереди бедеръ? Этотъ по-
кровъ состоять либо изъ пучка листьевъ, либо изъ куска матеріи; и тогда для этого
употребляются раковины и дереряяпые ящички; богатые кафры золото или же сло-
новую кость.
Попятно, что первобытные жители тѣхъ странъ, гдѣ особенно много колючаго
кустарника, старательно прикрываютъ выдающіяся части своего тѣла, одѣвая для этого
на нихъ футляры пли же передники. Но на вту предохранительную одежду
нельзя смотрѣть, какъ па покровъ стыдливости; даже наоборотъ: эти короткія украшенія
достигаютъ прогивошможиго результата, заставляя обращать вниманіе на полъ человѣка.
Цвѣтная бахрома и блестящія раковины приковываютъ одинаково взіляды мужчинъ къ
женщинамъ. Взаимное влеченіе пѵловь увеличивается, конечно, въ зашісамоссіи отъ
украшеній, кот»рыя одновременно скрываютъ в открываютъ ноль мужчины предъ жен-
щиной и женщины предъ мужчиной. Стыдливость была создана для того, чтобы быть
побѣжденной. Она часто вполнѣ согласуется съ кокетствомъ; стыдливость это исторія съ
нимфой, которая прячетъ въ кусты лишь пмовипу своего тѣла (возможно, что бозіоз-
нателыю). чтобы этимъ еще сильнѣе возбудить преслѣдующаго ее сатира.
Всякое общественное явленіе чмѣі-гь въ своей основѣ причины самаго ривнообраз
наго характера. То жо самое можно сказать и относительно одежды; въ зависимости
отъ обстоятельствъ, опа то отвлекаетъ вниманіе человѣка, то- -и это бываетъ горазіо
чаще—заставляетъ его обращать вниманіе на полъ. Животное царство даетъ рядъ при-
мѣровъ и Того н другого рода. Птица, желая привлечь самца, прихорашивается,
собака же садится на заднія лапы, т. е. дѣлается недоступной когда хочетъ про-
піать отъ себя самца. Такъ же точно и женщина прикрываетъ свое тѣло, когда хочетъ
избѣгнуть ласки мужчины. У многихъ племенъ ношеніе одежды явилось слѣдствіемъ
того непріятнаго н вмѣстѣ съ тѣмъ вполнѣ естественнаго чувства, которое возбуждается
у человѣка при видѣ экскрементовъ. Это чувство было перенесено и на тѣ органы,
которые выполняютъ эту функцію. Вполнѣ иояятио, что люди съ удовольствіемъ скры-
ваютъ все то, что можетъ въокружающихъ вызвать чувство отвращенія Ік этому-то въАфрикѣ,
гдѣ стеатоппгія встрѣчается очень часто, женщины имѣютъ обыкновеніе прикрывать
заднюю часть своего тѣла Видъ тѣхъ органовъ, при помощи которыхъ совершается
пріемъ пиши—рта, зубовъ и языка — тоже можетъ возбуждать гадливое чувство, когда
разрѣзывастся па частп и прожевывается мясо. Поэтому многіе дикари никогда не
18Ь
Ѣдятъ въ при-
сутствія лю
дсй; впро-
чемъ, воз-
можно, что
ой и дѣлаютъ
это для того,
чтобы воспре-
пятствовать
з.іымьдухэчь
проникнуть
въ игъ тѣло.
Наконецъ, чувство стыда и вытекающее
пзъ этого чувства иошоміе одежды,
можетъ быть, имѣют ъ своимъ началомъ
взглядъ мужчины на женщину, какъ
на свою собственность.
Мужчина одѣлъ на женщину покрывало. Въ
тѣхъ странахъ, гдѣ право сооственности на женщину
внѣдрилось въ плотъ н кровь мужчинъ, какъ, напримѣръ,
на мусульманскомъ востокѣ, тамъ лицо женщины должно
быть всегда закрытымъ. Женщина не должна имѣть ни
собственной воли, ни соэствепиыхъ мыслей.
Независимо отъ всѣхъ второстепенныхъ и поб-щ-
ныхъ причинъ, слѣдуетъ признать, что желаніе нравиться
и возбуждать къ себѣ страсть было главнымъ мотивомъ
украшать свое тѣло: съ теченіемъ времени отсюда роди-
лись костюмы современныхъ культурныхъ людей, которые
въ коыцѣ-шіцовъ стали закрывать все свое тѣло, оставляя
іѵльго небольшое отверстіи для глазъ. Подобное явленіе
существуетъ среди мусульманскихъ женщинъ, которыя
окутаны одеждою съ головы до ногь, словно саваномъ. Не
стыдъ породилъ ношеніе одежды и далъ ей ея теперешнее
значеніе, а иаоборогь—первоначальныя украшенія, уно-
треблявшіяся людьми, породило стыдъ. Нрн дальнѣйшемъ
развитіи общественныхъ учрежденій, благодаря ооычаю
носить одежду, воспріимчивость нашвхъ чувствъ стано-
вится болѣе острой, хотя въ большинствѣ случаевъ эта
Инструмемты туземцевъ
о-вовъ Товарищества.
І.МухоОоика.2—3, Скобоап. 4. Ин-
струментъ да я татуировки,
й. ДорошіппыН сосудъ.
острота н искусстьева; одновременно съ измѣненіемъ моды на платья измѣняется в
чувство стыдливости. Та же самая женщина, которая одѣваетъ па балъ декольтиро-
ванное платье, нисколько не теряя отъ этого своей скромности, низачто на свѣтѣ не
показалась бы въ подобномъ костюмѣ на улицѣ.
Чувство, равное ильное настоящему сты-
ду, замѣчается и въ тѣгь случаясь, когда
главную роль
играетъ обы-
чай. Женщи-
на племени лиигуа
или ботокудо считала бы
себя обезчещенной, если бы кто-
нибудь увядалъ ес безъ круглой пла-
стинки на губѣ; такъ же почувствовалъ бы себя
и современный камергеръ, если бы ему пришлось
очутиться на какомъ-впбудь офиціальномъ празд-
никѣ безъ своего мундира, увѣшаннаго орденами.
Пндіачка съ береговъ рѣки Ріо-Пегро такъ же
стѣснялась одѣть юбку въ присутствіи Альфреда
Уоллеса какъ стыдилась бы культурная женщина
появиться безъ юбки предъ посторонними. Жители
Филиппинскихъ острововъ испытываютъ чувство
стыда лишь въ томъ случаѣ, когда у нихъ открытъ
пупокъ: равнымъ Фразамъ у китайцевъ почему-то
считается неприличнымъ говорить о ногѣ: поэтому
па карлипахъ ноги всегда прикрываются платьемъ.
Если бы женщина показала кому-пябудь свои икры
и колѣна, ее стали бы презирать.
Въ прежнее время о своей красотѣ -заботился
главнымъ образомъ мужчина, такъ какъ тогда вся-
кая женщина была убѣждена, что найдетъ себѣ Капакъ от> Но|юіі Кд.ірдовіт
мужчину и станетъ его женой; у мужчинъ же
обыкновенн" бывали соперники, и каждый изъ нихъ рисковалъ остаться безъ подруги.
Поэтому мужчинѣ непремѣнно нужно было правиться и прельщать собою женщинъ.
Мужчина походилъ на пѣтуха, разукрашеннаго краснымъ гребнемъ и распустившаго
хвоегь изъ цвѣтныхъ перьевъ. Чтобы плѣнить женщипу, онъ красился охрой и др.
красками, навѣшивалъ па себя бахрому и яркія ткани, одѣвать перья орла, когти живот-
ныхъ и скальпы побѣжденныхъ, татуировалъ тѣло и покрывалъ ого рубцами.
Когда англичане запретили жителямъ острова Флиндерса, лежащаго близь Тас-
маніи, употреблять красную охру, смѣшанную сь жиромъ, произошло возстаніе. *Вы
хотите, чтобы женщины насъ ненавидѣли!» —въ гнѣвѣ кричали юноши. Онн умерли, оста-
ваясь вполнѣ равнодушными къ требованіямъ гигіены и частоты въ томъ смыслѣ, какъ
это понимали англичане. Теперь этя послѣдніе являются единственными обитато-
хями острова.
Въ настоящее время не мужчинѣ, а женщинѣ приходится особенно старательно
заботиться о своемъ украшенія. Теперь она. гораздо больше, чѣмъ мужчина, рискуетъ
140
остаться одинокой па всю жизнь; поэтому-то она и прибѣгаетъ къ шелковымъ наго-
ріямъ, драгоцѣнностямъ и разноцвѣтнымъ камнямъ. Своему туалету женщина посвящаетъ
цѣлые часы и, въ надеждѣ привлечь къ себѣ восторженные взгляды, ас рѣдко подвергаетъ
свое тѣло настоящимъ пыткамъ.
Существуютъ, однако, такія условія, при которыхъ человѣкъ стадъ прикрывать
свое тѣло исключительно затѣмъ, чтобы защитить себя отъ непогоды. Въ такяхъ мѣ-
Хл0ги>)^^
ШИ

Распространеніе въ Африкѣ рпз.тичпыхъ одеждъ.
стахъ, какъ страна папуасовъ иля внутренняя часть Бразиліи, гдѣ идутъ обильные
дожди, одежда жителей исиюлпяла роль крыши. По словамъ фонъ-дсръ-Штейва, потоки
ливня часто срываютъ листья съ деревьевъ, обламываютъ вѣтви и такимъ образомъ
грозятъ опасностью человѣку. Поэтому онъ защищаетъ голову и туловище при помощи
сложенныхъ конусомъ листьевъ, по которымъ свободно стекаетъ вода и сползаютъ увле-
каемые ею обломки Къ такимъ причинамъ появленія одежды, носящимъ чисто мѣстный
характеръ, съ теченіемъ времени присоединились п другія, о которыхъ говорятъ архе-
ологи. Среди этихъ пр» чинъ не послѣднее мѣсто занимаетъ тщеславіе. Вообще же чело-
141
вѣкъ старается воспользоваться всякимъ случаемъ, чтобы возбудить къ себѣ удивленіе п
голюбоваться самимъ собою.
Приложенная карта покапываетъ наглядно, что матеріалы для изготовленія одежды
имѣются повсюду. При отсутствіи кожъ животныхъ и растеній, изъ которыхъ воз-
можно выдѣлывать ткани, человѣкъ примѣняетъ для эдой цѣли пальмовые листья;
жители экваторіальныхъ лѣсовъ отлично пользуются обыкновенной древесной корой.
Въ холодныхъ странахъ, открытыхъ для рѣзкихъ морскихъ вѣтровъ, человѣкъ
чувствуетъ настоятельную потребность въ одеждѣ.
Для жителя холодныхъ странъ вопросъ объ обладаніи мѣховпй одеждой равносп-
лепъ вопросу жизни п смерти. Однако, жители странъ, мжащнхъ близъ арктиче-
скаго и антарктическаго круга, закалены настолько, что могутъ свободно подвергать
свое тѣло дѣйствію холода. Они но тсіько относятся вполѣ безразлично къ холодамъ,
но даже могутъ развиваться при такихъ условіяхъ, при которыхъ европеецъ непремѣнно
оы погибъ.
Дарвину и другимъ путешественникамъ нерѣдко случалось видѣть, какъ жители
Огненной земли ходятъ совершенно нагими, несмотря на спѣгъ или градъ; женщины кор-
мятъ грудью своахъ дѣтей зимою на открытомъ воздухѣ, причемъ дѣти, повидимому, но
испытываютъ никакихъ страданій; »шѣ же изь предосторожности уходятъ отъ костра,
предъ которымъ высадившіеся на берегъ бѣлые дрожатъ отъ холода. Обитатели Оінен-
кой земли, которымъ удалось раздобыть мѣхъ іуапако или вообще какое нябудь покры-
вало, прикрывали имъ лишь ту часть тѣла, па которую дѣйствовалъ вѣтеръ; другую же
сторону, укрытую отъ вѣтра, эпи даже не трудились прикрыть.
II здѣсь, точно такъ же, какъ въ странахъ съ жаркимъ и умѣреннымъ кли-
матомъ. очевидно, стыдъ не былъ первой причиной, вызвавшей пошепіо одежды, кото-
рая появилась у человѣка лишь въ историческія времена. Впрочемъ, значеніе одежды,
какъ средства, защищающаго человѣка отъ холода, но мѣшаетъ проявленію кокетства;
конечный, результатъ тотъ же, что и въ друтлхь случаяхъ.
Мадодыя гренландки умѣютъ придавать очень элогаитпый видъ вышитымъ папта-
лопамъ, жакеткамъ, ботинкамъ и мохнатымъ капюшонамъ. Кромѣ того, въ тѣхъ дерев-
няхъ, гдѣ нѣтъ миссіонеровъ, .шѣ старательно заботятся о татуировкѣ подбородка, щекъ
и рукъ. Нѣкоторыя изъ эскимосскихъ племенъ, живущихъ въ западноіі Аляскѣ, отли
чаются поразитвльнымъ кокетствомъ; они такъ искусно составляютъ одежду изъ мѣховъ
и разноцвѣтныхъ тканей, что общее впечатлѣніе отъ ихъ костюма получается очень не
дурное.
Но при тяжелой жирной одеждѣ, которая вмѣстѣ съ тѣмъ оглачается дороговиз-
ною и прочностью, такъ какъ пріобрѣтеніе ея связано со значительными трудностями, нѣтъ
яикакои возможности сохранить чистоту тѣла. Въ этомъ отношеніи народы, не носящіе
одежды, гораздо болѣе слѣдятъ за опрятностью кожп, чѣмъ народы, носящіе одежду.
Чистоплотность будетъ лучшимъ украшеніемъ нъ тѣ времена, когда главное мѣсто въ
жизни человѣка будетъ принадлежать разуму!
Точков> рлвпооѣсія служитъ сопврпіеянсо
равенство правь отдѣльныхъ липкостей.
ГЛАВА V.
Семейныя группы.— Патріархатъ и патріархатъ.—Установленіе сослон.іі.—Царская
власть и рабство.—Языки Письменность.—Религіи. -Нравственность,
Желаніе нравиться, побуждающее человѣка украшать себя, имѣетъ въ основѣ
половое чувство. Опо оегящаетъ это желаніе и опо жл ведетъ къ созданію сеиойпыхъ
группъ. Но подобно тпму, какъ украшенія были безконечно измѣнчивы, смотря по усло-
віямъ среды, представлявшей человѣку матерьялъ для пгь выбора, точно также разно
ооразны было и общепринятыя формы полового союза. У животныхъ встрѣчаемъ мы
всякія формы этого союза; такъ же разнообразны онѣ в у первобытнаго человѣка, въ
доисторическія и вь историческія времена. Тугъ и бсапорядочиѳв смѣшеніе половъ, и
общинный бракъ съ соблюденіемъ опредѣленныхъ правилъ, и многомужество, и много-
женство, и старшинства супруговъ того или другого пола, п левярать (т.-е. унаслѣдо-
ваніе вдовы старшаго брата), и накопецъ. моногамія (одпожепсіво) либо временное,
либо постоянное. Многіе соціологи утверждаютъ, что первоначальная форма брачнаго
143
союза представляла собою совершенно бозпорядочмое полосмѣшеніе въ предѣлахъ семьи
или орды, жившей совмѣстно Но едва ли мы обязательно должны принять такой вы-
водъ. Развѣ мы н( видимъ въ животномъ царствѣ другихъ формъ брака? Развѣ среди
эгигь формъ нѣтъ брака но выбору, ио явной взаимной склонности?
Изслѣдованія Дарвина, Гузо, Эспинаса, Ромсвса и др. твердо установили, что вь
различныхъ старѣйшихъ группахъ животнаго міра существуетъ «семья», хотя ояа и прини-
маетъ разнообразные внѣшніе иды. Есть животныя, у которыхъ бракъ принялъ даже
ферму строгаго одноженслва. которая строгими моралястамм считается совершеннѣйшею.
Правда, такая строгость нравовъ явленіе рѣдкое въ животномъ мірѣ, и скорѣе въпемъ
преобладаетъ распущенность т.-с. какъ будто бы вполнѣ случайное спариваніе. Можно
думать, что такіе же нравы преобладали п среди первобытныхъ людей. Въ обособиь
іпсмся обществѣ, которое вело борьбу со всѣмъ окружающемъ — съ стихіями, съ жн-*
вотпымп, съ враждебными племенами, коллективная личность включала вь себѣ муж-
чинъ, женщинъ, дѣтей, и въ ней всѣ они такъ тѣсно сливались, чго, вѣроятно, среди
иііхъ даже еще и не было личной собственности; всѣ составляли сплошную, слитную семью.
Оскаръ Браунингъ высказалъ мысль, что вь исторіи многихъ племенъ навѣрное
была такая эпоха, когда присвоеніе себѣ жены отдѣльнымъ мужчиною разсматривалось,
какъ покушеніе на общественное добро. II подобно тому, какъ ио поводу захвата въ
частную собственность земли, можно было восклицать: — «собственность — кража!» —
такъ в по поводу брака можно бы издать кличь:—«бракъ —похищеніе!» Человѣкъ, по-
хищавшій у оошниы женщину, чтобъ сдѣлать изъ нея свою частную соосгвениость,
конечно, долженъ былъ разсматриваться, какъ расхититель общественнаго имущества и
измѣнникъ общинѣ.
Но въ подобномъ общественномъ учрежденіи, вѣроятно, были возможны многочис-
ленныя и рѣзкія насильственныя нарушенія принятаго обычая. Страсти ие очонь-то
считаются съ установленіями; страсть ломится впередъ насильно, она живо ломаетъ
установленія и кончаетъ тѣмъ, что передѣлываетъ ихъ. Вь первобытной ордѣ «братья»,
не осмѣливаясь овладѣвать «сестрами» для однихъ себя, безъ всякихъ церемоніи крали
сібѣ женщинъ изъ чужихъ ордь. Иной предпріимчивый молодецъ прятался гдѣ-нибудь
вь кустахъ, около рѣки, куда женщины ходили за водою, высматривалъ ирииеджуюся
сну по вкусу дѣвушку, кидался ва нее. какъ дикій звѣрь, н волокъ къ себѣ въ стано-
вище, гдѣ она и становилась уже ни ооществеинымъ достояніемъ, а его личною добычею
и собственностію.
Такъ, ио всей вѣроятности, было положено начало браку экзогамическому,
т.-е. такому, при которомъ жена берется изъ чужого, а не изъ своего племени (въ
послѣднемъ случаѣ бракъ будетъ эн до і ам и ческій): первоначально жена добывхтась
открытою силою, разбоемъ, а потомъ этогъ способъ вошелъ въ обычай, быль принять.
И вь націи дни есть области, гдѣ все еще примѣняется похищеніе дѣвушекъ, часто
при безмолвномъ согласіи ея родителей, а часто н прямо открытою силою, б> зъ согласія
жертвы и ея ближнихъ Прежде всего такой захватъ женщинъ происходитъ во время
войнъ между враждующими племенами. Тугъ всѣ страсти разнуздываются до того, чдо
самые способы и ухищренія нападенія и разбоя возводятся въ д> блеетъ; не мудрено
141
то побѣдитель считаетъ себя въ типомъ правѣ па іаграду за такую добллсть, п по*
тому съ спокойною душою овладѣваетъ всякимъ имуществомъ врата, я въ томъ числѣ
и его женщинами. Ахиллесъ смѣло объявилъ Бризсиду свосю военною добычею, да и
солдаты цивилизованныхъ народовъ, во время войны, поддаваясь внушеніямъ дремлю-
щаго въ ихъ душѣ прадѣдовскахо обычая, безъ зазрѣнія совѣсти предаются грабежу и
насиліямъ.
Но у многихъ первобытныхъ народцевъ даже п среди полнаго мира ущревіыся
обычай похищенія женщинъ, иногда лишь на время, иногда въ полную и постоянную
собственность. Такъ, напр., у племени еіахъ-пошь (Черная одожда), обитающаго въ
Гинду-Кушѣ, установился обычай брать женъ не иначе, какъ изъ чужого племени; от-
іажныіі «женихъ» подкрадывается къ жилью своей невѣсіы и бросаетъ внутрь стрѣлу,
покрытую кровью; это своего рода эмблема, говорящая о томъ, что въ случаѣ, если
ему окажутъ сопротивленіе, оиъ не задумается пролить кровъ. У древнихъ герман-
цевъ существовалъ такой же обычай; «ни называли добываніе повѣсти Ъгиі-ІиП, т.-е.
набѣгъ па невѣсту, или бѣгъ за невѣстой.
Та же манера — у миридитовъ, народца, обитающаго въ западной части Бал-
канскаго полуострова. Тамъ мужчина считаетъ чуть не позоромъ, если не улучитъ слу-
чая добыть себѣ дѣвушку мусульманку, т.-е. изъ враждебнаго племени, такъ какъ сами
миридиты— христіане. Родня часто храбро защищала похищаемую, но въ ю же время
очень хорошо впала, что таковъ ужъ обычай у миридитовъ, почти закопъ, и потому уже
къ совершившемуся факту похяш пін относилась весьма спокойно, тѣмъ оолѣс, что въ
мирное время всегда могла разсчитывать па то, что обычная плата за невѣсту ей бу-
детъ аккуратно доставлена. Въ такихъ условіяхъ кража женщинъ представлялась чѣмъ
то среднимъ между чисто-разбойничьихъ хищеніемъ и простою покупкою невѣсты,
какъ она проигикуется, ванр., у черкесовъ или у киргизовъ; отсюда, бытъ можетъ, и
образовался церемоніалъ переговоровъ при тѣхъ, такъ называемыхъ, денежныхъ бракахъ,
какіе сплошь и рядомъ совершаются среди цпвилизованьыхъ народовъ.
Въ настоящее время н во времена историческія можно указать безчисленный рядъ
обычаевъ, являющихся пережитками первобыінаго экзогамнческаіо брака. Въ Греціи и
Индіи существовалъ «героическій» бракъ. Почти во всѣхъ уголкахъ земного шара дикари
н полуобразованные народы до сихъ поръ устраиваютъ какъ бы комедію похищенія. По-
хищеніе сабинянокъ до сихъ поръ разыгрывался ьъ лицахъ, причемъ пускаются въ
дѣло п потрясаемыя дубины, и обнаженные мечи, только безъ кровопролитія. Быть мо-
жетъ, іѣ расфранченные молодые люди, которые сопровождаютъ жениха я невѣсту въ
роли шаферовъ, дружекъ, тысяцкихъ и т. п.. сами того не подозрѣвая, играютъ въ сва-
дебномъ спектаклѣ роль первобытныхъ родственниковъ, отбивавшихъ похищаемую невѣсту.
Но обычаи народовъ вѣчно мѣняются; пережитки старыхъ дружбы п вражды съ тече-
ніемъ времени такъ перепутываются и забываются, что безсоматедьно ихъ изображая
въ этихъ вмпровпзованпыхъ драматическихъ представленіяхъ, люди только тѣшатся н
забавляются. Въ одной главѣ индѣйской пѵэмы Махабхараты описывается восемь закон-
ныхъ формъ браковъ, которыя, надо думать были приняты у восьми плсмсиъ, слившихся
въ одинъ общій индійскій пародъ.
145
Разные виды брачнаго союза, начиная отъ полнаго полосмѣшенія н вплоть до
свободнаго обоюднаго выбора супруговъ, оставались бы непонятными вполнѣ, если бы
не принимать въ расчетъ интересы третьяго лица, участвующаго въ брачномъ союзѣ,
именно ребенка, замыкающаго собою семью. Ребенокъ, въ общемъ строю жизни, прини-
калъ самое дѣятельное участіе въ образованіи семьи Онъ первый укрѣпилъ связь между
Двумя особями разнаго пола, а впослѣдствіи опъ положилъ начало единобрачію. Безъ
участія въ дѣлѣ ребенка трудно было бы объяснить власть матери, матріархатъ, о ко-
торомъ долгое время и не знали, по продолжительное существованіе котораго теперь
обнаружено и докатано документально. Судя по всѣмъ даннымъ, онъ существовалъ у
значительнаго числа племенъ и пародовъ Нѣкоторые ученые (Бахофснъ, Куновъ) поле-
гаютъ даже, что онъ былъ у всѣхъ пародовъ; всѣ они въ свое время управлялись не
отцами (патріархатъ), а матерями (матріархатъ). Однако, у многихъ первобытныхъ на-
родовъ нельзя было найти ни малѣйшихъ слѣдовъ матріархата; таковы, напр., бразиль-
скіе ботовудо, ка.іпфорнскіе индѣйцы; его легче обнаружить у народцевъ, уже вышед-
шихъ изъ періода первобытности. Въ варварскомъ состояніи человѣчества мужчина вла-
дычествуетъ не потому, что онъ отецъ, а потону, что онъ сильнѣе, потому, что пищу
добываетъ преимущественно опъ, н враговъ бьетъ опъ же. Копнио, п при этомъ дѣти
могутъ вполнѣ быть предоставлены матери, т.-с. поручены ея заботамъ, причемъ отецъ вовсе
не считаетъ себя обязаннымъ ей особымъ почтеніемъ за этп заботы, и онн по препят-
ствуютъ ему третировать се, какъ рабыню. Она родильница, кормилица, слуга, а онъ.
какъ былъ такъ и остается господинъ. властелинъ.
Матріархатъ предполагаетъ уже нѣкоторое смягчсвіо нравовъ; онъ послѣдовалъ
за вѣками господства грубой сиды и полосмѣшепія, за вѣками, когда всякая «обствси-
ность, въ томъ числѣ и женщины, была общественною въ ндемепи. Но уже въ тѣ
времена, когда орда пра свовхъ передвнжі-ніяхь вела и тащила за собою и ребятишекъ,
эти послѣдніе естественно держались около своихъ матерей, и этимъ путемъ мать мало-
по-малу входила вь роль правительницы семьи; при особо-счастливо сложившихся об-
стоятельствахъ эта роль за пею крѣпла, утверждалась и, наконецъ, развивалась въ обще-
признанную, укрѣпленную обычаемъ власть. Отецъ дѣтей былъ либо неизвѣстенъ, либо
нмъ просто пренебрегали, какъ случайнымъ дѣйствующимъ лицомъ дѣторожденія, п мать
служила у домашняго очага средоточіемъ приплода, который она произвела, вскормила,
выхолила, выучила жить. Значеніе матери поднималось еще во времена первобытной
дикости и давало первый толчекъ къ цивилизаціи. У южво американскихъ дикарей се-
мейныя связи очень слабы, общеніе между полами почти безпорядочное, в матріархатъ
у нихъ организуется езмъ собою.
Матріархатъ вообще нарождался йодъ вліяніемъ ребенка, въ этомъ нѣтъ сомнѣнія.
Но тутъ несомнѣнно оказывали свое вліяніе и условія среды. Такъ, и<иір., въ тѣхъ
странахъ, гдѣ населеніе жило сборомъ плодовъ и кореньевъ, какъ главныхъ продоволь-
ственныхъ статей, женщины, назначеніе которыхъ уже въ то время обозначилось, вь
качествѣ матерей и кормилицъ, пріобрѣли еще значеніе и какъ заготовптельницы про-
питанія. Ящ преимущества женщинъ еще болѣе подчеркивались вь областяхъ мирныхъ,
гдѣ рѣдко велась война, и гдѣ, слѣдовательно, мужчина пе могъ передъ ними возвели-
элііак ригелю.
10
146
чіітьея, какъ защитникъ племена и какъ поставщикъ военной добычи. Впрочемъ, нельзя
сказать, чтобы воинскія доблести давали вездѣ и всюду перевѣсъ мужчинамъ, ибо всѣ
мы знаемъ легенды объ амазонкахъ Стараго и Новаго Свѣта. Это—давній, хорошо
установленный фактъ. Племена, гдѣ женщины полностью забирали въ свои руки обще-
ственную роль мужчинъ, были извѣстны въ древности, нзвіитпы в въ настоящее
время. Да и не одна легенда, а вполнѣ достовѣрная исторія показываетъ намъ примѣры
женщинъ, стоявшихъ во главѣ пародовъ и прекрасно умѣвшихъ повелѣвать ими.
Существовали и іи пѣгъ па самомъ дѣлѣ чисто-амазопскія племена, объ этомъ мы
не знаемъ, по во многихъ племенахъ верховенство женщинъ было признано. Въ другихъ
племенахъ, хотя и главепст <ов,тлн мужчины, п» ихъ апачепіе и преимущество і)ішраіо*ъ
па происхожденіе отъ матери, а но отъ отца. Геродотъ говорптьпро ливійцевъ, чтооми
всегда поенли родовое имя не отца, а матери, и общественное положеніе наслѣдовалось
ими тоже отъ матери; это подтверждается древними ливійскими письменными памятни-
ками. Примѣровъ современнаго матріархата много собрано въ сочиненіяхъ Бахофена
Макъ-Леллана и др.
Наиболѣе типичными примѣрами матріархата ншугь служить ассамскіе горцы,
обитающіе къ югу отъ Брамапутры, именно, племена Гарро н Хазья. Даже въ паши
дпи, несмотря на вліяніе окружающихъ народовъ, папр., индусовъ, придерживающихся
строгаго патріархата, эти племена сохранили древнее дѣленіе ва колѣна, которыя назы-
ваются махарв. т. о. материнства. Эги племспа родственны съ тибетцами, которые
также сохранити нѣкоторые черты главенства женщинъ; всѣ эти племена главою семьи
считаютъ женщину У нихъ дѣвушка выбираетъ себѣ мужа: опа сватается за него, а
не оп ь ла нее, иля лучше сказать, не омъ ее похищаетъ, а она его, съ помощью друзей
и слугъ Починъ развода также принадлежатъ женщинѣ. Опа прп этомъ совершаетъ
извѣстный обычный обрядъ: беретъ пять раьовинь и бросаетъ ихъ вверхъ; это равш-
сильно формулѣ развода, и послѣ тоге, какъ этотъ обрядъ выполненъ, мужъ безропотно
уходитъ отъ жены и возвращается въ своо колѣно, оставляя женѣ прижитыхъ съ нею
дѣтей. Въ тіхъ случаяхъ, гдѣ оракъ остается нсрасторгвутымъ до самой смерти мужа,
его прахъ отравляется для погребенія въ его родовое колѣно, прахъ же женщины пре-
дастся торжественному сожженію вь ея колѣнѣ, а впослѣдствіи прахъ дѣтей помѣщается
около праха ихъ матери.
Изучая этотъ предметъ во всемъ его объемѣ. Купивъ доказалъ существованіе тѣсной
зависимости между строемъ семьи и хозяйственными условіями среды. Такъ, надр.,
матріархальныя учрежденія никогда ня удавалось встрѣтить среди пастушескихъ наро-
довъ Даже среди бродячихъ ордъ, какъ нанр. у Герреро вь Южной Африкѣ
до ихь завоеванія европейскою колоніальною арміею, нравы по ішѣ ились, и женщина
осталась всо въ томъ жо подчиненіи, потому что мужчина являлся тамъ единственнымъ
добывателемъ и зиждителемъ матеріалъ даго обезпеченія. Онъ пасетъ скотъ, ходитъ за
нимъ, защищаетъ его отъ враговъ, т. е. хищныхъ звѣрей и воровъ: онъ доить коровъ,
дѣлаетъ изъ молока сыръ; онъ въ то же время пользуется преимуществомъ физнческѵѣ
силы. Все это подавило въ названномъ племени всякіе слѣды когда-то царившаго ьъ
пемъ матріархата.
147
Но тамъ, гдѣ яемледѣліе сдѣлалось трудомъ псключительпо женскимъ, гдѣ мужья
и сыновья почти постоянно заняты внѣ дома охотою, рыбною ловлею, войною, тамъ
создается совсѣмъ ииоо положеніе. Тамъ существенно полезная роль въ хозяйствѣ пле-
мени принадлежитъ женщинѣ. Земледѣліе доставляетъ гораздо болѣе постоянный запасъ
продовольствія, нежели про-
дукты, приносимые мужчиною
съ охоты илп рыбной ловли,
которыя сплошь в рядомъ НС
даютъ никакой добычи. Та-
кимъ образомъ общее благо-
состояніе вполнѣ зависитъ
отъ дѣятельности женщинъ,
отъ нхъ трудолюбія и умѣнья
держать въ мирѣ п добромъ
согласіи всѣхъ своихъ дома-
чадцевъ. Любовь, которою дѣ-
ти окружаютъ мать, съ тече-
ніемъ времени превращается
вь нѣчто вродѣ религіознаго
чувства. Никто изъ членовъ
семьи не предпринимаетъ ни-
какого дѣла, не посовѣтова-
вшись съ матерью. Отъ иея
зависѣло сначала распредѣ-
леніе семейнаго имущества, а
затѣмъ ея вліяніе распростра-
нилось и на всѣ обществен-
ныя и политическія дѣла.
Мужчины, при всемъ пере-
вѣсѣ физической силы, скло-
нялись передъ этою духовною
силою.
У Віапдотовъ Сѣ-
верной Америки верховный
совѣтъ племени состоялъ изъ
44 женщинъ и 4 мужчинъ;
зти послѣдніе, впрочемъ, при-
сутствоваін на совѣтѣ только
въ исполненіе.
Д а г о м е й с к а я амазонка
для того, чтобы выслушать его рѣшенія и привести ня.
Однако, въ тѣхъ племенахъ, гдѣ земледѣліе достигло такой степени развитія, при
которой мужчипм оставляютъ всякія постороннія запятія и обращаютъ всю свою силу
на обработку земли, тамъ совершается поворотъ въ общественномъ укладѣ, и семья изъ
148
матріархальной превращается въ патріархадт.пую. Это мы мпж'-мъ наблюдать у дрсппііп.
китайцевъ, у японцевъ и у римлянъ.
Надо «мѣтить, что самое слово патріархатъ порождаетъ нѣкоторую путаницу по
пятій. Въ сапомъ дѣлѣ, можно бы іо бы думать, что если власть матеро надъ дѣтьми
даетъ ей главенство въ семьѣ, то эта же власть должна была-бы уравнять ее въ пра-
вахъ съ отцомъ. Па самомъ же дѣлѣ вто двѣ вещі разныя. Могущество материнской
власти ни мало в стѣсняетъ тираніи мужа. Тутъ съ его точки зрѣнія происходить
только упрощеніе его труда но управленію семействомъ: <»нъ сваливаетъ съ себя заботы
по атому управленію -іа жену; но жена всо же остается его рабынею. У глсмсни 0 р а н г ъ-
Даутъ (полуостровъ Малакка) дѣти принадлежатъ одной матеря; значить, тутъ мы
видимъ чистый матріархатъ. Тѣмъ не менѣе эта женшина-мать, якобы глава семьи,
въ сущности влачить самую жалкую жизнь. Мужь бьетъ ее, какъ скотину, и опа даже
по имѣетъ права ѣсть вь его присутствіи.
Въ Японіи мужъ старшей ьъ семьѣ дъвппы живетъ въ ея семьѣ и носитъ, ея
имя, которое, въ то же время является именемъ ея области п всей вообще ея семьи
Тутъ опять-таки мы могли бы заключить о существованіи чистаго матріархата: тѣмъ
по менѣе, мужъ, хотя и соблюдаетъ внѣшнюю почтительность къ своей супругѣ, на
иждивеніи которой онъ существуетъ,4 все-таки считается главою семьи.
Матріархатъ породилъ, какъ прямое послѣдствіе, поліандрію, то-есть много-
мужество. Въ союзѣ женщины съ мужчиною оба пола имѣютъ склонность во что оы
то ни стало удержать свою самостолголыюсть, а если позволяютъ обетоятйьств», то и
взять верхъ палъ спутникомъ жизни. II вотъ, если дѣло складывается такъ, что мать ста-
новится владыкою но только своихъ дѣті Л, но и му ка покоряетъ своей власти, то опа
вь общіетвепномь мнѣнія не встрѣчаетъ никакого препятствія вь томъ, чтобы раздѣ-
лить свое серди* между нѣсколькими избранниками. Онл царица, владычица,—потому же
ей не избирать того, кто ой нравится? Она вольна въ этомъ. Но такъ какъ женщина
все-таки чаще всего остается вѣрною своей первой привязаниоіти, то даже въ хѣхь
племенахъ, гдѣ многомужество вощо во всеобщій обычай, женщина, быть можетъ, по-
коряясь также желанію скрѣпить семейную связь, беретъ себѣ въ мужья нск іючмтельво
родныхъ братьевъ. Такова именно форма брака, господствующая въ Тибетѣ, напр., въ
племени Водъ я др. родственныхъ съ нимъ племенахъ.
Въ племенахъ патріарххтьпыхъ полпгипія, то есть многоженство, какъ разъ злпи-
ыаетъ то же мѣсто, какъ поліандрія въ матріархальныхъ племенахъ. Во между типами
браковъ по существуетъ рѣзкой противоположности, а чаще замѣчается нѣкоторая пу-
таница, нѣчто вродѣ взаимнаго подчиненія двухъ типовъ сомс&пой власти. Такъ, напр.;
въ «Махабхаратѣ» разсказывается о царицѣ Драупади, на которой были женаты пять
сыновей Панду. Она изображается царицею, владычицею, но не главою семьи. У нея
нѣсколько мужей, по домомъ правятъ не она; она сама повинуется, подчиняется. Семья
имѣетъ видъ матріархальной, нл на самомъ дѣлѣ въ нее же явно вторгнулся элементъ
патріархата.
Другой примѣрь представляетъ гобою племя Наиръ па Малабарскомъ берегу;
здѣсь тоже смѣшиваются оба типа семьи. Женщина племени найръ принадлежатъ къ
149
древнему племени, которое отличалось воинственностію п господствовало патъ сосѣдями.
Эти женщины могутъ по своей фантазіи выбирать п мѣнять мужей, п-> обычай обя-
зываетъ ктъ брать свовхъ избранны; въ исключительно изъ касты браминовъ. Брамины
—потомки пришедшихъ съ Сѣвера завоевателей, народъ ученый и хитрый, умѣющій
себѣ подчинять людей.
Вообще разные виды брачнаго союза видоизмѣняются подъ вліяніемъ племенныхъ
особенностей, но по большей части въ нихъ можно усмотрѣть нѣкоторыя соглашенія и
взаимныя уступки. Примѣромъ такого взаимнаго соглашенія можетъ служить великій
Великій женскій совѣть у племени Віандотъ.
союзъ, который устраиваютъ брамины и женщины племени Найръ. У нихъ существуютъ
такія союзныя группы, иной разъ человѣкъ изь 12 тн каадаго пола, въ которыхъ
каждый участникъ, мужчина или женщина, обладаетъ правами на. всѣхъ членовъ союза
противоположнаго пола. Тутъ уже но патріархатъ и не матріархатъ, а какая-то двой,-
пая система многоженства и многомужества; вь сущности это возвратъ къ первобыт-
ному безпорядочному смѣшенію половъ, коюрое только строго ограничено извѣ<тнымъ
кружкамъ участниковъ. Тутъ понадобилась вся лицемѣрная изворотливость ученыхъ
жрецовъ, смѣвшихъ истолковать «писаніе» въ смыслѣ благопріятномъ для этого ра-
спутства.
Патріархатъ въ разныхъ видахъ сдѣлался почти всемірнымъ ооразцомъ брака во
всѣхъ современныхъ обществахъ. Надо думать, что начато ому было положено, какъ и
матріархату, ешо во времена, предшествовавшія д< историческимъ. Разнообразіе условій
ІЬО
внѣшней среды пороімло въ помъ множество различій Можно утверждать вообще
что матріархатъ объясняется естественнымъ обстоятельствомъ—рожденіемъ ребенка, тогда
какъ патріархатъ возникъ па пичвѣ проявленія силы: похищенія, -авоевапія, вообще
па обстоятельствахъ и фактахъ историческаго порядка Нельзя согласиться съ Макъ-
Лвлланомъ, утверждающимъ, что патріархатъ нутомъ медленнаго развитія выработался
изъ первобытныхъ формъ бракі, изъ естественной группировки дѣтей. Наоборотъ, вю
общественное учрежденіе вывелось изъ насильственныхъ дѣйствій, пзь внезапности; даль-
нѣйшее егіг рлзпитіе шло въ зависимости отъ множества условій, при чемъ его проявленія
то п дѣло перемѣшивались и перепутывались сь проявленіями матріархата.
Происхожденіе перваго патріархальнаго семейства, конечно по такого, какое въ
настоящее время понимается подъ этимъ названіемъ, было совершенно такое же, какъ
происхожденіе государства. Побѣдоносный предводитель овладѣваетъ землею п всѣми ея
жителями, вто—основатель царства. Каждый изъ ого воиновъ имѣетъ свое участіе вл>
добычѣ, получаетъ на св ло долю землю, имущества и людей. Всѣ, кто съ этого мо-
мента будетъ пщіиноватьі я побѣдителю, въ качествѣ рабовъ пди вь качествѣ налож-
ницъ, пойдутъ въ составъ семьи, ибо семья вз первобытныя времена обозначала совокуп-
ность всякаго добра, движимаго и недвижимаго, дѣтей п слугъ.
Н самъ владыка семьи, раіег Гагаіііаз, первоначально вовсе не былъ отцомъ, ро-
дителемъ, а просто главою того маленькаго царства, которое досталось ему ло вла-
дѣніе при дѣлежѣ военной добычи, такъ чтр человѣкъ могъ сдѣлаться отцомъ не не-
посредствгано, а, напримѣръ, черезъ дѣтей своего слуги или [одственника. По закопу
левирата, по которому ораіъ обязанъ оылъ брать за себя вдову умершаго о раза, чтобы
обезпечить ему потомство, выходило, что даже покойникъ могь сдѣлаться отцомъ семейства.
Но кромѣ войны существовали еще другія обстоятельства и условіи, при кото-
рыхъ человѣкъ могь получить власть. Вь племенахъ, живущихъ исключительно охотой,
мужчина доставляетъ въ домъ пищу, тогда какъ женщина только ходить за дѣтьми и
исполняетъ хозяйственныя работы. При такихъ условіяхъ были неизбѣжно сосредоточеніе
всей власти въ рукахъ отца. Онъ могъ воображать себя настоящимъ богомъ, созидате-
лемъ плоти п крови своихъ домочадцевъ, мсгъ требовать ссбѣ настоящаго поклоненія
съ пхъ стороны. У кочевыхъ пародовъ мужчины, какъ обладатели болѣе значительной
физической евлы, ловили, усмиряли и убивали скотъ и тутъ также пріобрѣтали вер
ховпыя права надъ болію слабыми женщинами, которыхъ природа предназначила на
приготовленіе пищи, пі уходъ за дѣтьми отъ мужа и за приплодомъ оіь скота. Патрі-
архатъ вслѣдствіе зтого очень усилился у всѣхъ пастушескихъ народ въ, въ особенности
когда они въ го же время отличались воинственностью н стремились поработить себѣ
другія племена. Каждая новая партія плѣнниковъ отзывалась на семьѣ побѣдителя тѣмъ,
что понижала права его супруги. Вслѣдствіе оорьои между двумя началами, вытека-
ющими, одно изъ естественной солидарности матери и ребенка, другое—изъ насилія, два
типа брака, матріархатъ я патріархатъ, ра-чвввагім ь рядомъ въ теченіе долгихъ вѣковъ,
причемъ то одинъ, то другой типъ іо брадъ верхъ, то уступалъ; яс при этомъ ни-
когда почти между иими не устанавливалось справедливаго равновѣсія, т. е. совершен-
наго равенства прагъ между личностями, а слѣдовательно, и между подами.
151
Ни островѣ Суматрѣ существовали три формы брачнаго союза: джигуръ. при
которомъ мужчина покупалъ себѣ жену; амб о.т ь-апак ъ, при которомъ женщина по-
купала себѣ мужа, и наконецъ, соыандо или бракъ на равныхъ правахъп условіяхъ.
У племенъ хасапье н хамитовъ, живущихъ по верхнему Инду—за женою
признается право собственности па извѣстную частъ сольгко - хозяйственныхъ
продуктовъ.
Вообще въ исторической борьбѣ между двумя началами, патріархатомъ н матрі-
архатомъ, гораздо чаще побѣда оставалась за патріархатомъ, потому что трудности борьбы
за существованіе требовали большого напряженіи силъ и такимъ образомъ давали преиму-
щество мужскому полу.
Вслѣдствіе 91-ой непрерывной борьбы между двумя семейными началами даже въ
чисто-патріархальныхъ пдеменахт сохранились явные слѣды матріархата, принявшіе мѣ-
стами очень странный видь. Такъ, напр., у племени Г>а-Луба женщины настоящія
рабыни, которыхъ покупаюсь за опредѣленную плату: но эти рабыни выступаютъ какъ
верховныя жрицы въ очень важномъ обрядѣ благословенія посѣвовъ. Вь нѣкоторыхъ
арабскихъ племенахъ женщина сама по себѣ раба, но опа можетъ взять подъ свое
покровительство чужестриіша и сдѣлать его неприкосновеннымъ, сл»пііо бы онъ отдался
подъ защиту божества.
Въ средневѣковой Европѣ рука женщины замѣняла собою алтарь, т. е. можно
было, произнося клятву, вмѣсто того, чтобы класть руку на алтарь, класть со на рѵку
женщины Но въ послѣдующія времена понятія мало-по-малу такъ исказились, что даже
самая добродѣтель, ѵігйіз, была отнята у женщины и сдѣлалась спеціальнымъ досто-
яніемъ мужчинъ, превратилась въ доблесть. Разумѣется, такое мопооолизяровавіо добро-
дѣтели мужчинами породило много зла. — свирѣпую ревность мужа-собітвенника, суровое
воспитаніе дѣтей, сожиганіе вдовъ, обычай дѣтоубійства.
Въ Индіи еще въ недавнее время чрезвычайно широко примѣнялись самые же-
стокіе ооычав: мѣстные царьки вмѣняли себѣ вь особенную честь добывать женъ но
иначе, какъ насильственнымъ похищеніемъ, сожигать своихъ матерей, вдовъ на кострахъ
своихъ умершихъ отцовъ и убивать своихъ дочерей-дѣвочекъ язь опасенія, что не хва-
тить средствъ выдать ихъ замужъ съ надлежащимъ блескомъ и пышностью.
По этому примѣру можно видѣть, какое огромное значеніе имѣетъ общественная
группировка людей па касты и сословія, и какую силу имѣютъ правила традиціонной
нравственности, если оіш безъ труда подавляютъ естественныя чувства людей, проявля-
ющіяся въ бракѣ и родствѣ. Семейныя нрнвяэанпоіти и вообще личныя чувства бышюіь
вынуждены приспособляться къ общественному мнѣнію и сто требованіямъ.
Общая воля общественной группы оказываетъ тираническое давленіе на людей, н
это давленіе обрушивается на нихъ съ тѣмъ большою силою, чѣмъ древнѣе и. вмѣстѣ
съ тѣмъ, чѣмъ нелѣпѣе обычай.
«Такъ по велось изстари», возвѣщаетъ общественное мнѣніе и заставляетъ себѣ
повиноваться безропотно.
Въ первобытномъ обществѣ людей связывала другъ съ другомъ почти одна только
необходимость ю> взаимопомощи при борьбѣ съ условіями окружающей среды. Прочное
152
общество сто не успѣло образоваться, п связь между его членами была слабая, да и
самыя сообщества были, вьрг.ятво, немиогочпслінныя: въ пахъ входило, бытъ «ожегъ, отъ
двухъ до пяти десятковъ людей. Въ настоящее время, папр., въ центральной Австраліи
дикаря собираются группами вь 30—50 человѣкъ; въ Бразиліи Вотокуды—п>.
Яы—100 человѣкъ; бушмены въ Африкѣ по 100—200 человѣкъ.
Но ати маленькія орды, конечно, представляютъ собою лишь зачаточную ячейку
человѣческаго общества, к-чорая образуется потомъ, въ теченіе времени, подъ вліяніемъ
и при содѣйствіи тысячи разнообразнѣйшихъ условій.
Самыя группировки людей принимаютъ чрезвычанпо разнообразный питъ, смотря
но окружающей средѣ, по бракамъ, по союзамъ и завоеваніямъ, (‘обиранія малыхъ
группъ въ большія всегда направляются такимъ «бризомъ, что въ большомъ союзѣ олиію
возможно отстаиваются племенныя черты союзниковъ, хотя, конечно, эти черты не могутъ
не подвергаться измѣненіямъ.
Американскіе краснокожіе и австралійцы стремятся закрѣпить свою племенную осо-
бенность и свое происхожденіе въ евонхъ тотемахъи кооопгахъ; эги изваянія явля-
ются символами тѣхъ животныхъ и растеній. п> сна которыхъ носятъ разные роды
индѣйцевъ.
Лучше всего сохраняется символическій тоѵмъ у бродячихъ племенъ: у ипхъ же
онъ пользуется п наибольшимъ почтеніемъ, такъ какъ при бродячей жизвп человѣкъ
легко и часто можетъ встрѣтить свое тотемное животное', и такимъ образомъ оно часто
напоминаетъ ему о собѣ.
Нѣкоторыя племена цѣликомъ ввѣряютъ свои судьбы животнымъ тотемамъ, по
которымъ гакъ п называются: — ааВцы, змѣи, волки, лисицы. Иные иародцы состоятъ
изъ множества родовъ, которые живутъ рядомъ, но иъ то же время соік-ршеппо особ-
никомъ, какъ животныя въ звѣринцѣ; таковы, папр,, деревни индѣйскихъ племенъ
Моки и Зуиыі, ооитающихъ въ Аризонѣ и Новой Мексикѣ. Затѣмъ вь Африкѣ и въ
Океаніи знакомь происхожденія и рода служить татуировка т.-е. особые рисунки и знаки
на кожѣ. Но тутъ мы видимо путанную смѣсь преданіи, религіозныхъ обычаевъ и про-
изведшій чистаго искусства.
Стремленіе къ закрѣпленію собственности у первобытныхъ народовъ простиралось
но только на личности, но и на предметы. Собствепность мало-по-малу установилась,
но, конечно, имѣла но то опредѣленіе, какое ей придаютъ современный экономисты.
Первобытный человѣкъ имѣлъ естествеішое желаніе считать своею собственностью тотъ
камень и іи ту посудину, которые овъ выдѣлалъ собственными руками. Но ему никогда
пе іірпходпло въ голову, чтобы та каменоломня илп та кѵча лавы, пзъ которыхъ онъ
добывалъ матеріалъ .для своихъ издѣлій, могли быть чьею бы то ни было частною соб-
ственностью.
Точно также первобытные люди пе забирали въ свою собственность цѣлую степь,
или рѣку, или лѣсъ и, очевидно, пе могли себѣ даже представить, чтобы такое завла-
дѣніе было возможно. Во леей прежней жизни первооыіиаго человѣка въ его обычаяхъ
и нравахъ не было ровно ничего такого, что подготовляло бы его къ подобному взгляду
на вощи. Вѣдь, Для того, чтобы добыть себѣ пищу, надо было совершенно свободно
івз
гнаться за звѣремъ черезъ поля, лѣса, куда бы пн направлялся слѣдъ добычи, пли же
плыть по ьодѣ вь любомъ направленіи за рыбою или тюленями. Породъ нашимъ пред-
комъ всегда было свободное и нмгршчеинов пространство. Когда «нъ началъ обрабо
тыкать почву, то оставлялъ за собою негграпичепное право переходитъ съ участка
па участокъ, и когда кто-нибудь другой запинать оставленный пмъ участокъ, то онъ
п во думалъ на это изъявлять претензіи и жаловаться на нарушеніе своего права соб-
ственности. Первобытный земледѣлецъ поступалъ, какъ сурокъ, т.-е. собиралъ жатву съ
извѣстной площади, по думая считать эту пл -щадь свою собственностью.
Изображеніе лошади въ Камбарельскомъ гротѣ.
Викакиіъ писаныхъ законовъ но было, а было естественное чувство равноправіи,
котороо и устанавливало справедливыя отношенія между народами, сосѣдями Существо-
вало нѣкоторое элементарное правовое понятіе, въ силу котораго извѣстная кучка бро-
іячихъ охотниковъ рыскала вь предѣлахъ опредѣленной территоріи, пе выходя за эти
предѣлы, такъ какъ за ними начиналась область охоты другой такой же группы. Вь
этомъ смыслѣ между сосѣдями существовало извѣстное безмолвное соглашеніе, кстороѳ
всегда свято соблюдаюсь. Такимъ образомъ создавалась общинная собственность, но
только богъ всякихь точныхъ границъ; при этомъ случалось, что нѣкоторые участки,
находившіеся между владѣніями разныхъ общинъ, старательно обходилась промышлен-
никами, прямо съ тою цѣлью, чтобы избѣгнуть всякихъ столкновеній и споровъ съ со-
сѣдями. Но ул:о одинъ тотъ фактъ, что извѣстная группа людей или, другими словами,
извѣстная община владѣла правомъ эксплоатаціи опредѣленнаго участка, указываетъ па
первыя начала права собственности.
15 І
Всякая перемѣна во внутреннемъ строеніи общины яли столкновеніе съ другою
общиною могли нарушить установившееся равновѣсіе. Случалось, что въ общинѣ вь--
дастся своею доблестью какой-нибудь охотникъ или воинъ, іни отличится особымъ
искусствомъ колдунъ или врачъ, и тогда ото отличіе даетъ ему правя на болію круп-
ную долю общаго достоянія, т.-е. земли, или ея продуктовъ, или животныхъ, пли ра
бонъ; и такимъ путемъ намѣчаются первыя попытки установленія частно!) собств- пностп.
Могло также случиться, что, вслѣдствіе размноженія народа, ему становилось тѣсно на
даншніъ участкѣ, дѣлалось трудно на немъ прокормиться, и тогда онъ вступалъ вь
борьбу съ владѣльцами сосѣднихъ участковъ. При этомъ какой-нибудь храбрые воитель
могъ захватятъ цѣлую вражескую семью вмѣстѣ съ ея жилищемъ и имуществомъ. Ко-
нечно, въ такомъ случаѣ онъ ногъ считать ату семью своею законною добычею, всѣхъ
ея членовъ дѣлалъ своими личными рабами, заставлялъ ихъ пасти свой скотъ, испол-
нять свои домашнія работы, словомъ сказать, въ вознагражденіе за свою храбрость ста-
новился частнымъ собственникомъ.
Въ Ведахъ часто употребляется, для обозначенія воины, особое санскритское слово
*гавипіти», происходящее отъ гава, бывъ. Эго слово гавпшти буквально обозначаетъ:—
борьба за быковъ.
Съ незапамятныхъ временъ собственность, какимъ бы то ни было путемъ пріобрѣ-
тенная, обозначалась особенными знаками, у животныхъ, напр., эти знаки накладыва-
лись на шерсть или на кожу. Лошади были спутницами человѣка ужо въ Магдалев-
скую эпоху, о чемъ можно судить но изображеніямъ лошадей вь пещерахъ эюй эпохи.
Па такихъ изображеніяхъ часто имѣются знаки, навѣрное, служившій для обозначенія
собственника. Особенно замѣчательное изображеніе этого рода въ Кэмоарсдьской пещерѣ,
около Эзи. Здѣсь есть, напр, фигура мамонта, па которой замѣтны какіе-то знаки,
какъ будто бы указывающіе на то, что первобытный человѣкъ умѣлъ овладѣть мамон-
томъ, какъ впоілѢдствін сго потомки овладѣли слономъ.
Однако, изъ всѣхъ причинъ, способствовавшихъ наролдснію частной собственности
на первомъ планѣ должна быть поставлена война Экономисты прежняго времени ста-
рались доказать, что главнымъ путемъ установленія земельной собственности былъ
трудъ. Однако, ваб.іюлая то. что происходитъ среди современныхъ дикихъ народовъ,
надо заключить, что такая исходная точка собственности является, какъ всклоченіе.
Трудъ, вложенный вь земледѣліе отдѣльнымъ членомъ общины, конечно, «рчносигь
шпьзу всей общинѣ, однако, за что усердіе другіе члепы обшппы но подумаютъ воз-
наградить своего товарища какими-нибудь особенными иріінііллегіяяп.
Тутъ равенство трудно нарушается, тогда какъ при вооруженной борьбѣ про-
исходитъ его рѣзкой нарушеніе, и полому гораздо вѣроятнѣе относитъ возникновеніе
частной собственности къ послѣдствіямъ войны.
Но какую оы форму ни прпняю отчужденіе ноля или области въ пользу одной
личности, въ намяти людей н въ обычномъ прагѣ всегда остаются явные слѣды перво-
бытной общинной собственности.
Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ владѣльцы, собственники отдѣльныхъ участковъ, тру-
дятся сообща па особомъ участкѣ по пралдничвымъ днямъ; и тогда этотъ участокъ
155
становится общинною собственностью. Такого обычая придерживается населеніе глав-
наго острова Маріанскаго архипелага, Гвама. Эти обычаи воскрешаютъ прошлое; за-
мѣчательно, что они чрезвычайно нравятся народу) всегда возбуждаютъ въ немъ
прекрасное настроеніе, являются для него своего рода праздникомъ.
Тамъ, гдѣ земля уже подѣлена и обработанныя поія стали неотчуждаемою част-
Изображоніи животныхъ (въ гротѣ Коыбареяьсъ}.
пой собственностью, въ общинномъ владЬніи часто іщи остаются лѣса, пастбища и
неудобныя земли.
II такъ война, ьъ сп..ихъ послѣдствіяхъ, является главною причиною неравенства
между людьми. Какой ппбудь молодой воинъ, если онъ отличался особенною силою,
храбростью, ловкостью, проворствомъ, хитростью, не особенно стѣснялся старыми обы-
чаями и имѣлъ за себя всѣ шансы на то, чтобы возвыситься надъ своими Тиварнщамн
и быть ими признаннымъ за предводителя п главу, но Только во время военныхъ дѣй-
ствій, по также и въ мирное время. Таково было начало того учрежденія, которое вь
концѣ концовъ выработалось вь монархію, т. е. въ единоличную власть одною чело-
вѣка, поставленнаго выше всякихъ законовъ.
156
Монархія, по справедливому замѣчанію Гумпловяча,— стара какъ само чело-
вѣчество, а бить можетъ, даже старѣе его, потому что она существуетъ вь царствѣ
животныхъ Подобно большинству человѣческихъ учрежденій, ова зародилась у нашихъ
животныхъ, нолевыхъ и лѣсныхъ звѣрей. Но даромъ же въ сказкахъ и басняхъ гово-
рится о звѣриныхъ царяхъ. У нѣкоторыхъ видовъ обезьянъ существуютъ признанные
предводители, которые завоевываютъ себѣ общую иочзвтельиость своими дюжими руками
и острыми вубами, т. е., въ сущности тѣми же самыми прирожденными дарами и
качествами, какими выдавался надъ своими ближними и человѣкъ.
Путь, по которому человѣкъ шелъ къ власти, ясно характеризуется даже тѣми
словами, которыми она означается. Почти на всѣхъ человѣческихъ языкахъ титулы на-
чальниковъ, предводителей и вообще выдающихся лицъ указываютъ на исхожденіе ихь
власти изъ войны, борьбы, насилія. Такъ «императоръ»—это тотъ, кто командуетъ въ
бою; «диктаторъ»—тотъ, кто диктуетъ приказанія солдатамъ; «герцогъ»—тоть, кто
предводительствуетъ отрядомъ. Правда, нѣкоторыя изъ этихъ словъ указываютъ лишь
въ общемъ смыслѣ на главенство н управленіе; таково напримѣръ слово «король» (гех,
отъ ге^о, управлять). Въ германскихъ языкахъ слова «Киші^», «Копід», «Кіщг»
указываютъ на то, что человѣкъ командующій, стоящій во главѣ, обладаетъ высшими
познаніями во всемъ, такъ какъ слова эти, очевидно, происходятъ отъ одного корпя
съ нынѣшнимъ нѣмецкимъ словомъ «кѵппсп» (умѣть, зпать). Такимъ образомъ, тухъ
мы видимъ ужо особую, рабскую почтительность передъ властелиномъ. Народъ, придумав-
шій такой титулъ, лчевидио, дави.- покорился власти и старается польсти гь ой иъ самомъ
названіи, которымъ ее обозначаетъ, Монархія тѣмъ легче могла утвердиться въ чело-
вѣчествѣ, что человѣкъ представляетъ собою животное, легко поддающееся прирученію,
вродѣ того, какъ, ьаир., собака, и разные другіе виды. Его укрощали то лестью, то
угрозой, а потомъ держали въ рабствѣ ужо силою привычки. А кто овладѣлъ волей
человѣка, тотъ располагаетъ его силами и его жизнью. Но но тупаясь своимъ личнымъ
достоинствомъ, человѣкъ оставляетъ за собою чувство привязанности, уваженіе, почтеніе,
и по странному противорѣчію обращаетъ эти любовныя чувства какъ разъ на того, кто
похитилъ его гордость, его достоинство.
Этотъ духъ повиновенія и самоотречевія, который дозволилъ народиться въ свѣчъ
монархіи, существовалъ и проявлялся еще до человѣка, а во времена историческія опъ
же облегчилъ основаніе тѣхъ знаменитыхъ царствъ, гдѣ тысячи человѣческихъ существъ
сметали за счастье повергнуться дпц»мъ во прахъ передъ однимъ изъ еебѣ подобныхъ.
II сколько разъ послѣдній привѣтъ людей, идущихъ па смерть, по капризу повелителя,
обращался именно къ нему, посылавшему ихъ на смерть. «Аѵе, Саезаг, шогііип
іе заіиипі!» Эти слова выражали ни отчаяніе, не иронію; это было послѣднее цре-
клоиѵніе.
Въ одномъ и.ъ крошечныхъ царствъ II з. лаосскихъ острововъ царекъ носить
титулъ «мадъ», что означаетъ — смерть; кто па него осмѣлится взглянуть, тоть
умретъ.
Склонность къ подійжанію, въ качествѣ естественнаго свойства человѣческаго су-
щества, не мало сиосооствѵвала укрѣпленію монархическаго духа. Слабый любитъ подра-
157
жать сильному, бѣдныя—богатому, уродъ—красавцу, п даже красавецъ—уроду, если
этотъ уродъ властелинъ. Фактъ вольишю подраа.ашя постепенно былъ в-іззедеиъ въ закинь,
въ обязанность 'Гамъ, гдѣ сила ѵпрочилась, кто пзъ подвластныхъ осмѣлился-бы укло-
ниться отъ подражанія властелину? 11 такъ, вмдражапіо мало по малу охватываетъ все
насоленіе, и превращается въ какое іи отупѣніе, при чемъ самое слово и мысль пріобрѣ-
таютъ оттѣнокъ рабства. На островахъ Фиджи, когда царьку, шествующ',му по перов
ному мѣсту, случается упасть, всѣ еги спутники обязаны падать, а кто по упадетъ,
Разукришев-ная корова у илоиѳвп Масаи (Восточная Африка),
юго другіе принимаются бить за такую дерзость. Когда Людовикъ Х1У сдѣлался худо-
сочнымъ старцемъ п сталъ жаловаться на старость, ю вслѣдъ за нимъ н всѣ придвор-
ные, одинъ за другимъ, впали въ старческую немощь Если королева безобразна, то при-
дворнымъ данамъ какъ бы вмѣняется въ обязанность тоже быть безобразными.
і властелиновъ есть извѣстныя, весьма солидныя ирпввллегіи, которыя остаются
йодъ запретимъ для ирочнхъ смертныхъ.
Но человѣчество волнуютъ самыя разнообразныя страсти, а потому н его исторія
идетъ по разнообразнымъ путямъ. Намъ, съ географической точки врѣнія, въ особей
иостн интересно знать, какія политическія формы соотвѣтствуютъ условіямъ среды.
Возьмемъ для примѣра горную страну Ея населеніе, поневолѣ уазбростпное.
153
группируется въ небольшія общины, обитающія вь замкнутыхъ долинахъ, рѣзко отгра-
ниченныхъ оть другихъ населенныхъ гнѣздъ.
Въ этихъ маленькихъ замкнутыхъ мірахъ хсаждыб занятъ своимъ личнымъ дѣ-
домъ, которое заік-лпяетъ весь его трудовой день. Люіи коіятт сѣно, собираютъ сю,
работаютъ въ саду, рубятъ лѣсъ, ухаживаютъ за скотомъ, дѣлаютъ сыръ, и на эін
работы у нихъ уходить круглый годъ. Зішпщаться оть вторженія враговъ имъ
очень легко, витому чти горное гнѣздо очень мало доступи > для пришельца извнѣ;
если же случилось бы, что эги препятствія по въ состояніи сдержать натискъ непрія-
теля, то опять-таки защита до такой степени прола, что не трсоуеть никакого осо-
баго поеннаго генія, а потому н по представляется надобности въ избраніи особеннаго
ьоеиачальнпка. Тутъ каждый отдѣльный членъ общины привыкъ вѣрить ьъ свои соб-
ственныя силы. Положимъ, въ иныхь случаяхъ руководство защитою можетъ быть
ввѣрено кому-нибудь изъ товарищей, котораго всѣ знаютъ і: иі умѣніе котораго можно
положиться; но ото будетъ не властелинъ, а просто «первый между равными>, кото-
раго роль только я іграннчпваехея временемъ его служена на оищую польву. Когда
падобнщть въ его службѣ минуетъ, онъ снова входитъ въ ряды равныхъ ему сообщнь-
ІШКоВЪ.
Тутъ опасность является только въ томъ случаѣ, когда цѣлый еоювъ горныхъ
племенъ спускается на равнину и предпринимаетъ завоеваніе цѣлой области, изъ ко-
торой потомъ возникаетъ повоі царство. Въ подобномъ случаѣ предводитель этой орды
горцевъ можетъ сдѣлаться главою государства, да и сами горцы принимаютъ нравы
завоеванныхъ.
Въ долинахъ юръ Гималайскихъ, Кавказскихъ, Пиренейскихъ. Альпійскихъ, Гинду-
Куша и Сечуаиь можно указать множество примѣровъ маленькихъ мѣстныхъ демокра-
тическихъ общинъ, существующихъ съ незапамятныхъ временъ. Точи о также на полу-
островѣ Малаккѣ, на большихъ Иидо-Малайскихъ островахъ, на китайскихъ островахъ
Хайнамъ и на острой Формоеѣ во виутреныяхь горныхъ цѣпяхъ были, и въ настоящее
время ещо встрѣчаются, бщины съ республиканскимъ строемъ, совершенно самостия
тельныя и рѣзко отграниченныя одна отъ другой.
отнако, могутъ быть и такія горныя области, естественныя условія которыя,
способствуютъ образованію монархическихъ государствъ. Такъ, напр., озерные бассейны
гдѣ находятся города Тсскуко и Мексико, какъ извѣстно, окружены цѣлымъ коль-
цамъ плоскогорій, и такое положеніе давало явиыя преимущества ихъ населеніи, кото-
рое згвмь и воспользовалось для того, чтобы подчинить себѣ населеніе долинъ, про-
рѣзывающихъ окружающія ихъ пдоскоюрія; населеніе же этихъ доливъ было ничтожное,
слабое, не имѣвшее силъ устоять противъ натиска могучихъ сосѣдей. Нѣчто подобное
было и въ Южной Америкѣ. Тамъ Пики, жившіе па высотахъ Аидовъ, имѣли такія-
громадной преимущество стратегическаго положенія надъ сосѣдивши племенами Аймара
н Квичуа, что безъ всякаго труда покори іи игъ, п мало-по-малу завладѣли всею
областью по склонамъ горъ, къ Атлантическому океану и къ Амазонскимъ лѣсамъ.
Въ Европѣ чисто горною областью является Швейцарія. Ова со стороны геогра-
фичеекой отличается двойственнымъ характеромъ хода своі-н исторіи. Съ одной стороны

,/А	_
ми видимъ здѣсь общины, побѣдоносно отетаивавініл слою независимость, благодаря
тому, что онѣ бы іи замкнуты въ недоступныхъ мѣстахъ го|п,; съ другой ст0| оп >і
видимъ успѣшное распространеніе власти нѣкоторыхъ горныхъ общинъ на сосѣднія
общины нижняго горнаго пояса. Такъ, наир., могучая община Берна, расположившаяся
частью на равнинѣ, частью въ горахъ, установившая у себя одновременно н олигархію,
и республику, безъ труда подчинила себѣ нынѣшній Вадскій кантонъ, который и
подвергала жестокому угнетенію до XVIII вѣка. Маленькія общины, окружающія Фир-
вальдштедтское озеро, подчинили ссбѣ Тссснно п Вальтеалвну.
Нѣкоторыя страны, сами по себя не горныя, обладаютъ, однако, такими жэ
естественными условіями, какъ небольшія горныя долины. Такъ бываетъ, папр.,
въ томъ случаѣ, ежели мѣстность расположена по обѣ стороны длиннаго горнаго
кряжа.
II на материковыхъ равнинахъ, и въ болотистыхъ областяхъ, п па морскихъ
берегахъ, п па группахъ острові-въ пэпадаіогся такія мѣстности, природныя условія
которыхъ способствуютъ образованно небольшихъ отдѣльныхъ общинъ, пользующихся
полной самостоятельностью.
Политическое устройство, издавна установившееся въ нѣкоторыхъ общинахъ, со-
хранилось п до нашихъ дней, какъ папр., у фризовъ; въ ихъ области сообщенія съ
внѣшнимъ міромъ были очень затруднительны; съ одной стороны она окружена неглу-
бокимъ моремъ, на которомъ свирѣпствуютъ страшныя бури, а со стороны суши —
болотами и трясинами. Неб льшія пространства внутри области, вполнѣ осушенныя п
ставшія плодородными, образовали какъ-оы островки, куда завоеватели но заглядывали.
Населеніе здѣсь изъ вѣка въ вѣкъ пользовалось свободою; оно вполнѣ могло разсчеты-
іпть па то, что всѣ п номъ забудутъ; для пего были опасны только вторженія моря
которыя могли его принудить покинуть насиженныя хгѣета.
Оазисы, разбросанные среди песковъ, наяр,, въ Египтѣ или Аравіи, пли острова,
лежащіе неподалеку одинъ отъ другого и маіо отличающіеся между собою по размѣ-
рамъ и по природѣ, какъ, папр., огтрэва Эгейскаго моря а нѣкоторыхъ областей Индѣй-
скаго океана, тоже представляли благопріятныя условія для образованія республикъ.
Равнымъ образомъ пастушескіе народны, обитавшіе на обособленныхъ участкахъ въ степи,
могли долгое время жить въ мирѣ п свободѣ. Но какъ только завоеватель собиралъ
ихъ въ идну большую орду, пли когда ихъ побуждала кь этому какая-ннбудь есте-
ственная катастрофа, тогда они вдругъ опрокидывались на населенныя области и
вмѣстѣ съ тѣмъ рѣзко намѣняли веіь о'разъ жлзніі и отношеніе къ другимъ
людямъ.
Не существуетъ бича болѣе ужаснаго, кань притѣсненный пародъ, который, какъ
бы одержимый злѣйшей местью, опрокидывается на другіе народы и въ евпю очередь
начинаетъ притѣснять ихъ. Во главѣ этой громадной толпы притѣснителей стоить ти-
ранъ п -корившій все своей единоличной власти, а внизу— униженная масса рабовъ;
посерединѣ же между этими двумя крайностями—толпа людей, съ одной стороны, слѣпо
подчиненныхъ, а съ другой—подчиняющихъ собѣ массу и жестоко дающихъ оіі почув-
ствовать унизительность собственнаго подчиненія.
16]
Политическое устройство зп ічительиой группы лютой мпого зависитъ отъ ихъ
численности Властвованіе какого побудь таинственнаго чдастс.іипа надъ совершенно
ему невѣдомыми людьми черезъ посредство намѣствиковъ, консуловъ, проконсуловъ и
т. д. гораздо затруднительнѣе, нежели к<>чандовавіе надъ сотаянн, даже тысячами людей
знакомыхъ н равныхъ, вообще товарищей.
Соврриенно очевидно, что мелкія вспышки, волненія, бунты, имѣютъ ничтожное
историческое значеніе по сравненію съ революціями, охватывавшими цѣлые народы, и
влекущими за собою рядъ прямыхъ п косвенныхъ послѣтстній. Отсюда вытекаетъ капи-
тальная роть въ развитіи человѣчества всѣхъ тѣхъ фактовъ, которые выводятъ пле-
мена изъ ихъ уединеннаго положенія и заставляютъ игъ смѣшиваться съ другими
обществами и сливаться вмѣстѣ съ ними въ бодѣе обширныя сообщества. Грозныя
явленія природы, какъ, папр. измѣненія въ «формѣ и очертаніяхъ земной поверхности
вслѣдствіе вулканическихъ изверженій, обваловъ, наводненій, бурь, принимали участіе
въ перемѣщеніяхъ народовъ, наравнѣ съ заразительными болѣзнями, войнами, преслѣ-
дованіями п т. д. Открытіе проходовъ черезъ торныя цѣпи, лѣса, переправь черезъ
рѣки и морскіе проливы слѣдуетъ также отнести къ крупнѣйшимъ событіямъ доистори-
ческихъ временъ. Впрочемъ, въ ряду событій послѣдней группы многія могли оставаться
почти незамѣчениымп, такъ какъ и глн быть чисто мѣстными, случайными и совер-
шенно незначительными.
Люди различались нравами и обычаями, цвѣтомъ кожи, формою черепа и разли-
чнымъ устройствомъ оргавнвъ, принимающихъ участіе въ рѣчи; вслідггвіе этого дбразо-
валось множество людскихъ группъ, у которыхъ органы рѣчи такъ устроились, что ши
могли издавать только опредѣленные звуки и улавливать ухомъ только зтя звуки. Дру-
гого же характера звуки оііи не. могли не только произноситъ, по и улавливать ухомъ.
Вообще языки созидалась такъ же, какъ и національные типы; оип также стремились къ
извѣстному равновѣсію, также были склонны одни—къ толу, чтобы удержаться па до-
стигнутомъ уровнѣ, другіе—къ тому, чтобы все болѣе и Оолѣо распространяться.
Вокругъ современнаго историческаго міра, міра сознательныхъ цивилизацій, очер-
чивается доисторическій міръ языковъ безъ письменности, иди же такихъ, которые
только кое-какъ изучены мис<і»нер;іми. Эти разные языки, число которыхъ доходить
до нѣсколькихъ тысячъ, всѣ развиваются различнымъ путемъ, смотря по окружающимъ
условіямъ; иные изъ иихъ совершенно отрѣзаны, иные соприкасаются съ другямв, при-
чемъ эти сосѣдніе языки могуть ихъ измѣнить, преобразовать и даже вовсе вытѣснить.
Въ Океаніи, ва тамошнихъ мн.точислевныхъ островахъ, идетъ оживленная борьба
между крупными, общераспросграні-нними языками малрп, малайскимъ и мелкими мѣстными
нарѣчіями. Всякія соприкосновенія вродѣ, папр., торговыхъ сношеній, способствуютъ
сближенію людей, н вслѣдствіе этого случается такъ, что при очень долговременныхъ
сношеніяхъ тѣ языки, которые приняты нри торговлѣ, распространяются па большія
пространства. Однако, несмотря на ото, оказывается множество мелкихъ нлемемыхъ
гріпиъ, папр., въ Австраліи, на Новой Гвинеѣ в на островѣ Целебесѣ, которыя ѵп<>рпо
сохраняютъ свой особенный языкъ какъ іг.".ни спой напѣвъ. Та же исторія въ Африкѣ.
Здѣсь крупные, всс расширяющія свою іб’асіь языки, какъ, папр., арабскій, Суахолж,
ЭЛНЗК РЕКЛЮ.	Ц
162
Хаусса, равзыя нарѣчія Бантѵ, а въ послѣднее время англійскій языкъ постепенна берутъ
вверхъ надъ туземными языками; и вее-такп мѣстами сохранилось еще множество мЬет-
иыхъ говоровъ, понятныхъ только гЬмъ, кто ихъ употребляетъ
Въ Южной Америкѣ первобытное населеніе очень рѣдкое и разбросанное. По
теченію Амазонки насчитываются безчисленные народны, говорящіе каждый стоимъ
языкомъ, такое положеніе вещей поддерживается главнымъ образомъ, благодаря мирному
характеру этихъ вародпевъ, которые живутъ рядомъ, не ооижал другъ друга, и потому
имѣли возможность совершенно свободно развивать свои нравы, установленія и языки
Но въ горахъ, въ западной части материка были племена, какъ, напр., квпчуа, аквава
в тахуэльче, которыя отличались воинственнымъ характеромъ и склонностью поглощать
сосѣднія племена. Также н въ центральной Бразиліи, благодаря усаленному рѣчному
судоходству сильно распространи югь нарѣчіе гуарани, даже получившее наявавю общаго
языка (Ііпрна Еегаі). Въ Сѣверной Америкѣ, наоборотъ, шла вѣчная война между
краспокожимп племенами и завоевателями, а вмѣстѣ съ тѣмъ п между ихъ языками,
что и повлекло за собою вытѣсненіе нѣкоторыхъ языковъ, такъ, напр., въ Калифорніи
и въ Орегонѣ краснокожіе были въ концѣ концовъ загнаны завоевателями на западные
склоны Кордильеровъ. на берегъ Атлантическаго океана, гдѣ каждому изъ многочислен-
ныхъ племенъ достались на долю ничтожные учаіткн земли, постепенно все болѣе и
болѣе уменьшающіеся.
Языкъ распространяетъ человѣческую мысль, а рука стремится его закрѣпить,
удержать и даже увѣковѣчить. Свидѣтельствомъ этого стремленія служатъ начертанія,
которыя мы почта повсюду находимъ въ видѣ символическихъ знаковъ, рисунковъ в іеро-
глифовъ: всѣ такіе знаки въ концѣ концовъ являются способомъ передачи звуковъ. Архе-
ологи подобрали множество такихъ письменныхъ изображеній, оольшею частью очень
простыхъ, но удачно придуманныхъ, чтобы выражать простыя мысли. Повсюду въ ряду
такихъ изображеній мы находимъ крестъ, кругъ, дугу, крючекъ или лабиринтъ: трудно
только найти связь между этимп первобытными знаками в послѣдующими, разработан-
ными азбуками. Сѣмро американскіе индѣйцы, южно-американски квичуа, гвинейскіе
дагомейцы такимъ способомъ, т. о. посредствомъ письменныхъ и иныхъ знаковъ, под-
держивали между собою очень дѣятельныя сношенія по всей странѣ.
У всѣхъ народовъ и ві> псѣ времена родной языкъ съ полнымъ основаніемъ на-
зывается материнскимъ, потому что терпѣливыми наставницами подростающаго поколѣнія
всегда были матери. Отецъ молчать, мать же, какъ попугай повторяетъ слова, чтобъ
научить имъ своего малютку. Женщина снабжаетъ человѣка первымъ словаремъ, обучаетъ
его первымъ пѣснямъ, первымъ сказкамъ. Она сохраняетъ, разрабатываетъ и передалъ
въ потомство всѣ духовныя пріобрѣтенія человѣчества. «Все, что иимь нужно узнать
для жизни, мы изучаемъ оть женшипъ,—и улыбку, и жесты, и вѣжливоыь, п искусство
нравиться»,—говоритъ І’емн-де-Гурмонь.
Прямыя вліянія почвы и климата, которыя испытываетъ на себѣ человѣкъ и про-
чивъ готѵрыхъ чнъ борется, постепенно развивая свою промышленность, приспособляя
свое существованіе къ окружающей средѣ, оказывая другъ другу взаимную поддержку,
усліжняючся тѣми наивными толкованіями п объясненіями явленій внѣшней среды, ко-
163
торыя ему подсказываетъ его слабый разумъ. Каждый ребенокъ, оудеть .іи эго отдѣльный
человѣкъ иля цѣлый народъ, никогда не колеблется придумать объясненіе всему, что
поражаетъ его чувства. Его пытливый умъ требуетъ немедленнаго отвѣта на представшіе
передъ нимъ вопросы. Но въ его распоряженіи епіѵ нѣтъ положительной науки, и для
того, чтобы ооъяспить себѣ вселенную, онъ вынужденъ довольствоваться обманами своего
врѣнія, грезами своей незрѣлой мысли, наконецъ, просто запросто тѣмъ, что ему под-
У одногопутешественни-
ка было назначено свида-
ніе съ юкитирами па мѣстѣ
сліянія Колымы съ Корка-
Дона Прибывъ на мѣсто,
. аъ тамъ но нашелъ юка-
гировъ, и нашелъ кусокъ
березовой коры съ вырѣ-
заннымъ на немъ прила-
гаемымъ письмомъ, і.ото-
роо истолковывай ея тл-
кпмъ образомъ: „Текущимъ
лѣтомъ четыре семьи под-
нял сь вверхъ по Коркл-
допу (1): одинъ человѣкъ
(обозначенный знакомъ то-
тома, личною ого тамгою)
умеръ и былъ погребенъ
въ мѣстѣ обозначенномъ (3).
Остальные расиолошились
въ трехъ пумахъ выше по
тѳчен.ю; потомъ двѣ семьи
въ составѣ четырехъ рыбо-
лововъ, отправились Виврхъ
по Коркодоиу въ двухъ
большихъ лодкахъ, а про
чіе, въ составѣ двухъ ры-
болововъ съ однимъ чумомъ
поднялись по его притоку
Разоошѣ.
Изобразительное письмо юкагировъ.
сказываетъ либо страхъ, либо желанія. Онъ не знаетъ, но онъ вѣрить и безъ сомнѣнія готовь
разсердиіься, если кто-нибудь выразить сомнѣніе въ справедливости его вѣрованія, ко-
торое раздѣляютъ съ нимъ всѣ его друзія и соплеменники, віѣ, кто находится въ
одинаковыхъ съ нимъ условіяхъ. Весь а готъ сводъ суетныхъ вѣрованій и тщетныхъ
надеждъ, всѣ этн несвязныя сказанія о видимомъ и не видимомъ мірѣ, всѣ первобытныя
повѣегвівавіа, которыя передаются проданіемъ и мало-по-малу превращаются въ неру-
шимые догматы, составляютъ то, что называется первобытною религіею.
Били ученые которые рѣшались утверждать, что нѣкоторые народцы, у которыхъ
нельзя слало обнаружить никакихъ слѣдовъ религіозныхъ вѣрованій, были вполнѣ лишены
*
164
религіознаго чувства и совсѣмъ не обладали способностью къ созданію понятія о выс-
шемъ существѣ; оии способны, будто бы, разсуждать лишь о текущихъ заботахъ жизни,
способны искать лишь одного матеріальнаго благосостоянія, никогда во безпокоятся
насчетъ причинъ ѵкр'жающихъ ихь явленій и пе ищутъ причинъ этихъ явл пій, восходя
мыслью ві невѣдомый міръ. Но мнѣнію такихъ учевыхъ, существуютъ, слѣдовательно,
народы безъ всякой религіи, настоящіе атеисты, безбожники: тзквмъ народомъ, между про-
чимъ, считали Та-Ола («Лѣсные люди»), найденныхъ въ непроходимой глуши Целебес-
скихъ лѣсовъ
Для подтвержденія такого мнѣнія ссылаются па раскопки, пре изведенныя па пло-
щадяхъ доисторическихъ селеній, гдЬ никогда не случалось -гайги никакого средмета,
«оторый можно было истолковать, какъ принадлежность культа, т е., какъ вещь,
употреблявшуюся при религіозныхъ церемоніяхъ. При раскопкахъ находили множество
предметовъ, и назначеніе нѣкоторыхъ осталось до сихъ поръ по попятно. II тѣмъ пе
менѣе среди инхъ ие было пи одного, который можно было принять за богослужебную
вещг Но если бы это дажг были справедливо, если бы въ наслѣдіи нашихъ предковъ
мы совсѣмъ во нашли (что мало вѣроятно) ни фетишей, вп амулетовъ, ни волшебныхъ
жезловъ, то изъ этого мы еще не имѣли бы права заключить, что у первобытнаго
человѣка не проявлялось на малѣйшаго любопытства по отнолгешю къ невѣдомому. Не
знать причину явленія, н тѣмъ вѳ мевѣе его встолковывать, т. е. угадывать эту при-
чину—это врожденное свойство че .овѣчеекаго духа.
Вдобавокъ можно еще спросить, па какихъ свидѣтельствахъ основано мнѣніе,
что существуютъ племена безъ всякихъ религіозныхъ представленій? Мнѣніе это основано
на свпдѣт •льствахъ миссіонеровъ и іи путешественниковъ христіанъ, у которыхъ, разу-
мѣется. можш- предполагать склонность считать евою вѣру единственно правильною.
Когда такіе путешественники или миссіонеры начинали излагать передъ дпкэ|іямі до-
гматы своей вѣры, то могло случиться, что ши этимъ вызвали у дикарей либо пасмѣшкв,
либо тупое изумленіе, и изъ этого могли сдѣлать поспѣшное заключеніе, что передъ
ними находятся существа, лишенныя всякаго религіознаго смысла. Такое сужденіе было
высказано о многихъ народахъ, напр., объ австралійцахъ, кафрахъ, Готтентотахъ, жите-
ляхъ Полинезіи и однако же всѣ эти народы обладаютъ хорошо разработанною миѳо-
логіею, которую было въ высшей степени интересно изучить.съ точки зрѣнія сравинтельнѵи
миѳологіи; а между тѣмъ, всѣ эти народы первыми миссіонерами были объявлены
совершенными безбожниками. Притомъ надо еще замѣтить, что нѣкоторые дикари вообще
не любятъ нескромныхъ вопросовъ. Былъ случай, что каіюй-то путешественнтъ на
острой Цейлонѣ встрѣтилъ группу здоровыхъ, волосатыхъ, молодыхъ людей, племени
Ведда. Онъ обратился къ нимъ съ вопросомъ: —«Есть ли Богъ?»—«Не знаемъ»,—
отвѣчали они —«Ну, а солнце и луна, они живые?» — «Кто-же вхъ эпаеть».—«Что
дѣлается съ душою послѣ смерти?»—«Незнаемъ».—«Боитось-ли вы чертей въ лѣсу?» —
«Пѣгъ».—Подобныя бесѣды, конечно, въ сущности ничего не могугъ обозначить, кромй
того, что Ведда не любятъ раягов&ривать съ бѣлыми.
Другой источникъ педоранумѣиія въ томъ, что богословы и фивософы считали
безбожниками такихъ людей, которые въ сущности были глубоко религіозны, только ѵ
165
нихъ побыло своего Пантеона и Олимпа, на вершинѣ котораго возсѣдаетъ божество, въ
одно и то же время создатель, хранитель и разрушитель. Такими, напр., оказались буд-
исты, люди, глубоко вѣрующіе и разработавшіе религіозное ученіе, старавшіеся вник-
нуть во всю суть матеріальнаго міра и будущей жизни. Они тоже были объявлены без-
божниками, быть можетъ, какъ разъ потому именно, что въ увлеченіи и пылу рели-
гіознаго мышленія унеслись мыслью и фантазіей въ безконечное и стремились слиться
съ пимь въ своей Пирвавѣ.
Правда, иныя племена, жившія среди глубокаго мора и покоя, могли оказаться
не особенно склонными проникать въ тайны вселенной, жизни и смерти, отно-
сясь очень ревниво къ своей независимости, -они не допустили даже народиіься ьъ
своей средѣ особой кастѣ жрецовъ; но все же в такіе люди въ концѣ концовъ оказы-
вались «религіозными животными», какъ характеризовалъ человѣка Катрфажъ. Утоть
ученый, какъ извѣстно, давая такое опредѣленіе человѣку, имѣлъ въ виду выдѣлить его
въ особое «людское царство», стоящее отдѣльно отъ царства животныхъ, какъ бы ви-
сящее между небомъ и землею. Однако, скоро вслѣдъ за человѣкомъ были двинуты и его
младшіе братія, животныя. Уже Огюстъ Контъ готовъ былъ признать у нвхъ что-то
вродѣ религіознаго инстинкта. Тито Виньоли пошелъ еще дальше и утверждаетъ, что у
животныхъ существуютъ настоящіе мины.
Въ старыхъ кпвгахь можно найти множество исторій, разсказываемыхъ съ са-
мымъ серьезнымъ видомъ, и доказывающихъ, какъ охотно наши предки вѣрили въ
схводство понятій у человѣка и у животныхъ. Звѣри тогда считались буквально на
одной линіи духовнаго развитія съ людьми, иногда человѣкъ даже явно и несомнѣнно
признавалъ духовное превосходство животныхъ, потому что возводилъ ихъ въ своп бо-
жества и поклонялся пмь. Сколько оыло л есть племенъ, поклоняющихся змѣямъ, какъ
напр., племя уайда ^западный берегъ Африки;; даже въ сравнительно развитыхъ рели-
гіозныхъ системахъ змѣя, ухватившаяся зубами за собственный хвоегь и свернувшаяся
въ правильное кольцо, является эмблемою безконечности. Въ еврейскихъ сыазаніяъ змѣй
выступаетъ прямо гаки, какъ сама мудрость, отъ него исходить познаніе добра и зла
Въ религіи индусовъ, столь богатой всякими воплощеніями и переселеніями душъ изъ
растеній въ животныхъ, а изъ животьыхъ въ боговъ, геніемъ мудрости выступаетъ
слонъ— Ганеса: индійскій богъ мудрости изобража-чея съ гол-івсю, ушами и хоботомъ
слона. На островѣ Бали слонъ олицетворяетъ третье лицо тамошней Троицы, вмѣстѣ
съ Дургою и Шввою. Милліоны людей въ Индіи обращаютъ моленья къ обезьянѣ ганумапу
и священной коровѣ, Володя вхъ, таьнмъ образомъ, въ великія божества. На берегахъ
Пила долгіе ряды столѣтій царили Аписъ и Аиубвсъ, быкъ и собака. Первобытные
люди воздавали божескія почести животнымъ лѣснымъ, нолевымъ и водянымъ— оленю,
лосю, козѣ, антилопѣ, бобру, медвѣдю, бизону, страусу Уму, тюленю, киту—животнымъ
которыхъ цѣлыя племена съ гордостью считали своими родоначальниками. Негры на
на островѣ Гаити до сихъ поръ благоговѣйно поклоняются оожеству своихь дагомей-
скихь предковъ—змѣѣ Воду.
Была времена, когда п католическая церковь торжественно утверждала ®оимъ
верховнымъ судомъ отвѣтственность животныхъ, и присуждала ихъ къ казна, костру
168
ила плахѣ. Евангелисты снабжены на своихъ изображеніяхъ эмблематическими жи-
вотными.
Въ дѣйствительности, быть можетъ, не существуетъ народа, который оы гакъ или
иначе не сопричислилъ животныхъ къ кругу своихъ вѣрованій.
II ерувіапцы, потомки квнчуа и аймара, сами поклонившіеся солнцу, были убѣ-
ждены, что ихъ вьючное животное, лама, тоже поклоняется солнцу, потому что въ мо-
ментъ восхода дневного свѣтила поворачивается въ его сторону и привѣтствуетъ его
киваніемъ головы и тихимъ мычаньемъ.
Караваііовожатые, погонщики верблюдовъ въ Персіи и Аравіи, замѣчая, что
иногда верблюды, копи и мулы вдругъ пріостанавливаются, когда имъ случается слы-
шать голосъ муэдзина, призывающаго правовѣрныхъ на молитву, изъ этого заключали,
что п животныя знаютъ н помнятъ о свонхъ религіозныхъ обязанностяхъ н чтятъ
Аллаха.
Но п не прибѣгая къ баснямъ и суевѣріямъ, ни можемъ, при простомъ вннма-
тельшмгь наблюденіи за наіпвип ді-машними животными, убѣдиться въ томъ, что рели-
гіозное чувство имъ не чуждо. Конечно, животныя не обладаютъ нашимъ, человѣче-
скимъ способомъ выражать свое религіозное чувство, то-есть слономъ, но у нііхь для
этого есть движеніе, взглядъ, интонаціи голоса. Среди домашнихъ животныхъ собаки и
кошки часто раздѣляютъ съ своимъ хозяиномъ вш-запію охватывающій ого трепетъ ужаса
передъ таииствевнымъ и невѣдомымъ, и можно думать, что и у нихъ воображеніе спо-
собно создавать призрака; они тоже смутно чуютъ, что у явленія должна быть при-
чина, только не могутъ, какъ человѣкъ, придумать себѣ объясненій н толкованій страш-
наго явленія.
Кому не случалось наблюдать у животныхъ непостижимаго очарованія извѣстными
предметами, не имѣющими для нихъ ни малѣйшаго практическаго значенія? Они словно
усматриваютъ въ ввхъ какой-то фетишъ, амулетъ. вродѣ тѣхъ, какіе себѣ дѣлаютъ
негры. Наконецъ, чѣмъ, какъ пе своего рода религіознымъ чувствомъ, объяснить ту без-
завѣтную привязанность, котирую жигозныя часто проявляютъ къ человѣку?
Въ сущности же всѣ культы, всѣ поклоненія, всѣ религіи у человѣка дн, у жні
нотныхъ ли, развиваются на одной основѣ н идутъ однимъ и тѣмъ же путемъ. Жи-
вое существо ищетъ опоры и поддержки въ внѣшнемъ мірѣ; ему надо взбить свои страхи,
устранить отъ себя опасности, осуществить свои мечты и желанія,—и оно со всѣмъ этимъ
обращается къ высшей силѣ.
Быть можетъ, въ основѣ религіознаго чувства лежитъ страхъ (по классической
формулѣ, «начали премудрости—страхъ Божій»); быть можетъ, какъ полагалъ Фейер-
бахъ, простое стремленіе къ лучшему, пшики счастья; такъ или иначе, человѣкъ по-
буждается къ тому, чтобъ внѣ себя прилѣпиться къ чему-то, что онъ считаетъ силою,
способною ему оказать дѣятельную помощь и покровительство. Таково Осиовное начало
религіи. Ь древпихъ германцевъ высшимъ божествомъ былъ Оски (Озкі), а это слово
означаетъ «желанія; божество являлось тутъ прямо и непосредственно, какъ олицетво-
реніе стремленій и домогательствъ человѣка. Человѣкъ хочетъ просить, а созданная еі-.
воображеніемъ идеальная сита млата исполнить его желанія.
167
У человѣка, удрученнаго сутолокою его повседневной жизни всегда бшо неодо-
лимое стремленіе отвлечься оть этого томительнаго однообразія, и оно выражалось въ
двухъ желаніяхъ: покоя и опьяненія. Жизнь требовала мышленія. сравненія, разсу-
ждеяія, соображенія, связи дѣйствій и мыслей, логическаго согласованія воли съ испол-
неніемъ. Какъ освободиться отъ этого грмитпльпаго труда духовной жизни9 Па это
было одно сродство: перестать думать, дать
сеоя увлечь разнузданному воображенію, от-
даться мнстнцизиу, который изъ невозмож-
наго дѣлаетъ возможное, отдаться уплспію
безумія, даже смерти, которое подавляетъ
всякое знаніе и всякое хотѣніе. Подобно тому,
какъ дѣятельное состояніе смѣняется сномъ,
такъ и разумная жизнь должна была смѣ-
няться періодами пренебреженія ко всѣму
разумному; въ такіе моменты человѣкъ стре-
мился отыскать новое, иное оправданіе сво-
его существованія, Отсюда эта потребность
въ одуряющихъ напиткахъ пли ядахъ, кото-
рая въ тысячѣ разновидностей встрѣчается у
всѣхъ пародовъ и во всѣ времена. Вь томъ
состояніи, которое даютъ эти отравы, голод-
ный грозитъ о вкусныхъ яствахъ,
отвергнутый ВОЗІЮбЛСЦНЫЙ — о
сладостяхъ люовн.
Основою я центральною
осью религіознаго настроенія че-
ловѣка несомнѣнно является его
способъ добыванія себѣ пищи, ч
какъ опъ является основою всѣхъ
его мыслей, рода жизни, его обы-
чаевъ. его пауки и искусства.
Гапяса. озонъ, богъ мудрости.
Все колесо его духовной жизни
вертится вокругъ хлѣба васущ-
наго. Охотникъ и рыболовъ всегда будутъ вводить въ свои сказанія іѣхъ животныхъ,
которыхъ опп добываютъ, и понадѣлаютъ изъ нихъ своихъ боговъ. Кочевникъ, стран-
ствующій съ своими стадами, будетъ всегда представлять себѣ н «тотъ свѣтъ» тоже
наполненнымъ верблюдами, конями и баранами, и также будоіъ представлять себя ихъ
владѣльцемъ. Земледѣлецъ бросаетъ зерно въ землю, и оно не умираетъ, а возрождается
къ новой жизни; онъ видѣлъ это. в кто знаетъ, но это-ли навело ого на идею без-
смертія души? Человѣкъ мѣняетъ родину, вытѣсняется изъ нея побѣдителемъ, или пере-
селяется но инымъ причинамъ; на нлвомъ мѣстѣ его легенды п преданія постепенно
приспособляются къ н»вой средѣ.
1«3
Чувствуя въ себѣ броженіе жизни, первобытный человѣкъ я всему окружаю-
щему приписываетъ жизнь. Ударилъ въ него камень,—онъ ставитъ это кампю въ вину,
какъ сознательный лоступокъ, и мститъ кампю; запнется о бугорокъ на аомлѣ,—ки
дается на бугорокъ и бьетъ. Оиъ любить густолиственную вѣтку, которая задѣвая его
по лицу, нѣжно ласкаетъ ею, любитъ цвѣтокъ, услаждающій его свонмъ ароматомъ;
но злится па вѣтку, которая при проходѣ больно ударила его, злится на горькую
ягоду, которая обманула его аппетитъ. И вообще каждое внѣшнее впечатлѣніе вызываетъ
либо удовольствіе, либо преданіе, н человѣкъ чувствуетъ и сознаетъ, что ішь связанъ
съ окружающимъ тысячами впечатлѣній, которыя и поддерживаютъ его религіозныя
иллюзіи по отношенію гь внѣшнему міру. У дѣтей животныхъ это отношеніе къ окру-
жающему выражается весьма наглядно тѣми пипками н ударами, которые, напр., ре-
бенокъ обращаетъ на когякъ, о когорый онъ ушибся. Ііоэтоиу-то человѣкъ и скло
пень искать таинственныя причины событій и явленій въ предметахъ, непосредственно
его окружающихъ. Все, что онъ видитъ крутомъ—живетъ, вю одушевлено, у всякаго
предмета свой духъ, своя воля, свои страсти; я въ центрѣ всего этого стоитъ опъ, ча
ловѣпъ. У каждаго ручья—своя наяда, у каждаго дерева - своя дріада; все обладаетъ
душою, до послѣдняго стебля травы и качая, и эта дута, хотя, быть може», и дре-
млетъ, по ее можно легко разбѵдпть, и тома она проявляетъ себя въ дѣйпвін. Это
періодъ паидож'ннзма, изъ котораго впослѣдствіи нарождается пантеизмъ. Человѣкъ
окруженъ духами, какъ роемъ муть, и то заклинаетъ ихъ, то молится имъ.
Считая себя ядромъ міра, дикарь, конечно, оылъ увѣренъ, что вся жизнь вокругъ
него । идетъ ради него; все окружающее создало .для того, чтобы либо вредить ему,
лпоо ею радовать. Сейчасъ около него встаютъ кусты п камни, какъ страшны!* при-
зраки, а черезъ минуту ому ласково улыбаются я мигаютъ звѣзды, и листья лепечутъ
ему тихій при сѣть. II человѣкъ мало-по-малу подбиралъ въ одинъ отдѣлъ все, что ему
благодѣтельно, а въ другой—все, что ему враждебно; у него оказались добрыя и злыя
божества; снъ позналъ идею двойственности божества -сталъ дуалистомъ.
Разные странные, особые, необычные случаи и іроисшествія, въ которыхъ при-
нималъ участіе теть или мной предметъ окружающаго міра, породили первое предста-
вленіе о «чудѣ», о сверхъестественномъ: такіе предметы, конечно, стали пользоваться
особымъ суевѣрнымъ вниманіемъ дикаря. Одни изъ нихъ участвовали въ небольшомъ,
маю поражавшемъ «чудѣ», другіе—въ громадномъ, такимъ образенъ народилась лѣст
ница старшинства божествъ, ихъ іерархія. Эти безчисленныя божества очень удачно были
названы португальцами ихь словомъ Гсіѣісо (выговаривается фей т ищу) ложный
поддѣльный, отъ котораго произошло общепринятое названіе—фетишъ. Хищный звѣрь,
врагъ, и крупное животное—другъ, сдѣлались великими фейтншамп. Царекъ и жрецы,
колдуны гоже завяли подобающія мѣста въ ряду обожествляемыхъ особъ, а на ряду съ
ними сборныя существа, какъ лѣсъ, горы, или просто крупныя, какъ рѣка, океанъ,
солще, наконецъ, сама земля, какъ общая мазь, ивъ которой все всходитъ и общая
могила, въ которую все возвращается. Страны свѣта обожествлены монголами, якутами.
Небо, облегающее землю круглымъ сводомъ, конечно, не избѣгло той-жв участи. Китайцы,
истые обожатели Неба, до сихъ норъ еще не выш.ія изъ этой полосы религіознаго пред-
169
стаіл нія: впрочемъ, если иные народы и вышли изъ нея, то, несомнѣнно, было время,
когда они черезъ нее въ свою очередь проходили.
Но великіе фетиши отнюдь не заслоняли собою малыхъ, а этихъ послѣднихъ
было нсисчитанное множество. Тутъ, опять-таки, прекраснымъ примѣромъ могутъ слу-
жить тѣ же китайцы. Опв, усердно поклоняясь Небу и Землв, еще гораздо больше
вниманія отдаютъ множеству геніевъ воздуха н воды, которыхъ называютъ Фапь-ІЛуіі
курильщики опіума
(воздухъ—вода), я нигдѣ волшебство, т. е. искусство распоряжаться благоволеніемъ
геніевъ, но дошло до такой разработки, какъ у нихъ. Отсюда и глухая вражда китай-
цевъ съ европейскимъ инженерамъ, которые такъ безцеремонно роютъ землю, но обращая
вниманія на то, что каждый ея клочекъ находится во власти какого-нибудь генія. Да
и у васъ, европейцевъ, можно себѣ представить, что произошло бы, если-бы у нашихъ
дѣтей вдругъ отнять ихъ куколъ?
Это поклоненіе всему, олицетвореніе всего, придаваніе всему личности, особности,
личнаго мѣстоименія и даже пола—«онъ», «она» родилось прямо изъ наблюденія при-
роды и вполнѣ заслуживаетъ названія «натуризма». Вдобавокъ, къ душамъ всего жи-
вущаго присоединился еще сонмъ душъ всего умершаго, я тогда натуризмъ превратился
170
въ анимизмъ (отъ апіта, душа, дыханіи). Смерть работаетъ, «носатъ* вѣчно, непре-
рывно, и духи умершихъ смѣшиваются сь годною таинственныхъ духовъ, исходящихъ
отъ камней, деревьевъ, ручьевъ, земли и такъ далѣе, Человѣкъ вѣчно окруженъ этими
темными силами; ,>нь видитъ болѣзни, видитъ гибель отъ нихъ всего живого, и смерть
невольно предстаетъ передъ нимъ, какъ одно изъ страшнѣйшихъ и могущественнѣйшихъ
божествъ Грузины называютъ заразныя болѣзни «великими господами», и обращаются
къ мимъ съ почтительнѣйшими воззваніями
Дикарь заклинаетъ Смерть, когда опа предстаетъ, какъ ирагъ, похищаетъ родныхъ,
друзей, и призываетъ ее на помощь, когда ему надо овладѣть живою добычею или
врагомъ. Души умершихъ носятся около него, какъ вихрь, ею вѣра вь нихъ доходитъ
до такой осязательности, что онъ даже старается сбить ихъ сь своего слѣда,—загора-
живаетъ дороги, переноситъ на другое мѣсто свою хижину, даже иногда перестаеті
говорить на своемъ языкѣ, а говорить на чужомъ, чгобы духи но узнали его.
Изъ этихъ душъ, блуждающихъ послѣ смерти, иныя с«оро пристраиваются къ
мѣсту и успокаиваются. Родственники умершаго часто узнаютъ объ этомъ, будучи освѣ-
домлены самимъ покойницамъ во снѣ: ппой разъ они слышатъ его гоіось, исходящій
изъ какого-нибудь камня или дерева; значитъ, его душа тутъ и вселилась. 'Гакъ идетъ
это переселеніе душъ, одно изъ самыхъ распространенныхъ вѣрованій. Оно устанавли-
ваетъ, въ свою очередь понятіе о непрерывности жизни, которая понимается дикаремъ
въ самомъ простомъ и непосредственномъ видѣ: души усопшихь всегда тутъ, окол-
него, съ нимъ, и принимаютъ въ его жизни такое же участіе, какъ еслибы они были
живы.
Такимъ образомъ, трепеща передъ смертью, дикарь въ то же время вѣритъ въ не-
прерывность жизим, т. о. въ ея преврати мостъ въ разнообразнѣйшія формы Умершій не
погибалъ, ие исчезалъ совсѣмъ, а только дѣлался невидимъ; игъ него выдѣлялась его
невидимая, тонкая сущность, душа, в пока куда-нибудь не пристроилась, витала около
своего жилья в проявлялась движеніями, звуками, особенно же шелестомъ листьевъ. Во
Франціи мѣстами запрещаютъ дѣтямъ кидать камни въ день поминовенія покойниковъ,
чтобы не попасть въ ихъ души, которыя въ эти дни витаютъ около своихъ старыхъ
земныхъ жилищъ.
Но, если эти души живутъ, то какъ и тѣмъ живутъ, что ѣдетъ, по что одѣва-
ются и т. д.Р Прежде всего, какъ онѣ существуютъ безъ тѣла? Иныя дикія племена
объясняли это чудомъ, могучею властью злыхъ колдуновъ: эго оии отнимаютъ тѣл« у
душъ умершихъ. Если такъ, то живые должны придти на помощь мертвымъ и бороться
сь злою силою колдуновъ. Надо сначала дать мертвецу подходящее жилище; отсюда
парождепіо и разработка погребальныхъ обычаевъ, чрезвычайно разнообразныхъ. Иныя
племена зарываютъ мертваго около камня, на которомъ устроенъ его очагъ; другіе—
заточаютъ его душу въ деревянную куклу, зъ восковую фиг7рку, въ кусокъ ткани, и
ц хранятъ эти своего рода мошн у себя въ хижинѣ. Такими же жилищами души по-
койнаго являлись — вѣтвь священнаго дерева, носъ лодки. У шіыхь душа покойнаго
возсоединялась съ священнымъ пламенемъ при езжпганіи его трупа. Идя путемъ того-же
разсужденія, нѣкоторыя племена додумались даже до того, что лучшею могндою покой-
171
няго можетъ служитъ тѣло оставшихся въ живыхъ роістпсппикамъ; п зтп послѣдніе
съѣдаютъ трупъ поксйпаго; такой обычай существуетъ у Оатта, па Суматрѣ, у чукчей
п улругпгь. Этотъ актъ благочестія мѣстами припиваетъ до-пелъвя отталкивающія формы;
Жрецъ религіи Та о, освящающій идола.
такъ, мѣстами иа Малайскихъ островахъ трѵпы умершихъ чужей остаются въ хижинѣ,
в, конечно, разлагаются, выдѣляя зловонные жидкіе продукты тлѣнія; и благочестивыя
вдовы, чтобы доказать свою вѣрность памяти покойнаго, поглощаютъ эту жижу; и іавъ
идетъ до тѣхъ поръ, нова трупъ но высохнетъ.
172
Иныя племена. у которыхъ прежде былъ такой обычай (пожпрапія труповъ), съ
теченіемъ времени видоизмѣнили сто, і. е. сама труповъ не ѣдятъ, а заставляютъ своихъ
рабовъ ѣсть ихъ. Тибетцы предоставили эту операцію собакамъ, Парсы—хищнымъ піа-
намъ. Въ древней Эфіоніп пережившіе рисовали изображенія усопшихъ родныхъ на
своемъ тѣлѣ; этотъ обычай (въ видѣ медальоновъ, волосъ а т. п.) остается доселѣ п
у европейцевъ.
Обычное же погребеніе умершихъ—это предоставленіе ихъ свободному истлѣванію.
Иштда тѣло, т. е. мускулы, кожа н пр., предоставляется разложенію, но кости собираютъ
и гранятъ, иногда в<*ѣ, ив>гда нѣкоторыя, напр., черепъ, голень; жители побережья
Орепокэ отдаютъ трупы своихъ близкихъ рыбамъ или муравьямъ, п когда все тѣло до
костей будетъ поѣдено, кости храпятъ, какъ фетишъ.
Какимъ бы путемъ вп было совершено погребеніе, покойный все жо считается еще
существующимъ, и родные продолжаютъ его продовольствовать; по такъ какъ это со-
пряжено съ чувствительными расходами кормовыхъ припасовъ, то съ теченіемъ времена
догадались, что покойному надо очень пемпого, п потому па его долю достаются лишь
крошки п объѣдки. Греки » римляне въ память умершихъ выливали въ огонъ лишь
нѣсколько капель вила. Зат<> дикарь охотпо снабжаетъ покойника всѣмъ нужнымъ для
путешествія по загроош>му міру: оружіемъ, посудою, колемъ, лодкою. Племена, у ко
торыхъ ужо были извѣстны деньги, снабжали ими покойнаго, чтобы оаъ и въ этомъ
отношеніи не испыталъ нужды въ перипетіяхъ загробныхъ странствій,—обычай, и до
сихъ поръ соодюдаемыіі среди европейскаго простонародья. Цари н военачальники обычно
сопровождались ва погребальный костерь цѣлымъ придворнымъ штатомъ вбіповъ, жен-
щинъ, рабовъ.
У народовъ демократическаго оклада души усопшихъ гчптаіпсь равлыим, какъ в
живые люди: во тамъ, гдѣ ужо произошло дѣленіе па капы и сословія, погребеніе со-
вершалось очень различнымъ манеромъ, смотря по тому, кого хоронили, а вмѣстѣ съ
тѣмъ и души усопшихъ были не равноправны—дута душѣ рознь, какъ и человѣкъ
человѣку Гдѣ завелось жреческое сословіе, тамъ чинъ погребенія былъ строго разрабо-
танъ; жрецы, явившись посредниками между людьми п богами, считались людьми, до
нѣкоторой степени державшими въ своихъ рукахъ еудьоы душъ послѣ смерти; они могли
повысить пли понизить размѣры загробной мзды. Но у иныхъ племенъ укоренилось уче-
ніе о предназначеніи душъ, о предопредѣленіи имъ заранѣе того или иного загрионаго
существованія. Таитяне вѣруютъ, что души слѣпи, и послѣ смерти натыкаются на два
камня; одинъ открываетъ путь къ вѣчной жизни, другой къ вѣчной смерти
Жрецы, какъ д властелины, возвышались ладъ толпою путемъ естественнаго под-
бора. Люди умные, хитрые, бывалые, опытные, конечно, пріобрѣтали вліяніе ва своихъ
близкихъ, и, можно думать, главнымъ образомъ, брале верхъ тѣмъ, что очень ловко
ѵмѣлп истолковывать разные необычайные случаи жизни, и подавать въ нужныхъ слу-
чаяхъ благіе совѣты Пока дѣло стояло такъ, пхъ вліяніе, разумѣется, оыло вполнѣ
естественно и законно: ио успѣхъ разгращшъ человѣка, и «ши пачалн злоупотреблять
своимъ вліяніемъ, начали приписывать себѣ гораздо больше значенія, чѣмъ имѣли на
самомъ дѣлѣ, а люди имъ вѣрили. Имъ только это п нужно было. Они сумѣли увѣ-
173
рять свою публику, что обладаютъ особыми, таинственными знаніями, что имъ повину-
ются высшія силы, и маю по малу обратились въ колдуновъ. Дѣло это было выгодное,
потому что кто хотѣлъ чего-нибудь отъ божества, тотъ долженъ былъ за это возна-
градить и само божество, и посредника. Появплась цѣлая паука, магія, появились и ея
учителя и ученики. Образовались цѣлыя общяпы лицъ, посвятившихъ себя этой паукѣ,
и, конечно, эти общины понемногу выдѣлились, обособились, образовали сословіе съ очень
выгодными преимуществами передъ прочимъ населеніемъ. Значеніе ихъ было огромное,
потому что ихъ боялись; они, правда, много лгали и шарлатанили, по несомнѣнно, что
ови обладали п дѣйствительными знаніями.
Установленіе такого обособленнаго сословія, вооруженнаго, якобы, знаніемъ не-
обычайныхъ и таинственныхъ вещей, повергло народы въ состояніе цѣннаго трепета,
потому что зти кудесники ловко играли на безбрежномъ суевѣріи своихъ соплеменниковъ/
и буквально властвовали надъ ними страхомъ смерти и тайны. Будучи посредникомъ
между человѣкомъ и божествомъ, кудесникъ считалъ очень выгоднымъ выставлять бо-
жество злымъ п корыстнымъ; это поднимало таксу посредническихъ услугъ. «Великій
Калитъ,—увѣряютъ Лалаосскіѳ колдуны,—любитъ очень людей». Таитяне, удушая своихъ
дѣтей, утѣшались тѣмъ, что творятъ дѣло, угодное божеству. Трояпцы и Ахейцы ис-
требляютъ другъ друга, а Зевсъ съ вершины Олимпа равнодушно смотритъ на эту рѣзню.
Для умилостивленія этихъ свирѣпыхъ боговъ было ощо средство—жертвоприно-
шенія; оно любитъ потоки крови, и надо дать ому упиться кровью. Но боги постоянна
со требовали, и жалѣть ее не приходилось; такъ увѣряли жрецы. Значитъ, надо было
жертвовать божеству чѣмъ нпбудь самымъ дорогимъ, близкимъ и милымъ; отсюда жертво-
приношеніе дѣтей. Родители могли откупиться отъ ярости божества только кровью дѣ-
тей. У Борановъ, обитающихъ близъ озера Стефаніи, главное божество Небо (Бакъ)
требуетъ принесеніе въ жертву всѣхъ дѣтей, родившихся въ первые годы брака, мѣстами
въ первые четыре года, мѣстами д; же въ первыя восемь лѣтъ. Новорожденныхъ, обре-
ченныхъ въ жертву, относятъ въ лѣсъ, и тамъ ихъ, разумѣется, пожираютъ дикіе звѣри.
Только послѣ этого, такъ сказать, очистительнаго періода брака, Боранъ считается
«раба», т. е. поквитавшійся съ божествомъ. Жрецъ совершаетъ надъ ними обрядъ об-
рѣзанія, и они, наконецъ, получаютъ право плодиться и выращивать своихъ дѣтей, ко-
торыхъ сказать мимоходомъ, обожаютъ.
Впрочемъ, для укрощенія ярости боговъ не всегда и не вездѣ люди приводились
къ печальной необходимости проливать кровь своихъ ближнихъ; съ этою цѣлью можно
было прекрасно использовать военноплѣнныхъ. И въ самомъ дѣлѣ, бывали случаи когда
буквально цѣлые пароды исчезали съ лица земли, потому что понадобились своимъ со-
сѣдямъ па утоленіе кровавой жажды ихъ боговъ. Теперь цивилизованные народы кро-
вавыхъ жертвъ щ приносятъ, но послѣ хорошей побѣды надъ врагомъ весьма торже-
ственно благодарятъ за нее Творца и ноютъ «То йеит». Вь современныхъ религіяхъ
найдется не мало такихъ пережитковъ прошлаго. Вотъ напр., у дайякоьъ на островѣ
Борнео до евхъ поръ сохранился обычай—преподносить избранницѣ своего сердца голову
убитаго врага. Убійство, кровопролитіе въ этомъ племени считается какъ бы аттестатомъ
зрѣлости, патентомъ на возмужалость; убилъ—стать настоящимъ мужчиною, за котораго
174
Могила ипдіііек, вождя (Бритпнск. Ко
Туземцы придаютъ паобрпжопілмъ какъ можно болѣ*
страшный видъ чтобы испугать алыхъ духовъ, препятствующихъ мерт-
вымъ уходить въ другой міръ.
дѣвицѣ ве стыдно выйти замужъ. Таню правила внушаетъ педа-
гогія, царя шія въ дремучпгь лѣсахъ далекаго, дикаго острова,
Но развѣ не таково же воспитаніе нашихъ юношей циви-
лизованнаго міра? Вѣдь и имъ внушается, что нѣть
славы блестящѣе военной, славы человѣка, разящаго на
смердъ своего врага. Дай яки гордятся тѣмъ, что игъ
прапредокъ былъ ножъ, кинжалъ; но вѣдь и
у цивилизованныхъ ЛЮДИ гордятся СВОИМИ
предками «славными* войтедями,
т. людьми, орудовавшими
тѣмъ же ножомъ, шпагою,
мечемъ.
Убійство по требо-
ваніямъ религіознаго
ученія, вѣроятно, во
многихъ случаяхъ со-
провождалось людоѣд-
 СКПМЪ НИрЦЦ'СТВОМЪ.
Эта гнусность, конечно,
иногда проявлялась въ
гакпхъ условіяхъ, ког-
да ПОЧТИ но было ВОЗ-
мощности строго осу-
ждать се, какъ, напр.,
при кораблекруше-
ніяхъ, когда людямъ
грозила голодная
смерть посреди океана,
на какомъ-нибудь пло-
ту, связанномъ изъ об-
ломковъ судна. Одна-
ко, несомнѣнно, что
мѣстами людоѣдство
прямо таки вошло въ
правы Но болѣе два г-
и ати лѣтъ назалъ въ
африканскомъ городѣ
Ибаданѣ человѣческія
туши продавались на рынкахъ, какъ обыкновеннѣйшая говядина. По религіозное людоѣд-
ство—особая статья. Это церемонія, торжество, оорядъ. Тугъ, напр., славный вождь
торжественно съѣдалъ сердце побѣжденнаго имъ столь же доблестнаго, какъ онъ. врага,
съ цѣлью повысить этимъ свою собственную доблесть, удвѵить ее. Въ особыхъ и чрезвы-
175
чайныхъ случаяхъ богамъ было маю обыкновенной человѣческой жертвы, я тогда она
избиралась изъ числа дѣтей военачааника, паря; приносился въ жертву даже самъ царь.
Туземецъ Иикобарекиѵь о-вовъ, лысуюнкающій кости своего отца
Итакъ, всѣ религіи, сколько бы ни были разнообразны ихъ внѣшнія формы,
исходятъ изъ первобытной жажды, мучаюшей человѣка,—жажды 'опять и объяснить,
хотя оы з нелѣпо, явленія природы, смерти, жизни за гробомъ. Въ искреннихъ и про-
176
стылъ умахъ эта жажда знанія идетъ мирнымъ путемъ и прядаетъ извѣстное благородство
религіозному развитію, потому что тугъ исканіе истины сочетается съ требованіями
добраго сердца н глубиною мысля. Но была еще другая сила, побуждавшая человѣка къ
набожности, это—любовь; она влекла его къ внѣшнему міру, живущему, какъ ему пред-
ставлялось, тою же жизнью какъ саиъ онъ, къ источникамъ и ручьямъ, деревьямъ
и скаламъ, горамъ и облакамъ, къ блистающему небу, къ зарѣ, къ сумеркамъ, къ
солнцу н свѣтиламъ
Каждая религія порождаетъ свой особый сводъ правилъ нравственности, или,
вѣрнѣе сказать, беретъ отъ человѣческаго общества выработанныя имъ правила ипред
ипсываеть пхъ отъ себя. Отсюда проистекаетъ, что основатели культовъ очень охотно
выдаютъ себя ва законодателей нравственности. Кудесники и жрецы, объявляя себя
носителями воли боговъ, принимаютъ на себя и обязанности приведенія этой воли въ
исполненіе; онп произносятъ приговоръ боговъ и исполняютъ его, становятся носителями
правосудія на словахъ и па дѣдѣ. Такимъ путемъ въ рукахъ жреца сосредоточивается
въ первобытныя времена власть судебная и административная: онъ—судья и чиновникъ.
Но хотя жрецъ и выдаетъ себя за высшее существо, онъ на самѵмъ-то дѣлѣ
обыкновенный смертный, и потому ничего особаго пе можетъ придумать, а черпаетъ изъ
сокровищницы народныхъ обычаевъ. Нолтому-то чаще всего первобытное правосудіе и
сводится къ простому правилу возмездія—око за око, рана за рапу, смерть за смерть.
Возмездіе, мѣра за мѣру, представлялось вещью вполнѣ справедливою и даже на
осужденнаго могло произвести впечатлѣніе какъ бы покаяннаго дѣйствія; кающійся
грѣшникъ, конечно, долженъ находить справедливымъ претерпѣть то самое, въ чемъ
онъ прегрѣшилъ, и въ такой же мѣрѣ. Такъ что исходною точкою этого закопа ве было
чувство мщенія; по крайней мѣрѣ, это чувство тугъ играло второстепенную роль; тутъ,
быть можетъ, имѣлось въ виду только выразить порицаніе в возбудить раскаяніе. По
къ закону возмездія впослѣдствіи присоединилось много другихъ свирѣпыхъ наказаній—
пыікв, смертная казнь.
Тѣ, отъ кого правосудіе исходило и кто имѣлъ средства заставить людей признать
его, поставили вто себѣ въ заслугу, достойную награды, п оии взяли себѣ эту награду
въ видѣ широкаго обладанія земными благами. Такь произошло то, что на островахъ
Погіінйін называется «Таоу», а въ остальномъ мірѣ называется —зак-шами, обязан-
ностями, правилами и т. д. Обычно это общественное учрежденіе сводится къ запрету:
запрещается простому смертному, подданному, иной разъ женщинѣ, ребенку подъ страхомъ
штрафа, тюрьмы, тѣлеснаго наказанія прикасаться къ плодамъ, къ продуктамъ, пред-
назначеннымъ для стола великихъ міра сего, принимать участіе въ пгь развлеченіяхъ, и т. д.
Несомнѣнно, религіи оказывали чрезвычайно могучее дѣйствіе на дѣла людей,
которые нхъ игповѣдывали: »нѣ направляю страсти людскія сообрази-' со своими дог-
матами и интересами. Сь этой точки зрѣнія законы нравственности были для нихъ очень
важны, и опѣ ва нить держались. Но страшная пестрота нравовъ и обычаевъ разныхъ
народовъ породила и чрезвычайное разнообразіе правилъ нравственности, такъ что если
принимать слово вравствениость въ этомь построиъ звачеиіп, то религія, весомпЬшіо,
и и ого вліяла на пее. Если жо принимать слово нравственность, какъ поведеніе, вполнѣ
177
в строго сообразное съ требованіями альтруизма, т. е, закона взаимности, то религія
мало на него вліяла, н если вліяла, то не гначе, какъ въ неблагопріятномъ смыслѣ,
внося лишь смуту въ людскія отношенія. На самомъ же дѣлѣ, основной законъ зтигь
озношеній столь старъ и первобытенъ, что его. пожалуй, можно считать даже древнѣе
самого человѣчества, потому что онъ былъ еще у животныхъ. Конечно, животныя не
могли внушать друіъ другу этого закона въ той формулѣ, въ какой онъ выраженъ
Пуддою, Конфуціемъ, Христомъ: «Дѣлай другому то, что хочешь, чтобы дѣлала тебѣ».
Опп не могли нроповѣдывать другъ другу эгого правила, потому что не говорили; но
они зато прямо и непосредственно исполняли его. Преданность, самопожертвованіе
между дѣтьми н родителями, между друзьями,—все это широко примѣняется животными
н притомъ самыми незамѣтными, ничтожными, вродѣ муравьевъ. Справедливость и до-
брота,—говорилъ ѣндрэ Лсфевръ— два опорныхъ столба нравственнаго равновѣсія; опп
укоренились вмѣстѣ съ нарожденіемъ перваго человѣческаго племени, и никакая буря не
вырветъ игъ съ корнемъ.
Взаимопомощь съ первыхъ временъ человѣчества бы іа самымъ могучимъ двигате-
лемъ прогресса. Самыя условія жпзнд требуютъ тѣснаго единенія между людьми;
это основное правило нравственности всегда и вгю.гу находило примѣненіе и не
только между людьми живыми, по и между живыми и мертвыми, между живущими и
еще не родившимися.
«Когда будешь умирать—пе бросай свой хлѣбъ; когда собираешься покинуть
поле—сперва сдѣлай па немъ посѣвъ». Эта посювііца подобрана Радловымъ у ди-
карей алтайцевъ; съ какою полнотою выражаетъ оиа законъ человѣческой взаимности!
12
и РИТП1 ИСТОРІИ
Г Л Л В Л VI.
Востовт. п Западь.—Начальные явридіавы —Схожденіе и расхожденіе путей.—
Ходъ цивилизаціи
Углубляясь въ прошлое человѣчества, насколько позволяютъ іанныя соаременвзго
знанія, прихедилн. къ убѣжденію, что до недавней эпохи большая часть земной поверх-
ности была раздѣлена на этническія области, или совершенно изолированныя одна оть
другой или, по меньшей мѣрѣ, настолько различныя, что географическая связь между
ними оставалась неизвѣстною самимъ ооиіателямъ ихъ.
Ни одно племя Сѣв. Америки не имѣло понятія, что ихъ континентъ тянется отъ
Полярнаго Архипелага до теплыхъ водъ Антильскаго моря; даже тѣ народны, которие
не время своихъ продолжительныхъ переселеній исходили страну отъ одного конца до
другого, составили себѣ только слабое представленіе о прейденныхъ ими странахъ, и
ихъ слѣды потерялись, какъ слѣдъ корабля въ морѣ. Т<>чно также и въ Южи. Америкѣ
страны, мало возвышающіяся падь уровнемъ океана, которыя составляютъ большую часть
втого материка, и половина гористыхъ странъ принадлежали к«чевымъ или осѣдлымъ
племенамъ, съ очень узкимъ географическимъ горизонтомъ. Что касается народностей,
179
иаселлпіиихъ возвышенныя плато, отъ Апагуакъ до Тидпнаха, то опѣ находились, такъ
стать, между небомъ н землею, внѣ всякой связи съ остальнымъ человѣчествомъ.
Вія Америка оставалась такимъ образомъ отрѣзанною отъ историческаго міра до
самой эпохи, всего нѣсколькими столѣтіями предшествовавшей открытію Христофоромъ
Колумбомъ Гуанахаъи (о-ва Санъ-Сальваторъ); а многія американскія народности оста-
вались неизвѣстными еще долго спустя послѣ открытія двойного материка в были пріоб-
щены къ человѣчеству только въ сампр послѣднее время.
Не если Новый Свѣтъ, такъ сказать, Д" вчерашняго дня былъ внѣ цикла исторіи, то
и Старый Свѣтъ не всецѣло принадлежалъ ему. до путешествія Васко де-Гама изъ всей
Африки въ циклъ исторіи входили только; бассейнъ Нила и средиземноморское по-
бережье—Египетъ, Кирепавка, Мавританія; огромныя жо ірострапства внутренней Азіи,
равно какъ оррапійскія страны и острова Южнаго моря лишь недавно вошли въ кругъ
человѣческаго яіанія
Въ отдаленной перспективѣ временъ эти страны появляются предъ нами какъ бы
изъ мрака почв, освѣщенныя свѣтомъ зарп. выступая послѣдовательно, отъ Атлантики
до Тихаго океана, съ различнымъ освѣщеніемъ я неодинаковаго протяженія. Территоріи,
подчиненныя греческому и римскому вліянію, плато Ирана и горы Аравіи, Индъ и рав-
нина Китая образуютъ зону ранней исторіи; выпуклая ось этой зоны отмѣчена на за-
падѣ Средиземнымъ моремъ, а на востокѣ горами, извѣстными у древнихъ подъ име-
немъ Иммауеь (Гиммалай). Быть можетъ, сюда же пужн» присоединить и о-ва Индій-
скаго океана, составляющіе продолженіе полуострововъ Индостанъ и Индокитай.
Всѣ эти страны ранняго періода исторія, при всей неопредѣленности пхъ кон-
туровъ, естественно дѣлятся, сообразно очертаніямъ побережья и рельефу поверхности,
а также распредѣленію очаговъ туземной цивилизаціи, на нѣсколько, строго опредѣлен-
ныхъ географическихъ единицъ, каковы: острова Кипръ, Родосъ, Эвбея, Сицилія; полу-
острова—Аттика, Арголпда. Италія; водные бассейны- -Пила, Евфрата, Инда и Ганга,
Желтой и Голубой рѣки (Янсмкіавгь и Сп-Кіангь); плато и горы—Анагуакъ (Мексика)
и Тибетъ, Пиренеи н Кавказъ. Всѣ эти гсоірафическія единицы подраздѣляются, въ свою
очередь, па области меньшаго протяженія, а, съ другой стороны, соединяются въ об-
ширныя страны, характеризующіяся общими чертами и частыми взаимными отношеніями,
территоріальная близость, общее сходство и причинная связь въ историческомъ развитіи
позволяютъ соединить подъ однимъ и тѣмъ же наименованіемъ области, географически
различныя п населенныя различными народами,
Прайда, можно обозначать части земли по ихъ относительному положенію къ
кардинальнымъ точкамъ, но употребляемые въ этомъ случая термины м'-гутъ быть только от-
носительными: каждый человѣкъ, считая себя за центръ вселенной, имѣетъ свой «сѣверъ»
и «югъ», «востокъ» и «западъ», и только забывая о себѣ, въ отвлеченномъ смыслѣ,
можетъ употреблять обычную географическую терминологію.
Такъ, провансалецъ говорить, что онъ «съ юга», хотя его родина находится пи
ва югѣ. ни на сѣверѣ; точно также названіе «ленанпецъ» («человѣкъ съ востока»)
примѣняется ко всѣмъ вообще жителямъ Западной Азіи, говорящихъ на европейскихъ
языкахъ.
180
Впрочемъ, вслѣдствіе т[ктгпсппаго передвиженія центровъ цивилизація, та или
другая страна получаетъ позваніе, указывающее па корепноо измѣненіи ея относитель-
наго положенія. Такъ, « передняя * Азія, бывшая для Ассиріянъ стропою Запада, для
Византійцевъ стала страною Востока (Анатолія, Патолія, На до до); позднѣе «Восточная»
Имперія, наслѣдница Рима въ дойрой иодовииѣ древняго міра, заключила въ своей оо-
щпрв-ій области Равеннскій экзархатъ, расположенный на томъ же самомъ Итальянскомъ
полуостровѣ, который нѣкогда назывался ГесперіеЙ, «Страной Заходящаго Солнца».
Такимъ образомъ слова «востокъ», «западъ» измѣняютъ свой смыслъ на протя-
женіи вѣковъ и. чтобы придать имъ большую точность, нужно прибавлять еше допол-
нительное елгво, какъ это принято въ зоологіи и ботапвкѣ; поэтому говорятъ: «Славян-
скій востокъ», «Греческій востокъ», «Китайскій востокъ», «Дальній востокъ». Точно
также, напр., въ Соед. Штатахъ различаютъ Востокъ, Западъ и Дальній Западъ (Еаг
АѴезІ), а канадцы говорятъ о «Великомъ Сѣверѣ».
Однако, для опредѣленія кардпнаіьныхъ пунктовъ поверхноетп этимъ относитель-
нымъ терминомъ пытались дать опредѣленное условное значеніе, шшятиое для всѣхъ
географовъ Такъ, слово «югъ», почти всегда соединяемое съ представленіемъ о силь-
ной жарѣ и ослѣпительномъ свѣтѣ солнца, было бы спеціально оставлено за Сахарой
и другими пустынями жаркаго пояса, по обѣимъ сторонамъ экватора. Точно также
слово «сѣверъ» ьполмѣ логично было бы прилагать лишь къ ледянымъ странамъ Сѣвер-
наго и Южнаго полушарія. Нѵ подобное соглашеніе слишкомъ оы иротиворѣчпло укоре-
нившемуся ооычаіо: поэтому, сохраняя географическую точность, терминъ «югъ« лучше
примѣнять только для обозначеній положенія странъ огн’'сптельно сѣвернаго полюса.
Границу между сѣверомъ и югомъ, какъ это и принято, составляетъ дѣваторъ; въ част-
ности же сами очертанія материковъ указываютъ иа естественное явленіе ихъ; такъ,
Америка естественно дѣлится Караибскимъ моремъ п Панамскимъ перешейкомъ па Сѣ-
в рнѵго и Южную; Средиземной море—естественная гранила между сѣвернымъ, матери-
комъ, Европой, и южнымъ—Африкой. Далѣе ча востокъ естественная граница мепѣе
рѣзко выражена; однако, и здѣсь контрасты южнаго и сѣвернаго климатовъ совершенно
отмѣчены противоположными склонами горъ, который, подъ раяпыми наимепоиппіями,
тянутся оть Кавказа и Демавенда до і'иммалаовъ. Но па крайнемъ востокѣ датскаго
материка границу между сѣверомъ и югомъ ужо трудно различить: опа теряется въ ос-
нованіи обширнаго Индо-китаискаго полуострова.
Точно также нерѣдко дѣлали попытки установить точное различіе между восто-
комъ и западомъ; съ этою цѣлью географы разныхъ странъ дѣлили земной ширъ по
меридіанамъ па западную и восточную половины. Таковы Парижски! мер іділвъ, Грин-
вичскій, принятый, за немногими исключеніями, моряками вс» го свѣта, и др. Но всѣ
они, очевидна, имѣютъ только относительное значеніе, для удобства астрономическихъ
вычисленій, съ линіей же естественнаго дѣленія онн нисколько не совпадаютъ; только
одинъ изъ нихъ, проходящій отъ Гренландіи къ Антарктическимъ странамъ чрезъ островъ
Фер;о, почти совпадаетъ съ нею, такъ какъ почти на геемъ своемъ протяженіи про-
ходитъ по Атлантическому жоапу, между Старымъ Свѣтомъ и Новымъ. Вводевіе этого
меридіана п.вело къ устапоатенію слогъ «Востокъ» и «Западъ», какъ сиг‘пимовъ
Горное у т е я ь ’
182
Стараго и Новаго Слѣтз съ извѣтной точки зрѣнія это было правильно, такъ какъ
Америка, расположенная па западъ отъ Европы, бы іа открыта мореплавателями, на-
правлявшимися на западъ. По, съ другой стороны, разсматривая зеліи сообразно ихъ
расположенію, убѣждаешься, что Американскій двойной материвъ является прямымъ про-
долженіемъ изгиба Азіи вокругъ Тихаго океана; поэтому, съ точки зрѣнія происхож-
денія земель, Америка должна считаться на востокѣ отъ Стараго Свѣта, и наиболѣе
правильнымъ меридіаномъ будетъ такой, который проходитъ чрезъ Беринговъ проливъ
по Тихому океану.
Если же избирать линію нормальнаго дѣленія Востока отъ Запада не только съ
географической точки зрѣнія, но и принимая вп вниманіи вліяніе, которое эта граница
имѣла въ исторіи, то нужно провести ее посрединѣ Стараго Свѣта, именно ту, по
обѣимъ сторонамъ которой событія приняли различный, оригинальный характеръ. Такою
гранипею будетъ линія, отдѣляющая Азію оть Европы. Для ассиріянъ «Ассіей»,—на-
званіе, впослѣдствіи измѣнившееся въ «Азію»,—была страна, освѣщенная лучами вос-
ходящаго солнца; подъ именемъ «(.трапы Эребъ»—Европы—разумѣлись страны, ложа-
шія къ займу. Очевидно, что эта географическая граница двухъ материковъ, намѣченная
восточными развѣтвленіями Средиземнаго моря, соотвѣтствуетъ и значительной раз-
ницѣ въ исторіи развитія прибрежныхъ странъ этого моря (Ідпапо, выводы сравнитель-
ной исторіи заставляютъ насъ отодвинуть эту границу дальше къ востоку отъ Сирій-
скаго побережья, чтобы установить дѣленіе Стараго Свѣта на двѣ половины, болѣе заслу»
живающія условныхъ названій «Запада» и «Востока».
На черный взглядъ казалось оы вполнѣ естественнымъ провести эту линію по водо-
раздѣлу рѣкъ, текущихъ съ одной стороны, въ Индійскій океанъ и китайское море, съ
другой—въ Атлантическій океанъ, чрезъ посредство Средиземнаго моря в другихъ внутрен-
ппхъ морей. По эта граница была бы искусственной. особенно въ Малой Азіи, гдѣ она
прошла бы среди народностей, подверженныхъ однимъ и тѣнь же вліяніямъ почвы и
климата, принимавшихъ участіе въ однихъ и тѣхъ же историческихъ событіяхъ и об-
разовавшихся по большей части изъ однихъ и тѣхъ же этическихъ элементовъ. Поэтому
границу между Западными странами и Восточными нужно провести такъ, чтобы на ва-
надѣ отъ нея были бассейны Евфрата и Тигра, а также главнѣйшія вершины Ирана:
эта область, обнимающая Персію п Мидію, Ассирію и Халдею, тѣсно связана своею ис-
торіею съ Средиземноморскими странами, между тѣмъ сношенія ея съ Восточнымъ мі-
ромъ всегда были менѣе активны и часто ирсрываіисъ.
Настоящая граница Между Западомъ и Востокомъ намѣчается областью, которая
отличается высокимъ рельефомъ почвы и въ то же время малонаселенностью. Между
Месопотаміей, народы которой воздвигая нѣкогда Вавилонскую башню, и долинами І’анга
въ Индіи, гдѣ васчіпывается до «00 чвл. на I кв. километръ, лежитъ промежуточная
полога, гдѣ приходится не болѣе 1—2 чсл. на 1 кв. ки.і.; она направляется отъ Оман-
скаго залива къ Сѣверному океану, начинаясь непосредственно на западѣ отъ бассейна
Инда, въ почти пустынныхъ странахъ Белуджистана, и продолжаясь по горамъ Хиргара
и Сулейманъ Дата, узкія доливы которыхъ населены горцами, часто страдавшими оть
роинд. Къ с! всро-западу оть Индостана высокія вершины Гинду-Куша и другихъ горъ
183
уступающихъ по высотѣ толькѵ Гяммалаямъ, являются какъ бы столбами этой грэнппы,
и продолжаясь по трудно лрѵходвмимъ плато (Памира), получившимъ названіе «Крыши
міра»; съ сѣвера яти плато окаймляются параллельными цѣпями горъ и сливаются съ
массивомъ Небесныхъ горъ (Тянь-Шань), Далѣе, за грандіозными массивами, увѣнчан-
чапнымя ледниками, слабо населенная полоса продолжается но великой сибирской низ-
менности къ солончаковымъ берегамъ озера Балхашъ, затѣмъ, на сѣверъ отъ цѣпи Тар-
багатай, ігъ безплоднымъ пустынямъ Семипалатинска, къ «Голодной Степи», наконецъ,
между бассейнами Оби и Енисея достигаетъ тундръ съ вѣчно мерзлой почвой. Изслѣдо-
ванія Гнедина и др. натуралистовъ доказали, что. по крайней мѣрѣ въ отношеніи фауны,
настоящая граница между Европой и Азіей лежитъ чмепно вь этвхъ пвад-нпыхъ и су-
хихъ мѣстностяхъ, а никакъ не па зеленѣющихъ высотахъ Уральскаго хребта.
Такимъ образомъ Старый свѣтъ дѣлится на двѣ различныя половины, почти одина-
ковой величины поверхности. Во всей южной и центральной части эта широкая погра-
ничная подоса образована рядомъ возвышенностей, заключающихъ въ себѣ главный узелъ
горной системы Евразіи и прорѣзываемыхъ лишь рѣдкими долинами для воиновъ и купцовъ.
Зли трудные проходы были единственные, но которымъ происходили взаимныя сообщенія
населенія обоихъ склонивъ, —по нимъ сносились между собою цивилизаціи Запада и
Востока. Но, подобно тому, какъ обвалъ почвы могъ внезапно преградить путь теченію
рѣки, точно также и набѣгъ какого-нибудь горнаго племени могъ совершенно закрыть
сообщеніе между Западомъ и Востокомъ, могъ снова раздѣлить міръ на двѣ половины.
11 это неоднократно случалось.
Часто афганцы н туркмены преграждали путь въ горныхъ проходахъ цѣлымъ
арміямъ, еще чаще послѣднія останавливались у самаго начала проходовъ, не рискуя
продолжать путь по странамъ, угрожавшимъ опасностями, лишеннымъ пріюта для отдыха
и возобновленія провіанта. Чтобы перейти эти страшные барьеры, какъ Дарію и Алек-
сандру Великому, такъ и Махмуду, Баберу я Акбару понадобились огромныя средства
людьми п деньгами, какія только и могли доставить могущественныя имперіи Даже и
въ наши дни эти горныя страны образующія пограничную полосу, представляютъ гроиад
иыя трудности для путешествія, за отсутствіемъ дорогъ, каравансараовъ и убѣжищъ.
Установивъ такимъ образомъ границу между Востокомъ и Западомъ, мы уже точно
устанавливаемъ и смыслъ этихъ выраженій. Съ восточной стороны вся часть Азіи, имѣ-
ющая склонъ къ Индѣйскому и Тнхом) океанамъ, продолжается рядомъ огромныхъ острововъ
я цѣлыхъ архинелаювъ, разсѣянныхъ на громадномъ водномъ пространствѣ почти до
береговъ Америки Съ западной стороны передніе полуострова Азіи, бассейны Каспій-
скаго мора и Оби соединяются сь Европой, съ средиземноморскою ооластыо, съ Африкан-
скимъ материкомъ, а затѣмъ, при посредствѣ Атлантики, и съ Америкой, ибо эють
двойной материкъ, глядящій къ востоку ововми водными бассейнами, своими рѣчными
долинами и склонами свовхъ плодородныхъ раввинъ,—съ точки зрѣнія исторіи и іеогра-
фическаго положенія, безспорно, принадлежитъ къ европейскому міру.
Конечно, большинство народовъ и племенъ, остававшихся долгое времп раздѣлен-
ными на разданныя человѣчества, пребывали въ і олнѣйшемъ иевѣдѣніи этого различія
между Востокомъ и Западомъ; но ужо съ первыхъ временъ, какъ только великіе народы
134
древняго міра созвали свою исторію, кни повяли значеніе гранили, раздѣляющей два
склона. Эволюція человѣчества шла различно на обоихъ склс-ватъ, и гъ каждымъ вѣкомъ
это различіе увеличивалось; по одну сторону человѣчество тяготѣло къ Тихому океану,
по другую—къ бассейну Средиземнаго моря Какое изъ этихъ двухъ направленій должно
было повести къ болѣе серьезнымъ результатамъ и какому изъ нихъ слѣдуетъ приписать
наиболѣе важную роль въ воспитаніи человѣчества?- Па этотъ счетъ теперь не можетъ
быть никакого сомнѣнія: въ борьбѣ за могущество побѣдителемъ оказался Западъ. Народы
именно западнаго склона проявляютъ болѣе наклонности къ прогрессу и вмѣстѣ гь тѣмъ
и способность возстановляться. Меледу тѣмъ, на первый взглядъ казалось бы, что Востокъ
оыдъ болѣе нрянішегировапной половиной нашей планеты: взятыя вь цѣломъ, народности
Востока имѣла вь своей жизни періодъ дѣйствительнаго превосходства; можно даже
предвидѣть, что онѣ снова займутъ первое мѣсто и, подобно тому, какъ Атлантическій
океанъ оттѣснилъ Стредиземпое море съ занимаемаіо послѣднимъ высокаго положенія,
такъ и Великій океанъ въ свою очередь получитъ верхъ надъ Атлантическимъ, тѣмъ
болѣе, что ₽го протяженіе и дугообразное очертаніе береговъ,—этого позвоночнаго столбз
органазмз материковъ,—даютъ ему большія преимущества въ этомъ отндшені-.
Не занимаясь вопросомъ, изъ какихъ странъ исходили первые толчки къ развитію,
можно считать вѣроятнымъ, что область, занятая 3000 лѣтъ тому назадъ народами,
имѣвшими уже сознаніе о своемъ участіи въ міровой исторія, была меньше на западной,
нежели па восточной сторонѣ пограничной подосы. Долины и плато, которыя населяли
мидяне и персы, равнины Ассиріи и Халдеи, страна хнттитовъ. сыновъ Израиля и
Измаила, побережье финикійское, сабеевъ п хнміаритовъ; берега Нила, острова Кипръ
и Критъ, наконецъ, части передней Азіи, гдѣ уже пускала ростки цивилизація, иышно
расцвѣтшая потомъ вь Греціи, по другую сторону Эгейскаго моря,—всѣ эіи страны
представляли незначительную величину въ сравненіи съ обширными пространствами ІОго-
Восточнмй Азіи, отъ р. Инда до Желтой рѣки, н даже до Южной Сибири, такъ богатой
надписями, относящимися къ минувшимъ вѣкамъ. Къ этой обширной территоріи нужно
еще присоединить и большую часть Малайскаго архипелага, цивилизація котораго, безъ
сомнѣнія, очень давняя, Наконецъ, океаническіе острова, разсѣянные на громадномъ вод-
номъ пространствѣ, равномъ площади всѣхъ материковъ Стараго Свѣта, также, повидимому,
входятъ въ эту историческую область, развитіе населенія когорой стояло гораздо выща
развитія европейскихъ пародовъ въ эпоху Пелазговъ.
Правда, дикія племена Европы также совершали постоянно передвиженія но времл
каменнаго вѣка, ч достигали вь этихъ странствіяхъ очень отдаленныхъ странъ: полити-
ческое и соціальное состояніе ихъ не было достаточно прочно, чтобы сохранить память
объ этихъ переселеніяхъ. Послѣднія остались для насъ совершенно неизвѣстными, какъ
будто ихъ но было совсѣмъ, между тѣмъ какъ также неизвѣстныя странствованія остро-
витянъ Тихаго океана оказываются по крайней мѣрѣ связанными сѣтью морскихъ путе-
шествій малайцевъ сь островами п материкомъ Индіи. Такимъ образомъ жители Востока
могли составить себѣ представленіе о безграничномъ морѣ, усѣянномъ безчисленнымъ
множествомъ большихъ и малыхъ острововъ, которое далеко тянется отъ береговъ Азіи.
Въ эдсхъ отдаленныхъ странахъ уже не смотрѣли, подобно грекамъ, на икеанъ, какь
185
па обыкновенную рѣку, окружающую материки; индѣецъ и малаецъ скорѣе разсматри-
вали его, какъ безграничное пространство, границы котораго теряются въ безконечныхъ
Небесахъ.
Въ это время Востокъ, какъ видимъ, стоялъ далеко впереди Запада, и но про-
странству своей территорія, и по болѣе прочной связи свонхъ народностей. Но черезъ
30 вѣковъ п безъ всякаго регресса съ своей стороны.—ибо вообще эволюція вездѣ со-
вершается въ направленіи къ лучшему,посредствомъ увеличенія знаній—Востокъ изумительно
отсталъ отъ Запада. Высказывали даже мысль, что самая скороспѣлость восточной циви-
лизаціи и цоелужила причиной этой задержки въ развитіи, такъ какъ вообще слишкомъ
торопливое движеніе вызываетъ всегда болѣе быструю усталость. Писатели, предаваясь
мистическимъ фантазіямъ п кладя въ основу своей аргумепацін вѣру въ предопредѣленіе,
пытались объяснить этотъ контрастъ между Востокомъ и Западомъ свойственными имъ
и ненарушимыми расовыми различіями. Съ самаго начала, говорили онп, оба міра,
Восточный п Западный, принципіально различались между собой: жители Востока склонны
къ туманнымъ мечтаніямъ, къ крайней утонченности и противорѣчивымъ двусмыслен-
ностямъ; напротивъ, люди Запада обладаютъ геніальною наблюдательностью, прямотою
мысли л способностью усваивать вещи. Миоъ о змѣѣ въ раю, символизирующій въ глазахъ
этихъ ученыхъ роковое вліяніе Востока, оправдывается всѣми отношеніями Западнаго и
Восточнаго міра.
Подобное мнѣніе, которое давало бы западнымъ людямъ неоспоримое превосходство,
очевидно, опирается только на воспоминаніи о томъ продолжительномъ антагонизмѣ,
который возникалъ между народами вслѣдствіе войны или столкновенія коммерческихъ
интересовъ, въ различныя эпохи ихъ политической в общественной жизни; въ дѣйстви-
тельности же здѣсь простое констатированіе фактовъ было принято за объясненіе. Между
цивилизаціей, находящейся въ упадкѣ, и обществомъ въ расцвѣтѣ силъ, условія но
одинаковы— п чтобы судить о нихъ при равныхъ условіяхъ, нужно перенестись въ со-
отвѣтственные періоды пхъ жизни. Такъ, напр,. было бы неправильно сравнивать молодые
Соед. Штаты Сѣв. Америки съ впавшимъ въ старческую дряхлость Китаемъ! Поэтому,
отстраняя совершенно расовыя различія, нужно изучать природныя условія Восточнаго
міра и въ нихъ искать причины задержки въ развитіи Востока, сравнительно съ про-
грессомъ Запада.
Прежде всего, Великій океанъ, съ своими тысячами острововъ, имѣетъ, иа свою
громадную водную поверхность, очень слабую пропорцію выступающей изъ него суши
(не считая безплоднаго материка Австраліи); такіе центры цивилизаціи, какъ острова
Самоа, Фиджи, Тонга, Таити, будучи отдѣлены другъ отъ друга громаднымъ простран-
ствомъ воды и обладая рѣдкимъ населеніемъ, не могли оказать значительнаго вліянія:
она были слишкомъ малы, чтобы послужить большимъ очагомъ цивилизаціи. А Новая
Зеландія, достаточно обширная, чтобы сдѣлаться мѣстопребываніемъ могущественной на-
родности, находится слишкомъ въ сторонѣ отъ историческихъ путей, въ пустынныхъ
моряхъ Юга; къ тому же опа была колонизована гораздо позднѣе, такъ что, можетъ
оыгь тамъ всего прошло 30 поколѣній до настоящаго времени.
Что касается до экваторіальныхъ острововъ, отъ Борнео до Новой Гвинеи, то
186
они, правда, очень валики и оч«пь благопріятно расположены у юго-восточнаго угла
материка Азіи, ва общей оси пивнлизаніи. Но богатство ихъ лѣсной растительности и
легкость существованія позволили туземцамъ оставаться въ пгь псрвооытяомъ паоли-
роваввомъ положеніи,—и большая папъ этихъ роскошныхъ архипелаговъ осталась такимъ
образомъ въ сторонѣ отъ прогресса. Малайскіе авантюристы, точно также и шмпшіг.ы
изъ разныхъ правъ, довольствовались занятіемъ только береговой полосы эляхъ мѣст-
ностей; внутренность же пхъ оставалась не изслѣдованной и даже иногда еовершадио
недоступной, вслѣдствіе густоты лѣсовъ, гдѣ скрывались «рѣзатели головъ». Только два
большихъ ост|юпа, наиболѣе блвзкпхъ кь азіатскому материку, именно Суматра н Яна,
стояли въ связи съ цивилизованнымъ міромъ Восточной Азіи, да и то Суматра не
вполнѣ, такъ какъ лѣса вііутреііпей ея части и плато были еще запади варварами,
враждебно настроенными ко „сякой торговлѣ; съ иностранцами. Если же Яна пользова-
лась привиллепей быть пріобщенной кь индусской культурѣ, то этимъ опа обязана
легкой доступности своихъ береговъ и затѣмъ строенію своей поверхности.
И- эта чудная страна, вмъегѣ съ нѣкоторыми округами Суматры и неболь-
шимъ числомъ сосѣднихъ пиров"въ, ня составляетъ, въ сравненіи съ безграничнымъ
пространствомъ Океава, настолько обширной территоріи, чтобы служить очагомъ диви ли-
заніи на весь островной міръ Дальнаго Востока. Скорѣе даже эта группа большихъ
острововъ, во всемъ своомь цѣломъ. препятствовала историческому единству островныхъ
областей. Борнео, Целебесъ, главныя области Филипппвовъ, Новая Гвинея, представая
ющая изъ себя почти материкъ, и безплодные берега сосѣдней Австраліи являются стра-
нами. гдѣ ппостраішцъ. потерпѣпіпіП крушеніе морякъ иди смѣлый колонистъ, всегда
рискуютъ встрѣтить врага, даже, можетъ быть, попасть и на жаркое. Наконецъ, Тор
рсіовъ, проливъ вти главныя океанскія ворота между Полинезіей и островами Малай
скаго Архііпезага. и»чтп сплошь загроможденъ коралловыми рифами.
Точно также общаго центра цивилизаціи для восточнаго міра не могло ока-
заться и на побережыі самого материка Азіи. Какъ ни замѣчателенъ былъ прогрессъ
мысли у народовъ, обитавшихъ по берегамъ Инда и Ганга, въ Цейлонѣ, па Малаоар
скомь и Коромандельскомъ берегу, въ бассейнахъ индокитайскихъ рѣкъ, въ цвѣтущихъ
долинахъ Янгсекіанга и на «Желтой Землѣ» «Ста семействъ»,—возникавшія здѣсь ци-
вилизаціи никогда не группировались въ одно политическое цѣлое, и соединявшая ихъ
слабая связь держалась лишь короткое время, и то подъ вліяніемъ религіозной пропа-
ганды. Сообщенія между этими странами всегда были рѣдки и нелоггаточпо надежны.
Многочисленныя племена, населявшія, въ видѣ независимыхъ группъ, горныя страны,
раздѣляли на отдѣльны.' отрѣзки всю эту территорію цивилизованныхъ пародовъ. Если въ
послѣднее время Японія, благодаря могуществу пара, побѣдившаго разстоянія, заняла
центраіьвое положеніе въ политическомъ и соціальномъ отношеніи, то извѣстно, вѣдь,
что раньше опа старательно обособлялась, какъ будто составляла отдѣльный міръ.
Все пространство, занятое цивилизованными пародами Востока, представляетъ
изъ себя фигуру въ родѣ вѣера. Дѣйствительно, ось бассейна Инда, гдѣ родились пер-
выя поэмы Ведъ, направляется прим» къ юго-западу; сливающіяся въ одну обширную
дельту теченія Ганга и Брамапутры илпоавдены къ югу; а рѣки Индокитая—къ юго-
187
востоку, между тѣмъ какъ рѣки Китая нзпоавляются къ Восточному морю. Такимъ
образомъ въ этихъ странахъ нѣтъ географическаго центра; но было и центра цивили-
заціи. Даже полуостровъ Индокитай, расположенный у впадины Восточнаго міра, обра-
зуетъ скорѣе раздѣляющую преграду, тѣмъ мѣсто встрѣчи китайцевъ н индусовъ: сто
параллельныя цѣпи горъ, населенныя частію дикими племенами, представляютъ есте-
ственное препятствіе этому. Съ другой стороны, Тибетское плато, по которому, каза-
лось бы, должны проходи гь естественные пути изъ Китая въ Индію, и которое, съ
геометрической точки зрѣнія составляетъ настоящій центръ юговосточныхь областей
Азіи, продолжается въ горные хребты такой высоты и съ такимъ суровымъ климатомъ,
что разсѣянныя здѣсь народности должны скрываться подъ защитой глубокихъ доливъ,
которыми изборождена тамъ поверхность земля.
На сѣверо-западѣ восточный міръ ограниченъ высокими снѣговыми хребтами или
безплодными, почти необитаемыми пространствами. Пути сообщенія съ западнымъ мі-
ромъ. всегда ненадежные и часто прерываемые, ..роходили по опаснымъ горнымъ пере-
валамъ и длинными обходами чрезъ сибирскія степи: кромѣ того, морскіе пути, также
лежавшіе въ сторонѣ в извѣстные только нѣкоторымъ мореплавателямъ, направлялись
въ -западныя страны или по пустыннымъ берегамъ нынѣшняго Меврана и далѣе по
Персидскому залнну, или чрезъ Красной море, огибая Арав ю, также очень бѣдную вод-
ными источниками, столь необходимыми для возникновенія судоходства.
Благодаря всему этому цивилизація Востока лишь тонкими струйками, почти
капли ми, могла проникнуть навстрѣчу потоку западной цивилизаціи. Замѣчательно, при
ВТоМЪ, ЧТО пути, МО которымъ Долженъ былъ происходить этотъ обмѣнъ цивилизацій
Западнаго п Восточнаго міра, расположены какъ разъ въ ванрав.еніи, діаметрально
противоположномъ историческимъ путямъ Дальней Азіи: тогда какъ послѣдніе широко
раснространиются, упираясь въ огромный поясъ морского побережья, пути Запада схо-
дятся всѣ и, хотя и ломанными, извилистыми линіями, направляются къ бассейну
Средиземнаго ыоря, гдѣ возникъ Греко-римскій міръ
Продолговатое Красное море, соединявшее страны Гпміаріповь н Эфіоиіш съ
пижпимъ Египтомъ, прямо направляется къ Сирійскому ипрю, отъ котораго его отдѣ-
ляетъ узкій песчаный пляжъ; змѣевидная долина р. Нила открывается въ томъ же на-
правленіи; Персидскій заливъ, продолженіемъ котораго на сѣверо-западѣ являйся те-
ченіе р. Евфрата, прямо направляется къ тому углу Средиземнаго моря, гдѣ лежитъ
о—въ Кипръ. Далѣе къ сѣверу всѣ рѣки, всѣ торговые пути, спускающіеся изъ Ана-
толіи, передней Азіи и Сарматскихъ равнинъ къ Черному морю, становятся притоками
Греческихъ морей, при посредствѣ Босфора н Геллеспонта. Даже грама дный Анатолій-
скій полуостровъ раздѣляется па нѣсколько второстепенныхъ полуострововъ, заключа-
ющихъ бассейны рѣкъ, которыя направляются къ Греціи. Такимъ образомъ полпыйч<-
дссъ міръ Аттики, Пелопопесса и прилегающихъ странъ становится, благодаря схожде-
нію путей, необходимымъ мѣстомъ встрѣчи всѣхъ азіатскихъ цивилизацій и очагомъ, гдѣ
всѣ эти первичные элементы перерабатываются и обновляются эллинскими націями Та-
ковъ оы.гь, въ бщихі чертахъ, историческій контрастъ между двумя полевицами міра
въ теченіе первыхъ вѣковъ, куда проникаетъ нашъ взоръ
188
Обычный взглядъ па псторію, въ сущности, эгоцентрическій, то-есть основаяъ ва
исключи тельномъ значеніи, придаваемомъ писателями своему собственному отечеству.
Ківдая нація, разсматривая свою страну, какъ настоящій центръ земіи, охотно во-
ѵбра’кааа, что исторія должна назичаться исторіею ея, какъ «избраннаго парода». Такъ
думали нѣкогда Іудеи, таково и убѣжденіе китайцевъ. Естественно, что съ теченіемъ
времени втоть взглядъ долженъ былъ уступить мѣсто болѣе широкому воззрѣнію на
вещи; однако, йодъ вліяніемъ національнаго тщеславія, узости взгляда, нѣкоторые
авторы и до сихъ поръ еще проводятъ крайне партійные взгляды на ходъ исторіи.
Такъ, мѣкоторыі писатели говорятъ, что «циьилизапія движется съ Востока на Западъ,
сообразно движенію солнцаэ. Оми, очевидно, имѣютъ прц этимъ въ виду спеціально раз-
витіе арійскихъ народовъ, культура которыхъ, дѣйствительно, направляется болѣе ила
менѣе извѣстнымъ путемъ съ Иранскаго плато къ берегамъ Сены и Темзы. Нѣкоторые
вычерчивали даже на картахъ эту ось прогресса и выражали въ цифрахъ періоды его.
Однако, много, даже <чепь миііго и такихъ примѣровъ, которые указываютъ, что ходъ
цивилизаціи не подчиняется этому фатальному закону, и часто исторія тла въ обрат-
номъ направленіи. Если .-рсдставить себѣ страну, имѣющую естественные склоны на
всѣ стороны горизонта, то для всякаго очевидно, что прогрессъ культуры можетъ идти
въ пей сколько по западному, столь же и по восточному направленію: н во многихъ
отравахъ, гдѣ движеніе народовъ тіо по теченію рѣки или направлялось отъ непло-
дородныхъ и пустынныхъ мѣстностей къ плодороднымъ и населеннымъ, прогрессъ рас-
пространялся, слѣдуя этимъ условіямъ мнѣшней среды. Исторія цивилизаціи за 10.01)0
лѣтъ оть Вавилона до Чикаго, этого второго Вавилона, чрезъ Аеивы, Римъ, Па-
рижъ, Лондонъ н Вью-Іоркь,—явленіе настолько очевидное, что можно было вывести
законъ совпаденія хода цивилизаціи съ движеніемъ солнца Тъмъ не менѣе, придержи
ваясь точныхъ данныхъ исторіи, имешю, исторіи народовъ Восточной Азіи, н уставляя
въ сторонѣ гипотезы, нужно необходимо придти къ убѣжденію, что цивилизація пере-
дается отъ одного народа къ другому чрезъ весь организмъ человѣчества, подобно
тому, какъ въ организмѣ отдѣльнаго человѣка жишь передается оть клѣтки къ клѣткѣ
одновременно, какъ изъ центра къ периферіи, такъ н утъ периферіи къ центру. Нашъ
современный міръ, гдѣ очаги цивилизаціи находятся одновременно на самыхъ протвво-
піложныхъ точкахъ земного шара, отъ Австраліи до Велькобританіи в отъ Яионіи до
мыса Доброй Надежды и устьевъ Лаплаты, не является ди блестящимъ доказательствомъ
тою наложенія, что культура спободвм распространяется по всѣмъ направленіямъ? Да
и какъ можно рѣзко .дѣлить исторію на отдѣльные періоды, когда канвою ея, поверх-
ностью ея нрнлуженія является сама земля со всѣми се нервностями, со всѣми основ-
ными элементами, распредѣл’-ьиымп безъ всякаго порядка—рельефомъ. климатомъ, флорой
фауной? Жизнь но втискивается въ готовыя формулы.
Иллюзія, аналогичная той, которая заставляетъ видѣть правильное движеніе ци-
вилизацш съ востока на западъ, въ другой, бодѣо узкой сферѣ явленій, легко визы-
вастъ у первобытныхъ людей представленіе о странахъ мертвыхъ, расположенныхъ въ
западной сторонѣ, за горизонтомъ Если бы нанести па карты эти «страны мертвыхъ*,
то, дѣйствительно, оказалось бы, что на западѣ именно располагаются и рай, и таип-
189
стьннаый адъ, гдѣ душа мертвыхъ, изгнанныя изъ земли живыхъ, но дрѵгую сторону
горъ, морей иіи, по крайней мѣрѣ, видимаго пространства, возстаютъ къ жиэнз тѣней.
Н было ли нашей общей мечтой когда-нибудь унестись туда, къ закату солнца, и тамъ
завернуться въ пурпурно-золотыя пелены?
Поколѣнія непрерывно слѣдуютъ другъ за другомъ; каждую минуту исчезаютъ
нспользі ванныя клѣточки, появляются, новыя родятся новые люди, чтобы замѣстить
умершихъ. Движенія зволюціи совершаются неощутимо, но если изучать со чрезъ
извѣстные промежутки, чрезъ десятилѣтія вли столѣтія, тогда можш наблюдать явствен-
ныя различія ьъ обществѣ людей и илъ идеяхъ. Оказывается, общество ужо не слѣ-
дуетъ в. прежнему направленію, оно имѣетъ другія точки зрѣнія. Поколѣнія отлича-
ются одно отъ другого, какъ узлы на стеблѣ злака. Па перерѣзанномъ пилою деревѣ
можно надѣть такъ называемыя «годичныя кольца», то-есть ежегодные круги наростанія
древесины; точно также н истекшіе вѣка показываютъ послѣдовательныя наслоенія, дви-
женія впередъ, медленныя или внезапныя, потомъ задержки и даже совершенныя оста-
новки движенія.
Происходятъ-ли эти различія въ общемъ ходѣ человѣчества и въ развитіи отдѣль-
ныхъ человѣческихъ группъ совершенно случайно, внѣ какого-либо закона, или, на-
противъ, съ извѣстною правильностью?— Памъ кажется, что послѣдовательность на-
правляющихъ идей и вытекающихъ изъ нихъ фактовъ  мѣстъ нѣкоторый ритмъ, какъ
бы подчиняясь движеніямъ маятника. На этотъ счетъ было предложено нѣсколько тео-
рій. Такъ, Ввко въ своемъ «Бсіепга ппоѵа» доказываетъ, что общества развиваются
въ продолженіе серіи вѣковъ согзі и гіеогзі, т.-о. прогрессивно и регрессивно, описы-
вая круги во времени и .извращаясь, зо окончаніи этого кругового хода, къ прежнему
наложенію вещей. Взглядъ втоіь, нтсколько дѣтскія, по своей наивности, н ни одинъ
послѣдователь Вико не принималъ его цѣликомъ; до того 6ыл-> очевидно, что нельзя
указать ни одного періода исторіи, который бы вполнѣ походилъ на другой періодъ,
Условія географическія, экономическія, политическія, соціальныя моіутъ представлять
извѣстной, даже поразительное сходство, но общее положеніе вещей являетъ все-таки
существенныя различія, проистекающія отъ дѣйсівій и противодѣйствій, которыя безъ
конца происходятъ въ огромномъ организмѣ человѣчества. Поэтому въ настоящее время
перестала уже наивно сравнивать развитіе человѣчества съ простымъ движеніемъ взадъ
н впередъ, а чаще говорятъ о «спирали цивилизація», спвраіп, обороты которой, без-
прерывно увеличиваясь, безконечно возрастаютъ съ теченіемъ вѣковъ.
Впрочемъ, нужно сказать, что форма этой спираш далеко не геометрическая, и
каждое событіе измѣняетъ ея кривую. Бываетъ также, что въ періоды возвращенія къ
варварству обороты спирали ш расширяются, а суживаются. Ритмъ событій іодчи-
ниется очень сложнымъ закопамъ, и лишь выражаясь фигурально, можно уподоблять
ходъ событій колебаніямъ маятника или ходу спирали. Вѣрно лишь то, что во мно-
гихъ отношеніяхъ различныя группы людей, племена, народы, государства, предста-
вляютъ тѣ же явленіи жизни, какъ животныя н растенія: они рождаются, укрѣпляются,
клонятся въ упадку, умираютъ. Подробное изученіе открываетъ для всѣхъ этихъ явле-
ній причины, которыя можно ллаесифицировать по категоріямъ, хотя различный обще-
190
ства тѣсно сцѣпляются другъ съ другомъ, а такія установленія, какъ реіигія, ученія
нравственности и степень пивилизащп. естественно, оказываютъ вліяніе на нить. Бла-
і одари такому сравнительному изученію, извѣстныя эволюціи того илн другого обще-
ства позволяютъ дѣлать предсказанія по аналогіи, каковы будутъ илъ неизбѣжныя
слѣдствія.
Условія, наиболѣе благопріятныя для развитія кмой-либо человѣческой группы,
народца или народа, заключаются въ томъ, чтобы жить ьъ мирѣ, не изолированно, а
въ постоянномъ общеніи съ сосѣдями, и при томъ такъ, чтобы каждый имѣлъ право
на землю и трудъ. Тогда и свобода, и доблесть общества этой группы или цѣлаго на-
рода не только не уменьшаются, а напротивъ, имѣютъ всѣ шансы, чтобы развиваться
и прогрессировать. Напротивъ, когда общество занято безпрерывными войнами, оно
должно всего боятыя, и песчастр непремѣнно должно постичь его. Если ово будетъ
побѣждено, оно должно унижаться, заискивать, льстить побѣдителю, который грабитъ и
разоряетъ его; если же оно гамо окажется побѣдителемъ, оно преклонится предъ своими
побѣдоносными вождями, поставитъ иль выше всѣхъ гражданъ, дастъ имъ привмллегім
и, стадо быть, возможность нрпчннять злу; послѣдуетъ полная реакція, которая, мо-
жетъ быть, дойдетъ до того, что изберутъ князя надъ князьями, Цезаря, абсолютнаго
властелина, а послѣдній, изъ собственныхъ выгодъ, лишить остальныхъ гражданъ всѣхъ
свободъ. Зло будетъ тѣмъ больше и тѣмъ продолжительнѣе, чѣмъ больше богъ войны
будетъ благоволніь данному народу и чѣмъ больше послѣдній будетъ увеличивать свою
территорію то непосредственно завоеваніями, то колонизуя чужія земли; наконецъ, этотъ
народъ сдѣлается господиномъ надъ другими народами, которыхъ будетъ считать безко-
нечно ниже себя, иногда даже своими рабами. Мала или обширна захваченная силой
территорія, будетъ лп это гор^Дъ, народность или государства, все равно этотъ воору-
женныя грабежъ будетъ имѣть печальныя послѣдствія для беззаконнаго владѣльца,—и
ему не удержать свонго завоеванія пна,че, какъ путемъ преступленій, жестокости, пару 
шонія правосудія, насилія п убійствъ.
Впрочемъ, нѣть надобности, чтобы общество вело завоевательныя войны или
вторгалось вь чужую территорію; оно можетъ придти въ состояніе упадка и тогда,
когда среди песо начинается распадъ п происходитъ образованіе враждебныхъ друіь
другу кастъ илн классовъ. Раздѣляется ли власть межіу нѣсколькими партіями или
кто-пиоудь одинъ овладѣваетъ ею, захвачено ли право управлять толпою «аристократами»,
сдѣлавшимися «лучшими людьми» силою оружія, путемъ привилегій, рожденія и богатства,
находится ли власть въ рукахъ жрецовъ, наибоіѣе стремящихся овладѣть душами _
тѣлами народа, — несомнѣнно, между различными частями такого общества царитъ
глухая или явная война, и благодаря ей элементы регресса стремятся одержать верхъ
надъ факторами прогресса. Иногда они рѣшительно торжествуютъ, и тогда можно наблюдать
историческій параллелизмъ мейлу совершившимся событіемъ н другнмп подобными, про-
исходящими прп аналогичныхъ условіяхъ. Одш1 и то же явленіе можетъ происходить на
ибоихъ концахъ міра. Востокѣ и Западѣ; отсюда о типъ историческій философъ, Феррари
хотѣлъ даже вывести «законъ сходства»; примѣромъ, но его мнѣнію, служитъ сравни-
тельная исторія Китая п Европы; и дѣйствительно, несмотря на существенныя различія,
191
которыя обусловливаются внѣшнею средою, общій ходъ обЬпхт црвилпзацііі можетъ быть
выраженъ кривыми, замѣчательно схожими между собою.
Внимательное изученіе цивилизацій даетъ намъ возможность различить иіехольво
характерныхъ типовъ эволюціи. Въ то время, какъ нѣкоторые пароды появляются, такъ
сказать, внезапно яа горизонтѣ исторіи и сразу принимаютъ участіе въ міровой жизни,
другіе переходятъ отъ жизни къ смерти востепепмо, болѣе или менѣе медленно или,
наоборотъ, быстро, тихо или скачками.
Пть древнихъ жителей Месопотаміи, величественную ціінп іизацію которыхъ вы-
яснили намъ недавнія открытія, остались лишь могилы въ обширныхъ пустыняхъ,на-
зывавшихся нѣкогда Вавилономъ и Ниневіей. Точно также войны и инквизиція быстро
уничтожили прекрасные испанскіе города, пышно расцвѣтшіе было при господствѣ мав-
ровъ,—они превратились теперь въ необитаемыя пустыни, (ІеароЫаПоз и іісЬѳзаз. Тас-
манійцы, копрыхъ еще во время 1-го путешествія Кука, въ 1770 г., насчитывали
до 7000, нечязтн въ какое-ниоуіь столѣтіе: послѣдній ихъ мужчина умеръ въ 1869 г.,
а въ 1«76 г.—послѣдняя женщина.
Гибель этого народа такая же на''ильпвенная, какая въ настоящее время наблю-
дается по отношенію турецкихъ армянъ. II сколько такихъ пародовъ погибло, оставивъ
только имя въ исторіи да памятники, разставленные по всему пространству отъ о-вовъ
Великаго океана, до Африки, отъ о-вовъ Пасхи до Каролинскихъ! Сколько другихъ цивя-
лнзацій оставили намъ лишь слабые слѣды и смутныя указанія!
Эволюція совершается также и путемъ перехода оть относительнаго здоровья къ
болѣзненному состояніи". Египетъ, конечно, но погибъ совершенно, но сколько претерпѣлъ
онъ послѣдовати іьпнхь измѣненій въ своей судьбѣ, сколько испыталъ печальныхъ со-
бытій сыѣхъ поръ, какъ впервые явился намъ во всемъ бласкѣ своей цивилизаціи! Гре-
ція, Китай, Индія точно также перепали уже быть передовыми страмами, какъ нѣкогда;
однако, жизненные элементы въ нихъ вовсе не изсякли: что можно сказать о странѣ,
утратившей свободу, н-і тѣмъ не менѣе быстро возрастающей по своему населенію?
Третій процессъ въ ходѣ исторіи это—переходъ оть одной формы эволюціи къ
другой. Такъ, роль современнаго Рима вь исторія народовъ—совершенно другого порядка,
нежели преагляя роль античнаго Рима, Рпма Императорскаго и Папскаго Рима. Въ липѣ
его предъ пани тппиччыи примѣръ живучести политическаго организма, который п во
время тяжелой болѣзни хранитъ въ себѣ влеиенты здоровья и возрождается снова послѣ
какъ бы окончательной агоніи.
Наконецъ, наблюдается еще процессъ такъ на іываемыі пнтрволюцні, когда нѣ-
которые пароды какъ-то фатально вліяютъ другъ на друга, и это взаимное вліяніе словно
вливаетъ въ нвхь новую жизнь. Такъ, латинскіе пароды, упадокъ которыхъ принято
оплакивать, на самомъ дѣдѣ вовсе не погибли и навѣрное возстановятъ равновѣсіе
здороваго человѣка, благодаря связи еъ сосѣдями, счпіающвмися высшими народами
Точно также европейская цивилизація влила какъ бы новую кровь въ Японію и оживила
эту націю, а послѣдніе краснокожіе входятъ вь круговоротъ американской жизни.
Мало-п.-малу всѣ народы вступать въ взаимную связь, и скоро можно будетъ говорить
только о прогрессѣ всего населенія земли, всего человѣчепва!
192
Свергъ того, даижсп’я туза и сюда, дѣйствія и противодѣйствія, прогрессъ и
регрессъ, изъ іюнхъ слагается исторія, должны стоять въ связи и съ колебаніями самой
планеты, па которую, въ свою очередь, вліяютъ другія свѣтила и прежде всего солнце,
этотъ очагъ свѣта, теплоты и электричества. Періодическое увеличеніе в уменьшнпіл
солнечныхъ пятенъ является однимъ изъ тѣхъ космогоническихъ регуляторовъ, которые
интересуютъ и астрономовъ, и географовъ, и экономистовъ; онп стараются опредѣлить
вліяніе этого регулятора па климатъ, урожаи па годы матеріальнаго благополучія п
годы упадка. Нѣкоторые опредѣляютъ продолжительность этихъ періодовъ въ 11 лѣтъ,
но это—еще не совсѣмъ рѣшенный вопросъ. Брнкнеръ же, по крайней мѣрѣ, для За-
падной Европы, установилъ періодъ тройной длины, обнимающій послѣдовательно серію
болѣе или менѣе влажныхъ лѣтъ, что, соотвѢтстванні, отражается, въ свою очередь,
па экономическомъ в политическомъ состояніи человѣческихъ обществъ.
Независимо отъ атихъ періодовъ, продолжительность которыхъ пе достигаетъ пре-
дѣловъ даже обычпоП человѣческой жизни, но безъ вліянія па исторію человѣчества
остаются и громадныя космическія явленія, земныя и небесныя,—и это вполнѣ понятно,
разъ человѣкъ находится въ полной зависимости отъ природы. Такъ, нельзя сомнѣ-
ваться вь сильномъ вліяніи на человѣчество перемѣщенія полюсовъ; точно также вр« -
ходнгся согласиться съ нѣкоторыми матема/пками, что вѣковыя колебанія магнитнаго
тока вправо и влѣво отъ полюса производятъ в.ііяпіе па жизнь человѣчества. Какова
же продолжительность отклоненія магнитной стрѣлки вправо п влѣво отъ меридіана?
Пока ва этотъ вопросъ еще нельзя точно отвѣтить за недостаткомъ правильныхъ
наблюденій: лѣтописи земного магнетизма большею частью еще гипотетичны, и потому
конечные выводы, къ ^которымъ приходятъ разные- учс-ные, сильно расходятся. По
ІПааальопу, магнитная стрѣлка указывала прямо на сѣверъ въ 1663 г. н затѣмъ стала
постепенно отклоняться къ западу, до 1814 г., когда уголъ отклоненія ея (т. наз.
склоненіе магн. стрѣлки) дошелъ до 22‘/а°; послѣ этого она стада опять возвращаться
къ прежнему положенію, которое и займетъ въ 2151 г. Полный, или, вѣрнѣе, поло
вившій періодъ, такъ какъ нужно принимать во вниманіе и восточное склоненіе стрѣлки,
заключаетъ, стало быть, 488 лѣтъ. Брюкъ увеличиваетъ его до 517 лѣтъ, а Джонъ Пар-
керъ даже до 645 лѣтъ, полагая, что этотъ «магнитный годъ* соотвѣтствуетъ времени
обращенія нашей планеты вокругъ центра солнечной орбиты.
Такимъ образомъ періодичность магнитныхъ колебаній нельзя еще съ точностью
установить, тѣмъ болѣе, что магнитная стрѣлка въ свсиіь движеніяхъ крайне капризна,
и онв мѣняются у пея гь году на годъ, съ минуты на минуту, съ секунды па секунду.
Еще болѣе былі бы пеблагоразумв) устанавливать какую-ниоудь правильную зависи-
мость исторія человѣчества отъ магшітныхъ колебаній. Попытка математика Брюка,
сдѣланная въ этомъ направленіи, привела къ самымъ страннымъ результатамъ: устано-
вивъ продолжительность существованія человѣчества въ 22,702 года, ни однимъ годомъ
пп меньше, ни больше, онъ дѣлитъ исторію но 44 магнитныхъ періода, пзъ которыхъ
первые два заключаются между временемъ творенія міра и всемірнымъ потопомъ; въ
190м г. человѣчество, но этому счету, насчитывало себѣ возрастъ 5924 года, что
является для него началомъ зрѣлаго возраста; до этого времени во главѣ его нослЬдо-
103
ватольно стояли іо главныхъ народовъ: затѣмъ, за чп«п послѣдуютъ болѣе 30 другихъ
пародовъ, пика не настанетъ, наконецъ, геологическій переворотъ. который разрушитъ
земную кору, а вмѣстѣ съ пей п ея обитателей. Согласно этой гипотезѣ, годы: 493,
1009 и 1523 отмѣчаются соціальными переворотами. Автору, попятно, приходится объ-
яснить изумленіи му читателю значеніе этихъ датъ: по ого мнѣнію, опѣ соотвѣтствуютъ:
«рожденію христіанской идеи», «исчезновенію языческихъ идей», «утвержденію христіан-
ской идеи, истинной вередъ всѣми». ІЬ утверждать всо это, значитъ признавать, что
режимъ исторіи не имѣетъ другого закона, кромѣ фантазіи писатели.
Каждой фразѣ общества соотвѣтствуетъ свой, партійный взглядъ на исторію. Такъ,
теократія имѣетъ своихъ историковъ, которые по-сечему смотрятъ на вещи и на людей,
думая, что всв происходить по вдохновенію свыше; у монархіи—также свои писатели,
понимающіе событія сообразно своимъ убѣжденіямъ и воспитанію; ови азображають
жизнь массы въ видѣ, тѣни, въ контрастъ со славой и пышностью государя; у аристо-
кратіи иди божременноі буржуазіи—также свои спеціальны» толкователи, которыя и
смотрятъ, н видятъ, и думаютъ, согленіо интересамъ своихъ господъ. Наконецъ, каждая
нація, каждый городъ, каждая общипа ппгилизовапвііхъ людей, каждое учрежденіе
стараются быть изображенными въ исторіи со своей точки зрѣнія, отодвигая на задній
планъ весь остальной міръ. Достаточно сравнить два .писанія, какъ напримѣръ, оптвы,
составленныя вь безпартійной формѣ двумя честными писателями, до изъ двухъ сопер-
ничающихъ между собою націй! Пусть эта битва происходила на глазахъ у всѣхъ, въ
этомъ вѣкѣ; дустъ у авюрокъ оыдп въ рукахъ детальные документы и безупречныя
статистическія даяныя, все таки какая получится громадная разница между этими двумя
мнѣніями! Что же думать объ исторіи тѣхъ временъ, отъ которыхъ до насъ дошли
только каиги или отрывки письменныхъ документовъ, ни освѣщеены-1 критикой, соста-
вленные представителями одного какого-  ібудь парода, илн даже одной касты, въ
интересахъ маленькой группы людей или даже одного человѣка?! Очевидно, такю мате-
ріалы не могутъ внушать никакого довѣрія, такъ какъ, прежде всего, они ш- освѣщены
свидѣтельствами другой ззинтер »сованной стороны, и ихъ детали имѣютъ интересъ лишь
анекдота. При отысканіи исторнчесвсй истины нужно ограничиться разсмотрѣніемъ лишь
общихъ явленій, великихъ движеній ьэадъ и передъ, словомъ, общаго хода цивилизаціи
взятой ьѵ всемъ ея цѣломъ.
Недостаточно, однако, знать о недостовѣрности лѣтописей и легендъ, соединяемыхъ
подъ именемъ исторіи; то, что мы изучали когда-нибудь, продолжаетъ держаться въ
нашемъ мозгу, и потому, вопреки нашему желанію, ошибки и неправда затемняютъ въ
нашихъ воспоминаніяхъ истину. Преподаваніе исторіи въ школахъ до сихъ поръ сохра-
нили прежній характеръ—преклоненія предъ авторитетами деспотизмомъ. Главными
личностями исторіи, которыя прох одятъ ю всѣ вѣка въ этихъ разсказахъ (въ школахъ)
являются роковый личности, возбуждавшія вражду между народами и искавшія личной
славы въ столкновеніяхъ и гибели армій; таковъ воинственный Сезострисъ, жившій капъ
бы для того только, чтобы уставить портки всѣхъ храмовъ своимп колоссальными
статуями, этотъ хвастунъ, испещрившій всѣ стѣны описаніями свонгь «подвиговъ»,
дѣйствительныхъ или мнимыхъ; таковъ и Александръ Македонскій, этотъ варваръ, вс-
алпзж рхкдю. вып п.
13
194
сторжествовавшій надъ персами, благодаря генію Греціи, н дошедшій въ своей гор-
дости д<- того, что заставилъ провозгласить себя богомъ Азія; таковъ Цезарь. который
быть вь Римѣ представителемъ торжествующей демократіи, но, увѣнчавъ ее этой по-
бѣдой, отнынѣ лишилъ ее всякой свободы; таковъ, наконецъ. Наполеонъ, эта «революція
въ ботфортахъ и шпорахъ», оставившій въ наслѣдство послѣ себя угнетеннымъ имъ
народамъ цѣлый вѣкъ мпцпія.
Очистить исторію оть вліянія, -сказываемаго этими кошмарами,—главная задача
писателей, которые становятся на исгипно-іуманную точку зрѣнія, стоящую выше расовой
нснавплв, національной и партійной вражды. Много ученыхъ уже отдались этому дѣлу,
и благодаря имъ, исторія, такъ сказать, мѣняетъ свой духоьаын обликъ и обновляется
современнымъ духомъ. Она не привязывается ни къ отдѣльному народу, какъ «Исторія»
Боссюэ, претендующая на названіе «Всемірной», ни къ какому-либо классу, какъ боль-
шинство историческихъ произведеній, вращающихся среди дѣтей и юнгшей. Изучая чело-
гѣіество в» віемъ его цѣломъ, сра інввія послѣдовательно развитіе пародовъ, параллельно
или сопоставляя съ ихъ миоами, вхъ интересами п страітями, опа возрождаетъ міръ
въ цѣляхъ общаго блага. Подобно тому, какъ нѣкогда чеговѣкъ творить боговъ по
образу своему, историкъ возстановляетъ опытъ человѣчества извлекая изъ неяснаго
множества фактовъ ту идеальную основу, которая направляла насъ го всѣ времена но
которая, вплоть до недавней эпохи, не сознавалась пами. Запасъ общихъ фактовъ,
бывшій у прежнихъ историковъ, достался а намъ п даже увеличился новѣйшими изслѣ-
дованіями; само зданіе исторіи перестраивается въ болѣе пространныхъ размѣрахъ, по
другому плану, болѣе логическому, безъ часовенъ и тронныхъ валъ, какъ прежде. Вико
говоритъ, что исторія человѣчества раздѣляется на трв эпохи: эпоху боговъ, эпоху ге-
роевъ и эпоху людей. Насъ хотѣли Оы до сихъ норь силою удержать въ первой или
второй изъ нвхъ, по мы рѣшительно вступаемъ въ «эпоху людей».
Рано п.ів поздно, исторія будетъ дѣлиться на два періода періодъ господства
случая члй варварскаго невѣжества и періодъ науки пли Разума, какъ говорила вь
своя время энциклопедисты. Слишкомъ поторопились начинать «Новую Исторію» сь
Реформаціи: Водь, и во времена Реформаціи тѣ, которые считали себя обладателями
истины, хотѣли пріобщать другихъ къ этой истинѣ силою. •^Человѣчество вступаетъ на
прямой путь, лишь і еряпроб"вам, всевозможные окольные пути» (Спенсеръ).
Въ этомъ йогомъ, штиппо-гумаяяомъ мірѣ, историческая наука не допускаетъ
болѣе, какъ раньше, сверхъестественнаго і мѣшательства чуда, нарушающаго послѣдо-
вательность событій; пе допускаетъ и апофеоза нѣкоторыхъ легендарныхъ личностей,
стоящихъ выше простыхъ смертныхъ и, яко бы благодаря ихъ генію, не подчиненныхъ
обычному теченію вещей. Отнынѣ ваука о развитіи человѣчества станетъ въ зависимость
оть тѣхъ же методовъ, какъ и другія научныя дисциплины; она двигается впередъ лишь
тщательными наблюденіями, безпартійными, точными сравненіями и классифицированіемъ
фактовъ, распредѣляемыхъ въ пространствѣ и временя.
Каковы бы ни были законы илв, по крайней мѣрѣ, общія положенія, къ кето-
рымъ приведетъ историковъ этотъ долгій трудъ, они констатируютъ уже, безъ всякаго
исключенія, что въ ходѣ историческихъ событій существуетъ правильное чередованіе пе-
195
рісдовъ дѣятельности в покоя, дѣйствія и противодѣйствія, какъ бы прилива и отлива.
Люди и цѣлые народы «совершаютъ кругъ н потомъ уходятъ», но уходятъ опп, чтобы
вернуться опять а снова совершить кругъ еше болѣе.
Далѣе, съ самаго начата историческихъ временъ размѣръ колебаній не перестаетъ
возрастать, и тысячи мелкихъ мѣстныхъ ритмическихъ движеній смѣшиваются мало-о-1
маду въ одно, болѣе широкое движеніе: за ничтожными перемѣнами жичпн городовъ
слѣдуютъ болѣе общія движенія націй, потомъ міровыя движенія, сотрясающія всю землю
со всѣми ея народами. И въ то время, какъ эти движенія туда и сюда все возра-
стаютъ, возрастаютъ в другія движенія, центромъ которыхъ является отдѣльная личность
и которыя все болѣе гармонично усіраавають ея жизнь, согласуясь съ обниміющпми
ее широкими кругами юродоьь, націй и цѣлаго міра, общество это—гигантъ съ без-
численный:.. умами, „акъ говоритъ Арвітотель, но этотъ гигантъ постигаетъ самого
себя только тысячами анализовъ отдѣльнаго человѣка, тонкою оцѣнкой каждой минуты
настоящаго.





ГЛАВА I *).
Передняя Азія и Иранъ.—Арійцы.—Плато, горы п ест отвенные пути.—Бактріана,
Арахозія, Гедрозія.—Иранъ и Туранъ—Исторія Улана.— Зохакъ п Кауэ.—Нравы
и вѣрованія.—.Мидіяаѳ и Персы. - Персы и Греки.
Кажется, что мы произвольно начинаемъ описаніо земли и ея народовъ съ Ирана.
Однако, по извѣстнымъ соображеніямъ, зто вполнѣ логично: для пасъ собственно исторія
и начинается на этомъ срединномъ плато (плоскогорій), откуда событія стали развер-
тываться въ обѣ стороны: съ одной стороны—къ Востоку, съ другой—къ западу.
*) Въ началѣ каждаго нашего историческаго этюда необходимо бы помѣщать соот-
вѣтствующую хронолоіичоскую таблицу, составленную па основаніи изслѣдованій наиболѣе
авторитетныхъ ученыхъ. Но первые вѣка исторіи Ирана, до великихъ столкновеній съ
царями н пародами Вавилоніи, Передней Азіи, Греціи, извѣстны намъ только въ общихъ
чертахъ, и нѣтъ пи одного документа, съ помощью котораго можно бы было точно
уставовить хронологію этой эпохи. Вмѣстѣ съ Морганомъ, приходится поэтому сознаться,
что заря исторіи этихъ странъ теряется во мракѣ временъ, начинаясь, по меньшей мѣрѣ,
за 10 тысячелѣтій до нашего времени.
Эпоха же расцвѣта могущества страны Эламъ, когда цари его спустились съ горныхъ
плато и сдѣлались хозяевами Месопотаміи н когда пхъ пароды переселились въ Бактріану,
200
При этомъ вполнѣ естественно, что изъ патихъ изысканій мы исключаемъ ма-
терика Новаго Свѣта, открытые такъ поздно, далѣе, Африку, гдѣ столько народовъ и
до сихъ норъ остаются безъ взаимной связи, наконецъ, острова Океаніи, разсѣянны,
на безграничномъ пространствѣ, и тогда станетъ очевидно, что па первомъ мѣстѣ изу-
ченія нужно поставить ту часть Стараго Свѣта, которая является центральной в съ
точки зрѣнія г пграфіи, п съ точки зрѣнія исторіи. Къ тому же, эта страна обнимаетъ
одновременно и Памиръ, этотъ громадный горный массивъ, и равнины Месопотаміи, гдѣ
сливаются Тагръ н Евфратъ, оживляющіе своимъ теченіемъ окрестныя страны
Оба эти географический, центра, столь различные по устройству поверіпостп,
образуютъ еще большій контрастъ въ пром «шуточной области между Востокомъ я За
ладомъ. Иранъ же является мѣстомъ сообщенія между вями и естественнымъ связу-
ющзмъ звеномъ. По своему рельефу, распредѣленію водъ, воздушнымъ точеніямъ в
климатическимъ условіямъ. Памирское плато и горные массивы, примыкающіе къ псму,
образуютъ то, что называется у строителей «замокъ свода» —материковой архитектуры,
однако, этотъ центральный лунктъ, съ точки зрѣнія матеріальной, былъ по природѣ
враждебенъ человѣку я служить какъ бы «.пунктомъ отталкиванія»: и отдѣльные путе-
шественники. и цѣлые народы дѣлали большіе обходы, чтобы обойти его. Между тамъ
западный центръ, который можп.і назвать «рѣчнымъ» изъ-за обилія его рѣкъ, служилъ
какъ бы «мѣстомъ свиданія» народовъ и очагомъ цивилизаціи. Такимъ образомъ, обѣ
эти географическія единицы, столь полныя контрастовъ, имѣли в различное значеніе ьъ
западной Азіи. Памиръ сдѣлался для чело :ѣка какъ бы «отрицательнымъ полюсомъ»,
Месопотамія же, орошаемая Тигромъ в Евфратомъ, сдѣлалась, напротивъ, «положигль-
нымъ полюсомъ» области жизни, настоящимъ сердцемъ всего вовтнп>-нта.
Эта мѣстность Передней Азіи, связанная узкой перемычкой сѣверной Персіи, вдоль
хребта Эдьборуса и Туркменскаго Кавказа, со всѣми путями изъ Восточной Азія, про-
ходящими па сѣверъ и югъ отъ Памировъ, является одновременно и конги ментальною
страною, и морскою, по преимуществу. Правда, она занимаетъ почти геометрическую
средину Стараго Свѣта, и океанійскія побережья отстоятъ отъ ноя въ тысячахъ кнломе-
а оттуда, переваливъ чрезъ горы, въ датскій Кпгай,—опредѣляется, согласно тому же
Моргаіу и Террьенъ де-ля-Купрв, за 40 иди 50 вѣковъ до ташего времени. Но имена
историческихъ личностей становятся болѣе многочисленны, а ихъ генеалогія, равно и
эпоха ихъ дѣятельности, болѣе вѣроятной лишь съ тѣхъ вѣковъ, когда историческія
событія стали опредѣляться годами того и іи другого лѣтосчисленія (эры). Этьми эрами
въ Вавилонѣ была эпоха НаОонассзра, въ Греціи—введеніе Олимпіадъ, и. Римѣ—осно-
ваніе города. Такимъ образомъ, Киръ который первый выступаетъ изъ иранскихъ легендъ
на свѣтъ исторіи, уже фигурируетъ въ таблицахъ сравнительной хронологіи. По Опперту,
этотъ завоевателъ вступилъ на Мидо-Перепдскій простои, назадъ тому 2460 лѣта (счи-
тая отъ 1900 г. взадъ христіанской эры) т, е., иваче говоря, въ 216 эры Олимпіадъ,
въ 193 г. отъ основанія Рима и въ 187 г. эры Набонассара.
Киру наслѣдовалъ Камбнзъ; потомъ идутъ Ахемеииды, правленіе которыхъ, отъ
Дарія I до Дарія Ш, тянется около 200 лѣтъ; послѣдній изъ нихъ, Дарій 111 былъ
побѣжденъ Александромъ Македонскимъ. При этомъ завоевателѣ политнч ская индвли-
«ѵадьность Ирана останавливается на первомъ циклѣ исторіи.
Согласно Масперо, годы восшествія на престолъ и смерти главныхъ ассирійскихъ
201
тровъ разстоянія; в>, съ другой стороны, цѣлитъ пять морей пропиваютъ своими вы-
двинутыми впередъ копцами въ вту область, принося съ собою преимущества морского
климата,—богатую растительность, обиліе осадковъ и удобные пути сообщенія. Эти моря
представляютъ также великіе пути, какъ въ прямомъ смыслѣ, благодаря своей подпой
площади, такъ и въ смыслѣ движеніи по ихъ берегамъ, по которымъ издавна слѣдовали
самые разнообразные народы. Нѣть другой страны, кэторая находилась бы въ такихъ
же благопріятныхъ условіяхъ своего положенія. какъ Передняя Азія, вокругъ которой
сходятся: Персидскій задавъ. Красное море, Средиземное море, Понтъ Эвксинскій (Черное
море) и Каспійское, представляющее остатокъ Полярнаго моря, нѣкогда покрывавшаго
собою Западную Сибирь. Такимъ образомъ, уже но одному географическому положенію
Малая Азія и Персія были предназначены служить человѣчеству мѣстомъ для развитія
труда и знаній, исходной точкой того, что мы называемъ «цивилизаціей»; отсюда по-
слѣдняя распространилась потомъ въ сторону какъ Европейскаго Запада, такъ и Ки-
тайскаго Востока.
Кромѣ великолѣпнаго, имѣющаго наклонъ къ Персидскому за шву, бассейна Месо-
потаміи, который въ то же время, благодаря близости четырехъ другихъ морей, легко
сообщается со всЬми приморскими странами Стараго Свѣта, Передняя Азія, въ широкомъ
смыслѣ лого географическаго термина, обладаетъ и другинь большимъ рѣчнымъ бас-
сейномъ, который также игралъ въ исторіи народовъ большую роль, хотя и уступалъ
въ этомъ отношеніи Месопотамскому бассейну. Назадъ тому нѣсколько столѣтій ата
страна была гораздо обильнѣе орошена, нежели въ наше время, и ее покрывала ро-
царей и властителей мпдянской и персидской династіи могугъ быть собраны въ слѣду-
ющую таблицу:
Цари Ассирійскіе:	Эра Яабо- пассара.	Оапмшады	і рпет. эра. (до Г. Х.і
Лссурнарсипалъ				885-860
Салманассаръ 11				860—825
Тугультопалишаръ II. .	— 20	26— 49	745-727
Саргоиъ 11. 			. 25— 42	54— 71	722—703
Сепнахерибъ 		. 42— 66	71— 95	705—681
Есаргаддопъ		.	60— 80	95- 109	681—667
Ассурбаиипалъ		. 80—122	11)9—151	667—025
Лидійскіе цари- Кіаксаръ		. 114—163	144—192	633—584
Астіагъ		. 163-198	192—227	584 -549
Персидскіе цари. Квръ		. 187—218	216-247	560—529
Камазъ 		. 218—225	247—254	529—522
Дарій I		. 226—262	265—291	521—485
Ксерксъ 			. 262-282	291—311	485—465
Артаксерксъ		. 282—ЗлЗ	311—352	465—424
Дарій И		324—342	353—371	423—405
Артаксерксъ II		. 342—388	371—417	405—361
Артаксерксъ 111		. 388—409	417—438	359-338
Дарій ПІ		. 411—417	440—446	336-330
202
скоіг іая растительность; культурныя земли съ вгь сѣдлымъ населеніемъ были мвяѣе
ограничены пустынно. Это—та обширная область, которая орошается рѣками двойни-
ками», Аму и Сыръ, нѣсколько нап'імпншѵШѵив ио своему раса иожеиію труппъ рѣч-
ныхъ «близнецовъ*—Тигръ и Евфратъ.
Четыреугольникъ Ирана, или собственно Персія, это горное плато, втиснутое
между двумя столь плодородными рѣчными долинами, имѣетъ уже по своей природѣ
тѣмъ большее значепіе, что првпідлежитъ, но своему происхожденію, къ области, гдѣ
вырисовывашся первые шіриіи исторіи народовъ, которые уже съ давняго времени
имѣли сознательное отношеніе самимъ къ себѣ. Ооширныя страны, которыя тамъ, за
Кавказомъ и Чернымъ моремъ, переходятъ въ неизслѣдованныя области съ снѣжными
ъыогами, еще не существовалъ тогда въ сознаніи народовъ Права, писавшихъ свои
лѣтописи на глиняныхъ дотечкахъ. Точно также оставались неизвѣстными и народы
Востока, жнвші.> но ту сторону горъ; варварское населеніе этихъ странъ было тогда
совершена., изолировано: каждая орда, племя и. можетъ быть, лаж-- цѣлая народность
жали особнякомъ, ве зная, да и не желая знать о своемъ племенномъ родствѣ. На-
оборотъ, въ центральной части Стараго Свѣта винившіе въ нео Иранъ, Египетъ, Пе-
редняя Азія, Месопотамія, Аравія и Бактріана находились ужо тогда въ тѣсныхъ
сношеніяхъ между собою и обмѣнѣ идеями. Пхъ насоленіе представляло уже нѣкоторое
единство среди множества народовъ, обитавшихъ на земномъ шарѣ. Это былс какъ бы
всемірное государство, па нѣсколько тысячелѣтій опередившее собою созданіе греко-рим-
скаго міра. Вь составъ его входили тѣ народы, которые, согласно халдейской легендѣ,
собрались строить Вавилонскую башню для того, чтобы навѣки прославиться.
По ото еще не все! Прань, игравшій въ исторіи Стараго Свѣта столь важную
роль, какъ естественная область соприкосновенія в единенія народовъ Западней Азіи,
уже сознавшихъ свою солидарность, получилъ еще большее значеніе какъ мѣстность,
откуда распространились на ванадъ и востокъ народы, говорящіе ва языкахъ общаго,
такъ называемаго «арійскаго* происхожденія; ихъ геній далъ руководящее .анравлѳшѳ
развитію мысли всего человѣчества. Бъ Иранѣ именно мы находимъ связующее звено
между европейскими языками и языками Сѣв. Индіи. А къ этимъ двумъ гносеологиче-
скимъ группамъ, если включить сюда населеніе Новаго Свѣта, говорящее по европейски,
принадлежитъ 600 милліоновъ человѣкъ, т. е. половина всего населенія земного шара.
Въ дальнѣйшемъ количество населенія, говорящаго на арійскихъ языкахъ, должно еще
болѣе возрасти, благодаря энергіи этихъ народовъ, и тогда вездѣ на земномъ шарѣ
будутъ говорить и думать, кань гов -рягъ и думаютъ арійскіе народы.
Безъ сомнѣнія, прошло ужг время, когда проповѣдовали, какъ историческую догму,
чго цивилизаціи и расы Европы вмѣлв въ Иранѣ общую в единственную колыбель.
Эволюція, происходящая у насъ на глазахъ, распространеніе, въ качествѣ разговорнаго
языка, арійскихъ нарѣчій ср‘>ди такого множества разнообразныхъ народовъ, съ одной
стороны, бѣлолицыхъ, какъ, напр., баски, съ другой—краснокожихъ, какъ ирокезы,
съ третьей,—чернокожихъ, какъ негры Гаити, показываетъ, что употребленіе языка еще
не говоризъ о племенномъ родствѣ, и потому, нуждо полагать, первоначальная область
арійскаго языка, столь широко распространеннаго теперь, была сначала очень незначн-
203
тельна в расширялась постепенно, какъ она расширяется и въ наше время, именно—
путемъ распространенія пивилизоваппыхъ пародовъ и вліянія мирныхъ путешественниковъ
и торговцевъ, странствующихъ но всему свѣту съ драгоцѣнными товарами, лѣкарствами,
волшебными средствами и т. п. Этихъ странствующихъ учителей, плохими подражателями
которыхъ являются цыгане, и нужно считать главными распространителями языковъ.
Спрашивается, гдѣ же обніалп первые учителя тѣхъ словесныхъ формъ, которыми
пользуются теперь сотни милліоновъ людей? Патріотизмъ еще до сихъ поръ ослѣпляетъ
ученыхъ, а потому русскіе указываіогь родину арійцевъ въ сари стекахъ степяхъ, нѣмцы—
въ своей Германіи, скандинавы—въ Швеціи. Окончательно опредѣлить ее еще не воз-
можно; извѣстно ошо: слово «арійскій», служащее для обозначенія всѣхъ европейскихъ
и азіатскихъ нарѣчій одного корья, само по себѣ иранскаго и санскритскаго происхо-
жденія; оно обозначаетъ «благоролпын», п современное наименованіе Персіи «Иранъ»
разсматривается, какъ его производное.
Можетъ быть, имевпе съ Иранскаго плато произошло разселеніе первыхъ арійскихъ
племенъ въ разныя страны міра: знаменитая діаграмма Пнктѳ сравниваетъ измѣненія,
которыя претерпѣли арійскіе языкп, со времени своего возникновенія, съ длиною пути,
который ділжпы были пройти говіфящ-ѳ а нихъ «ироды. Съ другой стороны, одно
мѣсто въ «З'ядъ-Авестѣ* опредѣленно говорятъ, что иранцы должны были отступить
передъ холодомъ, н въ равнинахъ, расположенныхъ яа сѣверъ отъ бассейна Аму, видать
вменно ту область, которую опи принуждены была ьокинуть.
Семитическія (Хенъ) и татарскія (Томишекъ) заимствованія, замѣчаемыя въ боль-
шомъ числѣ въ арійскихъ языкахъ, также приводятъ насъ къ Иранскому плато, т. е.
къ Персіи, расположенной какъ разъ между равниной семитической Халдеи и туранскимп
степями Закаспійской области.
Наконецъ, именно въ области Права и до сихъ поръ находятся остатки персо-
битныхъ арійскигь народностей, лучше всего сохранившихъ характерныя черты арійцевъ
на первой, варварской ступени развитія. Это—горцы, замкнутые высокими стѣнами
Гиндукуша, имѣющаго къ югу склонъ своихъ водь въ р. Кабулъ,—л?и и разсматри-
ваются лингвистами, какъ наиболѣе чистые Арійцы, застуживающіе названіе «аристоііи»
или «арійцы пс преимуществу», если принять этимологію Бруннгофсра. окружающая
природа, скалистыя, почти недоступныя горы, узкія ущелья, водопады и утесы, густыя
зарослв. куда не проникаетъ топоръ дровосѣка, издавна защищали этихъ горцевъ оть
всякаго смѣшенія съ разными народами, проходившими мимо, по ниже лежащимъ рав-
пгнамъ. Этихь туземцевъ сосѣдніе мусульмане называютъ «клфирамн» (невѣрными),
не столько вслѣдствіе разницы религіи, сколько въ селу ихъ неукротимаго духа свободы,
ши-то и походятъ на европейцевъ болѣе всѣхъ другихъ азіатскихъ народовъ: между
няни много даже блондиновъ съ голубыми волосами. Языкъ ихъ, безъ всякаго сомнѣнія,
арійскій, приближается къ санскритскому, а вхъ кѵльть, гдѣ почитаніе огня играетъ вид-
ную роль, напоминаетъ описанныя въ индусскихъ Ведахъ церемонія: «нечистое дыханіе
да пс коснется священнаго огня». Наконецъ, утварь, инструменты, различные обычаи,
способъ счисленія по 20-тирічпой системѣ равнымъ образомъ говоритъ въ пользу
родства этихъ «кяфировъ» Гиндукуша съ Арійцами Азіи а Европы,
204
Далѣе, по приходѣ русскихъ въ Туркестанъ, ими были открыты среди массы болѣе
или менѣе смѣшанныхъ народностей грѵппы чи<,то арійскія, скрывавшіяся въ высокимъ
долинахъ, і.і западному склону Памировъ, въ Клратеглнѣ, Дарвазѣ, Вадакшанѣ. Эти
племена, «гальча», «ягнаубъ» малочисленны; ихъ едва нѣсколько тысячъ; но они вполнѣ
сохранили типъ, языкъ и. если не всю религію, то, по крайней мѣрѣ, нѣкоторые рели-
гіозные обряды предковъ, напр , поклоненіе домаптн«мт очагѵ. Впрочемъ, гальча "іолпѣ
сознаютъ благороіство своей расы; такъ, они считаютъ своимъ предкомъ того, имя
котораго прославляется множествомъ устъ: они, втп бѣдны? горцы, сравнивающіе себя
съ голодными воронами, разгребающими снѣгъ, чтобы отыскать нѣсколько зеренъ, счи-
таютъ себя потомками Александра Македонскаго, завоевателя Азіи. Очень интересенъ,
ст антропологической точки зрѣнія, фактъ, что гальча» внѣшность которыхъ соотвѣт-
ствуетъ, впрочемъ, самому спвершепиому типу красоты, считаются самыми короткоголо-
выми людьми (брахицефалами) изъ всѣхъ народовъ, т. о. голова ихъ, сргвнительво,
очень [.прока, между тѣмъ фанатики «германскаго» происхожденія арійцевъ любятъ
ссылаться, какъ на признакъ превосходства, ва длинноголовость (долихоцефалію)—какъ
разъ противоположный признакъ.
Собственно Персія, гдѣ большею частью арійское населеніе, только болѣе или
менѣе смѣша? юе отъ сліянія съ другими народностями, появляется въ исторіи народовъ
значительно позднѣе раввинъ Тигра и Евфрата. Такимъ образомъ арійская страда какъ
бы уступаетъ, пп древности культуры, странѣ семитической, но это только кажется такъ:
уже по самому наклону рельефа, по географическимъ условіямъ среды, Персія стоитъ,
такъ сказать, впереди Месопотаміи; невозможно поэтому допустить, чтобы она но дала
ранѣе и людей. Дѣйствительно, топкія болота Месопотаміи, остающіяся послѣ разлива
рѣкъ и высыхающія па солнцѣ послѣ спада воды, о<тавались сначала совершена» не-
обитаемыми; во культура, проникая постепенно и оттѣсняя все далѣе повеселенные лѣса
и болота, спустилась съ высокихъ равнинъ Персіи. Колонисты, слѣдуя по пакл»пу почвы,
по здоровымъ береговымъ долинамъ, основали первыя поселенія именно въ этихъ низи-
нахъ; имъ нужно поставить въ заслугу урегулированіе теченія рѣкъ и ручьсвь, превра-
щеніе лѣсовъ въ поля и луга, созданіе очага прогресса въ хаотическій, убійственной для
человѣка мѣстности. Можетъ быть, къ этому именно положенію дѣлъ относятся слова
халдейской легенды, заимствованно" йотомъ евреями; «г,се было безформенно и пустынно».
Съ горы сошелъ элементъ, факторъ порядка.
Западная часть Иранскаго плота, носящая теперь названіе Персія, имѣетъ болѣ?
правильную, болѣе цѣлостную форму, нежели восточная часть. Въ силу втого и ея ис-
торія должна была развиваться болѣе ровно и болѣе вслнчествето,
Вт первичныя эпохи, когда народности, обитавшія въ сосѣднихъ географическихъ
областяхъ, сохраняли свою независимость, нѣкоторыя частя Ирана ускользнули отъ этого
историческаго единства. Но еслв разсматривать собственно »дно плато, то нельзя н >
сознаться, что оно удивительно расположено, чтобы образовать одно прочное политиче-
ское цѣлое. На сѣверо-западѣ многочисленные горные массивы, подобно крѣпостямъ,
защищаютъ ущелья. перевалы и высокія іплнпы, п  которымъ бы могли проскользнути
на плато вторгающіеся съ кавказскихъ -трапъ народы; п» всему этому западному фронту
206
широкой полосой протянулись и горы, господствующія надъ месонотамскими равні'наѵн
Другіе пограничные хребты, отходящіе отъ юго-восточнаго угла Каспійскаго моря, огра-
ничиваютъ Персію съ сѣверо-востока, отдѣляя ее отъ исковъ и наносныхъ земель, оро-
шаемыхъ Оксусомъ. Съ восточной стороны обширныя, большею частью необитаемыя пу-
стыни отдѣляютъ западный треугольникъ Персіи отъ лабиринта восточныхъ долинъ, на-
селенныхъ афганцами. Наконецъ, дна моря омываютъ подножіе Иранскаго плато: на
сѣверѣ—глубоководный бассейнъ Каспійскаго миря, продолжающагося до холодныхъ сѣ-
верныхъ странъ, столь отдаленныхъ, что нѣкогда онѣ считались безконечными; са югѣ—
Д і а г р « « и ; ІГплтэ.
полукруглый Персидскій заливъ. соохніякжіася съ Индѣйскимъ океаномъ; берега ого
также долгое время оставались поизвѣспыми. Насоленіе, гапямэвшеѳ высокія равнины
Ирана и охранявшее пути къ нему, ведупге со стороны Евфрата, проявляло большую
энергію при нападеніяхъ, а само, съ своей стороны, пользовалось преимуществомъ почти
полной неприступности окружающаго пхъ пояса горъ: всюду находвливь препятстня,
крутые склоны, жгучіе пески, окруженныя скалами бухты. Если чужеземные пираты
массами высаживались >-а южномъ берегу, то предъ ними поднимались высокія стѣны
горъ, идущія уступами одна за другой; когда же съ сѣвера проникали на высоты плато
небольшими ордами кочевники, они вскорѣ наталкивались па множество людей и
обращались вспять, на свои равнины. До Александра Македонскаго ни одному изъ за-
па;пыхъ завоевателей не удавалось утвердить свое господство дальше самаго края плато.
Такая полная географическая изолированность должна была сдѣлать изъ Ирана
200
мѣстопребываніе тѣсносплочепныхъ имперій. Здѣсь получила начало, не говоря уже о
другихъ государствахъ, прошедшихъ незамѣтно въ исторіи, имперія Эламъ, управляемая
могущественными Вахонтама; потомъ здѣсь возникло царство Мидянъ и другое, столь
же грандіозное царство Кира и его преемннковь Ахемевндовы здѣсь же, послѣ побѣдо-
носныхъ экспедицій Александра Македонскаго, сгруппировались въ очень сильною націю
Парфянѳ, оказавшіе сильное сопротивленіе Риму; затѣмъ здѣсь образовалась динаспа
Сассавлдовъ, предъ силой которой разбилось военное счастіе Рима, Послѣ вторженія
магометанъ, на иранскихъ плато возникади другія династіи, и до нашихъ дней еще
иранское царство, извѣстное подъ именемъ Персіи, хотя, собственно, послѣднее названіе
относится только кь одной изъ провинцій, сохранило свои естесівеппыя границы,
по въ настоящее вр°мя, когда военному искусству такъ помогаетъ индустрія, прежнія
условія рельефа и климата уже потеряли свое значеніе, а сама ета территорія, сдѣлав-
шаяся сравнительно мелкой среди огромнаго водоворота исторій человѣчества, превра-
тилась въ простую игрушку между Англіей и Россіей.
Правъ былъ также одною изъ странъ, гдѣ отчасти вырабатыег іись наиболѣе драго-
цѣнные элементы нашего интеллектуальнаго развитія и нашего грядущаго прогресса.
Всп'мнимъ хотя бы о вліяніи Персіи въ развитіи религіи, оказываемомъ религіей огня,
религіей Зардушта. иди Зароастра, Манихеями, магомстаасшми сектами шіитовъ я ба-
тистовъ, затѣмъ о роля Персіи въ развитіи литературы, благодаря ея -оэтамъ Саади.
Гафину, Фирдучи, наконецъ, о развитіи искусствъ, е. до сахь поръ еще распространен-
ныхъ на всемъ Востокѣ, огь Индіи до Турціи.
Горы, тянущіяся параллельными цѣпями по юго-яападпому краю Ирана, образуютъ
какъ бы "-іясъ стѣнъ, весьма трудно проходимыхъ, а рѣки, берущія начало внутри этого
лабиринта, вырываются изъ своей темницы лишь узкими ущеіьями, которыя пересѣкаются
лругь съ другомъ подъ прямымъ уггомъ и большею частью совершенно недоступны,—
доступъ въ горы возможенъ только но тропинкамъ, проходящимъ по брешамъ горныхъ
гтѣпъ Поэтому, чтобы спуститься съ горныхъ мѣстъ въ равнину, иногда расположен-
ную по теченію той же рѣки, пастухи должны сдѣлать около 20 подъемовъ и столько
же спусковъ; пикто, кромѣ горцевъ, не осмѣлится перезалить чрезъ гребни горъ, иногда
поднимающіеся на высоту 4000 метровъ. Палпапіе Загр< пъ, которое даютъ этимъ горамъ,
•роисіодадъ, говорятъ, отъ араоскаго слова Захаръ, что значитъ «узкое ущелье между
высокими горами, на границѣ враждебной страны*.
Поэтому вполнѣ понятно, что жатый этой двкон страны, Бахтіары. оставались
въ дѣйствительности независимыми во всѣ времена, какъ раньше, такъ в теперь. Па
востокѣ, который, говорятъ, такъ склоненъ къ наслѣдственной монархіи, темъ не менѣе
существуютъ федеральныя республики ьъ теченіе цѣлыхъ вѣковъ. Лѣтописи передаютъ,
правда, что Лузы и Бахтіяры были подчинены то ХалдеВцамъ, то Ассирійцамъ, Элами-
тамъ или Персамъ, на самомъ дѣлѣ властители пользовались лишь нѣсколькими подар-
ками, цриаосимими съ большей церем-щіей, и остерегались нападать на Башаровъ, си-
дѣвшихъ въ ихъ естественной крѣпости, за сотнями стѣнъ, въ неприступныхъ ущельяхъ.
Напротивъ, цари Ахемениды, даже въ самый расцвѣтъ своего имущества, п іатили Кое-
сеяпямъ ядп Бахтіярамъ ва право прохода, когда желали пройти изъ Экбатаны въ
207
Вавилонъ или изъ Перссполиса въ Сузы, Эти горцы тѣмъ опаснѣе для другихъ и тѣмъ
легче читаются полными хозяевами у себя, что обладаютъ большою подвижностью, являясь
то кочевниками, пчгущвми свои стада, то осѣдлыми земледѣльцами. Нѣсколько разъ въ
году они перекочевываютъ съ горъ въ долины, смотря ш созову, и могутъ, въ случаѣ
нужды, собирать значительныя силы или разсѣяться, нодооно сернамъ между пропастями.
Расположеніе хребтовъ въ <,бласта Бахтіеровъ
5СООООО
г !''	( I	2,р0	зод Кплом.
При такомъ образѣ жизни они пріобрѣли дугъ свободы и чувство независимости, за-
ставляющее ихъ съ презрѣніемъ относиться къ жителемъ равнинъ, поставленныхъ при-
родою въ менѣе благопріятныя условія. Названіе ихь народа, обозначающее «счастлчрыеі,
«храбрые», «непобѣдимые», свидѣтельствуетъ о тѣхъ причинахъ, которыя создали имъ
свободу и далп имъ гордую поступь и смѣлый взглядъ. Иногда они соглашались слу-
жить добровольцами въ персидской арміи, н>> прп условіи оставаться вмѣстѣ, а не быть
распредѣленными по разнымъ полкамъ. Если чъ наслѣдственныя права вольности на-
20Я
рушалнеь, они поднимали возставъ и спускались мстителями съ горъ, нападая па го-
рода. Спи по пускали никогда ни одного чиновника кь себѣ въ горы, но всегда были
очень вѣжливы н предупредительны по отношенію къ путешественникамъ, такъ что нѣ-
сколько англичанъ и даже одна англичанка провели у ніаь вь іьѵО г. цѣлое лѣто.
Хоти Бапіары очень похожи друіъ на друга, что обусловливался климатомъ и
образомъ жизни, и у нихъ у всѣхъ можно найти «фамильное сходство», тѣмъ не менѣе
ни принадлежатъ къ разнымъ этническимъ группамъ, что объясняется географическимъ
рельефомъ игъ страны. Подобно тому, какъ въ Швейцаріи существуютъ четыре различ-
ныя народности—нѣмецкая, французская, итальянская в романская, такъ не меньше игъ на-
блюдается и среди Бахііаровъ: одни изъ нихъ кажутся частый арійпами, другіе—не-
сомнѣнно семитическаго происхожденія, но большинство ихъ—тюркской крови. Наконецъ,
есть представители и монгольской расы, но больше всего различныхъ помѣсей, указы-
вающихъ па смѣсь разныхъ народностей вь различныхъ пропорціяхъ. Однако. при всемъ
разнообразіи своего происхожденія, всѣ они говорить на нарѣчіяхъ персидскаго языка,—
благодаря цпвидпзгвавшеиу іпъ вліянію Ирана Большое разнообразіе народностей въ
странѣ Бахтіяровъ объясняется частыми войнами, происходившими вокругъ занимаемыхъ
ими горныхъ массивовъ. Въ зависимости отъ побѣдъ и пораженій цѣлыя племена и
..рміи оттѣснялись съ предгорій и равнинъ въ горы п гамъ располагались въ природ-
ныхъ крѣпостяхъ страны Эламъ. Мѣстныя преданія сообщаютъ о приходѣ такихъ на-
родныхъ группъ различнаго происхожденія, прячемъ пришельцы часто мѣнялись ролью
друіъ съ другомъ: прежніе властители превращались здѣсь въ васіаловъ, а васса іы -
вь властителей. Историческая индукція сближаетъ теперь названія «Бахтіяры», «Бак-
тріана» и колѣно Бакъ, проникшее въ Китай, ни надписи завоевателей рѣдко упоми-
наютъ объ этихъ Читателяхъ горныхъ высотъ, которые не искали легкой жпзвн жителей
равнинъ в избѣгали также ужасовъ войны. Лѣтописи великихъ имперій. Эламской, Вави-
лонской, Ассирійской, Индійское, Персидской совершенно не упоминаютъ ооъ этихъ на-
родностяхъ, жившихъ въ сторонѣ отъ военной славы.
Кромѣ этихъ народностей и нѣкоторыхъ другихъ, менѣе значительныхъ которымъ
рельефъ мѣстности позволялъ жить относительно изолированно, обитатели высокихъ
плоскогорій Ирана должны были, въ силу легкости соприкосновенія и смѣшенія, безъ
груда соединиться въ одно политическое цѣлое. По политическое единство, соотвѣтству-
ющее единству въ географическомъ отношеніи, нисколько по влечетъ за собою расоваго
единства всѣхъ народностей, явившихся сюда добровольно или приведенныхъ изъ раз-
ныхъ окрестныхъ странъ. Напротивъ, этн элементы представляли по своему происхожденію
очень большіе контрасты; да и не могдѵ быть иначе, такъ какъ сосѣднія страны чрез-
вычайно различаются и по почвеннымъ условіямъ, и но климатическимъ: горы Арменія
I равнины Халдеи, безплодныя долины Мекрана и выжженные солнцемъ берега Персвд-
ікаго валпва, песчаныя области, гдѣ притекаетъ р. Оксусъ, и Каспійскія степи,—всѣ
ітв страны, столь противоположныя н > природѣ, имѣютъ и различное населеніе, то земле-
іѣльцевъ, то кочевниковъ, то разбойниковъ; всѣ они различаются между собою я г»
ізыку, и по традиціямъ, по нравамъ и но расамъ; тутъ и негры, и семиты, арійцы н
іураппы.
209
Все вто различное населеніе, очутившееся ва плато западнаго Ирана, подверглось
здѣсь, съ точеніемъ времени, болѣе пли менѣе быстрому измѣненію и прекращенію. Со-
шедшіе со «нѣжныхъ высотъ горцы и раменные жители, покинувшіе свои безплодный
прибрежья, постепенно прис-
пособились ьъ новому для
нихъ климату
Вся вообще Персія на-
ходится въ полосѣ умѣрен-
наго климата, хотя нѣкото-
рыя части ея, по берегу Ин-
дѣйскаго «жеана, отличаются
жгучею температурою, благо-
даря отсутствію дождей и на-
правленію вѣтровъ. Судя по
направленію изотермъ, впро-
чемъ, большею частію гипо-
тетическому, средняя темпе-
ратура Персіи «очти такая
же, какъ и Франціи, распо-
ложенвой, однако, гораздо сѣ-
вернѣе, но за то па меньшей
высотѣ надъ уровнемъ океана,
и болѣе подверженной вліянію
воздушныхъ и океанійскихъ
теченіи юго-запада. Эта ср«*д-
вяя температура съ сильными
сезонными колебаніями холода
и тепла, по опыту человѣче-
ства, ««называется одною изъ
самыхъ здоровыхъ и наибо-
лѣе благопріятныхъ для. ум-
ственнаго развитія народа.
ТакЫ физическія условія сре-
ды, '-ліяя на смѣсь этниче-
скихъ элементовъ, которые
сталкивались и соединялись
на плоскогоріягъ Ирана, и
привели къ образованію того
Типъ номада-бахтіара.
прекраснаго персидскаго тира, который, вмѣстѣ съ грузинскимъ и черкесскимъ, ближе всего
кь идеалу красоты, какъ мы се понимаемъ; тѣ же самыя причины выработали также и
гибкій, ясный умъ иравпэ, что видно ужо пс дѣтямъ школьнаго возраста, изумляющихъ
«врі пеисквхъ путошествеігпикі'івъ своими блестящими, живыми глазами н тонкимъ умомъ.
иліав ркклю ьып а.
1-1
210
Трапецевидная поверхность Персіи, заключенная межту неравной высоты горами,
далеко не одинаково приспособлена природой для обитанія человѣка. Большая часть
плоскогорій состоитъ изъ каменистыхъ, глинистыхъ, песчаныхъ или солончаковыхъ про-
странствъ, совершенно непригодныхъ для обитанія. По сродвпѣ плоскогорій і падина, съ
пологими краями, которая расположена на высотѣ 300 (110?) метровъ надъ уровнемъ
океана. II'1 склонамъ этой владиьы нѣкогда текли рѣки, а па днѣ находилось внутреннее
море, иди по крайпей мѣнѣ, большое озеро. Н» впослѣдствіи, съ измѣненіемъ климата,
всѣ эгіі воды испарялись, рѣки высохли, в всс пространство покрылось солончаковою
растительностью,—и насоленіе должно было ограничиться занятіемъ травянистыхъ долинъ
и плодородныхъ земель у подошвы горъ. Даже н между параллельными хребтами мноіихъ
го нихъ цѣпей, которыя тянутся на юго-западѣ плато, мѣстами расположены совершено
безводныя пространства, гдѣ человѣку ие возможно основаться. Если вѣтряная мельница—
дѣйствительно персидское изобрѣтеніе, то основывается это. конечно, на сильныхъ вѣтрахъ,
дуюшилъ въ этихъ необитаемыхъ пустыняхъ я отдѣльныхъ холмахъ, одиноко возвыша-
ющихся среди усохшаго моря.
Изучая очертанія этихъ безплодныхъ областей Ирана, приходишь къ убѣжденію,
что въ общемъ, вмѣстѣ съ прилегающими къ нимъ низменностями, оиѣ соідавляють
форму треугольника, углы котораго расположены къ центру, югу и востоку края. Съ
другой стороны, плодородныя мѣстности, расп.ідагающія къ земледѣлію, лежатъ двумя
полосами, коіѵрыа сходятся другъ съ другомъ подъ острымъ угломъ въ сѣверо-западной
части плато.
Эта территорія простирается на протяженіи болѣе 500 кил. между двумя рядами
горъ: огромные массивы ограничиваютъ гѳ съ сѣвера; тамъ н здѣсь поднимаются одинокіе
ковусы вулкановъ, изъ которыхъ одинъ совершенно окруженъ видами озера Урмія; значи-
тельное число проходокъ расходятся отъ Азі-рбейджава ло всѣмъ направленіямъ: къ во-
стоку—къ берегамъ Каспія, яа сѣверъ—къ доливѣ Аракса, на западъ—къ озеру Ванъ,
на юго-западъ—къ Тигру и Евфрату. Такимъ образомъ нрв морскіе рыболовы, земледѣльцы
и залуди закаспійскихъ странъ, горцы кардукки (курды) и армяне западныхъ массивовъ
часто имѣли случаи смѣшиваться и сталкиваться съ обитателями Атропатевы и при-
шельцами изъ южныхъ или восточныхъ областей Ирана, слѣдовавшими по подошвамъ
горъ. Расположеніе рядомъ двухъ подосъ кулі туры съ ихъ населеніемъ не могло не при-
дать странѣ особой жизненности, подобно тому, какъ разгорается пламя отъ соединенія
двухъ костровъ. Кромѣ того, разнообразіе этическихъ элементовъ, соединенныхъ въ про-
межуткѣ между горами, между (священными* вершинами Цемав«-ида, Эдьвецта, Савалана,
Арарата, должно было благопріятствовать зарожденію здѣсь велякой цивилизаціи. Тамъ,
въ треугольникѣ, образуемомъ Тегераномъ, Таврисомъ и Хамадапомъ, лежалъ центръ
тяжести всего индійскаго и персидскаго міра, устроившагося на Иранскомъ плато; тамъ
онъ находится и теперь.
Благодаря открытію географическаго расположенія городовъ, о которыхъ упоминаютъ
Веды, Бруннгоферъ считалъ возможнымъ утверждать, что Арійцы, распѣвавшіе эти древніе
гимны, обитали преимущественно въ области Атропотены и сосѣднихъ странахъ, на за-
падъ—къ Арменіи и на востокъ—въ Хорасану Потухшій вулканъ, который называютъ
211
теперь Савалапомъ,—единственная гора, съ высоты которой можно одновременно увидѣть
и Каспійское море, и точеііі рѣки Раза (Араксъ), п снѣжныя вершины Химаватъ—
Альборджъ. или Эльборусъ. Савал.чпъ ничто иное, какъ Асваваита, гдѣ было божествен-
ное откровеніе вѣрнымъ послѣдователямъ Зороастра. Это—еще болѣо священная гора,
нежели Демавендъ и Араратъ; впрочемъ, святость горъ, подобно пламени, переносилась
съ вершины на вершину, въ то время, какъ населеніе передвигалось вдоль подсшвы горъ.
Орографическая карта Персіи
25000000
о
іооо
?ооо Килом.
Изъ двухъ полосъ Ирана, сходящихъ угломъ въ Атропагенѣ, одна, которая слѣ-
дуетъ, съ востока на западъ, южной подошвы Иранскаго Кавказа и Эльборуса, получила
ьъ исторіи первостепенное значеніе, благодаря естественнымъ путямъ сообщенія, которые
продолжаются, съ одной стороны, до окраинъ Азіи, съ другой—до Европы и Африки.
Западная полоса, которая тянется вдоль ноіраничныхъ горъ въ южномъ направленіи,
обязана своею историческою ролью тѣмъ сношеніямъ, которыя установились между раз-
личными провиппіями Ирана, особенно между Индіей п собственъ- Персіей. Одвако,
естественный путь, пролегающій по ней, наполовину теряется въ почти совершенно пустын-
ныхъ странахъ склона, ваправлепнаі» къ Индѣйскому океану; боковые же пути пѳре-
л
212
сѣкятщіе іодъ прямымъ угломъ горы, примыкающія къ Халдеѣ, отклоняютъ къ еападу
и движеніе пародокъ, я папрагленіе идей.
Одинъ ивъ этихъ боковыхъ пугой, пролегая прозъ брешь западныхъ горъ, огибаетъ
Эльвепдъ съ сѣвера въ видѣ лѣстницы, которою пользовались съ незапамятныхъ временъ,
такъ какъ различіе въ продуктахъ и самихъ культурахъ прилегающихъ странъ—горной
и равнинной, дѣлаетъ сношенія между ними неизбѣжными: жители горнаго плато спуска-
лись съ него въ большомъ числѣ, а, съ другой стороны, в житедг равнинъ поднима-
лись ва горныя террасы.
Располагаясь на верхней ступени этого прохода, персидскія арміи занимали почти
совершенно неприступныя позиціи; но, съ другой стороны, онѣ должны были спускаться
внизъ, въ раьниву, сели приходилось завоевывать ее. Исторія учитъ насъ, что повелители
Персіи почти всегда были нападающей стороной и очень часто, низвергся, какъ лавины,
свои арміи, захватывали низменности не только до Евфрата, ио іажѳ до Средиземнаго
моря и Греческаго Архипелага. Отраженная водна побѣжденныхъ пародовъ отбрасывала
Персовъ къ ихъ горамъ, и постоянно въ проходахъ, образуемыхъ Тигромъ или Евфра-
томъ. пли въ западныхъ воротахъ горъ Загрошъ происходили рѣшительныя сраженія.
Преданія говорятъ вамь о грандіозныхъ столкновеніяхъ, имѣвшихъ мѣсто но краю равнинъ
между эламит «и. т. е. Персами тогдашняго времени, п Халдеями или Ассирійцами, Совершая
неосторожность—спуститься въ равнину, чтобы тамъ встрѣтиться съ врагомъ, цари Ирана
гораздо болѣе рисковали быть побѣжденными, чѣмъ если бы опп оставались въ свовхъ
горныхъ ущельяхъ. Такъ, на равнинѣ Арбелы былъ разбитъ Александромъ Македонскимъ Да-
рій Персидскій; позднѣе, въ той же области римскія арміи Красса, Валерія, Юліана.—От-
ступника были совершенно уничтожены Персами; ьаконсцъ, «битва оитвъ». данная Персіей
Магометанамъ, также разыгралась въ низменной области между Тигромъ и его каналами.
Великій сѣверный историческій путь Ирана сохраняетъ то же самое направленіе,
какъ и азіатская преграда, образуемая рядомъ высокихъ хребтовъ, которые тянутся до
Иммаусв, г. е. Гиммалат. Западная часть этого пути точно обозначена самой природой.
Хребетъ Эльборугъ, древній Альборджъ, носившій это названіе уже въ первыя историче-
скія эпохи, вырисовывается на небѣ параллельна дорогѣ, идущей по южной подошвѣ горъ.
Согласно священнымъ преданіямъ принцевъ, Альборджъ—первая гора, вышедшая изъ рукъ
Орму ада, и ей поручено было божествомъ изіить воды и создать людей. Иранская ре-
лигія вндитъ въ Альборджѣ область семи симметричныхъ частей земли, которыя со-
отвѣтствуютъ семи небесамъ планетъ и семи кругамъ ада, семи цвѣтамъ радуги, семи
металламъ внѵтрп земли, семи днямъ недѣли, семи смертнымъ грѣхамъ и семи добро-
дѣтелямъ. Человѣчество во всѣ времена сохраняло идею числа, рптма, гармоніи, но въ
эпохи своего дѣтства искало : ачонности въ повтореніи одинаковыхъ фактовъ и въ
аналогіяхъ, а но во внутреннемъ соотвѣтствіи причинъ и слѣдствій. «Гора Духовъ?,
или Демавендъ, придавалъ хреоту Альборджъ особое священное значеніе, быть можетъ,
благодаря изверженіямъ лавы и, конечно, своимъ снѣгамъ, своимъ столбамъ пара, своимъ
ввязаннымъ наводненіямъ в горячимъ ключамъ Это—древняя гора Касюпа (Сазріоп
ого*), «которую первою осьѣшаеть еолвце»; отъ нея получило свое названіе н море
«Кашійское», расположенное у ея под-швы.
218
Къ востоку отъ Демавенда имѣются въ горахъ многочислсвиыя бреши: это область
<Ста вратъ»—Гекатомпилосъ, гдѣ «сотня» тропинокъ спускались къ берегамъ Каспія;
въ птой части лежитъ довольно нирокая плюса плодородной земли, нынѣшній Мазан-
дерппъ. Городъ Гекатоипилосъ, который Гдбвло отождествляетъ съ нынѣшнимъ Дамга-
номъ, ста п опился нѣсколько разъ, в» времена господства Парфяиь, столицею иранскаго
міра. Въ этотъ жизненный центръ, знаменитый съ отдаленныхъ временъ древности, сте-
кались коммерсанты, колонисты, земледѣльцы,—и племя Парнійцевъ, владѣвшее здѣсь
торговыми конторами, считалось очень богатымъ до отдаленной Индіи.
Вл западъ отъ грознаго вулкана цѣпь Эльборуса представляетъ, напротивъ, мало
брешей (прорывовъ). Но узкому побережью Каспійскаго моря вовсе не было дороги: съ
этой стороны путь, открывавшійся передъ путешественниками, былъ пересѣкаемъ быстрыми
потоками, прерываемъ большими и трудно проходимыми отрогами и, наконецъ, былъ
занять склонными къ грабежу воинственными племенами. Практически этотъ извилистый
рядъ узкихъ проходовъ, который продолжается на пространствѣ 800 квл. между за-
каспійскими пустынями и закавказскими раввинами, оставался закрытымъ для народныхъ
переселеній: несмотря па кажущееся (на картѣ) удобство этого пуги, ого но слѣдуетъ
разсматривать, какъ историческій путь большаго значенія. Почти всѣ чужеземцы, которые
устремлялись па -лотъ берегъ, принуждены бывали останавливаться на пути, то въ виду
битвъ съ горнами Гиляна, чтобы потомъ осѣсть ва землѣ, куда они случайно попали,
то чтобы переправиться черезъ цѣпь Эльборуса и выйти, на противоположномъ склонѣ ея,
н великій путь народовъ, который тянется идолѣ южнаго склоні горъ.
На востокъ отъ Каспійскаго моря срединный азіатскій путь раздвояется: одна его
вѣтвь идетъ вдоль южнаго подножія Иранскаго Кавказа, а другая спускается къ сѣверу
въ равнину. Въ ѳтомъ мѣстѣ прорывы гопъ даютъ доступъ многимъ тропамъ, которыя
паправ- яются къ юго-восточному углу моря и къ нижнему теченію рѣки Гургена. Геогра
фическій пунктъ, занятый въ настоящее время «городомъ звѣздъ» или «городомъ муловъ»,
Астрабшоыъ, пли Астерабадомг,—это по преимуществу историческое мѣсто: здѣсь должна
была основаться станція для каравановъ, которая также должна была возобновляться
Послѣ разрушительныхъ походовъ к.-п. завоевателя. Естественно старались укрѣпить
входъ на эту лѣстницу, ведущую въ горы,—и до сихъ поръ еще за Гургеномъ видны
остатки др. шей стѣны, которая, отходя отъ береговъ Каспійскаго моря, далеко тянулась
въ пустыню; постройку ея туземцы приписываютъ легендарному герою Александру «Дву-
рогому*. Даже устойчивость самого имени Гургонъ («Водки»), присваиваемаго небольш- мѵ
водному потоку, часто совершенію пересыхающему, доказываетъ капитальную важность
этихъ стратегическихъ пунктовъ, ибо І*ургень ничто иное, какъ Гирканъ,—названіе,
присвоенное всей Гнрканіи, т. е. области, которая простирается отъ Инда до Каспійскаго
или Гнрканскаго моря.
Во всякомъ случаѣ открытые черезъ эту чагть азіатской преграды исторически
пути имѣли только второстепенное значеніе. Путь черезъ Гургенъ ведетъ въ пустынныя
иіи слабо населенныя области, которыя въ течете извѣстнаго намъ періода почти всегда
были шиты разбойничьими племенами. Боковые пуги и вправо, и влѣво опасны или,
по крайней мѣрѣ, затруднительны. Справа, г. е. на востокъ, тянутся многочисленными
214
параллельными цѣпями горы Турамі яснаго Кавказа. которыя приходится огибать къ сѣверу,
слѣдуя по оазисамъ или, по крайней мѣрѣ, мѣстамъ, гдѣ можно найти воду. А такое
путешествіи было болѣе продолжительнымъ и, кромѣ, того, болѣе опаснымъ, чѣмъ путе-
шествіе по юа:пчму пути, идущему по Иранскому плато вдоль подошвы пограничныхъ
хребтовъ.
Такимъ образомъ гіавный проходъ между обіими склонами азіатской преграды
долженъ былъ находиться въ ъ>мъ мѣстѣ, гдѣ обѣ параллельно текущія рѣки, называемыя
теперь Мургабъ и Герирудъ (Тедженъ) перерѣзаютъ хребты Ііарыіамиза. Тамъ плодо-
родныя доляны занимаютъ оба склона, и потому здѣсь были основаны два города, съ
одной стороны Гератъ, съ другой—Меркъ, которые съ того временя являлись одними
изъ самихъ населенныхъ городовъ земного шара. Тамъ переходы чрезъ безплодные пески
меиѣе продолжительны, нежели въ другихъ пограничныхъ областяхъ Ирана, и можно,
направляясь къ сѣверо-западу, достичь теченія Оксуса и его побережій, переходя по
странамъ, которыя орошаются сбѣгающими съ сосѣднихъ горъ ручьями. Въ этомъ мѣстѣ
вся система азіатскаго рельефа оказывается сглажмноі, какъ бы въ видѣ обширнаго
залива, гдѣ скопляются ко множествѣ народы и гдѣ, время отъ времени, давленіе со
стороны переселенцевъ и завоевателей должно было оттѣснять жителей но другую сторону
горъ. Здѣсь же вырисовывается большой изгибъ естественнаго пути средней Азіи.
Изученіе древняго міра въ его цѣломъ, въ отношеніи къ Ирану, съ очевид-
ностью показываетъ намъ капитальное значеніе этого историческаго пути Персіи; это
какъ бы общій стволъ главнѣйшихъ географическихъ путей, которые мы перечислимъ далѣе.
Африканскій материкъ имѣлъ сноиеиія съ Алей въ прежнія времена только чрезъ
сѣверо-западныя свои границы и страну гиміаритовъ при входѣ вь Красное море; та-
кимъ образомъ только чрезъ Суецкій перешеекъ и Бабъ-эль- Мапдебскій проливъ вліяніе
Африки могло достичь Ирана, пройдя при зтомъ чрезъ бассейнъ Евфрата. Средиземно-
морскія страны, продолжавшія свою ось къ о-ву Кипру и заливу Александретты, также
направлены къ верховьямъ Евфрата и Иранскому плато. И отъ Чернаго моря, въ ко-
торое упирались при всей Европы, идущіе по Дппу, Дунаю. Днѣпру и Днѣстру, дорога
идетъ, чрезъ Закавказье, къ Ирану. Наконецъ, изъ Персіі- расходятся при по напра-
вленію ко всѣмъ странамъ Востока: одинъ изъ вигъ огибаетъ восточное основаніе обшир-
ныхъ памирскихъ плоскогорій и достигаетъ порога Джунга; іи, а другіе—чрезъ ущелья
и перевалы высокихъ нагорій центральной Азіи. Все это- -пути, по которымъ съ глу-
бокой древности происходила съ крайнимъ Востокомъ торговля нефритомъ и другими
товарами, обладавшими высокой стоимінтью при небольшимъ объемѣ. И все это огром-
ное развѣтвленіе историческихъ путей, проходившихъ съ востока на западъ чрезъ весь
міръ, имѣло одинъ общій проходъ, который, подобно путевой вити, вился по южному
склону горъ, окаймляющихъ Каспійское море, у подошвы Иранскаго плато.
Такимъ образомъ видно, что страны Персидскаго плато сдѣлались, уже въ сиду
своего географическаго рельефа, необходимымъ путемъ цпвилизацін, которая распростра-
нялась іо нимъ съ одного края міра до другого, но можно думать, чго н другія обла-
сти представляютъ аналогичныя преимущества, именно на сѣверѣ, гдѣ тянутся безко-
нечныя равнины, по которымъ часто происходили по всѣмъ направленіямъ переселенія
215
народовъ Дѣйствительно, і чдѣдтя еще легче, чѣмъ па Иранскомъ плато, могли бы
происходить по раввинамъ, степямъ пли пустынямъ Джунгаріи, Сибири и Восточной
Россіи; но эти страны были населены только кочевниками, состояніе культуры которыхъ
не могло легко измѣняться въ силу большого однообразія условгй ихъ жизни Народы,
являвшіеся съ Востока или запада, терялись здѣсь, какъ въ морѣ: огромныя передви-
женія цѣлыхъ націй отъ одного края ятой огромной равнины до другою совершенно
А а ѳ р 6 ' й д : к а н ъ.
і: о5осооо
------- — _ ________.__ ,  , ,
о	51	юо	150	200 КиЛОм
не отражалась на цивилизаціи: выйдя кочѳввнками и варварами изъ воротъ Джунгаріи,
они сохранили гі же нравы и у Карпатовь. Моральное сотрясеніе, вызвавшее революцію
въ игъ существованіи, произошло за тысями километровъ отъ ихь родины.
Совершенно иначе, какъ мы видѣли, дѣло обстояло ча плоскогоріяхъ Ирана,
благодаря контрасту ихъ съ окружающими странами. Приходили ли сюда переселенцы
съ равнинъ Месопотаміи или кавказскихъ долинъ, изъ песковъ Туркестана или съ бас-
сейна Инда, ,ни пчпада.'в какъ бы въ новый міръ,—но уже сдѣланный ими путь да-
валъ имь возможность кое-что узнать о немъ и даже измѣниться йодъ вліяніемъ ли-
216
ввтвзаціи, столь отличающейся отъ вхъ еобствс-нп.-й. Сѣверный путь, между Мешедомъ
н Гамаданомъ, можно сравнитъ съ плюши.іьнимч щипцами, въ которыхъ пароли, какъ
ковкіе металлы, подвергались новой переработкѣ, въ отвош'-піи своихъ идей и нравовъ,
такъ что, войди сюда варварами, выходили изъ нея, поднявшись д<> высшей степени
цивилизаціи. Отсюда проистекаетъ капитальное значеніе Персіи въ всеобщей исторіи
человѣчества! И не безъ основанія позтому всѣ западные в восточные народы, евро-
_5Йцы, американцы, индусы, китайцы взираютъ па страны Ирана, какъ па область
своихъ предковъ. Легенды, называющія первыхъ людей выходцами изъ этихь горъ,
имѣютъ вѣрную основу.
Къ сѣверу отъ горной преірады, соединяющей хребетъ Эльбурсъ съ Памиромъ,
преграды, части которой носятъ различныя названія—Иранскій Кавказъ, Туркменскій
порогъ, горы Хорассана, Парѵпамизъ, Гнпду-Кушь,—рѣчные бассейны, образовавшіеся
отъ льдовъ и водъ, ниспадающихъ съ западнаго склона огромныхъ массивовъ, плато и
горъ Тянь-Шаня п Пампрэвъ, представляютъ страны, наиболѣе выдвинутыя къ востоку
« населенныя пнвнлизовапвымн націями. Но въ ту вдоху, когда ноты здѣсь были бо-
лѣе изобильны, вт । территоріи оставались, такъ сказать, «не совершенными» въ срав-
неніи съ Месопотаміей, произведеніями природы, а до извѣстгой степени только на-
бросками ея, такъ какъ горы и пустыни лишали ихъ нормальныхъ сношеніи съ осталь-
нымъ древнимъ міромъ. Ограниченныя съ сѣвера, сѣверо-запада и запада песчаными
или глинистыми областями, трудно проходимыми, этп страны соединяются, однако, съ
южными мѣстностями при помощи покрытыхъ травою горныхъ долинъ. Ихъ можно раз-
сматривать, какъ узлы на сѣти нервовъ, раскинутой излучинами у подножія плато и
пересѣкающей горную преграду Азіи проходя изъ сибирскихъ равнинъ въ Сѣверную
Персію и оттуда спускаясь къ западу, къ оассейву Тигра п Евфрата. Конечно, вги
страны, орошаемыя рѣками Сырь и Аму, по представляютъ собою центра схожденія
историческихъ путей, подо оно, напр., Вавилону, гдѣ сходились пути изъ Аравіи и Африки,
изъ Финикіи и Малой Азіи, изъ Средиземно-морскихъ странъ и Чернаго моря, съ Кав-
каза и всѣхъ областей далекой Гирканш, съ Ирана и Инда; впрочемъ, ихъ считаютъ
уздами второстепенныхъ развѣтвленій, также имѣющими большое значеніе въ общей ико-
номіи міра, такъ какъ эти долины пересѣчены коммерческими путями, связывающими
Волокъ къ Западомъ.
Первый, самый сѣверный рѣчной бассейнъ,—рѣки Чу, отводитъ излишекъ воды
изъ Иссыкъ Куль, или «Горячаго озера». Овь едва заслуживаетъ упоминанія, въ смыслѣ
мѣстопребываніи народностей, имѣя, такъ сказать, только географическое значеніе, по-
тому что воды его 'апоены пескомъ,—и пустыня оставляетъ для земледѣлія, т.-е.
культуры только небольшое мѣсто.
Населенная зона начинается лишь съ Яксарта Грековъ, или Снлиса древнихъ
Скифовъ, извѣстнаго теперь полъ названіемъ Сыра, или Сырь Дарьи (Дарья—рѣка).
Эга рѣка менѣе богата естественными связями съ остальнымъ континентомъ, нежели ея
южная соперница. Беря начало въ сердцѣ Тянь-Шаня (Небесныхъ горъ), она прохо-
дитъ своими верхними притоками чрезъ ^нѣжныя доливы и дикія ущелья,—суровую
обдастъ, съ очень рѣдкимъ населеніемъ, живущимъ скотоводствомъ. Земледѣльческая про-
217
мышлепиость, эт«» первое условіе цивилизаціи, возможна здѣсь только къ Ферганской
долинѣ, представляющей соб-. ю дно прежняго озера съ горпзотадыіыыи слоями наносовъ;
долина эта прекрасно орошается водами Сырь и его многочисленныхъ притоковъ. По
красотѣ и равнообразія своихъ культуръ, а также пе великолѣпію горныхъ ландшаф-
товъ, окружающихъ зти культуры съ юга и сѣвера, это какъ бы вторая Ломбардія,
одна изъ прѳлесінѣйшихь странъ во всемъ мірѣ. Во всѣхъ областяхъ Иранской циви-
лизаціи Фергана славится чистотою и прозрачностью своей атмосферы. Здѣсь «все—
голубое»,—говорятъ путешественникъ Уйфальви—«и небо, и вода озеръ и ручьевъ, опе-
реніе птицъ, камни на поляхъ и стѣны зданій!»
Но эта великолѣпная долина не могла пріобрѣсти въ древности важнаго истори-
ческаго значенія, такъ какъ площадь ея, сравнительно, очень небольшая, а ея куль-
турное населеніе, ограниченное съ запада обширными пустынями, стало приходить въ со-
приьосн шеніо съ остальнымъ міромъ только вь іи.выя времена, когда изобрѣтены были
быстрые способы сообщенія. Власть иранцевъ, какъ и позднѣе гроковъ, но переходила
въ вту высокую долину Сыра, откуда тянулся чрезъ горы «путь за шелкомъ» въ да-
лекій Китай. Аванпостъ персовъ находился близь того мѣста, гдѣ теперь стоитъ го-
родъ Хі-джептъ, въ древности Кира, каковое названіе относили къ легендарному осно-
вателю Персидской имперіи Киру, отчего и самый городъ греки называли Кирополисъ
(«городъ Квра»). Недалеко отсюда македоняне построили свою «Александрію самую
дальнюю», Аіехашігеіа 6 езкііаіб Почти непосредственно за этою мѣстностью, внизъ
по рѣкѣ, послѣ сліянія рѣки съ притоками орошающими Ташкентъ его окрестности
начинается пустыня. Сыръ Дарья теряетъ вь оросительныхъ каналахъ большую часть
своей воды, которую доставляютъ ей ледники. Рѣки, которыя направляются къ ней,
изсякаютъ прежде, чѣмъ достичь ея русла; пески, военные вѣтромъ, часто заставляютъ
ее мѣнять свое поправленіе, бѣднѣть водою и гамъ н здѣсь оставлять въ доливѣ бо-
лота. Далѣе рѣпа, извиваясь змѣеобразно въ сѣверо-западномъ направленіи до Араль-
скаго моря, можетъ орошать по обѣ стороны своихъ береговъ лишь узкія полосы со-
вершенно недостаточныя, чтобы земледѣльческое насоленіе могло создать здѣсь живую
стѣну, непроницаемую для разбойничьихъ пабѣговъ стойныхъ туркменъ. Такимъ обра-
зомъ, прекрасная азіатская Ломбардія была лишена велкпхт. прямыхъ сношеній съ стра-
нами Пѵ ту сторону Каспійскаго моря, и цивилизація ігь ней, за недостаткомъ умствен-
•аго обмѣна, Должна была атрофироваться.
Бассейнъ Оксуса, или Аму-Дарьи, расположенный южнѣе, въ 500 - 600 киломе-
трахъ отъ экватора, имѣетъ болѣе теплый климатъ и богаче проточною водою; бда-
годаоя переваламъ чрезъ Паропамизъ, онъ имѣетъ болѣе прямое естественное сообщеніе
съ Индіей и Ираномъ; слѣдов., и исторію болѣе активную, а жизнь болѣе интенсив-
ную, вежпли Фергана Десятки милліоновъ людей могли съ удобствомъ жить въ этой
обширной странѣ, орошаемой на всемъ своемъ протяженіи; и дѣйствительно, и легенды,
и преданія народовъ говорятъ, что населеніе здѣсь было очень густо. Самую богатую
часть этой страны представляетъ знаменитая Бактріана, главный гороіъ которой—Та
Вакіга—почти тожественъ, по своему названію, съ «бахтіарами* Иранскихъ горъ, что
указываетъ, что это былъ, вѣроятно, этапный пуикгь переселенцевъ, чаправлявшнхея
218
отсюда для кол-‘нпзапіп Китая, подъ предаоіительствомъ одного Паховта который позднѣе
сдѣлался, говорятъ, императоромъ Шн-Гоангтя. Легенда говорить, что сказочный Зо-
роастръ началъ (вою проповѣдь именно въ Бактріанѣ. Позднѣе вта страна сдѣлалась
также очагомъ буддистской пропаганды и, наконецъ, подъ властью Селевкндовъ п ихъ
преемниковъ, стала центромъ эллинскаго движенія въ центральной Азіи. Въ книгѣ ѴоП-
біба'І названіе Блкіръ—Вакіііі -страна высокихъ знаменъ, является символическимъ
выраженіемъ королевскаго блеска и военнаго могучести.
Иа сѣверъ отъ Бактріаны, на противоположномъ склонѣ долины Океуса, возникли
другіе значительные города: такъ, въ СугдіанѢ—Марканда (Самаркандъ), ..пруженная
во времена Александра Македонскаго стѣнами въ 13 кнл. протяженія; потомъ этотъ
городъ сдѣлался пышною столицею Тамерлана. Лежащія къ ланаду отъ Бактріаны и
Сугдіаны—Маргіана. т.-ѳ. плодородная долина Маргоса, или Мургаба. и Харезмія. назы-
ваемая иначе «Низменной землей», гъ дельтѣ Оксуса, равнымъ образомъ должны были
получить важное значеніе благодаря своимъ произведеніямъ в своей цивилизаціи, раз-
вившимся вслѣдствіе изобилія воды. Особенно важное значеніе пріобрѣла Маргіана, эта
«самая плодородная страна въ мірѣ», гдѣ очинъ изъ Селевкндовъ построилъ городъ
Антіохію Марсіанскую, окруженную, говорятъ, стѣною въ 275 кил протяженія. Важное
значеніе этого города въ экономіи древняго Ирана, обуионливалось его положеніямъ въ
выемкѣ Пароплмиза, въ естественномъ мѣстѣ торгонти н остановки переселенцевъ. Рѣка,
орошающая поля этой древней Антіохіи, нынѣшняго Мерва, вытекаетъ изъ низкой
бреши въ горахъ; а далѣе па западъ другая, паршилыіая рѣка совершенно преры-
ваетъ горную цѣпь, открывая такимъ ->бразомъ какъ бы большія вороіа, гдѣ македо-
няне не преминули построить еще новую «Александрію», военный городъ, который съ
давняго времени былъ извѣстенъ подъ именемъ Герата и который часто называютъ
«ключемъ къ Индіи».
И все-таки, эти страны, послѣ пышнаго расцвѣта, превратились въ пустыни
почти на всемъ своемъ протяженіи. «Бойна прошла здѣсь». Ио онѣ моіли бы снова
расцвѣсть, какъ это было съ другимя опустошенными странами, если бы обдати верх-
няго Яксарта, верхняго Оксуса, Согда. Маргоса не висѣли, такъ сказать, «на воздухѣ»,
окруженныя кочевниками, наслѣдственными врагами земледѣльцевъ, среди горъ и пу-
стынь, прерывающихъ всякое сообщеніе съ цивилизованными странами. Съ восточной
стороны Бактріана, нать которую господствуютъ высоты Памира, въ теченіе нѣсколь-
кихъ мѣсяцевъ въ году можетъ сообщаться со склонами Кашгаріп только по снѣжнымъ
переваламъ, доступнымъ лишь дія пастуховъ и неустрашимыхъ торговцевъ, солрово
ждающихъ ихъ. На западѣ и югѣ единственный естественный путь, соединяющій до-
лину Оксуса съ Ираномъ и остальнымъ міромъ, проходить къ югу отъ азіатской пре-
грады, или Парѵпалнза. въ Арменію и Вавилонію чревъ Персіи, и Мидію. Этотъ путь
можно сравнить съ товс--Л пяткой, связывающей Бактріану съ средиземноморскимъ по-
бережьемъ и Европой. Пока эта нитка была цѣла, ьиѣшиій Иранъ, области Оксуса и
Яксарта поддерживали сношенія съ западнымъ цивилизованнымъ міромъ, а какъ только
войны или другія событія обрывали эту нить, данныя страны впадали въ состояніе
относительно глубокаго варварства.
219
Дѣйствительно, изъ сравнительнаго изученія народовъ видно, что во всѣ періоды
своего процвѣтанія нлп, по крайней мѣрѣ, своего политическаго могущества, Бактріана
находилась въ свободныхъ коммерческихъ сношеніяхъ или даже въ 'олитическомъ еди-
неніи со странами по противоположныымъ склонамъ горъ. Такъ, въ доисторическія времена,
Область Восточнаго Эльбурса, АІааандѳранъ
КЗ 500000
О	30	100
ІЗОКИЛОМ.
когда въ бассейнѣ Оксуса возникъ маздеизмъ, который намъ, современнымъ людямъ,
кажется по преимуществу арійскою религіею, арійцы, разсматриваемые не какъ предки
«впхоевропейской» расы, населяющей теперь половину міра, а какъ народъ, говорящій
на языкѣ, родственномъ вашимъ языкамъ, повидимому, господствовали на плоского-
різхъ Азіи отъ склоновъ Тянь-Шаня и Памировъ до горъ Азербейджана. «Сердцемъ
настоящаго Ирана былъ городъ Баявъ»,—говоритъ Габино («Исторія Персіи»), «ослѣ
220
этого періода, въ теченіе котораго Бастрія, быть можетъ, обладала извѣстною гегемо-
ніей иглъ народами той же расы, обитавшими по южному склону горъ, ша долгое
время оставалась тѣсно связанной съ впмя въ счастіи н несчастій, потому что ѵна
послѣдовательно подпадала подъ власть мидянъ, персовъ, македонянъ и грековъ сс-
ловкидовъ. Затѣмъ, когда первоначальная сила, имѣвшая точку опоры ва берегахъ
Средиземнаго моря, почти совершенно израсходовалась, и прямые наслѣдники Александра
Македонскаго должны были нощішуть восточныя провпопіи своеі имперіи, независимое
греческой государство, основавшееся въ Бактріанѣ, продолжало находиться въ сноше-
ніяхъ па югѣ съ парфяпаиь и даже съ обитателями Индіи: одинъ изъ монарховъ этой
страны, Деметрій, жившій почти 2100 лѣть тому назадъ, носилъ титулъ «короля Индіи».
Даже болѣе: толчекъ, данный Бактріанѣ цивилизованными народами, явившимися
съ запада, дѣлалъ изъ этой страны этапный пунктъ между Средиземнымъ моремъ и
Желтою рѣкою. Въ эпоху, когда эллинизированная Бактріана стала центромъ культуры
въ центральна Азіи, китайцы, получившіе свою науку и искусства отъ переселенцевъ,
пришедшихъ въ прежнія времена изъ той же страны, находились въ частныхъ сношн-
ніягь съ народами противоположнаго склона. Обѣ провинціи—Бактріана и Сугдіана,
обозначались имя подъ именемъ «Великой Явавіп» или «Велнкии Греціи»; такое же
названа римляне тѣхъ же вѣковъ давали южной части Италіи. Въ теченіе нѣкото-
раго времени бассейнъ верхняго теченія Оксуса, извѣстный подъ названіемъ Чипъ или
Сам'ичепъ (т.-е. Самаркандъ), находился даже ьъ зависимости отъ «Срединной Импе-
ріи». Этотъ бассейнъ былъ тогда очагомъ буддистской іропагапды, какъ раньше болѣе,
1000 лѣтъ назадъ, центромъ маздеизма я какъ позднѣе сдѣлался одною изъ великихъ
шкодъ магометанства.
Изоляція Бактріаны, прой шедшая между греческою эпохою и вѣками ислама,
происходила гораздо менѣе отъ природы, поставившей, впрочемъ, преграду въ Паропа-
мпзѣ, нежели отъ вторженій враговъ изъ сѣверныхъ странъ. Широко открытыя степи
на сѣверѣ и сѣверозападѣ, іранвчашія съ областями Яксарта и Оксуса, угрожали имъ
тѣмъ больше, чѣмъ лучше послѣднія были культивированы и чѣмъ богаче были ихъ го-
рода. Орды разбойниковъ, подстерегавшія своихъ жертвъ у краевъ колоній, выдвинув-
шихся далеко впередъ, н въ горныхъ ущельяхъ, пользовались -ервымь цопавшимся
'•лучаемъ, чтобы вторгаться въ эти богатыя страны; а такіе случаи доставляла имъ
Ніи междоусобная война или измѣна к. н. честолюбца иле другое событіе. Чѣмъ чаще
повторялись эти нападенія, тѣмъ болѣе измѣнялся и плѳмепный составъ населенія. Но-
вые пришельцы захватывали мноця мѣсті поселеній, а старыхъ жителей иди истребляли,
или вытѣсняли въ высокія горныя долины. Въ концѣ концовъ арійскій элементъ, слиш-
комъ ослабленный уже, чтобы сопротивляться, оказался во многихъ мѣстахъ вдоль
склоновъ Гивду-Куша, совершенно уничтоженнымъ иди занялъ въ нѣкоторыхъ городахъ
приниженное положеніе порабощеннаго, часто даже терпимаго, лишь подъ условіемъ
отказа отъ своего языка и своихъ ооговъ. Такимъ образомъ турки и монголы, извѣ-
стные подъ разными именами: туркменъ, или туркомановъ, киргизовъ, каракалпаковъ,
кайсаковь, бурятъ, узбековъ, заняли большую часть двойного бассейна Яксарта и
Оксуса, вперемежку сь саріами, т.-е. народ< мъ смѣшанной расы, у которыхъ арійскій
221
Оби а о 1 ь Западнаго Эльбурса, Г и л я п ь.
I 35СОООО
юо
госК» ’м.
элементъ еще замѣтенъ. Единственные близкіе родственники иранцевъ южнаго
плато—таджики, или «увѣнчанные», жители городовъ и восточной Бактріаны, вблизи
горъ. Но и игъ типъ довольно но чистый, а языкъ изобилуетъ слогами и оборотами
222
тюркскаго в монгольскаго происхожденія. Къ прибытію русскихъ въ Туркменію, чисто
арійскій элементъ удержался только въ горныхъ ущельяхъ, на западномъ склонѣ Нами
ровъ, «ъ Каратепгаѣ, ДарвазЬ, въ Бадакшавѣ.
Своиміі вторженіями въ арійскія области арато-каспійскихъ рѣкъ кочввлвки, при-
ходившіе изъ сѣверныхъ странъ, двояко вліяли на измѣненіе природы страны, ея
почвы и климата: сначала непоир«‘дствсппымь опустошеніемъ, разрушеніемъ садовъ,
вырубкою лѣсовъ, затѣмъ уничтоженіемъ земледѣдія и замѣною его скотоводствомъ.
()ии засыпали каналы пли, по крайней мѣрѣ, давали илу занести ихъ, а вмѣсто того,
чтобы регулировать точеніе ]іѣкъ, поевіомъ скота по берегамъ способствовали образо-
ванію болотъ и неправильному теченію воды. Такимъ -'бразомъ, благодаря ямъ увеличи-
валась степь, можетъ быть, въ соотвѣтствіи съ измѣненіемъ климата. Они дали болѣе точ-
ный географическій смыслъ названію «Туринъ», которое уже со временъ далекой древности
противопоставляютъ названію «Иранъ». Между лимв двумя областями, лежащими на
востокѣ отъ Каспійскаго моря в раздѣленными горною пѣнью азіатской преграды, вездѣ
наблюдается контрастъ между равниной и влоскогоріемъ. еще въ большой мѣрѣ, контрастъ
между ихъ населеніемъ—мирными земледѣльцами в воинственными кочевниками.
Плато Ирана, отдѣляемое отъ Бактріаны, Маргіавы, пустынь Турина и
Каспійскаго моря различными горными цѣпями и массивами индійскаго Кавказа и его
западныхъ отвѣтвленій, дѣлятся на двѣ большихъ естественныхъ области- собственн-1
Иранъ л - западѣ и различныя страны на востокѣ, носившія въ древности названія
Арахозіи, Драпгіаны, Гедрозін, теперь же иівѣетпыя и<>дъ именемъ Афганистана п Белуд-
жистана. Восточная область, долины которой пересѣкаются съ долинами Бактріаны,
почти такого же протяженія, какъ и западная, но отличается отъ нея по устройству
поверхности, представляя большее разнообразіе рельефа, болѣе сложное строеніе и, стало
быть, является болѣе благопріятно а для сохраненія племенного разнообразія насоленія.
Обѣ половины Иранскаго плато представляютъ нѣкоторую аналогію: обѣ окружены по
краямъ прами, съ многочисленными массивами, съ расходящимися или параллельными
хребтами; обѣ имѣютъ въ срединѣ углубленіе, куда направляются воды «'нутренняго
склона или, по крайней мѣрѣ, направлялись раньше, до осушенія части страны, однако,
наблюдается и различіе въ направленіи скл- новъ: въ то время какъ западная часть —
имѣетъ склонъ съ сѣверо-запада къ юго-востоку, въ восточной части—онъ направленъ съ
сѣверо-востока на юго-западъ.
Горныя преграды и географическое расположеніе нхъ склеповъ, направленныхъ
къ срединному углубленію, должны были соотвѣтственно повліять в на жизнь обита-
ющихъ здѣсь народовъ. Нѣкоторые изъ япгь оказались совершенно замкнутыми, а тѣ,
которымъ природа допускала свободное сообщеніе съ внѣшнимъ міромъ, все-таки были
увлечены наклономъ поверхности и направленіемъ водъ къ внутренности страны. Такимъ
образомъ, внѣшнія условія благопріятствовали созданію различныхъ этническихъ группъ,
такъ какъ первое условіе первобытнаго патріотизма это--присутствіе у страны рѣзко
очерченныхъ контуровъ.
Рѣдкость и недостаточность текучихъ водь сдѣіала обитателей этой страны весьма
искусалм» въ отысканіи и сохраненія подземныхъ водъ. Ни въ какой области Ирана
223
пѣтъ болѣ» умѣлыгь людей въ отысканіи глубокихъ источниковъ я постройкѣ нары-
вовъ. называемыхъ въ Персіи канатами,—этихъ каналовъ, которые проведены по
склонамъ горъ па глубинѣ нѣсколькихъ метровъ потъ землею. Скорость теченія въ
нихъ воды разсчитана такъ, чтооы не вода задерживалась и, вмѣстѣ съ тѣмъ, но раз-
мывала стѣнокъ канала. Вдоль этихъ жіівоносныхъ источниковъ и располагаются здѣсь
города и соленія. Нѣкоторые кяризы высѣчены въ видѣ галлерей въ скалахъ, другіе
проходятъ въ видѣ сифоновъ водъ оврагами Одинъ изъ такихъ каналовъ, въ доливѣ
Бори (Белуджистанъ) былъ выкопанъ подъ ложемъ потока, шириною въ 90 негровъ,
тамъ, гдѣ вода образуетъ послѣ дождей роьпую площадь, глубиною І’/з метра, и гдѣ
скорость ея равняется 9 килом. въ часъ.
Въ настоящее время большинство населенія современныхъ Афганистана и Белуд-
жистана, по типу, языку и образу мыслей, состоитъ ізъ арійскихъ элементовъ; у
многихъ афганскихъ племенъ, обращенныхъ въ челамъ, даже сквозь новую обрядность
просвѣчиваютъ религіозные обычаи, зпалогичные обычаямъ кафировъ и гальчей. Пѣтъ
сомнѣнія, что нрп началѣ исторіи обитатели этой части арійскаго плато были болѣе
чистой расы, теперь же между современными обитателями много монголовъ и семи-
товъ—евр'ч’въ п арабовъ, потомковъ завоевателей и псреселснцоиъ, являвшихся сюда
въ теченіе 25 послѣднихъ вѣковъ. Такпмъ образомъ, хотя вся территорія и ограждена
съ сѣвера и востока стѣнами горъ, съ юга—океаномъ, а отъ Персіи отдѣлена пусты-
нями и выступами горъ, такъ что въ общемъ похожа на крѣпость, состоящую изъ
множества отдѣльныхъ фортовъ, гдѣ тлемепа моіутъ долгое время охранять свою неза-
висимость, все-таки, значатъ существуютъ широкія и глубокія ореши. которыя даютъ
возможность новымъ пришельцамъ пропивать на плато.
Самая важная изъ этихъ брешей это долина Герн-Рудъ, сообщающая сѣверо-за-
падный уголъ Афганистана съ равнинами, расположенными къ сѣверу отъ Паропамиза.
Въ этой области множество дорогъ ведутъ съ одного склона на другой, п каждая
имѣла свое историческое значеніе. Прежде всего, легко было бы пользоваться ложемъ
рѣки, часто высыхающей, или ея берегами,—стоитъ только ниже того мѣста, гдѣ стоитъ
городъ Гератъ, на высотѣ 900 метровъ, слѣдовать по теченіе Герп-Руда, чтобы войти
въ цѣлый рядъ ущелій, которыя совершенно раздѣляютъ горную преграду Индійскаго
Кавказа, и въ копцѣ концовъ можно достичь большой равнины, гдѣ развѣтвляются
оросительные каналы Теджепа; по тѣснины, по которымъ проходитъ рѣка Гери-Рудъ, а
иногда разлитіе ея подъ препятствовали переселенцамъ и торговцамъ слѣдовать этимъ
путемъ, и они всегда предпочитали проходить далѣе къ востоку, чрезъ одну изъ бре-
шей, прорѣзающихъ продолженіе Паропамиза. Другой путь, соединяющій прямой ли-
ніей бассейны Мерна и Герата, поднимается на высоту 1536 метровъ, что еще ве-
ннаго, сравнительно съ другими, восточными путями чрезъ Гипду-Кушъ, поднимающи-
мися на высоту тысячъ километровъ. Однако, между этимъ прямымъ путемъ и доличой
Гери-Рудъ, чрезъ горы, называемыя теперь Бахрутомъ, который является продолженіемъ
И ропамиза, путешественники знали нѣсколько оолѣе легкихъ проходовъ,—п одппь
изъ нихъ, перевалъ Хчмбу, на высотѣ 945 метровъ, возвышается падь близъ лежа-
щими съ сѣвера и юга равнинами не выше ЗОО метровъ.
224
Такимъ образомъ естеггвеппое сообщеніе одного склона Пароиамиза съ другимъ
пе трудно. Но чрезвычайную важность въ исторіи народовъ при таетъ многочисленнымъ
горнымъ проходамъ то обстоятельство, что эти различные пути, сходящіеся въ бас-
сейнѣ Герата, продолжаются широкою полосою, пересѣкая всю восточную Арійскую
область п приводя такимъ образомъ въ іеографичеекую связь равнины Оксуса и Сеып-
рѣчья. Правда, прям-< къ югу отъ Герата тянется горная цѣпь, перевалы чрезъ кото-
рую имѣютъ еще высоту 2000 метровъ, но къ западу этотъ хребетъ быстро понижается,
п можно обогнуть его и направиться къ югу черезъ область, менѣе возвышенную,
всего отъ ЮѵО до 1200 метровъ, по которой можно безъ труда путешествовать въ
повозкѣ, запряжі-пііой четверкой лошадей.
Эта естественная дорога, слѣдующая почти па всемъ протяженіи долинами рѣкъ,
воды которыхъ скатываются въ глубокую впадину Драпгіаны, нынѣшній Сенегалъ, окан-
чивается близъ горъ, господствующихъ надъ равнинами Инда, въ населенномъ центрѣ,
аналогичномъ Герату: это—мѣсто, гдѣ возвышается теперь городъ Кандагаръ, о кото-
ромъ, также какъ о Гератѣ и многихъ другихъ азіатскихъ городахъ, сложилась ле-
генда, что онъ былъ построенъ то пе[.-ымъ человѣкомъ па землѣ, то--однимъ изъ его
сыновей. Настоящій смыслъ этой легенды тотъ, что въ этихъ мѣстахъ, гдѣ сталкива-
лись великія историческія теченія, стало концентрироваться городское насоленіе съ тѣхъ
поръ, капъ пароды пришли въ движеніе.
Однако, этотъ, столь удобный путь, открытый отъ каспійскаго побережья до
Индѣйскаго океана, имѣетъ ва сѣверномъ копцѣ ючною отправленія почта пустынную
страну, по которой бродятъ, вокругъ Маргіавы, ыічевиикп; ватѣмь, і.нисавъ огромную
дугу къ ченѣе населенной части Афганистана, онъ оканчивается проходами Солиманъ
Дата па раввинахъ, болѣе выжигаемыхъ солнцемъ а менѣе населенныхъ, нежели до-
лины Инда. По этому длинному и окружному пути взаимныя сношенія народовъ про-
исходили лишь въ слабой степени; вѣдь, часто и электрическая искра не можетъ пере-
скочить пзъ-за далекаго разстоянія. Болѣе энергичное сближеній между человѣческими
массами должно было произойти значительно восточнѣе и сѣвернѣе дороги изъ Мерва
въ Кандагаръ, гдѣ ширина вагорья между бассейномъ Оксуса и Семирѣчьемъ но болѣг
ЗОО килом, по прямой линіи, и оба крайнихъ пункта пути находятся въ населенныхъ
областяхъ. Нѣкогда милліоны людей тѣснились въ Бактріанѣ; съ другой стороны, сѣ-
веро-западный уголъ Ипдосгапа имѣетъ населеніе, которое, повидимому, всегда било
диволыі" густо, а на востокъ отъ него пдегь также густое земледѣльческое населеніе;
наконецъ. долвпа, мѣстами расширяющаяся, образуя маленькіе бассейны, представляетъ
легкій путь въ большей части промежуточнаго гористаго пространства. Это долина
древняго Кофеиа, нынѣшней р. Кабулъ.
Силы притяженія, какое оказывали обѣ страны — Бактріана в Индусская рав-
нина—в другъ па друга, и па купцовъ и миссіонеровъ, в на веиногь, должны были
поэтому опредѣляться обиліемъ удобныхъ проходовъ въ горахъ. Въ этой части хребта
Гивду-Куша много дорогъ; изъ всѣхъ ихъ самыя удобныя тѣ, которыя, пролегая по
проходамъ Каракотада и Баміава, пересѣкаютъ главную пѣпь горъ на высотѣ 3—А
тыс. метровъ и спускаются затѣмъ прямо въ долину одного изъ притоковъ р. Кабулъ
226
или же достигаютъ самой зтой рѣки, катящей* своп воды въ гранитомъ руслѣ. Другой
проходъ въ томъ ліо самомъ прорывѣ горъ открываетъ боковую дорогу, во на правле-
нію къ юго-западу, въ Сеистанъ и Персію, йтотъ проходъ носитъ теперь названіе Хаджи-
Горы и области Центральной Азіи.
I. ІО ООО 000
о	гса	«оа	боаКи/іоч
Какъ, или «Проходъ пилигрима»,—названіе, напоминающе^- о караванахъ мусульманъ,
направляющихся къ священнымъ городамъ Месопотамія п побережья Краснаго моря.
Такимъ образомъ всѣ эін бреши, въ общемъ, представляютъ жизненный центръ высо-
кой исторической важности; можетъ быть, во всемъ мірѣ нѣтъ другого, который бы
могъ сравниться съ нимъ. И потому, попятно, до обѣимъ сторонамъ лихъ проходовъ
ЭЛИЗЕ РВВЛЮ. вып. п.
15
226
пе преминули основаться города, которыми пользовались мирные пѵтешепвенникп и ко-
торыхъ добивались завоеватели. Именно здѣсь, внѣ всякаго сомнѣнія и происходили,
на зарѣ нашей исторіи, передвиженія взадъ и впередъ народивъ арійскаго языка, съ
одного склона Индійскаго Кавказа на другой.
Внѣ указанныхъ историческихъ путей и ихъ подступовъ, области древней Ара-
тозіп расположены такъ, что защищаютъ осѣвшее здѣсь населеніе отъ всякихъ измѣ-
неній. Горные массивы, представляющіе разобщенныя области, благопріятствуютъ сохра-
ненію прежнихъ порядковъ и прежнихъ нравовъ, безъ сомнѣнія, очень многія народ-
ности отдаленныхъ мѣстностей оставались на томъ же мѣстѣ, въ тѣхъ же условіяхъ
жизни въ теченіе древнихъ вѣковъ, такъ же, какъ , цѣлые вѣка помѣ экспедиціи
Александра Македонскаго. Дрангіана, лежащая на пилпути меледу горами и выжженной
солнцемъ равниной, является мѣстомъ отдохновенія народовъ, куда, однако, благодаря
олизоети великахъ путей и центровъ цивилизаціи, проникала культура, развиваясь тамъ
въ оригинальныхъ формахъ. Древня» исторія этого края еще требуетъ изученія.
Въ южныхъ областяхъ, которыя простираются къ юіу отъ впадины, гдѣ течетъ
рѣка Гельмандъ и гдѣ находятся соленыя озера Секстана, другіе горныя районы также
населены осѣдлыми племенами, защищаемые, какъ крѣпостными стѣнами, крутыми уте-
сами горь. Во здѣсь и прекращается сходство внѣшнихъ условій: прежде всего, эти
массивы значительно ниже въ сродномъ, нежели горы отвѣтвленія грознаго І’ипду-Куш»
и вслѣдствіе своего расположенія представляюіъ меньше удобныхъ убѣжищъ; затѣмъ,
расположенныя въ иномъ климатѣ, очень сухомъ, съ пепрагильно выпадающими и
рѣдко сильными дождями, эти горы не даютъ подняться обильной растительности, и оби-
татели нхъ не могутъ разсчитывать на ежегодную жатву; недостатокъ пропитанія при-
нуждаетъ ихъ иногда къ переселенію, частному или общему, мирному пли вопиивсн-
ііо,чу. Съ другой стороны, нападеніе па нхъ убѣжище оолоічается многочисленными про-
межуточныміі равііі нами, развѣтвляющимися широкими аллеями но всей территоріи древ-
няго Кадру—^страны смуглыхъ»,—названной такъ по цвѣту ея жителей, Враки («Ефі-
чповъ» Геродота). Греки же измѣнили названій Кадру вь Гедрозію: теперь эта страна
называется Белуджистаномъ.
Естественно, что обитатели береговъ Пнлійскаго океапа и Персидскаго залива
старались завести правильныя и частыя сношенія вдоль побережья. Исторія говоритъ,
что зтимъ пѵтемъ пользовались не только караваны, по и цѣлыя арміи; однако, недо-
статокъ коды по побережью, малочисленность населенія, опасность умереть отъ жажды в
голода часто отталкивали купцовъ п военачальниковъ отъ этой естественной дороги,
ютя опа и но представляла матеріальныхъ препятстіій; не утесы, а безплотные пески
।дѣлали изъ Гедрпзіи страну ужаса и страданій для путешественниковъ. Набѣги раз-
бойниконъ, налетавшихъ внезапно, подобно стаѣ вороповъ, также заставляли избѣгать
этого выжженнаго края Поэтому во всѣ времена чаще пользовались морскимъ сооОщс
піемъ отъ портовъ Индіи къ городамъ Перспдскаі» залива, нежели сухопутною дорогою;
и многіе города, расположенные па нѣкоторомъ разстояніи по берегу, обязаны своимъ
значеніемъ и своимъ населеніемъ прежде всего—захожденію торговыхъ кораблей.
Изученіе племенныхъ элементовъ, соединенныхъ между Ііаиирами и Месопотаміей,
227
показываетъ. что съ начала исторіи здѣсь обитали три расы: семиты, арійцы и—
полная противоположность вь лингвистическомъ отношеніи—Туранцы. Первые остано-
вились у подножія Загроша, а туранцы и арійцы оспаривали другъ у друга обладаніе
плоскогоріемь, такъ что нельзя сказать, кто изъ пилъ были первыми насельниками
«Древніе Туранцы», о которыхъ идетъ здѣсь рьчь, и родство которыхъ съ Туранцамн
Алтайскими (Татарами, Монголами. Тюрками, Вопірами. Финнами) еще гадательно, про-
Окраины Ирана.
Г ІОСЛООСЭ
О	100
250
'”71.. кллом.
никли, вѣроятно, въ страну съ юговосгочпаго угла Каспійскаго мчря, потомъ, под
вившись на Иранское плато, захватили Атропатспу, область древней Мидіи. Далѣе къ
югу опи заняли также большинство долппъ верхней Сузіаны. Наконецъ, Аккады, иля
«горцы», того жо тураискаго происхожденія, спустились въ равпипы Месопотаміи, гдѣ
встрѣтились съ пародами различнаго пронсхоягді’шя, явившимися, быть можетъ, съ юга
а >анада и состоявшими главнымъ образомъ изъ Семитовъ, болѣе иди менѣе смѣшан-
ной крови.
На высотахъ Ирана соперничавшія и враждовавшія народности принадлежали,
*
228
въ громадномъ большинствѣ, къ двумъ расамъ—арійск й в туранской, уже искавшемъ
равновѣсія въ своей группировкѣ; югъ и востокъ плато, отъ Арахоиіи до пр< впьціи
Персіи (Порсвды), были заняты арійскими народностями; къ сѣверо-востоку но ихъ
преобладаніе уменьшалось, Геродотъ въ одномъ отрывкѣ своей исторіи (I, 101) пере-
числяетъ 6 племенъ (родовъ; Мидянъ. Изъ истолкованія ихъ именъ, которые пытались
сдѣлать Опперть и Ленормань, повидимому, выходить, что два пдемевн, дао спеціально
называемое «арійскимъ*, а другое— племя Маговъ, или «лучшихъ», были того же са-
маго происхожденія, какъ и персидскія народъ; остальныя же четыре племенныхъ группы
составляли, можетъ быть, «туранскую» основу сельскаго населенія, раздѣляемую на 2
группы: осѣдлыхъ земледѣльцевъ и пастуховъ—кочевниковъ Двадцать шесть вѣковъ
тому назадъ горная область между Араксомъ и плато Ирана была еще населена на-
родностями, не смѣшанными съ арійцами. Какъ бы символомъ антагонизма между ту-
ранпамп и арійцами, населявшими плато между Каспійскимъ моремъ и Персидскимъ
моримъ, является вѣковая борьба между Мидянами и Персами, этими фракціями одного
и того же семейства.
Въ индійскомъ текстѣ надписей, ьыгравировашіыхъ по приказу властителей Аіо-
мснидовъ, всѣ слова государственнаго п административнаго языка прямо заимствованы
изъ арійскаго нарѣчія высшихъ классовъ, т. е. изъ персидскаго языка (когорый не
нузно смѣшивать съ современнымъ персидскимъ, на которомъ, со времени нашествія
магометанъ, лежитъ сильный отпечатокъ арабскаго языка). Однако, масса порабощен-
наго народа, па сѣверо-западѣ Иранскаго плато, долгъ еще продолжала говорить не
на арійскомъ языкѣ, и Персидскіе цари оринуждеяы оыли признать его однимъ изъ
оффишальвыхъ языковъ своей имперіи. Въ надписяхъ, сдѣланныхъ на трехъ языкахъ,
которыя мы видимъ еще на утесахъ, второе мѣсто, послѣ персидскаго, занимаетъ ка-
кой-то агглютинированный языкъ, въ которомъ нѣкоторые спеціалисты замѣчаютъ род-
ство съ тюркскими нарѣчіями. Этотъ языкъ (индійскій или пео-анзаникпій) былъ га-
роднымъ языкомъ и, по традиціи, получилъ мѣсто впереди вавилонскаго языка, за
которымъ, въ свою очередь, слѣдуетъ (въ надписяхъ ва четырехъ языкахъ) египетскій
Въ двухъ мѣстахъ въ древней Мидіи, упоминаемыхъ Шпигелемъ, изслѣдователи нашлв
надписи, сдѣланныя ча какомъ - то очномъ языкѣ, несомнѣнно, турангкаго происхо-
жденія, на которомъ говорила дрее іе обитатели Страны, порабощенные завоевателями—
арійцами
Ученые в- моіутъ еще рѣшить, въ какой про - рціи быхв представлены въ на-
селеніи Мидіи оба ати этническіе элементы, хотя фактъ общаго происхожденія вашихъ
языковъ запа ной Европы и арійскаго нарѣчія персовъ заставляетъ васъ, -оестествен-
поыу чувству эгоизма, приі-исать арійцамъ Ирана преобладающую роль въ отношеніи
численности д политики, и отводилъ первое мѣсто собственно Персамъ.
Впрочемъ, когда борьба между народами, а потомъ и между языками, прекратилась.
< на псс-таки перешла ва другую почву, па почву мысли и нравственнаго развитія: нача
лась борьба между дуалистическою религіей арійцевъ и магизмомъ иди шаманеізмомъ
туранцевь. Но эта борьба была глухал н не сознаваемая, тотя ве мѣшала, впрочемъ,
прояьвться другому антагонизму, существуишсму. до извѣстной степени, в теперь.
229
Туземцы Ііраца, естественно считавшіе себя, какъ и другіе народы, первымъ на-
родомъ, насколько на ошибались, приписывая своей странѣ преобладающее вліяніе,
сравнителъ’п съ окрестными странами, обозначаемыми часто подъ амевемъ Турана. Это
Оросительные каналы.
А, л, Ь, в, і —колодцы. С, Я — отверстія канала. Р, 7, Я- орошммьл площадь. В, 1І, 3 — ка-
мвваыдг породы.
Подземная лѣстница.
<і—выкинутая изъ кояодца земля. Р— колодецъ. Ь’—лѣстница.
сюво, много разъ произносимое иранцами съ оттѣнкомъ ненависти и презрѣнія, аиадо-
іично тому, какъ выражаются китайцы относительно «иностранныхъ чертей», в примѣ
шились спеціально кь бродячимъ народамъ, кочевавшимъ но обширнымъ равнинамъ, къ
сѣверу отъ Парппамиза, меледу окаймленными зеленью берегами Оксуса в Яксарта. Въ
230
болѣе широкомъ смыслѣ названіемъ «Туранъ» обозначались всѣ сѣверныя азіатскія
области до Ледовитаго океана и Берингова моря. Персы, подобно Евреямъ и Грекамъ,
считали себя народомъ священнымъ, единственнымъ, составляющимъ настоящее чело-
вѣчество; всѣ же остальные пароды, по ихъ убѣжденію, представляли лишь сборище
низшихъ существъ, ие имѣющихъ и права на имя «человѣкъ». «Кинга Царей» персид-
скаго поэта Фирдусн—ничто иное, капъ исторія священной в-йны между героями в
чудовищами, между добрыми и злыми геніями, между Правомъ, представителемъ добра,
и 'Гураномъ, символомъ зла. Впрочемъ, наименованіе «Туранцы», принятое цѣлою шко-
лою антрииологовъ, для ооозначошл не арійскихъ народностей сѣвера Азіи, доказываетъ,
что н современная паука подчиняется еще вліянію страстей и идей, воодушевлявшихъ
древнихъ обитателей Ирана. Подооно послѣднимъ, а мы, кодъ вліяніемъ расоваго „-
стиикта, унаслѣдовали горделивыя представленія иракцевъ а охотно рисуемъ себѣ этихъ
Турапцевъ, родившихся внѣ нашего избраннаго міра, какъ низшія существа. Контрастъ
между «Аріей» и «Турой», потомъ между Ираномъ и Тураномъ, былъ такъ рѣзко обозна-
ченъ природой, что удержатся у насъ и чрезъ тысячи лѣтъ, въ тысячахъ километровъ
разстоянія отъ мѣста своего происхожденія
Область Эламъ, въ перъ начальномъ значеніи итого названія, составляютъ первые
отроіи Загроша, господствующіе надъ Месопотаміей в морскимъ побережьемъ, закругля-
ющимъ свою дугу между Ираномъ и Аравіей Но, въ теченіе вѣковъ, подъ это имя отошла
вся горная мѣстность къ востоку до окраины влато и къ западу - Сузіаиа, которая,
въ первоначальномъ смыслѣ этого слова, представляла только низкую долину Каруна.
Мало по налу оба названія—Эламъ в Сузіана—стали употребляться одно вмѣсто другого.
Этимъ объясняется, что Суза, взятая въ отдѣльности, принадлежала бы географически
къ Месопотаміи, а сдѣлалась частью Права. Съ первыхъ вѣковъ исторіи, въ эпоху, когда
цивнлизоваиные народы Халдеи были еще извѣстны подъ именемъ Аккадійцевъ а Суме-
рійцевъ. Эламиты, имѣвшіе, безъ сомнѣнія, не нижи культуру, смотрѣли свысока на
своихъ соиерииковъ въ равнинѣ.
Самые отдаленные лучи знанія, отброшенные иа эту страну недавними изслѣдо-
ваніями, доходятъ, по Моргану, до сотни вѣковъ. Въ эти времена Персидскій заливъ
заходилъ дальше на сушу, къ сѣверу, и словъ, носорогъ, левъ, антилопа бродили
но болотистымъ равнинамъ у подножія горъ; слѣды этихъ животныхъ находитъ теперь
на глубинѣ 20 метровъ; а обточенные камни в остатки посуды говорятъ о присутствіи
человѣка. Ученые изслѣдователи нашли даже глиняныя таблички, покрытыя знаками,
которые еще не удалось совершенно разобрать, но которые представляютъ, навѣрное,
части счетовъ, ітносяшвхся ко времени около 6000 лѣтъ тону назадъ Имя самаго
древняго царя, о которомъ удалось узнать, относится почти къ той же отдаленной эпохѣ.
Со времени этихъ первыхъ историческихъ указаній до разрушенія Сузы Ассирія
нами, т. е. въ продолженіе періода болѣг- 3000 лѣтъ, исторія Элама является ничѣмъ
инымъ, какъ только разсказомъ о непрерывной борьбѣ между властителями Сузы л
Халдейскими царями. Объ этомъ свидѣтельствуютъ и надписи, оффиціальнымъ языкомъ
Сузіаны былъ постепенно то семитическій (в.ін вавилонскій), то турайскій (или, въ болѣе
узкомъ значеніи, апзапитскій), смотря по тому, кто побѣждалъ, Вавилонъ или Су«а.
231
Войны не мѣшали, однако, коммерческимъ и культурнымъ сношеніямъ между
обитателями Халдея, Сомитами >і іи ссмитпзнрованныин народами, и Турапцамн, жившими
у сыововь Ирана.
Горный и р ѵ х о д ъ Ваміан-ь.
і : г зоо ооо
і-,-, ,	-	- —,	— - ,
е	м	іоо	іьоКи/ірм
Зла моты имѣло г.чень древнюю культуру, можно даже скатать, болѣе древнюю,
эпежелн культура 'битателей побережій нижняго теченія рѣкъ, такъ какъ они пасоіяія
ту территорію ужи тогда, когда равнина едва выдавалась язь воды Поэтому Павило
232
пяно и называли ихъ страну «древнею землею Эламъ». У питъ быіа разнпта п прз-
мышлепіюгть, такъ какъ опп умѣли обрабатывать почву п разводили на пой просо и
пшеницу. Съ давнихъ, доисторическихъ временъ, у нихъ была введена (изъ Индіи) куль-
тура сахарнаго тростника, отчего и произошло названіе этой страны—Хузъ (Сузы) или
«страны сахара».
Эламиты употребляли пароконныя боевыя колесницы и пользовались катапультами
для того, чтобы разбивать непріятельскія стѣны. Они украшали утварь рисунками п
умѣли піавнть благородные металлы-—золото, серебро, мѣдь. Въ качествѣ астропомовт
и математиковъ ови были причастны Халдейской наукѣ, предсказывали затменія, знала
.золотое число», т. е. 19-лѣтиііІ періодъ, послѣ котораго солнце я луна возвращаются
въ прежнее положеніе по отношенію къ землѣ. Они раздѣляли время на годы, мѣсяцы,
недѣли и дни такъ же, гакъ и ихъ сосѣди, месопотамцы. Наконецъ, они обладали со-
кровищемъ изъ сокровищъ—письменностью.
Славный періодъ эламитскаго могущества восходитъ къ эпохѣ за 42 вѣковъ до
пасъ. Въ это время Сузой правили цари, извѣстные подъ именемъ Нахонтовъ или На-
іунть; ихъ владычество простиралось къ запалу до Средиземнаго моря. Мы не можемъ
сказать, въ какомъ отношенія это обстоятельство находилось къ вторженію въ Египетъ
пастуховъ, происшедшему около того, же времени. Къ востоку власть Эламияиъ была
такова, что отъ нихъ получилъ тотчекъ. чрезь Бактріану, и Китай: .битатолп горъ,
Бахтіары заронили искру, которая произвела китайскую цивилизацію.
Эта обширная Эламская имперія существовала не долго: 39 или 40 вѣковъ тому
назадъ Хаммураби, царь Вавилона, овладѣлъ Сузами. Позднѣе, послѣ вѣковой борьбы,
отдѣльные моменты которой еще не ясны для пасъ. могущественные цари снова имѣютъ
центромъ своей имперіи столицу Сузіаны. Знаменитый Швишинакъ, сынъ Партита
Шутрука, строитель и археологъ, возстановилъ болѣе 20 храмовъ, откопалъ и реста-
врировалъ древнія колонны, тщательно переписать надписи на семитическомъ языкѣ,
имѣвшія иногда, 2000-лѣтнюю давность, и прибавилъ къ нимъ на турапскомь языкѣ
свое имя. имя своей жены и дѣтео.
До этого времени Иранское плато оставалось внѣ исторіи: обитатели его не знали
письменности то эпохи Ахемепидовъ Неясные намеки, которые открываютъ теперь, по-
казываютъ, что мало по налу щ-птръ протяженія персидскаго міра перемѣщался сьюта
на сѣверъ, въ томъ же направленіи, какъ и центръ мі-гушества вь бассейнѣ двухъ рѣкъ.
За громаднымъ вліяніемъ Халдея на весь восточный міръ слѣдоваю вліяніе Ассиріи, къ
которой была присоединена даже окраина плоскогорій,—и городъ па р. Тигрѣ. Ниневія
сдѣлался могучимъ соперникомъ Сузъ.
Съ возникновеніемъ ассирійскаго могущества, народами, жившими между Каспій-
скимъ моромъ и Персидскимъ заливомъ, повидимому, овладѣла страсть кь разрушенію
и убійствамъ. Войны слѣдовали безпрерывно, необычайно усложняясь ещо набѣгами
новыхъ пародовъ съ сѣвера: Киммерійцы, явившіеся изъ Сарматскихъ равнинъ, завоевали
Малую Азію и Западную Арменію; дотомъ явились Скифы съ бассейна Аральскаго моря.
Эламъ былъ много разъ опустошаемъ Сзргономъ и Сенпахерибомъ; наконецъ, на-
задъ тому 2530 по однимъ свѣдѣніямъ, или 2545 - по другимъ. Суза, тысячелѣтняя
233
столица его, окончательно разрушена Ассурбаі "паломъ. «Я открылъ ихъ сокровища; я
взялъ золото и серебро, ихъ богатства... Я отнялъ у нихъ ІПвншинака. бога, обита-
ющаго въ лѣсахъ, священнаго изображенія котораго никто еще не видалъ... Я разбилъ
крылатыхъ львовъ и быковъ, охранявшихъ ихъ храмы»... Такъ побѣдитель упивался своею
Горная преграда между Бактріаной и Пенджабомъ.
і: боооооо
О	М» ХОО	со о
250 К ИЛ О н
пѣснью разрушенія. По какой интересъ могли предоставлять для него обозженныя глиня-
ныя таблички, составлявшія архивы управленія? Между тѣмъ теперь эти остатки, брошен-
ные варварами—побѣдителями, имѣютъ для насъ болѣе цѣны, нежели золото, до котораго
они были такъ жадны. Послѣ паденія своей столицы, Сузъ, Эдамъ, «древнѣйшее изъ
государствъ передней Азіи», исчезъ съ міровой арены.
234
Тридцать лѣтъ спустя послѣ паденія Сузъ, столица гордыхъ царей Ниневія въ
свою очередь пала ьидъ ударами Мидянъ, а чрезъ 60 лѣтъ послѣ того Киръ, Царь
царей, вступилъ на персидскій престолъ.
Самое древнее изъ событій иранской исторіи, сохранившееся подобію алмазу въ
грязной глинѣ, показывать намъ, среди легендарнаго вороха противорѣчивыхъ хроникъ,
что древніе персы, обреченные на такое жестокое угнетеніе со стороны своихъ царей,
пережгли также дни возмездія; самое событіе это остается погруженнымъ въ мракъ не-
извѣстности; неизвѣстны и личности, захвалившія власть надъ имперіей, но твердая на-
родная память п точность разсказа, передаваемая персидской легендой, но позволяютъ
сомнѣваться въ этой древней революціи. Разсказъ этотъ переданъ въ любопытной баснѣ
о чудовищѣ Захавѣ, имѣвшемъ на плечахъ двухъ огромныхъ змѣй, которыя питались
только человѣческимъ мозгомъ. Уже у 17 сыновей кузнеца Кауэ были размоіжевы черепа
царственными змѣями; остался одинъ, обреченный тпрааомъ той же участи. Тогда Кауэ,
потрясая своимъ передникомъ, водруженнымъ на палку, бросился на Зохака, въ сопро-
вожденіи другихъ рабоч. хъ, вооруженныхъ молотами, клещами я пилами. Блѣдное отъ
страха чудовище убѣжало къ Демавенду, гдѣ герой Феридунъ пригвоздилъ его къ скалѣ
вулкана. Въ теченіе тысячелѣтій передникъ Кауэ оставался священнымъ знаменемъ Персіи.
Къ несчастью, кузнецы не усмотрѣли за этой реликвіей, и властители овладѣли ею,
чтобы покрыть кожу пурпуромъ п парчою украсить ее алмазами и сапфирами, рубинами
и бирюзой; они сдѣлали для нея оправу такого вѣса, что только нѣсколько человѣкъ
могли снести ее. Народъ не узнавалъ своей святыни. Исторія гласигь, что послѣ ужасной
битьы при Кадезіе святыня попала въ рули мусульманъ, и они подѣлили ее между
собою. Но «это—не настоящее знамя»,—говорятъ по секрету персы, вѣря, что когда-
нибудь отыщется подливный передникъ кузнеца.
Прежде, чѣмъ попасть подъ власть великихъ имперій, многочисленныя племена
горъ и плато, нодьзова^ шіяся еще полною политическою свободою, должны были очу-
титься въ положеніи, въ какамъ нынче находятся Бахтіары: жить простою жизнью, за-
нимаясь земледѣліемъ вь долинахъ и пастьбою скота на альпійскихъ лугахъ.
Одна древняя легенда изъ исторіи Мидянъ, переданная Геродотомъ, гласить, что
среди всѣхъ пародовъ одни обитатели этихъ нагорій не повиновались законамъ войны
п знали только законы справедливости. Это должна была быть съ самаго начала гордая
нація; воспитаніе ея дѣтей заключалось въ трехъ вещахъ: «ѣзлнть верхомъ, стрѣлять
изъ лука и говорить правду», обычай запрещалъ здѣсь даже упоминать о томъ, чего
не позволялось дѣлать. Невольно вспоминаешь восклицаніе великаго Индійскаго царя
Астіага. побѣжденнаго персидскимъ князькомъ Биромъ: «возможно ли, чтобы эти люди,
питающіеся фисташками, были такими мужественными'?!»
Одна особенность первобытнаго арійскаго языка, насколько о немъ мы можемъ
судить но образовавшимся изъ него нарѣчіямъ, засгавляеіъ насъ предполагать высокія
миролюбивыя наклонности у первоначальныхъ народностей этой расы. Дѣйствительно,
слова, относящіяся до мирныхъ занятіи, похожи между собой или всходятъ изъ с дного
корня; точно также названія домашнихъ животныхъ близки между собою во всѣхъ
арійскихъ нарѣчіяхъ Востока и Запада, между тѣмъ какъ слова, относящіяся къ войнѣ,
235
о ютѣ или дикимъ животнымъ, почти всѣ иоздйѢішяю происхожденія, указывая такимъ
образомъ, что во всѣхъ странахъ, куда направлялись переселенцы, вслѣдъ за періодомъ
первобытнаго полнаго мира наступали эпохи борьбы.
Согласно «Книгѣ Царей», первые иранцы не употребляли мяса животныхъ и не
знали другой пищи, кромѣ кореньевъ, зерна п плодовъ. Фирдуси разсказываетъ, какъ
Свистанъ, ипп Дрангіана.
I 6 000-00
.......‘. <  -----------г------>	- 1
о юо гоо '00' 4оо аооКилом
превратили Зохака, молодого, мягкаго и пріятнаго принца, въ чудовище жестокостп: его
заставили съѣсть сначала одно яйцо, потомъ нѣсколько, затѣмъ постепенно пріучили
къ мясу, сначала вареному, потомъ—сырому, п въ к<>нцѣ концовъ сдѣлали изъ него того
отвратительнаго людоѣда, надъ которымъ одержалъ побѣгу кузнецъ Кауэ со споемъ
кожанымъ передникомъ. Это кровавое воспитаніе—символъ: революпія, происшедшая вь
нравахъ вслѣдствіе мяснаго питанія, вѣроятно, совпадала съ большими войнами между
обитателями плато и жителями низменныхъ равнявъ.
Документы, оставленные первобытною исторіею, далеко пе достаточны, чтобы исчис-
лить все громадное наслѣдство, оетавленноо человѣчеству иранскимъ міромъ, въ видѣ
286
техническихъ »ткрытій и ремеслъ, философскихъ ученій, поэмъ, мифовъ, легендъ. Нг
чевь вѣроятно, что та часть нашихъ познаній, которую мы унаслѣдовали отъ своихъ
предковъ, далеко превышаетъ пріобрѣтенныя нами самими познанія,
Мы обязаны имъ даже первыми основами математики. Именно у Иранцевъ, на.
скоіьво ѵожч- судить по близкому сходству обозначеній единицъ, десятковъ и сотенъ,—
возникла система нумераціи, которая, освободившись потомъ отъ метафоръ и синонимовъ,
утвердила за каждымъ числомъ -шродѣлснное обозначеніе. Это была одна изъ важнѣй-
тихъ революцій въ исторіи человѣчества. Это счисленіе ограничивалось сотнями, такъ
какъ для обозначенія «тысячи» въ разныхъ индо-европейскихъ діалектахъ имѣются ужо
различныя слова; тѣмъ не менѣе оно заключало въ зародышѣ теорію системы счисленія,
безъ которой нельзя представить себѣ развитія наука въ современномъ мірѣ,
Наконецъ, возникаетъ допросъ, но у Персовъ ли явилось лрсдгтавлевіе о шаро-
видной формѣ земли. Дѣйствительно, что такое была эга чудѳенан чаша, по которой
справлялся Киръ и на которой были выгравированы очертанія семи частей свѣта? Можно
ли видѣть въ ней что нпбудь другое, какъ не попытку изображенія земного шара?
Тѣ первобытные религіозные культы, которые, смѣшавшись съ другими элементами,
образовали потомъ мазіеимъ, даьъ иранскимъ странамъ прозваніе «чистыхъ», повиди-
мому, заключались въ поклоненіи Земледѣльческому труду и Всеочищающему огню; этотъ
двойной культъ долгое время не выходилъ изъ тѣснаго круга семьи, обходясь безъ
опаснаго посредничества жреческой секты.
Конечно, поклоненіе огню является наиболѣе простымъ культомъ, наиболѣе есте-
ственнымъ, наиболѣе легкимъ и понятнымъ. Съ тѣхъ поръ, какъ человѣкъ, избавившись
отъ первоначальнаго страха, началъ размышлять о причинахъ н слѣдствіяхъ явленій въ
окружающемъ его обширномъ мірѣ, онъ естественно долженъ быль преклоняться передъ
великимъ свѣтиломъ, отъ котораго развивается всякая жизнь па земіѣ.
Передъ утренней зарей чувствуется холодъ; все печально, на человѣка наводятъ
безпокойство ночные сны. По какъ только блистающій дискъ солнца покажется изъ-за
горизонта, вся природа приходитъ ьъ любовный трепетъ; цвѣты полураскрываются, птицы
начинаютъ свои пѣсни, люди же быстро принимаются за трудъ. Вечеромъ же, когда
свѣтило, свершивъ свой путь, красное а величественное, погружается на свое ложе
облаковъ, когда широкій дискъ его скрывается въ океанѣ, всѣ идуть отдыхать, п сонъ
объемлетъ всѣ существа, подготовляя нхъ къ слѣдующему дню. Сила солнца переходить
въ огонь, этотъ земной отблескъ его, эту искру небеснаго очага; пропинаетъ въ токъ
деревьевъ, въ кровь животныхъ и людей, въ наши мускулы п мозгъ. Стоить солнцу
перестать свѣтпть, и на землѣ все исчезло бы! Пусть теплота его уменьшится, напр.,
вслѣдствіе удаленія его въ безконечное пространство,—н мы очутимся среди «вѣчной
зимы», а наша хваленая цивилизація превратится въ варварство; отступившіе къ полюсу
ледники >пять спустятся съ полярнаго круга и снова уничтожатъ всѣ поля и всѣ труды
человѣка.
Вполнѣ вѣроятно, чго изъ всѣхъ корней, изъ которыхъ выросло великое древо
маздеизма, самымъ древнимъ былъ культъ солнца п его представителя па землѣ, ослѣ-
пительнаго п іамоня, все сожигающаго п все очищающаго. Эта первобытная религія, слѣды
237
которой опасти стерла общая эволюція человѣчества, сохраняла въ иранскомъ мірѣ столь
живыя л ясныя черты, что иранскіе народы оказались, въ этомъ отношеніи, въ состояніи
первобытныхъ эмоцій.
Барельефъ X уринъ 1П е іі х ь - X а и а.
Кг "пообрьлв-и иадпись сиріині—ли'ідвііішяго происхожденія Опа гласить: ,Тардояпп<п>, пачилт-
пикъ, сыпь Синъ-Илса, возстановилъ это изображеніе, енола воздвигнувъ, когда оно упало. Кто
рпорутитъ ого, того да обратятъ въ страхъ Шаматпъ и Адатъ, ©го самого, племя п самое имя ого*.
Что нужно думать о древности этого изображенія, когда и реставрація его относится, по Мор»
глиу, ко временя паря Гудоа, жившаго Ь6 вѣковъ тому ала адъ. Этотъ памятникъ находится не-
далеко отъ Кальмана.
Правда, люди й жв отныя всегда знали огонь, іо въ кратерахъ вулкан >въ, то ьъ
деревьяхъ, зажженныхъ молніей, то въ искрахъ при ударѣ кремней или въ горѣніи дре-
весныхъ вѣтокъ отъ тренія; но настоящей побѣдой человѣка было когда онъ на-
238
учился сохранять тлѣющіе угли п огочь, и еще больше была его побѣда, когда онъ
сталъ по произволу зажигать огонь. Въ сравненіи съ этимъ первымъ открытіемъ всѣ
наши пріобрѣтенія, которыми иы такъ гордимся, являются н|юстычи превращеніями на-
чпьной силы, которая была даиа намъ, когда человѣкъ увидѣлъ первую искру, явившуюся
по его желанію: съ этого времени всякая промышленность уже стала сущеітвовать въ за-
родышѣ. Самая благородная фигура пифической исторіи это—Прометей, «похитишь
небеснаго оіня».
Попятно, что первоначально пріемы добыванія огня считались священными; до-
бывать оюнь долгое время лежало на обязанности главы семьи, дѣлавшаго это путемъ
вращенія палочки твердаго дерева въ кускѣ мягкаго. Домашній огонь въ теченіе тысяче-
лѣтій былъ окруженъ внѣшними знаками глубокаго почитанія; любопытно, при этомъ,
что церемоніи почитанія огня были совершенно одинаковы у пантеистовъ и политеш-говъ -
К л а я ’ о б р а а н ы я письмена вь Иерсепопѣ.
арійцевъ Индіи, у дуалистовъ—иранцевъ и фетишистовъ Африки и Новаго Свѣта; депо,
что культъ огня вездѣ предшествовалъ собственно догмѣ и религіознымъ воззрѣніямъ
Этотъ первооытный культъ, соотвѣтствующій важности величайшей побѣды чело-
вѣка, совершившейся вездѣ и почти что независимой отъ географическихъ условій, изъ
всѣхъ религій могъ дольше всего обходиться безъ жреческаго церемоніала: сохраненіе
огня было естественной обязанностью матери семьи, поддерживающей жизнь въ своемъ
домѣ. Даже теперь еще, спустя тысячи лѣтъ, а можетъ быть, десятки или даже сотни
тысячъ лѣтъ, культъ этотъ находитъ безмолвное выраженіе, сказываясь вь многихъ
обычаяхъ: папр, у гальчей, первобытнаго памирскаго пламени, не имѣющаго жрецовъ,—
тлѣющіе уголья каждое утро олагогонѣйво освобождаются отъ покрывающаго ихъ пепла;
почитаніе тепла, которое въ то же время и свѣтъ, настолько велико, что туземцы боятся
коснуться горящаго пламени нечистыми предметами; не осмѣливаются даже дышать па
пего, ибо человѣкъ давно уже понялъ, что выдыхаемый воздухъ представляетъ летучій
ядъ. Чтобы погасить пламя, по мнѣнію гальчей, нужно производить особыя движенія
рукой, предписанныя обычаемъ. На камняхъ пчаіа тлѣющій уголь является тѣмъ же,
чѣмъ во Вселенной пышное Солнце, надзирающее ежедневно за трудомъ человѣка.
Эта первобытная религія животворнаго пламени существовала во всѣ времена,
проникая въ другія религіи, даже гЬ, которыя возникли изъ страха смерти; нѣть, вѣдь,
храма, гдѣ бы не горѣлъ огонекъ, который долженъ оставаться неугасимымъ; вь нѣ-
которыхъ мѣстахъ неугасимый огонь, какъ символъ вѣчной жизни народа, обязаны были
поддерживать дѣвственницы. Въ культахъ, гдѣ главенствовали жрецы, символизмъ за-
239
мѣиидъ конкретную дѣйствительность в вѣра была уже не настолько живою, вакою
опа сохранилась въ горахъ Права и во многихъ деревняхъ Европы, гдѣ хозяйки тща-
тельно покрываютъ уголья вечеромъ, чтобы утромъ раздуть и зажечь о нихъ топливо.
Во всѣ времена настоящими
жрицами огня были хозяйки
дома.
Другая религія возникла
у предковъ иранцевъ въ тѣ
отдаленныя в ромеи а, когда
какой-то изобрѣтатель наду-
малъ приладить острый ку-
сокъ дерева ялн кремневый
ножъ къ плугу, запряженно-
му быками,—животными, наи-
болѣе уважаемыми постѣ со-
баки. А собака, кстати ска-
зать, была тогда уже другомъ
человѣка, и названіе ея оста-
валось на надписяхъ послѣ
именъ свободныхъ людей.
Неизвѣстно, гдѣ произо-
шло это открытіе — методи-
ческаго взрыхливанія плодо
родной почвы,—но уваженіе,
съ какимъ восточные арійцы
относятся въ Ведахъ къ земле-
дѣльческому труду, показы-
ваетъ, что опн унаслѣдовали
его; вѣроятно, земледѣліе на-
чалось еще на томъ плато
съ котораго они спустились.
Съ другой стороны, знаком-
ство съ плугомъ встрѣчается
и у подножія западнаго скло-
на Ирана, въ Месопотаміи,
Царь въ сопровожденіи слугъ.
(Надъ груипой—п во 6 раженіе духа ферузръ).
въ эпоху, отдаленную оть
насъ, но крайней мѣрѣ, па
7000 л ѣтъ. Изъ этихъ странъ
по сю н по ту сторону Ирана обработка почвы распространилась на очень большую часть
древпяго міра то непосредственно, то замѣняя бывшую въ употребленіи ранѣе, болѣе
простую обработку почвы заступомъ.
Переворотъ, происшедшій въ обществѣ, стало быть, п въ духовномъ мірѣ, бла-
240
годаря введенію плуга, является однихъ изъ тѣхъ, которые наиболѣе захватываютъ
жизнь народовъ, толкая ихъ на п-иыс пути. Таммъ образомъ, та форма обработки
земли, которая въ наше время служитъ символомъ консерватизма, иъ извѣстную впоху
била событіемъ революціоннаго характера Кромѣ того, измѣненіе способа обработки
почвы повело за собою, повидимому, введеніе въ питаніе иранскихъ народно'-теа но-
выхъ кормовыхъ средствъ. До этого времени хлѣбъ человѣка составляло просо; но когда
земледѣлецъ получилъ возможность обрабатывать почву на большую глуоипу я болѣе
Повозки вгииздільца изъ Хоароваи».
легки, явились и другія питательныя растенія, именно пшеница и рожь, родину кото-
рыхъ ботаники ищутъ въ горахъ Права н малой Азіи.
Историческая перснекти' а сближаетъ событія, которыя произошли въ отдаленныя
эпохи, н, вслѣдствіе этого, историкъ рискуетъ обмануться, видя на одной н той же
картинѣ послѣдовательныя событія, происшедшія въ эти далекія времена. Но если дѣй-
ствительно вѣрно, какъ д пускаютъ, что примѣненіе домашнихъ животныхъ и изобрѣ-
теніе колесъ почти совпадаютъ съ прогрессомъ обработки земли и открытіемъ новыхъ
источниковъ питанія, то нужно сознаться, что человѣкъ того времени, человѣкъ арій
скаго міра, вступилъ въ кругъ прогресса въ искусствѣ и наукѣ. Отсюда понятно, что
наши предки, полные настоящаго энтузіазма благодаря этимъ побѣдамъ, создали новую
религію, культъ земледѣлія, съ праздникамг труда, посѣва и жатвы «Въ чемъ вайю
241
чается настоящее послушай I- истнниой вѣрѣ?»—говорится въ однихъ мѣстѣ Авесты.—
«Въ усил-чной культурѣ хлѣба»,—гласитъ отвѣтъ Ормузда.—«Когда всходитъ хлѣбъ,
демоны чувствуютъ ужасъ; когда ого жпутъ, они воютъ съ отчаянія, а когда его ме-
лютъ, опп исчезаютъ».
Первобытный культъ огня, земледѣльческаго труда, плуга, домашнихъ быковъ и
хлѣба возникъ изъ чувства біагодарности, равно какъ и изъ вполнѣ справедливаго
Государство п полити чеокіе центры Ирана.
Г 20 000 000
о юо	асъ
юооКилом.
чувства восхищенія предъ ними, и это преклоненіе не должно было ннкоамъ образомъ
повести кь пониженію интеллектуальности вь человѣкѣ обряды этой религіи ни въ
чемъ не могли унизить вѣрующихъ. Порча нравовъ и отупѣніе стали распространяться
вмѣстѣ съ насильственнымъ исполненіемъ обрядовъ в безсмысленнымъ повтореніемъ
сеяпг'ирыхъ изрѣчоній, а вся религія сдѣлалась причиной умственнаго регресса лишь
съ того времени, какъ попала о одъ управленіе консерваторовъ-жрецовъ, которые за
свои труды опредѣлили брать съ вѣрующихъ десятую, пятую иди третью часть пхъ
доходовъ.
олиак рхкдю, вып. П.	16
242
Къ этимъ вѣрованіямъ первобитныхъ иранцевъ, которыя въ чистомъ видѣ можно
найти въ Івѳетѣ и другихъ свящеииыхъ книгахъ персовъ, естественно примѣнялись по-
томъ другія натуралистическія и зппмистическія религіи. Поклоновй* н бу и облакамъ,
почитанъ животворной воды, бьющей изъ земли и быстро изсякающей подъ солнцемъ,
если бы ее но скрывали въ подземныхъ каналахъ, страхъ передъ злыми духами, по-
рожденными разстроеннымъ воображеніемъ человѣка,—всѣ этп чувствованія входили
уже въ иранскую религію прежде, чѣмъ образовался маздеизмъ—покяовсміо «Высшему
существу», «Высшей мудрости», игравшій такую важную роль въ исторіи Ирана и въ
исторіи человѣческой мысли. Маздеизмъ, поглотивъ всѣ предшествующіе религіозныя
формы, добавилъ кь нимъ идею полнаго антагонизма между добромъ и зломъ.
Для васъ но важно, былъ ли основатель маздеизма, нѣкій Заратвастра, Зара-
тустра, Задучъ плп З 'роастръ, исторической личностью, родившейся въ Бактріанѣ, І’а-
гахъ или Атропатегк, иди легендарнымъ типомъ, созданнымъ позднѣе. 11с знаемъ мы
и того, былъ ли онъ, согласію допустимымъ но недостовѣрнымъ этимологическимъ тол-
кованіямъ, «добрымъ земледѣльцемъ»; бытъ ли это первый жрецъ, первый і-іипъ и
первый земледѣлецъ, т. е. соединялъ ли овч. представительство всѣхъ этихъ классовъ,
и господствующихъ, и подчиненныхъ? Для нагъ достаточно того, что его имя является
символомъ дуалистической религіи Ирана.
Естп первобытные культа огня, земледѣльческаго труда, прпр-цы я духовъ ве
связаны необходимо, п» мѣсту происхожденія и развитія, съ спеціальными географиче-
скими условіями, то этого нельзя сказать о маздеизмѣ именно томъ, какъ его пропо-
вѣди валъ Зароастръ: этотъ культъ, безъ сомнѣнія, былъ обязанъ своими характерными
чертами ясно выражопиой природѣ Права.
Конечно, сознаніе вѣчной борьбы двухъ силъ на было спеціальною особенностью
Персіи; -Ніи свойственно каждому народу, даже каждому отдѣльному человѣку. Бчпре-
рывш) и вь насъ самихъ, и всюду кругомъ насъ мы замѣчаемъ протипоположенія:
свѣтъ и тьму, здоровье и болѣзни, радость и печаль, смѣхъ и слезы, любовь и нена-
висть, жизнь и смерть. Далѣе человѣкъ любить раздѣлять себя на духъ и матерію,
хотя единство его природы сказывается самымъ очевиднымъ образомъ въ его собствен-
ной жизни. Оба пола также разсматриваются. какъ двѣ противоподожноетп. Наконецъ,
съ точки зрѣнія политической и моральной, всѣ общества раздѣляются на партіи и
на «софы», на друзей и враговъ, гражданъ и чужеземцевъ, на гроковъ и варваровъ,
л.ал;е на «сыновъ п-'ба» и «діаволовъ ада».
Но Персія представляетъ паиь и внѣ человѣческой личности эту борьбу двухъ
началъ, представляетъ въ матеріальныхъ формахъ, которыя должны были безпрестанно
напоминать о себѣ вѣрнымъ. Прежде всего, географическій контрастъ между высокимъ
плато и низменными равнинами: съ одной стороны, туркменскими степями, съ другой —
долинами Месопотаміи; враждебные правы ооопхъ народностей—иранцевъ и турин-
цевъ, приходившихъ въ соприкосновеніе, должны были еще болѣе усиливать этотъ кон-
трастъ. Наконецъ, на самомъ плоскогорыі видна была рѣзкая разница между сидами
городовъ в окрестными песками п солончаками. Въ большей части Праи а каждый го-
родъ быль окруженъ подосою зелени, которую приходилось защищать высокими стѣ-
243
вами отъ надвигающихся песчаныхъ дюнъ. Таковы уеловйг, олицетворяемыя борьбою
эпическихъ личностей: Иранца Рустена и туринца Лфрозіаба, добраго царя Феридѵна
и Тирана Зохака, на плечахъ котораго находились алчныя до человѣческаго мозга змѣи.
I: 25ООЛ0
1...—,	„
с	а	о	15 Кило»
I Надпись на 3 языкахъ. — 2 Дорога къ Ей ауту ну и Месопотаміи. — 3. Дорога
чъ Рагп.—4. Дорога въ ІГороополь.
Контрастъ этоть выражается и въ религіозныхъ мысляхъ нранпевъ, съ видѣ
борьбы двухъ божественныхъ единоутробныхъ близнецовъ, равныхъ п'' могуществу п
повелѣвающихъ одинаково безчисленными ратями подвластныхъ духовъ. Одно изъ этихъ
божествъ—Аура-Мавда, или Ормуздъ, т. е. «Премудрый Віагтптель»: другое—Ангро-
244
Майну, или Ариманъ, «Духъ Притѣсненія», «Дутъ П„рабощенія», *3лов Дугъ». Между
ними двумя безпрерывно колеблется судьба міра, ? мы, человѣчество. н₽ больше, какъ
игрушка въ рукахъ двухъ соперниковъ, Однако, нельзя отчаиваться въ истодѣ этой
борьбы, происходящей вверху, надъ головой человѣка: если послѣдній будетъ постоянно
направлять своя силы въ сторону добра, то онъ, чрезъ 7000 лѣтъ ожиданія, приве-
детъ къ торжеству Ормузда; и эта побѣда будетъ тѣмъ благороднѣе, что Ариманъ,
послѣ пораженія, сдѣлается также божествомъ справедливости и міров- й любви.
Такова была религія, очень возвышенная въ извѣстныхъ отношеніяхъ, которой
персы научили народы окрестныхъ равнинъ, начиная съ эпохи Ахеменидовъ. Впрочемъ,
потомъ эта религія сильно измѣнилась, смѣшавшись съ различными мѣстными культами,
и подверглась превращеніямъ, благодаря своимъ жрецамъ, заинтересованнымъ вь дохо-
дахъ и во власти. Главнымъ очагомъ маздеизма всегда была Атр<шатена. «городъ Ве-
ликаго жреца», гдѣ имѣлъ пребываніе этотъ могущественный вождь маговъ, пользовав-
шійся одинаковымъ почетомъ наравнѣ съ властителями Права. Великіе жрецы оставили
вамъ цѣлую серію прекрасной серебряной монеты, гдѣ былъ изображенъ поклоияюшійся
огню жрепь, вмѣстѣ съ изображеніемъ легендарнаго передника Кауэ. Претендуя па штол
кованіе воли небесъ, эти жрецы имѣли, бетъ сомнѣнія, большое вліяніе ва народъ: но
вмѣстѣ съ тѣмъ, по крайней мѣрѣ, до эпохи Сассанидовъ, существовалъ и домашній
культъ огня, дѣлавшій гтаву семьи на>тоящпмъ жрецомъ.
Безъ сомнѣнія, Авеста, какою мы ее знаемъ, была распространена въ III вѣкѣ
христіанской эры въ странѣ мидянъ, откуда и пришли къ намъ новыя священныя
книги, составленныя, вѣроятно, изъ остатковъ дрівииіь книгъ.
Новыя книги, въ свою очередь, устарѣли, и маздеизмъ въ древней формѣ почти
совершенно исчезъ, тогда какъ множество народныхъ преданій, разсказовъ, басонъ, по-
говорокъ, сохранилось вь полномъ видѣ: насколько можно проникнуть въ прошлое
Ирана, наивныя выраженія человѣческой мысли окатывались почто торжественными.
Даже ио самому строенію эти разсказы, передаваемые изъ устъ вь уста безъ всякой
цензуры, сохраняютъ отпечатокъ древности: ни одинъ способъ передачи мысли не
является столь консервативнымъ, несмотря ва беэчислрннные варіанты, обусловлива-
емые характеромъ народа, его цивилизаціею и личными свойствами разсказчика. Даже
со введеніемъ христіанства волшебныя сказки повторялись почти безъ измѣненія изъ
поколѣнія въ поколѣніе,—и идея личнаю Бога н>- проникала въ нихь. Въ разска-
захъ новыхъ в разсказахъ средневѣковыхъ легки распознать, что вставлено свящеяяэ
ками и писателями; и старинную основу, предшествующую христіанству, ѳшо совершенви
легко различить вь нихъ. Самые крупные соціальные перевороты могли соворшатыя
безъ всякихъ измѣненій первобытной фантазій народа; такъ, папр., въ многочислен-
ныхъ русскихъ сказкахъ оказывается лишь нѣсколько слѣдовъ былого крЬпосіна'О
состоянія крестьянъ.
Частое перемѣщеніе города, выораннаго центромъ государства, въ цѣляхъ защиты
или нападенія,—капитальный фактъ, поражающій историка Ирана,—объясняется гео-
графическимъ положеніемъ Персіи. Пересѣкаемая „утями, по которымъ должны оыли
слѣдовать земледѣльческія народности между Востокомъ и Западомъ, страна обращала
245
свое вниманіе то въ одну, то въ другую сторону, слѣдуя естественнымъ притяженіямъ
иля сообразно опасностямъ. Центръ тяжести страны мѣнялся поэтому изъ вѣка въ
вѣка, и часто совершенно внезапна Опредѣленная и ясно выраженная географическая
индивидуальность Ирана, съ его каймою изъ высокихъ горъ, допускаетъ сравниваніе
его съ борцомъ, на котораго одинъ за другимъ нападаютъ нѣсколько противниковъ. Со-
образно наносимымъ ему ударамъ онъ долженъ постоянно мѣнять свое положеніе, ударяя
Проходъ Загрошъ.
і: ЬОиООО
о-	іо	20	зоКилом
1. Дорога пъ Месопотамію.—2. Дорога въ Бузутуиъ п Экбатапу.
справа и слѣва, ломать и рубить. Главныя усилія Ирана были направлены къ западу,
гдѣ образовались могущественныя имперіи,—и вполнѣ естественно, что политическій
центръ Ирана перемѣщался параллельно, по окраинѣ плато.
Когда владыкою надъ равнинами становился Вавиловъ ли какой-нибудь другой
городъ нижней Месопотаміи, силы обитателей плато концентрировались въ Сузѣ, Пер-
сеполнсѣ или другихъ мѣстахъ южной Персіи; а когда первое мѣсто въ верхней Месо-
потаміи получила Ниневія, главный алминнстратввный центръ народовъ Ирана былъ пе-
ренесенъ въ Экбатану,
246
Двадцать пять или двадцать шесть столѣтіи тому назадъ, когда погорія этой
части Ирана еще только стала опредѣляться, преобладаніе мидянъ, вѣроятно, уже су-
ществовало въ теченіе нѣсколькихъ поколѣній, но не легко било допущеп) другими на-
родами плато, и итогъ антагонизмъ, въ результатѣ, долженъ оылъ уменьшать могуще-
ство иранской ііош}'е№ац'и находившейся подъ гегемоніей сѣверо-западныхъ племенъ.
Борьба между мидянами и ассиріей замѣнила поэтому длившуюся тысячелѣтія борьбу
между сузанцами и халдеями: однако, положеніе сѣверныхъ иранцевъ, во владѣніи ко-
торыхъ била естественная крѣпость Атропатена, было сильнѣе, чимъ положеніе элами-
товъ. столица которыхъ Суза, расположенная въ низменной долинѣ предгорій, была подвержена
нападеніямъ враговъ. Много разъ, въ продолженіе почти 2 вѣковъ, в-шнственнымъ ордамъ
Ассирійскихъ царей удавалось прорываться сквозь ущелья и временно подчинять жившіе
на плато пароды. Одинъ изъ первыхъ царей дошелъ до озера Урмія, Салманассаръ Ш
проникъ чрезъ горный проходъ Загрьша до того мѣста, гдѣ возвышался новый возни-
кающій городъ—Экбатана; Саргонъ же слѣдовалъ опредѣленному плану, онъ перссыялъ
покоренныя народности и коювнзовалъ сирійцами н финикіянами нѣкоторыя долины
Мидіи. Мидяне неоднократно принуждены были платить дань пооѣдителю. но
властители Ниневіи съ такимъ удовольствіемъ отмѣчаютъ малѣйшую побѣду надъ «могу-
щественными мидяпамн>, что, видно, этотъ пародъ никогда но былъ совершенно
покоренъ ими.
Вь то время, какъ ассирійское могущество достигло наибольшаго распространенія
передвиженіе народовъ изъ центральной Азіи сн> ва нарушило равновѣсіе. Саки (скифы)
наводнили всю переднюю Азію, отъ Бактріаны до мѣстностей, сосѣднихъ съ дельтою
Нила: въ 7—8 лѣтъ, къ концу царствованія Ассурбанипала, -на опустошили Мидію,
Ассирію, Арменію, Вавилонію, Палестину, Финикію, потомъ исчезли, поглощенные ш-
бѣжденпыии народами. Но равновѣсіе народовъ было уже нарушено.
Мидяне, гористая страна которыхъ гарантировала отъ полнаго уничтоженія, пер-
вые оправились отъ пораженія и стали думать, какъ бы покончить съ ассиріянами.
Вскорѣ па развалинахъ Ассирійской имперіи возникла Индійская имперія, а Ниневія
была разрушена, и самое имя ея уже не появлялось болѣе въ исторіи.
Индійская имперія быстро распространила свое господство отъ береговъ Персид-
скаго Залина до II інта Эвксипскаго (Чернаго моря) н оп. долины Гельмапдъ до долины
Гадиса въ Малой Азіи. Но это была, сравнительно, миролюбивая имперія. Послѣ
войнъ Саргона и Ассурбанипала, прямо изумляешься этимъ періодамъ мира и «вклю-
ченія дружественныхъ договоровъ. Месопотамія іюы гала Мидіи разбить Ниневію,—вь
результатѣ дружественныя союзъ, заключенный между Набуііалуссаромъ, царемъ Вави-
лона, и Кіаксаронъ, царемъ Экбатаны, былъ сохраненъ и ихъ преемниками—Набуку-
дуруссуромь (Навуходоносоромъ) съ одной стороны и Астіагомъ—съ другой. Лидія про-
тивостояла первымъ натискомъ иранцемъ,—и чувствуя, что ихъ силы равны против-
ники заключили миръ, продолжавшійся во всевремл существованія МидійекоЯ имперіи.
Но персидскій князь поднялъ мечъ противъ своего господина: Астіагь быть свергнуть
Киромъ, личностью болѣе влп менѣе легендарной..
Тотчасъ по восшествія на престолъ, Киръ собралъ въ одво могущественное цѣлое
247
всѣ этническіе элементы, дотолѣ враждебные, иоторні находились въ его имперіи, п,
подобно другимъ деспотамъ, постарался направить враждебныя партіи и парадности, ьъ
въ качествѣ завоевателей, на
чужеземныя страны. Такъ на
чался длинный періодъ завоева-
ній и нрисоеднпсній, продол-
жавшійся я при Лхеменпдахъ и
спаявшій въ одно воинственное
цѣлое столько разнообразныхъ
народностей.
Въ концѣ концовъ почти
весь тогдашній міръ вошелъ вт
предѣлы имперіи Персовъ п Ми-
дянъ: Месопотамія и Арменія-
Малая Азія, Сирія, даже Еги-
петъ, Киренаика до сада Геспе-
рндъ. страна скифовъ до сѣвер-
ныхъ степей и ледяныхъ горъ
Иммауса, наконецъ, сѣворо за-
падныя области Индіи, которыя
позднѣе Александръ Македонскій
истребовать себѣ, въ качествѣ
наслѣдника Ахеменидовъ: въ об-
томъ же территорія, подчинен-
ная персидскимъ царямъ, тяну-
лась съ востока яа западъ на про-
странствѣ 1—5 тыс. кнл. по пря-
мой линіи.
Въ эту эпоху своего ве-
личія Персія была тѣмъ же, чѣмъ
сдѣлалась Римская имперія спу-
стя ТОО—800 лѣтъ. Мечтай все-
мірной монархіи никогда не была
такъ близка къ осуществленію.^
и Персія стояла па первомъ мѣ-
стѣ не только но обширности	.„ ...	,а
'	Индійскій п пер'чідекчі полны
своихъ владѣній, но и по куль-
турности своего населенія, по развитію философскихъ ученій и по терпимости къ идеямъ.
Но въ обширности этой имперій заключалась большая опасность для ея властителей: по
смерти Кира, Персидская монархія^ кажется, обнимала собою весь міръ, и повелитель
ея поднялся такъ высоко вь своемъ могуществѣ. что «опьяненіе слишкомъ спиною властью
помутило его разсудокъ» и создало изъ него Камбнза.
248
Центръ тяжести огромной имперіи долженъ былъ снова перемѣститься подъ влія-
Піемъ событій. Сначала Персы, сдѣлавшись господствующпмт народомъ, рѣшили сдѣлать
одинъ городъ столицею государства, тогда какъ прежде, нь виду феодальнаго устройства
мало заботились объ этомъ. Такимъ городомъ сталъ Персепо.іь, расположенный въ центрѣ
собственно Персіи. Въ то же время обычными столичными городами были: іікбатапа. нь
качествѣ лѣтней резиденціи паря, и новая Суза, возникшая на развалинахъ старой,—
въ качествѣ зимней. Оба эти города имѣли то преимущество, что находились недалеко
отъ пунктовъ, гдѣ можно было ожидать наоадевія со стороны западныхъ сосѣдей, съ
которыми Иранцы вели борьбу. Съ этихъ двухъ аванпостовъ персидскіе «цари царей»
наблюдали за,народами Месопотаміи, побережьемъ Средиземнаго моря, отъ Египта до
Понта Эвксинскаго, готовые направить свои арміи въ тотъ пли иной пунктъ, гдѣ угро-
жало яападопіе враговъ. Какъ бы въ предупрежденіе народовъ Запада. Дарій, сынъ Ги-
стаспа, приказалъ выгравировать между Зкбатэпий и проходомъ Загрошъ, па известня-
ковой скалѣ, близъ Бэистуна, Внзутуна илп Батистана («мѣстопребываніе боговъ»),
пышную надпись на трехъ языкахъ, персидскомъ, анзаннтскомъ п ассирійскомъ: «Я—
Дарій, великій царь, парь царей, царь Персіи, царь ея областей, сынъ Гистаспа, внукъ
Арзамеса, Ахемепидъ».. такъ начиналась горделивая надпись.
Въ это время, когда Дарій воспѣвалъ свою славу въ такихъ напыщенныхъ вы
раженіяхъ, которыя столь часто служатъ нѣкоторымъ указані мъ моральнаго и матеріаль-
наго упадка народовъ, почти всѣ цивилнзѵванныя страны западной Азіи были соединены
подъ Персидскою державою
Но завоеванія Мидянъ и Персовъ не были такъ тягостны для народовъ, какъ со-
временныя «патріотическія» присоединенія, при которыхъ побѣжденныхъ заставляютъ
перемѣнять свой языкъ и культуру: у персовъ каждый покоренный народъ сохранялъ
свои правы, даже свое туземное управленіе, обязываясь лишь ежегодною данью п воин-
скою повинностью. Повелителю такого множества народовъ, великихъ в малыхъ, было
пріятно видѣть въ толпѣ своихъ слугъ это разнообразіе расъ л языковъ; онъ и пред-
ставленія не имѣлъ о возможности созданія такого государства, въ которомъ бы всѣ
члены образовали одно національное цѣлое и имѣли бы одинаковый образъ мышленія
Царь Персидскій довольствовался сознаніемъ, что онъ безспорный владыка, повелѣва-
ющій цѣлому сонму послушныхъ сатраповъ и имѣющій въ своемъ распоряженіи милліоны
солдатъ, вымуштрованныхъ подъ ударами ременныхъ бичей. По отношенію къ феодаль-
нымъ князьямъ Персіи этотъ «царь царей * былъ, однаки. лишь «первымъ между рав-
ными» в только для ьокоревныхъ иноземныхъ народовъ былъ всемогущимъ владыкою.
Очевидно, такая двойная форма управленія должна была развиваться къ выгодѣ само-
державной власти; греческіе историки, не пытаясь постичь психологію персидскихъ царей,
все же должны были констатировать, что, въ отличіе отъ ассирійскихъ властителей,
персидскіе обыкновенно щадили побѣжденныхъ и не считали даже въ правѣ обходиться
жестоко съ рабами. Киръ и затѣмъ Дарій воздерживались отъ совершеннаго истребленія
покоренныхъ народностей: они, какъ древніе Персы, питали уваженіе въ жизни человѣка.
Между пародами, которые «великій царь» перечисляетъ, какъ своихъ данниковъ,
онъ имѣлъ безстыдство помѣстить Спарту и Афивы: онъ позабылъ о Мараеонѣ. Тогда,
249
какъ и въ плше вр<'мя, исторія, излагаемая съ патріотической точки зрѣнія, охотно игно
рнровада пораженія, замѣняя ихъ сомнительными побѣдами Впрочемъ, повелитель, окру-
женный толпою придворныхъ льстецовъ, МОП. искренно воображать, что битвы. проис-
ходившія на окраинахъ его обширной имперіи, оканчивались соотвѣтственно съ его славой;
Персія
Г. ІС ООО 000
о іоо го; - з.іо воо ьооКилсм.
I
безъ сомнѣнія, онъ и не подозрѣвалъ о томъ глубокомъ смыслѣ, какой потомство при-
пишетъ его столкновенію съ маленькимъ греческимъ пародомъ. Нужно также признаться,
что побѣды Милыіада и Немкстокла наполняютъ часъ горделивымъ чувствомъ, знаменуя
въ нашихъ глазахъ побѣду свободной мысли, личной иниціативы; все же окончательная
побѣда осталась за Персами; она была доставлена руками Александра Македонскаго.
Но ещѳ до рѣшительныхъ сраженій, онредѣлинднхъ отношеніе между Греками и
250
Персами, между ними были непрерывныя, очопь дѣятельныя сношенія, политическія п
торговыя. Эти сношенія происходили при посредствѣ народовъ Малой Азіи, частью при-
надлежавшихъ къ греческой народности, частью болѣе или менѣе эллинизированныхъ;
затѣмъ явились авантюристы Аттики и о-вовъ Пелопонеса, предки нынѣшнихъ искателей
приключеній, эмигрирующихъ въ такомъ значительномъ числѣ; являясь въ Персію, они
приносили съ собою искусства н техническія знанія.
Неоспоримое доказательство греческаго вліянія видно на развалинахъ Псрсеполя,
которыя носятъ названіе «трона Джемшида», легендарной личности, отождествляемой
персами съ Даріемъ, сыномъ Гнстаспа. Очевидно, что эти удивительныя постройки, воз-
двигнутыя въ ту эпоху, когда Ахемевиды направ.іяіи свои побѣдоносныя арміи на всѣ
окрестныя страны, въ значительной степени — результатъ подражанія. Повелители
Персіи, изумленные гигантскими сооруженіями, съ которыми имъ приходилось сталки-
ваться во время походовъ, естественно пожелали и у себя возвести такіе же прекрас-
ные дворцы, какъ у иностранцевъ. Очень вѣроятно, что енп привели съ собою опыт-
ныхъ зодчихъ изъ Египта, Финикіи, передней Азіи, Греціи. Греческія буквы встрѣча-
ются на перенумерованныхъ камняхъ ихъ построекъ, а Плиній упоминаетъ объ извѣ-
стномъ Телефаиѣ изъ Фокеп, какъ о великомъ художникѣ, жившемъ при дворѣ Дарія.
Историки архитектуры старали ь опредѣлить участіе разныхъ элементовъ, соеди-
неиныхъ въ грандіозной архитектурѣ Псрсеполя, и, благодаря имъ, въ концѣ концовъ
удалось узнать, что персидскіе строители но были только подражателями: они прида-
вали своимъ произведеніямъ особый характеръ, соотвѣтствовавшій ихъ собственному
духу, матеріалу, какимъ оии располагали, п спеціальнымъ условіямъ, которыми была
обставлена нхъ работа Именно ихъ проектамъ принадлежатъ великолѣпныя террасы и
грандіозныя лѣстницы, по которымъ могли двигаться громадныя процессіи пѣшеходовъ,
всадниковъ и колесницъ; ихъ же изобрѣтеніемъ являются и колонны, гдѣ высота въ
Ю—12 разъ больше ширины, съ тяжелыми капителями, состоящими нзь двухъ перед-
нихъ частей животныхъ—быковъ, козъ или единороговъ. Солнечный свѣтъ, чередуясь
съ черными тѣнями, проникалъ чрезъ широкое отверстіе въ крышѣ между балками
кедроваго дерева, освѣщая тропъ изъ золота и слоновой кости, плиты изъ глазурован-
ныхъ кирпччей а пурпурныя завѣсы <'ъ золотыми кистями. Все это въ общемъ поенло
спеціальный характеръ, не встрѣчаемый внѣ Иранскаго плато, а сь греческимъ стилемъ
построекъ имѣло очень отдаленное сходство. Главное различіе заключалось въ томъ, что
въ Греціи архитектура была обязана своимъ развитіемъ мѣстной иниціативѣ, тогда
какъ въ Иранѣ она развивалась для удовлетворенія царскаго тщеславія и но нашла
собѣ продолженія въ жнвыхь произведеніяхъ національнаго творчества Персовъ.
Иранскіе строители подражали также ассирійскимъ и халдейскимъ зодчимъ,
сохраняя, впрочемъ, большую независимость воспріятія идеи и полную оригинальность.
Объ этомъ можно судить по ихъ крылатымъ быкамъ, помѣщаемымъ у входовъ зданій:
опп гораздо массивнѣе и исполнены съ большимъ изяществомъ, нежели быки ассирійскихъ
дворцовъ; кромѣ того, персидскіе художники по прибѣгали къ странной искусствен-
ности пріемовъ свопхъ ниневійскихъ предшественниковъ, которые, чтобы удовлетворить
грубому чувству перспективы, придавали пять конечностей своимъ чудовищнымъ звѣрямъ.
251
Изъ всѣхъ памятниковъ персидской архитектуры, царскія гробницы меньше всего
носить отпечатокъ иностраннаго вліянія. ВѢьоятр--, въ лихъ отчасти сохранился стиль
дретннхъ иранскихъ троглодитовъ—пещерныхъ людей; подземныя жилища мертвыхъ
должны были походить па таковыя же живыхъ. Общій планъ такихъ подземелій всегда
Бпаутувъ и окрестности.
І :	2 5СОоО
о	5	ІО	ІбКилОМ.
одинъ и тотъ же: надъ отверстіемъ, ведущимъ въ усыпальницу, располагается рядъ
статуй съ большимъ щитомъ, па которомъ былъ изображенъ царь, Поклоняющійся свя-
щенному огню. Въ верхней части четыреугольника, высѣченнаго вь скалѣ, лзобра-
жсиъ крыаатый ьферуэръ*, символизировавшій, можетъ быть, лучшее «я> усопшаго,
возносящееся къ небу и несущее Ормузду всѣ добрыя дѣда, по крайней мѣрѣ добрыя
намѣренія покойнаго царя.
252
Вмѣстѣ съ развитіемъ греческаго впяпія па иранцевъ распространялось и влія-
ніе монархія Ахемсплдовъ на маленькія греческія республики. Разсказы купцовъ, опи-
санія озвращавщпхея на родину ремеслепняковъ в художниковъ, великолѣпіе послан-
никовъ и ихъ свиты, естественно, должны были производить сильное г печатлѣнія на
живое воображеніе грековъ; а различныя партіи, боровшіяся за власть въ каждомъ
маленькомъ государствѣ, сплою вещей должны были обращать свои взоры къ юсточ
ному колоссу, отбрасывающему свою тѣнь па западъ. Одни изъ ппхъ, свободные граж-
дане, съ гордостью вспоминали, что нее могущество. Дарія и Ксеркса разбилось объ
нхъ копья, и съ презрѣніемъ смотрѣли па остальной міръ—«варваровъ» и «рабовъ
Волвкаго царя»; другіе, стремясь къ господству въ своемъ отечествѣ, находили, что не-
оспоримая власть монарха, одному слову котораго повинуются всѣ народы, отъ жгу-
чихъ пустынь до ледяныхъ полей сѣвера, представляетъ собою зрѣлище поразительнаго
величія; они мечтали завести такіе же порядки и въ Греція, чтобы и здѣсь были
властители, къ приказавіямъ которыхъ всѣ прислушивались бы съ трепетомъ и покор-
ностью. Кромѣ того, іерсидскій парь располагалъ тою покорною силою, которую даютъ
деньги,—и серебро, драгоцѣнныя ткани, нагруженные товарами корабл' часто измѣняли,
казалось бы, самыя непоколебимыя убѣжденія грековъ. Примѣръ мы видимъ въ Ѳеми-
стоклѣ, побѣдителѣ Персовъ при Саламинѣ; убѣжавъ въ Персію, онъ сдѣлался
сатрапомъ и оть имени «Царя царей» сталъ управлять областью, чисто греческий « п<
языку, и по правамъ
Одинъ ваъ членовъ фамиліи Ахемокидовъ, Киръ Младшій, тщетно нытаып-Яся
вырвать власть взъ рукъ своего брата, Артаксеркса Мпемона, является въ исторіи
какъ бы нолу-ірекомъ. по крайней мѣрѣ, съ внѣшней стороны, онъ усвоилъ греческую
культуру и окружилъ себя греческими писателями м артистами. Такимъ же точно обра-
зомъ въ КѴШ вѣкѣ, когда подготовлялась гигантская борьба между народами и между
идеями, мы видимъ литераторовъ и ученыхъ, стекающихся ко двору Фридриха Прус-
скаго и Императрицы Екатерины, чтобы подѣлиться съ этими государями своими идеа-
лами я предложить пмъ планъ реформъ; они простодушно надъялись, что государи
•шикнуть въ вхъ проекты для улучшенія человѣческаго рода. «Отъ сѣвера идетъ въ
вамъ теперь свѣтъ!»—насади < вч въ эту моху о любезно принимавшихъ ихъ госуда-
ряхъ, вся культурность которыхъ заключалась въ умѣньи говорить по-французски. По-
добно имъ, и краснорѣчивый Ксенофонтъ, голова котораго еще наполнена поученіями
Сократа, ищетъ образцовъ, достойныхъ подражанія, между персами,—и такимъ че-
ловѣкомъ ш> преимуществу явіяется для него «великій Киръ, такъ умѣло управляющій
людьми». (Киронедія, кн. 1, гл. 1).
Такъ подготовлялось единеніе народностей: персы дѣлались греками, а греки—пер-
сами. Когда Александръ Македонскій, свившійся мстителемъ за пооѣды мидянъ и пер-
совъ, попалъ въ сердце Азіи со своими греками и македонянами, онъ нисколько не
иронвидъ себя въ качествѣ греческаго цивилизатора, желавшаго поднять «варваровъ»,
скорѣе самъ старался стать персомъ, сдѣлаться «царемъ Азіи»—расширять предѣлы
своего царства до размѣренъ владѣній свергнутаго вмъ Дарія, на дочери котораго овь
женился. Изъ его столицъ одна, Суза, оыла спеціально персидская, а другая, Вани-
253
іонъ, уже по самому положенію господствовала надъ восточнымъ міромъ, какъ центръ
великихъ путей сообщенія всей передней Азіа. Любопытно, что память объ Александрѣ
«Двурогомъ» гораздо больше сохранилась среда азіатскихъ народовъ, нежели у грековъ;
и цѣйсівнтельно, вто былъ азіатскій завоеватель, какимъ онъ и самъ хотѣлъ быть.
Однако, появленіе его знаменуетъ раздѣленіе двухъ эръ: съ этого времени греческія
сдраны и Иранъ стали принадлежать къ одному и тому же міру; прежде враждебныя
другъ другу, онѣ стали теперь солидарными въ своихъ историческихъ движеніяхъ,—и созна-
тельное человѣчество съ зтвхъ поръ удвоилось.
родами съ горы ва гору.
г л а в л и.
Капказ-ь,—Его рельефъ, склоны, г рпые проходи. Дагестанъ и Хілнірелія. - На-
родности Ляги-Каввазь,-Его рельефъ п пути сообщенія. - Армяне и курды.—
Исторія
Кавказъ принадлежитъ къ древнему міру скорѣе но своей таинственности, нежели
по иѵрріи. Опъ былъ такъ мало извѣстенъ, что его обыкновенно называли просто
«горой», понимая 'іодъ этимъ названіемъ то цѣлыя комплексъ горъ, то отдѣльный
нвігЬ; поднимающійся изолированнымъ массивомъ, подобно горѣ Аргѣ или Арарату
Другіе, напротивъ, воображали, что горная страна Кавказа простирается до краевъ
міра, до теіяпыхъ пустынь, гдѣ царитъ вѣчная ночь. Однако, многочисленныя легенды,
передаваемыя съ различными варіантами народами, отъ Иранскаго плато до береговъ
Средиземнаго моря, отмѣчзюгь тти горы, какъ мѣсто происхожденія могущественныхъ
народовъ, гдѣ произошли событія, имѣвшія большое значеніе въ судьбахъ человѣка.
Но въ хаотическомъ мірѣ нсвѣдѣпія краіпоая сходятся скорѣе, нежели при
конфликтѣ человѣческихъ страстей. Ті-жо самыя чудеса, тѣ-жс событія, которыя прі
урочиваютъ къ вершинамъ Кавказа, совершали», в*- вѣрованіямъ индусовъ, па пикахъ
Гималаевъ, а по сказаніямъ иранцевъ—па Эльвспдѣ и ін Демавендѣ; равнымъ образомъ
255
па другой сторонѣ древняго міра эти же событія должны были происходить на вер-
шинахъ западныхъ горъ. Гигантъ Атласъ несетъ на себѣ Неоо или Землю (логически
это немыслимо, но въ іегендѣ столпѣ допустимо); точно также «Двухвершинная гора»,
современный Эльбрусъ, является колыбелью двухъ звѣздъ—близнецовъ Кастора и
Поллукса, и бахромчатая завѣса его сн+говъ сливается съ безграничною пеленою неба.
Согласно греческой лсіеіадѣ, перешедшей вь наслѣдство отъ болѣе древнихъ пародовъ,
одинъ Титанъ. «Похититель огня», былъ прикованъ богами къ горѣ Кавказу. Но еще
до него сколько другихъ Прометеевъ было пригвождено къ вершинѣ горы, раздавленные
тяжестью скалъ! Такъ, Зохакъ тщетно вопилъ въ пещерѣ Демавенда, а позднѣе Эпсе-
мадъ напрягалъ свои ослабѣвшіе мускулы, чтобы сбросить съ себя горную массу Этны
Легенды путешествуютъ вмѣстѣ съ народами съ вершины па вершину.
Какъ нз былъ, однако, мало извѣстенъ Кавказъ по своему положенію, формѣ п
рельефу, все же его совершенно правильно считали границею между двумя мірами,
Кавказъ представляетъ изъ себя часть преграды, раздѣляющей Азіатскій материкъ на
двѣ стороны, сѣверную и южную; эта преграда продолжается по Европѣ рядомъ пре-
рываемыхъ хребтовъ—Крымскими горами, Альпами, Пиренеями п Кантабрійскими го-
рами. Изъ всей этой вереницы хребтовъ пи одинъ такъ рѣзко по ограниченъ, какъ
собственно Кавказскій, который тяпстся отъ Каспійскаго моря къ Черному; непре-
рывность этой складки земной коры рѣзко выражена съ обѣихъ ея сторонъ Западная
часть Кавказскихъ горъ вытягивается къ Таманскому полуострову и, послѣ, короткаго
перерыва, появляется опять въ видѣ Крымскихъ горъ; восточная часть кажется вне-
запно прерванной водами Каспія; по на самомъ дѣлѣ ея продолженіемъ является под-
водная гряда, идущая съ запада на востокъ, между двумя глубокими котловинами
Каспійскаго моря в выходящая па берегъ въ видѣ краевой цѣпи горъ, извѣстной
подъ названіемъ «Туркменскаго Кавказа* Эго та самая горная цѣпь, которая, подъ
различными наименованіями, ограничиваетъ съ сѣверо-востока Иранское плато сьоимп
параллельными кряжами п затѣмъ сливается съ отрогами Гипду-Куша.
Оба склона Кавказа, сѣверный и южный, представляютъ полную противополож-
ность друп. другу. Къ сѣверу горы понижаются постепенно, то боковыми массивами,
то «малыми Кавказамп», или вторичными хребтами, идущими параллельно главному,
постепенно понижаясь. Но въ общемъ екать очень крутъ, и всадники, мчащіеся но
степи, вдругъ намѣчаютъ на небосклонѣ, надъ темными лѣсами, покрытыя облаками
высокія вершины. У подножія горъ здѣсь разстилается низкая равнина, подобно морю,
бьющемуся о крутые утесы. Впрочемъ, эта равнина и была въ дѣйствительности поремъ
ьъ недавнюю еще геологическую эпоху; оно соединяло нѣкогда Черное и Каспійское
миря; остаткомъ его является притокъ Маныча, который съ точки зрѣнія физической
географіи представляетъ собью ничто иное. какъ ровъ, отдѣляющій Европу отъ Азіи.
Сторона Кавказа, обращенная на югъ. господствуетъ только надъ рѣчными до-
ливами, ограниченными къ югу горами, которыя уже видны съ главнаго хребта; ими
она связывается съ другими системами горъ н плоскогорій. Поперечный кряжъ, имѣющій
около 1000 метровъ высоты вь самомъ низкомъ перевалѣ, гдѣ идетъ желѣзная дорога
изъ Тифлиса въ Катунъ, соединяетъ иаиоолѣе возвышенные массивы Кавказа съ си-
256
стсмпш горъ, называемою иногда Анти-Кавказомъ. Къ югу отъ долинъ р.р. Куры
н І’іона все пространство между обоими морями занято высотами, во многихъ мѣстахъ
переступающими зону обитанія человѣка. Нѣкоторыя очень высокія вершины, конусы
древнихъ вулкановъ, Алагезъ. Арарзтъ, Впигельд&гь, господству ютъ надъ всею мѣстностью
своими снѣжными пиками Мѣстами горло вздымаются къ небу пики, откуда виденъ
кажущійся хапсъ горныхъ цѣпей, тянѵпшхея, съ одной стороны, къ Иранскому плато,
съ другой—къ большому четыреугольнику Малой Азіи п Сирійскому побережью.
Физическій контрастъ между обоими кавказскими океанами повторяется и въ
исторіи обитающихъ тамъ народпоотей. Очевидно, обитатели степей, свобода- путеші 
ствующіе по нимъ, но зная другихъ препятствій, кромѣ холмовъ движущагося песка,
низмонпыхъ солончаковъ и неглубокихъ болотъ, должны имѣть другіе нравы, иное по-
литическое и соціальное развитіе, нежели горцы, со всѣхъ сторонъ окруженные глубо-
кими долинами, жители которыхъ съ трудомъ сообщались съ другими частями страны.
Жители раввинъ имѣютъ склонность къ ввностоінпой, бродяжнической жизни; -ня ио
являются и исчезаютъ, не оставляя послѣ себя никакихъ слѣдовъ: напротивъ, горцы,
замкнутые на горныхъ массивахъ или въ ихъ долинахъ, состоятъ обыкновепп" изъ па-
стуховъ и осѣдлыхъ земледѣльцевъ, ведущихъ опредѣленный образъ жизни, имѣющихъ
твердыя установленія и находящихся въ опрсдѣтенныхъіношеніяхъ съ окрестными наро-
дами. Исторія охота-заносить такіе народы на свои страницы, между тѣмъ какъ бродячія
орды, по ту сторону Кавказа, долго оставлялись ею безъ вниманія. ,
Итакъ, со временъ происхожденія сознательнаго человѣчества, горы между Ка-
спійскимъ и Чернымъ морями представляли два рѣзко отличающихся склона: одинъ—отно-
сительной культуры, другой—варварства: па югѣ былъ свѣтъ, па сѣверѣ тьма. Однако, и
между ннмн происходили сношенія, но болѣе по окружному пути, нежели по прямому,
чрезъ горные проходы. У становлено. что въ теченіе цѣлыхъ вѣковъ передвиженія народовъ
для пересоленія и завоеваніи очень часто происходили изъ Передней дзш и Сармат-
скихъ равнинъ—нынѣшней южной Россіи—направляясь на западъ, чрезъ Европейскую
Ѳракію, по теченію черноморскихъ рѣкъ. Нѣкогда киммерійцы и скифы, такъ же какъ
турки въ недавно» эпоху, совершали такой окружной путь но берегу Чернаго моря,
слѣдуя «закону наименьшаго усилія».
Однако, какъ ни маю доступенъ, какъ ни трудно проходимъ Кавказскій хребетъ,
тянущійся наискось между двумя морями на протяженіи тысячи километровъ, в раздѣ-
ляющій собою области, очень различныя по почвѣ л климату, народы, убѣгая отъ врага
или увлеченные вопп-тв-’нныиъ пыломъ, часто пытались перейти ого. Ито бывало, впрочемъ,
только нъ исключительныхъ случаяхъ, въ Ьпохи великихъ народныхъ потрясеній,—
и тогда старались воспользоваться благопріятными естественными проходами сквозь
хребетъ.
Первыя изъ такихъ естественныхъ воротъ открываются въ срединѣ перешейка,
въ самомъ узкой его частя, гдѣ считаютъ отъ одного моря до другого всего 500 кило-
метровъ. Съ обѣихъ сторонъ, со стороны Сѣвернаго Кавказа и со стороны Закавказья,
поднимается кь горному проходу по широкой долинѣ; съ сѣвера—долина Терека, съ
юга—Куры; обѣ рѣки—наиболѣе обильныя на Кавказѣ; а самый проходъ, сѣдловина
257
горъ, имѣетъ »ъ ширину пѳ боліе 100 километровъ. Самая высшая точка перевала,
такъ называемая Крестовая гора (2263 метра), пе достигаетъ границы вѣчныхъ снѣговъ,
находящейся, въ нѣкоторыхъ частяхъ Кавказа, па высотѣ 3500—4000 и. надъ хоремъ.
Дорога на горный перевалъ тѣмъ яснѣе замѣчена, что сѣверная цѣпъ, служащая про-
долженіемъ главнаго хр бта Западнаго Кавказа, совершенно перерѣзана водами Терека;
остается пересѣчь лишь одинъ гребень, и путникъ, поднявшись по ущельямъ п до-
линамъ вдоль рѣки и обогнувъ огромный массивъ Казбека, пересѣкаетъ узкій кряжъ и
спускается ужо въ юдипу притока Куры.
Съ самаго начала исторіи, кань установлено, одна народность иранскаго проис-
хожденія, именно оссы, плп осетины, называющіе себя Кронъ, утвердились на этомъ
проходѣ и заняли входъ и выходъ изъ нсгп. Благодаря выгодѣ своего поюжепія, осе-
тины могли защищать этотъ важный путь чрезъ Кавказъ, особенно привлекавшій пере-
селяющіеся народы. Но опасность была иногда чрезвычайная, особенно вь ту эпоху,
когда потокъ варваровъ нахлынулъ къ югу,—и мы видимъ, что 14 вѣковъ тому назадъ
два императора, римскій Юстиніанъ и иранскій—Хозрой Н_\ ширинъ (Справедливый),
должны были соединить свои силы, чтобы оградить «Дарьзлъскія Ворота» отъ вторженія
кочевниковъ хазаръ.
Другія естественныя ворота, открывающія доступъ па Кавкагь, лежатъ на во-
стокѣ, о , берегу Каспійскаго моря. Горы здѣсь сразу понижаются, образуя между сво-
ими предгоріями широкія долины, гдѣ шумятъ потоки, образовавшіеся отъ чаянія вѣчныхъ
снѣговъ. Даже у самаго подножія горъ морской берегъ представляетъ широкій,
удобный пуіь, благодаря чоннжепію морскихъ водъ, уровень которыхъ находится на 27
метровъ ниже Азовскаго моря. По атому-то проходу и проникали съ юга на сѣверъ
различныя народности, спускавшіяся съ Иранскаго плато и сосѣднихъ нагорій, мидяне
и персы, турки и татары, таты и талихи.
Кавказъ представляетъ собою огромную преграду, которую эти народы старались
пересѣчь, конечно, въ наиболѣе удобномъ мѣстѣ А такъ какъ Дарьяльское ущелье
было хорошо защищено осетинами, то, естественно, >ви направлялись направо, въ
обходный путь, по берегу Каспійскаго миря. Кромѣ того, волна переселенцевъ широкимъ
потокомъ разливалась но доливамъ и іпаднпамъ горъ. Такимъ образомъ и таты, в та-
лый изъ бассейна Куры проникли далеко іъ узкій корридоръ «Желѣзныхъ Воротъ»;
точно также территорія Азербсйджапскпхъ татаръ продолжается къ сѣверу чрезъ области
румикскихъ татаръ, а послѣдніе смѣютъ сосѣдями, въ равнинахъ Сѣв, Кавказа, своихъ
предшественниковъ—Ногайскихъ татаръ, между тѣмъ какъ другое татарское племя,
карачаевцы, были отброшены волною переселенцевъ въ долины сѣвернаго склона Кав-
каза. Но штокъ этихъ пародовъ, пришедшихъ съ юга чрезъ «Желѣзныя Ворота»,
встрѣтился въ низменныхъ равнинахъ съ настоящимъ наводненіемъ другихъ тураніжпхъ
народностей, лрншедшвхъ чрезъ широкій проходъ между Уральскими горами и Каспій-
скимъ моремъ.
Вели выходцы съ юга неоднократно пользовались западнымъ б регомъ Каспійскаго
моря, чтобы проникнуть на сѣверъ, въ Сарматскія равнины, то, съ другой стороны,
движеніе народовъ могло происходитъ в въ обратн-мь направленіи. Для того, чтобы
ЭПИЗЕ ГЖКЛЮ. вып и
17
258
избѣжать этихъ нанадоаіі варваровъ-кочевниковъ, властители Закавказья часто укрѣ-
пляли проходы, особенно, въ мѣстѣ, наиболѣе благопріятномъ для защиты и извѣствомъ
тонеръ подъ именемъ Дербента, или «Желѣзныхъ Воротъ». До изобрѣтенія артиллеріи
защитная стѣна, уходившая километровъ на 30 въ горы и спускавшаяся въ море,
служила, дѣйствительно, непреодолимымъ препятствіемъ. Поэтъ Фирдуси, въ своей
«книгѣ царей», приписываетъ ея постройку Александру Македонскому, а возобновленіе—
Хозрою Нуширвану; въ промежутокъ времени между этими двумя строителями хроника
упоминаетъ также о персидскомъ царѣ Издигсрдѣ II, жившемъ во время нашествія
гунновъ. Всѣ эти цари старались преградить дорогу съ сѣвера «чудовищнымъ» на-
родамъ, «страшнымъ» Гогу и Магогу или, во магометанской терминологіи, Яджуй и
Маджуй. Персидскіе поэтъ такъ описываетъ постройку этой стѣны Александромъ Маке-
донскимъ: «Приказавъ сложить слоями, одинъ на другой, пласты мѣди, желѣза, свинца,
камней древесныхъ стволовъ и вѣтвей, онъ велѣлъ 100.000 кузнецамъ поджечь все
эго, такъ что всѣ металлы •плавиіись ьъ однородную массу». Стѣна, которую мы видимъ
теперь, считается остаткомъ именно Александрова сооруженія
Вопреки, однако, стараніемъ Александра н другихъ, легендарныхъ царей. Ядж»й
и Маджуй, т. е, бродячія племена сѣвера, все таки пришли роковымъ путемъ, который,
впрочемъ, п>- билъ прегражденъ въ свой сѣверной части. Въ этой области Кавказа,
называемой теперь Дагестанопъ или «Горнымъ Краемъ», между Апшеропскпмъ полу-
островомъ и долиною Судана, долины расходятся лучеобразно къ востоку, сѣверо во-
стоку и сѣверу; благодаря этому, в< внутреннюю часть горнаго массива могло постепенно
проникать множество бѣглецовъ или завоевателей, и они, вь вмѣстѣ съ выходцами съ
южнаго склона, образовали настоящее вавилонское столпотвореніе, азъ разнородныхъ націй.
Вся западная часть Кавказа, между Дарьяломъ и Киммеріи* нимъ Босфоромъ,
представляетъ, въ этническомъ отношеніи, большое однообразіе, поразительно отымающее
простотѣ орографической формаціи страны.
Прежде всего, западная горная цѣпь, правилью. идущая па сѣверо-западъ, дѣй-
ствительно, представляетъ какъ бы непреодолимую стѣну на протяженіи 200 килой. отъ
Казбека до Эльбруса или Мннгн-Тау; далѣе, относительно небольшая толщина ея обу-
словливаетъ лишь малое число долинъ, удобныхъ для колонизаціи. Переселенцы, которыхъ
борьба за существованіе привела къ пошожію Западнаго Кавказа или его параллельныхъ
кряжей, на сѣверѣ или югѣ, должны были поэтому остановиться въ своемъ движеніи
или же повернуть кь морю. Горный хребетъ представлялъ имь въ этой части лишь
незначительное число брешей, черевъ которыя можно было проникнуть внутрь; парал-
лельныя цѣпи горъ, тянущіяся одна за другой съ сѣвера па югъ, ічепь трудно прохо-
димы,— самыя низкія азъ нихъ—вслѣдствіе крутизны склиН‘>въ и непроницаемаго покрова
лѣсовъ, а болѣе высокія — изъ-за своихъ снѣговъ. Что касается де попытки обойти
западную оконечность Кавказа берегомъ, то это было бы въ высшей степени безразсудно,
такъ какъ п,< южному берегу сотни мысовъ выдаются въ Черное море, образуя превос-
ходныя позиціи, которыя съ успѣхомъ могутъ защищать нсбоіьшо- число людей. Двѣ
тысячи дѣть тому назадъ, цѣлая армія рабочихъ, по приказу царя Митридата П- нтій-
скаго, явилась сюда, іа это побережье, чтобы провести дорогу карнизами, въ родѣ той,
259
которая идетъ по берегу Средиземнаго моря между Ниццей и Спеціей; это было идвн-
ствевнымъ средствомъ соединить обѣ половины огромной имперіи, расположенной а
сѣверѣ и югѣ отъ Понта Эвксинскаго; однако, этою дорогою пользовались лишь въ
теченіе нѣсколькихъ десятилѣтіи, такъ какъ императоры Рима, а потомъ Византіи не
Осетирская деревня.
заботились объ ея поддержаніи; цѣлыхъ 20 вѣковъ опа была въ подъемъ упадкѣ, и
лишь русскіе возобновили ее.
Массиву горъ, единому по своему образованію, соотвѣтствуетъ и населеніе, единое
но своему происхожденію, своимъ нравамъ и исторіи, хотя и разбитое на маленькія,
различныя группы. За исключеніемъ свашѵговъ верховьевъ ІІнгура и Карачая, или «пле-
мени Червой рѣки», живущихъ въ сѣверныхъ долинахъ, сосѣднихъ съ Эльбрусомъ, всѣ
260
обитатели западныхъ горъ принатлежать къ группѣ болѣе пли м*нѣе смѣпкыыіыхъ п іе-
менъ, которыгь прежде называли общимъ именемъ черкесовъ. Правда, кабардинцы на
востокѣ, адик на сѣверо-западѣ и абхазцы южнаго склона представляютъ между ними
сильныя различія, благодаря условіямъ почвы, климата и торговыхъ сношеній, однако,
составляютъ семршеияо обособленную этническую группу. Таково было, въ оощихъ чер-
тахъ, распредѣленіе’ народовъ на Кавказѣ предъ прибытіемъ русскихъ, и можно съ увѣрен-
ностью сказать, что м въ доисторическую эпоху условія среди, аналогичныя съ современ-
ными, (ііредѣлпли такую же группировку населенія, бывшаго лишь болѣй рѣдкимъ.
Каково бы і . было происхожденіе того вли другого горвого племени, сама при-
рода страны осудила большую часть туземнаго насеіешн на совершенно изолированное
существованіе. Долины Кавказа, имѣя доступъ дашь со стороны равнины и отдѣленныя
другъ отъ друга непроходимыми ледниками в свѣіамп, образовали каждая отдѣльную
замкнутую область, въ влдѣ настоящей тюрьмы пли ловушки, гдѣ племя сохраняло
полную индивидуальность. Такъ, каждая долина Сванетііі пли Дагестана была какъ бы
отдѣльнымъ міркомъ, гдѣ каждая семья жила, какъ гь тюрьмѣ, совершенно во вѣдая
про другіе народы п образуя какъ бы отдѣльное маленькое человѣчество. Ня вь какой
другой горной странѣ Европы или Азіи нельзя найгп столь различныхъ между собою
общинъ, отрицающихъ несомнѣнныя даже узы родства, какъ на Кавказѣ. Эт > объясняется
тѣмъ, что пи одна страна въ мірѣ не представляетъ одновременно столько противопо-
ложныхъ чертъ въ природѣ, какъ Кавказъ; ни одна не имѣетъ такой притягательной
силы, благодаря богатству своей флоры и мягкости климата и, въ то же время, вслѣд-
стві. малой доступности снонхъ доливъ ни одна такъ пе вривязываегь къ себѣ, какъ
тотъ же Кавказъ.
Одинъ отрывокъ «Географіи» Страбона, чаете цитируемый (на. XI, гл. 11 стр. 16),
говоритъ, что, по разсказамъ купцовъ, «триста племенъ» встрѣчались иногда на рынкѣ
Діоскуріи (нынѣшняго Сухумъ-Каде). Греческій географы читаетъ это число преувеличен-
нымъ, однако, все же насчитываетъ 70 народностей, говорящихъ на разныхъ языкахъ,
которыя сходились въ Діоскуріи для обмѣна товарами. Эти свѣдѣнія точны, такъ какъ,
безъ сомнѣнія, Страбовъ получилъ ихъ отъ Моаферна, дяди своей матери, который былъ
губернаторомъ нъ Колхидѣ. Справедливости этихъ свѣдѣній тѣмъ легче повѣрить, что
по переписи 1891 г. для одного только Закавказья насчитывается 67 различныхъ пле-
менъ, а во всемъ Кавказѣ—болѣе 80. Такимъ образомъ, черезъ 19 вѣковъ мы шинъ
полное совпаденіе между показаніями Страбона в данными современной статистики и
этнологіи; исторія свидѣтельствуетъ, что, несмотря па переселенія и перемѣщенія,
этническая Основа осталась та же самая; нѣкоторыя племена, напр., сваяеты остались
въ тѣхъ же природныхъ крѣпостяхъ, гдѣ обитали и нхъ предки. Впрочемъ, Страбовъ
даетъ этому удивительному разнообразію кавказскихъ племенъ ошибочное, даже абсурдное
объясненіе: «его нужно приписать,—говорить онъ,—бродячей жизни, которую ведутъ
эта народи». Въ дѣйствительности, наоборотъ, разнообрази эю происходитъ отъ иочти
полной замкнутости кавказскихъ доливъ, жители которыхъ совершенно изолированы:
они в» могли смѣшиваться между собою в звали только встрѣчи торговцевъ въ отдален-
ныхъ ярмаркахъ.
2в1
Раздробленный такимъ образомъ ва множество отдѣльныхъ общинъ, Кавказъ не
могъ образовать имперіи, однороднаго государства. Самое большее, что изъ него в]>еив-
лани спускались на нижележащія равнины разбой ни ыі или, наоборотъ, каі.ой-нибудь
завоеватель съ открытыхъ мѣстностей проникалъ въ какую-нибудь доливу. Но легкость
защиты, съ одной стороны, ь трудность нападенія, съ другой, въ связи съ отсутствіемъ
Озеро в цитадель Ванъ.
дорогъ, должны были въ теченіе пѣлыхъ вѣковъ поддерживать первоначальное равновѣсіе
между многочисленными маленькими народностями Кавказа. Завоеватели могли держаться
здѣсь только вь то время, когда сѣверныя равнины, запятыя значительнымъ населеніемъ,
могли доставлять ямъ огромныя сродства для нападенія. А такія условія осуще-
ствились лишь вь теченіе послѣдняго вѣка, когда народилось могущество Россіи вь
этихъ мѣстахъ.
Однако, эта сотня маленькихъ народностей все-таки должна была войти вь тор-
говыя сношенія между собою; мало-по-малу у нихъ возникла торговля, бывшая уже
262
значительной въ миѳологическія времена, какъ объ этомъ свидѣтельствуетъ легенда о
«золотомъ рунѣ». Греки непосредственно предпринимали плаваніе къ устьямъ Фаза
(нынѣшняго Ріона), но, кромѣ того, они получали металлы н другіе цѣнные товары
Кавказской области и черезъ посредниковъ. По естественному принципу раздѣленія труда,
устанавливающемуся среди народовъ сообразно съ условіями среды, нѣкоторыя племена
приняли на себя перевозку товаровъ и, благодаря этому мирному занятію, необходимому
для всѣхъ, вездѣ пользовались гостепріимствомъ. Есть серьезныя указанія, заставляющія
Рельефъ Кавказа.
«ОО
ЬОО-кМ/ІОМ.
ю оооооо
предполагать существованіе правильно установившихся торговыхъ сношеній между Кав-
казомъ н берегами Балтійскаго моря, при посредствѣ осетншвъ, а, можетъ быть, и
азовъ, переселившихся въ Скандинавію и находившихся въ близкой родственной связи
съ осетинами, которые и тогда, какъ теперь, занимали оба склона Дарьяль-
скаго прохода.
Сравнительно съ той стѣной, которая тянется въ косвенномъ направленіи между
двумя морима— Чернымъ н Каспійскимъ,—различные горные массивы, которымъ даютъ
иногда названіе Анти-Кавказа, не имѣютъ никакой правильности въ своемъ распредѣ-
263
лепіи я обладаютъ нѣсколькими центрами образованіи и сопротивленія, составленными
изъ трещинъ и складокъ, которыя говорятъ ооъ оживленной геологической исторіи края.
Въ этомъ лабиринтѣ можно различить нѣсколько горныхъ цѣпей, но между ними нѣть
такихъ длинныхъ хребтовъ, какъ Кавказская стѣна. Цѣпа разрѣзаны безъ всякаго по-
рядка на многочисленные отроги горными потоками и рѣками: съ одной стороны—
Дарьяльское ущелье.
Ріонпмъ и Чорувомъ, съ другой—Араксомъ и Курою, на западѣ и юго-западѣ—различ-
ными притоками Тигра; всѣ эти рѣки выносятъ изъ страны огромное количество облом-
ковъ породъ, осаждая ихъ затѣмъ въ Черномъ морѣ, Каспійскомъ и Персидскомъ за-
інвѣ. Эти грандіозныя явленія размыва горныхъ породъ въ результатѣ привели къ
исчезновенію большей части водь, нѣкогда находившихся въ впадинахъ нагорій, хотя
все таки а теперь еще осталось нѣсколько больюихь и малыхъ бассейновъ. Менѣе воз-
вышенный, въ среднемъ, и обладая большими размѣрами, въ сравненіи съ Кавказомъ
Анти-Кавказъ отличается и меньшей крутизной склонивъ; стало быть, озерные бассейны
264
должны держаться здѣсь гораздо дольше, прежде чѣмъ стечь по глубокимъ промоппамъ
рѣчныхъ руадъ.
Армянскія гори, поднимающіяся крутыми скатами къ югу отъ Закавказья, по-
коятся на чнообрлзн імъ основаніи, около 2000 метровъ высоты, различно размытомъ
потоками. Многочисленные массиіы вздымаются здѣсь о тамъ надъ пустынными платс
или глубокими долинами, прорѣзанными у нхъ основанія. Отъ ущелья Евфрата
до Аракса, и отъ доливы Кури до склона горъ, обращенныхъ къ Тигру, путнику при-
ходится идти по неровной мѣстности, гдѣ па протяженіи сотенъ километровъ со всѣхъ
сторонъ горизонтъ замыкается зубчатой полосой горъ. Такіе гиганты, гакъ вулканъ
Алагбзъ, пли «Пестрая гора», и Мазисъ, болѣе взвѣегпый у западныхъ пародовъ подъ
названіемъ Араратъ, парятъ надъ этимъ хаосомъ, по никоимъ образомъ но опредѣлятъ
какой-либо географической области, не имѣющей легкаго выхода наружу. Страна всюду
представляетъ препятствія, котория, однако, легко перейти или обойти. Отъ этого общій
характеръ страны расплывчатый; не знаешь, какое п названіе дать ой, такъ какъ опа
во имѣетъ естественныхъ границъ и со всѣхъ сторонъ кружена переходными областями.
11а западѣ линія раздѣленія Анти-Кавказа отъ Малой Азіи отмѣчена но столько
теченіемъ верхняго Евфрата, или Кара-Су, («Черной воды»), сколько общимъ пониже-
ніемъ страны по меридіальпому направленію; на сѣверѣ это пониженіе захватываетъ н
самую западную часть долины этой рѣки.
Вблизи залива Александретты равнина, гдѣ находятся въ настоящее время города
Бирвджикъ и Маратъ продолжается на сѣверѣ, къ дугообразно іытяпутой юго-восточной
части Чернаго моря сравнительно легко доступными плоекогоріями. Вь общемъ эта
область представляетъ довольно ясно выраженный ровъ, идущій отъ одного моря до
другаго, и можетъ битъ разсматриваема, какъ основа Анатолійскаго полуострова. Однако,
эту переходную область между Арменіей и Малою Азіей закрываютъ на югѣ горы,—и
Евфратъ, и его миогочііслсііиис притоки, иакопенъ, Джихупъ, катящій свои воды къ
Средиземному м >рю, примуждсиы пересѣчь эту преграду узкими ущельями. Па сѣверѣ,
пл склону, обращепш иу къ Черному морю, другія ущелья, гдѣ бурлятъ потоки, вполнѣ
соотвѣтствуютъ разбросаннымъ безъ всякаго порядка тѣснинамъ южныхъ склоновъ.
Главные притоки Евфрата образуютъ въ своихъ высокихъ долинахъ географиче-
скую область, совершенна отличную отъ области низовьевъ этой рѣки. Кажущееся един-
ство, создаваема верхнимъ теченіемъ рѣки вь гористыхъ областяхъ, съ одной стороны,
и извилистымъ нижнимъ теченіемъ--чистая иллюзія. Самое направленіе обѣихъ рѣпъ—
Мурадъ-Су и Кара-Су, образующихъ верхній Евфратъ,—направленіе отъ востока къ
западу, исторически болѣо связывается съ долиной древняго Галнса Каппадокійскаго
(нынѣшняго Кизылъ-Мрмага), нежели съ долиной Месоаотамскигь рѣкъ. Въ сѣверныхъ
странахъ движеніе пародовъ происходило съ востока па западъ, изъ Арменіи въ Малую
Азію или обратно, между тѣмъ на югѣ пно голо по перпендикулярному направленію, съ
сѣвера па югъ—при выселеніи, в съ юга па сѣверъ—въ случаѣ нападенія.
Названіе Арменія, которымъ "бозвачаюгь часто эту страну, обращенную липомъ
къ Кавказу, по ея болѣе культурной части населенія, имѣетъ пѣкотороо значеніе лишь
н> чисто этвоірафической точки зрѣнія; да и то, даже предъ массовыми убійствами
265
армянъ со стороны курдовъ, очень немного округовъ имѣли преобладающее армянское
населеніе: армянамъ ->чень часто приходилось разселяться по разнымъ направленіямъ,
подъ давленіемъ сосѣднихъ народовъ. Оттого даже названія мѣстностей часто мѣнялась.
Названіе Араратъ, исключительно примѣняемое въ настоящее время къ великой горѣ
Мазнсу, нѣкогда имѣло гораздо болѣе широкой значеніе: въ своій ассирійской формѣ—
Дагестанъ. — Желѣзныя ворота.
о ІО 20
зо че «еКилом.
Ирарту иди Арарту, оно обозначало всю сѣверо-восточную часть Арменіи, особенно,
долину Аракса; еще для се. Іеронима Араратъ былъ не величественнымъ вулканомъ, а
обшврнсю плодородною областью, которая простиралась къ Каспійскому морю. Однимъ
словомъ. Араратъ былъ страною Алародііцевъ или Ірарэтцевъ, упоминаемыхъ Геродо-
томъ (кн. 111, 94).
Съ другой стороны, названіе «Арменія», повидимому, прилагалось въ древности
въ юго - западной части нынѣшней Арменіи. Геродотъ авасгь армянъ лишь въ
верховьяхъ Евфрата, близъ Фригіи, в въ горахъ, гдѣ беретъ начало р. Галвсъ. Такимъ
266
образомъ переселеніе этого народа совершалось въ направленіи съ запада къ востоку в
окончилось въ долинѣ Аракса. Въ началѣ царствованія династіи Ахоменндовъ армяне,
или Гайкано («Аскаяійцы»), населили окрестности горы Арарата, сдѣлавшагося п'огра-
фическнмъ центромъ всей ихъ области. Воспоминаніемъ о старой родинЬ армянъ слу-
житъ названіе арійцевъ. Но мнѣнію очень многихъ филологовъ, море, извѣстное нѣкогда
ноль именемъ Ропіоа Ахепо? или Ахеіпоз, получило свое названія именно <-га Аска-
ніѳвъ, жившихъ по его берегамъ, позднѣе греческіе мореплаватели измѣнили это назва-
ніе вь Ропѣ з Еихіпоз, придавъ ему на своемъ языкѣ значеніе добраго предзнаменованія.
Достаточно сравнять неправильные массивы Авти-Кавказа и такъ называемаго
Армянскаго Тавра съ длинною, прямою, трудно доступною цѣпью Кавказскихъ горъ,
чтобы понять, какъ различны должны быть исгордчесиія движенія вь этихъ двухъ об-
иліяхъ Горы и плато южной области, изрѣзанныя дорогами, гораздо болѣе доступны,
нежели страшная Кавказская стѣна, преграждавшая путь движеніямъ народовъ.
Армянскія нагорья, изъ которыхъ самое массивное н наиоолѣе объединенное обра-
щено прямо къ Кавказу, выдвигая свои параллельный н развѣтвленныя цѣпа горъ между
Иранскимъ плато и верхнимъ теченіемъ Евфрата, нельзя разсматривать, какъ геогра-
фическое цѣлое, имѣющее дѣйствительно характеръ единства; однако, можно понять,
что нація, господствующая и численно, п по силѣ иди но относительно высокому уровню
своей цивилизаціи, пыталась образовать имперію, даже имперію съ завоевательными
стремленіями, и подчинить себѣ обитателей окрестныхъ равнинъ. Впрочемъ, нужно замѣ-
тить также, что эта область была легко доступна для нападенія во всѣхъ пунктахъ
своей обширной окружности: въ стѣнѣ итой крѣп>сти всюду открываются бреши.
Такимъ образомъ народности, заключенныя въ бассейнахъ Куры и Ріовз, т. е.
на широкомъ проходѣ Закавказья, могли бы во многихъ пунктахъ этой страны найти
себѣ доступъ. Первыя, легко доступныя ворота открывались для нихъ па югѣ долиною
Аракса. Тѣ завоеватели, которые ішднималнеь сюда, если были довольно многочисленны и
сильны, чтобы оттѣснить туземцевъ, огибали всю восточную часть Апти-Кавказа и безъ
затрудненій проникали до великолѣпнаго сада Эривани, между Алагезомъ и Маздсомъ,
гдѣ могли по желанію выбрать себѣ путь для дальнѣйшаго движенія среди сотни при-
токовъ Евфрата,—именно наименѣе высокій и слабѣ" защищенный проходъ. Для обита-
телей Закавказья, находящихся въ центрѣ перешейка, самымъ удобнымъ путемъ для
нападенія былъ тотъ, по которому идетъ въ настоящее время колесная дорога, имени»-
во перевалу Деггижанъ и заданному берегу озера Рокъ-чай; достигнувъ этихъ і ысотъ, они
могли или спуститься въ долину Эривапи, или направиться на западъ, гдѣ склоны горъ
раздѣлятся,—здѣсь русскіе, неппльзул эти стратегическіе пупкты, построили крѣпости
Карсъ и Алексапдрополь.
Высокая долина Куры представляетъ четвертый проходъ, откуда дорога идетъ по
берегу Чернаго моря вь Лазистанъ; этимъ путемъ другіе народы достигали дорога, рас-
ходящихся лучеобразно по пастбищамъ вокругъ бассейна Чорука.
Сравнительная легко доступность Анти-Кавказа и Тавра для переселяющихся на-
родовъ объясняетъ намь безпрерывныя войны и многочисленныя перемѣщенія народовъ,
происходившія здѣсь. Ооиіатели. стиснутые съ разныхъ сторонъ, подвергались смѣшенію,
267
дробленію и, въ результатѣ являются гораздо слабѣе ограниченными, нежели лхі Кавказ
скіе сосѣди: территорія ихъ обитанія мѣнялась гораздо чаще, разселенія происхоігчи
в-> всѣхъ нанравлепіятъ,—оттого и языкъ, раса, традиціи,—все перемѣшаюсь здѣсь.
Ирелиолагаемые турки оказываются здѣсь греками, а называющіе себя армянами —на
Дороги изъ Анти-Кавказа
1	50С000С
зооКипом.
саноігь дѣлѣ евреи или курды. Курды, впрочемъ, съ самаго начала исторія, повидимому,
лучше всѣхь сохранили свой типъ, —и это вполнѣ понято: они населяютъ самыя вы-
сокія и самыя недоступныя горныя области; вторгавшіеся завоеватели, избирая болѣе
легкую форму, благоразумно избѣгали крутыхъ склонивъ н высокихъ долинъ, часто за-
валиваемыхъ, къ тому же, снѣгомъ.
Рассовому разнообразію Анти-Кавказа и Тавра соотвѣтствуетъ и разница религій,
268
что также обусловливается географическими условіями среды. Гори, ограничивающія
Малую Азію, расположены въ центрѣ тяжести странъ, гдѣ родились маздеизмъ, іудейство
и христіанство,—и столкновеніе этихъ различныхъ вѣрованій, этнгь силъ, заключенныхъ
на тѣсн >3 аренѣ, необходимо должно бы привести къ образованію смѣшанныхъ религій,
именно тѣхъ, которыя, подъ разными формами, получили общее названіе «гностицизма».
Затѣмъ всѣ эти культы были обречены на дальнѣйшее развитіе, когда на сценѣ Передней
Азіи и Средиземно-морского побережья появился Исламъ. Это—явленія соціалъп«й меха-
ники. происхотяЕіія по ея законамъ.
Армяне, разсѣянные пп склонамъ горъ и въ высокихъ долинахъ вокругъ Арарата,
пикоіда по находили у себя па родинѣ достаточныхъ средствъ для существованія и ио-
Изобраасевія скнфглъ на вазѣ К у л ъ - о б а.
тому, подобно другимъ горцамъ, должны были переселяться въ иныя страны Отъ другихъ
переселяющихся народовъ, однако, отличало ихъ высокое интеллектуальное развитіе. II
эта привиллегія Гайканскаго народа также объясняется географическими факторами.
Благодаря средѣ, одни изъ нихъ отдались земледѣлію, совмѣстно съ торговлею, вызы-
вающею періодическія странствованія, другіе — скотоводству, восполняя ого, время отъ
времени, разбойничьими набѣгами.
Какъ бы то ни было, обитатели Анти-Кавкага не часто имѣли счастіе быть не-
зависимыми, даже во время существованія такъ взываемаго «Царства Вапъ»: тотъ
или иной комплексъ долинъ могъ образовать независимую группу лишь въ ту эпоху, пока
на кгѣ еще не образовалось великихъ имперій, носившихъ завоевательный характеръ.
Впрочемъ, исторія горной страны, простирающейся ^тъ озера Вапъ до озера Урмія, т. е.
до страны Урарту, тождественной съ Араратомъ евреевъ, извѣстна лишь по ассирійскимъ
лѣтописямъ, такъ какъ искусство письма, полученное отъ ниневійцевъ, но примѣненное
къ мѣстному нарѣчію, проникло къ оту область лишь въ эпоху Ассурпапнрпала. Въ те-
ченіе періода, по крайней мѣрѣ, въ 700 лѣтъ, начавшагося 34 вѣка тому назадъ, вліяніе
269
Аеспрійппвъ было преобладающимъ въ Урарту и даже, потъ мастію Саргопа, власть
южныхъ завоевателей, повидимому, быта пре пята безъ в<якой попытки сопротивленія
На той части Арменіи, которая въ настоящее время принадлежитъ Русский Имперія.
Никольскій и другіе археологи открыли еще до 1895 г. 23 большихъ клинообразныхъ
Надписи; а во всей армянской области, которая тянется къ югу и гостоку до Азербей
джана, ихъ открыто до сотни. Правда, по всѣ онѣ еще дешифрованы, такъ какъ нѣ-
которыя измѣненія ассирійскихъ знаковъ дѣлаютъ чтеніе атихъ петрографическихъ дику-
меитовъ доводьн > труднымъ. Изъ всѣхъ атихъ письменныхъ документовъ наиболѣе за
мѣчатедснъ тотъ, который покрываетъ стѣны у подножія скалъ, па которыхъ высится
цитадель Вана; эта надпись, состоящая изъ 500 строкъ, приписывается легендой знаме-
нитой Семирамидѣ; она сообщаетъ о высокихъ ліяніяхъ пара Аргнштя I, который въ
эпоху помраченія ассирійскаго могущества, предшествоваі гѵю царствованію Тиглатфала
зара II (Тугультппалишарра), достигъ снопмп завоеваніями сирійскихъ береговъ Среди-
земнаго моря. Цивилизація, усилившаяся въ этихъ странахъ въ эпоху ассирійскаго влія-
нія, повидимому, во многомъ была выше современнаго уровня знаній этихъ народностей,
такъ какъ раньшп ирригаціонные канавы бороздили склоны холмовъ, а теперь «пп раз-
рушились, и возстановленіе ихъ требуетъ громадныхъ средствъ. Много нужно еще сдѣлать,
чтобы привести въ прежнее оостоивіо систему орошенія, бывшую въ древней Арменіи
Послѣ Ассирійцевъ Арменія нопаіа подъ власть Мидянъ, потомъ, вмѣстѣ съ Ас-
сиріей, «на вошла въ составъ имперіи Кира; наконецъ, когда рушилось п персидское
владычество, Арменія раздѣлила жребій всѣхъ странъ, захваченныхъ побѣдами Александра
Македонскаго: отнынѣ она сдѣлалась частью міра, подвластнаго Западу.

Происхожденіе цивилизаціи въ прирѣч-
ныхъ странамъ—двоякое: его нужно ис-
кать и въ земледѣліи, н въ торговлѣ
ГЛАВА III *).
Месопотамская область.-Историческіе ііуіп -Тура свая цивилизація.-Прибытіе
семитовъ —Земной рай.—Священныя горы.—Плаваніе.—Легенды о потопѣ. - Земле-
дѣліе, промышленность, архитектура, астрономія, письменно ть. - Халдейскіе и
гссиріискіе города и государства.
Къ югу отъ крутыхъ склоновъ армянскихъ нагорій, географическія черты мѣстности,
гдѣ текутъ Тигръ и Евфратъ, опредѣляютъ ходъ исторіи зтой страны. При видѣ громадной
арены, окруженной зубчатою стѣною горъ, съ широкими проходами въ вой, черезъ коюрые
*) Въ настоящее время еще нельзя составитъ хронологической таблицы событій, от-
носящихся до Месопотаміи. Въ пашемъ распоряженіи находятся только имена нѣкоторыхъ
властителей, притомъ, во многихъ случаяхъ, іакпгь. власть которыхъ ограничиваюсь
дтѣвамп ихъ города: Няпиура, Агада, Киша, Ларзама, Ура, не говоря о С'зѣ и Вави-
іовѣ. Поэтому мы ограничимся перечисленіемъ здѣсь только наиболѣе извѣстныхъ именъ,
которыя встрѣчаются ва пхъ статуяхъ въ нашихъ музеяхъ.
Первый циклъ именъ былъ открыть при раскопкахъ Ннпнура. Имена царей Мул-
лилъ, Лугахъ, Энсагна относятся ко временамъ, отдаленныхъ отъ настоящаго па ЬООО л.;
во возиожпм, что они обозначаютъ мпоичеекпгь личностей.
Къ эпохѣ, отдаленной отъ насъ на 56—60 вѣковъ, можно отнести Шаргину и
271
перегелснпы могли вторгаться цѣлыми толпами, становится гонятвычъ, что здѣсь должны
была разыгрываться всливія событія. Кромѣ того, здѣсь <капчпвавтся великій путь
народовъ, шедшихъ тою пли другою дорогою изъ Персіи,—путь, который тянется вдоль
основанія азіатской преграды, развѣтвляясь на Иранскомъ плато па двѣ части: одна
идетъ къ Азврбейджаву, другая - къ Гамадану и подошвѣ Эльвенда. Первый путь позво-
ляетъ спуститься, черезъ страну курдовъ, въ долину при сліяніи Большого Заба и Тиіра;
второй же, болѣе извѣстный въ исторіи, проходить черезъ Биэутупъ и перевалъ Загрошъ
и достигаетъ самаго сердца Месопотаміи, ея наиболѣе плодородной и густо населенной
части. Далѣе къ югу оікрываются другіе проходы, которыми можно спуститься изь соб-
ственно Персіи къ Керхѣ, Каруну и устью Тигра и Евфрата.
На сѣверо-западѣ той же самой арены два великихь народныхъ пути сообщаютъ
Месопотамію съ Малей Азіей, а черезъ нее и со всѣмъ европейскимъ міромъ Пройдя
черезъ сѣдловину пограничныхъ горъ, одинъ путь оканчивается въ большой долинѣ
нѣкогда бывшей дномъ озера, гдѣ Токма-Су сливается съ Евфратомъ: это—главный
этапный пунктъ между Багдадомъ и Константинополемъ; другой же путь, пересѣкая
Евфратъ у самаго западнаго изгиба, направляется къ той бреши Тавра, которая извѣстна
иідъ названіемъ «Киликійскихъ воротъ».
Наконецъ, высоты средиземно-морского побережья, въ Палестинѣ н Сиріи, не
представляющія, впрочемъ, нигдѣ непроходимой преграды, мѣстами прорѣзаны ущельями,
связывающими морское побережь'- съ бассейномъ Тигра и Евфрата. Такимъ образомъ,
большой амфитеатръ между Ливаномъ, Тавромъ иЗагрошомъ легко былъ доступенъ для
всѣхъ народовъ; и дѣйствительно, сюда являлись представители всѣхъ климатовъ, всѣхъ
расъ, всѣхъ языковъ и цивилизацій. Одно только море, - длинный рукавъ Персидскаго
залива, куда впадаютъ Тніръ и Евфратъ, омываетъ берега амфитеатра Месопотаміи, но
его сына Нарамъ-Сина, царя города Агада; Ирбагу и Дунги. царей Ура; ихъ вассала
Гудеа. властителя Сирлулы, Хуыоаоу и Карибу-ша-Шушипака, царей Сузы.
Хаммураои, царь Вавилонскій, распространилъ свое владычество на всю Халдею
назадъ тому около 3950 года.
Нѣсколько вѣкішъ спустя, въ Месопотаміи царствовала такъ называемая «кувейт-
ская» династія, неизвѣстнаго происхожденія. Одинъ изъ послѣднихъ представителей ея,
царь Курпгалзу, жилъ за 31 вѣкъ д>> пасъ. Вскорѣ послѣ него, въ правлеиѣ царя
Тугулыипаліішарра II, началась эпоха ассирійскихъ вторженій въ нижпюю Халдею, гдѣ
независимые цари стали болѣе рѣдкими
Слѣдуя трудамъ Пиьча, приведемъ здѣсь имена нѣкоторыхъ властителей Вавилона,
изъ которыхъ послѣдній былъ свергнуть съ трона «царемъ царей*					Киромъ.
	Эра Набо- нассара.				
Набу-назвръ (Набонассарь) ....	0	14	29	43	747—733
Мардукъ оали дивна		26	за	65	67	721 — 709
Самассу мукинь		аО	100	109	129	667—747
Пабу-апаль Птзуръ (Пабополассаръ) .	122	143	151	172	625—604
Пабу куду-руссурь (Павухидоносоръ'і .	143	Івб	172	215	601—561
Амиль-Мардукъ		186	188	215	217	561—559
Набу-вахндъ	 ...	191	209	220	238	556—538
272
въ нѣкоторомъ разстояніи отъ него близко лежатъ другія моря, также приносящія еЕ
давъ товарами, людьми и идеями. Съ этой точки зрѣнія, капъ мы уж~ говорили, Пе-
редняя Азія, на западъ оіъ Персіи, занимаетъ исключительное географическое положеніе.
Впрочемъ, долина Евфрата дѣлится на двЬ, весьма различныя части; одну, полную
жизни и прежде, п теперь—собственно Месопотамію, и другую,—которую можно считать
мертвой, такъ какъ она епіеінь покрыта полями лавы, скалами и горячими пескгмн;
она населена только почевпяками-бодунвами Границею этихъ двухъ частей Месопотаміи
является р. Евфратъ, который направляется наискось отъ своей западной излучины къ
Персидскому заливу. Эта граница пустыни должна била сдѣлаться большимъ торговымъ
путемъ между Индѣйскимъ океаномъ и Месопотаміей, по которому ужо съ первыхъ вре-
менъ цивилизаціи происходилъ оомѣпъ товаровъ Запада па золото, жемчугъ, алмазы,
бумажныя и шелковыя ткани.
Рѣка Евфратъ, служащая продолженіемъ оси Персидскаго залива по направленію
къ заливу Александретты, была естественнымъ путемъ, болѣе удобнымъ и лучше рас-
положеннымъ, нежели другой путь—долина р. Нила. Однако, іослѣдній, въ нижнемъ
теченіи почти параллельный Красному морю н сообщаясь съ нимъ п [.сколькими легко
доступными береговыми путями, равнымъ образомъ долженъ былъ пріобрѣсти важіье
значеніе въ міровой торговлѣ, и слѣдствіемъ этого явилось чрезвычайно острое сопер-
ничество между двумя имперіями, расположенными по долпг.амь обѣихъ рѣкъ. Современ-
ные люди склонны думать, будто войны изъ-за торговаго соперничества недавняго
происхожденія, и что державы лить въ новѣйшее время стали вступать въ пререканія
другъ съ другомъ изъ за отдаленныхъ рынковъ. Но иімятпый примѣръ борьбы между
Египтомъ и Месопотаміей доказываетъ обратное. Ссзострисы, Ассурбавишілы п Камбнзы
были въ своо время вѣнчанными представителями финансовыхъ интересовъ и монополій
какъ въ прошломъ вѣкѣ въ Индіи Дюпле и Кливъ иди, въ настоящее время, различныя
державы, подѣлившія между собою Африку на «сферы вліянія*.
На обоихъ великихъ естественныхъ путяхъ—Тигрѣ и Евфратѣ—нѣсколько пунк-
товъ было намѣчено самой природой, чтобы получить преимущественное историческое
значеніе. Такѵвы берега Тигра близъ впаденія въ него Большого Заба, гдѣ нѣкогда
находился г. Ниневія, недалеко отъ того мѣста, гдѣ происходило столько стяженій,
между прочимъ, ь битва при Арбедлахъ, предавшая Персидскую имперію въ руки Маке-
діаянъ. Такова также область двухъ рѣкъ-бдизнецовъ, гдѣ онѣ сближаются между собою
и гдѣ начинается тіировая долина Діяла. Въ этой мѣстности, гдѣ сходятся обѣ жиз-
ненныя артеріи и гдѣ оросительные каналы (приплетаются въ огромный лабиринтъ,
находятся развалины древняго Вавилона, развалины Смогкіп, столицы преемниковъ
Александра Македонскаго, руины Ктезнфона, столпцы Сассанпювъ, и здѣсь же лежитъ
нынѣшній городъ Багдадъ. Здѣсь — настоящій центръ тяжести всей Месопотаміи.
Съ перваго же взгляда можно признать, гдѣ находились жизненные пункты сред-
няго теченія Евфрата; гамъ, гдѣ кончалась -ттыпя. начинались пути между этой рѣкой
и Средиземнымъ моромъ.
Персидскій заливъ, служащій какъ бы продолженіемъ долины Тигра и Евфрата,
открывается въ Индѣйскій океавъ въ видѣ какъ бы внутренняго рейда, подготовляющаго
273
мореходовъ къ плаванію по открытому мирю; даже халдеи называли сто «рѣкой»—
Каг МаггаЬі. Это было основнымъ нрі'имѵщестю иъ для развитія вавилонской црвпли-
зіціп; ючтн замкнутое море имѣло на свонхъ островахъ удобныя мѣста для якорныхъ
стоянокъ, благодаря которымъ могло расширяться рѣчное судоходство, а настоящій мо-
Пустыпп, лежащія на западѣ отъ Месопотаміи.
I. 10000000
ѵ	100	450	60оКплОМ
раки,—находясь въ преддверіи океана, готовиться къ плаванію'») корю. Такимъ образомъ,
благодаря морю и рѣкамъ, впадающимъ въ чего, географическія позванія человѣчества
уже въ началѣ халдейской исторіи были значительны. Названія странъ, вырѣзанныя на
цоколяхъ статуй въ Сврпулѣ, показываютъ, паско іьки обширна была область, откуда
корабли доставляли строительные матеріалы, металлы, дерево в кампп для украшенія
города: Египетъ на западѣ, Эламское плато—на востокѣ было хорошо извѣстны тор-
о^яві. иш; вып. и.
1Ь
274
говцамъ этой страны почти 50 вѣковъ тому назадъ. Вполнѣ вѣроятно, что на востокъ
вавилонское вліяніе простиралось гораздо дальше тѣхъ гранипъ. гдѣ позднѣе останоі і-
лись позванія грековъ и рямлянь. Одинъ ассирійскій текстъ, древность котораго, по
пппорту, н₽ менѣе 28—29 вѣковъ, указываетъ намъ торговцевъ Ниневійскаго царя,
добивающихъ жемчугъ въ морѣ, гдѣ дуютъ муссоны,—и желтую амбру въ морятъ,
гдѣ полярная звѣзда находится надъ головою. Тѣмъ не менѣе, Ассирійская имперія,
расположенная внутри континента, н« могла ничего нрибакпть къ географическимъ
нозншямъ халдеевъ, жившихъ вблизи гаваней Персидскаго залива. Напротивъ, гос-
подство ассирійскихъ властителей соотвѣтствуетъ яп-тѣ умственнаго и нравственнаго
упадка.—и очень вѣроятно, что тогда географическій горизонтъ былъ суженъ.
Въ общемъ бассейнъ двухъ рѣкъ, внѣ предѣловъ горной страны, имѣетъ форму
огромнаго амфитеатра, къ которому направляются со всѣхъ сторонъ сходящіеся пути.
Слѣдовательно, къ этой еликой равнинѣ могли со всѣхъ сторонъ идти переселенія на-
родовъ: каждая долина извергаетъ избытокъ своего населенія по теченію рѣки: н въ
городахъ, гдѣ смѣшиваются народности, встрѣчаются всѣ тины. Такимъ образомъ, рав-
нина населяется постепенно, съ одной стороны, пастухами, бродящими со своими стадами
п>. травянистымъ мѣстностямъ, сь другой—земледѣльцами, утилизирующими теченіе рѣки
.для орошенія своихъ полей. Впрочемъ, нѣкоторыя низменныя мѣстности, по которымъ
протекаютъ Тигръ и Евфратъ, должны были долгое ьремя оставаться недоступными для
иммиграціи: это были наносныя земли, гдѣ вода образовала озера и болота, заросшія
тростникомъ и труженныя густой растительностью. Къ неудобнымъ почвеннымъ усло-
віямъ здѣсь прибавлялись еще лихорадки, затруднявшія доступъ въ этв, отчасти за-
топляемыя области, сдѣлавшіяся потомъ чудною, плодородною Халдеей. Но йогъ
поразительный результатъ—завоеванія человѣкомъ почвы Месопотаміи, потребовалъ ліан-
наго ряда вѣковъ. Когда это происходило, намъ осталось неизвѣстнымъ, такъ какъ уже
на зарѣ исторіи трудъ человѣка превратилъ эіи области въ цвѣтущіе сады. Одна изъ
самыхъ древнихъ, извѣстныхъ намъ надписей, имѣющая почти 60-тивѣковую давность,
даетъ современной Вавилоніи названіе Кенги, «страны каналовъ и тростниковыхъ за-
рослей». Заслуга превращенія въ культурное состояніе этихъ земель, сдѣлавшихся зна-
мена тыми но своему плодородію, принадлежитъ, вѣроятно, различнымъ народамъ,
спустившимся съ окрестныхъ плато (плоскогорій) б равнинъ. Однако, среди этахъ раз-
личныхъ этническихъ элементовъ, работавшихъ надъ развитіемъ цивилизаціи въ низмен-
ностяхъ Месопотаміи, наиболѣе полезными оказались, по свидѣтельству на гписей, не тѣ
народности, съ которими по происхожденію или по языку считаютъ себя родственными
настоящіе или мнимые арійпы Европы: въ южномъ бассейнѣ обѣихъ рѣкъ нельзя при-
писывать главной роли пародамъ, говорящимъ на индо-европейскихъ нарѣчіяхъ.
Ассиріологи, находившіеся подъ первымъ впечатлѣніемъ превосходства арійской
расы, были очень изумлены этимъ открытіемъ. Они съ изумленіемъ признали въ древ-
нѣйшихъ кли-оіобразныхъ надписяхъ языкъ, не имѣвшій ничего общаго ни съ иранскими,
ии съ семитическими языками: онъ оказался туринскаго происхожденія, подобно многимъ
нарѣчіямъ Урала и Алтая, Но тину это—агглютинирующій языкъ, безъ флексій, и въ
оОщвмъ совершенно другого характера, нежели нарѣчія, на которыхъ говорили народы.
275
насолившіе позднѣе Месопотамію. Гортанные звуки, занимающіе главное мѣсто въ языкѣ
семитовъ, здѣсь совершенно отсутствуютъ, а шипящіе рѣдки. Наконецъ, турапское про-
исхожденіе этого языка очевидно изъ того обстоятельства, что, согласно Опперту, эле-
ментарныя формы 180 первыхъ извѣстныхъ намъ письменныхъ знаковъ напоминаютъ
существа или предметы, принадлежащіе совершенно другому климату: они свойственны
Распредѣленіе паселеп я Месопотаміи по роду занятій.
і 55осс;о
(>"«	11	>50	50С кИЛРМ.
Кувейтъ—морская торговля. Бассора— рѣчная торговля, разведеніе чытыгъ, Ф&о, Мохаммора— рѣч-
иоя и морская торговля. Нефудъ—иоспапая пустыня. Ардч>-эіш-пд[»аігь—область уади. ЗаіропгЬ’-
гвмпедѣліе я горныя пастбища. Иранское плато—земледѣліе, садоводство. (У подножія горъ земле-
дѣліе почти совсѣмъ прекратилось изъ-за разрушенія оросительныхъ копаловъ) (
странѣ съ болѣе сѣверными фауной и флорой, гдѣ нѣтъ пв львовъ, ни леопардовъ, но
зато есть медвѣди и волки, гдѣ неизвѣстенъ одногорбый верблюдъ, а только двугорбый,
и гдѣ, наконецъ, главными характерными раненіями являются не пальмы, не виноградъ,
а хвойныя. Родину втого языка в этой месопотамской письменности, явившихся сюда
изъ Сузіаны, нужно искать въ Эламѣ.
Многіе ученые (Вармундъ. Дьеляфуа. Морганъ) думали найти здѣсь людей негри-
тянскаго типа; другіе (А. Блохъ) въ прежнемъ насельникѣ Халдеи, предшественникѣ
276
семита, видѣли чернокожаго, пришедшаго съ юга, ио во принадлежащаго гь негритян-
ской расѣ.
Этоть сточный народъ. обязанный своею пивплпзапіею. позднѣе ставшею пашею,
постояннымъ переселеніямъ среди различитъ мѣстныхъ условій и труду, по оставилъ намъ
своего имени; но зато осталось его великое твореніе, сдѣлавшееся основою нашей
цивилизаціи. Древніе цари г. Уръ, въ нижней Халдеѣ, увѣковѣчивая свою славу на
первобытныхъ памятникахъ, величали себя здѣсь «властителями Сумира и Аккада»:
по мнѣнію большинства писателей, эти имена означаютъ «людей раввины» и «людей
горъ»; другіе сиеі глисты клинообразныхъ письменъ чвіаютъ: «люди юга» и «люди
сѣвера». Однако, въ ту эпоху, когда гравировались на кирпичахъ эти надписи, эми-
граціонное движеніе аккадійиевъ иди горцевъ въ равнину уже закончилось; опп жили
рядомъ, особенно на сѣверѣ, съ сумерійцами, или сумврійцами, въ странахъ, орошаемыхъ
обѣими рѣками И тоть, и другой народъ говорилъ, повидимому, на языкѣ одного и
того же корня, и ихъ роль была преобладающая, въ сравненіе съ народностями другой
расы, напр., съ семитами, населявшими тогда страну. Такимъ образомъ, именно аккадій-
певъ мы должны считать своими духовными предками; именно опи совершили тѣ прі-
обрѣтенія знанія, которыя распространились по вс₽й Месопотаміи, а потомъ переданы
были, съ ідн»й стороны, въ долину Нила (Маягеро, Гоммедь и др.), а съ другой —въ
долвпы Гоанго в Янтсе-Кіанга (Тсрріенъ-де-ля-Куш*( и).
Доказательствомъ первенствующей роли Акьадійповъ является и географическая
номенклатура: имоніг имъ приписываютъ большинство старинныхъ названій мѣстностей,
особой» названій обѣихъ рѣкъ. Евфратъ назывглся у нихъ Пурату, что по-аккадійевн
означаетъ «рѣчне русло». Такое ж» значеніе имѣло на аккадійскомъ языкѣ и названіе
Тигра «Пддигла», измѣненное ассиріянами въ «Дыглать», а израильтянами—въ
ІШ-<Ие1.
Каково бы ни было, однако, умственное и нравственное вліяніе этихъ первыхъ
цивилизаторовъ,—по численности < ни составляли меньшинство среди населенія этѵго
края: они или потеря іи свое преобладающее вліяніе вслѣдствіе все увеличивавшагося
наплыва семитической иммиграціи, или одряхлѣли и погибли именно слѣдствіе своего
прпведдиі ври ваннаго положенія; во всякомъ случаѣ они стали мало-помалу уменьшаться
въ числѣ и растворяться среди семитическихъ элементовъ Къ народностямъ аккадійскимъ
и суммерійскимъ сталъ все болѣе и болѣе прибавляться новый этническій элементъ,
образованный народомъ Кальдн, члп халдеями—Касдимъ Библіи—и, наконецъ, получилъ
такое преобладающе? ввач?піе, что имя его замѣнило имена его предшественниковъ.
Какого происхожденія былъ этоть новый элементъ.—остается неизвѣстнымъ Мшкегь
быть, это была своего рода аристократія, рѣзко отдѣлявшаяся отъ массы народа; скорѣе,
чдпако, онъ составился изъ пришельцевъ, явившихся изъ В'СточноЯ Арміи.
Придя въ страну густыми массами, около 40'Ю лѣтъ тому назадъ, оии образо-
вали большое число независимыхъ мелкихъ государствъ въ южной части Месопотаміи,
затѣмъ сдѣлались господами и собственно Вавилоніи Будучи семитами, оин, какъ и
другіе пришельцы, явившіеся съ сѣвера и сѣверо-запада, мало-по-малу передали
свой языкъ обитателямъ страны. Аккадійское же нарѣчіе постепенно превратилось въ
277
Вавпплнскій кирпичъ съ клино^бразпою надписью.
священный языкъ, которымъ пользовались при религіозныхъ церемоніяхъ, подобно тому,
какъ у католнкопъ—латинскимъ языкомъ, спустя сотни я тысячи лѣтъ, какъ этотъ
языкъ вышелъ изъ. всеобщаго употребленія. Не являются ли ипстпческія формулы тіігь
болѣе могущественными, чѣмъ онѣ мевѣе понятны? Не являются и амулеты тѣмъ болѣе
ежиными, чѣмъ менѣе понятны ₽гь знаки? Аккадійскій языкъ былъ, по крайней мѣрѣ,
ьъ теченіе 10 вѣковъ мертвымъ «зыкомъ когда его изучали еще въ семинаріяхъ Ва-
внловіи. Его употребляли при богослуженіи, въ маі іи, въ астрологіи; нѣсколько акка-
дійсквхъ словъ удержалось и въ пашихъ языкахъ, точно также въ вашей ыиеологіи
удержались ещо слѣды акка-
дійскаго міровоззрѣнія.
Что касается имени «Хал-
деи», то оно постоянно упо
греблялось, но скоро утратило
свой первовачальвый смыслъ;
въ историческомъ отношенія
его пригагають къ народно-
стямъ Месопотаміи; во вре-
мена же римлянъ оно озна-
чало уже только «маговъ»
или астрологовъ, а теперь
примѣняется къ одной хри-
стіанской секіѣ семитическаго
происхожденія, остатки кото-
рой разбросаны въ равнинахъ'
Азсрбейджана и горахъ Кур-
дистана.
Замѣчательная легенда о
смѣшеніи языковъ, происшед-
шемъ у строителей вавилон-
ской башвн, доказываетъ, сколько различныхъ народовъ съ давнихъ поръ сошлось
въ долинѣ вижняго Евфрата; благодаря преобладающему вліянію сомитовъ, всѣ эти
различные этническіе элементы постепенно «семнтвзировались», подобно тому, какъ
это было раньше съ аккадійцами, которые долгое время нѣкогда играли господству-
ющую роль я стояли въ умственномъ отношеніи впереди другихъ народовъ. По крайней,
мѣрѣ, уже 0000 лѣтъ тому назадъ народности, населявшія страну Ассуръ, и обитатели
сѣверной Месопотаміи принадлежали къ семитической расѣ, которая въ концѣ концовъ
завяла всю страну между Ираномъ и Средиземнымъ моремъ, междѵ горами Арменіи и
Индійскомъ океаномъ.
Соривъ пять вѣковъ тому назадъ, семиты, ханаиейск... группы, господствовали
въ Вавилонѣ, избранномъ ими столицею ихъ царства. Имена ихъ царей не оставляютъ
въ этомъ отношеніи никакого сомнѣнія. Однако, еще до хананеянъ и другіе семиты при-
ходили въ столкновеніе съ Месопотамскими народностями, хотя, повидимому, не завое-
278
вали этой страны: это просто были разбойники, а вхъ имя—хаоиру—вапомиааеть хе-
бреевъ, являющихся, но Библіи, предками Іудеевъ,—названіе это было также синони-
момъ «бедуиновъ». Евреи тѣхъ временъ были пастухами-кочеьвнками и. подобно тѣмъ
кочевникамъ, кпторые унаслѣдовали игъ страну п которые, впрочемъ, принадлежатъ къ
той же расѣ, опп при первомъ благопріятномъ случаѣ производили внезапные набѣги
на богатую и плодородную Месопотамію. Въ тѵ эпоху, когда халдейскія лѣтописи упо-
минаютъ объ эгихъ докучливыхъ сосѣдяхъ, семитизашя месопотамскаго населенія уже
закончилась, — и племена, родственныя но языку хабнрамъ, стали господами страны.
Откуда же произошли этн народы Сима, образовавшіе великую имперію Ниневіи
и Вавилоніи? Быть можетъ, этотъ вопросъ нужно считать но разрѣшеннымъ въ томъ
смыслѣ, что неизвѣстно, составляютъ іи семиты дѣйствительно единую расу, или жо
происходятъ изъ различныхъ источниковъ, ибо нельзя допустить, чтобы, напр., асси-
рійцы верховьевъ Евфрата и арабы Краеваго моря в окраины Аравія имѣли однихъ
предковъ. Но допуская, что группировка пародовъ является, съ точка зрѣнія генеало-
гической, тѣмъ же. чѣмъ опа вь настоящее время является съ точки зрѣнія родства
языковъ, мы получаемъ право спросить себя, откуда же пришли въ Месопотамію наи-
болѣе дѣятельные элементы ея населенія. Но ІПпренгеру, арабы—семиты по преимуществу,
в Аравія-то именно и выслала различные народы, изъ которыхъ возникли ассирійцы и
и халдеи, финикіяне и евреи; во всѣхъ эдихъ представителяхъ расы ученый ви-
дитъ «многочисленны» арабскія отложенія, отдѣляющіяся слой за слоемъ». Ренанъ,
Шредеръ. Гезепіусъ, Сарзскъ высказываютъ, лишь въ другихъ выраженіяхъ,ту же гипотезу.
Впрочемъ, является вопросъ, не спустилась ли самая большая изъ семитическихъ
народностей съ предгорій или горъ Арменіи, лежащихъ къ сѣверу отъ равнинъ, по ко-
торымъ протекаютъ великія рѣки. По естественно лв искать центръ пріи-схожденія на-
родовъ въ странѣ, изобилующей и водными источниками, и богатою почвою, в расте-
ніями, и животными, нежели въ безплодныхъ пустыняхъ, гдѣ человѣкъ едва поддержи-
ваетъ свое существованіе? Пытались даже толковать этимологію слова симъ, какъ
будто опо происходитъ отъ страны Симъ, восточной части Армянскаго Тавра, которая
дѣйствительно населена семитическими эмигрантами. Однако, это объясненіе едва ли
справедливо, ибо одинако допустимо и обыкновенное объясненіе слова «семитъ», при-
мѣняемое и Пѵ отношенію ко многимъ другимъ народамъ: по .чтому объясненію,
«семиты»—«люди славы», люди, выдающіеся межгу всѣми народами, какъ самые луч-
шіе, самые прекрасные и самые умные. 9го названіе, основанное, какъ видно, на на-
ціональной гордости, іакимъ образомъ Аналогично «славянамъ» (отъ «славы»), насе-
ляющимъ европейскій востокъ.
Однако, каково бы то ни было происхожденіе названія «с-емиіы», легенды и
молитвы семитовъ несомнѣнно указываютъ на гѣверъ. какъ на родину предковъ. Ска-
заніе о раѣ, вп всѣ времена возбуждавшее воображеніе человѣка, если изучить его
первощчгыьное происхожденіе, имѣетъ такое же значеніе. Множество комментаторовъ,
для которыхъ достаточно одного слова, одного знака, объясняемаго сообразно желанію
толкователя, чтобы вывести иногда цѣлую теорію, естественно, набросилось на это ска-
заніе, чтобы объяснить его па тысячу лаговъ. Па картѣ Азіи райскіе сады распяла-
279
гаются въ самыхъ различныхъ мѣстахъ, то сообразно со стремленіемъ удовлетворить
національному тщеславію, то съ цѣлью легчавшаго согласованія съ историческими или
религіозными воззрѣніями
Предполагали даже, что настоящее мѣстонахожденіе рая могло быть только на
сѣверномъ полюсѣ; по мнѣнію англичанина Э. Мартина, область льдовъ должна была
начать охлаждаться раньше всѣхъ другихъ областей земного шара, и потому именно
она была мѣстопребываніемъ
нашихъ прародителей. Оста*
в.іяя ьъ сторонѣ ати попытки
искать рай такъ далеко отъ
Месопотаміи, нужно все-така
замѣтить, что въ мафиче-
скихъ преданіяхъ о раѣ по-
стоянно упоминается какая-
то «сѣверная гора», пребы-
ваніе властителя свѣта, отца
небесныхъ духовъ, являющая-
ся источникомъ водъ, осью,
вокругъ которой вращаются
небеса.
Пирамидальные храмы
Халдеи и другихъ месопотам-
скихъ странъ имѣли своею
моделью гору н именно свя-
щенную сѣверную гору,—по-
добно ей, они имѣли стрем-
леніе подниматься до небесъ,
превыше облаковъ. При за-
рожденій легенты эта гора
очевидно, была хорошо из-
вѣстной вершиной, считав-
шейся у окружного населенія
священной; НО удаляясь ОТЪ ЕвРеи за принудительною работою въ Месопотаміи
(До барельефу въ КужуиджлігЬ),
этой горы, возвышавшейся
надъ ихъ колыбелью, народы во время своихъ переселеній стали забывать ея истинное
мѣстоположеніе и послѣдовательно переносили свое поіионеніе съ вершины на вершину.
Наконецъ, далекая родина постепенно совсѣмъ исчезла съ ихъ горизонтовъ, даже изъ
нхъ помяти,—в тогда пришлось располагать священное мѣсто волизи своего вреМеннагс
мѣстопребыванія или даже создавать его въ своей фантазіи. Сначала «отцомъ странъ»
былъ Демавендъ, Э.іьвевдъ пли какая-нибудь другая гора Иранскаго Востока. О какой
вершинѣ говоритъ пророкъ Исаія (гл. XIV, ст. 13), прославляя «тронъ сонма анге-
ловъ, возвышающійся у полуноши превыше звѣздъ Бога сялъ»‘г — Можетъ быть, объ
2&0
Арбатѣ гілн Кавказѣ: зло неважно, ибо поверхность земли испещрена священными вер-
шинами, в даже тамъ, гдѣ простирается плоская равнина, люди создаютъ искусственныя
вершины. Поэтому тщетны попытки отождествлять ту или другую вершину съ горою,
6 пшею храмомъ всѣхъ народовъ или даже одного какого-ппбудь, папр., халдеевъ
или іудеевъ.
Такимъ образомъ и стушшчатыя пирамиды, п извѣстная въ исторіи древнихъ ви-
дѣній «лѣстница Іакова» были, въ первичныхъ сказаніяхъ, настоящими горами, сту-
пенчатыми поверхностями, по которымъ восходили ангелы, принося па»лопепіе богамъ.
Эти горы, построенныя человѣческими руками, пирамиды съ семью воротами, посвя-
щенными семи планетамъ, были символами священной вершины. Да и «висячіе сады»
царей вавилопекыъ не были ди также искусствешівымь раемъ, расположеннымъ тер-
расами, по которымъ струилась поднятая сильными гидравлическими машинами вода?
Журчаніе ея символизировало священныя рѣки, оерушія начало сь горныхъ высотъ.
Впрочемъ, вѣроятно, вавилонскіе цари воспользовались народнымъ почитаніемъ
ступенчатыхъ храмовъ, чтооы сдѣлать изъ пихъ свои усыпальницы, юдобно тому, какъ
ихъ египетскіе собратья, фараоны, избрали себѣ сь этою же цѣлью пирамиды.
Персидское названіе рая <гпарадизъ»—происхожденія, вѣроятно, недавняго, пе
старше 4000 лѣтъ; оно прилаіалось сначала къ охотничьимъ "аркамъ «паЯридайла»
(мѣсто, окруженное стѣною) и нисколько не относилось къ мѣстамъ блаженства, т. е.
раю въ современномъ значеніи этого слова; однако, эти участки лѣса, расположенные
но сосѣдству Эльвснда или какой-нибудь другой величественной вершины и сохраняемые
для персидскихъ царей, должны были быть очень пріятны по чистотѣ воздуха, свѣжести
водъ, роскоши растительности и обилію дичи, такъ что названіе «рай» сдѣлалось, въ
концѣ концовъ, на нашихъ западныхъ языкахъ, синонимомъ «зосхвтптельнаго сада-,
даже сада «вѣчнаго блаженства». Однако, у иранцевъ вто слово всегда примѣнялось
въ грубомъ смыслѣ; для выраженія же таинственнаго мѣста чистаго счастія употребля-
лось слово у ага, аналогичное слову Е(1ен, примѣняемому въ священныхъ еврейскихъ
книгахъ; оно означало «мѣсто радости» или «мѣсто удовольствія*.
Всѣ эти «рай» должны были имѣть въ пазахъ человѣка, помимо собственной
красоты, ещч значеніе, дѣлавшее ихъ до безконечности прекрасными: съ ними были
связаны воспоминанія, полныя сожалѣнія. Называвшіе ихъ вспоминали, что были при-
нуждены докинуть ихъ изъ-за нашествія враговъ, потопа или землетрясенія, и уже
потому видѣли въ этихъ мѣстахъ «рай», чю потеряли нхъ. Но къ сожалѣнію о прош-
ломъ всегда примѣшивается и надежда па будущее, и потому во всѣ времена суще-
ствовали рай, въ качествѣ «земли обѣтованной». Предки были счастливы. Отчего же и
потомкамъ не насіаждаться также счастьемъ? Тамъ, высоко на покрытыхъ снѣгами и
облаками горахъ, пли еще дальше, за горизонтомъ, въ тѣхъ таинственныхъ странахъ,
гдѣ восходитъ солнце, или въ другихъ мѣстахъ, гдѣ дневное свѣтило погружается въ
пурпуръ облаковъ, или даже совсѣмъ вь невѣдомыхъ странахъ, чрезъ которыя только
птицы пролетаютъ во время своихъ перелетовъ, — не найдетъ ли тамъ человѣчество
страны своихъ грезъ, священнаго мѣста, гдѣ не будетъ ни голода, ви жажды, вп уста-
лости, ни рабства, ни смерти?
281
Каждая раса, каждый пародъ, каждое племя имѣло свой «рай». Исторія геогра-
фія патла игъ сотни, начиная съ горъ Нлипопа и кончая Вилла де-лосъ-Цезаресъ въ
долинахъ сѣверной Патагоніи Можно даже спросить, есть ли хоть одна пзь трудно
доступныхъ великихъ горныхъ вершинъ, коіорал бы но была «раемъ», «Олнмпом >
для народовъ, созерцавшихъ ее у подножія? Развѣ «Небесныя Горы», или Тянь-Шані,
на востокъ отъ Ирана, но получила своего названія оть высшихъ существъ? А
сколько другихъ массивовъ или отдѣльныхъ пиковъ были обязаны своими названіями
тѣмъ же причинамъ! Т .ковъ, папр., Мустагь-Ата, на вершину которой 4 раза тщетно стре-
мился Свенъ Хедпнъ. Тамъ вверху, разсказываютъ памъ> открывается прелестная до-
лива, гдѣ подъ деревьями змѣится рт.ка, впадающая въ никогда не возмущаемое бу-
рями озеро Бѣлый верблюдъ пасется тамъ
па сочеой травѣ, и прекрасные длиннобо-
родые старцы, въ бѣломъ, ведутъ бесѣды ьъ
тѣни отягченныхъ плодами сливовыхъ де-
ревьевъ. Тысячи вѣковъ стоитъ тамъ го-
родъ Явайдарь, насоленный безсмертными
жителями, вѣчно счастливыми и вѣчно
веселыми.
Почти тождественную легенду раз-
сказываютъ въ Валлійскомъ кантонѣ объ
одной потерянной долинѣ, которую вте-	Адамъ и Ева.
перь еще разыскиваютъ вь массивѣ Монъ	(Ыо впрШп.-і-у двплла).
Розы.
Помѣщаемые жителями Месопотаміи въ Иранѣ и іи Арменіи ран были потомъ
перенесены западными семитами въ бассейнъ Евфрата,—и одинъ изъ этихъ садовъ
Месопотамской равнины, благодаря священнымъ еврейскимъ книгамъ, болѣе всего про-
слѣдовалъ своимъ миражомъ воображеніе людей.
Гдѣ же, въ точности, находилось это удивительное мѣсто, оставшееся такимъ
прекраснымъ въ памяти евреевъ, что они сдѣлали его мѣстомъ рожденія своего праро-
дителя, садомъ невинности, гдѣ неизвѣстенъ былъ г]/ѣхъ?— Опредѣлить мѣсто этого
халдейскаго эдема не удалось, такъ какъ жреческія касты различныхъ городовъ указы-
вали его различно, а затѣмъ, слѣдуя пересоленію культовъ, постройкѣ и разрушенію
городовъ, перемѣщалось въ различныя страны и самое священное мѣсто.
Однимъ инь такихъ избранныхъ пунктовъ былъ Вавилонъ. Древнее названіе этого
города—Тннъ-тиръ-ки,—означаетъ и мѣсто «дерева жизни», т. е. дерева, занимай
шаго центръ земного рая; кромѣ того, одно изъ наименованій самой Вавилоніи- Ганъ-
Дуніашъ и..ч Каръ-Дуніашъ, т. е. «Паркъ» пли Ограда» бога Дуніаша,—личности
еще скрытой во мракѣ мяеовь. Съ другой стороны, легенды опредѣленна указываютъ,
въ качествѣ настоящаго Эдема, мѣсто сліянія священныхъ рѣкъ Тигра п Евфрата. По
разсказамъ прибрежныхъ жителей, одна группа пальмъ, расположенная въ мѣстности
Корла, надъ мѣстомъ сліянія рѣкъ, указываетъ то самое мѣсто, гдѣ произрастало
«древо познанія добра и зла». Развалины Эриду, «города добраго бога», можетъ быть,
282
древнѣйшаго города, халдеи, усѣиваюгь почву близъ сліянія рѣкъ, по лѣвому берегу
Евфрата. По мусульманской легендѣ, вѣроятно, завѣщанной израильтянами, тѣло Алама,
паш'то общаго предка, родившагося отъ красной глины, т. в. піа Евфрата, покоится
подъ развалинами Куфы. на югъ отъ Вавилова, недалеко отъ воротъ древняго «сада
утѣхъ», откуда его изгналъ мечъ херувима..
Легенда о земномъ раѣ, перемѣстившись съ высокигь горъ Востока къ равнинамъ
Халце*, продолжала свой пугъ, изъ страны въ страну, на западъ. Такъ, другой Эдемь
или рай нашли между Ливаномъ я Аптилпваномъ. въ долинѣ, которая, дѣйствительн о
была, по Птолемею, аобнтелью наслажденій». А далѣе на западъ, въ греческомъ мірѣ
или еще н за нимъ, всѣ эти сады Гесперпдъ, сады Киренаикн, Мавританіи, Бетиса,
счастливые острова, развѣ, въ свою очередь, не тѣ же «рай», мѣста надеждъ, замѣнив-
шія собою прежнія страны, о которыхъ вспоминали съ такимъ сожалѣніямъ?
Позднѣе, г.ъ ту замѣчательную эпоху, копа на другомъ берегу Атлантики открыли
Новый Свѣтъ, самъ Колумбъ замѣчалъ, что великая рѣка, воды которой вливаются въ
заливъ Печали, нстекаеть изъ земппго рая; послѣдній потомъ искали въ тысячахъ раз-
личишь мѣстъ, да продолжали бы искать и теперь, если бы географія но привела въ
извѣстность планету и пе признала бы единства законовъ ио всѣхъ земныхъ явленіяхъ.
Пть многочисленныхъ предположеній относительно рая самымъ страннымъ, можетъ
быть, было мнѣніе Рирдона, побѣдителя Тай-Пинговъ и героя Хартума. Этотъ фана-
тичный Солдатъ указывалъ на островъ Праслииь, инь группы Сейшельскихъ, какъ ва
библейскій рай. Правда, «четыре рѣки», о которыхъ говоритъ Ветхій Завѣтъ, не текутъ
ужо кругомъ этого островного сада, по это ничего не значатъ: овн текли прежде, такъ
какъ островъ соединялся раньше съ материкомъ Тигръ в Евфратъ, протекая тогда по
пространству, занятому теперь Персидскимъ заливомъ н Оманскимъ моремъ, впадали въ
Индійскій океанъ, а Нилъ я Тихонъ, современный потокъ Іерусалима, соединялись въ
долинѣ, наполненной теперь Краснымъ моремъ, я, огибая островъ Сокотору, соединялись
съ обѣими халдейским.. рѣками. Всѣ остальныя части библейскаго текста объяснялись
Гордономъ подобнымъ же образомъ: такъ, «древо жизни» было ничто иное, какъ хлѣб-
ное дерево, а «древо познанія добра и зла»—знаменитая морская кокосовая пальма
Ьосіоісеа ЙесЬеуПагпт Писатель болѣе широкихъ географическихъ взглядовъ не сталъ
бы искать сала жизни на столь узкомъ пространствѣ, какъ маленькій островокъ: онъ бы
спросилъ себя, но нужно ли отождествлять мѣсто рая съ тою областью, которую оро-
шаютъ четыре великія рѣки. Тигръ, Евфратъ. Индъ и Нилъ. Легенды, которыя охотно
смѣшиваютъ небо, землю в адъ, пе заботятся о деталяхъ. Четыре могучихъ потока
въроятп’і больше всего поражали воображенъ людей, и потому не удивительно, что они
слились на одной общей картинѣ.
Существованіе могучихъ рѣчныхъ потоковъ, такъ сильно измѣни >іпеѳ первичную
идею о раѣ, представляемомъ сначала въ индѣ сѣверной горы, также сильно отрави-
лось па нравахъ и общихъ идеяхъ месопотамцевъ. Земледѣліе на этихъ жирныхъ земляхъ,
образовавшихся отъ рѣчныхъ наносовъ, носить совершенно другой характеръ, неж< ли
въ долинахъ Ирана; въ этихъ низовьяхъ, на границахъ пустыни, и однако на благо-
датной почвѣ рѣчнаго ила, гдѣ «голова въ огнѣ, и воіи въ водѣ», месопотамскіе земли-
288
дѣльцы иаучидись воздѣлывать финиковую пальну, растеши, сдѣлавшееся исключительною
принадлежностью человѣка, такъ какъ болѣе не встрѣчается въ дикомъ состояніи: это—
чистое твореніе рукъ человѣческихъ, изъ котораго человѣкъ же сдѣлалъ себѣ бога
(Бе Баггес).
Также искусство судоходства должно было родиться на берегу большихъ водныхъ
потоковъ, такъ какъ первобытные жители Иранскаго плоскогорій не имѣли случая на-
Нѣкотсрыя священныя горы и райскіе сады Евро -ы и Азіи.
I ІОЛООООСО
Г- - НИ	-	-	-	-
о і0оо	зооо	соооКилом.
1, Атласъ и садъ Госпоридъ Ы авританіи. - 2. Гѳсперпды Бетиса —3. Канпгу и Пюк до Бригъ, свя-
щешіыя горы, —4. Пародиао, шшіцишіші гора. — 5. Моігь-І’оаъ, райская дадииа.—6, Сверхъ, гора
Ноева Ковчега. — 7. Брокенъ, тора Ноева Ковчега.—8. Олимпъ въ Ѳесеяаіп. — 9. Леонъ, священная
гора.—10. Йда, священная гора.—11. Олимпъ Впеппіп, священная гора. — 12. Аргоііекая священная
гора.—13. Сирійская райская до.тпна—14 Гармонъ, священная гора.—15. Хоре&ъ, священная гора,—
16. Синая, священная гора. —17. Дивити (мѣстоврѳбыввні • мертвыхъ) и Геспернды Кира нанки,—
18. Казбекъ, сващ. гора.—19. Араратъ, сяящ. гора.—20 Савпдппъ, святц. гора. — 2і. Сохепдъ, овящ
гора. —22. сЛіъвендъ, свящ. гора.—23. Демавендъ, свящ. гора. —24. Ншкпяя Халдея, мѣсто рая —
25 Хорасанская райская долина,—26. Тагнрма или Мустагъ-ата, — 27 Сулейманъ-Датъ, омщ. гора.
учиться ему. Ручьи, горныя рѣка плоскогорья—не болѣе, какъ струйки воды, погло-
щаемыя пескомъ пустыни и сухостью вѣтра; немногочисленныя озера, усѣянныя мелями
и піросгаія камыш'мъ, также но могли служить въ эти отдаленныя времена къ возник-
новенію судоходства. Напротивъ, на Тигрѣ или Евфратѣ прибрежные жители легко могли
сдѣлаться искусными корабельщиками. Даже тамъ, гдѣ обѣ рѣки мчатся въ ущельяхъ
съ большею скоростію, приходилось видѣть древесны- стволы, уносимые теченіемъ,—и
жителямъ оставалось ихъ соединить въ плоты, чтобы получить средство для перевозки
товаровъ и людей. За продѣлана лѣсной области >рибрежные жители увеличивали легкость
плаванія этихъ плотовъ, поддерживая нхъ надутыми мѣхами, сдѣланными изъ шкуръ
животныхъ.
284
Послѣдній способъ, употребляемый прибрежными жителями Лсснріи и Халдеи, для
переправы чрезъ потоки, до называетъ вамъ, что даже въ эту эпоху, когда Тигръ и Ез-
фратъ были ужо окаймлены по берегамъ культурной подосой, въ непосредственномъ со-
сѣдствѣ этихъ водъ ооиталк пастушескія народности; пользованіе мѣхами естественно
развилось въ степиий странѣ, гдѣ деревья рѣдки, гдѣ растенія въ дикомъ состояніи вѳ
даютъ плодовъ, которые могли бы служить пріемниками для жидкостей, и нѣть также
травянистыхъ растеній, изъ которыхъ бы можно сплести корзины Въ этихъ странахъ
научились замѣнять естественные сосуды кожами убитыхъ животныхъ, употребляя ихъ
на ві'ѣ домашнія нужды и пользуясь также при переправахъ черезъ рѣки. Снятая съ
 впы шкура, надутая воздухомъ, можетъ подіержввать на водѣ одного человѣка; даже въ
тѣхъ мѣстахъ, гдѣ Тигръ имѣетъ болѣе 1 кил. ширины и гдѣ теченіе отличается стре-
мительностью, обитатель прибрежья не колеблется переплывать на такой шкурѣ рѣку,
держась за пее обѣими руками и двигаясь при помощи ногъ. Цѣлыя арміи переправля-
лись такимъ образомъ черевъ потокг не только въ Месопотаміи, по и въ другихъ стра-
нахъ, населенныхъ пастушескими пародами, которые сами по себѣ илв оть иноземцевъ
научились пользоваться этими средствами: Александръ Македонскій и его воины, видя,
какъ жители Месопотаміи переѣзжали Тигръ, послѣ переправились такнмъ же образомъ
чрезъ р. Иксусъ; такъ поступали и до нихъ, и послѣ нихъ многочисленные завоеватели.
‘Лотъ способъ судох.дства еще и теперь вь употребленіи во всѣхъ культурныхъ
странахъ и особенно въ портахъ Голландіи, гдѣ примѣняютъ «поплавки», т. е. воз-
душные ищики, которые прикрѣпляютъ сбоку тяжело нагруженныхъ судовъ, отчего по-
слѣднія поддерживаются выше нормальной ихъ ватеръ-линіи. Плоты бревенъ, которые
оплавлютгя къ Парижу съ верховьевъ р. Морвана, также поддерживаются подобными
«поплавками», такъ какъ дубовое, недавно срубленное дерево обладаетъ удѣльнымъ вѣ-
сомъ, превышающимъ вѣсъ воды, и его можно поддержнваіъ на поверхности воды,
только привязавъ крутомъ плота нѣсколько ящиковъ, непроницаемыхъ для воды.
Пребывая въ города, расположенные внизъ по теченію, гдѣ грузы продавались съ
барышомъ, месопотамскіе сплавщики постепенно освобождались и отъ составныхъ частей
своихъ грузовъ Мѣха могли идти въ качествѣ сосудовъ для жидкостей или для под-
держанія пловцовъ при переправахъ чрезъ рѣку; что касается древесныхъ стволовъ, то они
были особенно драгоцѣнны вь этихъ странахъ, гдѣ вся почва была занята подъ культуры,
и только пальмы кругомъ городовъ п селеній были оставлены для украшенія, поэтому
древесные стволы шли здѣсь частью на домашнія нужды, частью на постройку судовъ.
Въ виду того, что писанной исторія но упоминаетъ о морскихъ плаваніяхъ
халдейцевъ, ученые предполагали, что до финикіянъ ни одинъ народъ изъ обитателей
Азіатскаго Запада не ходилъ въ открытое море. Нѣкоторые признаки позволяютъ, однако,
Іервнгу утверждать, что и вавилоняне ѣздили по морю. Постройка судовъ, это новое
завоеваніе техники, внушенное халдейпамъ, вѣроятно, формою рыбы,—облегчалась извѣ-
стными естественными условіями: такъ, нефть, выступающая во многихъ мѣстахъ не
берегамъ Тигра на поверхность земли, давала въ інооиін необходимую смолу (ынн»
ральную) для осмаливанія. Что касается самой фирмы судовъ, то они представляли
обыкновенно легкія постройки, покрытыя цыновками и пропитанныя смолой
285
Такъ называемый «Персидскій! шивъ, который былъ также а заливомъ Вави-
лонскимъ, представляетъ удобный путь вдоль береговъ Аравія къ острову Бахрейну,
славившемуся своими жемчужными ловлями; грандіозныя развалины на немъ свидѣтель-
ствуютъ, что здѣсь былъ крупный центръ населенія и торговли. Во время этихъ кабо-
тажныхъ плаваній мореходцы ко покидали естественнаго бассейна, какимъ являлся Пер-
сидскій заливъ, изобилующій портами; они никоіда не теряли изъ виду береговъ твердой
земли илн островковъ и такимъ образомъ практиковались въ искусствѣ кораблевожденія,
арежде чѣмъ выступить въ открытое безбрежное море, на юго востокъ, въ Индійскій
океанъ, вли на западъ, въ заливы проливы и кь берегамъ Финикіи, Кипра и Кутта
Плоты на мѣхахъ.
(По барельефу изъ Хорсабада).
Въ то время, 8000 лѣтъ тому назадъ, Персидскій заливъ былъ болѣе удлиннспъ,
нежели въ нанш дни, и дальше проникалъ въ глубь материка. Евфратъ, Тигръ, Карунъ
тогда по соединялись вь одной дельтѣ, и для того, чтобы попасть изъ Сузъ въ Ниневію
или Вавилонъ, нужно были пуститься въ море. Изъ клинообразныхъ надписей извѣ-
стно, что Сеннахерибу, потомъ Ассурбапипалу приходилось бороться съ бурями во время
военныхъ экспедицій въ страну Эламъ. Въ эту эпоху, не менѣе 30 вѣковъ тому назадъ,
морской берегъ Халдеи находился на 100 кил. къ сѣверу; за 100 послѣднихъ лѣтъ
берегъ ежеготно увеличивался рѣчными наносами пе болѣе, какъ на 50 метровъ
Легенда о потопѣ описываетъ судно Снтнапиштиыа (Спзутроіа, Шассисадра, Агра-
іезиса, Ноя), какъ морской корабль, снабженный кормчимъ, -обстоятельство, которое
нельзя было бы объяснить, если бы жители страны не бы іи знакомы съ морскомъ судо-
ходствомъ. Дѣйствительно, на 'ГнгрЬ и Евфратѣ всякій матросъ могъ бы быть хорошимъ
кормчимъ, в на простомъ разливѣ суда могли бы плавать безъ всякаго управленія. Вы-
286
пускъ голубя, при спадѣ водѣ послѣ потопа, показываетъ также, что халюйскіе коряки,
какъ позднѣе и финикіяне, имѣли обыкновеніе, > ахпдясь въ открытомъ морѣ, выпу-
скать этихъ птицъ; голубь, поднявшись высоко на Воздухъ, стремглавъ направлялся къ
ближайшему борегу и такимъ образомъ указывалъ ближайшій путь къ твердой землъ,
служа буссолью.
По вавилонской легендѣ, богъ-рыба За или Оанесъ прикрѣпилъ къ своимъ рогамъ
спасительный корабль, послѣднюю надежду чѳловѣчелва, чтобы затѣмъ перенести его
чрезъ оезбрежную поверхность водь на вершину горы. Этотъ символическій разсказъ, оче-
видно, полонъ глубокаго смысла- Божественная рыба но ограничивается спасеніемъ людей,
направляя ихъ судно по широкой поверхности рѣчного разлива; она заставляетъ ихъ
пускаться въ далекое путешествіе, чтобы достать различные припасы, въ обмѣнъ па
произведенія ихъ родины. Такимъ образомъ люди постепенно знакомятся другъ съ другомъ
п входятъ во взаимное общеніе, обмѣниваясь продуктами своего труда и своиия идеями.
Значеніе символической рыбы, т. е. судоходства и торговли, въ экономической и
соціальной исторіи Вавилоніи было таково, что легенда приписываетъ этому божеству
все, что сдѣлано было великаго въ этой странѣ. Опа научила людей искусству письма,
всякимъ наукамъ, правиламъ основанія городовъ и постройки храмовъ, основамъ законовъ
и геометріи; она показала, какъ слѣдуетъ сѣять и жать: словомъ, дала людямъ все,
что служитъ для облегченія жизни: «съ того времени не было изобрѣтено ничего хорошаго».
Легенда говорить также, что Оанесъ былъ земноводнымъ, наполовину рыбой, наполовину
человѣкомъ; съ человѣческою головою на.іъ головою рыбы и человѣческими ногами подъ
рыбьимъ хвостомъ; день онъ проводилъ па землѣ, а съ загатомъ солнца погружался
въ море, чтобы выйти оттуда при восходѣ дневного свѣтила. Смыслъ итого символа
тотъ, что происхожденіе месопотамской цивилизаціи двойственно: его нужно искать и
на сушѣ, и па водѣ, какъ въ земдедѣлги, такъ в морской торговлѣ.
Легенда о потопѣ, которую раньше считали чисто еврейскимъ сказаніемъ, такъ
какъ оио единственн было найдено въ священныхъ книгахъ евреевъ, оказывается
теперь, безъ малѣйшаго сомнѣнія, должна быть отнесена къ халдейскимъ миѳамъ. Одна
изъ табличекъ Ниневійский библіотеки указываі-ть даже городъ, который подвергся зато-
пленію «Шуриппакъ. извѣстный тебѣ городъ, расположенный иа берегу Евфрета... и
великіе боги, въ сердцахъ, причинили ему потопъ». То, что установлено теперь доку-
менгами, было, впрочемъ, еще раньше указано самой природой, ибо подобныя миѳъ не
не могъ родиться на плоскогорій, бѣдномъ водою, какъ Иранъ, гдѣ всякое наводненіе
был-' бы настоящимъ благодѣяніемъ: не могъ онъ произойти и въ каменистыхъ степяхъ,
но которымъ бродило еврейскіе валухи, иди въ горныхъ странахъ Кавказа. Мѣстомъ
возникновенія подоон >й легенды могла быть только низменность, гдѣ дожди низвергаются
цѣлыми потоками и рѣки часто выступаютъ поэтому изъ береговъ, затопляя огромную
площадь земли, уничтожая жатву и смывая цѣлые города.
Въ квитѣ Бытія исторія потопа передана не такъ: названіе «ковчегъ» (ІеЬаІі)
означаетъ «сундукъ», а не корабль, но говорится о спускѣ судна, точно также о
кормчемъ, о направленіи корабля и другихъ морскихъ предметахъ (Фр. Лепорманъ
«Первыя цивилизаціи»).
287
Впрочемъ, бассейнъ Тигра в Евфрата—пе единственное мѣсто, гдѣ возникло
преданія о потопѣ; подобныя же легенды явились в въ другихъ странахъ, подвер-
жспвыхъ тѣмъ же географическимъ условіямъ,
напр., въ странахъ, орошаемыхъ громадными
китайскими рѣками Гоанго и Янгсикіангь.
Такъ повторялись въ различныхъ мѣстностяхъ
эти разсказы, въ чемъ христіанскіе миссіонеры
видѣли доказательство всемірнаго потопа, о ко-
торомъ говорятся въ Библіи. Эти исторіи, раз-
сказывавшіяся въ странахъ, далеко отстоящихъ
другъ отъ друга, должны были, однако, схо-
диться между собою въ подробностяхъ, которыя
вытекали ивъ самаго событія: сильяы>' дожди,
постройка спасательнаго судна, остановка его
ва утесѣ или горѣ, первая зеленая вѣтвь или
первый цвѣтокъ, найденный послѣ опаснаго пла-
ванія, возстановленіе человѣческаго общества
послѣ великаго потопа. Однако, такихъ легендъ
не было въ тѣхъ странахъ, ксторыя не подвер-
жены наводненіямъ, гдѣ главнѣйшими оѣдетвіями
для человѣка являются бури, циклоны и вулка-
ническія изверженія. Вотъ почему, къ великому
изумленію толкователей еврейскихъ книгъ, древ-
нѣйшіе иранскіе документы не упоминаютъ о
потопѣ. Подобно явленіе, неизвѣстно! жителямъ,
не могло я представиться ихъ воображенію въ
видѣ такой катастрофы, какъ описано въ Библіи.
Всѣ народности, у которыхъ возникла или
которыя привяли • ть другихъ легенду о потопѣ,
необходимо должны были, ужо въ силу извѣст-
наго патріотизма и естественнаго чувства, лока-
лизировать наглядно мѣсто дѣйствія легенды,
искать въ предѣлахъ своей страны священное
мѣсто, гдѣ спаслись немногіе праведники; этииь
мѣстомъ являлась какая-нибудь возвышенность.
Жители Месопотаміи указывали мѣсто остановки
Ковчега на вершинѣ самой высокой изъ горъ,
окружающихъ ихъ страну, Кардукскихъ или Гор-
дійскихъ горъ. т. ѳ. Курдскихъ, на вершинахъ
Богъ-рыба.
(По бвролъофу изъ Каггаха).

Загроша, на западной окраинѣ Ирана; тамъ именно и нужно вскатъ Явзиръ,
о которомъ говорятъ клинообразныя письмена. Впрочемъ, еврейская Библія, за-
имствуя, безъ всякаго сомнѣнія, разсказы ассирійцевъ, точно говоритъ, что пас-
2г*
сажиры Ковчега «опустились гь востока» и поселились въ равнинахъ Месопотаміи
(Быт. XI, 2).
Отъ этого пункта мѣсто остановки ковчега перемѣщается ко всѣмъ направле-
ніямъ, слѣдуя передвиженіямъ народовъ и распространенію самой легенды. Па востокѣ
нраици считали «горами Поя» Эльвеидъ, различныя вершины Альборджп, иди Эльбурса,
Демавендъ. Афганистанъ, Бухара также имѣютъ свои мѣста «аричала ковчега», а близъ
Меру, въ Гималаяхъ, возвышается Иаубенханачь, или «гора причала корабля», къ
которой Ману Вайвасвата причалилъ свое судно во время всемірнаго потопа. Однимъ
словомъ, всѣ горы, настолько поражавшія воображеніе людей, что миѳы дѣлали вл>
нвхъ мѣстопребываніе боговъ или первобытный рай человѣка, разсматривались, кромѣ
того, какъ священныя мѣста, гдѣ человѣчество, очищенное водою, получило второе
рожденіе. Въ другомъ направлепіи Кавказъ и спеціально гора Мазисъ, ила Араратъ,
сдѣлались также «горами Ковчега» для пародовъ, обитающихъ въ нижележащихъ до-
линахъ. Потомъ, съ переселеніемъ народовъ п всего багажа ихъ исторіи и легендъ,
перемѣщеніе священныхъ вершинъ продолжалось къ западу, и массивы наиболѣе близкіе
скрывали всегда наиболѣе отдѣленныя вершины. Одною изъ такихъ горъ была Аргей-
скал, затѣмъ Олимпъ Ввнііпіл и Олимпъ Ѳессаліи. Наконецъ, въ Пирингахъ Пнкъ-дс-
Брягь и гора Капнгу. по разсказамъ мѣстныхъ пастуховъ* носятъ еще па сбояхъ вер-
шинахъ желѣзныя коіьца, къ которымъ былъ прикрѣпленъ священный ковчегъ.
Африка также имѣетъ свой Араратъ въ видѣ горы Хаджаръ Гнусъ со скалистой
вершиной, поднимающейся близъ южнаго берега озера Чадъ, среди плодоносной на-
носной долины рѣки Шари. Наконецъ, сѣверо-американцы, большіе читатели Библіи,
ревниво относясь къ Старому Свѣту, старались также толковать свищеішоо писаніе въ
благопріятную для себя сторону, и въ ихъ журналахъ можно было найтп, что настг-
ящимъ Араратомъ, на которомъ остановился «Ноевъ Ковчегъ», была гора въ ихъ
отечествѣ.
Хотя оба сказанія о раѣ и о потопѣ отличаются другъ отъ друга своими рам-
ками, куда они заключены, тѣмъ не менѣе вь основѣ ихъ лежитъ ода идея--[ю-
ждспія или возрожденія человѣка сперва въ райскомъ саду, потомъ па воршипѣ горы,
гдѣ остановился ковчегъ Вотъ почему у народовъ явилось естественное стремленіе
локализировать эти сказанія въ одномъ и томъ же мѣстѣ и считать его же земнымъ
мѣстопребываніемъ боговъ.
Мѣсто возникновенія нашихъ главныхъ легендъ было также мѣітомъ, откуда мы
получили . ь наслѣдство большую часть пріобрѣтеній матеріальной цивилизаціи. Изобиліе
мѣстныхъ продуктовъ, разнообразіе пищевыхъ продуктовъ в товаровъ, ввозимыхъ изда-
лека, схожденіе историческихъ путей, н» которымъ слѣдовали переселенцы, значительное
число яві-вшпхея со всѣхъ сторонъ иностранцевъ, съ разнообразными нравами, языкомъ,
иіеями,—все это придало вавилонской жизни такую интенсивность, что къ этой эпохѣ,
безъ сомнѣнія, нужно отнести величайшій открытія или, по крайней мѣрѣ, усовершен-
ствованія, благодаря которымъ чедоігѣчество могло перейти изъ состоянія первобытнаго
варварства къ сознательной культурности. Прежде всего, удивительные успѣхи сдѣлало
земледѣліе, и если «но не здѣсь началось, такъ какъ существовало во всѣ времена,
289
особенно, въ первичной формѣ, то, во всякомъ случаѣ, достигло такого развитія, что
могло доставлять главное питаніе человѣку. Геродотъ съ изумленіемъ констатируетъ
земледѣльческое богатство Вавилоніи.
Месопотамская система прошенія—существенное условіе интенсивной культуры и
наиболѣе энергичный факторъ зтой цивилизаціи—свидѣтельствуетъ о могучихъ техниче-
скихъ средствахъ и большой затратѣ силъ: сѣть оросительныхъ каналовъ между тече-
ніемъ р. Еьфрата и долиной р. Карува тянется на протяженіи тысяча километровъ,—
о эти каналы были устроены еще до начала историческихъ временъ. Воды р. Керхн
Исторія вс мірнаго потопа, вырѣзанная па глиняныхъ табличкахъ.
Одна пвъ 12 табличекъ, гдѣ вырѣзана эпопея о Гштьгамігшѣ, въ которой погорія потопа является
однимъ изъ случаевъ. Исторія о сотвореніи заполняетъ 7 такихъ табличенъ. (Библіотека Апппур-
бапицола, дешифрованная Дяе. Смитомъ въ 1875 г.).
прощали окрестности Сузы, начиная сь эпоха Карибу, распредѣляясь по обширной сѣти
каналовъ, «слѣды которыхъ вахоіятся ві только въ письменныхъ документахъ, но и
на землѣ»» (Моргапъ). Индійская стѣна, вѣроятно, была оградою какого-то канала.
Каналъ Днжейль бралъ воду изъ Тигра, чтобы орошать правый берегъ. Но самое
удивительное вь ирригаціи халдеевъ было снабженіе водою 12000 кв. кнлом. по лѣвому
берегу Тигра,—здѣсь сѣть каналовъ доходила до г. Опвса, поддерживая; существованіе
нѣсколькихъ милліоновъ людей. Основной вѣтвью былъ каналъ Нарвавъ, «Питательный»,
іявувшійся ва протяженіи 400 кнлом., изъ которыхъ 70, отъ г. Дура и до г. Атимь,
были прорѣзаны въ конгломератѣ. Сѣченіе этого канала оыле таково, что и въ ту эпоху,
когда лѣспетыя горы Азербайджана л Загроша очень высоко поднимали уровень воды
въ рѣкѣ, Евфратъ никогда не выступалъ изъ береговъ, какъ бывало во времена Страбона*
ЭЛИЗЕ РЕКЛЮ. ВЫП. П.
19
290
а Тигръ цѣликомъ направлялся въ искусственные водоемы. Плотины и шлюзы, бассейны,
регулирующіе уровень воды разумно" распредѣленіе водъ свидѣтельствуютъ о значи-
тельной высотѣ гидравлическихъ познаній халдеевъ.
Эта система орошенія удовлетворяла своей цѣло тысячи лѣтъ. Навуходоносоръ
приказалъ исправить плотину у г. Дура, испорченную отчасти войсками Александра
Македонскаго. Персидскіе сассаннды, потомъ арабы абассвды также поддерживали ка-
налы, хотя иногда и не м»глн справиться съ заплываніемъ пхъ иломъ: Тигръ, измѣняя
своо русло, разрушилъ «Питательный» каналъ къ востоку отъ Опиоа в превратилъ
страну въ пустыню.
Домашнія животныя, которыми владѣетъ человѣкъ теперь въ Месопотаміи, были
связаны еь его судьбою уже съ древнѣйшихъ временъ, и даже 1-ая глава ън. Бытія
(24 ст. и далѣе) упоминаетъ о домашнихъ животныхъ, какъ если бы они существовали
во всѣ времена. Въ числѣ этихъ союзниковъ земледѣльца въ Месопотаміи была н
лошадь, но названіе ея по-аккадіЙскн— паіікурра, млй «вьючное животное съ во-
стока»,—доказываетъ, чго это животное было приручено на восточныхъ плоскогоріяхъ,
можетъ быть, въ степяхъ, гдѣ н теперь, еще водятся дикія лошади (Аецииз Ргіе-
ѵаіекуі), образцы которыхъ пойманы Грумъ-Гржимайло и Клеменцомъ. (ідламъ изъ
этаповъ для лошади были, конечно, знаменитыя «ннзейскія» равнины, гдѣ паслись
самыя лучшія персидскія лошад . Въ настоящее время ищутъ этотъ древній рай иран-
скаго міра то въ Мидіи, между Гамаданс-мъ и Тегераномъ, то въ окрестностяхъ города
Нишапѵра
Первобытные жители Месопотаміи сначала пользовались деревомъ для постройки
свонхъ жилищъ, в< когда вся вемля была обращена въ поля, обнт.тели эгой куль-
турной страны должны были перейти къ жилищамъ изъ сырцоваго кирпича, матеріала
непрочнаго, ш> зато всегда имѣвшагося подъ руками.
Далеко ушли месопоіамцы и въ металлургической промышленности, уже съ до-
историческихъ временъ фабрикуя различные предметы изъ мѣди, бронзы, желѣза и зо-
лота: въ самыхъ древнихъ гробницахъ Варка и Мугеиръ, въ Сузахъ, найдены, рядомъ
съ издѣліями изъ камня, и эти предметы; отсутствовали лишь издѣлія изъ ссреора.
Зато желѣзо было очень распространено, особенно въ Ассиріи, благодаря, очевидно,
близости рудниковъ Загроша, Тавра и горь Понта, гдѣ работати халиоійскіе рудокопы.
Нигдѣ, ни вь Халдеѣ, ни въ Египтѣ, не нашли такого множества инструментовъ, какое
найдсни Платомъ въ одномъ дворцовомъ магазинѣ Хорсабада: всѣ эти орудія, кирки,
крюки, цѣпи, молоты, заступы, ободья колесъ, ото изъ отличнаго металла, образовали
какъ бы желѣзную стѣну, дія прорытія которой потребовалось три дня! Вѣ~ь «ихъ
инструментовъ достигалъ 160 тоннъ.
Главная эволюція въ строительномъ искусствѣ ваьй.ъшішъ произошла тогда, когда
опп перешли отъ сырцоваго кирпича кь обожженному. Подобное открытіе, конечно, дѣ-
лалось тысячу разъ до гого, какъ л <лучвло практическое примѣненій. Огонь домашняго
очага, благодаря случайности или даяге пожару, нерѣдко превращалъ находившіеся по-
близости сырцовые кирлнчн въ настоящіе камни, болѣе крѣпкіе, нежели куски скалъ,
оторвавшіеся отъ горъ. Это превращеніе ілины вь твердое вещество, можетъ быть, на-
291
Планъ древняго Вавилона.
Р АЛьМы
»\УЛЬТ ЗЬЛ'ЛИ
ПАСТБИЩА
БОЛОТА
лллгДованІя стѣны еще существующіе тепевь-итл-п. Мѣсто дреяихъ стѣнъ
м • ;,*> Современныя сепеиія	-----------— Дороги
і: 250 000
0	6	іо ====== /а == асКилом
бадалось въ теченіе цѣлыхъ вѣковъ, но не вносило никакихъ измѣненій въ архитек-
туру. Но вить однажды какому-нибудь нзоорѣтатедьному строителю пришло вь умъ при-
мѣнить эти обожженный камни для возведенія всей иди части плстропки, которую онъ
29'2
хотѣлъ -дѣлать болѣе прочной иди болѣе красивой. По словамъ іеринга, «обожжсніч
перваго кирп іча нужно разсматривать, какъ одно изъ событій, наиболѣе чреватыхъ по-
слѣдствіями,—и труда» сравнить съ ниыъ какое-либо другое по значенію въ циливи-
заціи»: изъ кирпича возникъ городъ; тогда какъ плугь увеличилъ только средства ни-
Тінія. обожженный кирпичъ сгруппировалъ людей въ общества, связалъ нхъ трудомъ,
вызвалъ у нихъ сознаніе превосходства культуры, развилъ національное самосознаніе,
наконецъ, породилъ возникновеніе извѣстной интеллектуальной дисциплины,—цѣлый рядъ
изысканій и званій, связанныхъ со строительствомъ, направилъ человѣчество на со-
вершены новый путь цивилизаціи. По Петерсу, первые обожженные кирпичи, ьакіе
намъ извѣстны, принадлежать храму Оаргона (Шаргиаа), г имѣютъ возрасть не менѣе
5700 лѣтъ.
Искусственныя горы, выстроенныя халдеями для того, чтобы на вершинѣ ихь
гоиѣстнть обитель сроилъ йоговъ, отнюдь н« быій дѣломъ ноумѣлыхъ архитекторовъ;
напротивъ, онѣ показываютъ большое искусстві строителей въ измѣреніи земли, кладкѣ
матеріаловъ и разсчетѣ сопротивленія; высоко стояло у нихъ и знаніе геометріи п рѣ-
шались сложныя задачи. По словамъ Іеринга, именно благодаря этимъ колоссальнымъ
архитектурнымъ работамъ, у хатдеевъ возникло свойственное ииъ представленіе о раз-
дѣленіи времени. Безъ сомнѣнія, при постройкахъ имъ нужно было распредѣлить часы
труда н отдыха, а также назначить цѣлый день для совершеннаго прекращеніи работъ
в возстановленія анергіи. Такимъ дномъ была заЬаІи, «шабашъ», который первона-
чально просто іосвящали возстановленію силъ и который позднѣе, у евреевъ, особенно
у фанатиковъ христіанъ превратился въ день молитвы, умерщвленія плоти и смертель-
ной скупи. Необходимость труда настолько регулировала жизнь у халдеевъ, что даже
боги чувствовали потребность въ отдыхѣ на седьмой день. Такъ и міръ быль созданъ
въ 6 дней, а на 7-ой день Богъ «почилъ отъ дѣдъ своихъ» Точно также, по вавилон-
ской легендѣ, всемірный потопъ кончился въ субботу, послѣ того, какъ въ течете
6 дней были разверсты всѣ «хляби небесныя»: даже и облака, невольные труженики,
имѣли право на отдыхъ, для возстановленія своихъ сигъ.
Благодаря своимъ званіямъ и точнымъ свѣдѣніямъ о раздѣленіи времени и про-
странства, благодаря искусству дѣлать кирпичи, халдеи, безъ сомнѣнія. исполнились гор-
деливаго сознанія своего превосходства. Кн. Бытія передаетъ, что строители Вавилон-
ской озшпи, воздвигая ее до небесъ, были подвигнуты къ тому своею гордостью: они
хотѣли, чтобы имя ихъ пронеслось по всей землѣ...
Соперники Бога, желавшіе довести свою оашню до вѣчныхъ обителей, вавилоняне
во всякомъ случаѣ провзош.>и все человѣчество размѣрами стѣнъ свонгь городовъ.
Даже въ иашн дни, у нашихъ воинственныхъ народовъ, располагающихъ огромнымъ
бюджетомъ, громаднымъ количествомъ солдатъ и могущественною техникой, не найти ни
одного города съ такими стѣнами, которыя по своимъ размѣрамъ могли оы сравшпю-я
съ вавилонскими. Дѣйствительно, представьте себѣ стѣну протяженіемъ около 90 квдѵя.,
при высотѣ 10 метровъ и толщинѣ 30 метр., снабженную 250 башнями. На сѣверѣ
первымъ препятствіемъ, преграждавшимъ подступъ къ Вавилону, п оыла эта стѣьа, а
за нею ревъ, пересѣкавшій весь полуостровъ образуемый рѣками, на протяженіи ЮО
293
килоы. Внутри городскаго пространства и его долей, довольно обширныхъ, чтобы снаб-
жать жителей проіоводьітвіеігь во время осады, пни другія стЬны, параллельно первой
Каналъ Нарванъ и Индійская с т ѣ ва
I 1500 000
С	ІІ	>1	А	100 И и Л Ом.
я дѣлали городъ совершенно неприступнымъ. Дѣйствительно, Вавилонъ мп разу на быль
‘штъ иначе, какъ изнѣной или изъ-за потной беззаботности его жителей которые
294
увѣренные въ невозможности приступи, не охраняли городъ со стороны рѣки. Гаранти-
рованные противъ нападенія враговъ благодаря ог)<омнымъ стѣнамъ города, Ваввюнскіо
цари были равнымъ образомъ хорошо защищены и противъ возмущенія свонгь поддан-
ныхъ, — опп жили во внутренней цитадели, господствовавшей надъ обоими берегами
рѣки. Конечно, и Вавилонъ, подобно другимъ городамъ во мигъ избѣжать своей участи,
по лѣтописи по отмѣчаютъ пн одного возстанія народа и свидѣтельствуютъ, что въ те-
ченіе цѣлыхъ вѣковъ псѣ вражескія нашествія разбивались объ его высокія стѣвы. И
все это было дѣломъ обожженнаго кирпича! Правъ Іеришъ, говоря, что этоть <кир-
ивчі явился краеугольнымъ камнемъ вавилонскаго міра».
Искусство строить и рыть канавы, повлекшее за собою развитіе науки объ измѣ-
Четвервая вавипонская колонна изъ обожженныхъ кирпичей.
Ни каждомъ кирпичѣ находится возомѣтпоя опарулса надпись, оттиснутая до обжиганія и слу-
жившая магическою формулою, для гарантированія вѣчности монументовъ и защиты вхъ отъ
видимыхъ и невидимыхъ праговъ (Гобико).
реніи земли, т. е. геометріи, и пріемовъ намѣренія времени, нашло свое дополненіе въ
судоходствѣ, сыгравшемъ также пе маловажную роль въ лѣтописяхъ знанія, такъ какъ
ему почти всецѣло обязаны своимъ развитіемъ астрономическія внапія.
Въ то время, когда охотно воображали, что каждая нація, созданная Богомь спе-
ціально для выполненія особыхъ предначертаній, являлась на свѣтъ, уже одаренная
оригинальными свойствами, независимо отъ среды, ученые довольствовались признаніемъ,
что халдея сдѣлались болѣе другихъ народовъ способными вь искусствѣ наблюденія
звѣздъ. Однако, позднѣе, когда стала ощущаться потребность выяснить причину эгой
замѣчательной особенности, стали искать эту причину въ соціальныхъ условіяхъ хал-
дейскихъ народностей: предполагали, что Месопотамцы, проводя ночи подъ яснымъ
небомъ около своихъ стадъ, имѣли часто случаи изучать движеніе небеснаго свода и
воспользовались этимъ, чтобы но нямъ угадывать перемѣны временъ года.
Но эго доказательство не согласно съ исторической истиной: цивилизованные
халдеи, группировавшіеся по населеннымъ городамъ, не были уже пастухами и обязаны
295
свопид. умственнымъ развитіемъ земледѣлію и осѣдлому образу жизни. Сосѣдніе пароды,
арабы и тураццы, бывшіе кочевнвками-пастухами, находились съ этой стороны, въ
смыслѣ наблюденія неба, въ болѣе благопріятныхъ условіяхъ. Нѣть, необходимость —
мать всякаго искусства, въ самомъ широкомъ смыслѣ этого слова; необходимость
породила и науку. Вавилонскіе моряки имѣли настоятельную нужду вь какоа-ннбудь
неподвижной точкѣ на небѣ, для оріентированія во время плаванія, — в они открыли
небесный полюсъ; ьмъ же мы обязаны наблюденіями надъ кажущимся вращеніемъ небес-
наго свода и различныхъ созвѣздій, разстоянія между которыми всегда остаются неиз-
мѣнными; наконецъ, < нн же открыла планеты, или блуждающія звѣзды. Они сдѣлались
Бирсъ-Нимрудъ, разна ины Вавилонской башви.
астрпвомамп, такъ какъ были моряками; ихъ учениками вь этомъ отношеніи были
финикіяне. Правда, позднѣе, когда гнетъ убилъ у месопотамцевъ всякую иниціативу, эти
ученики, переселившись изъ архипелага Бахрейнъ къ берегамъ Сиріи и распространивъ
свои дѣйствія на самое обширное изъ извѣстныхъ тогда пяти морей,—сами сдѣлались ихъ
учителями; ассирійскіе цари, да и Александръ Македонскій набирали экипажи своихъ
кораолей изъ моряковъ Тира и Сидона: ходъ цивилизаціи въ бассейнѣ Средиземнаго
меря бы-.тро перемѣстилъ центры духовной и матеріальной дѣятельности.
Мы имѣемъ и документальныя доказательства этого. Согласно изысканіямъ Опперта
по ассирійскимъ надписямъ, можно утверждать, что халдейскіе астрономы производили
послѣдовательныя наблюденія падь лупой, солнцемъ, планетами въ теченіе очень зна
щельнаго промежутка времени, ши констатировали повтореніе солнечныхъ ззтыеніі
чрезъ извѣтные періоды. Пмъ хорошо былъ извѣстенъ періодъ въ 223 оборота луны
т. е. въ 38 лѣтъ 11 дней—періодъ загоз; равнымъ образомъ они же вывеиж п дру
' гой періодъ, въ 100 разъ длиннѣе, т. с. въ 1805 лѣтъ, ила 22325 оборотовъ дунь
296
какъ время повторенія затменій еъ прежнемъ порядкѣ. Упоминаемое въ надписяхъ зат-
меніе, которое служило исходною точкою одного изъ этвхъ періодовъ, относятъ насъ
къ 13-142 годамъ до 19О(- г. нашей эры; какъ допускаютъ, годъ этотъ  оотвѣтствуеть
совпаденію мѣста солнечнаго затменія гь положеніемъ Сиріуса.
Какъ бы то пи било, нельзя сомнѣваться, что халдейская наука опередила по-
знанія всѣхъ другихъ пародовъ, о раздѣленіи времени, на -іенованія движенія звѣздъ.
Среднее дневное движеніе луны по окружности небеснаго свода, вычисленное халдей-
скими астрономами, соверші-нпо совпадаетъ съ числомъ 18°1(Ѵ 35", найденнымъ со-
временными астрой >мами.
Была извѣстна халдеямъ и пастояшая продолжительность года; и хотя вь по-
слѣднемъ считалос только 360 дней, во за то пе забывали включать дополнительный
мѣсяцъ, для урегулированія средней продолжительности. Халдейскіе астрономы описы-
вали также солнечныя пятна и ослабленіе свѣта планетъ. Овп производили наблюденія
надъ «хвостатыми, съ ядромъ» звѣздами (кометами) п употребляли глобусы, на кото-
рыхъ располагали звѣзды группами и созвѣздіями. Наконецъ, »ви изоорѣди знаки зо-
діака.— в тождественность формъ, аналогія символовъ, что наблюдается въ зодіакалъ
другихъ странъ, отъ Египта н Европы до Индіи, Камбоджи и Китая, доказываетъ, что
астрономическія наблюденія, произведенныя халдейскими учеными, легли въ основу
всѣхъ зодіаковъ древняго міра.
Изученіе документовъ установллеть также, что въ эпоху, юігда были созданы пер-
вые зодіаки, солнце въ весеннее равпоіѳнствіе находилось въ знакѣ Тельца, такъ какъ
созвѣздіе съ этимъ именемъ зачинаетъ первое мѣсто въ зодіакѣ. Итакъ, 61 столѣтіе
тому назадъ солнпе вошл-і въ этотъ знакъ тельца, а 40-столѣтій тому назадъ перешло
въ слѣдующій; отсюда естественно заключить, что зодіакъ былъ изобрѣтенъ халдеями
но менѣе, какъ за 4000 лѣтъ до пасъ; но подобный трудъ кромѣ того, предпола-
гаетъ долгіе періоды предшествующей научной подготовки.
Такія важныя изслѣдованія требовали, конечно, значительнаго персонала,—и
дѣйствительні вь Халдеѣ каж *ый городъ имѣлъ свою обсерваторію и публиковалъ свои
эфемериды (бюллетени^ какъ это дѣлается въ паши дни подобными же научными учрежде-
шями. Безъ сомнѣнія, въ обязанность астрономовъ входила и астрологія, въ видѣ пред-
сказанія счастливыхъ или несчастныхъ событій, но чистая паука и отсюда извлекала
элементы арсгресса: рѣшались геометрическія задачи, чертились карты и планы; эти
документы значительной важности, въ видѣ обрывковъ, и теперь еще хранятся въ на-
ціяхъ музеяхъ. Обозрѣвая эти огромныя научныя заслуги Халдеи, казалось бы, нужно
бы сохранить за ней привилегію—дать исторіи исходную точку, отъ которой вести
исчисленіе возраста человѣчества. Одна нзь этихъ халдейскихъ эръ, именно, эра На-
боііассара, п» которѵіі 1901 г. отъ Р Хр. значился бы 2648 голомъ, постояппо ц
употребляется въ календаряхъ.
Обитатели Месопотаміи дѣлили время па 12 и па 7 частей, какъ доказываютъ
игъ мѣсяцы н недѣли; однако, они были зваьсмы в съ десятичнымъ дѣленіемъ, и
именно имъ, а но арабамъ, способствовавшимъ лишь дальнѣйшему распространенію,
нужно приписать изобрѣтеніе «досятвчн-ш системы». Десятичная таблица умноженія.
297
сохраненная для потомства однимъ ученымъ изъ эпохи Возрожденія, Валеріано Вольсани
въ его книгѣ І)е аасгія ае§урІіогит ііііегіз, содержитъ знаки, во всѣхъ отношеніяхъ
сходные съ клинообразными значками ниневійскихъ и вавилонскихъ назписен; слѣдова-
тельно. въ ней нужно видѣть настоящій халдейскій памятникъ. Возникаетъ также во-
просъ, пе представляетъ ли и четыреугольная таблица, лежащая на колѣняхъ статуи
паря Гудеа, который держитъ въ рукахъ линейку и циркуль, древней таблицы умно-
женія, основанной на десятичномъ счисленіи Что касается знака запятой, употрсбля-
Воастанпвлеівное изображеніе Вавилонской баіппи.
По Геродоту, хпькъ Болз находился но Ѵой площадкѣ Пашня Яшковъ, па высотѣ 189 мотроаъ
кодъ ревнивой. Рваявлины образуютъ топора груду въ 710 иатр. въ осруашостк и 6" т вьшпау'
надъ в«и подшшветол кирпичный столбъ,  шхаіыціігся олппиъ изъ угловъ террасы ;Фр Каулопъ).
еиок въ нашей системѣ счисленія, то онъ имѣетъ безусловно форму клинообразнаго
злачна, даже не измѣненную.
Благопріятныя условія среды, почва. климатъ, судоходныя рѣки, море, правильные
вѣтры,—всѣ это, давъ Месопотаміи много преимуществъ, между прочимъ, вызвавъ г
подъемъ научнаго духа, въ то же время сдѣлали изъ Вавилоши центральный рынокъ на-
родовъ на очень значительномъ пространствѣ древняго міра. По кодексу законовъ Хам-
чураби мы узнаемъ, что торговля находилась въ рукахъ богатыхъ капиталистовъ или
банкировъ, которые, какъ и въ чаши время, управляли только общимъ ходомъ дѣлъ,
предоставляя детали подчиненнымъ агентамъ. Торговцы являлись издалека, изъ странъ,
откуда можно было добраться въ теченіе только мѣсяцевъ иля даже лѣтъ; такія сно-
шенія завязывались лишь благодаря посѣщенію различныхъ странъ путешественниками.
Но торговый обмѣнъ среди народностей, говорившихъ на разныхъ языкахъ и ірвиадлз-
жащіхъ разнымъ расамъ, могь, конечно, совершаться лишь при извѣстныхъ правовыхъ
гарантіяхъ. Всѣ тѣ юридическія установленія, которыя наше общество считаетъ своимъ
изобрѣтеніемъ, оы.ін уже извѣстны халдеямъ. Они заключали торговые и брачные дого-
298
Обелискъ царя Манихтусу.
Древность опредѣляется въ 57 вѣковъ.
воры; прами кивали заклады имуществъ и і-ручательство;
примѣняла м падлы, пакъ сродство обмѣна, наконецъ,
пользовались и письменными чеками, правду, часто болѣе
тяжелыми, нежели нынѣшныс, во зато и не іѣе удобными
для воровъ я грабителей; такими чеками, носившими
названіе вірагіе. служили глиняныя таолички, на ко-
торыхъ заостренной палочкой писали приказъ объ
уплатѣ, а затѣмъ табличку обжигали на огнѣ.
Всѣ зти способы обмѣна значительно облегчались
ведшимъ открытіемъ — письменностью, дававш «ю
возможность свободно распространять мысли, выра-
жая ихъ матеріально. Аккадійцы, эта туранская
народность, основавшая первые города въ до-
линѣ Месопотаміи, вырѣзывали свои надписи
уже 70 вѣковъ тому назадъ. Легенда о по-
топѣ, передаваемая Берозомь, свидѣтель-
ствуетъ о томъ уваженіи, съ накинь вави-
лоняне относились къ книгамъ о проис-
хожденіи исторіи. Именно, но этой легендѣ,
Зизутросу прежде всего было рекомендо-
вано, въ предвидѣніи катастрофы, взадъ
начало, средину п конецъ всего, что
было написаио на таблицахъ, и зарыть
въ «городѣ солвца> Сиппарѣ. Тогда
какъ въ европейскомъ сказаніи о
в емірномъ потопѣ упоминается лишь
о предупредительныхъ мѣрахъ для
дадьпѣйшаго существованія живот-
ныхъ, разсказъ Бероза отмѣчаетъ
прежде всего заботливость Бога-спа-
ептоля о сохраненіи сокровищъ мыс-
ли. Впрочемъ, и самый вавилонскій
минъ о твореніи міра говорить о
необходимости и важности книгъ
для человѣка: городъ Эриду, согласно
экму мину, быль построенъ во всемь
своемъ великолѣпіи, т. е. со своими
обсерваторіями и собраніями ілвняныгь таблицъ прежде, чѣмъ «было посѣяно человѣ-
ческое зерно». Періодъ научнаго развитія до начала исторіи былъ такъ продолжителенъ,
что нельзя в представить себѣ эпохи, пред иествоваыпсй письменности. Каждыя городъ
соперничалъ своими книгами и считался литературнымъ Петромъ. Такъ, Урукъ или
Варка въ Халдеѣ (городъ Эрект Библіи  ідрхоэ греческихъ географовъ) былъ, подобно
299
Сиппарѣ, «городомъ книгъ»; царь Шаргина основалъ въ Ниппурѣ библіотеку, изъ которой
Ассурбанипалъ іелѣлъ скопировать большую часть текстовъ, для лѣтописей Ниневійскаго
дворца; она содержала болѣе 500 томовъ по 500 страницъ каждая, въ форматѣ іа
диагіо современныхъ книгъ.
Какъ бы далеко мы ни углублялись въ прошедшее, документы показываютъ, что
происхожденіе письменности нужно отнести еще къ болѣе древнему времени,—н уче-
ные ожидаютъ дня, когда древнія библіотеки Месопотаміи будутъ въ достаточной мѣрѣ
изслѣдованы, чтобы можно было узнать исторію этихъ странъ за 50 вѣковъ до насъ,
во всѣхъ подробностяхъ, и даже болѣе детально, нежели исторію Греція до Персидскихъ
воинъ пли Рима до Сципіона.
Первоначальною формою знаковъ, вырѣзанныхъ на различныхъ матеріалахъ, со-
хранившихся въ библіотекахъ халдейскихъ городовъ, было, конечно, воспроизведеніе очер-
таній предметовъ, аналогичное іероглифамъ. Пока этотъ способъ письма служилъ для
отдѣльныхъ лицъ, жрецовъ, чиновниковъ и т. п., принадлежащихъ одной хародности
і говорившихъ па одномъ языкѣ, не было необходимости мѣнять его; одпако, было за-
мѣчено вскорѣ, что при передачѣ отъ одного народа къ другому, напр., отъ аккадій-
цевъ ьъ семитамъ, переводъ начертанныхъ фигуръ производился на каждомъ языкѣ
различными словами,—и потому устное воспроизведеніе собственныхъ н богослужеб-
ныхъ формулъ стадо невозможнымъ; нужно было поэтому прибавить къ іероглифамъ до-
полнительные знаки для выраженія либо отдѣльныхъ слоговъ, или звуковъ, или даже
замѣнить старый способъ письма новымъ, всецѣло основаннымъ на изображеніи слоговъ
иди буквъ. Таковы и въ дѣйствительности измѣненія, которыя постепенно происходили
въ характерѣ халдейскаго письма, по окончаніи эпохи аккадійской цивилизаціи, во вре-
мена періодовъ вавилонскаго, ассирійскаго и персидскаго.
Матеріалы, употреблявшіеся для табличенъ, и способъ письма также измѣнились
съ теченіемъ времени. Можетъ быть, письменные знаки сначала рисовались на деревѣ;
о всякомъ случаѣ, нужно было время, чтобы ихъ стали оттискивать на сырой глинѣ,
Лофтусъ нашелъ, па развалинахъ Урука, двѣ таблички съ одной и той же надписью,
при чемъ на одной табличкѣ эта надпись была вырѣзана, па другой—оттиснута. Вто-
рой способъ получилъ большое распространеніе, и почти всѣ письменные документы
древнихъ эпохъ, которые находятся въ нашихъ музеяхъ, написаны значками, въ формѣ
гвоздей, посредствомъ палочки, оставлявшей грубокій слѣдъ въ твердой глинѣ. Этоть
матеріалъ, глина, опредѣлилъ и самый способъ исполненія письма: вавилонская пись-
менность получила странную, клинообразную форму именно потому, что глина была
единственнымъ удобнымъ матеріаломъ, находившимся подъ рукою, а ва ней трудно про-
водить изогнутыя линіи, удобнѣе изображать прямыя черты и затѣмъ сразу останавли-
вать остріе палочки, образуя расширенную часть черты.
Лишь благодаря трудамъ, искусству и остроумію такихъ ученыхъ, какъ Гроте-
фендь, Раули неонъ, Оппертъ, Смитъ и другіе, удалось прочитать эти клинообразныя
письмена аккадійцевъ и ассиріянъ, мидянъ и персовъ,—и заслуга этихъ изслѣдова-
телей должна представляться намъ тѣмъ больше, что уже писцы Навуходоносора и
Дарія испытывали огромныя затрудненія при выясненіи смысла древнихъ таблицъ. Въ
зоо
Сподъ Законенъ цари Хамурабл
Древность опредѣляется почта въ 40 в
течевіе тысячелѣтій,, въ продолженіе которыхъ на-
родность цѣнила свей языкъ, а на престолѣ спѣ-
вались враждебныя другъ другу династіи, первобыт-
ныя письмена лѣтописей стали бы совершенно не-
понятны и недоступны для насъ, если бы ученые
библіотекари того времени но позаботились о пере-
водѣ нѣкоторыхъ книгъ на современное ямъ се-
митическія языкъ, сохраняй. впрочемъ, архаизмы,
когда дѣло, шло о религіи. Однако, документы, не
переведенные, вмѣстѣ съ тѣми, ідѣ жрецы, заоо-
тясь о таинственности сіоихъ дѣйствій и цере-
моній, старались выражаться на языкѣ, непонят-
номъ народу, накопились въ такомъ количествѣ во
дворцахъ, что стали обременять нхъ. Нужно было
создавать цѣлый арсеналъ грамматикъ, словарей,
таблицъ для расшифрованія древнихъ таблицъ; и
труды такого рода образуютъ почти воловину всей
ассирійский литературы.
Статистика поземельной собственности (ка-
дастръ;, отчеты с нрічяжепіи и доходности разныхъ
культурныхъ участкомъ, описи скота и другія дан-
ныя, неооходимыя для палоювъ, образовали также
значительную часть этихъ грудъ книгъ, занимавшихъ
вэ дворцахъ даже болѣе мѣста, чѣмъ сами его
обитатели. Манія канцелярщины, какъ видно, под-
тачивала Вавилонское государство за цѣлыя столѣ-
іія до того, какъ <>иа началась въ Греціи.
Сводъ законовъ Хаммураби бросаетъ яркій
свѣтъ на халдейское общество. Конечно, предпи-
сываемыя имъ наказаніи были суровы: онъ призна-
валъ право мести, наказывалъ смертью простыя
оскорбленія, предписываетъ изувѣченіе за нѣкоторыя
спеціальныя преступленія-, испытані - холодной водой,
но этому кодексу, часто рѣшаетъ споръ между
правымъ и і зпѵватымъ. Все-таки, въ нѣкоторыхъ
отношеніяхъ, закопы Хаммураби—гуманнѣе вашихъ;
такъ, положеніе евреевъ рабовъ было монъе тяже-
лымъ, чѣмъ, спустя 4000 лѣтъ, положеніе негровъ
Ди войны за освобожденіе. Права женщины также
были лучше ограждены, нежели во многихъ нынѣшнихъ странахъ: во многихъ слу-
чаяхъ была гарантирована ея полная независимость; ея приданое являлось цѣною,
на которую она отказывалась отъ отцовскаго наслѣдства. Наконецъ, въ законахъ Хам-
301
иурябп совершенно отсутствовало богословіе, въ отличіе отъ еврейскихъ вавс-новъ, издан-
ныхъ на цѣлыя столѣтія позднѣе и, несомнѣнно, находившихся подъ вліяніемъ вави-
Древніе города Халдеи.
I А50ССС"
200	зооКилом
Агадь в Сяпиаръ—Сефарваямъ Библіи Аккадз», Дукуркалъзу — теперь Аберкуфъ. Эрпду, Эа,
Нунки—теперь Абу-Ша5рѳимъ Кута—теперь Телъ-Ибрамъгь Ларсамъ, Сииеаръ—теперь Сенкерохъ.
Няппуръ, Нофаръ—теперь Ниффѳръ. Сирпула, Оиртелпа, Снргулв, Зѳпгупъ (?)—теперь Тѳлль-Лохъ.
*Рѣ, ѵннъ—теперь Мугоиръ Урукъ, Уру, Эревъ, Орхоэ, Верка. (По Гоммслю, наиболѣе дроинпмъ
городомъ былъ Эрпду, метрополія г. Мемфиса въ Египтѣ, Сжрпупь п Гжрзу образовали второй
рядъ городовъ, предшествовавшій гг. Агоду и Ниппуру, которые, въ свою очередь, предшествовали
городамъ Уръ, Ларсамъ, Вавиловъ и др»). (Прежнее побережье Персидскаго затгвв паносено пуик-
тиромъ по даннымъ Моргана).
ховсквхъ законовъ (СЬіІрегіе Е^хѵакіз, ТЬ₽ НатшигаМ Сойе апсі іііе ВіпаіГіс
І^різіаііоп).
Въ случаѣ торговыхъ правонарушеній халдейскій законъ наказывалъ хозяина
302
крытомъ морѣ о-въ Кипръ сдѣлался провинціей
вдвое тяжелѣе, нежели его слу-
жащихъ; въ случаѣ пораненій
или ударовъ вознагражденіе про-
столюдину выплачивалось болѣе
высоко,-, нежели богатому Въ
законахъ были предусмотрѣны н
обязанности врача, архитектора,
моряка, а также «живущей на
свободѣ жрицы».
Эти законы, существовав-
шіе, безъ сомнѣнія, задолго до
своего изданія въ видѣ обычаевъ,
цреднолаіаютъ въ странѣ много-
численное осѣдлог населеніе, сре-
ди котораго были развиты и
письменность, и исуссетво море-
плаванія, а земледѣліе было осно-
вано па системѣ орошенія.
Въ згигь плодородныхъ
странахъ, такъ счастливо распо-
ложенныхъ, какъ мѣста встрѣчи
пародовъ п обмѣна товарами, эра
политическаго могущества нача-
лась уже съ первыхъ временъ
первобытной исторіи.
Одна надпись па храмѣ
Виппера, которой американскіе
ученые, изслѣдовавшіе эти раз-
валины, таютъ 80 или даже
90-вѣковую давность, гласитъ:
«Мяллелъ, владыка міра, вру-
чилъ Лугадю управленіе землею...
отъ восхода солнца до заката,
отъ Персидскаго залива до Верх-
няго моря, гдѣ опускается на
покой огненный шаръ». Въ от-
этой •громной имперій, гдѣ Лугаль
«имѣлъ власть надъ всѣмъ, чтобы заставить всѣ народы жить въ мірѣ».
Отъ южноіі раввины, гдѣ вознышалвсь, неподалеку другъ отъ друга, могуществен-
ные города Пиішеръ, Уръ, Эрекъ, Эриду, Свпиаръ, обладавшіе каждый своимъ босомъ
или богиней, центръ культуры мало-по-малу передвигался къ сѣверу и, аковецъ, на-
шелъ свою наиболѣе устойчивую точку опоры вь мѣстѣ наибольшаго сближенія обѣихъ
303
рѣкъ, Тигра и Евфрата. Здѣсь именно и возникъ Вавилонъ, который изъ всѣхъ вели-
кихъ городовъ міра дольше всего сохранялъ политическіе господство надъ обширными
имперіями. Однако, въ точе-
ніе мпогочнсленвыхъ поколѣ-
ній, слѣдовавшихъ другъ за
другомъ подъ властью Вави-
лонскихъ царей, могуществен-
ная столица подвергалась
сильнымъ превратностямъ
судьбы, вслѣдствіе войнъ иди
возстаній—и въ эпоху возни-
кновенія Ассирійский имперіи,
т. е болѣе 35 вѣковъ тому
назать, самый блестящій па-
мятникъ Вавилона, знамени-
тая ступенчатая башня Бор-
зиппа, называвшаяся, по пре-
данію, «Башнею языковъ»,
представляла руину. Обь этомъ
такъ сообщаетъ одна акка-
дійская пѣспя, переведенная
Іенормаяомъ: «Сомисвѣтный
храмъ былъ построенъ древ-
нѣйшимъ царемъ, но онъ не
довелъ его до верху... Дожди
и бури прекратили постройку
гъ развалины, облицовка изъ
кирпичей разрушилась: гро-
мады камня превратились въ
холмы». Въ еще болѣе разру-
шенномъ состояніи была эта
знаменитая пирамида, когда
Навуходоносоръ предпринялъ
сЯ реставрацію,—и новая по-
стройка разрушилась, остав-
шись величественнымъ сви-
В а 8 а Ксеркса.
По Гротвфояду. подпись гласитъ: вКоврксъ, чисты и могуще-
ственный®. Шамполъопъ—младшій прочелъ египетскую надпись
также, что позволило установить значеніе клинообразныхъ
письменъ.
дѣтелемъ древней цивилизаціи.
Даже приставъ быть
•толицей, Вавилонъ цѣлые
вѣкаеще продолжалъ эаа и мать
иаввое мѣсто, благодаря своей промышленности и торговлѣ. Когда центръ военнаго
могущества перемѣстился на сѣверъ, на мѣсто сліянія Тигра и Большого Заба. эготь
304
центральный городъ Месопотаміи все такя не утратилъ могущества своего іліякія
па народы и царей; многі-> ассирійскіе повелители утвержтаіи здѣсь свою резиденцію;
часто и возстанія, иногда удачныя, иногда в'уіачния, опирались па этотъ укрѣплен
пый городъ, основанный Янмьроломъ, этимъ легендарнымъ іюлу-бигомъ. Когда армія
Кира, отведя теченіе Евфрата, вошла въ Вавиловъ по его руслу, какъ ио широкой
дорогѣ, городъ опять сдѣлался столицей независимаго царства. Даже Персы-побѣдители
в- рѣшались развѣнчать завоеванный городъ и сдѣлали его вмѣстѣ съ Перссподнсомь
я Сузами, столицею своего царства.
Позднѣе Александръ Македонскій, сдѣлавшись властителемъ всего тогда извѣстнаго
міра, отъ іоническаго моря и кізпеа Юпатера-Аммона до устьевъ р. Инда, избралъ
этотъ городъ центромъ своей имперіи и мѣстомъ встрѣчи для всѣхъ цивилизованныхъ
народовъ. Паденіе Вавилона началось только тогда, когда столица была перенесена на
нѣкоторое разстояніе отъ него, въ новый городъ Селевкію; впрочемъ, это перемѣщеніе
имѣло только мѣстное значеніе, — географическимъ центромъ Месопотаміи и всѣхъ
странъ, находящихся въ зависимости отъ ноя, до нчтего времени остается мѣсто, гдѣ
смѣшиваются воды обѣихъ великихъ рѣкъ. Названіе «Вавиловъ» относится к-і всей
этой мѣстности; въ переносномъ же смыслѣ такъ называютъ каждый могущественный
горсть, вмѣщающій милліоны жителей, славящійся капъ развитомъ наукъ, такъ и своими
пороками.
Сравнительно съ центромъ Месопотаміи собственно, тотъ центръ цивилизаціи, гдѣ
вовнккла Ассирійская имперія, почти совершенно лишенъ оригинатьности, такъ какъ все
были получено нмъ изъ южныхъ областей: письменность и промышленность, н наука,
и искусство. Зато монархическая власть получила здѣсь такую страшную силу, что
ассирійскіе цари стали типичными представителями самодержавной власти. Племена гор-
цевъ, спускавшіяся въ окрестныя долины, состояли изъ курдовь, съ трудамъ поддержи-
вающихъ существованіе стадами и земледѣліемъ и потому всегда готовыхъ къ разбою,
если представится случай. Предводитель разбойничьей банды всегда могъ найти между
ними достаточное число головорѣзовъ, готовыхъ сопровождать его въ набѣгѣ; власти-
тель страны ючво также можетъ навербовать здѣсь мало щепетильныхъ наемниковъ.
Этимв-то элементами и пользовалось ассирійскіе цари, для организаціи своихъ армій,
не дававшихъ никому пощады, готовыхъ па убійства и поджоги. Итакъ въ ниневійской
странѣ, гдѣ каждая изъ сходящихся здѣсь долинъ доставляла военный матеріалъ
людьми, военная монархія, какою была Ассирія, могла въ тоже время пользоваться
Всѣми пріобрѣтеніями науки и промышленности, доставлявшимися ей съ юга; однако,
ассирійцы не мною прибавили ьь сокровищамъ открытій и изобрѣтеній, полученнымъ
ими отъ Халдеи
Постройки Ассирійскихъ царей преслѣдовали ели военныя цѣди или служила для
прославленія царской личности; напротивъ, задачи науки или религіи имѣлись въ виду
лишь въ слабой степени. Реставрація дворца Саргона, данная Плясомъ и Швнииемъ,
цокдаывасіъ. яя какую чудовищную сумму труда были обречены подвластные народы,
чтобы отстроить для евонхъ владыкъ цѣлые города, въ видѣ дворцовъ, гдѣ помвщались
армів служителей и солдатъ. Протяженіе террасъ, великолѣпная перспектива лѣстницъ.
305
вохичіо воротъ и высота башенъ должны были вну-
шать постороннимъ изумленіе, смѣшанное съ ужа-
сомъ, предъ хозяиномъ этого сооруженія, это впе-
чатлѣніе еще усиливалось грандіознымъ и страш-
нымъ видомъ колоссальныхъ сгатуй людей и жи-
вотныхъ. сторожиьшнхь входы. Для изготовленія
эшхъ ужасныхъ чудоващъ ассирійскіе художники
имѣли въ своемъ раешфяжепіи алебастръ н ба-
зальтъ сосѣднихъ горъ и могла такимъ образомъ
продлить существованіе своихъ твореніи, которыя
уцЬлѣли среди груды обломковъ, мѣстами истертыхъ
въ порошокъ временемъ. Художники и декораторы
ассирійскихъ дворцовъ располагали также чрезвы-
чайно долговѣчными красками, изъ солей мѣди в
свинца, до археологическихъ изслѣдованій руинъ
Пинсвш считавшихся недавнимъ изобрѣтеніемъ.
Точві’Ь мѣсто центра Ассирійской имперіи, вѣ-
роятно, было указано самою природой именно гамъ,
гдѣ большія грузовыя суда должны были прекра-
щать дальнѣйшій путь но рѣкѣ вверхъ, и въ то же
время гдѣ перегружались товары съ идущихъ сверху
плотовъ. Клинообразныя надписи открыли намъ
существованіе древьяго города Ажура или Ассура
на правомъ берегу Тигра, ниже мѣста сліянія его
съ Большимъ Забомъ. Этотъ городъ, безъ сомнѣ-
нія, существовалъ въ очень отдаленную ашну,
такъ капъ даже названіе его почти забылось къ
тьму времени, когда персидская народность н«яги-
лась въ исторіи; вѣроятно, онъ былъ въ Ассиріи
первымъ центромъ вавилонской культуры и сто-
лицей страны, ьолучивше. впослѣдствіи отъ него
а свое имя. Позднѣе центръ торговли мало-по-малу
передвинулся къ сѣверу, на полуостровъ, образу-
емы;' сліяніемъ Тигра съ большимъ Забомъ. Здѣсь
возникъ городъ Калахъ, вторая столица, постройку
которой легенда приписываетъ Нимруду, или Пен-
роду, какъ, впрочемъ, и большинства месопотам-
скихъ городовъ; наиболѣе знаменитыми властителями
»го были Салманассаръ и Ассурназирпалъ. Въ свою
очередь, и Калахъ пришелъ въ упадокъ, замѣнен-
ный мало-по-малу Ниневіей, развалины которой находится противъ нынѣшняго города
Моссуля. Впрочемъ, каждый изъ властителей, ревнуя о своей божественности, любилъ
элизе рвклю вып. а.
20
зов
строить собствещюо жилище; такъ, 26-столѣтій тому назалъ Сарговъ выстроилъ своЯ
ввлвкодѣпный дворецъ къ 20 кил. къ сѣверу отъ Ниневіи; одно названіи его—Дуръ-
Шурукивъ—напоминаетъ имя основателя, а другое, болѣе употребительное названіе—
Древніе города Аоспріи.
<	450Т0О&
гоо
200
300 X ИЛ о м
Хорсабадъ—произошло отъ имени персидской династіи Хозравовъ. Сенпахерибъ снова
перевелъ столпцу въ Ниневію
Ниневія эамѣчательні расположена при соединенія двухъ важныхъ долинъ, въ
томъ пунктѣ, гдѣ происходила перегрузка товаровъ, посреди того великаго естествен-
наго пути, который соедивяеть заливъ Александретты съ высокими областями д*ер-
бейджана и Каспійскимъ моремъ, на внѣшнемъ углу обширнаго амфитеатра торъ, По-
Реставрація дворца Саргоаа, вь Дуръ-ПІарукинѣ, (по Плису).
308
няіно, что такой городъ долженъ Оыдъ легко пріобрѣсти важное значеніе, въ качествѣ
центральнаго рывка и склада товаровъ. Впрочемъ, поверхность, занимаемая разваіинами
Ниневіи, охватыветъ не болѣе 10 кв. кил., притомъ значительную частъ его занимали
огромные царскіе дворцы; поэтому здѣсь не могло быть того многочисленнаго населенія,
о которомъ упоминается въ сказати о Іонѣ (гл. VI, ст. 3; IV, ст. II). Но несмотря
Голова ассирійскаго ьоенааа.тьвика.
.Идея побѣдоносной силы выражена въ мощныхъ, папряжед-
ныгъ членахъ изображенія... Но какова голова!—она пнчгокши,
лишена выраженія, безстрастна"... (Гобнло).
па все коммерческое  про-
мышленное значеніе Лпцспіи,
ассирійскіе цари сдѣлали ее
«логовомъ львовъ н городамъ
КрОВИ».
Властители сѣвера, въ
противоположность царямъ
юга, папр. «отцу Орхаму, су-
ществамъ кроткимъ и миро-
любивымъ, не стремились
углуопться въ тайны рѣкъ для
блага подданныхъ». Напро-
тивъ, они старались быть
грозными и вселять ужасъ,
подобно своемѵ божеству, Эль-
Илонъ (сильный, внушающій
ужаіъ); опи разсказывали о
сваяхъ жестокостяхъ съ гор-
достью И ПОЛНЫМЪ спокой-
ствіемъ исполненнаго долга.
Впрочемъ, само божество на-
столько сливалось съ ними,
что, можно сказать, у нихъ
и не было религіи; они не
строили я храмовъ, а жили-
Щи, ихъ были настоящими свя-
тилищами. Ихъ побѣдные гим-
ны были недавняго проис-
хожденія, не слагались на
чужеземномъ языкѣ и не облекались тайною чарующей музыки. Это были заяв-
ленія откровеннаго самовластія: «я взялъ города приступомъ,—пишетъ Санхерибъ,—и
превратилъ ихъ въ груды пепла... Я, какъ метлою, гымелъ страну и превратилъ се
въ пустыпю». А документъ, извѣстный ...ідъ названіемъ цилидра Тейлора, гласить.
«Мои военныя колесницы давили людей и животныхъ в топтали трупы враговъ. Изъ
труповъ, которымъ отрѣзали конечности, я воздвигъ себѣ трофей. Всѣмъ, кто живьемъ
попадался ыиѣ, я приказывалъ отрѣзать руки» дссурОанппадъ гакъ прославляетъ свою
309
чивукі жестокость: «Онъ попалъ жпі ымъ въ мои руки, я велѣлъ содрать съ него кожу.
Я приказалъ вырвать глаза у его сына, н- затѣмъ, вмѣсто того, чтобы броситг- вхъ
собакамъ, замуровалъ ют въ воротахъ солнца, въ Ниневіи». Однако, и втого ещв
было недостаточно для «служителя Ассура», ему нужно было запрягать въ свою ко-
лесницу побѣжденныхъ царей п погонять ихъ бичами. Гнѣвъ царя направлялся даже
противъ мертвыхъ: «я взялъ ихъ кости,—говорить Ассурбанипалъ о царяхъ Элама,—
я вселилъ безпокойство въ ихъ іѣни и лишилъ ихъ жертвоприношеній» Побѣжден-
ные цари заключались въ Ниневіи въ желѣзныя клѣтки и тамъ должны были толочь
въ порошокъ кости своихъ предковъ, на забаву толпы!
Раневая львица
Возникаетъ вопросъ, пе нужно ли приписать втой привычкѣ проливать кровь, мучить
и убивать, ю неоспоримое совершенство, съ какимъ ассирійскіе художники изображали
умирающихъ людей и животныхъ? Шедевромъ ниневійскаго искусства является раненая
львица, которая защищается еще пастью и передними лапами, тогда какъ заадія, уже
парализованныя, волочатся по землѣ.
«Логовище львовъ» превратилось, однако, вь пустыню, и исторія ш сохранила
даже подробностей его разрушенія, которое произошло или иѵ время нападенія Ски-
фовъ или, немного спустя, благодаря побѣдамъ Мидянъ, назадъ тому 2500 лѣтъ.
Вскорѣ Ниневія была совершенно заоыта: Ксенофонтъ, проходя, спустя 200 лѣтъ, ьо
сосѣдству ея развалинъ, даже не упоминаетъ о ней, хотя говоритъ о городахъ Лариссѣ,
Меспилѣ, точно іакже лежавшихъ среди грандіозныхъ развалинъ стѣнъ а пирамидъ.
Впрочемъ, понятно, что въ тѵть критическій моментъ, когда Ксенофонтъ, тѣснимый
непріятелемъ, принялъ командованіе налъ отступавшими греками и отдавалъ сдои пер-
310
выя распоряженія по своему знаменитому походу, ему было вѳ до древней Нипевіп з
ея судьбы.
Въ настоящее время исторія этихъ странъ, орошаемыхъ Тигромъ в Евфратомъ, и
нѣкогда столь населенныхъ, возстаетъ язь землв, подъ которою она была погребена.
Г 25ОО?О
1	. і _		і
0	5	10	15	20ЙИЛ0М.
1, Нживпім—холлъ, расположенный къ с.-зап. отъ -р ловли ит., называется турками Куюнджикъ, на
нѳігъ расположены дворца Спнахѳрнба.—2. Дуръ-Шурукннъ или Хорсабадъ—дворецъ.
Разрывая груды обломковъ, мы видимъ, какъ предъ нами воскресаютъ священныя изо-
браженія древнихъ боговъ, повергающія въ изумленіе, смѣшанное съ ужасомъ, совре-
менныхъ арабовъ, потомковъ ниневійскихъ почитателей этихъ божествъ. Кронѣ того,
эти груды обломковъ сохранили для насъ тысячи исписанныхъ таблицъ, по которымъ
современные ученые постепенно выясняютъ древніе ыв-ы и узнаютъ о происхожденіи
нашихъ наукъ. Къ сожалѣнію, если до насъ дошло драгоцѣнное содержимое дворцовъ,
то зато сами постройки не сохранились. Какъ ни были грандіозны по своимъ раз-
311
мѣрамъ эти сооруженія, они разбились въ осколки и образовали груды камчей, вродѣ
холма Бирсъ Нимрудъ или безчисленныхъ ІеП’ей, разсѣянныхъ ни всей Вавилоніи и
Сузіаиѣ: у дѣлѣ ли одни камни. Подобно древнимъ башнямъ Вавилона, столицамъ Асси-
ріи и еще болѣе древнимъ городамъ Аккадіп, в города малой Месопотаміи (страна къ
востоку отъ Тигра, у притоковъ Карува) превратились вь простые холмики сѣроватой
з мли: войны, пожары и время являются тому причиной.
Отъ обѣихъ Сузъ, смѣнявшихъ одна другую въ теченіе, можетъ быть. 4000
лѣтъ, столицы Улама и резиденціи Ахеменидовъ, остались только куски діорита, брон-
зовыя вещп, эмалированные глиняные сосуды разныхъ цвѣтовъ, кирпичи съ надписями
и различные безформенны-! предметы. Груды обломковъ обожженной глины такъ велики,
что объемъ одного Акрополя, самаго малаго изъ трехъ холмовъ, вычисляется Морганомъ
въ I1/, милд. куб. метровъ; высотою онъ въ 35 метровъ. Въ Ниппурѣ американскіе
изслѣдователи открыли въ холмѣ такой же высоты 21 налегакщій другъ на друга слой,
изъ которыхъ каждый соотвѣтствовалъ городу,—и 6 такихъ городовъ имѣли болѣо
6000 лѣтъ давности.
Подобный процессъ разрушенія не коснулся памятниковъ «трона Джеи шида», въ
Иерсеполпсѣ, благодаря болѣе широкому примѣненію кампя и относительно пебо.іьш-»і
высотѣ стѣнъ; мраморъ н и«рфиръ лѣстницъ и террасъ, воротъ п колоннъ, сохранились,
хотя кирпичи превратились въ прахъ.
ГЛАВА IV *).
Анатолійская возвышенность—Слѣды язычества.—Повгь-Эвкеикь,
Сирія, — Колыбель Семитовъ. — Племя Хиттптовъ.— Страна Дамао
совъ.— Береговыя стоянки. -Дальнее плаваніе.—Конторы и финикійская цивилизація.
Греческое слово Анатолія, синонимъ латинскаго слова «Огіепз», не представляетъ
никакого опредѣленнаго значенія; оь имѣетъ смыслъ только для европейскихъ грековъ
и совершенно его утрачиваетъ, когда касается племенъ верхнихъ бассейновъ Тигра и
Евфрата Съ другой стороны, слово Малая Азія также довольно туманно, равн) какъ
и іространство, на какомъ оно вращается, въ точности неизвѣстно. Не существуетъ ни-
какого указанія на обобщенное понятіе о крайнемъ полуостровѣ континента, лежащаго
между Кипрскимъ моремъ и Понтъ Эвксинскимъ; причина втому та, что страна никогда
не представляла собой одно цѣлое, ни въ какую эпоху она не обладала индивидуаль-
нымъ характеромъ, точп-> опредѣленнымъ. Правда, опа обнимаетъ собой много различ-
ныхъ странъ, изъ коихъ каждая имѣетъ свое собственное названіе, но одного общаго
опѣ не имѣютъ.
Анатолія и Сѣверная Сирія. — Даты, относящіеся къ первому циклу
древней исторіи этого края, не мвогочислсииы Пародъ Хнттиты ипервы*- упоминается въ
айпадахъ болѣе древнихъ цивилизацій тридцать пять вѣковъ тому вазахъ; битва ври
Кадеіѣ, гдѣ эта нація поколебала могущество египтянъ, произошла, повидимому, вь
3289 году до насъ (за 1383 года до начала христіанской эры): борьба Хиттитпвъ съ
Ассиріаиами происходила въ эпоху между царствованіемъ Ассурназирпала (около—873 г.)
313
На первый взглядъ этоть прямоугольникъ Малой Азіи, почти правильный, распро-
страняясь къ западу отъ Армента, между юго-восточнымъ угломъ Чернаго моря я зали-
вомъ Александретты, какъ будто прадьтав іяегь нЬкоторую цѣльность, по крайней мѣрѣ,
въ смыслѣ географическомъ, но. при изслѣдованіи его поверхности, становится совершенно
яснымъ, что страна эта не имѣетъ ни малѣйшей общей связи, никакого общаго центра,
в раздѣлена на совершенно обособленныя области, во всемъ разнящіяся другъ отъ друга.
Правда, полуостровъ перерѣзавъ вдоль и поперекъ дорогами, имѣющими огромное зна-
ченіе: таковъ, папр., діагональный путь, кіторый направляется отъ Киликійскихъ
воротъ къ Босфору.
Но этотъ путь имѣлъ еще большее историческое значеніе, такъ какъ посред-
ствомъ его установилось сообщеніе между дг-умя вшіикнмн имперіями в двумя континентами,
служившее общимъ звономъ между анатолійскими провинціями, лежащими и вправо, и
влѣво, на всемъ его протяженіи. Прибрежныя горы и горные лребты раздѣляютъ страну
на нѣсколько отдѣльныхъ владѣній, изъ коихъ ни одно никогда вс пользовалось особыми
преимуществами, п не орало главенства надъ другими, представляя, тѣмъ не менѣе,
достаточно элементовъ живой силы, чтобы держаться, если не вполнѣ независимо, то,
по крайней мѣрѣ, достаточно автономно, сохраняя свои красы, обычаи и весь складъ
жизни. Итакъ, Киликія, будучи преддверіемъ внутреннихъ прованші, чрезъ которыя
долженъ былъ пролегать главный діагональный путь полуострова, можетъ считаться
какъ бы отдаленной отъ настоящей Малой Азіи: она уклонялась особенно въ сторону
острова Кипра и къ побережью	Сиріи, съ которой жители			имѣли главныя сношенія:
и взятіемъ Каркеыпха въ 143	году эры	Наоонассара (-		—6(14), всего за нѣсколько
лѣтъ д>> исчезновенія Ниневіи. Нѣкоторые цари названы Суріакипъ. Саргоіп.	въ текстѣ: Эра. Набонассара. Олимпіады. Христіан. Эра. . .	25, 42	54. 71	-722,-705			
Нехач 11, 26-ой египетск.	дин 136,	152	165,	181 —611—595
Крезъ, парь Лидіи . . .	. . 189,	199	216,	228 -958.-548
Киръ, царь Персовъ . .	. . 1Ъ7,	218	216,	247 -560,-529
Александръ Македонскій	411,	424	440,	453 -336,-323
Митридатъ (64о—690 основанія Рима) . .	отъ . . 634,	684	6оЗ,	713	113, 63
Фииикія.—По преданію, разсказанному Геродотомъ, храму Мелѣкарта въ Тирѣ
приписывается болѣе 46 вѣковъ существованія, но гегемонія фианшйекпхъ городовъ
перешла изъ Сид на въ Тиръ лишь 15 вѣковъ спустя. Основаніе Кадикса имѣло, по-
іидимому, мѣсто болѣе ЗООО лѣтъ тому назадъ; царствованіе Хирама, союзника Соло-
мона въ экспедиціяхъ Офира, должно быть отнесено за тысячу лѣтъ до начала хри-
стіанской эры.
Тиръ во одинъ разъ отдавался подъ владычество приближавшихся къ нему
побѣдителей, по онъ ее всегда покупать миръ: съ 23 по 32-й годъ (эры Набонассара)
онъ сопротивлялся Ассиріянамъ, а съ 160-го дг. 173-го года выдержалъ натискъ армій
Навуходоносора: Сидонъ былъ разрушенъ «самымъ жестокимъ изъ персовъ». Артаксерк-
сомъ Ойнеемъ въ 389, а Тиръ оылъ взять послѣ семимѣсячной осады Александромъ,
вь 415 году халдейской эры.
314
финикіяне основали въ этой странѣ своя колонія, и цивилизація въ сущности носила
тамъ характеръ Пуническій. Высокія, скалистый горы Тавра поросшія кедрами, обра-
зг-нали въ сѣверной долинѣ Киликійской рѣки почти неприступную границу, за иеклю
чеяіемъ прохода «Воротъ», хотя и легки защищаемаго, пч также могущаго фатально
предать весь край, въ тотъ день, когда опъ настанетъ, въ руки осаждающаго. Для того,
чтобы выйтта изъ бассейна Евфрата па Анатолійское плато, — плл черезъ Алспи, или
черезъ Аиптабъ, побѣдители или путешественники должны бы да поднятыя на высоты
Аыапуса, или же обойти игъ съ сѣвера черезъ ущелье, въ которомъ .ротекаеть Пира-
носъ, современный Джихунъ; затѣмъ, спустпвоіась въ доливу, пройдя по мѣняющимся
русламъ Ііирамоса и Саруса, имъ предстояло подняться па громадную гору, чтобы до-
стигнуть, чрезъ одно изъ ущелій, въ верховьяхъ Адана иля Тарса прохода «Ворогъ».
Затѣмъ имъ приходилось продолжать подниматься уже іо удобнымъ дорогамъ, дс по-
рога, откуда можно спуститься къ сѣверному склону. Тутъ былъ, такъ сказахъ пре-
дѣлъ всего древняго міра.
То же самое можно сказать объ амфитеатрѣ Памфилін, обращенномъ къ морю,
который имѣлъ связь съ прочими мѣстечками полуострова только при посредствѣ очень
незавидныхъ дорогъ, а его историческая роль въ свішешяхъ сь пограничными народ-
ностями впослѣдствіи совсѣмъ уничтожилась. Впрочемъ, тамъ, какъ и въ Киликіи, яви-
лись и поселились туземцы острововъ и сирійскаго побережья. Что касается языьовъюго-
западаой часта полуострова, то, сь точки зрѣнія физической географіи, они составляютъ
одинъ общій языкъ, почти одинаковый съ языкомъ сосѣднихъ острововъ, что облегчало
международныя сношенія п взаимную защиту отъ нападеній съ континента. Эти острова
были паседепы пиратами Карііцами, которые появлялись въ самихъ отдаленныхъ мѣстахъ,
гдѣ говорили на различныхъ языкахъ то какъ морскій разбойники, то какъ купцы
или переселенцы.
По другую сторону Анатолійскаго полуострова, на сѣверномъ берегу, узкій склонъ,
обозначаемый когда-то особымъ названіемъ «Понта» — то-есть, приморская страна по
преимуществу, такъ рѣзко отграниченъ съ юга, что его исторія тѣсно связана съ другими
берегами Чернаго моря, до самой страны скиповъ, и далѣе за проливами Проповтпды
вплоть до полуострововъ и самыхъ отдаленныхъ острововъ Эгейскаго моря. Такимъ
образомъ, купцы изъ Мпзега, порта доливы Меандра, усѣяли своими торгоіымв конто-
ра не берега 11» вта до Требизонда (Трапезовдъ) и Діоскуріи съ одной стороны, а съ
другой—до Ольбіи и, черезъ Босфоръ Киммерійскій, до устьевъ Таваиса. Герактія, Синодъ,
дмиэоеъ, Керазовть, Истросъ, Фанагорія—все это города, основанные греками. Имперія
Митридата, территорія которой состояла взъ прибрежныхъ полосъ, расширяясь,
глаепымъ образомъ, то окружности Чернаго моря, также свидѣтельствуетъ о геогра-
фической связи, вь которой находилось берега громаднаго бассейна, начиная съ древ-
нѣйшихъ времспъ.
Единственная страна въ Малой Азіи, которая представляетъ собою характеръ
географической цѣльности, очень сильно выраженной, это—такъ называемьіь овалъ ра-
внинъ и плато, который обнимаетъ ворхніз бассейнъ Хадиса иди Кизиль Прмака, и
который продолжается къ югу до прибрежныхъ горъ, захватывая верхнюю Канадокію и
315
Ликяопію. Галатія и Фригія принадлежать такж гь этой странѣ, которой, повидимому,
суждено сдѣлаться владѣніемъ могущественной націи. Но эта обширная территорія, окру-
женная высокими горами, на всемъ занимаемомъ сю пространствѣ, пользуется такимъ
незначительнымъ количествомъ дождей, какое совершенно недостаточно для ея богатой
растительности; южная часть -жальнаго пространства представляетъ почти сплошную пу-
стыню солончаковыхъ равнинъ яли болотистыхъ н глинистыхъ тоней. Кромѣ того, эта
обдаетъ и> пытывасть громадное неудобство въ томъ, что не имѣетъ естественнаго выхода
къ морю, вслѣдствіе чего вь этомъ отноше-
ніи она часто бывала въ зависимости отъ
приморскихъ странъ, несравненно мень-
шихъ по занимаемому ими пространству.
Такимъ образомъ, Лидійская имперія,
политическимъ центромъ которой былъ
городъ Сарды, чало удаленная отъ
морского берега, протянулась дадек<
вглубь этихъ центральныхъ равнинъ
полуострова и, со временъ знамени-
тыхъ войнъ Кира н Креза, рѣка
Хадисъ стала границей между
двумя могущественными монар-
хіями.
Съ точки зрѣнія геометриче-
ской фигуры, можно съ поло-
жительностью сказать, что
Малая Азія имѣетъ не одинъ
а два центра, расположен-
ные каждый по одной
сторонѣ громадной цент-
ральной равнины: къ за-
.Х-ттейскІй барельефъ Караболя.
паду лежитъ Фригія, стра-
на, къ которой стекаются
всѣ естественные морскіе пути в*і всемъ полукругѣ, описываемомъ віо, съ сѣвера къ
югу. отъ устьевъ Сакаріп (Сапгаріосъ) до залнва Адалія; къ востоку—Еапідокія, надъ
которою господствуетъ на полудорогѣ двухъ морей вулканическій колоссъ Аргей, распро-
страняющій къ каждому склону в къ Евфрату свой тройной склонъ хлѣбородныхъ земель,
богатыхъ растительностью, гдѣ пасутся добрые кони.
Везъ сомнѣнія, эти два «центра», Фригія и Каппадокія, ьъ различныя эпохи имѣли
важное экономическое или политическое значеніе, соотвѣтственное нхъ счастливому гео-
графическому положенію. Существуетъ еще темное сказаніе о Мазакѣ, римской Цезареѣ,
ьоторая была современницей великихъ городовъ Ѳивъ и Мемфиса, Вавилона и Ниневіи.
Въ наши дни путешественникъ открываетъ многочисленныя развалины большихъ я бо-
гатыхъ городовъ окружающая ихъ пустыня была когда-то производительна; въ настоящее
316
время тамъ нѣтъ на воды, зи жителей Хотя ее и сравниваютъ съ Арменіей). Асспріею,
Фипикіею. Персіей, по эта область уступаетъ имъ во всемъ: ограниченность пространства,
занимаемаго обѣими половинами Анатолійскаго плато, но дозволяла ей завоевать первен-
ствующаго положенія.
Что касается до зубчатыхъ выемокъ Малой Азіи, изрѣзанныхъ потоками води на
нѣсколько второстепенныхъ полуострововъ и поперечныхъ линій, которыя облегчаютъ
сообщенія сь прибрежными заливами, то опѣ принадлежатъ къ особой географической фор-
маціи, къ той самой, къ которой принадлежатъ острова Архипелага, Цикладскіе и Спо-
радскіе. За исключеніемъ Трои, которая въ пѣснопѣніяхъ Иліады вамъ представляется
азіатскимъ городомъ, но которая была населена жителями, стоявшими на одинаковой
ступени, цивилизаціи съ эллинами, всѣ города Анатолійскаго склона Эгейскаго моря
носятъ имена, которыя звучатъ для насъ такъ же. какъ имена европейской Греціи, и во
всѣ времена населеніе ихъ было, если не совсѣмъ эллинское, то по крайней мѣрѣ до-
статочно эллинизированное: Пергамъ, Фокіонъ, Магнезія, Смирна, Эфесъ, Милетъ, Галн-
Карнасгъ. Выло бы нелѣпостью изучать эти страны, какъ азіятскія, только потому, что
онѣ имѣютъ съ Азіею матеріальную связь. Какъ своею физической природой, такъ н своні
исторіей, онѣ, дѣйствительно, составляютъ ту же часть свѣта. какъ и полуострова,
расположенные напротивъ, по другую сторону Архипелага Здѣсь, мы находимся въ
Греціи, имѣющей свою особую физіономію, свои оригинальныя черты, которыя предста-
вляютъ контрастъ съ Нсссаліеіі, Аттикой в Пслопопссомъ.
Эти характерныя черты Малой Азіи происходятъ отъ пришлыхъ элементовъ, при-
мѣшавшихъ а къ оллвпекой цивилизаціи городовъ побережья. Благодаря этимъ кчнстрастамь,
городъ Эфесъ получилъ названіе Азіи. И, дѣйствительно, эютъ городъ былъ для всей
Греціи какъ бы школой идей религіозныхъ, политическихъ н моральныхъ, перенесенныхъ
съ Востока, Во время римскаго господства вошло въ привычку обозначать спеціально
названіемъ «Азіи» Пергамское королавегво, состоявшее изъ Мизіп я Трояды. Въ древ-
ности объ этомъ смѣшеніи языческихъ элементовъ съ цивилизаціей Азіи и Европы мы
начерпаемъ свѣдѣнія изъ исторіи перса Кпра Младшаго, бывшаго сатрапа провинціи
Малой Азіи. Въ дѣйствительности—это былъ истый грекъ, по культурѣ ума. Онъ обра-
тился съ воззваніемъ къ мужеству спартанцевъ п къ генію аѳинянъ, чтооы сдѣлать
попытку созданія греко-азіатской имперіи Съ того времени прошло двадцать три сто-
лѣтія, п сколько борьбы и столкновеній происходило между Европой и Азіей ва тѣхъ
же поляхъ сраженій!
Недостатокъ политическаго единства въ прибрежныхъ странахъ обоихъ морей, на
югѣ п па сѣверѣ полуострова, проявлялся неоднократно, подъ видомъ дробленія, вслѣд-
ствіе недостатка свободныхъ путей сообщеніи. Такова долина Намоиліи и іи Линіи, та-
ковъ полуостровъ Карійскій, которые составляли особый мірокъ, ооразовавъ ленпоѳ
владѣніе пли автономную республику, по имѣвшую съ сосѣдними странами иной связи,
какъ союзные договоры, или леппыя отношенія, выражавшіяся въ чести и въ дани. Со
времени основанія великихъ имперій Ассирійской, Персидской, Македонской, которыя под-
чинили различныя народности обш-й власти, всѣ этп мелкія второстепенныя государства
отдѣлывались уплатой налоговъ, увеличивавшихся въ экстренныхъ случаяхъ поставкой
317
воиновъ; затѣмъ, по минованіи буря, они снова овладѣвали своею независимостью, мало
сгличаьшейся отъ прежней Такъ повелѣвала сама природа.
Достойно вниманія, что до второго вѣка нашего лѣтосчисленія Малая Азія никогда
інаходилась подъ однимъ чьимъ іибудь владычествомъ. Ни хиітеи, пи Перси, ни
даже Александръ и его преемники, сколько извѣстно, не переходили Ириса; Римляне
покорили Каппадокію только нри Троянѣ. Во времена упадка Византійской имнерів
Провинціи Анатоліи
I ІО ООО 000
«оо
600 \илоп
произошло тоже. Арабское владычеству не простиралось за Тавръ, и турки, проникнувъ
чрезъ Арменію, завоевали Анатолійское плато за нѣсколько вѣковъ до овладѣніи Кидн-
кіею. Константинополь былъ взять ранѣе Тарса.
Кажется, вообще, оба берега полуострова, южный, вдоль Кипрскаго моря, сѣвер-
ный, окружающій Черное ы<>пе, рѣзко разнятся другъ отъ друга по слѣдамъ, какіе оставили
обязавшіе тамъ разныя племена На югѣ эмиграціонное движеніе происходило въ на-
правленіи съ востока на западъ: ученые утверждаютъ о прибытіи туземцевъ соматовъ
изъ Киликш въ ІСаріво во вею длину побережья. На сѣверѣ полуострова эмиграція
происходила въ иномъ, противоположномъ направленіи; въ то время, капъ торговые
31И
ринки, основанные южными греками, возникали на пібережьп полуострова, переселеніи
народивъ совершалось часто съ сарматскихъ береговъ—то-есть изъ Россіи къ берегамъ
Нракіп и Впниніи, а потомъ все далѣе вдоль ІІонтѵкихъ горъ до подошвы Кавказа.
Такимъ образомъ, киммерійцы, племя одного происхожденія съ фракійцами Европы, часто
проникали въ Азію, переходили Босфоръ и разсѣивались вдоль всего берега. На западѣ,
гдѣ цѣпь, служащая границею, прерывается, пни захватили всю внутренность страны и
содѣйствовали размноженію фригійскихъ племенъ. Это вторженіе фракійцевъ было то
воинственное, то миролюбивое,—фактъ, съ которымъ вполнѣ согласны какъ свидѣтельства
древнихъ, такъ и изслѣдованія современныхъ ученыхъ.
Вь передней части полуострова, на берегахъ Эгейскаго моря, ученые указываютъ
па отпрыски язычества, по направленію отъ запада къ востоку. Эллинизмъ зародился
въ Европѣ, откуда опь распространился па острова и азіатской побережье, и прошіъъ
даже колоніями вглубь страны, въ Канадскій встрѣчаются рядомъ потомки эллиновъ,
иранцы и семиты. Рамзей нашелъ вь Фригіи многочисленныя еврейскія надписи, особенно
въ опрятностяхъ Акнанів. Во время другого переселенія народовъ, въ него были вовле-
чены Галаты, то есть Галлы, брагья обитателей крайней Европы, вплоть до самаго
центра Анатолійскаго полуострова.
Хотя и отдѣленная отъ сарматскихъ равнинъ бурнымъ моремъ, Малая Азія тѣмъ
пе менѣе находилась въ чалыхъ, прямыхъ и косвенныхъ сношеніяхъ съ этими сѣвер-
ными землями. Во-первыхъ, съ самыхъ отдаленныхъ временъ, Аргонавты, греки или
фригійцы, пускались въ темныя, бурныя воды, чтобы раздобыть «золотое руно», подъ
разнымъ видомъ: драгоцѣнныхъ металловъ, тканей или колоніальныхъ товаровъ. Затѣмъ,
дороги побережья были также извѣстны; Деканское морв—кажется таково было первобытное
названіе меренаго бассейна, который позднѣе называли Поптомъ-Эвкснизкимъ,—вовсе пе
такъ обширно, чтобы прибрежныя народности но догадались по крайней мѣрѣ о томъ,
что у него есть опредѣленныя границы. Впрочемъ, весьма возвышенный выступъ Крым-
скаго Хребта и еще болѣе высокія горы Кавказа, съ ихъ серебристыми снѣгами, вид-
нѣлись издали мореплавателямъ, отмѣчая весьма отчетливо часть огромнаго эллипса,
описываемаго берегами на сѣверѣ.
Правда, сухопутныя сооощеніа востока съ долинами страны, ставшими нынѣ
южной Россіей, были крайне затруднительны, Ни крайней мѣрѣ, кратчайшимъ путемъ,
такъ какъ приходилось дѣлать обходы съ одного мыса на другой, по оорывистому бе-
регу, надъ которымь господствуютъ крутизны Кавказа, а подобное штешеітвіе могло
быть предпринято только небольшими группами купцовъ, находившими гостепріимство
въ каждой попутной деревнѣ: большому же переселенческому движенію представлялась
масса всякаго рода препятствій въ пути, кромѣ крутыхъ подъемовъ и потоковъ. Но
западпн*1 берега Чернаго моря представляли для эмиграціоннаго движенія несравненно
болѣе удобствъ и, понятно, ими часто пользовались. Вслвкій походъ Даріи, сына
Гистаепа, предпринятый имъ въ странѣ екиеовъ, за предѣлы Тапаиса, среди безлюдной
пустыни, потребовавши семь дней для перехода, былъ ничто иное, какъ возмездіе за
безчисленныя вторженія кочевыхъ племенъ съ обширныхъ южныхъ равнинъ, предше-
ствуемыхъ ііиммеріями, фракійцами и другими прибрежными обитаіелями Чернаго моря.
319
Благодаря этому походу и осооенк) торговымъ экспедиціямъ, все побережье, равно
какъ и лиманы иіи устья, въ которыя впадаютъ рѣки между Истеромъ и Танаисомъ,
стало хорошо извѣстно грекамъ, которые также имѣли самыя точныя свѣдѣнія отно-
сительно другихъ рѣкъ, спускавшихся изъ внутренней страны.
Тавръ и Кидикігісііаа равнина.
I . 2 ОГ С ООО
I-     	1 ____ -	- -
50	10.
ізоКѵІлом.
Отсюда и начало исторіи, начало колоній, построемыхъ на скинскомъ сѳрегу
Чернаго моря, которыя содѣйствовали расширенію ринковъ вокругъ морского бассейна,
сносившихся и съ греческими островами Эгейскаго м оря, н съ южными портами Малой
Азіи. Обѣ противоположныя приморскія страны. — имперія Митридата, заннмая всю
восточную окружность Чернаго моря, позволяла съ точностью утверждать, что ,вэ при-
надлежали къ одной ступени цивилизаціи,—такъ же точно, какъ п города, выступавшіе
320
ндгбереіахъ моря, вели одну а ту же торговлю. прі-пмущественн<і торговлю металдамс.
городъ іільоіа, расположенный на нижнемъ теченіи Борисѳена. гдѣ виднѣются теперь
пригорки «ста могилъ», близъ сліянія Буга еь Днѣпромъ, получалъ янтарь, золото и
олово, которые- приносили ему скины съ береговъ Балтикѣ и сь далекаго Алтая.
Художники передней Азіи, сицопяпе, греки или другіе, получали сь сѣвера эти
матлрьялы, а съ Сипая мѣдь и бирюзу, вставляли и справляли драгоцѣнные камни,
фабриковали художественныя вощи изь бронзы, тогда какъ горворабочее насоленіе азіат-
скаго побережья Понта, вь долинахъ Передней Азіи, извлекало изъ земли желѣзныя
руды и ковало изъ жыѣм превосходное вооруженіе.
Отъ контиіситалиой части Малой Азіи, т. о. ея четыреугольника, рѣзко отли-
чается узкая подоса Сирійскаго побережья, которое тянется съ сѣвера па югъ, между
заливомъ Александретты и Пелузійскиыъ заливомъ. Территорія Сиріи гораздо меньше,
во за то ея историческое значеніе гораздо важнѣе, благодаря миграція народовъ, кото-
рые въ ней направлялись, и столкновеніямъ, происходившимъ тамъ.
Для того, чтобы судить о преимуществахъ приморскихъ странъ, изъ которыхъ
финикіяне извлекали большія выгоды, чѣмь и пріобрѣли чрезвычайно важное значеніе
въ исторіи человѣчества, надо парить на огромной высотѣ надъ поверхностью земли,
надо подняться на аэростатѣ, чтобы слѣдить, такъ сказать, глазами, какъ по дорогамъ
на пашей маленькой планетѣ движутся купеческіе караваны и совершается 'миграція
пародовъ. Когда обнимешь умемъ всецѣло древній міръ, то убѣждаешься, что человѣ-
чество сосредоточивало свою дѣятельность исключительно ва этомъ берегу Сиріи.
Національная гордость и религіозныя воззрѣнія внушили евреямъ, что ихъ градъ Іеру-
салимъ былъ центромъ вселенной, и онъ въ самомъ дядѣ находится, подобно сосѣд-
нему съ чимъ городу Тиру, въ той части свѣта, гдѣ уравновѣшиваютъ свои силы три
континента древнихъ; именно, въ этой береговой зонѣ скрещиваются главныя оси, вокругъ
которыхъ должна была развиваться исторіи.
Слѣдуетъ вспомнить ту первоклассную роль, то значеніе, какія принадлежать Ирану
благодаря столкновенію народовъ вдоль горъ центральной Азіи, на сѣверѣ и на югѣ
отъ пгого горнаго хребта. Главныя пути Дальняго Востока, исходя изъ Индіи и Китая,
встрѣчаются въ этихъ странахъ, чтобы затѣмъ спуститься къ Месопотаміи и образовать,
свой главный нервныіі узелъ вь долинѣ Тигра и Евфрата, воды которыхъ сливаются
во время половодья. Вавилонъ, иди другой сосѣдній городъ, въ теченіе іысячі-лѣтій
былъ центромъ исторіи Азіи, и именно въ этомъ мѣстѣ произошло бы ьъ сѣверо-запад-
номъ и юго-западномъ направленіи раздвоеніе двухъ главныхъ дорогъ Европы и Африки,
если бы на западѣ Евфрата не выдвиіалвсь къ сѣверу обширнымъ полукругомъ
пустыни Аравіи, препятствуя или дѣлая п»чти невозможнымъ прямое сообщеніе Такимъ
образомъ линія сообщенія отходитъ къ сѣверу, захватывая теченіе Евфрата д<> переднихъ
горъ Таврила, и достигаетъ морского берега, пройдя по узкой полосѣ земли, которая
отдѣляетъ сѣверо-западный изгибъ Евфрата и заливъ Александретты, или же, покинувъ
рѣчш й путь, огибаетъ пустыню черезъ прох»дъ въ горахъ. Въ то время, какъ скла-
дочными мѣстами для товаровъ сіужи.ш юрода Каркемншъ, Халепъ (Алеппо), Антіохія,
Пальмира или Дамаскъ, пунктъ расхожденія обоихъ утей—съ одной стороны въ Малую
321
Азію  Европу, съ другой — на африканскій материкъ, — находился въ Сиріи, вблизи
Средиземнаго моря.
Въ числѣ преимуществъ, дарованныхъ природою финикійскимъ странамъ, удобства
морскихъ путей не уступаютъ выгодамъ сухопутныхъ. Къ западу простирается Среди-
земное море, омывающее на протяженіи 3600 килэм. по прямой лппін берега Африки
и Европы, сильно изрѣзанные, по крайней мѣрѣ, па сѣверѣ, заливами и бухтами. Немного
далѣе, на югѣ, отъ узкаго Аравійскаго мі-ря вдуть два его небольшихъ развѣтвленія—
заливы Суэцъ и Акаба, направляющіеся—одинъ къ Нѳлузскому заливу и Средиземному
морю, а другой—къ Мертвому морю и Іорданской долинѣ. Такимъ образомъ линія
плаванія, за исключеніемъ незначительнаго перерыва, развертывается на такомъ боль-
шомъ пространствѣ, чю оно должно было казаться первымъ морякамъ почти безконеч-
нымъ, На западѣ они достигали Атлантическаго океана и направлялись то въ страну
бурь, густыхъ тумановъ и льдовъ, къ Касситервдскимъ островамъ, къ отдаленной Фулѣ
и берегамъ Амбры, то въ страну солила и періодическихъ вѣтровъ, огибая мысъ Солеисъ,
чтобы посѣтить Счастливые острова, На югѣ они проходили черезъ Бабъ эль-Мандебскій
иролввъ, «Ворота тоски», н проникали, обогнувъ «Офиръ», въ моря Индійскаго океана,
гдѣ періодически дуютъ пассатные вѣтры или муссоны, доплывая до Малайскаго архипелага.
Въ томъ же направленіи къ сирійскому берегу верхнее точеніе Евфрата образуетъ
ва Аиатолійсьомъ полуостровѣ ложбину, оканчивающуюся въ небольшомъ разстояніи
отъ Чернаго моря, и эта дорога, хотя и по служила непосредственно для большихъ
торговыхъ экспедицій, тоже способствовала развитію оживленной торговли среди всей
серіи рывковъ, тянувшихся вдоль «линіи жизни». Наконецъ, надо замѣтить, что значи-
тельные города сирійскаго побережья и примыкающей къ нему страны были расположены
недалеко отъ двухъ другихъ историческихъ путей, лаиболѣе многолюдныхъ, и въ качествѣ
артерій сообщенія превосходившихъ въ ту эпоху морскіе пути. Этвмп двумя путями были
съ одной стороны долинг Нила, терявшаяся на югѣ въ области тогда неизвѣстной
центральной Африки; съ другой — почти параллельныя теченія рѣкъ Тигра и Евфрата
съ ихь притоками ва востокѣ, протекающихъ далѣе по прибрежью Персидскаго залива.
Естественную ось сирійскаго берега, простирающагося узкой полоскою, подобно тѣмъ
двумъ рѣчнымъ долинамъ, между которыми опъ является промежуточнымъ звеномъ, со-
ставляла третья дорога, служившая для сообщенія во всѣ эпоха и образуемая параллель»
іи и прибрежью долиш>й Оронта и ея южнымъ продолженіемъ, долиной Леоита. затѣмъ
долиной Іордана. Его берега ьъ верхнемъ теченіи плодородны и заселены, но низкая
часть этіій долины, отъ Мертваго моря до Акабахскаго залива, оставалась неиспользо-
ванное вслѣдствіе отсутствія текучихъ ыідъ.
Всѣ эти преимущества географическаго положенія, заключающіяся въ грохождепін
" перпкрещпвапін нѣсколькихъ дорогъ, должны были проявляйся одинаково во всѣхъ
пунктахъ сирійскаго берега, представляющихъ благопріятныя условія для возникновенія
гаваней, устройства экспедицій, для занятія рыболовствомъ, земледѣліемъ пли промы-
шленностью; каждый пригородъ, каждое селеніе, пользовавшіеся счастливымъ мѣстопо-
ложеніемъ, имѣли серьезные шансы превратиться въ значительный городъ. II дѣйстви-
тельно, этотъ берегъ, производящіе при первомъ взглядѣ впечатлѣніе почти прямолинейнаго^
322
мало изрѣзаннаго, и который въ южной своей части, вдоль всего пооережья древней
Фотистіи, п па самомъ дѣлѣ совершенье неприступенъ.—на сѣверѣ, начиная отъ горы
Кармель, взрѣзалъ небольшими полукруглыми бухтами, гдѣ укрывались мелкія морскія
суда, прежде чѣмъ появились пскусстьепныя гавани, устроенныя человѣкомъ. Берегъ
Сиріи, подобно Мавританскому берегу въ Африкѣ, подобно берегу Чили въ Новомъ
Свѣтѣ и другихъ гористыхъ странахъ, представляетъ, кромѣ главныхъ отроговъ береговой
горной цѣпи, еще рядъ мы<овъ, расположенныхъ уступами п образующихъ надежныя
убѣжища для ващитн отъ вѣтровъ. Такъ возникли на атомъ поберожьп, хорошо защи-
шыномъ отъ морского волненія, города Бейрутъ и Триполи.
Нѣкоторые пункты берега отличались еще однимъ преимуществомъ — имѣли пра"
родные ио.іы, образованные маленькими островками п цѣпью береговыхъ рифовъ и слу-
жившіе зашитою отъ вѣтровъ. Въ ятпхъ мѣстахъ низкія скалы, отдѣленныя отъ суши
водами, хотя и неглубокими, но могущими тѣмъ не менѣе давать убѣжище мелкимъ
сутамъ, защищала въ то-же время суда отъ морскихъ вѣтровъ и отъ нападенія непрія-
теля; въ этомъ заключается одна изъ главныхъ причинъ благоденствія, достигнутаго
знаменитыми городами: Арад»мъ, Сидономъ и еще болѣе могущественнымъ Тиромъ. Многіе
изъ этихъ городовъ, процвѣтанію которыхъ, сверхъ того, содѣйствовало плодородіе почвы
сосѣдняго морского прибрежья, были расположены противъ горныхъ ущелій, образующихъ
естественныя дороги для торговли по ту сторону горъ. Таково, въ особенности, было
мѣстоположеніе Тира, стоявшаго при устьи Леопта, по которому направлялись караваны,
шедшіе съ верхняго Евфрата и изъ сѣверныхъ оазисовъ пустыни.
Географическая форма сирійскаго побережья съ его цѣпью городовъ, благопріятно
распоюжеппыхъ для торговли и вслѣдствіе этого служившихъ мѣстомъ переселенія людей
всѣхъ народностей, всѣхъ расъ, свободныхъ и рабовъ.—не могла содѣйствовать развитію
чистоты типа среди жившихъ тамъ племенъ: ностоянпия выселенія и вселенія, соверша-
вшіяся сухимъ путемъ н моремъ, должны были различнымъ образомъ измѣнить этническіе
признаки племенъ, населявшихъ длинную полосу территоріи, длиною въ 800 килом.,.
гонувшуюія съ сѣвера на югъ, отъ Малой Азіи до Египта. Вліяніе среды успѣло, ко-
нечно, благодаря своему продолжительному дѣйствію, породить сходства типовъ тамъ,
гдѣ нѣкогда выступали природныя противоположности; но новое смѣшеніе людей, племень
и народовъ вызывало новыя измѣненія вь физическихъ признакахъ, языкахъ, религіи и
нравахъ обитателей, оыше равновѣсіе снова перемѣщалось.
Если вѣрить краткому этнографическому списку, нрнь.-лимоі'у лѣтописями евреевъ
въ 10-й главѣ книги Бытія, то почти все населеніе морского побережья было хами-
тическаго происхожденія, т. о. ірпнадлежато къ той таинственной расѣ, отличной отъ
потомковъ Сима и Іафета, которую евреи, повидимому, изобрѣли просто для того, чтобы
отнести къ ней всѣхъ своихъ враговъ и предать ее проклятію гуртомъ. Несмотря на
это, вѣроятнѣе всего, что обитатели Сиріи были одного происхожденія съ евреями, и
ихъ также можно отнести къ семитической группѣ. Языки, типы сходны между собою
съ сѣвера на югъ, и есть основаніе предполагать, что общая колыбель этой расы на-
ходится недалеко отъ предгорій армянскаго Тавра. Оттуда, вѣроятно, въ точені'1 нѣсколь-
кихъ вѣковъ выходили толпы переселенцевъ, покидавшихъ свои слишкомъ узкія долины
323
для болѣ» обширнаго отечества и переселявшихся съ омой стороны въ Междурѣчье
(Месопотамію), съ другой—на морское побережье.
11 м и е р . я М и і [ и д а т а.
Римскія владѣнія.
Владѣнія Митридата.
!>%%! Союзники Рима.
Союзники Митридата.
і: юосоооо
О	250	500	750	ІОООЙИЛСМ
Еврейскій разсказъ, приводимый въ книгѣ Бытія, повѣствуетъ, что Авраамъ
патріархъ-предокъ евреевъ, долгое время жилъ въ странѣ Харранъ или Каррааъ. Це_
ссмаѣнно, что вслѣдствіе явнаго смѣшенія преданій ютъ же Авраамъ не отличался
етъ «Отца Орхама» Урскаго, въ Халдеѣ; но весь текстъ и общее описаніе, касающіеся
жизни еврейскаго патріарха, свидѣтельствуютъ, что евреи считали родоначальникомъ
324
своей расы в₽ царя какого-іябо халдейскаго города, а начальника пастуховъ, кочевав.
шаго со своими стадами въ пустыняхъ по ту сторону Евфрата. Пастбища. на которыхъ,
по ихъ словамъ, кочевали ихъ предки, начинаются непосредственно ва югѣ Харрана,
страны ихъ отцовъ, гдѣ жилъ Авраамъ, и гдѣ его сынъ Исаакъ и внукъ Іаковъ взяли
себѣ женъ. Мѣстечко Харранъ. существующее до сихъ поръ на Паръ-Великѣ, притокѣ
верхняго Евфрата, служило, вѣроятно, центромъ этой древней отчизны еврейскихъ семитовъ.
Харранъ, ограниченный па востокѣ изгибомъ большой рѣки, образуемымъ при
выходѣ изъ горъ, расположенъ у п>>донвы предгорій Армянскихъ горъ, въ Томъ мѣстѣ,
гдѣ послѣднія выпуклости почвы незамѣтно переходятъ въ равнину. Это, слѣдовательно,
превосходный этапный пунктъ для обитателей верхнихъ долинъ; но, кромѣ того, онь
находится на великомъ историческомъ пути, начертанномъ самой природою между наруж-
ными уступами Иранскаго плоскогорья п Киликійскими воротами. Харранъ расположенъ
въ точкѣ расхожденія двухъ торговыхъ и переселенческихъ путей, изъ которыхъ главный,
идущій къ юго-востоку, занимаетъ теченіе Тигра п, благодаря развѣтвленіямъ, пвжш-ѳ
теченіе Евфрата, между тѣмъ какъ другой, идущій къ югу в юго-западу, отходить огь
верхняго теченія Евфрата къ его крайнему западпоиу изгибу и тянется вдоль внутренней
стороны Сирійскихъ горъ, направляясь къ Красному морю и Синайскому полуострову
черезъ долину Іордана. Харранъ проставляетъ собою также крайне цѣнный стратегиче-
скій пунктъ и весьма часто, въ особенности во времена персидско-римскихъ войнъ,
служилъ мѣстомъ встрѣчи непріятельскихъ армій.
Географическія условія, въ силу коихъ Харрашкая гтрава играла важную роль
въ исторіи, мало отличаются отъ тѣхъ, которыя существуютъ ва западѣ, въ четыреуголь-
номъ пространствѣ, ограниченномъ моромъ н Евфратомъ, Тавромъ и пустыней, и гдѣ
центральнымъ городомъ въ настоящее время является Халенъ (Алеппо). Если бы люди
жили нъ мирѣ, если бы нѣкоторыя преимущества пе содѣйствовали бы по самой природѣ
своей возникновенію войнъ и разгромовъ, то всѣ блага соединились бы въ этой странѣ:
достаточно орошенныя и расположенныя ва югъ долины могли бы въ изобиліи доста-
влять человѣку всѣ полезные продукты, нигдѣ не существовало столь благопріятныхъ
условій для сухопутной торговли, потому что тамъ перекрещивались дороги, идущія вь
Азію, Европу н Африку. Однако, мѣсто, служи тео проходомъ для купцовъ, являлось
также пунктомъ, гдѣ сталкивались арміи, и именно здѣсь сходящіяся съ разныхъ сто-
рожъ дороги сливалась вь узкомъ проходѣ, ьъ который людскія толпы должны были
стремиться съ такою же силою, какъ волы |Ѣкп. стѣсненныя единственнымъ узкимъ
каналомъ. Поэтому ни одно человѣческое общество не могло на продолжительное время
осѣсть въ зтой области, несмотря на множество благопріятныхъ ни всѣхъ отношеніяхъ
условій. Сколько разъ возникали въ этов части передней Азіи государства и сколько
рать падали подъ грознымъ внѣшнимъ натискомъ!
Въ доисторическія времена, о которыхъ говорится въ преданіяхъ и исторіи эгпхъ
странъ, т. е. 3500 дѣть тому назадъ, восточные уступы Киликійскихъ ворогъ, долина
Евфрата и Сирія былп заняты хиттитами, хитійцами или хотелнаме, племенемъ хитп,
какъ называли ихъ Еіептяни, народимъ, сильно отличающимся отъ семитовъ, которые
въ настоящее воемя населяютъ сѣверную Сирію. Па египетскихъ памятникахъ Хнттиты
325
изображены такими чертами, которыя, по мнѣнію Собеса, нчпомпнаютъ современныхъ
монголовъ: о и іі отличалась желтоватой кожею, черными глазами и полосами, располо-
женными тремя прядями или торчащими однимъ пучкомъ посреди бритаго черепа; носъ
сиіьво выдавался впередъ между выступающими скулами и казался еще болѣе длиннымъ
оттого, что лобъ и лишенный ра-
стительности подбородокъ были
сильно отодвинуты кзади. 11а
Ибсамбулыкихъ камняхъ, по-
вѣствующихъ о дѣйствительной
или гымышленной побѣдѣ Сезо-
стрига, побѣжденные хиттиты
изображены съ короткимъ и тол-
стымъ станокъ, указывающимъ
на родство эгого народа съ та
тарскими племенами, обита-
ющими на сѣверѣ Азіи.
Какъ бы то нп было, въ
концѣ концовъ неизвѣстно,
вслѣдствіе какихъ событій эти
народы не семитическаго про-
псхожденія поселились въ обла-
сти передней Азіи. Судя ц і нѣ-
которымъ подробностямъ ихъ
одежды, по формѣ обуви съ
загнутыми кверху носками и по
рукавицамъ съ однимъ боль-
шимъ пальцемъ, хнттиты, вѣ-
роятно, долгое время пробыти
въ Каппадокіи, гдѣ еще встрѣ-
чались, по словамъ Вильсона,
троглодиты, имѣющіе тотъ же
типъ, что и Ибсамбудьскіе хит-
титы. Подземныя жилища, вы-
рытыя десятками тысячъ въ
коническихъ пригоркахъ, туфо-
вые склоны и утесы, занимающіе
обширное пространство къ эа-
,Стоячій камень* въ ѣіерсмнѣ.
(По словамъ однихъ путе шести о пн иковъ, этотъ мѳнхиръ,
можетъ бытъ, финикійскій, имѣетъ 15 мотр. высоты, по сло-
вамъ другихъ-только 7—8 м.).
паду отъ Аргейской горы, вѣроятно, были устроены хитгитами: ^то удивительныя пещеры,
образующія безконечный лабиринтъ въ Ургубской странѣ, вырыты, по крайней мѣрѣ, за
3600 лѣтъ до нашего времени. Чтобы передать смыслъ понятій «страна* в «парь*, іерогли-
фическій языкъ хмтгитовъ изображалъ «кегли», т. е. именно типъ построекъ втой
области.
326
Если правда, что хнтгвты долгое время жили тамъ, то ‘-ни, вѣроятно, спустились
съ возвышенностей Каппадокіи къ западному изгибу Евфрата и къ Киликійскому заливу,
П' распространились также ло всему обширному четыреугольнику Малой Азіи, потому
что въ вей встрѣчаются повсюду хиттитскіе памятники съ любопытными выпуклыми пись-
Камень съ хиттптскою подписью (плоская сторона).
менами, ещі по разобранными
наукою, которыя пишутся по
очереди, то справа налѣво,
то слѣва направо. Мнимый
Сезосірнсъ, столбы коего изъ
цѣльнаго камня, упоминаемые
Геродотомъ, до шь пиръ
стоятъ въ горалъ греческой
Малой Азіи, между У фесомъ
и Смирною, быть ХИ1ТНТСК1Й
воинъ, и двуглавый орелъ,
встрѣченный ня скалахч,
Эйюка. былъ гербомъ племени
лити или его вождей: втоть
символъ свирѣпости, всегда
готовой пожирать и истре
близь, такъ сильно поразилъ
воображеніе прибывшихъ дли
завоеванія гроба Господня
рыцарей  крестоносцевъ, что
два наиболѣе могуществен-
ныхъ императорскихъ дома вь
Европѣ помѣстили его изо-
браженіе на своихъ горбахъ.
Развалины, открытыя па
сѣверѣ Хадиса, въ Эйюкѣ а
Богачкой, свидѣтельствуютъ
о существованіи значительной
цивилизаціи: тамъ есть двор-
цы, выстроенные на обшир
в->й площади, отъ которыхъ
сохранились еще смѣло вы-
веденныя стѣны; затѣмъ святилище, высѣченное въ каменистомъ склонѣ холмовъ, окружа-
ющихъ Богазкои, па стѣнахъ котораго начертаны длинныя разсужденія объ изваянныхъ на
нихъ лицахъ; наконецъ, храмъ, недавно открытый нѣмецкими изслѣдователями, полагающими,
что ему болѣе 4000 лѣтъ. Сравнительно болѣе искусная постройка я отдѣлка каппадокій-
скихъ зданій заставляетъ предполагать, что эти хпттнтскія сооруженія относятся къ болѣе
поздней эпохѣ, нежели скульптурныя произведенія, оставшіяся отъ того же народа въ Сиріи.
327
Хитіпты утвердили свое владычество въ Сиріи, около той эпохи, когда евреи про-
пнк.т вь страну Ханаанскую. Пода давленіемъ историческихъ событій, столица, являв-
шаяся, быть можетъ, пдинвремеино и метрополіей для союзныхъ племенъ  покоренныхъ
народовъ, перемѣщалась между Евфратомъ л Средиземнымъ моремъ. Одна изъ нить, водъ
именемъ Каркемиша, стояла па
правомъ берегу великой рѣки,
въ одномъ изъ пунктовъ, который
ближе всего находился къ морю;
но уже двадцать шесть столѣтій
прошло съ тѣхъ поръ, какъ
древняя крѣпость «Кемпшъ»
срыта до осиовамія, обломки ея
исчезли вь пескахъ, и все пусто-
порожнее мѣсто могло бы быть
куплено въ настоящее время
за стой мостъ одной коровы. Глав-
ное мѣсто прохода подвинулось
на нѣсколько километровъ впе-
редъ, къ сѣверу. Другіе, имѣ-
ющіе важное значеніе прода,
основались на юго западѣ, близъ
моря, въ очаровательной доли-
нѣ 0[юпта, которая беретъ свое
начало въ глубинѣ Сиріи, между
двумя параллельными хребтами
Лвьавскимь и Анти-Ливанскимъ.
Таковъ Хама (НапіаіЬ), гдѣ въ
1812 г. Бурхардть открылъ на
базальтовыхъ глыбахъ драгоцѣн-
ныя надписи (названныя вна-
чалѣ хаматебскимн), а вь на-
стоящее время причисленные къ
памятникамъ хнттитскнмъ Та-
новъ Кадешъ, развалины котораго
Камень съ хнггптскою подписью Гвыпувдая
сторона).
разыскиваютъ въ сосѣдствѣ большого просптмьпаго резервуара, превратившагося въ живо-
аисвое озеро; тамъ, именно, по сказанію нѣкоторыхъ авторовъ, тридцать два съ половиной
столѣтія тому назадъ, происходила кровопролитная битва между египетенвмп арміями п
полчищами хнттитовъ, представленная па Рамезеумѣ вь Ѳивахъ н разсказанная книж-
никомъ Папгауромъ.
Выдержавши напоръ египтянъ, хмтгпш, ужи потерявшіе свое первенствующее поло-
женіе въ Сиріи, должны были подвергаться наоѣгамъ своихъ свирѣпыхъ сосѣдей, асси-
рійцевъ, я послѣ многовѣковаго сопротивленія они были икончательво сломлены. Взятіе
32Я
Каркемиша положило копецъ ихъ національному существованію. По своему положенію
інп били вынуждены прервать всякую торговлю съ егмитамв Месопотаміи, равно и
обитавшими на сирійскомъ берегу: пути сообщенія были возможны только по трудно
проходимымъ дорогамъ пустыни, пролегавшимъ болѣе къ югу, черезъ Пальмиру и Да-
маскъ. Честолюбіе ассирійскихъ властителей должно было удовлетвориться завладѣніемъ
историческимъ путемъ съ верхняго Евфрата. За двадцать вѣковъ до нага хиггиіы были
окончательно отброшены п порабощены. Ихъ могущество было навсегда уничтожено, и
остатки пакіп частью были покорены, частью разі Ьявы по отдаленнымъ мѣстностямъ.
Еще ранѣе хеттеяпс искали убѣжище на югѣ страны аморреевъ и поселились въ
окрестностяхъ Хеврона. Позднѣе, оіш вступили въ сношенія съ Израилемъ и, несо-
мнѣнно, сильно измѣнившіеся, подъ вліяніемъ пребыванія въ Іудеѣ и вслѣдствіе поміен
съ туземными племенами, онн все болѣе п болѣе семитизировались и, вмѣстѣ съ евреями,
принимали участіе въ построеніи Іерусалима.
Хпттитекія надписи еще не раскрыли тайну происхожденія рапа. Попытки разо-
брать надписи еще не привели ни къ какому результату: но, по крайней мѣрѣ, извѣстно,
что въ этомъ приввллегироганномъ мѣстѣ, гдѣ развѣтвляется великій азіатскій путь
между востокомъ и западомъ, могла возникнуть великая имперія, такъ сказать, на пе-
рекресткѣ народовъ, и быстро распространить свое вліяти съ одной стороны па земли,
прилегающія къ Евфрату, а съ другой—на берега Сиріи и внутреннія, параллельныя
имъ долины, равно какъ и па страны Малой Азіи. Съ точки зрѣнія стратегической,
положеніе имперіи было очень прочное; слѣдовательно, она могла выдерживать упорную
борьбу съ сильными врагами. Отсюда начало тѣхъ безп-щадныхъ войнъ, которыя такъ
долго разоряли край. Цѣлые вѣка пришлось Сиріи ожидать, пока возмужаетъ новое
поколѣніе людей, заранѣе обреченныхъ па умерщвленіе.
Къ югу отъ странъ, вошедшихъ въ составь государства хетійцевъ и позднѣе ви-
дѣвшихъ процвѣтаніе Антіохіи, столицы имперіи Селивквдовъ, послѣдовательно возни-
кали вдоль краевыхъ горъ жизненные пункты, гдѣ историческія движенія должны были
совершаться съ особенной силою. Эти жизненные пункты помѣщались возлѣ ущелій, время
отъ времени прерывающихъ горныя цѣпи побережья и служившихъ проходами для людей,
товаровъ, словомъ для всей волны цивилизаціи между Евфратомъ и Средиземнымъ моремъ.
Наиболѣе посѣщаемыми изъ этихъ горныхъ ущеіій, благодаря ихъ доступности и при-
родному плодородію долинъ я окружающихъ горныхъ террасъ, были во всѣ времена тѣ,
что примыкаютъ къ Дамасскому оазису со Стороны Тора и Силона, Дамаскъ, извѣстный
среди обитателей Востока подъ названіемъ Эшь Шама или «Сиріи», т>чво въ н₽мз>
воплотились всѣ блага страны, представляетъ собою необходимый пунктъ, мѣстон'-лпжовіо
коего какъ бы указано самой природою. Онъ ие былъ, подобно Каркемвшу и столь
многимъ другимъ древнимъ городамъ, городомъ безъ опредѣленнаго мѣстоположенія, пре-
имущества котораго, съ географической точки зрѣнія, лишь слабо измѣнились бы отъ
значительнаго перемѣщенія. Если бы мѣсто переправы черезъ Евфратъ было перенесено
на разстояніе одного дня пути къ сѣверу иди къ югу, великія историческія движенія
между востокомъ и западомъ отъ этого нисколько не измѣнились бы: все дѣло заклю-
чалось оы только въ отысканіи удобной переправы черезъ рѣку. Напротивъ, Дамаскъ,
329
безъ сомнѣнія, еще въ доисторическія времена занимать эту равнину, гдѣ развѣтвлялись
его каналы, цвѣли его сады и возвышались сго башни. II пе безъ основанія туземцы
говорятъ < своемъ городѣ, что онъ «самый древній во всѣмъ свѣтѣ» и единственный
которому Аллахъ разрѣшилъ сохранить свою часть райскихъ садовъ: жителя прибавляютъ
что именно здѣсь находилась та < дѣвственная» страна, гдѣ появился первый человѣкъ.
Какъ бы то ни было, городъ былъ извѣстенъ 38 вѣковъ тому назадъ, ибо его названіе
было уже вырѣзано въ згу вш-ху па пил нѣ Карнака.
Эти преимущества мѣстоположенія Дамаска, укрѣпившія за нимъ первостепенное
значеніе, зависятъ отъ ущелья, отрывающагося непосредственно ва западъ, мі-жду гор-
ними цѣпями Хермона и Анти-Ливана: изъ втого ущелья вытекаетъ рѣка Барада (древній
Хризорроасъ или «Золотой йоговъ»), которая, развѣтвляясь на множество каналовъ,
дѣйствительно, льетъ богатства на поля, соприкасающіяся вдали съ пустынею. Именно
къ этому ирекрасному оазису сходятся всѣ дороги отъ средняго теченія Евфрата, опи-
сывающаго на сѣверо-востокѣ, на протяженіи 400 кидом., длианую, изогнутую дугу.
Что касается вообще преимуществъ географическаго положенія Дамаска, то они зависятъ
отъ естественной, образуемой рѣкой Барадою дор» ги въ Келе-Сирію или «Глубокую Сирію»,
которая представляетъ длинную долину между двумя хребтами Ливанскихъ горъ Благо-
даря этѵй долинѣ, съ двойными склонами, Дамаскъ могъ, по желанію, сообщаться съ
сѣверной Сиріей черезъ бассейнъ Ороига или съ южной Сиріей черезъ бассейнъ Леонга,
пе считая горныхъ ущелій, открывающихся прямо па западъ черезъ горную цѣпь соб-
ственно Ливана, съ котораго можно было спуститься къ древш-му Сидону или къ лю-
бому другому финикійскому городу побережья.
Благодаря этимъ естественнымъ путямъ сообщенія, Дамасскій оазисъ пріобрѣлъ
блестящее торговое и политическое значеніе, и изъ исторіи извѣстно, что этоть городъ,
сдѣлавшійся въ настоящее время столицей Сиріи, во всѣ эпохи занималъ важное поло-
женіе между городами Передней Азіи. Неоднократно онъ становился царской резиденціей
и воевалъ со своими сосѣдями, особенно сь племенами Израиля, но все-таки не м«гъ
равняться ио значенію Тару и Вавилону. Хотя Дамасскъ несмотря на меньшее про-
странство, не уступалъ послѣднему по плодородію своихъ полей, однако, его нельзя
сравнивать пи съ метрополіей Месопотаміи, ни съ большимъ торговымъ городомъ фини-
кійскаго берега, превосходившимъ Дамасскъ, благодаря своему центральному положенію,
какъ очагъ между народа й торговли.
Параллельно горнымъ цѣпямъ, идущимъ съ сѣвера на югъ, тянется сирійское по-
бережье со своими полукруглыми бухтами, образованными выступами боковыхъ горныхъ
отроговъ. Морской берегъ принимаетъ геометрически правильную форму только къ югу
отъ горы Кармель: именно, начиная отъ этого пункта, господствующаго далеко надъ
м ремъ, длинный берегъ, примыкающій своимъ юго-западиымь краемъ къ наносной
дельтѣ Пила, переходитъ въ совершенно круглую дугу, за исключеніемъ легкой выемки
около Яффы. Эготь берегъ, вычерченный волнами моря въ полукругъ, точи » циркулемъ,
и бывшій п >чти неприступнымъ для кораблей, пока его немногочисленныя гавани не
были искусственно приспособлены для своей цѣли, образуетъ юго-восточный угодъ Среди,
земнаго м»ря, соединяющій побережье Азіи съ африканскимъ материкомъ. Въ этомъ
ззл
мѣстѣ проявляется нѣчто въ родѣ дисгармоніи въ географическихъ очертаніяхъ страны;
въ то время, какъ въ сѣверной Сиріи горные хребты, прорѣзанные рѣками долины и
берегъ моря идутъ параллельно другъ другу, въ южішй Сиріи этотъ характеръ очертаній
измѣняется: съ одной стороны ложбина, въ которой течетъ Іорданъ. открывается прямо
па югъ, въ Мертвому морю и Акабахскому заливу, съ другой стороны, плоскій берегъ
Средиземнаго Моря закругляется къ юго-западу и затѣмъ поворачиваетъ прямо
па западъ.
Значеніе торговыхъ гаваней вдолі финикійскаго берега мѣшлось, въ зависимости
отъ перемѣщеній власти, совершавшихся внутри азіатскаго материка: одна волна коле-
баній шла но побережью съ сѣвера на югъ, параллельно ритму политическихъ и со-
ціальныхъ измѣненіе, совершавшихся между верховьемъ и низовьемъ Месопотаміи. Если
вѣрно,—а это кажется весьма правдоподобнымъ,—что финикійскіе купцы, перпѵначалыіо
жившіе на персидскомъ островѣ, древнемъ Тилосѣ, переселились вмѣстѣ съ цивилизаціей
па берега Средиземнаго моря, то эмигранты должны были двигаться по историческому
пути, по Евфрату в затѣмъ пройти къ сирійскому побережью, черезъ страну хитійц«ьъ.
вблизи того мѣста, гдѣ находится островъ Арадъ; запятіе берега, вѣроятіе-, совершалось
постепенно, путемъ завоеванія, вытѣсненія туземцевъ или медленной ассимиляціи.
Этническіе элементы, пришедшіе съ Ливана, тоже содѣйствовали усиленію финикійскаго
могущества, какъ это доказываетъ происхожденіе Библоса, болѣе извѣстнаго подъ сво-
имъ ассирійскимъ названіемъ «города горцевъ». Возможно, что тѣ «критяне» иди
филистимляне, которы* во время водворенія евреевъ въ странѣ Ханаанской группиро-
вались на берегу моря, къ шпаду отъ Іерусалима, были первымъ народомъ, занявшимъ
сирійскій берегъ; есть еще другое предположеніе, что они вышли въ сравнительно позднюю
нп ху изъ Египта.
На финикійскомъ побережья было много пунктовъ, гдѣ моряки и торговые люди
находили одинаковыя удобства, какъ для мѣстной торговли, такъ и для отдаленныхъ
торговыхъ сношеній. Мѣстами узкая полоса воздѣлываемыхъ земель расширяется при
сліяніи плодородныхъ долинъ, надъ коими поднимаются лѣештыя горныя террасы; у
п- дошвы горъ бьютъ ключи, ручьи развѣтвляются на каналы, гакъ какъ прибрежные
жители пользуются ими для орошенія своихъ садовъ; полукруглыя бухты представляютъ
удобныя мѣста для стоянки мелкихъ судовъ, а въ нѣкоторыхъ пунктахъ развалины
древняго разрушеннаго побережья образуютъ естественную защиту оіь морскихъ волнъ
изъ острововъ рифовъ, заіцншающпхъ большіе корабли г-гь морскихъ вѣтровъ.
Между этими пунктами берега, тождественными по своимъ физическимъ условіямъ,
замѣчается извѣстный опредѣленный размѣръ въ разстояніи: быть можетъ, правильное
разстояніе между взбранными' па побережья гаванями отмѣрялось колонистами шагами
на сушѣ, или взмахами веселъ на водѣ; ибо ови иногда могли колебаться, не яная,
которую изъ одинаково удоовыхъ бухтъ выбрать. Въ среднемъ, эти гавани отстоять
другъ отъ друга на разстояніи одного дня нуги пѣшкомъ нл? вь лодкѣ на веслахъ:
пѣшеходъ илн натросъ, покончивъ со своими дневными хлопотами, могли расположиться
на отдыхъ въ гавани, подлѣ своихъ лодѵкъ. втащенныхъ на плоскій песчаный берегъ
при помощи валиковъ.
331
Въ ту эпоху, когда па ограниченной территоріи острова Арада или «Убѣжища»
стоялъ благоденгтвѵющій финикійскій городъ, вся окружность котораго но превышала
1300 метр., племя хитгитовъ, жившихъ внутри страны, вывозило туда свои произве-
денія, а тамъ, въ свою очередь, получало товары съ острова Кипра, пзъ Египта и
Пути отъ Евфрата къ Средиземному морю
2000 000
і:
50
100
154 Килом.
о
Малой Азіи. Кромѣ природной защиты лоромъ и грядой рифовъ- городт былъ защищенъ
еще нѣсколькими эскадрами судовъ, сквозь котор я но могли пробиться мвогочислев-
ныя полчища завоевателей, приходившихъ пзъ глубины материка; источники прѣсной
воды, пробивавшіеся въ самой гавани изъ морского дна, среди соленыхъ волнъ, давали
морякамъ возможность во все время осады обходиться запасомъ прѣсной волы побережья,
Но торговыя предмѣстья н складочныя мѣста для товаровъ, мызы, дача должны были,
вслѣдствіе недостатка мѣста, расположиться па противоположномъ берегу пролива, па
332
материкѣ, давъ, такамъ образомъ, начало сыповнимь городамъ, въ періоды богатства и
населенности превосходившимъ по своему назначенію маленькую скалу материнскаго
города и, естественно, стремившимся къ независимости, но зато, въ смутныя эпохи
подвергавшимся всѣмъ случайностямъ войны, осадъ а непріятельскихъ нападеній. Эта
часть берега какъ разъ принадлежитъ къ тѣмъ его мѣстамъ, которыя наиболѣе были
открыти непріятельскимъ набѣгамъ, ибо здѣсь горы па востокѣ прерываются очень
широкимъ ущельемъ, гдѣ вдутъ Дороги, направляющіяся къ средней долинѣ (Дронта, въ
которой послѣдовательно возникали центры власти. Именно здѣсь, 35о0 лѣтъ тому
назадъ, хитгнтамъ принадлежалъ городъ Хаматъ, а здѣсь-жа они сходились лицомъ къ
лицу съ египетскими арміями ьъ до"злахъ Кадета. Приморская гавань, расположенная
напротивъ этихъ городовъ, должна была отражать эти нападенія, и часто непріятели
разрушали его зданія. Сохранились, одвако, очевь цѣнныя развалины, особенно одного
храма, гдѣ вь бассейнѣ, высѣченномъ въ скалѣ, помѣщалось священное судно, нѣчто
въ родѣ священнаго «ковчега», символа богатства финикіянъ.
Южнѣе, на узкомъ выступѣ берега, продолженномъ кь сѣверъ западу моломъ изъ
острововъ и рифовъ в превосходившемъ Арадъ, по удобству сообщенія, съ богатыми
деревнями Оронта и средиземнаго побережья, возникъ на его зеленѣющей террасѣ тор-
говый городъ съ факторіей, о которомъ исторія говоритъ, что онъ обладалъ въ высокой
степени политическимъ благоразуміемъ, отличавшимъ всѣ вообще финикійскія общины.
Торговые города Арадъ, Тиръ и Сидопъ заключили между собою союзъ, съ цѣлью осно-
вать факторію и сообща ею управлять, которая получала, въ виду своею пронсхождсшя,
названіе «Тройного Города» (Триполи Грековъ). Рѣдко, въ исторіи, могущественный
соперники являла подобный примѣръ мудрости, въ поддерживаніи равновѣсія обоюдныхъ
интересовъ. Кромѣ того, мѣстоположеніе этой тройной факторіи было такъ удачно вы-
Орано, что городъ, часто разрушаемый непріятелемъ, всегда снова возникалъ изъ своихъ
развалинъ. Триполи состоялъ изъ трехъ окружностей, обнесенныхъ каменными стѣнами,
гдѣ жили отдѣльно другъ отъ друга выходцы изъ Сидона, Тира и Арада: точно такъ
ке, къ средніе вѣка, старый и новый Данцигъ н три города Кенигсберга были неза-
висимы другъ отъ друга в защищены общими каменными стѣнами; часто они даже
вступали въ междоусобныя войны.
Батрупъ (Вотрись) и Джебаиль (Библось), па мѣстѣ которыхъ на югѣ возникъ по-
томъ Тарабулосъ (древній Триполи), относятся къ болѣе древпей эпохѣ; именно къ
сеймъ небольшимъ гаванямъ сирійскаго побережья спустились горцы Ливана, чтооы
основать здѣсь свои первыя колоніи для морской торговли. Древнее ассирійское названіе
Бкблоса было Губаль и имѣетъ то же значеніе, что и новЬйшеѳ арабское слово Джѳ-
баиль, озвачающее «городъ горцовъ». Названіе такъ же, какъ и самъ городъ,
сохранилось на протяженіи вѣковъ. Первостепенное религіиэное значеніе Бнблоса, среди
священныхъ городовъ Финикіи, служить доказательствомъ его древности: въ традиціон-
нымъ обрядамъ, освященнымъ давностью своего существованія, постепенно присоединяется
религіозное почвтаяів. Вь Библосѣ царствовала Ваалата (Оаалать), женское божество
богиня, отъ которой рчдился богъ Таммуръ (Адонисъ грековъ), ежегодно умирающій и
снова возрождающійся, символъ природы, которая тоже "ісгоянио умираетъ я постоянно
333
обновляется. Памятники Бпблоса били сравнены съ землею христіанскими священниками,
отъ древняго города сохранились лишь высѣченные въ скалѣ некрополи (усыпальницы)
і: 2 л о о с с о
1,і.,	,	...	— ч______ |
о	50	.оо	іаоКилом.
и источникъ, называемый въ настоящее время Наръ Ибрагимъ, напоминающій о древ-
нихъ религіяхъ. Развѣ его красноватая вода, бороздящая оврагами глинистую землю
своихъ береговъ, ио напоминаетъ кровь Аюниса, льющуюся изь его глубокихъ ранъ?
Нигдѣ пейзажъ не имѣетъ болѣе грандіознаго а въ то же время болѣе нѣжнаго вида.
331
Ва склонахъ «Бѣлой Горы», т. е. Ливана, поднимающагося на востокѣ, кое гдѣ сквозь
сосновый лѣса просвѣчиваютъ ого известковыя горныя породы нѣжно-сѣраго цвѣта,
кажущіяся издали сотканными изъ паровъ. На широкихъ нижнихъ террасахъ виднѣются
прелестныя деревни, тонущія въ зелени, и дчпосится шумъ водъ въ скрытыхъ отъ
Южная Сирія.
I;	1 о о о о о О
,	5м	100	150
взора долинахъ, лежащихъ между горными хребтами. Морской берегъ, усѣянный рако-
винаии, содрогается отъ ударовъ волнъ, надъ которыми часто виситъ густой, серебри
стай тумань. Эю дѣйствительно, счастливы/ берега, породившій культъ сладострастія.
Беиртъ, нѣкогда Берутъ или городъ «Фонтановъ» (Беригь грековъ), возникъ, ио
повѣствованію легенды, въ одинъ день съ Бнбдосомъ: какъ мѣсто для развитія куль-
335
тури и торговли, онъ былъ такъ же удобенъ, какъ и Губалъ. для людей, спускавшихся
съ горъ, а его длинный полуостровъ, далеко вдававшіистя въ море, представляетъ для
кораблей еще болѣе падежное убѣжище. Въ маленькой гавани Библоса могли помѣститься
лишь мелкія суда, между тѣмъ какъ около ключей Бсрута, у подножія его краснова-
тыхъ песчаныхъ дюнъ, на которыхъ шумѣли большія сосны, могли укрыться отъ южныхъ
и юго-западныхъ вѣтровъ всѣ корабли морей Финикіи и Греціи. Этотъ городъ принад-
лежалъ къ числу тѣхъ городовъ, которымъ суждено существовать и снова возрождаться
несмотря пи па что: завоеватели проходятъ—и городъ посхЬ нихъ снова какъ бы воз-
 таетъ изъ пепла.
Еще болѣе важное значеніе
ствѳнный Сидонъ, «Великій» го-
родъ, «Матъ Тира и Арада»,
какъ говорится въ одномъ опи-
саніи. Бывшій вначалѣ просто
мѣстомъ для рыбной ловли, онъ
пріобрѣлъ среди другихъ міровыхъ
городовъ столь важное значе-
ніе, благодаря тому, что обла-
далъ всѣми качествами хорошей
гавапн, какъ бы нарочно создан-
ной для своей роли самой при-
родою. Передъ юродомъ п его
безчисленными садами тянется
цѣпь скалъ, въ видѣ длиннаго
укрѣпленнаго вала, съ ущельями,
чрезъ которыя протекали тихія
воды бассейновъ, и съ сѣверной,
и съ южной стороны Сидона,
сливавшіяся въ узкомъ каналѣ
Южный поріъ, плотно окружен-
ный цѣпью скалъ, имѣетъ видъ
гавани, созданной человѣческими
имѣлъ, хотя п упавшій въ настоящее время, могуще-
Блюдо тлр конде носъ.
(Единствѳпиый доселѣ навѣстлый документъ, хетейскій
и ассирійскій).
руками, и продолжается кь сѣверу наподобіе рейда, защищеннаго отъ морского прибои
громаднымъ утесомъ. Но эти порты и внѣшнія гавани, съ древнихъ временъ такъ
хорошо размѣщенные, уже утратили надлежащую глубину, вслѣдствіе чего и торговое
господство надъ Средиземнымъ моремъ перемѣстилось- за періодомъ сидоисквмъ насту-
пилъ періодъ тирскій. Сидонъ, лишенный прямого торговаго сношеніе, былъ вынужденъ
обратить свою дѣятельность на эксплоатацію приморскихъ конторъ п внутреннихъ рын-
ковъ: въ эту пору Сндопъ захватилъ нѣсколько промитлонныхъ городовъ и такимъ
образомъ вмѣсто вкспедицп ннаго центра сдѣіался центромъ торговымъ; цѣлыя юры
цвЬтвыхь раковинъ, высотой въ нѣсколько метровъ, усѣивали песчаныя берега Бидона,
напоминая старинныя краски пурпура, а къ югу высился прибрежный городъ Сарепта,
ззв
иля Сарфендъ. то-есть «плавильня», напоминавшая о выдѣлкѣ замѣчательный, стеклян-
ныхъ издѣлій, которыя, наравнѣ съ роскошными шелковый? тканями, составляли славу
древней Финикіи.
Другой городъ «дочь», ставшій столь могущі-ствевпымъ и япаиі’натымъ, какъ
никогда не былъ Сидонъ, Тиръ, или Цуръ т. е. «Скала», былъ названъ такъ, благодаря
своимъ песчанымъ отмелямъ подобнымъ Арадскимъ, которыя вначалѣ служили защитой
отъ вѣтровъ судамъ континентальнаго города, называемаго греками Палео Тиръ пли
«Старый Тиръ»; его впослѣдствіи обратили въ торговый городъ въ безопасномъ отъ
прохода завоевателей мѣстѣ. Сплошныя стѣны соединили всѣ отмели въ «динъ длинный
молъ въ три километра длиной и, въ силу чрезмѣрной осторожности, жители окружили
свой городъ высокимъ валомъ, имѣвшимъ около четырехъ килчметрівъ въ окружности.
Т-гда городъ могъ вмѣстить въ своихъ высокихъ домахъ до тридцати тысячъ человѣкъ.
Кромѣ того, были открыты слѣды водопровода, часть коего проникала чрезъ подводную
галлерею къ островному городу. Гордые тирійцы, господствовавшіе впрэдолженіе трехъ
тысячъ лѣтъ на берегахъ Средиземнаго моря, считали себя непобѣдимыми и дѣйстви-
тельно они могли смѣяться нагъ арміяма Салманасара. Харуквна и Навуходоносора,
располагавшимися наподобіе саранчи на против юложномъ берегу. Но часъ падешя
Тира уже пробилъ, когда Александръ іостроивъ плотину въ одинъ километръ, соеди-
нившею берегъ съ цѣпью укрѣпленныхъ скалъ, ворвался съ полчищами македонскихъ
войскъ въ городъ і сразу сдвинулъ центръ всемірной торговли.
Гавани, не выѣвшія большого значевія, находившіяся долгое время въ непосред-
ственной зависимости оть «знаменитаго Тира», слѣдуютъ одна за другой къ киу, вдоль
берега: Авка, прославившаяся своимъ топкимъ бѣлымъ пескомъ, усѣяннымъ нупнуровыми
раковинами, который употреблялся, какъ наилучшій для выдѣлки стеклянныхъ издѣлій,
и Яипа, новѣйшая Яффа, выстроившая въ море насыпь изъ известковаго камня, за ко-
торой скрывались суда филистимлянъ. Эти порты и еще нѣсколько дополняли рядъ
торговыхъ городовъ, унизывая наподобіе жемчужинъ зеленѣющее п ібережьс, соединяющее
Малую Азію съ Египтомъ и скрѣпляющее, хотя в>- прямо, два главныхъ историческихъ
пути, начертанные эмиграціей и военными экспедиціями между центральной Азіей и двумя
ковтннентами Европы н Африки Несомнѣнно, жизнь кипѣла во-всю вокругъ этой все-
мірной оси торговли и цивилизаціи, гдѣ на извѣстномъ разстояніи сіѣдоватн центры
дѣятельности, аналогичные съ блестящими искорками электрической машины. Но не-
значительная ширина прибрежной полосы по допускала прибрежные города соодпппться
вь одинъ организмъ широкихъ размѣровъ. Финикія обладала силой сопроіивлепія, исклю-
чительно. только для зашиты своихъ островныхъ владѣній и, въ тоже время, при первомъ
нападеніи непріятеля должна была лишиться свѵихъ владѣній на сушѣ. Никогда она не
была державою, въ настоящемъ смыслѣ слова, наподобіе большихъ континентальныхъ
государствъ; во, вмѣстѣ съ тѣмъ, она для всѣхь была необходима, благодаря своему
торговому значенію, которое она поддерживала вь теченіе многихъ вѣковъ, переходя изь
положенія господствующаго въ положеніе покровительствуемое, но постоянно раоотая
какъ оощій органъ для всѣхъ внутреннихъ государствъ, которые образовали нѣчто вродѣ
товарищества для торговыхъ сношеній съ финикійскими рынками
Надпись Навуходоносора па боры ахъ р. Пар-ь-эльКодьбъ (древняго Ддкуса).
элизв рвклю. вип. ш.	22
338
Подобно сопременпоЯ Англіи. Тиръ и Сидонъ имѣли внѣ своихъ природныхъ вла-
дѣній державу несравненно болѣо обширную, нежели ихъ собственная территорія. На-
чиная съ первобытнаго, основного своего ядра, онн-достигли поразительнаго развѣтвленія
своихъ щупальцевъ. Финикіяне іытались пріобрѣсти пункты Средиземнаго побережья,
которые могли бы имъ быть полезны, какъ торговыя пристани н складочныя мѣста,
пли какъ стратегическіе пункты для господства надъ берегами и для надзора за про-
ходами. Они владѣли Босфоромъ, гдѣ основали крѣпость Кальту, Карту идп Кареамвъ,
Калкедовъ у грековъ, новѣйшая Халкедонія Въ центрѣ Средиземнаго моря енн захватили
островъ Мальту, порть которой легко было укрѣпить и такимъ (Ораломъ достигнуть
господства надъ западными берегами Средиземнаго моря. Они заняли также уединенный
полуостровъ, гдѣ стоялъ городъ Карвагенъ, «дочьэ Тира, прославившійся своимъ могу-
ществомъ болѣе своей матери, такъ какъ обладалъ лучшимъ стратегическимъ положеніемъ
для завоеваній и побѣдъ, въ центрѣ приморской страны, среди народностей, низшихъ
но своей индивидуальности по своей си.гѣ и вооруженію.
Еще дальше къ западу тирійцы поселились въ тѣхъ пунктахъ Средиземнаго по-
бережья, которые представляютъ наиболѣе благопріятныя условія для торговли, тѣмъ
отличался особенно Марсъ-эль, или Марсель, * Божья гавань», достигшій съ того вромепи
такого крупнаго значенія, благодаря своей природной, чудесно защищенной гавани и
долинѣ Ропы, такъ какъ онъ расположенъ мри ея удобномъ ідя торговли устьѣ. Дальше,
за Мслькаріовыми столбами, позднѣе приписанными Геркулесу, основывались «малыя
Финикіи», т. е. колоніи, вь тѣхъ мѣстахъ, гдѣ плывшіе мимо корабли запасались про-
віантомъ передъ тѣмъ, какъ отправиться по обширному океану на сѣверъ въ островамъ,
ідѣ добывали олово, или на югь, къ архипелагу Счастливыхъ острововъ. Эти океани-
ческія факторіи оыли не менѣе удачно выбраны, нежели факторіи на берегахъ Средизем-
наго моря: одна изъ пихъ называлась 1 эдесъ (современный Кадиксъ), распускавшійся
среди моря, точно цвѣтокъ на концѣ своего тоненькаго стебелька. Развѣ всѣ эти фи-
никійскія колоніи не прнДітав.іяли еооою этапныхъ пунктовъ символическаго бога, Мель-
карта сирійскаго, котораго легенда изображаетъ намъ побѣдоносно шествующимъ по
всѣмъ странамъ Запада?
Фипикіяне завели гавани на берегахъ Краснаго моря, чтобы проникнутъ въ Ин-
дійскій океанъ в посѣтить берега Африки, Азіи и даже Островной Индіи (Зондскій
архипелагъ), какъ объ этомъ свидѣтельствуютъ финикійскіе надписи, найденныя въ
Рояпгѣ па остовѣ Борнео, н начертанныя двадцать два пли двадцать три столѣтія тому
назадъ. Чаще всего посѣщали они Офиръ, который могъ находиться или въ землѣ Софала,
изобилующей золотой рудою н древними горнопромышленными сооруженіями, или около
города Абхирры, расположеннаго на одномъ изъ рукавовъ Пида, гдѣ туземцами складывались
для нихъ драгоцѣнныя произведенія гаагскаго полуострова. Сверхъ того, названіе Офира,
сдѣлавшееся у в гь синонимомъ всѣхъ странъ, богатыхъ золотомъ в драгоцѣнными
камнями, подобно тому какъ въ паши дпи такое же значеніе можно было оы дать
слову «Калифорнія».—могло примѣняться ими къ различнымъ странамъ, какъ я слово
«Индія».
Чтобы добыть олово, которое у нихъ покупалось сперва египтянами, потомъ
339
эллинами Малой и Великой Греція, финикіяне отважились даже проникнуть за Герку-
лесовы столпы и направиться въ «мрачное море». Наконецъ, развѣ они не совершили,
по порученію египетскаго фараона, Нехао II, путешествія вокругъ всего африканскаго
материка, выйдя изъ Краспаго моря и кончивъ Средиземнымъ, опередивъ такимъ образомъ
ва .двадцать вѣковъ Діаца в Васко Де-Гаму? Въ повѣствованіи мореплавателей говорится,
Триполи и окрестности его.
I : 25Д оОй
5	и	івКилом.
«что когда ліи огибали Ливію, солнце было у видъ съ правой стороны»; зтп слова
возбуждаютъ въ Геродоіѣ сомнѣніе въ подлинности путешествія, и именно ни этомъ
основываютъ теперь географы свое заключеніе о подлинности событія. Островная форма
Африки была хорошо извѣстна въ ту эпоху: въ наказаніе за какое-то преступленіе
Сатаснъ былъ приговоренъ Іісерксомъ кь совершенію длиннаго путешествія вокругъ
Африки. Онъ обогнулъ уже западный мысъ, называвшійся Солоисъ, но, испуга ;шнсь
дальности разстоянія, вернулся назадъ.
340
Всѣ отдаленные рынки, основанные финикіянами, могли быть связаны со своей
материнской страною лишь нравственными узами родства в симпатіи, общностью языка
и религіозныхъ преданій п обычаевъ, которымъ, кромѣ того, суждено было іскорѣ измѣ-
ниться подъ давленіемъ различныхъ окружающихъ условій. Отдаленность колоніи должна
была порывать политическую связь съ метропиліей; Тиръ и Сидовъ никогда не имѣлп
нъ своемъ распоряженіи колоніальныхъ войскъ, что, впрочемъ, противорѣчило бы здравому
смыслу этихъ искусныхъ купцовъ, старавшихся всегда обезпечить себѣ свободу иниціативы.
Политическое могущество финикійскихъ городовъ могло проявляться въ извѣстныхъ при-
дѣлахъ лишь на берегахъ восточной части Средиз<’.мп.іго моря, но всегда въ формѣ,
совершенно отличной отъ грубаго и простого вавоеиапія: эта была необходимая д.іл
накопленія богатствъ мѣпо-ідя торговля и искусство въ обращеніи съ производителями,
Извѣстно, что въ большинствѣ странъ, расположенныхъ ва берегу Средиземнаго
моря, наиболѣе древнія гавани и стоянки, т. е. гавани, посѣщавшіяся финикіянами и
Іонійцами Малой Азіи, были обыкновенна расположены на восточныхъ берегахъ, между
тѣмъ какъ бухты и доступные береговые пункты, позднѣе занятые эллинами, находятся
на побережьяхъ запада: тѣ же самые жители острововъ, которые нѣкогда смотрѣли ва
восходящее солнце, повернулись впослѣдствіи къ заходящему солнцу, по мѣрѣ
того, какъ перемѣщалась цииилпзація, слѣдуя по пути водимаго движенія полипа во-
кругъ земли.
Стѣсненный иа своей узкой полосѣ земли, финикіяне въ большомъ числѣ покидали
< вою ітрану, забирая съ собою товары. Ежегодная титрація уносила по только отважпых ь
купцовъ и пиратовъ, во увлекала также иногда цѣлыя семьи и группы семействъ, по-
селявшихся вдалекѣ отъ родины, на какомъ-нибудь удобномъ мѣстѣ, гдѣ они надѣялись
найти свободную жизнь или хорошій пріемъ. Если титрантамъ удавалось устроиться,
повесть не замедлпвала вскорѣ распространиться въ родной странѣ, благодаря торговцамъ,
переплывавшимъ Средиземное море отъ одиого берега до другого, н новая колонія по-
полнялась многочисленными пришельцами. Такимъ образомъ въ торговыхъ гаваняхъ
возникали какъ бы настоящія новыя Финиши, гдѣ говорили на сидопскомъ языкѣ,
соблюдали финикійскіе обычаи и нравы, поклонялись фвникіискямъ богамъ. Кипръ и
Киликія, гдѣ пуническая цивилизація оказала столь сильное вліяніе, припали въ свои
пѣдра финикійскія общины, которыя, безъ сомнѣнія, добились автономіи. Солпмы или
сомиты Памфилійскаго берега, понемногу смѣшавшіеся съ пизпдійцами и другими оби-
тателями страны, были настоящими финикіянами, сохранявшими свои заморскіе преданія
и языкъ. Далѣе, къ западу ликійпы, повпдимому, относились къ мореплавателямъ враж-
дебно: начиная оть Священнаго мыса, замыкающаго па запахѣ Адалійскій заливъ при
Книдѣ, на м^герикѣ была лишь одна значительная финикійская факторія Астира, на-
противъ Родоса—другой финикійской колоніи. Наоборотъ, Карій цы юго-западной части
Малой Азіи оыди очень тѣсно связаны съ финикіянами, съ которыми ихъ иногда смѣ-
шивали, и часто даже они сообща образовывали, благодаря своимъ набѣгамъ, нѣчто
ьъ родѣ морского государства съ измѣняющимися граница ми, въ которое входили берега
острововъ и сосѣднихъ полуострововъ. Карійскій воинъ (гоплитъ) состоялъ на жалованьи
у финикійскаго купца. Задолго до Грековъ эти купцы дерзнули проткнуть въ тайны
341
Ината Эвксвпекаго, болѣе того.—они проникли до «сердца Пелопонеса», до Аркадіи,
гдѣ получали лѣсъ а сколъ, наемниковъ и невольниковъ.
Отважные мореплаватели вступали также въ союзъ съ филистимлянами, хотя пасло
между пими возгоралась борьба; оба народа была названы Критянами (Кгеіі Ріазп)
по имени острова, служившаго сбор-
ньіиъ пунктомъ для ихъ военныхъ	Сидонъ, Сарепта, Тиръ,
экспедиціі и дѣлежа добычи. Рели-
гія лидійцевъ, которые по ятиоло-
гичеспой таблицѣ книги Бытія отно-
сятся къ семитической расѣ, до
такой степени сходна въ рвовхъ
общихъ основаніяхъ и въ подроб-
ностяхъ сь культомъ фиииыяаъ,
за исключеніемъ нѣкоторыхъ нап-
оолѣе у потребительныхъ собствен-
ныхъ именъ, что ихь можно счи-
тать тождественными, а многія на-
званія, папр. Астарты, доказываютъ,
что овп, безъ всякаго сомнѣнія, фи-
никійскаго происхожденія. Примѣсь
или слѣды финикійской религіи на-
олК'іаются, правда, во всѣхъ частяхъ
Малой А ііи, по нигдѣ это сходство
но является до такой степени рази-
тельнымъ, какъ въ городахъ запад-
наго побережья. Особенно вь Эфесѣ,
гдѣ точно возродилась сама Финикія.
Изъ этого историки могутъ заклю-
читъ, что мііоы и религіозные об-
ряды заносились не только мало-
по-малу сухимъ путемъ, но и прямо
по зыбкой дорогѣ волнъ.
Роль финикіянъ, какъ великихъ
негоціантовъ и распространите аей
товаровъ, по своему значенію да-
леко преносходида ту. что выпала	.
_	О Д 10	20 Кило*.
позднѣе на долю другихъ торго-
выхъ націй. Обыкновенно забываютъ, что морскіе законы, предписанія международнаго
права, которыми руководствовались иа Средиземномъ морѣ въ средніе вѣка, въ большей
своей части являются наслѣдіемъ послѣ финикіянъ. Этотъ маленькій народъ, привязанный
къ узкой подосѣ побережья, захватилъ кь свои руки плаваніе по Средиземному морю и
снабжалъ всѣхъ сьопхъ сосѣдей драгоцѣнными предметами, вывезенными изъ разныхъ
442
концовъ свѣта, частью по сухопутнымъ дорогамъ, по которымъ тянулись караваны,
частью морскими путями, на корабляхъ, они владѣли факторіями въ отдаленныхъ (тра-
пахъ, въ земляхъ своихъ могущественныхъ сосѣдей.—въ Дельтѣ, Танпсѣ, Бубастѣ»
даже въ Мемѳисѣ. въ Сиріи п Потаміп, въ Саисѣ, Гаматѣ. Тапсакѣ, Нпзибіи, которыя
величались тѣмъ, что нхъ основали сядопцы Финикіяне, предоставивъ другимъ народамъ
мечту о всемірномъ владычествѣ, легко уживались съ тяжелымъ подчиненіемъ, в- зато
сосредоточивали въ своихъ рукахъ торговлю своихъ угнетателей.
Предметы торговля, развозившіеся финикіянами въ эпоху охъ благоданст ія, имѣли
тѣмъ больше значенія въ міровомъ обмѣнѣ тѣхъ временъ, что были очень по многочи-
сленны, и что религіозные и гражданскіе ооряды исполняли» тогда торжественвч и ве-
личаво. Поэтому ладовъ Аравіи, янтарь Балтики, олово океаническихъ острововъ, но
причинѣ стдалошіости мѣста ихъ добыванія и таинственности происхожденія, пріобрѣли
въ глазахъ людей почти оожсственпый характеръ. Брішзодый вѣкъ въ Европѣ ознаме-
новался, вѣроятно, пе только вторженіемъ новой расы, истребившей первобытныхъ ди-
карей каменнаго вѣка, но кромѣ, того, сильнымъ вліяніемъ цивилизаціи Передней Азіи,
созданной вавилонянами, разнеси и пой Хиттами черезъ земли до береговъ Эгейскаго
моря и Микенъ, а Фиіиі іянами—вдоль береговъ всей западной Европы. Олово съ Кас-
ситеридскпхъ острововъ имѣло, конечно, большую цѣнность при обмънѣ и для міровой
цивилизаціи въ ту эпоху, когда его покупщиками и распространителями были фини-
кіяніе,—нежели двадцать столѣтій спустя, когда Англіи было уже совсѣмъ легко до-
бывать его.
Олово, употреблявшееся для изготовленія бромы, т. е. для производства краси-
ваго оружія, статуй, вазь, всего того, чш было въ античномъ мірѣ роскошнаго и рѣд-
каго, обладало топа пъ глазахъ торговцевъ такой цѣнностью, что названіе архипелага,
нн которомъ его добивали,—Касснторосъ по-гречески, Казазатирра по-асспрійски,
і аздиръ по-арабски, Кесдвръ внутри Африки, Кастира въ Индіи—распространи-
лось по всему пространству земли между Тихимъ и Атлантическипъ океанами, н для
полученія драгоцѣннаго металла торговые пути бороздили материки черезъ всю ихъ
ширину. Пока финикіяне но отыскали олова морскимъ путемъ, фракійцы получали его
прямо черезъ центръ Европы. Въ эпоху римлянъ дельта Ганга черезъ олово сдѣлалась
данницею острововъ у Британскаго берега. Одвако, къ эту эпоху торговля частью уже
перемѣстилась; карфагеняне, заступившіе мѣсто финикіянъ, открыли въ Испаніи оло-
вянную руду, достаточно обильную для удовлетворенія потребностей міровой про-
мышленности.
Пріобрѣтая славу первыхъ мореплавателей, финикіяне не менѣе искусны были и
г.ъ промышленности. Онп славились производствомъ тканей, обладали монополіей окраски
тканей въ пурпуровый цвѣтъ, были также лучшими и единственными производителями
стеклянныхъ издѣлій; ихъ металлическія и глиняныя издѣлія высоко цѣнились но всѣхъ
странахъ, куда заѣзжали ихъ корабли, Наконецъ, быть можетъ, имъ надо, же приписать
упрощеніе письма, изобрѣтеніе алфавита, гдѣ каждая буква имѣетъ шшь одно фонети-
ческое произношеніе
Сравнивая финикіянъ съ эллинами, въ связи сь общимъ ходомч, цивилизаціи, при-
34 3
тишь къ выводу. что первые обладали, конечно. болѣе широкимъ кругозоромъ, благо-
даря своему отважному дуіу и почти безпредѣльнымъ странствованіямъ по морямъ:
можпо, съ полнымъ правомъ сказать, что послѣ, пять, погь гегемоніей гвековъ, внѣшній
Могила Хврпѵа близъ Типа
міръ сузился. Элдипы изучали его съ большей любовью в проницательностью, но они
были сгруппированы на болѣе ограниченномъ пространствѣ. Цивилизація, освященная
фигпкіявамн, уже выюдлла изъ гранилъ Средиземнаго моря; по за двѣ тысячи лЬтъ
до завершенія прогресса, котораго опп оыли пиппіатирами, они намѣтили для будущаго
344
перемѣщеніе центра культуры и гегемоніи Стараго Свѣта на берега Антлантическаго
океана Точно танъ же, совершивъ путешествіе вокругъ Африки, онп сдѣлались пред-
вѣстниками обще-міровоп) лѣтосчисленія. Понятна ненависть, проявляемая греками къ
этимъ соперникамъ, ставшимъ пхъ учителями въ цивилизаціи Когда Финикія была па-
спльственпо присоединена къ великимъ имперіямъ континента, и ея гаванями завладѣли
персидскіе цари, борьба ея флота съ греческимъ, оспаривавшимъ у пея господство надъ
моремъ, приняла жестокій характеі<ъ. Потерявъ свою независимость, Финикія съ тѣмъ
большимъ упорствомъ отстаивала свои торговыя предпріятія и, порабощенная могуще-
ственнымъ повелителемъ, хотѣла пра его помощи, по крайней мѣрѣ, сокрушить своихъ
копкурронтовъ на Эгейскомъ морѣ. Изъ чувства мести финикійскіе моряки присоеди-
нились къ другимъ союзникамъ «Великаго Царя», чтооы перевозить его войска и по*
мигать ому въ сражешягь; но греки оі мстили имъ вдвойнѣ, сперва, когда слѣдуя за
Александромъ Великимъ, овладѣли Тиромъ, разграояли сго склады, пстреовли ф.юіъ, раз-
рушили мастерскія и арсеналы и перенесли вь Александрію, гавань новаго мірового
города, большую часть торговли съ Востока на Западъ; затѣмъ они отмстило еще
болѣе прочнымъ и рѣшительнымъ способомъ, передавъ исторію финикіянъ сь чувствомъ
ненависти, которую внушали имъ эти нхъ соперники. Финикію знаютъ только по иска-
женному изображенію греческихъ писателей, подобно тому, какъ па Кареагечъ привыкли
смотрѣть глазами сго побѣдителей римлянъ.
ГЛАВА V.
Араиія,—Независимость бедуиновъ.—Роль Гпміаріи.—Собеиамъ (поклоненіе небу
п свѣтиламъ).—Счастливая Арявія.—Оманъ.
Перехода оть вавилонскихъ раввинъ, сирійскихъ горъ и долинъ къ простран-
ствамъ Аравійскаго полуострова такъ мало замѣтенъ, что трудно было бы обозначить
между ними границу. Тѣмъ пе менѣе Аравія представляетъ въ своемъ цѣломъ совер-
шенно обособленную географическую единицу. На перешейкѣ,—шириной въ какую ни-
будь сотню километровъ, соединяющемъ этотъ полуостровъ съ материкомъ, есте-
ственная граница опредѣляется текущими водами: Аравія начинается тамъ, гдѣ ключи
испаряются, гдѣ изсякаютъ послѣдніе источники орошенія, гдѣ только очень рѣдко
встрѣчаются дикія води уади. Среди другихъ странъ земного шара Аравія представляетъ
собой единицу только въ географическомъ отношеніи: болѣе массивный по своимъ кон-
турамъ, чѣмъ Африка, обширный полуостровъ, представляющій по формѣ трапецію съ
едва закругіеппыми углами, естественно раздѣляется на различныя области, имѣющія
мало общаго между собой и не носящія характера историческаго цѣлаго. Ни въ какія
извѣстныя времена не существовало аравійскаго государства, которое обнвмало-бы все
пространство полуострова. Анатолійскій и Аравійскій полуострова имѣютъ много общаго
въ формѣ и въ исторіи. Политическое дробленіе происходитъ отъ разности климатиче-
скихъ и почвенныхъ условій. Недоступныя пустынныя пространства раздѣлаютъ полу-
островъ ва естественныя области, и населеніе каждой области имѣетъ свою особенную
судьбу. Даже тамъ, гдѣ существуютъ пути сообщенія на большихъ протяженіяхъ, мно-
гочисленность препятствій на этихъ путяхъ является причиной раздробленія расы. Тѣ же
условія, которыя препятствовали образованію одного государства въ естественныхъ гра-
346
ницахъ полуострова, во допустили и завоеванія этой обширной территоріи чужестран-
ными войевами. Нѣть нн одного историческаго документа, въ каюромъ говорилось оы
< какомъ пнбудь Ссзострпсѣ, Кирѣ или Александрѣ, покорившемъ аравійскія племена
отъ одного залива до другого
Понятно, что населеніе и вс могло размножиться въ странѣ, гдѣ почти нѣтъ
дождей, гдѣ на пространствѣ въ шесть разъ болѣе обширномъ, чѣмъ Франція, но про-
текаетъ быть можетъ пи одного постояннаго ручья, гдѣ горы, съ обнаженными скалами,
лишенныя совершенно растительности, возвышаются, какъ геологическіе скелеты, гдѣ
только одна вершина Джобель-Акдаръ заслужила названіе «зеленой горы», такъ какъ
подъ снѣгами, которые иногда па пей выпадають, появляется нѣсколько зеленыхъ пя-
тенъ, быстро высушиваемыхъ солнцемъ или вѣтромъ.
Въ Аравіи, пмеиію па юго-востокѣ, есть пространства, между странами Оманъ
и Дофаръ на восточной окраинѣ Гадрамаута, на которыхъ ни одинъ человѣкъ пе могъ
снискать сеоѣ пропитанія и которыхъ избѣгаютъ даже птицы. Такъ какъ естественная
растительность является первымъ условіемъ жизни высшихъ животныхъ ь человѣка,
то послѣдній совершенно изгнанъ изъ многихъ пустынь, сыпучіе пески когорыхъ явля-
ются неодолимымъ затрудненіемъ и препятствіемъ тому, чтооъ онъ могъ носить съ со-
бой необходимые нишевые запасы; опъ отваживается проходить черезъ иныя пустыни
какъ черезъ проходы, развѣ гляющіеся между обитаемыми пространствами, но не ста-
вать своего жилища въ этихъ «странахъ жажды». Онъ можетъ жить, п то, перенося
часто свою палатку отъ одной воды къ другой, только въ той части этой мѣстности,
гдѣ можно встрѣтить какой-нибудь источникъ, гдѣ въ углубленіяхъ почвы скапли-
вается достаточно дождевой воды, чтобы ода пе тотчасъ же высохла, гдѣ можно найти
драгоцѣнную влагу, копая дно уади, н гдѣ скотъ можетъ пастись на жидкой травьѣ
въ сырыхъ углубленіяхъ.
Въ такихъ мѣстностяхъ человѣкъ можетъ жить только немногочисленной семьей,
и образъ жизни ого зависитъ всецѣло отъ окружающихъ его условій. Эти условія такъ
властны въ подобныхъ мѣстностяхъ, что но нравамъ и обычаямъ современныхъ бедуи-
вивъ можно судить <> жизни амалекигянь и агарявь за три тысячи дѣть до насъ.
Непосредственныя наблюденія надъ современными кочевниками даютъ возможность опи-
сать тѣхъ, которые бродили вокругъ торговыхъ каравановъ между Вавилономъ и Паль-
мирой иди другимъ древне-сирійскимъ рынкомъ, къ которымъ вели пути пустынь. По
только съ тѣхъ норъ кочевники сдѣлали большое завоеваніе, овладѣвъ лошадью, и даже
одной изъ лучшихъ породъ, которой посвящаютъ самыя ревностныя заботы. Однаю;
пѣшій или конный «сынъ палатки» мало измѣнилъ образъ своей жизни, такъ какъ
окружающая пустыня сохранила свое величіе и свое безплодіе.
Во первыхъ, бедуинъ всегда долженъ былъ быть воздержанъ, долженъ вла-
дѣть искусствомъ переносить голодъ п жажду; природа воспитывала въ немъ крѣпость,
терпѣніе и воздержаніе. Кромѣ того, простая жизнь сохраняетъ его физическое здоровье
и держитъ въ устойчивомъ состояніи его кровь. Опъ пе знаетъ болѣзни, какъ не знаетъ
безпокойства и нерѣшительности. Имѣя передъ собой необозримыя открытыя простран-
ства, онъ охотно кочуетъ съ мѣста на мѣсто: в небо, п и«чва представляются ему
347
одппаковымп вбдяли Ефрата ллп у «Золотой рѣки» Дамаска. Племена дробятся по по-
воду малѣйшей раз- ости интересовъ, малѣпшаго столкновенія въ мнѣніяхъ; браіья
расходятся и живутъ ва разстояніи сотенъ вмлометровь одни отъ другихъ. Бедуинъ
Рельефъ Аравійскаго полуострова.
I 25 000 000
•	ьо:	юэо
іэдоКилсм
умѣетъ одерживаться сплои той воли, которой онъ постоянно долженъ подавлять свои
желанія. Но когда солнце разгорячатъ его кровь, опъ отдается весь своимъ страстямъ,
отдается имъ съ напряженіемъ всей жизни. Первобытная свобода кочевой жизни утвер
ждаоть наслѣдственную независимость; бедуинъ происходитъ отъ свободныхъ, какъ онъ,
предковъ, сго племя по зналс рабства, и безъ кичливости, просто, смотритъ онъ съ
благородной гордостью на чужестранца—сына побѣжденныхъ. Анархистъ въ силу окру-
348
жающпгь условій — онъ не знаетъ вождя, а знаетъ только посредника, потому что
шейхъ но является ничѣмъ инымъ. Бедуинъ подчиняется не законамъ, а свопігь поня-
тіямъ " справедливости Никто не можетъ ому что-либо пре казать, во онъ строго
Дранія.
соблюдаетъ условія и уважаетъ общественное мнѣніе. Опъ власть, что кровь требуетъ
крови, и если кто либо и»ъ его бллзьиіъ былъ и-,раженъ, жъ будетъ думать только
о местп.
Въ зависимости отъ распредѣленія почвы и дождей, свободныя кочевыя племена,
носящія имя «Бедавп» иля бедуиновъ, занимаютъ только внутреннюю полосу, къ сѣ-
веру и, югу отъ центральныхъ возвышенностей Аравіи. Эта средняя часть полуострова,
гдѣ расположились осѣдлыя племена, в гдѣ моглв образоваться государства съ опредѣ-
319
депвыми границами, конечно испытали историческія судьбы, выразившіяся въ болѣе
разнообразныхъ в значительныхъ событіяхъ, чѣмъ равнины; но етголоскп иіъ, теряв-
шіеся въ отдаленныхъ про-
сгравствагь мало долета-
ла до древнихъ народовъ:
древнія лѣтописи умалчи-
ваютъ о нихъ. Только двѣ
области Аравіи вошли,
біагодаря своему геогра-
фическому положенію, въ
кругъ извѣстныхъ странъ
двѣ береговыя полосы,
Персидскаго залива и
Краснаго моря, являющія-
ся какъ бы продолженіемъ
па югъ — одна бассейна
парныхъ рѣкъ Тигра и
Ефрата, другая Сирійска-
го берега и долины Орон-
та я Іордана. Восточный
берегъ Аравіи по Персид-
скому заливу предста-
вляетъ много благопріят-
ныхъ условій. Судоходство
здѣсь безонаев» между
оетровами, среди прозрач-
ныхъ водъ. Многочисле-
словные источники встрѣ-
чаются и по берегу, п ва
островахъ, и даже въ изви-
листыхъ фарватерахъ архи-
пелага. Воды достаточно
для орошенія богатой ра-
стительности , утоленія
жажды жителей н скота
шіогочислеппыхь поселе-
вн Обильная рыбная лов-
ля даетъ возможность мѣст-
ному населенію дѣлать Памятникъ Меза, царя Моавійскаго, около 850 до Р X.,
большіе запасы вяленой	изъ развалинъ Днбанл.
рыбы, которую оно примѣшиваетъ къ тѣсту изъ своихъ финиковъ и которая составлялъ
предметъ торговли съ другими странами Друіой предметъ торгоели съ самой глубокой древ-
350
мостя обогащаетъ маленькія государства, а именно чудныя жемчужины, которыя цѣнятся и
только за величину, золотистыя цвѣтъ, блескъ, но и за цѣлительныя свойства, при-
писываемыя имъ во всѣ времена Эта промышленность сосредоточивается вокругъ острова
Баревна или острова «Двухъ морей*, какъ его называютъ вслѣдствіе его положенія.
Благодари такамъ даннымъ, въ этихт мѣстахъ возникли промышленные центры. Со-
гласно съ древнимъ преданіемъ, мы знаемъ, что финикіяне до переселенія на Сирійскій
берегъ обитали на островѣ въ Персидскомъ заливѣ. Нѣкоторые ученые предполагаютъ,
что островъ зтоть н былъ Бареинь; другіе, что это земля близь устья Тигра и Ефрата,
наносами этнхъ рѣкъ соединенная теперь съ персидскимъ берегомъ,—з»‘м.ія Днлманъ. мѣст-
ность древняго Дндмуна, Тилвупв и іи Тяжа. Эта священная земля служила складомъ
' предметовъ морской торговли АІесопотаміп. Отсюда богъ-рыба повелъ спасательный ков-
чегъ по волнамъ потопа. На восточномъ берегу, въ Бендеръ Буширѣ, древнемъ Ліанѣ,
эламитскія развалины временъ Піилкакъ-Пнъ-Шунипака свидѣтельствуютъ объ инте-
ресѣ насоленія Сусіаны къ морю. Вся часть персидскаго побережья была подъ влія-
ніемъ халдейской цивилизаціи. Па аравійскомъ берегу, противъ или вблизи острова Ба-
реина, возникъ позднѣе городъ Герра, гдѣ сирійскіе и египетскіе купцы встрѣчались
съ гпміарнтсііями. Два торговыхъ пули первостепеннаго значенія, пересѣкая Аравійскій
полуостровъ, соединялись въ этомъ самою природою предопредѣленномъ мѣстѣ.
Территорія Омана въ сущности представляетъ островъ; на сѣверѣ онъ граничитъ
съ моремъ, болѣе широкимъ, болѣе открытымъ и опаснымъ, чѣмъ Персидскій заливъ;
на югѣ онъ упирается въ недоступный Пара; поэтому онъ сохранялъ во всѣ времена
свою независимую культуру. Даже ьъ настоящее время тамъ говорятъ не языкѣ, ко-
торый, кажется, не имѣетъ ничего общаго съ арабскимъ. Тѣмъ по менѣе онъ не остался
изолированнымъ; береговыми тропинками в прибрежнымъ судоходствомъ онь соединился
съ халдейскимъ міромъ и жилъ однородной съ нимъ цивилизаціей.
На всемъ протяженіи болѣе 20о0 километровъ, восточные берега Краснаго
моря, отъ залива Акаба до входа вь проливъ, далеко не представляютъ такой богатой
мѣстности, какъ островъ Бареинъ п другіе острова Персидскаго залива. Но одно то,
что нѣкоторые пупкты служили станціями вь торговыхъ сношеніяхъ съ внутренними
племенами, создало значеніе этихъ береговъ п вызвало возникновеніе па впхъ полити-
ческихъ центровъ. У входа въ Крапоо море, на скалистомъ берегу возникъ даже
одинъ изъ самыхъ главныхъ очаговъ цивилизаціи. По мнѣнію Швсйнфурта, исторія че-
ловѣческаго прогресса въ самыя дреьяія времена можетъ бытъ обозначена трехугольни-
комъ, утлы котораго составятъ Вавилонія, Египетъ и конечный уголъ полуострова,
позванный древними «Счастливою Аравіею». По тремъ сторонамъ его передвигалось че-
ловѣчество въ самыя отдаленныя эпохи цивилизаціи: самый древній гутъ обмѣна то-
варовъ и мыслей—«трехугольникъ».
Гористая мѣстность, называемая теперь Іеменомь, которая граничить на западѣ
съ Краснымъ моремъ, а на югѣ съ западн»Й частью океана, представляетъ много вы-
гоіныхь сторонъ для жизни и воспитанія человѣка. Во-перылхъ, здѣсь исключительный
климатъ: его благотворность выражается прежде всего въ томъ, что выпадаетъ много
дождей, даже ливней, которые образуютъ вь верхнихъ и среднихъ полосахъ горной
351
мѣстности цѣлыя системы потоковъ, испаряющихся въ береговой полосѣ, Техамѣ. Однако*
одни дожди не даютъ достаточно орошенія для обработки ооширныхъ пространствъ. По
счастью, на склонахъ, ооращенвыхъ къ Красному морю н Аденскому заливу, происходить
ТО же явленіе, которое наблюдается на склонахъ Перу, обращенныхъ въ юго-западу,
именно между Аммой п Пайтоп. Воздухъ, насыщенный парами, подапмающимися съ
двухъ морей и приносимыми муссонами, сгущается, и густой тумань покрываетъ скюны
горъ къ югу я западу до вершинъ гребпей. Въ теченіе всего утра горизонтъ скрытъ,
и влага, опускающаяся на землю, настолько обильна, что орошаетъ листву и корни ра-
стеній, и даже промачиваетъ одежду путника, какъ сильный дождь: до полудня воз-
духъ Іемсна напоминаетъ оранжерейный, во какъ только солнце спускается къ заіаду,
пары разсѣиваются, и жгучее свѣтило показываетъ всю свою силу, катясь по безоблач-
ному небу.
Достаточная влажность воздуха—первое, умѣрснпостыемпературы другое преиму-
щество Счастливой Аравіи. Во многихъ мѣстахъ ооитаемыя террасы поднимаются выше
2ыОО метровъ, а вершины горъ надъ ними н оолѣе чѣмъ на 31)00 метровъ: населеніе
верхняго Іемепа всегда пользуется умѣреннымъ климатомъ, ьъ то время какъ внизу
земля жжетъ подошвы путниковъ. Согласно произведеніямъ почвы этиіъ высотъ, отли-
чающимся отъ произведеній ниж'ихъ степей, и жизнь населенія представляетъ ивой
характеръ; до извѣстной высоты надъ моремъ пасутъ свои стада к>.чевпики. на верх-
нихъ склонахъ живутъ осѣдлые земледѣльцы. Однако, эти общппы основались пе безъ
труда. Онѣ должны были выучиться удер:кввать воду на склонахъ, устраивать резер-
вуары и подземные акведуки. Онѣ завоевали жизнь тяжелымъ трудомъ, который раз-
вилъ еще болѣе пхъ дѣятельнось и умственныя силы. Къ счастію для населенія Сча
стлввой Аравіи, плоды ея растительности создали еношеяія съ другими народами, п
вслѣдствіе этого расширилась область цивилизаціи. Эта страна дпевппхъ сабеяьь богата
растеніями, изъ которыхъ получаются смолы и сѣмена особенной цѣнности: это по-
преимущѵству родина лѣкарствъ и ароматовъ, квассіи, александрійскаго листа, мирры,
лэдова и извѣстной на востокѣ одуряющую жвачки катъ (ееіазігпз ейиііз). Благо,
даря этимъ естественнымъ богатствамъ, болѣе цѣнившимся прежде, чѣмъ теперь, юго.
западныя высоты Аравіи славились среди странъ Востока: однимъ изъ центральныхъ
пунктовъ для кораблей западной Индіи былъ южный входъ въ Аравійскій заливъ, отъ
его преддверія до мыса «Ароматовъ», современнаго Гвардафуя.
Тѣмъ не менѣе, значеніе Счастливой Аравіи въ исторіи человѣческаю развитія
было бы непонятно, если бы не изслѣдовать ея отношеній къ другой области—
Эеіооіи, расположенной на противоположной сторонѣ моря. Эти двѣ группы плоскогорій
какъ пилоны возвышаются по обѣимъ сторонамъ прохода, соединяющаго Индѣйскій
океанъ съ Средиземнымъ моромъ. Африканскія горы гордо высятся противъ Азіат-
скихъ. При разстояніи 300 километровъ, отдѣляющихъ эти группы возвышенностей,
во’мі іжво были, что эоіопы н гиміариты ииигда смѣшивали обѣ группы на фонѣ сѣраго
неба. Безъ сомнѣнія, разница температуръ между прохладными высотами и знойными
побережьями проставляла серьезное препятствіе для развитія сношеній, во призывъ съ
той и другой стороны тѣмъ не менѣе былъ, и когда непосредственный обмѣнъ не
352
могъ совершаться, посредниками служили моряки, прибрежные жители, Спошевія оыли
завязаны сил«й оотоятегьствъ тамъ гдѣ открывался поперечный пролива родъ комер-
ческаго перешейка. Итакъ юго-запаіпая часть Аравіи, въ которой по очереди господ-
ствовали минеи, сабеи, гиміаряты. всѣ потомки Сима, была одной пзъ тѣхъ странъ,
которыя имѣютъ двойное преимущество, находясь на перекресткѣ двухъ большихъ исто-
рическихъ путей. Часто въ древности, когда ближайшій путь, изгибающіеся на сѣверѣ
по Евфрату и Ливану, былъ прегражденъ войной, сообщеніе между Вавилоніей и Егип-
томъ должно было производиться черезъ югъ, съ остановкой на пол пути въ горахъ
Территорія Омана.
і г ос ооо
о іп	60	.ооКнлом.
Счастливой Аравіи. Въ наше время втп страны, смотрящія одна па другую съ двухъ
материковъ, •чсвидно находятся въ періодѣ пильаго упадка, такъ какъ поперечный путь
съ берега на берегъ служитъ только для незначительной торговли, въ іо время какъ
большая продольная линія отъ Суэца къ Периму монополизирована европейскими ко-
раблями, съ которыхъ едва удостаиваютъ бросить взглядъ на эти горы, центры древней
цивилизаціи.
Родство расъ, языковъ, обычаевъ и культовъ свидѣтельствуетъ о томъ, что съ
однѣхъ высотъ на другія—извѣстныхъ у египтянъ подъ оощпмъ именемъ Пунта, ко-
торое потомъ распространилось на пограничныя страпы—производились часто пересе-
ленія пли, во всякомъ случаѣ, экснедипіи и путешествія. Съ большой вѣроятностью
можно даже приписать такимъ переселенцамъ, спустившимся съ горъ, первыя попытки
353
земледѣлія въ янжвой долинѣ Нала. Почва Египта должна была быть подготовлю и
долгое время до того, какъ она приняла осѣвшее на ней насоленіе, ц протки гиміари-
товъ, вѣроятно, были піонерами втого дѣла. Іеиепъ считается также родиной тѣхъ людей,
которые нѣсколько тысячелѣтій тому назадъ работали въ золотыхъ рудникахъ вь Софалѣ.
Однако, оставаясь на почвѣ исторіи, нужно сказать, что сохранилось мало точныхъ свѣ-
дѣній доказывающихъ непосредственный сношенія Счастливой Аравіи съ Месопотаміей,
Храмъ Солнца вь Пальмирѣ (римской эпохи).
съ высотами, въ которыхъ беретъ начало Голубой Пилъ, и съ пустыней Пубіи. Самое
древнее имя, дошедшее до насъ, принадлежитъ царю Гаммураои. Нѣкоторыя указанія,
найденныя археологомъ ІІинчееомъ въ клинообразныхъ надписяхъ, допускаютъ предпо-
ложеніе, что этотъ царь, завоеватель а законодатель, былъ гиміаригскаго происхожденія.
Гамыураби, современникъ эламита Хадоръ-Лаомера, овладѣлъ Вавилономъ четыре
тысячи дѣтъ тому назадь и сдѣлалъ его, ^первые въ исторіи, столицей объединеннаго
царства. Въ эту отдаленную эпоху населеніе южной Аравіи, которому благопріятствовали,
быть можетъ, лучшія климатическія условія, чѣмъ вь нашн дни, было, слѣдонаѵльно,
настолько подитическв сильно, что имѣло возможность вмѣшаться въ судьбу Месопо-
таміи силой оружія.
злили реклю. пып. ш.
23
351
Десять-двѣііаіцать вѣковъ позже, п|>едапіе говорить намъ о «врнѣ савской,
великолѣпіи г Бахисъ, привлеченной славой о мудрости Соломина, посѣтившей его и
Архипелагъ Барвенъ.
г: ІОООООО
, -------- - - -------------
О )О	33	ОЗЛИЛО*’
задавшей ему трудные вопросы, которые онъ чуіеспо разрѣшить, къ большой своей
выго,іѣ, такъ какъ царица, подарила ему сто двадцать талантовъ, цѣлую груду поян-
ностей п драюцѣнныхъ камней. Легендарныя генеалогіи Аравіи м Абиссиніи производятъ
855
многіе щ-вѣйши- роды отъ Соломина и савской царицы, между прочимъ, и родъ «царь
царей» императора Эѳіопіи.
Пмя сабеямъ, которое дается чато населенію, покорившемуся царямъ города Саба,
часто обозначаетъ и поклоняющихся свѣтиламъ, «собппп і планетамъ, которымъ припи-
сывалось рѣшительное вліяніе на людей и царства. Такой культъ, конечно, долженъ
былъ привиться на обсерваторіи Іеыенскихъ высотъ, гдѣ почти каждую ночь разстилается
чистое звѣздное небо надъ безконечными волнами и песками. Сабейская астрологія
Персидскій заливъ.
I 12 000.01
250	500
’5ОКиЛ0іи.
распространялась изъ оазиса въ оазисъ, отъ народа къ народу, и сдѣлала сабеяпъ въ
глазахъ чужестранцевъ какимъ-то жреческимъ племенемъ. Люди охотно приписывали
населенію счастливой Аравіи магическія силы, соотвѣтствующія богатству и превосходству
произведенія ихъ страны.
Тѣ главы исторіи Геродота, въ которыхъ говорится < бъ этой чудесной странѣ
благовоній, «распространяющей божественный запахъ», свидѣтельствуютъ, какъ охотно
принимали на вѣру басносювныя свѣдѣнія о ней, пополняя ихъ и богатствами собствен-
ной фантазій. Равскатывали о маленькихъ крылатыхъ змѣяхъ, которыя летаютъ вокругъ
деревьевъ, доставляющихъ ладовъ, о свирѣпыхъ летучихъ мышахъ, съ пронзительнымъ
І	*
356
Брикомъ стерегущихъ плантаціи корицы и о громадныхъ пищахъ. которыя утаскиваютъ
издалъ въ свои гнѣзда, слѣпленныя ил> шелуха корицы и главы. Такія басни могли
Территорія Іемег-а.
I ЗСІООЫО
а	50	«СО	200 КйЛОМ
создаться толью въ воображеніи моряковъ, побуждаемыхъ особыми обстоятельствами
путешествій разсказывать невѣроятныя чудеса своимъ легковѣрнымъ слушателямъ. Эти
разсказы служатъ введеніемъ къ тому потоку греко-егвптп-ассиро-право-индусскихъ ска-
заній, которыя, проходя огромныя пространства оть Сахары до Гоби, отъ Брамапутры
357
до Гваталкпивира, й пополняясь воображеніемъ каждаго разсказчика, вылились подъ
перомъ арабскихъ ш-реписчнковъ въ чудесныя сборникъ «Тысяча и одна ночь*, «Жа-
внданъ-Хирадъ* персовъ и «Пянчатантру» индусовъ,—книги, имѣвшія самый обширны!
кругъ читателей. 14 другой стороны, вѣроятно, что хитрые финикійскіе или даже гре-
ческіе купцы не прочь были представить эти мѣста своей дальней, обогащавшей ихъ
торговли, очень опасными странами, въ которыя весьма рисковано было за нимн
слѣдовать.
Вѣроятно, не безъ основаній приписываютъ упадокъ народовъ счастливой Аравіи
уменьшенію дождей и распространенію вслѣдствіе этого пустынь. Преданія называютъ
Видъ г Маската.
десятками изсякшія рѣки и занесенные песками города дреітинъ временъ. Разсказы эти
опираются очевидно на дѣйствительные факты; по внутреннія причины политическаго в
общественнаго свойства, вѣроятно, совпали еъ внѣшней причиной—ззеухой и ослабили
народную анергію, почти лшппвъ населеніе счастливой Аравіи дальнѣйшаго вліянія на
всемірную исторію.
Народное воображеніе всегда склонно приписывать паденіе государствъ какому
нибудь неожиданному событію, въ опредѣленный историческій срокъ, между тѣмъ какъ
въ немъ нужно было-бы видѣть завершеніе продолжительнаго упадка. Такъ, “быкпквенно
повторяютъ, что Гнмяріатское царство кончило вдругъ существованіе еъ «разрушеніемъ
плотины*—Се й л ь-э л ь-0ри мъ,—происшедшимъ въ юрховьяхъ Мараба или Маріаба
«ко..) 1750 лѣгь до насъ. Жизнь народа якооы исчезла съ его земледѣліемъ. Но люди,
35И
пострпивілпт первые резервуары, могли исправить нхъ и вновь провести капали. Опи
могли, конечно, <пять покрыть тучными хлѣбами своп ппвы, если бы игъ первоначальная
энергія не была сломлена, очевидно, долгимъ гнетомъ. Если пародъ разсѣялся, сталъ не-
способнымъ вызвать новыя жаг-
Домъ гпиіаритоиой архитектуры въ Джеддѣ.
вы въ странѣ своихъ предковъ,
то, значить, рабство отняло у него
гею первоначальную силу. На-
роды всегда платятъ внутреннимъ
безсиліемъ за внѣшнюю сиду
угнетающихъ ихъ правительствъ;
подготовляется новая жизнь, п
очагъ цивилизаціи перемѣшается.
Въ самой Аравіи міровоевлія-
ніе Іомена унаслѣдовалъ Гед-
жасъ; но колоніи сабсянъ раз-
сыпались въ большомъ числѣ
по различнымъ частямъ восточ-
наго берега Краснаго моря,
вплоть до Сиріи и до Хауран-
скнхь горъ, П->квпутые города,
селенія, замки къ югу отъ Да-
маска, встрѣчаемые почти на
всѣхъ холмахъ—почему эта мѣст -
постъ и получила нааианіе «Пу-
стыни городовъ»—относятся къ
эпохѣ переселенія сабеянъ. Рѣд-
кія надписи свидѣтельствуютъ,
что всѣ эти великолѣпные го-
рода были построены Гиміари-
тами, которые подъ покровитель-
ствомъ Рима сосредоточили здѣсь
до мусульманской яппхи панили-
зацік», далеко распространявшую
свой свѣтъ. Путешественникъ
Оппенгеймъ доказываетъ, что постройки Хадрана, повидимому, греко-римскія, носятъ многіе
слѣды сабейскаго происхожденія, особенно въ орнаментахъ. Такъ называемая арабская
архитектура, которая въ большей части происходить изъ Персіи, нзяла многія подроб-
ности у искусства сабеянъ въ Хауранѣ. Всѣ эти элементы смѣшались въ сосѣднемъ
городѣ Дамаскѣ—центрѣ культуры.
Тѣмъ не менѣе гиміариты Іемева остались въ достаточномъ числѣ въ странѣ и
сохраняли свою цивилизацію, о чемъ свидѣтельствуютъ сотни надписей, собранныхъ
Галеви, Глазерами и другими учеными путешественниками, ѣсть основан.я думать, что
359
современная архитектура главнаго города Сава, другихъ городовъ Іемеаа и аравійскихъ
береговъ вплоть до Джедіы очень близка въ архитектурѣ древнихъ гпміпритонъ. Дѣй-
ствительно, эти дома сь множествомъ оконъ и балконовъ совсѣмъ не подходятъ со-
временнымъ арабамъ, принужденнымъ по закону Магомета прятать своихъ женщинъ
отъ нескромныхъ глазъ, и оеьясниетси такая архитектура только существованіемъ
совершенно иныхъ врановъ въ предшествовавшую эпоху.
Большой городъ Іемева отличается своими высокими квадратными домами
украшенными съ большимъ разнообразіемъ и своеобразнымъ вкусомъ. Въ нижнемъ
этажѣ, построенномъ изъ базальта, продѣлана только дверь, со сводомъ въ стрѣ ь-
чатой аркѣ; въ верхнихъ двухъ—трехъ этажахъ, сложенныхъ изъ обоженныхъ кирпи-
чей, прорѣзаны высокія узкія стрѣльчатыя, а надъ ними круглыя отверстія—украшенныя
гакъ же какъ балконы, стеклами и разнообразными по размѣрамъ и рисунку арабесками.
Всѣ рельефы, выбѣленные известью, выдѣляются па черномъ или розовомъ фонѣ ба-
зальта а кирпича. Въ наше гремя почти всѣ окна заложены или закрыти ставнями;
окна и балконы пи къ чему не служатъ, но когда-то они имѣли назначеніе, в сабеял-
ки, которыхъ ничто на заставляло скрываться, какъ мусульманокъ, появлялись у
окопъ и на балконахъ, чтобы подышать свѣжимъ воздухомъ и поглядѣть на улицу.
ГЛАВА VI *).
Долила Пипа.— Климатъ.—Доисторическій періодъ.—Флора и фауна. — Начало
историческаго періода.—Вторженія ипоземцевъ. — Распространеніе влаги ц земле-
дѣліе.—Деспотизмъ —Божество.—Жрецы. — Цари. — Смерть и безсмертіе. — Пира-
миды.—Архитектура.—Науки и промышленность.—Литература.—Египтяне п чу-
жеземцы.
Великая Африканская рѣка соотвѣтствуетъ двумъ близнецамъ, Тигру и Евфрату, а
потому на берегахъ ея возникла цивилизація, подойная Месопотамской и также затеряв-
шаяся во тьмѣ доисторическаго періода. Сходство культуры этихъ двухъ странъ очевидно,
если судить по завѣщаннымъ намъ свѣдѣніямъ. Мысль о халдеяхъ наводить на мысль
объ египтянахъ; нельзя вспомнить о памятникахъ, оставленныхъ намъ первыми, не срав-
нивая ихъ невольно съ тѣми, что оставили вторые, т. е. сгитяне. Оба эти народа
*) По поводу излагаемыхъ па слѣдующихъ страницахъ мыслей, мы предлагаемъ здѣсь
таблицу египетскихъ династій и нѣкоторыхъ современныхъ имъ сооруженій или событій.
Числа въ скобкахъ—продолжительность и время династій—заимствованы у Малетона,
остальныя числа—христіанской эры—взяты изъ трудовъ Флиндерса Потри и Амслано.
Эпоха до фараоновъ: 1-ая пирамида въ Саккара (?) Сфинксъ (?) Храмъ изъ
розоваго гранта (?)
361
стояла ближе по культурѣ п развивались одинаково; это объясняется какъ ихъ непо-
средственнымъ вліяніемъ другъ на друга, такъ и вліяніемъ смежныхъ сь нимн народ-
ностей. Въ развитіи этихъ двухъ этническихъ группъ есть много сходства, но съ то жо
время существуютъ и поразительные контрасты, вытекающіе изъ разницы географиче-
скаго положенія.
Въ историческомъ передвиженіи народовъ Месопотамія замѣчается большое разно-
образіе—такова и природа бассейна эіихъ рѣкъ. Пространство, заключающееся между
ними, очень обширно и мѣстами доходятъ до 100 а до 150 километровъ, а ороша-
ющіе эту мѣстность по всѣмъ направленіямъ каналы превратили ее въ страну зелени и
плодородныхъ полей. На востокъ отъ Тигра обработанныя поля доходятъ до самыхъ
горъ и продолжаются къ долинахъ, тѣмъ болѣе, что Иранское плоскогорье начинается
отлогими уступами. Па западѣ, правда. Евфратъ соприкасается съ пустыней, но э эта
послѣдняя мало-по-малу къ сѣверу переходитъ въ травянистую степь. Итакъ, въ
Месопотамію всегда свободно находили доступъ различныя племена и народности, кото-
рыя, такимъ образомъ, н вліяти на ея историческое развитіе Напротивъ, Нилъ—един-
ственная рѣка, протекающая по долинѣ, ограниченной съ обѣихъ сторонъ утесами и
1-ая династія (263 года). Мпнесь (Мина). Тети Атетп, Ата н др. (отъ 5833
до 5570).
2-ая династія (302 >ода). Бпнуіеръ, Ноферхерисъ я др. Гробница Тотхогепа
въ Саккара (до 5268).
Ооѣ эти династіи были тинптскаіо происхожденія.
3-ья династія (211 лѣть). Сезортосъ, Тозертазпсъ и др. Гробница въ Саккара.
4-ая династія (284 года). Сяефру (Сорнсъ, Сѵзирнсъ), Хуфу (Хсонсъ), Хафра
(Хефренъ), Менчера, А сскафъ ц др. Пирамиды Гизе, деревянная статуя Шсйкъ-ель-
беледь п проч. (до 4770). 4000.
5-ая династія. (248 лѣть). Узеркафъ, Упасъ и др. Пирамида въ Саккара о
гробница Ти (до 4522). 3700.
Эти три династіи были мемфисскаго происхожденія
6-ая династія (205 лѣтъ) происхожденіемъ съ острова Элефантины. Теги, Атп,
Пени 1, Мсренра, Пепа II, царица Иптокрисъ и др. Изслѣдованіе Африки. Обелискъ Уни,
окончаніе 3-ой пирамиды Гнзс, гробницы въ Зауйетъ-эль-Майетипь.
7-ая и 8 ая династіи (116 лѣтъ) мемфисскаго происхожденія (до 4171).
9-ая династія (409 лѣтъ) происхожденіемъ изъ Гераклеоіюлиса, такъ жо какъ
10-ая династія (185 лѣтъ). Гробницы въ Сіутѣ. (до 3577)
11-ая династія (43 года) Некрополь Дра-Абуль-Негга (до 3584) 2800.
12-ая династія (161 годъ). Эпоха Амепемхатовь (I до IV) и Увертезеновъ
(1 до III). Борьба съ Нубіей. Обелиски, статуи, храмы, гробницы въ Бенн-Хассавѣ, Лаби-
ринтъ и Мерпдово озеро (до 3373). 2700.
Эти двѣ династіи енваяскаго происхожденія.
13-ая династія (453 года;. Ссбехотепъ, Нофроютвпъ и др.; мало памятниковъ.
14-ая династія (184 года) родомъ изъ Ксоиса, мало памятниковъ.
15-ая и 16 ая династіи царей-пастуховъ; опъ царствовали около 284 и 513
годовъ: Біомъ, Стаапъ, Апофпсъ. Сфинксъ ьъ Таппсѣ, нхъ столпцѣ (до 1834).
17-ая династія (151 годъ) освободила Египетъ отъ ига Гипсовъ.
18-ая династія (263 года) Аамосъ I, Амепхотенъ I, Тутмосъ 1, II (царица
Хлчонсетъ) и 111, Амевхотепь II, Тутмогь IV, Аменхотепъ III и IV (религіозный кризисъ)
362
скалистыми склонами горъ. Онъ тянется узкою ножкою по обширной территоріи своего
°ассейна Ширина обраѵотапныхъ полей мѣняется оть 5 до 25 километровъ; существуетъ
даже пространство между Ѳивами и Ассуаномъ, равняющееся по отпрыгѣ всего 1200
метрамъ, такъ что долина тутъ какъ бы совершенно прерывается. Исторія Нильской
долины соотвѣтствуетъ ея географическимъ особенностямъ. Земледѣльческое населеніе
сосредоточилось въ длинномъ жолобѣ, гдѣ рѣка ежегодно разливается, а именно, между
двумя нротнготожныып склонами горъ, тогда какъ песочный или скалистыя простран-
ства, гдѣ Пиль разлиться не можетъ, почти необитаемы. 11о нимъ и прежде блуждала
лишь бѣдныя кочующія племена, слиткомъ слабыя, чтобы оказать вліяніе иа политиче-
ское и общественное развитіе народовъ населившихъ долину рѣки. Всѣ великія перемѣны
въ судьбѣ Еіпнта шів какъ оы вдоль долины съ юга на сѣверъ, по теченію рѣки, или
ваооороть. Это и понятно: - всякія переселенія и завоеванія могли происходить лишь въ
такомъ «вправленіи, гдѣ для этого были открыты ворота въ міръ; съ одной стороны —
у широкой дельты Пила, а съ другой—у его верховьевъ, гдѣ въ него вливаются рѣки,
берущія начало съ вершивъ Эфіопіи или обширныхъ равнинъ Цевтральв-ій Африки.
Какое изъ этихъ двухъ вліяній было важнѣе тля населенія—еще неизвѣстно; археологія
пока на это отвѣта не дали. Но вообще о движеніи народовъ съ сѣвера мы зиаемт
Хореыхебъ в др. Вторженія въ Сирію, Эѳіопію. Храмъ Денрь-Эль-Бахари, Карнакскій
обелискъ и іилонъ, колоссы Мемнона (ди 1420) 1450.
19-ая династія (200 лѣтъ). Рамзесъ I, Сети 1, Рамзесъ П, Менефта и др.
Столкновеніе съ хвттптами Храмъ Аоидоса, Погамоуда, Рамесоеумъ, Луксорскій обелискъ,
гробницы въ Бибаяъ-ЭльМолукѣ.—1250.
20 а я династія (ЙО лѣтъ). Рамзесъ 111 и др. Храмъ Мединетъ—Лабу,— 1100
Династіи съ 17-ой до 20-ой обобщаются подъ именемъ п шой Ѳиванской имперіи.
21-ая династія таннтская (150 лѣтъ). Пиподжемъ и др. Великіе жррцы
А «она царствуютъ въ Ѳивахъ. Убѣжище Денръ-Зль-Бахарп
22-ая династія (ливійская, 120 лѣтъ). Шешонкн (1 до IV) Осорковъ и
др.; мало памятниковъ, политическій упадокъ. 950.
23-я династія (89 лѣтъ) танитскаго происхожденія.
24-ая династія 6 лѣтъ (саиская). Тофпахтъ и Вокенранфъ Борьба съ Нубіей.
25-ая династія (эѳіопская; Шакабу (царица Амепоритнеъ), Шабатока. Тарани
Многократныя пораженія египтянъ ассирійцами. Отъ 715 до 656.
26-ая династія (саиская). Стефянѳтесъ, Нико 1 и II, Псаметихъ I и II,
Уахибрн, Амегъ (Амазисъ), Псаметихъ III. Сношенія съ треками, плаваніе вокругъ
Африки. Мніточисденчыя гроопипч. Эпоха такъ  называемаго саипіаю возрожденія, ре-
ставрація древнихъ памятниковъ. 525.
27-ая династія (персидская); Камбизъ Дарій, Ксерксъ и др.—105.
28-ая, 29-ая и 30-ая династіи, послѣдніе цари египетскіе, родомъ изъ
Саи®, Мендоса и Себѵііпитоеа. Храмъ въ Филахъ и реставраціи. Паклетнебгфъ (Некта-
вебо), побѣжденный персами.—340.
31-ая династія (персидская). Дарій III, побѣжденный Александромъ. 332.
32-ая династія (македонская). Основаніе Алсксадріи. 305.
33-я династія. Эра Птолемеевъ I до X. Клеопатра. Столкновеніе съ римля-
нами. Храмы въ Дендера, въ Эдфу и реставрація многихъ древнихъ произведеній искус-
ства относятся къ этой эпохѣ. Египетъ становится римской провинціей въ 723 году
оть основанія Рима, (въ Зо-мъ до Р. Хр.). 30.
363
больше, потому что то были семиты и гроки; оии-то п описали намъ событія такъ, какъ
могли видѣть ихъ съ своего наблюдательнаго поста.
Начиная съ перваго порога д
кончая многочисленны ми развѣтвле-
ніями дельты, долина Нила являетъ
собой примѣръ удивительнаго гео-
графическаго единства. Съ вер-
ховьевъ п до устья природа стра-
ны одинакова, и жители ведутъ
одинаковые образъ жизни. Сколько '
извѣстно, и политическое устрой
ство верхняго и гпжняго Египта
тоже было одинаково. Между тЬмь,
непропорціональность соотношенія
между длиной страны, доходящей
до 1000 верстъ, и ея совершенно
незначительной шириной сдѣлала
то, что по всему протяженію торго-
ваго пути, отъ верховья до низовья,
образовались многочисленныя мелкія
группы населенія вокругъ главныхъ
рывковъ.
До возникновенія настоящаго
Египетскаго царства естественной
формой политическаго устройства
былъ союзъ самостоятельныхъ н
независимыхъ общинъ.
Мы находимъ множество указа-
ній на этотъ фактъ въ Египет-
скихъ лѣтописяхъ, и можно такимъ
образомъ предположить, что дѣле-
ніе территоріи на «номы» при Пто-
лемеѣ соотвѣтствовало старинному
дѣленію на общины. Централизація
власти соединила номы сперва въ
два государства, а потомъ и въ
одно цѣлое. И въ преданіяхъ, и
въ религіи находятся постоянныя
упоминанія объ этой эпохѣ собира-
нія государствъ, а также обычное
выраженіе «ооа Египта» для обозначенія всей долины, начиная съ низовья и до перваго
порога, равно какъ и выраженія:—«Египетъ Сѣверный и Египетъ Южный, Нижній и
Нильская долина выше Мемфиса.
250 000

64
Вершій*. Какъ будто двѣ зом.га и лва неба били у этихъ двухъ странъ, словпо би
раздѣленныхъ отъ горы до горы прямой линіей, проходившей черезъ пирамиду пли по-
граничный храмъ. Въ одной половинѣ царилъ Хоръ, въ другой Сотъ. Этп божества,
какъ л Египетъ, составляли собственно одно цѣлое, но были въ вѣчной враждѣ
между собой.
Естественные центральные пункты обоихъ Егппговъ образовывались, передвигаясь
то вправо, то влѣво, въ мѣстахъ, предназначенныхъ для этого историческими путями и
легкимъ доступомі. Вершина дельты Ппла очень скоро стала важнѣйшимъ центромъ ня
всего Нижняго Египта; для Египта верхняго удобнѣйшимъ мѣстомъ оказался изгибъ
Нила, гдѣ рѣка наворачиваетъ къ востоку и приближается нѣсколько къ Красному морю
Вотъ списокъ Номовъ и ихъ главныхъ городовъ:
I. Ступень Нубіи. Абу, Элефаніпна. II. Подпоило Хора. Зобу. Апполонисъ Ве-
ликій, (Эдфу). Ш. Два пера. Сн.і. Латонолисъ (Эснэ). IV'. Скипетръ. А пяту. Сивы
V. Два ястреба. Куоти, Коптъ. (Куфгь). VI. Литъ—іи. Тепторититъ. Тснтерисъ
(Дендера). VII. Замокъ Систра. Хаитъ. Діосполисъ Малый. (Ху). ѴШ. Рака Озириса.
Тини. Твнисъ. (Гнрге). IX. Зеленый змѣй. Забуи. Афроднтоппіисъ. (Ид-фу). X. Свя-
тилище. Ап у. Паяополисъ Великій. XI. Змѣиная гора. Ду-Кау. Антеополигь (Кау-эль-
Кебнръ). XII. Нижній Теребинтъ. Сіотъ. Ликополнсъ Великій. (Сіугъ). ХШ. Тпфонові»
Животное. Ніасъ Хопту. Гипселнсъ. XIV. Верхній Теребинтъ. Кузитъ Кузе. (Эль
кузіе). XV. Заяцъ. Хм у ну Термополисъ Великій. (Ашмунсвпъ). XVI. Газель Хпбону.
Нпбнсъ (Миніэ). XVII Шакалъ. Камса. Кніюполисъ. (Эль-Капсьѣ XVIII. Плвитой ски-
петръ. Пныазнтъ. Оксиринхъ. (Бапеза). XIX Летающій ястребъ. Ха бону. Хви-
пощадъ (Эль Хибе). XX. Лавръ Верхній. X н п и псу то нъ. Герзклеополисъ Великій
(Анасъ) XXI Нижній Лаврі Смонухоръ.(Эшментъ). XXII. Кинжалъ. Ппебтопаэ.
Афродиподисъ Великій. (Атфіс). (Первыя названіи египетскія, вторыя — греческія, въ
скобкахъ—арабскія). Изъ двухъ центровъ наибольшее -‘ліяніе пріобрѣлъ тотъ, что на-
ходился близъ начала развѣтвленій Нильской дельты, т. с. близъ моря. Центръ этотъ
господствовалъ также надъ путями, ведущими на занадь и иа востокъ къ Суэцкому
перешейку, въ Аравію, Сирію ч Месопотамію. Въ этомъ важномъ пунктѣ скрещенія
путей издавна стоялъ іѵродъ, который, будучи разрушенъ непріятелями, тотчасъ же
возникалъ снова подъ другимъ именемъ. Сосѣдство моря и чнезапноо расширеніе терри-
торіи между рукавами дельты укрѣпляли за этимъ пунктомъ важное историческое зна-
ченіе, несмотря на то, назывался ли городъ Мемфисомъ или Каиромъ. Отсюда произошло
даже самое названіе Египетъ, или какъ его называли біріні, Аійіріоз, потому что
одно изъ имеценъ Мемфиса были Ки Фта и іи «Жилище Фта>, бога солнца. Именно
°ъ этомъ, а не въ какомъ-либо другомъ мѣстѣ Нильской дельты должна была, при
столкновеніи и борьбѣ двухъ шівплизыіій, зародиться основа двухъ послѣдующихъ:—
южной, давшей технику н умѣнье приручать животныхъ, и сѣверной, научившей упо-
требленію металловъ и разведенію злаковъ.
Отъ внутреннихъ переворотовъ зависѣло п госмодетво той или другой столицы
двухъ Египтовъ; судя по этому господству и политика, в вся цивилизація принимали
различное направленіе. Столица Верхняго Египта, какъ болѣе затерянная въ глубинѣ
ЗП5
материка, представляла собой міръ довольно заикпѵтый и угнетепный господствомъ жре-
цовъ. Время ея возвышенія было почти всегда эпохой упадка пакъ обиествевнаго, такъ
„Номы* Верхняго Египта.
Номы м ихъ главные города.
I.	Ступень ІІубін. Лбу. Эяефав*
типа.
П. ПодвожіоХорл.Зобу.Апполп-
пѵполіісъ Всаиіим (Эдфу).
ІИ. Два пора. Сим. Лото поли съ
(Эспэ).
IV.	Скипетръ. Алѵяіу. Ѳивы.
V.	Два ястреба. Кубтн. Коптъ
(Куфтъ)»
VI.	А игъ ти, Тсчторититпъ. Тенти-
рисъ (Депдора).
ѴП. Замокъ Систра. Хаита. Діо-
с поли съ Малый (Ху).
ѴПТ. Рака Озириса. Тини. Тиллсъ
ѵГярго).
IX.	Зслопая змѣя. Забуи. Афро-
дитополисъ (Пдфу).
X.	Святилище. Апу. Папопо-
лисъ Великій.
XI,	Гора Змѣя. Ду-Кау. Алтео-
подисъ (Кау-эль-Кѳбиръ).
XII.	Теребинтъ Ппіотіи. Сйт».
Ликополнст. Великій (СІуть)
Х1П. Животное Тифона. ЛГаг*-
Хопту. Гнлсаплсъ.
XIV,	Торсбинтъ Верхній. Куттъ,
Кузв (Эль-кузіо).
XV.	Заяцъ. Термополисъ Вепп-
кій. (Акмуношгь).
XVI.	Газолъ. Хибону. Нибпоъ (Мп-
ніэ).
XVII.	Ш акалъ. Кайла. Кппололись
(Эль-Квиоъ).
XVIII.	Извитой Скипетръ. Пима-
литъ. Оксмрипхъ (Б'анэза).
XIX.	Летающій ястребъ. Ханску.
Xпилоновъ (Эпъ-Хяба).
XX.	Розовый Лавръ Верхній.
Хихиксутохь. Горакдеоло-
лиоъ Волпкій (Анисъ)
XXI.	Розовый Лавръ Низшій.
Смвкухоръ. (Эшментъ).
XXII.	Кинжалъ. ІТюбтепаз. Афро-
дпиолисъ Великій (Атфіо).
Курсивомъ обозначены египетскія назва-
нія; іъ скобкахъ—арабскія, остальныя—
греческія.
I 5000000
о 50 іоа іао гоо гзоКилом
п прштвгппаго: между тѣмъ столица сѣверная, имѣвшая постоянныя спошешя съ
мѣп ивмъ шромъ, дѣлала п всю страну склонной прогрессировать. Тувсмвио жители
вбзнавали географическую цѣльность своей страны и охотно вѣрили, что весь о- гальной
366
міръ распространяется лишь немного далѣе ихъ естественныхъ границъ и заслюненъ въ
лощинѣ, по которой струится ихъ великая рѣка направляясь съ юга ва сѣверъ. Съ
одяоР стороны чахолплась сѣроватая пустыня, представляющая почти неодолимую пре-
граду даже для рѣдкихъ странствователѣ по оазисамъ; съ этой стороны предполагалось
мѣстонахожденіе горы Ману, знаменующей собою кардинальный западный пупктъ. Съ
другой стовоны предполагался пикъ Баху, почитавшійся за самую высокую изъ вершинъ,
господствующихъ надъ входомъ въ Суэцкій зьливь. Гора ДжебелъГарибь (высота к
торой оиредѣлячась равно, отъ 1885 до 3050 метровъ) около Краснаго моря считалась
границей восточной. 11а сѣверѣ болотистыя пространства дельты, а вз югѣ ущнья въ
горной цѣпи и первые пороги на рѣкѣ—ограничивали собой весь міръ. И въ этомъ-
то столь узкомъ пространствѣ, узкомъ относительна другихъ  трапъ контитента, египтяне
жили, отрѣзанные отъ другихъ національностей стами и песками пустынь. Цивглизац.я
ихъ развивалась точно въ закрытомъ сосудѣ.
Н" слѣдуетъ, однако, забывать, что когда-тп Египетъ не быль лишь узкой на-
носной полосой Земли, окруженной пустынями. Нѣкоторыя указанія говорятъ намъ, чі)
первые люди, проникшіе въ Нильскую долину, нашли склоны утесовъ покрытыми если
и не луговою травою, то, во гсякомь случаѣ, вполнѣ пригодной для корма раститель-
ностью. Климатъ также былъ иной: дожди шіи обильно и для скотт находилось паст-
оище. Въ долинѣ, лежащей па юго-восдовъ отъ Каира, почти въ Аравійской пустыпѣ
ПІвейпфуртъ нашелъ остатки грандіозной плотины, пе имѣющей теперь, конечно, ни
какого значенія, такъ какъ продивпые дожди, превращавшіе прежде всего узкую долину
і , рѣку, теперь феноменальна рѣдки Старинныя па шней говорятъ о громадныхъ стадахъ
пшпвхса тамъ, гдѣ теперь нѣтъ и намека на траву. А сколько памятниковъ съ над
нисикг п изваяніями высится въ настоящее время среди пустынь, тогда каьь людско'
благочестіе, конечно, воздвигало ихъ въ мѣстахъ обитаемыхъ, дабы толпа прохожихъ
могла поклоняться имъ! Флиндерсъ Петри, Гриффитъ, Бланкехорнъ, Фраасъ и друг;
утверждаютъ, чтг количество выпадающаго дождя вс измѣнилось за періодъ челові-
ческаго существеяапія; однако, Бреднель и Щвейнфурть, большіе знатокв Египта, съ
этимъ мнѣніемъ не согласны. Каковы оы ни были отдѣльные взгляды и даже заблу-
жденіи изслѣдователей, вѣрно только то что вопросъ о климатѣ Египта на можетъ
быть разрѣшенъ на основаніи наблюденій надъ климатомъ Сѣверной Африки. Огляды-
ваясь на періодъ, когда общественная жизпь какъ халдеевъ, такъ и египтянъ была
•ще въ зачаткѣ, напримѣръ 10,000 лѣтъ тому вазахъ, мы наталкиваемся на мнѣві
многихъ геологовъ, что тогда еще ледники покрывали большую часть Европы. Толыі
основательное знакомство съ ледниковымъ періодомъ и его вліяніемъ на земной шарт
можетъ помочь при изученіи климата Египта ьъ доисторическія времена и въ самомъ
вьчалѣ исторической вдохи. Дрисмапсъ, напримѣръ, считаетъ, что яхмчокъ превращенію
человѣкоподобнаго животнаго въ человѣка, т. е. къ происхожденію человѣка, быль данъ
кмеквр ѵтвмт. послѣдователыіымь оледенѣніемъ Европы.
Но > ікѵва же была судьба страны, и какая раса населяла се раньше того вре-
мени, когда егнитяне обраоотали Бильскую долину в, поселившись въ пей, сдѣлались
именно той народностью, и которой уже писали историки? Откуда пришли первые піонеры
367
в какой опв веля образъ жизни? Сколько вопросовъ остаются пока еще безъ от-
вѣтовъ!
Нѣкоторыя соображенія позволяютъ вамъ, правда, строить допустимыя гипотезы
„К о и ы “ Нижняго Египта.
2 50С ОС О
"оГ
"іьс Килом
I. Бѣлая стѣна—Мемфисъ. ГГ. Кпязь—Гел іополя<ть Ш. Ведро быка—Летоп опись. IV. Мишень
южная. V. Черная корова—Атрибисъ. VI. Западный ноігь—1'ариоъ. VII. Властитель—Бусирисъ
ѴШ. Наслѣдникъ, Верхній Номъ—Бубаотиоъ. IX. Коронованный и стробъ—-Пасипти, X. Острога
Восточная—Гврополисъ. XI, Мпшена Сѣверная— Сайтовъ. ХП. Дикій Быкъ—Ксонсъ. ХШ. Ибисъ—
Баху. XIV Спеланатык Быкъ—Фарбѳтосъ. XV. Наслѣдникъ, Нижній Номъ—Длитъ. XVI. Восточная
Ступень—Тан ивъ. ХѴП. Острога Западная. ХѴПІ. Богъ Телецъ—Со бешінт ось. XIX. Солнце—
Мопдосъ. XX. Самхудптъ.
и даже иногда устанавливаютъ факты чрезвычайной важности. Такъ, теперь уже из-
вѣстно, что въ Египтѣ. какъ и въ Европѣ, былъ каменный вѣкъ. Ученые обыкновенно
восхищаются числомъ, разнообразіемъ, величиной и роскошью оставленныхъ вамъ егип-
ткпамм памятниковъ во времена уже историческія, по тѣ же ученые долго вѳ обращали
368
такого вниманія па скромные останки отъ эпохи, пе описанной лѣтописями. Только
въ 1869 году Анселенъ впервые сдѣлалъ сообщеніе о примитивной техникѣ каменнаго
вѣка Зтотъ фактъ заинтересовалъ бы го археологовъ, во открытые раскопками ножи,
скребки, стрѣлы, топоры, различные инструменты и оружіе, подобные тѣмъ, что нахо-
дятъ въ западной Европѣ послѣ нашихъ предковъ эолитическаго, палеолитическаго п
неолитическаго вѣковъ, долгое время оставалась какими-то одиночными фактами, безъ
ьсякой связи съ развитіемъ Египетской народности Находки эти ученые вполнѣ оцѣнили
лишь позже, послѣ многихъ раскопокъ древнихъ могилъ, когда неолитическіе инстру-
менты были найдены рядомъ съ сосудами изъ твердаго камня и предметами, вырѣзанными
изъ слановой кости. Появилась какъ бы новая точка опоры для учоиыхъ, изучающихъ
доисторическій періодъ, и для археологовъ. Значитъ, креміквыя орудія употреблялись еще
в во времена фараоновъ, т. е. въ такое время, когда цивилизація стояла уже довольно
высоко Впрочемъ, эпоха, коуда употребленіе камня и кости преобладало, все же была
много равыпе эпохи воцаренія первыхъ династій Насколько намъ извѣстно, самыя
древнія каменныя орудія египтянъ—это именно гѣ, которыя были найдены Швейнфур
томъ въ мѣстности близъ террасы Курва, тамъ, гдѣ въ 1882 году, т. е. па двадцать
лѣтъ раньте, по указаніямъ Питта Риверса, должны были находиться кремневыя орудія,
относившіяся къ четвертичному періоду. На нижней террасѣ оказались инструменты
эолитическіе вмѣстѣ съ инструментами палеолитическими, тогда какъ ва плато слѣдами че-
ловѣческаго существованія явіяются лишь кремневыя орудія и остатки разрушенныхъ
очаговъ, относящіеся всѣ уже къ періоду болѣе позднему. Мастерскія неолитическихъ
орудій находятся большей частью па западѣ оть Нвла, въ Нагада, Абндссѣ в другихъ
мѣстностяхъ средняго Египта на границѣ пустынь и даже за этою границею, въ мѣ-
стахъ, теперь совершенно необитаемыхъ. Въ іазпсахь Ливійской пустыня находятъ также
ѵгроміюе количество шлифованныхъ камней. Что же касается пустыни восточное, заклю-
ченной между Ниломъ и Аравійскимъ заливомъ, то тамъ находятъ сравнительно мало
кремневыхъ орудій, да н тѣ найдены въ сосѣдствѣ рѣки. Въ древнихъ могилахъ, воз-
расть которыхъ опредѣляется въ 6000 в 700о лѣтъ нашли не только кремневыя опудія
чрезвычайно тоніи 1 шлифовки, но также различные предметы. выточенные изъ слоновой
али простой кости, изъ мѣди и золота, какъ, ичнр. статуэтки, разныя фигурки, а также
сосуды изъ черной глины съ оттисками изображеній животныхъ, поражающихъ вѣрностью
рисунка. Очевидно, горшечники, работавшіе этп вешн, были хорошо знакомы съ упо-
требленіемъ цвѣтной глевы и съ ея лакировкой, вп всякомъ случаѣ лучше, чѣмъ въ
теченіе послѣдующаго періода. Везъ сомнѣнія, эти перпыѳ египетскіе художники про-
исходили отъ народностей, совершенно не похожихъ на тѣ, что заселили Египетъ въ
эпоху уже историческую.
Нубійскія пустыни па востокѣ отъ Нала, въ особенности же въ области Зтбан,
гдѣ кочуютъ абадбохн и бпшхарвны, равно какъ и страны кремневыхъ орудій па западѣ
»п> великой рѣки, были прежде, Повидимому, важнѣйшими центрами цивилизаціи;
остатки кремней тамъ попадаются, правда, сравнительно рѣдко, но зато тамъ хороши
умѣли обрабатывалъ мѣстный камень стеатитъ, или огнеупорный горшечный камень, изъ
котораго и дѣлали различныя кухонныя нриинцежпостн, каігь-т»: тарелки, горшки, ко-
369
телки. Для предметовъ болѣе высокаго качества, б<иѣе изысканныхъ. ѵпотреб-іяли нѣчто
въ родѣ метаморфическаго змѣевика (серпентина), чрезвычайно твердаго. Имени» такого
сорта сосуды я находятъ въ могилахъ древнихъ фараоновъ наряду со старинными крем-
новыми орудіями Со временъ доисторическихъ промышленность абадбеховъ и бихшариповь
не измѣнилась; тамъ и теперь продолжаютъ дѣлать кухонную утварь подобнымъ способомъ.
ІПвейпфурть высказываетъ предположеніе, что туземные обитатели восточной Пубіп,
теперь ужо выродившіеся, принимали большое участіе въ заселеніи Нвіьской долины;
это происходило еще въ ту эпоху, когда, по неправильнымъ различіямъ, болотистому
характеру береговъ и растительности низовье рѣки очень походило во всемъ на Голубой Нилъ
Сонаара между горами Аопсспшн и Хартумомъ. Тогда еше весь нижній Египетъ пред-
ставлялъ собою большую болотину между дельтой и первыми порогами. Вь примитивномъ
видѣ Вилъ состоялъ пзъ цѣлаго лабиринта потоковъ и ручьевъ, постоянно мѣняющихъ
свое русло, въ зависимости отъ высоты воды и продолжительности засухи.
Пласты папируса и различныхъ другихъ водяныхъ растеній быстро образовывали
заторы па днѣ рѣки, задерживая ея теченіе или направляя ее къ другому, болѣе удобному
руглу. въ то же время на болѣе твердой почвѣ острововъ или берега начинала по-
являться растительность, а именно деревья, которыя очень скоро превращались въ не-
проходимую чащу, гдѣ могли удобно прятаться дикія животныя. Конечно, пе въ такой
средѣ и не въ подобныхъ условіяхъ могла зародиться цивилизація, а потому элементы
ея образовывались и складывались въ другихъ мѣстахъ, главное, въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ
были свободныя пространства и гдѣ люди могли группироваться въ зпачательпыя массы.
Мѣстности на востокѣ, хотя и безплодныя, но имѣвшія преимущества хорошаго климата,
къ тому же здороваго, болѣе послужили человѣчеству въ этомъ отношеніи. Тамъ люда
могли безпрепятственно передвигаться, соединяться вь группы; тамъ-то, по всѣмъ пред-
положеніямъ, и подготовились событія, повліявшія впослѣдствіи на еймое значеніе Ниль-
ской долины.
Яркій контрастъ между плодородными поберегкьами Пила, иокрытыми цвѣтущими
деревьями, я сѣрыми скалистыми пустынями востока, гдѣ лишь мѣстами едва виднѣются
палатки кочевниковъ, дѣлаетъ гипотезу Швейифурта на первый взглядъ довольно не-
вѣроятной, но, безъ, сомнѣнія Нилъ, какъ и всякая другая рѣка съ историческимъ
значеніемъ, сперва не былъ удобенъ для поселенія человѣка нзъ-за опасныхъ лихорадокъ
микробовъ и всевозможныхъ міазмовъ, разносимыхъ кишѣвшей тамъ мошкарой. Одни
лишь смѣльчаки отваживались приближаться къ нему. Египетская рѣка была въ прежнія
времена тѣмъ же, что представляютъ въ настоящее время рѣки тропической Америки:
Атрато, Магдалена и Амазонка. Въ Пятикнижіи Моисея есть преданіе о египетскихъ
язвахъ, которое, весьма возможно, служитъ отголоскомъ тѣхъ страданій, что должны
были испытывать первые, смѣлые піонеры, заселившіе берега этой рѣки.
Пустыня съ ея твердой, каменистой почвой обладаетъ громаднымъ достоинствомъ—
хорошимъ воздухомъ. Она. конечно, но могла дать земледѣльцу такой общагой жатвы,
какъ берега Нила, гдѣ урожай бываетъ самъ-десять н даже самъ-двадцать, н„ обитатели
пустыни зато были людьми крѣпкими, съ здоровымъ выносливымъ тѣломъ и смѣлой
душой. Народы не зарождаются въ мягкомъ илѣ, говоритъ Швейнфуртъ, хотя преіаніе
элцзи рр-кяю. вып. пі.	24
370
о первомъ человѣкѣ говорить пмеияоо пропехожді-віи ого изъ глппы. Впрочемъ, отдѣльные
индивидуумы. смѢдыр піонеры, не побоялись начать обрабатывать этотъ мягкій илъ в
такимъ образомъ создали новыя условія для дальнѣйшаго развитія общественности. Котя
игъ первыя колоши остались неизвѣстными, но быстрое размноженіе земледѣльческихъ
народностей па жирной почвѣ Нильской долины дало въ свою очередь пищу историче-
скимъ фактамъ и преданіямъ, скоро замѣнившимъ собою всѣ предшествовавшія.
II такъ, мы можемъ утверждать вмѣстѣ со Швейифурюмь, что еще задолго до
утвержденія династіи фараоновъ, собиравшихъ вь свои житницы веливолѣппую жатву—
плодъ трудовъ такъ называемаго «краснаго земледѣльца», народы, кочевавшіе въ без-
плодныхъ пространствахъ между Ниломъ и моремъ, играли роль піонеровъ человѣчества.
При этомъ певоіьно является вопросъ—обязана-ли цивилизація кочевникамъ восточныхъ
пѵстынь, или же честь эта принадлежать переселенцамъ идъ «Зчастливой Аравіи?» На
самомъ дѣлѣ Нубійскія земли въ главной части вхъ территоріи, лежащей къ сѣверу отъ
высотъ Эфіопіи, имѣютъ огромное историческое значеніе, являясь какъ бы открытыми
воротами. Гвміариты и другіе эмигранты Іемена, этого древнѣйшаго очага пинплияапіи,
должны были непремѣнно проходить черезъ ати мѣста во время своего передвиженія на
западъ. Переправившись черезъ заливъ или море, усѣянное островами, путники при-
нуждены были пли поднимать» но ступенямъ плоскогорій Зфіопіи, что, вѣроятно, и
дѣлали втн частью мирныя, частью воянствснпыя банды, или же полнишься впередъ
къ сѣверу вдоль прворежья, вплоть до широкихъ горныхъ проходокъ, т, е., до того
естественнаго пути, гдѣ теперь стоить портэ Суакипъ; отсюда, подвиіаясь иа ванадъ,
они достигали самыми ближними путями береговъ Нила у Бербера или у его излѵчивы,
гдЬ стоялъ городъ Абу-Хамадъ: то были мѣста, важныя по вначеиію вь періодъ исто-
рическій и даже доисторическій—древнія, какъ сама цивилизація.
Направляясь къ долинѣ рѣки или къ близъ лежавшимъ мѣстностямъ, эмигранты
віи, будучи большей частью пастушескими племенами кочевниковъ, повиновались силѣ
своего влеченія къ прекраснымъ пасть вшамъ, орошаемымъ періодическими разливами
рѣки и къ лѣснымъ зарослямъ, гдѣ кишѣли звѣри—богатая добыча охотниковъ. За
пастухами и охотниками мало-по-малу начали появляться и земледѣльцы, л такомъ путемъ
постепенно начинала образовываться Египетская нація, которой оригинальная природа
этой страны предназначила выдающуюся роль среди другихъ націй.
Сколько сотенъ и даже тысячъ вѣковъ понадобилось для того, чтооы могла сло-
житься эта народность при совершена*- особыхъ условіяхъ Нильской долины! Какая
цЬпь усилій, часто безплодныхъ, чтобы развести культуру ва этой неровной, болотистой
и топкой мѣстности! Приходилось дѣлить землю па участки и отрѣзки, дабы совмѣстить
двѣ і(ротивоиол<>жиыхъ задачи, а именно; защитить свои жилища отъ наводненій ирц
разлиііяхъ я въ то же время использовать разлитіе для орошенія своихъ полей. Есть
легенда, символически изображающая борьбу Египтянъ съ непокорной рѣкой; въ вей
разсказывается, что Меііеса, устроителя Египетскаго государства, построившаго плотины
и каналы в основавшаго и само царство, пожралъ крокодилъ. Дѣйствительно—приспо-
собленіе разливовъ рѣки на пользу земладкпя стоило ужасныхъ жертвъ. Многія иополѣвіл
гакъ и погибли въ этой борьбѣ.
371
Къ ближайшимъ сосѣдямъ доливы Нижняго Нела издавна примѣшались различныя
племена, обитавшія ва территоріи рѣчного бассейна; между ними были и негры, частью
свободные, частью привезенный ужи невольниками изъ другихъ странъ. Безъ сомнѣнія,
и мореплаватели по Средиземному морю, принадлежавшіе опять къ соьершевно инымъ
расамъ, приставали къ этому побережью я тоже основывали здѣсь свои колоши, изъ
Сфинксъ Гизе.
Цивилизація фар^опв Моноев япллотся не началомъ, в апогеемъ эволюціи, ой доллсиы бы прод>
шествовать долгіе вѣка попытокъ и медленнаго прогресса, Вепдкііг сфинксъ, лежащій близъ него
одзомныіі храмъ п пирамиды Саккара, безъ сомлѣнія, предшествовали времени Мѳнеса. Прини-
мая во вниманіе Маивфоив, подо отнести постройку сфинкса Гизо ко времени за 8000 дѣтъ до наоъ.
«вторыхъ однѣ долго сохраняли свою физіономію, тогда какъ другія, напротивъ, >>чонь
скоро поі іощались мѣстнымъ насоленіемъ. Исторія говоритъ мамъ объ этихъ пришельцахъ
сь моря, точно такъ же, какъ и о вторженіи разныхъ племенъ пзъ Азіи, напримѣръ,
семитовъ, или родственныхъ имъ арійцевъ и даже монголовъ. Были и такіе, какъ за-
являютъ нѣкоторые ученые, тинъ которыхъ рѣзко отличался отъ сложившагося уже въ
древнія времена типа египтянъ
Нѣкоторыя теперь уже исчезнувшія изображенія, онмсаніыя Шамноліономъ, пока-
зываютъ. что египтяне различали различныя людскія расы. Въ могилѣ Менефта. въ
Бвоавъ-іітъ-Молука. 80 лѣтъ тому назадъ нашли такія изображенія, гдѣ «красный
египтянинъ», «человѣкъ по преимѵществу», рѣзко отличался отъ «желтаго азіата»,
372
«негра» и «европейца» и™ «бѣлаго человѣка» съ прямымъ слегка выгнутымъ носомъ,
свѣтлыми глазами и свѣтлой же или рыжей бородой, высокою роста, стройнаго, одѣтаго
въ воловью шкуру, словомъ, настоящаго дикаря, иногда даже татуированнаго. Муміи
Фараоновъ являютъ собой этническій типъ, несхожій съ другими. По Майеру, скелетъ
Гешіогга наводить на мысль о его негрскомъ происхожденіи Напротивъ, Тутмесъ ІП
но тину былъ похожъ на европейца.
Въ пятидесяти километрахъ къ сѣверу отъ Ѳивъ. на берегу стараго, высохшаго
русла Пила, археологъ Флиндерсъ-Петри нашелъ останки пребыванія людей палеолити-
ческой эпохи, жившихъ, вѣроятно, при седьмой и девятой династіяхъ, т. е. почтя пять
тысячъ лѣтъ назадъ. Предполагаютъ, что они распространялись пэ всей этой части
Египта, потому что, напримѣръ, стрѣлы ихъ, оружіе в инструменты находятъ далеко
къ сѣверу и къ югу отъ ихъ главнаго становища. Пхъ горбатые носы, длинныя острыя
иороды и волнистые волосы показываютъ, что они не принадлежали къ негрскому пле-
мена Можно также предположить, что у нихъ существовало, какъ обрядъ, религіозное
людоѣдство, иначе трудно объяснить то явленіе, что всѣ найденные и откопанные трупы
были безъ рукъ и безъ головы; иногда тѣла были найдены раздѣленными на части, и
тогда въ одной кучѣ бывали сложены ребра, а въ другой позвонки. Не смотря па св»и
кровавые обряды, племя это успѣло проявить высокую культурную технику, о которой
можно судить по изготовленію сосудовъ и по прекрасной шлифовкѣ камней съ изоора-
женіямн. Впрочемъ кажется, пшъмеппостъ имъ извѣстна не была. Спрашивается:
откуда же опп пришли? Швейнфуртъ склоненъ считать ихъ хамитами, съ юго-востока,
которые сперва жили между Египтомъ и юго-западной Аравіей, тогда какъ Петри вы-
сказываетъ мысль, чю то были ливійцы съ запада. Снособъ погребенія говоритъ за
второе предположеніе, такъ какъ трупы ихъ находятъ поставленными на колѣни и обра-
щенными лицомъ къ закату.
Возможно ли, опираясь на совокупность этихъ фактовъ, сдѣлать какой-либо выводъ
о климатѣ или предположить, что ю-гда-то оазисы были многочисленнѣе, пустыни—
мевѣе безплодны, а климатъ не такъ жгучъ и болѣе благопріятенъ для человѣческаго
существованія?
Происхожденіе воздѣлываемыхъ растеній и домашнихъ животныхъ бросаетъ нѣко-
торый свѣтъ ва тѣ первоначальныя вліянія, когорымъ подверглась египетская нація.
Такъ, папр., извѣстно, что торговцы ароматическими и другими пѣнными растительными
маслами и продуктами юго-западной Аравіи привезли съ собоп также а деревья, сдѣ-
лавшіяся впослѣдствіи даже священными; таковъ сикоморъ (Кісиз кусошопш) еъ его
широкими, черными листьями, склоняющимися къ воламъ Нвла, затѣмъ Мішизорз
Зеііітрегі (персяю греческихъ авторовъ)., встрѣчающуюся уже на надписяхъ внохп
четвертой династіи, но въ продолженіе послѣдующихъ трехъ вѣковъ не попадающуюся на
берегахъ Нила хотя ее находятъ въ Іоменѣ, ея настоящей родинѣ. Тѣмъ же путемъ,
черезъ Атбару и среднее теченіе Нила получили епштяно своо лучшее сокровище, драго-
цѣннаго помощника въ земледѣльческихъ трудахъ Дѣйствительно, дознано, что домашній
оселъ египтянъ происходить отъ дикаго нубійскаго осла, а вовсе не отъ онагра Сирій-
скихъ пустынь или Персіи. Имени» этоть оселъ съ его полосатыми ноіами (Ецииэ
373
іаепоріп? Неиуіш), прыгавшій когда-то по скалистымъ высотамъ Этбаи, в сталъ послѣ
товарищемъ и епувикомъ человѣка въ сго странствіяхъ черезъ пустыми и до сихъ поръ
имѣетъ большое значеніе въ домашнемъ хозяйствѣ египтянина. Появленіе лошади съ
Восточная пустыня.
I: ЛООСООО
О	50	100	' ЯОоХилвм.
круглимъ выпуклымъ лбомъ, отъ которой пропзошлп впослѣдствіи берберійскія лошадь,
приписывается Пйтремоиомъ тѣмъ туранскнмъ завоевателямъ, которые привели ихъ съ
сѣверо-востока черезъ Суэцкій перешеекъ.
На основаніи приведенныхъ зоологическихъ и ботаническихъ изысканій можно
установить, что Азія, какъ и остальная Африка, принимала дѣятельное участіе въ вето-
374
рическомъ развитія Египта. Конечно, первыя животныя побережной фауны, какъ-то:
собаки, нотки. газели, нѵмпдіііп.ія стрекозы, гуси, утки, журавли, ан<*ты и горлицы
были происхожденія африканскаго, но уже съ самыхъ первыхъ временъ ложно различить
на египетскихъ памятникахъ изооражепіо быка чисто азіатскаго происхожденія. Быки
на одномъ изъ барельефовъ Гизе замѣчательны своими громадными размѣрами, лирооб-
разными рогами, высокой холкой и покатой линіей спинного хребта, спускающейся отъ
шеи къ хвосту. Это быкъ азіатскій, и ішпоочпое предположеніе о двухъ различныхъ
породахъ оыковъ къ Египтѣ произошло просто потому, что археологи приняли быковъ,
отличавшихся лишь длиной роговъ, за двѣ различныя породы. Овцы и козы, привезенныя
въ Египетъ еще въ глубокой древности, происходятъ также изъ Азіи п притомъ появи-
лись позднѣе быковъ, по раньше лошадей. Сравнительно недавно, т. е. въ періодъ уже
историческій, на берегъ Нпла цопалъ верблюдъ. который теперь кажется необходимой
принадлежностью Египетскаго пейзажа. Курица—пріобрѣтеніе позднѣйшаго времени, по
сравненію сь утками и гусями.
Такъ юслѣдовательн - обогащахся Египетъ пріобрѣтеніемъ этихъ столь важныхъ
домашнихъ животныхъ, но ѵже съ самаго начала онъ обладалъ всѣми нужнѣйшими
хлѣбными растеніями, о которыхъ знали во времена глубокой древности.
Древнѣйшіе памятники, завѣщанные намъ обитателями Нильскаго побережья, хотя
и имѣютъ отъ роду семьдесятъ столѣтій, принадлежать, однако, къ іакой эпохѣ, когда
цивилизація стояла уже высоко; это доказывается и характеризуется такими сложивши
учрежденіями, которыя явно указываютъ па существованіе культуры и въ предшествующіе
вѣка. Ростъ націи идетъ медленно, какъ ростъ какого-нибудь могучаго дуба, пуска-
ющаго далековъ глуоь земли свои корни. Еще за многія тысячелѣтія, до появленія хотя
оы мимическихъ проданій, исторія страны иамъ неизвѣстна; впрочемъ, нѣкоторые спе-
ціалисты твердо увѣрены, что египетская цивилизація существовала задолго до другихъ.
Во всякомъ случаѣ невозможно разсматривать п судить о древности народовъ Нильской
долины отдѣльно отъ Месопотаміи. Халдейское вліяніе пыль однимъ изъ факторовъ раз-
витія египетской народности въ самомъ началѣ, а потому Оппертъ едва лн очень оши-
бается, считая, что первыя человѣческія общины относятся къ десятому или одиннад-
цатому тысячелѣтію до начала христіанской эры. Между тѣмъ нѣкоторые хронологи
принимая незапамятную древность націи Нильской долины, ігоинуждены были много
сократить прололжнтельность существованія Еіппетскаго царства, уітановдеішую лѣтопи-
сями жрецовъ, именно въ томъ видѣ, какъ ее опредѣлялъ верховный жрецъ Геліополиса—
Манеионь для своего властителя Птолемея Филадельфа. Невозможно объять мыслью
слишкомъ длинные историческіе періоды, которымъ, вдобавокъ, не хватаетъ еще и под-
робностей, а потому пришлось Припять такое сокращеніе, хотя тутъ же надо прибавить,
что, кромѣ того, нѣкоторые писатели желали непремѣнно подчинить хронологію языче-
скую—хронологіи священнаго парода, а именно — еврейской. Имъ казалось необходимымъ
игпсн)ть всю исторію Египта въ тѣ ірп или четыре тысячелѣтія, которыя, по разнымъ
версіямъ толкователей еврейскихъ книгъ, протекли отъ потопа до рожденія Христа.
Если бы христіанскій историкъ могъ допустить правдивость списка египетскихъ цаѵей,
то ему пришлось бы также признать, что народъ египетскій вь какія-нибудь пять или
315
шестъ столѣтій поднялся на такую высокую степень цивилизаціи, которая могла воспро-
извести сфинксовъ въ Гизе.
Отсюда возникло предположеніе, что Мапеѳопъ ошибался, считая цѣлый рядъ ди-
настій якобы слѣдовавшими одна за другою, тогда какъ на самомъ дѣдѣ онѣ царстновали
одновременно въ разныхъ частяхъ страны. Тѣнь не менѣе ничто пе оправдываетъ пред-
положеній Пруппа, который опредѣлялъ продолжительность этого времени по таблицамъ
Манеоова пятью стами лѣтъ, и Лепсіуса, считавшаго лотъ періодъ въ четырнадцать
вѣковъ Перечень династій, написанный
верховнымъ жрецомъ Мапечономъ вполнѣ
согласуется сь тѣмъ, что данъ Эратосфе-
номъ, и съ различными іероглифяческими
надписями, какъ, яапр. на развалинахъ
храма въ Аоидосѣ. Есть, впрочемъ, и
такіе архитектурные памятники, на кото-
рыхъ имя одного п того же паря встрѣ-
чается упомянутымъ какъ бы въ совер-
шенно различныхъ странахъ, такъ что
ВОЗМОЖНО было допустить ОДНОВреМОИПСі
царствующія независимыя династіи. Воз-
можно, что и Мансѳопъ въ такихъ слу-
чаяхъ иногда ошибался, но его ошибки
не всѣ одинаковы. Если донустить, что
семнадцатая династія, первая въ Ѳиван-
скомъ царствѣ, оыла также современной
и тѣмъ послѣднимъ царямъ—пастырямъ,
которыхъ она побѣдила и подчиняла,
то весьма вѣроятно, что приписываемая
7 и 11 династіямъ продолжительность
въ 70 дней и 43 года недостаточна.
Памятники говорятъ намъ о 22 паряхъ
ІІ-Й династіи, между которыми встрѣ-
чаются девять Энтефовъ и шесть Ментохотеповъ, тогда какъ ко Манеоону этихъ царей
всего на всего было извѣстно шестнадцать. Слѣдовательпо. оказывается вполнѣ резон-
нымъ придавать историческое значеніе этой послѣдовательной смѣнѣ царствующихъ особъ,
которые, по словамъ того же Манеоона, занимали тропъ въ періодъ пятидесяти «ли
шестидесяти столѣтій, то есть, ровно за 5233 года до начала христіанскаго лѣтоисчш левіЯ-
Какъ бы ни длиненъ казался итогъ періодъ, особенно при сравненіи съ про-
должительностью существованія рода человѣческаго по даннымъ еврейскихъ леіендъ
однако, и онъ представляется ничтожнымъ для эволюціи народа, достигшаго чрезвы-
чайно высокой ступени цивилизаціи, хотя и жившаго долгое время подъ бременемъ
ига жрецовъ а потому развивавшагося очень медленно, иногда даже регрессируя
въ развитіи.
376
Такимъ образомъ мы видимъ, что египетскія лѣтописи допускаютъ мысль, что въ
ранній историческій періодъ, еще до воцаренія династій обыкновенныхъ людей, египтя-
нами управляли герои п боги. Есть драгоцѣнный документъ, сохранившійся вь Турин-
ской библіотекѣ, такъ называемый «Туринскій Папирусъ», по которому вся египетская
исторія дѣлится на три періода. Первый изъ нихъ имѣетъ продолжительность въ десять
тысячелѣтіи я олицетворяетъ собою то время, когда, ио словамъ лѣтописцевъ, вь странѣ
царили первоначальныя силы, какъ небесныя, такъ и земныя. Первыми царствовали
семь боговъ, предегавлеины' семью глинными небесными свѣтилами; па гнѣву ямъ
пришли двѣнадцать боговъ, олицетворявшіе собой двѣнадцать мѣсяцевъ года, и тридцать
полубоговъ,—число равное тридцати днямъ мі сяпа.
Оказывается, что владычество этихъ первичныхъ сидъ соотвѣтствовало движенію
небесныхъ свѣтилъ, а это, конечна, укалываетъ па тотъ фактъ, чго египетскимъ уче-
нымъ было знакомо движеніе солнца по эклиптикѣ. II если эти періоды и не соотвѣт-
ствуютъ въ лѣтописяхъ исторіи самоа страды, за то она много говорятъ намъ ооъ
исторіи неба.
Вскорѣ послѣ этого періода ранней исторической эпохи, о которой, однако, упо-
минается въ лѣтописяхъ Манеоона, сообщающаго между прочимъ, что начало первой
династіи фараоновъ въ Мемфисѣ, блпзъ развѣтвленія дельты, было положено Мейесомъ
Могущество фараоновъ оказалось вскорѣ настолько прознымъ и настоіько поработило
весь народъ, что властители могли тогда уже, ради славы своего рода, возводить тація
удивительныя постройка п такіе памятники, каковыми являются пирамиды.
Эта гиганты громко свидѣтельствуютъ о вліяніи вавилонянъ при дворѣ тогдаш-
нихъ египетскихъ парой и въ храмахъ боговь, чѣмъ болѣе, что, какъ оказывается,
пирамиды построены но изъ твердаго камня, что было бы естественнымъ въ долинѣ,
окруженной скалами п утесами Пирамиды сложены изъ кирпича наподобіе Месо-
потамскихъ башепь съ ихъ уступами, по нъ Месопотаміи этого требовала при-
рода почвы.
Вавилонское происхожденіе этою типа построекъ тѣмъ болѣе трудно осиаришъ,
что и и» формѣ своей сохранившіяся въ Саккарѣ древнѣйшія пирамиды походятъ на
ступенчатыя храмы, вродѣ обсерваторій Халдеи.
Существуютъ, впрочемъ, и другія указаніи па то, что сумерійцы Мессиотаміи,
прибывши па берегъ Нила, оказали огромное вліяніе на населеніе Египта. По словамъ
Фр. Іоммеля, они то и пріучили египтянъ еще въ древнѣйшій періодъ обрабатывать
металлы, а также воздѣлывать различные хлѣбные злаки.
Значите іыіая часть с.ювь египетскаго языка—сумеро-аккадійскаго происхожденія
п даже генеалогія божествъ этихъ двухъ странъ тождественна.
Даже самыя имена ихъ совпадаютъ.
Уже позднѣе въ египетскіе храмы п библіотеки проникло клинообразное письмо
ассиріянъ, о чемъ свидѣтельствую™ таблицы, найденныя вь Тедь-Эль-Амарна близъ
Мпніе. Въ эту эпоху между дворами велась уже правильная корреспонденція. Такимъ
образомъ мы видамъ, что уже въ тѣ времена существовала почтовое учрежденіе, хотя
бы для однитъ царей. Но какъ ни полнко было вавилонское вліяніе на цивилизацію
Область египетскаго вліяніи.
I 25 С 00 000
I	—___---—г --- I
о і;о чс. аоо із >о Килом
37а
Египта и на хоть научнаго развитія этой страны, прибрежнымъ жителями Нильской
долины удалось сохранить свою самобытность.
Такъ, напримѣръ, халдейское дѣленіе на частя (кратное 6), имѣвшее столь важное
значеніе въ наукѣ тогда и сохранившееся понынѣ въ географіи, не вошло въ обычные
методы у египетскихъ землемѣровъ и счетоводовъ.
«Лондошжій папирусъ*, которому около 3800 лѣтъ и счетная таблица Гязе,
изученная Бругшемъ, документъ по его мнѣнію, еще болѣе древній, указываютъ намъ,
что при математическихъ выкладкахъ важнымъ множителемъ было числ1- 320, кратное
двухъ и пяти, по пе дѣлящееся па три.
Каково бы ни было происхожденіе Египетскаго царства, оно всегда старалось
обезопасить себя отъ вторженія азіятскихъ народностей, и еще долгое время во сосѣд-
ству еъ Горькимъ озеромъ существовала громадная стѣна, возведенная царемъ Снефру,
основателемъ четвертой династіи. Стѣна эта. очепидно, служила въ былыя времена за-
щитой отъ разбойниковъ бедуиновъ. Тѣмъ не новѣе вторженія эти происходили, по
мнѣнію Флиндерса Петри, какъ разъ вь эпоху третьей династіи п въ началѣ четвертой.
Тогда изъ Азіи вторглась въ Египетъ какая-то неизвѣстная раса и покорила первона-
чальныхъ обитателей страны еще за двадцать пять вѣковъ до того вторжгнія, которое
надолго отдали Египетъ во власть иноземцевъ.
Послѣдовавшее затѣмъ вторженіе гиксовъ, которые считаются арабскимъ пастуше-
скимъ племенемъ. воз<тапонпло семитическое вліяніе, но уже въ совершенно повой
формѣ, весьма отличной отъ той, которую приняла было халдейская цивилизація. Впро-
чемъ, въ втомт тобѣдиомъ шествіи съ востока, повидимому, принимали участіе совер-
шена" различ-ыс между собою элементы, и даже возможно предположить, что и скиеы
т. о. тѣ же монголы, проникали побѣдителями на египетскую территорію и участво-
вали въ образованіи народности Нильской долины. Найденныя въ развалинахъ (Іана—
древняго Тависа—изображенія царей Риксовъ, но типу сперва были разсматриваемы какъ
типы семитическіе, и Маріегть подтверждалъ это мнѣніе; опь считалъ, впрочемъ, что и
населеніе береговъ озера Мевзале принадлежитъ по происхожденію къ семитамъ, н >
Пьетремонъ, послѣ внимательнаго изученія указалъ на то, что всѣ эти типы, главнымъ
образомъ и почти исключительно, имѣютъ монгольскій характеръ. Какъ бы то ни было,
вліяніе Азіи на эту часть Африки было такъ могущественно, чго даже долгое время послѣ
изгнанія гиксовъ. вь эпоху рамесендовъ. писатели того времени старались избѣгать чист^
египетскихъ оборотовъ рѣчи н замѣняли ихъ оборотами языка, па которомъ говорила
передняя Азія Поилворные, въ свою очередь, старались подражать въ разговорѣ, манерѣ
и оборотамъ рѣчи высшихъ сановниковъ совершенно такъ же, какъ 3000 лѣтъ спустя
куртизаны при дворѣ Франціи силились подражать итальянскому жаргопу въ угоду
Кончини и другимъ авантюрнстамз., пришедшимъ изъ-за Альпъ. Какъ разъ въ эпоху
арабскаго владычества въ Египтѣ, Вавилономъ завладѣла династія ханапейікнхъ побѣ-
дителій. принадлежавшихъ, по всей вѣроятности, къ той же этнической волнѣ, завое-
ватели ввели гамъ свой религіозный культъ.
Чужеземцы проникали въ Египетъ также и съ моря, кромѣ гимміаригоьъ, послѣ-
дующія поколѣнія которыхъ распространялись черезъ Эфюпію. Народности приходили и
379
со стороны Краснаго моря тѣмь морскимъ путемъ, который былъ извѣстенъ уже очень
давно, путемъ, соединяющимъ портъ Коссевръ съ большой излѵчиной Нила. Исторія
упоминаетъ также о колоніяхъ, основанныхъ близъ дельты Нила обитателями береговъ
Средиземнаго моря.
Откуда они являлись: — съ береговъ Кпрепеи, изъ Сициліи, Италіи, Сардиніи
пли Крита?
Во всякомъ случаѣ тутъ были и прпшмльцы изъ Малой Азіи. Египетскія падііиги
упоминаютъ о мореплавателяхъ Кафги, которые овладѣли островами Средиземнаго моря
и торговали предметами искусства, подобными тѣмъ, что Шлиманъ нашелъ при раскоп-
кахъ въ Микенахъ.
Это были, оезъ всякаго сомнѣнія, азіаты, но отнюдь не финикіяне, вліяніи кото-
рыхъ сказалось въ болѣе позднее время. Можетъ быть, исходнымъ пунктомъ этихъ на-
родностей быта Киликія.
Чужеземные купцы часто основывали вь Нильской долинѣ оогатыя ішптипы, потому
что послѣ ихъ изгнанія египтянамъ досталась богатая военная дооыча — много золота,
серебра, сабель, павцырей и драгоцѣнныхъ сосудовъ. А сколько тысячъ и даже сотенъ
тысячъ невольниковъ было между этими переселенцами, невольниковъ черныхъ, бѣлыхъ,
желтыхъ и мѣдно-красныхъ, привезенныхъ изъ различныхъ странъ и впослѣдствіи вь
большой пропорціи примѣшавшихся къ коропіі»му населенію!
Когда наконецъ установилось ранновѣсіо между столь разнообразными племенами,
принимавшими участіе въ образованіи сіппетской народности, оказалось, что народность
эта состояла главнымъ образомъ изъ людей съ кожей бронзоваго цвѣта, называвшихъ
себя «Краевыми» и рѣзко отличавшихся отъ людей черной расы, населявшихъ вер-
ховья рѣки.
Въ началѣ историческаго періода граница, раздѣлявшая эти двѣ группы, пере-
сѣкала Долину Нила ниже ущелья ІІѢпей. Именно тамъ, гдѣ высился храмъ «Тэба»,
позднѣе «.Великій Аполлннопояисъ», и еще позднѣе «Эдфу», тамъ, а не у перваго
порога, не выше, капъ принято думать, проходила рѣзкая грань между красными и
черными, между Египтомъ и страною Нуба. или Барбардуеъ.
Конечно, нація, составившаяся изъ столь рѣзко отличающихся между собой эле-
ментовъ, тѣмъ не менѣе должна была получизь особый отпечатокъ и отъ вліянія соб-
ственно Египетской среды.
Широкій, излучистый, сіяющій потокъ воды регулировалъ свопмн разливами жизнь
псберсжпыхъ обитателей; онъ же далъ окраску и ихъ религіи, и ихъ нравамъ. Онъ жо
давалъ Египту хлѣбъ п, слѣдовательно, корчилъ всю страну.
Геродотъ вполнѣ вѣрно назвалъ Египетъ «Даромъ Пила». Египтяне, значитъ,
тоже ему обязаны происхожденіемъ. Изъ наносовъ рѣки произошли растенія, а хлѣбные
колосья превратились въ людей.
йплъ вообще имѣетъ такій характерныя особенности, которыя рѣзко отличаютъ
его отъ другихъ большихъ рѣкъ земного шара. .
Би-корныхъ, онь течетъ почти по меридіану, направляя своп воды съ юга на
сѣверъ, такъ что многія племена, обитавшія въ его долинѣ и незнакомыя съ обширнымъ
380
міромъ, могла вообразитъ, что игъ рѣка дѣлитъ всю землю ва двѣ части и что рѣка—
это именно та мппическая змѣя, которая обвилась вокругъ земли, кусая свой хвостъ.
Другая особенность Нила заключается въ томъ, что онъ имѣетъ развѣтвленіе лишь вь
верхней части своего бассейна. Въ Хартумѣ сливаюті я двѣ рѣки, составляющія собственно
Нить. Бѣлый Нилъ, вытекающій изъ озеръ центральной Африки, и Голубой Нилъ, берущій
свое начало въ неприступныхъ высотахъ Эфіоиіп. Тамъ впродолженіо извѣстной части
года п-чти перестаютъ выпадать атмосферные осадки, и тогда точеніе Пила ослабѣваетъ
по направленію къ морю, которое находится въ 2700 километрахъ къ сѣверу отъ этого
сліянія двухъ рѣкъ. Возможно, конечно, что глубокіе надземные источники, бѣіущіо съ
сосѣднихъ горъ, приходятъ па помощь рѣкѣ, н такимъ образомъ избѣгается слишкомъ
большой спадъ воды. Зато вь догадливый періодъ Нилъ сильно вздувается, особенно
между Хартумомъ и Берберомъ; причиною зтого является Атбара—у древнихъ Астабо-
расъ—рѣка вь другое время настолько оезводная, что путники зачастую раскидываютъ
свои шатры на мѣстѣ ея русла. Зато послѣ дождей Атбара — великолѣпный потокъ,
похожій на море.
Это есть тотъ самый Нилъ, который эфіопы не разъ грозились отве-
сти въ Красное море и такимъ способомъ лишить егаитяпъ ихъ благодѣтельнаго
потока, что было іполнѣ возможно для нихъ: стоило только направить торный нотокъ
отъ кряжей Таккааа и Мареба въ сторону пустыни, гдѣ протекаетъ рѣка Барка Хотя
угроза эта всегда оставалась словами, но легенда считаетъ се правдоподобной, и въ
исторіи не разъ проскальзывало опасеніе, что она бывала наканунѣ своего осуще-
ствленія.
Несомнѣнно также, что слишкомъ обильное пользованіе вадами верхняго Нила и
его притоковъ для орошенія прибрежныхъ земель имѣло бы въ результатѣ значительное
уменьшеніе его разливовъ н могло бы совершенно раззорить Егип тъ. Между обѣими
рѣками, составляющими собствепно Пиль, т. е. Ниломъ Бѣлымъ и Голубымъ, и про-
исходитъ въ нѣкоторомъ родѣ раздѣленіе труда, причемъ раздѣленіе зіо удивительно
оравильно. Бѣлый Нилъ, питающійся изъ большихъ экваторіальныхъ озеръ и болотъ,
усѣянныхъ пловучими островками, представляетъ ПѵТокь постоянный и течетъ во всякое
время года, даже во время большихъ засухъ, одинаково; теченіе сто регулируется ступе-
нями пороговъ, превращающими его въ настоящій каналъ со шлюзами. Голубой Килъ,
наоборотъ, сильно пересыхаетъ во время бездождія и засухи; зато во время періода
дождей онъ-то и дастъ всю эту массу воды, столь важную для разливовъ.
Количество воды въ немъ тогда вдвое больше средняго количества ея въ низотьяхъ.
Вотъ этотъ-то избытокъ эфюпекніъ дождей и песетъ Голубой Нилъ по Нубіи н по
Египту. Только благодаря этому избытку могла развиться столь удивительная земле-
дѣльческая культура въ низовьяхъ рѣки. Вслѣдъ за первымъ разлитіемъ, причипевпымъ
Голубымъ Ниломъ, въ спою очередь шлетъ свои воды въ Египетъ и Атбара; тогда
начинается второй разлилъ, образующій, по мѣстному выраженію, особый срогь» въ
обычной лішіи поднятія воды. Вь воду такого яркаго контраста двухъ рѣкъ, составля-
ющихъ Пилъ, и говорится, что Барь эль-Абіадъ «дѣлаетъ» Нвлъ, а Баръ-зль-Азракъ и
Атбара «дѣлаютъ» самые Египетъ.
ЗЫ
Природа почвы, а также сохранившіяся традиціи, какъ бы указываютъ намъ, что
въ древнія времена разливы были гораздо больше; пороги было выше, почему и подъемъ
воды былъ тоже выше. Въ надписяхъ также существуютъ указанія на подобный фактъ
Въ Сенна, нѣсколько выше второго порога, Лепсіусомъ найдены были отмѣтки уровня
воды при разливахъ во времена Амеиефта ПІ, т. о. въ эпоху па 44 столѣтія ранѣе
нашей. Повидимому, уровень воды при разтпвѣ былъ на восемь метровъ выше современнаго.
Польскія отложенія ила занимала въ былыя времена пространства, далекі. лежащія
отъ затопляемыхъ нынѣ мѣстъ, и мы находимъ остатки земледѣльческой культуры тамъ,
гдѣ теперь совершенно невозможно было бы ее возстановить.
Болѣе низкій уровень разливовъ замѣчается выше пороговъ; оно и понятно, такъ
какъ рѣка по немногу размываетъ задерживающую се скалистую преграду; но, во всякомъ
случаѣ, еще вопросъ—понизился ли уровень разливовъ въ самой долинѣ Египта?
Если что такъ, то, слѣдовательно, потокъ, несущійся къ морю, въ прежнія времена
былъ богаче водой, а потому и плотины, устроенный тогда приорежныыи жителями,
должны бы были быть выше теперешнихъ. Нынче ихъ строятъ такъ, чтобы <шѣ могли
882
выдержать напоръ воды, нолвягшейся до восьми метровъ. Впрочемъ, въ Ватиканѣ есть
статуя Нила, привезенная въ подарокъ ірзарю Августу—Веспасіаномъ. На группѣ этоіі
Нилъ окруженъ шестнадцатью дѣтьми, держащими въ рукахъ пс рогу изобилія и изо-
бражающими, какъ говорятъ, шестнадцать локтей, т. с. вышину самаго большого подъема
воды при разливѣ Эти шестнадцать египетскихъ локтей соотвѣтствуютъ 7,2 метра.
Значитъ подъемъ юпа не превышалъ пывѣшнаго, паковъ одъ бываетъ, напр., у Каира.
Повидимому, за двѣ тысячи дѣть въ разливахъ рѣки измѣненій не произошло
Съ какимъ трепетомъ и страхомъ должны были жители береговъ оясиіать этихъ
разливовъ! Все нхъ существованк зависѣло отъ питъ. Съ какой радостью привѣтствовали
они появленіе первыхъ небольшихъ крокодиловъ, этихъ божественныхъ вѣстниковъ при-
ближающагося наводненія! Внимательно слѣдилъ человѣкъ за каждымъ послѣдовательнымъ
явленіемъ Сперва показывались «золеныя воды», несущія съ собой множество остатковъ
растеній и травъ изъ вэбаломучеииыхъ болотъ бассейна Бѣлаго Нила. Затѣмъ появля-
лись «воды красныя»; цвѣтъ ихъ зависѣлъ отъ красной глины, несомой потоками
Эфіопіи, составляющими Голубой Пиль и Атбару, Когда вода доходила до уровня пло-
тинъ—наступалъ торжественный моментъ: перегородки, мѣшающія водѣ войти въ оро-
сительные каналы, снимались. «Привѣть теоѣ, Пиль, ты кормишь весь Египетъ!»—
восклицали жрецы, а толпа изступленно вторила имъ.
Небольшой холмивъ земли, оставляемый обыкновенно посреди канала и называв-
шійся «невѣстой рѣки», быстро уносился волнами Всякій даръ, по мнѣнію народа,
требовалъ отвѣтной жертвы, и вотъ въ потокъ бросала куклу, должно быть въ вос-
поминаніе о той дѣйствительной жертвѣ, которую въ былыя времена бросали божеству,
дабы купить его ниж-ти.
Изо. того, что намъ извѣстно изъ исторіи Нильской доливы тѣхъ временъ, можно
видѣть, что земледѣльческія практика уже тогда вполнѣ приспособилась къ этимъ
періодическимъ затопленіямъ страны раздриавіщейся рѣкой. Инженеры той эпохи умѣли
пользоваться тѣмъ благопріятнымъ обстоятельствомъ, что, разливаясь въ теченіе вѣковъ,
Нилъ повышаетъ уровень прибрежной почвы постоянными отложеніями ила, отчего
даже образовался легкій склонъ по направленію отъ берега къ подножію холмовъ.
Ударяя главнымъ образомъ въ правый берегъ. Ниль сдѣлалъ этотъ склокъ особенно
замѣтнымъ на западномъ берегу. Здѣсь на протяженіи пятисотъ километровъ тянется
вдоль рѣки осушительный каналъ. Яри низкомъ уровнѣ, когда приходилось прибѣгать
къ искусственному орошенію,—СТОИЛО только поднять воду выше уровня ПЛОТИНЫ.
Для этого употребляли вли сосуды, или плотно сплетенныя корзины и подпиматв
веду посредствомъ ручныхъ рычаговъ со ступеньки на ступеньку совершенно іакъ же,
какъ это дѣлаютъ теперь бѣдные феллахи при помощи шидуфовъ, весьма распространен-
ныхъ по всему пооережью Низа.
Научная гидравлика не ушла еще такъ далеко во времена фараоновъ, чтобы
можно было построить такую плотину, какая регулируетъ теперь теченіе рукавовъ, под-
нимая воду на четыре метра. Не мечтали египтяне п о томъ сооруженіи, которое регу-
лируетъ теперь йоды Нубіи. Зто большая плотина у перваго порога. Впрочемъ, тогда
пороги п сами были выше. Природа какъ бы приходила па помощь человѣку
383
Но есть одно древнее сооруженіе
египтянъ, которое нынѣшніе ученые
до сихъ поръ по могутъ возстано-
вить. Это—Мерядово озеро — вѣр-
нѣе море, вырытое в создапноо
рѵкой че овѣка. Длина его окруж-
ности равна длинѣ Дельты со сто-
роны. обращенной къ морю. Архео-
логи различно представляютъ себѣ
видъ этого чуда взъ чудесъ, но самый
фактъ его существованія находится
внѣ сомнѣній.
Въ этой области Егпнта древняя
гидравлика далеко превзошла совре-
менную, особенно во время Мі-неса,
этой легендарной личности, созда-
теля древнѣйшей египетской нити-
лизаніи.
Благодаря трудамъ мудрыхъ землс
дѣльцовъ Нильской доливы, которые
такъ искусно устроплп свои бассейны
и сѣть оросительныхъ канатовъ, каж-
дая капля воды препраща іась въ по-
лезное растеніе.
Чрезвычайная умѣренность въ обра-
зѣ жизни земледѣльцевъ того времени
позволяла пмъ довольствоваться ма-
лымъ; зато феллахскія хижины тя-
нулись длинной вереницей, образуя
сплошную деревню на обоихъ бере-
гахъ рѣки. Въ мирное врпмя отъ
Семи до восьми милліоновъ человѣ-
ческихъ существъ обитали вь узкой
лещинѣ Нила вплоть до самыхъ по-
роговъ.
Н- когда война пли другое бѣд-
ствіе пр-рывати работу по орошенію,
то голодъ в чѵма быстро уничтожали
лишніе рты, и быстрое, вымираніе слѣ-
довало за полнымъ благоденствіемъ.
Городъ Эдфу п ущелье Цѣпей
I 500 000
о 5 із	гоКиголі
Обработка земли, взнесенной Ниломъ, приняла такіе размѣры, что первоначальная флора
страны современенъ совершенно измѣнилась.
884
Растенія, жившія на узкой наносной полосѣ до появленія людей, почли всѣ
исчезли,—такъ по крайней мѣрѣ утверждаютъ ботаники, изучавшіе растительный міръ
Египта Однако, на плоскогорьяхъ первоначальная флора все жо сохранила свою физіо-
номію; въ доливѣ же остались единственныя не вымершія настяпія —ато воляныя, между
которыми замѣчательны папирусъ и лотосъ. Пзъ надписей древнихъ памятниковъ видно,
что первый считался символомъ Нижняго Египта, а второй характеризовалъ Египетъ
Верхній.
Опредѣленно нельзя утверясдать, что паписуръ в лотосъ—растенія мѣстнаго про-
исхожденія. Многіе писатели считаюсь, что причня- й раннняго культивированія папируса
была приносимая имъ польза; такъ, папр., мякоть его даже употнебляли въ пищу,
корпи служили матерьядомъ для корзинщиковъ, а главное, въ древности снъ замѣнялъ
собою бумагу. Преднѵлаіали, что оиъ не мѣстное растеніе Нильской долины потому,
что теперь онъ почти исчезъ, тоіда какъ въ древности люди разводили ого, капъ рисъ.
Ничто, впрочемъ пе подтверждало этого предположенія, п гипотеза о его мѣстномъ
происхожденіи, пожалуй самая вѣрная. Какъ бы то пн было, но такая полная замѣна
одной флоры в фауиы другими свидѣтельствуетъ о весьма продолжительномъ суще-
ствованіи культуры въ Египтѣ. Этотъ періодъ равняется, конечно, но одной ты-
сячѣ лѣтъ.
Не разъ высказываюсь мнѣніе, что разлитіе Вяла по всей долинѣ Египта и
важное матерьяльное значеніе этого явленія должны была зародить въ религіозныхъ
взглядахъ египтянъ идею о единомъ всемогущемъ верховномъ ечцеетвѣ. а ьъ политикѣ—
идею о единомъ самодержавномъ властителѣ, направляющемъ воды ва поля и наблю-
дающемъ за границами частныхъ владѣній. Божественное провидѣніе, завѣдующ е дви-
женіемъ солнца въ небесномъ иростраіптвѣ, поднимающее воду въ рѣкѣ, распредѣляя
се по полямъ, принято было жителями, какъ енмво гь вѣры, и находило откликъ въ
ихъ политическихъ взглядахъ па необходимость одною земного властителя. На дѣлѣ
оказывается, что факты ио согласуются съ этой теоріей, вдохновленной однимъ лишь
желаніемъ сдѣлать изъ пса непреложную встипу и оинравтийся только на одинъ исто-
рическій періодъ въ развитіи націи.
Прежде чѣмъ ідиоь человѣкъ взялся управлять цѣлой страной, чтобы имѣть
дѵсятпяу съ продуктовъ, необходимо было долгое существованіе того парода, изъ кото-
раге онъ <амъ вышелъ. Люди трудились уже мною раньше того, какъ явился уцраьи
тель и сталъ распредѣлять трудъ на благо всѣмъ, какъ говорятъ льстивая придворная
хроника, или, вѣрнѣе сказать, для собственнаго блага, какъ свидѣтельствуетъ правдивая
исторія. На берегахъ Мисиссипи. Амазонки и другихъ рѣкъ, гдѣ еще можно наблюдать
постепенную побѣду и развитіе земледѣлія на болотистой почвѣ береговъ, нигдѣ не за-
мѣчайся той наклонности къ единодержавію, которую прош)вѣдув>тъ поклонники
абсолютизма.
Ппиціаторами и побѣдителями въ этой зкопсімической борьбѣ были отдѣльныя
семьи, копошившіяся и трудившіяся въ илѣ наносовъ, чтооы послѣ, въ промежуткѣ
между разлиьамм рѣки, собрать себѣ обильную жатву.
Одно, ьпрѵчемъ, достовѣрно; это то, что опытъ всегда былъ матерью науки.
38&
Раньше. чѣмъ египетскіе инженеры придумали свою послѣдоваіельиую сѣть пло-
тинъ, каналовъ, капавъ, шлюзовъ и водоемовъ, придавшихъ всей долинѣ видъ строй-
наго пѣтаго и позволявшихъ одному человѣку регулировать притокъ воды и всю культуру
1’. Атбара п Красное море.
I .’ 5 ООО СО У
— г--- ,	 -г-1--
О	ІОГ
200	"	чпокилзіи
волей, тысячи и милліоны людей пытались примѣнить этотъ способъ для орошенія своихъ
полей, пока вта практика не стала рутиной подъ управленіемъ оффиціальныхъ
чиновниковъ. Раньше люди устраивали кругомъ земляные валы, а мвожесп < капавъ
изъ года въ годъ служили для осушки топкихъ оплотъ. Однако, путемъ постоянной
борьбы съ непокорной рѣкой, путемъ примѣненія ея разливовъ и наносовъ па пользу
ЭЛИЗЕ ГЕКЛЮ. ВЬ’П. ш	23
зав
земледѣлія. прибрежные обитатели разрѣшали эту чрезвычайно-сложную гидротехническую
задачу: удерживать Лить въ его опредѣленномъ руслѣ и отводить плодоносныя воды
въ оросительные каналы, распространяя пхъ на возможно большую площадь, а также
регулировать воду на участкахъ, для чего всѣ поля оыли уподоблены шахматной доскѣ,
и каждый участокъ получалъ воду послѣдовательно для орошенія. Опи придумали также
облегченія для обратнаго движенія воды съ полей, а именно—цѣлую систему отливныхъ
каналовъ. Они же создали земледѣльческія орудія, весьма удобныя для работы, и устроили
прибѣжища па высокихъ искусственныхъ островкахъ, поднимавшихся надъ уровнемъ
разлива. Все ото были работы, длившіяся долгіе вѣка, и только коллективныя соглашевія
и М"гли привести ихъ къ успѣшному окончанію, Разумѣется, безъ конфликтовъ не обхо-
дилось, потому что интересы общиіп. и отдѣльныхъ владѣльшФЪ чаг’о находятся въ
противорѣчіи. Какъ всегда и вездѣ, безпечность н зло^а бывали причинами ииоіпхі
бѣдствій для всѣхъ обитателей долины, начиная съ верховьевъ и до низу. Но конфликты
ли тогда лягео могли быть избѣгнуты или ослаблены тѣмъ чувствомъ равенства, которое
происходить изъ пониманія интересовъ высшаго порядка. Тогда, конечно, приходилось
организовать общіе совѣты, какъ это бываетъ и теперь, когда обществу людей грозитъ
внезапная, неминуемая опасность. Правовыя отношенія между людьми именно п слагаются
путемъ изысканія равномѣрнаго я полнаго удовлетворенія интересовъ каждой отдѣльнои
личности. Въ самыхъ различныхъ странахъ, чуть коснется дѣло интереса всѣхъ людей
напримѣръ, равномѣрнаго распредѣленія воды для орошенія, и т. п., тотчасъ же обра-
зуются синдикаты, рѣшенія которыхъ безпристрастны. Даже вь странахъ съ монархиче-
скимъ образомъ правленія, напр., въ Мурсіи и Валенсіи, существуютъ гакъ называемыя
водяныя судбища, которыя цѣликомъ обязаны происхожденіемъ своимъ пароду и сохра-
нялись въ силу необходимости и неизбѣжности ежедневныхъ работъ по этой части
Авторптетпаи царская власть вь такихъ случаяхъ вовсе не преслѣдовала возстано-
вленія правъ частныхъ собственниковъ, какъ это думаетъ Ранке, а главнымъ образомъ
захватила права ети въ свою пользу. Въ Библіи иногда очепь точно воспроизводятся
такіе разсказы египетскаго происхожденія, иапр. о томъ, какъ Іосифъ, воспользовавшись
голодовкой въ странѣ, скупилъ выгодно для фараона лошадей, стада овецъ, быковъ и
ословъ, а затѣмъ и всѣ Зг-мли, кромѣ тѣхъ, что принадлежали жрецамъ. Въ виду такихъ
фактовъ, конечно, но возможно утверждать, что своей культурой Бильская долина обя-
зана лишь деспотическому управленію фараоновъ. Вѣроятнѣе всего, что абсолютная
власть установилась въ Египтѣ постепенно, путемъ постоянныхъ захватовъ, подобныхъ
тѣмъ, о какихъ говоритъ легенда объ Іосифѣ. Властители пользовались тѣмъ, что какъ
вездѣ, большинство народа оы.ю привязано къ землѣ—его кормилицѣ; они порабощали
постепенно волю народную, дѣлая изъ свободныхъ людей стадо послушныхъ рабовъ.
Земледѣліе, да и вся остальная культура не могли выиграть при такомъ измѣненіи по-
литики. Всякая иниціатива исчезла, и напія, сдѣлавшись игрушкой въ рукахъ фараоновъ,
должна была стать добычей чужеземцевъ, гакой в осталась въ теченіе многихъ лѣть
до нашихъ дней. Весьма возможно, что въ періодъ вторженія гиксовъ происходило осла-
бленіе правительственнаго гнета надъ земледѣльческимъ населеніемъ, послѣ котораго
угнетеніе усиливалось.
387
Разумѣется, когда фараонамъ грозила могущественные враги, ямъ нельзя било
ппптѣснять населеніе но своему произволу, чтобы сохранить его вѣрность; приходилось
уважать, даже границы его владѣній и незамѣтно понижать налоги. Періодъ этотъ длился
не мало времени: по однимъ извѣстіямъ 90і' лѣтъ, по другимъ—500 и, наконецъ по
инымъ-оть ЗОО до 200. Гиксы вторгались черезъ Суэцкій перешеекъ и заходили иногда
далеко въ глубь страны, хотя, повидимому, Ѳивъ никогда не достигали.
Цивилизація Египта съ ея науками и искусствами однако, могла прогивустоять
втвмъ чужеземцамъ—традиціи устояли.
Въ эту эпоху царя египетскіе могли выказать себя героями въ глазахъ народа,
«къ капъ всѣхъ объединяла оорьба за панюнальную независимость; точно такъ испанцы
ди Фердинанда-Католика и Карла V видѣло въ своихь властителяхъ лишь предводителей
вь борьбѣ за христіанскую вѣру противъ ненавистныхъ мавривъ.
Освобожденные, отъ опасности чужеземныхъ вторженій, фараоны могли начать
борьбу съ сооственными подданными, исходя изъ принципа, что народъ долженъ рабо-
тать и оставайся бѣднымъ. Земледѣльцы, лвпі>*нные права свободно владѣть своими
нолями и распоряжаться па нихъ, при Узертезеиахъ и Рамзесахъ, стали тѣми же жал-
кими феллахами, какими она были послѣ, ЗОО0 лѣтъ спустя, при Мехмедѣ-Али.
Они сдѣлались рабами, подчиненными произволу правителей и строгой бдительности
суроваго закона. Привязанные къ своимъ полямъ, они не могли покидать ихъ безъ
паспорта, и вся жизнь ихъ протекала среди домашнихъ животныхъ. Когда же они ва-
болѣватв. то должны были лежать прямо на голой землѣ посреди своихъ стадг Въ
городахъ, въ свою очередь, большинство рабочихъ были рамами по наслѣдству, ихъ
трудъ и самая жизнь принадлежали господину, овн же получали плату зорномъ  хлѣ-
бомъ. Въ торжествоиныхъ случаяхъ, въ впдѣ прибавки къ ежедневной ипщѣ, выдавалось
масло. Но такъ какъ эга скудная адата производилась разъ въ мѣсяцъ, а съѣдалась
въ первыя же двѣ недѣли, то послѣ этого срока солидные рабочіе, лишенные всякаго
пропитанія, должны были либо поститься, либо красть себѣ провизію вь казенныхъ
складахъ зерна. Случалось, что ови бунтовала и стачками добивались прибавки платы.
Когда же смерть прекращала ихъ жалкое существованіе, то безъимянные ихъ
трупы бросали въ оощую большую могилу послѣ совершенія кое-какихъ незначитель-
ныхъ обрядовъ.
Масперо пророчествовалъ такъ: «Пусть Египетъ перемѣнитъ религію, языкъ, нравы;
пусть властитель будетъ называться фараовимъ, султаномъ, пли пашой, но судьба фел-
лаховъ всегда будетъ одинакова». Впрочемъ, пророчество оказалось пе вполнѣ вѣрнымъ,
такъ какъ извѣстная перемѣна къ лучшему все же произошла. Въ Туринскомъ музеѣ
есть папирусъ, гдѣ Гвтнехтъ, надзиратель за работами въ Ѳивахъ, записалъ то, что
происходило при немъ въ 29-ый годъ царствованія Рамзоса Ш. Онъ говоритъ о жало-
бахъ рабочихь, объ ихъ слѣпой вѣрѣ въ доброту фараона. «О, еслибы только онъ зналъ
о нашихъ горестяхъ!» Упоминаетъ о легкости, съ которою чиновники приводили ихъ
къ іювниовешю. Все это сильно наномннаеть недавнее положеніе тѣхъ же, скажемъ,
кафровъ или китайцевъ въ золотыхъ коняхъ въ Трансваалѣ. Уже прошли тридцать
два столѣтія, а люди остались тѣми же. Рабочіе просятъ нищи лишь столько, сколько
388
имъ надо для того, чтобы продолжать жить и вести свой тяжелый крестъ. Режимъ,
въ основѣ котораго лежитъ то правило, что рабочіе пикогда не должны пользоваться
плодами своего труда, основанъ всегда на устрашеніи; такова же. была и система еги-
петскихъ правителей. Восемь книгъ законовъ всегда лежали передъ глазами судей и
заключали въ себѣ списки преступленій, могущихъ быть искупленными лишь спертые
випчвнаго. Перечень преступленій, наказуемыхъ смертью, начинался убійствомъ п кон-
чался такиын провпввосгимп, которыя въ настоящее время почти не вмѣняются въ
закшіонарупіеніе. Даже ложь и страсть къ азарту карались смертной казнью.
Наказывали за все, если только этого хотѣлъ властелинъ; онъ могъ всегда при
судить къ смерти, но иногда довольствовался обрѣзываніемъ носа нлн ушей, а иногда
и просто назначалъ преступнику извѣстное число палочныхъ ударовъ.
Съ другой стороны, сложная іерархія чиновничьей организаціи развивала често-
любіе; египтяне были падки па разные знаки отличія не мекѣо нашнп современниковъ,
одна получали «орденъ льва» за военныя доблести; другіе, менѣе хрябрые, носила
«орденъ мухи» за заслуги гражданскія.
Режимъ полнаго абсолютизма неминуемо отразился и ва воспитанія дѣтей. Послѣ
первыхъ дѣть, проведенныхъ ребенкомъ среди полей, подъ надзоромъ матери п родныхъ,
онъ попадалъ въ настоящую школу, гдѣ главной задачей учителя было воспитать въ
немъ покорнаго и вѣрнаго подданнаго. Палка но выходила изо рукь воспитателя. «Уши
ребенка на его спинѣ»—такъ говорила египетская пословица; школу же часто называли
«Домомъ наказанія». Наказывать и учить значило одно и то же. «Ты для пеня оселъ,
котораго ежедневно надо учить пачкой» «Ты, что глупый негръ, котоваго ребенкомъ
привезли въ дань». «Приходится и ястреба учитъ нить гнѣздо, а соколя летать». «Я
сдѣлаю изъ тебя человѣка, скверный мальчишка». Вотъ какъ говорилъ учитель ученику
и воспитаннику, судя по одному трактату о нравственности. Суровые совѣты, жестокія
угрозы, тѣлесныя наказанія, иногда доводившія до смерти, были явленіями обычными
при фараонахъ. Учителя и жрецы постоями» примѣняли ихъ, чтобы направлять воспи-
таніе юношества н общественное сознаніе. Ни въ одномъ папирусѣ не находимъ мы
указанія на какой-лноо другой способъ дѣйствія со стороны власти. Однако, тунеядство
царей, окруженныхъ штатомъ придворныхъ и чиновниковъ, не было единственнымъ зломъ,
развившимся на земледѣльческомъ организмѣ Египта Все благосостояніе хлѣбопашца
зависѣло отъ подпитія воды въ Нилѣ; фактъ этотъ л заставлялъ его слушаться муд-
рецовъ и друіихъ опытныхъ людей. Такъ зародилась новая секта паразитовъ—жрецовъ,
иомнявшихъ ва себя посредничество между людьми и богами, а также заботы о пра-
вильныхъ разливать. Отдаленнѣйшія страницы исторіи разсказываютъ намъ, что когда-
то на берегу Пила весело трудилось населеніе, которому не было дѣла до загробной
жизни. Еще Ренанъ замѣтилъ: «Нельзя сомнѣваться, глядя на извѣстную статую писиа
ІПеикъ-Элъ-Белсдъ, что. до періода деспотическаго правленія фараоновъ, въ Египтѣ ца-
рила патріархальная свобода*. Постепенно ложилось тяжелымъ бременемъ религіозное
владычество на душу народа Жрецы, бывшіе сперва простыми совѣтчиками, вскорѣ уже
начали издавать сампстоятозьныя приказанія. На поы-чцъ пмъ пришло общественное лег-
ковѣріе, страхъ передъ неизвѣстнымъ будущимъ, и водъ тутъ-то »нн п убѣдили простыхъ
389
земледѣльцевъ, что одной работы недостаточно, даже прл ним .щи инженеровъ и земле-
мѣровъ; нужны молитвы и жертвы Голубому божеству Нильскихъ пороговъ, названному
Ф а и ю и ъ и Уадп-Райааъ
I: і:оо ооо
О Ю	25	аоКилом.
По млѣнію Вплькоксъ, озоро Мврп занимало «ось Фаііюмъ пли пасть его. Совромоинмч ппжопоры,
въ поискахъ воды для орошенія, пе могутъ теперь бохгѣе пользоваться этой территоріей, такъ
какъ опа насолена, по аз то могутъ утилизировать Уади-Райопъ, представляющую вполнѣ апіъдо-
гнчпую Фаиюму впадину. Во время половодья, вода Нила могла бы быть отведена по А.ВО, отчего
въ рез’.лоряжопіп земледѣльцевъ получился бы милліардъ куб. метровъ воды: ото достаточно для
орошенія 200 тыо. гекгаі овъ, избытокъ воды можно бы направятъ въ Д,
такъ изъ-за цвѣта виды, текущей среди скалъ. Между людскими страданіями в суровымъ
провидѣніемъ стали жрецы. Па скалѣ острова Эдсфаитяны, лротивь Ассуана, есть любо-
пытная греческая надпись, составленная религіозными писцами и восироизвоіящая мо-
литву одного изъ царей третьей династіи, жившаго за 5000 лѣтъ до насъ. Этотъ фараонъ
390
обратился къ божеству пороговъ, предлагая ому, въ награду за правильные разливы
плодоносныхъ водъ, опредѣленный процентъ со своей жатвы, который будетъ выдаваться
жрецамъ кассирамъ этого божества. Божеству предложено во-врсмя открывать торота
у пороговъ. Понятно, при этомъ надъ ягиптянами насѣла іГостоянио угроза: «Въ случаѣ
неуплаты вознагражденія, воды рѣка не подымутся». Вотъ причины легенды, при гу-
манной въ интересахъ жрецовъ, о семи ужасныхъ годахъ, когда Нилъ по разливался
настолько чтобы войти въ оросительные каналы. За тысячу дѣть до Іосифа жрецы уже умѣли
стращать народъ семью тошиив коровами вслѣдъ за тучными, въ наказаніе за неуплату дани,
Итакъ, жрецы заняли положеаіе сперва въ видѣ маговъ. Изученіе надписей на
пирамидахъ Саккара въ 1880 году показало, что 5000 лѣтъ назадъ книги были лишь
сборниками заклинаній и магическихъ формулъ. По какъ бы ни было легко жрецамъ
эксплуатировать легковѣрный народъ, ьыргбатывая однимъ лишь имъ понятное ученіе,
несомнѣнно, что въ простой со существу природѣ Египта два божественныхъ фактора
дѣйствовали на воображеніе народное—олагодѣтельнѵе, всему дающее жизнь солнце,
сіяющее въ синихъ небесахъ, и благодѣтельная рѣка, несущая свои воды къ морю. По-
этому главныя божества въ Египтѣ часто мѣняются въ зависимости отъ мыслей и ж< -
іаній вѣрующихъ. Иногда это божество—ваше дневное свѣтило, иногда рѣка, а подчасъ
п то. и другое вмѣстѣ. Одно преіаніѳ говоритъ, чтп человѣкъ вышелъ изъ «ока ооже-
ства», т. е. изъ солнца. Другой миѳъ болѣе популяренъ и даже сдѣлался достояніемъ
всѣхь народовъ; это миѳъ о происхожденіи человѣка изъ Нильскаго ила, пли изъ глины.
Въ концѣ концовъ, развѣ іе вѣрно, что жара и влага—имени'- тѣ силы, которыя поро-
дили человѣка послѣ милліоновъ предшествовавшихъ ему живыхъ существъ? Рѣдко слу-
чается паучппй истинѣ быть такъ хороив- угаданной!
Символы безвопечпіі растяжимы. За человѣческой фантазіей идетъ религіозный дог-
матъ, проповѣдуемый вѣрующими даже па кострахъ. Сперва идутъ неуловимые зародыши,
а послѣ—громадныя заросли. Сперва представленія питаются воображеніемъ, а йотомъ
ой" завоевываетъ имъ всю землю. Озирисъ, Изида, Горусъ, Тнфонъ—вотъ гѣ протеи,
которые были обожаемы подъ различными формами, такъ какъ разумъ постоянно стре-
мился создать что-нибудь реальное, дабы воплотить человѣческую фантазію.
Озирисъ, очевидно, солнце, дающее жизнь всему на землѣ, а потому имѣющее-
право судить свои созданія на порогѣ новой жизни. Для того, чтобы дать жизнь ра-
гтеніинъ. ему приходилось вступать въ союзъ съ плодоносной рѣкой Ниломъ, воды
котораго распредѣляются по Землѣ, а поюму Озирисъ также и рѣка. Пзада, сестра и
супруга Озириса—это луна, медленно плывущая по ночному небу, но она же ₽ земля,
кормилица, которая приносить плоды. Бракъ Озириса и Изиды совершается на поляхъ,
даюшихъ впослѣдствіи хлѣбъ, а ихъ ревпивыі- врагъ—это знойный вѣтеръ пустыни, или
палящіе лучи лѣтняго солнца. Итакъ, мы видимъ, что солнце—то алой Тяфопъ, то добрый
Озирисъ. Многочисленность божествъ Египетской миѳологіи объясняется гѣмъ, что раз-
витіе втой народности совершаюсь подъ различными вліяніями, и всѣ мѣстныя божества
должны были имѣть мѣсто въ Египетскомъ пантеонѣ.
Фга былъ богъ Мемфиса, Аммонъ- -божество (Ливъ. Ра обиталъ въ святилищѣ
города. получацшіго греческое названіе «Геліополисъ», т, с. городъ солнца. Даже главное
391
божеств-' чзприсъ былъ мѣстнаго происхожленія, а именно изъ Тиса, иди Абидоса, города,
считавшагося столицей ранѣе Мемфиса; и хотя впіслѣдствіи онъ и сталъ божествомъ
для і сею Египта за 50 столѣтій до насъ, но и онъ—божество сравнительно новое; это
подтверждается тѣмъ, что современнымъ ему божествами, Изидѣ, Нафтвсу, Горусу и
Тифону, посвящены нить дополнительныхъ дней гола послѣ того, какъ египтяне, измѣпнвь
свой календарь, стали считать въ году не 360, а 365 дней. Очевидно, другія божества
пользовались почестями до этого пришельца, завладѣвшаго міромъ и судящаго живыхъ
и мертвыхъ. Не мало неурядицъ происходило между этими божествами. 1)ии постоянно
сталкивались, вступала въ браки, считались то дѣтьми, то родителями другъ друга; мѣ-
няли даже свой подъ, принимая въ небесахъ различныя формы, подобно облакамъ. Иногда
нѣсколько великихъ божествъ сливались ьъ одно. Такъ, Аммонъ Ѳивскій н богъ Ра изъ
Геліополиса составили бі-жство Аммонъ-Ра и ^единились позже съ греческимъ Зевсомъ
и римскимъ Юпитеромъ. Александра и Цезаря покоренный народъ тоже началъ считать
за существа, обладавшія божескимъ могуществомъ. Большое значеніе получалъ и енм-
водическій культъ животныхъ, олицетворягшихъ собою силы природы. Эта искднічительпая
роль ихъ объясняется тѣмъ, что еще со временъ глубокой древности изображенія жи
водныхъ, воспроизведенныя іероглифами, встрѣчаются рядомъ съ изображеніями боговъ,
такъ что народъ вь копцѣ концовъ привыкъ чтить ихь, какъ божество, приписывая имъ
божесткеваыя качества и, кромѣ того, способность приходить людямъ на помощь и творить
чудеса. Богъ Аписъ былъ тѣсно связавъ съ богомъ Фта, божествомъ солнца въ Мемфисѣ,
и олицетворялъ собою силу творчества, при чемъ съ нимъ былъ связанъ догматъ непо-
рочнаго зачатія. Народъ вѣрилъ, или притворялся, что вѣритъ въ непорочное его зачатіе
отъ нерожавшей телки, оплодотворенной лучомъ солнца.
Большинство животныхъ пользовались мѣстнымъ поклоненіемъ н считались просто
покровителями извѣстной мѣстности. Подобно индійскимъ племенамъ, Египетъ обладалъ
тотемическиыи символами, и часто случалось этимъ покровителямъ вести между собою
войны.
Египетскій политеизмъ со всѣмъ своимъ обиліемъ божествъ и священныхъ живот-
ныхъ не мѣшалъ, однако, тому, что возвышенная его сторона породила идею о Единомъ,
Всемогущемъ Богѣ, Существова іа тенденція надѣлить Его силой творчества и всѣми тѣчп
достоинствами, которыя составляютъ идеалъ человѣка Это породило въ умахъ людей
идею о Единобожіи, не менѣе твердую, чѣмъ та, которая была у евреевъ-талмуднстовъ
иди у арабовъ-мусульмапь. Итакъ, и въ египетскомъ міровоззрѣніи имѣлъ свое мѣсто
культъ Единаго Бога. Трудно найти что-пибудь болѣе опредѣленно трактующее объ этомь
и въ семитической, и въ христіанской литературѣ, чѣмъ слѣдующій отрывокъ, переве-
денный Бругшемъ;
«Богъ единъ, и нѣтъ другого Бога, кронѣ Него. Богъ сотворилъ все. Богъ есть
духъ невидимый, духъ всѣхь духовъ, великій дугъ египтянъ, духъ Божественный. Богъ
существуетъ отъ начала. Онъ былъ и тогда, когда еще ничего не было. Онъ отецъ
всякаго начала. Богъ вѣченъ, Онъ всегда былъ, не имѣетъ конца а будетъ всегда. Богъ
невидимъ и никто но знаетъ вида его. Богъ есть истина; Онъ ею живетъ. Онъ питается
ею а на нее опирается. Онъ гворитъ истину. Богъ зачинаетъ все, но самъ не зачать.
392
Опъ всему да^тъ жизнь. Онъ рождаетъ вся. но Самъ не рожденъ, (шъ Самъ Себя про-
изводитъ и рождаетъ. Опъ сотворилъ формы іѣоего тѣла».
Идея единобожія до такой степени внѣдрялась въ религіозное сознаніе егпидянъ,
что одинъ изъ ихъ фараош-въ, именно іиепофисъ IV, предпринялъ въ этомъ напра-
вленіи религіозную реформу въ своей странѣ- Опъ задумалъ установить въ Египтѣ вѣру
въ единое божество, символизируемое солнечнымъ дискомъ, подобно тому, капъ боже-
ство у евреевъ было символизировано неопалимою купиною, которая тоже представляетъ
собою эмблему солнца. Аменофисъ хотѣлъ назвать верховное божество Атеномъ; очень
можетъ быть, что были правы тѣ, которые сближали и вто названіе съ именемъ Удонав,
которое евреи-семиты придавали своему верховному божеству.
Жрецы, обладатели волшебной силы, властители надъ певѣд мыгь. надъ всѣми
тѣми таинственными формами, которыя мятутся вокругъ бѣднаго, страдающаго и тре-
пещущаго человѣчества, играли у египтянъ громадную роль, хотя сомнительно, чтобы
впечатлѣніе, которое производили на массу ихъ магическія церемоніи, было дѣйстви-
тельно такъ громадно, какъ принято думать. Мелочи повседневной жизни, обиходнаго
труда, семейныя заооты, все это несомнѣнно болѣе или менѣе отвлекало вниманіе па-
рода отъ загробныхъ страстей и ужасовъ. Такъ, наир., въ развалинахъ города Катуна,
построеннаго 38 вѣсокъ тому назадъ, близъ самаго Файума, были найдены многочислен-
ные папирусы, и среди ппхъ но наш-іоіь пн «иного, въ которомъ оы рѣчь шла о смерти,
о религіи или о какихъ-вибудь магическихъ церемоніяхъ. Притомъ жо страшное могу-
щество жрецовъ-кудсеннковъ до нѣкоторой степени смягчалось тѣмъ, что они сами по
себѣ были обыкновенные смертные, со всѣми свойственными людямъ слабостями. Ихъ
власть вслѣдствіе этого иногда подвергалась нѣкоторому недовѣрію и даже полному
сомнѣнію, въ особенности же въ случаѣ неуспѣха нхъ магическихъ операцій.
Однавѵ же. когда жрецы нзь простыхъ кудесниковъ п воішебниковъ превраща-
лись въ представителей божества, становились прямыми посредниками между нимъ н
людьми, то опи облекались сверхчеловѣческимъ величіемъ. Они тогда старались рас-
ширить свою масть до такихъ предѣловъ, чтобы іодче.нпть себѣ всякую другую власть
Собственность, пріобрѣтаемая жреческимъ сословіемъ, принимала громадные размѣры в
распростиралась ва лучшія земли. Въ Египтѣ болѣе чѣмъ гдѣ-лнбо мертвый овладѣ-
валъ живымъ, сосалъ его кровь, истощалъ его. Такимъ образомъ самолюбіе истолко-
вателей божественной воли, вѣроятно, удовлетворялось полностію, по крайней мѣрѣ, въ
теченіе нѣкотораго времени, если не въ самомъ Египтѣ, то въ странъ Мероэ, главномъ
центрѣ египетской цивилизаціи. 'Іамъ жреческая каста могла навязать всѣмъ свое влія-
ніе і>. даже самого царя держала подъ опекою. Тамъ царь обязанъ былъ слагать съ
себя віаеть по повеленію священной коллегіи. Правда, одинъ изъ этихъ царей пони-
малъ свое величіе гораздо серьезнѣе, чѣмъ было принято, н при одномъ изь столкно-
веній своихъ со жрецами приказалъ своимъ войскамъ окружить ихъ храмъ и всѣхъ ихъ
до единаго перерѣзалъ.
Такимъ путемъ началась борьба ва власть между духовенствомъ и парями. Надо
был» рѣшить, кому изъ нихъ держать въ рукахъ «ту божественную силу, которая такъ
дѣйствовала па пугливое воображеніе подданныхъ и превращала ихъ покорность въ.
393
настоящее рабство. Цари, которые и сами происходили изъ жрецовъ, >держаіи верхъ
въ этой борьбѣ, и въ теченіе долгаго времени египетской исторіи мы видимъ, собственно
говоря, только одинъ истинный культъ,
по крайней мѣрѣ, офиціально признан-
ный. это — унизительное преклоненіе
передъ царями, которые возводились
въ божеское достоинство еще при
жизни, простымъ путемъ наслѣдованіи
своей власти. Въ разныхъ торжествен-
ныхъ надписяхъ онв никогда не упу-
скаютъ случая величать себя божест-
вами Ихъ колоссальныя статуи из-
ваянныя изъ неразрушимаго временемъ
камня, представляли нхъ передъ гла-
зами толпы въ видѣ ботовъ. Ихъ
черты—обычно благородныя и спокой-
ныя, словно ужо озаренныя сіяніемъ
вѣчнаго покоя; въ этвхъ чертахъ нѣтъ
ничего личнаго, ничего земного. Ио
были и такіе цари, которые, очевидно,
глубоко вѣрили въ свою божествен-
ность и приказывали изображать себя
ѵъ соблюденіемъ натуральнаго сходства.
Благодаря такимъ случаямъ, до на-
шего времени сохранялись физіономіи
царей, запечатлѣнныя несомнѣннымъ
идіотизмомъ
Культъ вѣчнаго поклоненія цірямъ
практически сводился къ тому, что
порабощалъ и тѣла, и іуши и по-
гружалъ народъ въ пучину химериче-
скихъ надеждъ на загробную жіюнь
Всѣ умы были проникнуты идеею
смерти, не смерти, которая вь то жо
время являлась началомъ чего-то но-
ваго, и никакой другой народъ не
фантазировалъ такъ роскошно на эту
тему. Впрочемъ, здѣсь, какъ и по-
всюду, народная масса довольствова-
лась неопредѣленными желаніями гря
дуіцпхъ благъ, мелкими магическими
операц.ямн въ разныхъ случаяхъ жизни,
Цвѣтокъ Лотоса (Египетскій барольгф'ь).
394
заклинаніями п заговорами, которые встрѣчаются. какъ извѣстно, вездѣ и всюду, у
всѣхъ народовъ
Нашъ мозгъ лишь съ трудомъ можетъ выработать представлешо о различіи между
свѣтоноснымъ существомъ (ху) в душой (ба), которая въ свою очередь
какъ-то различается отъ двойника (ка). Всѣ эти вещи представляютъ собой эмава-
пів (истеченія) личности послѣ ея смерти, подобно тому какъ въ другихъ религіяхъ
память объ усопшихъ увѣковѣчивалась поіілтіяии образа и тѣни. Такъ называе-
мый «двойникъ» египтяпъ представлялъ собой что-то вродѣ второго зкзампляра тѣла;
во крайней мѣрѣ, -чтъ воспроизводилъ тѣло до послѣдней черточки, по только состоялъ
изъ какою-то воздушнаго и цвѣтного вещества. Для него приготовлялось блзгое
жилище, или что то же, вѣчное жилище; стѣны его могильника покрывались
«обряженіями слугъ, занятыхъ своимъ обычнымъ дѣломъ, такъ какъ такія взображе
нія считались особенно приличествующими тѣни почпищаго господина. Для него же из-
готовлялась мумія, и ради него же феллахи громоздили другъ на друга сотни тысячъ
камней.
«Двойникъ» былъ связанъ съ могилою, душа же пользовалась полной свооодой,
жила среди боговъ, посѣщала загробную «страну Нпла», царство Озириса. Въ египет-
ской религіи имѣертя также вѣра вь адъ, по идея ала оставалась туманной, и вообще
въ атомъ отношеніи вѣрованія египтянъ мало отличаются отъ вѣрованій современныхъ
христіанъ; оии только вс допускали, чтобы грѣхъ, какъ бы ни былъ онъ великъ, могъ
заслуживать вѣчность мученій.
Религія египтянъ вовсе но бы га тѣмъ неподвижнымъ сводомъ вѣрованій, какимъ
ее представляли сначала греческіе историка, а затѣмъ египтологи. Она претерпѣвала
измѣненія, Настало время, когда народъ сталъ вѣрить въ какое-то обновленіе послѣ
смерти, въ новую жизнь. Египтянинъ вѣрилъ пе въ воскресеніе, а въ безконечный рядъ
возрожденій.
Изъ всѣхъ документовъ, оставленныхъ намъ древнимъ Египтомъ, самымъ важнѣй-
шимъ является «Книга мертвыхъ». Это оыла своего рода Библія египтянъ, священнѣй-
шая изъ книгъ, заключавшая въ себѣ положеніе основныхъ началъ ихь религіи. Эту
книгу помѣщали въ перевязалъ муміи, и < на сопровождала «двойника» въ царство За-
пада. Существуетъ нѣсколько списковъ этой кнвге и много варіантовъ, но каковы бы
ни были различія въ заговорахъ п запинаніяхъ, они всегда составлены въ чрезвычайно
важныхъ выраженіяхъ, свидѣтельствующихъ о томъ глубокомъ чувствѣ, которое вызываетъ
въ человѣкѣ переходъ отъ этой жизни къ будущей. Обычныя выраженія молитвъ пред-
ставляютъ намъ земную жизнь, какъ приготовлевіг къ будущей, когда человѣкъ, вполнѣ
очищенный испытаніями иъ Амепти пли «Западномъ мірѣ->, признавъ будетъ, нако-
нецъ, праведнымъ и самъ возсоединится <л> божествомъ. Тогда онъ сн«ва вернется къ
своему тѣлу, чтобъ его одухотворить, превратить его во вмѣстилище, которое уже не
будетъ звать нв печатей, ни болѣзней, ми смерти
Всемогущество жреческаго сословія продавало молитвамъ, обрядамъ и жертвамъ,
всегда выгоднымъ для касты, особую важность сь точки зрѣнія вѣчнаго спасенія. Во
всѣхъ этихъ молитвахъ и обрядахъ ясно проглядываютъ преданія первобытнаго земле-
395
двлілескаго народа, который когда-то пришелъ въ древній Египетъ и путемъ упорнаго
Египетъ отъ Мемфиса до Гел:опоаиса.
I 250ООі
„	*	“	іь Килом.
труда и дружныхъ усилій отвоевалъ полосу плодородной земли отъ Нильскихъ болотъ.
«Я далъ хлѣбъ тому, кто былъ голоденъ; я далъ воды тому, кто жажіалъ, я далъ
Я9б
одежду тому, кто былъ нагъ». Вь такихъ словахъ восхваляетъ себя каждый усопшій
властелинъ въ своемъ посмертномъ павегирикѣ, стремясь представить себя проникнутымъ
неисчерпаемымъ милосердіемъ. «Я посохъ старца, кормилица младенца, заступникъ не-
счастнаго, хлѣбъ нищаго, я согрѣваю тѣхъ, кто дрожитъ*,.. «Я от>ць тѣхъ, у кого
пѣть отца, я мать тѣхъ, у кого нѣтъ матерь»... «Никогда я пикого не принуждалъ
работать больше, чѣмъ самъ работалъ»... «Никогда я не наговаривалъ на раба его
господину»... Покойный не только старается выставить себя добрымъ и справедливымъ,
но сверхт того величается своинъ мужествомъ вь защитѣ слабыхъ противъ силь-
ныхъ.—«Я отвелъ руку насильнпковь, противопоставилъ силу силѣ, былъ надмененъ съ
надменными Правда, эти простыя эпитафіи навѣрное лживыя, какъ и всѣ вообще
эпитафіи, но все же настойчивость, съ которою покойному приписываются доброта,
справедливость в благородство, показываетъ, что опъ имѣлъ понятіе объ этихь
вещахъ.
Эта усиленная забота о будущей жизни на практикѣ выражалась во вниманіи
еіпнтянъ къ трупамъ умершихъ, вниманіи, которое начало проявляться, какъ кажется,
ч;ть ди не со времеиъ до-всторнческихь. Вь самыхъ древнѣйшихъ могильникахъ нахо-
дила кости, имѣвшія на себѣ слѣды какихъ-то веществъ, очевидно, употреблявшихся
для сохраненія тѣла отъ разложенія. По для того, чтобы быть спокойнымъ насчетъ
того, что зѣло сохранится до будущаго воскресенія, не достаточна было его набальзами-
ровать, надо еще было охранитъ его отъ хищныхъ звѣрей, ьоторые уг|ока.ш ему въ
той мѣстности. Для этого надо было обложить покойника громадной кучей камней, или
даже цѣлыхъ скалъ, надо было охранить его магическими надписями противъ козней
алыхъ духовъ. Вотъ для этого и служила «Книга мертвыхъ», представлявшая сводъ
молитвъ, заклинаній, которыя произносились зли пѣлись родственниками в друзьями
усопшаго.
Всѣ нравы дрявнихь еглпгянь въ историческія врямена, о которыхъ намъ стало
извѣстно, явно указываютъ на то, что жители Нильскихъ береговъ благоговѣйно чтити
наммгь своихъ усопшихъ предковъ, в что эта сторона ихъ культа часто поглощала зна-
чительную долю ихъ имущества и доходовъ. Глав пая статья этихъ расходовъ состояла
въ изготовленіи муміи усопшаго. Богатыя семьи тратили иа эт» операцію цѣлый талантъ,
что соотвѣтствуетъ нѣсколькимъ тысячамъ франковъ па нынѣшній деньги Даже бѣд-
някамъ приходилось тратить на бальзамн[юваиіе очень значительныя суммы, да сверхъ
того пе мало времени, такъ какъ по установившемуся обычаю это заготовленіе трупа въ
прокъ продолжалось 70 дней. Выходило, что бѣдняки. т. е. люди, не располагавшіе
средствами ва покупку всѣхъ нужныхъ для бальзамированія снадобій, уплаты за работу
мастерамъ и устройства семейнаго склепа, у которыхъ не было даже откуплено вѣскодь
кпхъ квадратныхъ футовъ земли на общественномъ кладбищѣ, были вынуждены отказаться
оть всякихъ мечтаній о будущимъ загребномъ блаженствѣ. Онн были обречены на полную
погибель тѣла и душа. Египетскіе жрецы были люди богатые и могли дозволять себѣ
даже нѣкоторыя привередничества; такъ, напримѣръ, они бальзамировали тѣла священ-
ныхъ животныхъ: ибисовъ, коршуновъ, копчиковъ, совъ, кошекъ, шакаловъ. крокодиловъ,
обезьянь, мышей, змѣй, рыбъ и жуковъ: во значительному числу человѣческихъ существъ
ЗУ7
было въ этомъ отказано. Тѣмъ вс менѣе, пйслѣдоватеіьныя поколѣнія египтянъ заму-
ровывали въ своихъ подземеліяхъ ты-
сячи и милліоны своихъ мумій. Въ
нѣкоторыхъ мѣстахъ самый прахъ,
который попираетъ нога прохожаго,
почти цѣликомъ состоитъ изъ брен-
ныхъ останковъ человѣческихъ су-
ществъ. Про древнюю лолнпу Пила
въ этомъ смыслѣ можно говорить, что
въ этов странѣ нѣтъ ничего простого,
обыкновеннаго, что въ псѣ все священно.
Богъ Аппсъ п трецъ Іісаметихь.
Археологи приходятъ въ величайшее изумленіе предъ тѣмъ громаднымъ развитіемъ,
какое приняло въ Египтѣ искусство бальзамированія. Пмъ были заняты сотни тысячъ
398
спсціатистовъ-ремеслепяик'-въ. Знатоки египетской старіівы пытались хотя приблизительно
вычислить, какое количество всевозможныхъ припасовъ, употреблявшихся для оальзамя-
рованія, было зарыто къ землю, т. е. сколько на эго было израсходовано тканей разной
пѣнности, благовонныхъ, антисептическихъ и смолистыхъ веществъ, химическихъ припа-
совъ, уже не считая амулетовъ, ладонокъ, заговоровъ а заклинаній, которыя пришивашсь
къ одеждѣ. Иногда па обработку одного трупа шла пелена матеріи длиною въ тысячу
іоггей, и вся эта длиннѣйшая пелена была пропитана аравійскими благоеопіямн. Вообще,
забота о мертвыхъ поглощало половину всѣхъ трудовъ живыхъ.
Но исторія бальзамированія труи въ въ Египтѣ, какъ и все человѣческое, не
оставалась неподвижной и неизмѣненной. Въ первыхъ могильникахъ подъ хижинками
Абидоса, которые раскоиадъ Амелпно, скелеты помѣщены въ сидячемъ положеніи, въ
обычной позѣ туземцевъ, когда они отдыхаютъ по вечерамъ около своихъ хижинъ. Въ
гакомъ жо положѳшн находили муміи въ Перу. Въ тѣхъ же самыхъ могильникахъ
Амелвж находилъ тѣла, носившія явные слѣды первыхъ попытокъ оальзамироваиія по-
средствомъ силового щелока или другихъ веществъ, обладающихъ такимъ же дѣйствіемъ.
Первыя муміи, оораОотанныя но классическимъ пріемамъ, именно тѣ, который найдены
нз Мемфисскомъ Некрополѣ, обыкновенно черны, сухи, ломки, тогда какъ Ѳиванскія
муміи съ золотистымъ отблескомъ и обладаютъ нѣкоторою гибкостью; нога одной изъ
мумій въ музеѣ Гимэ кажется изваянной изъ полированной слоновой кости. Впослѣд-
ствіи муміи становятся опятъ черными, тяжелыми, безформенными, вслѣдствіе того, что
самыя обычай бальзамирі.вашя сдѣлался пустою обрядностью, потому что вѣра ослабѣла.
Такія же перемѣны можно наблюдать и въ украшеніяхъ могильниковъ. Во времена,
предшествовііііщія двѣнадцатой династіи, т. е передъ расцвѣтомъ Ѳивъ, когда египтяне
еще но была проникнуты этою идеею культа смерти, а искусство сохраненія тѣль еще
не было усовершенствовано, мѣста вѣчнаго успокоенія усопшихъ, какъ напримѣръ, клад-
бище въ Саккарѣ, близъ Мемфиса, говорятъ намъ о томъ, что тогдашній пародъ отли-
чался нѣкоторымъ свободомысліемъ, которое жреческія деспотизмъ еще но успѣлъ обу-
здать. Въ этихъ могильникахъ не нашлось никакихъ изображеній божества. Озирисъ въ
нихъ отсутствуетъ. Только одинъ Анубисъ иногда виднѣется у входа въ могильникъ.
Усопшій здѣсь былъ, такъ сказать, у себя дома, съ своей женой и дѣтьми, а также и
съ цѣлымъ штатомъ прислуіп. потому что въ тѣ времена ужо установилась крупная
собственность. Въ могильникѣ были сосредоточено все, что окружаетъ собственника въ
его домѣ; все было какъ будто бы приспособлено къ тому, чгооы домашняя жизнь шла
СВОИМЪ обычнымъ Порядкомъ. Принимались ТОЛЬКО всѣ мѣры КЪ тому, чтобы Г'ІКТО Ни-
сторѵинііі не моіъ войти въ это жилище смерти и нарушить его вѣчный покой.
ѳтъ этихъ первыхъ могильниковъ, устроенныхъ съ таками удобствами и укра-
шенныхъ такнми веселыми изображеніями, чрезвычайно рѣзко отличаются тѣ ужасные
подземные могильники, куда зарывали побѣдоносные жрецы всѣхъ несчастныхъ, которые
жили подъ гнетомъ ихъ ученія. Ути могильники и сооружались подъ руководствомъ
жреповъ Все дышало въ нихъ ужасомъ; души умершихъ, жившихъ въ вѣчномъ страхѣ,
въ такомъ ж« страхѣ пробуждались къ вѣчной жизни. А изъ этихъ подземныхъ скле-
повъ ужасъ передъ смертью поднялся и ва поверхность земли, началъ преслѣдовать че-
399
ловѣкл во всѣхъ его житейскихъ .тѣлахъ, принималъ участіе даже въ его ппргоегтихъ.
Во время пировъ кругомъ стола обносили гребъ, чтобы панѵмнигь ластольнлкамъ о крат-
Сгіивая живопись царской гройпицы Нантъ
кости сей бронной жизни. Далѣе наступила окончательная эпоха, когда віѣ этп обрад-
мости остались въ качествѣ простыхъ пережитковъ прошлаго, лишенныхъ всякаго »на-
ченія- Надгробный аалпнси этого времени были сдѣланы на я»ыкѣ, уже забытомъ со-
400
прсменпикамп. Воцарились повыя идеи свободной и веселой жизни, перепутались съ
прежде господствовавшими сграшвымк мыслями о смерти и, подобно лучу свѣта, про-
никли въ черный склепъ Незадолго до римскаго завоеванія одинъ изъ главнымъ жрецовъ,
лишившійся своей супруги, сочинилъ для вея надгробную надпись, важный языьъ ко-
торой напоминаетъ древнее благочестіе, по къ нему уже примѣшивается такого рода
воззваніе. «Не прекращай нить, ѣсть, охмѣляться, пе допускай печаль вступить въ
гво₽ сердце*.
Среди египетскихъ могильниковъ, какъ извѣстно, самыми изумительными памят-
никами древности являются пирамиды. Одна азъ пахъ въ теченіе цѣлыхъ тысячелѣтій
Саркофігъ царскаго писца XIX династіи.
оставалась самымъ высокимъ сооруженіемъ, воздвигнутымъ людьми, п притомъ, какъ
казалось, неразрушимыйь, уже въ силу самой своей внѣшней формы. По словамъ Густава
Лебона, эти гигантскіе могильники--самыя древпія сооруженія въ мірѣ и, вѣроятно, са-
мыя пр.ічныя, и переживутъ всѣ другія. Можно полагать, что пираииды явились по-
дражаніемъ тѣмъ ступенчатымъ храмамъ, которые возвышались па берегахъ Тигра
Евфрата. Безконечно смѣнявшіяся поколѣнія со страхомъ и недоумѣніемъ смотрѣли на
эти колоссальныя груды камней, воздвигнутыя на границѣ Ливійской пустыни, и создали
о нихъ легенды, пережившія вѣка. Люди не хотѣли вѣрить, чтобы такой гигантскій
трудъ могъ бытъ совершенъ безъ участія лвбо высшихъ силъ, либо демоновъ. Нѣкото-
рымъ избраннымъ умамъ не хотѣлось допустить мысли о томъ, чтобы ради трѵна
ідш)К> человѣка цѣлый народъ тратилъ долііе годы своего труда; онп отказываіись ьп-
дѣть въ зтпхъ сооруженіяхъ простые могильники, а думали, что это какія-нибудь осо-
бенныя сооруженія, воздвигнутыя съ научною цѣлью, что-то вродѣ памятниковъ, сви-
дѣтельствующихъ о той высотѣ, до которой достигли вт Египтѣ науки за тысячи лѣтъ
до нашего времени
401
Несомнѣнно, что «камни говорятъ*. Они разсказываютъ о томъ, какимъ искус-
ствомъ владѣли строители древняго Египта, какъ хорошо, съ какой удивительной точ-
ностью умѣли обрабатывать матеріалы, какъ удачно разрѣшали геометрическія задачи
Подобно своимъ предшественникамъ на Халдейскихъ рѣкахъ, опи обладали довольно
обширнымъ кругомъ астрономи-
ческихъ свѣдѣній и умѣли распо-
лагать свои Постройки по косио-
ірафическимъ соображеніямъ
Однако, въ этомъ смыслѣ со-
временные ученые впали въ яв-
ныя преувеличенія. Такъ, на-
примѣръ, думали, что разіпчпыя
части пврачпды имѣютъ совер-
шенно опредѣленное научное зна-
ченіе, въ особенности великая
пирамида Хеопса илн Хуфу, ко-
торую этотъ царь п .велѣлъ по-
строить дтя свопгь бренныхъ
останковъ. 11а этоть пиыят
никъ смотрѣли, какъ і а древній
сводъ геодезической пауки; ду-
мали, что каждое ея измѣреніе,
каждое ребро, словомъ всѣ ея
детали были такъ расчитапи
зодчими, чтобы соотвѣтствовать
опредѣленнымъ простымъ долямъ
экваторіальнаго поперечника
земли.
Муыіл царицы Тіа.
Была также высказана мысль, что великая пирамида выстроена, какъ вмѣсти-
лище для «Тайны Нпда». Масса народа въ теченіе долгихъ вѣковъ не знала, да и не
интересовалась знать, гдѣ находятся источники великой рѣки Фараоны и ученые жрецы
веди ооъ этомъ безконечныя разсужденія, которыя пи къ чему но приводили; Нилъ
продолжалъ хранить свою тайпу. По существовало смутное преданіе о томъ, что нѣко-
торые ученѣйшіе изъ жрецовъ знали эту тайпу и подъ глубочайшимъ секретомъ пере-
давали ее посвященнымъ изъ поколѣнія въ поколѣніе. Утверждали, будто бы въ глу-
бинѣ египетскихъ храмовъ хранились карты источниковъ рѣки, и что самыя пирамиды,
своимъ внутреннимъ расположеніемъ, своими камерами и ихъ размѣрами изображали
собой эту карту. Большая камера представляла озеро, черезъ которое протекаетъ верх-
ній Пилъ, т. е. озеро Пьявца. другія камеры—другія мелкія озера или иныя гидрогра-
фическія подробности верхняго теченія рѣки. Все эго будто бы подтверждено современ-
ными географическими открытіями.
Наконецъ, нашлись и такіе истолкователи значенія пирамидъ, который полагали,
ЭЛИЗЕ РЕКЛЮ вып. ш.
25
402
что вообще этоп рода сооруженія являлись выраженіями сущности господ творя вшей
въ странѣ религіи. Астрономъ Піаццп Смитъ, долгой время изучавшій египетскія пира-
миды, утверждаетъ, что Хеопсова пирамита—эго настоящая. • «каменная Библія», что
•на была построена по указаніямъ Мельхиседека и служитъ такимъ же завѣщаніемъ
потомству, какъ книги библейскихъ пророковъ. Піацци Смитъ мигъ дальше всѣхъ
въ истолкованіи значенія пирамидъ. Онъ полагаетъ, что въ Хе<>пеовой пирамидѣ обоз-
начены діаметръ вемлн, ея плотность, разстоянія между солнцемъ, землей и планетами.
истинная продолжительность астрономическаго
Золотая наспа царицы Тіа.
годи, м т. д. Наконецъ, въ этой же пира-
мидѣ можно, будто бы, прочесть время, ко-
торое протекло отъ ея сооруженія до Ро-
ждества Христова, и именно 2070 лѣтъ, и
пророчество и наступленіи милленіума *)
въ 1882 году.
Другой астрономъ, Лагранжъ, тоже пу-
скается въ разныя произвольныя нстолко-
вапія пирамидъ. Онъ утверждаетъ, что богъ
евреевъ проявилъ свое величіе въ двухъ
произведеніяхъ, именно въ Библіи и въ пи-
рамидѣ Хеопса. Другія постройки меньшаго
размѣра онъ считаетъ произведеніями рукъ
человѣческихъ; быть можетъ, онн предста
ваяютъ только слабыя подражанія труду Со-
здателя и даже внушены искусителемъ рода
человѣческаго. Къ зтимъ двумъ проявленіямъ
божественной воли, которую Лагранжъ счи-
таетъ какъ бы ключомъ исторіи и будуща-
го ученый, астрономъ-мистикъ ирибавляеіъ
еще другія откровенія, а именно современ
наго геодезиста Брука, котораго измышленія
столь страннымъ образомъ совпадаютъ съ
можно было бы подумать, что онн написаны
откровеніемъ, что, по словамъ Лагранжа,
по внушенію свыше.
Извѣстно, что такъ называемый законъ Брука состоитъ въ томъ, что исторія
человѣчества разбивается на нѣсколько періодовъ, продолжительностью въ 500 лѣтъ съ
небольшимъ, совпадающими съ большимъ періодомъ магнитнаго скдинпвія; такимъ обра-
зомъ, эги періоды постепенно перемѣщаются съ востока па западъ, отъ одного фокуса
исторической жизни къ другому. 11о такая теорія стоитъ въ явномъ несогласіи съ мно-
гочисленными историческими и географич скипи фактами и потому можетъ быть принята
•) Милленіумъ, по ученію лиліастовт. иди мипленаріевъ, это - тысячелѣтнее
блаженное царствованіе Мессіи.
403
на вѣру только религіозно настроенными умами. Вса же она пріобрѣла >воихъ сто-
ронниковъ, но отступающихъ пи предъ какою нелѣпостью. Въ Англіи даже образовалась
цѣлая секта «иирамиднстовъ», которая уже додумалась до того, что англійскій пародъ
прямо а непосредственно происходитъ отъ двѣнадцати колѣнъ Израиля. Ійііціеръ Кемб-
риджскаго университета Джонъ Лайтфутъ ухитрился (послѣ пятпадцатплѣтняго трѵда
1888—1903 г.) возстановить метрическое свидѣтельство самого Адама, который, по его
изысканіямъ, родился на свѣтъ 23-го октября 4004 г. (до Р X.) въ 9 чіе. утра!
Выходить. что пирамиды До такой степени поразили воображеніе людей своей
внушительной массой, что даже въ самой цивилизованной въ мірѣ странѣ нашлась
группа людей съ недюжиннымъ умомъ, которые видятъ что-то священное въ грудѣ
камней, нагроможденной, быть можетъ, просто изъ глупаго чванства. Притомъ, надо еще
Деревня на берегу .Нина (надъ домами голубятни;.
замѣтить, что всѣ эти теоріи, по которымъ различнымъ частямъ пирамидъ, ихъ ребрамъ,
гранямъ, плавамъ, поперечникамъ приписывается разное математическое, астрономическое
в религіозное значеніе, основывались на таивхъ измѣреніяхъ, точность которыхъ весьма
сомнительна, тавъ какъ въ нихъ обнаружена разница въ одинъ метръ я даже болѣе.
Первыя точныя измѣренія пирами гы Хеопса были произведены англійскимъ египтологомъ
Фіипдерсомъ Пстри. Опъ два года подъ-рядъ (1880 п 1881) прожилъ около большей
пирамиды, все время производя ея обслѣдованія- Такимъ образомъ, намѣреніи пирамиды
были исполнены по всѣмъ правиламъ геодезическаго искусства. Оказалось, что лиши и
углы древне египетскихъ строителей отличались большою точностью. По зато оріенти-
рованіе у нихъ сильно хромало; такъ, папр., главная ось сооруженія направлена не
прямо съ сѣвера на югъ. какъ, очевидно, хотѣлъ строитель, а съ уклоненіемъ въ 3°43''.
♦ливд'»рсъ Цетпн возстановляетъ всю картину .остройки пирамиды, все распре-
дѣленіе труда при стой постройкѣ, въ томъ видѣ, въ какомъ ово описано у Геродота.
Какъ большая пирамида, такъ и всѣ почти другія строились за одинъ разъ и въ связи
съ центральнымъ саркофагомъ. Камни тщательно отесывались передъ кладкою ихъ на
мѣсто. Но въ направленіи работъ часто вндвы неровности. Нѣкоторыя детали самымъ
грубымъ образомъ отступаютъ отъ общаго плава, отличающагося замѣчательнымъ со
вершенствомъ- Вообще же, при сооруженіи тирампдъ были проявіепы такіе нодют
строительнаго искусства, которымъ могд* бы позавидовать инженеры нашить дней.
404
Большая часть теорій, стносяшихся до размѣровъ пирамидъ, основана на ис-
точи, мъ наблюденіи. Только одинъ фактъ можні- считать точно установленнымъ: дивія
ребра пирамиды составляетъ съ линіей горизонта нѣкоторый постоянный уголь, около
52°, а площадь каждой боковой граня пирамиды равняется квадрату высоты. Замѣчу
телыю, что Геродотъ, какъ это указано Джономъ Гершоіемъ, зналъ эту особенность въ
постройкѣ пирамидъ и только по умѣлъ се точно выразить. Этотъ уголъ остается но-
стоянвымъ, съ весьма пеліачите.іьпыми колебаніями в„ всѣхъ болѣе значительныхъ пп-'
рамидахъ, хотя всѣ онѣ имѣютъ различные размѣрь.
Египетскій богъ смерти Сетъ, какъ извѣстно, имѣлъ своей видимой эмблемой
звѣзду Сиріусъ, въ созвѣздіи Пса. Основываясь ва этомъ, Махмудъ-Бэй старался уста-
ливигь соотношенія между угломъ наклоненія южнаго ската пирамиды, обращеннаго въ
сторону этой звѣзды, и направленіемъ ея луча съ кульминаціоннаго пункта. На этомъ
основаніи онъ вычислилъ, что великая пирамида была выстроена за 3266 лѣтъ до
Р X. Но тутъ могла быть значительная ошибка, потому что установка такого соотно-
шенія требовала бы чрезвычайно точныхъ астрономическихъ измѣреній.
При всѣхъ этихъ разсужденіяхъ необходима задаться вопросомъ, обладали-лн строи-
тели пирампдъ нужными свѣдѣніями? Кромѣ того, интересно знать, кто были эти строи-
тели, еівптяне иди пришельцы? Высказывалось мнѣніе, что строителями пирамидъ были
выходцы изъ Месопотаміи, т е. халдеи. Они могли явиться въ Египетъ или какъ побѣдители,
или какъ переселенцы. Надо замѣтить, что большая часть тѣхъ 67 ’ирамвдъ, которыя были
сосчитаны Депсіусомъ въ 1842 г, находятся въ Нижнемъ Египтѣ, между бассейномъ
Файуыа и дельтою Нила. Приходится подняться по Нилу иочти на 2000 версгъ до
самаго Мероэ для того, чтооы встрѣтить новую группу пирамидъ, числомъ до сотни,
по по большихъ и, очевидна, позднѣйшей постройки. Вь промежуткѣ же между этими
двумя группами найдена только одна пирамида, имеппо открытая Морганомъ около
Ногады. Слѣдовательно, большая часть пирамидъ находится въ той области Нн.іьскои
долины, которая всего ближе расположена къ Месопотаміи. Если справедливо, что
иноземпы-вавоеватели, пришедшіе съ Востока, овладѣли Египтомъ и внесли вь исто
свои нравы, обычаи и цивилизацію, то Направлялись они сюда по всей вѣроятности
пменьо черезъ эту область, черезъ которую впослѣдствіи вторглись въ Египетъ и гвксы.
Можно предполагалъ, что египетскіе лѣтописцы не заносили въ сваи лѣтописи ино-
странныя династіи, а замѣняя і ихъ перечисленіемъ туземныхъ царей, по вь памяти
народа могли остаться сказанія совершена, другого рода, нашедшія себѣ отго-
лосокъ у Геродота. Оаь приводитъ народное египетское сказаніе, которое приписываетъ
постройку пирамидъ пастуху Филиппу, пасшему свои стада на тѣхъ мѣстахъ. Сами
египтяне были земледѣльцы, слѣдователь!! г, чѣмъ могъ быть для нихъ пастухъ? Оче-
видно. это былъ ииоземець, врагъ, человѣкъ, пришедшій съ Востока. У тою же Ге-
родота записано извѣстіе о томъ, что египтлио болѣе 100 лѣтъ подъ-рядъ пе отворяли
своихъ храмовъ. Что могъ бы означать подобный фактъ? Если опт ропстекхіъ изъ
Нѵпависти парода къ свовмъ царямъ, то можнѵ-лп допустить, что вги могучіе властелины,
умѣвшіе согнать чуть-ли по поголовно весь народъ па постройку пирамидъ, пе оодадали
достаточной властью, чтооы заставить открыть храмы? Совсѣмъ иное дѣло, если мы
405
предположимъ. что цари того времени били пришельцы в завоеватели, которые м-ігли
сами издать повелѣшо о закрытіи святилищъ.
Какъ бы т» вп было, съ теченіемъ времени въ постройкѣ и вь символикѣ пира-
мидъ произошли значительныя измѣненія. Весь періодъ, въ теченіе котораго онѣ соору-
жались, можно принять въ тысячу дѣть. Первыми строителями пирамидъ, какъ мы ужо
сказали, но общсраспространснвиму мнѣнію, были халдеи. Они пришли прямо изъ Орпду
въ Мемфисъ, т. е., если переводить буквально значеніе этихъ названій, изъ одного
«города благого оожества» въ другой «городъ благого божества». Воздвигнутыя ими
пирамиды была илъ кирпича, выдѣланнаго изъ нильской глины, и были построены въ
видѣ ступеней, подобно башнямъ
и обсерваторіямъ Вавилона: эта-
яги ступеней чередовались съ
болѣе ооширііыми уступами или
террасами; обычно, вся построй-
ка состояла изъ семи такихъ
уступовъ или этажей, какъ было
принято въ Халдеѣ. Съ течо-
ніеиъ времени эти наружныя
нербиности тетраэдра лостспен-
но сглаживались, и строеніи
принимали болѣе прочную и
правильную геометрическую фор-
му. Мастаба, т. е. гроо-
внпа короля, первоначально вы-
страивалась особо въ сторонѣ,
безъ покрывавшей ее пирамиды,
впослѣдствіи же пирамиды и
Разрѣзъ большой пирамиды.
1. Входъ. 2. Главный корридоръ. 3. Компота царицы. 4» Ком-
пота фараона. 5 и 6. Вситшіяціоппыо кднады. 7. Иодзомтш
комара.
стали служить какъ бы охраннымъ сооруженіемъ,
возведеннымъ надъ царскнмь мо-
гильникомъ
Цари, ревнивые къ своему величію, во что бы то ни стало хотѣли, чтобы нхъ
останки, покрыты-* драгоцѣнными тканями и украшеніями, были наглухо скрыты отъ
глазъ простыхъ смертныхъ. Этимъ они. съ одной стороны, тѣшили свою ненасытную
гордость, а съ другой стороны, подчинялись и простому благоразумію. Могильные ци-
мятникн надо было строить съ такимъ расчетомъ, чтобы они издали поражали своей
массивностью, своими храмами, статуями, тріумфальными арками н двойными рядами
сфинксовъ. Все эю украшало могилу и содѣйствовало ея славѣ. Пи въ то же время
надо было позаботиться о томъ, чтобы священные - станки были глубоко скрыты внутри
могильниковъ, и чтооы въ теченіе долгихъ вѣковъ до нихъ нпкго не могъ добраться.
И вь самомъ дѣлѣ, напримѣръ, тѣло Хеопса нерушимо иокоплогь въ его великой пи-
рамидѣ не одну тысячу лѣтъ Оно было найдено лишь послѣ завоеванія Египта арабами
въ правлені Халифа Маммупа, въ 200 году Геджры.
Послѣ постройки громаднаго могильника, который хранилъ въ себѣ муміи Хеопса
406
и который стоилъ столькихъ страданій и воепно-нхѣппыыъ пабамъ, и толпѣ собствен-
ныхъ, жалкихъ в обездоленныхъ подданныхъ царя, начинается быстрый упадокъ этого
рода настроенъ.
Еіли пирамиды били сооруженіями иностраннаго происхожденія, то очень легко
понять ту революцію въ стронтельиоиь искусствѣ, которую затѣяли ѳиванскіе фараоны
подъ вліяніемъ своихъ враждебныхъ чувствъ противъ династій, пришедшихъ извнѣ. Но,
конечно, иоглп быть и другія причины тому, что эти грубыя пирамидальныя сооруженія
были въ концѣ ковровъ оставлены. Продолжать увеличивать ихъ размѣры было ужо
невозможно, потому что тогда на нхь сооруженіе пришлось бы обратить буквально всѣ
рабочія руки населенія, въ ущербъ земледѣлію и промышленности. Поэтому шжая ди-
настія предпочла совсѣмъ иной стиль могильныхъ построекъ, а древній стиль, т. е.
пирамидальный, стаіъ примѣняться только тщеславными богачами.
Высказывалась также мысль, что перемѣна стиля постройки была связана съ пе-
ремѣною условій мѣстности. Въ самомъ дѣлѣ, въ Чивахъ и въ Мемфисѣ мѣстность пред-
ставляетъ совсѣмъ различную картину. Въ Мемфисѣ ровныя, скалистыя возвышенія
служили істсствеппымп подножіями для пирамидъ, которыя тамъ рѣзк- выдѣлялись
среди равнины. Въ Чивахъ же мѣстность неровная, вся въ лощинахъ в въ оврагахъ*
и тамъ громадныя массы пирамидъ утрачивали бы свой величественный видь, проекти-
руясь па фонѣ сѣрыхъ скалъ. Ѳлвапск.е фараоны предпочли поено іьзовать*,я этими самыми
неровностями почвы, рытвинами и впадинами для того, чтобы въ ихъ нѣдрахъ хоронить
свои останки. Такое мѣсто храненія казалось имъ даже надежнѣе. Снаружи его бы.<о
совершенно новадн-і, никакимъ внѣшнимъ украшеніемъ оно но обозначалось, и даже
самыіі модъ въ него замаскировывался камнями, груда которыхъ могла казаться слу-
чайною.
Эти предосторожности понятны. Хотя египтяне питали религіозное уваженіе, къ
смерти, но все-таки люди злонамѣренные, или просто голодные, могли Соблазняться
царскими могильниками, <>чень хорошо зьая, какія несмѣтныя сокровища погребены
вмѣстѣ съ муміями царей- Они. конечно, слыхали объ этихъ «золотыхъ задахъ», въ
которыхъ жрецы и придворные клали все, что въ теченіе жизни окружало фараона:
его вооруженіе, одежды, домашнюю обстановку, драгоцѣнности, украшенія Пе разъ были
случаи, что шайки грабителей проникали въ ати подземныя сокровищницы. Древніе па-
пирусы упоминаютъ объ этпхъ кражахъ: такъ, во времена Страбона было ограблено
сорокъ царскихъ могильниковъ. Въ тѣ времена публика свободно допускалась въ гал-
лереи храмовъ, и стѣны вхъ были покрыти надписями па греческомъ и латинскомъ
языкахъ, сдѣланными посѣтителями. Для того, чтобы охранить царскія муміи отъ по-
руганія, жрецы и придумали особые тайные могильники, тшателыіі скрытые оть всѣхъ
глазъ. И имъ въ самомъ дѣлѣ удалось устроитъ ихъ до такой степени секретными, что
только въ 1881 г. арабамъ, которые повсюду рылись, стараясь отыскать мѣста для
европейскихъ археологовъ, случайно удалось напасть па тайные могильники, въ кото-
рыхъ были найдены удивительна хорошо сохрани, шіяся муміи Раизоса II и другихъ
фараоновъ!
Архитектура египетскихъ хранивъ, вопреки утвердившемуся мнѣнію о «нсподішж-
107
пости» Египта, изъ вѣка въ вѣкъ подвергалась значительному измѣненію. Разсматривая
постройки отдаленнѣйшей яшіхп, можно видѣть. что обитатели Нильскі й доливы пр₽-
Область пирамидъ.
і: 750ССО
I . ,	, ,-І— 		-I-	— -
О	’0	25
іоКилом
&жв° приспособлялись къ условіямъ окружающей среды. Многія думали, что персона
салпяи&я Египта жилг въ пещерахъ прибрежныхъ возвышевпостей Но ито оказалось
невѣрно. Древніе египтяне дѣлали насыпи и плотины вдоіь рѣки п здѣсь строили свои
408
тнікяпкн, ютившіяся въ тѣни посажепныхт деревьевъ. Жилища сооружались изъ легкихъ
древесныхъ породъ, сикомора в пальмы, которые повсюду растутъ въ Нильской долинѣ.
Египтяне даже не отесывали стволы этихъ деревьевъ, а только обрубали вѣтви, а затѣмъ
валили этотъ матеріалъ грудою, заваливая промежутки между древесными стволами ниль-
скимъ иломъ, который, затвердѣвая, образовывалъ стѣны изумительной прочности. Фел-
лахи до сихъ поръ такимъ способомъ строятъ свои хижинки, изъ которыхъ многія
скромно ютятся у подножія колоссальныхъ гробницъ фараоновъ. И одпако же, эти бѣдныя
хижинки служили первыми образцами для крупныхъ егппотекпхь построекъ, пакъ, папр.,
для вратъ, ведущихъ вь подземные могильники. Эти первые памятники египетской архи-
тектуры покрыты характеристическими украшеніями, а именно подосами, идущими попе-
ремѣнно, то горизонтально, то вертикально, н напоминающими пальмы, скрещивающіяся
своими вѣтвями падь кросіею хижины. Такимъ образомъ, мѣста вѣчнаго упокоенія
оылв скроены по типу обиталищъ живыхъ людей.
Колонны египетскихъ храмовъ также напоминаютъ о первобытной архитектурѣ
древне-египетскихъ земледѣльцевъ Эти колонны, смотря п > имѣвшемуся подъ рукой ма-
теріалу. дѣлались то деревянныя, то каменныя. Если па мѣстѣ находились куски камня,
изъ котораго легко было вытесать столбъ, то брали этоть камень, а если его не было,
то пользонаіиеь могучими древесными стволами, которые было легче передвигать и обра-
батывать. Вершины колоннъ, т. е. вхъ капители, въ египетскихъ постройкахъ имѣютъ
видь лотоса. Пѵіагалп, что это и есть точное подражаніе природѣ Не было бы странно
думать, что египетскіе архитекторы придумали употреблять цвѣтовъ въ качествѣ под-
порки для громадныхъ массъ верхней части н-строскъ По всей вѣроятности, лишь
постепенна, изъ вѣка въ вѣкъ зодчіе примирились съ этой странной мыслью—уподобить
колонны, и ссущія такой огромный грузъ, растеніямъ, свободно растущимъ на водь
номъ воздухѣ.
По всей вѣроятности, окончательно выработанный тинъ египетской колонны обос-
новался на распространенномъ обычаѣ украшать въ праздничные дни колонны храмовъ
вѣнками и гирляндами изъ цвѣтовъ. А однимъ изъ самыхъ люонмыхъ цвѣтковъ въ
Египтѣ быль лотосъ; эго былъ символъ солнца, потому что, когда скрывалось солнце,
закрывался и цвѣтокъ, а утромъ съ восходомъ солнца вновь раскрывался. Мало- по-маду
натуральные цвѣты стали замѣнять искусственными, т. е. вхъ изваяніями, сдѣланными
изъ дерева, ’+ги деревянные цвѣты сосредоточивалась на вершинѣ колонны в образовали
ея капитель. Затѣмъ у зодчихъ явилась мысль связать вершину колонны съ карнизомъ
болѣе изящными и гармоничными фигурами, и тогда начали верхи колоннъ окружать
цѣлымъ пояскомъ столбиковъ, вершинки которыхъ заканчивались цвѣтками лотоса.
Такимъ путемъ, первобытная, страшно массивная египетская кодеина и превратилась
въ снопъ цвѣтовъ, развертывающійся подъ тяжелою каменкою массою, которую оии
подпирали Самая древняя дотосовидная колонна была -айдена вь 1893 г. около Лбу-
зира. Она относи гея ко времени пятой династіи. Впослѣдствіи типы колоннъ разно
образились.
Дерево играло извѣстную роль въ египетской архитектурѣ. Но ьъ качествѣ стро-
ительнаго матеріала надъ ннмъ явно преобладалъ камень. Въ Египтѣ ьъ канвѣ нѣтъ
40&
недостатка, и онъ въ салонъ дѣлѣ представляетъ собою превосходный ецюительный
матеріалъ. Горы, окружающія долины Нила, состоятъ изъ массъ гранита, сіенита, пор-
фнровъ в змѣевиковъ; изъ этихъ-то матеріаловъ к выстроены веляколѣпиые египетскіе
храмы, а па постройку пирамидъ употреблялись плотные или рано, истые известняки игъ
Мокаітама п Пюлсмаиды. Эти известняки мягче гранита, нхь легче обрабатывать, п,
конечно, благоразуміе указывало предпочитать ихъ при возведеніи такихъ колоссальныхъ
и массивныхъ памятниковъ, какъ пирамиды.
Нѣкоторые изъ этихъ храмовъ отличаются вполнѣ гармоническими пропорціями
между высотой и площадью основанія; ихъ пилоны и колоннады достаточно высоки.
Но все-таки, большая часть обширныхъ египетскихъ зданій не шла ьъ высоту, а рас-
пространялась вь длину и ширину, представляя собою въ общемъ какія-то громадныя
террасы па столбахъ, параллельныя окружающей равнинѣ. Окружающая мѣстность была
ровная, однообразная, и этотъ господствующій типъ мѣстности, очевидно, находилъ себѣ
отзвукъ въ настроеніи зодчихъ
Въ то время, ковда египтяне возводили свои грандіозные памятники, столь пора-
жающіе насъ п своими размѣрами, и замѣчательною простотой стиля, опи уже успѣли
пріобрѣсти весьма обширныя техническія познанія, п нѣкоторыя подробности ихъ соору-
агеніл прямо указываютъ па то, что у нихъ процвѣтала и астрономическая наука.
Англійскій астрономъ Норманъ Локабэръ провелъ два іода въ Египтѣ, старательно
изучая тамошніе храмы. Онъ пришелъ къ убѣжденію, что зги храмы были явно ври-
спосоолгпы для астрономическихъ наблюденій. Оіш были такъ расположены, чтобы по
возможности облегчить наолюденія и измѣренія небесныхъ свѣтилъ во время равноден-
ствіи и солнцестояній. Такъ, напр., осмотрѣвши Карнакскій храмъ въ 1891 г., англій-
скій астровомъ убѣдился, что главный ко[рпдоръ храма выведенъ въ такомъ направленіи,
что жрепъ, стоявшій у алтаря, видѣлъ прямо противъ себя закатъ солнца въ моментъ
равноденствія, словно сквозь трубу гигантскаго телескоил, при чемъ пилона у входа въ
корридоръ служили какъ бы діафрагмами. Точно также въ сосѣднемъ храмѣ была дверь,
31 столѣтіе тому назадъ предназначенная для наблюденія звѣзды Капопуса. Такимъ
образомъ храмы могли служить какъ бы астрономическими часами, съ помощью кото-
рыхъ можно было опредѣлять время дня и ночи н продолжительность года.
До послѣтпяго времени паши ученые была твердо увѣрены въ томъ, что открытіе
громоотвода было сдѣлано знаменитымъ Франклиномъ. Правда, изслѣдованія и изобрѣ-
тенія американскаго ученаго не подлежатъ Сомнѣнію; однако, ио ему первому удалось
«похитить молнію съ неба» п «вырвать се у неба», какъ ему удалось «вырвать ски-
петръ изъ рукъ тирановъ». Это завоеваніе было, кажется, раньше его сдѣлано египет-
скими учеными. Обычно, тѣ двѣ Оашви, которыя выстраи алксь передъ храмами, имѣли
иа наружной стѣнѣ двѣ глубокія параллельныя ложбины, а въ нихъ были вставлены
высокія мачты, далеко поднимавшіяся надъ всею постройкою и увѣнчанныя наверху
4-мя флагами свяшсіівыхъ цвѣтовъ краснаго, бѣлаго, синяго и зеленаго. Эти мачты
были, кикъ кажется, выдѣлываемы изъ древесины особой породы акаціи; ихъ высота
дотодпла до 15-и саженъ, па вершины ихъ быіп надѣты мѣдные наконечники. Надписи
гласятъ о томъ, что эти мачты ставились спеціально затѣмъ, чтобы «прервать грозу
410
въ вышинѣ небесъ» Если такъ то какое же тутъ можетъ Лить сомнѣніе? Очевидно,
етв мачты была настоящіе громоотводы. Кромѣ того, этп мачты, конечно, служили и
украшеніемъ прочнаго зданія. Судя по египетскимъ текстамъ, зтп мачты являлись сиы-
Уголъ большой порвыиди Хеопса
411
водами двухъ божественныхъ сестеръ Изиды и Неффиты, которыя своими таинственными
крыльями прикрывали своего брата Озириса, охраняя его оть здобы п козней Тифона.
Мусульманскіе завоеватели Египта нашли въ свяшепшшъ городѣ Геліополисѣ обелиски,
Л Иямѣроыпый баласъ. В. Углубленіе ил восточной сторонѣ ппрсхиды Хеопса д.ія отдѣленія
камней облицовки. С.-Храмъ пнрампди Хефропа. О. Храмъ изъ розоваго гратшта, до-фараоновой
впохн. Е. Храмъ пирамиды Монкерн. Р. Рмвнаяипы ишлнща рабочихъ. О. Большой сфинксъ до
фараоновой эпохи. (Слѣды дровпнхъ стѣнъ и дорогъ намѣчоны точками.
верхушки которыхъ были покрыты чехлами изъ вызолоченной мѣди. Очевидно, и эти при-
способленія имѣли цѣлью отводъ молніи отъ святидиша.
Итакъ, египетскіе памятники указываютъ на далеко подвинувшуюся вперенъ циви-
лизацію, средствами которой можно было осуществить такія предпріятія и сооруженія,
которыя требовали и наблюденій, и техническихъ знаній, и художественнаго чувства
412
Подобай обитателямъ Месопотаміи, а быть можетъ и благодаря имъ, египтяне распола-
гали многими металлами, въ томъ числѣ и золотомъ. Только серебра въ ихъ странѣ
были мало.
Обитатели Нильской долины въ огромномъ количествѣ потребляли мѣдь, которая
съ незапамятныхъ временъ (быть можетъ за 7000 лѣтъ') доставлялась имъ съ Синай-
скаго полуострова Мѣдь была ииъ извѣства еще въ тѣ времена, когда иіъ ремеслен-
ники употребляли каменныя орудія. Позднѣе «ни научились сплавлять мѣдь съ оловомъ
въ различныхъ пропорціяхъ и изъ этихъ сплавовъ выдѣлывали -осуду, зеркала и пред-
меты вооруженія. Имъ удавались выковывать изъ этихъ сплавовъ вливки, отличавшіеся
замѣчательною упругостью и твердостью. П,- еще нрежде, чѣмъ вошла въ употребленіе
бронза, египтяне уже звали желѣзо. Археол-гь Хилль нашелъ кусокъ желѣза среди
кирпичной кладки главной пирамиды въ Гизе. Затѣмъ желѣзный предметъ былъ най-
денъ Масперо въ гробницѣ фараива Унаса. Этому куску желѣза было навѣрное болѣе
60-в столѣтій. Книга о похоронныхъ обрядахъ нѣсколько рааь упоминаетъ о какомъ-то
веществѣ, подъ которыхъ приходится подразумевать желѣзо. Одвак<>. въ тѣ времена
этоть полезный металлъ пе допускался къ употребленію ни при какихъ благородныхъ
работахъ. На него смотрѣли какъ на какую-тс- почисть, какъ на не благородное про-
изведеніе земли. По одному древнему миэѵ Озирисъ былъ убитъ Твфономъ съ помощью
желѣзнаго оружія; ржавчина, которою желѣзо пэкрывіется такъ быстро въ сыромъ
климатѣ Нильской долины, истолковывалась, какъ кровь божества, которая все еще
продолжаетъ выступать изъ металла. Такимъ образомъ, въ глазахъ древняго египтянина
желѣзо являлось металломъ, отверженнымъ богами. У нихъ даже не было особаго слова
для обозначенія желѣза, и опн нигдѣ его прямо пе называютъ, а описываютъ иноска-
зательными выраженіями. Одііако же, сводъ небесный у нихъ считался желѣзнымъ, а
зе хрустальнымъ, какимъ его вооОражали другіе народы. Быть можетъ, цвѣтъ неоа и
побуждалъ египтянъ обычно красить желѣзныя предметы къ синій цвѣтъ.
Въ настоящей время положительно дознано, что египтяне умѣли выдѣлывать фар-
форъ, т. е. вещи изъ плотной и просвѣчивающей массы. Извѣстный авторъ «Трактата
о керамикѣ» Вроньяръ всѣмъ ооразцамъ фарфора, найденнымъ въ Египтѣ, приписывалъ
китайское происхожденіе. Однако, обломокъ статуэтки, который нашли въ Саккара и
туземное происхожденіе котораго не подлежитъ сомнѣнію, доказываетъ, что Вропьярь
ошибался. На этой статуэткѣ есть іероглифическія надписи, и самый сославъ массы, пзъ
которой она выдѣлана, совсѣмъ не такой, какъ у киіайскаго фарфора Масса, изъ
которой она состоять, содержитъ въ себѣ мало глины, поэтому по отличалась пластично-
стью, и изъ пея можно было выдѣлывать только такія веши, какъ египетскія стату-
этки, сь простымъ контуромъ.
Наносы Нильской доливы, подземные могильники, груды обвалившихся скагь со-
хранили для любопытныхъ изслѣдователей безчисленные остатки египетской старины,
по которымъ можно заключить о томъ, что строители не только сами обладали солид-
ными знаніями, не имѣли въ своемъ распоряженіи цѣлую толпу искусныхъ помощни-
ковъ—землемѣровъ, каменщиковъ, ваятелей, плавильщиковъ, эмальшиковъ, маляровъ,
граверовъ, декораторовъ Все это былъ народъ, обладавшій большимъ артистическимъ
413
самолюбіемъ я проявлявшій это въ надписяхъ ва своихъ произведеніяхъ. Такъ. Рамзесъ,
говоря о воздвигнутыхъ имъ храмахъ, съ особенной настойчивостью упоминаетъ о
«вѣчныхъ камняхъ», воздвигнутыхъ нмъ во славу боговъ и во славу собственной особы
Народъ, который до такой степени былъ занятъ будущей жизнью, какъ египтяч ,
который бальзамировалъ своихъ покойниковъ и именно съ той цѣлью, чтооы обезпечить
за ними вѣчность, конечно, долженъ былъ заботиться и томъ, чтобы могильные памят-
Два пилона храма Раивеса IV въ Карнакъ
ники были какъ можно прочпѣ*- и вѣковѣчнѣе. Поэтому-то египетскія постройки такъ
ужасно массивны, снабжены такими обширными основаніями. 11 несмотря на ото, зна-
чительное число громаднѣйшихъ зданій почти вполнѣ разрушено. Исчезъ, напримѣръ,
цѣлый могильный городъ, основанный Амешшхатомъ Ш, знаменитый египетскій лаоп-
иингь. въ которомъ, какъ увѣряетъ Геродотъ, было ЗОіЮ комнатъ. Въ настоящее время
отъ зюго колоссальнаго сооруженія можно распознать только кое-какіе остатки окол-і
пирамиды Хавара близъ ФаЙума. На мѣстѣ лабиринта расположилась теперь арабская
деревенька. Вплькоксъ высказывалъ мысль, что лабиринтъ представлялъ собой что-то
вродѣ плотины, предназначавшейся для управленія стокомъ воды изъ озера. Въ пасто
яіщ-е время на развалинахъ, п «крытыхъ камеями, цементомъ, разбросаны деревенскіе
414
доивки. Эти развалины тянутся на грома.’нор разстояніе и углубляются подъ поверхность
земли. Установлено, что осѣ храмы около Карнака н Луксора въ совокупности съ
другими Ѳпраискимз храмами на лѣвомъ берегу рѣки легко помѣстились бы па томъ
пространствѣ, которое было копа -то занят  лабиринтомъ. Плиній засталъ его въ пол-
номъ разрушеніи; онъ увѣряетъ, что окрестные жители уже цѣлые вѣка растаскиваютъ
оттуда камни для своихъ построекъ.
Итакъ, главною причиною исчезновенія сѣть «вѣчныхъ камней», которыми такъ
гордились древніе, была не работа природы, а рука человѣка, часто руководившагося
необходимостью Такъ, паир., Элефантннскіе храмы были разрушены въ 1822 г. ради
добыванія строительныхъ матеріаловъ; тріумфальная арка Антиноя доставила запасъ
известковаго камня для устроеннаго но сосѣдству сахарнаго завода. Съ подобной же
цѣлью былъ разрушенъ храмъ Мута. Искатели сокровищъ въчво роются въ почвѣ, раз-
рушаюсь стѣны; каменщики растаскиваютъ куски камня. д|юбять игъ, и онь идетъ
у нихъ на изготовленіе строительнаго цемента. Известковый камень растаскиваютъ и
обжигаютъ въ печахъ, вырабатывая изъ него известку. Но самыми лютыми разру-
шителями остатковъ языческой древности быти христіанскіе проповѣдники. Онн все ломали,
уничтожали и жгли, такъ что (тъ нихъ могли избавиться только кирпичъ, гранитъ и
порфиръ. Защитниками и укрывателями древнихъ египетскихъ храмовъ были только
вѣтры пустыни, засыпавшіе памятники грудами песка, да бѣдныя арабскія деревушки,
располагавшіяся па площади древнихъ сооруженій, Благодаря этнмъ охранителямъ, до
нашего времени упѣлѣли почти въ н«прлкосновеннлств такіе великолѣпные образцл
египетскаго зодчества, какъ папр., храмъ въ Медннетъ-Абу. Его стѣны, сплошь по-
крытыя надписями и изображеніями религіозныхъ, историческихъ в домашнихъ сценъ,
являются настоящею энциклопедіей дроввяго Египта.
Но какъ нн старались разрушители, вь Еіиптѣ все-таки и по настоящее время
сохранилось еще много явуметельныхъ зданій. Одно изъ этихъ сохранившихся чудесъ
египетской архитектуры—ио оииы, Стовратный городъ, какъ его называли древніе, хотя
правпльн! е было оы сго назвать гтопилоннымъ, такъ какъ онъ ве былъ обведенъ замкнутою
стѣною съ воротами. Многочисленные почитатели сѣдой старины созерцаютъ здѣсь вели-
чественные двойные ряды сфинксовъ, чудную залу съ 134-мя колоннами, возвышающи-
мися на 23 метра и покрытыми выпуклыми изображеніями, колоссами, которые нѣкогда
пѣли утромъ на восходѣ солнца, тріумфальными арками и таинственными могильниками,
вырыіымп внутри горы. Поднимаясь вверхъ по Валу, можно останавливаться во многихъ
мѣстахъ, гдѣ хорошо сохранились удивительныя произведенія древнихъ. Большая часть
путешественниковъ, осматривающихъ Египетъ, пробираются далыпи перваго водопада,
чтобы полюбоваться на колоссальныя статуи бога-царя Амона и фараона Рамзеса.
которыя изваяны непосредственно къ красномъ песчаникѣ, изъ котораго состоитъ скатъ
горы Ибсамбуіа, обращенный къ рѣкѣ. Не менѣе любопытны, чѣмъ храмы я стасуй, н
тѣ ломки гранита н порфира, изъ которыхъ древніе египтяне добывали свой строитель-
ный матеріалъ. Здѣсь иногда ещо виднѣются громадные обелиски я статуи; можно п<
думать, что тутъ сейчасъ только работали люди, обтосыпавшѣ- лги камни, и что сейчасъ
за ними явятся лошади и дроги, и эти камни нагрузятъ на нихъ и повезутъ...
415
Упадокъ египетской архитектуры во вречя расцвѣта монархпческ-‘й власти сов-
палъ съ эпохой завоеваній Въ это время, вмѣсто первобытныхъ храмовъ, камни
которыхъ такъ заботливо обтесывались и такъ тщательно пригонялись одинъ къ другому,
начали возводить такія постройки, которыя наводятъ тоску ва современныхъ худоміі-
Ѳмвы и его окрестности.
I . і С О ООО
0	12	5 Килом.
1. Бибапъ-опь-Молукъ, гробницы Фараоновъ Сотп I. М о пента, Римаоса. 1П и др. 2. Драхъ-абупъ-
Н актахъ., XI и XVII династій. 8. Храмъ Дейръ эль-Бахари. 4. Курка, доисторическія террасокъ
5. Гробница царицъ. 6. Храмъ Сота 1. 7. Храмъ Тутмоса ІІІ. 8. гнммсооеумъ. 9 Храмъ Аменхо-
тепа 1П. 10 Статуи Аменхотепа Ш, приписываемыя Мемпону. II. Храмъ Тутмооа II, Йеднветъ-
Лбу, храмъ Гамзосл І1Х 12. Адлон сфинксовъ п храмъ Аменхотепа 111. 13. Храмы Аммона, Тут«
жоса I и др. Священное озера. Здѣсь Ж. Легранъ открылъ въ 1903 г. сокровищницу съ яѣсколь-
кммп стами статуй, древностью до 5090 лѣтъ. 14. Дорого сфинксовъ, храмъ Мутъ. 15. Храмы Лук-
сора, Аменхотепа и др.
ковъ. Можно было подумать, что тогдашніе цари думали только о томъ, чтобы мону-
менты. которые оян воздвигали во славу свою, какъ можно скорѣе были готовы. Такимъ
416
образомъ, художественность «пи приполидп въ жертву своей гордости. Пышное царство-
ваніе Рамзеса II, который извѣстенъ вамъ подъ именемъ Сезогтриса, послужила какъ-
бы евгпаломъ, по которому начался упадокъ наукъ и искусствъ Рамзесъ былъ воитель,
человѣкъ, жадный до подвиговъ. Овч. стремился расширить границы своего царства и по-
шелъ войною противъ Азіи. Эти затѣи по удались «му, во это пе помѣшало ему вос-
пѣвать себѣ пышпыл хвалы. Онъ приказывалъ возводить громадные пилоны и статуи
Храмъ Омбосъ іІСумь Умбу).
въ память своихъ неимовѣрныхъ подвиговъ, и ему удалось, такъ сказать, обмануть исторію,
такъ что греческіе писатели и въ самомъ дѣлѣ начали твердить, что оиь былъ вели-
чайшимъ изъ царев. Если вѣрить надписямъ, которыя опъ приказывалъ гравировать на
своихъ памятникахъ, онъ былъ покинуть своими воинами, одинъ посреди цѣлой толпы
враговъ, былъ окруженъ 2.500 колесиками «милліонами враговъ», и опъ «одинъ»
ептою руки своей одолѣлъ всѣхъ враговъ. Истмшыо же подвиги состояли просто-на-
просто въ томъ, что онъ іиждый годъ дѣлалъ набѣгъ на беззащитныхъ чернокожихъ
жителей Эфіспів, цѣлыми толпами захватывалъ ихъ въ плѣнъ, заковывалъ въ цѣпи н
заставлялъ работать на каменоломняхъ. Въ его правленіе страна обнищала, въ деревняхъ
свирѣпствовалъ голодъ, и мало-по-малу вмѣстѣ съ гражданской свободой поблекло и
искусство. Послѣ Сезостриса всѣ произведенія скульптуры дышатъ ваиварствомь. Артисты
совсѣмъ перестали изучать характеристическія черты івопхь моделей а вообще «натуру»
417
сложили въ сторону. Древніе артисты до такой степени тщательно изучали свои мо-
дели, что рабски скопировали даже всѣ ахъ физическіе недостатки, наприм., кривизну
X р а и ъ на островѣ Ф п л а
костей, неровности черепа. Но Сезострисъ былъ такъ тщеславенъ, что приказывалъ
изображать себя непремЬнцо красавцемъ, и люди, созерцающіе его велнколѣиныя черты,
мзваянныя изъ краснаго песчаника или гранита, конечно, должны оыли соідашатьея съ
гѣмъ, что онъ въ самомъ дѣлк красавецъ. 11о странной ироніи судьоы, мумія этого
элпав рвклю. ъып. ш.
27
418
фавфароза сохранилась благополучно до нашихъ дней, и іосѢіитал? гизехскаго музея
иогѵть свободно разсматривать его черты, поточу что мумія очищена отъ покрывавшаго
ее слоя смолистыхъ веществъ. Въ такомъ видѣ физіономія Сезіютрпса представляется
весьма банальною, даже слегка звѣрскою носитъ печать гордости, упрямства и величія.
В(ѣ ати храмы, пилоны, колосгы, обелиски и сфинксы да еще і.ирампды—един-
ственные памятники, которые оставилъ намъ древній Египетъ Никакой постройки обык-
новеннаго житейскаго назначенія не осталось. Можно было бы подумать, что въ этомъ
древнемъ мірѣ только и сущ- ствовало, чго цари н жрецы, а больше никого и пе были
Конечно, богатая и плодородная долила была чрезвычайно густо населена, была полна
людьми, по только эти люди ни во что не спишись Это была толпа раОовъ. Благо-
даря особенности гео графическихъ условій, даже послѣ цѣлыхъ городовъ не осталось
рѣшительно ннка-нхъ слѣдовъ. Всѣ эіи населенныя мѣста были расположены въ рѣчной
долинѣ, которая тянется извилистой нитью съ юга на сѣвсрч. Имъ но падо было ооятьгя
нападенія сосѣдей. Справа и слѣва отъ рѣки вь прибрежныхъ кражахъ горъ ость много
поперечныхъ овраговъ, дающихъ доі-тупь въ долину, н . гЬ жалкіе бедуины, которые
могли бы ворваться въ долину черезъ эти пути, не отваживались нападать на плотное
и скученное населеніе. Египетскимъ городамъ не было никакой надобности придавать себѣ
тѣсныя границы, окружать гебя поясомъ укрѣпленій. Египетскіе города въ этомъ отно-
шеніи отличались отъ халдейскихъ: тамъ людямъ приходилось старательно обороняться
п укрѣпляться, потому что они занимали область, со всѣхъ сторонъ открытую и до-
ступную. Вокругъ яихъ шла оживленная сумятица, среди которой то п тѣло возникали
и сталкивались между собой разныя царства. Такцмь образомъ халдеи жили подъ вѣч
ною угрозою вражескаго набѣга.
Но если исчезли непрочныя жилиша мпогочислевнаго населенія древняго Египта,
то осталась школа, такъ какъ всю Нильскую долину можно разсматривать какъ громад-
ную классную комнату,—до такой степени вся опа покрыта надписями, содержащими
поученія, съ которыми жрепы в цари обращались къ народу черезъ посредство безчи-
сленныхъ льстецовъ н писцовъ. Письменность, исходившая отъ правящихъ классовъ, имѣла
къ своимъ услугамъ цѣлую толпу чиновниковъ, среди которыхъ гравироыцикн надписей
несли самую большую работу. Всѣ египетскіе памятники, всѣ статуи, даже тѣла п іица
статуй, всѣ предметы домашней оостан-івки, всѣ амулеты были сплошь некрыты тѣсно сгру-
женными буквами, которыя должны были увѣковѣчить имена упоминавшихся въ над-
писяхъ личностей. Эти надписи большей частью переіаютъ намъ разныя мелочи, не
имѣющія никакого значенія. Въ ту эпоху камень былъ сплошь покрытъ всякимъ вздо-
ромъ, подобно тому, какъ впослѣдствіи такой же вздоръ покрывалъ пергаментъ и бу-
магу. Но изслѣдователи древностей не были обезкуражены громадной массой этихъ
пустяковъ и упорно прочитывали ихь, ловя въ нихъ, какъ золотое зерно въ кучѣ грязи,
разные историческіе факты, названія мѣстностей а народовъ, разныя историческіе даты,
хиынческі* и врачебные рецепты, правила высшей морали, глубокія мысли и благород-
ныя чувства. Многіе склонны думать, что наши отдаленные предки были такъ духовно
убоги, что не могли испытывать всѣхъ нашихъ страстей не могли ставить я разрѣ-
шать нашихъ духовныхъ задачъ, иа мегли высказывать своихъ мыслей съ такимъ же
Иванъ Некаба (Елькабъ, Елѳйтіасподисъ),
I. 50000
I	2	ъ Кидом.
Тыми—столпца ІжП династій; могилы въ Абидосѣ.
Меж^исъ—продшоствовват», вѣроятно, Типж; столица 111—ѴПІ династій. Исчезъ лишь въ
ѴТІ вѣкѣ, послѣ основанія Фостита (Каира).
Геракллхполись—столпца IX и X династій.
Ѳивы—городъ чрезвычайно древній; столпца XI—ХШ и ХѴП—XXII династія
Ксоисъ—(X въ дельтѣ Нила) городъ XIV династій.
Танисъ—(Т въ дельтѣ Нила) городъ XV, XVI п ХХПІ династій.
5л&-Лрлорха, столица Аменхотепа IV.
Самса (5а въ дольтѣ Нила)— городъ XXIV, XXVI и ХХѴШ династій.
ЛІвн&ееъ (М въ дельтѣ Нила)—гор. XXIX династій.
Се&ннмиіъ (Зе въ дельтѣ Нила)—гор. XXX династій.
Александрія—столица, находившаяся йодъ властью Птолемеевъ п римскихъ императоровъ.
ЛпимсланАі—столица Верхняго Египта при Птолемеяхъ.
Наиръ (Эпь-Каиро), осяов. въ 969 г. Говхеромъ; Накадэ на лѣвомъ берегу Вила, да правомъ
находится Нагада. Въ лѣсяохгькихъ километрахъ хъ сѣверу отъ Бсмм-Гассана (могилы XII династіи)
находится ЗуаСеть-элд-Яайллнкх (могилы^ VI династія). Антиноя Адріана—въ томъ же углу долины.
Вергника—о кладочный пунктъ греческой торговли. Говора—(по Впяькопсу Гауара иди Аиарпсъ)—
считается послѣднимъ убѣжищемъ царей гпкеовъ.
42ы
могуществомъ выраженій, какъ наши современники. Многіе готовы думать, что вся
духовная культура выдумана въ новѣйшія времена, что даже чувство любви — новѣй-
шее изобрѣтеніе. Нѣкоторые этнологи серьезно утверждаютъ, что, нанр., такое-то или
Галлерея, ведущая въ гробницу Рамзеса II.
такое-то племя иля народецъ совершенно не вѣдаютъ тайнъ нѣжной страсти. Какъ бы
то ни было, во мы знаемъ, что египтяне еще въ самомъ началѣ ихъ письменности
уже проявляютъ то, что называется языкомъ сердца. Конечно, такія слова могутъ
быть п притворны, и лживы, во ві;дь если бы люди не вѣдали этихъ чувствъ, то не
421
били оы этнхь словъ. Между тБиь, напримѣръ, слова надписи, которая найдена вы-
гравированною на одномъ изъ скатовъ гори Синая, дышать нскреннішь и неподдѣль-
Стоаичиые города а пути.
I. 2500 0^0
-----,	,	-------Н------
О	101	РОО
4осКилом
1. Развалины, относящіяся къ IV династіи 2. Подписи V и VI династіи. 3. Могилы ХѴПІ династіи.
Здѣсь находится подпись, повѣствующая о взятіи города гтссолт» Гвуару фараономъ А хносомъ.
4. Храмъ Тутмоса Ш. 5 и 6. Храмы Аменхотепа Ш. 7. Храмъ Рамзѳса 11. Берега нанесены по
отношенію къ уровню наибольшихъ приливовъ, отмѣченному От-
пымь чувствомъ. Эта надпись относится ко времени фараона Смефру. Въ ней упчмн-
чается, между прочимъ, «супруга того, кого опа любить ѵ п далѣе «.возлюблоппал дочь
отца, нѣдра котораго породили со», н т д.
422
Но въ ту тюху, когда всякое прочувств -ванное слово, идущее изъ сердца, заглу-
шалось молитвами и заклппавіяип жрецовъ п уступало мѣсто тшесіавію царев, весь
Египетъ, казалось, превратился въ какую-то сплошную мумію. Такимъ, по крайней мѣрѣ,
опъ казался въ то время грепамъ, пароду подвижному, впечатлительному, жадному до
всякой новинки и охотно у ссбя принимавшему всякія новшества. Греки порѣшили, что
егвптяні- пародъ неподвпжпий, а затѣмъ такая характеристика удержалась и до новѣйшихъ
временъ. Правда, сама масса стяпетскаю парода, несмотря па то, что внѣшняя обста-
новка его жизни рѣзко измѣнялась подъ вліяніемъ иноземныхъ вторженій, очень долгое
Земледѣліе въ Ыемноніи
время хранила иа себѣ отпечатокъ древнихъ фараоновскихъ вѣковъ. Такимъ образомъ,
мелочи житейскаго обихода, хозяйство, всевозможныя суевѣрія удержались, несмотря ни
на какія революція и перемѣны политическаго режима, несмотря даже на перемѣну
религіи и языка Такъ, напр., способы измѣренія земли по потерпѣли ни малѣйшаго
измѣненія со временъ фараоновъ де нашихъ дней. Въ 1890 г. англичане, въ то время
завладѣвшіе Египтомъ, предприняли ш-вый кадастръ всей Польской долины, съ цѣлью
болѣе правильнаго установленія налоговъ, пропорціонально попсрхпости воздѣлываемой
земли. При атомъ ихъ землемѣры могли уцѣдиться въ томъ, что египетскіе крестьяне
при измѣреніи земли пользуются въ точности тѣми самыми пріемами, какіе употребля-
лись 4000 лѣтъ тому назадъ, и которые изложены въ папирусахъ, найденныхъ въ мо-
гильникахъ. Замѣчательно, что пріемы этв очень точны и даютъ результаты, мало отли-
чающіеся отъ подучаемыхъ но правиламъ Спвромегпой геодезіи.
Въ такихь странахъ, какъ Египетъ, гдѣ условія среды вынуждаютъ населяй изъ
втка въ вѣкъ запинаться земледѣліемъ, однообразные пріемы котораго порождаютъ одно-
423
образные складъ п всей жизни парода, исторія идетъ очепъ медленнымъ ходомъ, но
все же движется впередъ. Такъ и Египетъ подъ давленіемъ окружающихъ пародовъ
никогда не переставалъ понемножку измѣняться, пдя по пути развитія, то впередъ, то
назадъ. Подъ вліяніемъ греческихъ писателей, внушеніямъ которыхъ потомъ такъ легко
поддавались европейскіе ученые, принято было почтя за историческую аксіому, что Египетъ
былъ открытъ для международной торговли только въ эпоху Псамитика (или Псамѳтиха)
1, т. е. 25—26 вѣковъ тому назадъ. Но мы располагаемъ множествомъ историческихъ свидѣ-
Барельѳфъ въ АІедиветъабу.
тельствъ, доказывающихъ, что гораздо раньше этого времени разныя событія и въ осо-
бенности экономическіе интересы ставили Египетъ въ правильныя сношенія съ сосѣдями.
Наконецъ, надо принимать въ соображеніе самое происхожденіе народа. Песомпѣшю,
что населеніе постепенно притекало въ долину Нила съ сѣвера и съ юга. Ему прихо-
дилось выдерживать упорную и продолжительную борьбу съ болотами л лѣсами, кото-
рыя въ то время покрывали ту мѣстность, чтобы постепепно отвоевать себѣ полосу
плодородной почвы и въ то же время защищать эту полосу отъ бурныхъ разливовъ
рѣки, которые были благодѣтельны, но въ то же время разрушительны.
Гробницы первыхъ царей въ большомъ числѣ содержатъ предметы нетуземнаго
происхожденія и, слѣдовательно, попавшіе въ страну несомнѣнно путемъ торговыхъ
сношеній. Въ существованіи такихъ сношеній не можетъ быть никакихъ сомнѣній. Съ
самыхъ первыхъ вѣковъ египтяне завели сношенія частью непосредственныя, частью
424
косвенныя сь паселепісмъ Ливіи, Эфіопіи и Аравія. Да и странно билл бы думать,
чтобъ народъ, осѣвшій по точенію большой рѣки, но которой пі.і<> вѣчное передвиженіе
всевозможныхъ припасовъ, могъ круто останавливаться на границахъ своой страны, но
переплывая за пахъ. И въ самомъ дѣлѣ многочисленные факты, установленные аріеоло-
Огь храма Омбоса до храма Сохйба.
л»	>г°	зз*	з«*	35е
і: 5С00 0П0
аоь	чоъ Ки/іопи-
Большая часть древігихъ построекъ ѳтой области Нила относится къ ХѴШ династіи Вт, Омбосѣ.
(Нубатъ, Куать-У м бу, на нартѣ 1В5) начертаны имена фараоновъ Амопхотопа I и ТутзюсЛ 111
въ Семи—имена Узѳртеаона Ш(ХП династіи) и Тумтоса Ш, въ АмадѣТумтосъ ІИ выстроилъ храмъ
Ра; въ Сохебѣ Тутмосъ П1 и Аменхотепъ III отмѣчены подписями, прославляющими нхъ дѣииіл.
Въ Ибсамбупѣ находится подземный храмъ Рамгооа П, коллоссальпыя статуи котораго у кра
шаотоя входъ. Въ Фплахъ—дроваѣйшев упоминаемое имя—фараона Нежтаиебо (XXX див ); храмъ
тамъ относится къ апохѣ Птоломоевъ.
гаии, доказываютъ, что торговыя сношенія дѣятельно распространяли»ь во всѣ стороны.
Въ гроОвяпэхъ фараоновъ нагонятъ особыя дощечки, которыя тагъ и называются <фара-
оновыив». Микроскопическое изслѣдованіе древесины зтигь дощечекъ показало, что многія
изъ пвхъ были выпилены изъ япднаго тисса (Тахаз Ъассаи.). Эта древесная порода
совсѣмъ не встрѣчается въ Египтѣ и не могла бы приспособиться къ тамошнеиу ши-
425
пату, іначвтъ, это быть матеріалъ ввозный и попадалъ въ Египетъ, вѣроятно, изъ
Чалой Азіи, ближайшей области, гдѣ это дерево произрастаетъ. Отсюда можно заклю-
чить, что между Египтомъ и странами, лежащими п г ту сторону Средиземнаго моря, въ
самыя древнія времена происходили торговыя сношенія морскимъ путемъ.
Но это не все. Лѣтописи говорятъ намъ объ отдаленныхъ путешествіяхъ, испол-
ненныхъ египетскими изслѣдователями. Такъ, при фараонѣ Асса, изъ нятой династіи,
Туалетъ егметявки назгдъ тому ЗООО пѣтъ (стѣнная живопись въ Ѳивахъ).
т е. въ эпоху отдаленную огъ насъ прибдизитедьнѵ па 60 вѣковъ, славныя воителъ
Урдуду проникъ въ страну Путь и привелъ съ собой оттуда карлика, очевидно, пред-
ставителя того самаго племени акка, которое было недавно открыто европейскими путе-
шественниками. Другой изслѣдователь Хиркуфъ пропилъ на югъ еще дальше, чѣмъ
Ірдуду, достигъ «Страны Блаженныхъ» и въ пей въ свою очередь добыть другого
карлика «донка», видъ котораго «преисполнилъ радостью и любовью сердце фараоново».
Такъ гласитъ надпись, открытая въ 1892 г. Скіапарелли на одномъ холмѣ въ ок|іест-
ности Ассуана. Такимъ образомъ существуютъ самыя убѣдительныя свидѣтельства о
томъ, что между древнимъ Египтомъ, берегами Средиземнаго моря и берегами Краснаго
426
шфя вь древности существовали сношенія. Несомнѣнно, такія же сношенія яавяшнсь
" меж,ту двумя центрами пнвилизацін—Мемфисомъ и Вавилономъ. Но до свіъ поръ не
Сообщенія между морями.
I ІЕООСОС
Ьі-ІЧ'ІЧЧ-1 —		—	-—	—	-. -	_		— I
о іо	5С	ЮоКмЛОМ
Капалъ оть Нина до Краснаго моря чрезъ озеро Тимса я Горькія озера отмѣченъ тройною пре-
рывистою чертою; нынѣшній Сзецтгііі капалъ- хіопрорыппою тронною чертою. Но извѣстно, когда
построенъ первыя киназъ, но несомнѣнно, во времена отдаленныя. Между другими властителями,
слѣдующіе прппіімали участіе въ дѣдѣ проведенія конвпаі Сото I, Рамзесъ II, Нико П, Дарій,
Іітодомѳіі-Филвдедьфъ, императоръ Траянъ и Амунъ
427
удалось уловить никакихъ слѣдовъ сношеній древняго Египта съ Индіей. Даже но врв-
йена Птолемеевъ и нхъ преемниковъ, римскихъ императоровъ, не обнаружено никакихъ
слѣдовъ этихъ сношеній. Олпвьо Борегаръ полагаетъ, что можетъ быть имя «Священ-
ныхъ Земель», кспорое сгяпіяне придавали странѣ, лажавшей по ту сторону Аравійскаго
залива, надо пипиыать, кань туманное указаніе на Индію, хотя никакой египетскій
текстъ не подтверждаетъ этой догадки. Извѣстно только, что за 35 вѣковъ до нашего
времени египетскій флотъ проникъ въ какія-то южныя моря и вывезъ оттуда обозьянч,
которымъ въ египетскомъ текстѣ придано названіе Кафу. Это названіе напоминаетъ
санскритское капа, еврейское іофъ а греческое ~(<рууоо, можно думать, что эта морская
экспедиція побывала въ Индіи.
Когда царская и божественная власть фараоновъ твердо угтан’-внтась, и ма-‘са
Представленіи фараону дани и чужеземныхъ животныхъ.
населенія должна была безусловно согласоваться съ волею властелина, послѣдніе, какъ
это всегда дѣлаютъ всЬ ревнивые и подозрнтеіьпи. властители, старались уединить свои
народы, поставить ихъ вь такое положеніе, чтобы они не испытывали ни малѣйшаго
вяьшнито вліянія, не могли входить въ сношенія съ иностранцами, и такимъ образомъ
подавить въ зародышѣ всякія мечты о возстаніи. Геоірафическая природа египетской
земли содѣйствовала такой политикѣ. Страна была уединенная, однообразная по виду
поверхности, а отъ сосѣдей се -тдѣляли безконечны-) пески и болота. Такая страна
должна бша сосредоточиться на сушѣ и отвратиться отъ моря. Цари и жрецы Египта
имѣли на своей сторонѣ природу, которая пособляла имъ бороться со вгякнми новше-
ствами. со всѣмъ, что мпгло вносить въ народъ революціонныя идеи. Такимъ образомъ,
постепенно и цари, и самъ народъ прониклись непріязнью къ морю, какъ къ открытому
пути сообщеній, и дѣло кончилось тѣмъ, что море стало представляться египтянину,
какъ что-то зловѣщее, враждебное, находящееся во власти грозныхъ боговъ Гибель
судовъ и другія бѣдствія на морѣ представлялись имъ справедливымъ возмездіемъ свыше.
428
Епштяне забыли о тпмъ, какое участіе принимало море въ ибрдаовапіп египет-
ской націи и культуры въ тѣ времена, когда жители Средиземнаго моря съ запада и
сѣвера высалились на берегахъ Дельты и когда населеніе двухъ горныхъ областей—
Гиміаріи и Эфіопіи—вошло въ продолжительныя пыленія посредствомъ пролива, который
представлялъ собой какъ оы мостъ черезъ море, какъ разъ по серединѣ историческаго
пути между долинами Евфрата и Нила. Въ это время Красное море оставалось въ
сторонѣ, и первая экспедиція египтянъ къ этому отдаленному заливу, судя по лѣтопи-
сямъ, была отправлена в-> времена 11 й династіи. Въ царствованіе фараона Сапмь-Какь
нѣкій придворный чинъ Хавпѵнъ былъ комаядаровань по ту сторону Аравійскаго моря.
Онъ долженъ былъ отправиться во главѣ вооруженнаго отряда въ «Страну Благовоній»,
чтобы добыть талъ для царя разныя драгоцѣнныя смолы. Въ то время эта экспедиція,
очевидна, считалась какимъ-то неимовѣрнымъ, почти чудеснымъ подвигомъ, и саиъ Хан-
нонъ былъ, какъ видно, подавленъ величіемъ своего подвига, потому что въ сохранив-
шемся отчетѣ объ экспедиціи онъ говорить:—«Никогда еще но было совершено ничего
подобнаго съ тѣхъ поръ, какъ существуютъ пари, «съ (тѣхъ) временъ, (какъ начало
свѣтить) солнце».
Хотя сами еішпяня въ сиду законовъ и установившихся понятій не выказывали
никакой склонности къ мореходству, оно все-таг.и существовало въ странѣ, только за
египтянъ его совершали другіе и особенно финикійцы. Финикійскіе города съ большимъ
удовольствіемъ отдавались подъ п >кр-'витсльство египетскихъ фараоновъ, потому что оно
было для пихъ очень выгодно. Оно открывало передъ ихъ морями устья Нила, а чрнгь
нихъ шіи завязывали сношенія со всею страною. Благодаря покровительству фараоновъ
финикійцы забрали въ свои руки всю торговлю между Востокомъ н Египтомъ. Сверхъ
того, въ самыхъ отдаленныхъ приморскихъ странахъ они являлись, такъ сказать, подъ
египетскимъ флагомъ, слѣдовательно, какъ представители могущественной страны Поль-
зуясь тѣмъ жо высокимъ покровительствомъ, они 25 вѣковъ тому назадъ при фараонѣ
Ііико обошли вокругъ всего Африканскаго материка.
Но въ эго времи Египетъ уже не былъ Египтомъ. Онъ вошелъ въ составъ клас-
сическаго Средиземнаго міра, гдѣ яркимъ свѣтомъ сіяла цивилизація классической Гре-
ціи. Подъ давленіемъ этой внѣшней цивилизаціи Нильская долива должна была разом
кнуться, подобы- тому, какъ въ наши дни передъ европейскою культурою отрылись
Китай и Японія и какъ въ будущемъ не замедлитъ передъ нею открыться Тибетское
плоскоіорье. Египетъ быть вынужденъ по только принимать иностранцевъ, какъ гостей,
а обращаться къ нимъ, спрашивать ихъ совѣта и наставленія. Въ устьяхъ Пяла выросъ
чисто греческій городъ Наукрэтись, населенный фокійцами н малоазіатскими гре-
ками. Началась дѣятельная постройка греческихъ храмовъ; обширнѣйшій изъ нихъ,
почитавшійся всѣми египетскими греками, находился въ Наукратисѣ н назывался
«Паноллепіопъ». Правда, нѣкоторые фараоны, какъ, напр., Амазисъ, противились этому
гостепріимству египтянъ по отношенію къ иностранцамъ, пытались даже возстановить
древнюю политику закрытыхъ дверей. По был» уже поздно. Отчужденность Егппта была
нарушена, и скоро 'ослѣ юго Александръ присоединилъ Египетъ къ грвчѳскоыу міру.
Вліяніе человѣческой воли на
африканскую среду было недоста-
точнымъ для созданія здѣсь общей
цивилизаціи.
ГЛАВА VII.
Страна Мероэ.—Эѳіопія п Гпміарія,—Сабинское- н еврейское вліяніе.—Африканскій
материкъ,—Территорія Софала.—Рѵднпки п храмы,—Страна Нигера.
Подъ чисто физическимъ впечатлѣніемъ, производимымъ на наблюдателя движе-
ніемъ воды, историкъ естественно расположенъ думать, что египетская цивилизація
получила свое развитіе въ доисторическія времена въ верховьяхъ Нила и уже оттуда
распространилась къ его устью. Такая именно идея и господствовала долгое время,
хотя ее но подтверждала ни олна раскопка и ни одинъ изъ документовъ, переданныхъ
исторіи анналами прошлаго. Сначала греки, а затѣмъ и тѣ авторы, которые отъ видъ
«ко почерпали свои знанія, то основанныя на реальныхъ фактахъ, то, наоборотъ, имъ
вротиворѣчившія, утверждали, что «безукоризненные эоюпыл были, конечно, первыми
учителями египтянъ. Возможно, что эта идея античныхъ писателей и была до извѣст-
ной степени вѣрна, но возможно также, чю «на ошибочна. Если люди, пришедшіе съ
430
юга, и способствовали въ очень значительной степени интеллектуальной и моральной
культурѣ египетскаго міра, то ати герой прогресса на спустились ни ст> перховьовъ
рѣки. »іи изъ болотистой области, ни съ прибрежныхъ нильскихъ песковъ; они пришли
съ юго-востока. Гиыіариты и эѳіопы, въ собственномъ, истинномъ смыслѣ, которые
првг.озили съ побірежывъ Индѣйскаго океана ароматическія вещества и другіе драго-
цѣнные товары, совершали свой путь оть южныхъ береговъ черезъ страны, занятыя
теперь кочевыми племенами Бихарниъ и Абабдохъ и ограниченныя съ одной стороны
Краснымъ моремъ, а съ другой — долиной Нила, или же они жили па плоскогоріяхъ.
обитаемыхъ нынѣ абиссинцами а находящихся напротивъ горъ «Счастливой* Аравіи.
Во времена историческія эти первые пути дней іи заторовъ, пришедшихъ съ юга.
были заброшены, и произошла даже движеніе въ противоположномъ направленіи, о чемъ
свидѣтельствуютъ надписи на египетскихъ памятникахъ, сооощающія о торговыхъ экспе-
диціяхъ н (Открытіяхъ, которыя предпринимались военачальниками и купцами въ сторону
этихъ отдаленныхъ земель. Точно также, въ долинѣ Нила движеніе культуры соверша-
лось въ направленіи, противоположномъ теченію рѣки: культура распространялась вверхъ
по теченію, съ низовьевъ рѣки. Отъ начала дельты, гдѣ, примыкая другъ къ другу,
всѣ второстепенныя дорога сходятся къ главней дорогѣ долины и гдѣ возвышался
Мемфисъ, «Жи.іише Фта», центръ египетской культуры постепенно передвинула» къ
Ѳивамъ в къ порогамъ.
Владычество Еіипетскихъ фараоновъ обывш.венва не распространялось иа такъ
называемые г первые» вслѣдствіе (близости низкой долины) пороги; пю не доходило
даже до нихъ: но случалось, что могущественпые цари заставили своихъ солдатъ
проникать за предѣлы пустыни, до «полуострова» съ плодородной почвой, лежащій 
между Ниломъ и Атбарой. Первые слѣды египетскихъ завоеваній въ этой территоріи
Мероэ относятся приблизительно за пять тысячъ дѣтъ до нашихъ дней, такъ какъ
среди остатковъ развалинъ была найдены камни, носящіе ня себѣ гербы царя Узерте-
зена І-го, двѣнадцатой династіи. Четырнадцать вѣкоьъ спустя, Аменофисъ ІІІ-й (Амен-
хотепъ), «Царь-Солнце Справедливости», о которомъ также нап* мнили людямъ над-
писи, опять нрппикь, какъ завоеватель, па полуостровъ Мероэ и прямое владычество
египтянъ надъ этой частью Эѳіопіи продолжалось съ тѣхъ поръ, повидимому, четыре-
ста лѣтъ.
Съ другой стороны, властители верхняго Нила, въ свою очередь, дважды поко-
ряла Египетъ Священники Амона основались вь Манатѣ, который былъ въ то время
столицей нижней Эѳіопіи; этотъ городъ, счастливо расположенный, находился въ «Саду
Нубіи*, между третьими и четвертыми порогами, около того мѣста, гдѣ большая дорога
каравановъ, идущихъ иль Мероэ и изъ гористой части страны, подходить къ Нилу,
избѣгая такимъ образомъ длиннаго обюдпаго пути черезъ Абу Хамедъ. Отсюда в под-
готовляли эти лукавые покорители политическое рабство Египта. Царя двадцать второй
и двадцать пятой династіи были эѳіопами, и именно у нихъ-то п оспаривали алхнрій-
скіе завоеватѵли владычество надъ Египтомъ, ставшимъ простой военной добычей, без-
вольнымъ и слабымъ.
Весьма иѣрі-лтн-), что египетскіе завоеватели великихъ эпохъ военнаго расцвѣта
431
ухитрились пробраться въ цитадель Эвіопіа прямо цц крутымъ ея склонамъ, поднявшись
ьа юго-западѣ по долинѣ Агбары, во всякомъ случаѣ, достовѣрно, что они подошли
къ ней отъ береговъ Краснаго моря, тѣмъ же путемъ, какимъ итальянскія армія тщетно
пыталась нѣсколько лѣтъ тому назадъ завоевать эти абиссинскія плоскогорій. Надписи
разсказываютъ намъ объ этомъ присоединеніи гористой Эѳіопіи къ египетскому міру.
Тридцать пять вѣковъ тому назадъ фараоны восемнадцатой династіи заставили своихъ
военачальниковъ занять эти высоты, и даже* знаменитый Сезлетрисъ, до своего встѵпле-
Колоссальныя статуи Сезостриса в-ь ИбсамбутгЬ
(Этж отатуп Рвмаеоа П украшаютъ собою фасадъ подземнаго храма. Высота этого храма 28 метровъ,
при 38 м. дагины).
вія ва тронъ, пропивъ въ эту область, въ качествѣ пстчннепнаго своего отца. Подъ
власть князей, правившихъ въ нивахъ, были покорены оба царства Текерера и Арена,
сохранившія свои названія до настоящаго врем<-яп—Тпгрэ, імхара.
Порталы Карнака называютъ также имена и другихъ городовъ, нѣкоторые изъ
вторыхъ существуютъ и теперь: А дулись, современная Зулла, былъ портомъ, гдѣ выса-
живались арміи завоевателей; Адуя считалась столицей и потомъ часто еще дѣлалась
ею впослѣдствіи, п Аксумъ, представляющій собой нынѣ развалины, ко времени ирибы-
гія египтянъ че существовалъ еще: его основали египтяне вь честь своихъ царей;
Калоэ и его озеро, найденныя Бентомъ ва плоскогорій, лежащемъ на 2о00 метровъ
надъ уровнемъ моря, были, вѣроятно, лѣтней резиденціей купцовъ Адудвса.
432
Итакъ, извѣстное значеніе египетское вліяніе имѣло въ развитія эѳіопской куль-
туры несомнѣнно; правда, несмотря на непосредственное общеніе, вліяніе ото было очень
смѣшанное, и не подлежитъ сомнѣнію, что первоначальное вліяніе на Уеіопію извнѣ
имѣли гииіарпты, обитатели горной цѣпи, которая возвышается въ углу Аравіи, какъ
разъ напротивъ обширныхъ горныхъ массъ Африки. Между этими обѣими областями,
аналогичными по рельефу, но климату, по продуктамъ, но раздѣленными узкой впади-
ной пустынныхъ низменностей и водоемовъ, усѣяниытъ островками и скалами, должно
был< чувствозаіься постоянно взаимное тяготѣніе. И, дѣйствительно, исторія говориіъ
намъ, что сношенія между нныи никогда не прекращались: съ одного материка быль
виденъ другой, такъ онп былн близки, и это одно уже побуждало входить во взаимныя
сношенія и торговлю.
Современныя изысканія вполнѣ допускаютъ предположеніе, что географическое
имя, принадлежащее современной «Абиссиніи», перенесено на эеіопскіи юры изъ Ара-
віи. т. е. изъ Азіи въ Африку, гакъ-жо какъ и вся цивилизація въ ея совокупности.
Народъ хабасатъ, извѣстный еще подъ односложнымъ именемъ нуэнтъ или пунті.,
обиталъ въ той части южной Аравіи, которая именуется нынѣ Дофаръ; пародъ зтогь
собиралъ мирру и ладонъ, которыми торючалъ на берегахъ Сомала и въ высокихъ
долинахъ отдаленныхъ горъ. Эта торговля связывалась съ ежегодными путешествіями,
даже съ періодическими переселеніями, которыя, въ концѣ концовъ, приводили къ пере-
мѣнѣ мѣста осѣдлости п сопровождались настоящими нашествіями: именно такимъ пу-
темъ гористая мѣстность, гдѣ возвышается Адуя, и сдѣлалась новой родиной хабаса-
товъ Идентичность имени, въ Аравіи и въ Абиссиніи, совершенно установіева по над-
писямъ, найденнымъ по обѣимъ сторонамъ Краснаго моря. Точное значеніе эгого имени
«Собиратели Растеній»; онс относится, очевидно, къ традицюгной торговлѣ различными
смолами н пахучими растеніями. Справедливость требуетъ, ідііако, замѣтить, что была
предложена н другая этимологія: «Абиссинецъ* есть будто бы искаженная форма слова
• Хабехъ», собирательнаго имени, которымъ арабы называли когда-то въ насмѣшку
жителей высокаго плоскогорій, образованьяхъ государство съ отличной отъ нихъ
религіей.
Слово «эніошь* объясняютъ также обычнымъ занятіемъ: въ нимь слѣдуетъ будто бы
видѣть слово атіобіанъ (АіюЪіап), т. о. «торговецъ ладономъ»; это созвучіе греки
легв" могли превратить въ 'Аоіожк, чтобы придать ому опредѣленный смыслъ на ихъ
собственномъ языкѣ. Эти народы Юга сдѣлались въ нхъ нредспвлйнів «Людьми, сожжен-
ными солнцемъ*, «Коричневыми»; было оы довольно странно, на самомъ дѣлѣ, что
среди столькихъ черныхъ народовъ Африки одни только зоіопы получили эту кличку,
но этотъ фактъ объясняется существованіемъ древняго мѣстнаго выраженія, хотя и съ
инымъ смысломъ, во имѣвшимъ для грековъ приблизительно такое же произношеніе.
Такое же прі вращеніе совершилось в съ другимъ терминомъ, который греки
примѣнили къ жителямъ высокаго плоскогорій. А. Сейсъ, дешифрируя египетскіе перо-
глифы, открылъ, что туземцы одной изъ юго-восточныхъ областей носили имя трогодн-
товъ. Это слово вь устахъ эллиновъ превратилось въ троглодитовъ, т. е. «обитателей
пещеръ», и, дѣйствительно, подземныя жилища совсѣмъ пе рѣдкость въ эоЬ'пекпхъ горахъ.
433
О сношеніяхъ Гііиіарія и Абиссиніи наиоминаютъ мп ігочисленаыя надписи: одна
изъ нихъ, разобранная Антономъ Аббади, прославляетъ «достойнаго Калона, царя
Аксума н Хамера», при чемъ послѣднее имя обозначаетъ, очевидно, страну гиміаритовъ.
С т р а в а 11 ѳ р о ч
5 О С О О  О
4— _____
2оО
=1
4(пКиЛОМ
Отсюда видно, что юг. -западная драма и Эѳіопія составляли вь извѣстный періодъ времени
одно государство, тѣмъ болѣе, что Эѳіопія имѣла связи съ халдейскимъ міромъ, черезъ
холмы Іоменъ, которые являлись неизбѣжнымъ этапомъ въ ііуіи оть Вавилова въ
иосточмую Африку.
ЭЛПЗЕ РЕКЛЮ. ПЫП. ІИ.
28
434
Замѣчательно, что «картина націй» помѣщаетъ сабеяпъ кь ту-же этническую
группу, какъ н обитателей Африки, извѣстныхъ редакторамъ «Родословной». Между
тѣмъ, несмотря на то, что его .окружаютъ со всѣхъ сторонъ потомки Сима-—Ооалъ,
(ерахъ, Абимаелъ, Изазъ и т. д.—Саба принадлежитъ къ нисходящей линіи Хама.
Болѣе того, сыновья Куха, старшаго въ родѣ Хама, разбросаны пе различнымъ этапамъ
одного пути, отраженіемъ котсраго и является эта генеалогія: саба находится на
берегахъ Ни іа. извила п сабта живутъ на африканскомъ прибрежьи Краеваго моря 
Аденскаго залива, саба находится напротивъ ихъ на вершипанъ холмовъ Іемена, регма,
сабтека и дедачъ располагаются вдоль Персидскаго залива, наконецъ, нимродъ занимаетъ
бассейнъ рѣкъ-близнецовъ. Тигра н Евфрата. Получается, такимъ образомъ, непрерыв-
ная цѣпъ между обѣими ііивилизашями, нильской и халдейской.
Прямое вліяніе цивилизованныхъ народовъ южной Аравіи на эфіоповъ должно
было въ особенности проявиться въ религіозной пропагандѣ. Воѣ культы Востока нашли
свой путь къ Абиссинскимъ горамъ черезъ Красное море. Гиміарятскіи надписи
Эѳіопіи свидѣтельству ютъ, что прошло двадцать семь вѣковъ до той эры, когда эллинское
вліяніе проникло и восторжествовало въ азіатскомъ мірѣ, и что въ ту отдаленную эпоху
господствующей религіей являлся ••абеизмъ. Главнымъ мѣстомъ культа была область, гдѣ
сосредоточивался центръ еіипетекаго владычества: городъ храм-.въ, носившій въ различныя
эпохи имена Іейя или Ава, еще и теперь живетъ въ немногихъ развалинахъ, находя-
щихся въ пяТв часахъ пути къ сѣверо-востоку отъ Аіуи. Культъ небесныхъ свѣтилъ
и особенно культъ планетъ, которыя движутся по небѵ среди неподвнжчыхъ звѣздъ,
точно пастухи среди своихъ стадъ, проникъ изъ Халдеп въ Эѳіопію по пуги каравановъ
и нашелъ для своего развитія на высокихъ обсерваторіяхъ горь Твгрэ благопрі-
ятныя условія. Искусные наблюдатели орбитъ н сочетаній звѣздъ па темномъ и чистомъ
небѣ высокихъ плоскогорій, сабейскіе священники были столь же искусными правителями
и умѣли связать существованій людей съ таинственной сѣтью блуждающихъ свѣтилъ
тысячью тонкихъ и незамѣтныхъ нитей. Пережитки этой древней религіи еще и теперь
замѣтны въ представленіяхъ о сверхъествевномъ мірѣ современныхъ абиссинцевъ.
Другая религія, религія еврейская, тоже, і «видимому, проникла въ эѳіопскія области,
а все тѣмъ-же путемъ, черезъ южную Аравію, въ очень отдаленную эпоху, конечно,
предшествовавшую распространенію греческой культуры въ западной Азіи. По мнѣнію
самихъ абиссинцевъ, фелахи, какъ называютъ въ странѣ евреевъ, произошли "тъ Мене-
лика, сына Соломона н царицы Савской: владѣтельныя семьи области, которыя, игь-же
какъ и многіе иэъ ихъ подданныхъ, были тоже евреями, вриизводять себя отъ того-жѳ
корня. Названіе фолахъ означаетъ «Выселенный*, и, дѣйствительно, легенды говорятъ
объ эдиктѣ, которымъ частъ евреевъ была изгнана съ родины н который заставилъ ее
эмигрировать и дойти до Абиссиніи. Но въ образованіи еврейскаго культа на африкан-
скихъ горахъ сыгралъ, конечно, наибольшую роль прозелитизмъ, а не переселеніе народовъ.
Отъ Палестины къ Эѳіопіи, съ сѣвера къ югу тянулся цѣлыя рядъ израильскихъ респу-
бликъ, объединенныхъ однимъ религіознымъ чувствомъ, которое, і мѣстѣ съ тѣсной
солидарностью общихъ интересовъ, проникало нхъ всеобщимъ патріотизмомъ. Однаш-,
фелахамъ судьоа не дала того воспитанія, которое подучили почти всѣ другіе евреи: онв
435
не странствовали, повидимому, бѣглецами и изгнанниками, такъ какъ ве сдѣлались ни
куппамя, пн мѣновщиками денегъ И этотъ фактъ даетъ большую вЬроятность туземному
происхожденію фолаховъ: это абиссинцы. обращенные въ іудейство. Большая часть изъ
нихъ ремесленники, кузнецы, каменщики, плотинки, горшечники, ткачв; они любятъ
I 5000000
*— -  -..."'» — -	.. 4	.
о	100	200
40' Килом
такж₽ заниматься земледѣліемъ и скотоводствомъ: но къ профессіи купца они относятся
отрицательно, находя ее противоречащей закону Моисея.
Какъ бы тамъ ни было съ еврейской традиціей, во всякомъ случаѣ несомнѣнно,
что огромное большинство абиссинскаго населенія слѣдовало религіи, господствовавшей
въ окрестностяхъ страны, я только впослѣдствіи, да и то поверхностно. "Оратидось къ
христіанству Поклоненіе свѣтиламъ небеснымъ, зародившееся подъ арабскимъ вліяніемъ,
тндоизм[шилось подъ вліяніемъ египтянъ, грековъ и ремляпъ. Пзь пяти Десятковъ
436
обелнскояъ, находящихся въ окрестностяхъ Адуя, наиболѣе простые идентичны бетклячъ
береговъ Финикіи, другіе напоминаютъ ♦стоячіе камни» съ береговъ Нила, наконецъ
большой обелискъ-монолитъ въ 25 метровъ, возвышающійся въ долинѣ Аксума, совсѣмъ
я< отличается простотой нильскихъ памятниковъ, а, наоборотъ, имѣетъ многочисленныя
рельефныя украшенія, образующія къ сво<-й совокупности девяінэтажііую башпю съ
просверленными въ вей окнами
Помимо коммерческихъ и культурныхъ отношеній, которыя Эоіопія имѣла со
Счастливой Аравіей и съ Египтомъ, исторія ничего но открыла намъ объ ея сношеніяхъ
со странами Запада и Юга. То жо самоо нужп-> сказать н объ остальныхъ частяхъ
огромной Ливіи, этомъ огромномъ материкѣ, который въ наше время подучилъ названіе
Африки. Относительно втихъ областей древніе авторы даютъ намъ иди чистѣйшій вымы-
селъ. или же утвержденія, ие подтверждаемыя никакими доказательствами. Такимъ обра-
зомъ. искать знакомства сь прошлымъ африканскихъ народовъ надо не при помощи
писанныхъ документовъ, а изучая,—вь описаніяхъ путешественниковъ, входившихъ въ
сношенія съ племенами, черезъ земли которыхъ они проходили,—современную жизнь
этихъ племенъ, пхь традиціи, ооычаи и міровоззрѣніе.
Знакомство сь доисторическимъ бытомъ Африки едва только начинается. Воѣ
Египта в Мавританіи, нашли топоры, ножи, грубые скребки въ различныхъ мѣстахъ
материка: на югѣ Оранжевой республики, въ странѣ Сомали, въ бассейнѣ Конго и
иколо Томбукту; по всѣ вги находки сіяшкоыъ единичны и слишкомъ удалены другъ
іть друга, чтобы Пи пвмъможно были заключить о существованіи одной общей каменной
индустріи. Къ т<шу-жо, отсутствіе бронзовыхъ инструментовъ заставляетъ предположить,
что большая, часть ливійскихъ народностей перешла къ употребленію желѣза непосред-
ственно отъ дерева и косій, вслѣдствіе открыта самими туземцами, и въ различныхъ
мѣстахъ, способа добыванія желѣза. Нѣсколько изслѣдователей полагаютъ, что въ
Угандѣ, па берегахъ Нигера и далѣе, до Слоноваго берега, можно замѣтить аналогіи между
мѣстной скульптурой и мѣстными украшеніями и скульптурой п украшеніями дрегаяго Египта
Во всякомъ случаѣ, ыы съ увѣренностью можемъ сказать, что соціальное и поли-
тическое устройство Ливіи было три тысячи лѣтъ тому назадъ гораздо ближе къ тому,
что представляетъ собой эта область теперь, чѣмъ дрепняя Европа и Азія, по сравненію
съ ними теперь. Тяжелая, едва сложившаяся форма материка ограничивала развитіе его
народностей вліяніемъ мѣстныхъ условій: воздѣйствія одного народа на другой были
недостаточны, чтобы вызвать непрерывное, правильное п сознательное развитіе одной
общей цивилизація; моральныя, соціальныя и политическія перемѣны происходили чревны-
чайио медленно. Вліяніе человѣческой вони на среду оставаюсь недостаточнымъ. Конгчн-і,
образъ жизни Акка въ ихъ лѣсахъ, пастуховъ Сомали на ихъ безплодныхъ скалахъ,
или Буэровъ па ихъ пловучихъ островахъ изъ травы, по могъ измѣниться даже въ
гаченіе столѣтій. Существованіе  бшпрныхъ областей, благопріятныхъ для культуры и
расположенныхъ въ прибрежной зонѣ Гвинейскаго залива и въ значительной части
Судана, даже экваторіальной зоны, должно было облегчить въ ту эпоху,—какъ, впрочемъ,
л во весь послѣдующій періодъ исторіи,—образованіе крупныхъ государствъ съ густо
населенными столицами и дѣятельными центрами мѣновой торговли.
437
Если письмена ничего ве открываютъ намъ относительно исторіи ливійскихъ
народовъ, за то нѣкоторые каменные паммтпвкп свидѣтельствуютъ о древнихъ сноше-
н.яхъ между народами западной Азіи и жителями Африки, пе принадлежащими ни къ
Отъ Софьлы до 8 и ы б а б і э.
30’	31 •	32’	33’	34°	35’
і: 5 0000С0
(	100	200	аОоКйЛОІг.
Египту, пи къ Эѳіопіи. Къ юго-западу отъ бухты Замбези внутреннія ооласти материка
уіъяны развалинами, которыя, въ эпоху первыхъ португальскихъ изслѣдованій, пред-
ставляли еще изъ себя во многихъ мѣстахъ остатки настоящихъ зданій, значительно
превосходившихъ своей архитектурой бевформенныя зданія, которыя воздвигнуты совре-
менными туземцами. Изъ путешественниковъ нашито времени, Карлъ Мохъ (Маисѣ)
первый,въ 1871 г.,нашолъодну изъ такихъ замѣчательныхъ развалинъ, свидѣтельствую-
438
шую о зипчитр.п-Н" развитой ппвплизапіи: Зямбабіз (ХітѢаЬуеИ), т. е. «Царская
Резиденція».—таково то имя. которое туземцы давали этой группѣ древинхъ построекъ
расположенныхъ ва холмахъ высокаго Саби, приблизительно въ ЗОО километрахъ къ
западу отъ Софала. Въ отдѣльности всѣ чти постройки, раскинувшіяся на пространствѣ
11 коло одного квадратнаго километра, представляютъ гобой «акрополь», различныя
мелкія зданія а «эллиптическій храмъ», въ 60 метровъ па 80, сохіанившій приняти
ввую коническую башню, вышиною въ 12 метровъ, сдѣланную изъ камней ва цементѣ
Стѣны наиболѣе дрсьинхъ здапі." между Замоези н Лимпоаи выстроены изъ не-
большихъ гранитныхъ камней, хорошо обточенныхъ в сложенныхъ безъ всякаго цемента.
Лицевая сторона построекъ обыкновенно оыват. украшена нѣсколькими рядами пло-
скихъ камней, представляющихъ весьма несложный по мотиву рисунокъ; кромъ того,—
и вто свидѣтельствуетъ о большой привычкѣ къ такого рода работамъ.—почва, на ко-
торой возводились постройки, подвергалась дренажу. Зданія расположены по кривымъ
шиіямъ, довольно замысловатымъ, имѣютъ узкія двери, уступи и множество узкихъ
приходовъ, застроенныхъ высокими стѣнами. И» подлежитъ сомнѣнію, что строители
этихъ зданій отлично понимали способы зашиты мѣстности. Другія детали игъ работы—
башни и монолиты—указываютъ на заботы о религіи. Наконецъ, многочисленныя рыт
вины свидѣтельствуютъ о Поискахъ золота, которое и явилось главнѣйшей причиной
занятія края,
Осиовагельио-ли приписываетъ легенда постройку разрушенныхъ нынѣ въ странѣ
зданій архитекторамъ могучаго властителя обширнаго царства восточной Африки? Ко
времени прибытія португальцевъ па берега Индѣйскаго моря, нѣчто М»помстапа, т. е.
Муэнэ Мотана, плп-же «Царь Августъ* дѣйствительно держалъ въ свонхь рукахъ всю
область, н, повидимому, часть построекъ относится къ этому періоду, но ихъ довольно
легко отличить отъ іѣхь, которыя были воэдвиінуты около двадцати вѣковъ тому на-
вадъ. Безъ сомнѣнія, еще не такъ давно область оыла гораздо населеннѣе, нѣмъ въ
ваши дни. Чудесныя и плодородныя долины Ииіаига, которыя чередуются, межд’.
1000 и 1500 метровъ вышины, по направленно къ истокамъ Руэнін, южнаго притока
Замбези, большею частью совершенно пустынны, а, между тѣмъ, здѣсь повсюду встрѣ-
чаешь рядъ когда-то заботливо сохраняемыхъ террасъ, защитныя стѣны, водопроводы,
цитадели, остатки печей и кузницъ: край былъ чрезвычайно заботливо содержаннимъ
 адомъ Но въ этихъ мѣстахъ произошла большая битва,—говоритъ легенда,—и духи
умершихъ прогоняютъ съ тѣхъ п «ръ живыхъ, которыч рѣшаются вступить на эти осквер-
ненныя земли.
Каковы бы ни было причины «пусгѣпія края, несомнѣнно, что среди остаткові
древнихъ построекъ находится много такихъ, которыя свидѣтельствуютъ о цивилизаціи
чужеземнаго происхожденія. По традиціи разсказываютъ, что древними строителями нынѣ
обрушившихся зданій были «бѣлые люди, умѣвшіе все дѣлать», н относительное распо-
ложеніе народностей, расположившихся вокругъ бассейна Индѣйскаго моря, но позво-
ляетъ нигдѣ искать і трои голей Зимбаоіэ, кромѣ какъ среди эмигрантовъ, пришедшихъ
съ сѣвера, изъ Счастливой Аравіи, или же изъ Финикіи,—странъ, жители іюторыхъ
могли быть «бѣлыми» для чернокожихъ банду южной Африки. Но и помимо этихъ
439
еоооражешй, археологи обладаютъ вь настоящее время точными указаніями, которыя
позволяютъ имъ высказаться вь этомъ вопросѣ съ совершенной достоверностью. Шлнхтеръ
открылъ въ Иніанга надпись, имѣющую несомнѣнный еврейскій характеръ; онъ зашелъ
также многочисленные рельефы, относящіеся къ культу солнца и совершенно аналогичные
изображеніямъ древнихъ семитовъ, финикійцевъ, евреевъ, арабовъ, сабеянъ. Несмотря
.	Плавь эллиптическаго храма Зпыбабіэ
1. Два монолита въ наклонномъ положеніи. 2. Большая бапгая. 8. Малая башня.
на варварство грубыхъ золотоискателей, которые основали «черную банду», или «Ком-
панію древнихъ развалинъ» (Апсіепг Кпіпз Сотралу). в которые занялись разрытіемъ
чэгиль, чтобы извлечь ия. нихъ драгоцѣнности и затѣмъ сплавить ихъ, не заботясь
прп этомъ нп ооъ охъ формѣ, ни объ ихъ происхожденіи, въ концѣ концовъ удалось
найти и сохранить, по крайней мѣрѣ, камни, которые и разсказываютъ о цивилизаціи
древнихъ эмигрантовъ.
Область, давшая больше всего указаній на эту эпоху древней культуры, надо-
440
днтся въ странѣ Ма Таоеле, въ нѣсколькихъ километрахъ къ востоку отъ желѣзнодо-
рожной линіи, соединяющей Булувайо съ Содьсберп. Монолиты изъ компактнаго стеатита
многочисленны; <>нп имѣютъ огъ 20 до 30 сантиметровъ въ діаметрѣ, а пи. длина пре-
восходитъ часто 3 метра: существуетъ одинъ экземпляръ въ 4 м. 30 см ілппы; большин-
ство изъ втихъ монолитовъ украшены па верху птицей со сложенными крыльями и изо-
браженіемъ солнца, «фабричной чаркой, которая юзволяетъ отнести предметы съ такимъ
изображеніемъ къ финикійскимъ издѣліямъ» (Перро я Шипьс) Почти идентичные камни
были найдены въ Паѳосѣ, на Кипрѣ. Одинъ изъ дисковъ, сдѣланный изъ очепъ твер-
даго дерева, который былъ найденъ въ раскопкахъ ЗамОабіэ, прщгтавляеть, но окруж-
ности ободка, символическіе знаки мѣсяцевъ, за исключеніемъ знака «Рака», болѣе
поздняго происхожденія; этв одиннадцать зпаковь соотвѣтствуютъ знакамъ нашей диви
лизаніи халдейскаго происхожденія; къ центрѣ блюда изображенъ крокодилъ, животное,
символизировавшее для древнихъ полярныя созвѣздія арктическаго пояса.
Путешественникъ Сванъ, изучая сотни маленькихъ хрцмі въ, которые возвышаются
то здѣсь, то тамъ на возвышенностяхъ страны Ма-Шопа, между Замбези и Лимпоио,
нашелъ, что нѣкоторыя изь этихъ часовенъ, имѣющихъ круглую форму, расположены
такимъ образомъ, что солнце при восходѣ своемъ въ лѣтнее солнцестояніи освѣщаетъ
первым'і лучомъ центральную стѣну постройки, согласно принципу, которымъ пользѵ-
ются, какъ базой, чтобы оріентироваться въ нѣкоторыхъ египетскихъ храмахъ.—такъ
утверждаетъ Борманъ Локіеръ. Шлнхтеръ, основываясь на наклоненномъ положенія
одного большого моиояига въ Зимбабіэ, высчитываетъ, что постройки эти сооружены
ЗцОо лѣтъ тому назадъ Хранитель музея въ Булувайо, напротивъ, протестуетъ противъ
этвхъ поспѣшныхъ астрономическихъ выводовъ, извлеченныхъ изъ взаимнаго располо-
женія стѣнъ, дверей и Колоннъ; и. дѣйствительно, едва-ли лти выводы подтвердятся
болѣе тщательными изслѣдованіями развалинъ и болѣе точнымъ измѣреніемъ угловъ.
До сихъ поръ н>- доказано даже, что монолиты служили солнечными часами.
Какъ бы тамъ ни было, съ вопросомъ объ особенномъ вліяніи Египта или Фи-
никіи, вопросомъ, который одни рѣшаютъ положительно, другіе отрицательно, остается
ждать результатовъ болѣе тщательныхъ раскопокъ и болѣе основательнаго изученія, а
пика—осмотрѣнныя развалины оставляютъ около одной десятой цѣлаго—можно только
сказать, что территорія Софала содержитъ остатки цивилизаціи, близкой цивилизаціи
западной Азіи Эпоха, когда начались первыя переселенія изъ Аравіи, теряется въ ночи
временъ: бы.ю-ли это 4000 лѣтъ до насъ, или толькѵ 3000, во времена Соломина и
Іирама? Что несомнѣнно, такъ это то, что сношенія между обоими центрами прекра-
тились задолго до начала христіанской вѣры, а возоонивилнеь —лишь гораздо позд-
нѣе его.
Эмигранты съ сѣвера, конечно, далеко не всѣ возврата іись къ себѣ на родину:
мпогй изъ нихъ остались въ краѣ, женились тамъ и основали семейства метисовъ, кі -
торые постепенно перемѣшались съ остальнымъ населеніемъ: но сама раса отъ этою смѣ-
шенія значительно видоизмѣнилась, н арабскій типъ,—говорить намъ Селусъ,—часто
встрѣчается въ этой части южной Африки. Съ другой стороны, скрещиваніе людей при-
вело къ смѣшенію идей, нравовъ, художественнаго гешя. Если иностранцы объяснили
441
яскусствч строить дворцы и храмы, зато туиемііы часто украшали ихъ тЬми рисунками
которые оии имѣли обыкновеніе гравировать и раскрашивать па своихъ скалахъ: круги,
Слѣды древней цивплиаадні къ югу оть р. Замбези
і : Ю ООО 'Ои
п 100	зоо	оооКилом
1. Зпмбабів 2. Мтопѳгва. В. Дао-ддо. 4. Хами. 5. Импакви. 6. Мулдв. 7. Умпукланк. 8. Кумъ. 9. Сома-
пали 10. Л отвали. 11. Древніе мѣдпыо рудники. 12. Окрутъ Иніанга, съ остатками построекъ,
отличныхъ отъ строеній Зпмбабіо.
[юмби, параллельныя лиши, виньетки, которыя можно видѣть на гранитныхъ глыбахъ,
похожи па мебель кафровъ ии своимъ мотивамъ.
442
Жители Аравіи были привлечены ьъ вти области южной Африки но той-же при-
чинѣ, по которой неравно еще эта мѣстность привлекла къ небѣ энергичную эмиграцію
всего остального міра. Эти прибрежныя земли Индѣйскаго океана были однимъ изъ
«<1«ировь>, къ которому стекались финикійскіе корабли; цѣпа металла вовиаграяідала за
всѣ расходы по вооруженію и передвиженію, такъ какъ въ ту эпоху переходъ туда и
назадъ продолжался цѣлый годъ. Слѣдуя мореходнымъ традиціямъ населенія прибрежьевъ
Индѣйскаго океана, финикійцы шли моремъ, какъ современные арабы, въ судахъ, ко-
торыя походятъ на арабскія дахабіэ или на современныя барки, спускались вдоль во-
сточнаго берега Африки, въ декабрѣ и январѣ, пользуясь сѣвернымъ муссономъ, затѣмъ
возвращались въ періодъ отъ апрѣля до сентября, съ правильными юго-восточными ила
юго-западными вѣтрами: идя на фордевиндъ, со средней скоростью въ У—10 кпломе-
тр- въ въ часъ днемъ и 7—8 километровъ во время ночи, они могли нройтв въ сутки
900 до 1000 «зіабез», т. е. около полутора градусовъ шпроты.
Пн одна находка не дала еще указаній, гдѣ находился,—около Софала, к-іпечпо,
или въ немъ самомъ,—портъ для финикійцевъ, но древніе пріиски найдены. Судя по
огромнымъ передвиженіямъ почвы въ тысячахъ мѣстахъ территоріи и по многочисленнымъ
остаткамъ плавильныхъ печей, золотоискатели древняго періода вели разработку прі-
исковъ съ большимъ рвеніемъ. Нельзя сомнѣваться вь юнъ, чго собранный мсталть—пэ
исчисленіямъ еоврсмеппыхч экспертовъ ва сумму с.выш< двухъ милліардовъ — вывезенъ
былъ па большіе прябрвжныо рынки Индѣйскаго мо)<я, гдѣ и вошелъ въ общую міровую
торговлю Вокругъ нѣкоторыхъ углубленій почвы замѣтны осколки жервововъ, которыми
размельчали камень послѣ того, какъ сго разбивали на куски, нри помощи нагрѣванія
скалъ и поливанія ихъ затѣмъ струей холодной воды.
Помимо большихъ работъ иа пріискахъ, другіе факты свидѣтельствуютъ о мѣп -вой
торговлѣ, существовавшей, въ тѣ отдаленные годы, между жителями южной Африки и
коммерческими націями Краснаго и Средиземнаго морей. Во всѣхъ мѣстахъ, гдѣ встрѣ-
чаются разваіины дворцовъ и храмовъ, аналогичныхъ зданіямъ Звмбаоіэ, которыя
когда-то служили жилищами царей иіи-же были посвящены богамъ, туземцы сохранили
обычай употребленія ораторскихъ и жреческихъ жезловъ, которые необходимо сблизить
съ инструментами подобной-же формы, употреблявшимися финикійцами и почти всѣми
народами, упоминаемыми классическими авторами. Яти жезлы облуплены такимъ обра-
зомъ, что ленты коры, снятыя съ дерева н-і винту, развѣваются ва верхней оконечности
жена, точно ілинныя крылья. Когда жезломъ трясусь въ воздухѣ, волнистая кора раз-
вертывается въ видѣ локона, какъ бы унося своимъ дуновеніемъ молитвы людей къ бо-
жеству, Это были такіе-же жезлы, какъ жезлъ Меркурія, который >нъ держалъ въ
рукѣ, поднимаясь сь земли къ властителю Олимпа; хитрый Яковъ тоже пользовался
аналогичной магической палочкой, чтобы у его тестя рождались, ему въ убытокъ,
пестрыя овцы; точно также саги упоминаютъ о молитвенныхъ жезлахъ, которые древніе
скандинавы іротягивалн къ богамъ.
Движеніе идей и та мѣновая торговля, которыя возникли въ части внутренней
Африки, повернутой къ тому-же морскому бассейну, что и Вавилонъ, и страны гнміа-
ритовъ я эѳіоповъ, не имѣли никакого противовѣса на западномъ, внѣшнемъ берегу
443
материка, повернутомъ къ ОезбрежноП пустынѣ Атлантическаго океана. Съ этой стороны,
мы внаемъ это, пуіишествеппнки являлись дшпь для открытій, н здѣсь не возникало
продолжительнаго общенія съ туземцами; къ тому-же, в самыя эти прешествія исхо-
дили совсѣмъ изъ другого центра, чѣмъ тотъ, откуда отправлялись мореплаватели Индѣй-
скаго моря. Карѳагенъ, но не его финикійская мать, стоялъ во главѣ экспедицій къ міру
Атлантическаго океана, и экспедиціи эти принадлежать иной исторический эпохѣ. Когда
карѳагенскіе купцы стали искать новыя земли, ось человѣчества ужо перемѣнилась по
Золотые предметы, пппдевпыо въ Зпмбабіэ.
направленію къ западу, отъ Средиземнаго моря. Тира и Крита, къ морю Сициліи и
Этруріи. Начался періодъ, когда главнымъ дѣйствующимъ началомъ міра сталъ Римъ
Одпако, еще въ эпоху, предшествовавшую римской гегемоніи, когда центръ циви-
лизаціи міра находился еще бъ восточныхъ областяхъ Средиземнаго моря, финикійцы и
ихъ ученики, греки, имѣли, хотя и очень туманное, представленіе о всѣхъ народностяхъ
сѣвера Африки, до южной границы пустыни. Легендарный разсказъ, который передаетъ
вамъ Геродотъ объ экспедиціи молодыхъ авантюристовъ назамоиовъ, основывается,
конечно, на мѣкоторомъ дѣйствительнойь фактѣ, такъ какъ область сѣверной Африки
именно такая, какою описываетъ се этотъ разсказъ. Путешественники, отиравшіеся
изъ Сирта къ западу отъ Киренаикв, должны, дѣйствительно, пройти послѣдовательно
зону прибрежныхъ культуръ, затѣмъ страну «•пребыванія хищныхъ звѣрей» и обшивную
песчаную пустыню. Далѣе начинаются равнины, гдѣ самопроизвольно растутъ деревья.
444
затѣмъ идутъ болотистыя мѣста и, наконецъ, пут?шественпяк'’иъ, и теперь, какъ во
времена назамоновъ, остана вливаетъ теченіе большой рѣки, въ которой плептт-’я кро-
кодилы. Если и не всѣ жители этой внутренней области малы ростомъ, какъ говоритъ
Геродотъ, то всс-яіо здѣсь встрѣчаются и такіе, которыхъ можно считать за карликовъ
Среди племенъ, съ которыми находитесь въ сношеніяхъ иавамопы. древніе называютъ
гарамаптовъ, «многочисленныхъ и очень могущественныхъ». Эго имя найдется, можетъ
быть, въ новѣйшемъ спискѣ лиспъ различныхъ народовъ: спрашивается по слѣ-
дуетт.-лп признать въ гарамаптахъ пародъ Сонр’хай, который обитаетъ вь прибрежной
области Нигера, ниже большого изгиба рѣки, и который называетъ себя самъ, такъ-жо
какъ и всю страну, именемъ Джерма, Гарема
Что касается прибрежныхъ областей Средиземнаго моря, то, конечно, ихъ знали
ь финикійцы, в егинтяне, и эллины до-макодонскаго періода; но, судя по тому, что
говорить о нихъ Геродотъ, исторія еще не начиналась для жителей этой территоріи; за
исключеніемъ Кнреиаиыі и Карѳагена, вся прибрежная полога принадлежала варварскимъ
кланамъ, которые, точно сквозь тумамъ, обрисовываются въ мпо.іхъ. Таковы ііевллы.
Лимитрофы назамоновъ, которые, по словамъ легенды, отправились въ походъ противъ
«ноіи?>’а>, т. е. противъ евроко, и которые, когда они прибыли къ нссчаноіі пустынѣ
была вскорѣ засыпаны бѣлыми грібіыми дюнъ.
Главную причину поразительнаго
умственнаго развитія, характернаго
для Греціи, надо искать въ весьма
слабомъ вліяніи религіознаго эле-
мента.
ГЛАВА VIII. *).
Греція и море.—До-элли пскіи цивилизаціи. - Первыя переселенія — Героическая
огоха. — Дорійское вторженіе.—Спарта и А иды.—Греки и Персы.—Граждане и
рабы —Александръ — Гречи и римляне. Искусства.— Науки.—Религія.—Тріум-
фальный конецъ Греціи.
Египтяне жили, какъ бы заключенные въ своей странѣ съ ясно опредѣленными
границами, вѣрнѣе въ узкой ложбинѣ, по которой, начиная съ перваго порога и кон-
чая развѣтвленіями дельты. Нилъ струитъ свои воды. Каково бы ни было первовачаль-
*) Хронологическія даты. Историки относить прибытіе Полазювъ въ Грецію
къ эпохѣ предшествовавшей намъ на сорокъ вѣковъ. Ни одна изъ датъ, указываю-
щихъ на періодъ до эллинской цивилизаціи, (какъ напр. Кекропсъ—1580, Кадмъ—
1314, Миьосъ—ІЗоО до Р. X.), а также на періодъ героическій {Геркулесъ 12С2 —
446
иоѳ происхожденіе элементовъ этой расы, во всей своей цивилизаціей она ооязааа- почти
исключительно Нильскому иду. Во всей своей исторіи Греки, напротивъ, проявляю? і
полную независимость оть географическихъ очертапій своей страны. Предѣлы этой
послѣдней національности очень не точны я простираются датеко за Пелопояезъ и за
плеяду острововъ и полуострововъ. Какъ далеко заходили Греческія владѣнія на сѣверъ?
Захватывали ли пни и Акарнанію съ Эпиромъ и Пипдомъ, а также Камину и долины,
спускающіяся съ горъ Ѳракіи п Македоніи? Нѣть сомнѣнія, что Греціи принадлежали
прибрежные острова Азіи, а нѣкоторыя ооласти на восточномъ берегу Эгейскаго моря
были даже одними изъ самыхъ интенсивныхъ очаговъ п.иннской жизни. Большіе острова
Критъ в Кипръ, лежавшіе далеко на востокѣ въ предѣлахъ уже семитическихъ, однако,
тоже принадлежали Греціи, которая сперва при посредствѣ разбойниковъ, а позже
купцовъ, сыновей уже смѣшанной расы, завладѣла многими побережьями Сиріи А ва
1216, походъ Аргонавтадъ—1226, взятіе Трои 1184, возвращеніе Гераклидоиъ 11(14
и т. п.) пе имѣетъ историческаго значенія Даже самыя имена эти скорѣе надо счи-
тать миѳическими.
Мали по маіу, однако, хронологія пріобрѣтаетъ точность и достовѣрноеть. Пови-
димому около 1015 года архонты замѣняютъ собою царей ьъ Аѳинахъ, в  эпоха, въ
которую Ликургъ даль Спартѣ свои законы (то есть первая половина девятаго вѣка
до Р. X.) ещ< точно вс установлена и лишь со временъ первыхъ Олимпійскихъ игръ
(отъ 776 г. до Р. X.) возможно придавать датамъ Греческой исторіи извѣстную досто-
вѣрность. Мы ограничимся здѣсь лишь простымъ церечислепіемъ событій по годамъ эръ
христіанской и олимпійской, а также перечисленіемъ именъ лццъ, уномянулыхъ далѣ*
въ текстѣ. При этомъ слѣдуетъ замѣтить, что, при переходахъ отъ тысячелѣтія къ
тысячелѣтію, допустимы ошибки на одинъ годъ, такъ такъ игры, которыми отмѣчалось
каждое четырехлѣтіе Олимпіадъ, происходила въ іюлѣ мѣсяцѣ.
	Ура Хр.	Ура Ольми
Драконовы законы (Аѳины)		624	152
Соловъ 		595	1Й1
Пнзпстратъ гьрипъ Аѳинскій		561	215
Изгнаніе ого сына Гиппія . .	510	266
Походъ Дарія въ Скиоію .	.	...	508	268
Индійскія воины:		
Возстаніе въ Іоніи (Аристагоръ)		501	275
Битва при Мараѳонѣ (Мплътіадъ) ....	490	286
»	» Ѳермопилахъ (Леонидъ) 		480	296
*	» Саламинѣ (иемистоклъ)			
»	* Планѣ (Павзаній п Аристидъ) . .	479	297
»	» Мокале (Ксапгнппъ)	....	479	297
»	» ЕвримсдонЬ (Кимоігъ) . . . • . .	466	310
Начало Пелопопезскихъ войнъ . 			431	315
Взятіе Аоипь Лизантроѵъ . 			404	372
Походъ десяти тысячъ (Ксенофонтъ) ....	400	376
Эпаминовдъ разбилъ спартанцевъ при Левктрахъ	371	405
»	»	>	» Мантннеѣ	362	414
Филиппъ разбилъ ѳиванцевъ и Аоипипъ при		
Хероиеѣ 		338	438
447
еападѣ росла колонія за колоніей; новая Греція, болѣе обпіирпія. чѣмъ ея метрополія,
рождалась среди морскихъ водъ; даже вь отдаленной Ливіи впродолженіп нѣсколькихъ
вѣковъ возникаетъ Киренаика; ограниченная сь юга настоящимъ песчанымъ моремъ, она
являла собой какъ бы Африканскую Элладу. II дѣйствительно, вся греческая культура
поудитъ на Афродиту, вышедшую изъ морской пѣны.
Что бы ни происходило огь пересоленія Грековъ изъ доіпны въ долвпу. съ одного
берега на другой, но лишь подвижной водной стихіи, которая, въ свою очередь стала
причиной подвижности прибрежныхъ обитателей, лишь ей обязаны Греки тѣмъ, что
продукты ихъ знаній и культуры съ легкостью разносились всюду и тѣмъ самымъ по-
родили сознаніе общности ихъ цивилизаціи.
Эра Хр, Эра Оличп,
Разрушеніе Оивъ Александромъ .	...	334	442
Битва при Гранинѣ и Иссѣ.................... 333	443
Консулъ Фламининъ въ Кориннѣ (въ 556 году огь
основанія Рима)............................. 197	579
Взятіе Кориной Муміемъ (въ 6ы7 году отъ
основанія Рима). . . • .	.	. .	146	630
Гезіодъ (Аскра) около .	.	...	800	—
Фидонъ (Аргосі)............................. 750	—
Мпмпермъ (Колофонъ; Малая Азія .	,	600	—
Псліанаръ (Коринѳъ) ........................ 670—585	106
Пинагоръ (Самосъ)........................... 572—472	204
Эсхилъ (Элевзисъ)........................... 525—45б	251
Пиндаръ (Киноцефалы близъ бивъ) .	...	522—442	254
Фидій (Аѳины) ...	....	500—431	276
Софоклъ (Коловъ близъ Аѳинъ) ......	495—405	281
Периклъ (Аѳины).............. ‘	494—429	282
Демокритъ (Абдера, Оракія) ................. 490—380	286
Геродотъ (Галикарнассъ) ....	.	484—406	292
Еврипидъ (Саламинъ)............................... 480—405	296
Ѳукидить (Аѳины) ........................... 471—401	305
Миронъ (Елевтера)................................... 470	306
Сократъ (Аѳины)............................. 469—399	307
Скопасъ (Паросъ).................................... 460	316
Ксенофонтъ (Аѳины).......................... 445—353	331
Платовъ (Эпша).............................. 499—347	317
Діогенъ (Аѳины) .......................... 413—323	363
Фокіопъ.......................... .	.	402—307	374
Демосѳенъ................................... 385—322	391
Аристотель (Стагпра.	Македонія;............. 384—322	392
Пиѳей (Марсель)..................................... 380	396
Пракситель (Аеніш).......................... 36о—280	416
Эпвкуръ (Самосъ)............................ 341—270	435
Аристархъ (Самосъ)	•.............................. 320	456
Аполлоній (Родосъ).................................. 280	496
Филопемепъ (Мегалополисъ). .......	253—183	523
Полибій . ........................................ 204—122	572
448
Море но столько раздѣляло Гроковъ, сколько ихъ соединяло; витно, что опп и
сани понимали это, такъ какъ дали Средиземному морю и ого бассейну имя, кѵторое
показываетъ- что море было для нихъ но препятствіемъ, а естественнымъ путемъ уже
<п> самыхъ отдаленныхъ временъ. Слова «ропіоя», «ропіик» означаютъ «широкій путь*
и происходятъ, повидимому, ось латинскаго корпя ропз, что значитъ <иолъ* или
искусственный переходъ черезъ воду—«мостъ». Конечно, морадлавателю постоянно прихо-
дилось опасаться, какъ бы его челнокъ, или суденышко пе затерялось па «томъ «широ-
комъ пути». Греческіе авантюристы особенно боялись этого въ бассейиѣ, который
сохранилъ имя «понта», именно въ Черномъ морѣ, но воооше пхъ плаваніе про-
исходило всегда по олизости береговъ, въ виду гаваней и бухтъ, расположенныхъ между
мысами. Отдаваясь вѣтру в непогодѣ, они, однако, всегда имѣли въ виду вѣрное
направленіе: по временамъ приходилось останавливаться, е» иичтэ не могло отклонить
ихь отъ пѣли и дальнѣйшаго плаванія. Въ иныхъ условіяхъ были западные ооитатели:
передъ ними лежало широкое водное пространство сравьтелыю пустыінаго моря пли
океана, гдѣ часто свирѣпствовати бури Въ виду этой водной пустыни, гдѣ волны
разбивались о скалы, яхъ невольно должно было охватывать чувство страха, и море
они прозвали «Маг», «Мате», «Мег», «Меег», «Мніг»; названія эти вмѣшаютъ понятіе
<> насилія п разрушеніи.
Между Граціями Европейской и Азіатской водное пространство болѣе гостепріимно
для моряковъ, чѣмъ въ какой-либо другой части Средиземнаго моря. Нигдѣ близъ
континента не возможно найти водъ, болѣе благопріятствующихъ плаванію, кромѣ развѣ
Зондскаго архипелага. Научая карту Эгейскаго мі.рл и распол»женіе острововъ, которые
заполняютъ собой пространство между берегами обоихъ материковъ, можно легко замѣ-
тить что это дѣйствительно мостъ, въ полномъ смыслѣ адова. Острова расположены
настолько близко другъ отъ друга, что флотиліи почти никогда не теряютъ изъ виду
твердую землю.
Отправимся, напримѣръ, изъ залита Наіазейскаго, нынѣ Воло, между Ѳессаліей
и Евбеев, по направленно къ Дарданелламъ. Какъ только мы минуемъ мысъ полу-
острова Магнезіи, то почти тотчасъ-же открывается цѣлая вереница острововъ,
островковъ и скалъ, высящихся изъ водъ моря. По выходѣ изъ этого слови» тріумфаль-
наго пути, остается всего лишь шестьдесятъ кил»м-‘тровъ до Азіатскихъ водъ, или до
каког»-пнбудь порта Калхиды, или до маленькаго острова Страти (Галоиезосъ). Доста
точно тогда обогнуть большой островъ Лемносъ, в передъ мореплавателемъ открываются
Дарданеллскія ворота между Имбрисомъ и Тепедосомь. Для того, чтобы достигнутъ Азіи,
послѣ того какъ кончатся владѣнія Ѳессаліи, мореплавателю приходится птюйти частъ
пути открытымъ моремъ, гдѣ на просторѣ дуетъ вѣтеръ; ко, если онъ поплыветъ
вблизи острова Скироса, то до острова Псара, принадлежавшаго уже къ островамъ
Азіатскимъ, остается всего 80 километровъ, что составляетъ, иначе говоря, всего
четыре часа пути при хорошемъ попутномъ вѣтрѣ. Отсюда ужо флотъ легко можетъ
екользить по водамъ острова Хіоса и полуострововъ, защищавшихъ Клазоиену и Смирну.
Южная часть втого бассейна, образующая какъ бы впадину Эгейскаго моря,
бѣдна островами. Между континентами, однако, острова и полуострова Европы, какъ
449
то. Эвбея, Аітпка, Арголпда п т. п образуютъ правильный профиль и направляются
съ сѣвера на югъ правильной линіей, придерживаясь одной и той же оси. Въ большей
части Эгейскаго моря она образуютъ собою нѣчто вродѣ длиннаго прохода, которий
можно сравнить съ пропилеями храпа
Такимъ образомъ, по выходѣ изъ портовъ Европейской Греціи, суда направляются
въ Азію, слѣдуя по хорошо защищенному пути, развѣтвляющемуся п перекрещивающемуся
среди віѣхъ этихъ Острововъ, носящихъ столь красивыя названія: Андросъ, Теносъ,
Кеосъ, Китиосъ, Делосъ, Паросъ и Антнпароіъ, Мелосъ а Антимелосъ, Наксосъ, Амор-
гогъ и Іось, Тера, Анафа, Астнпалея. Береговыя отроги словно соединяютъ островъ
Миконосъ съ Эфесомъ при посредствѣ Пкаріп и Самоса. Наксосъ и Ам„ргосъ связаны
съ Милетомъ островомъ Патмосомъ или Калпмносомъ. Между тѣмъ берега Малой Азіи
столь причудлива изрѣзаны вплоть до югозападной ея оконечности и какъ бы замаски-
рованы длинною пѣнью чкайміяющихъ ихъ оптроновъ, линіей, параллельной остро-
вамъ Европейскимъ, что вмѣстѣ съ островами Родосъ, Карпатосъ, Казосъ, Критъ,
Киоера и т. п. образуется геометрически правильная дуга, которая длиннымъ полу-
кругомъ соединяетъ оба материка. Греческое море, около котораго главнымъ оораиомъ и
шелъ вссь расцвѣтъ цивилизаціи, хорошо защищено, такимъ образомъ отъ широкой
водной равнины и являетъ собой колыбель для рождающейся цивилизаціи
Нельзя сказать, однако, чтобы Эгейское море всегда благопріятствовало море-
плавателямъ и чтооы суда ихъ всегда мирно н счастливо достигали береговъ. Иногда
и оно бушуетъ; даже самое имя его, которому оно обязано волнамъ, похожимъ на
бѣгающихъ <барашковъ», показываетъ, что претки наши именно имѣли въ виду его
неблагопріятную сторону, Нъ многочисленныхъ разсказахъ, а еще раньше, въ Гоме-
рическихъ легендахъ уже упоминается о томъ чувствѣ страха, которое пспьтывали
мореплаватели, и о частыхъ кораблекрушеніяхъ. Самый неблагопріятный вѣтеръ дуетъ
съ сѣвера и сѣверо-востока, съ горъ Македоніи и даже изъ обширныхъ степей южной
Россіи. Пройдя между многочисленными островами, опъ развивается въ настоящій
ураганъ или бурю; впрочемъ, обыкновенно лѣтомъ вто просто правильный вѣтеръ,
дующій въ теченіе дня в стихающій къ ночи. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ чередованіе
это настолько правильно, что моряки съ полной увѣренностью пускаются въ путь.
Похоже, что земля м море дышать поочередно, подгоняя корабли сперва въ открытое
море, а затѣмъ къ тилимь заливамъ. Опасности, представляемыя Эгейскимъ моромъ,
были таковы, что опытные люди легко могли игъ предвидѣть и изоѣгнуть. Они
остерегались, напримѣръ, огибать извѣстные мысы до наступленія шторма, или перемѣны
вѣтра, имѣя постоями» передъ собою въ виду цѣль желанной гавани пли порта.
Древпѣйшіе обитатели Греціи, слѣда которыхъ найдены археологами, и тѣ не
жили въ эпохи столь отдаленныя, въ какія жиля пароды Месопотамія и долипы Нила,
труды которыхъ, тѣмъ не менѣе, достигли насъ. Существованіе эллиновъ н до-зллп-
новъ опредѣляютъ обыкновенно пятьюдесятью вѣками, т. с. эпохой, предшествовавшей
прибытію финикіянъ на берега Эгейскаго моря. Наиболѣе древніе слѣды человѣческаго
н|>ебывашя найдены не на материкѣ, а на островахъ, почему н періодъ этотъ получилъ
названіе Эгейскаго. Древности, напдепныя при раскопкахъ Греціи континентальной.
элизе рек.тіо вып. т.
29
450
какъ папр. въ Микенахъ (Микипа), въ Тирвпэѣ, въ Вафіо, блинъ Спарты, въ Спавѣ.
вь Аттикѣ и т. д„ имѣютъ возрастъ на тысячу лѣтъ моложе чѣмъ тѣ, что откопаны
на островахъ Критѣ, Троадѣ или Торѣ.
На этомъ послѣднемъ островъ, который теперь называется Саиторннъ, остатки
цивилизаціи найдены были подъ вулканическомъ пепломъ. По внимательномъ ихъ изу-
ченіи оказывается, что, хотя люди тѣхъ временъ и обладали каменными орудіями и
инструментами, по имъ было знакомо и употребленіе мѣди въ чистомъ видѣ. Они изго-
товляли большіе, очень грубые сосуды изъ бѣлі й глины, а дема свои строили изъ лавы,
кроя ихъ досками дикаго оливковаго дерева. Это былъ пародъ постушесый и земле-
дѣльческій; они уже приручили собакъ себѣ въ помощь а изъ молока своихъ стадъ
умѣли приготовлять сыръ, воздѣлывали ячмень, пшеницу п турецкіе бобы. Кр»мѣ того,
«ни велп уже я морскую торговлю, черезъ которую имѣли разные продукты изъ другихъ
травъ и между прочимъ—глиняные сосуды.
Послѣ іромадиаго изверженія, при которомъ взлетѣлъ на воздухъ вулканъ Тера,
«ставивъ послѣ себя одни столбы, островъ вскорѣ заселился вновь народностями той
же расы, которая и ранѣе жила тутъ, что видно изъ раскоповъ позднѣйшихъ слоевъ,
тождественныхъ тѣмъ, которые были извѣстны раньше а вайіены ниже. Среди населенія
этой второй народности жили между прочимъ и фининіяпе, послѣ которыхъ открыты
ихъ могилы.
Въ ту эпоху, когда раскаленный пепелъ отлагался на древнѣйшихъ построй кадь,
возведенныхъ греками и извѣстныхъ теперь намъ, владычество па эллинскихъ моряхъ
принадлежало обитателямъ острова Крита, этой длинной полосы земли, лежащей поперекъ
Архипелага, въ силу своего счастливаго наложенія служившаго складочнымъ мѣстомъ
для товаровъ египетскихъ п сирійскихъ купцовъ, а также какъ бы предназначеннаго
для торговли съ греческими островами и полуостровами; это важное значеніе посредни-
чества вь торговлѣ оыло отмѣчено уже Аристотелемъ, По старымъ традиціямъ, жители
Крита считались какъ бы хозяевами моря (.Ніаіаияосгаіея) во времена еще доисторическія.
Тогда Доклады были островами царя Миноса, этого легендарнаго властителя
Крита, а колоніи Критскія были разсѣяны по всѣмъ побережьямъ острововъ и матери-
ковъ, лежавшихъ поблизости и даже вплоть до Палестины, гдѣ имя <Крети> означало
соб‘'Ю всѣ народности, жившія п» берегамъ Средиземнаго моря. Сравнительно недавнія
раскопки Эванса показали, что уже съ первобытныхъ временъ, т. е. болѣе пяти тысячъ
лѣтъ тому назадъ, на остривъ этотъ были привезены различные предметы египетской
промышленности. Громадный дворепъ, извѣстный лабиринтъ царя Миноса, явіяотся
памятникамъ до-эллинской цпвиіизаціи, сохранившимся лучпи другихъ; въ помъ найдены
были скульптурныя произведенія, фрески и надписи, которыя посягъ характеръ до-
фвиикійсній. Вь свою очередь дворцы Фзстоса и Гагіа Тріада были отрыты изъ
подъ земли и доставши драгоцѣнныя для археолога свѣдѣнія. Критское письмо, алфа-
витное и силлабическое, сильно отличается однако отъ египетскихъ іероглифовъ в оть
клинообразнаго письма вавилонянъ и скорѣе походитъ на систему кипрянъ: во всякомъ
случаѣ оба эти письма проникли затѣмъ въ Пелопонезъ и въ континентальную Грецію
такъ же далеко, какъ и Микенская цивилизація.
451
Если положеніемъ этого большого Острова можно объяснить гу важную роль и
значеніе, которое онъ имѣлъ въ древнія времена, то, наоборотъ, формой его объясняется
тоть фактъ, что, ори всемъ своемъ могуществѣ, Критъ не могь удержать своего мор-
Греческое море.
і: 5 ооо іісо
'	I	I
о	іоо	азо	аіоКил-м
ского могущества и придать ему цѣлость н единство. Кромѣ того, островъ этотъ
сильно вытянуть въ длину, что позволяетъ жителямъ дробиться на группы, не свя-
занныя между собой, и горныя массы на немъ расположены такимъ образомъ въ
центрѣ и на окраинахъ, что островъ оказывается въ дѣйствительности раздѣленнымъ
на три естественныя области, безъ всякаго отношенія одна къ другой.
452
Сосредоточеніе власти было въ центрально! части острова, которую защищаетъ
гора Ида—«Колыбель Юпитера», и лишь при посредствѣ насилія, но отнюдь по добро-
вольно, могла распространяться эта власть па горныхъ обитателей востока в запада
Благодаря естественному раздѣленію обитателей на группы, расположенныя по
линіи тедоступныгь долинъ, Критъ немизусмо долженъ былъ представлять собой цѣлый
рядъ маленькихъ республикъ, достаточно сильныхъ, чтобы защитить себя другъ отъ
друга, но слишкомъ слабыхъ, чтобы воспрепятствовать какому - нибудь грапдіозш му
вторженіи,. Составленное изъ многочисленныхъ индвкидуз іьныхъ этническихъ группъ,
враждующихъ между собою, населеніе не имѣло единства и стало легкой добычей для
чужеземцевъ - завоевателей. Свободными онп были лишь во времена мнончсскія, во
времена жо историческія они всегда были кѣмъ-нибудь порабощены.
Въ числѣ этихъ завоевателей были н финикіяне; они завлаіѣли Критомъ, Сан-
ториномь и мноюмн другими Островами Средиземнаго моря. Доказательствомъ служитъ
извѣстны,] культъ Минотавра, который тождественъ финикійскому Молоху; зго было
чудовище съ бычачьей головой, рука иогораго могли сжимать человѣческія жертвы. Этотъ
культъ держался долго, что видно изъ того, что извѣстно время, когда греческіе пере-
селенцы ввели тамъ культъ боговъ Олимпа. Родосъ, Мелосъ, Саросъ также долгое время
оставались подъ владычествомъ финикіянъ. Въ особенности оітровъ Кивера, лежащій
внѣ предѣловъ континентальной Эллады, у к»тораго самое имя происхожденія семитиче-
скаго, былъ важнымъ торговымъ и военнымъ лупктом ь для купп»въ города Тира. Словно
стража, поставленная па углу ІІедс-пспеза и па поворотѣ обоихъ морей, островъ этотъ
обладалъ большимъ, хорошо зашпщвнпымъ г,ортомъ, гдѣ корабли могли спокойно оста-
навливаться, и в іджпдать попутнаго вѣтра для плаванія въ Сицилію, къ берегамъ
Великой Греціи и Иллиріи. Кромѣ того, островъ Киоора былъ богать пурпурными
раковинами, необходимыми для выдѣлыванія финикійскими промышленниками драгоцѣн-
ныхъ пурпурныхъ тканей. Во время извѣстнаго періода островъ эгидъ заслужилъ названіе
Порфируза, то есть «острова пурпура», в позже опять нашли цѣлыя залежи этихъ красящихъ
раковинъ близъ Гнтіона вь глубинѣ Лаігошйскаго залива. Сольси установилъ, однак ,, чіл
сортъ этихъ моллюсковъ, содержащихъ красящее вещество, не одинаковъ въ Тирѣ и въ
І'реціи Финикійскій «мнгеі» іазывался «ігипспіиз», а кимрскій—«Ьгашіагіз». Фини-
кіяне распространяли свои колоніи также и на островахъ и полуостровахъ сѣверной
части Эгейскаго моря. Они поселились на Тазосѣ, островѣ богатомъ псквпаемымв. а
дакже на склонахъ Паніейской горы, которая расположена на континентѣ къ сѣверо-
злпаду оть этого чедрова, Можетъ быть, имъ удалось бы распространить свое вліяніе и
на берегахъ другого моря, въ Элидѣ. Имъ же приписываетъ Шлиманъ происхожденіе
народности, насолившей Итаку; само названіе это походитъ на названіе «Утика»,
африканскаго города, что значитъ «колонія» Типъ путешественника, осторожнаго, хитро-
умнаго Улисса во многихъ отношеніяхъ чисто греческій, однако, отчасти напоминаетъ
собою мореплнвателя-финнкійпа.
Тоть фактъ что и нынѣ многіе изъ Тіакіодовь (Птакюты) ревностно продаются
мореплаванію в занимаются перевозкой ржи и хлѣбныхъ грузовъ въ Черномъ морѣ, воз-
можно объяснить наслѣдственной склонностью.
453
Изслѣдованія, которыя даютъ возможность познакомиться съ до-эллипской циви-
лизаціей, находятся еще въ зачаткѣ; однако, благодаря проницательности изслѣдователей
уже сдѣлано много цѣнныхъ, интересныхъ открытій. Викторъ Бараръ доказалъ, что
мореплавателя часто селились на скалистыхъ мысахъ, соединенныхъ съ берегомъ лишь
узкой полосой земли. Отъ Родоса до Аттики раскидано около полудюжины такихъ
поселеній, и всѣ опп названы были Астипалея, въ честь какого-то божества; позже
Грочоская галера.
Греки называли ихъ Астиналайя, или «Старый городъ». Хотя финикіяне не селились
вдали отъ береговъ, хотя они не углублялись въ обширныя долины Аркадіи иначе, какъ
торговцами, или даже пиратами, но перешейки оші захватили в основывали тамъ крѣ*
пости, какъ напр., Тирпнеъ, Микены. Корипоъ, имена которыхъ не могла бы объяснить
ни одна Греческая этимологія; крѣпости эти намѣчали путь, которымъ избѣгались
опасности плаванія вокругъ береговъ ІІелопопеза. Нивы, расположенныя какъ разъ на
серединѣ разстоянія между обоими морями, какъ бы указываютъ дорогу между заливами
Халквдскпмъ и Корпноскимъ. Такое же положеніе занималъ Иліонъ, расположенный хотя
и не у берега, по какъ разъ иа пути, огибающемъ Геллеспонтъ съ его опасностями и
неблагопріятными вѣтрами. Будучи йодъ властью главныхъ правителей этихъ странъ,
города эти служили имъ средствомъ для обложенія торговли пошлиной; по и плаватели
451
(торговцы), о мѣстные жителя хорошо понпмш взаимную свою пользу; послѣдніе пере-
силили ненависть къ иностранцамъ; вообще говоря, перьичпоіі причиной раздоровъ между
людьми можно считать именно переходы черезъ перешейки, уже занятые какой-либо на-
родностью. Семитическое, финикійское или хаианейское происхожденіе той колоніи,
которой управлялъ миѳическій кадмъ въ равнинахъ Беотія, несомнѣннс «фйеіп»—
зто «Воггокъ» на нарѣчіи семитическомъ, а «фсіпюп* иди «О&сітооі* значитъ—
«Восточный»—именно такъ называются въ Библіи арабы, и это же имя приняли вокые
поселенцы въ Беотіи, ихъ новомъ отечествѣ. Суевѣрный ужась, который связанъ съ
однимъ лишь воспомквчпіемъ о нпхъ, указываетъ па ихъ чужеземное происхожденіе.
Хотя кадмійцы и были иногда учителями грековъ, завѣщавъ имъ, напримѣръ, драго-
цѣнный даръ—алфавитъ, во на внхъ какъ будто все время неотступно тяготѣетъ про-
клятіе судьбы. Оші быки одновременно и жертвами миеовь Азіи, и самп же переносили
эти разсказы. Семья Эдина была въ одно н то же время преступной и переносила нсѣ
послѣдствія своихъ преступленіи, пока пе была истреблена, такъ какъ грекамъ, которые
въ легендѣ названы Семью начальниками, удилось взять Оизы и совершенно очистить
ихъ отъ чужеземнаго элемента. Финикійская колонія, но поддерживаемая новыми при-
шельцами, должна была неминуемо погиопуть, совершенію иог.іѵщевиая туземными эле-
ментами, а правящая династія принуждена была либо исчезнуть, либо смѣшаться съ
новой средой и совершенно отречься отъ власти.
Возможно, впрочемъ, что царствующая здѣсь династія была не купеческаго про-
исхожденія, какъ и вся эта группа финикіянъ Возможно, что всѣ они въ этомъ
отношеніи отапчалшь отъ другихъ финикійскихъ группъ, заселявшихъ и раскидавшихся
по Средиземному морю. Можетъ статься, что опи принадлежали къ группѣ переселенцевъ,
вышедшихъ изъ земледѣльческихъ народностей, жившихъ внутри Хананеи, въ долинахъ
и на террасахъ ея горъ. Когда евреи заняли часть земли Ханаанской, то они откинули
это земледѣльческое населеніе къ берегамъ, п вслѣдствіе этого насильственнаго вторженія
отдѣльныя колоніи поселенцевъ вынуждены были искать себѣ новое отечество и пере-
селяться въ дальнія страны не сь цѣлые основанія торговыхъ пунктовъ, а съ цѣлью
нахожденія себѣ повой земледѣльческой территоріи, лодобноЙ гой, которою имъ пришлось
покинуть. Слѣдствіемъ ихъ бѣгства было ихъ жо вторженіе въ другую страну. Точно
такимъ же образомъ гугеноты, преслѣдуемые послѣ реформаціи, образовала много новыхъ
обпить въ Швейцаріи, Германіи, Голландіи и Великобританіи.
Трудно опредѣлить вліяніе Египта па развитіе греческой цивилизаціи, въ виду
полнаго отсутствія какихъ-либо историческихъ документовъ. Совершенно невозможно
онрсдѣлиіъ, имѣютъ ли какую-нибудь правдоподобность баснословныя легенды ооъ
II пахѣ, Кекровеѣ, Дапаѣ и другихъ основателяхъ египетскихъ колоній на Эллинской
территоріи. Намъ, правда, теперь кое-что извѣстно > сношеніяхъ между народностью
Эгейской и жителями Нильской долины. Но лишь въ ,<поху уже историческую, о когороіі
говорить греческая исторія, во времена династіи сайтовъ, двадцать пять вѣковъ тому
ьазадъ, произошли тѣ заимствованія и сношенія, о которыхъ свидѣтельствуютъ открытія
Флиндерса Петри въ Паукратвсѣ и другихъ мѣстахъ и которыя указываютъ на Еги-
петской вліяніе па скульптуру грековъ въ самомъ началѣ ея развитія. Безъ сомнѣнія,
455
свпшопія между двумя к>птппептамп і ущестгоиаліі и ранѣе, при посредствѣ Крита п
другихъ острововъ, одпако, эти двѣ эпохи раздѣляетъ какъ бы періодъ изолированности.
Влродолжепіо цѣлыхъ вѣковъ политика абсолютивна фараоновъ совершенно заперла
акцію въ узкой долинѣ Пила.
Цпкладекіо острова
I. 250Л050
ч»	ЮО	ізоКилом
Этническіе элементы, вошедшіе въ составъ Греческій народности и образовавшіе
ее, навѣрно пришли съ двухъ совершенно протнвопоіожвыхъ сторонъ, а именно съ Сѣвера
и съ Востока, моремъ в горными проходами. Цѣлый потокъ переселенцевъ спустился съ
холодныхъ высотъ ІІипда и съ Балканскихъ горъ; другой потокъ хлынулъ съ береговъ
Мал-Й Азіи и Серіи или съ острововъ.
Жители сѣвера, привычные къ суровостямъ холоднаго климата, къ вихрю и сігѣгѵ,
456
были заботливые труженики и не имѣли вовсе досуга, чтобы заипматьел кронѣ, того,
искусствами и науками; ото были полуварвары, которымъ необходимо было во ‘реыя
Своего спуска съ вершинъ горъ завоевывать и побѣждать враждебныя племена—они
Сворадокіе острова.
I : 2 501 00с
.  ------------,----------------
О	50	100
ііоКилом
сдѣлались разбойниками пли вопвами. Оттѣсненные къ югу другими псрсселеппамп, на-
двинувшимися съ Дуиая иди изъ мѣстностей еще болѣя отдаленныхъ, напримѣръ, изъ
долинъ Сарматіи, они въ свою очередь тѣснили передъ собою различныя племена.
Кровавые слѣды оставались послѣ этого шествія на дорогѣ, которую они себѣ прилагали.
Во вргыя этого постепеннаго передвиженія, которое длилось годы и даже вѣка, нравы
пхъ становились все болѣе и болѣе свирѣпыми, такъ что по достиженіи ими полу-
457
острововъ, омываемыхъ южнымъ моремъ, они представляли изъ себя ни что оное, какъ
суровыхъ, безжалостныхъ побѣдителей.
Восточные переселенцы, прибывшіе въ Грецію на св ихъ быстроходныхъ холерахъ,
по свѣтлымъ волнамъ моря, были, однако, тоже разбойниками и воинами, но они являли
собой часть колоннъ тѣхъ народностей, цивилизація которыхъ стояла ужо довольно высоко;
поселившись на берегахъ Греціи, они принесли съ собой свою промышленность н высокую
степень культуры. Можно вообще сказать, что сѣверные переселенцы, пришедшіе съ
Островъ Критъ.
гьооссо
,4. ...... л _	- -------- 	___I
о	ао	іоо	ііоКилом
Фестосъ находятся игъ аап&д^ отъ Гортияы, въ 6 кидоы. отъ берега} Гогія-Тріпда— блпат» Фс-стоса.
юрь, внесли влемоптъ чисто тѣлесный или животный, тогда какъ мореплаватели востока
внесли, наоборотъ, элементъ духовный, элементъ идеи, новыхъ взглядовъ, елемоигъ
умственнаго и моральнаго перерожденія.
Самое положеніе Греціи, гдѣ перекрещивается много историческихъ путей, какъ
континентальныхъ, гакъ и морскихъ, ио даетъ возможности вѣрить въ чистоту про-
исхожденія этнической народности эллиновъ. Историки очень часто бываютъ обмануты
національнымъ тщеславіемъ. Конечно, всюду аристократія претеціуетъ ва происхожденіе
пряпі отъ боговъ или, по крайней мѣрѣ, отъ незапятнанныхъ героевъ; ьсѣ города нзъ
самолюбія силятся выдумать себѣ славное имя и знаменитаго основателя и объединяютъ
въ самой иі-торіи города всѣ великія событія, совершавшіяся въ теченіе цикла ихъ су-
ществованія. Но и аристократы, о города, а съ нпми .мѣстѣ и историки упускаютъ
458
изъ виду, что заселеніе городовъ совершалось именно вслѣдствіе прибытія чужеземцевъ,
которые вступали въ ораки съ жепщинімл туземнаго происхожденія. а плѣнныхъ за-
ставляли работать на пользу города, опп же амнистировали и прощали всевозможныхъ
разбойниковъ и преступниковъ. Преданіе сакъ разъ говоритъ памъ, что именпь гакимъ
образомъ Калпъ основалъ Ѳивы, а Тезой построилъ Лопни въ томъ мѣстѣ, гдѣ укры-
вались эти несчастные. «Пароды, идите всѣ сюда»,—вотъ какими словами призывали
прежде герои людей; такой, былъ вхъ кличъ,' когда <>пв хотѣли засолить свой городъ.
Не эта ли причина, очему Гомеръ, къ своемъ «спискѣ кораб ей» (Иліада) лишь однимъ
аѳинянамъ дастъ названіе народа? Выла такая поговорка «не ищите племени», ко-
торая показывала полнѣйшую неувѣренность въ достовѣрноети аристократическихъ
генеалогій.
Оспеннымъ элементомъ, къ которому присоединились элементы пришлые и ь-'родили
историческую націю грековъ, иди эллиновъ—бььіи пелазги, которые, пи преданію,
поселились сясрва, главнымъ ооразомъ. въ Эпирѣ, Ѳессаліи, Аркадіи, а также въ
горныхъ долинахъ и на нѣкоторыхъ острогахъ Архипелага; они сами называли себя
«сыновьями Ликея», пли «Волчьей горы», возвышающейся въ центрѣ Пелопинеза.
Также опи звали себя «людьми черпай земли» и «дѣтьми дубовъ». Отъ природы суровые
и гордые, они были скорѣе осѣдлымъ земледѣльческимъ племенемъ и строителями горо-
дивъ, чѣмъ мореплавателями в торговцами; однако, и опи вели торговлю моремъ со
сновчи сосѣдями, обитателями острововъ Малой Азіа. Легенда о Геркулесѣ свиволизуетъ
собою пелазговъ, такъ какъ имъ обязана Греція грандіозными работами ш приіп со-
бленію почвы для земледѣлія, осушеніемъ болотъ, кишащихъ міазмами, уничтоженіемъ
дикихъ звѣрей, регулированіемъ оросительныхъ водъ, расчищсиіемъ непроходимыхъ лѣсовъ
вь долинахъ, постройкой крѣпостныхъ стѣнъ для защиты. Потомство боготворило ихъ
и считало гигантами, существами сверхчеловѣческими; постройки ихъ ка-шлись имъ
чудеаіычи, такъ какъ они не умѣли имъ въ этомъ подражать. Считали, что высшая
сила руководила ими при постройкахъ, остатки которыхъ тамъ и сямъ высятся еще вь
Греціи. Множество старинныхъ фамилій въ Аѳинахъ изъ тщеславія выводили свою
родословную отъ этихъ автохоніовъ, и во многихъ случаяхъ это такъ и было, если
принять во вниманіе консервативный характеръ земледѣльческихъ Елсменъ. Въ теченіе
вѣкового періода языкъ и религія сохранились неизмѣнными, что видно изъ самихъ
названій боговъ и божествъ. Уже у Пелазговъ былъ івой Зевсъ, котораго они бого-
творили, какъ живущаго среди сине, ы небесъ, а пабокііыіі Павзапій упоминаетъ о томъ,
что Пелазги боготворили также грубо отесанный камни, передъ которыми, даже во
времена римскаго владычества, молитвенно простирались греки.
Среди Пелазговъ, но словамъ Аристотеля, надо искать тѣ племена, которыя
передали названіе «греки» втоіі знаменитой національности, которая >брааовалась изъ
жителей полуострововъ и острововъ юговоеточной Европы.
«Гранкой» или «Гранки», что значитъ «горцы» «Древніе*—«Античные», судя
ио различнымъ этимологіямъ, -были суровое племя, обитавшее въ высокихъ, лѣсистыхъ
долинахъ Эпира. Около анхь жили «селды» или «гелды», предки шиповъ, названіе
которыхъ напоминаетъ «Селену», богиню луны, н Елену, женщину совершенной красоты,
45»
за которую еще въ самомъ началѣ историческаго періода, какъ мы видимъ, бились съ
остервенЬніемъ два иарода. Интересенъ тотъ фактъ, чтп переспана іьвымь своимъ наиме-
нованіемъ Греческая нація обязана гористой странѣ Эпиру, который обыкновенно раз-
Греческія провинціи и Финикійскія колоніи.
I : 7 500 000
о	юо 200 лоо чооКялом»
А Родосъ. С. Критъ (Кппділ >. Н МопоТь (Мяло). О. Сирооі (Гирві. I. Гитіож» (ЪТлрлтопепиЪ К Лои-
носъ (Лимил). Мо Цангойская гора. (Бупаръ-дагь) X. Абдсра. В-Кардатооъ (Окариаито). Л. Тора
(Саиторшгь). Е. Паровъ (Паро). И. Дитора (Кптора, Сориго). «Е Итака (Тіаіш). И То-оот. (Тассо).
О. Лампсакусъ (Ламсакм).
сматрнвается, какъ страна, лежащая за предѣлами собственно Греціи, по причинѣ
варварскихъ нравовъ ею обитателей.
Другая родина Греческой націи—Ѳессалія, гдѣ возвышается Олимпъ, важнѣйшая
священная гора, гдѣ течетъ рѣка Пеней, среди лавровыхъ рощъ. Ѳессалія тоже
4 60
иногда считаюсь страною чуждой. Обитатели ея назывались цеьтаврзми (то-есть погон-
щиками и пастухами воловъ) и играю важную роль въ греческой миѳологіи; въ этой
мѣстности находился маленькій городокъ Гелласъ (Элласъ), отъ котораго получила
чазвапіе вся раса, а па вершинахъ этэй страны, по преданіямъ, было мѣстопребываніе
древнихъ боговъ, титановъ и новѣйшихъ божествъ Пансллипекаго Зевса
Ва, эти доисторическія времена Греція дѣлилась на множество мелкихъ авто-
номныхъ группъ, жившихъ своеЯ собственной полят-іческой жизнью и ногиі”иихъ каждая
особое названіе, даже болѣе, чѣмъ во времена высшаго культурнаго развитія этой
страны. Тогда еще не такъ удобно и легко было сообщаться моромъ, и осѣдлыя, земле-
дѣльческія народности были какъ бы заперты въ узкихъ границахъ своихъ владѣній.
Сь сѣвера къ югу можно прослѣдить по картѣ послѣдовательный рядъ небольшихъ
бассейновъ, совершенно независимыхъ одинъ отъ другого и раздѣленныхъ мижду собой
горными хребтами. Каждая маленькая земледѣльческая республика обладала св«ей рѣкой
или, вѣрнѣе, рѣчкой, протекавшей среди лѣса, своей собственной территоріей, осушенной
для культуры полей, лѣсами, покрывавшими также склоны горъ, своимъ мысомъ, или
уединеннымъ утесомъ, гдѣ возвышался лиоо «акрополь* (крѣпость;, либо храмъ какого
ниоудь божества; у нѣкоторыхъ даже быти удобные заливы и гавани на берегу, пред-
ставлявшіе собою подобіе двери, или выхода во внѣшній міръ. Итакъ, каждая изъ
втихъ автономныхъ общинъ, которыя можно объять однимъ взглядомъ на картѣ, и
которыя, вмѣстѣ съ тѣмъ, совершеипо обособлены, обіадала вгѣми необходимѣйшими
условіями для своего существованія Каждый островокъ на Эгейскомъ морѣ протставлял ь
изь себя въ уменьшенномъ видѣ тоже особый мірокъ, съ ручейками, долинами, хребтами
и скалами. Безполезно перечислять всѣ ип географическія единицы; всякая пзь нихъ
проявила себя въ мшавой драмѣ Греческой исторіи.
Изо всѣхъ этихъ міровъ, живущихъ самостоятельной жизнью, одаяъ проявилъ
себя въ особенности и отличался богатствомъ, высокой степенью цивилизаціи и высокимъ
развитіемъ искусства. Это была народность, называвшаяся мнпіПцы, занимавшая, глав-
нымъ образомъ, богатую долину Кефиза, между Калидромосъ, Эгой в Парнассомъ
столицей ея былъ Орі.оменосъ, находившійся въ томъ мѣстѣ, гдѣ находилось ранѣе
озеро Копангь. Кромѣ этой великолѣпно орошенной мѣстности, въ высшей степени
обладавшей всѣми, нужными для развитія земледѣлія, условіями, у мииійцевъ была была
прекрасная естественная бухта и рейдъ, гдѣ ихъ корабли могли въ полной безопасности
ожидать попутнаго вѣтр>а для плаванія къ Лемносу, Тазоеу нля Гелдепонту, огибая
Эвб₽ю или съ сѣверной стороны, или съ южной. Повидимому минійцы ужо обладали
настолько высокой инженерной техникой, что могли регулировать стокъ водъ озера Копаисъ,
соединивъ его подземными галлереями съ заливомъ Аталанта, черезъ одинл изъ при-
брежныхъ хребтовъ. Она, такимъ манеромъ, достигли того, что увеличити свою терри
торію, расширивъ при этомъ дуга в моля, и  чистили свою почву отъ протекавшихъ
раиѣо болотистыхъ водь, заражавшихъ воздухъ міазмами Когда народности, послѣдова-
тельно населявшія эту мѣстность послѣ мииійцевъ впродолжсвіи трехъ тысячъ лѣтъ,
перестали заботиться о благополучіи этой страны, ю лихорадки, заразныя болѣзни и
нищета скоро привели се въ печальное состояніе; жить тутъ стало опасно, такъ какъ
161
почва стала нездоровой, а возіухъ вреднымъ. Мною потребовалось труда о искусства
современной техпикя, чтобы возстановить п.юіы трудовъ и работъ минійпевъ.
Полуостровъ Арголвда, па сѣверо-восточномъ углу Пелопоноза, врѣзывается между
Рельефъ Эгейскихъ странъ.
I 7 500 000
------  ,  , . —_______________	,
О-----ІОО	200	-300__«ооКи/іом.
двумя заливамп въ море;поблизости его рагпоюженъ тритій заливъ, а именно Корияискій
тамъ также жили просвѣщенппыя племена, которыя въ началѣ временъ историческихъ
было именно такими народностями, отъ которыгъ произошли, въ свою очередь, и греки.
Пмъ принадлежала гегемонія падь такъ называемыми аіейцзми во времена мноическон
войны съ Троей; Агамемнонъ, пастырь народові, былъ паромъ Аргоса. Этотъ полу-
островъ очень похожъ на островъ, а потому легко доступенъ го всѣхъ своихъ сторонъ,
гораздо болѣе, всякомъ случаѣ, чѣмъ увкая долина, гдѣ жили мяиійцы; онъ испы-
462
тывалъ ва себѣ вліяніе пришельцевъ съ моря н даже съ береговъ стдалсянытъ рѣкъ;
здѣсь находимъ мы слѣды цивилизаціи острововъ Архипелага, Кипра и даже Малой
Азія Въ первыя времена исторіи поражаетъ именно это почти исключительное вліяніе
Азіи на цивилизацію Аргоса. Туземные обитатели, еще недостаточно искусные, чтобы
' строить хорошо укрѣіылвиыс города, во желала, однако, подражать пелазгамъ нутренней
части страны, которые строили, нагромождая неотесанные камни, а поэтому призвали
циклоповъ изъ Анатолійской Ливіи, поручивъ имъ возвести для ссол укрѣпленія.
Такимъ образомъ именно пришельцы изъ Малой Азіи и возвели стѣны Тирнноа и Микенъ;
имъ же приписывается барельефъ «львовъ* у знаменитаго входа въ царей акрополь,
который является примѣромъ искусства первооытнаго, еще недоступнаго грекамъ.
Всякаго рода сношенія установились между различными оощвнаии, расположен-
ными на двухъ противоположныхъ берегахъ Эгейскаго моря, европейскомъ и азіатскомъ,
и приняли уже въ эти отдаленныя времена характеръ настолько постоянный, что Черное
море, иди, какъ его знали, ІІоніь-Евксвнскій, уже подпало вліянію Греціи. Язонъ, ко-
торый является символомъ этого распространенія минійцевъ, аргойцевъ и другихъ эл-
линовъ, вмѣстѣ съ героями другихъ расъ, населявшихъ Грецію, побѣдилъ волшебныя
силы, защищавшія входъ въ невѣдомое море, и послѣ ряда чудесъ похитилъ «золотое
руно». Такимъ образомъ греки поселились въ странѣ, чуждой и далекой отъ ихъ оте-
чества, пе менѣе какъ въ десяти тысячахъ стадій отъ родныхъ долинъ, на золотонос-
ныхъ рѣкахъ Кавказа. Этого рода промышленность и торговля становятся вскорѣ уже
необходимыми для гроковъ, и даже эллипы, обители острововъ Архипелага, начали при-
нимать въ ней участіе; подробности миоа объ аргонавтахъ какъ разъ сввгѣтыьствують
опъ этомъ фактѣ. Если корабль аргонавтовъ назывался Аргосъ, по имени могуществен-
нѣйшаго города южной Греціи, то Язонъ, начальникъ этой экспедиціи, по происхожденію
ѳессаліецъ, и отправились аргонавты изъ гавани Іолхвсъ у подножія Пеліона. Кусокъ
отточеннаго дерева, дуба Доданы въ Эпирѣ, даетъ предсказаванія, какъ тотъ лѣсъ,
вь которомъ этотъ дубъ росъ; это Падлата, имя которой впослѣдствіи стало
тождественнымъ съ Аеиной, дающая указанія при постройкѣ судна; далѣе, Геркулесъ,
сынъ земли, подобно пелазгамъ, ведетъ корабль и охраняетъ его отъ опасности, между
тѣмъ какъ ѳракіецъ Орфей услаждаетъ а ободряетъ гребцовъ пѣснями и игрой ва лирѣ.
Какъ будто всл Греція, псѣ земли предковъ цѣликомъ направляющія къ районамъ
Кавказа.
Однако, первоначальный миѳъ объ этомъ походѣ совершенно пе носить въ себѣ
понятія о торговлѣ и коммерціи; многое мѣняется п получаетъ свой смыслъ лишь по
прошествіи извѣстнаго періода времени и благодаря вліянію окружающей среды, Безъ
сомнѣнія, древнѣйшая форма этого миѳа но имѣла никакого отношенія къ золотымъ
заложимъ Колхиды: стихп Мимнерма, которые относятся къ эпохѣ, на двадцать пять
вѣковъ предшествовавшей нашему времени н о которыхъ упоминается въ «Географіи»
Страбона, говорятъ намъ о «быстромъ бѣгѣ солнечныхъ лучей», которые «находятъ
покой на золотомъ ложѣ». Очевидно, мнеь этотъ «солнечный* и «золотое ложи», нахо-
дящееся то на западѣ, то иа востокѣ, ничто иное, какъ колчанъ со стрѣлами, поло-
женный ва мѣсто послѣ гою, какъ ботъ окончилъ свой бѣгъ по небу. Бъ сумерки
463
онъ складываетъ игъ на кучу пурпурныхъ облаковъ; на зарѣ онъ «адова беретъ ихъ и
снова начинаетъ свое тріумфальное шествіе, Гдѣ же находяіея эти доспѣхи солнца? Да-
леко за горизонтомъ, гдѣ горятъ утренняя и вечерняя зари. Со времени наступленія
вѣковъ болѣе практическихъ узкіе умы, вродѣ Страбона начали видѣть въ лучахъ
Центанръ н Ланитъ.—Фризъ Пантеона.
солнца олицетвореніе настоящихъ золотыхъ стрѣлъ, а въ сокровищѣ, добычѣ Язона—
золотое руно ові-цъ, сіяющее золотыми слитками. Съ точки зрѣнія географа, изучающаго
зту эпоху, весьма п>лезно изученіе рааінчныхъ версій по поводу возвращенія аргонав-
товъ, о которомъ толкуютъ многіе авторы, какъ лирики, такъ н драматурги.
Всѣ писатели и историки этого долгаго эпическаго періода силятся въ своихъ
разсказахъ упомянуть всѣ мѣстности земн-то шара, которыя были имъ извѣстны. Ге-
164
зіодъ, напримѣръ, говорить, что еудно Арго поднялось по рѣкѣ Фазъ затѣмъ пришлс
въ рѣку Океанъ и пойесгось по нему кругомъ свѣта вплоть до южной 'крайни Ливіи,
откуда, уже черезъ пустыню, попало опять въ одинъ изъ залавовь Средиземнаго моря.
Другая версія та, что отъ устья Танаиса оиѵ отправилось тѣмъ же путемъ до воротъ
Геркулеса; о болѣе вѣроятномъ направленіи разсказано у Аполлонія Родосскаго; онъ
заставляетъ Арго проникнуть въ Истеръ, или Дунай, откуда по развѣтвіеніямъ различ-
ныхъ рѣкъ и иіъ рукавовъ ов- достигло Придана, илп Иадуса (По), затѣмъ Родапуеа
(Ропы). Онъ заставляетъ «го далѣе пройти въ Лигурію и въ страну вольтовъ, Адріа-
тическое и Тирренское моря, посѣтить островъ Эльбу, минуя Неаполитанскій заливъ п
другія опасныя мѣста, гдѣ слышится пѣніе сиренъ, послѣ чего опо счастливо избѣгаетъ
опасностей Мессинскаго пролива и дохедичъ до Ливіи в до озера Тритона, которое
археологи стараются отыскать да берегахъ Туниса.
Въ мииѣ объ аргонавтахъ ясни видны всѣ тѣ географическія позванія, которыми
обладала греки въ эпоху начала историческаго періода всѣхъ обитателей береговъ и
острововъ Средиземнаго моря. Это — документъ первостепенной важности, который
дополняется разсказами о приключеніяхъ Улисса; сюда-Жі можно отнести таблицу на-
родностей, о которыхъ упоминается въ книгѣ Бытія, хотя этнографическій обзоръ н по-
знанія семитовъ П" этой части носятъ болѣе узкій характеръ. Евреи усиленно старались
возстановить, главнымъ образомъ, собственную свою генеалогію и объяснить свов отно-
шенія къ другимъ народностямъ - отношены, основанныя иногда на родствѣ, а иногда
на какой-то наслѣдственной ненависти; они изучали міръ в смотрѣли на него очень
узко а именно, лишь съ точки зрѣнія избраннаго парода, тогда какъ греки, болѣе
любознательные и находившіеся видъ вліяніемъ мііружавш>'й ихъ живописной природы,
разсматривали все чкружавшес ихъ съ точки зрѣнія объективной и искали но столько
собственнаго прославленія, сколько свѣта в истиннаго знанія. Эта разница между двумя
упомянутыми расами вполнѣ понятна, такъ какъ одна жила въ узкомъ пространствѣ,
окруженномъ пустынями, а другая была подвижна вслѣдствіе окружающей ее среды,
позволявшей ей съ легкоітью перемѣщаться и путешествовать іо иамѣнчигымь волнамъ
Средиземнаго моря.
Частыя столкновенія интересовъ и честолюбивое соперничество, которыя, конечно
неминуемо должны были разниться среди жиделей противоположныхъ береговъ Эгейскаго
моря, привели къ тому, что равновѣсіе ныло нарушено, и послѣдовалъ рѣзкій разрывъ;
такъ можно объяснить Троянскую войну. Здѣсь мы видимъ, что большинство западныхъ
грековъ подъ предводительствомъ ахейцевъ вторглись въ Малую Азію и перенесли туда
войну; тамъ они натолкнулись я веля долгую борьбу съ Дарданойскимв народностями,
а именно аравійцами Гемуса и фригійцами внутренней Анатоліи. Нельзя сказать, сколько
времени продолжалась эта убійственна.; война, которая навсегда запечатлѣлась въ
памяти потомковъ, благодаря пѣснямъ Гомера и рапсодовъ; нельзя также съ увѣрен-
ностью сказать, что городъ Троя, вокругъ которой жестокій побѣдитель влачилъ трупъ
Гектора, былъ однимъ изъ городовъ, откопанныхъ Шлиманомъ па холмѣ Гиссарлпкъ; ни
одна надпись не указываетъ, что вменьо здѣсь было открыто «Сокровище Пріаыа*; такимъ
образомъ вамъ остаются неизвѣстными какъ эпоха, такъ и мѣсто существииапія шаые-
4С5
питаю Иліона. Несомнѣнно, впрочемъ, что былъ какой-то толчекъ, взбудоражившій
разомъ всѣ народы Эллады я Малой Азіи, несомнѣнно также, что узкіе бассейны Си-
монса м Скамандры. достигающіе входа въ Геллеспонтъ, были именно ареной, гдѣ нро-
Беотія и Цефизская долина.
I. 1000 000
- ___________________
о ю	зо	воКилом
исходили эти столкновеніи; развалины, погребальныя урны, остатки выжженищк городовъ
громко свидѣтельствуютъ о важности тѣхъ событій, которыя происходили КоГДа-10 вь
этой сѣверо-западной оконечности Малой Азіи. Быть пожегъ, возможно согласить про-
тиворѣчивыя свѣдѣнія и толкованія различныхъ ученыхъ, если придерживаться того мнѣнія,
ЭДИЗЕ РЕКЛЮ. ВЫП. Ш	30
406
что было нѣсколько «Троянскихъ войнъ». Тогда эпопея Гомера символпзуеть пѣлый
длинный періодъ, во время котораго Греческіе корсары дѣлали вопш-гвенные набѣги на
богатыя земли Дардапім. Иногда »нп побѣждали, иногда сами бывали побѣждаемы, но
въ коштѣ концовъ имъ. удалось овладѣть нѣкоторыми непріятельскими крѣпостями, в
оттѣсненные троянцы вынуждены были удалиться въ чужія страны и тамъ искать себѣ
прибѣжища Часто, такимь майоромъ, народности складываютъ легенды и эпопеи ивъ
превратностей въ исторіи ихъ собственной судьбы.
Придерживаясь точно всего разсказаннаго въ Иліадѣ, придется признать весьма
близкое родство между вторгшимися греками и троянцами Нравы и обычаи, повидимому,
были совершенно тождественны; переговоры между двумя враждующими лагерями ведутся
па одномъ п томъ же языкѣ; божества, которымъ возносятся м> дспін н приносятся
жертвы, правда, неодинаковы, но и тѣ, в другія возсѣдаютъ на іі.гвмпѣ. Историки, вс
безъ основанія, утверждаютъ, опираясь на текстъ пѣсенъ, что не было большой разницы
въ расѣ тѣхъ войскъ, которыя оспаоивалп другъ у друга Иліонь. Но эпопея—все же не
историческій документъ; въ ней сооытія часто являются измѣненными, какъ въ театрѣ,
н она придаетъ вмъ одинаковый языкъ и общность среды; все это является необхо-
димымъ условіемъ популярности и распространенія; невозможно требовать, чтобы два
героя, обуреваемые страстями и ненавистью, объяснялись бы черезъ переводчика. Въ
рыцарскихъ романахъ постоянно крестоносцы и сарацины говорясь на одинаковомъ
языкѣ, точно такъ же и поэтъ древнихъ временъ, пе стѣсняясь, заставляетъ оесѣдовать
на одномъ н томъ же языкѣ грековъ, троянцевъ и союзниковъ этихъ послѣднихъ, при-
шедшихъ имъ па помощь изъ внутренней части Азіи. Возможно, что это различіе между
нарѣчіями, обуазомъ мыслей и нравами враждующихъ сторонъ было очень значительно
возможно, что до извѣстной степени Троянская война является символомъ столкновеніи
интересовъ Европы и Азіи, подобно тѣмъ, которые вызвали позднѣе войны Чилійскія
(Персидскія). Вспомнимъ начало исторіи Геродота. Уже съ первыхъ словъ о первона-
чальныхъ временахъ, этотъ великій цутсшествнішікъ устанавливаетъ этническое различіе
между европейцами и азіатами и проводитъ аналогію между персами и троянцами,
возможно, что эта наслѣдственная ненависть в была одной изъ причинъ, почему греки
разрушили Иліонъ.
Какъ бы ни было, но ходъ цивилизаціи былъ общій для всѣхъ прибрежныхъ оби-
тателей Эгейскаго моря, какъ восточныхъ, такъ и западныхъ. И тѣ, и другіе далеко
ушли отъ періода каменнаго вѣка; они находились какъ разъ въ періодъ вѣка брон-
зоваго, хотя имъ было ужо извѣстно употребленіе желѣзнаго оружія Прекрасные стихи,
значеніе которыхъ не могли умалить прошедшія три тысячи лѣтъ, встрѣчаются въ
Одиссеѣ (XVI, 291; XIX, 18): «Само собой прилипаетъ къ рукѣ роковое желѣзо. Это
выраженіе повторяется, что указываетъ, что оно стало уже поговоркой, а также, что
въ то время воины уже пользовались желѣзнымъ оружіемъ, т. е. тѣмъ же металломъ,
которымъ яыиѣ пользуются для уоійства палачи и воины, рубящіе другимъ людямъ
головы, руки и ноги. II) свидѣтельству самихъ грековъ, честь открытія желѣза при-
надлежитъ азіатамъ, равно какъ и техника его обработки. Съ древнѣйшихъ временъ
талибскіе рудокопы, жившіе на южномъ берегу Понта Евксинскаго, близь устья Ириса.
467
славились выдѣлкой оружія; оии даже пробовали закалять желѣзо и, такимъ образомъ,
превращать его въ сталь; отсюда и продуктъ ототъ получилъ названіе «халибсъ».
Война, бившая столь несчастной для троянцевъ, которые были отчасти перебиты,
отчасти проданы въ рабство въ отдаленныя страны, было обильна печальными послѣд-
ствіями и для грековъ и принесла имъ одни лишь бѣды н несчастья. Въ то время,
какъ цивилизованныя мелкія государства южной Греціи посылали своихъ достойнѣйшихъ
Стоиаствовапія 5 пасса м путь арганавтовъ.
----> > путь улиссл	путь аргонавтовъ «—х—
I. 40 000 000
е «іо іоо	кюс	і»оо К ил а м.-
Л. Улиссъ высаживается в п Троѣ п устраиваетъ пиратскую экспедицію иа берега Ѳровіп. В. Отравы
Лотофаговъ, о-въ Джерба. О. У Зода, Стрямболп. Ро У Цирцеи (гора Цпрщк>, близъ Торрацппы),
потомъ паоѣщоиіо страны мертвыхъ /Аверпл); новое посѣщеніе Цирцеи; путошествопшпсъ напра-
вляется къ Массивѣ, пересѣкая море Сиренъ (между Капрп и берегомъ Италіи). О.Хврибда и < шілля
(Мессинскій проливъ) и о-въ Солнца (Тоормана). Н. У Кагпгпсо, о-въ Дорегіпп», у подножіи обезь-
янкой горы, на западъ отъ Сеуты, Т. У Апкппоя и Навзпклп, Корцирв. Л. Возвращеніе въ Итаку,
послѣ 10-лѣтияго путешествіи, а. Іолхосъ Ъ. о-въ Эльба.
людей и тратили аа это всѣ свои сродства, сѣверные варвары-дорійцы воспользовались
слабостью своихъ сосѣдой и, отчасти, родственниковъ и захватили южные предѣлы,
обѣднѣвшіе вслѣдствіе войны и лишенные возможности защищаться; возникло новое
переселеніе и передвиженіе греческихъ народностей. Трехугольная форма Балканскаго
полуострова обусловливала то, что народности были оттѣсняемы къ югу; всякое движеніе
начиналось обыкновенно на сѣверѣ и способствовало вторженіямъ, которыя происходили
отъ долинъ Гсмуса и Пинда на направленію къ Ѳессаліи и Эпиру, а отсюда распро-
странялись къ берегамъ Коринѳскаго залива и къ Пелопонезу. Этимъ путемъ пришли
463
пелээги, наводнивъ гобой южныя области, аргсйцы съ сѣвера, поселившіеся у подножія
Іѣіимпа и н-ослЬдствіи занявшіе южную часть полуострова, такъ называемую Аргллиду.
Гомеръ едва упоминаетъ о дорійцахъ, которые быти пи что лное, какъ небольшія
и неапачушія племена горцевъ н даже пе входили въ составъ собственно греческихъ
народностей. Ві- время распрей между культурными племенами Греція и значительнаго
ослабленія южныхъ государствъ имъ удалось случайно возвыситься и въ продолженіе нѣ-
сколькихъ столѣтій играть видную роль. Предводительствуемые Ахейскими принцами,
которыо выдавали себя за «сыновей Геркулеса» и желали, во что бы то ни стало,
вернуться на родиву побѣдителями, дорійцы охоіно покинули свой суровый край и бодро
отправились завоевывать себѣ страны, залитыя веселымъ свѣтомъ солнца. Изъ земле-
дѣльцевъ и пастуховъ оия превратились въ разбойниковъ и грабителей, къ чему, впрочемъ,
должна была располагать суровость нхь прежней жизни па родинѣ и дикая среда. Онп
привыкли жить «не плугомъ, а «желѣзомъ, своихъ копій»: земли, рабовъ, богатства—
все добыли они съ копьемъ вь рукѣ; повпдимому, длинныя копья обезпечивали имъ
п побѣду; ахейцы пускались вь атаку въ безпорядкѣ, какъ и герои Гомера, осыпая
противниковъ хвастливой бранью и ругательствами, тогда какъ дорійцы наступали въ
глубокомъ моічавіи, тѣсными колоннами, словно двигающаяся стѣна; это было нѣчто вродѣ
той Македонской фаланги, которая, нѣсколько вѣковъ спустя, быта принята Филиппомъ.
Нѣсколько поколѣній переживали послѣдовательно эти дорійскія вторженія и, судя
по разнымъ указаніямъ, которыя согласуются между собою, 'тп вторженія было просто
продолженіемъ того давнишняго движенія, которое привело собствепп- эллпповъ, или,
вѣрнѣе, царей и полководцевъ, побѣдителями вь страны пелазговь. Это были люди
съ большими голубыми глазами, съ развѣвающимися золотистыми волосами, удлиненнымъ
черепомъ и прямой линіей носа. Эти довкіо и сильный люди, которыхъ такъ охотно
изображаютъ поеты и скульпторы, могли быть именно тѣми «Гиперборейцами», пересе-
ленцами съ сѣвера, которые сродни германскимъ и скандинавскимъ племенамъ. Они
приходили въ различныя эпохи, но всегда побѣдителями, н считали себя настоящими
греками, хотя численность ихъ далеко ни достигала численности туземныхъ обитателей,
п ямъ приходилось утрачивать свой типъ и дѣлаться похожими на темноволосыхъ людей,
которые составляли основу греческой національности. Имъ удалось, одиако, сохранить
свой языкъ, общій пи корню съ арійскимъ, на которомъ говорили сѣверные обитат'-ли
Иранскаго плоскогорья.
Послѣ сильнаго переворота, вызваннаго вторженіемъ дорійцевъ, которое называется
также «возвращеніемъ Гераклитовъ», равг^вѣсів континентальной Греціи и Поло -теза
было совершенно нарушено Собственно «Дорида», или та мѣстность, которую занимала
Дорійская національность, находилась въ чпрхпей нагорной части, откуда вытекаетъ
Ксфнзь Беотійскій, между Каллндромомъ и Нарпассомъ; тамъ поселились собственно
доріяцы и тамъ же имъ удалось лучше всего сохранить свои первоначальные правы и
обычаи; іви обрабатывали тамъ суровую, бѣдную почву долинъ, которыя они захватили.
Но большая часть вторгшихся колоннъ пошла далѣе п овладѣла Фомдой вплоть ди Ко-
рзнвекаго залива, затѣмъ, мипуя хорошо защищовную Атліку, укрѣпилась въ Пслп-
понезѣ, Мегарѣ и КоринеЬ, послѣ чего мало по-чалу, тѣсня, избивая и порабощая
468
мѣстныя народности, силой своихъ копій утвердила Дорійское владычество въ древнихъ
царствахъ п пастушескихъ общинахъ на востокѣ и въ центрѣ этою полуострова.
Лрголнда и Лаконія сдѣлались центральными пунктами во время этого владычества
дорійцевъ, хотя въ этихъ мѣстностяхъ раса не сохранилась въ чистотѣ; позже цари
Спарты сами гордились своимъ ахейскимъ происхожденіемъ. Области Полоповеза, которыя
отчасти или даже цѣликомъ лзоѣжалв Дорійскаго вліянія —были лишь гористыя мѣст-
ности ва сѣверѣ и въ центрѣ. Ахейцы, оттѣсненные въ долины Киллоны я Эриманта,
тѣсно расположились вблизи Коринескаго залива; аркадскіе пастухи, заключенные въ
горахъ, какъ въ укрѣпленіяхъ, въ самомъ центрѣ Нелононеза оставались долго своб>д-
Гречѳская тріэр.ъ.
пымн среди лѣсовъ и луговъ и, если мессепцамъ и пришлось въ концѣ концовъ под-
чиниться жестокимъ законамъ побѣдителей, то это было лишь послѣ долгаго и упор-
наго сопротивленія.
Что же касается Элиды, этой богато орошенной страны, то она была совершенно
открыта для дорійцевъ и вскорѣ подчинилась царямъ расы побѣдителей, которые за-
то вступили въ соглашеніе съ конфедераціями городовъ. Гораздо ранѣе, нежели Олим-
пійскія игры стали । разднествамн всей Греціи, Элида стала всѣми почитаемой страной,
благодаря священному храму, основанному миѳическимъ Пелопсомъ, и всенароднымъ
шрамъ, которыя сдѣлали его еще болѣе извѣстнымъ. Такимъ образомъ страна эта была
пощажена свирѣпыми дорянами, а позднѣе ей тоже удалось избѣгнуть набѣговъ и хи-
щеніи, несмотря на огромныя богатства, стекавшіяья туда благодаря вѣрующимъ и
гвмвастамъ, участникамъ игръ. Точно также маленькое государсть-' съ другой стороны
470
Коринескаго залива—священныя Деіьфы, благодаря своему удивительному оракулу,
удержало свою независимость и сохраните свли сокровища.
Великое Дорійской вторженіе внесло большое движеніе, и народамъ пришлось
И і с т о Г р о п.
і: ьоооос
О 5	10	15	20	25 Килом.
переселяться даже по другую сторону проливовъ и морей, въ особенности же послѣ
захвата дорійцами портовъ и гаваней Пелопонеж. 'Гакъ, іонійцы, которые оказались
слишкомъ стѣснены въ узкой полосѣ Аттики, принуждены были искать себѣ новаго
отечества на берегахъ Малой Азіи; прекрасные гороха возникли на берегахъ защищен-
ныхъ залиговъ. на легко доступныхъ мысахъ, при ч»мъ нѣкоторые изъ нигь вскорѣ
471
сдѣлались важными торговыми пунктами, а также центрами просвѣщенія я науки, на-
столько значительными, что едва ли не соперничали съ Аоинами въ Европѣ. Въ втой
части древвдго міра возникло важное историческое движеніе съ запада на востокъ,
какъ разъ обратное тому нормальному движенію всякой цивилизаціи, которое мы при-
выкли считать идущимъ на западъ. Богатый расцвѣтъ культуры, который наблюдается
на берегу Малой Азіи, разумѣется, имѣетъ свои причины; главной изъ вигъ надо счи-
тать тоть фактъ, что добровольными изгнанниками Европейской Греціи являлись люди
выдающіеся н высоко интелли-
гентные. Какъ бы ни были
благопріятны условія новой сре-
ды, ио колоніи, основанныя
людьми съ непоколебимыми
убѣжденіями п страстнымъ ха-
рактеромъ, поддерживавшими
ихъ въ бѣдѣ, всегда должны
завоевать себѣ уважаемое поло-
женіе въ политической жизни
народовъ. Тѣмъ не ыепѣа ѳтн
достойные люди попали въ пре-
красныя условія, и въ нѣкого-
рыхъобстолтельствахъ имъ какъ
бы помогала сама природа.
изрѣзанные берега Малой
Азіи, плодородныя долины кото-
рыхъ подходятъ къ самому бе-
регу, острова, расположенные
цѣпью параллельно побережью
и образующіе какъ-бы вторую
береговую линію впереди первой,
богатую естественными бухтами
и портами, все вто, вмѣстѣ
взятое, сильно отличается своей
природой отъ суровой природы
высоко-лсжащпхъ плоскогорій
прерываемыхъ лишь бассейнами
который и въ географическомъ,
Типы греческихъ гороепъ.
Анатоліи, пустынныхъ, однообразныхъ и безплодныхъ,
соленыхъ озеръ, п образуетъ цѣлый отдѣльный мірокъ,
и въ историческомъ отношеніи представляетъ изъ себя
настоящую Азіатскую Грецію; только вга вторая Эллада отличалась отъ первой своей
величиной. Земли Азіатской Греціи раскинулись широко и отличаются плодородіемъ и
прекрасными почвенными условіями, въ смыслѣ орошенія, отъ узкихъ бассейновъ Пело-
поиеза н Бестіи. Рѣки, изобилующія водой, протекаютъ тутъ, давая влагу, необходимую
для орошенія втой мѣстности и представляя собой также легкій и удобный путь сооб-
щенія съ внутренними плоскогорьями, а, слѣдовательно, и съ обитателями Тавра.
472
Изъ всѣхъ городовъ этой Азіатской Эллады Милетъ прославится своопъ пр«д-
пріпмчивымъ духомъ и высокимъ развитіемъ цивилизаціи Впрочемъ, у него были къ
тому всѣ данныя
Расположенный какъ разъ па судоходномъ пути, ведущемъ отъ входа въ Геллес-
попгъ по направленію къ острову Криту, онъ стоялъ, кромъ того, у выхода изъ самой
широкой, длинной н плодородной изъ долинъ западной части Малой Азіи, Такимъ
образомъ Милетъ находился въ самомь благопріятномъ мѣстѣ, гдѣ именно и долженъ
былъ происходить всякаго рода обмѣнъ между народностями береговъ Эгейскаго моря
н внутренними странами, каковы Фригія и Каппадокія, такъ что мореплаватели, кото-
рые слѣдовали другъ за другомъ по Средиземному морю, иапр., фпшікіянс, критяне,
карійцы, а пизднЬо іонійцы, занимали поочереди Милетскую гавань, придавая ей этимъ
самымъ характеръ космополитическій и помогая развитію здѣсь въ высшей степени тор-
говой предпріимчивости. Осторожные жители Милета, стремившіеся главнымъ образомъ
къ богатству, не пускались на завоеванія и побѣды: хотя вто не представило бы для
лихъ большой трудности, но они избѣгали углубляться въ сторону плоскогорья, веду-
щаго къ долинѣ Меандра и ограничивались ролью посредниковъ въ тортвів, пользуясь
морскимъ путемъ лпшь для того, чтобы добывать сырой матеріалъ, необходимы і для
ихъ промышленности, у далекихъ народпосіей.
Однако, они владѣли и сухимъ путемъ, который давалъ имъ возможность
избѣгать Дардапчльскаго пролива, гдѣ зачастую свирѣпствоваіи бури и дулъ противный
вѣтеръ. Пни укрѣпились въ Скепсисѣ, передаточномъ пу пкгѣ между заливомъ, защищен-
нымъ со стороны Архипелага островамъ Лесбосомъ и Кимкскимъ заливомъ отъ Про-
понтиды. Вскорѣ Черное море стало исключительно достояніемъ милі-тянъ. Начиная съ
Гелеспонта и до Херсонеса Таврическаго и до подножья Кавказскаго хреота, ши осно-
вали около восьмидесяти пунктовъ, изъ которыхъ многіе были расположены такъ удачи,-,
что вскорѣ уже сдѣлались значительными городами и сохранились вплоть до пішнхъ
дней, невзирая на всѣ превратности исторіи. Что касается самой метрополіи, города
Милета, то тѣ преимущества, которыми его наградила природа, существовали сравни-
тельно короткое время, и въ одинъ прекрасный день Милетъ долженъ былъ или исчез-
путь, или перенестись въ другое мѣсто; наносы рѣки Меандра все болѣе заполняли
воды Латмпккаго залива и окрузіплп самый городъ какъ бы кольцомъ болотъ, такъ
что въ настоящее время даже развалины сго находятся глубока подъ землею.
Сколько такихъ городоиъ, іонійскихъ, эолійскихъ и дорійскихъ основалось, по
добно Милету, па счастливыхъ берегахъ Малой Азіи и па близъ лежащихъ островахъ!
Въ юго западномъ углу Анатолійскаго полуострова возникъ городъ Га іикарнассъ—<Крѣ-
пость на морѣ». Храмъ богини Діаны возвышался иъ Эфесѣ, который вскорѣ побѣдилъ
и пріобрѣлъ къ свое владѣніе огромныя пространства па сушѣ, въ то время какъ
Милетъ стремился, посредствомъ многочисленныхъ юртовыхъ пунктовъ, утвердить свое
господство на морѣ. Самосъ, Смирна, Хіосъ, Фокея, Кумы или Киме, всѣ эти имена
не менѣе знамениты и извѣстны въ исторіи, чѣмъ имя города Милета, при чемь каждый
изъ пихь служилъ метрополіей для множества другихъ городовъ и селеній по берегамъ
Средиземнаго моря. Всѣ восточныя эллинскія в >л нін имѣли объединяющія ихъ пунктъ—
473
островъ Дологъ, гдѣ съ иозапамятпихъ временъ нроисходвлп большія религіозныя празд-
нества и гдѣ западные эллины, аоиняно и халкпдянс встрѣчались съ родстяениымя имъ
псресолеевцамн, эмигрантами.
Греческія племена послѣ нашествія допійцввъ.
ЭОЛІЙЦЫ

АХЕЙЦЫ ІОНІЙЦЫ
ПШШ
I 4000 000
ДОРІЙЦЫ
9ЯШ
I-...----------		-- -
о з"- іэо ійо 200 гзоКилсм
При переселеніяхъ греки, обладаніи)0 пылкимъ, живымъ воображеніемъ, любили
находить причины сноого переселенія въ словахъ и указаніяхъ пракула Аполлона'Дсль-
фійскаго, между тѣмъ какъ истинныя причины были, конечно, мсопомнчвскія, обще-
ственныя н политическія. Классовая ненависть, соперничество между порвлпотяующими
474
фамиліями, по достатокъ въ землѣ и поляхъ, потеря пли уменьшеніи территоріи вообш-,
сто со. времени вторженія дорійцевъ, словомъ, все вмѣстѣ взятое именно и было при-
чиной эмиграціи.
Самая извѣстная эмиграція была та, послѣ которой ва берегахъ Малой Азіи ра
зонъ были основаны ідвѣнадцать Іонійскихъ городовъ». Но свѵлькп людей кромѣ того
устремилось изъ Ѳракіи въ Сицилію, а изъ Сициліи къ далекимъ берегамъ океана!
Стремленіе къ подражанію н жажда новыхъ впечатлѣній были сильнымъ факторомъ въ
этомъ стремительномъ движеніи. Мо-пдежь съ легкимъ сердцемъ покидала свое отечество;
море казалось заманчивымъ путемъ, и надежда на счастливыя случайности судьбы всегда
жила въ смѣлой, безстрашной душѣ эллина. Спрашиваемый оракулъ отвѣчалъ, конечно,
такъ,	какъ было желательно тому, кто	къ нему обратился, и	вотъ пѣтыя легкія фло-
тиліи	пускались	по морю въ страны, о	которыхъ	люди зпали	по разсказамъ, да и то
полнымъ чудесъ, и гдѣ впослѣдствіи опп устраивались такъ же, какъ въ своемъ ста-
ромъ	отечествѣ.	Вѣдь острова Массилів	походили	ва Фокою, а	ручей Аротузы въ Сира-
кузской Ортигіи	имѣлъ полпос сходство	съ рѣкою	Алфой! Все	кругомъ напоминало имъ
родину природой; всюду можно было построить подобный же акрополь, храмъ и алтарь.
Колоніи эти, основанныя молодыми и смѣлыми припн.іьпами, преисполненными
сознанія собственной силы и превосходства надъ «варварами», представляли изъ сабя
общины, пользующіяся полной свободой и почти ничѣмъ не связанныя съ метрополіей;
но даже эта самая: свобода давала ямъ извѣстную общность съ ихъ отечествомъ, что
выражалось въ общемъ уровнѣ культуры и въ общности традицій. Въ этомъ отношеніи
можно провести аналогію между этими колоніями и ихъ метрополіей и Канадой, Австра-
ліей, или Новой Зеландіей по отношенію къ Великобританіи. Хотя онѣ н были раз-
сѣяны всюду по берегамъ Средиземнаго моря на ооіьшомъ протяженіи, среди мѣстностей,
рѣзко различающихся климатомъ и окружающими народностями, говорящими на другихъ
нарѣчіяхъ и имѣющими другіе нравы, тѣмъ не менѣе Греческія колоніи ревниво пхра-
нялп всѣ преимущества своей расы в цивилизаціи; опѣ оставались всегда какъ оы пред-
ставнтельадцами Эллинскаго міра, съ которымъ поддерживали торговыя сношенія. Въ
эпоху іысшаго расцвѣта Греціи онѣ принимали горячее участіе въ умственномъ и идей-
номъ философскомъ движеніи, которое охватило всю Европейскую Элладу, а также
острова и часть Малой Азіи. Знаменитыя игры, празднуемыя метрополіей въ Дельфахъ,
Олимпіи, Пстмѣ и Аѳинахъ, значительной частью обязаны моральнымъ своимъ значе-
ніемъ тому, что онѣ какъ бы способствовали объединенію всѣхъ эллиновъ. Вазы, .при-
сужденныя вь награду на играхъ Панаееш Йскнхъ, находятся повсемѣстно въ колоніяхъ
греческаго міра—напримъръ, ьъ Сициліи, Кнренаикѣ и Италіи, такъ же какъ и въ
самой Греціи, что ясно доказываетъ, что чемпіоны стекались на игры также и изъ
колоній.
Великое переселеніе, которое было вызвано вторженіемъ дорійцевъ, послужи о
лишь на пользу и дало прекрасные результаты, какъ мы это видимъ изъ исторіи гре-
ческой цивилизаціи, такъ какъ сильно расширило предѣлы этой народности и ея языка,
почти половина пространства Средиземнаго моря п щпала вліянію небольшого Эллин-
скаго полуострова; сколько городовъ, по происхожденію варварскихъ, хвалилось, приписывая
475
стбі прою хожденіе оть греческихъ колоній, вплоть до нынѣшнихъ ирландцевъ, которые
даже въ наше время серьезно считаютъ себя милстянами! Въ чуждыхъ странахъ, вдали
Аѳинская агора.—Портикъ Аѳины Архѳгитно, патронессы города (I в. до Р Хр.).
отъ побѣжденныхъ городовъ в разоренныхъ селеній, различныя подрасы, на которыя
дѣлилась Греческая нація, какъ-то дорійцы, іонійцы, ахейцы, волійцы, пріучались ыенѣе нена-
видѣть другъ друга, чувствуя себя сынами ихъ общей матери—Эллады, и часто смѣши-
476
вались между гобой, послѣ чего получалось потомство, невольно соединяющее два врая-
дебныхъ, но родственныя, народа. Такъ, дорійцы, которые шіреселитпсь за море, на
Критъ, Родосъ и острова Малой Азіи вплоть до Кнреваики, вскорѣ утратили даже
сходство съ людьми своей расы, то-есть суровыми воинами Спарты: среда нхъ сильно
измѣнила. Можно судить объ ломъ по одному пзъ знаменитѣйшихъ дорійцевъ—Геро-
доту, славному сыпу города Галикарнасса. Свою «исторію» онъ написалъ на мягкомъ
іонійскомъ нарѣчіи; послѣ своихъ странствій опъ всегда возвращался вь Аонны, родину
своихъ мыслей, а передъ смертью основалъ Ачинскую колонію ьъ Греческой части
Италіи, тамъ, гдѣ былъ прежде Сноарнсъ, разрушенныя кротонцамв.
Но, хотя распространеніе эллинской расы н было косвеннымъ благопріятнымъ
результатомъ вторженія дорійцевъ, прямыя послѣдствія этого вторженія были ужасны
и вызвали повсемѣстно пониженіе культуры, особенно, когда, силой своихъ копій, побѣ-
дители обратили побѣжденныхъ въ рабство. Хотя дорійцы а быти завоевателями-вар-
варами, но нѣкоторые историки, поклонпикп силы, стали на игъ сторону именно по-
тому только, что опи были побѣдителями, а всегда выгодно преклоняться передъ людьми
сильными, хотя бы даже умершими и исчезнувшими нѣсколько тысячелѣтій назадъ. Не-
сомнѣнно, что спартанскій режимъ былъ очень суровъ н что свободное, просвѣщенное
племя илотовъ вскорѣ послѣ своего пораженія стало жикнмъ скоипщемъ рабовъ. Ни-
когда но удалось имъ подняться, тѣмъ, болѣе, что нхъ господамъ была чужда идея о
гражданскомъ равенствѣ людей; будучи греками, они, однако, ухитрились остаться «вар-
варами». Они развивали болѣзненныя явленія въ здоровомъ тѣлѣ греческой націи.
Можно сказать, что изъ всѣхь причинъ, погубившихъ впослѣдствіи греческую націю,
ихъ вліяніе было наиболѣе фатальнымъ а гибельнымъ.
Упадокъ Эллады особенно ярко замѣтенъ въ сѣверныхъ ея частяхъ—Эпирѣ и ѵсс-
саліи. черезъ которые пооѣдоні>ено прошли вернувшіеся дорійцы. Области эти, памятныя
и священныя для грековъ, такъ какъ здѣсь находилось жилище ихъ боговъ, вскорѣ
перестали даже считаться эллинскими; у сѣверныхъ народовъ исчезла всякая ііннціагивз
п всякая способность. Въ продолженіе тридцати вѣковъ, сколько намъ извѣстно изъ
исторіи, эта поэтическая Оессалія, которая дала столько драгопѣпваго матеріала для
мвоовъ и легендъ, пе принимала никакого участія въ исторіи человѣчества и его про-
грессѣ. Даже вь странахъ вонныхъ, сохранившихъ наименованіе Греціи, дорійское втор-
женіе отодвинуло назадъ ходъ эллинской цивилизаціи, о чемъ свидѣтельствуютъ произ-
ве.іоиія искусства. Какъ люди, привычные къ войнѣ, дорійцы презирали всѣ изобрѣтенія,
ремесла, произведенія искусства и науку тѣхъ національностей, территорію которыхъ
они захватывали, и даже вс знали, для чего служатъ ати прекрасные сосуды, высѣченныя
фигуры н тщательно выдѣланныя драгоцѣнности. Ііесомнѣпныіі регрессъ замѣчается во
всѣхъ работахъ, въ искусствѣ и промышленности послѣ періода, который слѣдуетъ на-
звать «Ахейскимъ» или «Микенскимъ». Должно было пройти ве менѣе двухъ вѣковъ,
пока теченіе цивилизаціи приняло нормальный ходъ.
Впрочемъ, большая часть греческаго міра была еще въ стадіи земледѣльческой,
при чемъ любопытно замѣтить, что люди, занимающіеся не земледѣліемъ, для котораго
потреоны сила н здоровье, выбирались обыкновенно изъ болѣе слабыхъ. Греческій земле-
477
дѣлецъ, подобно французскому крестьянину, предназначающему одного сипа въ свяш>-нячкв
иди учителя, заботился въ то же время передать свою землю въ наслѣдіе болѣе сильному
и выносливому; хромые обыкновенно становились кузнецами, а потому этогь недостатокъ
і 500оЭО
«	 .і ।  і —.-и .	...	.«	— -«
О 5 Ю '5	20 глКилом.
На юйноігь склонѣ Микале (нынѣ Самсу на), между горой, берегомъ н Пріепой произошла въ
<79 до Р, Хр. морская и сухопутнгиі битва, гдѣ гроки, подъ предводительствомъ Ксаптпппо, раз-
били персовъ. Мнлстъ, Самасъ, Міусъ (Міоптъ) и Пріапа—четыре изъ „двѣнадцати іонійскихъ
городовъ”. Остальные была: Эфесъ, Лободооъ, Кппаомомы, Эритреи, Кодофои ь, Фокой, Тсосъ и
Хіосъ. Ихъ религіознымъ центромъ было сыггпппіцо Посейдона въ Лріѳпѣ. Конфедерація, разру-
шенная Киромъ, жозотаномоиа была послѣ походовъ Александра Македонскаго н существовала
въ продолженіи нѣсколькихъ вѣковъ; ся имя встрѣчается ощѳ на монетахъ эпохи Вящріала (III в.),
всегда приписывался ихъ покровителю Гефесту; слѣпые, какъ и знаменитый рапсодъ
I онеръ, дѣлались пѣвцами, танцовщиками, импровизаторами и стихотворцами. Неспо-
собные добыть сей пропитаніе и тѣмъ обезпечить свою свободу, ремесленники и пѣвцы
478
принуждены были работать на обшую пользу и пазывалесь «деміургами», т. е. работ-
никами народа: па нить но смотрѣли, какъ на людей свободныхъ.
Во времена Гомера греки далеко но занимали перваго мѣста въ мірѣ искусства
и даже по пытались его занять. Паилучшиии они считали тогда пе свои, а чужеземныя
Континентальная Греція.
і: 25оасо;о
т-г-г	«-		- - 	--- ----1
О	50	100	І50ЛИЛОМ.
произведенія, папр., ьракійскіо мечи, ливійскія издѣлія пзъ слоновой кости, бронзовыя —
съ острова Кипра и игъ Фииикіг. Вь Ачинскихъ могилахъ пандевы различныя драго-
цѣнности той эпохи, но по качеству металла и По способу выдѣлка ѵнѣ значительно
ниже тѣхъ, что открыты въ могилахъ Микенскихъ; драгоцѣнные металлы тоже нахо-
дятся значнтольни рѣже и не въ изобилія. Кромѣ того, совершенно перемѣнился и
стиль. Художники не оерутъ себѣ моделью жизненныя формы, вакь-то растенія и жи-
479
вотішхъ, за исключеніемъ болотныхъ птицъ, а позднѣй лошаіп и человѣка - они вовсе
н. изображаютъ что-либо живое, а воспроизводятъ зато геометрическія фигуры, чрез-
вычайно красивыя и причудливыя, <о постоянно
выдержанныя въ прямыхъ линіяхъ. Этотъ типъ
орнамента появляется во время Дорійскаго втор-
женія п, по всей вѣроятности, занесенъ вмн изъ
областей Сѣвсрпой Европы, потому что напоминаетъ
Собой стиль, весьма распространенный у народовъ
Балтійскаго моря. Онъ замѣнилъ собою искусство,
стоявшее въ этихъ странахъ несравненно выше,
такъ какъ и народности греческія были богаче и
культурнѣе. Однако, пе дорійцы усовершенствовали
и распространили этотъ стиль; Хттика, которой
виослѣтствіп выпада уюль быть первой по высокой
степени скульптуры, сумѣла довести до совершен-
ства вги глиняные сосуды, украшенные геометри-
чески правильными фигурами. Изящество этихъ
глиняныхъ произведеній, открытыхъ въ Кефизѣ, въ
Аттикѣ, указываетъ па ихъ Аѳипскоо происхож-
деніе, а художественный отъ природы вкусъ кера-
мистовъ какъ бы указываетъ на то, что раса эта
впослѣдствіи станетъ способной возвести такой па-
мятникъ, какъ Акрополь.
Ьслн бы какой-нибудь обитатель сосѣдней пла-
неты бросилъ взглядъ на карту Греція, даже не
зная ея исторіи, то опъ замѣтилъ бы сейчасъ же
главные пункты, гдѣ должна была сосредоточиться
жнивъ этой народности, пункты—важные по своему
историческому значенію. Во первыхъ, его должно
поразивъ географическое положеніе Корипоа, нахо-
дящагося въ самой узкой части перешейка у под-
ножія скалы, легко могущей быть обращенной вь
крѣпость. Горные хребты, поцодя къ берегу съ
одной стороны до самаго Кііринѳскаго залива, а съ
другой — до залива Эгивскаго, образуютъ при-
родныя гавани, окруженныя горами и островами
и служащія прибѣжищемъ для флота. Въ этомъ мѣстѣ
неминуемо долженъ былъ возникнуть торговыя
пунктъ и судоходный трактъ, идущій между бе-
регами небольшихъ морей, которыя отдѣляютъ
Бѣлый .юпитъ с-ь черпымп
фигурами.
Пелопонезъ отъ собственно Греціи, а затѣмъ по Эгейскому морю, по Адріатикѣ п
западному побережью. Въ ніча.іѣ историческаго періода Кориннъ дѣйствительно является
I	_480_______
| дамымъ извѣстнымъ изъ всѣхъ городовъ. и бъ храмахъ его царятъ божества морей, за
несенныя финикіянами, Преданіе говоритъ намъ, что до появленія дорійцевъ Сизифъ
наворотилъ громадные камни для сооруженія крѣпости, за что и быль присужденъ къ
мукамъ въ Тартарѣ, состоявшимъ въ томъ, что ему приходилось укрѣплять па склонѣ
горы скалу, которая тотчасъ же падаіа внизъ. Въ эпоху своего процвѣтанія Корпноъ
сдѣлался самымъ населеннымъ и»ъ городовъ Греція; тамъ жило до трехсотъ тысячъ
обитателей; жители не только занимались мѣновой торговлей, во фабриковали глиняныя
издѣлія, обрабатывали металлы и производили предметы роскоши и искусства. Нѣко-
торыя изъ его колоній прославились на весь эллинскій міръ, какъ, напр, Корфу и
Сиракузы, самая обширная и населенная изъ колоній; слава Коринѳа было такъ велика,
что самое его имя отождествлялось со всей Греціей, а день, когда его разрушили римляне,
двадцать съ половиной вѣковъ тому назадъ, считали днемъ смерти всей націи
Другое мѣсто, которое также надо считать важнымъ пунктомъ въ жизни чело-
вѣчества,—это Халкида. Пунктъ этотъ обладаетъ важными преимуіцітвами какъ сухо-
путными, такъ и морскими; хотя оиа стоитъ и пе нз берегу, но приходится какъ разъ
па мѣстѣ встрѣчи двухъ заливовъ и господствуетъ надъ морскимъ путемъ сѣвера п
юга. Къ полуострову Аттикѣ, а слѣдовательно и къ Европѣ, она присоединена узкимъ
перешейкомъ, удобнымъ для защиты отъ врага; у нея было природное богатство,
состоявшее въ мѣдныхъ залежахъ—отовсюду сюда ткались купцы.
Ставъ центромъ торговли, чрезвычайно могущественнымъ, она основала многочи-
сленные торювые пункты на отдаленныхъ берегахъ в стала метрополіей для тридцати
двухъ основанныхъ ею городовъ на треугольномъ полуостровѣ Ѳракіи, протянутомъ въ
море ьь видѣ руки -і извѣстномъ теперь подъ именемъ Халкпдикн. Какъ велико было
бы значеніе Халкнды и Коринѳа, если бы ко всѣмъ этимъ препмущеітвзмъ присоеди-
нилось бы еще господство падь кавнмь-пибудь обширнымъ пространствомъ, имѣющимъ
общность географическаго положенія! Но и Халкида, и Коринѳъ были лишь пультами. и,
невзирая на великолѣпныя мѣстныя условія, и.хъ скоро затерли собой города, хотя
менѣе счастливые по рпсположенію, но обладавшіе извѣстной территоріей для развитія
своего могущества
Въ борьбѣ, которая шла между городами Греціи изъ-за производства продуктовъ
земледѣлія, промышленности пли добычи рудъ, изъ-за удобствъ торговли или могу-
щества въ борьбѣ съ врагомъ, между государствами Греціи установилось извѣстное
равновѣсіе, хотя мал» устойчивое, какъ это всегда замѣчается въ жизни народовъ.
Отравы, примыкавшія съ двухъ сторонъ къ Коринѳскому перешейку, было равны по
протяженію, гакь какъ гористыя области Сѣверной Греціи, отдѣленныя отъ Беотіи и
Агіики Парвассомь и другими вершинами вплоть до Инида, находились уже за предѣ-
лами собственно Греціи; почва тамъ отличалась неплодородностью, а населеніе дикостью
нравовъ. Въ оощемъ Пеломонсзъ представлялъ изъ себя болѣе сильную единицу, способ-
ную не только защитить себя, по и нести наступательную войну. Преимущество пере-
ходило, однако, къ Сѣверной Греціи, когда она соединяла сбои собственныя силы съ
силами сосѣднихъ острововъ, которые тянулись вплоть до Азіатскаго берега. Впрочемъ,
между обѣими І'реціями грзлицы постоянно колебались Различіе въ природныхъ условіяхъ,
481
въ нравахъ пхъ насоленія, пхъ жнчпи и міровоззрѣнія, соперьпчество въ торговлѣ
взаимныя зависть, ссоры и столкновенія, союзы и вийиы,—все зто изъ года въ годъ
мѣняло СИЛЫ "бѢиХЪ сторонъ то въ одну, то въ другую сторону.
Спарта и Аѳины символизировали и матеріально представляли духъ обѣихъ
областей, двухъ втпачеекягь
іруппь; Пслопонезъ былъ пре-
имущественно стромой дорій-
цевъ, а Аттика сдѣлалась цент-
ромъ іонійцевъ. Контрастъ
зтнхь двухъ странъ обнару-
живается прежде всего въ об-
ласти такъ называемыхъ «за-
коновъ*. являющихся, зъ сущ-
ности, лишь выраженіемъ со-
ціальной и политической жиз-
ни обоихъ народовъ Греціи.
Одни только природныя усло
вія, почвенныя и климатиче-
скія, не объясняютъ этого кон-
траста; необходимо также счи-
таться при втомъ и съ мо-
ральными особенностями спар-
танцевъ, особенностями, кото-
рыя объясняются характеренъ
иностранцевъ, силою водворив-
шихся въ новой для нихъ стра-
нѣ, гдѣ они чувствовали себя
всегда въ опасности. Дѣйстви-
тельно, овружающэя природа
страны, въ которой протекала
игъ жизнь, не имѣла въ себѣ
ничего трагическаго. Равнина
плодородна: сипо изъ предло-
женныхъ этимоготическихъ
истолкованій слова Спарта оз-
начаетъ «плодорпдная почва».
Халдеи с«ь>і амфора, оь быками Геріопа.
Ири, древній Эйротасъ, развертывается наобширюй дуговнпѣ, кот»рая к >гда-то была озе-
ромъ, оставившимъ послѣ сеоя толстый слой ила, затѣмъ, миновавъ суровыя ущелья, онъ
вливается въ заливъ Лаконіи, рядомъ съ «царской рѣкой» (Ѵазііі Роѣапю), которая
въ видѣ стремительнаго потока течетъ изъ глубины известковыхъ галлерей. Красивые
амфитеатръ горъ, надъ которыми возвышается на западѣ великолѣпный Тайгетъ или
Пентодактп ь (о гяти пальцахъ), окружаетъ кольцомъ долппу Спарты бѣловатыми
ЭЛИВЕ РВКЛІО ВиіП П
31
482
крутыми склонами, кадрыа перемежаются съ темными ущельями, покрытыми зеленью
деревъ.
Кореипые обитатели этой красивое мѣстность. лаконіше, называли себя сынами ко-
реньяхъ жителей—пе.іазговь, «рожденныхъ отъ вемлл», и жили нь мирѣ съ жителями
Коринѳъ и Аргоаида.
і: іыоосао
....., .  ! ---------
О 10	ХС
мКилОги.
долинъ и высокихъ сосѣднихъ плоскогорій; завоеваніе страны дорійцами привело ихъ
къ рабству: это ови, подъ именемъ перюковъ или «окрестныхъ людей», ѵгіграничаи-
ковъ» и кліентовъ, продолжали заниматься сельскими работами и наслѣдственными
ремеслами. Въ древша времена, когда финикійскіе колонисты населяли Дитеру и мѣно-
вые пункты, а также промышленные центры добыванія раковинъ для производства
пурпуровой краски, раскинутые ио берегу залива, этн различныя занятія ихъ обогатити.
483
Въ теченіи всего періода греческой исторіи, въ собственномъ значеніи этого слона,
лаконяве, наоборотъ, были подчинены очень тяжелому ягу и вели непрочное существо-
ваніе, работая лишь оь пользу своихъ суровыхъ владыкъ, сиартіаіовъ. Межту тѣмъ
именно у нихъ покупала народы Греціи мебель, инструменты изъ дерева и желѣза,
одежду, обувь. Представляя собой главнымъ образомъ рабочій пролетаріатъ, опи обога-
тили своихъ господъ, которые, безъ нихъ, никогда но могли бы сохранить свос могу-
щество. Безъ трудолюоивыхъ лакедемонянъ владычество спартіатовъ было оы невозможно;
но исторія забыла этихъ достойныхъ людей в обратила все свос вниманіе на воиновъ,
М ы : ъ С у а I А.
раеноложиишихся лагеремъ вь Спартѣ. Она въ особенности пренебрегла плотами, этими
древними обитателями равнины, примыкающей къ морю; послѣдніе за свос продолжи-
тельной сопротивленіе были наказаны самымъ жестокимъ рабствомъ; едва сохранивъ
названіе людей, они остались совершенно неизвѣстными остальнымъ грекамъ, хоти но
своему числу они были первыми на лакедемонской территоріи.
Такимъ образомъ спарііаты должны были создать себѣ искусственный бытъ,
стоявшій совершенно въ сторонѣ отъ быта мѣстныхъ туземцевъ,—лакедемонянъ и
илотовъ. Основавшись въ странѣ съ копьемъ къ рукѣ, лослѣ военнаго нашествія,
кпторое, отъ области ІІипда и до центра Пелапонеза, привело къ истребленію цѣлыхъ
родовъ, они способны оказались лишь къ одному ремеслу—ремеслу воинчнъ. Нхъ раз-
витіе совершалось во время цепрекращаюшейся борьбы, и -ни уже не въ состояніи
484
были приспособиться въ мирнымъ [^ботамъ. Пмъ предстояло покорить сначала господ-
ствующее населеніе, а затѣмъ и жителей окружающихъ холмовъ. Ихъ западные сосѣди,
храбрые мессинцы, которые владѣли очень плодородными долинами, болѣе богатыми и
болѣе обширными, чѣмъ долины Лаконіи, долго поддерживала военный пылъ спар-
тіаговъ. Послѣдніе, сдѣлавшись неоспоримыми господами Педодонеза, стали завоевывать
и іраоить всю Грецію. При этомъ ииъ, конечно, приходилось постоянно заботиться и о
собственной безопасности, что опн и дѣлали удивительно методично, въ этомъ отношеніи
спартанцевъ можно сравнить развѣ съ краснокожими Новаго Свѣта, тоже находя-
щимися постоянно на чеку, вь виду угрожающей имъ ежеминутно опасности.
Пхъ городъ былъ лагеремъ, который тѣмъ лучше охранялся, что опв имѣли гордость не
окружать его стѣнами, а сами образовывала собой живой щитъ пхъ дорійскаго Апол-
лона. какъ и они, размахигопшаго копьемъ; ихъ богомъ, ихъ идеаламъ м тла быть лишь
сила. Сгруппированные въ маленькую армію среди разсѣянныхъ по странѣ жителей,
которыхъ >ни т< рроризовалн частыми избіеніями, они урасговѣшивалп относительную
слабость свою въ числѣ-—приблизительно, ихъ было одинъ противъ д< сяти — прочностью
своего стратегическаго положенія в постоянной суровой практикой военныхъ дѣйствій
Извѣстна желѣзная строгость законовъ, приписываемыхъ легендарп.-й личности
Ликурга, во въ дѣйствительности созданныхъ неизбѣжной потребностью той жизни, ко-
торую создала сиартіатамъ постоянная опасность ихъ существованія. Законы эти и были
внушены геніемъ дорійцевъ, какъ говорить Готфридъ Мюллеръ, такъ какъ племена той
же расы, жившія въ иныхъ условіяхъ, не знали подобной соціальной  политической
оріаннзацш: они оыли продиктованы историческими обстоятельствами, этимъ результатомъ
всѣхъ другихъ факторовъ, природныхъ и искусственныхъ *). Спарпатъ, поступившій съ
семи лѣтняго возраста во власть государства, т. е. собранія иопновъ, тотчасъ же вос-
питывался и подготовлялся къ тому, чтобы сдѣлаться воиномъ: его упражняли въ силѣ
и въ ловкости; изъ него дѣлали животное, приспособленное къ борьбѣ, его тренировали
въ кровавыхъ столкновеніяхъ, даже съ его собственными товарищами; въ дни празд-
никовъ «му давали издѣваться надъ презрѣвп й нарядной чернью, которую онъ оскор-
блялъ и Гнидъ; его поощряли даже къ грабежу, ?чнтая это достоинствомъ солдата, и
остерегались учить ого чтенію, боясь, что образована откроетъ ему перса- и иву
новаго неизвѣстнаго міра, отличнаго отъ того, которому онъ предназначался. Онъ едва
долженъ быть умѣть говорить: его язикъ, приспособленный къ единственно- идеѣ войны
м завоеваній, ограничивался точнымъ выраженіемъ волевыхъ актовъ, безъ краснорѣчія
и безъ поэзіи Въ вемъ внзбуждали лишь одну добродѣтель —выносливости, сиды, храб-
рости, н< даже и эта единственная добродѣтель должна была служить ему зишь для
убійствъ и лишенія другихъ ихъ свободы. Работать было заирещои<- этимъ паразитамъ,
хотя ѵни и начали съ того, что распредѣлили себѣ неотчуждаемые участки земли. Но
раоотагь на нихъ должны была другіе, лаконяне и илоты, которые обязаны оыли также
строить имъ жилища, носить имъ хлѣбъ и фрукты, ткать одежду и ковать игъ мечи.
За свое трудолюбіе раоы-илоты не получали, однако, никакихъ правъ и моглч
’) Оеогве Сгоіе, Пічіогу Г бгееее.
1Ь5
считать себя счастливыми уже тѣмъ, что имъ оставляла ливвь. Считалось праздникомъ
напаивать этихъ несчастныхъ, показывать агь невмѣняемыми п блюющими, чтобы дѣти
гордыя своею бодѣо благородной кровью, научались презирать этихъ рабовъ ІІѵ коіда
наступала опасность, нхъ слѣдовати ненавидѣть. Самыхъ сильныхъ и красивыхъ убивали,
чтобы “Ни в«- возымѣли дерзкой мысли сравниться со своими господами: въ ІІслопо-
незской войнѣ, когда спартіаты могли опасаться возстанія массы рабовъ, развѣ не былъ
устроенъ конкурсъ наиболѣе достойныхъ изъ нихъ, будто бы на право полученія граж-
данства, а когда двѣ тысячи изъ эгихь людей, жаждавшихъ свободы, явились на
конкурсъ, развѣ но поспѣшили,—говоритъ намъ Фукидидъ,— уничтожить ихъ въ ра -
ставленной сѣти?
Связанные, таквиь образомъ, собственна судьбой, рабы своихъ военныхъ престу-
пленій и своего ига надъ другими, вынужденные постоянно оевать, притѣснять, «герои»
спартіаты должны были неизмѣнно искать у своихъ сосѣдей союзниковъ, среди аристо-
кратическихъ родовъ, честолюбіе которыхъ такъ же, какъ и ихъ собственное, стремилось
подчинять себѣ толпу, или даже превратить еѳ въ уабі въ; оаи были осуждены на зло
и па невѣжество. Когда наступилъ часъ всеобщей гибели, когда огромная армія персовъ
и мидянъ готова была раздавить маленькую Грецію, спартіаты в*1 разъ дѣлались союз-
никами чужеземнаго деспота, а когда владычеству ихъ въ Лакедемонѣ насталъ конецъ,
оставшіеся граждане Спарты—достойный коисцъ ихъ карьеры - чаще всего дѣлались
иаемчыми солдатами въ бандахъ какого-нибудь тирана.
Впрочемъ, ихъ кровь, не обновлявшаяся скрещиваніемъ, какъ вообще это бываетъ
со всѣми аристократіями, выродилась: число ихъ, суда ио подсчетамъ въ различныя
эпохи, постояпне уменьшалось, и это происходило гораздо больше отъ вырожденія расы,
чыгь оть потеря людей во время войнъ. Вь концѣ концовъ, .ыи такъ уменьтвлшь въ
числѣ, что уже не отваживались воевать одни и рѣшались на войну лишь при под-
держкѣ союзниковъ и наемниковъ. Тѣмъ не менѣе фактъ существованія военнаго госу-
дарства въ теченіе болѣе вити вѣковъ, государства, въ которомъ произошло гакъ мало
внутреннихъ перемѣнъ и въ которомъ развитіе шло такъ медленно, такой фактъ въ
исторіи остается однимъ изь любопытнѣйшихъ, особенно же принимая во вниманіи па-
движность Греціи ь ея способность быстро обновляться. Люди ивъ бронзы, которыхъ
і,, смущала работа мысли, спартіаты могли изъ рода въ родъ оставаться, по внѣш-
ности, почти одними и тѣми же среди бистро мѣняющагося міра. Именно это я выражала
легенда о Ликургѣ, который удалился вь Дельфы и тамъ уморилъ себя годидімъ, за-
ставивъ передъ і'ѣмъ снартіатовъ поклясться, что оия останутся вѣрны его вакопимъ:
онъ ставилъ такимъ образомъ, свой народъ подъ торжественную защиту боговъ, вторые
мстятъ нарушеніе клятвы.
Съ точки зрѣнія природныхъ условій, преимущества Аопнъ надъ ея соперникомъ въ
Ііелопонесѣ не таковы, чтобъ опи сразу бросались вь глаза, а въ нѣкоторыхъ отно-
шеніяхъ Спарта находилась даже въ болѣе блаюпріятныхъ условіяхъ. Прежде всего,
маленькая долина Эврота съ прилегающими мѣстностями, представляетъ собой
территорію, болѣе богатую, чѣмъ страна доннъ, плохо орошенная, не знающая
часто дождей и окруженная суровыми скалами За исключеніемъ своего счастливаго
4*6
стратегпч"скаго положенія, у подножія легко защитимой скалы, господствующей надъ
открытій долиной, ровной к плодородной, которая мягкимъ склономъ «пускается къ
морю, Апины, по естественнымъ своимъ условіямъ, не имѣютъ никакихъ преимуществъ
надъ друіими городами Греціи; даже эта прелестная картина которую представляютъ
собой оливковыя рошз п изрѣзанные береіа, и острова, и мысы, и горы съ бѣлыми
вершинами, уходящими въ голубое небо, даже весь этоть гармоническій видь встрѣчается
подъ тысячами другихъ формъ, не менѣе закопченныхъ и прекрасныхъ, по всему берегу
Эллады и другихъ мѣстностей Средиземнаго моря: вгѣмъ этимъ пейзажамъ недостаетъ
только связаннаго съ ними величественнаго воспоминанія о прошломъ, которое вѣчно
живетъ въ памяти и уваженіи людей.
Великія магеріалніыя преимущества Анинъ — тѣ, которыя создала ей
промышленностьи налъ напримѣръ, камснолімпи, дававшія отличный матеріалъ для
постройки домовъ, крѣпостей и храмовъ или же, какъ богатыя серебряныя руды Ло-
ріума, которыя доставляла въ большимъ изобиліи средства для поддержанія торговли. Изрѣ-
занная береговая линія особенно облегчила Аоипамъ сношенія съ другими странами;
политическая община, защищенная естественной крѣпостью Акрополя, находилась въ
очень недалекомъ разстояніи,—всего вь двухъ часахъ ходьоы. даже меньше,—отъ трехъ
портовъ- Фалеры, Мунихіи, съ ея двумя бассейнами, пакопепд., Пирея, совершенно за-
щищеннаго отъ всѣхъ морскихъ вѣтровъ, съ примыкающимъ къ нему великолѣпнымъ
рейдомъ, который находятся подъ вѣтромъ у о. Салампна. Кромѣ Того, полуостровъ
дттики представляетъ собой ту часть греческаго материка, которая ближе всѣхъ другихъ
къ Малой Азіи Находясь годъ той же широтой; Малая Азія протягивается къ Европѣ
двумя полуостровами и двумя рядамв острововъ; ьъ этомъ мѣстѣ, при хорошемъ вѣтрѣ,
отъ Европы до Азіи всего одинъ день перехода, при чемъ барки могутъ, къ тому же,
остапагли вагься въ пути у многочисленныхъ острововъ. Такимъ образомъ, съ первыхъ
же дней своѵго историческаго развитія, Аттика, самое имя которой, — Актике, иди
«Стрѣлка», «Полуостровъ»,—ііапимпііаезъ о близости моря, сдѣлалась державой морскою
Л ея дѣятельность раскипулась въ даль, тогда какъ Спарта, коитинеитальное госу-
дарство, расположенное посерединѣ своего полуострова, стремилась замкнуться въ своемъ
старомъ, почти замкнутомъ озерномъ бассейнѣ. А «ины созерцали море съ вершины
Акрополя, и изъ прннадлежаншихъ имь трехъ портовъ корабли свободно ходили къ
островамъ Архипелага, къ полуостровамъ азіатской Греціи в къ гаванямъ Великой Греціи,
между тѣмъ какь ихъ даковянская соперница, отвернувшись оть естественно;1 перс-
пективы, которую указывало ей за югѣ безлюдное море, кь западу отъ Цитеры и Крита,
смотрѣла по преимуществу на сѣверъ, чтобы увеличить свои владѣнія завоеваніями но
Т} сторону идущихъ другъ за другомъ горныхъ цѣпей, естественныхъ стѣнъ этой большей
Иеіопояезской крѣпости.
Итакъ, геоірафическій контрастъ между обоими городами былъ довольно значи-
теленъ; во контрастъ историческій, появввшійея на ночьѣ всѣхъ послѣдовательныхъ
ив.говѣкоьыгь событій, оказался еще больше. С партія гы, окруженные открытыми врагами
или рабами, которые подъ маской подобострастной лести скрывали непримиримую не-
нависть, жили лишь для войны, подъ постоявпымъ опасеніемъ возстанія, съ вѣчной
487
жаждой убійствъ и грабежей. Аовняпе, потомки древнихъ мѣстныхъ аборигеновъ, пе-
ласговъ, къ которымъ присоединились многочисленные нмиграпты, оттиснутые къ нимъ
дорійскими нашествіями,—Авипяне явились въ исторіи наиболѣе яркими представителями
Л а и ѵ н і я и Аіѳссеніл
И 1000000
п	30	1-Килом.
Вы,іо--ана«ѳгіите открытыми танъ вегпкопѣпикмп аолитымп кубками микенскаго періода.
Ли козу р а—„мать псѣхь подаягіііакнхъ городовъ и цоптръ первоначальнаго царства, раоцоложъпа
на вершинъ горы. ІІпдосъ въ Мессеніи, вблизи о*-ва Сфактеріи в Наваринск&го рейда; по Берарду
ото не тѵг* .городъ Носторь**, хоторый проходилъ Тодомвкъ, направляясь въ Спарту. Сынъ Одяссоя
• ысадипся въ Ііпдосѣ, сосѣднемъ съ устьемъ Алфея у подошвы горы Кайафа (744 метра) н, пѳро-
ночоваттъ въ Адпфорѣ (.Фора® поэмы „Одиссея**), напранился по одинсгвоилой полосмой дорогѣ,
ведущей черезъ Пелопонеаъ, по долинамъ Алфея и Борота. Мегалополисъ—основыхъ Эламипол-
домъ въ 370 г. до Р. Хр.; положеніе его было плохо выо ано, почему онъ существовалъ недолго
ж почти нпкакои роди наигралъ. Мессона.—До того, какъ появился этотъ городъ, существовалъ
другой, подъ такимъ же паавоиіемъ, у подножія горы Иіокѳ, далѣе къ сѣверу.
486
героическаго тяпа того города, измѣнчивая индивплуальпость котораго такъ выдѣляется
изъ общаго высокаго уровня Греціи.
Представляя себѣ Аѳины, видишь въ то жо время и сотню другихъ греческихъ
городовъ съ иіъ бѣлыми домиками, которые террасами раскинулись по склонамъ ска-
листаго холма, подъ блѣдной зелслью оливковыхъ деревъ. Населеніе ихъ, эта группа
родственныхъ семей, собравшихся на віомъ небольшомъ пространствѣ, представляло въ
цѣломъ нѣчто вполнѣ закопченное,—настоящій организмъ. Съ вершины своего акрополя
гражданинъ видѣлъ границы всего государства, тутъ, вдоль миря, отмѣченныя бѣлыми
гребнями волнъ, дальше—синеватымъ лѣсомъ, покрывавшимъ склоны холмовъ, а по ту
сторону овраговъ и ущелій—скалистыми хребтами горъ. «Сынъ земли» могъ назвать
каждый ручеекъ, каждую группу деревъ, каждое жилище, которое онъ видѣлъ вокругъ
себя. Онъ зпалъ тѣ семьи, которыя жиля въ этихъ домахъ, крытыхъ сол»м..й, онъ
зналъ тѣ мѣста, на которыхъ прославились герои націи и гдѣ падала молнія разгнѣ-
ванныхъ боговъ. Съ своей стороны, жителя дпревень смотрѣли на городъ, какъ на свое
ронгое, кровіюг мѣсто. Они знали тѣ тропинки, которыя постепенно превратились въ
улицы: та или другая площадь, та или ипая улица носі лі еще имя тѣхъ деревьевъ,
которыя когда-то возвышались на ихъ мѣстѣ; ѵви помнили свои игры около фонтановъ,
въ которые теперь глядѣлись статуи инифъ; тамъ, наверху, ва защитной скалѣ, воз-
вышался храмъ, съ изображеніемъ бога, къ которому обращались за ік-мощыо во время
народныхъ бѣдствій, и за стѣнами этого храма нети уоБжнша дѣта и -женщины,
когда слишкомъ многочисленный непріятель вторгался въ долину. Нигдѣ,—за исключе-
ніемъ развѣ клан:въ примитивныхъ племенъ,—патріотизмъ не проявлялся съ такой
интенсивностью, какъ именно здѣсь, гдѣ жизьь и благосостояніе каждаго слипалось съ
жизнью и благосостояніемъ всѣхъ. Политическая связь соціальнаго тѣла была такъ же
проста, едина п хорошо дифференцирована, какъ и жизнь каждаго отдѣльнаго индивида
Въ такомъ собственно смыслѣ и надо понимать Аристотелевское выраженіе:
тгоХітіхбѵ, «городское животное», принимающее участіе въ жизни -іргапичоскаго
государства, & не только «живота эѳ политическое», какъ обыкновенно переводили эго
выраженіе, т. с. пи преимуществу человѣкъ. А развѣ такимъ имени- «человѣкомъ» не
былъ Ашівяиииъ?!
Конечно, жизнь государства со в Ѣмн его разнообразными элементами предста-
вляетъ слишкомъ сложную эволюцію, чтобы она могла въ цѣломъ неизмѣнно проводить
одинъ принципъ, одну идею, во всей ея сим-олцческрй чистотѣ: Анины имѣли тоже
сиои критическіе періоды, во время которыхъ ихъ можно смѣшивать съ жестокой
Спартой, онѣ имѣли свою аристократію, которая пыталась Минонолизвровать въ свою
пользу силы нацш; эта періоды остались тяжелымъ воспоминаніемъ въ исторіи Аѳинъ.
Онѣ имѣли также жестокихъ законодателей, предітавля'шахъ собою деспотовъ, кото-
рыхъ опасность быть свергнутыми дѣлала безжалостными. Такъ, напримѣръ, въ отда-
ленныя, полу-лѳгендарныя, времена, болѣе двадцати пяти вѣковъ тому назадъ, появляется
архонтъ Драконъ, кмя котораго еще и въ наши дни символизируетъ жестокіе законы,
издаваемы? запуганными правительствами этоть вождь партіи «лучшихъ» назначилъ
одно единственъ е наказаніе за всѣ преступленія и проступки, — смерть: въ зіюхн
4Ь9
неураваовѣшонпыя ничтожная случайность иіжстъ повлечь за собою самыя рѣшительныя
послѣдствія.
Ні этоть «драконовскія» закопъ не ногъ просуществовать долго среди конфликта
Аттика.
Оропооъ быль порть, гдѣ выгружался хлѣбъ, направлявшійся та Эвбоп въ Аѳины. Декѳпіня—
городъ, зьпияавпдіи господству іо щоо положеніе пидъ дорогой жъ порошоЙку Атіикк (В. Ворврдъ)
борющихся элементовъ, и слѣдовавшій за нимъ законъ оказался гораздо болѣ» гуман-
нымъ; овъ долженъ былъ считаться съ условіями окружающей среды и стремиться создать
490
уравновѣшенныя отношенія между отдѣльными классами; съ этимъ закопомъ связывается
имя Солона, личность, которую считаютъ дѣйствительно существовавшей, но, на самомъ
дѣлѣ, являюшую-я выраженіемъ народнаго греческаго самосознанія въ сго цѣломъ. Пер-
вой главнѣйшей реформой явилось освобожденіе бѣдныхъ оп рабства, которое угро-
жало вмъ со стороны богатыхъ.
Долгъ не обезпечивался уже болѣе
лишеніемъ свободы должника, и
послѣдній уже не рисковалъ быть
пооторваннымъ отъ семьи и про-
даннымъ на иностранномъ рын-
кѣ, чтобы потомъ жить среди
варваровъ и не слышатъ даже
родного языка. Гражданинъ
Аовнь, какъ бы ни былъ онъ
оѣдепъ, пріобрѣталъ съ гѣіъ
поръ ненарушасмыл права; даже
эі патрвть, п- тонокъ боговъ, дол-
женъ былъ уважать пролетарія,
получать отъ него путемъ пуб-
личнаго голосованія утвержденіе
своихъ правъ и прерогативъ
Правда, уже самое существо-
ьані,- различныхъ классовъ долж-
но было ьызыватъ неизбѣжную
оорьбу гчутрп государства^ по-
этому явилась НсОбіОДНИиСТЬ
изыскать выходъ для народныхъ
силъ, н аютъ выходъ нашли въ
торговой дѣятельности. Позднѣй-
шая и едва, которая охотно под-
водитъ подъ одно собственное
имя результатъ многолѣтней
8ВО.ТЮНІН цѣлаго народа, при-
писываетъ открытія Морскихъ
Дрьвпеи изваяніе(ѴТв. цп Р Х.|. ГИзъЛ^ера). путей педущиіь къ Авинамъ
й присоединеніе Саламнвз, ко
мандующаго надъ Пирейскимъ портомъ- -Солону. Одна черта легенды противопостав-
ляетъ очень остроумно Ачинскаго законодателя — зак< подателю Спарты. Первый н<
заставилъ, какъ Ликургъ, поклясться своихъ гражданъ, что оно навсегда сохранятъ
его закопы; ошь потребовалъ соблюденія ихъ лишь вь теченіе десяти лѣтъ.
Народный инстинктъ предугадывалъ веизі>ѣжвыя перемѣны, которыя превзойдутъ въ
будущемъ.
491
самымп дорогими, потомки которыхъ дали больше всего
были именно мессинцы
Въ своемъ развитіи Амны показали себя государствомъ коммерческимъ и миро-
любивымъ. Онѣ мало воевали съ сосѣдними городами; только изрѣдка имъ приходилось
отбивать набѣги пиратовъ, противъ которыгь онѣ имѣли съ востока двойное препят-
ствіе Докладъ. Аѳины пе только не издавали законовъ противъ иностранцевъ и в-
считали ихъ своими врагами ужо по сам>>й природѣ, какъ это дѣлала Спарта, н.>
принимали эмигрантовъ; отовсюду приходили сила бѣглецы просить себѣ убѣжища, и
среди такпхъ гостей Аѳинъ
Аттикѣ выдающихся людей,
братья попали въ раб-
ство спартіатовъ. Хоро-
шій пріемъ иностранцевъ
Оылъ порученъ городомъ
спеціальному лицу, «про-
воднику иностранцевъ»,
который долженъ былъ
вводить ихъ въ храмы и
облегчать имъ поселеніе
на землѣ, покровитель-
ствуемой Палладой. Таковъ
былъ аѳинскій обычай,
чтобы -«пикѵиу но отка-
зывать вь живой водѣ и
въ разрѣшеніи зажечь для
себя огонь вь очагѣ
сѣда». Не показать
роги заблудившемуся
та лось въ Аѳинахъ
сттплеиіемъ, котпроѳ ка-
ралось всеобщимъ презрѣ-
ніемъ. Несомнѣнно, что
удивительной плеядой
своихъ великихъ людей,
какъ вь области мысли,
такъ и политики, Авины обязаны въ значительной мѣрѣ тому хорошему пріему, кото-
рый оказывался здѣсь иностраннымъ мигрантамъ. Среди знаменитыхъ іеинянъ насчи-
тываютъ очень многихъ потомковъ эмигрантовъ, между прочимъ, законодателя Солона,
Перикла, Мильтіада, Фукидида, Платона. Такимъ же образомъ, только въ горазда большей
степени, двадцатью вѣками позже, протестантскіе выходцы Франціи и Италіи вдохнули
жизнь въ маленькую н незначительную Женеву в превратили ее въ оплотъ противъ
Рима, а еще позже преслѣдуемые философы нашли убѣжище въ маленькой республикѣ
Соединенныхъ Провинцій и содѣйствовали пробужденію въ ней того мужественнаго духа,
который позголнлъ еи сдать противовѣсомъ могуществу «Великаго Короля» А судьба Бер-
со-
Д0-
СЧЙ-
пре-
и другіе грѳкп съ Пелопонеса, чьи
Годова Паллады-Аѳины (греческая камея, изъ Нац.
фравц. Библіотеки).
4Й2
лииа развѣ и* основана вь значительной мѣрѣ ва той умственной энергіи, которую
развернули въ вемь эмигранты—гугеноты?
Благодаря обычаю хорошо принимать иностранцевъ, Данны легко вошли въ
постоянныя дружественныя связи со многими греческими городами, отличными 'тъ
нихъ по расѣ, діалекту и традиціямъ; эти связи расширились еще больше вслѣдствіе
близкихъ отношеній метрополіи къ «дочерямъ» Авипъ, къ этимъ многочисленнымъ коло-
ніямъ, разбросаннымъ по берегамъ Эгейскаго моря и еще далѣе: все ито были какъ бы
новыя Аѳппы, примыкавшія къ ротпнѣ—матери и своимъ происхожденіемъ, и языкомъ,
и оракулами, и богами. Что касается спартіатовъ. то <оіи чекала не союзниковъ, Н"
поідаппихъ или наемниковъ, и даже когда пхъ сопровождали въ завоевательныхъ похо-
дахъ другіе дорійцы, ови относились къ пимъ во время битвъ не какъ къ братьямъ,
а какъ начальники къ подчиненнымъ.
Изучаемые въ общемъ, оба города различаются, такимъ образомъ, менѣе
своими географическими условіями. чѣмъ искусственными, созданными въ одномъ изъ
нихъ. Спарта была военнымъ городомъ и ничѣмъ другимъ сдѣлаться не могла. Аваны
развились въ мирный городъ, городъ промышленности, торговли, науки в искусствъ.
Даже учрежденія^ которыя въ обоихъ государствахъ ноепди одно  то же имя, значи-
тельна отличались другъ отъ друга. Въ Аттикѣ рабство было совсѣмъ не такимъ, какъ
въ Лаконіи, хотя и здѣсь практиковалась эта ужасная вещь, принадлежность одного
человѣка другому. Греки не происхожденію, живущіе въ деревняхъ, были въ дѣйствитель-
ности простыми поселянами, мало чѣмъ отличавшимися въ своей жизни отъ большин-
ства французскихъ крестьянъ. Домашніе же рабы, большая часть которыхъ покупалась
съ кораблей изъ Франціи или Малой Азіи, наловились въ большемъ подчиненіи, во-пер-
выхъ, вслѣдствіе постоянной близости г.ь ихъ господамъ, во-вторыхъ, вслѣдствіе ихъ
иностраннаго происхожденія. Однако, исторія Аѳинъ показываетъ вамъ, чтп опп были
очень свободны вь своихъ словахъ и часто вели себя по отношенію къ гражданамъ, какъ
равные имъ. Такимъ образомъ, аѳинскіе рабы держались совсѣмъ иначе, чѣмъ этн
несчастные илоты, которые должны были унижаться но приказанію, служа игрушкой
для грубыхъ дѣтей благородной расы. Что касается рабовъ, принадлежавшихъ городу
Авинамъ, то ото были настоящіе ремесленники н торговцы, пользовавшіеся матеріаль-
ными привилегіями, которымъ могли завидовать бѣдные граждане. Наконецъ, многіе изъ
аѳинскихъ рабовъ выкупали себя своимъ трудомъ, или же получали свободу, какъ дяръ.
отъ своихъ господъ; иногда, главнымъ образомъ, въ сраженіяхъ, когда они вызывали
всеобщее восхищеніе, ихъ прямо зачисляли въ ряды гражданъ Обыкновенной формой
для освобожденія раоа являлось п священіе его божеству; съ итого момента рабъ дѣлался
священнымъ лицемъ, а вмѣстѣ съ тѣнь и свободнымъ.
Писанная исторія Греціи начинается тогда, когда уже выявился антагонизмъ
обѣихъ ея областей: аристократической, которую представляла собой Спарта, и демо
критической, которую иреіетавляли Аѳины Первымъ историческиаъ лицомъ, дѣйстви-
тельно установленнымъ, является Фидонъ начавшій свою дѣятельность къ Арголидѣ
чеканкой мопеть съ свопмъ собственнымъ изображеніемъ, для торговли съ Малой Азіей
п Финикіей; на иримитинпыхъ медаляхъ Греціи еще л теперь можно различать какъ
193
будто изображеніе тирской Астарты, которая напоминаетъ эпоху Фпдопа, отстоящую
«ть пасъ ва 25—27 вѣковъ Затѣмъ передъ вами рельефно выступаетъ въ Авппаіъ
фпгура «тирана» Ппзистрата, который, благодаря раздорамъ среди большихъ семей и
пе безъ помощи иноземныхъ наемниковъ, завіадѣлъ властью и тотчасъ же сталъ искать,
слѣдуя традиціонной политикѣ умныхъ и лукавыхъ властителей, приложенія народныхъ
• трастсй къ иной цѣди, чѣмъ свобода. Можно сказать, что именно Пизистрадъ и быль
дѣйствительнымъ оснпатолсмъ «панэллинизма»: направивъ честолюбіе Аоиняпъ па новыя
цѣли, онъ убѣлилъ ихъ бороться за образованіе великой Греціи, а но мечтать о соб-
ственной независимости. Опъ первый велѣлъ собрать тексты извѣстныхъ тогда гомери-
ческихъ нѣсенъ и связать пхъ вь одно цѣлое, которое образовало Иліаду, самую цѣп-
ную греческую книгу: онъ пер-
вый пробудилъ въ грекахъ всѣхъ
нарѣчій и всякаго происхож-
денія сознаніе единства ихъ
цивилизаціи, противопоставлен-
ной персидской Азіи. Присоеди-
нивъ примѣръ къ наставле-
ніямъ, опъ тѣсно связалъ Анапы
съ островомъ Делосомъ, этиіп
мѣстомъ п,ы( мначсстьа жителей
острововъ Эгейскаго моря; онъ
даже высаживался па Азіатскій
берегъ у мыса Си гея (Кумъ-
Калесси или Іеввхери), при про-
ливѣ Геллеспонтѣ и завладѣлъ
священной землей, которой былъ
засыпанъ прахъ Патрокла и
Аіилта. Это былъ прямой вы-
зовъ «Дарю Царей», и послѣд-
Дровпе-гречрскія монеты (Изъ Нац. франц
Библіотеки).
піЙ очень скоро долженъ былъ отвѣтить ва песо. Другой важный факта-.—это то, что
Ппвистрать обратилъ мысль Аоиглнъ ва пріобрѣтеніе богатствъ помощью захвата Фра-
кііекнхъ розсыпей, очень богатыхъ золотомъ и серебромъ.
Достигнувъ полнаго сознанія своей силы, эллины очутились, такимъ образомъ,
лицомъ къ лицу съ азіатами Побуждаемые силою вещей, необходимостью защитить
свою торговлю и промышленность, свои розсыпи, свои владѣнія я своихъ союзниковъ,
не сомнѣваясь нисколько въ превосходствѣ своей расы, греки, особенно аелпяня, при-
готовились къ нападеніямъ, и, дѣйствительно, онп-то первыя и нанесли первые удары.
Анины силою овладѣла двумя островами, Лемносомъ и Пмбросомъ, которыя находились
въ азіатскихъ моряхъ и которые царь персовъ и мидянъ считалъ принадлежащими къ
своимъ владѣніямъ.
Съ другой стороны, вліяніе эллинизма давало себя чувствовать весьма живо, хотя
и косвенно, со стороны его культурнаго воздѣйствія ва всѣ окружающія области. Ѳракія,
494
Македонія, откуда пришли предки,—страны, впавшія, было, снова въ варварство,
вслѣдствіе оттѣсненія иіъ жителей дорійскими нашествіями, мало-по-малу опять примы-
кали къ греческому міру Лидійское парство тоже наполовину обэлдпввлась, п знаме-
нитый парі Крезъ былъ самымъ вѣрнымъ данникомъ Дельфъ, эеигматичсскія предска-
занія оракуловъ которыхъ онъ оплачивалъ колоссальными драгоцѣнностями. Наконецъ,
грековъ, дорійцовъ, эолійцсвъ, іонянъ,—всѣхъ вмѣстѣ, принялъ Египетъ, давшій имъ
города, гдѣ основались храмы, посвященные богамъ в искусству родины; больше того,
Греція завладѣла островомъ Кипромъ, откуда удалила фнипкійскигь купцовъ, аамѣнпвъ
пхь моряками п торговцами Эллады. Благодаря своимъ колоніямъ, Греція вліяла -іа весь
бассейнъ Средиземнаго моря, который быстро превращайся въ «очень большую» Грецію,
обнимавшую п собственно Элладу, и «Великую* Грецію южной Италіи.
Отпоръ эллинизму со стороны Персіи начался тоже во прямо: прежде, чѣмъ
напасть па самый очагъ греческой цивилизаціи, нужно было очистить доступъ ьъ нему,
суживая постепенно границы Греціи; можно было п-шыгаться задушить го прежде, чѣмъ
истребить. Чрезвычайно любопытно отмѣтить, съ какой послѣдовательностью предста-
вители абсолюгной автократіи, единъ за другвмъ, проводили ту же политику по отно-
шенію къ свободной націи, и какъ раздѣленіе самихъ грековъ на враждующіе между
собою классы помогло азіатскимъ парямъ въ ихъ попыткѣ.
Уже Киръ овладѣлъ Сардами, оттѣснивъ прв этлмъ грековъ къ берегу и на
острова. Его сынъ Камбпзъ проникъ въ Египетъ и въ Кирснаиу, разорить грочгокія
торговыя конторы и отнялъ у нихъ доходный по эксплоатаціи Кипръ. Послѣ втого
арміи Дарія переправились черезъ Босфоръ и прочно основались въ Македоніи и
Ѳракіи, прв чемъ греческія же руки облегчили ему это нашествіе, построивъ пловучій
мостъ пзъ судовъ, черезъ который прошли полчища персидскаго царя. ТЬ же греческіе
союзники помогли сну переправиться черезъ Дупай и въ скиѳскія равнины, гдѣ Дарій
хотѣлъ наказать кочующія орды, которыя нѣсколько болѣе ста лѣтъ до этого опусто-
шили Мидію. Можетъ быть, «Царь Царей* имѣлъ въ виду грандіозный плавъ пройти
со своей арміей всю страну Скиоовъ я вернуться въ свое царство берегомъ Понта
Эввсппскаго, иіи же, обойдя съ сѣвера Кавказъ, вдоль береговъ Каспійскаго моря,—
путь, указанный ему я проложенный его врагами въ пхъ послѣднее нашествіе. Если бы
у него былъ инлЙ планъ кампаніи, нельзя было бы понять, почему, оставивъ свои
іонійскіе отряды для охраны моста черезъ Истеръ, онъ позволилъ имъ вернуться на
родину, въ случаѣ невозвращенія его въ двухмѣсячный условленный срокъ Но онъ
встрѣтилъ ва свііемъ пути лишь бѣгущія передъ нимъ и неуловимыя банты, не нашелъ
пи городовъ, которые можно было разрушить, ня піявтацій, которыя мо-кяо было
опустошать, и, въ ковцѣ-концовъ, ему пришлось постыдно бросить отставшихъ больныхъ
и вернуться назадъ-
Во время его отсутствія Греки обсуждали вопросъ: слѣдовать ли имъ своему
обѣщанію и іи вернуться лучше къ себѣ въ Іонійскую землю, оставивъ «Царя Царей*
бороться со скиоами, голодомъ и зимой, влк же спасти персидскую армію, съ рыскомъ
увидѣть ее когда-нибудь владычицей Греціи? Послѣднее мнѣніи взяло верхъ, почти всѣ
іонійскіе военачальники настаивали па томъ, что пхъ собственный интересъ совпадаетъ
496
совершенно съ интересами союзнаго царя, ихъ господина. Въ качествѣ «тирановъ»
своихъ городовъ, развѣ не отъ Дарія пріучили они власть? 11 если будетъ низложенъ
Маршрутъ Ксенофонта.
I 15СЭ0ь00
I 	-	- --- г	_ I
0	500	1000 Килпм
Киръ Младшій, сатрапъ Лидіи, пытался свергнуть съ про сто.та своего братв, персидскаго дара
Артаксеркса. Овъ пригласилъ греческихъ наемниковъ, проникъ съ ними въ Месопотамію по былъ
разбитъ и самъ убитъ пра Купаксѣ. Грочоскоо вопско отступило къ сѣверу, потомъ достигъ
Эвксипскаго понта и вернулось въ Грецію, слѣдуя берегомъ. Ксопофоитъ, бывшій однимъ изъ
вождей гроковъ, описалъ это путешествіе въ своемъ сочииопіи „Апабасиоъ*. и эю описаніе
сохранилось до нашего времени.
Дарій, развѣ а- низложаг и игъ? Не придется ли тогда аристократамъ уступить свои
мѣста и почетъ народной партіи? Такъ внутренніе раздчри городовъ продолжались п

къ походахъ, при чекъ, на этотъ разъ, они имѣли своимъ послѣдствіемъ чрезвычайное
усиленіе персовъ при ихъ нападеніи па Грецію.
Эта скиѳская кампанія, которая легко могла привести къ непоправимому раз-
грому Дарія, окончилась тѣмъ, тіо блокада, предпринятая царемъ персовъ и его союз-
ными тиранами, еще болѣе стянулась вокругъ тѣхъ городовъ, гдѣ народъ принималъ
участіе въ государственномъ управленіи. Столкновеніе готовилось, и глубокое значеніе
различныхъ интересовъ, его вызвавшихъ, было настолько попятно, что когда разра-
зилась война, вызванная местью Арнстагора, тирана Милета, то послѣдній началъ съ
того, чго отказался отъ власти въ пользу парода и провозгласилъ изопомію, т. е.
гражданское рав попраніе, а затѣмъ выдалъ плѣненныхъ имъ тарановъ различныхъ
городовъ гражданамъ послѣднихъ. По ему нужны были болѣе могуществепзыг союзники,
чѣмъ островитяне Циклахъ и чѣмъ іонійцы Милки Азіи, оставшіеся еще независимыми;
онъ отправился поэтому въ коренную Грецію, этотъ первый извѣстный исторія обла-
датель географической карты, въ видѣ мѣдной доски, на которой Гскато изъ Милета начер-
тилъ ферму извѣстнаго тогда міра. Вооруженный эіимь стратегическимъ документомъ,
Арнстагоръ попытался выяснитъ «пастырямъ народовъ», что пришло время отказаться
отъ мелкихъ междоусобій, оть взаимныхъ столкновеній и грабежей отдѣльныхъ горо-
довъ, вызываемыхъ местью, что нужво взяться за общаго большого врага, за царя
мидянъ и персовъ, напасть ва него, если того потребуютъ обстоятельства, въ его соб-
ственной столпцѣ, въ далекой Сузѣ. Спартіаты, больше аристократы, чѣмъ патріоты,
отказались придти на помощь, тогда какъ аѳинскій народъ, которому угрожала месть
стараго Гиппіаса, эт<<го прогнаннаго въ Персію Ппзистратида, пошелъ на встрѣчу
предложенію Арнстагора, хотя слишкомъ вяло, безъ той энергіи, которая необходима
въ минуты большой опасности.
Персидскій флотъ обрушится да греческую Азію; городъ за городомъ, островъ за
островомъ были зьвоеваны сатрапами Анивы остались почти одинокими, в Дарій, какъ
говоритъ легенда, выпустилъ изъ своего боевого лука стрѣлу въ облака, призывая
(ірмузда вь свидѣтели своей клятвы мести. Однако, его могущественная армія раз-
билась объ аѳивавъ на равнинахъ Мараѳона! Десять лѣтъ готовилось нападеніе пер-
совъ, десять лѣть собирали они огромныя силы, какихъ не видывали берега Эгейскаго
моря, чтобы обрушиться на маленькую Грецію; земля была покрыта солдатами,—ихъ
было милліонъ, два милліона, какъ говорятъ,—море—кораблями; перепуганные народы
падали ницъ. Пришлось покидать Авивы, допустить варваровъ къ уничтоженію домовъ
и разрушенію храмовъ, и торжествующій Ксерксъ воздвигъ на берегу Тронь, чтобы съ
большимъ удобствомъ яаблюдать уничтоженіе непріятельскаго флота, на которомъ прі-
ютилась непокорные. Но послѣдніе сохранили вѣру *вь свои силы, увѣренность въ
своемъ умственномъ превосходствѣ н упорствѣ, и -ни доказали это въ проливѣ Сала-
минъ. Вездѣ, на берегу и на морѣ, въ Платеѣ в Микалѣ, вторгшіеся въ страну персы
были отброшены пли обращены въ бѣгство. Народы твердо увѣровали, что Провидѣніе
установило между Азіей н Европой естественныя границы, и съ топ и другой стороны
долгое время боялись съ тѣхъ поръ переступать ихъ. Основываясь ва этомъ общепри-
знанномъ мнѣніи, воинскіе посланники, по внушенію Симона, заключили съ васдѣдни-
497
комъ Ксеркса договоръ, но которому они навсегда откачивались отъ нападенія на цар
ство персовъ, если царь обѣщаетъ пе і водить свопхь кораблей въ Эгейское море и
доржать свои сухопутныя войска по крайней мѣрѣ въ трехъ дняхъ перехода отъ береговъ
Раскопки въ Дельфахъ—Книдская сокровищница (VI в. до Р. Х.>
Однако, послѣдующія событія не разъ ваномнидн о тѣхъ дьлхъ, когда произо-
шелъ разгромъ азіатовъ въ ьодахъ Саламиаа и на равнинахъ Платеи. По странной
оптической иллюзіи, намъ, западникамъ, кажется, что Мараѳонъ и другія сраженія были
рѣшающими фактами, въ которыхъ свободный геній Европы окончательно восторже-
вапзк рвклю вып. іѵ	дЧ и	32
498
ствовалъ надъ угодническими правами рабовъ «Великаго царя», нравами. которые не
могли не осквернить побѣжденныхъ. На сомомъ дѣлѣ эти памятныя битвы были лишь
простыми эпизодами вѣкового, пли даже тысячелѣтняго конфликта, какимъ когда-то
была миѳическая войаа Трои. Позднѣе, борьба должна была продолжаться, но уже пе
для того, чтобы обезпечить торжество свободѣ, такъ какъ македонецъ, побѣдитель
восточныхъ народовъ, самъ сдѣлалъ себя восточнымъ деспотомъ, - изъ чванства, изъ
каприза и вслѣдствіе того презрѣннаго рабства, въ которое оиъ поставилъ побѣжденные
инъ народы. Тѣмъ вс менѣе ва греческія побѣды надо смотрѣть, какъ на событія
самаго высокаго и счастливаго значенія, такъ какъ вь этихъ биткахъ сила осталась
вь рукахъ тѣхъ, которые являлись представителями свободной воли, личной нпишагивы,
а не невѣжественныхъ н безвольныхъ народныхъ массъ. Проникнутые, и но праву,
радостью своего торжества, греки созвали свою индивидуальность, какъ націи; они
оцѣнили братство языка, нравовъ н стремленій, но Аѳины сдѣлали ошибку, приписавъ
себѣ слишкомъ большую часть общей славы; онѣ захотѣли тріумфі только тля себя,
забывъ при этомъ эі инетовъ Садами на и снартіатовь Платеи. Цѣлые вѣка Аѳины только
и говорили о Мараѳонѣ, даже тогда, когда онѣ были унижены завоеваніемъ; какъ за-
мѣчаетъ Веле, аѳинскіе риторы осмѣлипалнсь передъ римляниномъ Снллой хвастаться
Мильтіадомъ и Кииегиромъ.
Во всякомъ случаѣ горіоо сознаніе побѣды, одержанной при такихъ трудныхъ
условіяхъ а надъ такимъ могущественнымъ противникомъ, пробудило въ грекахъ, и въ
особенности въ наиболѣе типичныхъ изъ нихъ—аѳинянахъ, удивительную интенсивность
жизни. Каждый солдатъ Марііьона или Салимина понялъ своѳ достоинство, какъ муж-
чины, и, вернувшись въ свой родной городъ, требовалъ себѣ всеобщаго ночетз, Ци
темпамъ зпатпыхъ семей пришлось считаться съ маленькими людьми скромной гене-
алогіи, которые сражались рядомъ сь ними. Даже къ матеріальномъ отношенія между
гражданами устало нлось большее равенство, такъ какъ, вслѣдствіе военныхъ передви-
женій, аристократическіе землевладѣльцы потеряли свои урожаи, между тѣмъ какъ низ-
шіе классы населенія увеличили свое благосостояніе, благодаря полученной ими части
военной добычи. Даже наиболѣе высоко стоявшія лица, какъ Аристидъ, должны были
уступить этому натиску народныхъ массъ и значительно сократить своа традиціонныя
прерогативы По предложенію Аристида, статьи закона, устранявшія большинство граж-
данъ отъ занятія высшихъ должностей, были уничтожены; всѣ избиратели могли быть
избранными: образъ правленія въ странѣ совершенно утратилъ свой аристократическій
характеръ и сталъ демократическимъ
Наступала вмнкаи эпоха Грепій. Обогащенныя торговлей п военными данями
А«йпы превратились вь чудный городъ храмовъ, театровъ, статуй. Возникъ Пареоповъ,
вѵидввгнуты оылѳ Пропилеи; Фидій п другіе выдающіеся скульпторы вытесали изъ цре-
кѵаснаго мрамора Аттики и ея острововъ эти безподобныя человѣческія л животныя
формы, которыя и для васъ остались образцами красоты. Художникъ, свободный отъ
религіозныхъ предразсудковъ, вполнѣ овладѣвшій собой, былъ счастливъ, что могь по-
казать іармѵпію благороднаго нагого тѣла во всей его грація и достигъ полной везз-
еисимоети въ своемъ творчествѣ: лица не имѣли уже того суроваго а холоднаго выра-
499
жепія, какъ на первыхъ изображеніяхъ, высѣченныхъ пзъ дерева. Одежда не спуска-
лась больше длепиымр массивными складками; прическа пе лежала больше параллель-
ными, одинаково сухими, волнистыми линіями, а свободно развевалась въ воздухѣ;
I: 5ЭС000
о 5 Ю 15	20	25 Килом.
См&рпа, бить можотъ, избѣжитъ учвстп М плота. Отялопопіо устья Гормоса, папосы котораго
затрудняютъ доступъ къ городу,—недавняго про лс хожденія.
губы пе были раскрыты въ застывшей улыбкѣ, жизнь оживляла физіономіи: всѣ черты
и позы были проникнуты всегда благороднымъ выраженіемъ. Грекъ, какъ артистъ ю
призванію, дошелъ до полнаго пониманія своей собственной натуры, обожествленной въ
Зевсѣ и въ Аѳинѣ, п могъ придать ей законченную форму недосягаемой красоты. Въ
то же время мысль его проявлялась въ богатѣйшемъ и благозвучнѣйшемъ языкѣ: ни-
500
когда литература ві- была такъ обильна, красива и блестяща Эсхилъ былъ однимъ
изъ воиновъ великой войны; юный Софоклъ велъ хоръ, который шелъ впереди побѣ-
дителей Саламина, а въ слѣдующемъ поколѣніи Геродотъ разсказывалъ ужо о памят-
номъ событіи. А сколько еще другихъ поэтовъ, историковъ и драматурговъ, во всѣхъ
частяхъ греческаго міра, слѣдовали блестящей плеядой за этими велящій людьми!
Однако, тріодъ побѣдоносной гегемоніи продолжался для Аѳинъ недолго. Вну-
треннія распри, отчасти прекратившіяся вслѣдствіе общей опасности, съ прекрлщепіемъ
страха предъ персами, возобновились сп>ча. Тѣмъ болѣе, что гражданамъ Авинъ и не
оставалось ничего другого, какъ спорить и ссориться. Дѣйствительно, богатства, про-
изведенныя торговлей и пал'іжепіемъ на союзниковъ налоговъ, до такой степени на-
воднили страпу, что нація фатально сдѣлалась вся паразитомъ, Аристидъ, который
былъ въ это время наиболѣе вліятельнымъ лицомъ, посовѣтовалъ аѳинянамъ провоз-
гласить себя коллективно правящимъ собраніемъ всей іонійской Греціи и жить на сред-
ства конфедераціи Онъ пригласилъ жителей деревни поселиться вь городѣ, гдѣ «ни
могли найти занятія н благосостояніе; точно также приглашены были солдаты, реме-
сленники л торговцы всякаго рода. Пародъ далъ себя убѣдитъ въ этомъ чрезвычайно
легко, и. судя по тому, что разсказываетъ Аристотель въ своей «Аѳинской республикѣ»,
боіішинство наши,—свыше двадпати гыі-ячъ гражданъ, не г читая рабовъ,—жило на
счетъ государственнаго бюджета. Этотъ паразитизмъ, который всегда практикуется по-
бѣдителями за счетъ побѣжденныхъ, во который никогда нѳ принималъ такой нор-
мальнаго и установленнаго закопомъ характера, долженъ былъ вызвать среди союзни-
ковъ очень большое неудовольствіе, такъ какъ, ляпанные самоуправленія, они сдѣлались
данниками: только жители остроговъ Лесбоса, Хіоса и Самоса, сосѣдніе съ Азіей и
несшіе сторожевую службу по отношенію къ персамъ, сохранили свою свободу. Нужно
почти удивляться, что нація, превратившаяся въ огромное собраніе чиновниковъ и
политиковъ, имѣла въ собѣ такой избытокъ нравственныхъ силъ, который удержалъ ее
отъ еще болѣе многочисленныхъ ошибокъ во внутренней политикѣ и оть дальнѣйывхъ
агрессивныхъ дѣйствій противъ ея сосѣдей; но и этихь ошибокъ оы.іо достаточно,
чтобы вызвать революціи и войны во всѣхъ пунктахъ вассальной Греціи. Конечно,
аѳиняне имѣли бы тысячи основаній предать остракизму Аристида, если бы совершили
этотъ поступ-къ не оттого, что они тяготились нмъ или искали новаго, а чтобы
наказать его за то, что онъ увлекъ народъ, заставивъ его перемѣнить трудовую
жизнь изъ-за куска насущнаго хлѣба на жизнь, опиравшуюся за даровые доходы и
наполненную пустымъ политическимъ тщеславіемъ.
Другой чрезвычайно важный фактъ состоялъ въ развитіи крупной промышлен-
ности, явленіе, которое можно сравнить съ тѣмъ что произошло въ нашо время въ
цввплизованночъ мірѣ въ гораздо болѣе обширныхъ размѣрахъ. Фабрика имѣла своимъ
послѣдствіемъ быстрое развитіе рабства, но и- того патріархальнаго рабства, которое
существовало въ земледѣльческій періодъ греческой исторіи, а рабства, совершенна
чуждаго интересамъ личности и всецѣло отдававшаго ее въ руки владѣльца. Фабри
канты пріобрѣтаютъ рабовъ покупкой, и, поэтому въ удобныхъ для торговли пунктахъ,
основываются обширны-’ рынки рабовъ. Островъ Хіосъ,—говорятъ древніе—былъ первой
501
греческой общиной, которая набрала своей спеціальностью торговлю людьми, я города,
получившіе оттуда больше всего рабовъ, какъ Коринѳъ, Авины, Эгипа, Сиракузы, стали
проиышлеввимя центрами въ эту эпоху.
Тщетно пытались возставать противъ
ввоза рабовъ нѣкоторые граждане, какъ,
напримѣръ, Періапдръ въ Корвинѣ: про-
тивъ нпгь былъ могущественный союзъ
общихъ интересовъ фабринанловь.
Вскорѣ началась снова борьба между
Спартой в довнами, а затѣмъ зане-
сенная египетскими кораблями чума
опустошаетъ населеніе сѣверной Греціи.
Внутреннія трансформаціи, которыя слѣ-
дуютъ другъ за другомъ въ исторіи
Аѳинъ, всѣ ати войны, революціи и
контръ-революціи, неудачныя экспеди-
ціи, тираніи и возстанія, каз"и и
избіенія, продолжаютъ опустошать тер-
риторіи греческихъ государствъ, вклю-
чительно до Малой Азіи и Сициліи,
между тѣмъ какъ на сѣверѣ растетъ
Македонская монархія, скрытно го-
товящаяся къ завоеванію ослабѣвшихъ
республикъ. Впрочемъ, время отъ вре-
мени, вь цѣляхъ окончательнаго при-
миренія эллиновъ между собою, путемъ
поддержки и возстановленія всѣхъ боль-
шихъ и малыхъ республикъ, образо-
вавшихъ обширную федерацію, были
дѣлаемы очень благородныя попытки.
Эта честь выпала ва, долю беотійцевъ,
которые позже Спарлы я Аеипъ до-
стигли полнаго разцвѣга своего націо-
нальнаго генія; это онн предприняли
это дѣло справедливости, съ кеторымъ
іназывается имя Эпаминонда. Благо-
даря уваженію, которое питалъ къ
нимъ весь панэллинскій міръ, н благо-
даря своимъ счастливымъ войнамъ въ
Аполлонъ Савроктон-ь (,убивающій яще-
рицу"). Статуя Пракси'гекя.
сердцѣ Нелоповеза, они возстановили автономію аркадінцевъ и мессинцевъ, долго лало-
дввшихся въ рабствѣ. ІИ Греція, ослабленная и обѣднѣвшая оіъ всѣхъ этихъ междо-
усобныхъ войнъ, не имѣла уже силъ отразить новое нашествіе пародовъ Сѣвера.
602
Полтора столѣтія послѣ индійскихъ войнъ, Филиппъ Македонскій, котораго аѳиняне
почти презирали, какъ паря варваровъ, но который былъ равенъ эллвнзмъ П" уму и
превосходилъ пхъ, какъ военный тактикъ, почувствовалъ себя достаточно сильнымъ,
чтобы пройти Ѳермопильское ущелье; отъ проникъ въ долины, ^казавшіяся фатальными
для Дарія, и побѣдилъ, благодаря своей крѣпкой фалангѣ, мепѣе диспнпіивированныя
войска Ѳивъ и Аѳинъ. Подъ другимъ именемъ это былъ реваншъ персовъ, и въ пред-
ложеніи Филиппа грекамъ, і ъ утѣшеніе ихъ пораженія помочь ему въ наступательномъ
движеніи Европы на Азію, чувствуется какъ будто какая-то иронія. Но греки, пред-
почптавші’ свободу службѣ солдата въ войскахъ завоевателя, такъ неохотно откликну-
лись на это его предложеніе, что Александръ, сынъ Филиппа, долженъ былъ возобно-
вить наступательную войну противъ Греціи: разрушеніе Ѳивъ, избіеніе и продажа съ
молотка защитниковъ города, таковъ былъ результатъ его счастливаго похода.
Походы Александра въ огромную Персію, которая охватывала своими владѣніями
почти весь извѣстный тогда міръ, прямо чудесны и была бы необъяснимы, еслибъ мно-
жество племенъ, подчиненныхъ «Великому Царю», представляли изъ себя нѣчто дѣй-
ствительно единое; но огромная страна, завоеванная персидскими царями, была насе-
лена племенами, не только различными по языку, традиціямъ, нравамъ в интересамъ,
но и слабыми, слишкомъ угнетенными рабствомъ, чтобы они могли защищать собственную
свободу, и слишкомъ равнодушными къ судьбѣ ихъ повелителя, чтобы защищать послѣіняго
противъ чужеземца, Такимъ образомъ, македонцы могли легко проникнуть на территорію
царства, встрѣчая на своемъ пути лвпіь враждебныя арміи, а не народы. Персы имѣли числен-
ное превосходство, а солдаты Алексантра—превосходство военныхъ методовъ; однако, хотя
побѣдители и годвергнулпсь вліянію Греціи, все же ихъ нельзя назвать представителями
эллинизма, такъ какъ, собравшись въ Коринѳѣ, греки объявили войну Персіи и выбрали
своимъ генералиссимусомъ македонскаго царя, только по принужденію подчиняясь ому.
Бъ битвѣ при Гранинѣ Александръ встрѣтилъ даже среди враговъ больше грековъ,
чѣмъ сколько онъ привелъ ихъ въ качествѣ союзниковъ: тысячи людей, говорившихъ
па языкѣ мараѳонскихъ воиновъ, служили въ азіатской арміи, и не какъ наемники, на
по еобствепш му желанію, изо месть противъ угнетателя ихъ родины.
Съ своей стороны, Александръ пе быль удовлетворенъ сознаніемъ, что онъ первый
грекъ. Чувствуя себя принадлежащимъ па половину къ міру варваровъ и подталкиваемый
честолюбіемъ, стоіь естественнымъ для выскочки, опъ провозгласилъ себя наслѣдникомъ
Ахемѳнпдовъ и, занявъ ихъ мѣсто, сдѣлался, въ свою очередь, «Царемъ Царей», при-
соединилъ къ своему пменп всѣ титулы, которыми питать свое честолюбіе Дарій, осно-
вался въ тѣхъ же резиденціяхъ, Вавилонѣ и Сузѣ, которые сдѣлать своими столицами,
п пожелалъ завоевать всѣ тѣ области, которыя оыли покорены царемъ мидянъ и пер-
совъ-: ему стали нужны п Финикія, и Египетъ съ оазисами, и Иранъ, и Бактрія, п
Сугдіана, и Арахозія, и Годрозія, и Индія. Н<> въ бассейнѣ Семи Рѣкъ онъ должокъ
былъ остановиться, тамъ же, гдѣ ранѣе его остаіг-чплись иранскіе завоеватели, и ому
пришлось вернуться назадъ.
Опъ владычествовалъ пядь разноязычными народами всякихъ расъ, подчиненныхъ
ему, но какъ греческій Ахиллесъ, съ которымъ любилъ себя сравнивать вь молодости,
503
а какъ азіатскій деспотъ Мало того, заставивъ еще при жизпг провозгласить себя
богомъ, онъ возсѣлъ по ва вершину іреческаго Олимпа: онъ обожествить себя по
чужеземному и варварскому ритуалу. Онъ хвалился, что онъ сынъ, -не царя Филиппа,
смерти котораго, можетъ быть, помогалъ.—а змѣп, царя Земли, и торжественно наста-
ли ль признать еебя въ Египтѣ рожіеньымъ отъ двурогаго Амопа. И онъ настолько
самъ увѣровалъ въ вто и настолько заставилъ увѣровалъ въ это ослѣпленные его бле-
стящей судьбой народы, что до нашихь дней остался извѣстенъ въ Азіи подъ именемъ
«Двурогаго Искандера». Хотя Александръ и быль насильникомъ по отношенію къ
Греціи н до представлялъ геній эллиновъ въ своемъ головокружительномъ завоеваніи
Имперія Александра Македонскаго.
і; 5оеоо*00
юоаКиЛом
А. Аполлонія, въ Няспдіп. В. Александрія Египетская. С. Александрія, пока но найденная. В. Алек-
сандрія Арій попъ, Гератъ, Е. Профтозіл Е. Александрія Арвхоаік, Кандагаръ. а. Александрія
Паропамиза, Хе рп панъ, въ 16 ктпі.на зап. отъ Кабула. Н. Александрія Оксуса, Сатнрорай или Карніп
I. Александрія Дальняя, Ходдаоптъ (Магипапъ по другимъ апторамт.г 4. Ніікоя („побѣда"), доройня
сосѣдняя съ Кабуломъ. К. Буцефапія па берегу Гпдзспа (Джилумъ). названная по имени копя
Александра, убитаго твмъ;на протилопопожяомъ берегу находится: Ь, Никоя, вѣроятно, Удина-
гуръ. М Александрія Индійская, пока но найдена. Ы. Александрія, Во пли Ми.тханъ. О. Алексан-
дріи СоріЙская, близъ Кастшіура, ©. Александрія Эстуаріи, Сан гада. В. Александрія Сузіапьт, Ха-
раксъ. 8. Александрія Трооды. Т. Апексяпдрія близъ Йсеа, па мѣстѣ фпппкійсноп колоніи Мпріан-
досъ. топоръ Искандорумь ялл Алексапдретта.
всего извѣстнаго въ то время міра в-і сго сопровождали слишкомъ много людей яснаго
ума, и восточныя страны слишкомъ широко открылись для воздѣйствія со стороны ма-
ленькихъ республикъ Эллады, чтобы вліяніе послѣднихъ не отразилось на всей этой
части Азіи, которая прежде была совершенію закрыта для нихъ и въ которой, н»
встрѣчаясь съ идеями и воззрѣніями иранцевъ и индусовъ, это вліяніе не могло смѣ-
аться съ внми. Такимъ образомъ завоеванія Александра явились причиной одп>,й взъ
ыжнѣйшвхъ эволюцій во всемірной исторіи. Міръ сознательныхъ людей въ теченіе ве-
504
многихъ лѣтъ значительно вглр<>съ, болѣе, тѣнь удвоился, и, мало-по-малу. благодаря
смутнымъ и отдаленнымъ слухамъ, приливамъ и отливамъ народныхъ массъ, въ центрѣ
Азіи столкнули» представители народовъ Средиземнаго моря я крайняго Востока. Легко
»пять поэтому, что эта эпоха передвиженія народовъ была великой эпохой человѣческой
исторіи. Въ азіатскихъ легендахъ имена Александра, Рустема, Зороастры страннымъ
обратомъ переплетаются съ именами Солсмоаа, Магомета н позднѣйшихъ лицъ.
Македонскій завоеватель водружалъ колонны въ тѣхъ пунктахъ, гдѣ онъ одер-
живалъ побѣды; онъ оіьовывалъ города въ мѣстахъ, которыя имѣли коммерческое пли
стратегическое значеніе, пакъ, напримѣръ, при пересѣченіи важнѣйшихъ сухопутныхъ и
морскихъ путей. Въ выборѣ нѣкоторыхъ такихъ мѣстъ хотѣли увидѣть его геніальность,
какъ будто движеніе націй къ гой или другой «Александріи* не проистекало изъ самаго
существа событій, изъ необходимости исторической эволюціи. Многій изъ такихъ «Алек-
сандра* исчезли, потому что онѣ возникли не тамъ, гдѣ это было заранѣе предуста-
новлено: «Александрія! Индіи уже пе существуетъ больше, и тщетно ищемъ ея слѣдовъ,
между тѣмъ какъ великолѣпна» «Александрія* Египта сдѣлалась одною изъ столицъ
міра, была даже одно гремя самымъ дѣятельвымъ очагомъ науки в мысли и до щшнхъ
дней осталась значительнымъ городомъ. Но ея естественное чоіоженіе было таково, что
имъ не могла препеброгать торговля: уже во времена протоисторическія Гомеръ ссы-
лается на указанія моряковъ, чтобы назвать гавань, защищенную островкомъ Фаросъ.
Въ втомъ мѣстѣ образовалась олна изъ первыхъ естественныхъ гаваней, у западной око-
нечности длиннаго песочнаго мыса, который выступаетъ впереди Нила и пустыни до
береговъ Сиріи. II итогъ портъ, который безъ труда могли упрепть при помощи моловъ
и набережныхъ инженеры изъ свиты Александра, особенно же инженеры Птолемеевъ,
находился весьма близко отъ судоходнаго рукава Нила, практически н»вый городъ
соединялъ вь себѣ преимущества коммерческаго пункта не только морского, но и рѣч-
ного. Повидимому, этоть городъ оылъ основанъ по совѣту грековъ изъ Навкратиса.
которые были заинтересованы въ пользованіи большимъ морскимъ п< ртомъ по сосѣдству,
съ рукавомъ Нила, гдѣ былъ построенъ ихъ городъ. Впрочемъ, если бы Алексанлръ
двинулся дальше къ Востоку, къ превосходному рейду Абукира, послѣдній представилъ
оы совершенно тѣ же преимущества для торговли и наьягапіи
Послѣ смерти Александра, отдѣльныя части огрчмпаго завоеваннаго имъ владѣ-
нія, а также а основанные имъ города претерпѣли весьма различныя судьбы. Что
касается собственно Греціи, то она была вовлечена въ вихрь революцій и войнъ,
пронесшійся надъ повообразовившимися государствами, н пыталась при атомъ возродить
старыя традиціи собственнаго культа, расы и языка. Положеніе сдѣлалось тѣчъ болѣе
серьезнымъ, что ослѣпленіе, произведенное завоеваніемъ извѣстнаго тогда міра и
открытіе Индіи совершенно сбило съ толку всѣхъ честолюбцевъ, возбудило всѣхъ
авантюристовъ, породило въ каждомъ городѣ подражателей Александра.
Другая великая опасность происходила отъ наводненія Греціи деныаын, что имѣло
своимъ послѣдствіемъ неравномѣрное распредѣленіе богатствъ: сосредоточеніе огромныхъ
состояній въ однихъ рукахъ и соотвѣтственное обѣдненіе массъ. Государственныя ялы,
которыя были вызваны обогащеніемъ Аѳинъ въ вп.іху Перикла, значительно усилились
505
Демосѳепъ йогъ снизать, что ♦богачи скупила всѣ земли, а рядомъ съ ппма громзіпое
большинство населенія но имѣло обезпеченія на завтрашній день»; но еще большимъ
Александрія Египетека.і и Нилъ.
і: 500 000
о 	іа	«еКилом,
пкчастьемъ для Греціи явилось захваченное Александромъ новѣр ятвое богатство, кото-
рое, въ видѣ всякихъ драгоцѣнностей, собрали цари Персіи; въ рукахъ богачей Греціи
сосредоточилось золота и серебра въ слиткахъ на сумму около 2 милліардовъ, и богат-
608
ство это развратило націю. Произошла экономическая революція, которую можно сравнить
<"ъ тѣмъ, что соверши іось 18 вѣковъ спустя, когда короли Пс.паніи видѣли, какъ лъ
ихъ порты стекались галіоны, паіружгвпые добычей изъ Новаго Свѣта. Таковъ быль
неизбѣжный копецъ экономической эволюціи, девизомъ которой являлась поговорка:
урті ат’ а Т|р, т. с. «деньги дѣлаютъ человѣка*-.
Бѣдность народныхъ массъ, сравнительно съ богатствами немногихъ, и отвра-
щеніе къ свободной жизни привели къ всеобщему упадку духа, который имѣлъ своимъ
послѣдствіемъ, какъ говоритъ Полибій, целибаіетво и сознательное уменьшеніе кошче-
стза дѣтей. Народонаселеніе вь странѣ сокращалось даже въ періоды, когда не бшо
ни войнъ, ни эпидемій. «Люди, а не боги были виновны въ этомъ, гакъ какъ >.вя пе
хотѣли жениться, а коіда н женились, то не занимались воспитаніемъ дѣтей, развѣ чтп
одного или двухъ, коі--рыя, послѣ смерти родителей, должны были чать наслѣдниками
пхъ состоячія». Всякій декадансъ имѣетъ одни и тѣ-ж<- симптомы Тѣмъ не мвнѣ>, мо-
гучая жизненность навій, родившая греческую цивилизацію, была ешз далека отъ встг-
щі-пія и даже, вь извѣстномъ направленіи, дала имени» въ этотъ періодъ свои лучшіе
плоды, пока грубая рука римлянъ не раздавила Грецію: часто случается, что въ физи-
чески ослабленныхъ организмахъ мысль начинаетъ работать интенсивнѣе, съ большей
проницательностью и углубленностью. Между маленькими республиками образовались
лиги, искренію желавшія уважать свободу отдѣльныхъ провинцій и боровшіяся съ при-
вилегіей одного государства за счетъ другихъ. Никогда грока не приближалась къ
истинно федеративному устрийству, какъ во время существованія ахейской лвгв. Овко-
ванпан въ Пслопопесѣ, глазнымъ образомъ потомками тѣхъ грековъ, которые тысячу
лѣтъ раньше этого, раньше Спарты и Аѳинъ, пользовались гегемоніей въ Троянскую
войну, эта лига неренвела главнѣйшій центръ Эллады къ тому пункту, который онь
занималъ когда-то до дорійскихъ нашествій: старость возобновляла пвклъ дѣтства.
Послѣдними греками были тѣ же, которые были и первыми. «Конецъ Греціи напомнилъ
ея начало; Фвлофеменъ былъ изъ Аркадіи,—изъ Пелоповеза».
Но прекрасная ахейская лига, которая должна была обнять весь греческій міръ
и осуществить идею панэллинизма, имѣла противъ себя всѣхъ тирановъ отдѣльныхъ
городовъ, всю старую аристократію, которые могли надѣяться сохранить свою власть
лишь въ союзѣ съ македонянами ига другими завоевателями Къ старымъ врагамъ
присоединились в ворѣ новые, болѣе опасные; міръ расширялся и. но мѣрѣ того, какъ
Греція развертывала свою идею независимости, опасности извнѣ падвигаіпсь еще бы-
стрѣе; Авины, нашедшія свое самоопредѣленіе ш>слѣ сверженія тирановъ и побѣдъ надъ
мидянами, управляются демократически, по. провозгласивъ свою гегемонію, онѣ терпятъ
пораженіе оть Спарты. Городъ Парѳенонъ становится опять свободнымъ и прѵцвѣтаеть,
нользуясь еще большимъ уваженіемъ другихъ городовъ, но македоняне иоксряюіъ его.
Съ возникновеніемъ ахейской лиги образуется свободная федерація,, настоящая народная
организація, но, «отъ, на полуостровѣ Иллиріи ігаявляюся римляне. Противъ этой нов-
опасности нужны были бы новыя силы, между тѣмъ завоеватели сумѣли воспользо-
ваться греками противъ грековь же, возстаю шивъ этолійскую лигу противъ лиги ахеіі-
ской. Этолійцы, которые съ этого времени вступили вь рѣзкое столкш-веніе съ дрѵ.
507
гими греками, жилг до того почти въ сторонѣ отъ группы народовъ того же проис-
хожденія: пастухи и 6аніиты, опп раздѣлились ва небольшія государства, подчиняясь
Э т о д і я. Элида и Аркадія.
I ІООСОПЗ
і,,...
Л ій	30
бОКи/іом.
Территорія ахеядъ первоначально ограничивалась сѣв.—зап. склономъ Эри мята, до 280 г. до Р. X.;
йотомъ уже присоединилась Аркадія, позднѣе—Элнди съ остальною частью Пслоиоиооа.
особымъ воеяачальпнкамъ и представляя ссбой періодъ гораздо болѣе низкой цивили-
заціи, чѣмъ пигилизапія дрѵгигь грековъ, и и> шихъ ближе къ Восточному морю. СграпныЯ
508
"бычій, получившій силу закона, установился у эіолійцевъ. Если два народа объ-
являли другъ другу войну, то этолійцы располагались лагераиъ ш сосѣдству съ полемъ
битвы, чтооы послѣ сраженія напасть на побѣдителя и отнять у вето большую часть
его военной добычи: «ня называли это «грабить грабителей*. Полибій раз< называетъ
о Дисеаркѣ, этолійскомъ пиратѣ, что «въ разга]<ъ своей горячки» онъ хотѣлъ привести
въ ужась боговъ и людей. Куда бы овъ ня приставалъ, вездѣ «жъ сооружалъ два
жертвенника, одинъ Безбогкію, а другой Безправію; онъ сдѣлать религію изъ своего
презрѣнія къ культамъ грековъ и ко весну в му, что было имъ дорого Такимъ обра-
зомъ, обращаясь къ зтолійцамъ и приглашая ихъ въ союзники, рнмлпие не ошиблись,
хотя это нисколько не помѣшало зиъ впоѵЛѣдствіп обратить свои силы противъ тѣхь
же этолійцевъ которыхъ они раздавили и сдѣлали совершенно безсильными.
Но еще прежде, чѣмъ наступилъ послѣдній актъ грубой драмы, насмѣшка судьбы
подготовляла его за счетъ самой бѣдной приговоренной націи. Въ 196 году, три сто-
лѣтія спустя послѣ Мараеіша, передъ толпою, которая стеклась на исімійскія игры, у
подножія Акрокорит, герольдъ провозглашаетъ полную свободу всѣхъ грековъ, брат-
скую лигу городовъ подъ покровительствомъ римскихъ легіоновъ, которые будутъ под-
держивать справедливость. Съ обычной для побѣжденныхъ низостью и самоотреченіемъ,
которыя бросаютъ толпу къ ногамъ побѣдителей, весь этотъ собравшійся народъ, сча-
стливый, что получаетъ призракъ тіхъ благъ, которыя онъ не сумѣлъ добыть гамъ,
издалъ такіе радостные крики, чтс «падали птицы», говорятъ легенда; п> не прошло
и полустолѣтія, какъ въ томъ же мѣстѣ консулъ Муммій оезъ всякихъ фразъ сѣялъ
смерть и разореніе. Греція была уже не больше, какъ римская провинція, съ дорого
доставшимся ей за послѣднюю борьбу именемъ «Ахея» п съ безсмертнымъ вліяніемъ,
которое она получила въ наукахъ, искусствахъ и во всемъ движеніи мысли. Фукидидъ,
который присутствовалъ при ужасныхъ событіяхъ Пелопі-незскѵЙ войны, и который могъ
отчасти понять притины будушаіо эллинскаго упадка, говорилъ языкомъ, достойнымъ
аеипяпина: «Если намъ и суждено когда-нибудь придти къ упадку, ибо все рано или
поздно падаетъ, во всякомъ случаѣ о насъ останется вѣчное воспоминаніе». Опъ могъ
бы прибавить: <и вѣчный примѣръ».
Значеніе Греціи во всемірной исторіи сводится главнымъ образомъ къ тому, что
опа сосредоточила въ себѣ и развила всѣ элементы прогресса, источники котораго
взяты изъ Еіипта и изъ восточнаго міра, отъ Паропамиза до Кавказа. Въ это узкое
пространство, покрытое островами и полуостровами, послѣдовательно вливались, какъ
въ горьнлѵ, чтобы въ немъ заново сплавиться, мины и идеи, индустрія, науки н искус-
ства, рожденныя въ теченіе вѣковъ въ огромной жружности земель, которыя были
населены различными расами неодинаковаго генія, хамитами и семитами, арійцами и
туранцами. Немногочисленныя племена эллиновъ находились еще въ первобытномъ вар-
варствѣ, когда Египетъ, Халдея ужо дѣлали статуи, гравировали священные тексты и
воздвигали храмы; н<> распространяясь ьъ Западу, эти двѣ великія мѣстныя цивили-
заціи должны были встрѣтиться на берегахъ Финикіи, и фле-ты торговаго народа, обла-
давшаго величайшимъ сокровищемъ человѣчества, твмт- истиннымъ сокровищемъ, ко-
торое зовется книгой, прежде всего натолкнулись въ своемъ плаваньи по длинному
509
Среднземпоиу морю на острова н полуострова греческаго ніра. Здѣсь втн навигаторы
Востока нашли колонистовъ, явившихся изъ другихъ странъ, сь береговъ Малой Аяіи
и съ прнбрежьевъ Чернаго моря; мало-по-малу, черевъ разсказы и легенды, которые
передавались отъ народа къ народу ио дорогамъ неторопливой мѣновой торговли, Гре-
ція подучила и разработала затѣмъ всѣ умственныя пріобрѣтенія, добытыя народами,
Аѳины и И и р е й.
I :	100 000
Іліхшш-.	-	- 1	---
О I	3
6 Ки/іом
Аеихы: Акрополь. В. Ареопагъ.. С. Иииксъ, Народное Собраніе В. Хохсмъ музъ. Е Кварталъ гор-
шочли ковъ. Г. Городъ римской эпохи. Диреа: 1. Гавань Мунихія. 2. Гавань Зеа 3. Военный мартъ
Каптарооъ. 4. Коммерческій портъ, Эмпоріонъ. 5. Афродизіонъ 6. Гавань.
Аллеи Лжкся иапомнлають уіѳню Аристотеля; рощи Акодема—объ урокахъ Платона. Современныя
Аѳины развиваются главнымъ образомъ къ сѣверу.
осѣвшими амфитеатромъ въ окружающемъ игъ мірѣ, начиная съ эѳіоповъ Верхняго
Нила и кончая скиѳами Борисѳена.
Эволюція народовъ всегда имѣетъ, вмѣстѣ съ движеніемъ впередъ, в попятное
движеніе, и Греція не избѣгла этого закона. Съ несомнѣнностью можно сказать, что
Эллины, какъ промышленный народъ, остались ва низшей ступени, чѣмъ егинтяпе; въ
другемъ копцѣ міра ихъ црсвзишли въ саиобытиомъ развитіи китайцы; иичти у грѳ-
біо
і.овъ во можетъ быть сопоставлено съ издѣліями ил> алебастра, сфабрикованными
египтянами уже въ эпоху шестой династіи. Среда и геній, обусдовденпый ею. напра-
вили дѣятельность первыхъ въ иную сторону, въ сторону примѣненія наукъ къ чело-
вѣческому труду. Фабрикація инструментовъ, относящихся къ изученію земли, явилась
однимъ изъ великихъ тріумфовъ человѣческаго ума, и удивительнымъ созданіемъ пер-
выхъ небесныхъ и земныхъ глобусовъ человѣчество обязано грекамъ ізъ Милета. По-
добное производство свидѣтельствовало, вороченъ, пе столько о глубокомъ званіи Земли
и Неба, сколько объ открытіи основного факта—круглой формы земля. Движеиіі гло-
буса вокругъ солнца также допускалось нѣкоторыми греками, какъ, напримѣръ, Ари-
стархомъ изъ Самоса, который въ данномъ случаѣ слѣдовалъ указаніямъ Пифагора и
его школы; говорятъ даже, что послѣднему угрожалъ процессъ за безбожіе, вслѣдствіе
ого желанія «перемѣстить впутрѳииый очагъ міра». Больше того, греки почти предчув-
ствовали закопъ тяготѣнія; п  нѣкоторымъ ихъ гипотезамъ, лупа по падаетъ «благодаря
вя собственному движенію и быстротѣ ея вращеніи вокругъ собственной оси. Такимъ-же
образомъ метатольныо снаряди, омѣщеиные иа пращу, удержи ваюіея на ней тѣмъ
вращательнымъ движеніемъ, которое сообщается имъ». Наконецъ, ученый говорили о
нелѣпости всякой системы, считающей Землю центромъ міра. «Разъ міръ безконеченъ,—
говорили оии,—Земля не можетъ занимать въ немъ центральнаго положенія».
Въ созданіяхъ искусства все растущая слава грековъ основывается въ осо-
бенности па ихъ удивительно развитомъ чувствѣ мѣры и формъ, въ чемъ никто еще
не превзошелъ ихъ. Оть ихъ живописи ничего не сохранилось, а. мы можемъ составить
о вей нѣкоторое представленіе по декораціямъ—римскимъ и египетскимъ, но очевидно
пождевпымь подъ вліяніемъ іреческаго искусства,—остатки которыхъ были найдены
подъ пепломъ Помпеи в въ раскопкахъ Хавары. Шедевры скульптуры, принадлежащіе
Мирону, Фидію, Скопасу, Праксителю, и до сихъ поръ составляютъ гордость начіихъ
музеевъ, и въ присутствіи эіихъ боговъ дѣйствительно чувствуешь, что они предста-
вляютъ собой готъ идеалъ человѣка, который создали греки вь гармоніи силы и граціи,
благородства и красоты; поэтому то это совершенство, вь которомъ художники такъ
сумѣли воплотитъ первоначальную идею величія, когда-то груоо символизируемую рели-
гіозными представленіями, и изученіе живой дѣйствительности,—поэтому -то это совершен-
ство имѣло своимъ слѣдствіемъ пріостановку на долгіе вѣка свободнаго развитія искусства,
внушивъ послѣдующимъ поколѣніямъ чувство собственнаго ихъ безсилія; долго лу шіе
художники, отчаиваясь достигнуть недосягаемыхъ вершинъ, тщетно тратили свои силы
на подражанія, вмѣсто того, чтобы мужествея о искать зовыхъ путей, отвѣчающихъ
новымъ движеніямъ мысли. Точно такъ-же, какъ памятники крупной скулъотуры, пре-
лестныя фигурки Танагры, амфоры в вазы, найденныя въ храмахъ и мотвлахъ, оста-
лись тоже типами, которые, въ глазахъ восхвщенвыхъ модельщиковъ и чеканииковъ,
представлялись недосягаемыми образцами
Различные виды классической архитектуры, изъ уваженія къ эллинскому генію,
тоже воспроизводились безъ всякой оригинальности во всѣхъ странахъ и подъ всЬмн
климатами, притомъ часто безъ основательнаго выбора между двумя стилями, эавѣ-
щлппыми аеиикпамп слѣдонавшимъ за вими народамъ: кориивскіЯ стиль съ его кми-
511
тедект. въ видѣ корзины ивъ листьевъ аканта относится, въ самомъ дѣлѣ, къ римской
эпохѣ; каріатида, хотя и принадлежатъ эллпнск->му замыслу, имѣла ограниченное зна-
ченіе и малое распространеніе. Дорическій стиль, происхожденіе котораго надо вскатъ
въ микенскомъ стилѣ, отучилъ это названіе, потому что дорійцы были покорителями
тѣхъ именно областей Пелонокоса, гдѣ раньше всего но.-пакли храмы такого архитек-
турнаго типа; его можно разсматривать какъ истинно эллинскій, національный по пре
имуществу. Прямо онъ ничѣмъ не обя-
занъ Египту. еще прежде, чѣмъ греки
распространились по долинѣ Нила,
форма дорическаго храма была уже
выработана въ свовхъ главныхъ чер-
тахъ. Открытіи Египта для эллинскихъ
моряковъ но могло имѣть существен-
наго вліянія па развитіе архитектуры
Греціи п ея острововъ; только удивле-
ніе предъ огромными прибрежными
сооруженіями Нила и вызванное имъ
соревнованіе со стороны греческихъ
художниковъ имѣло косвенное вліяніе
на искусство Греціи. Дорическій
храмъ — нячю иное, какъ «царскій
дворецъ’ гомерическихъвремснъ.окру-
женный, для усугубленія его боже-
ственнаго величія, колоннадой. Этотъ
архитектурный стиль ничего не зави-
ствовалъ отъ иностранцевъ; онъ лѣй-
стеителъші старшій сынъ художествен-
наго генія Греціи.
Что касается іоническаго искусства,
которое родилось нъ азіатской Греціи,
то его имя вполнѣ оправдывается исто-	Аристотель
ріей,такь какъ именно іонійцы въ Азіи
придали мѣстнымъ постройкамъ греческій характеръ. Эозійны и іонійцы береговой полосы
встрѣтились съ фнннвіицами и жителями о. Кипра; черезъ Каппадокію и черезъ друпя
страны материка они вишни ьь сношенія даже сь Ассиріей и Персіей. Среди архи-
тектурныхъ формъ, принадлежавшихъ малоазіатскому міру задолго до рожденія іониче-
скаго стиля, завитокъ былъ очень распространеннымъ украшеніемъ, которое іонійскіе
зодчіе, конечно, позаимствовали у своихъ предшественниковъ по цивилизаціи. Точно
также іоническая колонна похожа на азіатскую своей большею легкостью, сравнительно
съ дорической колонной. Хотя извѣстные персидскіе дверцы болѣе— поздняго происхо-
жденія, чѣмъ болѣе древніе іонійскіе памятника, есть все же основаніе думать, что
колонны послѣднихъ, такія узкія и высокія, еравшітелъьо съ колоннами всѣхъ другихъ
512
греческихъ стилей, продолжаютъ традиція иранцевъ и воспроизводятъ формы ботѣ1
древней архитектуры, какъ, напримѣръ. Млзандерана, въ которой крыши .-оддержива
лисъ стволами деревьевъ, а по тяжелыми каменными колоннами. Сеоей изящной фор-
мой, тагъ же. какъ и профилямъ своего основанія и многочисленными выемками по своей
окружности, іоническая колонна обязана персидской архитектурѣ: но свою универ-
сальную форму она получила оть аевпянъ, въ періодъ ихъ торжества послѣ индій-
скихъ войнъ: то-же самое надо сказать и о дорическомъ стихѣ, когда-то употребляв-
шемся лишь для сооруженій въ мѣстахъ паломничества жителей Пелопонеса въ Ѳивы и
другіе города. Когда въ Ачмны, ставшія настоящей столицей для всѣіъ грековъ, со-
бралось такое множество ученыхъ архитекторовъ со всѣхъ концовъ Европы и грече-
ской Азіи, ея искусство стало первымъ во всей древней Греціи, въ Сициліи, вь Италіи
а затѣмъ начало переходить по наслѣдству оть народа къ народу, оть столѣтія къ
столѣтію.
Впрочемъ, видимый конецъ Греціи не былъ настоящимъ концомъ, в обращеніе
въ рабство жителей древнихъ республикъ, эмиграція лучшихъ и наиболѣе мужествен-
ныхъ гражданъ, которые находили убѣжище плн искали счастья во всѣхъ эллинскихъ
колоніяхъ и во всѣхъ сварварекпхъж царствахъ прибрежья Средиземнаго моря, имѣли
се ймъ "^слѣдствіемъ огромное расширеніе истинной Греціи и ея идей. Очагъ жизни
перемѣстился, ни сама жизнь продолжала горѣть съ тою же силой. Какъ Аѳины полу-
чили священный огонь черезъ жителей Милета и другихъ бѣіледовъ изъ Малой Азіи,
точно также Йоргамъ, Александрія, Кировы, Сиракузы, Марсель, сдѣлались подобными
же Аоинами, продолжавшими дѣло своей предшественницы, особенно же энергичной ра-
ботой мысли и безкорыстной любовью къ наукѣ Развѣ Пиѳсасъ изъ Массиліота ве
изслѣдовалъ Великій Сѣверъ Атлантическаго океана, единственно изъ любви кь знанію?
Выстроенныя зданія, особенно Парѳенонъ, показывали съ чрезвычайной законченностью
и блескомъ, какъ греческіе художники поняли в -илошевіе своего идеала въ архитектурѣ
но въ философіи, морали, въ пониманіи дичв<>й и общественной жизни онн закончили
свое творчество гораздо позднѣе: можно сказать, что Греція составила завѣщаніе своего
мвоговѣноваго опыта и передала свои методы обученія другимъ, послѣдующимъ наро-
дамъ, будучи въ изгнаніи.
Первую причину того поразительнаго развитія мысли, которое характеризуетъ
Грецію, нужн' искать въ слабомъ вліяніи религіозна!о начала. Духовенство не управляло
эллинами. Конечно, каста жрецовъ пыталась освоваться въ эолійскихъ, іонійскихъ и
дорійскихъ республикахъ, кань она дѣлала это и въ другихъ странахъ міра, во попытка
ея удалась весьма плохо. Нанесенные въ Грецію изъ Египта, Финиши и Персіи, миѳы
не сопровождались здѣсь ужасными истолкованіями жрецовъ, которые раздували благо-
дать. Во всякой горной долинѣ, въ каждой семьѣ первобытнаго клана, грекъ являлся
самъ священникомъ, а когда племя разрослось, то политическіе представители гражданъ
стояли во главѣ одного общаго культа. Греческая миѳологія, такая богатая и разаи-
образная, безпрестанно обновлялась собственнымъ народнымъ творчествомъ, въ каждой
доливѣ, на всякомъ полуостровѣ, такъ что греческіе боги мѣнялись отъ вѣка къ вѣку.
Первсначальный смыслъ миѳовъ, созданныхъ символизмомъ —первая попытка синтетиче-
513
скаго обобщенія—оставался ото яснымъ для большинства вѣрныхъ: они отлично впали,
что Зовсъ былъ «Великій День» и, въ то же время, владыка Олимпа; Посейдонъ
былъ богомъ моря, но въ особенности самимъ моремъ; Гефестъ выковывалъ оружіе
боговъ въ н<>дяемн<>ыъ горнѣ, но самъ онъ представлялся въ видѣ пламени. Такъ было
со всѣми богамв: Дсметра, «добрая мать», которая покровительствовала урожаю, была
сама колосящимся полемъ, волнующимся отъ вѣтра. Эта прозрачность миѳовъ позволяла
грекамъ обходиться безъ истолко-
вателей для ихъ пониманія, а,
кромѣ того, государство игъ
было слишкомъ маю и слиш-
комъ подвижно, чтобы ВЪ НОМЪ
могло сложиться жречество съ
неподвижными догмами.
Конечно, красота яснаго неба,
отчетливость профилей скалъ и
холмовъ на горизонтѣ. освѣщен-
ное море много способствовали
жизнерадостности общаго харак-
тера греческой миѳологіи Страхъ
смерти, боязнь неизвѣстнаго, ко-
торое ждетъ каждаго за моги-
лой, имѣли мепьш* власти надъ
эллинами, чѣмъ надъ пародами
тѣхъ областей, гдѣ природа
болѣе мрачна, гдѣ ея явленія
грандіознѣе. Это и было одною
изъ причинъ, по которой ОНИ
избѣгли постояннаго вмѣша-
тельства въ ихъ жизнь жрецовъ,
которые жестами и криками за-
клипаютъ судьбу; они доржалис»	Платонъ.
гъ сторонѣ отъ своихъ сородичей
в союзниковъ Малой Азіи, которые въ Понтѣ. Каппадокіи и Сициліи любили преда-
ваться экстатическимъ трансамъ, какъ это практикуютъ въ наше время шамапы 'Гурана.
Въ періодъ полнаго расцвѣта Греціи, ужасная судьба, тяготѣвшая даже надъ самими
богами, страшную власть которой описали намъ великіе трагики, являлась, повидимому,
гъ глазахъ аѳинскаго народа скорѣе драматическимъ поученіемъ, тѣмъ реальнымъ пред-
метомъ страха. Оракулы Дельфъ, такъ же какъ п другихъ боговъ, къ которымъ прихо-
дили совѣтоваться со всей Греціи и изо всѣхъ странъ, полная шить ея вліянію, имѣ-
ютъ спеціальный характеръ: въ то время, какъ боги другихъ націй угрожаютъ, прика-
зываютъ, устрашаютъ, Дельфійскій оракулъ старается изощрить умъ грековъ: онъ за-
даетъ инъ загадки, которыя ни должны отгадывать. Синай среди грома извергалъ законы для
П е а т > в ъ.
впііав І'ЕКЯЮ ВЫП IV,
33
514
народа распростертаго у подножія горы въ гыли пустіднп. Дельфы же велп, такъ сказать,
пріятныя бесѣды съ умными людьми, и часто граждане какого-нибудь города обсуждали
предсказанія оракула.
Но какъ ни мало вліятельно было жречество, его кастовый духъ долженъ былъ
стать во вражду съ свободнымъ геніемъ грековъ и даже стремиться къ предательству.
Въ періодъ наибольшей опасности народъ хотѣлъ защищаться н, въ силу своей энер-
гичной воли, естественно воображалъ себѣ, что боги были на его сторонѣ; однако,
«оракулы остались нейтральны или давали уклончивые отвѣты»: потребовалась вся
проницательность (Ѣмистокла, чтобы истолковать въ героическомъ смыслѣ двусмыслен-
ный отвѣтъ Пийііі. Послѣднимъ словомъ мудрости для жрецовъ было—не скомпромети-
ровать себя передъ побѣдителемъ.
Коіьчво, потеря греками своей независимости усилила вліяніе жрецовъ. Таин-
ственные обряды, папр., въ Эдевзивѣ, притягивали къ себѣ бездѣятельныхъ гражданъ и
декадептовъ эпохи, которые изъ честолюбія влн вслѣдствіе « -’утренной неуравновѣшен-
ности хотѣли причаститься къ пресловутой наукѣ, запретной для профановъ, а по
холмамъ гонялись другъ за другомъ въ изступленіи чувственности стада вакханокъ и
мамдъ.
Болѣе счастливые, чѣмъ семиты и пароды отдаленнаго Вогіока, и благодаря
разносторонности, подвижности и глубокому послѣдовательному видоизмѣненію ахъ
политеизма, эллины могли также избѣгнуть тирапшн такихъ книгъ, какъ Зендь-
Авеста, Веды, какъ Коранъ и другія. Что болѣо всего нриолижалось у грековъ къ
«священнымъ книгамъ»,—это поэмы н драмы великихъ рапсодовъ и трагиковъ; но въ
этихъ твореніяхъ было трудно найти опредѣленную руководящую мысль, указаніе на
руководящее поведеніе для націи.
Политеизмъ, какимъ опъ развился въ античной Греціи, имѣетъ основнымъ прин-
ципомъ автономію всѣхъ существъ и признаетъ, что ьсякая вещь въ мірѣ имѣетъ
жизнь. Такимъ образомъ религія грековъ утверждала то, чю признаетъ современ
пая паука: неразрушимость жизни во всѣхъ ея видахъ, какъ въ матеріи, такъ и ві
мысли; но если религія эта своимъ высокимъ полетомъ проводитъ далекія пер-
спективы научный, изысканій, опа, въ то же время, примыкаетъ своими корнями къ
первобытному анимизму, который населяетъ духами н землю, и воду, и воздухъ, кото-
рый видитъ, какъ безчисленные духи трепещутъ въ листвѣ дубовъ Аркадскі- пастухи
на своихъ покрытыхъ травой нлоскогоріяхъ дольше всего практиковали зту старую
естественную религію: ихъ главное божество, такой же пастухъ, какъ опи, сдѣланный
по ихъ образу и подобію, любило красиво освѣщенные горизонты, тучныя пастбища,
прохладныя пещеры, гдѣ мсткно укрыться отъ солнца. Панъ, по имени котораго названа
вся область Пинія, уступилъ первое мѣсто Зевсу, завистливому богу, и аркадскіе пастухи
должны были подчиниться могущественнымъ сосѣдямъ; но хотя скромный Панъ и
удалился въ пещеры, однако, ае отрекся отъ своей божественности: онъ остался остомъ
бѣдныхъ, которые воздвигали ему простые жертвенники, а н> храмы, и приносили въ
жертву по жирныхъ животныхъ, а земные плоды. Такимъ образомъ онъ пережилъ
Зевса и другихъ молодыхъ боговъ и, по странному капризу судьбы, благодаря сходству
&15
своего имени со словамъ «««»», въ его смыслѣ «все», боіъ потъ ассимвлвровмся въ
представленіи съ огромностыѵ всѣхъ живыхъ вещей, съ великимъ пиаіеистическимъ
міромъ. Такъ, въ «Сатирѣ» Гюго, Панъ, безконечно разросшійся, безпредѣльный, какъ
міръ, держитъ въ лонѣ своемъ и людей, и ооювъ.
Религіозныя мистеріи Греціи также многіе вѣка сохраняли прямой культъ свѣ-
тилъ, солнца, луны, зьѣздъ, даже тогда, когда символическіе представители природы,
боги, заняли мѣсто ея элементовъ. Греческіе х амы, такъ же какъ и храмы Египта,
были построены такимъ обра-
зомъ, чтобы во нимъ можно
было оріентироваться съ точ-
ностью относительно восхода
звѣздъ нлв наиболѣе видныхъ
созвѣздій, какъ, напримѣръ,
Арктуръ, Сшіка, Плеяды, и
большія релиі юзныя празднества
въ честь божества, связаннаго
въ представленіи вѣрующихъ
съ отдаленнымъ свѣтиломъ, со-
вершались какъ разъ въ то
время, когда так.-е свѣтило
появлялось надъ горизонтомъ.
Но такъ какъ, отъ вѣка къ
вѣкѵ, видимое положеніе звѣздъ
мѣняется, то жрецы, стоявшіе
у алтаря, должны были пере-
мѣщать двери, чтобы слѣдить
за звѣздными лучами. Больше
того, когда проходило нѣсколь-
ко столѣтій, нельзя уже было
помочь дѣлу перенесеніемъ две-
рей, прі годилось перестраивать
самый храмъ, поворачивая ого,
такъ сказать, вокругъ оси. Въ
мѣстахъ, гдѣ сооруженія пс-
Діогенъ.
слѣдовательно
воздвигались па тѣхъ ж пунктахъ, уголъ отклоненія, замѣченный архи-
текторами, служить для нихъ достаточнымъ указаніемъ для опредѣленія оіг>хи перво-
начальной постройки храмовъ и ихъ перестроекъ. Этимъ способомъ удалось установить "
время осп-чіаніл архаическаго храма Аѳины, на Акрополѣ, и отмести ѵго за Зі вѣка
до пасъ (точная дата—1530), и Э.іевзинскаго храма (230 лѣть спустя), которыіі
оылъ направленъ на Сиріусъ, какъ многіе современныя сооруженія Египта, и которыіі
пожегъ быть, далъ пріютъ волхвамъ, пришедшимъ изъ этой страны.
Итакъ, эллинскій политеизмъ сымѣщаетъ въ себѣ развитіе всѣхъ пенвобытныхъ
616
религіозныхъ формъ, которыя чередовались ьъ исторія человѣчества; ему суждено было
также подняться до высшихъ религіозныхъ формъ, чтобы затѣмъ отказаться отъ своихъ
нрвицииокъ и, внѣ всякихъ культовъ, найти сущность человѣческое морали. Отъ лѣсовъ
Додоііа, гдѣ греки со страхомъ прислушивались къ шуму колеблющихся дубовъ, до са-
довъ Акадома, гдѣ прогуливались философы, бесѣдуя о мудрости, эллинскіе искатели
истины прошли громадный путь, который отъ инстинкта ведетъ къ сознательному изуче-
нію великихъ проблемъ жизни. Конечно, монотеистическая религія, сосредоточивающая
весь идеалъ человѣчества въ одномъ великомъ существѣ, проявляется въ греческой
мысли такъ же благородно, какъ и въ мысли семитовъ: «Юпитеръ Софокла н Пиндара
развѣ пе былъ врагомъ тираиніи, защитникомъ угнетенныхъ, покровителемъ домашняго
очага, убѣжищемъ для несчастныхъ?»
И съ тѣхъ поръ, какъ различные народы утратили особыхъ боговъ, которыми
они от:вчалнсі>, самая идея великаго бога не расплылась ливъ идеѣ добра и красоты,
которыя оиъ представляетъ? Но всѣмъ городамъ шипы считали себя потомками об-
щихъ предковъ, унаслѣдовавшими одинъ и тогъ же языкъ, одну и туже цивилизацно,
и создателями одного и тою жи соціальнаго типа. Патріотическое чувство, бывшее
сначала чрезвычайно узкимъ и ограничивавшееся о длимъ городомъ, постепенно распро-
странилось ва всѣхъ обитателей Эллады и эллинскихъ странъ, а потомъ, у философовъ,
охватило н весь тогда извѣстный міръ. Никогда ириицинь братства всего человѣчества
не провозглашался такъ ясно, энергично и такъ краснорѣчиво, какъ ятѵ было сдѣлано
греческими мыслителями: давъ прекраснѣйшіе примѣры тѣсной солидарности нардовъ,
греки прочно утвердили тотъ принципъ, который, спустя 2000 лѣтъ, подучилъ наиме-
новати «Международнаго Братства».
Атавизмъ, который во ьсякой старѣющей цявитизаши, осложненной всякими
условностями и ложью, влечетъ извѣстное число людей къ первобыгвому природному со-
стоянію, втоть атавизмъ долженъ былъ проявиться также и въ греческомъ обществѣ, но
сопутствуемый всѣми завоеваніями умственной культуры. Міръ увидѣлъ философовъ,
великолѣпно вооруженныхъ для діалектики, благодаря знанію и презрѣнію къ предраз-
судкамъ, которые съ подпой простотой, но непобѣдимымъ убѣжденіемъ, требовали,
чтобы люди отказались отъ всякаго деспотизма, и толніо людей, по обычаевъ, при-
личій и привычекъ. Рабы, стоики въ сознаніи собствешіаго человѣческаго достоинства
выступали такъ благородно, что ихъ уважали больше, чѣмъ свободпыхъ людей;
«циники»—слово, когда-то пользовавшееся уваженіемъ, во употребляемое теперь въ
дурномъ смыслѣ—жили такъ жо свободно, какъ полевые звѣри, возвышая сеоя въ то же
время самообразованіемъ и учительствомъ на ту же степень, на которой стоили вели-
чайшіе мудрецы вхъ ай ,хв. Не имѣя другого жилища, какъ бочки, почти безъ всякихъ потрео-
* костей, презирая даже голодъ, такъ какъ они довольствовались оливой иди луковкой
чеснока, они внрили вь раві-петв< людей и исповѣдывалп его на практикѣ; собственной
жизнью стирая всякое различіе между богатыми и бѣдными, оим приходили къ идеѣ
полнаго сліянія отдѣльныхъ классовъ. Однимъ ударомъ были уничтожены всѣ соціаль-
ныя различія, и передъ Діоіенпмъ, «Гражданиномъ Земли», Александръ, убійца соб-
ственнаго отца, истребитель Ѳнвь, уже по чувствовалъ себя всемогущимъ владыкой,
517
какимъ онъ былъ въ глазахъ своихъ солдатъ в покоренныхъ имъ народовъ. П, однако,
эти философы, съ такими возвышенными мыслями, которые могли совершенно прене-
бречь, какъ чѣмъ-то несуществующимъ, обществомъ сильныхъ п богатыхъ, продолжали
жить въ городахъ, воздѣйствуя на своихъ согражданъ примѣромъ и благородствомъ
собственной жизни; она нѳ удалялись отъ человѣчества, какъ это дѣлали позже
анахореты.
Правда, это высокое пониманіе жизни было удѣломъ немногихъ умовъ; во ему
суждено было распространиться отъ одного вѣка къ другому, отъ однихъ народовъ къ
другимъ, чтобы, въ копцѣ концовъ, охватить весь міръ, который заранѣе представлялся
этимъ мудрецамъ обширной республикой равныхъ,—идеалъ не только нашего вѣка, но
и будущихъ вѣковъ.
Острой«(МеиЕда
ГРЕ’ІЕСІ^НГО мірн
Брикъ Европы съ Азіей, сим ПО .'іи чески от-
праздпованиыіі Александромъ нь Вавилонѣ, не
отавъ живой дЬйетпптмьпогтыи.
ГЛАВА IX. *).
Родосъ. - Кипръ.—Киликія,—Имперія Селевкидопъ.—Антіохъ.—Египетъ И голо-
меевъ. - Каре папка.—Великая Греція.—-Карѳагенъ и его владѣнія Сицилія.
Подъ побѣдоноснымъ напоромъ Запада многія прибрежныя страны Азіи и во.
сточные острова Средиземнаго моря, оспариваемые соперничавшими цввиливациніи Европы
и Азіи, окончательно подпали подъ грвческо вліяніе п, несмотря на частую смѣну
владыкъ, подчинены ему и теперь, спустя 24—25 вѣковъ. Для примѣра можно на-
звать Родосъ н Кипръ, «островъ граватовъ> и «островъ мѣди».
*) Историческія замѣчанія. Имена Антигона Цвклопв (умершаго въ 301
году до Р. X.), его сына Деметрія Поліорцета (ум. въ 282 г.), дѣйствовавшихъ въ
Лидіи, Антипатра (въ 317 г.) п его сына Кассандра (въ 297 г.), царей македонскихъ,
Лпзимаха (въ 281 г.), царя Ѳракіи, такъ же катъ Птоломня Сотера и Селевка Никатора
619
Родосъ, отличающійся плодородіемъ почвы, удобнымъ расположеніемъ гаваней н
прекраснымъ, всегда ровнымъ п мягкимъ климатомъ, благодаря исключительному поло-
женію па морѣ, имѣлъ первостепенное торговое значеніе. Находясь вблизи Карійскаго
берега н соединяя такимъ образомъ преимущества полуострова и острова, т. е. удоб-
ства торговли па обширномъ пространствѣ съ выгодами изолированности, Родосъ
лежитъ въ самомъ юго-западномъ углу Малой Азіи между Кипрскимъ и Эгейскимъ
морями па линіи Карпатона и Крита. Необходимая точка соединенія всѣхъ торговыхъ
путей восточной части Средиземнаго м->ря, <>иъ на зарѣ исторіи является уже центромъ,
тѣсно связаны съ кровавой смутой, послѣдовавшей послѣ смерти Александра и продол-
жавшейся отъ тридцати до сорока лѣтъ. Мы называемъ династіи п царства относи-
тельно болѣе продолжительныя.
Лагпды, въ Египтѣ.	До Р. Хр. Отъ до	Олимп эры. Отъ - до;
Птоломей Сотеръ, сынъ Лага		323—285	453—491
Птоломей Фпладельфъ		285—247	491—529
Птоломей Эверестъ	 Затѣмъ слѣдуютъ Птоломей Фнлопаторъ, Эпифанъ, Фнламсторь в другіе; между ними попадаются одна Клсгиатра и одна Вороника; послѣдній предста- витель умеръ въ 725 году Рима:	247—222	529—554
Клеопатра			 Солсвкиды, въ Месопотаміи в С и р і и.	52—30	724—746
Сслевкъ Пйкаторъ 		311—279	465—198
Антіохъ Потерь		 Затѣмъ Антіохъ II, Селевкъ 11, Селсвкъ 111,	219 — 260	498—515
предшествовавшій Антіоху П.Евнаторъ ІІослЬ Селевка IV, Антіоха IV и Антіоха V неправильное престолонаслѣдіе вплоть до Помпея, который завладѣлъ Сиріей	222—186	554—590
въ 690 году отъ основ. Рима . . А р с а к и д ы, цари 11 армянскіе.	64	712
Царство было основано Арса комъ въ . . и мало-но малу увеличивалось владѣніями Сслсвкидовъ; съ ихъ пресѣченіемъ	255	521
оно стадо граничить съ Римомъ . . Понтъ.	226	1002
Митрндатъ II		 сохранившій относительную незави- симость при Александрѣ, провозгла- силъ себя послѣ его смерти царемъ; династія зта, представленная глав- нымъ образомъ Митрждвтами, довольно правильно чередовавшимися, продол-	337—302	439—474
520
куда стекаются колонисты различныхъ странъ. Сюда являлись каріііцы съ сосѣдняго
берега, критяне, оессапйцы и даже египтяне. Финикійское вліяніе долгое время пер-
вепствоваю здѣсь, затѣмъ пришли дорійцы, и три города острова, Линдъ, Камиръ п
Іалнсъ, представлявшіе ооособленьыя республики, соединились въ «рксапоть» съ тремя
лорійскпмп городами материка. Косъ, Кппдъ и Галикарнасъ. За иммиграціоннымъ дви-
До р. хР.
Отъ—до
жалась до -ікопчатадьпаго тріумфа
Помпея Послѣднимъ царемт былъ
Митридатъ VII, Евпаторъ................ 123— 63
П е р г а м ъ
Царство, основанное Фнлитеромъ въ . , .	283
наслѣдниками сго были Эвмены п
Атталы. Послѣдній царь, А палъ III
завѣщалъ свои владѣнія римлянамъ:
по крайней мѣрѣ тѣ это утверждали:
Атталъ III, Фнлометоръ................. 138—132
Между другими вождями маленькихъ царствъ,
Впеянін, Каппадокіи, Эпира, нужно назвать
царя, который нѣсколько разъ Оралъ верхъ
надъ римлянами
Пирръ III, царь Эпира.................. 295—272
Маккавеи въ 1 удоѣ.
Іуда Маккавей, сынъ Матафіи, возсталъ
противъ Солсвквдовъ въ .	. .	166
онъ скоро налъ и былъ замѣщенъ
братьями и ихъ потомствомъ; онп
часто прпзывіілп римлянъ и держа-
лись до.......................... -10
Олимп.эры.
^тъ—до-
653—713
493
638—644
481-504
610
736
Вотъ перечень именъ нѣкоторыхъ философовъ, память которыхъ важнѣе, чі.мь
современныхъ имъ воиновъ Въ случаяхъ, когда неизвѣстенъ годъ рожденія, предпол-
жено, что извѣстно™ достигли они около 35 лѣтъ.
Гскатей (Милетъ).........................
Парменидъ (Элоя).........................
Зенонъ (Элея) ...........................
Гишюграть (Косъ).........................
Эмпедоклъ (Агригентъ) ........
Эвклидъ (мѣсто рожденія неизвѣстно). . .
Гсрофилъ (ХзЛКеДОНЪ).....................
Зенонъ Циникъ (Китіонъ, Кипръ). . . .
Эпикуръ (Аовпы; .........................
Налимахъ (Киреаея).......................
Архимедъ (Сиракузы)......................
Эратосѳепъ (Киренаііка)..................
Гиппархъ (Ннкея).........................
Посидоній (Апаыоя, Сирія)................
Страбонъ (Амазія, Каппадокія)............
546—480
540- 470 (?)
490
460—380 (?)
450—380 (?)
320
320
308
341 — 270
320—240 (?)
287—212
272—199
128
133— 49
58 - 21
230—296
236—306
286
316—396
326—396
456
456
468
435—506
456—536
489—564
504—577
638
643—727
718-797
521
женіемъ послѣдовала обратная волна: благодаря обширнымъ сношеніямъ, группы Родос-
скихъ колонистовъ явились основателями многочисленныхъ отдаленныхъ городовъ. У
иихъ были поселенія на ближайшихъ берегахъ, въ Сициліи и иа Италійскомъ полу-
островѣ. Могущественный Сибарисъ былъ основанъ имм, а Партенопея, нынѣшній Неа-
поль, получилъ отъ Родоса первыя сѣмена греческой цивилизаціи. Населеніе Родоса
распространилось и па Балеарскіе острова и даже на Испанскіе берега; заливъ
Роза и мысъ Рода напоминаютъ азіятскихъ островитянъ.
Въ эпоху широчайшаго распространенія эллинскаго міра, совпавшую съ раздѣле-
ніемъ имперіи Александра на нѣсколько греческихъ царствъ, Родосъ, благодаря своему
географическому положенію, сдѣлался главнымъ центромъ торговли и, обогащаясь,
пріобрѣлъ политическое могущество, владѣя многочисленными колоніями на материкѣ и
островахъ. Въ теченіе двухъ вѣковъ по крайней мѣрѣ Родосъ пользовался такимъ влія-
ніемъ, что морскіе законы его принимались всѣми народами, какъ общій кодексъ: даже
послѣ завоеванія его римлянами, послѣдніе принуждены были считаться съ ихъ пра-
вилами; въ римскомъ правѣ всякій закопъ о морской торговлѣ носитъ имя «Іех гіюдіа».
Въ тѣ времена, когда Родосъ по выраженію Страбона, <не имѣлъ равныхъ въ
мірѣ», онъ привлекалъ пе только торговцевъ и моряковъ, по и ученыхъ, поэтовъ,
художниковъ, знаменитыхъ людей, стекавшихся сюда въ качествѣ учителей или учениковъ.
Двадцать два вѣка тому назадъ Родосъ былъ однимъ изъ главныхъ центровъ
для измѣренія дуги меридіана. Эратосфенъ по записямъ мореплавателей между Родо-
сомъ и Александріей и по высотѣ солнца надъ горизонтомъ обоихъ городовъ вычислилъ
окружность земного шара въ 252.000 тысячъ стадій, — измѣреніе, разнящееся отъ
вставнаго только на одну шестую. Сто пятьдесятъ лѣтъ спустя Посидоній, обратив-
шись снова къ этимъ исчисленіямъ и воспользовавшись наблюденіями надъ звѣздою
Канонъ, измѣрилъ 180.000 стадій — цифра, уменьшенная на одну пятую. Греческіе
ученые довольно точно опредѣляли шпроту, в» не зналп метода для нахожденія дол-
готы; одинъ изъ нихъ, Гиппархъ, правда, указалъ на затменіе, какъ на вспомога-
тельный для этой цѣли путь, по лишь черезъ шестнадцать вѣковъ паука воспользо-
валась имъ на практикѣ; но умѣли также точно измѣрять разстоянія. Считали, что
Родосъ лежитъ прямо па сѣверъ отъ Фароса,—въ дѣйствительности оиъ па 1°40' во-
сточнѣе,—и что между ними три тысячи семьсотъ пятьдесятъ стадій; теперь насчитали
трипа тридцать морскихъ миль, что составляетъ 330 стадій,—два приблизительныхъ
подсчета, объясняющіе ошибку александрійскихъ философовъ.
Извѣстно также, что на Родосѣ процвѣтало искусство; всѣмъ знакомы четыре
коня золоченной бронзы на фронтонѣ собора Св. Марка въ Венеціи, украшавшіе Римъ,
Византію и Парижъ. Въ теченіе полустолѣтія знаменитый бронзовый колоссъ Хареса
возвышался при входѣ въ гавань: огромная масса, опрокинутая и разбитая землетря-
сеніемъ двадцать одинъ вѣкъ тому назадъ, въ теченіе девяти столѣтій лежала на землѣ
прежде, чѣмъ была продана евреямъ-планильщикамъ. Памятникъ этотъ былъ посвя-
щенъ не дорійскому Аполлону, а Геліосу, самому солнцу, свѣтилу-побѣдителю и соз-
дателю. безъ всякаго символа, потому что Родосъ считалъ себя супругой солнца по
преимуществу.	__
522
Кипръ, боліе обширный, чѣмъ Родосъ, также подпадалъ подъ различныя вліяніи,
такъ же подвергался частымъ попыткамъ колонизацій и завоеваній съ тѣхъ пчръ,
какъ море стало знакомымъ ау темъ. Этотъ островъ, соотвѣтствующій гари шічпо въ
своей формѣ Киликійскому заливу, связанъ съ обоими берегами, которые лежатъ пр<-
тивъ него, Опъ принадлежитъ Мной Азіи, отъ которой отдѣляется неглубокими во-
дами—пе болѣе 500 метровъ—и которая протягиваетъ свои горвыя цѣпи въ одномъ
съ пнмъ направленіи; съ друюй стороны, онъ можетъ считаться частью Сиріи, такъ
какъ имѣетъ однородную флору н фауну Натуралисты заключили изъ этого, что вы
дающаяся ршечноіть Кипра въ третичный періодъ продолжалась въ видѣ перешейка л«
горъ Амапусъ: растенія и животныя распространились по этому пути такъ же, какъ
позже люди переправились черезъ проливъ.
Одинак-но близко отстоя отъ двухъ странъ, весьма отличавшихся одна оть
другой, островъ Кипръ пережилъ различныя эры цявилиіаціи, въ зависимости отъ
историческихъ переворот въ. Гасконки Онефальшъ Рихтера д> казали, что Кипрскія
орудія в драгоцѣнныя украшенія первобытной эпохи относятся къ тому же времени,
какъ Троянскія, и принадлежатъ къ такъ называемой «Эгейской» пли «Средиземной»
зонѣ; въ тѣ времена вліянія шли главнымъ образомъ съ сѣвера и съ запада, до ве-
ликому поперечному пуги Малой Азіи, налравляюш-муся оть Гвлеспонтп. н Босфора къ
за5иву Александретты. Самые древніе предметы Кипра носятъ характеръ восточнаго
происхожденія, указывая на силу вліянія хетеянъ, финикіянъ, ассирійцевъ и другихъ
пародовъ, вышедшихъ изъ Сирійскихъ портовт. Другіе предметы указываютъ па вліяніе
запада и на родство съ исторической Греціей
Конечно, слѣды различныхъ переселеній остались главнымъ образомъ па берегахъ,
наиболѣе близкихъ къ странамъ, откуда вышли колонисты. Запалные берега населялись
греками, сѣверные—квликійцами и другими переселенцами Малой Азіи; сирійцы и фи-
никіяне высаживались на восточныхъ берегахъ, ближайшихъ оть ихъ гаваней, а когда еги-
петскій фараонъ Амаэіісъ, 24 вѣка тому назадъ, носслплъ на Кипрѣ эфіопскнхъ колонистовъ,
чтобъ утвердить свое завоеваніе островомъ, ши расположились иа южныхъ склонахъ горъ.
Господствующими расами па островѣ были греки и финикіяне: памятники съ
надписями, найденные въ недавнихъ раскопкахъ и перевезенные въ европейскіе ц аме-
риканскіе музеи, доказываютъ, что въ этой переходной странѣ культура создалась
главнымъ Образомъ именно изь этнхь двухъ смѣшанныхъ элементовъ. Если не фини-
кійское, то во всякомъ случаѣ восточное вліяніе, очевидно, господстг гвало въ то время,
когда исторія этихъ Средиземныхъ странъ запечатлѣвается письменами. Мѣдные руд-
ники, которымъ островъ обязанъ своимъ греческимъ именемъ, дошедшимъ до нашихъ
временъ, разрабатывались въ самые древніе времена, очевидно, финикіянами, чеканнг-
шнмг изъ этой мѣди свои монеты, и богиня Киприда, названная такъ по имени
азіатскаго острова, никто иная, какъ Астарта Тира; культъ ея сопровождался тѣми же
кровавыми празднествами, какъ на сосѣднемъ материкѣ. По предположенію Маеперо,
имя Азія, въ древности обозначавшее Малую Азію и распространю шсесл затѣмъ на
всю часть свѣта, произошло возможно отъ Азп,—имя, которымъ иа египетскихъ па-
мятникахъ обозначался островъ Кипръ
523
Береговыя очертанія ч устройітво поверхности страны не благопріятствовали со-
зданію одной тѣсно-сплоченной націи, способной противостоять вторженіямъ завоева-
телей. И, дѣйствительно, Іівпръ въ сущности состоитъ изъ двухъ острововъ, которые
I: 500000
1		. ч	В	Л		I
О &	Ю	І&	20	25 Килом
Городъ Гадисъ былъ основанъ только въ <80 до Г. Хр., но затѣмъ быстро достигъ рвоцвѣтв. Города
Линдъ, Гжлпоъ м Камиръ цитируются въ „Иліддѣи, при чемъ послѣдній имѣетъ эпитетъ шбѣлый1*«
что объясняется рядомъ мѣловыхъ холмовъ, на которыхъ онъ расположенъ
524
могли бы быть отдѣлены разливомъ моря на сто метровъ На сѣверѣ тянется изогнутая
крутая цѣпь вершинъ, господству ищихъ надъ равна п-й и моремъ; на югозападѣ болѣе
доступныя, но оолѣе высокія горы, главная вершина которыхъ была также Олимпомъ;
горы эти составляютъ совершенно обособленное географическое цѣлое. Долины между
не ми и противополия. пые склоны трудно сообщались между собой; однпственпая часть
Кипра, представляющая болѣе объединенный характеръ,— широкая равнина, тянущаяся
съ востока на ванадъ между двумя цішями отъ одного моря къ другому: ею «Благо-
датная» равнина, съ обильными урожаями, въ которой тѣснились жители. Со стороны
горъ имъ угрожали грабежи пастуховъ, а съ моря—пираты и завоеватели; ея древнее
названіе Мезорса (Мсзарія), или междугоріе теперь распространяется только на восточную
частъ раввины. Различіе мѣстности обусловило разнообразіе маленькихъ государствъ
монархическихъ и республиканскихъ, нерѣдко воевавшихъ между собой, вступавшихъ
въ союзы съ иноземцами и призывавшихъ ихъ даже на островъ. Богатство рудниковъ
и лѣсовъ, зерна, магла и вина привлекали завоевателей игъ Финикіи, Ассиріи в
Египта. Проданіе говоритъ, что кипріііцы, подобно талибамъ Малой Азіи, изобрѣли
обработку металла: ихъ національный герой Кинпрасъ сдѣлалъ пер’ые предметы куз-
ницы—наковальню, шипцы и молотъ; опъ же первый изготовилъ кирасу Агамемнона,
получившаго мечъ съ Родоса. Что касается нынѣ опустошенныхъ лѣсовъ Кипра, то
вамъ извѣстно, что во времена фвпвкіянъ берегъ Хнттвмъ (Кнтіопъ),—современный
Ларвакъ, поставлялъ матеріалъ для флотовъ,—н корабли, которые Александръ от-
правилъ въ Тигръ и Ефратъ. оыли построены изъ кипарисовъ и кедровъ этого
острова.
Хотя Кипръ постоянно завоевывался чужеземцами и переполнялся иноземными
купцами, онъ, какъ обширная страна, конечно, имѣлъ и свое вліяніе на пришельцевъ
и клалъ свой отпечатокъ на производство своего насоленія. Кипріоты говорили по
гречески, но на особомъ нарѣчіи, близкомъ эолійскому; и письмена ихъ, употребляв-
шіеся болѣе тысяче лѣть вплоть до Римскаго періода, нисколько не походили на пись-
мена ихъ загадятъ брагій. Это было система слоговъ, вѣроятно, іередавпая имъ
хеттеямп. и, судя по клинообразной формѣ нѣкоторыхъ знаковъ, была, можетъ
быть, ассирійскаго происхожденія. Разобрать эти знаки удалось съ помощью надписей,
найденныхъ въ различныхъ частяхъ острова, надписей—на двухъ языкахъ, кипрскомъ
и финикійскомъ, кипрскомъ и греческомъ Пилпгрпчии стекались въ такомъ огромномъ
числѣ изъ всѣхъ окружающихъ странъ, что можно было слышать всѣ нарѣчія въ ро-
щахъ священныхъ городовъ, посвященныхъ Афродитѣ: Идаліоиъ (Дали), илп «святыни
царицы», Амта Кхадаста (Фамагуста) или «святой жепы», Аычфонъ (Хайатъ), и дру.
гомт. мѣстѣ, посвященномъ Кнпридѣ, Пафосъ (Бафа), гдѣ поклонялись «Свящепш му
Морю». Къ втнмъ святымъ мѣстамъ приносили безчисленныя жертвы, статуэтки, урны
и драгоцѣнныя украшенія, разыскиваемыя теперь коллекціонерами и художниками.
Самый древній памятникъ острова, дошедшій д<> насъ,—изображеніе ассирійскаго царя
Саргона, которое стояло на восточномъ берегу Кипра въ продолженіе 26 вѣковъ, пока
ие было найдено учеными и перенесено вь Берлинскій музеи
Составляя часть имперіи Александра, Кипръ, расположенный между двумя ча
525
стяни свѣта, оспаривался пасхѣлипками завоевателя: въ Кѵнцѣ концовъ овъ перешелъ
къ Египту, т. е. властелину Александріи, господствовавшему надъ морскими путями.
Замѣчательно, что послѣ Многихъ превратностей островъ теперь снова зависитъ отъ коло*
ніальной державы и подчиняется томуже вліянію, какъ долина Нила.
На сѣверъ отъ залива Александретты тянется раввина Киликіи, раздѣленная
горной цѣпью на двѣ части,—что объясняетъ названіе двухъ Киданій, которое часто
давалось низменности между Тавромъ и Аманомъ: эта равнина, именно западная Ки-
ликія, сь цѣлымъ рядомъ міровыхъ рынковъ, смѣнявшихъ одинъ другого, представляла
Впдг. города Пафоса на о-вѣ Кипрѣ.
одну изъ тѣхъ мѣстностей, которыя греки отняли у финикіянъ. Городъ Маллосъ, рас-
положенный среди болотъ въ устьѣ Пврамосъ, былъ 28 вѣковъ гому назадъ первымъ
центромъ страны. Однако, отмоли, дѣлавшія опаснымъ доступъ къ берегамъ в иысту-
навшія въ море такъ далеко, что, по словамъ оракула, угрожали достигнутъ мате-
рика, затѣмъ іихорадки, наконецъ постоянныя измѣненія географическихъ условій
мѣстности, въ зависимости отъ разливовъ ІІирамоса и Сароса—нынѣшнихъ Джнхуна
и Цехупа—все это заставило купцовъ перенести центръ въ г Адану. Этотъ городъ,
расположенный у истоковъ Сароса, у преддворія Тавра, представлялъ много удобствъ
для торговли, и все-же сго смѣнилъ другой городъ, знаменитый Тарсъ, возникшій на
оерегу очень скромнаго потока Кидна «съ ледяными волнами».
526
Во времена процвѣтанія Тзрса, который імѣстѣ съ сосѣдопмъ городомъ Анхіале
былъ, п-і сказанію одной ниневійской надписи, будто-бы построенъ Сарданапа."омъ въ
теченія одного дня, —этотъ городъ славился своими школами. Вотъ что говорить « немъ
Страбонъ: «Жители Тарса такъ преданы философіи, ихъ умы такъ энциклопедичны,
что городъ этотъ затмилъ Аѳины. Александрію и всѣ друтіе города, также извѣстные
какъ родина тѣхъ или иныхъ философскихъ школъ и сектъ». А географъ Амазіи пере-
числяетъ тюлей, слава которыхъ падаетъ па игъ родной городъ на берегахъ Кндпа.
людей, жившихъ въ самомъ городѣ или въ Римѣ, такъ какъ столица имперіи «кишѣла
насто-тько-жѳ тарсянами, какъ и александрійцами». Нѣсколько лѣтъ позднѣе опъ
могъ бы назвать самаго знаменитаго среди сынивъ Тарса—апостола Павла.
Эту возможность— предоставить своему населенію столько школъ, столько средствъ
для образованія - городъ получилъ, конечно, благодаря богатствамъ, пріобрѣтеннымъ его
торговлій. Бассейнъ, въ который вливался Киднъ, былъ устроенъ въ і ядѣ внутренняго
порта, открытаго со стороны моря, достазочв глубокаго и запышеннаго. Окрестности
Тарса, огражденныя оть наводненій Сароса и Пирамоса, представляли самыя плодород-
ныя мѣстности міра, и при эіомъ Тарсъ господствовалъ съ одной стороны, съ восточной,
падь входомъ въ знаменитое ущелье, носившее названіе ♦Аманнкейсквхъ воротъ», чрезъ
которыя лежалъ путь къ Евфрату, а съ сѣверной—надъ прямымъ путемъ, продѣлан-
нымъ въ горахъ, къ Киликійскимъ ворогамъ. Этотъ путь -торжество древней пивчлизацш—
сдѣлалъ Тарсъ однимъ изъ жизненныхъ пунктовъ греческаго міра. Въ близкомъ буду-
щемъ другая линія—линія желѣзной дороги, перенесетъ центръ жизни еще далѣе ра
востокъ, къ Аданѣ, которая сдѣлается узловой станціей, гдѣ линія ва Мерсьну прим-
кнетъ къ главному пути оть Константинополя къ Персидскому заливу.
Во время яростной борьбы армій бандитовъ и наемниковъ всѣхъ націй, сталки-
вавшихся па огромномъ золѣ битвы, въ которое обратилась имперія Александра,
острова Родосъ и Кипръ были сравнительно защищены своими проливами, но мѣст-
ности, лежавшія на пути завоевателей, посто.чіпо страдали отъ нихъ. У историка
кружится голова, когда опъ берется за страницы, повѣствующія о сраженіяхъ, осадахъ,
отступленіяхъ и нападеніяхъ, сливающихся въ разрушительный вихрь съ одного конца
міра до другого. Никакая память не можетъ удержать всѣ походы и осады Антигона,
Деметрія Поліоркета, Селевка Нвкатора. Опустошеніе происходило въ грандіозныхъ раз-
мѣрахъ и въ пѣкоіорыхъ мѣстностяхъ совершенно уничтожило населеніе. Больше всего
страдали мелкія государства, слишкомъ слабыя, чтобы дать отпоръ проходившимъ
завоевателямъ. Отпосигольн - м<-ньшѳ страдали отъ этого безконечнаго движенія армій
такіе пароды, которые,—какъ, ваіір., египтяне и вавилоняне,—благодаря многочислен-
ности и громадному пространству своей территоріи, создавали имперіи, доставлявшія
своимъ повелителямъ людей и средства для продолжительной борьбы съ внѣшними
врагами
Когда ругнуло эдапіо, возникшее, какъ по волшебству. государства опять раз-
граничились соотвѣтственно географическимъ условіямъ. Матая Азія, какъ мы указы-
вати, никогда не представляла одного цѣлаго; этотъ полуостровъ природой раздѣленъ
па нѣсколько странъ съ различно -іоращенными,—къ Черному морю, къ Архипелагу,
527
къ Кипру, къ Евфрату,—склонами п раздробился на отдѣльныя государства съ грапц-
цамв, измѣнявшимися въ зависимости отъ мѣстныхъ революцій, войнъ между провин-
ціями и иноземныхъ вторженій. Напротиі-ъ, бассейнъ рѣпъ—близнецовъ Тигра п
Евфрата, вернувъ себѣ преимущества своей обособленности, возстановить древнюю Ас-
сирійскую имперію, объединивъ сосѣднія страны въ естественной зависимости отъ себя;
маленькія государства и большія ослабленныя царства быти поглощены могущественной
монархіей, центромъ которой была Месопотамія: такпмъ образомъ, Имперія Дарія и
Александра въ Иранѣ, вплоть до далекой Индіи, поднала подъ влаіть счастливаго
полководца, получившаго въ наслѣдство Вавиловъ. Такимъ же образомъ Египетъ,
I 2 50С ООО
*.........  , ,----
О	50	100
І50КМЛОМ
П, Пафосъ—Пале-Пафосъ (дровпШ Пафосъ), основанный, по проданію, фкникімцомъ Копиромъ,
центръ культа боглнн мора, сдѣлавшійся потомъ Афродитой, затѣмъ—Вѳ норой. Н. Пвфосъ-Нса-
Пафосъ (Новый Пафосъ), города греческой эпохи; изображенъ па рисункѣ отр. 5'25.
другое географическое цѣлое, съ опредѣленными естественными границами, сдѣлался
обособленной державой, разнившейся соотвѣтственно сьоимь условіямъ, независимой, какъ
древнее государство фараоновъ.
Небольшія малоазіатскія государства не могли долго существовать въ эпоху,
когда завоевательныя стремленія охватили весь эллинскій міръ, осѣненный великою
тѣнью Александра. Притомъ оборонительныя силы анатолійскихъ народовъ были
сломлены постоянной борьбой съ арміями и грабителями, проходившими по вхъ отра-
вамъ, и настолько сломлены, что отряды галловъ или <галатовъ» имѣли возможность
проникнуть черезъ Геллесп -нтъ изъ Ѳракіи въ Троаду и образовать въ центрѣ Малой
Азіи новое государство. Впрочемъ, нѣкоторыя царства, постояне^ превращаясь, продер-
жались въ теченіе двухъ вѣковъ между Восточной монархіей, выпавшей падолюодюго
628
пзъ военачальниковъ македонца и выраставшей на Западѣ Римской державой, посте-
пенно захватывавшей въ свои границы олві страну за другой. Одна изъ этихъ полити-
ческихъ единицъ, наиболѣе могущественная и твердо построенная, даже довольно дшго
противъ стояла римскому владычеству. Только послѣ многихъ лѣтъ борьбы покоренъ
былъ Римомъ Понтъ, защищенный съ ванада рѣкой Галпсъ и опиравшійся на союз-
никовъ, занимавшихъ большую часть черноморскаго побережья, включая Тавриду и
Арменію, вплоть до Каспійскаго моря
Самымъ выдающимся государствомъ Малой Азіи въ міровой исторіи является
Пергамъ, отразившій лучи эллинской цивплнзапіи, Пергамъ, гдѣ воздвигались великолѣп-
ные памятники, богать украшенные статуями и барельефами, гдѣ жили историки я
философы, наслѣдники великихъ людей Милета и Ае*івъ. и гдѣ были собраны «драго-
цѣнные пергаменты* самой обширной библіотека послѣ Александріи.
Имперія, центромъ которой былъ Вавилонъ, перешла во власть Сѳлсвкидовъ и,
благодаря своимъ географическимъ условіямъ, продержалась болѣе двухсотъ лѣгь; цаіа
она, уступивъ мѣсто друюму государству, которое также отстаивало независимость
отъ Рима. Внѣ Анатолійскаго под . а все огромное владѣніе Александра, врѣзавшееся въ
Азіатскій континентъ, осталось въ новомъ царствѣ, и его сѣверо-восточныя границы,
охватывающія бассейны Оксуса и Яксарта, перенеслись оолѣе опредѣл^ня* въ сторону
таинственныхъ странъ Дальняго Востока. Въ области Иранскаго пдлскогорія «Побѣди-
тель» Селовкъ Ннкаторъ хотѣлъ даже произойти своего учителя, Александра, и гою
рять, что его экспедиція въ Индію достигла священной рѣки Ганга. Питаемые вдлии
екой цивилизаціей, желая получать силы изъ общей родины солдатъ-наемниковъ,
селевклды не сохранили главной резиденціи пи въ Месопотаміи, ни въ древнемъ Вавилонѣ,
ни въ новой Солевеін. Притягательная сила Греціи заставила пхь основать вторую
столицу, Антіохію, у эалива Александретты, въ пунктѣ, господствующемъ надъ Кили-
кійскими воротами, малоазіатскими н сирійскими путями. Это великолѣпіи* избранное
мѣсто, у выхода богатой долины Оронта, на томъ пунктѣ морского побережья, ко-
торый ближе всѣхъ подходить къ Евфрату, представляло всѣ благопріятныя условія для
процвѣтанія; и дѣйствительно, здѣсь быстро выросъ городъ, пріобрѣтшій міроьое значе-
ніе и сдѣлавшійся Тетраполсмъ, куда стекались сирійцы, евреи, арабы, армяне, персы,
даже индусы; характерно ль эюго города создавалось тѣмъ, что всѣ элементы азіатской
мысли наполняли форму, предоставленную эллинскимъ языкомъ и культурой. Антіохія
сдѣлалась, какъ Родосъ и Тарсъ, какъ Вергамъ и Александрія, ѵдв**й изъ великихъ
школъ средиземнаго міра на востокѣ.
По за все нужно платить. Прнблпзясь къ Греціи, столица селевкндовъ удалилась
отъ еетсственпаго центра имперіи и теряла вліяніе на болѣе отдаіонпыя къ центру
Азіи страны. Оба очага дровней жизни представляли различныя преимущества: запад-
ный-- болѣе высокую культуру, восточный—болѣ* прочное равновѣсіе, и удаленіе огь
послѣдняго повлекло за собой быстрое уменьшеніе держаны селсвкидовъ. Сѣверо-запад-
ныя раввины Пида и пути къ нимъ ьн нлоскогоріямъ были скоро заоыты, равн-* и
Бактріана, хотя в остававшаяся йодъ вліяніемъ греческихъ князей, седовкндскихъ и
одно время даже лагвдекихъ, — вм время Птеломея Эвереста—отдѣлилась, и на-
529
селеніе средвзепн&го побережья потеряло такимъ образомъ торговыя сношенія, которыя
черезъ Среднеазіатскія возаытенногти начали завязываться съ поселеніемъ Китайскаго
міра. Между Бактріаиоп и Месопотаміей образовалось даже новое государство, воскре-
шенное изъ царствъ мидянь । персонъ, монархія парняиъ, которая съ восточной сто-
і: ЮСсСОО
 	,	-г--	. —	—	—	-		|
О	25	50	"	75КИЛОМ
Маллъ (или Молдуст.), ооп*>еіишып легендарнымъ Мопсу сомъ, подобно многимъ городамъ страны,
но строенъ на вершинѣ холма, на берегу р. Сара, иди Соруса, недалеко отъ моря. Берегъ дельты,
одваіео. сильно выдвинулся къ востоку отъ той эпохи, къ которой относятся ото ошісаггів Стра-
бона („Географія*. XIV, V, 16). Ни этой картѣ положеніе города намѣрено по Киверту. По Ремсою,
Маллъ располагался къ востоку отъ древниго устья Сара, (лязко къ Магароу. Рогма была, по
видимому, лагуна, къ заваду отъ современнаго Кпд и а. Начиная бъ періода славы Тарса, рѣка
пересѣкала городъ и аагупу.
роны приняла по отношенію къ селевкидамъ ту-же роль ревниваго и опаснаго сосѣда,
какую па Западѣ исполняли римскія арміи, подвигавшіяся къ Ааів Правда, искусный
въ дипломатіи Римъ въ письмѣ па греческомъ языкѣ увѣрялъ второго Селевкида въ
элмак рвклю. вып- іѵ.
34
530
неизмѣнно» дружбѣ, подъ условіемъ мира и иезазпсимчсти Иліона, родины «набожнаго
Энеяі, миьпчсскаго предка римлянъ. На двадцать одинъ вѣкъ раньше нашихъ дипло-
матовъ политическіе дѣятели Римской республики уж* подняли свой «вопросъ о Свя-
томъ Гробѣ». Сведенное къ оборонительной роли, царство селевкидовъ и антіоховъ въ
концѣ концовъ обнимало только свои первоначальныя части месопотамское ядро и
сирійское побережье; но даже въ этигь суженныхъ владѣніяхъ безпрестанно вспыхи-
вали возстанія; такъ, маленькая Іудея боролась съ сирійской арміей и даже при Мак-
кавеяхъ возстановила свою независимость, по крайне! мѣрѣ внѣшнюю, такъ какъ
рука Рима давала себя чувствовать даже въ эгой отдаленной странѣ, представлявшей
большую важность, какъ переходъ отъ бассейна Евфрата къ бассейну Пила. Огражден-
ная горами и глубокой впадиной Іордана, Іудея танъ же, капъ Ливанъ и Цело-
СирІя, представляла, конечно, желанный, кусокъ, оспариваемый двумя сосѣдними держа-
вами. Кромѣ кратковременнаго нашествія сирійцевъ, она была сначала подчинена Пто-
лемеямъ, интересъ которыхъ загтавляіъ ихъ очень осторожно вести себя по отношенію
къ згой странѣ, стол« отличной отъ пхъ страны; но когда Антіохъ Епифанъ,
царь Сиріи, стадъ воздвигать алтарь противъ алтаря, и двѣ цивилизаціи столкнулись,
эллинизмъ и іудаизмъ, взрывъ національнаго одушевленія далъ Іудеѣ достаточную силу
для .іобѣды.
Такимъ образомъ каждая часть имперіи черезъ интриги и союзы съ римскими
полководцами способствовала расчлененію и окончательному, наконецъ, паденію Сиріи-
Селевпиды пе могли энергично противэдѣйствовать Риму, потому что оставалась чуждыми
для народовъ евсихъ владѣній. Оми ьѵ сумѣли пустить корней въ странѣ, которая
была имъ подчинена. Они были греками, а но восточными людьми, и о кали опоры вь
греческомъ мірѣ. Войска, съ помощью которыхъ они поддерживали покорность поддан-
ныхъ, состояли изъ наемниковъ, вышедшихъ изъ Европы, эллиновъ, македонцевъ или
ѳракійцевъ. Эти пришлецы, располагавшіеся вь лагеряхъ и крѣпостяхъ, пе осн-ьывалн
семей, привязанныхъ къ почвѣ, они натуратизировались не оолѣо, чѣмъ призывавшіе
ихъ владыки; бракъ Европы еъ Азіей, символически отпразднованный Александромъ въ
Вавилонѣ, пе стадъ дѣйствительностію. Такимъ же образомъ позже крестоносцы оста-
вались въ своихъ царствахъ на Святой Землѣ растеніями, не пустившими корней. Когда
Римъ сдѣлался господиномъ Греціи и запретилъ выходъ солдатъ изъ лея. Сирія такъ-
же, какъ Египетъ, очутилась безъ войска и заранѣе отдавной во власть проконсуловъ.
Опа оставила имъ въ наслѣдство Антіохію, этоть великій городъ съ его соб-
ственнымъ орвгиііаіьпымт. характеромъ, давшій новые образцы всѣмъ восточнымъ
народамъ.
Птоломей, которому по смерти Александра достатась египетская сатрапія, былъ
повидимому очень искусенъ въ обращеніи съ духовенствомъ, черезъ которое хотѣлъ
пріобрѣсти довѣріе народа. Его первой заботой было построить храмы согласно вгѣмъ
законамъ церковной архитектуры. Когда тайна египетскихъ іероглифовъ ив была еще
извѣстна европейскимъ нутешественвикамъ, они, не находя ничего греческаго въ памят-
никахъ, воздвигнутыхъ по приказанію Птоломея, считали ихъ чисто египетскими. Только
когда были разобраны надписи, обнаружилось, что храмы Эдфу, Эсно, Депдера,
631
фпіа не нрнвадложалн древности, ню ихъ воздвигъ эллинъ, тотъ царь, фпіура кото-
раго была изваяна кодЬпнпреклонепн>-й. приноспсшей истину богинѣ Пахп. Безъ сомнѣ-
нія, новый царь не давалъ собѣ труда углубляться въ точный смыслъ изображенныхъ
отъ его имени символовъ; онъ довольствовался тѣмъ, что точио н ьъ большомъ числѣ
Царство Селевкндовъ и малоазіатскія государства.
іаооКилом
I’ 253СОООО
5	.
1.	Поргамскоа царство. 2. Впоипиг. 3. Х’алатія. 4. Пафлагопія. 5. Поптіиоісоо царство. 6. Каппадокіи,
Границы царствъ относятся ко времени па 200 лѣтъ послѣ смерти Александра Македонскаго.
Многіе, бывшіе подыміилпоепігъ вліяніемъ городъ: Синопъ, Транозупдъ, разпптныо острова агеж-
скаго моря, Родосъ, Карія и Др, были не завися мы отъ названныхъ царствъ.
воспроизводилъ вхъ. Ему и другимъ Птолемеямъ обязанъ Египетъ большинствомъ остав-
шихся храмовъ. Насколько персы были жестоки и неосторожны, разрушая религіозные
памятники вгрнтяпъ, настолько Лагиды были вины уваженія и искусства по отноше-
нію къ побѣжденнымъ.
532
Удовлетворивъ широко религіозныя чувства св<ихъ поданныхъ, первый Птодпмей
сталъ заботиться о томъ, чтобы согласовать съ собой своихъ грековъ г македонцевъ.
Надо было іревратать ихъ въ отнявъ по собствешюму примѣру и привести ихъ въ
поклоненію тѣмъ же богамъ; впрочемъ, это было нетрудно, такъ какъ божества, сиды
природы, образы которыхъ созтаетъ человѣческое воображеніе, безпрестанно превра-
щаются и мѣняютъ аттрпбуты, подобно облакамъ на небѣ. Греческіе боги слились съ
египетскими богами. такъ-ж« какъ и раньше сливалось я раздѣлялось столько солнечныхъ
боговъ, богинь жатвы н любви. Великое божество, родившееся въ Александріи, божество,
которому воздвигнуть былъ самый роскошный храмъ въ городѣ, соединило въ себѣ
древняго Фта, Мемфисскаго бога, его представителя азіатскаго происхожденія, быка
Аписа, великаго Озириса, который былъ одповременп і солнцемъ, Ниламъ, плодоро-
діемъ страны и съ которымъ слить былъ таинственный Гадесъ грековъ, царствующій
къ мрачныхъ нѣдрахъ земли. Это сложное божество Озиръ-Напи или Сарапвсъ было
достаточно растяжимо, чтобъ впослѣдствіи слиться съ иииыми божествами—Митрой,
Христомъ, Глаголомъ, Параклетомъ,—которыя могли вмѣстить его мистицизмъ или
философію въ этой неопредѣленной безконечности равно имѣли мѣсто и бытіе, я небытіе.
Это замѣчательный фактъ, что Сераннсъ въ своей необъятности вмѣщаетъ всѣхъ
трехъ боговъ, выражающихъ одно господствующее божество. Не имѣя силъ равно обо-
жать всѣхъ беговъ, духъ народа воплощалъ игъ въ трехъ главныхъ, сосредоточивалъ
на нихъ весь пылъ вѣры, одушевляющей людской родъ. Развѣ въ этвгь трехъ лицахъ
Сераписа нельзя символически видѣть бога Неба, бога Земли и бога Ада? И развѣ
нельзя ихъ отождествить съ Владыкой прошедшаго, Вершителемъ Настоящаго и Храни-
телемъ тайнъ Будущаго? Понятія о Божествѣ, неясныя какъ сонъ, безъ всякихъ огра-
ничивавшихъ ихъ опредѣленій, аттрпбуты лицъ египетской Троицы, безъ труда превра-
ти іись въ Тримурти индусовъ: Браму—Творца, Вишну—Хранителя и Сину—Раз-
рушителя. Неопредѣленный характеръ небесныхъ образовъ, которые изъ вѣка въ вѣка,
изъ народа въ народъ мѣняютъ имена и агтрибуты, облегчалъ сокращеніе и распро-
страненіе «ипостасей» единаго бога.
Предшественники тѣхъ конституціонныхъ государей, которыхъ политики восхва-
ляютъ за ловкость, Пголомеи умѣли льстить народу, но остерегались давать ему малѣй-
шую свободу. Они совершенно по были знакомы сь той организаціей городовъ, которая
создала величіе Греціи и которая проявлялась въ каждомъ городѣ собраніемъ, обсуждав-
шимъ общественные интересы; единственной, сохранившей голосъ, партіей, которую они
якобы терпѣли, были македонскіе солдаты, въ теоріи сохранившіе древнее національное
право выбирать н> ваго царя и судить государственныхъ преступниковъ; но Птолемеи
легко устранили эту опасность, поддерживая къ арміи строгую дисциплину привлече-
ніемъ большого количества хорошо оплачиваемыхъ наемниковъ, которые по первому
знаку ринулись бы уничтожать непокорныхъ. Атександрія, явившаяся въ наукахъ и
умственной дѣятельности наслѣдницей Анинъ, не имѣла, подобно чослѣдней, своихъ сво-
бодныхъ собраній п ораторовъ: намъ разсказываютъ, какія большія «привпллегіи» были
дарованы жителямъ ея, между прочимъ—бытъ наказываемыми только .(алками, тогда
какъ остальное населеніе наказывалось кнутами, съ которыми хороню знакомы совро-
633
меппыс вамъ феллахи. Въ Египтѣ пе было гражданъ, а только подданные, умѣло рас-
предѣленные по іерархіи. Современные папирусы даютъ вамъ длиннѣйшіе списки чив<>и-
Антіохія въ Сиріи.
I 5 0 0 000-
Ні II 1.1 11	' I	........I и
О	10	20	ЗОКилОп*.
Вѵ лякій торговый путъ изъ Европы гъ Азію перво! калъ Аыаггъ у АмопшНЙокжхъ, пвл сирійскихъ
воротъ, въ ВО жппом къ сѣверу отъ Антіохіи.
пиковъ, поюрыо безъ копца посылаютъ другъ къ другу акты и документы, не соблю-
дая общественнаго интереса.
534
Эра Нтоломссвъ била для Египта періодомъ необыкновеннаго («богащенія; по
торговлѣ Александрія сдѣлалась дѣЛпвитсльпміровымъ центромъ. Египтяне, которые
въ продолженіе цѣлаго ряда вѣковъ смотрѣли па море, какъ на проклятую стихію, какъ
па царство Твфона, стали повелителями восточной части Средиземнаго моря; имъ даже
пришлось первенствовать въ Эгейскомъ морѣ: послѣ присоединенія Каира и Кареново.
Образецъ греческой живописи.
Картина иа деревѣ, покрытомъ разноцвѣт-
нымъ воскомъ (II вѣка по Р, X.), найденная
Фл Потри къ мошлахъ Хавіры.
п) заключены тѣснаго союза съ Родосомъ,
въ честь котораго нервып Птоломей полу-
чилъ названіе «Спасителя», послѣ истребле-
нія флотовъ пиратоьъ, Египетъ сталъ, впро-
чемъ. во безъ многочисленныхъ колебаній,
морской державой, особенно па востокъ отъ
Сициліи. Конфедерація Эгейскихъ острововъ,
между которыми Т>’носъ былъ, вѣроятно,
главнымъ, выбрала Птолемея Сотора прези-
дентомъ и давала въ честь его празднества.
А-ыны, гордыя Анивы дошли въ нищетѣ да-
же до такого стыда, что объявили себя почти
вассальными Птоломсю Филадельфу, кото-
рый взамѣнъ этихъ униженій подарилъ имь
50 талантовъ. Грустное событіе, несчаст-
ный конецъ Аѳинъ, о которомъ Гротъ раз-
сказываетъ съ негодованіемъ, заканчивая свою
«Исторію Греція»! Наконецъ, не былъ ли
провозглашенъ Птоломей Эверестъ генералис-
симусомъ флотовъ Аттики и Ахейскаго союза?
Оь востока, съ юга перекрещивались
дороги для каравановъ. Чтобы удовлетво-
рить громадный ры«<ікъ Александріи, черезъ
нижній Пилъ в обычные порты Краеваго
моря, къ которымъ присоединилась Вере-
ііика подъ одной широтой съ Сіевой, были
приложены старанія охранить дороги черезъ
пустынныя «арабскія» тори, чтобы обез-
печить сокровищамъ Индіи я восточной
Африки безопасное прибытіе въ склады Але-
ксандріи. Въ эту эп"ху мореходный путь отъ
Нила до Суэцкаго залива по бассейну
Горькихъ озеръ былъ приведенъ въ прекрасное состояніе, и суда, проходя черезъ
Красное море, могли безпрепятственно достигнуть Нижняго Египта; »дпако, моряки,
желавшіе избѣгнуть опаснаго плаванія въ волахъ, усѣянныхъ подводными камнями,
останавливались южнѣе: или въ ырнѣ Мюсъ Гормосъ идя въ гавани Верспикн н шли
пустынными путями, которые дополняли великій маржой пугъ. Совершевао такъ-же
535
соступаютъ в теперь властители морей: ле довольствуясь широкимъ проходомъ Сувц
каго капала, англичане стараются отъ Косссира до Момбазы, во всю длину побережья
Краснаго моря и Индійскаго океана, проло-
жить желѣзнодорожный путь, дополняющій
оольшую линію между долиной Пила л мы-
сомъ Доброй Надежды.
Не первый ли Птоломей Фяладедьфъ
воздвигъ у входа въ Александрію большой
«РЬаге»—маякъ, имя котораго получили
впослѣдствіи всѣ подобныя сооруженія?
Земледѣліе въ плодородной долинѣ Нпла,
воздѣлываемой милліонами покорныхъ ра-
бовъ, и доходы громадной торговли, привле-
кавшей въ столицу Отодомеевъ купцовъ со
всѣхъ концовъ міра, объясняютъ происхож-
деніе пеооычайиыхъ сокровищъ, собран-
ныхъ государями Египта; быть можетъ, къ
этимъ источникамъ дохода отъ земледѣлія и
торговли нужно прибавить золотые самород-
ки, которые доставлялись рудниками Нубіи
и даже южной Африка Нельзя было бы, ка-
жется, объяснить себѣ количество золота,
находившагося въ царскихъ сокровищницахъ,
если бы рудники нынѣшняго Трансвааля
п страны М а ш о ч а не были тогда извѣст-
ны н эксплоат ируемы; дѣйствительно, по
словамъ Аппіава, «сбереженія* Филадедьф?
собранныя подъ сводами дворца, дости-
гали 740.00м талантовъ, что составляетъ
около трехъ милліардовъ франковъ. Впро-
чемъ, древніе авторы были такъ неясны
въ своихъ показаніяхъ и такъ рѣдко под-
тверждали ихъ документально, что нельзя
относиться къ этимъ цифрамъ съ полнымъ
довѣріемъ. Мы говорили, съ другой стороны,
что, по всей вѣроятности, сообщ^ий- между
бассейпами Замбезе в Нпла во времена
Птоломесігь было уже прервано.
Какъ бы то ни было, богатства фара-
Колаоаа Помпея вь Аянксандріи.
новъ съ избыткомъ позволяли имъ окружать себя толпой наемниковъ, оплачивать во
всѣхъ странахъ стаю агентовъ и льстецовъ и удовлетворить всѣ прихоти вкуса п фан-
тазіи любителей-артистовъ. Такъ, Птолемей Филадсльфъ, интересовавшійся естественной
53В
исторіей, устроить пв*;то Александріи зоологическій садъ, и спеціально отправлялись ко-
рабли на берега Сомали, чтобы привезти (•пула слоновъ въ Нижпій Египетъ по Крас-
ному морю и каналу; эти корабли, пдото державшіеся ва морѣ, часто разбивались о
коралловые рифы. Охота па слоплвъ для пополненія ими военныхъ экспедиціи такъ рас-
пространена была въ странѣ «Ихтіофаговъ» (рыбоѣдовъ;, т. е. на берегахъ Африки внѣ
Краснаго моря, что третій Птолемей, шасаясь полнаго истребленія этихъ .-кивотныхъ, при-
казалъ своимъ людямъ внушать туземцамъ мѣры нрсдосіорожности въ этомъ направленіи.
Сдѣлавшись центромъ коммерческаго міра. Александрія представляла въ то-жо
время центръ, куда стекались ученые и мыслители: она стала новыми Авинами. Изъ
толпы подданныхъ и славныхъ посѣтителей, окружавшихъ ихъ, Птолемеи естественно
выдѣлили особыми милостями тѣхъ современниковъ, которыхъ считали способными
лестью или услугами увеличить ихъ престижъ. 'Гакъ, греческіе ученые и философы,
принадлежавшіе, впрочемъ, къ гачымъ разнообразнымъ школамъ, призванные Птоло-
меемъ Сотероиъ въ зданіе, посвященное имь Музамъ и представляющее въ настоящее
время груду развалинъ послѣ пожаровъ и грабежей, прибыли на царскій счетъ въ
Египетъ, чтобы своимъ присутствіемъ доказать величіе и щедрость этого властителя.
Президенту, назначавшемуся паренъ всегда изъ среды жрецовь, было поручено оффи-
ціальное служеніе музамъ и, ш> всей вѣроятности, произнесеніе торжественныхъ рѣчей
передъ властелиномъ; что касается резпдентовъ-ученыхъ, то имъ предоставлено было
право продолжать научные труды н изслѣдованія по своему желанію: режимъ музея
очевидно походилъ ва занятія ьъ средневѣковыхъ бенедиктинскихъ монастыряхъ. Вокругъ
музея возникли коллегіи съ цѣлью дать возможность молодымъ студентамъ воспользо-
ваться уроками а общеніемъ съ учеными, а величайшая въ мірѣ библіотека, кь которой
вскорѣ прибавилось л второе- книгохранилище, вѣроятно, предназначенное для дубли-
катовъ, тщательно собрала въ своихъ стѣвахъ въ помощь учнымъ сочиненія, шши
санныя въ предыдущіе вѣка ва всѣхъ извѣстныхъ языкахъ. Это была великая сокро-
вищница человѣческой мысли.
Но свободному гевію трудно мириться съ благополучіемъ, которымъ онъ обязавъ
милости властелина, ревниво ограниченнымъ личнымъ капризомъ и обставленнымъ опре-
дѣленнымъ церемоніаломъ. Въ началѣ своего существованія, Александрійскій Музей
насчитывать между ссонии посѣтителями самихъ выдающихся людей, приверженцевъ
положительной науки, анатомовъ, геометровъ, географовъ, астрой омовъ, какъ Герофмдъ,
Евклидъ, Эратосѳевъ и другіе, отдававшіеся эвойнъ занягіамъ съ годнымъ презрѣніемъ
къ внѣшнему міру. Но большинство обитателей Музея были льстецы п интриганы,
придворные поэты, сочинители комплиментовъ н зпнграммъ. Скоро паразиты узнали,
что принятые въ «Клѣтку Музъ» получали великолѣпное содержаніе за уроки, препо-
даваемые ими, или даже за элегантный я пріятный властелину вздоръ. II вотъ, ѵало-
но-маду, должности Музея сдѣлались на практикѣ наслѣдственными, переходя отъ отца
къ сыну, а лекціи—пересказами или разсужденіями объ искусствѣ поклоненія передъ
власть имущими. II, конечно, это учрежденіе въ упадочной своей формѣ нашло себѣ
впослѣдствіи многочисленныхъ подражателей, какъ, напримѣръ, Адріана, который сначала
къ Римѣ, а затѣмъ въ Аьнпахъ создалъ родъ университета на подобіе Александрійскаго.
537
Становится понятпыиъ, что люди съ характеренъ п вкусомъ держались вдалекѣ
 тъ этого Дворца Лести, и, желая избѣжать сосѣдства придворныхъ льстецовъ, многіе
лучшіе люди предпочитали, пренебрегая приглашеніемъ Птоломея, удаляться на островъ
Косъ и жить тамъ въ созерцаніи природы и утѣхахъ дружбы. Тѣмъ вс менѣе городъ,
въ которомъ было столько умственныхъ и духовныхъ псточппкьиъ, привлекалъ многихъ,
жаждущихъ знаній Александрія сдѣлалась великой школой, какой до нея были Анины;
кругъ ея вліянія былъ даже вдвое обширнѣе, чѣмъ у послѣднихъ. Еще при Птолемеѣ
Филадельфѣ, извѣствомъ по Индусскимъ документамъ подъ именемъ Тулумая, изъ
далекой Индіи въ Александрію пришли Буддійскіе миссіонеры, досланные паромъ-пропа-
гандистомъ Асокой съ «священными травами» и «словами мира и спасенія».
Итакъ, Александрія представляется чамъ въ исторіи очагомъ умственной дѣятель-
ности, въ которомъ подготовлялась судьба человѣчества эволюціей мысли, развитіемъ
наукъ, а затѣмъ вступленіемъ вновь на путь религіознаго мистицизма Христіанств у
безъ сомнѣнія, зародилось въ А іександріи прежде, чѣмъ въ Іерусалимѣ, Аптічхів и
Римѣ. По это удаленій человѣка отъ всякой жненониой борьбы и производительной
работы исключительно въ область духовныхъ идеаловъ должно было непремѣнно повлечь
за собой ого порабощеніе. Римляне, вкусившіе сладость побѣдъ и прибыльныхъ при-
соединеній, неминуемо должны были обратить свои взоры па плодоносныя страны
Египта, какъ на непремѣнное наслѣдіе сильныхъ. Подобно тому, какъ въ настоящее
время англичане завладѣли долиной Нила, потому что опа представляетъ естественное
дополненіе пхъ имперіи и является главной станціей на великомъ пути пзъ Англіи въ
Индію и Австралію, подобно тому, какъ французы захватили Тунисъ, вовсе но для
того, чтобы наказать «Крумировъ», а потому, что эта страна является какъ бы
продолженіемъ Алжира, и римляне въ своихъ сношеніяхъ съ Египтомъ руководились
жадностью. Въ предлогахъ не было недостатка, найти ихъ всегда можно, подложное
завѣщаніе или другую ложь; достаточно было того, что страна богата и неспособна
защищаться, имѣя въ арміи однихъ наемниковъ, а не гражданъ. Благодаря подаркамъ,
расточаемымъ имѣвшимъ значеніе римлянамъ, Птоломеямъ удавалось временно отдалять
роковой день, но ш отвратить его. Можно было видѣть пау»я, съ мольбою стучаща-
гося у дверей римскихъ адвокатовъ, но и это не помогло; Юлій Цезарь, Антоній, ва
пнчъ Октавій вошли въ Александрію, впрочемъ, ничего въ ней по измѣнивъ, такъ какъ
Египетъ сдѣлался просто помѣстьемъ императоровъ, и римскіе владыки, замѣстившіе
наслѣдниковъ Александра, сохранили прежнихъ чиновниковъ и сборщиковъ податей.
Префекты, облеченные полною властью и подчиненные исключительно волѣ самого
Цезаря, могли по собственному усмотрѣнію направлять финансы, суды и арміи. Впро-
чемъ, покорность никогда не нарушалась: въ царствованіе Траяна однимъ легіономъ,
состоявшимъ въ большинствѣ изъ египтянъ, сдерживался порядокъ во всей странѣ.
Такимъ образомъ долипа Нила легко вошла въ составъ громадной Средиземно.-
Имперіи. Говорятъ даже, что при этомъ политическомъ и административномъ присоеди-
ненія Египта, послѣдній, обладавшій болѣе долгимъ опытомъ и большимъ искусствомъ
въ дѣлѣ управленія, далъ Риму большое число чиновниковъ и писцовъ. Тотъ же Еги-
петъ научилъ этикету дворъ Августа, который вмѣсто подражанія Цезарю предпочиталъ
538
слѣдовать примѣрамъ Александра, фараоновъ в персидскихъ царей. Римъ ппелѣдпвалъ
свою часть п въ наукѣ, такъ какъ календарь, извѣстный подъ названіямъ «Юліанскаго»,
пичтѵ ипоО, какъ кадепіарь египетскихъ астрономовъ. Вставочный день, приписываемый
Цезарю, съ давнихъ поръ былъ въ употребленіи въ Опвагь.
Сдѣлавшись подъ управленіемъ Птоюмссвъ морской державой, въ особенности
благодаря содѣйствію двухъ острововъ, Кипра п Родоса, наголенныхъ искусными
мореплавателями, Египетъ, столпца котораго сосредоточивала всѣ силы страны, на-
правлялъ почта всю свою дѣятельность къ тому морю, на берегу котораго была
расположена Александрія, но пользовался также Краснымъ моремъ и каналомъ, соеди-
нявшимъ ого съ Наломъ; торговля ладовомъ и другими благовоніями, золотомъ, слонами,
заставляла купцовъ отваживаться и за предѣлы залива, въ моря Индіи п Южной
Африки Извѣстно, что Птоломсй Фпладсльфь устроилъ коммерческія станціи на
Сомалійскомъ берегу, но нѣтъ ни одного точнаго указанія на то. чтобы Александрійскій
греки въ своихъ экспедиціяхъ заходили на югъ н востокъ такъ же далеко, какъ фини-
кіяне, иля повторили отважное піаваніѳ вокругъ Африки, совершенное при фа-
раонѣ Нико.
Плато Кнренаики, къ Западу отъ Египта, было слишкомъ біиэкл оть Александріи,
чтобы пе подпасть подъ ея вліяніе. Эта облапь, бывшая въ то время впоіпѣ подъ
греческимъ вліяніемъ, составляетъ одно географическое цѣлое, строго ограниченное
водою и песками; жители ея многократно стремились возстановить свою независимость:
именно &дѣсь-то н создалась легенда объ Антеѣ, поднятомъ могучей рукой Геркулеса
и вновь получавшимъ свою силу, какъ только опъ касался вормилицы-зомли Но
разница вь силахъ между Египтомъ съ его могущественнымъ флотомъ и маленькой
Кприпайкой оыла слишкомъ значительна, и эта послѣдняя принуждена была поко-
риться. Она осталась вассаломъ могущественной сосѣдней державы; Александрія сдѣла-
лась ея настоящей столицей, п къ Александрійскому Музею, къ его библіотекамъ п
школамъ невольно потянуло честолюбивыхъ Кнренайцевъ, какъ, напримѣръ Каллимаха
и Эратое&пповъ. Но коіда Египетъ ослабѣлъ и могущество Рима стало возрастать на
западѣ, Кнренаика, оспариваемая обѣими державами, естественно склонилась на сторону
той, которая имѣла и молодость, п славу, и военную сиду. Вопреки увѣреніямъ въ
дружбѣ, несмотря на вѣковой союзъ съ Египтомъ, римская республика присоединила
къ себѣ территорію Кирипеи, такъ же какъ островъ Кипръ раньше чѣмъ приняться за
покореніе главной крѣпости, она овладѣвала отдѣльными фортами.
Съ береговъ Македоніи до Большого Сирта маленькія греческія группы, обитав-
шія по остризаыь и полуостровамъ Эгейскаго моря, распространили свое вліяніе н
свой духъ, свой языкъ и искусство па громадное пространство. Прономтнца, Эвксинъ,
Маротнда, моря Крита, Родоса и Кипра были имъ отлично знакомы. По оставалось
ня одного залива, пи одного острова или мыса, котораго они бы но изслѣдовали.
Дружескія н враждебныя чувства, коммерческія склонности каждаго племена были
имъ извѣстны; въ каждомъ сколько-нвоудь удоОномъ мѣстѣ солили они греческую
семью, возводила укрѣпленіе, строили алтарь. Всс поосрежье на разстояніи многихъ
тысячъ километровъ подчинилось вліянію нгь могущественныхъ и многочисленныхъ
639
полоній в донынѣ сохранило ихъ слѣды; лишь одна страна оставалась самобытной;
грекамъ удалось оттѣснить финикіянъ со всѣхъ передовыхъ позицій, котѵрыя тѣ до
того занимали на анатолійскомъ берегу и островахъ, но имъ пришлось остановиться
передъ берегомъ самого Тира, отъ залива Александретты до Иелузіанскаго усдья Нила.
Во всей восточной части Средиземнаго м->ря греки пришли въ соприкосновеніе съ
племенами, съ которыми они не имѣли ничего общаго, и вліяніе ихъ на внутреннія
•-граны было сильно лишь при содѣйствіи македонскихъ завоеваній: но и это великое
дѣло, будучи дѣломъ царей, правителей и солдатъ, оказалось лишь поверхностнымъ1
сліянія пе произошло Тѣмъ но менѣе, косвенно, вліяніе греческаго періода имѣло
важныя послѣдствія: обрашоииая кь востоку, Эллада какъ въ зеркалѣ отразила Во-
стокъ и дала его народамъ ту внутреннюю связь, которой они до тѣхъ поръ были
лишены. Если эллины сами въ копцѣ концовъ были поглощены Римомъ, все же можно
сказать, что они до нѣкоторой степени подготовили ту организацію, о которую впо-
слѣдствіи разбилось въ долинѣ рѣкъ-близнецовъ могущество Италіи.
Къ западу отъ Греціи относительное Положеніе державъ было совершенны иное,
равно кань отношенія между колонистами и туземными жителями. Постепенно, одна
изъ Финикійскихъ станцій "ревратнлась въ могущественную имперію; въ то время какъ
эллины утверждали свое господство на восточныхъ берегахъ, и когда они наконецъ
обратили свое вниманіе на запалъ, Кареагсняво уже были вь состояній давать отпоръ
ихъ стремленіямъ. Послѣ цѣлыхъ головъ и вѣкпвъ борьбы, Греки овладѣли берегомъ
южной Италіи и многочисленными пунктами Лигурійскаго берега, въ то время какъ
семитическіе колонисты распространялись по Ливійскому берегу, островамъ Тиронскаго
моря, берегамъ Испаніи и даже выходили за спиловъ Мелькарта», гдѣ основали нѣ-
сколько поселеній па берегахъ океана. Соперники подѣлили между собой Сицилію,
каждый занявъ тѣ берега, которые были ближе всего къ метрополіи.
Во всѣхъ своихъ колоніяхъ къ западу отъ Греціи эллинскіе мореплаватели при-
ходили въ соприкосновеніе съ людьми, стоявшими на почти одинаковой сь ними
степени культуры и готовыми быстро усвоить преимущества ихъ изсдідованій и изо-
брѣтеній. Несмотря на различіе языка, дѣйствіе было прямое и глубокое: п тѣ, и дру-
гіе чувствовали себя между равными Отсутствіе греческихъ колоній на этрусскихъ н
адріатическихъ берегахъ частью объясняется именно передовой цивилизаціей континен-
тальной Италіи. Туземные жители оправдывали свою враждебность къ пришельцамъ
малой пользой, которую тѣ могли нмъ принесть; сами же колонисты не стремились
основываться тамъ, гдѣ ямъ не казалось возможнымъ играть выдающуюся ролъ или
имѣть крупную выгоду.
Южная Италія, до которой такъ легко было доплыть отъ Коривоскаго залива,—
путь между Корцпройи мысамъ Япипономъ былъ но дольше, чѣмъ между Евбеей п Хіосомъ,
Лесбосомъ или Лемиосомъ—Южная Италія, со своими богатѣйшими мѣстностями имѣла
всѣ нрава по характеру своихъ обитателей и природы именоваться «Великой Греціей»
имя, подъ которымъ опа и была извѣстна долгое время. Благодаря ея аосредпичеству,
а также н послѣдующимъ ученіямъ ея философовъ и эмиграитовь, греческій духъ про-
никъ въ Римскій мірь и глубоко пропиталъ сго.
54Ц
Нашествія дорійцевъ, оттѣснявшихъ многочисленныя эллинскія племена, была
одной изъ главныхъ причинъ заселенія Великой Греціи. Но и любовь въ рискованнымъ
предпріятіямъ, тысяча всевозможныхъ случайностей, зависѣвшихъ отъ безпокойной и
изыѣнчиь' н жизни эллвнгкихъ городовъ, въ особенности жо постоявши вражда между
аристократіей и народомъ, также обусювливхія переселенія, такъ что всѣ греческія
племена имѣли своихъ представителей въ п»и<;й Греціи Запада. Искусство во всѣхъ
своихъ проявленіяхъ развилось тамъ, какъ въ древней Греція, и въ числѣ рѣдкихъ
памятниковъ эллинской архитектуры, сохранившихся въ Италіи, дорическій храмъ
Нестума, дровней Посидоніи, представляетъ одинъ изъ образцовъ, по которымъ ученые
изучали сооруженія древнихъ. Литература и науки процвѣтали здѣсь не слабѣе, чѣмъ
въ Греціи: за предѣлами Аовпъ, Эмпедоклъ, Парменидъ, Пинагоръ ы Зенонъ привле-
кали учениковъ и диктовали накопи городамъ.
Первый городъ, Кумы, который по легендарнымъ сказаніямъ существовалъ около
тридцати вѣковъ, напоминаютъ другія Кумы (Кимы) анатолійскаго берега; эта колонія
по всей вѣроятности была основана искателями приключеній, вышедшими изъ Евбеи
и Малой Азіи и, благодаря своему поразительному долголѣтію, высокой культурѣ жи-
гедей, таинственности вулкановъ и кипящихъ сѣрныхъ источниковъ зріобрѣла славу
святыни Въ Пуцуоли и Неаполѣ продолжилась эта греческая жвзш. Здѣсь родилась
Сибилла, предсказавшая судьбу Рима.
Естесственво, что море, омывающее южную Италію, и до сихъ поръ носить
названіе Іоническаго, такъ какъ города, развалины которыхъ тянутся по его берегамъ,
Локры, Кротонъ, Сибарисъ, Метапоиъ, Тароптъ, въ продолженіе многихъ вѣковъ сохра-
няли чудную Аевнскую цивилизацію. Тѣмъ пі менѣе каждый изъ этихъ городовъ имѣлъ
особый характеръ, въ зависимости отъ прямыхъ условій своей среды. Расположенные
у но двоя. Ія горъ, населенныхъ великолѣпно сложенными в прекрасными Бруттамн,
Сибарисъ и Кротонъ особенно гордились сьоими солдатами и атлетами; нигдѣ вь дру-
гомъ мѣстѣ физическая красота не цѣнилась такъ высоко. Ихъ жители не вступала
въ соревнованіе съ гражданами другихъ колоній на поприщахъ краснорѣчія и поэзіи;
но въ физическихъ состязаніяхъ Кротонъ часто бывалъ первымъ. Однажды въ Олим-
пійскихъ игралъ всѣ семь побѣдителей стадія оказались Кротовцзмм. Нѣкій Филиппъ
Кротонскій оылъ послѣ смерти причтенъ къ числу героевъ. Другой атлетъ, знаменитый
Миловъ, вышелъ въ шестомъ вѣкѣ до Р. X. шесть разъ побѣдителемъ на Олнмиій-
скахъ играхъ, семь разъ въ Дельфахъ, девять разъ на Нсмейскихъ играхъ, десять разъ
на Иггмійскихъ. Впослѣдствіи эти города храбрецовъ и силачей пріобрѣли особенную
извѣстность сладострастіемъ, склонностью къ грубимъ удовольствіямъ и полнѣйшимъ
пренебреженіемъ ко всякимъ благороднымъ занятіямъ. Торжественныя игры Кротова и
Сибарнса явились отдаленнымъ источникомъ отвратительныхъ боевъ гладіаторовъ, ко-
торымъ суждено било впослѣдствіе обагрить кровью римскія арены.
Географическое положеніе Сибарнса представляло исключительно благопріятныя
условія, такъ какъ городъ, расположенный на берегу частью защищеннаго рейда, за-
нималъ выходъ плодоносной долины, вдали развѣтвляющейся между горами и прости-
рающейся почти вплоть до тиронскихъ береговъ. Дѣйствительно, Сибарисъ былъ восточ-
511
нымъ конечнымъ и] актомъ прохода черезъ италійскій полуостровъ и, благодаря своему
положенію, сдѣлался складочнымъ мѣстомъ торговли западнаго берега, Кумъ, Пуцуоли и
Неаполя. Узкая полоса земли Слоариса представляла тѣ же преимущества, какъ и
Мессинскій проливъ, позволяя избѣгать длиннаго и труднаго плаванія вокругъ крайнихъ
мысовъ Италіи, о которые съ силой разбиваются вѣтры н противныя теченія.
Греческія побережья центральной части Средиземнаго моря.
і: 12509000
I---,--- ---------------- -1
-о	чоо	еосКиоом
1‘ѣчпыѳ паяосы Кратн и людская злоба совершенно сгладили слѣды древняго
коммерческаго города, но на противоположномъ оерегу залива, благодаря исключительно
выгоднымъ условіямъ, продолжалъ существовать Тарентъ, несмотря на то, что и оиъ
неоднократно подвергался войнамъ и приступамъ. Къ числу эіихь особенно счастливыхъ
условій, въ сравненіи съ другими портами Великой І'реціи. нужно отнести не только
его большое углубленіе внутрь страны въ самомъ концѣ залива, до сихъ норъ носящаго
его имя, по и обладаніе превосходнымъ рейдомъ и портомъ, прославившимъ его среди
542
мореплавателей отъ Тира до Гадеса. Самъ рейдъ, извѣстный надъ именемъ «большаго
моря», представляетъ изъ себя портъ-бассейнъ, имѣющій въ окружности болѣе двадцати
километровъ и защищенный отъ моря двумя мысами и двумя островами; «маленькое
море», отдѣленное отъ «большаго» песчаной косой и известковымъ островомъ, въ
былыя времена легко доступное черезъ естественныя водяныя ворота, было также до-
статочно велико, чтобы вмѣстить цѣлую флотилію. Къ сѣверу, къ востоку и юго-
воетоку тянулись прекрасныя поля и пасгоища Мессапвпцевъ и АпулейЦ 'въ, в откры-
вались доливы Самнитовъ, откуда доставлялись мѣстныя произведенія для обмѣна ва
драгоцѣнные восточные товары, привозимые Финикійцами и Греками. Тареитъ сстествеино
сдѣлался богатѣйшимъ складочнымъ мѣстомъ всего итальянскаго полуострова и, силой
своихъ богатствъ, а также оружія, покорилъ ми»гія воинственныя племена, обитавшія
ио западнымъ горамъ; его трофеи сверкали въ Дельфійскомъ святилищѣ. Но его
гордость подготовила его паденіе: онъ рѣшилъ помѣриться силами съ Римомъ,
уже успѣвшимъ возвыситься. Его стѣны были сравнены съ землей, жители проданы
въ рабство, песокъ затянулъ входъ вь порть, и златоцвѣтникн выросли на разваш-
наіъ города.
Среди новыхъ Тировъ и Сидоповъ, возникшихъ на болѣе дальномъ западѣ
вслѣдствіе того, что восточное побережье Среднземнаіо моря уже было занято греками,
ни одно поселеніе, во исключая даже старой Утики. пе находилось въ столь благо-
пріятныхъ условіяхъ, какъ Карѳагенъ,—Карлъ-Кадакатонъ, «Новая Крѣпость», почему
онъ в выросъ въ могущественную политическую единицу, получившую обширное полв
для коммерческой дѣятельности. Въ атомъ отношеніи дочь превзошла мать: Карѳаіъ-иь
сталъ выше Тира.
Въ самомъ началѣ, быть можете вѣковъ двадцать семь тому назадъ, когда Греки
еще не имѣли могущественныхъ колоній иа западныхъ берегахъ Средиземнаго моря, а
Римъ еще вовее не существовалъ, явились впервые въ качествѣ гостей въ страну Ли-
війцевъ финикійскіе колонисты, скромные, тихіо, какъ и подобаетъ слабымъ; легенда
представляетъ пхъ намъ вымаливающими у мѣстныхъ владѣльцевъ клочекъ земли, такой
маленькій, что покрыть его можетъ одна шкура быка н окружить ремень, вырѣзанный
изъ згой шкуры. Невольная игра словъ, возникающая вееіда при общеніи народовъ,
говорящихъ на различныхъ языкахъ, такимъ образомъ объясняетъ названіе «Бирса»,
что ва Пуническомъ языкѣ означаетъ только «цитадель».
Однако, эти мореплаватели съ даіекаго Востока были въ то же время и тор-
говцами, привезшими съ собой драгоцѣнные товары и предметы, весьма понравившіеся
мѣстнымъ нолуварварекпмь народамъ; пни были и носителями высокой наслѣдственной
цивилизаціи, ставившей ихъ неизмѣримо выше новыхъ сосѣдей іо знаніямъ, умѣнію
пользоваться силами природы в паіубному искусству управленія людьми. Изъ про-
сителей Карѳагеняне скоро обратились въ госш-дъ; первоначально заплативъ дань—они
заставили скоро возмѣстить оѳ себѣ сторицей: очень скоро вышли <>ни за предѣлы,
ограниченные воображаемымъ ремнемъ изъ бычачьей шкуры, н завладѣли всей окрест-
ной страной.
Изь всѣхъ многочисленныхъ финикійскихъ колоній, основанныхъ вдали отъ ото-
513
честна, Каррагенъ естественно долженъ былъ запять первенствующей пѣето. такъ какъ
его географическое положенія было самое выгодное, пе только по отношенію къ мѣст-
нымъ условіямъ, но и относительно всего извѣстнаго въ то время міра. Въ его пользу
прежде всего располагало замѣчательно красивое мѣстоположеніе, на великолѣпномъ
мысу съ отвѣсными скалами, па которыхъ теперь возвышаются бѣленькіе домики
Сидч-бу-Саидъ, и зеленѣющей косѣ, тянувшейся па подобіе пояса между моремъ и
озеромъ, извѣстнымъ водъ именемъ Тунисскаго, на фонѣ сивѣющихъ горъ, съ возвы-
Греки ц Финикіяне.
с кегеегьнсюе. гоните
• ггьч&СК'е городя
і япогоооі
ІООО
1500
2000 гьооКИлом
шающейся ладъ ихъ общемъ уровнемъ двуглавой вершиной. Самъ городъ былъ распо-
ложенъ на возвышенности, совершенно изолированной со всѣхъ сторонъ, что облегчало
его защиту; у основанія его простиралась небольшая гавань, теперь занесенная пескомъ,
закруглившаяся на востокѣ широкимъ рейдомъ. Озеро, надъ которымъ кружились
птицы, снабжало жителей своими плодами; плодородныя поля тянутся къ югу, къ го-
рамъ, богатымъ металлами; наконецъ, на небольшомъ разстояніи къ сѣверу, впадаетъ
въ море обильная рѣка, открывающая на сотни километровъ путь къ внутреннимъ
равнинамъ.
Вотъ основный преимущества, но въ сношеніяхъ съ областями Средиземнаго
моря Кароагепъ имѣлъ еще ппыя. Часть Мавританіи, занимаемой имъ, находится какъ
разъ въ углу большого гористаго острова между Средиземнымъ моромъ, океаномъ, Са-
644
харой, и это сторожевое положеніе на одномъ изъ угольныхъ мысовъ является господ-
ствующимъ надъ путями, по которымъ должны слѣдовать моряки, плавающіе изъ одного
въ другой бассейнъ впутрспняю моря: такимъ образомъ пуническій городъ былъ рас-
положенъ въ наиболѣе удобномъ мѣстѣ для встрѣчъ и обмѣна, если пе въ геомѳтри-
Великая Греція.
3 500 000
гооКилом
50
юо
пескомъ, во въ истинномъ центрѣ Средиземнаго моря. Тѣ жо преимущества, которыми
владѣлъ Карѳагенъ въ торговомъ отношеніи, онъ имѣлъ и въ смыслѣ ревниваго надзора
за морями и господства надъ ближайшими берегами острововъ и материка. Естествен-
ный порядокъ вещей передалъ въ руки карѳагенскихъ купцовъ и пиратовъ большинство
портовъ Мавританіи и Испаніи, Балгарскіе острова и берега большихъ острововъ—
Корсики, Сардиніи, Сициліи.
Вдали оть родины, среди племенъ, чуждыхъ нмъ по языку, обычаямъ, понятіямъ,
546
финикійскіе ксионисты, расположившіеся въ Бирсѣ, могли успѣвать въ своей дѣятель-
ности, только создавъ тѣсвое и солидарное политическое цѣлое, способное противостоять
Карой генъ и ого окрестности
I :	ООО
і—,—	,.	,---	.	-	।	,
о	в	іо	іьКилом
внѣшнимъ нападеніямъ силою полнаго внутренняго единенія, ч сдѣлавшись необходимымъ
въ качествѣ торговаго посредника. Ихъ изолированное среди морей положеніе на западѣ
элизк рлкзю. віш. іѵ	35
546
іал-і имъ возможность получать полную торговую монополію, осуществить по отноше-
нію ко многимъ отдаленнымъ странамъ это исключительное "раво обмѣна, которое со-
ставляетъ задачу каждаго торговаго народа, каждаго города, каждаго личнаго даже
предпріятія л которое въ наши времена создало патенты и синдикаты. Конечно, и грече-
скіе города—Амины, Кериноъ, Эюпа, Сиракузы—были одушевлепы тѣмъ же стремленіемъ,
нм имъ препятствовала конкуренція сосѣднихъ город"вж,—и Карѳагенъ превзошелъ ихъ
вь качествѣ притягательнаго дѣлового центра.
Благодаря своему болѣе западному положенію, Кароагевь занялъ мѣсто своей
родины—финикійскаго берега—и сдалъ центромъ торговля для западной части Средизем-
наго моря и океанскаго преддверія. Онъ овладѣлъ большой частью сирійскихъ колоній я
основалъ новыя, вь томъ числѣ ІГОвый Карѳагенъ, который съ тѣхъ поръ явился зна-
чительнымъ городомъ. Наь.ппцъ, Карѳагенъ занялся оікрытіями какъ для того, чтобы
найти новые рынки, такъ и для удовлетворенія, можетъ оыть, любознательности своихъ
ученыхъ. Двадцать три вѣка тому назадъ этотъ торговый городъ выслалъ кь запад.
вымъ африканскимъ берегамъ цѣлый флотъ пятидесятивесельпыхъ кораолей, на кото-
рыхъ выъхало, говорятъ, тридцать тысячъ купцовъ и колонистовъ. Эта экспедиція, надъ
начальствомъ великаго мореплавателя Ганвона, повидимому, миновала крайніе мысы,
которые двѣ тысячи лѣтъ спустя такъ долго останавливали португальскихъ моряковъ,
но не пошла дальше Сісра-Леоне, остановленная, вѣроятно, недостаткомъ жизммиыхъ
припасовъ, утсмлевіемъ и смертностью экипажа. Ганнонъ долженъ быть удовлетвориться
безплодной честью, воздвигнуть кодкпиу въ одномъ изъ храмовъ в выгравировать на
ней исторію свѵого путешествія. Въ то же время Гамплькоиъ, другой кареагепскій
мореплаватель, пустился по бурнымъ морямъ Западной Европы, чтобы достигнуть Кас-
ситеридскнхъ острововъ; но его флотъ, гонимый противными вѣтрами, употребилъ сто
двадцать дней иа это путешествіе и принужденъ былъ Ьимлваіь въ •егогтепрііімиыхъ
сѣверныхъ странахъ. Оиасиости, перенесенныя экспедиціей, очевидно, запугати кароаген-
цевъ, поэтому-то у Гамильвона и не было преемниковъ въ этихъ гибельныхъ моряхъ, и
пуническіе купцы съ тѣхъ поръ довольствовались эксплоатаціей олова въ рудникахъ,
которыми владѣли въ Испаніи, и возможно, что сухимъ путемъ доставляла отъ пункта
до пункта, съ помощью туземцевъ-ноенльщвьовь, руду изъ Бретани и Англіи. Фактъ
тоть, что географическія свѣдѣнія о Кассипридахъ потерялись, а Геродотъ объявляетъ,
что онъ пе могъ получить никакихъ отвѣтовъ на свои вопросы ооъ этихъ «остро-
вахъ олова*.
Погоня за наживой суживала владѣнія Карѳагена, вмѣстѣ съ тѣмъ связывая его
со всѣми иародами. Пуническій городъ представлялъ типъ кпмм’рческой коммуны своимъ
ревнивымъ эгоизмомъ во внѣшнихъ сношеніяхъ, безпощадной твердостью въ защитѣ
своихъ интересовъ, коварствомъ замысловъ въ цѣляхъ наживы и жестокостью но <>тпо-
шенію къ побѣжденнымъ, которые не ы->гли доставить нмъ выгоды. Правда, исторія
Карѳагена была передана намь сго врагами, и много вь нея вошло вѣроятно клеветы,
но самыя условія его среды, монополіи и господства должны были развить вь карѳа-
генскомъ характерѣ жестокость. Особенно дѣлало сго ненавистнымъ ьъ глазахъ сосѣд-
нихъ племенъ то, что финикійскіе колонисты сохранили обычай человѣческихъ жертвъ во
547
всѣхъ важныхъ обстоятельствахъ общественной жизни. Въ атомъ отношеніи сходятся
всѣ показанія древности: отецъ отдавалъ сына, чтобы кровью его умилостивить ужасныя
Владѣнія Кар«аг“на.
і : до оси оі. о
юоо
2000
зоооКилогл
Сохранилось оплоалІо шхаоапія Гаипоиа. относящагося ко вромоин. отдаленному отъ пасъ иа
2400 пѣтъ Наиболѣе отдаленная ивъ основанныхъ ямъ колоній была Цоріші. Долго© время думалм,
что еа нужно отождествлять съ маленькимъ островкомъ въ Аргупноком» зплппѣ, по д-ръ ІС. Мюл-
леръ ГРгоІедошепа) обратилъ вниманіе нв островокъ, рвсполою©пігым у устья Ріо-де-Уро и нави-
вавшіе св на отарншіыхъ французскихъ картахъ Гори©-, попояхопіе его вполнѣ соотвѣтствуетъ
токсту Гаппспа.
548
божества. II каждая война, перенесенная въ Африку,, когда римляне узвалн эту дорогу,
сейчась-же ограничивала владѣнія Карѳагена чертою юрода: такъ ненавнсгпо было
его иго.
Подвластные Карѳагену народы имѣли тѣмъ болѣе основанія опасаться суровости
его владычества, что во главѣ саиой пунической общины стояла аристократія, бев-
отвѣтственпая въ своихъ классовыхъ интересахъ: это была каста крупныхъ примыпыѳн-
ппковъ. единодушіемъ своимъ заранѣе уполномоченная па всѣ посягательства. Указывая
царицу Элизу или Дидопу, какъ водворившую первыхъ колопнетовъ-фнпикіяпъ на
холмѣ Бирі-ы, преданіе бытъ можетъ опирается отчасти на истину въ томъ смыслѣ,
что политическій режимъ Кароигена, подражая метрополіи, которой еще уплачивалась
десятина, носилъ вначалѣ монархическій характеръ; во въ эпоху, когда исторія Кароа
гена выходитъ изъ тьмы, она говоритъ о немъ, какъ о республикѣ богатыхъ, очень
сходной по режиму в дѣятельности съ респуолпкой Венеціей, которая, спустя пятнад-
цать вѣковъ, развилась въ подобныхъ же коммерческихъ условіяхъ. Эта оріанпзація пред-
ставляетъ очень важное явленіе въ міровой исторіи: именно сознательную республику,
созданную группой цѣнившихъ свсе достоинство іражданъ, достаточно независимыхъ по
природѣ и привыкшихъ уважать другихъ, чтобы, съ одной стороны, отвергнутъ госпо-
дина, а съ другой обсуждать между равными оощіе интересы. Очевидно, такой пере-
воротъ могъ совершиться па африканской почвѣ только благодаря эволюціи, уже
произошедшей въ умѣ тирскихъ переселенцевъ. Дитя созрѣло въ немъ изъ зародыша,
переданнаго предками. Такимъ же образомъ европейскія монархіи породили республики
Новаго Свѣта.
Сенатъ, члены котораго были паслѣдегвеппые, управлялъ дѣлами республики и
поручалъ исполненіе своей волп двумъ суффетамъ, —родъ консуловъ, назначавшимся сена-
томъ па болѣе пли менѣе продолжительный срокъ и отвѣтственнымъ всегда передъ
этилъ законодательнымъ учрежденіемъ Сепатъ-жо назначать жрецовъ и военачальни-
ковъ изъ тѣсной патриціанской среды. Власть во всѣхъ отрасляхъ принадлежала не-
большому числу лицъ; однако, огромное разрастаніе города и его владѣній заставило
сенатъ учредить <Совѣтъ ста» (плн ста четырехъ), который распространилъ власть
среди промышленной буря.уазіи Впрочемъ, эти умные дѣльцы, смотрѣвшіе на политику
съ точки зрѣнія наживы и рѣшавшіе военныя предпріятія сь цѣлями грабежа или
увеличенія доходовъ, па раздавали власть легкомысленно. Одинъ или нѣсколько
членовъ пхъ среды сопровождали пиководцевъ въ далекія экспедиціи, нодчипяя игъ
ежеминутному надзору, контролируя каждый ихъ юстуаовъ, чтобы ясно показать воигку,
что пе военачальппкь является настоящимъ господиномъ, и что каждая санкція исхо-
дить отъ этого таинственнаго безымяннаго сената, который тамъ, къ божественномъ
Карѳагенѣ, располагалъ деньгами, запасными войсками и военными припасами
Хотя полководцы избирались почти всегда изъ однѣхъ семей, и многіе изъ нихъ
доітпглп большой популярности, но не было примѣра, чтобы великіе карѳагенскіе воины,
упоепиып собственной славой, порвали бы нравственную связь сь ево>'й родиной.
Напротивъ, называютъ иного случаевъ, когда республика ожесточенно смѣщала
пе угодившихъ ей полководцевъ, изгоняла пхъ или предавала па мученіе. Одинъ пегчасі-
549
лый вождь Гамилькронъ, армію котораго поразила чума и другія непредвпдѣппыя не-
участія, явился съ остатками войска. чтобы яа глазахъ сената и народа торжественно
хишить себя жизни въ жертву Року.
Географическое положеніе самого Кароагепа па материкѣ Ливіи обезпечивало сго отъ
сколько-нибудь опаснаго нападенія сосѣднихъ народовъ, по его остальныя владѣнія, раз-
сыпанный по берегамъ и въ моряхъ Европы, представляли гораздо меньше безопасности:
маленькіе острова, какъ Балеарскіе, иля просто станціи, какія были разсыпаны по
берегамъ западной Мавританіи и Испаніи, безъ труда управлялись кароагснскими куп-
цами, но иначе обстояло дѣло съ такпми большими островами, какъ Корсика, Сицилія,
Сардинія,—страны съ опредѣленной индивидуальностью, представлявшія каждая терри-
торію, равную ливійскимъ владѣніямъ Карѳагена. Тамъ населеніе могло возмутиться,
спуститься массами въ пуническія станціи, вступить даже, въ случаѣ внѣшней войны
Карѳагенянъ, высадившихся па его берегахъ, въ союзъ съ ихъ врагомъ, п тогда спасе-
ніе карѳагенской крѣпости зависѣло отъ милости къ ней моря и вѣтра. Сколько разъ,
несмотря ва искусство карѳагенскихъ моряковъ, штиль или противный вѣтеръ задержи-
валъ помощь осажденному городу пли союзному царству! Карѳагенъ но могь твердо
удерживать въ рукѣ свои морскія завоеванія: у него по было силы бороться съ неожидан-
ностями, которыя готовили ему порою волны, и расширеніе его заморскихъ владѣній
пропорціонально уменьшало его силы, вмѣсто того чтобы вхъ увеличивать. Онъ но
могъ даже воспрснятсівовать греческимъ купцамъ проникнуть въ Бетпку сь VII сто-
лѣтія до Р. X., а затѣмъ въ тѣ и другіе пункты въ Мавританіи.
Географическое положеніе Карѳагена имѣло еще другое послѣдствіе въ отноше-
ніи набора арміи. Собственно карѳагеняне, представляя «священный отрядъ», были, ко-
нечно, въ ничтожномъ меньшинствѣ, и даже непосредственные подданные пунической
державы, африканцы ближайшихъ провинцій, представляли въ большинствѣ военныхъ
экспедицій меньшую часть войска; полки грабителей, набранныхъ съ побережій, авантю-
ристы различныхъ національностей, таковы были главные элементы, которыми должны
были пользоваться карѳагенскіе полководцы; элементы эти при малѣйшемъ неуспѣхѣ
могли обратиться противъ нихъ, если условія непріятеля представляли выгоду. Исторія
пуническихъ войнъ на берегахъ и островахъ Средиземнаго моря показываетъ больше
измѣнъ, чѣмъ собственно военныхъ дѣйствій. Великимъ искусствомъ предводителей было
главнымъ образомъ умѣніе покупать и удерживать людей. Большое число прислужниковъ
арміи и гребцовъ па галерахъ были по наемники, а купленные у торговцевъ неволь-
никами рабы: это были несчастные, которые работали подъ кнутомъ, и на которыхъ
нельзя было положиться больше, чѣмъ иа другихъ.
Войны за Сицилію, продолжавшіяся цвѣсти лѣтъ, столкнули карѳагенянъ съ грече-
скими городами острова и предрѣшили борьбу Рима съ Карѳагеномъ: тамъ должна
била рѣшиться міровая судьба. Центральная земля Средиземнаго моря, Сицилія, несмотря
иа проливы, представляла сравнительно удобный путь изъ Европы ^ь Ливію, и благ-
даря этому положенію было предопредѣлено, какъ мѣсто встрѣчи, поле, па которомъ
рѣшится, въ пользу Рима или противъ него, вопросъ о господствѣ надъ всѣми побереж-
иини странами внутренняго моря. Сь высоты кратеръ Этны, освѣщая одновременно
650
Запа гнои в Восточное мпр„. отмѣчать свяш^пв^е мѣсто, гдѣ бога должны были рѣ-
шить борьбу за всемірную имперію.
Кромѣ исключительныхъ преимуществъ, которыя давало Сициліи ея положеніе,
сна привлекала и привязывала къ себѣ колонистовъ плодородіемъ своихъ полой. Склоны
Этны съ пепломъ, смочоиііымъ тающими снѣгами, образуютъ огромный, круговой садъ,
и подъ каштановыми лѣсами простираются внутреннія равнины я плоскогорій вь видѣ
пепрерь.паго хлѣбнаго поля. Даже предпочтительнѣе, чѣмъ Кипръ и Критъ, считалась
Сицилія родиной Дсметры, «Божественной Матери», и самая высокая вершина, господ-
ствующая надъ Мессиной, вь сѣверо-восточномъ углу острова, носитъ все еще имя бо-
гини 1)шна шаге иди Антинпа марс. Италійское преданіе приписываетъ сикуламъ
мысль о земледѣліи. Тѣмъ, чѣмъ ѳракійцы Оыли для Греціи, енкулы были для Италіи,
которой принесли злаки я серпъ, названный по нимъ біеиіа или зеспіа; возможно, что
они внелн въ ихъ религію бога посѣва н жатвы: ЕаІсіГег Заіагпиз. Въ эпоху, когда
первые греческіе колонисты, болѣе двадцати пяти вѣковъ тому назадъ, высадились въ
Сициліи, ппчти весь островъ принадлежалъ сикеламъ или сикуламъ, которыхъ всѣ
историки археологи считаютъ народомъ, переселившимся изъ Италіи и, вѣроятно, очень
родственнымъ дативамъ, суля го словамъ, которыя онн ввели въ эллинскій языкъ
Сициліи. Эти завоеватели, пять-шесть вѣковъ утвердившіеся уже въ странѣ, оттѣснили
первыхъ туземцевъ, сикановъ, къ западу, такъ же какъ въ свою очередь они были от-
тѣснены къ центру острова, когда греки поселились на побережья- оть оывшаго господ-
ства си кулонъ осталось только названіе острова «Сицилія», данвоо «треугольному»
острову. Слишкомъ слабые, несмотря па многочисленность, чтобы боротыя противъ
переселенцевъ, имѣвшихъ бронзовое п жетѣзное оружіе, енкулы отошли, не выкыавъ
большого соп)>отивлеііія. и прошло болѣе двухъ вѣковъ, прежде чѣмъ вспыхнула внутри
Сициліи попытка вытѣснить гроковъ. Въ эту эпоху нѣкто Дукѳтій, воспользовавшись
разногласіемъ между греческими республиками, вызванными несогласіемъ дорійскихъ в
іонійскихъ интересовъ, попытался основать сицилійское царство: столица новаго госу-
дарства стала подъ покровительствомъ мѣстныхъ боговъ, въ бассейнѣ упавшаго кратера,
открывающемся неподалеку оть озера Пергуза, посреди восточныхъ равнинъ. Во онъ
задумалъ слишкомъ великое дѣло, онъ палъ, и съ того времени, епкулы, постепенна
ассимилированные эллинами, сами увѣровали въ свое греческое происхожденіе. Всѣ
памятники страны сикуловъ, относящіеся къ послѣднимъ вѣкамъ греческаго господства,
ничѣмъ не отличаются отъ береговыхъ. Сикулы приняли монету и языкъ своихъ завоева-
телей. Съ другой стороны, послѣдніе привяли мѣстныя преданія, воплотили въ свой
языкъ туземныя, перенесли Деметру на мѣсто какого-то мѣстнаго божества въ равнину
Инну и показывали, гдѣ Прозерпина исчезла потъ землю, похищенная мрачнымъ
Плутономъ.
Смѣшавшись такимъ образомъ съ народами, которые сравнительно съ ппыи могутъ
считаться туземцами, греки, очевидно, располагали очень большой силой сопротивленія
противъ кароагенсквхъ купцовъ, сопровождаемыхъ наемниками и рабами. Соедпвешіымв
силами оин легки могли отбить всякое нападеніе, ш- нерѣдки случалось, что тираны
греческихъ городовъ призывали карнагенявъ на помощь противъ какоЯ-лвбг сосѣдней
651
республики или противъ собствонныгь подданныхъ. Въ такихъ условіяхъ Карѳагенъ
йогъ явиться іля Сициліи только разрушительной силой. По свидѣтельству археолога
Дѵвнисъ. греки оставили великолѣпыя развалияы Сегесты (Эжесты), Сиракузъ и Агри-
гента, въ те время какъ о кареагопскоиъ господствѣ краснорѣчиво говорятъ опустошен-
ныя мѣстности, въ которыхъ возвышались Химера нСодинъ. Однако, поколѣнія народовъ
Сицилія.
Г : 2 500 000
о	ьт	что	Ъо Ки л ом.
и языковъ, соприкасаясь въ теченіе вѣковъ, но могутъ но смѣшаться л не слить
взаимной цивилизаціи въ общіе обычаи и понятія. Особенно на западѣ Сициліи, гдѣ
ьарѳагепское вліяніе было болѣе прочно, типы представляютъ очевидно пуническія черты,
ч многія суевѣрія возвращаютъ историковъ къ богу Мелькарту и Астартк Съ другой
стороны, эллинское вліяніе достаточно проникло в> всѣ общества средиземнаго міра
чтобы Карѳагенъ воспринялъ отъ эдлпискихъ соперниковъ научныя и практическія свѣ-
денія: такъ, карѳагенскія монеты приближаются къ греческимъ.
652
Если бы столкновеніе двухъ средиземныхъ цпвилнвапіД продолжалось п< естествен-
ному пути, безъ вмѣшательства постороннихъ элементовъ, то возможно, что въ Гици-
лш возникла бы греко-пуническая цивплізація, подобно тому, какъ ва томъ же островѣ,
позднѣе возникла нормали - арабская' пи къ предшествовавшимъ завоевателямъ, снпапань
п сикуламъ, грекамъ и кароагепяпамъ присоединился другой соперникъ во всемъ порывѣ
своей воинственной молодости в силы—римляне. Господа италійской Греціи, они должны
были найти благопріятный случай, чтобы переправиться черезъ проливъ, который могли
переилыіь иіъ кони. Случай представился: италійскіе паемпики, возму півшіеся легіонеры,
воевали въ Сициліи, правильной арміи пришлось только послѣдовать за ними. Такимъ
образомъ римляне вмѣшались въ борьбу грековъ съ карѳагенянами. Начался новый
циклъ исторіи.
Въ исторической географіи Римъ продстн-
вляртъ собой яркій примѣръ такого ікнзнеп-
наго центра, вокругъ котораго какъ бы самой
природой оп.іеаны параллельные круги; ею же
обусловливался ВСЯКІЙ прогрессъ, ' совершив-
шійся удивительно ритмично
ГЛАВА X*).
Нар-.ды Италіи.—Начало Рима,—Вторженіе галловъ.—Географическая среда.—
Внутренняя борьба.—Пуническія воины.—Римскія учрежденія.—Литература и
религія.—Альпы, Провансъ, Гасконь и Секвьнія.—Нашествіе варваровъ.—Правле-
ніе Августа. Внѣгосударствьнныя войны.—Главнѣйшіе пути.—Римскій миръ.—
Стоики в Антонины.
Одпі лишь предай? говорить намъ о началѣ этой могущественной имперія, во-
трой удалось покорить себѣ всѣ, извѣстныя древности, страны н которо впослѣдствіи
тла обширнѣйшимъ государствомъ, какое когда-либо существовало ранѣе царства
Кублай-Хана и нынѣшней Россіи. Въ эпоху, когда, .о преданію, оыло положено осео-
*) ІІсторич скія примѣчанія. Въ текстѣ указаны предполагаемые года
движеній народовъ, нереселввшихся въ Италію. Нижі-слІдующія свѣдѣнія указаны во
Римской эрѣ,—аЪ игііе сопііііа—(отъ основанія Рима), начало которой принято счи-
тать съ 753 года до Р. X.
654
ваніе Риму, т. с дваіщать шесть съ половиной столѣтій тому назадъ, Италія уже на-
ходилась во власти могуші’ственпыгь народностей, пзъ которыхъ одна, а именно, аь-
зоны, оставила свою память въ различныхъ наименованіяхъ по всему полуострову. По-
видимому, также и Умбры обладали въ былыя времени обширной территоріей: при
шедшіе, но всѣмъ вѣроятіямъ, съ Балканскаго полуострова, овн шмели большую часть
бассейна рѣки По, оба склона ^пценвнъ и поселились по берегу Адріатики до Монте-
Каргапо; рѣка Умбро или Омброне, впадающая въ Тирренское море напротивъ Корсики,
ді снхъ норъ еще обязана имъ своимъ названіемъ.
Судя ио ъѣкоторымъ слі намъ, встрѣчавшимся въ нарѣчіи Умбровъ и родствен-
ныхъ имъ народностей, переселенцы эти, наводнившіе собой Италію, принадлежали въ
коренномъ своемъ происхожденіи къ той же этнической группѣ. какъ и пелазги, или
грека. Поразительное сходство эллинскихъ и италійскихъ нарѣчій ясно доказываетъ
единство языка, на которомъ говорили ихъ болѣе давніі предки, а также оощаость и
единство родины этихъ послѣднихъ, находившейся вѣроятно въ мѣстностяхъ, лежавшихъ
Вотъ хронологія римскихъ царей, кдассичеекій списокъ, хотя и не доказанной
нпдлиннчстн: Ромулъ 0 — 38, Нума ІІомпилій 38—81, Тулъ Гостилій 81—105, Анкъ
Марша 105—137, Тарквивій Древній 137—175, Сервій Туллій 175—219, Тарквнніі
Гордый 219 — 244, паденіе котораго совпадаетъ но времени съ гибелью Гвишя въ
Аннахъ.
Въ продолженіе двухъ послѣдующихъ столѣтій развивалась борьба патриціевъ съ
плебеями: Удаленіе плебеевъ на Свящшный Холмъ 259, закопы Двѣнадцати Таблицъ
304, богатые плебеи получаютъ доступъ къ цензурѣ 310, къ квестурѣ 344, къ воен-
ному трибунату 353, къ консулату 387, къ сенату 441, къ понтификату 453. Кон-
ституція остается почти безъ измѣненій до эпохи Грантовъ.
Покореніе Италіи начинается только послѣ вторженія галловъ, съ которымъ «вя-
зано разграбленій Рима вь 363 г. Первая самнитская война поднимается въ 410; въ
продолжеві*- шестидесяти лѣтъ всѣ народы средней Италіи покорены, какъ разъ передъ
тѣмъ, какъ Пирръ поступаетъ на службу Тарента. Послѣ пораженія при Гераклеѣ и
Аскулумѣ побѣда при Бепевептѣ дюггъ римлянамъ іозможность закчнчнгь п^копеніе
южной части полуострова въ 483 г.
Походъ въ Сицилію и первое подкновеніе съ карѳагенянами происходитъ въ
489; первая пуническая война продолжается отъ 48Й до 512, вторая—отъ 534 до
552 г.; въ промежуткѣ этого времени римляне занимаютъ Сардинію Корсику, долину
По, затѣмъ Провансъ, Нарбонскую Галлію и значительную часть Испаши, наконецъ,
различные пункты Мавританскаго берега.
Римляне обращаются въ восточной части Средиземнаго моря и распространяютъ
свои дѣйствія во всѣ стороны: .-обѣда при Киноцефалахь открываетъ имъ Македонію
вт 556, разграбленіе Коринѳа относится къ 602 г., разрушеніе Карѳагена къ 607,
паденіе Нуманціи, утвердившее владычество въ сѣверной И'-папін, происходитъ въ 620,
такъ же какъ и взятіе Пс]гама.
Внутренняя борьба беретъ верхъ и въ теченіе нѣсколькихъ десятковъ лѣть зани-
маетъ лучшія силы І’има; отмѣтимъ только смерть Тиверія Грани пъ 620, его брата
]Сая въ 632, Марія въ 667, Суллы въ 674, битву при Фарсалѣ я смерть 'Помпея въ
705, смерть Цезаря въ 709, битву при Акціумѣ, сдѣлавшую Октавіана единственнымъ
Исполиномъ Гама, въ 722 (31 до Р. X.).
Во крема этихъ конфликтовъ произошло поражеше Митридата, покореніе гал-
555
въ нижнемъ теченіи Дуная; впослѣдствіи чаи раздѣлились на двѣ колонны, которыя,
мало-по-малу, этапами переселялись на южный и юго-западный полуо<тровъ. Корея
сювъ у нихъ тождественны, суффиксы и числительныя, папр., имѣютъ одинаковое про-
исхожденіе и образуются одинаковыми способами, оба языка развиваются по одинаковымъ
законамъ. Точно такш схожи и ихъ божества, сходстъо это такъ норазитѳліно, что
достаточно были перевести лишь имена божествъ; всѣ атгрибуты ихъ остаются нетро-
нутыми: развѣ Зевсъ. * отецъ», не синонимъ Юпитера, а Юнона не та же ли Діана?
Перемѣна имени, тѣмъ не менѣе, нисколько не мѣшаетъ узнать божество по его призна-
камъ. Подоено Аресу, Марсъ олицетворяетъ собой весеннія грозы, набѣги и ошвы,
солнце—это Геліосъ. Церера, плодородная «богиня-мать», одинаково іокровитсльствуетъ
земледѣлію въ Сициліи, Италіи и Греціи. Вулканъ куетъ въ своей подземной кузницѣ
і
ловъ и Британіи, 695 -702, перенесеніе власти въ Египетъ и первое столкновеніе съ
парѳянами.
Изъ военныхъ дѣйствій эпохи Имперіи достаточно уиомянуть пораженіи римскихъ
легіоновъ херускамв въ 762, разграбленіе іерусалима въ 823, локоревіе Дакіи, закон-
ченное вь 860
До Северовъ императоры слѣдуютъ въ такомъ порядкѣ- Августъ до 14 послѣ Р. X.,
ТиверіЗ 11—37, Калигула 37—41. Клавдій 41—54, Неронъ 54—68, Гальба, От-
тонъ, Вителлій, Веспасіавъ 68—79, Титъ 79—81, Домиціанъ 81—96, Нерва 96—98.
Траянъ 98—117, Адріанъ 117—138, Антонинъ 138—161, Маркъ Аврелій 161—180,
КоымОдъ 180—1у2, Септимій Северъ 193—211, Каракалла 211—217, Александръ
Северъ 221—235.
Христіане в. Эра.
Гвмск. эра.
Ливій Аидровикъ (Греція)..................111 в. д« Р. X.
Невій (Камланія)..........................— 260—190
Плавтъ (Умбрія)...........................—250-1Я4
Ганнибалъ (Карѳагенъ)................... —247—183
Энній (Калабрія)...................... ...	—240—169
Сципіонъ Африканскій (Римъ)...............—235—1»3
Катонъ Старшій (Туекудумъ)................ 232—147
Цицеронъ (Лаціумъ)........................ 106— 43
Лукрецій (Римъ)........................... 98— 55
Діодоръ (Сицилія).........................I в. до Р. X.
Впргилій (Маніуа)................................. 70—19
Горацій (Апулія).......................... 65—	8
Титъ Ливій (Падуа)........................ 59-(-	19
Діонисій (Галикарнассъ)................... 54—	8
Овидій (Самніумъ)................................ 434-17
Сенека Философъ (Кордова).......................... 4+65
Ювеналъ ( Лаціумъ)........................-{- 42+125
Эпиктетъ (Фриіія).........................-г- 50+120
Тапить (Умбрія)...........................+ 55+117
Светоній (Тимъ)...........................+69 4-141
Маркъ Аврелій (Римъ)......................+120 + 180
Клавдій Птолемей (Александрія). ... II в. послѣ Р. X.
493 563
503 569
506 570
513 584
518 570
521 606
647 710
655 698
683
688
694
699
710
749
795
8оЗ
808
822
873
734
745
772
745
770
818
878
873
870
894
933
556
такъ же, какъ п Гефестъ, а у каждаго источника, у каждаго грота, дерева—жили тѣ
же нимфы и геніи.
Самыя географическія очертанія Европы показываютъ, что, если родственные
длинамъ переселенцы пропиши въ Италію черезъ горные приходы восточныхъ Альпъ,
иди черезъ доливы Саны, Дравы и Дуная, то ііоііеволѣ должно было возникнуть
болѣе илв менѣе прямое передвиженіе народовъ черезъ Адріатику. Когда у горпыхь
обитателей возникло желаніе овладѣть долинами рѣкъ, лѣсами и пастбищами, а своя
территорія показалась пмъ тѣсной, или когда ихъ выгоняли каше-ліібо побѣдители,
вторгавшіеся въ пхъ владѣнія, то имъ, ноневолѣ. приходилось покидать неприступные
утесы своей родины и спускаться къ морю в даже иногда переселяться ни проги во
положный его берегъ. Во времена доисторическія, безъ сомнѣнія, подобныя причины
вызывали подобныя же послѣдствія, какъ в тѣ, о которыхъ неоднократно упоминаютъ
историки въ своихъ лѣтописяхъ. Различные рероселепцы, тѣснившіе народности странъ,
куда они вторгались, всегда спо-
собствовали развитію страсти
къ путешествіямъ и любви къ
приключенія іл, въ погонѣ зз но-
выми территоріями, папр., между
берегами Далмаціи н Италіи
Сколько среди этихъ пересе-
ленцевъ съ восточнаго полу-
острова было племенъ, родствен-
ныхъ грекамъ, или даже чисто
лллвнекнхъ! Тотъ фактъ, что
самОе позваніе «греки» перешло
Внутренность ьтрусскои гробницы, открытой въ къ НЯМь оГЪ ІіНМЛЯНЬ. ТОГДА
1842 г., близъ Веіги.	'
какъ вовсе не было распростра-
нено между самими эллинами, не показываетъ лп мамъ, что народность «Грайковъ»,
обитавшая въ лѣсахъ Эпира и въ священныхъ долинахъ Додоны, являлась щ> преиму-
ществу представленной вавіоішьпостлми, населявшими колоніи Южной Италіи? Нако-
нецъ, множество переселенцевъ явилось въ Италію черезъ Іонійское море.
Теперь нельзя уже сомнѣваться, что даже н> очень отдаленную эпоху многіе
смѣлые мореплаватели рѣшались пускаться въ открытое море. Въ тѣ времена, когда
римляне познакомились съ нроизведеніямг греческихъ рапсодовъ, составилось множе-
ство легендъ, которыми нѣкоторыя патриціанскія фамиліи доказывали своо нроисхождс-
ніе г» различныхъ героевъ Иліады. Но были ли это дѣйствительно однѣ лишь ле-
генды? Пѣтъ лн соотношенія между извѣстной Цирцей Гомера и мысомъ Цирцеи, за
которымъ начинаются Понтійскія болота? Развѣ но иамѣчатслсмъ тотъ фактъ, что
основаніе Лавиніума приписывалось Энею, котораго впослѣдствіи тщеславные Римляне
причислили къ своимъ героямъ? А въ то же время Египетскія надписи сообщаютъ, что
ьо времена Рамзеса 11, Мснефта и Рамзеса III, т. е. за 1300 дѣть до начала хрпст.
эры, народности Малой Азіи захватили дельту Пила со стороны моря и между пи и и
557
коринѳяне
и вообще
Итальян-
находились
находились шарда, давшіе впослѣдствіи свое имя острову Сардиніи,  Турша, или Тирсоны,
которыхъ мы находимъ позже въ Этруріи.
Вслѣдъ ва Греками героическаго періода, каковыми былк побѣдители в побѣжден-
ные въ Троянской войнѣ и которые ешо во времена доисторическія отплыли изъ бухтъ
и заливовъ, острововъ и береговъ Анатоліи и Эллады въ поискахъ за новизной и при-
ключеніями, или въ пад-ждѣ обрѣсти новую родину па далекомъ западѣ, вслѣдъ за
ати ми гроками пришли и другіе греки, о странствованіяхъ которыхъ говорятъ лѣтописи
и старыя преданія, равно какъ и объ ихъ происхожденіи. Извѣство, что
основали Сиракузы, родосцы пристали и высадились у подошвы Везувія,
колонисты не мало послужили для славы своей родины, «Великой Греціи».
Къ сѣверу отъ долины нижняго Тибра, гдѣ позднѣе возникъ Римъ,
скій полуостровъ имѣетъ большое сходство съ южной своей частью, гдѣ п
колоніи «Великой Греціи». Замѣ-
чается яркій контрастъ между гор-
ными мѣстностями ва западѣ и во-
сточными; на югѣ разница еще за-
мѣтнѣе, такъ какъ здѣсь горы чрез-
вычайно круто спускаются въ долины,
что и породило полное несходство
среди населявшихъ эту мѣстность на-
родностей, которыя не смѣшивались ш
не вліяли въ умственномъ отношеніи
другъ па друга. Въ Тосканѣ, на сѣверѣ
Италіи, Ллшенины н другія горныя цѣни
простираются болѣе въ ширину п при-
нимаютъ нѣсколько иное направленіе, Декоративное панно этрусской могилы,
изображенной на стр. 55В.
кромѣ того, горы здѣсь утрачиваютъ
свой суровой характеръ, долины чаще прорѣзываютъ ихъ въ различныхъ напра-
вленіяхъ, природа страны болѣе благопріятва, и сношенія людскія происходили съ
большей легкостью. Въ эпоху, когда маленькое Римское государство начало завое-
вывать себѣ политическое значеніе среди другихъ группъ населенія Италіи, область,
гдѣ сливаются истоки рѣкъ Тибра н Арно, была насолена этрусками или разе-
нами; егяптяно звали эту народность Турша, а древніе греческіе пѣвцы тнрзе-
нами. Судя по разсказамъ и свидѣтельствамъ древнихъ авторовъ, которые усиленно
стараются теперь связать съ одно цѣлое, этруски, или этруры были пришельцами изъ
Малой Азіи и изъ Ѳракіи. Они были родственны хитинамъ, и вліяніе этихъ послѣд-
нихъ сказывалось ва нихъ; нѣкоторые историки утверждаютъ даже, что народности
эти тождественны. Разены высадились въ Италіи на ея восточномъ берегу, гдѣ на-
ходятся города Хадріа, или Хатріа, близъ делыы Издана и Тицена, на южномъ углу
Анконы. Устроившись прочно на Хадріатическнхъ, или Адріатическихъ берегахъ и въ
восточныхъ доливахъ Апневинъ, они проникли горными проходами на другую сторону
горъ и разсѣялись но доливамъ, холмамъ и низменностямъ этой страны, которая и
656
получила тогда паимэнованіе Ты капы Возможно, что часть ітруеновъ оправилась къ
сѣві ру черезъ долину, ло направленію къ Альпамъ, по это—одно лишь предположе-
ніе, такъ какъ по другую сторону ьтой великой рѣки ни разу не нашли пн одной
Этрусской монеты; одпако, на Германскомъ склонѣ горъ, а именно въ деревнѣ Рэзюнъ,
вблизи сліянія обоихъ Рейновъ оайдены такіе слѣды, которые ясно свидѣтельствуютъ,
что разены когда-то находились тамъ, вли, но крайней мѣрѣ, проходили черезъ эту
мѣстность. Совпаденіе именъ, въ связи съ наименованіемъ «Ретія», которое носили
центральныя Альпы, можетъ служить объясненіемъ гипотезы Моммссна, предполагающаго
происхожденіе этрусковъ пзъ мѣстъ, лежащихъ къ сѣверу за предѣлами Альпъ; не-
сомнѣнно, во всякомъ случаѣ, чт рстінцы обязаны этрускамъ цивилизаціей и даже
аіфавитомъ. По мнѣнію Тита Ливія, Рстійскіе разены были ни что иное, какъ пере-
селеніи/ и бѣглецы, вытѣсненные со своей родины во время Галльскаго вторженія въ
Италію, хотя вполнѣ возможна предполагать, что произошло еще кремѣ того передви-
женіе народностей и отдѣльныя переселенія группами къ сѣверу одъ Адріатическаго
залива въ районѣ Альпъ.
Исторія эгруск'вь покрыта мракомъ неизвѣстности, и это тѣмъ болѣе удиви-
тельно, что древняя цивилизація этрусковъ въ продолженіе вѣковъ сливается съ цивили-
заціей римлянъ, • которой такъ полно говорятъ намъ проданія, какъ недостовѣрныя,
такъ В правдивыя, ОТНОСЯЩІЯСЯ уже КЪ Періоду исторіи Невольно является вопросъ—
не стали бы намъ болѣе извѣстны и воиятиы условія общественной жизни Тиррен-
скихъ народностей въ томъ случаѣ, если бы пришло, ь изучать эту жизнь лишь по
раскопкамъ могилъ, по живописи, найденной на стѣнахъ зданій и ва отрытыхъ вещахъ
и сосудахъ, чѣмъ теперь, когда историки тщетно старают<я согласить тѣ данныя объ
этрускахъ, которыя имѣются въ документахъ доисторической эп >хи, съ тѣми, которыя
извѣстны язъ исторіи Рима? Достовѣрно только, что термины <этруски» и «тосканпы*
были ничуть не тождественны, а, наоборотъ, заключали два противоположныхъ понятія
и нисколько не согласовались въ нормальной эволюціи ихъ характера, несмотря на
всѣ превратности исторія.
По свидѣтельствамъ современниковъ, этрускъ не представляется вовсе италій-
цемъ, а имѣетъ болѣе сходство съ египтяниномъ. Это происходитъ потому, что истин-
ный типъ какъ той, такъ и другой парадности былъ совершенно искаженъ жрецами,
этими могильщиками, умѣющими лишь устанавливать ооряды и чпіать пэдгройныя
молитвы. Народная масса всегда является совершенно различной среди жив >й, дѣятель-
ной жизни городовъ, или въ мертвомъ безмолвіи храма.
Всѣ италійскія нарѣчія отчасти разобраны учеными, за исключеніемъ этрусскаго,
которое осталось неизвѣстнымъ; тѣмъ не менѣе большинство лингвистовъ считаютъ, что
какъ разены, такъ и оски, и умбры говорили на нарѣчіи Арійскаго происхожденія,
родственномъ латинскому. Древніе ученые не могли устаноніть полнаго сходства въ
этомъ случаѣ потому, что вь языкѣ этрусковъ согласныя буквы преобладаютъ
надъ гласными; кромѣ того, слышится много гортанныхъ звуковъ, которые придавали
ихъ языку хриплость и неопредѣленность до тяко  степени, что, по утвержденію Діо-
нисія Галикарнасскаго, отрусскій языкъ и-- похожъ ни на одно извѣстное нарѣчіе».
Ь59
Многіе теологи подъ вліяніемъ идеи, что райскій языкъ былъ языкомъ еврейскимъ,
увѣряли, что въ остаткахъ дровно-тосканскаго нарѣчія находится сходство съ еврей-
скимъ языкомъ. Первый и болѣе серьезный изъ филологовъ былъ Пассари. Еще въ
1757 году снъ пытался доказать тождественность корней языковъ этрусскаго и латин-
скаго, и ему удалось доказать сходство въ склоненіяхъ посредствомъ сравненія надписей,
сдѣланныхъ ва обоихъ этихъ языкахъ. Позднѣйшіе ученые сдѣлали много открытій,
подтверждавшихъ истину этого предпо-
ложенія, которое впослѣдствіи было
совершенно точно установлено Кор-
енномъ.
Письменность этрусковъ; подобно
греческой и латинской, съ которыми
ова имѣетъ большое сходство, про-
изошла отъ финикійскаго алфавита,
во она сохранила восточный харак-
теръ ставить буквы справа—налѣво.
Въ языкѣ разеновъ найдено много
словъ, заимствованныхъ съ греческаго,
что ясно говорить о сильномъ вліяніи
на этрусковъ этихъ послѣднихъ; впро-
чемъ, слова эти были сильно измѣнены
и подведены къ тосканской формѣ, что
указываетъ на долгій періодъ чисто
національной переработки культурныхъ
элементовъ, полученныхъ извнѣ. Въ
тосканскомъ нарѣчіи встрѣчаются также
термины умбрійскаго происхожденія,
какъ, напримѣръ, самое слово «этру-
ски», что означаетъ «иностранцы» или
«пришельцы». Протяженіе области, гдѣ
находятся этрусскія надписи, открытыя
теперь въ большомъ количествѣ, по-
казываетъ намъ, какъ обширны были
ѴИѴЛѴІ
РИфюлт-йіпзо
аи>зп
М34ѴШ)
- ж
ЮЙ4ІОѴЛ\Й)Д
йіѵи
Этрусскія надшхеж пвлавѣотнаго	которые
читаются опѣд. образомъ:
Ъагіз : Ршври®
лгпіЪаІ : сіап свсЬавс
ііх&аііа ; ѵѳІіЬагпа весна
сѵепіев
сваяиіЫІаШі аіеііпіа
ес&аиіЬіпевІ : Швіе.
іраннцы территоріи этой народности; онѣ находились пе только въ Тосканѣ, по и на
восточномъ склонѣ Аппенинъ, па сѣверѣ доходили до Ретіи, на западѣ— до Пиццы, а
на югѣ простирались за предѣлы Рима, въ Кампапыо и доходили до Неаполя и Нолы.
Судьба политики такой націи, которая разсѣяна среди народностей, говоряшихт
па другомъ языкѣ и имѣющихъ совершенно другіе нравы, всегда такова, что ой при-
ходится приспособляться къ средѣ, въ которой приходится. жить народу; самобытность
можетъ проявляться чрезвычайно неравномѣрно. Этруски, закинутые далеко отъ родины,
погибли ила измѣнились ранѣе другихъ, тогда какъ ядро націи, конечно, могло гораздо
долѣе сохранить свою самостоятельность н противостоять чуждому разлагавшему вліянію.
560
Географическія очертанія Тосканы чрезвычайно опредѣленны; она обнимаетъ какъ
бы полукругомъ бассейны Ссрчю, Арно и верхняго Тпбра
Па сѣверѣ граница дѣлается очень мощной, такъ какъ здѣсь къ цѣпи Аппенпнъ
примыкаетъ цѣпь Апуанскихъ Альпъ, которая представляетъ собой трудно проходимый
горный кряжъ и загтачляетъ путниковъ поневолѣ огибать его съ востока по холмамъ,
или жп спускаться въ ущелье, ведущее по берегу къ Ривьерѣ и Генуѣ. На востокѣ
хребетъ Аппенинъ принимаетъ правильное направленіе, приближаясь сперва къ Адріа-
тическому морю, а южнѣе—къ Этруріи; адѣсь онъ развѣтвляется па нѣсколько цѣпеі,
что дѣлаетъ пересоленія иль вторженія еще оолѣо трудными; между тѣмъ ущелья, со-
единяющія между собой горныя долины, здѣсь многочисленны; отсюда-то н приходилась
этрускамъ отражать всѣми силами нападенія ва нихъ чужеземцевъ; отсюда же прин.ла
и смерть аціи.
Такимъ образомъ Этрурія представляла изъ ссоя огромный амфитеатръ, хорошо
защищенный съ трехъ сторонъ моремъ и горами и благопріятствующій развитію совер-
шенно обособленной народности; оджако, внутренняя его часть ясно раздѣлена на нѣ-
сколько отдѣльныхъ частей и во ситъ естественную разобщенность въ самое сердце
націи. Важнѣйшіе ч нассленгѣйшіе центры возникли какъ-то внезапно въ разныхъ частяхъ
этого сегмента, благодаря природнымъ богатствамъ этой мѣстности, а также благодаря
сосѣдству рудныхъ затежей и счастливому торговому положенію, которому способство-
вали расположеніе горныхъ долинъ и существованіе хорошей гавани. Изъ мѣстностей,
наиболѣе привлекавшихъ народныя массы, сновмъ мѣстоположеніемъ, назовемъ такіе
центры, какъ Клузіумъ (Чіузи), расположенный у водораздѣла Тибра и Арно, Перузі»,
Ареціумъ, богатство которыхъ составляла наносная почва озеръ, Фэзолэ (Фісзолв), нынѣ
Флоренція, Инзу, которая обладала, кромѣ плодородныхъ пространствъ, еще громаднымъ
преимуществомъ, а именно служила морскихъ портомъ. То исключительное положеніе,
которое завоевалъ себѣ вь исторіи человѣчества Римъ, заставило и Этрурію перенести
сьой центръ къ низовьямъ Тибра, почему мы и находимъ въ этой мѣстности на картѣ
множество этрусскихъ названій между Тарквниіямн и сосѣдними Риму Вейями; впро-
чемъ и другіе людные центры Тосканы имѣли немаловажное политическое значеніе,
при чемъ на одному городу пе удалось сдѣлаться столицей ели вообще стать настолько
могущественнымъ, чтобы сконцентрировать всѣ силы національнаго духа. Эта федерація
городовъ существовала вѣками вь нсгорш цивилизаціи этрусковъ, а городскія группы
населенія состояли изъ нѣсколькихъ республикъ, носившихъ ьъ эпоху начала Рима
аристократическій характеръ. Классическое названіе этрусскаго государства, которое
носила эта федерація «двѣнадцати городовъ», такимъ образомъ понятно—хотя болѣе
двадцати городовъ претендуютъ на принадлежность къ этому союзу.
Вліяніе греческой цивилизапіи, ясно выражающееся въ языкѣ разеновъ, стано-
вится еще болѣе очевиднымъ, если обратить вниманіе на промышленность и искусства.
Бронзовыя н глиняныя издѣлія, которыхъ мы встрѣчаемъ такое множество въ этрус-
скихъ музеяхъ, вовсе но носятъ характера національнаго, какъ это думали сперва;
большей частью — это подражанія произведеніямъ грековъ и и даже . росто греческія.
Сношенія между этими двумя народностями были гораздо болѣе часты, чѣмъ
561
эті> думаютъ историки. Пересоленія н колонизація въ эпоху вторженія гераклядовъ, этотъ
важнѣйшій факторъ въ развитіи Греціи, начались гораздо ранѣе, чѣмъ это принято
юоКилвм.
і 6 ооо ооо
считать, только лѣтописцы но записала этого во-время. Объ этихъ дрсвкигь привыч-
кахъ къ постояннымъ перемѣщеніямъ свидѣтельствуютъ также раскопки въ мѣстностяхъ,
которыя считались цѣлебными изъ-за своихъ ключей. Такъ, напримѣръ, въ Викарелло,
»ди»е ркклім. вып . іѵ	30
562
бывшихъ Аполиварныкъ водахъ рпмлянъ, найдено много доказательствъ тому, что мно-
жество народа ѣа зло сюда лечиться солено-сѣрными ваннами и волами вулканическихъ
источппковъ, текущихъ изъ озера Брачіано (Сабатинусь). Помимо разныхъ богатыхъ
даровъ, или жертвъ, состоявшихъ изъ дорогихъ сосудовъ, драгоцѣнныхъ управленій и
прекрасно вычеканенныхъ монетъ, тамъ найдено было больше 100 килограммовъ мѣди,
множество бронзовыхъ слитковъ и ходячей монеты самыхъ несовершенныхъ образцовъ.
Въ болѣе низкомъ слоѣ нашли также цѣлыя залежи мѣди въ видѣ обломковъ, кото-
рыми платили тогда въ обмѣнъ за товары, а еще нижа оказались шлифованныя крем-
невыя орудія неолитической эпохи.
Высшаго благосостоянія достигли этруски въ ліоху основанія Рима, т. е. 25
или 27 столѣтій тому назадъ. Ихъ политическое значеніе было настолько велико въ
то время, что простиралось даже за предѣлы вхь владѣній въ сѣверныхъ Аннени-
пахъ и достигало отдаленнѣйшихъ береговъ Средиземнаго моря. Опи овладѣли Кам-
ііаньей съ суши и съ моря и основали тамъ множество колоній-, это была вторая
Этрурія, не менѣе богатая, чѣмъ сѣверная, въ отношеніи торговли и промышленности.
Этрусскіе города вступали въ -.ношенія съ Аѳинами и приносили свои драгоцѣнности
также въ даръ Дельфійскому аракулу. Ови завязали сношенія даже съ Карѳагеномъ
въ виду его побѣдъ и цвѣтущей торговли въ Сициліи и Сардиніи. Находясь въ центрѣ
внутренняго моря. Этрурія занимала то первенствующее положеніе, которое позднѣе
перешло къ Риму въ болѣе сильной степени, хотя центральнымъ мѣстомъ этого могу-
щества и славы часто бывалъ то одинъ городъ, то другой изъ городовъ этой конфе-
дераціи; у нея по было того постоянства, которое является необходимымъ условіемъ
для созиданія и развитія военной Имперіи.
Впрочемъ, во времена полнаго расцвѣта появились ужо и зачатки слабости, или
распаденія. Правда, этруски вступаіи въ сношенія изъ-за торговли со всѣми народно-
стями, населявшими берега Средиземнаго моря. Имъ были извѣстны альпійскіе горные
проходы, посредствомъ которыхъ они проникали на сѣверъ, а также морскіе пути, ко-
торые еще до сихъ моръ сохраиили и носятъ ихъ имя, а именно море «Тирренское».
Они уже работали въ копяхъ надъ обильными залежами острова Эльбы и имѣли въ
достаточномъ количествѣ художниковъ и ремесленниковъ, которые умѣли строить храмы,
лѣпить статуи, разрисовывать фрески п сосуды. Но уже въ это время ови подпали въ
желѣзное иго жрецовъ, которые ухитрились мало-по-малу замуровать н этогъ пародъ
въ могильный склепъ суевѣрія и предразсудковъ.
Этрусская теологія сильно напоминала собою теологію греческую Нѣкоторыя бо-
жества вѣянномъ, безъ измѣненія вошли въ пантеонъ Тосканы, а многія божества на-
ціональныя эллинизировались какъ по формѣ ихъ культа, такъ и по самой идеѣ, или
представленіи объ яхъ личности. Юпитеръ, или тотъ же Зевсъ, былъ царс ъ веба и у
разеповъ; пробно послѣднему, онъ испрашивалъ совѣта у судьбы, или рч.и—лгого
таинственнаго существа, въ тѣхъ случаяхъ, когда ему приходилось мотать свои ирѣлы
для разрушеьія и устрашенія. Его •кружалн двѣнадцать другихъ главныхъ оожествь
съ совѣщательнымъ голосомъ.
Впрочемъ, хотя греческая в тосканская религіи в были тождественны, или сходны
563
между собой, разница стада еще бол1>& очевидна, когда этруски подпали подъ власть
представителей боговъ на землѣ, а именні жрецовъ, п дія опціи наступилъ періодъ
Этрурія.
I госоог)
і~^—< —  і
0	25	50
юоКилой%
По Денни, .Двѣнадцать городовъ*—Вей®. Фанеры, Таркаиніи, Воасжліп, Цэре, Вопагерре, Ру-
оеяды, Ветузовія, Кпузіумъ, Арреціумъ. Кортона, Перузія. Другіе археологи относить къ этимъ
«двѣнадцато городамъ" Фозулы, Козу, Капицу, низу, Сатурігію, Популапію, Луку, Лупу ж др.
Крестика па картахъ обозначаютъ мѣстонахожденіе древппхъ могилъ
504
упадка. Страхъ сдѣлался характерной чертой религіи тосканцевъ, «Злой Юпитеръ» «Ѵа
Роѵіз», или «Ѵа ІИііз» царствовалъ въ небесахъ на горе людямъ, а множество злыхъ
духовъ и пепаситпыя душа умершихъ старались изо всѣхъ силъ предать человѣчеству.
Отсюда и происходятъ тѣ предосторожности, который принимали люди, чтобы скрыться
отъ нихъ; еще и понынѣ флорентійцы прячутъ свои лица подъ капюшонами, чтобы
какой-нибудь духъ умершаго и« замѣтилъ вхъ.
Чтобы избѣгнуть тЬхъ постоянныхъ оиасностей которыя бивали часто предска-
зываемы и угрожали человѣку со всѣхь сторонъ, необходимо было заступничество жре-
цовъ; потребовались молитвы, пѣснопѣнія, заклинанія, бросаніе жребія, гаданія, жертвы,
даже человѣческія, чтобы умилостивить боговъ. Подобныя услуги покупались дорого,
иногда даже цѣной политической власти. Городами конфедераціи управляла религіозная
аристократія, и даже изъ среды этихъ «лукумовоиь» избирались иногда короли. Ре-
зультатомъ яьчлся йрдантизмъ и чрезвычайный консерватизмъ Древніе обычаи и це-
ремоніи должны были быть свято охраняемы Все было предусмотрѣно до мельчайшихъ
подробностей; въ противномъ случаѣ грозить неминуемый гнѣвъ боговъ. Зтн обычаи
позднѣе перешли къ ріімзлнамь н были также строго соблюдаемы даже въ ту эпоху,
когда, какъ говорится, два авгура «на могли смотрѣть другъ на друга безъ смѣха».
Полсть священныхъ птицъ, трепетаніе внутренностей зарѣзанныхъ животныхъ, кормленіе
птицъ, живущихъ при храмѣ, считаюсь событіями первой важности, имѣющими вліяніе
на исходъ битвъ, пли на судьбы Имперіи. Самая жертва приносилась особеннымъ обра-
зомъ, дабы стать угодной божеству; передъ тѣмъ, какъ броситься въ самую середину
непріятельскихъ рядовъ, Д«цій посвятилъ себя подземнымъ богамъ и произнесъ Особыя
заклинанія. Церемоніи въ судахъ, во дворцахъ, въ храмахъ и даже въ частныхъ жа-
лищахъ, которыя соблюдались у римлянъ споконъ вѣковъ, были большей частью заим-
ствованы у этрусковъ; пародъ римскій словно получилъ пишу оть разеновъ, подобно
тѣмъ насѣкомымъ, і-оюрыя находятъ себѣ прокормъ въ заранѣе приготовленной для
нихт ячейкѣ.
Начало Рима были точно такое же, какъ и начало многихъ другихъ колоній,
основанныхъ бѣглецами, или искателями приключеній Въ холмистой странѣ, защи-
щенной съ юга потухшими вулканами Лаціума, разбросаны были маленькіе городки,
близъ которыхъ позднѣе- нашли мною древнихь могилъ, относящихся къ эпохѣ за 30,
или 31 столѣтіе до вашего времени. Между этими сельскими поселеніями на одномъ
изъ прибрежныхъ холмовъ Тнбра возникъ городокъ, обнесенный съ четырехъ сторонъ
стѣной; эго и было первое убѣжище «Ромула» или «Рема», потомкамъ котораго
- суждено были покорить весь міръ. Кто собственно былъ основателемъ этого защищен-
наго пункта, окруженнаго подобными же укрѣпленными поселеніями, въ которыхъ жили
иногда дружескія племена, а иногда враги. Впрочемъ, всѣ они были во вполнѣ осѣдлыми
воинами и земледѣльцами. Легенды и толкованія, какъ это позволяютъ толковать нѣко-
торый выраженія адъ языка, наводятъ иа мысль, что первые римляне, иля по крайней
мѣрѣ тоть народъ, который проявилъ ужо себя въ политикѣ, были переселенцами сь
сосѣднихъ горъ, пришедшіе искать счастья и обедипенные не столько общимъ проис-
хожденіемъ, сколько общими бЬдами и злоключеніями. Очень часто переселенія эти бывали
565
вызваны недостаткомъ пастбищъ па склонахъ горъ п пхъ вершинахъ, чрезмѣрныйь
приростомъ насоленія пли даже просто неудобствомъ торговыхъ сношеній съ далекими
жителями долипъ. Недостатокъ пнщіі заставлялъ людей, по преимуществу молодыхъ, по
желавшихъ своей гибели, бросаться на поиски за лучшей судьбой п бѣжать изъ своей
темницы, окруженной высокими горами, на просторъ. Посвятивъ себя Мамерсу, богу
войны, они смѣло спускались въ долины съ родныхъ высотъ, предварительно продѣлавъ
разныя церемоніальныя заклинанія, долженствующія устрапнть опасность и умилостивить
Этрусскія могилы близъ Орвіето.
І
злыхъ духовъ и рокъ. Цѣлыми колоннами эти молодые люди, такъ называемые «Мамер-
танн», или <8асгапі» шли, предоставляя управлять собой священнымъ животнымъ,
дятлу, перелетающему съ дерева на дерево, волку, рыскающему въ кустахъ; вѣрнѣе, оии
просто замѣчала дорогу, по которой шли эти таинственныя существа, дабы слѣдовать
за ними. Случалось имъ даже по дорогѣ принимать участіе въ войнахъ чуждыхъ имъ
племенъ, и тогда спи просто шли за плату въ союзники къ одной изъ воюющихъ сто-
ронъ; иногда обстоятельства складывались такъ счастливо, что они сами становились
побѣдителями и основывали новыя республики, иногда даже совершенно независимыя.
566
Группировка такихъ маленькихъ государствъ часто измѣняла свои форму вслѣдствіе но-
ваго прилива пересслспповъ съ горъ.
Въ своемъ удивительно глубокомъ и богатомъ эрудиціей произведшій, полномъ
смѣлыхъ гипотегь, фонъ-Іерипгь высказываетъ мысль, что переселенцы, приянмавшіе
участіе въ основаніи Рима, пришли издалека, а вовсе но съ сосѣднихъ горъ. По его
мнѣнію, предки римлянъ пришли съ плоскогорій Арійскихъ, направляясь къ южной
Европѣ, про чемъ это не было быстрое стремительное переселеніе иди вторженіе, на
наоборотъ, они шдя медленно, такъ что нѣсколькимъ нхь поколѣніямъ нриходилоіь
приспособляться къ обстоятельствамъ и къ жружающей средѣ, многое даже у нея
заимствуя и уклоняясь отъ прямого пути, иногда даже вь обротную сторону.
Въ бытописаніяхъ старинныхъ авторовъ, однако, нигдѣ по находится упоминаніе
о подобномъ переселеніи, но эти историки жили въ эпоху гораздо болѣе позднюю;
впрочемъ, даже безъ іхъ вѣдома въ языкѣ встрѣчаются кос-какі- намека на прошлыя
времена. Отсюда намъ извѣстно, что во время большихъ переселеній, ъ*»гда успѣхъ все-
цѣло зависѣлъ оть силы, ловкости и выносливости молодежи в людей зрѣлаго возраста,
предводители такихъ бапдъ не выказывали большого униженія старикамъ, неспособнымъ,
капрвмѣръ, нести ва себѣ тяжести и поклажу. Къ нимъ охотно прибѣгали за совѣ-
томъ, пользуясь пхъ опытностью, по, когда •ни же служили помѣхой, то съ ИИМИ не
церемонились и иногда попросту ихъ убивалв. Таковы были вравы предковъ того па-
рода, который впослѣдствіи настолько началъ уважатъ мудрость, что первыми людьми
вь республикѣ постаиидъ сенаторовъ, т. е. «старѣйшихъ». Собственно пародъ, <рори-
Іиз»—это «молодые» и они должны были защищать государство отъ опасностей въ перво-
начальныя времена, но когда основался самый городъ, то сенатъ (кепаіпз) получилъ
первенствующую роль.
Въ сущности таковое умерщвленіе старыхъ іереселенцевъ, сдѣлавшихся другимъ
въ тягость, вовсе не казалось таквмь жестокимъ въ глазахъ толпы, а даже имѣло
витъ религіозной церемоніи. Человѣкъ любить такимъ образомъ обманывать самого себя
и оправдывать свои поступки въ интересахъ обрядности. Когда старики становились
неспособными приносить существенную пользу, то, по всеобщему мнѣнію, онн могли
сослужить пользу своей смертью; пменао такъ и утилизировали ихъ, когда опасность
грозила цѣлой общинѣ; такъ, напримѣръ, при постройкѣ мостовъ считалось необходи-
мымъ заплатить дань и принести жертвы разгнѣванному божеству рѣки; мнѣніе это
было чрезвычайно распространено среди первобытныхъ народовъ; считались необходимыми
даже человѣческія жертвы. Когда случалось цѣлому племеии переходить рѣку въ бродъ,
то все зависѣло отъ гнѣва божества рѣки, который можно было .смягчить іакимъ-
нибудь людскимъ песчастіемь или жертвой. Когда же было необходимо построить мостъ,
то дѣло усложнялось; приходилось платить выкупъ и иногда даже ежегодно, такъ какъ
опа ежегодно вздувалась и оушевала. 11 вотъ строители моста приказывали молодымъ
дѣвушкамъ, писвятившимъ себя храненію Священнаго огня, или иначе «весталкамъ»
забирать шесіидеслтплѣіинхъ стариковъ и свергать ихь съ высоты вь бездну, даоы
смирить разъяренное оожество. Въ окрестностяхъ Ганновера, ва берегахъ Ульоы, гдѣ
въ былое время жило елавинское племя вендовъ, сохранилась нпжнегермапская иого-
567
ворка, ясно указывающая, что когда-то и здѣсь приносились человѣческія жертвы
такого сорта: поговорка гласитъ такъ:
«Плывите, плывите внизъ: міръ въ васъ больше не нуждается!»
Планъ Рима.
оосоо
*Кнлом
Л. Моне Сарііоііппд. В. Мопз Раіаіілпѳ. С. Мопа ЛтепЬинз. В. Аіоп^ СаеІІвв. Е. Мопз Ева и Шв па. Р. СоШ»
Ѵітіпьііа. О. СоШя ^иігіпаіів. И. Гогаш. I, Кварталъ Субур*. 3. Садпрпа МагІІи*. К. Мопя Іашсиіші Ё. Адог
Ѵжіісаппа. М. Мохш 8ьсег. Н Мѣстопахождепіа могппы Цѳцншл Потелтда па ѴІа Арріж. Изобрвженв&я
яа планѣ стѣна—стѣна Сервія Туапхн. По 11. В. Форшхжмнору, раохоаздиліе ручьевъ Маррав» »
Марранешга объясняетъ преданіе о І'омузгв и Рсігѣ.
Какова бы ни была доисторическая эпоха римскаго народа, достовѣрно то, что,
въ этоть младенческій періодъ жизни іапіп, ему проходилось безпрестанно воевать гь
сосѣдями; такпнь манеромъ въ нпхъ внѣдрялась съ незапамятныхъ временъ любоьь къ
войнѣ, которую можно прослѣдить я въ послѣдующіе періоды ихъ исторіи Принявъ во
563
пнчиапіе политическое п соціальное положеніе этого парода, которому приходилось ви-
дѣть въ сосѣдяхъ то союзниковъ, то враговъ, смотря во обстоятельствамъ, подобный
образъ жизни становится вполнѣ понятенъ Римъ былъ какъ бы окруженъ неболь-
шими народностями, которыя ненавидѣли его, по вь то жо время шшеволѣ дружили
съ мимъ. Римляне состояли изъ представителей многихъ городовъ, расъ, религіозныхъ
убѣжденіи; опи обладали весьма разнообразными родственными связями, которыя часто
помогали имъ при заключенія союзовъ. Ллбаицы, или жителя города Альбы, откуда
произошли и сами близнецы Ромулъ и Ремъ, основатели Рима, по преданію, состояли
и сами изъ двухъ союзныхъ, но не смѣшавшихся народностей, пзъ которыхъ одна была
происхожденія туземнаго, а другая пришлая; вта послѣдняя, какъ говорятъ, считалась
за выходцевъ изь Трои и переселилась подъ предводительствомъ одного жреца—сына
благочестиваго царя Энея; между прочимъ извѣстно также, что преданіе это относится
къ весьма ранней эпохѣ до того времени, когда римляне вступили вь сношеніе съ
востокомъ. Пра первомъ столкновеніи расъ, населившихъ Римъ, вполнѣ естественно,
что болѣе сильные счптаіи себя потомками болѣе цяпиліізоваппыхъ народностей, а болѣе
слабыхъ—потомками п ілувариарскаго туземнаго племени. Такимъ образомъ плебеи счи-
тались потомками латинянъ, а патриціи—этрусковъ. Уже позднѣе религіозный характеръ
древней легенды о Троѣ побудилъ правящіе классы отнести св>ю генеалогію къ царямъ
дровияп Иліона; пъ эи >ху первой пунической войны до пятидесяти римскихъ фамиліи
вели своп происхожденіе отъ Энея, сына Апхііза и Вемеры. Н<- мало было въ новомъ
городѣ н грековъ; повидимому, въ немъ заключалась колонія Паллантіуііъ, обитатели
которой долгое время поддерживали свой собственный религіозный культъ, радомъ съ
культомъ римскихъ боговъ. На тонъ мѣстѣ, гдѣ впослѣдствіи возникъ Капитолій, жило
нѣсколько семействъ, ведшихъ свою генеалогію отъ самого Геркулеса; наконецъ, н саби-
няне имѣли здѣсь своихъ представителей. Римъ заключалъ вь самомъ себѣ цѣлую
федерацію нѣсколькихъ городовъ, тѣсно связанныхъ между собой. Латпвяие смѣло могли
называть его городомь латинскимъ, сабиияве—сабинскимъ, этруски—эгрусскимь, а
греки—греческимъ. Всякая нація имѣла своп религіозныя празднества въ извѣстные
дни въ Римѣ. У римлянина повсюду были друзья и родствгнвики. лтоть городъ
впослѣдствіи сталъ обладать такими важными преимуществами н называться 'Вѣчнымъ
городомъз вслѣдствіе своего языка и религіознаго культа; пъ язикѣ его находятъ болѣе
греческихъ корней, чѣмъ въ каьомъ-либо другомъ діалектѣ центральной Италіи. Именно
этотъ характеръ римскаго населенія, столь разнообразнаго по языку, по традиціямъ и
даже Н" происхожденію, объясняетъ двойственность различныхъ установленій, которыя
въ немъ развивались параллельно.
Рождающійся городъ принужденъ былъ съ сэыаго же начала перенести рядъ поли-
тическихъ невзгодъ изъ-за сосѣдства съ болѣе могущественными государствами и часто
даже терялъ свою самостоятельность иногда цѣликомъ, иногда отчасти, смотря но
превратности судебъ. Болѣе или менѣе легендарная исторія первыхъ вѣковъ Рима
является символомъ различныхъ періодовъ владычествъ, а именно царей латинскихъ,
сабинскихъ н этрусскихъ. Послѣднимъ изъ этихъ правителей, существованіе котораго
наиболѣе достовѣрио — былъ одинъ изъ разчистъ царей, принадлежавшій къ одному
569
илъ семействъ въ Тарквипіяхъ. лдппмъ изъ городовъ южной Этруріи. То, что раз
сказывается о его царствованіи и паденія, приняло внхь догговѣрности изъ-за удиви-
тельнаго гцѣпленія фактовъ. Его высокомѣріе, затаенная классовая вражда богатыхъ
семействъ, пе рѣшавшихся призвать па ,юмощь и поднять бѣдные классы, его покушеніе
на Лукрецпо и смерть этой оскорбленной женщины, внезапный взрывъ народной ярости,
объединившей патриціевъ
и плебеевъ, наконецъ,свер-
женіе эгого деспота в во-
царившійся ш вый режимъ,
основанный на диктатурѣ
аристократіи и на порабо-
щеніи бѣднѣйшихъ кдас
сопъ,—всѣ эти событія яв-
ляются вполнѣ вѣроятны-
ми, особенно всдЬдггві"
аналогіи событій въ дру-
гихъ странахъ и въ дру-
гое время. Точность по-
дробностей и именъ соб-
ственныхъ играетъ неболь-
шую роль въ такихъ об
стоятельствахъ Неминуемо
должна была создаться впо-
слѣдствіи римская респуб-
лика, несмотря на то, су-
щсгтііовадв-ли въ дѣйстви-
тельности Лукреція и
Брутъ. Она просущество-
вала нятьсоть дѣтъ, н за
весь этотъ долпй періодъ
времени сила этѵй респуб-
лики быта сокрушена все-
го на всего одинъ разъ,
а именно—это было во
время нашествія гал-	Римская лампа.,
ловъ.
Противъ вторженія различныхъ варварскихъ племенъ сѣвера, обитавшихъ въ
долинахъ за Апнеиивамн, Римъ, во время первыхъ вѣковъ своего существованія, былъ
хорошо защищенъ этрусскими конфедераціями; двѣнадцати этрусскимъ республикамъ
приходилось выносить первый натискъ. Но волны исторіи катятся всегда очень неровно;
пока одна нація переживаетъ расцвѣтъ, другая—клонится къ паденію. Ратей ы, достигшіе
высокой цивилизаціи, желали, конечно, пользоваться всѣми ея утончсниостяин и плодами’
570
а также всѣмн радостями жпзпв: потому-то опи п-іреставалн трудиться и работать
сами на себя, окружити себя многочисленными нецольпппамн и слугами и даже для
войны имѣли наемное войско; опп пе сражались за своо отечество, а вліяй» жрецовъ
уничтожило у нпхь вскорѣ всякую иниціативу, и подняться вновь стало невозможно.
Наоборотъ, галльскія народности были полны юношескаго воинственнаго пыла. Оттѣс-
ненные въ область бассейяа Дуная другими пришельцами, .ши цѣлыми толпами рину-
лись черезъ Альпы въ земли Паданскія и даже въ доливы Анпсиинъ. Позднѣе новый
натискъ съ сѣвера заставилъ ихъ нсрейіи Арно, а далѣе и Тибръ. Іалды встрѣчались
въ горахъ Лаціума и южнѣе, вь Ь'ампавьѣ.
Есть городъ па берегу Адріатики, который называется Сена-Галлнка (Зіпікаіііа),
и уже самое имя сго показываетъ намъ, кто были сго основатели Въ продолженіе цѣлаго
сорокалѣтія побѣжденнымъ римлянамъ приходилось выносить владычество надъ собой
этихъ чужеземцевъ, этихъ совершенно неіигциплмпированпытъ воиновъ; къ чести эгпхъ
послѣднихъ надо замѣіпть. что они никогда не угнетали покоренный народъ, пакъ
это дѣлали римляне вь дни величія и удачи. Для Рима нашествіе галловъ имѣло даже
одно преимущество; оно ослабило ихъ соперниковъ—этрусковъ: конфедерація * Двѣнадцати
городовъ» совершеппо распалась.
П<> удивительной аналогіи съ мидянами, которые возвысились на ралвалинлхь
Ниневійской Имперіи, маленькая народность на берегахъ Тибра по такъ пострадала при
галльскомъ вторжспіь, какъ богатые города Тосканы: нашествіе варваровъ послужило
ей на пользу. Съ южной стороны страна эта защищена горами, и побѣдить е является
дѣломъ труднымъ Самнитскіе пасдухн, пародъ мужественный и выносливый, привычный
къ борьбѣ съ волками и съ трудностями климата, были достойными и сильными про-
тивниками для римлянъ, но сама природа страны заставляла игъ солиться въ разбивку,
группами, на проіяжепіц громадной территоріи, усѣянной пропастями и глубокими ло-
щинами; все это служило нмъ препятствіемъ соединяться и сообщаться между собой
для того, чтобы побѣдить, или бороться съ такими привычными кь войнѣ людьми,
каковы были римляне. Послѣдніе скоро начала захватывать сеоѣ земли оогатой Кам-
ланьи; цѣлыя поколѣнія вели эту борьбу съ перемѣннымъ успѣхомъ въ ущельяхъ и
на крутыхъ склонахъ горъ. Упорство римлянъ восторжествовало; тѣсня непріятеля съ
Фронта въ высокихъ долинахъ Самвіума, нмъ удалось заставить его повернуть ва за-
падъ Кампа чьи и на востокъ Апуліи, они осадили врага сразу съ двухъ сторонъ и
отрѣзали имь сообщеніе съ союзной Великой Греціей.
Эти войны Рима съ этрусками п самнитами ясно показали всю выгоду геогра-
фическаго положенія этого города относительно другихъ городовъ полуострова.
Правда, піь этническіе элементы были издавна высоко одаренными и воспріиьчи-
гымн къ цивилизаціи, но и географическое положеніи Рима пе мало помогло римской
республикѣ развернуть всѣ свои силы въ полномъ блескѣ и дало ей возможность воз-
выситься надъ окружающими странами. Мало городовъ было расиоложоно такъ цен
тральво; даже съ перваго взгляда ондпа была выгода положенія Рима, лежавшаго
какъ оы въ серединѣ долины, къ которой уиуиами и амфитоатромь спускались окру-
жающія горы.
571
Рѣка Тибръ въ этомъ мѣіті; всегда судоходца, такъ какі притоки гіадаютъ въ
нее выше; звачитъ, какъ торговый пунктъ. Ринъ могъ обслуживать весь иихпій бас-
і: юооооо
г и	г»	ьо	т'іКилом
Область римскихъ владѣній, панѳсоппая па карту, соотвѣтствуетъ состоянію римскаго государства
въ самомъ началѣ римской респубпикп, когда рнмдяио разбили латиляпъ па берегу Регяльскаго
озера въ 257 г. отъ основанія Рима. Лишь сто пѣтъ спустя, въ 358 г., ими были пая ты ВоЙи, находив-
шіяся всего въ 20 ижяом. разостояиія отъ Рима. На жартѣ долженъ былъ находиться также Ла-
вшгіумъ, осповаппыЙ Энеемъ  отстоявшій па ІО.—В. отъ Оотіп, въ 20 кип. тт лъ 2 жпя. отъ моря.
573
сгйиъ Тибра, а устье этой рѣки представляло собой прекрасную гавань на этоігь опас-
номъ побережья Тирренскаго моря.
Но яснѣе всего видны географическія преимущества положенія Рима, если кинуть
бѣглый взоръ па весь полуостровъ. Римская Камнааья находится какъ радъ въ сере-
динѣ Италіи, считая а Сицилію, которая, конечно, ни чю ниоо, какъ продолженіе ма-
терика. Хотя геометрическій центръ Италіи находится болѣе па востокѣ, у бассейна
Фуцпнскаго озера, ио въ этой области расположены непроходимыя гори, такъ что Римъ
находится у западнаго нхь подножія, въ томъ мѣстѣ, гдѣ доступъ уже широко открытъ
къ морю. Въ ту историческую эпоху движеніе цивилизаціи совершалось по направленію
съ востока на западъ, по крайней мѣрѣ въ районѣ Средиземнаго мори, и Римъ былъ
обращенъ именно па западъ, къ Галліи и Испаніи, которыа начинали понемногу тоже
просвѣщаться.
Самое строеніе Аппонипъ по мало содѣйствовало тому, что Римъ мчгъ сдѣлаться
очагомъ жизни тогдашняго міра. Холмы и горы образуютъ вокругі него циркъ, заклю-
ченный въ дугу, образованную горными цѣпями, которыя тянутся какъ бы отрогами
отъ главной массы Апуапскнхъ Альпъ, доходя до горъ Самнитскихъ и до скопища вер-
шинъ, среди которыхъ высится Везувій. Итакъ, ми видимъ, что Римъ п въ центрѣ
арки Лппгниігь, и въ центрѣ амфитеатра Лаціума.
Проведя линію оть берега до берега, начиная съ устья Тибра къ устью Пескнрл
такъ, чтобы они проштп черезъ Гранъ-Сассо в Монтъ-Амаро, мы удивимся симметрія
этихъ отдѣльныхъ частей полуострова. Горная цѣпь н береговая линія на западѣ за-
ключають въ своихъ границахъ плодородныя ноля Этруріи и Кампаньи, причемъ хри-
біть подходить къ самому морю па сѣверо-востокѣ, близъ Генуи; на югѣ онъ прибли-
жается къ группѣ горъ, среди когорыхь стоитъ Церватв. На Адріатическомъ берегу
мысъ \икони соотвѣтствуетъ мысу Треста у Гаргано, а долина Эмилія — богатымъ
настоишань Апуліи.
Но это еще не все! Римъ является также центромъ огромнаго круга, образующа-
гося рельефомъ Альпъ; наконецъ, развѣ не представляетъ онъ собой и центра бассейна
Средиземнаго моря, вслѣдствіе чею и границы Римской Имперіи позціѣо проходила по
соотвѣтственному склону почвы къ этому громадному внутреннему резервуару?
Въ исторической географіи Римъ является также примѣромъ такого жизненнаго
центра, вокругъ котораго самой природой описаны четыре параллельныхъ круга, такъ
что каждое новое дрпсоедппопіе территоріи имѣло, такъ сказать, естс-<твѵііаоо освоганіо.
Если Римъ утратилъ своо могущество, то это потому, что пся ось міровой исторіи
нерсдвииулась къ сѣвера* западу, такъ что Средиземное море осталось просты къ при-
даткомъ цивп.іиз«ваинаго міра, центръ же придвинулся кь океану
Вотъ это-то географическое положеніе Рима и расположеніе земель кругомъ его
и придавало ему такое величіе и силы, которыя сохранялись вѣками. Маленькая на-
родность, заключенная среди амфитеатра, холмовъ п горъ, прииужіена была сосредото-
чить въ себѣ самой всѣ жизненныя силы; си пришлось сплотиться, образуя собственно
сколетъ націи. Раиьшс, чѣмъ расширить границы своихъ владѣній до второй цѣня горъ,
или второго амфитеатра, образуемаго концентрически Апиеиппами, ей пришлось ассими-
573
дироваться сь жру'жающими народностями и утвердить тако? единство, котороо не
легко нарушать или сломить. Подобная же раоота вѣками совершалась надъ народно-
стями по сю сторѵнѵ Лппевинъ; такимъ жо манеромъ Римъ подчинилъ себѣ н другіе
Дуга горъ Центральной Италіи.
I 5 000 000
— г  -!—
о	»00
200	ЗооКи/’ом.
народы въ Пталіи, па югѣ Альпъ и на цѣпи острововъ, замыкающихъ сь запада гори-
зонтъ, каковы* Корсика, Сардинія, Сицилія и острова Иллиріи.
Такова была въ общихъ чертахъ исторія Рима, который оставался всегда побѣ-
дителемъ, даже ранѣе эпохи своею господства издь древнимъ міромъ. Конечно, нѣко-
торыя обстоятельства склалцшииіъ такъ, что не мѣшали его побѣдному шествію; на-
674
примѣръ, его пе коснулись еавеевашя Александра Македонскаго, который распростра-
нить попаду тѣмъ свои владѣнія далеко за предѣлы отечества, тогда капъ Римъ въ
тѣ времена боролся за своо возрастающее могуществи въ окрестныхъ горахъ, откуда
воинамь были видны даже огни самаго города. Александръ умеръ 33 лѣтъ отъ роду,
государство его раздѣлилось на части, а Римъ успѣлъ расшириться и разр(«твсь въ
эту эпоху; сорокъ лѣтъ спустя покореніе полуострова было закончено, а македоняне и
не показывались; всего три года отдѣляюсь эту »поху отъ побѣды римлянъ надъ гал-
лами при Ваднмонскомъ озерѣ, послѣ которой циспаданскія народности была оконча-
іелыіо покорены и избѣгли вторженія Пирра, вызнаннаго нападеніемъ на Та рентъ
Эпирски! царь, полководецъ шкоды Александра, ведущій свое происхожденіе отъ Ахил-
леса, опоздалъ; его пораженіе объясняется сланостью союзныхъ ему племенъ на югѣ
полуострова Было ли то слѣдствіемъ вѣрности самнитовъ римлянамъ или ихъ исто-
Щ' Нія, а также подозрительнаго отношенія кь чужеземцамъ, но только они не пред-
ставляли собою надежнаго оплота противъ римлянъ, своихъ недавнихъ побѣдителей.
Какъ Пирръ, такъ и Ганнибалъ, позднѣе, не могъ склонить ва свою сторону народ-
ности Великой Греціи.
Это медленное, методическое возвышеніе Рима п дало ему ту силу и стойкость,
которыя нѣсколько разъ помогали ему вновь подниматься послѣ разгромовъ.
Такое упорство въ бѣдѣ, вѣра въ силу собственной воли имѣла причину въ самсй
природѣ страны, іпредѣлиишей Ходъ всей римской исторіи; самый рельефъ почвы
какъ бы послужилъ ва пользу развитія чрезвычайной нравственной силы этого парода.
По мысль человѣческая часто смѣшиваетъ причину со слѣдствіемъ: естественное вліяніі
среды относили къ вліянію природныхъ доблестей римлянъ.
Но не всѣ свои силы тратить Ричъ на завоеванія; большая часть энергіи ушла
на устраненіе внутренней паспри.
Различіе народностей, населившихъ городъ на Тибрѣ, но состояло лишь вь раз-
ности происхожденія. Жизненныя условія и положеніе т«же рѣзк- отличали людей
другъ отъ друга; самой силой вещей общество распалось ьа два главныхъ класса, рѣзко
противоположныхъ другъ другу—патриціевъ и плебеевъ.
Вся внутренняя исторія города представляетъ собой сплошную классовую борьбу.
Завоеванія и захваты еще болѣе усложняли положеніе, потому что должники станови-
лись просто вещью кредитора. Суровый законъ 12-ти таблицъ, который многіе обычаи
закрѣплялъ на вѣки и нерушимо, показываетъ уже, что значило для бѣднаго плебея—
попасть въ руки патриція «Богатый отвѣчаетъ за богатаго, а за пролетарія пусть
отвѣчаетъ, кто захочетъ!.. Если кредиторовъ много, то, на третій день торговъ, пусть
хоть па куски рѣжутъ должпикз—ва сколько угодно частей Если же захотятъ, то
могутъ и продать его въ чужія страны невольникомъ». Шейлекъ Шекспиръ — словно
возвращаетъ насъ къ временамъ древняго Рима: всѣ эта ужасы на словѣ— ни что
иное, какъ законы древняго Рима, «Римское «рано».
Уже съ эпохи начала республики произошелъ окончательный разрывъ между па-
триціями н плебеями. Утомленные притѣсненіями, тѣ не возставали, а просто удаля-
лись изъ города; такъ, опн удалились на гору Авеитинскую, затѣмъ, далѣе, на Священную
575
гору, гдѣ угрожали основать городъ, моіущій соперничать съ Рипонъ. Патриціи Оыли
вынуждены вступить съ цини вь переговоры в невольно напоминали извѣстный раз-
сказъ **і членахъ человѣческаго тѣла в желудкѣ», который можно сравнить въ жпевв
съ чернпй работой, столъ необходимой для человѣчества.
Наконецъ, убѣжденные обѣщаніями всякихъ благъ, плебеи возвращались въ го-
родъ, гдѣ всегда удавалось удовлетворить ихь половиной обѣщаннаго, а именно даро-
ваніемъ извѣстныхъ правъ, но такихъ, мри которыхъ бѣдняки оставались бѣдняками в
Р и м с к а а 6 ц р е и а.
пе владѣли землей. Однако. учрежденіе двухъ народныхъ трибуновъ, неподкупныхъ и
могущихъ налагать своо <ѵеіо» на вредные для народа законы, н предлагать путемъ
плебисцита другіе, скоро стало бы роковымъ для римской аристократіи, если бы
опа не съумѣла защитить себя отъ втой опасности, бии изобрѣли сіюсобъ, который
и понынѣ практикуется правящими классами, а въ Римѣ пользовался большимъ успѣ-
хомъ больше, чѣмъ гдѣ-либо, а именно: щін вели непрестанно внѣшнія войны, требо-
вавшія всѣхъ молодыхъ силъ Рима и обращавшія всю силу ненависти па чужеземнаго
врага. Вмѣсто того, чтобы дать пролетаріямъ необходимую землю въ своей странѣ, они
обольщали пхъ перспективой будущихъ захватовъ и грабежа у побѣжденныхъ народовъ.
А между тѣмъ, войны эти, объявляемыя и управляемыя патриціями, имѣли своей
676
цѣлью ешс большее порабощсйв плебеевъ в устепіе аристократіи даже въ покорен-
ныхъ областяхъ за границей.
Вь Римѣ солдаты дѣлились на тысячи, «тіііе», откуда и иавв&же «гаііез»,—
воинъ, и подчинялись начальникамъ, то-естъ опять бѣдный классъ подчинялся тѣмъ,
кто могъ хорошо обогащаться въ завоеванныхъ городахь, а на пародъ дѣйствовали
возбужденіемъ честолюбія. Внѣ Римз патриціи другихъ городовъ заранѣе рѣшали хорошо
□рвнііиадь военачальниковъ, которые помогали имъ въ борьбѣ съ безпокойными народ-
ными массами.
По словамъ Фюстель де-Куланжъ, много латинскихъ семействъ иммиірировало
въ Римъ, такъ какъ имъ но нравилось демократическое правленіе Лаціума и ови искали
зашиты в покровительства у римской аристократіи—патриціевъ. Точно такъ же воль^ки
и этруски отдали во власть римлянъ тѣ изъ городовъ, гдѣ правила аристократія
Полнѣе, въ критическій періодъ политической автономіи Рима, когда въ Италіи явился
Ганнибалъ, во многихъ городахъ возгорѣлась революція. но не изъ собственной авто
номіи, а изъ-за борьбы двухъ враждующихъ партій. Во всѣхъ городскихъ пощипать
аристократія стояла за Римъ, а народъ —за Карѳагенъ
Въ римской политикѣ постоянныхъ захватовъ и завоеваній пуническія войны
стали ноіізбіжвымі' Обѣ державы стремились къ расширеніи своихъ владѣній, в уже
появились точки соприкосновенія, а потому, неминуемо, нрнхідились имъ сталкиваться.
Знали онѣ другъ друга уже давно; тотчасъ же за игнавіемъ гарквипіевъ—былъ заклю-
ченъ договоръ, касавшійся морской торговли. Карѳагенъ отказывался отъ всякихъ по-
ползновеній на Лаціумъ и его побережье между Этруріей и мысомъ Цирцеи. Сто шесть-
десятъ лѣтъ спустя договоръ былъ возоои-шлень безъ особыхъ измѣненій; наканунѣ
его заключенія было подписано соглашеніе между Римомъ и Карѵагеномь и заключенъ
союзъ противъ Пирра. Наконецъ, 500 лѣть спустя послѣ эп хи вачала Рима, произо-
шелъ знаменитый разрывъ и хотя, по словамъ одного карѳагенскаго полководца, римляне
не смѣли сунуть паіьпа въ море, первая же битва была морская и произошла
•коло сѣвср -вссточной оконечности Сициліи.
Точно такъ случается часто на дуэляхъ между старыми испытанными практи-
ками и неопытными людьми, побѣждающими благодаря смѣлымъ выпадамъ. Побѣдили
менѣе опытные ві. морскомъ дѣлѣ— римляне. Впрочемъ, они скрыли то обстоятельство,
что греческіе моряки и судостроители, дави» уже соперничавшіе съ карѳагенянами на
этомъ поприщѣ, заправляли юстрой ьой в вооруженіемъ римскихъ судовъ; они же ।
управляли ихъ флотомъ.
Грекамъ же принадлежатъ и новыя приспособленія для нападенія па непріятеля,
которыми былъ снабженъ латинскій флотъ; это были «клювы» или «ростры», которые
вонзались и могли удерживать Карѳагенскій суда во время аттаки, какъ оы на абор-
дажѣ. Эти новые приборы помогли флоту Римлянъ по по оду побѣды на морѣ, подоб-
ной тѣмъ, которыя они прввыіш одерживать на сушѣ; значеніе «ростры» было такь
велико, что нъ честь эгой побѣды изобрѣли даже новый архитектурный стиль. Еще и те-
перь, по пришествія 21 столѣтія, классическіе ваятели возводятъ «ростральныя» колонны.
Вслѣдъ за одержанными на морЬ побѣдами началась для Римлянъ славная эпоха
577
игъ завоеванія — они сочли себя настолько сильными, что рѣшились высадиться па
Африканскую территорію; если бы Карѳагеняне были предоставлены тодькп самимъ себѣ,
то весьма вѣроятно, что имъ не удалось бы отразитъ нападеніе Римлянъ, нл во главѣ
игъ войскъ собственныхъ в наемныхъ стояли Греческіе полководцы, побывавшіе въ
школѣ Александра Великаго. Римлянамъ °ѳ удалось удержаться на югѣ Средиземнаго
моря, и борьба была рренесепа въ Сицилію, близъ вхъ родного полуострога. Наконецъ
послѣ двадцатиѣтпигь усилій, несмотря па успѣхи Гамилькара Варка, «молніенос-
наго», который прошелъ военную шкплу вь Спартѣ, Карѳагену пришлось уступить
Сицилію, а вслѣдъ за пей Сардинію в Корсику и даже унизиться до того, чтобы
піатить Риму дань Затѣмъ ему пришлось три года усмирять собственное войско, на-
бранное изъ разныхъ народностей: наемники, не имѣя случая разграбить Римъ, поже-
лали опустошитъ Карѳагенъ.
Какъ бы то ни было, при столь перемѣнномъ счастіи оружія, конфликтъ сталъ
неизбѣженъ, и обѣ стороны готовились къ нлвіму столкновенію. Двадцати лѣтній про-
межутокъ между первыми пуническими войнами прошелъ для обѣихъ враждебныхъ
державъ въ заботахъ о расширеніи территорій съ одной стороны въ облаяти Тлбра, съ
другой--ьъ области Тирренскаго моря: онѣ словно протягивали другъ къ другу враж-
дующія, вооруженныя руки; битва, какъ бы продолжалась другимъ манеромъ. Карѳа-
геняне завладѣли Мавританіей вплоть до океана. Гампдькаръ Барка покорилъ послѣ-
довательно народности Испаніи до Эбро и, овладѣвъ богатыми серебряными рудниками
этого «Полаго Карѳагена», тѣмъ самымъ увеличилъ богатства своего отечества.
Римъ въ то же самое время занялся покореніемъ сѣверной Италіи, а также
областей, лежавшихъ за предѣлами Альпъ, по направленію къ Ронѣ и Пиренеямъ, Кромѣ
того, по договору еъ Испаніей, онъ имѣлъ драгоцѣннаго союзника въ лицѣ города
Сагунта, защищавшаго съ юга отъ Эбро—проходъ къ борщу.
Сынъ Гамилькара Барка — Ганнибалъ, сдѣлавшись начальникомъ Карѳагенскаго
войска на Испанскомъ полуостровѣ, не могъ перенести этою чуждаго вторженія въ
свои владѣнія Онъ взялъ Сагуптъ, рискуя этимъ вызвать неодобреніе своихъ сооте-
чественниковъ и новую войну съ Римлянами; затѣмъ, когда конфликтъ разразился, онъ
не сталъ выжидать врага, хотя у пего не было флота. Онъ рѣшилъ вести свои войска
черезъ неизвѣданныя долины сквера къ Пиренеямъ и, перейдя пхъ, а также и Альпы,
очутился въ долинѣ рѣки По, чтобы вступить въ союзъ съ Галлами, которые съ го-
речью вспоминали о своихъ пораженіяхъ въ борьбѣ съ Римомъ и объ утраченной не-
зависимости. Съ невѣроятной быстротой п дерзостью привелъ въ исполненіе Ганнибалъ
задуманный имъ планъ; онъ легко прошелъ черезъ Каталонію п Нарбоппскую Галлію
и испыталъ затрудненія лишь при переходѣ черезъ Рону, тогда какъ Римляпе, распо-
лагавшіеся въ Провансѣ, вг могли сдѣлать никакой попытки, чтобы остановить этоть
походъ, которому и до сихъ поръ дивятся народы, и которому равнаго нѣтъ въ исторіи.
Гвмлянѳ между тѣмъ не напали па него и съ фланга, когда -шъ повернулъ къ сѣверу,
въ высокія горныя ДоЛПНЫ.
Въ исторіи очень туманно говорится о томъ, какъ перешелъ Ганнибалъ Альпы.
Есть, правда, разсказъ одного писателя, который добросовѣстно осмотрѣлъ всѣ горные
элизв і-вклю. вип. іѵ
37
676
проходы і пытался описать этотъ грандіозный походъ со словъ очевидцевъ. Это было
всего лишь 50 лѣтъ спустя послѣ Ганнибала н, конечно, онъ могъ найти не мало
старыхъ людей, которыя ыогли поразсказать еиу ков какія событія и дать желаемыя
объясненія. Однако, Полибій не интересовался географіей Альпъ, къ тому же по этому
пути ня было удобныхъ этаповъ въ видѣ городовъ, а также не было танліъ мѣстъ,
гдѣ могли происходитъ сраженія, такъ что историкъ эт^ть воздерживается отъ разска-
зовъ объ втяхъ переходахъ, а м»жѵтъ быть ить патріотизма желалъ даже умалить пхъ
значеніе со стратегической точки зрѣнія. Другъ Фабіевъ л Сципіона, опъ по могъ и
не желалъ отдать должно, ихъ знаменитому сопернику. Окончательное пораженіе Ганни-
бала заставило его говорить о подвигахъ Карѳагенянъ съ нѣкоторой ироніей.
Неопредѣленное ш вѣствованіе Полибія, котораю ва разъчепнлв и комментаріи
Тита Ливія черезъ сто лѣтъ, и которое еще болѣе заіумавнлн восп>мвнанія другихъ
толкователей исторіи, нисколько не умалвло значеніе этого факта. Неизвѣстно, на ко-
торомъ изъ горныхъ проходовъ должно остановиться, чтобы считать его лежащимъ на
пути Ганнибала; мнѣніе колеблется между многими холмами, идущими сь юга ва сѣверъ
в на востокъ отъ Аржантьера къ Сенъ-Готардт въ области, равняющейся въ окруж-
ности 400 г.ил'метрамъ; почти всѣ проходы, знакомы? горнымъ жителямъ, приписы-
ваются къ числу тѣхъ, гдѣ шелъ Ганнибалъ, этотъ знай,витый Каряагепянннъ; во,
хотя многіе считаютъ втимъ путемъ долипу, или путь вдоль Изера, современные
историки держатся того мнѣнія, что Ганнибалъ выбралъ себѣ путь черезъ Монъ-Же-
невръ между Бріансопомъ па Дюрапсѣ и Сузѣ, на Д-ріа Рипаріа, по совѣту провод-
никовъ аллоброговъ. Тутъ, повидимому, онъ долженъ былъ встрѣтить меньше трудностей;
однако, вхъ были пе мало, такъ какъ во время перехода черезъ Альпы. Ганнибалъ
потерялъ половицу своей арміи. Слоны, люди съ бронзовымъ цвѣтомъ лица, даже пегры
были тутъ,—все ото должно было производить странное впечатлѣніе въ долинѣ По, на
встрѣчу этимъ чужозямцімъ спѣшили Римляне. Однако, опв -аоздали! Кароагевяш- сое-
динились съ возставшими Галлами и отбросили за рѣку По, за Апневины, консульскія
войска, которып первоначально были посланы Римлянами совсѣмъ по другому напра-
вленію. а именно, одно ьі-йско въ Сицилію, а другое — въ Испанію, Большое удивленіе
испытали Римляпе! Римъ, однако, не погибъ. Какимъ бы великимъ полководцемъ ни
былъ Ганнибалъ, умѣвшій въ высшей степени пользоваться различными преимуществами
на полѣ битвы, а также условіями среды и нравственнымъ состояніемъ войскъ,—онъ
все же былъ чужеземцемъ и владѣлъ лишь той территоріей, которую завоевалъ. Чтобы
бороться съ Римомъ, окруженнымъ союзниками и могущимъ сообщаться моремъ, ему
надо было і-череться на дружественныя народности или вступить въ сношенія со своимъ
отечествомъ.
Галлы помогли ему лишь наполовину, Македонскій царь не былъ надпитымъ
союзникомъ и, хотя ему и удалось, обойдя Аппенины съ востока, утвердиться въ южной
Италіи по сосѣдству съ Линіей, по помощь отъ Карѳагена приходила чрезвычайно не-
правильно; трудно было доставлять средства и людей черезъ чуждое, не принадлежавшее
Кароагепяиамъ море. Однако, ему удалось продержаться на непріятельской территоріи
пятиадцать дѣть, лероыѣщад свіи влйск-а, а съ вима и свое господство. По его при-
579
мѣру и Риміянг и₽р«песли войну аа предѣлы Италіи въ Сицилію, Испанію, даже, подъ
предводительствомъ Сципіона, въ самый Кароагснъ. Личный геній Ганнибала оьазися
Театръ Пуаичѳсвпхъ войнъ.
I І‘'ОІиОСО
--------------у
О 130	251.
500 Килою
Первая Пуяичеок&я мойяа: Римъ аалобжыв«.отъ Моосину (1) въ 4Э9 г. отъ оспой, Рима. Ввитіе
Агригента (2) ел 492 г.; морская побѣда при Мялахъ (3) въ 493 г.; морская побѣда при Экпомѣ
(4) въ 497 г:, рямдяно перебираются пъ Африку ж разбжты близъ Туниса въ 498 г., затѣмъ рг вбиты
на морѣ у Дропапы (5) въ 505 г.; Гамилькарь Барка занимаетъ позицію па горѣ, господствующей
надъ Напорномъ (б), ио встробло ііе флота, шедшаго ому па помощь, аастапдлогъ ого проситъ
мира въ 512 г.—Вторая Пуническая война: Ганнпбадь беретъ Сагунтъ въ 531 г. Онъ переходитъ
прозъ Альпы н розбнявогъ римлянъ при Томикѣ (А) ж Трабід (В) въ 535 г., затѣмъ р&абннаьтъ при
Тразнмепскомъ озерѣ (С) въ 536 г., наконецъ, при Каннахъ Б) въ 537 г.Нѣкоторые города переходятъ
да ого сторону, въ томъ числѣ Капу а (Е); греческіе города остаются вѣрны Риму; Ганнибалъ
беретъ Тарѳатъ (Р) въ 540г. Счастье отвертывается отъ него. Капу» взята обратно въ 542 г. Сци-
піонъ завладѣлъ Карѳагеномъ и частію Испаніи вь 544 г. Вспомогательная армія, подъ началь-
ствомъ брата Ганнибала, разбита при 51 ѳтаврѣ (О)'въ 546 г. Ганнибалъ направляется въ южную
часть полуострова, но Сципіонъ переносить военныя дѣйствія въ Африку,—и Ганнибалъ прину-
жденъ покинуть Италію; его разбиваютъ пра Замѣ И) въ 551 г.—Третья Пуническая война.’ Рим-
ляне, высадившись въ У тикѣ, нападаютъ на Карѳагенянъ въ 607 г.
Б80
безсильнымъ передъ фактомъ географической выгоды, т. е. передъ положеніемъ Рима
но сравненію сь К.іреагенимъ: послѣдній можно уподобить могучему дереву со слабыми
вѣтвями
Какъ бы заново выковали Римляне сьое могушестві. во время этого суроваю
испытанія; оні ешо еще сильнѣе, чѣмъ раньше. Вся Италія была ими покорена.
Теперь прибавилась къ Римскимъ владѣніямъ Галлія у береговъ Средиземнаго моря,
три большихъ острова на морѣ Тирренскомъ, острова Балеарскіе, Полуостровъ Иберія
съ его крѣпостями, гаванями и серебряными рудниками. Какъ бы въ противоположность
этому, отъ Ганнибала отпали его восточные союзники, увлеченные успѣхами побѣдъ
Римскаго оружія. Македонія и Греція стали легкой добычей. Римскія нойска проникли
вслѣдъ за тѣмъ и въ Малую Азію, тогда какъ въ Африкѣ іши только и ждали сигнала,
чтобы напасть и снова начать войну съ городомъ Пуповъ.
Полъ вѣка спустя послѣ пораженія Ганнибала Римъ модалъ этотъ сигналъ;
городъ, гдѣ насчитывалось нѣсколько сотенъ тысячъ обитателей, какъ юворять, около
700,000.. городъ, считавшійся въ полномъ расцвѣтѣ торговли и промышленности, быль
взятъ, разгромленъ и продавъ огню. Никогда больше но удалось ему возвыситься и
стать столицей государства; побѣдители озаботились, чтобы пхъ африканскіе союзники
не завладѣли Кароагеномъ, опасаясь новаго господства въ Ливіи. Ео всякомъ случаѣ
Берберы были разсѣяны въ долинахъ и горахъ Мавритапіи, и нмъ в легко были
оединиться и составить сильную націю, управляемую единой волей. Пумвдійцы были
предками нынѣшнихъ, такъ называемыхъ Кабиловъ въ Мавританіи, которые послѣ
Туареговъ являются самыми яркими ьырдзителям.- типа этихъ народностей. Условія ихъ
жизни не измѣнились и ни сю пору, за этп двѣ тысячи лѣтъ, и можно предположить
что. какъ нравы, такъ и политическое устройство гіумпдійцевъ не измѣнились. Каждая
деревни являла собой маленькую республику, но онѣ соединялись в въ болѣе обширныя
группы, которыя соотвѣтствовали нынѣшнимъ «Софамъ». Весьма возможно, говоритъ
Ренанъ, что полководцы, подобные Массмниссѣ, Сифаксу и Югуртѣ, были ни что иное,
какъ начальники подобныхъ «Софъ», служившіе поперемѣнно то Римлянамъ, то Карѵа-
гоняпамъ».
Тѣмъ не менѣе народы сѣверныхъ странъ невольно относились съ оттѣпв<>мі
презрѣнія къ этой полуварварею й расѣ, которая »днако достигла чрезвычайно высокой
ступени цивилизаціи и играла не маловажную роль вь исторіи; это видно изъ того,
что въ •поху, когда народы эти еівязали сношенія съ Кароагевомъ, они уже обладали
письменностью; послѣдняя, впрочемъ, не обогатила собоь культурныя степени друіихъ
націй; слѣды ея находятъ лишь на берегахъ Мавританіи и въ Сахарѣ; древнѣйшія изъ
уцѣлівшихъ до с«сь поръ Берберійскія надписи это — тѣ, что найдены въ Туггѣ, въ
Тувш ѣ, гдѣ онѣ смѣшиваются сь подписями пуническими. Постѣ того, какъ Римъ
окончательно установилъ свое господство на протяженіи всего бассейна внутренняго
моря, періодъ этотъ можно считать законченнымъ; весь извѣстный людямъ міръ принад-
лежалъ побѣдоносной Римской республикѣ. За предѣлами побѣжденныхъ странъ лежали
страны неизвѣданныя, населенныя варварами или народносіямі- Востока, о которыхъ
Римляне знали что либо только черезъ посредство Грековъ; они вправѣ были считать
581
себя «владыками цѣлаго міра» Въ этомъ положеніи необычайнаго политическаго величія
силы Рима оказались какъ бы парализованными — больше нского было побѣждать н
Путь Ганнибала черезъ Альпы.
і : 2 000 000
і5оКилрм,
Дуть Ганнибала, по Моптопарп (1900). пан осень сплопшой чортов—онъ идетъ черезъ перевалъ
МонъгЖепевръ; путь по Лозь-Аааяу (1902)—нанесенъ пунктиромъ—идетъ чрезъ меиый Монъ Сенп;
путь по Конраду Леману (1905)—нанесенъ прерывистой линіей—идетъ чрезъ малый Оопъ-Берпаръ.
Буквы, нанесенныя па картѣ, отмѣчаютъ тѣ же мѣстности, какъ на картѣ „ца реданы черезъ Альпы*
(атр. 593), во буква К. должно была бы паходитьсл на пунктирной пиніи.
ба2
нечего захватывать; оставалось лишь оберегать границы своихъ владѣній отъ вторженія
варваровъ; а вся энергія уходила на то чтобы разрѣшать внутреннія неурядипы; необ-
ходйм- быдѵ переработать весь матеріалъ, добытый быстрымъ ростомъ организма
Продолжительныя войны, изъ которыхъ Римская республика постоянно выходила
обѣднтельвицей, усилили еще болѣе нѣсколько аристократическій образъ правительства.
Въ сущности легіонеры сильно возвысились надъ пролетаріями в бѣднымъ классомъ.
Были еще и другія стороны; побѣды сильно обогатили вѣчный городъ. Богатство стадо
предметомъ всеобщаго иоклонепія, а такъ какъ обогатились преимущественно патриціи,
то фактъ этотъ, конечно, спесобывовалъ увеличенію нхъ гордости, которая, кромѣ
пронсіожденія, стала осв-шыватьея и на д-'пыахъ. Даже плебеи не посягали ва за-
хваченныя патриціями имущества; онл желали имѣть земли и довольствовались тѣмъ,
что получали такъ называемыя «земли общественныя».
И такъ, все могущество принадлежало одному н тому же классу. Одни лишь
богатые занимали общественныя должности, такъ какъ лишь онв могли купить ихъ;
ши же была сенаторами, потому что для этого тоже требовался высокій имущественный
цензъ; нигдѣ такъ ясно пе разсказано объ этохъ, какъ у Дюрюм; съ 453 года и до
603 ішь называетъ Зы5 консуловъ, причемъ 175 изъ нихъ происходили изъ одного о
того же семейства. Могущество и спла почти всегда были иа сторонѣ богатства,
почти — потому что иногда приходилось считаться съ фактомъ народныхъ возстаній;
что касается политики внѣшней, то здѣсь сенатъ былъ облеченъ подпою властью. Онъ
принималъ посланцевъ, заключалъ союзы, распредѣлялъ провинціи, разсыладъ повсюду
легіоны; утверадалъ дѣйствія военачальниковъ и диктовалъ условія побѣжденнымъ.
Въ его рукахъ Сосредоточивалась вся та власть, которая въ республиканскихъ городахъ
принадлежитъ цѣликомъ народному собранію.
Чтобы вступить въ борьбу со всесильнымъ римскимъ сенатомъ, необходимо было
соединиться всѣмъ угнетеннымъ, притѣсняемымъ и обиженнымъ — ооъединяться въ цѣляхъ
мщенія, но они въ свою очередь враждовали между собой. Уни не съумѣли даже под-
держать знаменитыхъ Гракхоьъ, которые, будучи тронуты нищетой народа, быстрымъ
возрастаніемъ иштнтута рабства и паденіемъ земледѣлія въ странѣ, отчасти даже
измѣнили шшо< родственнымъ интересамъ своего класса и думали побѣдить зло изда-
ніемъ цѣлаго ряда законовъ, ограничивающихъ право владѣнія крупной собственностью,
устройствомъ земледѣльческихъ колоній я увеличеніемъ .олвтичеекпхъ правъ для лаги-
нянь и итальянцевъ. Ненависть патриціевъ и полное невѣжество тѣхъ, кого они
взяли подъ свою защиту, скоро стали причиной гибели этихъ реформатовъ. Послѣ нихъ
нсдоразумѣнів разрослось, но приняло видъ борьбы между двумя диктаторами. Таковыми
были: Марій и Сул.іа, Цезарь и Помпей, Октавій и Антоній, каждый изъ двухъ опи-
рался на плебеевъ, тогда какъ другой —на аристократію. Союзные народы, оившіеся въ
рядахъ римскихъ войскъ и помогавшіе имъ противъ Иберіи и Кароагена, противъ
галловъ и македонянъ, стали требовать себѣ такихъ же травъ, какъ и латиняне, не
добились ихъ лишь послѣ упорной борьбы, которую такъ ярко изооразилъ Мерммэ;
онв основали даже въ центрѣ полуострова «Новый Римъ», извѣстный подъ именемъ
Нталиьа, позднѣе Корфиніумъ, какъ би евмволпзуя господство Италіи надъ остальнымъ
663
міромъ. Чти касается римскихъ пролетаріевъ, то гѣ продолжали волноваться, хотя въ
копцѣ кояпозъ и во стремились сравняться съ патриціями,—такъ высоко они пе цѣлили,
но желали всо же имѣть свою долю врв дѣлежѣ завоеванной добычи. Эти гражданскія
войны борющихся классовъ были но менѣе кровавы, чѣмъ войны внѣшнія; казни и
убійства шли ненрерьп но; но самыми жестокими, безжалостными и безчеловѣчными
были усмиренія рабовъ; тутъ приходилось и тѣмъ, я другимъ бороться не на животъ,
а на смерть; рабы могли платать своимъ господамъ лишь ненавистью за ненависть и
убійствомъ за убійства. По
смыслу рабства—невольникъ
не имѣлъ даже защиты у
суда; нпк<>му во было дѣла,
правъ ли онъ, или виноватъ—
юзяинъ распелагаіъ ого
жизнью по усмотрѣнію; су-
ществовалъ даже одинъ за-
конъ, иногда нсвыгодвий для
юзяипа, а именно за убій-
ство патрона всѣ рабы, быв-
шіе случайно подъ одной кров-
лей съ убійцей, подлежали
смертной казни.
Въ царствованіе Нерона
законъ этотъ одинъ разъ
былъ примѣненъ, несмотря
на то, что это грозило все-
общимъ возстаніемъ рабовъ;
400 человѣкъ были избиты
по приговору сената; одно
высокопоставленное лицо
было убнто своимъ рабомъ за
отказъ ирииять полагающій-
Сципіона. Африканскій.
ся выкупъ за сто свободу.«Ма-
вы* этого сановника могли
успокоиться только послѣ кровавой жертвы отмщенія. Всѣ ужасы рабства усугублялись
еще тѣмъ, что какъ въ предѣлахъ имперіи, такъ н внѣ ея границъ шіа дѣятельная
торговля людьми. Дворцы а загородныя виллы патриціевъ требовали массы слуіъ, и со
в-ѣхъ сторонъ имъ усердно поставляли злу дичину. Правящіе классы опустошали
имперію ради собственнаго могущества, а война не всегда давала достаточно матеріала,
такъ что желательно было узаконить подобнаго рода торговлю. Нѣкоторые купцы спе-
ціализировались на этомь; особенъ. много поставлялъ Востокъ, гдѣ населеніе было
чрезвычайно разнообрази *. Сипилійцы тоже занимались разбоемъ па морѣ и на сушѣ,
і также торговали рабами. Захватывая много плѣнныхъ въ Сиріи, они быстро сбивали
5в4
свой живой товаръ, благодаря громадному рынку Делоса, гдѣ ежедневно совершался
обмѣнъ тысячей рабовъ; была даже пословица: «Живѣй причаливай, мѣняй товаръ,
купецъ, а не то віѳ будетъ продано». Ричъ главнымъ образомъ поглощалъ эту добычу.
Хирургъ, перевязывающій раненнаго Эп^я (СтЬнпая живопись въ Помпеяхъ).
Однако, п въ классѣ рабовъ скоро выдѣлилась греки п составили, въ нѣкоторомъ
родѣ, рабскую аристократію, такъ какъ они вскорѣ стуыѣлп стать необходимыми. Имъ
поручали воспитаніе дѣтей, книговодство, секретарство и бухгалтерство. Они были
слишкомъ нужны, чтобы держать ихъ при себѣ лишь узами рабства; большинство изъ
585
ііиіь во второмъ поколѣнія уже считались вольноотпущенниками, классъ которыхъ
стоялъ между патриціями и плебеями и вносилъ въ нѣкоторомъ родѣ извѣстное раз-
іожвніе. Побѣдивъ Грецію, Рпмъ однако, самъ былъ побѣжденъ ею и но одними
і: і ооо ооо
І ‘	‘	‘	'	25	50 КИЛОМ.
Геркуланумъ, городъ, ъо легендѣ, современный Троѣ, выдержалъ въ 63 г. по Р. Хр. сильное земле-
трясеніе п 16 пѣтъ спустя былъ, при леожпдаппомъ паьоржвнін Везувія, валитъ потоками гряан,
превратившейся затѣмъ въ твердый цементъ. Помпея—городъ комморчеокіп—былъ покрыть болѣе
тонкимъ споемъ поила, къ тому же болѣе рыхлаго, чѣмъ въ Геркуланумѣ, полому бѣглецы успѣли
взять оъ собою панболѣо цѣпные предметы своего имущества.
только философами, писателями и ваятелями, т. е. людьми, стоявшими па высшей
ступени цивилизаціи, во и своимя соіруднпкави и помощниками—рабами. Цензоръ
Катовъ, будучи 80 лѣть, іірпнуждонъ былъ ізучить греческій языкъ лишь вь угоду
общественному мнѣнію.
586
Вліяніе грековъ или, &авъ ихь называли старые иоклоиніки римскаго консерва-
тизма, «грекуловъ», было двойное. Въ то время, какъ сь одной стороны они смягчали
нравы этихъ варваровъ, вскормленныхъ волчицей, помогая имъ изучать языкъ Гомера
и философскія ученія Анинъ, ови никакъ не могли передать ииъ и доли тѣхъ добро-
дѣтелей, которыя вознесли Грецію па такую высоту; ови слишкомъ привыкли льстить
своимъ побѣдителямъ и всячески заискивать у нихъ, хотя бы даже тогда, когда учили
кхъ словімъ своихъ великихъ предковъ. Впрочемъ, встрѣчались и такіе греки, которые
гордились свопмъ происхожденіемъ и отказывались даже изучить латинскій языкъ,
хоть и вынуждены были жить въ Римѣ; ппи не считали подобающимъ эллину знать
какую-либо другую литературу, кромѣ собственной. Въ ихъ глазахъ побѣдители ихъ
не переставали быть варварами и, если между латинянами выдѣлялся писатель, то
эти греки просто игнорировали даже сго имя Наоборотъ, латинянинъ по происхожденію,
Маркъ Аврелій писалъ на греческомъ языкѣ. Своимъ существованіемъ и развитіемъ
латинская литература, конечно, обязана грекамъ. Первымъ нисателемъ греко-латинскаго
періода былъ Андроникъ, жившій тому назадъ 21 столѣтіе; сперва онъ былъ Тарант-
скимъ невольникомъ. извѣстнымъ подъ именемъ Ливія, не имени своего господина
Ливія Салинатора. По нему латиняне учились не только греческому, но даже изучали
латинскій по его переводу Одиссеи п священныхъ пѣсснъ. Воинъ Нев;й, воспѣвшія
первую пуническую войну, и Плавтъ пользовались для своихъ поэмъ и драмъ—грече-
скими образцами. Центуріонъ Эпшй, который написалъ эпопею Рима, начиная съ Энея
и до македонскихъ войнъ, былъ мессалі<щъ изъ Великой Греціи, подобно Андронику,
а Лукрецій пописалъ «Прлроду вещей» -одъ вліяніемъ Эпикура. Греческій философъ в
римскій поэтъ одинаково велики для дагь в для памяти человѣчества.
Но книга Лукреція указываетъ па огромныя перемѣны въ образѣ мысли о въ
душѣ римлянина. * Ппчто во произошла изъ ничего», * Ничто не создано богами». Поэтъ,
сказавшій эти сліва, уже не римлянинъ. такъ какъ онъ отрекается огъ религіи пред-
комъ, и философія его—общечеловѣческая. Культъ богоьъ, отъ котораго интеллигенція
подъ вліяніемъ греческихъ ученій, уже отрѣшилась, былъ слабо развить и очень узокъ
Иначе и ие могло быть у такого народа, который считалъ религіозныя церемоніи
частью воинской дисциплины, обезпечивающей ему побѣду, и у котораго совершенно
но хватало досуга, чтобы углубиться въ туманныя ученія философовъ.
Религія римлянъ была лишена всякой поэзіи, которая украшаетъ. Боги и богини
были ничто иное, какъ названія явленій природы, з также символы желаній, надеждъ,
страстей и добродѣтелей. Па каждый случай жизни имѣлось божество, которому в
приносились моленія и жертвы. Перечисленіе этихъ именъ, связанныхъ съ явленіями
внѣшняго міра, показываетъ ихъ дѣтское міровоззрѣніе и фетишизмъ словъ. Все было
предусмотрѣно, движенія, жесты, слова. Напримѣръ, полководцы, затѣвающіе походъ,
или воебщ предпринимающіе что-либо, приглашались гадать по внутренностямъ
жертвенныхъ животныхъ или по полету священныхъ птицъ. Для подобныхъ воиновъ,
умѣвшихъ попииоваться, закрывъ глаза, зиаки эіи были священны, какъ пропускной
и.іроль. Римскія установленія, непрочности и стойкости, можн- сравнить съ пирамидами
Первоначально Римъ имѣлъ четырехугольную форму, и римскій лаіерь былъ совершенно
5*7
опредѣленна разбитъ на четыре части; всѣ отрасли жизни, политической, оффиціальной
и религіозной, а также военной имѣли какъ бы квадратную форму.
А знаменитое римское право! Его ясныя непреклонныя слои н выраженія зву-
чать во всѣхъ судахъ и явдяются для судей и менѣе священными, чѣмъ слова
Библіи для священника. Оно такъ характерно для генія римскаго ума, что многіе
юристы но пр-шествіи 2000 лѣтъ еще очарованы икъ и невольно пріобшав>ть къ
идеѣ о Римѣ—идею о правѣ. По пхъ мнѣнію, пи одна народность но имѣла въ себѣ
такого чувства справедлигости, какъ римляне, которымъ удалось поддержать равно-
вѣсіе ихъ политической живнн. Положимъ, и дѣйствительно идея справедливости нигдѣ
Гпмъ.—Гробница Цѳцплія Мстолпа па Ѵіа Арріа.
такъ высоко не стояла, какъ въ Римѣ. Съ самыхъ раннихъ временъ опи провели
гранъ между правами божескими и человѣческими, между религіей и юриспруденціей.
Не такъ было у ихъ предшественниковъ, папр., у грековъ, обладавшихъ, тѣмъ но
менѣе, столь яснымъ умомъ. Индусы постоянно смѣшиваютъ въ своемъ ученіи истины
нравственныя съ истинами религіозными и юридическими. Еще и теперь у арабовъ
закопъ гражданскій совершенно не отдѣляется отъ предписаній религіи.—Къ копцу
республиканскаго періода въ Римѣ, политика его обнимала всю область Средиземнаго
моря; она достила бы полнаго равновѣсія, сели бы нѣкоторыя границы не были такъ
неопредѣленны, а жившіе за пими варвары принадлежали къ совершевве другому цикл у
цивилизаціи. На полуостровѣ сѣть военныхъ дорогъ была вполнѣ закончена. Ва югъ
688
тянулась дорога Аппіанскяя, а дорога Флачинія, пересѣкая Апневивы, дѣлилась па
дна главныхъ пуги, откуда тли дороги въ сторону. Одна изъ нихъ, дорога Эмилія—
была такъ важна по значенію, что дала своі имя цѣлой области, сохранившей его лг
нашить дней. Войска могли вполнѣ свободно и быстро передвигаться по Италіи. На
границахъ высились Альпы, казалось, вплоть до неба и являли собей наилучніій
оплотъ противъ прага, но тѣмъ не менѣг черезъ вихъ прошли и галлы, занявшіе
когда-то больше половины сѣверной части Италіи, и Ганнибалъ. Впослѣдствіи и рим-
ляне, по примѣру враговъ, научились проникать черезъ эти снѣжныя области. Дорога
и проходы черезъ Альпы существовали издаі на, что обусловливалось неминуемымъ
стремленіемъ жителей противоположныхъ склоновъ—имѣть сообщеніе другъ съ другомъ
Въ началѣ историческ. й зміи, безъ сомнѣнія, происходили непрерывное передви-
женіе взадъ н впередъ черезъ Альпы между народностями Роны и По но тѣмъ прохо-
дамъ, для которыхъ служили мв>точисленныя долины и ущелья Альпъ между высящимися
вершинами. Конечно, д< ждевой періодъ и вѣчные снѣга служили не малымъ препятствіемъ,
гакъ же какъ я лавины весной, не лѣтомъ и ранней осенью здоровые, вынесли ые люди
легко походили этотъ путъ. Съ теченіемъ времени были протоптаны тропинки людьми
и животными, такъ что можно было избѣгнетъ спасныхъ пропастей, а на широкихъ
пространствахъ животныя находили великолѣпныя пастбища. Собстве- но говоря, эти
естественныя границы могли хишь служить границей политической для опредѣленія линіи
владѣній— тамъ возникли таможни, крѣпости, казармы, цѣлые кордоны хранителей и
альпійской стражи. Вершины всегда манятъ свободнаго путника взобраться на нихъ и
гордиться ихъ достиженіемъ. На дѣлѣ истинная граница вовсе пе та идеальная линія,
которую глазъ проводилъ отъ вершины къ вершинѣ; она лежитъ у подножія стоновъ,
тамъ, гдѣ такъ ярко впдва противоположность между мѣстной цивилизаціей, правами и
всѣмъ режимомъ существованія народностей. Во всякомъ случаѣ народности, населявшія
Альпы, подобно другимъ горнымъ жителямъ, принадлежали къ одному и тому же типу,
къ одной и той же расѣ и, хотя и жили на противоположныхъ смолахъ, но говорили
на одномъ и томъ же языкѣ. При помощи дружественныхъ горныхъ племенъ, купцы и
простые путики легко совершали переходы изъ Галліи Цязальпвнсгой въ Транзаіьпип-
скую, изъ Италіи во Францію, тогда какъ враговъ ожидали засады за каждымъ вы-
ступомъ скалы; завоеватели должны были умѣть нажить себѣ вѣрныхъ союзниковъ в
проводниковъ. Сами-1 посѣщаемые іути были начертаны какъ бы одой природой;
взглянувъ на карту, ихъ можно назвать п > именамъ, даже безъ посредства древініъ
писателей. Первый изъ нихъ проходить черезъ вершину Тспдо и соединяетъ долины
Стура и Рѵйя; къ сѣверу пазовомъ перевалъ Ларшъ, или Аржаптьера мсаіду Купео и
Барселоввпой, проходъ Визо между Салуццо и Амбревъ; Монъ-Жевевръ, соединяющій
Туринъ и Виперою съ Бріансовомъ, т. е. долину По съ долиной Дюрансы; теперь
проходъ Монъ-Сени сталъ главнымъ путемъ между Туриномъ я долиной Ивера, во
римляне не знали его; онъ стаіъ извѣстенъ послѣ паденія Имперіи во время вторженія
варваровъ. Въ углу альпійской системы, гдѣ горы Гельвеціи мѣняютъ направленіе и
подходятъ къ Аллоброгамъ, большой ь малый проходы Сенъ-Бернаръ соединяютъ доливу
По еъ нваменноетью Роны в Лемана. Здѣсь находились храмы, посвященные богамъ
589
покровителямъ, тѣмъ болѣе уважаемымъ, чѣмъ сильнѣе бывали окружающія оиасноетн
отъ снѣжныхъ бурь н лавинъ. Боіыпой Сенъ-Бернскій проходъ былъ посвященъ Юпи-
теру и назывался Монъ-Юксъ.
Бои е в е н т ъ,—А рва Траяна.
На сѣверѣ Италія есть перевалъ Монте-Моро, огиоакчцін Монъ-Розу съ востока
н соединяющійся съ долиной Макуньяга и Саасъ—возможно, что онъ былъ извѣстенъ
590
римлянамъ, гакъ и Симплонъ: въ концѣ второго вѣка вашей эры по ному шла военная
дорога. Что карается С.-Готтарда, этого важнѣйшаго Швейцарскаго ущелья, то о немъ
не зна»и до середины XIV вѣка вслѣдствіе тѣхъ трудностей, которыя представляютъ
собой извили'тые берега Фирвальштедтскаго озера. Пути черезъ Люкмапьеръ. Бернардино,
Сплюгеяъ и Сектимеръ д’Альбула сіалв извѣстными тоже лишь въ средніе вѣка, раньше
вхъ знали только горные обитатели Реціи. Названіе «Юпитеръ» дано было сосѣднему
перевалу, соединяющемуся съ Малойа, потому что на вершинѣ его стояла колонна,
посвященная Юлю- богу солнца. Ретійцы пользовались путями черезъ Знгадину и
Бреннеръ, вдоль которыхъ найдено было раскопками множество вещей, принадлежавшихъ
къ эпохѣ до римской цивилизаціи. Сами римляне предпочитали болѣе длинную, но и
болѣе удобную дорогу, п-днямающуюся черезъ Адиіи въ Мальссръ-Гейде и спускающуюся
въ долину Инна. Въ эпоху, когда этоть путь быль устроенъ Древнимъ Друзомъ въ
царствованіе Августа, римляне стремились только къ завоеванію области Рейна. Позднѣе
они обратились и къ Дунаю.
Въ восточныхъ Альпахъ были извѣстны два прохода, соединяющихъ берега Адріатики
еъ областями бассейновъ Дравы в Савы, а именно тѣ, что извѣстны и теперь подъ
именами Плекенпассъ и Зсйфвитцпассъ (перевалы Предалъ и Тарва), н» главное пере-
движеніе народностей совершалось еще гораздо раньше начала римской исторіи, во вре-
мена выселеній изъ Рина и даже въ средніе вѣка — это такъ называемый перевалъ
Пуарье, черезъ Карстъ, спускающійся въ доляну Савѵ, гдѣ горы эти развѣтвляются на
двѣ части п направленію къ Венгерской и Германской области Дуная Проходъ этотъ
находится въ сѣверо-восточномъ углу Италійскаго полуострова и не менѣе важенъ, чѣмъ
Сепъ-Готтардъ въ углу сѣверо-западномъ; между нпмп высятся Швейцарскія и Ретій-
скія Альпы, которыя долгое время представляли собой непроходимую грань для жившихъ
народностей.
Даже въ то время, какъ римляне сдѣлались хозяевами обширнаго полукруіа
прилегающихъ странъ, великая стѣна горъ долго препятствовала имъ — проложить чрезъ
нео путь для торговли пли цѣлей завоеванія. Сначала они нашли проходъ только на
западѣ, къ галламъ, а на востокѣ—къ Панноніи, но мало-»о-налу, по мѣрѣ ознакомле-
на съ альпійскими перевалами, слѣдуя указанію самой природы, они научились поль-
зоваться проходами, которыми до ннхъ пользовались горцы. Если названія мѣстъ н
городовъ, упоминаемыхъ въ лѣтописяхъ, отчасти и утратились нли даже совсѣмъ исчезли,
то пути, проторенные людьми, оказались долговѣчнѣе: тѣ пуги, которые были проло-
жены послѣ отступленія глетчеровъ ледниковаго періода, сохранились н теперь, они
даже расширены вь настоящія дорога или превратились въ желѣзнодорожные пути.
Побѣдоносно спустившіеся съ высотъ западныхъ Альпъ вь долины ронскаго
склона, римляне, избавившись отъ своихъ грозныхъ враговъ карвагенянь, могли всту-
пать въ союзъ со многими народностями, обитавшими въ трахъ, что давало имъ воз-
можность расширять, постепенно, вопрутъ Марселя, узкую зсну «Области» морскихъ
береговъ, п затѣмъ они прочно обосновались за Роной, въ Варбопнѣ. Вдоль побе-
режья нмъ оставалось только поправлять дороги в финикійскіе города. Точно такъ же,
какъ нашп повѣй шіе желѣзнодорожные пути имѣютъ, почти на всемъ своемъ прота-
5У1
геніи боковыя вѣтвя дорогъ, тирань я ихь преемники, греки и нароагеняне, усилили
сзое плаваніе у побережья Гиспаніи, и то же самое сдѣлали и галлы, ^средствомъ
боковой дорожвой вѣтви. Такимъ образомъ, пъ города и торговыя конторы были
соединены, отъ Альпъ до Пиренеевъ, или дорогами, идущими параллельно берегу, или
жо кратчайшимъ путемъ, вокругъ болотъ и пригорковъ; въ опасныхъ проходахъ дорога
Провинціи н пути сообщенія Италіи.
Мѣстоположеній г. Бовопіп (Болоньи), или древней Фольанны етруссковъ, указано на картѣ непра-
вильно- опъ находился па имппійской дорогѣ Подобно тому, какъ ,Аэ~яа и .Африка*, такъ и наз-
ваніе ,Италія“ прилагалось лишь жъ самой небольшой части тоіі территоріи, которую оно обоз-
начаетъ въ настоящее время. Оно относилось лишь въ „каблуку итальянскаго сапога’, къ полу-
острову, называвшемуся также Бруттіумъ, т, ѳ. къ современной Калабріи; послѣднее позваніе перво-
начально прилагалось лишь къ Мозапін.
была вырублена въ видѣ карниза по уступамъ скалъ. До насъ дѵшли свѣдѣнія, что
главный торговый путь былъ вымощенъ камнемъ по тирскому образцу, и получилась
такимъ образомъ прекрасная шоссейная дорога! Римскія названія замѣнили финикій-
скія слова.
692
Ставши хозяевами дороги побережм, римляне увидѣли, что предъ ними открылся
другой пуль безъ природныхъ нрегрідъ, путь, который велъ изъ бассейна рѣки Оды въ
океану, вдоль береговъ Гаронны. Отважный вождь, консулъ Сципіонъ воспользовался
зтинъ выгоднымъ и дожеиівмъ для того, чтобы грозно ворваться въ Тулузу н захва-
тать въ свов руки несмѣтныя сокровища, которыя тевтонскіе галлы побросали вь озеро,
посвященное идолу Бэдану, божеству солнца, аналогичному съ Оебомъ Апохтономъ.
Ута разбойничья экспедиція, за которую вскорѣ отомстили кочевники — кимьры
полнымъ истребленіемъ нечестивыхъ легіоновъ, пмѣіа послѣдствіемъ начало новой эры
въ исторіи протяженія средиземнаго міра къ Сѣверному океану. Разумѣется, такой
удобный путь, пролегавшій, съ одной стороны, между Севепскнми утесами, а съ другой
тороны, у горы Аларпка и врмгоркои. горы Лораге, долженъ былъ имѣть, во всѣ
времена, важное значеніе, давая возможность немедленно вступить въ сношенія линурій-
иамъ съ иберами, а позднѣе фвгшкіянъ, грековъ в латинянъ съ басками Аквитаніи,
«Провинціи» съ Гасконіей.
Утогь путь чрезвычайно облегчилъ сношенія народовъ между собой и па всемъ
сго протяженіи совершились крупныя событія среди народностей, двигавшихся взадъ и
впередъ, подобно волнамъ, катившимся изъ двухъ морей, которыя, при быстротѣ своего
теченія, сталкивались другъ съ другомъ среди узкаго канала. Во времена первыхъ сно-
шеній Рима съ галлами этотъ историческій путь былъ наиболѣе важнымъ при равно-
вѣсіи націй. Тогда римское могущество, стремившееся къ прочному водворенію вокругъ
бассейна западной части Средиземнаго моря, должно было прежде всего усилиться въ
тѣхъ мѣстахъ, гдѣ для него представлялось наименьшее сопротивленіе. Въ этомъ отно-
шеніи ни олной части Галліи не было такъ легко захватить, какъ нижній п-ірогь
между Одой и Гаронной. Преграды, которыя нріішлось испытать римлянамъ съ згой
стороны, были несравнимы съ тѣми, которыя они преодолѣли въ Овернскихъ горахъ и
на раздѣльномъ хребтѣ между двумя склонами Гоны и Сены. Въ эту эпоху Италія
была руководящимъ центромъ всего цивилизованнаго міра, которая почти вся заклю-
чалась въ средиземныхъ г гранахъ и въ направленіи къ Океану тодвигалась путями,
педостаточно изслѣдованными: стремленіе это выражалось, можно сказать, единственно
въ сношеніяхъ съ Римомъ, главнымъ городомъ, для котораго былъ важенъ ВСЯКІЙ путь,
имѣвшій торговое значеніе. Въ то время, буквально, «всякая дорога вела въ Ремъ».
'Линь и объясняется, что дорога изъ Ыарбовны въ Тулузу и въ Бордо была наиболѣе
использована Галлами, и что Нарбенна, доступная въ то время для судовъ, не глубоко
ійдящихъ въ водѣ, была, за предѣлами Италіи, городомъ, наиболѣе населеннымъ въ
западной Евоопѣ.
Но, съ теченіемъ времени, стоимость транзита безпрерывно возрастаетъ, и исто-
рическая роль каждой дороги создается тѣъ  странами, къ которымъ опа ведетъ, а не
тѣми, по которымъ <на проходить, и значеніе ихъ отодвигается на второй планъ. Не
южная дорога у галловъ прилегала къ пустыннымъ морямъ, которыя, со временъ
побѣды римлянъ, вынуждены были оставаться въ теченіе пятнадцати вѣковъ «безбреж-
ными видами». Вмѣсто того, чтобы стремиться вь своемъ точеніи къ западу в возоб-
новляться съ возрастающей энергіей, очи, наоборотъ, пришли въ иоиое бездѣйствіе, и
5УЗ
движеніе надолго эаѵерл-- па покинутыхъ берегахъ. Надо было придумать что-нибудь
необыкновенное, пли, что называется, открыть Америку, для того, чтобы Рошель и
Бордо м»гли передавать другимъ ту жизненность, какую о ни сами получили. На сѣверѣ
* Провинціи» былъ «роданскій» нутъ, наиболѣе трудный для слѣдованія, который былъ
выгоденъ въ томъ отношеніи, особійііи для римлянъ и для всѣхъ обитателей Срндизсм-
Перевааы черезъ Альпы.
і: 7500 ОС
I-........—
О	100
200	300	«00	50оКи/10М.
Перевалы, которыми пользовались римладе:
А, Тенде. 1873 метра выо. В. Дерптъ, 1995 метра выо. С. Траверсетъ, 1854 ыотра выс. В. Монъ—Жо-
наиръ, 1834 метра выс, Е. Малый Сеігь-Борпаръ, 2157 метра выо. Р. Большой Сенъ-Бернаръ, 2472
петря выо. О. Спмппонъ. 2020 метръ вые. Н. Мадьаеръ—Геігде, 1487, метръ выс. 1 Тарвисъ. 814
1. Пуарье 548. метра выс—Перевалы, которыми оголи пользоваться пить позднѣе: К. Малыя Монъ
Сеписъ, 2201 метра; Большой Монъ Сеписъ, 2091 м, Фрѳжюсъ, прорѣзанный туннелемъ, 2528 и.
Б. Монте-Мордо, 2862 метра. М. Сенъ І'отардъ., 2114 м. К Дюкмапьѳръ, 1917 м, О. Бернардино 2063 ы.
Р, Спдюгопъ,2117 м. 0. Сойти моръ, 2311 мотра. В. Малый Жгольвръ, 1811—2987, м. 8. АльбудаОІ 2318 м.
Т. Браннеръ, 1362.
наго моря вообще, чтѵ могь ихъ вести за предѣлы континента и> океаническимъ полу-
островамъ ь островамъ, соединяя іакимъ образомъ земли совершенно различныя, пред-
назначенныя для взаимодѣйствья цивилизаціи другъ па друга. Эта естественная дорога,
эляав реклю. вып. іѵ.
38
594
пролегавшая ь. доливѣ Роны и Соны, должна была соедини гься съ дорогой Сены,
пользуясь отрогами Ангивойеквхъ и Дижонскихъ горъ; она сдѣлалась, въ силу
совершившихся на ней событій, главной осью вращенія для галловъ, стволомъ, отъ
котораго шли вѣтви по равнымъ направленіямъ.
Во всякомъ случаѣ, не слѣдуетъ смотрѣть на этотъ главный путь, какъ на
настоящую, правильную дорогу, пробившую единственную брешь отъ одного горнаго
склона къ другому. То жо самое встрѣчается и въ путяхъ историческихъ, кото-
рые, подобно тропинкамъ, лугамъ п горамъ, подчиняются условіямъ почвы и ея
неровностямъ, □ дьержнвыымъ весьма частымъ измѣненіямъ и заставляющимъ иногда то
извиваться, то подниматься, то опускаться, сообразно съ тѣми преградами, какія пред-
ставляетъ мѣстность. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ дорога представляется какъ бы стертой,
съ едва замѣтными слѣдами, въ родѣ крошечныхъ камешковъ, которые совершенно
теряются среди каменныхъ глыбъ при карабканьи па екзлу. Такъ образовались, при
переходѣ черезъ возвышенности, разныя второстепенныя дороги, слѣдовавшія одна за
другой съ юго-запада па сѣверо-востокъ не болѣе ста километровъ и но поднимаясь
нигдѣ выше 500 метровъ. Финикійскіе торговцы, можетъ быть и греки, слѣдо-
вали, за много вѣковъ до Цезаря, по этимъ путямъ сообщенія, между побережьемъ
Средиземнаго моря и водоскатомъ океана. Одинъ изъ переваловъ защищался городомъ
Алезія, который, по преданію, былъ основанъ Медькартомъ, тирскимъ Геркулесомъ, богомъ
силы, по преимуществу. Со стороны сѣверо-востока, въ долинахъ Соны. Уаяъона  Дубса
пролегала главная дорога «родано-секванская*, которая, раздвоившись, направлялась
къ Ренну  вообще къ Германіи. Впрочемъ, торговые маршруты оставались вполнѣ
неизвѣстными даже для ученыхъ грековъ, который не имѣли и самаго слабаго пред-
ставленія о дорогахъ галловъ, воображая, вмѣстѣ съ Геродотомъ (Книга 11, 39), что
Истеръ, или Дунай, бралъ свое начало у города Пирена, т. е. въ Пиренеяхъ, чтобы
протекать чрезъ всю Европу, съ запада па востокъ.
Если дороги, давшія римлянамъ доступъ къ водоскатамъ океана, тѣмъ создали
новую эру вь исторіи, имѣвшую чрезвычайно важныя послѣдствія, то и другія, природ-
ныя дироіи, которыя прикрѣпляли галловъ къ восточнымъ странамъ, вдоль и поперекъ
Германіи, имѣл« также огромное историческое значеніе, хотя о немъ и умалчивает-я,
по причинѣ незнанія той эпохи и подробностей событій. Со стороны востока деревни
галлонъ были доступны народамъ - м.іреплавателямъ, переселявшимся съ востока на
западъ, или съ сѣверо-востока на юго-западъ: въ доисторическія н позднъйшія времена
по этимъ доступнымъ дорогамъ прошло много различныхъ народностей, начиная съ
первобытныхъ народовъ и народовъ, давно поселившихся въ странѣ; новые языческіе
элементы часто измѣняли первобытное происхожденіе лигурійцевъ, иберовъ и другихъ
племенъ, населявшихъ пространство между Пиренеями и Рейвомъ.
Самая природа странъ, по которымъ тришлось проходить, указываетъ, что шествіе
народовъ - завоевателей, постоянныя войны, которыя (пи веди, атмосферическія явле-
нія, необычайный приростъ насоленія в множество друіихь причинъ, вмѣстѣ взятыхъ,
возбуждали духъ авантюры и влекли къ кругосвѣтнымъ путешествіямъ. Чтобы не пере-
числять въ отдѣльности дороги, лежавшія между зелеными равнинами восточной Европы
595
и берегами Атлантики. гдт силой останавливались переселеніи, достаточно сказать на
достовѣрпое существованіе двухъ главныхъ, хотя и различныхъ дорогъ: одна вела въ
Галлію чрезъ сѣверную Германію, другая—чрезъ дунайскую долину и ея продолженія.
Дѣйствительно, страна, находившаяся между этими двумя дорогами, была трудно про-
ходима. И"ка пе настало время исправленія и проложенія новыхъ дорогъ: громадны'
лѣса покрывали все пространство гористой мѣстности, гдѣ находились Карпатскія, Бо-
гемскія и Тюриніенскія горы, Арденскія, равно какъ я промежуточныя пространства
Переселенія п набѣги г в л л о в ъ.
1  25 ООО 000
ьоо
(ООО
ТмоКило-п.
о
Штрихами отмѣнена область наибольшаго распространенія галловъ около Ш в. до Р. Хр., по
Ширу пору *Мепке. Къ укмаппыгь главнымъ ішомопамъ нужно прибавить племя въ Испаніи,
давшее свое имя Галлоціп или Галиціи. Пути нанесены пить въ самыхъ общпхі» чертахъ, безъ
указанія деталей. Вторжчдія галловъ происходили: первое въ Цнркумпадвкіи (А—А), около 150 г. отъ
оонов. Рима, второе (В—В) около 300 лѣтъ спустя. Именно тогда галлы перешли Аплоппны, роз-
бвлв римлянъ, сожгли Римъ (368 г.) и проникли до Кампаніи (С—О}. Сто лѣтъ опусти, въ <70 г.,
сенопы п ихъ союзники были разбиты въ битвѣ при Ваппмонѣ (Вопъсппа, пли Бопьсопа>. Въ 472 г
племя вольковъ-тектооаговъ вышло изъ Тулузы (Ь— В—X)); оно появляется затѣмъ въ Гр ціи гри
Фермопжлахъ, затѣмъ въ Дельфахъ (474 г.) въ <75 г. переходитъ Геплеопоптъ (278 г, ди Р. Хр.). См.
АтёОе Тіпегту. „Ь’НівіоІго дез Баиіоіз*.
Германіи. Путешественники, прибывавшіе изъ сарматскихъ деревень, обходили эти пре-
пятствія и топи русская плато, выискавъ проходъ чрезъ раввины Польши и нпзм>-н-
ности балтійскаго побережья, гдѣ песчаныя пространства я пустыри чередуются съ
лѣсами и неглубокими озерами. Эта прибрежная зона, ниведлированная, въ былое время,
596
льдами Скандинавіи, была большой, совсѣмъ готовой дорогой для этническихъ передви-
женій между понтокаспійскнмп странами и галлами.
На югѣ Германіи эта историческая дорога была значительно длиннѣе и болѣе
извѣстна, ио по ней также прошло множество народностей и мирныхъ, и воинствен-
ныхъ. Эта дорога была долина Дуная. Обойдя горы, >на постеп <но поднималась отъ
востока къ западу, проходя по дну древнихъ озеръ, соединонпыхъсъ ущельями и «воро-
тами», чрезъ которыя происходило постепенное осушиваніе центральной Европы, Дойдя до
истоковъ Дуная, дорога ега должна была Припять направленіе кь выходу Рейна
съ горъ и проникнуть во Францію чрезъ ущелье между Вогсзским- н Юрскими горами,
стратегическое значеніе коего, и въ наше время, считается первокласснымъ; >но извѣстно
подъ названіемъ «пролома» потому, что въ атомъ мѣстѣ какъ бы пробита іаружная
стѣна къ галламъ.
Эта Дунайская дорога образуетъ на сѣверѣ Альпъ н другихъ горъ, перегоражи-
вающихъ Европу, ддввную дорогу, параллеіьную съ морской дорогой Средиземнаго моря
Сообразно со своими нравами и историческими условіями, различные народы странъ,
пограничныхъ съ Чернымъ и Эгейскимъ морями, пмѣіи, такимъ образомъ, выборъ и
для своей торговли на водѣ, п для своихъ разнаго рода экспедицій и эмиграцій внутрь
земель. Какъ съ той, такъ и съ другой стороны совершались аналогичныя событія; на
сѣверѣ, какъ и на югѣ, исторія развивалась послѣдовательно въ одномъ направленіи;
только морское движеніе, имѣющее связь съ исторіей Фиіінкін, Греціи и Рима, возстаетъ
передъ нами, освѣщенное волнами свѣта, тогда какъ передвиженіе народовъ вдоль бере-
говъ Дупая. пе мепѣо важное, по своимъ осязательно хорошимъ результатамъ, остается
погребеннымъ въ забвенія временъ: оно иногда возстаетъ въ памяти, при названія
мѣста дѣйствія, или въ народныхъ легендахъ, или въ историческихъ памятникахъ в
научныхъ изслѣдованіяхъ ангроио юговъ. Найденныя шпаги и кинжалы изъ бронзы
указываютъ на направленіе, по какому слѣдовали купцы и переселенцы вдоль Европы,
мѣновая торговля производилась съ сѣвера на югъ я съ юга на сѣверъ, вслѣдствіе
различія въ продуктахъ; великія переселенія происходили, главнымъ образомъ, въ
направленіи съ Востока на Западъ
Всѣ данныя, собранныя о годахъ до-историческиіъ, совершенно тождественны съ
преданіемъ, утверждавшимъ, что великое переселеніе народовъ происходило, именно, въ
западномъ направленіи оно, впрочемъ, и не должно было прсиеходиіъ иначе, потому,
что большія страны, гдѣ необъятное пространство облегчало быстроту размноженія семей
и эмиграцію, находятся на востокѣ Европы, а противное теченіе, гдѣ происходила борьба
за жизнь, сосредоточивалось на полу остро чахъ, именно въ Западной Европѣ, которая
съужвваотся постепенно между Средиземнымъ моремъ и океаномъ.
Однако, были также передвиженія и въ обратную сторону: съ запада па востокъ,
самой знаменитой изъ нихъ считается эмиграція вольковъ тектосаговъ, или тулузцевъ,
которая происходила 22 вѣка тому назадъ, Покинувъ свои деревни на берегахъ Га
ровны, эти -овны идутъ вь страну восходящаго солнца, увлекаемые ли просто духомъ
авантюры, или религіознымъ обѣтомъ, давнымъ пародомъ, или вслѣдствіе недостатка
въ жизненныхъ ресурсахъ. Оні все идутъ впередъ, прокладывая себѣ дорогу гдѣ евлой,
597
гдѣ миромъ; онв вошимаюіся вверхъ по Ронѣ и Саовѣ. лереходятъ Рейнъ, огибаютъ
Черный Лѣсъ, спускаются ваизъ по Дунаю, проникаютъ во Фракію в въ Македонію.
Разбиваютъ въ пѵхъ н прахъ двѣ греческія арміи, сше гордившіяся славой Л іексанлра;
пробираются до Дэл фъ, гдѣ онв грабятъ. захватываютъ больиі» е количество драгоцѣн-
ностей діа жертвоприношенія богачъ Приключенія пхъ, казавшіяся сномъ, иногда
даже невѣроятнымъ, продолжались три года, но они вернуівсь домой не всѣ: двѣ
Нашествія киывровъ и тевтоновъ.
1 ?5СОООго
!-,..... .	—
і>	200	400	ЬОЭКилОМ-
Пугж движенія квмвровъ отмѣчены прерывисто» ппіііва.пуг» тевтоновъ—опаошяой (во кпігв ІаГетг».
□впп&іп* м оіатвв.). Близъ Ор&няса произошло столкновеніе между хямврамп я консуломъ Се Ліо-
номъ возвращавшимся изъ Тулузы, гдѣ онъ отнялъ у галловъ сокровища, добытыя пни въ Дель-
фахъ. іямдяло были воѣ уничтожены (въ 648 г. отъ основанія Рима, въ 105 г. по Р. Хр.).
изъ ахъ армій предложили, за извѣстную сумму, свои услуги въ междоусобной борьбѣ
анатолійскихъ владѣтельныхъ князьковъ между собой, перешли Геллеспонтъ и Босфоръ,
проникли въ Малую Азію, и послѣ тысячи всякаго рода приключеній, устроились
вь верховьяхъ Галиса; въ эту эпоху галльскіе наемники встрѣчались ва всемъ востокѣ,
даже вь долинѣ Нила, въ далекомъ Египтѣ. Княжество Галатія, существовавшее
въ теченіе многихъ вѣковъ, долго служялі напоминаніемъ объ этой странноп
іаснедиціи.
598
Вторженіе киверовъ, выходцевъ съ датскаго полуострова, я тевтоновъ, привед-
шихъ изъ центральной Европы, возобновило въ римлянахъ паническій «ужасъ» галльскаго
іогрома: казалось, ужасъ надвигается па весь западъ двумя глсвншіи историческими
путями изъ Германіи п южныхъ странъ, также и съ Дуная. Безсвязные разсказы древ-
нихъ авторовъ указываютъ то на единъ пунктъ, то на другой, в, дѣйствительно, можне
-овѣрнть, что нти варварскіе народны, сознавъ страшную опасность задуманнаго ими
предпріятія, блуждали неудачу.
Цѣлыя націи, мужчины, женщины, дѣти покинули свою родную страну, могилы
своихъ предковъ, ради того, чтобы искать по Европѣ неизвѣстную страну, которая
должна оыла сдѣлаться ихъ новымъ отечествомъ. Война, въ полномъ смыслѣ ожесто-
ченная, истребительная воина Оыла роковымъ послѣдствіемъ зтого разбойничьяго набѣга;
но они желали только одного — захватать болѣе обширную и болѣе плодоносную тер-
риторію, нежели та, какую они покинули. Болѣе десяти дѣтъ ши и ихъ союзники,
которыхъ они ташили за собой, встрѣчаіись ва берегахъ Эльбы, Дуная и Рейва, за-
тѣмъ въ восточныхъ доливахъ германскихъ Альпъ, въ Гельвеціи, въ долинѣ Роны, у
подошьы Пиринговъ. въ Испаніи. Не имѣя никакого опредѣленнаго плана въ своемъ
шествіи, >ни не съуяѣли воспользоваться страхомъ, какой опд нагнали на римлянъ,
когорыѳ, тѣмъ временемъ, уже успѣли научиться сражаться и побѣждать ихъ,
доказали это на галлахъ в кареагавяиахъ. Марій разбилъ тевтоновъ на-голгву въ Про-
вансѣ, на поляхъ, прозванныхъ «гнилыми», затѣмъ въ слѣтншмъ году истребилъ
кимвровъ въ раввинахъ По, близъ Ворчали. Первый авангардъ завоевателей «тевто-
новъ», имя которыхъ стало общимъ для всѣхъ нѣмцевъ, былъ сорсршепно уничтожавъ
и исчезъ съ лица земли: этотъ паіюдъ состоялъ изъ полумилліона людей
Новыя вторженія кельтовъ и германцевъ были главной причиной завоеванія галловъ
Цезаремъ. Неудержимое стремленіе пародовъ съ востока на западъ, которое должно
Оылѵ неизбѣжно привести къ паденію Римской Имперіи, по переставало усиливаться и,
вмѣсто того, чтобы выждать эти несмѣтныя полчища людей, легіоны рпаудись имъ ва
встрѣчу. Гельветы, кельты, убѣгая изь своей тюрьмы, съ Альпъ, стремились въ чудныя
равнины галловъ, мечтая захватить тамъ болѣе обширныя земли, были остановлены
при самомъ выходѣ изъ Лемана, затѣмъ, во время ихъ перехода, подъ различными
предлогами, отброшены съ дороги, послѣ чего были уведены вь страну эдуевъ,
союзниковъ римлянъ, и разбиты близъ Бибракта. настоящей крѣпости у горы Беврс,
гдѣ -послѣдствіи возникъ знаменитый городъ Отэнъ. Въ концѣ концовъ Гельветы вынуждены
были вернуться въ свою гористую страну, оставивъ въ Га гліи только своихъ союз-
никовъ бойевъ, которые были приняты, какъ пришельцы, изъ мнлостп.
Вскорѣ Цезарю пришлось отбивать новое вторженіе непріятеля, еще болѣе мно-
гочисленное, и, чтобы имѣть успѣхъ, опъ долженъ былъ пустить въ ходъ и дипломатію,
и весь свой военный геній. Извѣстный германскій полководецъ, изъ племени наркомановъ,
былъ призванъ въ западную часть Рейпд, или, вѣрнѣе, увлекся авантюрой всеобщаго
стремленія къ ^миграціи, стремленіемъ, происходившемъ вь эту эпоху, по направленію
къ западу: когда Цезарь прорвался въ Галлію, болѣе ста двадцати тысячъ свеповъ,
маркомановъ и другихъ германскихъ племенъ уже занимали страну. Арювистъ явился
599
сюда подъ предлогомъ оказать помощь секванамъ противъ нхъ враговъ эдуевъ.
Этп племена, наиболѣе могущественныя, образовали весьма прочную конфедерацію среди
холмовъ и лѣсистыхъ пригорковъ, которые раздѣляютъ три бассейна Саоны, Луары н
Храмъ Я и у с а пъ О т о и ѣ.
Іоины. Во какъ зто всегда случается, обладаніе чѣмъ-лнбо, приносящимъ огромныя
гыгоды какъ въ экономическомъ, такъ и вь военномъ отношеніи, развиваетъ въ націи
необычайную отвагу, смѣлость, доходящую до наглости, и любовь къ наживѣ. Вдуй,
коихъ территорія достигала до самыхъ береговъ Саоны, имѣли намѣреніе монополизн-
600
ронять торговлю, благодаря эк>му водному іути, и требовали съ секнановъ, жвыпвгь
по ту сторону рѣки, огромныя пошлины за іровозъ соленой свинины, Цезарь явился
вь качествѣ покровителя эдусвъ, какъ «братьевъ его народа», требуя отъ герман-
Часть водораадЬла Ропы и Сены.
1 . 1 000 000
н	а_0	7ъКи/іо*і
Гороцвк обозначенные ад'Ьсь, существовали ощо при римлянахъ. Современный Дижонъ назывался
тогта Днпіо, Огонъ Августодупумъ, ІПалонь-с юръ-Сопъ—Кіьбжллопумъ (торговый центръ одуевъ),
Арнэ-де-дюкъ — Аркану_ііъ, Салъе — Сидилокумъ, Ионту-Поптона плп ІІопоъ Дубасъ, Тиль де
Идете ль—въ 4 квл. къ вост. отъ Паъ-сюръ-Тилдъ—Талона, На горѣ Бепро производились о сих і.
лоръ лишь очепъ поверхностныя расколки, и тѣмъ не менѣе были нчйдбны развалины г. Бпб.
ренты, который занималъ 135 гектаровъ поверхности. Городъ ототъ оставался, повидимому, пона-
сѳпевнымъ съ начала христіанской эры. На склонахъ горы Оксуа находится деревня Аписъ
Сонгъ Ропъ, замѣняющая) повидимому, древнюю Аповію.
601
скигь племенъ прекращенія игъ набѣговъ. Аріовнсть отказался исполнить ег,. гребо-
боваше, продолжилъ сн<-Й походъ, но былъ побѣжденъ и вынужденъ былъ вернуться на Рейнъ.
Неоднократно, въ теченіе семидесяти послѣдующихъ лѣть, военачальники, сперва
Цезарь, послѣ него Друзъ, Тивсрій, Гермаиикъ ходили походомъ по ту сторону рѣки,
могли даже купаться въ Эльбѣ, но такъ кань завоеватели совсѣмъ не имѣли времени упро-
чить свою побѣду, то дикари съумѣли заставить уважать свою независимость на сѣверъ
отъ Майна: съ другой стороны, римляне увеличили свои вдадЬнІя между Дунаемъ и Рей-
номъ и заняли правый берегъ рѣки вплоть до устья Мозеля. Такимъ образомъ германское
вторженіе было отсрочено нз нѣсколько вѣковъ, въ теченіе всего періода римскаго владычества.
Римскій мостъ въ Алькантарѣ (Испанія).
Завладѣвши частью центральной Галліи, легіоны побѣдоносно понеслись въ развыя
части страны, дойдя, съ одной стороны, до у гья Луары, въ страну мамаетовь в ве-
нетовъ, гдѣ имъ причлось, совсѣмъ невзначай, создать флотъ, вступая, такимъ обра-
зомъ, въ первый разъ въ столкновеніе съ атлантическими бурями и сражаясь на гра-
ницахъ «Мрачнаго» моря,—при сліяніи, какъ "редп-пагаютъ, рѣкъ Ванна и Орэ,—а съ
другой стороны, дойдя вплоть до территоріи белтовъ и верповъ, вблизи дрему-
чихъ лѣсовъ и болотъ сѣвера Казалось, Галлія такъ прочно покорена, чти Цезарь
нисколько щ- боялся перенести военныя дѣйствія на Британскій острова, по ту сторону
пролива. Возвратившись изъ этой страны, <> которой но было извѣстно, была лп она
островомъ, или «другимъ свѣтомъ», овь могъ перенести свов ..обѣды ьь Иллирію, а
въ Италіи оспаривать раздѣлъ вселенной ѵ своихъ соперниковъ Красса и Помпея.
602
Но сотни народностей, запертыхъ между Ппринеями и Рейномъ, трепетали яъ
ожиданіи разгрома и заключили между собою союзъ противъ чужестранца. Даже вдуй
вступили въ число заговорщиковъ и стали угрожать Цезарю, угрожая вырвать у пего
свободный доступъ въ моря и ключъ въ страну галловъ. Перипетіи этой страшной
борьбы изобилуютъ сценами ужасовъ войны: разрушеніе самими жителями городовъ,
неспособныхъ защищаться; систематическое избіеніе безоружнаго народца, — эбу реновъ,
у котораго весь годный къ оружію элементъ патъ ва поляхъ битвы; походъ темной
рати неуклюжихъ партизанокъ, слѣдовавшій за регулярными сраженіями,—все вто
представляетъ собою типичные примѣры, какіе въ послѣдующіе вѣка почти уже
повторялись. Однако, личная храбрость горсти людей но могла превзойти военное искус-
ство и непоколебимую твердость полководца. Окончательная побѣда была на сторонѣ
римляпъ, и именно, въ сосѣдствѣ съ преддверіемъ къ морямъ, па высотахъ Оксуа про-
изошла рѣшительная битва. Въ этомъ географическомъ пунктѣ, отмѣченномъ самой при-
родой, галлы сдѣлати послѣднее усиліе, чтобы сохранить свою независимость, по съ од-
ного удара Галлія пэдпала подъ римское владычество и, такимъ образомъ, центръ равно-
вѣсія Имперіи бытъ перемѣщенъ кнаружи; во въ этомъ необычайномъ усиленія могу-
щества крылась страшная опасность.
Еыітро'- распространеніе римскихъ завоеваній въ варварскихъ странахъ объясняется
тѣмъ фактомъ, что легіоны римляпъ представляли своею сплоченностью грозную сиду
противъ маленькихъ государствъ, не имѣвшихъ никакой связи между собой, раздираемыхъ
частными междоусобпым. рейвами, совершенно чуждыхъ другъ другу, вслѣдствіе раз-
личія въ правахъ и обычаяхъ, и лишенныхъ всякой личной иниціативы, вслѣдствіе пол-
наго подчиненія властп жрецовъ, маговъ п друидовъ, съ которыми они держали со-
вѣтъ во всѣхъ болѣе или менѣе важныхъ случаяхъ. Племена, которыя были одного
происхожденія и говорили на одномъ п томъ же языкѣ и которыя, въ случаѣ надоб-
чэстп, вступали даже во временный союзъ, быстро мѣняли свои взгляды, когда они
видѣли передъ собой призрачныя или дѣйствительныя выгоды въ перемѣнѣ политики.
Даже въ мичуту страшной опасности Цезарь, потерявшій поад-’-ржку своихъ старыхъ
союзниковъ вдуевъ, помирился со своими давними врагами сотнами.
Очевидно- превосходство римляпъ въ цивилизаціи имѣли свойство плѣнять поко-
ренныя народности и давать имъ оощій идеалъ культуры. Такимъ образомъ, послѣ
побѣды, одержанной римлянами, создалось національное единство, не существовавшее до
того времени Языкъ побѣдителя былъ одновременна таковымъ, который внесъ формулы
точныхъ законовъ, вполнѣ богатую литературу, изящную риторику для произнесенія
рѣчей на форумѣ; употребленію этого языка научились варвары, которые, хотя съ тру-
домъ понимали другъ друга, ни онъ вскорѣ сталъ языкомъ всего испанскаго парода,
всѣхъ галловъ, всѣхъ цивилизованныхъ бретонцевъ, п, мало-по-малу, языкъ властителей
проникъ въ покоренную массу. Впрочемъ, благодаря полнѣйшему угнетенію, эта масса
не могла и помышлять о возстаніи іротивъ всемогущаго Рима: самон большее ьъ
эпоху императорскихъ сонскательствъ, ова, эта масса принимала участіе въ мятежѣ,
возбуждаемомъ среди самихъ защитниковъ Имперіи.
Но эта Имперія была настолько обширна, что. начиная съ царствованія Цезаря,
603
стала проявлять стремленіи раздѣлиться на двѣ части: на востокъ а западъ- Со времени
окончательнаго разрыва между Цезаремъ и Помпеемъ, послѣдній расположился лагеремъ
въ Эпирѣ, затѣмъ въ Оессалін, въ ожиданія рѣшительной битвы; послѣ умерщвленія Це-
заря римскія владѣнія дѣйствительно раздѣлались въ теченіе нѣсколькихъ дѣтъ между
двумя наслѣдниками: Октавіемъ в Антснісмъ. Октавій господствовалъ въ Римѣ и, какъ
властитель запада, проводилъ первые годы сеоего владычества въ укрѣпленіи своей
власти надъ испанцами, галлами, германцами, наиболѣе близкими къ его границѣ, и
иллирійцами; онь очистилъ море оп морскихъ разбойниковъ и затѣмъ стадъ терпѣливо
Риискаи пвецава въ Батѣ (Англія).
подготовляться къ избавленію отъ своего соперника—властителя ві стока. А тотъ про-
рывалъ въ Александріи, близъ божественной Клеопатры окруженный, цѣлымъ корте-
жемъ королей, власть же его простиралась далеко за предѣлы Вавилона, въ страну пареянъ.
Наконецъ, тринадцать лѣть спустя послѣ смерти Цезаря, произошло неизбѣжное
столкновеніе: два флота и двѣ арміи стояли лицомъ къ лицу, по, казнюсь, Аптошй,
властелинъ востока, отчасти заразился фатализмомъ своихъ подданныхъ, привыкшихъ
къ і сраженіямъ въ теченіе ыні гигъ вѣковъ; вмѣя нѣкоторые рсссурсы для побѣды,
онъ, тѣмъ не менъе, далъ себя побѣдить безъ особеннаго сопротивленія, и, вь концѣ
концовъ, убилъ себя. Римская Имперіи, уже будучи раздѣленной, вновь объединилась,
и на этотъ разъ съ большимъ упорядоченіемъ, такъ что сдин. ніе могли поддерживаться
въ теченіе еще нѣсколькихъ вѣковъ.
604
Въ силу какихъ обстоятельствъ римская тилпа «кинутась въ рабство*, когда
послѣ битвы при Акціумѣ, Октавій сталъ властелиномъ міра, — это разсказывается ьъ
стихахъ Виріилія. Страшныя казни (происходившія въ то время у римлянъ), иноземныя
в междоусобныя войны, опустошившія Италію и всѣ средиземныя страны, внушали
всѣмъ венреодолихіое желанк мира, неудержимую потребность покоя: порядокъ во что
бы ни стало, даже подъ згидов деспота, таково было всеобщее желаніе народовъ.
Всѣмъ понятно, каково было всеобщее поклоненіе передъ Цезаремъ, который, хотя ему
и не суждено было именоваться царемъ, успѣлъ настолько возвыситься надъ людьми,
что люди признавали въ немъ божественное происхожденіе..
«Нашъ домъ,—говорилъ Цезарь,—со священными качествами царей, самыхъ
могуществешщх ь между людьмя, соелипяеть святость боговъ, которые держатъ въ зави-
симости самихъ царей»... Онъ говорилъ вто уже, когда ему было тридцать два года,
въ самомъ началѣ своей колитической карьеры, до того, коіда три милліона труповъ,
павшіе во время веденныхъ имъ въ теченіе двадцати лѣтъ войнъ, увѣнчали его славу
полководца. Октавій, тотъ не останавливается на нолпутп. Онъ перемѣняетъ имя, на-
зывается «Августомъ» и пользуется божескими почестями; опь сразу получаетъ жало-
ванныя помѣстья отъ аркст. китовъ и отъ народа; назначается, одновременно, воена-
чальникомъ и архіепископомъ; онъ все соединяетъ въ одномъ своемъ лицѣ, даже любовь
своихъ подданныхъ, поклоненіе в тѣхь, которые еще не были обращены въ рабство, а
жили на далекихъ окраинахъ: такъ, парѳяне возвратили ему смертные останки Красса,
которые они захватили въ одну изъ предыдущихъ войнъ. Поэтъ Виргилій вос-
пѣваетъ его подвиги въ Энеидѣ, сочинспнѵй въ честь новаго властелина, новаго бога,
и огводитъ ему мѣсто среди созвѣздій небесныхъ между Эрнгоной и Скорпіономъ, ее
преслѣдующимъ.
Превращеніе республики въ Имперію быю, по мнѣнію нѣкоторыхъ ученыхъ, для
римскаго государства скорѣе желательнымъ усовершенствованіемъ, нежели революніоннымъ
актомъ. Побѣдители аристократіи, Цезарь, затѣмъ Августъ, олицетворяли собой тор-
жество демократіи.
Трибуны, защищавшіе передъ патриціями права народа, воплотились въ импера-
тора, къ которому должны были обращаться всѣ требованія и просьбы, а толпа под-
данныхъ должна была превозносить ого величіе и великодушіе въ то время, какъ имъ
раздавались въ огромномъ количествѣ съѣстные припасы, въ сопровожденіи празднествъ
в разнаго рода торжественныхъ церемоній. Несмотря иа увѣренность Августа въ без-
граничной преданности массъ, онъ долженъ былъ опасаться избытка интеллекту<аьн-,и
н моральной силы, которая ещ« не угасла въ поколѣніи, наслѣдовавшемъ эти качества
отъ тѣхъ, которые принадлежали въ республиканской олигархіи; именовавшемуся импе-
раторомъ было необходима во что бы то ни стало удалить всѣхъ тѣхъ, которые еще
не утратили гордости, питали презрѣніе къ величію и, вообще, не была еще вполнѣ
обезличены. По всѣмъ направленіямъ обширной Имперіи тысячи людей ш іи въ изгьаніе,
но, послѣ совершенныхъ насилій и жестокостей, настала, какъ будто, миролюбивое
ьастроевіе: надо было докончить вь типъ нѣ дѣло, начатое палачами, между которыми
пальма первенства принадлежала Цезарю-Августу.
606
Прежде всего, онъ удалилъ лучшихъ, наиболѣе способныхъ людей, назначивъ ихъ,
охранять могущество Имнеріи на границахъ; а въ самомъ Римѣ создалъ массу не-
нужныхъ должностей, всякаго рода безполезныхъ занятій н синекуръ, и цѣлая шея ха
чиновныхъ лицъ принялись за дѣла! При дворѣ были свои поэты, публичные моралисты,
блюстители добродѣтели и также духовные проповѣдники. У Августа на первомъ планѣ
было возстановленіе религіи, и всѣ старые, сданные въ архивъ, об]шды были тщательно
возстановлены: съ этихъ поръ авгуры, проникнутые серьезностью своихъ обязанностей,
Провинціи Римской Имперіи.
1 .	40 СОС ООО
1500
2000	2 500 Ки/іОМ.
юоо
1, Мис-ь Акціумъ, мЕсто морского сраженія, въ которомъ Октавіи разбшгь Атопія въ 722 г.
съ оонов. Рима (31 г. до Р. Хр.). Моридіанъ Акціума представлялъ собою почта тонну.ю границу
областей, управляемыхъ об&нмп союзниками 2. Товтобургскій лѣсъ, гдѣх®руски,подъ пвчвдъстпомъ
Армншя» рдебшш три римскихъ аогіопв, находившихся подъ начальствомъ Вара (въ 762 г. съ основ,
Рима, въ V г. по Р. Хр.). 8. Карры, гдѣ рнмляпо были разбиты пароянами, н палъ консулъ Краевъ
(въ 700 г. съоепов. Рима, 53., г. доР. Хр.). Провинціи, заштрихованныя на картѣ, управлялись рим-
скимъ сопатомъ; другія оллисѣлн ііопос родственно оть импоратора; Египетъ былъ его чмотмош
собственностью.
могли «безъ смѣха» смотрѣть другъ ва друга. Но среди всѣхъ этихъ церковныхъ обря-
довъ не было на одного, который бы совершался съ большимъ умиленіемъ и усердіемъ,
пакъ культъ самого императора, великаго земного бога, причисленнаго къ небеснымъ
божествамъ Подобно тому, какъ фанатика—христіане і освящали себя «сердцу Іисуса»
и «сердцу Пр. Маріи», римляне были опьянены своимъ рабскимъ уничиженіемъ передъ
божественнымъ властелиномъ вселенной.
Въ каждой семьѣ императорскіе пенаты занимали мѣсто надъ домашними да-
606
рами. Такимъ образомъ, августѣйшее божество всюду присутствовало: въ лагеряхъ
и въ храмахъ, и на площадяхъ, и въ каждомъ домѣ обширной Имперіи.
Концентрація (средоточіе) власти въ рукахъ одного человѣка должна была не-
избѣжно привести къ измѣненію въ устройствѣ военныхъ силъ.
Во все время существованія римской республики, армія разсматривалась всегда,
какъ самъ народъ; она состояла изъ правоспособныхъ гражданъ, которыхъ на-
бирали во время войны и раса у екали въ мирное время. До воцаренія Августа не
было ни постояпп-й арміи, пн профессіональныхъ солдатъ; пе было даже и начальни-
ковъ, сохранявшихъ свое званіе, по окончаніи кампаніи, хотя со временъ Сципіона,
Марія и Селлы началось постепенное измѣненіе въ этомъ дѣлѣ Диктаторъ назначался
только на время критическаго періода и тотчасъ, по минованіи опасности, воз-
вращался въ ряды своего сословія, покрытый славой или позоромъ. Правда, въ
вожди арміи взбирались аристократы ци рожденію, не на вившія военныя должности
ьыонралпсь, вѣроятно, всеобщимъ голосованіемъ тѣ, которые нравились товарищамъ
своею представительностью, храбростью, талантливостью, увѣренностью въ себѣ, или тѣ,
которые отличились вь предыдущихъ войнахъ.
Физическое здоровье было первымъ условіемъ для поступленія вь ряды защитни-
ковъ родины и потому стало непремѣннымъ условіемъ и права на голосованіе; только
солдаты могли о.давать свои голоса, какъ настоящіе граждане, такъ какъ дай одни могли
поднять руку въ защиту своей земли и охраны жизни своихъ единоплеменниковъ. Это поло-
женіе совершенно противоположно?тому, какое господствуетъ во Фраіщіни во всѣхъ повыть
♦демократическихъ» государствахъ, г,тѣ солдатъ держатъ систематически вдали отъ
гражданъ, изъ опасенія, чтобы овн не имѣли ничего общаго съ существующими пар-
тіями, революціинн 'й пли монархической. Въ современной Европѣ солдаты не прини-
маютъ участія ьъ голосованіи; въ древнемъ Римѣ граждане вотировали до тѣхъ поръ,
пока были правоспособны; предѣльнымъ возрастомъ считалось шестьдесятъ лѣтъ. Чтобы
отправиться къ мѣсту голосованія, надо было проходить узкими проходами, настолько
узкими, что приходилось идти другъ за другомъ, по одному, такъ что легко МОЖІІІ
было распознать прибывающихъ; и, какъ только оввлялся старикъ, преступившій пре-
дѣльный возрасть, его сбрасывали сверху корридора, называвшагося ропз, рои ііз, откуда
и ваялось названіе сіеропіапі, ооозначавшео гражданъ, утратившихъ уже избирательныя
права. Очевидно, что это подражаніе бросанія въ воду напоминало то время, когда
переселяющіеся народы дѣйствительно старались избавиться огь инвалидовъ, которые
ихъ стѣсняла во время переходовъ.
Перемѣна режима, со времени превращенія республики вь имперію, повлекла за
собой организацію постоянной армія, сдѣлавшейся орудіемъ і роизвола и самовластія.
Леноны войскъ, составъ воиіь мѣнялся въ прежнее время, были нрочн» и оконча-
тельно сформированы, какъ будто ва вѣкъ, теперь. Возродился сословный духъ: понятіе
о военной чести замѣнило у солдата національную гордость и преданность къ государству;
культъ императора, изображеніе коего было представлено на знаменахъ, принялъ рели-
гіозный характеръ, и честолюбіе всѣхъ этихъ людей, пропитанныхъ до мозга когтей
военнымъ духомъ, стало чуждо сь тѣхъ поръ всего, что сосіавлялѵ духовную потреб-
607
попъ гражданъ; цѣль воиновъ исключительно стала состоять въ томъ, чтобы возвы-
шаться по ступенямъ военной іерархіи, преслѣдуя одну мечту—попасть еъ военачальники.
Другая перемѣна въ образѣ правленія, имѣвшая также чрезвычайно важныя по-
слѣдствія, произошла Р' причинѣ слишкомъ боіьшлго протяженія, занимаемаго имперіей:
корпуса арміи были размѣшены ш квартирамъ въ сосѣдствѣ съ угрожаемыми грани-
цами: они занимали укрѣпленные лагери, рядомъ съ коими основались цѣлые города
трактировъ и лавокъ, въ полной загненмости отъ сосѣдняго легіона (такъ назывался
отрядъ войска у древнихъ Римлянъ), именемъ котораго иногда назывался городокъ-
Р и ы ъ,— Т о р ы ы Голліева.
Мало по ыалу городки вти сдѣлались военными поселеніями, откуда исходила вся
иниціатива провинціи, провоіисіпая исключительно мѣстные военные интересы. Та же
причина заставила императоровъ поставить войска на границахъ, н, равнымъ образомъ,
вынудила пхъ вербовать своихъ солдатъ, путемъ добровольнаго призыва, н всѣ за-
вербованные, для когорыгь война была ремесломъ, и для которыхъ, въ будущемъ, не
было другой карьеры, кромѣ военной, пріучали и свое потомство къ этому образу
жизни. Вступая въ бракъ въ мѣстѣ стоянокъ, усвоивши туземный языкъ, воины въ концѣ
концовъ превращались въ чіеповъ вооруженныхъ бандъ, не имѣвшихъ нечего общаго съ
древними римскими легіонами; на половину дикари, они совершенно безсознательно
г чготовлялн вторженіе варваровъ. Общественное благо для нихъ болѣе не существо-
вало, овя вс мечта хи о другой славѣ, кромѣ славы того войска, къ которому они
608
принадлежали в, исключительно въ интересахъ своего отряда, начинали военный мя-
тежъ. «Слѣдуетъ даже удивляться, говорить Гастонъ Буассьо, что армія весьма скр^иа-
использовала свою власть». Какъ бы то пи было, а великая тѣнь Рима все еще парила
надъ головами солдатъ.
Уже еъ царствовапі Августа, когда началось долгое время «римскаго мира»,
случилось одно событіе, имѣвшее пророческое значеніе и указывавшее па судьбу, ожи-
давшую имперію. Легіоны отважились пуститься далеко по ту сторону Рейва, въ лѣ-
систую страну, обитаемую Хсрускамн, гдѣ были захвачены дикарями и умерщвлены
всѣ до единаго человѣка. Смыслъ предупрежденія былъ понятъ: счастливый тѣмъ, что его
пощадилъ злой рокъ, Августъ не стремился уволичиьать свои владѣнія завоеваніемъ
сѣверныхъ странъ, которыя, въ главахъ образованныхъ Римлянъ, даже но считались
принадлежащими къ свѣту, въ настоящемъ значеніи этого слова. Игрокъ, покровитель-
ствуемый судьбой, онъ не хотѣлъ пускаться снова на авось, какъ въ годы своей
юности, и рисковать потерять все огромное благосостояніе, имъ пріобрѣтенное. По, если
онъ могъ отдалить ударъ судьбы, — то избѣгнуть его никоимъ образомъ пе могъ.
Безмолвіе гражданъ, утрата ими иниціативы, передача ихъ прерогативъ постоянной
арміи должны были пхъ лишить, въ одинъ прекрасный день, возможности защищаться;
опи были уже заранѣе обречены на иобѣдопосяоо вторженіе новыхъ пародовъ Пзь
поколѣнія въ поколѣніе интеллиггнтпоггь замѣтно угасала, вкусъ притуплялся, мышленіе
становилось тяжелымъ, такъ что можно было сказать: внѣшній варвары дѣлали одинъ
шагъ впередъ, а само варварство римлянъ дѣлало имъ два шага на встрѣчу.
Однако, въ эту эпоху мало появлялось предсказателей грядущихъ бѣдствій: Римская
имперія была такъ обширна, границы ея были такъ отділеніы, что, казалось, онѣ
сливались съ гранью міра! Римъ такъ блестяще устоялъ передъ множествомъ опасностей,
и столько чудесъ возвѣщало его славу, что можно было думать, что она никогда
не ііоморкнеть. Достойні удивленія также и то, что почти всѣ образованные народы
новаго міра стали вести свою начальную дату, для общенародной хронологіи, со । рамени
царствованія Августа. Правда, эта эра, называемая христіанской, позднѣе была при-
знана совпадающей съ датой воплощенія, или рожденія Іисуса Христа. Когда опа была
предложена въ первый разъ монахомъ Дэпн-ле-Пти, четырнадцать вѣковъ дому назадъ,
ьъ годъ отъ основанія Рима 1278 пли въ 525, по новому календарю, правовѣрные
каюлпкп приняли ее изъ религіознаго чувства, п эта эра замѣнила мало по налу оффи-
ціально, какъ вь политическихъ, правительственныхъ учрежденіяхъ, такъ и въ обы-
денной жизни, употреблявшійся прежде эры; юліанскую, діоклетіапскую и др. По
историческаго документа о жизни Іисуса Христа ь« сохранилось,— и основатель новой
эры не могъ установить ее иначе, какъ только съ поипщыо датъ, указанныхъ совре-
менной исторіей изъ жизни Августа и Тиверія' элементы новаго исчисленія временя
надо было искать въ лѣтописяхъ римской имперія. Въ дѣйствительности эра христіан-
ская есть ничто иное, какъ эра «августовская», равно какъ пдрепііе мѣсяца квингплій в сек-
стплій стали называться іюлемъ и «августомъ». Эра, по которой вели свое лѣтосчисленіе
Испанцы еще въ XIV вѣкѣ, начиналась прямо со временъ Августа: исходнымъ яупкігмъ
ея было присоединеніе Иберійскаго полуострова къ Римской имперія.
609
Достигнувъ необычайной высоты, на какую ихъ вознесли подлость людей, по-
стоянное соперничество военной касты и безплодное отыскиваніе соціальнаго равно-
вѣсіи, римскіе императоры сдѣлались богами па землѣ и во могли избѣгнуть безумія.
Власть ихъ была во всѣхъ отношеніяхъ веограниченпа, потому что сосредоточивала въ
своихъ рукахъ одновременно все: и власть военачальника, п власть безапполяціонпаго
судьи, и власть главы церкви, и власть народнаго трибуна. Ихъ богатства были не-
смѣтны: они получали подати и налоги со всей Италіи, съ провинцій и съ покоренныхъ
пародовъ. Они владѣли всѣмъ Египтомъ, какъ своею собственностью; обширныя поля,
Р п м •ь.—X рамъ В е е т ы.
засѣянныя хлѣбными злаками, орошенныя Ниломъ, наполняли принадлежащія имъ сокро-
вищницы: опп смотрѣли па Египетъ, какъ па свое помѣстье, куда ни одинъ сенаторъ
во имѣлъ права заглядывать, безъ особаго на то разрѣшенія хозяина. Одш-го декрета
или даже простого устнаго выраженія воли съ ихъ стороны было достаточно, чтобы къ
нимъ полились рѣки золота; они могли отнять любоо состояніе у проконсула или
у ростовщика, посредствомъ смертнаго приговора надъ ними, безъ всякой съ ихъ сто-
роны вины.
Всякія выраженныя «властителями міра» желанія принимались съ восторжен-
ными криками, уничиженіе передъ нвмв не имѣло предѣла: «Насколько эти люди
созданы дія рабства!» воскликнулъ однажды Тиверій, при выходѣ изъ Сената. Раболѣпство
элпаи рвклю. вып. іѵ.	39
610
имѣло всегда своихъ сторонниковъ, п встрѣчались пе только отдѣльныя лпчпости, во
цѣлыя общества, готовыя съ радостью идти на смерть, пол.>жпіь голову яа своего вла-
стелина, былъ ля онъ добръ, безразличенъ, пли жестокъ — Сцопіонъ пли Тиверій:
прип 'ся себя въ жертву деспоту, человѣкъ все же, хотя отчасти, возвышается до него
и можетъ надѣяться, что умирая, будетъ осѣненъ лучомъ его славы. Сколько вѣрныхъ
подданныхъ считаютъ за честь для себя—походить физически на своего властелина, хотя
бы сам-'іі уродливой, омерзительной стороной!
Преступленія и безуміе римскихъ императоровъ тѣмъ легче узнавались и клей-
мились, что Цезари были прирожденными врагами аристократіи, т. «. того класса, среди
котораго могли родиться пхъ соперники и враги. Оіін страшно писались людей древ-
нихъ фамилій, одной съ шіми благородной расы, оказавшихъ народу одинаковыя съ
шіыи услуги, покрывшихъ себя славой, наравнѣ съ пхъ предками; -шн пе довѣряли
и льстецамъ, подозрѣвая вь внхь завистниковъ, вѵТі.рые, благодаря счастлпь му случаю,
могутъ взойти иа ступени трона. Поэтому свон жертвы опп выбирали среди благород-
ныхъ, представителей дровней республики. Въ свою очередь, ссылки, казни безъ суда
и убійства разжигали въ тѣхъ ненависть, зл бу п мстительность. Ио, нанося удары
вокругъ себя среди сильныхъ, императоры были вынуждены опираться ва слабыхъ,
вслѣдствіе чего, а никакъ по для выполненія пронятой на себя миссіи народныхъ три-
6]новъ, скп серьезно принялись за уравненіе праьъ между гражданами. Калигула,
Псропъ стали попеволѣ друзьями черни, потому что были заклятыми врагами Сената,
п всѣ вхъ симпатія были награвлены къ толпѣ, которая относилась къ нимъ съ энту-
зіазмомъ и которой гни раздавали въ изобиліи хлѣбъ, а ради зрѣлищъ устраивали
пышныя празднества. Римскіе правители ненавидѣли войны, потому что ина увѣнчала
сл<ів<>й многіе знатный роды; они постоянно игнорировали сильныхъ н мечта.:», впро-
чемъ, только изъ прихоти и каприза, совершенно безъ всякой системы, о совершенномъ
истребленіи отъ промежуточныхъ сословій, этихъ паразитовъ, жившихъ па счетъ на-
рода. Отт-го Неронъ надолго сохранилъ свою популярность: оиь, дѣйствительно, поль-
зовался любовью и желалъ инѵіпить ее униженнымъ и обездоленнымъ.
Но, несмотря на приравненіе пхъ богамъ, императоры тѣмъ ні менѣе остались
обыкновенными смертными, и участь ихъ всегда зависѣла отъ войска. Первое, послѣ
Августа, восшествіе на тронъ—Тиверія—совершилось спокойно и обошлось безъ участія
арміи, но іослѣ его смерти ужо солдаты (войско) стали назначать правителя въ
Сенатъ и народу. Впрочемъ, до Нерона но кранной мѣрѣ войско пе имѣло права изби-
рать императора внѣ династіи Августа, съ нисходящимъ отъ него потомствомъ: затѣмъ
наглость его стала возрастать съ успѣхомъ: преторіанцы стали продавать имперію съ
публичнаго торга, покупщики грызлись между собой и, въ концѣ концовъ, императо-
ромъ сдѣлался Веслаѵіанъ, который уже не могъ, подобно Цезарямъ и Аві устамъ, ки-
читься происхожденіемъ отъ боговъ. Къ счастію для него н для спокойствія всего міра,
итогъ благоразумный, проницательный в экономный правитель по поддался ни пресы-
щенности, пн ослѣпленію роскишью: По словамъ Андрея Лсфевра, «Веспасіанъ былъ
первый римскій императоръ, который сохранилъ свой здравый смыслъ до гонца жизни.
Будучн самъ солдатомъ, онъ моіъ довести сьоихъ солдатъ до безусловнаго нгвпно-

612
венія, и даже пріучалъ ихъ надолго къ миру, стало быть, мигъ смѣло надолго закрыть
грань Януса».
Впрочемъ, императоръ Весиасіаиъ и его сыпь Титъ одержала блестящую побѣду,
но не за предѣлами своей имперія. а въ одной изъ провинцій, давно ужи покоренной.
Евреи, еще за тысячу лѣтъ передъ тѣмъ обожествляипцо силы природы, подобно окрест-
нымъ народамъ, особенно боготворили одно національное божество, олицетвореніе ихъ
расы, и кончили тѣмъ, что стала придавать исключительный характеръ своей религіи:
постоянныя бѣдствія, сыпавшіяся на нихъ я заключавшіяся то въ пораженіи непрія-
телемъ, то въ маковомъ изгнаніи, сдѣлалп нхъ, такъ сказать, оторванными отъ почвы;
они соверпісвни перестали пнгсрссоватьсп земными дѣлами, которыя отъ нихъ ускользали
и, сгруппировавшись вокругъ своихъ сп.іщонпаііовъ, вго болѣе и болѣе окзальтнрова-
лнеь въ своемъ духовномъ рвпнііі и увѣренности вь обѣщаніяхъ Іеговы, въ Единомъ
Богѣ Живомъ, Который держитъ въ своей правой рукѣ дѣла вѣчности. Подобно дру-
гомъ, они могли бы приспособи ться къ царившему вь Имперіи продолжи гольному миру
м спокойно идти по трудной жизненной тропѣ. По подвигнутые глубокою вѣрою и
вдохновленные своею неотступной идеей, они вѣрили болѣе въ чудеса, чѣмъ въ дѣйстви-
тельность. Они согласились бы скорѣе умереть, нежели раздѣлить свое обожаніе между
истиннымъ Богомъ и римскими орлами (знамя римскихъ легіововъ_), или воздвигнуть на
ряду съ алтаремъ Іеговѣ статуи Рима п Цезаря. Исторія ихъ необычайнаго сопротивленія
изображаетъ ихъ, по истинѣ, несравненными по энергіи, съ капой они сопротивлялись;
до такой степени коллективное безуміе отрывало пхъ отъ обыд'чіиыхъ условій жпзви
Конецъ драмы былъ ужасенъ Ряды распятыхъ, которыхъ осаждающіе ставили
надъ рвами, полчища го іодныхъ, опьяненныхъ пѣснями п молитвами, бросавшихся на
мечи Рнмляпъ, храмъ, пзъ котораго ручьями текла кровь,- іаі^вц картины, которыя
намъ представляютъ лѣтописи войны. Затѣмъ передъ нами возстаютъ тысячи жалкихъ
существъ, которыя волочатся по пыльнымъ улицамъ и которыхъ Тить, именуемый
«Утѣхой рода человѣческаго», приказалъ удавить подъ апплодііементы толпы въ громад-
номъ амфитеатрѣ Колизея, построенномъ его отцомъ. Но словамъ историковъ, осада
Іерусалима стоила жизни 1 мил. 100 тыс. людей, ачисло пл ѣнныхъ іудеевъ, людей здоровыхъ,
изъ которыхъ можно было сдѣлать рабовъ или гладіаторовъ, достигало девятисотъ ты-
сячъ человѣкъ. Тать размѣстилъ ихъ по всѣмъ частямъ имперіи, всюду, гдѣ нужны
были жертвы для празднествъ, или рука для публичныхъ работъ.
Началась настоящая охота на евреевъ не только въ Палестинѣ, и» в въ Сиріи,
въ Малой Азія, въ Египтѣ, въ Кіірелаіікѣ, вплоть до Ливіи. Въ іудеѣ не осталось
ни одного еврея: съ того времени, лишь вдали отъ родины, находились ихъ главныя
общины. Все, что осталось отъ націи, было близко смерти иіп же спаслось въ коло-
ніяхъ, находившихся въ большихъ прибрежныхъ городахъ восточной части Средиземнаго
моря, равно какъ вь самомъ Римѣ н другихъ городахъ Запада.
Разрушеніе Іерусалима, окончательное уничтоженіе евреевъ, какъ политическаго
цѣлаго, и коголовмоо изгнаніе націи,—все это были пв только факты, полные трагизма
въ исторіи вмикііхъ драмъ человѣчества; они произвели цѣлую революцію вь интел-
лектуальномъ и моральномъ развитіи западныхъ народовъ. Разсѣявшись по всей рим-
613
ской территорій, но не но одиночкѣ, какъ вт предыдущіе вѣка, нъ видѣ споигь куп-
цовъ, а, главнымъ образомъ, пъ лицѣ своихъ проповѣдниковъ и пророковъ, изступленныхъ
фанатиковъ, они чрезвычайно содѣйствовали колебанію уловъ, которое окончилось
паденіемъ Имперіи и основаніемъ новой религіи Общее песчастіе пробѵдпло в*- всѣхъ
Водораздѣлъ Рейна и Думая.
1	3 200 ОСО
гооКилом
П	ІО	100
Августа Внцдолпкирумт.—Аугсбургъ. Рогкпуиъ, Костра 1’огнпа,- -Ратисбошіъ—Реготісбуугъ. Аргоп-
торвтъ-Страсбургъ. Новіомагусъ. Колонія Немето, Спиро иап Шпеяоръ. Августа Раура умъ—де-
ревня Аугсть. Ііорбвтимагусъ Ваигіопосъ- Вормсъ Могуптіакумъ—Мпнппь. Вппдоииооа—дероліш
В пн дишъ Брнгапціутгь-Врогопцъ. Каи боду пумъ—де ревя я Кемптонъ.
оѣжавшихъ единовѣрцахъ полную братскую солидарность. Опн горячо любили тругъ
друга, и съ полнымъ самоотверженіемъ и энтузіазмомъ отдавали сеоя другъ за друга.
За то между враждующими евреями еще болѣе обострилась ненависть, именно между
суровыми мозаистами и александрійцами, склонными кь греческому міросозерцанію.
614
Такимъ образомъ, съ одньі стороны, благодаря полное мистицизма любви, а съ дру-
гой стороны, обостренію религіозной вражды, постепенно подготовлялась великая хри-
стіанская революція.
Въ ото время безуміе власти овладѣло новымъ императоромъ Домиціаномъ, бра-
томъ и наслѣдникомъ Тита. Вновь начинается безпорядокъ, варвары проникаютъ въ
Имперію и даже заставляютъ платить имъ дань. Имперія рисковала пасть ягертвой
честолюбцевъ и нождей, безконтрольно распоряжавшихся на границахъ, если бы Римъ
не очнулся послѣ задушенія Домиціана и не приступилъ къ выборамъ, доказавши! и
твердую волю и твердое намѣреніе зашататься. Траянъ, сдѣлавшись императоромъ, но
остался жить въ Римѣ, вдали огь угрожаемыхъ границъ государства, а самъ лично
пошелъ на встрѣчу опасности. Онъ ни за что но довѣрялъ судьбы Вѣчнаго Города
находившимся вдалекѣ арміямъ, а самъ стоялъ во главѣ командованія ими и началъ
войну сперва за Дунаемъ, затѣмъ за Евфратомъ.
Главнымъ образомъ, па берегу первой изъ этихъ рѣкъ, помощь нужна была
немедленно. Въ верхней ея части бассейнъ былъ сильно защищенъ пограничной стѣной,
которая огибала сосновые лѣса, почти пустынные и непроходимые, между Нэпомъ и
дунайской долиной; но на югѣ зюй границы, укрѣпленной цѣпью моленный» фортовъ,
варвары могли свободно перейти рѣку. Во теченію Дуная находилось достаточное число
слабыхъ укрѣпленій, іімепвѵ на югѣ Богемскаго четыреугольника, верхушка коего вы-
двигалась юередъ къ югу, въ видѣ бастіона, въ которомъ могли тайно укрыться
отряды осаждающихъ. Вяидабоиа (Вѣна) также находилась на пути, пересѣкающемъ
Дунай, но которому могли явиться завоеватели съ сѣвера, пройдя но равнинамъ Мора-
віи, открытымъ въ видѣ широкаго корридора.
Съ восточной стороны тройную преграду представляли Дунай, Драва, Сава и
хребетъ иллирійскихъ горъ,—всѣ они достаточно защищали Имперію; но нижнее теченіе
Дуная, казалось, нарочно служило для вторженія непріятеля: именно здѣсь н было
наиболѣе уязвимой мѣсто, захватъ котораго могъ нанести смертельный ударъ всему
государственному организму. Дѣйствительно, большая дуга нижняго Дуная, по выходѣ
изъ Желѣзныхъ Воротъ, приникаетъ вглубь Ораво-Эллинскаго полуострова и по окру-
жающимъ его съ юга равнинамъ ведетъ прибрежное населеніе рѣки вплоть до горныхъ
проходовъ, чрезъ которые можно опять спуститься, къ берегамъ Эгейскаго «оря. Обшир-
ная территорія эллиптической формы, нынѣ извѣстная подъ именемъ дунайской Румыніи
и Болгаріи, можетъ смѣло считаться одного изъ самыхъ счастливыхъ, но своему поло-
женію, странъ въ Европѣ, но плодородію своихъ нолей и по обилію воды, которая
орошаетъ ніъ поля, по удобству сообщеній. Эти области древней Дакіи в Ыезіи,
издавна славившіяся между народами, не могла не быть приманкой для переселенцевъ,
которые появлялись тамъ вь большомъ числѣ то послѣ продолжительныхъ засухъ, то
послѣ изгнанія, во времена революцій и войнъ. Вмспво, въ царствованіе Домицішга
дакі прибыли въ роскошныя дэлииы Карпатовъ и Дуная и отбросили жителей вь погра-
ничныя страны, ближе кь Риму; бѣглецы, подобно имъ, несли съ собой войну в раз-
рушеніе, направляясь къ западу, черезъ долины Савы и Дравы, — и въ Италія, каза-
лось, уже земля дрожитъ йодъ ихъ ногами.
615
Чтобы охранять Имперію, побх'цнмо бы то во что бы то ни стаю закрыть,
задѣлать эту брешь съ сѣверо-западной границы. Траянъ исполнилъ это, ведя упорную
борьбу въ теченіе десяти дѣть, и наі только успѣшно, что вгя Дакія, ьъ тонъ числѣ
внутренній склонъ полукружія южныхъ Карпатъ, стала римской проеивдіі'й в даже
Область низовъ "нъ Дуная.
1- 10 000000
о <00	зоо	еооКи/іом
Между Прутомъ и Чернымъ моромъ,па протяженіи 120 кплом.. тянулась .стѣна Трояна", построен-
ная Адріаномъ и сохі янипіШіііск до сихъ поръ. Многіе пзъ римскихъ колоній, показанныхъ па
на картѣ, сдѣлались значительными городами: Виндобона—Вѣна, Сингидупумъ—Бѣлградъ, Наис-
сусъ—Ыппіъ, Адріанополь, Фитшпополль, Византія п др.
наиболѣе тѣсно связанной съ Имперіей. Дави, которые, по всей вѣроятности, были
если не аріііпы, то во всякомъ случаѣ арійскаго происхожденія и говорили па языкѣ
616
одного происхожденія съ латинскимъ, скоро убѣдили себя, чтп они были римлянами;
они приняли отъ нихъ ихъ названіе и усвоили ихъ языкъ II вліяніе римлянъ было
настолько глубоко, что впослѣдствіи, несмотря на страшный разгромъ Имперіи, на
вторженіе безчисленныхъ парпдчвъ, на угнетеніе со стороны готовъ, болгаръ, славянъ,
византійцевъ и турокъ, самая основа націи сознательно удержала это римское вліяніе.
Пнн.няя Шоѵяапдія а стѣны Римлянъ.
1	2 ЬьО ООО
О 2!
150 К ИЛ О м
Охрана восприняла свое названіе «Румыніи», и народный языкъ, освободившись отъ
части своихъ славянскихъ элементовъ, сталь приближаться къ своимь латинскимъ
родичамъ Запада. Дакія, вмѣстѣ съ Испаніей и Галліей, есть единственная провинція,
населеніе которой олатппвлось настолько, что въ теченіе цѣлыхъ вѣковъ сохрани іо языкъ
побѣдителей Еще н вь наши дпи, восемнадцать вѣковъ спустя послѣ Траяна, потомки
датъ ведутъ начало своей исторіи съ того историческаго дня, когда этотъ императоръ
перешелъ Дунай, па берегу котораго до сихъ поръ видны дороги, продѣланныя въ скалахъ.
Имперія достигла небывалаго могущества и такой политической и военной спло-
617
ченпости, г.акой только можно было достигнуть; нсоючевіо составляла олна Германія,
гдѣ по берегамъ рѣкъ и вь лѣсахъ, окаймленныхъ укрѣпленіями, устроенными ьъ стра-
тегическихъ пунктахъ, было сшѳ довольно разбойпмьихъ племенъ, жившихъ грабежомъ;
Восточная Мавританіи.
1	7 500 ЮО
Е-оКилсм
о юп	гос
Сжльды—теперь Бужи. Пгидьгная—Джиджоіи. Снтифиоъ—Свтнфт. Цмртв Ситтіаиорумъ—Коистеп-
типа. Лаи безе—Ламбѳсоя. Гиппорегіусъ—Бонъ. Гиппоцарптусъ—Бпзѳрта ІЪдруметъ—Су осъ. Эа—
Триполи. Тимура оъ—Тимгадъ.
грозила опасность и со стороны парѳянъ, гдѣ граница за большомъ протяженіи должна
была постоянно мѣняться, въ зависвмости отъ набѣговъ сосѣдей или случайности войны.
Въ обпі-'мъ римскій міръ, почти совпадавшій съ тогдашнимъ цивилизованнымъ міромъ,
представлялъ собош тѣсно сплоченпоо цѣлое, ограниченное океаномъ или пустынями и
618
соприкасавшееся только съ областями, жители которыхъ казались римлянамъ настоя-
щими варварами
На крайнемъ сѣверо-западѣ Европы, среди вѣчныхъ тумановъ, римляне пренебрегли
завоеваніемъ Ирландіи, а па сѣверѣ Великобританіи должны были отступить передъ
трудностью завоеванія страны пиктовъ, этой громады скалъ, прорѣзанной глубокими
долинами. Чтобы удерз.ать за собой згу территорію, къ тому же совершенно непри-
годную для налъ, омъ бы нужно было покрыть ее сѣтью дорогъ и понастроить крѣ-
постей; они предпочли устроить въ самой узкой части острога стѣну, чтобы преградить
пиктамъ доступъ къ центральнымъ и южнымъ странамъ, изъ которыхъ образовалась
потомъ современная Англія.
Уже при началѣ завоеванія страны, Агрикола сталъ дѣлать земляной валъ съ
глубокимъ рвомъ, который тяштся къ югу до долины Форса и достигаетъ Кляйда; ясные
слѣды его теперь сохранялись лишь въ паркахъ лордовъ, гдѣ склоны вата заботливо
поддерживаются, обложенные дерномъ. По этотъ ватъ, называемый «стѣной Антонина»,
по имени строителя, докончившаго его сооруженіе, слишкомъ выдвигался на сѣверъ, и
потому позднѣе Адріанъ приказалъ построить стѣну, оставлявшую снаружи, за предѣлами
тогдашней, римской Британіи массивъ Шевіотъ-Хилль и всю южную Шотландію. Она
простирается отъ форта Сольвей до р. Тайна, близь Уальзевда («конецъ стѣны»). Это
сплошное пространство, обнесенное окопами со рвами, представляло серьезную защиту,
и по только благодаря своимъ искусственнымъ преградамъ непріятелю, а и благодаря
природному рву съ водой, который образовала на югѣ рѣки Тайнъ, впадающая въ
Сѣверное море, и Пртмнгъ, изливающая свои воды въ Ирлавдскій каналъ. Такимъ обра-
зомъ, естественно, варвары съ сѣвера должны были проникать, только слѣдуя по водо-
раздѣлу рѣкъ. По тогда они п»падати въ наименѣе населенную часть перешейка, гдѣ
легко было ошеломить противника виезанностъю нападенія. Бъ большинствѣ случаевъ
опл н прорывались здѣсь, у Тирдьуэіля, въ 6 пвлом. къ сѣверо-западу отъ Карпо-
ранъ-Хаіывнстль; самое названіе—«Тирльуьллъ* — объяспяет-я именно этимъ обстоя-
тельствомъ: отъ англо-еаксопскаго іііігііап. что значить <прштть>
Вдоль всей южной границы Римской Имперіи, отъ береговъ Атлантики до Евфрата,
тянулись песчаныя и каменистыя пустыни, съ единственнымъ перерывомъ, образующимся
долипою- Пила; по даже и за предѣлами этихъ естественныхъ границъ еще находили
слѣды римскихъ завоеваній.
Римляне проникли и въ самую пустыню; пмъ бы іи хорошо извѣстны песчаныя
или каменистыя области, усѣянныя оазисами, «подобно пятнамъ на шкурѣ пантеры»:
Квдамуеь, нынѣшній Гадамесъ, извѣстный уже грекамъ, такъ какъ Дювгйріэ открылъ
тамъ одпу надпись греческими буквами, оыіъ захваченъ римлянами, въ царсіиованіс
Августа м оставался подъ ихъ владычествомъ, ио крайней мѣрѣ, два съ половиной
вѣка; при Александрѣ Северѣ тамъ находился еще одинъ отрядъ І1( легіона Августа,
главная часть котораго имѣла сюяпку въ Ламбессѣ. Въ эту эпоху вдоль всей дороги,
иа извѣствомъ промежуткѣ, нг-хо.іидвсь колодцы, иначе, если бы быль недостатокъ вь
водѣ иа втой лиши, Кидамусъ долженъ бы получать свой римскій гарнизонъ изъ Три-
поли. Колодезь, хороша извѣстный караьавідинамь, подъ именемъ Бпръ-еръ-Резуфъ-
ею
Шеръ, расположенный въ пустынѣ, на полпуги изъ Лаыбессы въ Гадамесъ, повиди-
мому, построенъ римляншп; весьма вѣроятно, что далѣе къ югу существовали еще и
другіе колодцы, которыя необходимо бы очистить, чтобы вновь утилизировать.
Капитолійскій храмъ въ Туггѣ.
Во всякомъ случаѣ, если ричскіе орлы и проникли въ отдалепны- оазисы, рас-
пространивъ спои развѣдки до странъ, сосѣднихъ съ озеромъ Цадъ. если правда, что
620
мшѳты сь изображеніемъ Елена Августа и КопстанцІусъ Цезарь приникали къ
бассейны К»иго и Зембези, всо таки легіопы оставили почти нетронутыми многія области
береговой полосы,—и эти мѣстности явились источникомъ разложенія, съ момента осла-
бленія могущества центра Такъ, нз горѣ Фгрратусъ, современной Джуржурѣ, римляне
постоянно встрѣчали сопротивленіе,—и потому у Гнуауа но находится чв одной разва-
лины башни пли дома, даже ни одной римской могилы. Существуетъ слово, ксторымъ
злоупотребляютъ, вто «житница» Безъ сомнѣнія, прежняя провинція «Африка»,
болѣе населенная, чѣмъ теперь—но, дасколько болѣе, намъ неизвѣстно,—способствовала
снабженію пищевыми продуктами Рима, въ стѣнахъ котораго заключался милліонъ, или
даже нѣсколько болѣе милліона жителей, пъ эпоху его наибольшаго процвѣтанія: но,
во всякимъ случаѣ, по разслѣдованію экономистовъ, доля этой провинціи вь экспортѣ
хлѣба для Италіи по превышала милліона гектолитровъ. Въ наши же дни производ-
ство хлѣбнаго зерна въ одномъ Тунисѣ превышаетъ въ среднемъ почти втрое это
количество, а за послѣдніе годы экспортъ зернового хлѣба достиізлъ, въ общемъ,
того жо количества, какое въ прежнія времена вообще отправлялось въ Римъ.
Чтобы упрочить единство Имперіи, сблизивъ границы съ центромъ, и дать наи-
большую возможность къ передвиженію войскъ, необходимо было большую часть импе-
раторскихъ доходивъ употребить ва постройку и пъ содержаніе путей сообщенія. Въ
эшху Траяна и его иреемипка Адріана глазамъ каждаго путешественника представля-
лись превосходно вымощенныя дороги, по которымъ свободно проходили колеси и цы и
военныя погозкп. Все это краснорѣчиво свндѣте.іьстноваіо о могуществѣ Имперіи и
ея высокой цивилизаціи. Сѣтью римскихъ дорогъ предназначалось объять весь міръ и
она, дѣйствительно, притянулась до границъ неизвѣстныхъ земель. Мощеныя дороги тяну-
лись отъ одного моря къ другому, отъ Брнпдузіума (Бриндизи) па адріатическомъ
берегу къ Бовоніа (Булонь) на галльскомъ берегу океана; онѣ проникали даже ьъ
лѣсную и болотистую Германію, пересѣкая Эмсъ и Везеръ, вплоть до Эльбы, соединяясо
въ Батавіи съ цѣлой сѣтью каналовъ. Въ Британіи римская дорога шла почти по пря-
мой лиши на протяженіи 292 километровъ, отъ Линкольна, на южномъ берегу, пора
сѣкая Сирсіічестеръ и Ватъ. Всѣ дороги были тщательно измѣрены. снабж»-вы военными
постами я станціями на правильныхъ разстояніяхъ другъ отъ друга; по нимъ доста-
влялась почта, в имѣлись почтовыя лошади для проѣзда императора, военачальниковъ
и чинсевиковъ. Главная дорога соединяла противоположные берега морей: съ '-двои
стороны чрезъ Великобританію до земли Каледонцевъ, съ другой стороны, черезъ
Иллирію, въ берегамъ Эгейскаго моря и далѣе, въ Малую Азію м Сирію. Такая же
безпрерывная дорога, проходившая чрезъ Пиренеи и Юру, Рову и Рейнъ, соединяла
Кадиксъ гъ Виіідобоной.
О хорошемъ состояніи дорогъ и о превосходномъ состояніе коммиссаріатской
части можно судить по походу Септимія Севера, приведшаго всю паннопскую армію
сь береговъ Дуная къ Тибру, дѣлая переходы по 32 километра въ день, съ обозами
и военнымъ снаряженіемъ. Эти дороги были настолько хороши, что большая часть ихъ
могла бытъ утилизирована и въ средніе вѣка, хотя ихъ совершенно н, поддерживали;
почти всѣ онѣ настолько соотвѣтствовали экономическимъ условіямъ края, что позднѣе
621
иришлось пхъ возстановлять пи тѣмъ же мЬстаиъ. Насколько великъ былъ рсгрсссь
происшедшій въ европейскихъ странахъ, вслѣдствіе упадка римской цивилизаціи, видно
1	5 000 000
ІП0
зэз Килом.
Рлавпыо пути римлинъ вь А н га іи посиди пааввшя, подъ которыми были иавъстпы и въ средніе
вѣса. Такъ, по Т. Кондрингтоду (ТЬе Котпа Ноасіа іп Вгііаів), дор га %ѴаШп8 Зігееі вопа азъ Дувра
въ Рпб’іосторъ прозъ Уолдъ м автѣмъ въ Шотландію оаъ Винчестеръ и Мольрозъ; дорога
Егаіп§ ЖтеоЬ шаа изъ Лондона въ Карлейлъ чрезъ Линкольнъ в Іоркъ; дорога Гозя \Ѵау служила
піжыымъ путемъ отъ Лппколъиа па южпыіі босгъ, гдѣ овапчипадась блл гь Экотора, соотвѣтствуя,
какъ утверждаетъ К, Баррув, пути, шедшему по Реппіи и оканчивавшемуся у Аберврашь,
622
изъ іого, что римскія дороги пъ Пспаеіп, въ Галліи и Англіи могли безпрепятственъ!
служатъ торговлѣ во весь періодъ среднихъ вѣковъ, и поправлять ихъ пришлось, въ
новѣйшія, сравнительно, времена Названія, которыя даютъ большимъ дорогамъ въ Гер
маніи и въ Англіи, еще я въ нолю время напоминаютъ римскихъ строителей: «віга-
іез»—камни, наложенные друіъ на друга, для настилки шоссе, намъ ооьясяяюгь на-
званія зігаззв, зігааі. еѣгееі; что касается до англійскаго слова Ні§1пѵау, то
оно произошло отъ того, чго дороги были, дѣйствительно, выше уровня почвы, въ родѣ
пасыпи; къ юго-западу отъ Ольдъ-Сарума (Салисбюри) еще и сейчасъ существуетъ шоссе
въ пять метровъ шириной, которое на протяженіи семи километровъ поднимается надъ
окружающей равниной на высоту двухъ метровъ.
Впрочемъ, не слѣдуетт забывать, что много дорогъ, приписьиаемыхъ рич яламъ,
были ужо проложены, даже вымощены камнемъ, торговыми народами, болѣе дрсвиішв:
такъ, въ Германіи, указываютъ на мощеніи дороги, еуществоьавшіл до прихода римскихъ
легіоновъ, обозначенныя цѣлымъ рядомъ кургановъ
Чисто техническому труду постройки дорогъ соотвѣтствовалъ интеллектуальный
трудь картографическаго искусства. Вь продолженіе трехъ послѣднихъ вѣковъ суще-
ствованія Римской Имперіи и всего періода среднихъ вѣковъ карты Клавдія Птолемея,
начерченныя семнадцать съ половиной вѣковъ тому назадъ, служили руководствомъ
всѣмъ европейцамъ или арабамъ, коіорыс хотѣли имѣть точное пред давленіе о зем-
ляхъ и моряхъ. Знаменитый астрончмъ старался дать точное указаніе мѣстностей, но ихъ
координатамъ долготы и широты: это былъ единственный научный методъ, п съ этой
точки зрѣнія успѣхъ въ географическомъ опредѣленіи мѣстностей былъ неоцѣнимъ;
но, такъ какъ точныхъ наблюденій не было еше сдѣлано тогда, а астрономическія
позванія были невѣрны, гадатсльны, то карта Птодомея значительно выиграла бы,
если бы была начерчена исключительно па осиопапіи маршрутовъ путешественниковъ,
съ указаніемъ направленій и разстояній.
Посредствомъ дорогъ, Имперія достигла матеріальнаго единенія, а политическое и
моральное единеніе создалось тѣмъ, что города и области все болѣе п болѣя расши-
ряли свои права и добились одинаковыхъ правъ съ Римомъ. Мало по малу возникаю
равенство въ имперіи. Первоначально і-о время заіюегапіЛ, всѣ города, всѣ народности,
которые постепсяпі увеличили рпмекія владѣнія, даже тѣ, которые но были завоеваны,
а посиди званіе союзниковъ, были лишены всякихъ правъ, всякой самостоятель-
ности; оші утратили покровительства своихъ боговъ, пли а:о сами боги ихъ были под-
чинены «римскому величію»: еще такъ педавво могущественныя божества, вадровитель-
ствующія населенію, теперь не имѣли никакого авторитета въ глазахъ судьи или про-
консула, дѣйствовавшаго именемъ Рима. Гражданинъ, по назначенію Сената, получалъ вь
управленіе цѣлую область. Облеченный полновластіемъ, озь вполнѣ олицетворять вь
себѣ всѣ права и привиллегіи республики; оиъ командовалъ арміей, и онъ же творила,
судъ и расправу по Своему собственному усмотрѣнію «Никакой законъ но могъ ему
противодѣйствовать: ви областной законъ, потому что онъ былъ римлянинъ, ни римскій
законъ, потому что онъ оы.’ъ областнымъ судьей», (івъ представилъ собой живой за-
конъ, издавалъ эдикты, издавалъ кодексъ законовъ, согласно своей личной волѣ. Его под-
623
данные были чужеземцы, стало быть, находились въ положеніи непріятеля, противъ нихъ
все было дозволительно; у нихъ но было никакихъ правъ: ни правъ мужз, ни правь отца,
вп правъ владѣльца собственностью, а если чужеземецъ и могъ всѣмъ этимъ, то только
въ силу снисхожденія, а отнюдь по по закону,
Чтобы нозстаповпть права человѣка, чтобы вступить въ общество правоспособ-
нымъ членомъ, побѣжденному представлялось единственное средство—получить права
римскаго гражданина.
Такъ какъ все основыва-
лось на атомъ, то понятно, что
всѣ, какъ-то—чиновники, люди
разнаго сословія, даже цѣлыя
племена, наперерывъ стремились
воспользоваться этимъ драгоцѣн-
нымъ правомъ, безъ котораго
человѣкъ пе считался право-
способнымъ. гражданиномъ. Ради
того, чтобы добиться этого блага,
нѣкоторые пролавагись въ раб-
ство икону - нибудь римскому
гражданину, такъ какъ отпуще-
ніе на волю легальнымъ путемъ
давало право гражданства.
Очевидно, что всякое муни-
ципальное управленіе, кромѣ рим-
скаго, было обречено на гибель;
поэтому < гановвтся яснымъ, по-
чему большинство стремилось со-
средоточиться въ Большомъ Го-
родѣ, въ предвидѣніи дня, когда,
но повелѣнію императора Кара-
калаы, всѣ подданные были приз-
наны гражданами. Впрочемъ, еще
ранѣе его подобныя финалъ былъ
предсказанъ моралистами и филе -
Посидоніи, греческій стоикъ (Луврскій музей).
софами, кчторыоуправлялиумамп.
Римская Имперія вскорѣ достигла единства: одинъ законъ, одна воля управляли судьбами
милліоновъ людей, разсѣянныхъ по всѣмъ концамъ міра, отъ Сольвея до пороговъ Нила,
отъ Мароккскихъ уади до Мареотиды. Какой контрастъ между этимъ понятіемъ о «еди-
номъ и нераздѣльномъ государствѣ» и греческимъ идеаломъ, заключавшимся вь авто-
номіи независимыхъ центровъ! Аристотель въ своемъ сборникѣ конституцій описалъ
иолптнческія учрежденье по крайнее мѣрѣ 158 государствъ, собранныхъ на прострав
ствѣ въ десять разь меньшемъ, нежели Римская Имперія.
624
Ученія Эпикура и Эпикгета пользовались наиболыпаиъ распространеніемъ у рим-
лянъ: режимъ Имперіи лишалъ пхъ активной дѣятліыіостн, и наиболѣе просвѣщеннымъ
изъ питъ оставалось то.іьнч запяться общимъ благомъ. Никогда высокое ученіе стои-
ковъ, пи въ одной странѣ, но имѣло столькихъ послѣдователей п такого значенія для
нравственнаго общества. Вмѣстѣ съ тѣмъ, всѣ сколько-нибудь выдающіеся люди отстра-
нялись отъ дѣлъ изъ-за подозрительности властителей; опп должны были стоять въ
сторонѣ отъ активной жпіни, замкнуться въ самихъ собя, искать дух-шваго удовле-
тьчроііія въ сокровенныхъ интеллектуальныхъ сферахъ, въ благородныхъ сужденіяхъ съ
другими выдающимися людьми, и часто, когда становилось невозможнымъ жить съ
достоинствомъ, приходилось искать единственнаго убѣжища въ смерти: жизнь римскаго
стоика имѣла часто какъ бы лоіическниъ и нормальнымъ своимъ выводомъ — само-
убійство. Но доктрина стоиковъ была слишкомъ возвышенна, чтобы имѣть вліяніе па народъ,
погрязшій въ порокахъ рабства и тщательно развращаемый тунеядствомъ, постоянными
празднествами и раздачей съѣстныхъ припасовъ.
Стоицизмъ долженъ былъ искать себѣ мѣсто гдѣ ннбудь въ тѣни: ішітаііііа
зііиііа, лекціи стоиковъ происходили подъ густыми вѣтвями деревьевъ Но оть этого
вліяиіс на слушателей по уменьшалось, благодаря непреодолимой силѣ правды, тому
превосходству, которое дается людямъ, убѣжденнымъ, что поступки ихъ не расходятся
съ проповѣдуемой моралью.
«Не семья, не городъ соодипят. людей,—говорилъ Зенонт,—а добродѣтель». И
римскіе стоики только повторяю мысль стоиковъ греческихъ: Сенека не признаетъ
другого отечества, какъ «пространство вселенной».
Чаще всего, соединяя примѣръ сь правиломъ, они учили, что «всѣ люди, рабы и
всѣ прочіе, созданы изъ одного и того же матеріала, съ одинаковыми чувствами, съ
одинаковымъ разумомъ, в<Ѣ произошли отъ одного божественнаго начала, всѣ одина-
ковы другъ съ другомъ и равны по происхожденію*. Они говорили, что природа пред-
писываетъ человѣку помогать всегда своему ближнему, чго «всѣ человѣческія существа
должны быть связаны между собой въ одно общество любви «зосіеіаіе сагНайз
паіига сопуипсіі»; сгонки разсматривали весь міръ, какъ одно государство, «общее у
людей и у богоиы-; пп ихъ мнѣнію, по ихъ принципамъ, забвеніе обидъ выш мститель-
ности, столь излюбленной древнимъ богамъ, а кротость и прошеніе—свойства благородной
дѵшв. Подобныя мысли, находясь въ полномъ противорѣчіи съ измѣнчиво? и лукавой
политикой правителей, п-чіятпо, юл.каы были навлечь гоненіе на людей которые ихъ
проповѣдывали; съ другой стороны, онѣ оставались неизвѣстными народной массѣ, и,
несмотря ьа все эго, стоики достигли, благодаря своему нравственному превосходству
того, что имь пришлось быть свидѣтелямп довольно страннаго зрѣлища- -совращенія
императоровъ въ доктрину стоиковъ — Антонина и Марка-Аврелія, при вступленіи на
всемірный престолъ. Можетъ быть, философія нашла себѣ тактъ шеокопоетавленныхь
послѣдователей погону, что имъ нечего было бояться, что многіе изъ подданныхъ
могутъ пхъ поймать на словѣ и добиваться отъ ипхъ осуществленія всѣхъ этихъ пре-
красныхъ принциповъ равенства между людьми. Эта благородная снисходительность
императора, унижавшагося, иа словахъ, до степени послѣдняго носильщика и черни-
626
рабочаго, которыз тѣмъ не менѣе оставались все же викзу, въ толпъ, еще болѣе только
возвышала величіе обожествляемаго владыки.
Все-таки это позированіе было очень величественно, и Антонинъ, и ему подобные
ловко сыграли свою роль. Во многихъ отношеніяхъ «римскій миръ» былъ одною пзъ
величайшихъ эп лъ человѣчества, и въ продолженіе семнадцати пли восемнадцати вѣковъ,
Римъ эпохи пчператор .въ.
1!	50 000

1Килом
На картѣ нанесены: стѣна Сервія Тушіія, стѣна Авреліана (Ш. в.), сохраницвііяся почти въ цѣлости
и, наконецъ, новыя укрѣпленія на правомъ берегу Тибра, охватывающія Янвкудъ и Ватиканъ.
Заштрихованная часть—Современный Римъ, развивающійся главнымъ образомъ хъ сѣверо-западу
и оставляющій частъ древняго Рима но запятой. А. Капитолія. В. Форумъ республиканскій. О. Фо-
румъ императорскій. В. Императорскій дъорецъ па Полатипѣ. Е. Кэлпзсіі Флавія. Г. Термы
Агриппы п Пантеонъ, еще сохранявшій ся. О. Термы Норови. Н. Торны Троапа. I. Термы Антонина и
Каракалп з. Л. Термы Діоклетіана. Термы Константина. Е. Театръ Помпея. М. Театръ Пальбы.
М. Театръ Марцолдп. 0. Циркъ Фламзхнія. Р. Циркъ Коропа, па мѣстѣ котораго выстроенъ соборъ Си.
Истра; Ватиканъ находится къ сѣверу и западу отсюда. ф. Циркъ Домиціана. К Большой циркъ
8. Циркъ Адріана. Т- Мавзолей Августа. V. Мавзолей Адріана, кыпѣ—замокъ Св. Ангола. Храмъ
Весты находятся па берегу Тибра, противъ Большого Цирка.
которые прошли съ тѣхъ поръ, нельзя найти ни одного цикла исторіи, который
представлялъ бы собой подобную гармоническую красоту во всѣхъ своихъ существен-
ЭЛИЗЕ РККЛЮ ВНП. IV.
40
620
Совева- философъ (Н^агодптавсвій музей).
выхъ элементахъ. Можно былѵ подумать, что римскій міръ вмѣшалъ въ себѣ въ то
время весь міръ, и что всеобщее согласіе должно объединить вгѣгь тютей подъ властью
одного, но простого смертнаго изъ кожи и костей, а существа, олицетворявшаго собой
великую идею миролюбиваго и крѣпкаго союза. Развѣ но было тогда парей варваровъ,
ослѣпленныхъ блесютъ императорский власти п желавшихъ, чтобы пхъ приняли вь
подданство? Одна легенда, осно-
гаішзя па довольно темномъ
Документѣ китайскихъ лѣтопи-
сей, разсказываетъ о необы-
чайно любезномъ пріемѣ, ока-
занномъ китайскимъ импера-
торомъ западнымъ купцамъ,
прибывшимъ отъ имени «Ангу-
на», или Антонина. Тогда имен-
но произошло первое соприко-
сновеніе запада съ Дальнимъ
Востокомъ, какъ бы проро-
чески предвѣщавшее наступле-
ніе всемірнаго цикла, н>сра-
внеппо большаго, нежели пер-
вая римская имперія, считав-
шаяся всемірной.
Весьма естественно, что при
изученіи исторіи человѣчества
приходится надолго останавли-
ваться па этомъ замѣчатель-
номъ ея періодѣ, когда, въ
первый и единственный разъ
въ лѣтописяхъ исторіи, всѣ
пароды, причастные пивплиза-
піи, образовали одно общее по-
литическое тѣло, признали одни
общіе законы и общій строй
жизни. Силы всего міра сосредо-
точились на «Семи Холмахъ»,
у подошвы горъ Лаціумя. Поразительная группировка всего, что было въ мірѣ энер-
гичнаго, бодраго, живого, осуществила, по крайней мѣрѣ съ внѣшней стороны, полную
картину всемірнаго объединенія. Но, въ дѣйствительности, это единство скрывало въ
себѣ всѣ элементы рознп и предстоящаго разрыва За періодомъ синтеза долженъ былъ
наступить періодъ строгаго безпощадаго апалііза, по которому всѣ пароды должны
пройти, такъ сказать. чрезъ горнпло, ранѣе, чѣмъ стремиться къ новому идеалу вторич-
наго объединенія Вліяніе разданныхъ геогрпфвче кпхъ условій вновь стало сказываться
627
когді ему подпали вар.арекіе пароды, еще не подвергшіеся римскому вліянію и пе со-
знавшіе своей культурной общности. Дезорганизація, происшедшая отъ этихъ внѣшнихъ
воздѣйствій, присоединилась къ внутреннему разложенію, которое произошло отъ обвет-
шанія органовъ Имперіи; явились новыя образованія, значительно усложнившія полити-
ческій и соціальный организмъ.
Страшное иоаянн- имени цезаря, повелителя Рима и всей вселенной, скоро из-
чезло, когда презираемые римлянами варвары стали убѣждаться въ деморализаціи своихъ
господъ, когда рука, державшая побѣдоносный римскій мечъ, ослабѣла,—и легіоны,
эту главную силу тогдашняго государства, пришлось пои ігнягь наемниками, а но граж-
данами. Такое войско, еще при первыхъ императорахъ утратившее свои гражданскія
доблести, оказалось пагубнымъ для государства.
Исторія Китая, Цвѣтка Востока , сводится
собствеппо къ измѣненіямъ земельнаго строя
и права земледѣльцевъ на пользованіе обра-
батываемой з“м.івй. Различныя политическія
событія суть не что пное, какъ естественныя
послѣдствія иля простыя случайности.
ГЛАВА XI •).
Цутп сообщенія по Азіи,—Горы, пустыни и мертвые города.—Населеніе п его
занятія.—Травянистыя степи —Манчжурія —Тибетъ. — Путь Баковъ.—Китайскія
области —Желтоземъ.—Хоанхо и Янъ-тзе-кіанъ —Земледѣльцы п цари,— Семья
философія, исторія.—Корея.—Происхожденіе японцевъ.
Въ то время, какъ исторія отмѣчала тѣ разнообразныя явленія, которыя совер-
шались вокругъ Средиземнаго моря, гдѣ племена, города и націи появлялись и исче-
зали, и каждое столѣтіе ириносило съ сооой бездну всеиозчожныхъ измѣненій, иро-
*) Имена древнѣйшихъ китайскихъ царей—Ф;-1І1и и Шииъ-Нуиъ—служащія
намъ единственнымъ, дошедшимъ до насъ, доказательствомъ доисторическаго существо-
629
гресслвяаго и роіресснвнагп характера, воспоминаніе о которыхъ болѣе или мечѣе подробно
сохранено въ нашихъ лѣтописяхъ,—въ другихъ сферахъ пашей планеты происходили
подобныя же измѣненія, которыя, однако, остались неизвѣстны греческимъ п римскимъ
историкамъ
Способы изслѣдованія прошлаго, которыми мы располагаемъ, допускаютъ только
предположенія относительно событій, совершающихся вь другихъ частяхъ свѣта в ва
отдаленныхъ островахъ по ту сторону океана. По крайней мѣрѣ мы знаемъ, что геогра-
фическія условія съ ихъ безконечнымъ разнообразіемъ, какъ различны онп ни
былн-бы, опредѣлимъ жизнь народовъ данныхъ странъ, подобно тому, какъ и наша
европейская цивилизація сложилась согласно условіямъ своей среды.
Незнаніемъ Востока, которымъ въ теченіе 50-тп столѣтій отличался Западъ, объ-
ясняется ложное представленіе, возникшее Гламдаря разсказамъ Марко Поло, впервые
познакомившаго Европу съ Китаемъ, будто въ теченіе всего нсторпческаго періода не
существовало прямыхъ сношеній между двумя склонами Стараго Свѣта, атлантиче-
скимъ м тихоокеанскимъ, и чго двѣ различныя расы, бѣлая и желтая, развивались
параллельна л независимо другь отъ друга.
Какой-бы по придерживаться теоріи относительно происхожденія китайскаго на-
рода во всякомъ случаѣ ссылались, какъ ва непреложный фактъ, па полную обоюдную
независимость птяхъ двухъ, сголь различныхъ племенъ. Однако, изслѣдовавшиь совре-
менной науки удалось доказать существованіе весчіінѣнпыхъ путей, свидѣтельствующихъ
панія китайскихъ парчдностсй, переносятъ пасъ приблизительно за ЗООо лѣтъ до
начала нашей эры, между тѣмъ какъ первыя данныя, признанныя историками, возникли
только 1ООО лѣтъ спустя. Съ того только времени китайскіе князья, распредѣленные
но династіямъ, ведутъ свою родословную. Въ настоящее время престолъ Срединной
имперіи принадлежитъ представителю уже 22-ой династіи.
Нельзя, понятно, поручиться за безусловную точность первыхъ хронологическихъ
данныхъ, однако, въ исторіи Китая существуютъ меньше разногласій, нежели въ вопросѣ
объ египетскихъ фараонахъ Ужо въ періодѣ, соотвѣтствующемъ началу греческой хро-
нологіи. исчезаютъ всякія сомнѣнія относительно достовѣрпости ист «рическихъ данныхъ
Китая. Описанное китайскими лѣтописями съ большой точностью солнечное затмѣніе,
фазы коюраю установлены вычисленіями европейскихъ астрономовъ, даетъ возможность
пидтвердитъ точность хронологическихъ данныхъ въ исторія Китая за періодъ въ 2860
лѣтъ, отъ 775 г. до Р. Хр. но 1905 г.
Текстъ лѣтописи даетъ намъ свѣдѣнія о Пай хунъ-тп, имя котораго считается
тожественнымъ съ Пахоптомъ Сузіаны. За нимъ слѣдуютъ Іо в Хунъ-Землодѣлецъ
(около 2250 г., до Р Хр.), извѣстные главнымъ образомъ благодаря трудамъ своего
министра 10 по вопросамъ географіи и сельскаго хозяйства. Съ ІО, который былъ
усыновленъ своимъ предшественникомъ, начинается рядъ классическихъ царей; его
династія—Хсійская—владѣетъ престоломъ съ 22(14 г. до 1766 г. до Р. Хр. Затѣмъ
слѣдуетъ династія Піанъ, за ней третья династія Чоу удерживаетъ за собой власть въ
теченіе 800 лѣтъ, съ 1123—249 г. до Р. Хр., не считая 14-ти-лѣтнаго между-
царствія, извѣстнаго подъ названіемъ «Мирнаго соглашенія».
Позже жили три великихъ китайскихъ философа, современники греческихъ и
ведійскихъ мыслителей. Лао-цзо, «старсць-діті» или «Линъ-іанъ, (съ 60-1 г.—520 г.
до Р. Хр.) родился вь Хонаиѣ. Па ого ученіи основанъ таопзмъ, хотя онъ ужо
630
о грлшгаіягь Запада съ Востокомъ, и на каждомъ пзъ этихъ пут₽й би іи найдены
явные слѣды передвиженія народовъ въ ту п другую сторону,—движенія подчасъ оче-
видно очень дѣятельнаго, хотя лѣтописцы почему-то пп разу по упоминаютъ объ
этомъ. Кромѣ того, удалось путемъ основательнаго изученія исторіи развитія каждой
пзъ этихъ двухъ расъ,—и путемъ ознакомленія съ ихъ преданіями, бытомъ., обычаями,
наукой и техническими пріемами, установить существованіе прямою общенія и взаим-
наго вліянія этихъ двухъ, когда-то совершенно отдѣльно разсматриваемыхъ расъ, строго
замкнутыхъ въ свою среду.— Съ тѣхъ поръ одва-ли возможно отрицать первоначальное
сродство Китая съ Западомъ,
Изученц географическаго рельефа показываетъ, что въ смыслѣ легкости сообщенія
восточный склонъ Стараго Свѣта н-дтавлепь ьъ хорошія отношенія къ западному и
расположенъ гораздо благопріятнѣе, чѣмъ полуостровъ Индія, почти замкнутый сь суши
и доступный только со стороны моря. Въ прежнія времена Индія находилась вь пря-
момъ сообщеніи съ Передней Азіей и Европой только черезъ посредство Бактріаны:
пустыни Ирана принуждали путешественниковъ ооходить кругомъ сѣверъ и дважды
пересѣкать горную преграду,—сь востока по афганский дорогѣ черезъ Кабулъ и про
ходъ Ваміалъ, съ запада черезъ тѣснину Червъ и другія перевалы туркменскаго во-
дораздѣла. Нѣскотью естественныхъ путей, наоборотъ, ведутъ въ Киіай огь Каспійскапі
бассейна и Арала, одни—пересѣкая Памиръ, трудно доступные, но всетаки пригодные,
другіе—огибая Типъ Піанъ и затруднительные исключительно по длинѣ перехода. Съ
соотвѣтствуетъ въ настоящее время ученіямъ Христа и Будды. Конъ-фѵ-ціс, пли Кон-
фуцій родился въ Кіу-Фу въ Шаптуиѣ. Его окружали тысячи учениковъ, и ни одинъ
философъ не пользовался когда-либо подобнымъ вліяніемъ. Меиъ-цзе, Менцій (400—
311 г. до Р. Хр ) родился въ Тзеу, тоже вь Шаптуиѣ. Онъ сумѣлъ связать свою
личность съ распространеніемъ ученія Конфуція.
Къ этниъ именамъ прибавимъ еще имя Си-ма-тзина, китайскаго «Геродота»,
который около 100 г. до Р. Хр. написалъ исторію Китая до своего временя.
Къ концу 3-ей династіи страна раздѣлилась подъ вліяніемъ феодальнаго строя.
Хи-Хоанъ-тя снова объединилъ страну и позаботился о возвед ши китайской «Стѣны».
Онъ пріобрѣлъ извѣстность своимъ приказомъ уничтожить старыя книги. По по ироніи
судьбы, его династія, 4-ая, только на 7 лѣтъ пережила этогъ необычайный актъ,
предназначенный освятить новую эру.
Время царствованія 5-ой династіи (Хачъ—съ 202 г. до Р. Хр. до 226 г.
послѣ Р. Хр,) было очень бурное. Ву-ти, любитель роскоши, царствовалъ съ 140 г.
но 81 г. до Р. Хр. Ванъ-Маи ь, узурпаторъ, владѣлъ престоломъ съ 5 г. но 24 г.
послѣ Р. Хр.
Начиная съ Куанъ-Ву (25—57 г. по Р. Хр.) было возстановлено законное
престолонаслѣдіе, а .Ман ги (57—75 г. по Р. Хр.) ирндалъ сносму роду новую славу
Во время его царствованія лѣтопись впервые упоминаетъ о буддизмѣ.
Въ 211-омъ году Срединная Имперія раздѣляется па три государства, и въ
теченіе многихъ столѣтій управленіе государствами отличается образцовымъ безпоряд-
комъ. Въ теченіе 353-ехъ лѣтъ на престолѣ перебывало не менѣе 7-мя династій. Въ
589 г. Іакъ-ти нзь рода Суй возстановляетъ единство государства, а въ 618 г пре-
столъ переходитъ къ династій Танъ, наиболѣе выдающимися представителемъ которой
является Тап-тзунъ (627—650 г.).
631
этой стороны, съ сѣвера, въ стопятъ, дорога нароко проторена для прохожденія
цѣлыхъ народовъ
Съ юга, дЬПегвитсльш-, ка.ъолся, будто величественныя програды Памира иди
«ледяный плато» устроены природой именно дли того, чтобы помѣшать прямому сооо-
щеиію между западомъ и востокомъ Азіи. Точно прикрѣпленные другъ къ другу, стоять
многочисленные горные хребты въ персмѣшку съ боковыми массами, тѣсно сжатые,
сплоченные, образуя такимъ образомъ безконечную цѣпь прочныхъ укрѣпленій на про-
тяженіи тысячи километровъ съ юга па сѣверъ,—отъ степей Пенджаба до Ферган-
ской степи.
Въ этой части континента прямой переходъ черезъ горы,—прямой въ смыслѣ
земного меридіана,—представлялся невозможнымъ до нашего времени, снабдившаго пу-
тешественниковъ всѣми необходимыми приспособленіями н удобствами, неизвѣстными
раньше. Геры до такой степени тѣспо стоять другъ къ другу, загромождая горизонтъ
своііми сказами и ледяными вершинами, что даже птицы при своихъ воздушныхъ
полетахъ не перелетаютъ черезъ вихъ, а огибаютъ ихъ сбоку, въ юго-восточпомъ на-
правленіи. Ни въ направленіи съ запада на востокъ, изъ долинъ притоковъ Оксуса
въ долины Тарима, путешественпапя всетаки могли рискнуть на переходъ съ
одного склона на другой въ наиболѣе благопріятное время года, благодаря удачному
расположенію ущелій, которыя здѣсь параллельно пересѣкаютъ массивъ плато, достигаю-
щаго въ этомъ мѣстѣ 5о0 километровъ въ ширину.
Для большихъ же народныхъ массъ зги еньжныа пространства Памира, съ разсѣян-
ными но нимъ озерами и моренами, даже лѣтомъ являлись непроходимыми. Природа
здѣсь слишкомъ сурова, часто дуетъ сильный вѣтеръ, и немногочисленные пастухи, па-
сущіе свои стада въ глубинѣ долинъ, не имѣли-бы источниковъ для прокормленія по-
стояльцевъ. По несмотря на то, что эіи высоты должны показаться жителямъ раьоияы
царствомъ холода и смерти, смѣлые путешественники все-жо должны были пытаться
проложить себѣ путь черезъ эти снѣжныя поля, такъ какъ между двумя склонами
Памира существовала несомнѣнная связь. Пастухи, посѣщающіе въ теченіи короткихъ
зѣтнихъ мѣсяцевъ зысоко расположенныя астбища, находили, по ту и другую сторону
выходовъ изъ ушолій, населенныя мѣста, деревни и даже юрща, населеніе которыхъ бла-
годаря имъ состояло въ сношеніяхъ другъ съ другомъ. Кромѣ того, лучшимъ доказа-
тельствомъ существованія этихъ сношеній служитъ то обстоятельства, что населеніе
но ту сторону Памира по всѣмъ признакамъ было юго-же происхожденія, какъ и по
эту сторону.
Хотя въ теченіе вѣковъ и возникли различія, какъ съ той, такъ и другой сто-
роны, но съ общемъ населеніе обѣихъ сторонъ прошло тѣ-же стадіи развитія въ обласіи
обычаевъ, языка и общей цивилизаціи. Въ первыя времена историческаго періода во-
сточныя и западныя долины и сосѣднія съ нзмл равнины были населены арійцами и
нвдо-европейцамп, между тѣмъ пакъ теперь населеніе главнымъ образомъ состоитъ изъ
тюрко-мопголові, какъ въ русской части Туркестана (.Хавѣ, Бухарѣ, Ферганѣ н т. д.)
такъ и на китайской территорій (въ Кашгаріп или бассейнѣ Тзрпма). Одпако на обойть
склепахъ встрѣчаются л теперь нѣсколько арійскихъ племенъ и, отчасти, смѣ-
632
шаиныгь татарскихъ народностей *). Очевидно, высокій порогъ., раздѣляю® й запань
отъ востока, в представлялъ непреодолимаго препятствія для пародовъ различнаго
происхожденія и ихъ развитія.
По единодушному свидѣтельству насоленія, историческимъ документамъ и слѣ-
дамъ, оставленнымъ нынѣ засохшими водными путями, кажется несомнѣннымъ, что
въ настоящее время совершается высыханіе почвы по всей Центральной Азіи, и что
это явленіе соотвѣтствуетъ окончательному высыханію нашей планеты или-же „но
заключается въ климатическомъ колебаніи, могущемъ продолжаться нѣсколько тысячъ
лѣтъ. Какнмъ-йы образомъ не разрѣшилась эта заіадка. одна изъ наиболѣе интерес-
ныхъ загадокъ, подлежащихъ разрѣшенію гсоірафа, слѣдуетъ допустить, что въ отда-
ленныя времена движеніе между двумя азіатскими склонами въ ту и другую сторону
было гораздо бодѣе дѣятельное, чѣмъ въ наше время. Несомнѣнно, что бассейнъ Та-
рима, и нынѣ весьма важный, какъ путь сообщенія, когда-то былъ гораздо населеннѣе,
чѣмъ теперь м, слѣдовательно, представлялъ гораздо болѣе богатые источники для тор-
говли Запада съ Востокомъ, шедшей черезъ азіатскій водораздѣлъ.
Разрушенные города, открытые Свепъ Ходапомъ и другими современными путеше-
ственниками среди сыпучихъ песковъ, въ мѣстахъ, гдѣ человѣкъ не м'гь-би просуще-
ствовать теперь, іосьма мі>-.гочислонны Правда, перемѣна направленія водныхъ
путей привела во многихъ случаяхъ къ выселенію жителей и къ разрушенію городовъ;
во города эта моіли-бы воскреснуть вновь въ другихъ мѣстахъ, еелп-оы рѣки, прите-
кающія съ горъ Куэнъ-Луна, и. пермохли-бы отчасти та самая Керья-Дарья, ко-
торая снабжала когда-то водоі большіе города, протекаетъ теперь по степи только въ
теченіе одной части года, и на ея среднемъ точеніи, тамъ гдѣ населеніе было наи-
болѣе іустое, немногочисленны! пастухи могутъ толью съ трудомъ уоеречь отъ ческа
жалкіе остатки воды, которыми пользуются іхь стада. Разрушенный городъ, который
караваповожатые называютъ Такла-Макаиъ, первый изъ вн-шь открытыхъ въ этой пу-
стынѣ городовъ, могь-бы вмѣстить тысячи жителей. Судя по предметамъ, найденнымъ
иъ немь, какъ: издѣліямъ рѣзьбы по дереву, статуеткамъ, живописи можно предпола-
гать, что этой «азіатской Помпеѣ* по меньшей мѣрѣ тысяча лѣтъ. По всей вѣроят-
ности, этотъ го]юдъ существовалъ уже до вторженія мусульманъ въ «-омъ столѣтіи и
населялся поклонниками Вудды: найденныя здѣсь изоораж₽вія липъ въ сильной степени,
по менѣе персовъ, носятъ иа себѣ отпечатокъ арійскаго типа; другія, какъ и индусы,
снабжены на самомъ переносьѣ желтой полосой.
Слѣды колесъ, поденные въ пескѣ пустыни, свидѣтельствуютъ п томъ, что когда-
то эта мѣстность была снабжена колесными дорогами. По изслѣдованіямъ американ-
скихъ путешественниковъ, нѣсколько народностей смѣняли другъ друга въ втихъ
мѣстахъ, уступая одна за другой иостепепному исчезновенію прѣсныхъ водъ въ на-
правленіи Куэнъ-Луна и страшному сѣверо-восточному вѣтру. Послѣдній городъ по
всей вѣроятности былъ покинуть жителями только лѣтъ 60 тому назалъ.—Далѣе къ
•) Огепапі, Міазіоп зсіепііГіцие йапз іа Наиіе Аэі<- Зосіёіе ііе беб^г беапсе бе
]апѵ. ІЪ09.
633
востоку, въ преддверіи обширнаго горнаго цирка, окружающаго Кашгарію въ впдЬ
правильной сткны болѣе 2000 матр >въ вышиною и населеннаго только на протяже-
ніи 50 — 100 километровъ по окраинамъ, между пустыней п спілами—Свенъ-Хсдипъ
нашелъ другой городъ, который, судя но остаткамъ, найденнымъ въ разваливалъ и по-
крытымъ письменами, есть не что иное, какъ городъ Лу-Ланъ, названіе котораго было
Пустыни Лобъ-Поръ; къ иостику отъ Таісла-Макапъ
извѣстно изъ китайскихъ книгъ, и который искали значитеіьпо сѣвернѣе сго истиннаго
положенія. Лу-Ланъ расположенъ па прежнемъ берегу Лобъ-Нора, этого постоянно мѣняю-
щагося водоема, который теперь обозначается путошестиеввикамп на 100 километровъ
южнѣе, чѣмъ китайскими картографамп тысячу лѣтъ тому назадъ. Географическія условія
страны такимъ образомъ совершенно измѣниіись: два, три каменныхъ зданія, бревна
тополя, разъѣденныя пескомъ монеты и разные предметы, рукописи и покрытыя зна-
ками палочки,—вотъ все что осталось отъ этого города, процвѣтавшаго 15 вѣковъ тому
634
назадъ До нашихъ дней окрестности до такой степепп оголены вѣтромъ, что пришлось
бы безуспѣшно искать влочьа земли, па которомъ м-гло бы пто-лнбо проростать. На-
конецъ, въ Турфапѣ н окрестностяхъ—раскопка Грвпводсля и фонъ-Лікока обнаружили
глиняныя издѣлія, обломка статуй, фрески, рукописи и разлячнио обрывки, на оси-
ваши которыхъ можно заключить о вліяніи грековъ и индусокъ въ этой части Централь-
Азіи. Тан мъ образомъ пуги, пересѣкающіе Измиръ отъ одной равнины до другой,
вь прежнія времена довольно часто служили купцамъ въ торговыхъ предпріятіяхъ, и
благодаря вѣхамъ, оставшимся по этамъ древнимъ путямъ сообщенія на извѣстныхъ
разстояніяхъ, географы имѣютъ возможность приблизительно указать ихъ направленіе.
Прежде всего извѣстно, чтп мѣста отложенія нефрита, который китайцы до сихъ
поръ считаютъ драгоцѣннымъ камнемъ и который еще болѣе цѣнился въ доисторическое
время, обозначати одинъ изъ важныхъ этаповъ одного пзъ древнихъ путай.
Китайскія лѣтописи часто упоминаютъ страну Хоганъ, т. в. ыжно-запалныіі
уголъ равнинъ, пересѣкаемыхъ Таримомъ, и величаютъ столицу этой стропы именемъ
«Ю-Тіапъ», отъ «ю», т. е. нефрита, камня, который добывается въ трехъ сливающихся
рѣкахъ, берущихъ начало па Куэнъ-Лунѣ. Эти три рѣки были извѣстны подъ назва-
ніемъ рѣкъ «Бѣлаго, Черпаю и Зеленаго нефрита», н древшя китайскія названія от-
части встрѣчаются среди современныхъ тюркскихъ наименованій.
Извѣство, что магическія свойства, приписываемыя нефриту, въ тѣ времена дѣлали
сго драгоцѣнностью, высоко цѣнившейся но только властителями Китая, но н госу-
дарствъ запада. Топоры, сдѣланныя пзъ нефрита и находимые во многихъ могилахъ
каменнаго вѣка, защищали героевъ при жизни во время бятвт; привѣшенные къ тѣлу,
они должны были ограждать ихъ отъ злыхъ духовъ въ теченіе длинныхъ вѣковъ отдыха и
покоя. Въ Хотанѣ добывался наиболѣе драгоцѣнный взь этихъ камш-й, бѣлый нефритъ,
провозимый прежде купцами въ самыя отдаленныя государства.
Такимъ образомъ высокія долины Тарима, расположенныя па полпути между
Атлантическимъ и Тихимъ океанами, долины, въ которыхъ добывались эгп прекрасные
камни, образовало центръ торговля. Въ то время, когда страна, тогда густо насолен-
ная, служила мѣстомъ встрѣчи купцовъ, добываніе нефрита, производимое послѣ каждаго
наводненія, освящалось обыкновенно самимъ повелителямъ страны, какъ религіозное
торжество, при чемъ лучное экземпляры добычи должны были быть доставляемы въ сго
СОКІЮВИЩПЦЦу.
Велась и прямая эксплоатація горныхъ массъ ио извлеченію изъ нихъ сіенита и
свинцоваго сланца, содержащихъ жилы нефрита.
Есть основаніе предполагать, что эта отрасль иромыш ісииостп будетъ впослѣд-
ствіи возобновлена.
Историческій путь, ведущій отъ торговаго рынка Хотана къ западу, постоянно
служившій путемъ сообщенія, не трудно возстановить вь общихъ чертахъ. От-
вѣтвляясь отъ пути по долинѣ, кот-фая еще въ нашз время носитъ тюркское названіе
Кара-Катъ вли «Черный нефритъ», опъ поднимается пастрагаиыіі перевалъ (5588 м.)
Кара-Корумъ, «Черный отвѣсъ», спускаясь затѣмъ къ рѣкѣ Инду; этотъ западный путь
можио-бы назвать «путемъ нефрита». Этотъ путь вдеть пі западъ н къ сѣверо западу.
635
проходя у основанія горъ до того мѣста, гдѣ возникъ городъ Яркендъ, торговый ры-
нокъ, который прежде посѣщался и въ настоящее время еще посѣщается китайцами
Реъьефъ Центральной Аліи
1 : 25 000 000
Ь
с
500
ІООГ
імоКилом
а монголами Дальняго Востока, жителями Кашгарін и Индіи и болѣе или менѣе смѣшан-
ными арійскими племенами, живущими по ту сторону Памира.
'Гамъ еще недавно собиралось до 5-ти тысячъ жителей западныхъ долинъ, ко-
торые совершала переходъ черезъ «крышу міра», Памиръ, для того чтобы попасть въ
636
городъ Яркендъ. Отъ Яркенда торговый путь, огноая съ т господствующій массивъ
втой мѣстности, гору Мустагь-ата. проходитъ нѣсколько долинъ и черезъ можложащіс
горные хребты; не вступая ни въ одну продольную долину, онъ обходить одинъ
изъ многочисленныхъ Ташъ-кургановъ н.ін «кучъ камней*, которыми усѣяна эта
мѣстность. Затѣмъ путь этотъ, направляясь къ западу, развѣтвляется въ различныхъ
направленіяхъ, прорытыхъ притоками Оксуса, па три вѣтви л достигаетъ Бактріаны
Къ сѣверу отъ Памира существуетъ другой естественный путь, яснѣе намѣчен-
ный, чѣмъ южный, и также сообщающій оба склона Стараго Свѣта. Псльзуясь долиной, от-
крывающейся широкимъ углубленіемъ въ восточномъ направленіи иежіу двумя парал-
лельными хребтами, .Алайскимъ съ сѣвера и за-Алайскимъ съ юга, эта дорога выхо-
дить на широкую равнину, лежащую приблизительно на 3000 метровъ надъ уровнемъ
моря, гдѣ линія водоразтѣла не отмѣчается какимъ-либо выступомъ. Днѣ рѣки,
стекающія къ противоположнымъ концамъ горизонта, носятъ одно и то же названіе
Кііэылъ-Су или «Красная вода», благодаря приносимымъ съ собой примѣсямъ, придаю-
щимъ нмъ красную окраску. Восточная рѣка Кнзылъ-Су вступаетъ въ равнину въ томъ
мѣстѣ, гдѣ нынѣ находится юродъ Кашгаръ, нсооходвмый центръ населенія, по с впей у
расположенію намѣченный самой природой, какъ мѣсто встрѣчи пародѵнъ. Другіе
естественные пути нрисоедпияются здѣсь къ этой дорогѣ, выходящей пзь Алайской впадины.
Соотвѣтственно перемѣщенію центровъ власти на западѣ, движеніе торговли между
двумя азіатскими склонами переносилось изъ Кашгара или иъ долину «Красныхъ Водъ»,
или еще болѣе па сѣверъ, въ городъ Ошь. гдѣ торговое движеніе шд« черезъ посред-
ство одного взъ переваловъ, сообщающихъ Фергану нли долину верховьевъ Яксарта сь
бассейномъ Тарима. Очевидно, вь теченіе историческаго періода нутомъ, чаще всего
посѣщаемымъ, былъ путь, юсящій тюркское названіе Терекъ-Давапъ и соединяющійся
съ долиной восточнаго Кизилъ-Су.
Природныя богатства Ферганы увеличивались въ этой мѣстности присоедивспіемъ
къ нимъ силы притяженія торговли, и лѣто инея въ большинствѣ согласны межіу собой,
описывая этогъ путь, какъ путь, по которому китайскіе шелка издавна развозились
по свѣту. Если южный путь Памира назвать «путемъ нефрита», то путь, проходящій
по Терекъ-Давану, долженъ быть названъ «путемъ шелка» Въ папіе время, несмотря
на полное измѣненіе условій торговли, благодаря проведенію желѣзныхъ дорогъ и торю
ііымь судамъ, русскіе тѣмъ но менѣе ввозятъ китайскій шелкъ именно но этому про-
ходу черезъ горы Центральной Азіи. Дорога отъ Тсрекъ-Даванъ, которая но Костенко на
наиболѣе возвышенномъ мѣстѣ не превышаетъ 3140 метровъ (по Гегелю Зббі мстр.),
настолько легко доступна, что съ обѣихъ сторонъ, русской н китайской, явилась не-
обходимость возведенія укрѣпленной преграды. Дорога эта вь извѣстной степени по-
служила путемъ прохожденіи переселенцевъ, такъ какъ во время китайскихъ завоеваній,
вь серединѣ ХѴ111 го столѣтія, тюркскіе солдаты массами бѣжали изъ Кашгаріи черезъ
нотъ мроходъ, при чемъ по всѣ, однако, достигали противоположнаго склона. Пхъ трупы
накоплялись среди снѣжныхъ пространствъ.
Городъ Ошъ, расположенный на притокѣ Яксарта, обаианъ своимъ положеніемъ на пути
передвиженія народивъ тому, что считался древней столицей Сулеймана или Соломона. царя-
637
волшебника, обладающаго рѣдкими драгоцѣнностями и повелѣвающаго духами земли и
неба; воспоминаніе объ эпохѣ процвѣтанія, вызванной торговлей, увѣковѣчилось въ
причудливыхъ преданіяхъ, сосредоточенныхъ вокругъ утеса съ четырьмя верхушками,
извѣстнаго йодъ названіемъ «престола» или «могилы» Соломона.
Деревянный фигуры, найденныя Свеиомъ-Хединомъ при раскопкахъ г. Л.у-Лана.
Вь наше время единственнымъ колеснымъ путемъ итой мѣстно>ги слуалітъ путь,
явившійся необходимостью въ цѣляхъ завоеванія русскими Туркестана, а въ настоящее
время необходимый для охраненія границъ; этотъ нутъ проходитъ напрямикъ всѣ торговые
пути іі отъ городъ Ошь до Памирскаго поста проходитъ черезъ три цѣпи высокихъ
горъ, пересѣкая ихъ съ сѣвера на юіъ на высотѣ 3540 метровъ (Адаііекіи хреоетъ. перевалъ
638
Талдыкъ), 4270 метровъ (Заалайскій хребетъ, перевалъ Кпчыдъ-Артъ) а 4682 метровъ
(Акъ-Байталскій перепалъ).
На востокъ отъ Кашгара другія дороги, идущія отъ степей западнаго Туркестана
поперекъ и вокругъ многочисленныхъ хребтовъ Тянъ-Шапя, присоединяются къ боль-
шому пути народовъ, который тянется ца протяженіи приблизительно 2000 километровъ
по южному основанію горнихъ массъ. Этотъ путь переселеній пародовъ, историческое
значеніе котораго вполнѣ опредѣляется его китайскимъ названіемъ Тянъ-Шанъ-Ианъ-Лу,
т. е. «Южная дорога Небесныхъ горъ», часто обозначается въ лѣтописяхъ именемъ
«Имнерагорікая дорога». Путь этотъ дѣйствительно представляетъ собою едннствевьый
путь сообщенія для народовъ и доходныхъ войскъ, между Китаемъ въ тѣсномъ смыслѣ
и амфитеатромъ горъ, заключающемъ Памиръ, между Куэнъ-Цунемъ н Тянъ-Шанемъ
На этомъ громадномъ протяженіи «Императорская дорога» прерывается съ востока лету-
чими песками, болотами и солончаками; опа развѣтвляется на двѣ параллельныя дороги,
проходящія на сѣверъ между хребтами Тянъ-Шапя и расположенныя въ общемъ напра-
вленіи съ запада на востокъ. Прекрасныя пастбища наполняютъ межлежапля простран-
ства, гдѣ когда-то милліоны людей, ведя съ собой громадныя стада, собирались для
большихъ переселеній съ одного копна Стараго Свѣта па другой. Каждая изъ долинь,
достигая вышеназванныхъ склоновъ, оканчивается переваломъ, который, смотря по легкость
или трудности доступа, служилъ въ теченіе историческаго періода проходомъ для болѣе
пли менѣе значительныхъ народныхъ массъ. Нѣкоторые перевалы благодаря споимъ
глетчерамъ, обильнымъ трещинами, и снѣжнымъ лавинамъ посѣщаются только рѣдыіШі
нутешествеііниьами. Тановъ, папр., Муаартскій перевалъ, надъ которымъ сь запада господ-
ствуетъ ірозный Хднъ-Тенгри, пди «Царь Небесъ». Другія долины, наоборотъ, благопріят-
ствуютъ переходу малой крутизной своихь склоновъ, обросшихъ травой; между нимі
особенно замѣчателенъ перевалъ, сообщающій долипу Пли съ бассейномъ рѣки Юлдуи
иля иначе «звѣзды», названной такъ по красотѣ своихъ пастбищъ. Путь рѣки, пре-
ходящій по этому перевалу, часто служилъ для передвиженія кочевыхъ народовъ. Въ
этой области переходъ съ одного склона на другой настолько удобенъ, что долина рѣки
Или, такъ называемый Кульджііпскій раненъ, былъ взятъ китайскими войсками, я не-
смотря на свое расположеніе къ востоку отъ линіи водораздѣла, всо-же, по крайней
мѣрѣ оффиціально съ 1905 г., принадлежитъ кь Срединной Имперіи. Ку ьджнпъіг
перевалы, па сѣверъ отъ Кашгаріи, являются первыми путями, достаточно доступами! ди
того, чтобы послужить великимъ путемъ передвиженія пародовъ. Перевалы, расположен-
ные южнѣе, -іоперскъ Памира и Тянъ-Шапя, «путь нефрита» н «путь шелка» и нп
боковыя отвѣтвленія, могли служить путями сообщенія исключительно дія купцовъ
странниковъ и миссіонеровъ. Эти нуги служили цѣлямъ торговля и цивилизаціи, межу
тѣмъ какъ Кульджвнсхая дорога н болѣе еще дорога, огибающая Тянъ-Шань съ сѣвера,
являлись путями передвиженія народовъ и вторженія враждебныхъ племенъ. Эта нослідМ"
дорога Тянь-Шанъ-Пе-Лу, или «Сѣверныя путь Неоеспыхъ горь», представляетъ собой
одну изъ характерныхъ особенностей строенія Стараго Свѣта. Въ этой частя тоал-
ввита двѣ бреши открываются черезъ края высокихъ плато и горъ, которыя йодъ
личными названіями и въ рззіичыыгь направленіяхъ тянутся оть Памира и Тянь-Шш
639
до сѣверо-восточной окраины Азіи. Этн два прохода иконъ образомъ сообщаютъ скд<чп>
в'щтнпсіітз, обращенный къ Ледовитому Океану, и китайскій Ханъ-Хай, согда-тп сущ>-
Пути каравановъ съ шелкомъ п нефритомъ
1 :	7 500 000
250
бооКилом,
Памирскій Постъ, находящійся пъ томъ мѣстѣ» гдЬ одно ивъ отвѣтвленій Нефрптпаго пути асрс-
сѣ квотъ Мургабъ, притокъ Оксуса, обозначенъ буква я _Р. Р. Названіе Дапсангъ, примѣняемое жъ
самому высокому пику Каракорума—на 200 негровъ и и же высочайшей точки воннаго шара, исчошхо
уже со многихъ современныхъ к ртъ; оно яамѣцопо именемъ Годвова Дустина. Но мы предпочли
сохранятъ старое нпаианіо, пока омо пе будетъ окончатеньпо замѣнено всѣми учеными.
640
еувовавшее внутреннее море, которое простиралось между Куэнъ-Луномъ, покрывая пу-
стыни Гмби и Текла Маканъ; Озора Лобъ-Поръ, Баграшъ-Кулъ, Эби-Поръ п другія
нпадины, содержащія воду или ужо высохшія, болотистыя мѣста и солончаки суть но
что иное, какъ слабые слѣды прежняго моря. Два большихъ прохода являлись настоя-
щими морскими проливами и отчасти еще сохранили ихъ видь. Южный проходъ, пли
собственно Тяпъ-Шавъ-ІІе-Лу, междѵ Джунгарскимъ Алатау. однимъ пзъ хребтовъ Тянь-
Шаня, и параллельной цѣпію Тарбагатал, достигаетъ но менѣе 200 километровъ въ
ширину: многочисленныя впадины и озера, разсѣянныя повреди степей, даютъ иллюзію
существовавшаго когда-то моря; сѣроватыя скалы, даже цѣлыя горы тутъ и тамъ
возвышаются въ видѣ острововъ. Въ низменностяхъ, образующихъ проходъ, равнины
находятся на уровнѣ только 200 до 250 метровъ, но къ воаоку онѣ постепенно под-
нимаются, суживаясь въ кг-ррвдоръ, который лежитъ па уровнѣ 1200 метровъ между
гпрачя Варкулъ п послѣдними восточными отрогами Тянъ-Щаня.
По сѣверному проходу, широко открывающемуся между Тарбалтвемъ и Алтаемъ,
извивается рѣка Улупгулъ (Урунгу), главная вѣтвь могучаго теченія, носящаго въ Си-
бири названія Чернаго Иртыша, Иртыша и Оби. Дорога проходящая по этому проходу,
присоединяется къ предыдущей, огибая горы Баркулъ съ сѣвера н востока.
Область втихь проходовъ, ведущихъ вь Китай, расположена въ видѣ коронки и
отличается довольно значительными размѣрами. Она представляетъ собою травянистыя
пространства, вполнѣ достаточныя для того, чтобы дать возможность просуществовать
большому количеству кочующихъ пастуховъ п даже земледѣльцевъ: вь различные періоды
исторіи, милліоны людей ынрш обитали въ этой странѣ. Но но разъ они изгонялись
м уничтожались ордами завэсватедей-гумновъ, монголовъ, тюрковъ и джунгаровъ. Объяс-
няется это весьма блаі пріятнымъ расположеніемъ прохода между Тянъ-Шапемь и
А паемъ, какъ входа во внутрь конгинвгга со стороны всѣхъ папбищиыхъ земель. По
этому большіе потока народовъ, вовлеченные въ передвиженія въ болѣе плодородныя
мѣстности н охваченные воинственнымъ духомъ, силой шли впередъ къ этому выходу,
черезъ который раньше прорывались воды моря Ханъ-Хой. Пн одна мѣстность по имѣла
столь большого значенія въ смыслѣ приливовъ и отлиг.овъ народныхъ массъ, какъ
пмонио этотъ горный Проходъ. И теперь ещо бросается въ глаза контрастъ между этими
широкими двойными проходами, свободно пропускающими черезъ себя цѣлые народы, н
головокружительными тропинками Памира, куда взбирались лишь немногочисленные купцы
и миссіонеры. Здѣсь поэтому просачивалась цивилизація капля яа каплей; а тамъ под-
готовлялись великія событія.
Всѣ эти внѣшніе пути, ведущіе въ Китай — извѣстные подъ названіемъ Тянъ-
Шавъ-Напь-Лу и Тявъ-Шанъ-Пс-Лу, *пути шелка и нефрита, и даже путь, преходящій
черезъ Тибетъ, сходятся между собон въ той области Желтой рѣки, этого уже чисто ки-
тайскаго воднаго пути, гдѣ опа выходитъ изъ долинъ большихъ горъ и вступа°тъ затѣмъ
въ мѣста съ менѣе отлогими склонами и широкими пространствами, лредставляющііміі
собою историческій Китай. Внутреннія врата Срединной Имперіи, которыми съ незапа-
мятныхъ временъ пользуются купцы, имѣютъ видъ длиннаго гпрридора, легко проходи-
маго въ мирное время, но н въ равной степени приспособленнаго въ вршое время
611
заградитъ пуп. врагамъ. Въ этомъ мѣстѣ дорога идетъ по краю сѣверной подошвы Ніпъ-
ПІаия, отвѣшенія Куэвъ-Луня, между тѣмъ какъ съ сѣвера негостепріимныя степи.
Тянь-Шань, оть Кульджн до Турфапа.
1	7500000
О	100	2С0
чООКИЛОМ
песчаные холмы и болога суживаютъ пригодную для обработки полосу земли, которая
носить иа себѣ города и деревни. Па этой полосѣ пристроилось все имѣющееся здѣсь
ЭЛИЗЕ ГЕКЛЮ. ВІ»Ц. V	ц
642
населеніе. Пустынная граница, окружающая съ сѣвера зеленую населенную полосу, была
искусственно усилена глі-’япой стѣной, которая въ втой части Китая является продол-
женіемъ «Великсй Стѣны». Здѣсь находится наиболѣе выдающійся впередъ бастіонъ
громадной крѣпости, которую по замыслу императора ІПи-Хоанъ-Ти и его преемниковъ
ді лжна была образовать Китайская Имперія. Тутъ Китаи, дѣйствитотьв", представляетъ
естественный пріемникъ для всѣхъ народностей, приходящихъ >ъ запада, т. е. изъ Пе-
редней Азів и Европы, черезъ гранъ, раздѣляющую Старый Свѣтъ па двѣ половины.
Па одинъ изъ жизненныхъ пунктовъ, играющихъ ролъ въ экономической жизни всего
аомного піара, ні опредѣленъ болѣе ясно: на этомъ вменпо мѣстѣ должно было во всѣ
времена происходитъ, хотя и безсознательно для человѣка, соединеніе различныхъ прин-
циповъ, изъ коюрыхъ образуется мало-по-малу міровая цивилизація.
Въ этомъ мѣстѣ, па берегахъ Желтой рѣки, въ широкой плодородной равнинѣ,
хорошо защищенной укрѣпленными выступами горъ, возникъ городъ, извѣстный подъ
именемъ Ланъ-Чеу, или «долина зелени», когда-то бывшій «городомъ красоты».
Здѣсь сходится нѣсколько путей, между прочимъ в пути, проходящіе по плодо-
роднымъ степямъ, расположеннымъ по берегамъ замѣчательпаіѵ озера Куку-Норъ, пли
«Синяго моря», и пути, которые по верхнему теченію Хоавхо и вдоль параллельный
складокъ Куэнъ-Луня направляются къ восточной части Тибета; благодаря этому является
возможность обмѣна различныхъ продуктовъ между горами и равнинами. По какъ бы
ни было велико, въ торговомъ отношеніи, значеніе этихъ второстепенныхъ путей, въ
историческомъ отношеніи они не могѵгь сравниться съ главнымъ сѣверо-западнымъ
путемъ. Тамъ, въ проходѣ 10-Мыпъ пли «Врата псфрт», имѣющемъ видъ бутылочнаго
горлышка, соединяются всѣ пути, пересѣкающіе Памиръ и Небесныя Горы, или же оги-
бающіе пхъ съ сѣвера. Города, небольшіе и уже вполнѣ китайскаго типа, распола-
гаются одинъ за другимъ въ этомъ корридорѣ по всей длинѣ пыльной дороги, вь видѣ
предмѣстья одного большого города. Они въ среднемъ лежатъ ва высотѣ 1500 метровъ,
что подъ широтами отъ 40 д-> 45  араллелн представляетъ собою лучщія условія для
путешествія.
Будучи столь выгодно расположенъ, какъ точка схеждешя путей, ведущихъ съ
Запада, «городъ красоты» располагаетъ такими же преимуществами, какъ мѣсто отпра
влешя во внутрь Китая. Съ этой стороны историческому цуги приходится побороть
только одно незначительное препятствіе: отъ Ланъ-Чеу небольшое возвышеніе, всего въ
нѣсколько сотъ метровъ, ведетъ къ перевалу, пересѣкающему хребты горъ, разъединя-
ющихъ верховья Желтой рѣки отъ верховьевъ рѣки Вей-Хо. Благодаря своему направленію
и правильности русла, эта послѣдняя является настоящей главной вѣтвью Хоавхо; «на
образуетъ собственно основаніе, къ которому прикрѣпляется цѣлая сѣть путей, пере-
сѣкающихъ Китай во всѣхъ направленіяхъ, между тѣмъ какъ самая рѣка Хоапхо
дѣлаетъ большой кріог-ъ пъ пустыни сѣвера, къ область, гдѣ Великая Стѣна ужо но
защпщастъ земледѣльцевъ, и которая поэтому предоставлена кочевымъ народностямъ.
Ни въ одной странѣ земного шара это переплетеніе цѣлой географической сѣти
пути не начертано съ такой ясностью, па столь обширномъ пространствѣ; нигдѣ не со-
хранилось въ томъ же видѣ въ теченіе многихъ столѣтій, какъ вдѣсь, благодаря прнспосо-
643
блевію человѣка къ природѣ. Какъ показываетъ вѣковая исторія китайскаго парода, въ
Китаѣ установишь полная гармонія между отдѣльной личностью в окружающей се еродій
Какія же народности обитали въ эгиѵь странахъ, соединяющихъ два главныхъ центра
„Врата н о ф р и т а'.
1 : ТО ООО 000
1 НИ! ____ - -	 - -	----- ,,
о іоо 20°	чоо	вооКилом
На картѣ яа мѣтко большое число впадинъ» оз. Куку-Норъ огромный Пондамъ, величиной съ
Швейцарію, оз. Лобъ-Норъ, Хами и пр. Наиболѣе замѣчательная изъ этихъ ьпадшгь расположена
на югѣ Турфапа, на высотѣ 130 мстр. надъ уровнемъ моря.
цивилизаціи, западный и восточный, вь то вреия, когда исторія развивала передъ іі.гмп
еще только неопредѣленныя очертанія человѣческой эволюціи, совершавшейся въ восточ-
ной части земного шара?
641
Прежде всею слѣдуетъ отвѣтить, что па восточномъ, т. е. Тихоокеанскомъ склонѣ,
Все згромпое пространство между линіей раздѣла континента в собственно Китаемъ
большей частью состоитъ изъ равнинъ, стопой и травянистыхъ долинъ, гдѣ дожди рѣдки
п мало обильны. Вь мѣстностяхъ, не расположенныхъ на берегу рѣкъ, земледѣліе со-
вершенно невозможно, а потому разведеніе скота и уходъ за нимъ являются почти
единственнымъ занятіемъ жителей.
Истощеніе источниковъ, временная скудость пастбищъ, выѣдаемыхъ скотомъ,
принуждаютъ жителей къ кочевой жизни или по крайней мірѣ къ временной перемѣнѣ
своего мѣстопребыванія. Каковы-бы ни были первоначальное происхожденіе и физическія
свойства пародовъ этихъ странъ, они всегда принуждены вести одинъ и тогь-же кочевой
образъ жизни, въ соотвѣтствіи съ окружающей средой: арійны, тюрки и монгоды оди-
накова ведутъ образъ жизни кочующихъ пастуховъ вь тѣхъ мѣстностяхъ, которыя обу-
словливаютъ подобный образъ жизни.
Кромѣ пастушьихъ ордъ, въ этигь мѣстностяхъ въ началѣ историческаго періода
существовало населеніе рудокоповъ. Куэнъ-Луиь представлялъ поле дѣятельности для
рудокоповъ, занятыхъ выискиваніемъ жилъ нефрита; безъ сомнѣнія, среди нихъ нахо-
дились п искатели золота. Алтай, расположенный между южной частью Сибири и Китаемъ,
ужо былъ населенъ рудокопами на самой зарѣ историческаго періода, Русскіе крестьяне
называютъ этихъ стихъ предшественниковъ «чудью». Слѣды существованія чудскаю
племени тянутся отъ высокой Дилины Амура до Балтійскаго м-ря.— Алтайская чудь
занималась добываніемъ золота и мѣдныхъ рудъ, что въ то вр«мя обезпечивало ей большое
зиачеиі:! въ экономической жизни всего міра. Однако, ея драгоцѣнная добыча но всей
вѣроятности доставлялась иа континелгь черезъ посредство купцовъ и пастуховъ, ибо
преданіе уиоиинаеть о самой чуди только косвенно; сущвствующіс-жо о ннхъ фантасти-
ческіе разсказы рисуютъ ихь, какъ духовъ и карликовъ, не имѣющихъ ничего общаго
съ людьми. Въ коняхъ Змѣипогорска, которыя въ теченіе второй половины ХѴШ сто-
лѣтія отмѣчались наибольшимъ богатствомъ серебра, добываемаго изъ свинца, были най
девы мѣдныя рабочія орудія рудокоповъ. Орудія этв между прочимъ были весьма при-
митивнаго устройства. Далѣе былъ найденъ скелетъ рудокопа съ лежащимъ около него
рабочимъ орудіемъ п кожанымъ мѣшкомъ, въ который собиралась Добываемая руда.
(Налласъ.)
Пріемы, которыми пользовалась чудь для промывки песка, содержащаго золото, и
плавленія руды, были настолько несовершенны, что во многихъ мѣстахъ саксонскіе
рудокопы и ихъ ученики, русскіе золотопромышленники, нашли выгоднымъ возобновить
разработку покинутыхъ копей. Кромѣ того, русскіе обратились къ добыванію другого
металла, желѣза, которое первые рудокопы во умѣли отдѣлять отъ примѣсей и которое
съ тѣхъ ііоръ излучило болѣе важное значеніе вь міровой техникѣ, чѣмъ золото, серебро
ц мѣдь. Во мн ігнхъ мѣстахъ этв залежи желѣза находятся непосредственна надъ содер-
жащей золото глиняной породой.
Чудь, по русскимъ проданіямъ обладавшая «желтыми глазами», по всей вѣроят-
ности тождественна племенамъ Тпнь-Лнпъ и Кіенъ-Куевъ, „бѣлокурымъ" и „голуоо-
глазымъ". О нвгь разсказываютъ китайскія лѣтописи, что они жили еще 22 вѣка тому
645
назадъ въ тѣхъ-жс мѣстахъ Алтая и Саяпа. Можетъ быть, чудь принадлежала къ арійскимъ
народностямъ, какъ можно предполагать на основаніи сходства ея нарѣчія съ нарѣчіями
Права, между тѣлъ какъ племя Хунъ-Ху, ьъ которомъ теперь видятъ общаго предка
1 1ООООООО
.......... - -
О іЛО	Зси
еле Килом.
всѣхъ современныхъ тюркскихъ народностей, и названіе котораго сохранилось въ измѣ-
ненномъ видѣ—«гунны» или «венгры» (Ноп§гоІ8), жили южнѣе, ьъ мѣстахъ, нынѣ
обозначаемыхъ китайскими наименованіями Ганъ-Су и Шенъ-Си. Несмотря на то, что
въ теченіе вѣковъ эти народности могли приспособиться къ китайскому образу жизни п
смѣшаться, по крайней мѣрѣ отчасти, съ культурными кнтайцми, Потанинъ нашелъ
въ '-гранѣ многочисленные островки тюркскаго населенія, каковы шзрингп и салоры на
646
рѣкѣ Хоанхо, къ югу отъ Великой Китайской Стѣны, и лгуры пъ верховьяхъ рѣгя
Эізпны,
Вь иастоящео время большинство тюркскихъ народностей, находящихся въ зави-
симости отъ Китая, сосредоточены вь обширной области Кашгаріп, втой аренѣ допилено
правильной формы, которая почти совершенно окружена цѣлью горъ на протяженіи трехъ-
четырехъ тысячъ километровъ. Эти народности были задержаны тамъ, но имѣя воз-
можности ви продолжать своего пути на западъ, нч вернуться обратно.
Подобно тому, какъ въ заливъ стекаются наносы самаго различнаго происхожденія,
и здѣсь самые различные элементы смѣшались между собой, образуя различныя племена—
урянхаеиъ, джунгаровъ, киргизовъ и татаръ вь ихъ беЗЕинсчш-мъ разнообразіи. Вь
этомъ водоворотѣ смѣшанныхъ расъ и подъ-раіъ нѣкоторыя изъ нвхч, далеко отбро-
шенныя отъ роДины предковъ, научились нарѣчію враговъ и стали забывать свой родной
языкъ: каждый новый переворотъ, каждое новое появленіе бѣглецовъ приводили къ іивому
приспособленію, соотвѣтственно съ измѣненіями внѣшней среды. Здѣсь можно поити всѣ
возможные переходы между арійцами, чистокровными тюрками и типичными монголами.
Обыкновенно или въ большинствѣ случаевъ религіозныя различія служатъ главными
элементами общепринятой классификаціи, и пчэт<«му буддистовъ считаютъ монголами, а
исповѣдующихъ исламъ—тюрками Однако, явныя различія между собою приставляютъ
піемоаз лишь по своимъ занятіямъ: съ одной стороны, земледѣльческія племена, всегда
мирныя но природѣ, съ другой—пстушьп племена, легко склонныя промѣнять пасту
шескій посохъ на оружіе грабителя вора или воина.
Съ этой точки зрѣнія кочевыя народности, занимающія громадное пространство плато
и равнинъ между Сибирью и Китаемъ, часто принимали очень дѣятельное участіе въ
въ исторіи азіатскихъ народовъ.
Сложившаяся вѣками граница ихъ владѣній была намѣчена, такъ сказать, благо-
даря Великой Стѣнѣ, которая, однако, не помѣшала вторженіямъ въ эпоху народныхъ
передвиженій: преграда можетъ временно остановить нзплыгъ кочевнцжовъ, но пе можетъ
измѣнить общія экономическія условія, влекущія за собой потерю равновѣсія между
народами.
Основной потожепіе зтключаотся въ томъ, что въ силу различій почвы, водъ,
климата существуютъ естественныя различія въ образѣ жпзия, запятіяхъ, обычаяхъ,
характерѣ чувствъ и мыслей тѣхъ, сто живетъ па сѣверѣ отъ Великой Стѣны, и тѣхъ,
кто живетъ къ югу отъ нея. Каково-бы пн было первоначальное происхожденіе отдѣльныхъ
расъ, представители ихъ должны были дифференцироваться или въ ту, или другую сторону
одни остались монголами, гармонирующими со своей природой, сь ея степями, бѣдпыми
травой, съ солончаками и скудными водоемами; другіе стали китайцами, ревностными
воздѣлывателями наноской почвы, постоянно возобнчвллгмой разливами рѣкъ.
Несмотря ни очень большія различія въ М інголія,—такъ какъ, иаравив съ ирекра-
сными пастбищами, опа обладаетъ а безводными пустынями, то каменистыми, то со-
лонцеватыми илн состоящими изъ цѣлыхъ рядовъ песчаныхъ холмовъ,—оощій видъ страви
носитъ все-же довольно опредѣленный характеръ.
Въ общемъ со можно разсматривать, какъ длинное плато, расположенное ва-
047
уровнѣ 1000—1200 метровъ, слегка вдавлеяиоо по серединѣ, а съ сѣвера и в»етока
представляющее гористый край, отчасти сплошной, мѣстами же въ видѣ хребтовъ Къ
югу, т. о. со стороны Китая, выходы гранита и потоки лавы отмѣчаютъ окраину плато;
вода здѣсь проникла сквозь толщу земли, образуя внѣшнюю оторочку тѣхъ долинъ,
куда проникли китайскіе земледѣльцы. Тѣмъ поразительнѣе контрастъ между продолго-
ватыми ооработаиными полосами земли и вышерасположенными террасами, выступами
обширной «страны травъ», со слегка волнистой почвой, которая служитъ пастбищемъ
для скота, безъ затрудненія обходящаго се во всѣхъ направленіяхъ.
Населеніе «страны травъ» и оазисовъ, заключенныхъ среди песковъ пустыни
Кочевье вь Монгольской стони.
Гоби, исторически очень различію по своему происхожденію, ио сго обыкновенно соеди-
няютъ подъ одиимъ общимъ именемъ, такъ какъ одинаковый образъ жиаии придалъ
отдѣльнымъ народиостямь большое сходство между собой. Въ средніе вѣка кто населеніе
было общеизвѣстно подъ названіемъ татаръ, по въ теченіе уже тысячи лѣтъ ихъ
зовутъ монголами, чт« значить, какъ предполагаютъ, «свободные, смѣлые в сильные»
Разсматривая вти племена (калмыковъ, чакаровъ, халха. бурятоьь), какъ членовъ
одной расы, типичными представителями которой опп являются, большинство антро-
пологовъ-классификаторовъ употребляюсь также терминъ «монгольскихъ» или «мон-
головидныхъ» племенъ, чтобы обозначить имъ всѣ рѣшительно «желтыя» племена Во-
стока, включая сюда даже малайцевъ и полинезійцевъ-, по, какъ извѣстно, это наименованіе
имѣетъ лишь совершенно условное значеніе. Въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ м-іпголы, на-
оборотъ, обладаютъ особенностями, совершенно отличающими ихъ отъ того строго опро-
64В
дѣленнаго типа, которымъ характеризуется ип. раса. Во-первыхъ, <мш вовсе по желты,
а скорѣе коричневаго пвѣта, а тѣ язь нихъ, коюрыо живутъ въ темнотѣ землянокъ,
а по на свѣжемъ воздухѣ, часто обладаютъ такимъ же бѣлымъ цвѣтомъ лица, какъ и
европейцы, ведущіе одинаковый образъ жизни
Племя халхп, приписывая собѣ извѣстное превосходство надъ остальными монголь-
скими племенами, пакъ при надлежащее къ семьѣ Чингисъ-Хана, и являясь наиболѣе
уважаемой частью населенія, пожалуй менѣе всею соотвѣтствуетъ общеизвѣстному
монгольскому типу. Оно, павр.. не отличается косымъ разрѣзомъ глазъ, какъ боль-
шинство китайцевъ: въ другихъ-жо отношеніяхъ оно, правда, соотвѣтствуетъ монгольскому
типу: маленькіе глаза, хорошо зашищевые вѣками, лежать глубоко въ глазныхъ впадинахъ;
лицо кругло и широко; посъ мало выдающійся, отдѣленъ отъ лба широкой впадиной
и поятому часто производитъ впечатлѣніе большой пугеввпы посреди лица. Жидкіе усы
и борода окружтють губы в подбородокъ, тогда какъ уши покрыты густымъ спускающимися
жирными черными вологами и хорошо защищены отъ холода. Въ суровомъ климатѣ
«страны травъ», гдѣ такъ часто дуетъ ужасный сѣверо-западный вѣтеръ, силь-
ный выступъ прямого илп орлинаго, т. о. римскаго носа являлся-бы опаснымъ даромъ
природы, а подъ вліяніемъ дыханія густая борода быстро преврашадась-бы иъ кусокъ
льда. Одинъ мусульманскій писатель даетъ весьма комичное изображеніе монгольскаго
типа, передавая предсказаніе Магомета, относящееся къ предшественникамъ «Страшнаго
суда»: (.Появятся люди,— говоритъ онъ,—круглое лицо которыхъ будетъ имѣть видь
шита, выкованнаго раі нчмѣрио но всей своей окружности». Поэтому при видѣ падки-
гаьшпхея монгольскихъ войскъ магометане вспомнили объ втомъ пророчествѣ в заклю-
чили, что всякое сояромвлсиіе съ ихъ стороны будетъ безполезнымъ.
Условія внѣшней среды придали монголамъ опредѣленный типъ лица; они же
обусловили и характеръ ихъ пищи.
«Страна травъ», нѵчти лишенная лѣса, не производитъ ни плодовъ, ея хлѣба
в съ трудомъ только даетъ кое - какія клубни и луковицы, которыя выкапываются изъ
земли, составляя скудную нридачу къ обычной пищѣ человѣка, доставляем''й ему ста-
дами. Монголъ почти исключительно питается «ясомъ своего скота; хотя онъ приба-
вляетъ іи. нему я сусликовъ, дичь, даже крысъ, нп онъ отказывается отъ рыбы, ко-
торую считаетъ нечистой, потому что та живетъ въ водѣ, часто сильно загрязненной
въ этихъ плохо орошенныхъ мѣстностяхъ и почти всюду пересыщенной солью, селитрой
пли другими химическими веществами. Онъ пьетъ только молоко своихъ кобылицъ и
верблюдовъ, изъ котораго онъ, какъ всѣ кочевыя народности Востока, умѣетъ приго-
товлять закі ашепііыи напитокъ, называемый кумысомъ. Его ненависть къ водѣ прости-
рается до отвращенія передъ купаньемъ: старинное повѣрье говорить, что громь убыль
дого. кто дерзнетъ окунуться въ воду. Законодательство Чингисъ-Хана, простой сборникъ
древнихъ обычаевъ, запрещало даже мыдь одежду; предписывалось носить се до того
времени, пока ояа не свалится съ тѣла. Верхомъ неуваженія закоповъ являлось обмы-
ваніе посуды и хозяйственнымъ принадлежностей; разрѣшалось только вытирать ихъ
травой, войлокомъ иди коровьимъ навозомъ. Китайцы, самп не отличающіеся примѣрной
чистоплоіноггью, но даромъ называютъ монголовъ «вонючемъ народомъ». Нерѣдко
649
приходится видѣть друзей или влюбленныхъ, поѣдающихъ другъ у друга блохъ, воскли-
цая при этомъ: «Если-бы ты могъ такъ-же уничтожить моихъ враговъ»!
Одежда и жилище, подобно пищѣ, опредѣляются у монголовъ условіями среды:
шерстяная матерія и войлокъ всегда употреблялись въ этихъ странахъ какъ для одежды,
такъ и для палатокъ. Матерія эта всегда превосходно соткана, потому что, по будь
она чрезвычайно прочна, она вскорѣ была-бы разорвана па клочки сильнымъ вѣтромъ
плоскогорій. Такимъ образомъ, во многихъ отношеніяхъ жизнь монголовъ обусловливается
окружающей ихъ средой.
Да-Курэ, иди Урга столица Монголіи и второй свчхцепвый городъ буддистовъ
Питаясь отъ своихъ стадъ и передвигаясь вмѣстѣ съ ними съ одного мѣста на
другое, монголы въ силу необходимости ведутъ жизнь кочевниковъ. Когда часть степи,
состоящей изъ «зеленыхъ» илн «сѣрыхъ» луговъ, совершенно выѣдается п не можетъ
болѣе дать корма стадамъ, является необходимость перемѣнить пастбище и переправиться
въ часто очень отдаленныя мѣста. Съ лѣта до зимы и сь зимы до лѣта совершается
кочеваніе стадъ съ пастбища на пастбище, подобно альпійскому рогатому скоту и овцамъ-
ыерипосамъ Испаніи. Интересы стада управляютъ какъ всѣми передвиженіями племени,
такъ, въ равной степени, его духовною жизнью и моралью. Скотъ—верблюды, лошади и
длиннохвостыя овны составляютъ почта единственную тему разговоровъ. Встрѣчаясь другъ
сь другомъ, монголы справляются о здоровьѣ скота.
650
Радостью» гордостью монголовъ является лошадь,—и -<пи первые стати пользоваться
этимъ благороднымъ животнымъ: оно—родомъ изъ этихъ странъ. Каждый мужчина прі-
учается управлять дикими жеребцами, знаетъ уходъ ва лошадью и іеиеалогію знаменитыхъ
среди нихъ экземпляровъ. Монголъ, достаточно обезпеченный для содержанія одной в
нѣсколькихъ лошадей, считалъ-бы ниже своего достоинства, всли-бы ему не пришлось
выѣхать изъ дому на своемъ конЬ; онъ смотритъ свысока ва тѣхъ, кто принужденъ
идти пѣшкомъ; ему необходима по своему желанію мгновенно исчезать за горизонтомъ
и также неожиданно появляться.
Лошадь, утраивающая быстроту двиа>снія человѣка, вмѣстѣ съ природой поверхности
земля, препятствуетъ дѣленію земли на участки: безконечное пространство степей остается
не раздѣленнымъ между людьми. Никогда собственность, въ той формѣ, въ какой она
имѣется у насъ на западѣ, но существовала въ этой странѣ, столь обширной въ сра-
вненіи съ относительно незначительнымъ числомъ ея населенія.
Пріобрѣтеніе земли въ полную собственность, при томъ условное п и-. обозначаемое
погранвчными столбами влв другими искусственными знаками, допускается только для
отдѣльныхъ племенъ; въ мирное время принято, чго опредѣленная пастбищная земля
принадлежитъ извѣстному племени, и всякія претензіи на нихъ со стороны другихъ
ндомепъ счиіаются несправедливыми Какъ зимними, лакъ и лѣтними пастбищами
пользуются всѣ, принадлежащіе къ одному и тому - же племени Правда, если
богатство не измѣряется въ странѣ монголовъ количествомъ земли, то зато опре-
дѣляется числомъ наличнаго скота, по есть нѣкоторыя указанія пз то, что въ
древнія времена и въ обладаніи стадами существовалъ извѣстный коммунизмъ. Еще въ
ваше время монгольскіе пастухи, несмотря на различія матеріальнаго положенія, смотрятъ
другъ на друга, какъ на товарищей и даже братьевъ, подобно русскимъ крестьянамъ
Духъ братства, присущій монголамъ, носить нь себѣ зачіткн соціаіизма. Они были
прежде равны да н теперь считаютъ себя братьями, и нужно признать, что тѣ періо-
дическія переселенія, о коюрыхъ разсказываетъ исторія, едва-ли состоялнсь-бы, еслибы
монголы не оказывали другъ другу самой дружной п-мѵщп.
Монгольское племя, подобно индѣйцамъ Сѣверной Америки, образуетъ одно спло-
ченное цѣлое, сосредоточивающееся Нмъ болѣе ва себѣ самомъ, что оно не можетъ
прикрѣпляться къ землѣ, которая какъ будто уходитъ изъ-подъ его ногъ. Для него
мѣсто рожденія не является его родпш-й,такъ какъ сго первыя впечатлѣнія связаны сь
мѣстностями. всюду похожими другъ на друга; сообразно съ временами года, колеба-
ніями между проливными дождями и засухой, голодовкой и годами, изобилующими пи-
щей, пастухъ мѣняетъ мѣсто жительства, обреченный всю жизнь пренебрегать клочкомъ
земли, гдѣ стоя га сго колыбель Онъ любилъ безконечную степь, а пе тѣсный уголокъ
земли, гдѣ рэдался, а <чщ больше стспп і нъ дорожитъ обычнымъ зрѣлищемъ разбитыхъ по-
лукруюм'ь палатокъ, друвей, одѣтыхъ въ грубую одежду изъ войлока, любить трудолю-
бивыхъ верблюдовъ, коней съ ихъ нетерпѣливомъ топотомъ и тысячу сценъ своей при-
вольной жизни. Монгольское племя можно сравнить съ пчелинымъ роемъ: его родина
тамъ, гдѣ они образовалось.
Никакія племена по были столь пригодны къ нападенію и массовому нстреблс-
651
оію людей, какъ именно кочевыя народности «страны травъ» въ Ту время, когда
окружающія страны по были еще способны дать нмъ коллективный отпоръ.
Центральная 11 о о г о а 1 я.
і: юоооооо
...............	...-і—
о шт	лоо
бсэ Килом
Каракорумъ, шія Холинъ, столица Чнпхпоъ-Хзпа к др. монгольскихъ властителей, находится пя
краю карты, къ западу отъ Урги, па лѣвомъ берегу притока, Селенги, почти подъ 48° оѣв. пгир.
Развалины его били открыты Падорипымъ въ 1873 г.
852
КаковО’би ни было наимеповапіс, данное пастушьимъ племенамъ, прежде чѣмъ
опи стали нэвѣстпы подъ ннлпемт. «иопголовъ», п каковъ пи былъ би элементъ, примѣ-
шавшійся благодаря переселеніямъ. тожественныя усл-вія окружающей среды должны
бы ш привести къ сходнымъ результатамъ, въ смыслѣ возникновенія іеликвхъ породепжс-
пШ народныхъ массъ. Иногда засуха принуждала цѣлыя племена перемѣнять мѣсто
своего жительства, благодаря чему в другіе кочующіе народы приходили въ движеніе,
передвигаясь съ одного конца громаднаго пространства на другой. Иногда жо распро-
странялся какой-нибудь невѣроятный слухъ о событіяхъ, совершающихся гдѣ-то далеко,
я народомъ овладѣвало какъ бы коллективное помѣшательство, всѣ были готовы пу-
ститься въ дальній путь, ведя съ собой женъ, дѣтей, стариковъ и стада,—тѣмъ болѣе,
что приходилось только снять палатку и нагрузить верблюдовъ войлокомъ и хозяйствен-
ными принадлежностями, и вся орда пускадаіь въ путь, указываемый солнцемъ. Она
вела сь собой смерть и разрушеніе: привыкшая къ простору, опа сжигала поселенія и
превращала города въ пустыня.
Китайскія лѣтописи лиіпь очень неопредѣленно передаютъ о круппыхъ поремѣпг'-
піягь кочующихъ пародовъ за періодъ столь важный для запада, а именно за періодъ,
предшествовавшій великому переселенію пародовъ. Извѣстно, что въ эти отдаленныя
времена происходили перекочевки пастушьихъ варі дпост<-й, какъ вь «дирмленіи Европы,
такъ и въ направленіи восточныхъ равнинъ Азіи. По рядъ послѣдовательныхъ иаводпепій
народами разрушителями не мѣшалъ, однако, Китаю переполняться жителями в послѣ
каждаго вторженія возстановлять пути сообщенія, связывающіе его черезъ посредство
Ганьсу, Джунгаріи и Памиры съ Передней Азіей и Европой. Эта соединительная линія,
огибающая съ юга монгольскія маю, часто нарушалась во время войны, во каждый
разъ снова вѵзстановлялась въ теченіе счастливыхъ мирныхъ вѣковъ.
Къ востоку отъ «страны травъ» простирается обширная область чстырехугоіьнаго
очертанія, ограничиваемая сь запада горами Хингава; воды этой мѣстности -падаютъ
въ Амуръ главными его притоками Нонин и Сунгари, а па югѣ въ Псчилійскій заливъ
притокомъ Ляо-хе. Опа представляетъ собой контрастъ въ сразивши со степени и пусты-
нями. Громадныя пространства, защищаемыя холмами отъ грозныхъ дождевыхъ тучъ,
похожи на монгольскія раввины, по больіпая часть мѣстпссти,—Манчжурія въ соб-
ственномъ смыслѣ, обильно орошается муссонами, покрыта богатой растительностью и
населена въ большомъ количествѣ животными тамъ, гдѣ земледѣльцы не измѣняли
первобытнаго вида страны Общій рельефъ Манчжуріи, условія климата и почвы та-
кимъ образомъ по позволяли кочующимъ пастухамъ заниматься свопмъ промысломъ,
тѣмъ болѣе, что мѣстное животное царство чрезвычайно богато волками, тиграми п пан-
терами, часто нападающими даже н на человѣка. Манчжурія поэтому преимущественно
страна охоты. Въ бассейнѣ рѣки Сунгари ведется ожесточенная борьба за существованіе
между человѣкомъ и животны гь; даже сама религія трепуеть оть юноши умѣнья охотиться.
Тоть-жс, кто не участвуетъ въ этой борьбѣ на жизнь и на смерть, считается безбожникомъ.
Съ другой стороны, рѣки и озера Манчжуріи вастолько богаты рыбой,что цѣлый
племена питаются исключительно ею, а нѣкоторыя даже взготоьляють себѣ лѣтнюю
одежду изъ шкуры лососей, украшенную самодѣльными вышивками.
653
Недавно еще іхотппкп и рыболовы составляли папбольшпо пасть населенія, по
богатыя мѣстности, хорошо орошаемыя, чрезвычайно пригодны къ земледѣлію, въ осо-
бенности въ мѣстностяхъ, расположенныхъ ва Желтой рѣкѣ. Такимъ образомъ Манч-
журія но характеру запятій населенія совершенно
отличается ,.тъ монгольскихъ плато, хотя жестокія
войны и здѣсь возникни. Охотничьи народы Иапчг
журіи, гордящіеся своей смѣлостью и ловкостью въ
борьбѣ съ хищными животными, легко иогли быть
увлечены возможностью примѣнить эти достоинства
я но отношенію къ человѣку; таьнмъ образомъ ма-
лѣйшаго повода было достаточно для того, чтобы
побудить ихъ къ разбойничьимъ набѣгамъ на со-
сѣдей. Города юга привлекали ихъ своимъ богат-
ствомъ, а мирныхъ аресті янъ, мѣшающихъ имъ за-
владѣть этой добычей, они считали трусами, заслу-
живавшими презрѣнія.
Въ своей совокупности Манчжурія, огражденная
съ запада горами Хнвгана, съ востока же цѣпью
береговыхъ возвышеній, расположена въ видѣ длин-
наго корридора между восточной Сибирью и Ки-
таемъ. Зто—удобный проходъ для пародовъ, кото-
рые и пользовались имъ то увеличивая, то умень-
шая давленіе, оказываемое па земледѣльцевъ юы
ихъ опасными сосѣдями. Правда, во мвогвхъ мѣ-
стахъ путь былъ прегражденъ отъ вторженій «иво-
выми заборами», но можно предположить, что по-
добная фиктивная преграда, такъ легко подда-
ющаяся разрушенію, служила исключительно, какъ
заколдованный кругъ. Нерѣдко сосѣднія племена,
не довѣряя другъ другу, по взаимному соглашенію
отдѣляли себя широкой полосой ненаселенной земли;
по сколько разъ эти договоры нарушались самымъ
безцеремоннымъ образомъ въ теченіе всего исто-
рическаго періода!
Китайскія лѣтописи передаютъ о вторженіяхъ
черезъ границы Манчжуріи, происходившихъ въ са-
мыя отдаленныя времена,—то съ сѣвера вь на-
правленіи бассейна Желтой рѣки, то съ юга въ
Бурятская жоащояа иъ лѣтномъ
одѣяніи.
направленіи полуострова Кореи, который по сво»му изолированному положенію и отно-
сительно малымъ раімѣрамъ былъ предназначенъ занять въ исторіи цивилизація мѣсто
лишь составной части Срединной Имперіи.
Другія сосѣднія съ Китаемъ страны должны были, подобно корейскому полу-
654
острову, служить пріютомъ для саыоетоятсльныхъ народностей, тратя свою собственную
энергію лишь па приспособленіе къ окружающей средѣ п по «называя вліянія па ходъ
развитія китайскаго міра. Такова, папр., громадная область четырехугольнаго Тибетскаго
плоскогорій, громадная высота, холодный климатъ и бѣдная растительность котораго
почти прерываетъ всякія прямыя сн-ішенія между нимъ и его окрестностями. Только
обойдя этн громадныя массы скалъ и снѣга, занимающія пространства одного съ по-
ловиной милліона квадратныхъ километровъ, появилась .мчможность установитъ сно-
шенія съ Индіей и Китаемъ. Западомъ и Востокомъ. Тибетъ часто называютъ «страной
смерти;» однако, изоляція Тибета по была полная, такъ какъ шагъ за шагомь въ те
іеніо длиннаго періода люди, промышленность н вообще культура кь своихъ разнообраз-
ныхъ проявленіяхъ проникала во внутрь Тибета, благодаря нѣкоторымъ естественнымъ
путямъ, лежащимъ въ ущельяхъ плоскогорій: длинный корридоръ, лежащій приблизи-
тельно па высотѣ 50о0 метровъ, прорытый верхнимъ точеніемъ Брамапутры, пли
Ярунгъ-Цангбо, между параллельными хребтами І вмаіая я Гаигъ-Дизри, служилъ главней
дорогой, по которой проникаіи въ эту страну просвѣтителя Тибета. Обитая въ странѣ,
гдѣ человѣку приходится встрѣчаться съ многочисленными препятствіями, тормозящими
сго свободное развитіе, племя Бодо или Тибетцы могло жить и процвѣтать пъ столь
враждебной природѣ лишь при условіи обладанія живымъ и проницательнымъ умомъ,
находчивости въ открытіи способовъ пріобрѣтенія нищи и зашиты противъ вѣтра и
холода. Та же часть населенія Тибета, которая ліиветъ въ глубоки хь долинахъ, несмо-
тря па якобы болѣе благопріятныя условія жіппп, па самомъ дѣдѣ обижена природой
гораздо болѣе, чѣмъ живущіе на возвышенныхъ мѣстахъ, такъ какъ они лншепп воз-
духа и свѣта, ііел’ѣдстъіо этого въ глубокихъ доливахъ кретины очень многочисленны.
На плоскогорьяхъ же. гдѣ свирѣпствуютъ бури и жители прячутся вь норахъ, гдѣ
вѣтеръ подметаетъ іі«чву, неся съ собой песокъ я намни, тиоетцы научались соз-
давать себѣ различные источники существованія Съ пезаиамягных» временъ .ши
занимаются земледѣліемъ в скотоводствомъ, знаютъ тѣ-же ремесла, что и ихъ
сосѣди въ Индіи и Китаѣ, и давно уже изготовляютъ различные предметы, но только
изъ камня, но и изъ золота, желѣза и мѣди.
Вперьыс о нихъ уп••пинается въ исторіи именно олагодаря ихъ копямъ, содержа-
щимъ золото. Однако, ихъ историческій обликъ искажается преданіемъ, передаваемымъ
Геродотомъ. Это преданіе разсказываетъ, будто тибетцы производили разработку своихъ
копей при помощи муравьевъ, величиной съ собакъ (Книга Ш, 102).
Въ суровой борьбѣ за существованіе тибетцы въ результатѣ получаютъ извнѣ
гораздо больше, нежели даютъ сами; въ мѣстахъ, прпгоіиыхъ дли посоленія, Тибетъ
населился именно благодаря переселеніямъ различныхъ племенъ; какъ своей цнвплпза
ціей, такъ в своимъ обогащеніемъ страна обязана иностраннымъ идеямъ и промышлен-
ности. Въ то же время жители Тибета отдѣлены отъ Китая схишігомъ гористыми про-
странствами н отрѣзаны отъ сообщающихъ переваловъ, чтобы китайцы могли произво-
дить какое-либо политическое давленіе на нихъ. Лишь очень немногія тибетскія племена
предпринимали, подобно м-ш голамъ и жителямъ Манчжуріи, вторженія въ сосѣднія
низменности, большею же частью, наеборотъ, туземные горные жители все болѣе и
е
655
болѣе отступали въ высокія доливы, уступая мирному вторженію китайскихъ вемле-
ДКЛЬЦРИЪ.
Подобная же этическая эволюція происходила на ясенъ обширномъ простран
Великая китайская с т Ь н а.
ѵтвѣ собственно Китая всюду, гдѣ горныя пѣпи и пассивы давали пріютъ племенамъ,
лличающимся отъ китайцевъ своемъ ивоисхожденіемъ, обычаями и цивилизаціей. Игъ въ
656
совокупности называютъ Мяо-дзе, т. е, «люди, происшедшіе ивъ земли» иіп туземца,
а для обозначенія многочисленности ихъ называютъ «82 племени» плп «600 се-
мей*. Китайцы, между прочимъ, примѣняютъ къ нимъ и названіе «ІІ-іеиъ», т.е. чужіе
пароды, подобно тому, какъ русскіе обозначаютъ расы неславянскаго происхожденія,
населяющій ихъ обширное владѣніе. Въ соотвѣтствіи съ условіями среди, почвы а кли-
мата, въ соотвѣтствіи съ относительной силою и слабостью этихъ племенъ и народовъ,
можно наблюдать всѣ возможные переходы отъ состояніи полной днкост* этихъ
«И-іеиовъ», и состояніемъ прогресса въ смыслѣ квгаизаціп. Китайскіе писатели,
называя чужія племена «готовыми» или «сырыми», «зрѣлыми» или «зелеными», основы-
ваютъ эти наименованіи на степени соціальнаго и политическаго развитія этихъ народ-
ностей, гь смыслѣ окитаянія ихъ.
Съ терпѣніемъ, служащимъ отличительной чертой преимущественна земледѣльче-
скаго парода, мирные рабэтппки в<-мли рѣдко пытались подчинить себѣ силой неподвла-
стныхъ жителей горъ: ни предоставляли это медлевп»му дЬйствію времени, смѣше-
нію путемъ братовъ, уничтоженію лѣсовъ, возникновенію новыхъ потребностей и новыхъ
отраслей промышленности. Такимъ путемъ имъ мало-но налу удавалось добиться «созрѣ-
ванія» дикихъ племенъ, живущихъ въ горахъ. Такая система вліянія на дикія племена
похожа на медленное просачиваніе воды черезъ почву; это медленный, но вѣрный путь
эівическихъ перерожденій. Картинное китайское выраженіе «посадить ньу» является
«лицетвореніемъ благотворнаго дѣйствія, производимаго постопеипо китайской цивилиза-
ціей на окружающіе Китай народы. Тогда какъ другія народности съ гордостью срав-
нивали себя съ дикими звѣрями и хищными птицами я хвасталось тѣмъ, что терзали
живую добычу, китайцы своимъ лбразомъ дѣйствія паиснинаюгь пересадку дерева, слу-
жащей эмблемой ихъ культуры и возвышенныхъ обычаевъ, изъ нея вытгвдюпшхъ. Се-
ребристая ива, взбранная Китаемъ своимъ символомъ, не допускаетъ и мысли о жесто.
кистяхъ завоеваній н коварныхъ хитростяхъ, олицетворяя собой покой и прелесть мирной
жизни и вызывая счастливыя картины чуднаго осенняго вечера.
Историческіе факты свидѣтельствуютъ о томъ, «по китайскія завоеванія совершились
менѣе при участіи оружія, чѣмъ путемъ вліянія достойнымъ примѣромъ. Дѣйствительно,
китайскій пародъ въ общемъ слѣдовалъ совѣту, дамному Конфуціемъ «цному взъ
императоровъ, стремивш імуся увеличить свое войско для покоренія южнаго племени:
«Расиусти твое войско,—говорилъ онъ,—и употреби все, что онотебѣ стоитъ, на обученіе
твОего парода и иа развитіе земледѣлія, и тогда горное племя добровольно изгонитъ
своего властителя и подчинится тебѣ»
Правда, всякое столкновеніе народовъ влечетъ за собой несправедливости со
стороны болѣе сильныхъ. Китайскія лѣтописи передаютъ намъ о культурныхъ пародахъ,
которые насильно изгонялись изъ обрабатываемыхъ равнинъ и оттѣснялись въ горы.
Отсюда происходили печальныя движенія регресса, н зврзтъ къ варварству. Для при-
мѣра і риводится слѣдующее: нѣкоторыя племена Мяо-дзе знали искусство выковыванія
желѣза въ ту эпоху, когда китайцы уже добывали зоіото, серебро, мѣдь и олово, но
но умѣли еще обрабатывать «варварскаго металла»—желѣза, называвшагося также
«упрямымъ», навѣрное готому, что для приданія ему извѣстной формы требовались
657
особенныя усилія кузнеца. Научившіе питай йенъ ковать, одіако, уже сани не знаютъ нынѣ
этого ремесла. Такъ, другія племена, когда-то обладавшія цѣлой рукописной литературой,
нынѣ уже ні знаютъ ни іероглифовъ, ни символическаго письма.
Пагода въ Мукденѣ
Одвакб, въ верпіньягъ Янъ-тзекіанга, къ западу отъ Се-Чуана в Юнъ Напа, су-
ществуютъ еще кое-какіе слѣды древней цивилизаціи, вытѣсненной жителями Срединной
вдваЕ раклю пып. ѵ.	42
658
пиперіи; у плекепъ Ло-Ло, горныхъ жителей этой мѣстности, найдены письмена, непо-
хожія па китайскіе іероглифы.
Пѣть сомнѣнія, что обширное пространство, ншзываемоо нынѣ Китаемъ, пе было
еще густо населено на значительной части своего протяженія вь ту эпоху, когда по-
явились завоеватели, па долю наложившіе на страну свой опредѣленный, характерный от-
печатокъ. По положенію Китай п его населеніе можно сравнить съ тѣни народами,
которые въ Европѣ подчинялись римской цивилизаціи, воспринявъ ея языкъ, литературу
и законы. Итальянцы и испанцы, французы и румыны, несомнѣнно, состоять большою
частью изъ этническихъ элементовъ до-римемго періода в происходятъ отъ людей,
кости которыхъ мы находимъ въ пещерахъ горъ и въ илѣ озеръ. Тѣмъ вс менѣе
народности эти, называемыя «латинскими», были и на самомъ дѣдѣ латинизированы,
таігь какъ латинскія слова о'разуюгь внѣшнюю форму ихъ мыслей, и вхъ политическое,
юридическое, соціальное и религіозное развитіе представляетъ собой безпрерывное про-
долженіе исторіи римлянъ, хотя и подвергалось эволюціи. II китайцы, хотя и сложившіеся
въ опредѣленной и своеобразной средѣ, получили извнѣ могучіе толчки, которыя возымѣли
рѣшающее значеніе въ нхъ исторіи развитія а сблизили Востокъ съ цивилизаціей Запада.
Доисторическія китайскія лѣтописи заходятъ по далѣе 40 столѣтій, до эпохи
императора 10, которому, разумѣется, приписываютъ всѣ открытія, сдѣланныя самой
націей, такъ какъ народы пе моіутъ сохранить въ своей памяти безчисленное множе-
ство отдѣльныхъ открытій, сдѣланное ихъ прядками, и сосредоточиваютъ ихъ на одномъ
лицѣ, которое какъ бы у является представителемъ ихъ коллективнаго народнаго генія.
Кромѣ того, по всей вѣроятности пе задолго до того времени западные переселенцы
вступили въ Срединную Имперію черезъ сѣверо-западныя границы.
Вь отношеніи опредѣленія мѣста вхожденія этихъ просвѣтителей, преданія вполнѣ
сэгласііы. Какъ на мѣсто своего происхожденія, культурные китайцы указываютъ
пе на область горъ, а па провинцію Гапь-Су и «Врага нефрита». II дѣйствительно,
именно эіимъ путемъ пришли завоеватели Китая, какъ это доказываетъ на основаніи
Точныхъ данныхъ Террьспъ-де-ла Купери.
Эти переселенцы, о которытъ идетъ рѣчь, въ лѣтописяхъ называются общимъ
именемъ «Вакъ-сингь», названіе, которое обыкновенно переводится «Сто семействъ».
Такпй-же смыслъ придаютъ ему и современные китайцы. Часто это названіе толкуется въ
томъ смыслѣ, что пришельцы группировались въ общины, аналогичныя «сотнямъ» (ѣип-
<1геЗз) англо-сиксоицевъ; можетъ быть, слово «сго», какъ в слова «тысяча» и «десять-
тысячъ», суть в» что нвоо, какъ неопредѣленныя обозначенія вообще большого коли-
чества. По Торрьеиу-де-ла Кунсрн, названіе «Бакъ»—имя собственное и ис можетъ
быть переводимо обычнымъ образомъ. Бакь-сингь или «семьи Баковъ», по мнѣнію
Купера. является представителемъ народа баковъ, когда-то жившихъ въ Халдеѣ по
нижнему теченію рѣки Евфрата н передавшихъ свое имя многимъ городамъ и мѣстно
стямъ во время своего долгаго путешествія вапр., Бактріана, Вагттавъ и городъ Баг-
дадъ. Согласно этому предположенію народность «оакъ» тожественна съ народностью
Сагъ-таиъ или «людьми съ черныин головами», о которыхъ говорятъ халдейскія
лѣтописи, равно какъ и китайскія.
659
По этому взгляду баки равнинъ Месопотаміи первоначально переселялись въ
Сузіаву, гдѣ долго пребывали подъ властью короля, носящаго имя *Нахоп'та». За-
11 анчжурія.
1	10 000 000
?90
бооКил- м
тѣмъ гни продолжали свой путь въ направленіи Востока, въ страну, которая по пилъ
была названа Бактріаной, затѣмъ, разбившись на группы, перешли Памиры, спустились
»
660
въ нынѣшнюю Кашгирію, въ область «пяти рѣкъ», и достигли входа въ Катай, пыпѣ
называемаго Гапь-Су. Ьолѣе влажный тогда, чѣмъ въ наше время климатъ, облег-
чалъ движеніе переселенцевъ. Имя Пахонта, подъ начальствомъ котораго соверши-
лось это переселеніе, у китайцевъ появляется въ фортѣ «Най-Хуиъ-Те или Нан-
Хоанъ-Тн». Китайское преданіе о Шенъ-Нуигь объясняется именно воспоминаніями о
месопотаыійскомъ властителѣ «Шаргина» или въ древности «Саргонъ». По вычисленію
бибдютекаря Британскаго Музея (оиъ-жо Торріепъ-де-ла Купери) прошло 42 вѣка съ
тѣхъ поръ, какъ насоленіе западной Месопотаміи чрошло въ болѣе обширный и но
менѣе плодородный бассейнъ китайскихъ рѣкъ.
Само собой разумѣется, нельзя не сомнѣваться относительна точности дан-
ныхъ и исправности вь переложеніи словъ, нельзя но оспаривать мпшочислепныя де-
тали, приведенныя авторомъ вь подтвержденіе своего взгляда: съ исторической точки
зрѣнія Купери, можетъ быть, ошибается, но правильность выводовъ его изслѣдованій
не подлежитъ сомнѣнію. Нельзл оспаривать факта переселенія маогочасленпыіь ордъ,
которыя пришли съ береговъ Евфрата і а берега Хоанхо, -іранося съ собой цивили-
зацію, отлично привившуюся мѣстному населенію.
Самымі важными доказательствами, въ которыхъ немыслимо видѣть лишь слу-
чайныя совпаденія развитія, являются математическія и астрономическія знанія китай-
цевъ. Древніе квтайпы, безъ сомнѣнія, научились отъ халдейневъ -предѣлять длину
солнечнаго года и дѣлить ее па 12 мѣсяцевъ и 4 времени года.
Этимъ временамъ года давались названія, символическій смысгь которыхъ со-
отвѣтствоі.алъ названіямъ, даппыхъ халтвйцами, ихъ учителями. Китайцы подраздѣляли
мѣсяцы па періоды въ 7 н 5 дней и сутки па 24 часа. Также имъ было извѣстно
«золотое число», т. о. періодъ въ 19 лѣтъ, по истеченіи котораго лупа и солнцп
занимали прежнее положеніе на сьоемъ пути. Это открытіе раньше приписывалось
грекамъ, во они, т. е. китайцы, перепали его отъ халдейцевъ. Китайцы, подобно хал-
дейцамъ. наблюдали за ходомъ небесныхъ свѣтилъ при помощи гѣхь-жо инструмен-
товъ, вакъ и халдейцы, и придерживались относительно ихъ тѣхъ-жв теорій, обозначая
планеты тѣми-же цвѣтами. Опп пользовались солнечными и водяными часами п
умѣли вычислять наступленіе солнечныхъ затменій. Пхъ лѣтописи передаютъ о солнеч-
номъ затменіи, происшедшемъ 4050 дѣтъ тому назадъ. Они. наконецъ, обозначали
Плеяды, полярную звѣзду и большинство знаковъ зодіака именами, тождественными съ
употреблявшимися ьо Вавилонѣ.
Однако, Ті-рріенъ де-ла Купери бытъ не первымъ писателемъ, высказавшимъ мнѣніе
о западномъ происхожденіи—«Ста семей»: уже въ 1769 году Дегипь пытался доказать
въ своихъ историческихъ мемуарахъ, что квтапцып— пс что апое, какъ потомки еги-
петскихъ переселсппоиъ; точно также не Купери открылъ параллелизмъ вь астрономиче-
скихъ познаніяхъ п подобіе въ обозначеніяхъ небесныхъ свѣтилъ у китайцевъ и пародовъ
Месопотаміи; это было сдѣлано Шлегелемъ. По мнѣнію послѣдняго, иниціатива въ этомъ
папраиленіи принадлежитъ китайцамъ, равно какъ и установленіе зодіака изъ 2а со-
звѣздій, изображаемыхъ въ видѣ животныхъ, установленіе, оіпосящсеся за 17,700 лѣтъ
до нашего времени: ммеипо въ згу отдаленную эпоху китайцы впади расположеніе со-
бв]
звѣздііі по отношенію къ движенію пхъ вокругъ солнпа, что и обтяппяетъ вполнѣ на-
званія, данныя самимъ созвѣздіямъ. Собственно говоря, въ произведеніяхъ эгнхъ двухъ
ученый» по встрѣчается много противорѣчій, но далеко еще то время, когда изъ нхт
Тибетъ.
Вершина, носящая тувемпоо позваніе Гоурпзанкар'ь, какъ теперь дознано. не является высшей
точкой аомпого шара. Таковой нужно считать плп, обозначенный геодезистами № XV д поду-
чившій потомъ названіе Маунтъ Эверестъ, правильнѣе, однако, назвать ого тибетскимъ названіемъ
Шоыокапкаръ.—Букг ою А обозначена воршппп, которой Бояваяо двпъ названіе „горы Элпзе Рекяю*
662
изысканій возможно будетъ сдѣлать общій выводъ касательно исторіи происхожденія
китайскаго народа.
Какъ бы то ни было, халдейское вліяніе па дальнѣйшее развитіе Китая но менѣе
очевидно и въ другихъ паукахъ, кромѣ астрономіи; китайцами были переняты мѣры
вѣса, мѣры длины, десятиричная и двѣнадцатиричная снесены, музыкальмя гамма; въ
формулахъ магіи в трѣчались тѣ же самыя священныя числа, какъ и у халдеевъ; нако-
нецъ, и въ Китаѣ горизонтъ дѣлили по тѣмъ же основнымъ точкамъ, которыя, впрочемъ,
располагались иначе, чѣмъ въ западныхъ странахъ. Въ Китаѣ танъ же. какъ у раз-
личныхъ народностей Месопотаміи, въ розѣ вѣтровъ сѣверъ помѣщается налѣво, а югь—
направо, такъ что востокъ приходится вверху инструмента. Въ эпоху, когда китайцы
изобрѣли компасъ, именно въ XI или въ XI1 вѣкѣ д« Р. Хр., какъ говорятъ, посольству,
привезшему дары императору, было въ свою очередь подарено пять повозокъ, при чемъ
въ каждой изъ нпгь находилось по фигурѣ, обращенной'на югь, чтобы показать путе-
шественникамъ дорогу обратно. При этомъ китайцевъ поражало постоянное направленіе
южнаго конца магнитной стрѣлки; они говорятъ, что стрѣлка указываетъ па югь, и
только европейцы совершенно преврати видятъ указаніе на сѣверъ. Этотъ странный
контрастъ объясняется разницей въ географической оріентировкѣ пародовъ при ихъ пере-
селеніяхъ: въ то время, какъ западные народы въ своемъ постепенномъ стремленіи отъ
Средиземнаго моря кь океану, двигались въ общемъ къ сѣверу, изъ Греція и Италіи
къ Германіи и Англіи, китайцы направлялись въ противоположную сторону—изъ равнинъ
Джунгаріи къ долинамъ Желтой п Голубой рѣки. И совершенно понятно, что эти двѣ
человѣческія группы, двигаясь по противоположнымъ направленіямъ, перенесли это
различіе и па движеніе стрѣлки компаса. Нѣкоторые думаютъ, что китайцы получили
съ запада л клинообразное письмо пъ томъ видѣ, какъ его находятъ теперь ва па-
мятникахъ Ниневіи и па обрывахъ Багнетана. Преданіе говоритъ, что имнграиты сохраняли
ссоѣ память о событіяхъ посредствомъ знаковъ, похожихъ на «языки пламевп» иля же
на ледяныя сосульки, а въ сѣверномъ Китаѣ и теперь еще существуетъ выраженіе:
«Коготь птицы», которымъ обозначаютъ письмена, занесенныя въ Китай «изъ-за горъ»
(съ Запада). Китайскимъ дѣтямъ н теперь еще указывается въ учебникѣ, что мысль
передавалась раньше при помощи веревокъ съ узлами, подобныхъ «киппу» перуанскаго
племена «Кихау».«Въ глубокой древности, вмѣсто письма, завязывали узлы аа веревкѣ»,—
выражается старый школьный учебникъ. Но въ этой обширной странѣ, гдѣ пришельцы
съ запада нашли уже дово.іьно высокую культуру, открывалось широкое поле для раі-
лпчііыхъ эволюцій Разница употребляемыхъ для письма матеріаловъ повлекла за сьбою
измѣненіе п самой формы клинообразнаго письма: вмѣсто юго. чтобы гравировать на
камнѣ или выдавливать в.і мягкой глинѣ, китайцы научились рисовать письмена на
обломкахъ бамбука, потомъ на корѣ дерева и листьяхъ. Съ теченіемъ времени письмена
подвергалась измѣненіямъ, п можно прослѣдить цѣлую серію такихъ измѣненій, про-
исходившихъ какъ въ матеріалахъ для письма, такъ и въ формѣ п значеніи письменъ.
Подобно письменности, искусства и рсмесіа также были Занесены народомъ
«баковъ.» въ вхъ новое отечество. Зти пришельцы знали уже употребленіе такъ назы-
ваемыхъ благородныхъ металловъ; они умѣли также пхъ обрабатывать в даже плавить;
663
кромѣ того, овч умѣли также выдѣлывать лодки изъ кожи, которыми ыогіи пользоваться
прп переправахъ; въ свои военныя колесницы опи впрягали по парѣ лошадей; па гли-
няныхъ и мсталличоскмгь сосудахъ опи воспропяводнлп различныя фигуры. Однако,
новыя условія среды п новые матеріалы повлекли за собой, естественно, н перемѣну въ
способѣ обработки и употребленія матеріаловъ, а также перемѣну во взглядахъ н идеяхъ.
Такъ, фантастическій драконы, изображаемые въ храмахъ, считаются у китайцевъ сим
Путь племени баковъ.
1 6ОООО0ОО
О	1001	ГООО	ЗОвоКнЛ'М
Зоиггрпховлпнял чоегь къ югу отъ 40® сѣв. іпир. из б рожаетъ мѣетао тц лежащую шлшт 2000
метр. надъ уровнемъ моря. Въ Монголіи и въ Сибири заштрихованная часть ссогвѣіствуоть
вышинѣ ІОѵО мотр. Путь АВД отъ горъ Суаіаны до Ланъ Усу проходитъ по степямъ, легко до-
ступнымъ между пустынный и горами. Цуть А СВ. болѣе прямой, иорссЬяаеіъ Памиръ переваломъ
Кпаылъ-Су п слѣду о гь затѣмъ по Тяиь Шапь-Нанъ Лу.
волами различныхъ пороковъ, съ которыми надо боротьгя; халдеи же принимали нхъ
за добрыхъ геніевъ, которые охраняютъ людей отъ сыпучихъ песковъ пустыни, обитатели
бассейна Желтой рѣки разсказываютъ легенду о всемірномъ потопѣ совершенно иначе,
чѣмъ жители Месопотаміи, но многія черты, подмѣченныя миссіонерами, доказываютъ,
что разсказы тей и другой стороны имѣютъ общее происхожденіе. По удивительной
аналогіи, преданія, относящіяся къ властителямъ запада, преврагилнеь здѣсь в били
примѣнены къ владыкамъ Востока: много примѣровъ подобныхъ превращеній можно наіітг
у Терріона.
664
Вплгл въ страну богатство своего искусства и знанія. тародъ баковъ во поза-
бывалъ и о хлѣбѣ пасущніогь По преимуществу зерновыя растенія, къ которымъ слѣдуетъ
прибавить не новѣе важный рисъ, нашли въ бассейнахъ обѣихъ рѣкъ на очень большомъ
протяженіи превосходную почву; благодаря этимъ условіямъ земледѣльческое населеніе
такъ называемыхъ «Ста селей* увеличивалось тысячами п милліонами п, смѣшиваясь
съ первоначальными обитателями страны, образовало замѣчательный китайскій пародъ,
который мирно развивался въ теченіе вѣковъ, постепенно ра> ширяя территорію своихъ
владѣній по направленію къ югу и кт востоку. Предъ нимъ открывалась цѣлая серія
естественныхъ путей, которые по своей легкости доступа для населенія н почти одни-
ственпому на землѣ плодородію областей, соединяемыхъ ими, были самиП природой назна-
чены стать для Китая путями историческими. Можно попытаться найти эти пути, изучая
карту срединной имперіи,—общія черты ея еше не сильно измѣнились искусственными
путями—шоссейными и желѣзными дорогами.
Обратясь къ сѣверо-западному углу собственно Китая, т. с. къ тому пзптбу вер-
ховьевъ Желтой рѣки, гдѣ высится Ланчеу, конечный пунктъ естественнаго пуги, илн
«Врата нефрита», какимъ до.іжны были проходить переселенцы, находимъ здѣсь начало
другого пути, который далѣе развѣтвляется. Южная вѣтвь ведетъ къ очаровательной
долинѣ «Ченгъ-ту» дорогой, которая была посѣщаема уже съ древнихъ времень въ
эпоху чрезвычайно отдаленную; другая вѣтвь направляется къ востоку п доходить вплоть
до изгиба, образуемаго нижнимъ теченіемъ рѣки <Гоаигь-Хо», въ долинѣ «Вей-Хо»,
избѣгая такимъ образомъ поворота этой рѣки къ пустынямъ Монголіи. Вь этой впадинѣ
естественный путь, сдѣлавшіяся историческимъ, продолжается прямо на востокъ и слѣ-
дуетъ по теченію низовьевъ этой рѣки до того мѣста, гдѣ, близъ нынѣшняго города
Кай-Фонгъ, рѣчной потокъ мѣияетъ свое направленіе н изгибается то вправо, то влѣво,
но орошаемой имъ наносной раьнинѣ. Но ещ ранѣе, чѣмъ достигнуть этого мѣста,
зготъ великій путь, тянущійся на прогяженін болѣе тысячи километровъ, развѣтвляется
на множество узенькихъ дорогъ н тропинокъ, соединяющихъ между собой города и села;
а главная вѣтвь во многихъ чрезвычайно важныхъ жизненныхъ пунктахъ даетъ отъ
себя боковыя вѣтви
Однимъ изъ такигь жизненныхъ узловъ, гдѣ сама природа проложила боковой
путь, является городъ «Хсп-ніавъ» (Сипгаиь), который былъ часто избираемъ столицей
Срединной Имперіи; здѣсь боковыя долины открываются въ главную. Пѵпт этотъ
тѣмъ болѣе привлекаетъ къ себѣ вниманіе, что сообщается на югѣ съ горнымъ про-
ходомъ Дзинъ-.Іишъ искусно проведенной дорогой, которая поднимается по склонамъ
горъ па вышину 900 метровъ в проходитъ черезъ перевалъ на вышинѣ 1,243 метровъ,
затѣмъ опускается въ' бассейнъ рѣкг Хань а идетъ вдоль ея главнаго притока Таиъ-
Кіані-ь. Проходъ Дзініг-Лішгь имѣлъ въ исторіи Китая почти такое же важное значеніе,
какъ я «Врата нефрита», такъ какъ посредствомъ его именно могли совершаться по-
стоянныя переселенія изъ Сѣвернаго Китая въ среднюю его часть, собственно «Срединное»
царство, гдѣ течетъ величественный Яііъ-гсе-Кіангъ.
Рѣка Ханъ-Кіангь, какъ рѣка историческая, имѣетъ поэтому первостепенное
значеніе, и самая форма географическаго очертанія придала цѣлой группѣ городовъ,
665
лежащихъ вблизи сліянія обѣихъ рѣкъ. преобладающую роль въ торговомъ движеніи
огромнаго китайскаго населенія Именно въ этой мѣстности наблюдалась въ продолженіе
нѣсколькихъ вѣковъ наибольшая густота населенія на всемъ земномъ шарѣ, и нисколько
не удивительно, что ки-
тайскій Триполпсъ (Трой-
ной городъ) — Хаиь-Коу,
Ханъ-Янгъ и Пу-Чапгь—
занималъ одно время пер-
вое мЬсто межіу паседен-
пѣйшимп центрами міра.
Здѣсь происходило основ-
ное скрещиваніе силъ и
вліяній между сѣверомъ и
югомъ, чана юмъ п во-
стокомъ страны. Рѣка
Япъ-тсс-Кіалгь. вполнѣ
доступная кораблямъ до
«П-Чапга», па протяже-
ніи около 2,000 километ-
ровъ, до самаго океана,—
вто срединный путь для
всего Китая; въ то времи,
какъ рѣка Ханъ-Кіаніъ
приноситъ съ сѣвера то-
вары, два озера, Тупгь-
Тилгъ и По-Янгъ, соот-
вѣтствующія двумъ пзгп-
бамъЯнъ-тсл-Кіанга выше
л ниже той излучины, гдѣ
находится Хаиь-Коу, при-
нимаютъ въ себя также
нѣсколько судоходныхъ
протоковъ, текущихъ съ
южныхъ горъ. Нигдѣ въ
цѣломъ мірѣ человѣкъ пс
имѣетъ болѣе удобной
сѣти водяныхъ путей, безъ
всякихъ пороговъ или
ущелій.
Каждая изъ этихъ рѣкъ,
подобно другимъ южнымъ
притокамъ Япъ-тсе-
-Еуыаікпыіі кррдптаьііі Сплоіь, выпущеипыіі въ царство-
ваніе императора Кунгъ-пу, основателя династіи ДГпнъ
(1368--1399І.
Знакъ наверху билета обозначаетъ, что этотъ билетъ дѣйствите-
ленъ подъ управленіемъ династіи Минъ. Ниже въ четыреуголь-
никѣ обозначено стоимость, ціггѣмъ изображены доскті. связокъ
чоховъ, соотвѣтствующіе цѣпѣ билета. Въ ннжяѳп частя объяс-
нено употребленіе кредитнаго билета, п въ послѣднемъ лѣвомъ
столбцѣ стоитъ имя императора Кунгъ-лу, годъ мѣсяцъ и число.
По краямъ узоры изъ китайскихъ знаковъ стариннаго очертанія.
666
Кіапга, течетъ по долинамъ, издавна служившимъ уже историчоевими путями, однако, не
пріобрѣла такою значенія, какъ глаппый путь, соединяющій Желтую рѣку съ Голубою:
торговое движеніе здѣсь развѣтвляется и происходитъ въ области менѣе иассдсцной, а
потому естественно слабѣетъ. Изо всѣхъ этихъ различныхъ путей главнѣйшій, есте-
ственно, тотъ, который соединяетъ низовья Яиъ-тсе-Кіапга сь запівомъ Кантона, вгибая
съ запада горы Фз-Кіспъ. Это—кратчайшая линія, соединяющая два густо населенные
«чага человѣческой дѣятельности. Въ книгахъ, описывающихъ путешествія но Китаю,
чаще всего встрѣчается географическое названіе Мсй-Лнпгъ, или «Тополевая- вершина»,
впачо «Лѣсная вершина». Это—перевалъ па высотѣ Зоо метровъ, откуда берегъ начало
рѣка Пе-Кіаиіъ, ила «Сѣверная рѣка», названная такъ за направленіе своего теченія.
Пи отношенію къ лабиринту рѣкъ въ области Кантона.
Этой сѣти судоходныхъ рѣкъ, гдѣ соединяются нѣсколько рѣчныхъ бассейновъ, я
главной артеріей которой является рѣка Си-Кіангь, пли «Западная рѣка», самой
природой бы >о указано стать центромъ наибольшаго схожденія людей и мѣсторожденіемъ
большого столичнаго города иля даже цѣлой группы значительныхъ городовъ. Танинъ
городомъ явился Куапгъ-Тупгт, ила Кантонъ европейцевъ- Мало того, что здѣсь
сходятся естественные путп, опг. имѣетъ еще п другія важныя преимущества: глубокою
пз|іѣзанпосп,ю береговой линіи, плодородностью рѣчныхъ наносовъ, разнообразіемъ
продуктовъ, принадлежащихъ двумъ зонамъ, тропической и умѣренной, которыя здѣсь
соприкасаются. Когда внутреннія войны, возстанія, губитслыіыв домры и заразныя
болѣзни прекращали могучую жизнедѣятельность Кантона, тотчасъ жо но сосѣдству
возникалъ новый жизненный центръ страны.
Долина рѣки Си-Кіапга, входъ вь которую охраняется Кантономъ, представляетъ
собой восточную половину важнѣйшаго историческаго пути, соединяющаго Индію съ
Китаемъ. Конечно, первые завоеватели Китая, баки, вторгнувшіеся еще во времена
легендарныя, не проникли въ эту южную часть «Небесной Имперіи»,—облапъ, опи-
санная Ю-Купгомъ, цѣликомъ расположена на сѣверѣ оіъ Яиъ-Тсе-Кіанга,—однако,
самая форма рельефа въ этой части Китая, безъ сомнѣнія, вызывала постоянно передви-
женіе народовъ; извветно, что уже двѣ тысячи лѣтъ тому наладъ вь этихъ провинціяхъ
процвѣтала дѣятельная торговля, которую почти прекратили раньше истребительныя
войны. Въ мѣстѣ прохода, который открывается между восточнымъ и южнымъ склономъ
высокаго Тибетскаго плоскогорій, горы, служащія продолженіемъ къ юго-востоку великихъ
массивовъ Центральной Азіи, ужо значительно понижаются, а въ нѣкоторыхъ мѣстахъ
даже совсѣмъ исчезаютъ. Водораздѣлъ между Тихимъ океаяомъ и морями Сіама и
Бирмаиіи представляетъ пдоскоіорі» изъ краснаго песчаника, доходящее до 2,ОСЮ метровъ
средней высоты и заключающее мъ себѣ озера, лежащія во впадинахъ. Изъ этого
высоко лежащаго водораздѣла, посгепсшіо спускающагося къ морю и равнинамъ, и
беретъ начало самыя могучія рѣки юго-восточной Азіи, расходясь вперомъ; именно:
Брамапутра, Ирравади, Салюэнъ, Меконгъ, Малунгь-Кіаигь (называемый въ низовьяхъ
Хѵнгъ-Кіангъ, или Красная рѣка), Си-Кіангь, Янь-тое-Кіашъ. носящій здѣсь мѣстное
имя Кннъ-ша-Кіангь. Ни вь какомъ другомъ мѣстѣ земного шара нельзя пайти подоб-
наго лучеобразнаго расположенія вѣкъ, берущихъ іачало изъ одного центра.
6С.7
Поперечный путь, послѣдовательно пересѣкавшій всѣ эти долины, расположенныя
во вь большомъ разстояніи друть отъ друга, господствовалъ поэтому надъ дорогами,
Пути, расходящіеся отъ Кай-Рока.
1 Г 5 000 000
адо Ки/іом.
Пунктиромъ помѣчено направлопіо теченія рѣки Хоанхо до 1354 г. Въ то'іоніо пяда предшество-
вавшихъ вѣковъ рѣка эта токда и по другимъ русламъ; одно время оиа соединялась на юіѣ съ
Яиъ-тсе-Кіи игомъ и впадали вмѣстѣ съ нимъ въ море; въ другое время оиа текла гораздо сѣвор
иЬо, вс. окроотпмотяхі. Пекина.
668
развѣтвіявшпмися го всѣмъ направленіямъ горизонта, отъ береговъ Ганга до береговъ
восточнаго Китая, и позволялъ жутсшсствсннвламт пе пускаться въ объѣздъ кругомъ
по опаснымъ морямъ, часто посѣщаемымъ тайфунами,— а это сокращало игъ путь но
менѣе, какъ па 6,000 километровъ.
Конечно, строго говоря, подъемъ на промежуточные хребты полонъ трудностей,
и этотъ столь важный въ исторіи народовъ путь состоялъ лишь изъ множества тро-
пинокъ, соединявшихъ наиболѣе доступные проходы. Городъ Тали расположенъ какъ
разъ въ области, гдѣ находится узелъ соединенія этихъ водныхъ путей. Войны, вра-
ждебно настроенныя племена іорцевъ, опустошительные набѣги и различныя политпче-
скія событія много разъ затрудняли и даже совершенно преграждали пути, расходящіеся
лугами вокругъ Тали, но, какъ только водворялся миръ, и бѣглецы въ сопровожденіи
новыхъ пришельцевъ возвращались въ свои опустошенныя владѣнія, этотъ «путь золота
іі серебра», называемыя такъ изъ-за залежей благородныхъ металловъ въ Юньанѣ, снова
пріобрѣтать свое прежнее значеніе; несомнѣнно, что впослѣдствіи онъ станетъ важнѣй-
шимъ путемъ сообщенія между Калькуттой ч Кантономъ
Центръ тяжести въ политической общсствеімиой жизни Китая часто перемѣщался,
сообразно тысячѣ превратностей, испытываемыхъ страною, соотвѣтственъ колонизація,
завоеваніямъ, отступленіямъ предъ врагами, новымъ возвращеніямъ ва старыя мѣста
и т. п Сиигаиъ па рѣкѣ Вей, въ долинѣ, образующей западное продолженіе Гоаогъ-Х' ,
и пнжо — Ху-нонъ, вблизи большой Великой рѣки, ниже шадевія ея притока, были
самой природой предназначены сдѣлаться центрами торговли и могущества.
Рѣка Янъ-тсе-Кіангь, эта главная артерія всего Китая, разумѣется, вь свою
очередь должна была притягивать къ себѣ всѣ жизненныя силы нація. Въ верхней
части ея бассейна, долипа, ідѣ развѣтвляется Минъ, собственно считающійся основой
«Великой рѣки» (Та-Кіанга), гь древнѣйшихъ временъ заселенія страны служила
центромъ притяженія и до настоящихъ дней представляетъ собою ядро Китая; Янъ-тсе-
Кіангь течетъ здѣсь какъ-бы въ длинномъ корридорѣ отъ порога до дорога; нужно
громадное терпѣніе со стороны ея обитателей, чтобы юльзоваться ею, какъ торговымъ
путемъ. Ниже впаденія вь эту рѣку ея большихъ притоковъ, вплоть до моря, по вей
расположены непрерывной пѣнью большіе города; послѣ Снпіапа важнѣйшимъ р-.
значенію надо считать Нанкинъ. Естественно, что могущество должно было переходить
отъ Гоаигь-Хо къ Янь-тсе-Кіангу, кеторыя протекаютъ по самымъ плодороднымъ н
густо населеннымъ областямъ Но, подобно т»му. какъ ото происходило во Франціи, н
по такимъ же причинамъ, политическое преобладаніе и здѣсь пріобрѣтали сѣверныя
области, рѣдко центра гыіыя и никогда южныя. Это происходило оттого, что завоеватели
страны, пришедшіе съ сѣверо-запада, имѣли всегда наибольшее количество силъ вблизи
своей родины и потому могли здѣсь сь успѣхомъ ..ыдпржнваіь борьбу съ самыми
опасными нр ітивиикамк.
Ни оыла а другая причина, по которой въ конкурренціи китайцевъ между собой
получили преобладаніе сѣверныя народности: вь бассейнѣ Гоангъ-Хо находится область
«желтозема», наиболѣе плодородной почвы для хлѣЗпой культуры. Облаетъ эта, подробно
изученная Рихтгофеномъ ьъ его замѣчательномъ изслѣдованіи сѣвернаго Китая, занн-
669
маетъ собой П“чтп псю впадину, прорытую водами Желтой рѣки, за исключеніемъ
горъ, возвышающихся па западѣ, и наносныхъ раипнпь па востокѣ; поверхность ея
равняется около милліону квадратныхъ километровъ, т. о. почта въ 2 раза больше
Франціи.
Эта рыхлая вемдя но что иное, какъ такъ называемый «лессъ», подобный по
внѣшнему виду тому, который находится въ Европѣ, въ долинахъ Дуная и Рейна.
Лессъ образовала! вь теченіе вѣковъ изъ пылеобразныхъ остатковъ, наносимыхъ
вѣтромъ. Каждое дуиовеию бурь, идущихъ съ сѣворо запада, ириносигь съ собой
Типичныя ворота китайскаго храпа.
мельчайшія частины, происходящія отъ медленнаго вывѣтриванія юръ Паяна, Аліая,
Тарбагаізя н прилегающихъ къ нимъ равнинъ. Изучая развалины Лулана, въ пустынѣ
Лобъ, Свепъ-Хедивъ вычислитъ въ 3 метра толщину слоя вемли, благодаря обнаженію
породы въ продолженіи 16-ти вѣковъ; одиако, слои пыли, непрерывно увеличивающіе
толщину желтозема, не настолько толсты, чтобы заглушить растительность или помѣ-
шай развитію животныхъ; травы продолжаютъ расти, хотя постенеано засыпаются; и
ься масса этой пыли, начиная сь нижнихъ, прилегающихъ къ каменной породѣ сдоевъ,
является пронизанной безчисленными жилками, оставшимся отъ корешковъ ра-
стеній; повсемѣстно также находятся остатки раковинъ и другихъ остатковъ животной
жизни. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ толщина желтозема, обнаруживаемая благодаря размывамъ
670
коты, доходитъ до 600 метровъ, такъ что объемъ ея равняется птлой цѣпи горъ.
Вычнслено. чго плодородная почва Гоангъ-Ту могла би покрыть в>'ю землю слоемъ
толщиной вь 1 метръ.
Если вѣтеръ образовалъ этв громадныя скопленія лесса, то вода, въ свою очередь,
уничтожаетъ лхъ: Желтая рѣка съ ея притоками располагаютъ ненсчисличми матеріа-
лами, чтобы увеличить наносныя раина ни насчетъ моря. Вода проникаетъ вь рыхлую
почву вплоть до каменныхъ породъ, или до слоя непроницаемой глины, на которыхъ
располагаются слои лесса; сюда же стекаетъ п дождевая вода, образуя цѣлую сѣть под-
земныхъ каналовъ, которые являются отъ подножія горъ н, слѣдуя по своимъ скры-
тымъ стокамъ, прорываютъ глубокіе колодцы, намѣчая направленіе будущихъ долинъ,
лессовыя массы опускаются въ ломъ же направленіи, п іакнмь образомъ образуются
глубокіе рвы съ развѣтвленіями и обыкновенно отвѣсными скатами. Дожди размываютъ
и непосредственно почву, и всякій ливень увлекаетъ ?а соолю потоки грязи, которую
вѣтеръ и засуха сш-ва превращаютъ въ тучи пыли Въ этой странѣ все желто—земля,
воды. ммистиГі воздухъ, даже небо, па которомъ солнце едва просвѣчиваетъ сквозь
поднятую пыль. Дома и люди покрыты желтымъ слоемъ; рѣзкій копстрасть появляется
лишь тогда, когда начинаютъ зеленѣть воздѣланныя поля. Однако, желтый цвѣтъ
здѣсь является символомъ плодородной почвы, даже могущества всей стр-шы. Отсюда
п титулъ Хоашъ-ти, «желтый государь», даваемый Китайскому императору, имѣетъ
смыслъ: «Властитель земли». Чудодѣйственная плодородная сила Гоангь-ту позволила
колоніи «ста семей» расти, множиться и образовать величайшій земледѣгьчеейій народъ,
обладающей всѣми необходимыми для этой профессіи качествами, какъ то: экономіей,
упорствомъ, находчивостью въ бѣдѣ, а также развитіемъ тѣсной семейной жизни.
Земледѣлецъ, обрабатывающій «Желтую землю», старается какъ бы слиться съ псю;
во многихъ округахъ осъ съ такою скаредностью экономить драгоцѣнную почву, что
не желаетъ занять себѣ ея поверхности подъ жилье или амоары, а вырываетъ сеоѣ
жилище въ самомъ лессѣ и таквмъ образомъ живетъ подъ своими полями, чутко
прислушиваясь къ росту посѣяннаго имъ зерна. Отсюда понятна га терпѣливая энергія,
то упорство п та врожденная сила, какую даетъ подобное существо іаніо земледѣльцу
«Желтой земли», и насколько совершенно были вооружены переселенцы этого края,
чтобы превратить въ превосходно ѵбработашіыя поля наносныя д<чины рѣки Гоаигь-Хе
съ ея притоками, а также н берега рѣки Яііь-тсе-Кіанга-
Китайцы, попстипѣ, должны считать своей родиной «Желтую землю* Но если
считать, что этотъ пародъ вь значительной части сформированъ рѣкою Гоангъ-Хо, то
пади сознаться, что не мало имъ пришлось н бороться съ этой рѣкой; въ борьбѣ опъ
воспитывался, и эю воспитаніе еще не окончено. Въ области низовьевъ рѣки всякая
культура подвергается опасностямъ наводненій, такъ какъ вода поднимается здѣсь
на высоту 150 метровъ, угрожая затопить низкія прибрежныя равнины іо съ одной
то съ другой стороны, вь зависимости отъ накопленія наносовъ, скопляющих я п»,
берегамъ. Извѣстно, какія весчастія зпичииилъ Гоангъ-Хо при измѣненіи своего русла;
напр., въ серединѣ девятнадцатаго вѣка онъ пересталъ течъ на юго-востокъ и, пере-
мѣнивъ курсъ на сѣверо-востокъ, устремился со всей силой, затопляя дерево, селеніг,
671
опустошай гороха и образуя па пути азера и болота. Приходится постоянно возста-
навливать и строить заново плотины, чтобы дать поднявшейся водѣ возможность течь
Мѣстность ме:кду Хоанхо и Янъ-тзе-Кіаномъ.
1 1	5 000 000
 ----------1---- .---------- - '
о	100	200	400КиЛО«И
Ск-нгамъ расположенъ па высотѣ Збо мотр. надъ уролнѳмъ моря. На картѣ но нанесенъ перевилъ,
которымъ этотъ городъ сообщается съ дояипои Тан-Кіапа, равно какъ забыта и цифра, обоина-
чающчі высоту перевала—1213 иотр.; цифра 670 м. охноевтев къ точкѣ, въ которой соединяются
оба рукава рѣки.
672
но старому направленію; пра этомъ приходится дѣлать такія широкіе берега, что въ
нѣкоторыхъ мѣстахъ разстояніе между ними доходятъ до 22 километровъ. Прибрежные
города, -труженные стѣнами, въ концѣ концовъ оказываются стоящими какъ бы на
днѣ яиъ, такъ какъ окружающая ихъ почва все время подымается рѣчными наносами.
Городъ Кай-Фонгъ, стоящій какъ бы па стражѣ у выхода, является однимъ изъ
такихъ городовъ, расположенныхъ какъ бы па днѣ колодца; въ него приходится сну
спаться во длиннымъ лѣстницамъ, а дожди иногда причиняютъ цѣлыя наводненія.
Пришлось выстроить новые валы па старыхъ стѣнахъ, такъ какъ рѣчныя отложенія
угрожали засыпать ихъ
По сравненію съ Гоангъ-Хо, Янъ-тсе-Кіапгь кажется главною рѣкой, что дока-
зывается и поверхностью его бассейна, и количествомъ несомой воды. Кромѣ того, въ
предѣлахъ его бассейна народонаселеніе больше и гуще —ову опредѣляется не менѣе
двухсотъ милліоновъ душъ; но рѣка эта, хоти но преимуществу Китайская, не играла,
однако, такой важной роли въ образованіи характера самой Китайской народности.
Именно ьъ бассейнѣ Желтой рѣки, на порошкообразной почвѣ Гоангъ-Хо, въ панос-
ныхъ долинахъ Шанси и Почили, образовались эти черноголовые люди съ нхъ рѣзко
отличной ото всѣхъ націй цивилизаціей. Тамъ научились опв земледѣлію, въ которомъ
но имѣютъ себѣ соперниковъ; тамъ развились ихъ нравственные устоп, складъ ихъ
семьи и, наконецъ, безконечно терпѣливый характеръ. Голубая рѣка имѣла на лихъ
лишь второстепенное вліяніе, какъ на народъ, ужо сформировавшійся Благодаря перво-
начальной средѣ, которая дала имъ весь строй жизни, они научались уклоняться отъ
непосредственнаго вліянія внѣшняго міръ; ихъ личность вполнѣ сформпроваіась, и
послѣдующая среда, куда опи попали, могла уже оказать только поверхностное вліяніе:
это все равно, что пчлпрппка ужо вык тайнаго оружія. Китайцы, перссслнвшіеоя съ
береговъ Желтой рѣки на берега Голубой, были болѣе богаты и искусны въ техникѣ,
группировались въ большіе города; пъ новой странѣ они пріобрѣли болѣя утонченныя
манеры и вкусы, «цвѣтистый» языкъ; въ такихъ городахъ, какъ Наининъ пли
Хапгъ-'Ісу, оии пріобрѣли только внѣшній лоскъ, но лишь природа сѣвера дала имъ
все, что есть въ ихъ характерѣ сильнаго, стойкаго и выносливаго.
Впродолженіи сорока двухъ вѣковъ своей исторіи, насколько мы знаемъ се, Ки-
тайская нація жила въ непрерывной борьбѣ за право па недвижимую собственность.
Въ цѣломъ мірѣ нѣтъ другой страны, гдѣ бы можно было замѣтить яснѣе преобладаніе
экономическихъ факторовъ въ развитіи націи. Основнымъ вопросомъ является здѣсь
вопросъ о насущномъ хлѣбѣ. Въ измѣненіи земельныхъ условій и правъ земледѣльца
на владѣніе своею землею собственно п состоитъ вся исторія Срединнаго царства
Различныя политическія событія являются или естественными слѣдствіями этихъ измѣненій,
пли жо простою случайностью.
В" времена первоначальныя, при появленіи «ста семей», земля принадлежала
всѣмъ, въ томъ смыслѣ, чго колонисты устраивались лишь по собственному желанію,
и выбирая тѣ мѣста, которыя имъ казались подходящими. Изъ древнихъ документовъ
видно, что такъ называемый «желтый народъ» (названіе, ясно указывающее характеръ
той области, гдѣ опъ разселился) свободно колонизировалъ захваченные имъ участки
673
земли. Только ьама природа страны, изрѣзанной оврагами оіъ размывовъ водою по всѣмъ
направленіямъ, образующимъ цѣлый лабиринтъ, заставала земледѣльцевъ во многихъ
мѣстахъ дѣлиться на болѣе пли менѣе значительныя группы; такоьз причина, какъ пред-
полагается многими, дѣленія пришельцевъ на сто семей или родовъ. Въ этой странѣ,
Центральная часть Срединной Имперіи.
1	5000000
о	іео	:оо
«оо К и/і ем
раздѣленной на части самой природой, .идо тенденція къ раздѣленію г владѣнія гі
отдѣльныя собственности, общинныя, семейныя и частновладѣльческія, тогда ьзг.ъ далсѳ
кь востоку, въ наносныхъ равнинахъ Хоамгъ-Хо, гдѣ безпрестанно угрожаютъ заводненія,
долгое время удерживалась форма національнаго общиннаго землевладѣнія: прибрежнымъ
жителямъ приходилось бороться съ разливами рѣки и отвоевывать у нея зазопдевны»
ьапзг реезю. вып. ѵ,
43
674
области, и вта солидарность давала ямъ сознанія того» что вппя н ея продукты при
надлежать всѣмъ сообща
Но мало-по-малу усиливалось могущество императорской идасти, опиравшейся иа
окружающихъ властителей, совѣтниковъ и любимцевъ, избранныхъ людей, образовавшихъ
ирпвиллоіириваньый классъ, который отнималъ часть богатствъ, созданныхъ общими
трудами. Императоръ и его приближенные отмежевали себѣ у народа большіе участки
земли изъ національнаго фонда. Такимъ образомъ удѣльная система вступила въ кон-
фликтъ съ системой обшішнаіо владѣнія, п ностеп<*нн > создались экономическія условія,
подобныя тѣмъ, которыя преобладали въ Западной Европѣ, послѣ паденія Римской
имперіи Земледѣльцы продолжали работать сообща, но часть урожая, которая причиталась
имъ самвмъ, была такъ мала, что едва удовлетворяла необходимыя нужды; лььявая же
доля урожая шла властителямъ. Тридцать одно столѣтіе тому назадъ Китай былъ раз-
дѣленъ на большое число удѣловъ и лепэвъ, порабощенные обитатели которыхъ были
раздѣлены на группы по восьми семействъ въ каждой; группы эти сохраняли п • внѣш-
ности обшввіый строй, за чѣмъ особенно ревиив-наблюдали пхъ сюзерены: и па самомъ
дѣлѣ община, хотя притѣснипвая и методически разоряемая, не переставала существо-
вать, являя собой какъ бы маленькіе отдѣльные мірки, вродѣ крестьянскаго «міра» въ
Россіи. Остатокъ прежней общественной солидарности и общиннаго землевладѣнія тлѣлъ,
какъ уголья подъ пепломъ.
Нѣкоторыя черты этой общинной оріапизаціи ирп феодальномъ строѣ видны и
теперь еще вь нѣкоторыхъ областяхъ Китая, а также и ьъ тѣгь областяхъ, который
взяли себѣ за образецъ Китайскую цивилизацію, именно въ Кореѣ. Однако, междоусобныя
чойпы, постоянныя пересоленія изъ одной области въ другую и народныя передвиженія
измѣнили у<таповпншесея равновѣсіе, и въ четвертомъ ьѣкѣ до Р. Хр. произошла
полная перемѣна въ условіяхъ владѣнія собственностью. Большая часть земель отошла
въ другія руки, и способъ владѣнія освободился отъ феодальныхъ формъ. Теперь соб-
ственники стали владѣть землею безусловно, а земледѣльцы, у которыхъ не осталосі
и пяди пахотной земли, вынуждены были идти ьъ рабство. Впрочемъ, они часто воз-
ставали; гражданскія войны происходили безпрерывно, при чемъ, благодаря преврат-
ностямъ судьбы, крестьянамъ иногда удавалось захватить и удержать клочекъ земли.
Къ тому же, и императору выгодно было имѣть на своей сторонѣ народъ, чтобы быть
менѣе зависимымъ отъ крупныхъ землевладѣльцевъ: тагъ, императоръ Вангмапгь, совре-
менникъ Августа, осмѣлился въ одинъ прекрасный день потребовать себѣ игѣ земли и
распредѣлить ихъ по справедливости, такъ чтобы съ осяхъ соръ пи одинъ подданный н><
ц ігъ владѣть обрабатываемой зсмзеГі площадью боліе одного «ципа»,’ т. е. около 6
гектаровъ, и имѣть болѣе восьми невольниковъ мужескаго пола: таково именно было
число общинниковъ ранѣе вь каждой земледѣльческой группѣ. Такимъ образомъ земля
оказывалась раздѣленной пропорціонально нуждамъ каждаго, но мандарины, будучи <*амп
собственниками, вовсе не желали отказываться отъ своихъ правъ, и право на владѣніе
крупными участками земли воцарилось вновь послѣ кажущагося исчезновенія. Верховная
власть не могла измѣнить хода исторіи; для такихъ большихъ перемѣнъ требуется едино-
душное желаніе народа н сознаніе свонхъ правъ, опирающееся на собственныя силы.
675
Начинай съ этой эпоха, борьба за ммлевдадѣпіе продолжалась непрерывно съ
перемѣннымъ успѣхомъ п принимала различныя формы, борьоы общественной и поли-
тической; всегда оно было причиной всѣхъ великихъ событій, которыя происходили въ
Срединной имперіи. Иначе, положимъ, в быть не могло, такъ какъ земледѣліе госта-
Китай 4000 лѣть тому назадъ.
25000000
1000
ьосКилом
Шестая книга классическаго труда шу-Кингъ носятъ названіе Ю-Кингъ; редакція ея, па осно-
ваніи дровняхъ документовъ, приписываете» Конфуцію; пъ 2-хъ первыхъ оя главахъ заключается
краткая, географическая таодицв, составленная Ю (сы. переводъ у КІсИШоГеп—СЬіпа, I). Послѣ опи-
санія 9 провинціи идетъ описаніе 9 горъ иди, скорѣе, склоновъ холмистыхъ цѣной, окай иля то-
щихъ рѣки. Великихъ рѣкъ также паочитыиаотся 9; большая часть нхъ п до спхъ моръ носитъ
тѣ названія, подъ какими опи упоминаются ІО: Ко (Хоаихо), Воіі, Ло, Ханъ, Хвап (Хоай), Кіангъ
(Янгъ-тсе), рѣка Тзи ничто иное, какъ нижнее точоніо Хоапхо; р. Минъ—главный рукавъ Кіанга,
Іо-шуй—теперь Едзина, Хеіі-шпмъ течетъ на западъ отъ Су-чоу и теряется въ впадинѣ Каралоръ-
Лобпоръ. Оставляя въ сторонѣ области, насоленныя варварами, собственно Китай имѣлъ въ оту
эпоху центръ своей тяжести въ Сп-нгапѣ. въ долинѣ Вой. Пунктирныя пиніи обозначаютъ, по Ю,
коммерческіе пути, во шедшіе мо точенію главныхъ рѣкъ.
*
676
власть исключительное достояніе населенія, всѣ же остальныя отрасли труда—простые
придатки его. Понятно такая страна, какъ Китай, страна земледѣльческой демократіи
по преимуществу, отводить обрабатывающимъ землю первое мѣсто, или по крайней икрѣ
второе послѣ людей ученыхъ, такъ какъ въ этой странѣ выше всего почитается званіе.
Есть извѣстная китайская поговорка, гласящая, что государство болѣетъ тогда, когда
мужчина не обрабатываетъ своего поля, а женщина ье блюдетъ своего хозяйства. По-
пулярная легенда разсказываетъ, свидѣтельствуя о высокомъ достоинствѣ китайскаго
хлѣбопашца, что императоръ Хунъ. мимическая личность, о которомъ знаютъ въ каждой
хижинѣ, былъ крестьянинъ и даже, будучи па тронѣ, жилъ трудами сооственныхъ рукъ.
Іезуитскій священникъ, отецъ Дю-Гальде, говоритъ объ ятомъ императорѣ, какъ
о лицѣ дѣйствительно жившемъ, и искренно утверждаетъ, что самая любовь къ земледѣлію
произошла пзъ желанія подражать благородному примѣру царственнаго .хлѣбопашца
Теорія, впглнѣ достойная льстецовъ при дворѣ Короля-Солнца! Католическій истприкь
не понялъ, что Хунъ ни что иное, какъ олицетвореніе, олицетвореніе—царственное и
даже птчаіти божественное самого этого парода, сѣятеія п хлѣбопашца Во всякомъ
случаѣ благодаря своей тѣсной связи съ зеыясй, землі-дѣльпы Небесной Имперіи успѣшно
преодолѣли всѣ препятствія, которыя предъявляли пмъ паразиты народа, властители и
мандарины. Праздникъ земледѣлія, который справляется «Сыномъ Неба» ежегодно ьъ
концѣ марта, и во время котораго онъ самъ, одѣтый въ крестьянскія одежды, долженъ
вспахать три борозды, еммволизуетъ побѣду народа надъ властителями. Жатва съ этого
поля приносится въ жерву богамъ, какъ даръ народа.
Общій видъ областей Китая, которыя воздѣлываются уже въ продолженіе двухъ,
трехъ и даже четырехъ тысячъ лѣтъ, свидѣтельствуетъ о сильномъ вліяніи земледѣльцевъ
на самую почву, ея растенія и животныхъ. Развертывающіеся теперь нейзажи— уже
совершенно другіе, чѣмъ во времена первобытныя. Громадныя дикія животныя почти
повсемѣстно исчезли въ Китаѣ; здѣсь не встрѣчается пи слоновъ, пн львовъ; а тигръ
появляется лишь на окраинахъ, напр., къ Манчжуріи н области бассейна Тарима; носо-
рога можно видѣть лишь вь высокой долинѣ Си-Кіанга. гдѣ простираются оіромвые,
почти пустынные лѣса, вплоть до Пндо-Кптая. Точно также лѣсная флора пччгп совсѣмъ
отсутствуетъ въ густо населенныхъ областяхъ. Общины, которыя заоотлвво наблюдаютъ
за хорошимъ состояніемъ полей, пе допускаютъ появленія сорныхъ травъ пли дикихъ
кустарниковъ п истребляютъ ять корни изъ этой о»чвы. уже десять тысячъ разъ пере-
вернутой ихъ плугами. Деревья допускаются лишь вокругъ кладбищъ, гдѣ жители осте-
регаются даже срѣзать вѣтви, такъ какъ завѣтами заорещон» трогать такія свящеппыя
мѣста, впрочемъ, за исключеніемъ времени перемѣны династій Въ мѣстахъ, гдѣ ощу-
щается недостатокъ топлива, иародъ дарю, уже привыкъ по топить вовсе, а довольство
ваться п > зимамъ двойными одеждами, шерстянымъ п мѣхогимъ платьемъ.
Впрочемъ, обитатели Дальняго Востока во многомъ опередили жителей Европы
Камениымъ углемъ китайцы пользуются съ незапамятныхъ временъ. Въ верховьяхъ
бассейна Япъ-Тсе Кіанга значительная флотилія об-лужапастъ торговлю каменнымъ
углемъ; въ Манчжуріи найдены были древнія копи съ вертикальными колодцами,
свидѣтельствующими о высокой степени развитія тогдашней техники.
677
Китайскія постройки ясно отражаютъ на себѣ вліяли условій первобытной, кочевой
жизни и показываютъ, какъ прежнія формы сохраняются, получая лишь другое толко-
1 :	25 000 000
О	500	1000	150о К ил ом.
ваніе. Покидая извѣстную среду для другой, переселенецъ всегда уносить съ собой
предметы, формы которыхъ отвѣчаютъ его прежней обстановкѣ, іь перестаетъ понимать
67»
ихъ вь новыхъ условіяхъ среды. Впрочемъ, человѣкъ всегда старается найти правильно
или ложное тодіюваніс всему, что онъ вндптъ, особенно, если это касается произведенія
его собственныхъ рукъ; соо разно своимъ понятіямъ, онъ и ищетъ объясненій. Напри-
мѣръ, углы монгольскихъ кнбпюкъ, изогнутые водъ тяжестью войлоковъ или другихъ
матерій, вырисовывались па фонѣ неба изящной дугой, но когда кочевники стали осѣд-
лычи жителями, а кпбіітки бьтн замѣнены деревянными постройками, или даже кирпич-
ными, прежняя дуга прыщъ осталась, яі первоначальная причина происхожденія этоп
формы совершенію была позабыта; нашлась новая причина: таииственчыя водны Фепгь
Шуй («воздушныхъ вѣтровъ н волъ») мягко скользятъ вдоль такихъ изогнутыхъ формъ
постройки!
Итакъ, китайскій пейзажъ можно назвать пскусствеппымъ, — его очень наивно
воспроизводить жнвдінсецъ на фарфорѣ и эмали; однако, китайцы, столь прозаичные
но виду н поэты въ душѣ, очень любятъ свою пріі|*ду и усердно украшаютъ се аллей-
ками, претенціозно-массивными мостами, купами рѣдкихъ цвѣтовъ и крі щечными дерев-
цами. Пхь поэзія прославляетъ земледѣліе, ручейки, дождь, вѣтры, облака, вообще тѣ
СИЛЫ, КОГОрЫЯ способствуютъ всходу И росту хлѣбныхъ зеренъ, ПО ЭТИ пѣсни НоЧІН
всегда носятъ характеръ меланхоличный и мроиньмуты тихой ірустью. Благодаря труду,
сохраняющему душу здоровой и спасающему ее оть пессимизма, згой болѣзни праздныхъ,
китайцы сохранили въ себѣ большой запасъ энергіи, непобѣдимой п упорной, по это
не спасаетъ пхъ отъ невольной грустя, какъ всякую угнетенную натуру.
Семейная жизнь китайцевъ вполнѣ соотвѣтствуетъ нхъ имущественному строю;
нравы зависятъ главнымъ образомъ отъ способа владѣнія землей и, слѣд., косвенно
опредѣляются географической средой, горами, рѣками п распредѣленіемъ обрабатываемыхъ
земель. Общинное и родовое землевладѣніе, за кпшрое китайцы боролись издавна и
борются еще п теперь, ыог.і» противостоять стремленіямъ властителей и императоровъ
лишь благодаря тѣсному союзу всѣхь заинтересованныхъ лицъ. Вч. силу этого въ Китаѣ
семья развивалась особенно могущественно, прежде всего, какъ органъ защиты, п ста іа
зародышемъ всей націи. Вся Имперіи, заключающая вь себѣ сота а милліоновъ людей,
разсматривалась, какъ оіроішая семья, поевятнишая себя обработкѣ земли. Сами китайцы
поняли это ужо издавна, такъ какъ въ ихъ идеографическомъ письмѣ знакъ, предста-
вляющій «правительство», имѣлъ первоначально значеніе текучей воды.
Прочная постановка семьи, этого типа китайской націи, не допускаетъ безбрачія.
Въ этомъ отношеніи по допускается никакихъ уступокъ. Оощипный совѣтъ спрашиваетъ
прямо объясненій у отца, сынъ котораго еще пе женился въ тридцать лѣтъ; иногда
возможно умилостивить его извѣстнымъ штрафомъ, во послѣ тридцати лѣтъ молодого
человѣка женатъ насильно. Молодая дѣвушка старше двадцати лѣть тоже безповоротно
принуждается къ замужеству; цѣль китайцевъ — непрерывность рода; во что бы то ни
стало необходимо продолжить родъ своихъ предковъ. Вообще, признано во всѣхъ отно-
шеніяхъ обращаться почтительно сыгредками, которые служатъ символомъ давняго владѣнія
землей и давности ея обработки. Іісѣ добрыя дѣла и заслуги сына преходятъ и на его
отца и всѣхъ предковъ,—н если онъ получаетъ высшее знаніе пли какой-нибудь титулъ,
то послѣдній переходитъ н>> воіходяней линіи ко всѣмъ предкамъ.
679
Китайское <Фспгъ-1Пуй», въ продоіжеяіе прошлаго столѣтія быппсо предметомъ
столькихъ століші-ш’иій между европейцами и китайскимъ прачпшьствомъ, ігіусловлп-
настся именно чувствомъ уваженія китайцевъ къ предкамъ. Китайцы налагаютъ, что
Распредѣленіе леса.
1 : 10 000 000
6	" Гос * зоо	ее о К и л с м
Часто ааштрпховавныя мѣста показываютъ, Рихтгофену, распуодѣлоию въ равнинахъ Леса
«тяоыапнаго вѣтромъ, болѣо рѣдкіе штрихи—указываютъ на рѣчные павогы леса, переработан-
наго водой. Лесъ встрѣчается. однако, и иа в< заыіцоппостпхз., <.*стаглопиыхъ да партѣ бѣлими.
бво
души предковъ но прикрѣплены къ домашнему очагу, а свободно ногстся к видѣ
вѣтровъ, пировъ, тумана и дождя: поэтому благочестивый земіедѣлецъ старается сохра-
нить свою землю въ первоначальномъ «я видѣ изъ боязни, что какая-либо перемѣна
въ наружномъ видѣ или въ направленіи водъ плн воздушныхъ теченія можетъ нарушить
спокойствіе духа предковъ.
Но образцу семьи, этой первичной клѣтки государства, сложилась въ Китаѣ и
община, и тмо государство. Независимость общины очень сольно поддерживается китай-
скимъ крестьяниномъ. Киждая деревня образуетъ самостоятельную общину, гдѣ ві-ѣ главы
семей принимаютъ участіе въ избраніи своего представителя, обыки-венно избираемаго
изъ среды земледѣльцевъ; этоть староста исполняетъ также обязанности нотаріуса,
регистратора, казначея, судьи для рѣшенія спорныіъ вопросовъ, наконецъ, даже смотрителя
дьроіъ, нолей нкладоишъ. Всѣ его помощники.—долевые сторожа, землемѣры и писцы,—
также избираются главами семей. Небольшія городскія оопщетва имѣютъ одинъ муници-
пальный совѣтъ, въ большихъ городахъ ихъ столько, сколько кварталовъ; но чѣмъ
важнѣе значеніе города, тѣмъ слабѣе въ немъ обшивная автономія, что объясняется
вмѣшательствомъ властей въ выборы.
Логичнымъ казалось бы, если бы эіо голосованіе главъ семей стало источникомъ
власти и длн Организзпіи областей и даже всего государства. Въ теоріи именно такъ и
есть; полому но всьхъ трактатахъ, которые со временъ Конфуція писались объ «искусствѣ
управлять людьми», императоръ всегда представлялся какъ «отецъ и мать» обширной
семьи китайскаго нарда. Ііогоѣдшй, болѣе двухъ тысячъ лѣтъ до сопъ-гимопистовъ,
имѣлъ уже своего «Ма-ба», который въ своихъ молитвахъ и воззваніяхъ никогда не
упускалъ случая напоминать о своей безусловной отвѣтственности за счастье народа;
каждая его ошибка или заблужденіе,—говоритъ -иъ,—можетъ ввести безпорядокъ въ
іосударстзо, а каждая его дурная мысль—осквернить вселеипую*. Всякое народное бѣд-
ствіе влечетъ его къ публичному иоклянію, но, ио странному противорѣчію, допустимому
только у такого важнаго лица,—казни самоуоіпствомъ подввріался вс опъ, а его ми-
нветры и генералы. Наконецъ, давни уже, какъ говоритъ Дю-Гадьде, •правительство’
существуетъ только благодаря примѣненію палки». Одинъ только императоръ-земледѣлецъ
Хунъ воплощалъ идеалъ китайскихъ пахарей. Во существовалъ ли онъ когда-либо, а не
былъ ли простимъ антроцоморфпчеекпмь олицетвореніемъ?!
Оффиціальная мораіь годнаго уваженія къ семьѣ и обязательности постояннаго труда
являются поэтому необходимыми лишь для низшихъ классовъ населенія, «дѣтей земли», а
всѣ тѣ, кому привилегія, высокое положеніе или богатство даютъ возмпжиость жить
но трудясь, давнымъ давно создали с«бѣ мораль, болѣе растяжимую в менѣе трудную.
Они по считати себя обязанными <облюіать единобрачіе и утонялись отъ труда на-
столько, что отращивали себѣ длиииы ногти, показывая этимъ непригодность своихъ
рукъ къ труду; опи же выдумали оиитовать ноги своимъ женамъ, чтобы сдѣлать ихъ
неспособными двигаться и трудиться даже въ домѣ.
Такимъ образомъ классовое неравенство, появившееся вслѣдствіе захвата сильными
вь свои руки общественной собственности, выразилось яснѣе всего двумя противопо-
ложными міросозерцаніями, н, конечно, стремленіе къ объединенію этихъ міровоззрѣній
681
часто ириводпло къ конфликтамъ между обоими классами, представителями обоихъ видовъ
морали Къ древпомъ Китаѣ, какъ и въ современномъ, возстанія происходили часто,
Провинціи Китая.
і:	20000000
ітооКилом.
и 200	600
но почти всегда, сообразно съ направленіемъ народной массы, предлогомъ ихъ
являлись нарушенія уваженія къ предкамъ, нарушеніе какихъ-либо традицій, или воспо-
минаніе объ исчезнувшей династіи. Даже во время настоящей революціи, китайцы,
благодаря своей крестьянской натурѣ болѣе, чѣмъ другіе народы, сохраняютъ чувство
консервативной лойяльности и стремленіе къ объединенію въ большія группы. Частичныя
6Я2
возмущенія рѣдки, а единичныя выступленія п вовсе неизвѣстны. Недовольство всегда
проявляется разомъ и повсемѣстно и, когдв разражается революція, подготовляемая
обыкновенно тайиымп обществами, то возмущеніе въ скоромъ временя распространяется
по всей территоріи Китая.
Впрочемъ, дрівніе философы Небесной имперіи признавали, что иногда возстаніе
является одной изъ священнѣйшихъ обязанностей, и въ послѣдней изъ «Четырехъ
книгъ» или «Со-Шу», изученіе которой обязательно во всѣхъ школахъ Имперіи, хотя
Культъ предковъ.
она и не входить въ составъ извѣстныхъ пяти «Каноническихъ книгъ»,—это положеніе
приведено текстуально. «Всѣ люди.—говорить Менгъ-тсе, называемый также «суровымъ
фигооофомъ»,—равны. Почему жо одни богаты, а другіл бѣдны? Если столъ богачей
ломится отъ яггвъ, а копюшнп полны породистыхъ лошадей, гопа какъ народъ умираетъ
съ голоду и утилаетъ путь трупами, то по управляется лв государство хищными звѣрями
пожирающими людей? А когда и властитель... присоединяется къ этпмь хищникамъ, то
возиожвч ли нагнать его отцомъ парода? Не правь ли я буду, называя его разбой-
никомъ»?.. н далѣе: «Настоящій мятеашикъ тогъ, кто наноситъ обиды человѣчеству*,
Разсказываютъ, что когда одинъ императоръ пзъ династіи Мипговь пожелалъ
«(ключахъ изъ обыдеадой школьной программы изученіе произведеній Меніъ-Тсе, то уче-
688
яые выразили дружный протечь противъ императорской воли, во главѣ съ повылъ
министромъ, который даже заставилъ, иди къ императору, вести впереди себя собствен-
ный гробъ. Возможно, что и вто лишь сказка, подобно исторіи 460 мандариновъ, ко-
торые добровольно сожгли себя вмѣстѣ съ «Шу-Киніъ» или «книгой лѣтописей», собран-
ныхъ Конфуціемъ, когда ІПи-Гоангъ-тв приказалъ испепелитъ всѣ книги, щшисанныя
до его царствованія. Капъ гово-
рятъ, опъ, изъ тщеславія, хо-
тѣлъ, чтобы исторія міровой
эволюціи начиналась со вре-
мени его вступленія на пре-
столъ; другіе думаютъ. что онъ
просто хотѣлъ сломить могу-
щество тѣхъ, которые опира-
лись на старыя традиція. Мож-
но думать, что если столько
сильныхъ словъ древнихъ мудре-
цовъ сохранилось въ классиче-
скихъ произведеніяхъ Китая, то
эіо зависѣло не отъ ученыхъ
куртизаповъ—придворныхъ, а
скорѣе отъ равнодушнаго отно-
шенія самихъ правителей. Слова
становятся ничего незначущпми
пли звучать фальшиво, если
дополняющее игъ образованіе
отнимаетъ у нихъ истинный
смыслъ: опп походятъ тогда на
постороннія тѣла, внѣдрившіяся
въ организмъ.
Во всѣхъ дѣяніяхъ, начи-
ная съ мирной обработки но-
лей и кончая вооруженнымъ
возстанемъ, у китайцевъ про-
является замѣчательная черта,
присущая нхъ характеру, нмен-	Копфуцій пъ царскомъ облаченіи.
но солидарность. Она резю-
мируется въ слѣдующемъ изреченіи, замѣчательномъ по своей ясности, которое гла-
ситъ: «Ни одинъ человѣкъ но можетъ быть совершенно счастливъ въ вѣчности, доколѣ
на землѣ существуетъ хоть одвиъ несчастныя, Несчастіо одного существа—недостатокъ
мѣшающій пі.іному счастью всей вселенной».
Ученіемъ, больше всего правившимся въ Китаѣ, такъ какъ оно отвѣчало консер-
ватввному духу Китайской націи, было ученіе Конфуція (Кунгь-фѵ-тсе), простого, прямо-
684
линейнаго философа, чуждаго всякой фантазіи и страстности, вѣрнаго оберегателя
всякихъ условностей а обязанностей человѣка, возведенныхъ нмъ въ систему. <Вгѣ
добродѣтели,—говорить онъ,—имѣютъ источникомъ этикетъ», и далѣе: «Этикетъ фор-
мируетъ и опредѣляетъ характеръ». Ротъ слона, которыя приписываютъ Конфуцію. Это
уваженіе ко всякимъ обязанностямъ, включая въ нихъ даже поклоны и комплименты*
форма и продолжительность церемоній составляетъ цѣлый курсъ нравственности, весьма
правильно названный «Іанъ-Мн» или «Десять тысячъ обычаевъ». И дѣйствительно,
ихъ по меньшей мѣрѣ десять тысячъ, и образованный человѣкъ находится какъ бы въ
желѣзныхъ тискахъ отъ этихъ обрядностей, которыя ьъ концѣ концовъ дѣлаются ма-
шипальными, но которыя тѣмъ вс менѣе лишаютъ человѣка не малой доли иниціативы.
А между тѣмъ философія Конфуція, которая мирится съ такнмъ празднымъ форма-
лизмомъ,—все-такн философія позитивная. «Какъ можемъ мы,—говоритъ онъ,—претен-
довать на знаніе чего-нибудь, касающагося веба, когда намъ такъ трудно соста-
вить себѣ представленіе ч о томъ, что происходить на землѣ?» Сами императоры,
воспитанные въ школѣ мандариновъ—моралистовъ, часто предостерегали народъ противъ
суевѣрій, распространяемыхъ жрецами, и послѣдніе не смѣютъ присутствовать, какъ не-
достойпые. па церемоніяхъ в торжествахъ, гдѣ появляется «Отецъ и мать* народа.
Таковы были ученія и офиціальные обычаи Китайскаго Востока двѣ тыіячи лѣтъ
тому назадъ, въ эпоху, когда, по удивительному историческому совпаденію, философы
Греціи и Китая однако изучали проолемы бытія в формулировали правила этики. Во и
въ той, и въ другой странѣ, съ нѣкоторой разницей только въ подробностяхъ, за періодомъ
философскихъ изысканій слѣдовала сильная реакція, во время которой на старомъ фонѣ
культа природы (пантеизма), фетишизма и аиимлзма появились религіи новаго типа:
и Западѣ— христіанство, а па Востокѣ—буддизмъ-
Что особенно отличаетъ эволюцію Китайской исторіи отъ таковой же эволюціи
Запада, это замѣчательный характеръ географическаго единства. Вслѣдствіе самой формы
страны, гдѣ всл дѣятельность направлена къ центру, такъ какъ кругомъ страны раски-
нулись высокія горы, непроходимыя плосш>горія или области, населенныя варварскими
племенами кочевниковъ, вліяніе внѣшняго міра отражалось па Китаѣ до эпохи буддизма
весьма слабо. На Западѣ, наоборотъ, разиообразіе географическихъ формъ облегчало
сношенія между различными пародами, изъ которыхъ каждый стоялъ на различной сте-
пени культуры, а изъ этого проистекала гораздо большая подвижность всего цѣлаго.
Говоря языкомъ физики, восточная цивилизація носила характеръ центростремительной,
а западная—центробѣжный.
Тѣмъ не менѣе сообщенія, хотя и медленно, должны были установиться между
обоими краями свѣта, путемъ передачи ходячихъ разсказовъ, легендъ, народныхъ ска-
заній и обмѣна продуктовъ. Открытія, сдѣланныя за послѣдніе годы,—римскія монеты
въ Ханъ-Си,—п внимательной изученіе старинныхъ документовъ п различныхъ находокъ
пролило нѣкоторый свѣтъ па торговлю, происходившую между Римской имперіей і Ки-
таемъ. Изъ Азіи вывозились желѣзо и шелкъ; но законъ спроса и предложенія уже
тогда проявилъ свои дѣйствія; долго римляне получали шелкъ вь готовомъ видѣ в
окрашеннымъ, в,- потомъ, уже во времена Августа, патриціи замѣтили, что китайская
685
Мора Китая и Я п о в і и.
С
С
ігооКилом
5С
60С
1	20000000
окраска но даетъ матеріи такого блеска, какъ окраска Александрійская; поэтому они
стали покупать шелкъ сырецъ и отдавали краситъ его въ Египтѣ. Въ Китаѣ найдены
'или даже матеріи, указывающія, по игъ рисунку, на западную обработку. Позднѣе,
686
напротивъ, китайскіе ткачи приспособились къ требованіямъ своиіъ римскихъ заказ1'--
ковъ: найдены совершенно одинаковыя шелковыя матеріи, съ одной стороны, въ А іпин в
(Египетъ), съ другой—въ храмѣ Няра, въ Японіи. Очевидно, бѣлыя народности доста-
вляли ооразцы, а желтыя—ихъ воспоизводилн. Съ другой стороны, китайцы поставляли
ковры, стекло и фарфоръ-, пе они создали ?ту отрасль п[юмишл“ппоеги; за то, когда
послѣдняя стала падать у сирійцевъ, то, наоборотъ, начался расцвѣтъ ея на Востокѣ,—
н скоро китайцы достигли такого совершена]ва, что н до сихъ поръ ихъ фарфоръ
остается несравненнымъ.
Даже въ письменныхъ документахъ имѣются факты, устанавливавшіе прямую
связь между обоими центрами цивилизаціи - однимъ на Средиземномъ морѣ, другомъ
Гліівяная посуда кѵробокуросъ. первобытныхъ -ібитатехвй Японіи.
въ Желтой землѣ. Со времени сильныхъ потрясеній, ипзваиныхъ въ Азіи завоеваніями
Александра Македонскаго, восточныя народности тоже получили толчекъ; изъ подражанія
побѣдителю Дарія, императоръ Ши-Гоавгъ-ти почувствовалъ безумную потребность за-
воеваній, столь несвойственную мирному духу китайскаго пахаря. Позднѣе, »коло твухь
тысячъ лѣтъ тому назадъ, во время другой войны, судьба свела вовногъ Гѵангъ-Хо съ
греками: императоръ Ву-ти пожелалъ имѣть знаменитыхъ лошадей Пизіп, о которыхъ
говорилось, будто онѣ сошли съ неба, а ноздри ихь пышуть пламенемъ. Началась война
съ Таюанчмъ, «Великой Іоніей», или «Великой Греціей», нынвшней Ферганой, и послѣ
пятнадцати лѣтней борьбы, стоившей жизни тр«мь стамъ тысячамъ людей, китайскому
императору удалось завладѣть десятью чудными породистыми, туркменскими лещадями,
которыя, дѣйствительно, извергали изъ ноздрей если не пламя, то кровь изъ почти не-
замѣтныхъ отверстій въ слизистой оболочкѣ ихъ ноздрей Наконецъ, Римъ и Китай
находились въ торговыхъ сношеніяхъ въ апоху Антоняновъ: китайскія лѣтгпвев упоми-
наютъ объ иностранномъ властителѣ «Антунѣ», искавшемъ дружбы китайскаго владыки.
6Ь7
Вліяніе китайский цивилизаціи съ древнихъ временъ неминуемо должно было
сказываться на всѣхъ восточныхъ я южныхъ странахъ, съ которыми морскіе проливы
Корея
1 75ООООО
ІОГ
250
50, КнЛОМ.
или рѣки дѣлаютъ сообщеніе легкимъ и удобнымъ: Корея, Яп’Шія, Формоза. Гайнзнъ,
Тонкинъ и Аннамъ, разумѣется, обязаны Китаю значительной частью своего интеллек-
туальнаго богатства, хотя происхожденіе его здѣсь покрыто мракомъ неизвѣстности.
688
Корейскій полуостровъ, который квіайцы называютъ «Чао-С-іенъ», или «Утреннее
Спокойствіе», такъ какъ опъ находится «къ утру», т. е. па востокѣ имперіи, уже
самый ь своимъ именемъ указываетъ на естественную зависимость отъ Срединнаго коро-
левства. Именно изъ Кита» корейцы получили какъ внѣшній формы, такъ и основу
своей цивилизаціи, науку, промышленность и искусства; иначе и не могло бытъ, если
обратить вниманіе на очертанія и мѣстоположеніе етой страны. Па западѣ корейское
побережье омывается желтыми водамгі Китайскаго моря; именно съ этой стороны горные
склоны Кореи наиболѣе доступны, здѣсь же находятся самые ооширпые заливы, аюда
впадаютъ наиболѣе многоводныя рѣки, орошающія плодородныя, густо населенныя рав-
нины. Вся береговая линія, обращенная къ Китаю, благодаря изрѣзанпости берега,
имѣетъ въ длину около тысячи километровъ; на сѣверѣ же в на востокѣ отвѣсные и
обрывистые берега не имѣютъ задававъ, описывая длинную нравил..ную пряную, каіъ
бы отпугивая иностранцевъ; лишь на югѣ берега становятся болѣе >дооными тамъ, гдѣ
не широкій проливъ отдѣляетъ Корею отъ японскаго архипелага. Именно чрезъ этотъ
далеко выдвинутый впередъ полуостровъ совершался обмѣнъ товарами, а также проис-
ходили столкновенія между континентомъ и японскими островами.
Начиная съ Карла Риттера. Корою часто сравниваютъ съ Италіей; и дѣйстви-
тельно, между этики полуостровами существуетъ большое сходство. Поверхность и обш.й
рельефъ у обѣихъ странъ аналогичны. Подобно Италіи, и у Кореи есть свои юдукругь
Альпъ, только опъ неполный,- это—«Тай Пей-шапь», или «Большая бѣлая гора».
Горный хребетъ, тянущійся вдоль восточнаго берега вплоть до мысовъ, обращенныхъ къ
Японіи, похожъ на Аипенивы; наконецъ, подобно Италіи, Корея самой природой раз-
дѣлена на нѣсколько отдѣльныхъ областей, которыя долгое время были самостоятель-
ными государствами. По если зги двѣ страны но внѣшности и имѣютъ много общихъ
чертъ, то роль пхъ во всемірной исторіи была совершенно различна!
Все заыгевгь отъ суммы энергіи страны, сравнительно съ энергіей окружающихъ
сосѣднихъ народностей; такъ, въ романѣ Свифта, Гулливеръ является то слабѣйшимъ,
то сильнѣйшимъ существомъ, въ зависимости отъ того, находится ли онъ въ средѣ
великановъ, иди въ средѣ лилипутовъ. Въ Средиземномъ морѣ Италіи находится вь
полнѣйшемъ равновѣсіи, въ смыслѣ своихъ размѣровъ и природныхъ условій, относи-
тельно другихъ полуострововъ—на востокѣ и на западѣ, Балканскаго и Иберійскаго;
благодаря своему центральному положенію въ нолигичесв <мь мірѣ, она и достигла на
долги вѣка того первенствующаго политическаю значенія, пока его пе стали оспари-
вать сѣверные варвары. Корея же, по положенно — Италія Дальняго Востока, стѣснен-
ная между двумя могущественными государствами, почти всегда должна была тяготѣть
къ той или другой державѣ, и потому ей никогда ч! уда адось стать независимой
Кромѣ того, періоды ѵтн існтельной самостоятельности, обуеловлеиной соперничествомъ
Японіи съ Китаемъ, часто иеноль'лшалж'ь различный* областями, изъ которыхъ каждая
старалась получить политическую самостоятельность. Когда, шестнадцать столѣтій тому
назадъ, исторія впервые упомянула * Кореѣ, и і этомъ полуостровѣ было нѣсколько
государствъ, изъ когорыхъ одно, центральное, состояло изъ «семидесяти восьми коро-
левствъ»; ьъ то же время на сѣверѣ царило китайское вліяніе, а на югѣ — японское.
689
Что касается Японія, то я здѣсь, подобно Кореѣ самоа имя страны свидѣтель-
ствуетъ о былой зависимости отъ Китая. Японія была извѣстна (-начата европейцамъ
подъ именемъ «Цппанго»,—ппредѣлка китайскаго слова «Тси-Пьоцъ-Квуо», что зва
Типы
чвтъ «страна Восходящаго Солнца». Эіпмь
на востокъ отъ материка. Это положеній
должна была развиваться цивилизація ва
элпзк рчкліо. ВЦП V.
а 3 н о
гменемь назывались всѣ острова, лежавшіе
опредѣляетъ уже тѣ условія, въ котмрыгъ
японскомъ архипелагѣ Очагомъ ея могла
44
690
быть только тѣ равнины, которыя образовались отъ наносовъ двухъ главныхъ китай-
скихъ рѣкъ, хотя разстояніе по морю между берегами Китая и южными берегами Кіу-Сіѵ,
гамаго южнаго пзъ японскихъ острововъ, довольно значительно, не менѣе тысячи километровъ;
однако, эти острова, холя и получили жизненный импульсъ отъ могущественнаго сосѣда,
Теченія западнаго Тихаго Севана.
1 ІОООСОООО
>	 	-а-	г
о юоо	зооо	воооКилом.
Прерывистыми ля яшма обозначены холодныя точенія.
тѣмъ не мепіо оставались совершенно нзолириванвымп среди пора, окутаннаго чатыми
туманами. Они входили въ общеніе съ цивилизованнымъ міромъ континента только по
кружному пути, чрезъ Корею, в только съ южной стороны, такъ какъ остальная
часть архипелага расположена полукругомъ вдоль дикихъ береговъ Манчжуріи, издавна
обитаемыхъ лишь рыболовами и охотниками.
691
Японскіе острова еще во времена доисторическія были населены племенами съ
первобытными нравами; во многихъ мѣстахъ даже нашли остатки, указывающіе па людо-
ѣдскія пиршества. Долгое время японцы оставались въ дикомъ состояніи, пока зна-
менитый китайскій императоръ Гоангъ-ти не послалъ туда, какъ говорить преданіе
триста молодыхъ мужчинъ и женщинъ, дабы насадить тамъ «цвѣтокъ безсмертія».
Изъ всѣхъ странъ, кото-
рыя могли войти въ сноше-
нія съ японцами, единственно
Китай могъ оказывать влія
иіе на соціальное и нраь
огненное разутіе этой націи,
но большинство этническихъ
элементовъ, изъ которыхъ
образовался японскій пародъ,
явились изъ другихъ мѣстъ.
Нѣкоторые антропологи и гео-
графы высказывали гипотезу,
чго обитатели Ниппона при-
надлежатъ по большей части
къ бѣлой расѣ,- но это мнѣ-
ніе но опирается ни на ка-
кой историческій фактъ, под-
тверждающій его; на это нѣтъ
ни малѣйшаго указанія, —
и тѣ, кто утверждали это,
руководились предвзятою
идеею, что всякое начинаніе,
всякій духовный прогрессъ
является привилегіей одной
бѣлой расы, пли, какъ дол-
гое время выражались, арій-
ской. Иначе они въ своемь
сѵмомнѣніи бѣлыхъ не м»глп
объяснить исключительно бы-
стрый проірессъ японской на-
Блаі-ородныіі японецъ.
ціоиальностп, какъ принадлежащей къ расамъ болѣе низкимъ, каковы, папр., монголы,
малайцы и эскимосы. Въ дѣйствительности же именно этп три различныхъ элемента и вхо-
дить въ составъ японской націи, при чемъ они перемѣшаны до безконечности, какъ, впрочемъ,
и у другихъ народовъ вселеввой. Этп элементы смѣшивались во время завоеваній, переселеній,
слош мъ, тысячи историческихъ событій, словно морская вода въ бурю. Самое располо-
женіе архипелага, вытянутаго въ длину не менѣе, какъ па 2000 километровъ съ сѣвера
па югь, способствовало заселенію его народностями различнаго происхожденія.
692
Спошалыв особымъ японскимъ элементомъ япіяются явно, ч теперь еще насе-
ляющіе сѣверную часть Японіи, при чемъ извѣстно, что раньше они жили па большомъ
центральномъ островѣ X -пдо, вплоть до плодороднѣйшей его ча'-ти, гдѣ нынѣ располо-
жена столица Японіи. Южные пароли, однако, постепенно оттѣсняли ихъ къ сѣверу
къ Цугарскому проливу. Во многихъ мѣстахъ аПно совершенно исчезли и почти всюду
покорялись безъ всякой борьбы, благодаря несовершенству своего оружія, и мало-по-
малу смѣшались съ завоевателями. Въ сѣверныхъ провинціяхъ Японіи и теперь можно
найти этотъ смѣшанный типъ, особенно среди женщинъ, какъ элемента болѣе консер-
вативнаго, которыя являютъ собой остатки этой исчезнувшей, вымершей національ-
ности. У нихъ плоскія черты лица, обильная шевелюра, маленькіе глаза и толстыя
губы, въ нихъ яснѣе всего видно родство нхъ съ эскимосами, курильцамн и алеутами,
а также съ охотничьими племенами сосѣдняго материка. Впрочемъ, айао напоминаютъ
собой в европейцевъ оттѣнкомъ цвѣта кожи, бѣлой подъ слоемъ грязи, а также ши-
риной лобныхъ костей и хорошо развитой мозговой коробкой, опредѣляемой въ среднемъ
въ 1470 куб. сапт. По природному уму в способностямъ они совершенно равны бѣ-
лымъ племенамъ Европы, и японская нація, по вей вѣроятности, у нихъ нашла перво-
начагьную сокровищницу мысли. Большая часть путешественниковъ поражаются край-
нимъ сходствомъ апш> съ крестьянами Великороссіи. Костюмъ ихъ. выдѣлываемый ил
древесной коры, очепъ близокъ по сходству съ одеждой русскихъ крестьянъ, а грязь,
царящая въ деревняхъ, тоже увеличиваетъ эту аналогію. Въ жилищахъ игъ царитъ
такой запахъ, что путникамъ рекомендуется держаться за вѣтромъ отъ ихъ домовъ.
Къ айпосскому элементу, который, еопндимому. не принималъ большого участія
въ образованіи японской націи, примѣшались народности другого происхожденія. Прежде
всего, яыато, сонственно тѣ, кого считаютъ по препыѵществу японцами и которые
нѣкогда заселяли берега Тихаго океана, начиная съ залива Іедо до южной оконечности
Кіу-Сіу. Они въ концѣ концовъ восторжествовали надъ всѣми прочими этническими
элементами, а языкъ ихъ, снято приближающійся къ китайскому, стадъ господству-
ющемъ на всемъ архипелагѣ. Думаютъ, что эти ямато происходятъ отъ аборигеновъ или
первыхъ пришельцевъ съ сосѣдняго материка, задолго до племени баковъ, пришедшихъ
съ запада вь Китай и нарушившихъ равновѣсіе восточныхъ народовъ. Ихъ часто
подкрѣпляли новыя группы переселенцевъ, прибывавшихъ тѣмъ же путемъ, затѣмъ китайцы,
мавчжуры а корейцы. Послѣдніе и были главными просвѣтителями яыато, такъ какъ
чаще всего проникали сюда въ видѣ то завоевателей, то мирныхъ колонистовъ. Квназо,
или Юзу, нѣкогда составлявшіе особую народность па западной части острова Кіу-Сіу
и южныхъ берегахъ Хондо, обращенныхъ къ внутреннему бассейну Японскаго моря,
были несомнѣнно переселенцами изъ Кореи и говорвлк па темъ же языкѣ. Правильная
смѣна муссоновъ дующихъ въ этпхъ широтахъ то отъ Кореи въ Японію, то отъ Японія
къ Кореѣ, облегчала нарогамъ переселенія: въ хорошую погоду рыбаки этихъ водъ ви-
дятъ передъ собой вдали оітрова Кіу-Сіу, Цусиму и другіе небольшіе острова иди же
южныя части Кореи.
Съ юга и юго-востока съ теченіемъ времени появились н другіе переселенцы.
Оливковый цвѣтъ лица южныхъ японцевъ и обитателей острововъ Ріу-Кіу указываетъ
693
на примѣсь малайской крови. а часто встрѣчающіеся длинные, волнистые или даже
вьющіеся волосы подтверждаютъ мнѣніе, что Лльфуру съ острова Бзроэ (Буру) < со-
сосѣднихъ острововъ, а также меланезійцы, имѣютъ весьма близкихъ родственниковъ но
крови па островахъ Японскаго архипелага. Наконецъ. нѣкоторые антропологи даже
думаютъ, что и эти удивительные моряки, полинезійцы, столь ловко управлявши
своими «летучками», или каноэ съ непотопляемыми балансирами, также имѣютъ своихъ
иредставителед въ Японіи. Аристократическій типъ японца, съ о-ьа Липова ближе всего
подходитъ къ полинезійцу.—и, дѣйствительно, въ долинахъ, обращенныхъ къ Тихому
Креетьяпскхн домь близъ Іокогамы.
океану, особенно въ окрестностяхъ Токіо, находятся главные представители втой ти-
пичной расы. Волны большого Куросиво, «Чернаго теченія», идущаго вдоль восточныхъ
береговъ Японіи, "рднеелн этихъ завоевателей съ отдаленныхъ острововъ.
Всѣ, кто изучалъ японскую живопись, поражаются тѣмъ контрастомъ, который
представляютъ взъ себя простой народъ и «благородные», по крайней мѣрѣ, когда
ихъ изображаютъ живописцы. Крестьяне имѣютъ форму лица, приближающуюся къ
монгольскому типу, широкую, плоскую, съ мало выдающимся носомъ, низкимъ лбомъ и
нормально расположенными по горизонтальной линіи вѣками. Благородные же, наобо-
ротъ, изображаются совершенна условно и очень отдаленно напоминаютъ свий истин-
ный типъ, если допустить, что типъ этотъ иолпнезіЗскій. Пхъ изображаютъ обыкпо-
694
веиио съ удлянсипымъ овальнымъ лицомъ, сь изогнутымъ орлинымъ носомъ, почти
незамѣтнымъ ртомъ и чрезвычайно косима глазами, иаправлеииыма кь носу подъ та-
кимъ умомъ, который рѣдко встрѣчается у людей. Женскіе портреты, рисованные япон-
скими художниками по этому же типу, еще болѣе удивительны и совершенно не со-
отвѣтствуютъ природѣ. Тогда какъ на фотографіяхъ лионекихъ женщинъ ось глазъ
отклоняется отъ горизонтальной линіи на уголъ отъ 2—7 градусовъ, на рисункахъ эіо
отклоненіе равняется 35—41 градусамъ!
Нъ этомъ случаѣ артисты Ниппона напоминаютъ греческихъ скульпторовъ кото-
рые непремѣнно хотѣли вытянуть лобъ и носъ въ одну линію, базъ малѣйшаго изгиба.
Каждая художественная школа имѣетъ свой усдовіеппыіі типъ, котораго тщательно до
мелочей и придерл.ивасгся. Конечно, во всѣхъ странахъ художники избираютъ свои
модели въ природѣ, по почти всегда утрируютъ нѣкоторыя, возбудившія ихъ удивленіе
ч-фіы, въ силу ли того, что ими обладаютъ боги, которыхъ они изображаютъ, или
властители, которыхъ они прославляютъ. Хорошіе наблюдатели, быстро схватывающіе
физіономіи, способные даже къ каррпкатурѣ, японскіе художники тѣмъ пе менѣе должны
были считаться съ разными условными формальностями, когда приходилось изображать
лицъ благороднаго происхожденія, паи тѣмъ болѣе властителей.
Вполнѣ признавая разницу происхожденія и внѣшняго типа, которая видна вь
обитателяхъ всей линіи японскихъ острововъ, можно замѣтить все-такн, что населеніе
ахъ въ общемъ не болѣе различно, чѣмъ у народностей Запада, объединенныхъ долгимъ
періодомъ непосредственныхъ сношеній между собою. Единство японскаго народа
подготовлялось ьъ теченіе вѣковъ соотвѣтственно съ окружающей средой, пока не при-
вяло характера, гармонирующаго съ внѣшними условіями. Японія имѣетъ много пре-
имуществъ. которыми яловцы и по преминули воспользоваться физически п морально.
Климатъ ея умѣренный, п<.чва плодородная, пища разнообразная и жизнь пріятна уже
по изобилію чарующихъ и грандіозныхъ ландшафтовъ. Иногда, впрочемъ, идиллія эта
рѣзко нарушается землетрясеніями; н»ъ вулкановъ вырываются тучи пепла, засыпающія
ноля и долины; земля дрожитъ и даетъ трещины; м-ірезатопіяеіъ іромадпыми волнами
берега, л мирная веселость обитателей переходитъ пъ трагическій ужасъ и панику.
Исторія Японіи наношена драмами, въ которыхъ постоянно уловлнвается мысль и ожи-
даніе смерти, стерегущій людей во время катастрофъ и колебаній земли. Виезапиыя
трещины и провалы почвы, конечно, также способствуютъ мистицизму, столь разви-
тому у японцевъ, а также культу и почитанію духовъ и душъ предковъ.
Японцы гордятся гою стойкостью, съ какою они соблюдаютъ обычаи, завѣщан-
ные предками, впрочемъ, придавая имь, соооразни съ прогрессомъ, другія толкованія.
Если вѣрить легендарнымъ лѣтописямъ, то императорская династія царствуетъ уже
двадцать пять съ ноловвпой вѣковъ п ведетъ свое происхожденіе по прямой линіи отъ
Лнмву-Тевпо, «.божественнаго завоевателя», потомка боговъ, создателей міра. Сто
двадцать три императора слѣдовали одинъ за другимъ безпрерывно, изъ поколѣнія въ
поколѣніе, еще со временъ доисторическихъ; первые же девять вѣковъ, когда царство-
вали «сыновья солнца», извѣстны далеко не точно; о нихъ разсказываются < дни чу-
деса. Собственно исторія Японіи начинается и извѣстна намъ всего только за шестиад-
696
дать столѣтій до Р. Хр., когда японцы получили отъ Катая письменность Римская
имперія была тогда ьъ полномъ упадкѣ, и весь западный міръ перестраивался заново,
при посредствѣ новой религіи и новыхъ элементовъ. Танъ обѣ крайнія области—восточ-
ная п западная—развивались параллельно, несмотря па отсутствіе прямыхъ еиошсвій
между собой; однако, при посредничествѣ Китая и медленныхъ проникновеніяхъ евро-
пейскаго элемента въ Азію, благодаря ходячимъ преданіямъ, сдухамі, наконецъ, благо-
даря обмѣну товарами и постояилымъ переселеніямъ, сообщеніе между обитателями бе-
реговъ Атлантическаго океана и островитянами Китайскихъ морей все же установилось,
хотя и безсознательно со стороны принимавшихъ вь пемъ участіе народовъ.
Точно также и па югѣ Небесной имперіи области, расположенныя на полу-
островѣ Азіи, столь мѣтко названныя Мальбрюнопъ «Индо-Кнтаіі», получили свою
культуру одновременно и съ сѣвера, и съ запада. Переселенцы, сь ихъ разнообразіемъ
враговъ п языка, перемѣшалась здѣсь на тысячу ладовъ, отчего произошли новыя,
спеціальныя цпі иливаціи; кромѣ того, морскія путешествія малайцевъ и араковъ по-
стоянно вносили въ порта и гавани прнорежвыхь городовъ западное вліяніи. Все болѣе
э болѣе сближались народы, сами того не вѣдая, для участіи въ громадной всемірной
эволюціи.
Одно названіе Индіи возбуждаетъ пред-
ставленіе о цѣломъ мірѣ чудесъ
ГЛАВА ХП.
Индія а индусы.—Цейлонъ. —Первые обитатели.- Появленіе арійцевъ- —Страна
пяти рѣкъ.—Пѣсни Веды.—Браманизмъ.—Пути и преграды—Касты.—Появленіе
буддизма.—Экспедиція Александра Македонскаго.—Греки въ Азіи.—Морскія сно-
шенія,—Побѣдоносное распространеніе буддизма *)
Географическій терминъ «Индія» въ теченіи всего историческаго періода из;ми-
тел-иѵ мѣнялъ свое значеніе. Вначалѣ эіо было только названіе рѣки Синіе.—Инду—
Ингъ нашего времени, которое распространилось на страны, орошаемыя этой могучей
*) Нельзя претендовать на малѣйшую точность въ индусской исторіи ранѣе той
энѵги, когда греки, подъ предводительствомъ Александра Македові каго. перешли Индъ.
Совершенно необоснованно считаютъ, что арійцы спустились въ Пенджабъ за 37 вѣковъ
до вашей эры. Пять или шесть вѣковъ спустя 65110 бы образовались государства въ
долинѣ Ганга.
697
рѣкой, зачѣмъ, постепенно—на всѣ земли далѣе, вплоть до береговъ Тихаго океана и
на всѣ разбросанные вдали острова. Даже двѣ иди три тысяча дѣть послѣ того, какъ
установилось прямое сообщеніе между берегами Средиземнаго моря и устьемъ Инда,
слова «Индія», «индѣйцы», стали примѣнятъ къ островамъ, континентамъ и обитателямъ
Новаго Свѣта, открытаго испанками. Такимъ образомъ, всѣ области, лежавшія внѣ
извѣстныхъ древнимъ грекамъ странъ земного шара, считались «Инаіямп», восточными
или западными, континентальными или островными. Удивительная судьба этого геогра-
фическаги имени, которое въ своей примитивной формѣ, Синдъ, обозначаетъ только
страну долыи и потокъ, впадающій въ Джедамъ ниже Сринагара.—свидѣтельствуетъ
болѣе, чѣмъ всякій иной фактъ, о томъ удивленіи, какое возбуждали на западѣ про-
дукты, привозимые изъ-за Пммауса, и мистическомъ благоговѣніи, окружавшемъ носи-
телей арійскихъ языка и цивилизаціи, утвердившихся въ началѣ историческаго періода
на берегу великой рѣки.
Въ тѣсномъ смыслѣ Индія представляется намъ страною съ рѣзко выраженными
границами, образующій одно цѣлое. Она так.с же географическое опредѣленное по-
нятіе, какъ была нѣкогда Италія: на югѣ—море, на сѣверѣ— величественный амфи-
театръ гарныхъ вершинъ, развертывающійся отъ Аравійскаго моря до Бешальскаго
валива, отдѣляютъ ее отъ остальной Азіи, дѣлая изъ нея совершенно обособленную
географическую единицу, очень боіыпого пространства,—около 4. миля. ен. кпд. Если раз-
сматривать ее въ общихъ чертахъ, не принимая во вниманіе точнаго направленія ея границъ
и принадлежащихъ ой острововъ, то эта огромная площадь имѣетъ почти правильную
форму въ видѣ двухъ треугольниковъ, соединенныхъ своими основаніями; одинъ — сѣ-
верный треугольникъ—обращенъ своею тупию вершиною къ истокамъ Инда, между горами
Афганистана и Кашмира, другой—южный,—расположишь своею острою вершиною въ
водахъ Индѣйскаго Океана. Эти два прилегающихъ другъ къ друіу треугольника, въ
Книга Ригъ-Веда сложилась отчасти на Иранскомъ плоскогорьѣ, а Рамаяна
появилась, повидимому, въ ѴШ вѣкѣ до Рождества Христова; три другія: Веда (Сама,
Яжусъ, Агарва), Махабхарата и собраніе законовъ Маиу относятся къ поздиѣвшен
эпохѣ, быть можетъ, къ первымъ вѣкамъ нашей эры.
Смерть Будды (Гаугама, Спддарта, Саккіа Мупп) относится одними къ 548 г.
до Г. Хр..—этотъ годъ принятъ, какъ начальный эры Нирваны,—другими жо между
482—472 гадами
Александръ Македонскій былъ въ Пятпрѣчьѣ отъ 327 до 325 года. Пятьдесятъ
лѣтъ спустя Асопа-Пайядази царствоіадъ въ Таксилѣ; до эпохи Монгольскаго влады-
чества это былъ единственный гасударь, владѣнія котораго простирались отъ береговъ
Яксарта до Цейлона.
Не останавливаясь на исторіи мелкихъ государствъ, на которыя раздѣлилась
потомъ Индія, назовемъ только нѣсколько замѣчательныхъ личностей незавоевателей:
Скілаксъ изъ Каріанды, путешественникъ. . . Начало	V вѣка	де	Р.	Хр.
Ктезій. путешественникъ ........................ »	IV	»	»	»•	’ »
Панини, грамматикъ.............................Вредина	IV	»	»	»	»
Мегасоенъ, посланникъ.........................Конецъ	IV	»	»	»	»
Калидаза, авторъ «Сакунтилк» и другихъ поэмъ . . . Ш вѣкъ по » »
69Я
видѣ гигантскаго ската-рыбы, соотвѣтствуютъ двумъ ясно разіраничеппымъ самой при-
родой областямъ. Сѣверный треугольникъ образованъ двумя бассейнами—Инда в Ганга
съ пхъ обширными наносными равнинами; эта «бластъ подъ властію великаго Могола
получила спеціальное названіе Индостана. Южный треугольникъ представляетъ обширное
плоскогорій Деккапъ, почти геометрически правильна ограниченное съ сѣвера хребтомъ
Сатпура и ого продолженіемъ, на югъ же рѣкой Нарбада. Островъ Цейлонъ, очевидно,
является частью южной Индіи, съ которой связанъ цѣпью рифовъ—остатковъ древняго
веретейка. Точно также цѣни острововъ, тянущихся отъ Лакедивскпхъ до Маледивскихь
и до отмелей Чагосъ, являются яа картѣ морскихъ глубинъ естественнымъ продолже-
ніемъ полуострова Индія.
Между обѣими столъ различными областями, сѣверною п южною, полная проти-
воположность во всемъ: въ почвѣ, съ геологіи, этнологія, исторіи, такъ что нхъ можно
разсматривать совершенно отдѣльно одну отъ другой. Возможно, что южная Индія была
населена пъ доисторическія времена болѣе дѣятельнымъ и культурнымъ народомъ, во-
спитавшимся благодаря естественнымъ Гавайямъ полуострова. остроеамъ, дѣлавшимъ ея
очертанія болѣе разнообразными, удобствамъ судоходства, которое съ древнѣйшихъ
временъ давало имъ возможность завязывать сношенія съ островитянами Малайскаго
архипелага, съ туземцами аравійскихъ п африканскихъ береговъ. Правильное черетоваоіе
муссоновъ, облегчавшее торговое движеніе, побуждало береговыхъ жителей Индѣйскаго
моря дѣлать далекія путешествія, посѣщать различные пароды и производить равпльныі)
Обмѣнъ продуктовъ и товаровъ. Смѣна вѣтровъ и морскихъ теченій довольно точно
опредѣляла уходъ я прибытіе купцовъ, обѣщая въ то же время экипажамъ возвращеніе
на родину послѣ извѣстнаго числа недѣль пли мѣ'-яцевь; нужно было только отдаться
волнамъ в дѣлать точные ежедневно разсчеты. Зго явленіе правильной смѣны
вѣтровъ должно было оыть съ первыхі вѣковъ жизни человѣчества хорошо извѣство
всѣмъ береговымъ жителямъ: образъ ихъ жизни, обычаи и даже дѣйствія ихъ зависѣли
отъ этого. Такое важное явленіе, какъ послѣдовательная смѣна «времепъ>. иди муссоны,
не могло ускользнуть отъ вниманія тѣхъ, кто жилъ согласно этому ритму природы, п
открытіе Гйііпала относительно свободнаго плаванія въ открытомъ морѣ по чередующимся
муссонамъ оыло открытіемъ только для грековъ, прпьыкіипгь, плавая плавать по Среди-
земному морю, къ капризной смѣнѣ вѣтровъ. Какъ удивительны должны были казаться
эти прекрасные берега Копкана и Малабара приплывавшимъ изъ безплодныхъ знойныхъ
пустынь арабамъ и др. народамъ! Какъ онн должны были восхищаться ихъ бѣлыми
городами, виднѣвшимися въ густой зелени мангровыхъ деревьевъ, увѣнчанной пышными
пальмами! Съ какимъ восторгомъ они разсказывали потомъ объ этихъ чудесахъ! Благодаря
имъ, одно имя Подіи возбуждало въ воображеніи нхъ слушателей цѣлый міръ чудесъ:
у жителей Запада это слово Оыло синонимомъ неисчерпаемыхъ сокровищъ прироіы и
искусства: золота, жемчуговъ, слоновой кости, алмазовъ, роскошныхъ уборовъ изъ перьевъ
и ракоьнпъ, тонкихъ бумажныхъ, шерстяныхъ и шелковыхъ тканей. Кромѣ того, индій-
скимъ волшеоникамъ приписывалась способность создавать своими чарами еще болѣе
удивительныя сокровища. Въ то время индійскій полуостровъ сочеталъ въ себѣ величіе
и поэзію, а таинственность еще болѣе увеличивала пышную дѣйствительность: все, что
6'.19
знали п воображало объ этой чудной странѣ, питало ходячіе разсказы; всевозможными
баснями до безконечности преувеличивали чудеса, передаваемыя отъ народа къ народу
на всемъ историческомъ пути; казалось, что Индія—необъятный рай.
П о р и о и а ч и л ь п а и Индія.
і: іь ооо ооо
I	ч--,	______-	--------Д
о	гм гос	юооКилсм.
Еие чудеснѣе полуострова должны были представляться морякамъ южные оітрова,
принадлежащіе къ нему, Маледнвскіе съ одной стороны и Цейлонъ—съ другой. Во
многихъ и другихъ тропическихъ моряхъ встрѣчаются коралловые острова, образующіеся,
700
подобно Маледивсквмъ, изъ сплесть бѣлаго коралла,  уступающіе изъ моря п заключающіе
кнутри круглое внутреннее озеро. Но нигдѣ этл кольцеобразные острова. или атоллы-
ня тянутся въ такомъ большомъ количествѣ и такъ правильно. Девятнадцать архипе-
лаговъ, занимающихъ восемь градусовъ широты съ сѣвера на югъ, образуютъ вмѣстѣ
вытянутую цѣпь, и паи:,тай изъ нихъ слагается изъ множества колецъ, образуемыхъ
кольцеобразными островами и островками; одинъ и тотъ же типъ атолла повторяется
здѣсь такимъ образомъ до безконечности. «Двѣнадцать тысячъ»—вотъ число острововъ,
которые маледивскій султанъ съ гордостью насчитывалъ въ своемъ владѣніи; но моряки
насчитываютъ еще гораздо больше—тысячъ сорокъ такихъ острововъ, построенныхъ по-
липами и неизмѣнно поднимающихъ сьои рифовые пояса на два метра надъ водой:
всюду па нихъ тѣ же кокосовый пальмы надъ безконечной линіей волнъ, всюіѵ тѣ же
раковины, наполняющія выбоины утесовъ и покрывающія береговые пескн. Этихъ остро-
вовъ, внезапно поднимающихся со дна моря, моряки боялись; съ другой стороны, въ
продолженіе уже многихъ тысячелѣтій, прежде чѣмъ золою и серебро стали служить
мѣновыми знаками, моряки стали пріѣзжать сюда сооирать на отмеляхъ Маледивскихъ
острое-,въ бѣлыя раковины «куарп», которыя служили общей м--нетой на побережья
Индѣйскаго океана в которыя еще недавно были необходимы на рынкахъ Африки,
вплоть до басс‘-йв"въ Нигера и Сенегала.
Дейловъ, этотъ огромный островъ, отдѣленный, по крайней мѣрѣ по внѣшности,
отъ материка, воспроизводить всѣ красоты Индіи. Это, дѣйствительно, вторая Лилія,
достаточно обширная и представляющая въ сокращеніи всѣ чудеса сосѣдней страны.
Обширный массивъ горъ, возвышающійся на югѣ Цейлона, напоминаетъ горы на югѣ полу-
острова, по онѣ болѣе извѣстны благодаря одной язь своихъ вершинъ—не самой вы-
сокой—котора яхраниіъ среди группы высокихъ рододепдревчвь слѣдъ ноги \дама. перваго
человѣка, говорятъ христіане и магометане, или ноги Будды, по мнѣнію буддистовъ
Этотъ «пикъ Адама» славится, однако, не юлы;, среди набожныхъ людей, но и среди
искател'-й сокровищъ, благодаря богатству драгоцѣнными камнями, гранатами, сапфирами,
топазами и рубинами; а съ южной стороны горы морской берегъ у Ратнапуры или
«Города Руоиновъ», состоитъ изъ пыли развитыхъ Полной .драгоцѣнныхъ камней. Въ
сѣверной части острова, на холмѣ, у подножія котораго лежалъ главный юродъ
Анараджапура, возвышался нѣкогда храмъ, увѣнчанный по преданію, огненнаго цвѣта
карбункуломъ, освѣщавшимъ все небо, ппдобн.- маяку. Цо другимъ разсказамъ, на Цейлонѣ
находился удивительный магнитъ, съ силою притягивавшій корабли, плывшіе среди океана;
на самомъ же дѣлѣ, конечно, этимъ магнитомъ былъ островъ, страна драюцѣнниѵь
камней и жемчуювъ.
Но главная красота Цейлона заключается въ его чудесной растительности, поденной
флорѣ Явы и Борнео. Одной пзъ самыхъ прекрасныхъ мѣстностей въ мірѣ является
густой естественный садъ, на протяженія 200 километровъ, растилающійся по юго-во-
сточному изгибу острова, между столицей Коломбо и Натурой, городомъ, расположеннымъ
на южной конечности Цейлона. Тысячи кокосовыхъ пальмъ поднимаютъ евоіі верхушки
надъ низкорослыми, душистыми цвѣтущими кустарниками; между ними поднимаются
другія пальмы, а среди нихъ—восхитительная зонтичная пальма (согурііа шпЪгасиІіГега);
701
цвѣты ея. распускающіеся визапио ва пятидесятомъ году жпзпп растенія на стержнѣ
въ 10—12 метровъ длины, такъ прекрасны, что вмц издалека приходятъ любоваться.
А сколько другихъ цвѣтовъ, немного уступающихъ по красотѣ этому! Какое разнообразіе
переплетающихся ліанъ, сквозь которыя синѣютъ горныя вершины! Сколько великолѣп-
ныхъ плодовъ, отягчающихъ вѣтви. предлагается здѣсь путнику! Природа восхитительно
прекрасна здѣсь, а люди кажутся походящими на пео. «Никакая страна въ мірѣ по
даетъ болѣе глубокаго впечатлѣнія счастья* и ни олна, какъ свидѣтельствуютъ древнія
прсдапія, пе привлекала иностранцевъ такъ властно, кань Цейлонъ. Этотъ остривъ съ
Долива Джеліил, близъ Сринагара.
самой глубокой древности имѣлъ первостепенное значеніе, былъ необычайно густо засе-
ленъ, о чемъ свидѣтельствуютъ грандіозныя развалины городовъ, въ настоящее время
и окрытыя джунглями.
Въ воображеніи отдаленныхъ отъ Цейлона народовъ, ослѣпленныхъ разсказами объ
его чудесахъ, этотъ островъ Тапрлбавъ, пли Таырапапп, «Сверкающій, какъ мѣдь», раз-
росся до чрезвычайности его представ ши себѣ въ десять, двадцать рать обширнѣе,
чѣмъ онъ есть ва самомъ дѣлѣ; такимъ именно онь былъ показанъ и па картѣ Клавдія
Птоломея; это была Индія но преимуществу. Былъ лп Цейлонъ центромч. переселеній?
Безъ сомнѣнія, такъ какъ всякая цивилизація влечетъ за собою разсѣяніе энергіи. Одпць
писатель А-дсПапьяга одаряется доказать въ книгѣ «Гсервчесьія времена», что Дра-
702
впдія, понимая подъ пею и Цейлонъ, черезъ посредство свопхъ купцовъ была до пере-
селенія арійцевъ великой воспитательницей міра, вплоть до Западной Европы.
Какъ, однако, ни былъ прославленъ легендами и разсказами путешественниковъ
этотъ великолѣпный островъ, посѣщеніе ею было въ далекія до-историческія времена
рѣдкомъ. Путешествія совершались тогда вообще медденпо я часто прерывались всевоз-
можными препятствіями. Купецъ, отдалявшійся отъ родныхъ береговъ, втайнѣ очень
смутно надѣялся увидѣть ихъ вновь. Ему грозило множество опасностей: разбиться о
ріфы и, будучи выброшеннымъ па песчаные берега, питаться отними ракушками, кра-
бами. попасть въ неизвѣстныя страны, населенныя людоѣдами, въ продолжительный
плѣнъ, быть преданнымъ мученіямъ, угнать всѣ страданія, или вынести, наконецъ,
борьбу съ пиратами. Такія превратности судьбы сулило морское путешествіе, наряду съ
счастливыми находками, шюфыквовенпой удачей въ наживѣ и знакомствомъ съ самымп
великолѣпными странами. Естественно поэтому, что разсказы первыхъ мореплавателей
по индѣйскимъ водамъ представляли смѣсь восторга и ужаса. Вплоть до конца среднихъ
вѣковъ географы говорятъ о лакедивахъ, защищающихъ Цейлонъ, какъ о земляхъ, жи-
вущихъ, подобно растеніямъ, и проходящихъ всѣ стадіи органической жизни: рожденіе,
ростъ, возмужаніе, старость п разложеніе. «Когда жители замѣчаютъ, что почва у нихъ
не надежна, онн выбираютъ другой, находящійся въ стадіи роста островъ, и переносятъ
туда свои кокосовыя пальмы и другія насажденія, а также принадлежности для устрой-
ства жилищъ». «Тысяча п одна ночь» воспроизводить басни п впечатлѣнія мореплава-
телей въ сравнительно новой формѣ, но первобытные разсказы, передававшіеся отъ
одного къ*другому, беп> сомнѣнія, относятся къ нѣсколькимъ тысячелѣтіямъ и, можетъ
оыгь. вмѣстѣ съ пословицами  сказками, представляютъ самоо древнее литературное
произведеніе, болѣе раннее, чѣмъ Ведды п Библія.
Такая обширная страна, какъ Южная Индія, со епппмп островами, должна была
въ теченіе временъ заселяться различными народами: это обусловливалось самой почвМ,
устройствомъ поверхности н климатомъ ея. Разсматривая обширныя треугольникъ плоско-
горій и горъ, ограниченный съ сѣвера Инда-гангскммн долинами, мы видимъ, что онъ
состоитъ иль двухъ противоположныхъ склоновъ: крутого, даже обрывистаго цѣпами,
возвышающагося надъ Аравійскимъ моремъ, и другого—незамѣтно спускающаяся къ
Беягальскѵму заливу. Конечно, и распредѣленіе народовъ на этов обширной территоріи
совершилось въ зависимости отъ такого географическаго расположенія. Туземныя племена
держались группами ьъ крутыхъ горахъ, возвышающихся надъ плоскогоріемъ, или въ
глубинѣ лѣсовъ, тамъ, гдѣ легче всего было противостоять вторженіямъ; цивилиз-ианпыя
же племена, располагавшія значительными средствами для расширенія своего могущества,
разселялись на удобныхъ склонахъ плоскогорій, а въ гаваняхъ западнаго берега и по
узкимъ подосамъ, къ которымъ онѣ открывали доступъ, располагались различные пере-
селенцы, приплывавшіе пзъ далекихъ странъ, благодаря муссонамъ.
Въ то время, когда начинается исторія Южной Индіи и Цейлона, туземныя на-
родности, имѣвшія ясно выраженный характеръ, были, конечно, гораздо многочисленнѣе,
чѣмъ теперь, послѣ трехъ тысячъ лѣть эволюціи, способствовавшей ассимплляціи и объ-
единенію ихъ. Возможно, что нѣкоторыя племена, нссмоіря на колонизацію и завоеванія,
703
осталась въ тѣхъ же мѣстностяхъ, какія запа мала а эхъ предка, и сохраптя тѣ ж
правы; пхъ территорія только сузилась, за то условія среда, защищающія пхъ теперь,
тѣмъ болѣе покровительства вали имъ, когда опп были многочисленнѣе. Мѣстныя пре-
данія говорятъ, что пароды,
веденные въ паши дни къ
положенію <парів> плиоѣгле-
яовъ, нѣкогда были могущс-
лвопни. Кровь этихъ наро-
довъ, утратившихъ теперь
значеніе, течетъ ьъ жалахъ
современныхъ индусовъ, из-
вѣстныхъ йодъ разданными
названіями.
Большинство племенъ
центральной п южной Индія,
обобщаемыхъ въ наши дни
англичанами подъ именемъ
НіПтсп, «горцевъ», очевид-
но, принадлежитъ г.ъ древней
расѣ, оттѣсненной на высоты
завоеваніями дравидинъ и
арійцами. Одно изъ племенъ,
Коль въ Ориссѣ, было избрано
ирототниомъ всѣхъ однород-
ныхъ племенъ, извѣстныхъ
теперь подъ именемъ кола-
рійш-въ. Они говорятъ ва
аглютинирующихъ нарѣчіяхъ,
ес имѣющихъ ничего общаго
съ нарѣчіемъ господствую
щихъ расъ, кромѣ словъ, вве-
денныхъ по необходимости
для выраженія новыхъ по-
нятіе. Этнологи находятъ у
нихт намѣчательные пере-
жвтки первобытной жизни.
Прежде всего, нужно, еъ
этой стороны, сказать о внѣш-
немъ видѣ пхъ селеній. Во
Арп, одинъ изъ атолловъ ІГаледпвскпхъ о-вовъ.
1 . г -лС ОмО
аоКиЛОМ.
Дифры указываютъ глубину бъ метрахъ.
многихъ мѣстахъ извилистая тропинка вовсе не ведетъ прямо къ группѣ жилищъ.
Она вьется и изгибается такъ, чтобы приближающійся врагъ могъ бы быть осыпанъ
стрѣлами и копьями туземцевъ, стража которыхъ наблюдаетъ за тропинкой съ батенекъ
704
и помостовъ: такъ п въ пагап дни военная стратегія заставляетъ еще дороги в же-
лѣзнодорожные пуга описывать самые странные круги вокругъ крѣпостей. Впрочемъ, у
этихъ несчастныхъ первооыгныхъ жителей, находящихся всегда въ опасности, мысль о
защитѣ составляетъ ежечасную заботу; но если безобидный чужегтранепъ пройдетъ че-
резъ терновыя загражденія и черезъ ямы, храняюшія входъ въ селенія, онъ будетъ
припитъ п<, братски «въ длинномъ томѣ», подъ сѣнью индійской смоковницы, шатроваго
иди другаго священнаго дерева.
Среди этихъ племенъ, съ такимъ трудомъ поддерживающихъ свое обособленное
существованіе, среди господствующихъ народностей Индіи, есть такія, какъ джангадп,
«лѣсныг люди» съ верховьевъ рѣкъ, браманцы и байтирашды, которые еще не дошли
въ промышлениости до выдѣлыванія горшковъ и тканей и по знаютъ употребленія же
лѣза. Древнія религія, основанныя па анимизмѣ и поклоненіи духамъ земли, до сихъ
воръ еще господствуютъ у этихъ дикихъ племенъ, «-дѣтей земдп>, сохранившихъ память
о томъ, что онн первые ирпшаи въ »ту страну, и хранящихъ древніе обряды. Кола-
рійиы не имѣютъ ни храмовъ, пг даже первобытныхъ престоловъ: они молятся пирво-
быгпымь йогамъ: солнцу, отцу людей, лунѣ, ««рю, рѣкамъ, скаламъ и деревьямъ, ве-
ликому змѣю, символу земли, особепао тигру, пожирающему людей, и душамъ умер-
шихъ. Племя харрія въ области Сипгбумъ, въ сѣверо-восточномъ углу плоскогорій, про-
ливаетъ въ честь боговъ кровь жертвъ, какъ нѣкогда проливало кровь людей.
Нигдѣ, однако, страшный обрядъ человѣческихъ жертвоприношеній не совершался
ѵжаснѣе, чѣмъ у племени хондъ, въ области Бустана и Орисса, ящо подпаго дѣтскаго
трепета передъ злыми богами. При помошп барышниковъ «ни покупали въ отдален-
ныхъ мѣстностяхъ мужчинъ, дѣтей, особенно молодыхъ дѣвушекъ, предназначенныхъ
стать меріями или посредниками между землей и несчастными людьми, старающимися
добыть изъ нея насущный хлѣбъ. Эти будущая жертву встрѣчались съ распростертыми
объятіями: ихъ ласкали, имъ давали жену или мужа, стараясь всѣми способами сдѣлать
счастливыми, такъ какъ жертва должна быть добровольной, чтобы принести пользу. II
часто она дѣйствительно бывала таковой; настолько сильно вліяніе коллективной воли
племени на личную. Нѣкоторыя жертвы, воодушевленныя фанатичной идеей оросить
землю, требовавшую ихъ крови, и вызвать расположеніе боговъ кь племени, которое
ихъ любило, радостно ложились подъ ножъ жрецовъ или. по крайней мѣрѣ, изъ чувства
честя старались казаться радостными. Обыкновенн-і же согласіе жертвы якобы получалось
съ помощью одуряющихъ средствъ. Жертвоприношеніе совершалось различно, въ зависи-
мости тіъ моды,—мола вошла в въ зги страшные обычаи, —но какъ бы ни умерщвлялась
жертва, чрезъ обезглавливаніе зли удушеніе, земля пяла горячій, дымящійся напитокъ,
в всѣ ірисутствовапшіе, набросивши» на трепетавшее тѣло, могли отрѣзать кинжаломъ
или порвать ногтями илп зуоами кусокъ мяса, который спи закапывали потомъ въ поля,
чтобы получить хорошую жатву, или подъ своимъ очагомъ, для благосостоянія семьи.
Племена, оттѣсненныя вь горы и лѣса, изъ страха предъ иноземцами, и сохра-
нившіеся въ полной изолированности, остались похожими на своихъ предковъ жившихъ
тысячелѣтія тому назадъ. Такъ, горныя алемеиа ілнта.іы в орзѵиы избѣгаютъ всѣми
мѣрами встрѣчъ съ цавнанзованпиил расами. «Видъ индуса,—говорить одна ивъ ахъ
705
пословипъ,—страшнѣе змѣи и пантеры* (Гентеръ). Ведды восточныхъ іѣсоьъ Цейлона
старались избѣгать встрѣчи даже съ тѣми чужестранпами, съ которыми вели торговлю.
Когда торговцы извѣщали о своемъ ірабытіи звукомъ рога пли барабана, вблизи до-
і: доооооо
о Л іоо ~	аоо Килом.
свлѳша ввддовъ, послѣдніе складывали въ сумеркахъ свои продукты на опушкѣ лѣса, а
на слѣдующую ночь являлись за тѣми товарами, которыхъ просиди въ обмѣнъ, съ
помощью особенныхъ знаковъ, служившихъ имъ письменами. Можно, правда, сомнѣ-
ваться, что эго дѣйствительно первобытный народъ, какъ это предполагала раньше;
можетъ быть, ихъ слѣдуетъ считать скорѣе переселенцами, прешедшими въ упадокъ и
элизв евкпю. иып. іх.	45
7Ѵ6
забывшими свои древнія ремесла, такъ что они не умѣютъ даже построить себѣ хижину,
выткать ткапя я обжечь горшки. Таково мнѣніе большинства антропологовъ и самихъ
спнгалозовъ: цейлонцы говорятъ, что ведды принадлежали нѣкогда, какъ «царскіе сыны*,
въ высшей кастѣ. Катрфажъ считаетъ пхъ потомками негритосовъ, смѣшавшихся гъ
арійскими завоевателями. Оливье Борегаръ видитъ въ пихь остатки древней колоніи
малайцевъ, которые смѣшались съ тувемцами-дравидами, привяли ихъ языкъ в посте-
пепио были оттѣснены ьъ лѣса арійцами: ихъ склочность къ торговлѣ онъ считаетъ
малабскимъ наслѣдіемъ.
Какъ оы то ни было, изученіе первыхъ лѣтописей Индіи приводитъ насъ къ тому
историческому періоду, когда населеніе полуострова было не менѣе, а можетъ оыть, и
болѣе разнообоазно, чѣмъ ьъ ндше время. Кромѣ дикихъ племенъ и пришедшихъ въ
упадокъ народовъ, замкнувшихся въ крѣпостяхъ горъ или въ густыхъ лѣсахъ, здѣсь
имѣли своихъ представителей в цивилизованныя расы. Въ Южной Индіи встрѣчаются
почти всѣ человѣческіе типы: туземцы походятъ на негровъ, на австралійцевъ, на ма-
лайцевъ, на португальскихъ или польскихъ евреевъ; у пить можно видѣть всѣ оттеныі
кожи отъ бѣлой до черной. Но судя по нарѣчіямъ, главная масса населенія слагалась
изъ родственныхъ народовъ, которымъ да имя дравидянъ или дравнрянъ. По мнѣнію
антропологовъ, въ нихъ нельзя видѣть аборигеновъ полуострова, а псреседонпевг,
явившихся изъ сѣверо-западныхъ странъ, какъ впослѣдствіи—арійцевъ; они родственны
белуджистанскому племени брахуп, но ужо въ первобытныя времена заселяли южныя
области, окружая, какъ моремъ, поселенія коларійцевъ н другихъ побѣжденныхъ пле-
менъ. Возможно, что до вторженія арійцевъ самыми могущественными дравидами были
тѣ, потомки которыхъ говорятъ теперь на нарѣчій шугу, этомъ «итальянскомъ языкѣ
Индіи», нъ Майсурѣ ь па Коромандельскомъ берегу, п которыі имѣютъ самую богатую
въ Южной Индіи литературу, въ видѣ сказокъ, пѣеенъ и пословицъ; католическіе мис-
сіонеры въ первое время называли ихъ общинъ именемъ жапту, «язычниками* по пре-
имуществу. Изученіе ихь языка доказало историкамъ, что задолго до вліянія санскрит-
скаго языка, толупйскій пылъ очень богатъ словами, выражающими различныя техниче-
скія понятія. Значительно цивилизованные ужо, дравиды умѣли обращаться съ глиной,
прясть, ткать п окрашивать матеріи, строить лодки и даже палубныя суда, примѣнять
металлы, кромѣ олова, цинка и свинца, воздвигать крѣпости и храмы, чертить знаки
па пальмовыхъ листьяхъ. Если даже, какъ думаетъ Катрфажь, они имѣли негритянскую
кровь въ жилахъ, пли считать пхъ родствониымп азіатскимъ расамъ, то все-таки они
принадлежать уже много тысячелѣтій къ цивилизованнымъ народамъ и черезъ арійскія
переселенія, происходившія за нѣсколько вѣковъ до перьыхъ временъ письменной исторіи,
связываются косвенно со всѣми народами, которые по свовмь нарѣчіямъ примыкаютъ
къ ивдо-европейцамъ. Сѣверная Индія, именно верхній бассейнъ Инда, тѣсно связанная
съ Ираномъ п Европейскимъ міромъ близостью языка н цивилизаціи, ранѣе Южной
Индіи вошла въ кругъ странъ, охватываемыхъ письменной исторіей, и вслѣдствіе этого
настолько привлекала сниманіе писателей, что имъ чагт<‘ казалось, что опа предста-
вляетъ всю Индію, ьо всемъ ея цѣломъ. «Беды», т. о. собраніе пѣсепъ и молитвъ пере-
селенцевъ, иоселявшихса въ сѣверо-западномъ углу современной Индіи, являются «цеп-
707
тральнымъ солнцемъ, лучи котораго освѣщаютъ происхожденіе жизни Индіи,— они освѣ-
щаютъ персовъ ва востокѣ, аршцевъ-эллиновъ на завадѣ, славяно-германцевъ на
сѣверо-западѣ и туранцевъ—на сѣверо-востокѣ» (Г. Бруннгоферъ). Во какое ограни-
ченной пространство освѣщаетъ это солнце на зарѣ нашею цивилизованнаго міра! Нѣтъ
ни одного мѣста вь 1028 гимнахъ Ведъ, изъ котораго можно было оы заключить, что
авторы ихъ имѣли какое-нибудь понятіе объ устьѣ Инда; »ни говорятъ только о «Семи
рѣкахъ», верхнихъ притокахъ рѣки Сатледжъ, Гангѣ и Джамнѣ. «Воды» же были со
ставлены ужо три тысячи семьсотъ лѣтъ точу назадъ; значитъ, вь эту эпиху поресе-
Ипдія, по картѣ Клавдія Птоломея.
Анурограмііуігъ сдѣлался нынѣ г. Амарлджапура; Ка бура—Кабулъ, Патела, какъ предполагаютъ
Гайдорабадъ; раівалпиы Такопды сохранилась до оихъ поръ,
ленды язь Ирана занимали только сѣверо-западъ полуострова, но не распространились
еще въ сосѣднихъ областяхъ.
Микологическая хронологія брамановъ раздѣляетъ всю исторію народа на. четыре
эпохи, слѣдовавшія одна за другой. Въ первую эпоху, соотвѣтствующую «Золотому вѣку»
греческихъ авторовъ, человѣкъ былъ добродѣтельнѣе, счастливѣе и долговѣчнѣе; во вторую
эпоху жизнь становится короче, появляются порокъ и весчастіе; въ третью эпоху—физи-
ческій и нравственный упадокъ сдѣлалъ уже быстрые успѣхи; наконецъ, въ четвертую
эпоху, т. е. вь настоящее время, зло настолько восторжествовало, что добрпдѣтельные
люди принуждены у.іаляться отъ міра. Оттого они и не даютъ себѣ труда останавли-
ваться на событіяхъ: послѣднія слишкомъ унизительны для достоинства мудреца; ука-
а
708
•іывается лишь время напала нашего вѣка: по мнѣнію брамапцевъ, опъ начался уже
пятьдесятъ вѣковъ тому назадъ, иначе говоря, къ эюй эпохѣ дрсвше писатели Индіи
относятъ, вѣроятно, событія, предшествовавшія переселенію иранцевъ.
Откуда ягнлпсь пѣвлы ведическихъ гимновъ, столь близкіе но духу иранцамъ
запада? Пути ихъ намѣчаются долинами и перевалами черезъ великія горы центральной
Азіи. Взілядъ. брошенный на каргу, точно показываетъ, какъ совершалась арійская
колонизація, о которой повѣствуетъ «Вепмдадь», глава Авесты иранцевъ: оча шла съ
сѣвера на югъ чрезъ Паранамизъ но большой бреши, продѣланной рѣкой Гератъ между
Арахозіей в Маргіаиой. Еще болѣе прямые пути были устроены природой къ госгоку
отъ этпго большого корридора; это—различные перевалы чрезъ Гиндукушъ, которые
позволяютъ проникнуть пзъ верхнихъ дѵлинь бассейна Оксуса въ долины верховьевъ
Пида. Этотъ прямой путь представлялъ слишкомъ много удобствъ для переселявшихся
народовъ, чтоОы тѣ не пользовались имъ, и, дѣйствительно, оба склона горъ въ этой
сердцевинѣ Азія населены арійскими племена ясно выраженнаго тина, сгруппированными
или разсыпанными среди племенъ другого происхожденія.
Оіинъ изъ итнхъ горныхъ проходовъ, Баміанскій перевалъ, имѣлъ такое большое
значеніе въ древности, что его можно считать по преимуществу жизненнымъ пунктомъ
Стараго Свѣта; кромѣ того, >иъ получилъ совершеино особенное значеніе, служа глав-
нымъ путемъ, по которому дѣятельно поддерживались св шіевія между двумя главными
вѣтвями арійской нарядности, тѣми, которымъ въ продолженіе тысячелѣтій принадлежала
главнѣйшая иниціатива въ развитіи человѣчества. Въ теченіе двухъ съ половиной ты-
сячъ лѣтъ, по крайней мѣрѣ, т. с. во время всего историческаго періода, предшество-
вавшаго завоеванію меря португальца ми и, вѣроятно, также неопредѣленное число вѣковъ
въ доисторическія времена, этотъ Баміавскій проходъ, находящій себѣ продолженіе къ
Инду п<‘ долинѣ Кабула и ущелью Хайберъ, былъ къ востоку охъ Герата почти един-
ственными воротами, чрезъ которыя шли караваны купцовъ, богомольцы, воины и пере-
селялись цѣлые пароды. Однако, переходъ черезъ горы представляетъ большія трудности:
чтооы перейти съ высоты 2оОО метровъ долины Кабула на ту же высоту въ одну
изъ долинъ притоковъ Оксуса, нужно пройти болѣе 150 километровъ; по бокамъ этою
главнаго прохода находятся нѣсколько второстепенныхъ, именно, Хаджикаігь на югъ и
Каракоталь на сѣверъ. Главный перевалъ сравнительно невысокъ, такъ какъ находится
на высотѣ только 3715 метровъ; между 34 и 35 параллелями, т. е. около тысячи
метровъ ниже снѣговой линіи; кромѣ того, его оольшое преимущество въ доступности
обоихъ склоновъ, такъ что англичане могдп по пути, проложенному сотнями поколѣній,
безъ особыхъ усилій дважды, въ 1839 и 1840 годахъ, пройти черезъ него съ артил-
леріей. Другіе, болѣе высокіе перевалы: Иракъ, Чибръ, Таль, Кавакъ, прорѣзаютъ хре-
бетъ Гиндукуша къ сѣверо-востоку отъ Баміанскаго и всѣ менѣе удобны изъ-за своей
высоты или снѣговъ, но всѣ направлены къ рѣкѣ Кабулу и связаны такимъ образомъ
съ соединительной линіей между Индомъ и западнымъ Правомъ. Эти проходы, столь
важпыо по своему географическому положенію, пріобрѣли, кромѣ того, исключительное
значеніе благодаря свовмъ руднымъ богатствамъ. Пвіѣстно, какую цѣпу въ былыя
времена имѣли для западныхъ пародовъ бронзовые инструменты и оружіе; между тѣмъ
70&
оловвмал руда, нелбходнмая для образованія бронзы, очень рѣдко встрѣчается на по
верхьчств земпою шара, п мпогія мѣстности съ самыми богатыми оловянными рудами
оылв неизвѣстны грекамъ. До юго, какъ финикіяне узнали путь къ Кассигсрпдскимъ
Восточный и заицдпыіі склоны Южной Индіи.
1 :	6 000 ОСО
Г” "	"1*	150	ъо о Килом.
Мадрасъ—топоръ городъ почти съ полумялпіоппинъ аасоловіомъ, Бопголоро ж По иди ш ори со-
держатъ по 150 тыс., другіе показанные па картѣ города, заключаютъ каждый по 50 тые. жи-
телей иди около того.	|
островамъ, единственными извѣстными купцамъ мѣстами, гдѣ добывалось олово, были
кавказская Иберія и Паранамикь, соврсменныіі Гиндукушъ. Слѣды древнихъ рудпаковъ
теперь находятъ во многихъ мѣстахъ вь области Баніанъ, бльзъ водораздѣла, между
притоками Оксуса, Инда н Гильменда (Фр. Ленормаиъ).
710
Историческій путь черезъ Баміапъ служилъ такъ часто арміямъ завоевателей,
что географъ могъ бы считать его прежде всего великимъ военнымъ путемъ. Здѣсь
прошли арміи митянъ н пертвъ, а позже—македомяие Александра; слѣдомъ за ними
шли и другія арміи въ точеніе періода шкапной исторіи. Однако, и мирная жизнь,
представленная торговлей, тож-> пользовалась нмъ: продукты промышіепностн и идеи
передавались иногда съ одного склона на другой. Доугіе проходы Гиндукуша также
были использованы съ мирными цѣлями сосѣдними лдемспамн, и нѣть сомнѣнія, что
Хпжпва племени года о-ъ Голубыхъ горахъ (НихьгирпѴ
Туземцы этого. почти ночѳзпувшаго ппвмопп носятъ бѣлыя одежды, по продппооиіжл индійскаго
правительства въ 1870 году
западная стѣна Индіи, т. е. горная цѣпь, извѣстная теперь подъ именемъ Соломоновыхъ
горъ (Сулейманъ-дагъ), также пересѣкалась многочпелеп олмн путями, по которымъ под-
держивались сношенія населенія Индіи съ обиіитѵлями плоскогорій Драпгіапы д Ара-
маго Вслѣдствіе удивительнаго раздѣленія труда, установившагося между пограничными
племенами, одинъ изъ втихъ проходовъ, Гомальскій перевалъ, лежащій на высотѣ вс
болѣе 200 метровъ, хотя оиъ и огибаетъ съ сѣвера вершину Тахгъ-н-Сулеймаьъ, в» всѣ
времена служилъ по преимущ<-ству для мирныхъ каравановъ, избѣгавшихъ военныхъ
путей. Говорятъ, до деіятп тысячъ <яовдпда» или <скороходовъ», отправляясь сообща
мзъ долипъ Ипда, поднимаясь длинными вереницами по тропинкамъ горъ, ведущимъ
къ этому перевалу, дающему выходъ плоскогорій;. Охраняемые особыми договорами съ
711
племенами центральнаго Афганистана, но тѣмъ не менѣе зорко слѣдя за своей без-
опасностью, каравины разбавили свой лагерь въ мѣстахъ, откуда могли видѣть кругомъ
на далекое разстояніе; наконецъ, въ опасныхъ мѣстахъ призывались на помощь друже-
ственныя племена. Пьъ ьѣкз въ вѣкъ продолжались зтв длинныя торговыя путешествія,
при содѣйствіи «повинда». Правда, путь, который избирали эти «свободные путеше-
ственники*. по самый удобный изъ путей, ведущихъ съ одного склона на другой, но
самые-то удобные пути служатъ для армій завоевателей, а также заняты укрѣпленными
городами, заставами, особенна «покровительственными» таможнями и военными постами,
Пндусская деревня близь Калькутты.
которыхъ избѣгаетъ торговля, боясь регламентаціи надзора и ы-яческихъ терній. Есте-
ственно, что мирпыо путешественники, везущіе свои продукты далекимъ пародамъ,
предпочитаютъ большимъ дорогамъ скромныя тропинки, соединяющія гостепріимныя
селенія: они охотно избираютъ проходы, наименѣе Посѣщаемые законными грабителями,
и даже, если возможно, совсѣмъ неизвѣстные властямъ тѣхъ государствъ, но которымъ
проходятъ.
Главный историческій путь, спускаясь съ Гиндукуша, идетъ вдоль рѣки Кабула,
древвяго Ііофсна, и подходитъ къ Пиду въ томъ мѣстѣ, которое именно вслѣдствіе
невольныхъ остановокъ каравановъ и армій должно было пріобрѣсти большое значеніе
въ качествѣ стратегическаго пункта. Атіокъ, т. е. «.остановка»—таково названіе укрѣ-
пленнаго города, расположеннаго па лѣвомъ берегу рѣкп, на самомъ пути. Въ этомъ жизней-
713
ломъ пунктѣ страны необходимо долженъ былъ возникнуть городъ. Нѣкогда затопленвзя
водей, эта равнина, гдѣ соединяются воды Пн іа н Кабула по выходѣ ихъ изъ горъ,
представляетъ какъ бы прсддвери великаго храма Индіи. Прежде чѣмъ инженерное
искусство научило ведущіе войну народы измѣнять положеніе дѣлъ быстро проводимыми
дорогами ц желѣзн дорожными путями, эта равнина, окаймлепцая со всѣхъ сторонъ
горами, даже па югѣ и юго-востокѣ, гдѣ вырисовываются живописные зубцы «Соленаго
хребта», господствовала надъ главнымъ путемъ сѣверной Индіи, который, съ одной
стороны, ведетъ къ чаще всего посѣщаемымъ переваламъ запятыхъ горъ, а съ другой,—
на востокѣ, направляется къ бассейну Ганга, параллелью- основаніямъ славишь
Гималайскихъ хребтовъ. По этой наносной долинѣ, орошаемой верхними притоками
Ппда, путь для переселенія пародовъ быть предначертавъ сашю природой: этотъ путь
удаляется отъ болотистой и лихорадочной полосы, идущей у подножія горъ, нзбѣіан
также и низовьевъ рѣкъ, гдѣ воды уже не достаточно для орошенія всей страны
Нго касается расположеніи городовъ, которые должны были возникнуть въ качествѣ
этапныхъ пунктовъ въ мѣстахъ, важныхъ для торговли, то оно указывалось переправами
чрезъ рѣки. Средняя полота равнины, наноолѣе плодородная и здоровая по климату,
Является и наиболѣе густо населенпию; внѣ же ея, къ востоку, населеніе расположено
но теченію рѣкъ Гангскаго бассейна, направленіе которыхъ параллельно передвиженіямъ
народностей, между тѣмъ какъ въ Пенджабѣ направленіе рѣкъ периепднкулярио вели-
кому пути народовъ.
Сѣверо-западная область Индіи, расположенная между горами Афганистана в
Кашмира, получила извѣстность въ исторіи человѣчества подъ названіемъ «СемврЬчья*.
Среди всѣхъ рѣкъ полуострова самой полноводной нѣкогда была та, которая дала свог
имя всей Индіи и потомъ— наиболѣе почитаемому и вмѣстѣ страшному богу индусовъ,
величественному и жестокому Индрѣ. Но у рѣкъ, какъ п у боговъ, своя судьба. Пндра
лежитъ теперь развѣнчанный; его мѣсто на небѣ занято другими божествами; также и
Снидъ утратилъ свое мѣсто среди земныхъ рѣкъ, да и на Индѣнск->мъ полуостровѣ
занимаетъ лишь только третье. Нѣкоторые притоки сго высохли, а отъ другихъ,
извѣстныхъ въ древности, не осталось и слѣда. Самое названіе страны, по которой
опъ протекаетъ, измѣнилось, указывая своимъ измѣненіемъ на упадокъ Инда. Трид-
цать вѣковъ тому назадъ доіпна верховьевъ рѣки носила названіе «Сента Санду»—
«Семь Ипдогь», «Семнрѣчье», а теперь ша называется уже Пенджабъ—«Пятирѣчье».
Рѣки, упоминаемыя Ведами и позднѣйшими инсателяип, большею частью суще-
ствуютъ п теперь, хотя подъ другими пазванівмп; такъ, Джадамъ—древніе Гидаснъ,
Чвпабъ- Акезипъ, Рави—Правати-Гіаротесъ, Біасъ—Гифазисъ, Сатледжъ—Гезидръ или
Сатадру, т. е. рѣка ста каналовъ. Но что сталось съ богиней Сарасватв, о которой
Ригь-Веда говорить, какъ о «самой прекрасной, прелестной, самой чтимН' изъ семи
сестеръ»,—неннѣстно; она Сы.ш и>. про імуществу «полноводной рѣкой, превосходящей
грохотомъ своихъ звонкихъ водъ всѣ рѣки». Въ пѣсняхъ говорится, что «>па была
быстрѣе колесницы, и переправиться черезъ нее оыло труднѣе, чѣмъ черезъ желѣзную
стѣну». Исчезновеніе этой священной рѣки появившіяся послѣ «Ригъ-Веды» не
объясняютъ. ІІрзп-а изъ одного ущелія Гималаевъ вырывается потокъ, называемый
713
Сарасвати, или Сарсу, но так»й незначительный, что ирригаціонные каналы скоро совсѣмъ
истощили сго; между тѣмъ врядъ-ли такая большая рѣка, какъ описанная первыми
пѣснями «Ведъ», изсякла-Оы изъ-за стараній нѣсколькихъ земледѣльцевъ. Тайну исчезно-
венія Сирасвати нельзя иначе объяснить, какъ измѣненіемъ теченія рѣкъ въ области
Гималаевъ. Возможно, что рѣка Джамна (Джемпа), впадающая теперь вь Гангъ,
Женщины племени Кулу въ верховьяхъ р. Біасъ.
впадала раньше въ Индъ и удваивала количество его водь. Дѣйствительно, въ верхней
части индусской равнины теченіе Джанни отдѣляется отъ бассейна Инда только грядою
наносовъ въ 20 метровъ высоты, и въ ѳтомъ мѣстѣ, говорятъ, можно найти слѣды
прорыва рѣки, которые и продолжаются далѣе ла западъ до русла Гагѵара, извивающагося
вдалн по пустынѣ: русло ея почти безъ воды въ настоящее время, но достаточно
глубоко, чтобы вмѣстить цѣлый Пидъ на всемъ протяженьи, гдѣ только не занесено
714
пескомъ. Такимъ образомъ, бдагодадя Сарасвати-Гаггару, бывшей въ лѣйствіітельпогги
могучей Джамной, огромный Индъ, болѣе значительный, нежели Гангъ н Брамапутра,
величестіи ппыіі и страшный, песъ свои воды къ морю. Впрочемъ, въ теченіи двухъ
послѣднихъ тысячелѣтій въ гидрографіи Индіи происходили многочисленныя измѣненія:
всѣ рѣки болѣе или менѣе перемѣстились; мѣсто сліянія Віаса и Сатледжа лежало
тогда гораздо дальше отъ подошвы горъ; самъ Пидъ имѣлъ въ нижнемъ теченіи другое
русло; опь впиталъ въ заливъ Ваннъ, протекая долиною Парра.
Извѣстно, что даже въ то врлмя, когда распѣвались гимны «І’шъ-Веда» въ
чссіь боіини Сарасвати, несшей свои шумныя воды, мѣстности, расположенныя непо-
далеку отъ рѣкъ, въ Доабѣ, илп «между двумя рѣками», часто поражались засухами'»:
древнія Веды свидѣтельствуютъ о томъ, что арійскимъ предкамъ индусовъ часто грозила
опасность отсутствія воды. Вниманіе, какое они оказывали явленіямъ грозы в дождя,
также доказываетъ, что имъ приходилось страдать отъ засухъ, и что благодѣтельные
ливни въ благопріятное время года были для нихъ цеповпымъ условіемъ существованія.
Во многихъ отношеніяхъ болѣе счастливые, чѣмъ народы семитическихъ областей Азіи,
ори бывали чаще свидѣтелями грандіозной борьбы вѣт)и>въ и тучъ, и нхъ мпоолопя
обогащалась зрѣлищемъ зтой борьбы, за воіорою они наблюдали съ напряженнымъ
гнпмапіемъ, ибо Отъ нея зависѣла ихъ будущая жатва. Обиліе тропическихъ
дождей и массы воды пзъ разливавшихся рѣкъ, питаемыхъ снѣгами Гималаевъ, позво-
ляло жителямъ покрывать поля гораздо болію обширной сѣтью каналовъ, чѣмъ теперь.
В<’я иссчапая область Таръ, пли «пустыня», была нѣкогда плодородной страной, гдѣ
находятъ вблизи высохшихъ каналовъ окаменѣлые лѣса и остатки городовъ, отданныхъ
также во власть дикихъ звѣрей. Городъ же Браманобадъ сохранился въ цѣлости, со
своими улицами, дворцами, дворами, бассейнами и резервуарами безъ воды,—нѣтъ
лишь людей въ этихъ каменныхъ стѣнахъ. Легенда говоритъ, что подъ этимъ городомъ
спитъ пародъ, осужденный на подземную жизнь, пока трубные звуки посіѣдняго суда
пе разбудятъ его.
Будучи очень близки иранцамъ по языку, религіи, обычаямъ, арійцы, спустив-
шіеся въ равнипы Ипда, измѣнились соотвѣтственно средѣ, но не настолько, чтобы
утратить родственное сходство съ первыми. Нѣкоторыя пѣсни Ригъ-Веды индусовъ встрѣ-
чаются и въ текстѣ персидской Авесты; по только мысли и содержаніе стиховъ почти
тождественны, но и въ самыхъ словахъ мало разницы, а если опа и есть, то пе больше,
чѣмъ между двумя французскими нарѣчіями: обитатели странъ, отъ Каспійскаго моря
до области Семирѣчья, могли понимать другъ друга. Правда, общность языка искусственно
поддерживалась странствующими пѣвцами, трубадурами той эпохи, которые странство-
вали отъ одного царскаго двора къ другому, съ тѣми-жо пѣснями, украшенными гру-
бою лостью въ честь принимавшаго ихъ хозяина, съ тѣми-жо циничными просьбами,
въ заключеніе, о деньгахъ я драгоцѣнностяхъ. Во воѣ времена профессія странствую-
щихъ поэтовъ процвѣтала въ Азіи.
Однако, къ сокровищамъ пѣсснъ. переносимымъ изъ одной страны въ другую, благодаря
родству языковъ, часто примѣшивались посторонніе элементы, сильно отличавшіеся
оть того, что оыло основнымъ въ нихъ и что вылилось непосредственно изъ душевныхъ
715
порывовъ народа. Нужно было тщательно отобрать гиипы Ригь-Веды, а въ каждомъ
глинѣ строфы и стихи, чтобы получать чистую на юную поэзію, родившуюся у младен-
ческаго народа при созерцаніи дивныхъ небесныхъ свѣтилъ, измѣнчивыхъ облаковъ,
шумныхъ потоковъ, пнзверіающпхся въ равнину, п радостно скачущихъ по полямъ жи-
вотныхъ. Къ этимъ первоначальнымъ мотивамъ прибавились различныя подробности
явленій и картинъ ноной природы, затѣмъ отголоски поэмъ другихъ народовъ, союзныхъ
иди покоренныхъ; потомъ жрецы исказили ихъ въ молнгвы и пѣснопѣнія, придавъ
священный характеръ даже низмен-
нымъ стремленіямъ странствующихъ
пѣвцовъ.
«Поэзія Ведъ,—говоритъ Брунго-
феръ,—прежде всею Поэзія Альпъ и
ихъ грозъ»; но для Арійцевъ, пере-
селившихся не Индъ, этими Альпами
не были уже Эльвендъ, или Демавендъ,
а Гималаи,- и слова, обращенвыя
г.ъ новымъ горнымъ вершинамъ, долж-
ны были получить другой смыслъ.
Для прибрежнаго населенія (еми-
рѣчья Альпы всей своей громадной
высотой поднимались надъ низкой
равниной, не имѣя, какъ въ Иранѣ,
обширнаго подножія плоскогорій: <>ви
представлялись глазу вдвое, втрое
выше, окруженные постепенными по-
ясами растительности, увѣнчанные
ледниками и снѣгами. Созерцая эти
величественныя и новыя для нихъ
картины, арійскіе переселенцы, при-
несть- съ собой свои гимны и пре-
данія, примѣнили ихъ къ измѣнив-
шимся условіямъ Священныя горы	Типъ индуса
и области рая представились для
нихъ въ новой формѣ, и нужно было описывать ихъ въ другихъ выраженіяхъ. Горой,
наиболѣе воспѣтой въ ноэзін и религій Индіи, является гора Мору, которую видѣли,
смотря ло мѣстопребыванію поклонявшихся ей, въ равлнчныхъ мѣстахъ Гималайской
цѣни, а позднѣйшія послѣ Ведъ описанія помѣшаютъ даже внѣ географччсскихь
Гималаевъ, отождествляя ее съ вершиной цѣпи Гангъ-дисъ-рн. невидимой изъ индусской
равнины. Хотя намъ извѣстно, что эта гора ниже многихъ своихъ сосѣдокъ, ома все
же считалась высшей точкой земли и центромъ видимаго неоа. Отсюда произошло ея
имя Кайасъ, принадлежащее къ тому же корню, какъ греческое хоіХоѵ п латинское
соеішіі. Оба міра, верхній н нижній, соединялись вь эіомь пунктъ и давали начало
716
землѣ Иида, Джамбу, «Древу жизни». На четырехъ сторонахъ горы, гдѣ чредпола-
гали супрствоганіѳ рая, недоступно росли также чудесныя легендарныя деревья
«желаній»,—соотвѣтствующій «древу позпапія добра и зла» въ раю халдеевъ и
евреевъ. Дивный источникъ, небесный Гангъ, слускмсь съ неба, изъ жилища «Семи
Мудрецовъ», или семи звѣздъ Большой Медвѣдицы, семь разъ обходитъ вокругъ Миру,
чтобы напитать четыре озера, изъ которыхъ выходячъ четыре земныхъ рѣка: послѣднею
деталью индусскій миаъ опять повторяетъ халдейскій, но восточное воображеніе украшаетъ
картину всей своей роскошью.
Четыре стороны Меру, съ которыхъ выходятъ источники, различны: одна—золотая
другая —серебряная, третья—рубиновая, четвертая—изъ лазурнаго камня. Что этъ озна-
чаетъ, какъ пе свѣтъ, отражающійся на высокихъ снѣгахъ, на льдахъ, на сверкающихъ
скалахъ во время зари, полдневнаго солнца и сумерекъ, играющій чудными цвѣіамп в
оттѣнками, болѣе прекрасный, чѣмъ камни и металлы?! Ча склонахъ Кайласа богомольцы
указываютъ пещеры, откуда выскакиваютъ четыре мнеическвхъ животныхъ: левъ, лошадь,
корова п слонъ—другіе говорятъ павлинъ. Эти четыре животныхъ являются символами
четырехъ рѣкъ: Сатледжа, Иида, Ганга и Тзапгь-бо, направляющихся на всѣ 4 стороны
свѣта. Впрочемъ, съ того времени, какъ въ Рамаянѣ въ первый разъ упомянули имя
Меру, преданіе подверглось измѣненіямъ. А когда индусское общество вылилось въ формы
нерушимыхъ кастъ, явилось жиавіе видѣть въ четырехъ сторонахъ горы, четырехъ
животныхъ и четырехъ источникахъ различной влаги и цвѣтовъ прообразы и четырехъ
кастъ, въ порядкѣ ихъ степеней.
Легенда .о раѣ н расходившихся изъ него рѣкахъ была не единственнымъ халдей-
скимъ наслѣдіемъ у индусовъ: исторія потопа тоже проникла вь страну Брамановъ въ
формѣ, указывающей на месопотамское происхожденіе. Она. очевидно, была заимствована
оттуда, хотя рѣки Іангскаго полуострова также производятъ разливы, почему м могло
привиться здѣсь преданіе, занесенное извнѣ. Герой индусскаго сказанія о поюиѣ—Ману,
подобно халдейскому Шази-Адра, будучи предупрежденъ о потопѣ, также строитъ ко-
рабль, на который берегъ сѣмена всѣхъ видовъ, и когда вода опускается, онъ остана-
вливается у самой высокой вершины страны: здѣсь этою вершиною является, конечно
одна изъ вершинъ Гималаевъ, у населенія же странъ Тигра н Евфрата — вершина въ
Кардукскихъ горахъ. Это иноземное преданіе могло сдѣлаться національнымъ, только
приспособившись къ мѣстной географіи и мпоолоііи.
Въ настоящее время накопляется нее больше неопровержимыхъ доказатиіьствь,
подтверждающихъ вліяніе Месопотаміи на индусскую цивилизацію; п вліяніе это было не
косвенное, какъ между отдаленными пародами, при помощи посредниковъ, а непосред-
ственное, черезъ самихъ представителей Халдеи. Никакія опредѣленныя, документальныя
данныя, правда, этого не говоритъ, но все таки фактъ остается неопровержимымъ, опи-
раясь на всю исторію страны. Первымъ доказательствомъ является ужо раздѣленіе
мѣсяцевъ н года по фазамъ лупы, причемъ недѣли или продолжительность семи дней
сохранили своп вавилонскія названія. Это совпаденіе—не случайность: надо допустить,
что моряки п купцы, являвшіеся сюда съ устья Евфрата, были настолько многочисленны
и вліятельны, что заставили туземцевъ принять свое раздѣленіе времени; такимь жо
717
образомъ опи научили ихъ въ торговлѣ употребленію своей мчнеты.основапвой па слож-
ной, двѣвадцатпричнчй системѣ, но послѣднее прошло по безъ борьбы, вѣроятно, такъ
Нарѣчія Дѳккапи.
і: ібоооооо
	-----------,  —  - -
О	260---ЬСО	іОООКиЛОМ
НАкоторыж идомйпа, напр., пдомя. биаь, говорящиі въ поотоахцоо вромл па арійскомъ иарічіѵ,
считаются дравидскаго происхожденія.
какъ у арійцевъ оылз въ употребленіи десятиричная система Также и въ языкѣ про-
изошло сначала столкновеніе, а потомъ обмѣнъ.— и слова стали переходить изъ одного
718
языка въ другой, еоотвѣтсвенв" измѣняясь; слова, обозначающія быка, льва, рогъ, золото,
виноградную лозу въ арійскомъ язикѣ представляются семитическаго пропехсткіенія, т, о.
вавилонскаго; напротивъ, слова: павлинъ, обезьяна, слонъ, сандаловое дерево, корнці
въ сеиіппчсс.коиъ языкѣ носятъ индусскій характеръ.
Архитектурный стиль индусовъ также совпадаетъ, въ основныхъ чертахъ, съ ва-
вилонскимъ: самые древніе храмы сѣверпой Индіи представляютъ ступенчатыя пирамиды,
въ родѣ искусственныхъ горъ Месопотаміи. Это сходство, по наблюдавшееся въ такой
мѣрѣ между памятниками Иранской равнины п Халдеи, объясняется только торговыми
морскими сношеніями между Персидскимъ эалпвомъ и индѣйскими берегами. Срз витально
съ трудными сухопутными дорогами, морской путь лучше всего могъ служить для пере-
возки каменщиковъ п инженеровъ съ ихъ инструментами, планами, матеріалами, съ ихъ
способами и искусствомъ строительства. Историческій путь, которымъ соединялись ва-
вилонскій и индійскій міры—море, соединяющее устье Евфрата съ устьемъ Инда.
Впрочемъ, когда пѣвцы Ведъ спустились въ Семирѣчье, вѣковъ тридцать шесть-
семь тому назадъ, они пе зналн торговыхъ путей, соединявшихъ Персидское море съ
Индомъ; опп даже не звали низовьевъ рѣки, на которой поселились. А между тѣмь
они воспѣвали море и борьбу моряковъ съ неистовствомъ волнъ. Гимны Риіъ-Веда
часто упоминаютъ о «самудра* (море), очевидно имѣя въ виду Каспій, у котораго жили
пхъ предки. Правда, за длинный періодъ времени, внродолженіи котораго чередовавшіяся
поколѣнія поселенцевъ передвигались отъ Гирканін къ Инду, восточные Арійцы во видѣли
моря, пе могли имѣть о номъ точнаго представленія н даже смѣшивали его въ своихъ
пѣсняхъ съ «моромъ» облаковъ, гопнмыхъ бурными вѣтрами; тѣмъ не менѣе пѣсни,
переданныя отцами дѣтямъ, слишкомъ ясны, чтобы смыслъ вхъ подвергался сомнѣнію.
Въ этихъ важныхъ сороковѣковыхъ документахъ говорится, конечно, о морѣ Каспійскомі,
которое должно было потомъ замѣниться вь представленія индусовъ другимъ моремъ,
болѣе обширнымъ, сливающейся на югѣ съ океаномъ.
Когда ученый Кольбрукъ открылъ, при помощи браманоьъ, въ началѣ 19 вѣка,
существованіе гимновъ Ригь-Веды, основные элементы которыхъ восходятъ къ эпохѣ за
неіырѳ -зи пять тысячъ дѣть до нашего времени, то всѣ интересующіеся происхожде-
ніемъ человѣчества были поражены и ослѣплены. Счастливые тѣмъ, что найдены такія
древнія поэмы, несомнѣнно, самые древніе памятники иашихъ арійскихъ языковъ, ученые
поддались восторженному головокруженію, оправдываемому, впрочемъ, грандіозными кар-
тинами нѣкоторыхъ поэмъ. Къ этимъ чувствамъ присоединилось, осооеппо у нѣмецкихъ
ученыхъ, нѣчто вродѣ патріотическаго самолюбія Они какъ будто хотѣли присвоить
себѣ арійскій геній, которому одинъ изъ нихъ далъ имя индо-германскаго, и приписывая
все великое своему этническому корню, они были близки къ принятію древнихъ пѣсенъ,
какъ «священныхъ писаній», какими тѣ и понынѣ служатъ для брамановъ. Безспорно
Ригь-Веда,—одно изъ самыхъ драгоцѣнныхъ сокровищъ человѣчества, по валю судить
и изучить ихъ точный смыслъ, разбирать ихъ безъ всякаго расоваго или національнаго
предразсудка
Для современныхъ изслѣдователей ясно, что это собраніе носитъ двойственный харак-
теръ: ьъ своей древнѣйшей части, передававшейся устно, омо при надлежитъ чистокровнымъ
71У
Арійцамъ горъ; многочисленныя же добавленія его относятся въ эпохѣ, когда переселенцы,
утвердившись уже въ равнинѣ, измѣнили свою первоначальную цивилизацію. Одинъ гичт.
обращенный къ утренней зарѣ, вытекаетъ изъ чистаго чувства восторга предъ торже-
Отъ Оксуса до Пида.
і; 5 оос сое
во
ІОС КИЛОМ.
ствущщеа природой, выходящей постепенно изъ мрака ночи; онъ вспоминаетъ о другихъ
зоряхъ, которыя прошли, и говоритъ о тѣхъ, которыя еще не наступали. Другой же
гимнъ, болѣе новый, является плоскимъ обращеніемъ придворнаго жреца, стремящагося
добытъ оогагства и власть, пользуясь испорваицостью свопхъ владыкъ. Третій—описываетъ
720
яамъ унствевнор и нравственное состояніе, весьма различное, въ завиевмости «гь тогоі
къ какой эпохѣ онъ относится, къ отдалена имъ иранскимъ вѣкамъ или ко времені
глубокаго вліянія побѣжденныхъ пародовъ.
Въ этомъ отношеніи самыми интересными пѣснями являются тѣ, которыя отно-
сятся къ браку. Самой древней ею формой является переданная намъ Рвгь-Ведой. Бъ
ату эпоху господствующіе правы опредѣлялись географическими условіями на плоао-
горіяхъ Ирана п въ долинахъ Гиндукуша. Въ этихъ пастушескихъ странахъ жѵапиаа
должна была быть свободной, чтобы управлять хозяйствомъ, въ случаѣ ладооюсти
защищаться отъ медвѣдей н воровъ въ своеб уединенной хижинѣ и воспитывать тѣтей
въ отсутствіи отца, братьевъ или ыужз: самое имя ея «дамъ» сохранилось въ аріькихь
языкахъ до нашихъ дней. Всѣ древніе памятники ооказываюгь, что она была уважаема,
что сыновья н братья относились въ пей съ почтительной любовью. Она была не
только ранной, но святой въ глазахъ любившихъ се; мужъ былъ—«дева». она—«деви»,
оба были какъ оы божествами Въ то же время бракъ носилъ патріархальный характеръ:
супругъ произносилъ священныя слова, какъ настоящій семейныя жрецъ, и сь такими
нѣжными выраженіями встрѣчалъ супругу въ своемъ жилищѣ: «Въ этомъ домъ все будетъ
процвѣтать подъ твоимъ взоромъ; ты будетъ давать радость. Пусть Индра дастъ тебѣ
десять сыновей, и да буду я, твой мужъ, который тебѣ говоритъ это—одиннадцатымъ!»
Возможна ли рѣчь нѣжнѣе въ устахъ господина?
Вплоть до распространенія браманизма, простой бракъ по любви считался небес-
наго происхожденія, но закону Ману, и поэты говорили, что такимъ бракоиъ сочетались
Гапдарвы.или «небеспыс музыканты». Бракъ являлся союзомъ любви двухъ сочетавшихся,
безъ всякаго вмѣшательства отца или матери, жрецовъ или властей. Обрученные соеди-
нялись по своему і ыбору; но прежде, чѣмъ сочетаться, призывали природу въ свидѣтели,
чувствуя свие единеніе съ Великимъ цѣлымъ Вмѣстѣ съ тѣмъ онв обращались къ солнцу,
лунѣ и ночнымъ свѣтильникамъ, къ лѣснымъ и полевымъ животнымъ, особенно, къ
бѣлкамъ, къ козамъ, птицамъ. Главнымъ обрядомъ, сообщающимъ силу браку, является
свидѣтельство о древиеб дружбѣ съ деревьями и травами. Въ этомъ первобытномъ
символизмѣ бутоны н цвѣты лотоса, плоды, букеты, інрлявды, низкорослыя в гигантскія
растенія призываются, какъ друзья, братья человѣка: молодая дѣвушка считаетъ сеоя,
дѣйствительно, сестрой того или иного деревца, а двоимаго ею юношу—оратомъ вехи-
колѣнваго дерева. Еще во многихъ мѣстностяхъ Индіи и теперь думаютъ, что манговое
и апельсиновое дерево не принесутъ плодовъ, если молодая дѣвушка не поласкаетъ ногой
или рукой ствола дерева: подъ ея нѣжнымъ прикосновеніемъ распускаются листья, на-
ливаются почки и зрѣютъ плоды. Она необходима для жизни растеній, по, въ свою
очередь, и растенія необходимы для ея жизчн. Когда оча ‘ыхотитъ замужъ, то прихо-
дить, украшенная цвѣтами, съ листьями и плодами въ рукахъ, и нѣсколько разъ об-
ходить вокругъ одного изъ священныхъ деревьевъ, между тѣмъ молодой, въ свою очередь,
оживляетъ другое дерево своаыи жестами и объятіями. Связанные съ іриродой, оба
знаютъ, что ихъ любовь способствуетъ міровой жизни. Вь различныхъ древнихъ фор-
мулахъ, воспроизведенныхъ поэмами, женихъ говорить о двухъ своихъ супругахъ: «дорогой
всмлѣ, окруженной океаномъ, и любнмов женщинѣ» Въ удивительной драмѣ «Саьувтала»
721
бракъ, празднующійся по обычаямъ Гапдавра, не можетъ заключиться, пока павлинъ
не подойдетъ къ дѣвушкѣ в но йзопьігь изъ ея руки, какъ изъ чаши.
ТЬ же обычаи мы находимъ и въ самыхъ низшихъ сдояхъ населенія Идея
Отроги Сулоймааъ-д»га.
1 :	& СОО ООО
О во
ІМ.
эооКилсм.
совокупной жизни всей природы такъ сильно вкоренилась у индусовъ, что н религія
вгь, и обычай допускаютъ бракъ женщины съ деревомъ. Такъ какъ по общему мнѣнію
женщина необходимо должна быть замужнею, то дѣвочекъ, которыхъ матери предназна-
чаютъ въ баядерки, обвѣнчинаюгь съ какимъ-нибудь деревомъ, в тогда, считаясь замуж-
ними, онѣ не подвергаются позору. Точно также, въ практикѣ многоженства, если
ь.чпзе гвклю. яып. ѵ	тр
722
человѣкъ, имѣющій лвт жеп», хочетъ взять третью, онъ беретъ себѣ предварительно
третью жепу изъ числа растеній, а избранная илъ третья супруга принимаетъ званіе
четвертой жены. потому что число три считается несчастнымъ
Долговременная привычка і.ъ едппоОрачію, часто, впрочемъ, превращавшемуся въ дѣй-
ствительности въ многобрачіе, установила въ Европѣ, какъ нравственную истину, мнѣніе
что всякій другой видъ брака есть бстправстпенвость; но нельзя отрицать, что въ свои отно-
шенія какъ семейныя, такъ и обпцетЕеввыя человѣкъ і носитъ свои природныя свойства
и понятія о добродѣтели. Вь наше время суровые моногамисты считаютъ только себя
носителями нравственной истины, тогда какъ Драупадн, поліавдрическая жена пятерыхъ
Сыновей Панду, считалась типичной представительницей добродѣтели и имѣла право
1 сворить о своей супружеской вѣрности съ такою же гордостью, какъ ваши самыя
цѣломудренныя жемы. Съ какою любовью и достоинствомъ говоритъ она о своихъ пре-
красныхъ мужьяхъ! «Я не знаю пи заботы, ни страха, когда вижу Юднштира»,—
объясняетъ она.—«Его лицо золотисто-палеваго пвѣта, у него большіе глаза, выда-
ющійся носъ, стройный роетъ; это красивѣйшій изъ сыновей Панду; и онъ—мой супругъ.
Вотъ другой,—съ длинными руками, стоящій па своей колесницѣ, нысокій, подобно
дереву «Сала», съ сжатыми устами, съ нахмуренными бровями—это Врнкодара, тоже
мой супругъ Третій—ловкій стрѣлокъ, твердый духомъ, исполненный уваженія къ стар*
дамъ—Аріжуна, тоже мі-й мужъ. А вотъ славящійся своей красотой, вѣрный своимъ,
обѣтамъ; ыіъ мнѣ дороже жизни: ото герой Вакула—мой мужъ. Вотъ этоть, наконецъ,
блестящій, какъ солнц» в луна, исполненный незнаній, оракулъ среди мудрецовъ, соеди-
няющій въ себѣ горячность съ благоразуміемъ—Сагадсва, тоже мой мужъ!»
Перемѣна пъ образѣ жизни и понятіяхъ, которую произвели въ арійцахъ Индіи,
сь одной стороны, окружающая ихь природа, съ другой,—соприкосновеніе съ н-шыми
народностями, ясно обнаруживается я гъ различіи религій. Культъ Веда, безъ сомнѣнія,
родственъ культу вравцевъ; п„ въ ту историческую эпоху, когда они являются передъ
нами, зги культы уже обособились, и постепенное развитіе каждаго изъ нихъ привело
къ тому, что онп стали даже враждебными другъ другу. Подобно тому, какъ католи-
цизмъ давалъ демонамъ и злымъ духамъ имена древнихъ боговъ, такъ и священной
терминологіи Авесты—жрепы Ведовъ придали превратное значеніе: Агура, который у
иранцевъ имѣетъ значеніе «господина», Агуръ-а-Мазда пли Ормуздъ,?. с. «величайшій
і іааыка», у индусскихъ браманоьъ означаетъ злого духа; а «дева>, пли дьяволы Ирана,
(дѣлались у восточныхъ арійцевъ добрыми геніями.
когда религію Ирана, приведшую къ ученію Авесты, ученію столь возвышенному,
такой высокой нравственности, мы сравнимъ съ уклонившеюся въ сторону отъ вся
религіею восточныхъ арійцевъ, то увидимъ, что съ переселеніемъ вь Индію арійцы изъ
прежнихъ мирныхъ пастуховъ н земледѣльцевъ сдѣлались завоевателями, создали себѣ
военныхъ предводителей, царей, которыхъ тотчасъ окружили жрецы, барды, придвор-
ные, словомъ, цѣлая толпа паразитовъ.
На плоскогоріяхъ Ирана арійцы молились иа вольномъ воздухѣ, въ кругу своей
семья; онн пе нуждались въ посредникахъ между собою и божествомъ; очи сами слу-
жила себѣ священниками, в ихъ очень несложная теологія поддерживалась самыми
723
незатѣйливыми обрядами: ве было ни храмовъ, пи алтарей—ихъ замѣнялъ зеленый
лугъ. Глава семейства прямо обращался къ зарѣ, разсѣивающей ночную тьму, къ
Пенджабъ.
1 :	7 500 000
О 100	200	чоокилом.
къ солнцу, разгоняющему облача, къ тучѣ, несшей дождь, къ лунѣ, къ любимой утрен-
ней илп вечерней звѣздѣ. Конечно, этп арійцы-горцы не были свободны отъ страха,
того примитивнаго страха, который вялить злыхъ или, по крайней мѣрѣ, могуществеп-
724
выхъ духовъ въ каждомъ предметѣ окружающей природы, во внезапномъ шумѣ, въ
дыханіи воздуха; по все же ихъ религія била возвышеннымъ поклоненіемъ природѣ.
Ихъ жертвоприношенія въ честь благодѣтельныхъ духовъ или для умилостивленія ве-
блаюсклонныхъ къ винъ боговъ совершались вь простотѣ: масло, молоко, напилки были
главнѣйшими приношеніями; по окончаніи торжества они любили наслаждаться «боже-
ственнымъ сома»,—особымъ, подвергнутымъ броженію напиткомъ, этою «утѣхою боговъ
и людей», кань наслаждались перебродившимъ винограднымъ сокомъ евреи, греки и
-римляне. Въ первоначальный періодъ ведаической религіи не было чашъ, въ кочгорыя
наливали бы «кровь боговъ»; для итого служили объемистые мѣхи, громадныя бочки.
Въ пѣсняхъ древніхъ арійскихъ пьяницъ этотъ папнтокъ «сома», придающій силу бо-
гамъ, величается поэтому выше самихъ боговъ. Никакой нѣмецкій или польскій пьяница
яе прославлялъ краснорѣчивѣе ниьо и вино, чѣмъ арійцы прославляютъ божественный
сома. Индра проіиина/ть пьющихъ воду и предаетъ ихъ смерти въ волнахъ разлив-
шихся рѣкъ. Самого сгбя онъ одарилъ двумя утробами, изъ которыхъ - дна погло-
щаетъ напитокъ, въ то время какъ другая, переполненная, перевариваетъ поглощенное
прежде.
Достой не замѣчанія, что этотъ напитокъ «сома», приводившій въ восторженное
опьяненіе индѣйскихъ поклонниковъ и поклонницъ Вакха, остался для насъ неизвѣст-
нымъ. Ученые, историки и ботаники написали цѣлые томы о немъ, но результаты
ихъ изслѣдованій не согласуются между собою. Въ словаряхъ ботаники названіе «сома»
переводится па латинскій языкъ различно: «аасіеріаз асніа, загсозіелиша ѵіпіпЫе,
загеозіеплта Ьгеѵізіі^ша, арііуііа» и проч. Конечно, очень вѣроятно, что священ-
ные напитки были различнаго происхожденія, потому что путь для переселенцевъ изъ
верхняго Ирана до равнинъ сѣверші Индіи и до возвышенностей ея на югѣ чрезвы-
чайно длиненъ. Хотя и въ настоящее время браманы Декана в парсы въ Бомбеѣ-
Іездѣ и Керманѣ въ Персіи приготовляютъ сома различными способами, по *>бшеѳ мнѣ-
ніе то. что это имя дается вообще всякому перебродившему напитку. Въ ведическихъ
пѣсняхъ говорится, повидимому, о пивѣ изъ риса или пшеницы, вродѣ того, которое
употребляется тамъ и въ настоящее время.
Другой великой утѣхой арійцевъ, какъ Индіи, такъ и Ирана, было—добывать
оговь в» время жертвоприношеній п любоваться длинными языками пламени, высоко
вздымавшимися къ небу. Къ ихъ обожанію «Агня» примѣшивалось чувство благодар-
ности: опн какъ будто вспоминали о той отдаленной эпохѣ, когда ихъ предкамъ быль
незнакомъ домашній шагъ, когда никакой Прометей еще не приносилъ драгоцѣнной
искры, похищенной у бога громовъ и солнца. А гни былъ для нихъ но только богомъ,
но вь нѣкоторомъ смыслѣ братомъ: ихъ гимны начинаются иногда словами. «Олецъ-
свѣть, мать-земля, братъ-огонь». Въ своихъ священныхъ церемоніяхъ опн всегда добы-
вали огонь стариннымъ способомъ: посредствомъ двухъ палочскъ^раэлнчныхъ древесныхъ
породъ, изъ которыхъ одну вращали въ углубленіи другой.
Но когда арійскіе переселенцы Индіи появились среди народовъ, мирно возгѣлы-
вавшихъ свив поля, отняли у нихъ женъ, дѣтей и имущество, то такое событіе не
могло ве повлечь за собой утрату завоевателями пхъ первобытной простоты и свободы
725
Военные предводители, выросшіе въ королей и царей, увлекали за собой народъ къ
битвамъ и добычѣ, постепввви превращая его въ поддавитъ а рабовъ. Рядомъ съ кастой
царей образовалась другая каста—жрецовъ, жертвоприносителей, которые вмѣстѣ съ
тѣмъ была бардами и пѣвцами. Отцы семействъ, патріархи, уже но отправляли оогослу-
жепіи, они только присутствовали, какъ простые вѣрующіе, на молитвенныхъ церемо-
ніяхъ, гдѣ дѣйствующими лицами являлись множество жрецовъ, изъ которыхъ каждый
имѣлъ особую роль и обязанности: привязывать жертву къ столбу, орудовать камен-
нымъ нижемъ, вскрывать внутренности жертвы, изливать масло, собирать кроіъ, про-
Совремевнѵѳ направленіе р. Сараеватіі.
і: і 5 о о с о о
О ІО	50	ІООКИЛОМ.
износить молитвословія тихо или во всеуслышаніе, или-же пѣть молитвы Эта новая и
самая опасная каста, которая должна была современемъ господствовать надъ умами,
только-что образовалась Названіе „Анджура“, означающее родъ жреца влн анахо-
рета п встрѣчающееся уже въ нервомъ гимнѣ сборника Ригь-Веда, представляетъ,
повидимому, слово, чуждое первобытному арійскому языку и, вѣроятно, внесено въ него
вмѣстѣ съ введеніемъ новаго культа въ религію первобытной арійской цивилизаціи. Изъ
этого спорника обнаруживаются какъ-бы два параллельныхъ теченія религіи.
Послѣ Ригъ-Веда развитіе религіи индійскихъ арійцевъ выражается въ постепенно
усиливающейся строгости соблюденія обрядовъ: пѣсни, гимны, молитвы, изложенныя па
дрегв -мъ языкѣ, становящемся съ теченіемъ времени вс - болѣе неяснымъ,—сопровождаются
726
попзиѣниыми формулами, что указываетъ иа лк.шчатольвую организацію касты духовен-
ства. Въ то время, какъ жрецы упрочивали свое могущество, превосходившее дажн власть
царей,— завоевательное движеніе послѣднихъ продолжало распространяться въ восточномъ
направленіи, перешло изъ бассейна Инда въ бассейны Джамны и Ганга, и такимъ обра-
зомъ потомки первыхъ арійскихъ завоевателей стали приходить въ соприкосновеніе все
еъ большимъ числомъ народностей и религій. Отсюда—всякаго рода с.крсщпванія, при-
нятіе различныхъ культовъ, примѣшивавшихся къ вѣрованіямъ арійцевъ. Обычай чело-
вѣческихъ жертоприношеній, существовавшій первоначально у аргйцевъ-горцеьъ въ случаяхъ
національной опасности, сдѣлался всеобщимъ, и людей стали приносить въ жертву
сотнями; безпрерывныя войны доставляли добычу въ изобиліи, и умилостивленіе боговъ
было дѣломъ нетруднымъ. Рабство или истребленіе было удѣленъ побѣжденныхъ, и.
однако, зги побѣжденные, рабы в мученики, повліяли,—какъ это всегда бываетъ,—на
умственное развитіе побѣдителей и угнетателей.
Четвертый сборникъ священныхъ книгъ, «Атарва-Веда», составленный въ эту
эпоху, по представляетъ собою ничего арійскаго, кромѣ развѣ нѣкоторыхъ заимствованій
и стиховъ изъ Ригъ-Веда, воспроизводящихъ магическія формулы, предсказанія, молитвы
и заклинанія. Сущность Лтарвы—чистѣйшій шаманизмъ, подобный религіи чукчей н
самоѣдовъ, внесенный побѣжденными «дазіу», т. е. «врагами»; такъ завоеватели арійцы
называли аборигеновъ, которыхъ они не смогли обратить вь рабовъ, т. е. въ «Даза».
Въ сбояхъ поэмахъ арійцы постоянно выражаютъ отвращеніе къ этимъ людямъ, у ко-
торыхъ ->пп отняли Землю, къ этимъ чернокожимъ или темнокожимъ уродимъ съ плоскимъ
носомъ или даже безносымъ, къ этимъ сыроядцамъ, къ существамъ се смѣющимъ ни
закоповъ, пи царей, пи вѣры; ио такъ обыкновенно во всѣ времена побѣдители отзы-
вались о побѣжденныхъ! Слою «дазіу», означавшее просто «непріятеля», привяло
впослѣдствіи значеніе «дьягиа» или «чудовища». А между тѣмъ эти самыя чудовища
были вдохновителями священныхъ книгъ а учителями религіозныхъ обычаевъ! Лтарва
содержитъ въ себѣ н догму, и ритуалъ нѣсколькихъ послѣдовательныхъ и современныхъ
религій, такъ что жрецы для господства надъ умами вѣрующихъ черпали отсюда все-
возможные аргументы. — даже одинъ другому противорѣчащіе. Браманы находили вь
книгахъ Веды доводы, необходимы- для оправданія своего господства и, смотря по тому,
какъ вѣрующіе призывали божество въ своихъ молитвахъ, заставляли боговъ отвѣчать
въ томъ-же духѣ. Сдѣлавшись господствующею религіею, браманизмъ поглотилъ всѣ
другіе культы, принявъ ихъ отчасти въ себя, подзбио тому, какъ впослѣдствіи христіан-
ство усвоило себѣ обряди и вѣрованія языческихъ религій. Такъ, въ погребальный обрядъ
внѣдрился ужасный обычай сожиганіи ідовы умершаго, что. впрочемъ, установилось во
безъ борьбы, такъ какъ многія мѣста вь книгахъ свидѣтельствуютъ о постепенномъ
введеніи этого обычая. Древніе тексты прямо осуждаютъ сго, именно вслѣдствіе того, что
приходилось бороться въ нымъ. Вь одномъ мѣстѣ говорится: «Когда начинаютъ стихъ
«Поднимись, о жена!», вдова встаетъ, чтобы взойти на костеръ, ио брать умершаго, а
если его нѣтъ, то жрецъ удерживаютъ ее, потому что Даманскій законъ воспрещаетъ
слѣдовать за умершимъ. Для другихъ же кастъ итогъ закопъ можетъ быть примѣняемъ
или пѣть».
727
Обычай сожиганія вдовъ, слѣдовательно, существовалъ у варварскихъ пародовъ,
вь среду которыхъ вошли арійцы; но оравы и обычаи послѣднихъ, побѣдителей и ци-
вилизаторовъ, не превозмогли
обычаевъ побѣжденныхъ; арій-
скіе жрецы, увидѣвъ въ этихъ
обычаяхъ могуще-
ственное средство
для своего господ-
ства, примѣнились
къ нимъ. не по-
ст ѣсннипись
даже иска-
Сараслати, паи В а ч ъ,
Дочъ п супруга Брамы, богиня рѣчи, ппуки и олпцотпоропіо рѣки того жо жмоіпт.
зить свящевнныя книги, и ввести въ нзхъ добавленія п вставки, совершенно несогласныя
съ первоначальнымъ ученіемъ. Въ теченіе болѣе двухъ тысячъ лѣтъ традиціи дикихъ
Дазіу требовали этихъ «добровольныхъ» самопожертвованій вдовъ.
728
Если эллинскія божества, родившіяся въ восточныхъ Средиземныхъ странахъ,
представляются существами неопредѣленнаго облика, ча-то мѣияющ»«а свои атгрпбуты
и имена, то боги индусовъ, п читаемые народенъ, медленно разселявшимся въ обшир-
номъ, безграничномъ, по его воззрѣнію, мірѣ, были еще болѣе неустойчивы: оип были
подобны облакамъ или туманамъ, гонимымъ по небу. Изслѣдователи исторіи Индіи съ
величайшимъ трудомъ могутъ опредѣлить съ точностью значеніе каждаго изъ водавчсскигь
божествъ: нхъ значеніе измѣнялось въ зависимости отъ временъ и поклонниковъ; только
посвященные въ зту науку могли-оы прослѣдить послѣдсват’льныя превращенія какого-
нибудь Индра или Сома, и различить одного огь другого двухъ Брамъ иди Асиеновъ.
Изъ тысячъ соціальныхъ единицъ въ Браманской Индіи каждая, т. е. каждое
семейство, каждый родъ, каждоо племя имѣли своего, такъ сказать, мѣстнаго Оога. Вся
природа наполнена ими; нѣтъ дерева или скалы, которыя пе были бы предметомъ обо-
жанія. Но каждый царь-заі оеі зтодь, каждый народъ-побѣдитель имѣлъ своего главнаго
бога в, конечно, не одинъ разъ, и до н послѣ завоевателя Рам», побѣдоносно про-
шедшаго всю Индію до самаго Цейлона, въ мысляхъ какого-нибудь великаго п[-едводи-
теля возникало понятіе объ одномъ великомъ божествѣ, единомъ владыкѣ неба и земли,
которому опъ, быть можетъ, уподоблялъ себя самого.
Такъ возникли въ восточной Азіи монотеистическія религіи, выражавшія гордую
претензію отдѣльнаго парода считать себя единымъ избраннымъ, предназначеннымъ къ
всемірному владычеству.
Но вь Индіи этотъ монотеизмъ но моіъ ограничиться опредѣленною, несложною,
ючною догмою, которую онъ принялъ въ однообразныхъ, скалистыхъ, пустынныхъ стра-
нахъ передней Азіи. Величественный міръ Индіи съ удивительнымъ разнообразіемъ его
природы, съ чрезмѣрнымъ богатствомъ флоры, со множествомъ смѣшавшихся между
собою народовъ, пе удовлетворился бы такой точной, рѣзкой формой религіи, какѵю
породила цавилизація евреевъ: Индія имѣла тоже своего рода монотеизмъ, но какъ онъ
былъ блѣденъ въ сравн'нін съ монотеизмомъ страшнаго Іеговы! «Брама», имя кото-
раго означаетъ смолитву»,—міровую душу, котораго, какъ отмѣчаютъ спеціалисты, не
слѣдуетъ смѣшивать съ Брамою-правителемъ, воплощеніемъ бога Вишну,—этотъ Брама—
простое дуновеніе: это только тѣнь, представленіе, миражъ; это какое-то отвлеченное
понятіе, символъ магической силы жрецовъ, кс-торые даже пе признаютъ за божество
эдо идеальное начало всѣхъ начатъ: обожанія опи удостаиваютъ боговъ Оолѣо низ-
каго ранга, но болѣе осязательнаго, болѣе частнаго свойства. Одинъ изъ писателей
Кашмира, двѣнадцатаго вѣка пашей эры, Сома-дева-Батта, говорить: «Брамановъ чести
у людей, потому что онъ высокомѣренъ; конечно, онъ слишкомъ великъ и не хочетъ
знать людей, и і>нн ему платятъ тѣмъ же». Брама не имѣетъ храмовъ, во всей Индіи
существуетъ одинъ только, кажется, храмъ, тогда какъ Шива я Вишну имѣютъ ихъ
сотни и даже тысячи.
Ходячее мнѣніе о томъ, что всѣ индійскія божества повинуются какой-тл троицѣ
«Тримурти», въ воторо і Брама считается силой творящей, Вишну — охраняющей, а
Шива — разрушающей, — несогласно съ дѣйствительными вѣрованіями народа. Безъ
сомнѣнія, такое распредѣленіе значенія боговъ должно было нравиться теологамъ-ком-
729
мевтаторамъ. в- оно такъ и осталось существую личъ только въ книгахъ. Индусъ-
вѣрующій, напротивъ, приписываетъ всѣ силы тому божеству, кь которому онъ обра-
щается съ молитвою: въ эти минуты онъ ставитъ сго превыш- всѣхъ другихъ боговъ,
Аравійское море.
і: Э2оооооо
О	500	ЮОЭ	2СООКИЛОМ.
вида вь венъ и зиждителя, и охранители, в разрушителя; въ свосігь храмѣ и въ часъ
моленія всякій богъ становятся тогда единымъ божескомъ,—вь сосѣднемъ же храмѣ
оиъ развѣнчивается.
Главной чертой индусскихъ религій является «аватаръ», непрестанное превращеніе.
Бога мѣняютъ имена и аттрибуты: оаи рождаются, ростугъ, уменьшаются и умираютъ.
730
оставляя наслѣдниковъ. Опп всѣ «Протеи», исчезающіе и вновь появляющіеся. какъ
туманныя картины. Крпмѣ девяти или двадцати двухъ оффиціальныхъ воплощеній Вишну,
сколько мѣстныхъ я временныхъ воплощеній по получило, вѣроятно, той извѣстности,
чтобы войти въ богословскій канонъ! Всѣ боги принимаются въ Индѣйскій Пантеонъ,
какъ принимались они въ римскій во времена 4птонии«въ; они долго будутъ имѣть
вѣрующихъ, но подъ своимъ собственнымъ именемъ большинство ііхъ обречено исчезно-
венію, въ силу кратковременной памяти людей.
Такова вта подвижная, измѣнчивая религія, которая приняла имя браманизма въ
честь символическаго бога, его безчисленныхъ проявленій н особенно въ честь жреческой
касты, которой раболѣпію былъ подчиненъ народъ. Завоеватели различныхъ расъ, арійцы,
дравиды, ноларійцы разносили ее во всѣ области полуострова, за исключеніемъ замкну-
тыхъ горныхъ долинъ и неизвѣстныхъ лѣсныхъ чащъ. И при атомъ общемъ распро-
страненіи браманскаго культа, ьовообращенпые, «возрожденные, родившіеся второй разъ»,
охотно воображали себя безконечно выше своихъ предковъ и очень искренно предста-
вляли себѣ ихъ пресмыкавшимися въ глубокомъ варварствѣ, жившими, какъ животныя,
безъ морали и познаній. Связанные съ сѣверными арійцами религіей, дравиды и кола-
рійцы дошли до того, что проклинали собственныхъ предковъ, подъ именемъ «дсмопѵвъ»
и пъ другихъ бранныхъ выраженіяхъ.
Разнородныя движенія, совершившіяся въ точеніи вѣковъ въ моральной и рели-
гіозной, политической и соціальной жизни иіиускихъ пародовъ, естественно распростра-
нялись по направленію мі вьшаго сопротпазепія, т. о. вдоль путей, въ силу своей доступ-
ности сдѣлавшихся историческими путями, на которыхъ возникли могущественные города,
естественные притягательные центры для торговли и ремеслъ. Знаменитая сѣверо-западная
дорога, образовавшаяся изъ соединенія тропинокъ, спускающихся пзъ ущелій Гиндукуша,
прямо направляется къ полосѣ роскошныхъ орошенныхъ голей, чтобы выйти изъ Гима-
лайскихъ долинъ; перейдя черезъ наносныя земли, по которымъ гуляла древняя Сара-
сватя, направляясь то къ Инду, то къ Гангу, она входить въ область этой могуще-
ственной рѣки. Эта часть пути между Пенджабомъ и плодородными восточными равни-
нами, отъ бассейна Аравійскаго моря до Бенгальскаго залива, В" всѣ времена должна
была имѣть историческое значеніе, а въ военномъ отношеніи первостепенное, такъ какъ
въ этвхъ мѣстахъ плодородная полоса очень узка, и пугъ, стѣсненный между предго-
ріями Гималаевъ иа сѣверѣ и первыми лѣсными пологами южныхъ плоскогорій, но могъ
значительно отодвигаться направо или налѣво; здѣсь лежитъ точка соприкосновенія
между двумя расходящимися половинами Сѣверной Индіи, п, слѣдоватеіьпо, центръ
господства по преимуществу. Сколько столкновеній между жаждущими власти царями
произошло въ этой области! Древнія преданія, собранныя въ Махабхаратѣ, говорить, что
втн мѣста ознаменовались страшными битвами между сыновьями Куру и сыновьями
Панду, битвами, рѣшившими судьбу Индіи. По тѣмъ же причинамъ — стремленія къ
завоеваніямъ н обладанію властью, въ мѣстахъ, гдѣ наиболѣе легко происходи іо сопри-
косновеніе между двумя мірами, вблизи этихъ іюлей оіітьъ должны были создаться
большіе города. XXXIV вѣка тому назадъ, а, можетъ быть, и въ болѣе отдаленную
эпоху, здѣсь возвышались стѣны «Города Слоновъ» Гаствнапура, Индуской Троп, оспа-
731
риваемой героями легенды и поглощенной, па^нецъ. Гангомъ. Далѣе къ югу, на бере-
гахъ Джамны, сіялъ Дели, семижды священный городъ, завоеванный сыновьями Панду
у народа Змѣй; они поставили въ немъ столбъ, погруженный въ кровь побѣжденныхъ
племенъ. Ниже Доли жиз-
ненны, центры, сосрецоточи-
вающі историческія движе-
нія, слѣдуютъ вдоль Ганга
до Бенгальскаго залива.
Другой историческій путь,
намѣченный самой природой,
отдѣляется отъ главнаго пути,
идущаго по Гаагской долинѣ,
направляясь на западъ и
сѣверо-западъ по рѣкѣ Сонъ,
продолжается нѣсколько выше
по рѣкѣ Нарбада. Такимъ
образомъ оба залива, омыва-
ющія полуостровъ, соединены
естественной дорогой, легко
обходящей горы. Илоскогоріе,
заканчивающееся обрыввны-
ми и крутыми склонами надъ
берегами Конкана и Мала-
оара, тоже представляетъ важ-
ную дорогу, съ которой сое-
диняются: съ одной стороны,
пѵти по уступамъ, спускаю-
щимся черезъ бреши иди
«І'хать» къ морскимъ пор-
тамъ, съ другой — ддивные,
отлогіе пути, направляющіеся
къ Коромандельскому берегу.
Повсюду рельефъ поверхности
указывалъ мѣсто, гдѣ должны
были быть проложены пер-
выя трчііннкн, предмавпачон-
ііыя сдѣлаться широкими до-
рогами. Наконецъ, островъ
Цейлонъ, очевидно, былъ свя-
Б р а м »,
богъ—ТИОрОЦ7. міра, который потомъ сдѣлался первымъ лицомъ
Троицы, или трцмурти, происходящимъ отъ Вишну я-тп Шпвы.
завъ съ континентамъ путемъ, проложеннымъ народомъ уже въ доисторическіе вре-
мена: это «моетъ Рамы», о которомъ преданіе разсказываетъ, что онъ былъ перебро-
шенъ черезъ проливъ ооезьянамм Гану чанъ, союзниками арійцсвъ-завосвателей.
732
Нужно отмѣтить, что сѣть историческихъ путей Индія совершенно отрѣзана отъ
другихъ азіатскихъ путей горами, проходящими па сѣверѣ ч ограничивающими плоско-
горіе Тибета.
В>-зъ сомнѣнія, эти преграды не были непреодолимы, и во всѣ времена купцы,
богомольцы, даже любознательные путешественники, переправлялись съ одного склона
па другой, но это движеніе не представляетъ настолько значенія, чтобы приписывать
ему историческую роль въ сношеніяхъ народовъ и въ общемъ равновѣсіи цивилизаціи.
Послѣднимъ большимъ путемъ пародовъ, къ востоку отъ Баміанскаго и сосѣднихъ про-
ходовъ, представляется тотъ, который соединялъ Индъ съ Таримомъ, въ Кашгаріи,
черезъ опасныя, по по широкія цѣни Кара-Корума; здѣсь, по крайней мѣрѣ, переходъ
черезъ снѣга и льды сравнительно нсдологь, и тропинка, по которой съ трудомъ идутъ
караваны, начеріана въ воздухѣ перелетными птицами. Чтобы найти еще историческій
путь въ другомъ копцѣ Гималайскихъ горъ, надо достигнуть сѣверной части Бирмачіи,
тираничной съ Китайской областью Юнь-нанъ,—это будетъ «дорога золота и серебра»,
связывающая естественнымъ образомъ Индѣйскій н Китайскій міры; между обоими пу-
тями, направляющимися на востокъ и западъ, пе менѣе ЗООО километровъ до прямому
направленію. Такова длина той стѣны, которая такъ долго держала въ полномъ отда-
леніи одну отъ другой обѣ главныя цивилизаціи Азіи.
Будучи слишкомъ высокими, чтобы чрезь нихъ легко было перебраться, Гималай-
скія горы въ то жо время благодаря своей высотѣ препятствовали столкновеніямъ
жителей равнинъ съ горными пародами. Въ этомъ отношеніи Гималаи представляютъ
исключеніе среди горъ земли. Во псѣхъ странахъ міра, гдѣ надъ рашіинамп или гор-
ными подножіями возвышаются горныя цѣпи или плоскогоріа средней высоты, обитате-
лямъ низшихъ мѣстностей грозятъ набѣги горцевъ Послѣдніе, какъ ястреба, свившіе
гнѣзда на скалахъ, всегда угрожаютъ презираемымъ ими труженикамъ, пастухамъ иди
земледѣльцамъ. Горы же Гималайской системы слиткомъ высоко поднимаются къ небу,
чтооы населеніе Гангскихь долинъ могло опасаться тибетцевъ в другихъ обитателей
высокихъ плоскоюрій. Такъ и въ Эквадорѣ животныя, въ равнинахъ или на горвыхъ
склонахъ ниже 2700 метровъ живутъ къ безопасности отъ копей кондора: могучая
птица, летая надъ Андами, не можетъ спускаться въ тяжелый воздухъ нижнихъ полосъ
и не выживаетъ, если ее вь клѣткѣ пускаютъ па морской берегъ. Тибетцы, правда,
спустились въ 1792 году, въ сопровожденіи нитайскихч. солдатъ къ Непалъ, по ихъ
аванпосты но достигли равнины: они остановились въ Наякоть, вблизи Катманду, на
высотѣ 700 метровъ, и поспѣшили затѣмъ вернуться. Въ теченіе ряда минувшихъ
вѣковъ, эта попытка по была, вѣроятно, единственной, но въ общемъ, страшными гра-
бителями для населенія равнинъ являются не жители высокихъ вершинъ, а ближайшіе
сосѣди предгорій. Толчки оть воппъ передавались на Гималаисішхъ склонахъ сверху
внизъ при посредствѣ различныхъ народивъ.
Центръ тяжести арійскихъ народиѵстей, подвергшихся вліянію, не находился уже
болѣе въ бассейнѣ Иида, а перенесся ьъ области Ганга, въ современный Одъ а Бен-
галію въ эпоху, которую хронологія опредѣляетъ вѣковъ за тридцать, тридцать одинъ
тому назадъ, —когда арійцы совершили большія вторженія въ южной Индіи и Цейлонъ,
733
Области Націи
1 :	25 000 000
1
О	СОО	ЮОС	(500ЛЖ/7ЯЛЛ
иодчннивъ, по крайней мѣрѣ, временно, кодарійцовь и дравидовъ. На небѣ тогда
царилс уже новое поколѣніе ооговъ: Индра отступилъ на задній пдапъ, тогда какъ
734
Вишпу и Сива наполняли міръ своими чудесами. Въ эту эпоху въ исторіи появляются
неизвѣстные дотолѣ народы, по событія, устно переданныя черезъ вѣка, утратили вся-
кую историческую достовѣрность: побѣжденные враги получаютъ наименованіе дьяволовъ
я драконовъ: даже союзники арійцевъ считаются животными, которыя должны считать
себя счастливыми, что ихъ освѣщаютъ лучи, исходящіе отъ владыки Рамы, царя дина-
стіи солнца. Безъ сомнѣнія, «обезьяны» Ганумана представляли одну изъ таквхъ
союзницъ арійцевъ въ ихъ завоевательныхъ экспедиціяхъ. Одинъ путешественникъ
задается даже вопросомъ, ни слѣдуетъ ли видѣть въ этихъ четверорукихъ спутникахъ
Рамы Индо-Китайскія племена, отличающіяся своими большими пальцами, легко проти-
вуноставляющиыпся остальнымъ пальцамъ; я дѣйствительно, древнимъ именемъ Аннана
долгое время было китайское названіе Вавъ-Лонгь, «Царство людей съ отдѣленными
большими пальцами*.
Какъ бы то ни было, арійскія завоеванія побѣдоносно завершились: легендарный
городъ Лапка, въ которомъ томилась взаперти божественная Сита, открылся не только
для воиновъ, но в для переселенцевъ, пришедшихъ изъ подвергшихся ужо арійскому
вліянію областей Ганга; языки арійскаго корпя—пали и санскритъ, оказали гораздо
большее вліяніе на нарѣчія островитянъ, чѣмъ на коптнпевтальпую Индію. Сингалезскій
языкъ считается втподогами однимъ изъ нарѣчій великой арійской семьи.
Послѣ завоевательныхъ войнъ наступили гражданскія. Династія солнца и династія
луны вступили въ борьбу за обладаніе имперіей, и хотя подробности событій этого
ужаснаго столкновенія неизвѣстны, такъ какъ Махабхарата можетъ быть различно истол-
кована въ историческомъ и географическомъ отношеніи, но достовѣрно, что въ равно-
вѣсіи индусскихъ народовъ произошли большія перемѣны. Одна, очень любопытная для
исторической географіи легенда разсказываетъ, какъ богъ Агни Вайсванара, «Жертвенный
Огонь», идетъ на востокъ отъ божественной Сарасватл и торжественно пылаетъ надъ
всѣми рѣками. Но достигнувъ рѣки Саданира, бурно спускающейся но ущельямъ сѣвер-
ныхъ горъ, опъ долго останавливается, не можетъ переправиться черезъ быстрый потокъ.
По мнѣнію Вебера, Саданира ничто нное, какъ рѣка Гавдакп, служащая въ наше время
границей между Одъ, древнимъ царствомъ Рама, и Бенгаліей, насоленной долгое время
языческими пародами, среди которыхъ по сію пору живутъ многочисленныя псаріанизо-
ванныя племена. Но послѣ этой времеппой остановки огонь, охваченный новымъ поры-
вомъ, снова запылалъ, чтобы очистить восточныя земли, ибо въ Индіи, какъ говорятъ
жрецы, безплодная почва становится плодородной во трудами земледѣльца, какъ въ
остальномъ мірѣ, а сплою очистительныхъ жертвъ брамановъ.
Въ обществѣ арійцевъ Индіи, поклонявшемся огню и строго соблюдавшемъ обряды,
все совершалось по правиламъ жрецовъ. Породъ битвой воины должны были читать
ианзусть «обязанности воина», воспроизведенныя въ законахъ Ману п въ сочиненіи о
военномъ дѣлѣ, написаиномъ, какъ предполагается, послѣ «Махабхараты». Впрочемъ,
нужно сказать, что «воинскій уставъ» былъ тогда гораздо гуманнѣе, нежели совре-
менный. Царь, отправлявшій въ битву, ве имѣлъ права сражаться копьями или стрѣ-
лами съ зазубренными или отравленными наконечниками, пе могъ пускать въ дѣло
горящихъ снарядовъ. «Да не поразитъ онъ врага, укрывшагося на высотахъ, ни еди-
735
Рельефъ И и д і п.
1 :	25 000 000
о
5' іКиЛОМ
500
1000
наго е.виуха ни молящаго  пощадѣ, і.и бѣглеца, ни единаго сидящаго, восклицающаго
<я—твой плъниикъ». Да не поразитъ онъ также спящаго, во аа, потерявшаго кодь-
736
чугу, вагою человѣка; да иг поразитъ безоружнаго или того, кто только наблюдаетъ
за битвой, не принимая въ ней участія, или па человѣка, который схватился съ дру-
гимъ врагомъ. Да по поразись человѣка съ поломаннымъ оружіемъ, ослабѣвшаго
отъ страданій, тяжело раненаго, или ооъятаго страхомъ. Да помнитъ онъ обязанности
честнаго воина... Только тѣ могутъ сражаться, у кого равное оружіе: воинъ въ коле-
сницѣ можетъ напасть только на противника въ колесницѣ, всадникъ—только на
всадника; пѣшіе должны сражаться только съ пѣшими».
Несмотря на страсти, естественно разгоравшіяся на войнѣ, ати правила обыкно-
венно соблюдались, не въ силу душевной доброты, но въ силу того, что кастовое раз-
личіе проникло до мозга костей индуса. Греки, посѣтившіе Индію послѣ македонскаго
завоеванія, удивлялись, видя земледѣльца, спок-йно идпцаго за своимъ плугомъ вь
то гремя, какъ около што потрясали почву двѣ сражающіяся арміи. Откуда
же явилась зта практическая философія скромнаго труженика, если не пзь сознанія,
что для него ни представляетъ интереса па побѣда, ни пораженіе той или другой сто-
роны? Представитель низшей касты, роковымъ образомъ чуждый всѣмъ, онъ ни имѣлъ
отечества, и всѣ боровшіеся за обладаніе землею были одинаково ого 'фагами. Нигдѣ,
ні въ какой странѣ міра дѣленіе людей на искусственныя породы, такъ глубоко раз-
личныя. не выразилось столь ясно.
Возникновеніе кастъ хотѣли объяснить мудрой предусмотрительностью законода-
телей о чистотѣ крови: «гигіена расы» вотъ якобы причина этого строгаго установле-
нія. Существуетъ будто бы большое сходство между предохранительными средствами
закона Маку и совѣтами современныхъ гигіенистовъ. Однако, правила этихъ Законовъ,
касающіеся браковъ, относятся не къ союзамъ, заключаемымъ между одной кастой и
другой, а союзамъ въ той же кастѣ; что же касается скрещиванія народовъ и расъ,
то всемірные опыты показали, что во многихъ обстоятельствахъ смѣшеніе крови не
только но вредно, но часто имѣетъ прекрасныя зослѣдстія для развитія рода. И въ
самомъ дѣдѣ, развѣ самыми цивилизованными народами являются не тѣ именно, кото-
рые привлекли въ свою среду наибольшее число людей различнаго происхожденія и,
слѣд, тѣсно слились съ вили9 Конечно, этв сліянія обыкновенно случайны, и неиз-
вѣстно, какія скрещиванія даютъ лучшіе результаты в какіе, напротивъ, противны
природѣ. Въ этомъ отношеніи наука еще не установила точныхъ выводовъ; во всякомъ
случаѣ было бы но крайней мѣрѣ смѣло и не соотвѣтственно міровому опыту утвер-
ждать, что, создавая касты, индѣйскіе арійцы знали этничосым послѣдствія скре-
щиваній.
Оставляя въ сторонѣ предположенія «націоналистовъ» и фанатичныхъ патріотовъ,
защитниковъ чистоты первоначальной расы, важно изучить саны» факты. Тогда можно
найти много причинъ происхожденія кастъ. Конечно, въ этомъ отношеніи оказали боль-
шое вліяніе завоеваніи. Самое названіе кастъ—«варпа», или цвѣтъ—какъ оы указываетъ,
что при вторженіи арійцевъ классы составились по цвѣту кожи завоевателей в покорен-
ныхъ. Первыми были бѣлые; за ними слѣдовали красные, желтые н черные о. ходя это
дѣленіе во многихъ отношеніяхъ произвольное, но оп) соотвѣтствуетъ въ общихъ чер-
тахъ дѣйствитольпп»'»'- •'•" '"ние.іи отличались бѣлымъ или бѣловатымъ оттѣнкомъ кожи,
737
а покоренные народи представляли въ большинствѣ типи болѣе темныхъ оттѣнковъ. По-
бѣдители всегда преувеличиваютъ ето различіе въ пользу своего тщеславія. Но завоевлніз
явилось только началомъ кастоваго устройства. Притѣсненіе со стороны властителей, про-
должавшееся изъ вѣка въ вѣкъ, сдѣлало кастовое устройство общепризнаннымъ зако-
номъ, превратилось въ религіозную догму, въ неизбѣжный рокъ, такъ чго въ концѣ коа-
Храмъ Еаиіар’ь, вь верховьяхъ Джелаьа.
новь все общество сдѣлалось раздѣленнымъ по іерархическому шаблону, который, каза-
лось, ікоачательне установился.
1Ь мнѣнію классическихъ конментатпроть, нпдусскос обще» тго въ самомъ началѣ
было раздѣлено на четыре рѣзко разграниченныхъ касты: жрецовъ—орамаіи-вь, воиновъ,
кшатріа, пастуховъ, пли земледѣльцевъ, вайсіа и, наконецъ, судра, людей низшаго раз-
ряда, занимавшихся различными ремеслами, считавшимися неблагородными. Эти четыре
касты неравнаго достоинства были тѣмъ пе менѣе «чистыми», такъ какъ происходили
изъ разныхъ частей тѣла Брамы. Ниже ихъ шли ѵжо «нечистые», «варвары» и «дья-
ЭЛИЗВ РЕКЛКк ВЫП. V.
47
738
волы*, пе заслуживавшіе того, чтобы залипать мѣсто среди людей. Однако, это дѣленіе
было чисто теоретическое п нисколько не соотвѣтствовало дѣйствительности, такъ какъ
каждая народность Питіи имѣла свое число кастъ, іерархія которыхъ была различна,
смотря по разности происхожденія ихь занятій, традицій, нравовъ, религіи: греческіе и
латинскіе писатели насчитываютъ не четыре, а семь кастъ, и въ каждой области не
число измѣнялось, доходя до десятковъ и сотенъ; въ Бенгаліи, напр., самой консерва-
тивной области Лидіи, записало въ оффиціальныхъ документахъ болѣе тысячи кастъ, а
съ подраздѣленіями нхъ набралось бы нѣсколько тысячъ, строго оіраниченная каста
состоитъ тамъ всего изъ двухъ человѣкъ, до такой крайности и глупости доведено это
дѣленіеі Даже животныя раздѣлялись по кастамъ: пальмовая крыса, взбирающаяся ва
вершину деревьевъ и питающаяся избранными веществами, относится къ очень высокой
кастѣ, а воронъ, мрачная птица смерти, причисляется къ низкой и нечистой кастѣ.
Однако, въ первыя времена жизни арійцевъ въ Индіи господствовали не жрецы,
что бы ни говорили запатерег .ярнные въ этомъ вопросѣ браманы. Во время завоеваній
верхо> чая власть, конечно, принадлежала воинамъ, и сепровождавшіе ихь жрецы пользо-
вались только второсгеннымп правами; они молились о вні посланіи милости боговъ на
оружіе владыкъ: только въ одномъ мѣстѣ Ригь-Веды говорится о кастахъ, хотя вь
цѣломъ текстъ безъ сомнѣнія свидѣтельствуетъ о сильномъ неравенствѣ оощоства. Въ
эту эпоху господствующей кастой были еще кшатріа, по постепенно, благодаря своей
власти, потомки былыхъ вождей отрядовъ, изнѣженные наслѣдственными нряішллегіями,
лалн । плести себя сѣтями интригъ, искусно сотканными льстивыми, лукавыми брама-
нами. Говоря прострапв> о нравственности, милосердія и состраданіи къ бѣднымъ, бра-
маны, бывшіе одновременно пѣвцами, поэтами, жертьоприпоептелямм, всегда заканчивали
гимны откровенной просьбой, доходившей до цинизма: <ДаЙ мнѣ домъ, полный лоша-
дей, к-'ровъ и золота! Дай мнѣ двѣсти десять коровъ! Дай мнѣ десять милліоновъ ко-
ронъ! Дай мнѣ сотнями, тысячами дорогіе подарки!» Такимъ образомъ, увеличивая свои
богатства, браманы и вс правя лично, стали тѣмъ не менѣе владыками страны я рас-
предѣлили индусскій народъ въ странной іерархіи строго разграниченныхъ классовъ, отнявъ
у него всякое личное право я иниціативу в оставивъ одинъ идеалъ — «соблюдать чи-
стоту касты».
Изъ страны Лудъ, быншеа центромъ госпэдсгва арійской народности, система
кастъ распространилась по всей Индіи до южной оконечности Цейлона. Для ₽ыраженія
этого распредѣленія людей иа строго ограниченныя группы ни въ одномъ дравидскомъ
нарѣчіи нѣтъ слова: терминъ «уаѣі», какъ и самыя касты, арійскаго происхожденія.
Это было поистинѣ ужаснымъ подаркомъ «цивилизаторовъ». Пришедшіе съ сѣвера за-
воеватели, вставъ во главѣ общества, чтобы управлять имъ, дали каждому классу вт
распредѣленіи труда свою постоянную, неизмѣнную работу, связанную съ нимъ, какъ
кости и кожа съ человѣкомъ, Чго касается брамановъ, они стали выпь всякой касты.
Они носили иа плечѣ шнурь ивъ четырехъ нитей, дѣлающій ихъ «богами иа З'-млѣ».
Онн только одни обладаютъ водей и властью, они владѣютъ «ключами рая и ада».
«Своей волей я беру твое сердце и заставляю двою мысль сдѣдоваіъ за моею»,—го-
ворить браманъ. Властитель, котораго браманы своимъ посвященіемъ ставятъ владыкой
739
народа, в являетія уже господиномъ для нихь; -анн подчиняются только *сома>, т. ѳ,
своему вдохновенію. Свяшешшмъ напиткомъ для нихъ была во влага, опьяняишэя на-
родъ, а ихъ собственная воля, ихъ чистый, непреклонный капризъ.
Благодаря сравнительной взолированио-ти, въ которой жили арійцы субь-гнмалай-
ской Ііпдіп, благодаря тому, что они жили вдали отъ моря и имѣли сношенія только
съ презираемыми сосѣдними народностями, игъ нравственная и религіозная эволюція со-
Долина А т т о и а.
і: юооооо
----- ---------------------—।
о  I	зь	ьокилом.
вѳрша.ись, такъ сказать, въ закрытомъ сосудѣ: опа должна была полностью найтп свое
логическое завершеніе, такъ какъ не имѣла случая смѣшаться съ посторонними элемен-
тами Дѣйствительно, каста жрецовъ нигдѣ не достигла такой власти, какою пользова-
лись браманы, и даже но опираясь на мірскую власть; достаточно было одп й -илы ал-
люзіи божественной власти, признанной за ними всѣми.
Полная обособленность брамановъ, пріобрѣтавшаяся ими не только рожденію, во
ъ обученіемъ, путемъ подчиненія учителямъ и формуламъ, нерѣдко отреченіемъ а умерщ-
вленіемъ плоти, все-жо не давала имъ счастья, несмотря па ихъ божественность, и они
искали избѣгавшаго ихъ счастія. Въ этомъ, конечно, обстоятельствѣ и нужно искать
740
причины той вели по ІІ религіиэн- й революціи, которая извѣстна подъ именемъ буддизма,
хотя ада причина могла вліять только иа людей, располагавшихъ досугомъ для размы-
шленій: глубокая революція, захватившая массы народа, не могла произойти внѣ соці-
альныхъ причинъ. Основныя причины буддистскаго движенія забыты и даже неизвѣстны,
такъ какъ историки, не. имѣя точныхъ свѣдѣній Того времени, лишь довольствуются
историческими памятниками, которые находятся у нихъ въ распоряженіи: они и изучаютъ
въ такомъ случаѣ религіозные догматы и ученія, организацію іуховепетва, тысячи по-
слѣдствій борьбы, вытекавшихъ пзъ неизвѣстныхъ событій перваго взрыва. Так«й спо-
собъ. конечно, ведетъ къ ошибкамъ во всемъ, заставляя ихъ >-мѣшпвать начато съ кон-
цамъ, видѣть регрессивную эволюцію вмѣсто періода образованія, заставляя изучать
постановленія, вытекшія взъ движенія, і мѣсто опредѣлиішнхь его причинъ Словомъ,
учены, зтк оказываются пъ положеніи художника, который хочетъ изобразить ве-
ликолѣпный городъ, не видѣвъ его, а судя по уличкамъ и проулкамъ однихъ предмѣстій.
Бъ такихъ условіяхъ иллюзіи умственной оптики дѣлаются неизбѣжны, тѣмъ
болѣе, что ори самомъ процессѣ развитія находящихся вь состояніи броженія идей
борьба отдѣльныхъ силъ пріобрѣтаетъ совершенно различный характеръ в-ь на-
чалѣ событій, въ разгарѣ и въ періодѣ возврата, который слѣдуетъ за кризисомъ.
То, что лредстагилось бы вначалѣ соціальной революціей, подъ конецъ является
иногда только возстановленіемъ былого порядка вещей.
Такой контрастъ идей наблюдается самымъ разятель рымъ образомъ при разсмо-
трѣніи возникновенія индусскаго буддизма. Обыкновенно, въ этэмъ великомъ событіи
изучается только легендарная или даже совершенно миеическая личность самого Будды,
точное «яаченів догматовъ или даже того или нвого слова, употребленнаго кодификато-
ромъ или комментаторомъ учеши, между тѣмъ значеніе буддизма заключается въ великой
моральн ,й и соціальной революціи, и чтобы со понять, нужно разсмотрѣть вѣка, пред-
шествовавшіе этому періоду, выяснить, каковы были существовавшіе тогда соціальные эле-
мішы и какимъ образомъ сохранялось ихъ равновѣсіе.
Извѣстно, что покоренныя народности были очень несчастливы тогда въ Индіи,
и господствующему классу удалось заставить большинство побѣжденныхъ, путемъ си-
стематическаго раздѣленія на касты, признать свое порабощеніе. Печальная масса
«дьяволовъ», «свиней», «собакъ», какъ называли затоптанныхъ туземцевъ, молча,
страдая жалась па ішгшихь ступеняхъ высокой іерархической пирамиды; но тамъ,
гдѣ переходъ отъ свободы къ рабству быль слишкомъ рѣзкимъ, вспыхивало возмушепіе,
и чрезвычайв'' знаменателенъ фактъ, что мѣсторожденіемъ буддизма была именно область
къ востоку отъ той рѣки Саданира, черезъ которую такъ долго но могли перейти
арійскіе завоеватели. Сопротивляясь сначала оружіемъ, населеніе этой страны, пп под-
дававшейся рабству, продолжало борьбу въ другой ооласти, области мысли и води.
Таково было качало буддпетею й революціи, стремившейся къ идеалу равенства и уни-
чтоженію ненавистныхъ кастъ. Правда, іозже новая, постепенно образовавшаяся каста
буддистскихъ жрецовъ снлніась представить »ту революцію, какъ тѣнь безъ плоти,
чтобы лишить ее экономическаго и соціальнаго характера, сообщивъ ей нсвлючптелььо
идеальное и мистическое значеніе.
711
Извѣлна слѣдующая легенда: пе знаютъ тотпо е гда, по приблизительно отъ
двздцітя четырехъ съ половиной до двадцати пята вѣковъ толу назадъ, въ то время,
«къ ішраллельні; создавались Ппоагоролг и другими философами средиземныхъ странъ
«онытки идеальнаго обществепнагэ строя, вь Каиилавасіу, па берегу потока, спускаю-
Вишну,
древнее божество солнца, второе лицо Тримуртн, создатель, храпите ль и разрушитель міра, вездѣ-
сущій, всемогущій, воовѣдующіп, покровитель жортвоприпошошіі. До божлм-ь—двѣ его супруги,
богішн Лаюпну ц Сатіабхама.
щагося съ Гималайскихъ горъ въ рѣку Гангъ, родился благородный нотомокъ, быть
можетъ принцъ, Сиддгарата изъ семейства Саккіа или «Сильные». Онъ женился, имѣлъ
даже сына, что говорить за дѣйствительное существованіе Будды, талъ ч»*ь послѣдо-
742
ватели его, предоставленшле собственному воображенію, вѣроятно, по приписывали бы
ему этого, считая бракъ и дѣторожденіе низменными состояніями. До двадцати девяти
лѣтъ онъ прожилъ въ своемъ дворцѣ, окруженный внѣшнимъ благосостояніемъ рос-
к щшой обстановки, но сознаніе соціальнаго неравенства, которому онъ способствовалъ
фактомъ сяоій власти, и которое препятствовало братской любви, терзало сго, какъ
угрызеніе совѣсти. Выйдя пзъ своего ооглтаго д<.ма, отпустивъ всѣхъ придворныхъ и
слугъ, взявъ одежду самаго бѣднаго изъ бѣдныхъ, онъ покинулъ страну побѣдителей —
арійцевъ, перешелъ черезъ Гангъ въ южные лѣса, въ среду гонимыхъ и преслѣдуемыхъ
Дазіу, и тамъ сталъ -іроводить жизнь въ созерцати м отреченіи. Нѣсколько учениковъ,
вѣроятно, брамановъ, послѣдовало за пимъ. По напрасно, говоритъ легенда, искалъ
онъ покоя шесп, семь, десять лѣтъ: ве разъ приходилось ему бороться <-ь отчаяніемъ,
олицетвореннымъ-народнымъ воображеніемъ въ образѣ бога Смерти.
Онъ постигъ, наконецъ, что человѣкъ не долженъ предаваться своей печати и
что это постыдный эгоизмъ—сосредоточиваться на своихъ горестяхъ, своихъ добродѣте-
ляхъ, гордости, справедливости и наслаждаться поэтической меланхоліей, забывая пе-
чальный. братьевъ, которые борются и страдаютъ въ великой войнѣ за существованіе.
По внушенію Брамы, спустившагося съ небесъ во время его молитвы, Будда по-
кидаетъ джунгли Гайа, одинъ, такъ какъ пораженные ученики сохраняютъ аристокра-
тическое презрѣніе къ человѣческому роду. Онъ появляется въ большомъ городѣ Бена-
ресѣ, проповѣдуя на улицахъ, площадяхъ и, ступеняхъ, спускающихся къ рѣкѣ, благую
вѣсть о всеобщемъ братствѣ. Не надо больши царей, принцевъ, вождей и судей, но
надо брамановъ и воиновъ, ни надо больше враждебныхъ настъ, ненавидящихъ одна
друіую; всѣ должны стать браіьями, друзьями, товарищами вь общемъ трудѣ.
По ученію Будды, всѣ сущсстьа равны, растенія, животныя н люди, порочный
н добродѣтельные, и каждый долженъ стремиться къ одному — дѣлать всѣмъ добро.
Никто не смѣетъ гордиться, никто не обязанъ унижаться, всякій имѣетъ свое мѣсто,
всякая іерархія упразднена, нѣтъ власти, эт.го жестокаго явленіи, которое такъ охотно
властители возводятъ въ «принципъ».
Нѣкоторые пробовали отрицать у Будды и даже вообще у индусовъ, потомковъ
арійцевъ пли дравидовъ, существованіе малѣйшихъ революціонныхъ накл-шпэстей, на-
правленныхъ проквь капъ, т. е. соціальнаго неравенства По мнѣнію, ваіір., Ольден-
берга, «буддизму совершенно чужда всякая мысль о преобргзовапіп государственнаго
строя, мечта б земномъ идеалѣ, набожная утопія о переворотѣ строя».
Это утвержденіе было бы справедливо, если бы мы должны были ді-ржаться
только того ученіи, которое передано памъ учениками Будды. Вѣдь, когда исчезли
первые порывы энтузіазма, н взволнованное общество пришло въ равновѣсіе, мало отли-
чавшееся огь того, которое предшествовало кризису, минувшія событія стали неизбѣжно
истолковываться согласно совершившейся контръ-революціи. Стали отрицать всякое со-
знательное и дѣятельное участіе презираемаго народа, не хотѣли допустить, чтобы
толпа могла посягнуть на благородныя установленія высшихъ кастъ, в путемъ сверхъ-
алхимическнхъ операцій, вь которыхъ чувствуется ловкость жрецовъ, старались при-
дать идеѣ Сидгарта о равенствѣ исключительно мі.ральмый и мистическій смыслъ.
743
Толкователи въ одной рѣчи придаютъ революціи чисто духовный характоръ: «такъ же,
какъ великія рѣки, какъ онѣ ни многочвслепни, Гангъ, Джамна, Аспровати, Сарабгу,
Махи, теряютъ старыя имена, вливаясь въ океанъ, и носятъ одно названіе «широкое
Сива,
богъ сопцца, міровхж душа, сущность п творецъ всѣхъ другихъ божествъ, третье ппцо Тртмуртж.
744
кор?>, также. о ученики, зти четыре касты, благородные и браманы, Вайсіа в Судра,
утрачиваетъ имя и расу, когда согласно ученію и закону, возвѣщенному Буддой, онѣ
отрекаются отъ отечества н отдѣляются отъ земли».
Подобнымъ жі толкованіемъ всего, что относится къ соціальному неравенству,
бѣдности, богЬми, буддистскіе коммслтаторы видѣли въ «четырехъ обязанностяхъ» основ-
ного ученія только моральный долгъ, между тѣмъ какъ естественный смыслъ этою
перечисленія, очевидно, относился къ тому, что въ паШи дни называется «соціальнымъ
іопросомъ». Эти четыре обязанности предписываютъ «познать страданія, изучитъ его
причины, желать его прекращенія и найти для втого средства».
Другой примѣръ: подавляя всякое желаніе, моральное равновѣсіе легко обратило
буддистское ученіе къ умерщвленію и уничтоженію семьи. «Аскетъ Гоутама пришелъ,—
говоритъ одинъ комментаторъ,—чтобы привести къ вдовсіву, къ прекращенію дѣторо-
жденія, къ исчезновенію поколѣній». Все человѣчество осуждено иа смерть. Результа-
томъ этой тенденціи, вытекшей изъ первобытнаго буддизма, явилось униженіе женщины,
на которую стали смотрѣть, пакъ на страшную искусительницу: женщинъ не прини-
мали такъ охотно, какъ мужчинъ въ секты буддистовъ, ихъ монастыри считались ниже
ПО достонпству, чѣмъ тѣ, ВЪ которыхъ ЖП.ТИ м-шахи; въ копцѣ концовъ установился
догматъ, что женщина нома подняться па ступень Будды только при условіи возро-
жденія въ мужскомъ тѣлѣ.
Реакція была неизбѣжной по многимъ причинамъ; одпѣ изъ пэхъ заключались
вь самомъ буддизмѣ, другія произошли отъ воздѣйствій извнѣ Возмущеніе, прежде всего
стремившо ся къ уничтоженію кастъ, должно было въ логический послѣдовательности
привести кь исчезновенію воображаемыхъ обитателей неба. Мудрый человѣкъ долженъ
былъ отнынѣ двигателя своихъ поступковъ видѣть не въ волѣ жрецоьъ, считавшихся
представителями божествъ, а искать причину этихъ поступковъ въ самомъ себѣ, вь
стремленіи къ правдѣ и добру, строить свою религію не на послушаніи, духовномъ под-
чиненіи, а па достоинствѣ собственной жвэпв, полной любви къ ближнимъ и ко всѣмъ
живымъ существамъ.
Конечв >, идеалъ лотъ былъ высокимъ, во могъ осуществиться только въ очень
незначительной степени среда общества, кчтсров п-жоилось на совершенно ипомъ по-
ниманіи вещей. Поднять всю тяжесть прошлаго, іврокииуть вдругъ всѣ дурныя уста-
евленія, обновить усган лившіеся представленія и обычаи людей, зто было слишкомъ
ібшврвой задачей для  ропагавдаетовъ, скоро потерявпмхь первоначальное вдохновеніе,
л реакціонное движеніе должно было обязательно выразиться двоякимъ образомъ, у
однихъ—въ простой настоящей измѣнѣ, рзечнтаиномъ переселеніи въ лагерь враждеб-
ныхъ брамапистовъ; у другихъ —вь трусливомъ затворничествѣ, монашествѣ, бѣгствѣ
личности изъ міра.
На томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ Сиддгзрта скрывался въ джунгляхъ, воздвиглись
храмы въ честь «анахорета* по преимуществу, съ тѣхъ поръ панѣстпаю подъ именемъ
Саккія-Мупи. Страна, въ которой царь, сдѣлавшись пищимъ, провоалаевль равенство
людей, стала страной нривцллегпрованнихъ паразитовъ, жившихъ въ монастыряхъ: отсюда
дня Вихарц, «земля монаховъ», сохранившееся до пашего временя. Зто—провиицш
7+5
Бехаръ. Тысячи людей думати отреченіемъ отъ жизненной борьбы достагчуть того
равновѣсія Нирваны, которое Будда хотѣлъ получить путемъ постоянныхъ и торже-
Во дораздѣлъ Индостаиа.
«твующигь усилій. Людямъ слабымъ, дѣйствительно, кажется естественнымъ избѣгать
жизненной борьбы, пзъ которой всегда выходятъ, если не пораженными, то во всякомъ
случаѣ искалѣчеіжыыи; имъ кажется естественнымъ сосредоточиться ьъ своий меланхоліи
на мысляхъ о ннчт )жности всего, удовлетворяясь сознаніемъ своей правоты. Она прв-
746
давались уединенію, чтобы жить среди деревьевъ и цвѣтовъ, глядя спокііВпииъ взорамъ
иа окружающій міръ  создавая новую гармонію вещей созерцательнымъ ыоромт пу-
стынника. Они искали безконечнаго отдыха мысли; безъ усилія, безъ драмы саыоубій-
Мостъ 1’ а и ы.
1 :	1500 000
О	25	ЬО
ііОЛШ/.
едва, которое требуетъ активности, «ни отдавались смерти. Это отреченіе былыхъ рево-
люціонеровъ не является развѣ измѣн<>б, такою же, какъ измѣна хитреца, перешедшаго
вь среду довольныхъ?
Ненависть враговъ сдѣлала остальное въ смыслѣ разрушенія буддизма. Привилле-
тированные пь расѣ, но рожденію, по состоянію не хотѣли смѣшиваться Ѵъ топіой
747
Судра и Гаидала, съ «собаками» и
«свиньями»; опп по могли выносить но-
выхъ идей о равенствѣ. По прежде всего
они поспѣшили вмѣстѣ съ учениками про-
славить иостола, когда овъ исчезъ в
когда нечего уже было опасаться завер-
шенія торжества его дѣла. Его преобра-
зили въ болѣе, чѣмъ божественную лич-
ность, его сдѣлали Буддой, что значитъ
«пробужденный», «просвѣтленный» «муд-
рый» Въ немь усмотрѣли девятое во-
площеніе Вишну, одно изъ высшихъ бо-
жествъ; всѣ поступки его жизни стало
чудесами, его слова—догматами; создался
цѣлый міръ жрецовъ для узаконенія ого
ученій и возстановленія былого строя
подъ новыми названіями. II мы видимъ,
чіи буддизмъ сталъ постепенно таять въ
старомъ браманизмѣ даже тогда, когда
внѣшнимъ образомъ какъ будто торже-
ствовалъ.
II, дѣйствительно, былъ моментъ оффи-
ціальнаго торжества: лѣтъ триста послѣ-
вѣроягнаго времени рожденія Саккіи-Мунн,
царь Бегара Асока придалъ оффиціальный
характеръ культу Будды, назначивъ шесть-
десятъ четыре тысячи жрецовъ, насто-
ящихъ духовныхъ ЧИП-‘В1<ЧКОВЪ, съ по-
стояннымъ содержаніемъ, внесеннымъ въ
бюджетъ. Овч. созывалъ Моры для утвер-
жденія догматовъ, для опредѣленія точ-
наго смысла словъ, очищая ихъ отъ все.-
го, что не носило мистическій характеръ;
онъ установилъ цѣлое инквизиціонное
министерство для наблюденія за чистотой
вѣры и издавалъ эдикты вародамъ-
варварамь, чтобы они слѣдовали его
культу.
Однако, нужно сказать, что кое-что пзь
принциповъ доброты и терпимости, про-
возглашенныхъ Буддой, осталось въ буд-
дистскомъ мірѣ, вполнѣ соотвѣтствуя, впро-
А г и и,
богъ огня; двѣ головы его представляютъ огонь
домашній и жортвоппый, Онъ приноситъ богамъ
дымъ асортнъ и молитвы дюдой.
748
чекъ, естествсипымъ чувствамъ земледѣльческаго варрда, приникшаго къ тихой, мирной по іе-
вой жизни. распродЬлсвпой смѣною временъ года. Хотя касты были возстановлены, во всѣ
царскі" указы говорили о братской любви и объ обямпности распространять образованіе
среди дѣтей и женщинъ такъ же, какъ среди мужчинъ. Вдоль дорогъ для странниковъ
садятъ фруктовыя деревья и устраиваются фонтаны. Во всѣхъ городахъ строятся боль-
ницы для больныхъ людей и животныхъ, 11о большимъ праздникамъ пари угощаютъ
народъ л иностранцевъ, н въ «день великаго отреченія* за огромнымъ столомъ сидитъ
самъ владыка, одѣтый въ рубище; но этотъ человѣкъ ьъ доімотьнхъ тѣмъ не менѣе—
властитель, а общая трапеза не является результатомъ совмѣстнаго труда, а устраи-
вается на тѣ налоги, которые собраны вымогателями.
Сорокъ надписей, вырѣзанныхъ на колоннахъ, на скалахъ, у входа въ священныя
пещеры напоминаютъ пароду его д *лгь, призывая къ религіозной пропагандъ пе мечомъ»
а словомъ Нѣкоторыя изъ этихъ каменныхъ надписей существуютъ донынѣ, свидѣтель-
ствуя о рвеніи, одушевлявшемъ миссіонеровъ по распространенію истинной вѣры; не-
обыкновенная сила должна была двигать ими, этвмн апостолами, сумѣвшими болѣе и іи
менѣе подчинить полъ-милііона людей внѣшнимъ фирмамъ буддизма. Даже на Памирѣ»
въ Ташъ-Курганѣ, «Каинѣ-Горѣ», гдѣ во всѣ времена останавливались путешественники
я богомольцы, нашли слѣды древней часовни, поставлспіюй якобы царемъ Осокой.
Но на самомъ полуостровѣ Индостанѣ культъ Будды совершенно исчезъ, безъ
сомнѣнія, въ силу преслѣдованій, ьо всякомъ случаѣ, довольно мирнымъ ібразомъ. Тѣмъ
н< менѣе вліяніе соціальной и моральной революціи, п-шатнуьшей одно время касты,
было настолько сильно, что все общество обновилось. Въ силу этого сильнаго призыва
къ человѣческой индивидуальности повсюду возникли великолѣпные храмы, украшенные
статуями, изящныя пагоды увѣичнамоть ска.іы и горы; поэзія и наука достигли своего
лучшаго времени: въ эту эпоху Панини составилъ свою грамматику, сдѣлавшуюся образ-
цомъ всѣхъ подобныхъ трудовъ, а рапсоды составили 220000 стиховъ громадной Ма-
хабхараты. Тогъ жо духъ безконечной любви, который вдохновилъ Будду, проникъ въ
поэтовъ, показавшихъ намъ ІОдиштира, заставляющаго боговъ принять его собаку въ
жилище блаженныхъ: овъ отказывается войти безъ нея, предпочитая продолжать съ
нею жизнь въ мірѣ человѣческой борьбы и страданій. Болѣе того, ІОдиштира чудеевнй
силой, вытекавшей изъ его доброты, убѣждаетъ боговъ спуститься съ неба, чтобы освѣтить
мракъ ада и превратить въ радость муки злыхъ. Благодаря ему мѣсто вѣчныхъ мученій
дѣлается обиталищемъ счастливыхъ.
Съ того времени, когда Будда былъ принятъ въ браманскій Пантеонъ, его роль
на землѣ кончилась: пе было причинъ сохранять въ честь ею спеціальные обряды,
которые, впрочемъ, смѣшнва інсь съ тысячью культовъ Индіи и могли быть истолкованы
въ томъ ила другомъ смыслѣ во собственной фантазіи развязными богословами. Мы
видимъ на примѣрѣ Непала, что даже якобы буддійская религія въ учепіи миссіонеровъ,
принадлежащихъ къ привилегированной расѣ, ничто иное, какъ гаигскій браманизмъ»
Лишь островъ Цейлонъ, представляющій яркую противоположность Индійскому полу-
острову по условіямъ почвы, насоленія, языка и обычаевъ, отличается также тѣмъ, что
удержалъ древнія релиііозвыя ф-рмы, считающіяся буддистскими, хотя, по дыстовѣрноста
749
происхожденія, ихъ можно сравнять съ знаменитымъ «зубомъ Будды», простымъ клы-
комъ какого-то хищника, хранимымъ вь храмѣ на горѣ Адама.
То движеніе народовъ, которое привело первобытныхъ арійцевъ съ плоскогорій
Афганистана въ бассейнъ Пида, безъ сомнѣнія, продолжалось и въ послѣдующіе вѣка,
безпрестанно измѣняя культы и обычаи. Съ этой точки зрѣнія можно видѣть истори-
Чаеть Индіи, гдѣ зародился буддизмъ.
і: 5 ооо ооо
О 60	' - 	=	30оНИ/1 ом.
По Куппйпгему, слпроыоппад дорѵпня Пархапъ-Касъ является мѣстояахождошомъ дровпято Капи-
ла» асту; другіе ищутъ этоть городъ па изгибѣ верховьевъ р. Рлпта. Передаютъ, что 45 лѣтъ отъ
роду Гаутама прошелъ мѣстности и города срсдимго теченія Ганга, мищо Боиареоа, Онъ пропо*
вѣдывадъ свое ученіе въ теченіе 8 мѣсяцевъ сухого времени года; съ іюня чсо ло октябрь, во
время дождей, авпичалск подготовкой учениковъ, для распространенія вѣроученіи. Катманду—
столица Непала, гдѣ буддизмъ имѣетъ смѣшанный характеръ и до сихъ поръ является оффиціальной
религіей большинства населенія.
ческое значеніе въ легендѣ, переданной Амміеномъ Марцеллепомъ, согласно которой
Гистаспъ, или Вистаепа, отецъ Дарія, проникъ въ верхнюю Пвдію, чтобы узнать «таин-
ственныя страны» и посѣтить брамановъ въ «священномъ молчаніи лѣсовъ»; съ вини
онъ яз]чалъ «движеніи міра и свѣтилъ», «ритуалъ жертвоприношеній», «тайны магіи».
Эта легенда во всякомъ случаѣ указываетъ, что сношенія между арійцами западныхъ
750
плато и восточныхъ равнинъ не прекращались, и что оба культа, достигшіе св'ШГо раз-
витія, зороастризмъ и браманизмъ, имѣли возможность павино вліять другъ на друга.
Можно указать и другой признакъ .«тихъ отношеніи. Въ общемъ признается,—но
не всѣми изслѣдователями Индіи,—что вскорѣ послѣ Будды стала распространяться
среди пародовъ Индіи письменность; сборникъ, относящійся, повидимому, къ этой эпохѣ,
«Плита Ввстара», перечисляетъ 64, а китайскій переводъ 65 родовъ письма. Среди
способовъ письменнаго начертанія одпиъ носитъ названіе <-Каростп», т. е. «ослиныя
губы»,—игра словъ, вѣроятно, напоминающая Кира, Кусро персидской исторіи, считав-
шагося въ собственной странѣ «муломъ» (метисомъ), такъ гакъ его мать, мидявга,
была женою перса: пародъ всегда измѣняетъ мало-по-малу чужестранныя имена, во-
шедшія въ ого языкъ, чтобы имъ придать извѣстный смыслъ. Очевидно, въ то время,
какъ Киръ распространилъ свое господство па обіасти, пограничныя съ сѣверо-западной
Индіей, персидскій способъ письма проникъ ужо на полуостровъ, вмѣстѣ съ «ѣкоторыми
сторонами ихъ цивилизаціи. Воротамъ, нѣтъ сомнѣнія,— говоритъ Веберъ,—что индусскій
алфавитъ съ сто варіантами халдейскаго происхожденія, т. о. еще болѣе далекаго, чѣмъ
если бы письменность явилась еъ Иранскихъ плоскогорій.
Переселенія съ запада па востокъ «къ осходящему со вцу» продолжались, и
эмигранты являлись, какъ ихъ предшественники. въ качествѣ завоевателей в властителей.
Первые арійскіе переселенцы были оттѣснены къ востоку преемниками Той же расы;
хъ отодвинули къ области Лйода или Аудъ, браманы которой запинаетъ первое мѣсто
среди этой касты. Вь результатѣ та страна Семи или Пяти рѣкъ, которая въ эпоху
Ведъ считалась благословенной не преимуществу, въ концѣ ковцовъ стала считаться
нечистой, и индусскіе поэты стали осыпать ее проклятіями. Одно довольно длинное мѣсто
въ Махабхаратѣ, относящееся, вѣроятію, къ эпохѣ окончательной редакціи ея до или
послѣ Александра В’ликаго. говоритъ объ Арапа, отверженныхъ обитателяхъ этой
части Пенджаба, и описаніе, повидимому, указываетъ, что большинство этого населенія
состояло изъ туземцевъ, спустившихся съ Гималайскихъ долинъ. Поэтъ особенно воз-
мущается тѣмъ, что въ семьяхъ Арана господствовалъ патріархатъ, по закопамъ ко-
тораго наслѣдство переходило къ сыновьямъ сестеръ.
Если вѣрить преданію, приводимому Тезіемъ и Діодоромъ Сицилійскимъ, по
которому Семирамида іродпрнпяла завоевано Индіи, то можно предположить, что
ассирійцы были въ числѣ завоевателей полуострова. Во всякомъ случаѣ, песомпѣнн",
что персы утвердились на равнинахъ, разстилающихся за Парапамизомъ. Геродотъ го-
воритъ о береговомъ населеніи Инда, какъ о вѣрноподданныхъ Дарія. Хотя пхъ страна
была очень мала, сравнительно съ другими необъятными владѣніями «Великаго Царя»,
но налоги, которые очи платили, именно 7бі) золотыхъ талантовъ, составляли прибли-
зительно треть всего дохода Псрсш. Возможно, что эта сокровища приносились но
одипмп обитателями Гептапотаміи, и часть пхъ собиралась съ пародовъ болѣе отда-
ленныхъ мѣстностей. Во всякомъ случаѣ, та часть Мидіи, черезъ которую проникіа
армія Александра Македонскаго, была ужо юдчняена Ирану, или, по крайией мѣрѣ,
вошла въ «сферу его вліянія», какъ сказали бы современные дипломаты: Македонскій
завоеватель только замѣнилъ Дарія, овзадѣвъ этпй страной.
761
Вотъ причина, почему эксподппія Александра, такъ сильно обогатившая познанія
ванада, расширивъ міръ его идей, осталась неэамѣчснпой самими индусами; онз нв
(•ставила слѣда ни въ иль историческихъ лѣтописяхъ, ня въ легендахъ, приводимымъ
вь литературѣ. Политическое и соціальное равновѣсіе индусовъ не было поколеблено.
Александръ Лакедонокій въ Иранѣ.
І2С0КИЛЗМ.
1 : 20000000
О	ЗОС	6. л
Александръ, показавшіеся имъ, какъ преходящее явленіе, былъ для нихъ намѣстникамъ
Дарія, какихъ они много видѣли вь теченіе двухъ вѣковъ. Рейно объясняетъ этотъ
фактъ иначе: въ то время господствовали браманы; какъ ни былъ великъ Александръ,
во для нихъ онъ оставался однимъ изъ тѣхъ нечистыхъ существъ, о которыхъ не должно
оы.ю упоминать, Македонскій парь хотѣлъ затмить славу самихъ боговъ; ради него
752
должно было забыть Геркулеса в Вакха, но, на саномъ дѣлѣ, ему не удалось даже
быть замѣченнымъ гордыми браманами!
Путь, по которому слѣдовалъ Македонецъ въ своей завоевательной экспедиціи, до-
казываетъ, что всѣ ати горныя, трудно доступныя страны къ сѣверу н югу ось азіатской
преграды, были хороши извѣстны. Александръ проходилъ по нимъ свободно, какъ бы
играя; правда, эта завоевательная экспедиція па сѣверъ я востокъ отъ Иерсеподиса
продолжалась не менѣе сема лѣтъ. Преслѣдуя персидскихъ бѣглецовъ, онъ достигъ
однихъ изъ каспійскихъ «Ста врать», оттуда спустился въ равнины Турина, чтобы
удобв слѣдовать на сѣверъ вд\іь подножія пли по длившій срединной долипѣ погра-
ничныхъ горъ Ирана до прохода черезъ горпую цѣпь, гдѣ находятся одинъ изъ «ключей
міра», прославленный Гератъ, названный имъ, для собственнаго прославленія, Аісхап-
<Ігіа іп Аі'Ііз. Затѣмъ, вмѣсто того, чтобы пройти прямо въ Бактрію, гдѣ находился
его врагъ Бессъ, убійца Дарія и сго преемникъ на персидскомъ тронѣ, Аюкшндрь,
шовиднмому, увѣренный въ будущей побѣдѣ, направился на югъ, чтобы возвратиться ьъ
Бактріанѣ, сдѣлавъ огромный крюкъ черезъ Дрангіану и Арахозію. Панравясь по пути,
-столько разъ избираемому другими завоевателями послѣ него, ‘шъ спустился въ область
нвзипь и озеръ, называемую теперь Ссистапъ, и поднялся къ сѣверо-востоку во долинѣ
Зтнмандара (Гельмепда), чтобы достичь подошвы Гиндукуша въ области Кабула. Зто
былъ тотъ самый путь, п« которому вь послѣдней войнѣ съ Афганистаномъ прошла
англійская армія генерала Робертса. Принужденный у подошвы горъ ждать весенняго
таянія зимнихъ снѣговъ, Александръ употребилъ свое время на то, чтобы выстроить
одинъ изъ тѣхъ городовъ, которымъ любилъ давать своо имя: Аіехапсіііа асі Саисаяиш
возникла по сосѣдству съ современнымъ городомъ Кабуломъ на томъ мѣстѣ, гдѣ соеди-
няются Дороги, спускающіяся съ г іавныхъ переваловъ черезъ горную цѣпь; руины сго
указывались вь различныхъ мѣстностяхъ; впрочемъ, съ тѣхъ поръ, сапъ пароды стали
переходить черезъ преграду, раздѣляющую Азію, иа этомъ скрещеніи путей все равно
долженъ былъ возникнуть центръ населенія-
Достигнувъ сѣвернаго склона Гиндукуша, вѣроятію, черезъ перевалъ Кавакь,
Александръ завершилъ свой планъ, состоявшій въ томъ, чтобы подавить возстаніи и въ
то жо время достичь крайнихъ границъ царства Архемндовъ, по направленію къ сѣверу.
Онъ, дѣйствительно, перешелъ черезъ Оксусь и Яксартъ и основалъ «послѣднюю Але-
ксандрію», недалеки отъ Сирополиса, считавшагося въ то время краемъ цивилизованнаго
міра, ва границѣ области варваровъ. Перейдя снова черезъ горы, которыя оиъ называлъ
Кавказомъ, ва этоть разъ черезъ Баміанскій проходъ, ему оставалось лишь спуститься
въ долины Инда по долинѣ Кофева, пли рѣки Кабула; часть его арміи, дѣйствительно,
и пошла по этому историческому пути, главною дорогой въ Индію. Самъ же Александръ,
увлеченный тщеславіемъ, остановился, чтобы повоевать въ странѣ, которую греки считали
отечествомъ Діониса в Геркулеса, такъ пакъ здѣсь росъ въ изобиліи дикій виноградъ.
Здѣсь возвышался таяпстмевный утесъ, Аорносъ, «Безъ птицъ», такъ высоко, что орлиное
крыло не достигало сго, и сильный Геркулесъ не могъ перейти его; во Александръ,
бывшій «превыше боговъ» восторжествовалъ и тутъ.
Географическія свѣдѣнія спутниковъ Александра были такъ неполны, что по нимъ
763
трудна возстановить путь слѣдованія этой части знаменитой экспедиціи. По, перейдя
черезъ великую рѣку, его войсн-і могло войти въ Ппдію только по пути, указанному
самой природой н во всѣ времена служившему какъ предшественникамъ, такъ и преем-
Александръ Македонскій въ решгрѣчъп.
1: 5 ооо ооо
»  ! - |	! '  ! ‘ I	.	.------ 4
О	100	200	4ООКИЛ0М
Ядинотвеппые, точно установпонпыо пункты на пути Аяокоапдра въ Пенджабѣ—Аттакъ и Такси да;
всо остальное—только предположенія. Мѣсто норохода чпеяъ Гпдаспъ отыскивается въ Джспамѣ
и Джалаппурѣ, но можетъ быть и въ другихъ мѣстахъ. Іѣродъ Сантала отождествляютъ съ Яа-
хьромъ. Амрицаромъ н др городами между Гидраотомъ и Аооаішомъ, Неизвѣстно, былъ ди
крайній пунктъ, достигнутый Александромъ,выше пли ниже мѣста сліянія Глфааа съ Гезпдромъ,
которое находилось до 1796 г. вблизи Фнрпапура
ЭЛИЗК РВКПЮ. ВЫП. V.
48
751
инкамъ Александра. Ему необходимо было перейти черезъ Видъ ниже сліянія рѣки Кабула,
въ томъ мѣстѣ, гдѣ широкая рѣка, направляясь гь востока, собираетъ разлившіяся по
равнинѣ воды, чтобы войти въ узкое ѵщелье среди неприступныхъ скаль. Отсюда экспе-
диція должна была двигаться параллельно хребтамъ Гималаевъ п всой системѣ ихъ
предгорій, параллельно склоновъ вдоіь безплодныхъ пустынь, тянущихся на югъ.
Дороги, проложенныя караванами и арміями, древній аварскій путь» и съ половины
XIX столѣтія желѣзнодорожная лннія--всѣ слѣдуютъ во этому естественному напра-
вленію, указанному рельефомъ и климатическими условіями Индіи,
Келиннгхэмъ нашелъ развалины перваго города, черезъ который Александръ про-
шелъ къ востоку отъ Инда: оль носилъ тогда имя Таказила (Такспла), а полвѣка спустя
сдѣлался резиденціей знаменитаго буддійскаго царя Асока, ревностнаго строителя мона-
стырей и храмовъ, усерднаго пропагандиста, посылавшаго апостоловъ новой буддійской
вѣры во всѣ окрестныя мѣстности. Къ востоку отъ Таказила, путь македонской арміи
встрѣчаетъ рѣку Гпдаспъ, или Джеламъ (Джиламъ); на берегахъ его археологи могутъ,
толкуя по своему авторовъ, выбирать іюбоѳ мѣсто, гдѣ гь вѣроятностью могли стоять
города Никся, построенная въ честь Александра, о Буцефалъ, увѣковѣчившій память его
коня. Отсюда македонская армія перешла черезъ двѣ другія изъ числа «Пяти рѣкъ»,
Асезинь, или Чиналъ и Гидрасть, или Рави, затѣмъ остановилась передъ рѣкой Гифа-
зпсъ, или Біасъ, гдѣ оыло воздвигнуто двѣнадцать алтарей для увѣковѣченія побѣдъ;
вѣроятно, рѣка уничтожила эти памятники яо время наводненія, такъ какъ отъ нихъ
не осталось теперь и слѣдовъ,
Хотя македоняне пе іыхвднлв изъ границъ извѣстныхъ уже персамъ областей
Индіи, «пи, вынесли по край пей мѣрѣ, довольно точныя свѣдѣніи, которыя дали возмож-
ность приблизительно опредѣлить нѣкоторыя географическіе пункты. Возвращеніе ихъ
было еще поучительнѣе въ этомъ отношеніи. Пересѣвъ па р. Гидаснѣ на корабли и
спустившись внизъ по теченію, ояи достигли Пида, гдѣ очутились по сосѣдству съ
«оремъ. Правда, завоеватель употребилъ на ло путсшество цѣлыхъ девять мѣсяцевъ,
хотя его можно было совершить вь двѣ недѣли, ш> его провожали по правому и лѣ-
вому берегамъ двѣ арміи, п время отъ времени онъ гамъ высаживался на берегъ, чтобы
воевать съ непокорными народами. Доли гнувъ верхоьій детьты, онъ изслѣдовалъ ооа
главныхъ рукава вплоть ао самаго моря, и охотно любовался Индѣйскимъ океаномъ.
Тамъ овъ наблюдалъ сильный приливъ, оказавшійся для него роковымъ: онъ причинилъ
серьезныя аваріи нѣсколькимъ его судамъ. Передъ тѣмъ, какъ спуститься по Инду,
Александръ очень еяутмо представлялъ себѣ географію этнхъ странъ, - читая индусскую
рѣку одномъ изъ рукавовъ Инда, такъ какъ и въ тѣхъ, и другихъ водахъ водились
крокодилы. Пужно полагать, что великій Аристотель не отвѣтственъ въ этомъ за своего
ученика, ибо самъ онъ прекрасно впалъ, что двумя вѣками раньше Сидаксъ пзъ Ка-
ршнды спустился, по приказу Дарія, внизъ па Инду и приплылъ къ Красному морю.
Такъ же какъ онъ хотѣлъ заставить заоыгь прежнія ікспедиція персовъ въ
Индію, Александръ и морскія экспедиціи, предшествовавшія плаванію его вценячаль-
вика Иеарха, хотѣлъ оставить въ тѣни: и всемъ овъ долженъ быль быть первымъ. И
если оы толпа нэ покорялась леіко сидѣ, то могло бы показаться страннымъ, что но-
765
томство такъ долго вѣрило на слово Александру: историки почти единодушно до силъ
норъ прославляютъ македонскаго царя, какъ завоевателя. открывшаго западу двери
Главные города Индіи.
і 20000000
О	600	іОСО
Ппдіи; «ни пе упоминаютъ о путешествіи Свлакса, перенося честь перваго плаеапія на
спутника Александра; Неаріу также приписываютъ открытіе законовъ движенія муссо-
новъ, ютя онъ всего нѣсколько мѣсяцевъ проплавалъ на Оманскомъ морѣ и Персидскомъ
756
заливѣ. По мнѣнію нѣкоторыхъ писателей, можно считать безпримѣрнымъ подвигомъ и
переходъ черезъ безплодную Гедрозію, такъ какъ легендарная парипа Семирамида и
позднѣе Киръ, пустившись въ эту грозную страну, понесли громимыя потери людьми.
Во времена Селевкидовъ, піедѣдовавшиіъ Алек-
сандру, отношенія между греками а индусами стали
болѣе тѣсными Несомнѣнно, что съ исторической
точки зрѣнія не было перерыва въ эілхъ сноше-
ніяхъ, и сатрапіи, учрежденныя на Индіо Алек-
сандромъ, удержались его преемникомъ къ западу
отъ великой рѣки. Однако, въ политическомъ равно-
вѣсіи сѣверной Индіи произошла большая перемѣна.
Могущественный монархъ Чандра-Гаупта, Сандра-
коттусъ грековъ, жившій въ Пата.іипутра (Иали-
ботра), т. о. современной Патнѣ, пра сліяніи Ганга
в Сона, соединилъ подъ своимъ скипетромъ вгѣ
народности Гангскаго бассейна и двинулъ свою
армію къ бассейну Пятпрѣчія Селсвкъ понялъ,
что оудетъ не въ садахъ защищать завоеванія
Александра, поэтому онъ очистилъ Пенджабъ и
уступилъ всю равнину къ югу отъ Паровамизскихъ
проходовъ, взамѣнъ дружбы Чандра-Гупта и по-
дарка въ 500 слоновъ, драгоцѣннаго для его по-
ходовъ противъ другихъ паі’лѣдііикоиъ македонца.
Въ качествѣ союзника, онъ отправилъ сьоего посла
Мегасоена къ двору Паталипутра, в благодаря этому
умному греку, нѣсколько дѣть прожившему на
берегахъ Ганга и, повидчмому, менѣе склонному
къ преувеличеніямъ, чѣмъ другіе его соотечествен-
ники, Греція и Римъ узнаін почта все, что нужно
было знать объ Индіи и ея обитателяхъ до путе-
шествія Васко-де-Гама: его описаиія, воспроизве-
денныя Арріепомъ и Страбономъ в к-'имептирован
и и л Эратосфеномъ, съ помощью описанія другого
путешествія, именно Патрокла, въ теченіе XVIII
вѣковъ служили классическимъ документомъ объ
Ивдш. Въ то время, когда Мегановъ былъ гостемъ
Греко-индусская статуя. Чандра Гупта, каста брамановъ еще господствовала,
но германскіе философы, т. с. І'рамаиа. какъ на-
зывали тогда буддистовъ, были уже въ большомъ почетѣ: пародъ видѣлъ въ нихъ своихъ
спасителей.
Прямыя отношенія, установившіяся между Индіей и прибрежными странами Среди-
земнаго мори, приведшія въ движеніе огромныя массы людей, безь сомнѣнія, вызвали
757
значительный прогресъ во всѣхъ отношеніяхъ. «Яваны знаютъ все,—гоьорптся въ одномъ
стихѣ Маибхарта,—и сила пхъ превосходитъ силу другихъ людей». Эллинское вліяніе
сказалось даже непосредственно въ области науки, лакъ какъ въ астрономическихъ
трактатахъ индусовъ, относящихся въ первымъ вѣкамъ христіанской зры, воспроизводятся
греческія слова «центръ», «діаметръ», «часъ», въ мало измѣненныхъ формахъ. Текстъ
эгихъ работъ показываемъ со всею очевидностью, что западныя теоріи переходили сюда
черезъ Александрію «Яваиапура», которая была въ то время эллинскимъ городомъ по
Теченіе Индійскаго океана вэ время лѣтнихъ муссоновъ
і : іоооооооо
“«ООО КНЛ0М*
Оь іюня по октябрь вѣтеръ дуетъ съ юго-аападн. къ Индію и Ипдоклтаю; воздушныя и водныя
точоиія обаоі’чвидтъ путъ оъ запада на востокъ.
1009	2000
преимуществу. Однако, помимо астрономіи, Индія, повидимому, не много заимствовала
отъ запада въ другихъ паукахъ, какъ ариѳметикѣ и алгебрѣ: индусы нашли, безъ по-
мощи грековъ, такъ называемую «арабскую» систему счисленія, отличающуюся располо-
женіемъ пвфръ отдѣльными рядами, наподобіе шариковъ па счетахъ, а также примѣне-
ніемъ нуля, который изображаетъ отсутствіе цифры въ соотвѣтствующей кодеинѣ или
отсутствіе единицъ на кчнцѣ.
Греческое вліяніе сказаюсь особенно на скульптурѣ и архитектурѣ. Правильныя
формы буддійскаго храма, кь гидѣ колокола, вѣроятно, внушенныя подобной символи-
ческой аналогіей, но могли быть измѣнен і, такъ какъ пхъ требовалъ обычай, во статуи.
758
украшающія эти памятники, сви дѣтельствуютъ объ изученіи греческаго искусства; по
, всей । ѣроятпіття, греческіе скульпторы работали для мѣстныхъ властителей, такъ какъ
извѣстно, что послѣ посольства Негативна знатныя особы Гангскаго бассейна призыіали
къ своему двору большое число іапц<>вщицъ и актрисъ, сопровождаемыхъ другими вы-
дающимися греками вь области науки или искусства. Въ странѣ Кашмиръ, отстоящей
далеко отъ историческаго пути Индіи, и гдѣ, слѣдовательно, зданія должны были сохра-
ниться нетронутыми, насчитываютъ болѣе семидесяти храмовъ, стиль которыхъ, очевидна
греко-оактріанскій, и среди этихъ святынь, есть одинъ храмъ Мартапда, колонны н ба-
рельефы котораго отличаются высокимъ изяществомъ. всѣ путешс<твенішки соглаіны
въ томъ, что это—произведеніе эллинскихъ архитекторовъ, І'равсрноо искусство также
сдѣлало большіе успѣхи зодъ западнымъ вліяніемъ; доказательствомъ служитъ большое
число медалей того времени.
Имя Александра Македонскаго не встрѣчается на въ одномъ индусск"чъ документѣ,
но за то въ нихъ цитируются имена другихъ грековъ послѣдующаго времени; тамъ
упоминается Аликазупари (Александръ?) при дворѣ Аптіоха, одного изъ Селовкидовь,
затѣмъ Менандръ, который побѣдоносно прошелъ съ чдпоВ стороны до Джамна, съ
другой до полуострова Гузуратъ. Пзвѣстно также имя Даттамитра, Деметрія; ппкопецъ,
въ «Махабхаратахъ» говорится о Тюрамая-Птоломсѣ—математикѣ п географѣ, пытавшемся
опредѣлить точные очертанія полуострова. Даже съ религіозной точки зрѣнія произошелъ
обмѣнъ мыслей, какъ свидѣтельствуетъ дно мѣсто «Махабхараты» (18-я книга),
введенное, по мпѣпію Вебера, около 16 вѣковъ тому назадъ въ индусскую поэму. Оно
передаетъ легенду объ одномъ брамансяомъ пилигримѣ, направившемся въ страну «бѣ-
лыхъ людей», вь городь, въ которомъ легко узнать Александрію, гдѣ онъ оыдъ по-
священъ въ тапнетаа религіи Кришны, какъ оиа практикуется въ этой далекой странѣ.
Конечно, существовало взаимодѣйствіе и между буддійскимъ н католическимъ
культами, но нѣть никакой аналогіи, какъ нѣкоторые утверждали, между именемъ
Христа и именемъ Кришна, воплощеніемъ Вишну, культъ котораго распространился въ
Индіи около 15 вѣковъ тому назадъ. Имя Крпшна, т. е. «черный» (произносится
Кёершпа) передается по гречески словомъ Коряа»»];, рѣзко отличающемся отъ слова
Хріз-о;. Нужно прибавить,—говорить Монсеръ,—что христіане Индіи, связанные, »че-
вздно, съ Сирійской церковью, пользовались но греческимъ словомъ, а семптпческвмъ,
которое у пасъ звучпть «Мессія».
Итакъ, ооѣ цивилизаціи въ теченіе ряда вѣковъ греко-римской исторіи, восточная
и западная, взапми<> проникали другъ друіа. Риторъ Крязостомъ, посѣтившій Гявгскую
Индію послѣ Мігасеепа, говоритъ, что индусы слышали о Троянской войнѣ, поюіъ о
подвигахъ Ахилла и Гектора, о плачѣ Андромахи и Гекубы. Очевидно, обмѣнъ идей и
пріобрѣтеніе новыхъ позваній происходилъ съ той и другой стороны дѣятельнѣе, чѣмъ
можетъ свидѣтельствовать о нимъ письменная исторія, потому что явленія такъ сложны
и перепутаны въ своемъ происхожденіи, что трудно различить всѣ ихъ элементы; поэтому
многія явленія, кажущіяся чисто индусскими, должны оыдь отнесены па счетъ западнаго
вліянія.
Впрочемъ, эллинизмъ достигалъ Инщи не непосредственно: если между берегами
759
Ганга п болыпимв греческий и городами—Антіохіей п Александріей и еавязывазпсь нѣко
торыя прямыя еношеція, го главнымъ образомъ вео таки сн пп-пія поддерживались съ
странами, называвшимися оффиціально греческими только въ силу происхожденія нхъ
династій. Главнымъ посредникомъ въ это время была Бактріана, такъ какъ черезъ
перевалы Гиндукуша безпрестанна приходили съ одного склона на другой арміи. Но,
Бактріанскіѳ греки заносили въ зги отдаленныя страны уже н« Афипское искусство
Еще болѣе смутнымъ нрсдстивлястся эллинское вліяніе Бактръ, когда, двѣ тысячи лѣтъ
Теченія Индійскаго океана во время зимнихъ муесоноиъ.
і іеооаоооо
^ййНилом.
Съ октябри по май вѣтеръ дуетъ оъ оьверо-ъостоаа. Это время удобмѵ д^я путешествіи пзъ Ма-
.тайскаго Архипелага на Цейлонъ н изъ Индіи та Персидскій залита, Красно о море и жъ берегамъ
Африки.
тому назадъ, скиеы или жака, бывшіе въ сущности тюрками съ китайскихъ границъ,
скрестившимися съ даунгарамв, монголами и китайцами, покорили Бактріану и захватили
греческія владѣнія въ Иранѣ в въ сѣверо-западной Индіи.
До какой степени сдѣлались греками зги азіаты? Настолько же, какъ и англи-
чане стали французами, когда ихъ покорили Норманскіе герцоги. Властители поддержи-
вали языкъ, что должно оыло поддержать нхъ ірестн&ъ, хотя, можетъ оып, сами ве
понимали его. Въ продолженіе дочти двухъ вѣковъ греческія слова продолжали еще
фигурировать на индусскихъ монетахъ ю Ганга и во всѣхъ портахъ западнаго берега. Но
эатерявшнсь въ этнической средѣ, совершенно различна отъ той, откуда вышли ихъ
700
отцы, властители Индіи, называвшіеся еще эллинами, стали преображаться въ индусовъ
высшихъ кастъ по своимъ привычкамъ, предразсудкамъ п правамъ. Самыя дреппія
міііісты имѣютъ еще чисто греческія надписи; затѣмъ идетъ уже переводъ иранскихъ
словъ, наконецъ, появляются надписи па двухъ языкахъ, пока греческій пе исчезаетъ
совершенно. Костюмъ также сталъ измѣняться, и діадема греческихъ монарховъ смі-
пилась шайкой съ головой слона, поднявшаго хоботъ. Буддизмъ торжествуетъ, наконецъ,
надъ древними богами, по силой постепенной шолюціп, безъ рѣзкихъ переходовъ.
Потокъ завоевателей проникъ въ Индію сравнительно легкими путями; такъ,
нѣкогда пришли Иранскіе арійцы, а позже иарѳяие съ высокихъ афі дискахъ долинъ.
Бактріане же должны были преодолѣть болѣе тяжелыя трудности; чтобы избѣгнуть
фланговаго нападеніи парвяііъ и друіихь обитателей плоскогорій, они должны была пере-
сѣчь многочисленные хребты Парапамаза, Прежде, чѣмъ проникнуть въ Индію, явившіеся
изъ-за Оксуса и Яксарта «скиоы» должны были, крч«ѣ того, перейти тѣ пороги,
которые отдѣляютъ склоны обоихъ внутреннихъ морей: сь одной стороны, бывшее море,
выпѣ пески Монголіи, съ другой,—Аральское море. Это очень интересное историческое
явленіе, что между Китаемъ и Индіей создался окружный путь для передвиженія наро-
довъ черезъ Бактріану, между тѣмъ какъ со стороны неприступнаго Тибета зги страны
соприкасаются одна сь другой, понятно также, что зта длинная круговая дорога -е
всегда была свободна для переселенцевъ Нерѣдко Бактро-Индѣйская Имперія, подчи-
няясь, такъ сказать, силѣ двоякаго протяженія, расчленялась на двѣ различныя поло-
вины, разграниченныя снѣговыми горами Пвдукуша: «того требовала географія.
Несмотря иа всѣ военныя событія вь сѣворо-западпыіъ областяхъ Индіи, торговля
по путямъ, направлявшимся въ Иранъ и поручаемая нейтральнымъ перевозчикамъ,
поддерживалась между берегами Средиземнаго моря и Индѣйскаго океана. О важности
этой сухопутной торговля можно судить по большому числу римскихъ монетъ относя-
щихся ко времени между Республикой и Каракадд<-й, находимыхъ въ области Лешаверъ.
Въ этомъ мѣстѣ караваны, спустившіеся съ афганскихъ плоскогорій, доія.вы были обмѣ-
нивать римское золото на продукты Индіи. Въ серединѣ 111 столѣтія войны прервали
это движеніе, и путешествія могли совершаться только но морю, за то при гораздо болѣе
удобныхъ условіяхъ, чѣмъ тѣ, въ которыхъ находились шесть и іи восемь вѣковъ до того
Силаксъ и Неархъ, такъ какъ мпрякп, обслуживавшіе греко-римскую торговлю, открыли,
или, вѣрнѣе, узнали отъ арабскихъ матросовъ тайпу физической географіи, сильно
облегчившую пхъ задачу.
Это важное открытіе, сблизившей Индію съ Европой, относилось къ муссонамъ,
иди перемежающимся вѣтрамъ, которые по очереди дують то къ одномъ, то вь друтомь,
противоположномъ направленіи надъ Индѣйскимъ океаномъ, двигая корабли впередъ въ
точеніе одного времени года и приводя ихъ обратно въ другое. Честь зтого промыш-
леннаго завоеванія принадлежитъ одному моряку, вѣроятно, греку, суди по его имени
1’инпалъ, н событіе это отписать ко второй поливная перваго вѣка нашей эры. Такъ,
Плиній. внервые уломвпаюшы о немъ, употребляетъ выраженіе Іиз аппіа сотрѳпа
(VI, 23). Іи и валъ избралъ пунктомъ своегс исправленія **ы<-ь Сіаірій на южномъ
оѳрегу Аравіи, нынѣшній Расъ-Фортакъ, и направплся прямо къ берегу полуострова
761
Индіи; другіе мореплаватели, ободренные успѣхомъ, ото авилпсь изъ болѣе олизкихъ къ
Египту портовъ, начиная итъ выхода изъ Краснаго моря пли огь мыса Ароматовъ
(мысъ Гвардафѵй), и направлялись къ тому или иному рынку береговъ Конканъ или
Малабаръ, смотря по товарамъ, ко-
торыв <>аи везли или должны были
взять.
Можно было бы назвать порты, въ
которыи они заходили, соотвѣтственъ,
предметамъ, требуемымъ ими у куп-
цовъ: такъ, перецъ и жемчугъ шли
конечно изъ Южной Индіи, а китай-
скіе шелка могли быть получены только
на сѣверныхъ рынкахъ, куда ихъ до-
ставляли скиѳскіе купцы Бактріаны.
Непосредственныя свидѣтельства, между
прочимъ, Марена Тирскаго, указываютъ,
что обыкновенно конечною цѣлью этихъ
путешествій былъ какой-нибудь изъ
портовъ западнаго берега Индіи; од-
нако, корабли огибали также мысъ
Коморинъ. «Кюыяри» п« Сапскритской
географіи, и поднимались гь устью Ганга, насе-
ленному гаигаридами; столицей этой области была
въ то время Вардгамапа («Цвѣтущая»), Бардванъ
нашего времени.
Число кораолей, проходившихъ ежегодно че-
резъ Бабельмацдебскій проливъ, направляясь съ
товарами къ берегамъ Индія, было, въ среднемъ,
около сотни, но многіо документы говорятъ также
і> г|юческихъ пассажирахъ, которые въ большомъ
числѣ перевозились такимъ образомъ въ Мидію, о
врачахъ, архитекторахъ, художникахъ, скульпто-
рахъ, различныхъ мастерахъ, въ особенности о
музыкантахъ, музыкантшахъ и куртизанкахъ для гаре-
мовъ ралжъ. На берегу Дравидскаго полуостр-ъа
основались тогда цѣлыя колоніи европейскихъ куп-
цовъ, а позднѣе христіанскихъ. Плиній шлается
опредѣлить цифру торговаго оборота между І’пм- ВуддіІІСКій символъ солнца.
СКОЙ Имперіей И Индіей, И оцѣниваетъ товары, (Тожостаеішыь съ одной пзъ рко-иыхъ
вывозившіеся СЪ запада, ПО Мі-ньшеіі мѣрѣ ВЪ »р»п»дзо*„остои у ттоапковъ.
пятьдесятъ пять милліоновъ сестерцій, а вывезенные взамѣнъ ихъ товары ІІндш прода-
вались на западѣ на сумму, вч сто разъ больше покупной.
762
Вѣроятно, промышлрпвои] расцвѣту занаінигь портовъ и всей мѣстности, ближайшей
къ Эритрейскому морю, нужно приписать в перенесено центра политическаго могуще-
ства. Завоевательное движеніе арійцевъ и всѣхъ другихъ пришельцевъ должно оыло
естественно распространиться къ востоку по «царскому пути», продолженіемъ котораго
является теченіе Ганга, и цевтръ сопротивленія не могъ создаться нигдѣ иначе, какъ
въ густо населенныхъ областяхъ, гдѣ сливаются могучія рѣки. Пизже, ю>гда арійскіе
завоевателя, пли по крайней мѣрѣ правившіе подъ ихъ именемъ и основавшіе «династію
солнца», & п-лгомь «династію лупы»,—династіи, оспаривавшія власть надъ Имперіей,
достигли господства ладъ всей Гіидіи, очагъ ихъ могущества долженъ былъ также
остаться вь странѣ Празіа или Ирашіа, т. е. «восточныхъ», населявшихъ бассейнъ
Ганга, огъ Ауда до Бенгаліи. Когда Александръ Македонскій пропивъ въ Индію, центръ
индусскаго могущества былъ въ Патнѣ, но немного десятилѣтій спустя центръ Имперіи
перемѣстился, приблизившись къ тому мѣсту, которое въ наше время занято англійскимъ
лагеремъ Раваль-Ипнди Три плп четыре вѣка спустя, вь эпоху, когда благодаря открытію
Гиппала, стали быстро развивать'я грею.-индѣйскія сношенія, другой властитель, Викра-
мадятія, царь, обладавшій «силой солнца», сдѣлалъ своимъ престольнымъ и священнымъ
городомъ У джеинъ, близъ водораздѣла бассейновъ обовхъ морей; и теперь еще любуются
ея тѣнистыми, поросшими цвѣтами развалинами, къ сѣверу отъ новаго города того же
имени Уджеинъ считался метрополіей; пра сампатъ *), установленная въ честь Бикра-
ыаііітіа, сдѣлалась съ того времени самой рагпрострапенной пи всей сѣвера .й Индіи,
и меридіанъ, проходящій черезъ гору Меру. считался также проходящимъ черезъ горецъ
Уджеинъ—и островъ Лапка, т. е. Цейлонъ Безъ сомнѣнія, индусскіе астрономы оши-
бались, но ошибки пхъ были, одпак», значительно меньше, чѣмъ заблужденія Эратосфена
н Птолемея.
Въ ну эпоху индусской исторіи, бывшую и эпохой широкаго распространенія
буддійской вѣры, религіозная пропаганда Индіи заняла весь окружающій міръ. Сѣверо-
западная область, между Пидомъ и р. Си ватъ, страна, составлявшая тогда царство
Удіена,—это названіе нѣкоторые сближаютъ со словомт Эденъ, или «Садъ»,—была
центромъ прозелитизма. Но это была глубоко мирная пропаганда, что. впрочемъ соот-
вѣтствоваіо условіямъ самой природы: ьъ Индію вторгаются, спускаясь съ окрестныхъ
горъ, между тѣмъ какъ изъ Индіи взбираются на высоты, волей неволей являясь лишь
въ качествѣ гостей. Въ общемъ можно сказать, что въ Индіи завоевательныя движенія
всегда шли сверху впивъ, съ высокихъ областей суровыхъ горъ въ низкую равнину
рѣки Инда, между тѣмъ какъ мирныя движенія направлялись въ обратномъ направленія
снизу вверхъ. Но на востокѣ, гдѣ горы не имѣютъ крутыхъ обрывовъ, я гдѣ мпого-
числеппыя бреши открываются съ обѣихъ сторонъ, бурныя плп мирныя событія м-тла
возникать въ обоихъ направленіяхъ; однако, добродушіе земледѣльческихъ народовъ,
населяющихъ оба склона, бассейны Ганга н Брамапутры, а также Ирра вади (Правадн-
Айраватп), безъ сомнѣнія, благопріятствовало мирному распространенію индусской циви-
лизація сь ея религіей в нравами.
*) Нишъ ІбіХ) г. соотвѣтствуетъ 1818 году отой ери.
763
Нельзя сомнѣваться. что па путяхъ, идущихъ съ Запада, было много точекъ
соприкосновенія между культомъ Будды и тѣмъ культомъ, который, замѣнивъ греко-
рамскую религію, развился вь формѣ христіанства- Приводятъ курьезные примѣры такого
распространенія буддизма въ западномъ мірѣ частью непосродствгпво черезъ миссіоне-
ровъ, частью оть одного къ другому, путемъ медленнаго обмѣна. Такъ, ва одной взъ
Іапм, т. о. каменныхъ могилъ, которыя находятся въ Лангедокѣ, нашли голову Будды,
перенесенную теперь въ Реннъ: установлено, что это изображеніе принадлежитъ не къ
Впутреннмсть буддійскаго храма Джайна на горѣ Абу.
доисторической для Галліи эпохѣ, а эпохѣ до римский, такъ какъ въ подобныхъ мо-
гилахъ искателя но нашли нп одного предмета, относящагося ко времени послѣ завое-
ванія Цезаря.
Впрочемъ, пѣть недостатка и въ Прямыхъ доказательствахъ взаимодѣйствіи обѣихъ
религій. Можно думать, что александрійскіе философы должны были глубоко уважать
буддійскую религію, если, въ серединѣ III вѣка, Плотинъ послѣдовалъ за арміей Гордіена
противъ парояиъ въ надеждѣ, і орочемъ, тщетной, встрѣтить на священномъ востокѣ
братьевъ по вѣрѣ.
Поразительная аналогія въ костюмахъ и обрядахъ римско-католическаго культа з
культа буддистовъ Тибета также была бы необъяснима, если не предположить общаго
происхожденія пхъ Противники римской церкви видѣли въ этомъ сходствѣ двухъ религій
764
простое заимствованіе у буддійсгаго церемоніия, между тѣмъ какъ ревностные ют дики
старались объяснить это явленіе плагіатомъ буддійскихъ жрецовъ, видѣвшихъ католиковъ
въ Индіи, иди, лучше, «чарами дьявола, стремящагося подражать созданіямъ Богаі
Какъ бы то ни было, нельзя нредполагать, что великолѣпныя пурпуровыя и золотыя
одежды, торжественныя нроцеегіп и пышныя церемоніи священнослужителей Рима и
Лхассы получены въ наслѣдство отъ истинныхъ служителей Христа или отъ монаховъ
отшельниковъ Будды; образцовъ, которымъ подражаютъ цышныи прелаты востока и
запада, нужно искать гдѣ-нибудь въ другомъ мѣстѣ. Бе нужно ди н здѣсь обратиться
опять къ Вавилону, къ Сузѣ и Экбатанѣ, чтобы найти происхожденіе этого ритуала,
такъ вѣрно сохраненнаго на Востокѣ н Западѣ? Какъ часто лишь различіе наименованій
скрываетъ полное сходство!
Со сторчны сѣвера пропаганда индуизма съ еіо идеями и различными религіями
могла подвигаться лишь очень медленно, вглѣдітвіе преграды, поставленной высокими,
холодными горами. Тѣмъ пе менѣе движеніе передавалось отъ одного къ другому, и
можно даже сказать, что его результаты были прочнѣе, утверждаясь среди народовъ, у
которыхъ среда вырабатывала неподвижный и стойкій характеръ. Такъ, страна, въ
которой буддійская религія, въ весьма, -прочемъ, отличной формѣ отъ первыхъ общинъ
Бенареса, наиболѣе крѣпко утвердилась, Тибетъ, приняла первыхъ миссіонеровъ только
тысячу лѣтъ послѣ Будды, а первый храмъ былъ тамъ воздвигнуть доѣсти дѣть спустя
послѣ этого. За то тамъ, гдѣ природа но ставала такихъ затрудненій, жизненные порывы
были гораздо быстрѣе. Тамъ, гдѣ горы развертывали свои массы во всей ихъ ширинѣ,
онѣ были почти непреодолимы, по Бамганскій проходъ представлялъ сравнительно
удобное сообщеніе, и буддійскіе пилигримы устремились черезъ него къ обращенію міра.
Задолго до христіанства этоть проходъ былъ часго посѣщаемъ миссіонерами, которыя
направлялись въ отдаленныя страны Татаріи,—и теперь значительное число пагодъ
воздвигнуто вдоль втого пуги, считавшагося тогда священнымъ. Баміанскій проходъ
оказался чудеснымъ проломомъ, нарочно сдѣланнымъ добрыми геніями, для сообщенія
одного міра гь другимъ.
Но въ то время, какъ новая религія распространялась нъ отдаленныхъ стра-
нахъ, опа кончила свое существованіе въ континентальной Индіи, по крайней мѣрѣ,
въ офиціальной формѣ. Можно, правда, считать буддистами племя Джайна, пли «тор-
жествующихъ!; ихъ около милліона, но опн живутъ почти внѣ Лидіи въ тѣсномъ
смыслѣ слова, па полуостровѣ Ііаттмаваръ, или Гуджератъ и въ отдаленныхъ горахъ,
главнымъ образомъ иа горѣ Абу и на склонахъ Аравали. Племя Джайна, потомки
гонимыхъ, поступили, какъ парсы, армяне, евреи, протестанты; процвѣтая въ матері-
альномъ отношеніи, иіш обогатились, построили города; большее число среди нихъ сдѣ-
лалось золотыхъ и серебряныхъ дѣлъ мастерами и знатоками драгоцѣнностей, пхъ
храмы представляютъ великолѣпныя постройка, украшенныя чудной рѣзьбой. Д.канаа
строго придерживаются догматовъ религіи; пин стараются выказать равноправіе съ жи-
вотными в остерегаются пролить малѣйшую каплю крови. Вь своихъ жилищахъ ова
держатъ больныхъ обезьянъ, бѣлокъ, голубей, попугаевъ, павлиновъ Чтобы не разда-
вить мельчайшихъ животныхъ, опи старатсльпи сметаютъ мѣсто, на которое хотятъ
1С>5
сісп.. слегка гитйрают.'л, пкісто того чтобы мыться; изъ боязни уничтожить какое-
пибудь незамѣтное сущ’сіво, пьютъ толы;.- фильтровавшую воду, дышать черезъ вуаль,
6р сають муку на землю, чтобы іюрмитъ муравьевъ. Пхъ «четыре должности» состоять
въ благотворительности; но яа практикѣ—своими привычками, талантомъ обращаться
на счетъ народа, онн стали ненавистны и представляютъ жестокую касту обществен-
ныхъ враговъ.
Такова вообще судьба религій, прочно утвердившись, онѣ начинаютъ отрицать
точку своего отправленія, возводитъ въ систему измѣну и отрицаніе своихъ собствен-
ныхъ принциповъ. Если бы Іисусъ Христосъ или Будда вернулись теперь, они под-
верглись бы гоненію именно со стороны христіанъ и послѣдователей «истинной вѣры»!
Скольв разныхъ маленькихъ человѣчеетвь
погибло раньше. чѣмъ народилось великое че-
ловѣчество!
ГЛАВА ХШ.
Пндо-Китай. — Кыерскяя цивилизація. — Страна Чампо. — Двѣ Явы. -- Малайцы. —
Мореходство полинизіііцевъ.—Мѳталанпмъ.—Мадагаскаръ.
Сравнивая, въ теченіе времепп, взаимное сходство различныхъ странъ восточной
Азіи, можно утвердительно сказать, что Индо-Кпгай уже двѣ тысячи лѣтъ тому на-
задъ совершенно измѣнилъ свое соціальное направленіе: въ настоящее время онъ нахо-
дится подъ вліяніемъ Китая, которое вскорѣ, повидимому, смѣнится японскимъ влія-
ніемъ, а нѣкогда образцомъ для него служила Индія. Нѣсколько завоевательныхъ
экспедицій, особенно же приливъ пммиграіітовь и мирное вліяніе высшей цивилизаціи
постепенно «окіітаили» Сіамъ, Камбоджу в Аннамъ; а 20 вЬкчвъ тому назадъ, сл вре-
мени буддійской пропаганды, эти страны были, напротивъ, почти совсѣмъ «нпдіаии-
лироваиы».
Индусское вліяніе легко приникало вь Бирмаиію, несмотря на препятства,
представляемыя природой, въ видѣ горныхъ цѣпей, дремучихъ лѣсовъ, бурныхъ ь •
767
токовъ, болотистыхъ топей, который раздѣляютъ два большихъ полуострова. Иммигра-
ціонное же движеніе, равно какъ в релнгіозвая пропаганда, непосредственно слабо прони-
кали; но судоходство, облегчаемое движеніемъ муссоновъ и морскими теченіями, сбли-
жали дельту Ганга съ дельтой Ирравади, и такимъ образомъ, вь продолженіе ряда
вѣковъ бирманскія народности нижняго теченія рѣки воспринимали свое просвѣщеніе
изъ Индіи. Между тѣмъ сама Бирмівія отдѣлена отъ Сіама горною цѣпью, что
должно было замедлить, а въ нѣкоторыхъ мѣстахъ даже и совсѣмъ пріостановить на-
саждепіі индусской цивилизаціи: оба склона невысокаго горнаго хребта, который гя-
н.-тся па протяженіи около 15(10 кидомі тропъ, вдоль узкаго Малайскаго полуострова,
отъ коитинеитальнаго Сіама до косы Джоіора, оказываются во многихъ мѣстахъ ли-
шенными удобныхъ сообщеній между собой, хотя перевалы чрезъ горы большею частью
не высоки.
Вь самомь Индо-Китаѣ сложныя цѣни горъ, Накрытыя лѣсами, также трудно
доступны, хотя не простираются и до пояса временныхъ снѣговъ; впрочемъ онѣ не
препятствуютъ ни торговымъ сношеніямъ, ни военнымъ экспедиціямъ: но. исторіи извѣ-
стно, что іронсходвлн неоднократныя вторженія, какъ со стороны Ьирманін въ Сіамъ,
такъ и изъ Сіама въ Внрмавію. Однако, въ этой части территоріи достаточно препят-
ствій, чтобы вліяніе Китая, проникая къ югу, чрезъ параллельныя долины, гдѣ текутъ
рѣки, могло уравнивать вліяніе Индіи, проникающей черезъ Бенгалію и Ассамь; именно
тутъ, на линіи водораздѣла, между Салономъ в Менамомд-, и начинается, такъ сказать,
настоящій Ивдо-Кнтай. Бирмавія, названіе которой, недаромъ, сближается съ именемъ
Брамы, какъ будто этотъ богъ присвоилъ ее себѣ, со времени распространенія «го
культа,—была изъята отъ вліянія цивилизаціи, возникшей на берегахъ Желтой Рѣки.
Замѣчательной лучеобразное расхожденіе во вгѣ стороны рѣкъ и горныхъ цѣпей Индо-
китая объяснясь ь, почему этотъ полуостровъ, съ благопріятнымъ климатомъ—даже въ срав-
нена со своей индусской сосѣдкой, — изрѣзанный заливами, никогда ни могъ достигнуть
величія единой націи. Оиъ но имѣетъ достаточно обширнаго бассейна для того, чтобы
значительное населеніе служило способомъ передвиженіи для новой идеи; съ другой
стороны, будучи окруженъ развитыми племенами, не могъ тягаться съ просвѣщенными
сосѣдями. Имдо-Китай служилъ, такъ сказать, опытнымъ полемъ и для конфликтовъ,
н шія сближенія между малайцами, индусами, китайцами и туземными народами, или
пришедшими съ сѣвера, каковыми были таи изъ Сіама: Иидо-Квтай имѣлъ также свой
періодъ сланы, въ умственномъ раз'итіи, когда вліяніе его замѣтно отражалось па его
сосѣдяхъ; такъ, нацр., и вь настоящее время, языкъ, на которомъ говорятъ въ Сіамѣ,
имѣетъ болѣе одной пятой выраженій камбоджійскаго происхожденія, хотя изъ этого
нельзя дѣлать вывода, что вліяніе И идо-Китая распространилось повсемѣстно.
Индіаиизація полуострова, пе встрѣчавшая природныхъ препятствій, могла про-
должаться вь теченіе вѣковъ, пока въ самой Индіи прогрессивна росла цивилизаціи; и
индусская культура, съ ея религіей нравами и съ ея языкімъ, распространилась тогда
отъ береговъ Байта до Тихаго океана. Въ ту эпоху, когда съ другой стороны въ Индію
стала проникать эллинское вліяніе, браманизмъ, затѣмъ буддизмъ были подхвачены
втимъ потокомъ такъ же, какъ раньше другія религіи, менѣе сложныя а оолѣе прибли-
768
жавшіяся къ первобытному поклоненію природы. Кмеры и племена Камбоджи, побе-
режья Чампа принадісжали гораздо болѣе къ индійскому міру, нежели туземное населе-
ніе плоскогорій самой Піідін.
Центръ кмі рской цпиилпзапія, замѣчательный огромнымъ числомъ архитектурныхъ
памятниковъ, дѣйствительно занимаетъ одну изъ наиболѣе удобныхъ мѣстностей, обу-
словливающихъ процвѣтаніе очень плотнаго населенія. Обѣ господствующія долины во-
сточнаго ГІпдо-Кьтая, долина р. Йенамъ и р. Меконгъ, составляющія два великихъ
историческихъ пути полуострова, по направленію оть сѣвера къ югу, соединены въ
своемъ важномъ теченіи длиннымъ поперечнымъ углубленіемъ, параллельнымъ морскому
побережью и образующимъ между обѣими рѣками прекрасную аллею; красивое озеро
Топлс-Сапъ, которое, по всей вѣроятности, нѣсколько тысячелѣтій тому назадъ было
морскимъ заливомъ, довершаетъ обиліе сухопутныхъ сообщеній, весьма удобныхъ вслѣд-
ствіе водныхъ путей къ Меконгу. Между втимъ озернымъ бассейномъ и порогомъ водо-
раздѣла, гдѣ воды изливаются ьъ сѣверо-западнсмъ направленія къ Менаму. а ьъ юго-
восточномъ—къ Меконгу, группировалось, во время мирнаго періода, наибольшее ко-
личество жителей, которымъ озера, рѣки и заливы доставляли огромное количество
разной рыбы: здѣсь, именно, и были найдены Джэмсомъ груды раковинъ, содержащія
остатки, по крайней мѣрѣ, трехъ доисторическихъ цивилизацій; тамъ же, десять или
двѣнадцать столѣтій тому назадъ, кмерскоо искусство и промышленность достигли на-
ивысшаго процвѣтанія; нто былъ естественный центръ тяжести странъ, извѣстныхъ те-
перь подъ названіемъ Сіама. Камбоджа и Аннана. Здѣсь былъ и главный влипъ мис-
сіи еровъ, разъѣзжавшихъ между городами долины Ганга в Малайскимъ архипелагомъ.
Туземцы полны сознанія своей древней славы и считаютъ себя потомками пере-
селенцевъ, пришедшихъ изъ сѣверной Индіи. Но словамъ легенды, на которую до при-
хода европейцевъ, камбоджійцы смотрѣли, какъ на настоящую исторію, двадцать три
столѣтія тому назадъ, пришелъ >двнъ индусскій принцъ, въ сопровожденіи десяти мвл-
ліовоиь свовхь подданныхъ, и оснотался въ бассейнѣ Топле-Сапъ. Разсказъ этотъ ука-
зываетъ на древній Пндрасиать, юродъ Индры, нынѣшній Дэлп, какъ на мѣсто про-
исхожденія основателя кмерскаго государства; настоящая царствующая династія прибыла
изъ другого священнаго города Варанази, или Бенареса. Однако, оставленіе буддійской
вѣры жителями бассейна Ганга должви было порвать сношенія между сѣверітй Индіей
и страной кмеровъ, бывшею однимъ изъ наиболѣе горячихъ очаговъ н< вой религіи
Вслѣдъ за тѣмъ возникли сп-пленія гь Цейлономъ, древней Лапка, другой твердыней
религіозныхъ истинъ, л долгое время думали, что индо-китайскій буддизмъ являлся
слѣдствіемъ пропаганды жителей этого острова.
Такъ же, какъ всякій добрый мусульманинъ долженъ хотя разъ въ жизни со-
вершить путешествіе въ Мекку,—всякій ревностный буддистъ камбоджіецъ долженъ
продѣлать комедію религіознаго характера, выдавая себя іа паюмпика съ о-ва .Тапка
Кончаетъ лн онъ постройку своего жилища,—слѣдуя предписаннымъ церемоніямъ, ко-
торыя должны гарантировать ему счастливое житье, ому нужно прежде всего впустить
въ свой домъ к<>шкут какъ охранителя домашняго очага. Не самъ онъ никогда не можетъ
переступить пирога, пе прибѣгая въ благочестивой лжи. «Откуда ты пришелъ?»- спра-
769
шиваюгіі его.— іЯ пришелъ пзъ Ланка»,—отвѣчаетъ онъ.—«Я потерпѣлъ кораблекру-
шеніе п, оставшись безъ пріюта, пришелъ сюда, въ вто необитаемое жилище, искать
убѣжища съ моей семьей и со всѣмъ своимъ убогимъ имуществомъ». Впрочемъ, по
всей вѣроятности, дружескія сношенія съ Цейлономъ въ рѣдкихъ случаяхъ непосред-
ственныя, происходили главнымъ образомъ при посредствѣ малайскихъ мореплавателей
Физическая карта Надо-Китая
1000 Килом
і : 20000 ооо
и Калиигу, такъ какъ между Ланкой и устьями Меконга, черезъ перешеекъ Кра большое
разстояніе (2,500 километровъ), а окружный путь черезъ Зондскій архипелагъ слишкомъ
великъ. По весьма странному географическому явленію, именно островъ Ява служилъ
этапомъ на полпути меасду Цейлономъ и восточнымъ Пндо-Китаемъ.
За страной Кипръ, побережье Китайскаго моря, дѣлающее двойную дугу, сначала
выпуклую, а потомъ вогнутую—отъ мыса Сенъ-Жакъ до устьевъ Красной рѣки, также
было ивдіапизировано; въ древности оно носило названіе Чампа, которое, несомнѣнно,
адизв ркклю. вып. ѵ.	40
770
индусскаго происхожденія; въ настоящее время это—Айвамъ, именуемый «Тихимъ
Югомъ» Двѣ тысячи лѣтъ тому назадъ, въ эпоху, когда началась сильная буддійская
пропаганда, Чампа была ужо давно проникнута брамапизм-мъ, какъ свидѣтельствуютъ
многочисленныя надписи. Всѣ географическія названія итого побережья, передаваемыя
Птоломсемъ, явно санскритскаго происхожденія. Цари ея также носили индусскія имена.
Сива былъ наиболѣе почитаемымъ богомъ; богиня Багаваси имѣла также много почи-
тателей, которые сохранились и по сіе время, хотя ея индусское происхожденіе совер-
шенно забыто. Нѣкоторыя деревни и теперь усѣяны памятниками, въ видѣ столбовъ,
и камнями, испещренными надписями; сапскрпіскш молитвы перестали вырѣзывать только
въ концѣ XII вѣка, т. е. семьсотъ лѣтъ тому назадъ. Вь числѣ другихъ обычаевъ, въ
странѣ Чампа былъ также распространенъ обычай сожженія вдовъ-нарицъ на кострахъ
ихь мужей.
Что касается до той части побережья, которая расположена вокругъ Тонкинскаго
ватина въ видѣ обширнаго полукруга, окружающаго островъ Хайпаііъ, то опа нахо-
дится въ слишкомъ большой зависимости отъ Китая, чтобы исторія ея не была тѣсно
связана съ исторіей великой сосѣдней націи. Кромѣ того, она была завоевала двадцать
одно столѣтіе тому назадъ императоромъ ІШі-хоангъ-ти и въ теченіе многихъ вѣковъ
была подвластна Китайской имперіи, хотя и съ нѣкоторыми промежутками, по той
причинѣ, что па югѣ находился другой поптръ притяженія. Узкая, вытянутая между
горами и моремъ, эта территорія должна была разрываться ьъ томъ или другомъ сла-
бомъ пунктѣ, въ зависимости отъ большаго или м"ньшаго притяженія къ югу иди
сѣверу. Однако, двойное вліяніе было всегда замѣтно.
Согласно легендѣ, предками Анпамятовъ были духъ неба и морской драконъ:
происходя одновременно отъ трехъ элементовъ—воздуха, земли и воды, они были пти-
цами, людьми и рыбами, т. е. обладали всѣми физическими и духовными качествами,
присущими каждому живому существу. Можно также сказать, что они были причастны
различнымъ окружающимъ ихъ цивилизаціямъ, какъ Индійской и Малайской, такъ и
Китайской.
Внѣ коптппептз, островъ Ява больше всего пользовался благами индійской циви-
лизаціи. Па первый взглядъ, по изучивши обстоятельно этого вопроса, это кажется
удивительнымъ, такъ какъ островъ Суматра расположенъ гораздо благопріятнѣе, чтобы
войти въ кругъ шідусск»й культуры. Впрочймъ, оиа в проникла на Суматру, хотя,
значительно, въ меньшей степени, нежели на Яву: самое названіе острова, которое
отожествляютъ съ санскритскимъ словомъ Самудра. что значитъ «Морская страна»,
видѣтельствуетъ о первоначальномъ вліяніи Индіи. Суматру называютъ также Явой
иди Джавой, какъ и островъ меньшаго протяженія, составляющій продолженіе ея къ
востоку; чтобы отличить ихъ одинъ отъ другого, большій островъ называютъ «Малой
Явой», а меньшій, изъ-за его болѣе многочисленнаго населенія и обилія произведеній
природы,—носитъ названіе «Большой Явы». Строеніе обоихъ острововъ объясняетъ
существующій между ними контрастъ.
Суматра представляетъ на всемъ своемъ протяженіи—1700 килмотровъ отъ
сѣверо-запада въ юго-востоку—цѣпь высокихъ горч, которыя прерываютъ в-чоду сооб-
771
гцеиія между обоими склонами и во многихъ мѣстахъ опираются на довольно широкія
плато, гдѣ живутъ независимыя народности, отчасти дикія, препятствующія непосред-
ственнымъ сношеніямъ между цнввлизованішмм жителями спускающихся съ хребта
Центръ Кыерокоіі цивилизаціи.
1 .	5 000 000
2СП
300 ИмЛОМ-
доливъ. Друго>- невыгодное условіе для населенія Суматры заключается въ изобиліи
Лѵждей, заливающихъ островъ, благодаря чему рѣки часто выходятъ изъ береговъ и
развѣтвляются на безчисленное множество потоковъ, а берега ихъ образуютъ непрохо-
димыя топи, которыя тянутся иа далекое пространство, вплоть до моря.
772
Островъ Ява, или «Большія Ява», очень длинный очень гористый, покрытый
густой растительностью, можетъ казаться, на первый взглядъ, такъ же трудно доступ-
нымъ, какъ п Суматра или ею сосѣдъ, массивный островъ Борнео; во подробное
изученіе мѣстной географіи иоказывмп, насколько въ дѣйствительности велико различіе
между ними. Будучи на 3/3 меньше Суматры, обладая достаточной влажностью, однако,
нигдѣ не дающ-й начало пи рѣкамъ, ни болотамъ, Ява также имѣетъ гораздо лучшее
строеніе, нежели Суматра: островъ эіоть такъ расположенъ, что на вашъ своемъ про-
тяженіи образуетъ серію отдѣльныхъ, независимы п> другъ отъ друга частей, между
Топкииѳцъ па. слоемъ буйволѣ.
которыми можн легко
пройти съ сѣвернаго бе-
рега на южный. Въ раз-
ныхъ частяхъ острова раз-
стояніе между обоими бе-
регами не болѣе ста кило-
метровъ, а пониженіе пере-
валовъ очепъ глубокое;
тогда какъ конусы вулка-
новъ поднимаются до
двухъ трехъ тысячъ мет-
ровъ в даже болѣе, проме-
жуточные проходы имѣютъ
ни болѣе ста метровъ вы-
соты, представляя изъ се-
бя какъ бы проливы, раз-
дѣляющіе отдѣльные гор-
ные массивы. Острова, ко-
торые служатъ продолже-
ніемъ къ востоку цѣлаго
ряда явскигъ вулкановъ,
каковы Бали, Ломбокъ,
Сумбаеа, принадлежатъ къ
одной н той же формаціи,
какъ п группы горныхъ вершивъ и отдѣльныхъ никовъ, которые высятся на большомъ
островѣ; па западѣ пороги между ними ужо вышли изъ воды, а на востокѣ—еще скрыты въ
водахъ океана. Это расположеніе горъ отдѣльными группами и было одной изъ главныхъ
причинъ значительнаго заселенія Явы пришлымъ людомъ съ какоя бы стороны ни
являлись путешественники, съ сѣвера или юга, они легко югли проникать въ области,
находившіяся внутри страны, между гигантскими вулканами. Послѣдніе, какъ ни кажется
парадоксально такое утвержденіе, даже облегчала доступъ къ острову, сжигая непрохо-
димы» лѣса промежуточныхъ доливъ; а зода, усѣявшая землю, служила указаніемъ пути
для переселенцевъ.
Нельзя сомнѣваться я по вопросу о томъ, какая народность служила агентами
773
по перевозкѣ людей и товаровъ изъ континентальной Индіи на острова Индійскаго
океана. Съ незапамятныхъ временъ въ исторіи Востока уже упоминается о значитель-
номъ вліяніи группы пародовъ, извѣстныхъ подъ общимъ именемъ «Малайцевъ*,—такъ
назывались сначала, какъ говорятъ, жители западнаго побережья Суматры. Въ нагго-
Д и ѣ Явы.
і; лорооооо
———......... - —।
О 250	500
ищее время большая часть представителей малайской расы сдѣлались осѣдлыми н зінн-
маются земледѣліемъ, но почти па всѣхъ островахъ и полуостровахъ пхъ преданія даютъ
поводъ предполагать, что они пришли издалека. Пхъ сосѣди очень часто принимаютъ
этническое названіе «малайцевъ», въ смыслѣ «бродягъ», «праздношатаевъ», «пришель-
цевъ». Давняя привычка ьъ морю, обусловленная раздѣленіемъ ихъ земель на острова,
островки и архипелаги, сдѣлала ихъ прирожденными мореплавателями.
774
Во ьсѣхъ прибрежныхъ странахъ, которыя населены пни, овв обозначаютъ берега
рѣкъ способомъ, который можетъ показаться нелогичнымъ жителямъ материка: въ то
время, какъ послѣдніе считаютъ «правую» п «лѣвую» стороны но теченію рѣки, ма
лайны посыпаютъ иначе: «правый» берегъ у нихъ тотъ, который они вялятъ съ пра
вой стороны, поднимаясь вверхъ по рѣкѣ. Такое обозначеніе можетъ быть естествен-
нымъ только для моряковъ, прибывшимъ съ широкаго моря; также в во Франціи
мореплаватели дали названіе «устья-» входу въ рѣку, тогда какъ болѣе смысла
имѣло бы другое названіе, обозначающее изліяніе водъ въ море, т. о. выхожденіе воды.
На Филиппинскихъ островахъ названіе Ьаіапііау или «барка», какое въ напн время
дается малайскимъ деревнямъ, напоминаетъ древнія времена, когда малайцы жили на
судахъ, остана вливавшихся на берегу.
Нѣть пн одной страны въ мірѣ, болѣе приспособленной для мѣновой торговли и
болѣе удобной по сообщенію, какъ Малайскій полуостровъ; и если слою «предназна-
ченный» можетъ быть примѣнимо къ кткой-либо части земной поверхности, то именно
какъ нельзя больше ігь зтпмъ островамъ и полуостровамъ страны малайплвъ. Оип изо-
билуютъ всякаго рода произведеніями; и минералами, и драгоцѣнными камнями, н дре-
весной корой, и камедью, и растеніями, и фруктами: у кажлаго острова своо особен-
ныя богатства; нигдѣ нельзя встрѣтить такою поразительнаго разнообразія формъ, какъ
здѣсь, въ растительномъ и животномъ царствѣ. Извѣство, что по наблюденіямъ Уолласа,
Ломбоксмій пролипъ, продолжающійся къ сѣверу черезъ Макассарскій, каялось со-
вершенно раздѣлялъ флору, фауну и различные по происхожденію п языку народы
какъ бы па два совершенно противоположныхъ міра; однако, послѣдующіе натуралисты
не находили такого рѣзкаго контраста; во всякомъ случаѣ, вѣрно то, что три главныя
страны запада: Суматра, Ява, Борнео, и съ другой стороны Целебесъ, равно какъ и
сосѣдніе восточные опроса Малайскаго архипелага, обладаютъ чрезвычайн, разнообраз-
ными природными богатствами, изъ которыхъ человѣкъ можетъ извлечь для себя боль-
шую пользу.
Могучіе стволы деревьевъ, выброшенные на берегъ, доставляютъ прибрежнымъ жи-
телямъ толстыя, совсѣмъ гоююля для употребленія доски, которыя достаточно обтесать
и связать ліанами, чтобы устроить плотъ; точно также опытный строитель найдетъ для
себя па поберожыі много матеріала изъ прочнаго дерева для постройки судовъ. Об-
ширные рейды и вполнѣ укоытыя гавани прерываютъ внѣшній профиль острововъ,
привл'кач кь себѣ суда моренлазателоіі. Такпмъ образомъ малайцы стали съ незапа-
мятныхъ временъ сстозтвінвыни писредпикамп въ торговыхъ сношеніяхъ между разными
странами восточной Азія, вплоть до предѣловъ Индіи и Японіи; пользуясь пассатными
вѣтрами и муссонами, носившими ихъ отъ одного берега къ другому, ови научились
огибать млсы, вдающіеся въ Индійскій океанъ, и доходили даже до береговъ Мадага-
скара п Афрзки. Цивилизація ихъ [іасироттрапилась до противоположнаго края земного
шара, почти до американскаго материка, если правда, какъ предполагаютъ многіе гео-
графы, что островъ Пасхи также находился въ сферѣ древняго вліянія малайцевъ. Си-
стема исчисленія во всѣхъ полинезійскихъ нарѣчіяхъ служитъ явнымъ доказательствомъ
огромнаго распространенія малайскаго вліянія на всемъ пространствѣ океана. Даже вь
775
наше время, несмотря иа превосходство вь маунахъ и въ промышленности, какого до-
стигли европейскіе мореплаватели, большая часть каботажныхъ судовъ па Островахъ Ли-
дійскаго архипелага принадлежитъ къ флотиліи вольныхъ малайцевъ. Однимъ изъ са-
мыхъ оживленныхъ морей, п„ количеству судовъ, даже въ сравненіи съ устьями Темзы,
Восточная часть Малайскаго архипелага
I - ? О С10 О О О
,	---— - -I
и 250	500	ЮОС. К/1Л0М.
Эльбы, Мерсся н Гудзона, является область, лежащая къ югу отъ Сингапура, гдѣ на-
ходятся архипелаги Ріу и Лнигга. По преданію, зта группа острововъ и была именно
колыбелью малайской расы: нигдѣ, какъ здѣсь, туземцы не имѣютъ такого обилія поэмъ
и сказокъ.
Малайцы-островитяпе, которыхъ уже собственныя путешествія н переселенія дЬ-
776
лали главными агентами сношеній мсжту народами, должны были, ьъ силу этого, стать
посредниками по распространенію легендъ и знаній, распространившихся поэтому далеко
за предѣлы ихъ національныхъ владѣній; преданія передавались изъ устъ въ уста. Пхъ
участіе вь первоначальной основѣ «Тысячи и Одной Ночи», по всей вѣроятности, іірс-
восіодвгь участіе индусовъ, сингалезовъ и арабовъ; повсюду они разсказывали удиви-
тельныя исторіи, необычайныя легенды, чрезвычайные случаи Имъ нужно приписать
первое изобрѣтеніе многихъ чудесъ, продолжавшихъ волновать умы до конца среднихъ
вѣковъ. Въ числѣ прочихъ, можно привести въ примѣръ разсказываемую ими легенду объ
«ушастыхъ», людяхъ, у ьотпрыхъ уши были въ видѣ широкихъ плащей язь мяса; одинъ
изъ нихъ—опп разстилали па землю, чтобы па пемъ лежать, а въ другой—завертіла-
лись, чтобы защищаться отъ холода. Въ такомъ видѣ всюду существуетъ эта легенда,
и нельзя предположить, чтобы подобная фантазія возникла вездѣ самостоятельно: »па
должна была быть занесена изъ одного центра и однимъ п тѣмъ же народомъ. Можетъ
оыть, жители острова Пасхи имѣли привычку растягивать себѣ ушл, кажъ оии изобра-
жаютъ вто на своихъ грубыхъ статуяхъ, а малайскіе мореплаватели, съ насмѣшкою
относившіеся къ этому обычаю, распространи.1!,- извѣстіе о немь вь Новой Гвинеѣ, вь
Индіи, вплоть до внутренней Африки; а такъ какъ извѣстіе эго касалось отдаленной
мѣстности, то преувеличивать его можно было, какъ угодно.
Богато одаренные памятью и воображеніемъ малайцы, благодаря своимъ постоян-
нымъ путешествіямъ, много завиствовали отъ разныхъ народовъ, съ которыми ниѣлп
сношенія. Такъ, вь Явѣ, посѣщаемой и отчасти населенной пигусами, малайцы воспри-
нимали и глубоко проникались послѣдовательными формами религіи, приносимыми перо-
селспцамн съ индійскаго полуострова. Въ пачаіѣ Явапекой исторіи среди жителей Явы
работали браманскіе миссіонеры. Потомъ яванцы стали буддистами и въ скоемь реги-
гіозномъ усердіи воздвигли близь Магелаига храмъ Буру Будхуръ (Буру-Будуръ), самый
величественный и самый богатый скульптурный памятникъ искусства того времени, со-
хранившійся и до сихъ поръ. Однако, началъ снова возвращаться въ Яву л брама-
низмъ модъ видомъ культа Сивы, о чемъ свидѣтельствуютъ высѣченные барежефы па
ступеняхъ храма. Нѣкоторые поклонники Сивы п по сіе время живутъ па Явѣ.
Такимъ образомъ, какъ говоритъ мугешественикъ Христіанъ, этническія группы,
обозначаемыя вмѣстѣ подъ общимъ названіемъ «Мадайо-Полинезійцы», составляли особую
расу, образовавшуюся изъ постоянной смѣси «купцовъ, путешественниковъ, бѣглыхъ, нз-
іВанниковъ и пиратовъ, которыя скрещивались между собою». Однако, въ разныя
эпохи происходила и массовая эмиграція, каьь слѣдствіе войнъ плн вторженія непріятеля,
землетрясенія или наводненія; подобно жителямъ материка, ь жители острововъ должны
были покоряться давленію извнѣ и двигаться въ томъ ндн въ иномъ направленіи, со-
образно полученнымъ толчкамъ пли притяженію. Окружающая среда, близкое знакомство
съ водами я вѣтрами сдѣлали ихъ столь же подвижными и даже болѣе подвижными
па морѣ, чѣмъ жители материка—на сушѣ: имь достаточно было звать только напра-
вленіе острововъ; если тѣ пе виднѣлись -'бланкомъ па горизонтѣ, то все-таки полетъ
птицъ, движеніе теченій и тысяча другиіъ признаковъ, которые угадываетъ зоркій
взглядъ моряка, руководили пни во время морского плаванія.
777
Впрочемъ, возможно, что вь глубокое древности эмиграціонное движеніе совер-
шалось и сухимъ путемъ, если правда, какъ полагаютъ многіе геологи, что большая
чаль океаническихъ странъ находится въ періодѣ осѣданія почвы (Дарвинъ): про-
Яванскія продавщицы въ окрестностяхъ Батавія.
странства, погруженныя въ воду въ настоящее время, могли быіь контииентальвымн
странами, по которымъ заселеніе могло постепенно распространяться. Какъ оы то ни
оыло, осзполезв» обращаться къ такимъ предположеніямъ огиосвтельц. прежняго иро-
778
Тяжеиіи в различнаго распредѣленія острововъ Океаніи, такъ какъ п настоящія условія
достаточны для объясненія переселеній, которыя могли происходить во всѣхъ направле-
ніяхъ на протяженіи половины окружности нашей планеты, отъ береговъ Азіи до бе-
реговъ Америки. Даже факты «случайныхъ разселеній», по говоря ужа о *преднамѣ-
ренпыхь», ышлп бы объяснить постепенное заселеніе всЬхъ острововъ, такъ какъ
чаіто бываетъ, что суда съ мужчинами и женщинами, захваченныя бурею, далеко уно-
сятся къ невѣдомымъ берегамъ. Великое :-г.ваторіальиое теченіе, которое въ жаркомъ
поясѣ уноситъ воды въ направленіи отъ востока къ западу, в болЬе слабое противо-
положное теченіе, которое вблиш экватора имѣетъ обратное направленіе, отъ запада къ
востоку, должны также содѣйствовать этому невольному переселенію малейо-полинезій-
цевъ. Гиль, затѣмъ Катрфажь нанесли на каргу ітн нерсселенія вь области Океаніи,
и большею частью эта карта составлена, несомнѣнно, по мѣстнымъ преданіямъ и дан-
нымъ исторіи.
Но подобные документы цѣнны только какъ указаніе, не болѣе, такъ какъ совер-
шавшееся въ теченіе вѣковъ постоянное передвиженіе народовъ, хотя в регулировалось
извѣстными общими закопами, тѣмъ не менѣе образовало сѣть изъ многочисленныхъ
переплетающихся нитей, которую, казалось, невозможно распутать съ перваго раза. Въ
большей части архипелаговъ путешественники, бесѣдовавшіе съ туземцами, передали
памъ только отзвуки разныхъ пересоленій пмъ чертятъ туземцы па пескѣ карты, чтобы
указать направленіе, по какому слѣдовали нхъ предки, или изгнанника; указываютъ па
облака далекаго горизонта или звѣзды, чтобы опредѣлить мѣсто, гдѣ въ первый пли въ
послѣдній разъ видѣли прибывшую или отплывшую флотилію переселенцевъ. Туземца
Попапо, па Каролинскихъ островахъ, разсказываютъ въ синихъ преданіяхъ о трехъ
расахъ, одна за другой господствовавшихъ въ ихъ странѣ: карликахъ, великанахъ и
людоѣдахъ. Карлики, потомки которыхъ существуютъ до сихъ норъ на заиадиой части
острова, по всей вѣроятности, были негритосы, родичи Азта и Мамуана на Филиппин-
скихъ островахъ, Сакаи н Сената на Малайскомъ полуостровѣ в Минкопи—на Апда-
майскомъ архипелагѣ, Сосѣди описываютъ ихъ, какъ людей очень маленькаго роста, съ
черноватою в>>жсй, похожей на кожу нѣкоторыхъ рыбъ, съ страшно безобразнымъ диско-
образнымъ лицомъ, изъ котораго выглядываютъ только глаза. Христіанъ не видѣлъ
этпхъ карликовъ или шоколап, но за то посѣтилъ одно изъ нхъ кладбищъ, гдѣ нашелъ
могилы, построенныя изъ базальта и имѣвшія ыіутри не болѣо 320 савтииетровъ
длины въ среднемъ; самый длинный размѣръ могилы равнялся 136 сантиметрамъ. Что
касается великановъ, или «Кона», побѣдившихъ карликовъ и занявшихъ ихъ мѣсто на
островѣ, то ихъ считаютъ за малайцевъ, пришедшихъ съ Запада, а людоѣды, или «Ліи»
это—меланезійцы, переселившіеся въ недавнюю сноху изъ Папуасіи, съ юга, или съ
Цѵв( -Гебридскихъ острововъ, съ юго-востока. Указываютъ также на пересоленіе оби-
тателей Маріанскихъ острововъ, которые вь концѣ XVI вѣка захватила нѣкоторую
часть Каролинскихъ острововъ.
Обь античныхъ цивилизаціяхъ Полинезіи наиболѣе краснорѣчиво свидѣтельствуютъ
развалины Металаннма, расположенныя на восточномъ берегу того же острова Канапе.
Эти руины, частью изслѣдованныя Христіаномъ, занимаютъ неглубокую бухту, усѣянную
779
островками. Металаинмъ—эта «Венеція» Полинезіи. Н-ѣ лагуны защищены гъ юга
востока и сѣвера гигантскими волнорѣзами, состоящими изъ базальтовыхъ колоннъ, изъ
коихъ нѣкоторыя достигаютъ громадныхъ размѣровъ. Вь нѣкоторыхъ мѣстахъ молы
эти имѣютъ до іо метровъ въ высоту, три метра въ ширину, а груды разсѣянныхъ
вокругъ обломковъ доказываютъ, что въ старпву опѣ были еще выше. Въ хорошо со-
хранившихся мѣстахъ плотины вбиты призмы, изъ коихъ нѣкоторыя вѣсятъ болѣе трехъ
тоннъ; онѣ расположены то вдоль, тс поперекъ; опѣ какъ бревна въ русскихъ и бахъ; повсюду
дао лагунъ усѣяно обломками базальта, упавшими съ барокъ, ва которыхъ ихъ пере-
возили съ каменоломней, находившихся болѣе чѣмъ въ 30 километрахъ разстоянія.
Лодка сь противовѣсомъ, употребляемая малаицамп. полпяозіііцамп п др.
Что могь представлять изъ себя этотъ огромный циклопическій городъ, о которомъ
истровитяпе Понапо п теперь ещо говорятъ съ затаеннымъ страхомъ? Въ развахивы сго
иногда сажаютъ преступниковъ, къ великому для нихъ ужасу. Въ четырехстахъ кило-
метрахъ къ востоку отъ Піпано находится другой островъ, самый восточный изъ Каро-
линскихъ острововъ—Уаланъ (называемые также Стронгомъ или Кусайе); онъ скры-
ваетъ на своемъ рейдѣ разваляны Леле, города ещо болѣе хаотическаго, тѣмъ Мета-
лапичъ, но также оригинальнаго.
«Страна Востока» п< преимуществу, Австралія,—островъ илв континентъ, какъ
угодно,—повидимому, играла весьма незначительную роль ьъ исторія человѣка. Конечно,
жители ея имѣли свою цивилизацію, изученіе которой столь же интересно, какъ г
780
изученіе псякой другой; по нельзя сказать, чтобы «па отзывала вліяаіе па окружающія
народности. Территорія Австраліи слишкомъ обширна, а прпрода сл слишкомъ разнится
отъ полинезійскихъ земель, въ силу чего всякая появившаяся па ея территоріи на-
родность, такъ сказать, поглѵшадась ею. Австралійцы приспособились къ огромнымъ
пространствамъ, сдѣлались какъ бы родичами кенгуру, но опытъ, какой они пріобрѣли
въ борьбѣ за существованіе, нисколько не передавался другимъ народностямъ. Гордонъ
признаетъ въ австралійскомъ населеніи нѣсколько послѣдовательныхъ наслоеній: не-
гритосы, папуасы, дравиды мадайпы по очереди завоевысадп австралійскую землю;
Портъ н городъ Метапанимъ.
 : юо осо
л і .	: Кнл о м-
тѣмъ п*1 менѣе природа измѣнила ихъ; благо тара особенностямъ климата, пищи, запятіямъ,
они получили свой нидивидуальный характс|гь, дающій имъ право считаться отдѣльной
расой, подобно другимъ народамъ, также происшедшимъ отъ разнородныхъ элементовъ,
каковы, нялр., исчезнувшія тасманійцы, меланезійцы, дравиды в проч
Изъ всѣхъ переселеній самое удивительное—переселеніе малайцевъ па Мадага-
скаръ. При первомъ взглядѣ на карту было бы совершенно естественно приписать про-
исхожденіе маліашскнхъ племенъ сосѣднему африканскому берегу; но кромѣ того, что
туземцы юго-восгочнои Афрвки--плохіо мореходы, вѣтры л теченія препятствуютъ
путешествіямъ пзъ устьевъ Замбэзи къ берегамъ Мадагаскара; съ другой стороны, оче-
видность дальняго происхожденія мадагаскарцевъ настолько ясна, что нельзя раздѣлять
сомнѣній въ втомь отношеніи, выражаемыхъ нѣкоторыми писателями.
781
Поэтому пересоленіе, и даже неоднократное, малайцевъ на Мадагаскаръ—пнѣ
сомнѣнія. Говасы или Адріана, составляющіе въ настоящее время господствующее
племя, благодаря, какъ центральному положенію, занимаемому ими, такъ и прсвосход-
Тгео ки/іом.
600
□00
о
ству нхь цивилизаціи,—чисто малайскаго происхожденія; но такъ какъ они всегда
занимали, сравнительно, небольшое пространство па островѣ, то и вліяніе ихъ пе
распространялось на тѣ области Мадагаскара, гдѣ говорятъ на другихъ нарѣчіяхъ, хотя
и одного лингвистическаго корня, весьма схожихъ п по составу слову, и по ковструк-
782
ціи фразъ. Пойидпмему, еща раньте говасовъ другія родственныя оиь племена утвер-
дились па островѣ; позднѣе различные этническіе элементы,—байту, арабы, индусы,
приходили одни за другими ва этв берега, и пастушьи- то первоначальное единство
культуры, которому налгати обязаны общностью своего языка. Весьма даже вѣроятно. что
обитатели острова съ черноватой кожей были вовсе ни африканскіе негры, а мелане-
зійцы, пришедшіе съ Дальняго Востока, неизвѣстно когда, вь до-исторнчсскую эпоху,.
Ни если, дѣйствительно переселенія были мт>гочисдепы и другіе малайпы, даже
полинезійцы ранѣе говасовъ заселили островъ, то представляется весьма вѣроятнымъ,
что переселенія ихъ лроисходиди не безсознательно, асъ полнымъ званіемъ направленія
вѣтровъ и теченій, съ знаніемъ мѣстоположенія земель, па какія чни зарились.
Каковы бы пи были вопросы, остающіеся и въ настоящее время безъ отвѣта,
надъ которыми задумывался историкъ отдаленныхъ мі|ювь,—одно не подложить со-
мнѣнію, что но только племена н народы, по также и различныя цивилизаціи смѣняли
одна другую на этихъ обширныхъ морскихъ пространствахъ, которыя отдѣляютъ Старый
Свѣтъ отъ Новаго. Сколько маленькихъ отдѣльныхъ человѣчествъ, считавшихъ каждое
про себя, что именно оио-то и составляетъ весь міръ,—погибли ранѣе, чѣмъ народи-
лось великое человѣчество, съ коллективнымъ сознаніемъ и, обнимающее всю поверхность
планеты, освѣщаемой съ востока на западъ однимъ и тѣмъ же солнцемъ!


Во всѣ времена религіозныя страсти имѣли
только второстепенное значеніе сравнительно
съ стремленіемъ народа къ благосостоянію.
ГЛАВА I *).
Имперія и императоры.—Государство, религія и наука.—Борьба съ варварами.—
Равоина.--Взятіе Рима Лпарихоы».
Въ эпоху, когда моряки Индѣйскаго океана привезли западному міру первыя
свѣдѣнія о народахъ, живущихъ па концѣ Азіи и на берега»ъ сосѣднихъ океановъ,
Римская имперія заключала въ своихъ огромныхъ предѣлахъ только пародовъ, стре-
мившихся романизоваться, представляла такое величественное и могущественное цѣлое,
что, такъ сказать, воплощала собою весь міръ и, 'повидимому, осуществляла объединеніе
всего человѣческаго рода. А между тѣмъ въ глубокихъ слояхъ уже начиналось разло-
*) Іисусъ Христосъ не упоминается языческими писателями, кромѣ Цельса, ко-
торый спустя 160 л. по Р. Хр. въ своемь сочиненіи «Истинная рѣчь» разбираетъ
жизнь Христа и Евангеліе съ точки зрѣнія исторической и раціональной. Этотъ трудъ
извѣстейъ только по извлеченіямъ, которыя дѣлалъ Оригенъ въ своемъ сочиненіи «Про-
тивъ Цельса».
Апостолъ Павелъ родился въ Тарсѣ въ 752 г. отъ основанія Рима; онъ сначала
ЭЛИЗВ РЕКДЮ. ВЫ О. V.
50
786
ж<*піе. Если движенію варваровъ удалось уничтожить политическій строй этого громаднаго
государства, то именно потому, что разложеніе уже давно подготовлялось внутри огром-
наго тѣла; оно треща іо, раскалываюсь, распадалось, разламывалось во всѣхъ напра-
вленіяхъ; оставалось только сдѣлать подкопъ и заложить туда мину, чтобы взорвать
и всѳ перевернуть.
Па сѣверныхъ границахъ Имперіи войны не сопровождались вторженіемъ новыхъ
ревностно занимался іреслѣдовапіемъ христіанъ пъ Палестинѣ, между прочимъ, прини-
малъ участіе въ осужденіи па смерть архидіакона Стефана, побитаго камнями въ 790
году (37 г. но Р. Хр.); обратившись въ христіанство, онъ сдѣлался такимъ же рев-
ностнымъ послѣдователемъ Христа и прошелъ Вэстовъ съ проповѣдью Евангелія. Отъ
Антіохіи до Коринна, отъ Галатіи до Македоніи онъ основывалъ церкви и, наконецъ,
приоылъ вь Римъ въ 805 г. (62 г. но Р. Хр.). Спустя четыре года онъ былъ под-
вергнуть здѣсь казни, іідпі-времспно, какъ говорятъ, съ апостоломъ Петромъ.
Списокъ парѳянскихъ царей, Арзакидовъ, отъ Арзака, ум. ьъ 4 97 г. (254 до
Р, Хр.) до Артабана IV, ум. въ 978 г. (226 во Р. Хр.)—вполнѣ не выясненъ. Между
(’ассарндами, до взятія Рима Адаряхомъ упомянемъ о Ардсширѣ, царствовавшемъ отъ
978 до 992 г. (225—240 по Р. Хр.), ' Шатрѣ I (Сапорѣ) (241—271 г.) и ПІа-
пурѣ II (309--380).
Оденатъ, князь Пальмиры, умеръ въ 267 г., а Зиновія—въ 272 г., немного
спустя послѣ пораженія ея Авреліаномъ.
Изъ римскихъ императоровъ послѣ Марка Аврелія, ум. въ 180 г. по Р. Хр. и
Коммода (180—193), ограничимся указаніемъ только нѣкоторыхъ изъ общаго числа
60 и нѣсколькихъ лицъ, носившихъ званіе императора на Западѣ:
Септимій Северъ (193—211), Паракалла (211-217), Гсліогабалъ (218 —222),
Александръ Северъ (221—235), Валеріанъ (253 — 800), Галлісігь (260—268) въ
эпоху ♦Тридцати тиранновъ», спорившихъ за власть—Авреліанъ (270—275), Пробъ
(276—262), Діоклетіанъ (284—305), Константинъ (509—337), ІОііапъ (360—
363), Валгнть в Валептипіанъ (364—379), Ѳеодосій (379—395), Гонорій (395—424)
Нѣкоторые писатели и философы:
Гилдель, іудейскій пророкъ I вѣсъ до Р. Хр.
Филонъ, александрійскій философъ, въ 732 -806 отъ основанія Рима, 54 по
Р. Хр.
Іосифъ Флавій, историкъ, род. въ Іерусалимѣ. 37—90 по Р. Хр.
Квинтиліанъ, рэд. въ Испаніи, ум. въ Римѣ. 42—120.
Тацитъ род. въ Умбріи. 54—130.
Ириней, род. въ Смирнѣ, епископъ Ліона 125—20о.
Тертулліанъ, род. въ Карѳагенѣ. 160—240.
Оригенъ, род. ьъ Александріи. 185—254.
Мани, персидскій реформаторъ. 240—274.
Арій, род. въ Александріи, ум. въ Константинополѣ. 280—336.
Евсевій, род. вь Палестинѣ, епвекоиъ Цезарін. 267—340.
Св. Мартинъ, род. въ Паиноиіи, епископъ Турскій. 316—390.
Св. Иннокентій I, род. вь Альбани, папа съ 404 г. по 417.
Св. Іеронимъ, род. въ Памоиіи, ум. въ Виѳлеемѣ. 331—420.
Павелъ Орозь, род. въ Таррагонѣ, ум. въ Гиппонѣ. Конецъ IV в.
Св. Августинъ, род. въ Тагастѣ, ум. ьъ Гиппонѣ. 354—430.
Сальвіенъ, род. въ Кельнѣ, ум. въ Марсели. 39о—484.
Аполлинарій СвдонскіЙ, род. вь Ліонѣ, епископъ Клермонскій. 430—489.
787
религіозныхъ идей, ни съ востока въ то время, какъ пярняно оспаривали у римлянъ
матеріальное господство въ передней Азіи, въ среду ринскнхъ патриціевъ, въ піъ праздной
и пышной жизни прельщавшихся всякими иностранными новинками, и въ сердца рабовъ
и пролетаріевъ, жадно воспринимавшихъ всякое ученіе о справедливости и возмездіи,—
стали незамѣтно проникать новыя религіозныя вѣянія. Сами завоеванія римлянъ раз-
бивали древнія рамки религіи и вносили монотеистическія вѣрованія въ бассейнъ Среди-
земнаго Моря.
Изьвсѣхьвосточныхь религій, причинявшихъ постепенное расчлененіе римскаго обще-
ства и смѣщавшихъ его съ массою варваровь-за-
воевателей, сам^й сильной въ зтомъ дѣлѣ явилась
христіанская, которая не только восторжествовала,
но и уничтожила всѣ другіе культы, то вбирая
ихъ въ себя, то уничтожая огнемъ и мечомъ. Ко-
нечно, эта религія, какъ и всѣ предшествовавшія
ея, а также послѣдующія, имѣла сложное проис-
хожденіе у всѣхъ пародовъ, участвовавшемъ въ ея
развитіи, но преданіе пріурочиваетъ ея происхож-
деніи къ одной точкѣ земли—Виелоему и къ одной
личности —Іисусу...
Римская имперія, благодаря своему величестві а
ному единству, способствовала распространенію еди
наго культа: одинъ императоръ, одинъ законъ есте-
ственно влекли за собою и существованіе одной
вѣры. Но нужно было бороться. Столкновеніе
между различными восточными религіями, стремив-
шимися къ господству надъ душами, окончилось въ
пользу назореяпъ. ученіе которыхъ во многихъ
отношеніяхъ сливалось съ греческой философіей;
оставалось только приспособить ее къ установле-
ніямъ я обычаямъ: чего она не могла измѣнить,
то должна была принять. И прежде всего нужно
было утвердить нормальныя отношенія съ прави-
тельствомъ
Крестъ оъ кольцомъ—христіанскій
символъ
(До христіанъ още египтяне пользова-
лись такимъ крестомъ, какъ оямяопомъ
безсмертія души).
Первыя христіанскія общины составлялись свободно, во подчиняясь закопамъ. Это
было время ожиданія конца міра. Небеса должны были разверзнуться и земля рас-
крыться; все видимое исчезнуть въ огромномъ пожарѣ и затѣмъ, за всеобщей смертью
долженъ былъ послѣдовать страшный судъ надъ всѣмъ, что имѣло жизнь. Наканунѣ
этѵго переворота, въ которомъ должны были ва вѣкъ погибнуть всѣ злые, легко было
гордо отвѣчать: «Лучше ослушаться людей, чѣмъ не угодить Вогу>.
Но день великаго гнѣва ве наставать. Проходили дни за днями, десятилѣтія за
десятилѣтіями, а императоры продолжали властвовать въ Римѣ. Поэтому нужно было
дѣйствовать осторожно, чтобы не рисковать немедленно жванью или свободой, вѣдь
788
толпа, даже поднятая моральной идеей или коллективнымъ энтузіазмомъ, никогда не
состоитъ цѣликомъ изъ людей, геройски рискующихъ жизнью; большинство употребляетъ
вгѣ силы, чтобы сохранить ее, стараясь согласовать свою совѣсть съ требованіями
времени. Оттого церковь громко заявила о своемъ уваженіи къ властямъ, «держащимъ
мечъ въ рукахъ*; вѣрнѣе, объявляла себя строгимъ сторонникомъ закопа в послушнымъ
подданнымъ властителей. Тѣмъ но менѣе церковь но могла избѣжать гоненій, такъ
какъ сама стремилась къ полному господству и въ этомъ отношеніи неминуемо должна
была столкнуться съ другой верховной властью—императорской; она таила своя намѣ-
ренія, подъ видомъ униженія, постепенно подготовляя осуществленіе. Если бы «безуміе
креста» овладѣло всѣми исповѣдниками христіанской вѣры, какъ разсказывается въ
лѣтописяхъ мученичсствъ, составленныхъ долгое время спустя, когда христіанство въ
сгою очередь стало господствующей религіей, то власти принялись бы за методическое
истребленіе повой религія, и Тертуліанъ никогда не сдѣлать бы своего знаменитаго за-
мѣчанія объ участіи христіанъ во всѣхъ сторонахъ жизни Имперіи, въ арміи, въ пре-
торіяхъ, во дворцахъ. Если христіанамъ удалось всюду проскользнуть, то потому, что
очи всюду приспособлялись къ установленіямъ, осуждаемымъ ихъ внутреннимъ убѣжде-
ніемъ! Исключая вѣско тъкпхъ чрезвычайныхъ періодовъ, христіанамъ по приходиіось
страдать отъ систематическихъ притѣсненій великихъ міра; преслѣдованія ихъ происхо-
дили больше отъ расовой и классовой ненависти, нежели вслѣдствіе религіозной розни.
Въ арміи императоры и военачальники наказывали христіанъ только въ силу своею
положенія, какъ начальниковъ легіоновъ, а не въ качествѣ хранителей вѣры и рели-
гіозныхъ оорядовъ: легіѵнсры-христіанв, отказывавшіеся преклоняться передъ знаменами
в "рдами, настоящими богами арміи, оказывались въ аналогичномъ положеніи съ ново-
оранцамп-энархистами, отказывающимися въ современной арміи отдать честь знамени.
Подчиненіе или, по крайней мѣрѣ, нѣкоторое примиреніе съ національными обы-
чаями въ каждой части Имперіи, поэтому, также было необходимо христіанству, какъ
милость иди терпимость властей, — н зга эволюціи не замедлила совершиться. Прежде
всего, принявъ окончательную форму, христіанство представилось вполнѣ пріемлемымъ
въ глазахъ римскаго общества. Хотя большинство христіанъ были бѣдняки, точный
людъ, рабы и дѣти рабовъ, 0йи скоро отктонились отъ первоначальнаго комупизма,
возбуждавшаго у купцовъ и ремесленниковъ подозрѣнія п служившаго, вѣроятію, при-
чиной перваго гоненія на христіанъ. Когда апостолъ Павелъ провлвѣлывалъ въ Эфесѣ,
протовъ него поднялись заинтересованные въ сохраненіи прежняго культа ремесленники,
особенно золотыхъ дѣлъ мастера, дѣлавшіе серебряныя модели храмовъ. Они кормились
культомъ мѣстной богини и, чтобы обезпечить свой васущиый хлѣбъ, вопили въ про-
долженіи двухъ часовъ: «Велина, велика, Діана эфесская!» Триста лѣтъ спустя, про-
мышленность эфесцевъ измѣнилась, но духъ наживы оставался прежній: коіда соооръ
провозгласилъ, что Дѣва Марія сохранить имя «Божіей Матери» и медали съ этимъ
именемъ не потеряютъ священнаго характера, эфесскій народъ быль полонъ радости и
на улицахъ падалъ къ йогамъ епископовъ, оонимая нхъ колѣни (Монтескье— «Екргіі
ІІ«5 І0І8».
Внутренняя организація церкви также устроилась по образцу Имперіи; преемники
789
апостоловъ стали свящеппмками, и мало-по-малу установилась іерархія между еписко-
пами, священниками п простыми катехизаторами; вѣрные, должны были пріучаться къ
послушанію, н братскія трапезы первыхъ лѣтъ любви и вооіушовлопія была отмѣнены
подъ предлогомъ возмож-
ности скандала.
Одна изъ указанныхъ
Тацитомъ причинъ ослаб-
ленія національное связи
и упадка римской лично-
сти, притокъ варваровъ
въ Римъ, конечно, имѣла
большое значеніе; исторія
представляетъ и продол-
жаетъ представлять иного
подобныхъ примѣровъ.
Иноземцы быстро измѣ-
няютъ жизнь городского
общества, даже когда пхъ
значительно меньше,
чѣмъ мѣстныхъ жителей,
гакъ какъ, движимые стра-
стью къ приключеніямъ
или какимъ-нибудь упор-
нымъ стремленіямъ, онл
обыкновенно превосходятъ
туземцевъ силой воли и
энергіей. Ко времени при-
бытія апостола Павла въ
Римъ, тамъ насчитывали
уже 25 или 30 тысячъ
евреевъ; съ ними, въ гла-
вахъ язычниковъ, смѣши-
вались и христіане, между
вичн постоянно возни-
кали ссоры, такъ что импе-
раторъ Клавдій издалъ
приказъ объ изгнаніи и
тѣхъ и другихъ. Вскорѣ,
однако, и тѣ, и другіе
возвратились: пропаганда,
въ соединеніи съ созна-
ніемъ горести настоящаго,
Статуя св. Петра въ Римѣ.
Эта бронзовая статуя, правая йога которой стерта отъ поцѣлуевъ
вѣрующихъ, считается прпцндлежащнй къ V вѣку, хотя нѣкоторые
относятъ ао къ XII в.
790
и жаждойлучшаго будущаго, удваивала, умножііла число христіанъ По идеямъ, традиціямъ,
стремленіямъ и ненависти, обратившіеся въ христіанство еврея и язычники разныхъ расъ
Римъ. Пастырь Добрый.
Статуя первыхъ лѣсовъ христіанства.
стали настолько чуждыми религіи
Рима, что явилась возможность съ
сѣкотосымъ правдоподобіемъ обви
НИТЬ ИХЪ, ВО время НсроПЯ, ВЪ
томъ прашномъ пожарѣ, одъ ко-
тораго изъ числа 14 кварталовъ
города совершенно погибло туи,
а въ другихъ семи остались только
почернѣвшія стѣны. Во всякомъ
случаѣ толпа, убѣжденная въ вя-
овностя христіанъ, рукоплескала
вхъ казни въ садахъ Нерона.
Въ коштѣ ІІ-го вѣка по Р. Хр..
если христіанство и не предста-
влялось совсѣмъ въ настоящемъ
видѣ, ТО ПО Крайней мѣрѣ опре-
дѣлялось вполнѣ, и измѣненія его
съ тѣхъ поръ происходили ужо
очень постепенно. Христіане,
иригпособиыпіеся но возможности
къ греческой философіи и треоо-
ваніямъ римскаго общества, совер-
шенно ооособилнсь отъ своихъ
воспріемниковъ евреевъ; и съ тѣхъ
поръ зажглась ссамая глубокая не-
нависть между матерью и дочерью»
(Э. Ренанъ).
Взаимная ненависть была тѣмъ
болѣе сильна, что происхожденіе
христіанства, несомнѣнно, лежало
въ іудействѣ; поэтому евреи, со-
хранившіе свою религію, видѣли
въ христіанахъ кощуінтвовав-
ійихь отступниковъ, а послѣдніе
смотрѣли па евреевъ, какъ ва
палачей своего Бога.—и насту-
пила безграничная вражда между
послѣдователями двухъ братскихъ
религій. Преданіе говорятъ, что
долгое время сохранялся обычай
791
Цяпьмвра. Мавзолей.
класть въ гробы си новъ Авраама нѣсколько камней, чтобы опп могли бросать ими въ
«Сына плотника», если бы имъ пришлось встрѣтиться съ нимъ въ загробномъ мірЬ.
Весь багажъ мертвеца состоялъ въ зтигь камняхъ, да нѣсколькихъ монетахъ н дорож-
номъ посохѣ, на который
правовѣрный іудей долженъ
билъ опираться, чтобы ^взой-
ти» въ Іерусалимъ. Обвиняли
и до сихъ норъ обвиняютъ
евреевъ п въ гораздо боль-
шихъ владѣніяхъ; нерѣдко
имъ приписываютъ убійство
христіанскихъ дѣтей, кровь
которыхъ должна будто бы
служить пиъ для приготов-
ленія пасхальнаго хлѣба.
Любопытно, что иго обви-
неніе было какъ разъ старымъ
оружіемъ язычниковъ про-
тивъ самихъ христіанъ: же-
стокія клеветы, какъ видно,
существуютъ во псѣ времена
и во всѣхъ партіяхъ.
Рѣшительно порвавъ съ
евреями, христіанство въ то
же время, насколько поз-
воляли ему догматы, стало
замѣнять древніе языческіе
культы своимь.
Наконецъ, былъ провоз-
глашенъ основной принципъ
вѣры—<0дивъ Богъ въ трехъ
лицахъ!» Таковъ былъ Дог-
матъ; въ дѣйствительности
же вездѣ удержались прежніе
мѣстные культы, только подъ
другими именами, съ нѣкото-
рыми измѣненіями, вызывае-
мыми измѣипвшамася усиліями среды. Нѣсколько измѣнились обряды, исчезли нѣкоторыя
церемоніи, за то явились другія, принесенныя извнѣ или создавшіяся на мѣстѣ. Мѣстами
произошли внезапные перевороты вслѣдствіе нашествій, враговъ, пересоленій, междоусо-
бицъ, но, въ общемъ, переходъ отъ одного культа къ друіому совершался постепенно.
Нѣкоторые святые, какъ св. Гермесъ или св. Элсвтерій, создались просто введеніемъ
792
именъ древнихъ божествъ въ ритуалъ цнрквя. Три лица Троицы, теоретическое -пре дѣ-
леніе котпрыхъ, какъ чистыхъ духовъ, равныхъ по могуществу, безконечности въ про-
странствѣ и времени, было совершенно недостуцро человѣческому пониманію, въ глазахъ
вѣрующихъ, приняли понятную форму, замѣнивъ былыхъ боговъ. Такъ, въ «дномъ мѣстѣ
Богъ-Отецъ занялъ мѣсто Юпитера, въ другомъ Богъ-Сынъ наслѣдовалъ богу-Мнгрѣ,
Оазисъ Пальмиры.
1 :	5 000 000
е-г  гі । ।   г	। •
ь	юэ	гос
зоо Килом
Вакху, Фебу-Адоллоиу. Что касаеі<я св. Духа, то понятіе о немъ было слишкомъ не-
доступно для толпы, чтобы вондотигьія въ какое-нибудь популярное божество. Развитіе
культа Дѣвы въ католической религіи также связано съ увѣковѣчившимися древними
поклоненіями. Афродиты, Артемиды, Деметры, Паллады - Аѳины долго питали вѣрованія
людей; онѣ продолжали принимать поклоненіе, хотя и подъ другими именами
Подобно богамъ, сохранились и религіозные символы, видоизмѣненные только путемъ
медленной эволюціи. Писатели указывали на нѣкоторые символы, какъ на спеціальна-
793
христіанскіе, между тѣмъ они были переданы языческими культами Вѣчный огонь го-
рѣлъ въ храмахъ Минервы, Аполлона, Юпитера, какъ теперь въ храмахъ св. Дѣвы;
фаміамь курился вокругъ статуй йоговъ кань и въ наше время поднимается къ даро-
носицѣ. Священники также брились, также присѣдали и колѣнопреклопялись. Иа гроб-
ницахъ первыхъ мучениковъ были чисто миоологическія украшенія: христіане всо поро-
няли отъ своихъ языческихъ предшественниковъ.
Раздѣленіе Имперіи при Д.оклО'гіанЬ.
Г. 40000000
О	«ооо	2000	лоооКилом.
Владѣнія каждаго жзъ четырехъ императоровъ указаны особою штриховкою. При Діокпѳтівнѣ
Имперія раздѣлялась пв 12 діоцезовъ, управляемыхъ ^викаріями®. Позднѣе ото дѣленіе было
лятпъ слегка видоизмѣнено. Что касается провинціи, то число пхъ все росло: по смерти Августа
ихъ было 29, по смортп 1 аткв Авроаія—42, при Діоклетіанѣ—96, при Гоноріи 120.
Эта религія помутившихся пролетаріевъ долгое время пребывала въ ненависти
къ паукѣ, которую называла всегда «ложной», п была безсильна выразиться въ искус-
ствѣ. Первые христіанскіе поэты очень плохіе, скульпторы христіанскіе именъ скоро
становятся неспособными воспроизвести прилично человѣческія формы; даже грубые
образы исчезаютъ; христіане довольствуются неопредѣленнымъ изображеніемъ голубя или
монограммы Христа, а въ К'-ицѣ концовъ умѣютъ дѣлать только крестъ.
Впрочемъ, хрнстіаист съ самаго начала противилось изображенію человѣка, какъ
704
позднѣе пеламъ; въ игомъ отношеніи ово держалссь завѣта Моисея, осуждавшаго обычай
дѣлать изображенія. Рпторпсгы части повторяли, что Христосъ былъ некрасивъ, осуждая
такимъ образомъ въ его лицѣ культъ красоты; позднѣе, когда развились поклоненіе
Божіей Матери, вѣрующіе, противники пзооражевій, провозглашали также, что св. Дѣва
была избрана пзъ среды нимпигь в некрасивыхъ. Въ началѣ VI вѣка Евсевій,
одинъ изъ самыхъ знаменитыхъ отцовъ церкви, осуждаетъ, какъ языческое, желаніе
имѣть девятыя изображенія», и вплоть до середины среднихъ вѣковъ христіанскіе ученые
и соборы осуждали искусство и художниковъ. Одпако, такъ какъ похоронные обычая
сохранились, какъ и другія общественныя привычки, то могильные памятники должны
были воспроизводиться у христіанъ по образцамъ языческаго искусства: художники ка-
такомбъ продолжали такимъ образомъ дѣло помпейскихъ художниковъ. Такъ называемое
христіанское искусство въ дѣйствительности было поэтому чисто языческимъ, да п въ
птомъ искусствѣ, питавшемъ его, брало тодькч состарившчеся и испорченное. Христіана
подражали подражаніямъ и копировали копіи.
Также точно знанія п утонченность ума презирались первыми христіанами, такъ
какъ оно неизбѣжно было языческимъ. Школа косвенно оставалась, такимъ образомъ,
враждебной христіанству: опа долгое время находилась въ противорѣчіи съ иігвой рели-
гіей. Учрежденія, нравы, языкъ, вся жизнь носила печать прошлаго и проникала, пре-
образовывала христіанство, даже когда оно подучило матеріальную вдаль. Задушенные
политическимъ режимомъ, граждане утратили волю н искренность; ихъ искусство по
теряло правду выраженія, литература стала риторикой и условной формулой, а фило-
софія уступила мѣсто мистическимъ мечтаніямъ.
Явное ничтожество христіанъ въ области науки, поэзіи, птаствческпхъ искусствъ
способствовало отчасти усиленію нрезрѣн.я со стороны римскихъ консерваторовъ къ
повой реіиііп, считавшейся уже постыдной въ силу ея юсгочнаго происхожденія и т<й
среды, въ которой вербовались ея послѣдователи,- рабы, отпущенники, пролетаріи и
бѣдныя грѣшницы. II одиако, это народное происхожденіе, со всѣми условіями пробной
среды, именно и способствовало развитію п торжеству христіанства въ копцѣ концовъ,
несмотря па отвращеніе, выказавшееся къ ней со стороны утонченной греко-римскші
цивилизаціи. Конечно, блаюредиые стоики, всегда державшіеся ьъ сторонѣ отъ нсиорчепнаіо
верхняго класса н стремившіеся жить согласно своему идеалу въ кругу немногочислен-
ныхъ, понимавшихъ пхъ друзей, составляли группу, рѣзко отличавшуюся отъ невѣже-
ственной массы христіанъ. Но религія разума, стоицизмъ напрасно превозносилъ бѣд-
ность, жертвы, требуя «милосердія»,—пародъ оставался глухъ къ этому ученію, которому
надо лава іо грубаю традиціоннаго обѣщанія наградъ ь наказаній
Н<> если толпа не понимала стоицизма, то и онъ въ свою „чередь выказалъ то
же ослѣпленіе; опъ не различалъ силы, увлекавшей народныя массы къ новому идеалу;
овъ воображалъ, что присутствуетъ при обыкновенной:, спорѣ различныхъ іудейскихъ
сектъ между собою. Эта аристократія мысли презирала невѣжество, превоброіала стра-
стями, энтузіазмомъ п ненавистью, не умѣла спустимся въ народъ, и онъ еяраведлиш
не отличалъ ее отъ толпы наслаждавшихся; стоицизмъ и христіанство или совершеніи-
но знали, иіп ненавидѣли другъ друга.
795
Итакъ, христіанство продолжало распространяться въ глубокихъ массахъ пародовъ,
соединенныхъ подъ властью Рима. По мѣрѣ того, какъ единство, казалось, упрочивалось
соединеніемъ столицы со всѣми стратегическими пунктами Имперіи, и число гражданъ
разрослось до того, что въ концѣ III столѣтія поглотило всѣхъ свободныхъ людей,—
росъ и стан'івилея обшимъ для всей Имперіи и безпорядокъ, производимый разностью
культовъ, идей, стремленій. Центральная власть, представленная императоромъ, не могла
уже болѣе опираться на
общее сочувствіе поддан-
ныхъ; послѣдніе раздѣли-
ть на пароды и классы,
ненавидѣвшіе другъ друга.
Чтобы держать яхъ въ
послушаніи, нужна была
сильная армія. Немного
лѣтъ спусти послѣ мвр-
иаго правленія Антони-
новъ, Септимій Северъ,
небѣ лившій двухъ силь-
ныхъ соперниковъ, вос-
пользовался побѣдами,
чтобы преобразовать армію,
создавъ корпусъ прето-
ріанцевъ, наоранныхъ нзь
вгѣхъ легіоновъ, особенно
изъ тѣхъ, которые были
расположены въ восточ-
ныхъ провинціяхъ Им-
періи.
Очевидно, Септимій Се-
веръ образовалъ згу силу
съ тою цѣлью, чтобы
расчитывать на нее во время
гражданскихъ или внѣш-
нихъ войнъ; но етн пре-
данные ему преторіанцы,
когорыг охотно пошли бы
Императоръ Коіштантішъ.
(О х и т у а Луара).
для него противъ самого Рима, такъ какъ были римлянами только по пиевв. сдѣла-
лись тѣмъ оолѣе шасными для гражданъ и для цѣлой націи: пни употребили свою
силу для разбойничанья по провинціямъ и для борьбы за Римъ, какъ за Добычу; и
дѣйствительно, мы идимъ уже въ серединѣ III столѣтія до тридцати кандидатовъ—тридцать
тиранновъ, поддерживаемыхъ различными группами арміи, которые оспаривали другъ у
друга власть надъ Имперіей.
796
Эта коренная. глубокая роаяь между Римомъ и его арміей началась уже во вре-
мена республики. Многочисленные варвары, привлеченные тріумвирами вь число солдатъ,
пріобрѣли знаніе гражданъ и иолучнли участіе кь щедрой раздачѣ земель въ сѣверной
Италіи. Въ то время, какъ чужеземцы истуназн въ армію, сами римляне выходили изъ
исл. Молодые люди 1'нма, а затѣмъ и другихъ итальянскихъ городовь пользовались
вривиллегіей, освобождавшей ихъ отъ военной службы: они довольствовались славой
своихъ предковъ и не стремились завоевывать ее для себя. Теперь за мочь брались
поселяне, которые и становились господами. Въ числѣ преторіанцевъ, возводившихъ на
престолъ н свергавшихъ императоровъ, распоряжавшихся «вѣчнымъ городомъ», какъ
нокоренпымъ городомъ, пе стаю уже болѣе римлянъ, въ истинномъ смыслѣ слова.
При Діоклетіанѣ солдаты не были даже римскими шіддапиымп; это были наем-
ники, навербованныя внѣ границъ Имперіи; будущіе завоеватели, варвары, такимъ обра-
зомъ, вводились самимъ императоромъ, н нужно еще удивляться, что они такъ долю
пе примѣняли своей силы для собственной выюды; ихъ сдерживало еще почтенн къ
священному городу.
Народъ, слабость котораго дошла до полнаго безучастія къ своей полити ческой
судьбѣ, горѣлъ одной сграетыо—къ кровавымъ зрѣлищамъ пирка. Искусство въ убійствѣ
сдѣлалось высшей утонченностью, и римская толпа, жадная до этихъ зрѣлищъ, разби-
рали его въ тонкости; красиво убить человѣка вело къ богатству и славѣ, какъ те-
перь ведогь къ тому же шпага, ловко воткнутая кь шею животнаго рукой тореро.
Властители, относившіеся равнодушно кь цирковымъ играмъ, быстро становились непо-
пулярны; и христіане такъ долго остаі длись ненавистны римской толпѣ именно потому,
что ниъ приписывали намѣреніе уничтожить эги кровавыя зрѣлища; думали, что до-
стигнувъ власти, опн останутся вѣрны своимъ принципамъ, какъ-будто завоеваніе
трона не ведетъ всегда къ утвержденію злі-уиотребленій. Фактически извѣстно, что послѣ
торжества креста, христіанскіе императоры но рѣшались наложить свою руку на
ужасныя празднества, и послѣднія продержались до разрушенія Имперіи и даже позже,
по крайней мѣрѣ, до царствованія Теодориха. Передаютъ даже, что только благодаря
вмѣшательству одиого м> наха быль положевъ коиець боямъ гладіаторовъ; нѣкій Те-
лемакъ, африканскій уроженецъ, бросился па арену, чтобы разлучить сражавшихся; оиъ
былъ убить, по па самое установленіе палъ лучъ милосердія.
Жажда видѣть страданія была такъ сильна, что всякую драму старались испол-
нять реально, а не представлять только. Чтобы возбудить у пресыщенныхв римлянъ
интересъ къ дрсвиему Геркулесу на горѣ Эта, нужно были сжечь иа настоящемъ кострѣ
осужденнаго на смерть. Когда представляли ироцессъ, заканчивающійся казнью, главное
лицо драмы замѣнялось преступникомъ, котораго и распинали на кристѣ. А толпа на-
слаждалась видомъ его агоніи Изъ-за одного каприза совершались иногда маисовыя
избіенія, такъ сказать, искусство ради искусства. Такъ, когда Каракалла, этотъ «вла-
ститель міра», какъ его униженно прославляли надписи въ александрійскихъ храмахъ,
вздумалт въ продолженіи нѣсколькихъ ночей и дней избивать поклонявшееся ему на-
селеніе, у него не было другой причини, какъ только страсть кь убійству, быть можетъ,
еще злоба на какую-япоудь остроту иди внутреннее сознаніе своей под-ости и уродства.
797
Человѣческая жизнь представляла тогда такъ надо цѣны, что ужасная чума, свирѣн-
«твовавшая вч серединѣ III вѣка, сказалась вполнѣ естественнымъ явленіемъ, а между
ті.мъ, вмѣстѣ съ нашествіями непріятелей п слѣдовавшими за кимн избіеніями, она
унесла, говорятъ, половину всего населенія римскаго міра.
Впрочемъ, можно сказать, что даже съ матеріальной точки зрѣнія, въ Римѣ
Раскопки Антиной.—Женщина на молитвѣ, съ Хоромъ и Лнубисомъ.
(Смѣшеніе христіанской и египетской религіи).
уже не было больше римлянъ, когда варвары явились положить конецъ Имперія.
Прежде всего, побЬдніеліі-воепачалыіики приводили толиы рабовъ, которые, сдѣлавшись
отпущенниками, а потомъ я свободными гражданами, влили новую кровь въ рагу,
затѣмъ различные спекулянты, авантюристы, ученые, писатели, всѣ искатели счастья,
стекавшіеся въ Вечный городъ, также постепенно измѣняли этническіе элементы ого
798
населенія. Съ другой стороны произошло и обратное движеніе: римскіе < ины, полу-
чившіе завоеванныя земли, поселились вдали отъ Италіи, безъ всякой надежды на воз-
вращеніе: образовалось обширное кольцо колоній ва счетъ центральнаго очага; множе-
ство ветерановъ арміи, военачальники и другіе патриціи покинути 1’имъ и поселились
въ качествѣ прековсуловь въ провинціяхъ, приведя съ собою толпу законниковъ, пис-
цовъ И ЧИНОВНИКОВЪ.
Въ этотъ критическій періодъ римской исторіи, тенденція громаднаго политиче-
скаго тѣла раздѣлиться на двѣ естественныя половины, Востокъ и Заладь, стала вы-
ражаться все настойчивѣе. Раздѣленіе подготовлялось ужо передъ концомъ республики,
во въ то время контрастъ между обѣими половинами Имперіи маскировался диаді—
религіозной вѣрой въ разроставшуюся славу Рима и рвеніемъ нарождавшагося имперіа-
лизма; тѣмъ пе менѣе каждая географическая территорія мало-по-малу вовврпщалась къ
сознанію своей индивидуальности, сліяніе различныхъ элементовъ становилось гес труднѣе;
разрывъ былъ неизбѣженъ. Можно было опасаться, что раздѣленіе произойдетъ па
пользу какой-нибудь иной, пе римской державы, нанр., армянъ или персовъ, угрожав-
шихъ восточнымъ границамъ, но опасность внезапно явилась въ средѣ самой Имперіи,
на полпутн между Евфратомъ и Средиземнымъ моремъ; тогда съ удивленіемъ глядѣли,
какъ простой рынокъ, Тадморъ, пли Пальмерея, — историческая Пальмира, — сдѣлался
столицей осооаго государства и поколебалъ оыло счастіе самого Рима.
Съ незапамятныхъ временъ этотъ Тадморь уже служилъ спорнымъ мѣстомъ ка-
равановъ, центромъ мѣновой торговли, гдѣ сходились фвн«кійскіг купцы, дамасскіе
негоціанты, вывозившіе продукты изъ долинъ Ливана и Аитиливана, торговые посред-
ники па Евфратѣ п скупщики съ армянскаго Тавра, приходившіе черезъ долину Шапура.
Благодаря св»ему положенію между рѣкой и моромъ, по сосѣдству еь обширной пу-
стыней, переходъ черезъ которую былъ сопряженъ съ трудностями и даже опасностями,
Тадморъ сдѣлался неизбѣжнымъ мѣстомъ остановки па самомъ южномъ пути изъ всѣхъ
естественныхъ путей отъ оазиса къ оазису. Полезный всѣмъ сосѣдямъ и даже насе-
ленію огромнаго полукруга горь, идущихъ отъ Аравійскаго залива въ Персидскому, Тад-
моръ долженъ былъ ради своихъ интересовъ поддерживать мирныя сношенія со всѣми,
чтобы не внушать опасеній купцамъ п пе отклонять ихъ къ сѣвернымъ мутямъ, черезъ
Халебъ п по большому изгибу Еяфрвта. Онъ оставался въ продолженіи долгихъ вѣковъ
самымъ гостепріимнымъ городомъ. Люди всѣхъ расъ радушно принимались въ пемь, и
его рынокъ представлялъ самое любопытной собраніе типовъ в обычаевъ. Здѣсь сходи-
лись представити самыхъ разнообразныхъ культовъ, и когда начала распространяться
христіанская религія, новые исповѣдники толпились въ оазисѣ рядомъ съ евреями, по-
клонниками Юпитера, Митры и эллинскими философами безо всякой религіозной при-
вязанности. «Городъ пальмъ» составлялъ республику, былъ свободнымъ городомъ; онъ
имѣлъ только союзниковъ, ни па кого не нападалъ п, слѣдовательно, пе нуждался въ
защитѣ; онъ долго оставался внѣ исторіи, несмотря на то, что былъ центромъ важныхъ
торговыхъ сношеній.
Къ несчастью, Тадморъ накопилъ сокровища пзъ вѣковыхъ барышей, которые
овъ наживалъ отъ всего древняго азіатскаго міра, включая Кипръ и Египетъ. Кромѣ
799
того, торговая республика подпала подъ власть одного воина, Одеиата, политическіе
замысли котораго заходили далеко за область Евфрата и Оронта; этоть честолюбивый
человѣкъ воспользовался огромными доходами города, чтобы собрать сильныя арміи и
воевать сначала во славу Рима, его сюзерена, а потомъ для себя, въ качествѣ союз-
наго, во соперничавшаго «императора». Его жена, извѣстная въ исторіи подъ именемъ
Европа въ 355—400 г.г.
і: лооооооо
0	1000	2000	зоооКилом
Штрихами ука-запы вппдѣпія Римской имперіи около 380 г. Готы ©ъ IV в. образовывали имперію,
простиравшуюся отъ Чернаго моря до БалтікскагОо Подъ давленіемъ гунновъ, появившихся въ
872 г. па берегахъ Волги, аападлая часта готовъ пришла въ движеніе. Въ 378 г. императоръ
В&дѳнтъ погибъ въ Апдріанополѣ» пытаясь остановить ихъ; Ѳеодосій ваялъ часть ихъ наемниками
въ свою армію, а друг- жъ посолилъ па Дуплѣ. Нѣсколько пѣтъ спустя впаиготы, подъ пачшіь-
ствомъ Алариха, снова двинулись въ путь, перешли Грецію и направились въ Италію. (Путь вхъ
указанъ по Лсфовру—іЭвгшаіпа сі біаѵез).
Зиновіи (Батзебпна) продолжала войны своего мужа в не устрашилась даже пойти противъ
самого Рима. Царица іудейско-греческаго города, говорятъ, питала преждевременно
честолюбивую мечту уравновѣсить западный міръ п создать, за два поколѣнія до Кон-
стантина, восточную группу провинцій съ греческой цивилизаціей и религіей, опере-
дившей въ своемъ простомъ монотеизмѣ аріани.чмъ и исламъ. Но, несмотря на свое
центральное положеніе относительно моря и бассейна обѣихъ рѣкъ Тигра и Евфрата,
800
Пальмира но могла равняться п« своему географическому положенію съ Вавилономъ
или Византіей: вокругъ нея но было плодородныхъ населенныхъ областей, которыя
могли бы служить опорой ея арміи: достаточно было отрѣзать ей пути, чтобы
обречь со на голодъ н безсиліе.
Это раздвоеніе Имперіи, но удавшееся врагамъ, сдѣлалось все-таки настолько не-
обходимо, что самн императоры должны были произвести его. Впрочемъ, уже за нѣ-
сколько вѣковъ появлялись признаки будущаго раздѣленія римской державы, іігромпыіі
эллипсъ долженъ былъ имѣть два ц^тра. Развѣ Антоній не быль владыкой Востока
въ Александріи, а до него Цезарь развѣ нэ думалъ о перемѣщеніи столицы римскаго
міра въ этогь городъ иди въ Трою?
Три вѣна спустя, въ царствованіе Дісклитіана, это разобщеніе между двумя о >-
лозинами Имперіи дошло ужъ такъ далеко, что этотъ императоръ, обладавшій выда-
ющимся административнымъ геніемъ, пошелъ ему навстрѣчу п самъ раздѣлилъ свои
необъятныя владѣнія па четыре достаточно обширныхъ части: двѣ должны были упра-
вляться Августами, а двѣ другихъ—Цезарями, имѣвшими императорскій рангъ, по второ-
степеннаго значенія. Въ то же время онъ хотѣлъ освободить абсолютную власть отъ
вліянія и того остатка могущества, которое могли еще имѣть римскія традиціи, н по-
тому избралъ, вмѣсто развѣнчаннаго Рима, двѣ столицы---Мвланъ для западной части
Имперіи и Никомидію для восточной. Впрочемъ, каждый императоръ стремился къ
безраздѣльному владычеству, и воминальпое единство было возстановлено па время
послѣ побѣды одного изъ преемниковъ Діовлитіана ъадъ раздѣлявшими съ нимъ импе-
раторское достоинство.
Константинъ явился самымъ сильнымъ: его поддержала сила, сообщи: шая имперіи
внезапно связь и единство. Этой силой было христіанство, болѣе объединенное и соли-
дарное въ своихъ проявленіяхъ, чѣмъ различные языческіе культы цивилизованныхъ на-
родовъ и варваровъ, на всемъ пространствѣ отъ океана до Евфрата. Впрочемъ, изъ тру-
довъ авторовъ того временя явствуетъ, что борьба, ковчиишаяся провозглашеніемъ хри-
стіанства государственной религіей, но имѣла религіознаго характера: оба соперника, Коц-
ставтпвъ и Максенцій, стремились къ одвѵь цѣлв. къ политическому владычесті у патъ
міромъ. Между враждующими императорами не было никакого богословскаго спора: ютъ
о другой имѣли дѣло только съ священниками, Максенцій, опасаясь будущаго, обратился
къ оракуламъ, согласи- древнимъ обрядамъ; Константинъ, не менѣе его опасавшійся,
зная, что ого соперникъ заручился п-’мощыо языческихъ божествъ, долженъ былъ
обратиться къ новымъ богамъ.
0днак>>, Константинъ, представленный католическими преданіями ревностнымъ во-
оорникъмь христіанской вѣры, не былъ вполнѣ спокоенъ, пе зная, на его іи сторонѣ
оолѣе сильный элементъ. Обѣ религіозный формы, христіанство и язычество, въ борьбѣ
одна противъ другой, нѣкоторое время находились въ состояніи равновѣсія, и такіе
юнкіе политиканы, какъ Константинъ, могли сомнѣваться, какая изъ двухъ ихъ вос-
торжествуетъ въ концѣ концовъ. Именно въ это время, изъ страха предъ будущимъ,
съ той и другой стороны пришли къ признанію полной свободы мысли и вѣры. Идея
вѣротерпимости зародилась у нѣкоторыхъ благоразумныхъ людей,—и тогда изъ устъ
60).
императоровъ послыпіагись рѣчи, которыя можп.і считать анархистскими. «Пикто щ-
долженъ стѣснять другого; каждый дѣйствуетъ по своему убѣжденію». Такъ выражался
Константинъ, когда ужо побѣдилъ язычниковъ символомъ креста, сознавая могучую силу
инерціи, остававшуюся еще у его противниковч.
Когда, наконецъ, сто власть упрочилась, онъ призналъ за благо быть одновременно
главой обѣихъ враждебныхъ религій, какъ современный правитель, отъ котораго адми-
нистративно зависятъ и священники, н пасторы, и раввины. Константинъ сумѣлъ дер-
жать въ равновѣсіи опасенія, надежды н ревнивое соперничество своихъ языческихъ и
и христіанскихъ подданныхъ, консерваторовъ п новаторовъ. Такъ, онъ въ одинъ годъ
издалъ два указа: однимъ устанавливалъ празднованіе воскреснаго дня, а другинь—
предписывалъ регулярныя ауспиціи (гаданія будущаго). Воскресеніе явилось одновременно
«дномъ Господнимъ» и «днемъ солнца», Иіез зоііз, яипііау. Константинъ воздвигалъ
церкви, по одинаково щедро возстановлялъ п обогащалъ языческіе храмы. Онъ выби-
валъ медали въ честь Юпитера и Аполлона, Марса и Геркулеса, и не срсминулъ ис-
полнить долгъ благодарнаго сына, возведя въ рангъ боговъ своего отца Констанція.
Оставалось только установить союзъ тропа съ алтаремъ: но когда христіипсті о
сдѣлалось дѣйствительно господствующей религіей, и служеніе старой вѣрѣ стало почти
признакомъ непокорности, когда властители нашли, что моіутъ располагать силой безъ
опасенія, они заговорили словами, продиктованными іімь святыми учителями церкви:
«Вырвите съ корнемъ того, кто приноситъ жертвы богамъ. Запрещается имѣть сожалѣ-
ніе къ нему; его нужно побить камнями, казнить смертью, хотя бы ято былъ твой
братъ, сынъ и покоющаяся иа груди твоей жена!» Такъ набожный Фмрмикъ Матсрнь
наставлялъ сыновей Константина на долгъ сознательныхъ гонителей. Августинъ также
говорилъ о «мечѣ праведныхъ законовъ» противъ заблужденій и составлялъ кодексъ,
на основаніи котораго позднѣе инквизиторы съ спокойной совѣстью жгли еретиковъ.
Это право карать язычниковъ а отступниковъ, враговъ православнаго Бога, при-
надлежитъ нмъ безъ сомнѣнія потому, что опи воображаютъ, что послушны опредѣленно
выраженной волѣ свыше, и это право легко превращается въ долгъ. Но прежде всего
п-ідобаоть господамъ положенія отомстить за прошлыя гоненія, недавніе ужасы. «Гос-
подь ровпивъ и мстителенъ», также и стадо его вѣрныхъ. «Блаженны будутъ святые,
говоритъ одинъ изъ нихъ, Ѳома Аквинатъ,—такъ какъ опи получатъ радость узрѣть
страданія осужденныхъ».
Гоненія гораздо менѣе примѣнялись къ яяычпіікамъ, чѣмъ къ братьямъ по вѣрѣ,
соперничавшимъ въ достиженіи власти. Первый законъ, постановившій смерть за ересь,
былъ изданъ Ѳеодосіемъ противъ секты манихосвь: эго первый текстъ, въ которомъ
унчмннастся объ инквизиціи. Издали богословскіе споры представляются какъ бы вну-
шенными только пылкостью убѣжденій и страстью къ духовному господству, по, раз-
сматривая ихь ближе, обнаруживаются и другія причины. Въ эпоху, когда христіанство
взошло съ Констанстанз иномъ на тропъ, духовенство, особепи-і на Востокѣ, съ остерве-
нѣніемъ спорило о природѣ Іисуса Христа: персидское, египетское, іудейское и греческое
вліянія скрещивались здѣсь въ различныхъ направленіяхъ, безконечно запутыв.ія бого-
словскія топкости. Быль ли Христосъ созданъ своимъ Огломъ, какъ проповѣдывап
3.1 ИЗЕ РЕКЛЮ. ВЫП. V.
51
802
Арій, пли онъ г.уществ»валъ । о вѣки вѣковъ, равный Отцу пч естеству? Пли Оиъ былъ
равенъ сну толма ио юлѣ? Все это были, конечно, вопросы, волновавшіе толпу, по
жоторыгь она по могла понимать. Другъ друга проклинали, убивали, но зная даже, изъ
за чего, такъ какъ настоящими причинами были ставки богатства и власти, состояв-
шія изъ имѣній, дворцовъ, капиталовъ; подъ религіозными интересами скрывались ико-
номическіе. Впродолжсиіе болѣе пятидесяти лѣтъ велась Оорьба съ различнымъ успѣхомъ:
соборы и императоры рѣшали ее за и противъ, ио побѣда осталась за «Пвкейсквмъ
символомъ», провозглашеннымъ первымъ соборомъ въ царствованіе Константина; мнѣніе
Арія стало «ересью», и его ученіе, изгнанное азъ Имперіи, нашло 'ріютъ на нѣкото-
рое время только у варваровъ, готовъ, вандаловъ п ломбардовъ. Въ имперіи утверди-
лось единство вѣры, что было большимъ преимуществомъ для властителей, желавшихъ
создать среди своихъ подданныхъ единство въ послушаніи.
Въ то-жѵ самоа время персидскій цари также гоненіями достигли единства вѣры,
по крайней мѣрѣ внѣшнимъ образомъ, въ своей оффпціальпой религіи, маздеизмѣ: здѣш-
ніе еретики (манихеи) были осуждены въ тюрьмы пли на казни, быть можетъ, съ са-
мого Майи была содрана съ живого кожа. Это называется «персидской казнью»; кожи
казненныхъ, надутыя воздухомъ н набитыя соломой, развѣвалнеі передъ дворцами вла-
стителей.
Направленіе религіозной вѣры, которой отнынѣ правительство прядало офиціаль-
ный характеръ, повлекло за собою н моральное направленіе, т. е. власть взяла на іебя
и роль воспитателя. Прежде, во времена республики, цензоры наблюдали за тЬмъ, чтобы
каждый гражданинъ сообразовалъ свою жизп» съ общими правами и законами; пять-
сотъ лѣтъ спустя, подъ управленіемъ имперскихъ чиновниковъ, коіда скептнцшмъ низ-
вергъ старые законы морали, господа положеніи ^обратили, чго смоіуть продиктовать
другіе, новые законы. Новое государство, съ его претензіей на роль Ировидінііл, паяв-
шее пз себя отвѣтственность за счастіе своихъ подданныхъ, диктуя имъ поступки и
мыслп, родилось уже раньше Діоклетіановъ и Копстаіппповъ. Еще при Волпасіипѣ об-
разованіе было связано съ государствомъ. Риторы сдѣлались тогда, если но настоящими
чиновниками, то по крайней мѣрѣ пансіонерами, какъ при Птоломеяхъ. Квинтялішъ
училъ реторпкѣ на счетъ императора; Адріанъ, Амтовій, Маркъ Аврелій освоили
также каоедры грамматики и риторики; Александръ Северъ построилъ шкоды и создалъ
стипендіи для бѣдиыхь дѣтей иди, вѣрнѣе, рѣшилъ, что города будутъ содержать учо-
никовъ, которыхъ они изберутъ, пакъ достойныхъ полнаго образованія. Первый шагъ
оыль сдѣланъ, и изъ этого движенія должна была вылиться система обученія, которая
понынѣ господствуетъ въ цивилизованномъ міріі.
Наиоолѣе всѣхъ подвинулся впередъ но этому пути и былъ новаторомъ па немъ
тотъ Юліанъ, котораго христіанская церковь отмѣтила именемъ «Отступника»: овъ пред-
ставлялъ собою реакцію образованныхъ язычнпкоъъ противъ господства невѣжествен-
ныхъ п грубыхъ христіанъ. Въ дѣйствительности же Юліанъ в-все не стремился вер-
нуться къ старому язычеству: христіанинъ противъ собственнаго желанія, онъ хотѣлъ
только утвердить то, что было хорошаго въ язычествѣ, и соединить это съ религіей по
собственному выбору, которая оокриіпла бы языческую форму, но облеклась бы повой
803
нравственностью. Эту религію опъ самъ называлъ «эллшшзмомъ», и ова дѣйетвательпо
была домнѣ греческой ло своей философіи и высокой нравственности. Увлеченный
такимъ несбыточнымъ проектомъ, этотъ императоръ, стремившійся къ добру, а надѣлав-
шій только зла, благодаря страшной прерогативѣ неограниченной власти, первый при-
мѣнилъ могущественную администрацію нмноріи, чтобы создать на пользу государства
единство обученія. Онъ повелѣлъ городамъ представлять ему выборъ учителей и дпкіо-
Е ь р и и а въ 400—425 г.г.
I 40 000 С ОО
1000
гооо
ЪоооКилом.
Штрихами указаны лладѣпія Римской имперіи около 420 г. Продолжая свои путь, лизаготы
поросѣкли доливу р По. Одинъ изъ вапдвловъ, римскій ПОЛКОВОДЕЦЪ Стнлпхонь, по главѣ 60? 00
гунновъ, разбиваетъ пхъ при Полдеіщік (403 г.); одпако, чрезъ нѣсколько лѣтъ Лларпхт. беретъ
Римъ, идетъ іи. ТО. Италію л умираетъ близъ Мессинскаго пролива. Его замѣотптель поступаетъ
на римскую -дужбу, принимаетъ участіе въ преслѣдованіи вандаловъ и достигаетъ въ 417 г. до-
лины Эбро. Въ 40Ь г, Стплихопъ разбиваетъ близъ Флоренціи спустившіяся долиною р. Адігжа
полчища подъ предводительствомъ царя-жроца Радагеса. Вандалы, увлечены аланами, спуска-
ются въ долину Дуная, пытЬоляють своповъ и др, народности, вторгаются пь 406 г. въ Галлію и
пересѣкаютъ въ 410 г. Ларппоц. (Путь пародовъ указанъ по Лофопру).
валъ послѣднимъ программу того, что опп должны были преподавать, указывая, какигь
ученій они должны избѣгать. Онъ воспретилъ имъ иропокѣдывать идеи, противныя на-
роднымъ вѣрованіямъ. Такимъ образомъ государство сдѣлалось школьнымъ учителемъ.
Свобода кончалась н надолго. Этой централизованной организаціи обученія, задуманной
804
Противъ христіанства умирающимъ язычествомъ, суждено било служить христіанству
противъ всякой ереси, противъ всякаго новшества, противъ свободы даже мысли, и она
служить до спхъ поръ всякому правительству противъ тѣхъ, кого оно боятся.
Эдиктъ 370 г., изданный Валонтипіапемъ Патентомъ и Граціаномъ па имя пре-
фекта Рима, Олвбрія, ши: азы кастъ намъ, съ какимъ дсіпогизмомь толковалось ото право
вмѣшательства правительства, считавшагося директоромъ параднаго образованія: всѣ же-
лавшіе учиться въ РниЬ должны были предъявить начальнику ценза или префекту по-
лиціи свидѣтельство правителя провинціи о разрѣшеніи учиться, годѣ, мѣстѣ рожденія
и характерѣ. Записавшись па курсы, они должны были строго слѣдовать указанному
пути образованія, подчиняться правиламъ полиціи, подъ угрозой сѣченія, и уѣзжать,
достигнувъ двадцати лѣтъ: «если опи сами не уѣдутъ, префектъ долженъ нхъ отправить,
хотя бы противъ ихъ воли». Оставалось только подавить всякую иниціативу городовъ
и личности для образованія Въ логической послѣдовательности идей византійскіе им-
ператоры скоро къ эіѵму и пришли.
Однако, такое медленное средство смягченія людей путемъ воспитанія слишкомъ
пе согласовалось съ обыкнь .еппыми капризностью и страстностью властителей, и они
предпочли болѣе легкій методъ—грубаго приказанія. Лучше было уже прямо воспрепят-
ствовать самому зарожденію мысли. Такъ, сметливый Траянъ, послѣдовательный въ раз-
витіи своей власти, пизачто не хотѣлъ позволить, чтобы пипомвдійскіе рабочіе осно-
вали общество для тушенія пожаровъ: всякое собраніе умныхъ людей, по его мнѣнію, могло
вызвать послѣдствія, болѣе вредныя, чѣмъ гибелъ пѣеколькихьдѵмовь или даже цѣлаго города.
Подавлять, препятствовать, воспрещать,—вотъ обычная тактика повелителей, даже
самыхъ неумныхъ. Вь 290 г. Діоклетіанъ иовелѣлъ сжечь всѣ старыя книги по алхиміи,
чіобы египтяне не узнали древиихъ тайнъ, не могли бы больше узнавать, какъ фа-
брикуются металлы, и не м< гли превзойти рпмллпъ своими богатствами.
Послѣ побѣдъ Озодосія, і-пѣшниыь образомъ возстановившихъ не надолго единство
имперіи, наконецъ, окончательно произошло раздѣленіе имперіи на Восточную в За-
падную половины. Это было въ концѣ ІѴ'-го вѣка нашей эры Но эгв двѣ половины
уже но представляли, по пространству и особенно по силѣ, римскаго міра въ его цѣленъ,
какимъ онъ билъ при Траянѣ н Маркѣ Авреліи: въ имперію уже проникли варвары.
Готскій пародъ, одинъ изъ тѣхъ, впрочемъ, который ваименѣ заслуживалъ названіе
«варваровъ», и который постепенно цивилизовался, сталкиваясь съ населеніемъ Дакіи
и Оракін, подвинулся на югъ отъ Дуная, затѣмъ исрешілъ черезъ Балканы я одержалъ
побѣду надъ византійскими римлянами близъ г. Адріаноноля. Кавалерія гоіивк достигла,
съ одной стороны, Эгейскаго моря, съ другой—Адріатическаго. Правда, Веодоеій успѣлъ
преградить путь этому нашествію, но долженъ былъ, подчинившись новымъ экономиче-
скимъ условіямъ, созданнымъ вторженіемъ готовъ, дать имъ земли въ надеждѣ при-
крѣпить іпъ къ странѣ, обративъ молодыхъ, воинственныхъ грабителей въ воиновъ-
хдѣбоиашцевъ; овъ самъ ввелъ также въ свою армію сорокъ тысячъ готовъ, сдѣлав-
шихся римлянами.
Впрочемъ, несмотря па явные признаки упадка, наполнявшіе горечью гражданъ
съ возвышенной душою, «Вѣчный городъ», воплощая Имперію, сохранялъ такъ хорошо
805
свой престижъ, что даже вторгнувшіеся варвары по помышляли о разрушеніи его мо-
гущества; опи хотѣли только участвовать въ его богатствѣ и славѣ, ио вѣрили въ его
вѣчность. Эти чужестранцы различныхъ расъ жаждали прежде всего стать гражданами,
Равенна и оя окрестности.
і: іоооооо
10	30	во И И л о м
Распредѣленіе водъ показано по картамъ конца XIX о. Вь эпоху, когда Рононпа сдѣлалась сто-
лицею имперія, дельта р. По и береговая линія менѣе выдвигались въ море, а полоса болотъ была
обширнѣе. Нижнее теченіе р. Рено—проииііі рукавъ р. По.
частью величайшаго народа. Ни одна ранѣе покоренная провинція не пыталась вернуть
свою политическую индивидуальность, ни одинъ древній народъ по возвращалъ себѣ
независимость, чтобы отдѣлиться отъ всемірнаго государства. Римская имперія держалась
806
силой своей массы и своего величія, какъ тяжелыя тріумфальныя арки, воздвигнутыя
ея строителями, существующія понынѣ, изъѣденныя временемъ. Нѣсколько тысячъ че-
ловѣкъ, разсыпанныхъ среди галловъ, по ноглп бы сдерживать народы въ точеніи цѣ-
лыхъ пяти вѣковъ, если бы господство римлянъ было дѣйствительно ненавистно, если
бы потомки покоренныхъ чувствовали свое пораженіе. Нѣтъ, какъ ни тяжелъ былъ
чужой законъ, но онъ исходилъ съ такой высоты, что казался божественнымъ. Одно
имя Рима казалось зтимь скромнымъ подданнымъ, не связанныхъ между собой н соз-
нававшимъ свою слабость, символомъ высшей силы, иочтн равной силѣ рока! Что же
удивительнаго, что народы средиземнаго побережья преклонялись передъ статуями импе-
раторовъ и дѣйствительно вѣрила въ божественность своихъ властителей?! Трудно был-
бы понять обратное. Инстинктъ обожанія, соотвѣтствующій у человѣка чувству соб-
ственной слабости и безсилія, нирть проявленія пи отаошеіію ко всякому владѣющему
силой, особенно если она кажется непоколебимой, какою съ давнихъ ш-ръ было римское
господство. Послѣ паденія Рима, суевѣрное уваженіе къ древней римской имперіи про-
должало жить въ теченіи вѣковъ и даже но угасло понынѣ.
Однако, внутренняя и внѣшняя борьба въ концѣ концовъ ослабити чувство рим-
ской неуязвимости (Фюс-гель до-Кулапжъ): національное сознаніе исчезло у 'амнхъ
гражданъ, хотя жило еще въ формулахъ и традиціяхъ. Когда Византія замѣнила, на-
конецъ, Римъ, явившись центромъ императорскаго владычества, то подъ властію нмпе-
раторові собрались ужо не римляне, а смѣсь йоду варварскихъ народовъ, едва знакомыхъ
одинъ съ другимъ; хотя идея общаго единства чмперіл продолжала существовать, но
раздѣленіе совершалось даже помимо желанія. Все еще .родолжали вѣрить въ суще-
ствованіе великаго Рима, когда уже было два императора, съ совершенно различными
интересами. Думали, что равные по силѣ а значенію, >нп были двоенымъ воилещеніемь
верховной силы, считавшейся единой. Тщетная иллюзія! Когда Римъ подвергся нападе-
ніямъ, Византія, продолжавшая свое существованіе и имѣвшая собственныя жизненныя
силы, не могла, однако, помочь Западной имперіи противъ общаго врага.
Расчлененіе, большею частью зависѣвшее отъ внѣшняго давленія вторгавшихся
народовъ, происходило также н отъ внутреннихъ причинъ, въ числѣ которыхъ хри-
стіанство было сані>й сильной. Христіанская пропаганда переходила хранены имперія;
опа обращалась къ готамъ и вандаламъ пе менѣе, чѣмъ къ римлянамъ, и даже пред-
почтительно, такъ какъ проповѣдникамъ был» гораздо легче обратить наивныхъ чуже-
странцевъ, чѣмъ заставать увѣровать скептическіе умы цивилизованныхъ, сознававшихъ
древнее римское превосходство. Можно ли бшо одновременно исповѣдовать Христа н
чтвть героевъ, создавшихъ величіе города?
Подобна тому, какъ при смоемъ рожденіи, христіанство освоооднлось отъ узкаго
круга синагоги, чтобы обратиться къ грекамт и римлянамъ, точно также и теперь оно
переступало границы необъятной имперіи, чтобы охватить массы варваровъ до краевъ
міра: не звая границъ, христіанская религія тѣмъ самымъ уменьшала силу государства
м способствовала, къ извѣстной мѣрѣ, наряду съ философіей, развитію понятія о чело-
вѣчествѣ, единицѣ, гораздо высшей, нежели отдѣльный народъ, группа нлн даже госу-
дарство
807
Всякая революція—сложное явленіе, и та самая религія, которая способствовала
паденію Рина всеобъемлющей полнотой своего идеала, ускоряла равнымъ образомъ рас-
паденіе римскаго общества тѣмъ значеніемъ, козорос опа придавала отдѣльной личности.
Каждый человѣкъ не имѣлъ ничего общаго съ другими людьми, кромѣ соучастія къ пер-
вородномъ грѣхѣ и, подъ угрозой страшныхъ адскихъ мукъ, у пего вся надежда сосредото-
чивалась въ молитвахъ и умерщвленіи плоти Кащіыіі долженъ былъ въ основу жизни по-
ложить спасеніе своей души, каждую минуту дня трудиться для этого. И вь то же
время до послѣдняго момента онъ долженъ былъ опасаться нсуспѣх?, такъ какъ «много
званыхъ, по мало избранныхъ».
Подъ конецъ имперіи, христіанскій догматъ принялъ окончательную форму подъ
вліяніемъ истиннаго преемника апостола Павла, св. Августина, богослова, которому
суждено было болѣе тысячи лѣтъ вдохновлять католиковъ, а потомъ христіанскихъ
реформаторовъ. По крайней мѣрѣ, въ Западной церкви ученіе этого властнаго епископа
слилось съ самимъ догматомъ. Человѣка учили не надѣяться па самого себя, а ждать
всего отъ милости Божіей. И, по изумительному совпаденію, та самая эпоха, когда
Августинъ провозгласилъ полное безправіе человѣка, вынесъ ему. такъ сказать, смертный
приговоръ, была тѣмъ періодомъ исторіи, когда варвары взялись исполнить этотъ при-
говоръ, разоривъ страну до копца, уничтоживъ мѣстную цивилизацію в выбросивъ
Африку на много столѣтій изъ исторіи.
Осужденные всегда идутъ навстрѣчу своей судьбѣ. Римляне временъ упадка
увлекались варварами и нерѣдко старались подражать имъ въ ихъ пріемахъ. Особенно
христіане, счастливые тѣмъ, что видѣли въ варварахъ послѣдователей спо^й вѣры, ста-
вили пхъ вь примѣръ грекамъ и римлянамъ, какъ будто они вносили болѣе высокую
цивилизацію. Также какъ Сальвіевъ п|ыііовѣдывалъ ненависть къ богатымъ и отпускалъ
грѣхъ вовставшнмъ баюдамъ, огнемъ и мечемъ прошедшимъ Галлію, св Аагустпиъ при-
зывалъ вандаловъ, чтобы основать съ иими «Божій городъ»: онъ думалъ, что при
помощи этихъ зчорашнихъ варваровъ, ставшихъ довѣрчивыми слугами церкви, ему
удастся создать совершенное общество, достойной сойти въ небесный раіі. Вандалы, дѣй-
ствительно, отозвались на его нриглашейе и осадили Гиппонъ (іЗО). Но Августинъ умеръ
раньше, такъ что ему не пришлось быть свидѣтелемъ ужасовъ разграбленія этого города.
Въ это время Римъ уже налъ, хотя имперія боролась съ большой отвагой. Въ
403 г. центръ сопротивленія перемѣстился въ г. Равенну, лучше Рима расположенную
адя отраженія нашествія визиготовъ, такъ какъ она лежала ближе къ Альпійскимъ
проходамъ и была защищена поясомъ рѣкъ и болотъ. Но эти побѣды могли только на
время удержать вторженіе вооруженныхъ массъ. Визигпты. вандалы, свевы, аланы, бур-
гуады — всѣ направлялись къ Риму, оставшемуся, тѣмъ не менѣе, столицей. Наконецъ
въ 410 г., давно ожидавшееся событіе совершилось. Аларихъ, самъ христіанинъ, п
предводитель христіанской арміи і чзчготовъ, появился передъ стѣнами Рима; одна бла-
городная христіанская дама открыла сму ворота. Папа Пнокоіітій ужо раньше покинулъ
городъ, чтобы не быть свидѣтелемъ уничтоженія грѣховпаго народа, подобно тому, какъ
праведный Лотъ выщлть пзъ Содома, чтобы избѣгнуть кары, приготовленной Провидѣ-
ніемъ. Разгромъ «Вѣчнаго города» Аларихомъ плавать, однако, у христіанъ востор
808
жнпиое прославленіе варвара разрушителя. Павелъ Орозъ, ученикъ св. Августина, такъ
отзывается о номъ: «Аларихъ оылъ пославъ отъ Бога... Онъ былъ самымъ мягкимъ
побѣдителемъ, таі.ъ какъ былъ христіанинъ' ішъ не тронулъ церквей, щадя скрывшихся
въ нихъ римлянъ, а убивалъ только внѣ базиликъ, только идолопоклонниковъ: то было
ихъ удѣломъ».
За нѣсколько лѣтъ до взятія Рима, тоть же Аларвхъ явился передъ Авинами, но
устоялъ противъ вліянія «нечестивцевъ, одѣтыхъ въ черше», т. е. монахгвъ, которые
яростно совѣтовати ему уничтожить этоть «послѣдній пріютъ дьяволовъ». Быть можетъ,
варваръ но осмѣливался посяінуть на великолѣпіе Пароенопа; менѣе робкій передъ
Элевзисомъ, овъ уступилъ настояніямъ тѣхъ же самыхъ черныхъ людей, повсюду со-
провождавшихъ его, и позволилъ имъ поджечь одинъ изъ самыхъ великолѣпныхъ хра-
мовъ, когда-либо воздвигнутыхъ человѣкомъ. Этихъ христіанскихъ Геростратовъ причи-
слили къ липу святыхъ, но въ отмостку торжества, которое праздновала номя вѣра,
радовавшаяся исполненію своихъ предсказаній, моральное потрясеніе, происшедшее отъ
паденія Рима, отдалось во всемъ цивилизованномъ мірѣ, какъ всеобщее разрушеніе,
одинъ изъ наиболѣе яростно проклинавшихъ римскій «Вавилонъ», св. Іеронимъ, вос-
кликнулъ изъ глубивы своего монастыря въ Впомемѣ, на краю пустыни: «Свѣтильникъ
міра угасъ,—разрушеніе этого города влечетъ за собою гибель всего человѣческаго рода’»
Какъ вц вынуждали германцевъ въ военнымъ
дѣйствіямъ, все же они предпочитали, слѣдуя
закону наименьшаго усилія, получать земли
мирнымъ путемъ, взамѣнъ едва замѣтнаго вы-
раженія вѣрнонодданичеовихь чувствъ.
ГЛАВА I.
Пути Азіи п Европы. — Германія и германцы. — Наука, искусство и иппологія
варваровъ,— Перѳселі вія народовъ — Гунны, вандалы, готы п франки. — Конецъ
имперіи.—Пути во Франціи. — Меровинги.—Вторженіе въ Англію и ея пути.—
Язычники и христіане.—Монашество.—Ирландія *)•
Конечно, паденіе Рина не повлекло за собою паденія человѣчества, и самый городъ дол-
женъ былъ воскреснуть для осуществленія высокой дѣля, но прошли цѣлый вѣка прежде,
чѣмъ всѣ новые элементы, вошедшіе въ римскія міръ благодаря вторженію варваровъ, на-
столько перемѣшались другъ сь другомъ, что вполнѣ сознательч > могли принять участіи въ
пріобрѣтеніяхъ общей имъ мысли. Мѣсто происхожденія многихъ народностей, появлявшихся
подъ стѣнами Рима, было неизвѣстно, гакъ что римляне даже не знали, въ какой часта
*) Но смерти императора Ѳеодосія, два сына его раздѣлили между собою имперію,
и каждая половина стала съ того времени жить отдѣльною жизнью: Гонорій получилъ
Западъ, Аркадій—Востокъ. Главнѣйшіе Константнь-нільскіе императоры до Юстиніана
были слѣд.: Аркадій (395 — 408), Ѳеодосій II (408 — 450), Пульхерія и Марціанъ
810
міра оно находится, Этотъ мнимый хаосъ, ито крушеніе человѣческаго рода было дѣломъ
народовъ, принадлежащихъ всѣмъ расамъ Европы и Азіи, ибо ірапп міра были въ тѣ
времена нарушены, и начался періодъ исторіи, который долженъ билъ мало-ш- маду
охватить все человѣчество въ ого эволюціи.
Процессу разложенія, происходившему внутри имперіи благодаря безпрерывному
дѣйствію новаго общества, пытавшагося освободиться отъ установленій древняго міра,
давно уже іоотвѣтствовадо и непосредственное разрушеніи внѣшнее: изъ огдалениѣйшихь
странъ обитаемаго міра являлись неоднократно народи, вторгавшіеся въ предѣлы имперіи.
Спустя 250 лѣтъ послѣ «возмущенія» галловъ, вторглись въ самое сердце римскихъ
владѣній кимвры и тевттны, заставившіе рим іянь такъ же трепетать предъ собою, какъ
тѣ трепетали предъ Ганнибаломъ. Однако, послѣ этого протекло цѣлыхъ пять вѣковъ
до окоачате. ьвой катастрофы. Римскіе полководцы долгое время охраняли границы,
перехотя даже вь ваступлсвіс, за Дунаемъ п Рейномъ, пэ послѣ Аптовипа в Севера
произошелъ крупный переворотъ, и положеніе дѣлъ стаю все болѣе угрожающимъ: им-
періи приходилось защищаться и отъ бунтовъ наемныхъ солдатъ, и оть давленія «йод-
ныхъ народовъ, приходившихъ просить земли для поселенія, и отъ нападеній враговъ
на слабо защищенныя мѣста.
Безъ со пѣнія, «варвары» вполнѣ заслуживали этого наименованія, позъ кото*
рымъ >>пн были извѣстны, если вхъ сравнивать съ римлянами пли пародами, подвергши*
инея римскому вліянію, каковы, напр., галлы; однако, было бы большою ошибкою во-
(450—457), Леонъ I (457—474), Зенонъ (474—491, съ междуцарствіемъ), Апастлг
сій (491—518), Юстинъ (518—527).
Въ Равеннѣ царствовали, владѣя иногда очень огрэипчеппой территоріей Гонорій
(395—424) н Валентіапъ III 421—455, за которыми быстро слѣдовалъ съ десятокъ
носителей императорскаго титула и пурпура, изъ которыхъ послѣдній, Ромулъ Августулъ,
былъ пиадоженъ Одеакромъ въ 476 г.
Между полководцами, считавшимися Еіминально римскими, вужн» упомянуть: объ
Азціѣ, побѣдителѣ при Шалонѣ, затѣмъ о Бовифаціѣ, призвавшемъ вандаловъ въ Аф-
рику и послѣ увитомъ Аэціемъ, наконецъ, объ Эгндіѣ, или Гиллѣ, съ 457 го 464 г.,
защитнигѣ бассейна Сены противъ франкомъ, а также объ его сынѣ Сіагріѣ, который
оказывалъ сопротивленіе франкамъ до 480 г.
Мы приводимъ далѣе по націопальпостямъ главнѣйшія хронологическія данныя, от-
носящіяся до вторженій варваровъ, такъ же, какъ и нѣкоторыя имена перо лей: двѣ
карты, помѣщенныя въ предыдущей главѣ, и 6 картъ настоящей главы показываютъ
тѣ же движенія народовъ по эпохамъ.
Гуапы появились окѵло 372 г. у береговъ Волги; вь 411 г. ихъ находятъ уже
на Балканскомъ полуостровѣ, девять дѣтъ спустя—въ Галліи (биіва при Шалонѣ, въ
451 г.), въ 452—въ сѣверной Италіи, въ 453 г. главная масса ихъ возвращается въ
равнины Дона. Съ 427 по 453 г. ихъ вождемъ былъ Аттлда.
Вайдалы перешли Рейнъ, вмѣстѣ съ аланами п другими пародами, въ 406 г.,
въ 411) г. прибыли въ Пспавію, въ 429 г.—въ Мавританію, въ 430 г. овладѣли Гип
попомъ, потомъ Кароагепомъ и островами, въ 455 г. разграбили Римъ. Въ 453 г.
они были покорены Велизаріемъ. Королями ихъ въ періодъ завоеваній были: Гои дерахъ
(406—427) и Гейзеритъ (427—477).
Визпготы въ 375 г. перешли Дунай, въ 378 г. одержали побѣду подъ Адріано-
811
обряжать, будто завоеватели римской имперіи были совершенно несвѣдущими въ
ремеслахъ г искусствахъ, развивающихся въ мирное время. Изучая франкскія коллекціи
Измирскаго музея и другихъ, поражаешься красотою исполненія, до которой возвысились
художники этого германскаго племени, утвердившагося въ области Мааса. Особенно,
нужно отмѣгиіь красоту ихъ оружія: сѣкиръ, короткихъ п длинныхъ мечей. Такой воин-
ственный народъ, какимъ быти франки, и добивался владѣть прочнымъ и страшнымъ
для враговъ оружіемъ,—это было во удивительно. По возбуждаютъ также изумленіе и
эмалированныя украшенія ихь, щвіы и ножи, застежки и браслеты, изящные гребни
съ ручками изъ слоновой кости и другіе предметы, которые свидѣтельствовали объ опыт-
ности и вкусѣ мастера. Въ ту эпоху, когда франки разграбила города, формы и фабрівя
гадло-римлннъ, они пе были простыми разрушителями: они обладали также извѣстнымъ
чувствомъ мѣры н художественнымъ акусомъ. ВмЬстѣ съ галло-римлянами, и -ши по-
сиди въ себѣ наслѣдіе восточныхъ пародовъ, знанія которыхъ и образъ дѣйствій пере-
давались невѣдомыми путями, отъ Греціи и Рима на сѣверъ Кавказа и Понта Эвксин-
скаго. Изучая находки, сдѣланныя въ гэльской землѣ, одни спеціалисты могутъ отли-
чить предметы варварскаго происхожденія отъ тѣхъ, которые сдѣланы были во время
римскаго владычества. Когда римляне вошли въ первый рдзъ въ соприкосновеніе съ
пики, варвары имѣли уже, хотя и въ слабой степени, пауки, такъ какъ вхъ волхвы
обладали «рунами». Эти «таинственные» вырѣзанные па деревѣ пли камнѣ зниж, по-
индимому, происходила отъ древняго италійскаго алфавита: вѣдь, сели эти народы,
полемъ, въ 395 г. появились въ Греціи; разбитые при Поллепціи иъ 4і)3 г., оип взяли
Римъ въ <110 г., въ 412 г. заняли Тулузу, а въ 417 г, — Барселону. Съ 395 по
410 г. ими предводительствовалъ Аларихъ, потомъ Атаульфъ (410 — 415), Валліа
(115—420), Теодорпхъ I (420—451) и Теодорпхъ 11 (453—465). При Эрикѣ (165 —
484) могущество визиготовъ достигаетъ своего апогея, ими ьзяты: Лиможъ въ 471 г.,
Овернь сь 475 г., Арль—въ 480 г. Послѣ Эрика слѣдовали: Аларихъ II (484—507),
убитый вь битвѣ при Вувлье, Амаларихъ (507—531), Реккаредъ (5ь6—601) п др.
Остроготы оставались подъ началомъ тупикъ до 451 г., затѣмъ, модъ началь-
ствомъ Тоодориха Великаго (474—526; прошли Восточную Имперію, ваяли Равенну
(493) п Италію. Тоодориху наслѣдовали: Аталарвхъ (526—561), затѣмъ, между про-
чима., до завоеванія Италіи полководцами Юстиніана, Витигесъ (536—540) и Тотила
(541—552).
Франки. Клодіо (428—118) взялъ Турнэ въ 431 г., Хлодвигь (181—511)
одержалъ побѣду при Суас.онѣ (486), при ТодьЙакѣ (493?), при Страсбургѣ (496),
при Дижонѣ (500), при Вунлье (507). Изъ однообразной исторіи Мсровиигожь «граня-
чіися указаніемъ на раздѣленіе ихъ царства вь 511 г. и потомъ въ 561 г., но смерти
Клотара. Мсроннпги занимала престолъ еще въ продолженіе 200 дѣть до 752 г., ио
ужо съ 638 г.—они имѣли только поминальную віаеть.
Св. Павелъ, Оиваидскій отшолышкъ, 228—341 г.; Антоній св., род. въ Верх-
немъ Египтѣ (251—356), Гипатій Александрійскій (370—415), сн. Патрикъ, род. вь
Арморикѣ (387?—165?), Боэцій, род. Римѣ п шіішгь въ Павіи (170—524), св. Бенуа,
род. нъ Умбріи (480—543), Прокопій, род. въ Цезареѣ (500—565), св. Григорій I,
род. въ Римѣ, папа—съ 590 г. (510—604), 1<>рнан,ть, готскіа историкъ (Ѵ’І-ой вѣкъ),
Григорій, епископъ Турскій, род. въ Оверни (538—593), св. Коломбинъ, род. въ Ир-
ландіи (540—615).
812
италійцы и варвары, и во звали взаимно другъ друга, то все-таки между ними никогда
пе прекращались сяошепіі ври и-щредствѣ посредниковъ, путешествовавшихъ отъ однихъ
къ другимъ.
По указаніямъ самою рельефа поверхности, самымъ важнымъ мѣстомъ прохода
между Азіей и Европ )й, по которому происходилъ обмѣнъ товарами, преданіями и вѣро-
ваніями, было Дарьяльское ущелье, прорѣзающее Кавказскій хребетъ къ востоку сть
Распространеніе руническихъ надписей въ Сибири.
1	60000000
^вав=1: 	7(100	""	2000	3000 Нн Лом
Прерывистой пиніей указанъ путь отъ Дярьппа до Б&атіиокаго моря и путь отъ Байкала до Са-
мары, которымъ идетъ Сі бирокая желѣзная дорога.
Казоека. Географія указываетъ на ею пр имущество, а исторія подтверждаетъ его. Оссы,
или осетипы, одно племя которыхъ называется кронами, т. о. иранцами, занимали оба
конца зтого горнаго прохода и служили посредниками въ торговлѣ между обитателями
азіатскихъ плато и жателями гиперборейскихъ странъ. Зтп ессы, къ которымъ Шактръ
предлагаетъ причислитъ и азодъ (отсюда и названіе Азовскаго моря?), принадлежащихъ,
но Оссону и др., къ конфедераціи а.іайцевь, удивительно походятъ своими нравами и
легендами на древнихъ скандинавовъ: у нихъ были общія представленія о мірѣ, общія
формы мииовъ; такую родственность между пародами нужно приписать іѵлько частымъ
сношеніемъ ихъ и пребыванію въ дружественной странѣ.
813
Безъ сомнѣнія, разстояніе между Кавказомъ п берегами Балтійскаго моря, между
Дармшнгь п.тп Упсалой пли Пдензе значительно, но на этомъ громадномъ простран-
ствѣ нѣтъ естественныхъ препятствій, л народы были заинтересованы въ томъ, чтобы
содѣйствовать мирной торговлѣ. Толпы торговцевъ двигались взадъ и впередъ но этой
дорогѣ,—и у историковъ является вопросъ, не былъ ли Одинъ, т. о. «ходокъ*, по
одной изъ многочисленныхъ этимологій злого имени, типомъ этпхъ предводителей кара-
вановъ. Перевозившіеся здѣсь товары были большой цѣнности, занимали мало мѣста
и давали большіе барыши. Съ юга «ходокъ» приносилъ золото, серебро, мѣдь, а съ
Гальскиі браслоть изъ массивнаго золота, ииіідевныіі въ Киларо.
сѣвера—олово, амбру, мѣха. Однако, по ограничиваясь перевозкой товаровъ изъ одной
страны въ другую, купцы п сами добывали богатства, разработывая залежи желѣза,
встрѣчавшіяся среди скандинавскихъ лѣсовъ. Стальное оружіе стало вытѣснять бронзо-
вые мечи, которыми пользовались воины,— это обстоятельство и возвысило торговца и
минёра Одина къ ранги боговъ.
Другія легенды и слѣды древней торговли свидѣтельствуютъ также о существова-
ніи одного историческаго пути, очень часто посѣщаемаго, между горами Сибири, именно
Алтаемъ, и странами, вошедшими теперь въ составъ Россія, Финляндіи и Швеціи: нере-
валы чрезъ Уралъ и широкій проходъ между южнымъ концомъ горъ и сѣвернымъ краомі
814
Каспійскаго иоря открывали удобную дорогу для путниковъ. Ла берегахъ верховьевъ
Енисея открыли руническія или, по крайней мѣрѣ, похожія на пахъ надписи, указы-
и; ыція на игннчс<кія отношенія Алтайскихъ пародовъ къ п;ацднпавамт. Даже еще далѣе
къ востоку нашли путь, по которому слѣдовали пароды, оставившіе эти же надписи:
Ядранцевъ указываетъ на руническія письмена въ долинѣ Оріона, близъ развалинъ
Каракорума, а Клемсицъ нашелъ ихъ еще дальше на сѣверъ, къ востоку отъ верховьевъ
Селенги. Теперь можно прослѣдить тоть путь, по которому распространялось руни-
ческое письмо: вѣроятна, онъ ше.п> съ запада на востокъ, изъ сѣверной Европы въ
Восточную Азію; промежуточнымъ этапомъ па пемъ, кажется, была ІОгорія или Біармія
(Пермскій край), жители которой вело дѣятельную торговлю съ Балтійскимъ побережьемъ,.
Эготъ велгпік путь и былъ именно тотъ, по которому поздпѣ» казаки вторглись для
покоренія Сибири и который еще недавно, до постройки Сибирской желѣзной дороги,
быль главнымъ торговымъ трактомъ между обѣими полотнами Роеоііской имперіи.
Народъ, обитавшій па Енисеѣ, которому приписываютъ употребленіи рунъ, эксплоатацію
мѣдныхъ рудниковъ и приготовленіе бронзы, умѣлъ также и воспитывать домашнихъ жив^т-
Нііхі, Ему быта извѣстна лошадь, па которой пъ ѣздилъ безъ стремянъ: рисунки, вы-
рѣзанные па скалахъ, всегда представляютъ всадвпк >въ со св»бо’дпыми ногами; кромѣ
того, изъ тысячи іредмстовъ, найденныхъ при раскопкахъ, не нашлось ни одного стре-
мени. Это былъ, совнднночу, мирный, земледѣльческій народъ, такъ какъ оружіе слу-
жило ему больше для охоты, нежели для воины. Овъ занимался колдовствомъ; большіе
мѣдные Коглы служили тогдашнимъ шаманамъ для вызыванія духовъ. Своихъ покойни-
ковъ они погребали подъ невысокими могильниками, окружай послѣдніе плитами, рас-
положенными въ видѣ какихъ-то священныхъ фигуръ; рядомъ съ покойникомъ клали
₽го сокровища, теперь, впрочемъ, почти совершенно расхищенныя русскими поселенцами
Цѣлыя толпы послѣднихъ обшаривали эти погребальные памятники и продавали найден-
ную доисторическую бр' пзу литейщикамъ, которые превращали ее въ бездѣлушки, ппд-
иѣчнпки, даже въ церковные колокола. Ко всѣмт этимъ народностямъ древней Сибири,
оставившимъ послѣ себя могильные памятники п рудники, обыкновенно примѣняли на-
званіе «чуди»; такъ ж-о называли и древніе европейскіе народи, оставившіе слѣды
своего пребыванія, по но оставивши послѣ себя паслѣдпиіишъ. Въ Эстляндіи, къ югу
отъ Финскаго Еалива, озеро Пейпусъ, по берегамъ котораго, среди болотъ и лѣсокъ,
оы.іп разсѣяны туземныя населенія, получило спеціальное названіе—«Чудское море»
(озеро).
Пзь всѣхъ естественныхъ путей къ западу отъ Алтая, Урала и Кавказа, самимъ
легкимъ, безъ сомнѣнія, былъ тотъ, который шелъ изъ Центральной Европы: начина-
ясь у береговъ Чернаго моря, тамъ, гдѣ впадаютъ вь него Дунай и Днѣстръ д гдѣ
нѣкогда, находился Милезійскій городъ Ольбія, оиъ обходитъ къ востоку великую полу-
кружную стѣну Карпатъ, достигаетъ, чрѵзъ невысокіе водораздѣлы, доливы Вислы и
оканчивается у Балтійскаго моря. Уже съ доисторическихъ временъ этотъ путь, столь
удобный, посѣщался очень часто, какъ о томъ свидѣтельствуютъ многочисленные клады
изъ предметовъ торговли, которая велась мі-жду сѣверными и средиземноморскими стра-
нами: тогда, какъ п въ ваши дни, изъ гавани Ольбіи вывозился хлѣбъ изъ черновой-
816
пыхъ областей Но, несмотря па всю важность итого пути для мѣстной торговли в
движенія восточныхъ пародовъ Европы, опъ не мчіт, имѣть большою значенія въ исторіи,
такъ какъ, і мѣсто того, чтобы сообщать нрямѵ страны Средиземнаго моря и океаній-
скія области, овъ соединялъ игъ только при посредствѣ двухъ, и.чтп замкнутыхъ бас-
сейновъ—Чернаго моря и Балтійскаго.
Трансъ-европсйскій путь, начинавшійся у сѣвернаго копца Адріатическаго моря, об-
разуясь двумя сходяшпмнся дорогами, одной—отъ устьевъ Еридапа, пли р. По, другой
отъ Тимаро, предполагаемаго устья выходящаго изъ-подъ земли Истера, или Дуная,
былъ также часто посѣщаемъ: бреши, относительна леіко доступные перевалы помогали
пародамъ пересѣкать здѣсь многочисленные валы Альповъ. Обогнувъ высокія долины Савы
ч Дравы я достигнувъ Дуная, этотъ караванный путь долженъ былъ пройти недалеко
отъ нынѣшней Вѣны, чтобы достигнуть сѣверныхъ равнинъ по выбоинѣ съ двойнымъ
скатомъ, съ котораго, съ одной стороны, течетъ Морана, притокъ Дуная, съ другой -
"деръ. Слѣдовавшіе этимъ путемъ купцы доставляли Германцамъ, Литвинамъ и Скапди
павамъ предметы, сдѣланные азіатами иди этрусками, а ьъ обмѣнъ подучала оттуда,
для торговли въ средиземноморскихъ странахъ драгоцѣнный янтарь, собираемый по Бал-
тійскому побережью. Долгое время греки вѣрили, что эта прозрачная смола получается
яа низкихъ долинахъ Еридана: торговцы тщательно оберегали тайну марштрута своихъ
путешествій. Очень вѣроятно, что по этому пути и сго западнымъ отвѣтвленіямъ была
распространена золотая монета вь видѣ слегка выпуклыхъ дисковъ, образцы которой
были найдены потомъ въ бассейнахъ Рейна. Эльбы и Дуная, въ Галліи, Венгріи, вплоть
до Ломбардіи. Эта мюзета, обыкновенно безъ надписей, которую нѣмецкіе археологи на-
зываютъ ВерепЬоЕ;еіі ЗсЬіІззеІеЬеп, «маленькія радужныя блюдца», приписывается
войямъ н гельвстамь; изготовленіе ея предшествовало нашествію кимвровъ въ Италію.
Съ чисто географической точки зрѣнія оба этн восточные пути Европы, прозѣвы-
вающіе ея материкъ съ юга на сѣверъ, соединяя Черное и Адріатическое море съ вну-
треннимъ моремъ Скандинавіи, очевидно, являются второстепенными въ сравненіи съ
главною дорогою, пересѣкающею Галлію, отъ устьевъ Роны до Совы, и такимъ обра-
зомъ кратчайшимъ способомъ соединявшею поОсрсзкьа Средиземнаго моря съ берегомъ
открытаго океана. Большая часть альпійскихъ проходовъ, которыми пользовались заво-
еватели я торговцы Италіи, была только побочными путями, отходившими отъ главной
оси, образуемой Роной, Сеной и Совой, и, слѣд., только увеличивала значеніе главнаго
пути. Наконецъ, проходы чрезъ Центральные Альпы, открываішіеся далѣе къ востоку
а дававшіе доступъ ва сѣверъ, въ доливы Рейна или Дуная, имѣли то неудобство, что,
проходя по нимъ, приходилось пересѣкать рядъ горныхъ хребтовъ въ наиболѣе широкой
части и потомъ выходить въ области, путешествіе по которымъ было трудно и даж»
мучительна По этимъ дорогамъ Германіи путь чрезъ континентъ былъ гораздо длиннѣе,
нежели по Гэльскимъ дорогамъ, да и иыходадн онѣ въ океанскія области, продолжай
шіяі-я безгранично до льдовъ сѣвера.
Однако, внѣшнія черты пашей планеты различно пспользое злись человѣкомъ п
потому имѣли различное значеніе, сообразно эпохамъ: условія цивилизаціи, будучи весьма
различными, могутъ вліять на извѣстное обстоятельство, а иногда не оказываютъ иа
816
него нпкакіго вліянія; вѣдь, н костеръ, даже отлично првготовлепвый, загарастсл лишь
послѣ того, какъ къ нему приблизятъ искру! Великіе трзпсъ-европейскіе пути имѣли каж-
дый свой періодъ процвѣтанія, соотвѣтственно иниціативѣ и культурѣ тѣхъ пародовъ,
которые пользовались имъ. Подобно тому, какъ вь настоящее время желѣзныя дороги,
пересѣкающіе Альпъ., отклоняютъ ыерпдіальпую ось европейской торговли къ востоку отъ
территоріи галловъ, во времена римской имперіи аналогичное перемѣщеніе заставило
торговлю отклониться отъ долины Дона въ долинѣ Роны. Когда центръ движенія чело-
вѣчества находился ъа берегахъ Эгейскаго моря, вь Греціи и Малой Азіи, восточныя
дороги Европы пріобрѣли, въ силу этого обстоятельства, псрвосгепсвпов экономическое
значеніе, какого не дьставало тогда западной, Гальской дорогѣ, сравнительно, забро-
шенной тогда. По путямъ изъ Сарматіи шла торговля хлѣбомъ, металлами, янтаремъ и
мѣхами, и все полвтичезкое существованіе этнхъ восточныхъ странъ покоилось па эко-
номическомъ равновѣсіи ірнлива и отлива этихъ товаровъ между сѣверомъ п югомъ
По когда центръ политическаго могущества перемѣстился къ запалу, отъ Греціи—къ
Риму и Гаіліи, неизбѣжно долженъ былъ произойти переворотъ. Торговые караваны
оказались лишенными выгодъ, которыя имъ давала вь продолженіе многихъ поколѣній
транспортная торговля; готч и другіе народы, принимавшіе участіе въ этой торговлѣ,
увидѣвъ себя лишенными стихъ наслѣдственныхъ нравъ, принуждены была перемѣнить
свои ромесло, пошли назадъ къ культурѣ и сдѣлались разбойниками, то въ качествѣ
римскихъ наемниковъ, то самостоятельныхъ гранатой. Это было одною пзъ причинъ
тѣхъ грандіозныхъ п< трясеній, которыя называютъ обыкновенно с переселеніемъ вар-
варовъ».
Со времени этою великаго событія продольные нуги Европы, идущіе съ востока
на западъ, получили большее виачеяіе, нежели поперечные пути, имѣвшіе исходнымъ
пунктомъ Италію и въ частность Римъ. Галлія, съ ея мягкимъ климатомъ, многочи-
сленными рѣками, съ ея плодоносными равнинами и граціозными холмами оыла тогда
столь же привлекательной страной, какъ и Италія; къ тому же и доступъ къ пей былъ
легокъ. Отъ равнинъ, по которымъ течетъ Волга, до долинъ Соммы, Севы и Луары,
при взглядѣ на карту, кажется, пѣтъ естественныхъ препятствій; па самомъ же дѣлѣ
опи есть, и прп томъ очень мвогочисдсипия: тамъ болота, здѣсь лѣса п широкія рѣки.
Одпако, торговцы п другій путешественники, являвшіеся сюда пъ видѣ друзей, безъ труда
находили собѣ проводниковъ, показывавшихъ имъ удобныя, сухія тропинки, пригаливы
и броды. Что касается пародовъ-завѵтатслей и грабителей, переселявшихся массами,
то опи сплою прокладывали ссбѣ пугъ, нерѣдко увлекая за собою встрѣчныя народности.
Наиболѣе широкая дорога открывалась нмь для переселенія въ сѣверной, мало возвы-
шенной Германіи; здѣсь грабежъ деревень доставлялъ ямъ больш всего жизненныхъ
припасовъ.
Въ давнія эпохи, предшествовавшія столкновенію римскихъ легіоновъ съ герман-
скими племенами, обширная территорія, занятая теперь Германіей, была далеко не оди-
наково населена: распредѣленіе населенія здѣсь представляло гораздо больше разнообразія,
нежели въ Галліи. Къ югу отъ прибрежныхъ сѣверныхъ областей горные массивы п цѣпи,
незначительные ио свой средней вышинѣ, не могли представить достаточно сильныхъ
817
препятствій, чтобы помѣшать заселенія обоихъ склоновъ, Но лѣса, покрывавшіе огромныя
пространства, горы, плоскогорій п равнины, разъединяли колонизаторовъ и переселяющіяся
Лѣса древней Германіи
1 : 6 000 000
ь	іьэ	~	ГоОКильм
народности гораздо болѣе, нежели крутые склоны, утесы в пропасти. Горные выступы
и хребты, служившіе осью для громадныхъ лѣсовъ, оставались даже неизвѣстными; все
вниманіе народовъ было устремлено только ва черную, непроницаемую массу деревьевъ;
горы нсчезалн въ нгь глазахъ подъ густымъ покровомъ раітпіедніостп, п вплоть до
ьдпаи і-кклю вып. ѵ.
52
818
чатпхъ дней многія гористыя мѣстности обозначаются по названіямъ лѣсовъ— Шварц-
вальдъ (Черный лѣсъ), Оденвальдъ (ОдснскіЙ лѣсъ), Вэмсрвяльдъ (Богемскій лѣсъ),
Тюриигервальдъ (Тюрипгенскіі лѣсъ), Фрапкенвальдъ (Франконскій лѣсъ), Баварпшер-
вальдъ (Баварскій лѣсъ), Вествальдъ (Западный лѣсъ), Шурвальдъ, или по тѣмъ дре-
веснымъ породамъ, которыя растутъ здѣсь—Фихтольгсбирге (Еловыя горы). Конечно, чрезъ
этп громадныя лѣсныя пространства существовали тропнпкн, напр., Ренпштегъ, по вми
могли пользоваться лишь мирныі путешественники
По свидѣтельству латинскихъ писателей, называвшихъ германскіе лѣса «ужасными»,
«страшными», они сильно отличались отъ того, чѣмъ являются въ настоящее время.
Теперь—это тщательно вычищенные парки, безъ сухостоя и вале:квика, пересѣченные
дорогами и разлѣлепные просѣками па кварталы; тогда же лѣса представляли собою
непроницаемую чащу живыхъ и поваленныхъ деревьевъ, валежника, съ болотами, образо-
вавшимися между корнями. Даже охотникъ въ поиски* дичи не отваживался проникать
въ глубь этой чащи; земледѣльческое же населеніе было еще не достаточно густо, чтобы
удалиться отъ естественныхъ луговъ и степей п искать прогалинъ въ чащѣ лѣса.
Поэтому естественны*1 пути переселеній намѣчались не только сплавными или судоходными
рѣками, по и травянистыми равпнпамя. Пути эти обходили лѣсныя области, оставав-
шіяся почти совершенно необитаемыми, а мѣста встрѣчи народностей, въ случаѣ столк-
новеній, были намѣчены въ углахъ этихъ черныхъ областей.
Южная Германія также имѣла свой главный естественный путь въ направленіи
съ востока къ западу: ступени, по которымъ спускается Дунай отъ Чернаго лѣса
(Шварцвальдъ) до Понта Эвксинскаю, отмѣчаютъ главные этапы этого продольнаго пути.
Конечно, онъ состоитъ нзь нѣсколькихъ частей, но въ общемъ все же представляетъ
длиииую дорогу къ сѣверу оть горныхъ склоновъ, которая тянется отъ Балканъ до Заи
Альиовъ; особенно ясно намѣченъ онъ въ бассейнѣ Дуная, выше Пресбурга и Вѣны,—
именно этнмь путемъ и шли народы и арміи завоевателей, направляясь въ Галлію или
отхлынивая обратно, въ Германію. Западный край Дунайской долины направленъ къ тѣмъ
прорывамъ, которые открываются на югѣ отъ Шварпвадьда и Вогезовъ и продолжаются
до центра Франціи, образуя такимъ образомъ проходъ, сохранившій свое значеніе до
недавней эпохи исторіи. Торговые пути по Дунаю были также путями, во которымъ
двигались грабители—германцы, славяне, финны, монголы или турки: извѣстно, какими
бойнями сопровождался ихъ путь. Вслѣдствіе этого нѣкоторымъ историкамъ казалось вѣроят-
нымъ, что встрѣчающіяся въ этихъ областяхъ пещеры съ глубокими галлереями должны были
служить убѣжищемъ для терроризованныхъ потомковъ тѣхъ народностей, которыя жвли
вь богатой Дуиайской долинѣ, начиная съ галъштадтской эпохи до эпохи Рима. Деревни
на сваяхъ, «свайныя постройка» были также частью обитаемы въ эпоху нашествіи
варваровъ.
Почти замкнутые бассейны, гдѣ пароды могли укрѣпиться, какъ въ крѣпости,
представляютъ одну изъ характерныхъ чертъ центральной Европы. На востокѣ первый
изъ этихъ бассейновъ былъ образованъ древнимъ заливчмъ, по которому проходятъ ни-
зовья Дуная, до впаденія рѣки въ Черное м.-ре. Рѣка раздѣляетъ этотъ огромный амфи-
театръ на двѣ почти равныя части, изъ которыхъ одна, на сѣверѣ—Валахія, надъ ко-
819
горой возвышается высокая стѣна Карпаговъ, крутая, на югѣ,—Болгарія, постепенна
подымающаяся къ горнымъ цѣпямъ Балканъ. На западѣ ворота этого горнаго цирка
были какъ бы заперты береговыми скалами и порогами Дуная,—было очень трудно
проникнуть въ этотъ извилистый проходъ, по имѣющій пи тропинокъ, ми Деревень, ни
полей. Пока Траянъ не построилъ въ этомъ ущельи дорогу, высѣченную въ скалахъ,
здѣсь нельзя было безъ риска путешествовать; преграда была настолько сильная, что
мѣстныя народности, обитавшія выше и ниже этого мѣста, сообщались между собою
только по боковымъ рѣчнымъ долинамъ и по высокимъ переваламъ, >рорѣзаюшпмъ гор-
ныя цѣпи.
По другую сторону этихъ «желѣзныхъ воротъ» развертывается второй циркъ рав-
нинъ, также ''Круженный высотами и пересѣкаемый по срединѣ Дунаемъ, Это—страна,
занятая теперь Мадьярами и другими пародами, связанными съ ними добровольно пли
насильно въ одно политическое цѣлое. Вверхъ гы теченію, пепосредствспн' ниже впа-
денія Моравы, замкнутость круга была далеко не такая, какъ низъ по теченію, в чело-
вѣкъ долженъ былъ, для защиты отъ враговъ, искусственно создать здѣсь препятствія;
съ другой стороны, горные проходы, сравнительно доступные, облегчали доступъ во вну-
треннюю часть, а къ юго-западу, со стороны Адріатическаго моря, богатая долина По,
южный климатъ и южная цивилизація служили сильною побудительною причиной, на-
правлявшей пароды къ переселеніямъ и завоеваніямъ; однако, географическое располо-
женіе этой обшпрноь ограды оказывало всегда сильное вліяніе на распредѣленіе дунай-
скихъ народностей.
Третья область центральной Европы, которую съ полнымъ правомъ можно счи-
тать географическимъ центромъ европейскаго материка, имѣетъ тотъ же характеръ зам-
кнѵтаго со всѣхъ сторонъ укромнаго мѣста. Это—Богемія (Чехія). Съ трехъ сторонъ,
гь юго-запада, гь сѣверо запада, съ сѣверо-востока, поднимаются здѣсь рядами горныя
цѣпи, трудно проходимыя благодаря своимъ іустыыь лѣсамъ; только на юго - востокѣ
подъемъ почвы не имѣетъ гористаго характера; эта сторона большого ромба скорѣе на-
мѣчена, чѣмъ рѣзко опредѣлена, но все-таки довольно значительна, чтобы съ пея спа-
дали воды и стремились люди иа западъ, къ Эльбѣ, з на востокъ—къ Моравѣ и Ду-
наю. Впрочемъ, эта цемтральяая цитадель Европы но менѣе открыта и на востокѣ, къ
славянскому міру; съ этой стороны п пришли ныпѣшнш обитатели этой -Оласти, врѣ-
завшись клиномъ въ германскій край,—в до нашихъ дней, посмотри па проведеніе до-
рогъ и смѣшеніе расъ а нарѣчій, рельефъ почвы сохранилъ все свое значеніе въ рас-
пространеніи и равновѣсіи народностей, принадлежащихъ различнымъ корнямъ.
Равнина Баваріи образуетъ четвертый бассейнъ, во рѣзко траниченный съ сѣ-
вера и запада, по все жя достаточно ясно намѣченный. Невысокіе перевалы соединяютъ
Дунайскую доливу гь доливами Майна и Невкара и съ бассейномъ Консганцскаго озера;
однако, народности, живущія между Альпами и высотами, извѣстными подъ названіемъ
Швабской и Франконской юры, затѣмъ—Баварскаго лѣса, всегда сохраняли чувство
своей географической независимости.
Въ эпоху пересоленія варваровъ, такъ же, какъ п въ наше время, центральная
Европа была населепа большею частью народами, которыхъ причисляютъ къ германской
820
рагѣ, основываясь на языкѣ, которымъ они говорятъ, и ихь преданіяхъ. Въ дѣйстви-
тельпостя мы почти ничего но внаемъ о физическихъ чертахъ этихъ народовъ, которыхъ
обыкновенно раздѣляютъ, ва группы: сарматскую, готскую, германскую и кельтскую. Такъ,
вандалы причисляются къ германцамъ, предкамъ современныхъ нѣмцевъ, съ другой сто-
роны, веиды, венеды, венеты, безъ сомнѣнія, считаются сарматами, предками славянъ,—
имя нхъ до сихъ норъ сохранилось въ Вейдахъ Лаузнца. Но является ли простымъ
совпаденіемъ сходство названій вендъ и вандаль, какъ названія «кимвры* и «Кимры?»
Подобныя же трудности встрѣчаются в при изученіи происхожденія бургупд^въ. алановъ
и т. п. Нужно вѣрить, что въ доисторическія эпохи значеніе расы играло не большую
роль, чѣмъ и въ пашс время.
Разсматривая поэтому пароды, только какъ лвнвнстпческія группы, историки пы
талп^ возстановить ихъ области распространенія и дать, хотя приблизительно, карту
послѣднихъ, передъ эпохой переселеній. Въ результатѣ установили вообще, что раздѣ-
леніе па верхпе-гермапцевъ и ппжпе-германцевъ существовало ещо въ эту эпоху в удер-
жалось, вь оощнхъ чертихъ, до сихъ поръ, несмотря па перемѣщенія всякаго рода,
которымъ опп подвергались. Однако, никогда, съ тѣхъ поръ, какъ Питеасъ упоминаетъ
въ первый разъ этоть народъ,—это было 22*/3 вѣка тому назадъ,—германцы по были
сплочены нъ одну націю, имѣющую сознаніе своего племепиаго единства и чувствующую
себя обособленною среди другихъ пародовъ. Повидимому, германскія племена но имѣла
даже общаго названія, такъ капъ имя «германцы» но дримѣнялось ими, и до спхъ поръ
не извѣстно сю настоящее значеніе—«люди войны» и слюда съ мечами», «восгочиые
люди», «крикуны» или «сосѣди». Хотя германскія племена знали земледѣліе, ьоюрымъ
у внхъ занимались особенно женщины, и естественнымъ слѣдствіемъ земледѣльческаго
труда явилась любовь къ землѣ п ос’Ідлістп, но частыя войны, внезапныя нападеніе
п стремительное бѣгство отъ врага заставляли всѣхъ германцевъ держаться полу-кочевого
образа жизин. Еще въ средніе вѣка германское право считало домъ въ числѣ движимаго
имущества,—это было пережиткомъ тѣхъ временъ, когда жилищемъ служила повозка,
катившаяся вслѣдъ за воинами па поля битвы и когда женщины, съ мечомъ въ рукѣ,
гнили бѣглецовъ обратно въ свалку, готовыя убить себя и дѣтей, если вхъ мужчины не
выйдутъ изъ битвы побѣдителями.
Пайна, вѣчная война,—таковъ былъ идеалъ древняго германца, неопровержимымъ
доказательствомъ чего являются собственныя нмепа, наиболѣе употребительныя въ то
время: бодышін часть пхъ вытекаютъ изъ тщеславія или жажды і-нушиіь страхъ вра-
гамъ, таковы, вапр, Зигидегуігь—«пооѣдопосный мечъ», Плсхельмъ—«блещущій шлемъ»,
Гундульфь—«волкъ битвъ», Вальраммъ—«ворпнъ убійства»; таково, наконецъ, в со-
хранившееся до сихъ поръ имя Элтель, Атгила, напоминающее объ зломъ жестокомъ,
кровожадномл. человѣкѣ. Сколько вообще именъ и прозвищъ, первоначальное значеніе
которыхъ совершенно неизвѣстно ихъ теперешнимъ носителямъ, поддерживаютъ такимъ
образомъ въ вашихъ современныхъ языкахъ восп -чинавіе объ этихъ кровавыхъ вре-
менахъ!
Хотя родственные грекамъ и римлянамъ по языку и, вѣроятно, также по пропс-
хожденіго, германцы представляли полныя контрастъ съ ними по свонмъ правамъ, грд-
Я21
жданскимъ и политическимъ установленіямъ, отставъ отъ ппхъ, по крайней мѣрѣ, па
тыиічу іѣть, вслѣдствіе свое воинствевпой жизни, которую ови вели. Тацитъ, описы-
вая нравы и обычаи германцевъ, дѣлаетъ это съ очевидною цѣлью иронически про-
тивопоставилъ илъ своимъ изнѣженнымъ согражданами. Германцы могли, дѣйствительно,
похвалиться своими качествами, какими обладаютъ народы, живущіе среди постоянныхъ
опасностей: они умѣли весело переносить усталость, охотно помогали другъ другу въ
битвѣ, жертвовали жизнью за своего избранника, говорили, дѣйствовали съ суровою
откровенностью; они обладали также внутреннимъ глубокимъ «чувствомъ природы», ко-
торая оярѵжала ихъ, проникая илъ существо. Но такая жизнь естественно развила у
Дунай у „Желѣзныхъ Воротъ'1.
нихъ также духъ насилія и желаніе господства. Мужчина былъ полнымъ господиномъ
своей жены, дѣтей, слугъ, зато и самъ, по крайней мѣрѣ на войнѣ, долженъ былъ
слѣп>> повиноваться своему вождю, имѣвшему надъ нимъ право жизни и смерти.
Та стадія цивилизаціи, которой достигали древніе германцы, вполнѣ характери-
зуется актомъ усыновленія у нихъ дѣтей. Въ основѣ германское право сходилось съ
римскимъ и было вызвано тѣми же причинами: отецъ. если пнъ не былъ увѣренъ, что
мож<*ть прокормить своигь дѣтей, сохранялъ за собой право прекратить жизнь родив-
шагося ребенка. Но если самый актъ бытъ тожественъ у обоихъ народовъ, то были
различны сопровождавшія его формы, проистекавшія изъ того, что сѣверные люди, еще
но сдѣлавшіеся «горожанами», жили болѣе близко къ природѣ и постоянно видѣли
себя окруженными духами я таинственными существами, которыхъ приходилось брать
г
822
въ свидѣтеля свонп поступковъ. Вообще ребенокъ получалъ право на жизнь съ того
момента, когда его губы коснулись меда или молока; съ тѣхъ поръ, когда хотя одна
капля воды очистила ого тѣло, когда опъ испускалъ крикъ, доходившій до четырехъ
стѣнъ хижины или хотя разъ взглянулъ па балки крыши, во всѣхъ углахъ къ нему
наклонялась ушв духовъ, прислушиваясь къ сго первому крику. Іідпако, въ міръ людей
опъ входилъ только по формальному усыновленію, когда отецъ, взявъ его на руки,
давілъ ему имя, такъ сказать, вдыхалъ ему душу. Послѣ вюго акта жизнь сына или
дочери была уже спасена, н право убить его или бросить возвращалось къ отцу только
въ случаѣ крайняго бѣдствія. За то по отношенію къ рабамъ и ихъ отометву было
все дозволено. Когда отпущенный па свободу рабъ умиралъ, но имѣя средствъ къ су-
ществованію, сго дѣти запирались въ пещеру, и бывшій господинъ обязанъ былъ спасти
лишь одного ребенка, дольше всѣхъ выжившаго въ пещерѣ: «переживаніе наиболѣе при-
способленнаго»,—таковъ былъ девизъ древнихъ германцевъ еще за 2000 дѣть до Дарвина!
Въ качествѣ примѣра древнихъ нравовъ нужно привести правы геруловъ, самаго
копсерватигпаго изъ всѣхъ германскихъ народовъ по своимъ обычаямъ, типичныхъ
«варваровъ» до-псторическихъ временъ. Будучи обитателями южно-балтійскаго нобережи,
герулы долгое время оставались совершенно замкнутыми въ своей области, отрѣзанные
рѣками, озерами и болотами. Когда, въ началѣ VI в„ они были признаны Анастасамъ
въ восточную Имперію, въ качествѣ союзшіковъ и наемниковъ, они практиковали еще
своп языческіе обряды; его были единственные германцы пзъ приглашенныхъ на защиту
Имперіи, которые, хотя пѵмвпальш', пе были обращены въ христіанскую вѣру. Прокопій
счпгаіть ихъ совершенно непохожими па другихъ людей, изъ-за ихъ обычая убивать
стариковъ и больныхъ. Какъ только кто-нибудь дѣлался совершеннымъ инвалидомъ, его
друзья и родственники сооружали большой костеръ, на вершинѣ котораго и помѣщалась
жертва; затѣмъ какой-вибудь герулъ, чужой для семьп жертвы,наносилъ ей ударъ кин-
жаломъ и кашнгадъ костеръ. Этотъ очрядъ, только въ нѣсколько иной формѣ, практи-
ковался также у мамергпнцевъ, евреевъ, скапдинановь и до сихъ поръ еще уцѣлѣлъ у
чукчей, на бе]<егахъ Ледовитаго океапа. У геру ювь, племени по преимуществу воин-
ственнаго, недостатокъ съѣстныхъ припасовъ, который былъ, конечно, первою причиною
убійства, пзъ состраданія, слабыхъ, не приводился болѣе въ оправданіе этого жертво-
приношеніи: оно совершалось вь угоду богамъ, чтобы смертью стариковъ пскушігь
жизнь молодыхъ, которымъ предстояла смерть. Угаснуть остштвспною смертью считалось
у этихъ воителей пе только постыднымъ, по и противообщественнымъ. Даже вдова,
которая но хотѣла идти вслѣдъ за мужемъ на погребальный костеръ, считалась обез-
чещенной ц* всю жизнь.
Скандинавская миѳологія, приближающаяся къ германской мниологів и воскре-
шенная Вагнеромъ вь качествѣ національнаго сокровища, также показываетъ, каповъ
былъ родъ жпзнн этпхъ народностей. Каково бы ни было первоначальное происхожденіе
Однпа, страшные воины, какими были охотники и пираты Сѣвера, передѣлали его но
своему образу. Сначала кузнецъ, онъ сдѣлался потомъ богомъ господъ, знатныхъ и
вождей; между дѣмъ Торъ, болѣо древнее божество, превратившееся тѣмъ не менѣе
въ сына Одина, продолжалъ быль покровителемъ низшихъ классовъ п рабовъ. Какъ
823
ни былъ грубъ Торъ, богъ съ молотомъ, все таки его можно считать мирнымъ боже-
ствомъ въ сравненіи съ Одиномъ, которому посвящали себя всѣ благородные воины:
одерживая побѣду, они < отдавали» своихъ враговъ Одину, а будучи побѣждены,—сами
«шли» къ ному; во всякомъ случаѣ, лишь бы только кровь была, пролита вь битвѣ,
она утоляла жажду бога, и воины заслуживали идти въ Валгаллу, «Чертогъ павшихъ
вь битвѣ». Плѣнниковъ же они всегда приносили въ жертву, кидая въ колючіе кустар-
Европа въ 425 — 450 г г.
1* вООООООО
I	,	.	
о	«ооо	1000	^ооКилем
Между другини дпижокілми пародовъ карта отл указываетъ такио путь гунновъ прозъ царство
готовъ, ихъ п] оходъ прозъ Альфельдъ и первое нашествіе на Балканскій полуостровъ. Вандалы
аавладвлл Сѣв. Африкой и о—вами. Впзиготы образовали своо царство въ Ну ату и Алдолуаіи.
Славянскіе и Другіе пароды: венды, венеды, болгары и др., распространились на западъ, занявъ
территоріи, оставшихся пеаахвачошгымп предшествующими, переселенцами. Части римской импе-
рія, захваченныя варварами, заштрихованы.
ники нлп сдирая съ нихъ нижу иди, какъ обычно дѣлалось, вѣшая на дерево и про-
калывая въ то же время кинжаломъ; иногда кь трупамъ приходили колдуны в рисовали
на нихъ руны, чтобы вызвать пхъ души и узнать оть нихъ о будущемъ. Среди раз-
личныхъ прозваній, которыя даются въ сагахъ цдину, наиболѣе употребительное «богъ
висѣлицъ». Кажды- девять лѣтъ утраивали большое жертвоприношеніе, ва которомъ
въ честь его убивали не только плѣнниковъ, но и людей своего племени Часто дѣти
824
убивала своего отца, чтобы продлить собственную жнзпь; -‘мѣстѣ съ человѣческими
жертвами закалывались также животныя, особенно соколъ, безъ сомнѣнія, служившій
символомъ окрыленной души человѣческой.
Иногда битвѣ предшесівовало символическое дѣйствіе, имѣвши ужасный смыслъ:
падь врагами бросалось копье, въ знакъ того, что они отлаются во власть «всемогу-
щаго» божества. Въ этомъ случаѣ все обрекалось па смерть: мужчины «предавались»
Одину, равно какъ и вся военная добыча; оружіе же враговъ бросалось па мѣстѣ; отъ
этого и произошли тѣ груды оружія и доспѣховъ, которые археологи находятъ въ боло-
тахъ сѣвера, особеиио въ Шлезвигѣ и Іплапдѣ. Кимвры и тевтоны, принадлежавшій ьъ
тому же циклу цивилизаціи, какъ и Скандинавы, также обрекали вражескую армію
своимъ богамъ; германцы Арминія также поступили съ римскими легіонами Вара. Еще
въ концѣ X вѣка, между 960 и 970 г., указываютъ на одну битву, предъ которой
былъ совершенъ обрядъ нотація копія, въ знакъ полнаго истребленіи. Человѣческія
жертвопрпношевія, подъ различными формами, равно какъ и сморіь вдовъ на могилѣ
мужей, происходили еще въ началѣ XI вѣка, хотя въ эту эпоху норманны, постепенно
обращавшіеся въ христіанство, благодаря сношеніямъ съ народами западной Европы,
помогали уже мало-по-малу измѣнить правы ихъ первоначальнаго отечества.
Эти сѣверные и восточные пароды двигались безъ взаимной связи, безъ согла-
шенія, даже не сознавая тѣхъ этническихъ движеній, въ которыхъ онн принимали
участіе,—къ границамъ римскаго государства, требуя пристанища и припасовъ, потомъ
осмѣлѣли до того, что захватили цѣлыя области и кончили тѣмъ что «владѣли горо-
дами и властью. Съ сѣверной стороны, гдѣ сплешиой стѣной поднимались Аговы и игь
предгорія, Траянъ раздвинулъ границы Имперіи до Дуная и лѣсистаго хребта Карпа-
тонъ; одпако, варвары часто переходили эти границы. Съ западной стороны, римскій
легіоны должны были прекратить изступленіе, постѣ пораженія Вара, н-> граница все
же оставалась рѣзко замѣченной въ теченіе 4-хъ вѣковъ. Отъ Рейна до Дуная, отъ Рейн-
ораля до Хіенгейма, тянулись ряды земляныхъ валовъ и палисадовъ, ио которымъ рас-
полагались крѣпости, города, даже вооруженные лагери; все это вмѣстѣ образовало
«великую стѣну» въ 500 квл. длины, шлорую можчо сравнить съ великою китайскою
стѣною, если не по архитектурѣ, го, по крайней мѣрѣ, по стратегическому значенію.
Изслѣдованія дали возможность вполнѣ точно опредѣлить ея направленіе на всемъ
протяженіи: во многихъ мѣстахъ дернъ, выросшій на ней, сохранилъ ея остовъ въ
теченіи 1К вѣемъ, а слѣды сооруженій можно и понынѣ пчйтн въ многочисленныхъ
долинахъ, пересѣкавшихъ эту стѣну, именно тамъ, гдѣ человѣкъ глубоко взрылъ почву
для культуры.
Общее папр>івлепі< этой границы легко объясняется схожденіемъ усилій римской
власти, которая, поіьзуясь, съ одной стороны, дорогой чрезъ Галлію, съ другой про-
ходами чрезъ Ретійскіо Альпы, могла разомъ дѣйствовать и съ востока, и съ юга,
легко изолируя такимъ образомъ юго-западный уголъ Германіи. Ни, спрашивается,
почему же граница между Майномъ и Дунаемъ была такъ странно проведена? Въ этой
области нормальное направленіе укрѣпленій намѣчено самой природой; можно было бы
думать, что прямая линія, проведенная отъ одно-- рѣки до другой по долинамъ Таубера
825
я Альтмюля, образовала бы естественную политическую границу, удобную для зашиты,
такъ кань она слѣдовала по линіи водораздѣла пожду двумя бассейнами. Вмѣсто этого,
римляне растянули свои пограничныя укрѣпленія на двойную длину, такъ что граница
описала острый уголъ къ Швабскимъ Альпамъ, вричсмъ одна сторона была параллельна
Неккару, другая—Дунаю. Одинъ нѣмецкій историкъ объясняетъ ото странное испрв-
Европа въ 450—475 г.г.
•: 4 о о о с о э
ООО	20Сѵ
зос: Килом.
о
Здѣсь указанъ набѣгъ иа Галлію гуииожъ, которые, ио Лефожру ироцпплп туда одновременно
съ сѣвера п съ востока; затѣмъ обѣ орды ихъ соединились, напали на Орлеанъ; большая часть
пхъ погибла при Троя; затѣмъ указииъ пабѣгъ пхъ въ 452 г. иа Италію п ихъ обрдтпоо движеніе
на востокъ. Царство виамготовъ расширяется по направленію къ центральному плоскогорій.
Вандалы мои ада ютъ па Римъ. Саксы начинаютъ завиѳваніо Великобританіи. Остроготы пере-
ходятъ Дунай. Венды и лоигобарды направляются на югъ. Узкая заштрихованная полоса
ѵграиичивастъ территорію овевовъ, каніабровъ и басковъ, другая такая же подоса—территорію
бургуидовъ. Римская Имперія вся заштрпховапа.
вдевіе границѣ такимъ образомъ: эта линія почти совпадаетъ съ границей хвойныхъ
лѣсовъ, существовавшихъ нъ то время, какъ можно судить по остаткамъ вхъ, и по
названіямъ городовъ и селеній. Ни одинъ изъ римскихъ строителей ио преступалъ
грани «ужаснаго» сосноваго лѣса; римляне занимали только тѣ лѣса, гдѣ были много-
численныя прогалины, съ плодородною почвою. Даже послѣ паденія Имперіи, граница,
826
опгѣчсппая укрѣпленіями, въ теченіи вѣковъ оетаваласъ линіей раздѣленія этническихъ
группъ; это объясняется тѣмъ, что она била намѣчена геологической природой почвы
н зависящею отъ нея растительностью. Заселеніе і культивированіе страны, оставшейся
внѣ римскихъ предѣловъ, совершалось очень медленно въ теченіе срелпевѣковіл. ХвЫіныь
лѣса всегда послѣдними падали подъ ударами топора дровосѣка; онн и теперь ещо
увѣнчиваютъ вершины германскихъ горъ.
Часто высказывали гипотезу, будто причиною обтаю броженія народовъ въ эту
критическую эпоху были великія событія, происходившія въ жизни самой пашей планеты
въ это время. Хотя эта теорія не доказана еще, но все-таки «на слишкомъ соблазни-
тельна, чтобы не принять ее. Причинная связь, которую можно наблюдать въ тысячѣ
мелкихъ историческихъ событій между измѣнчивыми условіями срезы и обитающими въ
этой средѣ пародами, должна сказаться еще въ большомъ масштабѣ, кегда дѣло идетъ
о вліяніи высшихъ явленій жизни планеты на жизнь народовъ. Разливъ рѣки, лѣсной
пожаръ, занесеніе страны песками или опусканіе почвы обусловливаютъ гибель иди
процвѣтаніе селеній и городовъ, заставляютъ ихъ перемѣщаться или привлекаютъ къ
нимъ толпу изъ окроітпостей. Т^чпо также всѣ перевороты, совершающіеся въ земной
юрѣ п м>'рѣ. могучі  метеоры, вѣтры, бури, дожди и особенно продолжительныя за-
сухи, заставляющія высыхать озера и вызывающія появленіе солоичакопъ, наконецъ,
сожигающія травяную растительность, — всо это имѣетъ неизбѣжнымъ своимъ послѣд-
ствіемъ глубокія и быстрыя измѣненія въ судьбахъ пародовъ.
На подлежитъ сомнѣнію, что оонтаемая «бластъ Каагдріи между Тянь-Шанемъ,
Памиромъ и Куепъ-Лунемъ значительно сократилась за послѣдніе 12 вѣковъ, но бас-
сейнъ Тарима—представляеть только ничтожныя части азіатскаго міра,—и для тою,
чтооы связать переселеніе гуьиовъ съ ьаііимъ-пноудь явленіемъ жизни земв-ш коры,
необходимъ болѣе крупный комплексъ соціологическихъ и геѵп>афическихъ фактовъ,
происходившихъ въ теченіе долгаго періода. Каковы бы нп были причины и различныя
перипетіи этихъ обширныхъ этническихъ движеній, остается, по крайней мѣрѣ, твердо
установленнымъ тотъ фактъ, что слѣдуя полученнымъ толчкамъ, народы должны были
перемѣщаться въ ту нлп другую сторону, сталкивались съ другими народами и иало-
по-малу вызывали такииъ образомъ во всемъ мірѣ, съ одного конца до другого, иолиов
нарушеніе общаго равновѣсія.
Естественно, что при этомъ самыя подвижныя п наименѣе привязанныя къ землѣ
человѣческія общими перемѣщались, во время этого общаго броженія, быстрѣе всего и
проходи ля обширныя пространства: кочевыя народности начинали и продолжили тѣ
переселенія, въ которыхъ противъ воли должны были принимать участіе и осѣдлые
земледѣльцы. Мѣстомъ постояннаго нарушенія равновѣсія, откуда волненія распростра-
нялись вь массѣ пародовъ, естественно должна была сдѣлаться та область безгранич-
ныхъ пастонщъ, «море травъ», между Памиромъ н Тихимъ океаномъ, которая заклю-
чаетъ въ ссѵѣ огромныя страны Каширіи, Джунгаріи, Монголіи и Манчжуріи.
Жители запада, подвергавшіеся этому ужасному потоку народовъ-заворвателей,
воображали, что эти варвары, множествѣ являвшіеся изъ глубины востока, нрииаѵ
ложали въ расѣ, столь же нледовитой, какъ саранча. Одинъ древній лѣтописецъ
827
(Іогпапііез, авторъ «Исторіи готовъ») говоритъ, что страны сѣверо-восточной Азіи
были «лабораторіей, гдѣ дѣлаются люди», настоящей «лабораторіей народовъ»,—на-
столько онъ былъ напуганъ при видѣ этихъ опустошительныхъ массъ, ринувшихся на
пошатнувшуюся Имперію. Однако, въ эту эпоху Европа, населенная земледѣльцами,
имѣла, безъ всякаго сомнѣнія, гораздо больше жителей, нежели области Азіатскаго мате-
рика. Если тѣмъ н - менѣе можно лредставить себѣ, что степи Центральной Азіи были
«мастерской народовъ», безпрерывно выбрасывавшей новыя орды варваровъ, то это
потому, что движеніе къ переселенію обыкновенно охватывало разомъ громадную народную
общину, и опа увлекалась потокомъ, какъ вода въ рѣкѣ или снѣгъ—въ лавинѣ.
Огромное однобразноо пространство равнинъ обусловливало скопленіе безчисленнаго мно-
жества людей въ видѣ одной, по внѣшности однородной массы, составляющей какъ бы
единый организмъ. Благодаря этой національной связи в крайней подвижности, эти на-
родныя массы обрушивались неудержимыми потоками, съ одной стороны, иа Китай, съ
другой—па Европу, уничтожая или покоряя земледѣльческія народности, которыя встрѣ-
чались имъ по дорогѣ. Не нужно забывать еще, что Европа къ западу отъ Днѣпра
представляла область, незначительную въ сравненіи съ Азіей: скопленіе людей дѣлается
незамѣтно, когда они разсѣяны на большой территоріи, и кажется значительнымъ, когда
они сконцентрированы па небольшомъ пространствѣ.
Сколько такихъ потоковъ людей произошло въ теченіе ряда вѣковъ! Но пока
исторія, оставаясь чисто мѣстною, не могла обнять обширнаго комплекса народовъ, эти
великія событія оставались необъяснимыми; казалось, внезапно появлялись массы чуже-
земцевъ, происходили ужасныя столкновенія, цѣлыя страны безлюдѣли, а потомъ эти
ужасныя событія предавались забвенію. Когда же народы сдѣлались болѣе сознательными
къ самимъ себѣ н стали изучать свои отношенія къ остальному человѣчеству, память
объ этихъ событіяхъ стала уже сохраняться прочнѣе; такъ, римскіе историки могли раз-
сказать намъ о нашествіяхъ галловъ, кимвровъ и тевтоновъ, однако, но могли прослѣ-
дить самаго хода народныхъ движеній по всему материку.
За пять съ половиною вѣковъ до взятія Рима Аларпхомъ одно великое броженіе
кочевыхъ народовъ сѣверной Азіи стало распространять свои волны по направленію къ
Европѣ. Хупгъ-пу, предки гупновъ, вытѣснили изъ ихъ предѣловъ сѣверо-западныя на-
родности нынѣшней провинціи Кавъ-су; и послѣднія массамп устремились по напра-
вленію Тянь-шаня. Бѣглецы по отношенію къ тѣмъ, кто ихъ преслѣдовать, они, въ
свою очередь, являлись завоевателями по отношенію къ встрѣчнымъ пародамъ; онн
извѣстны подъ именемъ Юэ-чи п, вѣроятно, были тюркскаго происхожденія. Юэ-чи
наводнили всю область сравнительно мало возвышенныхъ пастбищъ, составляющую теперь
Кульджнпскій край, заткмъ, изгнанные изъ этой страны ея первыми обитателями, рас-
пространились за ней, въ обширныхъ равнинахъ Туркестана, до самаго Оксуса, покоривъ
прибрежныхъ жителей иранскаго происхожденія. Этн событія происходили назадъ тому
бэлѣе 20 вѣковъ,—точную дату установить невозможно: пересоленія народовъ, которыхъ
обыкновенно сопровождали ихъ стада, часто продолжались въ теченіе многихъ десяти-
лѣтій. Получивъ власть надъ однимъ цивилизованнымъ народомъ, способнымъ къ земле-
дѣльческой культурѣ в промышленности. Юэ-чи сами полуцивилнзовались и вскорѣ
828
сошли въ торговыя сношенія съ жителями Запада, при посредствѣ Ареакидовъ иранскаго
плато. Въ эпоху, когда Римская Имперія достигала наибольшаго распространенія въ
западномъ мірѣ, Юз-чи, бывшіе господами всѣхъ салоповъ Тяиь-шаня в Пампровъ въ
нынѣшнемъ Туркестанѣ, владѣли также плоскогоріямв Афганистана а путями нзь Индіи;
вхъ монеты показываютъ намъ, что они послѣдовательно подпадали вліянію различныхъ
цивилизацій, іо мѣрѣ того, капъ удалялись отъ точки своего отправленія въ Ивдь-
шанѣ: они эллинизировались въ Бактріанѣ, подверглись индусскому вліянію въ области
Пятнрѣчья и кончили тѣмъ, что превратились въ буддистовъ въ царствованіе сопрс-мен-
впка Всспасіана, монгольскаго князя Каниефы, который вызвалъ своимъ обращеніемъ
въ буддизмъ н здобное же перемѣщеніе религіозныхъ вліяніи, какъ и Хлсдвигъ своимъ
обращеніемъ въ христіанство. Іі)э-чя, называвшіеся на монетахъ Ку-шанъ, по имени
провинціи Коей чашъ, или Бактріаны, бывшей центромъ ихъ Имперіи, принадлежать,
вмѣстѣ съ саками, утвердившимися главнымъ образомъ въ Кашмирѣ, къ числу тѣхъ
тюркскихъ завоевателей, которымъ обыкновенно иршваииаютъ наименованіе «сквоовь»
и которые, какъ мы уже говорили, положили гонецъ сношеніямъ эллинскаго міра съ
Индіей.
Въ южныхъ областяхъ Кашгаріи, у сѣверной в ‘доші ы Куэнъ-Луиаскихъ торъ,
не замѣтно никакихъ слѣдовъ великихъ переселеній тюркскихъ племенъ: пастбища здѣсь
слппік-імъ рѣдки, а почва слишкомъ безплодна, чтобы какое-ппбу.іь племя рискнуло
пройтп здѣсь со своими стадами, только путешествевввкь, принявъ мѣры предосторож-
ности для безпропятстпеннаго продолженія путешествія, моіъ бы еще пуститься въ эту
ліаепую страну, гдѣ пески надвигаются па поглощаемые ими оазисы. Великіе есте-
ственные пути проходятъ въ «райскихъ мѣстамъ» Тянь-Шаня, въ «юлдузахь» (звѣздахъ),
которыя въ глазахъ кочевниковъ не менѣе прекрасны, чѣмъ небесныя звѣзды.
Далѣе на сѣверъ, великія равнины Джунгаріи, гдѣ зарождается Иртышъ, за ними
Алтай н монгольскія плоскогорія, вь которыхъ берутъ начал > первые притоки Енисея,
также служили путями для переселеній, намѣченными самой природой, такъ какъ здѣсь
отличныя пастбища для скота. Черезъ зги широкія ворота и хлынулъ изъ Монголіи
нотокъ гунновъ, покрывшій собею большую часть ЕьроПЫ.
Пути по Европѣ также были хорошо показаны для гунновъ, какъ пути въ Индію
для Юэ-чл. Наиболѣе широкая полоса травянистыхъ степей ѵ въ этой полосѣ наиболѣе
плодородныя области, предлаіавшія больше всего травы ятя выпаса и больше всего се-
леній для грабежа, намѣчала собою пути слѣдованія для завоевателей. Гупекія орды,
не задержавшіяся па границахъ Персіи и Афганистана, должны были проникнуть въ
предѣлы Европы въ южной части Урала или сѣвернѣе, но одному изъ пониженій, про
рѣзающпхъ Уральскій хребетъ. Проникнувъ въ область низкихъ равнинъ, опѣ очутились
въ огромномъ полукружіи, ограниченномъ съ запада точеніемъ Волги, между нынѣшними
городами Самарой и Дарининымъ, и нмъ оставалось только переправиться чрезъ рѣку
иа своихъ надутыхъ мѣхахъ и завладѣть деревянными «острогами», построенными па
высокимъ берегу.
Въ 372 г., когда гуины появились ва берегахъ Великой рѣки, они столкнулись
здѣсь съ аланами, спустившимися изъ доливъ Кавказа. Какъ ии оыли храбры эти
«29
сарматскіе вардары, они но могли, однако,
устоять предъ многочисленными азіатскими
ордами. Одни идъ нихъ обратились въ
бѣгство, чтобы просить помощи у какого-
нибудь болѣе могущественнаго народи, дру-
гіе, окруженные со всѣхъ сторонъ гун-
нами, иогіи спасти свою жизнь, только
присоединившись къ толпамъ завоевате-
лей и превратившись въ гунновъ, на-
сколько то позволяли различіи въ языкіі
и физическихъ чертахъ. Однако, несмотря
на вынужденное союзничество, аланы, раз-
сѣянные различными группами, сохраняли
свою національность болѣе столѣтія и
принимали участіе въ походахъ до Иберій-
скаго полуострова и даже до Африки.
Наконецъ, постоянныя войны, болѣзни,
перемѣна климата, безпрерывныя смѣше-
нія съ другими пародами окончательно
уничтожили этотъ народъ,—и послѣднія
семейства его уіасди гдѣ-то въ отдален-
номъ мѣстѣ.
Между іѣмъ гунны, восторжествовавъ
пядъ аланами, столкнулись съ болѣе силь-
нымъ врагомъ — ротонами, нлп готами
Эта народность, занимавшая нѣкогда оба
берега Балтики, ностспеиио отодвинулась
къ югу и въ ьоицѣ II вѣка совершенно
наградила нутъ всѣмъ народамъ, вторгав-
шимся въ Европу съ Востока; власть го-
товъ простиралась отъ Балтійскаго моря
до Чернаго. Восточные готы или «остро-
готы» устремились на востокъ, до Дона,
тогда какъ западные, или «визигпты»
дистпгвули Дуная. Послѣдніе, ближе всего
бившіе къ владѣніемъ Римской имперіи,
ослѣпленные ея богатствами, постоянно
стремились проникнутъ въ псе, въ видѣ
то наемниковъ или союзниковъ, то завое-
вателей п, подъ вліяніемъ этого близкаго
знакомства, должны были часю пере-
мѣщать центръ своего натиска; то подви-
Уологал корона виаиготскихъ королей.
(VII вѣка/
830
таясь впередъ, то оттѣсняемые пазап, они постоянно переселялись по теченію Дуная,
вдоль Карпатовъ п Аяьповъ. Остротты же, осѣвшіе болѣя прочно, среди народовъ, не
могшихъ оказать имъ сопротивленія, образовала полуцивилпзовапное государство, которио
въ срединѣ IV в. почти равнялось по пространству Римской имперіи; оно стремилось и
подражать сіі: царь остроготовъ Эрмапарикъ, Амаліевъ влн * Безпорочный#, признавался
«повелителемъ всего міра»; зтогь столѣтній старикъ былъ окруженъ ореоломъ славы,
почти божественной. Сь впмь-то и столкнулся потокъ гунновъ. Подобно аланамъ, и
Эрмапарикъ былъ увлеченъ, со всѣми своими арміями, этимъ вихремъ. Внѣшняя ограда
какою служило для Римской имперіи царства остроіотовъ, была прорвана; однако, эіо разруше-
ніе п самимъ гуннамъ досталось съ таквмъ трудомъ, что иітоишл) ихъ силы, и .,ни уже медлен-
нѣе стали Подвигаться впередъ, разеѣиьая встрѣчные народы. Оии уже не могли прямо на-
пасть на Римъ, а дали только толчекъ бродячимъ визигетамъ и сотнямъ германскихъ пле-
менъ. Гунны, конечио, совершенно исчезли бы въ водоворотѣ племенъ и народовъ, если бы
черты игъ лица, поведеніе, нравы пе отличали пхъ такъ рѣзко отъ европейскихъ па-
родовъ; расовые контрасты, обусловленные тысячелѣтнею жизнью въ различныхъ климатахъ,
проявлялись настолько очевпдпі, что римляне и варвары, встрѣчаясь съ азіатами, тот-
часъ же чувствовали себя братьями по происхожденію. Гунны описывались пми, какъ
чудовища съ большими плоскими головами, выдающимися скулами, на толстомъ и ко-
роткомъ туловищѣ, съ кривыми ногами отъ постоянной ѣзды вертомъ; о нихъ творю,
что это—«дѣти дьявола», или «сыны колдуновъ». Благодаря общей ненависти, пхъ
разсѣянныя орды продолжали составлять какъ бы одинъ народъ, и отъ того ихъ вож-
дямъ—Влі^ѣ, Апплѣ, легко бы привести ихъ къ единству и образовать государство,
правда, недолговѣчное, но болѣе обширное, нежели Римская пмнерія, и простиравшееся
отъ Алтая до Альновъ.
Аггила холѣлъ округлить своп владѣнія со стороны запада и направился въ
Галлію, разграбляя по дорогѣ города, опустошая поля п увеличивая свою армію побѣ-
жденными народами. Онъ увлекъ за собою оелроготовъ, алановъ, геруловъ и геоидовъ,
но встрѣтилъ предъ собою соединившуюся съ римлянами п подвергшимися римскому
вліянію галлами, націю зизиготовъ, можетъ быть, также бургундоьъ и племя франковъ,
предводимое Меровипгомъ. Это было новое столкновеніе Европы съ Азіей,—и нападеніе
Азіи было отражено. Аттила не пошелъ далѣе Орлеана и большого изгиба Луары: опи-
раясь на своп громадныя силы, онъ дать рѣшительное сраженіе па бѣлыхъ равнинахъ
♦ Каталауш кпхъ» полей,—Сапірпз Маигіасиз Григорія Турскаго,—которыя, какъ пред-
полагаюгь, находятся у Муара, въ департаментѣ Обь. Битва была проиграна нмъ; сотни
тысячъ труповъ остались разорогавными па огромномъ пространствѣ,—и царь гунновъ,
ужо безъ ореола «Повелитель народовъ», долженъ былъ удовольствоваться лѣвъ, что
въ качествѣ гранитоля прошелъ Германію и Италію. Ему удаюсь еще разрушить
Аквилею, въ продолженіе нѣсколькихъ вѣковъ игравшую роль бдительнаго охранителя
альпійскихъ проходовъ у угла Адріатическаго моря; вскорѣ послѣ того онъ умеръ,
оставивъ по себѣ во всемъ римскомъ мірѣ память, какъ о самомъ жестокомъ изъ всѣхъ
ужасныхъ «людобойцевь», свирѣпствовавшихъ тогда въ Европѣ. Можетъ быть, это пре-
имущество его и дало поводъ къ призванію его «Бпчемъ Божіимъ»,—онъ не псповѣ-
831
дивахъ христіанской вѣры, какъ большая часть другихъ властителей, нападавшихъ на
имперію. Впрочемъ, между своими распространена легевда другого рода: мадьяры Вен-
гріи, считающіе себя до сихъ порь дѣтьми Лттилы, восхваляютъ его любовь къ спра-
ведливости и даже доброту. По внѣ Венгріи память о гувпахъ соединяется у всѣхъ
народовъ центральной Европы съ представленіемъ о поооищахъ и смерти. Всѣ погре-
бальные курганы, которые еще встрѣчаются въ
Германіи и которые были такъ многочисленны, пока
нхъ пе сравнялъ плугъ, извѣстны, въ пародѣ подъ
общимъ названіемъ «гуннскихъ могилъ».
Послѣ великой битвы, оставившей азіатскимъ
ордамъ только узкую полосу для завоеваній, всѣ
воинственные народы Европы стали перемѣщаться
въ еанадномъ н южномъ направленіи. Одни только
вандалы, упиравшіеся ьъ край Европы, отхлынуло
къ востоку, къ берегамъ Средиземнаго моря. Утотъ
народъ, германскаго языка, жившій до паденія Рима
на берегахъ Балтики, къ сѣверу отъ Варты, ока-
зался тогда въ первомъ ряду переселяющихся. Одна
изъ ихъ бандъ, бывшая авангардомъ готовъ, съ
которыми вандалы входили въ союзъ, бросилась
въ копцѣ III вѣка на Галлію, но, разоптая випера
торомъ Пробомъ, была отброшена па острова Бри-
таніи. Другіе вандалы также принимали участіе въ
нападеніяхъ иа Италію, потомъ, съ началѣ V вѣка,
главная масса пхь, перейдя Рейнъ, пустилась въ
путь и, .слѣдуя естественною дорогой» которая, но
средней Луарѣ и ІИараптѣ, окружаетъ центральныя
плоскогорій Франціи, остановились въ Испаніи.
Прибывъ на Иберійскій полуостровъ. вандалы вскорѣ
должны были вступить въ борьбу еъ другими за
воеватедями, ввзиготами, по оказались слишкомъ
малочисленными, чтооы оспаривать власть надъ
этой страной у такихъ сильныхъ сосѣдей, несмотря
даже ва свои союзы съ другими переселившимися
пародами—аланами и свопами, піи «сонливыми».
Послѣдніе утвердились въ провинціяхъ, сдѣлав-
шимися теперь Португаліей и Галиціей, и удер-
Фраикскю воинъ.
жались тамъ; аланы же, державшіеся въ Андалузіи, соединились снова съ вандалами,
и вмѣстѣ съ ними, подъ давленіемъ визіігоювъ, и благодаря разногласіямъ, царившимъ
у римскихъ полководцевъ, перешли въ Африку. Въ десять лѣтъ, съ 429 г. но 439 г.
<>ни окончили завоеваніе Мавританіи,—и предъ Римомъ снова возникъ враждебный
Карѳагенъ. Будучи моряками на Балтійскомъ морѣ, вандалы, къ которымъ примѣшались,
832
/"
впрочемъ, представителя всѣп, расъ, сдѣдаись такимп же моряками п къ Средиземномъ
морѣ и, подобно своимъ предшественникамъ, кароагенянамъ, овладѣли также островами
на Тирренскомъ заливѣ, Корейкой, Сардиніей и Балеарскими островами. II хь государство,
существовавшей въ продолженіи цѣлаго столѣтія, изъ всѣхъ царствъ, появпешихся отъ
переселенія пародовъ, больше всего вышло изъ своихъ естественны!ъ условій среды, и,
вслѣдствіе этого, по своемъ исчезновеніи оставило за собою меньше всего слѣдовъ.
Острогати, которымъ прошлось выдержать первый страшнѣйшій ударъ со етаропы
гунновъ, когда послѣдніе прорывались между Балтикой и Понтомъ Эвксинскимъ, не
были столь недвижны, какъ вандалы, при своемъ передвиженіи къ западу. Тѣ между
ними, которые не была вынуждены сопровождать своихъ побѣдителей въ ІПалонскую
битву пли не были разселены среди другихъ народовъ, въ качеі-твѣ бѣглецовъ или со-
юзниковъ, успѣли укрѣпиться въ области Паннопін, которую съ сѣвера и востока окру-
жаетъ дуга Дуная между Випдобоной и Сапгидуиомъ, т. е. Вѣной и Бѣлградомъ, и
орошаютъ рѣки Драва и Сава, сбѣгающія съ Альпэвь и ихъ Иллирійскихъ отроговъ.
Въ этой сильной стратегической позиціи, грозившей одновременно Византійской имперіи
п остаткамъ Римской, остроготы могли дожидаться случая для наступательнаго образа
дѣйствій. Гепиды и герулы, также принадлежавшіе къ конфедераціи готовъ и прини-
мавшіе различное участіе въ нападеніяхъ оа римскія владѣнія, прочно устроились по
сосѣдству: гепиды—иа востокъ отъ Д>пая, въ областяхъ, которыя называютъ теперь
Альфельдомъ, Трапснльвапіей н Валахіей, а герулы—въ сѣверномъ полукружіи Кар-
патовъ. Втв безпокойные народы, подобно остроготамъ, дожидались только момента,
чтобы броситься па богатые города юга, полные добычи.
Чго касается визигятоаъ, то эти варвары, бывшіе дольше всѣхъ въ соприкосно-
венін съ цивилизованными странами Средиземнаго моря, благодаря своимъ нападеніямъ
иа Ѳракію. Грецію. Иллирію, Италію,—нападеніямъ. начавшимся епщ со временъ Анто-
ниновъ, достигли замѣчательнаго смягченія своихъ нравовъ; вмѣстѣ съ тѣмъ въ среду
ихъ отчасти провинти римская промышленность и науки Являясь разрушителями Вѣч-
наго города, іни выдавали поэтому себя за прололжателей его дѣла. Одинъ изъ королей
визиготовъ, Атаульфъ, сдѣлавшійся зятемъ императора Гонорія, всталъ даже во главѣ
ого армій, чтобы возстановить Западную имперію. Во имя Рима внзиготы, дѣйствительно,
отвоевали обратно Провансъ, Парбопезію, Аквитанію, Испанію и, вскорѣ послѣ побѣды
надъ Аттилой, въ царствованіе Зурика, образовали огромное царство, простиравшееся
оть Луары до Оголивъ Геркулеса (Гибралтарскаго пролива), и эго оыло ихъ собственное
царство, несмотря на призрачную записвмость отъ Рима. Только въ восточной Иберіи
въ продолженіи нѣсколькихъ десятилѣтій успѣли сохранить св„ю независимость глевы.
Стремленіе къ романизаціи было настолько живо и искренно у готскихъ королей, что
они велѣли собрать римскіе законы, чтобы управлять своими подданными по образцу
побѣжденной имперіи; пхъ невѣжественное рвеніи доходило при эгомь до того, чг> въ это
собраніе (Ьвх Когоапа АѴізіроіІіогит) вошли распоряженія, несправедливыя для нихъ
лично; таковъ, нанр, «законъ Гонорія», запрещавшій браки между римлянами и варварами.
Даже бургуиды, запинавшіе тогда бассейнъ Роны, отъ Оберлаіда до Камарга,
согласовали свов выгоды съ нуждами Римской имперіи Послѣ двухвѣкового процесса
833
переселенія. прерываемаго битвами п пчбопшамв и прпвптшаго игъ съ береговъ Вистула
(Вислы) на береіа Рейна. чаи съ радостью согласились мирно войги въ свое нчвое
владѣніе, относясь съ глубокимъ уваженіемъ, какъ того требовала справедливость, кь
чужимъ интересамъ. Какъ ни вынуждались германскія племена къ битвамъ, они все-
гаки предпочитали, слѣдуя закопу наименьшаго усилія, получать даромъ земли, вь
обмѣнъ за призрачное господство. Что касается до аланиновъ или аллемаииовь, «людей
Европа въ 476—493 г.г.
I 40000000
(ООО
2000
3000 Килом
Главнѣйшія событія въ теченіе указаннаго періода; вторженіе въ Италію визвготовъ, оолоріпоннсо
13 пѣть спустя пескѣ того, какъ Одоакръ отмѣнилъ оіимй титулъ римскаго императора проник-
новеніе франковъ въ центръ ГвддІц и, наконецъ, продолженіе пересоленія езкеопъ въ Вкмигко-
брцтааію. Вжзиготы распространили овою власть па Провансъ, болгары направились къ Черному
морю, чехи—въ ВогомІю. Узкая заштрихованная полоса разграничиваетъ независимые народы
Испаніи, другая такая же полоса ограни чива отъ страну бургундокъ н области франковъ и алло*
напавъ,
всѣхъ расъ», которые тѣснили йургунловь и утвердились въ Рейнской доліиѣ, къ югу
отъ Майпа и Мозеля, то они получили зги земли не ил> милости отъ Рама, а ооилавы
ими только желѣзу своихъ мечей.
Франки, давшіе впослѣдствіи Галліи иля «Франція»; а самимъ галламъ имя
«французы», занимали въ срединѣ V вѣка только ничтожную часть территоріи, ві-
ЭЛИЗЕ екклю. ВЫП. VI.
53
834
сяпѵ*й теперь ихъ пия, Оип владѣли страпаин, псрссѣкаѳмыѵп Рейломъ, Маасомъ и
Шельдой въ вхъ нпжиемъ теченіи, пропекая на югъ до области, ставшей потомъ
Артуа. Въ теченіе второй половины Ш вѣка осѣдлыя народности нынѣшней Бельгіи
видѣли, какъ эдп германскія банды появились къ западу отъ Маиса: перво историче-
скія свѣдѣнія относятся къ 240 году. Императоръ Макспмииъ, тѣснимый съ разныхъ
сторопь врагами, прибѣгнулъ къ обычному средству: уступилъ франкамъ, сдѣлавшимся
военными колонистами, незаселенныя части области морнновъ и иеташйцевъ. Германское
вліяніе простиралось къ югу до Булони; во берегъ не имѣлъ тѣхъ очертаній, какія
имѣетъ теперь,—онъ получилъ нхъ около X вѣка; за шесть же вѣковъ д» того море,
разрушивъ древнія болго римскія колоніи, затопило низкія мѣста отъ Бругса до Дюн-
кирхева. Юліанъ также низводишь побѣжденнымъ салІЙцамъ занять иустыии Токсан-
дрт, нынѣшній Кампішъ. 11о эти новые подданные Рама отличались непостоянствомъ
и, когда, вь началѣ V вѣка, римскіе легіоны покинули Бельгію, чтобы защищать отъ
нападеній варваровъ Италію, франки тоже послѣдовали за ними на югъ. Ихь путь еще
и теперь ясно намѣчается границею языковъ фламандскаго п валлонскаго, п это гра-
ница опредѣлялась физическими условіями страны. «Шзрбопьерскій» лѣсъ, являющійся
западнымъ продчлженіомь великаго Арденскаго лѣса, слабымъ остаткомъ котораго
являвъ я Суаиьскій лѣсъ близъ Брюсселя, а также паркъ этого города, остановилъ
завоевателей и заставилъ ихъ направиться къ западу; «стѣна лѣса» долго оставалась
непреодолимой: тропинки продѣлывались лишь мало-по-малу по теченію рѣкъ и ручьевъ,
во времена средневѣковья; до средины IX в. лѣсъ сохранилъ свой характеръ ссте
ствспвой границы, какъ упоминается о пей въ Салическимъ законѣ. Иа сѣверѣ нахо-
дились германскіе колонисты, а на югѣ—лѣсныя прогалины и долины были заняты
кельтскимъ племенемъ Вала, прямыми иредшествоиииками валлоновъ.
Вторженіе франковъ спачида происходило впо игѣ мирно, сь согласія римлянъ,
которые, впрочемъ, п не могли помѣшать ему. Къ этлй эпохѣ относится большинство
фламандскихъ селеній, названія которыхъ, оканчивающіяся на Ііеш, уЬсш иди Іііуепі,—
послѣдняя форма скорѣе свойственна алеманамъ,—соотвѣтствуя германскому окончанію
Ьеіш, напоминаютъ о франкахъ—основателяхъ вхъ. Благодаря этому суффиксу мѣст-
ный- названій, можно легко прослѣдить п< картѣ за пер селеніями франковъ, начиная
отъ устьевъ Шельды до Булонскихъ холмивъ: эт» названія показываютъ путь в< иновъ,
носителей культуры, основывавшихъ свои домашніе очаги. Въ срединѣ V вѣка римія-
нвнъ Аоцііі, управлявшій еще галльской провинціей на сѣверѣ уже погибшей въ дѣй-
ствительности имперіи, явился было помѣшать этому человѣческому потоку, чтобы за-
щитить противъ него бассейнъ верховьевъ Шельды. Произошло жестокое столкновеніе,—
и пзъ совершенно мирнаго вторженіе франковъ превратилось въ воппстьецное, подъ
управленіемъ Хлодіо—Клодіона—перваго короля франковъ, имя котораго стало извѣстно
въ исторіи. Твердость дисциплинированныхъ римскихъ войскъ задержала ого къ сѣверу
отъ Соммы, но ыіъ дожидался только случая, чтооы обрушиться на области, ставшія
потомъ <Идь-дс-Франсъ». Конечно, франки нроиикіи въ Галлію вові-е ин съ тѣмъ,
чтобы «освободигь галловъ отъ римскаго ига», какъ эіо воображала одна школа исто-
риковъ ьъ ХѴІ11 вѣкѣ; іни явились, чтобы замѣнить собою прежнихъ господъ; иовик
аз 5
режимъ долженъ чыть ещо болѣе суровъ, нежели прежній. Кикъ уже давно установилъ
Фрерз, названіе «франкъ» ю-всс не значитъ «свободный человѣкъ», какъ бы хотѣли
нѣкоторые французскіе писатели пзъ чувства ложнаго патріотизма: вь орпгпнхтьныхъ
документахъ ігеск, Ггак, ігапк, ѵтап$, сообразно разными, нарѣчіямъ, соотвѣтствуетъ
латинскому слову Гегох, отъ котораго и пикетъ всѣ значенія, благопріятныя а неблаго-
пріятныя: «гордый, смѣлый, суровый, жестокій».
За германскими народами, тЬсішвгпиміі границы римскаго міра и даже уже пере-
ходившими ее, именно истроготами, визиготами, свевами, вандалами, бургундами, алле-
маиами и франками, тѣснилась другіе народы, также жадно стремившіеся къ добычѣ;
таковы были лоіігобарды, или ломбарды, «длинныя бороды» или «длинные топоры»,
которыо должны были, въ слѣдующемъ вѣкѣ, принять большое участіе въ раздѣлѣ
Римской имперіи; во времена Аттн.іы опи жили ,ещв у истоковъ Одера, отдѣленные
горами и лѣсами оть дреыісП Римской имперіи. Что касается германскихъ племенъ,
занимавшихъ берега моря, то они предпринимали морскія путешествія для завоеванія
новыхъ территорій. Таковы были юты, населявшіе полуостровъ Іпландъ или Ютландъ,
англы, занимавшіе южную часть эгого полуострова между Травой. Эдеромъ и Эльбой,
и наиболѣе могущественные саксы, владѣвшіе обширной территоріей, расположенной на
западъ п юго-западъ, между моремъ и первыми горами: всѣ эти племена, одновременно
я земледѣльческія, н пастушескія, и морскія, принимали участіе въ великихъ завоева-
ніяхъ по морю н сѵшѣ. Флотиліи саксонскихъ пиратовъ уже въ теченіе 2 вѣковъ ша-
тались вдоль беретокъ Сѣвернаго моря, закладывая здѣсь н тамъ своп колоніи; пройдя
Ламавшъ. опп дошли до Арморики и, съ другой стороны, до устьевъ Луары. Берега
нынѣшней Бельгіи ужо получили названіе Ііінз уахопіеппі («саксонскій берегъ»), в
отсюда аіігло-саксы, соединившись съ ютами, устремились въ 149 или 453 г. на о-въ
Таистъ, сѣверо-восточную часть Кента, теперь превратившуюся въ твердую землю. Го-
ворятъ, они были призваны на помощь частью мѣстныхъ жителей, нобѣждішпыхь ьъ
междоусобной войнѣ, но вскорѣ послѣдніе убѣдились, что они сами отдали себя въ руки
господь. Страна бретоицовъ—Британія—сдѣлалась съ тѣхъ поръ страною англовъ,
4игельлаидъ зли Англетерръ (Англія), подобно тому, какъ Галлія превратилась во
Францію.
Въ то время, какъ варвары спорили между соб-ю за клочки Римской имперіи,
послѣдняя сохраняла еще остатокъ жизни. Послѣ нашествія Аларнха, Римъ снова от-
стрсплся, и дрожавшіе за свою жизнь императоры ещо осмѣливались садиться патронъ,
но уже подъ покровительствомъ какого-нибудь вирвара-воеиачалыгіка. Чувство нѣко-
тораго почтенія еще препятствовало *пе,честнвымъ» наложить свою руку на священныя
городъ, и тѣ же самые варвары, которые разграбляли его сокровища, оказквии ему въ
то же время почести и претендовали па то, что говорятъ отъ его имени. Впрочемъ,
Гензгрихъ, король вандаловъ, зашедшій далѣе другихъ завоевателей и подчинившій себѣ
больше всего пародовъ, былъ по такой человѣкъ, чтобы остановиться изъ суевѣрнаго
почтенія къ величію Рима. Ужо овладѣвъ Мавританіей, которая раньше была житницей
Рима, опь довелъ Вѣчный городъ до голодовки; а когда ему представился благопріятный
случай (въ 455 г.), онъ воспользовался нмъ, чтобы овладѣть городомъ и разграбить
83(5
ого до основанія. Въ теченіе 14 дпсй и 14 ночей шелъ методическій грабежъ; ьо
дворпауъ и церквахъ не осталось ни одной цѣнной вошп: прекрасныя матеріи, драго-
цѣнные камни, золото и бронза,—все было тщательно забрано, и всѣ, кто не могъ
заплатить за себя выкупа, вплоть до епископовъ, сгонялись стадами въ одв'- мѣсто,
въ видѣ плѣнниковъ. Совершенно несправедливо названіе «вандалы» примѣняли впо-
слѣдствіи кь слѣпымъ разрушителямъ, уничтожавшимъ все изъ одного удовольствія и
грабившимъ безъ пощады; вандалы-то умѣли подсчитывать свою дооычу!
Однако, и послѣ итого ужаснаго испытанія имперія продолжала еще проявлять
желаніе жизни; настолько человѣкъ—по самой природѣ своеіі—стремится сохранить
прежній порядокъ. Соопралвсь войска, отвоевывались обратно провинціи; одинъ за дру-
гомъ слѣдовали императоры какъ въ сам> мъ Римѣ, такъ в внѣ его. Въ концѣ концовъ
одинъ изъ вождей варваровъ, Одовакаръ, или Одоакръ, сдѣлавшись начальникамъ пре-
торьянской гвардіи, а потомъ настоящимъ царемъ Рима, положилъ конецъ комедіи ст>
мишурными императорами и. съ снисходительнымъ презрѣніемъ, низложилъ (1228 г.
осъ основанія Рама) послѣдняго изъ нихъ. Августа, яли, скорѣе, Августула, по стран-
ной вроків судьбы также носившаго имя Ромула, какъ в основатель Рима. Однако,
если пе стало императора, то исе-таки самая идея имперіи продолжала существовать
въ умахъ. Самъ Одоакръ предложилъ восточному императору Зенону принять потъ своѳ
покровительство Римъ, при условіи, что онъ, Одоакръ, поіучіпъ званіе римскаго патри-
ція и возьметъ въ свое управленіе Италію; будучи всогражичеинымъ паромъ, онъ ува-
жалъ, однако, древніе яаконы Рима, почиталъ сенатъ и оставилъ яа мѣстѣ римскихъ
чиновниковъ. И вдали отъ Рима, на сѣверѣ Галліи, полководцы имперіи Эгпдій, а по-
томъ ого сыпь Сіагрій, продолжали управлять в защищать свою провинцію отъ имени
Рима, какъ это дѣлалъ до нихъ Авдій: сердца имперіи перестало уже биться, во члены
ея еще дѣйствовали. Только въ 486 г., спустя десять дѣть по низложеніи Ромула-
Августула, Сіагрій, «царь римскій», былъ развитъ франками при Суаеонѣ, и такимъ
образомъ исчезъ послѣдній клочекъ Западной Римской имперіи.
Однако, давленіе варварскихъ племенъ на границы имперіи не прекращаюсь. Бъ
488 г. король острогоіевь Тсодоригь, также принявшій званіе полководца на служоѣ
восточнаго императора, спустился изъ своей Альпійской твердыни въ ратины Италіи.
Одержавъ побѣду въ трехъ большихъ отр,іженіягь, онъ послѣ пятплѣтвей кампаніи пре-
дательски захватилъ Ыдоакра въ Равеннѣ п, подъ предлогомъ возстановленія единства
имперіи въ пользу Византійскаго императора, сдѣлался независимымъ повелителемъ Италіи.
Онъ сталъ даже отвоевывать обратно бывшія римскія пр^нпаціи, занялъ Альпійскую об-
ласть, Сициліи, Провансъ, захваталъ долину Саны въ ущербъ Восточной имперія и,
заключивъ союзъ съ Визпготамн, такимъ образомъ почти возстановилъ въ свою пользу
всю Западную имперію: итакъ, спустя 4 пли 5 поколѣній послѣ Ермапарика, царство
готовъ перемѣстилось па 2.500 килом къ западу отъ сарматскихъ раьиннъ, до полу-
острововъ въ западной части Средиземнаго мори.
Сдѣлавшись римляниномъ благодаря подвластнымъ ему пародамъ, Теодорпхь за-
мѣнилъ собою прежнихъ властителей и въ рола защііінвка Рима; для зюп цѣли инъ
воспользовался уцѣлѣвшимп еще э.іеиеаюмо цивилизаціи. а самъ окружилъ себя исто-
837
хигентнымп, образованными людьми, какимъ былъ, папр., Боэцій, и иоддв[живалъ рим-
скія традиціи. Оиъ принялся даже яа возстановленіе Рима и возводилъ новыя зданія,
изъ которыхъ многія и до сихъ пиръ остаются въ Италіи самыми любоныіпыми памят-
никами. Замѣчательно, что ьъ эту кровавую эпѵху нашелся человѣкъ, который могъ
остановиться въ своемъ побѣдоносномъ порывѣ и въ расцвѣтѣ силъ вложить мечъ свой въ
ножны! Между тѣмъ Тсодориіъ, дѣйствительно, все свое тридцатнлѣтнев царствованіе
Е в р о п а въ 401—526 г.г.
1 . 40 000 000
„о	'003	2000	ДОООіКиЛОМ.
Эта карта соотвѣтствуетъ эпохѣ Хдодвнга я Теодорпха и указываетъ на значительное сокращеніе
Восточной Ршіской Имперіи подъ вніппіом'ь огтроготов’Ь; на пой отмѣчено Таймга пересоленіе
болгаръ въ области, номинально подчиненныя Константинополю. Царство Внзиготовъ, уступило
апапятельпую часть сноихъ владѣніи франкомъ, ядлемашйболѣо влк мѵнѣо подчинились Хлодпигу,
ломбарды перешли Дунай и устроились вь Попиопіи; наконецъ, по прекратились еще движеніе,
захватившее саксовъ и перенесшее ихъ чрезъ Ламонтъ и Нѣмецкое море. Заштрихованныя мѣста
указываютъ то же, что п на предыдущей каргѣ
посвятилъ мирнымъ дѣламъ гражданскаго управленія. Даже, когда его зягь А.іарихъ
погибъ отъ руки Хлодвига въ битвѣ при Пуатье, Теодорихь удовольствовался только
тІімь, что, охраняя интересы своего малолѣтняго внука, остановилъ ростъ мигущества
франковъ, разбивъ ихъ при Арлѣ. Его современники, полу-варвары и полу-образовав-
ные люди, вдвойнѣ удивлялись ^му: и какъ завоевателю остроготу, н какъ римлянину,
838
возстановителю минувшей славы. Германская легенда превратила Дитриха Бернскаго,
т. с Теодориха Веронскаго, въ героя полубс-га, который «держитъ міръ въ своей рукѣ»
и напоминаетъ дровияго бога Тора, «дышащаго пламенемъ, когда ого обгоняетъ страш 
ный гнѣвъ»... Латинское преданіе говоритъ другое: готскій царь считался ими латиня-
ниномъ древней благородной крови,—о нѣкоторые ученые серьезно занимались соета-
ііленіемъ ого родословпі й, чтобы доказать оощнссть происхожденія готовъ съ греками
и римлянами (Іорданъ).
Теодорахъ, вмѣстѣ сь другими вождями варваровъ, именно, властителями ъизиго-
товь, принадлежалъ къ числу тѣхъ, кого римская цивилизація вознесла выше ихъ
собгтвенваго уровня. Подобіе тому, какъ смѣшиваются жидкости въ сообщающихся со-
судахъ, и этническіе элементы, приходя въ соприкосновеніе другъ съ другомъ, перемѣши-
ваются и производятъ въ результатѣ новую націю, при чемъ характерныя особенности
каждаго изъ обоихъ народовъ присоединяются отъ одного къ другому. Какъ сплавъ от-
личается отъ каждаго изъ составляющихъ его металлахъ, такъ и новая цивилизація
трансформируетъ или уничтожаетъ тѣ цивп іпзаціи, <>ть смѣшеніи которыхъ образовалась.
Если пересоленіе варваровъ, разсматриваемое во всей совокупности, имѣло своимъ по-
слѣдствіемъ рочанпаацію готовъ и бургундовъ, то. съ другой стороны, оно ѵказьівал»
вліяпі1- и на самихъ римлянъ, отчего и вся цивилизація сократилась въ огромной
степени и на мноііе вѣка. Греко-римляно сами сдѣлались полу-гермапцами, и благород-
ные іредставителп греческой философіи, эпикурейцы и стопки, этн проницательные ис-
толкователи человѣческаго бытія, этн стражи высокой морали и проповѣдники гордаго
терпѣнія, дали сеоѣ унезвіъія до грубыхъ, варварскихъ суевѣрій, до той неистовой не-
терпимости, какою отличалось средневѣковое хрисгіансгво.
Тѣмъ не менѣе, какъ на непріятно было эго грубое, неустойчивое, безумствующее
общество, наслѣдовавшее эпохѣ «римскаго мира», оіі" вес-таки имѣло передъ собою
свѣтлую точку,—идеалъ, къ которому направляло свою жизнь. Съ торжествомъ варва-
ровъ циклъ исторіи долженъ былъ начаться съ качала: почти всѣ завоеванія, сдѣлан-
ныя древнею культурой, были утрачены, и возстановленіе пхъ могло быть сдѣлано только-
рядомъ вѣковъ. Казалось, человѣчество вернулось къ первобытнымъ временамъ. Щикко,
при своемъ вторичномъ развитіи европейскій міръ, вмѣстѣ съ остатками сокровищъ ли-
тературы и науки грековъ и римлянъ, все жо имѣлъ то преимущество, въ сравненіи сь
прежними эпохами, что сохранилъ извѣстное чувство единства всего человѣчества. Его
географическій горизопть былъ гораздо шире горизонта той безымяппой толпы, какую
составляли древнія цивилизованныя народности. Безъ сомнѣнія, представленіе, какое они
составили себѣ о землѣ, было странное и неправильное: хотя земля и была измѣрена цирку-
лемъ Йратосоеповъ и Птолемеевъ, но варвары, пришедшіе съ далекаго сѣвера и «ще болѣе
съ дальнаго Востока, имѣли неопредѣленную идею объ огромныхъ пространствахъ, пре-
восходящихъ своимъ протяженіемъ греко-римскій міръ. Кронѣ того, въ этомъ огромномъ
тѣлѣ имъ представлялась смутно какая-то душа, такъ какъ Священная Римски имперія
для нихъ не переставала существовать; наконецъ, они вѣровали въ универсальность сня-
той Церкви. Идеалъ почтя не сознавался ими, но онъ гѣмъ не менѣе опредѣлилъ буду-
щее политическое и духовное единство
839
Прежде, чѣмъ вступить па этотъ путь,—путь прогрессивной тплізаціи, смѣшан-
ныя народныя массы, разнаго происхожденія и говорящія на разныхъ языкахъ, хаотн-
Сходящіяся долины Нарбонезіи.
іоо Иилом.
і :	1 500 ооо
Къ югу отъ р. Тѳпхъ лежитъ Ііѳртуоъ, или перевалъ Допь-Гардъ (420 метр.). чрезъ который
арабы проникли во Францію въ началѣ ѴНІ в. Въ эпоху, къ который относится эта картъ, Нар-
бонпа была еще апачіггеаънымъ морскимъ портомъ, какимъ и оставалась до XIV в.; очертанія
береговъ и направленіе рѣкъ нимѣшіписъ оъ того времени.
чески перепугавшіяся между собою въ странахъ Европы, должны были сначала утвер-
диться, пустить корна въ ту почву, куда занесли ихъ волны переселеній, должны
840
были онродѣлидь свою географическую территорію. Затѣмъ каждая язь этическихъ
группъ, составленныхъ болѣе ши менѣе крѣпко,—благодаря общнсстп борьбы, страданій
и интересовъ, должна была познать свою коллективную индивидуальность, сгладить свов
контрасты л противорѣчивыя черты, чтобы чувствовать себя однимъ народомъ. Далѣе,
подготовлялась новая эволюція для каждой изъ такихъ отдѣльныхъ группъ.—стадія ис-
канія равновѣсія съ другими европейскими группами, исканія идеала, если не прави-
тельствами, то по крайней мѣрѣ—отдѣльными личностями.
Но первымъ условіемъ всякаго дальнѣйшаго прогресса оыло матеріальное приспо-
собленіе къ почвѣ и климату. Переселившіеся народы, перемѣнивъ свою родину, должны
были соотвѣтственно измѣнить и свое питаніе, свою одежду и стали подвергаться раз-
личнымъ, нг извѣстнымъ до того имъ болѣзнямъ. Старики племени умирали толпами,
точно также слабые и больные; дѣти, на которыхъ измѣнившіяся условія дѣйствовали
особенно вредно, почти всѣ погибали. Колонизація всегда начиналась съ уменьшенія
населенія, не говоря ужо про смертность отъ битвъ, пожаровъ и избіеній побѣжден-
ныхъ. Приспособившись къ нчвой средѣ, раса эмигрантовъ оказывалась не только умень-
шившеюся численно, но также измѣненной и въ самой сущности, отъ скрещиванія съ
туземпами и другими колонистами чуждаго происхожденія. Смѣшеніе это увеличивалось
отъ поколѣнія къ поколѣнію, и вь к<>нцѣ концовъ первоначальный типъ становился
совершити» неразличимымъ. Черезъ «ѣсколько вѣковъ или даже раньше внѣшній видъ
представителей данной народности измѣнялся, первоначальный языкъ ея часто совершенно
исчезалъ,— и новый народъ оказывался уже совсѣмъ не похожимъ на прежній, отъ ко-
тораго происходилъ.
Опасности подчиниться вліянію среды и быстрота физическаго п духовнаго пере-
рожденія переселенцевъ, естественно, увеличивались пропорціонально квадрату разстояній
между иіъ первоначальною родиною и новымъ мѣстопребываніемъ. Въ этомъ отношеній
замѣчательнымъ примѣромъ являются вандалы. Уменьшившись до 50 тыс. воиновъ уже
по приходѣ въ Африку, "ни не могли бы довести до конца своихъ завоеваній, если бы
не вошли въ союзъ со всѣми угнетенными племенами Мавританіи, которыя уже стали
подниматься противъ римскаго владычества; на религіозной почвѣ, одна изъ сектъ, до-
натисты пли «горцы», возстала противъ римскаго духовенства, сторонника пап-
ской власти; кромѣ того, противъ рабовладѣльцевъ сгруппировались шайки бродягъ »
развѣдчиковъ. Уже эти союзы повели къ скрещиванію съ чужими элементами, и несмотря
па расовую гордость, запрещаишую вождямъ браки съ римлянами, уже въ началѣ
VI вѣка чистокровныя семьи стали рѣдкостью. Потомъ пошли военныя неудачи: умть-
шившись численно и ослабѣвъ духомъ, Вайдалы во могли уже выдерживать натиска
византійцевъ, у которыхъ на службѣ находились наемные варвары; вандальская моло-
дежь частью оыла перебита въ сраженіяхъ, частью отведена плѣнниками въ Константи-
нополь, а женщины добровольна или насильно вшили въ римскія семьи. Самое имя ван-
даловъ. которые когда-то приводили въ трепетъ міръ, уже пері-етало упоминаться чрезъ
сто лѣтъ послѣ Гейзерита,—и теперь тщетно ищутъ слѣдовъ вхъ прохожденія по Афри-
канскому материку. Нужно считать парадоксальной теорію Лохера, который видѣлъ по-
‘омкмаь вандаловъ въ древнихъ гуанхахъ Канарскихъ острововъ.
841
Пересадпп'я народовъ, происходившія па Иберійскомъ полуостровѣ, привели въ ко-
лебаніи болѣе мвогочпслепнчя толпы, оттого и послѣдствія ихъ были болѣо прочны. Въ
600 г., прп Реккаредѣ, визиготы уже быти господами всей страны; однако, духовное сліяніе
между тотами и латинизированными испанцами,
соотвѣтствующее, конечно, расовому скрещива-
нію, уже сильно подвинулось впередъ. Латинскій
языкъ получалъ господство, а католическая ре-
лигія народа распространилась и на короля,
бывшаго раньше аріаниномъ. Въ продолженіе
вѣка властители еще принадлежали къ расѣ за-
воевателей, но проходи чрезъ ІІирииеи были
закрыты, и ни одна новая банда германцевъ не
могла усилить арміи визиготовъ, тогда какъ по
другую сторону пролива внезапно яввдея новый
народъ-завоеватель; зто были арабо-берберы,
увлеченные горячею вѣрою. Остатки визиготовъ
вскорѣ исчезли въ этой борьбѣ по на жизнь, а
ча смерть па равпнпахъ Испаніи, всего лишь
чрезь 3 вѣка, какъонп «окинули лѣса Германіи,
Остро готы исчезли, какъ отдѣльный народъ,
150-годами раньше: они растаяли, какъ спѣть
подъ ыыпцемь, на равнинахъ Италіи н ужо не
оказали никакого сопротивленія ломбардамъ.
Если магическое имя Рима притягивало по-
слѣдовательно всѣхъ завоевателей варваровъ къ
Итальянскому полуострову, то географическое
положеніе, Галліи дѣлало изъ нея также мѣсто
встрѣчи народовъ. Будучи широко открыта на
востокѣ и сѣверо-востокѣ, къ тому же населен-
ная народами, которые не могли дать отпора
завоевателямъ, эта богатая страна сдѣлалась
постоянною добычею пришельцевъ: одинъ за
другимъ направлялись переселяющіеся пароды въ
одну изъ ея ириморскихъ провинцій, гдѣ задер-
живались или моремъ иди другими народами
эмигрантами; здѣсь, разсѣиваясь постепенно и
затѣмъ вновь соединяясь, они образовывали
новыя этническія комбинаціи. Даже тѣ племена,
которыя, проходя Галліей, рѣшались пересѣчь
Пиринси, не переходили этихъ горъ, не оставивъ зз собою большое, числа отставшихъ.
Естественно, этотъ огромный приливъ народовъ, нахлынувшій на западный міръ,
«о могъ обойтись безъ кровопролитій н отклоненій въ стороны, пазігѣіяшиять до безко-
Мечъ, сЬкпра і> копье Хнльае-
рпха, найденные вь его могппѣ.
842
нечвссти іо.т!ты переселенцевъ. Нѣть страны «ъ Европѣ, гдѣ бы ве было народности
чужого происхожденія; во Франціи же сліяніе главныхъ п второстепенныхъ расъ, ссвер-
твшесся въ точеніе вѣковъ, привело къ тому, что отличительныя черты н даже пмена
бывшихъ здѣсь народностей совершенно утратились.
Что сдѣлалось со сзевами, аланами, визигогамн. алломанамі-, бургупдамв, которые
осѣли въ Гакліи », конечно, но вездѣ тѣсно смѣшались съ туземными народностями?
Соібразпо тысячѣ представлявшихся обстоятельствъ, одна какая-нибудь чужеземная
орда, утвердившись въ какой-нибудь области но праву завоеванія, могла, благодаря
свисй бдительности н привычкѣ сосѣдей, держаться въ. безснасностн среди враговъ,
другая—получала область для поселенія вь награду за союзъ съ мѣстными жителями
противъ общіго врага; наконецъ, многія пришедшія издалека племена превратились въ
скопища плѣнниковъ или рабовъ, которыхъ употребляли па свои работы окрестныя
хозяйства. Въ теченіе цѣлыхъ вѣковъ эти потомки переселенцевъ жили очень различною
жизнью, то мирно смѣшиваясь съ туземцами, перенимая ихь языкъ, обычач, религію,
то сохраняя своп собственныя характерныя отличія, хотя они и принуждены были
подчиняться волѣ сбояхъ господъ. Эти маленькія изолированныя группы можно срав-
нзть съ инетами, появляющимися на организмѣ. Но у нихъ уже трудно бы іо различать
древность происхожденія. Нужно ли кпдѣть въ странѣ Аллеманъ въ Кальвадосѣ (Нотръ-
Дамъ, Сспъ-Марлзпъ, д’Аллемаиь я пр.) слѣды плеш-ни алановъ, заброшенныхъ сюда
Вмлсю судьбы? Свидѣтельствуютъ ли такія названія, какъ Понгь-а-Вапд-шъ, Вандела-
куръ, Вандамъ, Ваидевиль, Вапдппьп и названія другихъ мѣстностей департаментовъ
ІІ< ръ и Па-де-Кале о проходѣ здѣсь Вайдаловъ? Нужно ли приписать той же причинѣ я
вообще названія селеній, начинающіяся па Вандъ, Вопль, Виндъ, разсѣянныхъ оіъ
Шарапты до Эпы?—Па эти вопросы нельзя ещі даль отвѣта.
Есть, однако, группа, которой преданіе приписываетъ гуннское происхожденіе,
хотя, съ равнымъ правомъ, ей можно приписать и кельтское происхожденіе, и герман-
ское, и сарацинское. Это—населеніе маленькой долины д'Аиивьс (Эйнфишъ), по которей
течетъ рѣка Навизантъ вли Навигенда, врывающаяся вь главную долину чрезъ скали-
стое ущелье. Эти горцы, хотя и обращены въ христіанство и привыкли уже говорить
па фравцузско-валезскомъ нарѣчіи, все-таки рѣзко отличаются отъ сосѣдеі по своей
наружности, по употребленію словъ п оборотовъ, неизвѣстныхъ въ ниже лежащихъ
долинахъ, по своеобразнымъ обычаямъ и особенно по сознанію своей обособленности.
Переселеніе народовъ и давленіе, котороо оказывали эти потоки людей другъ на
друга, повлекло за собою измѣненіе того впачепія, какое имѣли историческіе пути
Галліи. Въ Галло римскую эпоху, главнѣйшее движеніе отъ Рима должно было про-
исходить чрезъ Ліонъ къ водораздѣлу Котъ д’Оръ, между Совой и Стой; поэтому
главная ось Галліи приходила съ восточной стороны, между океаномъ и Средиземнымъ
моремъ. Образована царства виаиготовъ въ долинѣ Гаронны, съ главнымъ городомъ
Тулузой, затѣмъ вторженіе франковъ въ бассейнъ Сопы, но юго-западному направленію,
дали на время преобладаніе западному историческому пути, олъ Бордо до Сены, но
среднему теченію Луары. Отъ Гвіаны до Орлеана, по пизчепностямъ, гдѣ текутъ Дронпі,
Шарапта, Кленъ Вьенна, дорога очень удобна: страна здѣсь широко откр та Движенію
813
народовъ взадъ и впередъ, армій и купц'въ, путешествующихъ между Иберійскимъ
полуостровомь и сѣверомъ Европы. Нигдѣ на этой природной дорогѣ вѣдъ какнхъ-лвбо
препятствій, пи горъ, пп болотъ, вп безплодныхъ пустынь. Даже переходъ отъ бассейна
Жиронды къ бассейну Луары не отмѣченъ водораздѣльнымъ хребтомъ. Шаранта, про-
Цирство Меровииговь при сыновьяхъ Хаодзиги.
1 - 1 О ООО 000
1 ; і 	 	------------------ -і
э	200	400	600КйЛОЪ.Х
По смортк Хаодвига (511) старшій ого сшгь Тьорри, надиваитоя тіиико Тоодорихомъ I, получилъ
Рѳймскоѳ королевство (Австразію), отъ Троа до заройнскпхъ странъ, равно какъ и плато отъ
Кагора до Клермонта.; другой сынъ, Клодоиіірь, получилъ королевство Орпоапокое, отъ Сопы до
и.'зовьевъ Луары; Парижское королевство, простиравшееся вдоль береговъ Ламашщц шш Ной-
стрія до стадоось Хильдоборту, а Клотару выпало королевство Оуассоіюкоо, достигавшее иа
сѣверѣ устьевъ Мааса. По онсртп Кподоиира въ 524 г. распредѣленіе территорія измѣлилось.
межуточная ры:а, какъ бы колеблется между двумя склонами. По правую н по лѣвую
стороны находятся страны, легко доступныя: къ востоку—гранитныя в лѣсистыя плоско-
горій пешра Франціи, къ западу — лайды, (юлота, потомъ крутые холмы Пуату, сло-
814
жевпые изъ гранита, какъ и массивы Бретани. Прохожденіе народовъ должно было
совершаться по атому рукаву, гдѣ, съ начата исторіи можно видѣть і'остепениое пре*
вращеніе ляповъ въ значительные города Отъ одноч рѣки до другой путь намѣчался
гораздо раньше, чѣмъ римляне задумали постр. ить свою дорогу по тому же направленію.
Однако, этотъ великій историческій путь не шелъ по прежней линіи между двумя
бассейнами; онъ навивался въ цѣляхъ удобства путешестін, но лѣсамъ и долинамъ,
потомъ, доетиінувъ долины Луары, шелъ вдоль того или другого ея береги, направіяясь
къ вершинѣ той дуги, которую точеніе рѣки описываетъ къ сѣверу; этотъ пунктъ, гдѣ
съ даінпхъ временъ возникъ городъ, современный Орлеанъ, является неизбѣжнымъ
мѣстомъ іетрѣчл всѣхъ путршествевннкс-въ, которые поднимаются пли спускаются по
рѣкѣ, чтобы покороче и легче пройти нъ область сліянія Сены, Марны в Оазы.
Путь пародовъ, который отъ Орлеанской дуги идетъ по изгибамъ Луары и чрезъ
проходи Бургоии доходить до долины Соны, мепѣе намѣченъ природою, нежели великій
западный путь изъ Тулузы и Пуату иди, вѣрнѣе, онъ разлагается на множество второ-
степенныхъ путей впереди низовьевъ Соны, гдѣ большой прямолинейный прорывъ рѣзко
отдѣляетъ съ сѣвера къ югу высокія равнины центральной Франціи отъ отроговъ горной
Альпійской системы. Эта часть большого треугольника, образуемаго историческими пу-
тями Франціи, вдавлена наиболѣе глубоко, — и движенія народовъ доіжны были про-
исходить здѣсь подобно точенію воды во рву.
Третья сторона треугольника, между Средиземнымъ моремъ и океаномъ, по долинѣ
Гаронны, намѣчается о«чти также правильно. Водораздѣльный кряжь, разграничивающій
воды, не представлялъ никакихъ естественныхъ препятствій, но въ ту эпоху, когда
природа сохраняла еще свой первоначальный характеръ, не измѣненный еще человѣкомъ,
проходъ здѣсь былъ все же затруднительнымъ. Три рѣки, называемыя выпѣ Одъ, Эрбъ и
Эро, образовывали нѣчто въ рогѣ естественной границы, вслѣдствіе схожденія ихъ
теченій по выходѣ ивъ узкихъ ущелій. Ихъ устья, ог.аймлевиыя болотами и солеными
иди солоноватыми озерами, слѣдовали одно за другимъ на протяженіи не болѣе 20 кил.
въ ширину, и лабнрпнтъ ихъ рукавовъ и протоковъ представлялъ для прохожденія
народовъ одно изъ самыхъ серьезныхъ препятствій.
Въ эпоху, когда исторія галловъ только начала опредѣляться для насъ, зтоть
лабиринтъ ручьевъ п озеръ естественнымъ образомъ оцѣдилъ двѣ группы очень раз-
личныхъ народностей: иберовъ на западѣ и лигуровъ — па востокѣ Позднѣе, подъ
}правленіемъ римлянъ, болѣн или мепѣе смѣшанные потомки этихъ двухъ народовъ со-
храняли еще своп владѣнія: это были, съ одной стороны, тектосаги, центромъ которыхъ
была Тулуза, съ другой—арекомики, занимавшіе низменности Пима, пограничныя съ
правымъ берегомъ Роны. Потомъ, во время господства визиготоеь яа югѣ Галли, цар-
ство ихъ не разъ ограничивалось этой линіей, да и позднѣе, уже въ средніе вѣка,
даже во время жестокихъ альонгойскихъ войнъ, когда всѣ народности тѣсно слились между
собою, природное разграниченіе, намѣченное схожденіемъ теченій трехъ рѣкъ, под-
держивалось вокругъ политическихъ центровъ, различавшихся дрѵгь одъ друга. Въ этой
области какъ бы сопоставлялись двѣ разліявихь народности: одна—съ провансальскими:
правами ц римскимъ правомъ, другая—принадлежащая группѣ иберійской цивилизаціи,
845
съ готскимъ правомъ. Заселеніе края, выпрямленіе русла рѣкъ, осушка озеръ и болотъ
и прежде всего проведеніе дорогъ повели за соОою исчезновеніе этилъ препятствій, по-
Королеаства въ Англіи.
Масш/піабъ 1 : 5 ООО ООО.
Ни картѣ маогооаии три рѣки Эво .ъ п дпѣ рѣки Оумъ. Окна р. Эполъ мпат тсп лѣпымъ притопомъ
Северна, па другой стоить Бристоль, третья впадаетъ въ Даманшъ къ западу отъ о-ва Уаётъ.
Одна изъ р. Оузъ впадаетъ въ Хамберъ, другая—въ Увшэ. Паъ указавшихъ здѣсь вороаѳвств'ь
Эссексъ, Суссексъ, Корку льсъ, Кукбордоидъ, л Лортумборпопдъ сохранялись до настоящаго
времени въ видѣ областей (графствъ), ио значительно сократилась по своей территоріи за исклю-
ченіемъ Эссекса.
846
ложеноымъ самой природой, іі въ настоящее время различія въ характерѣ, правахъ и
обычаяхъ населенія носятъ лишь атавистическій характеръ.
На сѣверѣ Галліи, между Соммой в Сеной, порѣдѣвшіе въ битвахъ римскіе легіоны
уже ве могли преградить дороги ордамъ Франковъ. Одинъ изъ царей, Хлодвигъ или
Кловисъ, изгнавъ послѣднихъ римлянъ въ 486 г., овладѣлъ всею страною до Сены,
потомъ постепенно распространилъ свою впасть до Луары и перенесъ свою столицу пзъ
Турпэ въ Суассонъ, Соперникъ аллеманопъ, явившихся съ востока изъ-за Рейна, ко-
торые должны были рано или поздно столкнуться съ франками, спустившимися съ
сѣвера, оиъ встрѣтился съ вямп въ первый разъ въ битвѣ при Тольбіаьѣ, которая,
впрочемъ, кончилась въ ничью; затѣмъ окончательно разбилъ ихъ близъ Страсбурга,
какъ утверждаетъ б'пьшииство историковъ. Особенное значеніе этой побѣды заключается
въ томъ, что Хлодвпгь, женатый на католичкѣ, поклялся креститься, сели оиъ побѣ-
дить. Крестившись же, вмѣстѣ съ тысячами своихъ воиновъ, опъ этимъ рѣзь« нарушилъ
равиовѣсіе религій ьъ западной Европѣ и сдѣлался опорой папской власти противъ
аріанскихъ царей — бургуидовъ и виаиготивъ: такъ между папствомъ и французскими
королями, втнмн старшими сынами Церкви, бім< заключенъ, перешедшій въ традицію,
союзъ, и очень часто политическія сооытія съ тѣхъ поръ опредѣлялись этими религіоз-
ными отношеніями. Пятнадцать 'вѣковъ спустя послѣ крещенія Хлодвига, Ватиканъ
вспоминаетъ еще, какъ о своемъ торжествѣ, объ этомъ союзѣ, заключенномъ тогда
между тропомъ и алтаремъ, между государствомъ и церковью; союзъ этотъ, несмотря
на ужасныя потрясенія, можно сказать, длится еще и теперь (1905 г.). Изъ духовнаго
могущества, происшедшаго отъ римскаго міра, и изъ временнаго военнаго могущества-
коюрое приносили варвары, постепенно вышли монархіи «гь божественнымъ правомъ»,
которыя но окончательно исчезли п теперь еще. Къ этой же эпохѣ равнымъ образомъ
стараются отнести рі’лнгЬзио-ііатріотнчсскія легенды, собранныя подъ именемъ беяіа
Г)еі рег Ггапсоѣ Уже гордость фрапііовъ-варваровъ была очень велика. Предисловіе
Салическаго закона, редакціи котораго относится ко времени царствованія Хлодвига,
оканчивается слѣдовательно хвалебною пѣснію:
«Народъ франковъ славенъ; паиъ Богъ создалъ его: сильный своимъ оружіемъ,
онъ твёрдъ въ соблюденіи мирныхъ трактатовъ, мудръ въ совѣтѣ, біагороденъ я здо-
ровъ тѣломъ, замѣчателенъ красотой, смѣлъ и отваженъ въ битвѣ; онъ жаждетъ спра-
ведливости, и хранитъ вѣру».
Борецъ за церковь, по особенно за расширеніе собственнаго могущества, Хлод-
вигъ перешелъ чрезъ Луару, навстрѣчу ввзиготагь, и разбилъ ихъ при Пуатье, на
самой срединѣ историческаго пути между Луарой и Гаропяой, п занялъ Аквитанію и
Нарбонезію до Ропы. Обратившись потомъ къ сѣверо-востоку, онь округлилъ свои
владѣнія, погубивъ открыто или измѣной маленькихъ князей, — ибо этотъ монархъ
принадлежалъ къ числу тѣхъ завоевателей, среди которыхъ блескъ и п|и>етуп.існія пзъ-
за честолюбія дали ему одно изъ первыхъ мѣстъ. Оиъ владѣлъ почти всею территоріею
нынѣшней Франціи. Впрочемъ, эти обширныя, особенно въ сравненіи съ маленькими
размѣрами отцовскаго царства Турнэ, владѣнія—не представляли такого порядка, въ
отношеніи управленія, какъ царство современника Хлодвига—Тсодориха Великаго: много
847
городовъ и лѣпыхъ округовъ были, если по совсѣмъ независимы, то пользовались полу-
свободой; населеніе, укрывшееся п-> неизвѣстнымъ горнымъ долинамъ, старалось по при-
влекать на себя вниманіе. Самъ парь владѣлъ, собственно говоря, т<ідькс тѣмп землями,
которые попирали ноги его воиновъ. Впрочемъ, чувствуя уваженіе къ цивилизаціи, гер-
манскіе варвары нисколько пе заставляли подвластные народы перенимать ихъ образъ
іііизви и сами держались въ сторонѣ, съ извѣстною скромностью Оми разселились по
Европа въ 526—552 гд1.
I яСОООООО
П	»ООО	2000	3000 Иилом
При ІОотішіавѣ (527—565) Восточная имперія было возстаповпопл; власть Копствптппополя про-
стиралась отъ Арменіи до Ботики п отъ Африки до долины р. Но, по вторжопіо славянъ на Бал-
канскій полуостровъ продолжалось 'путь пхь указанъ по Лофввру); кромѣ того, опова направи-
лись въ Европу азіатскія орды, именно—авары.
одиночкѣ пли небольшими группами въ деревняхъ, «дали отъ горожанъ, которымъ пре-
доставили управляться по старымъ обычаямъ. Поэтому туземное населеніе во особенно
сожалѣло о прежнихъ господахъ страны, и возстаній противъ пришельцевъ ш замѣча-
лось. Однако, сліяніе побѣдителей и побѣжденныхъ происходило только счевь медленно.
Меровингскій царь но имѣлъ никакой идеи о національномъ единствѣ своихъ
владѣній. Для него это была только богатая военная добыча, п потому предъ смертью
848
овъ раздѣлилъ ы межіу своими дѣтьми, пакъ раздѣлялъ матеріи, золото п пр. Раз-
дѣлъ производился очепъ странно, даже по жребію, а именно, города, напр., дѣлили
оптомъ, не обращая вниманіе пн на ихъ экономическое значеніе, нп ва политическое.
Такъ, во время раздѣла въ 561 г. между четырьмя сыновьями Клотара, Марсель ока-
зался разрѣзаннымъ на 2 части; городъ (’уассонъ, столица Ненстріи, оказался какъ бы
ааключеин ямъ между четырьмя городами: Саплп, Мо, Лаонъ и Реймсомъ, изъ которыхъ
первые два принадлежали Парижскому королевству, а два остальныхъ—Австразіи.
Участки были такъ странно перемѣшапы между собою, что возстанія и воины были
неизбѣжны, чтобы распредѣлить ихь снова, болѣе разумно: оттого самыя священныя
клятвы неизбѣжно превращались въ клятвопреступленія. Блаюдаря перетасовкѣ, про-
изводимой постоянными возмущеніями, установился нѣкоторый географическій и демо-
графическій порядокъ въ этомъ хаосѣ людей и вещей: вопреки всякимъ раздѣламъ,
постепенно вырабатывались, сообразно съ распредѣленіемъ нарѣчій—франкскія монархіи:
Ав'тразія, Остеръ-Рикъ, или восточная Нейстрія, Неостеръ-Рикъ, или западная. Въ
первой преобладалъ нѣмецкій языкъ, во второй—романскій, латинскаго корпя, обѣ эти
области рѣзко отличались другь отъ друга съ самаго основанія, в съ кажлымь цар-
ствованіемъ это различіе становилось все рѣзче.
Однако, первое же раздѣленіе страны, которая теперь сдѣлалась Бельгіей, нару-
шило чрезвычайно сильно естественную границу нарѣчій: оно отдѣлило отъ Германіи
саліііцовъ Флапдвіи, подчинивъ пхъ нейстрійцамъ, н заставило войти въ Германію вал-
лоновъ Арденна. Намюра и Хемо. Цѣлые вѣка Фландрія и Артуа, отъ Ганда до Арраса,
были соединены ц,ідъ одною властью; единство страны удерживалось несмотря на то,
что населеніе говорило иа двухъ языкахъ,—ъ, кажется, это различіе въ языкѣ никогда
не служила причиною враждебности между сѣверною н южною половиною страны.
Вь общемъ, можно сказать, что такъ называемый «чероьіінгскііі» періодъ (отъ
царя Меровся, быть можетъ, и не существовавшаго) состоялъ въ общихъ чертахъ, изъ
двухвѣковаго взаимнаго яриспособленія, политическаго и соціальнаго, между различными
расоеыми элементами, которые не составляли ужо римской Галліи, но и пе преврати-
лись еще въ современную Францію. Впрочемъ, вторженія варваровъ не прекращаюсь;
опп не только продолжались, но и замѣщали энергичными семьями одряхлѣвшія поко-
лѣнія первыхъ завоевателей; эти, такъ сказать, первыя поселенія варваровъ быстро
разлагаюсь, растлѣваемыя вь непривычной средѣ богатства и роскоши. Второму потоку
завоевателей, Випипамъ и Карламъ, предстояла забота—отразить новыхъ завоевателей,
мусульманъ, явившихся изъ Испаніи, и окончательно оградить Францію отъ папора
германскихъ народностей
ІОты, фризы, англы и саксы, распотожившіе*'я сначала па о-вѣ Танэ п Кттсгпмь
полуостровѣ, между тѣмъ настойчиво продолжали свои завоеванія. Замкнутые па -вѣ,
какъ въ циркѣ, онв охотились за человѣческою дичью съ ужасною послѣдовательностью,
и мнопо изъ ихъ потомковъ, гордые кровью завоевателей, текущей въ ихъ жилахъ,
охотно утверждаютъ, что современные аигдачапо—чисто германскаго провсхоадопія.
Если бы эю было правда, то всѣ бритты были бы просто истреблены, кромѣ обитателей
; Корнваллиса н Вельса. Однако, исторія ничего не говоритъ вамъ о такпгь массовыхъ
849
потребленіяхъ, и писатели-патріоты слишкомъ легко позволили себѣ клевету на своихъ
предковъ. Подобно большинству завоевателей, англы и саксы больше заботились о своихъ
выгодахъ, нежели были жестоки: толпы побѣжденныхъ прежде всего снабжали ихъ жев-
шивами и рабами; въ законахъ черныхъ англійскихъ и саксонскихъ ьоролевствъ Англіи
названіе «бриттъ» (Чѵеаі) примѣнялось для обозначенія раба.
Лишснваи сообщеній съ Галліей и но получая другихъ иммигрантовъ, кромѣ за-
Европа въ 552 —590 г.г.
1	40 000 000
•си"	'	;
зСооКил^м.
Н®. этой картѣ указаны, по Дефавру: вторженіе въ Италію яснгобардовъ, послѣднее общее дви-
женіе германскихъ народностей и затѣмъ занятіе дунайской равнины аварами и набѣги ихъ
на западъ и югъ. Территорія Восточной Имперіи иаштркховапа ѵлдоіиь косою штриховкою;
царство франковъ ограничивается ваштрпхованиого покосой.
воеиателей и разбойниковъ, Англія быстро пришла въ упадокъ въ отшішевіи цивилизаціи
и утратила культурныя пріобрѣтенія, сдѣлавшіяся безпмдеіеымн. Деревенская жизнь
германскихъ завоевателей не нуждалась въ городахъ, —и большая часть ихъ была
поэтому покинута, а многіе заросли первобытнымъ лѣсомъ и исчезли йодъ нимъ; дрхтіе
города, построенные болѣе прочн->, сохранили, по крайней мѣрѣ, своп стѣны: такъ, раз-
сказываютъ, что Несторъ оставался 4 вѣка белъ жителей, а стѣны его всс-такп сохра-
ЭДИ8Е ЕЕКЛЮ. вып. VI	54
850
пились. Съ возрожденіемъ культуры, когда нація стала возстап'шляться со всего своею
цивилизаціей, города оказались разсѣянными но всей странѣ, явившись изъ развитія
авилсдѣльческой жизни. Въ ото время можно было ужо различить двѣ сѣти городовъ.
Тѣ. которые были построены ещо римлянами, въ качествѣ административныхъ и воен-
ныхъ центровъ, и которые располагались по древнимъ мощенымъ дорогамъ, возстали
отъ своего сна, даже сохранивъ свои прежнія имена, исреиначі-нныя только пзь-за
трудности произношенія па чужихъ языкахъ.
Въ то время, какъ возрождались къ жизни этв древніе центры, у переходовъ
чрезъ броды, чрезъ рѣки или тамъ, гдѣ начиналось судоходство (Гулль, Ныоксстль и
т. а.) явились іюеыс центры городской жизни. Всѣ города внутренней части страны,
явившіеся до періода горнаго дѣла п развитія промышленности послѣднихъ вѣковъ,
принадлежатъ къ той или другой категоріи городовъ (Чисгольмъ).
Часто поднимаютъ вопросъ о томъ вліяніи, какое имѣли на Англію въ средніе
вѣка римскія установленія. Нѣкоторые авторы, особенно Зеебомъ, считаютъ это вліяніе
имѣющимъ очень важное значеніе, другіе, наоборотъ, думаютъ, что могучій римскія
геній но имѣлъ ді-етаточпо времени, чтобы оставить опредѣленной отпечатокъ на на-
родности, столь оригинальнаго происхожденія, разстроенной столькими кровавыми собы-
тіями и видоизмѣненной столькими вторженіями новыхъ нарѣчій, обычаевъ и установленій
саксы и англы, датчан- и норвежцы должны были, безъ сомнѣнія, измѣнить умственный
и нравственный характеръ всего населенія, настолько же ослабивъ слои первоначальнаго
римскаго вліянія, сказывавшагося къ теченіе нисколькихъ вѣковъ. Впрочемъ, нѣтъ со-
мнѣнія, что нѣкоторыя измѣненіи ьъ британскомъ мірѣ, происшедшія благ ідаря вліянію
римлянъ, получили постоянный характеръ, несмотря на вторженія в войны, которыя
послѣдовали потомъ. Именно благодаря пребыванію римскихъ легіоновъ въ Лондонѣ,
этотъ городъ считался саксонскими завоевателями скорѣе за союзную республику, нежели
за завоеванный городъ. І.ех шегсаіогіа Лондивіума, невидимому, никогда не исчезалъ,
и его городскія установленія пе- привяли саксонскаго характера; указываютъ на судебные
обычаи, которые были бы совершенна не объяснимы, если въ нихъ не видѣть пере-
житковъ римской эпохи: такъ, «серджспты закона* (адвокаты), кег^епі аѣ Іааг, давали
свои совѣты въ древнемъ соборѣ св. Павла, опираясь на колонны храма; это мѣсто
было спеціазьво назначено для вигъ, чтобы ови выслушивали свонхь кліентовъ и под-
готовляли дѣла для судебнаго пронесся. Не является ли вто точной копіей того, что
дѣлали консулы въ утренпо часы на форумѣ, окруженные своими кліентами, которые со-
бирались въ заранѣе опредѣленномъ мѣстѣ? Не очевидна ли преомствсниосіь обычаевъ?
Будущее значеніе Лондона м>жпо было предречь ужо по очертанію береговъ н
формѣ страны. Прежде всего, устье Темзы, вь юго-восточномъ углу большого острова,
открывалось такъ, что давало доступъ судамъ вь гавань, дальше всего лежащую внутри
страны. Это какъ оы широкія ворота у самаго входа въ Ламаишь, приглашающія войти
сюда всѣ суда, направляющіяся со всѣхъ сторонъ сѣверныхъ шпротъ къ проливу. Ни
одна мѣстность во всей окружности Великобританіи не была столь ясно намѣчена и
столь удобна, въ качествѣ мѣста торговли съ береговыми землями Бельгіи и Германіи.
Вблизи зтон же гавани, намъчевной для торговаго движенія, находилось, на концѣ
851
Кейта, мѣсто, гдѣ путешественники могли бистро переправиться съ одного берега на
друюй, но теряя изъ виду твердой земли. Преимущества устья Темзы были очевидны
и должны были сильно способствовать заселенію того побережья, гдѣ теперь тѣснятся
милліоны лондонцевъ. Но какъ рѣдки были ото тогда ва устьѣ доступные берега, не
покрытыя болотами, къ которымъ по могли приблизиться пи люди, пн суда! Одиа мѣст-
ность нынѣшняго Лондона, подножіе небольшого холма, гдѣ теперь находится соборъ
св. Павла, при устьѣ рѣчки Флить, служившемъ гаванью, представляла всѣ необхо-
димыя условія для нысадкн моряковъ. Л шдпыіумъ, укрѣпленный въ царствованіе Кон-
стантина, тянулся по рѣкѣ на 150—180 метромъ, а въ глубь, отъ берега, на 70 —
90 м. По прежде, чѣмъ достичь втого убѣжища, гдѣ должии были причаливать свои
суда чужеземцы? Пески и топкія мѣста занимаютъ морской берегъ; а по берегамъ рѣки
тянутся широкой иолосой болота и заливные луга. Даже въ современномъ Лондонѣ
южный берегъ такъ низменъ, что фундаменты, домовъ стоятъ въ водѣ; внѣшній видъ
Лондона показываетъ, что онъ покоится на болотѣ, постепенно отвоеванномъ человѣ-
комъ. Нѣкоторые обитатели этой страны, группировавшіеся въ деревушки и селенія,
строились на большомъ разстояніи отъ рѣки, отъ ея затопляемыхъ береговъ, отъ ея
мокрыхъ луговъ я лѣсовъ; жители предпочитали высокія мѣста, мѣловые, покрыти-
ровною травою скати которыхъ являлись іля впхъ наиболѣе удобными: отсюда онв
легко могли наблюдать за ммамепностями, гдѣ могли скрываться враги.
Къ сѣверу отъ Темзы мѣстность, пересѣкаемая въ настоя шеи время множествомъ
дорогъ, была совершенно недоступна па большей части своего протяженія. Уэпіская
губа продолжалась далеко къ югу по болотистымъ пространствамъ (теперь осушеннымъ),
извѣстнымъ подъ названіемъ і'ѳпз, и развѣтвляла ъ по боковымъ долинамъ, покрытымъ
иломъ, куда никто не рѣшался проникнуть. Вся часть восточной Англіи, обнимающая
нынѣшнія графства Норфолькъ и Суффолькъ и ограниченная съ юга устьями друіихъ
рѣкъ и безконечными болотами, была въ дѣйствительности огромнымъ островомъ, въ
которомъ завоеватели долгое время были какъ бы заключены и во могли проникнуть
оттуда въ остальную часть страны. Лондонъ еще до своего возникновенія представлялъ
свои ль основателямъ то преимущество, что находился какъ оы на стебелькѣ слегка
возвышенныхъ Земель, соединявшихъ сь Темзой внутреннія, легко доступныя области
страны. Естественные пути сообщенія совпадали вь этомъ мѣстѣ съ линіей судоходства
по рѣкѣ.
Другія губы англійскаго побережья, которыя обращены свопми раструбами къ
берегамъ Германіи и Сканд-інавін, именно Уэпгь и Гумберъ, такяо- представляли есте-
ственныя мѣста высадки для германскихъ переселенцевъ, являвшихся съ противопо-
ложнаго берега. Морской прпіпвъ благопріятствовалъ гудамъ проникать внутрь страпы,
и привольны въ концѣ концовъ находили на болотистомъ поборежьи бухты ровное,
чистое мѣсто пли скалу, близъ которыхъ могли устроить якорную стоянку; здѣсь и
долженъ былъ возникать портъ, кь которому примыкалъ естественный путь иммиграціи
внутрь страны. Изрнаивность южнаго берега, открытаго по направленію Галліи, служила
также, до эпохи германскихъ переселеній, для свишеиія между обоими берегами, спо-
собствуя заселенію острова, равно какъ з созданію часто посѣщаемыхъ путей сообщенія.
852
Наконецъ, иа западномъ берегу Англіи, глубоко врѣзавшіеся въ землю заливы, нанр,
Севернскій, затѣмъ проливъ Эпглезв, устья Ди, Мерсей, Рябль, Морекэмбская бухта и
треугольный бассейнъ, называемый Сольвей-Фэрсъ, были заранѣе намѣченными пунктами
для причала рыбачьихъ судовъ и морскихъ кораблей, поддерживавшихъ торговыя сно-
шенія съ Ирландіей.
Естественно, что важнѣйшими историческими путями англійскаго острова были
тѣ. которыі соединяли наиболѣе часто посѣщаемыя мореходами устья Даже па нѣмой
картѣ, безъ обозначенія дорогъ, можно пвдѣть, какъ сами собой рисуются линіи, со-
единяющія устье Темзы съ устьемъ Птчина, противъ о-ва Уайтъ; сразу можно узнаті
н естественный путь, часто посѣщаемый въ галло-римскую эпоху н даже ранѣе, который
соединяли долину Темзы съ устьемъ Эвоііа, близъ котораго еще со временъ римлянъ
возникъ городъ Басъ, и городъ Бристоль— съ эпохи древнихъ вѣковъ. Басъ связывается
равнымъ образомъ в съ рейдомъ Птчина, гдѣ находился теперь городъ Соусэмнтонъ —
связью служила ясно намѣченная дорога іь равнинѣ Салисбери, огибавшая юго-западныя
цѣпи горъ, Точно также Уэшь и Томза, Мерсей, Ди и Севернъ соединялись извилистыми
путями, которыя предо,іжадиеь: одинъ—по краю болотъ и низкихъ мѣ«ть, а другой—
но восточному основанію холмомъ Вэлъса. Наконецъ, дороги діатпатьно перекр-шчвалиіь
чрезъ самую массивную часть острова; ряды древнихъ городовъ напоминаютъ теперь о
направленіи древнихъ дорогъ.
Хотя и «стянутый въ таліи», между Шотландіей и Англіей, вытянутый въ длвну
островъ Великобританіи представлялъ нѣкогда, датѣ" къ югу, другой лдаствеявий пе-
решеекъ, ясно очерченный, если в- формою береговъ, то особенностями ш>чиы. Устья
рѣкъ, полусухія болота, Ьгоасіз. или заливные луга тянулись далеко въ глубь страны,
невоздѣланныя песчаныя пространства н лѣса широкой полосой шли отъ Сѣвернаго
моря къ Ирландскому морю, оставляя въ срединѣ только узкій проходъ. Линіей, идущей
ѵть устья Уазы до устья Мсрсея, Англія была раздѣлена па двѣ части, в чтобы по-
пасть изъ южной части къ сѣверную, путешественники должны была брать опытныхъ
проводниковъ, которые могли бы ихъ провести лѣсными тропинками, огибая топкія мѣста
н опасныя трясины. Рѣдкое, полудикое населеніе было разсѣяно здѣсь въ видѣ остров-
ковъ, куда съ трудомъ проникали сборщики податей Названіе Геппу и тоогізЬ, при-
мѣняемыя въ этимъ жителямъ «болотъ», служили въ общежитіи синонимами «некуль-
турныхъ* людей п варваровъ.
Придя съ восточныхъ рѣчныхъ губъ, англы, юты я саксы, проянкая на островъ,
должны были распространяться по пему, слѣдуя по дорогамъ, намѣченнымъ самой про
родой. Исторія, однако, не прослѣдила нхь пути; то, что происходило въ этихъ далекихъ
странахъ сѣвера, осталось неизвѣстнымъ для рѣдкихъ лѣтопшцевъ, писавшихъ еще тогда
на латинскомъ языкѣ. Эта страна раздѣлялась тогда на извѣстно, число езаввеимыхъ
княжествъ, которыя постоянно вели между собою войны: граиьцы ихъ часто мѣнялись
сообразно заключаемымъ договорамъ или благодаря завѣщаніямъ властителей. Въ средииѣ
VII вѣка насчитывали семь такихъ маленькихъ государствъ, не считая тѣхъ, которыя
образинахп бритты, оттѣсненные въ Уэльсъ м Корнваллпсъ; отсюда и явилось названіе
«іептархіяз, которымъ обозначали совокупность англо-саксонскихъ государствъ Англіи;
Ь53
названіе, впрочемъ, неточное, такъ какъ никакое спеціальное соглашеніе не утверждало
такого раздѣленія.
Политическое объединеніе англійскихъ монархій совершилось только въ началѣ.
IX вѣка, ноіда Эіб^рть, воспитанный отчасти при дв'рѣ Ііарла Великаго, округлилъ
свѵе королевство Вессексъ ііршоедипеаіемъ къ нему друіпгь англо-саксонскнхъ госу-
дарствъ. Въ этомъ дѣлѣ ему помогло, быть можетъ, то обстоятельство, что всѣ пред-
ставители ого расы находились тогда йодъ страхомъ нашествія другихъ завоевателей,
датчанъ и норманновъ. Въ свою очередь послѣдніе слѣдовали морскими путями, ука-
занными имъ англами, и старались овладѣть тѣми же самыми территоріями пли хотя
Гора Кассино и городъ С.-Джермаио.
частью ихъ. Принужденные собраться съ силами, для отпора пиратовъ, неожиданно
лапавшихъ па ппхъ съ тысячи пунктовъ берега, апгты должны бы іи отнынѣ прекратитъ
свои собственныя завоеванія; они не могли ужо продолжать борьбы ни въ Шотландіи
противъ оттѣсненныхъ туда бриттовъ и гаэловъ высокихъ долинъ, ни въ Ирландіи
противъ скоттовъ г другихъ кельтскихъ племенъ; для нихъ самихъ начинался новый
періодъ исторіи.
Такимъ ооразомъ на британскихъ островахъ окончился періодъ переселіпііі -нгловъ,
какъ онъ кончился у вандаловъ въ Мавританіи, у свевивъ, алановъ, впзиготокъ—вь
Испаніи, у остроготовъ—въ Италіи и у франковъ—въ Галліи. Аррісргардъ германскихъ
завоевателей состоялъ изъ ломбардовъ и саксовъ, которые, спустя столѣтіе послѣ Одоакра,
854
въ 568 г. перешли чрезъ Альпы и обладали долиною По, нынѣшнею Ломбардіей, такъ
же какъ и большею частью октальной Италія Царь А шарикъ дошелъ до Регіума,
противъ о-ва Сициліи и, по старинному обычаю, ударомъ копья о землю овладѣлъ
страной, заявивъ: «досюда простирается царство лангобардовъ!» Новые пришельцы
были, однако, полуцнвиднзовапы, и подъ пхъ управленіемъ, какъ раньше подъ властью
остроголовъ насоленіе, продолжавшее заниматься земледѣліемъ п промышленностью,
могло еще называть себя римскимъ. Однако, итальянскій полуостровъ сдѣлался бы со-
вершенно ломбардскимъ, если бы папы, иазначеннш самими же завоева голями, не при-
звали ва помощь франковъ изъ Австразіп, которые, подъ властью Карда Великаго,
сдѣлались господами западной Европы.
Въ зтотъ періодъ вторженій и утвержденія въ странѣ варвартьъ католическая
церковь пріобрѣла большое матеріальное могущество. Распространяемая „статками ла-
тинской цивилизаціи, съ которою отнынѣ она стала составлять общее цѣлое, она По-
степенно проникла по историческимъ путямъ во всѣ коммерческіе центры, а отсюда
распространилась и въ салыхь отдаленныхъ мѣстахъ. Легенда говорить, правда, другое*,
оио совершенно ошибочно. По словамъ священныхъ писателей, апостолы, ученики и
спутники Іисуса Христа появились нъ Галліи въ первые же годы послѣ распятія своего
учителя, п обращенные ими туземцы будто бы вполнѣ заслуживали названія «старшихъ
сыновъ церкви», на которое претендуютъ французскіе католики. Въ другихъ странахъ
разсказываютъ подобныя же исторіи; ученики Спасителя, раздѣливъ между собою міръ,
направились будто бы каждый въ свою страну, обращеніе которой въ христіанство
было назначено ому; одинъ изъ пнхъ, Ѳома, проникъ даже въ Индію, на Малабарскій
берегъ. Однако, исторія, осіювывающляся на надписяхъ н хроникахъ, указываетъ намъ,
что эти внезапныя и чудесныя обращенія существовали только въ воображеніи ыліа-
хоьъ; иа самомъ же дѣлѣ христіанство распространилось такъ же, какъ и латинскій
язикъ, по сѣти нервовъ, какую представляли собою пути сообщенія и торговые рынки.
Въ Галліи оио утвердилось сначала вь городахъ съ нолу-греческимь, нолу-римскимъ
населеніемъ, именно въ Марсели, У н Арлѣ, затѣмъ поднялось но Ронѣ къ Вѣнѣ и
особенно къ главному центру, имѣвшему впослѣдствіи большое вліяніе,—Ліону, гдѣ
находилось мѣсто расхожденія путей, направлявшихся вь Гельвецію, Германію, Бельгію
и Британію. Но, быстро распространяясь по наиболѣе часто посѣщаемымъ путямъ, оно
медленно проникало въ страны язычниковъ (раді), уділенпихъ отъ центровъ торговли
и потому сохранявшихъ еще древніе обычаи. Нарождавшееся въ Гадлін христіанство
нзшлі, нѣсколько личностей, энтузіазмъ которыхъ удваивать ого добродѣтели; таковъ,
напр., св. Марпшь, который своей справедливостью п добротой много сдѣлать для
объединенія первыхъ элементовъ Франціи, отъ Тура до Амьена; тѣмъ не менѣе, черезъ
IV вѣка послѣ апостольства Павла, центральныя провинціи Галліи оставались ещо въ
язычествѣ. Одинъ папирусъ, изученный Леопольдомъ Дрлилсмъ, сооощаетъ объ освященіи
одной церкви въ Женевѣ нъ XVI ужо вѣкѣ, па недавнихъ раввалииахь языческаго
храма, а между тѣмъ згогь гельветскій городъ расположенъ па пути, пскопи посѣща-
емомъ путешественниками. Въ эту эпоху язычествъ держалось еще во многихъ отдаленныхъ
мѣстахъ, сохраняя свои первоначальныя формы.
855
Можно сказать, съ извѣстной точки зрѣнія, что тѣ области Франціи, которыя
оставались дольше всего въ язычествѣ, проявили внослѣдстнін и больше рвенія къ
святымъ патронамъ. Около седьмой части всѣхъ французскихъ обшнцъ заключаютъ вь
св.щхъ названіяхъ имена святыхъ, ни считая тѣхъ, которыя носятъ чисто-религіозныя
названіи, въ первоначальной формѣ илп измѣненной. Изъ всѣхъ этихъ патроновъ самый
популярный, кажется, св. Мартинъ, шцъ покровительствомъ котораго находится не менѣе
Гора Кассшго у запиши Гпэты.
1	500 ОСО
і 1 1	' іо----	20	зо Иилом.
238 общинъ, затѣмъ пдегъ св. Жанъ (со 171 общинами); исторія же епископа Мартина,
жившаго въ концѣ IV вѣка, ш» заключающимся въ ней легендамъ и чудесамъ, всего
болѣе сливается съ культами в миѳами древнихъ боговъ. Плащъ Мартина служилъ
знаменемъ для франкскихъ королей, по этому христіанскому аскету приписываются также
чудеса древняго бога Вотана.
Областями Франціи, гдѣ больше всего святыхъ, являются именно области дренвей
Галліи —Бретань, Вандея, Лпмѵзапь. Перигоръ, Овернь п Севенны; первое мѣсто въ атомъ
отношеніи занимаетъ департаментъ Ардсшъ, гдѣ 30,5% носить имена святыхъ, затѣмъ
856
слѣдуютъ: Крезъ, Луара и Вапдся. Эти области, какъ мы сказали, принадлежать къ
тѣмъ, древнее васелсніо которыхъ до-'рнмскаго и ’э-гермаптго происхожденія образуетъ
консервативную основу есей націи: святые патроны ничто иное здѣсь, какъ древніе боги,
окрещенные церковью.
На сѣверно-восточныхъ и восточныхъ границахъ, которыя сильиѵ подпали вліянію
•германскихъ переселенцевъ, и вдоль цѣпи И ври псовъ, имена святыхъ встрѣчаются съ
11, ,
названіяхъ общимъ только въ отношенія отъ до въ общему числу общинъ; самые
бѣдные въ этомъ отношеніи департаменты Верхней Мярпи и Верхнихъ Пиренеевъ (съ 2,5 °/0).
Понятно поэтому, насколько кажущееся единство христіанской религіи въ тѣхъ
государствахъ, которыя замѣнили собою Римскую имперію, должно было соотвѣтствовать
разнообразію, вь дѣйствительности, религіозныхъ культовъ: каждая провинція, каждый
городъ сохраняли своихъ боговъ, почти всегда толью- скрытыхъ подъ новыми именами
или болѣе или менѣе измѣненныхъ повой орѳографіей. Точно также п мины только обле-
кались въ новыя одѣянія. Такъ, на Востокѣ Іисусъ Христосъ является, кань второй
Митра, въ Скандинавіи—пакъ второй Торъ. Рождественское дерево, символизирующее
всеобщую надежду на весну, послѣ зимнихъ снѣговъ, и посеяшгннпр поэтому тревинмъ
языческимъ богамъ, представлявшимъ собою побѣдоносныя силы природы, изображаетъ
теперь возрожденіе года и въ то же время Рождество Христа въ ясляхъ, между быками
я ослами, этими помощниками и друзьями бѣднаго земледѣльца. Л,-геяды. которыми
іристіаие-мистякп стараются возвысить свои души «горѣ», также по большей части
языческаго происхожденія н гораздо старше Голгофы. Чаша св. Грааля, содержащая
драгоцѣнныя капли божественной крови, служила предметомъ столь же горячихъ розы-
сковъ со стороны кельтскихъ воиновъ Галліи и Британіи, какъ впослѣдствіи—со сто-
роны рыцарей. Разнузданные ганцы, изображенные по окружности одіюго молитвеннаго
колокола, означаютъ, что древніе боги уступили Христу только половину своего царства.
Безъ сомнѣнія, были апостолы-разрушители, распаляемые святымъ гнѣвомъ про-
тивъ идолослуженія, папр., Павелъ-Пустынникъ и Бонифацій, сжигавшіе храмы Діаны
в срубавшіе священные дубы. Но гораздо больше было ловкихъ, терпѣливыхъ проповѣд-
никовъ, которые, вѣря въ «долготу дней», измѣняли тоіько имена, не посягая па основу
вещей. Почти повсюду нъ гі.хъ мѣстахъ, гдѣ нѣкогда находились наиболѣе почитаемыя
галло-римскія святилшца, воздвигнуты теперь знаменитыя церкви: чтобы отыскать остатки
языческихъ алтарей, достаточно покопаться подъ клиросами церквей. Во многихъ хра-
махъ Италіи, въ V вѣкѣ, но даваіи даже себѣ труда удалять почитаемыя статуи, а
гольк» старались отыскать среди многочисленныхъ свойствъ древнихъ боговъ такія, ка-
кія лучше годились для религіозной эволюціи; такъ, Дсметра, земля-кормнлнца, естественно
превратилась въ дѣву съ дитятею. Въ другихъ мѣстахъ но пытались вносить и малѣй-
шихъ видоизмѣненій въ народныя вѣрованія; такъ, Венера оставалась всегда любимой
народомъ подъ именемъ св. Вениды и изображалась па икопахь нагою, лишь съ лен-
тою на чреслахъ. «Чернокожія Дѣвы», привезенныя изъ Крестовыхъ походовъ, стали
пользоваться не меньшимъ почтеніемъ, какъ п Бѣлокожія Дѣвы, выставляемыя по церк-
вамъ для поклоненія вѣрныхъ.
857
Впрочемъ, христіанскіе монахи, взявшіе па себя трудъ обращеніи пппіПекпхъ
язычппкі-въ. посучіли отъ папы Григорія Великаго формальный приказъ съ большою
сііисх'>дитслыгостью облегчать переходъ отъ язычества къ христіанству. Слѣдуя прави-
ламъ. совершенно отличнымъ отъ тѣхъ, которыя приняты были въ первыя времена Церкви,
она должны былп остерегаться разрушатъ святилища древнихъ боговъ, а ограничиваться
лишь ихъ очищеніемъ, чтооы * христіанская религія могла тамъ отправлять свои празд-
нества и пользоваться слѣпымъ благоговѣніемъ, привлекавшимъ къ этимъ мѣстамъ толпы
язычниковъ. Даже не нужно было совершенно уничтожать ихъ жертвоприношеніе и ре-
лигіозныхъ празднествъ; достаточно будетъ, если отнынѣ «ни будутъ справлять ихъ въ
честь истиннаго Бога к Его святыхъ.. Тотъ, кто желаетъ взлѣзть на высочайшія горы,
подвигается впередъ шагъ за шагомъ, а но скачками». (Ерііге ХЬ, ІгаОиНе раг Ѳ.
КигіЬ, т. II, р. 38).
Эта осторожность обратитолей, совмѣстно съ общимъ движимомъ умовъ, видѣв-
шимъ въ христіанствѣ религію Рима п воспринимавшимъ все таки подъ этою формою
вліяніе римской гражданственности, имѣла наиболѣе благопріятные результаты, въ смыслѣ
быстраго распространенія христіанства.
Въ своей «Исторіи Церкви», написаиной въ началѣ VIII вѣка, преподобный Веда
поэтически разсказывать объ обращеніи царя и парода Нортумбріи. Народные мудрены
съ серьезностью стали разоирать предложенія римскихъ монаховъ, желавшихъ замѣнить
старую вѣру своимъ ученіемъ и обычаями. Одинъ старецъ поднялся и сказалъ: «Царь,
вотъ какъ представляю себѣ жизнь человѣка здѣсь, па землѣ, въ сравненія съ вѣч-
ностью, которая остается тайіп^ для насъ. Зимою ты сидишь на пиру со своими слу-
гами; огонь горитъ посреди зала и наполняетъ ее своей теплотой, между тѣмъ снаружи
крутятся вихри дождя и снѣга. Вь такое время часто видятъ, какъ, быстро пролетаетъ
черезъ залу ворооѳй, влеты въ одну дверь и вылетая въ другую. Пока овъ летитъ здѣсь,
онъ защищенъ <>тъ ужасовъ бури, но это мгновеніе безопасности для него мчится лишь
одно мгвовеніе, и вскорѣ, исчезнувъ съ твоихъ глазъ, овъ сш-ва попадаетъ на холодъ.
Такова и жизнь человѣка: ова продолжается мгновеніе, и мы не знаемъ пи того, что
предшествуетъ ей, ни того, что слѣдуетъ за пей. Поэтому если новое ученіе дастъ нага
хотъ немного освѣдомленности объ этомъ, оно заслуживаетъ того, чтобы мы приняли
его». II на этотъ разъ страхъ предъ неизвѣстнымъ увлекъ невѣжественныхъ людей вслѣдъ
вожатымъ, за не менѣе невѣжественныйл, но поддерживаемыми горячею вѣрою.
«Носители благой вѣсти» не промпнули вскорѣ оказать громадное вліяніе на про-
стодушныхъ варваровъ, обращенныхъ ими въ свою религію. Они явились преемниками
древнихъ колдуновъ, чародѣевъ и предсказателей; ихъ значеніе удвоилось оітого, что
они пользовались расположеніемъ новыхъ боговъ. Пхь роль особенао увеличилась въ
областяхъ древней Римский имперіи, гдѣ, силою обстоятельствъ, они стали посредниками
между различными частями насоленія. Такъ, въ Галліи туземцы, равно и варвары, ви-
дѣли вь нихъ естоствеилыхъ управителей и безпристрастныхъ судей. Во главѣ христіан-
ской іерархіи епископы составляли одинъ правильный организмъ въ колеодющемся об-
ществѣ, дѣйствовавшій методич'-ски и правильно: они были судьями, писателями и со-
вѣтниками. Признанны- вождями мирныхъ жителей, пни при вторженіи варваровъ-заво-
858
г атолей аира пяла значеніе и нрп пях ь, такъ какъ пришельцы. не зная пи языка, ни
нравовъ покоренныхъ народовъ, нуждались въ посредникахъ для управленія послѣдними.
Съ точки зрѣнія духовнаго господина, это было «доброе время» для церкви. Въ
теченіе эгого перваго періода среднихъ вѣковъ, варварскія народности эорашались въ
христіанство, такъ сказать, но довѣрію,—ьъ основѣ своей ѵвн такъ мало были христіанами,
что не могли п спорить о своей вѣрѣ. Новообращенные пе терялись еще въ догмати-
ческихъ опредѣленіяхъ, которыя Ѳеодосій провозгласилъ истинной религіей: «Я желаю,
чтобы игѣ мои пароды слѣдовали той религіи, которую исповѣдуютъ епископъ Рима,
Дамастій и Петръ Александрійскій». Топа пе было ересей, никакого протеста пе под-
нималось противъ этихъ истолкованій Божественной воли, въ той формѣ, какъ се объ-
являли священники со своихъ каоедръ Все чистосердечно допускалось, ни давая себѣ
даже труда вѣрить въ это. Духъ изслѣдопапія и возмущеніе противъ догмы должны
были родиться только съ воскрешеніемъ мысли, что въ значительной мѣрѣ обусловли-
валось вліяніемъ арабовъ и іудеевъ.
Но чслѣдстьіо втой тенденціи къ уравненію, безпрерывно работавшей для нивел-
лироваиія обществъ и классовъ, произошелъ нообходнмый обмѣнъ между варварами, ко-
торые романизировались чрезъ христіанство, п христіанами, которые германизировались.
Со вторженіемъ варваровъ католическая церковь сама сдѣлалась варварскою Кромѣ того,
развѣ епископы не принимали къ себѣ завоевателей, договариваясь, за извѣстную цѣну,
чтобы церковныя имущества были щидомы, и не осязаны ли спи этимъ грабителямъ
благодарностью, когда тѣ, въ день св»его обращенія, соглашались уступать пмъ часть
своей добычи? Распаденіе имперія, униженіе, потомъ сверженіе съ трона императоровъ
сопровождались сохраненіемъ власти синск<>п<>чъ, давъ имъ даже отблескъ императорской
власін и подготовивъ путь къ тому возрожденію высшаго могущества, которое соста-
вляетъ большую часть исторія папства въ срсініе вѣка. Впрочемъ, переставая ссылаться
на греко-латнвекую цивилизацію и приспособляясь къ варварской средѣ, церковь быстро
приблизилась къ ней ьъ смыслѣ невѣжества; въ протпвгіположноггь тому, что часто
утверждаютъ, она по сохранила па свопп. алтаряхъ чистаго племени древней культуры
и не передала сго слѣдующимъ поколѣніямъ. Упадокъ былъ столь полнымъ, что на са-
момъ дѣлѣ но существовало даже языковъ, такъ какъ старые перестали ужо быть по-
нятными, а новы, ещо только формировались.
Ужо подъ римскимъ владычествомъ Галлін была лишена ненкой умственной ини-
ціативы Не прошло безпаказаино, что народъ оылъ лишенъ головы, потерявъ въ борьбѣ
съ цезаремъ милліонъ людей. Города обладали школами, гдѣ изучали латинскую грамма-
тику, гдѣ упражнялись въ реторикѣ и поэзіи, по римскимъ образцамъ. Правда, изъ та-
кой фразеологіи не рождались оригинальныя творенія, показывающія истинныя мысли
авторовъ на ихъ собственъ -мъ языкѣ: по по крайней мѣрѣ рѣчь была еще изящной и
чистой, между тѣмъ какъ послѣ паденія Рима >па уже дошла до полнаго варварства:
Сидопій Аполлинарій и Григорій Турскій, разсказывающіе вамъ о прибытіи варваровъ,
сами являются варварскими писателями. Ещо трагическій ужасъ втпй згі -хи придаетъ
подобнымъ писаніямъ извѣстное историческое значеніе, по что сказать объ этихъ вы-
сиженныхъ монашескихъ твореніяхъ, ли шейныхъ всякаго естественнаго порыва, всякаго
859
стиля? Націи, лишенныя своего мозга, должны были долгое время возстановлять себя
н приготовлять новые плоди мысли и искусства; литература могла народиться только
съ романами, сьазкамн, баснями, сатирами свѣтскихъ людей и проповѣдями ересіарховъ.
Можно ли говорить, что Церковь бережно хранила сокровища знанія, когда папа
Григорій «Великій», избранный въ 560 г. римскимъ сенатомъ, духовенствомъ в наро-
домъ, тотчасъ воспользовался своею властью, чтобы сжечь библіотеку Палатина, разру-
шить оставшіеся храни и статуи, изгнать изъ Рима ученыхъ и даже запрятать изуче-
ніе грамматики, какъ науки, ужасной для епископа и достойной порицанія для міря-
нина? Почти всѣ книги исчезли. Когда Попинъ попропілъ у Павла I книгъ, тоть могъ
Вилла патриція.
послать ему только ничтижпую связку кое-какихъ разрозненныхъ рукописей. Послѣ про-
хода варваровъ и христіанъ, презиравшихъ искусство во всѣхъ его формахъ, литератур-
ный трудъ 6—7 вѣковъ свелся ночтя къ нулю: вся латинская пэззія отъ Эпіпя до
Сидонія Аполлипдія заключается въ двухъ томахъ тп ібію, н то второй томъ заключаетъ
только христіанскихъ поэтовъ. Греки также ке были забыты,— и вся 'греческая литера-
тура, всѣ полныя произведенія и разрозненныя части, заключаются теперь въ 61 томѣ
въ 1/1в! А гдѣ же 20.01)0 твореній греческихъ писателей, представленныхъ, каждое въ
одномъ экземплярѣ, въ библіотекѣ Пергама, которую Антоній подарилъ Клеопатрѣ?
Забота объ образованіи, встрѣчаемая у нѣкоторыхъ миссіонеровъ, именно у про-
повѣдниковъ въ Ирландіи, была явленіемъ исключительнымъ, происходившимъ оттого,
что въ этихъ отдаленныхъ отъ Рима странахъ религіозная пропаганда совпадала съ
введеніемъ высшей культуры. Позже, когда уваженіе къ древнимъ рукописямъ, литера-
860
турѣ и наукѣ снова проявилось въ церкви, у бенедиктинцевъ и другихъ религіозныхъ
орденовъ, прогрессивное движеніе снова охватило міръ и сказалось одинаково и вь
свѣтскомъ обществѣ, вырвавшемся изъ грубаго варварства прежнихъ вѣковъ.
Огромный рвгрсссъ мысли, происшедшій вмѣстѣ съ торжествомъ варварскаго ка-
толицизма палъ грько-лативскою цивилизаціей, проявился особенно въ удивительномъ
искаженіи всего, что касалось географіи и исторіи: время и мѣсто рсе стали видѣть
толіщі сквозь туманъ иллюзій, заблужденій, даже лжи. То, чт<< было установлено гре-
ческими астрономамц и математиками, со времени Ѳалеса и Пифагора, все, что каза-
лось окончательно выясненнымъ Аристотелемъ, напр., шарообразность земли, снова под-
верглось сомнѣнію. Святой Ѵвгустшіъ, одинъ изъ самыхъ образованныхъ отцовъ Церкви,
ещо но рѣшался отрицать шаровидности земли, тогда какъ Ластаішій считаетъ уже са-
мую мысль объ этомъ смѣшной. Что касается движенія земли вокругъ солнца, подозрѣ
вившагося по крайней мѣрѣ халдѵяын а александрійскими учеными, то о номъ по было
и рѣчи. Весь космосъ, гармоничная система свѣтилъ, движущаяся въ безконечномъ про-
странствѣ. превратились въ желѣзную клѣтку, вь тѣсную «твердь небесную», замыка-
ющую, какъ въ темницу, нашъ міръ. Компиляторы не умѣли даже цитировать греческихъ
авторовъі Геродота, С'траоона, Лтоломея, а ограничивались воспроизведеніемъ стряпни
Плинія в перечисленіемъ римскихъ авторовъ. Заботой монаховъ было только стряпать
«христіанскую географію», т е. остатки знанія древнихъ, грубо приспособленные къ
«религіи откровенія».
Однако, и вь эту нюху, какъ и во времена римскаго владычества, находились
люди, совершающіе далекіе путешествія: нашествіи варваровъ пл уничтожило пи сухо-
путной торговли, ни морской. Григорій Турскій разсказываетъ намь о торговцахъ, ѣздив-
шихъ изъ Франціи въ Серію, объ одномъ паломникѣ изъ Южной Индіи (550), нако-
нецъ, объ индійскихъ корабляхъ, регулярно отправлявшихся въ Сусцъ для мѣновой тор-
говли. Съ VI по VIII столѣтіе находятъ сирійскія колоніи въ многихъ городахъ: Мар-
селѣ, Нарбонмѣ, Бордо, Турѣ, Орлеанѣ. Евреи стали проникать во всѣ страны Европы;
одна нхъ обшина отмѣчена въ Мѵцѣ уже въ 222 г. Такимъ образомъ въ путешествен-
никахъ но было недостатка, а только въ наблюдателяхъ и мыслителяхъ, способныхъ
сдѣлать тѣ или иаые выводы изъ разсказовъ ооъ этихь путешествіяхъ.
Всеобщее невѣжество придавало смѣлости честолюбивымъ священнослужителямъ.
Такъ какъ всякое чудо находило наивныхъ людей, вѣрившихъ въ него и даже свидѣ-
тельствовавшихъ о всмъ предъ врагами, такъ какъ, далѣе, нодтожния чудеса, вмѣши-
ваясь въ ежедневную жизнь, казались болѣе нормальными явленіями, нежели естествен-
ныя слѣдствія причинъ, то можно было позволятъ себѣ ложь, Подтасовывать по
своему желанію тексты, играть на словахъ, пользуясь созвучіями, даже поддѣлывать пи
санія и исправляй пророчества послѣ самого событія; все это можно быль продѣлы-
вать. съ увѣренностью, тто найдутся не только соучастники. но и вѣрующіе энтузіасты.
Рядомъ съ епископами и самымъ могущественнымъ ивъ нихъ—палою, власть ко-
тораго распространилась мало-по-малу, рашивалось новое церковное установленіе-—мо-
нашество, которое должно было пріобрѣсти -'що большую моральную власть. Подобно
древнимъ еврейскимъ пророкамъ, выходившимъ изъ парода, раздѣли । тамъ его страсти,
8«1
его скорби, ого надсади и имѣвшимъ большое вліяніе на своихъ согражданъ, монахи
также жили въ тѣсной связи сь народомъ, сдѣлались его душой, между тѣмъ какъ
высшее священство, сдѣлавшееся наслѣдственнымъ, образовало отдѣльный классъ, пн-
тересы котораго часто сливались съ интересами враговъ. Если въ началѣ христіанской
церкви пе было и рѣчи о монахахъ, то это потому, что она сама находилась въ опас-
ности и подвергалась преслѣдованіямъ: тогда пе было раздвоенія на горячихъ послѣдо-
вателей вѣры, пустившихся въ дѣло пропаганды, и свящевпо-служктелеП. которымъ об-
разованіе, знатность происхожденія и другія преимущества давали выдающееся
положеніе. Но когда церковь оффиціально восторжествовала, и духовенство научилось
широка пользоваться своимъ моральнымъ и матеріальнымъ господствомъ надъ народомъ,
раздѣленіе труда въ церкви стало неизбѣжнымъ,—и все, что было естественнаго и я;и-
ваго, должно было возникать снизу, изъ нѣдръ ревностныхъ къ вѣрѣ общинъ.
Монашество, создавшееся на Востокѣ еще раньше христіанства, по прекращало
тамъ своого существованія. Совершенно такъ же. какъ оп- раньш-1 перешли отъ ведаи-
чсской религіи къ буддизму, а мотомъ къ браманизму, такъ отъ іудеевъ оно перешло
къ христіанамъ, изъ иустынн Эдома въ пустыни Египта. /Кители береговъ Нила, укры-
ваясь въ тѣни сикоморовъ отъ солнца, испытываютъ вообще живое чувство страха предъ
пустыней; до сихъ поръ пропитанные тѣми же суевѣріями, какъ и ихъ предки, они
считаютъ ее населенною злыми духами. Даже увѣренность найти тамъ какое-нибудь со-
кровище не могла бы заставить ихъ провести хоть одну ночь въ одной взъ многочис-
ленныхъ пещеръ Аравійскихъ горъ. II, однако, именно въ Египтѣ мы видимъ, что св. Па-
велъ и св Антоній бѣгутъ отъ удовольствій и роскоши Александрійской жизни. чтобы
въ казомъ-пнбудь уголкѣ пустыни страдать отъ голода п жажды, отъ палящаго днев-
наго жара в ночного холодя Вполнѣ понятно безграничное изумленіе, поднимавшее рѣ-
шимость христіанскихъ аскетовъ, которые, удали иіпсь изъ міра жпвыхъ, шли въ пу-
стыню въ битву съ самимъ дьяволомъ, не имѣя другаго оружія, кромѣ вѣры и силы
своихъ заклинаній. Первые христіанскіе бѣглецы предпринимали эту ужасную борьбу
для спасенія своей души, запятнанной первобытнымъ грѣхомъ и безпрерывно подверга-
емой искушеніямъ. «Тотъ, кто остается въ своей кельѣ,—говорилъ св. Антпній,—избѣ-
гаетъ трехъ враговъ: слуха, рѣчи и зрѣнія; онъ борется лишь со споимъ сердцемъ!»
Эти анахореты, бѣжавшіе отъ міра соблазновъ и грѣха, представляли, однако,
исключеніе между христіанами: большая часть тѣхъ, кто порывалъ связи сь жизверадолвымъ
обществомъ, искала сообща новой жизни, которая бы удовлетворяла вхъ, и кончала
тѣмъ, что образовывала многолюдныя общества. Такъ, мы видимъ, въ Египтѣ появляются
настоящіе монашескіе города, оказывавшіе значительное вліяніе на политическую и ре-
лигіозную эволюцію страви. Духовнымъ, дѣйствовавшимъ группами или вь одиночку, и
нужно приписать разрушеніе столькихъ твореній древняго Египта, разрушеніе мѣстами
настолько полное, что невольно приходишь въ ужасъ: храмы в города- были сожжены,
сосуды изъ твердаго матеріала разбиты вдребезги, кости человѣческія изломаны, разбиты,
изображенія боговъ истолчены въ порошокъ; ничто не казалась жестокимъ, чтобы вы-
разить ненависть къ расколу и в іоловоклонству. Неоднократно бѣшеные фанатики толпами
бросались ръ Александрію и приминали тамъ учаліе въ мятежѣ и убійствахъ. Пре-
862
красная и чистая Гипатія, повитая камнями въ 115 году за своп занятія философіей,
оыла указала ньшстовствоваишей толпѣ именно папахами.
Пзь Египта монашескія учрежденія понемногу распространились па западъ, но
тамъ енн яе имѣли еще настоящимъ основаніи для своего существованія, и мовахм,
появлявшіеся тамъ, еще не образовали общинъ. Первые монахи появились въ Римѣ въ
340 г., привезенные св. Афанасіемъ. На внхъ смотрѣли тогда съ любопытствомъ, смѣ-
шаннымъ съ презрѣніемъ, но уже въ слѣдующемъ поколѣніи подражатели инь стали
находиться въ большомъ числѣ. Св. Іеронимъ, бывшій самъ вполесмекимъ монахомъ,
обратился съ призывомъ къ христіанамъ, утомленнымъ суетною жизнью городовъ: «Что
дѣлаете вы всю жизнь? До какихъ поръ вы будете пбпгать вь тѣни жжяпщъ? Почему
вы остаетесь заключенными въ тѣни городовъ, полныхъ дыма?!»
Съ самаго начала новаго порядка вещеВ, послѣдовавшаго за паденіемъ Римской
имперіи въ 529 г., западные монаха создали себѣ центръ дѣятельности, вліяніе котораго
сказывалось все сильнѣе съ каждымъ вѣкомъ; часто они дѣйствовали въ интересахъ
папства, но также часто н противъ него в въ совершенной мѵзаміеимостп, обуслов-
ленной сознаніемъ своей власти. Со времени господства готовъ. Бенедиктъ основалъ
свой монастырь Монте-Камино, гордо высящійся на высокомъ холмѣ надъ г. Сенъ-
Джермано; н нѣтъ сомнѣнія, что господствующее положеніе нв мало увеличивало свя-
тость бенедиктинцевъ въ глазахъ толмы. «Всѣ монахи Монте-Ііассино умирали »ъ со-
стояніи блаженства»,—гласило народное вѣрованіе, и, дѣйствительно, орденъ насчи-
тывалъ не менѣе 16.000 монаховъ, которые Оылп потомъ канонизированы,-- а это—
оолѣе четверти всѣхъ западныхъ святыхъ, занесенныхъ въ связны.
Происхожденіе западный, монашескихъ орденовъ большею частью было совершенно
яное, нежели восточнаго монашества. Тогда какъ египетскіе отшелиіикв желали одного—
спасенія своей души, и тяготились этимъ міромъ, томимые болѣзненною жаждою стра-
даній. - западные монахи удалялись отъ многолюдства городовъ пе столько тля молитвы
и созерцанія, сколько для того, чтобы избѣжать военныхъ опасностей и всеобщаго угне-
тенія. Земли опустошались, города брались пристушмъ, будущее также представлялось
полнымъ опасностей, сколь прошедшее было полно несчастій, —и вполнѣ естественно,
что молодые н пылкіе люди желали взбѣжать «преданія себя па нолю Божію», какъ
дѣлаютъ набожные сланые люди, и покидали опасныя мѣста, но которымъ рыскали
шайки разбойниковъ. Они выбирали укромныя мѣста, гдѣ было легко защищаться, и безъ
всякаго позволенія кого бы то ни было, даже беяъ согласія емископовъ и сеньоровъ,
которые были столь же опасны, какъ воины и разбойники, группировалась ьъ незави-
симыя оошпны, вкладывая въ нихъ каждый свое маленькое имущество. Всюду, даже
нъ самыхъ оѣдпыхъ странахъ запада, вырастаютъ монастыри изъ полуголодныхъ, къ
тому же невѣжественныхъ раоотвиковъ; они п образовали первоначальное ядро тѣхъ
монастырей, воторымъ суждено было позднѣе глуооко перемѣниться.
Другая причина также благопріятствовала появленію мснашсскехъ общинъ, осо-
бенно въ цивилизованныхъ областяхъ древней Римской имперіи. Люди, относительно
развитые, вспоминая о древней славѣ Рима, объединялись, чтобы поддержать изъ древ-
няго латинскаго общества то, что могло быть сохранено. Монастыри, оспованные нип„
863
представляли въ миніатюрѣ Римъ и окружались стѣнами, недоступными для варваровъ,
которые, впрочемъ, и сами воздерживались отъ нападенія изъ чувства уваженія, а
можетъ быть п изъ чувства страха предъ колдовствомъ и магическимъ дѣйствіемъ мо-
литвъ. Убѣжище, избираемое монахами, носило тогда характеръ древпе-рвмекоіі виллы;
только вмѣсто того, чтобы принадлежать патрицію, окруженному рабами, оно составляло
собственность извѣстнаго числа общинниковъ, вкладывавшихъ свои небольшіе капиталы
и свои силы, чтобы жить въ относительномъ благополучіи и сохранять утонченныя
радости цивилизованной жизни. Они но обработывалв своихъ полей, а сдавали пхъ въ
аренду колонистамъ; сами же, въ тиши своихъ тѣнистыхъ садовъ, подъ защитою толстыхъ
сгЬпь, отдавались искусству или философіи, читали стихи и рукописи, наслѣдіе античной
мысли. Такіе монастыри были вь большинствѣ случаевъ простымъ видоизмѣненіемъ
древнихъ галло-римскихъ виллъ, какія описываются Фюстсль-де-Куранжемъ; каждая
образовывала маленькую республику, единую и недѣлимую, обходившуюся собственными
средствами в обладающую всѣми необходимыми ремеслами. Даже спустя вѣка послѣ
паденія Римской имперіи монастыри сохраняли архитектуру и общее устройство патри-
ціанскихъ виллъ.
Любовь ьъ общественному благу и забота объ общественныхъ интересахъ, можетъ
быть, также играли извѣстную роль въ основаніи нѣкоторыхъ монастырей. Такія общины
были, безъ сомнѣнія, попытками осуществленія общества па чисто-экономическихъ на-
чалахъ и затрагивали религію лишь по традиціи, безъ чего нельзя было обойтись. Такъ,
уходившіе въ лѣса занимались при основаніи монастыря прежде всего очищеніемъ почвы
отъ лѣса; также и «страннопріимные» монахи соединялись въ общины, чюбы оказывать
помощь странникамъ и чужеземцамъ: живя въ мірѣ и для міра, они были одушевлены
совершенно иными идеалами, чѣмъ эгоистически предававшіеся умерщвленію плоти ана-
хореты. Но настоящая религіозная и соціальная революція произошла благодаря по-
явленію «странствующихъ» монаховъ, которыхъ «безуміе креста» толкало на проповѣдь
я обращеніе невѣрныхъ въ христіанство.
Особенно прославились въ этомъ отношеніи духовные, принадлежавшіе по проис-
хожденію къ сѣверо-западному краю Европы. Однимъ изь удивительныхъ фактовъ въ
исторіи является то, что Ирландія, эта земля, окруженная суровымъ океаномъ и оста-
вавшаяся совершенно въ сторонѣ отъ вліянія греко-латинской цивилизаціи, приняла
такое большое участвіе въ обращеніи германцевъ въ христіанство и смягченіи ихъ нра-
вовъ. Это можно объяснить лишь тѣмъ, что Ирландія ускользнула отъ римскаго за-
воеванія; народы Эрина не были сломлены, принижены рабствомъ, какъ галлы и бритты,
и потому сохранили болѣе иниціативы и духовной мощи, равно какъ и большую
свободу въ вѣрованіяхъ, чѣмъ другіе христіане. Они были настоящими цивилизаторами,
чрезвычайно преданными дѣлу образованія, умственнаго возрожденія. Духъ свободы, во-
одушевлявшій миссіоперовъ и ученыхъ зеленаго Эрина, составлялъ контрастъ съ рутиной
порабощенія, которая наблюдалась во всѣхъ другихъ странахъ. Одинъ ирландецъ, Скотъ
Эрнгспа, протестовалъ противъ ученія объ адѣ и проновѣдывалъ объ окончательномъ
спасеніи всѣхъ людей, утверждая: «разумъ происходитъ оть Бога, какъ авторитетъ—
югь церкви; всякій авторитетъ, не поддерживаемый разумомъ, пе имѣетъ значенія».
Ь64
Независимость ирландскаго преданія дошла де утвержденія, что обращеніе въ
христіанство туземцевъ произошло не черезъ посредство Рима, а чреіъ самихъ апо-
столовъ. пришедшихъ прямо изъ Азіи. По древнимъ сказаніямъ, св. Патрикь. просвѣ-
титель и патронъ Ирландіи, признавалъ главенство «фесскаго епископа. Нѣкоторыми
чертами своей первоначальной церковной организаціи островъ Ирландія совершенно
отличился отъ другихъ странъ Западной Европы. Толпы «святыхъ», страпывующія
банды миссіонеровъ свободно работали здѣсь надъ обновленіемъ націи. Общество пере-
строилось вь значительной своей части на общинныхъ началахъ; многочисленные мона-
стыри, населенные женатымя людьми, земледѣльцами в ремесленниками, образовали рядъ
религіозныхъ центровъ, іерархически подчиненныхъ епископамъ. Разрывъ съ древними
языческими установленіями произошелъ не такъ грубо, вакъ въ другихъ странахъ древняго
римскаго міра; самъ св. Коломбинъ, прославленная въ Ирландіи личность, осноіатель
аббатства Дюксейль, съ успѣхомъ отстаивалъ сохраненіе ордена баржъ (пѣвцовъ).
Апостолы Ирландіи, горячо преданны-- дѣлу обращенія туземцевъ, постепенно, бі-зъ
насиіія. замѣстили древнихъ друпдовъ; однако, «слова миссіонеровъ имѣли такую силу,
что скалы раскалывались, и стѣны опрокидывались». Разсказываютъ, что въ 560 г.,
при взятіи юрода Тара, резиденціи царя царей Ирландіи, процессія монаховъ звлниіа
только колокольчиками,—и стѣны города палп, какъ нѣкогда, 2000 лѣтъ тому позадь,
пали стѣны Іорихопа отъ трубныхъ звуковъ Іошуа (Іисуса. Папина).
Вь Византіи всякая свободная мысль была
уже сама по сеСЬ ерееыо.
ГЛАВА III ’).
Римъ п Румъ. — Расхожденіе эволюцій двухъ Имперіи.—Укрѣпленное положеніе
Константинополя. - Армяне п спреи. -Византійское общество.—Законы, искусство,
организація труда. — Закрытіе Аопнскоп тпколы.—Факелоносцы.—Нѳсторіанство.—
Имперія Хозроевъ.—Греки и варвары.
Когда впервые Ѳеодосій, въ концѣ Ѵі-го столѣтія, раздѣлалъ Имперію на двѣ
половины, то желаніемъ сго, какъ и желаніемъ всѣхъ римлянъ, было тѣмъ не менѣе
сохранить навсегда національное единство для всѣхъ гражданъ громадной всемірной
Имперіи, раскинувшейся отъ устьевъ Рейна до береговъ Евфрата. Но Имперія эта была
слишкомъ обширна, составлявшія ее провинціи слвшкомь различались другъ отъ друга,
*) Со смертью Анастасія (518 г.), бывшій Ѳракійскій крестьянинъ Юстипъ, ставшій
преторіанскимъ префектомъ въ Константинополѣ, былъ возведенъ на престолъ. Оігь
усыновилъ племянника своего Юстиніана, который родился вь 483 г., наслѣдовалъ
престолъ «в 527 в. и царствовать до 505 года. Критика или ассиріянка Ѳеодора
стала сго жепой, когда Юігивіань былъ только предполагаемымъ наслѣдникомъ; она
умерла въ 548 г. Главнѣйшими военачальниками итого императора были: славянинъ
Кибульдъ, гуннъ Мувдо, внукъ Атгилы, римлянинъ Германъ, защиіники Дунайской
ЭЛИЗВ ѴВКЛЮ. ПЫІГ. VI.
55
866
а населеніе ихъ слишкомъ сильно измѣнялось и черезъ сведеніе новой крови, и черезъ
общеніе съ разиороіными національностями, чтобы контрастъ между обоими Рнмпмн
не сталъ быстро возрастать, превратившись въ концѣ концовъ въ открытое недобро-
желательство. Географическая индивидуальность каждой изъ этихъ областей, специфи 
ческій характеръ игъ населенія, къ которому примѣшались новые зломепты, ипвціагива
личности,—всѣ эти факторы пріобрѣтали первенствующее значеніе; вслѣдъ за періодомъ
Оолѣе или менѣе поверхностной группировки и единенія послѣдовала новая эра—мѣст-
наго обособленія.
Въ какіе-ннбудь нѣсколько лѣтъ оффиціальный языкъ Восточной Имперіи измѣ-
нился: греческій, на которомъ говорили пзантіАцы, замѣнилъ собою латинскій, запе-
грапнпы имперіи, затѣмъ Велизарій (490—565 г.), дѣйствопаеппА на востокѣ противъ
персовъ и на ззпатѣ, въ западной части Средиземнаго моря, противъ вандаловъ и готовъ,
и евнухъ, армянинъ Нарзесъ (472—568 г.), многократный побѣдитель отроготовъ.
умершій въ Римѣ итальянскимъ патриціемъ. Въ продолженіи пята съ половиною вѣковъ,
отдѣляющихъ смерть Юстиніана отъ похода крестоносцевъ подъ Константинополь, болѣо
шестидесяти императоровъ наслѣдовали другъ другу, по изъ пнхъ мы упомянемъ лишь
нѣкоторыхъ:
Юстинъ II (565—578), Маврикій (582—602), Нова (602—610), Геракдій
(610—641), Константинъ II (641—668), Константинъ IV (668- 685), Левъ III
Исавряванъ (717—741), Константинъ V (741—775), Константинъ VI и Ирина
(780—802), Никифоръ (802—811), Михаилъ 111 и Ѳеодора (812—867) Левъ VI
(886—911), Константинъ VII, или Порфирородный (919—959), Константинъ IX
(«63—1028), Алексѣй Комиенъ (1081—1118).
Сассаннды нанимали персидскій престолъ съ 226 по 653 г. Послѣ Сапоровъ,
одинъ изъ которыхъ царствовалъ съ 310 по 380 г., и Іездигсрдовъ, ХозроЙ Справед-
ливый (Хоэру, Хозравъ Ануршивапъ, т. е. «тоть, чья душа безсмертна»), родившійся
въ началѣ VI вѣка, наслѣдовалъ своему отцу Кобаду въ 531 г. и умеръ вь 579.
Гормндъ IV, царствовавшій съ 579 ш. 590, Ховрой II съ 590 по 628 н Іездигердъ Ш
съ 632 по 651, послѣдній изъ Сассанидовъ. были наиболѣе выдающіеся изъ пріемниковъ
Хозроя Справедливаго.
Маздакъ, родившійся въ Персеполисѣ въ 470 г., пытаіея съ помощью Кобада
реформировать маздеизмъ, «догматы котораго, согласно Гобнно,—заключались въ томъ,
чтобы не признавать пн религіи, пн духовенства, ни іерархіи, ни семья, ни даже какихъ-
либо брачныхъ узъ». Хоэрой приказалъ кипитъ Маздака въ 540 г.
Приводимъ еще нѣкоторыя данныя относительно другихъ личностей, упоминаемыхъ
па послѣдующихъ страницахъ:
Іоаннъ Златоустъ, род. въ Антіохіи, жилъ отъ 347 по 4Ѳ7 г. По Р Хр.
Макросъ, философъ и писатель отъ 360? по 430? г.
Фа Хіанъ, путешественникъ, отсутствовалъ изъ Китая между 399 и 414 г.
Несторъ, ересіархъ, род. въ Сиріи, лилъ отъ 380 по 440 г.
Проклъ, александрійскій философъ отъ 412 по 485 г.
Суигь-Юу, китаецъ, посѣтилъ Индію вь 518 г.
Дэмпъ Малый.
Трибопій, юрисконсультъ, род. въ Пачфнліи отъ 500 до 545 г.
Юэнъ-Тцангъ. путешествспивкъ и писатель, род. въ 603 г. отсутствовалъ изъ
Китая отъ 629 но 645 г., умеръ въ 688 г.
Бэда-Высокочтимый, англійскій писатель, жилъ отъ 675 по 735 г.
8С7
сеппый изъ Италіи. Между тѣмъ суровый духъ Рима наложилъ такой сильный отпе-
чатокъ ва умы, что народы Азіи продолжали еще именовать Восточную Имперію Римомъ,
<Румъ», а всѣ христіане извѣстны были сначала у арабовъ а за ннми и у всѣхъ
мусульманъ, подъ общимъ названіемъ римлянъ, или «Руми». Даже въ самый Китай
проникло это магическое слово; ыагометапе Татуигь-фу, на восточной сторонѣ полу-
острова Ордосъ, называютъ еще и по настоящее время область Мекки п Медины, откуда
ва ввіь пролился спѣть религіи, листъ Фарси (Персіи), иди Рунъ.
Такимъ образомъ, хотя маленькая Греція почти безъ сопротивленія простилась
со своей свободой, тѣмъ пп менѣе опа обладала такою сплою культуры, которая тала
ей возможность возродиться и продолжать существовать въ новой формѣ въ точеніе
болѣе тысячи лѣтъ. Констаншщшоль предегавлялъ собою Грецію и оылъ отчасти оду-
хотворенъ ея духомъ, тогда какъ итальянскій Римъ пересталъ, такъ сказать, быть
«римскимъ», т. е. воплощеніемъ римскаго духа. Переставъ быть воинственнымъ и власт-
вующимъ, Римъ утратилъ свой смыслъ, потерялъ свое право на существованіе, которое
ему суждено было вернуть себѣ лишь въ совершенно ногой роли, въ роли религіознаго
центра. Греки, дѣятельность которыхъ сосредоточивалась теперь вь столицѣ наді Бос-
форомъ, сохранили все свое прежнее искусство а умѣнье ремесленниковъ, промышлен-
никовъ, фабрикантовъ н мореходцевъ; они продолжали оораюфывать одинъ изъ самыхъ
полезныхъ центровъ жьномической жизни, въ противоположность римлянамъ, ксторые
провели послѣдніе вѣка своею существованія въ тунеядствѣ и не имѣли даже доста-
точно силы для того, чтобы сохранить свое матеріальное благосостояніе послѣ того,
какъ ихъ городъ перестать быть политическимъ центромъ всего Средиземноморскою
міра. Но разъ въ теченіе своего дальнѣйшаго сущестковапія, въ средніе вѣка, Римъ
представлялъ собою однѣ жалкія развалины, тогда какъ Константинополь, лежащій ва
прямомъ пути между Европой в Азіей и на обычномъ пути судовъ, идущихъ язь Эгей-
скаго моря въ Поптъ-Эвксвнскій и обратно, оставался попрожиему въ ряду наиболѣе
значительныхъ и могущественныхъ юродовъ. Работоспособность его населенія давала
ему возможность преодолѣвать всѣ опасности.
Въ самомъ дѣлѣ, не удивительно лн, что Восточная Имперія, такъ часто под-
вергавшаяся нападеніямъ, столько разъ завоеванная и опустошенная вплоть до самаго
Константинополя, всс же снова возстаповлядась и возставала? Такое упорное сопроти-
вленіе, па протяженіи десяти вѣковъ, столь многообразнымъ внутреннимъ и внѣшнимъ
причинамъ распаденія было немыслимо для всякаго другого города, кромѣ Константино-
поля. Прежде всего, второй Римъ, вскорѣ ставшій единственнымъ въ глазахъ восточ-
ныхъ народовъ, быстро пріобрѣлъ тотъ престижъ, благодаря которому первый Рамъ
просуществовалъ такъ долго въ роли политическаго центра и затѣмъ продолжалъ быть
религіознымъ центромъ, въ силу того же всеобщаго высокаго уваженія. Кромѣ того,
этотъ городъ всегда располагалъ большимъ количествомъ какъ людей, такъ и всякихъ
богатствъ Наконецъ, и вто главное, географическое положеніе Византіи дѣлало ее
лочти неприступной если непріятель не имѣлъ въ своемъ распоряженіи ідповремсино
нѣсколькихъ армій, то по могъ п думать о блокадѣ города, раскинутаго ва такомъ
протяженіи, занимающаго два полуострова, —города, предмѣстья котораго располагаются
*
868
по берегамъ двухъ морей, на двухъ материкахъ: овъ располагалъ безчислеппими внх<
таи и н па сушу, н въ море, а потому всегда былъ обезпеченъ въ отношеніи подвоза
провіанта съ той пая другой стороны. Даже во время осады жители продолжали оста-
ваться веселыми и спокойными подъ защитой своихъ стѣнъ и громаднаго вала, длиною
въ 1” миль, сооруженнаго П'> приказанію Анастасія между Пропонтидой и Потомъ
Эвксийскимъ. Благодаря всѣмъ этимъ преимуществамъ, чрезвычайной живучести и
спосоыіости къ защитѣ, Византія могла дѣйствительно продолжать римскую Имперію,
иногда даже сь честью, до эв-хи, когда западный міръ, главный наслѣдникъ Рима,
вполнѣ возстановился въ швыхь формахъ.
Восточная Имперія была менѣе защищена на своихъ сѣверныхъ іраннпахъ, чѣмъ
Западная Имперія, противъ наоѣговъ и вторженій варваровъ; кромѣ того, она подвер-
галась и еще опасности. Тѣ изъ сѣверныхъ народовъ, которые, спускаясь изъ равнинъ
Сарматів, направлялись на западъ, къ югу отъ Карпатъ, легко проникали въ низменную
долину Дуная, но вскорѣ останавливались на своемъ пути, достигнувъ ущелія, извѣст-
наго теперь п»дъ именемъ «Желѣзныхъ воротъ». Не видя болѣе передъ юбой ни до-
рогъ, ни тропы, шп вынуждены были уклоняться иди вправо иди влѣво, и обыкн<,
вопно старались избирать южные пути, ведущій къ самымъ плодороднымъ раввинамъ,
къ самымъ богатымъ я населеннымъ городамъ, къ наиболѣе віжнымъ въ торговомъ
отношеніи берегамъ Архипелага. Эта преграда, стоявшая поперекъ рѣчному бассейну,
вызывала неблагопріятный для побережныхъ жителей Эгейскаго м«ря и Пропонтиды
поворотъ въ движеніи этихъ пародовъ, такъ какъ долины притоковъ Дуная подымаются
пологими скатами къ вершинамъ Балконовъ, а многочисленные проходы даютъ доступъ
въ долины Ораніи и Македоніи.
Подъ давленіемъ завоевателей, дерзавшихъ вь сво<-й власти сѣверныя области
Имперіи, властители Константинополя жили въ постоянной тревогѣ в обыкновенно бывали
вынуждены покупать миръ цѣн-но дорогихъ выкуповъ. Къ счастію для грековъ, сѣверные
и восточные варвары, захватывавшіе отдѣльныя области Имперіи, не представляли собою
сплоченной націи; все эго были разрозненныя народности, почта всегда враждебныя
другъ другу, что давало возможность протпвоставлять ихъ одну друтой, подобно тому,
какъ при лѣсныхъ пожарахъ направляютъ огонь на огонь. Впрочемъ, въ эпохи поли-
тическаго могущества, счастливые византійскіе военачальники оттѣсняли варваровъ силою
оружія или, по меньшей мѣрѣ, храбро зашивши гравицы Имперія- При Юстиніанѣ, въ
первой половинѣ Ѵі-го вѣка было возведено 80 укрѣпленій противъ варваровъ вдоль
по теченію Дуная, между Бѣлградомъ и моремъ.
На востокѣ крупнымъ. ш>чти равнымъ по могуществу врагомъ, являлась Персія
Ея географическое положені было настолько сильп< на плоскогорьѣ, «рокрасио защи-
щенномъ съ запада многочисленными хребтами Загроша и укрѣпленными аванпостами,
раскинутыми у подножія горъ, вь долинѣ Тигра, что Восточная Имперія, еще плохо
утвердившаяся, но въ силахъ была принять по отношенію къ пей агрессивнаго поло-
женія. которое такъ часто плохо удавалось даже Рпмск<>и Имперіи ьъ періодъ полнаго
ея блеска, а потому Византія скорѣе только защищаюсь. Яблокомъ раздора являлась
страна, лежащая между двумя имперіями,—Восточной п Персидской, гористая страна
469
Малой Азіи я дровній Кавказъ. Низвергнутая съ персидскаго тропа въ началѣ ІИ
вѣка и то покровительствуемая, то продаваемая правителями Кчіставтиноподя, династія
Арбатовъ всо же сумѣла, невзирая ва всѣ невзгоды и трудности, продержаться
въ Арменіи вь теченіе болѣе двухсотъ лѣтъ; по въ 423 г послѣдній игъ царей этой
династіи Варазтадъ. былъ тправдецъ по приказанію Ѳеодосія, въ ссылку на далекіе
Шетландскіе •стропа, и тогда обѣ имперіи пришли въ соприкосновеніе, очутинпіиеь
Столпцы Гаііаадава.
1 8ОООООО
... .   —< ,,
о 100	200	ЧСО Ки-ЛОМ.
Крохѣ городовъ, указываоиыхъ въ текстѣ, йдФсь огмѣчопы ещо: Эчхіадзипъ, роллгіоэпып центръ
армянъ. Тифлисъ, адиииастратпввия столица русскаго зикаввазьж, Таврмаъ, иаяшык городъ Персія,
и Марага—городъ. который ль арабскую эпоху былъ порвокзаснымъ умственнымъ центромъ.
Гора Араратъ, высотою ль 5157 мотр., на правомъ берегу Аракса.
лицомъ кь іпцу; Армянское же пар^тно, расчлененное, искрошенное, раздѣлилось на клики,
которые воюющія сто]<оны поочередно вырывали другъ у друга Несмотря па то. чю
эта гористая страна со своими многочисленными горными хребтами, расходящимися во
всѣхъ направленіяхъ, подобно лучамъ, вокругъ Арарата, чрезвычайно богата всякими
убѣжищами и превосходными стратегическими пунктами пя защиты, въ общемъ, какъ
доказала погорія, страна эта была доступна со всѣхъ сторонъ по расходящимся во
всѣхъ направленіяхъ долинамъ.
870
Частыя перемѣщенія полипъ пли главныхъ центровъ населенія въ Гайазтанѣ,
т. е, въ Арменіи, даютъ «ши представ.пшіо о тѣхъ постоянныхъ теченіяхъ, какія про-
исходили тамъ въ теченіе цѣлаго ряда вѣковъ вслѣдствіе вражескихъ нападеній, оттѣс-
дгіііп я выпуждсввыхъ этимъ переселеній. Какъ гласитъ преданіе, въ самыя первыя
времена, патріархъ Ной построилъ Пахичшвь, мать всѣхъ армянскихъ городовъ, въ
к>тіовіінѣ долины Аракса, неподалеку отъ тѣхъ горныхъ ущелій, за которыми раеки-
пѵлась обширная долина Куры. Позднѣе центръ втасти перенесенъ былъ далѣе па за-
падъ. къ Армавиру и его священнымъ рощамъ, гдѣ посвященные гадали о своей судьбѣ
но шелесту листьевъ священныхъ дубовъ. Третьей столицей, въ долинѣ того-же Аракга,
іа мутя, соединяющемъ Армавиръ съ Нахичеванью,—оылъ городъ Ардаширъ, иля Аргак-
саріа, укрѣпленія котораго, какъ говорятъ, быти воздвигнуты по планамъ, составлен-
нымъ самимъ Гаппнбаломъ, величайшимъ воителемъ древнихъ временъ^ оиъ хотѣлъ воз-
двигнуть въ эіомъ мѣстѣ непреодолимое препятствіе ненавистнымъ ему римлянамъ.
Впослѣдствіи, когда великая борьба между Римомъ и парѳянами сдѣлала Месопотамію
главнѣйшей ареной военныхъ дѣйствій, центръ тяжести передней Азіи былъ перенесенъ
къ путямъ по Тигру и Евфрату, и тогда зд ѣсь возникъ армянскій городъ Тиграпосерта,—
акъ полагаютъ современный Амидъ,— расположенный па одномъ нзь предгорій, гос-
подствующихъ надъ рѣчными долинами. Сильно укрѣпленные города Нпзибъ на востокѣ
ч Эдесса на западѣ, пользующіеся подобны ми-же стратегическими преимуществами, быти
слѣдъ за Тиграносертой столицами Арменіи, до эпохи, когда гайсаны (армяне), оттѣс-
ненные къ сѣверу, были принуждены вшшь перенести свой главный городъ въ бассейнъ,
нѣкогда бывшій вхъ колыбелью.
Даже въ то время, когда Восточная имперія властвовала лишь надъ незначитель-
ной частью Арменіи пли вовсе пе имѣла своихъ гарнизоновъ на территорія этой страны,
Арменія всо-такп оставалась въ естественной зависимости оіъ Копстаптчіюполл, въ силу
передвиженій временныхъ нлп постоянныхъ, увлекавшихъ горныхъ жителей въ сторону
Великаго Города. «Еі; тт]ѵ ігсХіѵ» (къ городу),—слова, мэь которыхъ Турки «послѣд-
ствіи произвели свое названіе Византіи <Стамбулъ»,—сдѣлались постояннымъ влечемъ
безчисленныхъ переселенцевъ. Какъ и вь паши дни, столпца Босфора, жадно поглощала
><ь сося милліоны людей, стекавшихся сюда изъ всѣхъ сосѣднихъ странъ: Ѳракійцы и
ители другихъ полуострововъ, жатели Архипелага, мореходцы в рабочіе, кавказскіе
горцы, продававшіе здѣсь своихъ дочерей, лазы Анатоліи, исполнявшіе всякія тяжелыя
\ а оты ВЪ в рту,—ГруЗОНЩнКовЬ, лодочниковъ, носильщиковъ и портовыхъ рабочихъ и,
наконецъ, главнымъ образомъ армяне, готовые на всякую работу, начиная съ долж-
ности метельщиковъ улицъ и кончая постами министровъ и правителей государства,—
всѣ стекались сюда въ надеждѣ на заработокъ.
Среди армянъ весьма значительная часть носила названіе «евреевъ», хотя она
были таковыми лишь по исповѣдуемой «ми религіи, а по происхожденію о по крови
были арійцами Арменіи. Не слѣдуетъ забывать, что со времени Вавилонскаго плѣненія
завоевателей и ассиріяне распредѣлили плѣнниковъ сотнями тысячъ въ долинахъ вер-
ховьевъ Тигра п Ефрата и горахъ Арменіи и Кавказа. Такямь образомъ Еврси-ссмнты
иасіільствепиымъ образомъ пришли вь соприкоеновеиіс съ Арійцами Арменіи, причемъ
871
обѣ расы раздѣляли одну и ту-же судьбу. Благодаря религіозной пропагандѣ, главен-
ство долгое время принадлежало переселенцамъ, и даже самое имя «Арменія», т. е.-«вы-
сокая земля», было вѣроятно дано правѣ ими, такъ капъ такою опа представляется
для путниковъ, приходящихъ съ юга Пзъ евреевъ произошли даже государи всей страны
Гэйаздана, включая сюда и Грузію. Правда, еврейскій царствующій домъ Багратиловъ
подъ копенъ перешелъ въ христіанство, спустя три віжа по рождествѣ Христовѣ; но въ
продолженіи болѣо восьмисотъ дѣть іудейство продолжаю существовать въ странѣ н
въ точеніи 430 .тЬть занимала первое мѣсто въ ряду національныхъ религій. Такимъ
Конетантииополь.—Храмь св. Софіи (532 -537), нынѣ мечеть Аи-Софія
образомъ арійцы Арменіи сильно «семптпзпровалпсь» въ отношеніи религіи, и тѣ изъ
нихъ, которые продолжали придерживаться культа Егвя (Іеговы), считались въ Византіи
и всѣхъ другихъ городахъ, куда ихъ забрасывала бродячая жизнь, принадлежащими къ
еврейский расѣ. Вотъ почему в’ѣ Сусанны, Юдифи, Авраамы ; Давиды, изображенные
итальянскими художниками ХУ в ХУІ-го вѣка, отличаются всѣми характерными арій-
скими чертами: высокимъ большимъ лбомъ, немного орлинымъ носомъ, густою бородой
и полною фигурою. Зто—черты, ничуть по напоминающія настоящихъ семитовъ, како-
выми <>ни являются въ своей родись странѣ, именно въ сѣверной Аравіи: тамъ мы ви-
димъ у ипхь узкую длинную голову, загнутый носъ н небольшую жидкую бородку.
Ь72
Населенный чужестранцами, стекавшимися постоянно ішъ поколѣніе въ поколѣніе
въ центръ обширной имперіи, Константинополь получили населеніе работящее, безпо-
койное, умственно-развитое и алчное, во вмѣстѣ съ тѣнь и готовое на всякоо униженіе
и раболѣпіе, за возможность обогатиться. Властители могли угнетать иль безъ зазрѣнія
совѣсти, такъ какъ не имѣли съ ними ничего общаго и ничѣмъ не были связаны съ
нимъ—ни общностью происхожденія, пи традиціями. Потому-то В ізэптія в могла явиться
осуществленіемъ идеала полнаго абсолютизма, здѣсь монархическая власть приняла по
только характеръ священной власти, во, если можно выразиться, «божественной». Со-
гласно оффиціально признанной и повсемѣстно распространяемой теоріи, власть импера-
тора распространилась на весь міръ; обжимала собою неизвѣстныя равно какъ и из-
вѣстныя и пограничныя страны; г сякое проявленіе независимости считалось уже воз-
мущеніемъ. Внѣ полной, раболѣпной покорности ни одинъ народъ но могъ надѣяться ни
на дальнѣйшее свое преуспѣваніе, ни на безопасность. Открытое возмущеніе считалось
преступленіемъ ьвъ преступленій, и виновный предавался анаесмѣ, а чштуішкь его имено-
вался «отступничествомъ». Властители Восточной имперіи ставили себя даже выше са-
мого «божескаго права», въ силу котораю они считались властителями земли; опи
именовали себя не только представителями и намѣстниками Бога, но самимъ Богомъ,
по природѣ своей и съ общаго согласія, отблескъ сіянія еіопі свѣтила падалъ на окру-
жавшихъ тронъ. Каждый изъ агентовъ верховной власти былъ вмѣстѣ съ тѣмь облеченъ
и какою-нибудь религіозной функціей и отражалъ въ себѣ сіяніе божества Полученіе
какой-либо общественной должности означало вмѣстѣ съ тѣмъ и полученіе олагосыоности
свыше, и избранникъ приготовлялся къ этому вистомъ, молитвой и причащеніемъ. По-
нятно, что и западныя монархіи, ірельщепныя этимъ культомъ власти, пробовали по-
дражать Византіи, которая даже издали давала имъ чувствовать свой престижъ. Да и
въ настоящее время пріемы государственнаго управленія съ ихъ порядками и процеду-
рами не вдохновляются ли тѣмъ-же духомъ, какъ и при Юстиніанѣ?!.
Во всякомъ случаѣ власть кружила эти головы, поставленныя слитномъ высоко
надъ другими людьми, и даже мудрѣйшія изь пихъ совершали самые безумные поступки
Такъ, нанр., стало казаться исобхотимымь дѣйствовать на воображеніе варваровъ, чтобы
усилить ихъ преклоненіе передъ властью искусственными средствами: начиная съ IX вѣка
придворные изощряешь въ различныхъ феерическихъ махинаціяхъ, которыя должны были
казаться сверхъестественными чужеземцамъ; гакъ, при входѣ посланника въ залъ аудіен-
цій раздавалась таинственная музыка, звуки которой сопровождали каждое движеніе
божественной особы императора; въ извѣстный моментъ императоръ являлся какъ-бы
висящимъ въ воздухѣ и окруженнымъ ореоломъ. Золотые львы у его трона подымались и ры-
чали, кусты н деревца шелестѣли своей листвой изъ драгоцѣнныхъ металловъ, словно
по пей пробѣгала внезапная дрожь, и пѣніе птицъ раздавалось вь ихъ вѣтвяхъ. Впро-
чемъ, эти самые государи, средъ которыми ихъ подданные преклонялись въ нѣмомъ
обожаніи, и которые лишали жи ни несчастныхъ, виновныхъ въ томъ, что коснулись
ихь, даже спасая имъ жизнь, продѣлывали иногда комедіи христіанскаго смиренія и
самоуниженія на глазахъ толпы.
Такъ, въ Страстной четвергъ опи умывалз ноги бѣднымъ и поверхъ своихъ раз-
873
золоченный, далматиковъ надѣвали «раками*, ладонки наполненныя земл--3 которыя
должны были напоминать «мъ, что и онн «праіъ и вг прахъ обратятся!»
Увлекаемые своими придворными въ игроки и праздность, большинство вивера
торовъ занималось почти исключительно аридвориымв инт; игам >, скандалами, пронсхо-
К іасгантинополь.—Внутренность Ан-Софіл (бывшаго храма сл. Софіи).
Куполъ—31 метръ »ь діаметрѣ п 55 мотр. высоты
дпвшимн въ придворномъ кругу, и религіозными словопреніями Каждый изъ нихъ счи-
талъ сеоя способнымъ обсуждать и разрЬшать всѣ догматическіе вопросы и проникать
въ самыя сокровенныя глуби іы тайнъ. Они любили созывать соооры и диктовать свои
постановленія епископамъ Но, какъ это всегда оывдегъ, этн «повелители міра» дола-
874
гавшіе, что опп управляютъ судьбами государства, па гамомъ дѣлѣ лишь подчинялись
давленію снизу. Христіанское общество стремилось тогда познать себя, разобраться въ-
своигь догматахъ и точно опредѣлить, чѣмъ оно отличается отъ языческаго общества
и отъ философскихъ ученій того времени Въ то же время западные народи, захвачен-
ные оощпмь теченіемъ неудержимаго потока разныхъ народностей, постоянно стздьивав-
шихся между собой, по были въ состояніи сознательно относиться къ этимъ великимъ
проблемамъ: въ этомъ безпрерывномъ годоворогѣ нмъ было но до того. Поэтому отцы
Церкви писали и проиоьѣдывали главнымъ образомъ иа Востокѣ, въ Египтѣ, Сиріи в
въ Малой Азіи. Вь числѣ угахъ поборниковъ православія самымъ знаменитымъ, извѣст-
нымъ и ьъ то же время наиболѣе достойнымъ памяти потомства является епископъ
Іоаннъ Златоустъ, люоиьшій бѣдиыхь и самъ съумѣешіи остаться бѣднякомъ и ыуже-
гтвенві обличавшій испорченность правокъ, развращенность и преступность император-
скаго двора. На ряду съ этимъ великомъ человѣкомъ прославились еще п другіе отцы
Церкви, какъ своимъ мужествомъ, такъ и краснорѣчіемъ пли познаніями. Но многіе пзъ
нихъ, хотя п сумѣіп удержаться безъ злоключеній въ лопѣ вселенной церкви и даже-
была причиглспы къ лику святыхъ, тѣмъ не менѣе ввели рискованныя толкованія тѣхъ
или иныхъ догматовъ вѣры, и хотя опн чпосдѣдствін были пріобщены къ лику блажен-
ныхъ, тѣмъ пе ыеігЬр это были еретики. Здѣсь на Востокѣ, столь утонченномъ въ сво-
ихъ понятіяхъ в являвшимся прочнымъ пріемникомъ Индіи, Персіи, Сиріи, Египта и
Греціи, странъ, пароды которыхъ издавна приспособили свѵй умъ къ пониманію слож-
ныхъ вопросовъ мысли, а спою рѣчь разработали до высшей топкости выраженій и
точности въ поияііяхъ,—пренія ихъ ионеволѣ должны были сдѣлаться оживленными и
горячими, а толкованія—безконечно разнородными. Мнѣнія, различныя съ мнѣніемъ син-
клита епископовъ, толкованія, протнворѣчащія текстамъ, признаннымъ или считавшимся
иризпаппыми соборами, должны были зарождаться во множествѣ. А всякая свободная
мысль уже сама по себѣ была тогда ересью.
Подобно тому, какъ абсолютизмъ, признавалъ только одного властелина, точно-
также онъ допускалъ только одну форму религіи и требовалъ одного общаго законода-
тельства для всѣхъ народевъ объединенныхъ потъ его властью. Будучи преемницей
Рима, Византія считала спсей естественной задачей собрать римскія закопы и свести
вхъ вь одинъ кодексъ.
Такилъ именно былъ трудъ, выполненный подъ руководствомъ Трпбовіаоа, кон-
стантинопольскими законовѣдами, въ царствованіе оракійца Юстиніана. Этотъ кодексъ,
или сводъ закоповъ, носящій имя этого императора, со своими (Институтами!, «Но-
веллами» и «Дигесіами» нлн «Пандектами», представляющій собою весьма солидный
трудъ, и до настоящаго времени еще заставляетъ современные народы чувствовать всю
тяжесть римскаго авторитета. Въ представленіи Юстиніана абсолютный законъ долженъ-
былъ сливаться воедино съ непоколебимою волей императора, и народы, живущіе
подъ этой двойною угрозой, должны были мыча и безпрекословно повиноваться. Од-
взко, этотъ теоретикъ безграничной императорской власти готовъ оы.іъ бѣжать отъ
своего народа во время возмущенія, происшедшаго въ циркѣ между возницами <голу-
оыміі» и «зелеными» (552 г.). Онъ постыдно бѣжалъ бы въ Азію, если бы сто не
875
удержала умная п энергичная Ѳеодора, бывшая знаменитая куртизанка, которую онъ
сдѣлалъ своей женой и о которой не слѣдуетъ, быть можетъ, вѣрить всему тому дур-
ному, что разсказываетъ о ней христіанская легенда; она часто впадала въ ересь,
что являлось серьезнымъ основаніемъ для ненависти къ пей духовенства.
Особа императоровъ считалась неприкосновенною, по исторія показываетъ, что
грозная судьба не щадила и пхъ. Изъ числа 109 лицъ, занимавшихъ престолъ Восточной
Имперіи, со времени раздѣленія Римской Имперіи Ѳеодосіемъ до взятія Константинополя
турками, либо въ качествѣ полновластныхъ законныхъ императоровъ, либо въ качествѣ
соправителей, лишь около одной трети умерло спокойно на своемъ императорскомъ
ложѣ, восемь погибли на войнѣ, двѣнадцать отреклись отъ престола, другіе двѣнадцать
умерли въ тюрьмахъ или монастыряхъ, трое умерло голодной смертью, двѣнадцать были
растерзаны и изувѣчены, двадцать отравлены, задушены, заколоты...
Идеаломъ Юстиніана в его законовѣдовъ было, очевидно, закрѣпленіе общества въ
строгомъ соблюденіи установленныхъ порядковъ: все въ мірѣ измѣняется,—но все должно
оставаться неизмѣннымъ. Единый государь, единая вѣра, единый законъ,—таковъ былъ
ихъ девизъ. Несравненно болѣе жестокій, чѣмъ язычники Рима, христіанинъ императоръ
Константинополя воспретилъ всякое освобожденіе: раоъ, прикрѣпленный къ землѣ, дол-
женъ былъ оставаться, такъ сказать, навсегда прикованнымъ къ ней; никакою цѣной
онъ но могъ никогда освободиться. Впрочемъ, вліяніе греческаго духа было еще на-
столько устойчиво, что сумѣло проявить себя вопреки всѣмъ императорскимъ предпи-
саніямъ,—и выселяющіеся ремесленники, мастера и художники далеко распространяли
византійское искусство, знанія н пріемы строительстга, живописи, скульптуры, работѣ
изъ драгоцѣнныхъ металловъ н драгоцѣнныхъ камней. Вопреки своимъ властелинамъ,
Византія осталась «единственнымъ посредникомъ общей цивилизаціи». Только благодаря
ново-греческому генію, византійское искусство, первоначально развившееся въ Сиріи,
которую оно украсило множествомъ великолѣпныхъ памятниковъ, было занесено и рас-
пространилось въ Италіи, главнымъ образомъ въ Равеннѣ, а затѣмъ и во всѣхъ горо-
дахъ Ломбардіи, потомъ во Франціи, гдѣ оно въ сильной степени способствовало зарож-
денію готическаго искусства.
Но въ то время, когда ново-греческое вліяніе еще сильно сказывалось у отда-
ленныхъ народовъ, въ самомъ мѣстѣ его происхожденія иниціатива совершенно исчезла.
Государству удалось превратить промышленность въ рядъ монополій, контролируемыхъ
имъ; ремесла н искусства приняли вслѣдствіе этого характеръ обязательный, такъ
что сдѣлались настоящей общественной службой, лишенной всякаго личнаго отпечатка
исполнителя.
Какъ свидѣтельствуетъ «Книга префекта», изданная императоромъ Львомъ VI
«Философомъ» и обнародованная въ началѣ Х-го вѣка, профессіональныя товарищества
и союзы ремесленниковъ и художниковъ стали просто частями административной машины.
Главой всѣхъ этихъ корпорацій являлся префектъ города, представитель императора,
назначавшій отъ его имени начальниковъ н надсмотрщиковъ; онъ объявлялъ всѣ рѣшенія,
назначалъ наказанія и взысканія; производилъ закупку сырого матеріала, предписывалъ
способы изготовленія, распредѣлялъ прибыль и вознагражденіе за работу, в клалъ въ
876
основу успѣшнаго преуспѣянія всякаго дѣла доносъ. Къ обычнымъ видамъ наказаній,
какъ: конфискація, лишеніе бороды а волосъ, бичеваніе, заключеніе въ темницу,—
присоединялось еще запрещеніе заниматься даннымъ ремесломъ иди искусствомъ.
Таково было отношеніе къ «свободнымъ-, отраслямъ промышленности; кромѣ ея,
были еще другія отрасли промышленнштн, остававшіяся полной монополіей правитель -
ства, которое хоронило ихъ вь своихъ мастерскихъ и тюрьмахъ, пользуясь для работы
рабами и узниками Естественно, что, при такихъ условіяхъ, государство считало нуж-
нымъ опекать и общественное просвѣщеніе, направлять умы и руководить умственнымъ
развитіемъ парода.
Въ своемъ стремленіи влить все человѣчество, путемъ своихъ законовъ, въ одну
общую созданную имъ форму, императоръ Юетіапъ рѣшилъ, что впредь и останется
никакихъ слѣдовъ древняго язычества. Онъ не хотѣлъ даже допускать, чтобы христіане,
съ уваженіемъ относившіеся къ сласѵвчесі.нмъ ннсатсдямь, «еще но просвѣщеннымъ
вѣрою», становились нренодавателлмн безъ одобренія епископовъ.
Юстиніанъ закрылъ аѳинскія и александрійскія школы, которыя изъ уваженія
къ прошлому и благоговѣн.я къ великимъ именамъ Эсхила, Софокла, Эврипида. Гсро
дота, Перикла, Демосоена н др., римскіе императоры, даже испоьѣдываьшіо х, истіан-
ство, всегда щадили до этого времени. Онъ конфисковалъ имущество этихъ школъ, а
учителя ихъ должны были опасаться за свою свободу и даже самую жизнь; даже
книгамъ угрожала гибель. Дата этого насильственнаго поступка, этого акта самовластія,
есть вмѣстѣ сь тѣнь и дата осповапія св. Бенедиктамъ монастыря Мовте-Кассішо
и является какъ бы кульміпіаціоіііюіі точкой на грани новаго н древняго міра. Сво-
боды мысли теперь ужъ совсѣмт не существовало? и должно было пройти болѣе тысячи
лѣтъ въ Европѣ прежде, чѣмъ личная лпдиі вдуальніи иниціатива отчасти возстановила
ее. Па ряду съ уничтоженіемъ Ѳеодосіемъ шедевровъ античнаго искусства (въ 383 г ),
съ убійствомъ Ипатія, (въ 415 г.), можно поставить, какъ одинъ изъ крупнѣйшихъ
фактовъ торжества православно церкви, закрытіе Ачинской школы въ 52Ѵ г.
Юстиніанъ, какъ и мноііе другіе деспоты. увлеченный своей идеей, не терпѣлъ
«идеологовъ», п. быть можетъ, всѣ труды, завѣщанные памь древними, въ томъ числѣ
«Энциклопедія» Аристотеля, и «Діалоги» Платона были бы сожжены рукой палача,
или подверглись той же участи, какъ дивная статуя Юпитера Олимпійскаго, есіи-бы
аоинскіе бѣглецы не нашли себѣ защиты и покровительства у персидскихъ послави-
ковъ, а потомъ при дворѣ Хозрева Анупшивана, «Царя Царей». Въ страну изгнанья
изгнанные изъ Аеипъ философы унесли съ собой, хотя и значительно урѣзанныя со-
кровища греческой мысли и стали собирать вокругъ себя новыхъ послѣдователей.
По странной ироніи судьбы, все интеллектуальное наслѣдіе эллиновъ передалось
прямымъ путемъ въ Персію, потомкамъ Дарія и Ксеркса. Такимъ образомъ были отом-
щены пораж«вія при Саламипѣ н Мараоонѣ: Греція, не будучи д-чѣе въ состояніи охра-
нять созданія своего генія, была вынуждена довѣрить ихъ сынамъ свопхъ враговъ. Въ
этпхъ персидскихъ переводахъ Аристотеля и другихъ свѣтилъ греческой мысли впослѣд-
ствіи арабы обрѣли греческую пауку и греческую мудрость. Переведя все это въ свою
очередь на арабскій языкъ, опи могли внести эту мудрость и науку въ свои школы въ
877
Багдадѣ, Дамаскѣ, Каирѣ, Гранадѣ, Кордовѣ, Ссвплльѣ и другихъ большихъ городахъ,
и черезъ ихъ посредство завѣщать ихъ запалю му міру. Такнііъ образомъ отчасти благо-
даря персамъ эпохи Сассаиіідовь, стала возможной первая эпоха возрожденія, послѣ
оезконсчно длинной мочи средневѣковья. Везъ ннхъ, помимо ихъ посредничества и со-
дѣйствія великому дѣду культуры, циыілмзованныіі міръ былъ бы сильно задержавъ на
споемъ пути прогресса.
Съ точки зрѣнія территоріальная протяженія, царствиваеВ Юствиіапа было самой
Равенна—Императоръ Юстиніанъ, сго свита и еп. Максимъ (мозаика вѣка).
блестящей эпохой Восточной Имперіи. Прославленному Велизарію удавалось, правда,
больш'- цѣною золота, чѣмъ силой оружія, удерживать границы греческихъ земель с«
стороны Персіи, на западѣ же онъ завоевалъ весь Мавританскій берегъ, юлѵживъ
предѣлъ владычеству вандаловъ, самая народность которыхъ, истощенная в раздроблен-
ная, совершенно исчезаетъ съ этого времени изъ лѣтописей исторіи. Кромѣ того, Вели-
зарій захватилъ часть Испанскаго полуострова, присоединилъ острова Тирренскаго моря.
Балеарскіе, Сицилію и дважды побѣдоносно вступилъ въ Римъ. Вылъ моментъ, когда
можно было подумать, что единство Имперіи можетъ быть вновь возстановлено, но это
была только кажущаяся возможность. Разныя пелипозвыя секты продолжали съ ожегто-
878
чешемъ оспаривать другъ у друга власть, особоппо въ Египтѣ, Сиріи, Месопотаміи; сь
другоб, стороны варвары постоя и п > надвигалпсь па сѣверную границу, врываясь щ> всѣ
бреши, оставленныя безъ достаточно сильной защиты; наконецъ и знаменитыя «Вѣчный
лиръ», закдючениый съ персами, казался весьма ненадежнымъ, такъ какъ по тому или
другому поводу здѣсь ПОСТОЯННО ВОЗНИКНИ споры
Однимъ изъ спорныхъ городовъ являлась Эдесса, современная Орфа, она была
въ то время столицей песторіанства, той христіанской секты, которую обвиняли въ
чудовищной ереси, потому чго лна различала у Іисуса Христа два естества, Божеской
и человѣческое, и не признавала за Дѣвой Маріей имени «Матери Божіей* Яростно
преслѣдуемые своими единовѣрцами, представителями ортодоксальной Церкви, несторіане
должны были выселиться, во благодаря ихъ искусству въ промышленности, живой
иниціативѣ и большимъ торговымъ способностямъ, побуждаемые необходимостью и страст-
нымъ желаніемъ пропаганды, они сумѣли основагь свою Церковь и распространить ее
до самыхъ дальнихъ предѣловъ Азіи, въ южной Индіи, въ Монголіи и Китаѣ. Такимъ
образомъ, въ то время, когда воинствеппыя »рды тюрковъ и гуввовъ надвигались изъ
Азіи съ востока иа западъ, па европейскія страны, религіозное движеніе совершалось
въ обратномъ направленіи, съ запада на востокъ. Черезъ посредство торговаго люда,
несторіанская вѣра проникла черезъ Иранъ въ 'Гуранъ и далѣе къ восточному скдбну
Азіатскаго материка, черезъ проходы Памира и Тянь-Шаня. Уйгуры и другіе народы
Кашгаріи во множествѣ принимала в»вую вѣру. Несторіане имѣла семь митрополитовъ,
изъ конхъ важнѣйшіе пребывали въ Мервѣ, Гератѣ, Самаркандѣ и Кашгарѣ На пути,
соединитель несторіанскія общины, группировавшіеся вокругъ Токмака гь общинами въ
Каппарѣ, въ мѣстности Ташъ-Рабать-Даванъ «Порогъ Каменнаго дома», открывающейся
пряч і на сѣверъ озера Чаттыръ-Ку.іь, или «ІПатеръ-Озоро. пссторіано основали на
высотѣ 1 ЗОО метровъ монастырь и караванъ-сарай, громадныя развалины котораго
можно видѣть еще и теперь; это былъ страннопріимный домъ, наподобіе такихъ же
учрежденій, основанныхъ монахами въ Европейскихъ Альпахъ, на Санъ-Бернарѣ н
Симплонѣ. Одинъ каталонскій атласъ, 1375 года, отмѣчаетъ па своей картѣ еше
другой подобный монастырь, на сѣверѣ Иссыкъ-Куля. Совершенно такимъ же образомъ
при содѣйствіи торговыхъ каравановъ и по тѣмъ же путямъ внутренней Азіи, распростра-
нилась здѣсь и религія Ирипа: въ 631 г. декретомъ китайскаго императора при-
казано было соорудить маздоитскій храмъ.
Дальше къ югу мы внднмь тѣж« успѣхи религіозной пропаганды Пройдя черезъ
Аравію, которая въ ближайшемъ будущемъ должна оыла попытаться даровать міру
новую религію, христіанство п сопровождающіе ого другіе элементы византійской куль-
туры, чтобы достичь зоіопскаго плато, слѣдовали тѣмъ-жн путемъ, каг.имъ нѣкогда
слѣдовалъ сабеизмъ, іудепст ю и культъ персидскаго божества И игры. Съ юго-восточ-
ной конечности полуострова христіанство проникло, нъ теченіи ІѴ-го вѣка, въ глубь
Африканскаго материка черезъ Адѵлійскій заливъ вблизи того современнаго порта, изъ
котораго итальянцы предприняти свои попытка завоеванія возвышенныхъ плато Эритреи
Позднѣе, ьо времена Юствпіапа, путь, ведущій черезъ Египетъ и Красное море изъ
Копстантннополя въ Абиссинію, снова сдѣлался обычнымъ, по тогда было особенно
879
важно проложить нови? пути для торговыхъ сношеній между Средиземнымъ мпремъг
Индіей и Китаемъ, помимо персидскихъ путей, по г.от»рі. мь велась торговля между
Западомъ н крайнимъ Востокомъ Это былъ уже новый видъ борьбы, ногтавнншііі
лицомъ къ липу эти два государства на берегахъ Евфрата. Императоръ Восточной
Имперіи послалъ пословъ къ царю Абиссиніи, чтобы распо.ііжпть его въ свою пользу
и проложить себѣ путь къ Индѣйскому океану, и въ то же время вошелъ въ пере-
говоры съ тюрками Согдіапы, чтобы обезпечить перевозкѣ шелка путь къ Черному морю.
Несмотря на свои сношенія съ западнымъ мірамъ, Абиссинія но сохранила въ перво-
начальномъ индѣ ученіе мкссіонеровъ, пропчвѣдивившнхъ здЕсь Христову вѣру. Эта
вѣра во была занесена сюда достаточно большимъ числомъ переселенцевъ, ни поддер-
живаема горячей полемикой, а потому современное христіанское ученіе у абиссинцевъ,
повидимому, только привито къ прежнему первоначальному языческому культу, принадле-
жавшему къ циклу солнечныхъ культовъ. Поэтому-то церкви всѣ круглы, а четверо
церковныхъ дверей обращены къ четыремъ странамъ свѣта; религіозныя пляски и теперь
еще исполняются согласно обрядамъ служителей Ваала- въ великій праздникъ, Паскаль,
Воздвиженіе креста, здѣсь зажигаются громадные костры на вершинахъ извѣстныхъ
ХОЛМОВЪ, И приносятся въ жертву брЗИОрОЧ.ІЬІ" быки.
Точно такъ же па Дальнемъ Востокѣ буддизмъ, принесенный монахами--инду-
сами, проникшими въ Кашгарію, Монголію, Китай и Японію, сильно отличался во
многихъ подробностяхъ и даж<’ въ самомъ духѣ ученія оп> первоначальнаго типа въ
томъ видѣ, какъ училъ самъ Сакіа-Муни: время в разстояніе еще болѣе видоизмѣняли
это ученіе. Съ другой стороны, когда китайскіе паломники, не получая болѣе никакой
религіозной пиши и поддержки изъ странъ, бывшихъ колыбелью этой религіи,—огмра-
влялнеь туда сь благоговѣйнымъ уваженіемъ, чтобы освѣдомиться о причинахъ, заставив-
шихъ изсякнуть источникъ свѣта н истины, то ихъ паломничества, не достаточно
многочисленныя, уже не могли имѣть возрождающей силы и вернугь индійскимъ буд-
дистамъ ихъ прежняго рвешя къ вѣрѣ. Эти пало’івнчества, изъ которыхъ наиболѣе
извѣстны паломничества Фа-Хіана, въ началѣ Ѵ-го вѣка, и Хіуэнь-Тцанга, въ первой
ѴІІ-го мѣка, послужили только къ расширенію геогріфпческихъ познаній. Хіуэнъ-Тцашъ
или Юэвъ-Цангь, безъ сомнѣнія, можетъ быть признанъ однимъ изъ величайшвхъ
путешественниковъ, Кѵгда-либо жившихъ да свѣтѣ.
По замѣчательному совпаденію, Персидское государство достигло апогея своего
могущества въ тотъ моментъ, когда Восточная имперія имѣла наибольшее свое протя-
женіе. Между этвыи двумя государствами, пароды Кѵторыхъ исог-вѣдываіи разныя религіи,
находившіяся въ періодѣ самый яростной и горячей пропаганды, роковое и соперниче-
ство неминуемо должно было довольно часто разряжаться войной. Въ срединѣ ѴІ-го
вѣка перевѣсъ былъ на сторонѣ персовъ; ихъ царемъ былъ тогда знаменитый ХозроЙ.
«Справедливый», этотъ мудрый, дѣятельный государь, покровитель ышнекяхъ филосо-
фовъ и почитатель индійскихъ письменъ.
Этотъ «Царь-Царей» слѣдовалъ традиціямъ Даріевъ Артаксерксовъ и Сапора;
наложивъ свою тяжелую руку на императора Валеріана, онъ давалъ чувствовать свою
силу Восточной Имперіи и даже далеко за предѣлами ея, несравненно дальше, чѣмъ
880
ьто-либо изъ ет предшественниковъ. Въ то гремя, какъ его войска вторгались въ
предѣлы низовьевъ бассейна Инда, одна часть его фюга обогнула Индію н подошла
къ берегамъ Цейлона, чтобы отомстить за несправедливости, которымъ будто бы под-
верглись здѣсь персидскіе купцы. На югЬ войска Хозроя, прчіідя по побережью Крас-
наго миря, достигли горныхъ высотъ Счастливой Аравіи, столь рѣдко иосЬшзеиихъ
Центръ проповади песторіаястпа.
2ооо Кило м,
1 : 30 000 000
Чатыръ-куль—мадопькое озорэ, ю первой трети пути между Кашгаромъ п Токмакомъ, па югь
отъ Нарыла, притока Сыръ Дарьи, находится на высотѣ 3410 м. подъ уровнямъ морп. Оз. Иссыгсъ
куль, на высотѣ 1615 м., находится въ 80 кнаом на В. ІО. В. отъ Токмака
завоевателями. Вь эту критическую эпоху, когда различныя религіи и рдздичвыя много-
численныя христіанскія секты оспаривала другъ у друга преобладаніе, когда Маздоьъ
ироповѣдывалъ свои коммунистическія реформы, несомнѣнна эги походы царя персид-
скаго въ Аравію имѣла большое значеніе и произвели улственное броженіе, которое
подготовило почву для иарожд»иія новой въры на удивленіе міра
881
Вь началѣ ѴІІ-го вѣка обѣ имперіи,
пришли въ столкновеніе; представителями
борца, Хозрой, второй государь этого имени,
Въ 616 году паденіе Константинополя
т. е. Византійская и Персидская, снова
ихъ, въ этой борьбѣ били два видныхъ
и грекъ Гераклій.
казалось неп Нѣжнымъ Персы завладѣли
Имперія Хозрой.
і: 50000000
2000
лооо Ьиглм.
1000
Малой Азіей и Сиріей заняли даже Александрію. Вь Ісрусаіимѣ они захватили Крестъ,
высшій символъ христіанства, который и перенесли торжественно въ одинъ изъ городовъ
Азербайджана. Затѣмъ персы, перейдя всю Анатолію, расположи лисъ въ Халкедопіи,
чуть не противъ самаго Восточнаго Рима (т е. Византіи), при чемъ суда ихъ свободно
пзаняли по проливу. Сѣверные народы, Болгары и Авары, уже спѣшили сюда, чтооы
принять участіи вь разграбленіи столицы. Константинополь очутился какъ-бы вь тискахъ.
Болгары, «самый обезславленный исторіей» народъ, въ сравненіи съ которымъ гунны
могутъ быть названы цвеішзованиыми..—кань говорить Лефевръ.— появились еще раиѣо
500 года на Оерсіахъ Дуная з каждую еиму переходили рѣку въ поискахъ за неволь-
никами и грабежомъ; особенно памятно вторженіе вхъ въ 538 г., когда, разоривъ весь
алпзк гхкло вгап ѵт.
«82
: злуостровъ вплоть до Коринѳа, «ни увели за собой къ Карпатамъ 120,000 плѣнныхъ.
Позднѣе появились авары, другой народъ гуннскаго происхожденія, около 550 года пни
перешла Днѣстръ, а хватать лѣтъ спустя, въ союзѣ съ лонюбардлми, пребывавшими
вь то время въ Италіи, образовали, отъ Тисса до Кавказа, оошврное государство, съ
которымъ Византійскимъ государямъ по разъ приходилось считаться.
Но благодаря этому, столь тѣсному соприкосновенію, Византія стала для гуннскаго
и славянскаго міра тѣмъ, чѣмъ былъ Римъ дія германскаго: изь постоянно кочующихъ
ордъ опа мало но-малу сдѣлала пхъ осѣдлымъ, земледѣльческимъ населеніемъ; этихъ крово-
жадныхъ язычниковъ ова научила основамъ христіанской религіи и дала литературный
гвыкъ псѣмъ втлмъ варварамъ. Блестящимъ образцомъ цивилизующаго вліянія Констан-
тинополя являются сербы. Вынужденный грозящей опасностью. Гсраклій призвать ихъ
на помощь; оти слаішпскш н.іемспа, спустившіяся съ сѣвера вь долину Дуная, раз-
дробленныя на мелкія, самостоятельныя орды, были недостаточно ^сильны, чтобы въ
о униочку завладѣть имперіей, по вмѣстѣ съ тѣмъ были достаточно сильны, чтобы
эаеріичио отстаивать земли,уступленныя имъ подъ условіемъ дѣйствовать заодно съ
императоромъ. Ставь союзниками н охранителями имперіи, славянскія племена вскорѣ
сдѣлались расположенными къ принятію христіанскі й вѣры, которая могла уравпяіь ихъ
сь окружающимъ культурнымъ населеніемъ. Такимъ образомъ сербы стали греками.
Границы исчезали передъ лицомъ арабовъ;
вей.ія становилась общимъ наслѣдіемъ всего
племени, члены котораго отнынѣ всѣ были
братьями, неразрывно связанными одной вѣрой
ГЛАВА IV
Быстрое распространеніе Ислама.—Общинная собственность —Анархическій ха-
рактеръ арабовъ.—Фатализмъ,—Дѣйствіе побѣдъ мусульманъ надъ Византіей и
Персіей.—Шіиты, иконоиочптатели п иконоборцы — Завоеваніе Мавританіи —
Вторженіе въ Испанію.— Саррапины во Франціи.—Арабская наука.—Отрасть кь
путешествіямъ.—Равновѣсіе силъ.
Восточная Имперія тогда сплъві нуждалась въ упроченіи своей власти въ евро-
пейской части своей территоріи, такъ какъ со стороны Азіи возставалъ новый грозный
врагъ— Арабы, врагъ едва ди менѣе опасный для Византія, чѣмъ для Персіи. Въ
*) Магометъ (или, вѣрнѣе, Мохаммедъ, «Хвалы Достойный»), родился въ Меккѣ
въ 571 г., взялъ вь жены богатую вдову Хадиджу въ 596 г. ь началъ религію около
610 г. Изъ-за враждебности кь нему могущественнаго рода Корейшитовъ, изъ котораго
происходилъ и самъ, оиъ удалился въ Медину (бѣгство, «Геджра*», «Ьіфгеі», отнесено
впослѣдствіи кь 11 іюня 622 г.). Послѣ упорной борьбы, поддерживаемый на этотъ
88»
632 г., т. е. десять дѣтъ спустя послѣ бѣгства Магомета вг Медину и вь самый годъ
смерти пророка, арабы двинулись съ своего полуострова, чтобы распространять по всему
міру вѣру въ единаго истиннаго Бога, и Халедъ, т, о. «Мечъ Аллаха» одержалъ надъ
персами первую регулярную побѣду. Далѣе побѣды слѣдовали одна за другою, словно
по мановенію волшебнаго жезла. Вся долина Евфрата, а затѣмъ н вся Сирія подпадаютъ
власти магометанъ, храмъ Іерусалимскій былъ обращенъ ими въ мечеть. Имперія Сас-
сапидовъ рушится, и одновременно съ пилъ владычество арабовъ ощущается даже вь
Индіи. Затѣмъ слѣдуетъ завоеваніе Египта и пріоощеніе сго къ остальнымъ покорен-
нымъ землямъ, послѣ чего побѣдители двинулись ва западъ но пути, лежащему между
пустыней и моремъ, до Триполи, по ту сторону Киренааки. Девяти дѣлъ было доста-
точно для того, чтобы создать имперію болѣе обширную, чѣмл Византійская
Несмотря на упорную вражду п месть между отдѣльными семьями, родами и пле-
менами, первыя побѣды магометанства носили по пешнѣ характеръ всесокрушающаго
взрыва, который прядали ему пылкое воображеніе и страстная энергія, внезапно пробу-
дгвшіяся въ арабахъ, увлеченныхъ съ самаго начала этимъ водоворотомъ побѣдъ и успѣховъ.
Всѣ этн пдетухп, верблюдовожатые, эти купцы вдругъ районъ обратились въ
ярыхъ проповѣдниковъ и устремились па завоеваніе міра, чтобы покорить его травой
вѣрѣ». Въ исторіи завоеваній ничто пг можетъ сровняться съ удивительнымъ походомъ
Халеда, вышедшимъ г и. Аравіи съ нѣсколькими тысячами человѣкъ, бязь всякихъ при-
разъ нѣсколькими сосѣдними племенами, онъ вернулся побѣдителемъ вь Мекку вь 630 г.,
а два года спустя умеръ въ Мединѣ.
Послѣ Магомета, Абу-Бекръ (632—034), Омаръ (634—644), Отманъ (644—646)
были «калифами» (г. о. наслѣдниками), избранными и неоспоримыми, по Али (656—
661), зять Магомета, такъ же какъ и Отманъ, имѣлъ соперника Моавію, юторый, ис-
требивъ дѣтей Али нъ 661 г., сталъ единственнымъ калифомъ вплоть дл 680 г Мо-
нархическій режимъ вытѣснитъ избирательный порядокъ, и съ этого млмянт' стали па-
рилъ всѣ члены семейства Моавіи, т. о. Омавяды, включительно до 750 г,, а въ Ис-
паніи до 1031 г. Съ 750 по 1258 г. главою правовѣрныхъ были члены семьи А6-
Оасспдовъ; наиболѣе главные и извѣстные изъ нихъ— Гаруиъ-Аль-Рашидъ (766 — 809 и
Аль-Мамунъ (813—833).
Аравія приняла Игламъ еще до смерти Магомета. Лѣтѵппси пе впиінѣ сходятся
относительно подроопостей передвиженія Арабовъ и Грековъ, а потому нельзя считать
слѣдующія даты неоспоримыми Кажется, Дамаскъ открылъ свои ворота вь 635 г.,
битка при Кадекін, рѣшившая судьбу Персіи, имѣла мѣсто къ февралѣ 637 г., а плоско-
горье Правь было занято лишь послѣдовательно въ теченіи послѣдующихъ годовъ. Въ
томъ-жя 637-мъ г., Іерусалимъ и Нпзнбъ подпали подъ арабское владычество, Амру за-
владѣлъ Вавилономъ и Египтомъ въ 640 г., Александріей въ 641 и побережьемъ Среди-
земнаго моря до Триполи въ 643 г. (въ 2о гѵду Геджры).
Завоеваніе Крита относится кь 647 году, завоеваніе Гадиса и Нубіи—къ 651 г.
Гадзиссъ былъ занять нъ 668 г Первая осада Кѵпстантнииполя Арабами продолжала! ь
съ большей пли меньшой энергіей въ теченіи 7 лѣтъ, съ 669 во 675: Кароагенъ былъ
взятъ въ 699 г.; Тарикъ перешелъ Гадезскій проливъ въ 711 году. Встрѣча Карла
Мартелла съ Абдъ-еръ-І’ахмапомъ, въ долинахъ Пуатье, произошла въ 732 г. Съ 831 по
878 главнѣйшіе города Сипилів покорились Арабамъ; мвогіе пункты на берегахъ Италіи
послѣдова и ихь примѣру гъ концѣ ІХ-го вѣка.
885
пасовъ, кромѣ небольшого количества муки въ походной сумкѣ каждаго изъ воиновъ,
безъ обоза, безъ амуниціи; тѣмъ не мсиѣе, не оставляя за собою ии труповъ, пн от-
сталыхъ солдатъ, опъ въ теченіи семи дней и семи ночей шелъ не останавливаясь, по
пустынѣ, раскинувшейся на тысячу километровъ, вдругъ, словно призракъ, появился
передъ Дамаскомъ и разсЬя.іъ передъ собою греческія войска императора Гсраклія.
Подобная энергія, вь которой чувствуется что-то свѵрхеетествепаое, можетъ ооъяснитьгя
только силою коллективнаго фанатизма: всѣ до единаго воины въ войскѣ Халеда имѣли
одну душу, одно стремленіе. И всѣ эти побѣды и завоеванія мусульманъ на востокъ
до Индіи, на сѣверо-востокъ до туркменскихъ степей, па сѣверѣ—до византійской
имперіи, на западѣ до береговъ Атлантики и за предѣлы Ппринеевъ, были бы немыслимы,
если бы этихъ завоевателей не охватило дикое бѣшенство, тотъ священный пламень,
которые напередъ уже гарантировали имъ побѣду. Непоколебимая, твердая вѣра въ
чудо возвышала ихъ духъ; такъ въ болію позднія времена арабизеванные нспаппы во
время борьбы съ аптеками, съ тальтэками или кнхуа Новаго Свѣта постоянно видѣли
передъ собой въ пылу битвы сражавшимися впереди ихъ въ небесахъ Св. Якова до
Компостелла или же св. Дѣву.
Арабы вѣрили, что ихъ ведетъ самъ Аллахъ, и съ бѣшенствомъ устремлялись въ
битву; кромѣ того, этотъ удивительный подъемъ духа въ значительной мѣрѣ былъ
присущъ ихъ собственной природѣ, ихъ врожденному характеру и той морали, какую
создала имъ жизнь подъ открытымъ небомъ, йодъ иадящаян лучами солнца на окраи-
Куфа была основана въ 637 г., Басра—въ 640, Кайруанъ—вь 670, Багдадъ—
въ 762, Фець—въ 808. Мавританская Испанія никогда пе признавала Аббассидовъ.
Магрибъ сталь независимымъ съ 800 года, а долина Нила стала не >одвластпа болѣе
Ііалифаиъ Багдадскимъ съ 870 годя.
Въ числѣ поэтовъ, писателей, ученыхъ и путешественниковъ— арабовъ, мы упо-
мянемъ лишь нѣкоторыхъ, наиболѣе извѣстныхъ
Табари, историкъ, род. нъ Амодѣ, въ Персіи—839—9^2 г.
Массуди', путешественникъ и историкъ, умершій въ Каирѣ—956 г.
Фирдуси, персндск. шютъ. род. и умеръ іъ Тусѣ—933—1025 г.
Авиценна или Іібвъ-Снна, философъ и врачъ, род. и жилъ въ Бухарѣ—980—
1037 г.
Харпри, литераторъ, жилъ и умеръ въ Басрѣ—1С54—1122 г.
Алгазедь, философъ, жилъ въ Сиріи и Персія—115а—1111 г.
Омаръ Хейямъ, поэтъ и математикъ, умеръ въ Нишвпурѣ—1124 г.
Эдризи, путешественникъ —географъ; род. вь Сеутѣ—1099—1164.
Аисмнаеъ, и.іЕ Ибпъ-Баджн, род. въ Сарагоссѣ, уморъ въ Фецѣ —1100— 1138 г.
Аверроэсъ, философъ и врачъ, род. въ Кордовѣ умеръ въ Марокко—1100—
1198 г
Аоу-Эзра, испанскій еврей-1119 —1174 г.
Абдъ-Аль-Латифъ. путешественникъ, род. въ Багдадѣ—1161—1231 г.
Абу-эль-Фаридъ, египетскій поэтъ—1181 —1234 г.
Саади, персидскій ноетъ, род. и умеръ вь Ширазѣ—1184—1291 г.
Абульфеда, географъ и историкъ, род. въ Дамаскѣ—1273—1331 г.
Гііфизъ, шіэтъ Персндск, род и умеръ вь Шарагѣ—1388 г.
Попъ Халдуиъ, историкъ, род. въ Тунисѣ, умеръ въ Каирѣ—1332 —[406 г.
Я56
нагъ пусты и и. Справедливо, повидимому, сравненіе періодическаго вмѣшательства ара-
бовъ въ исторію народі ль, съ внезаипымъ разцвѣтомъ алоэ, этимъ уанввтольнымъ
растеніемъ пустыни, которое стоитъ сѣрымъ и запыленнымъ вятьдесать или сто лѣтъ
и вдругъ раскидываетъ свой большей, яркій, пумцовой цвѣтокъ, веселящія своимъ яркимъ
блескомъ унылую раввину. Арабская цивилизація стала для многихъ покоренныхъ наро-
довъ истинной освободительницей и совпала для насъ съ возвращеніемъ греческихъ
рукописей возобновленіемъ и возрожденіемъ эллинской науки въ безпросвѣтной ночи
средневѣковья. Но въ то же время это показываетъ намъ, насколько обычныя паши
разсужденія оезепльвы выяснить этотъ ансамбль удивительныхъ историческихъ фено-
меновъ: какъ, папр., опъяспить это внезапное появленіе араповъ въ общей исторіи,
столь же внезапное, какъ ударъ молніи, и затѣмъ но прошествіи нѣсколькихъ вѣковъ,
возвращеніе ихъ къ тому же безызвѣстш-му и скромному существованію кочующихъ
пастуховъ? Эти контрасты навсегда остаются неразъясненными для тѣхъ, кто въ условіяхъ
настоящаго не ищетъ наслѣдственныхъ пережитковъ первичной среды в условій.
Къ этому вліянію элементовъ окружающей среды слѣдуетъ сш>- добавить и эконо-
мическія, а также соціальныя условія общества, которое заново слагается Многожен-
ство являлось общимъ обычаемъ, введеннымъ арабами завоевателями, п въ завоеван-
ныхъ странахъ, не имѣя надобности покупать себѣ женъ, они >ридержпвалпсь много-
женства еще болѣе усердно, чѣмъ даже у себя на родинѣ Ставъ полновластными по-
велителями, они проникали вь семьи туземцевъ, видоизмѣняя ихъ въ своихъ интере-
сахъ; они брали себѣ кь жены дочерей побѣжденнаго и покореннаго народа, и потому
новыя поколѣнія сразу-же стали принадлежать по отдамъ къ племени побѣдителей о отъ
нихъ научились ихъ языку; хгалясь надвигами своихъ отцевъ и св -имъ происхожденіемъ
передавали эту гордость послѣдующимъ поколѣніямъ. Бъ Сиріи особенн, не прошло и ста
лѣтъ со времени ея завоеванія, какъ въ общемъ, за исключеніемъ горныхъ племенъ
и христіанскихъ и еврейскихъ сектъ, терпимыхъ мусульманами, населеніе страны стало
но внѣшности арабскимъ. Это превращеніе совершилось съ такой странной быстротой
потому, что происходило въ каждомъ отдѣльномъ домѣ, подъ каждымъ шатромъ, у
самыхъ источпиковъ жизни Однако, введеніе полигаміи. которая въ своей восточной
формѣ находить главнымъ образомъ опору въ полновластномъ владычествѣ мужчины
и превращеніи женщины въ такую же собственность мужа, какъ лошадь или собака,
весьма скоро оказалось иа новомъ обществѣ, замѣтно понизивъ и физическій, и мо-
ральный уровень энергіи расы. Послѣ іяиезаііиаго уенлеипаго роста, въ народѣ
естественно наступило ослабленіе. Дрисмангъ имѣлъ осповаиіе утверждать, что арабы
были побѣдоносны до тѣхъ иоръ, попа женщина сохраняла у нихъ преобладающее по-
ложеніе въ семьѣ и принимала активное участіе въ ихъ общественной жизни. Напро-
тивъ, ихъ царства пали, какъ только религія замкнула жеищииъ въ стѣны гаремовъ,
гдѣ она стала не болѣе, какъ рабыней, предназначенной исключительно для удовлетво-
ренія желаній своего господина о повелителя. Какъ можетъ пра такихъ условіяхъ совер-
шаться воспитаніе грядущихъ поколѣній?
Вопросъ о собственности тоже явился примѣшаннымъ кь этимъ великимъ со-
бытіямъ. Не оыло-ли въ этой бѣшеной здобѣ араоа противъ христіанскаго міра извѣст-
887
ной доли непавшти кочевника, не ирпзпающаго преградъ п граней частной собственъ
ногти, къ частнымъ собственникамъ? Безъ сомнѣнія, всякое различіе между двумя пародами
легко становится причиной отвращенія пхъ другъ къ другу. Поэтому арабы должны
были ненавидѣть византійцевъ и всѣ другіе пароды съ римской цивилизацісП, которые
дѣлили между собой землю въ качествѣ частной собственности. Арабы сами внесли
иной видъ собственности—обшивное владѣніе всего племени и, вѣроятно, имени- этому
общинному пли коммунистическому строю слѣдуетъ приписать главную причину порази-
тельной быстроты и успѣха всѣхъ арабскихъ завоеваній. Въ основѣ всякой прочной
политической революціи необходимо искать соціальную эволюцію. Если арабы легко
восторжествовали, такъ только
потому, что по сравненію съ
византійскимъ строемъ персид-
скпмъ и пііыхъ покоренныхъ
имн народовъ, они представляли
болѣе совершенный принтъ.
Всѣмъ рабамъ и невольникамъ,
провозгласившихъ за одно сь
ними хвалу Ед пому Б.ту, опп
даровали свободу и болѣе того
того—полное религіозное равен-
ство и братскую любовь, какую
дастъ людямъ общность вѣры.
Пахарямъ и земледѣльцамъ, ли-
шеннымъ ихъ законной части
пахатиой земли, угнетаемымъ
ихъ всесильными господами и
казенными фискалами, они дали
право па воздѣлываніи земли и
на весь сборъ пли урожай, до-
бытый его трутами. Границы
Мекка •— Боеосяужовгя предъ Первымъ камиоыъ
Каабы въ Великой мечети.
исчезали передъ ними, земля
становилась общимъ наслѣдіемъ
всего племени, члены котораго отнынѣ всѣ были братьями, неразрывно связанными
одной вѣрой. По подлежитъ сомнѣнію, что это присвоеніе земли вссй общинѣ вѣрныхъ
заключало вь себѣ серьезную опасность въ будущемъ, такъ какъ владыки и полно-
властные повелители могли въ одинъ прекрасный день встать на мѣсто подначальныхъ;
по пока пе угасалъ религіозный пылъ, эта новая форма владѣнія землею было по
истинѣ спасеніемъ для ьсѣхъ толпъ порабощенныхъ людей, которые сь страстнымъ
взрывамъ энтузіазма принимали побѣдителей, даровавшихъ имъ одновременно и человѣ-
ческое достоинство, и насущный хлѣоъ.
Едино бразіа и простота мусульманской вѣры—«Пѣтъ Бога, кромѣ Бога, я Маго-
метъ его ирірокъ»,—имѣли громадное значеніе въ побѣдахъ арабокъ, которые видѣли
888
передъ собой лвпь робкихъ, нерѣшителыіыхъ противниковъ, безъ порыва, безъ вѣры
безъ той сверхъестественной силы, которая возносила бы ихъ ватъ людьми. Впрочемъ,
Исламъ самъ по себѣ не былъ столь чистосердеченъ ио своему существу, навь бы это
могло казаться, судя по его доктринамъ. Невозможность управлять міромъ на основа-
ніи чисто абстрактныхъ идей никогда не была лучт -констатирована, чѣмъ въ маторьяль-
пыхъ условіяхъ самаго мѣста происхожденіи магометанства, гдѣ она раньше всего
кристаллизовалось. Религія Истиннаго, Единаго Бога, правящаго всѣмъ громаднымъ
міромъ и на все взирающаю гь высоты небесъ, казалось бы, пе должна бы быть
связана съ извѣстнымъ мѣстамъ, каковъ, напр., храмъ въ Меккѣ. Напротивъ, безпре-
дѣльность однообразной пустыни, съ ея песками, раскинувшимася отъ края до края
горизонта, болѣе ясно говоритъ о всемогуществѣ н вездѣсущіи Аллаха, чѣмъ какое-
нибудь опредѣленное мѣсто, гдѣ жалкіе людишки предаются своимъ будничнымъ, по-
вседневнымъ занятіямъ и торговымъ сдѣлкамъ. Тѣмъ не менѣе умаленный вѣрными
Аллахъ долженъ былъ снизойти въ Мекку и избрать ее своимъ излюбленнымъ святили-
щемъ. Пророкъ Магометъ, при всей своей проникновенности и сознаніи вездѣсущія
Бога, тѣмъ не перенесъ центръ поклоненія на какую-нибудь крутую гору въ пустынѣ,
а товипуясь все же древьимъ мѣстнымъ бовествамъ, втнмт отзвукамъ прошлаго дол-
женъ былъ ограничиться только уничтоженіемъ идоловъ въ Меккѣ, да кромѣ того,
преклониться передъ живымъ источникомъ Земземъ и благоговѣйно лобызать камень
Каабу. Вдвойнѣ язычникъ, поклоняющійся источникамъ и камнямъ, оиъ съ первыхъ
шаговъ началъ искажать чисто духовнаго Бога; естественно, что в послѣдователи стали
Подражать ему ьъ этомъ.
Древніе культы по.тспешіо стали переплавляться въ новыя формы, ио вс погибли
окончательно: подъ самымъ строжайшимъ монотеизмомъ іаптся и сейчасъ еще фети-
шизмъ. точно такъ ЖѲ, Какъ И у ДреВНііГЬ ПОКЛОННИКОВЪ сидъ природы и политеистовъ.
Арабы были уже нѣсколько монотеистами еще за долго до Магомета, какъ то гласить
торжественно самъ Коранъ: «Въ моменты великой опасности язычника всегда призывали
Аллаха, а по ложныхъ боговъ».
Въ каждомъ мозгу всѣ религіи прошлаго раснолагаются какъ бы послѣдователь-
ными наслоеніями. Кааба представляла соооіі арабскій Пантеонъ, гдѣ слились всѣ боги
полуострова, всѣ 360 идоловъ, которыхъ нѣкогда возівнгли столько же арабскихъ раз-
розненныхъ племенъ, и самымъ ярымъ монотеистомъ сталъ тотъ изъ правовѣрныхъ, у
котораго всѣ божества семейныя, божества его клапа и племени, всего тѣснѣе слива-
лись вь ето представленіи въ одно ьерховпое лицо.
Въ первыя времена распространенія арабскаго владычества, іо тѣхъ поръ, пока
воодушевленные религіознымъ пыломъ ч»ипы Ислама сохраняли свою первоначальную
чистоту крови- настолько, что наслѣдственность продолжала сказываться въ характерѣ
и нравахъ большинства вхъ, у наиболѣе родовитыхъ ихъ предводителей и вождей замѣ-
чалась гордая простота, полная достоинства и олаторздетва, духъ справедливости н
сдержанности вь сужденіяхъ и поступкахъ, напоминавшіе о а.нзпи вь пустынѣ, подъ
гостепріимпымъ кровомъ походныхъ шатровъ, тотъ духъ, которому н теперь еще, но
мѣрѣ силъ, стараются подражать благочестивые мусульмане. Даже въ настоящее время
8Я9
правовѣрные, къ какому-би общественному положенію опи ни принадлежали, должны,
становясь ва молиіьу, снимать съ себя всѣ драгоцѣнности отложить въ сторону всѣ
золотыя монеты, чтобы стать бѣдными въ своихъ глазахъ и въ глазахъ Аллаха, по крайней
мѣрѣ, на время бесѣды вхъ съ Богомъ, т. с. на время молитвы. Кромѣ того, передъ
липомъ Аллаха слѣдуетъ остерегаться дурпсго, завистливаго глаза, а не что такъ не
возоуждаетъ зависти, какъ видъ золота, источника всякаго зла и ненависти. Въ храмѣ,
т. е. въ мечети, не допускается никакого неравенства, никакихъ приввллегированныхъ
мѣстъ: бѣдный и богатый, черный и бѣлый, всѣ становятся рядомъ и молятся бокъ о
бокъ, въ общемъ благоговѣйномъ молчаніи.
У чистыхъ арабовъ побѣда могла даваться вѣрующимъ только въ періодъ ихъ
Великаго религіознаго возбужденія, соединявшаго ихъ въ одну общую неразрывную массу,
которой нельзя было противостоять; по натурѣ же своей арабъ, этотъ сынъ пустыни,
привыкшій къ вольной жизни простора степей, плохо мирится съ авторитетомъ и дис-
циплиной власти: арабъ можете, быть названъ «анархистомъ», въ самомъ строгомъ
смыслѣ зтого слова, какъ человѣкъ, не признающій надъ собой господина. Поэтому,
какъ только его повидаетъ вѣра, онъ становится своевольнымъ и идетъ своимъ путемъ.
Любопытно, что первые человѣкъ, формулировавшій теорію анархическаго общества,
сбросившаго съ себя віякую власть,—былъ арабъ Пбоъ-Халдунъ. Но мнѣнію этого уче-
наго историка ХІѴ-го столѣтія, «блаженная страна», т. е. идеальная, должна осно-
вываться внѣ всякой матерьяіьвой власти, внѣ всякаго закона, единственно на согласіи
мудрыхъ людей, ищущихъ только совершенства и равнодушныхъ ко всѣмъ меркантиль-
ный ь соображеніямъ политическимъ и національгымь интересамъ.
Родина арабовъ никогда не была никѣмъ завоевана; древніе халдеи и египтяне
тольк  ступили ногой па окраины страны; гиміариты ни одного момента не владѣли
всѣмъ полуостровомъ: военачальникъ Августа, Элій Галлъ, вторгнувшійся въ предѣлы
Аравіи, былъ остановленъ эпидеміей прежде, чѣмъ успѣлъ проникнуть въ глубь страны;
что жо касается подчиненія арабовъ османамъ (т. е. туркамъ), то это подчиненіе всегда
было и есть весьма кратковременнымъ в частичнымъ. Странное явленіе: двѣсти лѣтъ
спустя послѣ того, какъ пламенныя рѣчи Магомета двинули бедуиновъ на завоеваніе
міра, в цивилизація, именуемая «арабской-, далеко засіяла яркимъ блескомъ, истинные
«сыны пустыни» стали встрѣчаться все рѣже въ войскахъ завоевателей; ихъ стали
замѣнять другія азіатскія племена и народы, особенно турки монголы. Большинство
же арабовъ, которыхъ но поглотила побѣдоносная война, вернулись на свою родину, и
тѣмъ избѣжали гражданства всемірнаго государства, предпочитая ему вольную жпзвь
гордыхъ сыновъ своего маленькаго племени, племени изъ отцовъ и предковъ. Каждое
изъ этихъ первоначальныхъ племенъ возстановило сьою автономію и свои традиція^, свой
законъ крови, даже н противъ рода и семьи Пророка. А изъ громадной добычи новыхъ
знаній и идей, собранныхъ ими въ чуждомъ имъ мірѣ, арабы но занесли ровв» ничего
на свою родипу: какими они выступили въ походъ изъ Неджеда иди Геджаса. такими
же вернулись, непокорными и аристократичными.
Впрочемъ, религія, вложившая мечъ въ руки арабовъ и подвнгшая ихъ ва свя-
щенную войну, обрекала вхъ вмѣстѣ съ тѣмъ и ва "окориость въ случаѣ бѣды. Въ
890
сущности, чистая магометанская религія ьъ ея мопотоиггичегкіій формѣ, въ строгомъ
соотвѣтствіи принципу—«Нѣть Бога, кромѣ Бога», есть слѣпая вѣра въ непобѣдимую
судьоу. Все, что совершается, неотвратимо. Всякое событіе фатально, потому что предо-
предѣлено отъ вѣчности, волей Того, Кого пикто пе можетъ ин умолить, ни смягчить.
При услужливомъ цолятсиамѣ все имѣетъ сное божество, даже и розовый кустъ, а по-
тому всегда можно надѣяться, такъ какъ даже самая оезнадмжность имѣетъ свои боже-
ства. Ьъ христіанствѣ, особенно у католиковъ, у каждаго есть свой ходатай или посред-
никъ: грѣшникъ всегда можетъ обратиться къ цѣлей арміи свяіыхъ.
Итакъ, по природѣ арабъ, собственно говоря, вовсе не былъ вонномъ ио при-,
званію. Послѣ своего побѣднаго шествія, которымъ овъ былъ обязанъ своему религіоз-
ному воодушевленію, сынъ пусгынп почувствовалъ себя но въ своей естественной средѣ
между этимп земледѣльческими народами, и потому, покинувъ ряды войскъ, которымъ
все ('ще продолжали командовать истинные потомки Пророка, вернулся па свой родной
полуостровъ. Этимъ же объясняется и тотъ фактъ, что арабскіе завоеванія, совершенныя,
сооточеетвеішпкамн Магомета, окапались прочными лишь въ странахъ, географически
сходныхъ съ Аравіей своими скалистыми горами, песчаными п камсниыыі пустынями,
съ рѣдкими ключами зли источниками воды в группами зеленѣющихъ оазисовъ: побѣ-
дители пустили корпи и продолжали размножаться въ видѣ племенъ лишь въ странахъ,
аналогичныхъ сь ихъ родиной, словомъ такихъ, которыя ыогли-бы быть названы «внѣш-
ней Аравіей». Въ Персіи, Сирія и даже въ Египтѣ опп были только пришельцами,
тогда какъ много дальше на западъ, по ту сторону Ливійской пуііыни, ц вплоть до
береговъ Атлантическаго океана онв чувствовали себя дома и прижились въ Тунисѣ,
па возвышенныхъ плоскогорьяхъ Алжира и въ .горахъ Марокко.	,
Появленіе арабовъ на міровой аренѣ имѣю въ нѣкоторомъ родѣ благопріятныя
послѣдствія для продолжительности существованія, если не для территоріальнаго расши-
ренія Восточной Имперіи. Поразивъ Персію, находившуюгя ьъ непосредственномъ сопри-
косновеніи еъ семитическими массами, расположенными по берегамъ Тигра и Евфрата,
воины Ислама отстранили этимъ самаго опаснаго врага Византіи; завладѣвъ Сиріей
они также оказали только услугу Константинополю, который лишь даромъ расходовалъ
свои силы, чтобы удержать въ своей власти этотъ бульваръ, длиною въ 500 километ-
ровъ, протянувшійся между пустыней и моремъ. Второй Гвмъ м«іъ такимъ образомъ
насладиться продолжительнымъ отдыхомъ, которымъ «нъ воспользовался, если пе дія
разумнаго пвмѣивія своего внутренняго строя, то по крайней мѣрѣ для того, чтобы
накопить богатства и вернуть себѣ свой престижъ. Отчасти благодаря ослабленію араб-
скихъ войскъ, силы которыхъ были отвлечены на востокъ, въ сторону Перни, и на
западъ, въ сторону Египта, арабскій центръ утратилъ ударную силу, направленной къ
сѣверу, и потому являлся менѣе опаснымъ сосѣдомъ, чѣмъ Персія; кромѣ того, Кон-
стантиіі'-но.ть отдѣляли «тъ Месопотаміи страны, мало благопріятныя для развитія
арабовъ. Продолжая вести войну противъ государства, которое, можно сказать, олице-
творяю собою соперничающую съ Исламомъ религію, халифы уже не находила въ ре-
лигіозномъ порывѣ своихъ подданныхъ достаточной силы, чтобы покинуть оавнины и
залитыя знойнымъ солнцемъ страны юга н перейти плоскогорья и горы Малой Азіи.
891
Тѣмъ ня менѣе арабы дѣлали довольно частыя попытки захватить городъ, вопло-
щавшій собою одповремеппо и христіанскій міръ, и в ?сь престижъ древняго Рима.
Иступивъ въ Анатолію, черезъ Киликійскія Ворота, арабы форсированнымъ маршемъ
пересѣкли Мало-азіатскій полуостровъ, чтобы скорѣй дойти до Копставтпп-шоля, но
вхъ замѣтили: огненные сигналы зажглись на вершинахъ холмовъ, возвѣщая объ ихъ
приближеніи, и мѣры къ предупрежденію возможности переправы черезъ Босфо|іъ были
приняты заблаговременно. Правда, императоръ Михаилъ, раздосадованный тѣмъ, что его
обезпокоили въ амфитеатрѣ донесеніемъ о нашествіи арабовъ, запретилъ (859 г.1 тре-
вожить себя поминутно такими свѣдѣніями. По, къ счастію, арабы въ это время уже
утратили свой прежній вылъ, и попытки блокады Коистаатнаоиоля съ мори трижды
оканчивались безславно. Такимъ образомъ Византія могла продолжать служить оградой
Западу отъ Ислама ьъ теченіе еше шести вѣковъ а когда она пала, то пала подъ
ударами другого племепи, а не арабовъ.
Перемѣны, происшедшія съ Персіи, вслѣдствіе завоеванія ея арабами, были по-
разительны по своей внезапности: можно іодуиать, что все эю совершилось ударомъ
молніи До грозной встрѣчи при Кадези, этой «битвѣ битвъ», продолжавшейся четверо
сутокъ, десятки милліоновъ иранцевъ исповѣдывали маздепстскую вѣру, а спустя нѣ-
сколько лѣтъ всѣ персы, за исключеніемъ нѣсколькихъ пемпогоччелеішыгь общинъ,
изгнанныхъ пзъ страны, уже стаю называть себя мусульманами. Грубая сила хотѣла
того, в • риходилось либо насильно принимать вѣру побѣдителя, либо умирать, и, какъ
всегда бываетъ въ подобныхъ случаяхъ, менѣе благородные покорились, тогда какъ
лучшіе люди приняли смерть: получпіея обратны;, подборъ. Смѣлые, отважны і люди,
люди сильныхъ убѣжденій, которые, согласно выраженію иранцевъ, «гордо смотрятъ на
гордыхъ», пали вь борьбѣ, тогда какъ стадо робкихъ, трусливыхъ людей, послуш-
ныхъ повелѣнію новаго госнодииа, отреклось отъ того, что было иіъ вѣрой, подготовляя
династіямъ завоевателей и /"енотовъ длинный рядъ поколѣній приниженныхъ поддан-
ныхъ. Послѣ этихъ кровавыхъ битвъ протекли многіе годы, цѣлые вѣка въ пол-
номъ безмолвія мысли, и только въ нѵэаш вновь пробудился и расцвѣлъ персид-
скій геній.
Послѣднимъ центромъ сопротивленія противъ чужестраннаго ига была страна
Раи, древняя Рага или Гаага, которая уже при Ахеменидахъ представляла гобою ма-
ленькое самостоятельное жреческое государство, подобно тому, какимъ на западѣ ьъ
наши дщі является Ватиканъ, вь Итальянскомъ королевствѣ. Вешній жрецъ, выда-
вавшій себя за преемника Зороаетра, оезпрепятственно издавалъ свои церковные эдикты.
Уваженіе къ прошлому поддерживало эту духовную власть въ теченіе цѣлыхъ вѣковъ,
несмотря на псѣ политическія перемѣны и завоеванія, Но ненависть магометанъ возго-
рѣлась до такой степени, что Халедъ осадилъ главу жрецовъ въ иго крѣпости Усту-
ваваидъ н взялъ со приступомъ: это быль послѣдній эпизодъ національнаго протеста
со стороны иранцевъ. Царь царей погибъ насильственной смертью въ Мерсѣ (051 г.),
а его сынъ искалъ спасенія н защиты у китайскаго императора, тогда какъ магоме-
танскій войска, оставивъ за собою Иранъ, вступали сь одной стороны въ Свистанъ н
Кабулнстагь, а съ друіой—вь Туркестанъ, вплоть до Самарканда.
Я92
"тако, но воѣ мазтисты были истреблены пли обращены въ Исламъ: нѣкото-
рымъ удалось укрыться въ горной цитадели, близъ іезда, другимъ—въ горахъ Хо-
рассапа, а самые счастливые изъ бѣглецовъ находили себѣ убѣжище на скалахъ Ор-
муза, затѣмъ на полуостровѣ Гуджератѣ, гдѣ они скрыли священныя книги и свой
неугасимый, Ичпый огонь, съ большимъ трудомъ спасенный ими отъ нечистыхъ рукъ
враговъ Какъ ото можно констатировать по ахъ собственнымъ признаніямъ объ ихъ
вѣрѣ, которыя маздеистамъ приходилось дѣлать, умоляя о гостепріимствѣ, первоначаль-
ное ученіе ихь религіи уже потерпѣло многія измѣненія, и ниовной смыслъ ихъ обря-
довъ былъ имъ лишь только наполоилну понятенъ. Однако, ихъ тѣсное единеніе и
стойкость нравственныхъ принциповъ и убѣжденій этихъ добровольныхъ изгнанниковъ
вскорѣ заслужила имъ весьма почетное положеніе среди населенія Гуджерата и Кокава.
Мало-по налу, когда былъ основанъ Бомбай, «парсы» или персы очутились во главѣ
всей торговли города, какъ женевцы и базельцы, та г же нѣкогда бывшіе изгнанниками
изъ-за своихъ религіозныхъ убѣжденій, встали во главѣ управленія всей торговлей
Швейцаріи.
На первый взглядъ кажется, будто географическія условія Ирана не имѣли ни-
какого вліянія на религіозное преобразованіе народа: тѣмъ не менѣе слѣдуетъ признать,
что перси іекое магометанство вовсе не тождественно съ магометанствомъ другихъ за-
родовъ, обращенныхъ въ Исламъ Очертанія границъ Персидской имперіи въ точности
совпадаютъ съ границами и очертаніями царства Шіатъ-Аіи, т. е. «Страны, населенной
послѣдователями Али» Эт>« объясняется тѣмъ, что завоеваніе страны еще вс измѣня-
етъ гакъ народа, какъ зто кажется. Если покоренные и бываютъ жржвуждежы при-
иягь чужеземную вѣру, то дѣлаютъ это только для видимости в никогда не воспри-
нимаютъ ее вь томъ видѣ, въ какомъ нмъ навязываютъ ее; самое больше, если опи
по своему раболѣпію, въ которое опи невольно впадаютъ, изучаются повторять слова
и формулы, которыя для нихъ не имѣютъ никакого смысла Ихъ же дѣйствительной
религіей становится тогда ничто ппос, какъ сплетеніе старыхъ суевѣрій, перекрашен-
ныхъ за ново; мистицизмъ, экстазъ, колдовство и волшібство начинаютъ процвѣтать,
а вновь привитые доіматы сдаются вь арсеналы храмовъ, какъ непригодное и ненуж-
ное оружіе.
Впрочемъ, индивидуальность Персіи, какъ ясно отграниченной географической и
исторической единицы, была слиткомъ ярка, чтобы самая мусульманская религія страны
не приняла извѣстнаго патріотическаго оттѣнка и чисто національной окраски- всѣ
обстоятельства должны были оказаться удобными для достиженія этой цѣли. Калифъ
Али. зять и племянникъ пророка, далъ въ жены своему сыну Гуссойиу, дочь Іездп
герда, лижиниаго престола царя персовъ, благодаря чему Персіей ппавнлъ родъ, при-
надлежащій въ равной степени къ крови Магомета и къ крови Сассаиидовъ. По Гус-
ссйиъ былъ убитъ въ мечети вь г. Куфѣ. не далеко отъ рѣкп Евфрата, послѣ чего были
зарѣзаны со всѣми ихъ родственниками и друзьями тѣ двое дѣтой, которые должны
оыли оыть въ Персіи представителями національной династіи. Тогда власть перешла въ
другія руки, и персы, еще слишкомъ О'-лаодеипые для вооруженнаго возстанія, принуж-
дены были призаать новыхъ повелителей. Но легенда ухваіилась за память о двухъ
893
убіенныхъ иладннцап., Гуссейпѣ и Гассавѣ, постепенно превративъ эп сцену убійства
въ своего рода божественную жертву искупленія, вокругъ которой и сложились главные
религіозные ыиоы этого національно персидскаго магометанства. Число суннитовъ, т. е.
истинныхъ магометанъ, подчиняющихся правиламъ чистой первоначальной религіи, па-
Облаеть распространи чія шіитовъ
1	25000000
П	500	‘000	ІБООИилом
Заштрихопапныя мѣста—границы Пороін, а но границы рлопростраиипія шіитовъ. По атласу
Боргхауса щіиты по распространялись далѣе 60° долг отъ Грппв.; Персидская сторона Лорслд;
скаго залива занята суциіітвхн. ив западѣ же шіиты остаются въ границахъ черты, проходящей
прозъ Басру п Гаиадавъ (Экбатапу).
зываемыхъ «Сунна», быстро стало уменьшаться, и въ настоящее время ихъ можно
встрѣтить въ Персіи развѣ только среди иностранцевъ, татаръ, курдовъ, арабовъ,
белуджистанцевъ, авганцевъ и туркменъ.
Согласно шіитскимъ догматамъ, Али равенъ пророку Магомету и пользуется
равнымъ съ нимъ почитаніемъ вѣрныхъ. Если тесть былъ пророкомъ, то зять его
быль викарный пророкъ; онь является нервонлощеніемь древняго Джемхида. По толко-
894
вангю нѣкоторыхъ сектъ, онъ есть даже сыпь Аллаха, со существующій съ отцомъ,
тогда какъ калифъ Омаръ, врагъ Али, считается персами-шіитами какъ бы вопло-
щеніемъ зла. Такимъ Образомъ древній видъ религіознаго дуализма возітаіювляетея,
конлощаясь вдѣсь въ лицѣ двухъ враждебныхъ другъ другу калифовъ. Многія другія
подробности религіи м нравовъ иранцевъ нагачиваютъ маздспстопъ. Тась, папр., глав-
нымъ праздникомъ у гшхъ остается праздникъ весенняго равноденствія, Певрузъ, во
время котораго прославлялись Ормуздъ и Митра. Точно также, мусульмане - сунниты—
строгіе иконоборцы, тогда какъ Персы имѣютъ священныя изображенія въ своихъ
жилищахъ и даже въ своихъ нечетахъ и охотно рисуютъ изображеніе личности Али;
только голова этого святого обыкновенно бываетъ окутана густымъ покрываломъ, по-
тому-ли, что считается невозможнымъ допустить столь явное нарушеніе Корала въ во-
просѣ такой великой важности, или же потому, что, какъ говорятъ, невозможно было-
бы пи одному художнику изобразить всю прелесть лица божественнаго Али. Вь осталь-
номъ, небеса и земля, и преисподняя Иранцевъ остались населены ті.мл-же духами и
тѣми же демонами, какъ и три тысячи лѣтъ тому назадъ, совершенно такъ, какъ
если бы послѣдователи Магомета никогда не завоевывали страны п не навязывали ей
силою оружія новой вѣры. Наконецъ, не смѣя преступать закопъ, воспрещающій имъ
жениться па родныхъ сестрахъ, какъ того требовалъ пхъ обычай, персы почти всегда
берутъ себѣ въ жены своихъ двоюродныхъ сестеръ.
Цсрсндсыімъ путешественникамъ и купцамъ, отправляющимся въ глубь мусульман-
скихъ странъ, приходится соблюдать величайшую осторожность среди мусульманъ сунни-
товъ, для избѣжанія оскорбленій, насилій и даже смерти; оттого персы пріобрѣли всѣмъ
извѣстную репутацію ловкости и хитрости.
Такъ, среди ирапцевъ давно рѣшено, что можно безъ зазрѣнія совѣстя сказать
завѣдомую ложь, если при этомъ мысленно произнести отрицаніе. Такимъ образомъ не
іезуиты первые изобрѣли итогъ способъ примиренія съ Сотомъ, создавъ внутри себя,
такъ сказать, невидимый в сокровсиныи храмъ истины и позволяя нечистымъ рѣчамъ
лжи осквернять своп уста. Эта способность приспособленія, ставшая необходимой для
честолюбцевъ и раболѣпствующихъ, есть именно то, что нерсы разумѣютъ йодъ словомъ
«Клмаігы. Они принадлежатъ къ числу самыхъ искусныхъ въ смыслѣ приданія своея
рѣчи в кчрресиішденціи двухъ совершенно различныхъ смысловъ къ одно и то же время—
одного для толпы, для правительсіва, для вѣчно недоброжелательной полиціи,—другого
для лицъ посрящѵгіныхъ. Точно такъ же, какъ въ Европѣ въ средніе вѣка, -плоть до
эпохи Возрожденія, но тѣмъ же причинамъ, большинство ученыхъ и писателей стара-
лось скрывать своп истппиыл познанія и мысли водъ внѣшней формгй, такъ н ирански
писатели пишутъ одновременно и для невѣжественной толпы, в для сгонхъ посвящен-
ныхъ почитателей. Такимъ образомъ фатальная среда дтдаегь иль итогъ хитрыхъ н
ловкихъ людей превосходныхъ лицемѣровъ. Такъ путешественники шіиты нанравляютгя
вмѣстѣ съ самыми ярыми су плитами въ Мекку, выдавая себя за почитателей того самаго
Омара, котораго оші проклинаютъ въ душѣ, какъ духа зла. Впрочемъ, большинство
иранскихъ паломниковъ останавливается, ие дойдя до Каабы; опи ограничиваются тѣмъ,
что, перейдя Тигръ и Евфратъ, посѣщаютъ свягцеипыо города Карбэлу и Педжефъ: это
895
паломничество, хотя я наполовину менѣе дальнее, считается у персовъ но «пѣе под-
вижничѳскнмъ, для п-жойипковъ же—необходимымъ. Шіиты полагаютъ, что особенная
святость этою рѣчнаго побережья происходить потому, что здѣсь былъ схороненъ прахъ
нхъ первыхъ мучениковъ ГусссПна н его сыновей; ио сами того не сознавая, они под-
чиняются въ данномъ случаѣ гораздо болѣе древнему суевѣрію, такъ какъ именно въ
атомъ мѣстѣ, за тысячи лѣтъ до нашего времени,, до основаніи ислама, христіанства и
даже маздеизма, халдеи имѣли свою громадную усыпальницу, Эреісь, в.іи «городъ Книги».
Оттого ата область представляетъ собою сноповъ вѣковъ громадное сплошное кладбище;
земля, вырываемая изъ могилъ, приготовленныхъ для покойниковъ, превращается въ
особыя плитки или кирпичики-фетиши, которые продаются въ качествѣ амулетовъ бла-
гочестивымъ паломникамъ.
Какъ возсоздалась религіозная индивидуальность Персіи, такъ и политическая
индивидуальность этой страны не разъ пробовала возрождаться. Пробовали создаваться
маленькія независимыя государства, почли всегда въ почтенномъ отдаленіи отъ края
высокаго плоскогорій, такъ какъ власть калифовъ была слишкомъ велика въ Месопо-
таміи, чтобы пограничные персы могли мечтать о независимости. Эти -государства имѣли
своими центрами власти Бухару, Кврмапъ, Раи иди Рагу, неподалеку отъ современнаго
Тегерана, затѣмъ и прекрасный Пвшапурь, древній, знаменитый Нпзсй. гдѣ греческая
легенда, преемница маздеистскаго мвеа, преднологастъ мѣсторожденіе Діонисія Инзенскаго
«юга, или Бахуса, т. е. Вакха.
Однако, вліяніе завоеванной Персіи вскорѣ стало сказываться на арабахъ-побѣ-
дителяхъ, даже и за предѣлами Ирана. Установлено, что калифы Аббасспды, основавшіе
свою династію въ Багдадѣ, въ половинѣ ѴПІ вѣка, династію, къ которой принадлежалъ
и знаменитый 1 арунъ-аль-Рашидъ, представляли но своимъ правамъ и ооразу правленія
гораздо больше сходства съ древне-персидскими царями, чѣмъ съ первыми арабскими
правителями (Э. Ренанъ),
Вопреки войнамъ и враждебности, взаимное вліяніе народовъ на народы вызвало
большія перемѣны во взглядахъ, идеяхъ, религіозныхъ воззрѣніяхъ и правахъ отдѣль-
ныхъ пародовъ. Такъ, отвращеніе, питаемое евреями, строгими блюстителями зак.-иа а
ш> вхъ примѣру, и мусульманами, къ изображеніямъ, въ концѣ концовъ передалось и
доброй половицѣ христіанъ и стало причппий самыхъ ужасныхъ распрей и вражды Въ
точеніе всего VIII вѣка семьи, провинціи и даже самая Восточная имперія раздѣлились
на два непримиримыхъ лагеря, «нконодуловь», или иконоиочитагедей, в «иконокластовь»,
или иконоборцевъ. И если Восточная имперія лишилась провинціи Романьи, то только
потому, что жители сл предпочли передаться ловгооардамъ. чѣмъ отказаться отъ культа
иконъ и статуй, изображающихъ святыхъ. Въ Восточной имперіи иконоборцы торже-
ствовали въ продолженіе около ста лѣтъ; возг ращеніе къ прежнему нкопопочвтаиію были
починомъ женщинъ, ъмператрвпъ Ирины и Ѳеодоры, что и не удивительно. Впрочемъ,
и сами иконоборцы, довольные тѣмъ, что имъ удалось перебитъ и уничтожить безчислен-
ныя изображенія, казавшіяся имъ богопротивными, пе обошлись безъ кое-какихъ веще-
ственныхъ признаковъ вѣры, а ярые мусульмане продолжали по прежнему почитать своп
священные символы: знамя Пророка, его тюрбанъ, плащъ и зеленыя таблицы.
896
Впрочемъ, какъ мы уже говорили, древпй культы всегда продолжаютъ жить подъ
личиною новыхъ даже у самыхъ ярыхъ фапатнюівь той или другой религіи. Нѣтъ
такого божества или генія-покровителя, который бы по продолжалъ лить ьъ религіоз-
ныхъ обычаяхъ народа, несмотря на всѣ проклятія, которыми клеймили Почитателей
древнихъ языческихъ божествъ позднѣйшіе свяіцоь-ика і вмамы. Мало того, послѣдніе
сами безсознательно стали участвовать въ церемоніяхъ, устраиваемыхъ въ честь древ-
ьяхъ боговъ. Даже народныя вѣрованія и повѣрья проходятъ послѣдовательно, безъ
особыхъ рѣзкихъ измѣненій, черезъ нѣсколько оффиціальныхъ религій. Такъ, напр., въ
Тирѣ и сейчасъ еще празднуютъ святаго Мандара. имя котораго въ сущности тожде-
ственно сь древнимъ Геркулесомъ—Мелькартомѵ существуетъ мѣстный обычай ходить
въ втотъ день ловить пурпурныя раковины (Мпгех ігплсиіпз) па западномъ берегу
острова, вь томъ мѣстѣ, гдѣ нѣкогда возвышался финикійскій храмъ этого грознаго
божества.
Побѣды Ислама въ сѣверной Африкѣ слѣдовати вскорѣ ва ихъ побѣдами въ
Иранской Азіи. Еще ьъ домусульманскія времена, въ зп>-ху римлянъ, Арабы аравійскаго
полуострова, Лумы или Руадиты, завоевывали Мавританію, и второе поколѣніе послѣ
Геджры, двинувшись на завоеваніе этого сѣвернаго побережья Африки, шло только по
слѣдамъ своихъ предковъ-язычпиковъ. Къ концу VII вѣка, воспользовавшись переры-
вомъ въ враждебныхъ отношеніяхъ сь Константинополемъ и въ постоянныхъ распряхъ
своихъ вождей, добивающихся званія калифа, арабскія в<>йска проникли въ глубь страны
и вскорѣ достигли Магрэба, т. с. крайняго запада, нынѣшняго Марокко, и в- ни ихъ
искупались въ волнахъ Атлантическаго океана. Въ теченіе года, предшествовавшаго
концу ѴІІ-аго вѣка, они завладѣли Карнагеноиъ, который гновь уже сталъ столицей
этой страны: съ этого времеьп погиоъ окончательно этоть великій городъ, в его замѣ-
внлъ его ближайшій сосѣдъ Тупись, ставъ, вмѣсто Карѳагена, главнымъ центромъ страны.
Большинство христіанъ было перебито; многіе изъ нихъ бѣжали на островъ Пантол-
лярія, гдѣ могли оставаться въ покоѣ въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ, но арабскій флотъ
преслѣдовалъ ихъ я въ этомъ уб+жпщѣ, и говорятъ, что уничтоженіе ихъ было полное,
и чго «кости ыъ смѣшались съ прибрежнымъ пескомъ».
Повидимому, вь числѣ мавританцевъ, сопротив іяв иихсл завоеванію страны ара-
бами, были и евреи, какъ полагаютъ, потомки Бенъ-Пзраелей, плѣнника или гребцы,
сопровождавшіе финикійпевъ въ Карѳагенъ, пустившіе здѣсь Кѵрни и продержавшіеся
здѣсь и при римлянахъ, и при Вандалахъ, и при Византійцахъ, продолжая все время
вести дѣятельную религіозную пропаганду. Существуетъ даже • редаше, объ одной еврей-
ской царицѣ, Кахянѣ, которая будто бы собрала вокругъ сеоя берберскія племена
южнаго Туниса и даже грековъ и десять лѣзъ энергично сопротивлялась арабамъ; затѣмъ
опа заперлась и продержалась три года вь амфитеатрѣ Эль-Джемъ, превращенномъ ею
въ неприступную, грозную крѣпость, которая съ тѣхъ поръ часто именовалась «Казръ-
эдь-Кахина», или «Театръ Жрипы»
Завоеваніе странъ Средиземноморского побережья было, конечно, несрае енно
болѣе желательнымъ, чѣмъ завоеваніе болѣе сухихъ и безплодныхъ и менѣе богатыхъ
земель внутренней части страны. Вотъ почему и произошло весьма любопытное въ
897
историческомъ опюгпепіп оттѣсненіе христіанскаго ласелсн’я оть береговой лише гнутрь
материка. Въ то время, какъ араоы поспѣшно продолжалк подвигаться иа запалъ,
населявшіе ати мѣста христіане разумно отступали къ югу по направленіи къ пустынѣ,
Такъ, напр., поь Египта христіане удалились въ верхнюю Нубію п здѣсь завоевала
себѣ территорію, болѣе обширную, чѣмъ въ долинѣ Нила.
Около тысячнаго года Хартумъ сдѣлался метрополіей христіанской вѣры въ бас-
сейнѣ верхняго Нила, н, какъ говорятъ, храмы в церкви этого города были богато
украшены золотомъ в драгоцѣнностями. Послѣдній христіанскій царь Нубш жилъ въ
XV- мъ вѣкѣ, но двѣсти лѣтъ спустя тамъ еще насчитывались сотни христіанскихъ
0<шинъ; <-яѣ существовати вплоть до нашего времени; только въ 1886 г. Хартумскій
епископъ, испугавшись успѣховъ Махдистовъ, распустилъ свою церковь, и послѣдніе
мовахн удалились въ Пвжпій Египетъ.
Точно также е римское вліяніе, отражавшееся на наиболѣе культурныхъ элемен-
тахъ мавританскаго побережья, отодвинуто было къ югу во время вторженія арабовъ,
почему сказывалось еще въ гачалѣ Х-аго вѣка въ самой Сахарѣ, такъ какъ городъ
Сиддрага, основанный въ то время бѣжавшими отъ арабскаго нашествія беросрамн, по пред-
ставлялъ по своей архитектурѣ. пн по украшеніямъ своихъ зданій ничего, сколько-нибудь
напоминающаго восточное искусство. Напротивъ, остатки бсрбсрШской скульптуры, кото-
рые находятъ при раскопкахъ етого города пустыни, сосѣдняго съ современной Уарглой,
поразительно походятъ на остатки христіанскихъ сооруженій, бывшихъ старше нхъ на
пять или шесть вѣковъ, сооруженій, найденныхъ на побережья Туниса п Орана Только
въ ХЬомъ вѣкѣ, во время второго нашествія арабовъ, когда Африка окончательно была
оторвана отъ христіанскаго запада, опа перестала, наконецъ, жить старыми отголосками
былого римскаго вліянія.
Аналогичные факты наблюдались также въ горахъ Туареговъ, посѣщенныхъ впервыо
въ 1903 г. европейцами. Здѣсь встрѣчаются развалины Кзаръ-Нвззра, пли «Деревни
Назарелнъ», т.-е. христіанъ. Еврейская надпись, оставленная, вѣроятно, евреями Туата,
который, какъ извѣстно, существовалъ еще 400 лѣтъ тому назадъ, была также пайдсиа
въ ятой странѣ. А горы Муйдвръ, еще болѣе горы Апэта въ изобиліи покрыти изобра-
женіями самаго разнообразнаго вида. Всѣ ати громадные, черные, какъ смола, ѵтесы
девонскаго пссчанпика испещрены рисунками оть вершипи до основанія. Въ.общемъ
ата коллекція рисунковъ изображаетъ современную фауну; впрочемъ, здѣсь можно видѣть
также и нѣкоторыхъ, теперь исчезнувшихъ тамъ животныхъ, жирафовъ, страуса, кабапа.
Изображенія слона, носорога, буйвола, «ЬиЬаІив апіЦиив» оыш найдены дальше къ
сѣверу, въ горахъ Атлага, но ихъ нѣть на скалахъ страны Туарегоьъ. Люди изобра-
жены частью пѣшіе, частью верхами на ьеролюдахь; не рѣдки пѣшіе и верховые кань
будто сражаются. Всо вто вап міінаегь рисунки, встрѣчающіеся въ южной части Орана,
во, кажется, они болѣе поздняго лронсхолсдспія. Во всякомъ случаѣ этп изображенія
слѣдуетъ отнести ко времени позднѣе ѴП-аго вѣка, къ которому относится введеніе
верблюдовъ въ берберійскихъ странахъ. М >жпо думать, что группы на інэгз свидѣтель-
ствуютъ о постепенномъ оттѣсненіи въ глубъ материка извѣстной народности.
Географическое очертаніе Тунясскаго г ооерожья, первоначальной < Африки», весьма
ЭЛПЗЕ РЕКЛЮ. ВЫИ VI.
57
89Н
облегчало араоамъ вхъ завоеваніе. Въ тс время, кань берега Алжира, весьма «пасные
и неприступные въ большей части своего протяженія, п всюду окаймлены горами, пре-
пятствующими свободна сообщаться съ внутренней частью страны, берега, обращенные
въ сторону Сициліи и Сиртовь, пологими холмами идутъ къ долинамъ в плоскогорьямъ
материка. Естественные пути, ведущіе отъ моря, расходятся безпрепятственно по всѣмъ
направленіямъ по переваламъ и проходамъ, которые далѣе къ западу раздѣляютъ между
собой территорію Мавританіи. Такимъ образомъ путешественникъ безъ трута можетъ
достигнуть параллельныхъ морю долинъ, расположенныхъ одпа за другой между горами
Сахэль и окраиной большихъ плоскогорій; точно такъ же опъ можетъ спокойно стран-
ствовать изъ одной котл<>вііны въ другую, пересѣкая раздѣляющія ихъ высокія рзвиііны,
и можетъ дойти до самихъ горъ Атласа. Наконецъ, далѣе къ югу по пути, ведущему
къ оазисамъ между Сиртомъ и Габесомъ и мароккскнмь городомъ Драа, нутешествеппнкь
можетъ слѣдовать вдоль южнаго края великаго мавританскаго острога съ его горными
массивами, Лургса и Амура. Этн естественные пути— настоящіе ворота, дающія доступъ
новымъ народамъ н вхъ многообразнымъ цы-илизаціямъ Но главными воротами былъ
всегда глубокій выемъ берега между Карнаганомъ и мысомъ Вонъ, иди Рай-Аддаръ. Это
ооъясняется тѣмъ, что здѣсь соединились всѣ географическія преимущества: сосѣдство
суживающагося въ ятомъ мѣстѣ моря, гдѣ проходятъ суда на пути между двумя бассей-
нами Средиземнаго моря, западнымъ и восточнымъ, что даетъ ему первоклассное торго-
вое значеніе, на углу материка, съ берегами, изрѣзанными бухтами, съ превосходными
заливами, плодородными пашнями и прекраснымъ и удобнымъ сообщеніемъ съ внутренней
частью А краны черезъ долину Мсджерда
Много различныхъ народовъ пользоваі<>сь. за короткое время исторіи, этими
прекрасными путями, открытыми на востокъ. Туземный элементъ населенія этой страны
составляютъ берберы или берберіицы, какъ ихъ теперь называютъ, Кабилы го)<ъ, Туареги
пустыни, земледѣльцы, пастухи, купцы пли разбойники, смотря по тому, что допускаютъ
климатъ и др. мѣстныя условія. Но къ этимъ основнымъ типамъ населенія примѣша-
лось еще не мало и другихъ людей. Разсказы Одиссея говорятъ, что у;ко болѣе трехъ
тысячъ лѣтъ тому назадъ здѣсь были грсческіі мореходцы, посѣщавшіе острова побе-
режья Сиртевь, чтобы оівѣлать мионческаго плода Лотоса, заставляющаго людей абы-
вать свою родину. Несравненно болѣе сильной н долговременной, чѣмъ греческая куль-
тура, оказалась въ этомъ африканскомъ мірѣ цивилизація пуническая, главнымъ очагомъ
которой былъ Карнаганъ. Римляне, риадп’ы, вандалы, затѣмъ снова греки прибавляли
все новые этническіе элементы къ той пестрой смѣси народностей, которая составляла
населеніе страны. Арабы мусульмане, воины и пастухи, явились сюда въ свою очередь
и, съ силою неудержимаго потока ворвавшись кь Мавританію и захвативъ всѣ земли
этой страны, долины и плоскогорья, пригодныя для пастбищъ ихъ овецъ и верблюдовъ,
насильно обращали въ свою вѣру и увлекали за собой для дальнѣйшихъ побѣдъ бер-
беровъ п иныхъ ничѣмъ отъ нихъ не разнящихся жителей страны (А Вакплггі). Этотъ
первый наплывъ арабовъ былъ въ сущности незначителенъ по численности душъ, в >
имѣлъ громадное значеніе въ отношеніи политическаго равновѣсія, о іъ отдалъ весь сѣверъ
Африки во власть мусульманъ.
899
Ввзпгптская династія, казалось, окончательно обосновалась ва Иберійскомъ полу-
островѣ, а католическая религія обусловила единство вѣры вь страпЬ: послЬ подавленія
Мавританія и Сахара.
і : 20 ооо осо
о	ьоо	іыооКилом
Въ нталѣ ХХігѣкв пе было оща колеснаго пути вдоль побережья Алжира. На этой картѣ
паиссопы жодѣапыя дорого, которыя, однако, нигдѣ пе идутъ идолъ борола мори.
аріанства въ католицизмѣ гта.гь наблюдаться длинный рядъ обратныхъ теченій мысли,
которыя послѣдовательно привели сначала къ истребленію альбигойцевъ, затѣмъ кь
избіенію вальденцевъ и продолжительнымъ севеннскнмъ войнамъ. Естественная преграда,
образуемая Геркулесовыми столпами, казалась достаточной защитой отъ арабовъ, но по-
900
слѣдвіе владѣли моремъ, и іноло 680 г. арабскіе корсары на разъ появлялись на бере-
га ль Испаніи, близъ Валенсіи, наконецъ, въ 710 г. преступленія, совершенныя самими
королями и измѣна олпого изъ князей подали поводъ арабамъ кь рѣшительнымъ дѣй-
ствіямъ, н пять тысячъ мусульманъ, въ числѣ которыхъ была доблестны- воины, при-
надлежащіе въ семьямъ «Защяіпвковъ Медины», этой спеціальной гвардіи Магомета,
высадились у подножья грозной скалы, которая съ того времени впредь стала называться
по имени славнаго вождя араоовъ Дікебель-Тариігь сЦ)еЪе1-Таі'ік) Гибралтаромъ.
Большое сраженіе въ поляхъ близъ Хереса сказалось на столько рѣшающимъ, что
вся Испанія оказалась разомъ завоеванной араоамн. Въ то время, какъ подчиненные
воепачадьнііки брали Кордову и другіе города Андалузіи, самъ Тарикъ двинулся на
сѣверъ до Дижона въ Астуріи, на берегу Бискайскаго залиеа. Все насоленіе страны,
ьь югу отъ Ііиривейской цѣпи, какъ визиготское, такъ и туземное, покорилось пред-
ставителямъ калифовъ Сиріи Кромѣ аррагонскехъ пещеръ Собрарбы н Астурійскихъ
Ковадокгп, Исламъ па всемъ испанскомъ полуостровѣ видѣлъ передъ сооой лишь трепе-
щущихъ и покорныхъ его велѣніямъ подданныхъ.
Исторію владычества мавровъ въ Испаніи можно раздѣлить иа два періода: періодъ
завоеванія маврами Испаніи, длившійся 15 мѣсяцевъ, и періодъ обратнаго отвоеванія
ея христіанами, продолжавшійся восемь вѣкевъ. По давнымъ Ранке, араоы высадились
на Гибралтарѣ 30-го апрѣля 711 г. и дали сраженіе при Хересѣ 25-го іюля того жо
года Въ 718 г. испанцы при Коіадонгѣ впервые одержали побѣду вагъ вой-
сками сарэцпповъ; финаломъ жо ятой вѣковой борьбы явилось взятіе Гронаш въ
1192 году.
Глядя на все это со стороны, кажется, будто здѣсь «вершилось простое движеніе
прилива п отлива этой восточной народности; < дпако, послѣ пребыванія вь странѣ этвхь
чужеземцевъ--мусульманъ, вся Испанія совершенно переродилась. Глубокое вліяніе ара-
бовъ на нравы, обычаи и <<оразъ мыслей точно такъ же, какъ и на физическій харак-
теръ народа, сказывалось и чувствовалось очень долго. Самый типъ лица, манера дер-
жать себя, образъ жизни по ту я другую сторону Гибралтарскаго пролива поразительно
сходны Дома въ Андалузіи точно такъ же, какъ и жилища сыновъ востока, обращены
окнами въ «раііо>. или внутреній дворъ; даже въ наше время въ испанскомъ языкѣ
насчитывается свыше двухъ тысячъ арабскихъ слі въ, т.-е. гораядо болѣе, чѣмъ словъ
германскаго корня, занесенныхъ визиготами, а семитическая часть кастильскаго словаря
заключаетъ въ себѣ главнымъ образомъ важнѣйшія слова по части развитія промышлен-
ности, развитія мыслп, что свидѣтельствуетъ і- періодѣ быстраго умственнаго, духовнаго
и промышленнаго развили. Даже самая почва Испаніи еще носить на себѣ очевидные
слѣды древьчго владычества арабовъ, такъ какъ горы, рѣки, источники и сейчасъ еще
носятъ названія, данныя вмъ восточными завоевателями. Вь Испаніи насчитывается
449 «ауипіа тіепіоз», или общинъ, мавританское названіе которыхъ начинается съ
слога аі или еі, п если не всѣ города и соленія начинаются съ злого слога, то только
потому, что въ нѣкоторыхъ провинціяхъ, особенно въ Кастиліи, всѣ арабскія селоіія и
деревни оилп впослѣдствіи снесены христіанами, а инквизиція ѵъ своей стороны очистила
мечомъ и огнемъ прежнюю географію Испаніи.
901
Отдаленность времени придаетъ нѣкоторое единообразіе исторіи мавровъ въ Испа-
ніи, по въ деталяхъ представляетъ собою сплошное хаосъ безпрерывныхъ войнъ между
мусульманами и христіанами, между христіанами н христіанами, мусульманами и мусуль-
манами, по главнымъ образомъ между отдѣльными племенами и колѣнами, между
Внутренность мечети въ Кордовѣ.
Іемвнитамн и сынами Неджеда: эта родовая ненависть н месть никогда не угасала
«адъ небомъ Испаніи. Самов строеніе Иберійскаго полуострова, весьма благопріятное
для основанія федераціи отдѣльныхъ осѣдтыхъ народностей, напротивъ, весьма затруд-
няло образованіе единаго централизованнаго государства, какое мечтали создать мусуль-
91)2
манс, равш- какъ в христіане. увлечі-нпые желаніемъ доставить полное господство въ
странѣ своей вѣрѣ. Естественныя условія страны много способствовали раздѣленію ел
па отдѣльныя государства или сош-ргасппо обособленныя пли имѣющія лишт. слабую
связь между собою. Южный склонъ прибрежныхъ горъ Южнаго аоберекы Испаніи и
Съерры-Нсвады предсгавхяеть собою одну изъ такихъ обособленныхъ областей. Бога-
тая Андалусія образуетъ обширный бассейнъ, представляющій собою также прекрасно
обособленную географическую единицу, которая, впрочемъ, легко распадается въ свою
очередь па второстепенныя части, вслѣдствіе своей чрезмѣрной, во сравненію съ псзна-
читсльной шириной, длины; кромѣ того, область Гренады, хорошо ограниченная со
всѣхъ сторонъ, кромѣ развѣ западной, своимъ живописнымъ амфитеатромъ горъ и хол-
мовъ, представляетъ также территорію, благопріятствующую политической замкнутости.
Бъ сѣверу отъ Сы-рра Морены, Эстрамадура и Лаванче являются тоже вполнѣ самосто-
ятельными, рѣзко индивидуальными областями, равно какъ Мурсія и Валенсія на среди-
земноморскомъ поборежьи. Наконецъ, и вь остальной части Иберійскаю полуострова
впадины и котловины, лежащія между возвышенными плоскогорьями, какъ будто отмѣ-
чаютъ самсіі природой разграниченныя области, для распредѣленія отдѣльныхъ народ-
ностей въ качествѣ отдѣльныхъ политическихъ единицъ. Въ общемъ огромный киркь,
замкнутый Пиршіеямп, представляетъ собою весьма удобное расположеніе для тѣхъ, кто
занималъ сѣверныя области, т. е. для христіанъ На пхъ сторонѣ выло преимущество
вслѣдствіе общаго уклона почвы; кромѣ юго, иди имѣли вь свмітъ горахъ всегда
надежный базисъ для отступленія, тогда какъ мусульмане принуждены были отступать
изъ долины въ доливу, будучи защищены вь большинствѣ случаевъ цѣпями горъ, кото-
рыя весьма легко можно было обходить.
Однако, сила первоначальнаго тонка была пастелью велика, что вь продолженіе
перваго пятидесятилѣтія своего пребыванія въ Испаніи, арабы безъ труда перешли
Ніірииеі! и проникли въ Галлію. Намѣренія ихъ были еще болѣе смѣлы: опи мечтали
пойти но стонамъ Ганнибала и проповѣдывать Единаго Бога вь самомъ Ватиканѣ; а
затѣмъ дойти до Константинополя л вернуться вь Дамаскъ—сложить свое побѣдоносное
оружіе у подножья трона калифовъ. Но ихъ междуусобныя распри и раздоры совер-
шенно уничтожили тогъ перевѣсъ сплъ, какимъ они могли похваляться вначалѣ.
Имѣя своими главными врагами визиготовъ, у которыхъ они отняли обладаніе Испаніей,
чвп перешли восточныя Пиренеи черезъ перевалъ Пертусъ или Бедльгардъ а владѣли
вжной Септимаяіей, находившейся въ зависимости отъ царства готовъ.
Основавшись прочно въ Нарбоннѣ. они двинулись съ одной стороны къ Каркассону
и Тулузѣ, а съ другой стороны пошли по истерическому пути отъ Оды къ Ронѣ, а
отъ Прованса до Бургояи н остановиіись подъ Отпноиь. Но лотъ отрядъ мусухьманъ,
слишкомъ далеко отошедшій отъ главнаго корпуса пспапско мавриглпской арміи, при-
нужденный жить только грабежомъ, пе могъ долгое время продержаться, не имѣя точки
опоры, когда его коммуникаціонныя линіи въ долипѣ Оды были отрѣзаны войсками
герцога Аквитанскаго. '-Но вынудило арабовъ посиѣшн > отойти за Пиринги,
Вторичная попытка позволила арабамъ завладѣть Сердавьсй, п они снова разсы-
пались вправо и ідѣво: на востокѣ заняли средиземноморское побережье, взяли городъ
903
Арль, затѣмъ двинулись выше на сѣверъ, долиною рѣки Ропы и Соны п спустились до
Сенсъ, въ бассейнъ рѣки Сены; па западъ,- -чтобы проникнуть вь долину Горониы а
захватить переправы черезъ рѣки въ сѣверной части Аквитаніи, они направились
-,пяп>-таііч по историческому пути отъ Шаронты къ Луарѣ. Теперь арабы подошли къ
Туру, и вскорѣ произошло великое столкновеніе двухъ народовъ, двухъ религій и двухъ
культуръ, представителями которыхъ являлись арміи Абдъ-еръ-1'ахмапа и Карла Мар-
іелла. Столкновеніе произошло на низкихъ плоско
горьяхъ Санъ-Мора,—мѣстность эта носила это
названіе до нашествія арабовъ, между Туръ п
Пуатье, въ тѣснинѣ, геоірафіічески предназначен-
ной для встрѣчи сыповь сѣвера и юга.
Битва была жестокая, кровопролитная, и по-
раженіе мавровъ полное (732 г.). Они разомъ по-
теряли Аквитанію, всю юго-западную часть Галліи;
кровь мавровъ встрѣчается лить въ потомкахъ
бѣглецовъ, скрывавшихся въ прибрежныхъ боло-
тахъ и поспѣшившихъ принять вѣру побѣдителей.
На берегахъ Средиземнаго м>.ря борьба продолжа-
лась гораздо дальше, и лишь семь лѣтъ спустя
послѣ рѣшительной битвы при Санъ-Морѣ франки
Карла Мартелла, соединясь съ ломбардами Луит-
оранда, смогли совершенно оттѣснить мавровъ изъ
Прованса п Лангедока.
Однако, отдѣльные отряды арабовъ оставались
еще хозяевами укрѣпленныхъ замковъ, горныхъ уз
ловъ и цитаделей. Они очень долго владѣло той
группой лѣсистыхъ горъ, которыя въ память ихъ
и теперь носятъ названіе «Маигѵз», «Горы мав-
ровъ», и расположенной па самой вершішѣ хребта
деревни Фраксннатеркъ, нынѣшній Гордъ Френо плі
сШато де Фревъ» («Яснсвый замокъ»), они вла-
ствовали здѣсь надъ окрестнымъ населеніемъ.
Въ продолженіи бодѣе 80 дѣть (890 по
973 г.) этп мѣста служили имъ главнымъ сила
I
Рукоятка. меча мавровъ (XV вѣ-
ка), называемаго мечомъ Боаб
ДИЛЯ.
домъ добычи во время ихъ экспедицій въ горныя
области, экспедицій, простиравшихся даже вь глубь
Швейцаріи. Между прочимъ, Мовте-Морро, т. е. гора
свидѣтельствуетъ о пребываніи здѣсь арабовъ. Около 045 г. опи
мавровъ, и сейчасъ
были еще повелителями Гренобля подъ именемъ саррацивовь и обладали богатствами
великолѣпной доливы Грезнводапъ. Считая себя каю. бы у себя дома, опи запинались
обработкой полей, брала себѣ вь жены мѣстныхъ женщинъ и вступали въ родство или
завязывали дружескія сношопіа съ христіанскими магнатами ближайшихъ окроссздстей.
901
Какъ гласитъ легенда, саррацины были изгнаны въ 960 г. съ Большого Сапъ Бернара
п оттѣснены къ югу. Безъ всякаго сомнѣнія, в сейчасъ еще существуютъ ьъ альпій-
скихъ странахъ и въ Провансѣ многочисленные потомки болѣе или менѣе смѣшанной
крови этихъ чіЕоевателей арабовъ и берберовъ.
Католическіе историки весьма затрудняются относительно Карла Мартелла, такъ
какъ вмъ приходится и прославлять его подвигъ, и въ то жо время осуждать его
личность: этотъ герой осмѣлился коснуться церковныхъ имуществъ и ограбьгь церкви
А потому опи утверждаютъ, будто дьяволъ похитилъ его тѣло тотчасъ же послѣ его
смерти, а пзъ могилы его вывозила будто-бы змѣя Съ другой стороны, они слишкомъ
преувеличиваютъ событіи, гъ которымъ связано сго имя. Современные писатели охотно
сравнивали битву при Санъ-Морѣ съ Мараооискнмъ сраженіемъ: тогъ фактъ, что арабы
были оттѣснены христіанами, но пгь мнѣнію, является не менѣе важнымъ фактомъ,
чѣмъ въ свое время былъ фактъ прегражденія пути морсамъ греками, около двѣнад-
цати вѣковъ тому назадъ.
Между тѣмъ, чтобы судить по справедливости объ этомъ историческомъ фактѣ,
необходимо знать, на какой сторонѣ тогда стояли свѣточи пауки и иекуства. Несом-
нѣнно, конечно, что магометанство въ общемъ но внесло того презрѣнія къ знаніямъ,
какое съ самаго своего началт проявила религія Христа. Дѣло въ томъ, что христіане
были вынуждены въ самомъ началѣ борсться протнвыео-іоговъ я фитоеоф-въ. которые,
осноіательяо изучивъ жителей древности, превосходно умѣли отстаивать или опровергать
идеи, владѣя въ совершенствѣ искуствомъ діалектики. Хрисгіан  должны были проклинать
пауку потому, что они видѣли въ пей главнаго врага и постоянно должны были стра-
дать отъ сарказма ученыхъ. Магометаііе-же, напротивъ, были мепѣѳ невѣжественны,
чѣмъ ихъ ближайшіе сосѣди, язычники пустыни.
Благодаря своимъ сношеніямъ съ несторіанами и евреями, они являлись даже людьми,
сними учеными, самѵмн образованными и наиболѣе способными обсуждать извѣстныя
истины и идеи на всемъ полуостровѣ. Поэтому опн не могли выражать протонъ званія
и пауки тѣхъ прокіятій, какія посылало имъ нарождающееся христіанство. Хотя они
н видѣли вь изученіи пауки пе вполнѣ заслуживающую одобреніе трату времени для
людей, главной заботой которыхъ должна оыла быть забота о спасенія души, тѣмъ .
менѣе никогда не только не осуждали, а даже но протестовали противъ исканія науч-
ныхъ истинъ.
Даже самъ пророкъ высказалъ по этому поводу поученія, которыя, вѣро-
ятно. превосходили даже сго дѣйствительныя мысли: «Старайтесь овладѣть наукой,
говорилъ онъ своимъ ученикамъ,—если бы даже вамъ за нею пришлось слѣдовать до
Китая». Въ другомъ мѣстѣ онъ рекомендуетъ «дному изъ своихъ вѣрныхъ: «Работай
па землѣ, чтобы пріобрѣсти познанія и блага земныя, какъ будто би ты долженъ былъ
жить вѣчна, дѣйствія жо свои всѣ направляй, имѣя въ виду будущую жизнь, такъ,
какъ будто-бы ты долженъ былъ умереть завтра». Безъ сомнѣнія, загробное существо-
ваніе считалось несравненно болѣе драгоцѣннымъ, по земныя сокровища настоящей
жизни, въ числѣ которыхъ считаются и познанія, презираемыя первыми христіанами, у
мусульманъ были въ большой чести.
905
Несмотря на безирерыі пыя воіпы, которыя арабамъ приходилось вести въ Испаніи
пятивъ христіанъ, засѣвшихъ въ дебряхъ сѣверныхъ горъ, несмотря на кровавое со-
перничество, раздѣлявшее игъ, главнымъ образомъ вс.тѣдстві- наслѣдственной ненависти
между отдѣльными семьями, впоха владычества мавровъ была все .ко тѣмъ историче-
скимъ періодомъ, въ продолженіе котораго Испанія была всего болѣ? свободна и могла
развитъ свой геній и свои способности. Достаточно только посѣтить полуостровъ, даже
не спрашивая никого, но читая пикого изъ писателей, чтобы констатировать по одной
красотѣ уцѣлѣвшихь еще развалинъ, пѵ остаткамъ древнихъ каиалоьъ, что процвѣтаніе
страны и всякаго труда было во времена мавровъ несравненно большее, чѣмъ послѣ;
и что относительнаго мира п спокойствія вь странѣ было уже го[аідо больше, чѣмъ
впослѣдствіи, наконецъ, что торжество католичества было для Испаніи громаднымъ ша-
гомъ назадъ, а не впередъ. Согласно описаніямъ авторовъ, поводимыхъ Дрэперомъ,
Андалузія въ Х-мъ вѣкѣ, при калифѣ Халенѣ, была страною всего лучше снабженной
земледѣльческими и иными орудіями и самою благоустроенною и зажиточною въ цѣломъ
свѣтѣ. Вѣротерпимость была самая полная; люди науки, евреи, христіане и даже ате-
исты собирались безбоязненно, совмѣстно съ мусульманами, для исканія общими ситами
истниы. Геній анархизма, свойственный арабамъ, сказывался въ свободномъ прояв-
леніи мысли, въ полномъ отсутствіи всякаго шпіонства п надзора за литературой и за
авторами, которые превращали Константинополь въ настоящую тюрьму.
Въ эту эпоху разцвѣта наукъ, йодъ вліяніемъ относительной свободы, которую
даровали арабы завоеваннымъ пародамъ, самый Аравійскій полуостровъ принималъ
лишь весьма слабое участіе въ интеллектуальномъ авторитетѣ народовъ, арюбшенныхъ
къ исламу; отдѣльныя племена арабовъ, лишенныя своихъ лучшихъ людей вь теченіе
нѣсколькихъ поколѣній, мало интересовались ихъ трудами и подвигами. За то крупные
центры труда возникали повсюду во всемъ мусульманскомъ мірѣ, отъ Севильи до Са-
марканда. Такихъ образомъ арабы, «маьры» или «саррацины», какъ вхъ различно на-
зывали, имѣли громадное вліяніе па прогрессъ мирной цивилизаціи в культуры странъ,
лежащихъ п къ сѣверу отъ ІІиринесвъ.
Въ одной изь лагунъ, вдоль берега Средиземнаго моря между рѣками Одъ в Роя»,
высится базальтный островъ съ мрачной развалиной на пеиъ; оен нзпиішіають однѣ изь
древнихъ воротъ Галіи, одинъ изъ захожихъ морскихъ портовъ, черезъ который про-
никла нъ эту страну арабская культура, какъ нѣкогда проникла здѣсь-же культура
древнихъ финикійцевъ, черезъ мѣстечко Магало. Когда Клрдъ Мартеллъ, побѣдитель
саррациновъ въ битвѣ при Пуатье, продолжилъ избивать пхь вплоть до подножіи Пи-
ринееиъ, то аттаковллъ Магелоппу, занятую тогда арабами, владыками милостивыми,
отличившимися такой терпимостью, что опп оставили въ стѣнахъ крѣпосія католиче-
скаго епископа съ его вѣрной паствой н давали у сеоя пріютъ и людямъ пауки, по-
этамъ и искуснымъ художникамъ. Сѣверный же варваръ (Кардъ Мартеллъ) истребилъ
всѣхъ, кто только не былъ христіаниномъ, разрушилъ до основанія городъ, а всѣхъ
католиковъ перевелъ ва материкъ. Новый, возникшій здѣсь городъ Субставціовъ (Сскс-
танціо) остался все же нѣсколько арабскимъ по езоему духу териямости и любви къ
наукамъ, и сталъ колыбелью той высоко интеллигентной общины, которая основала
908
неподалеку отсюда, по ту сторону рѣки Дезъ, знаменитый городъ науки Монпелье, гдѣ
возникла первая школа Франціи съ ея университетомъ и иностранными профессорами,
католиками, евреями, еретиками, свободомыслящими людьми наука Впослѣдствіи были
попытки возродить пли вновь построить Маголоііу и учредить тамъ резиденціи епи-
скопа; пгь временъ этого призрачнаго возстановленія Магелоиы и остались тѣ разва-
лины, которыя стоять въ настоящее время среди зарослей кустовъ надъ водою, во
самый городъ и заброшенныя, заглохшія земли, покинутыя людьми, сдѣлались необи-
таемыми, такъ какъ кратковременные обитатели этихъ мѣстъ погиоали <ть болотной
лихорадки в на могли существовать на этомъ гниломъ болотистомъ побережьи. Тѣмъ
не менѣе арабская Магелона была матерью Лангедокскаго и Французскаго Монпелье,
и современная паука должна видѣть въ этихъ развалинахъ воспомьнаніе объ одномъ
изъ своихъ священныхъ городовъ.
Точно также и великія столпцы маюметанскаго міра, которыя со времени ихъ
величія и славы обѣднѣли, обнищали в обезлюдѣли, были въ свое время въ несрав-
иеино большей степени, нежели Римъ и Византія, центрами культурной п интеллек-
туальной дѣятельности того времени Ва. этомъ отношеніи нровгошло возвратное дви-
женіе по направленію къ востоку в югу въ распространеніи и поступательномъ ді в-
жевіп цивилизаціи, которая до тогс времени двигалась къ западу и сѣверу. Каиръ,
Дамаскъ, Багдадъ являлись, безъ сомнѣнія, городами, гдѣ можно было іетрѣтпть наи-
большее число людей, жаждущихъ науки н познаній. Правда, въ самомъ мѣстѣ
рожденія Ислама, невѣжественный Омаръ, довольствовавшійся только вѣрой въ
слова Пророка и упорно отказывавшійся знать чдо-лнбо кромѣ этого, явно выказалъ
свое презрѣніе къ наукѣ наравнѣ съ презрѣніемъ ко всѣмъ благамъ земного существо-
ванія. Онъ засыпалъ ва ночь на ступеняхъ мечети, вмѣстѣ съ погонщиками верблю-
довъ и грузовшиками, ы единственной его кухонной утварью были кувшинъ и чашка;
точно такъ же всѣ его литературныя познанія заключались въ Коранѣ: большинство
историковъ вѣрить въ подлинность его отвѣта правителю Амру, спрашивавшему его,
какъ поступать <ъ бѣдными остатками Александрійской библіотеки: «Если эти книги
подтиерждаюгъ Коранъ, то онѣ безполезны,—отвѣчалъ калифъ,—если же онѣ проти-
ворѣчатъ ему. то вредны Ве всякомъ случаѣ уничтожить ихъ!» И, какъ говорятъ, со-
кровища Александрійской библіотеки, дѣйствительно, служили въ продолженіи шести
мѣсяцевъ,—вѣроятн», съ примѣсью другого топлива, такъ какъ пергаментъ плохо го-
ритъ,—па отопленіе Александрійскихъ бань. Но это единственный примѣръ подобнаго
варварства во всей исторіи Ислама; наоборотъ, можно привести тысячи примѣровъ,
свидѣтельству!! щьхъ о чрезвычайной заботливости мусульманъ о научныхъ изслѣдова-
ніяхъ, о ли- р.ту, пыхъ трудахъ, объ искусствахъ. Даже свободомысліе имѣло своихъ
сторонниковъ: в.і ряду со всѣми «заіинтвпкимн вѣры», православной или еретической,
были и философы и поэты, сохранявшіе гордую независимость взглядовъ н мнѣній в
стоявшіе, словно каменные утесы, посреди бушующихъ подъ.
Главною заботой всѣхъ большихъ городовъ, центровъ сарраципской цивилизаціи и
культуры, было основаніе и увеличеніе кнмгохраимлищъ. Кордовская библіотека, на-
считывающая шестьсотъ тысячъ томовъ въ превосходнѣйшихъ, цѣнныхъ переплетахъ.
9<УІ
оыла гордостью города; кром  того, ьъ Чанраганскѵй или мусульманской Испаши было
еще свыше семидесяти крупныхъ библіотекъ правптельствеппыхъ и множество частныхъ
коллекцій книгъ и манускриптовъ, рѣдкихъ н цѣнныхъ. Еапръ, Дамаскъ и др. большіе
города были не менѣе богаты книгами, чѣмъ Кордова. Въ одномъ мирномъ договорѣ,
заключенномъ Аль-Мамуночъ съ Констаптиноп ільекимъ императоромъ Михаиломъ III,
первымъ требованіемъ, предъявленнымъ мусульманиномъ, были устѵпка ому одной пзъ
величайшихъ библіотекъ восточно-римской столицы, н въ этой именно сокровищницѣ
былъ найденъ арабскими учеными знаменитый трактатъ Птодомся по небесной меха-
никѣ, получившій такое громадное значеніе въ средневѣковой наукѣ подъ страннымъ
греко-арабскимъ названіемъ «Альмагеста». Ученые молодыхъ восточныхъ народовъ съ
жадностью и восторгомъ набросились на эти неоцѣненныя произведенія, тогда какъ
греки восточной имперіи держали ихъ безъ пользы ьъ своихъ хранилищахъ, просто
какъ память о св-чіхъ предкахъ. Именно вь астрономіи арабы сдѣлали весьма много н
приняли самое дѣятельное участіе въ развитіи этой науки. Въ области чистсп матема-
тики ѵнп дали даже самоа названіе «алгебрѣ», которую унаслѣдовали отъ Александрій-
скаго ученаго Діофанта (IV вѣка), они изучали проблемы геометріи и тригонометріи и
распространила систему счисленія и нумераціи, которая, хотя н существовала много
раньше яхь, все же носить названіе «арабскихъ цифръ». Также и въ области физики
ими оыли изучены явленія удѣльнаго вѣса, паденія тѣлъ и преломленія свѣтовыхъ лу-
чей, тогда какъ въ химіи она выработали методы перегонки, возгонки, плавленія и
фильтрованія соединеній. Неизмѣнно придерживаясь экспериментальнаго метода, заим-
ствованнаго ями у александрійскихъ грековъ, онп старались все изучать п всо позна-
вать путемъ непосредственнаго наблюденія п путемъ опытовъ съ особо для того при-
способленными аппаратами Часовые механизмы всѣхъ видовъ, водяные часы, клепсидры
солнечные часы, часы съ маятниками, астролябіи и т. д. имѣлись во всѣхъ большихъ
мусульманскихъ шкоіахъ, а астрономическія обсерваторіи ихъ, раскинутыя па всемъ про-
тяженіи всего мусульманскаго міра, отъ Севильи до Самарканда, имѣли возможно полные
каталоги звѣздъ, всевозможныя астрономическія таблицы, точныя вычисленія наклона
эклиптики и движеній луны н солнца.
Наконецъ, нродоіжііл труды и изслѣдованія Эратосоена, оип занялись измѣре-
ніемъ окружности земли, н при томъ въ лучшихъ условіяхъ, чѣмъ во времена алексан-
дрійскаго астронома. Кромѣ того, рашшпы, являющіяся продолженіемъ аравійской
пустыни въ иаправленіи къ Таиру, лучше поддавались измѣреніямъ для опредѣленія
дуги меридіана, тѣмъ извилистая долина Нила, перерѣзанная каналами, пересѣченная
нолевыми культурами п усѣянная многочисленными селеніями; здѣсъ-же, на этихь
равнинахъ можно было замѣиать приблизительныя опредѣленія настоящими измѣре-
ніями цѣпью.
Пустыня Тадморъ, къ югу отъ большой излучины Евфрата, была избрана по-
лемъ дѣйств-я. Двѣ группы астрош'мовъ, состоявшія каждая изъ двухъ ученыхъ спе
ціадистовъ, опредѣливъ съ величайшей точностью по высотѣ небеснаго полюса падь
горизонтомъ двѣ точки, отстоящія одна отъ другой па два градуса, двинулись па
всірѣчу другъ другу, принявъ на себя трудь измѣрить, каждый, лишу одного градуса.
908
Затѣмъ апалшичаая работа била повторена къ сѣверу отъ Евфрата, ьъ равнинѣ
Сняджаръ. Среднее изъ этихъ двухъ измѣреній далиЗ6’/3 мпли. какъ длину одного градуса.
Сообразно протяженію, какимъ опредѣляются арабскія мили, астрономы Лль-Мамуна.
стволись на одну одинадцатую, самое большое, по мнѣнію Псшеля, и только па одну
пятидесятую, какъ утверждаетъ Хаиыковъ.
Такимъ образомъ арабы во всякомъ случаѣ оказались ближе къ истинѣ, чѣмъ
ученый астровомъ изъ Александріи, такъ какъ послѣдній ошибся, по меньшей мѣрѣ, на
одну седьмую относительно истинной длины градуса.
Изъ сѣхь калифовъ, имена которыхъ сохрани тисъ въ исторіи, наибольшею
славой н блескомъ покрыто имя калифа Гарупъ-аль-Рашида пли Гарупъ-эръ-Гашпіа,
пятаго калифа, изъ династіи Аббассидовъ, жившаго въ юнцѣ ѴПІ-аго вѣка п въ на-
чалѣ ІХ-аго ч бывшаго главою правовѣрныхъ оть 164-аго но 187-ой годъ Геджры,
Ученые, писатели, поэты, сказочники, куппи н художники, стекаясь со всѣхъ воиновъ
свѣта, тѣснились вокругъ его дворца въ прекрасномъ Багдадѣ и затѣмъ во время
своихъ странствій разносили по всему міру славу о номъ. Сношенья черезъ пословъ съ
Карломъ Великимъ, этимъ могущественнѣйшимъ императоромъ Запада, сдѣлали великаго
калифа извѣстнымъ даже и въ христіанскихъ странахъ. Судя по всѣмъ разсказамъ,
распространявшимся о калифѣ, отъ южнаго моря (Индѣйскаго океана) до Атланти-
ческаго океана, можно было думать, что самъ Гарунъ-аль-Рашндъ былъ геніемъ ума »
мудрости, изливавшимъ ва своихъ подданныхъ потоки справедливости в милосердія,
познаній и счастія. Впрочемъ, какъ это всегда случается даже и въ ваши дни. въ
богатой галлюцинаціями жизни общества, часть котораго мы составляемъ, индивидуальная
слава отдѣльныхъ людей какъ бы сливается въ одинъ общій яркій «рсоть надъ
центральною личностью, которую сотни п тысячи сходящихся въ йенъ лучей превра-
щаютъ въ нѣкоѳ божество. Такимъ образомъ Горапій и Виргвлій содѣйствовали апоаеозу
Августа, а Людовикъ XIV воспользовался для своего яркаго вѣнца геніемъ Корнеля и
Расина. По такъ какъ мысль но можетъ созрѣть п превратиться въ дѣло иначе, какъ
путемъ долгой эволюціи, то случается, что разецвіть и блескъ извѣстной эпох яыяетея
плодомъ иосѣвз болѣе ранней эпохи; великая слава калифа Гаруна-аль-Рпшида въ
дѣйствительности цѣликомъ принадлежитъ лредшествова мнимъ ему поколѣніямъ. Въ
сущноити-жі- Гарунъ, прозванный «аль-Раіппдъ», ила «Справедливый» былъ, наоборотъ,
властителемъ алчнымъ, завистливымъ, мстительнымъ и кровожаднымъ. Какъ глава го-
сударства, овъ также не всегда былъ оаловнемъ счастья, и если онъ часто торже-
ствовалъ надь своимъ главнымъ прогпвинк оіъ, «римский собакой», императоромъ Ни-
кифоромъ, государемъ Восточной Имперіи, то и его собственныя владѣнія были сильно
затронуты на востокѣ и па западѣ, а кончилъ онъ тѣмъ, что былъ убитъ ьъ схваткѣ
съ инсургентами Хорассана.
Усиленное развитіе путешествій, послѣдовавшее за расцвѣтомъ магометанства пл»
завоеваніями, имѣло значеніе, аналогичное тому, какое имѣло впослѣдствіи открытіе
Новаго Свѣта. Арабскіе путешественники того времени положительно были охвачены
страстью къ перемѣщенію' всѣ повѣете, разсказы историковъ, пичрафовъ, странниковъ
и паломниковъ постоянно изображаютъ вапъ пхъ вь чутв или на дорогѣ, паярэвля-
909
ющпмися съ востока на западъ п.тп съ запада па востокъ; опи странствуютъ всюду,
отъ Китая до Марокко. Наказъ Магомета относительно паломничества въ Мекку тоже
въ значительной степени поощрялъ эту страсть къ странствованію съ одного копца
свѣта на другой, и арабъ: тѣмъ охотнѣе поддавались этому, что благодаря солидарности,
созданной единствомъ вѣры, ши могли разсчитывать въ люоой странѣ запять мѣсто
пли должность, соотвѣтствующую ихъ способностимъ п достоинству, а ихь обычай
многоженства позволялъ нмъ повсюду создавать себѣ семью. Именно въ Х-омъ вѣкѣ эта
страсть къ путешествія и ь заставила переселяться особенно большое число ученыхъ и
искателей приключеній.
Завоевавъ землю, араоы также завоевали и море. На востокѣ Аравійскій гадивъ
и Персидскій заливъ, Оманское море и Индѣйскій океанъ принадлежали имъ всецѣло;
въ концѣ перваго вѣка Геджры, арабскіе мореплаватели торговали уже съ Кантономъ,
а сто дѣть спустя перенесли своп главные склады къ устью Янгъ-цзе и располагали,
кромѣ того, крупнымъ рынкомъ на Малайскомъ полуостровѣ. На западѣ они оспари-
вали у христіанъ обладаніе Чернымъ моремъ, Эгейскимъ и Средиземнымъ моремъ на
всемъ протяженія послѣдняго. Будучи обладателями Испаніи и многихъ частей Прован-
скаго берега Лигурійскаго и Итальянскаго, арабы старались завладѣть и островами:
въ концѣ ѴІП-аго вѣка опн заняли Балеарскіе острова, затѣмъ остановились въ Сар-
диніи и Сициліи, и кончили тѣмъ, что завладѣла всѣмъ этимъ островомъ изъ копца
въ копецъ. Кромѣ того, въ самомъ центрѣ Средиземнаго моря оип владѣли островомъ-
крѣпостью- —Матьтоіі, населеніе котораго стало совершенно арабскимъ, ирипявъ и
языкъ, и правы своихъ покорителей.
На морѣ владычество арабовъ также не прошю безслѣдно, въ смыслѣ прогресса
науки и передачи новыхъ внапій своимъ преемникамъ. Астрономическія таблицы Абулъ-
Гассана, жившаго въ XIII вѣкѣ, отмѣчаютъ на южномъ берегу (іредвземнаю моря
130 новыхъ астрономически опредѣленныхъ пунктовъ, которыхъ не было въ таблицахъ
Птоломея. Кромѣ того, многія ошибки греческаго географа въ значительной степени
были исправлены, такъ, налр., длина главнаго бассейна Средиземнаго моря отъ Тан-
жера до Сирійскаго Триполи была обозначена вь таблицахъ Птолемея въ 62', въ
арабскихъ же таблицахъ сокращена до 42° 30, чта превосходитъ лишь на 51 мивѵты
точную цифру, опредѣленную современными учеными. Но какимъ образомъ могли
иногда арабы достичь такой замѣчательной близости къ истинѣ? За отсутствіемъ
историческихъ документовъ, трудно отвѣтить на этотъ вопросъ съ увѣренностью. Во
всякомъ случаѣ эти результаты свидѣтельствуютъ о точныхъ наблюденіяхъ н осп-ша-
тельвомъ изученіи этого вопроса арапскими мореплавателями
По для ихъ невѣжественныхъ сосѣдей всѣ ?гп познанія о згмлѣ оказались на-
прасными, такъ какъ въ ихъ христіанскихъ школахъ продолжали проповѣдывать ѵ-ши-
бочныя опредѣленія Птоломі-я, влить до временъ эпохи Возрожденія.
Въ то время, когда калифъ Гарунъ-аль-Рашидъ п Карлъ Великій олицетворяли
въ представленіи народовъ, подвластныхъ имъ, два противоположныхъ міра, Магоме-
танскій и Христіанскій, эти двѣ борящіася за преобладаніе силы пах-дались Почти
въ равновѣсіи: христіане не были ни достаточно объединены, ьи достаточно сильны,
910
чтобы вытѣснить арабовъ-еавоевателей пзь Испаніи н съ острововъ Средиземнаго моря;
съ своей стороны, и мусульмане, хотя и сохраняли еще повсюду доминирующее поло-
женіе, но были, однако, достаточно вооружены н подготовлены, чтобы завладѣть
озлимъ или обоими символическими городами, олвнетворякіиими собой христіанское
мопществе. Римомъ или Константинополемъ. Первый изъ нихъ, расположенный внутри
страны, могъ быть покоренъ только серьезной военной силой, а арабы, разсѣянные по
всей окружности Средиземнаго моря, могли предпринимать лишь пиратскіе набѣги, по-
добные набѣгу 816 года, копа саррацнны разграбили предмѣстья Рима, шустошпли
вгь церкви и похитили изъ нихъ івящепппя реликвіи христіанъ Чтожо касается
второго Рима, Восточнаго, то арабы уже дважды терпѣли неудачу п. дъ его стѣнами;
стратегическое положеніе этого города было слишкомъ сильно, его военные рессурсы
слишкомъ велики, и сродства снабженія его провіантомъ и съ мори, и съ суши,
слишкомъ хорошо обозпі-чепы, чтобы осада втого города могла привести къ чему оп-
будь; осаждающіе должны были ограничиваться занятіемъ подступовъ вь городу, со
стороны Малой Азіи. Такимъ образомъ состояніе равновѣсія между двумя группами
Народовъ и двумя культурами, сѣверной и южиоЛ, могло быть нарушено лишь
ноявлепіимъ виыхъ, новыхъ этническихъ элементовъ, какими оказались нор-
манны в турки-
Забвеніе, въ какое упала Греплапдія, нужно
приписать усиленію центральной власти, раз-
рушающей энергію отдѣльной личности.
ГЛАВА V •).
Карпъ Великій и сго имперія. - Франція, Германія и Лотарингія.—Литература.—
Ирландія и ея миссіонеры—Скандинавія.—Трендеръ и датскіе короли.—Экспе-
диціи норманновъ — Заселеніе Исландіи. — Открытіе Новаго Свѣта. — Славяне,
финны, чехи, болгары, мадьяры, турки-сельджуки.
Постепенное замѣщеніе Меровинговъ Каролингами и замѣна лѣнивыхъ королей
могучими воителями только развѣ со стороны разсказчиковъ и писакъ можетъ быть
приписана заговорамъ, интригамъ и другимъ второстепеннымъ причинамъ. Легко видѣть,
что дѣло идетъ о замѣщеніи династіи, истощенной отъ злоупотребленія властью, со
*) Послѣдній Меровипгскій король былъ низложенъ въ 752 г., при жизни Карла
Великаго; однако, на самомъ дѣлѣ династія Каролипговъ болѣе уже 100 лѣтъ имѣла
фактическую власть въ своихъ рукахъ. Нининъ Старый, умершій въ 639 г., его сынъ
Гримуальдъ, потомъ Папинъ Геристальскій, умершій въ 714 г., второй Гримуальдъ,
Теобальдъ, знаменитый Карлъ Мартеллъ, родившійся въ 689 г. и скопчавшійся въ
741 г., наконецъ, его сынъ Карломанъ (Карлмавнъ), ушедшій вь 747 г. ва Кассин-
912
всѣми ея безуміями и прихотями, повою расою, полною силъ п энергіи. Отъ Саличе-
скихъ франковъ, проникшихъ въ Галлію, обогнувъ къ западу Шарбоньерской лѣсъ, п
избравшихъ своею столицею сначала Турнэ, потомъ Суассонъ, господства перешло къ
грубымъ австразійцаиъ, которые, придя прямѵ изъ дикихъ странъ между Рейномъ, Ма-
асомъ и Мозелемъ, расположились въ восточной Франціи; байты ихъ все болѣе увели-
чивались здѣсь и становились опасными. Представителями этихъ новыхъ завоевателей
были: Карлъ Мартеллъ, Пипппъ Короткій и Карлъ Великій, этотъ варваръ, возстанм-
вившШ Римскую имперію; это люди замѣчательной энергіи, по потомство ихъ огъ
лѣности дошло еще быстрѣе до полнаго упадка, нежели Меровппги.
Галлія, и то часть ея, меньше суровой Британіи,—таково было наслѣдіе, полу-
ченное Карломъ Великимъ послѣ смерти своего отца Пипипа, потомъ своего брата
Карлмана; эти владѣнія были ничтожной часіью извѣстнаго тогда міра, а Карлъ,
Вскорѣ сдѣлавшійся «Великимъ», благодаря своимъ побѣдамъ и избіеніямъ враговъ,
принадл-жалъ къ числу тѣхъ людей, которые желаютъ имѣть все: по крайней мѣрѣ ему
удалось собрать воедино христіанскій міръ запада и даже расширить его предѣлы къ
востоку, вь страны Германіи. Къ югу, по ту сторону Кирпнеевъ, опь пользовался
только полу-успѣхомъ, такъ какъ къ западу ѵгь этой горной цѣпи его рыцари быти
ВО время отступленія на голову разбиты басками въ Ропссрвальскомъ ущельи; къ
востоку же, несмотря на многочисленныя битвы, ему не удалось перейти чрезъ Эбро.
Самыя крупныя побѣды его происходили къ востоку отъ Рейна, Везера п Эльбы и
одержаны были надъ его же собратьями саксами и другими воипстееппьми племенами
центральной Европы.
Вь Карлѣ Великомъ воплощается огромная волна отлива, слѣдовавшаго за пере-
селеніемъ народовъ съ востока на западъ, за нѣсколько готъ дѣть до того времени;
скій холмъ, были только «палатпыми мэрами», т. е. управляющими дворцомъ. Пичиьъ
Короткій, родившійся въ ІОпилдѣ въ 714 г., братъ предыдущаго, былъ первымъ изъ
династіи, принявшимъ титулъ короля (752—768).
Карлъ Великій, родившійся ьь ІОпиллѣ (?) въ 742 или 747 г., вступилъ па
престолъ однпврсмсипо со своимъ братомъ Карлманиомъ, но когда послѣдній умеръ въ
771 г., Карлъ остался одинъ властителемъ народовъ между Альпами и Ламаншемъ. Вь
772 г. оігь разрушилъ Ирвинскую колонну, между Эмсомъ и Возерочъ, а десять лѣтъ
спустя произвелъ жестокое избіеніе саксовъ; въ 804 г. происходила его послѣдняя
экспедиція противъ прибрежныхъ племенъ Эльбы. Въ Дунайской доливѣ Карлъ завла-
дѣлъ Баваріей въ 787 г., и сражался па венгерской равнинѣ съ 791 по 799 г.
Перейдя Альпы въ первый разъ въ 773 г., опъ короновался короною Ломбардіи вь
774 г., потомъ былъ папою Леономъ Ш коронованъ священною императорскою короною
въ 799 или 800 г. Взятіе Иампелупы и порая;еніе при Ронеервалѣ (15 авг.) отно-
сятся къ 778 г., взятіе Барселоны—къ 801 г. Карлъ Великій скончался въ Э-ля-Ша •
пель 28 января 814 г.
Послѣ пѳго Людовикъ Благочестивый (814—840) царствовалъ также отъ Эльбы
до Эбро. Простое перечисленіе королей, которы" слѣдовали затѣмъ какъ во Франпіп,
такъ въ Лотарингіи в Германіи, по даетъ никакого представленія объ усложненіи поли-
тической исторіи, происшедшемъ благодаря борьбѣ между членами Каролингской династіи
п произведеннымъ имъ раздѣламъ. Впрочемъ, менѣе трехъ четвертей вѣка спустя послѣ
913
эта волпа кинула людсП запада па востокъ п далеко впередъ раздвинула границы
латипизпровапрап міра. Аллеманъ и варваръ, смягченный культурой, Карлъ Великій
символизируетъ такимъ образомъ борьбу латинской цивилизаціи протпвь германской и
борьбу христіанской вѣры противъ языческой.
Грозною рукою овъ раздавливалъ сопротивлявшіяся ему германскія племена.
Пелѣ первой же побѣды онъ низвергнулъ символическую колонну ІІрмаисуль, въ ко-
торой поклонники впдЬли, говорятъ, воплощеніе творческой сиды; саксоицы стали
отступать предъ нимъ пзъ одного лѣса въ другой, прячась за широкими рѣками. Без-
прерывная война приняла жестокій характеръ. 11а берегахъ Адлера было обезглавлено
4500 плѣнныхъ саксонцевъ. Вь 801 г., когда побѣжденные запросили, наконецъ,
пощады, побѣдитель ув-'лъ съ собою не менѣе 10,0(10 заложниковъ, чтобы гарантиро-
вать иодчиненіе саксовъ и вѣрность ихъ христіанской религіи- епископства в монастыри,
построенные среди новыхъ владѣній на извѣстныхъ разстояніяхъ одно отъ другого,
должны былп закрѣпить матеріальное и м іралъное господство надъ втой страной. Па
сѣверѣ арміи Карла Великаго проникли до береговъ Вйдера, а на востокѣ очѣ про-
никли въ венгерскую равнину и взяли приступомъ, близъ Тиссы, 7 концентрическихъ
стѣнъ крѣпости, гдѣ заперлись авары. Наконецъ, па южной сторонѣ, Карлъ Великій,
лично руководившій военными походами, какъ п администраціей, законодательствомъ и
образованіемъ, завладѣлъ всрй Италіей, начиная отъ сѣвера ея и оть центра: границы
сго имперіи обнимали большую часть Итальянскаго полуострова. За предѣлами терри-
торій, покоренныхъ евюю пружія, мпогіе князья, папр., дожъ зарождавшейся тогда
Венеціи въ 806 г., изъявляли ему покорность.
•смерти Карла Великаго, первый представитель новой липіи Эвдій прппялъ титулъ короля
Франвш (887 г.), а сто лѣтъ позднѣе былъ окончательно и изложенъ послѣдній Ка-
ролпвіъ.
Укажемъ, однако, нѣсколько королей изъ общеизвѣстнаго списка. Карлъ Лысый—
840—870, Кардъ Толстый, низложенный въ 8а7 г, Кардъ Простой—898—923 г,
Людовикъ IV Заморскій- 9і5б—954 г., Гюго Капотъ—987—996 г., Робертъ II—
996—1031 г., Генрихъ I—1031—1060,—слѣдовали одинъ за другимъ до эпохи Кре-
стовыхъ походовъ.
Главнѣйшіе короли Германіи, часто короновавшіеся императорами священной Рим-
ской имперіи, были, въ теченіе разсматриваемаго періода: Лотарь 814—855, царство-
вавшій совмѣстно съ Людовикомъ Германскимъ 817—875, Генрихъ Птицеловъ 918—
936, Отгонъ 1—936—973, Оттовъ II—971—983 г., я т. д.
Въ Англіи, Эгбіргь, воспитанный при дворѣ Карла Великаго, сдѣлался королемъ
Вессекса (800) и мало-по-малу сталъ увеличивать свои владѣнія. Датчане, оттііенгнпые
въ царствованіе Альфреда (871—901). нерѣдко возвращались, и къ концу своей жизни
Кануть Великій (1014—1036) владѣлъ уже всѣми землями, омываемыми Сѣвернымъ
моремъ; послѣ смерти его сына, Капута Твердаго (Хардкііута) въ 1013 г., датчане
быін изгнаны. Па тропъ восходитъ король саксонской расы Эдуардъ Пспоьѣдпикъ
(1042—1066); вскорѣ послѣ его смерти въ Гастингсѣ высаживается Вильгельмъ,
шестой герцогъ Нормандіи, и завоевываетъ Англію.
Внѣ воениаго и политическаго міра, нельзя указать ни одной замѣчаісльшЯІ
личности среди христіанъ этой эпохи: такія, заслуживающія вниманіе творенія, какъ
пѣснь о Роландѣ, дошли до пасъ безъ указанія имени автора.
ЭЛПЗЕ РЕКЛЮ. ВЫП. VI.
58
914
Когда Карлъ, нъ день Роікдсства 799 г., получилъ или, скорѣе, нзплъ изь рукъ
папы на ступеняхъ алтаря въ храмѣ; св. Петра, императорскую коропу, его огромныя
владѣнія стали граничить съ Восточной имперіей; вся христіанская Европа оказалась
раздѣленною па 2 половины, и первое мѣсто н- имуществу прявадгежало новой За-
падной имперіи; въ 612 г. опъ даже получилъ оффиціально ппвеституру отъ своего
византійскаго товарища. Идея имперіи въ той формѣ, какъ опа вылилась въ римскомъ
мірѣ, все еще продолжала поддерживаться, несмотря па упадокъ ея, разрушеніе Запад-
ной Римской имперій н нороки Восточной имперіи; н Карлъ Великій воспринялъ эту
идею не только изъ-за своего честолюбія, но и потому, что общество, часть котораго
онъ составлялъ, также смотрѣло на вещи. Императорская форма правленія казалась
самою совершенною, и внѣ ея видѣли одинъ хао<ъ.
Будучи абсолютнымъ монархомъ, «Великій» Карлъ понималъ, что сго власть
считалась основаніемъ всякаго политическаго и соціальнаго авторитета. Поэтому звъ
остерегался, хотя церковные писатели и били въ претензіи на чего, признавать даже
духовное преимущество папы, викарія Христа, пать своею императорскою персоною.
Если опъ и сохранилъ за папой земли, подаренные сго отцомъ, если даже увеличилъ
владѣнія церкви, то все-таки смотрѣлъ на ппхт, какъ па пожаловапиый ленъ в не
переставалъ считать себя сувереномъ первосвященника,' объединявшаго тогда па западѣ
католическую церковь. По этою объедиш-нпостью церкви Карлъ желалъ воспользоваться
для собствеппыхъ цѣлей: чтобы закрѣпить сьос могущество, опъ использовалъ силу
церкви п подчинилъ се своему вліянію. Обычная клятва вѣрности для него была но
достаточна; опъ требовалъ отъ своихъ феодаловъ, чтобы они вторично клялись ему въ
лоішновеши, какъ «главѣ церкви», Онъ самъ распредѣлилъ епископства и назначалъ
епископовъ; опь ни минуты не колебался измѣнять рѣшенія прелатовъ и диктовать вмъ
собственныя.
Правда, зато въ другихъ оіпошеиілхъ Карлъ Великій очень неблагоразумно
жертвовалъ будущностью гражданскаі>. общества для касты духовенства, закрѣпляя за
церковью дарованныя имущества: іредосгавленіо монастырямъ ірава владѣть землями
должпи были надолго опасаться болѣе ішаспымъ, нежели временное признаніе власти
папъ Пока монахи, вышедшіе изъ парода, должны были трудиться наряду съ простыми
людьми и обранотывать почну, опи продолжали раздѣлять жизнь народа, -о съ тѣхъ
поръ, какъ они образовали, благодаря десятиппому сбору и неприкосновеннымъ владѣ-
ніямъ. отдѣльный классъ, они превратились въ уінетателей народа.
Полный глубокой вѣры вь свою провиденціальную роль, Карлъ Великій искалъ
въ церкви только средствъ, п обходимыхъ для утвержденія его имперіи. Единство вѣры
было однимъ изъ этихъ г гвь противъ германскихъ племенъ. Имъ же -шъ хотѣлъ
воспользоваться и противъ аыі ітаицевъ и другихъ народовъ южной Галло; Карлъ Ве-
ликій и его предшественники, Карлъ Мартеллъ н Пипнпъ Короткій, явились мстителями
за сыновей Хлодвига, и франки, которыхъ императоръ посылалъ для управленія южными
областями, утолили старую ненаьпсть своихъ предковъ, изгнанныхъ нѣкогда изъ бас-
сейновъ Оды и Гаронны Населеніе южной Галліи отличалось отъ сѣверныхъ жителей
меньшею грубостью, оолѣе изящнымъ языкомъ, болѣе- утонченными нравами, не столь
915
прямыми религіозными формами, особенно же духомъ гордой независимости; его-то н
хотѣлъ прежде всего сломить король франковъ; его ненависть пріютивъ <ерсси» юга
ничѣмъ ио можетъ быть объяснена иначе. Типичною личностью южанъ былъ тогда
Феликсъ, епископъ Ургельскій, кот'-рый видѣлъ вь Христѣ столько ли «Сына Человѣ-
Имперія Карла Валоваго.
I 20С00С00
о гьо ьоо	ЮбО.Кдеом
Имперія карпа Великаго по ааштриховвпо. Области, упражнявшіяся прямо нплѣсттпиками импе-
ратора, по отдѣлены на картѣ отъ имперіи. Областями. полу* по коронными иди платившими дань,
были: Бретань, Гаскочь; Катяаонія, герцогства Снопоіскоо и Бононснтскоо, нсніороквя область и
страны меясду Эльбой и Одеромъ. Штр ижевскаго отмѣчены; 1; мусульманскій владѣнія (Испанія,
Нагребъ). 2) Восточная имперія (Сицилія. Калабрія, далматское п грочеояоо побережья, 3) Цор-
коввыя области, 4) Другія независимыя страны (королевство Леонъ, Англія, Данія, славянскія,
аварскія и болгарскія земли).
чсскаго», сколько и «Сына Божьяго», и энергично отказывался видѣть въ Марш
«Божію Матерь», Всеобщую Предстательницу и Подательницу благъ; самъ священникъ,
онъ не вѣрилъ ігь существенное превосходство свяшеиниковъ п училъ вѣрныхъ испчвѣ-
дыватъся только Богу. Естественно, Карлъ Веднкіі озлобился противъ таг.зхъ либе-
*
916
ральныхъ мыслей, противорѣчащпчъ правилу, которому подчинялись милліоны его под-
данныхъ; будучи истиннымъ папой, овъ собралъ соборъ, заставилъ епископовъ п самого
папу осудить Феликса и натравилъ противъ его соумышленниковъ свору бенедиктин-
скихъ монаховъ. которые объединили св-и монастыри строгимъ соблюденіемъ устава,
связавъ себя вмѣстѣ съ тѣмъ съ тропомъ абсолютнымъ послушаніемъ. Въ своемъ рели-
гіозномъ рвеніи, которое въ дѣйствнтслыічстя было культомъ его собственной власти,
Карлъ Великій выстроилъ болѣе тысячи храмовъ на обоихъ склонахъ Ииринесвъ, и
всо посвящеввыхъ св. Дѣвѣ, Патронессѣ монашескихъ орденовъ. Одинъ изъ мпогочн-
сдсппыхъ монастырей, построенныхъ пмь, монастырь св. Волюсьеиа, близъ утеса Фуа,
былъ обязанъ спеціально наблюдать надъ Ургсіьскоіо епархіей, гдѣ прежде былъ спи-
сьопимъ Феликсъ. Таково происхожденіе того контроля, которое графство Фуа имѣло
надъ обитателями Андорры, образовавшими республику въ царствованіе Людовика Бла-
гочестиваго.
Огромная имперія Карла Великаго, образовавшаяся большею частью путемъ крово-
пролитія и поддерживавшася въ своей цѣлости мудрою политикою, а не благодаря же-
ланію составляющихъ ее пародовъ, неминуемо должна была распасться по частямъ,
лишь только окоченѣла крѣпкая рука ея основателя. И дѣйствительно, послѣ смерти
Карла Великаго, различныя націи, которыя оказались другъ подлѣ друга или слились
пъ обширномь хаосѣ,—напіп, о которыхъ политическіе дѣятели того времени ничего
не знали, да и по уважали ихъ, стали стреиитыя къ раздѣленію, сообразно языку,
травамъ и естественному сродству, совершенно также, прежде чѣмъ листья раскроются
изъ почекъ, можно угадать ихъ вь той однородной массѣ, откуда, они выходятъ. Такъ,
одно изъ королевствъ, ооразовавшихся на развалинахъ Имперіи Карла, составилось изъ
германскихъ областей, раенчіоженпытъ за Рейномъ; другое королевство занято всю сѣ-
верную Галлію между Маасомъ. Роной, Луарой и океаномъ; па югѣ снова возстанови-
лась Аквитаніи, въ качествѣ независимаго королевства; по другую сторону Альпъ также
обособилась Италія. Дли того жо, чтобы выказать че-ть императорскому титулу, кото-
рый носилъ старшій сынъ Людовика Благочестиваго, Лотаръ, король Идаліи, сыну от-
дали также отцовское наслѣдіе, т. е. лѣсный ооластп Австразіи. до Голландіи и Фризіи.
Но какъ было связать Римъ, оффиціадьоую столицу имперіи, съ Э-де-Шапелль, глав-
нымъ городомъ Австразів? Приходилось выкроить, чрезъ равнины и горы, полосу
земли изъ Савойи, Швейцаріи, Юры, Вогезовъ; естественно, что это искусственно
созданное государство, выткнутое въ длину и образованное изъ несходныхъ отрѣзковъ
разныхъ геоі рафическвхъ областей, могло поддерживаться не иначе, какъ только путемъ
безпрестанныхъ воинъ.
Только однѣ концевыя страны изъ частя, выпавшей на долю Лотаря, имѣли
пути сообщенія; это имени' тѣ, которыя соотвѣтствовали естественной группировкѣ на-
родностей: съ одной стороны, Италія, съ другой — собственно Лотарингія, первичное
ядро тѣхъ странъ между Галліей и Германіей, которыя позднѣе папин свое шиптическоо
выраженіе въ «дву-язычиой» націи бельгійцевъ, состоящихъ изъ валлоновъ и фламандцевъ.
Въ 843 г. Водепскій договоръ утвердилъ раздѣленіе, Каролингской имперіи; сво-
имъ капитальнымъ значеніемъ въ исторіи овъ обязанъ сознательному образованію двухъ
»17
рѣзко отличающихся національностей—Германіи и Лшіи, которую, впрочемъ, уже съ
середины IX вѣка называли «Франціей», такъ какъ одинъ докипитъ 833 г. уже упо-
требляетъ это слово, и языкъ, ча которомъ Людовикъ Германскій долженъ былъ обра-
щаться къ пейстрійской арміи вь Страсбургѣ, чтобы взять ее въ свидѣтели своихъ
торжественныхъ договоровъ, во былъ уже грубымъ «латинскимъ»; это былъ настоящій
французскій языкъ; въ немъ оказывались слова, обороты и конструкція того прекра-
снаго языка, который долженъ былъ пріобрѣсти такое важное значеніе ьъ исторіи мысли
Также Карлъ, чтобы быть по-
Мечь Карла Великаго,
употреблявшійся рапыпо пра посвящѳпін въ короли Франціи
питымъ германцами, долженъ
быль говорить съ нимъ на
томъ грубомъ нарѣчіи, изъ
котораго впослѣдствіи обра-
зовался современный нѣмец-
кій языкъ. Между обѣими
націями устанавливался кон-
трастъ, который изъ вѣка
въ вѣкъ все возрасталъ, бла-
годаря забвенію, сначала по-
степенному, а потомъ пол-
ному латинскаго языка, въ
качествѣ разговорнаго, и раз-
витію оригинальныхъ литера-
іуръ нѣмецкой и француз-
ской.
Такъ подготовлялась но-
вая эра вь исторіи западной
Европы; равно происходили
значительныя измѣненія и
въ народныхъ говорахъ Ев-
ропы, въ нравахъ и поли-
тическихъ условіяхъ. Спустя
уже нѣсколько лѣтъ послѣ
своей смерти Карлъ В'ликій
превратился въ легендарную
личность: подобно древве-рим-
сквыъ императорамъ, нъ получилъ свой апооеозъ, и это возвышеніе въ рангъ святыхъ и бо-
жествъ происходило не отъ толпы священниковъ и придворныхъ, а отъ самихъ пародовъ,
у которыхъ голова кружилась ещо отъ его слагы, сравнивая величіе его могущества съ
быстрымъ разложеніемъ Каролингской династіи послѣ его смерти. Повое общество, стремясь
отрѣшиться отъ жестокихъ нравовъ своего времени, не могло сформироваться, не со-
ставивъ себѣ идеала, и, какъ всегда, элотъ идеалъ, лучезарное изображеніе будущаго,
былъ язягь изъ прошедшаго; обожествленный Карлъ Великій сдѣлался центромъ без-
918
численныхъ разсказовъ и романовъ, которые распространялись всюду, хотя главныя
герои вхъ оызъ личностью, почти невѣдомой для хроники и оффиціальной исторіи!
Отважный Роландъ въ продолженіе многихъ вѣковъ оставался образцомъ всѣхъ добро-
дѣтелей, которыя должны быть свойственны вѣрному, учтивому рыцарю; слава его по-
блѣднѣла лишь послѣ того, какъ онъ былъ воспѣть величайшимъ поэтомъ но эготь
поэтъ Аріосто пя относился къ своему герою серьезно, не проникся духомъ народа, изъ
котораго вышелъ Роландъ,
Именно во Франціи почти исключительно развился циклъ литературы о Карлѣ
Великомъ и его рыцаряхъ,—новое доказательство того факта, что въ своемъ цѣломъ
царство Карла Великаго представляло лотокъ латинизированнаго міра галловъ на гер-
манское варварство, отдававшее еще кровавой эп шеей. Ннбедуиговъ, съ его свирѣ-
пыми божествами ада, которыхъ пикто не могъ избѣжать. По также п на сѣверѣ Гер-
маніи богъ Карлъ Великій замѣнилъ собою древняго Вотапа, и личность Роланда по-
лучила необычайную рельефность въ мѣстныхъ миѳологіяхъ. Колонны Ирмвиа, паио-
мииающіо одновременно н о Германѣ, или Арммвіи, побѣдителѣ римлянъ, и о Динарѣ,
богѣ грома, стали посвящаться Роланду, Тиму же божеству, но подъ другимъ именемъ,
замѣнивъ только палку въ рукахъ мечомъ. Почти вездѣ эти колоииы, или «Роланды»
возвышались па рынкахъ большихъ городовъ древней Саксоніи; а потомъ стали посвя-
щать церкви св Петру, другому преемнику бога-громовника.
Параллельно съ цикломъ сказаній о Карлѣ Великомъ, вь Великобританіи п іажѳ
во Франціи народился циклъ скизаній объ Артурѣ, символизирующій въ дѣйствитель-
ности вовсе ва короля-побѣднтеля, а побѣжденныя народности—галловъ, шотландцевъ,
бретонцевъ. Несмотря яа притѣсненія англовъ и ютовъ, побѣждойная кельтская народ-
ность возставала ввові въ лицѣ Артура, рисуя самого себя образцомъ всѣхъ добро-
дѣтелей, идсатоыь рыцарства, героемъ крестоваго похода во имя справедливости, по-
хода, болѣе возвышеннаго, пожали дѣйствительные чоходы противъ сарацинъ.
По въ эту эпоху всѣ, эа исключеніемъ немногихъ мистиковъ, мечтали о насиліи
и воинахъ; даже самые лучшіе, ы чтівшіе > смерти за идею, ме могли представить
себѣ мирнаго общества, гдѣ дѣятельность его членовъ проявлялась бы единственно въ
распространеніи >бразованія и вѣры. Вездѣ подготовлялись стс-лквов иія между христі-
анами п сарацинами, между мнимыми носителями культуры и завиевателями-варварамн.
Самыми мирными странами были области крайняго запада, расположенныя внѣ путей
нападенія и войны, Бретань и Уэльсъ, т. е. двѣ гористыхъ области, гдѣ, благодаря
сравнительной пмавнеимости жителей, могла родиться мстительная литература кельт-
ской расы, воплощавшейся вь личностяхъ Артура и Мерлина. Что касается Ирландіи,
она также была своею мирною жизнью обязана изолированному положенію въ порѣ,
отдаленномъ отъ материка. Не будучи завоеванъ ни римлянами, на какимъ-либо изъ
пересели шахся народовъ, разрушившихъ имперію, «Изумрудный островъ» сохранялъ въ
нравахъ различныхъ этническихъ группъ своего населенія чрезвычайную самобытность.
Здѣсь замѣчалось удивительные контрасты культуры и примитивной дикости.
Судьбы Иріандін лспи уясняются изъ географической формы ея территоріи. Раз-
сматриваемый въ своихъ очертаніяхъ, а не въ отношеніи рельефа, островъ, кажется.
919
какъ будто составляетъ единое органическое цѣлое. Почти правильная четвс.роугольпая
форма его береговъ могла бы вызвать предположеніе., что вся островная масса одина-
кова вь обшей архитектурѣ и представляетъ съ сѣвера иа югъ области, благопріятныя
для нормальнаго развитія политическаго общества. Въ дѣйствительности это не такъ.
На самомъ дѣдѣ Ирландія пе островъ, а цѣлый архипелагъ. Широкая срединная рав-
і.ина, тянущаяся съ востока на западъ, оть Дублинскаго залива до залива Гальвей.
дѣлитъ всю страну на двѣ половины, которыя пъкогда трудно сообщались между собою
изъ-за озеръ, болотъ и торфяниковъ, наполнявшихъ иазиіш. Эта равнина, наиболѣе
высокая часть которой возвышается не болѣе, какъ на 75 метровъ, развѣтвляется къ
сѣверу и югу другими пониженіями почвы, образующими какъ бы проливы между мас-
сивами, которые поднимаются
на нѣсколько сотъ, даже на
тысячу метровъ. Торфашыі, тря-
сины, озера затрудняютъ до-
ступъ къ этимъ гористымъ об-
ластямъ тѣмъ болѣе, что об-
ніириыя промежуточныя про-
странства оставались совершен-
но незаселенными; такимъ обра-
зомъ эти грони раздѣляютъ раз-
личные округа населенія, кото-
рыя исторія ти сближала, го
разъединяла одинъ отъ другого.
Границы этихъ округовъ часто
мѣнялись во время войнъ фео-
дальной эпохи, но можно ска-
зать, что въ ихъ цѣломъ четыре
древнихъ государства, преврати-
вшихся теперь въ провинти
Коннахтъ. Мюнстеръ, Ульстеръ
Корона Карда Великаго
(храігатсл въ императорской сокровпщипцѣ въ Вѣнѣ).
и Лейггсръ, а также и г|>аф>-тво Мигъ, вполнѣ соотвѣтствуютъ естественному дѣле-
нію ирландской территоріи; каждое имѣетъ свой массивъ или группу массивовъ, составля-
ющихъ особую -'бластъ, этническую н политическую.
Безъ сомнѣнія первоначальные контрасты почвенныхъ условій и рельфа должны
были отражаться въ эпохи доисторическія в въ первыя времена исторіи и на самомъ
васлыекін; во всякомъ случаѣ извѣстно, чго въ теченіе историческихъ временъ харак-
теръ заселенія страны чрезвычайно различался въ различныхъ провинціяхъ. Обрывистые
утесы Коннаута, обращенные къ огромному пустынному океану, не могли пріютить у
себя никакого иностранца,—и потому туземное населеніе, не обновляемое элементами
извнѣ, должно было сохранить свои старые обычаи гораздо дольше, нежели жители
другихъ провинцій. Берега Мюнстера, --врѣзанные мшгочислеяными гаванями, были
именно тѣми мѣстами, гдѣ высаживались мореплаватели изъ западной Европы и Среди-
920
земнаго моря,—финикіапе, пззадъ тому двѣ пли тысячи лѣтъ, потомъ испанцы и фран-
цузы и даже, позднѣе, варварійцы. Сѣверовосточная часть Ирландіи, связанная ужо
подводнымъ хребтомъ съ Шотландіей, съ которою теперь проектируютъ соединиться
глубокимъ туннелемъ или громаднымъ віадукомъ, должна бьпа имѣть ча^тыи сношенія
съ сосѣднею страною,- ода снабжала ее сначала своими эмигранта чи, скотами, клторыо и
дали своя пми Шотландіи пли «земли скотовъ»; позднѣе же служила путемъ для обрат-
наго движенія эмигрантовъ—шотландскихъ колонистовъ п ремесленниковъ. Наконецъ,
Лейстеръ и особенно Мисъ, расположенные противъ англійскихъ береговъ, должны были
привлекать къ своймъ плодороднымъ землямъ Земледѣльцевъ я торговцевъ съ про-
тивоположнаго берега. Поскольку вторженіе идей, шедшихъ пзъ Англіи и Шотландіи,
происходило мирнымъ путемъ, обширная раввина, доступъ къ которой открыть чрезъ
Дублинскій заливъ в которая выдвигается впередъ, какъ предверіе храма, должна была
служить для остальной части острова какъ бы очагомъ, откуда распространялась куль-
тура. Въ слѣдующіе вѣка, когда англичане прочно утвердились здѣсь, она была также
центромъ завоеванія, откуда завоеватели подвигались постепенно къ массивамъ окруж-
ности острова, покоряя или истребляя племена, которымъ недоставало связи, необхо-
димой для успѣшнаго противодѣйствія.
Столь значительное разнообразіе географп шекпгь элементовъ Ирландіи -ібъяеваеть
также различіе п контрастъ мѣстныхъ ппвитвзацій: на одномъ и томъ же островѣ удер-
живались пережитки жесточайшаго варварства, тогда какъ въ друіихъ мѣстахъ народъ
возвысился до высшихъ тральныхъ воззрѣній, значительно возвышавшихся надъ тѣми,
которыя госиодпиують теперь иочти во всѣмъ человѣчествѣ. Какъ примѣръ первобытной
грубости нравовъ, можно привести одпу изъ легендарныхъ личностей, Кчнаолля, «По-
бѣдителя», сына Аморгана <сь огненными колосамн»; пе проходило нн діюго дня. нн
одной ночи, чтобы этотъ король не убивалъ кого-нибудь пзъ Коннаута; онъ не засы-
палъ безъ т-'го, чтобъ пе подержать иа колѣняхъ чью-шбо отрубленную голову. Ооы-
чай, существовавшій очень долго, требовалъ, чтобы каждый умершій воинъ зарывался
вертикально въ землю, лицомъ къ врагу. До конца VII вѣка женщины страны обя-
заны были военной службой и сражались сь врагами, вооруженныя серпами. Даже и
послѣ этого времени сохранялось еще долго рабство до Х-го вѣка, т. с. до эпохи,
когда скандинавскіе вожди отчеканили въ Ирландія первыя минеты, 5епс1іііз 110г, или
сводъ ирландскихъ законовъ, отмѣчалъ сиіпЬаі, т. е. рабыню, какъ предметъ цѣнности,
•стоимость ея равнялась стоимости трехъ головъ рогатаго скота.
Съ другой стороны, пи одинъ народъ въ Европѣ не имѣлъ столь возвыш-’ничй
одой справедливости, какъ пр іантцы. Пе будучи никогда покоренъ, ва испытавъ никогда
угнетенія отъ власти цезарей, этикъ страшныхъ разрушителей, Эрипь пе зналъ ужаснаго
«римскаго права», которое и до спхъ поръ еще сопротивляется вотъ ужо 2000 лѣтъ
всѣмъ уевліямъ свергнуть сго. Только англичанамъ, благодаря ихъ послѣдовательнымъ
вторженіямъ, оьончательпо покорившимъ Ирландію, ирипадлежнтъ печальная нрііввллегія
уничтоженія древинхь ирландскихъ ооычичвъ. Въ правѣ дрсвш-й Ирландіи не было за-
коновъ, и ея судьи но были чиновниками государства, въ римскомъ и современномъ
•смыслѣ этого слова: терминъ ЪгііЬего, превращенный англичанами въ Ьгеііоіі, имѣлъ
921
значеніе «посредника». Вершители права воспитывались въ спеціальныхъ шкодахъ, гдѣ
изучали преданія, обычаи, пословицы, поэмы; вь случаѣ тяжбы оии высказывали свое
мнѣніе, но остереіались законодательствовать: народъ не давалъ имъ нрава на это.
Всякій человѣкъ, являвшійся предъ ними, разсматривался нмв, какъ равный; онъ изла-
галъ предметъ спора и свои мнѣнія; йотомъ судьи-посредники высказывали свое моти-
вированное мнѣніе. Но если пхъ приговоръ не обладалъ никакою силою принужденія
по отношенію къ данному субъекту, то за то имѣть большую власть надъ обществен-
нымъ мнѣніемъ. Если лицо, признанное судьями виновнымъ, отказывалось подчиняться
вхъ рѣшенію и объявіядо, что ничего не должно истцу, судьи въ свою очередь объ-
являли, что «ни Боіъ, ни человѣкъ но должны ничего толу, кто презрѣлъ пхъ рѣшеніе».
Съ этого момента приговоренный переставалъ принадлежать обществу: ни одинъ его
должникъ по былъ обязанъ платить ему своихь долговъ; пн одинъ смертный пе счи-
тался отнынѣ его ближнимъ и не обязанъ былъ давить, въ случаѣ нужды, кусокъ
хлѣба или стаканъ вина. Всѣ переставали знаться съ нимъ, какъ если бы онъ уже
вышелъ изъ числа живыхъ. Помому почти всегда онъ предпочиталъ подчиняться рѣ-
шенію судей и согласиться на ихъ требованіе, обыкновенно заключавшееся въ уплатѣ
истцу извѣстнаго числа головъ скота, мебели, инструментовъ, или же, если онъ при-
надлежалъ къ классу детей или «священныхъ—къ королямъ, аристократіи, ученымъ,
учителямъ или мастерамъ, — онъ долженъ былъ выдержатъ въ теченіе извѣстнаго вре-
мени болѣе или менѣе продолжительный постъ. Эта дрі-вняя юриспруденція такъ вкоре-
нилась къ сознаніе ирландскаго народа, что бритаискоі право мш до вытѣснитъ ее
только въ концѣ XVII столѣтія. Послѣдніе судьн-посреднпки, въ сопровожденіи тяжу-
щихся сторонъ и толпы друзей и любопытныхъ, поднимались на вершину какого-нибудь
холма, чтобы произвестй свой приговоръ при полномъ свѣтѣ, рѣзко вырисовывавшемъ
ихъ профили на ясномъ фонѣ неба.
Въ теченіе долгаго періода своей дѣятельности, ирландскіе «брехопы» были исклю-
чительными юристами, если правда, что о ипхъ разсказываютъ; они всегда внушали
народу, чтобы -шъ обходился безъ ихъ помощи, насколько возможно, п тяжущіеся сами
приходили ко взаимному соглашенію, уважая данное слово, которое называли тогда
«договоромъ устъ». Какъ бы то ни было, къ чести ирландскаго народа, нужно сказать,
что словесные договоры долгое время считались даже выше письменныхъ, такъ какъ
самыя подписи уже указываютъ па сомнѣніе въ добросовѣстности договаривающихся,
«Есть три случая, когда народъ умираетъ: когда онъ утрачиваетъ свою доороіу, когда
наступаетъ моровая язва или война, в когда нарушаются устные договоры*. Это чрез-
іычаипое уваженіе къ своему слову обнаруживало у просвѣщенныхъ ирландцевъ боль-
шую заооту о собственномъ достоинствѣ, и различныя черты пхъ соціальной жизни
дѣйствительно свидѣтельствуютъ о замѣчательномъ большомъ просторѣ, предостаг леи номъ
отдѣльной личноств въ сношеніяхъ съ себѣ подобными. Такъ, формы брака варьировали
у нихъ по желанію брачущихся; чожпо было заключить бракъ па пробу, па одинъ
годъ или болѣе, чтобы испытать другъ друга и гарантировать взаимные интересы на
случай несогласія. Даже семья не разсматривалась, какъ нѣчто замкнутое: молодой
человѣкъ дѣлался «сыномъ» своего учителя, должны были помогать другъ другу.
922
Въ эпоху, попа появился законодательный памятникъ Сі-ашусъ-Мэръ, т. с. ігь
срединѣ V столѣтія, ирландское общести продолжало дѣлиться на классы, ио уже
допускало классовое равлячіе, основанное только не на благородствѣ крови или воеввыі
профессіи, а отчасти иа боіатствѣ, отчасти—на знаніи. Каста ученыхъ (Піёд дѣлилась
на 10 классовъ, главнымъ образомъ сообразно числу легендъ или преданій. которое
зналъ ученый. Высшая знать, «олламъ», удерживала въ своей намяти не менѣе 350 ле-
гендъ, тогда какъ низшій классъ зналъ лишь 7 легендъ, зноя, впрочемъ, кромѣ того,
грамматику, музыку, юридическія формулы и право, Ирландскіе «филэ» походили такимъ
образомъ па древнихъ галльскихъ друидовъ, только не обязаны были -пучатъ народъ
религіи; имъ предоставлялось лишь произносить судебные приговоры, и, конечно, не-
рѣдко опи злоупотребляли своимъ правомъ. Такъ, во время одного знаменитаго про-
цесса, называемаго «Діалогомъ двухъ ученыхъ*, «филз» вынесли рѣшеніе, совершенно
непонятно, изъ-за высокопиріюстп и цвѣтистости языка. Тогда уполномоченные отъ парода
пожаловались королю Кпишебару; «эти люди,—говорили опп,—присваиваютъ себѣ мо-
нополію на справедливость и знаніе, но мы не могли попять ни одного сл.-па изъ того,
что ,шн сказали». Король постановилъ, что судьи могутъ высказывать своп «сообра-
женія», по въ окончательномъ «рѣшеніи» долженъ принимать участіе ввсь народъ.
Литература Ирландіи была относительно очень богата вь эту эпоху. Паука и
всѣ «носителя свѣточей» ея Пользовались большимъ уваженіемъ, безразлично, были ли
они представителями древней мысли иля провозвѣстниками новой религіи, ваир., ирланд-
скіе монахи, принесшіе горнымъ жителямъ Ирландіи первые начатки христіанства. Это
уваженіе был-> однимъ изъ главныхъ агентовъ постепеннаго превращенія идей и нравовъ
нъ продолженіе среднихъ вѣковъ: благодаря полной свободѣ передвиженія, которую да-
вало имъ всеобщее уваженіе, эти миссіонеры встрѣчались вездѣ съ почетомъ и служили
такимъ образомъ посредниками между народами, даже въ случаѣ военныхъ столкно-
веній между послѣдними. Вѣстники міра, бродившіе подъ разными именами по Европѣ,
въ качествѣ странствующихъ музыкантовъ, разсказчиковъ, проповѣдниковъ идей я вѣро-
ваній, сближали людей, несмотря па насилія и пепаенсть, питавшіяся безпрерывными
войнами. Даже со времени разложенія каролингской имперіи, равно какъ и каждый
разъ, когда новое переселеніе увлекало норманновъ на грабежъ и завоеваніе береговыхъ
областей Европы, сношенія между народами но прерывались, блаыдаря странствующимъ
пѣвцамъ, поэтамъ п миссіонерамъ, «людямъ міра», предъ которыми были открыты
всѣ пути.
Когда давленіе германскаго міра на латинскій было остановлено н даже отбро-
шено въ востоку германцемъ же, Карломъ Великимъ, общее направленіе переселеній
сошло съ прежнихъ путей. Побѣжденные саксы были отброшены къ сѣверу, за сканди-
навовъ балтійскаго побережья, а къ востоку — на славянъ и финновъ. Послѣдніе
поэтому но могли уже продолжать своею движенія на западъ, а скандинавы, видя
предъ собою свободное море, тѣмъ съ большимъ рвеніемъ занялись на немъ морскими
разбоямъ н завоеваніями, чѣмъ болѣе тѣснили ихъ самихъ со стороны южныхъ границъ.
Тоічекъ. произведенный въ великую вппху переселенія варваровъ и давшій возможность
ютамъ, фризамъ, саксамъ и англамъ заселить берега Батавіи и Британіи, даже сѣверной
923
или западной Галліи, возобновился съ новою силою. Датчане и ппрв»жцы, часто смѣ-
шиваемы въ исторіи подъ именамъ «норманновъ», «сѣверныхъ людей», яростно кину-
лись въ разбойничьи набѣги: это была зима «викинговъ», т. е. «людей еъ устьевъ
рѣкъ», которые рыскали по моряиъ, высаживаясь неожиданно па островахъ и бере-
гахъ, избивая воиновъ, похищая женщинъ и шладѣвая добычей.
Будучи болѣе моряками, нежели жителями суши, эти викинги смотрѣли, какъ
на общее сво-1 отечество, на всю сѣверную область Европы, раздѣляемую морскими
водами, проливами я заливами на полуострова и острова. Данія, хотя и соединенная
съ материкомъ, принадлежала, по ихъ мнѣнію, къ тѣмъ же приморскимъ областямъ
сѣвера, и дѣйствительно, съ точки
зрѣнія географіи и этнологіи, она
вполнѣ принадлежитъ огромному
Скандпнавск-'му полуострову. Одна
изъ легендъ Эддъ передаетъ, что
король Швеціи Гильфи. растроган-
ный пѣніемъ богини Гафіоиъ, по-
дарилъ ой въ благодарность островъ
Зеландію, отдѣливъ сго отъ сосѣд-
ней земли глубокою бороздой, ко-
торую провели четыре ьнряжеп-
мыхъ въ плугъ быка.
Впрочемъ, датчане, свободныя
со стороны моря, позаботились
огородить себя стѣною со стороны
суша. Съуженное мѣсто полуост-
рова явилось благопріятнымъ для
возведенія этой защиты. Съ во-
стока, со стороны склона къ Бал-
тійскому морю, ігѣлый рядъ про-
ливовъ и маленькихъ озеръ, обра-
зующихъ настоящій фіордъ. Шлей,
вдается внутрь страны па 40
Роландъ и Роджеръ.
(Баральефщ падь воротами каѳедральнаго собора Вероны).
километровъ, давая доступъ, благодаря своей глубинѣ, даже крупнымъ судамъ. Съ
запада глубокія устья рѣкъ, болота, трясины дѣлали мѣстность совершенно непро-
ходимой, кромѣ туземцевъ, бывшихъ настоящими амфибіями, которыя легко сколь-
зили в по болотамъ, и по водѣ. Между фіордомъ и болотами западной стороны
оставался только узкій перошеекъ, которымъ съ незапамятныхъ временъ пользо-
вались перевозчики кладей, переправляя товары и цѣлыя суда пзъ фіорда Шлей
въ медленно текущую по болотистой мѣстности рѣку Треене. На этомъ-то перешейкѣ
король Готрпкъ п воздвиіъ въ бОб г. или, можетъ быть, только возооновплъ защитное
укрѣпленіе. Онъ вырылъ сначала ровъ—кограбевь, «коровій ровъ», кѵторый могъ слу-
жить въ то же время каналомъ для судовъ, а позади его построилъ крнпкую стѣну
924
Дане веркъ—«произведеніе датчанъ». На восточномъ коииѣ этой стѣны находились
единственныя ворога, Впглседоръ. служившія въ мирное время для прохода купцовъ и
пастуховъ со стаіами, во время же воины запиравшійся. Императоръ Оттонъ 11 и
другіе германскіе государи должны были останавливаться прядь этимъ препятствіемъ, п
даже пруссаки, со своими страшными орудіями войны, должны были брать его силою
ьь 1861 г. Недалеко і-тъ воротъ, близъ нынѣшняго города Шлезвига, возвышался въ
средніе вѣка городъ Хайтабу (Хедебп), драгоцѣнные остатки котораго разсказали архео-
логамъ о цивилизаціи той эпохи: пайдепяыя здѣсь монеты н друііе предметы свидѣтель-
ствуютъ о важномъ ащіченіи торговли Хедебп, распространявшейся до востока. Во вре-
мена Ганзейскаго союза Хсдеби со своимъ каналомъ былъ тѣмъ же, чѣмъ является вь
настоящее время Киль.
Суровая з дикая среда, въ которой жили обитатели береговъ скандинавскихъ
морей, подготовляла пхъ къ той полной опасностей и труда жизни, кѵіорая, подъ да-
вленіемъ экономической необходимости, должна была выродиться въ карьеру грабителей
и убійцъ. Сѣверное небо часто сѣро и туманно, иногда даже черно отъ грозовыгь
тучъ; море неспокойно и бурно; всюду песчаныя мели, рифы, островки, о которые съ
шумомъ разбиваются водны, покрывая ніъ бѣлою пѣной; встрѣча приливовъ и отли-
вовъ образуетъ здѣсь гибельные водовороты. Но берегу моря возвышаются гранитные
мысы, достигая облаковъ, разрывающихся объ ихъ выступы; черныя трещины пересѣ-
каютъ эти утесы оврагами, гдѣ низвергаются водопады; морскіе заливы, загражденные
при входѣ островами я утесами, проникаютъ далеко въ глубь суши, причудливо развѣт-
вляясь по всѣмъ боковымъ долинамъ. Между стами, отполированными древними лед-
никами. по склонамъ горъ и на плоскогоріяхъ темная зелень хвойныхъ лѣсовъ соста-
вляетъ яркій контрастъ съ бѣлою снѣжною поверхностью. Природа всюду здѣсь вели-
чественна и грозна; и только деревни, окруженныя лугами, прячущимися въ отгибахъ
берега, оживляютъ этотъ дикій ландшафтъ.
Кланы норманновъ пли норвежцевъ находили вь долинахъ, являющихся продол-
женіями фіордовъ, достаточно плодородной земли, чтобы снискивать себѣ пропитаніе;
кромѣ того, сосѣднія воды изобиловали рыбой. Здѣсь были наилучшін условія для обра-
зованія маленькихъ союзныхъ республикъ, изъ которыхъ каждая владѣла циркомъ горь,
вокругъ какого-нибудь залива. Отдѣленныя другъ отъ друга утесами, лѣсами и снѣгами,
большая часть этихъ общинъ могла къ теченіе долгаго времени сохранятъ свою неза-
висимость, и оттого иниціатива и мужество ея членовъ воэросталп. Такъ. Трондгеіімскій
округъ, менѣе гористый, чѣмъ другія прибрежныя области, на юго-западѣ и сѣверо-
востокѣ, естественно раздѣлялся на 8 Гіісѳ, иля маленькихъ республиканскихъ конфе-
дерацій, чясло которыхъ соотвѣтствовало числу долинъ. Обитатели странъ, извѣстные подъ
именемъ Трейдеровъ, были достаточно многочисленны. чтобы образовать могущественную
группу населенія, во пи одно селеніе не признавало власти г.гной общины надъ другими:
каждое рѣшеніе, касавшееся интересовъ всѣхъ, свободно обсуждалось гражданами, зем-
ледѣльцами и рыбаками. Непосредственно къ югу отъ Тропдгейма, по другую сторону
сравнительно невысокихъ (670 метровъ ныс.) холмовъ открываются широкія долины
-озеръ п рѣкъ, обращенныя къ фіорду Христіаніи и долинамъ Швеціи Въ этихъ южныхъ
925
областяхъ Норвегіи, подчиненныхъ во всѣ времена германскому вліянію,—мы эта
видимъ и теперь еще, ьъ началѣ XX столѣтія,—королевская власть уже въ эпоху Карла
Ирландія, „изумрудный" островъ.
1	3500000
О	50	100	200 КиЛОМ.
Вмпкаго прочно утвердилась и стала угрожать мелкимъ князьямъ, пли ярдамъ, а также
республиканскимъ общинамъ. Разсказываютъ, что но закону, называвшемуся Форстеп-
екпмъ, во имени одной изъ конфедерацій Траэндаровь. свободные люди, пли «буендп»
должны были убивать всякаго князя или короля, который покусился бы па ихъ нму-
926
дгство пли нарушилъ мирную жизнь пхъ дома Одна легенда, о королѣ-собакѣ указы-
ваетъ па чувства, съ какими тогда относились къ королевскому сану. Побѣжденные
граждане Тропдгеііма должны были, по этой легендѣ, избрать ссбѣ повелителемъ пли
собаку илп одного министра пг» побѣдителя; они предпочли собаку, въ пзтеждѣ, что
она скорѣе .іколѣвгь. ДѢІиввтельмо, п -чью дворецъ собаки-короля былъ окруженъ дикими
звѣрями, и несчастное животное было разорвано «ми ва клочки
Воспоминанія о грабежахъ и убійствахъ, совершенныхъ древними норманнами по
бер<тамъ Западной Европы, заставили историковъ видѣть въ '.стихъ «сѣверныхъ людяхъ»
только дикихъ варваровъ, между тѣмъ во многихъ отношеніяхъ они были цивилизованы
и даже гораздо культурнѣе тѣхъ народовъ, у которыхъ ови отнимало города и богат
ства: ихъ вооруженіе, щиты, панцири, мечи были изящны, а клинки лучше отточены и
закалены. Одежды вхъ были боіаче. такъ какъ искусство тканья н вышиванья у нахъ
оыдо болѣе развито. Корабли пхъ были красивѣе, лучше оснащены и прочнѣе построены;
на каждомъ изъ пихъ были сотни гребцовъ и воиновъ. Ихъ торговля была очень дѣя-
тельна, особенно съ восточными странами, которыхъ они могли достичь лишь путемъ
обмѣна товарами, а по путемъ вооруженнаго пабѣга. Па миоінхъ островахъ Балтійскаго
моря, вплоть до Норвегіи, былп найдены клады изъ ппзаитійскигь монетъ и персидскихъ,
династіи сассапидовъ л аббасіідовъ; равно какъ былп открыты драгоцѣнные предметы
греческаго в азіатскаго происхожденія, различные браслеты, аграфы, кольца, колье я
другія драгоцѣнности: торговля и морской разбой прекрасно уживались рядомъ у Пор-
ыавжовъ, какъ нѣкогда у финикіяиъ и грековъ, а въ наше время — у малайцевъ. Пе
подложитъ сомнѣнію, что па Востокѣ и средпземііѵ-морскомъ мірѣ пужпо искать зачатки
скандинавскаго искусства, котороо мало-по-малу развивалось оригинальнымъ нутсмъ.
Даже письменность норманновъ, буквы, которыми воспроизводились саги, появились сна-
чала въ видѣ неправильныхъ и грубыхъ копій латинскихъ буквъ; однако, постепенно
этн грубые знаки превратились въ «руны», имѣющія уже свой характерный видъ.
У этихъ гордыхъ народовъ мужчины были рыцарски благородны: борьоа призна-
валась только ровная, одинъ па одинъ, или одно судно противъ другого. Вожди не-
рѣдко разрѣшали споры личнымъ поедииьомъ, обыкновенно ва какомъ-нибудь островкѣ,
на глазахъ своихъ дружинъ, присутствовавшихъ при битвѣ своихъ начальниковъ. Иногда
мѣсто вождей въ такомъ случаѣ наступати спеціально выбправшіеся войны, поединокъ
которыгь и рѣшалъ, на чьей сторонѣ побѣда. Гордый своею славою, смѣльчакъ любиль
хвастаться своими подвигами; благородная смерть иъ бою была радостью для него,
особенно, если ему приходилось мстить за собрата по оружію, съ которымъ его связы-
вали узы дружбы. Умереть же отъ болѣзни или отъ старости считалось постыднымъ;
такая смерть считалась проклятіемъ со стороны боговъ. Король Гаконъ, которому угро-
жала такая постыдная смерть мирныхъ людей, велѣлъ перепости себя па своіі поенный
корабль, потомъ, дождавшись вѣтра съ берега, легъ па погребальный костеръ, споружсп
ныи на кораблѣ, п самъ зажегъ его; охьачеппый пожаромъ корабль отш сло въ откры-
тое м»ре.
Все же и между этими свободными людьми закралось рабство, явившееся резуль-
татомъ войнь; чужеземцы, взятые въ битвахъ, оставались плѣни иками. Впрочемъ, па-
927
стоящаго рабства не существовало «сѣверныхъ людей»: у каждой семья была своя земля,
которую ина оорабатывала своими руками. Въ этомъ отношеніи былъ полный контрастъ
между конфедераціями Траэвдероьь и датскою монархіею, гдѣ, йодъ вліяніемъ герман-
скихъ нравовъ, земледѣльцы, постепенно прикрѣпляемые къ землѣ, превратились въ концѣ
концовъ въ предметъ торговля, какъ животныя. Береговыя области залива Христіаніи
являлись естественнымъ посредникомъ между областью Трондгейма п Даніей; все, чіо
пропинало съ юга, проходило этой дорогой,—пмъ шли: и монархическое устройство, и
рабство, и христіанство. Техническія знанія, пріічссеппыя этимъ путемъ, также нашли
очень искусныхъ мастеровъ между «сѣверными людьми».
Одинъ изъ норманновъ, нѣкто Ііттаръ, былъ даже героемъ большого путешествія,
безпримѣрнаго п > отсутствію утилитарныхъ цѣлей въ жестокую эп-ху среднихъ вѣковъ.
Этогь смѣльчакъ задался вопросомъ, что находится въ тѣхъ сѣверныхъ областяхъ, за
островами и мысами, о которыхъ расказывіыи рыбаки. «Опъ не зналъ и желалъ узнать
это»,—таково было напвиоо выраженіи его желанія. Опаръ отправился въ путь въ
870 г., плывя вс-* время ьь виду береговъ; нѣсколько разъ онъ входилъ въ си шонія
съ туземцами, рыбаками или охотниками, и узналъ, что они принадлежать къ другой
расѣ: это были лопари. Проплывъ въ теченіе трехъ дней за предѣлами, достигнутыми
раньше китобоями, онъ убѣдился, что берегъ тяштся къ востоку и, обогнувъ самый
крайній мысъ Скандинавіи, <<въ въ продолженіе 4 дней плылъ вдоль берега, носящаго
теперь наименованіе Мурманскаго, потомъ вошедъ въ море, а изъ него чрезъ пять дней
плаванія попалъ вь устье одной рѣки; то была Сѣв, Двппа, впадающая въ Бѣлое море.
Путешественникъ по рѣшился высадиться па берегъ, изъ страха предъ «біармійцами» или
пермяками; это финское племя собралось во множествѣ и могло бы убить его или взять
въ плѣнъ Оттаръ возвратился въ западную Скандинавію, установивъ такимъ образомъ
то, что до него было пе извѣстно, что страна иорманцовъ по изолирована въ сѣверныхъ
моряхъ. Ьъ ту жо самую эпоху другой норманнъ, Вульфіганъ, изслѣдовалъ въ геогра-
фическомъ отношеніи всѣ южные острова Балтійскаго морн до береговъ Эстоніи, «богатой
медомъ и рыбою*. Около 7 вѣковъ прошло До тѣхъ норъ, пока другіе мореплаватели
по стопамъ Оттара обогнули Нордкапъ и вошли въ Бѣлое море; это случилось только
въ 1553 г., когда англичанинъ Чеислеръ посѣтилъ берега этихъ сѣверныхъ морей, омы-
вающихъ Росіію.
Главнымъ жи образомъ путешествія норманновъ совершались пе изъ любви къ
знанію, а по страсти къ грабежѵ и завоеваніямъ. Около средины VIII вѣка, въ эпоху,
когда утвердилось могущество королей Австраліи. основателей каролингской династіи,
началась я эпоха викинговъ, этпхъ страшныхъ пиратовъ, которые, казалось, совершенно
сливались со своими быстроходными судами, украшенными на носу пастью дракона Въ
этомъ вооруженномъ походѣ норманновъ на берега Западной Европы отчасти играти
роль экономическія условія ихь существованія. Норманновъ толкалю къ морю изъ внут-
реннихъ часісй страны не только то обстоятельство, что пхъ тѣснили датчане, вь свою
очередь тѣснимые саксами, которыхъ отбрасывали назадъ франки, ио н возрастаніе на-
селенія въ этой здоровой странѣ, гдѣ болѣзни такъ рѣдки. Обыкновенно въ норманскихъ
семьяхъ старшіе сыничьл оставались иа отцовскихъ земляхъ, младшіе же шли въ море,
928
направлявшее вхъ па новыя земли болѣе богатыя, нежели ихъ родина. Эти доброволь-
ные изгнанники давали клятву на своемъ мечѣ, посредствомъ котораго надѣялись завое-
вать себѣ счастіе на чужбинѣ; оня клялись также своимъ «дракономъ»—ладьев, еже-
годно уносившей ихъ въ новый мѣста для грабежа. Судно это являлось священнымъ;
его крестили кровью воснно-илѣвныхь. помѣщая пхъ между вальками при спускѣ сѵдна
въ воду. Знамя Гаральда жестокаго носило многозначительное имя «ЬапЗбсІе*, т. «.
«Опустошитель береговъ».
Въ первыя времена разбойничьихъ набѣговъ каждый скандинавскій «ярлъ», за-
нимаясь отдѣльно своимъ кровавымъ дѣломъ, лмѣлт и отдѣльное знамя; о^-шое же знамя
народа появилось лишь тогда, когда набѣги превратились ьъ правильныя экспедппів, и
когда отдѣльные «вожди мысовъ» соединяли свои шайки въ настоящія арміи, дѣйство-
вавшія вь полномъ сознаніи различія своей религіи и цивилизація отъ латинскаго міра.
Тогда норманны, сражаясь за Одина и Тора противъ бѣлаго Христа, сдѣлались ры-
царями мрачныхъ битвъ Сѣвера. Религіозная ненависть особеиво вооружала норман-
скихъ завоевателей противъ церквей и монастырей; оиа ваетавляла вхъ разбивать и
ся-лігать мощи, взбивать монаховъ и священниковъ. По и въ этомъ яростномъ сопер-
ничествѣ между религіями проявлялось христіанское вліяніе. Дѣйствительно, между сим •
воличесіінмн личностями борющихся расъ была полная аііалоіія. Это былъ скандинав-
скій старый щипъ или Вотенъ, въ сѣромъ, какъ морскіе туманы, плащѣ, съ своими
двумя черными воронами, каркающими пророчества на его плечахъ, и Богъ Отецъ, также
отягченный годами, съ золотымъ нимбомъ кругомъ головы и парящимъ надъ иимъ
голубемъ. Точно также 6<<гъ Торъ, потрясающій громомъ, вполнѣ отвѣчаетъ Ьогу-Сыну,
Высшему Судгѣ, который будетъ взвѣшивать ва вѣсахъ дѣла живыхъ и мертвыхъ. При
столкновеніи обѣихъ религій, скандинавскія божества, хотя принадлежащія побѣдителямъ,
долижи били постепенно измѣнятъ свою физіономію и вс‘- болѣе и болѣе ш-холить на
христіанскія божества; впрочемъ, норманны напередъ эпаіи, на осш>ваніп древнихъ про-
рочествъ, чго пхъ боги должны умереть. Предъ вѣрующими показались и >выя фигуры;
вто были ожидаемые наслѣдники. Но какъ всегда, оффиціальное обращеніе парода къ
новую вѣру происходило очень медленно. Разной пиками были норманпы-язычникн; раз-
бойниками долгое время оставались и ихъ обращенные въ христіанство потомки Одна
изъ сагъ XII вѣка разсказываетъ, какъ король Сигурдъ отправился посѣтить короля
Іерусалимскаго Ьалдупна. Плывя вдоль береговъ, во главѣ большаго флота, онъ гово-
рилъ своимъ людямъ: «Когда вы встрѣтите судно, начинайте грабить его; если экипажъ
окажется христіанскій, мы возвратимъ ему половину того, что возьмемъ у нихъ, ибо
нужно помогать своимъ братьямъ; если же вто будутъ язычники, ми возблагодаримъ Бога!»
Требованіе христіанскихъ проновѣднивовь относительно дѣленія времени н<і недьлв,
по 7 дней каждая, было одной изъ причинъ, всего болѣе .задерживавшихъ распростра-
неніе христіанства среди паселоп-я дальняго сѣвера. Эти простые люди не понимали,
почему ихъ заставляютъ раздѣлять время наперекоръ ихъ обычаю, подъ тѣмъ предло-
гомъ. что Богъ шесть дней работалъ надъ устройітвгмъ міра, а вь седьмой почилъ отъ
трудовъ. Такое распредѣленіе времени стало общеупотребнтеіьнымъ ьъ Римской имперіи
иъ копцѣ XII вѣка, а германцы припали его, по веей вѣроятности, спустя 2—3 сто-
929
лѣтія. Пі сѣверные люди, привыкнувъ ко временамъ года.—работая въ теченіе
долгихъ лѣтнихъ дней и приноравливая праздники къ долгимъ зимнимъ ночамъ, отка-
1 : 2 000 000
О 2 5	50	100 Килом.
Въ настоящее время вооь перешеекъ принадлежитъ Германіи, Граница проходить въ лѣ сколькихъ
километрахъ въ югу отъ Гибъ и Коиьдинга, затѣмъ идетъ по Малому Вольту, оставляя въ сторонѣ
острова Фюповъ я ЛадвндЪд припаджезціщіо Долгій^ Между устьемъ Эльбы и Килемъ ламесенъ
морской каналъ, открытыя нѣсколько лѣтъ тому назадъ.
вывались отъ такихъ правильныхъ дѣленій зимы и лѣта на семидневные періоды. Съ
другой стороны. господа отказывались кормить рабовъ въ дни отдыха, а рабы, съ своей
стороны, отказывались соблюдать постные дни.
ЭЛИЗВ РЕКПЮ. вып. п
59
930
Набѣги нзрмані-кигь пиратовъ быти наііравдоны главнымъ образомъ къ островамъ
в запаіныиь берегамъ Европы. Въ 795 г. «пи завладѣли островомъ Гатлиномъ, въ
сѣверо-восточномъ углу Ирландіи и, ширяясь на него. распространяли свою власть
на фіорды Шотландіи п море, носящее теперь названіе пролина св. Георгія. Вскорѣ
опи запили Гебридскіе острова, потомъ, въ началѣ IX вѣка, атаковали о-вь Іоны, откуда
вышло столько миссіонеровъ въ сосѣднія страны. Опн обосновались, какъ бы въ
центрѣ своихъ завоеваній, па длинномъ полуостровѣ Катнибѣ, называемомъ теперь Кет-
нессъ, п па о-вѣ Мэнѣ, который долгое время нрипадлежалъ имъ. и благодаря этому
обстоятельству и до сихъ поръ составляетъ оффиціально отдѣльное оть Британской
имперіи королевство. Въ дѣлѣ завоеванія у порманивь замѣчаюсь въ родѣ раздѣленія
труда: норвержцы занялись колонизаціей сѣверныхъ острововъ, Шотландскихъ п аркад-
скихъ, и сосѣднихъ областей верхней Шотландіи, до сихъ поръ называемой въ па-
мять ихъ Сузерландь иля «южной землею», датчане же утвердились на берегахъ Англіи,
гдѣ яв іялись скорѣе цивилизаторами, нежели завоевателями. Кануть (Кнутъ;, царство-
вавшій одновременно и надъ Скандинавскими землями, и надъ землями бриттовъ и
англовъ, оставилъ п^слѣ себя славу мудраго я справедливаго государя, что говоритъ
уже вь пользу той цивилизаціи, представителемъ которой онъ былъ.
Господствуя патъ моремъ Британіи, иорманы далеко провпкіи также вверхъ по
теченію рѣкъ континентальной Европы Въ теченіе 75 лѣтъ, съ 820 по 891 г., опн
опустошили всю рпморскую область Нидерландовъ, методически пользуясь устьями
рѣкъ: Рейва, Мааса, Шельды, чтобы посѣщать послѣдовательно различныя внутреннія
области страны и «вложить въ дѣло ішустошонія всю тщательность коммерческаго
предпріятія а. (Рігоие, Исторія Бельгіи;. Опв оспивали даже въ 881 г. близъ Ма-
стрнхта, вь Эльлоо, въ родѣ укрѣпленнаго лагеря, откуда производили частые набѣги
па окрестные городи и монастыри и гдѣ складывали свою добычу. Ничто ие могло
противостоять имъ, кромѣ Крѣпостей, которыхъ ОвИ не Могли взять свовмъ оружіемъ
моряковъ, зато они разрушали города, селенія, монастыри; благодаря именно имъ не
осталось никакого слѣда отъ скульптуры и архитектуры временъ Каролпнговъ.
Отсутствіе связи въ той политической группѣ, которая носила названіе «Франція»,
дошло до того, что нормавы на сволхъ 120 ладьяхъ доходили до Парижа («45, 856
и 861 гг.), и разграбили его предмѣстья, покинутыя жиіехямв, потомъ благодаря
побѣдамъ Роберта Сильнаго, предка Копепівгивъ, должны были воздержаться оть на-
бѣговъ на этотъ городъ и появились у него только въ 885 г.; послѣ полутораго іовой
блокіды, получивъ выкупъ, они поднялись дп Бургопи, гдѣ разграбили городъ Санъ;
ихъ ладьи поднимались также вверхъ по Соммѣ, Виленѣ, Луарѣ, Гароннѣ, Азурѣ.
Отдѣльные пцорныя пункты, острова или мысы, служили имъ укрѣпленными лагерями,
откуда онп пронзвоіили свои папатенія, гдѣ защищались отъ враговъ и складывали
свою добычу. На Сонѣ такимъ мѣстомъ былъ о-въ Уассель, па полуостровѣ Котаптэнъ,
господствующейь падь Ламаипівмъ и о-вами Джерси,—Хагь-диьь; на берегу океана
той жо цѣли служило острова Пуариутьѳ н Рэ. Въ 844 г. норманы оказались уже
ѵчень далеко отъ моря, такъ какъ вошли въ Перигэ воротами, получившими съ того
времени названіе «Нормандскихъ»,—доказательство легкости, сь какою эти м.-рскіе
93г
разбойники организовались въ цѣлыя арміи пѣхоты и кавалеріи, такъ какъ, конечно,
инъ нельзя было прониквуть вь Лель па своихъ морскихъ судахъ. Ихъ нападенія на
королевства такъ хорошо предусматривались, что съ населенія взимался даже особый
налогъ, носившій названіе «нормандскаго налога». Между коніикентальными городами,
подвергшимися нападенію норманоьъ, указываютъ Э-де-Шапелль, Кельнъ, Трэвъ, Медъ,
Майнцъ, Вормсъ, Нантъ, Менъ, Бордо. Тулуза, Меленъ, Мо, Санъ и даже Клермонъ.
Предполагаютъ таілке, что они проникли до Швейцаріи, вь долину Гасли, п они
именно принесли туземцамъ легенду о Вильгельмѣ Теллѣ, недавно еще гордо приписы-
ваемую швейцарцами себѣ. Наконецъ, одинъ отрядъ порманлвъ имѣлъ ныти необъ-
яснимую для той эпохи смѣлость обогнуть Европу, войти въ Средиземное море,
устроить укрѣпленный лагерь
даже гоподъ Ппзу и другіе
города. Сѣверные мореплава-
тели скоро привыкли къ путе-
шествіямъ въ южныя страны
и здѣсь встрѣтились съ дру-
гими пиратами, сарацинами,
которые въ 838 году опусто-
шили Марсель, а въ 869 г,
взяли въ плѣнъ епископа
Арльскаю; около того жѳ вре-
мени норманны поднялись по
Родѣ до Баланса.
Въ концѣ IX вѣка Гер-
маніи по крайней мѣрѣ уда-
лось освободиться отъ набѣ-
говъ нормаиовъ благодаря по-
бѣдѣ, одержанной императо-
ромъ Арпуіьфомъ Карнат-
скимъ близъ Лувена, на берегахъ р. Диль (891 г.), надъ Норманами, которые уже за 6 лѣтз
до того утвердились тамъ. Впрочемъ, набѣги уже не имѣли тогда значенія, какъ какъ
страна оыла совершенно опустошена. Однако, на другпхъ частяхъ европейскаго побе-
режья давленіе даже усиливалось. Тогда какъ норманы оспаривали у саксовъ и дановъ
владычество надъ Англіей, другіе скандинавскіе викинги устремлялись чрезъ Гибрал-
тарскій проливъ въ Средиземное море, захватывали рабовъ и добычу съ Балеарскихъ
острововъ, ва африкансю-мъ берегу, въ Италіи, Греціи, даже въ Малой Азіи. Начиная
съ 896 г. одинъ »зъ норманскихъ изгнанниковъ, Гу (Ральфъ, Ролло, Ролловъ) прочно
утвердился во Франціи н началъ систематически завоевывать ее. Одна скандинавская
армія устремилась съ сѣвера къ югу, въ бассейнъ Сены, другая—поднялась съ запала
вз востокъ въ бассейнъ Луары, н въ промежуточныхъ равнинахъ произошелъ рядъ
большихъ битвъ. Наконецъ, въ 912 г. французскій король Карлъ «Простой» (въ
смыслѣ «скудоумный») принужденъ былъ уступить въ леипое владѣніе Ру всю нрево-
въ Камаргѣ п отправиться грабить итальянскіе берега,
Изображеніе солнца въ бронзовый вѣкъ.
(Частью позолоченная бропва, иавдоипаа діа о-«ѣ Зйелапд’ь).
932
сходную территорій.1, которая носитъ теперь названіе Нормандіи. Однако, армія завоева
толей была слишкомъ малочисленна, чтобы вытѣснить туземное населеніе,—и норманны
офранцузились такъ же, какъ рапьог пей<трійскіе франки превратилось въ галловъ.
Норманны забыли своі скандинавскій языкъ, изъ котораго теперь осталось ьъ Нормандіи
только нѣсколько словъ и географнчіеквгь названій, оставили опи в прежнихъ боговъ,
и даже безъ безсильнаго противодѣйствія, ибо перемѣна мѣстообитанія легко пріучаетъ къ
перемѣнѣ религіи. Зато страсть къ приключеніямъ и битвамъ, свойственная ихъ пред-
камъ, долго еще держалась и у французский, нормановъ: вліяніе старыхъ усдовпі среды
продолжало сказываться и въ новей обстановкѣ. Эта страсть толкнула Вильгельма За-
воевателя на завоеваніе Англіи, а Позднѣе Тавкреда—на занятіе Италіи, она же дви-
гала діепскими купцами при изслѣдованіи Канарскихъ острововъ в Африки. Вплоть
до ХІП вѣка званіе «вождя пиратовъ» считалось почетнымъ въ Нормандіи и Авгліи. в
въ этомъ сказывалась старая кровь викинговъ.
На востокѣ Европы аналогичное оптическое движеніе увлекло скандинавовъ, < >р-
ыааовъ къ берегамъ Балтійскаго моря. Варяги или варпнгеры подчинили своей власти
прибрежныхъ финновъ, эстовъ и славянъ и старались, при каждомъ благопріятномъ
случаѣ, еще болѣе увеличить число своигь подчиненныхъ. Во многихъ мѣстахъ сар-
матскихъ равнинъ, у схожденія естественныхъ путей, учреждались ими говяіаеоп, или
промышленныя и торговыя общины, служившія центрами политическаго господства
Пользуясь царившими среди славянъ несогласіями, три брата Годса или Русса, Рюрикъ.
Труворъ и Синеусъ, явились побѣдителями вь обширныя восточныя равнины, которыя
писать теперь названіе «Святой Руси», какъ будто это названіе не напоминаетъ объ
униженіи и завоеваніи; согласно лппвгистамъ, слово «Русъ» происходить отъ финскаго
Ікчінеп, что значить «гребцы». Швеція и до сихъ поръ является для финновъ «стра-
ною руссовъ или гребцовъ», Киобзе Моа, тогда какъ Россія сохранила у нихь
прежнее названіе ’іѴеппе-шоа, «страны вендовъ»
Царство трехъ братьевъ, объединившееся потомъ подъ властію одного Рюрика,
обнимало собою только часть нынѣшней Россіи, къ югу и юго-востоку отъ Финскаго
залива, до верховьевъ Волги; центромъ сго быль Новгородъ. Однако, варяжскіе аван-
тюристы, при томъ подкрѣпляемые новыми выходцами съ родины, пе могли доволь-
ствоваться мирнымъ господітвоиъ надъ завоеванными областями; ихъ тянуло къ югу
Въ началѣ X вѣка, уже при сынѣ Рюрика, столицею его царства сдѣлался Кіевъ,- н
завоеванія стали распространяться еще далѣе къ югу. Еще до средпны этого вѣка
норманны появились подъ стѣнами Константинополя, котораго, впрочемъ, не могли
взять, по ->1111 пришли снять и заставили романскаго императора купить миръ цѣною
подарковъ и обѣщаній. Сдѣлавшись христіанами, норманны Россіи потеряли спою аг|>ес-
сивпую силу противъ восточныхъ христіанъ и, напротивъ, сами подпали византійскому
вліянію и стали іостоиснно копировать идеи н нравы Византіи, этою восточнаго Рима.
Тѣмъ не меиѣе завоеванія норманновъ описали полный кругъ пи Европейскому мате-
тсрику: норманны-варангн, .тиранившіеся изъ Норвегіи кругомъ Западной Европы,
встрѣтились на островахъ (ірнздизсмнаго мори съ другими нормавнамн-варягамн, которые
лрошли славянскими землями между Швеціей и Византіей: кругъ былъ замкнуть.
933
Скандинавія.
I . 10 0^3 000
о	200	мОС	(л)О КиЛОМ.
Внѣ придѣловъ Европы, норманны прославили себя въ исторій человѣчества засе-
леніемъ Исландіи я открытіемъ Новаго Свѣта,—в первое изъ втиіъ событій нѳ сопро-
воадалось ни смертоубійствами, ни грабежами Впрочемъ, норвежскіе выходцы, ивъ
934
которыхъ сополли поселенцы, представляли собою соціальный элементъ гораздо высшій,
нежели завоевателя викинги. Любовь къ свободѣ, а не страсть къ добычѣ двшала эми-
грантами пзъ конфедерацій ТропдіеЙма.
Въ эту эпоху, въ концѣ IX вѣка, королю Гаральду <съ прекрасными во-
лосами» удалось создать Норвежское королевство; владѣя проходами, соеднпяешвмв
южные фіорды съ сѣверными, онъ могъ датъ своимъ владѣніямъ в географическое
единство: свободнымъ людямъ, которые не могли помириться съ п-виновеніемъ ему,
оставалось только покинуть родину. Одинъ смѣлый путешественникъ, Надъ-Оддъ. уже
принесъ въ страну вѣсть о «землѣ снѣговъ», иъзваипоп потомъ «страною льдовъ»,
Исландіей, гдѣ, по его словамъ, всякій человѣкъ могъ жигъ свободно и независимо:
«тамъ не было пн королей, ни тирановъ». На островѣ уже оказалось, <>дпако, нѣ-
сколько поселенцевъ.
Начиная съ 795 г., рарае или кельтскіе отшельники, изъ Іоны н Ирландіи,
кельи коюрыхъ найдены па ісѣхъ островахъ къ сѣверу отъ Великобританіи, занимали
землп, поеиьшія названіе Вестмяннэйяръ, которыми было усѣяно море къ юго-запэду
отъ Исландіи; самое ихъ названіе означаетъ «острова западныхъ людей», т. е.
ирландцевъ. Эти монахи высаживались и на самой Исландіи, какъ свидѣтельствуютъ
оставленные ими, одинадцать вѣковъ тому назадъ, колокола, богослужебныя пниіи »
кресты. Нѣкоторые кельты Шотлапдш также проникли сюда оьѵло 825 г. Мѣстныя
названія ирландскаго происхожденія напоминаютъ о прибытія колонистовъ съ Британ-
скихъ о-вовъ,—и продолжительному вѣянію ихъ народности слѣдуетъ припасать довольно
распространенный среди исландскаго населенія типъ брюнета.
Три четверги вѣка спустя послѣ пояі іепія первыхъ обитателей на берегахъ Ис-
ландіи, здѣсь । -казались норвежскіе бѣглецы. Первый колонистъ, Ингольфъ, высадился
уже въ 870 г., по большое переселеніе совершилось четыре года позднѣе. Тогда ты-
сячи ппресслепповъ гь короткое время явились ча юго-западп.імъ берегу острова,—и
нужно было уже упорядочить способъ надѣленія ихъ землею. Каждый колонистъ могъ
получить въ свое владѣніе такое позанятое никѣмъ пространство земли, которое овъ
могъ пройти но берегу въ теченіе дня; пограничными опаками служили два костра, зажжен-
ныхъ одинъ при восходѣ, другой—при закатѣ солппа. Позднѣе участки эти были снова
подѣлены, чтооы каждый посслянвнь имѣлъ достаточно поля и пастбища. Общественное
мнѣніе исландш-въ такъ полно осуществило принципъ «земля—земледѣльцамъ», чіо онъ
удержался, несмотря на всѣ экономическіе перевороты, даже до XIX вѣка.
Въ нѣсколько лѣтъ было закончено заселеніе всѣхъ областей исландскаго побе-
режья, годныхъ д..я ооьтанія, даже округовъ, обращенныхъ къ полюсу,—и вскорѣ
островъ имѣлъ такое же, а можетъ быть даже и болѣе значительное населеніе, нежели
въ наши дни. Бел сомнѣнія, Исландія—очень обширна, такь какъ ея поверхность
почти равна одной пятой Франціи; съ точки зрѣнія климата она также имѣетъ нѣко-
торыя преимущества, такъ какъ ея средняя температура—около 5’ И. и даже болѣе—
выше, чѣмъ можно было ожидать оть стол высокихъ широтъ. По это преимущество,
происходящее оть теплыхъ южныхъ теченій, приходящихъ у западныхъ и даже сѣвер-
ныхъ береговъ, въ иные годы уничтожается благодаря преобладанію холоднаго поляр-
936
наго теченія, омывающаго восточные берега и отчасти южные; сіу чается, что надолго
островъ загромождается льцпнаии, и полярные медвѣди, высаживаясь на серегъ, напа-
даютъ па стада. Смотря по взаимодѣйствію теплаго или холоднаго теченія, температура
зимы одной и той же мѣстности можетъ въ иные годы различаться па 15°. Весна,
столь мягкая и пріятная въ другихъ странахъ Европы, сопровождается здѣсь почти по-
стоянными бурями съ дождями. Лѣса Исландіи состоятъ
лыіъ кустари иковъ; да я этого
времени, когда упорнымъ изслѣ-
дователямъ, благодаря энергіи и
тѣмъ ресурсамъ, какіо даегъ
наука, удалось познакомиться съ
нутреннею частью острна, мно-
гія области были совершена ' не-
доступны пзъ-за обилія снѣговъ,
льдовъ, бурныхъ рѣкъ и топкихъ
трясинъ; иногда вулканы выбра-
сываютъ здѣсь цѣлыя тучи пепла,
покрывающаго поля и луга, обре-
кая этимъ па голодъ о людей,
и скотъ. Во время голода или
неурожая Исландія, изолирован-
ная среди огромнаго океана, не
имѣла дружескаго народа, кото-
рый снабжалъ бы ее хлѣбомъ,—
и исландцамъ приходилось при-
бѣгать къ чрезвычайнымъ мѣ-
рамъ, чтобы спасти і воихъ дѣтей
отъ голодной смертп.
Однако, несмотря на этп
крайнія трудности существованія,
исландцамъ удалось съ самаго
начала, съ точки зрѣнія умствен-
наго в моральнаго развитія, за-
во изъ деревьевъ, а низкорос-
пѣть на громадныхъ пространствахъ. До новѣйшаго
Скандинавская .дадьн.
ііять одн» изъ первыхъ мѣстъ іъ мірѣ, если но самое первое, принимая во вниманіе
ихъ малочисленность. Защищенные морями въ теченіе 3‘/з вѣкомъ, исландцы удачнѣе, не-
жели жителиТрондгейма, сохранили свое достоинство свободныхъ людей: у ивхъ не было па
царей, на феодальныхъ князей, ни іерархіи, ни военныхъ установленій. Общіе интересы сво-
бодно обсуждались всѣми обитателями, одѣтыми въ воинскіе доспѣхи, символизировав-
шими аосолютиое право каждаго личной обор«иы. Мѣстомъ сбора ихъ, служившимъ
также и мѣстомъ ежегодной ярмарки, служила вулканическая мѣстность Альманайя, или
«проходъ всѣхъ людей»; эта мѣстность, считавшаяся какъ бы столицей Исландіи, была
равнина застывшей лавы между стѣнами оазсѣлены. Здѣсь на огромномъ утесѣ, по
936
бокамъ котораго были высѣчены ступени, становился «чтецъ закона», «Іо^гпасіг»,
громко чіітаіиіій постановленія прежнихъ народныхъ собраній; тѣ пзъ постановіеній,
которыя онъ но читалъ вь течете трехъ лѣтъ и объявленія которыхъ не требовали
собравшіеся, считались уничтоженными. У подножія Альмаііайя, па равнинѣ Типгвел-
лирь, покрытой растрескавшейся лавой, находился «холмъ яакова», гдѣ становились
лицомъ къ лицу судья и обвиняемый, подъ бдительными взорами собранія.
Оставшись свободными, гордые «буендп» Исландіи могли заботливо пополнять со-
кровищницу знаній. принесенныхъ ихь отцами съ далекой родины; каждая самая умѣла
читать; профессіи щитовъ и разсказчиковъ древнихъ поэмъ пользовались общимъ ува-
женіемъ, и на каждомъ кораблѣ, нагруженной ь трескою для долгихъ постовъ заштдноі*
Европы, отправлялись также «скальпы», искавшіе по свѣту новостей, чтобы потомъ
разсказать ихъ гъ своемъ отечествѣ. Это было одною изъ причинъ замѣчательнаго ум-
ственнаго развитія исландцевъ.
«Островъ льдовъ» находился въ мирѣ со всѣми чужеземными странами; его жи-
телямъ не угрохало насиліе даже въ военное время: въ то время, какъ англійскій ку-
пецъ, отправляясь ьъ Норвегію, или норвежскій, проѣзжая по Англіи, рисковалъ быть
ограбленнымъ, можетъ быть, даже попасться въ плѣнъ или быть убитымъ, ьеландецъ
свободно проѣзжалъ вездѣ, увѣренный въ радушномъ гостепріимствѣ. Благодаря этимъ
общимъ условіямъ свободы и благополучія, обращеніе исландцевъ вь христіанство
лронзошло, подобно колонизаціи, безъ борьбы и гражданской войны. Первые бѣглецы—
поселенцы были еще язычниками, по послѣдующіе оказались ужо подъ вліяніемъ хри-
стіанскаго ученія, и мало по налу, путемъ бесѣдъ вечеромъ предъ очаговъ, новая вѣра
замѣнила прежнюю илв скорѣй, примѣнялась къ ней. Скандинавскіе боін пе разсма-
тривались, какъ воплощеніе дьявола, а постепенно превратились въ божественныя лич-
ности христіанской религіи: самое имя Бога, призывавшагося обращенными вь христіан-
ство исландцами, осталось то же самое, какъ и въ языческія времена,—Адліфадиръ, «отецъ
міра», ш выѣлъ надобности покидать небеса, чтобы уступить свое мѣсто новому прц-
ѵіельцу. Произошло даже неслыханное въ исторіи христіанства дѣло: всландскіс хри-
стіане по только не разрушили памятниковъ древней, языческий исторіи, а старались
благоговѣйно собирать пхъ; такъ, сохранились: относящіяся къ 1100 г. произведеніи
Земувда Зигфузена, по лѣтъ позднѣе—произведенія Снорро Стур.іезона, автора Неіпь-
кгшдіа—«Кругъ міра»,—н особенно изь исторіи норвежскихъ королей живыя герои-
ческія легенды. Благодаря стараніямъ этихъ сбращенныхъ въ христіанство исландцевъ
были собраны пѣсни Эдды, или «Старой оаоушки», самый драгоцѣнный источникъ ми-
оологіи древнихъ скандинавовъ.
Открытіе Гренландіи и Америки нужно также приписать исландскимъ норманнамъ.
Только три года спустя послѣ общаго переселенія па «островъ льдовъ», одмнъ изслѣ-
дователь, Гупнбьорнъ, наткнулся на другую «ледяную землю», которую онъ не счелъ
удобной для колонизаціи. Но одинъ бѣглецъ, Эрикъ Рыжій, направился къ эт»й новой
землѣ, обойдя еп крайній мысъ, Варфь, извѣстный теперь подъ англійскимъ названіемъ
Фаруэлль, потомъ, прибывъ на западное побережье, оенчвадь первоѵ европейское по-
соленіе въ Новомъ Свѣтѣ. Страна оыла такъ і урона, полоска культурной земли у под-
937
ножія горъ п ледниковъ была такъ узка, что другіе изслѣдователи съ полнымъ пра-
вомъ могли назвать эту страну «Землей отчаянія*, но Эрикъ Рыжій, понимая, что для
того, чтобы «составить хорошую репутацію о своей колоніи, нужно дать ей Хорошее
названіе», смѣло назвать ее Гренландіей, «Зеленою землею»,—и хитрость ого вполнѣ
удалась: вскорѣ норманновъ оказалось здѣсь столько же, сколько мѣстныхъ эскимосовъ;
опи понастроили себѣ деревень, даже городовъ, потомъ, сдѣлавшись христіанами, по-
добно своимъ исландскимъ собратьямъ, выстроили церкви, остатки которыхъ сохранились
до сихъ поръ. Гренландскою анархіею управлялъ назначаемый римскимъ напой епископъ.
Ііо сила распространенія норманновъ еще не ослабла, и на прошло двухъ десяти-
лѣтій со времени заселенія гренландскаго побережья Эрякомъ Рыжнмь, какъ были
открыты новыя земли, и между прочимъ та, которая носитъ теперь названіе «Новой
Земли», Фунду-ніа-Ландъ, пли Геллулавдъ. Первое путешествіе въ эти страны было
совершено противъ води нѣсколькими судами, сбившимися съ пути вь туманѣ, по въ
ІООо г. Лейфъ Эриксонъ, сыть перваго гренландскаго колониста, ужо съ намѣреніемъ
пустился къ южнымъ берегамъ, извѣстнымъ теперь модъ именемъ Лабрад >ра, земли св.
Лаврентія и Новой Англіи. Онъ дошелъ до «страны виноградной лозы», или Винлапта,
названной такъ по обилію дикаго винограда, который былъ узнанъ германцемъ Тирке-
ромъ, однимъ изъ спутниковъ Лейфа. Пакую страну нужно разумѣть подъ этимъ нор-
мандскимъ названіемъ? Если правильно толкуйте» одно мѣсто сагъ, гдѣ говорится о
продолжительности зимнихъ дней вь Впплавдѣ, то эту страну нужно искать между
40° и 42° сѣв. шар., т. е. на берегахъ Массачузетса. Между различными остатками,
которыя считаются доказательствомъ этого великаго географическаго событія, нѣкоторыя
описаны Горсфордомъ такъ, что его описаніе вполнѣ приложимо къ сооруженіямъ, воз-
двигавшимся въ ту же ?иоху въ Исландіи. Впрочемъ, эти памятники до того гро-
моздки, что все-таки остается сомнѣніе, дѣйствительно ли норманны были въ окрест-
ностяхъ современнаго Бостона. Густавъ Штормъ считаетъ безспорнымъ, что Винлавдъ
ничто иное, какъ часть Новой Шотландіи, лежащая противъ Ньюфаундленда (но-
вой земли).
Какъ бы то ни было, норманскія путешествія къ берегамъ Сѣв. Америки были
пе мноючислснны. а послѣ стали совершаться все рѣже и рѣже. Одна руническая над-
пись, относящаяся къ половинѣ XI вѣка, разсказываетъ о несчастномъ путешествіи
одного нормандскаго судна, направлявшагося въ Винляндъ, которое погибло «среди
льдовъ пустыппіго миря». Въ XII в. путешествія совершенно прекратились, вслѣдствіе
трудности плаванія, такъ какъ льдины ежегодно образовывали непроходимую или, по
крайней мѣрѣ, крайне опасную для прохода преграду между Исландіей и южною частью
Гренландіи. «Земля виноградной лозы» такимъ образомъ затерялась для норманновъ,
ио легендарная память о пой еще долго жила среди пихь, какъ воспоминаніе о зем-
номъ раѣ. Адамъ Бромъ разсказываетъ въ своей церковной исторіи, (Оставленной около
1070 г., что король Свенъ Эстридсоігь говорилъ ему о полынямъ островѣ Виилэпдѣ,
расположенномъ очень далеко вь западномъ морѣ, и расхваливалъ ому превосходные
плоди дикаго винграда, растущаго тамъ, ровно какъ п хлѣбныя поля, дающ’я безъ
всякаго искусственнаго посѣва урожаи амъ 100.
038
Потомъ в легенда затерялась, подобно самому открытію; назвапіг отитъ отдален-
ныхъ странь осталось только въ памяти разсказчиковъ сагъ и людей, читавшихъ древнія
рукописи. Забыли даже про Гренландію,—н причиною такого забвенія является по одна
только трудность путешествія туда: подобно большинству регрессивныхъ движеній ьъ
исторіи, се іужно видѣть въ общемъ уменьшеніи иниціативы, чт<» явилось слѣдствіемъ
усиленія центральной власти, всегда разрушающей энергію отдѣльныхъ гинь. Уже въ
1261 г. Гренландія подпала подъ непосредственную политическую зависимость отъ
Норвегіи; торговля между метрополіей н колоніей сдѣлалась королевской монополіей, и
экспозиціи, сдѣлавшись «казенными», стало все рѣже и рѣже. Послѣдней судно изъ
Маркланда, съ рейсомъ на Гренландію, отправилось въ 1347 г. потомъ, въ 13в7 г.,
когда королева Маргарита, объедишіьшіи модъ своею властью Данію, Норвегію и
Швецію, объявила своею привилегіей торговлю со всѣми колошами своего государ-
ства, отъ Финляндіи до Гренландіи, вышло, что кѵраоли, отправлявшіеся изъ Даніи
подъ государственнымъ флагомъ, правильнымъ рейсомъ на Фарерскіе о-ва и Исландію,
не имѣли болѣе времени дойти до «Зеленой земли». Отсутствіе же сообщеній въ концѣ
концовъ привело къ полному прекращенію всякихъ сношеній съ древнею колоніей; по-
слѣднюю такъ основательно забыли, что оспаривали самое существованіе страны, когда-
то регулярно платившей подати казнѣ и «лепту св. Петра» Риму,—гдѣ даже проповѣ-
лывалп крестовые походы, какъ въ другихъ христіанскихъ странахъ. Отъ нея осталось
только названіе, ваноснмоп па карты, и моряки, повторяя разсказы древпихъ, сооб-
щали, что ледяная стѣна протянулась па западъ оть Исландіи. навсегда прервавъ
судоходное сообщппіе здѣсь.
Тогда какъ пормаииы, «люди сѣвера», называвшіеся также «людьми моря», на-
правлялись ко всѣмъ берегамъ южной Европы, къ полярнымъ островамъ и полуостро-
вамъ, другіе народы находились еще подъ вліяніемъ огромной волны всѵоощаго движенія,
всколебавшей народы, низвергнувшей Римскую имперію и нарушившей равновѣсіе наро-
довъ. Первый періодъ переселенія во время Гснзериха, Алариха и Атиллы привелъ въ
движеніе в^ѣ народи древняго міра, оть береговъ Японскаго моря до береговъ Среди-
земнаго и Атлантики; во главный результатъ ого заключается въ томъ, что явственно
установлено зпачешо норманскихъ народовъ и неоспоримое владѣніе ихъ различными
странами, образовавшими отдѣльныя государства. Въ ту самую эпоху, когда, потъ упра-
вленіемъ Карла Великаго, германская народность получила преобладаніе между наро-
дами. стала ивітвенпѣй очерчиваться въ исторія другая этническая группа, славяне,
извѣстные ранѣе подъ общими названіями скиновъ, сарматовъ, гьперрейцовъ; онн
начинали объединяться въ государства, находящіяся уже подъ непосредственнымъ влія-
ніемъ христіанства и греко-римской цивилизаціи.
Въ началѣ писанной исторіи европейскіе пароды, финикіяне и греки, о пѣло только
смутное представленіе > громадныхъ странахъ сѣвера, прилегающихъ къ другимъ морямъ
п насоленныхъ народами другой расы и другихъ нравовъ, нежели обитатели средиземно-
морскихъ областей. Этотъ міръ, куда они не проникло, оставался до того темнымъ для
нихъ, что о вемъ ходили удивительные разсказы и басни, къ которымъ примѣшивалась,
впрочемъ, часяіца истины. Такъ, разсказъ Геродота, что «ты сѣють хлѣбъ не дла
939
употребленія, а для продажи» (ян ГѴ), доказываетъ, что греки всс-таки имѣли нѣко-
торыя свѣдѣнія объ этихъ богатыхъ странахъ, черноземъ которыхъ въ изобиліи проин
водилъ хлѣба для вывозной торговли. За этими предѣлами, какъ говорили, находились
совершенно необитаемыя области, «мѣстности, которыхъ нельзя ни увидѣть, ни достичь
изъ-за разсыпанныхъ по землѣ перьевъ». Дѣйствительно, говоритъ Геродоіъ (кн. IV),—
«каждый при видѣ падающаго хлопьями снѣга скажетъ, что этихлопья походятъ на перья».
Сѣверные берега Шотландіи.
Г: 2 5000С0
о '	50	100	150 Иилом
Жизнь скиновъ, какъ ее -писываютъ древніе авторы, является именно такой,
какая опредѣляется почвенными и климатическими условіями страны. Если осѣдлые или
полу-осѣдлые земледѣльцы п занимали наиболѣе плодородныя мѣстности, то большая
часть народа, слишкомъ незначительнаго для огромнаго пространства страны, состояло
изъ пастуховъ, бродившихъ по степямъ со стадами домашнихъ животныхъ, лошадей,
быковъ и овецъ. Описанія, которыя даются при этомъ авторами, почти совпадаютъ съ
тѣми, какія спустя десять лѣтъ дѣлали лѣтописцы, говоря о гуннахъ, и какія, сто
чрезъ пѣскодькп столѣтій, характеризовали монголовъ. Скиоы жили или совсѣмъ белъ
940
крова или въ палаткахъ, когда въ случаѣ пересоленіи женщины мярпо запинались работами
иа своихъ совозкахъ, а мужчины ѣхали сбоку, одѣтые вь шкуры илв даже вь кожу
павшихъ враговъ, съ колчанами, къ которымъ были привязаны отрѣзанныя у трупа
руки. Привыкшіе часто мѣнять мѣста обитанія, не заботясь о тѣхъ, кто занималъ ихъ
ранѣе, скиѳы являлись опасныиъ, воинственнымъ народомъ; «пи избѣгали правильныхъ
сраженій, предпі-чйтая быстрыя, внезапныя нападенія, за которыми слѣдоіали столь жо
быстрыя отступленія; зато они сплачивались въ огромныя арміи, когда дѣло шло о
защитѣ кургановъ, подъ которыми і окоинсь пхъ предки. Эти пароды презирала смерть.
До средины X вѣка у славянъ современной Польши широко практиковался ооычай
добровольнаго сожженія вдовъ на кострѣ умершаго мужа. Во времена Геродота, масса-
геты, чувствуя приближеніе старости, убивались своими родными, п ихъ мясо, смѣ-
шанное съ мясомъ различныхъ животныхъ, поѣдаюсь на тризнѣ, справлявшейся въ
память умершаго; тотъ же, кто имѣлъ несчастій умереть отъ болѣзни не удостоивадся
такой почетной тризны, такъ какъ его смерть считалась де нѣкоторой степени по-
стыдной. Гасконки, произведенные вь моіпліныхь курганахъ южной Россіи, дополняютъ
зги разсказы Геродота.
При погребеніи знатныхъ лицъ, его жена, рабы, лошади слѣдовали за умершимъ
въ могилу; оттого, дѣйствительно, въ княжескихъ могилахъ находятъ коети многочи-
сленныхъ жертвъ втого обычая. Въ могильникахъ находятся также зслотыя и мѣдныя
издѣлія, оружіе и украшенія, по желѣзный предметы встрѣчаются довольно рѣдко, что
доказываетъ, что въ эту эпоху желѣзо едва проникало въ страну.
Золото, а также олово и мѣдь, необходимыя для приготовленія бронзы, но на-
ходятся, однако, на скиескнхъ равнинахъ и должны были привозиться изъ другихъ
странъ. Съ самыхъ отдаленныхъ временъ обитатели сарматскихъ равнинъ, несмотря на
свою воинственность, должны были приспособиться къ необходимости вегтн торшвлю:
посредниками ея являлись торговцы, образовавшіе особыя касты, почти всегда находив-
шіяся въ пренебреженіи, но все-такп неизбѣжныя; торговцы странствовали со своими
товарами по намѣченныхъ съ незапамятныхъ временъ путямъ и нользоватпсь полною
безнаказанностью, благодаря покровительству, всѣми оказываемому имъ. Такъ, драго-
цѣнные матеріалы, необходимы ^ для производства издѣлій, передавались по историче-
скимъ путямъ Азіи, между Китаемъ и Западомъ, между Кавказомъ и странами сѣвера.
Торговые пути сходились также у Пота Евксннскаго, гдѣ утвердились греческіе коло-
нисты, окруженные полу-эллинизированными народностями- Торговля золотомъ, какъ это
извѣстно изъ Исхода аргонавтовъ, имѣла одинъ изъ своихъ главнѣйшихъ рынковъ на
южномъ стонѣ Кавказа, въ Колхидѣ, нынѣшней Грузіи. Эта страна обладала также
залежами олова, которыя снабжали техниковъ этою необходимою составною частью
бронзы (Е. Піантръ). Со временъ Геродота, торговцы, приходившіе изъ этихъ кавказ-
скихъ областей, а также азіатскіе купцы доставляли привозимые ими металлы въ гор.
Ольвію, на нынѣшнемъ теченіи Борисоена. Позднѣе, другой греческій городъ Панти-
вапея, нынѣшній Керчь, лежащій у пролива Азовскаго моря въ Черное, унаслѣдовалъ
эту торговлю съ Азіей. Впрочемъ, каждый изъ торговцевъ дѣлалъ лишь часть пути, и
драгоцѣнные товары, необходимые для изготовленія предметовъ роскоши, доставлялись
941
караванами отъ итапа кь этапу, отъ ринка къ рынку, пока не достигали Цинга
Евкгпнскаіи.
Смѣшиваніе е скрещиваніе пошали ва собою то, что ьсѣ славяне или главявн-
Віѵржеаіе пормаииовъ въ Россію.
Г. 20000000
о	^ое	-ооо Килом.
Пути вторженія '.армвиповъ-парлтов-ь въ Р-іссік. хввооешз пв Лѵфоіру (бегтвіпе о4 Чілтев); про-
хожденіе завоевателей указывается также въ той области, которая топоръ представляетъ собою
Польшу, Разсказываютъ, что именно обитатели Новгородской области прогтіп варяговъ ,.придти—
и владѣть пмии, Норманны трижды поятія лисъ подъ стѣнами Коистадтпнопопя—въ 903, 907 и 930 г.
Извѣстно такжѵ. что спеціальная гвардія, охрапявшая византійскихъ ими ораторовъ, набиралась пзъ
норманновъ.
зареванные современные народы, “іаклке какь другіе обитатели великихъ равнинъ Европо-
Азін, финны и тюркя, могутъ считать свонмн предками не только воинственныя племена,
942
оставившія послѣ себя курганы кь южн»й Россіи, но также п древнія народности ру-
докоповъ и торговцевъ, носиьшіп названіе «чуди» Въ народномъ воображеніи «чудь»
рисуется вс столько въ видѣ класса, касты пли отдѣльной народности, сколько вь
видѣ таинственной расы гномовъ или карликовъ, умѣвшихъ дооывать металлы изъ рръ
и извлекать изъ нѣдръ земли драгоцѣнные камни.
Вь началѣ среднихъ вѣковъ нѣтъ еще общаго наименованія, которое обнимало
бы различныя народности, извѣстныя теперь подъ названіемъ «славянъ»,—терминъ,
лр «исхожденіе котораго неизвѣстно. Можетъ быть, онъ происходитъ отъ корня «слава»,
но оказывается, что первые славяне, косившіе вто имя, были мирные земледѣльцы,
добродушные и мягкіе, живши- община ми и не претендовавшіе ва репутацію воиновъ и
завоевателей. Лишь позднѣе, благодаря развитію патріотическаго чувства, этотъ термовъ
сталъ означать «славные», «знаменитые»,—пароды любятъ измѣнять слова, чтобы они
служили для ихъ собственнаго прославленія. Вѣроятно, что настоящая этимологія на-
званія «славяне» происходитъ оть «слово», указывая такимъ образенъ на собраніе
людей, говорящихъ на одномъ г.-нятн мъ нарѣчіи Затѣмъ, п<> странной ироніи судьбы,
слово «славянинъ» (яіаѵоп, зсЬіаѵолі, езсіаѵоп) сдѣлалось у венеціанцевъ, а потомъ
и у всѣхъ западныхъ народовъ Европы, синонимомъ плѣнника, раба (сзсіаѵе),—такъ
велико было число плѣнниковъ, которыхъ захватили христіанскіе завоеватели и распро-
странители, начиная съ Карла Великаго, между этими воіточпыми племенами, за время
язычества послѣднихъ и даже послѣ обращенія въ христіанство. Фактъ — общепризнанный
въ исторіи, что христіанство и рабство, явившіяся съ Запада, въ одно и то же время
проникли въ славянскія страны.
Долго земледѣльческіе народы славянскихъ земель не сознавали своего родства.
Во время своихъ переселеній онп ни обнаруживали никакой связи и разбредались пс
разнымъ странамъ Европы. Такъ, венеты, которые перешли чрезъ Альпы, и названіе
которыхъ сохранилось въ современной Венеціи, — собратья гѣхь в-нстовъ, которыхъ
германцы называли вевдами и которые проникли въ сѣверную Германію вплоть до
Эльбы, а на югъ до р. Заале; одн? изъ ихь племенъ достигло даже страны Люнсбурга,
между Эльбою и Везоромъ, а названія рѣкъ и мѣстностей показываюсь, что они были
и въ Фраяконіи, гдѣ теперь іаходится г. Нюрнбергъ. По направленію къ югу втор-
женія славянъ слѣдовали за вторженіями готовь и другихъ германскихъ народовъ, увле-
каемыхъ къ югу я западу; славяне заняли дунайскія облатти, извѣстныя теперь подъ
именемъ Верхней Австріи, п большую часть Балканскаго полуострова
Македонія, Ѳракія, Ѳессалія сдѣлались славянскими странами; эіи сѣверные за-
воеватели проникли даже вь Пелопоиезъ, и вся Грошя получила пазнаиіо «Славій»:
географическія названія этой мѣстности дозволяютъ судить, какъ велико было вліяніе
языка (очень близкаго къ нынѣшнему сербскому), который принесли съ собою при-
шельцы, что бы ші говорили нѣкоторые греческіе писатели, гордые славою своихъ пред-
ковъ, но скрещиваніе славянъ съ туземцами измѣнило этническіе элементы древней
Греціи, хотя продукты смѣшенія, подъ могущественнымъ вліяніемъ географической среды,
постепенно возстановили греческій типъ, близкій къ др выему, кань эго видно по со-
временнымъ грокамъ.
943
Странствуя по низменнымъ равнинамъ, но имѣющимъ естественныхъ границъ, ко
торыя могло бы служить защитою противъ окружающихъ германскихъ народностей,
славянскія племена естественно очутились въ положеніи неустойчивомъ и въ теченіе
слѣдующаго тысячелѣтія должны были отступить съ занятыхъ иыи странъ: пхъ мѣсто
большею частью заняли нѣмцы. То при помощи завоеваній и избіеній, то путемъ мед-
леннаго прониканія и вліянія мирной культуры, послѣдніе оттѣснили славянскій эле-
ментъ къ степямъ, откуда тотъ первоначально и гыше.ть. Однако, какъ разъ вь центрѣ
Исландія—островъ льдовъ и лавы.
1 : 5 000 000
о	іес	аоо	’ооКилом
Вв юго-востокѣ острова, Идгодьфъ-гефди «аиомігпмтъ о томъ пунктѣ, гдѣ імасадплисъ первые
норвежскіе колонисты. Озеро къ югу отъ Альмапаггья—Озеро Типгветапръ
Европы и тс-рманскаго міра, чехи и нхъ собратья—иоравы удержались прочно. Это
произошло оттого, что большой четыреугольникъ Богеміи, занятый нѣкогда кельтами—
боями, образуетъ настоящую природную крѣпость, замѣчательно правильной геометри-
ческой формы. Верхній бассейнъ Эльбы и ея главнаго притока Вптавы иди Молдажа
< скрывается для германскихъ областей только по длинному извилистому ущелью; съ
трехъ сторонъ, юго-запада, сѣверо-запада и сѣверо-востока, Баварія защищена горами,
которыя до проведенія дорогъ служили двойнымъ препятствіемъ,—благодаря покпыеавшпмъ
ихъ лѣсамъ, крутизнѣ горъ и пустынности вхъ. Четвертая сторона Богемскаго четыре-
944
угольника, юго-восточная, также представляетъ рядъ хреотовъ и перо постой, служащихъ,
водораздѣломъ между притоками Эльбы и притоками Дуная; ли высоты, гдѣ съ дав
пвхъ поръ довивалась руды, былп оолѣе удобоироіоднмы, вежелн другія стороны ройба,
и оолеічаля такимъ ооразомь сооощенія мслау богемской впадявпй и восточными стра-
нами, откуда явились чехи. Въ то же время глубокое вдавленіе, которое открывается
съ юга на сѣверъ долиною Моравы, между долиною Дуная и верхнимъ бассейномъ
Одера, облегчало возможность германскаго давленія, и съ этой стороны владѣнія сла-
вянъ оказались чрезвычайно сужены нѣмцами.
Народи финскаго происхожденія, которые постѣ славянъ численно преобладали
среди населенія равнинъ восточной Европы, были также увлечены общимъ переселенче-
скимъ движеніемъ и послѣдовали за авангардомъ, состоявшимъ пзъ германцевъ и сла-
вянъ. Но часто случалось, что переселенцы смѣшивались и вліяли другъ па друга, бла
гидаря взаимнымъ встрѣчамъ; даже языки я воспоминанія о первобытномъ иропехежденін
измѣнялись во время путешествія. Такое явленіе предітавляютъ, напр., болгары. Эіл
ооитатели древней Мсзіи были, безъ сомнѣнія, угрскаго происхожденія, подоено гуннамъ,
и ихъ первоначальный языкъ долженъ былъ походить на языкъ самоѣдовъ, вхъ род-
ственниковъ, оттѣсненныхъ къ берегамъ Ледовятаго океана. Исторія застаетъ ихъ ва
оерегахъ р. Волги, отъ которой они получили свое названіе, если т лыіо не на оборотъ:
рѣка получила свое названіе отъ нихъ; ихъ столица, расположенная у впаденія Камы,
была однимъ изъ главнѣйшихъ торговыіъ центровъ восточнаго міра. Судьба болгаръ,
ихъ завоеванія, пораженія, бѣдствія представляютъ одну изъ ужаснѣйшихъ страницъ въ
лѣтопя-яхъ переселеній ‘оинственныгь народовъ. Въ теченіе итигь войнъ она перемѣ-
шивались со всѣми этническими остатками побѣжденныхъ ароловъ. Имя ихъ, произно-
симое съ ужасомъ, сдѣлалось па языкахъ западныхъ народовъ однимъ изъ наиболѣе
зловѣщихъ; даже въ отдаленной Бразиліи индѣйцы, долгое время наводившіе ужасъ на
португальскихъ колонистовъ, получили -гъ послѣднихъ названіе бугровъ, по имени той
же угрской народности. Перейдя въ первый разъ Дунай іп> 493 г., болгары въ теченіе
болѣе 4 вѣковъ являлись постоянной угрозой для Восточной Имперіи; въ 814 г. онл
подступили къ стѣнамъ Константинополя; сто лѣтъ спустя, Василій И армянинъ полу-
чилъ признаніе «бодгароубійцы», оправдываемое его жестокими дѣяніями. Тѣмъ не менѣе
болгары, принявшіе тѣмъ временемъ христіанство, все таки удержались южнѣе Души,
хотя такъ смѣшались съ другими оришельцаля, что пхъ угрское происхожденіе оовѳр-
шеііио исчезло,—они сдѣлались славянами и по языку, и по нравамъ, подобно своимъ
сосѣдямъ-русскимъ.
Другія народности финскаго корпя, также проникшія па равнины Восточной
Европы, моглн остаться, если не совершенно чистыми, то со крайней мѣрѣ настолько
обособленными, что сохранили свой древшн языкъ п древніе нравы. Между этими фин-
скими племенами <еамъ> или «лопвфи» занимаютъ совершенно особое положеніе вслѣд-
ствіе географическихъ условій, которымъ они подпали послѣ того, какъ были оттѣснены
къ сѣверу съ обѣихъ сторонъ Ботническаго залива, въ Финляндіи н Швеціи; въ этихъ стра-
нахъ, гдѣ земледѣліе возможно только въ немногихъ, хорошо защищенныхъ мѣстностяхъ,
единственнымъ источникомъ пропитанія человѣка явлаѳтел рыба и кровь, мясо и молоко
945
оленей; лопари принуждены поэтому вести жизнь кочевника, тѣмъ бо.тЬе, что лишаи, эта
главная пища домашнихъ оленей, появляются опять только чрезъ 10 лѣтъ послѣ стра-
вливанія пхъ оленями. Во внутреннихъ округахъ, гдѣ семьи номадовъ не имѣютъ доста-
точно рыбы и гдѣ земледѣліе невозможно, обычную нишу ихъ составляютъ зимою мохъ,
одна горькая трава и древесная кора; иногда сюда прибавляютъ мучнистую землю, обра-
зуемую большею частью крупинками слюды. 11о Дюбепу, языкъ лопарей заключаетъ въ
собѣ 41 слово для обозначенія снѣга, 20—для обозначенія льда и 26—для обозначенія
замерзанія и оттаиванія. Ѣсть, чтобы жить, — такое единственное занятіе этпхъ людей
Далекія путешествія пориаиновъ
I 75 000 000
о юоо гос:
«ООО Килом.
Указанныя ва картѣ позванія тѣ, «вторыя встрѣчаются въ пслапдскихъ сагахъ. Отмѣчены на
картѣ: путь Оттара въ Віарміо л путь п&ряговъ въ Гарддрикъ и къ Мики-гарду (Копстантляо-
полю), а также путь Сигурда къ Св. Зсмяѣ,
сѣвера; пустыни вокругъ нихъ были слишкомъ обширны, а моря, скованныя льдомъ,
слишкомъ безлюдны, чтобы лопари могли находить источникъ существованія въ морскихъ
разбояхъ, подобно своимъ южнымъ сосѣдямъ, пірманпамъ.
Многія народности иного происхожденія, нежели славянскія племена Россіи,
именно — башкиры, остяки, вогулы, мордва, черемисы, чуваши, зыряне, вотяки п другія,
имѣли слишкомъ мало этнической связи, и ихъ полукочевой образъ жизни давалъ заня-
тымъ имп территоріямъ слишкомъ расплывчатыя очертанія, чтобы опи могли образовать
націи, принимающія сознательное участвіе въ исторіи Европы; однако, тѣ изъ племенъ,
которыя основались на берегахъ Балтійскаго моря, Эсты з Ливы, Карелы и Финны,
алпзм ркклю. вып. ѵі.	60
946
могла, 'О крайнее мѣрѣ, основать свое рѣзво опредѣленное отечество. Уже подъ име-
немъ біармійцевъ, когда опи обитхіп далѣе къ востоку, въ Біарміи или Пермскомъ краѣ,
эти финскія и домена пріобрѣли довольно большое значеніе, въ качествѣ посредниковъ
въ торговлѣ между Европой и Азіей; съ нвмеі стали считаться еще больше, когда они
прибыли на берега моря, которое привело идъ въ епопгеиія, хотя гі во прямыя, со стра-
нами Западной Европы. Они проникли до Скандинавіи, гдѣ очутились въ соприкосно-
веніи съ норманнами, во не имѣли силы бороться съ подобными соперниками п были
оттѣснены ими со Скандинавскаго полуострова въ «страну болотъ», Гспц-Іаші, оть
которой и подучили свои названія. Одно изъ илъ племенъ, квсверы, устроилось па во-
сточномъ берегу Ботническаго залива и обязано своимъ названіемъ, котороо по-шведски
значитъ «женщины», тому, что ихъ считали племенемъ амазонокъ, и въ качествѣ ихъ
они были извѣстны по всему древнему м:ру, благодаря разсказамъ арабскихъ морепла-
вателей Что касается до фппповъ, то самое отличіе ихъ по языку и правамъ, отъ сла-
вянъ и скандинавовъ было достаточно для топ», чтобы въ видъ видѣли колдуновъ.
Въ центрѣ Европы угры в тюрки, слѣдуя ко стонамъ готовъ, проникли гораздо
дальше на западъ, нежели финны; опи въ копцѣ копновь заняли почти весь громадный
амфитеатръ Карпатпвъ, представлявшій нѣкогда внутреннее море, образовавшееся оть
сліянія Дуная и Тиссы Азіатскіе пароды одинъ за другимъ устраивались здѣсь, благо-
даря тому, что равнина Альфельда напоминала имъ «море травъ» Монголіи, а окру-
жающія ее горы, покрытыя лѣсами и снѣгами,—Саянъ и Алтай. Гунны сдѣлали эту
мѣстность центромъ своихъ разбойничьихъ набѣговъ; авары также владѣли здѣсь, между
Дунаемъ и Тнссой, крѣпостью округлой формы, за семью стѣнами, въ которой они
складывали добычу, награбленную ими вь теченіе трехъ вѣковъ въ греко-римскомъ мірѣ.
Послѣ поля&го оттѣсненія аваровъ, утратившихъ Даже свое имя и слившихся со славя-
нами или болгарами, другіе народы, пришедшіе изъ Азіи, также проникли вь великую рав-
вину, расположенную между Карпатами. Это были мадьяры, за которыми слѣдовали пече-
нѣги, затѣмъ купаны, палокры, языги; всѣ <>ни смѣшивались между собою, равно какъ
и съ хазарами, аварами и славянами, уже находившимися въ странѣ.
Мадьяры сохранили воспоминаніе о проходѣ чрезъ Карпаты, которымъ -ни про-
никли въ страну, занимаемую ими уже въ теченіе 10 вѣковъ. Къ сѣверо-востоку отъ
большой дуги горъ, тамъ, гдѣ долина Стрыя, притока Днѣстра, приближается къ долинѣ
р. Латорезы, одного изь вернпхъ притоковъ Тиссы, открывается перевалъ Веречке,
наиболѣе высокій гребень котораго достигаетъ высоты 841 метра; господствующія же
надъ нимъ верпіпны поднимаются еще па ЗОО метровъ Проходъ здѣсь очень легокъ.
Это и были ворота, которыми проникли мадьяры,—«дорога мадьяровъ», какъ н теперь
говорить окрестное населеніе. Здѣсь венгерскій народъ, тѣснимый печенѣгами, создалъ,
при содѣйствіи Ариульфа Каряптскаго, побѣдителя норманновъ, снен главнѣйшія защитныя
сооруженія: городъ Мункасъ, господствующій надъ горнымъ проходомъ съ юга, долженъ
былъ служить караульнымъ постомъ до прошлаго вѣка, препятствуя проникать этимъ
проходомъ враждебнымъ арміямъ нѣмцевъ, славянъ, угровъ. Однако, нѣкоторые бѣглецы
« между прочимъ тѣ самые печенѣги, которые преслѣдовали мадьяръ въ 898 г., пришла
здѣсьпросиіь пріюта у венгровъ, сдѣлавшихся безсопорними владѣльцами великой равнины.
917
Будучи еще язычниками, когда они завоевывали эту страну подъ предводитель-
ствомъ Арвада, венгры ринулись па христіанскій міръ съ тою же яростью, какъ и вхъ
Путп славянъ по Европѣ.
1 : 20 000 000
о
500
• ООО Иилоьѵ
ІНтриховЕОдл покрыты тѣ Ооласти, пасѳлоніѳ которыхъ говорить въ настоящее время на славян-
скихъ нарѣчіяхъ. Пунктирныя дипіи отмѣчаютъ, но Лофспру, обіцоо движеніе славянъ съ V вѣка,
до Р. Хр. до ѴШ в. по Р. Хр.
948
предшественники, гунны п авары; онп прошли своими грабежами всю южную Германію
и проникали, съ одной стороны, до Италіи, съ другой—до Франціи, Силы ихь былп,
однако, сломлены германскими императорами ьъ двухъ рѣшительныхъ битвахъ,—и они
принуждены были замкнуться въ своемъ обширномъ горномъ циркѣ н првпять религію
западныхъ народовъ: въ 1001 г., сто лѣсъ сп;стя послѣ вторженія, ихъ вождь получилъ
даже изъ рукъ папы корону, которая съ тѣхъ поръ стала называться «короною св.
Стефана». Будучи воинственнымъ пародомъ, венгры съ Пхъ поръ обратили свои
инстинкты борьбы противъ восточныхъ пародовъ, остававшихся еще явычннкаміі или
обращенныхъ въ Исламъ. ынв стали, съ восточной стороны, защитниками христіанской
Европы. Мирная жизнь землевладѣльцевъ не удовлетворяла ихь. Въ теченіе вѣковъ «ни оста-
на тась полу-ьочевниками, перехода изъ одной мѣстности вь Другую, по мѣрѣ истощенія
почвы, и были готовы перейти и въ другія, далекія страны, въ цѣляхъ грабежа и завое-
ваній. Весь народъ смотрѣлъ па себя, какъ на армію въ походѣ, подъ управленіемъ не
«короля Венгріи», а «короля Венгровъ». Впрочемъ, туземное выраженіе итйа§, («кор-
тежъ») употреблявшееся раньше для обозначенія спутниковъ военнаго вождя, стало въ
копцѣ концовъ прилагаться къ мѣсту пребыванія всей народности,— Маеуаг егягак—
«страна венгровъ».
Увлекаемые фантазіей, венгры охотно производятъ свою генеалогію отъ страшнаго
Іттіілы, короля іуппоігь; однако, весьма вѣроятно, что среди ихъ предковъ авары
значительно преобладали нагь гуннами, такъ какъ персыс непосредственно предшество-
вали имъ въ странѣ, да н пребывали въ исй гораздо дольше. Мадьяры, невидно,—
пародъ смѣшаннаго происхожденія и, какъ можно судить по ихь внѣшности, монголь-
скій типъ у нихъ рѣдокъ,—между пимн наблюдаются самыо разнообразные тпиы,
имѣющіе, однако, обще» сходство, которое придаетъ нмъ ловкая, свободная, даже
рыцарская походка. Что касается д<- языка, то онъ также свидѣтельствуетъ о хаотиче-
ской смѣси, въ которой объединяются элементы, характеризующіе эту націю. Мадьяр-
ское нарѣчіе ооразуется главнымъ образомъ изъ двухъ нарѣчіи—угрскаго и тюркскаго,
причемъ угрское служило для образованія конструкція фразъ, а тюркское—для образо-
ванія самихъ словъ, щнако, едва ли правильно вывести отсюда заключеніи, что мадь-
ярскій языкъ — угрікій, такъ же, какъ англійскій языкъ, благодаря «го синтаксису,
считать германскимъ нарѣчіемъ. Общій закопъ, по которому грамматика переходитъ взъ
одного языка въ другой въ видѣ неприкосновеннаго наслѣдства, равно какъ и другой
законъ, п„ которому наиболѣе древнимъ считается тотъ языкъ, который содержитъ слова,
относящіяся къ первооыгн'ій жизни народа,—пе имѣетъ значенія абсолютныхъ пра-
вилъ. Въ грамматикѣ мадьярскаго языка встрѣчаются какъ тюркскія, такъ (еще
чаще) угрскія формы; съ другой стороны, слова угрскаго происхожденія —бокъ-о-бокъ
съ тюркскими словами. Слова, означающія глазъ, ротъ, ухо, языкъ, зубъ, небо, рука,
сердце, кровь, мозгъ—угрскаго корня, между тѣмъ слова, означающія кисть руки,
колѣно, спина, животъ, носъ, шею, пупокъ, бороду, усы—тюркскаю происхожденія.
Нужно ли изъ итого заключить, что мадьяры—угрскаго происхожденія, н что тюркскіо
элементы между пнми явились на свѣтъ, лишенные тѣхъ органовъ, которые не нахо-
дятся вь ихъ словарѣ? Славяне также сильно сиссобствовали ооогащенію мадьярскаго
049
языка и даже его превращенію, такъ какъ ягъ словами были замѣнены многія старыя
слова. Въ общемъ нельзя отрицать, что въ составъ мадьярскаго языка вошли слова
самаго различнаго происхожденія, что, въ
свою очередь, указываетъ ва смѣшанное про-
исхожденіе самой народности.
Вь эпоху, когда венгры окончательно устроились
въ центральной Европѣ, ихъ родичи—тюрки чистой
расы, находилась «щи въ пути по направленію къ
Византійской имперій, которую въ копцѣ концовъ
они завоевала. Турки, идя «тукіу». называвшіе себя
«сынами волчицы», были груоыми варварами. Это
племя, въ которомъ Дегвнь видитъ наиболѣе типич-
ныхъ представителей тюркской расы, начало свои
завоеванія около средины Ѵі-го вѣка в въ нѣсколько
лѣтъ овладѣло всей Азіей, оть Кореи до Туркестана
Черезъ двѣсти лѣтъ это тюркское царство ужо но
существовало; его мѣсто заняло царетво уйгуровъ, дру,
гого тюркскаго племена, болѣе цивилизованнаго, благо-
даря несторіанскимъ миссіѵперамъ. Въ этихъ огром-
ныхъ странахъ, по имѣющихъ естественныхъ границъ,
государства, основываемыя завоеватслями-кочевникамн,
возникаютъ па различныхъ пунктахъ, внезапно раз-
ростаются до гигантскихъ размѣровъ, потомъ распа-
даются и исчезаютъ, какъ облака па небѣ. Къ тому
же, феодальныя связи, соединявшія отдѣльныхъ кня
зей съ «великимъ ханомъ», были мало врочпы, какъ
это можно судить по церемоніямъ возведенія на цар-
ство, описываемымъ однимъ китайскимъ писателемъ
«при возведеніи вождя на престолъ, — говорить >-пъ,—
военачальники переносятъ его въ носилкахъ изъ вой
дока и въ точеніе дни заставляютъ совершить девять
прогулокъ вокругъ города... Потомъ его берутъ подъ
рукп п сажаютъ на лошадь, затѣмъ стягиваютъ ему
шею шелковой лептой такъ сильно, что едва пе заду
шають, отпуская потомъ эту петлю, онм быстро обра-
щаются къ нему съ вопросомъ: «сколько дѣть ты бу-
дешь нашимъ хангиъ»? Царь, умъ котораго мутится
отъ всего происходящаго съ нимь, отвѣчаетъ, что
взбредегъ въ голову,—и его отвѣтъ истолковывается
подданными такъ, какъ имь кажется лучше*. Такимъ
образомъ, ханъ, играя разъ оракула, таинственно пред-
сказывалъ свою будущую судьбу, иногда, конечно,
далеко вс счастливо для ссбя
Скипетръ венгерскихъ
королей.
950
Уйгуры, имѣвшій большой значеніе среди народовъ Центра іьпМІ Азіи въ ту
віюху, когда долина Тарима, теперь почти пустынная, была гораздо больше насолена
покрыта городами, спящими теперь подъ безплодными песками,—эти уйгуры, пови-
димому, по принимали участія вь переселеніи пародовъ па западъ. Занимая область,
ясно огп»апачепнуиі съ трехъ еіоропъ, съ юга, запала и сѣвера, они мо ли спокойно
разы вить свою цивилизацію, занимавшую промежуточной мѣсто между китайскою цивили-
заціею и Оакіріанскою. Буддисты-путашисгвенникн, имена которыхъ сохранились вь
китайскихъ лѣтописяхъ, часто проѣзжали по эгой странѣ, не менѣе прекрасной, чѣмъ
Пьемонтъ или Ломбардія; овп вели дпетуны . вѣрѣ съ несторіанами, маздеистами и
мусульманами. Около 1000-го года нація уйгуровъ была въ большомъ почетѣ за свои
знанія и искусства; но если правда, какъ думаетъ большинство географовъ, изслѣдо-
вавшихъ почву страны, что снѣга на горахъ стало меньше, а потоки, сбѣгавшіе съ
горъ, постепенно изсякли, и что обширное «средиземное море» уйгуровъ превратилось
въ рядъ болотъ, перемѣщающихся съ мѣла на мѣсто потъ дѣйствіемъ вѣтровъ, то
естественно, чго а населеніе должно было уменьшаться: культурныхъ центровъ стало
меньше, и въ копцѣ концовъ вся этнпчетаая группа пастолькі уже утратила связь
между собою, что не могла противодѣйствовать натиску монголовъ съ волока. По, но
крайней мѣрѣ во время развитія своей цивилизаціи, уйгуры были естественными посред-
никами между ЕврвіоЯ и Азіей, и благодаря имъ арабскіе нутешествсппви узнали тѣ
пути, когорые по ту сторону Памира сходятся въ Лапъ-Чоу, на Желтой рѣкѣ, отсюда
соединился Китай съ Западомъ.
Другія тюркскія племена, приведенныя цродшествовавіш ми персселспіями на запад-
ные склонъ Небесныхъ горъ, въ страну, которая по игъ пиши долго называлась
Туркестаномъ, увидѣли предъ собою на западѣ совершенно открытое пространство,
и потянулись къ арабской цивилизаціи, какъ норманны — къ христіанской. Эта оыла
орда Сельджука, сельджукпды. Обращенные въ пеламъ, не тотъ исламъ, который испо-
зѣдывалв ихъ сосѣди, персы - шшды, а въ «православную* меккскую вѣру, они
пощадили п свовхъ братьевъ по вѣрѣ. Въ 1010 г. турки проникли на Иранское
плато черезъ Гератскій проходъ и отбросили къ востоку династію Гаянэ видовъ, самый
блестящій представитель которой, султанъ Махмудъ, только что умеръ (1033), введя
въ Лидіи, до береговъ Ганга, религію Магомета. Въ 1048 г. сельлжукпды столкнулись
въ Арменіи съ греками и оттѣснили ихъ: въ 1035 г. Тогрулъ, внукъ Сельджука, вошелъ
побѣдителемъ въ Багдадъ и поступилъ съ калифомъ, намѣстникомъ Магомета, почта
такъ же, какъ въ ту же самую эпоху Тапкрстъ—съ намѣстникомъ Св. Петра. Іеру-
салимъ, Дамаскъ, Анатолія (1087) подпали подъ власть турокъ; съ этою-то । розною
имперіею, защищаемою воинами, въ жилахъ которыхъ текла новая кровь, н столкнулись
христіане, при крестовыхъ походахъ. Мелпкь-шаху (1073—1092) подчинялись веѣ
страны отъ Кашгара до Нпкеи и отъ Каспійскаго моря до счастливой Аравш. Городъ
Лгнаіань сдѣлался столицей государства, гораздо болѣе зиачптедьпаго, нежели Визан-
тійская имперія.
Судя по надписямъ на вамяапикахъ, воздвигнутыхъ сельджукскими султанами,
это были грозные властители. На воротахъ одного «хана» (каравансарая) путешесівен-
951
никъ Лушанъ прочелъ: «я приказалъ построить этоть благословенный ханъ, я, верхов-
ныя султанъ, высочайшій царь царей, держащій народы за горло»... Эти гордые вла-
стители были, однако, большими любителями пышности п празднествъ и привлекали къ
себѣ ученыхъ, писателей, поэтовъ п пѣвцовъ, скульпторовъ и архитекторовъ: уйгуры,
иранцы, сирійцы, прославившіеся у себя на родинѣ, всѣ собирались около этилъ сул-
тановъ. Многочисленныя зданія, оставшіяся послѣ ыігь въ Малой Азіи, XI, XII и
ХШ вѣка, свидѣтельствуютъ о господствѣ тогда очень удачнаго смѣшенія византій-
скаго п пер идскаго стилей. Во всѣхъ городахъ н но главнымъ дорогамъ воздвигались
тогда школы, уинверс итеты, нечеты и особенно караиансарав. Эти «ханы» съ вели-
ко.тѣннными сводами стрѣльчатыми башаяеи и огромными дворами могли пріютите
у себя цѣлую армію, равно какъ и тысячи верблюдовъ и лошадей. (Фр. Сарръ^.
Къ туркамъ сельджукидамъ примѣшались другіе мусульманскіе народы, которые
вмѣстѣ съ арабами тѣсни типъ па берегахъ восточнаго Средиземнаго моря, вполнѣ
готовые къ борьбѣ съ христіанами Византіи и Рима. Въ теченіе цѣлыхъ двухъ гѣковъ
оба міра— Западный и Восточный—сшибались другъ съ другемъ, ведя борьбу, по-
вядимости, нзъ-за обладанія одной гробницей.
Протестъ бѣдняки противъ богача и раба
противъ господина слышится вѣчно, но про-
ходятъ вѣка прежде, чѣмъ наступаетъ воз-
мездіи
•	ГЛАВ А VI.
Тысячный годъ.—Великій Расколъ—Лапы, еппекопы и монархи.—Власть духов-
ная п свѣтская.—Западное монашество.—Рыцарство и крѣпостничество.—Палом-
ничество.—Причины Крестовыхъ походовъ.—Переселенія и обратный толчекъ —
Франція, старѣйшая дочь церкви.—.Храм-іввики и Убійцы. Клюніі и Сито.—Валь-
денсы и Катары.--Арпальдо пзъ Брешіи, —Судьбы Ирландіи. —Людовикъ Святой.
Вѣчно віастолюбпвое и любящее господство духовенство, прнпуждениие боротыя
для поддержанія своей власти, создало иллюзію относительно эпохи среднихъ вѣковъ
<>но любитъ воображать, что въ тѣ кренена пхъ наибольшаго могущества даже самыя
душа людей всецѣло принадлежали пмъ и что все оощество было тогда <иемолнево
*) Отъ 1000 г. до 1250 г. насчитывается обыкновенно больше 40 папъ,
занимавшихъ престолъ, въ среднемъ, по 6—7 лѣтъ, и 20 анти павъ. Въ борьбѣ, о
которой далѣе пойдетъ рѣчь, принимали участіе особенно слѣд.: Александръ II (1061—
1073), Григорій VII Гільдебрандтъ (1073—1086), Викторъ 111, Урбанъ II (Ю88—
953
благодати» и простиралось вицъ ьъ церквахъ го всею ревностью горячей, искренао.1
вѣры. Впрочемъ, священству и духовенству особенно легко заблуждаться на этотъ счетъ,
потому что большинство исторіографовъ прошлаго были духовными дпцамн: въ продол-
женіе почти тысячи дѣтъ всѣ историческія лѣтописи писались духовными лицами, ко-
торыя всегда отстаивали сбои интересы и освѣщали факты и событія къ пущій славѣ
и выгодѣ своего сословія. Съ другой стороны, самые враги католицизма также охотно
предавались зтой иллюзіи, которая давала пчъ возможность съ тѣмъ большей яркостью
противопоставлять этому періоду мрака—свѣтъ наступившей эмансинаціи мысли. Но
какъ ревностные католики, такъ и свободомыслящіе одинаково ошибаются въ вгомъ от-
ношеніи. Дѣло въ томъ, что религіозное рвеніе и мистицизмъ всегда являются исклю-
чительными явленіями въ жизни общества, а все существованіе громаднаго большин-
ства людей посвящается главнымъ образомъ па удовлетвореніе непосредственныхъ и на-
сущныхъ нуждъ о [папизма.
Почти всѣ люди живутъ естественною жизнью, но останавлив,іясь надъ вопро-
сами, какъ и почему они появились на свѣть: пхъ вѣра есть въ сущности ничто иное,
1099), Паскаль III (11199—1118), затѣмъ Иннокентій 11 (ИЗО—1143), Евгеній ІИ
(1145—1153), Адріанъ IV (рыцарь) 1154 — 1159, Александръ 111 и т. д.
Введя немного порядка среди разрушенія, произведеннаго норманнами, династія
Капстипговъ заняла французскій тропъ; царствованіе ея сначала было, сравнительно,
мирное; представители ея: Гюго Канетъ (9Я7—996), Робергь Благочестивые, (род.
въ 970 г., царствовалъ съ 996 по 1031 г, былъ оглучевъ отъ церкви съ 998 по
1001 г.), Генрихъ I (1031—1060), Филиппъ I (1060—1108), отлученъ отъ церкви
съ 1094 по 1104, Людмвнкъ VI (1108— 1137ц Людовикъ VII (1137- 1180),
Фв.іиппь II Ав.устъ (1150—1223), отлученъ огь церкви съ 1199 по 1201 г.,
Людовикъ ѴШ и Людовикъ II, прозванный святымъ (1226—1270).
Въ теченіе того же промежутка времени наслѣдованіе германскаго трона было
болѣе сложно. Оттонъ I, прозванный Великимъ, второй король изъ саксойеной династіи,
завладѣлъ Ломбардскимъ керолевсівомъ и, заставивъ себя помазать иа царство вь Римѣ,
возстановилъ Священную Германскую имперію въ 962 г.; два другихъ Олтона и
Генрихъ II принадлежатъ къ той же линіи. Конрадъ II, присоединившій къ своимъ
владѣніямъ Арльское королевство, и за нимъ три Генриха, принадлежали къ Франкон-
ской династіи Изъ яихъ Генрихъ IV род. вь Гозларѣ въ 1050 г. и вступившій на
престолъ 6 лѣтъ, былъ отлученъ отъ церкви въ 1076 г, вслѣдствіе несогласій съ
папой изъ за инвеституры епископовъ; въ слѣд. году онъ униженно просилъ прощенія
у Григорія VII въ Каноссѣ; однако, борьоа между ними возобновилась, и однимъ
анти-напой Генрихъ IV быль нома»анъ въ императоры, въ 1084 г.; противъ иего
возстали его сыновья; онъ удали лея въ Льежъ и умеръ въ 1106 г. Генрихъ!' (1Ю6—
1125) также боролся противъ Рима, по вь концѣ концовъ принужденъ былъ уступить.
Послѣ Лоларя II (1125—1138), монарха изъ Саксонскаго дома, па тропъ вступили
швабскіе князья, Гогенштауфавы.
Въ Ковстантиаоаолѣ въ теченіе XI в. ва тронѣ были представители разныхъ
династій, но въ концѣ концовъ осилили Кончены. Алексѣй I (1081—1118), прини-
малъ участниковъ перваго крестоваго похода; ему наслѣдовали Іоаинь (1110—1143)
и йізпуилъ (1143—1180), затѣмъ опять начинаются раздоры изъ-за трона. Вь 1204 г.
четвертый крестовый походъ сократилъ владѣнія восточныхъ императоровъ до одного
Никейскаго королевства, тогда какъ въ Византіи царствоваш Балдуивъ Фландрскій,
954
какъ приспособленіе къ повседневнымъ привычкамъ ихъ ікпзни. То же самое было п
въ средніе вѣка, какъ и во всѣ остальныя эпохи исторіи.
Но внезапныя переломъ, совершившійся вь эпоху Возрожденія въ цивилизованной
Европѣ, «увлекшейся пауками, подобно кшощѣ, перешедшему въ классъ реторики», по-
мѣшалъ писателямъ, всецѣло поглощеннымъ энтузіазмомъ къ древности, углубиться въ
серьезное изученіе эпохи среднихъ вѣковъ; такимъ образ чь ложныя традиціи, распро-
страняемыя церковью, утверждались ьее болѣе и болѣе. Историки вернулись къ изуче-
нію этихъ мрачныхъ временъ лишь въ ХѴШ-омъ вѣкѣ, а болѣе ссрьѵзпыя п основа-
тельныя изслѣдованія среднихъ вѣковъ относятся лишь къ ХІХ-ому вѣку. Теперь только
отыскали народъ подъ двойной бр ней, которой его прикрывали короли и церкол,.
Странная легенда о «тысячномъ годѣ» пе мало способствовала укрѣпленію лож-
наго представленія, что пароды западной Европы были воодушевлены глубокой вѣрой.
І’аныпг всѣ историки разсказывали, будто съ приближеніемъ тысячнаго года ожиданіе
пришествія Антихриста и Страшнаго Суда овладѣло всѣми умами; повсюду враги при-
мирялись, торговцы перестали покупать и продавать, скунпы и скряги перестали на-
коплять сокровища, преступники не стали иіпаіь злыхъ умысловъ и совершать ало-
дѣяіпи, а властелины повергалась ниць передъ алтарями и жертвовали своо имущество
Церкви, чтобы ввѣрить все въ рука Божіи, въ надеждѣ получать ьаамѣнъ помилованіе
и жизиь вѣчную. Тѣмъ не менѣе ни одинъ изъ современныхъ документовъ по подтвер-
Генрихъ Генегаускій два принца Куртенэ, наконецъ, Балдуинъ П. Въ 1261 г. Михаилъ
Педеолоть отнялъ у надъ древнюю столпцу.
Въ Англіи Вильгельму Завоевателю, умершему въ Ю87 г., наслѣдовали его
сыновья, Вильгельмъ Рыжій и Генрихъ I. Послѣ Этьена царствовали Длавтагенеты:
Генрихъ II (1154—1189), Ричардь Львиное Сердце, Іоаннъ Безземельный (1199—
1216), Генрихъ III и т. д.
Сыновья Танкреда Готвпльскаго высадились въ Южной Испаніи въ 1038 г.
Роберъ Гискаръ сдѣлался герпогомь Апуліи и Калабрія и вмѣшался въ борьбу Гри-
горія VII еъ императорами: отлученный >гь церкви вь 1074 г., онъ затѣмъ подчи-
нился ему, потомъ освободилъ его изъ рукъ Генриха IV, но зато сдѣлалъ своимъ
плѣнникомъ; вь качествѣ его плѣнника Григорій VII в умеръ въ 1085 г. въ Салерно.
Младшій Орать, Рож-‘ръ, Великій графъ, завершилъ завоеваніе Сициліи: Рожеръ II,
сынъ послѣдняго, 1093—1154 г., объединилъ обѣ Сициліи въ одно королевство.
Далѣе приводимъ имена нѣкоторыхъ замѣчательныхъ личностей:
Бсренгаръ Турскій, ересіархъ. 998—1088.
Петръ Амьенскій, м-шахъ-проповѣдникъ. іобО—1115.
Гассанъ-Понъ-Саоба, «Старецъ горы». 1056—1124.
Абеляръ, философъ и богословъ, род. въ Нантѣ 1079—1142.
Петръ Брюейсъ, ересіархъ. 1080(?і-1120.
Сюжеръ, министръ Людовика VI, род. въ С.-Дени. 1081—1151.
Анна Копненъ, дочь Алексѣя I, писатедьпьца. 1082—1148.
Арриго, Ломбардскій ересіархъ. 1088(?)—114а(?).
Св. Бернардъ, аббатъ Клервосскій, род. въ Дижонѣ. 1091—1152.
Петръ Преподобный, аббатъ Клюки, род. въ Оверни. 1091—1156.
Арнольдъ изъ Брешіи, ересіархъ и революціонеръ. 1100—1155.
Эдоиэа, абоатисса Параклетскаго монастыря, род. въ Парижѣ. 1101—1164.
Ѵ55
Аввилсйя, Града и Юліанскія Альпы.
і: 1 000000
Г ій Й	ьО Кило,»:
ждаеть этой легенды, а въ лѣтописяхъ этого времени мы видимъ лишь обычное сѣто-
ваніе монаховъ на грѣховность людей я угрозы муками ада; въ продолженіи многихъ
вѣковъ уже повторялись все чѣ же сѣтованія и причитанія, и еще въ продолженіи
056
многихъ другихъ инъ суждено было раздаваться вь весьма аиалогнчііоП формѣ: «Братія,
бодрствуйте п кайтесь! Близокъ конецъ міра! Тысяча н сто лѣтъ прошли! Предзнаме-
нованія начинаютъ свиваться! Молитесь и кайтесь: приближается гибель вселенной!»
Ііадо даже сказать, что именно въ тысячномъ году жизнь пародовъ Европы была
сравнительно менѣе тревожной, менѣе преисполненной ужасными предчувствіями, чѣмъ
сто дѣть раньше во Франціи въ эпоху изшествія норманновъ и іи четыр1* вѣка спустя,
во время ужасной столѣтней войны. Напротивъ, историческія событія развертываются
въ это время столь же нормально, пакъ и въ продолженіи всего остального времени
феодализма срезнпіъ вѣковъ, съ тѣми же неизбѣжными, сопровождающими ихъ войнами,
грабежами, пожарами-, лѣтописи того времени отнюдь пе доказываютъ, что передъ ты-
сячнымъ годомъ дарственныя жертвованія церкви были болѣе многочисленны или болѣе
значительны, чѣмъ раньше. Самая легенда эта въ сущности создалась лишь въ XVII
вѣкѣ подъ вліяніемъ естественной наклонности человѣка локализировать въ одномъ
опредѣленномъ мѣстѣ, въ одной личности всѣ, дажо великія событія извѣстной эпохи.
। адо было объяснить замѣчательное движеніе вь церковномъ искусствѣ, замѣчавшееся
нѣсколько времепи до и послѣ тысячнаго года, который быль взятъ за среднюю дату.
Истиннымъ распространителемъ згой легенды былъ Робертсонъ, благодаря высокой исто-
рической авторитетности своего труда «ТаЫеаи <165 Рго^іѵз Ле Іа Йосібіе еп
Еигорв», въ которомъ эта иллюзія великаго страха передъ Страшнымъ Судомъ нашла
самое яркое и опредѣленное выраженіе.
Въ ХІ-омь вѣкѣ, когда вторженія арабовъ въ страны средиземнаго побережья
юлучили противовѣсъ, въ видѣ наетупальпаго движенія европейскихъ крестоносцевъ,
окончательный расколъ между обѣими христіанскими церквами. Восточной п Западной,
уже состоялся. Это событіе, именуемое въ исторіи «великимъ росколомъ» или «раздѣ-
леніемъ церквей», имѣло пстпшіпй причиной сстественпов и постоянное соперничество
двухъ великихъ столицъ, Рима и Константинополя, являвшихся противоположными цен-
трами тяготѣнія вь равновѣсія средиземноморскаго міра.
Когда этв естественные центры сдѣлались совершенно обособленными, раздѣль-пН
сферъ пхъ сліяній естественно должно было произойти само собою. Что же касается
нричииъ, выставленныхъ той н другой стороной, то онѣ были иоистинѣ слишкомъ не-
значительны, эго скорѣе были предлоги: употребленіе прѣснаго хлѣоа, молока, число
постныхъ дней, строй и порядокъ пѣснопвв.б, поклоны и колѣнопреклоненія во время
лраздникоьъ и множество другихъ мелочей, которыя не могли бы разъединить общивы,
тѣсно связанныя между собой ьъ общемъ Порывѣ ідиной вѣры. То, что подобное зна-
ченіе было приіаяо такимъ пустякамъ, доказываетъ уже, насколько велико било въ
сущности общее безразличіе вѣрующихъ къ существеннымъ интересамъ церкви: уже
одно то, что »аи дали раздѣлить себя на двѣ отдѣльныхъ паствы, ставшихъ во вра-
ждебныя отношенія другъ къ другу,—доказываетъ, что оии слѣдовати только своимъ
политическимъ интересамъ, а совсѣмъ по своему внутреннему убѣжденію. Впрочемъ, еще
за долго до того, какъ раздѣленіе церквей было оффиціально провозглашено, расколъ
между обѣими церквами ужо сущсетвоваіъ фактически. Къ концу Ѵ-го вѣка, меиѣе
ста лѣтъ до того момента, когда совершилось раздѣленіе двухъ имперіи, началось и
957
разіѣлепіо Церквей: различіе стремленій, различные пережитки, иолиая противополож-
ность въ характерѣ пародовъ и нравовъ придали обѣимъ церквамъ совершенно раз-
ничную физіономію, независимо оть противорѣчій въ догматахъ. Видимое единство церкви
еще поддерживалось нѣкоторое время престижемъ древняго Рина, этого величайшаго го-
рода,—которыП, кромѣ того, былъ па западѣ единственнымъ религіознымъ центромъ
христіанства, за исключеніемъ развѣ только Аквилен, которую въ VI-мъ вѣкѣ замѣс-
тилъ Градо, гдѣ также былъ свой патріархъ, тогда какъ Константинополь раздѣлялъ на
Востокѣ свою верховную власть съ Александріей, Антіохіей и Іерусалимомъ.
Возстановленіе Западной имперіи при Карлѣ Великомъ еще болѣе увеличило рознь
политическую и религіозную между двумя половинами Европы: интересы панства выну-
ждали его всецѣло обратиться на сторону государей варварскаго происхожденія, царив-
шихъ въ туманномъ сѣверѣ, вдали отъ Вѣчнаго-Города, Рима. Вапа, какъ уже тогда
называли римскаго епископа, -отлучилъ отъ Церкви Фотія, патріарха Константинополь-
скаго, за неповиновеніе, на что этотъ послѣдній отвѣчалъ въ 867 году обвиненіемъ
по адресу западной церкви, упрекая ее пе только въ дѣйствіяхъ, противныхъ тради-
ціямъ церкви, а даже въ прлмой ереси Такимъ образомъ рознь въ вѣрованіяхъ и
обрядахъ была окончательно установлена ужі тогда, но осторожность еще долгое время
одерживала вверхъ и надъ взаимною ненавистью, и надъ личными счетами; ни одна
изъ христіанскихъ Церквей но хотѣла навлечь на себя нареканіе въ томъ, что опа пер-
вая нарушила единство вселенной Церкви, этотъ основной принципъ религіи Христа.
Наконецъ, вопросъ ооъ .«опрѣснокахъ», т. е. нрѣсиомъ хлѣбѣ, безъ дрожжей, для при-
чащенія, на что восточные христіане смотрѣли, какъ на суевѣріе іудейскаго происхо-
жденія, словно ударъ грома ударялъ въ Церковь, іызвавъ въ теченіи вѣковъ подгото-
влявшійся расколъ и распаденіе ея, причемъ та и другая сторона предавали другъ друга
апаоемѣ. Такимъ образомъ расколъ совершился. Это было въ 1054 г., въ половинѣ
ХІ-го вѣка, въ то время когда папское могущество уже стояло на гысівсй точкѣ своего
престижа; раздѣленіи церквей на столько глубоко проникло въ массы народовъ и въ
низшее духовенство, что престижъ римскаго первосвященника во всемъ западномъ мірѣ
вп мало не пострадалъ птъ оффиціальнаго раздѣленія Церкви.
Въ теченіе вѣк<>въ римскіе первосвященники постепсппи все болѣе и болѣе обра-
щали въ свою пользу тк исключительныя преимущества, которыя доставило имъ пере-
несеніе центра имперіи вь Константинополь п продолжительное отсутствіе государей на
престолѣ Западной имперіи. При этихъ условіяхъ опи были церными лицами въ Римѣ,
а Римъ былъ первый городъ въ мірѣ! Оии пріобрѣтали все больш- авторитета и мо-
гущества и все большую святость въ глазахъ вѣрующихъ всѣхъ западныхъ государствъ.
Кромѣ того, опв сумѣли воспользовался безчисленными благопріятными обстоятель-
ствами для того, чтобы стать первѣйшими изь князей среди другихъ князей. Начиная
съ первыхъ вѣковъ, оии считались уже крупными земельными собственника и и, но пхъ
владѣнія иди «отчины», хотя и принадлежали имъ, но въ то же вр-мя находились подъ
властью экзарховъ Равенны и императоровъ Вѵсточиой имперіи. Когда короли Лом-
бардіи стали угрожать пхъ владѣніямъ и привиллегілмъ, они обратились за по-
мощью къ Ливану Короткому, которому помогли сдѣлаться королемъ и который, въ
958
Римеко-каіолическші ики а а
свою очередь, закрѣпилъ за ними вг.ю обтаетъ между Анконой и Рявеяпой. Такимъ
образомъ было положено начало свѣтской власти иаілъ, которая вскорѣ значительно
возросла, благодаря Карлу Великому, принявшему корову изъ рукъ налы Льва III.
Правда, послѣдній оставался простымъ вассаломъ императора съ точки зрѣніи чисто
земной, но, съ другой стороны, если онъ посвящалъ королей и царей на царство, то
развѣ онъ пе облаянъ безусловною властью, ставившею его выше всѣхъ людей?
Это именно и стали утверждать съ этого времени папы. Въ этомъ отношеніи ученіе
церкви высказалось весьма опредѣленно, тѣмъ болѣе, что Церковь постаралась особенно
ясно формулировать это мнимое право собраніемъ цѣлаго ряда посланій, приписывае-
мыхъ папамъ шести первыхъ вѣковъ христіанства. Въ теченіи семисотъ лѣтъ этимъ
посланіямъ вѣрили пи же дѣлали
видъ, что вѣрятъ до тѣхъ поръ, пока
пе было доказано, чтооьп ложны или,
по меньшей мѣрѣ, поддѣланы, что было
открыто уже послѣ Информаціи.
Однако, германскіе императоры,хотя
и были коронованы папами, тѣмъ не
менѣе энергично оспариваіп у нихъ
власть. Ьъ то время шла борьба н«
на животъ, а на смерть между двумя
властелинами, которш вполнѣ логич-
но, па основаніи однихъ 1 тѣхъ же
доктринъ, исповѣдуемыхъ и призна-
ваемыхъ обоими, имѣли одинаковое
право иа верховное и мірсвое влады-
чество. Съ одвой стороны, монархъ,
который въ самый моментъ своего
восшествія на престолъ бралъ въ
лѣвую руку державу, символъ всего
міра, а правой оралъ скипетръ, ат-
трибутъ повелителя, но являлся лн ьъ
глазахъ всѣхъ единственнымъ верховнымъ повелителемъ? Съ другой стороны тоть, кто водру-
жалъ крестъ ва само*.' вершинѣ державы, не является лн повелителемъ и этого верховнаго
владыки? Но призвавшая лв онъ распредѣлителемъ небесныхъ в земныхъ благъ -тѣмъ
самымъ государемъ, которому онъ даровалъ имперію? Это стало особенно ясю> во время
той поистинѣ грапдіозьой и столь богатой эпическими картинами борьбы, свидѣтелями
которой, благодаря пылкому монаху Гильдебранду, ставшему папой подъ именемъ
Григорія Ѵ’П-го (1073—1085;, сдѣлался міръ. Возсѣвъ ва престолъ св. Петра, этоть
первосвященникъ сгадъ отдавать повелѣнія всѣмъ «отъ имени Бога Всемогущаго и
своею властію». Онъ даже замѣчалъ, впрочемъ безуспѣшно, императора по своему
усмотрѣнію, а именно герцога Швабскаго Рудольфа, увѣковѣчениаго въ извѣстномъ
заоа номъ стихѣ: Реіга іеіііі Гетто, Реігив біаЛеша КойоІрЬо! (Церковь дала вѣ-
959
ноль Потру, а Петръ вѣнчалъ Рудольфа). По если эта попыии. воцарлть евоего из-
бранника но удалась, то опъ вымостилъ свою неудачу на взбранномъ пародомъ
императорѣ Генрихѣ IV, приказавъ его раздѣть п заставивъ сго идти босымъ но
холоднымъ платамъ своего двора въ Капоссѣ, заставивъ его поститься трое сутокъ въ
присутствіи насмѣшливыхъ слугъ, н затѣмъ унижеин-- просить прошеніе ьъ одеждъ
кающагося грѣшника. По его мнѣнію, панская власть должна была быть, какъ солнце,
свѣтящееся своимъ собствен-
нымъ снѣгомъ н вес озаряющее
чмь. этимъ свѣтомъ Божіимъ
тогда какъ свѣтская, государ-
ственная власть являлась про-
стымъ отраженіемъ луны, свѣ-
томъ, исчезающимъ, пакъ толь-
ко скроется главное, свѣтило.
Не подлежитъ сомнѣнію, что
при Григоріи VII папство до-
стигло своей кульминаціонной
точки. Скорѣе государь, чѣмъ
богословъ, Гиль ,ебрандъ несрав-
ненно меньше заботился о ноз
дѣйствіи на убѣжденія я со-
вѣсть массъ, чѣмъ о подчине-
ніи себѣ воля людей. Прежде
всего онъ требовалъ отъ низ-
шаго духовенства безусловпага
повиновенія себѣ в полнаго
отреченія ѵтъ міра, для того
чтобы всепѣло принадлежать
допускавшійся и разрѣшенный
до того времени въ римско-ка-
толический церкви, былъ имъ
строжайше воспрещенъ, равно	Ииона. греческой православной церкви,
какъ и ьъ монастыряхъ, гдѣ
обѣтъ безбрачія является обязательнымъ; священники должны были составлять совер-
шенно обособленную капу, не имѣющую никакого отношенія ни къ естественнымъ
привязанностямъ, ни сохранять какіе-либо интересы внѣ Церкви, а сосредоточивать
*се свое честолюбіе иа преуспѣяніи того духовнаго воинства, часть котораго они со-
ставляли. Не имѣя семьи, священники не имѣли и отечества. Ни одинъ государь и ни
одинъ представитель гражданской власти не могъ теперь ставить служителей церкви во
славѣ паствы: инвеститура духовенства всецѣло принадлежала яко-бы Егнвому Богу,
г. е. его представителю на землѣ, римскому первосвященнику. Таковы были принципы,
Церкви’ бракъ священниковъ,
960
которые Григорій VII проводилъ со свойствепнной ему энергіей и упорствомъ я обра-
тить, надвнець, въ основные закопы, на которые долгое время главнымъ образомъ
опиралась папская власть. Межту тѣмъ каждое новое поколѣніе государей пользовалось
всѣмп имѣющимися въ ихъ распоряженіи средствами, чтобы возобновлять и продол-
жалъ борьбу, и вопросъ о назначеніи и инвеститурѣ епископовъ и пи начоящео время
еще не утратилъ сво"й жизненности, несмотря на то, что за это время обѣ власти, и
духовная, и свѣтская, помяли необходимость взаимнаго соглашенія.
Ни Григорій VII желалъ большаго, тѣмъ только одно абсолютное владычество
надъ подвластнымъ ему духовенствомъ: онъ мечталъ о міровомъ владычествѣ. Ему мало
были того, что онъ унизилъ императора; онъ самъ хотѣлъ ныть императоромъ. Онъ
пользовался каждымъ затрудненіемъ, возникавшимъ въ Европѣ между государями и ихъ
подданными или подвластными имъ пародами, или же между претендентами на пре-
столъ, и всячески старался быть избраннымъ въ посредники в верховные властители
данной страны.
Такъ, нзпрвиѣръ, онъ потребовалъ обратро Корсику и Сардинію, йспавію и
Венгрію и даже зачавплъ одного изъ изгнанныхъ русскихъ князей отдать ему, попятно,
только на бтмагѣ, Россію; со всѣхъ концовъ, изъ Прованса, Савойи, Тосканы, Дал-
маціи и Южной Италіи онъ съ радостью принималъ присяги пэисоедипевія, въ сущ-
ности, одни пустыя слива, по которыя онъ, однако, питалъ надежду обратить когда
иибудь для себя пли для своихъ преемниковъ въ дѣйствительность. Точно также, когда
Видьгедьмъ-Завоеватсль завладѣлъ Англіей, въ 1066 г., папа Александръ II пе пре-
минулъ послать ему свое благословеніе, разсчитывая, что побѣдитель взамѣнъ признаетъ
себя его вассаломъ. Григорій же VII еще болѣе энергично настаивалъ па пріобрѣтеніи
правъ на этотъ отдаленный ленъ
Но даже самый эготъ фактъ, завоеваніе норманнами Британскаго острова,
является однимъ изъ тѣхъ фактовъ, которые всею лучше доказываютъ, насколько вь
эти средніе вѣка, сплошь прославленные въ отношеніи ревностнаго благочестія, непо-
средственные матеріальные интересы и любовь къ грабежу и добычѣ стояли выше и
считались важное заботы о всевозможныхъ церкі вныхъ привилегіяхъ и преимуществахъ
Герцогъ Норманнскій, опираясь на мнимыя права наслѣдія и имѣя на евпей сторонѣ
силу оружія и шансы на побѣду, высадился въ Англіи и спустя семь лѣтъ послѣ за-
воеванія этой страны отобралъ всю землю у ея прежнихъ владѣльцевъ. Въ силу своихъ
побѣдъ, •нъ сталь полновластнымъ властителемъ страны, в съ того времени устано-
вилось правь, дѣлающее государя Великобританіи распорядителемъ всѣхъ земельныхъ
владѣній его подданныхъ
Наиболѣе важнымъ дѣдомъ Вильгельма Завоевателя является составленіе имъ
Думсдсіі-бук’а («Боотнйау-Ьоок*), т. е. «Кинги суднаго дня», появившейся за годъ
до его смерти, т. е. въ 1086 г. По этому цѣнному статистическому документу, хотя
и не полному, но все же несравненно болѣе точному и подробному, чѣмъ другіе по-
добные документы иныхъ современпыхъ государствъ, видно, что король раздѣлилъ всю
страну на болѣе, чѣмъ 60,000 левовъ, удержавъ за собой 1422 въ полное свое
владѣніе, равно какъ и громадные лѣса и охоты.
961
Прямые вассалы воропы, въ чпслі. 700 человѣкъ, въ составъ которыхъ вошли
всѣ знатные нормандцы, послѣдовавшіе за Впльгельиомъ-Завоевателечъ въ Англію, были
награждены обширными владѣніями; послѣ нихъ слѣдовали въ іерархическомъ порядкѣ
другіе феодалы изъ норманновъ и ачгло-саксовъ, вассалы, свободные люди и люди дру-
гихъ низшихъ сословій. Въ регистрѣ значится въ точности 283,242 имени, и совер-
шенно нѣтъ распредѣленія сѣверныхъ областей, заключающихъ въ себѣ большую часть
Вестморлэнда и Кумберлэнда.
равно какъ и весь Дургамъ
и Нортумоерлэндъ; такимъ
образомъ можно предполо-
жить, что всѣхъ земельныхъ
владѣльцевъ было по меньшей
мѣрѣ 300,000. На основаніи
этихъ данныхъ, къ которымъ
пріобщены еще различныя
свѣдѣнія о важнѣйшихъ и
внятнѣйшихъ семьяхъ, можно
приблизительно опредѣлить
цифрой вь 2.000,000 душъ
число людей, населявшихъ
Англію, послѣ насильствен-
наго раздѣла в распредѣленія
земель, но песомнѣнио, что
въ теченіе 20 лѣтъ насилій
и граоежей послѣ смерти
Эдуарда Исповѣдника вь
1066 г. наблюдалась убыль
въ населеніи.
Что касается еписко-
повъ в другихъ ту гонныхъ
липъ, содѣйствовавшихъ
Вильгельму Завоевателю въ	_	,,	... ,„т
Ііапь. Ірагоріп V II.
его завоеваніяхъ, то и опа	______ „	.
ЦЕѵТЬ И другой іуортрві ъ Григорія ѴЦ, МЧЛО похожій иа 8тот-ь).
были награждены имъ землями
и даже освобождены отъ нидатси и налоговъ, но при воемъ томъ король совсѣмъ ш
смотрѣлъ на этихъ князей церкви, сакъ на представнтолеП п намѣстниковъ сиоего го-
сподина; напросивъ, онъ обратить ихъ въ вассаловъ, униженно воздающихъ ему дол-
жную честь, и слѣдилъ за тѣмъ, чтобы въ случаѣ внѣшней воины или внутреннихъ
безпорядковъ или неурядицъ пхъ вооруженная сила немедленно отдавалась въ сго пол-
ное распоряженіе.
Великіе честолюбивые замысли папства должны были отразиться главнымъ образомъ
на Италіи вокругъ папской вотчины, именуемой, <папскою областью», и вь Германіи, этой
ЭЛИЗИ РВКЛЮ. вып. я.
01
962
обшчрпой имперіи, глава которой долженъ быль перейти Альпы, чтобы короноваться въ
Римѣ. Вслѣдствіе любопытнаго, со весьма понятнаго противорѣчія, пана встрѣчалъ именно
въ Италіи, во время своей непрестанной борьбы, своихъ наиболѣе ожесточенныхъ п
непримиримыхъ враговъ, гакъ какъ духъ возмущенія и протеста всегда зарождается
прежде всего тамъ, гдѣ чувствуется непосредственное давленіе и угнетеніе. Въ Гер-
маніи, вѣроятно, охотно подчинялись бы и двумъ властелинамъ, т. е. и императору в
папѣ, если бы только ихъ обоюдная власть была строго разграничена. Но изъ нихъ
каждый хотѣлъ захватить вь своп руки всю власть безраздѣльно, и между этими двумя
силами, явно -^позиціонными другъ другу, не могло быть соглашенія. Ни папа, ни
императоръ не хотѣли уступить, такъ какъ н тотъ, н другой являлись представителями
абсолютизма. Съ одной стороны стояло Божіе произволеніе, съ другой—міровое влады-
чество. Бъ зависимости оть главныхъ частныхъ внтереговь и выгодъ въ данвыіі мо-
ментъ различныхъ государей, князей, городовъ, народныхъ группъ, классовъ и кастъ,
горныхъ жителей и жителей долинъ или побережья, соперники, т. е. папа в импера-
раторъ, набирали себѣ сторонниковъ пзъ числа тѣхъ и другихъ, отчего результатъ
борьбы постоянно мѣнялся, давая перевѣсъ то той, то другой сторонѣ.
Историки, впадая въ ошибку, часто воображаютъ, что въ продолженіе эпической
борьбы среднихъ вѣковъ власть «духовная» и власть «свѣтская» представляли собою
два глубоко различныхъ но своему существу принципа; на самомь же дѣдѣ п та, н
другая имѣли своею цѣлью абсолютное владычество ватъ личностью н народами какъ
въ отношеніи ихъ душъ, такъ и въ отношеніи ихъ имущества.
Газкѣ короли не считаютъ себя поставленными самимъ Богомъ, ввѣрившимъ
нмъ мечъ, ниспосланный свыше, а Фридрихъ Барборусса развѣ пе заставилъ въ
115» г. ученыхъ докторовъ Болоньи доказать, что владычество надъ всѣмъ міромъ
принадлежитъ ему, и всякое противное этому мнѣніе считалось ересью?! Не въ силу-ли
этой божественности своей власти, королямъ удавалось почти всегда удерживаться на
свовхъ престолахъ и сохранять неприкосновенной свою власть вопреки даже «отлу-
ченію оть причащенія и отлученію отъ церкви»? Такъ, французскій король Рооерть
долгое время противился отлученію, наложенному па вего напей за запрещенный
бракъ, п іаже заслужилъ прозваніе «Благочестиваго»; а тѣ послѣдствія нсеоощаго
отвращенія, которыя, какъ мы теперь воображаемъ, бутго-бы были неразлучны съ
церковнымъ отлученіемъ, отнюдь не осуществлялись, несмотря на то, что это было
какъ ризъ въ тысячномъ году.
Можно также нрпвестп въ примѣръ жертву Григорія VII, стараго германскаго
императора Генриха IV, который провелъ послѣдніе дяи своей жизни во дворцѣ архіе-
пископа Отбара въ Люттихѣ. Народъ, не взирая на всѣ громы папскихъ проклятій,
чтилъ отличеннаго отъ церкви императора, какъ святого, и когда оиъ скончался, люди
пади стекаться къ ого смертному одру со всѣхъ концовъ государства для того только,
чтобы прикоснуться къ его тѣлу; а крестьяне засыпали сго тѣло зерномъ, которое потомъ
употребляли для постна, въ томъ убѣжденіи, что »ю зерно дастъ вмь хорошіе урожаи.
Что касается папы и другихъ представителей церковной власти, то сама исторія
чхъ конфликтовъ гь гражданскимъ міромъ доказываетъ, гь какой дерзостью и смѣ-
963
ло\тью оии добивались также ( свѣтской власти, помимо духовной. Владѣнія, пріобрѣ-
тенныя папами, наконецъ, въ Италіи, представляли собою лишь малую долю ихъ свѣт-
скаго м .гѵщестна, Черезъ посредство своихъ легатовъ, вершившихъ правосудія во всѣхъ
церквахъ и взимавшихъ десятичный сборъ, очи ставили себя судьями во всѣхъ слу-
чаяхъ, хоть сколько-нибудь прикосновенныхъ церкви пли духовенству, и въ которыхъ
оказывались замѣшаппымн ихъ прямые или косвенные интересы.
Сообразно сьоимъ видамъ опи заставляли дѣйствовать свою армію священниковъ
и монаховъ, не имѣвшихъ иной семьи, кромѣ церкви. Всѣ мельчайшія явленія граждап
ской и части >й жи-шн, браки, завѣщаніи, акты о рожденіи, крещеніи и смерти, обѣты
и обѣщанія, клятвы, даже слова обыденной рѣчи, исповѣдныя тайны, интриги я при-
своеніе чужой собственности и чужой власти,—все это оказывалось подсудно имъ и
все служило имъ па пользу; такимъ образомъ они часто являлись болЬо королями, чѣмъ
сами короли; вотъ дочему исторія каждаго народа есть вмѣстѣ съ тѣмъ и исторія Гима.
Только одному изъ всѣхъ государей Европы удалось стать самому папскимъ ле-
гатомъ, т. е. папскимъ намѣстникомъ я уполномоченнымъ, и самому управлять всѣмъ
духовенствомъ въ предѣлахъ своего государства, и такимъ образомъ избавиться отъ
постояннаго вмѣшательства послѣдняго: этотъ ловкій дипломатъ быть графъ Рожеръ
Норманскій, отвоевавшій Сицилію у магометанъ. Папа, удостоившій его этой громадной
привилегія, былъ Урбанъ II, этотъ фанатически ревностный сторонникъ крестовыхъ
походовъ. Сицилійское государство пріобрѣло такимъ образомъ церковную автономію.—
предметъ зависти всѣхъ остальныхъ европейскихъ государствъ, и мпгло избѣжать
хаоса, постоянно вызываемаго конфликтомъ двухъ бооящихся властей,—свѣтской и ду-
ховной Нигдѣ различныя формы цивилизаціи, византійской п арабской, христіанской и
магометанской, не сочетались столь тѣсно, какъ въ Сициліи, этой политической лабо-
раторіи, долгое время игнорировавшейся историками, несмотря на дѣйствительное зна-
ченіе, какое опа имѣла вь ходѣ и движеніи европейскихъ идей.
Если цѣль, преслѣдуемая ооѣими борющимися другъ съ другомъ сидами, была
одна и та же, то къ услугамъ Той и другой находились различныя средства; языкъ, на
которомъ онѣ говорили, тоже былъ различенъ. Папа, сильный увѣренностью въ закон-
ности своей божественной власти, признаваемой въ своемъ невѣдѣніи даже самими его
врагами, получилъ право высказывать своя приговоры мистическимъ языкомъ, которому
внимали съ религіознымъ, суевѣрнымъ трепетомъ, какъ голосу, исходящему съ неба,
тогда какъ короли и бароны должны были говорить, какъ и всѣ люди, сообразно ты-
сячамъ различныхъ альтернативъ ихь страстей и ихъ разсчетовъ. Власть духовенства,
болѣе разумная и болѣе ровная, могла противостоять нетерпѣнію и возмущеніямъ на-
родовъ ні-сравпепно болѣя дѣйствительнымъ образомъ, чѣмъ власть правительственная,
чисто матеріальная и грубая, исходящая оть бароновъ п феодаловъ. Крестьянинъ, еще
не привыкшій путемъ долголѣтней привычки къ покорному повиновенію, возставалъ
противъ бароновъ сякій разъ, когда чувствовалъ что сила на ого сторонѣ, но про-
тивъ беззащитнаго священника или монаха чувствовалъ себя обезоруженнымъ. Между
тьмъ послѣдніе также угнетали его, но только именемъ Бога и всѣгь святыхъ. Они
имѣли пластъ вязать и разрѣшать, отворять в притворять врата рая и ада; ооялнеь
964
даже ненавидѣть ихъ изъ опасенія навлечь ва себя мщеніе какихъ-пнбуді духовъ тьмы
тревожащихъ людей по ночамъ. Танъ, папр., горцы ватезцы но разъ угрожали своимъ
сеньорамъ страшными «шаіге» палицами утыканными шинами и гвоздями.
Они разоряли замки и сравнивали ихь съ землей, но никогда не осмѣливались
коснуться стѣнъ монастыря иди церкви. Они продолжали преклоняться предъ еписко-
помъ, этилъ духовнымъ государемъ, и феодализмъ сохранялся какъ въ экономиче-
скомъ, такъ и въ религіозномъ отношеніи. Часто соперничество духіміои и свѣтской
власти имѣло своимъ временнымъ послѣдствіемъ, что города удерживали за собой свои
привиллегіи и вольности, такъ какъ духовенство '-хотпо принимало на оба роль «за-
шитвикпнъ» своихъ вѣрныхъ сынпвъ; когда такія духовныя лица выступали на защиту
ихъ интересовъ, то легко попадали въ святые въ воспоминаніяхъ благодарныхъ
потомковъ ихъ бывшей паствы. Таковг происхожденіе традиціоннаго покровительства,
которое приписывается и посейчасъ ещо сотнямъ прелатовъ и монаховъ по отношенію
гъ различнымъ городамъ, духовными руководителями и защитноі.амн которыхъ противъ
ихъ законныхъ повелителей <ши были нѣкогда.
Съ другой стороны, случалось, смотря по обстоятельствамъ, что на сторону
гражданскихъ и свѣтскихъ властей, старавшихся освободиться отъ давленія духовной
власти, становились люди, пользовавшіеся большимъ гражданскимъ авторитетомъ, ио
въ глазахъ толпы они всегда оставались лишь единичными, отдѣльными борцами или
имѣющими небольшую группу сторонниковъ, тоіда какъ противъ нихъ стояла, упи-
раясь главою въ самое небо, Церковь, во всей своей величественной цѣльности и неру-
шимомъ единствѣ. Правда, эта цѣльность, это нерушимое единство скоро бы уничтожи-
лись, если-Оы папы предоставили епископамъ и всей своей арміи священниковъ и
духовенства вполнѣ ассимилироваться съ другими феодалами-нравитслями. Во многихъ
странахъ мы видимъ могущественныхъ князей церкви, превратившихся въ обыкновен-
ныхъ бароновъ. Но законъ о безорачіе всего духовенства, введенный Гильдебрандомъ,
успѣлъ предотвратить эту опасность—могущаго проявиться отсутствія субординаціи
среди высшаго духовенства, и вмѣсто того создалъ сплотнспное духовное воивстео; и
все-таки одни священники и вообще бълоа духовенство непосредственно зависящее
отъ Рима, не могли бы поддерживать папской власти въ точеніи цѣлаго ряда вѣковъ,
если бы не безчисленные минахи, сгрупироваиныо сообразно различнымъ уставамъ па
всемъ пространствѣ христіанскаго міра, н поддерживаніи общей связи западной церк' и
своимъ тѣснымъ единеніемъ, своею крѣпкой солидарностью, внѣ всякой идеи національ-
ности иди отечества. Монахи ордена Венедикта представляли сооою громадную космо-
политическую армію, къ которой вскорѣ присоединились еще новые поборники единства
в величія Церкви.
Въ самомь началѣ Х-го вѣка основалось во Франціи аббатство Кдюни,
ставшее вскорѣ, благодаря дѣятельному содѣйствію выдающихся людей, интеллектуаль-
ной столицей Европы и второй религіозной метрополіей послѣ Рима: по своему зна-
ченію это аббатство являлось преемникомъ знаменитаго абатства Монте-Кассико. Это
великолѣпное бургонское аббатство привлекало сюда цѣлую шкоду строителей а скульп-
іорог.ъ: здѣсь-то именно п зародилась прекрасная Бургонская школа романскаго искусства.
Я65
Продолжая традицію римскаго міра, монахи подобію римскимъ гражданамъ, со-
вершенно игнорировали границы, раздѣляющія государства, равно какъ и границы фео-
дальныхъ оаропствъ: языкомъ игъ повсемѣстно былъ латинскій языкъ, а отечествомъ
весь христіанскій міръ.
Монашескій элементъ, допуская смѣшеніе всѣхъ классовъ, имѣть возможность
утилизировать всѣ тѣ крупныя энергіи отдѣльныхъ личностей, которыя, німимо него.
Каѳедральный соборъ вь Дургамѣ (1093—1135).
(Типъ архитектуры, называемой онгппчапамп нормапдокой и соотвѣтствующей романскому стилю).
не нашти-бы себѣ, быть можетъ, примѣненія. Монахи, вышедшіе изъ парода или даже
бывшіе рабы, которыхъ врожденно- честолюбіе или чисто физическая потребность къ
свободѣ заставили поступить въ монахи, вносили вь свші дѣйствіи и поступки боль-
шую долю энергіи, чѣмъ сыновья знатныхъ семей, переутомленные жизнью прежде, чѣмъ
успѣвали серьезно вступать вь нес. Такимъ лоразомъ монашество, постоянно обновляемое
притокомъ свѣжихъ силъ изъ низшихъ слоевъ общества, никогда пе могло выродиться въ
к-іету чистыхъ угнетателей, ни затонуть въ туманѣ отвлеченностей п безумій мистицизма.
Другой общественный элементъ также почіи въ ра"іюй мѣрѣ съ монашествомъ
содѣйствовалъ зарожденію движенія Крестовыхъ Походовъ; то было рыцарство. Расцвѣтъ
966
его совпадаетъ съ той эпохой, когда литература цикла Карла Великаго и Артура иде-
ализировала до предѣловъ чудеснаго подвиги рыцарей и создавала изъ пихъ особую
касту, почто сверхчеловѣческую по своей силѣ п добродѣтелямъ. Во начало рыцарства
гораздо раньше Капстивговъ и даже Каролниговь: ово находилось въ зачаткѣ еще
въ римскомъ мірѣ и продолжало существовать во всѣ послѣдующія времена, медленно
видоизмѣнясь.
МероиьнгскіЯ король, раздавая земли своимъ вѣрнымъ соратникамъ, устанавли-
валъ съ вими извѣстныя отношенія, которыя постепенно должны были преобразоваться
въ отношенія сюзірэна, верховнаго владыки, къ своимъ вассаламъ, владѣльцамъ леновъ,
а послѣдніе, въ свою очередь, вставала въ такія же отношенія съ болѣе мелкими
владѣльцами земли, и мало по мату, отъ высшихъ и до низшихъ ступеней оощества,
люди я земля были распредѣлены послѣдовательны ми эталонами, іерархически связан-
ными одни съ другими узами подчиненности, подданства или потвластности и лена.
Хуже всѣхъ, конечно, было положеніе крестьянъ, которые постепенно превратились въ
рабовъ, въ вошь, коюрою господинъ могъ распоряжаться по своему усмотрѣнію.
Христіанское общество, вмѣсто того, чтобы смягчить и ославить тяготы рабства,
напротивъ, только ухудшило его, даже въ сравненіи со временами Римской имперіи.
Ьъ Римѣ обычай признавалъ за рабами право пріобрѣтенія личной собственности,
которая оыла неприкосновенна для его господина, н которая, если то были денежныя
сбереженія или какое-либо торговое дѣло, ведущее къ пріобрѣтенію достатка, въ боль-
шинствѣ случаевъ предназначалась для выкупа себя или кого изь своихъ блишигь.
Фактически, что бы пи заключали въ себѣ древніе законы Рима, рабы могли заставить
признавать ихъ бракъ и духовное завѣщаніе, могли вступать вь рабочія корпораціи,
могли даже ооогащаться, достигать извѣстнаго соціальнаго положенія, иногда довольно
виднаго, тогда какъ въ средніе вѣка закрѣпощенные были навсегда обречены, какъ
обычаемъ, такъ и закопомъ, оставаться рабами.
Такими же раоами стали и крестьяне бывшіе свободные хлѣбопашцы. Конечно,
только благодаря разрозненности порабощенныхъ массъ и пхъ взаимной враждѣ, фе-
одалы могли спокойно отнимать у простолюдина его хлѣбъ, ьино, скогь, юношей и
подростковъ, женъ и дочерей: все принадлежало «благороднымъ» по праву сильнаго,
даже сокола ихъ имѣли право па дворовую птицу смердовъ. Впрочемъ, крестьяне глу-
боко ощущали всѣ эти обиды: «Господа пе дѣлаютъ памъ ничего, кромѣ зла.—говорили
пни,—мы вс можемъ добиться оть нихъ пи права, пн правосудія; они имѣютъ всо. а
наст. заставляютъ жить въ бѣдности и горѣ... Почему мы позволяемъ имъ такъ обра-
щаться съ нами? Поставимъ себя внѣ ихъ власти... Мы такіе же люди, какъ п оня...
И насъ сто человѣкъ противъ одного... Будемъ держаться вмѣстѣ, н по одинъ человѣкъ
не будетъ имѣть господства надъ вами; мы будемъ рубиіь лѣсъ, ловить дичь вь лѣсахъ
в рыбу въ рѣкахъ и будемъ имѣть в< всъмь свои волю, и въ лѣсахъ, и въ дугахъ, и
на водахъ».
Однако, феодалы, гордо считавшіе себя принадлежащими къ иной категоріи чело-
вѣчества, чѣмъ порабощенные ими хлѣбопашцы, тѣмъ не менѣе приняли на себя осз-
молвпое ооязательство защищать послѣднихъ отъ завоевателей: чтобы - беречь ихъ земли.
467
имъ приходилось отновррмеппо оберегать и ихъ плуги, и тѣ рабочія руки, которыя
водили эти плуги. Такимъ образомъ властелипы и гассалы сдѣлались поиеводѣ воинами
и прирожденными вождями всей той челяди, которую ови вели за собой, и постепенно
образовался рѣзко обособленный классъ, имѣвшій вь средневѣковомъ обществѣ свои
особые интересы, особую мораль и свои идеалы. Будучи почти все время заняты, осо-
11 у т ь кроотопооцевъ 1-го похода.
«	40000000
-	Т,	-------- •	— 	I
О	ЮОО	2000	3000 Килом
За птрихов&яныя мѣста—владѣнія мусульманъ въ эпоху І-го крѳ о голаго похода. Дута Годфри да
Вуаьовокаго по Дунею, Раіпсопда—но Ломбардіи и Тлпгрода—по Тлрвптсхому проливу указами
прерывистыми линіями.
беяпп со временъ Каролингомъ, охраною христіанской Гранины съ одной стороны отъ
сарациновь съ другой — отъ аваровъ и венгровъ, рыцари («всадники, ѣздившіе на
конѣ») вскорѣ стали видѣть въ себѣ главный оплотъ занадиой цивилизаціи, а жажіа
славы и новыхъ подвиговъ побудила ихъ перейти отъ оборонительныхъ дѣйствіи къ
наступательнымъ п перенести войну въ самую непріятельскую страну.
Подобно тому, какъ князья церкия всячески старались завладѣть и гражданскою
властью, и соединить вь своихъ рукахъ власть вадь душой и тѣломъ своей паствы,
У68
точно также и свѣтскіе государи охотпс принимали духовный санъ, а главное—преро-
гативы духовныхъ липъ.
Такъ, вапр.. Гуго Каветъ приказывалъ взвывать себе аббатомъ. а также и «гра-
фомъ Парижскимъ»; аналогичныхъ примѣровъ можно привести очепъ много.
Даже въ общемъ своемъ составѣ рыцарство приняло нѣсколько религіозный характеръ.
Христіанскій фанатизмъ, въ связи съ честолюбіемъ, побуждалъ дворянъ группи-
роваться въ особыя братства (рыцарскіе «ордена»), сходныя съ монашескими, которыя
также связывали своихъ членовъ извѣстными обѣтами, имѣли свои уставы в св>ш обряды.
Строго соблюдаемый обрядъ посвященія, во образцу, данному совершеннѣйшими рыцарями,
рыцарями Шамнаньн и Лотарингіи, позволялъ благородному юн^шѣ вступитъ въ ряды
избранныхъ. Каждый такой юноша начиналъ съ искуса и трудныхъ испытаній, въ те-
ченіе котораго подвергали испытанію ого смѣлость и храбрость, силу выносливости
физической, находчивость и изобрѣтательность его ума; затѣмъ, когда его признавали
достойнымъ званія мужчины, назначалось собраніе рыцарей п знатныхъ дамъ, созыва-
вшееся обыкновенно въ какой-нибудь большой праздникъ, преимущественно въ Троицу
или Духовъ день,—и юнотѣ надѣвали золотыя или серебрянныя шпоры, кольчугу п ки-
расу нлп папцырь. Ояь становился на колѣна по среди большей ваты и принималъ
изъ рукъ благороднѣйшаго и внятнѣйшаго изъ присутствующихъ здѣсь рыцарей три
традиціонныхъ удара плашмя мечомъ, и съ этого момента становился мужчиной и рыцаремъ.
Вставъ съ колѣнъ, новопосвященный получалъ братское цѣлованіе отъ рыцарей, надѣвалъ
шлемъ п вооружался копьемъ в щитомъ. Сюзеренъ выслушивалъ ₽го присягу, предста-
витель церкви принималъ его обѣтъ вѣчной преданности и повиновенія церкви, и. на-
конецъ, онъ обязывался передъ лицомъ всего свѣта быть честнымъ, справедливымъ,
великодушнымъ и, главное, застуннакомь слабыхъ и женщинъ. Красивый девизъ и
символическіе цвѣта должны были всю жизнь напоминать ему ооъ этихъ обѣтахъ и
о его долгѣ.
II дѣйствительно, изъ исторіи мы видимъ, что бывали благородные рыцари, «рыцари
безъ страха и упрека», единичныя личности, серьезно относившіеся къ свовмъ высокимъ
обѣтамъ; они до копца жпзнн оставались вѣрны своему девизу и своей ;амѣ. Но зги
истинные герои справедливости, казавшіеся смѣшными даже в ихъ современникамъ и впо-
слѣдствіи увѣковѣченные подъ именемъ «Рыцарей печальнаго образа», терялись въ массѣ
ваогоящихъ разбойниковъ, ставнягопхъ цѣлью своей жизни—войну, убійства и угнетеніе
покореннаго населенія.
Въ эту эпоху и моиати, и рыцари, а также купцы п всѣ, кто только могъ вз-
бѣжать тяжкой крѣпостной зависимости, охотно пускались въ поиски за приключеніями,
но рѣдко опасными, но всегда уважаемыми, вь качествѣ паломниковъ ко святымъ мѣ-
стамъ, по церквамъ в мопа>тырямь, прославившимся чудесами. Главнымъ притяга-
тельнымъ центрамъ такихъ паломничествъ является Гробъ Христа. Но послѣдній нахо-
дился во вражеской землѣ, и приходилось умолять невѣрныхъ, чтобы опи за хорошія
деньги отворили врата Іерусалима.
Многіе паломники встрѣчали поэтому страданія и смерть, а грабежу н издѣватель-
ствамъ подвергались чуть не всѣ, отчего жажда. отмщенія за своихъ братьевъ все воз-
У69
ристала въ христіанскомъ оощсствѣ. Каждый возвращавшійся изъ Іерусалима паломникъ
проповѣдовать среди своихъ мысль объ отвѵРваиіи Святыни. Уже за два поколѣнія до
перваго большого Крестоваго похода умы людей подготовлялись къ нему; объ этомъ
говорили вездѣ.
Безъ сомнѣнія, и мала, и императоръ, оспаривавшіе другъ у друга владычество
надъ Занятной Европой, предпочли-бы продолжать своею борьбу на мѣстѣ, вмѣсто того,
чтобы пускаться па случайности далекой в'-Зны въ незнакомыхъ странахъ; но обще-
ственной мнѣніе,—а оно существовало даже въ средніе вѣка,—было слишкомъ сильно,
чтобы опи могли ему протиі иться. Впрочемъ, папа могъ надѣяться, что помощь, ока-
занная византійскимъ христіанамъ, могла повлечь за собой возсоединеніе обѣихъ церквей.
Такова была политика Григорія VII; овъ даже самъ приготовился совершить путеше-
ствіе въ Константинополь, куда хотѣлъ лично предводительствовать арміей, шедшей
противъ ислама.
Конечно, христіанская вѣра, какъ говорятъ, играла не малую роль вь т>мъ дви-
женіи, которое двинуло западные отряды борцовъ на Палестину, однако, главными при-
чинами этихъ событій были все-таки икономическія и соціальныя. Иначе и быть но
могло: чтобы дать ходъ и поддерживать столь интензивное движеніе, какимъ явились
Крестовые походы, нужны были мотивы, которые задѣвзли-бы всѣ сл«и общества, кре-
стьянъ я горожанъ, дуѵвснсгво и дворянъ, и КоТОрЫО оыли оы достаточно сильны я
живучи, чтобы духъ подражанія и заразительнаго безумія могъ поддерживаться въ те-
ченіе долгаго времени.
Такимъ мотивомъ было въ сущности отчаяніе. Народы Запада оыли такъ не-
счастны, что жажда перемѣны напрашивалась сама собой. Состояніе феодальной Европы,
вѣчно потрясаемой безпрерывными войнами, раздорами, было до такой степени шаткимъ,
или, вѣрнѣе, она настолько п стоянію подвергалась безк ночному ряду неизбѣжныхъ
несчастій, осадъ, пораженій, голода, мора, чумы, пожара и избіенія, что все, даже самое
невозможное, казалось предпочтительнымъ настоящему. А тутъ еще пачаіи распростра-
няться легенды о странахъ Востока, увлекательно < ппсываюшія баснословное богатство
ихъ. Такъ, папр., говорили, что «Индія», )та дальняя страна Восходящаго Солнца,
была мѣстомъ происхожденія рубиновъ, алмазовъ и золота. — и всѣмъ быъ, небезыз-
вѣстно, что Константинополь былъ обязанъ своими богатствами, главнымъ образомъ,
той незначительной торговлѣ, которую ему удалось завязать, минуя орды завоевателей
масомогань, сь Переднею Азіей. Люди охотно воображали, что легко будетъ открыть
всѣ пути, ведущіе въ эту счастливую страну и прегражденные выпѣ ненавистными сара-
цинами. У каждаго оыли свон честолюбивые замыслы: монахи думали тамъ стать апо-
столами, епископы—патріархами, рыцари «безъ имущества», каковымъ былъ, напр.,
знаменитый Гоіьэ, одинъ изь вождей перваго Крестоваго похода, думали попасть въ
начальники отряда и возвыситься до главнокомандующаго; даже послѣдній воинъ-ири-
служникъ разсчитывалъ, но меньшей мѣрѣ, на богатую добычу, на леікій грабежъ. Изъ
за всего этсто стояло рискнуть жизнью, тѣнь болѣе, что, оставаясь въ Европѣ, люди
одинаково рисковали ею, благодаря постояннымъ схваткамъ съ злоумьгоізенниками всѣхъ
категорій и всѣхъ странъ. Такиігь образамъ всѣ слѣпо кидались въ погочю за приключеніями.
970
Кромѣ того, нѣкоторые изъ проповѣдниковъ Крестовыхъ потоіовъ ие постыдились
обратиться прями къ тѣмъ истиннымъ двигателямъ толпы, которые Обыкповениг ПрЕНИТО
скрывать подъ красивыми рѣчами. Пана Урбанъ II въ 1095 г. обратился къ христіа-
намъ Клермонта и мои по съ тою рѣчью, какую бы произнесъ совромоииыѣ экономистъ,
оОращаясь къ своимъ избирателямъ, о выгодахъ колонизаціи и новыхъ рынковъ: «Земля,
гдѣ вы живете, замкнутая со всѣхъ сторонъ морями и горами, слишкомъ тѣсна для
васъ; она лишена богатствъ и едва даетъ необходимое пропитаніе земледѣльцу. И въ
этомъ причина тою, что ьы доѣдаете другъ друга, боретесь и убиваете одни другихъ-
Утолите же вашу ненависть и идите ко Гробу Господню». Такимъ образомъ, но мнѣнію
самаго намѣстника Христа, «1 робъ Господень» могъ быть освобожденъ лишь путемъ
союза Бога и Мамона! А византійскій императоръ Алексѣй Комненъ, обращаясь къ
феодальнымъ баронамъ Запада, говоритъ нмъ съ цинизмомъ, равнымъ цинизму Бона-
парта: «Если всѣ страданія л вся любовь къ святынь мѣстамъ не въ состоянія будутъ
подвигнуть христіанъ на защиту братьевъ, іо пусть алчность ихъ будетъ прельщена
золотомъ и серебромъ, коими въ изобиліи владѣютъ невѣрные, пусть они вспомнить о
красотѣ греческихъ женщинъ!». Наконецъ, обѣщаніе вѣчнаго блаженства, которое
сулили духовны! отцы, также должно было имѣть своо дѣйствіе дал:о на тѣхъ, которые
вѣрили въ него лишь на половину: папа объявилъ отпущеніе грѣховъ всѣмъ, кто всту-
пить въ ряды крестоносцевъ, и этотъ походъ съ оружіемъ въ рукахъ обезпечивалъ
людямъ доступъ въ рай
Задолго до того, когда начались оффиціально Крест.вые походы, они въ сущ-
ности уже были осуществлены. Можно сказать, что движеніе это продолжалось огъ 70о
до сОО лѣтъ, отъ столкновенія Карла Мартелла съ маврами въ Пуату до походовъ
Карла Великаго къ берберійскимъ берегамъ. Постоянныя войны испанцевъ сѣверной
Испаніи противъ мавровъ южной Испаніи являлись какъ бы продолженіемъ великаго
конфликта на западѣ. Здѣсь, вслѣдствіе непосредственнаго соприкосновенія воюющихъ
сторонъ, схватки и сраженія происходили безпрерывв , тогда какъ дальше къ Востоку,
отъ одного края Средиземнаго моря до другого, встрѣчи непріятелей требовали болѣе
долгихъ приготовленій и вызывали болѣе численныя избіенія Лѣтописи показываютъ,
что, перечисляя всѣ экспедиціи пли походы христіанъ противъ невѣрныхъ,—малые и
большіе, слѣдуетъ считать, что было шесть вли восемь Крестовыхъ походовъ Пристра-
стіе къ классификаціи побудило историковъ заняться описаніемъ лишь главнѣйшихъ изъ
зтихъ походовъ, чтобы вн растеряться во множествѣ сбивчивыхъ подробностей; между
тѣмъ, при всякомъ удобномъ случаѣ, болѣе пли менѣе яначительныя толпы вооруженныхъ
паломниковъ и даже одиночныхъ грабителей и разбойниковъ продолжали направляться въ
Святую Землю, пополняя собою армію крестоносцевъ и замѣняя выбывшихъ изъ строя
или же аропадая безслѣдно па пути.
Ранѣе завоеванія Палестины рѣітш.> оыл» «чистить огъ мусульманъ Средиземное
море, которое все цѣликомъ было во власти арабовъ. Уже въ началѣ Хі-го пѣна, въ
1015 и 1016 году, соединенный флотъ Инзы и Генуи завладѣлъ Сардиніей. Волеарскіе
острова, принадлежавшіе также арабамъ, очутились во власти итальянскихъ республикъ
лишь въ слѣдующемъ вѣкѣ; большой же остривъ Сицилія былъ взягь нормавами, Изъ
971
простымъ пиратовъ послѣдніе стали князьями и королями, и въ то время, какъ Робертъ
Гюпскаръ, сынъ Танкреда, завладѣлъ южными провинціями Италія, братъ его Рожерь
переплылъ Мессинскій проливъ. Сицилія въ то время раздѣлялась на маленькія кня-
жества, и нормандскій вождь сталъ послѣдоватсльни завоевывать одну за другой всѣ
часта этого острова; въ 1091 г., за нѣсколько лѣтъ до большого Крестоваго похода
Отъ 2-го крестоваго похода до послѣдняго
1	40000000
V	.X. 			1,	  -	,
О	1000'	2000	3000 Цылом.
Частой штриховкой указаны обпвоти, зависѣвшія въ церковномъ отношеніи отъ Кохтот^иггипопош»
скаго патріарха, болѣй рѣдкой*—отъ папы. Дата 1147 г. отпооптся къ походу Конрада Ш,—1189 г.—
къ походу Барбаруссы,—1190 г—къ походу Фплпппа-Лвгуота. Походы Людовика Снятого—1248 г.—
къ Даміоггѣ и 1270 г—къ Тунису—указаны сплошное пиніей.
въ Палестину, онъ осадилъ послѣднюю, важнѣйшую крѣпость—Казръ-Явь влн Кастро-
Джіованви, древнюю Эииу, «Ііупъ Тринакріи», священной мѣсто, гдѣ нѣкогда возвы-
шался алтарь Цереры. Такимъ образомъ крестоносцы пріобрѣли взжнук точку опоры въ
самомъ центрѣ Средиземнаго моря.
Впрочемъ, иниціатива прямого нападенія на осквернителей Гроба Господня исхо-
дила не оть норманновъ, а изъ Франціи, гдѣ слова папы нашли себѣ горячій откликъ.
072
Сначала оии вызвали безумной, безпорядочное/ хаотическое движеніе и могучій подъемъ
духа. Цѣлыя толпы дворянъ, слугъ, бродягъ и рыцарей двинулись въ страны Востока,
захватывая на своемъ пути все новыя толпы. Начиналось положительной нашествіе
галловъ на Востокъ, во, конечно, болѣе несвязное, чѣмъ такое же нашествіе Волышвъ-
Тсктоі-аговъ четырнадцать вѣковъ тому назадъ. Все вто надвигалось подобно наводненію,
покрывая поддонками и отбросами, словно грязнымъ илемъ, вгѣ страны, но которымъ
оно проходило. За этою ордой, переходившей отъ убійства къ убійству, отъ грабежей
къ грабежамъ и оть одной заразной болѣзни къ другой, ва протяженіи всего пути
черезъ Венгрію в Воліарію п при первыхъ столкновеніяхъ уже въ предѣлахъ Малой
Азіи, слѣдовала великая армія крестоносцевъ, подъ начальствомъ славнѣйшихъ христіан-
скихъ рыцарей, состоявшихъ, главнымъ образомъ, изъ французовъ, норманновъ, лота-
рингцевъ и уроженцевъ Арденновъ н Нидерландовъ. Годфридъ Булльонскій, говоритъ
Отто-фовъ-Фрейзингенъ, былъ поставленъ во главѣ арміи потому, что одинаково хорошо
владѣлъ языкомъ романскихъ народовъ, какъ и языкомъ тевтоновъ Онъ избралъ путь
черезъ центральную Европу, тогда какъ Раймондъ Тулузскій двинулся черезъ сѣверную
Италію и Далмацію, а итальянцы отправлялись моремъ въ Константиной -ль, гдѣ всѣ
должвы были соединиться. Отсюда уже оставалось силой прокладывать себѣ дорогу,
сражаясь съ турками за каждую пядь, такъ какъ турки занимали вгѣ города и горные
проходы Малой Азіи и Сиріи Изъ семисотъ тысячъ человѣкъ, отправившихся въ по-
ходъ, оставалось около половины: по Гиббону, 300.Оі>0 крестоносцевъ погибло прежде,
чѣмъ быль взятъ у мусульманъ ->динь городъ.
Вп всякомъ случаѣ, этой громадной арміи не тиатало бы для достиженія намѣ-
ченной ими цѣли, если бы оиа по заручились раснодожешемъ своихъ хозяевъ-визан-
тійцевъ: феодальные бароны крестоносцы, которымъ ссльджукнды преградили дорогу
передъ Ннкеей, не могли бы обойтись безъ поддержки грековъ для св<>его продовольствія,
и потому волей-неволей должны оыли преклш.итьса передъ императоромъ Алексѣемъ,
какъ передъ своимъ господиномъ и повелителемъ, торжественно обѣщавъ ому, вернуть
всѣ города и области, которые раньше входили въ составъ восточной имперіи, если
они отвоюютъ ихъ у турокъ. Они давали эти обѣщанія, заранѣе увѣренные въ томъ,
что панскій летать, сопутствовавшій имъ, во всякое время разрѣшить вхъ отъ стихъ
обѣщаній. И вотъ теперь только начался настоящій походъ: крестоносцы берутъ Пнкею,
затѣмъ въ большомъ сраженій отбрасываютъ мусульманъ въ глубь полуострова и про-
ходятъ черезъ Киликійскія врата, названныя пии «Вратами Іуды»,—настолько они имѣли
основанія опасаться ихъ; наконецъ, занимаютъ важный въ стратегическомъ <,тні-шешп
городъ Эдессу, который сталь служить инъ защитой отъ п-пріятеля, надвигавшаго-я
изъ-за Евфрата. Достигнувъ Антіохіи, или заперлись въ ея стѣнахъ, в имъ удзлось уйти
оттуда только благодаря случайной побѣдѣ, которая казалась просто чудомъ.
Въ концѣ-концовъ, благодаря, главнымъ образомъ, раздору, пари, тему между му-
сульманами,—египетскими фатиміі іами, сь одной стороны, н азіатскими турками съ
другой,—оии подошли къ сдѣнимь Іерусалима, который взяли приступомъ и затопили
вь крови. Даж» въ сачомъ храмѣ Іерусалимскомъ «кони по колѣно тонули въ крови»,
Приступая къ осадѣ Іерусалима, крестоносцы насчитывали вь своихъ рядахъ всею
973
только 20,000 воиновъ, а вскорѣ вь Іерусалимѣ осталось всего только сто рыцарей
и тысяча человѣкъ пѣхотинцевъ. Вся армія точно растаяла, в Гробъ Господень былъ
теперь связанъ съ христіанскимъ міромъ лишь такой нитью, которую легко было то-
рчать каждую минуту.
Всо было бы потеряно, если бы торговые интересы пе поддержали на этоть разъ
интересовъ религіи. Флотъ генуэзцевъ з пизаппевъ, еиарядиЕиійея для подвоза креста-
Іерусалпмъ — Куполъ надъ Святымъ Гробомъ.
носцамъ иркьіанта. быль подъ рукою, и благодаря этому флоту, удерживавшему за
христіанами побережье, Балдуину. преемнику брата своего Годфрида Еульонскаго, уда-
лось удержать за собой Іерусалимъ и захватить половину городовъ побережья, между
прочимъ Санъ-Жанъ-д’Акръ и Триполи Сирійскій. Послѣдній городъ имѣлъ замѣчатель-
нѣйшее ьнигохрнпвлише; вѣроятно, то была лучшая изъ существовавшихъ ещо на свѣтѣ
библіотекъ, и западные варвары не кашли ничего лучшаго, какъ предать это книгохра-
нилище огню. Эти крестоносцы,—говоритъ Рамзай,—этн вичзнвыѳ рыцари того времена
ш умѣли даже нацарапать на камнѣ своего имени, какъ это умѣлъ сдѣлать каж.ый
974
греческій солдатъ пятьсотъ дѣтъ раньше того времени. Вскорѣ другіе ьарвары присо-
единились къ франкамъ, настоящіе норвежцы, вь числѣ десяти тысячъ человѣкъ, при-
бывшій сюда прямо на 6(л судахъ, обойдя океаномъ ве<ь Европейскій материкъ. Подъ
предводительствомъ Спгурды опн приняли участіе въ грабежѣ и взятіемъ Сидона содѣй-
ствовали усиленію папства Іерусалимскаго. Тѣмъ временемъ сотни тысячъ крестонос-
цевъ западной Европы, французовъ, нѣмцевъ, итаіьянцевъ, двинувшихся сухимъ путемъ,
въ 1101 готу, погибли всѣ до послѣдняго па пути въ Сирію отъ голода, жажхы, исто-
щенія, страшныхъ заболѣваній и отъ турецкаго меча.
Очевидно, столь изолированная географическая точка, какъ Іерусалимъ, оставалась
чисто внѣшнимъ завоеваніемъ для христіанскаго міра, и ее очень трудно было удержать.
Для этого понадобилось бы употребить въ дѣло всѣ силы Европы, и латинскія и гер-
манскія, по онѣ далеко пе были въ добромъ единеніи и не было воодушевлены однимъ
общимъ чувствомъ- Тѣ, что были всѣхъ болѣе варварами, вносили вь это предпріятіе
всею болѣе искренней вѣры, тогда кань наиболѣе хитрые и разсчетливые торгаши, ге-
нуезцы и пизанцы, заботились только о своихъ выгодахъ. Н  и у тѣхъ, кто, казалось,
былъ всецѣло преданъ дѣлу освобожденія Гроба Господня, иниціатива часто уклонялась
въ сторону личныхъ выгодъ или удовлетворенія національныхъ чувствъ. Кромѣ того,
вопросы внутренняго устройства въ различныхъ государствахъ становились все болѣе и
оолѣѳ спѣшными и важными и въ значительной мѣрѣ уменьшали относительную важ-
ность обладанія Гробомъ Іосподнимъ А потому, когда укрѣпленный городъ Эдесса пре-
граждавшій мусульманамъ путь къ сирійскому побореікью. палъ и очутился въ рукахъ
ловкаго, предпріимчиваго и настойчиваго Зеной въ 1144 г., то близость паденія хри-
стіанскаго Іерусалимскаго царства стала неизбѣжной. Напрасно, три года спустя на-
чалу] самыіі серьезный изъ всѣхъ, такъ называемый «второй> крестовый «оходъ, и
многочисленные точны крестоноспевъ двинулись на востокъ. Въ этой арміи насчитыва-
лось 14,000 рыцарей и милліонъ пѣшаго люда; два государи предводительствовали
войскомъ, германскій императоръ Конрадъ III и Людовикъ VII, король Франціи. Но
какъ всегда, армія таяла въ пути, Эдессу не удалось вернуть, равно какъ и Дамаскъ,
гораздо болѣо блиткій къ Іерусалиму, и оба эти города остались во власти мусульманъ
Оба вождя вернулись домой почти безъ войска п безъ славы, простыжсііиыс своей
неудачей. Сорокъ лѣтъ спустя, въ 1187 г. славный пепели голь Египта, Садахъ-эдъ-
динъ, или Саладинъ, овладѣлъ Іерусалимомъ несм&іря на его естественное укрѣпленное
положеніе, крѣпкія стѣны п мужество сго защиіннковь. Такимъ образомъ христіанское
Іерусалимское царство не просуществовало н ста лѣтъ: прихоть военнаго счастья воз-
становила его внизъ на нѣсколько мимолетныхъ лѣтъ въ АШ-мь вѣкѣ, а затѣмъ всему
насталь конецъ, несмотря на послѣдующіе крестовые походы.
Въ южной части Средиземнаго моря магометане также оттѣснили назадъ хри-
стіанъ. Рожеры Сицилійскіе также предприняли крестовый походъ, но не въ Святую
Землю, а въ Мавретанію. Опи завладѣли всѣми портами Туниса и даже Триполи Та-
кимъ образомъ мусульманская территорія была перерѣзана на двое, и если бы норманны
удержали за собой берберійское побережье, мусульманская Испанія, окончательно отрѣ-
занная огь восточнаго магометанскаго міра, липенная всякаго сношенія съ вамъ я
975
нравственной или моральной поддержки, конечно, гораздо раньше была бы отвоевана
христіанами Наварры. Астуріи и двухъ Кастилій. Но сь половины XII вѣка завоева-
тели Сициліи принуждены былп отказаться отъ своихъ побѣдъ надъ мусульманами.
Въ 1159 г. вмъ пришлось сѣсть па свои суда и уходить на сѣверъ, а затѣмъ
въ продолженіи семисотъ лѣтъ магометане Африки продолжали съ успѣхомъ отстаи-
вать свои права противъ всѣхъ нападеній со стороны Западной Европы.
Обладаніе въ продолженіи болѣе полувѣка священнымъ городовъ христіанъ есте-
ственно должно было повліять въ значительной мѣрѣ на общій ходъ европейской циви-
лизаціи и па всѣ ея проявленія. Впрочемъ, это вліяніе, безконечно сложное, весьма
трудно уловить во всѣхъ его подробностяхъ, и еще болѣе въ тѣхъ, что возникали отъ
взаимнаго соприкосновенія западниковъ съ народами Востока. Тѣмъ не менѣе общіе
результаты представляются намъ съ достаточной очевидностью.
Сначала могущество римско-католической церкви замѣчательно возрасло. Каковы
бы ни оылн тѣ интересы, которые руководили въ данномъ случаѣ церковью, несомнѣнно,
что всѣ крестовые походы совершались оффиціально огь имени папъ и къ славѣ пап-
ства; въ присутствіи самаго папы или его пословъ рыцари клялись въ своей предан-
ности церкви и «Волѣ Божіей>, и самый злакъ, прикрѣпленный къ ихъ плащамъ, евн-
дѣтельстовалъ объ ихъ покорности и подчиненіи духовной власти.
Затѣмъ, крестовые походы придали французской королевский власти характеръ особой
зависимости и подчиненности церкви. Первый крестовый походъ былъ главнымъ образомъ
проповѣданъ во Фракціи, н число говорящихъ на французскомъ языкѣ рыцарей было без-
условно преобладающее среди участниковъ этой экспедиціи. Потомъ ужо это движеніе во имя
вѣры и любви къ приключеніямъ распространилось и на среднюю Европу, но первое
мѣсто въ немъ продолжало принадлежать французскимъ крестоносцамъ и норманнамъ,
основавшимся въ Сициліи, которые, впрочемъ, въ это время могли быть причислены и
но языку, и но духу къ числу рыцарей французскаго происхожденія. Въ глазахъ папъ
подвиги западнаго рыцарства, вмѣстѣ съ приношеніями церкви, сдѣланными Инвиномъ
Короткимъ и Карломъ Великимъ, въ связи еще съ обращеніемъ Хлодвига, образовали
своего рода традицію, связывающую политику Франціи съ интересами и спеціальнымъ
благомъ церкви,—и почти до XX. вѣка, даже послѣ эпохи Возрожденія, Реформаціи и
Революціи, этоть отголосокъ крестовыхъ походовъ продолжалъ тяготѣть надъ француз-
скимъ пародомъ, проявляя свое вліяніе па внутреннихъ раздорахъ и неурядицахъ
Франціи, чтобы удержать ее въ лонѣ церкви
Далѣе, крестовые походы оказали огромное вліяніе и па образъ мыслей запад-
ныхъ христіанъ. Эволюція, происшедшая въ образѣ мыслей крестоносцевъ, обусловли-
валась двумя различными вліяніями, съ одной стороны вліяніемъ далекой родины, по-
торую оіш недавно покинули,—съ другой—вліяніемъ той страны, куда опи цопали.
Это сказалось въ характерѣ тѣхъ рыцарскихъ орденовъ, которые возникли въ еамый
разгаръ крестовыхъ походовъ, и практическій характеръ которыхъ прямо вытекалъ изъ
условій ихъ новаго положенія, а потому весьма различенъ отъ прежняго характера
рыцарства, задававшагося невозможными идеалами въ родѣ тѣхъ, какіе мы теперь
встрѣчаемъ въ нашихъ волшебныхъ сказкахъ. Рыцари крестовыхъ походовъ ставятъ
976
гибѣ песравнеппо болѣе доступныя задачи, по вмѣстѣ съ тѣмъ и песравнипя > болѣе
серьезныя, такъ какъ опѣ соотвѣтствуютъ нравственнымъ обязанностямъ человѣка.
Орденъ странпопріпмневъ. прппадлежавшіі' оффиціально къ громадной семьѣ монаховъ
Августинцевъ, могь основаться только въ чужеземной странѣ, тамъ, гдѣ ихъ братья
по вѣрѣ могли не найти себѣ пріюта, гдѣ особенно важно пабтв надежныхъ друзей,
среди свирѣпыхъ враговъ.
Другой орденъ, тампліеры, или храмовники, получилъ свов названіе ио мѣсту ихъ
главной квартиры, она собирались вь ірояадныхъ залахъ дворца, построеннаго на раз-
валинахъ СолоииНова храма, и главною вхъ задачей было совмѣстить къ себѣ власть свѣт-
скую в власть духовную, быть одновременно и воинами, и монахами, носить рясу и
мечъ, Подобно священникамъ и монахамъ, они давали обѣты, благословляли и про-
клинали, отверзали врата рая и двери ада, а какъ рыпари, исполняли на землѣ рѣ-
шенія, принятыя ими для будущей жизни. Съ самаго начала этотъ орденъ пріобрѣлъ
громадную силу и значеніе, н даже папы колебались принять ва службу церкви столь
грозныхъ защитниковъ Св. Бернардинъ, руководившій тогда всѣми дѣлами хлистіан-
скаю міра, изложилъ самъ статутъ зтого орлопа (въ 1128 г.) в руководилъ ххъ пер-
выми политическими н религіозными дѣйствіями.
Подобное государство, соединявшее въ себѣ всѣ силы, которыя вездѣ противо-
стаыялись другъ другу, н заключавшее въ себѣ всѣ элементы своего будущаго пре-
успѣянія, не заботясь о вопросахъ языка или національноеги, конечно, момо бы встре-
вожить даже менѣе честолюбивыхъ союзниковъ и могло бы легко взять верхъ надъ
императорами и папами, султанами и имамами, если бы только опо сумѣло удержать
за совой руководство западными арміями в единеніи силъ. Но враги эюго братства воз-
росталн въ числѣ но мѣрѣ того, какъ возра-тали несмѣтныя богами этого ордена.
Ему приходилось бороться и со своими постоянными противниками— страннопріимцами,
и выпрашивать и «плачивать дорогой цѣной гостепріимство епископовъ, сюзереновъ и
королей, но жедаешихь допускать ихъ въ предѣлы своихъ земель, затѣмъ, расплачи-
ваться за сеѵн политическія неудачи, когда военные промахи и несогласія заставили
тамнліеровъ, т. е. храмовниковъ, покинуть Азіатскій материкъ и искать убѣжища аа
островѣ Кипрѣ. Тѣмъ не менѣе этотъ болѣе всѣхъ уважаемый рыцарскій ордамъ про'
держался въ полномъ блескѣ около двухъ столѣтій: затѣмъ много разъ бывали попыіки
къ возстановленію его былого блеска и сланы. И теперь еще нѣкоторые хвастуны, чтобы
одурачить простакі въ. украшаютъ себя званіемъ и отличіями рыцарей храмовниковъ.
Магометане также имѣли свои организованныя корпораціи, сражавшіяся одно-
временно в мечемъ, п дголитаой Такой организаціей вовпивъ-мппаховъ ягдялись Агсас-
евны, <Гашишія>, потребители Гашиша, народившіеся въ Персіи за нѣсколько лѣтъ до
Ордена Тампліеровъ.
Принадлежа къ сектѣ Пзмаэлитовъ, н.тлванныхъ такъ по имена Измаила, оди»іо
изъ иотомковъ Али, ини вначалѣ но принимали ннкашто участія въ политикѣ, огра-
ничиваясь чисто религіозной дѣятельностью. Онн исповѣдовали извѣстно" философское
ученіи, очень высокое, о стремились къ сліянію всѣхъ идіжіиегическихъ формулъ плато-
низма и мессіанизма, проповѣдуя родъ пантеизма, оснояаннаго на общей гармоніи
977
всѣхъ частей вселенной, па космосѣ, оть котораго пах'щятся въ зависимости всякое
человѣческое существо н всякая тварь.
Края Ассассип.въ.
1 ’ 2 ОООООО
І 		»	і
О	50	100 Иилом,
Очевидно, легенда о нихъ была бы совершенно иною, если бы дошла до насъ
не черезъ посредство христіанъ, которые всегда охотно приписывала своимъ грознымъ
враіэмъ всѣ преступленія, какія тольц* могли измыслить. Эта легенда гласить, что
ассассины были фанатвзировины извѣстнымъ пророкомъ, который натравливалъ вхъ на
ЙПМЗЯ РЕКЛЮ. вып. п.	62
978
своихъ враговъ, вооруживъ ядомъ и кинжаломъ. Глава пхъ. «Старенъ Горы», избралъ
''воинъ мѣстомъ пребыванія укрѣпленный зам»къ Аламуть, па одномъ изъ выступовъ
персидскаго Эльбруса; но наряду съ этимъ замкомъ <шь владѣлъ еще болѣе ста крѣ-
постями въ разныхъ мѣстахъ передней Азіи. Преемникъ же этого страшнаго монаха вь
настоящее время—скромный и мирный поданный Индійской Имперіи
Въ Европѣ моиашоство развивалось нѣсколько медленнѣе, слѣдуя той же эволю-
ціи, что и на Востокѣ. Отчасти это былъ тотъ жи составъ людей, которыхъ случай-
ности политики, войны и дипломатіи перебрасывали съ одного конца свѣта вь другой.
Главными центрами французскаго монашества были Ключи и Сито, или Систерсюмъ,
основанный среди лѣсовъ, перерѣзанныхъ болотами и прудами: скромный монахъ,
ставшій въ послѣдствіи знаменитымъ Св. Бернаромъ, избралъ это дикое глухое, мѣсто,
какъ наиболѣе подходящее для него. Это аобативо явилось родоначальникомъ многихъ
другихъ, въ томъ числѣ и знаменитаго аббатства Клэрво, настоятелемъ котораго
сдѣлался самъ Бернаръ. Затѣмъ эти фзніальныя аббатства въ свою очередь, благодаря
постояннымъ странствованіямъ ихъ монаховъ, вызвати къ жизни еще безчимсьное
множество другихъ менѣе значительныхъ а'ібзтсівъ; въ началѣ ХШ-го вѣка, т е. сто
лѣтъ спустя послѣ основанія Ситп, орденъ насчитывать уже свыше тысячи аббатствъ
въ христіанскихъ странахъ Европы и Палестины. Св. Бернаръ сталъ высокочтимымъ
руководителемъ христіанъ, и люди со всѣхъ концовъ свѣта обращались къ нему за
помощью совѣтомъ и утѣшеніемъ: его сліт стоило арміи! Этогь скромный монахъ,
настоятель аббатства Клэрво, былъ настолько истинкымъ повелителемъ сѵдеоъ церкви,
что вь самый критическій моментъ папской власти, кардиналы избрала ва папскін
престолъ его любимѣйшаго ученика Тосканца Бернардо, иа котораго и возложили пап-
скую тіару, которую опъ принялъ подъ именемъ Евгенія ПІ и затѣмъ постоянно про-
должалъ ооращаться во всемь за совѣтомъ ко своему бывшему настоятелю и наставнику.
Именно въ иазніаню своему высоко прогвѣщевпому ученику, Св. Бернардъ написалъ
свою знаменитую книгу «СопзіБёіаІіопэ (т. о. Разсужденія); «Будь скроменъ, поучалъ
онъ его, прежде всего скроменъ; мы не видали, чтооы апостолъ Пиръ когда-тиоо
показывался въ народѣ, изукрашенныя золотомъ и драгоцѣнными камнями, одѣтый
въ шелкъ, па бѣломъ конѣ, окруженный солдатами и офицерами, сопутствующими ему
съ шумомъ и торжествомъ: въ этомь отношеніи ты скорѣе пріемникъ Константина, а
не Петра. Примѣняйся, если это нужно, къ требованіямъ вѣка, но, оолекаясь въ золото
и пурпуръ, не пренебрегай быть добрымъ пастыремъ и не стыдись Евангелія».
Время Крестовыхъ походовъ было эпохой обновленія не только для церквг, по и
для ересей. Если религіозныя распри и былп сравннтелі но рѣдки въ первой половинѣ
среднихъ вѣковъ, то впослѣдствіи имъ суждено было стать весьма частыми, когда
восточные и западные народы стали приходить ігь постоянное соприкосновеніе в<> всѣхъ
отношеніяхъ, даже и въ своемъ образѣ, мыслей, и въ своихъ вѣрованіяхъ, в въ своей
миѳологіи. Истинною причиной появленія многочисленныхъ ересей въ большинствѣ слу-
чаевъ было чувство возмущенія общественной нравственности, противъ духовенства,
продажнаго, своекорыстнаго, алчнаго и развратнаго. Другою косвенной причиной образо-
ванія ересей можно считать географическія условія многихъ суровыхъ и дикихъ, почти
979
иедш*туиныхъ мѣстностей нъ Альпахъ и гористой центральной Фракцій, куда рѣдко
заглядывали священники, п потому населеніе научилось мало-по малу обходиться безь
вяхь. Танъ можетъ быть объяснено, нанр., поавлепіѳ Вальдспекаго ученія горцевъ, въ
долинахъ обращеннаго къ Пьемонту склона горъ. Отъ горцевъ, ежегодно спускавшихся
зимою съ своихъ высотъ внизъ въ города, это ученіе распространилось и въ окрест-
ныхъ городахъ.
Область Альби, нѣкоторыя частя западнаго Лангедока и большой городъ Тулуза
были тѣ южные пункты, гдѣ вѣрующіе встрѣчали съ особенной благосклонностью правоз-
вѣстниковъ новаго, «высокаго ученія», освободивша-
гося оть священниковъ и не признающаго всѣхъ ихъ
дорогихъ и ненужныхъ украшеній и побрякушекъ.
Къ этому же времени относится и появленіе
реформатора Арнодьдо изъ Брешіи, ученика Абеляра.
Въ цпдивинѣ ХП-го вѣка, этотъ минахъ рес-
публиканецъ, грозный трибунъ, окруженный «волоса-
тыми людьми» («покрытыми шерстью»), попытался
было достигнуть двоякой цѣли, политической и рели-
гіозной: сну хотѣлось одновременно уничтожить власть
духовенства и возстановить дреенюю римскую респу-
блику. Сначала ему удалось было поднять города
Ломбардіи: свой родной городъ Брешію, Павію, Ми-
ланъ н ихъ сѣверныхъ сестеръ, отъ Асти до Трсьвзы,
во попытка его кончилась неудачей.
Новаторъ вынужденъ былъ бѣжать, однако,
вернувшись опять, па этотъ разъ въ самый Римъ,
іпь. благодаря раздору между двумя папами, которые
отлучали другъ друга отъ церкви и грозили прокля-
тіями, снова имѣлъ было успѣхъ Это было въ 11-16 г.
Первой его заботой было возстановить древнюю рим-
скую республику такою, какой онъ могъ ее себѣ во-
образить, судя но ^писаніямъ древнихъ и по сохра-
нившимися преданіямъ: онъ создалъ Конный мона-
Нищевствующіп монахъ
шескій Орденъ, стоящій между сенаторами и плебеями, установилъ избраніе консуловъ
для предсѣдательства въ сенатѣ и трибуновъ для защиты интересовъ народа.
Благодари странной случайности, эта республика продержалась нѣсколько дѣть
какъ бы въ водномъ невѣдѣвіи папской власти, которую новый Римъ совершенно
игнорировалъ, и это—въ томъ самомъ кѣкѣ, который могъ провозгласить, въ качествѣ
•воего главнаго политическаго девиза, всемірное владычество церкви надъ всѣми вѣрую-
щими. Но живой въры, творячей чудеса, не доставало уже гражданамъ Рима,—и когда
надъ нпмн собралась гроза, пдушая съ сѣвера, когда Барбарусса спустился съ Аппо-
нипекпхъ высотъ, сенаторы і консулы, трвбупы и граждане стали просить пощады,—
н Арнольдо былъ сожженъ живымъ на кострѣ. Папская власть была вновь возстану
980
віева. одновременно в надъ гражданами Рима, и надъ самимъ императоромъ, который,
ьнутренно прошивая папство и папу, долженъ былъ держать стремя Адріану IV, сыну
крѣпостного англичанина, вывшему нищему, бродячему монаду.
И этотъ верховные первосвященникъ, обладавшій достаточной властью, чтобы
унизить Барбаруссу передъ лицомъ его трепещущимъ отъ негодованія рыцарей, пе пре-
минулъ раздавать по своему усмотрѣнію госудаостга п народы. Подобно своимъ пред-
шественникамъ, онъ представлялъ во власть крестоносцевъ восточные пароды; отдалъ
финновъ и другія племена Великаго Сѣвера присоединеннымъ къ перквл шведамъ, а
когда Генрихъ П, король англо-Нормановъ, заговорилъ о своемъ долгѣ завоевать и
Ирландію, папа Адріанъ высказалъ ему свое одобреніе въ такихъ выраженіяхъ: «Ирлан-
дія,—писалъ опъ, -и всѣ острова, принявшіе Христову вѣру, принадлежать, по твоему
мнѣнію, какъ и по мнѣнію всего міра, римско-католической церкви. Ты навѣщаешь
насъ, что желаешь вступать на уготъ островъ, чтобы покорить его своимъ законамъ,
истребитъ въ помъ пороки и заставить платить священную и сдать Риму. Одобряемъ
твое намѣреніе, расширь предѣлы Св. Церкви и сдѣлай имя свое славнымъ во всѣ вѣки!»
Вмѣстѣ съ этою буллой, папа послалъ, въ знакъ инвеституры, королю Англіи золотой
порстень, украшенный символическимъ изумрудомъ.
«Изумрудный островъ» былъ, дѣйствительно, частью завоеванъ; Генрихъ II по-
' строилъ въ городѣ Дублинѣ сбои дворецъ, какъ бы желая закрѣпить здѣсь навсегда
свою власть. Ирландцы были лишены своей независимости и самобытной культуры; они
овый ввергнуты въ нищету и варваризмъ и вступили въ самый ужасный періодъ своей
исторіи рабства и нравственной и духовной приниженности, ьоторая тлится и теперь
еще, и эта приниженность, по ироніи судьбы, должна была тѣсно приковать ихъ
той самой римской церкви, которая, гакъ сказать, продата ихъ Англіи.
Пока происходили эти событія, на Востокѣ продолжался настоящій крестовый по-
ходъ противъ Ислама. Третій крестовый походъ, снаряженный съ цѣлью снова отнять
Іерусалимъ у невѣрныхъ, далъ даже поводъ къ самому рчманическому опчзоду войны,
такъ какъ въ йенъ наступили одновременно па сцену, съ одной стороны, такой герой,
какъ Барбарусса, который вдругъ исчезъ таинственно, давъ этимъ пишу безчисленнымъ
легендамъ и сказаньямъ, затѣмъ—пылкій Ричардъ Львиное Сердце и тонкій политикъ
Филиппъ Августъ; съ другой стороны — блестящій Саладинъ, образецъ всѣхъ рыцарей
арабскихъ, кань и христіанскихъ. Однако, результаты этого похода не соотвѣтствовали
блестящему составу борющихся сторонъ. Іерусалимъ не былъ возвращенъ христіанамъ;
все, чего имъ удалось достигнуть оть вхъ великодушнаго и благороднаго врага, такъ
это—разрѣшенія безпрепятственно совершать паломнячестра со Гробу Христа. Кромѣ
того, основался еще тритій религіозно-рыцарскій орденъ,—орденъ Тевтонскихъ рыцарей,
мечъ которыхъ долженъ былъ тяжело пасть па головы язычниковъ, на германской гра-
ницѣ. пруссаковъ и литовцевъ
Четвертыя крестовый походъ имѣлъ ужо своею цѣлію ве Іерусалимъ, а долину
Нила, въ разсчетахъ овіадѣть плодородными землями, столь богатыми хлѣбомъ, и тор-
говыми рынками Индіи, ио на пути венеціанцы, флотъ которыхъ переправлялъ на своихъ
судахъ крестоносцевъ, направили ихъ честолюбивые и корыстны1’ замыслы на Консгантв-
981
нополъ. До сего времени западныя полчища крестоносцевъ, не рѣдко сталкиваясь съ
византійцами, не осмѣливались яйно нарушить данную кляну вѣрности и присягу по
отношенію къ имперіи; величіе ея останавливаю ихъ отъ подобнаго поступка, кромѣ
тога, отправляясь сражаться противъ мусульманъ и освобождать Гробъ Христа, кресто-
носцамъ не ловко было, призрѣвъ всякое чувство приличія, задержаться вь пути, чтобы
избивать другихъ такихъ же христіанъ, какъ и они. Однако, вютъ разъ искушеніе было
слишкомъ велико, и <-нн яе устояли противъ него. Захвативъ городъ хитростью, они на
половину сожгли его, а остальную половину раз-
грабили (1204 г.). Въ то время, какъ венеціанцы,
знатоки цѣнныхъ вещей, увозили кь себѣ древшг
колесницы в тріумфальныя ворота, чтобы украсить
родной городъ, западные варвары изъ Франціи п
Бельгіи расплавляли дуовнія бронзовыя статуи и
золотыя и серебряныя вещи, чтобы чеканилъ изъ
иихъ монету, оружіе или грубыя украшенія.
То озлобленіе, какое Западъ п теперь еще
питаетъ къ Византіи, не происходило ли, на доб-
рую половину, ияъ-за того, что во время ихъ пер-
ваго столкновенія съ константинопольскими гре-
ками, Крестоносны, предки чыиѣшпихъ ЦіПШЛИЗо-
вавныхъ французовъ и германцевъ, должны были
очень ясно сознавать превосходство византійцевъ
надъ собой?! Они должны были в тутрѳнио при-
зваться, чю онв несомнѣнно были варварами, не
только съ точки зрѣнія искусства я ремесла, но
такъ же и въ смыслѣ умѣнья жить и въ отноше-
ніи нравственныхъ запросовъ. Они почувствовали
себя не культурными, грубыми; алчными, жадными
и свирѣпыми.
Анна Копненъ жалуется ва грубую чрез-
вычайную алчность, латинянъ- Обѣ стороны пи-
Рыцарь-храм^вникъ.
тали другъ къ другу открытую ненависть. Папы также были обмануты въ сво-
ихъ честолюбивыхъ мечтахъ, побуждавшихъ ихъ во всв время крестовыхъ походовъ,
пропсвѣдывать единеніе вѣры. Тщетны были всѣ ихь старанія возстановить единеніе церкви.
Когда крестоносцы завладѣли Византіей и дали полную волю своимъ бѣшенымъ
аппетитамъ, алчности, дикости, грубости и насилія, то ненависть между культурными
греками и варварамн-латинянами приняла такіе разм ѣры, что всякая мысль объ единствѣ
религіи должна была изчезнуть. Напротивъ, установилось еще болѣе глубокое разъединеніе.
Къ тому же Болдуинъ Фландрскій і тѣ, кто избралъ его императоромъ Византіи,
совершенно не умѣли приспособиться къ восточнымъ нравамъ и политическимъ тра-
диціямъ Византіи. Они раздѣлили всю страну на отдѣльныя вассальныя владѣнія, часто
впажловавппя и другъ съ другомъ, и съ уцѣлѣвшими въ Эпирѣ и Анатоліи греческими
992
княжествами, в, наконецъ, съ турками. Все это ослабляло латинскую имперію; опа по-
степенно таяла и, наконецъ, совершеніи' покончила свое существованіе, продержавшись
немного болѣе 50 л. (с-ь 1204 по 1261 г.).
Латинская Импевія и Восточная Имперія.
1 . 6 000 000
I......... 	—.....-
О	ІЭО	200	300 Иилом
Латинская Имперія, находилась по обѣимъ сторонамъ Босфора. Столицей Восточной Имперіи
бьда Никоя (Пенивъ). Негропоптъ (Эвбея) и Цикладскіе острова находились подъ управленіемъ
оопеціапскихъ родовъ, также какъ Родоото, Галли попп и Яапспкл.
ТѢ области восточной имперіи, гдѣ всего сильнѣе сказалось западной вліяніе, оыли
Пелопонезъ и острова, разсѣянные вокругъ континентальной Греціи, болѣе доступные,
посѣщеніямъ французовъ и венеціанцевъ, чѣмъ другія, собственно восточные гавани и
порты. Только въ 1540 г. Венеція была вынуждена очистить свов послѣднія владѣнія
въ греческихъ во даль.
9ьЗ
Два послѣднихъ крестовыхъ похода, предпринятыхъ королемъ Франціи Людови-
комъ IX, признаннымъ «Святымъ» въ католической цоркии, снова приняли тотъ рели-
гіозный характеръ, который совершенно утратили предыдущіе походы, предпринятые съ
цѣлью завоеваніе и грабежа. Крестоносцы снова стали «Божьими воинами», но волнами,
не имѣвшими уже ьь сеоѣ живой вѣры, побѣждающей все. Въ обоихъ этихъ походахъ
Людовикъ Св. былъ одинаково несчастливъ: напавъ на Египетъ, въ которомъ онь осно-
вательно видѣлъ ключъ ко гробу Господню, «шъ съ большимъ усиліемъ овладѣть горо-
домъ Даміеттой (1249 г.), но вскорѣ самъ попалъ въ плѣнъ съ большею частью своего
войска и былъ отпущенъ лишь за громадный выкупъ. А во второмъ своемъ походѣ
высадившись близъ Туниса, онъ погибъ оть чумы, вмѣстѣ съ большею частью своихъ
людей (1270 г.). Въ 1291 г. нала Акка или Санъ-Жаігь-д'Акръ, единственная крѣпость,
оставшаяся въ рукахч. христіанъ въ Палестинѣ, п защитники ея разсѣялись по Европѣ
я на островахъ Средиземнаго моря. Оть всѣхъ крестовыхъ походовъ въ Азія остались
лишь однѣ стѣны да смутныя преданія, а въ горахъ Липана безотчетная симпатія и со-
чувствіе христіанскихъ племенъ къ католической Франціи.
Какъ масю погибаютъ к забываются права,
если они не поддерживаются силою сознатель-
ныхъ гражданъ'.
ГЛАВА VII *).
Средніе вѣка.—Общины. — Венеція, Пива, Генуя — Гвельфы и гнбппнны.—Альби-
гойская война.—Германская Ганза.—Университеты — Феодальная Франція—Вели-
кая Хартія.—Столѣтняя война.—Чума, разбойничество, рабство и захватъ земель.—
Внклефъ и Гуссъ.—Шотландія п Англія.
Подъ именемъ «среднихъ вѣковъ» теперь пзвѣстеіп въ исторіи періодъ отъ взятія
Рама варварами до взятія Константинополя турЧми. Раньше же, во времена гумани-
стовъ, ото названіе примѣняли къ тому періоду, когда писатели перестали уже поль-
*) Конрадъ ПІ Гогенштауфенъ Оыдъ избранъ германскимъ императоромъ въ П38 г.
и большую часть своего царствованія провелъ въ борьбѣ съ герцогами Баварскими—
Генрихомъ Гордымъ (ум. въ 1140 г.) и его сыномъ, Генрихомъ Львомъ.
Фридрихъ I, прозванный «Рыжая Порода» (Варбарусса) род. въ 1123 г. При-
надлежа по матери къ вельфамъ, онъ старался, по крайней мѣрѣ въ Германіи, сгла-
985
зоваться классическими формами разговорнаго языка, но все-таки еще выражали свои
мысли на латинскомъ языкѣ, т. е. оть Цицерона до царствованія Константина. Съ
точки зрѣнія латинскаго языка, единственнаго, считавшагося достойнымъ для выраженія
мысли, всѣ вѣка и раздѣлялись па высшіе,, средніе и низшіе (послѣдніе,—когда лат.
языкъ сталъ забываться, в началось образованіе новыхъ языковъ). Мало-по-малу,
однако, «средніе» и «низшіе» вѣка филологовъ стали соединяться въ сознаніи истори-
ковъ въ средніе вѣка, въ настоящемъ значеніи этого слова, для обозначенія періода
относительнаго мрака и невѣжества. Впрочемъ, нужно замѣтить, что тѣ самые вѣка,
которые у пасъ нъ Европѣ характеризовались «движеніемъ назадъ», вь другихъ стра-
нахъ, навр., Аравіи, Персіи п Сиріи, напротивъ, были вѣками яркаіе свѣта, разсвѣта
дпть рознь между гвельфами н гибелинами; въ 1147 г. онъ наслѣдовалъ своему отцу
вь герцогствѣ Швабія и сопровождалъ своего дядю, Конрада 111, во 2-й крестовый
походъ. Въ 1152 г. онъ былъ избранъ императоромъ и въ 1154 г. перешелъ въ
первый разъ Альпы, чтобы принять ломбардскую корону, отнять Римъ отъ Арнольд»
и возвратить ого папѣ, заставивъ признать себя императоромъ. ()ць взялъ Миланъ вь
1158 г., разрушилъ его въ 1162 г., потомъ самъ былъ разбитъ при Лсньяио въ
1176 г. Обезкураженный результатомъ своихъ 6 походовъ въ Италію, онъ затѣмъ
всецѣло посвятилъ себя Германіи, пока не поѣхалъ на востокъ, откуда уже но вернулся.
Генрихъ VI Жестокій (1190—1198) женился на наслѣдницѣ норманскаго коро-
левства Обѣихъ Сицнлій; онъ былъ тюремщикомъ Ричарда Львиное Сердце в оконча-
тельно побѣдилъ вольфовъ. Братъ его Филиппъ боролся съ выставленнымъ противъ
него палою анти-королемъ Оттономъ IV, сыномъ Генриха Льва, н былъ убитъ въ
1208 г. Оттовъ IV царствовалъ потомъ одинъ; однако, поневолѣ слѣдуя политикѣ
своихъ предшественниковъ, былъ отлученъ папой отьцеркви и умеръ немного спустя послѣ
пораженія при Бузинѣ, въ 1214 г.
Фридрихъ II, сынъ Генриха VI, родился въ 1194 г. близъ Анконы. Онъ былъ
союзникомъ французскаго короля въ битвѣ при Бовинѣ и занялъ тронъ Оттона IV въ
1218 г. На первыхъ же порахъ онъ подвергся напскому отлученію, незадолго предъ
отъѣздомъ въ св. землю. Овъ оказался счастливѣе своихъ предшественниковъ, такъ
какъ вступилъ въ Іерусалимъ. Одпако, его успѣхи пе послужили ему ни къ чему у
папъ, становившихся все болѣе требовательными. Императоръ этотъ былъ вторично
отлученъ въ 1239 г. и умеръ въ 1250 г., невѣдомый большинству своихъ подданныхъ
и презираемый другими.
Конрадъ IV (1250—1254), его сынъ, едва успѣлъ завоевать Италію, а его
сынъ Конрадинъ, род. въ 1252 г., оспаривая Неаполь у Карла Анжуйскаго, креатуры
папы, былъ взятъ въ плѣнъ и казненъ 16-ти лѣтъ отъ роду. 20 лѣтъ спустя за это
преступленіе было отплачено Сицилійской Вечерней.
Вслѣдъ затѣмъ, съ 1273 г. по 1437 г., въ Германіи царствовали императоры,
принадлежавшіе къ разнымъ династіямъ: Рудольфъ (1273—1291) н Альбертъ (1298—
1308) Габсбурги, раздѣленные Адольфомъ Пассаусккмъ, Людовикъ (1314—1347) и
Робертъ (1400—1411). Баварскіе и Люксембургская династія въ лицѣ: Генриха VII
(1308—1313), Карла IV (1347—1378), Венцеслава (1378—1409) и Сигвзмунда
(1411—1438).
Паны, боровшіеся съ Барбаруссой, были: Адріанъ IV (1154—1159) и Алек-
сандръ ІИ (1159—1181); затѣмъ, въ теченіе слѣдующихъ 10 лѣтъ: Лука III, Урбанъ Ш,
Григорій ѴШ и Климентъ III. Иннокентій Ш (1198—1216) былъ современникомъ
императора Оттона IV. Гонорій Ш н Григорій IX (1227—1241) были первыми про-
986
наукъ и искусствъ. Да и въ самой Европѣ «мрачв-ш срлдневѣьовье» вовсе не продол-
жалось до самаго открытія Новаго Свѣта, какъ обычно думаютъ: еще за годно до этого,
лѣтъ за 200 или за 300 до эпохи, оффиціально извѣстной подъ названіемъ Возрожде-
нія, послѣдней началось уже вь западной Европѣ. Особенно это вамѣтвч на образованіи
свободныхъ общинъ, столь энергично оістаивавшихъ свою независимость.
Начало общинъ во многихъ мѣстахъ относится кч времени Крестовыхъ походовъ
когда, пользуясь отъѣздомъ на востокъ рыцарей феодаловъ в воиномъ, сельское насе-
леніе і горожане вздохнули свободнѣе; крѵМѣ того, и сами феодалы, отправлять в_
походъ, должны была даровать оставшимся недлиннымъ нѣкоторыя прпвиллепи, чтобы
тѣ оерегли владѣнія господъ, во время оті ути вія вхъ, и шшеновадись оставшимся дома
тнвпиками Фридриха П, потомъ Целестинъ IV, Иннокентій IV, Александръ IV, Ур-
банъ IV и Климентъ IV присутствовати при концѣ Гогенштауфеновъ.
Альбигойцы были отлучены отъ церкви и подверглись первому преслѣдованію въ
1179 г. Въ 1208 г. убійство папскаго легата, предсѣдателя ауто-да-фе, послужило
предлогомъ для объявленія противъ нихъ крестоваго плода. Гор. Безье быль взять въ
1209 г. (пало 60,000 жертвы, сѣверъ одержалъ побѣду надъ югомъ въ битвѣ при
Мшрэ (1213); Альби открылъ свои ворота къ 1215 г. Симонъ Мчптфорскій былъ
убитъ въ 1218 г. подъ стѣнами Тулузы; взятіе Авипь»ня докончило войну.
Послѣ смерти Климента IV нъ 1268 г въ теченіе 23 лѣтъ было по менѣе
9 лапъ. Послѣ пахъ Бонифацій ѴПІ, противникъ Филиппа Красиваго, былъ намою до
1303 г. и Бенедиктъ XI—до 1305 г; загвмт идутъ 7 авиньонскихъ папъ, оть Кли-
мента V (1305—1314) до Григорія XI (1370 —137»), возвратившагося въ Римъ въ
1377 г. Ко его смерти въ западной церкви произошелъ великій расколъ, во время
котораго римскіе и авивынскіо папы взаимно отлучали другъ друга оть церкви и нако-
нецъ, въ 1447 г съ Николаемъ V возстановилось единство церкви.
Англія. Генрихъ Плантагенеть, сынъ герцога Анжуйскаго и внучки Вильгельма
Завоевателя, взошелъ на англійскій престолъ въ 1154 г.; былъ жевать на Элеонорѣ
Аквитанской, разведенной женѣ Людовика VII. Большая часть Плаптагонетовъ наслѣ-
довала отъ отца къ старшему сыну: Генрихъ II (1154—1189), Ричардъ Львиное
Сердце (1189—1199), его брагъ Іоаннъ Безземельный (1199—1216), Генрихъ III
(1216—1272), затѣмъ три Эдуарда, замѣщавшіе одинъ другого въ 1307, 1327 н
1377 гг. Сынъ послѣдняго, Черный ирппцъ, умеръ еще при жизни отца, и послѣднему
наслѣдовалъ его внукъ Ричардъ (1377—1399); затѣмъ слѣдовали три Генриха—IV,
V и VI, до 1461 г.; потомъ Эдуардъ IV, одинъ изъ сыновей Эдуарда и его убійца,
Рпчардъ III (1483-1485).
Шотландія. Изъ длиной серіи королей послѣдними были: Малькольмъ IV
(1153—Ибо), Вильгельмъ (1165—1214), Александръ II и Александръ ПІ (1249—
1286); затѣмъ слѣд^адо междуцарствіе во время владычества англичанъ, когда было
поднято возстаніе Уэллеса, казненнаго еъ 1305 г. Робертъ Брюсъ поднялъ шотланд-
цевъ, одержалъ побѣду пра Беннокбернѣ и царствовалъ до 1329 г.; сынъ его Давидъ
чередовался во власти съ нѣкимъ Баііолемъ; съ 1370 г. получили власть Стюарты,
сохранившіе ее въ своихъ рукахъ болѣе трехъ столѣтій.
Франція. Прямое потомство Людовика Святого царствовало недолго: Филиппъ Ш
Упрямый (1270—1285), Филиппъ Красивый (1285—1314), и сто три сына, Людо-
викъ X, Филиппъ V, Карлъ IV, царствовавий всего 14 лѣтъ По праву первородства
на престолъ вступилъ Филиппъ Валуа, племянникъ Филиппа Красиваго; но Эдуардъ Ш
англійскій былъ по матери внукомъ того же короля.—и этимъ была обусловлена сто-
987
женамъ в дѣтямъ рыцарей. Пользуясь этимъ, горожане стали постепенно забирать въ
свои руки уаравлеше городомъ, напр., вь Тулузѣ и др. городахъ южной Франціи.
Въ дрѵгиіъ областяхъ Европы самыя условія среды позволили ооптателямь сохра-
нить незанискмость облипъ; таковы былп земли фризовъ в дитмаршвиъ, окруженные
болотами и трясинами. По аналогичной же причинѣ по ту сторону устьевъ Рейна
обитатели «новыхъ земель» Фландріи были также свободными людьми. Если бароны
начинали тѣснить пхъ, опп п-жвдали осу шовную ими мѣстность и отправлялись завое-
вывать другія устья рѣкъ и другія земли. Такія «маленькія Фландріи» образовались
но всему французскому побережью отъ Дюнкирхеца до Байѵнны. Также были въ Англіи
и Шотландіи.
лътнмя война. Филиппу VI (1828— 135ѵ) наслѣдовалъ Іоаннъ Добрый (1350—1364),
Карлъ V, Карлъ VI Безумный (1380—1422) и Карлъ VII, ум. ьъ 1461 г., потомъ
Людовикъ XI и Карлъ ѴІП, умершій ьъ 1498 г. безъ наслѣдниковъ. Престолъ пере-
шелъ къ новой вѣтви—Канеіяиговъ.
Главныя даты, относящіяся до франко-англійской борьбы, начиная съ XII в.,
слѣд.: Перонискій договоръ—1199, взятіе Руана—1204, Швнонскій договоръ—1214,
битва при Сентѣ—1242, Парижскій договоръ—1258, битва при Нклюзь—1340 при
Креси—1346, взятіе Калэ—1347, битва при Пуатье—1356, миръ нри Брвтиньв—
136о, битва при Азинкурѣ—1415, англа-бургонскій союзь въ Троа—1420, Жанна
ДАркъ—1429, Аррасскій договоръ—1435 г., битва при Форминьи—1450, ири Ка-
стильонѣ и взятіе Бордо—1453.
Бургундія. Вслѣдствіе брака герцога Бургундскаго Филиппа, сына Іоанна
Добраго, съ Маргаритой Фландрской, обѣ страны находились съ 1384 г въ однѣхъ
рукахъ, в герцогъ Бургундскій играетъ ьо Франціи преобладающую роль. Послѣ Фи-
липпа, ум. въ 1404 г., и Іоанна Безстрашнаго, убитаго въ Монтеро въ 1419 г.,
слѣдовали Филиппъ Добрый (1419—1467) и Кардъ Смѣлый, разбитый швейцарцами
при Грзнсонѣ и Морагѣ въ 1476 г. и убитый при Нанси въ 1477 г.
XII в. и первая половина ХШ были въ Германіи эп-х»й Вольфрама ф.-Эшенбаха
и Вальтера ф.-дерь Фогельвсйде, а во Франціи—Васа, Бенедикта С.-Мора, Вмльардуэиа
и Ж. де-Лорри.
Нужно ещэ упомянуть о слѣд. лицахъ:
Фруассаръ, род. въ Валансьенѣ...................... 1338—1404 г.
Герсанъ, род. въ Шачпанп, вѣроятный авторъ «Подра-
жанія Христу», одинъ изъ судей Ява Гуса .	.	.	1362—1428	»
Бэконъ (Ройеръ), ученый ......................... 1214—1294	»
Вома Аквинатъ, род. въ І'окка-Сенка, отецъ церкви	.	1226—1274	»
Данте Алигьери, флорентинскій поэтъ..... 1265—1321	»
Артсвельде (Жакъ и Филиппъ), гоптскіо патріоты.	.	.	1345 -1382	»
Петрарка, род. въ Ареццо, поэтъ ................... 1304—1374	»
Рьенцо, римскій патріотъ........................... 1313—1354	»
Дю-Гогклвнъ, рад. близь Дипава..................... 1320 — 1380	»
Виклефь, род. ьъ Іоркѣ, ересіархъ........... .	.	1324—13в4	»
Шосеръ (Жоффруа), род. въ Лондонѣ, поэтъ . .	.	1340—1399	»
Гуссъ Янъ, род. въ Гусипцѣ, патріотъ и ересіархъ	.	.	1369—1415	»
Жанна Д’Аркъ, род. вь Домреми, французская па-
тріотка ........................................ 1112—1431	»
98а
Подобно болотамъ, н густые лѣса, скалы и снѣжные хребты, словимъ, природныя
препятствія, затрудняющія сообщенія и облегчающія защиту, также способствовали
насажденію и сохраненіи общинъ. Это мы видимъ па Швейцарія, гдѣ уже въ концѣ
XIII в. исторія упоминаетъ настоящую ассоціацію, обравоіанвую «лѣсными» кантонами
и буржуазной общиной Цюриха. Въ 1315 г. пре Моргартенѣ цѣлая арміи германскихъ
рыцарей погибла подъ ударами топоровъ, дубинъ и обломковъ скалъ, которыми эащи-
щались горные жители. Съ этого времени и начинается настоящая исторія Швейцаріи,
украшенная легендой о Вильгельмѣ Теллѣ.
Окружающей природѣ обязаны своею долгою политичной независимостью и баски,
или евскаль-дунаки, живущіе на западѣ Пиренеевъ и на обоихъ склонахъ ихъ. Нако-
нецъ, Иллирійскія горы, Черногорія, суровыя горныя страны Албаніи, также благодаря
условіямъ среды, пріобрѣли свою независимость.
Духъ свободы настолько проникалъ въ города, что многіе игъ нить представляли
цѣлый рядъ маленькихъ республикъ, объединенныхъ въ одной городской. Такъ, гор.
Сьенна состоялъ изъ 24 такихъ республикъ. Лондонъ до "ормавиовъ также состоялъ
изъ скопленія самостоятельныхъ селеній. Въ Россіи каждая улица представляла само-
стоятельную, автономную единицу
Въ то же время, являясь федераціей кварталовъ плп улицъ, средневѣковый городъ
былъ и федераціей профессій: общность интересовъ заставляла объединяться купишь,
ремесленниковъ въ цехи, іильдіи и пр. Наконецъ, борьба феодаловъ другъ съ другомъ,
съ королями зли духовенствомъ заставляла ихъ часто искать союза у городовъ и тѣмъ
усваивала ихъ значеніе.
Наибольшаго развитія свободныя обшипы достигли въ Италіи, гдѣ еще не успѣло
изгладиться воспоминаніе о римской республикѣ; тамъ не переставали существовать
независимые города даже во время первыхъ «среднихъ» вѣковъ. Такимъ городомъ была
знаменитая Венеція, населенная еще во времена римлянъ. Во времена же вторженій
варваровъ ва Римъ населеніе ея еще увеличилось благодаря превосходной защитѣ ея
съ суши и съ моря Дѣйствительно, на западъ отъ Венеціи тянулись вязкія болота, а
на востокѣ — шіа береговая коса съ извилистыми протоками, пройти по которымъ
можно было только опытному кормчему. Такая защищенность города, съ одной сто-
роны, удерживала враговъ отъ нападенія, съ другой, привлекала морскія суда, которыя
могли разгружаться какъ внутри залива, такъ и снаружи. Наконецъ, находясь близъ
устья р. По и др. рѣкъ сѣв. Италіи, Венеція связывалась съ сѣн Италіей, а чрезъ
пве—со всей остальной зап. Европой; мор-> же (Адріатическое) соединяло ее съ Іони-
ческимъ моромъ, Средиземноморскими странами и востокомъ. Всѣ этп преимущества
тѣнь болѣе гарантировали торговое главенство Венеціи, что во всей зтой области,
изобилующей рѣчными устьями, не было болѣе ни ідпой естествепн'Ч гавани.
Стремясь къ полному господству надъ моремъ, Венеція считала въ своей власти
всю часть его, ограниченную съ юга побережьемъ Равенны съ итальянской стороны и
заливомъ Кварнеро—сь далматской; ея сборщики собирали налоги со всѣхъ судовъ,
переходившихъ эту черту. Вь ея распоряженіи было болѣе 3,5ыО кораблей съ 36 тые.
МОрЯКоВЪ.
989
Притаившись въ глуби Адріат. моря, подобно пауку въ углу своей сѣти, эта
торговая республика протянула свои нити ко всѣмъ странамъ извѣстнаго тогда міра,
покупая чужіе цѣпные товары и продавая свои — бархатъ шелкъ, парчу. Будучи тор-
говцами, венеціанцы довольно легко относились къ религіи. Греческій языкъ, главный
торговый языкъ востока, служилъ многимъ венеціанцамъ разговорнымъ языкомъ; съ
Константинополемъ Венеція поддерживала тѣсныя сношенія, п^ка, вь срединѣ ХШ ч.,
ихъ не вытѣснили оттуда генуезцы.
Будучи торговымъ народомъ, венеціанцы ревниво оберегали свою торговлю и
промышленность: торговли ныла монополіей аристократовъ, а среднее сословіе могло
вести ее только на очень тяжелыхъ условіяхъ; такъ, товары, привезенные на чужихъ
кораоляхъ. либо конфисковалось, дпбо облагались громадной (равной ’/в стоимости
товара) пошлиной. Ремеслеиники, даже находясь въ чужихъ странахъ, не должны были
работать иа пользу другому народу: ихъ приглашали вернуться на родину, а въ слу-
чаѣ непослушанія, приоѣгали къ кинжалу.
Венеція потеряла свое значеніе лишь тогда, когда былъ открытъ Новый Свѣтъ:
ея роль перешла къ Тріесту, іавапь котораго доступна для глубоко сидящихъ судокъ.—
Венеція еще не приспособилась къ потребностямъ современнаго судоходства.
Другія великія морскія республики Италіи—Пива, Амальфи, Генуя, также были
обязаны своихъ процвѣтаніемъ географическому положенію. Пиза, впрочемъ, быстро
пала, когда наносы рѣкъ Арво и Ссрчіо занесли ся гавань. Напротивъ, Генуя достигла
такого же почти развитія, пакъ Венеціи.
Расположенная въ глубинѣ Лигурійскаго залива, опа, подобно Венеціи, также
сдѣлалась мѣстомъ вывоза и распредѣленія товаровъ для огромнаго района. Но поло-
женіе ся было хуже Венеціи: съ Мѵря она была открыта волнамъ и вѣтрамъ, равно
какъ и для непріятелей. Съ другой стороны, вь смыслѣ торговли, ея сообщенія съ
сѣверными склонами Альпъ было гораздо менѣе легкимъ. Такимъ образомъ, стѣсненная
въ торговлѣ съ Европой, она должна была искать рынковъ на востокѣ, — н дѣйстви.
тельно, ей удалось вытѣснить венеціанцевъ изъ Константининоля и открыть себѣ Черное
море, гдѣ ея колонія Кафа (бывшая Ѳеодосія колонистовъ Милета) сдѣлалась вскорѣ
главнѣйшимъ рынк-імъ Востока.
Внутри Италіи точно также образовались республиканскія одщины, незначитель-
ныя по своей территоріи, но сильныя энергіей и мужествомъ своихъ гражданъ; демо-
кратическій элементъ игралъ въ нихъ довольно видную роль, и онѣ, объединяясь, могли
бы составлять крупную силу. Но вѣчные взаимные раздеры не только между городами,
по и въ одномъ н томъ же городѣ между различными партіями значительно ослабляли пхъ.
Всѣ эти безчисленныя войны итальянскихъ республикъ были лишь отдѣльными
эпизодами той вѣковой борьбы, которая отдала во власть папы и императоровъ цен-
тральную и южную Европу. Соперничество отдѣльныхъ родивъ, отдѣльныхъ общинъ
сливалось въ соперничество между «гвельфами> и «гибелинамп*.
Происхожденіе этихъ знаменитыхъ именъ относится къ Германіи. «Гвельфы*
прежде всего—сторонники рода Вольфовъ, обширныя владѣнія котораго простирались,
съ перерывами, отъ Балтійскаго моря до Средиземнаго, и представитель котораго. Ген-
990
рихъ Гордый, герцогъ Баварскій, разсчитывалъ въ 1138 г, получить послѣ Лотаря
императорскій престолъ. «Гибеливы» былп сторонники его противника, князя Вайбдинга,
герцога Швабскаго. Конрада Гогепштауфма. Постепенно эти наименованія, возникшія
изъ соперничества двухъ кандидатовъ, получили общее значеніе: вь гвельфахъ видѣли
враговъ императора и друзей папы, а въ гибелинахъ, наоборотъ, друзей императора и
враговъ папы. Въ этой борьбѣ итальянскія общины постоянно были насторожѣ, ста-
раясь держаться той стороны, которая въ данный моментъ казалась имь сильнѣе. Но
эта политика приспособленія повела лишь къ тому, что ихъ ..ѵработили оба протнв-
олка: и папа, и императоръ.
Однако, и у общинъ сѣв. Италіи были свои свѣтлые дни, именно, во время
борьбы съ Фридрихомъ Варбаруссой, который окончательно былъ разбитъ миланцами
вь 1176 г. при Леньяво. Одинъ изъ преемниковъ Барбаруссы, Фридпихъ II, возобно-
вилъ борьбу съ ломбардскими городами, но также неудачно. Впрочемъ, борясь съ общи-
нами сѣв. Италія, этотъ образованный, развитой императоръ давалъ полную администра-
тивную автономію, въ соединеніи со свободой вѣроисповѣданія, въ Сициліи и южной
Италіи,—и эти страны мирно богатѣли н развивали свою промышленность. Весьма вѣ-
роятно. что компасъ именно въ сицилійскихъ водахъ впервыо получилъ широкое при
мѣненіп. Самое названіе его «буссоль»—сиіійскаго происхожденія и означаетъ «дере-
вянный ящичекъ».
Однако, своимъ свободомысліемъ Фридрихъ II навлекъ на себя гнѣвъ папы и
подвергся проклятію; а его родъ угасъ самымъ жалкимъ образомъ. Послѣ смерти
Фрпдраха (1250) пипа отдалъ обѣ Сициліи въ управленіе жестокому и испорченному
Карлу Анжуйскому, въ надеждѣ, что этотъ король окажетъ также услуги церкви, какъ
его дядя, король Франціи, истребившій альбигойцевъ.
Древнія лативизироваппыя области южной Галліи, отъ Марселя до Тулузы, мнныи*
испытывая нашествій варваросъ, нежели сѣв. области, а также защищаясь отъ феода-
ловъ, быстію богатѣли и разнили цивилизацію, превосходившую цивилизацію сѣвера.
Старинныя привилдегіи гражданъ, торговля, св шенія гь араоами развили духъ сво-
боды и вмѣстѣ свободомыслія, столь ненавистнаго тогда, въ дѣлахъ вѣры. Къ сожа-
лѣнію, страна ихъ нѳ представляла одного цѣлаго, приспособленнаго къ защитѣ, и съ
двѵхь етеровъ, востока и запада, была совершенно открыта для враговъ Поэтому,
когда гнѣвъ папы разразился противъ «южныхъ» еретиковъ, исходъ борьоы можно было
предвидѣть заранѣе. Къ тому же, человѣкъ, призванный оффиціально защищать инте-
ресы народа. Раймондъ, графъ Тулузскій, оказался первымъ предателемъ его. Исяуг&в-
шись угрозъ церкви, онъ самъ пригласилъ монаховъ Сито противъ собственныхъ поддан-
ныхъ, а потомъ, найдя безсильнымъ «мечъ духовный», призвалъ на помощь и настоящій
мечъ королей Франціи н Англіи. Ему пошили, но такъ какъ онъ все-таки пе согла-
шался отказаться отъ своихъ владѣній, то в самъ подвергся отлученію какъ «еретикъ»
Сынъ его Раймондъ VI сдѣлался уже простымъ исполнителемъ приказаній своихъ
гѵвелнтелей. При немъ въ самой Тулузѣ начались казни и пытки еретиковъ. подъ лич-
нымъ наблюденіемъ фапатвка Доминика, основателя Доминиканскаго ордена. Яростныя
преслѣдованія еретиковъ со стороны лого «нижайшаго изъ проповѣдниковъ» н его уче-
991
пиковъ, этихъ Ьопііпі сапез (господнихъ собакъ). какъ каламбурилъ пародъ, все-таки
оказались недостаточны для властнаго папы Иннокентія ГП,—и онъ обьявилъ противъ
«еретиковъ» настоящій крестовый походъ, съ полнымъ отпущеніемъ всѣхъ грѣховъ для
его участниковъ. Покорные яка-бы повелѣніи паны, на самомъ же дѣдѣ прельщаясь
богатствомъ юга, стекаются подъ знамена Симона де Монфора, епископа-трубадура
Фулыіа и коварнаго Доминика банды разбойниковъ, которые и набрасываются съ оже-
сточеніемъ на грабежъ. Война продолжалась 20 лѣтъ, и несмотря на усилія Раймовда
VII, сына достойнаго сожалѣнія
графа, допустившаго по отноше-
нію къ себѣ лосты дное публичное
бичеваніе, по приказу папы, исходъ
борьбы былъ печаленъ: страна
тюкрылась развалинами, сокровища
были разграблены, жители напо-
ловину *веробиты, а оставшіеся
обременены налогами Выкапыва-
лись даже кости мертвецовъ и
сжигались. Самый языкъ сталъ
исчезать, — превосходное нарѣчіе
трубадуровъ вицоизм впилось въ
провансальскій жерюнъ съ его
смѣшными оборотами. Однимъ изъ
иослѣднихъ тулузскихъ произведе-
ній была прелесінэя поэма не-
извѣстнаго автора «крестовый по-
ходъ противъ альбигойцевъ», со-
чиненная «ъ 1210 г.
Чтобы предупредить разви-
тій свободомыслія среди молодежи,
былъ, накопвць основанъ тулуз-
скій «Университетъ», — учрежде-
ніе. гдѣ все, что называлось нау-
кой, было совершенію порабощено католичествомъ, наложившимъ на нее свою руку.
Паденіе юга Франціи остановило, конечно, развитіе тамъ общинъ; за то онѣ стали
развиваться па сѣверѣ, гдѣ интересы народа часто сливались съ интересами короля: и
тотъ, и другой стремились ограничить права мелкихъ владѣльцевъ — рыцарей, Однако,
король, въ благодарность за поддержку, не очепь-то щедро раздавалъ пріівиллі’гіи горо-
дамъ. Тѣмъ не менѣе вь концѣ XI в. п началѣ XII въ сотняхъ отдѣльныхъ пунктовъ
дѣлались болѣе или менѣе удачно попытки группироваться въ защиту общины а
организовать взаимную помощь,—«союзы», «гнльдіп», «братства» все росли, особенно
ва сѣверѣ, у береговъ Фландріи. Вь 1101 г., напр., обшива Камбрэ превратилась въ
почти независимую республику: вслѣдъ затѣмъ большинство иископальныхъ городовъ
Фридрихъ Барбарусса.
902
Пикардіи и соі-Ѣдпііхъ областей Бокэ, Ла«>иа, Амьена, Пуассона стали освобождаться
язь подъ власти своихъ властителей-эпископовъ, п<-см -три ни иа какія амаоомы, про-
возглашавшіяся церковью противъ «общины, атого новаго, презоЬннаго им-ви». Мало
по налу въ наиболѣе промышленныхъ и наиболѣе торговыхъ областяхъ зап. Европы—
въ ба<сеьнахь Оазы, Соммы и Шельды общины стали совершенно перестраивать обще-
ственныя условія, подчиняя епископовъ и князей буржуазіи.
Наибольшей же славы и расцвѣта достигли общины во Фландріи, области рас-
пространенія того германскаго нарѣчія, которое называютъ фламандскимъ. Особенное
значеніе, промышленное и торговое, получилъ здѣсь г. Брюгге, благодаря своему мѣсто-
положенію—у соединенія крупныхъ историческихъ путей, идущихъ по рѣкамъ изъ цевтр.
Европы, и близъ берета моря, съ которымъ Брюгге соединялъ глубокій капать. Этотъ
городъ опередилъ Антверпенъ и сдѣлался настоящимъ портовымъ городомъ Рейна. За-
тѣмъ, г. Ганъ (Гентъ), внутри страны, сдѣлался складочнымъ мѣстомъ товаровъ, ко-
торый обмѣнивалась Германія и Голландія.
Одновременно съ организаціей общинъ развивалось федеративное движеніе между
ремесленниками, заивмавшимшш одинаковымъ мастерствомъ, и между торговцами, вед-
шими одпу п ту же торговлю. Такимъ образомъ возникали международныя ассоціаціи,
внѣ зависимости отъ языка и политическихъ условій.
Наибольшую извѣстность изъ торговыхъ союзовъ пріобрѣлъ Ганза, начало ко-
тораго относится еще къ XI в., когда кельнскіе купцы, объединившись съ купцами
вестфальскихъ городовъ, основали въ Лондонѣ торговую контору, пользовавшуюся осо-
бенными нривпллегіями. Позднѣе центромъ союза, «царицею Гапзы» сдѣлался г. Двоекъ,
въ которомъ концентрировалась торговля Баітійскаго моря; вторымъ городомъ былъ
Гамбургъ, центръ торговля Нѣмецкаго м»ря. Вь Балтійскимъ же Морѣ, на островѣ Гот-
ландѣ. въ срединѣ ХШ в. возникъ «золотой городъ» Ввсбн, гдѣ «свиньи стояли въ
серебряныхъ хлѣвахъ; это былъ величайшій торговый складъ товаровъ, обмѣнивавшихся
между Германіей и Скандинавіей. Финляндіей, Эстоніей, Ливоніей, «Господиномъ Вели-
кимъ Новгородомъ» и Псковомъ. «Законы В.ісби» считались морскимъ кодексомъ всѣхъ
моряковъ Балтійскаго моря.
Около 1250 г. Ганза обнимала въ цевтр. Европѣ болѣе 75 городовъ, превратившись
изъ окопі'ивчегнаго союза въ политическую лигу, владѣвшую большимъ военнымъ фло-
томъ. Благодаря етому, начиная съ 1361 г., копа датчане разрушили г. Висби, и
кончая срединою XVI в., Ганза вліяла па ходъ историческихъ событій въ сѣв Европѣ.
Однако, соперничество между отдѣльными членами лиги и перемѣщеніе торговли мало
но налу сдали ослаблять Ганзу, и она постепенно стала поглощаться сосѣдними
державами.
Развитіе «презрѣнпыхъ» общинъ отразилось и иа школахъ. Хотя первоначально
«университеты» были основаны для «воспитанія юношей въ вѣрѣ, въ истины откро-
венія», ао мало по налу духъ свободы в критики налъ проникать въ ети учрежденія,
тѣмъ болѣе, что въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ средневѣновы-: университеты представляли
собою независимыя отъ государства, самоуправ-явшіяся корпораціи; ихъ не заѣдала ру-
тина и централизація; и профессора, и ученики свободно развивали здѣсь свои мысля.
993
Наконецъ, духъ братства и сердечности, происходившій изъ сознанія общности цѣли,
объединялъ этн разсадники просвѣщенія.
Такимъ образомъ и на поприщѣ науки свѣтской буржуазное общество нѳустапнв
работало надъ освобожденіемъ отъ ярма, налагаемаго королевской и церковною властью.
Къ сожалѣнію, уже тогда проявлявшаяся классовая разобщенность и порождаемыя сю
чувства зависти и мести давали возможность и аристократія, и духовенству возстанов-
лять своо пошатнувшееся положеніе, препятствуя дальнѣйшему развитію общиннаго духа;
простой пародъ одинаково страдалъ и отъ аристократіи, и отъ духовенства, и отъ раз-
вивающейся буржуазіи.
Все-таки поразительная иниціатива, проявившаяся въ созданіи общинъ, сказалась
па всѣхъ результатахъ дѣятельности,—я памятниками ея до евхъ поръ остаются вели-
колѣпныя зданія, па которыхъ отразился свѣтскій духъ той эпохи, хотя они н носятъ
названіе «церквей» и «соборовъ».
Эти творенія зодчества отразили яа себѣ сильное тогда вліяніе Востока, распро-
странявшееся чрезъ Византію, — н до сихъ поръ въ Оверни. Псриго, Ангулемѣ и др.
встрѣчаются храмы въ византійскомъ стилѣ. Но сама Византія заимствовала свое
строительное искусство изъ Персіи, а позднѣе, во времена крестовыхъ походовъ,
западноевропейскіе строители могли непосредственно вдохновляться архитектурными
формами Алеппо, Эдессы, Дамаска и др. подвергшихся тогда арабскому вліянію
городовъ. Такимъ образомъ арабы помогли Зап. Европѣ въ созданіи готической архи-
тектуры ХП в.
Мистики скдоппы думать, что великолѣпные готическіе соборы среднихъ вѣковъ,
вышедшіе изъ тяжелой архитектуры романскаго стиля, народились, такъ сказать, сами
собой, благодаря подъему вѣры. Но, вѣдь, истипно-вѣрующіе, отрекшіеся отъ всего
земнаго, не могли находить удовольствія въ красотѣ формъ камня; напротивъ, готиче-
ская архитектура свидѣтельствуетъ не о могуществѣ религіи, а торжествѣ искусства и
тріумфѣ художниковъ-строитолсй, плохо мирившихся съ духовенствомъ; недаромъ «вольные
каменщики» (фрапкъ-массопы) украшали храмы настоящими каррпкатурами и сатирами,
изображеніями змѣй, химеръ, дьявола. Наконецъ, нужно вспомнить, что средневѣковые
храмы были не только мѣстомъ молптиы, а и обществовпыми зданіями, куда народъ схо-
дился потолковать о своихъ дѣлахъ, побесѣдовать, прогуляться. И чѣмъ богаче былъ
городъ, тѣмъ величественнѣе н просторнѣе онъ созидалъ и мѣсто для общественныхъ
собраній. Мало того, храмъ былъ тогда и рынкомъ, и зернохранилищемъ, в складомъ
тканей. Вотъ почему храмы иногда поражали своею грандіозностью даже въ сравни-
тельно небольшихъ, ио торговыхъ городахъ.
Главнымъ мѣстомъ развитія готической архитектуры была Франція, отчего и
стиль этотъ назывался спеціально французскимъ. Изъ Франціи онъ перешелъ въ Гер-
манію, тамъ долго существовалъ, тогда какъ на родинѣ, во Франціи, ужо угасъ, уни-
чтоженный Столѣтнею войной: искусственность пріемовъ и смѣлость легкихъ колоннъ и
воздушныхъ своді въ въ короткое время, благодаря небольшому сдвигу, приводили по-
стройку въ разрушеніе,—и ни одно изъ зданій по продержалось бы дольше 5—7 вѣ-
ковъ, если бы ихъ старательно не поддерживали. Отъ средневѣковаго искусства больше
ЭЛЯЗВ РВКЛЮ. ВНП. п	63
091
уцѣлѣлс башенъ и замковъ, но и тѣ подъ давленіемъ временя и усовершенствованныхъ
орудій разрушенія стала бытро исчезать.
Параллельно еь ослабленіемъ оощинъ, росла монархическая власть, постененвѵ
захватывавшая въ свои руки мелкія феодальныя владѣнія.
Въ этомъ отношеніи особенно въ благопріятныхъ географическихъ условіяхъ на-
ходилась Франція, со всѣхъ сторонт прекрасно огражденная еггествепнымя гранищмн
Въ срединѣ XIII в. она была настолько расчленена феодальнымъ режимомъ, что
въ рукахъ короля оставалась небольшая область, составлявшая лишь одну двадцатую
часть той поверхности,, которая стала позднѣе разсматриваться, какъ Франція. Это былъ
настоящій «островъ* (Иль-дс-Фравгъ), со всѣхъ сторонъ окруженный враждебно на-
строенными феодалами. Крупнѣйшимъ изъ нихъ былъ король англійскій, которому при-
надлежала Нормандія а графство Анжу; затѣмъ Генрихъ II Плавтагспетъ пріобрѣлъ
женитьбою Аквитанію, графство Нантъ, Овернь, Берри. Его заики были даже по со
сѣдству съ самимъ Парижемъ. Однако, ссора гь папой, происшедшая благодаря кларен-
донскимъ «уложеніямъ* (1161 г.), превратившимъ католическихъ прелатовъ въ норо-
левскихъ вассаловъ, в обложенію церковныхъ земель налогами, затѣмъ семейныя неуря-
дицы, наконецъ, вмѣшательство германскаго императора Барйруссы, опасавшагося чрез-
мѣрнаго усиленія прежняго графа Анжу,—все вто спасло французскаго короля .'Подо-
вика VII отъ дальнѣйшаго умаленія его власти. А сыну его, Филиппу II удалось отнять у
Іоанна Безземельнаго (англ, короля) Нормандію, Бргтавъ, большую часть Анжу и Туренъ.
Наконецъ, опъ настолько усилился, что одержалъ побѣду при Бузинѣ (1214) одновре-
менно надъ англійскими войсками и германской арміей Оттона IV, изъ рода Гвельфовъ.
Феодальный режимъ, отъ котораго съ трудомъ избавлялась Франція, — режимъ,
существовавшій и въ Германіи, совсѣмъ не существовалъ вь Англіи; здѣсь, со временъ
Вильгельма Завоевателя, нсѣ обитатели пріжде всего были подданные кпродя. и ему
обязаны своимъ повиновеніемъ, а потомъ уже—леннымъ повелителямъ. Напротивъ, на
континентѣ хлѣбопашецъ зависѣлъ только отъ своего господина, который, въ сво»
очередь, былъ обязанъ вѣрностью лиші своему непосродітвепиому повелителю — феодалу,
не заботясь о желаніяхъ короля. Англійская форма вассальныхъ отношеній сближала
короля съ народными массами и объединяла послѣднія вь ихъ стремленіяхъ Такъ,
когда въ началѣ ХШ в. король Іоаннъ Безземельный, лишенный большей части своихъ
французскихъ владѣній, побѣжденный и посраміопяыі!, явился въ Англіи— просить у
бароновъ и народа оплатить расходы несчастной войны, возмущенное духовенство,
аристократія и буржуазія заставили его подтвердить всѣ ихъ права и нришіллегів,
подписавъ знаменитую «Хартію вольностей» (Маупа Сііагіа). Этотъ документъ, ныр-
рванный у слабаго короля, оылъ, собствнін.. говоря, воспроизведеніемъ «обычнаго нрава*
Нормандіи,—и чдинъ изъ составителей его, Симонъ Моифоръ, очевидно, многое взялъ
изъ установленій Аквитаніи, которою управлялъ въ то время. Но какъ часто погибаютъ
и забываются права, если пхъ не поддерживаютъ силою:—это нокаша Хартія, подпи-
санная 15 іюня 1215 г.
Хотя она ничего не давала простому народу, подтверждая только прежнія права
духовенства, зпати п буржуазіи,—и то, при первомъ же случаѣ, короли пыталась от-
995
пять се. Однако, опасность соединяла ея защитниковъ, особенно, когда, при Ген-
рихѣ III, въ образовавшійся «парламентъ», наравнѣ съ представителями звати,
стали избираться и представители городовъ—буржуазія; такъ положено было начало
«палатѣ обшивъ». Благодаря новому злемепту, парламентъ пріобрѣлъ такую силу,
что съ тѣхъ поръ сталъ успЬшпо отстаивать свои права отъ поползновеній коро-
левской власти.
Вмѣстѣ съ тѣмъ мѣнялся и англійскій режимъ. Овладѣвъ Англіей, Вильгельмъ
Зді.осватедь и сго рыцари не знали англо-саксонскаго языка; языкомъ завоевателей
былъ французскій. Но мало-по-малу стало происходить смѣшеніе языковъ и сталъ обра-
зовываться англійскій языкъ. Съ 1362 г. этотъ національный языкъ сталъ примѣняться
во всѣхъ актахъ, хотя древнія франко-нормандскія формулы и теперь еще сохранились
у англійскихъ законниковъ
Что касается до Германіи, то здѣсь высшая власть—императора—въ ХІП в. оыла
слаба. Фрпдрихъ II пріучилъ подвластные народы обходиться безъ него: овъ самъ жиль
пли въ Италіи, или воевалъ на востокѣ. Вслѣдствіе этого мѣстная иниціатива развива-
лась безпрепятственно. Развивался народный языкъ, города украшались роскошными
зданіями; германская народность продолжала распространяться кь востоку и сѣверу,
оттѣсняя п ассимилируя славянскіе народы. Гольдштейнъ, Мекленбургъ, Померанія сдѣ-
лались нѣмецкими областями; тевтонскіе рыцари основали въ 1230 — 37 г.г. нѣмецкія
колоніи въ Курляндіи, Ливоніи и Эстоніи. Даже во время нашествія монголовъ импе-
раторъ, повидимому, не принималъ участія въ защитѣ Имперіи,—и битва при Лигннцѣ
(1241 г.), задержавшая латокъ новыхъ завоевателей и отклонившая его къ югу,
произошла безъ него.
Стремленіе императоровъ къ Риму кончилось неудачно для нихъ- послѣдній Гоген
штауфевъ, доблестный Коврадинъ, былъ казненъ въ Неаполѣ (1268 г.). Но и въ самой
Германіи нашлись другіе соперники императора; это была образовавшіяся вь XIII в.
группа курфюрстовъ, присвоившихъ себѣ право избранія императора. Въ нее- входили;
3 архіепископа—Майнцскій, Кельнскій и Прэвсжій и 4 свѣтскихъ князя—Герцогъ Сак-
сонскій. графъ Рейнскій, маркграфъ Бранденбургскій и король Богемскій. Въ 1273 г.
выборъ этнхъ избирателей палъ на мелкаго владѣтеля Рудольфъ Габсбурга; новый им-
ператоръ оказался связаннымъ конституціонными правилами и традиціями. Съ тѣхъ поръ
область вліянія германскихъ императоровъ не переходила за предѣлы южныхъ и -запад-
ныхъ областей Германіи, изъ которыхъ впослѣдствіи образовалась Австрія; сѣверныя же
и восточныя области іаходились подъ властью Гаазы, тевтонскихъ рыцарей и марк-
графовъ Бранденбургскихъ, образуя изолированную группу, намѣчавшую развитіе ны-
нѣшней Пруссіи. Такамъ образомъ контрастъ между Пруссіей и Австріей вырисовывался
еще въ тѣ времена.
Возвращаясь кь Франціи, нужно отмѣтить продолжавшуюся тамъ борьбу между
королемъ и вассалами, поведшую за сооой опустошительную Столѣтнюю «обну. Власть
короля посіепсвпо усиливалась пе только па счетъ крупныхъ феодаловъ, но и на
счетъ папы, который изъ властелина королей сдѣлался пхъ слугою; онь даже пересе-
лился изъ Рима во владѣнія Франціи, въ Авпиьопъ (Климентъ V, въ 1305 г).
*
Й96
Побѣдивъ капу, французскій король задѣлъ и матеріальные интересы церкви,
конфисковать церковные доходы французсі-аю духовенства въ точеніе 5 лѣтъ; затѣмъ,
нуждаясь въ деньгахъ, овь выжалъ изъ евреевъ все золото, какое оии имѣли, и
послѣ этого принялся за рыцарей-храмовиакоьъ. Послѣдніе въ зто время владѣли кол-
лосальными богатствами: у нихь было болѣй 9ООО замковъ и цѣлыя провинціи, раз-
сѣянныя по всей Европѣ, отъ Португаліи до Германіи и Ирландіи Съ другой стороны,
гордость, нетерпимость, жадность и любовь къ роскоши давно ужо вооружали всѣіъ
противъ этихъ монахпвъ-вопвпвъ; поговаривали, что ови давно уже предались ерс'-н
п даже введи у себя множество еретическихъ обрядвъ. Это было достаточнымъ пред-
логомъ, чтобы начать преслѣдованіе п, кстати, воспользоваться богатствами обвиняе-
мыхъ; кромѣ того, Филиппъ билъ долженъ пиь нѣкоторую сумму денегъ.—и теперь
явилась полная возможность отказаться отъ уплаты долга. Послушный папа вторилъ
жадному королю,—и всюду запылали безчисленные костры, на которыхъ «во славу
Божіи» сжигали еретиковъ: за пими слѣдовали конфискаціи игъ имуществъ. Другія
государства также привяли участіе въ дѣлежѣ добычи Только одна Испанія до копца
осталась защитницей ордена.
Наконецъ, къ той же эпохѣ (начало XIV в.) относятся первыя преслѣдованія
евреевъ, на которыхъ латраыи-<али голодный н доведенный до «тчаяпіл народъ. Евреи,
бывшіе необходимыми раньше въ качествѣ дѣловыхъ агентовъ а банкировъ, теперь
стали ужо казаться лишними: рыцарп-храмовпикн, ломбардцы, флорентинцы научились
обращаться еъ золотомъ и драгоцѣнными камнями такъ же искусно; оии познакомились
и съ тайнами кредита, и чрезъ своихъ корреспондентовъ, устроившихся въ разныхъ
городахъ Востока, ио пути въ Индію и Китай, начали вскорѣ борьбу сь евреями на
экономической почвѣ. Евреи, сдѣлавшись безполезными, были обречены па «погромы». .
Возвышавшаяся мало-по-малу королевская власть во Франціи потерпѣла страшное
испытаніе во время такъ называемой Столѣтней войны. Но въ концѣ концовъ опа
вышла изъ этого испытанія еще болѣе окрѣпшею
«Столѣтняя* война, длившаяся 116 лѣтт. гь того воемі-ни, какъ Эдуардъ НГ
заявилъ претсизію на французскій престолъ (1337), до взятія Бордо (1453), явилась
причиной сильнаго матеріальнаго и моральнаго упадка для обоихъ враждовавшихъ
народовъ.
Первоначально большимъ преимуществомъ Англіи было въ этпй войнѣ обладаніе
Гіспью (Гасконью, нынѣшній дсп. Жиронды), гдѣ во главѣ городскихъ общинъ стоялъ
богатый торговый городъ Бордо. Получивъ оть апгліГісквхъ королей широкія привил-
логіи. эта юго-лападная область Франціи считала болѣе выгоднымъ для себя англій-
ское господство и шпону не только пе помогала остальной Франціи въ борьбѣ
съ англичанами, а, напротивъ, старалась еще тѣснѣе сблизиться съ нимъ. Обла-
даніе Попью сжимало сѣв. Францію какъ бы въ тиски Кромѣ того, п<*рв<шаЧімыіі-
и превосході тео воинскаго искусства было па сторонѣ англичанъ. Битвы при Крэсн
(1346), при Пуатье (1356), затѣмъ, въ слѣдующемъ вѣкѣ, при Азинкурѣ (1415)
были проиграны французами иотому, что англичане научились уже новой тактикѣ—
но командѣ, большими массами, разомъ накидываться па врага, предварительно
997
разстроивъ его тучею стрѣлъ; напротивъ, французскіе рыцари вси еще дрались
попрежнему, дѣйствуя каждый по своему усмотрѣнію и безразсудно выступай верхомъ
апогивъ англійской пѣхоты и лучниковъ. 11 только тогда, когда наученные горькимъ
Франція въ столѣтнюю войну.
і: іо ооо с^о
~	йоо	оО0 Килом.
Заштрихованная территорія означаетъ ту которая находилась во власти фран-
цузскаго короля, когда Жаяна д'Аркъ явилась къ Карлу VII
опытомъ французы переняли новую тактику, военное счастье перешло на ихъ сторону
А главное—англичане стали терпѣть пораженія, когда противъ лихъ выступили уже
не феодалы, а самъ народъ, когда война приняла національный характеръ Первый
примѣръ подала Бретань, гдѣ жители, по связанные пи промышленностью, ни торговлей,
хотѣли оставаться господами вь своей странѣ и но терпѣли чужеземцевъ. Если бы
998
Бретань, этотъ обширный гранитный массивъ, не оказалъ унарнаго сопротивленія англи-
чанамъ, если бы, вклиниваясь между Нормандіей и Анжу, ш область пе прервала
цѣлостности англійскихъ владѣній во Франціи, центральная Франція неминуемо была
бы завоевана англичанами,—и результаты войны были бы иные.
Въ самомъ дѣлѣ, Франціи угрожали тогда враги со всѣхъ сторонъ: съ сѣвера и
юга—англичане, а съ востока бургундцы. Бургундія сложилась тогда въ обширное и не-
зависимое государство тянувшееся съ юго-востока на сѣверо-западъ. Оно заключало въ себѣ
собственна Бургундію, т, е. долину Соны со склонами окружавшихъ горъ, в Фландрію,
полученную герцогомъ Бургундскимъ путемъ брака (1369 г,). Города Дижонъ п Брюгге
оыли двумя столицами итого случайнаго государства, составленнаго изъ разнородныхъ
в по составу насоленія, и по физическимъ условіямъ областей.
Бургундія, этоть богатый вассалъ Франціи, соединилась сь Англіей,—и раздѣлъ
владѣній самого сюзерена (Центр. Франціи) катался неизбѣжнымъ. Положеніе Франціи
было огчааниымь. Обширныя пространства превратились въ пустыни, сотни деревень и
городовъ заросли кустарниками; всюду бродили шайки разбойниковъ, разорявшій то,
что уцѣлѣло послѣ прохода войскъ. Отъ мш-жсства разлаіавшахся труповъ распростра-
нились заразныя болѣзни. Все это уменьшило населеніе Франціи па двѣ трети
Отчаявшійся народъ во многихъ мѣстахъ «предавалъ себя іьяволу», въ надеждѣ,
что «боп. зла» будетъ къ нему милостивѣе, нежели «Преблагой Госпмь»...
Наконецъ, отчаяніе по,ісказат> народу езмыя безумныя дѣйствія, в онъ пошелъ,
вслѣдъ ва пастушкой, спасать Францію. Счастье сразу перемѣнилось, н цѣлыя провин-
ціи были отняты у англичанъ. Народъ, побѣжденный и угнетенный, показалъ, что мо-
жетъ обходиться оезъ королей н прелатовъ,—и потому вполнѣ естественно было, съ
точки зрѣнія классоваго инстинкта, что король Карлъ VII покинулъ на ирѵизводъ
судьбы короновавшую его (1429) Жанну д'Аркъ, а прелаты предали со сожженію на
кострѣ (1431), какъ колдунью, дѣйствовавшую въ союзѣ съ дьяволомъ. А теперь
такіе жо прелаты возводятъ пастушку въ святыя,—позднее раскаяніе!
«Столѣтняя» войиа зяжеди отразилась и па Англіи. Прежде всего, она много
выстрадала отъ набѣговъ морскихъ разбойниковъ, нормандскихъ, батавскнхъ, арабскихъ
в турецкихъ, опустошавшихъ цѣлыя области. По всей странѣ обѣднѣніе, причиненное
тяжелыми налогами, отсутствіемъ молодежи, погибшей на войнѣ, прекращ» иіемъ торговли
и промышленности, имѣло слѣдствіемъ гододь. А съ голоденъ явилась «черная смеріь»
(чума), оть которой въ нѣкоторыхъ мѣстахъ погибло около половины населенія. На-
конецъ, такъ же, какъ во Франціи, развилось разбойничество. Больше всего, конечно,
страдалъ простой народъ, на котораго всѣ эти бѣдствія ложились двойнымъ бременемъ,
такъ какъ онъ попадалъ все въ большую кабалу къ крупнымъ собственникамъ. Послѣд-
ніе пытались даже возстановить крѣпостное право, юридически уже не существовавшее
тогда въ Англіи. Крестьяне отплачивали «жакеріей», когда озлобленная чернь разру-
шала замки, избирая дворянъ и чиновниковъ. Въ 1381 г. цѣлая армія нхъ въ ІОО.ООО
двинулась на Лондонъ, и правительству только обманомъ, благодаря обѣщаніямъ, уда-
лось разсѣять ихъ, а главу возставшихъ Уатъ Тайлора, наивно повѣрнияіиго обѣща-
ніямъ, вѣроломно захвативъ въ плѣнъ, казнить,
9ЧѴ
Параллельно съ этимъ экономическимъ движеніемъ развивалось въ англійской
церкви стремленіи къ свободѣ. Докторъ Виклефъ въ оксфордскомъ университетѣ публично
выступилъ противъ вмѣшательства папы и духовенства въ гражданскую и семейную
жизнь; онъ неревегь Библію не народный языкъ, чтобы народъ самъ могъ разбираться
въ вопросахъ вѣры; обличалъ въ памфлетахъ злоупотребленія религіей. Наконецъ,
будучи послѣдовательнымъ, дошелъ и до отрицанія гражданской власти. Въ 1381 г
ученіе Виклсфа было осуждено въ Оксфордѣ же, и его послѣдователи стали подвер-
гаться преслѣдованіямъ. Но самого его, въ виду всеобщаго уваженія, не тронули, давъ
спокойно ѵмереть. Лишь въ 1425 г., уже черезъ 44 года послѣ смерти, остарки его
были, по приказанію Констанцскаго Собора, вырыти и преданы сожженію, какъ
останки гротика.
Тѣмъ не менѣе духъ возмущенія продолжалъ тлѣть подъ пепломъ въ Англіи,
ожидня времени, чтобы разгорѣться яркимъ пламенамъ. Ученіе жо Виклсфа было не-
посредственно воспринято въ другомъ мѣстѣ, въ Богеміи, центрѣ Европы, гдѣ къ
религіознымъ разногласіямъ присоединились по.іилпческіл причины — борьба между сла-
вянами и нѣмцами. Выступившій здѣсь 1»авііь Руссъ еще энергичнѣе Виклсфа возсталъ
нретавь деспотической власти католическаго духовенства. Его обвинили въ ереси, и
призвавъ на судъ въ Консганцскій Соборъ (1425 г.), осудили на костеръ, несмотря на
охранную грамоту императора Сигизмунда: духовные софисты объяснили, что охранная
грамота, выданная еретику, не дѣйствительна. Смерть Русса вызвала взрывъ негодова-
нія между чехами,—и возгорѣлась кровавая война, гдѣ болѣе 500 церквей и мона-
стырей было сожжено гусситами. Равновѣсіе возстановилось, въ пользу кётолица зма и
нѣмцевъ, лишь въ первой половинѣ XVII вѣка.
Несмотря па опустошительныя войны, обѣднѣніе и моровыя повѣтрія, Англія, по-
добно Франціи, продолжали методически округлять-я, сообразно условіямъ среды Уже въ
12831. Уэлыъ, населенный кельтами, былъ захваченъ англичанами, затѣмъ, ври Эдуардѣ I,
произошло завоеваніе Ирландіи. Потомъ настала очередь Шотландіи съ ея скалистыми
оетроіамк Съ конца ХШ в. эта горная страна была уже почти покорена, но побѣда
Брюса при Венпокбернѣ (1314) задержала дальнѣйшее покореніе. Однако, эта побѣда
дорого досталась и самвмъ побѣдителямъ: Шотландія, получавшая до сихъ поръ съ
британскаго юга все необходимое для жизни и оружіе, теперь переслала получать. Обра-
зованные п знающіе люди, опытные ремесленники, какими были англичане, должны
были покинуть страну,—и шотландцы пошли вспять какъ въ матеріальной, такъ и въ
интеллектуальной области и сдѣлались опять дикарями. Съ другой стороны, именно
благодари злому имъ и удалось ьъ теченіе вѣковъ сохранить свою индивидуальность
Вмѣстѣ съ тѣнь, пр-рвавъ сношенія сь Англіей, Шотландія была брошена вь объятія
Франціи, сдѣлавшейся ея союзницей.
Объединеніе ьосиудоіь и Иберійскаго полуострова. Уже въ началѣ XII в. хри-
стіанамъ удалось отнять у арабовъ г. Альмерію,—а начиная съ ХШ в. судьба араб-
скихъ государствъ была окончательно рѣшена. Вь 1340 г. въ рукахъ ихъ оставалось
лишь Гренадское королевство. Центрами образующейся католической Испаніи явились
Кастилія и Арагонія, соединившіяся въ одпѣхъ рукахъ, благодаря браку правителей
1000
Арабы должны была или покидать родину, или принимать крещеніе. Тѣнь но мопѣс,
п) мѣрѣ торжества христіанъ, преслѣдованіе побѣиідснныхъ все усиливалась.
Напротивъ, въ Португаліи, которая съ начала XII в. сдѣлалась независимой отъ
Кастиліи, сліяніе между побѣдителями и арабами происходили боіѣс мирно. Лиссабонъ,
имѣющій великолѣпное положеніе у устья р. Тешо (Таги), сохранилъ свое торговое
значеніе, переданное ему араоами, и даже сдѣлался центромъ мірсвий торговли. Порту-
гальцы, благодаря торговлѣ и сношеніямъ съ другими народами, дѣлались все болѣе
энергичною націей,—и въ началѣ XV в., когда они завладѣли крѣпостью Сеутою, на
африканскомъ берегу (1415 г.), они были уже вполнѣ подготовлены къ тому вѣку
великихъ открытій, который превратилъ ихъ въ народъ, не имѣющія себѣ равнаго въ
исторіи человѣческаго прогресса.
Ъъ каждой странѣ юга, позидп каждаго склона
горъ, пародъ-завоеватель быстро растворялся,
подобно мухѣ попавшей въ вѣнчикъ насѣкомо-
яднаго цвѣтка.
ГЛАВА ѴШ *).
Историческое развитіе Китая въ эпоху, соотвѣтствующую «среднимъ вѣкамъ»
Европы, представляетъ замѣчательную аналогію съ таковымъ западныхъ странъ. По-
добно римской имперіи, и китайская разбилась на нѣсколько государствъ, потомъ
объединилась; но внутреннія неурядицы продолжались; вѣра націи въ прочность им-
періи ослабѣла. Этимъ моральнымъ угнетеніемъ воспользовалась религія, пи нравствен-
нымъ основамъ близкая къ христіанству. Она проникла въ Китай, и если не замѣ-
стила, то нистеіісвио примѣшалась къ тѣмъ религіознымъ ученіямъ, которыя здѣсь
*) Китай Славная эпоха Ханской династіи соотвѣтствуетъ 1-ому вѣку по Р. Хр.;
это было время царствованіе императоровъ Мити (60—70) и Хо-ти (89—105). Съ
226 г. Китай разбивается, по крайней мѣрѣ, на 3 государства, которыя потомъ соеди-
няются подъ державою одного изъ князей долины Хоаигь-Хо. Но когда, въ 589,
1002
были раньше. Впрочемъ, буддизмъ одержалъ пооѣду и проникъ въ душу китайскаго
народа лишь послѣ того, какъ самъ превратился въ церковный церемоніалъ со множе-
ствомъ обрядностей. Великая ара побѣдъ сго въ Китаѣ напивается съ VI в.,—вь это
время множество апостоловъ буддизма проводило всю жизнь въ странствованіи по об-
ширному міру, проь вѣду я «благую вѣсть». Папр., китайскіе миссіонеры Фа-Хіанъ и
ІОэиъ-Цанъ цѣлые годы сплошь была вь пуги (399—414 и 629—615), изъѣздивъ
всю Индію, нынѣшній Туркестанъ, Афганистанъ в пр. Въ VI в. будіизмь распростра-
нился и въ Японіи. Наконецъ, въ это же время въ Китаѣ основались многочисленныя
обшниы несторіанъ, а также евреевъ, пришедшихъ просить убѣжища у «старой ба.
бужки», кань называютъ Китай корейцы. Евреи стали появляться, впрочемъ, еще <ъ
первыхъ вѣковъ христіанства, вслѣдъ за разрушеніемъ Іерусалима Однако, отсутствіе
сношеній съ западными единовѣрцами заставило впослѣдствіи несторіанъ и евреевъ
слиться >"ь окружающимъ пхъ населеніемъ, а ві областяхъ, завоеванныхъ магометанами,
перейти въ пеламъ.
Наиболѣе блестящій періодъ процвѣіапія Китая, нови іпмому, продолжался отъ
VII в. до X, когда Срединное царство занимало первое мѣсто по культурности своихъ
обитателей и іі< прогрессу во всѣхъ областяхъ цивилизаціи. Это было время развитія
наукъ и искусствъ, н среди нихъ— книгопечатанія, дающаго человѣку распространять
свою мы,ль въ тысячахъ экземплярахъ. Вь эту эпоху китайскіе ремесленники не имѣли
себѣ равныхъ въ искусствѣ тканья шелковыхъ издѣлій, фаорнкаціи лакированныхъ, фар-
форовыхъ и бронзовыхъ издѣлій, а китайскіе инженеры созидали такія сооруженія, за
единство Китая возстановилось, на престолѣ оказалась новая династія—Тановъ, цар-
ствовавшая съ 619 по 9о6 г.; самымь знаменитымъ представителемъ ея былъ Тай-
Цапъ (627—660), раздвинувшій свою имперію до Каспійскаго моря н ледяныхъ пу-
стынь сѣвера, завоевавшій Корею п угрожавшій даже Индіи.
Съ 907 по 960 г въ Китаѣ смѣнилось пятъ династій, наконецъ, престолъ за-
няла династія Сунъ, правившая съ 950 по 1280 г., но обладавшая гъ 1127 г. лишь
южными провинціями Китая.
Чингисъ-Ханъ вступилъ въ Китай въ 1211 г., по прошелъ на югъ но далѣе
Хоань-Хо; Оготай Подчинилъ страну до Янъ-Тзе, а Кублай-Ханъ, сдѣлавшійся Вели-
кимъ Ханомъ, закончилъ завоеваніе Китая и вь 1286 провозгласилъ себя королемъ
Ъшііина. Въ 1368 г. ыонюлы были изгнаны,—и на престолѣ воцарилась династія
Минъ (съ 1368 г по 1644 г.).
Центральная Азія. Темучиігь, род. въ 1162 г., былъ избранъ главнымъ
предводителемъ, или Чингисъ-Ханомъ, въ 1206 г и умеръ въ 1227 г., покоренъ по-
ловину Азіи. Изъ ого сыновей—Оготай завоевалъ Востокъ, Батый- западъ, Джегетаіі—
промежуточныя области. Въ 1231 г. вторая жена Оготая, 'Гуракина, заставила избрать
Великимъ Ханомъ своею сына Куюка (Гайка) п сама была регентшей до 1246 г.
Куншъ умеръ вь 1251 г., и тогда былъ избрать внукъ Чнвгисъ-Хана Мангу; онъ
отправилъ одного инь своихъ братьевъ, Хулаху, завосгивать Месопотамію, а другого—
Кублая (1214—1291)-южный Китаи.
Тамерланъ, или Тимуръ-ленкъ, сына одного пзъ мелкихъ княчьковъ Бактріаны и
правнукъ Кублэй-Хана, чрезъ одну изъ сго дочерей, родился еъ 1336 г. однорукимъ
в хранимъ, что, но мѣшало, впрочемъ, ему чрезъ 35 лѣтъ безпрерывныхъ войнъ
сдѣіаты-я ш велителемъ Имперіи, простиравшейся отъ Средиземнаго коря до Монголіи
1003
которыя пнкто. пи въ одной странѣ но рѣшился бы и паяться; такъ, въ VII в. ими
быль задумай» н осуществлено гигантское предпріятіе—соединить воднымъ путемъ, дли-
ною болѣе 1000 кнлом. три великихъ рѣкй центральнаго и сѣвернаго Китая—Явь-
Тзс-Кіангъ, Хоанъ-Хо и П₽й-Х", Путь этотъ, извѣстный подъ именемъ Юнъ-Хо, или
«Великаго канала», служилъ болѣе тысячи дѣтъ. Другой каналъ, вырытыя около 960 г.,
соединялъ истоки двухъ рѣкъ въ западной част Шантунскаго полуострова, между вали-
нами Кяо-Чау и Пенили. Спеціальностью китайскихъ инженеровъ оыло также устрой-
ство мостовъ «на вѣчныя времена» и отличныхъ дорогъ, сохранившихся до сихъ поръ.
Наконецъ, во времена династіи Танъ было построено сооруженіе, но имѣющее равнаго
себѣ во всемъ мірѣ: это—плотина-віадукъ, наущая оть крѣпости Цзи-Хай и окружаю-
щая южный берегъ залива Ханчеу на протяженіи 114 килом,—сооруженіе, сохранив-
шееся и до сихъ поръ.
Эти чудеса цивилизаціи, слава о которыхъ далеко разносилась по всей землѣ,
стали привлекать жадныі- с^оры сѣверныхъ кочевниковъ—монголовъ, подобно тому,
какъ богатства Италіи притягивали кь себѣ варваровъ. Впрочемъ, по отношенію къ
Китаю вторженіе монголовъ ио отличалось такчю жестокостью, какъ по отношенію къ
передней Азіи пли Европѣ. Монголы сами старались сдѣлаться китайцами, а такіе
императоры, какъ Кублай Ханъ, принимавшій купцовъ Поло, стояли выше многихъ
европейскихъ монарховъ.
Зато ничто ио можетъ сравниться съ той отвратильаой бойней, съ тѣмъ пол-
нѣйшимъ уничтоженіемъ всего рѣшительно, лежащаго на мути, какія проходятъ намь
и отъ Россіи до Индостана. Умеръ опь въ 1405 г., собираясь вторгнуться вь Китаи,
Послѣ его смерти сго имперія распалась на куски
Россія Между князьями, жившими до XVI в. выдѣлялись своимъ искусствомъ
подражанія татарскимъ ханамъ Сарая, по неограниченной віагти, князья московскіе:
между ними—Иванъ Калита (1328—1340) и Симеонъ Гордый (1341—1353). Князь
Дмитрій Донской первый рѣшился пансіти татарамъ пораженіе, которое вскорѣ, впро-
чемъ, было ими отомщено. Іоаннъ 111 правилъ съ 1-162 г. до 1505 г.
Турція. Турецкія орды разнили сельджуковъ въ 1292 г. Османъ принялъ ти-
тулъ султана и царствовалъ съ 1299 по 1326 г. Послѣ него султанами были: Орхавь
(1326—1360) и Амурать (Мурадъ I) (1360 1389); затѣмъ быстро слѣдовали:
Ваязедъ I, Сулейманъ, Муза, Магомсть I и Амуратъ П (1421—1461) Магометъ 11
(1-151—1481) н Впязедъ П (1481 —1512) пе|іопосяіь насъ въ эпоху, о когороіі
придется говоритъ въ одной изъ слѣд. главы.
Путешественники Козьма ІІнднкоплавъ и Массуди родились оба въ Египтѣ,—пер-
вый въ VI, і.торой—въ X вѣкѣ. Вильгельі<ь-де-Рубрукь род. въ 1220 г., умеръ на
горѣ Аеопѣ въ 1293 г.
Оба брата Поло, Николай п Матвѣи, вели торговлю между Венеціей н Византіей.
Около 1260 г. торговый двла привели ихъ въ Сарай, затѣмъ въ Каракорумъ, нако-
нецъ, въ Ханбалыкъ. Принятые хорошо Кублай-Хшюмъ, овн вернулись въ Венецію
въ 1269 г. п чрезъ два года снова отправились въ путешествіе, вмѣстѣ съ сыномъ
Николая, Маркомъ, которіму было тогда всего 16 лѣтъ. Четыре года и,требовалось
имъ, чтобы проѣхать Азію, и <-коло 20 лѣтъ < нп оставались па службѣ хапа Они
возвратились въ Европу моремъ, привезя персидскому царю его невѣсту, китайскую
принцессу, и прибыли вь Венецію вь 1296 г. Марко Подо скончался въ 1317 г.
10ч4
на память при одномъ упоминаній Чингисъ-Хана или Тамерлана, когда >нн двинулись
поладимъ на страви, лежащія къ западу отъ ніъ родины *).
Ничто не могло остановить зіого стремительнаго урагана. Монголокъ но задержи-
налъ ірсмоздкій обозъ, такъ какъ единственной провизіей иль были кожаные мѣшка
съ кумысомъ или плитки сгущеннаго моюка; а когда изсякалъ и этотъ запасъ пищи,
они открывали ножомъ вену па ногЬ лошади и подкрѣплялись глоткомъ крови Каждый
воинъ гналъ кпереди себя запасныхъ коней, число которыхъ, говоря гь. доходило до 18
Позади этихъ всадниковъ двигалось ядро орды, со своими стадами. Если на пути
встрѣчались рѣки, черезъ пнхъ переправлялись иплавь, помѣстивъ оружіе и пожитки
на деревянную рамку съ натянутой па пей кожей.
Главное преимущество эгихъ завоевателей состояло въ томъ, что оПи всегда на-
падали цѣлыми массами, безпрерывна утомляя врага. Кромѣ того, причину ихъ побѣдъ
нужно искать и въ томъ, что это не были наемники, а добровольцы, вовнновявпгішй
свободно избраннымъ начальи и комъ. Воины избирали себѣ десятпиковъ, тѣ, въ свою
очередь, сотниковъ, сотники — тысяцкихъ в т. д., вплоть до самого великаго хапа,
власть котораго утверждалась на общемъ собранія, «курултаѣ»; «иссакъ», или собраніе
правовыхъ обычаевъ, состаилепаои Чнигасъ Ханойь, прямо говоритъ, что народное со-
браніе имѣетъ право и даже обязанность низалгать тѣхъ повелителей, которые ока
жулся несправедливыми. Впрочемъ, быстро развившійся абсолютизмъ скоро измѣнилъ
зготъ порядокъ вещей,—и ханы скоро стали править «милостію Божіею».
Монголы, вышедшіе изъ родныхъ степей въ началѣ Х1ІІ в., набрали на пути
всевозможныхъ союзниковъ; быть можетъ, и самъ Темучинъ, избранны-1 въ 120В Ве-
ликимъ ханомъ (Чвнгпсъ Ханомъ), былъ тюркскаго происхожденія. Выйдя широкими
ворохами Джунгаріи, между Алтаемъ  Тяпь-ІИанемъ, -нп ринулись на запалъ в юіъ.
разрушая Города и оставляя послѣ себя пирамиды годивъ жителей. Съ 1224 г Чин
гинсъ-Ханъ приблизился къ Азовскому мерю и покорилъ южную Россію Затѣмъ, въ
1237 г. Батый проникъ въ бассейнъ Волги во главѣ 300.000 всадниковъ и. уничто-
живъ всякое сопротивленіе, пэшадъ би.™ на Венгрію в Германію Біпва при Лнгнпцѣ,
въ Силезіи, хотя и выигранная монголами (1241), все-таки остановила ихъ на пуги къ
*) Такъ, въ 1219 г., взявъ приступомъ Самаркандъ, Чингисъ Хаиъ умертвилъ
140.001) его защитниковъ и считалъ себя очень милостивымъ ьъ побѣжденнымъ, такъ
какъ, кромі. того, увялъ всего лишь 400 000 мирныхъ жителей. Послѣ Самарканда
тавая же участь постигла г. Балхъ, «мать городовъ», имѣвшій до 30 кплом. въ
окружности. Здѣсь было 1200 мечетей и 200 общ. бань.—и все это превратилось въ
груду развалинъ. Бъ третьемъ горадѣ, Мервѣ, жители выводились цѣлыми толпами за
іорадъ и методически умерщвлялись, какъ быки ва бойняхъ. Вся обширная, цвѣтущая
страна между Каспійскимъ моремъ и Памиромъ превратилась въ пустыню. Тѣмъ но менѣе
уже чрезъ 11/2 вЬка ужасный «хромецъ» Тамерланъ могъ снопа начать такія же убій-
ства, такъ какъ страна опять разбогатѣла и заселилась. При Тамерланѣ Самаркандъ
сдѣлавшись столицей его имперіи, сталъ красивѣіішниъ городомъ Востока. II ого духов-
ныя школы «нсдрассе», равно какъ н школы Бухары, «свѣтъ изъ которой поднимался
къ небу, тогда какъ вь другихъ мѣтахъ онъ нисходитъ съ неба па землю»,—сдавп-
іиі'ь во всемъ мусульманскомъ мірѣ.
1005
ьападу. в они направилось къ югу, къ далматскому побережью. Дальнѣйшее движеніе
завоевателей било остановлено смертью Великаго хана Уісдея, сына Чиигнсъ-Хвва,—
и всѣ орды были отозваны обрати» въ Монголію для присутствованія на «куіултаѣ»,
для избранія новаго хана. IIнъ былъ избравъ малолѣтній Куюкъ, за кцтораго долго
правила сго мать.
Въ срединѣ XIII в. монгольская имперія достигла наибольшихъ своихъ размѣровъ;
она занимала до 2а миля, килом., что въ 1‘/2 раза болѣе Англіи со всѣми ея об-
ширнѣйшими владѣніями. Къ Монголіи и раытпамъ Сибири прибавились на востокѣ.
Китай и большая часть Индо-Китая, на западѣ. Туркестанъ и славянскія земли, на
югѣ—Малая Азія, Правъ. Па востокѣ тольки Японія сохранила свою самосіоятельность.
Центромъ этого государства былъ простой лагерь или ханская ставка Каракорумъ
(«Черный лагерь») среди степей на верхнемь теченіи Селенги. Но уже вскорѣ послѣ
смерти Чингисъ-Хана имперія монголовъ распалась,—и появилось нѣскольк» столицъ-
Таьъ, завоеватель Передней Азіи Хулагу устроился въ г. Маратѣ, у оз. Урмія, въ
центрѣ древпяго Азербсйджава Въ Сараѣ, на Волгѣ, въ Китаѣ и др. мѣстахъ также
оказались самостоятельные ханы; при этомъ, вмѣстѣ съ политическимъ единствомъ, на-
рушалось и религіозное: большая часть монголовъ перемѣнила свой первоначальный
шаманизмъ па буддизмъ, покорители Китія приспособились къ ученію Конфуція, за-
воеватели Ирана и Туркестана сдѣлались магометанами, а вторгшіеся въ Европу мои
голы отчасти поддались потомъ христіанству.
Направлялись къ великимъ ханамъ н мирные путешоявсишікн, вь качествѣ по-
словъ оть европейскихъ государей или кунцовь. Таковы: монахъ Асцолппъ, отправленный
въ 1245 г. папоЗ римскимъ, съ цѣлью обратить этихъ «исчадій ада», какъ называли
вь Европѣ монголовъ, въ христіанство. Попытка его кончилась неудачей. Чрезъ годъ
отправился другой посолъ Планъ Карпинъ; затѣмъ отмѣтили путешествіе Андрея Лмнг-
жюмеля вь 1248 г. и монаха- Рубрука, въ 1253 г, посла Людовика IX. Однако, раз-
сказы этнхъ путешественниковъ не такъ сильно интересовала Европу, какъ похожденія
венеціанскаго торговца Марко Поло, которому пришлось пробыть около 20 лѣтъ
(1275—1294) при дворѣ монгольскаго императора. Марко Поло, бывшій придворнымъ
и даже правителемъ одной области въ монгольской имперіи, имѣлъ возможность дѣй-
ствительно изучить бытъ и правы этого удивительнаго государства, — н поэтому книга
сго явилась для его современниковъ какъ бы откровеніемъ, развернувшимъ картину со-
вершенно новаго міра. Взоры Европы нсвольп-- обратились на эту сказочную страну
нефрита я шелка, фарфора н лакированныхъ издѣлій. Когда Васно-де-Гзма огибалъ
мысъ Бурь или Колумбъ подплывалъ къ Гаити, имъ виднѣлось вдали царство Кпіаіі
и таинственный островъ Цвпанго. ІІесомнѣшіо, открытіи Новаго Свѣта послѣдовало оы
и іздиѣс, если бы Марки Поли своею книгою ио даль Калумбу указаній, намѣтивъ
путь съ востока на западъ.
Разложеніе монгольской имперіи быстро юлило впередъ, какъ только центръ ея
передвинулся къ югу отъ «страны травъ»: вь каждой странѣ юга, позади стѣны гор-
ныхъ хребтовъ, вторгшіяся народности быстро растворяются, подобно мухѣ, подавшей
въ вѣнчикъ насѣкомояднаго цвѣтка. Такъ, въ Европѣ, сѣверные варвары растворились
1006
среди южныхъ пародовъ; то же испытали иа ссбк и монголы. Ужо Кублай-хнігь,
устроившій себѣ резиденцію въ Ханбалыкѣ—«городъ хана» (нынѣ Пекинъ—.«дворъ сѣ-
вера»), былъ настоящимъ китайцемъ по цивилизаціи. Потомки же его совсѣмъ .ч;нт лились,
а за ними и ихъ цлдчинеииые, попавшіе въ Китай. Тѣмъ во менѣе, обладай властью
и богатствомъ, монголы оставались ненавистны катанцевъ и вызвали возстаніе среди
нихъ. Въ концѣ концовъ власть сѣверныхъ завоевателей была свергнута. — и на пре-
столъ «сына ііеоа» взошла чисто-китайская династія Минъ. Втиснутая между монголь-
скими императорами и императорами маньчжурскими, эта династія до сихъ вызываетъ
симпатію въ китайской средѣ.
Къ западу оть Монголіи, пи обширныхъ равнинахъ Россіи я прилегающихъ об-
ластей, совершалась подобная же эволюція: н здѣсь, въ концѣ концовъ, объединив-
шійся подъ властью московскихъ князей русскій народъ свергъ татарское вго; столпца
Золотой орды, г. Сарай на Ахтубѣ, рукавѣ ніжііей Волги, была разрушена вь 1480;
,тъ нея остаіись лишь обложки кирпича; п тонки же татаръ, сдѣіавшисъ русскими
поливными, стали почти славянами по развитію и взглядамъ.
Завладѣвъ Средней Атіей, монголы проникли до Индіи; но безводныя пустыни,
крутыя горы, наконецъ, полудикое населеніе плоскогорій и горныхъ долинъ отсрочили
окончательное завоевані- полуострова, и такъ называемые монголы, завладѣвшіе имъ
позднѣе, были монголами только, по происхожденію.
По другую сторону Ирана, горы Арменіи, Сиріи и Малой Азіи также не под-
ходили для нихъ; здѣсь прочнѣе пхъ устроился другой пародь-завоеваіель. Въ 1225 г.
Орда тюрковъ въ 50 тые. человѣкъ, покинувъ равнины Хорасана, направилась на за-
падъ, къ горамъ Арменіи; тамъ они нашли соплеменниковъ, тюрковь-сельджуковъ;
опи сдѣлались союзниками вхъ в, подъ начальствомъ Зртогрула, завяли область въ
Сѣв.-3ападной Фригіи Сынъ Эргогрула, Османъ, въ жилахъ котораго текла скорѣе гре-
ческая, чѣмъ тирская кровь, завоевалъ себѣ такую военную славу, что и народъ его
съ того времени получилъ по нему названіе «османли». Это было въ концѣ ХШ в.
Сынъ Османа, Орханъ устроилъ св»ю резиденцію уже въ Пруссѣ, у подножія Олимпа,
въ Нифипіи; затѣмъ, въ 1330 г. онъ завладѣлъ Никоей. Сулейманъ, сынъ Орлана,
взялъ Галлиполи па Дярдаиельскомъ проливѣ (1356), — и началась блокада Византіи,
которая столѣтіе спустя должна была отдать се въ руки турокъ. Въ 1365 г. Мурадъ 1,
завладѣвъ Ѳракіей, перенесъ гною столицу въ Адріанополь; шѣ прямыя сообщенія между
Константиііопоя‘,мъ и материкомъ Европы была такимъ образомъ отрѣзаны,—и паденіе
«Втораго Рима» «тало неизбѣжно. Только нашествіе Тамерлана, разбившаго турокъ при
Ангорѣ (1402) и взявшаго въ плѣнъ самого султана, отсрочило взятіе Константинополя,
и то ненадолго. При Магометѣ II городъ, наконецъ, былъ взятъ приступомъ (1*53 г.),
а послѣдній императоръ Византіи Константинъ Палеологъ налъ среди развалинъ города.
Послѣдніе византійцы укрылись оыло въ Требнвоіп ѣ, ио в это послѣднее убѣжище ихъ
оы.іо отнято въ 1461 г. Сь тѣхъ поръ христіане превратились въ «райю» (стадо),
«городъ по преимуществу» еі; тт(ѵ коі.іѵ былъ переименованъ въ «Пстамбулъ», а по-
лумѣсяць Артемиды и Гекаты, украшавшій зданія Византіи, едѣладся символомъ свя-
щенной войны мусульманъ противъ ненавистнаго омъ «креста» Рима
похн
Грядущее человѣчество, каковое должно
быть подготовлено истиннымъ воспитаніемъ,
не будетъ ли состоять изъ такихъ людей, что
каждый сможетъ удовлетворять самому себѣ и
создавать міръ вокругъ сбоя?
Г Л А В А IX *).
Открытіе я-івыхъ земель.-Колумбъ, Каботы, Васко-де Гама, Лмериго Веспуччч.—
Магелланъ.—Эпоха Возрожденія.—Гумачпсты.— Книгопечатаніе.—Возвышеніе н
паденіе Испаніи
Въ то время, какъ турки на востокѣ Европы все оолѣе и оолѣе укрѣплялись,
ва западѣ ея, въ Испаніи, магометане должны бььп покинуть эіогь счл\островъ. Та-
кимъ образомъ на западѣ европейскіе народы свободно могли открывать сеоѣ н»вые
цуги, тогда какъ восточные пути, благодаря туркамъ, постепенно стали закрываться
*) Франція. Карлу VII (1443—1461) наслѣдовалъ его сынъ Людовикъ XI
<1461—1183), затѣмъ Карлъ ѴП1, скончавшійся, но имѣя дѣтей, въ 1498 г. Послѣ
него на престогь вступилъ герцогъ Орлеанскій, принявшій имя Людовика XII (1198—
1008
для пахъ: мореплаватели Средиземнаго моря, оттѣсненные съ Краснаго моря, п> Пер-
сидскаго заливз п съ Чернаго мори, гдѣ хозяйничали уже новые завоеватели, оказались
отодвинутыми къ океану, —и открытіе Новаго Свѣта стало настоятольиѵю необходимостью.
Бпльшо всего страдали отъ закрытія восточныхъ путей торговыя республики
Еенсція я Генуя, ведшія крупную торговлю съ востокомъ. Но въ то время, какъ вене-
ціанцы, изолированные въ глубинѣ своего залива, испытывали огромныя затрудненія въ
томъ смыслѣ, что пе могли отрѣшиться сть прежнихъ, хорошо знакомыхъ нмъ путей
сообщенія, пхъ соперники—гепуезаы легко приспособились къ новому положенію дѣлъ,
измѣнивъ направленія своей торговли, когда судоходству стало необходимо избирать
океаническіе пути, идущіе чрезъ Гибралтарскій проливъ и расходящіеся затѣмъ къ
сѣверу, западу и югу, по направленіи къ Новому Свѣту и Индіи. Естественно поятому,
что мореходами, принимавшими наибольшее участіе въ открытіи великаго западнаго
материка, были гепуезцы—Колумбъ, открывшій Антильскіе о-ва п берегъ материка, п
Каботъ, или Габотто, первый (послѣ норманновъ) посѣтившій сѣв. Америку,—впрочемъ,
послѣдній родился, быть можетъ, въ Гаагѣ и бы.гь также граждаиишшъ Венеціи.
Наконецъ, географическія условія выдвинули тогда иа первое мѣсто въ торговлѣ Ибе-
рійскій полуостровъ, нъ которому вводились всѣ пути, ведшія къ новымъ заморскимъ
1515), послѣ котораго коропа перешла въ руки повой линіи, Капетвпговъ, въ лицѣ
Франциска I (1515—154 7).
Германія. Съ 1438 по 1740 г. императорская власть принадлежала Габсбур-
гамъ, герцогамъ Австрійскимъ Фридрихъ ІИ занималъ престолъ съ 1439 г по 1493 г,
затѣмъ «го сынъ Максимиліанъ царствовалъ до 1519 г. Послѣдній былъ женатъ на
единственной дочери Карла Смѣлаго и имѣлъ лишь одного сына Филиппа, преждевре-
менно скончавшагося (1506), оставивъ сына огь брака съ Іоанной Безумной. Этотъ
внукъ Максимиліана Карлъ, наслѣдовавшій вь 1516 г. владѣнія въ Новомъ Свѣтѣ и
корону Испаніи и Обѣихъ Сицилііі, затѣмъ, въ 1519 г., герцогство Австрійское, гер-
цогство Бургондскоо и Фландрію, былъ избранъ князьями-избирателяміі въ императоры
полъ именемъ Карла V; онъ царствовалъ <-ъ 1519 г. по 1556 г.
Испанія. Короли Аррагопіи, сдѣлавшіеся съ 1409 г. обладателями Сициліи, а
съ 1435 г.—королевства Неаполитанскаго, смѣняли другъ друга съ правильною послѣ-
довательностью: Фердинандъ I, Альфонсъ (1416—1458), Іоаннъ (1458—1479). Фер-
динандъ II, король Обѣихъ Сицилііі, при жизни своего отца, вступилъ въ бракъ въ
1469 г. съ Изабеллой, сестрой короля Кастиліи; послѣ смерти послѣдняго королевой
Кастиліи стала Изабелла,—и вта чета правила всей католической Псваніей съ 1 179 г.
Изабелла скончалась въ 1504 г., оетаеивъ послѣ себя единственную дочь, Іоанну
Безумпѵю, мать Карла V.
Португалія. Въ открытіи новыхъ земель принимали большое участіе: Іоаннъ I
(1385—1433) его сыновья — король Эдуардъ и принцъ Генрихъ, затѣмъ Альфонсъ
(1438—1481), Іоаннъ П, Эямаиѵилъ, царствовавшій съ 1495 г., и Іоаннъ III
(1521—1557).
Самыми знаменитыми и наименѣе деспотичными пзъ семьи Медичи были:
Козьма (1389—1464), бывшій гоифа.юньеромъ съ 1129 г., и Лаврентій (1448—1492).
Далѣе, отмѣтимъ лишь пемиоінхъ изъ выдающихся личностей зпохіі Возрожденія,
родившихся до 1467 г
Джіотто ди Бопдопе, художникъ, род. въ Тосканѣ . .	1266 —1336 г.
ІКграрка, Франческо, род, въ Ареццо.................. 1304—1371 »
1009
странамъ. Объединившіяся и окрѣпшія иберійскія государства—Испанія и Португалія—
явились вполнѣ подготовленными къ своей географической роля.
Еще около средины XIV в. неизвѣстные геиуезскіе мореходы открыли группу'
острововъ, наиболѣе близкихъ кь Европѣ, и самый крупный изъ нихъ назвали Доньямъ,
что позднѣе было переведено португальцами словомъ «Мадейра», т. е. «высокій лѣсъ»,—
названіе въ настоящее время совершенно неподходящее. Въ ту же эпоху были открыты
Асорскіс о-ва, при чемъ одинъ изъ нихъ, Сапъ-СОрцо. быль названъ такъ но имени
главы Лигурійской республики, а другому, современной Терсейрѣ, дали названіе Срази,
во одному красильному растенію; впослѣдствіи это же названіе примѣнили къ восточной
половинѣ Южно-Американскаго материка.
Еще ранѣе, въ первой половинѣ XIV в., были открыты болѣе близкіе къ Африкѣ
Канарскіе о-ва, — а сто лѣтъ снустя нормандецъ Бетанкуръ поднялъ на архипелагѣ
флагъ Кастиліи Вмѣстѣ съ тѣмъ началось обращеніе мѣстнаго населенія—гуаишен въ
христіанство, отчего это развитое и образованное племя совершенно исчезло съ лица
земли: завоеватели продали большинство ихъ мароккскимъ купцамъ, а остальные вы-
мерли. II теперь на Архипелагѣ остались лишь метисы.
На гамомъ африканскомъ берегу открытія новыхъ земель подвигались медленно
Боккачіо, Джіованни, флорентіецъ, род. въ Парижѣ . .
Плетопъ, Георгій Гомистъ, род. въ Константинополѣ .
Братья вапъ-Дейкъ, фламандскіе художники, Губертъ .
и Іоаннъ .
Донателло, тосканскій скульпторъ .....................
Фра-Авжедііко, (Фра-Джіоваиви-да-Фісзоли).............
Біовдо Ф.іавіо, историкъ, род. въ Форли...............
Фра Филиппо Липпи, род. во Флоренціи..................
Баттисто Альберти, архитекторъ, род. въ Генуѣ
Джіованни Беллини, художникъ, род. въ Венеціи .
Боярдо, поэтъ, род. близъ Модены......................
Андреа Мантенья, художникъ, род. въ Падуѣ . • . .
Пульчи, поэтъ, род. во Флоренціи......................
Константинъ Ласкарн-ъ, грамматикъ, род. въ Констан-
тинополѣ .............................................
Момлннгъ, фламандскій художникъ, род. въ Швабіи. .
Джіокондо, архитекторъ, род. въ Веронѣ................
Брамаптс, Лазарь, архитекторъ, род. въ Урбиио . . .
Псруджнно, Пьетро Вепуччп, художникъ..................
Боттичелли, А. Филипепи, флорентійскій художникъ . .
Альдъ Мануцій, книгопечатникъ, род. въ Бассіано . .
Гирландайо, Домииико Куррадо, род. во Флоренціи . .
Леонардо да Винчи, художникъ и ученый, род. къ
Тосканѣ...........................................
Савонарола, Іеронимъ, род. въ Феррарѣ.................
Петръ Фишеръ, скульпторъ, род. пъ Нюрнбергѣ . . .
Адамъ Крафтъ, род. въ Нюрнбергѣ.......................
Покъ-дс-ла Мирандолс, философъ, род, близъ Модены .
Кьснтинъ Метцнсъ, художникъ, род. въ Лувенѣ . . .
Э.ТПЗЕ РЕК.ИО. ВЫП. VI
1313—1375 г.
(1355)--(145О) *
1366-1426 »
(1385) - 1441 .
1386—1466 »
1387—1455 »
1388—1463 »
1400—1469 »
1404- 1472 »
1426—1516 »
1430—1494 »
1430—1505 »
1432—1484 »
1434—1493 »
1435 -1494 »
1435 — 1515 »
1444 —1514 >
14 16-1524 »
1147—1510 »
(1449)—1515 »
1449—1498 »
1452—1519 »
1452—1498 »
(1455)—1529 »
(1456)—1507 >.
1463—1494 »
1166—1530 »
04
1010
вслѣдствіе валящей жары и пустынности песчаныхъ береговъ. До взятія Сеуты въ
1415 г. португальцы пе заходили къ югу отъ Марокко далѣе мыса Нунъ, т. е. «иоп»
(пѣть),—слѣд., мыса, дальше котораго пѣть дороги. Однако, мало-по-малу это пред-
убѣжденіи разсѣивалось, — и экспедиціи изслѣдователей стали подвигаться всо далѣе в
далѣе къ югу. Наконецъ, въ 1445 г. Дпііиеъ Діасъ открылъ Золеный Мысъ, предна-
мѣренна названный нмъ такъ для того, чтобы показать, пакъ ошибались его предше-
ственники, утверждавшіе, чтп въ тропическихъ областяхъ все выжжено солиномъ и
безплодно. Съ этого времени путгшссілепипі:и съ большею смѣлостью отваживались,
пускаться и въ глубь материка, и на югъ по побережью.
Вь 1484 г. Діего Као дошелъ по африканскому побережью до 22° южной ши-
роты, а преемникъ ею вь дѣлѣ открытія пути вокругъ Африки Бартоломео Діадъ,
воздвигъ нѣсколько новыхъ столбовъ на африканскомъ берегу вплоть до залива Св.
Елены (1487 г.).
Вскорѣ послѣ этого произошло открытіе западной Индіи, или «Новаго свѣта».
Доставившее великую славу Испяніи. Виновникомъ его былъ генуэзскій авантюристъ,
опытный моряка, мнего піаванпіі въ олдалелныхъ моряхъ. Онъ сначала предложилъ
свои услуги Португаліи—направиться въ Индію, взявъ курсъ па западъ и слѣдуя движенію
солнца. Однако, въ Португаліи сго не слушали, п онь “еребрался въ сосѣднюю Испанію.
Въ 1492 г. Христофоръ Колумбъ,—только было имя этого моряка,- отправился
3 августа изъ Полоса, 12 октября достигъ острова Гуанахяпп, 28—о-ва Кубы, а
6 декабря—Ганга. Въ 1193 г. Колумбъ возвратился 15 карта ьъ Лиссабонъ. Вторично
отправился на западъ 13 ноября и возвратился въ 1496 г.
Открытія Колумба возбудили спровш-вапіс и въ другихъ націяхъ. Другой генуэзецъ,
бывшій йотомъ на службѣ Венеціи, а затѣмъ — Англіи, Джіовии Габото, болѣе из-
вѣстныя подъ именемъ Джона Кабота, получилъ огь англійскаго короли исключитель-
ное право совершать йодъ королевскимъ флагомъ плаванія съ цѣлью открытій земель
н морей на западѣ, востокѣ и сѣверѣ. Имѣя въ виду попасть нъ страну Вивлапдъ,
онъ въ 1497 г., вмѣстѣ съ сыномъ Себастіаномъ открылъ берега Сѣв. Америки. Его
еынъ продолліалъ путешествія къ югу, пока не встрѣтилъ испанскихъ моряковъ у бере-
говъ Флориды и Антильскихъ острововъ. Такимъ образомъ самьнулись пути, намѣчен-
ные Колумбомъ и Каботомъ (послѣдній въ это время иагодился уже на службѣ Испаніи
скончался же <>нь въ Лондонѣ, по возвращеніи изь путешествія кь устьямъ Лаплагы
и Парагвая, совершеннаго въ 1528 г.).
Себастіанъ Каботъ, совершая первыя путешествія, также, подобно Колумбу, искалъ
пути въ страны золота п шелка—Индію и Китая, но—такъ называемымъ «сѣверо-
западнымъ проходомъ». Въ то же время прямой путь туда, пролегавшій по восточнымъ
морямъ, былъ извѣстенъ еще со временъ Бартоломео Діаца. Но португа'ьское прани-
твлытг.о еще остапавливалогь предъ «рунными расходами, которыхъ потребовала бы
экспедиція вь Индію. Открытіе западной Индіи Колумбомъ положило конецъ его колеба-
ніямъ,—в Васко до Гама былъ отправленъ гь эскадрою изъ четырехъ кораблей.
8 іюня 1497 г. Васко де Гама покинулъ Лиссабонъ, и обогнувъ мысъ Доброй
Надежды, 20 ма* 1-198 г. достигъ Индіи (г. Каликута ).
1011
Между тѣмь Каботы совершалі свои путешествія, а 30 мая 14НИ г. Колумбъ
отправился въ третій разъ въ Америку.
Далѣе событія эпохи открытій шля слѣд. образомъ:
Въ 1490 г. Алонзе де Холода и Америіо Веспуччи, Пералонзо Ппньо и Кри-
стобаль Гуера высаживаются па берешь Гвіаны и Венесуелы.
1300 г. Вицентъ Явсць Пенсовъ и Веспуччи доходятъ до устья Амазонки;
Діего Лопе и Родриго Вастидасъ изслѣдуютъ тѣ же берега,— Иедро-Альвересъ Кобраль ы-
саживается 22 апрѣля въ Сапта-Крусъ, затѣмъ направляется въ Пвдію вокруіъ мыса
Доброй Надежды. -Издана первая карта Новаго свѣта Хуановъ де-ля Коза.
1501 г. Америго Веспуччи на берегахъ Бразиліи.
1502 г. Михаилъ Кортереаль иоіибаеть яа Лабрадорѣ.—9 мая четвертое отплытіе
Колумбы, онъ возвращается 28 іюни 1504 г. Второе путешествіе Васю'-де-Гаиы, от-
крытіе СѳшеЛЬСКИХЪ ОСТрчйОВЪ-
1503 г. Четвертое путешествіе Веспуччи.—Альбукеркъ въ Индіи.
1505 г. Альмейда въ Индіи.
1507 г. Новый Свѣтъ получаетъ впервыо названіе Америки.
1508 г. Вьцепть ІІинеопь высаживается на берегахъ Юкатана.—Себастіанъ Ка-
ботъ изслѣдуетъ сѣверъ Лабрадора
1509 г. Португальцы на островѣ Цейлонѣ, на Суматрѣ а на Малаккѣ.
1510 г. Альбукеркъ занимаетъ Гоа, затѣмъ Малакку въ 1511 г.
1512 г. Португальцы на Молукскихъ -.стровахъ.
1513 г. 25 сентября Бальооа *) принимаетъ во власть Испаніи Южное море.—
Понсе-де-Леонъ огибаетъ Флориду.—Альбукеркъ посѣщаетъ Красное море.
1515 г. Хуанъ Діасъ-де-Солись -ысаживается на Ла-Платѣ,—Торговые корабли
португальцевъ проникаютъ въ Китай.—Взятіе Ормуза.
1519 г. Адонзо-де-Пинеда высаживается въ устьѣ Миссисипи Кортесъ 21 марта
высаживается въ Вера-Крусъ и Ь ноября прибываетъ въ Мексику.—20 сентября от-
правленіе въ путъ Магеллана.
1520 г. Магелланъ проходитъ проливомъ 21 октября—28 ноября.
1521 г. Магелланъ 1 февраля встрѣчаетъ первый островъ, доходить до Филип-
пинъ 16 марта и 27 апрѣля погибаетъ.
1522 г. 6 сентября Себастіанъ дель Као достигаетъ Санъ-Лукара.
Свѣдѣнія, которыя имѣются относительно ирчиехождепія и жизни м< реплавателей
этой внохя, очень неполны. Мы знаемъ лишь, что большинство ихь погибло самымъ
жалкимъ образомъ изъ-за неблагодарности ихь покровитедеі Такъ, Бартоломей Діасъ,
подчиненный Кобраля, погибъ емѣстѣ съ 4 кораблями экспедиціи, огибая мысъ Доброй
Надежды. Васко-де-Гима, род. въ 1469 г., отстракаяся отдѣла послѣ своего дтооого путе-
шествія въ Индію въ 1503 г. а призывается скова лишь въ 1524 г.; онъ цогиоаеть,
*) Васко Нульссъ де Бальбоа былъ энергичный н умный морякъ, хотя по вы-
сокой нравственности: погрязшій въ долгахъ, йгчпенный ві предательствѣ и убійствѣ.
Несмотря на прославившее его имя открытіе Тихаго океана, онъ впослѣдствіи былъ
обезглавленъ по приказу короля.
10Г2
прибивъ въ г. Кочинъ. Альбукеркъ, род. въ 1453 г., и бывшій однимъ изъ наиболѣе
справедливыхъ завоевателей, впадаетъ въ немилость послѣ длиннаго ряда побѣдъ и по-
гибаетъ отъ горя къ Гоа въ 1515 г. Вь томъ же году погибъ П'-нсе-де-Леонъ на
Кубѣ, Алоизо-де-Хойеда на Гаити и Діасъ-др-(олпгь ва Ла-Платѣ. Петръ де Ко-
вилмаонъ отправляется посломъ въ Индію в Абиссинію и устраивается въ послѣдней
странѣ, гдѣ и умираетъ въ преклонномъ возрастѣ.
Изъ всей плеяды «конквистадоровъ* (завоевателей) болыпипство, вужпо сказать,
заботилось больше о пріобрѣтеніи богатствъ и личныхъ выгодахъ, чѣмъ о расширеніи
званій в наукѣ. Исключеніе согтавтеть развѣ Себастіанъ Каботъ, но за то, потому,
что онъ больше заботился о паукѣ, нежели о богатствѣ, и не привозилъ изъ своихъ
путешествій золота и жемчуга, что прославило Колумба, затѣмъ Пизарро, Кортеса л
др.,—онъ и оставался въ свое время почти неизвѣстнымъ.
Большое значеніе, съ точки зрѣнія науки, имѣютъ в путешествія геніальнаго
португальскаго мореплавателя Магеллана, совершившаго (подъ испанскимъ флагомъ)
первое путешествіе вокругъ свѣта и такимъ образомъ создавшаго путь, который объеди-
нилъ между собою всѣ части іонной поверхности. Благодаря Магеллану создалось вполнѣ
научное и правильное представленіе о землѣ, пакъ шарѣ, ч возникли единство исторіи
человѣчества: съ гѣхъ норъ народы земнаго шара все внергичнѣе стали сближаться
между собою. Кругозоръ вхъ расширился, в въ то же время усилился полетъ ихъ
воооражевія и смѣлость мысли. Съ другой стороны, около то> же эпохи началось
знакомство съ древними, греческими и римскими классиками.
Подъ вліяніемъ этихъ причинъ началась эпоха той интеллектуальной эмансипаціи,
въ XV* и XVI в.в., которая извѣстна полъ именемъ «Эпохи Возрожденія*.
Впрочемъ, терминъ «Возрожденіе» имѣетъ относительное значеніе, такъ какъ еще
до XV в., т. е. до бѣгства греческихъ грамматиковъ изъ захваченнаго турками Констан-
тинополя, унесшихъ съ собью книги па западъ, латинская письменность не періттавала
пользоваться почетомъ въ Римѣ и Галліи. Къ тому же, пъ Италіи Петрарка на цѣлое
столѣтіе опередилъ эпоху Возрожденія. Наконецъ, своего рода «возрожденіе» было при
Карлѣ Великомъ и въ ХП в. * Возрожденіе» въ XV а XVI в. прежде всего косну-
лось Италіи, первой вступившей на путь развитія. Въ пто время свободный итальян-
скія общины всюду запѣнились единодержавіемъ, за исключеніемъ Венеціи; внутренніе
партійные раздоры п соперничество городовъ другъ съ другомъ совершенно погубили ихъ.
Однако, если сами общины н погибли, то самое движеніе свободы, мородившеч
ихъ, не прекращалось, разростаясь въ глубь, вплоть до полной эмансипаціи личности.
Подобно тому, какъ въ расцвѣтѣ эллинской жизни, и человѣкъ XV в. старался также
осуществить идеалъ силы, ьрасоты, равно какъ и развить свой интеллектъ и увеличить
спои знанія; словомъ, развить свою личность во всемъ ея блескѣ, освобождаясь оть
путь, налагаемыхъ обычэями и законами. Безъ сомнѣнія, лишь очень небольшое число
взбранныхъ можетъ достичь этого совершенства,—по достаточно уже одного стремле-
нія,—къ тому же, общество видоизмѣняется сообразно отдѣльнымъ личностямъ, соста-
вляющимъ, такъ скаиатв, душу его. Такимъ образомъ, несмотря па присутствіе тярап-
мической власти, че-мотря на политическіе перевороты, эпоха Вырожденія все же
11'13
одна изъ самыхь замѣчательныхъ въ исторіи, танъ какъ значеніе общества опредѣ-
ляется значеніемъ отдѣльныхъ сильныхъ индниидѵальноетей. сознающихъ себя. Будущее
человѣчество, каковое должно быть приготовлено мужественнымъ воспитаніемъ, не бу-
детъ ли слагаться изъ подобныхъ людей, илъ которыхъ каждыя сможетъ удовлетворятъ
сааому себѣ в создавать міръ вокругъ самого себя?
Движеніе эпохи Возрожденія, явившееся продолженіемъ вѣка Петрарки, заключа-
лось поэтому вовсе не въ томъ, чтобы создавать «гуманистовъ» въ тѣсномъ смыслѣ
этого слова, т. е. люд*В. видящихъ всю свою славу вь умѣніи хорошо говорить на
латинскомъ языкѣ. Напротивъ, гуманизмъ, въ широкомъ смыслѣ, состоялъ, какъ показы-
ваетъ самое названіе ого, въ поискахъ всего «человѣческаго», всего, что поднимаетъ
человѣка въ его глазахъ, дѣлай* его благороднымъ, добрымъ, великодушнымъ. И такъ
какъ античная, греческая и латинская, литература содержитъ въ прекраснѣйшихъ фор-
махъ наиболѣе возвышенныя мысли п наиболѣе высокую мораль, — въ пей объсдспы
сокровища чол- вѣчеекпхъ пріобрѣтеній, —то дѣятели эпохи Возрожденія и устремили все
свое вниманіе на изученіе писателей классической древности.
Конечно, далеко не всѣ гуманисты были возвышенныхъ душевныхъ качествъ, п
между ьнмн встрѣчались низкіе льстецы, паразиты, лицемѣры, но и овн открывали
школы, и они вносили знанія, являясь противниками духовенства, все г та ненавидѣв-
шаго книги и просвѣщеніе. Въ этомъ случаѣ духовештво долго продолжало подражать
религіозному рвенію апостола Павла, приказавшаго сжечь всѣ книги библіотеки Эфеса.
Лучшіе представители церкви вооружались противъ просвѣщенія. «Мнѣ сообщаютъ,—
писалъ въ концѣ VI в. Григорій Великій одному епископу,— мнѣ сообщаютъ,—и я
безъ стыда не могу повторить этого, что вашз братолюбіе рѣшилось излагать нѣкото-
рымъ начата грамматики... Постыдно, что епископъ занимается этою суетою, недо-
стойною духовныхъ и свѣтскихъ лицъ»!—И множество епископовъ, дѣйствительно, пре-
небрегало такою суетою. на халкедонскомъ соборѣ, въ 451 г., 40 членовъ не могли, за
неграмотно*тью, подписаться подъ постановленіями Собора' Неудивительно поэтому, что
въ средніе вѣка самые знаменитые монастыри были поразительно бѣдны книгами. Сколько
драгоцѣнныхъ пергаментовъ было непорчено отъ небрежнаго храненія или вычншепо,
чтобы занять пхъ молитвами, проповѣдями или разсужденіями монаховъ! Еще до
открытія книгопечатанія гуманпегы принялись собирать уцѣлѣншіе тексты, ічпщалп
ихъ отъ пазднѣнпіпхъ вставокъ, возстановляя въ первоначальномъ видѣ. Такъ именно
стало развиваться критическое отношеніе, перь<>аачжіьво направленное па исправленіе
ореографіи и возстановленіе правильнаго текста, а позднѣе — касавшееся самыхъ
возвышенныхъ вопросовъ исторіи н науки во всемъ ея цѣлимъ. Изъ этого тщательнаго
изученія различныхъ, часто нротиворѣчащихъ другъ другу манускриптовъ родилось
потомъ свободное изученіе научныхъ теорій, также разнообразныхъ и противорѣчивыхъ.
Возрожденіе греческой литературы и пауки произошло, однако, не вь южной
Италіи, наполовину эллпнекой по происхожденію. а въ сѣворюй, гдѣ эволюція исторіи
шла болѣе быстрымъ темпомъ. Флоренція, бывшая тогда настоящимъ центромъ искусства
и науки Италіи, Флоренція—юродъ, бывшій «цвѣткомъ другихъ городокъ», сдѣлілась
какъ бы новымъ греческимъ городомъ.
1014
Флоренція вносить въ произведенія искусства столько же воображенія и тнор-
ческі 9 сиды, какъ и Великія А«ины, только меньше богатства и разпоооразіл; опа
кажется обезкураженной, питаетъ отвращеніи къ активной дѣятельности и но возстаетъ
противъ чужеземнаго владычества. Сердце ея, какъ говорятъ наѵіъ, — находится пе на
уровнѣ ея генія (С. Реггоі). Но не происходитъ ли это оттого, что ея идеалъ— выше
земли, и что несчастные споры о людяхъ пе могутъ замутить ея хрустальной чистоты?
Поэты со временъ Пульчн и Бойярдо н до Аріосто и Гольдони, художники, начиная
съ Неруджип^ и до Корреджіо, всѣ обнаруживаютъ ту же ясность.—«Поищите,—гово-
ритъ Кине,—въ Мадоннахъ Андр.а дель Сарто и Рафаэля печальный взглядъ Италіи,
порабощенной, разграбляемой, истрепанной и искромсанной; вы найдете тамъ взілядь
счастливца, устремленный къ небу, а не отчаяніе отъ политическаго паденія». Италія,
исторіей своего искусства и своей философской и политической мысли, первая вышла
изъ узкаго круга такъ называемой національности. Она, беззащитная, довѣрилась духу
цивилизація, генію человѣчества. Отечествомъ итальянцевъ былъ долгое время весь міръ.
Флоренція, этоть свѣтлый городъ по преимуществу, превратилась въ настоящую
столицу, съ тѣхь поръ, какъ богатые купцы Медичи захватила королевскую власть,
пренебрегая титуломъ. Нигдѣ жизнь гражданъ и ученыхъ пе была болѣе пышной, болѣе
веселой и въ то же :ремя болѣе облагороженной величіемъ искусствъ, элсіантпостью
слога, вь прозѣ в стихахъ, па гибкомъ латинскомъ языкѣ, сдѣлавшемся тамъ живымъ
и почти роднымъ, и па звучномъ греческомъ. Придворные, ораторы, грамматики и поэты,
тяготѣвшіе къ «Великолѣпному» Медичи были полны сознанія, что живутъ въ самую
славную эпоху, которую вполнѣ можно сравнивать съ впохой расцвѣта Аішнъ.
Въ этогь прекрасный вѣкъ Возрожденія, въ прекрасной Италіи, радостн изученія
вовсе не были удѣломъ только горсти взоранныхъ, князей и дѣтей ихъ,—они одинаково
должны были распространиться и на народъ, приспособиться къ дѣтямъ, сформировать
школы, сдѣлавъ изъ нихъ «дома радости»,—прототипы тѣхъ школъ, которыя кой-гдѣ
устраиваются и теперѣ либеральными людьми. Стоить сравнить етн счастливыя учре-
жденія гъ мрачными конурами, въ которыхъ ученики, подвергаемые пыткѣ рутиннаго
обученія, ра плачпваются за свои проступки тѣлесными наказаніями, находящими себѣ
ващитпиковъ даже въ либеральной въ Англіи!
Приближаясь, однако, къ научной истинѣ, Италія, а вмѣстѣ съ нею и вся
Европа, удалялась отъ вѣры. Но ослабленіе католическаго благочестія позиолндо мыс-
лящему обществу вернуться къ природѣ и прервать на время аскетическія упражненія;
впрочемъ, нослѣдпія на короткое время побѣдоносно возвратились, въ концѣ XV в.,
когда Савонарола, окруженный своими «плакальщиками» (ріащопі), диктовалъ свои
законы даже Флорептнш-кой знати, и, возвращаясь къ традиціи св. Павла, приказалъ
жечь картины, музыкальные инструменты я произведенія свѣтской литературы, между
прочимъ, и «разсказы» Беккачіо. Но этоть кризисъ острой вѣры и нетерпимости
продолжался едва четыре года.—и, въ свою очередь, суровый проповѣдникъ самъ былъ сож-
женъ по приказанію папы Александра VI, за свою слишкомъ большую горячность вѣры.
Движеніе Возрожденія, взятое во всемъ цѣломъ, шредѣлнло эмансипацію граждан-
скаго оощества, привязанъ послѣднее къ античной культурѣ, какъ оы минуя средніе
1015
вѣка. Вслѣдствіе этого и женщина отвоевала тогда собѣ хотя слабую роль въ соціаль-
ной жизни,—въ чемъ ей отказывала Церковь; она могла выйти изъ круга семьи, изъ
подъ тѣни храмовъ и я»настырей
Проклятіе, которое произнесла христіанская церковь противъ тѣла, разсматривае-
маго ею, какъ вмѣстилище всевозможныхъ пороковъ, перестало тяготѣть натъ людьми:
«тысяча лѣтъ грязи,—какъ опредѣляетъ Митю» средніе вѣка,—закончилась. Въ этомъ
заключался великій переворотъ, которымъ опредѣлилось Возрожденіе, такъ какъ овъ
ослабилъ церковный догнать первобытнаго грѣха, заставлявшій христіанъ презирать свое
тѣло пли же видѣть въ немъ носителя всѣхъ пороковъ. Въ дѣйствительности ото пре-
зрѣніе къ плоти выражалось пи въ чемъ иномъ, какъ въ нечистоплотности. Тѣло,
покрытое поразитами, струпьями, язвами, было въ большомъ почетѣ...
Реабилитація плети, какъ выражались сспь-симописты въ романтическую эпоху
соціализма, ныла существенпымъ условіемъ эмансипаціи искусства. Конечно, народъ
прекрасной Италіи всегда сохранялъ чувств > красоты или, скорѣе, всегда отражалъ на
себѣ красоту и изящество окружающей природы. Нѣжные пейзажи Тосканы, Умбріи, съ
яспо очерченной линіей холмовъ, съ вхъ ручьями, рощами, деревнями, контрастъ нѣжной
зелени и черныхъ кипарисовъ, далѣе — дремучіе лѣса высокихъ Аппенпнь п аа ннми
плодородныя равнины, цвѣтущія предгорья Альпъ,—вся эта дивная природа отражается
на характерѣ итальянскаго народа, веселаго. добродушнаго, любящаго, художественнаго.
Пзъ вѣка въ вѣкъ, несмотря па притѣсненія церкви и евѣіекпхъ правителей,
несмотря на пожары и воины, итальянскій народъ сохранялъ сокровище художествен-
наго чувства; по искусство не могло развиваться иначе, какъ при поли ій свободѣ
ваять и рисовать чистыя формы чел-вѣческаго тѣла, -'свобожденныя отъ всѣхъ атри-
бутовъ, требуемыхъ религіознымъ обычаемъ. Глаза художника опяіь получили право
видѣть природу п человѣка такими, какими опп есть; цѣпи спало съ ихъ рукъ. Двѣ
тысячи лѣтъ протекло съ тѣхъ поръ, какъ греческіе художники поняли красоту чело-
вѣка и представили ее во всемъ ея великолѣпіи; теперь, придя къ тому же другими
путями, итальянскіе художника также возвысились до лицезрѣнія прекраснаго.
Какъ должна была быть велика радость эмансипировавшихся художниковъ, шъ
они были счастливы, когда почувствовати себя свободными нвібр.жігь красоту такою,
капою она казалась иль во всемъ блескѣ юности! Это была эпоха увлеченія, въ
которомъ принималъ участіе и простой народъ, очарованный дивными произведеніями
своихъ мастеровъ! Это быль золотой вѣкъ для итальянскихъ художниковъ, и отсюда
онъ распространился «о всѣ части Зап. Еврипы, гдѣ имѣлись аналогичныя условія,
напр., во Фландріи и промышленныхъ городахъ центральной Германіи. Искусство
распространялось и въ Германіи ва всѣ стороны жнзнв: на костюмы, жвлнша, даже
па самыя улицы Освободившись оть господства духовенства н абсолюдв-іЯ власти
императоровъ, крупные города могли свободно развивать свою иниціативу и прогрессъ.
Развилась отрасль къ знанію,—и 9 изъ существующихъ въ настбыле» время универ-
ситетовъ Германіи были основаны въ теченіе полувѣка, гь 1450 по 1506 г.
Благодаря распространенію знаній, а также появленію или возстановленію самыхъ
разнообразныхъ отраслей промышленности. Германія «казалась подготовленной къ вс-
1016
дикому изобрѣтенію книгопечатанія. А это изобрѣтеніе, совершенное около средами
XV в. 1 утепбергомъ, явилось ма<тоящий отправной точкой того переворота въ умственной
и нравственной жизни народовъ, по сравненію сь которымъ всѣ предыдущіе имѣютъ
лишь второстепенное значеніе. Съ того времени, какъ новое искусство стало распрі 
страняться, всѣ сокровища древности стали доступны кдзкдоыу.
По странной ироніи судьоы, перюдь Возрожденія въ западной Европѣ совпалъ
<гь періодомъ полнаго упадка въ Испаніи. Здѣсь побѣдоносная на іоническая церковь,
сдѣлавшись полной владычицей, ополчилась противъ вгякой свободной мысли. Вслѣдствіе
этого мало-по-малу въ Испаніи исчезла личная свобода, — и вся страна превратилась
въ одинъ огромный монастырь.
Однако, вѣ остальной Европѣ былъ во всѣхъ направленіяхъ достигнутъ такой
прогрессъ, было сдѣлано столько замѣчательныхъ открытій въ пространствѣ и времени;
промышленность а торговля такъ ра< ширили свою область примѣненіи и, въ тоже время
сокровища человѣческихъ званій увеличились въ такой пропорціи, что общество, пере-
мѣстивъ свою точку опоры, должно было принять п <выя формы. Правда, движеніе
интеллектуальное и моральное эпохи Возрожденія должно было ирнсиосооиться кь
среднему уровню религіозныхъ, моральныхъ и иолитичеекпхъ воззрѣній современнаго
общества, должно было воплотиться въ установленія, гораздо болѣе низшія, чѣмъ того
можно было ожидать; по важно было ирндожить новый путь, по которому лостопенво
пошелъ прогрессъ.
^нягокздаттство ;Т. К Сойкина—Спб.. Стремянная, 12.
ОРГАНИЗАЦІЯ ХОЗЯЙСТВА Пособія для устройства русскихъ имѣній.
Составилъ В Гомимввкііі. 344 стран. Цѣна I руй 50 кэп
Ведепіо хозяйства по точю опредѣл«ппому плану является необходимымъ какъ пъ
большихъ, такъ и въ малыхъ имѣніяхъ, между тѣмъ мы наблюдаемъ мас у случаевъ, азъ
которыхъ видно, что хозяйство ведется совершенно бозспстомно. Трудъ г. Гомвлевскаго вы-
годно выдѣляется среди ряда подобныхъ изданій доступностью изложенія п практичностью
даваемыхъ совѣтовъ.
/СТАВЪ СЕЛЬСКАГО ХОЗЯЙСТВА И ПОЛОЖЕНІЕ О НАЙМѢ НА СЕЛЬСКІЯ
РАьОТЫ. (Законы и судебная практика о седьск. хоз.). Сост. Н. Растеряевъ.
202 стр. Цѣна 75 н., сь перес 90 н
Каждому хозяину приходилось имѣть не мало непріятностей при наймѣ и расчетѣ
рабочихъ, исключительно вслѣдствіе незнакомства съ уставимъ сельскаго хозяйства и поло-
женіемъ о наймѣ ва сельскія работы. Вь трудѣ г. Ра торяѳоа собраны всѣ свѣдѣніи, руко-
водствуясь которыми, хозяинъ всегда будетъ стоять ва законной почвѣ.
СПРАВОЧНАЯ КНИГА Пи ПііЛЕКоДСТВУ И ЛУІ иВОДІТВУ. 221 Стрпн.
убормет. шрифта. Подъ редакц. Ф. С Груздева, члена Импер. Вольво-
&к<>в. Общества. Цѣна 75 и., съ перес. 90 н.
Содержаніе; Системы хозяйства, полеводства п сѣвообороты. Числт рабочихъ необхо-
димое ва 1 дес. полевой и луговой культуры. Смѣси кормовыхъ травъ для луговъ, пастбищъ
и выгоновъ Важнѣйшія удобрительныя вещества. Нормы удобреній для половыхъ, луговыхъ,
огородныхъ в ар. растеній. Опредѣленіе петошепія я обогащенія почвы. Опредѣленіе достоин-
ства оернл. Подготовка почвы къ посѣву. Задѣлка оѣ іяпъ Условія прорастанія, Роже».
Пшенной Кукуруза. Ячмень. Просо. Овесъ. Картофель. Лукъ. Кормовые корнеплоды. Гаолянъ.
Чумгіаа. Люцерна. Сорго многолѣтнее и гигантское. Кловеръ. Вика. Хлопчатникъ. Саха
ліга кая гречиха. Уничтоженіе головни тлѣбвыхъ злаковъ. Борьба съ сорными гривами. Изъ
практики полеводства. Народныя примѣты. Предсказоиіо погоды.
НОВАЯ СИСТЕМА ЗЕМЛЕДѢЛІЯ. Л. Овсинекаго Ц. 60 к., съ перес 75 к.
КУЛЬТУРА ОЗИМЕЙ ПО КУКУРУЗѢ (Амери*, паръ) 44 стр.г съ 12 )>чс
Д. В. Федорова. Ц. 30 и , съ перес 4и н.
Южныя хозяйства терпятъ большіе убытки отъ господствующвхь въ атпхъ мѣстно-
стяхъ засухъ. Культура озимей по кукурузѣ даетъ возможность до т&впть растеніямъ наи-
большее количество влаги, вслѣдствіе чего предлагаемое руководство г. Федорова заслужи-
ваетъ особеннаго вниманія хозяевъ южныхъ н отчасти среднихъ губерній.
МОЧНА ЛЬНА ВЪ МОЧИЛАХЪ и механпч. обработка его. Съ 16 табл.
вонстр. чертежей и рисунковъ. Сост. О. Клюй. Цѣна 40 н., съ пооес 60 н.
КАКЪ УДОБРЯТЬ ПОЛЯ И ЛУГА Полное руков. для русскихъ се.і. хоз.
Сост. .V. Пришвинъ. 110 стр. Ц 50 к съ пер 65 к
Необходимость удобренія п.лей плуговъ лля получоиіявысшпхъ урожаевъ докяз на ужо
неоспоримыми данными не только для почвъ глинистыхъ и песчаныхъ, гдѣ безъ удобренія
невозможно вести хозяйство, по даже я для чернозема, считавшагося до послѣдняго
времени неистощимымъ. Въ книгѣ г. Приилпна читатели найдутъ цѣнныя свѣдѣнія для
организаціи прьннльнвго способа удобренія нолей и луговь п яаивыгоднѣйшагО использованія
имѣющихся въ хозяйствѣ органическихъ удобреній и покупныхъ иекусствва- (минеральныхъ)
ПРИМѢНЕНІЕ ИСКУССТВЕННЫХЪ УД ІБРЕНІЙ. Проф. II. Вагнера, въ
пеуев. подъ редакц. Е. С. Каратыіѵна. Цѣна 80 ноп., съ перес. I руб-
ВАЖНѢЙШІЯ ИСКУСС1В УДОБРЕНІЯ и ихъ примѣненіе внеся. хозяй-
ствѣ. Нзд. З-о Агронома .4. Шаллера Цѣна 50 к, съ перес. 75 и.
ИСКУССТВЕННОЕ УДОБРЕНІЕ, какъ средство повышенія доходности.
Сост. Л. Ф. Вальковъ. Цѣна въ изящн переп» 2 р 5ч н
1‘РоШЕНіЕ И ОСУШЕНІЕ ПОЛЕЙ И ЛУГОВЪ. Необходимое руков. для
практпковъ-хозяевъ. Л. Винцента. Переводъ подъ редакціей агроиомъ-
гидротехника Д. П. Мазурвнко 149 стр Цѣна 75 ноп., оъ перес 91 ноп
Насколько сѣверныя губерніи Россія терпятъ отъ избытка влаги п грунтовыхъ водъ,
на столько же южныя и отчасти среднія и восточныя губерніи страдаютъ отъ ведестатка
влаги. Между тѣмъ разумными мѣрами, доступными каждому хозяйству, можно урегулиро-
вать количество влаги въ первомъ и обводнить поля к луга по второмъ случаѣ- Задача
г. Шзурепко и сводится къ тому, чт^бы научить русскихъ хозяевъ возможно выгоднѣе
осушить поля и луга въ мѣстностяхъ, изобилующихъ влагой, п оросить ссл. хоз. угодья
южной Россіи.
ІСУШЕНІЕ И КУЛЬТУРА БОЛОТЪ. Съ описаніемъ практическихъ пріе-
мовъ нивеллиривіінія мѣстности. Съ 69 чертежами Сост. В. О. Астафьеег
Цѣна I р съ пеиес I руб. 20 ноп.	_
При требованіи книгъ одновременно на сумму не менѣе 2 руо, перес безплатно

І^иигоиздательстЕО Д. Д. Сойкина.--СпБ.. Стремянная. № 12.
ОЬЩІЯ ПРАВИЛА РАЗМНОЖЕНІЯ РАСТЕНІЙ СЕМЕНАМИ А. Э. Иммера.
Цѣна 20 и.; съ пирее. 30 и.
ГРУНТОВАЯ КУЛЬТУРА РОЗЫ. Съ осооымъ приложеніемъ .Лучшія ро-
лы въ рисункахъ и описаніяхъ **. Съ 20 рпс въ теветѣ и 12 отдѣльными
худоічветв-'нв" исполн. рисунками лучшихл, розъ ві натуральную ве-
личину. Составилъ И. Н. Штвйкоергъ. Цѣна би коп, съ пврес 75 и.
В/ рѵжо.одеівмь со нуль-уръ розъ овихпг’врпйо юаь надо удѣлается ваамаыа
грувтошѣ куіьтурѣ итого оОшелюбимаго растенія Межху гЬыъ громадвоа болапчіпгтво хю
рпголеі шіѣгль впамсыиоать іоошпышт розы яевлютпіальио т груигѣ. Руі івидетвг г.
ШтеПпборга п имѣетъ и* лью тать указати л, какъ иырошивать въ грунтѣ вь только быч-
вив цел-ифоді выя, по  лучшія ремозтаітныа в чейяы. ролы.
ЧЕРТЕЖИ ЦВѢТНИКОВЪ, САДОВЪ, и планы оранжерей и теплицл
7-е испр. п доп. изд Сост. А Э. Лммеръ. Цѣна 2 р., съ перес 2 р 35 н
БОТАНИКА ДЛЯ САДОВНИКОВЪ И ОГОРОДНИКОВЪ Л. А. Золотарева
Цѣна 70 коп., съ порес. 90 коп.
ХОЗЯЙСТВО ВЪ ДУБОВЫХЪ ЛѢСАХЪ ради производства дубильнаго
корья В Т, Гомввмыжаго. Цѣна I руб 50 коп, съ перес. I р 75 н
ДУШИСТЫЯ РАСТЕНІЯ п яфщіныя масла. Изд. 2-е. Спб. 1892. А. Ба-
зарова и Я. Монтсверде. Цѣна I руб., оъ порес. I р. 2(і и
лЕКАРСТоЬННЫЯ РАСТЕНІЯ X. Егера. Пидъ редакціей и съ дои-юн
В. И. Спасскаго Цѣ а 20 и., съ перко 30 н
РУКОВОДСТВО ПО ХМЕАЕВОДСТВУ Со мног ориг рпс и черт Я К
Мѵиіемкпва Цѣна 30 коп , съ пярес 40 коп.
содержаюс Почва. Выборъ сортовъ. Размноженіе хмеля. Подготовка почвы. Посадка.
Уходъ за хмельвокомъ; культура яа тычинахъ и шпалерахъ. Рыхленіе почвы о окучиваніе.
Удобреніе. Сборъ п сушка хмеля. Болѣзни хмеля. Упаковка и продажа.
ОВРАГИ ИХЪ ЗАКРѢПЛЕНІЕ, ОБЛѢСЕНІЕ И ЗАПРУЖИВАНІЕ 4-0 изд.,
пспр. и доп. Дирекі Лѣсн Инст. Э Э. Вѣрна. Цѣна 75 и. съ пер I руб
ИВА. ея значеніе, разведеніе и употребленіе. Э. Э. Берна. Ц I руб..
съ перес. I р 20 коп.
КАКЪ УСТРАИВАТЬ ГАЗОНЫ ВЪ САДАХЪ И ПАРКАХЪ Василія
Голкле^каго ЦІ-а 20 иоп, оъ перес. 30 и.
СѢМЕНОВОДСТВО ОДНОЛѢТНИХЪ ЦВѢТОВЪ. Г. Фона-Шора. Цѣна 80 и.,
оъ перес. 90 и.
МѢРЫ ЗАЩИТЫ ЛѢСОВЪ ОТЪ ПОЖАРОВЪ. Сост П. И. Строевъ,
Цѣна 20 коп., съ перес 30 иоп.
Совержанй: Мѣры прддуярежлевія пожаровъ Каи отличитъ потжогг Мѣры проіу-
пр .кд*-п!я поджоговъ. Вевеетвеввыв ерпчиаы пожарові. Пол»»мчые пожары. Кахъ тушить
ПРИГОТОВЛЕНІЕ КОНСЕРВОВЪ ИЗЪ ОВОЩЕЙ. Л. Демьянова. Цѣна 20 к.
ПРИГОТОВЛЕНІЕ СУХОГО ЗЕЛЕНАГ’і ГОРОШкА. Описаніе простыхъ до-
машнихъ и фабр. способовъ. Съ 15 рие. А Я. Неринга. Цѣна 20 к.. съ
перес 30 и
СУШКА ПЛОДОВЪ И ОВОЩЕЙ домашними способам и А. И. Мальта
Съ рнс Цѣна 15 к., съ перес. 25 и.
ПЛОДОВЫЕ И ЯГОДНЫЕ КОНСЕРВЫ Приготовленіе желе, пюре, повид-
ла, пастилы, мармелада и гита изъ фруктовъ и ягодъ Сост. Я. И. По-
левицкій, спе.ц. во технич. переработкѣ цроизвеценій садоводства при Де-
партаментѣ земледѣлія Цѣна 30 к., сь перес 41 к
СУХІЕ КОНСЕРВЫ Описаніе различныхъ способовъ сушлп плодовъ п
овощей. Сост. М. А. Орловъ. 60 стр.. съ 9 рис. Цы, а 30 и., съ перес 40 к
СУШЕНІЕ ФРУКТОВЪ на солнцѣ и приготовленіе изюма. У. ВІрышто-
фаеича. Съ 33-мя рпс Цѣна 50 иоп оъ серво. 6'< иоп
СухІ« овгтп я плоды съ выкнымъ годомъ входятъ все въ большее в  .льшее у в г трн-
бя.иш Ол.гохаря удооотві ю’іаигПіж я л-хьаогьчія сухівга коис-рыви Предлагаемое ру-
хояод учить темамъ гушаиія па ,довъ и „иошеб вв гохяпѣ пр» почеши епед сушя*.іаъ
При требованіи книгъ одьевременно на сумму нг менѣе 2 руб , перес. безплатна
Тшхогрвфш 11 И. Сошива, С'зб., Стреижваал, 13.