РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ Н1\УК
ИНСТИТУТ ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ
RUSSIAN АСЛDЕМУ OF SCIENCES
INSTITUTE OF GENE�;_.,HISТORYi

Studies
оп Medieval
and Early Modem History
Volume 75 (1-2)
MOSCOW NAUКA 2014

Исследования
по истории Средневековья
и раннего Нового времени
Выпуск 75 (1-2)
�
МОСКВА НАУКА 2014

УДК 94(100)«653»
ББК 63.3(0)4
С75
Издание основано в 1942 году
Ответственный редактор ЧЛ.-корр. РАН П.Ю. УВАРОВ j
Редакционная коллегия:
К.И.н. В.М. ВОЛОДАРСКИ�;·д.и.н. О.В. ДМИТРИЕВА,
академик РАН СJП. КАРПОВ,
К.И.н. Г.П. МЕЛЬНИКОВ, Д.И.н. Е.А. МЕЛЬНИКОВА,
Д.И.н. Л.В. СТОЛЯРОВА, Д.И.н. Н.А. ХАЧАТУРЯН,
д.и.н. С,':К.ЦАТУРОВА (составитель и ответственный секретарь)
Редакционный совет:
Д.И.н. А.А. СВАНИДЗЕ (председатель), Д.И.н. Н.И. БАСОВСКАЯ,
Д.И.н. М.В. БИБИКОВ, Д.И.н. М.В. ВИНОКУРОВА, д-р истории П. ГИРИ,
Д.И.н. А.А. ГОРСКИЙ, д-р истории Р. ДЕСИМОН, д-р истории М. ДЫГО,
д-р истории Р. ЛЕ ЖАН, Д.И.н. В.Н. МАЛОВ, д-р истории К. МОДЗЕЛЕВСКИЙ,
ЧЛ.-корр. РАН Л.П. РЕПИНА, д-р истории К. УИКХЕМ,
Д.И.н. В.И. УКОЛОВА, Д.И.н. И.С. ФИЛИППОВ, ЧЛ.-корр. РАН Б.Н. ФЛОРЯ,
д-р истории К. ЭСТЕПА'ДИЕС, Д.И.н. М.А. ЮСИМ
Бригадиры: Н.И. АЛТУХОВА, К.И.н. А.А. АНИСИМОВА
I Рецензенты:
доктор исторических наук Ю.П. ЗАРЕЦКИЙ,
кандидат исторических наук А.А. МАЙЗЛИШ
ISBN 978-5-02-038052-3 © Институт всеобщей истории РАН, 2014
© Цатурова С.К., составление, 2014
© Российская академия наук и издательство
«Наука», продолжающееся издание
«Средние века» (разработка, оформление),
1942 (год основания), 2014
© Редакционно-издательское оформление.
Издательство «Наука», 2014

ОТ РЕДАКТОРА
Дорогие коллеги!
При составлении предлагаемого выпуска журнала «Средние
века» мы отошли от хронологического принципа расположения
материала. Выпуск открывается разделом, которым мы включа­
емся в подготовку приближающегося 500-летнего юбилея Реформа­
ции. Публикация Т.Н. Таценко в какой-то мере является типичной
для наших коллег из Санкт-Петербургского института истории
РАН. Отталкиваясь от экземпляров, хранящихся в архиве этого
института, автор выстраивает элегантную конструкцию, позво­
ляющую включить данные документы в широкий исторический
контекст с учетом достижений современной историографии. Тра­
диционно большое внимание в контексте Реформации уделяет­
ся английской истории. В статье В.А. Таубера рассматриваются
реальные механизмы управления англиканским духовенством в
Елизаветинскую эпоху.
Английский материал доминирует и в следующем разделе.
В статье Е.Э. Караваевой тщательный анализ убранства лагеря на
Поле Золотой Парчи дан явно через призму английских источни­
ков. Как сторонник французской точки зрения я все-таки замечу,
что Франциску 1 удалось повалить Генриха VIII во время дружес­
кой рукопашной схватки. Однако эта победа оказалась пирровой
для всей последующей французской политики.
Следующий раздел «Должностные лица в городе» объединяет
статьи, посвященные анализу городских элит испанской Сарагосы
XIV-XV вв. и французского Провена ХУI столетия. При очевид­
ной разности исторических контекстов в обоих случаях механизм
формирования муниципальных властей оказывается теснейшим
образом связан с интересами королевской власти.
Изюминкой этого выпуска журнала является постоянная руб­
рика «Многоликая медиевистика». На сей раз она посвящена на­
правлению, которое я считаю в высшей степени перспективным.
Так получилось, что наша страна запоздала с решением важной
задачи: сбором иностранных свидетельств о своей собственной
истории. На протяжении многих лет эту работу выполняют «па­
шутинцы» (см.: Средние века. М., 2008. Вып. 69 (3)), но сфе­
ра их интересов ограничивается периодом до середины XIII в.

6
П.Ю. Уваров
Более поздний период вплоть до времени образования Россий­
ской империи остается охваченным лишь фрагментарно. Иссле­
дователи, как правило, довольствуются работой с публикация­
ми ограниченного набора свидетельств иноземцев о Московии.
Систематическое обследование европейских архивов, начатое
трудами Е.Ф. Шмурло и п. Пирлинга, было прервано во вре­
мя революции. Парадоксальным является то, что после падения
«железного занавеса», когда для отечественных историков откры­
л�сь .hВОЗ�?Ж�ОСТИ работать в зарубежных архивах, мало кто из
специалистов отважился искать новые источники по российской
истории в европейских хранилищах. Не менее удивительным
выглядит отсутствие государственной поддержки подобным ис­
следованиям. Но самая большая проблема - кадровая, поскольку
специалистам по русской истории, как правило, не хватает лин­
гвистической и палеографической подготовки, а медиевистам -
жела�ия и ,необходимой профессиональной ориентации для
выбора подобных тем. Очевидно, что для такой работы нужны
особые компетенции: знание нескольких иностранных языков,
начиная с латыни, умение ориентироваться в западных архивах,
палеографические навыки, знание европейских и российских
исторических реалий. Затеянный в прошлом году семинар в сте­
нах Института всеобщей истории РАН призван был привлечь
внимание к данной проблеме и способствовать формированию
научной среды, способной обеспечить устойчивый интерес к
данной проблематике. (.�'
Все большее внимание в нашей историографии привлекает к
себе история университетов (достаточно отметить лишь 1 между­
народную конференцию «Университетские традиции: ресурс или
бремя», проведеиную в Москве осенью 2013 г. под эгидой между­
на�одн?й Комис�ии по истори� университетов). Статья А.В. Ру­
санова продолжает начатую в прошлых номерах тему «кочую­
щего университета». Португальский .университет, . несколько раз
менявший место своей дислокации (Коимбра - Лиссабон - Коим­
бра), с�мел сохранить свою идентичность и идею непрерывности
своего сэтцестеоеани« за счет упорной защиты своих.универси­
тетских привилегиЙ. Университеты, помимо корпоративного ус­
тройства, создавали уникальную интеллектуальную среду, спо­
собную воспринимать и транслировать идеи, заимствованные из
других цивилизаций. Рецепции трудов Димитрия Халкокондила в
университетской и пара-университетской среде Италии посвяще­
на статья П.А. Рязанова.

От редактора '.' (,
7
Я был бы сильно разочарован, если бы в этом выпуске жур­
нала, как и во всех предыдущих, не набрался бы «англосаксон­
ский блок», неизменно сопровождающийся публикациями ис­
точников. В данном случае речь идет о переводе и комментариях
древнеанглийских вариаций на тему библейского Исхода (статья
М.В. Яценко), а также о законах кентских королей VII в. (публи-
кация М.В. Землякова). '
Если в предыдущем выпуске «Средних веков» историография
и рецензии были представлены более чем скромно, то этот не­
достаток с лихвой компенсирован в этом выпуске. Наряду с ма­
териалами по истории отечественной и зарубежной медиевисти­
ки (материалы А.В. Антощенко, Т.А. Сидоровой, О.И. Тогоевой,
С.Г. Извекова), читатели могут ознакомиться с любопытной поле­
микой, развернувшейся по поводу нового издания -;:. первого тома
«Истории Испании». ПР9ДОЛЖ�Ю настаивать на своем мнении о
ценности некомплиментарных рецензий. В связи с этим обращает
на себя внимание полемический материал В.В. Рыбакова в рубри­
ке «Полемика, отсроченная на 80 лет».
И наконец, радостное известие: вышел 7 - й выпуск приложения
журнала «Средние века» - «Документы по истории Франции се­
редины ХУI в. Начало религиозных войн (1559-1560)>>. В «Сред­
них веках» с 1957 по 1961 г. Александра Дмитриевна Люблин­
ская публиковала материалы, относящиеся к кануну религиозных
войн, к 1559-1561 гг. В.В. Шишкин подготовил новое издание
этих документов с комментариями.
* * *
Рецензии, а также все остальныематериалы и отклики при­
сылайте по адресу: sector-sv@list.ru или 119334. Москва, Ленин­
ский проспект, Д. 32а, Институт всеобщей истории РАН, редакция
журнала «Средние века».
�I' Наш подписной индекс - 18969. Журнал «Средние века» и
другие книги можно приобрести в издательстве «Наука» (теле­
фон (495) 334-76-79, факс (495) 334-98-59).
п.ю. Уваров

РЕФОРМАЦИЯ И ВЛАСТЬ
УДК 94(430).034
з:н. Таценко
К ИСТОРИИ
«ВТОРОЙ РЕФОРМАЦИИ» В ГЕРМАНИИ:
ПИСЬМО РУДОЛЬФА АНГАЛЬТСКОГО
ИЗ НАУЧНОГО АРХИВА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО
ИНСТИТУТА ИСТОРИИ РАН
Публикуемый в статье рукописный источник из отечественного собрания вво­
дит в проблематику церковных преобразований в Германии конца ХУI в. Пись­
мо 1597 г. молодого ангальтского князя к матери о своих религиозных взглядах,
написанное на фоне происходящего в Ангальте реформирования богослужений
в кальвинистском духе, свидетельствует об утверждении идей кальвинизма в
Ангальте, а также позволяет увидеть некоторые особенности кальвинизма /
реформатства в Германии.
Ключевые слова: Ангальт, «Вторая Реформация», кальвинизм, реформатская
конфессионализация, Слово Божие.
в Научном архиве СПБИИ РАН хранится интересное письмо
Рудольфа Ангальтского (1576-1621), князя из древней асканий­
ской династии в Германии, основателя линии Ангальт-Цербст,
из которой впоследствии произошла русская императрица Ека­
терина 11. Письмо написано 8 февраля 1597 г. в Дессау и адре­
совано матери, Элеоноре, ландграфине Гессенской (1552-1618).
Под шифром 5/415 оно входит в состав коллекции 25 «Герма­
ния. Акты и письма феодальных владетелей XIV-XIX вв.». Его
приобрел в начале ХХ в. знаменитый историк и коллекционер
Н.П. Лихачев, имевший специальный интерес к собиранию
автографов европейских монархов. Краткая аннотация на анг­
лийском языке на папке с документом свидетельствует о том,
что письмо было приобретено в Англии, предположительно на
аукционе Сотби, с которым у петербургского знатока рукописей
были многолетние контакты.

к истории «Второй Реформации» в Германии
9
1. Внешние характеристики
и палеографические особенности письма 5/415
Письмо исполнено светло-коричневыми чернилами на двух
составляющих bijoZium листах очень тонкой голубоватой бумаги
так, что очертания букв просвечивают сквозь бумагу и затрудня­
ют чтение текста на оборотной стороне листа (см. илл. 1-10б.).
Размер первого листа равен 30,2 х 20,5 см, второй лист обрезан
по длине так, что имеет размер 25,9 х 20,5 см. Текст письма рас­
полагается на л. 1-10б., на обороте укороченного второго листа
находится адрес получателя, здесь также сохранились остатки
черно-красного сургуча - следы скреплявшей послание печати,
перед отправкой оттиснутой перстнем-печаткой отправителя.
Письмо составлено на ранненововерхненемецком языке. Князь
Рудольф написал его собственноручно типичным дЛЯ ХУI в. не­
оготическим курсивом'. Перед нами выразительный пример ин­
дивидуального почерка непрофессиональной руки, ненатрениро­
ванность которой обусловила некоторую неказистость, корявость
письма, отсутствие разработанных гибких связок и легкой беглос­
ти в формах букв. В тексте встречаются помарки и зачеркивания.
Вместе с тем очевидны и важнейшие признаки неоготического
курсива: характерные небольшие петельки на месте прежних из­
ломов во многих формах малых букв (r, v, w, е, р), контраст меж­
ду наклоненными влево короткими вертикалями строчных букв и
наклоненными вправо вертикалями длинных выносных. Рудольф
Ангальтский уверенно выписывает сложные, составленные из
отдельных штрихов-извивов, по-барочному прихотливые формы
больших букв Е, G, А, М Обращает на себя внимание «стильная»
лигатура tt с загнутой в обратном направлении ножкой второй
буквы. В соответствии с обычаем и нацеленной на контраст эс­
тетикой неоготического письма все иноязычные, в данном случае
латинские, слова исполнены округлым гуманистическим курси­
вом. Послание к матери князь Рудольф начал очень старательно,
1 Термин «неоготический курсив» употребляется палеографами применитель­
но к беглому письму Нового времени, развитие которого продолжилось на
основе готической графики (Германия, Скандинавия, отчасти Чехия, Польша,
Венгрия) в отличие от большинства других европейских стран, где основу
для эволюции письма в Новое время дали округлые формы гуманистического
курсива. См.: Казраг J. Uvod do novoveke [аппвкё paleografie (se zvlastnim
zretelem k ёевкуш zemim). Praha, 1975; Таценко Т'Н. Палеография немецких
документов XVI в. // Вспомогательные исторические дисциплины. Л., 1979.
Вып. XI. С. 293.

к истории «Второй Реформации» в Германии
13
2. Транскрипция текста, его перевод
и особенности формуляра письма 5/415
Текст письма мы оформили в виде таблицы, поместив в ее
левой части транскрипцию оригинала, а в правой - наш перевод
на русский язык. Транскрипцию форм букв и / v мы передаем как
в оригинале: по традиции того времени для и / v в начале сло­
ва употреблялась форма v, а для и / v в середине слова - форма
и. Пунктуация в современном смысле слова еще.не сложилась,
и для обозначения смысловых и речевых пауз в рукописи упот­
ребляются косые штришки, которые переданы в транскрипции.
В качестве знака переноса используется двойной косой штришок.
Обрывы в словах восстановлены нами в круглых скобках. Сло­
ва в квадратных скобках в русском переводе содержат сделанные
нами добавления уточняющего характера. Текст письма разделен
на несколько пронумерованных смысловых частей.
Der Hochgebornen Furstin
Frawen Eleonoren / geborner
Herzogin zw (W)urttenbergk,
Landgrevin zu НеВеп, (Gre )fin
zw Catzenelnbogen, Diez (Zie)
genheim vnd Nidda, Wittiben
etc Meiner freundlichen herz­
lieben Fraw Mutter Zu J(hrer)
G(naden) Handen
1 Meinen Sбhпliсhеп gehorsam
vnd was ich mehr liebes vnd
guts vermag ieder zeidt zuuorm
пеЬеп wunschung von Gott dem
almechtigen сш gluckseliges
vnd gnadenreiches neues iahrs.
SALUTATIO
2 Hochgeborne furstin gnadige
herzliebe frau Mutter/ weil mich
Е G. mehrmals durch Schwe­
ster Sabinen schrifftlichen ha­
Ьеп bitten lаВеп/ das ich doch
derselbigen soltte zu wiBen
thun weB glaubens ich sey / so
danck ich den ewigen enigen
almechtigen Gott/ das ehr mich
zum erkantnuB seiner warheit
Высокородной княгине госпо­
же Элеоноре, урожденной гер­
цогине Вюртембергской, ланд­
графине Гессенской, графине
Катценельнбоген, Диц Циген­
хейм и Нидда, вдове, моей лю­
безной, сердечно любимой
госпоже матери в собственные
руки ее милости.
Прежде всего примите уверения
в моем сыновнем послушании
и неизменной любезнейшей го­
товности к услугам, а также по­
желание, чтобы Бог Всемогущий
даровал [Вам] счастливый и бла­
гословенный Новый год.
Высокородная княгиня, ми­
лостивая, сердечно любимая
госпожа мать, поскольку Ваша
милость в письмах к сестре
Сабине многократно изволи­
ли просить меня, чтобы я не
преминул все же объяснить ей,
какой веры придерживаюсь,
то благодарю Вечного, Едино­
го, Всемогущего Бога, что Он
привел меня к постижению Его

14
т.н. Таценко
hatt kommen lаВеп / welchen
ich auch ferrier bitte das ehr
mich darbey erhaltten woBe bis
ап mein ende / und es sey fer­
пе von mir das ich auBer die­
sem einen andem suche oder
ehre / EXORDIUM
3 das aber Е а. von mir begehre
das ich Е а. auff аВе streiti­
ge Punckten / meine meinung
schrifftlichen zu wiBen thun
soltte /so hoff ich nicht das Е а.
die ubiquitet oder aBenthalben­
heit der mensch1ichen natur in
Christo billigen werden / oder
noch viel weniger das тап
dieselbige embtten sol1e/ wel­
ches auch kein grundt in Gottes
wordt hatt / ia nicht ein buch­
staben daruon in Gottes wordt
stehet / sondern viel mehr das
wiederspiel / welches ехетре12
alles zuerzele(n) es3 viel zu lang
wurde werden / NARRATIO
4 was anlanget meine meinung
vom abentmal des herm / wie
dasselbe in Gott( es) wordt ge­
grundet sey / haltte ich fur vnnott
das ich es wiederhole / dieweil
es Е а. in bruder Augusten
schreib( еп) kurzlich vnd doch
notturftig verfaBet finden wer­
den welchen ich ganz vnd gar
billige vnd beifal gebe4 kunnen
mir aber Е а. eines ЬеВеm aus
Gottes wort vnterrichten / so wi1
ich daBelbige mitt gehorsam ап­
nehmen / NARRATIO
истины и, молю Его и впредь
до конца дней моих сохранять
меня в ней, и да не будет для
меня ничего более чуждого,
чем искать и почитать какого­
либо другого [Бога].
То, что Ваша милость желает в
письменном виде иметь мое мне­
ние по всем спорным пунктам,
вызывает во мне надежду, что
Ваша милость не поддерживает
ubiquitet или [положение] о везде­
сущности человеческой природы
Христа или еще менее [одобряет]
служения [обряды], которые при
этом не основываются на Слове
Божьем и о которых не упомя­
нуто ни единой буквой в Слове
Божьем, но, более того, которые
противоречат [Слову Божьему], и
приведение примеров этого было
бы слишком долгим.
Что же касается моего воззре­
ния на Вечерю Господню как
она основана на Слове Божьем,
то считаю лишним повторять
это, ибо Ваша милость может
найти это объяснение, каковое
я целиком одобряю и приветс­
твую, описанным кратко, но
исчерпывающе в письме брата
Августа. Если же Ваша милость
может лучше вразумить меня в
Слове Божьем, то покорнейше
приму это.
2 Слово ехеmреl зачеркнуто.
3 Слово es зачеркнуто.
4 Первоначально второпях ошибочно написанная на конце этого слова буква n
зачеркнута.

к истории «Второй Реформации» в Германии
15
5 was aber Е G. gegen mir ge­
dacht. Ьаоеп- als soltten etliche
lehren / es mбсhtе einer thun
was einer woltte guts oder Ьо­
ses wan ehr nur versehen wehre
so muste ehr seligwerden / wel­
chem ich gantz vnd gar zu­
wieder / vnd es5 lП unserm
furstenthumb dieBe lehre auch
nicht wirdt erhort werden / wie
ich gleises auch von niemandt
gehort habe der solches lehrte
vnd bekentte / sondern der herr
Christus lehrtt es vns fein selber
da ehr spricht: kan auch ein gut­
ter Ьаиm arge fruchte bring( еп)
oder еlП fauler Ьаиm gutte
fruchte / ein iglicher Ьаиm der
nicht gutte fruchte bringet wirdt
abgehauen vnd ins feuer ge­
worffen6. NARRATIO
6 Solches habe ich Е G. auff de­
roselben begehren kurzlichen
zuuerfaBen / vnd :с also meine
meinung zu еrбfпеп nicht vn­
terlaBen kбппеп noch wol­
lеп / bitte Е G. nochmals wo
sie mir was beBers aus Gottes
wordt vпtепiсhtеп kбппеп / sie
dasselbe nicht vnterlaBen wol­
lе / vnd bitte sie wolle meine
gnadige frau mutter sein vnd
bleiben PETITIO
7 Die schreiben ап Е G. schwester
hab ich 1. L. zugeschickt / so
wol ап meine Schwester der
А что Ваша милость подумали
обо мне, будто я принимаю
некие учения, что один, если
предопределено ему волен тво­
рить что пожелает, добро ли, и
зло ли, и все равно спасется, то
это [учение] Я" совершенно не
разделяю и о нем не слышно
в нашем' княжестве, ведь я не
слышал ни о ком, кто учил бы
подобному учению и исповедо­
вал бы его. А истинно учит нас
сам Иисус Христос, говоря: И
доброе дерево может приносить
плоды худые, или дерево худое
приносить плоды добрые. Вся­
кое дерево, не приносящее пло­
да доброго, срубают и бросают
в огонь.
Таковое не преминул я кратко
изложить для Вашей милости
по Вашему желанию и тем са­
мым открыть мое мнение. Еще
раз прошу Вашу милость не
упускать возможности там, где
Вы лучше могли бы вразумить
меня в Слове Божьем, и еще
быть и оставаться моей мило­
стивой госпожой матерью.
Письма как к Ее милости сестре
Вашей милости 7, так и к моей
сестре, герцогинеЛ Гольштейн-
5 Слово es зачеркнуто.
6 Здесь князь Рудольф, обращаясь к теме лжепророков, приводит неточную
цитату из Мф 7: 18-19 .
7 Из письма невозможно заключить, о какой именно из сестер ландграфини
Элеоноры в нем идет речь. На тот момент здравствовали ее две сестры: Доро­
тея Мария, пфальцграфиня Зульцбахская (1559-1639), и Анна, вдовствующая
герцогиня Силезско-Лигницкая (1561-1616).

16
т.н. Таценко
Herzogin УОП Holstein / sie hatt
mir auch schreiben ап Е а. zu­
geschickt / die ich Е а. auch
hiermitt beiliegendt vberant­
wortten wil / Е а. schreiben
aber hattsie dazumal noch nicht
bekommeri NNARRATIO
8 ich thue mich auch gegen Е а.
in аllеп Sбhпliсhеп gehorsam
bedancken wegen des пеиеп
iahrs das Е а. mir vnd meinen
bruder furst Augusten verehret
vnd geschicket haben / vnd wo
wir es wiederumb in упвепп"
g.ebett kбппеп уmЬ Е а. verdie­
пеп woln wir keinen fleiB spa­
ren/ beuehl derwegen Е а. in
den schutz Gбtliсhеr almacht.
CONCLUSIO
9 Оашш Веёап den 8. Febr(uar)
Аппо (15)97.
/
/
ской, Я отослал. Она [послед­
няя] также прислала мне пись­
мо для Вашей милости, которое
я здесь намереваюсь приложить
и препоручить Письма же Ва­
шей милости она пока еще не
получила.
Со всей сыновней почтитель­
ностью также благодарю Вашу
милость за то, что оказали честь
мне и брату моему Августу,
послав поздравление с Новым
годом, мы же со своей сторо­
ны не пожалеем своего усердия
всякий раз, как только сможем
послужить Вашей милости на­
шими молитвами, вверяя тем
самым Вашу милость защите
Бога Всемогущего.
Дано в Дессау 8 февраля в год
(15)97
10 Е а. iederzeidt gehorsamer
Sohn Rudolfff(urst) zw Anhaltt
тапи p(ro )pria s(ubscripsit)
Вашей милости неизменно по­
корный сын Рудольф, князь
Ангальтский собственноручно
подписал.
Собственноручное письмо Рудольфа Ангальтского принад­
лежит к числу писем сугубо личного, неофициального харак­
тера. Однако формуляр письма построен по общей схеме для
писем как личных так и официальных, бытовавшей в Средние
века и начале Нового времени и восходящей к нормам античной
риторики". Помимо открывающего письмо адреса и заключаю­
щих его даты и подписи формуляр традиционно включает в себя
пять частей, название каждой из них мы отметили большими
буквами в соответствующих графах текстовой таблицы. Они -
следующие:
8 После слова vnserm следует зачеркнутая буква h.
9 Meisner H.O.'·Archivalienkunde vorn 16. lahrhundert bis 1918. Gottingen, 1969,
S.66-67.

Ксистории «Второй Реформации» в Германии
17
2.1. Приветствие (sаlиtаtiо)
Письмо начинается. с обычной в эпистолярной практике фор­
мулы приветствия, в' которой передается уважение к адресату и
выражается предупредительная готовность к услугам. В нашем
случае приветствие окрашено теплотой родственного отноше­
ния к матери, поэтому особое почтение к адресату выражено на­
чальными словами о сыновнем послушании (Meinen Sohnlichen
gehorsam vnd was ich mehr liebes vnd gиts vermag ieder zeidt
zииоrт). Личный характер приветствию придают и добрые по­
желания на Новый год, имеющие религиозный оттенок, что сразу
как бы предопределяет тему письма.
2.2. Вступление или предисловие
к предмету письма (Ехоrdiит)
в этой части выражены побудительные мотивы к написанию
послания, а именно ими явилась многократно передававшаяся
через сестру адресата просьба Элеоноры Гессенской объяснить,
какой веры придерживается ее сын, князь Рудольф Ангальтский.
Следующее затем эмоциональное прославление Бога усиливает
градус религиозной направленности письма.
2.3. Изложение / рассказ (Narratio)
Здесь, в узловой ПО смыслу и самой обширной части письма
отправитель излагает свои религиозные взгляды, их изложение
тематически структурировано в подразделения 3, 4, 5 текстовой
таблицы. К этой же части протокола относится и подразделение 7,
содержащее сообщения, касающиеся переписки с родственниками.
2.4. Просьба (Petitio)
Следующая часть эпистолярного формуляра содержит про­
сьбу или требование, проистекающее из положения вещей, об­
рисованного в предыдущей части. В нашем случае petitio выра­
жена слабо, так как побудительный мотив к написанию письма
исходил не от отправителя, а был ответом на пожелание адресата.
Petitio в письме Рудольфа Ангальтского заключается в просьбе к
ландграфине Элеоноре в любом случае оставаться его «милости­
вой госпожой матерью», несмотря на возможное различие в их
вероисповедальных взглядах, высказанное им в несколько поле­
мическом тоне.

18
т.н. Таценко
2.5. Заключение (Conc/usio)
Б заключительном пункте пр ото 1\0 л а еще раз выражается сы­
новняя почтительность и благодарность, а также обязательство
неустанно молиться о Божьей защите для матери. Письмо закан­
чивается датой, местом его изготовления и подписью с обычными
в таких случая� сокращениями.
3. Содержание письма 5/415 в историческом контексте
3.1. Княжество Ангальт.
Меланхтон и особенности ангальтской Реформации
Сравнительно небольшое княжество Ангальт с его видными
городами Цербст и Дессау располагалось на плоской приэльб­
ской равнине в северной части Средней Германии, его земли на
крайнем юго-западе достигали отрогов Гарца. Главным соседом
Ангальта было курфюршество Саксонское. Это крупнейшее тер­
риториальное государство, t ставшее оплотом протестантизма в
Германии, граничило с Ангальтом на юге и востоке. К северным
пределам Ангальта -подходили обширные владения архиепис­
копства Магдебургского с правившими в нем со второй половины
ХУI в. лютеранскими администраторами из курфюршеской ди­
настии бранденбургских Гогенцоллернов. Б Ангальте рано стали
популярными идеи Реформации, распространявшиеся из лежа­
щего в непосредственной близости пограничного Биттенберга.
Б 1522 г. в Цербсте впервые проповедовал Лютер. Б 1520-1530-е
годы Реформация была официально принята во всех частях Ан­
гальта. Руководившие ее проведением ангальтские князья, в пер­
вую очередь князь Георг 111 (правил с 1530 по 1553 г.), устано­
вили близкие отношения с главными реформаторами Лютером и
Меланхтоном, у них в Биттенбергском университете стали полу­
чать образование почти все будущие ангальтские пасторы!".
После CMep�p Лютера в 1546 г. высшим теологическим авто­
ритетом для ангальтской церкви стал Филипп Меланхтон, и это
влияние во многом предопределило ее дальнейшее развитие.
10 Jablonowski U. Anhalt, das Land und seine Ецгвтеп im Zeitalter der Reformation //
Reformation in Anhalt. Melanchthon - Furst Georg 111: Katalog zur Ausstellung
der Anhaltinischen Landesbucherei Dessau sowie Vеrбffеntliсhungеn der wissen­
schaftlichen Beitrage des Kolloquiums vom 5. September 1997 in Dessau. Dessau,
1997. S. 86-87,95.

к истории «Второй Реформации» в Германии
19
Крупный церковный реформатор, Меланхтон вместе с тем был
выдающимся ученым-гуманистом, обладал широтой мышления,
избегал однозначности и узкой групповой партийности в сужде­
ниях, умел уважать мнение противника в дискуссиях. Привер­
женность Меланхтона к поискам компромисса и умение находить
его были заметны еще в совместной деятельности с Лютером, на­
пример, при составлении текста Аугсбургского вероисповедания
1530 г. или итогового соглашения по результатам собеседований
с верхненемецкими и швейцарскими евангелическими теологами
в 1536 г. в Виттенберге. Когда же в последовавшей вскоре после
смерти Лютера Шмалькальденской войне император нанес пора­
жение союзу протестантских князей и стал принуждать их 1\ при­
нятию Аугсбургского интерима 1548 г., то Меланхтон взял на себя
трудную задачу по выработке текста так называемых Лейпцигских
статей, которые должны были смягчить поражение евангеличе­
ского блока путем допущения некоторых, по мнению Меланхтона,
внешних и несущественных элементов (от греч. adiaphora г: несу­
щественные, второстепенные вещи) католического культа ради со­
хранения главных принципов евангелического вероисповедания.
В результате протестов многих теологов и завязавшейся острой
дискуссии об адиафоре в среде лютеранства произошел раскол
на гнезиолютеран (подлинные или ортодоксальные лютеране),
призывавших сохранять наследие Лютера в полной неприкосно­
венности, и умеренных лютеран, названных по имени Меланхтона
филиппистами.
Характерно, что даже после того как Аугсбургский интерим
в 1552 г. был отменен и спор об адиафоре потерял свою актуаль­
ность, дискуссии между двумя названными группами внутри лю­
теранства продолжались и длились многие десятилетия. Только
теперь Меланхтону и его сторонникам стали ставить в вину ком­
промиссы в другом отношении, а именно в пользу кальвинистов.
Это наиболее ярко проявилось в разгоревшемся среди евангели­
ческих теологов споре о сущности причастия. Гнезиолютеране
обвиняли Меланхтона, что он отошел от воззрения Лютера, ко­
торый считал, что во время совершения главного для христиан
таинства хлеб и вино пресуществляются в реальные тело и кровь
Христа (Realpriisenz). Хотя Меланхтон прямо никогда не оспари­
вал этого положения, в своем толковании причастия он переносил
акценты на сам процесс причащения, подчеркивая присутствие
Христа во время преподания хлеба и вина причащающимся!'.
11 Jиng МН. Philipp Melanchthon und seine Zeit. Gбttiпgеп, 2010. S. 76.

20
л.н. Таценко
Ортодоксальные лютеране усматривали здесь сближение с
взглядами на причастие Кальвина и поэтому стали называть
сторонников Меланхтона криптокальвинистами (скрытыми
кальвинистами) .
В княжестве Ангальтском Меланхтон и его идеи продол­
жали пользоваться неоспоримым авторитетом и после смерти
реформатора в 1560 г. Пришедший к власти в 1562 г. князь Иоа­
хим Эрнст (1536-1586) сохранял традиции религиозных пред­
почтений отца и широко открыл двери Ангальта для теологов­
филиппистов, изгнанных из других немецких княжеств, где в
церковной политике возобладало направление ортодоксальных
лютеран. Особенно усилился поток беженцев после того, как в
курфюршестве Саксонском в 1573 г. начались преследования
богословов и политиков, заподозренных в криптокальвинизме.
Многие из подобных беженцев по вере и их семьи в дальней­
шем составили ядро ангальтской кальвинистской элиты. Напри­
мер, Вольфганг Амлинг (Wolfgang Amling) и Иоганн Брендель
(Johann Brendel) в 1578 г. стали суперинтендентами соответ­
ственно в Цербсте и Дессау и на протяжении десятилетий фор­
мировали в Ангальте политику церковных преобразований в
кальвинистском духе+.
Под влиянием собственных богословов Иоахим Эрнст отка­
зался подписать «Формулу согласия» (Formula concordiae), ве­
роисповедальный свод лютеранских церквей, составленный в
1577 г. с целью укрепления единства лютеран и размежевания
их с кальвинистами. «Формула согласия» была составлена не без
влияния гнесиолютеран и содержала порицание взглядов Мелан­
хтона, что было неприемлемо для ангальтских теологов, ибо они
усматривали в этом отделение Меланхтона от Лютера 13.
Следующим шагом на пути утверждения собственного веро­
исповедного профиля было перенесение в 1578 г. места ордина­
ции ангальтских пасторов из саксонского Виттенберга, все более
дрейфовавшего в сторону ортодоксального лютеранства, в род­
ной Цербст. Чтобы уберечь молодых людей от чуждых влияний,
12 Ейс]: Н. Calvinismus und Reformiertes Bekenntnis als Existenzgrundlage fiir den
Staat? Betrachtungen zur friihneuzeitlichen Verfassungsgeschichte Anhalts / / Cal­
vin und Calvinismus: Ешоратвспе Perspektiven / Hrsg. v. 1. Dingel, H.J. Selder­
huis. Gбttingеn, 2011. S. 53,58-59.
13 Schmidt G. Die Fiirsten von Anhalt - reformierte Konfessionalisierung und iiber­
konfessionelle Einheitsbestrebungen? // Reformation in Anhalt. Melanchthon -
Fiirst Georg 111. S. 68.

к истории «Второй Реформации» в Германии
21
в Цербсте в 1582 г. основывается гуманистическая гимназия -
gymnasium illustre, где давалось хорошее языковое и религиозное
образование. Примерно с середины 1580-х годов готовящиеся к
церковному служению в Ангальте студенты предпочитают изучать
теологию не как прежде в Виттенбергском, но в кальвинистском
Гейдельбергском университете 14.
Вместе с тем князю Иоахиму Эрнсту приходилось считаться с
политическими реалиями. Маленький Ангальт находился в боль­
шой зависимости от соседнего могущественного курфюршества
Саксонского, крайне враждебно относившегося к любым прояв­
лениям кальвинизма. Поэтому в конце своего правления Иоахим
Эрнст предпринимает шаги для смягчения конфессиональных
противоречий. Об этом свидетельствует принятое им в 1585 г.
«Исповедание святого Причастия», которое было подготовлено с
помощью магдебургских теологов и максимально приближено к
версии Лютера'". Причем его разделяли далеко не все ангальтские
служители церкви. Возможно, шаги навстречу ортодоксальному
лютеранству были связаны и с влиянием второй жены Иоахима
Эрнста Элеоноры, по происхождению вюртембергской принцес­
сы и поэтому твердой лютеранки. Политику сближения Ангальта
с Саксонией должен был закрепить династический союз: в начале
1586 г. Иоахим Эрнст Ангальтский выдает свою тринадцатилет­
нюю дочь Агнес Хедвиг (1573-1616) за шестидесятилетнего кур­
фюрста Саксонского Августа. Этот брак длился всего несколько
недель, так как был прерван смертью курфюрста. Примечательно,
что Агнес Хедвиг удалось за это время уговорить мужа освобо­
дить из тюрьмы Каспара Пейцера (Caspar Peucer) (1525-1602),
математика, врача и религиозного деятеля, обвиненного в 1573 г.
при саксонском дворе в криптокальвинизме и проведшего почти
13 лет в заключении. После освобождения Пейцер нашел при­
бежище в Ангальте и еще почти полтора десятка лет про служил
придворным медиком в Дессау.
14 Jablonowski U. Der EinfluB des Calvinismus auf den inneren Aufbau der anhalti­
schen Fi.irstenti.imer Anfang des 17. J ahrhunderts, dargestellt аm Beispiel уоп Ап­
hаlt-Кбthеп // Тепitогiаlstааt und Calvinismus / Hrsg. М. Schaab. Stuttgart, 1993.
(Vегбffепtl. der Kommission fi.ir geschichtliche Landeskunde in Baden- Wi.irttem­
berg, Reihe В; Bd. 127). S. 151-152.
15 Duncker Н. Anhalts Bekenntnisstand wahrend der Vereinigung der Fi.irstenti.imer
unter Joachim Ernst und Johann Georg (1570-1606): ein Beitrag zur deutschen
Kirchengeschichte aus ungedruckten Quellen des Zerbster Haus-und Staatsarchivs,
Dessau, 1892. S. 247-248.

22
т.н. Таценко
3.2. Семья князя Рудольфа Ангальтского,
текст его письма
!
Иоахим Эрнст Ангальтский , ненадолго пережил своего сак-
сонского зятя и умер в декабре 1586 г. Из семи его сыновей реаль­
ными наследниками владений Ангальта, сыгравшими значитель­
ную роль в истории княжества, стали пять принцев, в том числе
уже упоминавшийся Рудольф, автор интересующего нас письма
из архива СПБИИ РАН, которому в момент смерти отца было
1 О лет. Помимо него имеются в виду четыре молодых ангальт­
ских князя: Иоганн Георг (1567-1618), Кристиан (1568-1630),
Август (1575-1653) и Людвиг (1579-1650). От имени всех сыно­
вей править Ангальтом по старшинству стал князь Иоганн Георг.
При ангальтском дворе, где тон задавали высокоученые теологи
меланхтоновского склада с широкими взглядами, воспитанию
принцев придавали большое значение, и все они были гуманис­
тически образованны, хорошо знали латынь и европейские язы­
ки, были особенно посвящены в духовно-религиозные проблемы
эпохи. Рассматриваемое письмо князя Рудольфа - хорошее тому
подтверждение. В соответствии с обычаями того времени ангаль­
тские принцы по мере взросления отправлялись в большие путе­
шествия по Европе с длительными пребываниями при различных
княжеских и королевских дворах.
Так, восемнадцатилетний Кристиан был в 1586 г. послан к
саксонскому курфюршескому двору в Дрезден, куда попал как
раз в период сильнейшего перелома: после смерти курфюрс­
та Августа, поборника твердого лютеранства, власть перешла к
его сыну, курфюрсту Кристиану Саксонскому (1560-1591), со­
чувствовавшему кальвинизму. Воспитанный в традициях филип­
пизма, чуждых узости ортодоксального лютеранства, Кристиан
Ангальтский, став в течение нескольких лет свидетелем кальви­
нистских преобразований при саксонском дворе в Дрездене, не
только сам окончательно перешел на сторону кальвинизма, но и
завязал прочные связи с представителями княжеской кальвинист­
ской элиты Германии, в первую очередь с территориальными го­
сударями кальвинистского Пфальца на Рейне: пфальцграфом Ио­
ганном Казимиром и курфюрстом Фридрихом IV. После падения
кальвинистской партии в Саксонии в 1591 г. Кристиан Ангальт­
ский ведет войско немецких евангелических князей на помощь
гугенотам под предводительством ГенрихаIV, участвует в ряде
военно-конфессиональных конфликтов в Германии. С 1595 г. он
занимает пост наместника Верхнего Пфальца, а к началу XVII в.

к истории «Второй Реформации» в Германии
23
практически становится руководителем всей пфальцской полити­
ки, впоследствии сыгравшим важнейшую роль в создании про­
тестантского военно-конфессионального блока Германии и в пер­
вых битвах Тридцатилетней войны!".
Братья Кристиана Ангальтского не стали подобно ему деяте­
лями всегерманского и европейского масштаба, но сходное вос­
питание и образование, духовные традиции общей Родины также
склонили их на сторону кальвинизма. Возможно, свою роль сыграл
здесь и пример Кристиана, который не порывал связей сАнгальтом.
Его деятельность была, несомненно, решающей в переориентации
внешней политики княжества с политически близкой к Габсбургам
лютеранской Саксонии на Пфальц, кальвинистские княжества на
Среднем и Нижнем Рейне, гугенотов во Франции и кальвинистов
в Нидерландах. Выражением этой переориентации было и заклю­
чение брачных союзов с представительницами кальвинистских ди­
настий. Так в 1595 г. Кристиан Ангальтский женится на Анне, прин­
цессе из небольшого нижнерейнского графства Бентхайм, а его
старший брат, правящий князь Ангальта Иоганн Георг, сочетается
браком с Доротеей из Пфальцского княжеского дома.
Письмо князя Рудольфа из санкт-петербургского архива по­
зволяет уточнить конфессиональные пристрастия младших кня­
зей Ангальтских. Три брата Август, Рудольф и Людвиг были деть­
ми Иоахима Эрнста Ангальтского от второго брака с Элеонорой
ВюртембергскоЙ. После смерти супруга она вновь вышла замуж
за ландграфа Георга Гессен-Дармшгадтского и в 1589 г. покинула
Ангальт. К моменту написания письма в 1579 г. она опять 'овдо­
вела. Можно предположить, что второй брак Элеоноры в конфес­
сиональном плане был более гармоничным: в ландграфстве Гес­
сен-Дармштадт придерживались ортодоксального лютеранства, и
�Ha могла больше не опасаться, что будет введена в смущение
проповедниками, слишком вольно толковавшими те или иные
положения лютеранства. Вместе сь тем ландграфиня продолжала
t
сохранять связь со всеми своими детьми из ангальтского дома.
Одно только рассматриваемое письмо свидетельствует о перепис­
ке С" четырьмя из них: сыновьями Рудольфом и Августом, а также
Д�:ерьми Сабиной и Агнес Хедвиг'? (см. разделы 2, 4, 7 тексто-
16 SсhиЬеrt Fr.H. Christian 1. // Neue Deutsche Biographie. МйпсЬеп, 1957. Bd. 3.
S.221-225.
17 Последняя обозначена в письме князя Рудольфа как герцогиня Голь штейн­
ская, ставшая таковой своим вторым браком после краткого супружества с
курфюрстом Саксонским.

24
з.н. Таценко
вой таблицы). Определенно, что ландграфиню волновали слухи и
отзвуки теологической полемики, касавшиеся конфессиональной
ситуации в Ангальте, те самые «спорные пункты», которые упо­
минает князь Рудольф. Как видно из рассматриваемого письма,
она многократно спрашивала детей об этом, и вот Рудольф пыта­
ется объяснить матери «какой веры он придерживается».
Прежде всего он высказывает свое неприятие положения об
ubiquitet (см. раздел 3 текстовой таблицы), выражая надежу, ве­
роятно, напрасную, на единомыслие матери в этом вопросе. Речь
идет об учении о вездесущности (Ubiquitiit) человеческой приро­
ды Христа, о котором много писали приверженцы ортодоксально­
го лютеранства, например, вюртембергский реформатор Иоган­
нес Бренц (1499-1570). Отстаивая положение Лютера о реальном
присутствии тела и крови Христа в хлебе и вине во время причас­
тия, он утверждал, что, поскольку в Иисусе Христе объединены
Божеское и человеческое начала, то качества Божественной при­
роды могут передаваться природе человеческой, таким образом
Тело Христово в отличие от обычных человеческих тел может од­
новременно существовать в разных местах '". Учение об UbiquiHit
в Ангальте вслед за Меланхтоном не признали, вследствие чего
ангальтские теологи подверглись острым нападкам со стороны
ортодоксальных лютеран, нападки особенно усилились после от­
каза Ангальта подписать «Формулу согласия» 1577 г. Оппонен­
ты обвиняли ангальтскую церковь в кальвинизме. Действитель­
но, Кальвин не признавал учение о вездесущности человеческой
природы Христа. Полагая, что тело вознесшегося Спасителя на­
ходится на небесах, женевский реформатор утверждал, что Хрис­
тос все же реально присутствует в таинстве причастия, но своей
Божественной природой через Св. Духа!",
Разъясняя матери свои вероисповедные взгляды, князь Ру­
дольф пишет о полном неприятии церковных служений, обрядов
(embtten), «о которых не упоминается ни единой буквой в Сло­
ве Божьем» (см. раздел 3 текстовой таблицы). Здесь наверняка
имелся в виду и экзорцизм - практиковавшийся католиками и ор­
тодоксальными лютеранами обряд изгнания бесов перед креще­
нием, который был отменен в Ангальте в 1589 г. и также повлек
за собой многолетние ожесточенные нападки оппонентов. Гроз­
ные сочинения гнесиолютеран с обвинениями в пособничестве
дьяволу и кальвинизму в Ангальте распространялись в княжестве
18 Jung МН. Philipp Melanchthon und seine Zeit. S. 77.
19Ibid.

к истории «Второй Реформации» в Германии
25
странствующими торговцами и легко воздействовали на многих
простых людей: иные родители, страшась лишить своих младен­
цев при крещении дополнительного подкрепления, отправлялись
крестить их в соседнюю Саксонию. Представители ангальтской
церкви в свою очередь утверждали, что отменой экзорцизма они
искореняют реликты «безбожного папства» и «мерзость старых
антихристовых и дьявольских суеверий»?".
Тема следования Библии продолжается и в следующих фразах
письма князя Рудольфа, где он, говоря о своем воззрении на при­
частие в форме, основывающейся только на Слове Божьем, соли­
даризируется с мнением брата Августа в письме, которое тот пре­
жде послал матери (см. раздел 4 текстовой таблицы). Эта отсылка
не случайна. Именно Август и Кристиан Ангальтские 1 О октября
1596 г. в Замковой церкви Дессау первыми из всей княжеской
семьи приняли причастие по кальвинистскому обряду. Князь Ру­
дольф находился в это время в отъезде. Таинство проходило так,
как оно описано в Евангелии: причащающиеся собрались вокруг
большого стола вместе со стоящим также за столом лицом к при­
сутствующим пастором, для причастия использовали не гостии
(маленькие круглые облатки из пресного теста) как у католиков
и лютеран, но преломляемый хлеб, чашу с вином каждый из при­
чащающихся получал в собственные руки. Это стало сигналом к
переустройству церквей в Ангальте: с конца 1596 г. в них начали
устранять алтари, заменяя их большими столами для причастия,
убирать еще остававшиеся иконы, картины и скульптуры, выно­
сить свечи, закрывать органы".
Встревоженная известиями о переустройстве церквей в каль­
винистском духе в Ангальте ландграфиня Элеонора хочет знать,
разделяет ли ее сын кальвинистское учение о предопределении
(см. раздел 5 текстовой таблицы). Неудивительно, что она хо­
рошо информирована в теологических учениях эпохи, ведь не­
посредственными соседями ландграфства Гессен-Дармштадт на
Рейне к концу XVI в. являлись княжества, либо уже принявшие
20 Freitag W. Konfliktfelder und Kon:fliktparteien im ProzeB der lutherischen und ге­
formierten Konfessionalisierung - das Рцгвтепшш Anhalt und die Hochstifte Наl­
berstadt und Magdeburg im 16. Jahrhundert // Archiv rur Reformationsgeschichte.
2001. Bd. 92. S. 171-172.
21 Goeters J.F. Gerhard, Genesis, Formen und Hauptthemen des reformierten Ве­
kenntnisses in Deutsch1and: Eine ОЪеrsiсht / / Die reformierte Konfessionalisie­
rung in Deutsch1and: Das Problem der «Zweiten Reformation»: Wissenschaftliches
Symposion des Vereins rur Reformationsgeschichte 1985 / Hrsg. Н. Schilling. Gu­
tersloh, 1986. (Schriften des Vereins fur Reformationsgeschichte; Bd. 195). S. 50.

26
т.н. Таценко
кальвинизм (Пфальц, Нассау-Дилленбург), либо склонявшиеся к
нему (Гессен-Кассель). В своем письме князь Рудольф передает
ее вопрос об учении, «что один, если только предопределен (wan
ehr nur versehen wehre), волен творить что пожелает, добро ли,
зло ли, все равно спасется». Для ландг�афини Элеоноры - это
принципиальный и волнующий вопрос, ведь лютеране отрицают
кальвинистское учение о предопределении, и в «Формуле согла­
сия» зафиксировано, что спасительная благодать Божия доступна
всем. Вероятно, ее обрадовал ответ сына, что он не разделяет уче­
ние о предопределении, и никого не встречал вАнгальте, кто бы
исповедовал или проповедовал его.
Для убедительности и, вероятно, по привычке подкреплять
свои высказывания библейскими словами князь Рудольф приво­
дит цитату из Евангелия от Матфея 7: 18-19, которая относится к
месту, в котором Христос предостерегает от лжепророков. Следу­
ет отметить, что первая фраза цитаты приведена в письме с ошиб­
кою: «kan auch ein gutter Ьаum arge fruchte bring( en) oder ein fauler
Ьаum gutte fruchte» (И доброе дерево может приносить плоды ху­
дые, или дерево худое приносить плоды добрые) и имеет смысл
противоположный оригиналу: «Ein guter Ваиm kann nicht sch1echte
Егйсшс bringen, und ein fauler Ваиm kann nicht gute Ргйсше bringen»
(Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое
приносить плоды добрые). Палеографический анализ показывает,
что здесь нет описки, но четко выведенное слово auch, напротив,
даже' 'подкрепляет утвердительный смысл. Впрочем, вторая фра­
за цитаты, несущая главную мысль, приведена правильно: «еш
iglicher Ьаиm der nicht gutte fruchte bringet wirdt'abgehauen vnd ins
feuer geworffen» (Всякое дерево, не приносящее плода доброго,
срубают и бросают в огонь). Принимая во внимания то, с каким
трепетом и пиететом представители евангелических конфессий
относились к Слову Божьему, трудно представить, чтобы князь
Рудольф мог произвольно менять евангельскую цитату. Вероятно,
он просто ошибочно запомнил -ее. В любом случае общее значе­
ние �ce.� цита;гы не противоречит оригиналу, и она подчеркивает
резко отрицательное отношение ангальтского князя к учению о
предопределении и проповедующим его лжепророкам.
Эта тема завершает главный содержательный блок письма
о вероисповедании ангальтского князя. Его общий тон и стиль
показывают сыновью почтительность, готовность внимать рели­
гиозным поучениям матери, но вместе с тем отражают твердую
уверенность в постижении «истины всемогущего Бога».

к истории «Второй Реформации» в Германии
27
3.3. «Вторая Реформация»
или «реформатская конфессионализация» в Ангальте
Публичное рринятие ангальтскими князьями �ричастия по
кальвинистскому образцу в конце 1596 г. и последовавшие затем
преобразования в порядке богослужений и внутреннем убран­
стве церквей были началом открытого перехода Ангальта от лю­
теранства к кальвинизму. В отличие от лютеранской Реформации,
которая поддерживалась народными движениями снизу,' переход
к кальвин�зму осуществлялся сверху и был решением князей в
Ангальте. Их союзниками! в этом процессе было высшее духо­
венство Ангальта, во многом состоявшее из происходивших из
других регионов беженцев - кальвинистов, ангальтские пасто­
ры - выпускники' собственной gyтnаsiит iZZиsfrе и Гейдельберг-
� '. �.' II� � , ;'
ского университета, а также служащие центральных органов кня-
жеского управления и представители городской верхушки.". Это
были высокообразованные элиты общества, которые сознательно
участвовали либо в многолетней религиозной полемике, обозна­
чая конфессиональный курс княжества, либо ведущие советни­
ки князя, последовательно проводившие линию на сближение с
кальвинистскими политическими силами в Германии.
Однако кальвинистская Реформаци� сверху натолкнулась в
Ангальте на сильное сопротивление широких слоев населения.
Рядовые горожане, в первую очередь мелких городов, и особенно
крестьяне в сельских областях не слишком разбирались в тонкос­
тях теологической полемики, но приняли в штыки изменения в
церемониале богослужения и убр�нстве церквей. Исчезновение
алтарей, свечей, последних картин и скульптур, местами даже
распятий и органного сопровождения лишало богослужения так
важной для многих эмоциональности и наглядности. Протесты
�e огранич�вались только уклонением от у�аст�я в новых бо­
гослужениях, множились эксцессы с применением силы против
священнослужителей, срывом и осквернением богослужений, ос­
корблениями людей, принявших церковные изменения+'. Врагом
церковных преобразований выступило также дворянство, усмат­
ривавшее в нововведениях угрозу своей власти, касающейся, на­
пример, прав патроната в определенных общинах и назначения
там священнослужителей.
22 Freitag W. Konfliktfelder und Konfliktparteien. S. 182; Ейс]: Н. Calvinismus und
Reformiertes Bekenntnis als Existenzgrundlage. S. 53.
23 Freitag W. Konfliktfelder und Konfliktparteien. S. 187-191.

28
т.н. Таценко
Ангальтские власти тем не менее не отступали от постав­
ленной цели: ненадежные пасторы заменялись новыми, за соб­
людением порядка в церкви поручалось следить главам местных
административных округов - амтманам, особенно упорным про­
тивникам угрожали отказом членам семьи в крещении или хрис­
тианском погребении. Сложнее было преодолеть сопротивление
земского дворянства, от которого зависело утверждение налогов
для покрытия долгов княжества. Поэтому в своей конфессиональ­
ной политике ангальтские князья были обречены на временные
уступки, лавирование и уловки. Этим можно объяснить то, что
главные вероучительные и богослужебные документы нового ве­
роисповедания - Гейдельбергский катехизис и Пфальцская аген­
да были официально приняты в Ангальте с большим опозданием
(1611/1616 гг.), много позже, чем ими реально стали здесь поль­
зоваться. Все же ангальтским князьям удалось в течение двух де­
сятков лет сделать кальвинизм преобладающим вероисповедани­
ем в княжестве. Этому не помешало то, что в 1606 г. Ангальт был
разделен между пятью названными братьями на самостоятельные
владения: Ангальт-Дессау, Ангальт-Бернбург, Ангальт-Плёцкау,
Ангаль-Цербст, Ангальт-Кётен. В религиозной политике между
братьями царило единомыслие, и они принимали согласованные
решения. От реформатской конфессии впоследствии отказался
только Ангальт- Цербст: в 1644 г. сын князя Рудольфа, молодой
князь Иоганн вопреки завещанию отца перешел в лютеранство-".
Переход некоторых немецких княжеств из лютеранства в
кальвинизм во второй половине - конце ХУI в., одним из приме­
ров которого служит кратко очерченная выше история вАнгальте,
получил в современной немецкой историографии название «Вто­
рая Реформация» (Zweite Reformation). Этот термин был в 1958 г.
предложен Юргеном Мольтманом применительно к Бремену"; в
скором времени его подхватил Томас Клейн, поместив даже в за­
главие своей книги о неудавшейся попытке распространить каль­
винизм в курфюршестве Саксонском". В последние десятилетия
понятие «Вторая Реформация» широко используется историками,
например, опубликовавшими свои исследования в соответствую-
24 SchrDter Ch. Spatreformation in Anhalt / / Reformation in Anhalt. Melanchthon -
Fiirst Georg 111. S. 81.
25 Moltmann J. Christoph Pezel (1539-1604) und der Calvinismus in Bremen. Вге­
теп, 1958.
26 Klein Th. Der Kampfum die zweite Reformation in Kursachsen 1586-1591. Кбпт;
Graz, 1962.

к истории «Второй Реформации» в Германии
29
щих тематических сборниках под редакцией Хайнца Шилпинга/?
и Мейнрада Шааба2�. Вместе с тем очевидно, что этот термин име­
ет недостатки. Прежде всего потому, что определявшие переход к
кальвинизму территориальные государи, их теологи и юристы не
рассматривали свои действия как новую Реформацию, но только
стремились к освобождению от ошибок, улучшению и доведению
до конца преобразований в догме и церковной организации, ко­
торые были начаты Лютером и Меланхтоном": Именно в этом
ключе рассуждает автор нашего письма князь Рудольф, когда ста­
рается убедить мать в том, что всё еще бытующим служениям и
обрядам, не подтвержденным Библией, не место в церкви.
Сознавая недостатки определения «Вторая Реформация»,
историки наряду с ним стали употреблять альтернативное поня­
тие «реформатская конфессионализация». Тем самым переход к
кальвинизму, богословское и организационное оформление этого
вероисповедания, в Германии они ввели в более широкие истори­
ческие и понятийные рамки, справедливо подчеркивая аналогию
с процессами конфессионализации в лютеранских (<<Формула со­
гласия» 1577 г., ее влияние) и католической (Контрреформация,
начиная с 1560-х годов) церквях.". Понятие «реформатская кон­
фессионализация» хорошо вписывается в характеристику «эпохи
конфессионализации», (Konfessionelles Zeitalter), длившейся при­
мерно с Аугсбургского религиозного мира (1555 г.) по конец Три­
дцатилетней войны (1648 г.). Произошедшее с невиданной дотоле
силой догматическое разграничение конфессий сопровождалось
размежеванием территориальных государств по вероисповедному
принципу, приводившее к созданию новых внешнеполитических
союзов, династических, культурных и образовательных связей.
Господствующая конфессия определяла в каждом из княжеств все
сферы жизни от повседневности до экономики и государственной
службы".
27 См. выше примеч. 21.
28 См. выше примеч. 14.
29 WoZgast Е. Calvinismus und Reformiertentum im Heiligen Кёгшвспеп Reich //
Calvin und Calvinismus: Ецгоратаспе Perspektiven. S. 23.
30 Merz J. Calvinismus im Теппопагвтааг? Zur Begriffs- und Traditionsbildung in der
deutschen Historiographie // Zeitschrift fiir bayerische Landesgeschichte. 1994.
Bd. 57. S. 45-46.
31 SchiZling Н Die Konfessionalisierung im Reich: Religioser und gesellschaftlicher Wan­
del in Deutschland zwischen 1555 und 1620// Schilling Н. Ausgewahlte Abhandlungen
zur ецгоратвспеп Reformations- und Konfession�geschichte / Hrsg. v. L. Schom-Schiitte,
о. Мёгке. Berlin, 2002 (Historische Forschungen;Bd. 75). S. 506-507.

30
т.н. Таценко
3.4. Особенности кальвинизма / реформатства в Германии
применительно к Ангальту
J
Особого внимания заслуживает и понятие кальвинизм при-
менительно к Германии. Оно широко применяется историками,
в том числе и в настоящей статье, будучи четким вероисповед­
ным термином в ряду подобных: лютеранство, цвинглианство,
кальвинизм. Следует, однако, отметить, что приверженцы пос­
леднего вероисповедания в Германии XVI в. никогда не называли
себя кальвинистами. Это наименование (CaZvinistae / CaZviner) с
негативным оттенком как чужаки и еретики употребляли тогда в
религиозной полемике только представители других конфессий.
Причины этого лежат в политико-правовой плоскости: согласно
Аугсбургскому рел;игиоз�ому миру 1555 г. в Германской империи
признавались только две конфессии: римско-католическая и Ауг­
с бур гс кого вероисповедания, т.е. лютеранская. Последователи
Кальвина до Вестфальского мира 1648 г. находились пр-актичес­
ки на нелегалы!мM ПQ-!10жении и протестовали, когда их называли
кальвинистами. Например, князь Людвиг Ангальт-Кётен, млад­
ший брат князя Рудольфа, даже после принятия вероисповедных
документов по образцу Пфальца говорил, что не знает кальвинис­
тов в своем княжестве". Немецкие кальвинисты стали называть
себя реформатами (reformati / die Reformierten), т.е. ПРИНЯБШИМИ
реформацию церкви. В этом обозначении подчеркивалось их от­
межевание от католиков.тю отнюдь не от Лютера и Меланхтона,
начавшихцерковные преобразования, которые реформаты лишь
довели до полного воплощения+'.
Реформатство в Германии имело свои особенно�ти. Это на­
шло отражение и в письме князя Рудольфа, где он в частности ут­
верждает, что ни от кого в Ангальте не слышал об учении о пред­
определении и сам не разделяет этого учения. Действительно,
учение Кальвина о двойном предопределении, согласно которо­
му по Божественной воле одни люди бесповоротно предопреде­
лены к спасению, а другие к проклятию, хотя И хорошо извест­
ное кальвинистским теологам, официально не было включено в
вероисповедные документы реформатских церквей Германии, в
том числе в широко ,1 распространенный Гейдельбергский кате­
хизис 1563 г. Известно, что ангальтские теологи даже активно
32 Schmidt G. Die Ешвгеп von Anhalt. S. 66.
33 Schroter Ch. Братгеюппапоп in Anhalt / / Reformation in Anhalt. Melanchthon -
Furst Georg 111. S. 81.

к истории «Второй Реформации» в Германии
31
выступали против учения о двойном предопределении, и именно
поэтому не были в 1619 г. приглашены на Дордрехтский синод в
Голландии, где утверждались вероучительные каноны Реформат­
ских церквей.".
\ Исследователи отмечают, что в кальвинистских церквях
Германии не была реализована и реформация жизни (reformatio
vitae) Кальвина, предполагавшая устройство церковной и обще­
ственной жизни в полном соответствии с 1 О христианскими за­
поведями и вылившаяся в Женеве в жесткие меры социального
дисциплинирования ". Отчасти это могло быть связано с тем, что
в большинстве немецких реформатских общин отсутствовали об­
щественные должности пресвитеров, которые по Кальвину долж­
ны были следить за порядком в общинах и нравственным поведе­
нием верующих.
Синодально-пресвитерский принцип церковной организации,
введенный Кальвином ПО' образцу общин первых христиан, не
привился в Германии". Инициаторами введения кальвинизма в
Германии были территориальные государи, поэтому и структур­
ную организацию церкви взяла на себя здесь территориальная
власть. Органы управления церковью строились в рамках общей
системы государственного управления и подчинялись непосред­
ственно князю, который становился таким образом главой церкви
(summus ерлзсорие). Так в каждом из малых ангальтских княжеств
в начале XVII в. был принят Церковный устав и создан Совет
по церковным делам. Например, в княжестве Ангальт-Кётен это
произошло в 1606 г. В Совет по церковным' делам ВХОД��!I глава
пасторского корпуса - суперинтендант и княжеские советники­
юристы, председателем совета был князь, который собирал его
заседания регулярно по понедельникам, на которых обсуждались
вопросы о чистоте вероисповедания и богослужебных' церемо­
ниях, назначении подготовленных и благочестивых пасторов и
учителей, жаловании для служащих церкви, благотворительных
учреждениях и Т.П. 37 �
34 WoZgast Е. Calvinismus und Reformiertentum im �'Heiligen Rбmisсhеп Reich.
S.23.
35 Merz J. Calvinismus im Territorialstaat? S. 57.
36 Исключение составляли только кальвинистские общины беженцев из Нидер­
ландов, нашедшие приют в княжествах Юлих, Клеве, Берг и Марк в области
Нижнего Рейна.
37 Jablonowski И. Der EinfluB des Calvinismus auf den inneren Aufbau der anhalti­
schen Ffirstentfimer. S. 161.

32
т.н. Таценко
Кальвинизм в Германии сделался инструментом укрепления
государственной власти. Целиком перейдя в . руки территориаль­
ных государей, конфессиональная политика начала определять
принципы подбора служащих во всех сферах государственного
управления, конфессиональное вероисповедание становилось
духовной основой политического устройства княжества, влияло
на его образование и культуру". В современной немецкой исто­
риографии сложилось целое направление, которое специально
занимается темой многообразного влияния кальвинизма на скла­
дывание и укрепление территориального государства.". Отличи­
тельной чертой кальвинистских территориальных государств в
Германии была их невовлеченность в сферу влияния император­
ской политики Габсбургов, но, напротив, интенсивные контакты
с политическими центрами за границей: во Франции и Северных
Нидерландах. В Ангальте эту направленность определил князь
Кристиан, ставший со временем одним из крупнейших полити­
ческих деятелей кальвинистских княжеств Германии европей­
ского масштаба.
3.5. О причинах распространения кальвинизма
в Германии
Среди историков до сих пор ведутся споры опричинах пере­
хода ряда немецких территориальных государств в кальвинизм.
Принимая во внимание их существенные различия по величине,
политической значимости, географическому положению и време­
ни принятия реформатского вероисповедания, очень трудно выде­
лить значимые для всех причины. Тем более что 'почти в каждом
отдельном случае большую роль играли субъективные факторы,
прежде всего личное решение территориального государя. Мно­
гие исследователи полагают, что принятие кальвинизма было
ответом на продвижение католической Контрреформации, нача­
той после завершения Тридентского собора. Например, решение
Фридриха 111 Пфальцского в пользу кальвинизма связывают с
началом политики активной рекатолизации в 1563 г. в Баварии,
а обращение в реформатство нижнерейнских графств Бентхайм,
38 Это положение в равной мере касается также лютеранских и католических
княжеств.
39 Новаторской в свое время стала книга: Press V. Calvinismus und Territorialstaat,
Regierung und ZеntrаlЬеhбrdеn der Kurpfalz 1559-1619. Stuttgart, 1970; также
см., например, примеч. 11, 13.

к истории «Второй Реформации» в Германии
33
Текленбург и Штейнфурт в конце 1580-х годов ставится в зави­
симость от активизации деятельности иезуитов в соседнем Мюн­
стере'". Еще остававшееся сходство с католицизмом в убранстве
лютеранских церквей и обрядовости лютеранского богослужения
вызывало опасения, что это могло бы облегчить возвращение лю­
дей в римскую церковь. Поэтому устранение подобных остатков
«папизма» по мысли реформатских теологов и княжеских совет­
ников должно было служить также и своеобразной прививкой
населению против рскатолизации'". Трудно сказать, сыграл ли
свою роль этот фактор в отношении Ангальта: ближайшей к нему
территорией, где в 1574 г. началась активная Контрреформация,
был майнцский эксклав в Эйхсфельде. Шаги ангальтской церков­
ной по-читики в направлении кальвинизма, ставшие заметными
в середине 1570-х годов, были скорее реакцией на радикализа­
цию деятельности ортодоксальных лютеран в соседнем курфюр­
шестве Саксонском.
Общим для немецких князей, перешедших в кальвинизм,
было их хорошее гуманистическое образование, давшее им зна­
ния древних и новых языков, возбудившее интерес не только
к богословию, но и к другим странам и культурам. Во многих
случаях свою роль сыграла и некая судьбоносная случайность.
В отношении Ангальта, например, она состояла в том, что самый
способный из принцев, князь Кристиан Ангальтский, оказался
при дворе курфюрстов Саксонских в момент смены конфесси­
онального курса и стал свидетелем и соучастником временных
преобразований в кальвинистском духе. Отправляясь в 1586 г. ко
двору ортодоксально-лютеранского княжества в сторону, проти­
воположную кальвинистским центрам во Франции и Северных
Нидерландах, молодой князь мог меньше всего ожидать, что
именно в Дрездене он станет убежденным каль�инистом, там бу­
дут заложены основы его всегерманской политической карьеры,
определится вероисповедание его княжества и братьев, письмо
одного из которых из санкт-петербургского собрания так вырази­
тельно отражает один из эпизодов немецкой истории эпохи кон­
фессионализации.
40 Кlиеting Н. Das Konfessionelle Zeitalter: Europa zwischen Mittelalter und Moder­
пе: Kirchengeschichte und Allgemeine Geschichte. Darmstadt, 2007. s. 120.
41 Ibid. s. 121.
2 Заk. 288

34
т.н. Таценко
БИБЛИОГРАФИЯ
Таценко ТН. Палеография немецких документов ХУI в. // Вспомога­
тельные исторические дисциплины. Л., 1979. Вып. XI. с. 286-311.
Duncker Н. Anhalts Bekenntnisstand wahrend der Vereinigung der
Fiirstentiimer unter Joachim Ernst und Johann Georg (1570-1606): ein Ве­
itrag zur deutschen Kirchengeschichte aus ungedruckten Quellen des Zerb­
ster Haus- und Staatsarchivs. Dessau, 1892.
Freitag W Konfliktfelder und Konfliktparteien im ProzeB der lutherisch­
еп und reformierten Konfessionalisierung - das Fiirstentum Anhalt und die
Hochstifte Halberstadt und Magdeburg im 16. Jahrhundert // Archiv fiir Ref­
ormationsgeschichte. 2001. Bd. 92. S. 165-200.
Goeters J.F. Gerhard, Genesis, Formen und Hauptthemen des reformi­
erten Bekenntnisses in Deutsch1and: Eine Ubersicht // Die reformierte Коп­
fessionalisierung in Deutschland: Das Problem der «Zweiten Reformation».
Wissenschaftliches Symposion des Vereins fiir Reformationsgeschichte
1985 / Hrsg. у. Н. Schilling. Giitersloh, 1986. (Schriften des Vereins fiir Ref­
ormationsgeschichte; Bd. 195). S. 44�59.
Jablonowski u. Anhalt,:das Land und seine Fiirsten im Zeitalter der Ref­
ormation // Reformation in'Anhalt. Melanchthon - Fiirst Georg 111: Katalog
zur Ausstellung der Anhaltinischen Landesbiicherei Dessau sowie Vеrбffеп­
tlichun.gen der wissenschaftlichen Beitrage des Kolloquiums уоm 5. Septem­
ber 1997 in Dessau. Dessau, 1997. S. 84-100.
!ablonowski u. Der EinfluB des Calvinismus auf den inneren Aufbau
der anhaltischen Fiirstentiimer Anfang des 17. J ahrhunderts, dargestellt аm
Beispiel уоп Апhаlt-Кбthеп / / Territorialstaat und Calvinismus / Hrsg. у.
М. Schaab. Stuttgart, 1993. (Vеrбffепtliсhuпgеп der Kommission fiir ge­
schichtliche Landeskunde in Baden-Wiirttemberg. Reihe В; Bd. 127).
S. 148-163.
Jung МН. Philipp Melanchthon und seine Zeit. Gбttiпgеп, 2010.
Kaspar J. Uvod do novoveke latinske paleografie (se zvlastnim zretelem
k ceskym zemim). Praha, 1975.
KZein Th. Der Kampf иm die zweite Reformation in Kursachsen 1586-
1591. Кбlп; Graz, 1962.
KZueting Н. Das Konfessionelle Zeitalter: Europa zwischen Mittelalter
und MOderne.', Kirchengeschichte und Allgemeine Geschichte. Darmstadt,
/2007. "
Luck Н. Calvinismus und Reformiertes Bekenntnis als Existenzgrundlage
fiir deri Staat? Betrachtungen zur friihneuzeitlichen Verfassungsgeschichte
Anhalts / / Calvin und Calvinismus: Europaische Perspektiven / Hrsg. у.
1. Dingel, H.J. Selderhuis. Gбttiпgеп, 2011. S. 47-66.
Meisner Н.О. Archivalienkunde уоm 16. Jahrhundert bis 1918. Gбttiп­
gen, 1969.
Merz J. Calvinismus im Territorialstaat? Zur Begriffs-und Traditionsbil­
dung in der deutschen Historiographie / / Zeitschrift fiir bayerische Landes­
geschichte. 1994. Bd. 57. S. 45-68.

к истории «Второй Реформации» в Германии
35
Moltmann J. Christoph Pezel (1539-1604) und der Calvinismus in Bre­
теп. Bremen, 1958.
Press V. Calvinismus und Territorialstaat, Regierung und Zentralbe­
hбrdеп der Kurpfalz 1559-1619. Stuttgart, 1970.
Schilling Н. Die Konfessionalisierung im Reich: Rеligiбsеr und gesell­
schaftlicher Wandel in Deutsch1and zwischen 1555 und 1620 // Schilling Н.
Ausgewah1te Abhandlungen zur ецгорёгзспеп Reformations- und Konfes­
sionsgeschichte / Hrsg. v. L. Бспогп-Зспйпе, о. Мбrkе. Berlin, 2002. (His­
torische Forschungen; Bd. 75). S. 504-540.
Schmidt G. Die Ршвтеп von Anhalt - reformierte Konfessionalisierung
und uberkonfessionelle Einheitsbestrebungen? // Reformation in Anhalt.
Melanchthon - Furst Georg 111: Katalog zur Ausstellung der Anhaltinischen
Landesbucherei Dessau sowie Vеrбffепtliсhuпgеп der wissenschaftlichen
Вепгаяе des Kolloquiums vom 5. September 1997 in Dessau. Dessau, 1997.
S.66-76.
Schroter Ch. Spatreformation in Anhalt // Reformation in Anhalt.
Melanchthon - Furst Georg 111: Katalog zur Ausstellung der Anhaltinischen
Landesbucherei Dessau sowie Vеrбffепtliсhuпgеп der wissenschaftlichen
Beitrage des Kolloquiums уоm 5. September 1997 in Dessau. Dessau, 1997.
S.76-83.
Schubert Fr.H. Christian 1. // Neue Deutsche Biographie. Munchen,
1957. Bd. 3. S. 221-225.
Wolgast Е. Calvinismus und Reformiertentum im Heiligen Rбmisсhеп
Reich // Calvin und Calvinismus: Europaische Perspektiven / Hrsg. у. 1. Din­
gel, H.J. Selderhuis. Gбttiпgеп, 2011. S. 23-45.

УДК 94(420)"155/156"
В.А. Таубер
КОНВОКАЦИЯ КЕНТЕРБЕРИЙСКОЙ ПРОВИНЦИИ
В ГОДЫ «ЕЛИЗАВЕТИНСКОГО
РЕЛИГИОЗНОГО УРЕГУЛИРОВАНИЯ»
Статья посвящена анализу деятельности конвокаций, провинциальных сино­
дов церкви Англии, в период «елизаветинского религиозного урегулирования»
1559-1560-х годов. Сравнивается деятельность двух синодов Кентерберийс­
кой провинции, собиравшихся в 1559 и 1563-1567 гг., анализируются условия
и процедура их проведения, рассматриваются основные темы обсуждений,
что позволяет сделать выводы о функциях и полномочиях конвокаций, а также
охарактеризовать их роль в становлении протестантской церкви Англии.
Ключевые слова: церковь Англии, Реформация, конвокация, Кентерберийская
провинция, церковная политика.
«Доктор Изи' встал, чтобы предложить вопрос, о котором он упоми­
нал на предыдущем заседании конвокации: "Будет ли считаться ере­
сью в церкви Англии отрицание существования Бога?" Он подумал,
что ему следовало бы использовать более подходящую для данных
дебатов формулировку, например, поставить вопрос так: "Должен
ли священник, открыто проповедующий, что Бога нет, подлежать
отстранению от службы?"
Архидьякон Джолли думал, что нет. Чем церковь Англии особенно
гордилась, так это широтой взглядов. Ни один взгляд не мог быть
шире, чем только что провозглашенный, и, следовательно, ни один
не мог лучше удовлетворять санкции Тайного совета, бывшей, счи­
тал он, основным аргументом, на который стоило ориентироваться
в дискуссии по этому интересному вопросув/.
«Комедия о конвокации в английской церкви», написанная
анонимным автором в 1868 г.', несмотря на явно сатирическую
направленность, затрагивает достаточно серьезную проблему.
Действительно, невзирая на все преобразования, которые про­
изошли в Англии в годы Реформации и привели в конечном итоге
1 Оба упомянутых персонажа имеют «говорящие фамилии»: «еазу» - «покла­
дистый, доверчивый», «[ойу» - «веселый, жизнерадостный».
2 The Comedy ofthe Convocation in the English Church. L., [s. а.]. Р. 5.
3 Авторство приписывается А.Ф. Маршаллу, англиканскому священнику, перешедше­
му в католичество и написавшему несколько памфлетов о церкви Англии.

Конвокация Кентерберийской провинции
37
к переходу религиозной политики под контроль светских вла­
стей, в королевстве всегда сохранялись (и сохраняются до сих
пор) конвокации - собрания духовенства Кентерберийской и
Йоркской провинций, на которых обсуждаются различные цер­
ковные проблемы. Автор «Комедии ... » считал их существование
бессмысленным: все, на что были способны их члены, - это ве­
дение абсурдных дискуссий, да и то с постоянной оглядкой на
Тайный совет, Rабинет министров и королеву". Мы не беремся
судить, насколько такое представление соответствовало реалиям
второй половины XIX в., сравнительно спокойного периода в ан­
глийской церковной истории, однако вопрос о том, какая роль от­
водилась конвокациям в реформированной церкви Англии, пред­
ставляется крайне любопытным. Эта проблема является весьма
актуальной в силу того, что, несмотря на значительный интерес
исследователей к истории восстановления протестантской церк­
ви в Англии при королеве Елизавете, вопросы организации цер­
ковного управления и механизмов принятия решений в данной
сфере в этот период остаются сравнительно мало изученными.
В значительной степени это объясняется плохой сохранностью
источников, в частности, материалов парламента 1559 г., и, сле­
довательно, невозможностью про следить процесс выработки и
принятия тех или иных решений. Изучение конвокаций этого пе­
риода и их взаимодействия с парламентом и светскими властями
поможет отчасти восполнить эти лакуны и лучше представить
себе участие английского духовенства в реформационных пре­
образованиях. В этой связи мы рассмотрим две конвокации Кен­
терберийской провинции, пришедшиеся на сложное время «ели­
заветинского религиозного урегулирования» конца 1550-1560-х
годов, когда вырабатывалось новое вероучение восстановленной
протестантской церкви Англии, что сопровождалось активными
дискуссиями среди духовенства, и попытаемся установить их
место в этом процессе.
Однако прежде стоит обратиться к более ранней истории, что
позволит лучше охарактеризовать статус конвокаций и проблемы,
возникающие при их изучении, а также избежать терминологи­
ческой путаницы. В церковном лексиконе существует два равно­
значных термина, которыми принято обозначать собрания духо­
венства: во-первых, это греческое слово <JUVObO<;, вошедшее как
в английский (synod), так и в русский язык (синод), а во-вторых,
4 В «Комедии ... » говорится о королеве Виктории, правившей в 1837-1901 гг.

38
В.А. Таубер
его буквальный перевод на латынь - concilium, заимствованное в
английском языке как council (в русском переводе, как правило,
«собор» или «совет»). Равнозначность этих слов в контексте исто­
рии провинциальных собраний духовенства подтверждается, на­
пример, часто встречающейся в источниках формулой concilium
provinciale sive sacra synodus.
Иначе обстоит дело с термином «convocation», который появ­
ляется лишь в середине XIII в.5 и, хотя И использовался изначаль­
но в том же смысле, однако обозначал несколько иное явление,
имевшее специфически английскую природу", Со второй полови­
ны XIII в., когда в Англии начала формироваться система сослов­
ного представительства, духовенство как сословие, обязанное
платить налоги, входило в состав парламента. Уже в 1295 г. в па­
лату общин были впервые приглашены его избранные представи­
тели (прокгоры)". Однако к середине XIV в. участие духовенства
в парламенте было ограничено прелатами, заседавшими в палате
лордов, а прокторы позднее вошли в состав конвокации, приняв­
шей, таким образом, отчасти функции органа сословного пред­
ставительства. Ее формирование было связано и с осмыслением
положения духовенства не только как подданных короля, но и как
сообщества, имеющего независимую духовную юрисдикцию, что
нашло отражение, в частности, в «Articuli Cleri» 1316 г.8 С другой
стороны, в XIII в. определенные перемены коснулись и церков­
ных соборов: так, по решению IV Латеранского собора 1215 г.,
провинциальные синоды должны были собираться ежегодно.
В Англии, впрочем, соборы духовенства в рамках одной провин­
ции стали проводиться регулярно не раньше времени правления
Эдуарда 1 (1272-1307). Как представляется, формирование кон­
вокаций как особого органа церковного управления стало в опре­
деленной степени результатом всех описанных перемен, пришед­
шихся на конец XIII - первую половину XIV в.
5 Records ofConvocation / Ed. Ьу G. Bray. Woodbridge, 2006. Vol. 19. Р. 6 (Далее­
Records of Convocation. XIX).
6 Наиболее подробное исследование становления конвокации и институцио­
нального оформления английской церкви представлено в книге Makower F.
ТЬе constitutional history and constitution of the Church of England. L., 1895.
Р. 1-102.
7 Подробнее см.: Denton J.H., Dooley J.P. Representatives of the Lower Clergy in
the Parliament 1295-1340. L., 1987.
8 Этот документ содержит 13 жалоб духовенства Эдуарду 11 и ответы короля
на них. Подробнее см.: Denton J. Н. ТЬе Making of the Articuli Cleri of 1316 / /
English Historical Review. 1986. Vol. 101. Р. 564-595.

Конвокация Кентерберийской провинции
39
Говоря о специфике конвокаций, нужно также заметить, что
среди исследователей институциональной истории английской
церкви нет единого мнения об употреблении этого термина. В ис­
ториографии к XIX в. утвердилось представление о том, что кон­
вокацией в отличие от синода называется собрание духовенства,
организованное по королевскому предписанию", что, однако, не
всегда верно для английской церкви до Реформации!", Стремясь
разрешить это противоречие, э. Кемп предложил считать основ­
ной характерной чертой конвокации то, что она собиралась для
предоставления субсидий короне!'. По наблюдению Дж. Брэя, это
соображение справедливо для большей части конвокаций, начи­
ная с конца XIII в. Впрочем, как замечает исследователь, еще в
ХУ в. конвокациями иногда назывались любые провинциальные
собрания духовенства, в том числе и собиравшиеся архиеписко­
пом без разрешения короля и не занимавшиеся субсидиями+. Так
или иначе, все исследователи указывают на то обстоятельство,
что конвокации от синодов отличают специфические отношения
с королевской властью, хотя источники не позволяют однознач­
но определить эти отношения. Впрочем, учитывая, что последнее
провинциальноесобраниеанглийскогодуховенства,проводившее­
ся без особого королевского предписания, произошло в 151 О г.,
и к эпохе Реформации различия между понятиями «конвокация»
и «синод провинции» стираются, а в источниках ХУI в. они ис­
пользуются как синонимы':', мы считаем возможным одинаково
использовать оба термина.
К этому времени утвердился и состав конвокации, сохраня­
ющийся в целом до наших дней. Как и парламент, конвокация
состоит из двух палат!": в верхней заседают все епископы про­
винции, а также несколько викарных епископов, нижняя состоит
из выбранных духовенством провинции представителей (прокто­
ров) И нескольких человек, заседающих в ней ех officio (деканов
9 См.: LаthЬиrу Т. History ofthe Convocation ofthe Church ofEngland. L., 1853.
10 Так, например, в правление Генриха V известны единичные случаи издания
таких предписаний (Records of Convocation. XIX. Р. 6).
11 Кеmр Е. Counsel and consent. L., 1961. Р. 65-86.
12 Records of Convocation. XIX. Р. 6.
13 См., например, Synodalia: А Collection of Articles of Religion, Canons and
Proceedings of Convocations / Ed. Ьу Е. Cardwell. Oxford, 1842. Vol. 2. Р. 496:
convocationem sive sacram synodum provicialem.
14 В источниках верхняя и нижняя палаты называются, соответственно, domus
superior и domus inferior, в англоязычной литературе - upper house и lower
house.

40
В.А. Таубер
университетских колледжей, соборов и другие)!". Деятельностью
верхней палаты и конвокации в целом руководит правящий ар­
хиепископ провинции, депутаты нижней палаты сами выбирают
себе председателя (пролокутора, prolocutor). Как правило, конво­
кация Кентерберийской провинции собиралась в Лондоне, в собо­
ре Святого Павла или в Вестминстере и действовала параллельно
с парламентом. Заметим, что хотя традиция параллельного про­
ведения парламентов и синодов никогда формально не утверж­
далась, она просуществовала до второй половины ХХ в. И была
официально отменена только в 1966 r.16
1 Эпоха Реформации привнесла определенные перемены в по­
ложение конвокации и ее взаимоотношения с короной;" В них про­
явилось стремление королевской власти поставить под контроль
все аспекты религиозной жизни, определившее все церковные
преобразования в Англии ХУI в., однако отчасти они могут счи­
таться и развитием той тенденции в отношениях короны и конво­
кации, которая наметилась еще в XIII в.
Законодательно реформа синодов в 1534 г. была закреплена
Актом о подчинении духовенства (Act for the Submission of the
Clergy and Restraint of Арреагз)!". В нем провозглашалось, что
конвокация «собирается, собиралась и впредь должна собирать­
ся только по королевскому предписанию», духовенству запреща­
лось принимать любые решения без королевского разрешения,
кроме того предполагалось создать парламентскую комиссию
для пересмотра тех уже действующих решений конвокации, ко­
торые «ущемляют права короля» или противоречат законам коро­
левства. Таким образом, провинциальные синоды церкви Англии
15 В нижнюю палату конвокации в 1563 г. входило около 130 человек, из них
около 60 - прокторы, Их поименный список реконструировал Дж. Брэй на
основе перечня подписавших 39 статей (опубликован в книге: Strype J. Annals
of Reformation and Establishment of Religion, and Other Various Occurences in
the Church of England, During Queen Elizabeth's Нарру Reign. Oxford, 1824.
Vol. 1, Pt. 1. Р. 488-490). Несмотря на то, что участие некоторых из указанных
Дж. Страйпом лиц в работе конвокации вызывает сомнения, а о некоторых же
известно, что они имели доверенности на несколько голосов, этот перечень
позволяет примерно оценить численность нижней палаты. Подробнее см.:
Records of Convocation / Ed. Ьу а. Bray. Woodbridge. 2006. Vol. 7: Canterbury.
1509-1603. Р. 403-41 О (Далее - Records of Convocation. VII).
16 Records of Convocation. XIX. Р. 241.
17 Опубликован, например, в книге: Documents illustrative of English church
history // Ed. Ьу Н. аее, W. J. Hardy. L., 1896. Р. 195-200. См. одно из новей­
ших исследований: Bernard G. W. ТЬе King's Reformation: Henry VIII and the
Remarking ofthe English Church. New Haven; L., 2005. Р. 64-66.

Конвокация Кентерберийской провинции
41
лишались какой-либо реальной власти, сохраняя, по сути, лишь
совещательную функцию. Как и ряд других статутов, касавших­
ся реформы церкви, Акт о подчинении был отменен королевой
Марией в 1554 г.18, а затем восстановлен при Елизавете 1 Актом
о супрематии 1559 г.19 Именно этим статутом определялись пол­
номочия и функции конвокаций, собиравшихся в 1559 и 1563-
1567 гг. и участвовавших в «елизаветинском религиозном урегу­
лировании».
Одной из главных сложностей в изучении Кентерберийских
провинциальных синодов этого периода является плохая сохран­
ность записей конвокаций с 1489 г. и до середины XVII В., нахо­
дившихся в соборе Святого Павла в Лондоне и сильно постра­
давших во время пожара 1666 г. Первая публикация материалов
синодов английской церкви была предпринята Генри Спелмэном
еще до пожара, однако не затрагивала соборы эпохи Реформа­
ции?". Примерно в то же время Питер Хейлин составил подборку
записей конвокаций 1529-1584 гг., остававшуюся неопубликован­
ной вплоть до первой половины XVIII В., когда Дэвид Уилкинс
издал четырехтомный сборник документов синодов английской
церкви.", основанный на работах Спэлмена, Хейлина и Уильяма
Уэйка, изучавшего записи, хранящиеся в оксфордском Крайст­
Черч Колледже. Впрочем, публикация Уилкинса имеет сомни­
тельную пользу для изучения реформированной церкви ввиду
значительного количества ошибок и неточностей, а также пото­
му, что ее составитель зачастую предпочитал собственно записям
синодов различные документы, имеющие к ним опосредованное
отношение. Она была частично переработана и дополнена Эдвар­
дом Кардуэллом, который в первой половине XIX в. подготовил
две двухтомные публикации источников по истории английской
церкви начиная с эпохи Реформации, одна из которых целиком
посвящена конвокациям+, Эта подборка оставалась основным
материалом для исследования провинциальных синодов церкви
Англии ХУI в. вплоть до 2006 г., когда появилась двадцатитомная
18 Documents illustrative ofEnglish church history. Р. 385-418.
19 Ibid. Р. 442-458.
20 Concilia, decreta, consuetudines in re ecclesiarum orbis Britannici / Ed. Ьу
Н. Spelman. L., 1639, 1664.2 vols.
21 Concilia Magnae Britanniae et Hiberniae / Ed. Ьу D. Wilckins. L., 1737. 4 vol.
22 Documentary Annals of the Reformed Church of England / Ed. Ьу Е. Cardwell.
Oxford, 1839.2 vol.; Synodalia: А Collection of Articles of Religion, Canons and
Proceedings of Convocations / Ed. Ьу Е. Cardwell. Oxford, 1842. 2 vol.

42
В.А. Таубер
публикация всех доступных на данный момент записей конвока­
ций Кентерберийской и Йоркской провинций, а также ирландской
церкви, подготовленная Джеральдом Брэем+'. В своем исследова­
нии конвокаций эпохи «религиозного урегулирования» мы опи­
рались, главным образом, на это издание.
Итак, после воцарения Елизаветы Тюдор впервые конвокация
собралась 24 января 1559 г. и действовала до 9 мая, проведя за это
время 17 сессий. Нужно отметить два обстоятельства: во-первых,
она созывалась одновременно с парламентом 1559 г.24, работа
которого в значительной степени была посвящена религиозным
вопросам; во-вторых, большая часть заседаний прошла до при­
нятия В апреле Акта о супрематии. Несмотря на это, конвока­
ция начала свою деятельность по постановлению королевы (per
breve Elizabeth reginae )25, по ее же мандату епископ Лондонский
Эдмунд Боннер был назначен председателем верхней палаты
(comissarius, или praesidens). Он был одним из наиболее влия­
тельных епископов в эпоху королевы Марии и заслужил славу
одного из наиболее ревностных борцов против протестантизма.
О крайне негативном отношении к нему английских протестан­
тов свидетельствует хотя бы то, что с легкой руки Джона Фок­
са за ним закрепилось прозвище «Кровавый» (Bloody Воппег)".
23 Records of Convocation / Ed. Ьу О. Bray. Woodbridge, 2006. 20 vols.
24 Парламент 1559 г. собирался с 23 января по 8 мая. Его связь с конвокацией
заметна и в записях синода. Так, большая часть сессий заканчивается назначе­
нием следующего заседания на определенный день и час, «если тогда не будет
парламента» (si parliamentum tunc поп habeatur), поскольку епископы долж­
ны были заседать в палате лордов. См., например, записи сессий 27 января
(Records of Convocation. VII. Р. 398), 3 февраля (Ibid.), 7 апреля (Ibid. Р.400),
14 апреля (Ibid. Р. 401) и т.д.
25 Records of Convocation. VII. Р. 397.
26 Джон Фокс писал: «Этот каннибал в трехлетний срок погубил триста муче­
ников, они были его пищей, он так любил кровь, что не пощадил никого, кого
знал» (The Acts and Monumets of John Foxe: А new and complete edition with а
preliminary dissertation Ьу the Rev. George Townsend / Ed. Ьу S.R. Cattley. L.,
1839. Vol. 8. Р. 482: «This cannibal in three years' space, three hundred martyrs
slew; / They were his food; he loved so blood, he spared попе he knew»). Такая
оценка связана в первую очередь с тем, что большая часть протестантов, со­
жженных в правление Марии (232 из 282), была казнена в Лондонском ди­
оцезе, которым руководил Боннер. Подробнее о его жизни и деятельности
см., например, Newcomb МА. The Ark and the Covenant: Edmund Bonner and
Nicholas Ridley оп Ecclesiology and the Promotion of Scripture in Sixteenth­
century England. N. У., 2008. Р. 31-70. О борьбе с протестантами в эпоху ко­
ролевы Марии см. Duffy Е. Fires of Faith: Catholic England under Mary Tudor.
New Haven, 2009.

Конвокация Кентерберийской провинции
43
Остальные епископы в начале 1559 г., впрочем, вполне разделяли
его католические убеждения, поскольку большинство епископата
составляли люди, занявшие свои должности в эпоху Контррефор­
мации королевы Марии.
Заметим, что назначение председателя верхней палаты не
было обычной практикой, необходимость в этом возникла из-за
того, что в это время кафедра архиепископа Кентерберийского
оставалась неэанягой ". Это являлось не единственным отступ­
лением от традиционной процедуры проведения конвокации: на
второй сессии 27 января сам епископ Лондонский, впервые об­
ратившись к представителям нижней палаты, объяснил, что «бу­
дущее собрание пройдет не по обычаю, потому что епископская
кафедра оказалась оставленнойэг". Впрочем, насколько можно
судить, такие организационные трудности возникли только в
верхней палате, в нижней же выборы председателя прошли в со­
ответствии с традицией. На второй сессии епископ Лондонский
обратился к нижней палате и предложил им избрать пролокутора
до следующего заседания, назначенного на 3 февраля. Нам неиз­
вестно, как происходили выборы, но в установленный срок декан
собора Святого Павла и архидьякон Лондонский представили Ни­
коласа Харпсфилда, архидьякона Кентерберийского, известного
церковного деятеля эпохи королевы Марии, как избранного пред­
седателя нижней палаты. Закончив, таким образом, за три сессии
решение формальных проблем, конвокация перешла к обсужде­
нию вопросов, стоявших на повестке дня.
Первой, и главной, проблемой, подлежавшей рассмотрению,
был общий курс религиозной политики в королевстве, находив­
шийся в центре внимания не только духовенства, но и парламен­
та, и Тайного Совета. Поэтому вполне объяснимо, что именно
этот вопрос возник сразу же, едва конвокация закончила решение
организационных проблем. Уже на четвертой сессии 1 О февраля
председатель и некоторые члены нижней палаты в ответ на воп­
рос епископа Лондонского, какие дела стоит рассмотреть, «поп­
росили, чтобы началось обсуждение, каким образом можно было
бы сохранить религиюэг", - весьма характерное обстоятельство,
свидетельствующее о католических настроениях нижней палаты.
27 Реджинальд Пол, предыдущий архиепископ Кентерберийский, скончался
18 ноября 1558 г., а Мэтью Паркер был избран на эту должность только в ав­
густе 1559 г.
28 Records of Convocation. VII. Р. 397.
29 Ibid. Р. 398.

44
В.А. Таубер
На это им ответили, что «епископам кажется полезным, чтобы
духовенство [нижней палаты. -В.т.] обратилось с просьбой к ко­
ролеве», чтобы эта обязанность не возлагалась на прелатов, нахо­
дящихся в парламенте. К сожалению, как мы уже отмечали, нам
неизвестно, как происходили дискуссии в нижней палате, однако
25 февраля, на шестой сессии конвокации, были представлены
«написанные статъиэ", которые после трехдневного обсуждения
были приняты епископами, пообещавшими передать их верхней
палате парламенга ". Здесь же излагается и содержание этого до­
кумента, состоящего из шести пунктов: члены нижней палаты
высказываются в пользу пресуществления, истинного присут­
ствия Тела и Крови Христовых во время Причастия, а также выс­
шей власти римских пап во всех вопросах веры, Т.е. выступают
за сохранение в Англии католической церкви. Принятие этого до­
кумента конвокацией не только свидетельствует о католических
воззрениях епископата, но и может также служить вполне яркой
демонстрацией настроений остального духовенства, от которого
в данном случае исходила инициатива обращения к королеве и
парламенту. Впрочем, едва ли это обстоятельство должно вызы­
вать удивление, поскольку нижняя палата также состояла из свя­
щенников-католиков, многие из которых сделали карьеру в прав­
ление королевы Марии+.
Дальнейшая судьба этих «статей» в парламенте неизвест­
на (как мы уже отмечали, сохранилось мало источников о пар­
ламенте 1559 г.), во всяком случае, журналы палаты лордов не
содержат сведений об их обсуждении ни первого, ни 2 марта+'.
На следующей сессии конвокации, состоявшейся 3 марта, пред­
седатели нижней и верхней палат передали их лорду-хранителю
печати (Николасу Бэкону) для представления королеве и парла­
менту ". Не получив от него ответа, пролокутор попросил, чтобы
до следующей сессии духовенство «могло узнать благорасполо­
жение королевы». Впрочем, они не получили его ни на одном из
последовавших заседаний, а уже в апреле, когда парламент при-
30Ibid.
31 Ibid. Р. 399.
32 Примером может служить пролокутор палаты Николае Харпсфилд (1519-
1575), оказавшийся в изгнании в 1550 г., а в годы правления Марии вернув­
шийся в Англию (в 1553 г.) и занявший достаточно высокую должность архи­
дьякона Кентерберийского в 1554 г.
33 Joumal ofthe House ofthe Lords. L., 1767. Уоl. 1. Р. 556-557.
34 Records of Convocation. VII. Р. 400.

Конвокация Кентерберийской провинции
45
нял Акт о супрематии, стало ясно, что эта апелляция духовенства
к короне ни к чему не привела, более того, в следующие несколь­
ко месяцев многие из членов конвокации 1559 г. были сняты с
кафедр из-за своих католических убеждений.
Заметим, обсуждение религиозных вопросов в конвокации
резко контрастирует с парламентскими дискуссиями вокруг Ак­
тов о единообразии и о супрематии ". Хотя сведения о парламенте
1559 г. достаточно скудны, нам известно, что религиозный вопрос
был одной из главных причин его созыва.". Обсуждение вопросов
веры в палате общин началось 9 февраля " и продолжалось почти
до конца месяца (т.е. шло практически одновременно с обсужде­
нием в нижней палате конвокации), и за это время было предложе­
но несколько вариантов Акта о супрематии ". Но если епископам
в конвокации понадобилось всего несколько дней, чтобы прийти
к соглашению и подтвердить свою приверженность католическо­
му учению, то в палате лордов споры шли около месяца:". Акт о
супрематии был одобрен парламентом только в апреле, когда в
палату общин был внесен новый, значительно скорректирован­
ный проект билля, а католическая оппозиция в верхней палате
была серьезно ослаблена'",
Следующие девять сессий синода (с 7 марта до 9 мая)"! были
не столь насыщены событиями. В основном, верхняя палата
35В историографии им уделено достаточно много внимания. См., например,
Dickens А. О. ТЬе English Reformation. N. У., 1964; Haigh С. English Reformations:
Religion, Politics and Society under the Tudors. Oxford, 1993; Jones N.L. Faith Ьу
Statue: parliament and the settlement ofreligion 1559. L., 1982; МасСиllоh D. ТЬе
Later Reformation in England. Oxford, 1990; Cross С. ТЬе Elizabethan Religious
Settlement. Bangor, 1992. О парламенте 1559 г. см.: Neale J. Е. Elizabeth and
her Parliaments. L., 1953, 1957. 2 vols.; Elton О. R. ТЬе Parliament of England,
1559-1581. Cambridge, 1987. В отечественной историографии эти проблемы
рассматривались, главным образом, в рамках более широких исследований
Реформации и парламента: Штокмар В.В. Очерки истории Англии ХУI в. Л.,
1973; Исаенко А.В., Хозиева т.х Англиканская Реформация при Елизавете 1.
Владикавказ, 1994; Дмитриева О.В. Парламент и политическая культура в
Англии второй половины ХУI - начала XYII в.: Дисс .... докт. ист. наук. М.,
2011.
36 Proceedings in the Parliaments of Elizabeth 1 / Ed. Ьу Т.Е. Hartley. Leicester, 1981.
Yol. 1. Р. 4.
37 Journal ofthe House ofthe Commons. L., 1802. Yol. 1. Р. 54.
38 Ibid. Р. 54-55.
39 Proceedings. Р. 5. Четыре речи против Актов о единообразии и о супрематии
см.: Ibid. Р. 7-32.
40 Подробнее см.: Haigh С. Ор. cit. Р. 239-241.
41 Records of Convocation. YII. Р. 400-402.

46
В.А. Таубер
собиралась ради того чтобы назначить дату очередного заседания.
Единственным вопросом, упомянутым в записях конвокации это­
го периода, была традиционная для нее проблема установления
платежей в пользу короны (subsidii). На той же восьмой сессии
3 марта состоялось первое обсуждение этого дела, продолжив­
шееся на следующем заседании 7 марта. В нем, помимо еписко­
пов, участвовали пролокутор и «шестеро других из духовенства»
нижней палаты'". Источник, к сожалению, вновь не позволяет
проследить подробности этой дискуссии, однако нам известно,
что, в конце концов, платежи, предполагавшиеся в размере одной
десятины'", так и не были утверждены. Интересно, что это едва
ли не единственный случай за всю историю конвокации, когда
она не согласилась вотировать субсидии в пользу короны, что, ве­
роятно, может рассматриваться как неудачная попытка делегатов
духовенства повлиять на церковную политику королевы.
Данные о конвокации 1559 г., содержащиеся в рассмотренных
записях, к сожалению, весьма скудны и едва ли могут сами по
себе послужить основой для выводов о деятельности провинци­
альных синодов в эпоху «религиозного урегулирования». Дабы
расширить наше представление о функциях и роли этого органа
церковного управления, мы обратимся к следующей конвокации,
заседавшей в 1563-1567 гг. Она относится к тому же сложному
периоду формирования нового вероучения восстановленной про­
тестантской церкви, что и уже рассмотренный собор, однако ус­
ловия ее проведения все же во многом отличаются.
Во-первых, к 1563 г. в Англии весьма значительно обновился
состав духовенства: католики, отказавшиеся присягать королеве
как главе церкви и признавать Акт о единообразии, лишились
должностей, а на епископские кафедры были назначены лояль­
ные королеве протестанты, что не могло не отразиться на настро­
ениях конвокации. Сменился председатель верхней палаты. Им
стал новый архиепископ Кентерберийский Мэтью Паркер, чело­
век умеренных протестантских взглядов, известный своей лояль­
ностью королеве и строго следующий установленному ею курсу
церковной политики". Во-вторых, условия функционирования
конвокации не были столь экстраординарными, как в 1559 г.,
42 Ibid. Р. 400.
43 Records of Convocation. XIX. Р. 328.
44 О деятельности Паркера и о формировании нового епископата см.: Тау­
бер В.А. Архиепископ Мэтью Паркер и церковная политика в Англии в конце
50-60-х годах ХУI века // Средние века. 2013. Вып. 74 (1-2). С. 87-103.

Конвокация Кентерберийской провинции
47
о чем свидетельствует хотя бы то, что незанятых мест в ней прак­
тически не было'". В-третьих, к 1563 г. был уточнен и отчасти
изменен церемониал синода, который должен был лучше соот­
ветствовать традиционным установлениям'".
Проблематика обсуждений в целом сводилась к тем же двум
вопросам: установлению субсидий короне и регулированию ве­
роучения. Главным событием конвокации 1563-1567 гг., благода­
ря которому она вошла в историю, стало обсуждение и принятие
основного вероучительного документа англиканской церкви -
39 статей, окончательно утвердивших те основы вероисповеда­
ния и организации церкви, на которых она строится вплоть до
наших дней. 39 статей неоднократно становились предметом спе­
циального рассмотрения исследовагслсй"? и, несмотря на то, что
точка в их изучении еще не поставлена, мы не будем вдаваться в
анализ этого документа, сосредоточившись на событиях самого
синода'".
Как и в 1559 г., конвокация 1563 г. собралась на день позже
парламента, из-за чего ее начало было даже перенесено"? - вмес­
то 12 января первое полномасштабное заседание состоялось на
день позже. Весь день 13 января был посвящен выполнению це­
ремониальных формальностей и решению процессуальных про­
блем: после литании из «Книги общих молитв», исполнения гим­
на «Veni Сгеатог» на английском и латинской проповеди Уильяма
Дэя, провоста Итонского колледжа, а также мессы, проведенной
45 В верхней палате не хватало епископа Оксфордского (кафедра пустовала в
1559-1567 гг. по не вполне ясной причине), в нижней - архидьякона Вустер­
ского, который должен был присутствовать ех officio (Records of Convocation.
VII. Р. 408).
46 Records of Convocation. XIX. Р. 159. Об обновлении некоторых церемоний
упоминается и в записях конвокации, например, в записи от 16 января при
описании молитвы, предшествующей заседанию, говорится, что она «заново
издана» (noviter edita) (Records of Convocation. VII. Р.415).
47 См., в частности: Михайловский В.М Англиканская церковь и ея отношение к
православию. СПб., 1864; Козин И. Вероучение, учреждения и обряды англи­
канской церкви. М., 1906; Kidd В. J. The Thirty-Nine Articles. L., 1899.2 vols.;
Davies Н. Worship and Theology in England: From Cranmer to Hooker, 1534-
1603. Oxford, 1970.
48 Наиболее подробное исследование конвокации 1563 г. в историографии вто­
рой половины ХХ в. представлено в книге: Наиgааrd w.P. Elizabeth and the
English Reformation: The Struggle for а Stable Settlement ofReligion. Cambridge,
1968.
49 Предполагалось, что парламент соберется 11 января, однако его открытие со­
стоялось на день позже (Proceedings. Р. 55).

48
В.А. Таубер
Эдмундом Гриндэлом, епископом Лондонским.", архиепископ
Кентерберийский Мэтью Паркер, руководивший синодом, обра­
тился к обеим палатам с «краткой речью, исполненной красно­
речия». Обозначив задачу конвокации как «реформу дел в анг­
лийской церкви», что, впрочем, было обычной формулировкой
при открытии конвокации ", Паркер предложил нижней палате
выбрать пролокутора, порекомендовав им кандидатуру Алексан­
дра Ноуэлла, декана лондонского собора Святого Павла, и объ­
явил о продолжении заседания в субботу, 16 января+, Это было
не вполне обычно: в 1559 г. выбор пролокутора был полностью
предоставлен делегатам духовенства. Вероятно, таким образом
архиепископ хотел обеспечить себе определенный контроль над
деятельностью нижней палаты синода, которая, хотя и не име­
ла возможности принимать решения без одобрения прелатов+',
однако все же могла преподнести некоторые сюрпризы. Нижняя
палата, впрочем, не стала возражать против предложенной канди­
датуры, и на следующей сессии после подобающих молитв и це­
ремоний он был представлен прелатам". К сожалению, мы вновь
вынуждены констатировать, что известные записи этой конвока­
ции велись в палате епископов, а потому дискуссии в нижней па­
лате нам реконструировать не удается. Впрочем, то же относится
в значительной степени и к деятельности верхней палаты. Так,
в записях сообщается, что, спросив ее членов о предложениях от­
носительно следующей сессии, архиепископ имел с некоторыми
из них некие «тайные переговоры». Упоминание о них мы нахо­
дим и в корреспонденции Мэтью Паркера, который в письме го­
сударственному секретарю Уильяму Сесилу, составленном вскоре
после 14 апреля 1563 г.55, упоминал о своих переговорах с отдель­
ными епископами. Это послание интересно еще и с точки зре-
50 Records of Convocation. VII. Р. 412-413.
51 Gibson Е. Synodus Anglicana. Oxford, 1854. Р. 118-120. Автор приводит вы­
держки из записей конвокаций ХУ в., в которых слово reformanda употребля­
ется при обозначении целей синода.
52 Records of Convocation. VII. Р.414-415.
53 На решающую роль верхней палаты указывали, например, епископы Гриндэл
и Хорн В своем письме швейцарским реформаторам Генриху Буллингеру и
Рудольфу Гвальтеру. См.: The Zurich Letters, Comprising the Correspondence of
Several English Bishops and Others, with some of the Helvetian Reformers, during
the Early Part of the Reign of Queen Elizabeth. Cambridge, 1842. Vol. 1. Р. 179.
54 Ibid. Р. 416.
55 Correspondence of Matthew Parker, D.D.: Comprising Letters Written Ьу and
to Him, from A.D. 1535, to His Death, A.D. 1575 / Ed. Ьу J. Bruce, Т. Perowne.
Cambridge, 1853. Р. 173.

Конвокация Кентерберииской провинции
49
ния оценки настроений духовенства: Паркер сообщает, что, хотя
некоторые из епископов «слишком болтливы» (pleni rimarum), ко­
ролева может быть довольна своим выбором прелатов английской
церкви. Также он замечает, что королева считает его «слишком
мягким и покладистым», в то время как «некоторые из братьев»,
скорее, считают архиепископа «слишком резким и слишком рев­
ностным» (too sharp and too earnest). О том, с чем могла быть свя­
зана такая оценка, мы скажем позже, пока же вернемся к самой
конвокации.
Несколько следующих сессий были посвящены подготовке и
обсуждению текста 39 статей. Впервые речь о них зашла 19 ян­
варя, когда в верхнюю палату конвокации, собиравшуюся теперь
в Вестминстере, были вызваны пролокутор и еще шесть членов
нижней палатьг", которые сообщили епископам, что в нижней
палате были подготовлены и представлены несколько «листов»
(schedae) с предложениями о том, что следует реформировать
в церкви?". Они же предложили обратиться к «статьям, некогда
изданным на лондонском синоде в правление Эдуарда VI». Это
упоминание 42 статей, утвержденных королем 19 июня 1553 г.,
сформулировано несколько странно, поскольку на конвокации,
проходившей в марте того года, они не обсуждались ". Вероятно,
такая необычная формулировка, предпринятая для указания на
провинциальный синод 1553 г., имела целью несколько завуали­
ровать этот факт, придав таким образом большую легитимность
утвержденному десятилетием ранее документу. Именно 42 статьи
были приняты как основа нового вероучения и обсуждались епис­
копами на следующем заседании (20 января Г", а также, видимо,
во время очередных «тайных переговоров» между епископами
22, 25 и 28 января'Р, завершившихся 29 января, когда 39 статей,
наконец, были подписаны, что стало главным итогом работы кон­
вокации в области вероучения.
Дальнейшая ее деятельность была связана, с одной стороны,
с решением вопроса о субсидиях короне, с другой - с попытка­
ми некоторых ее представителей палаты повлиять на принятые
конвокацией решения в пользу более радикальных преобразова-
56 Records of Convocation. VII. Р. 417.
57 Предполагаемые варианты этих «листов» можно найти в книге:
Наиgааrd w.P. Ор. cit. Р. 345-352.
58 Подробнее см.: МасСиllосh D. Thornas Cranrner: А Life. L.; New Haven. 1996.
Р.536-537.
59 Records of Convocation. VII. Р. 418.
60 Ibid. Р.418-419.

50
В.А. Таубер
ний богослужения, сохранявшего, по их мнению, слишком много­
численные пережитки католицизма.
На сессии 5 февраля?' епископы впервые, насколько можно су­
дить по записям, приступили к обсуждению финансовых проблем
и, не придя еще к окончательному решению, обратились к при­
глашенному пролокутору, чтобы он представил мнение нижней
палаты по этому вопросу. Кроме того, прелаты английской церкви
передали ему 39 статей, которые должны были быть подписаны
членами нижней палаты, после чего ее председателю следовало
представить верхней палате список тех, кто согласился с ними,
и тех, кто выступил против. В «Анналах» Дж. Страйпа опубли­
кован перечень подписавшихся, датированный 1 О февраля'<,
содержащий имена большинства делегатов духовенства провин­
ции, впрочем, на заседании верхней палаты, состоявшемся в тот
день, пролокутор сказал, что «некоторые их еще не тюдписалив'".
Тогда же он передал прелатам «список субсидий, которые долж­
ны быть предоставлены ... королеве духовенством Кентерберий­
ской провинции». Дискуссия, развернувшая вокруг финансовых
вопросов на конвокации 1563 г., продолжалась в верхней палате
больше двух недель и, видимо, вышла в определенный момент за
рамки спора о субсидиях короне. 19 февраля'" епископы вызва­
ли пролокутора и восемь членов нижней палаты и передали им
документ, содержащий шесть вопросов о состоянии бенефициев,
наличии незанятых владений и необходимости переоценки цер­
ковных владений, в чем некоторые исследователи видели попыт­
ку инициировать создание новой описи земель, которая заменила
бы «Valor Ecclesiasticus», составленный во время секуляризации
монастырей в 1530-х годах'". Интересно также следующее обсто­
ятельство: в тот же день в нижнюю палату был отправлен Томас
Йель, чтобы от имени архиепископа объявить, что члены конво­
кации не должны покидать Лондон до окончания синода. Видимо,
это было связано с опасением Мэтью Паркера, что конвокация
может не утвердить субсидии, а это могло бы вызвать неудоволь­
ствие королевы, верностью которой всегда был известен примас
церкви Англии. Вероятно, по той же причине решение вопроса
о субсидиях было предельно ускорено. Уже 22 февраля." епис-
61 Ibid. Р. 431.
62 Strype J. Ор. cit. Vol. 1, Part 1. Р. 488-490.
63 Records of Convocation. VII. Р. 432.
64 Records of Convocation. VII. Р.434-435.
65 Haugaard w.P. Ор. cit. Р. 66.
66 Records of Convocation. VII. Р.435.

Конвокация Кентерберийской провинции
51
копы единогласно утвердили субсидии в размере трех десятин'",
провозглашенные от имени «прелатов и духовенства провинции
Кентербери», а двумя днями позже, несмотря на отсутствие по
неясной причине пролокутора, они были утверждены и нижней
палатой'" также единогласно. Скудность сведений о ходе засе­
даний не позволяет сделать сколь-либо определенные выводы о
причине затруднений с решением вопроса о субсидиях. С одной
стороны, можно предположить, что делегаты конвокации решили
воспользоваться случаем и инициировать пересмотр оценок зем­
левладений двадцатипятилетней давности, не соответствовавших
в определенной степени реальному положению дел. С другой сто­
роны, тот факт, что архиепископ Кентерберийский сомневался в
утверждении субсидий нижней палатой, позволяет предположить
определенную связь возникших затруднений с дальнейшими спо­
рами о вероучении.
Как мы уже отмечали, начало дискуссии, завершившейся при­
нятием 39 статей, было положено несколькими предложениями
нижней палаты, которые, впрочем, не были приняты епископами.
Этим, однако, активность ее делегатов не исчерпалась. 13 февра­
ля им был предложен для обсуждения документ из шести стагей?"
по изменению богослужения. Он предполагал упразднение час­
ти католических пережитков: отмену большей части праздников,
обязанность священников стоять лицом к прихожанам во время
общей молитвы, отмену начертания креста на лбу при крещении,
обязательного коленопреклонения и использования органов, но
при этом сохранение обязательных, хотя и значительно умень­
шенных, облачений для проповедников и священников во время
службы?". Документ вызвал жаркие споры в нижней палате и,
в конце концов, был принят снебольшим перевесом (43 против 35),
67 Должны были быть выплачены в три этапа: к 30 сентября 1563, 1564 и 1565 г.
См.: Records of Convocation. XIX. Р. 328.
68 Records of Convocation. VII. Р. 436.
69 Ibid. Р. 449.
70 Этот вопрос стал одним из основных разногласий между апологетами офи­
циальной церкви и сторонниками радикализации Реформации во время так
называемого «спора об облачениях» в середине 1560-х годов. Подробнее см.:
Davies Н. Worship and Theology in England: From Cranmer to Ноорег, 1534-1603.
Oxford, 1970; Usher В. William Ceci1 and Episcopacy, 1559-1577. Aldershot, 2003;
/dem. The Deanery of Bocking and the Demise of the Vestiarian Controversy //
Journal ofEcclesiastical History. 2001. Уоl. 52. N 3, Р. 434-455; Primus J. N. The
Vestments Controversy. Кашреп. 1960; Milward Р. Religious Controversies of the
Elizabethan Age: А Survey of Printed Sources. Lincoln, 1977.

52
В.А. Таубер
причем среди поддержавших его был и пролокутор 71. О его обсуж­
дении епископами, однако, нельзя сказать ничего определенного:
следующие шесть заседаний верхней палаты были посвящены
почти исключительно вопросу субсидий. Возможно, спешное ре­
шение финансовых вопросов было инициировано в этот момент
именно для того, чтобы в дальнейшем они не могли стать инстру­
ментом воздействия в руках радикально настроенной части духо­
венства. Против этого предположения говорит, впрочем, тот факт,
что субсидии не вызвали споров в нижней палате и были приняты
единогласно.
Так или иначе, прелаты приступили к рассмотрению предло­
жений нижней палаты вскоре после установления субсидий. Пер­
вое упоминание о «книге об учении» (liber de disciplina) в записях
заседаний епископов относится к 26 февраля 72, когда Александр
Ноуэлл и десять других членов нижней палаты передали их для
рассмотрения прелатам. Речь в этой записи идет, очевидно, не об
упомянутых выше шести статьях, поскольку текст, представлен­
ный в этот день, был принят единогласно. «С общего согласия»
верхней палаты этот документ был передан для рассмотрения
комиссии из шести епископов во главе с архиепископом Кентер­
берийским, На следующем заседании, 1 марта, после примерно
двухчасовых тайных переговоров прелатов 73 в верхней пала­
те опять выступил пролокутор, попросивший добавить к пред­
ставленному ранее документу еще несколько глав. Архиепископ
вернул ему «книгу» для внесения изменений и предоставления
обновленного текста на рассмотрение верхней палаты во время
следующего заседания, назначенного на 3 марта. В этот день про­
локутор вместе с двумя другими членами палаты (Томасом Сэм­
псоном, деканом оксфордского Крайст-Черч колледжа, и уже
упоминавшимся Уильямом Дэем) передал епископам катехизис
(Cathechismus puerorum), единогласно принятый нижней палатой,
после чего прелаты тайно совещались еще два часа?". На следу­
ющем заседании, 5 марта.", в верхней палате опять присутство­
вали пролокутор и несколько делегатов нижней палаты, предло­
жившие епископам еще одну «книгу о вероучении». Благодаря
Джону Страйпу, опубликовавшему некоторые записи епископа
71 Records of Convocation. VII. Р. 450.
72 Ibid. Р. 436.
73 Ibid. Р. 437.
74Ibid.
75 Ibid. Р. 438.

Конвакация Кентерберийской провинции
53
Вустерского Эдвина Сэидиса?", нам известно его содержание. Эта
петиция состояла из семи пунктов, в основном повторявших до­
кумент, принятый нижней палатой 13 февраля, однако отличалась
большей радикальностью, например, в отношении облачений.
Свои подписи под ней поставили 32 человека, включая пролоку­
тора нижней палаты, однако она была отклонена епископами и
так и не попала на рассмотрение к королеве, что позволило не­
которым исследователям оценивать итоги конвокации как «по­
ражение пуританизма» 77. После этого синод собирался еще чуть
более месяца, проведя до 14 апреля 1563 г. еще 13 сессий.", одна­
ко большая часть записей этих заседаний содержит лишь списки
присутствующих и сведения о назначении следующего собрания,
а также эпизодические упоминания о «тайных переговорах», на­
пример, 12 марта?", Фактически на этом деятельность конвокации
закончилась: она собиралась еще несколько раз в течение следую­
щих четырех лет в соответствии с королевским указом, несколько
раз прерывавшим ее работу'", однако никаких реальных действий
не предпринимала. Наконец, 3 января 1567 г. королева подписала
указ о завершении и роспуске синода'".
Как и в 1559 г., конвокация действовала одновременно с пар­
ламентом, однако в 1563-1567 гг. столь явных параллелей в их
работе не наблюдается. Первая сессия парламента, проводив­
шаяся зимой-весной 1563 г., Т.е. во время основных дискуссий
в синоде, приняла всего два акта, касающихся религии: первый
предписывал приносить клятву в единообразии всех занимавших
государственные должпости'", во втором речь шла об отлучениях
от церкви. Хотя 39 статей все же рассматривались парламентом
и были приняты в качестве акта, произошло это позже, так что в
1563 г. не приходится говорить ни о каком-либо противопостав­
лении конвокации и парламента, ни о сколько-нибудь значитель­
ном их взаимодействии. Это обстоятельство вызывает некоторое
76 Strype J. Ор. cit. Уо1. 1, Part 1. Р. 335.
77 Haugaard W. Р. Ор. cit. Р. 333-334.
78 Records of Сопуосапоп. VII. Р. 440-446.
79 Ibid. Р. 441.
80 Ibid. Р. 460. Первый перерыв был установлен с 14 апреля 1563 г. до 6 октября
1564 г., затем последовательно до 2 мая 1565 г., 5 октября 1565 г., 8 февраля
1566 г. Сведений о следующем перерыве нет, но, по аналогии с конвокацией
Йоркской провинции, можно предположить, что он был назначен 1 октября
1566 г. См. также: Records of Сопмосапоп, XIX. Р. 161.
81 Records of Сопуосатюп. VII. Р. 461.
82 Ргосееошяв. Р. 96-102; Jones N. L. Op.cit. Р. 169-185.

54
В.А. Таубер
удивление, так как, учитывая то внимание, которое королева и ее
советники уделяли регулированию церковной политики, логично
было бы предположить, что основной вероучительный документ
реформированной церкви должен был быть рассмотрен с боль­
шей поспешностью. Однако приходится констатировать, что он,
несмотря ни на что, не был востребован светскими властями в
течение нескольких лет.
Подводя итог рассмотрению деятельности двух конвокаций
Кентерберийской провинции, действовавших в 1559 и 1563-
1567 гг. и участвовавших в процессе восстановления протес­
тантской церкви в ходе «елизаветинского религиозного урегу­
лирования», мы можем сделать следующие выводы о функциях
провинциальных синодов и их роли в проведении Реформации.
Во-первых, одной из ключевых задач конвокаций было установ­
ление субсидий короне, что ярко проявилось И В рассматривае­
мый период. Платежи в пользу королевы обсуждались на обеих
конвокациях, и оба раза эти дискуссии происходили не вполне
гладко: синод 1559 г. не утвердил субсидии, а на синоде 1563 г.
финансовые вопросы долго обсуждались и были приняты во мно­
гом благодаря влиянию архиепископа КентербериЙского.
Во-вторых, конвокация, оставаясь совещательным органом,
была площадкой, позволявшей достаточно широким кругам духо­
венства донести свою точку зрения до властей. Это наблюдение
справедливо как для финансовых вопросов (напомним, что в 1563 г.
всерьез обсуждалось предложение опереоценке бенефициев), так
и - особенно - в решении проблем, связанных с вероучением. Как
мы видим, в большей части случаев предложения, касавшиеся раз­
ных религиозных вопросов, выдвигались делегатами нижней пала­
ты и служили, таким образом, выражением более или менее общего
мнения духовенства, не имевшего в отличие от епископов возмож­
ности выразить свою точку зрения в парламенте, что придает осо­
бую ценность тем мнениям, которые высказывались в синодах.
К сожалению, состояние источников далеко не всегда позволяет со­
ставить представление о работе нижней палаты синода.
В-третьих, нельзя забывать, что конвокация определенным
образом взаимодействовала с парламентом и королевским прави­
тельством, также занимавшимися религиозными вопросами. Ее
роль в этой связи весьма любопытна: конвокация могла высту­
пать как своего рода противовес парламенту. Наиболее ярко это
проявилось В 1559 г., когда; невзирая на решения и протестант­
ские симпатии большинства парламента и самой Елизаветы, кон­
вокация до последнего сохраняла приверженность католицизму.

Конвокация Кентерберийской провинции
55
к 1563 г. положение изменилось: теперь большинство конвока­
ции составляли протестанты, более того, многие из них высту­
пали за дальнейшее развитие реформационных преобразованиЙ.
Основные ее решения, впрочем, вполне соответствовали офици­
альному курсу церковной политики, хотя и не были утверждены
на законодательном уровне до 1571 г.
Необходимо отметить, что, несмотря на сказанное выше о
выражении мнения духовенства нижней платы, общие решения
провинциального синода определялись в большей степени епис­
копами, а потому были достаточно предсказуемыми. Королева и
ее правительство, уделяя значительное внимание проблеме заме­
щения кафедр, фактически создали к 1563 г. такой состав высше­
го духовенства, в лояльности которого они могли быть уверены.
Возглавлявший его архиепископ Мэтью Паркер, практически
всегда действовавший в интересах короны, также прикладывал
определенные усилия по поддержанию «правильного» настрое­
ния обеих палат, для чего он часто вел приватные переговоры с
епископами, заслужив славу даже слишком приверженного уме­
ренному курсу человека, а также добился избрания пролокутором
фактически своего доверенного лица. Таким образом, королева
могла быть уверенной в проведении через конвокацию тех реше­
ний, которые соответствовали ее желаниям. А в случае, если бы
этого не произошло, она всегда имела право, согласно Акту о суп­
рематии, отклонить любое ее постановление.
Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и роль традиции. Сохра­
няя, в отличие от других протестантских деноминаций, многие
черты католической церкви (наиболее важной было иерархичес­
ки устроенное духовенство), церковь Англии не могла отказаться
от некоторых других институтов, связанных с духовенством. Ле­
гитимация вероучительных изменений путем их коллегиального
принятия духовенством провинции становилась, таким образом,
одним из способов обоснования новой церкви, что проявилось, в
частности, в упоминании 42 статей как принятых «Лондонским
синодом». Как представляется, имея свой синод, английская цер­
ковь фактически получала право на «соборность», т.е. одно из
ключевых свойств церкви в соответствии с Символом веры, что
давало ей важный аргумент в споре с Римом об истинности. При­
веденных соображений, кажется, вполне достаточно для объясне­
ния возможных причин сохранения в Англии в эпоху Реформации
конвокаций как совещательных органов духовенства, несмотря
на формальный и фактический переход вероучения и церкви под
контроль королевской власти.

56
В.А. Таубер
БИБЛИОГРАФИЯ
Дмитриева О.В. Парламент и политическая культура в Англии вто­
рой половины ХУI - начала XVII В.: Дисс .... докт. ист. наук. М., 2011.
Исаенко А.В., Хозиева т.х Англиканская Реформация при Елизаве­
те 1. Владикавказ, 1994.
Козин И. Вероучение, учреждения и обряды англиканской церкви.
М., 1906.
Михайловский В.М Англиканская церковь и ея отношение к право­
славию. СПб., 1864.
Таубер В.А. Архиепископ Мэтью Паркер и церковная политика в Ан­
глии в конце 50-60-х годах ХУI века // Средние века. 2013. Вып. 74 (1-2).
С.87-103.
Штокмар В.В. Очерки истории Англии ХУI в. Л., 1973.
Bernard G. W. The King's Reformation: Henry VIII and the Remarking
ofthe Eng1ish Church. New Haven; L., 2005.
Conci1ia Magnae Britanniae et Hiberniae / Ed. Ьу D. Wi1ckins. L., 1737.
4 v01s.
Conci1ia, decreta, consuetudines in re ecc1esiarum orbis Britannici / Ed.
Ьу Н. Spe1man. L., 1639, 1664.2 v01s.
Correspondence of Matthew Parker, D.D.: Comprising Letters Written
Ьу and to Him, from A.D. 1535, to His Death, A.D. 1575 / Ed. Ьу J. Bruce,
Т. Perowne. Cambridge, 1853.
Cross С. The E1izabethan Re1igious Sett1ement. Bangor, 1992.
Davies Н. Worship and 'Птеоюру in Eng1and: From Cranmer to Hooker,
1534-1603. Oxford, 1970.
Denton J.H. The Making of the Articu1i C1eri of 1316 // Eng1ish Histori­
са1 Review. 1986.'N 101. Р. 564-595.
Denton J.H., Dooley J.P. Representatives of the Lower C1ergy in the
Par1iament 1295-1340. L., 1987.
Dickens А. G. The Eng1ish Reformation. N. У., 1964.
Documentary Anna1s of the Reformed Church of Eng1and / Ed. Ьу
Е. Cardwell. Oxford, 1839.2 v01s.
Documents illustrative of Eng1ish church history / Ed. Ьу Н. аее,
W.J. Hardy L., 1896.
Dиffy Е. Fires of Faith: Cath01ic Eng1and under Mary Tudor. New На-
ven, 2009.
Elton G.R. The Par1iament ofEng1and, 1559-1581. Cambridge, 1987.
Gibson Е. Synodus Ang1icana. Oxford, 1854.
Haigh С. Eng1ish Reformations: Re1igion, P01itics and Society under the
Tudors. Oxford, 1993.
Haugaard w.P. E1izabeth and the Eng1ish Reformation: The Strugg1e for
а Stable Sett1ement ofRe1igion. Cambridge, 1968.
Jones N.L. Faith Ьу Statue: par1iament and the sett1ement of re1igion
1559. L., 1982.

Конвокация Кентерберийской провинции
57
Journal ofthe House ofthe Lords. L., 1767. Уоl. 1.
Кеmр Е. Counsel and consent. L., 1961.
Kidd B.J. ТЬе Thirty-Nine Articles. L., 1899. 2 vols.
Lathbury Т. History of the Convocation of the Church of England. L.,
1853.
MacCulloch D. Thomas Cranmer: А Life. L., New Haven. 1996.
MacCulloh D. ТЬе Later Reformation in England. Oxford, 1990.
Makower F. ТЬе constitutional history and constitution of the Church of
England. L., 1895. ·
Milward Р. Religious Controversies of the Elizabethan Age: А Survey of
Printed Sources. Lincoln, 1977.
Neale J. Е. Elizabeth and her Parliaments. L., 1953, 1957. 2 vols.
Newcomb МА. ТЬе Ark and the Covenant: Edmund Bonner and Nicho­
las Ridley оп Ecclesiology and the Promotion of Scripture in Sixteenth-cen­
tury England. N. У., 2008.
Primus J.N. ТЬе Vestments Controversy. Kampen, 1960.
Proceedings in the Parliaments of Elizabeth 1 / Ed. Ьу Т.Е. Hartley. Le­
icester, 1981.
Records of Convocation // Ed. Ьу а. Bray. Woodbridge, 2006. 20 vols.
Strype J. Annals of Reformation and Establishment of Religion, and
Other Various Occurences in the Church of England, During Queen Eliza­
beth's Нарру Reign. Oxford, 1824.
Synodalia: А Collection of Articles of Religion, Canons and Proceedings
of Convocations / Ed. Ьу Е. Cardwell. Oxford, 1842. 2 vols.
ТЬе Acts and Monumets of John Foxe: А new and complete edition with
а preliminary dissertation Ьу the Rev. George Townsend / Ed. Ьу S.R. Cat­
tley. L., 1839. Уоl. VIII.
ТЬе Comedy of the Convocation in the English Church. L., [s. а.].
ТЬе Zurich Letters, Comprising the Correspondence of Several English
Bishops and Others, with some of the Helvetian Reformers, during the Early
Part of the Reign of Queen Elizabeth. Cambridge, 1842. Уоl. 1.
Usher В. William Cecil and Episcopacy, 1559-1577. Aldershot, 2003.
Usher В. ТЬе Deanery ofBocking and the Demise ofthe Vestiarian Con­
troversy // Journal ofEcclesiastical History. 2001. Уоl. 52, N 3. Р.434-455.

ВИЗУАЛИЗАЦИЯ ВЛАСТИ
УДК 94(420+44)"1520"
Е.Э. Караваева
ВСТРЕЧА ГЕНРИХА VIII И ФРАНЦИСКА 1
НА ПОЛЕ ЗОЛОТОЙ ПАРЧИ:
СОЮЗ, СОПЕРНИЧЕСТВО
И РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ ВЛАСТИ
в статье исследуется репрезентационная стратегия Генриха VIII в ходе его
встречи с Франциском 1 в 1520 г. Автор анализирует широкий спектр символи­
ческих жестов, средств и приемов политической пропаганды, к которым при­
бегала английская сторона, призванных сформировать образ Генриха как могу­
щественного ренессансного правителя, благочестивого христианского государя
и великолепного рыцаря. Демонстрация взаимного расположения и союзни­
ческих отношений двух монархов на Поле Золотой Парчи лишь вуалировала
их острое политическое соперничество, находившее выражение, в частности,
в «политике архитектуры» и в художественной пропаганде. Работа основыва­
ется как на письменных (в том числе архивных) источниках, так и на изобрази­
тельных памятниках.
Ключевые слова: Генрих VIII, Франциск 1, Поле Золотой Парчи, репрезентация
власти, образы власти, политическая пропаганда, куртуазная культура, Ренес-
санс, турниры.
Историческая встреча Генриха VIII и Франциска 1 на Поле
Золотой Парчи в июне-июле 1520 г. стала кульминацией дип­
ломатического сближения извечных противников - Англии и
Франции, наметившегося в 1514-1519 гг. С самого начала своего
правления Генрих VIII, опираясь на традиционный союз с Габс­
бургами, проводил активную антифранцузскую политику, озна­
меновавшуюся военной экспедицией английских и имперских сил
во Францию в 1513 г. Однако за первыми успехами коалиции пос­
ледовали охлаждение в англо-имперских отношениях и поворот к
англо-французскому союзу, сторонником которого на этом этапе
выступал первый министр Генриха VIII кардинал Булси. Среди
многочисленных факторов, повлиявших на смену внешнеполи­
тических ориентиров Англии, были военные успехи Франциска 1

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
59
(победа над Священной Лигой при Мариньяно в 1515 г.), нехватка
у Генриха финансовых средств для продолжения войны, а также
попытки английского короля получить политические дивиденды,
играя роль посредника между враждующими европейскими госу­
дарствами. Еще одним фактором, оказавшим существенное влия­
ние на положение дел в Европе, стал призыв папы Льва Х к крес­
товому походу против неверных. Между европейскими монархами
были достигнуты договоренности о том, что крестовый поход не
начнется до тех пор, пока не будет установлен мир между христи­
анскими правителями. В 1516 г. договор, включавший этот пункт,
был подписан в Нуайоне между Франциском 1 и эрцгерцогом Кар­
лом (будущим Карлом У), а в 1518 г. такой же договор подписали
французский король и Генрих VIII в Лондоне. Лондонский дого­
вор, заключенный 2 октября 1518 г.', стал одной из главных дип­
ломатических побед кардинала Вулси. Подписание этого договора
сделало Генриха VIII центральной фигурой европейской диплома­
тии, государем-примирителем, выступающим за согласие между
христианскими монархами. Договор был подкреплен соглашени­
ем о династическом браке между Марией, дочерью Генриха VIII,
и Франциском, наследником французского престола/.
Англо-французскому сближению способствовала и интеллек­
туальная атмосфера 1516-1520 ГГ., призывы к миру авторитет­
ных гуманистов - Томаса Мора, Эразма Роттердамского, Гийома
Бюде. Наконец, еще одним обстоятельством, способствовавшим
потеплению в англо-французских отношениях, стала победа Кар­
ла 1 Испанского в борьбе за императорский престол, в которой он
одержал верх над Генрихом и Франциском.
Встреча Генриха VIII с Франциском 1 на Поле Золотой Парчи
стала важным событием, зафиксированным не только в много­
численных нарративных источниках. Этот факт, запечатлевший­
ся в исторической памяти англичан и французов, продолжал ос­
мысляться в художественной и политической культуре вплоть до
ХХв.3
1 The NationalArchives (далее- NA), Е 30/831. Treaty ofPiece between the Роре Leo Х,
the Emperor Maximilian I, Henry VIII and Francis I. London, 2 October 1518.
2 Archives nationales de France. J 650 В, NQ 18. Notification par les ambassadeurs
anglais de traite de marriageentre le Dauphin Francois et la princesse Marie, fille
d 'Henry VIII. Londres, 4 Octobre 1518. NA. Е 30/817 А. Treaty of marriage between
the Dauphin Francis and the Princess Магу. London, 4 October 1518.
3 О произведениях изобразительного искусства, основой которых стала встреча на
Поле Золотой Парчи, см.: Giry-Deloison с. 1520 Le Саmр du drap d'or: The Field
ofthe Cloth of Gold. La rencontre d'Henri VIII et de Francois I. Р., 2012. Р. 64-85.

60
Е.Э. Караваева
Б марте 1520 г. кардинал Булси был официально назначен ус­
троителем предстоящей встречи монархов с английской стороны".
С другой стороны подготовкой руководил Гильом Гуффье, сень­
ор де Боннивс-и адмирал Франции. Главной целью встречи, как
для Англии, так и для Франции, было «прощупывание» соперни­
ка (ибо эти государства были безусловными соперниками) и по­
пытка выявления перспективы дальнейших отношений". Б ходе
подготовки были согласованы условия, на которых должна была
проходить встреча". Местом для нее была выбрана долина Арда
на севере Франции, которая располагалась между дворцом ан­
глийского короля в Гини И резиденцией французского короля в
Арде. К ХУI в. эта полоска земли оставалась единственной ней­
тральной территорией между Англией и Францией.
Личные встречи государей занимают особое место не только в
системе международных отношений, но и в ряду событий, созда­
ющих особое пространство для демонстрации власти и уникаль­
ные возможности для реализации ее репрезентационных целей.
Несмотря на то, что этому событию, которое современники назы­
вали восьмым чудом света", посвящен ряд работ, рассматривав-
4 NA. Е 30/847 А. Ratification Ьу Francis 1 of the arrangements таде Ьу Thomas
Wolsey, Archbishop ofYork, for the meeting between himself and Henry VIII. Cha­
tellerault, 26 March 1520. Archives nationales де France. J 920, N2 30. Lettres
d'Henry VIII portant approbation ди reglement etabli par le cardinal Thomas Wol­
sey pour l'entrevue qu'il doit avoir aver Francois Ier. Londres, 7 Avril 1520.
5 Об особенностях взаимоотношений Генриха VIII и Франциска 1 в этот пери­
од см. подробнее: Richardson G. Good Friends and Brothers? Francis 1 and Неп­
ry VIII 11 History Тодау. 1994. N2 9. Р. 20-26.
6 Letters and Papers, Foreign and Domestic of the Reign of Henry VIII. 21 Vols. L.,
1867. Vol 1111 Ед. Ьу J.S. Brewer. N2 702. В этом подтверждении условий встречи
двух монархов, достигнутых за год до этого - 26 марта 1519 г., были даны де­
тальные указания относительно состава свиты Генриха и Екатерины Арагонской
в момент встречи с Франциском. В частности, короля должны были сопровож­
дать четыре рыцаря Ордена Подвязки - 2 капеллана и два светских джентльме­
на. В эти списки попала практически вся английская аристократия, рыцари и
высшее духовенство, не говоря об огромном количестве представителей различ­
ных служб. Также имелся отдельный список тех, кто сопровождал Франциска
в момент встречи, и этот список кажется гораздо менее внушительным. Общий
состав свиты Генриха VIII насчитывал 3997 человек и 2087 лошадей, в состав
свиты королевы входили 1175 человек и 778 лошадей. Свиту французского ко­
роля составляли около 800 человек, однако в документе содержится ремарка о
том, что этот состав свиты был представлен на рассмотрение английскому коро­
лю, и если он сочтет, что ее нужно сократить, это будет исполнено.
7 Подобное сравнение присутствует в описаниях двух французских авторов, ко­
торые были свидетелями этой встречи: Campi conuiuii atque ludorum agoniscito­
rum ordo modus atque descriptio. Р., 1520; L'ordonance et ordre де tournoy joustes
et combat а pied et а cheval fait а l' entervue des Rois де France et l' angleterre, et
des Reines leurs campagnes, а Calais. Р., 1520.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
61
ших его с точки зрения политической истории, истории диплома­
тии, а также куртуазной культуры", вопрос О формах политической
пропаганды и репрезентации в ходе турниров и празднеств на Поле
Золотой Парчи остается, на наш взгляд, недостаточно изученным.
Целью данной работы будет выявление принципов репрезента­
ционной стратегии Генриха VIII во время встречи с Франциском,
изучение основных составляющих публичного образа, в котором
выступал английский король, и политического языка его пропаган­
ды. Мы не ставим перед собой задачу объективной реконструкции
хода событий, а рассматриваем их английскую версию на матери­
але преимущественно английских источников - опубликованных,
архивных и изобразительных. Несомненно', английская интерпре­
тация является субъективной, однако ее исследование позволяет
выявить особенности английской политической пропаганды, ши­
роко применявшейся во время встречи, а также до некоторой сте­
пени - оценку ее эффективности английскими авторами.
Наиболее подробное описание происходившего содержится в
Хронике Эдварда Холла", а также в Государственных бумагах эпо­
хи Генриха VIII, где зафиксирована не только программа встречи,
но и расходы на нее обеих сторон. Однако, помимо вышеназванных
памятников, существует еще один комплекс источников, в которых
содержится подробное описание этого события, а также списки
персон, принимавших в ней участие, - это документы из собрания
Коллегии Герольдов. Некоторые манускрипты представляют собой
лишь списки придворных, которые присутствовали во время встре­
чи на Поле Золотой Парчи'", тогда как другие содержат достаточно
подробный рассказ об этих событиях!', что служит существенным
8 RusseZZ J.G. ТЬе Field of the Cloth of Gold: Меп and Manners in 1520. Oxford.
1969; Strong R. Splendor at Court: Renaissance spectacle and illusion. L., 1973.
Р. 77-115; Anglo S. Spectacle, Pageantry, and Early Tudor Policy. Oxford, 1969.
Р. 137-237; Giry-Deloison с. 1520 Le Сатр du drap d'or; Massie А. Les artisans
du Сатр du Drap d'Or (1520): culture materieIle et representation du pouvoir //
Encyclo: Revue de l'ecole doctorale ED 382, 2. 2013. Р. 55-79; Richardson G. ТЬе
Field ofthe Cloth ofGold. New Науеп, L., 2013.
9 HaZZ Е. ТЬе vnion of the two noble and illustre families of Lancastre and Yorke.
L.,1548.
10 Так, списки придворных содержат следующие манускрипты - London, College
of Arms, М.l bis, ff. 3 1-35у и М.6 bis, ff. 67-74у.
11 Герольды оставили собственные записи об этом событии, и имеется несколько
манускриптов, содержащих такие заметки - London, College of Arms, L.5 bis,
ff. 114-121, пеРВУI{) часть манускрипта составляют списки придворных, а вто­
рую - рассказ герольда о встрече государей, а манускрипты М.6 bis, ff. 7-12у
и М.9, ff. 1-7 содержат только повествование о встрече.

Встреча Генриха V/// и Франциска /
63
дополнением к тексту Хроники и позволяет уточнить ряд деталей.
Отметим, что среди многочисленных источников, использованных
при создании наиболее обстоятельной на данный момент работы,
посвященной этому событию, монографии Джоселина Рассела
«The Field of Cloth of Gold: men and manners in 1520»12 документы
из коллекции герольдов не использовались.
И Холл, и герольды предваряют рассказ о встрече английского
и французского королей описанием краткой встречи Генриха VIII
и Карла У, который прибыл в Дувр 26 мая и оставался в Англии
до 31 мая. Простившись с императором, английский государь
отправляется на континент для встречи с Франциском 1. Наря­
ду с описанием Холла в нашем распоряжении имеется и изоб­
разительный источник, позволяющий уточнить некоторые детали
того, каким образом было обставлено отплытие Генриха из Дув­
ра. Полотно работы неизвестного художника, датируемое 1545 г.,
изображает многочисленные английские королевские корабли,
отправляющиеся во Францию!". Корабль самого Генриха, «Вели­
кий Гарри», с золотыми парусами и флагом св. Георгия, символи­
зирует могущество, богатство и доблесть английского монарха.
Отдельный корабль понадобился для перевозки королевских дра­
гоценностей, а на остальных, которых на картине изображено ве­
ликое множество, перемещались около шести тысяч придворных.
Пушки, установленные на кораблях, палят во славу английского
короля. После высадки Генриха в Кале «великое множество знат­
ных людей прибыло от французского двора, чтобы увидеть короля
и приветствовать его, каковые были встречены его Величеством с
подобающей столь благородному государю мипостъюн'". Из Кале
король двинулся в Гинь.
И в этом случае рассказ хрониста существенно дополняет
изобразительный источник - картина работы неизвестного автора,
12 Russell J. G. ТЬе Field of the Cloth of Gold. В этой работе Рассел уделяет особое
внимание деталям организации встречи монархов, ее практическому аспекту,
лишь иногда касаясь символического пространства этого события. Нужно от­
метить, что и французский исследователь, создавший свою работу о встрече
на Поле Золотой Парчи через несколько десятилетий после монографии Рас­
села, Шарль Жири-Делуазон, главным образом восстанавливает последова­
тельность событий, предшествовавших встрече, а также сценарий торжеств,
устроенных в честь личной встречи монархов, но не останавливается на сим­
волическом ) аспекте этого исключительного события. (Giry-Deloison с. 1520
Le Сатр du drap d'or.)
13 ТЬе Embarkation at Dover. Ву unknown artist, or artists. с. 1520-1540. Royal
Collection.
14 ньи Е. Chronicle. Р. 605.

64
Е.Э. Караваева
на которой он запечатлел Поле Золотой Парчи, лагерь французов
и дворец Генриха, его торжественный въезд в Гинь и все соору­
жения в мельчайших подробностях, несмотря на то, что карти­
на была написана примерно через двадцать лет после событий,
изображенных на ней!". Полотно' является ценным источником
информации, поскольку позволяет наглядно представить, каким
образом была организована эта масштабная встреча. Его компо­
зиция свидетельствует об использовании этого про изведения в
целях политической пропаганды - художник постарался изобра-
зить множество английских замков и дворцов: на первом плане
выписан �?ролевский ДBOP�Ц, построенный специально для этой
встречи, на некотором расстоянии, окруженный водой, стоит
английский заМ9К Хэммс (Hammes), Кале теряется в призрачной
дымке, а французский лагерь вынесен на самый задний план, и
очертания шатров едва угадываются. Благодаря композиции этой
картины, заказанной, в числе других живописных произведений,
в которых художники запечатлели моменты наl1высшего триумфа
Генриха, в конце царствования английского короля, становится
очевидной политическая и символическая трактовка этой встречи
англичанами: их государь вступает во Францию как в собствен-
ные владения. I
Картина позволяет представить, как выглядела королевская про-
� r � 't
цессия, въезжающая во дворец - по левую руку от короля находился
Булси, а сразу за Генрихом ехал сэр Чарльз Брэндон, официальный
королевский «чемпион» - защитник, выступавший от имени короля
на турнирах. Перед королем едет первый герольдмейстер ордена
Подвязки в парадном одеянии, по обе стороны от него - герольды, не­
сущие некие жезлы!", за ними следует маркиз Дорсетский с королев­
ским мечом, чуть позади за королем следуют герцог Саффолк и граф
Эссекс, последний держит маршальский жезл, подчеркивающий его
статус главы королевской процессии. Таким образом, король пред­
стает окруженным своими верными придворными и символами
собственной власти. Практически все королевские регалии были
включены в процессию. По-видимому, это не П�ОД воображения
художника. Точность в изображении многих деталей на его картине
позволяет с большой долей вероятности утверждать, что он был
очевидцем процессии и всех дальнейших событий.
15 The Field of Cloth of Gold. Artist unknown. с. 1545. Royal Collection.
16 Один из них - знак должности самого герольдмейстера ордена Подвязки, вто­
рой, по-видимому, королевский скипетр.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
65
Облачение Генриха ослепляет блеском золотой парчи и мно­
жества украшений. Король въезжает во дворец на белом коне. Мы
можем рассмотреть джентльменов-пенсионеров с алебардами в
униформе с эмблемой в виде коронованной тюдоровской розы, ко­
торая помогла определить примерную датировку картины, так как
подобное изображение розы было характерно' для конца правления
Генриха VIII. За королем следует несметная армия.: В процессии
участвуют высшие должностные лица с жезлами, указывающими
на их статус, менестрели, переговаривающиеся между собой при­
дворные, рыцари. Короля и его спутнико,� приветствуют горожане.
Церемония вступления государя в новый дворец, по�троенный спе­
циально для этой встречи, по исключительности антуража не усту­
пает такой важной с точки зрения демонстрации власти и величия
церемонии, как триумфальный въезд государя в город. И нарратив­
ный, и изобразительный источники позволяют выявить приемы, с
помощью которых международной аудитории была преподнесена
идея могущества короля Англии. Образ великолепного монарха,
наделенного огромной властью, создается благодаря многочислен­
ной свите, в которую включены, с одной стороны, наиболее при­
ближенные к королю придворные, а, с другой - высшие официалы.
Существенно дополняют информацию о составе свиты сведения
герольдов. Так, манускрипт L.5 bis сообщает о том, что в ней был
кардинал Вулси, которого сопровождали 12 капелланов, 50 джент­
льменов, 143 слуги и 150 лошадей. В свите также находился архи­
епископ Кентерберийский в сопровождении, пяти капелланов, деся­
ти джентльменов, шестидесяти слуг и 30 лошадей. Далее следова­
ли аристократы: герцоги Бэкингем и Саффолк, маркиз Дорсетский,
десять графов, четыре епископа, двадцать один барон, рыцари
ордена Подвязки, огромное число рыцарей и эсквайров, а также
послы Священной Римской Империи и Венецианской республики,
капелланы, важнейшие гербовые короли, в том числе Clarenceux, а
также герольды - Rougecresse, Blewmantel, Porteculys, Ruge dragon
и другие. Помимо этого в свиту входили королевские гвардейцы,
тысяча йоменов, а также представители различных дворцовых
служб (70 рыцарейкоролевских покоев, 1071 представитель управ­
ления королевским двором, 1'050 работников королевских конюшен
и оружейных мастерских). Не менее впечатляющей была и свита
английской королевы - возглавлял список граф Дерби, которого
сопровождали одиннадцать капелланов, тридцать три слуги и два­
дцать лошадей, также в свиту �ходили три епископа, четыре ба­
рона, тридцать два рыцаря, причем каждого рыцаря сопровождали
капеллан, одиннадцать слуг и тринадцать лошадей. Кроме того
3 3ak. 288

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
67
в свите Екатерины Арагонской было шесть капелланов, герцогиня
Бэкингемская, шесть графинь, шестнадцать баронесс. Затем сле­
дует внушительный список жен рыцарей и фрейлин, а замыкают
перечень данные о представителях дворцовых служб. Королеву со­
провождали три леди королевских покоев и еще пятьдесят персон,
выполнявших работы во дворце, пятьдесят йоменов королевской
гвардии и шестьдесят работников королевских конюшен'? Дан­
ные, приведенные в отчетах герольдов, помогают представить себе
невероятные размеры королевской процессии, которая, по сути,
представляла собой весь английский двор на марше, а также ис­
ключительно высокий статус ее участников, что указывает на ту
роль, которая отводилась свите в репрезентации английского коро­
ля во время встречи на Поле Золотой Парчи.
Еще одним важным средством репрезентации власти, Генри­
ха VIII во время встречи с Франциском 1 стала сама резиденция
английского короля!". Одна из главных целей, которую пресле­
довал Генрих, заключалась в том, чтобы поразить своего сопер-
17 Полные списки состава свиты Генриха VIII и Екатерины Арагонской содер­
жатся в манускрипте London, College of Arms, L.5 bis, ff. 114r-117v. Кроме
того, списки придворных, входивших в свиты короля и королевы Англии во
время встречи на Поле Золотой Парчи, содержатся в манускриптах London,
College of Arms, М6. bis, ff. 67r-69v, далее текст документа продолжается
списком участников турниров с обеих сторон, открывают его имена королей
Англии и Франции, за этим списком следует информация о том, кто входил
в группы рыцарей, которые во время турниров возглавляли наиболее знат­
ные придворные, эти списки находятся на страницах ff. 69r-73r. Состав свит
короля и королевы содержит манускрипт London, College of Arms, М1. bis,
ff. 31r-35v. Мы не приводим эти списки полностью, поскольку в целом они
совпадают со списками, приведенными в первом манускрипте.
18 у дворца были деревянные стены, а в окна вставлено настоящее стекло, для его
постройки было изготовлено более 5 тысяч футов стекла, которое своим сиянием
ослепляло очевидцев, как сообщает нам Холл. (Hall Е. Chronicle. Р. 605) Количес­
тво и превосходное качество стекла отмечает в своих мемуарах Флеранж (Роберт
111 де ля Марк (1491-1537), сеньор де Флеранж, полководец Франциска 1, а позже
маршал Франции. Он противостоял Генриху VIII во время одного из турниров,
однако король победил его, и традиционно считается, что доспех, в котором сра­
жался Флеранж, и который в ходе схватки повредил английский король, достался
последнему в качестве награды за победу, однако характер доспеха свидетельс­
твует о том, что он был изготовлен в Гринвиче около 1525 г.). Флеранж пишет,
что у него создалось впечатление, будто половина дворца состояла из стекла.'
По словам мантуанского посла стекло было таким прозрачным, будто бы его
выплавили из самого света. Сеньор де Флеранж оставил примечательные вос­
поминания о встрече на Поле Золотой Парчи, в частности, он упоминает о том,
что однажды утром Франциск 1 ворвался в покои английского короля и .объявил
себя его пленником, однако в другой раз король Франции неожиданно напал на

68
Е.Э. Караваева
ника, демонстрируя не только роскошь и богатство двора, но и
произведения искусства, созданные в соответствии с новейшими
ренессансными тенденциями. Согласно Холлу, дворец возвышал­
ся на ступенях, являя собой «плод великих трудов и величайшего
мастерства»!", Перед воротами был возведен «фонтан прекрасной
работы, покрытый чистым золотом, С прорезями, выполненными
на античный манер, бледно-голубого цвета, наверху древний бог
вина Бахус разливал вино, которое по трубам изливалось ... в из­
обилии, красное, белое и кларет; над его головой было написано
золотом романским шрифтом «faicte Ьоппе chere quy vouldra».
Этот великолепный дворец был лишь временной резиденцией
Генриха, возведенной специально для встречи с французским ко­
ролем. Огромные суммы были затрачены на строительство, самые
искусные мастера приглашены для работы над покоями дворца, и
самые передовые изобретения, большим ценителем которых был
английский монарх, украшали эту резиденцию.
В программе декорации дворца чувствуется явное влияние ре­
нессансных художественных веяний. У ворот была установлена
«колонна античной римской работы, подпираемая четырьмя зо­
лотыми львами, обернутая золотой tфольгой, искусно отделанная
и украшенная, и на вершине ... стояло изображение слепого бога
Купидона с его луком и стрелами любви, готовыми к выстрелу,
Генриха VIII на площадке для пешего боя и поверг его. (Мёгпопев du шагёспа] de
Погапяе, dit 1е Jeune Adventureaux. Р., 1913-1924. Уо1. 1-11.)
19 Влияние итальянского и французского Ренессанса, оказанное и на английс­
кую архитектуру, и на выбор художников, которых Генрих VIII приглашал в
Англию, очень велико. Этой проблематике посвящен целый ряд специальных
работ, среди них Tilley А. Humanism under Francis I11 ТЬе Eng1ish Historica1
Review. 1900. Уо1. 15. NQ 59. Р. 456-478; Heydenreich L.H. Leonardo da Vinci,
Architect of Francis 1 11 ТЬе Bur1ington Magazine. 1952. Уо1. 94. NQ 595. Р. 277-
285; Аапетак J. Aretino: Artistic Adviser to Francis 11 Journa1 ofthe Warburg and
Courtau1d Institutes. 1954. Уо1. 17. NQ 3/4. Р. 311-318; Blunt А. Art and Architec­
ture in France, 1500-1700. Harmondsworth, 1957; Ideт. L'influence francaise sur
l' architecture at 1а scu1pture decorative еп Ang1eterre pendant 1а premiere moitie
du ХУI siec1e 11 Revue de l' Art. 1969. NQ 4. Р. 17-29; Меllеn Р. Jean Сюцет. N.Y.,
1971; Thurley S. Непгу VIII and the Bui1ding ofHampton Court: А Reconstruction
ofthe Tudor Pa1acell Architectura1 History. 1988. Уо1. 31. Р.1-57; Elaт С. Art
in the Service of Liberty: Battista de11a Ра11а, Al't Agent for Francis 1 11 1 Tatti
Studies: Essays in the Renaissance. 1993. Уо1. 5. Р. 33-109; Cox-Rearick J. ТЬе
Co11ection ofFrancis 1: Roya1 Treasures. Antwerp, 1995; Biddle М Nich01as Bellin
of Modena. Аn Ita1ian Artificer at the Court of Francis 1 and Henry VIII 11 J оита1
of British Archae010gica1 Association, зrd series. 1996. NQ 29. Р. 106-121; Сатр­
Ье!! Т. Р. Scho01 of Raphae1 Tapestries in the Collection of Henry VIII 11 ТЬе
Bur1ington Magazine. 1996. Уо1. 138. NQ 1115. Р. 69-78.

Встреча Генриха V/// и Франциска /
69
заставляющему молодых людей любитъэг". Этот фрагмент указы­
вает не только на антикизированный стиль построек дворцового
комплекса, но и на темы любви, наслаждения, радости, которые
угадываются в этой конструкции, мотивы, присущие мирному вре­
мени, что отвечало идее перемирия между двумя монархами. Наш
изобразительный источник, картина, подтверждает точность описа­
ния Холла - действительно, на площади перед дворцом стоит колон­
на, отделанная мрамором, на которой установлена статуя Купидона.
Однако на картине золотые львы не подпирают колонну - из их пас­
тей льется вода. Форма же колонны не вполне антикизированная,
хотя, по-видимому, представлялась современникам таковой.
� «Въездные ворота фланкировали башни ... а в окнах находи­
лись изображения, напоминающие воинов, готовых метать огром­
ные камни: названные ворота и башня были украшены идущими по
кругу изображениями Геракла, Александра и других античных ге­
роев прекрасной работы ... над воротами были сооружены гербы,
подпираемые военными орудиями»?'. Картина в этом случае пре­
доставляет нам более конкретные сведения, нежели Холл. Прямо
над воротами были водружены две огромные тюдоровские розы,
над ними - английский герб (включавший французские лилии) со
щитодержателями, еще выше - имперская корона. По обеим сто­
ронам герба золотом были выведены королевские инициалы. По­
добные эмблематические изображения усиливали эффект велико­
лепия, присущего резиденции государя, подчеркивали легитимный
характер его власти, а также демонстрировали политические при­
тязания Генриха на французские территории. Геральдическая со­
ставляющая была тщательно продумана, об этом свидетельствует и
сохранившееся в городской Хронике Кале свидетельство о том, что
художники, работавшие над убранством дворца, направили герольд­
мейстеру письмо с просьбой предоставить им альбом с изображе­
ниями всех гербов, геральдических животных, птиц и эмблем+,
Изобразительный источник зафиксировал исключительно
важную составляющую в репрезентации Генриха VIII - исполь­
зование в декорации дворца закрытой короны с перекрещиваю­
щимися арками, воплощавшей тезис об имперском характере ан­
глийской короны, суверенном характере власти Генриха, не при­
знававшего авторитета власти иных правителей.
20 Hall Е. Chronicle. Р. 605.
-чые.
22 The Chronicle of Calais in the reigns of Henry VII and Henry VIII. То the year
1540 I Ed Ьу J.G. Nichols. L., 1846. Р. 83.

70
Е.Э. Караваева
Гербы на фасаде дворца подпирались артиллерийскими ору­
диями. Эти композиции напоминали римские «трофеи», исполь­
зовавшиеся во время античных триумфов. Геракл и Александр,
античные герои, выступают как стражники английского замка. Их
образы воплощали идеалы воинской доблести и чести, именно
им нередко уподобляли себя ренессансные правители, в данном
случае Генрих. Образ Геракла отсылал и к теме гражданских тру­
дов государя и тягот, которые монарх претерпевал во имя общего
блага и процветания своих подданных.
Наряду с античными мотивами в декорации дворца фигуриро­
вали библейские темы. Говоря об убранстве временной резиден­
ции Генриха, Холл отмечает, что оконные ниши с каждой стороны
перемежались искусно выполненными изображениями, в основе
которых лежали сюжеты из Евангелия.
Еще один элемент, привлекший внимание автора, представлял
собой квадратный фонтан, помещающийся на четырех опорах,
который он называет «водным столом». «Через названные ворота
все проходили в обширный двор, прекрасный и восхитительный,
а из этого двора открывалось множество внешних красот этого
места - начиная с первого водного сгола+'. Надвратная башня
была построена с величайшим искусством, посредством непре­
взойденной человеческой мудрости, ибо выражения лиц тех, кто
там был представлен, на каждом изображении были различны,
некоторые стреляли, другие метали, иные готовы были драться,
и одежды были переданы весьма совершенноэг'", Описание Холла
позволяет нам представить масштаб и роскошь всех этих, по сути,
эфемерных построск", призванных продемонстрировать величие
23 Мы точно не можем определить, что он из себя представлял, вероятно, это
был или фонтан, или водоем, но у Холла он фигурирует как «water table».
24 НаП Е. Chronicle. Р. 605.
25 Для того чтобы представить себе примерные размеры дворца Генриха VIII,
приведем некоторые цифры - так, у Генриха, Екатерины Арагонской, Марии
Тюдор, сестры Генриха, и кардинала Вулси было у каждого три покоя. Самый
большой покой английского короля составлял 124 фута в длину, тринадцать
футов в ширину и тридцать футов в высоту, и был больше его покоев во
дворце Уайтхолл, второй покой, предназначавшийся для трапез монарха, имел
следующие параметры: 80 футов в длину, тридцать четыре фута в ширину
и двадцать семь футов в высоту, и был больше самого обширного покоя в
замке Брайдуэлл, третий покой, отведенный для перемены платья государя,
имел 60 футов в длину, 34 фута в ширину и 27 футов в высоту. Все три по­
коя королевы имели приблизительно такие же размеры, или даже немного
превосходили их. Галерея составляла 60 футов в длину, капелла - 100 футов,
а банкетный зал 220 футов.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
71
и богатство государя, а также подчеркнуть его желание следовать
новейшим ренессансным веяниям. «Все названные квадраты,
ниши и здания были по-королевски украшены ... прямо напротив
ворот был сооружен проход, и у входа на лестницу были помеще­
ны изображения людей, лица которых выражали мучение и ужас,
все были выполнены в искусной манере из серебра. В пролете
этого прохода находились золотые античные изображения, окру­
женные зеленью олив, а их лица были обращены к входящим во
дворецв".
Доминирующим мотивом в описании Холлом личных покоев
государя становится золото и золотая парча - символы величия,
власти, богатства и роскоши, которую мог себе позволить англий­
ский монарх. В украшении покоев мы видим характерный символ
династии - тюдоровские розы, которые на этот раз были помеще­
ны в кессоны потолка. «Потолки были затянуты и покрыты шел­
ком, прекраснейшей и новейшей выработки, доселе невиданной.
у основания покои были обиты белыми, с украшениями, расши­
тыми тканями - переплетенными шелками, с разрезами и тесьмой
и различными новыми узорами, эти шелковые ткани сверкали,
как слитковое золото, и розы в кессонах в этой же самой крыше
были изящнейшим образом помещены так, что ... ни одному жи­
вому созданию лицезрение плафона ... не могло принести ничего,
кроме радости; часть его была покрыта прекрасным золотом, всю
поверхность стен до самого конька крыши занимали картины из
священной истории; конек был большого размера, работа пред­
ставляла собой античные банты с лентами и, сделанные с боль­
шим умением, нежели я могу описать, все эти работы и украше­
ния были позолочсныэг".
Временный дворец английского короля воспроизводил тра­
диционную структуру постоянных королевских резиденций со
всеми подразделениями и службами. В нем имелась часовня, а
в королевских покоях находились троны короля и королевы. Ос­
новными средствами декорации дворца послужили золотые тка­
ни и вытканные тюдоровские розы. То же самое можно сказать
и об убранстве королевского шатра в расположении английской
армии. Поскольку во время этой встречи государей резиденция
короля выступает, с одной стороны, в качестве одного из главных
средств, с помощью которых власть демонстрирует себя, желая
26 ньн Е. Chronicle. Р. 605.
27 Ibid. Р. 605-606.

72
Е.Э. Караваева
сформировать определенный образ в глазах давнего соперника,
а, с другой, объединяет в себе целый ряд традиционных средств
визуальной пропаганды, таких как геральдика, эмблематика,
символика цвета, призванных продемонстрировать великолепие
(magnificenza), присущее двору ренессансного государя, каким
полагал себя Генрих VIII, мы позволим себе привести достаточно
пространную цитату из Хроники Холла, который в подробностях
описывает покои государя и его королевы, капеллы и даже хо­
зяйственные помещения, отражавшие разветвленную структуру
организации жизни во дворце в условиях пребывания там значи­
тельного числа придворных, что, по мнению хрониста, указыва­
ло на значение, которое английская сторона придавала встрече
монархов, если сумела подготовиться к ней заблаговременно, и
масштабы этой подготовки приняли колоссальные размеры.
«У подножия названного дворца был каркас из прекрасного золо­
та, на котором висели богатые и роскошные шпалеры", вытканные из
золота и шелка, на них было изображено множество античных исто­
рий, и такими же гобеленами были завешаны все стены и покои, и все
окна столь богато покрыты, что это зрелище превосходило все, виден­
ное до той поры. В каждой комнате в приличествующем месте нахо­
дились балдахины из золотой парчи, ткани тончайшей работы, богато
28 Гобеленам как одному из способов репрезентации королевской власти при
дворе Тюдоров посвящено масштабное исследование Томаса Кэмпбелла:
Campbell Th.P. Непгу VIII and the Art of Majesty: Tapestries at the Tudor Court.
New Haven, L., 2007. Одна из глав его работы касается тех серий шпалер,
которые были заказаны Генрихом VIII и кардиналом Вулси специально для
встречи с Франциском 1 на Поле Золотой Парчи, об этом см.: Р. 143-155.
Кэмпбелл подробно останавливается на истории приобретения шпалер для
временной резиденции английского короля и отмечает, что это было сдела­
но заблаговременно, в частности, в апреле 1520 г. Джованни Кавальканти из
средств королевской казны была выплачена сумма, составившая 41 О фунтов
5 шиллингов 9 пенсов, за серию шпалер с историей Давида. Эта серия гобеле­
нов является самым известным приобретением начала 1520-х годов, принци­
пиальным является то, что она была заказана и выткана специально для этой
встречи с Франциском. Кроме того, ее сюжет является еще одним примером
использования в репрезентации Генриха VIII библейской темы, он начинает
отождествляться с царем Давидом уже а начале своего правления, однако в
это время подобное отождествление служит дополнительным свидетельством
создания образа благочестивого и мудрого монарха, после Реформации этот
мотив приобретет несколько иной смысл, о чем будет сказано ниже. Среди се­
рий шпалер, заказанных для украшения временной резиденции Генриха VIII,
отметим еще две серии под общим названием Триумфы Петрарки. Обе серии
были заказаны кардиналом Вулси для его покоев во временной резиденции.
Кэмпбелл высказывает предположение о том, что на гобелене «Победа славы
над смертью» появляется изображение Генриха VIII.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
73
вышитые, с тронами, покрытыми тканями, с подлокотниками из золота
и прекрасными подушками богатой работы, изготовленными в Турции,
величественная обстановка была в изобилии. К этому же дворцу была
пристроена капелла с двумя приделами, хоры названной капеллы были
задрапированы золотой парчой, а поверх нее переплетенными шелко­
выми тканями, украшенными орнаментом в виде прямоугольников, все
там было шелковым и золотым. Алтари этой капеллы были завешаны
богатыми покровами из золотой ткани, тончайшей тканью, расшитой
жемчугом. Над главным алтарем висел богатый балдахин изумительной
величины, алтарь был украшен пятью парами золотых канделябров, на
алтарной доске стоял Corpus domini из чистого золота, и на этом же
алтаре стояли двенадцать изображений, высота которых была сравнима
с ростом ребенка четырехлетнего возраста, все золотые, и все ризы и
облачения были настолько богаты, как если бы были изготовлены или
куплены в городе Флоренции, ибо все ризы и облачения были из едино­
го куска, специально для этого сотканного из тончайшей ткани, укра­
шенной алыми розами, вышитыми чистым золотом, они были расшиты
жемчугами и драгоценными камнями. И все стены и пол этой капеллы
были покрыты золотой парчой, и три роскошных великих Креста были
там, готовые к тому, что их понесут во время праздников, и чаши, и
кадильницы, и Евангелия, и миры ... и сосуды со святой водой, и другая
утварь, все было золотым. В первом приделе было выгорожено место
для особы короля, покрытое золотой парчой, и внутри него находилось
место короля и трон с подушками из золотой парчи, перед траверсом, на­
ходился алтарь, покрытый вышитой тканью с великолепными жемчужи­
нами и драгоценными камнями, в оправах из чистого золота. На алтаре
стояли составное распятие из чистого золота, с изображением Троицы,
Богоматери, и двенадцать других изображений, все из чистого золота
и драгоценных камней; две пары канделябров из чистого золота; лоха­
ни ... миры и другая утварь; названный придел был завешан коврами,
богато расшитыми жемчужинами и камнями, свод названного придела
был обтянут вышитым шелком, позолочен чистым золотом и выкрашен
бледно-синей краской. Второй придел предназначался особе королевы,
он был затянут богатой золотой парчой, алтарь настолько богато укра­
шен, что было в изобилии, как жемчужин так и драгоценных камней, на
алтаре было двенадцать великолепных изображений из золота, придел
увешан золотой парчой, с драгоценностями, я полагаю, прежде ничего
подобного не существовало, и потолок названного придела был выпол­
нен в той же манере, что и потолок придела короля. И из этого дворца
или места в мощную и сильную крепость и королевский замок Гинь
вела галерея для тайного перехода королевской особы в личные покои
этого же замка для большего удобства короля. Также в этом дворце нахо­
дились помещения для официалов, которые должны присутствовать при
столь высоком дворе, а именно лорда Камергера, лорда Стюарда, лорда
Казначея двора, для контролера и службы Зеленого Сукна, Гардеробов,

74
Е.Э. Караваева
сокровищницы и служб домашнего хозяйства, таких как кладовая для
провизии, винный погреб, маслобойня, хранилище специй, помещения
для посуды, кладовая для мяса, птичий двор и все остальные службы ...
и поскольку для этого город Гинь был мал, и все знатные люди не могли
там разместиться, они разбивали шатры в поле, числом 28 сотен различ­
ных помещений, что представляло собой доброе зрелище. Таким обра­
зом помещался король в своем королевском дворце в Гини»?".
Подробное описание капеллы, пристроенной к временной
резиденции английского короля, позволяет предположить, что
помимо прочего она демонстрировала благочестие Генриха - ис­
тинно христианского монарха, защитника веры (претендовавше­
го на титул «наихристианнейшего» короля, который он оспаривал
у французского государя).
В конце своего повествования о резиденции английского короля
хронист обращается к описанию роскошного шатра, в котором Ген­
рих VIII впервые принимал французского короля. «Пышный шатер,
весь из золотой парчи, с богатой вышивкой в виде символов короля
Англии ... был составлен из самых роскошных шпалер, по-новому
задуманных и выполненных, доселе невиданных, и присутствие ко­
ролевской персоны обозначалось двумя стульями и креслами внутри
него, пол был устлан коврами последней турецкой работыэ ", Шатер
представлял собой миниатюрный эквивалент временной резиден­
ции, для его украшения мастера использовали те же TeMJ?I и приемы,
что и в декорации дворца, - золотой цвет, геральдические символы
династии Тюдоров, мотив богатства и великолепия государя.
По сравнению с подробными сведениями о временной рези­
денции Генриха VIII, информация Холла о французском лагере
содержит гораздо меньше деталей.", однако эти пробелы воспол­
няют французские докуменгы'". Так, 400 ливров и 15 су было
29 ньн Е. Chronicle. Р. 606-607.
30 Ibid. Р. 607.
31 Помимо специальной работы Глена Ричардсона, упомянутой ранее, предме­
том анализа которой становятся европейские монархи, показавшие себя ре­
нессансными государями и покровителями искусств, о Франциске 1 - патроне
французского Ренессанса, см. работы Кнехта: Knecht R.J Renaissance Warrior
and Patron: The Reign of Francis 1. Cambridge, 1994; Idem. The Valois: Kings of
France 1328-1589. L., 2004.
32 Исчерпывающая информация о ходе подготовки французской стороны всех
временных строений на Поле Золотой Парчи содержится в манускрипте
Bibliotheque Nationale de France. MS fr. 10,383. Compte de la commission des
tentes, pavilions et enrichissements d' iceulx, menez еn la ville d' Ardre роит la
veue et traicte de paix d'entre Roy notre Sire et le тоу d' Angleterre, faict ац mois
de juing l'an 1520.

Встреча Генриха V/// и Франциска /
75
потрачено только на гобелены, украшавшие павильоны Францис­
ка 1, а 35 ливров и 15 су - на покупку 600 литров вина. «Фран­
цузский король прибыл со всеми знатными людьми королевства
французского в город Ард, где к его появлению на поле было при­
готовлено множество палаток, галерей и павильонов. Также была
выстроена резиденция французского короля, изрядная, но она не
была закончена. Французский король приказал подготовить для
него место, неподалеку от Арда, на территории старого замка. На
том же месте было приказано соорудить дом для уединения и раз­
влечений, крыша которого держалась на мачте и была натянута с
помощью канатов, она была вся голубого цвета, украшенная звез­
дами из золотой фольги, и свод, представлявший собой небесную
сферу, благодаря своему цвету был искусно выполнен как на­
стоящее небо, или небесный свод, и полумесяц солнечных часов
был обращен к городу Ардуэ ". Несмотря на то, что подготовка
к встрече была начата заблаговременно, французская сторона не
успела к сроку завершить строительство королевского дворца, и
было принято решение соорудить павильоны, возведение кото­
рых было завершено в течение 5 дней. Их описание мы находим
и во французских источниках.". Внутри павильон был отделан ла­
зоревой парчой, вышитой золотыми королевскими французскими
лилиями. Его венчала позолоченная фигура Св. Михаила, выпол­
ненная в человеческий рост, в правой руке святой держал дро­
тик, а в левой - щит с гербом французской короны. Статуя была
установлена на золотом шаре, из которого струились двенадцать
зигзагообразных лучей, длина которых достигала двадцати пяти
футов. В программе декорации французской резиденции исполь­
зованы те же средства и приемы репрезентации власти государя,
к которым прибегла английская сторона. С одной стороны, это об­
ращение к традиционному золотому цвету власти, с другой - здесь
он сочетается с геральдическими символами Франции. Однако
потолок шатра, представляющий небесную сферу с полумесяцем,
является примером типичной для искусства Возрождения декора­
ции, использование которой в убранстве временной резиденции
французского короля должно было продемонстрировать привер­
женность Франциска 1 эстетике Ренессанса. Еще одним важным
33 Hall Е. Chronic1e. Р. 607.
34 Flеиrаngе. Мепюпез. Уо1. 1. Р. 263. Свидетель встречи отмечает, что павиль­
оны были подобны римским амфитеатрам, совершенно круглые, они были
построены из дерева, покои, залы, галереи занимали три яруса, которые рас­
полагались один над другим, в основании же был камень.

76
Е.Э. Караваева
элементом украшения павильона Франциска становится статуя
св. �ихаила - предводителя небесного воинства и покровителя
французского рыцарства, с которым земной правитель до опре­
деленной степени отождествляет себя, выступая, как и святой, в
качестве защитника истинной веры и рыцаря, противостоящего
неправедным воинам.
Постройка этих зданий стоила французскому королю около
300 тысяч дукатов, но они были разобраны через четыре дня пос­
ле окончания встречи.". Визуальные средства, использованные
французской стороной, аналогичны тем, к которым прибегла ан­
глийская сторона при создании временной резиденции, и/даже в
этих приемах декорации проявляется соперничество сторон, ко­
торые стремятся превзойти друг друга, используя как традицион­
ные, так и новые приемы.
Повествование о событиях, предварявших встречу королей,
продолжается описанием процессии Генриха VIII, которая в оче­
редной раз демонстрирует его могущество и величие. Сообщение
Холла насыщено подробнейшими описаниями костюмов коро­
ля и его свиты, призванных подчеркнуть великолепие Генриха.
Холл прекрасно осознавал функцию богатых облачений в репре­
зентации власти: « ... король Англии, наш суверенный господин,
со всем знатным двором Англии выдвинулся верхом и поехал по
направлению к долине Арда, согласно ,. своему положению, все
джентльмены, сквайры, рыцари и бароны ехали перед королем,
а также и епископы, герцоги, маркизы и графы были подле ко­
роля. Он проявил большую мудрость, сумев продемонстрировать
богатство облачения лордов и джентльменов Англии, одежды из
золотой парчи, одежды из серебряной парчи, бархат, ткань с золо­
той нитью, вышитый шелк и рытый шелк, изумительное золотое
сокровище, воплощенное в цепях и нагрудных ожерельях, столь
прекрасное, столь и весомое ... что я был бы не в силах счесть
всего того золота, что было там, если бы его было и вполови­
ну меньше. Все знатные люди, джентльмены, сквайры, рыцари и
каждый достойный служитель короля были в роскошном облаче­
нии, и на каждом были золотые цепи, прекрасные и много весив­
шие ... среди англичан не было недостатка ни в богатстве," ни в
красоте облачения или одеяния»:".
35 Calendar of State Papers, Venetian / Ed. Ьу R. Brown, С. Bentinck, Н. Brown.
6 Vols. L, 1864-1898. Vol. 111. Р. 94.
36 Hall Е. Chronicle. Р. 608-609.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
77
Отчет о встрече самих государей начинается с того дня (у Хол­
ла это четверг, 7 июня, а в рассказе герольда это 8 июня, праздник
Тела Христова), когда Генрих VIII и Франциск 1 вместе со своими
отрядами вышли на середину долины, располагающейся на рав­
ном расстоянии от Гини и Арда". В это время король перемещает­
ся и оказывается во главе всей процессии. Он предстает в полном
блеске, как и его свита. «Его Величество был облачен в убор из
серебряной парчи, прошитый золотой нитью, И был он настолько
тонким, насколько это возможно, одеяние было просторным и
расшито очень тонко, и украшено очень искусными инициалами,
такой формы и изготовления, что было восхитительно это лице­
зреть. При его Величестве короле Англии находился ... сэр Генри
Гилфорд, который вел запасную королевскую лошадь, облачен­
ную в коричневую с черным попону, которая была ... украшена
кистями, свисающими с' обеих сторон, седло было выполнено в
такой же манере, как и оголовье уздечки и науз:' Затем проследо­
вали девять сопровождающих мужей, ехавших верхом, эти моло­
дые джентльмены были облачены в дорогую тонкую ткань; кони в
сбруе изумительного вида, оправленной в чистое слитковое золото,
работы более утонченной, нежели мой взгляд способен уловить,
и сбруя этой же лошади была полна переливающихся блесток,
кои были велики и прекрасны. Лорд Маркиз Дорсетский обнажил
королевский церемониальный меч перед его Величествомэ ". Во
время непосредственной встречи с традиционным противником,
а ныне потенциальным союзником, английский король использу­
ет целый комплекс средств визуальной пропаганды ради создания
образа могущественного правителя, власть которого является не
только легитимной, но и обеспечивающей процветание его под­
данным. Сам король появляется в роскошном облачении, как и
его многочисленная свита, состоящая из самых знатных людей
Англии, кроме того, в этой сцене важное место отводилось одной
из государственных инсигний - церемониальному мечу.
Мы располагаем и описанием костюма Франциска, в котором
он предстал перед англичанами.", что позволяет отметить сим­
метричное использование традиционных средств репрезентации
37 London, College of Arms, L.5 bis, f.118 v. « ... the kinge of England and the frenche
kinge mett in а valley callyd goldyn vale whiche vale lyeth in the myd waye betwixt
gnysnes and arde, in whiche arde the frenche kinge lауе during the tryumpe, in the
saide vale, the kinge had his pavilion of cloth of gold ... ».
38 ньи Е. Chronicle. Р. 609.
39Ibid.

78
Е.Э. Караваева
королевской власти сторонами, поскольку французы так же, как и
англичане, используют богатство костюма монарха и символику
цвета, с тем, чтобы подчеркнуть особый статус и великолепие.
Его одеяние было из серебряной парчи, расшитой золотом, швы
отделаны бургундскими зигзагами, поверх камзола надет плащ
из пурпурного шелка, вышитого золотой нитью. Плащ ниспадал
до пояса и был закреплен заколкой, помимо дорогой материи, из
которой он был сшит, плащ покрывала россыпь жемчужин и дра­
гоценных камней. Головной убор короля был вышит черненым
золотом и украшен бриллиантами. Королевский конь был покрыт
попоной из тончайшей ткани с вышивкой и снабженной укра­
шениями в виде кистей. Попона, науз и оголовье уздечки были
специально заказаны в Турции. Ослепительное облачение Фран­
циска, восседающего на прекрасном коне, упряжь которого была
поистине роскошной - все это должно было производить исклю­
чительно сильное впечатление на присутствовавших английских
и французских придворных.
Спустя некоторое время французский король выехал вперед
в сопровождении герцога Бурбонского, который держал обна­
женный церемониальный меч, а также лорда-адмирала Франции.
В этот момент Генрих приказал маркизу Дорсету вынуть свой
церемониальный меч из ножен и держать его вертикально. В
этой части текста следует обратить особое внимание на парал­
лельность процедуры обнажения мечей, символизировавших
королевскую власть и правосудие, таким образом, каждый из
государей подчеркивает свое величие и достоинство, прибегая к
помощи инсигний, Сцена самой встречи Генхира VIII и Францис­
ка 1 запечатлена и в отчете герольда'", Также в отчете отразилась
напряженность, царившая в английском и французском лагере!'.
Другой герольд (согласно этому документу, короли встретились
не 7 и не 8 июня, а 6 июня) подтверждает сведения Хроники и
приведенного выше сообщения его коллеги, упоминая ключевые
моменты этого события, такие как встреча государей с последу-
40 London, College of Arms, L.5 bis, f.118v: « ... ту lord marquies Dorset benige the
kinge Sword naked / In lykewyse the Duke of Bourbon beringe the frenche kniges
Sword ».
41 Ibid.: « at the tyme of the metinge of these two renomed princes ther was
proclamacions made оп bothe pties Ьу herauldes abd officers of Armes that every
compaigine shulde stand still the kinge of England with his compaignie оп the оп
side of the vale and the frenche king оп the other side of the vale in lykewyse, then
proclamiations made раупе of vethe that every сотрапу shuld still tyll the two
kinge did ryde downe the valley and in the bottom they mett ... ».

Встреча Генриха V]]] и Франциска]
79
ющим переходом в золотой шатер английского короля, а также
обоюдное обнажение государственных мечей'".
Затем заиграли барабаны, рожки и все другие инструменты,
и короли «спешились на землю долины Арда на глазах у обе­
их лацийэг". Государи встретились и обняли'" друг друга еще в
седлах, затем спешились, «после чего по-доброму обняли друг
друга в куртуазной манере с приятными и прекрасными привет­
ствиями, и после нескольких слов вместе отправились в роскош­
ный шатер из золотой парчи». Момент личной встречи государей
должен был продемонстрировать равенство королей по многим
позициям, включая статус, суверенный характер власти, состав
42 London, College of Arms, М.б bis, [. 8r.: «Нет оп the vi day of June which was the
Corpus xpi[Christi] day ther was appoyntement made thea the knig o[f] [England]
and the ffrench knige mett at а рlасе in the ffeld Almost in туlе from Genes in а
рlасе called the golden уайеу where it was appoynted оп both sides that they shuld
mete and in the mydle of the said уайеу the knig o[f] [England] commanded to Ье
set ур а tent of gold at the Richest of his awne and ther was ordeyued Alman of
ffrute that muzt Ье gotten and waffers and ypocras w[ith] oher wyne great plenty
for theym that wold done / And about iiii of the clok at the after noon аll gentlemen
and gentlemens shuute and аll the knige gard in the best cwte were comannded to
wayte vppon the knig eny made in order and when they сате to the syde of the said
уаllеу eny man stode in aray in length and in good order And the knige gard before
theym And lyke wise did the ffrench knige company. and they stode а fflight shot
а sondre our ptie and they is / and ffolk wher they were sett in aray were in length
more then in aptors of а туlе / and as they were thus in order the knig of [England]
сате down the уаllеу and saw where the ffrench king was comyng w[ith] а sword
drawen naked borne before Ьут / and when o[ur] king saw tha Ье comannded ту
10rd ajargues that bare his sword to drawe».
43 Hall Е. Chronicle. Р. 610. Герольд в своем отчете также сообщает о том, что
«where eure of the theim embraced other оп horsebake in great amytie and then
incontinent they lighted from their horses putting their horsse from theim and
embraced ether other with their capes in their hande ... ». (London, College of Arms,
L.5 bis, [.118 у.)
44 Объятия как символический жест, который обладает целым рядом смыслов,
имеет принципиальное значение для средневековой ритуальной культуры.
В частности, об объятиях как неотъемлемой части ритуала принесения омма­
жа пишет в своей работе Жак Ле Гофф, подробнее об этом см.: Ле Гофф Ж.
Другое Средневековье: Время, труд и культура Запада. Екатеринбург, 2002.
С. 211-263. Во время ритуала вассалитета вассал вкладывает руки в руки се­
ньора, тем самым символически обозначая превосходство сеньора. Однако
объятия, о которых нередко упоминают хронисты применительно к личным
встречам ренессансных монархов, свидетельствуют о желании продемон­
стрировать равенство суверенов и идентичность их статусов. Этот жест в оче­
редной раз выявляет противоречие между фактическим статусом монархов,
отношениями между странами и образом двусторонних отношений, который
государи стремятся создать у международной аудитории.

80
Е.Э. Караваева
свиты, богатство облачений и галантное поведение. Несмотря
на нерешительность и взаимные опасения, которые стороны
проявляли незадолго до встречи, она все же состоялась в бли­
стательном антураже, подчеркивавшем великолепие обоих го­
сударей и служившем средством демонстрации их власти. Од­
нако короли провели свою первую встречу в шатре английского
короля, где, как упоминалось ранее, было установлено тронное
место, и декорация которого была направлена на прославление
Генриха VIII.
Когда оба принца были в шатре, французский король якобы
сказал: «Мой дорогой брат и кузен, я приложил столько усилий и
отправился так далеко, чтобы встретиться лично, я поистине пола­
гаю, что ты уважаешь меня так же, как и я тебя. Я могу оказать тебе
помощь, ибо мое королевство и сеньории позволяют мне сделать
это». «"Сэр, - сказал король Англии, - я ценю не ваше королев­
ство и иные сферы вашей власти, но исполнение обещания и вер­
ность хартии, заключенной между вами и мной". На это Франциск
отвечал ему: "Я никогда не видел государя, которого мое сердце
могло бы любить больше. И ради вашей любви я преодолел моря,
прибыл на самую удаленную границу моего королевства, чтобы
лично увидеть вас"». И затем для обоих королей был накрыт пир,
после чего они с веселостью беседовали во время него и выка­
зывали друг другу свое расположенися'". Разумеется, эти диало­
ги полностью выдуманы Холлом, который не присутствовал при
встрече королей. Это подтверждает и отчет герольда, в котором он
перечисляет придворных как с английской, так и с французской
стороны, которые находились внутри шатра вместе с королями".
Холл стремился всячески подчеркнуть превосходство своих
соотечественников во всем, в частности, в манерах и умении
соблюдать дисциплину. «Английские служители шли и бежали к
45 Hall Е. Chronicle. Р. 610.
46 London, College of Arms, L.5 bis, f.118v. « ... After that they had comnyde together
а while their сате to wayte upon theim at the said pavilion to the nomber of хх
of the noblest men of bothe, ptyes where as was moche honnor and gret noblesse
at the mettinge of the saide noble men that is to saye one the kniges side сате the
Dulke ofBuckuigham, the Duke ofSuffolk, the Erle ofNorthumberland Therle of
Devonshier, and xi other lordes of the moste noblest of the Englishe partye, And
оп the frenche kinges ptie ther сате, The knig of Naveme, the Duc of Alencon,
the Duc of Vendosme, the Duke of of Lопаiп le conte de snt pol mons r de guys,
le grant seneschal de N ormendye, le grant maistre mons r ladmiral mons r de la
tremoulle, and ther ether of theim saluted other in the most honnorablest maner that
myght Ье done ... ».

Встреча Генриха V/// и Франциска /
81
французам с огромными кувшинами вина и чашами и предлагали
им все лучшее .. '. знатные люди в расположении англичан стояли
неподвижно, как и все остальные, и никто не сдвинулся с опреде­
ленного ему места ... французы же нарушили приказ, и многие из
них пришли на английскую сторону, ведя приятные разговоры, но,
тем не менее, английский двор и лорды строго придерживались
своего расположения.э"? Этот небольшой отрывок свидетель­
ствовал о напряженном внимании, с которым стороны следили
друг за другом, их стремлении превзойти друг друга и подметить
недостатки противной стороны.
Вторая встреча между Генрихом и Франциском состоялась
9 июня, когда проходил один из самых масштабных турниров за
все дни празднеств'". Переходя к теме турниров, необходимо от­
метить, что они были основным видом развлечений во время этой
встречи. Воинственные состязания демонстрировали междуна-
'-' '-' I
роднои аудитории величие государеи, поскольку рыцари являлись
воплощением мощи обоих государств, а также характеризовали
своего государя как достойного монарха, культивирующего кур­
туазные ценности при дворе. В подготовке к турниру в очередной
раз проявилось настойчивое соперничество между английской
и французской сторонами. Близ арены решено было установить
Древо Чести - французы считали, что будет несправедливо, если
оно будет располагаться ближе к английскому дворцу Гинь, неже­
ли к лагерю Франциска в Арде. Само поле имело размер 900 на
320 футов, было окружено рвом и валом, на противоположных его
концах имелись два входа, обрамленные триумфальными арками,
между которыми находилась арена, размер ее составлял пример­
но 240 футов в длину. Арену окружали подмостки для зрителей.
По обеим сторонам от главного входа, находившегося на стороне
Гини, располагались помещения, в которых короли могли обла­
читься в доспехи, комната Франциска находилась справа. Мотив
правой и левой стороны будет постоянно появляться в ходе под­
готовки к дальнейшим праздникам и турнирам. Согласно англий­
ским текстам, Генрих как в высшей степени гостеприимный хо­
зяин всегда отдавал более почетную правую сторону французам.
Казаться чуть более благородным, более щедрым и галантным -
все это представляется неотъемлемой частью репрезентации анг­
лийского короля во время встречи с Франциском.
47 Hall Е. Chronicle. Р. 610.
48 Ibid. Р. 611.

82
Е.Э. Караваева
На ветвях символического Древа Чссти''? висели щиты учас­
тников схваток, их расположение соответствовало порядк� в
котором герольды вызывали сражающихся. Само искусствен­
ное дерево было составлено из переплетавшихся боярышника
и малины - растений, символизировавших Генриха и Францис­
ка ". Свежие листья дерева были выполнены из дамасской ста­
ли, покрытой зеленой краской, а увядшие - из золотой парчи,
которая также украшала остов дерева - ствол, ветви и сучья.
Дерево было украшено цветами и плодами, покрытыми серебром
и золотом. Информация о Древе чести имеется и в документах
герольдов, согласно которым на него были водружены щиты с
гербами обоих королей.".
Разногласия возникли по вопросу о том, сколько рыцарей и
оруженосцев должны сопровождать каждого короля. Англичане
настояли на том, что, поскольку в свите Генриха их будет шесте­
ро, то у Франциска не может быть больше. Герольды долго пре­
пирались относительно того, чей щит должен быть подвешен на
дерево первым, и с какой стороны. Холл подчеркивает, что спор
разрешил Генрих, приказав отдать французам правую сторону,
а английские щиты поместить слева, явив пример истинно курту­
азного поведения.
49 Hall Е. Chronicle. Р. 611.
50 Ibid. Р. 611-612. «Saterdaia the ix daie of Iune in а palace within the Englishe
pale, were set and pight in а felde, called the сатре, two trees of much honor
the оnе called the Aubespine, and the other called the Framboister, which is in
English the Hathorne, which was Henry, and the Raspis berry for Fraunces, after
the significacion of the Frenche: these twoo trees were mixed оnе with the other
together оп а high mountaigne ... ». Боярышник, который выбирает своим симво­
лом английский король, в античной мифологии считался свадебным цветком
и был посвящен Гименею, Хлое, Гекате, Флоре и римской богине Майе, он
считался символом непорочности и целомудрия. В Англии боярышник на­
зывали «майским деревом», и его символика связана с празднованием нача­
ла весны, когда из цветов боярышника плели венки и укладывали их вокруг
дерева. Таким образом, Генрих выбирает в качестве символа растение, свя­
занное с одним из традиционных народных праздников. Малина, с которой
ассоциирует себя французский король, начиная с времен античности, стала
растением, обозначающим какое-либо невероятное событие особой важности,
это связано с тем, что именно в зарослях малины произошел суд Париса. Ве­
роятно, Франциск 1 хотел подчеркнуть, насколько важной он считал встречу с
английским монархом, однако, если снова обратиться к античной истории, это
растение могло намекать и на возможную войну между двумя странами.
51 London, College of Arms, L.5 bis, f.119r - « ... frydaye the ixth daye if Juen the two
kinges mett at the сатре wher at the tylte stode, and ther was set а goodly grene
tree wheroB the leveses were damaske, оп Saterday the armes of the said two kniges
were sett ироn the said tree in two sheldes ... ».

Встреча Генриха V]]] и Франциска]
83
1 О июня Франциска принимала в Гини английская королева,
а Генриха в Арде королева Франции=. Это первый пример прак­
тики «обмена дворами», которая широко применялась во время
встречи на Поле Золотой Парчи и составляла существенную часть
политики «соперничества в гостеприимстве». Основной целью
этих обменов было стремление превзойти противную сторону в
великолепии приема и галантности манер. Устроенные сторона­
ми банкеты не уступали друг другу в роскоши и великолепии.
Пиры сопровождались музыкой и танцами, однако в Гини бал
начался не раньше, чем Франциск поцеловал каждую из англий­
ских дам, о чем сообщается и в документах герольдов 53 . На этот
раз более величественным и изысканным выглядел король Фран­
ции. Несмотря на все расположение, выказываемое Генриху и его
рыцарям, Франциск не преминул напомнить англичанам о своих
недавних победах, которые были одной из причин начавшегося
англо-французского сближения.
Готовясь к встрече с Франциском 1, английский монарх стре­
мился закрепить в сознании придворных своего соперника идею
о собственном величии и достоинстве. До нас дошла книга рас­
ходов Генри Гилфорда", главы королевского Арсенала, который
вел переговоры с французской стороной относительно характе­
ра вооружения, необходимого для проведения турнирных боев,
запланированных на следующий после взаимных приемов день.
Под личным контролем Гилфорда в Тауэре в течение нескольких
дней были отобраны полторы тысячи копий, тысяча мечей для
52 London, College of Arms, М.6 bis, f. 9r: «Нет оп the Sonday the xth day of June /
the knig dyned at Ard w[ith] the quene of ffrance / and the ffrench knig dyned at
Genes w[ith] the quene of England and the ffrench quene».
53 London, College of Arms, L.5 bis, f.119r: « ... swift or that he did dance he went
from one ende of the chamber to the other оп bothe the sydes and with his саре
in his hand and kyssed the ladys and gentylwemen оп after an other, sauyng iiii or
v that were olde and not fayre standing together ... ». М.6 bis, f. 9r. «the knig and
bothe the queens dyned to geher at one table where they were hono[r]ably sited? /
Item w[ith]out the gate is а goodly condyte made which at the knuge comyng stand
wyne great plente and at his goyng in lyke wyse and оп the toppe ofthe said condyte
is stondyng in porture а тап stampyng grapes w[ith] а сир of gold in his same hand
and а pot of gold in thoher hand and he is пате is Baccus 10rd of the vynes and
that paranut stouv оп the one syde of the gate and оп the oher syde sronde cupydo
the goddesse w[ith] an arow in l1er hand / blynd seld». В отчете второго герольда
мы находим упоминание об очередном примере обращения к античным моти­
вам во время организации придворных развлечений для французского короля.
В этом отчете также присутствует интересная деталь - согласно его сведени­
ям, в этот день французский король ужинал с обеими королевами.
54 NA, Е. 36/9.

84
Е.Э. Караваева
поединков верхом, 600 двуручных мечей, 100 тяжелых мечей и
еще 400 для пеших боев. Часть оружия была специально заказана
во Фландрии и Германии.: Французы настаивали на оружии, обла­
дающем большей поражающей способностью, а англичане - на
более гуманных видах вооружения. Б своем донесении Бингфилд,
английский посол во Франции, указывал Генриху на высокую веро­
ятность большого количества смертей при использовании вооруже­
ния, которому отдавали предпочтение французьг", ввиду большого
скопления рыцарей, желающих проявить храбрость и продемон­
стрировать собственное мастерство. Наконец, был принят ряд ог­
раничений, дабы не допустить излишнего кровопролития - в пра­
вилах были> обозначены три вида допустимых схваток: рыцари
могли биться на копьях, сражаться верхом и проводить пешие пое­
динки у барьеров. Несмотря на отказ от такого опасного вида ору­
жия, как двуручные мечи, раны от которых в большинстве случаев
были смертельными, в ходе поединков один французский рыцарь
все же погиб, сражаясь со своим братом. Этот эпизод, с точки зре­
ния англичан, должен был бы ПР"одемонстрировать различие меж­
ду истинной английской рыцарственностью и самоуверенностью
французов, которая в итоге привсла к плачевным результатам.
11 июня посдинки " (герольды в своих бумагах упоминают о
том, что в этот день Франциск 1 в первый раз сам сражался на
11
55 Letters and Papers, Foreign and Domestic of the Reign of Henry Уlll. У01. 111.
N� 807.
56 Интересные сведения о турнирах, проводившихся в этот день, содержатся в
отчете герольда. В частности, в документе London, Co11ege of Arms, М.б bis,
f. 9r говорится о том, что оба короля переодевались в особых расписанных дере­
вянных павильонах, построенных английской стороной специально для госу­
дарей. Павильоны были идентичными и богато украшенными, они были еще
одним жестом великодушия и щедрости, с которым Генрих Уl11 обращался к
французскому королю, желая поразить его и тем самым победить в противо­
стоянии гостеприимства. Кроме того, английский государь уступает Францис­
ку право первым выступить на турнире во главе группы французских рыца­
рей. Этот акт также был демонстрацией куртуазного поведения Генриха У111
и очередным подтверждением его образа короля-рыцаря. «Нет оп Sonday the
xith day of June began the Juste at а р1асе ca11ed the сатр ii ту1е from Genes /
where both the knige met at ii of the c10k at the after попе / where was set ур а ty1t
made а11 of tymber / And оп the Right hand of the comyng to the ty1t was а hous
made а11 of bords paynted which was for the ffrench kyng and оп the 1efte hand
was the knig o[ur] masters hous in 1yke шапег w[ith] а pavi1[i]on ofRusset ve1wet
and c10th of g01d c10wd1y veseruered w[ith] 1etters опе into another / And ther they
armed theymse1f sevally as cha11engers / the ffrench king having оп his ptie before
Ьут se1f хН p[er]sones апеп of armes / and the king o[f] Eng1and oher xii and so
1ike as а поЫе King o[f] Eng1and sufferd the ffrench knig to Ronne the ffurst».

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
85
турнире'") чередовались с более интеллектуальными занятиями,
в частности, с живыми картинами, которые должны были внести
разнообразие и некоторое умиротворение в отношения сторон,
будучи традиционным для ренессансных дворов времяпрепро­
вождением, а также эффективным способом выражения разнооб­
разных идей. Однако и в этом случае представления, устроенные
сторонами, не только демонстрировали богатство интеллектуаль­
ной жизни дворов, но и преследовали еще одну цель - превзойти
друг друга.
13 июня решено было заняться борьбой" и стрельбой из лука,
в чем Генрих показал себя непревзойденным. Воодушевленный
собственной победой, английский король сразу же согласился на
предложение Франциска бороться один на один. Генрих поверг
Франциска на землю, последний хотел продолжать, однако при­
шло время ужина, и состязание было прервано. На следующий
день Франциск надел черную повязку, дабы закрыть поврежден­
ный глаз. В отчете герольда содержится рассказ о еще одной не­
удаче французского короля в поединке с графом Девонширским ".
17 июня .. Франциск решил без предупреждения нанести ви­
зит Генриху, представившись его пленником. Признание почет­
ного плена традиционно считалось знаком особого уважения к
победителю, однако в этом случае действия французского коро­
ля выглядят как искажение смысла этого символического жеста,
поскольку он наносит свой визит без предупреждения, что само
по себе было из ряда вон выходящим событием - все встречи го­
сударей тщательно согласовывались, а пушечные залпы служили
сигналом для отправления и возвращения королей из резиденций
друг друга. И даже ирония, с которой Франциск говорил о своем
поражении, была исклю�ительно внешней - он был по-настояще­
му уязвлен победой Генриха, так как его падение в бою означало
возвышение Англии во время этой встречи. Вечером того же дня
Генрих отправился в Ард, Франциск - в Гинь, где их ожидали
57 London, College of Arms, L.5 bis, [. 119r. «the frenche king also Brake шапу stares
but not so шапу as th king of England».
58 Hall Е. Chronicle. Р. 613-614.
59 London, College of Arms, L.5 bis, [.119у: « ... that day саше therle ofDevonshier
with his bande Richely appareilled with clothe of golde of tyssu and clothe of
silver Richely embrowderyd ироп the same and аll his сошрапу in lykewyse, the
frenche knig and therle of Devonshier ran so fersly togethers that bothe their staves
broke lyke поЫе and valiant шеп of Armes and so thay гапе [иll eyght courses, the
frenche knig brake iii staves and the Erle broke х staves and gave two taynte and
brake the frenche kniges nose ... ».

86
Е.Э. Караваева
роскошные пиры, танцы и маскарад. Рассказ Холла о символиче­
ском плене Франциска и последовавшем за этим банкете подтвер­
ждает и отчет герольда'".
Во время пира Генрих и его свита представили три вида кос­
тюмов - первая группа облачилась в восточные одежды, вторая - в
римские тоги из голубого шелка, на которых было вышито «про­
щай, молодость». Костюмы третьей группы, в которую входил ко­
роль, из золотой парчи были отделаны белым шелком и полоска­
ми зеленой шелковой тафты. Их лица скрывали маски с бородами
из чистого золота'". Во время всех балов и маскарадов Генрих
отдавал предпочтение золотому цвету, призванному подчеркнуть
его величие и доблесть, а белый и зеленый были традиционными
геральдическими цветами Тюдоров.
На следующей неделе были проведены заключительные тур­
ниры - сражения верхом на мечах и у барьеров. Встреча монархов
завершилась совместным торжественным богослужением, кото­
рое прошло в специально сооруженной близ арены для турниров
деревянной капелле. В центре помоста, стоявшего на возвышении,
располагался алтарь с иконами в серебряных окладах, золотыми
подсвечниками, чашами, распятием, украшенным драгоценными
камнями, все это было на время привезено из королевской молель­
ни во временном дворце. 23 июня Вулси провел мессу - епископы
помогали ему облачаться, а чашу с водой он принял из рук самых
благородных рыцарей Англии. Это событие отмечено и в манус­
криптах герольдов'<. Первый псалом спели английские хористы,
60 London, College of Arms, L.5 bis, f.119v: « ... Sonday the xviii daye of Juen, the
frenche knige сате to the mornynge sodeynly in to the Castell of guysnes with
а fewe of hos compaigne where Ье mett with the knige of England in the mydell
of the gret court, within the Castell his coming was bycause the knig should not
suppose that the frenche knig shuld not mystruste him, and ther ether Inbraced other
in armes lovingly with their capes in their hande then the frenche knig said unto the
knig our master, 1 ат соте into yo[ur] strong gold and castell to yelde те yo[ur]
prysonnyer if уе will, at whiche tyme the kniges grace set the frenche knig оп his
right hand and went in the new bancqutyng house, wher as they passyd the tyme the
same daye, the frenche knig dyned with the queen of England and the knige grace
with his сотрапу dyned with the frenche queen at Arde whiche did Ryde thether in
maske and so сате home again at nyght in the same appareill ... ».
61 HaZl Е. Chronicle. Р. 615.
62 London, College of Arms, L.5 bis, f.120r. « ... Saterday xxiiii daye of Juen was set
ир at the Сатре а large and а goode chapel whiche was Rychely behangyd and
garnysheyd with dyvers sayntes and Reliques whiche сЬарреll was buylded and
garnyshed at the king our masters costes with the appartenances in whiche сЬарреll
ту lorde cardynall sang lnasse of the holy gost benig present the kniges the queens

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
87
второй - французские, кроме того, было решено, что англичанам
должен аккомпанировать французский органист, а французам,
соответственно, английский.
24 июня было последним днем встречи монархов, Генрих от­
правился а Ард, а Франциск - в Гинь. В обоих дворцах в этот день
награждали победителей турниров, а короли и королевы обмени­
вались подарками. Генрих и его свита на этот раз разделились
на четыре группы, члены каждой из которых были облачены в
разные костюмы, но придворных больше всего поразили девять
англичан, которые были одеты, как античные герои, впереди же
шел Геракл. Он был облачен в серебряную тогу, на которой пур­
пуром было вышито: «В женщинах и детях мало уверенности».
Его голову украшал венок, выполненный из дамасской стали -
листья винограда и боярышника были выкрашены в зеленый
цвет. В руке Геракл держал палицу со множеством шипов, спина
его была покрыта львиной шкурой, на его ногах были золотые
сандалии. Сопровождавшие Геракла также были в роскошном об­
лачении - одни в одеянии из золотой парчи, другие - с золотыми
бородами'". Холл сообщает о том, что за Гераклом следовали еще
несколько масок - Гектор, Александр и Юлий Цезарь, затем Да­
вид, Иосиф и Иуда Маккавей, и, наконец, Карл Великий, Артур
и Готфрид Бульонский. Таким образом, эта процессия представ­
ляла собой своеобразный «парад» величайших героев древности,
знаменитых полководцев греко-римского мира, библейских вои­
телей и выдающихся героев средневековой истории, в один ряд с
которыми был поставлен английский король. Об этом последнем
дне встречи Генриха VIII и Франциска 1 упоминают и героль­
ДЫ, они, так же, как и Холл, отмечают, что основой для масок, в
которые в этот день облачились англичане, послужили мифы о
and аН the genti1s nobles and estates aforsaide at whiche masse ther were that
dyd mynyster xxi buschopes in pontificall and iii cardynaHes and опе 1egat under
опе Сютпе of estate at the whiche masse ther was iii kinge and iii Quenes with
dyvers and тапу поЫе estates at the said masse ту [оп! Cardinall did wasshe iiii
tymes ... ».
63 Проблемы, связанные с придворной драмой и придворными представлени­
ями в эпоху Генриха VIII и их влиянием на политику Англии в этот период,
являются предметом исследования нескольких работ Грега Уокера: Walker G.
P1ays of Persuasion: Drama and Po1itics in the Reign of Henry VIII. Cambridge,
1991; Idem. Tudor Drama: The Po1itics of Performance. Cambridge, 1998, а также
статьи Кокса, в которой он обращается непосредственно к теме придворных
масок: Сох J.D. Henry VIII and the Masque // Eng1ish Literary History. 1978. Уо1.
45, N 3. Р. 390-409.

88
Е.Э. Караваева
Геракле'". Генрих использовал античные мотивы, которые долж­
ны были подчеркнуть великолепие его двора, богатство и статус
его государства и послужить на благо его собственной репрезен­
тации в качестве блестящего монарха, отдающего дань уважения
как куртуазным традициям Средневековья, так и современным
ему ренессансным веяниям в придворной культуре.
Когда пришло время возвращаться в Ард и Гинь, монархи
встретились, чтобы попрощаться. Они договорились построить
церковь и дворец на общие средства, чтобы их встречи были бо­
лее частыми - и это была единственная договоренность, достиг­
нутая после трех недель взаимных развлечений, после встречи, к
которой готовились почти три года.
Подводя итоги этой великолепной встречи, можно констати­
ровать, что в сфере дипломатии она не принесла тех результатов,
на которые рассчитывали стороны, несмотря на то, что ее поли­
тическим итогом стало подписание договора, текст которого был
согласован в первые дни встречи кардиналом Булси и Гильомом
Гуффье. Стороны пришли к соглашению о размере выплат, ко­
торые должны были осуществляться Франциском 1 английскому
королю. Б документе также содержалась договоренность о бра­
ке между принцессой Марией и дофином Франции, кроме того,
Франция была определена посредником в урегулировании конф­
ликта между Англией и Шотландией. Однако договоренность об
англо-французском брачном союзе уже была отражена в догово­
ре, заключенном сторонами в октябре 1518 г., поэтому договор,
подписанный во время встречи 1520 г., возможно рассматривать
в качестве обновленного варианта уже достигнутых договорен­
ностей. Объяснение подобному исходу встречи следует искать,
прежде всего, в том, что внешнеполитические цели Англии и
Франции противоречили друг другу.
Несмотря на то, что встреча монархов стала результатом
постепенного сближения Англии с традиционным соперником,
64 London, College of Arms, L.5 bis, ff.120r - 120у. Sondaye the ххх daye of Juen
the frenche knig dyned at the guysnes with the queen of England, accompanyd
with xxxiii lordes and more besides ladyes and gentilwemen whiche were agret
nomber whiche were appareled in Masknig clothes with wysardes оп thrir faces
gorgousley Ье sone and lyke wyse at the same tyme the knige of England dyned
with the frenche Quene at Ardes with xllordes ladyes and gentelwemen specyally
his owne Naturall syster Магу the frenche queen Dovgier of France, whiche the
Duke of Bourbon like а N оЫе prince desired and did serve her grace of her сире
with аН honour and Reverence to him possible whiche lordes and ladyes were
richely appareilled in maskinige clothes of clothe of tyssu clothe of gold and clothe
of silver, and in the story ofthe knige maske was the lyfe ofHercules ... ».

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
89
мотив противостояния оставался ключевым для всей системы
публичных церемоний и жестов, сопровождавших встречу Генри­
ха VIII и Франциска 1. Поскольку тема соперничества и желания
превзойти другую сторону определяла характер всех придворных
празднеств, имевших место во время встречи государей, происхо­
дившее можно по праву назвать «соперничеством в гостеприим­
стве», в роскоши и куртуазности.
В репрезентации обоих государей был задействован широкий
спектр средств. Монархи активно прибегали к «политике архи­
тектуры». Программы декорации временных дворцов были на­
сыщены антикизированными мотивами, а также аллюзиями на
библейские темы. Наряду с этим, в репрезентации королевской
власти в англо-французских отношениях особое место по-пре­
жнему занимает «политика ристалища», призванная представить
Генриха и Франциска как первых рыцарей Европы.
Для демонстрации мощи, богатства и величия английского
короля используются традиционные формы репрезентации - тор­
жественные процессии, инсигнии и гербы, пышная свита госу­
даря, богатые одеяния и доспехи. Тема золота и золотого цвета
доминирует как во внутреннем убранстве временных резиденций
монархов, так и в одеждах государей и придворных. Присутствие
золота практически во всем, что окружало участников встречи,
произвело на современников сильное впечатление и осталось в
исторической памяти обоих народов, запечатленное в названии
встречи на Поле Золотой Парчи.
Влияние ренессансной культуры проявилось в появлении темы
антикизированных триумфов и трофеев в декорации временной
резиденции Генриха VIII, в обращении к образу Геракла, который
король начинает активно использовать в своей репрезентации. Од­
нако античные образы сосуществовали со средневековыми хри­
стианскими: зрителям были явлены триады античных, библейских
и средневековых исторических персонажей - архетипы героев,
которым уподоблялись короли Англии и Франции. На этом эта­
пе в программных живых картинах, призванных про славить Ген­
риха VIII как благочестивого христианского монарха, а также в
оформлении интерьеров дворца впервые появляется тема Давида,
которая станет одной из доминирующих после Реформации.
В 1520-х годах в репрезентации Генриха VIII зримо присут­
ствует «имперская тема». В исторической литературе декларатив­
ное заявление об «имперском» характере английской короны обык­
новенно связывают с эпохой Реформации и Актом об апелляциях

90
Е.Э. Караваева
1533 г. Однако, как показывает исследуемый материал, в сфере
международных отношений этот мотив появился задолго до Ре­
формации. Как традиционная вражда, так и временное сближение
с Францией служили катализатором в формировании «имперской
идеи» на английской почве.
БИБЛИОГРАФИЯ
London, College ofArms, L.5 bis, ff. 114-121, М.l bis, ff. 31-35v, М.6
bis, ff. 7-12v, М.6 bis, ff. 67-74v, М.9, ff. 1-7.
London, The Nationa1 Archives, Е. 36/9, Е 30/817А, Е 30/831,
Е 30/847А.
Archives Nationa1es de France (Paris) Serie J 650 В Х218, J 920 Х230.
Bibliotheque Nationa1e de France (Paris), MS FR. 10 383.
Ле Гофф Ж. Другое Средневековье: Время, труд и культура Запада.
Екатеринбург, 2002.
Аапета« J. Aretino:Artistic Adviser to Francis // Journa1 ofthe Warburg
and Courtau1d Institutes. 1954. Vo1. 17, Х2 3/4. Р. 311-318.
Anglo S. Spectac1e, Pageanty and Ear1y Tudor Po1icy. Oxford, 1969.
Biddle М Nicho1as Bellin of Modena: An Ita1ian Artificer at the Court
of Francis 1 and Henry VIII / / Journa1 of British Archaeo1ogica1 Association,
зrd series. 1996. Х2 29. Р. 106-121.
Blunt А. Art and Architecture in France, 1500-1700. Harmondsworth,
1957.
Blunt А. L'influence francaise sur 1'architecture at 1а scu1pture deco­
rative en Ang1eterre pendant 1а premiere moitie du XVI siec1e // Revue de
1'Art. 1969. Х2 4. Р. 17-29.
Ca1endar of State Papers, Venetian / Ed. Ьу R. Brown, С. Bentinck,
Н. Brown. 6 Vo1s. L, 1864-1898. Vo1. 111.
Calnpbell т.Р. Henry VIII and the Art ofMajesty: Tapestries at the Tudor
Court. New Haven, L., 2007.
Campbell т.Р. Schoo1 of Raphae1 Tapestries in the Collection of Henry
VIII // The Bur1ington Magazine. 1996. Vo1. 138, Х2 1115. Р. 69-78.
Campi conuiuii atque 1udorum agoniscitorum ordo modus atque descrip­
tio. Р., 1520.
Сох J.D. Henry VIII and the Masque // Eng1ish Literary History. 1978.
Vo1. 45, Х2 3. Р. 390-409.
Cox-Rearick J. The Collection of Francis 1: Roya1 Treasures. Antwerp,
1995.
Elam С. Art in the Service of Liberty: Battista della РаНа, Art Agent
for Francis 1// 1 Tatti Studies: Essays in the Renaissance. 1993. Vo1. 5.
Р.33-109.
Giry-Deloison С. 1520 Le Сатр du drap d'or: The Fie1d ofthe C10th of
Go1d: La rencontre d'Henri VIII et de Francois 1. Р., 2012.

Встреча Генриха VIII и Франциска 1
91
На!! Е. Chronicle: The vnion of the two noble and il1ustre famelies of
Lancastre and Yorke. L., 1548.
Heydenreich L.H. Leonardo da Vinci, Architect of Francis 1 // The Burl­
ington Magazine. 1952. Уоl. 94, N� 595. Р. 277-285.
Knecht R.J. Renaissance Warrior and Patron: The Reign of Francis 1.
Cambridge; N.Y., 1994.
Knecht R.J. The Valois: Kings ofFrance 1328-1589. L., 2004.
Letters and Papers, Foreign and Domestic of the Reign of Henry VIII.
21 Vols. L., 1867. Уоl 111 / Ed. Ьу J.S. Brewer.
L'ordonance et ordre de tournoy joustes et combat а pied et а cheval
fait а l'entrevue des Rois de France et d'angleterre, et des Reines leurs саm­
pagnes а Calais. Р., 1520.
Метпопев du шагеспа! de Florange, dit lе Jeune Adventureux. Р., 1913-
1924. Уоl. 1-11.
Massie А. Les artisans du Саmр du Drap d'Or (1520): culture materielle
et representation du pouvoir // Епсусl0. Revue de l'есоlе doctorale ED 382,
2.2013. Р. 55-79.
Ме!!еn Р. Jean Clouet. N.Y., 1971.
Richardson G. Good Friends and Brothers? Francis 1 and Henry VIII //
History Today. 1994. N� 9. Р. 20-26.
Richardson G. Renaissance Monarchy: The Reigns of Henry VIII, Fran­
cis 1 and Charles У. Oxford; N.Y., 2002.
Richardson G. The Field ofthe Cloth ofGold. New Haven; L., 2013.
Russe!! J. с. The Field of the Cloth of Gold: Меп and Manners in 1520.
L.,1969.
Strong R. Splendor at Court. Renaissance spectacle and illusion. L.,
1973.
The Chronicle of Calais, in the Reigns of Henry VII. And Henry VIII. То
the year 1540 / Ed. Ьу J.G. Nichols. L., 1846.
Thurley S. Henry VIII and the Building ofHampton Court: А Reconstruc­
tion of the Tudor Раlасе // Architectural History. 1988. Уоl. 31. Р. 1-57.
Thurley S. The Royal palaces of Tudor England: Architecture and court
life 1460-1547. New Haven; L., 1993.
Ti!!ey А. Humanism under Francis 1 // The English Historical Review.
1900. Уоl. 15, N� 59. Р.456-478.
Walker G. Plays ofPersuasion: Drama and Politics in the Reign ofHenry
VIII. Cambridge, 1991.
Walker J. Tudor Drama: The Politics of Performance. Cambridge, 1998.

ДОЛЖНОСТНЫЕ ЛИЦА В ГОРОДЕ
УДК 94(460)"13/14": :Сарагоса
МК. Караулова
ИНСТИТУТ ПРИСЯЖНЫХ В САРАГОСЕ
СОГЛАСНО МУНИЦИПАЛЬНЫМ ПОСТАНОВЛЕНИЯМ
XIV-XV ВЕКОВ
в статье анализируются муниципальные постановления XIV-XV вв., регулиру­
ющие систему городского управления в Сарагосе, с целью определить то место,
которое занимал в ней институт присяжных. Исследование изменений, произо­
шедших в порядке избрания, составе и полномочиях присяжных на протяжении
столетия, позволяет понять общее направление развития этого института и соот­
нести его с целями и задачами, которыми руководствовались арагонские короли
в их политике по отношению к городам.
Ключевые слова: Сарагоса, муниципальные постановления, местное право, при­
сяжные, капитул и консехо, короли Арагонской короны.
Одной из важнейших задач королей Арагонской короны в
ХIУ-ХУ вв. было упорядочивание системы территориального
управления, и поэтому городские институты власти нередко ока­
зывались в центре их внимания. Изучение этого процесса сохра­
няет свою актуальность и сегодня. Исследуя развитие городских
институтов, разграничение королевской и муниципальной юрис­
дикций на местном уровне, мы имеем возможность проследить
реализацию целей и задач, которые ставили перед собой правите­
ли Арагона в своей внутренней политике.
Арагонская корона - политическое объединение различных зе­
мель и королевств, своеобразная «средневековая конфедерация»,
сложившаяся в Западной Европе в ХII-ХIII ВВ., простиралась от
северо-восточных областей Испании до юга Италии. Города, рас­
полагавшиеся на ее территории, при всем многообразии их про­
исхождения, статуса, исторически сложившейся экономической и
политической роли, оказались вовлечены в сферу власти одного
монарха, который, с одной стороны, стремился установить в них
угодную ему систему управления, но в то же время не располагал

Институт присяжных в Сарагосе
93
достаточными ресурсами, чтобы сделать это прямо, ЧТО вынуж­
дало его мириться с существующими порядками, закрепленными
в системе местного права его предшественникам, или же искать
возможность обойти их.
Сарагоса, которая является предметом рассмотрения в дан­
ной статье, хотя и не может считаться универсальной моделью,
демонстрирующей динамику в отношениях между королевской и
местными городскими властями, является ярким примером раз­
вития институтов городского самоуправления под воздействием
как внутренних процессов, так и навязанной им извне воле ко­
роля. Этот древний и богатый город королевства Арагон, «ядра
конфедерации», с момента своего возвращения под власть хрис­
тианских правителей в 1118 г. занимал важное место в политичес­
кой и экономической жизни королевства. Как центр торговли он
несколько уступал Барселоне и Валенсии, однако на протяжении
нескольких веков оставался местом коронации .. арагонских коро­
лей, а также чаще других арагонских городов принимал в своих
стенах собрания Кортесов. Это значительно усиливало те связи,
которые существовали между городом и королем, который часто
посещал Сарагосу и нередко подолгу в ней оставался. На протя­
жении почти двух веков после отвоевания город передавался от
одного сеньора к другому, а в начале XIII в. был включен в состав
земель, подвластных только королю". О развитии институтов мес­
тного самоуправления в Сарагосе свидетельствуют" документы,
связанные с дальнейшей историей города, в которых важное мес­
то занимают правила назначения и регулирования функций долж­
ностных лиц из числа городских жителей. Все эти нормы начина­
ют фиксироваться не только в грамотах и привилегиях, но также
и в муниципальных постановлениях (ordenanzas, ordenaciones).
Вместе с городскими фуэро2 И привилегиями эти постановле­
ния составляли комплекс местного права, характерный для всех
королевств средневековой Испании, который регулировал внут­
ренний уклад жизни города и механизмы его взаимодействия с
королевской и сеньориальной властью. Они могли создаваться
1 Подробнее СМ.: Веипап. А., Lacarra J. М, Canellas А. Historia de Zaragoza.
Zaragoza, 1976. Уо1. 1: Edades Antigua у Media.
2 Свод местных законов, являющийся результатом соглашения между городской
общиной и королем или сеньором, в котором могли фиксироваться границы
территории, относящейся к городу, права и свободы, которыми пользовались
его жители, в том числе фискальные льготы, нормы уголовного и администра­
тивного права.

94
МК. Караулова
как по указу короля, так и самим органом местного самоуправ­
ления, советом консехо ', или сеньором города с последующим
подтверждением их королевской властью. По справедливому за­
мечанию М.А. Ладеро Кесады", городские постановления отли­
чались от фуэро по нескольким признакам. Во-первых, в отличие
от фуэро в них почти никогда не содержались сведения о приви­
легиях и свободах города и общие правовые нормы, а излагались
в основном конкретные указания относительно порядка избрания
и функционирования должностных лиц, управления городским
хозяйством, взимания налогов и Т.Д. Во-вторых, В силу узко спе­
циального характера содержащихся в них норм, городские поста­
новления были ориентированы на применение прежде всего в той
местности, для которой они были созданы, и отвечали существу­
ющим историческим условиям, тогда как более общие положения
фуэро могли применяться к целому ряду городов на протяжении
нескольких веков. Если создание городских фуэро приобрело
широкое распространение еще в XI-XII ВВ., во время заселения
земель, отвоеванных в период Реконкисты, то муниципальные
постановления впервые появились на территории Пиренейского
полуострова только в XIII в. и являлись дополнением к уже су­
ществующему комплексу местных фуэро и привилегиЙ .. Развитие
местного права Сарагосы полностью вписывалось в указанную
схему: первые фуэро ей даровал король Арагона Альфонсо 1 Во­
итель в 1118 г. после отвоевания города у мавров, а первые му­
ниципальные постановления для нее были созданы в 1271 г. при
короле Хайме 1.
Система управления, сложившаяся в Сарагосе в ХУ в., по­
дробнейшим образом изучена и описана в работах испанской
исследовательницы м.и. Фалкон Перес5• Наибольшее внимание
она уделяет второй половине ХУ столетия, тогда как предшест-
3 Совет городской общины, членами которого изначально выступали все пол­
ноправные жители города. Мог представлять собой собрание всех указанных
горожан или же ограниченного числа их представителей и муниципальных
должностных лиц.
4 Ladero Quesada МА. Las ordenanzas [осагев: siglos Х111 а ХУ111 // Еп lа Espafia
medieval. 1998. N° 21. Р. 306-307.
5 Например: Falc6n Рекег МI. Organizaci6n municipal de Zaragoza еп еl sigl0 ХУ.
Соп notas асегса de 10s origenes del regimen municipal еп Zaragoza. Zaragoza,
1978; Eadem. Еl patriciado urbano de Zaragoza у lа actuaci6n reformista de Fernan­
do 11 еп еl gobierno municipal / / Aragon еп lа Edad Media. 11. Estudios de Economia
у Sociedad (siglos Х11 аl ХУ). Zaragoza, 1979. Р. 245-298; Eadem. Zaragoza еп еl
sigl0 ХУ. Zaragoza, 1981.

Институт присяжных в Сарагосе
95
вующий период описан очень кратко, что делает необходимым
обратиться именно к нему, чтобы лучше понять масштабы и
значение тех перемен, которые произошли в этом городе к концу
Средневековья.
Наиболее важными'' из должностных лиц, существовавших в
Сарагосе, в муниципальных постановлениях названы присяжные
(jurados)7. Именно собрание присяжных выступало адресатом в
большинстве королевских грамот и посланий, направляемых в
город, от его имени оглашались важные распоряжения, регулиру­
ющие внутригородскую жизнь. С целью установить, какую роль
играл этот институт в управлении Сарагосой, в данной статье бу­
дет рассмотрена эволюция процедуры избрания присяжных, их
состава, функций и характера взаимодействия с другими муници­
пальными должностными лицами в течение одного века, с 13 11 г.
до 1414 г., когда, как уже было сказано, происходило активное
развитие органов местного управления и были созданы одни из
самых подробных муниципальных постановлений для этого го­
рода в период Средневековья.
Институт присяжных был известен в Сарагосе с XII в. (хотя
само название закрепляется лишь веком позже), когда Альфонсо
Воитель в дарованной городу так называемой «Привилегии двад­
цати» (1129 г.) постановил избирать из числа жителей двадцать
человек, которые должны были управлять городом и заботиться о
соблюдении городских фуэро8. В течение последующего века чис­
ло и функции присяжных не оставались неизменными, и только
в 1272 г. король Хайме 1 установил ежегодное избрание в городе
двенадцати присяжных, состав которых должен был обновляться
путем прямого назначения новых представителей их предшест­
венниками". Однако в документах этого периода периодически
6 Ordenanzas otorgadas а la ciudad de Zaragoza рог el rey de Arag6n Femando 1// Falc6n
Регез M.I. Ordinaciones reales otorgadas а la ciudad de Zaragoza еп el siglo ХУ De Fer­
nando 1 а Femando 11. Zaragoza, 2010. Р. 43: «El orden propuesto nos amoniesta apres
que ordenado havemos quantas е quales personas е еп quienta forma sian еп los officios
а regimiento de la ciudat е administracion de los bienes de aquella puestos, declarar cada
huno еп el officio а que asumpto sera еп quienta manera se deve ехегспаг, entre los quales
сото а mas principales se nos ofJrescen los jиrаdоs».
7 От лат. iurare - приносить клятву, присягать.
8 Мийог У Romero Т. Colecci6n de fueros municipales у cartas pueblas de los reinos
de Castilla, Leon, Corona de Arag6n у Navarra. Madrid, 1847. Vol. 1. Р. 452-453.
9 Cabanes Ресоиrt MD. Documentos de Jaime 1 relacionados соп Arag6n. Zaragoza, 2009.
Р. 221, doc. N 240: «Noverint universi quod nos Iacobus, Dei gracia rex Aragonum ...
ad сотипет utilitatem tocius universitatis seu concilii civitatis Cesarauguste, damus

96
МК. Караулова
упоминается иное число присяжных города Сарагосы, что может
служить доказательством отсутствия тогда устойчивой формы
существования этого института.
Постановления короля Хайме 11 (1291-1327), оглашенные в
1311 г. и призванные положить конец беспорядкам и путанице,
устанавливали ежегодное избрание в Сарагосе двенадцати при­
сяжных по городским приходам. В том же документе король впер­
вые закреплял деление города на пятнадцать приходов, девять из
которых считались большими (parroquias mayors), а остальные
шесть - малыми (parroquias menores). Выборы присяжных долж­
ны были проходить В августе, в праздник Успения Богоматери,
что оставалось незыблемой традицией вплоть до 1414 г. Снача­
ла жители каждого прихода выбирали кандидатов на пост при­
сяжного: два от каждого большого прихода, и один - от малого.
Для каждого из кандидатов создавался жребий: кусочек пергаме­
на с его именем, который заключался в круглую форму из воска.
Эти жребии от каждого из приходов доставлялись в дом у мос­
та (domum pontis, Casas deZ Puente), традиционное место собра­
ния консехо!", Выборы должны были проводиться В присутствии
присяжных, избранных годом ранее, путем вытягивания жребия:
первый встреченный на улице мальчик младше десяти лет дол­
жен был вытянуть из чаши с водой, куда помещали все жребии,
двенадцать из них. Те кандидаты, чьи имена выпадали таким об­
разом, становились новыми присяжными. Вслед за этим точно
таким же способом замещались остальные важные должности в
системе городского управления: двух альмутасафов (aZmudacaj)ll,
городского майордома+ (maiordomus civitatis), смотрителя мос­
тов (pontinarius), городского прокурадора (procurator generaZis
civitatis)13 и смотрителя городских стен (operarius murorum).
et concedimus vobis, fidelibus nostris, probis hominibus et toti concilio predicte civitatis
Cesarauguste, presentibus, videlicet, et futuris, ас eciam statuimus quod de сетего in
perpetuum sint XI! iurati in dicta civitate Cesarauguste, ipsis Ьепе et fideliter in ipso officio
se habentibus; qui quolibet аnnо mutentur in festo Beate Marie medietatis mensis augusti:
et dicti iurati in fine anni eligant et eligere possint alios duodecim iuratos ipsius civitatis ... »
10 Располагалось в непосредственной близости от Собора Спасителя, называе­
мого Ла Сео (La Seo), недалеко от каменного моста через реку Эбро.
11 Должностное лицо, осуществлявшее контроль над торговлей на городском
рынке, следил за соблюдением установленных мер и весов.
12 Майордом ведал городским имуществом и следил за выплатой жалования
местным должностным лицам.
13 Прокурадор выступал официальным представителем и защитником интере­
сов города во всех судебных тяжбах, в которые тот был вовлечен.

Институт присяжных в Сарагосе
97
После избрания присяжные обязаны были представиться ко­
ролю, в случае его отсутствия в городе - королевскому мерино!",
а также принести клятву, положив руку на Святое Писание, в том,
что будут оберегать права и привилегии короля и будут исправно
и справедливо исполнять свои обязанности ради благосостояния
и успешного управления городом, не вмешиваясь в дела, при­
надлежащие юрисдикции сальмедина'", мерино или алькайда'",
Еще одним важным правилом, введенным в 13 11 Г., было уста­
новление срока в четыре года, в течение которого жители города,
однажды занявшие должность присяжного или иную из вышепе­
речисленных, не могли быть избраны вновь ни на одну из них.
В данном постановлении не говорилось подробно ни об обя­
занностях присяжных, ни о том; как этот институт был связан с
собранием консехо. Оно представляло собой, таким образом, не­
кое подобие инструкции по проведению выборов,' Однако данное
постановление Хайме 11 стало основой для последующей нор­
мотворческой деятельности, причем как в самой городской среде,
так и в королевской канцелярии. Причиной тому были очевид­
ная краткость содержащихся в нем норм и заключенные в них
противоречия, которые не могли не вызвать вопросов и споров
среди жителей города, вынужденных руководствоваться предло­
женными им правиламигПервым очевидным камнем преткнове­
ния становилось несоответствие числа приходов, на который был
поделен город, и числа присяжных, избираемых в нем ежегодно.
В таких условиях вытягивание жребия неизбежно приводило к
тому, что некоторые приходы могли по итогам выборов не иметь
своего представителя среди' высших должностных лиц города.
Вторым «слабым местом» постановлений было отсутствие 'про­
писанных в них функций для каждой из названных должностей,
14 Представитель короля в городе, осуществляющий контроль за соблюдением
королевских постановлений и взиманием полагающихся ему налогов и пода­
тей.
15 Сальмедина (от араб. "sahib al-mаdInа", городской глава) - ординарный город­
ской судья, в ведении которого находилось вынесение приговора по уголов­
ным и цивильным делам, а также контроль над его исполнением.
16 Ordinaci6n dada а la ciudad de Zaragoza por efi rey don Jaime 11// Mora у Gau­
d6 М. Ordinaciones de la ciudad de Сагаасса. Zaragoza, 1908. Р. 206: «Veruntamen
antequam utantur dicto officio teneantur jurar ad santa Dei Evangelia in posse
juratorum anni precedentis presente dicto merino nostro conservare jura et regalia
nostra et поп usurpare in aliquo nostram jurisdictionem пес intromittere se in aliquo
quod pertineat ad officium calmedinatus merinatus vel alcaydie ас Ьеnе et legaliter
se habere in dicto officio ad Ьоnиm statum et regimen civitatis predi етс.»
4 3ak. 288

98
МК. Караулова
порядка их взаимодействия, а также определения той роли, ко­
торую данные должностные лица играли в системе управления
городом в целом.
Казалось бы, что устранение противоречий и существующих
лакун в изданных нормах требовало скорейшего появления но­
вого установления. Однако на протяжении почти целого столе­
тия, вплоть до 1391 г., такой документ создан не был. Причины,
скорее всего, кроются в сложной внутриполитической ситуации,
сложившейся на территории Арагонской короны во второй поло­
вине XIV в. Борьба королевской власти с Унией знати и городов,
эпидемия чумы - все это не обошло стороной центральный город
Арагона, и решение многих важных внутригородских проблем
было отложено на длительный срок.
Лишь в 1391 г., в период правления Хуана 1 (1387-1396), про­
тиворечия и проблемы, связанные с несовершенством существу­
ющей системы управления городом, привели к созданию нового
документа, разработанного на этот раз не в королевской канце­
лярии, а в самом городе!". В нем была представлена уже совсем
другая, гораздо более сложная система избрания присяжных и
других должностных лиц. Неизменным осталось лишь вытягива­
ние жребия как способ проведения выборов.
Согласно данным постановлениям выборы должны были на­
чаться еще накануне праздника Успения Богоматери. Сначала
внутри каждого из девяти больших приходов избирались два вы­
борщика. Посовещавшись между собой, они должны были вы­
двинуть двух наиболее достойных жителей прихода в качестве
кандидатов на должность присяжного. Из этих четверых жители
прихода путем жеребьевки выбирали двоих, которые в итоге пре­
тендовали на место в капитуле присяжных от своего прихода. На
следующий день, в вышеназванный праздник, со звоном колоко­
ла на соборе Ла Сео представители этих приходов должны были
явиться на собрание присяжных, избранных в ПРОШЛОМ,.году, на
место собрания консехо, где для каждого из восемнадцати пре­
тендентов делались одинаковые жребии; их должен был тянуть из
17 Об этом свидетельствует не только содержание документа, в котором сказано, что
.� жители Сарагосы представили королю на изучение и для придания законной силы
свои поправки существующих муниципальных постановлений, данных городу
королем Хайме 1, поскольку содержащиеся в них нормы нередко становились
причиной затруднений и споров, но также и структура документа: в латинский
текст, представляющий собой общую преамбулу к документу, и его королевское
подтверждение в конце, был вставлен текст на разговорном языке - обращение к
королю и нормы, выносимые на утверждение.

Институт присяжных в Сарагосе
99
чаши с водой случайный прохожий. Таким образом назначалось
девять присяжных. Остальные же жребии сохранялись, и после
завершения выборов присяжных с помощью них избирались два
альмутасафа и один городской майордом.
В шести малых приходах система назначения кандидатов вы­
глядела иначе. В них назначенные приходом выборщики должны
были сделать три жребия, в одном было заключено название при­
хода, а в двух других - имена выборщиков. В день проведения
выборов из шести жребиев с названием приходов случайный про­
хожий должен был вытянуты три. Каждый из выбранных прихо­
дов представлял на должность присяжных своих претендентов, и
уже из них с помощью жребия выбирался один. Таким образом
избирались трое присяжных, которые присоединялись к девяти
уже избранным от больших приходов.
Оставшиеся жребии с названиями трех других малых прихо­
дов не уничтожались (сжигались лишь те, что содержали имена
неизбранных кандидатов на должность присяжного), но .также
использовались для избрания прихода, из представителей. кото­
рого с помощью аналогичной процедуры избирались ., портеро
(portero) 18, прокурадор (procurador) и смотритель стен (obrero de
los muros)19. На следующий год те три прихода, чьи представи­
тели были избраны в присяжные, не могли снова претендовать
на это и участвовали в выборах лишь трех других должностей, и
наоборот. Таким образом, вопрос несоответствия числа приходов
и числа должностных лиц решался в пользу больших приходов:
они ежегодно имели своего представителя среди присяжных, в то
время как шесть малых приходов - лишь каждый ВТОР9Й год.
В постановлениях 1391 г., в отличие от предшествующего
документа 1311 г., определялся порядок согласованного функци­
онирования в рамках системы управления присяжных и город­
ского консехо, в состав которого входили тридцать девять пред­
ставителей от всех приходов: по три от каждого большого и по
два от малого. Вместе они образовывали малый совет города -
капитул и консехо (capitol е concello, cabildo у concejo), в кото­
ром каждый из пятнадцати городских приходов имел от двух до
четырех представителей, при некотором преимуществе больших
приходов.
18 В тексте постановлений не разъясняются обязанности данного должностного
лица, однако можно предположить, что портеро выполнял роль пристава на
заседаниях капитула и консехо.
19 Ordinaci6n dada а la ciudad de Zaragoza рог el rey don Juan 1 // Мога у Gaud6 М.
Ordinaciones de la ciudad de Сагароса. Р. 231

100
МК. Караулова
Рассматривая одни лишь городские постановления, невоз­
можно определить тот круг вопросов, которые входили в юрис­
дикцию капитула и консехо. Из них следовало лишь то, что они не
могли вмешиваться в дела короля или каким-то образом нарушать
его права и обязаны были защищать привилегии собственного го­
рода, в чем им должны были помогать прочие должностные лица.
Круг полномочий и обязанностей присяжных на рубеже X1V
и ХУ вв. помогают очертить документы, изданные присяжными
и оглашенные в городе. Присяжные должны были обеспечивать
безопасность внутри городских стен (закрывая городские ворота
в случае необходимости, принуждая сдать оружие всех, кто жела­
ет войти в город, вводя комендантский час), регулировать веде­
ние торговли в городе и качество продающихся на рынке товаров,
ведать ремонтом стен и дорог, следить за взиманием налогов и
податей?".
Обратимся теперь к последней из грамот, фиксирующих му­
ниципальные нормы - к постановлениям 1414 г., изданным коро­
лем Фердинандом 121 из кастильской династии Трастамара, кото­
рая пришла к власти в Арагоне в начале ХУ в. Созданные после
продолжительного периода междуцарствия и междоусобиц, ког­
да власть в городах нередко захватывали группировки мятежной
местной знати, эти постановления изменили систему городского
управления, демонстрировавшую королю свое несовершенство
и ненадежность. Количество изменений, нововведений и просто
необходимых уточнений привели к тому, что данные постановле­
ния размером и полнотой превосходили все те, что были созда­
ны как до, так и после них, и процедура избрания присяжных и
особенности их функций в городе занимали в документе одно из
центральных мест.
Главное изменение заключалось в сильном сокращении числа
присяжных наряду с прочими должностными лицами. Причина
объяснялась в постановлениях 1414 Г.: по мнению короля, пока
управление городом осуществляло шестнадцать человек (двенад­
цать присяжных, майордом и три альмутасафа), их многочислен­
ность приводила к частым спорам и злоупотреблениям, что плохо
20 Распоряжения присяжных, оглашенные в период междуцарствия (1410-
1412 гг.) опубликованы в кн.: Falc6n Рекег М/. A1teraciones еп Zaragoza еп 10s
afios que precedieron а1 Compromiso de Caspe. Zaragoza, 2011.
21 Текст постановлений был издан дважды: Mora у Gaud6 М Ordinaciones de 1а
ciudad de Сагароса. Zaragoza, 1908. Р. 314-481; Falc6n Рекег М!. Ordinaciones
rea1es otorgadas а 1а ciudad de Zaragoza еп е1 sig10 ХУ De F emando 1 а F emando 11.
Zaragoza, 2011. Р. 15-101.

Институт присяжных в Сарагосе
101
сказывалось на благосостоянии города. Поэтому король решил­
ся упразднить распоряжения своих предшественников и сокра­
тить' число людей, занимающих указанные должности, до семи:
отныне в городе было пять присяжных, один майордом и один
альмутасаф, которые избирались не по приходам, а из числа всех
жителей города+,
Согласно порядку, введенному в 1411 г., уже не жители при­
ходов с помощью жребия, а сальмедина вместе с членами город­
ского консехо (concejeros) выбирали тридцать шесть горожан,
которые должны были участвовать в выборе должностных лиц.
Эти горожане так же, как и прежде, избирались по приходам: по
три от каждого из девяти больших и от трех из шести малых при­
ходов (последние чередовались каждый год). Из этих тридцати
шести человек с помощью жребия определялись тринадцать вы­
борщиков (electores), а остальные двадцать три становились кан­
дидатами, из их числа избирались пять присяжных, альмутасаф,
майордом и семь членов консехо.
Фердинанд 1 перенес проведение выборов с праздника Успе­
ния Богоматери на день Непорочного зачатия (8 декабря), видимо,
для того, чтобы привести в некое соответствие день оглашения
новых постановлений и назначение новых должностных лиц23.
Как и в XIV в., сделанные из воска жребии из воды тянул маль­
чик, выбранный наугад из проходивших мимо по улице. После
оглашения имени претендента, указанного в вытянутом жребии,
а также поста, на который он претендовал в соответствии с опре­
деленным порядком (сначала первый присяжный, затем второй и
т.д.), тринадцать выборщиков должны были по очереди опустить
в специальную чашу одну из двух предварительно врученных им
22 Ordenanzas otorgadas а lа ciudad de Zaragoza por еl rey de Arag6n Fernando 1//
Falc6n Рёгез M.I. Ordinaciones reales ... Р. 35: «Опт nos, querientes еп aquesto
remediar, por lа present constitucion е ordinacion real, derogantes еп esto а qual­
quiere privilegio, ordinacion е costumbre contrariantes, statuimos que рога 10s di­
tos tres officios administrar е exercir de aqui adelant cada huno апуо sian esleydas
е puestas solament siet personas, las quales по рог parroquias е suert segunt las
ordinaciones entro aqui observadas mas de todo еl сотип de ciudat, las mas abtas,
sufficientes е ydoneas que seyer рога, segunt Dios е lа Ьиепа consciencia de 10s
esleyents queremos seyer asumptas de las quales siet personas las cinquo sian puestas еп
jurados, lа ипа еп mayordomo е lа otra setena еп аlmudш;аf».
23 Согласно «Анналам Арагонской Короны» Херонимо Суриты новые поста­
новления были оглашены 22 декабря 1414 г. в Сарагосе наследным принцем
Альфонсо в присутствии членов городского совета, причем члены капитула
присяжных были назначены принцем напрямую, без проведения выборов.

102
МК. Караулова
фасолин: белую, если они поддерживали его кандидатуру, или
черную, если были против. Голоса тут же подсчитывались, и в
соответствии с этим назначался новый присяжный или тянулся
жребий другого кандидата на тот же пост. Так продолжалось, пока
не назначались все присяжные, а вслед за ними, тем же спосо­
бом - майордом, альмутасаф и семь членов консехо (concelleros).
В случае если все жребии были вытянуты, но не все должностные
лица были назначены, процесс избрания начинался сначала. Если
тринадцать выборщиков по каким-то причинам не могли прийти
к решению по одной из должностей, тогда те, кто занимал эти
должности на момент избрания, могли сами назначить своих пре­
емников. Кроме того, два последних из избранных присяжных
должны были быть обязательно новыми людьми, прежде никогда
не избиравшимися в капитул присяжных или же избранными в
него не менее десяти лет назад.
По мнению С. Лосано Гарсии, новый порядок избрания, вве­
денный в 1414 г., нанес тяжкий удар по приходам, как основным
ячейкам формирования системы городского самоуправления".
Отныне основное решение о выдвижении кандидатов прини­
малось не на местном уровне, а членами консехо совместно с
сальмединой. Окончательное решение об избрании также было
доверено не случайно вытянутому жребию, а выраженному с по­
мощью голосования мнению представителей разных приходов,
входящих в состав выборщиков.
Вслед за избранием указанных должностных лиц выборщики
выбирали, уже не прибегая к жребию, оставшихся членов консе­
хо, по два от каждого из двенадцати приходов, и таким образом их
в общей сложности становилось тридцать один.". Все основные
решения должны были приниматься присяжными совместно с го­
родским консехо, Т.е. малым советом городских представителей.
Наиболее же важные проблемы должны были решаться большим
собранием горожан (concello de la ciudat), который помимо чле­
нов капитула и консехо включал еще сотню жителей города. Этот
вид городского собрания очень кратко описывается в постановле­
ниях, что не дает возможности очертить круг вопросов, входив­
ших в его компетенцию, и не позволяет установить регулярность
его проведения.
24 Lozano Gracia S. Las parroquias у еl poder urbano en Zaragoza durante 10s siglos
XIVy ХУ // En lа Espafia medieval. 2006. N° 29. Р. 140-141.
25 Согласно постановлениям 1391 г. городской совет консехо включал в себя
39 представителей приходов.

Институт присяжных в Сарагосе
103
Постановления 1414 г., в отличие от предшествующих, описы­
вали все аспекты процесса избрания и функционирования долж­
ностных лиц города очень подробно, детально прописывая все
процедуры, связанные с выполнением ими обязанностей. В час­
тности, в документе был приведен точный текст клятвы, которую
каждый вновь избранный присяжный должен был произнести в
присутствии сальмедина и членов консехо ". Общий смысл клятвы
оставался тем же, что и век назад: присяжный должен был соблю­
дать положения данных постановлений, оберегать права и приви­
легии короля, способствовать возрастанию выгоды и славы своего
города, оберегать его от всех возможных бед и в меру своей власти
заботиться о соблюдении свобод и привилегий, и обычаев города,
почитая при этом короля и соблюдая верность ему и Короне?".
Еще одним важным нововведением Фернандо 1 стало ран­
жирование и разграничение обязанностей присяжных. До это­
го лишь один из двенадцати обладал особыми полномочиями, а
именно - хранил городскую печать, теперь же каждый из пяти
присяжных ведал отдельной сферой городского управления.
Первый из них хранил городскую печать, выступал арбитром на
заседаниях капитула и консехо (вел подсчет голосов и оглашал
решения), а также имел право в случае необходимости созвать
экстренный городской совет. Второй присяжный осуществлял
контроль над исполнением обязанностей городским майордомом.
Третий и четвертый должны были надзирать над альмутасафом и
его помощниками, пресекать злоупотребления, которые могли бы
нанести ущерб городскому имуществу. Пятый присяжный следил
за службой стражи и городского прокурадора.
Согласно постановлениям 1414 г., для решения насущных
проблем города присяжные собирались каждый день или, по
крайней мере, три раза в неделю, за исключением праздников;
чтобы решения такого собрания имели силу, на нем должны были
присутствовать хотя бы трое из пяти членов. В случае если кто-то
уклонялся от исполнения обязанностей, на него налагался штраф,
половина из которого шла в королевскую казну, а другая часть -
в городскую. Все решения, принятые присяжными, должны были
фиксироваться специально назначенным писцом в особой книге,
а затем, в случае необходимости, публично оглашаться на улицах
города.
26 В постановлениях 1391 Г. содержание клятвы было описано общими словами,
как и в документе 1311 Г.
27 Ordenanzas otorgadas а lа ciudad de Zaragoza рог еl rey de Arag6n Fernando 1 //
Falc6n Рёгез M.I. Ordinaciones reales ... Р. 41.

104
МК. Караулова
в то же время члены капитула присяжных наделялись пра­
вом самостоятельно (или же совместно с сальмединой) назначать
некоторых из должностных лиц, в том числе тех, чье избрание
ранее осуществлялось с помощью жребия, например, смотрителя
мостов и прокурадора.
Особое внимание было уделено вопросу вынесения присяж­
ными судебных решений и заключению виновных в преступле­
нии под стражу, т.е. тем аспектам, которые граничили с юрисдик­
цией сальмедина. Присяжным разрешалось рассматривать тяжбы
в случае, если к ним обращались с такой просьбой жители города,
однако они под угрозой штрафа не могли делать' это независи­
мо и должны были известить о рассматриваемом деле или вы­
несенном приговоре сальмедина или его замесгителя/". Король
закрепил контроль над судебной функцией присяжных за сальме­
диной, которого он назначал сам/". Кроме того, как уже отмеча­
лось, сальмедина участвовал в выборе кандидатов на должность
присяжных, что та�же увеличивало его роль в системе городского
управления, до этого, согласно муниципальным постановлениям,
не выходящую за рамки судебных полномочий.
Прежде чем перейти к выводам, отметим еще одну важную
особенность: 'ни в одном из постановлений, составленных в XIV­
ХУ вв. для Сарагосы, нет указаний на то, кто именно мог быть
избран присяжным. Единственным критерием является довольно
общее замечание о том, что они должны быть наиболее «достой-
, JJ\f "
ными жителями города», однако никакого требования к сословно-
му или имущественному положению последних в постановлениях
не содержится. С одной стороны, это должно было предполагать
доступность этой высокой должности для представителей самых
разных городских слоев, однако многочисленные исследования
указывают на то, что на протяжении указанного периода власть в
большинстве арагонских городов (и не только арагонских) была
сосредоточена в руках небольшой группы представителей наибо­
лее богатых ,и влиятельных семей, городского патрициата.".
28 Ibid. Р. 44.
29 Согласно постановлениям 1414 г. король сам назначал сальмедина из числа
горожан, а не выбирал его из представленных городом кандидатов.
30 Например: Corral Lafuente J.L. El proceso de monopolizaci6n del poder municipal
еn la ciudad de Daroca еn la Baja Edad Media // Arag6n еn la Edad Media. 2006.
N° 19. Р. 125-134; Navarro Espinach G. Ciudades у villas del reino de Arag6n еn
el siglo XV: proyecci6n institucional е ideologia burguesa // Anales de la universi­
dad de Alicante: Historia Medieval. 2010. N° 16. Р. 195-221.

Институт присяжных в Сарагосе
105
Муниципальные постановления XIV-XV вв., рассмотренные
выше, представляли институт городских присяжных как один из
главных звеньев в системе городского самоуправления, и нормы,
описывающие его, занимали в постановлениях центральное мес­
то. Весьма обширный круг полномочий, которыми' обладал капи­
тул присяжных, действующий <?<?вместно с городсг;ким консехо, в
oCfIoBe своей оставался неиз�.енен на протяжении всего столетия
и был связан, прежде всего, с поддержанием благосостояния и
порядка в городе, защитой его прав и привилегий.
Численность и процедура избрания присяжных претерпели
важные изменения в период с 1311 г. по 1414 Г.: изначально вклю­
чавший в себя двенадцать представителей всех городских прихо­
дов, опирающихся на них и во многом от них зависимых, капи­
тул присяжных в начале ХУ в. превратился в совет пяти горожан,
связанных уже не столько со своим приходом, сколько с другими
должностными лицами. Часть должностей попали под их прямой
контроль, другая же часть, непосредственно зависевшая от коро­
левской власти, постепенно усиливала свое влияние в областях,
смежных с юрисдикцией присяжных. Все эти изменения являлись
результатом столкновения интересов городской верхушки, желав­
шей закрепить за собой контроль над городом и опиравшейся на
поддержку приходов, и интересов королей, которые стремились
упрочить свои позиции в городе и наладить механизмы воздей­
ствия на ситуацию посредством ограничения числа лиц, входя­
щих в систему местного управления, одновременно препятствуя
установлению бесконтрольного господства над городом со сто­
роны узкого круга представителей знатных городских семейств.
Однако для завершения данного противостояния потребовалось
еще несколько веков.
БИБЛИОГРАФИЯ
Bisson т.N. ТЬе Medieval Crown of Aragon: А Short History. Oxford,
1986.
Cabanes Pecourt MD. Documentos de Jaime 1 relacionados conArag6n.
Zaragoza, 2009.
Corral Lafuente J.L. Еl proceso de monopolizaci6n del poder municipal
еп lа ciudad de Daroca еп lа Baja Edad Media // Arag6n еп la Edad Media.
2006. N° 19. Р. 125-134.
Falc6n Рекег М!. Las ciudades medievales aragonesas // Еп lа Espa­
па medieval. 1985. N° 7: (La ciudad Ыврагпса durante 10s siglos XIII аl
ХУI (11)). Р. 1159-1200.

106
МК. Караулова
Falc6n Рекег М!. Ordenaciones reales а ciudades de Arag6n еn еl sigl0
ХУ // Еn lа Espafia medieval. 1998. N° 21. Р. 271-292.
Falc6n Рекег М!. Zaragoza еn еl sigl0 ХУ. Zaragoza, 1981.
Falc6n Рекег М/. A1teraciones еn Zaragoza еn 10s afios que precedieron
аl Compromiso de Caspe. Zaragoza, 2011.
Falc6n Репег М/. Ordinaciones reales otorgadas а lа ciudad de Zara­
goza еn еl sigl0 ХУ. De Fernando 1 а Fernando 11. Zaragoza, 2010.
Ladero Quesada МА. Еl ejercicio del poder real еn lа Corona de Arag6n:
instituciones е instrumentos de go bierno (siglos XIV у ХУ) / / Еn lа Espafia
medieval. 1994. N° 17. Р. 31-94.
Ladero Quesada МА. Las ordenanzas [осагев: siglos XIII а XVIII // Еn
lа Espafia medieval. 1998. N° 21. Р. 293-338.
Lozano Gracia S. Las parroquias у еl poder urbano еn Zaragoza durante
10s siglos XIV у ХУ // Еn lа Espafia medieval. 2006. N° 29. Р. 135-152.
Mora у Gaud6 М Ordinaciones de lа ciudad de <;aragoya. Zaragoza,
1908.
Mufioz у Romero Т. Colecci6n de fueros municipales у cartas pueblas
de las reinos de Castilla, Leon, Corona de Arag6n у N avarra. Madrid, 1847.
Уо1.1.
Navarro Espinach G. Ciudades у villas del reino de Arag6n еn е1 sigl0
ХУ: proyecci6n institucional е ideologia burguesa / / Anales de lа universidad
de Alicante. Historia Medieval. 2010. N° 16. Р. 195-221.
Rodrigo Estevan ML. Poder judicia1 у acci6n benefico-asistencial: Еl
concejo de Daroca, 1400-1526 // Arag6n еn lа Edad Media. 1995. N° 12.
Р.287-318.
Sarasa Sanchez Е. Arag6n еn еl reinado de Fernando 1 (1412-1416).
Zaragoza, 1986.

УДК 94(44)"15"::Провен
Н.И. Алmухова
ЧИНОВНИКИ ОДНОГО ФРАНЦУЗСКОГО ГОРОДА
(по «Мемуарам» Клода Атона)
«Мемуары» Клода Атона рассматриваются как источник сведений о практи­
ке продажи должностей. Истории чиновников французского провинциального
г. Про вена служат иллюстрацией того, как приобретались и передавались долж­
ности.
Ключевые слова: должность, чиновники, продажа должностей, Провен, Клод
Атон, XVI в.
в ХУI в. происходил постепенный процесс становления сис­
темы продажи должностей государственного аппарата (уепайл«
des offices)l. Однако до нас дошло очень мало источников, содер­
жащих сведения о конкретной житейской ситуации приобретения
тех или иных должностей, биографии и личных качествах их при­
обретателеЙ. Один из таких источников - пространные «Мему­
ары» Клода Атона/, священника из города Провена в Шампани.
Хотя сам Клод Атон называл свои «Мемуары» «частной историей
нашего времени» (l'histoire рагпсцйеге de nostre temps), он стре­
мился по возможности тщательно воспроизвести главные собы­
тия в жизни страны в эпоху религиозных войн во Франции. В со­
чинении представлены сведения о политике королей, об успехах
протестантизма во Франции и о борьбе французских монархов с
«ересью», рассказывается о событиях религиозных войн, особен­
но подробно в тех случаях, когда речь шла о провинциях Шам­
пань и БриЗ. В середине XIX в. именно эта информация казалась
важной первому издателю «Мемуаров», краеведу и историку Про­
вена Феликсу Буркело: опубликованный им текст представлял
1 См.: Алтухова Н.И Продажа должностей во Франции в свете «Инвентаря кви­
танций на должности» 1578 г. // Средние века. 2008. Вып. 69 (2). С. 59-76.
2 Рукопись «Мемуаров» (более 1000 листов) хранится в Отделе манускриптов
Национальной библиотеки Франции - BNF. Ms. Fr. 11575.
3 Уваров П.Ю. Клод Атон - бытописатель французской смуты: загадка «про­
стого человека» / / Французское общество в эпоху культурного перелома: от
Франциска 1 до Людовика XIV / под ред. Е.Е. Бергер и П.Ю. Уварова. М., 2008.
С. 91-103. (Западное Средневековье в письменных памятниках. Приложение к
«Средним векам»; Вып. 3).

108
Н.И. Алтухова
собой пространные выдержки из «Мемуаров» Атона, около тре­
ти текста было опущено", Однако не меньшее, а, может, даже и
большее место в сочинении занимают рассказы о событиях, про­
исходивших в Провене и округе, которые описываются весьма
подробно. В издании 2001-2007 ГГ., подготовленном коллективом
историков под руководством Лорана Буркена'', «Мемуары» Клода
Атона стали доступны в полном сохранившемся объеме. Сочине­
ние разбито на 4 книги, рубежом между первой и второй книгами
является смерть короля Генриха 11 (1559 г.), между второй и тре­
тьей книгами - Карла IX (1574 г.). Причина, почему повествова­
ние заканчивается 1582 г., неясна, поскольку известно, что автор
«Мемуаров» умер после 1605 г., незадолго до смерти получив
приход в деревне Мериот.
Биография Клода Атона известна из его «Мемуаров», со­
хранившегося завещания'' и нескольких записей в церковных
архивах Санского архиепископства". Мемуарист родился около
1535 г. в местечке Мель-сюр-Сен в семье почтенного землепашца
(laboureur). В 1548 г. принял тонзуру и стал клириком, а в 1555 г.
был рукоположен во священника и стал капелланом госпиталя
(Отель-Дьё) в Провене. С 1560 г. он фигурирует в числе клириков
старейшей в городе церкви Сент-Айюль (св. Айгульфа). Большую
часть жизни Клод Атон провел в Провене. В «Мемуарах» он де­
м,?нстрирует хорошую осведомленность о разных сторонах жиз­
ни города и его жителей, что свидетельствует о наличии у автора
исключительной наблюдательности и, вероятно, помощи инфор­
маторов, каковым мог быть, например, Этьен Атон, возможно
родственник мемуариста, адвокат в президиальном суде г. Санса,
без сомнения, знавший о многих громких преступлениях в своем
судебном округе и поблизости, или кто-то из окружения Гизов
(в конце 50-х - начале 60-х годов ХУI в. Клод Атон принадле­
жал к клиентеле герцога Франциска Гиза, губернатора Шампани
и Бри и сеньора Провена).
• J
4 Метпопев de Claude На/оп contenant lе гёсп des еуепешешв accomplis de 1553
а 1582, principalement dans lа Champagne et lа Brie / Ed. Р. Bourquelot. Р., 1857.
2 vols.
5 Мёпюпев de Claude Наюп / Ed. integrale sous lа dir. de L. Bourquin. Р., 2001-2007.
4 vols.
6 Завещание опубликовано Л. Буркеном: Мёшопев de Claude Haton / Ed. integrale
sous lа dir. de L. Bourquin. Т. 1. Р. ХУ - XXI.
7 О биографии Клода Атона подробнее см.: Мёшопев de Claude На/оп / Ed. in­
tegrale sous lа dir. de L. Bourquin. Т. 1. Р. XI-XIV; Уваров П.Ю. Клод Атон -
бытописатель французской смуты. С. 91-103.

Чиновники одного французского города
109
Среди прочих событий изменения, происходившие в мире
местного чиновничества, занимали в «Мемуарах» Клода Атона
немаловажное место. Как и везде, в Провене можно было при­
обрести новую должность, учрежденную королем, получить
должность от прежнего владельца (резигнация)" или же купить
должность, ставшую вакантной после смерти владельца. Клод
Атон подробно останавливается на том, как была приобретена та
или иная должность, достойный ли человек стал чиновником? в
Провене, и, вообще, полезны ли некоторые должности в масшта­
бах государства. Автор приводит множество деталей, давая воз­
можность увидеть внутренние связи в среде чиновников Провена
и округи, объясняет, что двигало тем, кто вдруг решил продать
свою должность, или тем, кто, наоборот, купил должность и из­
менил весь образ жизни.
С целью структурировать множество сведений о провенском
чиновничестве, представленных в «Мемуарах», в качестве осно­
вы я взяла два списка «достойных людей» (gens de qualite) Про­
вена, составленных Клодом Атоном и помещенных под 1574 г.
(в конце второй книги «Мемуаров (1574: 142. Т. 3. Р. 133-138))10
И под 1577 г. (в конце третьей книги (1577: 254. Т. 3. Р. 505-510)).
В списки включены имена прелатов и клириков Провена и окру-
8 С 1534 г. действовало «правило 40 дней»: передача должности совершалась
при жизни ее владельца, и он должен был оставаться живым, по крайней мере,
40 дней после утверждения королем в этой должности нового владельца.
9 В.Н. Малов предложил использовать для обозначения владельцев должностей
(office) термин «оффисье» (officier), поскольку при переводе словом «чинов­
ник» (государственный служащий, который исполняет, занимает должность)
теряется аспект владения (Малов В.Н. Ж.Б. Кольбер: Абсолютная бюрокра­
тия и французское общество. М., 1991. С. 11-12). П.Ю. Уваров также назы­
вает владельцев должностей «офисье» (обоснование этому см.: Уваров П.Ю.
Франция ХУI века: Опыт реконструкции по нотариальным актам. М., 2004.
С. 105). О полемике по этому вопросу, правда, применительно к более ран­
нему периоду, см.: Цаmурова С.К. Король Франции и его чиновники: (Свое­
образие реализации принципа абсолютной власти Quod principi placuit) //
Французский ежегодник. 2005. Абсолютизм во Франции: К 100-летию
Б.Ф. Поршнева. М., 2005. С. 130-131, 147-149; Она же. Формирование ин­
ститута государственной службы во Франции XIII-XV вв. М., 2012. С. 73.
Признавая сложность терминологической передачи владельческого аспекта
(оформление владельческих прав на должности происходит именно в пери­
од с 1522 по 1604 г.), я использую термин «чиновник» как, на мой взгляд,
нейтральное, при необходимости комментируя особенности приобретения,
владения и передачи должности.
10 Далее ссылки на «Мемуары» Клода Атона будут даваться в тексте, в скобках, с
указанием года, номера главы, тома и страниц по изданию Л. Буркена.

110
Н.И. Алmухова
ги, а также - что важно для нас - «людей правосудия, которые
управляют и руководят Провеном». Кадровые изменения, про­
изошедшие за 3 года в составе провенского чиновничества, дают
возможность проследить, как совершались операции по передаче
должности при жизни владельца, кто и как покупал вакантные
должности, что делали владельцы должностей, если король уп­
разднял их должность, как чиновники совмещали разные долж­
ности и т. д.
Списки составлены по социопрофессиональному признаку:
сначала перечисляются «люди церкви» (священники, деканы ка­
питулов, архидиаконы, певчие)!', в списке 1574 г. в отдельные
группы выделены кюре приходов Провена (в списке 1577 г. их
имена перечислены в общем списке клириков) и доктора теоло­
гии, которые пребывали в монастырях Провена на момент кон­
чины короля Карла IX (в списке 1577 г. они не называются). При
перечислении чиновников в списке 1574 г. Клод Атон выделяет
судейских (клюди правосудия»), королевских прокурора и адво­
ката (клюди короля»), элю (члены суда по финансовым делам по­
датного округа - элексьона (это и округ, и суд), они же ведали
распределением налогов), адвокатов, Прокуроров, ведущих дела
(procureurs plaidans les causes), сборщиков налогов, нотариусов,
чиновников соляного ведомства, в отдельную группу выделены
городские чиновники - прокуроры И эшевены, а также капитаны
городских ворот; завершают список имена богатейших горожан и
11 Список 1574 г. начинается именами Николя де Пеллеве, архиепископа Сан­
ского, «проживающего в городе Риме, кардинала святого апостольского пре­
стола и королевского посла к его святейшеству папе» (вопреки утверждению
Клода Атона архиепископ Санса никогда не был послом французского короля
в Риме, см.: De Witte Ch.-M Notes sur les ambassadeurs de France а Rome et
leurs correspondances sous les derniers Valois (1556-1589) // Метапаев de l'Ecole
тгапсшве de Rom: Моуеп-Аяе, Temps modernes. 1971. Т. 83, N 1. Р. 89-121; за
уточнение благодарю И.В. Дубровского), и проживающего в Сансе Матьё да
Шальмезон, «дворянина, священника, декана капитула Санса, генерального
викария и официала в вышеназванном Сансе, подчиненного указанному гос­
подину архиепископу» (1574: 142. Т. 3. Р. 133). В 1577 г. Клод Атон начина­
ет перечисление «людей церкви» с «брата Луи Дове, аббата-коммендатария
монастыря Сен-Жак в Провене, клирика аббатства Сен-Виктор в Париже и
приора монастыря Сен-Ладр (судя по всему, Святого Лазаря. - Н.А.) на хол­
ме Монмартр или за ним, в пригороде Парижа, человека очень деятельного
(homme de grand faciende), в то время не проживающего в Провене. У каково­
го в качестве откупщика (fermier et admodiateur) мирских доходов указанного
выше аббатства был [имя пропущено} Бийо, разорившийся торговец» (1577:
254. Т. 3. Р. 505).

Чиновники одного французского города
111
купцов Провена. В списке 1577 г. групп меньше: после клириков
перечислены имена «людей правосудия», в их число включены
и те, кого три года назад Клод Атон выделял особо, - элю, адво­
каты, прокуроры и проч. При перечислении «людей правосудия»
изменился и порядок, в котором указывались чиновники тех или
иных учреждений: сначала названы чиновники бальяжа и прези­
диального суда, затем чиновники превотства, адвокаты, за ними
прокуроры президиального суда, бальяжа и превотства (их груп­
пу завершает лейтенант «короткой мантии» (lieutenant de courte
robe), тогда как в списке 1574 г. этот чиновник назван вместе с
другими членами президиального суда), потом элю, чиновники
ведомства вод и лесов, сборщики налогов, т. е. сначала указыва­
лись чиновники, имевшие отношение к судопроизводству, а затем
чиновники финансовых ведомств. В списке 1577 г. далее указа­
ны имена горожан и купцов, нотариусов, чиновников соляного
ведомства, медиков, аптекарей, завершали список брадобреи и
хирурги.
В составленной сводной таблице для наглядности порядок
перечисления учреждений приведен в соответствие со списком
1574 г., имена клириков, городских чиновников (городских про­
КУРОРОВ И эшевенов), богатых горожан, купцов, аптекарей, меди­
ков и хирургов, а также брадобреев опущены.
1574
1577
Судейские, «люди правосудия»
Благородный человек Луи Дю­
ран, сеньор де Ронсо, президент
[президиального суда] Провена,
уроженец упомянутого города,
проживающий в Провене
Благородный человек Оливье де
Суассон, бальи и генеральный ка­
питан Провена, отсутствующий и
проживающий в [пропущено}
Франсуа Топен, главный замес­
титель бальи (lieutenant general)
в бальяже Провена, уроженец
этого города и советник короля в
президиальном суде указанного
города, где и проживает
Николя де Билль, заместитель
бальи по гражданским делам
[имя пропущено} де Суассон, ба­
льи и капитан Провена, дворянин,
сеньор де Пуатье
[имя пропущено} Маршан, сын Жана
Маршана, сборщика тальи, прези­
дент [ президиального суда] и замес­
титель бальи по гражданским делам
(1ieutenant particulier), человек, слиш­
ком молодой для этой должности
Франсуа Топен, главный замес­
титель бальи (lieutenant general)
указанного �Провена и советник
[президиального суда], человек
мудрый, приветливый ко всем и
весьма солидный (bien rassis)
Клод Тибо, старейший советник
президиального суда, человек,

112
Н.И. Алтухова
1574
1577
(lieutenant particulier) 12 И совет-,
ник указанного выше суда, уро­
женец Провена
Клод Бюро, советник указанного
суда, уроженец Плесси-де-Пижи,
приход Лешель-ле-Провен
Франсуа Анжено, советник ука­
занного суда, уроженец Провена
Этьен Бурдье, советник указан­
ного суда, уроженец Мелена
[имя пропущено] Полле, замес­
титель бальи по уголовным де­
лам в указанном суде, уроженец
Сезана
Пьер Легра, лейтенант «корот­
кой мантии» (lieutenant de courte
robe) в указанном суде, уроженец
Шамкуэлль (или округи) близ
Провена
Этьен Карре, секретарь (greffier)
в указанном суде, уроженец Про­
вена
Жан Крайе, секретарь в бальяже
Провена, уроженец этого города
знакомый со всеми на свете, и без
гордыни
Франсуа Анжено, советник [пре­
зидиального суда], человек крот­
кий и молчаливый
Этьен де Ла Мотт, советник [пре­
зидиального суда], человек без
гордыни
[имя пропущено] Леблан, совет­
ник [президиального суда], сын
Антуана Леблана, человек моло­
дой, немного спесивый, но всерьез
интересующийся охотой
[имя пропущено] Топен, советник
[президиального суда], брат глав­
ного заместителя бальи Топена,
человек молодой и кроткий
[имя пропущено] Шарбонье, со­
ветник [ президиального суда], че­
ловек с хорошей репутацией
[имя пропущено] Люкен, советник
[президиального суда], возраста не
старше 20 лет, утвержден [в долж­
ности] Парламентом при помощи
друзей вследствие отказа господ
советников Провена
[имя пропущено] Пулле, советник
[ президиального суда] и заместитель
бальи по уголовным делам, слишком
юный для такой должности
Николя Приве, дознаватель
(enquesteur) указанного президи­
альноге суда и бальи, человек не­
образованный (sans lettres), но ве­
ликий охотник (grand chasseur)
12 За уточнения, касающиеся перевода с французского языка номенклатуры
должностей, благодарю В.Н. Малова. Встречающийся в других моих рабо­
тах перевод «lieutenant particulier» как «особый лейтенант» или «лейтенант
по особым поручениям» - неверный: здесь «particulier» происходит от сло­
ва «рагпе», сторона в гражданском судебном процессе, так что «lieutenant
particulier» - заместитель бальи по гражданским делам, представляющий его
в президиальном суде.

Чиновники одного французского города
113
1574
1577
Франсуа де Бьенкур, прево
Провена, уроженец Гамаш, что в
Пикардии или в Бовези
Жан Трюфф.лейтенантуказанно­
го превотства, уроженец Провена
Николя Приве, дознаватель
(enquesteur) в бальяже и прези­
диальном суде Провена, уроже­
нец этого города
[имя пропущено} де Лескай, сек­
ретарь превотства вышеуказан­
ного Провена, уроженец [пропу­
щено], что в Лотарингии
[имя пропущено} Баньо, началь­
ник ведомства вод и лесов, уро­
женец Ножан-сюр-Сен
Франсуа Анжено, лейтенант
указанного ведомства вод и ле­
сов, уроженец Провена
[имя пропущено} Баррье, секре­
тарь указанного ведомства вод и
лесов, уроженец Провена
[имя пропущено} Фромен, мэтр­
сержант Сорденского леса, уро­
женец Провена
Этьен Карре, секретарь указанно­
го президиального суда, человек
солидный и умелый стряпчий (Ьоп
pratician)
Пьер Друар, пристав (huissier)
указанного суда и королевский
сержант бальяжа Провена
Симон де Жоншери, сборщик
(recepveur) в указанном президи­
альном суде, человек достойного
возраста (de Ьоп aage) и солидный
Фиакр Готье, хранитель печати
[имя пропущено} Паро, лейтенант
«короткой мантии» (lieutenant de
courte robe), человек достаточно
бестолковый
Франсуа де Бьенкур, пикардиец
или нормандец, прево Провена,
твердый католик
Жан ТРюФФ, лейтенант превот­
ства Провен
[имя пропущено} де Лескай, сек­
ретарь превотства, разбогатевший
благодаря своей хорошей служ­
бе (homme parvenu par son Ьоп
service)
Жан Грайе, буржуа, секретарь ба­
льи, человек весьма предприимчи­
вый; этот Грайе также секретарь,
занимающийся долговыми распис­
ками (greffier des presentations)
Абсалон или [имя пропущено} То­
пен, начальник ведомства вод и
лесов в Провене
Франсуа Анжено, лейтенант ука­
занного ведомства вод и лесов
[имя пропущено} Баррье, секре­
тарь ведомства вод и лесов

114
Н.И. Алmухова
1574
1577
«Люди короля»
Жан Дюран и Жан Бюрето,
сержанты указанного выше леса,
Дюран - уроженец Блене, а Бю­
рето, проживающий там, - уро­
женец Лотарингии
Жан де Билль, королевский про­
курор, уроженец Провена
Жан Ретель, королевский адво­
кат
Жан Ретель, королевский адвокат
в Провене, отважный человек
[имя пропущено] Пуатевен, коро­
левский прокурор в Провене, воз­
раста 20 лет, весьма сведущий в
греческой словесности
Пьер Шове, уроженец Бре-сюр­
Сен
Жан Пети, уроженец Барбонны
или округи
Абсалон Топен, уроженец Про­
вена, сын скончавшегося [имя
пропущено] Топена, который при
жизни был элю на месте выше­
названного Абсалона и умер око­
ло года или 18 месяцев назад
Жак Крайе, королевский проку­
рор в этом элексьоне (егеспоп),
уроженец Монмирай или округи
Антуан Иве, секретарь этого
элексьона,уроженецПровена
[имя пропущено] Каррон, лей­
тенант в Провене от маршаль­
ского прево (pour lе prevost des
marescheaux) в Мо, уроженец
указанного Мо или округи
Пьер Лекур, уроженец Провена,
старейший адвокат
Жан Трюфф, уроженец Провена
Николя Нино, уроженец выше­
названного Провена
Этьен де Ла Мотт, уроженец
Мон -ан - Монтуа
Адвокаты
Элю
Пьер Шове, старейший элю
[имя пропущено] Пети, второй
элю
[имя пропущено] Топен, третий
элю
Жиль Доманшен, некогда поден­
ный рабочий (manouvrier), сменив­
ший образ жизни и проживающий
в Виллье-Сен-Жорж, ныне четвер­
тый элю Провена
[имя пропущено] Иве, секретарь
элексьона
Жан или Жак Крайе, королевский
прокурор в этом элексьоне
Жан де Билль, прежде королевс­
кий прокурор, старейший адвокат
Пьер Лекур, адвокат
Николя Нино, адвокат
[имя пропущено] Реньяр, адвокат
[имя пропущено] Бофор, адвокат
[имя пропущено] Пети, адвокат

Чиновники одного французского города
115
1574
1577
Прокуроры, ведущие дела в суде
Сборщики тальи, тальона и других податей
Жан Пети, уроженец Барбонны
или округи
[имя пропущено} Леблан, сын Ан­
туана Леблана, уроженец Провена
[имя пропущено} Пуатевен, уро­
женец Провена
Жан де Ла Ноэ, уроженец Про­
вена, старейший из адвокатов и
прокуроров (barreau)
Марк Буайе, уроженец прихода
Сен-Лу
Элуа де Жоншери, уроженец
Банно
Жан Ганней, уроженец Провена
Габриель Бриду, уроженец Про­
вена
Габриель де Вере, уроженец
Провена
Клод Мюееон, также из Прове­
на
[имя пропущено} Панни, также
из Провена
[имя пропущено} Кайо, также из
Провена
Антуан Лекур, из Провена
Жан Белардель, уроженец Бо­
шери или округи
[имя пропущено} Анрике, уро­
женец Провена
[имя пропущено} Кок, уроженец
[пропущено}
Жан Маршан и Кристоф де
Бондревилль, сборщики тальи,
уроженцы Провена
[имя пропущено} Фольшон,
сборщик тальона, также из Про­
вена
Благородный человек Ален де
Плёр, сборщик в президиальном
суде и уроженец [пропущено} в
Шампани
Жан Трюфф, адвокат
Ришар Приве, адвокат, потворст­
вующий еретикам (hereticque
connive)
[имя пропущено} Лоре, адвокат
Жан де Ла Ноэ, прокурор прези­
диального суда, бальяжа и пре­
вотства Провена
Марк Буайе, обратившийся ере­
тик (hereticque converty) или при­
творяющийся католик (catholique
зппше)
Элуа де Жоншери
[имя пропущено} Ганней, хромой
[имя пропущено} Гарнон, обратив­
шийся еретик или притворяющий­
ся католик
Габриель Бриду
Габриель де Вере
Клод Миееон
[имя пропущено} Кайо
п. Пани
[имя пропущено} Анрике
[имя пропущено} Кок
Леон де Моптиньи
Тибо Трюмо, называемый Дика­
рем (Le Saulvage), истинно обра­
тившийся еретик
Жан Маршан и Кристофль де
Бондревилль, сборщики тальи
[имя пропущено} Фольшон, сбор­
щик тальона
[имя пропущено} Ниве, контролер
тальи
Пьер Рейе, сборщик средств на
общественные нужды (deniers
commungs) города Провена

116
Н.И. Алтухова
1574
1577
Симон де Жоншери, сборщик в Ален де Плёр, сборщик податей с
президиальном суде иуроженец королевского домена
Банно -.
Пьер Рейе, уроженец Провена Жан Руа младший, табельон
Нотариусы
Чиновники соляного ведомства
Жан де Воарди, гренетье, чинов- Жан де Воарди, гренетье, чинов­
ник соляного склада (grenetier du ник соляного склада
sael), уроженец Провена
Николя Приве, контролер соля- [имя пропущено} Приве, контро-
ного склада, также из Провена лер
Жан Беллардель, писец по де- Жан Беллардель, называемый Те­
лам габели, уроженец Бошери вено, писец
или округи
Жан Грейе, торговец упомяну- Жан Гаранжу, ответственный за
той габелью, уроженец Провена меры и весы (mesureur)
Дени Жирар, уроженец Провена
Пьер де Фонтен, урож�нец Эс­
тампа или его округи
Этьен Карре, уроженец Провена
Николя Констан, уроженец
Провена
[имя пропущено} Бофор, также
из Провена
[имя пропущено} Буайе, сын
Марка Буайе
Филинп де Роменелль, также из
Провена
[имя пропущено} Бабе, также из
Провена
и еще несколько новых, мне н.е-
известных 1
Антуан Масе
Филипп де Роменелль
Николя Констан
[имя пропущено} Жирар
Жак Констан
[имя пропущено} Бабе
Николя Шамненуа
[имя пропущено] Буайе, сын Марка
[имя пропущено} де Бофор
Жак де Ла Ноэ
Пьер де Фонген и [пропущено}
Первое, что бросается в глаза, - появление оценок. Если в
1574 г. Клод Атон лишь отмечает место рождения чиновника, то
три года спустя он часто дает характеристики: подходит ли тот
или этот человек для своей должности, молчаливый или бессо­
вестный, неуч или разбирается в греческом. Но главным было все
же отношение к вере - католик или обратился к ереси, потвор-

Чиновники одного французского города
117
ствует еретикам или тверд в вере. Кроме того, второй список
существенно длиннее, автор включил в него не только данные о
церковнослужителях, королевских чиновниках и судейских, но
также сведения о богатых буржуа города, медиках, аптекарях,
цирюльниках и хирургах. Вполне логично связать это изменение
с событиями в стране - 5 июня 1576 г. было положено начало
организации Католической Лиги':'. Движение, развернувшееся в
стране, заключалось в мобилизации католического большинства.
Рьяные католики призывали не просто к войне с гугенотами, но к
переоценке привычной иерархии. Формально придерживаться ка­
толицизма было уже мало. Наиболее радикальные лигёры в своих
утверждениях доходили до того, что социальный статус человека
должен зависеть от искренности и силы его веры. Исследователи,
склонные к социальной интерпретации Лиги, видят в ней выра­
жение недовольства традиционных городских элит теми измене­
ниями, которые привносила все более усиливавшая королевская
власть!". Применительно к городам это означало монополизацию
муниципальной власти чиновниками и судейскими, скупавшими
королевские должности. Они занимались не защитой привилегий
родного города, но выполнением королевских предписаний, а в
еще большей мере заботились о собственном благополучии. Во
многих городах-купцы, богатые ремесленники, мелкие чиновни­
ки, адвокаты и представители духовенства старались заручиться
поддержкой могущественных принцев, выступали против город­
ской верхушки, обвиняя ее в потворстве ереси, что в их сознании
предполагало и обвинение в коррупции. Во всяком случае, Клод
Атон, включенный в клиентелу Гизов, пытался в своих «Мемуа­
рах», где это было возможно, обнаружить причинно-следствен­
ную связь между нравственной порчей, стяжательством, воров­
ством и распространением ереси и охлаждением веры в сердцах
сильных мира сего. Начало лигёрского движения совпадает в
его сочинении с оживлением этой тенденции и с появлением все
более критического отношения к королю. Несмотря на то, что в
1577 г. король распустил Лигу, дух ее оставался силен. Готовясь
13 Об основных этапах Католической Лиги см.: Алтухова Н.И., Уваров П.Ю. Ка­
толическая лига // Православная энциклопедия. М., 2013. Т. 32. С. 85-91.
14 Сrоиzеt D. Les Guerriers de Dieu: La violence аи temps des troubles de religion.
Seyssel, 1990. 2те ёо. - 2005.2 vol.; Descimon R. Qui етагеш les Seize? Mythes et
геайтёв de la Ligue parisienne (1585-1589). Р., 1983; Barnavi Е., Descimon R. La
Sainte Ligue, le juge et la potence: L' assassinat du ргевшеш Brisson (15 novembre
1591). Р., 1985.

118
Н.И. Алтухова
к решительной битве за веру (возможно, осмысляемой в эсхато­
логическом ключе), Клод Атон, составляя в 1577 г. свой список,
проводил своеобразную «инвентаризацию» именитых горожан -
от прелатов до аптекарей.
Данные «Мемуаров» Клода Атона о составе провенского чи­
новничества можно, однако, сравнить с официальными докумен­
тами. Французские короли стремились взять под контроль ста­
новившиеся все более массовыми операции по приобретению и
продаже должностей, а также передачу их будущим наследникам
или даже не родственникам, но в обмен на «звонкую монету», и
несколько раз пытались провести перепись королевских чинов­
ников. Ко второй половине ХУI в. относится опись всех должно­
стей - Les Offices de France (Должности Франции), предприня­
тая Карлом IX, так называемая Анкета 1573 г.15 В самом начале
XVII в., в преддверии введения «полетты», была сделана еще
одна опись должностей - Estat de la valeur е! estimation des offices
(Положение о стоимости и ценности должностей)!". В этих доку­
ментах описываются королевские должности на всей территории
Франции. Они распределены по 28 генеральствам, налоговым
округам. После того как приводится название города и статус
имевшегося там суда, налогового бюро или соляного склада, да­
ется список должностей, указывается стоимость каждой из них!",
размер жалованья чиновника (если оно было). На основании этих
сведений можно реконструировать корпус чиновничества для
каждого французского города. Есть в этих документах и Провен.
В Анкете 1573 г. в списке должностей г. Провена приводится
36 позиций, но многие должности даны во множественном чис­
ле - «должности советников» президиального суда (les offices de
15 Поводом для проведения Анкеты 1573 г. стали меры, предпринятые в 1567 и
1568 гг. и затронувшие механизмы передачи должности: была восстановлена
резигнация, как уже было сказано выше, передача должности другому лицу
при жизни владельца должности при условии уплаты 1/4 (аи quart denier) от
ее стоимости (подобные операции в 1566 г. были запрещены Муленским ор­
донансом); должность при резигнации могла быть освобождена от «правила
40 дней», если в королевскую казну уплачивалась треть от ее стоимости. Для
определения стоимости должностей и была проведена эта опись. Рукопись
хранится в Отделе манускриптов Национальной библиотеки Франции в Пари­
же - BNF. Ms. fr. 4436. См.: Nagle J. L' епоцёте sur les offices de 1573 / / Bulletin
de lа Societe d'histoire moderne et contemporaine. 1994, N 3-4. Р. 27-34; /dem.
Officiers «шоуепв» dans le епоцётев de 1573 et 1665 / / Cahier du Centre de recher­
ches historiques. 1999. N 23: Officiers «гпоуепв» (1). Р. 13-26.
16 BNF. Cinq cents Colbert 256.
17 Стоимость должности определялась Королевским советом.

Чиновники одного французского города
119
Conseillers audit siege), «три должности сборщиков тальи» (les
trois offices de Receveurs des tailles), «должности сержантов» (les
offices de sergents) и пр. В описи 1603 г. для Провена называется
30 должностей (10 для президиального суда и 20 для элексьона).
Списки Клода Атона по сравнению с официальными в два раза
больше: список 1574 г. включает 67 должностей, список 1577 г. -
77 (без учета духовенства, чиновников городских учреждений,
торговцев, медиков и цирюльников). Некоторые имена чиновни­
ков повторяются из-за совмещения должностей - так Франсуа
Анжено, советник президиального суда Провена, имел также
должность лейтенанта ведомства вод и лесов, а Николя Приве,
дознаватель (enquesteur) в бальяже и президиальном суде Про­
вена, был также контролером соляного склада. И хотя в основ­
ном - в важных должностях - списки совпадают, есть и некото­
рые отличия. Так, например, в описях должностей, предпринятых
королем, нет должностей, связанных с бальяжем, Т.е. должность
бальи не была продаваемой (venal) и стоимость ее не могла быть
определена. Однако Клод Атон подробно описывает, как знатный
дворянин (gentilhomme noble de гасе) Оливье де Суассон, сеньор
де Пуатье, стал бальи Провена.
Предыдущие бальи Филипп Дюран и Жан Аллом не были дво­
рянами, оба они являлись лиценциатами права, людьми «длинной
мантии». По решению Генеральных Штатов в Орлеане (1560 г.) и
согласно изданному после них королевскому ордонансу вакант­
ные должности в суде бальяжа теперь могли занимать только
люди «короткой мантии»!", дворянского происхождения и с до­
стойной репутацией. Вопреки оговоренному в ордонансе запрету
продавать эти должности прямо или косвенно (sans que tels offices
puissent estre vendus directement оu indirectement) 19, мемуарист
18 Эта история наглядно показывает различие между чиновниками «длинной
мантии» - судьями, специалистами по праву, которые являлись на заседания
в длинных мантиях (см., например, Цатурова С.К. Формирование института
государственной службы во Франции XIII-XV вв. С. 434-454), и чиновни­
ками «короткой мантии», которые не имели юридического образования (это
подчеркивает Клод Атон) и, грубо говоря, могли сесть на коня и лично под­
держивать порядок в своем округе. На судебные заседания новый бальи Про­
вена являлся «со шпагой на боку, в плаще или манто на плечах, без длинной
мантии» (1' сврсе аи совте et 1а сарре ои 1е manteau sus 1es espau1es, sans 10ngue
robbe - 1573: 188. Т. 3. Р. 76).
19 Ordonnance genera1 rendue sur 1es p1aintes, do1eances et remontrances des ётатв as­
вешшёев а Опёапв, Art. 48 // Recueil genera1 des anciennes 10is тгапсагзев depuis
1'аn 420 jusqu'a 1а Revo1ution / Ed. Fr.-A. Isambert et а1. Р., 1829. Уо1. 14. Р. 77.

120
н.и. Алтухова
уверяет, что должность бальи Провена была продана королем (fut
par le roy vendu - 1573: 185. Т. 3. Р. 75), а сеньор де Пуатье ее
купил (l'acheta - Ibid. Р. 76). Будущего бальи убедил занять эту
должность и помог заплатить за нее Франсуа Топен, главный за­
меститель бальи Провена, впоследствии получивший некоторые
выгоды от этого (в 1575 г. бальи Оливье де Суассон стал крестным
отцом сына Франсуа Топена - 1575: 197. Т. 3. Р. 213). Стать бальи
очень хотел и мэтр Пуатевен (имя пропущено), сын скончавше­
гося адвоката Жана Пуатевена, юноша 18 или 20 лет от роду, и
на это он «употребил все свои средства и помощь друзей». Он,
как отмечает Клод Атон, обязательно стал бы бальи, если бы был
дворянином (1573: 186. Т. 3. Р. 76). Впоследствии мэтр Пуатевен,
имя которого мы так и не узнаем (но это именно тот, кто хорошо
разбирался в греческом языке), станет королевским прокурором в
Провене. Случай с приобретением должности бальи показывает,
что наряду с легальной практикой уепайле des offices, реализовы­
вавшейся через кассу «нерегулярных доходов» (caisse des parties
casuelles), по-прежнему существовала и традиционная продажа,
которую можно назвать коррупционной или, по выражению Ро­
бера Десимона, кутюмной (мёпаше сошшшегег", Но различали
ли эти нюансы люди ХУI в.? Ведь и в том, и в другом случае
должность они получали «от короля» (de par le roy).
Сравнив два составленных Клодом Атоном списка, мы можем
проследить изменения среди чиновников Провена. Куда-то ис­
чезает благородный муж Луи Дюран, президент президиального
суда, а его должность оказывается у некоего Маршана, который
назван «слишком юным для этой должности». Умирает замес­
титель бальи по гражданским делам и советник президиального
суда Николя де Вилль, и его должность тоже исполняет Маршан.
Отец умершего Николя де Вилля, Жан де Вилль, в 1577 г. уже
не королевский прокурор, а адвокат, хотя и старейший. Функции
королевского прокурора теперь исполняет тот самый лиценци­
ат права Пуатевен, некогда мечтавший стать бальи. Удваивается
20 Descimon R. Мопегппё et archaYsme de 1 'Etat monarchique: Le Parlement de Ра­
ris saisi par la уепайге (XVIe siecle) // L'Etat moderne: Оспеве. Bilans et pers­
pectives / Ed. J.-Ph. Genet. Р., 1990. Р. 147-161; idem. Les elites du pouvoir et
le prince: l'Etat сотте entreprise // Les elites du pouvoir et la construction de
l'Etat еп Europe / Ed. W. Reinchard. Р., 1996. Р. 133-162; Idem. La успаше des
offices сотте dette publique sous l' ancien regime тгапсшв. Le bien соттип аи
pays des штёгётв рттуев // La dette publique dans l'histoire: Colloque organise раг
le CRH еп novembre 2001 / Reunis par J. Andreau, G. Beaur et J.-Y. Grenier. Р.,
2006. Р. 177-242.

Чиновники одного французского города
121
число советников президиального суда, причем один из них, не­
кий Люкен, получил это место «с помощью друзей». Элю Абса­
лон Топен тоже стал советником, явно не без поддержки своего
брата Франсуа Топена, главного заместителя бальи. В должности
лейтенанта «короткой мантии» вместо Пьера Легра оказывается
«бестолковый» Паро. А новую должность четвертого элю полу­
чил бывший поденный рабочий Жиль Доманшен. Налицо как рост
числа чиновников, так и их ротация. Однако создается впечатле­
ние узости круга, все как будто связаны видимыми иневидимыми
нитями. Тем интереснее посмотреть на действия этих людей на
«рынке должностей».
Продажа новых должностей была наиболее выгодна для каз­
ны, новые должности всегда оказывались дороже, чем вакант­
ные", однако всегда оставался риск, что король может упразднить
новые должности. Мэтр Франсуа Топен, главный заместитель ба­
льи, который так удачно помог Оливье де Суассону с должностью
бальи, как сообщает Клод Атон, «был тогда единственным орди­
нарным судьей и только для суда бальяжа, потому что президиаль­
ный суд Провена был упразднен в 1561 г. по решению Генераль­
ных Штатов в Орлеане; в Провене также оставался один советник
президиального суда без президента, мэтр Клод Тибо». В 1573 г.
король восстановил президиальный суд в Провене в том составе,
который был определен при учреждении этого суда+': президент
(им стал Луи Дюран, сеньор де Ронсо, сын умершего президен­
та президиального суда Филиппа Дюрана) и 6 или 7 советников.
Поначалу на судебных заседаниях Луи Дюрану помогали только
прежний советник Клод Тибо и Топен, «главный заместитель
бальи по всем делам» (lieutenant general роцг tout), поскольку в
,
21 См.: Алтухова Н.И. Продажа должностей во Франции в свете «Инвентаря кви­
танций ... » ... с. 70-71.
22 В Провене президиальный суд (подчинялся Парижскому парламенту) с 6 со­
ветниками-судьями, рассматривавшими в последней инстанции гражданские
дела, где оценка спорного имущества не превышала 250 турских ливров или 1 О
ливров ренты, был учрежден королевским эдиктом от марта 1552 г. Жалованье
каждого советника составляло 100 турских ливров В год (Ampliation de l'Edict
de lа сгёапоп des Conseillers, Magistrats et Juges ргёзкйацх: avec l' establissement
I de leurs sieges et ressorts (mars 1551) // Fontanon А. Les edicts et ordonnances
1des Roys de France. Р., 1611. Т. 1. Р. 336-344 (эдикт был подписан королем в
марте и зарегистрирован в Парижском парламенте 6 апреля 1551 г., до Пасхи
(17 апреля), с которой начинался новый 1552 г., что специально отмечено в
издании Recueil general des anciennes lois [гапсагзев depuis l'an 420 jusqu'a
lа Revolution / Ed. Fr.-A. Isambert et аl. Р., 1828. Т. 13. Р. 268; в соответствии с
грегорианским летоисчислением создание президиальных судов датируется
1552 г.)

122
Н.И. Алтухова
течение всего оставшегося года никто так и не купил (nulz avoient
асперге) должностей советников. Основным препятствием к при­
обретению должностей было опасение, что король опять упразд­
нит их (1573: 189-190. Т. 3. Р. 76-77).
В начале 1574 г. президиальный суд Провена был укреплен еще
несколькими должностями советников, и «президент Дюран, се­
ньор де Ронсо, убедил мэтров Франсуа Анжено, Николя де Вилля,
Этьена Бурдье, Клода Бюро и некоторых других (все они были ли­
ценциатами права и адвокатами в Провене ) купить эти должности,
заверив всех, что король больше не упразднит их к убытку [владель­
цев должностей], поскольку он восстанавливал вышепоименован­
ный президиальный суд уже в третий раз; каждая должность оце­
нивалась королем в 1200 турских ливров». Жалованье королевского
советника в президиальном суде составляло 100 или 120 ливров в
год, оно должно было выплачиваться сборщиками тальи Провена из
собранных ими налогов. Таким образом, президиальный суд Про­
вена состоял теперь из президента, 6 советников и заместителя ба­
льи по уголовным делам, который также имел статус советника. На
первом заседании по правую руку от президента Дюрана находи­
лись старейшие члены суда: главный заместитель бальи и советник
Франсуа Топен и советник Клод Тибо, а новые советники - Франсуа
Анжено, Николя де Вилль, Этьен Бурдье и Клод Бюро, а также Пул­
ле (или Полле), который вместо Бурдье стал заместителем бальи по
уголовным делам, стояли по 2 сторонам от президента - 3 с одной
стороны, 4 с другой (1574: 39. Т. 3. Р. 104-105).
Для Клода Атона было важным рассказать, откуда чиновни­
ки брали деньги на покупку весьма дорогих должностей. Так,
Этьен Бурдье, желая угодить своему лучшему другу (sien ату
parfaict) Луи Дюрану, президенту президиального суда, приоб­
рел должность советника. Для этого ему пришлось продать свою
прежнюю должность заместителя бальи по уголовным делам, ко­
торую он исполнял в Провене с 1558 г. (тогда она была преоб­
разована королем в должность - ledit estat fut erige en office par
lе roy). Ее задорого приобрел Полле, зять умершего к тому вре­
мени королевского адвоката Дени Леграна. И хотя, как отмечает
мемуарист, Бурдье продавал эту должность из-за своей болезни
(он страдал от сильной подагры) и, по его словам, не собирался
больше ничего приобретать, поскольку «боялся потерять деньги
вместе с жизнью», вырученные средства и дружеские отношения
с президентом президиального суда подвигли его к покупке новой
должности советника (1574: 40. Т. 3. Р. 105). Потом имя Бурдье

Чиновники одного французского города
123
упоминается лишь один раз, в рассказе о несчастном молодом со­
ветнике Баранжоне, который в возрасте 28 или 30 лет скончался
от чумы. Ходили слухи, что Баранжон заразился в Мелене, куда
ездил на похороны вдовы Этьена Бурдье (1582: 52,56. Т. 4. Р. 481,
483). Можно предположить, что должность советника молодой
Баранжон, сын элю Николя Баранжона, получил от Бурдье.
Интересна и история адвоката Николя де Билля, сына королев­
ского прокурора Жана де Билля. Николя де Билль был хранителем
печати шателенства и бальяжа Провена. Б конце 1572 г. по указу
Карла IX должности хранителей печати в королевстве ликвиди­
ровались, прежним владельцам этих должностей должны были
возместить деньги, потраченные на их приобретение, но только
после того, как найдутся люди, готовые купить новые должнос­
ти хранителей печати по той цене, которую предложит король;
до этого времени функции хранителей печати надлежало выпол­
нять особым комиссарам, назначенным королем. Б соответствии
с этим указом Николя де Билль лишился должности хранителя
печати, а его функции были переданы некоему Фолле, называв­
шему себя господином Ла-Мадлен и проживавшему в Провене,
который и стал хранителем печати как комиссар, по поручению
короля; в доме Фолле ставились печати на все соглашения и су­
дебные акты, за каждую взималось 12 турских денье. Лишенный
своей должности Николя де Билль отправился к королю и пред­
ставил прошение, в котором объяснил, что владел должностью
хранителя печати до ее упразднения, и что ему кажется правиль­
нее, если для исполне.ния новой должности предпочли бы именно
его, а не кого-нибудь другого, поскольку никто не согласится воз­
местить ему все то, что он потратил на приобретение должности.
Николя де Билль, «получив соответствующее обещание от короля
или того, кто имел обязанность продавать вышеуказанную долж­
ность», провел при дворе больше 6 месяцев, ожидая, когда будет
определена сумма, которую надо заплатить за должность. Б конце
концов, он получил новую должность хранителя печати, уплатив
за нее сразу 1000 или 1200 турских ливров (1573: 194-195. Т. 3.
Р.78-79).
Однако в начале 1574 г. он без колебаний продает эту долж­
ность некоему чесальщику шерсти и трактирщику Фиакру Готье,
чтобы купить себе новую должность советника президиального
суда. Более того, должность хранителя печати ему удалось про­
дать дороже, чем она обошлась ему, к тому же он плохо обошелся
с Готье: ведь когда де Билль приобрел эту должность, за каждый

124
Н.И. Алmухова
оттиск печати, ставившейся на все судебные обязательства и ко­
ролевские контракты, платили по 12 денье, а теперь возмутив­
шиеся обыватели захотели уменьшить плату до 4 денье. Против
Готье, недовольного таким оборотом дел, прокурор и эшевены
г. Провена начали процесс, в итоге, дело было рассмотрено Па­
рижским парламентом, подтвердившим взимание 4 день е за каж­
дый оттиск печати (1574: 41. Т. 3. Р. 105).
Деятельный Николя де Билль вместе с должностью советника
президиального суда купил и совсем новую и недавно созданную
королем должность заместителя бальи по гражданским делам
с жалованием в 100 или 120 турских ливров (эту должность и
должность советника можно было совмещать). Заместитель ба­
льи по гражданским делам вершил суд и занимался всеми делами,
связанными с правосудием в отсутствие главного заместителя ба­
льи (1574': 42. Т. 3. Р. 105-106).
Однако спустя год, в марте 1575 г. Николя де Билль умирает.
И оказалось, что он, ради своих должностей «теша свою гордыню
и ведя светский образ жизни», оставил долгов на сумму больше
чем 2000 турских ливров. «Из-за этих долгов его жена, происхо­
дившая �З семьи почтенных торговцев и дубильщиков кожи из
городка Доннмари, хотела бросить ключи в могилу и отказаться
от своего имущества и долгов, но ее опередил мэтр Жан де Билль,
королевский прокурор Провена, отец скончавшегося де Билля,
человек весьма богатый и не имевший более никого, кроме до­
чери, весьма плохо воспитанной+'. Он выплатил долги сына и
предоставил его вдове и детям средства, достаточные для жизни,
и все это для того, чтобы избежать бесчестия24» (1575: 199. Т.3.
23 Жан де Билль исключил свою дочь из списка наследников из-за семейного
скандала: после смерти мужа (кстати, мэра того же городка Доннмари, из ко­
торого происходила вдова Николя де Билля), убитого в 1567 г. гугенотами,
она родила ребенка от его брата (1580: 80. Т. 4. Р. 322).
24 Однако Николя де Билль был известен и другим. Хотя, как отмечает Клод Агон,
он умер как настоящий католик, раскаявшись в грехах, в 1560-1569 гг. Николя де
Билль сражался на стороне гугенотов, в армии принца Конде, после смерти кото­
рого он вернулся в католическую веру. Однако, будучи гугенотом, Николя де Билль
прославился как один из «самых гнусных святотатцев». Поговаривали, что новый
дом, построенный им в Провене на улочке Святого Креста, «был сооружен из золо­
тых и серебряных крестов и литургических чаш, которые он крал из церквей везде,
где проходил». Такой дом, уверял Клод Атон, нельзя было построить на доходы
простого адвоката, тем более что и в мирной жизни Николя де Билль пытался, хоть
и с трудом, поддерживать иной образ жизни: он много тратил денег, чтобы достой­
но одевать себя и свою жену, а также регулярно охотился, нанося при этом убытки
посевам и виноградникам Провена (1575: 201-203. Т. 3. Р.214--215).

Чиновники одного французского города
125
Р. 214). Кроме того, королевский прокурор несколько раз ездил
ко двору и обращался к королю и к герцогу Алансонскому, опи­
сывая все тяготы по приобретению должностей, огромные долги,
оставшиеся после их покупки. В конце концов, ему удалось до­
биться от короля разрешения продать (vendre) должность совет­
ника и использовать полученные деньги на благо вдовы сына и
оставшихся сиротами детей, ничего не платя в казну (sans qu'il
еn pauyast аиlсиnе chose а Leurs dittes Магезтёв). Должность со­
ветника президиального суда была продана Этьену де Ла Мотту,
адвокату Провена и прево Сордена (1975: 200. Т. 3. Р. 214). Сам
Жан де Вилль, вероятно, не очень долго оставался королевским
прокурором, дальше он назван адвокатом (1576: 166. Т. 3. Р. 336).
В 1576 г. будет доказано, что Жан де Вилль обманывал всех, назы­
вая себя «сеньором Сен-Бри и прихода», поскольку эту сеньорию
он получил не от отца, а унаследовал от мэтра Луи Ле Руа, а тот
некогда купил сеньорию при Франциске 1, распродавшем часть
домениальных земель (1576: 167. Т. 3. Р. 336-337). В 1580 г. Жан
де Вилль окажется фигурантом скандального судебного рассле­
дования, которое начнет против него новый муж его невестки,
бальи соседнего города Вилльнокса; адвокат будет обвинен в
подделке долговой расписки и бежит из города (1580: 79-82. Т. 4.
Р. 322-323).
Примечательно, что об операциях по купле-продаже долж­
ностей, совершаемых чиновниками, Клод Атон рассказывает, со­
храняя, в общем-то, нейтральный тон, осуждая только тех, кто
продает должности заведомо не подходящим людям. Впрочем, он
считал, что люди могут измениться и стать лучше. Так, лейтенант
«короткой мантии» Пьер Легра, некогда прославившийся тем, что
схватил известного в Бри вора и разбойника-убийцу по имени
Бруйар, продал (vendit, чуть дальше по отношению к этой опера­
ции употреблен глагол resigner) свою должность «бестолковому»
юноше Паро за 1200 турских ливров. Как пишет Атон, этот Легра
опасался санкций против него, поскольку он, как говорили, «под­
нял шум ... против тех, кто больше не был добропорядочными
жителями страны». Так Клод Атон вуалирует достаточно простую
истину: Пьер Легра слишком усердствовал в преследованиях и
грабежах гугенотов, чем вызвал недовольство местного дворян­
ства (gentillastre - «дворянчиков»). Возможно, среди гонителей
Легра были и католики, ведь дело происходило в разгар движения
«недовольных», «под предлогом религии» выступивших против
антидворянских преступлений черни и безродных королевских

126
Н.И. Алmухова
чиновников (1575: 219. Т. 3. Р. 221). Паро, приобретший долж­
ность лейтенанта «короткой мантии», не очень ей соответство­
вал, поскольку был слишком юн, и, как пишет Клод Атон, «Бог
знает, когда он станет более мудрым, скромным и степенным»:
он, «подобно принцам и крупным сеньорам», держал в конюшне
трех очень дорогих лошадей, а также и других лошадей и дюжину
борзых и охотничьих собак, «как сеньоры с доходами в 4 тысячи
ренты, хотя сам он едва имел 4 сотни», и далее мемуарист ехидно
добавляет: «в молодых людях мы редко видим достаточно ума»
(1575: 220. Т. 3. Р. 221). Однако после того как новый лейтенант
успешно проведет несколько операций против опасных преступ­
ников, Клод Атон удостоит его эпитетом «миролюбивый и доб­
ропорядочный» (paisible et rassis - 1578: 60. Т. 4. Р. 24). Бывший
же лейтенант, используя вырученные деньги, сначала станет но­
тариусом, но поскольку эта деятельность не принесет ему особой
прибыли, он возьмет в аренду сеньорию Аверли, где будет рабо­
тать сам (1575: 221. Т. 3. Р. 221).
Недостойным поначалу казался Клоду Атону и Николя Мар­
шан, сын сборщика тальи Жана Маршана. Николя Маршан (или
его отец специально для сына) приобрел у мэтра Луи Дюрана
должности президента президиального суда Провена и замести­
теля бальи по гражданским делам. Новый президент был слишком
юным: 24 лет от роду, он только-только закончил учиться. Однако
со временем Николя Маршан показал себя весьма достойно на
этой должности: «он вершил истинное правосудие, не соблазня­
ясь ни подношециями, ни подарками, ни родственными связями»,
и заслужил уважение даже со стороны тех, кого осудил (1575: 222.
Т. 3. Р. 222). Высоко оценил Клод Атон и краткую деятельность в
Провене бывшего президента президиального суда Луи Дюрана:
«он исправил много злоупотреблений, которые нашел среди лю­
дей правосудия Провена, к их недовольству, но к удовлетворению
порядочных людей и к выгоде народа» (1575: 223. Т. 3. Р. 222).
Королевскую политику по учреждению новых должностей
Клод Атон рассматривал только как направленную на стеснение
и угнетение народа (а lа [оиllе et oppression du реирlе). В начале
1574 г. были созданы новые должности советников президиаль­
ного суда (1574: 39. Т. 3. Р. 104-105). В том же году увеличилось
число новых должностей сержантов и нотариусов (1574: 47.
Т. 3. Р. 107). В следующем году число нотариусов опять возросло,
но поскольку, как отмечает Клод Атон, им не нужно было пла­
тить жалованье, недовольство населения не было большим (1575:

Чиновники одного французского города
127
253. Т. 3. Р. 233). А вот на жалованье секретарей-писарей тальи
(greffiers des tailles), получивших статус королевских чиновников,
владельцев должно сей (erige en office), должно было идти 6 де­
нье с каждого ливра собранной тальи (2,5%). Такие секретариа­
ты надлежало создать в каждом церковном приходе королевства,
чтобы составить подробные списки податного населения: чинов­
ник фиксировал имя, фамилию и уплаченную сумму тальи. Пос­
кольку на местах находилось не так много желающих покупать
подобные должности, на жителей приходов возлагался дополни­
тельный налог в том объеме, сколько должен был стоить такой
секретариат; деньги собирались сборщиками тальи по элексьо­
нам (1575: 251. Т. 3. Р. 232). Как королевские должности (en tiltre
d'office) должны были исполнять теперь и функции оценщиков
имущества,' им предписывалось оценивать имущество в тех до­
мах, где были дети, оставленные отцом и матерью, и составлять
списки этого имущества. Оценщики получали по несколько денье
с каждого ливра той суммы, в каковую оценивалось имущество
(1575: 252. Т. 3. Р. 232-233). Работу оценщиков имущества могли
исполнять и королевские сержанты, чья должность не предпола­
гала выплаты жалования.
В 1575 г. в каждом элексьоне были созданы новые должности
четвертого элю с большим жалованием. Эти должности прода­
вались задорого и, видимо, пользовались спросом. В элексьоне
Провена ее приобрел житель деревни Виллер-Сен-Жорж, «кото­
рый еще 1 О лет назад был поденным рабочим (mainouvrier а lа
journee) и трудился в поле и в городе, а потом служил в нотари­
альной конторе в Провене и писарем в своем городке. Жиль До­
маншен заплатил за должность четвертого элю 900 золотых экю,
получив взамен жалование и освобождение от выплаты тальи,
габели и других налоговых сборов ... Вскоре после того, как этот
господин поденный рабочий стал элю, он сменил стиль одежды
и женился в Провене ... и когда его видели так хорошо одетым и
держащимся важно, было даже трудно представить, что когда-то
он целыми днями трудился на гумне» (1575: 254. Т. 3. Р. 233). Тог­
да же остальных элю, а также прокурора, контролера и секретаря
элексьона принудили заплатить в казну сумму, в соответствии с
их жалованием (элю платили по 100 экю), чтобы получить осво­
бождение от тальи и «принудительных» займов.
В 1578 г. были созданы должности президента элю и сержан­
тов в элексьонах, а также новые должности адвокатов и «альтерна­
тивных» контролеров тальи в бальяжах. За должность президента

128
Н.И. Алmухова
элю Антуан Иве, бывший секретарь элексьона, заплатил королю
1300 экю. Мэтр Жан Ретель, королевский адвокат, выкупил вторую
должность королевского адвоката бальяжа. Новыми сержантами
элексьона стали Дени Доманшен и Кириас Шаррон. Должность
«альтернативного» контролера тальи купил Николя Лекур, полу­
чивший прозвище «контролер салфеток»: у него не было достаточ­
но денег,' чтобы купить эту новую должность, и ему пришлось для
этого продать все белье, в том числе дюжину или две прекрасных
кружевных салфеток, а также поземельную ренту в мюид зерна
(1578: 260-262. Т. 4. Р. 109-110). И увеличение числа чиновников,
и рост их жалованья, и налоговые изъятия провенский священник
совершенно справедливо рассматривал как попытки королевской
власти найти деньги, но подобная политика, несмотря на прикры­
тие заботой-об общем благе (этими словами полнились все эдикты
о создании новых должностей), вела, по словам Клода Атона, к
«великому угнетению, ущербу и разорению бедного народа всего
королевства» (1575: 255. Т. 3. Р. 234).
Постепенно у автора «Мемуаров» сгущаются краски: где-то
со второй половины 70-х годов ХУI в., на фоне возобновивших­
ся гражданских войн, нарастает ощущение общего кризиса и
близкого краха. Священник уже не верит в-те реформы, которые
проводит королевская власть. В 1580 г. он пишет: «Король издал
множество эдиктов о реформировании правосудия; прекрасные,
хорошие и благие деяния, тем более что все это, как он говорит, для
облегчения его бедного народа; однако народу от этого нисколь­
ко не будет легче, наоборот, он будет обременен еще большими
тяготами ... и все это происходит из-за одной главной ошибки - он
неправедно и жадно продает задорого должности, которые чис­
лом уже и так огромны и излишни. И поэтому невозможно, чтобы
король говорил правду, когда он заявляет о том, что ищет лишь
облегчение своему бедному народу ... » (1580: 170. Т.4. Р.358).
Говоря о Генеральных Штатах в Блуа и о королевском ордонан­
се, изданном Генрихом 111 на основе требований Штатов (1579),
Клод Атон одобряет решение упразднить все новые должности,
за которые выплачивается жалование, дождавшись их вакации.
Но вопреки обещаниям король через некоторое время создает
все новые и новые должности и демонстрирует тем самым, что
«его народ должен верить ему не больше чем варварам, туркам,
язычникам или лживой потаскухе» (1580: 172. Т.4. Р. 359). Все
эдикты короля по созданию должностей (так, в июне 1580 г., пос­
ле длительного сопротивления Парижского парламента, была

Чиновники одного французского города
129
учреждена вторая Палата прошений Дворца и, соответственно,
созданы новые должности президентов и советников) оцениваются
как противоречащие его собственным указам и здравому смыслу.
Клод Атон призывает всего лишь исполнять законы, однако слож­
ность законодательного урегулирования ситуации с должностями
демонстрирует история с должностью четвертого элю Провена.
После внезапной кончины Жиля Доманшена эта должность
оказалась вакантной. Вдове, лишившейся мужа и утратившей его
должность и денег за нее, не оставалось ничего другого, как пи­
сать прошения, чтобы ее хотя бы освободили от уплаты 20 экю,
которые, согласно королевскому распоряжению, должны были
заплатить все элю королевства и не успел при жизни выплатить
ее муж, «ведь он не получал ни жалования, ни других прибылей,
предусмотренных королем для чиновников элексьона» (1581: 1 71.
Т. 4. Р. 454). Многие из жителей Провена, как отмечает Клод Атон,
хотели бы получить эту должность. В «Мемуарах» описывается
алгоритм действий. По-настоящему выгодную должность полу­
чить было непросто, даже при условии выплат в кассу «нерегу­
лярных доходов». Нужна была еще и личная протекция сильных
мира сего. Некоторые претенденты поехали к Анне д'Эсте, гер­
цогине де Немур, сеньоре Провена, другие - к королю, третьи - к
герцогу Алансонскому и Анжуйскому, Провенский буржуа Пьер
Рейе (в списке 1577 г. он фигурирует как сборщик коммунальных
денег Провена) первому удалось заполучить должность - он зару­
чился письмами герцогини. Но президент элексьона и остальные
элю отказались ввести его в должность, основываясь на реше­
нии -Генеральных штатов и статье Блуаского ордонанса, соглас­
но которым все должности, ставшие вакантными после смерти
владельца, подлежали упразднению. Коллег из элексьона поддер­
жали прокуроры и эшевены города, также отказав Рей е ввести в
должность. Тогда тот потребовал возместить деньги, потраченные
за эту должность, и обратился за помощью к герцогу Алансон­
с кому. Герцог подтвердил его право на должность. После того как
Рей е представил письмо, написанное герцогом, прокуроры и эше­
вены города после долгого совещания были вынуждены заявить,
что из уважения к герцогу не будут мешать Рейе в утверждении
в должности, «если по отношению к ней король не преследует
какого-либо много интереса». Однако королевский прокурор от
имени короля отказался ратифицировать это решение и/утвердить
просителя в должности. Кто-то из горожан предложил совместно
выкупить эту спорную должность и возместить деньги королю
5 Заk. 288

130
н.и. Алтухова
или «тому, кому она принадлежит», а должность тогда бы оста­
лась под управлением города, и прокурор Провена мог бы испол­
нять должность элю и заседать вместе с президентом и другими
элю, «защищать интересы города и противостоять злоупотребле­
ниям и увеличению налогов», которые могут допустить сотруд­
ники элексьона. Это предложение было поддержано большинс­
твом. Прокуроры И эшевены Провена отправились с прошением
к королю; однако в течение года решения они так и не получили,
также как и Рейе (1581: 172. Т. 4. Р. 155).
Заканчивая историю с должностями элю, Клод Атон уже не
скрывает сарказма. В мае 1582 г. «король создал новую, пятую,
должность элю для элексьона Провена, ее получил некий Пети,
сын умершего Лоне Пети, в счет компенсации средств, выплачен­
ных им кому-то из королевского дома, чтобы иметь должность
четвертого элю, которая была вакантна после смерти в ноябре
прошлого года мэтра Жиля Доманшена и каковую приобрел лич­
но мэтр Пьер Рейе при помощи господина герцога, брата его ве­
личества. Так что после смерти одного двое приобрели одну и ту
же должность..и это является прекрасным поводом сказать что­
нибудь хорошее и помолиться о его величестве» (1582: 43. Т.4.
Р. 478).
Рассмотрев лишь небольшую часть историй, связанных с
провенскими чиновниками, я остановилась на именах тех, кто
фигурировал в списках Клода Атона 1574 и 1577 гг. Всего же в
четырех томах «Мемуаров» содержатся сотни подобных сюже­
тов. Большинство из них несут в себе оценочные характеристики,
главным образом достаточно негативные, хотя для ревностных
служителей закона, особенно "для «добрых католиков», а также
тех, кто, рискуя жизнью, ловит и судит преступников, Клод Атон
находит много лестных слов. Немалую ценность имеют наблюде­
ния автора, относящиеся к социальной стороне процесса покупки
должностей. В основном речь идет об относительно однородной
группе, скрепленной узами родства и свойства (что не мешало
существованию постоянных конфликтов внутри этой группы).
Казалось бы, это лишь подтверждает представление о постепен­
ном, но неуклонном возвышении того самого «дворянства ман­
тии», которому было суждено стать мишенью критики со сторо­
ны радикальных деятелей Католической Лиги. Но особенности
авторской позиции дают возможность усомниться в некоторых
историографических клише. Вхождение в мир обладателей долж­
ностей вовсе не обязательно было результатом закономерного

Чиновники одного французского города
131
обращения накопленного материального богатства в социально­
политический капитал. Должности вполне могли доставаться не
детям чиновников, накопивших определенный материальный и
культурный капитал и выступавших носителями определенной
служебной этики (как это было в Париже), и не сыновьям богатых
купцов, не поскупившихся на престижное университетское обра­
зование и покупку должности для -своих сыновей+ � В карьерах
чиновников было много случайного: источником богатства мог­
ло стать имущество из разграбленных -гугенотами церквей, по­
рой для покупки должностей семья бросала на конвсе скромное
имущество, вплоть до кружевных салфеток. Игра случая могла
привести к разорению или к головокружительно быстрой (и уже
в силу этого скандальной) карьере, как в случае с бывшим поден­
щиком, ставшим финансовым чиновником.
Но, в целом, Клод Атон не выступает против системы прода­
жи должностей, он не подвергает сомнению тот факт, что долж­
ность можно купить, продать, передать племяннику (хорошо,
если племянник потом окажется, скажем, справедливым судьей).
Критика его привычна для общественного мнения sXVI в.: пло­
хо, когда должности занимают люди неподобающего возраста и
недостойного образа жизни (реалии эпохи добавляют еще непре­
менное требование для «достойного человека» - католическая
вера); неправильно, что учреждается много новых должностей,
потому что создаются они неразумно, ради лишь пополнения ко­
ролевской казны, но казна все равно остается пустой, а выплата
жалования новым чиновникам ложится бременем на податное
население, которое тоже, к слову сказать, уменьшается, потому
что некоторые его представители, накопив денег, приобретают
должности и получают налоговые иммунитеты. Но главное, что
позволяют увидеть «Мемуары» Клода Атона, - уепайле des offices
в ХУI в. оставалась весьма рискованной практикоЙ. Рисковал
король, выбрасывая «на рынок» множество новых должностей:
его финансовые ожидания могли оправдаться, а 'могли и нет. Еще
более зыбкими были шансы соискателей должностей, рисковав­
ших многим, хотя бы в силу неопределенности королевской по­
литики: одни должности могли оказаться убыточными, другие
могли быть упразднены (при весьма смутных надеждах получить
какую-нибудь компенсацию), третьи могли отсудить соперники,
25 См., например, Нирреrt G. Les bourgeois gentilshommes: Ап Essay of the
Definition of Elites in Renaissance France. Chicago; L., 1977.

132
Н.И. Алmухова
заручившиеся поддержкой принцев крови. Возможно, претензии
Клода Атона к поведению чиновников и судейских родного горо­
да не всегда были лишь данью определенной политической анга­
жированности. Отсутствие непоколебимой уверенности 'В своем
будущем, подобной демонстрируемой советниками Парижского
парламента и других столичных суверенных курий; делало про­
винциальных чиновников небезупречными в плане соблюдения
предписаний должностной этики и усиливало их стремление к
тому, чтобы гарантировать рентабельность своих вложений. Но
именно так, методом проб и ошибок шло становление системы
уепайле des offices - важной социальной опоры французского аб­
солютизма. И провинциальный взгляд провенского священника
оказывается очень полезным для воссоздания стереоскопической
картины этого неоднозначного процесса.
БИБЛИОГРАФИЯ
Алтухова Н.И. Продажа должностей во Франции в свете «Инвента­
ря квитанций на должности» 1578 г. // Средние века. 2008. Вып. 69 (2).
С.59-76.
Алтухова Н.И., Уваров П.Ю. Католическая лига // Православная эн­
циклопедия. М., 2013. Т. 32. С. 85-91.
� Малов В.Н. Ж.Б. Кольбер: Абсолютная бюрократия и французское
общество. М., 1991.
Уваров П.Ю. Клод Атон - бытописатель французской смуты: загад­
ка «простого человека» / / Французское общество в эпоху культурного
перелома: от Франциска 1 до Людовика XIV / под ред. Е.Е. Бергер и
П.Ю. Уварова. М., 2008. С. 91-103. (Западное Средневековье в письмен­
ных памятниках. Приложение к «Средним векам»; Вып. 3).
Уваров П.Ю. Франция ХУI века: Опыт реконструкции по нотари­
альным актам. М., 2004.
Цатурова С.К. Король Франции и его чиновники: (Своеобразие реа­
лизации принципа абсолютной власти Quod principi placuit) 1/ Француз­
ский ежегодник. 2005: Абсолютизм во Франции: К 100-летию Б.Ф. Пор­
шнева. М., 2005. С. 129-149
Цатурова С.К. Формирование института государственной службы
во Франции XIII-XV вв. М., 2012.
Barnavi Е., Descimon R. La Sainte Ligue, lе juge et lа potence:
L'assassinat du ргёвшегп Brisson (15 novembre 1591). Р., 1985.
Crouzet D. Les Guerriers de Dieu: La violence аи temps des troubles de
religion. Seyssel, 1990. 2те ed. - 2005. 2 vol.
Descimon R. La venalite des offices сотте dette publique sous l'ancien
regime папсагз. Le bien commun аи pays des штёгётв ртгсев 1/ La dette риЬ-

Чиновники 'одного французского города
lЗЗ
" "
lique dans l'histoire: Colloque organise par le CRH еп novembre 2001 / Кёц-
nis раг J. Andreau, а. Вёаш etIJ.-У. Отешет. Р., 2006. Р. 177-242.
Descimon R. Les elites du pouvoir et le prince: l'Etat сотте еппе­
prise // Les ёйтев du pouvoir et la construction de l'Etat еп Europe / Ed.
W. Reinchard. Р., 1996. Р. 133-162.
Descimon R. Моёегппе et атспатвше de l'Etat monarchique: Le Parle­
ment de Paris saisi par la venalite (XVIe siecle) // L'Etat moderne: Оепёве.
В ilans et perspecti ves / Ed. J. - Ph. Genet. Р., 1990. Р. 147-161.
Descimon R. Qui ёгатепт les Seize? Mythes et геайгёв de la Ligue parisi­
еппе (1585-1589). Р., 1983;
Huppert G. Les bourgeois gentilshommes: Ап Essay ofthe Definition of
Elites in Renaissance France. Chicago; L., 1977.
Memoires de CZaude Haton / Ed. integrale sous la dir. de L. Bourquin.
Р., 2001-2007.4 vols. .
Memoires de CZaude Haton contenant le recit des evenements ассот­
plis de 1553 а 1582, principalement dans la Champagne et lа Brie / Ed.
F. Bourquelot. Р., 1857.2 vol.
NagZe J. L'enquete sur les offices de 1573 // Bulletin de la Societe
d'histoire moderne et contemporaine. 1994, N 3-4. Р.27-34;
NagZe J. Officiers «moyens» dans le enquetes de 1573 et 1665 // Cahier
du Centre de recherches historiques. 1999. N 23: Officiers «moyens» (1).
Р.13-26.

МНОГОЛИКАЯ МЕДИЕВИСТИКА:
«РУСЬ, МОСКОВИЯ, РОССИЯ
В свидктвяьствхх ИНОЗЕМЦЕВ»
УДК 930(47)"2013"::ИВИ РАН
В.В. Рыбаков
СЕМИНАР «РУСЬ, МОСКОВИЯ, РОССИЯ
В СВИДЕТЕЛЬСТВАХ ИНОЗЕМЦЕВ» В ИВИ РАН
в 1846 г. в Санкт-Петербурге на немецком языке вышла книга
«Кригико-литературное обозрение путешественников по России
до 1700 г. и их сочинений». Ее автор - деятель русского Просве­
щения Фридрих Аделунг, племянник небезызвестного немецкого
филолога Иоганна Кристофа Аделунга. Книга была напечатана
уже после смерти автора и стала первым научным исследованием
записок иноземцев о России.
Сочинение Аделунга до сих пор сохраняет свое значение как
источник библиографических сведений, и лишь недавно аме­
риканский историк Маршалл По составил некий современный
аналог «Обозрения», куда более краткий: Foreign descriptions 01
Muscovy: ап analytic bibliography olprimary and secondary sources
(второе издание, 2008 г.). Достаточно беглого взгляда на эту пос­
леднюю библиографию, чтобы понять, что изучение записок
иностранцев о России позднего Средневековья (XIV-XV вв.) и
раннего Нового времени (XVI-XVII вв.) далеко не самое распро­
страненное в академическом мире занятие. Назвать эту область
непаханым полем было бы, наверное, неправильно, но простор
для работы все еще огромен. В наши дни возможность выезжать
за границу и современные телекоммуникации открывают истори­
кам из России неплохие перспективы для такой работы.
Для того чтобы объединить в этом направлении усилия иссле­
дователей, специализирующихся по российской и западной ис­
тории, сотрудниками Отдела истории западноевропейского Сред­
невековья и раннего Нового времени ИВИ РАН И.В. Дубровским
и В.В. Рыбаковым был создан научный семинар под названием

Семинар «Русь, Московия, Россия ... » в ИВИ РАН
135
«Русь, Московия, Россия в свидетельствах иноземцев». Помимо
записок, которые представляют собой нарративные источники, в
поле зрение семинара попадают и архивные материалы, прежде
всего эпистолярного жанра.
Вслед за п.о. Пирлингом и Е.Ф. Шмурло, работавшими до
революции, за обработку документов из западных архивов взял­
ся И.В. Дубровский. Результаты своих разысканий он представил
на двух заседаниях семинара, состоявшихся в начале и середине
2013 г. Многочисленные находки показывают, что в хранилищах
Италии и Германии можно обнаружить целое море разрозненных
и с трудом поддающихся систематизации упоминаний о русских
посольствах в Рим, к папе Григорию Х111. Многие из таких упо­
минаний выводят исследователя на смежные темы, так как отно­
шения с Московией вплетались в сложную сеть международных
связей Римской курии в 70-80-е годы ХУ1 в.
Еще одна важная задача, на решение которой нацелен семи­
нар, - открыть русскоязычному читателю либо неизвестные, либо
недостаточно изученные тексты, бросающие свет на историю Рос­
сии со стороны Запада. Кроме того, весьма интересные сведения
сообщают иноземцы, жившие в Москве и состоявшие на русской
службе. Уже много лет работу в этом направлении ведет Д.Г. Федо­
сов, с выступления которого начались заседания семинара в январе
2013 г. Записки шотландского военного на русской службе Патри­
ка Гордона, где повествуется о начальных годах царствования Пет­
ра 1, впервые становятся доступны публике как в их оригинальном
виде, так и в переводе на русский язык. На семинаре обсуждался
очередной том перевода, подготовленный Д.Г. Федосовым.
Специфический поворот темы осветил в своем выступлении
(в конце 2013 г.) автор известного сборника «Россия в первой
половине ХУ1 в.: взгляд из Европы» (Москва, 1997 г.) О.Ф. Куд­
рявцев. Его интересуют не только и не столько сведения Иоганна
Фабри о России времен Василия 111, сколько его взгляд на Рос­
сию, «образ России», каким он сложился в сознании западноев­
ропейца. О.Ф. Кудрявцев уделил большое внимание различного
рода несостыковкам и несоответствиям в повествовании Иоганна
Фабри, своеобразной мифологии, которую бессознательно творит
этот автор. Не случайно поэтому доклад вызвал много вопросов
и комментариев как со стороны постоянных участников семина­
ра (в том числе исследователей из ИВИ, МГУ и РГАДА), так и
со стороны гостей, представлявших различные общественные
организации.

136
В.В. Рыбаков
Записки приезжавших в Московию иноземцев писались, разу­
меется, на иностранных языках, как правило, на латыни. Авторам
этих сочинений приходилось приспосабливать свое изложение
к новым нуждам - описанию неведомой ранее страны и ее реа­
лий. Именно этот аспект проблемы находится в центре внимания
В.В. Рыбакова, доклад которого (весной 2013 г.) был посвящен
особенностям языка и стиля Александра Гваньини и - в мень­
шей степени - Якоба Ульфельдта и Антонио Поссевино. Язык
иностранцев, создававших свои «Путешествия» и «Описания»,
зачастую беден, стереотипен, окрашен шаблонами и клише. На
это накладывается специфическая позднегуманистическая обра­
зованность авторов, заставлявшая их черпать образы из античной
традиции. Трафаретность проявлялась и в композиции их сочи­
нений, и в том, какие стороны русской жизни они отбирали для
своих описаний, и даже в словоупотреблении.
В сентябре 2013 г. на семинаре выступил петербургский ис­
торик А.И. Филюшкин С темой «Ливонские хроники о Ливон­
ской войне». Слушателей ждал подробный рассказ о пяти немец­
ких хронистах, в сочинениях которых остались многочисленные
свидетельства, позволяющие судить о действиях русских войск
в ходе известного военного противостояния, тянувшегося почти
полвека. Тема, предложенная А.И. Филюшкиным, продолжила
линию изучения немецко-русских связей ХУI - начала XVII в.,
начало которой на заседаниях семинара было положено выступ­
лением немецкого исследователярусского происхождения Ивана
Иванова, летом 2013 г. сделавшего доклад о поздних ганзейских
документах. Среди прочего Иван Иванов затронул мало обеспе­
ченную источниками тему русских студентов в западных универ­
ситетах. Эта тема вызвала заинтересованный отклик аудитории,
породила много вопросов и суждений.
Дальнейшая работа научного семинара «Русь, Московия,
Россия в свидетельствах иноземцев» предполагается и в 2014 г.
Учредители приглашают коллег из отечественных и зарубежных
научных учрежден�� принять в нем участие, как с докладами, так
и в качестве слушателей.

УДК 94(47+450)"14"::Контарини
о. Ф. Кудрявцев
ВИЗИТ ПОНЕВОЛЕ: РОССИЯ ИВАНА 111
ГЛАЗАМИ ВЕНЕЦИАНСКОГО ПОСЛА
АМБРОДЖО КОНТАРИНИ*
в статье исследуется источник, освещающий один из ранних этапов знакомства ре­
нессансной Европы с Литовской и Московской частями Руси, - фрагменты в путевых
заметках венецианского посла вПерсию Амброджо Контарини (l-е изд. - 1487 г.).
Ключевые слова: образ Другого, международные отношения, цивилизация,
дипломатия, личность.
§ 1. Посольство вПерсию
Венецианской синьории нелегко было подобрать очередного
посла в Персию к Узун Хасану, правителю державы Ак-Койюнлу,
после поражения.снанесенного ему османами в 1473 г. в Восточ­
ной Анатолии: любой путь в Персию был чрезвычайно труден,
на многих его участках посла могли ожидать смертельные опас­
ности. Но венецианцам во что бы то ни стало надо было убедить
их геополитического союзника возобновить войну с Османской
империей, представлявшей угрозу не только их заморским вла­
дениям, но уже непосредственно и самой Италии. Для того, кто
согласился ехать послом, было установлено солидное месячное
жалование в 120 дукатов, по прибытию в страну назначения оно
повышалось до 240 дукатов, а в случае если бы удалось подвиг­
нуть Узун Хасана на новую кампанию против османов, то при
переходе его войск через Ефрат посол единовременно получил бы
2000 дукатов, полностью освобожденных от налогов. В итоге, со­
гласие править посольство в Персию выразил Амброджо Конта­
рини (1429 - около 1499 гг.), представитель одной из древнейших
и знатнейших фамилий, давших Венеции несколько дожей, боль­
шой ряд послов, флотоводцев, правителей заморских владений
республики; сам Амброджо также послужил своему государству,
* Автор выражает искреннюю благодарность Институту Восточной и Юго­
Восточной Европы в Регенсбурге (Institut fiir Ost- und Siidosteuropaforschung,
Regensburg) за предоставленную возможность в марте-апреле 2012 г. собрать
материалы для настоящей работы в книгохранилищах Германии.

138
О. Ф. Кудрявцев
он участвовал в военных кампаниях против турок (возможно, в
защите Константинополя в 1453 г.), выступал послом, занимал
пост государственного чиновника и управляющего венециански­
ми территориями'. Надо полагать, что, поторговашись, он изме­
нил сумму вознаграждения в свою пользу: теперь по прибытию к
шаху кроме указанного ежемесячного жалования он должен по­
лучить 1000 дукатов, а если же сумеет побудить шаха выступить
с войском за Ефрат - 3000 дукатов. На этих условиях в декабре
1473 г. он и был избран послом (electus огагог)".
В отличии от Иосафата Барбаро, незадолго до Контарини от­
правившегося по тому же назначению морским путем:', следую­
щее посольство должно было, по замыслу венецианского Сена­
та, передвигаться по суше (рег vias тегге)", Поэтому Контарини,
покинувший Венецию 23 февраля 1474 г., со своими людьми на­
правился на север, и в течение марта пересек Германию (через
Аугсбург, Нюрнберг, Франкфурт на Одере), так что 31 марта ока­
зался в пограничном польском городе Мезериц; Польшу проеха­
ли в несколько недель, и уже 20 апреля посольство Контарини
оказалось на территории «Нижней Руси» (современная Западная
Украина), миновало такие русские города, как Луцк, Житомир,
Белгород, Киев, у Черкасс в середине мая переправилось через
Днепр, далее по степям добралось до Крыма и к концу мая ока­
залось на южном его берегу, в г. Каффа (современная Феодосия),
крупном черноморском порту, находившемся в руках генуэзцев;
на нанятом корабле Контарини с людьми добрались в конце июля
до г. Вати (современный Батуми) на юго-западе Черного моря,
затем переехали в г. Фассо в Мегрелии, пройдя которую вене­
цианцы оказались в Грузии, из нее они перешли в конце июня
в Армению, входившую в состав владений Узун Хасана, но с ним
они встретились только в конце октября 1474 г. в Исфахане. При
1 Подробнее о Контарини см.: Lenna N di. Ambrogio Contarini, politico е viaggiatore nel
sec. ХУ. Padova, 1921; Lockhart L. Introduzione / / 1 viaggi in Persia degli ambasciatori
veneti Barbaro е Contarini / А сша di L. Lockhart, R. Morozzo della Rocca, М.Р. Tie­
polo. Roma, 1973. Р. 23-27; Morozzo della Rocca R., Tiepolo м.к Introduzione //
Ibid. Р. 54-63; Milanesi М Contarini Ambrogio / / Dizionario biografico degli italiani.
Roma, 1983. Vol. 28. Р. 97-100; Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России:
К истории итало-русских связей в ХУ в. Л., 1971. С. 86-96; Кудрявцев О.Ф. Кон­
тарини Амброджо // Культура Возрождения: Энциклопедия. М., 2007. Т. 1. С. 818.
2 Cornet Е. Le guerre dei Veneti nell'Asia. 1470-1474. Vienna, 1856. N 87, 92.
Р. 108, 109, 115. См. также: Скржинская Е. Ч Барбаро и Контарини о России.
С.86-88.
3 См.: Скржинская Е. Ч Барбаро и Контарини о России. С. 77-81.
4 Cornet Е. Op.cit. N 82. Р. 102, 103.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
139
его дворе Контарини пробыл восемь месяцев, но желаемого резуль­
тата его переговоры с персидским владыкой не дали, как и миссии
отправленных перед ним Поло (Паоло) Оньибене и Иосафата Бар­
баро. Обратный путь Контарини было осложнен захватом осма­
нами Каффы в 1475'г., довольно много времени летом-осенью он
странствовал по Грузии (перенес тяжелую болезнь в Тбилиси), а в
начале ноября 1475 г. оказался в г. Шемахе, владении Ширваншаха
(Восточное Закавказье), где встретил русского великокняжеского
посла в Закавказье Марка, с которым свел знакомство еще по пути
в г. Фассо. Оба посла направились в Дербент, в нем перезимовали
и в апреле 1476 г. морем добрались до Астрахани. Проведя в этом
городе более трех месяцев и выдержав тяжелые испытания, в ав­
густе 1476 г. Контарини вместе с Марком отправился по приволж­
ским степям на север. 22 сентября послы достигли русских земель
на южной окраине Рязанского княжества, а 26 сентября были уже
в Москве. Несколько раз Контарини встречался с великим князем
Московским Иваном 111; в силу некоторых обстоятельств здесь он
задержался почти на четыре месяца и в обратный путь отправился
только 21 января 1477 г. Он ехал через Литву, где в г. Троки 15 фев­
раля получил аудиенцию и короля Польского и великого князя Ли­
товского Казимира IV, далее ехал через Польшу и Германию, пока
1 О апреля не достиг Венеции", Дорога из Москвы домой заняла не­
обыкновенно короткое время - немногим более 2,5 месяцев. Вся
поездка длилась 3 года и 1,5 месяца.
§ 2. Сочинение Контарини «Путешествие в Персию»
На всем протяжении своих странствий Контарини, несомненно,
вел дневник, фиксируя в нем от даты к дате любые перемещения,
события, наблюдения и приключения. Эти его путевые замет­
ки легли в основу труда «Путешествие в Персию», который мог
быть создан в отрезок времени от весны 1477 г. до 1482 г. 6, когда
5 Весь маршрут освещен в сочинении самого Контарини. Его география и крат­
кая хронология даны в работе: Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о Рос­
сии. с. 94-96; см. также в этом труде пояснения к итинерарию Контарини: Там
же. с. 90-94,235-247.
6 Е.Ч. Скржинская, правда, считает, что Контарини «не обработал свой дневник»,
а опубликовал его таким, каким привез из путешествия (Скржинская Е. Ч Бар­
баро и Контарини о России. с. 105). Еще прежде в сходном духе высказывалея
Бекманн (Beckmann J. Litteratur der alteren Reisebeschreibungen: N achrichten von
ihren Verfassern, von ihren Inhalten, von ihren Ausgaben und ОЪеrsеtzuпgеп, nebst
einigen gestreueten Anmerkungen iiber тпапспегеп gelehrte Gegenstande. G6ttin­
gen, 1807. Т. 1. s. 194).

140
о. Ф. Кудрявцев
впервые зашла речь о его типографском издании в Виченце у
Леонардо да Базилеа и Риго да Санторсо, которое, впрочем, так
и не состоялось 7 о Труд Контарини увидел свет лишь через пять
лет под названием «Сие есть путешествие вПерсию мессера
Амброджо Контарини, посла Светлейшей Синьории Венеции к
господину Узун Хасану, королю Персии» (Questo е el Viazo de
misier Ambrosio Contarin, ambasador de la illustrissima Signoria de
Venesia al signor Uxuncassam, re de Persia), на последней стра­
нице книги сказано, что «отпечатана она в Венеции Ганнибалом
Фозием из Пармы, в год воплощения Господа 1487, 14 января»
(Impressum Venetiis per Hannibalem Fosium parmensem, anno
incarnationis domini MCCCCLXXXVII, die ХУI [агшагй). Вторым
изданием труд Контарини вышел в 1524 го в Венеции благодаря
Франческо Биндони и Маффео Пазини под названием "Itinerario
del Magnifico et Clarissimo messer Ambrosio Contarini, dignissimo
orator о о о ad V suncassan re de Persia", а затем в 1543 го в сборнике
сочинений о путешествиях из Венеции в Тану, Персию, Индию и
Константинополь, выпущенном наследниками Альда Мануция" о
В 1559 го он был включен в состав второго тома «Мореплаваний
и путешествий» Джованни Баттиста ·Рамузио90 Полная научная
критическая публикация труда Контарини (вместе с сочинением
Иосафата Барбаро) была выполнена в 1973 го1О Первое русское
переложение сочинения Контарини, выполненное Во Семеновым,
появилось вместе с приложенным к нему итальянским текстом и
комментариями в 1836 г '! Новый перевод тех его фрагментов,
которые касались России, был сделан.ЕоЧо Скржинской и выпу-
7 Lenna N. di. Ор. cit. Р. 5, 6; Morozzo deZZa Rocca R. Introduzione // Т viaggi in
Persia. Р. 30. N 1.
8 [Contarini А.] Viaggio del Clarissimo messer Ambrogio Contareno nеllа Persia,
mandato per Ambasciatore dalla I11ustrissima Signoria di Vinetia, айо illustre
Signore Ussuncassan re di Persia // Viaggi fatti da Vinetia, аllа Тапа, in Persia, in
India, et in Constantinopoli. Vinegia, 1543. Р. 65r-107v. Переиздание сборника
состоялось в 1545 г. (см.: Р. 58v-97r). В работе ссылки даются на второе аль­
довское издание.
9 [Contarini А.] I1 viaggio del Magnifico М. Ambrogio Contarini Ambasciatore
:della I11ustrissima Signoria di Venetia аl gran Signore Ussuncassan Re di Persia //
Ramusio G.B. Secondo volume delle navigazioni е viaggi.Venetia, 1559. Р. 112v-
125v.
10 1 viaggi in Persia degli ambasciatori veneti Barbaro е Contarini / А cura di
L. Lockhart, R. Morozzo dell1a Rocca, М.Р. Tiepolo. Roma, 1973.
11 [Конmарuнu А.] Путешествие Амвросия Контарини, посла Светлейшей Вене­
цианской республики к знаменитому персидскому царю Узун-Гассану, совер­
шенное в 1473 году // Библиотека иностранных писателей о России. Отделе­
ние первое. СПб., 1836. Т. Т. С. 10-192.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
141
щен в свет - .тоже в сопровождении итальянского оригинала -
в 1971 r.12
Цель сочинения Контарини - дать публичный отчет в том, что
им было сделано и пережито, когда он ездил послом в Персию. На
его миссию Венецианской республикой возлагались большие на­
дежды, ему выделялись немалые средства и он должен был пока­
зать, что ради выгоды своего государства он подвергался большим
лишениям и опасностям.' Этот лейтмотив, пронизывающий все
произведение, ясно обозначен во введении: хотя, по словам Кон­
тарини, когда его избрали, это посольство ему показалось труд­
ным' и весьма опасным из-за дальности пути, он согласился его
править, принимая во внимание и великую заинтересованность
своего правительства и ожидаемую пользу для всего христиан­
ского мира':'. То есть он всячески акцентировал государственные
и религиозные интересы, коим служил своей дипломатической
деятельностью, готовность ради них пойти на жертвы и риски,
что заставляло видеть в нем высокий пример гражданской и хри­
стианской доблести и являлось достаточным оправданием, чтобы
написать и опубликовать повествование о самом себе. Более того,
он почитал своим долгом оставить память о столь длительном
путешествии, с возможной краткостью рассказав о всех государ­
ствах, землях и местах, где он побывал, об их обычаях и особен­
ностях!".
Ехать на Русь Контарини не планировал. Виной тому, что ее
пришлось посетить - османы, захватившие в июне 1475 г. гену­
эзские порты в Крыму и сделавшие невозможным для него, Кон­
тарини, посла к Узу н Хасану, злейшему их врагу, использование
того маршрута, по которому он из степей Причерноморья, через
Каффу морем добрался до Закавказья; ибо на обратном пути из
Персии, дойдя к концу июля 1475 г. до г. Фассо и узнав, что юж­
ный берег Крыма контролируется османами, он должен был резко
повернуть вспять и, двигаясь на восток, дойти до Шемахи, рас­
положенной недалеко от Каспийского моря. Здесь Контарини и
12 Скржинская Е. ч. Барбаро и Контарини о России. с. 188-235.
13 " •.• et benche tallegatione а те paresse difficile, et per illongo viaggio pericolosa,
nondimeno considerando il gran desiderio della mia Illustrissima Signoria, et il
Ьепе universale di tutta la сппзйаппа, ... postposto ogni pericolo, mi deliberai ап­
dare соп bonissimo animo, et volentieri, а servir quella, et la сппвпаппа" ([ Conta­
rini А.] Viaggio ... Vinegia, 1545. Р. 58у).
14 " ••• et parendomi mio debito, di ип tanto е si longo viaggio farne memoria ... di
tutte le provincie, terre, et luoghi оме io son stato, е de lor costumi, е modi di paese,
соп quella piu Ьгеупа ротего пе Гаго шеппопе" (Ibid.).

142
о. Ф. Кудрявцев
нашел уже известного ему «посла герцога Московского» Марка!",
который, как и он, был направлен к Узун Хасану; после встречи
в караван-сарае и дружеских объятий Контарини попросил са­
мыми добрыми и вежливыми словами принять его в товарищи
(in [азца еошраяша), и русский посол согласился'". Для венеци­
анского дипломата, метавшегося в поисках пути домой по Закав­
казью, такая встреча была несомненным подарком судьбы, ему
не оставалось ничего другого, как возвращаться кружной доро­
гой через Московскую Русь, отклоняясь далеко на север. Мар­
ку, наоборот, его любезность стоила дорого, ибо Контарини стал
немалой обузой для него: Марк должен был заступиться за Кон­
тарини в Астрахани перед тамошними татарами, которые хотели
продать его как раба на базаре, под свое поручительство собрать
деньги, соглашаясь на высокий процент, у русских и татарских
купцов для его выкупа, а потом, уже в дороге, еще некоторое
время всячески скрывать его от властей Большой Орды, опекать
при преодолении чреватых риском для жизни опасностей, прежде
всего при переправах через водные просторы Каспия, Волги и ее
протоков!". И, тем не менее, Марк, судя по Контарини, о своем
благодеянии не пожалел.
Контарини очень торопился с отъездом из Москвы на Запад.
И хотя великий князь Иван 111, с которым Контарини содействием
Марка встретился вскоре после своего приезда, разрешил вене­
цианскому дипломату, как он сам пожелает, уехать или остать­
ся, тем не менее из-за долга, сделанного еще в Астрахани для
того, чтобы откупиться от татар, и не выплаченного, Контарини
принужден был задержаться и провести на Руси в общей слож­
ности более четырех месяцев - с 22 сентября 1476 г., когда он
вступил в пределы Рязанского княжества, до 27 января 1477 г.,
когда он покинул Вязьму. Тот самый Марк, который продолжал
заботиться о Контарини и в Москве, предоставив ему и его людям
жилье, снабдив пропитанием, устроив встречу с великим князем,
воспротивился отъезду венецианца, доколе он не отдаст заимо-
15 См. О Марке и его миссии: Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России.
с. 243, примеч. 91.
16 См. отрывки Контарини о России в книге Е.Ч. Скржинской, которая для своей
публикации взяла текст издания 1543 г.: Contarini А. Viaggio in Persia / /
Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России (итальянский текст - с. 188-
210; русский перевод - с. 210-235; далее страницы перевода будут указаны
через точку с запятой). с. 193; 215, 216.
17 Ibid. с. 195-201; 218-224.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
143
давцам - русским и татарским купцам - образовавшийся долг
(деньги за выкуп, проценты по ним, средства на дорожные рас­
ходы), поручителем погашения которого был русский посол.
Отправив участника своего посольства священника Стефана в
Венецию!", дабы полученными от ее правительства деньгами
расплатиться по долгам, Контарини обрел достаточно времени,
чтобы ближе познакомиться со страной пребывания. Своим впе­
чатлениям о ней он посвятил пространный отрывок в «Путешест­
вии в Персию», ставший благодаря изданию этого произведения
в 1487 г. первой в Европе значительной печатной публикацией
сведений о Московской Руси, которые могли быть доступны для
многих читателей, интересующихся этой мало известной тогда
частью мира. Еще один, меньший по объему, фрагмент, сохраня­
ющий характер путевых заметок, в начальной части произведения
сообщал о прохождении Контарини Юго-Западной Руси.
§ 3. Основные части Руси.
Впечатления от Юго-Западной Руси'
Контарини - не ученый, он - купец, дипломат, воин; одним
словом, человек практического склада. В своем повествовании он
фиксирует события и впечатления от увиденного, в первую оче­
редь, то, что может заинтересовать людей его круга, в нем нет и
следа научной рефлексии, попыток опереться на книжные знания,
упорядочить материал, согласовать географические названия.
Прежде всего стоит отметить, что Русь, по укоренившейся еще
с Марко Поло традиции, именуется им на византийский манер
«Россией» (Rossia). Страну эту он рассматривает как состоящую
из, по крайней мере, двух частей, имеющих разную политическую
принадлежность. Одну из них он посетил на пути в Персию. Как
сказано у Контарини, 20 апреля 1474 г. из Польши они вступили
«в Нижнюю Русь» (Rossia Bassa), также подчиненную названно­
му [т.е. польскому. - Авт.] королю». К «Нижней Руси» Контари­
ни относил русские территории, расположенные неподалеку от
границы с королевством Польским, по-видимому, упомянутый им
18 Ibid. С. 202, 203; 226, 227. Кроме самого Контарини и священника Стефана,
выступавшего капелланом и секретарем (cancelliero) посольства, в его соста­
ве был также переводчик с турецкого Димитрий и двое слуг - Маффео из
Бергамо (умер от чумы в Тифлисе в октябре 1475 г.) и Дзуанне Унгаретто.
См.: [Contarini А.] Viaggio ... Vinegia, 1545. Р. 59r; Скржинская Е. Ч Барбаро и
Контарини о России. С. 244, примеч. 103.

144
О. Ф. Кудрявцев
город Луцк (Iusch, или Lusch), возможно, Житомир (Апопцг)!", на­
ходящийся далее к востоку. Любопытно, что Киев, лежащий еще
восточнее, он полагает уже «вне пределов Нижней Руси» (е fuori
della Rossia detta). Хотя и не относит его к «Верхней Руси» (Rossia
Alta), из которой, как сказано, сюда, в Киев, вывозится купца­
ми пушной товар, отправляемый затем в Каффу", Похоже, что
«Верхней Русью» обозначены северо-восточные русские земли,
т.е. Великое Княжество Московское, которое, однако, в специаль­
но посвященном ему повествовании названо совсем по-иному -
«Великая Белая Русь»:". Вместе с тем, географической деномина­
ции «Малая Русь», парной к названию «Великая Русь», в тексте
Контарини нет, хотя ее использование по отношению к Юго-За­
падной Руси (в прошлом Галицкому и Волынскому княжествам),
которую Контарини называет «Нижней Русью», зафиксировано в
источниках XIV-XV вв.22 Нужно обратить внимание еще на один
нюанс: Луцк, а равно Житомир, Белгород и Киев, упомянутые в
тексте как подвластные польскому королю, входили в состав не
Короны Польской, а Великого Княжества Литовского, и польский
король владел ими не как таковой, а поскольку являлся одновре­
менно великим князем Литовским. Такие детали Контарини мог и
не знать и поэтому допустил невольную неточность.
В датировке передвижений по Юго-Западной Руси имеются
другие неточности, возникшие то ли в результате оплошности са­
мого автора, то ли из-за вкравшихся в издание опечаток. Сказано,
что в «Нижнюю Россию» Контарини с посольством вступил 20 ап­
реля, а 25 апреля они приехали, минуя огромные леса в г. Луцк;
И там находились до 24 апреля. Здесь явная ошибка, обусловлен­
ная тем, что в изданиях 1543 и 1545 гг. даты обозначены рим­
скими цифрами и скорее всего цифра ХХУI (26) была перепутана
19 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 188; 210. Название «Нижняя Русь» встреча­
ется позже у Павла Йовия, который этим именем называл «часть Литвы», ско­
рее всего ту же, что и Контарини (Iovius Р. Libellus de legatione Basilii magni
Рппстртв Moscoviae ad Clementem VII Ponteficem Maximum / / Россия в первой
половине XVI в.: взгляд из Европы / Сост., автор вводных статей, примеч.,
указат. О.Ф. Кудрявцев. М., 1997. С. 237, 267; 296, примеч. 56), и в «Космог­
рафии» Себастьяна Мюнстера, трактующего ее как «часть Польского королев­
ства» (Munsterus S. Cosmographia universalis. Lib. 111 / / Россия в первой поло­
вине XVI в.: взгляд из Европы. С. 321, 331, 341, примеч. 1).
20 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 188; 211.
21 Ibid. С. 202; 226.
22 См.: Кудрявцев О.Ф. Западные известия первой половины XV в. О Руси // Ев­
ропейское Возрождение и русская культура XV-XVII в.: контакты и взаимное
восприятие. М., 2013. С. 55-57, примеч. 2.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
145
с XXIV (24). Оттуда, Т.е. из Луцка, говорится далее, уехали 25 апре­
ля - но это не согласуется с предыдущей хронологией - и будто бы
уже вечером прибыли в Житомир+', что при тогдашних средствах
передвижения было невозможно, ибо расстояние между двумя горо­
дами немалое. Похоже, что 30 апреля путники действительно могли
достичь Белгорода (Beligraoch; современный Белгород Киевский),
а 1 мая уже и Киева (Chio)24, но если Луцк они покинули только
26 апреля, то передвигаться им нужно было очень быстро.
J И для этого имелись основания. Задерживаться надолго в Луц­
ке Контарини не решился, ибо опасался потерпеть ущерб от на­
пившихся допьяна тамошних обитателей, которые справляли две
свадьбы. Но и дорога дальше на восток оказалась небезопасна,
после Житомира посольство, как и до этого, продвигалось леса­
ми, по которым «бродили разные подозрительные люди» (d'ogni
conditione d'huomini tristi); Контарини приходилось все время
быть начеку, даже ночью-". Впечатление беспорядочности и не­
безопасности гражданского быта населения Юго-Западной Руси
увеличивает зарисовка обыкновений обитателей Киева: «с утра и
до трех часов они занимаются своими делами, затем отправляют­
ся в корчмы и остаются там до ночи; нередко, будучи пьяными,
они устраивают там драки»?", В подобных примерах житейской
распущенности и нравственного анархизма угадывается слабость
политической власти, которая должна регулировать и гарантиро­
вать существование своих подданных.
Власть эту в Киеве представлял «некий пан Мартын (Рап­
martim), поляк-католиюг". Речь идет о Мартыне Гаштольде, на­
значенном королем Казимиром IV в 1471 г. воеводой в Киев вмес­
то право славных литовских князей Олельковичей ". Пан Мартын
23 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 188; 210. Е.Ч. Скржинская считает (Указ. соч.
с. 235. Примеч. 5), что в тексте Контарини вместо XXIV (24) апреля должно
почему-то (?) стоять XXVIII (28), и относит отъезд из Луцка к 29 апреля; но
тогда добраться до Белгорода 30 апреля посольство никак не могло. Ибо если
более короткое расстояние от польской границы до Луцка оно преодолело за
5-6 дней (с 20 по 25 апреля), то на гораздо более длинный путь от Луцка до
Белгорода 1-2 дня (29-30 апреля) ни в коем случае ему не хватило бы.
24 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 188; 21 о, 211
25 " •.. cavalcammo per boschi molto pericolosi рег esservi" (Ibid.).
26 Ibid. Р. 189; 211.
27 Ibid. Р. 188; 211.
28 См.: Антонович В.Б. Монография по истории Западной и Юго-Западной
России. Киев, 1885. с. 239,240; Базилевич К.В. Внешняя политика русского
централизованного государства. М., 1952. с. 96; Скржинская Е. Ч. Барбаро и
Контарини о России. с. 236,237, примеч. 9.

146
О. Ф. Кудрявцев
принял Контарини с честью, снабдил его продовольствием в доста­
точной мере, предоставил жилище, пусть и «весьма жалкое» (assai
doloroso), задал ему пир, на который венецианский посол прибыл в
сопровождении многих присланных за ним дворян и на котором он
получил от хозяина «много богатых подарков». Наконец, пан Мар­
тын, выполняя повеление своего короля оберегать гостя от опасно­
стей, свел его с литовским послом, который ехал, как и Контарини,
в Крым в сопровождении большого отряда татарских всадников,
высланных ему ханом для охраны. В ожидании этого посла, своего
попутчика, Контарини провел в Киеве десять дней-".
Сведения Контарини о Юго-Западной Ручи случайны и по­
верхностны, как и должно быть у путешественника, стремивше­
гося побыстрее преодолеть страну. В силу этого они могут быть
не всегда достоверны. В них отразилось, прежде всего, то, что
произвело наиболее сильное эмоциональное воздействие, как,
например, опасности, диковинные обычаи, богатые подарки и
приемы, так и то, что не могло не быть замеченным и описан­
ным. Рассказывая о Луцке, Контарини обращает внимание на то,
что там находится «довольно хороший деревянный замок» (assai
honesto castello di legname), хотя на самом деле Луцкий замок к
тому времени был уже каменным". Такой же замок, построен­
ный целиком из дерева (е tutto di legname), в котором резиденция
(stantia) воеводы пана Мартына, указана в Киеве. В Белгороде
же, по Контарини, имеется «резиденция его величества короля»!'
(правда, о том, что она собой представляла, не сообщается).
29 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 188, 189; 211, 212.
30 Каменные укрепления Луцкого замка стали возводиться еще в XIII в., но ос­
новное их строительство пришлось на XIV в., правление князя Любарта (в
крещении Дмитрия). Трудно сказать, что заставило Контарини дать неверные
сведения; возможно, он в более поздних воспоминаниях перепутал укрепле­
ния Окольного замка, часть которых оставалась деревянной, с укрепления­
ми Верхнего замка (собственно детинца) или же деревянная крыша и того, и
другого замков, запечатлевшаяся в его сознании, побудила и все укрепление
посчитать деревянным. См. о Луцком замке: Говденко ММ, Кучинка ММ
Архитектурно-археологические исследования в Луцком замке // Археологи­
ческие открытия 1978 года. М., 1979. С. 319, 320; Малевская МВ. Исследова­
ния Луцкого замка // Археологические открытия 1983 года. М., 1985. С. 309;
Малевская МВ. Применение брускового кирпича в архитектуре Руси // Со­
ветская археология. 1989. N"Q 4. С. 216; Троневич П.О. Луцький замок. Луцьк,
2003. С. 31-47; Замки та фортеш Украiни / вступ. СТ., комент. та упорядкув.
Л. Прибеги. Киiв, 2007. С. 76-79; Колосок Б. Луцьк - памятка архiтектури та
мiстобудування. Iсторико-архiтектурный нарис. Луцьк, 2012. С. 13.
31 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 188, 189; 211, 212.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
147
Киев Контарини называет пограничным городом; за ним начи­
нается Татария+. Отделяет Татарию от Руси (Rossia) река Днепр
(Danambre). Ее и преодолел Контарини вместе с литовским по­
слом южнее Киева у Черкасс (Cercas) 15 мая 1474 г., направляясь
в Каффу ".
§ 4. Севера-Западная, или Белая, Русь
Сведения о Северо-Восточной Руси, в которой Контарини
прихотью судьбы задержался на несколько месяцев, возвращаясь
из Персии, гораздо полнее и содержательнее, чем о Руси Юго­
Западной.
Вступление в Москву, главный город этой другой части Руси,
Котарини и его спутники ознаменовали пением молитвы «Тебе
Бога хвалим» (Те Deum laudamus) в знак того, что, с Божьей помо­
щью, они избавились «от множества великих бед и опасностейэ ".
То есть Московское государство представлялось им страной, в
которой они могут чувствовать себя защищенными от всех напа­
стей, выпавших им на долю в чуждой, враждебной среде. Стра­
на эта здесь названа у Контарини «Великой Белой Русью» (gran
Rossia Ыапса):", хотя прежде он, отличая от Юго-Западной «Ниж­
ней Руси», называл ее «Верхней Русьюэ ",
Обозначение Северо-Восточной (в дальнейшем - Москов­
ской) Руси как «Великой Руси» появляется в византийских и ве­
нецианских документах конца XIII - первой половины XIV в. и
прочно закрепляется в европейской географической номенклату­
ре ХУ и последующих веков". Наименование этой же территории
«Белой Русью» относится, по-видимому, к началу ХУ в. и В каче­
стве другого названия «Великой Руси» продолжает держаться на
протяжении всего ХУ и ХУI вв. как в иноземных, так и в русских
письменных источниках", и, будучи производным, как показал
32 «Detta terra [Chio. - Авт.] е а confini della Тапапа» (Ibid. С. 188; 211).
33 Ibid. С. 190; 212.
34 Ibid. С. 202; 225.
35 Ibid. С. 202; 226.
36 См. выше, с. 144.
37 См. подробнее: Кудрявцев О. Ф. Западные известия первой половины ХУ в. О
Руси.С.6З-65,примеч.104.
38 Имя «Белая Русь» (и производные от него) закрепилось за Северо-Восточной,
или Московской, Русью не сразу. Оно появилось в XIV в. в документах разно­
го рода и не имело общепринятого единого географического содержания. Так,
в двух венгерских письменных памятниках XIV в. это название отражено в том,
как именовалось население земель Юго-Западной Руси, прежде относимых

148
О.Ф. Кудрявцев
к Червенским городам (или к Красной Руси). В житии Св. Кинги (ум. 1292 г.),
написанном Яном Длугошем в 1474 г. на основе, как видно, источников
XIV в., сказано, что «король Коломан, родной брат короля Белы [IV. - Авт.],
был королем белых рутенов» (Rex autem Colomanus regis Веlе germanus fuit rex
Ruthenorum Alborum) (Vita В. Kingae / / Gombos А.Р. Catalogus fontium historiae
hungaricae. Budapest, 1938. Т. 111. Р.2453); здесь имеется в виду коронация
Коломана в Галиче в 1214 г., таким образом «белыми рутенами (или русина­
ми)» названы жители Галиции. В другой раз Галицко-Волынская Русь име­
нуется «землей белых рутенов» (рег terram Alborum Rutenorum) в описании
венгерским хронистом похода 1352 г. короля Людовика, захватившего город
Белз и двигавшегося на Владимир-Волынский (Cronica gestis Hungarorum /
Hrsg. von St. Endlicher / / lahrbiicher der Literatur. Wien, 1826. Bd. 34. S. 17. См.
также: Lewicki А. Kilka przyczynkow do Kazimierza Wielkiego // Kwartalnik
historyczny. Lwow, 1889. Bd. 111. Р. 211). Со своей стороны, польский хронист
I Ян Чарнковский (ум. 1384 г.), рассказывая о пленении Ягайло сородичами,
называл Полоцк крепостью, находящейся в «Белой Руси» (<<in quadam castro
А1Ьае Russiae, Poloczk dicto». См.: Joannes de Czarnkow. Cronicon polonorum.
§ 59// Monumenta Poloniae historica / Ed. А. Bielowski. Lwow, 1872. Т.2.
Р. 719), Т.е. у него речь шла о северо-западной русской территории, входившей
в состав Великого Княжества Литовского. Приблизительно в то же время юж­
нонемецкий (австрийский) поэт Петр Зухенвирт (ум. ок. 1395 г.) под «Белой
Русью» разумел Северо-Западную Русь, скорее всего Псков и его владения;
повествуя о рыцаре Фридрихе Крейцпеке (ум. 1360 г.), он упомянул, как тот
по прибытии ок 1330 г. из Св. Земли через Крым и Польшу в Лифляндию стал
воевать под Изборском с «белыми руссами» (<<Damach gen Weizzen-Reuzzen /
vur Eisenburk vur der geheuer». См.: Scriptores rerum Prussicarum. Leipzig, 1863.
Т. 11. Р. 157. Vers. 226-227); там же, сказано, сражался с «белыми руссами»
еще один рыцарь Иоганн фон Траун (ум. после 1370 г.) (<<Die Weizzen Reuzzen
пётеп mut / zu raisen auf die Christen ... da riterlich gestiirmet wart / Eysenburch di
guten stat / in Weizzen Reuzzen, dб er trat». См.: Ibid. Р. 160. Vers. 203-206).
Случаи Имено�ания.'«�елоЙ Русью» юго-западных русских территорий
про слеживаются и' в первой половине ХУ в. Иоганн Шильтбергер «Малую
Русь», главным городом которой был Львов, называл также «Белой» (См.: Куд­
рявцев О. Ф. Западные известия первой половины ХУ в. О Руси. С. 32). В сти­
хотворной истории Констанцского собора Томаса Пришуха в качестве его
участника упоминается «герцог Белой Руси», являвшийся «князем-герцогом
Острога» (См.: Там же. С. 57, примеч. 15), Т.е. владетелем земель на Волыни.
Многократно говорится о «Белой Руси» в другом сочинении о Констанцском
соборе, «Хронике» Ульриха фон Рихенталя (Richental U. von. Chronik des
Constanzer Concils 1414 bis 1418 / Hrsg. von M.R. Buck. Tiibingen, 1882. S. 47,
51, 136, 159, 171, 191). Однако локализуется она уже не на юго-западе рус­
ских земель, а скорее на их востоке, будучи отнесена к области Смоленска (zii
wissen Riissen, zii Schmolentzgi); она является пределом, до которого прости­
рается и Европа, и литовские владения (Ibid. S. 136, 159, 171).
Похоже, что в переписке начала ХУ в. магистратов прибалтийских орде­
нов под «Белой Русью» понимаются как северные, так и северо-восточные
русские земли. В обращении 1412 г. Торуньского прусского комтура к немец­
ким князьям сказано, что поляки и Витовт «соединились с Псковом и Белой
Русью» против ливонцев (<<so haben der von Polan und herczog Wytawt mit den
von Pleschkow und den weissen Rewsen sich voreinet». См.: Codex epistolaris
Vitoldi Magni Ducis Lithuanie. 1376-1430/ Ed. А. Prochaska. Cracoviae, 1882.

Визит поневоле: Россия Ивана /// ...
149
N 498. Р. 245). В мае 1413 г. ливонский ландмаршал писал великому магистру
в Пруссию, что Витовт вошел в союз с Псковом, Новгородом и очень усилил­
ся за счет того, что на его стороне «весь русский язык» (allir Ruschen zungen)
(См.: Liv-, Esth-, und CurHindisches Urkundenbuch / Hrsg. уоп Fr.G. уоп Bunge.
Reval, 1859. Bd. lУ. N 1938. s. 848, 849). В свою очередь, великий магистр,
ссылаясь на эти сведения, в послании к чешскому королю (Вацлаву lУ) указы­
вал, что Витовт сговорился С Псковом, Новгородом «и всем русским языком»
и что предстоит война «с Белой Русью» (евспге.Ьт mir der gebitiger уоп Lyfland
mines ordens worhaftige czitunge, wi sich herczog Witawt mit den Pleskouwern
und den Grossen Nougardern und der ganczen Russchen czungen voreineget hat
ип vorbunden mit in uff гпшеп orden czu krigen ... her welle mit den Wissen
Russen krigen». См.: Codex epistolaris Vitoldi ... N 543. Р. 262. См. также: Ка­
рамзин Н.М История государства Российского. М., 1993. Т. У. С. 301. N2216),
под которой - нет сомнений - могло подразумеваться то же, что и «Великая
Русь». Невозможно согласиться с А.В. Соловьевым, что «Белая Русь», как
и «Великая Русь», в этих документах обозначают только Северную Русь -
Псков и Новгород (Соловьев А.В. Белая и Черная Русь: (Опыт историко-по­
литического исследования) // Сборник Русского археологического общества
в Королевстве Югославии. Белград, 1940. Т. 111. с. 30, 31, 47), ибо в приве­
денных материалах «Белая Русь» названа наряду с Псковом и Новгородом как
нечто отличное от них; не случайно и упоминание «всего русского языка [то
есть народа. - Авт.]», который не может быть ограничен этими двумя города­
ми и территориями, ими владеемыми. (Единственное определенное противо­
поставление земель русского Севера в качестве не «Белой Руси», но «Белой
Сарматии» (ЛЕUК�V Lapfla't(av), где располагается Новгород, который управ­
ляется аристократией и превосходит богатством остальные города «Белой и
Черной Сарматии», находящимся в этой ее части княжествам Москвы, Киева,
Твери, появляется гораздо позже, в 1470-е годы, в труде византийского исто­
рика Лаоника Халкокондила (ChaZcocondila Lаоniсиs. Historiarum libri decem /
Ed. J. Bekkerus. Воппае, 1843. Р. 131) и обусловлена трактовкой указанных
княжеств, в отличии от северо-русских народоправств, как тиранических).
Очевидно, однако, что с середины ХУ в. «Белой Русью» именуются пре­
имущественно Московские и сопредельные с ними территории. На итальян­
ской карте Фра Мауро 1457-1460 гг. обозначена далеко на северо-востоке «Бе­
лая Русь» (Rossia Bianhca), между Волгой и Доном - «Черная Русь» (Rossia
Negra) и между Днепром и Доном - «Красная Русь» (Rossia Rossa). У самого
Фра Мауро такое наименование частей Руси возводится к гидронимам; в по­
яснительной надписи к Белой Руси читаем: «Это деление на Белую, Черную и
Красную [Русь] не имеет другой причины, кроме той, что часть Руси, находя­
щаяся по эту сторону Белого моря, называется Белой; часть, находящаяся за
р. Черной, - Черной; и часть, находящаяся за р. Красной, - Красной. Татары
именуют Белое море Хактенис, р. Черную - Карасу и р. Красную - Коцусу»
(Falchetta Р. Fra Mauro's world тар. Turnhout, 2006. Р. 687. N 2768). Поэтому
попытки соотнести указанные части Руси на карте Фра Мауро с современ­
ными и прошлыми, ХУ в., политическими образованиями Восточной Европы
выглядят очень натянутыми и по большей части обречены на неудачу. Не стоит
локализовать Красную Русь на северо-западе современной Украины, востоке
Польши и западе Белоруссии (как сделано в работе п. Фалькетты: lbid. Р. 642.
N 251 7) и заключать, что это - русские владения Короны Польской, ибо у Фра
Мауро она помещена к востоку от Днепра; или Черную Русь считать растя­
нувшейся от западных границ современной Белоруссии на восток (lbid. Р. 648.

150
О. Ф. Кудрявцев
N 2542) и относить ее к владениям Великого Княжества Литовского, ибо она
помещена на карте Фра Мауро между Доном и Волгой; пожалуй, только в
Белой Руси есть основание видеть территории Великого Княжества Москов­
ского и Новгородской республики (Соловьев А. Великая, Малая и Белая Русь //
Вопросы истории. 1947. NQ 7. С. 34), ибо она, хотя и расположена у Фра Мауро
к востоку от Волги (См.: Falchetta Р. Ор. cit. [Карта-вкладыш]), простирается,
как сказано в цитированной надписи, до Белого моря. О карте Фра Мауро см.
также: Lelewel J. Geographie du Моуеn Age. BruxeHes, 1852. Т. 11. Р. 89-96; Баг­
ров Л. История русской картографии. М., 2005 (l-е изд. - 1964 г.). С. 62-64;
Фоменко И.К. Первые упоминания «Самары в западноевропейских средневе­
ковых источниках» // Среднее Поволжье в контексте средневековой россий­
ской истории: на перекрестке культур (XIII-XVI в.). Самара, 2012. С. 10, 11;
Волков И.В. Поволжье на средневековых европейских картах (в связи с по­
пыткой пересмотра даты основания Самары) // Там же. С. 41, 42. Две из рас­
смотренных деноминаций Руси - Белая и Красная - находятся на карте 1491 г.,
известной по надписи как «Эйстат» (Eystat), которая считается копией с карты
Николая Кузанского (изготовленной во Флоренции около 1439 г.) и которую
нашел и приобрел Конрад Пейтингер в Италии; на крайнем северо-востоке,
к востоку от побережья Балтийского моря, обозначенного как «Маге Svetie»,
располагается «часть Белой Руси» (Russiae АlЬае pars), основная территория
которой, надо полагать, должна простираться дальше на восток; на большом
удалении от нее в юго-восточном направлении обозначена «Красная Русь»
(Rubea Russia), пограничная с Польшей и Венгрией (см. репродукцию карты:
Багров Л. Указ. соч. С. 74). На другой карте «кузанского типа», изготовленной
Марком Беневентаном и впервые появившейся в римском издании «Геогра­
фии» Птолемея 1507 г. под названием «Современная карта Польши, Венгрии,
Богемии, Германии, Руси, Литвы» (см. репродукцию: Там же. С. 78) несколько
раз дано название «Русь» (Russia) и отдельно на северо-востоке указана «Бе­
лая Русь, или Московия» (Russia АlЬа, sive Moscovia). Почти в том же виде
она появляется в других изданиях «Географии» Птолемея, в частности, в том,
которое выпустил в 1513 г. в Страсбурге Мартин Вальдзеемюллер (подробнее
об этих картах см.: Там же. С. 74-79). Любопытно, что две другие деномина­
ции Руси - Красная и Черная - на этих картах исчезают.
«Белым императором» (Albus Imperator), явно по названию своей страны,
поименован Иван 111 в письме 1463 г. герцога Миланского Франческо Сфор­
ца к денежнику русского двора (Barbieri G. Milano е Mosca пеНа politica del
Rinascimento. Bari, 1957. Р. 82). В «Римских дневниках» Якопо Валатеран,
хронист понтифика Сикста IV, сообщал под 1472 г. о посольстве «герцога
[то есть князя. - Авт.] Белой Руси» (Dux АlЬае Russiae), приехавшем в Рим
за его невестой Софьей Палеолог; причем из русской грамоты Ивана 111, пе­
реданной через послов папе и переведенной Якобом Волатераном на латынь,
следует, что имя «князь Белой Руси» было самоназванием московского государя
(Vоlаtеrrаnиs J. Diarium Romanum de Xisti IV pontificatu // Rerum italicarum
scriptores. Mediolani, 1733. Т. 23. Соl. 88, 89). См. материал на эту тему так­
же в работе: Ламанский В. Белая Русь // Живая старина. СПб., 1891. Вып. 111.
С. 247. Прим. 1.
О том, что в Московском княжестве уже было принято именовать свою
землю и Белой, и Великой Русью, свидетельствуют полемические сочинения,
спровоцированные Ферраро-Флорентийским собором; так в «Слове избран­
ном еже на латину», компиляции материалов по истории Флорентийской унии,
созданной около 1461-1462 гг. на основе «Повести Симеона суздальского об

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
151
осьмом (флорентийском) соборе», византийский царь Иоанн, выражая про­
сьбу подождать русское посольство, будто бы говорит: « ... въсточнии земли
суть Русстии и болшее православие и вышьшее христианьство Белые Руси,
в них же есть государь великии брат мои Василии Васильевичь» (Попов А.
Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений про­
тив латинян (XI-XV в.) СПб., 1875. С.364. Об этом сочинении см. также:
Дробленкова Н. Ф. «Слово избрано от святых писаний, еже на латыню» // Сло­
варь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1989. Вып. 2, ч. 2. С. 401-403
(здесь же см. более полную библиографию); Турилов А.А. К истории древне­
русской рукописной традиции сочинений, связанных с Ферраро-Флорентий­
ской унией // Флоря Б.Н. Исследование по истории церкви: Древнерусское
и славянское Средневековье. М., 2007. С. 437-442; Новикова о.л. Формиро­
вание и рукописная традиция «Флорентийского цикла» во второй половине
ХУ - первой половине XVII в. // Очерки феодальной России. М.; СПб., 2010.
Вып. 14. С. 104, 187). А в той редакции «Повести Симеона суздальского ... »,
которую приводит А.А. Павлов (создана не позднее 1458 г.), в связи с при­
бытием русского посольства замечено: «А людеи много было, 100, с митро­
политом Исидором, боле всех, занеже славна бе земля та, и фрязове зовутъ
ея Великая Русь» (Павлов А.А. Критические опыты по истории древнейшей
греко-русской полемики против латинян. СПб., 1878. С. 100, 101, 199,200. См.
также: Турилов А.А. Ранние русские источники по истории Ферраро-Флорен­
тийской унии и ее восприятие в православном мире // Флоря Б.Н. Указ. соч.
С. 445; Новикова о.л. Указ. соч. С. 23, 124). В русских документах, как и в за­
падных, название «Белый» переносится порой со страны на ее государя. Так, в
«Повести Симеона суздальского ... » Василий 11 именуется «белым царем всеа
Русии» (Синицына Н.В. Третий Рим: Истоки и эволюция русской средневеко­
вой концепции (ХУ-ХУI вв.). М., 1998. С. 100; Турилов А.А. Ранние русские
источники по истории Ферраро-Флорентийской унии и ее восприятие в пра­
вославном мире. С. 451), а в «Похвальном слове великому князю Василию
[111. - Авт.]» начала 30-х годов ХУI в. он величается «русским Белым царем»
(См.: Дьяконов МА. Власть московских государей: Очерки из истории поли­
тических идей Древней Руси до конца ХУI века. СПб., 1889. С. 107).
Именование Московской Руси в качестве «Белой» стало общим местом в
западноевропейских трудах ХУI в., затрагивавших русскую тему. У Рафаэля
Валатерана, сочинение которого первым изданием вышло в свет в 1506 г. в
Риме, «белыми» (Albi) названы рутены, т.е. русские, имеющие столицей Мо­
скву (Volaterranus R. Commentariorum Vrbanorum octo et triginta libri. Lib. VII.
Basileae, 1544. Р. 83v. См. также изд.: Россия в первой половине ХУI в.: взгляд
из Европы. М., 1997. С. 208,209). Ян Ласский, католический примас Польши,
докладывая на Латеранском соборе в апреле 1514 г. о том, кто такие рус ины
(Rutheni) и какова их вера, подразделял их на три части и к первой относил
«Белых русинов» (Rutheni albi), иначе именуемых «московиты», владения
коих простираются от Польши, Литвы, Ливонии И Готии (Швеции) до Ледо­
витого океана на севере (1ohannes de Lasco. Ruthenorum nationes сит erroribus
eorundem // Акты исторические, относящиеся к России / сост. А.И. Тургенев.
СПб., 1841. Т. 1. С. 123). Матвей Меховский (его трактат был впервые издан
в 1517 г.) упоминал о «Белой Руси», расположенной между Югрой и Мео­
тийским болотом (Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях / [подгот.
латинского текста], введ., пер. и коммент. С.А. Аннинского. М.; Л., 1936.
Письмо к Иоанну Галлеру С. 120), т.е. между территориями, прилегающими к
Северному Ледовитому океану, и Азовским морем. Себастьян Мюнстер опре-

152
о. Ф. Кудрявцев
А.В. Соловьев, от восточной цветовой символики должно
было обозначать собой «вольную, великую или светлую» дер­
жаву".
§ 4. Задержан и обласкан:
перипетии пребывания в Москве
Властитель этой страны «герцог Иоанн» (duca Zuane - Иван 111)
по отношению к Контарини выказал большое расположение.
Вскоре после прибытия венецианского дипломата еще до личной
встречи с ним он передал ему через своего посла Марка, кото­
рый и в Москве оказал Контарини большую поддержку, чтобы
тот чувствовал себя свободно, так, будто он находится у себя до­
ма'". Нашелся, правда, один момент, который внес осложнения в
отношения Контарини с русским государем. Речь идет о миссии
секретаря венецианского сената Джан Баттиста Тривизана (Zuan
делял «Белую Русь» (она же - «Верхняя») как страну, «подвластную государю
московитов» (Миnstегиs S. Cosmographia universa1is. Lib. YI. с. 321, 322, 331,
332; 1-е изд. труда Мюнстера - 1544 г.). У Павла Йовия Московия именуется
«Белой Русью» в «Книге о посольстве Василия, великого князя Московского,
к папе Клименту YII» (См.: Россия в первой половине ХУI в. с. 237, 267) и
в «Истории своего времени» (<<Наес quam А1Ьаm u1teriorem uocamus, Basi1ii
Moscouitarum regis imperio рагет». См.: Iоиiиs Р. Historiarum sui temporibus libri
XLY. Lutetiae, 1553. Т. 1. Lib. XIII. Р. 129v). Наконец, Герберштейн в своих
«Записках о Московии» замечал, что «некоторые именуют государя москов­
ского Белым царем (A1bus гех, weisser Khunig)>> (Записки о Московии / пер.
А.И. Малеина, А.В. Назаренко. М., 2008. Т. 1. с. 96, 97). Более подробно о
«Белой Руси» см. исследования: Лакиер А. История титула государей России.
СПб., ,1847. С.40-42; Соловьев А.В. Белая и Черная Русь. С.39-54; Он же.
Великая, Малая и Белая Русь. С. 33, 34, 38; Он же. Византийское имя Рос­
сии / / Византийский временник. М., 1957. Вып. XII. С. 140; Soloviev А. Weiss-,
Schwarz- und Rotreussen: Yersuch einer historisch-р01itisсhепАпа1уsе / / lahrbi.icher
fi.ir Geschichte Osteuropas. N. F. 1959. Bd.7, Heft 1. S. 11-20; Vakar N.P. The
Name «White Russia» // The American S1avic and East European Review. 1949.
У01. YIII, N 3. Р. 202, 208; Гуковский МА. Сообщения о России московского
посла в Милан (1486 г.) / / Вопросы историографии и источниковедения СССР.
М.; Л., 1963. С. 650; SzeJteZ М The Tit1e ofthe Moscovite Monarch ир to the End
of the Seventeenth Century // Canadian-American S1avic Studies. 1979. У01. 13,
N 1. Р. 72-74. N 41; Хорошкевич А.Л. Русское государство в системе между-
. народных отношений конца ХУ - начала ХУI в. М., 1980. С. 84, примеч. 45;
Россия в первой половине ХУI в. С. 341, 342, примеч. 4.
39 Соловьев А.В. Белая и Черная Русь. С. 30,31,47; Он же. Великая, Малая и
Белая Русь. С. 33. См. также: Потебня А. Этимологические заметки // Живая
старина. СПб., 1891. Вып. 111 (С. 117-128). С. 129; Ламанский В. Указ соч.
С. 246,247.
40 « ... Магсо ... diro, confortendomi, ch'io stessi di Ьиоп cuore, ch'io potea reputar
esser in casa mia» (Ibid. С. 202, 226).

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
153
Battista Trivisano) через Россию в Орду. И хотя к этому времени
инцидент с ним был уже исчерпан и урсгулирован'", тем не менее
Иван III, по-видимому, все еще находился под таким впечатле-
41 Стремясь остановить продвижение османов в Южной Европе, Венеция пла­
нировала организовать грандиозное наступление на них с востока (персид -
ский шах Узун Хасан), запада (Венеция и другие государства Италии) и севера
(Большая Орда хана Ахмата). Миссия к хану Ахмату была доверена Тривизану,
который должен был добраться к нему через Москву. Здесь Тривизан появился
10 сентября 1471 г. Как предполагает Е.Ч. Скржинская, по наущению Ивана
Фрязина, московского «денежника», занимавшегося одновременно и диплома­
тией и заинтересованного в том, чтобы отложить его поездку в Большую Орду
до заключения брака Софьи Палеолог и Ивана 111 (об этом велись напряженные
переговоры между русским правителем и папой), Тривизан выполнение своего
задания приостановил, а великому князю был представлен как «князек вене­
цейский», приехавший для ведения торговых дел (спришел ... гостьбою»). Это
уже был прямой обман государя. Иван Фрязин между тем отправился в Италию
за великокняжеской невестой. После ее прибытия в Москву в ноябре 1472 г.
обман раскрылся, поскольку участники посольства, знавшие истинную цель
поездки Тривизана, стали ему пенять на то, что он так медлит с выполнением
своего задания (<< ... почто много мотчает»); разгневанный Иван 111 отправил
Ивана Фрязина в оковах в Коломну (где его следы теряются), а Тривизана он
намеревался казнить; приехавшие с Софьей итальянцы упросили его списаться
с венецианским дожем для выяснения всего дела. Раздражение великого князя
понятно и оправданно: не ставя его в известность, используя его территорию,
венецианцы пытаются снестись с его злейшим на тот момент врагом, ханом
Большой Орды, начавшиеся столкновения с которым были чреваты большой
войной (См.: Горский А.А. Москва и Орда. М., 2005. С. 157 и далее). Кроме
того, в подобном поведении венецианской дипломатии он видел «поруху своей
чести», оскорбительное неуважение к нему, правителю великой державы. «Что
тако сотвори? С меня честь сняв, а втай через мою землю шлет посла, а меня не
доложа!», - писал он дожу. На своем заседании венецианские сенаторы решили
посвятить Ивана 111 в их планы войны с османами и в этом контексте объяснить
роль Тривизана как посла в Большую Орду. Любопытно отметить, что в пись­
мах сенаторов 1473 г. содержалось не только прошение освободить их посла,
но и признание за русским государем прав на наследие Восточной (Византий­
ской) империи. После интенсивной переписки на эту тему с венецианцами
Иван 111 сменил гнев на милость и не только отпустил Тривизана в Орду, но и
снабдил его деньгами, толмачом, лошадьми, подарками для хана и людьми со­
провождения. Наконец, 19 августа 1474 г. венецианский посол смог продолжить
свою миссию. Впрочем, ожидаемых Венецией результатов его поездка не дала
(см. подробнее о Тривизане и всех обстоятельствах его задержания в Москве
исследование и приложенные к нему документы: Скржинская Е. Ч. Москов­
ская Русь и Венеция времен Ивана 111 (по русским летописям и венецианским
источникам) // Скржинская Е.Ч. Русь, Италия и Византия в Средневековье. М.,
2000. С. 180-277. См. также: Пирлинг П. Россия и папский престол. М., 1912.
С. 211-218; Алексеев Ю.г. Под знаменем Москвы. М., 1992. С. 192-198). Хотя с
приездом Тривизана в Москву все для Ивана 111 объяснилось, однако недоволь­
ство и горечь, вызванные образом действий венецианской дипломатии, в душе
русского правителя надолго сохранились, если он и Контарини через два года
после всего происшедшего в сердцах напомнил о нем.

154
о. Ф. Кудрявцев
нием от происшедшего, что, нарушая всякий дипломатический
этикет, во время первой встречи с Контарини в конце сентября
или начале октября 1476 г. не дал ему досказать свое приветствие
и стал «с взволнованным лицом» высказывать венецианскому
послу, представлявшему ту же, что и Тривизан, страну, свои пре­
тензии по поводу этой персоньг'". Неизвестно, как дальше проте­
кала их беседа, ибо Контарини сознательно отказался излагать в
своем труде ее подробности (коб этом я здесь ничего не скажу»),
боясь широкой огласки того, что он намеревался сообщить свое­
му правительству. Но скорее всего убедить Ивана 111 в том, что
появление Контарини в Москве обусловлено случайным стечени­
ем обстоятельств и не преследует какие-то противные интересам
России цели, смогли не уверения его самого, а свидетельства
русского посла Марка, имевшего возможность хорошо изучить
своего итальянского коллегу и, не исключено, еще раз, теперь уже
перед российским государем поручившегося за него.
Иван 111 не сразу согласился на просьбу Контарини отпустить
его домой, отложив ответ до другого раза. Впрочем, довольно
скоро через «трех своих важнейших баронов» (tre suoi principali
baroni) российский государь довел до сведения венецианца, что
тот - «желанный гость», но волен, когда пожелает, уехать. Что
Контарини, без всякого сомнения, и сделал бы, если бы препят­
ствием к тому не стали одолженные им через Марка деньги за его
выкуп. Итак, он вынужден был задержаться на несколько меся­
цев в Москве, ожидая присылки из Венеции средств для погаше­
ния долга'", И его, находящегося в довольно жалком положе­
нии живущего за чужой счет иноземца, вторично спасает, теперь
уже из рук заимодавцев русский человек - и кто? Сам великий
князь.
Вернувшись из поездки по стране в конце декабря 1476 г.,
Иван 111 узнал, скорее всего от приближенных, что Контарини, за­
несенный волею случая в его края, все еще живет в Москве, «ис­
пытывая сильное желание вернуться на родину». Он его пригла­
сил к своему столу и объявил не только о согласии на его отъезд,
но и об оплате из великокняжеской казны татарским и русским
купцам всей задолженной им суммы выкупа. Мало того, в честь
Контарини Иван 111 задал пир, на котором одарил гостя собольей
шубой и тысячью белок, а на прощальном обеде преподнес еще
42 «Ма поп mi [авсю compitamente parlare, che con volto quasi turbato, si [ашепто di
Zuan Battista Trivisano» (Contarini А. Viaggio in Persia. с. 202, 226).
43 Ibid. с. 202, 203; 226, 227.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
155
«большую серебряную чашу». Во время этих встреч российский
правитель проявлял величайшую учтивость, обходительность и
даже предупредительность, разрешив вопреки русскому обычаю
не допить до конца поднесенную ему по государеву приказу чашу
с медом, когда увидел, что венецианцу ее не осилить. Более того,
он выказал по отношению к своему гостю большое расположение
и доверие, дав ему увидеть свой драгоценный гардероб - одежды
из золотой парчи и удостоив встречи с «деспиной», т.е. со своей
женой Софьей Палеолог, которая обратилась к Контарини с «доб­
рыми и учтивыми речами»?", несомненно, на родном для него
языке.
Таким образом, Контарини был избавлен великим князем не
только от унизительных и крайне стеснительных финансовых
обязательств, но и - к полной своей неожиданности - одарен им
и обласкан сверх меры. Что было причиной тому? Великий князь,
оплачивая долг гостя, заявил, что так он желает послужить «свет­
лейшей синьории» (server lа nostra illustrissima signoria)45, т.е.
Венецианскому государству. Однако при первой встрече он горь­
ко пенял Контарини на Тривизана, посла этой самой синьории к
татарам Большой Орды, его неприятелям, который оскорбил рос­
сийского государя, обманывая его, о чем Иван 111 писал и дожу.
Никаких планов привлечения Венеции к совместным действиям
против своих внешних врагов, прежде всего поляков и литовцев,
Иван 111 не имел, а ее предложения общей борьбы с османами
предпочитал не замечать 46, ибо это не входило в его планы. Ве­
неция не была единственным и тем более главным поставщиком
разного рода специалистов, в которых нуждался Иван 111. Может
быть, благодеяниями Контарини он хотел создать себе благопри­
ятный образ за рубежом? Может быть, хотя на Руси тогда едва ли
отдавали себе отчет в том, какую силу имеет репутация человека
или страны в общественном мнении европейцев и уж, конечно, не
подозревали, насколько оно, определяемое давно сложившейся
44Ibid. с. 205, 206; 230, 231.
45 Ibid. Р. 205; 230. Дж. Вивенца ошибочно полагает, что долг Контарини русским
и татарским купцам был возмещен Венецией (Vivenza G. Viaggio in Oriente
di due veneziani del Quattrocento: Giasafat Barbaro е Ambrogio Contarini //
Economia е storia. 1974. N 4. Р. 528).
46 См. венецианские документы, опубликованные в оригинале и в русском пе­
реводе: Скржинская Е. Ч Русь, Италия и Византия в Средневековье. СПб.,
2000. с. 249-283. См. также: Матасова ТА, Русские посланники в Венеции
на рубеже XV-XVI столетий (по известиям Марино Сануто) // Древняя Русь:
Вопросы медиевистики. 2013. N2 2. С. 67, 68.

156
о. Ф. Кудрявцев
устойчивой традицией, невосприимчиво к любой новой, противо­
речащей его стереотипам информации. Поэтому никакой прямой
корыстной заинтересованности помочь Контарини у Ивана 111
не было, ничего важного получить ни от этого человека, ни от
его государства он не рассчитывал. Скорее всего он действовал,
как иные правители до и после него, как вел в отношении к Кон­
тарини его подданный, посол Марк, следуя древнему русскому
обычаю чтить чужеземца и содействовать ему, если он попал в
трудное положение.
§ 5. Штрихи к портрету Ивана 111,
или русский государь собственной персоной
Стоит обратить особое внимание на то, что дипломатические
приемы у русского государя описаны Контарини, словно «по све­
жим следам», так живо и с акцентировкой таких деталей, которые
позволяют нам, читателям, как бы невидимо присутствовать на
них: мы невольно ощущаем, как разволновался русский монарх во
время первого визита к нему Контарини, пеняя ему на поступок
Джана Баттиста Тривизана, что и определило атмосферу этой 'их
встречи; во время одного из последующих свиданий будто ожив­
шую картину мы видим, как и Иван 111, и Контарини, обмениваясь
учтивыми речами, перемещаются по великокняжескому покою,
первый делая шаги навстречу, второй - наоборот, понемногу от­
даляясь от него'"; и подобные примеры можно продолжить. Все
эти зарисовки весьма наглядны, колоритны и живописны и не
повторяют одна другую.
Ничего близкого им мы не найдем у предшественников Кон­
тарини, например, у Гильбера де Ланноа. Не обнаружим мы у них
также никакой аналогии образу русского правителя, написанному
венецианским дипломатом. Со сколькими бы монархами, знат­
ными сеньорами, церковными иерархами, главами военно-ры­
царских орденов или самоуправляющихся городов Де Ланноа ни
встречался, какие бы знаки внимания, милости, подарки от них
он ни получал, ничего кроме указания их титула, сана или долж­
ности и - в лучшем случае, но далеко не всегда, их имени - мы о
них не узнаем'".
47 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 202, 203, 206; 226, 230.
48 См.: Кудрявцев О.Ф. Западные известия первой половины ХУ в. О Руси.
С.53-55.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
157
Характеристика «великого князя Иоанна, властителя Великой
Белой Руси», у Контарини, при всей ее краткости, достаточно
полна и индивидуализирована. О его возрасте сказано: «Упомя­
нутому государю от роду 35 лет». Внешний вид обрисован про­
сто и выразительно: « ... он высок, но худощав; вообще: он очень
красивый человек». Подробнее доложено о семейном положении
великого князя: у него два брата (на самом деле в 1476-1477 гг.
их у него было три), мать, а также сын от первого брака и еще
две дочери"; к сыну этому, по словам венецианского дипломата,
опиравшегося, как видно, на доверительную информацию, «не
слишком благоволит» отец, ибо тот находится в неприязненных
отношениях с мачехой, второй женой Ивана 111 Софьей Палеолог,
величаемой в тексте Контарини «де спиной» (despina), которая,
по слухам, беременна". Еще одним средством характеристики
великого князя, делающим его образ портретно-зримым, явля­
ются речи и поступки, которые передают его нрав и конкретные
психологические состояния: в одном случае лицо Ивана 111, ко­
гда он говорит, взволнованно (volto quasi turbato); в другом - оно
излучает доброжелательность (buonissima ciera) и речи государя
«самые учтивые», он выказывает в отношении венецианского го­
стя великое радушие, щедрость, одаривая его дорогими вещами,
и даже - черта, редко свойственная монархам, - предупредитель­
ность, когда позволяет ему, вопреки заведенному обычаю, не до­
пить поднесенную от имени государя большую чашу с медом ".
Словом, в описании Контарини мы находим вполне конкрет­
ные черты - как внешние, так и внутренние, характеризующие ду­
шевные свойства, - персоны русского государя. Он не обезличен,
подобно всем тем людям высокого положения, о которых упоми­
нает Де Ланноа в своих мемуарах, представлен не одномерно как
49 Братьями Ивана 111 были Андрей Большой, Борис и Андрей Меньшой; два
брата носили одно и то же имя Андрей и это, по-видимому, побудило Конта­
рини принять их за одно лицо, отчего он и посчитал, что всего братьев два -
Борис и Андрей. Матерью Ивана 111 (женой его отца Василия 11 Темного) была
Мария Ярославна, дочь серпуховского князя Ярослава Владимировича. Пер­
вым браком Иван 111 был женат на дочери тверского князя Бориса Александ­
ровича Марии Борисовне. В 1458 г. у них родился сын Иван (Иван Иванович
Молодой). Умерла Мария Борисовна в 1465 г. Первыми детьми Софьи Палео­
лог были дочери, родившиеся в 1474 и 1476 гг., обе были названы одинаково
именем Елена (См.: Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России. С. 246,
примеч. 122-126).
50 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 205; 229.
51 Ibid. С. 202, 203, 206; 226, 230, 231.

158
о. Ф. Кудрявцев
человек-функция, т.е. лишь в роли правителя Российского госу­
дарства, но изображен с конкретными деталями, уточняющими и
индивидуализирующими его физический облик, обстоятельства
семейной жизни, чувства и манеры публичного поведения. Пожа­
луй, даже у Веспасиано да Бистиччи, создававшего в те же, что и
Контарини, годы свое знаменитое описание гуманиста Никколо
Никколи=, О внешнем виде, душевном складе и переживаниях его
персонажа не говорится столь же подробно и выразительно.
Впрочем, не стоит преувеличивать приемы индивидуализа­
ции в повествовании Контарини о Руси. Кроме великого князя,
о всех других говорится крайне скупо. Добиваясь разрешения на
отъезд, Контарини имел аудиенцию у «трех важнейших баронов»,
которые сообщили ему волю государя", но, что они за люди или
хотя бы как их зовут, Контарини ничего не сказал. Во время од­
ной из встреч с московским правителем в его покоях он увидел
его секретаря, о котором более ничего не сообщил, и Марка54.
Удивительнее всего, что и об этом Марке, к которому Контарини
пристал еще в Закавказье и который с тех пор постоянно им упо­
минался в роли его благодетеля и спасителя, венецианский дип­
ломат более ничего особенного не передал, кроме того, что тот
был послом русского государя. Упомянуты по имени с указанием
рода их занятий на Руси, но никак подробнее не описаны, и ино­
земцы, с которыми Контарини свел знакомство в Москве - мастер
Трифон, ювелир из Катаро (современный город Котор), и Аристо­
тель из Болоньи, возводивший собор в Кремле". И более ничего.
Так что описание персоны Ивана 111 в контексте повествования
Контарини о Руси является уникальным и достойно пристального
рассмотрения и осмысления.
§ 6. Северо-Восточная Русь:
страна, ее обитатели и города
Московскую Русь Контарини описывает как страну огром­
ную, покрытую труднопроходимыми лесами, с довольно редко
расположенными поселениями. Она богата съестными припаса­
ми - в ней изобилие хлебных злаков, цена которых невелика; не-
52 СМ.: Веспасиано да Бистиччи. НИККОЛО НИККОЛИ / Пер. О.Ф. Кудрявцева //
Опыт тысячелетия. М., 1996. с. 453-464.
53 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 203; 226.
54 Ibid. с. 206; 230.
55 Ibid. с. 203; 227.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
159
дорого стоит свинина и говядина, разные виды домашней птицы,
дичь (зайцы и птица). Из плодов он называет только огурцы, лес­
ные орехи и дикие яблоки, полностью умалчивая о корнеплодах,
широко культивируемых на Руси. Сильное впечатление на Конта­
рини произвела зимняя торговля, он восторгался ее удобствами
и выгодами, создав на страницах своей книги посвященный ей
своего рода словесный натюрморт: «В конце октября река, про­
текающая через город, вся замерзает; на ней строят лавки для
разных товаров, и там происходят все базары, а в городе тогда
почти ничего не продается. Так делается потому, что место это
считается менее холодным, чем всякое другое: оно окружено го­
родом со стороны обоих берегов и защищено от ветра. Ежедневно
на льду реки находится громадное количество зерна, говядины,
свинины, дров, сена и всяких других необходимых товаров. В те­
чение зимы эти товары не иссякают. К концу ноября обладатели
коров и свиней бьют их и везут на продажу в город. Так цельными
тушами их время от времени доставляют для сбыта на городской
рынок, и чистое удовольствие смотреть на это огромное количе­
ство ободранных от шкур коров, которых поставили на ноги на
льду реки. Таким образом, люди могут есть мясо более чем три
месяца подряд. То же самое делают с рыбой, с курами и другим
продовольсгвиемэ ".
Благодаря зиме, снегу и морозам более, чем на три месяца,
русские обеспечены мясом. И не только им. Природные трудно­
сти своей жизни: русские люди научились использовать к пользе
для себя: именно зимой они запасаются продовольствием на лето,
по причине великого снега «изготовляют себе сани [sanili - слово
явно русского происхождения, Контарини мог узнать его в Моск­
ве. - Авт.] , которые легко тащит одна лошадь, и перевозят любые
грузы». Иное дело летом - ужасная грязь делает дороги, особенно
в громадных лесах, мало пригодными для использования.".
На собственном опыте Контарини узнал преимущества зим­
него санного пути. Покидая Москву в середине зимы, 21 января,
он вынужден был сесть в сани (sani), «представляющие собой
нечто вроде домика, который везет одна лошадь. Он употребля­
ется только в зимнее время, и каждому следует иметь отдельную
[кибитку]. Усаживаются в сани, укрывшись любым количеством
одеял, и правят лошадью - и таким образом покрывают огром-
56 Ibid. С. 204; 228. См. также: Vivenza G. Ор. cit. Р. 527, 528.
57 Contarini А. Vi,aggio in Persia. С. 204, 228.

160
О. Ф. Кудрявцев
нейшие расстоянияэ ". Так, по свидетельству Контарини, дви­
гаясь из Москвы уже, по-видимому, в пределах Литовской Руси,
он и его спутники за три дня езды по замерзшей реке «одолели
300 миль, - это громаднейший путь»>".
Русские люди понравились Контарини, но только внешне;
обыкновения их произвели на него совершенно противоположное
впечатление: «они очень красивы, как мужчины, так и женщины,
но, - добавляет он тут же, - вообще это народ грубыйя'". В ори­
гинале сказано еще сильнее - «bestial gente», т.е. люди скотских
нравов. Контарини был не первым, кто дивился красоте русских,
до него Марко Поло и Перо Тафур в своей куцей информации
о Руси считали необходимым отметить эту особенность русской
народности'". По-видимому, она действительно бросалась в глаза,
если о ней упоминали независимо друг от друга три много видав­
ших на своем веку путешественника. Кстати заметить, под стать
своему народу и государь: он, по словам Контарини, «высок, но
худощав, а вообще - красивый человек (е bello huomo)>>62.
I Что же в обыкновениях подданных Ивана III так возмущало
заехавшего к ним венецианца? «Они, - пишет Контарини, - ве­
личайшие пьяницы и весьма похваляются этим, презирая непью­
щих. у них нет никаких вин, но они употребляют напиток из
меда, который они приготовляют С листьями хмеля. Этот напиток
вовсе не плох, особенно если он старый ... Их жизнь протекает
следующим образом: утром они стоят на базарах [bazari - слово
восточного происхождения, но понятно е итальянскому читателю,
если Контарини оставил его без пояснения. - Авт.] примерно до
полудня, потом отправляются в таверны есть и пить; после этого
времени уже невозможно привлечь их к какому-нибудь делуя'".
Похожим образом Контарини описал раньше времяпрепровожде­
ние киевлян?", что, казалось бы, и понятно - одна народность,
одни обычаи: Но возникает вопрос, неужели все русские стояли
полдня на рынках и торговали.та потом шли пьянствовать? Как
могли этим каждый день заниматься крестьяне? И даже горожане,
58 Ibid. С. 207; 231.
59 Ibid. С. 207; 232.
60 Ibid. С. 204; 228.
61 СМ.: Кудрявцев О.Ф. Западные известия первой половины ХУ в. О Руси.
С.32.
62 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 205; 229.
63 Ibid. С. 204, 205; 228, 229.
64 СМ. выше С. 145.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
161
в большом числе им приходилось зарабатывать на жизнь другой
(не торговой) деятельностью - ремеслом, строительством, изво­
зом и т.п. Наконец, представители знати, не говоря уже о высшей,
пусть мелкой и средней, не должны были участвовать в базарной
торговле. Несомненно, Контарини слишком широко обобщал и
слишком упрощал, как и тогда, когда объявлял русских величай­
шими пьяницами (grandissimi ubriachi). Не замечая, что противо­
речит сам себе, он тут же сообщал: «Однако их государь не до­
пускает, чтобы каждый мог свободно его [напиток из меда. - Авт.]
приготовлять, потому что, если бы они пользовались подобной
свободой, то ежедневно были бы пьяны И убивали бы друг друга,
как звери (соте bestie)>>65. Этот государев запрет на бесконтроль­
ное производство и потребление хмельных напитков, подтвер­
ждаемый другими источниками'", заставляет усомниться в досто­
верности созданной Контарини картины безудержного пьянства
русских, хотя, конечно, изрядное число любителей пображничать
он мог наблюдать возле питейных заведений Москвы.
О религиозной жизни русских говорится очень кратко и в
понятных для итальянца и католика уподоблениях: «У них есть
свой папа, как глава церкви их толка [речь идет о митрополите
московском. - Авт.] , нашего же [т.е. папу римского. - Авт.] они не
признают и считают, что мы вовсе погибшие люди (noi siamo persi
del шпо)»?". Из последних слов можно не только узнать об отно­
шении к западному, католическому миру, но и, идя от противного,
заключить о зарождении в московском православии осознания
своей высокой спасительной миссии.
Кроме административного и церковного центра - в качестве
резиденции великого князя и митрополита - Москва (Moscovia)
в описании Контарини выступает как крупный пушной рынок.
В ней зимой (когда до нее удобнее всего добраться) собирается
множество купцов из Германии и Польши'" для закупки мехов
соболей, лисиц, горностаев, белок, иногда рысей, которые до-
65 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 204, 205; 229. См. в этой связи наблюдения:
Миnd St. Orbis russiarum: Оепёве et developpement de lа гертевешапоп du monde
«russe» en Occident а lа Renaissance. Оепеуе, 2003. P.1126, 127,270.
66 Об ограничении потребления алкогольных напитков простолюдинами некото­
рыми праздничными днями в году см.: Герберштейн С. Записки о Московии.
Т. 1. с. 204, 205.
67 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 204, 205; 229.
68 В венецианском издании 1487 г., кроме Германии и Польши, упомянута стра­
на "Lamania", - по догадке Е.Ч. Скржинской (Барбаро и Контарини о России.
С. 245, примеч. 116), этим словом обозначена, скорее всего, Литва.
6 Заk. 288

162
о. Ф. Кудрявцев
бываются далеко в северных областях'". Что русские покупают
взамен у своих европейских контрагентов, не сообщается. Го­
ворится также, что Москва расположена на небольшом холме и
построена целиком из дерева, «как замок, так и остальной город»;
и это вызывает вопросы, ибо еще в XIV в., в правление Дмитрия
Донского, Кремль был укреплен каменными стенами?". Неужели
Контарини их не заметил? По середине города протекает река,
называемая Москва (Mosco). Для соединения обеих его частей
через реку перекинуто много мостов (molti ponti) 71.
В Москве Контарини свел ряд знакомств. Правда, кроме ве­
ликокняжеского посла Марка и самого великого князя, никого
больше из русских он персонально не отмечает и не характери­
зует. Зато упоминает «мастера Трифона, ювелира из Катаро», из­
готовившего много сосудов и других изделий для русского госу­
даря, а также знаменитого архитектора «Аристотеля из Болоньи»
[т.е. Аристотеля Фиораванти. - Авт.], который как раз в то время
«строил церковь на площади», знаменитый Успенский Собор в
Кремле. «Очень подружился» Контарини, по его признанию, с
греками, в большом числе приехавшими в Москву из Константи­
нополя вместе с Софьей ПалеологЧ. Последнее мало вероятно:
скорее всего, как и Софья, они прибыли из Рима, хотя родом мог-
69 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 205; 229.
70 «Тое же зимы [1367 г. - Авт.] князь великии Дмитреи Иванович, погадав с бра­
том своим с князем Володимером Андреевичем и с всеми бояры стареишими,
и здумаша ставити город камен Москву, да еже умыслиша, то и сътвориша,
тое же зимы повезоша камень к городу» (Полное собрание русских летописей.
М., 2007. Т. XVIII. с. 106). В «Списке городов русских дальних и ближних»,
составленном в конце XIV в. и сохранившемся в «Новгородской первой ле­
тописи старшего и младшего изводов», также сказано, что «Москва камен»,
т.е. имеет каменные укрепления (См. текст источника и его анализ: Тихо­
миров МН. «Список городов русских дальних и ближних» // Исторические
записки. М., 1952. NQ 40. с. 218, 219). См. также: Тихомиров МН. Труды по
истории Москвы. М., 2003. с. 94-96 (Тихомиров объясняет неточность Кон­
тарини тем, что «ему в глаза бросалось прежде всего обилие деревянных де­
талей и пристроек к каменным стенам» (Там же. с. 96)); Бартенев С.П. Мос­
ковский Кремль в старину и теперь. М., 1912. Кн. 1. с. 19,20; Черепнин Л.В.
Образование русского централизованного государства в XIV-XV веках: Очер­
ки социально-экономической и политической истории Руси. М., 1960. с. 341,
342; Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси XII-XV веков. М., 1962.
Т. 11. с. 175-179; Fёdоrоv v./. Il Cremlino di Mosca dal tredicesimo al quindicesimo
secolo (dai materiali delle ultime ricerche) // Arte lombarda. 1976. Vol. 44/45.
Nuova serie. Р. 140.
71 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 203, 204; 227.
72 Ibid. Р. 203; 227.

Визит поневоле: Россия Ивана /// ...
163
ли быть из Константинополя ". Впрочем, ни одного из них Конта­
рини по имени не называет.
Кроме Москвы Контарини упоминает .еще несколько рус­
ских городов. Новгород (Novegrath) он указывает, .наряду с
Москвой, в качестве другого центра пушной торговли; по его
словам, «этот город управляется как коммуна, но подчинен ука­
занному господину герцогу [т.е. Ивану 111. - Авт.] и платит ему
дань ежегодно»?". Действительно, покорение Новгорода Мос­
кве, начатое походом Ивана 111 1471 г., в период пребывания
Контарини на Руси еще полностью не завершилось (это про­
изойдет в 1478 г.75), и город продолжал управляться самостоя­
тельно. Уточняется, что Новгород отстоит от Москвы на восемь
дней пути и что он «граничит почти что (quasi) с Францией и с
Верхней Германией» 76.
Еще одним русским городом, упоминаемым Контарини, была
Рязань (Resan), ее владетеля он характеризует как uпо signoretto,
т.е. как не Бог весть какого господина (речь идет о Василии, на
Руси он титуловался как великий князь Рязанский), женатого на
сестре (Анне) великого князя Московского; все дома, замечает
Контарини, в этом городе деревянные, так же как его небольшой
замок (suo castelleto). Это был первый русский город, который он
увидел, направляясь в Москву. Далее ему встретилась Коломна
(Союпа), расположенная у реки Москвы (Mostro); в этом городе
есть «большой мост», по которому переходят реку, «а она впада­
ет в Волгу» 77; на самом же деле в Волгу впадает Ока, притоком
которой является Москва-река.
73 См.: Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России. с. 244, примеч. 107.
74 « ... la qual terra si governa а сопшппа, та е sottoposta рего аl detto signor duca,
et dalli tanto а l'anno» (Contarini А. Viaggio in Persia. с. 205; 229).
75 См. подробнее: Соловьев С.М История России с древнейших времен. .Т, 5.
Гл. 1 // Соловьев С.М Сочинения. Кн. 111. с. 9-34; Бернадский В.Н: Новгород
и Новгородская земля в ХУ веке. М.; л., 1961. с. 273-308.
76 Contarini А. Viaggio in Persia. с. 205; 229. Под «Верхней Германией» Контари­
ни в данном контексте мог разуметь Ливонский Орден, земли которого дейст­
вительно граничили с новгородскими по р. Нарве. Что же касается Франции,
с которой будто бы «почти что граничат» новгородские владения, 11'0 это явно
какое-то недоразумение или просто ошибка; предложение Е.Ч. Скржинской
(Барбаро и Контарини о России. с. 246, примеч. 117) читать вместо «Franza»
«Fiandra», есть Фландрия, мало что дает, ибо Фландрия находилась также
весьма и весьма далеко от Новгорода.
77 Contarini А. Viaggio in Persia. С.202; 225. См. также: Кудрявцев О.Ф. Пер­
вые известия о городах Московского края в Европе (до середины ХУI века) //
Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2001. N2 1. с. 29, 30.

164
О.Ф. Кудрявцев
К владениям московского государя Контарини относит также
Вязьму (Viesemo) и Смоленск (Smolenzecho), хотя в то время они
входили в состав Великого княжества Литовского, - их он назы­
вал-ктороцками» (terrazuola) и посетил на пути из Москвы до­
мой". Неточен Контарини и тогда, когда указывал, что на северо­
западной границе владений великого князя Московского-лежит
«Германия, подвластная королю Польши»?", т.е. Немецкий орден,
с которым внепосредственном .соседстве земли Ивана 111 тогда
не находились.
В разделе о владениях великого князя Московского Контарини
рассказывает о некоем языческом народе, или идолопоклонниках
(цпа certa nation de idolatri), не имеющем правителя; правда, когда
захотят (quando li piace), они признают свое подчинение русско­
му государю. Говорят, что «некоторые из них поклоняются первой
увиденной вещи; а другие приносят в жертву какое-нибудь живот­
ное у подножия дерева, которому и поклоняются», О другом, что
он узнал об этих людях, Контарини отказывается говорить, ибо не
видел этого и оно не кажется ему заслуживающим доверия'", &.
, § 7. Чужое как чуждое:
1/
Оrсqб.е.:нности восприятия Руси и РУСС�ИХ
Сведения Контарини о Руси, как Северной, так и Южной,
которые он сообщил в своем отчете о путешествии вПерсию,
являются, наряду с мемуарами Де Ланноа и Запиской милан­
ской канцелярии о Руси, самыми полными и 'обстоятельными в
ХУ в. Именно они, благодаря их изданию типографским спосо­
бом в 1487 г. в Венеции, стали первой и на несколько десятиле­
тий единственной сколько-нибудь подробной и открытой публи­
кацией известий о Руси в Европе. Однако эту их роль не стоит
и преувеличивать, ибо по причине небольшого тиража издания,
особенностей языка (венецианский диалект итальянского) и зате­
рянности данных о Руси среди многих подробностей путешест­
вия Контарини его труд не оказал значительного влияния на зна­
комство европейского мира с русским.
78 См.: Соловьев С.М История России с древнейших времен. Т. 5. Гл. 4,5. С. 98,
171; Базилевич К.В. Внешняя политика русского централизованного государ­
ства. С. 284; Хорошкевич А.Л. Российское государство в системе международ­
ных отношений конца ХУ - начала ХУI в. С. 85, 109, 110.
79 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 205; 229.
80Ibid.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
165
Кроме того, образ Руси и русской жизни, созданные Конта­
рини, нельзя признать ни вполне достоверным, ни беспристраст­
ным. И объясняется это не только неточностью иных сведений,
которые он у кого-то заимствовал,' или ненаблюдательностью са­
мого Контарини, что тоже бывало, но и его установкой на воспри­
ятие чужой действительности. Так, если причину погрешностей в
указании северо-западных московских и новгородских владений
можно найти в каких-то недоразумениях с полученной Контарини
информацией, неверно им понятой или переведенной, то почему
он отнес Смоленск, через который проезжал сам, к территориям,
подвластным Ивану 111, понять невозможно. О том, что морозы
вызывали в европейцах, особенно итальянцах, обитателях Юга,
необыкновенный страх, известно давно; поэтому соответству­
ющие слова Контарини - «страна эта отличается невероятными
морозами» - воспринимается как дань традиции. Однако следу­
ющее за ними его утверждение, тоже скорее всего повторяющее
расхожие представления на Руси, о том, что будто бы из-за этих-то
морозов «люди по девять месяцев в году подряд сидят в домахя'",
вступает в противоречие с личным опытом Контарини, который
видел на Руси широкомасштабную зимнюю торговлю, и «конские
бега и другие увеселения», устраиваемые на замерзших рсках/",
и сам использовал с удобством зимний санный путь и прекрасно
перенес русские морозы; и уж, конечно, он, попавший на Русь
в конце сентября, должен был хорошо понимать, что девять ме­
сяцев люди без дела не могли сидеть по домам, и зима не могла
длиться здесь так долго. Через Луцк Контарини проехал довольно
быстро, и если он восстанавливал сведения о нем по памяти, то
вполне мог забыть о том, что замок в этом городе не деревянный,
как он утверждает, а каменный; в Москве же Контарини провел
четыре месяца и, конечно, должен был бы помнить, что замок ее,
т.е. Кремль, не из дерева, а из камня; тем не менее он утверждает
обратное, и найти объяснение его недобросовестной информации
невозможно.
Обыкновения обитателей Руси Контарини характеризует в
таких же угрюмых тонах, в каких он описывает ее природные ус­
ловия. Дважды он прямо говорит об их скотских, звероподобных
(bestial) нравах. Что, кроме склонности к пьянству И вызываемой
им агрессивности, он мог иметь в виду, неясно. Тем не менее,
81 Contarini А. Viaggio in Persia. С. 204; 228.
82Ibid.

166
О.Ф. Кудрявцев
местные обычаи были ему столь не по нутру, что, по его неод­
нократным уверениям, он готов был вытерпеть любые трудности
пути, лишь бы избавиться от них'", Можно предположить, что все
в поведении многих русских, не владеющих правилами и приема­
ми утонченного вежливого обхождения, культивируемыми в го­
родской патрицианской среде ренессансной Италии, раздражало
и оскорбляло венецианского посла. И, вместе с тем, он от русских
ни в чем и никак не претерпел. За единственным исключением:
с помощью Марка ему удалось найти более удобное жилище в
доме, который занимал Аристотель Фиораванти возле велико­
княжеского дворца, но повелением государя ему приказано было
съехать оттуда, и он нашел дом за стенами Кремля'"; впрочем,
досады по этому поводу Контарини не высказывал. В остальном
же у всех, с кем он имел дело, и тоже по его собственному призна­
нию, он «встречал хороший приемя'". Что говорить о Марке, ко­
торый заботливо опекал оказавшегося в бедственном положении
венецианского посла, и по пути в Москву «спасая его от много­
численнейших опасностейв'", и по прибытии на место оказывая
ему разные услуги?! Сам русский государь тоже проявил себя по
отношению к незваному и не к нему направленному послу более,
чем гостеприимным хозяином, оплатив его долги и богато ода­
рив (ни то, ни другое делать он вовсе не был обязан), удостоив и
приемов, и специального обеда, при встречах обращаясь к нему
«с самыми учтивыми, какие только могут быть, словами» (mi
цво tante cortesi parole, quanto dir si potesse), выказывая «большое
радушие» (gran dimestichezza) и «величайшую обходительность»
(grandissima Ьшпаппа}", Словом, можно сказать, что на Руси Кон­
тарини был встречен с пониманием, в трудный для него момент
поддержан и даже обласкан. Это он фиксирует в своих запис­
ках, не высказывая, правда, по данному поводу никаких эмоций.
И нимало не задумываясь о том, что все те лица, помощью и бла­
горасположением своим вернувшие ему и свободу, и достоинство,
представляли ту самую страну, «звериные» обычаи которой были
невыносимы для посла Венеции и из которой он всеми силами
стремился как можно скорее убраться.
83 Ibid. с. 205, 207; 230, 231.
84 Ibid. с. 203; 227.
85 « ... et certo hebbi da tutti Ьиоnа compagnia» (Ibid. с. 205; 229).
86 Ibid. с. 202; 226.
87 Ibid. с. 206; 230.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
167
БИБЛИОГРАФИЯ
Алексеев юл: Под знаменем Москвы. М., 1992.
Антонович В.Б. Монография по истории Западной и Юго-Западной
России. Киев, 1885.
Багров л. История русской картографии. М., 2005 (l-е изд. -
1964 г.).
Базилевич К.В. Внешняя политика русского централизованного го­
сударства. М., 1952.
Бартенев с.п. Московский Кремль в старину и теперь. М., 1912. Кн. 1.
Бернадский В.Н. Новгород и Новгородская земля в ХУ веке. М.; л.,
1961.
Веспасиано да Бистиччи. Никколо Никколи / пер. О.Ф. Кудрявце­
ва // Опыт тысячелетия. М., 1996. С. 453-464.
Волков И.В. Поволжье на средневековых европейских картах (в
связи с попыткой пересмотра даты основания Самары) // Среднее По­
волжье в контексте средневековой российской истории: на перекрестке
культур (X111-XV1 вв.). Самара, 2012. С. 24-61.
Воронин Н.Н. Зодчество Северо-Восточной Руси X11-XV веков. М.,
1962. Т. 11.
Герберштейн с. Записки о Московии / пер. А.И. Малеина, А.В. На­
заренко. М., 2008. С. Т. 1.
Говденко ММ, Кучинка ММ Архитектурно-археологические ис­
следования в Луцком замке // Археологические открытия 1978 года. М.,
1979. С. 319-320.
Горский А.А. Москва и Орда. М., 2005.
Гуковский МА. Сообщения о России московского посла в Милан
(1486 г.) // Вопросы историографии и источниковедения СССР. М.; л.,
1963. С. 648-655.
Дробленкова Н. Ф. «Слово избрано от святых писаний, еже на латы­
ню» // Словарь книжников и книжности Древней Руси. л., 1989. Вып. 2,
ч. 2. С. 401-403.
Дьяконов МА. Власть московских государей: Очерки из истории по­
литических идей Древней Руси до конца XV1 века. СПб., 1889.
Замки та фортеш Украiни / вступ. ст., комент. та упорядкув. Л. При­
беги. Киiв, 2007.
Карамзин Н.М История государства Российского. М., 1993. Т. У.
Колосок Б. Луцьк - памятка архiтектури та мiстобудування: Тстори­
ко-архiтектурный нарис. Луцьк, 2012.
[Контарини А.] Путешествие Амвросия Контарини, посла Светлей­
шей Венецианской республики к знаменитому персидскому царю Узун­
Гассану, совершенное в 1473 году // Библиотека иностранных писателей
о России. Отделение первое. СПб., 1836. Т. 1. С. 10-192.
Кудрявцев О.Ф. Первые известия о городах Московского края в Ев­
ропе (до середины XV1 века) // Древняя Русь: Вопросы медиевистики.
2001. NQ 1. С. 29-36.

168
о. Ф. Кудрявцев
Кудрявцев о. Ф. Контарини Амброджо // Культура Возрождения:
Энциклопедия. М., 2007. Т. 1. С. 818.
Кудрявцев О.Ф. Западные известия первой половины ХУ в. О Руси //
Европейское Возрождение и русская культура XV-XVII в.: контакты и
взаимное восприятие. М., 2013. С. 31-67.
Лакиер А. История титула государей России. СПб., 1847.
Ламанский В. Белая Русь // Живая старина. СПб., 1891. Вып. 111.
С.245-250.
Малевская МВ. Исследования Луцкого замка // Археологические
открытия 1983 года. М., 1985. С. 309.
Малевская МВ. Применение брускового кирпича в архитектуре
Руси // Советская археология. 1989 . .N2 4. С. 212-222.
Матасова Т'А. Русские посланники в Венеции на рубеже ху­
ХУI столетий (по известиям Марино Сануто) // Древняя Русь: Вопросы
медиевистики. 2013 . .N2 2. С. 64-74.
Матвей Меховский. Трактат о двух Сарматиях / [подгот. латинского
текста], введ., пер. и коммент. С.А. Аннинского. М.; Л., 1936.
Новикова О.Л. Формирование и рукописная традиция «Флорентий­
ского цикла» во второй половине ХУ - первой половине XVII в. // Очер­
ки феодальной России. М.; СПб., 2010. Вып. 14. С. 3-208.
Павлов А.А. Критические опыты по истории древнейшей греко-рус­
ской полемики против латинян. СПб., 1878.
Пирлинг П. Россия и папский престол. М., 1912.
Попов А. Историко-литературный обзор древнерусских полемичес­
ких сочинений против латинян (XI-XV вв.) СПб., 1875.
Потебня А. Этимологические заметки // Живая старина. СПб., 1891.
Вып. 111. С. 117-128.
Россия в первой половине ХУI в.: взгляд из Европы / сост., автор
вводных статей, примеч., указат. О.Ф. Кудрявцев. М., 1997.
Синицына Н.В. Третий Рим: Истоки и эволюция русской средневе­
ковой концепции (ХУ-ХУI вв.). М., 1998.
Соловьев А.В. Белая и Черная Русь: (Опыт историко-политического
исследования) // Сборник Русского археологического общества в Коро­
левстве Югославии. Белград, 1940. Т. 111. С. 29-66.
Соловьев А. Великая, Малая и Белая Русь // Вопросы истории. 1947 .
.N2 7. С. 24-37.
Соловьев А.В. Византийское имя России // Византийский времен­
ник. М., 1957. Вып. XII. С. 134-155.
Соловьев С.М Сочинения. М., 1989. Кн. 111.
Скржинская Е. Ч. Барбаро и Контарини о России: К истории итало­
русских связей в ХУ в. Л., 1971.
Скржинская Е. Ч. Московская Русь и Венеция времен Ивана 111
(по русским летописям и венецианским источникам) // Скржинская Е.Ч.
Русь, Италия и Византия в Средневековье. М., 2000. С. 180-277.
Тихомиров МН. «Список городов русских дальних и ближних» //
Исторические записки. М., 1952 . .N2 40. С. 214-259.

Визит поневоле: Россия Ивана 111 ...
169
Тихомиров МВ. Труды по истории Москвы. М., 2003.
Троневич п.о. Луцький замок. Луцьк, 2003.
Турилов А.А. К истории древнерусской рукописной традиции сочи­
нений, связанных с Ферраро-Флорентийской унией // Флоря Б.Н. Иссле­
дование по истории церкви: Древнерусское и славянское Средневековье.
М., 2007. С. 437-442.
Турилов А.А. Ранние русские источники по истории Ферраро-Фло­
рентийской унии и ее восприятие в православном мире // Флоря Б.Н.
Исследование по истории церкви: Древнерусское и Славянское Средне­
вековье. М., 2007. С. 443-479.
Фоменко ИК. Первые упоминания Самары в западноевропейских
средневековых источниках / / Среднее Поволжье в контексте средневе­
ковой российской истории: на перекрестке культур (XIII-XVI вв.). Са-
Mapa,20i2. С. 9-20. I
Хорошкевич А.Л. Русское государство в системе международных от­
ношений конца ХУ - начала ХУI в. М., 1980.
Черепнин Л.В. Образование русского централизованного государ­
ства в XIV-XV веках: Очерки социально-экономической и политичес­
кой истории Руси. М., 1960.
Barbieri G. Mi1ano е Mosca пеНа ройпса de1 Rinascimento. Bari,
1957.
Beckmann J. Litteratur der alteren Reisebeschreibungen: Nachrichten
von ihren Verfassern, von ihren Inha1ten, von ihren Ausgaben und Uberset­
zungen, nebst einigen gestreueten Anmerkungen iiber гпапспегеп ge1ehrte
Gegenstande. Gбttiпgеп, 1807. Т. 1.
Chalcocondila Lаоniсиs. Historiarum 1ibri decem / Ed. J. Bekkerus.
Воппае, 1843.
Codex ерзыогапе Vit01di Magni Ducis Lithuanie. 1376-1430 / Ed.
А. Prochaska. Cracoviae, 1882.
[Contarini А.] Viaggio de1 C1arissimo messer Ambrogio Contareno пеНа
Persia, mandato per Ambasciatore dalla Illustrissima Signoria di Vinetia,
аНо illustre Signore Ussuncassan re di Persia // Viaggi fatti da Vinetia, аНа
Тапа, in Persia, in India, et in Сопвтапппорой. Vinegia, 1543. Р. 65r-107v.
Переиздан в 1545 г. (см.: Р. 58v-97r).
[Contarini А.] 11 viaggio de1 Magnifico М. Ambrogio Contarini Ambas­
ciatore della Illustrissima Signoria di Venetia а1 gran Signore U ssuncassan
Re di Persia // Ramusio G.B. Secondo v01ume delle navigazioni е viaggi.
Venetia, 1559. Р. 112v-125v.
Cornet Е. Le guerre dei Veneti пеll' Asia. 1470-1474. Vienna, 1856.
Cronica gestis Hungarorum / Hg. von St. End1icher // Jahrbiicher der
Literatur. Wien, 1826. Bd. 34. S. 1-18.
Falchetta Р. Fra Mauro's wor1d тар. Turnhout, 2006.
Fёdоrоv V. 1. 11 Cremlino di Mosca da1 tredicesimo а1 quindicesimo seco-
10 (dai materia1i delle u1time ricerche) // Arte 10mbarda. 1976. Уо1. 44/45.
Nuova serie. Р. 139-152.

170
О. Ф. Кудрявцев
Joannes de Czarnkow. Cronicon polonorum. § 59 // Monumenta Ро!о­
niae historica / Ed. А. Bielowski. Lwow, 1872. Т. 2. Р. 619-756.
Iohannes de Lasco. Ruthenorum nationes сит erroribus eorundem //
Акты исторические, относящиеся к России / сост. А.И. Тургенев. СПб.,
1841. Т. 1.
Iouius Р. Historiarum sui temporibus libri XLV. Lutetiae, 1553. Т. 1.
1 viaggi in Persia degli ambasciatori veneti Barbaro е Contarini / А cura
di L. Lockhart, R. Morozzo dell1a Rocca, M.F. Ттерою. Roma, 1973.
Lelewel J. Geographie du Моуеп Age. Bruxelles, 1852. Т. 11.
Lenna N. di. Ambrogio Contarini, politico е viaggiatore nel sec. ХУ.
Padova, 1921.
Lewicki А. Ki1ka przyczynkow do Kazimierza Wielkiego // Kwartalnik
historyczny. Lwow, 1889. Bd. 111. Р. 205-213.
Liv-, Esth-, und CurHindisches Urkundenbuch / Hrsg. von Fr.G. von
Bunge. Reval, 1859. Bd. IV.
Lockhart L. Introduzione // 1 viaggi in Persia degli ambasciatori ve­
neti Barbaro е Contarini / А сша di L. Lockhart, R. Morozzo della Rocca,
M.F. Tiepol0. Roma, 1973. Р. 1-27.
Morozzo della Rocca R. Introduzione // 1 viaggi in Persia degli ambas­
ciatori veneti Barbaro е Contarini / А cura di L. Lockhart, R. Morozzo della
Rocca, M.F. Tiepol0. Roma, 1973. Р. 28-35.
Morozzo della Rocca R., Tiepolo мр Introduzione // 1 viaggi in Persia
degli ambasciatori veneti Barbaro е Contarini / А cura di L. Lockhart, R. Мо­
rozzo della Rocca, M.F. Tiepol0. Roma, 1973. Р. 54-63.
Milanesi М Contarini Ambrogio / / Dizionario biografico degli italiani.
Roma, 1983. Уоl. 28. Р. 97-100.
Mund St. Orbis russiarum. Genese et developpement de lа representation
du monde «russe» en Occident а lа Renaissance. Geneve, 2003.
Richental U. von. Chronik des Constanzer Concils 1414 bis 1418 / Hrsg.
von M.R. Buck. Tiibingen, 1882.
Scriptores rerum Prussicarum. Leipzig, 1863. Т. 11.
Soloviev А. Weiss-, Schwarz- und Rotreussen: Versuch einer historisch­
politischen Analyse // lahrbiicher fiir Geschichte Osteuropas. N. F. 1959.
Bd. 7, Heft 1. S. 1-33.
SzeJtel М The Tit1e ofthe Moscovite Monarch ир to the End ofthe Sev­
enteenth Century // Canadian-American Slavic Studies. 1979. Уоl. 13, N 1.
Р.51-81.
Vakar N.P. The Name «White Russia» // The American Slavic ацd East
European Review. 1949. Уоl. VIII, N 3. Р.201-213.
Vita В. Kingae // Gombos A.F. Catalogus fontium historiae hungaricae.
Budapest, 1938. Т. 111. Р. 2452-2456.
Vivenza G. Viaggio in Oriente di due veneziani del Quattrocento: Giasafat
Barbaro е Ambrogio Contarini // Economia е storia. 1974. N 4. Р. 525-531.
Volaterranus J. Diarium Romanum de Xisti IV pontificatu // Rerum itali­
carum scriptores. Mediolani, 1733. Т. 23.
Volaterranus R. Commentariorum Vrbanorum octo et triginta libri.
Lib. VII. Basileae, 1544.

УДК 94(47+450)«15»
ИВ. Дубровский
АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
О РУССКИХ ПОСОЛЬСТВАХ В ИТАЛИЮ
В КОНЦЕ ЛИВОНСКОЙ ВОЙНЫ
(ПАМЯТИ Е.Ф. ШМУРЛО)
в статье приводится список более чем 640 неизвестных архивных документов,
сообщающих о русских посольствах Афанасия Резанова, Истомы Шевригина и
Якова Молвянинова в Германию и Италию в 1580-1582 гг. Отправным пунктом
данного исследования были подготовительные материалы к неоконченной работе
Е.Ф. Шмурло «Памятники культурных и дипломатических сношений России с
Италией», которые хранятся в Государственном архиве Российской Федерации.
Ключевые слова: западноевропейские архивы, издание источников, Е.Ф. Шмурло,
Россия и Италия, международные отношения, дипломатия.
Роль примера в науке трудно переоценить. Говоря о науке, мы
чаще оперируем словом «парадигма». Но «парадигма» по-гречески
значит «пример», По известному определению Т. Куна, примеры и
есть то основание, на котором вырастают научная среда и научная
практика. Они направляют деятельность исследователя и одновре­
менно создают тех, кто готов его понять. Всегда бывает так, что\
одни примеры заслоняют, вынуждают забыть другие, которые тоже \
могли бы нас обогатить. Потому так важна история науки, память
о временах, когда мысль текла по забытым руслам. Деятельность
Е.Ф. Шмурло на посту ученого корреспондента Российской акаде­
мии наук в Риме стала для меня таким необыкновенным примером,
изменившим мою жизнь. Я заинтересовался одной неоконченной
им работой, а затем оказался ее продолжателем. Я буду знать, что
отдал Е.Ф. Шмурло свой долг, если смогу подать кому-то пример в
свою очередь. Материалы по русской истории в западных архивах
ждут своих исследователей. Я уже не раз писал о том, что наладить
такую работу довольно просто, а успех гарантирован'.
1 Дубровский И.В. Новые документы о России Ивана Грозного // Русский сбор­
ник. М., 2012. Т. XI. С. 25-58; Он же. Новые документы по истории отношений
России и Италии при Иване Грозном // Там же. М., 2013. Т. XIV. С. 7-72; Он
же. Политика папства в отношении Московии: черновики инструкции Поссе­
вино // Там же. М., 2014. Т. XVI. С. 19-96.

172
И.В. Дубровский
Личный архив Е.Ф. Шмурло, хранящийся в ГАРФ, - кладезь
бесценной информации. Он включает описания фондов десятков
архивов и библиотек и множество копий документов по истории
России. Видимо, я не ошибусь, если скажу, что наиболее ценной
частью материалов по истории ХУI в. в этой замечательной кол­
лекции являются черновики примечаиий к «Памятникам культур­
ных и дипломатических сношений России с ИтаJ:rиеЙ». Реч'ь идет о
работе Е.Ф. Шмурло, которая растянулась на десятилетия, но так
и не была доведена до конца, По мысли автора, это должно было
быть большое издание документов по истории контактов России
и папства в конце правления Ивана Грозного. Главными события­
ми этих контактов, как известно, являлись приезд в Рим царских
гонцов Истомы Шевригина и Якова Молвянинова и ответная мис­
сия иезуита Антонио Поссевино в Московию в 1581-1582 гг. Эти
события Е.Ф. Шмурло посчитал нужным взять в довольно широ­
ком контексте. Он надеялся, что это будет книга не о двух годах,
а фактически о целом десятилетии отношений Москвы и Рима.
Часть материалов, собранных Е.Ф. Шмурло, была опублико­
вана в 1925 г., очевидно, без согласия автора, оставшегося после
революции за границей. В предисловии к этому изданию ситуация
объяснялась следующим образом., «Печатание первого тома было
начато в 1911 году. К 1917 году было напечатано 1 7 листов текста и
один лист примечаний. Длительный переРЫ�IВ типографской работе
и в сношениях Академии Наук С Ученым Корреспондентом в Риме
задержал выход' в . свет первого тома "Памятников". Ввиду этого
Постоянная Историческая Комиссия постановила выпустить отпе­
чатанные листы первого тома, как первый выпуск его; остальная же
часть его; N2N2 352-600, а таfкже намечаемое проф. Е.Ф. Шмурло
предисловие ко всему тому и примечания войдут в состав второго
выпускав". 351 документ «первого 'выпуска» охватывают период
с 1 ноября 1578 года по 15 мая 1581 г., т.е. издание оканчивается
отъездом Шевригина и Поссевино из Рима в Московию.
Постоянная историческая комиссия при Академии наук была
созданадля публикации исторических источников в 1903 г. одно­
временно с должностью ученого корреспондента в Риме, который
работал под ее эгидой. Комиссия утверждала план его работы,
и до революции ученому корреспонденту Академии исправно
выплачивалось содержание. Исследовательская деятельность
Е.Ф. Шмурло в европейских архивах являлась важным и затрат­
ным академическим проектом, и Постоянная историческая комис-
2 Памятники культурных и дипломатических сношений России с Италией. л.,
1925. Т. 1, вып. 1. с. 1-11.

Архивные материалы о русских посольствах ...
173
сия, председателем которой на момент издания «Памятников», к
слову сказать, был С.Ф. Платонов, несла за нее свою долю ответ­
ственности. Е.Ф. Шмурло так и не смог завершить многолетний
труд. Потому к решению Постоянной исторической комиссии нам
остается отнестись с благодарностью.
Шесть папок подготовительных материалов и черновиков 'не­
оконченных примечаний фактически являются ценнейшей коллек­
цией неизвестных исторических 1. документов", Сначала автор рас­
считывал помещать в примечания свидетельства меньшего размера
и важности.по сравнению с теми, которые попадали в основной
текст. Потом, когда была готова верстка 1911 г., ему, по-видимому,
пришлось относить в примечания все новые документы, которые
он продолжал находить. Им была составлена или сохранилась толь­
ко часть примечаний, относящаяся к той части планировавшегося
издания, которая была сдана в печать в 1911 г. Почему труд остался
неоконченным? Е.Ф. Шмурло плодотворно работал до своей смер­
ти в 1934 г. Не может быть, чтобы у него не было веских причин, по­
будивших его оставить дело, которому он отдал столько лет жизни.
Думаю, что я знаю ответ на этот вопрос. Издание документов
в том виде, как оно было задумано, кажется непосильной зада­
чей для одного исследователя. Здесь я хотел бы сослаться на свой
опыт. Интерес к русским посольствам в Италии в конце прав­
ленияИвана Грозного и черновики примечаний к «Памятникам
культурных и дипломатических сношений России с Италией»
стали отправным пунктом моего собственного исследования. Его
рамки несравненно уже, нежели рамки замысла Е.Ф. Шмурло.
Я собираю документы только о посольствах Шевригина, Молвя­
нинова, а также о посольстве Афанасия Резанова (он отправился к
императору незадолго до Шевригина и взаимодействовал с ним).
Даже материалы о миссии Поссевино меня интересуют только
постольку, поскольку они проливают свет на посольства Истомы
Шевригина и Якова Молвянинова и отношение к ним. В отличие
от Е.Ф. Шмурло, Я копирую только те тексты, которые никогда
раньше не публиковались. Опубликованных документов многие
сотни. Это не только большие и известные издания П. Пирлинга,
Е.Ф. Шмурло и другие. Немало сообщений о «послах Москови­
та» печаталось в самых неожиданных местах. Помышлять о но­
вом издании всех этих материалов, даже если некоторые старые
издания неидеальны, значит никогда ничего не закончить. Приме­
чания к «Памятникам», как я сказал, были для меня чрезвычай-
3 ГАРФ. Ф. 5965. Д. 85-90.

174
И.В. Дубровский
но полезны. Я нашел в них транскрипции нескольких десятков
неопубликованных документов. Часть из этих копий я смог про­
верить по оригиналам в европейских архивах, часть пока нет, но
надеюсь это сделать. Еще несколько десятков текстов нашлись по
ссылкам, приведенным в другой известной работе Е.Ф. Шмурло
«Россия и Италияя". Я вспоминаю об этом с благодарностью, но
вынужден заметить, что находки Е.Ф. Шмурло - малая толика тех
архивных материалов о русских посольствах в Рим 1581-1582 гг.,
которые существуют. Если я не ошибся в подсчете, за три с по­
ловиной года архивной работы по интересующей меня теме мне
удалось собрать свыше 640 текстов. Надо оговориться, что не­
которые тексты повторяются. Например, мы имеем письма пос­
лов великого герцога Тосканского и герцога Феррарского в Риме
Алессандро Медичи и Джулио Мазетти в виде оригиналов, полу­
ченных адресатами, и в виде черновиков или минут, оставшихся
у отправителей. К числу повторяющихся материалов также отно­
сятся рукописные газеты. Так или иначе, масштабы запечатлен­
ной информации совершенно поразительны. Если это не новый
континент, то, по крайней мере, приличных размеров остров.
К сожалению или к счастью, моя золотая жила не думает ис­
сякать. Работа далека от завершения. Я не могу не волноваться о
том, не постигнет ли ее судьба неоконченной работы Е.Ф. Шмур­
ло. Мне кажется, будет правильно опубликовать список матери­
алов о посольствах Истомы Шевригина и Якова Молвянинова,
найденных мной на сегодняшний день.
Архивные документы о посольствах Афанасия Резанова,
Истомы Шевригина и Якова Молвянинова
Аугсбург
Staats- und Stadtbibliothek Augsburg
40 Cod. s. 32, fol. 3v. Аугсбургская хроника
Бамберг
Staatsarchiv Bamberg
Hochstift Bamberg, Geheime Kanzlei Nr. 53, fol. 487-489v.
Протокол посольства епископа Бамбергского на Аугсбургском
рейхстаге 1582 г.
4 Россия и Италия: Сборник исторических материалов и исследований, касаю­
щихся сношений России с Италией. СПб., 1907-1915.

Архивные материалы о русских посольствах ...
175
Болонья
Archivio di Stato di BoZogna
Senato, Lettere dell'ambasciatore аl Senato, У. 56. Без пагина­
ции. Письмо посла Болоньи в Риме Эрколе Риарио Сенату Боло­
ньи от 19 сентября 1582 г.
Biblioteca Universitaria
Ms. 290, t. 111, fol. 367-370, 482. Alamanno Bianchetti, Annali di
Bologna fino аl 1599.
Ms. 896, t. 1, fol. 70, 82у. Рiпо Legnani Fепi, Diario delle cose
accadute in Bologna dall'anno 1555 зшоаг Гбб Г.
Ms. 1107, t. Уlll, р. 11, fol. 38у. Giovan Francesco Negri, Annali
di Bologna fino аl 1600.
Ms. 2137, t. 1, fol. 201-201у, 225у-226. Valerio Rinieri, Diario,
overo Descrittione delle cosa piu notabili seguite in Bologna dell'anno
1520 insino а tutto l'anno 1605.
Вальядолид
Archivo generaZ de Simancas
Secci6n de Estado, legajos
1339, fol. 99, 104-104у., 135у.-136, 365-365у. Письма секрета­
ря испанского посольства в Венеции Кристоваля Саласара испан­
скому королю Филиппу 11 от 1 7 февраля, 14, 22 апреля и 3 июня
1581 г.; fol. 376-376у. Черновик письма Филиппа 11 К. Саласару
от 23 августа 1581 г.
1526, fol. 232-232у., 236. Два письма испанского агента в Риме
аббата Бресеньо К. Саласару в Венецию. Первое датировано сен­
тябрем, второе - 22 сентября 1582 г.
1527, fol.538-538v. Письмо А. Поссевино К. Саласару из
Инсбрука в Венецию от 8 ноября 1582 г.
Вена
Osterreichisches Staatsarchiv, Haus-, Но!- und Staatsarchiv
Handschrift WeiB 290 (= Codex 595), Literae et Acta Caesarea
Italica, Ann. 1580-1584, Bd. 5, fol. 433у, 700у. Письма Джованни
Баттиста Бернерио императору Рудольфу 11 из Рима 25 февраля
1581 г., 8 сентября 1582 г.; fol. 550. Avviso из Рима 29 сентября
1582 г.
Rom, Berichte 1575-1600, Bd. 47, fol. 193-194, 194у.-195, 197-
197у, 202, 203. Письма Джованни Баттиста Бернерио императору

176
И.В. Дубровский
Рудольфу 11 из Рима 4, 11 и 18 марта 1581 г.; fol. 247. Письмо
Джованни Федерико Мадруцци императору Рудольфу 11 из Рима
30 сентября 1582 г.
Venedig, Berichte 1575-1610, Fasc. 13, fol. 108-108v., 122, 126.
Письма Балдессаро Дорнберга императору Рудольфу 11 из Вене­
ции 18 февраля, 16 и 23 апреля 1581 г.; fol. 113v.-114, 117. Avvisi
из Рима 4 и 11 марта 1581 г.
Russland 1, Fasc. 2
Konv. 3 (С), fol. 46-46v. Письмо императора Рудольфа 11 влас­
тям Любека 4 октября 1580 г.; fol. 47-47v. Письмо императора Ру­
дольфа 11 датскому королю 8 октября 1580 г.; fol. 48-48v. Паспорт
императора Рудольфа 11 для проезда Афанасия Резанова 8 октября
1580 г.; fol. 49-49v. Письмо императора Рудольфа 11 эрцгерцогам
11 октября 1580 г.; fol. 50-50v. Письмо императора Рудольфа 11
курфюрстам 11 октября 1580 г.
Konv. 4 (D), fol. 5-8v. Письмо императора Рудольфа 11 царю
Ивану Грозному из Праги от 11 января 1581 г. (рус. пер.: Памят­
ники дипломатических сношений древней России с державами
иностранными. СПб., 1851. Т. 1. Стб. 835-838); fol. 9-9v. Паспорт
императора Рудольфа 11 для проезда Истомы Шевригина от 14 ян­
варя 1581 г. (рус. пер.: Там же. Стб. 838-839); fol. 10-10v. Пись­
мо императора Рудольфа 11 датскому: королю 14 февраля 1581 г.;
fol. 11-11 v. Decret fiir den Moscowitterischen gesandten. Prag,
20 Таппег 1581; fol. 12-12v. Письмо императора Рудольфа 11 влас­
тям Любека 13 мая 1581 г.; fol. 13-13v. Письмо императора Ру-
дольфа 11 датскому королю 13 мая 1581 г. r
Konv. 5 (Е), fol. 26-32v. Пять текстов о проезде Молвянинова
и Поссевино, в том числе письма Поссевино императору Рудоль­
фу 11 от 10 июня 1582 г. и Вратиславу фон Пернштайну; fol. 32�a.
Письмо императора Рудольфа 11 царю Ивану Грозному от 21 июля
1582 г.; fol. 33-33v. Decretum ad status рго Moscowitten, 23 июля
1582; fol. 42-42v. Расписка Антонио Поссевино, выданная дирек­
тору почты в получении письма императора Рудольфа 11 Яковом
Молвяниновым, 15 сентября 1582 г.
Russland 1, Russische Urkunden, NQ 13. Письмо Ивана Грозного
императору Рудольфу 11 от сентября 1582 г. Русский оригинал.
Osterreichische NationaZbibliothek
,!!.
1) Собрание avvisi библиотекаря императора Гуго Блоция
Cod. 5911, fol. 161-161v. Avviso из Праги 17 января 1581 г.;
fol. 164v. Avviso из Венеции 4 февраля 1581 г.; fol. 167. Avviso из
Рима 18 марта 1581 г.

Архивные материалы о русских посольствах ...
177
Cod. 8838, [01.70. Avviso из Праги 24 января 1581 г.; [01.38,
104, 227у.-228у., 229. Avvisi из Рима 25 февраля, 4 и 25 марта
1581 г.; [01. 149у. Avviso из Венеции 18 февраля 1581 г.
2) Собрание avvisi аугсбургских купцов Фуггеров
Cod. 8953, [01.517. Avviso из Праги 28 сентября 1580 г.;
[01. 522, 527у. Avvisi из Венеции 22 и 28 октября 1580 г.
Cod. 8954, [01. 370, 374, 378, 378у., 382, 385. Avvisi из Вене­
ции 3, 10, 17, 18,25 февраля 1581 г.; [01. 388-388у., 392, 396,400-
400у., 404. Avvisi из Рима 4,11,18,24 марта и 1 апреля 1581 г.
Cod. 8955, [01. 114у., 117у., 120у. Avvisi из Венеции 10, 17 и
24 августа 1582 г.; [01. 124, 126, 129, 132, 135у., 139-139у. Avvisi
из Рима 1, 8, 15,22,29 сентября, 16 октября 1582 г.
Венеция
Archivio di Stato di Venezia
1) Senato
Dispacci, Germania, filze
7, [01. 295,331. Письма посла при дворе императора Альберто
Бадоэра венецианскому дожу из Праги 18 октября 1580 г., 24 ян­
варя 1581 г.
9, [01. 59-59у. Письмо посла при дворе императора Иеронимо
Липпомано венецианскому дожу из Вены 29 мая 1582 г.; [01. 90у.,
92, 97-97у. Письма Иеронимо Липпомано венецианскому дожу из
Аугсбурга 26 и 30 июня 1582 г.; [01.91. Письмо Антонио Поссе­
вино Иеронимо Липпомано.
Deliberazioni Secreti, registro 82, [01. 176у. Письмо венеци­
анского правительства своему послу в Праге Альберто Бадоэру
18 февраля 1581 г.
Deliberazioni Тегга, registro 54, сапа 15у., [01. 56у. Грамота
венецианцев о свободном проезде московских послов и купцов,
7 апреля 1582 г.; сапа 16, [01. 57. Письмо венецианцев царю Ива­
ну Грозному 7 апреля 1582 г.
Deliberazioni Тегга, filza 82. Без пагинации. Подготовительная
записка к отъезду Шевригина из Венеции, апрель 1581 г.
2) Annali, t.7, 1580-1583, [01. 106У.-107. Итальянский пе­
ревод письма Ивана Грозного венецианскому дожу от сентября
1581 г.; [01. 163У.-165. Сообщение об аудиенции Я. Молвянинова
в Венеции 4 августа 1582 г. и итальянский перевод письма Ивана
Грозного венецианскому дожу от марта 1582 г.
3) Miscellanea ducali е atti diplomatici, busta 28, N2 В62. Пись­
мо дожа Николо да Понте венецианскому послу в Риме Леонардо
Дона 22 августа 1582 г.

178
И.В. Дубровский
Biblioteca Макслапа
Ms. italiani, сl. VII, 811 (7299), fol. 97v., 100, 102-102v., 105,
106, 108v. Alvise Michiel, Memorie publiche, хроника, составлен­
ная на основе avvisi.
Biblioteca Correr
Cod. Cicogna 2555. Alvise Michiel, Annali delle cose della
Repubblica di Venezia 1578-1586. Тот же текст.
Виченца
Biblioteca Civica BertoZiana di Vicenza
Ms. 2916, р. 40, 92, 201. Bartolomeo Ziggiotti, Accademia
0limpica, сборник документов по истории Accademia 01impica в
Виченце.
Дрезден
Hauptstaatsarchiv Dresden
Geheimer Rat,
Loc. 10703/03, fol.412. Газета из Рима 13 октября 1582 г.;
fol. 438-440. Газета из Праги.
Loc. 10703/05, fol. 76,82, 123v. Газеты из Венеции 4 и 18 фев­
раля и 14 апреля 1581 г.; fol. 80v. Газета из Рима 25 февраля
1581 г.
Loc. 10704/01, fol. 251,258. Газеты из Рима от 25 февраля и
4 марта 1581 г.
Loc. 10704/05, fol. 36, 54v., 57, 65-65v., 72. Газеты из Рима от
21 января, 12 февраля, 4 и 11 марта и 1 апреля 1581 г.; fol. 42v.,
66, 70, 97-97v. Газеты из Венеции от 3 февраля, 11 и 17 марта и
14 апреля 1581 г.
Loc. 10704/07. Без пагинации. Газеты из Рима от 8 апреля и из
Венеции от 14 апреля 1581 г.
Loc. 10705/01. Без пагинации. Письма Вольфганга Цюндели­
на из Венеции курфюрсту Саксонскому от 11 августа и 12 октября
1582 г. Газета из Рима от 2 сентября 1582 г.
Loc. 10705/02, fol. 159, 167, 193. Газеты из Рима от 8 и 29 сен­
тября и 16 октября 1582 г.
Loc. 10705/03, fol. 159, 160. Газеты из Рима от 8 сентября и
7 октября 1582 г.
Loc. 10705/04, fol.54. Газета из Аугсбурга от 16 августа
1582 г.; fol.65-65v. Письмо ландграфа Вильгельма Гессен-Кас­
сельского курфюрсту Саксонскому от 12 сентября 1582 г.; fol. 93.
Газета из Рима от 13 октября 1582 г.

Архивные материалы о русских посольствах ...
179
Loc. 10705/05, fol. 41, 44у., 56, 57, 70, 70у., 101, 107. Газеты из
Рима, две от 15 сентября, от 22 и 29 сентября, две от 6 октября и
две от 13 октября 1582 г.
Инсбрук
TiroZer Landesarchiv
Ferdinandea, Position 150. Без пагинации, письма агента эрц­
герцога Фердинанда Австрийского Франческо Спорено из Рима
2 и 4 марта 1581 г.
Лукка
Archivio di Stato di Lucca
Anziani аl tempo della liberta, 636, р. 33-34. Письмо посла
Лукки во Флоренции Лоренцо Мей от 23 октября 1582 г.
Любек
Archiv der Hansestadt Ейбес]:
Altes Senatsarchiv, Externa, Ruthenica 23. Письмо Афанасия
Резанова.
Марбург
Hessisches Staatsarchiv Marburg
Bestand 4g, Nr. 17. Без пагинации, немецкие переводы италь­
янских газет из Венеции от 27 января и 24 февраля 1581 г.
Bestand 4g, Nr. 18, [01. 217, 225. Немецкие переводы итальян­
ских газет из Рима 22 и 29 сентября 1582 г.
Bestand 4е Nr. 1390 Fasz. 4. Без пагинации, протокол посоль­
ства ландграфа Вильгельма Гессен-Кассельского на Аугсбург­
ском рейхстаге 1582 г.
Bestand 4е Nr. 1393 Fasz. 2, [01. 60у. Протокол посольства
ландграфа Людвига Гессен-Марбургского на Аугсбургском рейх­
стаге 1582 г.
Мантуя
Archivio di Stato di Mantova
Archivio Gonzaga, buste
460, [01. 215у.-216, 226-226v., 310у., 317у., 318, 323,412,417,
421 у., 424, 425у. Письма агента в Праге Камилло Гаттико секре­
тарю герцога Мантуанского Аурелио Зибрамонте от 27 сентября,
11 октября 1580 г., 10, 17,31 января, 9, 16,23 мая 1581 г.

180
И.В. Дубровский
461, fol. 97. Письмо Камилло Гаттико Аурелио Зибрамонте из
Аугсбурга 6 июля 1582 г.
928, fol.38v, 52у. Письма Чезаре Строцци герцогу Манту­
анскому из Рима 25 февраля, 1 апреля 1581 г.; fol.40v, 50-50у.
Письма Чезаре Строцци Аурелио Зибрамонте из Рима 4, 25 марта
1581 г.; fol. 189у.-190, 194, �96, 198у., 200-200у., 204-204у., 208,
211, 212у, 214, 230, 245у. Письма Джованни Антонио Одескал­
ки герцогу Мантуанскому из Рима 15,18,25 февраля, 4,11,18,
25 марта, 1,29 впреля, 27 мая 1581 г.
931, fol.141v., 150, 173у., 183-183у., 193-193у., 206-206у.
Письма Джованни Антонио Одескалки герцогу Мантуанскому из
Рима 11, 18 августа, 8, 15, 22 сентября, 16 октября 1582 г.
1161, fol. 516. Письмо Кристофоро Чефоли графу Теодоро
Сан Джорджо из Болоньи В Мантую 29 августа 1582 г.
1985, fol. 280, 294, 304, 320,477,493, 579, 590,612. Avvisi из
Праги 27 сентября, 4, 11, 18 октября 1580 г., 24 января, 3 февраля,
9, 16,27 мая 1581 г.; fol. 520-520у., 525-525у., 526, 527, 535, 536,
537,545, 554-554у, 549. Avvisi из Рима от 4,8,11,15,18,25 марта,
два avviso от 1 апреля 1581 г.; fol. 611. Avviso из Венеции 27 мая
1581 г. � : �
1986, fol. 353, 451-451у. Avvisi из Рима 28 июля, 22 сентября
1582 г.; fol. 368-368у, 396. Avvisi из Венеции 4, 18 августа 1582 г.;
fol.422, 427, 444-444у., 461у.-462, 467у.-468, 462-462у., 468-
468у. Avvisi Аннибале Капелло, два от 5 сентября, 15 сентября,
два от 3 октября, два от 16 октября 1582 г.
1256, fol. 7. Письмо Антонио Поссевино герцогу Мантуанско­
му из Феррары 27 августа 1582 г.
2213. Без пагинации. Письмо Теодоро Сан Джорджо Аурелио
Зибрамонте 28 октября 1582 г.
Милан
Biblioteca Ambrosiana
F 66 inf., fol. 121. Письмо архиепископа Болонского Габриэле
Палеотти архиепископу Миланскому Карло Борромео от 29 ав­
густа 1582 г.
F 99 inf., р. 227. Письмо Антонио Поссевино Карло Борромео
из Праги от 20 мая 1581 г.
R 103 sup., fol. 94у., 98-98у., 168. Avvisi из Праги 17 и 29 ян­
варя, 16 мая 1581 г.; fol. 98, 101, 134, 136, 160у.-161, 217. Avviso
из Венеции от 3 и 17 февраля, 9,13 апреля, 6 мая, 14 июля 1581 г.;
fol. 113у., 114у., 117-117у., 123, 127, 131у.-132, 140-140у. Avviso
из Рима 25 февраля, 4, 11, 18,25 марта, 1 апреля 1581 г.; fol. 143у.

Архивные материалы о русских посольствах ...
181
Фрагмент письма неизвестного из Венеции от 7 апреля 1581 г.
Этот сборник avvisi, очевидно, принадлежал падуанскому биб­
лиофилу Джан Винченцо Пинелли.
G 266 inf., fol. 194v., 209-209v., 203. Avvisi из Праги 4, 18,
23 октября 1580 г. Сборник avvisi, очевидно, принадлежал Джан
Винченцо Пинелли.
Модена
Archivio di Stato di Modena
(
Archivio Segreto Estense
J':':
1) Casa е Stato, busta 455, здесь: тетрадь, озаглавленная Venute
de signori а Репага et altri гассопй, р. 26. Сообщение от 7 апреля
1581 г.
2) Cancelleria, Estero, Ambasciatori
а) Germania, buste
35, без пагинации. Письма агента герцога Феррарского при
дворе императора Валентино Флорио из Праги 27 сентября, 4, 11,
18,25 октября 1580 г.
36, без пагинации. Письма Валентино Флорио герцогу Фер­
рарскому из Пр аги 10, 18,24,31 января, 9, 16,23 мая 1581 г. Из
Аугсбурга 27 июня, 11 июля 1582 г.
б) Firenze, buste
.176, без пагинации. Письма посла герцога Феррарского во Фло­
ренции Эрколе Кортиле герцогу Феррарскому 15 октября (с оши­
бочной датировкой «5 октября»), 23 и 30 октября 1582 г.
в) Roma, buste 1
90, без пагинации. Письма посла герцога Феррарского в Риме
Джулио Мазетти 25 февраля, 1,4,8, 18,22 марта 1581 i.
92, без пагинации. Письма Джулио Мазетти герцогу Феррар­
скому из Рима 19; 22, 26, 29 сентября 1582 г.
99, без пагинации. Минута письма герцога Феррарского
своему послу в Риме Джулио Мазетти 1 сентября 1582 г.
103, без пагинации. Письма Джулио Мазетти герцогу Фер­
рарскому из Рима (Carteggio restituito, minute di lettere), 25 и 28
февраля, 4, 8, 18,22 марта 1581 г, 15, 19,22,26,29 сентября, 3 и
16 октября 1582 г.
116, без пагинации. Письма Теодозио Паницца кардиналу
Луиджи Эсте из Рима 25 февраля, 1,4, 15,29 марта 1581 г.
117, без пагинации. Письма Теодозио Паницца кардиналу
Луиджи Эсте из Рима 3 сентября, два письма от 5 сентября, 6, 7,
8,10,11,12,13,14,15,16 сентября, два письма от 17 сентября,
20 (?), 21, 22, 24, 26 сентября, два письма от 27 сентября, 29 сен-

182
И.В. Дубровский
тября, два письма от 30 сентября, два письма от 1 октября, 2 и
15 октября 1582 г.
121, без пагинации. Письма майордома Джован Пьетро То­
ломеи кардиналу Луиджи Эсте из Рима 25 и 26 сентября 1582 г.
Джован Пьетро Томомеи кардиналу Луиджи Эсте из Тиволи 3 ок­
тября 1582 г.
122, без пагинации. Письма Франческо Кортезе кардиналу
Луиджи Эсте из Рима 15,25 февраля, 29 марта 1581 г.
124, без пагинации. Письма Джованни Баттиста Висконте
кардиналу Луиджи Эсте из Рима. 25 февраля, 11,29 марта 1581 г.,
3 сентября 1582 г.
128, без пагинации. Письма Эрколе Тассони Эстенсе кардина­
лу Луиджи Эсте из Рима 25 февраля, 4, 11 марта 1581 г.
г) Venezia, buste
61, без пагинации. Письма Аннибале Ариости герцогу Фер­
рарскому из Венеции 15, 18 февраля, 19 апреля 1581 г.
80, без пагинации. Письма Камилло делла Кроче кардиналу
Луиджи Эсте из Венеции 4, 18 февраля, 12, 15, 19 апреля 1581 г.,
4,11 августа 1582 г. Неизвестный кардиналу Луиджи Эсте из Ве­
неции 25 августа 1582 г.
3) Cancelleria, Estero, Avvizi е notizie dall'estero, buste
11, без пагинации. Avviso из Венеции 4 февраля 1581 г. Avvisi
из Праги 18 апреля, 9 мая 1581 г.
12, без пагинации. Avvisi из Аугсбурга 7 и 21 июля 1582 г.
Avvisi из Венеции 4 августа, 3 от 25 августа, 1 сентября 1582 г.
110, без пагинации.Аvvisi из Венеции 12 апреля 1581 г., 4, 11,
25 августа 1582 г.
127, без пагинации. Avvisi Аннибале Капелло для кардинала
Луиджи Эсте из Рима 3,9 июня 1581 г., 26 августа, 1,4, 5,9, 10,
11, 12, 13, 14, 15, 17, 18, 19,21,22,23,24,25,26 сентября, 1,2,3,
15 октября 1582 г.
Мюнхен
Bayerisches Hauptstaatsarchiv
1) Pfalz- N euburg Akten
925, [оl.78. Газеты из Рима и Венеции от 4 и 10 августа
1582 г.; [оl. 100, 108, 145, 163, 173v., 193, 196, 206, 225, 231, 243v.,
270,280. Газеты из Рима от 8, 15 и 16 сентября, две от 22 и три от
29 сентября, две от 6 и две от 13 октября и от 16 октября 1582 г.
2) Kurbayern AuBeres Archiv
4316 (Kasten schwarz 5396), [оl. 213. Письмо Иоганна Хеген­
мюлера герцогу Баварскому из Праги 9 мая 1581 г.

Архивные материалы о русских посольствах ...
183
4318 (Kasten schwarz 5398), [01. 184-184v, 186-186v, 191-
191 v., 198-198v. Письма Зигмунда Вихойзера герцогу Баварскому
из Праги от 12, 18,24 и 30 января 1581 г.
4344 (Kasten schwarz 5425), [01.50. Газета из Венеции от 16 фев­
раля 1581 г.; [01.54, 56-56v. Газеты из Рима от 4 и 11 марта 1581 г.
Bayerische Staatsbibliothek
Collectio Camerariana, XXI == Сlт 10371, N2 186. Письмо Воль­
фганга Цюнделина Йоахиму Камерарию из Венеции в Нюрнберг
1 7 февраля 1581 г.
Неаполь
Biblioteca Nazionale di Napoli
Biblioteca Brancacciana VI В 19, [01. 159-160. Донесение, под­
писанное именем некоего Перо Кихада и озаглавленное: Relaci6n
verdadera de lа enbajada que hico еl envajador del Moscobita аl рара
а 10s 20 de гпагсо este аnnо de 1581 aniios. Сохранились первый и
последний листы текста, середина отсутствует.
Париж
Bibliotheque Nationale de France
Ms. Ргапсагз, 16043, [01. 178. Письмо французского посла в
Риме Поля де Фуа королеве-матери Екатерине Медичи от 20 мар-
та 1581 г. '
Cinq Cents de Colbert, 368, р. 508-509. Письмо французского
посла в Венеции Арно Дю Феррье французскому королю Генриху
111 31 августа 1582 г.
1\1s. Italien, 1675, [01. 8. Письмо папского нунция во Франции
Ансельмо Дандино кардиналу Комо из Блуа от 27 марта 1581 г.
Парма
Archivio di Stato di Раппа
Carteggio Farnesiano, Estero, buste
489, без пагинации. Avviso из Венеции 24 марта 1581 г. и
письмо Рафаэле делла Марра Маргарите Австрийской из Рима
3 апреля 1581 г.
493, без пагинации. Письма кардиналу Алесеандро Фарнезе
Джироламо Маттеуччи от 11 (?) сентября 1582 г., Маттео Мас­
са от 17 сентября 1582 г., Асканио Челсо от 24 и 25 сентября
1582 г. Письмо Асканио Челсо герцогу Пармскому (?) 26 сентября
1582 г.

184
И.В. Дубровский
РИМ
Archivio Segreto Vaticano
1) Archivium Arcis, Arm. I-XVIII, 4320. Анонимная записка,
составленная в папской курии в связи с приездом Шевригина о
стратегии контактов с Московией,
2) Fondo Bolognetti, t. 45, fol. 150v.-153. Деяния Григория XIII,
описанные кавалером Лоски: Li successi di Gregorio XIII Bolognese
di fameglia Boncompagni creato pontifice li 13 Maggio 1572 con una
piena notitia di quanto accadde nel di lui pontificato descritta dal
cavaliere Loschi.
3) Miscellanea, Armadio 11,
117, fol.30-30v. Немецкий перевод письма Ивана Грозного
папе Григорию XIII, сделанный в канцелярии Посольского при­
каза, март 1582 г. (рус. текст опубликован в кн.: Памятники дип­
ломатических сношений древней России с державами иностран­
ными. СПб., 1871. Т. 10. Стб. 351-355).
130, fol. 6-14v. Второй черновой вариант инструкции, предна­
значенной для папского посланца в Московию Антонио Поссеви­
но; fol. 15v.-24. Третий черновой вариант инструкции, предназна­
ченной для папского посланца в Московию Антонио Поссевино.
146, fol. 18v.-25v. Первый черновой вариант инструкции,
предназначенной для папского посланца в Московию Антонио
Поссевино, Листы переплетены неправильно.
4) Segreteria di Stato
а) Germania,
9, fol. 88v. Письмо кардинала Комо кардиналу Мадруцци в
Аугсбург 29 сентября 1582 г.
12, fol. 146, 150v. Письма кардинала Комо Джованни Фран­
ческо Бономо в Аугсбург 22 сентября и 16 октября 1582 г.
92, fol.326-329v. Немецкий перевод письма Ивана Грозно­
го императору Рудольфу 11, посланного с Шевригиным, август
1580 г. (рус. текст опубликован в кн.: Памятники дипломатичес­
ких сношений древней России с державами иностранными. Т. 1.
Стб. 785-795); fol. 325-325v. Латинский суммарий.
93, fol.7-8v. Письмо императора Рудольфа 11 царю Ивану
Грозному из Праги 11 января 1581 г. (рус. пер. опубликован в кн.:
Памятники дипломатических сношений древней России с держа­
вами иностранными. Т. 1. Стб. 835-838); fol. 311-312v. Немецкий
перевод письма Ивана Грозного папе Григорию XIII, сделанный
в канцелярии Посольского приказа, сентябрь 1581 г. Русский
текст не известен; fol. 313-314v. Немецкий перевод письма Ива-

Архивные материалы о русских посольствах ...
185
на Грозного папе Григорию XIII по поводу свободного проезда
послов, сделанный в канцелярии Посольского приказа, сентябрь
1581 г. Русский текст не известен; fol. 316-316v. Немецкий пере­
вод письма Ивана Грозного венецианскому дожу по поводу сво­
бодного проезда послов, сделанный в канцелярии Посольского
приказа, сентябрь 1581 г. Русский текст не известен; fol. 317-318.
Немецкий перевод письма царевича Ивана папе Григорию XIII,
сделанный в канцелярии Посольского приказа, сентябрь 1581 г.
Русский текст не известен; fol. 319-320v. Немецкий перевод пись­
ма Ивана Грозного венецианскому дожу, сделанный в канцелярии
Посольского приказа, сентябрь 1581 г. Русский текст не известен.
Латинские суммарии написаны рукой А. Поссевино на полях ко
всем документам, за исключением суммария к последнему пись­
му, который помещен на отдельной странице: fol. 321. Все письма
являются копиями, очевидно, сделанными для Поссевино по его
просьбе.
99, fol. 375. Письмо Орадзио Маласпина кардиналу Комо из
Праги 18 октября 1580 г.
б) Polonia,
17 А, fol. 16. Латинский перевод письма Ивана Грозного папе
Григорию XIII, март 1582 г. (рус. текст опубликован в кн.: Памят­
ники дипломатических сношений древней России с державами
иностранными. Т. 10. Стб. 351-355); fol. 61. Латинский перевод
письма Ивана Грозного эрцгерцогу Австрийскому Карлу, март
1582 г. (рус. текст опубликован: Там же. Стб. 357-360); fol. 95-95v.
Латинский перевод письма Ивана Грозного папе Григорию XIII
по' поводу свободного проезда послов, март 1582 г. (рус. текст
опубликован: Там же. Стб. 355:-357); fol. 133-170. Донесение
иезуита Thomas Saillias генералу ордена иезуитов от 4 сентября
1583 г. О посольстве я. Молвянинова: fol. 133v.-134, 135v.-136,
137v., 149-149v.
Additamenta 11, fol. 119-119v. Кардинал Комо губернатору
Милана 7 июля 1582 г. (черновик с собственноручной правкой
Комо).
Biblioteca ApostoZica Vaticana
1) Минуты писем кардинала Комо
Barberiniani Latini
Т. 5743, fol. 227v. Письмо кардинала Комо папскому нунцию в
Венеции Лоренцо Кампеджи 7 июля 1582 г.; fol. 228v.-229. Письмо
кардинала Комо губернатору Милана 7 июля 1582 г.; fol. 244-244v.

186
И.В. Дубровский
Письмо кардинала Комо легату Романьи 11 августа 1582 г.; [оl. 244v.-
245. Письмо кардинала Комо легату Марке 11 августа 1582 г.
2) Собрание материалов к биографии папы Григория XIII
Boncompagni
D. 5, [оl. 48v.-49v., 65, 101-101 v., 102. Memorie et osservationi
sulla vita di рара Gregorio XIII del signor cardinal di Сото и хро­
нологическая таблица событий, упомянутых в отдельных гла­
вах; [оl. 137-137v. Considerationi sopra lа vita di Gregorio XIII del
vescovo di Стегпопа [Cesare Speciani]; [оl. 197. Scrittura di monsignor
Alessandro Musotto vescovo d'Imola (выдержки; полный текст - том
D. 7); [оl. 219v.-220v. Sommario delle commissioni date da Gregorio
XIII di santa memoria аl padre Possevino per conto di расе fra principi,
et di propagatione della fede catolica in varii regni et provincie.
D. 7, Го]. 42-42v. Alessandro Musotti, Воспоминания о Григо­
рии XIII.
D. 8, [о]. 22. Текст, названный в оглавлении (fol. 2): Compendio
della di lui vita соп molte postille originali fra quali varie del signore
Fabio Albergati; [оl. 53-53v. Джакомо Бонкомпаньи, Метпопа di
molte cose, che si hanno da raccogliere, et verificare соп tutte lе sue
circonstantie di tempi, persone et particolari sopra lе attioni, et vita di
рара Gregorio XIII.
3) Собрание avvisi герцогов Урбинских
Urbinates Latini
Т. 1048, [оl. 334, 337-337v., 340v., 345, 353, 357, 359. Avvisi из
Праги, конец сентября, два за 27 сентября, два за 4 октября, 11,
16 октября 1580 г.
Т. 1049, [оl. 24-24v., 50, 53, 60, 71-71v., 203, 209, 212, 222, 225,
234v.-235. Avvisi из Праги 16 и 17 января, два за 24 января, 31 ян­
варя, 9 мая, два за 16 мая, три за 23 мая 1581 г.; [оl. 37v., 50v.-51,
61v., 72, 72v., 73-73v., 77, 77v., 78, 158v., 169-169v., 171-171v., 181,
256v. Avvisi из Венеции 28 января, 4 и 11 февраля, три за 18 фев­
раля, 8 апреля, два за 22 апреля, 13 мая, 1 июля 1581 г.; [оl. 33,
63v., 70, 88v.-89, 102-102v., 104-104v., 106, 109-109v., 110-110v.,
114-114v., 124, 125, 127, 129-129v., 133, 139-139v., 140, 142-142v.,
148, 152, 155, 183v., 197v. Avvisi из Рима 11, 18 февраля, 25 фев­
раля (с ошибочной датой «25 января»), 25 февраля, 4 марта, два
за 8 марта, три за 11 марта, два за 15 марта, два за 18 марта, 22, 25,
28 марта, два за 1 апреля, 8 апреля, 17, 24 мая 1581 г.
Т. 1050, [оl. 242v. Avviso из Аугсбурга 7 июля 1582 г.; [оl. 270v.-
271, 272�, 283�-284, 290, 291-291�, 300, 303, 305-305�, 310�,
317v. Avvisi из Венеции, два от 28 июля, три от 4 августа, три
от 11 августа, 15, 18 августа 1582 г.; [оl. 276, 325, 329v., 335,
336-336v., 340, 348-348v., 360, 365, 371, 373, 374v., 385. Avvisi из

Архивные материалы о русских посольствах ...
187
Рима 28 июля, 1,8,12 сентября, два от 15 сентября, 22, 26 сентяб­
ря, два от 29 сентября, 3 и 16 октября 1582 г.
Archivio di Stato di Roma
Tribunale criminale del govematore, Investigazioni, 162, fol. 102-
102v. Дело об ограблении папского церемониймейстера Франчес­
ко Муканцио 16 сентября 1582 г.
Archivio Storico Capitolino
F ondo Orsini, serie 1, vol. 148, рапе 1, .NQ 119, без пагинации.
Avviso Аннибале Капелло для герцога Браччано из Рима 19 сен­
тября 1582 г.
Уоl. 339, рапе 1, Fol. 17. Avviso из Венеции 23 августа 1582 г.;
Fol. 28v.-29. Avviso из Рима Аннибале Капелло для герцога Брач­
чано от 17 сентября 1582 г.
Biblioteca Nazionale Centrale di Roma
Fondo Vittorio Еmапиеlе, 1042 (238834), fol. 118v.-119v., 120-
121v. Письма Камилло Капилупи шведскому королю из Рима
12 марта 1581 г., после 27 марта 1581 г.; fol. 140v., 141 v. Письма
Камилло Капилупи Лоренцо Маньо из Рима, конец сентября (?)
и 1 октября 1582 г.
Турин
Archivio di Stato di Torino
1) Materie politiche per rapporto аll' estero, Lettere ministri
Austria, mazzo 5, без пагинации. Донесение Филиберто Ло­
венчито герцогу Савойскому из Праги 24 января 1581 г.
Roma, mazzo 8, .NQ 213, без пагинации. Донесение герцогу
Савойскому от его посла в Риме Джованни Федерико Мадруцци
6 марта 1581 г.
Venezia, mazzo 2, .NQ 88, 89, 90, 91, 92, 206, без пагинации.
Донесения герцогу Савойскому из Венеции Аурелиано Беккариа
14 апреля 1581 г. и Доменико Белли 3, 4, 11, 18 и 25 августа 1582 г.
2) Raccolte private, ВаlЬо Senior, vol. 314, fol. 354-354v. Пись­
мо французского посла в Венеции Арно Дю Феррье французско­
му королю Генриху 111 31 августа 1582 г.
Фаэнца
Biblioteca Comunale di Faenza
Ms. 24/1. Gregorio Zuccol0, Метпопе della сша di Faenza
dall'origine sino а11608.
Ms. 24/2. Вариант той же хроники, озаглавленный: Croniche
di Faenza.

188
И.В. Дубровский
Феррара
BibliJteca Ariostea di Ferrara
Classe 1, n. 173, сборник avvisi, принадлежавший Клаудио
Ариосто, дипломату на службе герцога Феррарского; fol. 47v., 54
(листы неправильно переплетены), 85v. Avvisi из Праги от 11 ок­
тября 1580г. и 24 января 1581 г.; fol. 85v., 88v., 92v. Из Венеции
от 11 (исправлено на 13-е), 14, 18 февраля 1581 г.; fol. 105v.-l06,
109-109v. Из Рима от 15 и 22 сентября 1582 г.
Флоренция
Archivio di Stato di Firenze
1) Mediceo del Principato, filze
259, fol. 23. Минута письма великого герцога Тосканского кар­
диналу Фердинандо Медичи в Рим 27 сентября 1582 г.; fol.26v.
Минута письма великого герцога Тосканского своему послу в Ис­
пании Луиджи Довара 3 октября 1582 г.
260, fol. 26v. Великий герцог Тосканский Франческо 1 папско­
му нунцию вПольше Альберто Болоньетти 27 октября 1582 г.
744, fol. 215-215v., '232v. Андреа Ландино великому герцогу
Тосканскому из Венеции 11 и 18 февраля 1581 г.
746, fol. 48, 75, 189v.-190. Андреа Ландино великому герцогу
Тосканскому из Венеции 1, 15, 22 апреля 1581 г.; fol.225. Брат
Иеремия да Удине великому герцогу Тосканскому из Фолиньо
7 апреля 1581 г.; fol. 232-232v. Болонский почтмейстер Амброд­
жо Виньяти великому герцогу Тосканскому 8 апреля 1581 г:
756, fol. 178v., 486, 534, 552. Андреа Ландино великому гер­
цогу Тосканскому из Венеции 14 июля, 5, 18,25 августа 1582 г.
1185, без пагинации. Письма Франческо Джерини Антонио
Сергуиди из Рима 28 февраля, 4 (?), 11, 18, 25, 29 марта 1581 г.
Первый - секретарь флорентийского посла в Риме Алессандро
Медичи. Второй - секретарь великого герцога Тосканского.
1187, без пагинации. Письма Франческо Джерини Антонио
Сергуиди из Рима 8, 15, 17,22 сентября, 1, 16 октября 1582 г.
1188. Без пагинации. Письма губернатора Сиены Латтанцио
Латтанци секретарю великого герцога Тосканского Антонио Сер­
гуиди от 17 и 19 октября 1582 г.
2900, fol. 40v., 46, 48v. Орадзио Урбани великому герцогу Тос­
канскому из Феррары 27 марта, 3, 10 апреля 1581 г.
2987, fol.370-371, 415v., 424v. Письма Оттавио Аббиозо
великому герцогу Тосканскому из Венеции 18 февраля, 15 и
22 апреля 1581 г.

Архивные материалы о русских посольствах ...
189
2988, [оl. 310у., 315, 320у., 339у.-340, 346у., 352. Письма От­
тавио Аббиозо великому герцогу Тосканскому из Венеции 4, 11,
17, 18, 25'августа, 1 сентября 1582 г. I�'
3083, [оl. 116, 119, 323у., 331. Avvisi из Рима 25 февраля, 1 ап­
реля 1581 г., 8,27 сентября 1582 г.; [оl. 126у-127, 134, 142у, 309-
309у. Avvisi из Венеции 15, 27 апреля, 5 мая 1581 г., 11 августа
1582 г.; [оl. 157, 163. Avvisi из Праги 10, 16 мая 1581 г.
3294, [оl. 295у.-296, 297у.-298, 299-299у., 494у., 507у. Пись­
ма флорентийского посла в ·РИ'Ме Алессандро Медичи великому
герцогу Тосканскому 25 февраля, 4, 11 марта 1581 г., 15 сентября,
16 октября 1582 г.
3483, [оl. 225у.-226, 229, 231 ч., 327у., 329у. Письма Алессан­
дро Медичи великому герцогу Тосканскому из Рима I 25 февраля,
4,11 марта 1581 года, 15 сентября, 16 октября 15�2 �Г: Минуты.
3603, [оl. 26, 34, 35, 36у., 375, 397, 398-398У.,403-403У., 412-
412у., 427-427у. Письма Франческо Бабби великому герцогу Тос­
канскому из Рима 4,6,11,13 марта 1581 г., 11, 15, 17, 18 сентября,
3, 16 октября 1582 г. '1
4027, [оl. 3. Avviso из Праги 24 января 1581 г.; [оl.52, 55,
60у.-61, 219. Avviso из Рима 4,11,18,25 марта 1581 г.
4338, [оl.708-708у.; 725-725у., 707, 723, 727-727у., 729у.,
778. Письма Джованни Альберти-великому герцогу Тосканскому
из Праги от 26 сентября, то же письмо, повторенное с ошибочной
датировкой 26 октября, 27 сентября, 4, 10 (?), 11 октября 1580 г.,
10 января 1581 г.; [оl. 776. Письмо Джованни Винченцо Модести
великому герцогу Тосканскому из Праги 10 января 1581 г.
4339, [о]. 4, 80-80у. Письма Джованни Альберти великому
герцогу Тосканскому из Праги 25 января, 16 мая 1581 г.
5090, [оl. 727-727у. Кардинал Фердинандо Медичи великому
герцогу Тосканскому из Рима 20 сентября 1582 г.
2) Depositeria generale, Parte antica, 992, без пагинации. Опла­
та расходов приема посольства я. Молвянинова
3) Manoscritti, t. 129, [оl. 285. Francesco Settimanni, Метпопе
fiorentine regnante Don Francesco Medici granduca di Toscana.
Biblioteca Nazionale Centrale di Firenze
11, 1, 313, [о]. 268у.-269. Хроника Флоренции до 1598 г.
Conventi soppressi, С. 7,2614, [о]. 237-237у. Хроника Флорен­
ции из Badia Fiorentina: Diario di tutti i casi seguiti in Firenze, edifici
di fabbriche, morte di grandi, feste ed altre cose che аllа giornata
succedono tanto tragiche che allegre ... sino аll'аппо 1600.

190
И.В. Дубровский
Фолиньо
Biblioteca Jacobi//i de/ Seminario vescovi/e di Fo/igno
Ms. C.V1. 9, [оl. 185v.-186, 187v. Письма вице-легата Романьи
и «президента Фламиниевой дороги» Джованни Пьетро Гислиери
кардиналам Сан Систо и Сфорца, оба текста датированы 6 апреля
1581 г. Минуты. !
Шверин
Landeshauptarchiv Schwerin
Alteres Aktenarchiv, Altes Archiv, Auswartige Beziehungen,
1144, [оl. 2-3. Письмо датского короля герцогу Мекленбург­
скому от 15 сентября 1580 г.
1248, [оl. 14, 16, 38. Письма Петера Фляйшманна герцогу
Мекленбургскому из Праги 1 и 6 октября 1580 г. и 13 мая 1581 г.;
[оl. 35v. Газета из Рима 25 февраля 1581 г.
Штутгарт
Hauptstaatsarchiv Stuttgart
А 262 Buschel67, [оl. 114. Протокол посольства герцога Люд­
вига Вюртембергского на Аугсбургском рейхстаге 1582 г.
Документы, которые я знаю
в копиях из архива Е.Ф. Шмурло,
но оригиналов пока не видел:
Протокол заседания тайной консистории 27 февраля 1581 г.
ГАРФ, 5965, д. 86, л. 21, со ссылкой: Archivio Segreto Vaticano.
Archivio Concistoriale, Acta Camerarii, 10, Го]. 305. Указанное дело
данного документа не содержит, и ссылка является ошибочной
или устаревшей.
Протокол заседания тайной консистории 6 марта 1581 г.
ГАРФ,'5965, д. 86, л. 29-30, со ссылкой: Archivio Segreto Vaticano.
Archivio Concistoriale, Acta Miscellanea, 55, [оl. 125v. Ссылка яв­
ляется ошибочной или устаревшей.
Avviso из Рима 18 марта 1581 г. ГАРФ, 5965, д. 86, л. 49. По
словам Е.Ф. Шмурло, текст был приложен к письму Б. Дорн­
берга императору Рудольфу 11 из Венеции 27 марта 1581 г.:
Osterreichisches Staatsarchiv. Haus-, Hof- und Staatsarchiv, Venedig,
Berichte 1575-1610, fasc. 13. Письмо существует в указанном
месте на странице 120, но avviso исчез.

Архивные материалы о русских посольствах ...
191
Три письма испанского агента в Риме аббата Бресеньо испан­
скому королю Филиппу 11 от 5 и 6 марта и 3 апреля 1581 г. Г АРФ,
5965, Д. 86, л. 31, 32, 91, со ссылкой: Archivo general de Simancas,
Estado. Legajo 940, fol. 8, 17 и Legajo 939, fol. 52.
Извлечение из донесений аббата Бресеньо, доложенное коро­
лю. ГАРФ, 5965, Д. 86, л. 31-32, со ссылкой: Archivo general de
Simancas, Estado. Legajo 939, fol. 8.
Два письма неизвестного испанскому королю Филиппу 11 из
Рима 6 и 20 марта 1581 г. ГАРФ, 5965, Д. 86, л. 33-36,38, со ссыл­
кой: Archivo general de Simancas, Estado. Legajo 939, fol. 17, 69.
Два письма испанского посла графа Оливареса королю Фи­
липпу 11 из Рима от 17 сентября и 1 октября 1582 г. ГАРФ, 5965,
д. 558, л. 44, 48, со ссылкой: Archivo general de Simancas, Estado.
Legajo 943, fol.�118, 130.
Письмо графа Оливареса дону Хуану де Идиакес из Рима
18 сентября 1582 г. ГАРФ, 5965, д. 558, л. 47, со ссылкой: Archivo
general de Simancas, Estado. Legajo 943, fol. 120.
Восемь писем, полученных Альберто Болоньетти в его быт­
ность папским нунцием в Венеции. ГАРФ, 5965, Д. 86, л. 6; д. 87,
л. 24, 25, 27. Это письма Джованни Долфини из Праги от 27 сен­
тября, 4 и 18 октября 1580 г. и Орадзио Маласпина из Праги от
27 сентября, 11 и 18 октября 1580 г. и 10 и 24 января 1581 г. Ссыл­
ка: Biblioteca Capitular de Toledo, caj6n 11 О, N� 11 (может быть,
правильно: caj6n 111. Вероятно, рукопись озаглавлена: Registro
di lettere scritte da monsignor Alberto Bolognetti nunzio apostolico
in Polonia, parte 1).
БИБЛИОГРАФИЯ
Дубровский И.В. Новые документы о России Ивана Грозного // Рус­
ский сборник. М., 2012. Т. XI. с. 25-58.
Дубровский И.В. Новые документы по истории отношений Рос­
сии и Италии при Иване Грозном // Русский сборник. М., 2013. Т. XIV.
С.7-72.
Дубровский И.В. Политика папства в отношении Московии: чер­
новики инструкции Поссевино // Русский сборник. М., 2014. Т. XVI.
с. 19-96.
Памятники дипломатических сношений древней России с держава­
ми иностранными. СПб., 1851. Т. 1, 1871. Т. 10.
Памятники культурных и дипломатических сношений России с Ита­
лией. л., 1925. Т. 1, вып. 1.
Россия и Италия: Сборник исторических материалов и исследова­
ний, касающихся сношений России с Италией. СПб., 1907-1915.

УНИВЕРСИТЕТЫ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ
ПОЗДНЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
УДК 94(369)«1367/1383»
А.В. Русанов
ПОДТВЕРЖДЕНИЯ ПРИВИЛЕГИЙ
ПОРТУГАЛЬСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
В ПРАВЛЕНИЕ КОРОЛЯ ФЕРНАНДУ 1
(1367-1383)1
в статье рассматривается феномен подтверждений королевских привилегий
корпорацией Португальского университета XIV в. Основную группу источни­
ков составляют описания процедур заверения (главным образом, нотариально­
го) копий документов. Благодаря этим уникальным отображениям многочислен­
ных случаев реализации во многом эфемерной системы корпоративного права
виийит generale, удается проследить ряд аспектов формирования и развития
этого средневекового социального института.
Ключевые слова: история университетов, социальная история Португалии, при­
вилегии, континуитет в средневековых корпорациях.
в предлагаемой статье речь пойдет о процессе складывания
системы корпоративного права и о ее взаимодействии с правовы­
ми структурами общества. Эти процессы будут рассмотрены на
примере Португальского университета XIV в. В данном контек­
сте стоит особо отметить значение правовой традиции как части
складывающейся исторической памяти корпорации, ее постепен­
но формирующейся идентичности2• Особая, специфическая для
Средневековья роль права в процессе ее формирования является
1 В научной работе использованы результаты проекта «Конструирование тра­
диции: проблема преемственности и разрывов в университетской истории
России», выполненного в рамках программы фундаментальных исследований
НИУ ВШЭ в 2013 г.
2 См.: Варьяш о.и. Право и историческая память // Она же. Пиренейские тет­
ради. М., 2006. с. 159-':168. О различных подходах к проблеме исторической
памяти (главным образом на материале нарративных источников) см. сб.: Ис­
тория и память: историческая культура Европы до начала Нового времени /
под ред. л.п. Репиной. М., 2006.

Подтверждения привилегий Португальского университета 193
одной из центральных тем исследования. При этом важно подчерк­
нуть, что процесс формирования идентичности будет рассмотрен
на материале описаний сугубо частных казусов.
При анализе преемственности и исторической памяти в сред­
невековых корпорациях крайне важной представляется проблема
подтверждения старых привилегий и прочих правовых НОРМ,'свя­
занных с данными институтами, придания им новой силы. Подоб­
ные акты воплощаются в действиях, главным образом связанных с
заверением нотариальных актов. Многочисленные документы фик­
сируют повторяемость этих действий на протяжении XIV-XV ВВ.З
В статье рассматриваются особенности символических дей­
ствий (и их отражение в соответствующих документах), направ­
ленных на подтверждение привилегий, данных средневековому
Португальскому университету, а также обычаев и установлений,
существовавших между членами его корпорации.
Стоит особо подчеркнуть значение документов, в которых
содержатся описания действий, подтверждающих университетс­
кие грамоты.лсак уникального свидетельства непосредственной
деятельности университетской корпорации, крайне редкого для
ранней истории studia genera/ia. Действительно, по грамотам, да­
рующим привилегии, не всегда возможно отличить университет,
реально функционирующий, от университета «эфемерного». Осо­
бую ценность представляют просопографические данные, причем
надо отметить, что касаются они именно людей, непосредственно
участвующих в жизни корпорации, что в условиях размытости ее
границ в ранний период приобретает особую ценность 4.
Мною будет рассмотрена история подтверждений за относи­
тельно небольшой период - время правления короля Фернанду
(1367-1383). Именно к этому периоду относятся первые докумен­
ты, содержащие копии подтверждаемых грамот и подробные опи­
сания соответствующих подтверждающих действий".
3 См.: А1Ьиqиеrqие R. de, А1Ьиqиеrqие М de. Hist6ria do Direito Рогшяцёв. Lisboa,
1999. Vol. 1: (1140-1415), Parte 1. Р. 371-373.
4 Можно привести в качестве примера важное свидетельство наличия и, более
того, присутствия на университетском собрании мясника, снабжавшего шко­
ляров (<<Gon9alosteuez сагшсепо dos scollares»; Сегпоао de cinco diplomas de
D. F emando, passada pelo потало de Coimbra, onde figura Еэтеуёо Domingues,
de Vouzela, conservador dos escolares do Estudo Geral (Doc. 271) // Chartularium
Universitatis Portugalensis. (Далее - CUP). Lisboa, 1966. Vol. 1. Р. 292).
5 Сразу стоит оговориться, что в статье практически не анализируется поли­
тика, проводимая королем Фернанду в отношении университета. Так, рас­
сматривая этот вопрос, Ж. Маттозу отмечает неослабевающее внимание
этого короля к университету (в отличие от его предшественников Афонсу IV
7 3ak. 288

194
А.В. Русанов
Для понимания значения подтверждений и их особенностей
как исторического источника следует рассмотреть то, как они со­
относятся с системой обнародования грамот.
Первоначально (до середины XIV в.) для существования
правовой системы университета было достаточно собрания ори­
гиналов грамот, которые подтверждали для внешнего мира как
привилегии университета, так и внутренние установления (кдоб­
рые уклады и обычаи», «boons vsos е custumes»). Нужно, конеч­
но, отметить, что и в этом случае происходило включение в текст
грамоты внутрикорпоративных документов и их подтверждений.
Чаще всего это касалось в виде прошений, формулировки кото­
рых прямо переносились в королевскую привилегию. Иногда
королем подтверждались внутренние университетские установ­
ления, очевидно, регулировавшие жизнь корпорации и до публи­
кации грамоты. Показательны две королевские грамоты 1309 и
1317 ГГ., основной текст которых (как и вся документация коро­
левской, канцелярии с конца XIII в.) написан на португальском,
тогда как сами внутренние установления, подтверждаемые коро­
лем, приводятся на латыни",
Согласно мнению большинства историков права", в Португа­
лии в рассматриваемый период постепенно складывается регули­
руемый механизм обнародования грамот, как касающихся всего
королевства, так и относящихся к сфере корпоративного права. Те
грамоты, которые должны были стать известными всем жителям
страны, распространялись после занесения в канцелярские регис­
тры, в основном, через прокурадоров конселью и муниципальных
нотариев (tabelides). Последние, кроме занесения грамоты в свои
регистры, обязаны были прилюдно зачитывать ее текст; об этом,
начиная со времени Диниша, регулярно указывалось в документе .
.r
и Педру), несмотря на общий кризис в политической и социальной жизни
страны. (См.: МаиозоТ. А universidade е а sociedade // Hist6ria da Universidade
еm Portugal. Coimbra, 1997. Уоl. I, Т. I: (1290-1536). Р. 309-310.) См. также:
Martins А. Lisboa, а cidade е Estudo: а Universidade de Lisboa по primeiro зёсц!о
da sua ехтвтёпсга // А Universidade Medieval еm Lisboa (Бёсшов XIII-XVI).
Lisboa, 2013. Р. 78-85.
6 Carta de D. Dinis fundando е estab lecendo еm Coimbra о Estudo Geral е condecendo­
lЬе privilegios (Doc. 25) // CUP. Уоl. I. Р. 43-47; Carta de D. Dinis confirmando as
сопшшсбев celebradas entre os escolares е а Universidade de Coimbra (Doc. 48) / /
CUP. Уоl I. Р. 75-76.
7 Caetano М Hist6ria do direito рогшяцёв. I: Fontes. Direito publico (1140-1495).
Lisboa, 1981. Р. 345-346; Gomes da Silva N.J.E. Hist6ria do direito рогшяцёв:
Fontes de direito. Lisboa, 1991. Р. 173; Albuquerque R. de, Albuquerque М de. Ор.
cit. Р. 181-184.

Подтверждения nривилегий Португальского университета 195
Также зачастую в нем предписывалась и регулярность, с которой
должно было осуществляться оглашение: раз в неделю или раз в
месяц в течение года", Но подобные предписания были непосто­
янны, также трудно про следить очевидную связь между частотой
оглашения и степенью важности документа", В случае же отно­
шения грамоты к сфере частного права она просто отправлял ась
после снятия копии для регистров адресату, и все интересующи­
еся могли с ней ознакомиться в королевской канцелярии за отде­
льную плату. Именно в составе копий, образующих регистры Ко­
ролевской канцелярии, сохранилось большинство португальских
королевских грамот!",
Документы, подтверждающие уже данные королем (или па­
пой) привилегии, в рассматриваемый ранний период могли ка­
саться лишь двух видов событий, понимавшихся как потенциаль­
ные причины разрыва континуитета.
Первым из них является перенос университета в другой го­
род. В XIV в. Португальский университет переезжал четыре раза:
в 1308 г. в Коимбру, в 1337 г. в Лиссабон, около 1354 г. в Коимбру,
в 1377 г. снова в Лиссабон. В данном случае грамотами не только
подтверждались предшествующие привилегии, в грамотах также
указывалось, как они могут быть адаптированы на новом месте.
Именно таковы папские буллы, посвященные переезду 1308 г.11,
8 Например: «Mando а os tabeliaes dos meus reinos que registerem esta сапа еm
seus livros е а 1еаm cada domingo еm conce1ho атёшп апо» (Lei de 1311 // Livro
das Leis е Posturas. Lisboa, 1971. Р. 89); «Mando а todos os tabe1iaes dos meus
reinos onde esta esta сапа for monstrada que а registrem еm seus 1ivros е que а
1еаm еm conce1ho иmа vez по шёв» (Lei de 1317 / / Ibid. Р. 188).
9 Caetano М Hist6ria do direito рогшяцёв. Р. 345. См. также: Roldao F. Рага агёш
da chance1aria: registo е сопвегсасйо de dip10mas dionisinos па афшшвтгасёо
regia решепса // Clio: Revista do Centro de Hist6ria da Universidade de Lisboa.
Lisboa, 2007. Уо1. 16/17. Р. 189-222.
10 Регистры разделены на книги, классифицируемые по королевским правлени­
ям. В оригинале сохранилась одна из пяти книг регистров Диниша, одна из
двух книг Афонсу IV и две из четырех книг, относящихся к правлению Фер­
нанду 1. Остальные книги (включая единственную книгу короля Педру) сохра­
нились в копиях ХУ в. Подробнее см.: Costa А. de Jеsиs da. А Chance1aria Rea1
Portuguesa е os seus registos // Revista da Facu1dade de Letras: Hist6ria. Serie 11.
Porto, 1996. Уо1. 13. Р. 170-193; Nоgиеirа de Sa В. Apontamentos sobre os 1ivros
de registo de D. Dinis (1279-1325) // C1io: Revista do Centro de Hist6ria da
Universidade de Lisboa. Lisboa, 2007. Уо1. 16/17. Р. 181-188.
11 Ви1а de C1elnente V autorizando а concessao de seis igrejas paroquiais ао Estudo
que ia ser trans1adado para Coimbra (Doc. 22) // CUP. Уо1. 1. Р. 39-40; Ви1а de
C1emente V autorizando а transferencia do Estudo para Coimbra е confirmando-1he
os privi1egios е gra<;as concedidos por Nic01au IV (Doc. 23) // CUP. Уо1. 1. Р.41.

196
А.В. Русанов
и королевская грамота опереезде 1377 г.12 При этом В грамотах
(кроме подтверждения преемственности привилегий) лишь крат­
ко описываются обстоятельства переезда':', а в грамоте, посвя­
щенной второму переезду в Коимбру (1354 г.), кроме подтвер­
ждения привилегий и обычаев не содержится ничего (возможно,
документ, непосредственно связанный с обстоятельствами пере­
езда, утерян)!".
Гораздо более формализованным! было создание второго
вида подтверждающих грамот - тех, которые даровались при
восшествии на престол нового монарха. Как отмечал А;. Морей­
ра ди Са (один из крупнейших исследователей Португальского
университета 1 и издатель собрания источников по его средневе­
ковой истории, в XIV -ХУ вв.), начиная с правления Афонсу IV,
интервал между восшествием короля на престол и дарованием
им университету подтверждения привилегий, данных его пред­
шественниками, всегда был примерно одинаков и составлял 3-4
месяца 15. Действительно, в этом случае можно говорить о строго
установленном порядке: такая периодичность характерна . '"ДЛЯ
всех правителей Бургундской династии!", она сохранилась и при
новой династии: Жуан 1 подтвердил привилегии сначала в каче­
стве «защитника и управителя королевства»!", а потом уже как
12 Carta de D. Fernando transferindo о Estudo Geral, de Coimbra para Lisboa,
redulamentando а sua швтагасйо е confimando-lhe os privilegios que tinha recebido
(Doc. 299) / / CUP. Vol. 11. Р. 5-8.
13 Carta de D. Afonso IV transferindo о Estudo Geral, de Coimbra para Lisboa
(Doc. 109) // CUP.Vol. 1. Р. 132. Подробнее об этой грамоте см.: Варьяш н.н..
Русанов А.В. Новая научная интерпретация грамоты 1338 года, выданной Афон­
су IV Португальскому университету // Средние века. М., 2012. Вып. 73 (3-4).
С.326-340.
14 Сапа de D. Afonso IV confirmando а Universidade todos os privilegios que
anteriormente lhe haviam sido concedidos, quando esteve еm Coimbra е па sua
реппапёпста еm Lisboa (Doc. 197) // CUP. Vol. 1. Р. 209. 1
15 Moreira de Sil А. Тппоёцсйо // CUP. Vol. IV. Р. VIII. Первым королем, который
не даровал подтверждающей грамоты университету, стал Жуан 11 (правил
в 1477 и 1481-1495). О его отношениях со studium generale см:. Mattoso J.
А Universidade. Р. 316-317.
16 Сапа de D. Afonso IV outorgando е confirmando todos os privilegios concedidos
рог D. Dinis е pelo Рара а Universidade de Coimbra (Doc. 64) // CUP. Vol. 1.
Р. 88-89 ; Carta de D. Pedro 1 confirmando todos os privilegios е merces que а
Universidade de Coimbra havia recevido dos Reis seus antecessores (Doc. 207) / /
CUP. Vol. 1. Р. 218; Carta de D. Fernando confirmando е outorgando ао Estudo
Geral de Coimbra os privilegios, cartas е merces dos Reis suos antecessors, que
transcreve (Doc. 246) / / CUP. Vol. 1. Р. 265-266.
17 Carta de D. F ernando. .. (Doc. 299) Р. 5-8.

Подтверждения привилегий Португальского университета 197
король!". Наследник Жуана 1, король Дуарте, подтвердил при­
вилегии 3 декабря 1433 г., от имени нового малолетнего короля
Афонсу V они были подтверждены 23 января 1439 г.19 Они были
вновь подтверждены после начала борьбы повзрослевшего мо­
нарха с регентом инфантом Педру в марте 1450 г., незадолго до
поражения и смерти инфанта/". Эта очередность сохраняется при
всех переездах, несмотря на многочисленные перемены в обще­
стве за полтора столетия. Подобные подтверждения, как отмечала
о.и. Варьяш (правда, относительно форалов португальских го­
родов), были не просто «постоянным возрождением традиции»,
а именно «способом ее существования»?'. При этом показатель­
но, что текст всех этих подтверждающих грамот стандартен на
протяжении всего рассмотренного, периода. Единственным ис­
ключением стала обширная грамота короля Фернанду, о которой
подробнее будет рассказано ниже.
Стоит отметить, что до рассматриваемого периода докумен­
ты, связанные с университетскими привилегиями, могли цити­
роваться в других текстах, но происходило это, как правило, в
составе нотариальных документов+, созданных по заказу част­
ных лиц или других корпораций+', По форме они схожи с ана­
лизируемыми далее университетскими подтверждениями, H� не
рассматривались как часть корпуса источников права корпорации
и, насколько можно судить, не входили в архив studium generale.
Особый характер имеют подтверждения от" 20 января 1327 г.
королем Афонсу IV копий двух грамот", дарованных универси-
18 Сапа de D. Тоёо 1 de сопйппасйо geral dos foros, usos е costumes е privilegios do
Estudo Geral de Lisboa (Doc. 389) // CUP. Vol. 11. Р. 133.
19 Carta de D. Duarte confirmando os privilegios anteriormente concedidos а
Universidade do Estudo de Lisboa (Doc. 980) // CUP. Vol. IV. Р. 54; Carta de D.
Afonso V confirmando todos os privilegios е liberdades anteriormente concedidos
а Universidade do Estudo de Lisboa (Doc. 1133) // CUP. Vol. IV. Р. 216-217.
20Sumario da carta de D. Afonso V confirmando os privilegios, gra9as е liberdades
anterioimente concedidos а Universidade de Lisboa (Doc. 1501) // CUP. Vol. V. Р. 142.
21 Варьяш О.и. Право и историческая память. С. 162.
22 О развитии системы нотариата в Португалии XIV в. см.: Pereira da Rosa 1.
О Tabelionado еm Portugal / / Sep. das Actas del УII Congresso Intemacional de
Diplomatica. Valencia, 1989; А1Ьиqиеrqие R. de, АlЬиqиеrqие М de. Ор. cit. Р.359-373.
23 Ярким примером является документ, созданный в 1334 г. для магистра Ор­
дена Христа. (Certidao de иmа carta dada por D. Dinis еm6 de Maio de 1322 а
Universidade de Coimbra (Doc. 101) // CUP. Vol. 1. Р. 122.)
24 Carta de D. Afonso IV mandando trasladar иm alvara de D. Dinis que concedia certos
privilegios aos escolares da Universidade de Coimbra (Doc. 74) / / Ibid. Р. 1 О 1; Carta
de D. Afonso IV mandando trasladar иmа carta de D. Dinis que concedia certos privile­
gios aos escolares da Universidade de Coimbra (Doc. 75) // Ibid. Р. 102.

198
А.В. Русанов
тету в 1309 г. королем Динишем", которые «были на бумаге и по­
рвалисьэг", Два данных документа созданы в королевской канце­
лярии, просителем в них выступает университетская корпорация
(vniuersjdade), обратившаяся непосредственно к королю Афонсу IV
во время его пребывания в Коимбре. Данные документы еще раз
подтверждают отсутствие практики создания заверенных копий
грамот и обращения к ним. Также показательно заверение ско­
пированных грамот непосредственно в королевской канцелярии
перед лицом монарха.
После вступления на престол короля Фернанду активизирует­
ся деятельность университета по приданию новой силы старым
привилегиям. Насколько можно судить, причиной этому стало как
противодействие жителей Коимбры новому введению прежних
преференций, так и развитие правовой культуры Португальского
королевства, где все большую роль приобретали именно система­
тизированные правовые своды, создаваемые в условиях принятия
ius соттипе",
С этим связано событие, не самое приметное на первый
взгляд, но которое нельзя не признать важнейшим моментом в
истории формирования корпорации Португальского универси­
тета. Речь идет о создании 20 мая 1367 г. королевской грамоты
с копиями 32 ранних документов, даровавших университетские
привилегии, а также с описанием процедуры их заверения. По­
казательно, что формально грамота является аналогом рассмат­
ривавшихся выше королевских подтверждений привилегий при
восшествии на престол.
Описание в ней довольно подробно. Документы демонстри­
рует королю Перу Домингеш, магистр грамматики университета
Коимбры, посланный от имени корпорации ". Согласно грамоте,
отдельными группами демонстрировались документы, дарован­
ные каждым из предшественников Фернанду, после описания
каждой демонстрации следуют копии привилегий каждого из этих
королей (Диниша, Афонсу IV и Педру). В конце король заверяет
25 Агуага de D. Dinis ordenando ао alcaide е alvazis de Coimbra que deem а
Universidade de Coimbra dos mais ricos carniceiros para fornecimento dos
escolares (Doc. 29) 11 Ibid. Р. 50; Аlvапi de D. Dinis ordenando ао alcaide е alvazis
de Coimbra que пйо consintam que as regateiras compram mantimentos for а do
асоцяпе пет antes da hora de тегса (Doc. 30) 11 Ibid. Р. 51.
26 «porque а dita сапа ега ет papel е quebraua» (Ibid. Р. 1 01, 102).
27 См.: Caetano МОр. cit. Р. 333-358; Gomes da Silva N.J.E. Ор. cit. Р. 140-181.
28 «рег рего dominguez mestre da gramatica по dicto studo» (Doc. 246. Р. 265).

Подтверждения привилегий Португальского университета 199
все рассмотренные привилегии, а также (неназванные в грамоте)
внутренние обычаи и установления корпорации.
В нотариальных подтверждениях обычно следует описание
грамот, призванное удостоверить их подлинность. Вероятно,
из-за большого объема, а также авторитета королевской власти
в грамоте подобного нет. Описан вид лишь одной, важнейшей
«привилегии, которая первой была дарована... университету»
королем Динишем: грамота, «написанная на латыни, к которой
была на нитях из белого, зеленого и красного шелка привешена
печать этого короля, изображающая лошадьв". Насколько можно
судить, это так называемая Сапа Magna 1309 г.зо, иногда обозна­
чаемая как первые университетские статуты!'.
Таким образом, у университета появился систематизирован­
ный свод привилегий, разделенный на три части по правителям,
эти привилегии даровавшим. В нем особо выделяются наибо­
лее важные привилегии. Собственно, данный документ назван
не только грамотой, но и «тетрадкой из пергамена» (caderna de
purgaminho). Неопровержимым подтверждением легитимности
данного свода (который по сути может быть назван картулярием)
служило то, что он был создан по непосредственному поручению
короля: «Король приказал записать это через Афонсу Доминге­
ша, своего вассала» (Elrej о mandou liurar per afomsodominguez
sseu vassallo) и был, без сомнения, скреплен его подписью. Дан­
ный документ ярко показывает включенность Португальско­
го университета в так называемый процесс «картуляризации»
(cartularisation) корпораций XIV в., особенности которого для
studia generalia были охарактеризованы Ж. Верже и Ш. Вюйе­
зомЗ2• Показательно, что необходимость создания книг, в которые
бы заносились все записи, была предписана всем португальским
нотариям еще королевскими постановлениями от 12 и 15 января
29 «emviou mostrar perante mjm ... ет nome dessa universidade о privillegio que
primeiramente foi dado е outorgado ао dicto studo per ellrrej dom dinis теи bisauuo
а que deus perdooe escripto рег latim о quall era asellado do ssello do саиаllо do
djcto Rej ет fioos de seda brancos е verdes е uermelhos» (Ibid.)
30 Carta de D. Dinis ... (Doc. 25).
31 См.: Os primeiros estatutos da Universidade de Coimbra. Coimbra, 1991. Р. 3-26.
32 Verger J., Vиlliеz Ch. Cartulaires universitaires тгапсшз // Les cartulaires: actes
de la table ronde огяашвёе par l'Ecole nationale des chartes et le GD.R. 121 du
C.N.R.S. (Paris, 5-7 dec. 1991). Р., 1993. Р.423-449. См. также: Chastang Р.
Cartulaires, cartularisation et scripturalite medievale: la sructuration d'un nouveau
сЬатр de recherche // Cahiers de civilisation medievale. Р., 2006. Vol. 49, N 193.
Р.21-31.

200
А.В. Русанов
1305 г., подтвержденными в 1340 г.33 Несомненно, данный сюжет
относительно Португальского университета нуждается в подроб­
ном дальнейшем исследовании.
Вслед за появлением «тетрадки из пергамена» последовали и
другие важные изменения в правовой культуре университета.
Как уже отмечалось, созданию грамоты предшествовали кон­
фликты с горожанами Коимбры. Подобного рода явления были,
естественно, характерны как для всех средневековых универси­
тетов ", так и для Португальского studium generaZe35• «Разногла­
сиями и столкновениями» (dissentiones et scandala) объясняется
в папской булле и первый перенос университета из Лиссабона в
Коимбру в 1308 г.36 Не вызывает сомнений, что одной из важней­
ших целей создания грамоты 1367 г. было закрепление правового
и хозяйственного статуса университета в городской жизни: мно­
гие подтверждаемые грамоты обращены непосредственно к му­
ниципальным официалам и направлены против ущемления уни­
верситетских вольностей. Естественно, подобная деятельность
не могла не вызвать сопротивления горожан".
Но вернемся к дальнейшим подтверждениям документов.
После появления рассмотренного свода развивается система
копирования уже новых грамот (часто вскоре после их получе-
33 См.: Albuquerque R. de, Albuquerque М de. Ор. cit. Р. 363-364. Интересно, что
сходство между появлением идеи о «монополии» высшей власти на создание
и поддержку университетов и началом ее жесткого контроля над нотариями
отмечал еще х. Рашдолл. (Rashdall Н. The Universities in Europe in the Middle
Ages. Oxford, 1895. Уоl. 1. Р. 8-9.) :-
34 См.: The University and the. City: From Medieval Origins to the Present. Oxford,
1988. Р. 13-47. J
35 См.: Gomes S.A. Escolares е а Universidade па Coimbra Medieval // Estudos а
homenagem а Joao Francisco Marques. Lisboa, 2003. Уоl. 1. Р. 511-531; Farelo М
А universitas по labirinto: poderes е redes sociais / / А Universidade Medieval еm
Lisboa. Р. 190-198.
36 Виlа de Clemente У ... (Doc. 22) Р. 39.
37 Так, существует грамота от 29 апреля 1368 г. (Сегпёйо transcrevendo иmа сапа
de D. Fernando mandando respeitar os privilegios da Universidade de Coimbra
е mantendo а jurisdi<;ao civel е criminal do conservador (Doc. 256) // CUP. Уоl.
1. Р. 275), зафиксировавшая факт демонстрации прокурадором университета
королевской грамоты, подтверждающей судебную автономию данной корпо­
рации, перед высшими официалами городского совета Коимбры (Carta de D.
Femando mandando о Juiz de Coimbra examinar os privilegios da Universidade е
respeitalos, mantendo а jurisdi<;ao civel е crime do conservador; е ordenando ао
alcaide que nао solte os presos а ordem do conservador sem seu mandado (Doc.
255) // CUP. Vol.I. Р. 274-275.) Стоит отметить, что грамота была дарована
королем всего за 2 недели перед этим.

Подтверждения nривилегий Португальского университета 201
ния). Судя по всему, новые копии вносились в некое продолжение
грамоты-«тетрадки» 20 мая 1367 г., а возможно в нее саму.
В последующих копиях право подтверждения получает кон­
сервадор университета. Данная должность впервые учреждена в
131 О г. Консервадор назначался королем, как правило, из горожан,
и был призван охранять университетские привилегии, имея широ­
кие судебные полномочия. Таким образом, создание подтвержде­
ний расширяло роль консервадора, вписывая университетскую
корпорацию в общую тенденцию к централизации португальской
правовой системы в XIV в.38 Важно отметить, что грамота короля
Диниша, которой впервые были назначены два консервадора Ко­
имбрского университета'", а также ряд других грамот, связанных
с деятельностью этих официалов'", тоже подтверждались коро­
лем Фернанду в документе 1367 г.
Становление обновленной системы зафиксировано в гра­
моте 3 июля 1368 г.41, где совмещено описание процедуры де­
монстрации и копирования королевской грамоты о назначении
Эштевана Домингеша ди Возелы консервадором'? и его клятвы,
текст которой также фиксируется в документе. Показательно,
что копию удостоверял присутствовавший королевский судья
Коимбры, «перед которым» (perante) осуществлялся процесс
и которого просили о подтверждении ректор и преподаватели
университета. Городской нотарий, также обладающий полно­
мочиями именем короля, составил документы - один из кото­
рых был записан в «книгу корпорации» (ет este liuro da dita
vniuerssidade). ,1
38 Интересно, что та роль, которую приобретает консервадор, королевский офи­
циал, иногда интерпретировалась в португальской историографии как ущем­
ление университетской автономии (См., например: Saraiva A.J. О сгерцвсц!о
da Idade Меша еm Portugal. Lisboa, 1986. Р. 128). ';
39 Сапа de D. Dinis nomeando dois conservadores рага о Estudo Geral de Coimbra
(Doc. 33) // CUP. Уоl. I. Р. 55.
40 Сапа de D. Dinis fundando у establecendo еm Coimbra о Estudo Geral е condecendo­
lhe privilegios (Doc. 25) // Ibid. Р. 43-47; Сапа de D. Dinis aos conservadores da
Universidade de Coimbra ordenando que as demandas ocorridas entre escolares е
outras pessoas sejam julgadas sem delonga е delaas se пао Гаса арегасло рага еl rei
(Doc. 44) // Ibid. Р. 67-68.
41 Сегпойо duma carta de D. Fernando е do juramento prestado ре!о conservador da
Universidade, Еыеуйо Domingues (Doc. 257) // Ibid. Р. 276.
42 Carta de D. F ernando nomeando Estevao Domingues conservador do Estudo
Geral de Coimbra (Doc. 259) // Ibid. Р.279. Грамота датирована 24 июля
1368. Таким образом, можно предполагать ошибку или в ее дате, или в дате
подтверждения.

202
А.В. Русанов
в этот же день и в том же месте, в клуатре кафедрального со­
бора Коимбры (правда, несоответствие в датах цитируемых гра­
мот и полностью иной состав свидетелей заставляют сомневаться
в точности датировки) уже сам консервадор властью, предостав­
ленной ему королем и утвержденной рассмотренным выше до­
кументом, удостоверил копии трех королевских грамот 1367 г.43
Подтверждение вновь было занесено в книгу корпорации. Стоит
особо подчеркнуть, что это были грамоты, обращенные, главным
образом, к городскому совету Коимбры и имеющие целью под­
твердить выполнение им всех университетских привилегиЙ.
В этих грамотах впервые в системе источников корпора­
тивного права университета появляются нотариальные доку­
менты, подтверждающие и цитирующие более ранние грамоты.
О структуре подобных документов можно составить представле­
ние на основе данного в приложении к статье перевода второго
подтверждения от 3 июля 1367 г.
Таким образом, можно говорить о складывании системы внесе­
ния документа в университетскую правовую традицию, признания
его значимости для корпорации. Появляются (в общем, аналогич­
ные подобным случаям в других корпорациях) и нормы подтверж­
дающих действий. Как правило, грамоту демонстрировал прокура­
дор корпорации, по его просьбе утверждал ее копию консервадор.
Важно отметить, что прокурадор - это официал, избиравшийся
из членов корпорации, чаще всего из школяров юридического фа­
культета. Он отвечал за судебные дела (аналогичная должность в
советах-конселью часто называлась адвокат), представляя корпо­
рацию на тяжбах, позже эта должность часто совмещалась с долж­
ностью сборщика рент. Таким образом, образовывалось сложное
сочетание университетской корпорации как universitas, самоуправ­
ляющегося клятвенного сообщества, и университета как studium
generaZe, основой которого было то, что его привилегии исходят от
высшей власти - папы, императора или короля.
В данном контексте показателен документ, созданный 7 ав­
густа того же года и представляющий собой редкий случай нота­
риального подтверждения (и закрепления) устного обычая уни­
верситета'". Можно предположить, что после начала фиксации и
43 Сегпёйо das тгёз diplomas concedidos рог D. Fernando а Universidade de Coimbra
(Doc. 258) // Ibid. Р. 277-278.
44 Теппо de сопягесйо efectuada па Se de Coimbra а respeito do oficio da аппотасапа,
onde figuram о procurador da Universidade е escolares do Estudo (Doc. 260) //
CUP. Vol. 1. Р. 280-281.

\
Подтверждения nривилегий Португальского университета 203
реализации старых привилегий стало необходимым восстановить
(а возможно - и установить заново) устные обычаи, связанные с
ними. Согласно рассматриваемому документу, спорной оказалась
система избрания университетских алмотасенов (официалов, кон­
тролировавших меры и весы на рынке). Наличие собственных ал­
мотасенов (наряду с собственными торговыми лавками) - одна из
важнейших привилегий, дарованных университету королем Дини­
шем во времена первого пребывания в Коимбре. Насколько можно
судить, после возвращения из Лиссабона данные привилегии вос­
становить не удалось. Лишь обновление и систематизация правовой
традиции дали возможность начать реализацию этой привилегии.
В данном источнике, с одной стороны, фиксируется новое от­
ношение к документам: устные традиции теряют свое значение,
именно «поскольку не был записан» этот обычай, школяры «не
желали более соблюдать его, и между ними началось несогласие»,
которое призвано предотвратить рассматриваемое соглашение.
С другой стороны, документ демонстрирует разделение полномо­
чий между консервадором и, собственно, корпоративными офици­
алами. В данном случае процедуру возглавляют ректоры и магистр
грамматики, а подтверждает документ вся корпорация школяров.
Консервадор же не участвует в процессе и не присутствует на нем.
Важно при этом, что данное подтверждение вновь вносится в ту
же книгу тем же городским королевским нотарием: внутренние
распорядки и внешние привилегии постепенно сливаются в одну
систему.
Подтверждения, сохранившиеся от второго пребывания в Ко­
имбре, немногочисленны. Кроме уже упоминавшихся, это - доку­
мент от 9 сентября 1368 г.45, в котором нужно отметить присут­
ствие коимбрского судьи и проведение процедуры в монастыре
Сан-Домингуш. Также после паузы, которая, возможно, связана с
войной, которую в 1369-1370 гг. Португалия вела с Кастилией, в
1370 г. появляется последнее известное нам подтверждение гра­
мот университета во время его второго пребывания в Коимбре'".
Ряд документов, основным содержанием которых являлась пра­
вовая и хозяйственная автономия университета, были вновь под-
45 Сегпсао de uт diploma de D. Fernando relativo а Universidade de Coimbra (Doc.
261) / / CUP. Vol. 1. Р. 281-282.
46 Сегцоао de cinco diplomas de D. F ernando, passada pelo потало de Coimbra, onde
figura Езгеуёо Domingues, de Vouzela, conservador dos escolares do Estudo Geral
(Doc. 271) // CUP. Vol. 1. Р. 291-292. Данный документ датирован 10 октября,
однако 4 из 5 грамот, внесенных в него, дарованы позже этой даты (самые
поздние - 11 ноября того же года).

204
А.В. Русанов
тверждены полномочиями консервадора Эштевана Домингеша ди
Возелы и вновь занесены в книгу корпорации.
Однако после данной активизации правовой деятельности на­
ступает перерыв на 7 лет, а затем следует перенос университета в
Лиссабон. Причины данного события вызывают противоречивые
гипотезы. t
Так, декларируемой заботе короля о статусе университе­
та противоречат сохранившиеся статьи лиссабонских кортесов
1371 г., где высказывались претензии к королю о недостаточной
опеке studium generale, который не получал средств, дарованных
ему для этого папами'". Утверждалось, что в университете нет
достойных преподавателей, и школяры отправляются учиться за
границу. Формально именно ответом на эти требования выглядят
объяснения причин переезда в грамоте 1377 г.48: «ибо некоторые
преподавагели.лсоих мы из других королевств распорядились вы­
звать, не хотят читать лекции нигде, кроме как в Лиссабонев ".
Анализ причин переезда выходит за рамки данного исследова­
ния, однако в связи с его направлением следует отметить несколь­
ко важных аспектов. С одной стороны, то, что корпорация, на­
сколько можно судить, достаточно спокойно принимает переезд,
заставляет предположить, что в полной мере реализовать приви­
легии в Коимбре так и не удалось. Более того, вероятно, именно
конфликты с городом в условиях большей структурированности
и меньшей гибкости 'правовой системы университета стали одной
из причин переезда.
Другим важным, аспектом является сохранение системы, ко­
пирования документов, самым ранним из которых стало под­
тверждение от 8 апреля 1378 г.5О В данном случае, кроме общего
сохранения процедуры, можно отметить ее вариативность, уве­
личившуюся впоследствии, при государях Авишской династии.
Так, сообщается, что консервадор обращается непосредственно
к короле�скому нотарию с просьбой внести в «эту книгу» копии
ряда грамот.
47 Artigos das Cortes realizadas еш Lisboa, onde se pede que а Universidade de
Coimbra seja reformada nos seus lentes (Doc. 276) 11 CUP. Vol. 1. Р. 296-298.
48 Carta de D. Fernando ... (Doc. 299) 11 1bid. Р. 5-8.
49 «рог alguuns lentes que de outros Regnos mamdamos vijfir пот queriam leer se
пот па cidade de lixboa». (lbid. Р. 5-6.)
50 Сегцёйо transcrevendo cartas de D. Fernando а conceder privilegios, liberdades,
gra9as е тпегсёв ао Estudo Geral de Lisboa (Doc. 308) 11 CUP. Vol. 11. Р. 20. Начало
данного документа, вероятно, было утеряно, поэтому не вполне ясно, включал
ли он также грамоту от 3 июля 1377 г.

Подтверждения привилегий Португальского университета 205
Однако вскоре после переезда в Лиссабон (стоит напомнить,
что в этом городе университет оставался впоследствии 160 лет)
происходят расширение и систематизация правовой памяти.
Пожалуй, ярчайший пример такого рода процессов может
быть восстановлен на основе двух нотариальных актов, состав­
ленных на латинском языке 12 и 30 мая 1379 г. Жуаном Родриге­
шем (текст этих документов приведен в приложенииг", «согласно
полномочиям, данным королем, в ... городе, Лиссабоне публичным
нотарием и табслиономэ+.
Нужно отметить, что именно с этих актов (и копий докумен­
тов, включенных в них) на�инается Зеленая книга (1476 г.), самый
ранний из сохранившихся �артуляриев университета/". После них
в правление Фернанду нам неизвестны подтверждения докумен­
тов, новый всплеск активности наблюдается уже после прихода к
власти Ж уана 1.
Согласно первому акту, в ноябре 1378 г. в ответ на прошение
школяров была создана королевская грамота'", предписывавшая
веедору хозяйства короля найти в созданном в том же году архиве
(будущем Торре-ду- Томбу)55 документы, имеющие отношение к
университету. Именно в доме �eeдopal Жуана Аниша �РОИ9ХОДИТ
процедура подтверждения. Первоначально Мартин Домингеш,
эворский клирик и ректор корпорации университета, показывает
вышеупомянутую грамоту короля (копия которой заносится в до­
кумент), затем веедор удо�товеряет данную грамоту и предостав­
ляет семь найденных им 'документов, предлагая ректору выбрать
нужные. Из них ректор первоначально принимает лишь три: бул­
лу папы Николая IV (1290 г.), буллу папы Клемента V (1308 г.) и
rpa;doTY короля Диниша (1323 'г.)56, после чего они копируются в
51 Сепшйо de тгёе diplo�as relativos ao'Estudo Geral de Lisboa (Doc. 334) // CUP.
Vol. 11. Р. 66-68; Сепшао de тгёв diplornas relativos ао Estudo Geral de Lisboa
(Doc. 336) / / Ibid. Р. 69-70.
52 «Johane rodorici publico Regali autoritate in... ciuitate ulixbonensi notario et
tebelione» (Сепшёо ... (Doc. 334). Р. 66).
53 См. факсимильное издание: Livro Verde da Universidade de Coirnbra: сапшапо
de весц!о ХУ. Coirnbra, 1990. Fl. 1r-6r.
54 Сапа de D. Fernando rnandando passer сепшёо de diplornas relativos ао Estudo
Geral de Lisboa (Doc. 31 О) // CUP. Vol. 11. Р. 22.
55 «па nossa torre по castelo de lixboa» (Ibid.)
56Bula de Nicolau IV aprovando о pagarnento dos вагапов aos professores dp Estudo
Geral de Lisboa е concedendio privilegios aos rnestres е alunos (Doc. 6) // CUP.
Vol.I. Р. 12; Doc. 23; Carta de D. Dinis deterrninando ао Mestre da Ordern de
Cristo о quantitativo а pagar aos professores do Estudo Geral de Coirnbra (Doc.
59) // CUP. Vol. 1. Р. 84-85. (18.01.1323)

7
206
А.В. Русанов
нотариальный документ и заверяются нотарием. Все описанные
документы, созданные в разных условиях, так или иначе посвя­
щены выплате жалованья преподавателям, так что им явно при­
давалось не только почетное значение из-за их старины'", но и
реальная роль в правовой системе.
Интересно, что чуть больше чем через две недели состоялось
второе аналогичное собрание, уже в кафедральном соборе, при
участии тех же основных лиц. На этот раз ректор выказал жела­
ние получить копии еще двух документов из найденных веедором
(прошение клириков об основании университета (1288 г.) и вто­
рая папская булла, связанная с переездом 1308 г.)58.
Как уже отмечалось, данные подтверждения, наряду с грамо­
той 1367 Г., стали основой формирования книги привилегий уни­
верситета. Действительно, впервые в его правовую систему были
включены документы, не адресованные (за одним исключением)
прямо корпорации. Также впервые ряд документов включается
лишь для демонстрации древности корпорации, например посла­
ние 1288 г., его непосредственное значение для тяжб представить
сложно.
Но самое важное, о чем позволяют нам судить эти два источ­
ника, - это та свобода, которой обладают школяры при формиро­
вании своей правовой традиции.
К сожалению, неизвестны мотивы, заставившие ректора
принимать или отвергать грамоты, можно только гадать, каковы
были непринятые документы. Кроме того, важно понимать, что
внесение копий грамот в книгу университета так и не стало и
никогда не было систематическим, причем такая ситуация со­
хранялась и в ХУ в. Так, ряд важных грамот короля Фернанду,
дарованных в 1378-1383 ГГ., а также ряд судебных решений этого
же времени были внесены в книгу корпорации уже в 1385 г., по­
сле восшествия на престол Жуана 1. Более того, и в дальнейшем
в картулярий продолжали вноситься документы, относящиеся к
57 То, что древность документа сама по себе играла роль для корпорации, можно
подтвердить тем, как в Индексе Зеленой книги подчеркивается бесспорность
почетного места старейшей папской буллы, обращенной к Португальскому
университету (<<Item litera domini domni Nicolai раре 1111 per quam conceduntur
sex privilegia studio Ulixbonensi primo sequitur scilicet» (Тгапвспсао dos indicesll
Livro Verde ... Р. 19)).
58 Репсао dirigida ао Рара рог alguns prelados portugueses рага pagarem, das rendas
dos Mosteiros egrejas, os загапов dos Mestres е Doutores do Estudo Geral de
Lisboa, que ia ser criada (Doc. 2) II CUP. Vol. 1. Р. 6-7; Doc. 22.

Подтверждения привилегий Португальского университета
\
207
давним временам. В подтверждение от 21 мая 1422 г.59 включены
три ранних документа: две буллы папы Клемента УI от 13 сен­
тября 1350 г.БО и грамота короля Фернанду от 1 октября 1368 г.б1
Интересно отметить, что сохранился оригинал второй буллы,
полученной в Португалии, ныне он находится в Архиве универ­
ситета Коимбры.
Для понимания критериев выбора документов рассмотрим,
как это объясняется в самих подтверждениях. Как правило, про­
курадор, демонстрировавший грамоту, произносил стандартную
формулу: как он утверждал, «он опасался, что все названные гра­
моты или какая-либо из них будет утеряна из-за воды или огня
или какого-либо иного непредвиденного случая, и посему было
бы очень полезно названной корпорации, чтоб названные грамо­
ты были переписаны и их содержание было публично помещено
в эту книгуэг", Данная формулировка показывает, что отбирались
наиболее важные и наиболее востребованные в данный момент
документы. Более того, в одном из поздних подтверждений прямо
говорится, что корпорация рассчитывает впоследствии на «по­
мощь» от копируемого цокумента+'.
Свобода корпорации в формировании своей правовой памя­
ти сохраняется и спустя сто лет после рассматриваемого перио­
да. Более того, данная свобода, опирающаяся на королевскую
власть, со временем расширялась, примером чему может слу-
59 Сегпёао transcrevendo уапов relativos а Universidade do Estudo Geral de Lisboa
(Doc. 785) / / CUP. Vol. III. Р. 227.
60Bula de Clemente VI рага а Universidade de Lisboa dispensando os lentes е
escolares do Estudo Geral de Lisboa da obriga<;ao de residerem nas igrejas onde
tinham beneficios е concedendo-lhes durante cinco anos todos os frutos, гёёпоз
е proventos dos ditos beneficios (Doc. 176) / / CUP. Vol. I. Р. 188-189; Bula de
Clemente VI рага о Bispo de Еуога, о Abade de Santa Maria de Агсооаса е о Prior
de S. Vicente de F6ra, comunicando-lhes а dispensa е а сопсезвйо apost6licas da
bula antecedente, е dando-lhes autoridade para а executarem (Doc. 177) // CUP.
Vol. I. Р. 190-191.
61 Сапа de D. Fernando mandando as Justi<;as do Reino que recebam е deem
andamento as demandas que os escolares intemtaram ет ferias (Doc. 263) // CUP.
Vol. I. Р. 284.
62 «еllе se temia de se as ditas cartas оu cada huuma dellas perderem per agoa оu per
fogo оu per alguum outro caso furtuito е que porem era muj conpridoiro аа dita
vniuerssidade de se as ditas cartas trelladarem е poer о theor dellas ет publica
forma ет este liuro» (Doc. 258 // CUP. Vol. I. Р. 277).
63 «que а dita vniuerssidade se enmendia della de ajudar» (Senten<;a de uта carta de
D. Joao I confirmando а senten<;a contra uт almotace da Universidade do Estudo
de Lisboa (Doc. 675) // CUP. Vol. III. Р. 109-110).

/
208
А.В. Русанов
жить то, что университетский бедел (педельг'" в 1390 г. получил
право быть нотарием корпорации и скреплять все корпоративные
документы от имени короля". Однако эта свобода сочетается с
тем, что складывающийся картулярий становится устойчивой и
неизменной основой права. Старинные документы, по той или
иной причине внесенные в книгу привилегий, уже не исключа­
ются из нее - они служат источником права для новых поколений
школяров, активно ими комментируются и переосмысляются (в
Зеленой книге сохранилось большое количество глосс). Неизмен­
ной остается и сложная структура, сохраняются и подтверждения
со всеми подробными описаниями процедур. При всем этом в
ХУI в. Зеленая книга, сформировавшаяся «вокруг» рассмотрен­
ных подтверждений, становится образцом для статутов нового
университета Эворы. В самом университете, к тому времени на­
всегда обосновавшемся в Коимбре, она оставалась действующим
источником права до XVIII в.
Таким образом, можно наблюдать параллельное развитие
как делопроизводства в средневековой Португалии в целом
(в частности, увеличение роли нотариев в условиях введения
ius соттипе), так и институализации Португальского универси­
тета, их неразрывную связь. Это соответствует и общеевропей­
скому росту роли королевской власти в жизни университетских
корпораций'". При этом нужно особо подчеркнуть и отмечен­
ные О.И. Варьяш изменения в отношении к правовой памяти
в Португалии в XIV в., особенно после правления Афонсу IV67.
64 Франц. bedeaux, нем. PedelZ, русск. «педель». Латинское слово bedelZus также
имело значение «судебный пристав» и «священнослужитель». Происхожде­
ние данного слово неизвестно. Основной обязанностью в большинстве сред­
невековых университетов было доведение до сведений учащихся приказов
магистров, а также регулирование порядка. В Португальском университете
должность бедела закреплена королевской грамотой 1309 г. (Doc. 25. Р.45.)
В Новое время так обозначается, как правило, служащий университета, на­
блюдающий за порядком в нем.
65 Carta de D. J оёо establecendo que о bede1 do Estudo Gera1 de Lisboa exercesse
о cargo de tabeliao do mesmo Estudo (Doc. 450) / / CUP. Уо1. 11. Р. 197. Данное
право особенно значительно в контексте ужесточения «монополии» королев­
ской власти на утверждение нотариев в течение XIV в. (См: Albuquerque R. de,
Albuquerque М de. Ор. cit. Р. 361-364.)
66 См.: Nardi Р. Re1ation with autority // А History of the University in Europe.
Cambridge, 2003. Уо1. 1: Universities in the Midd1e Ages. Р. 96-99.
67 Варьяш О.И. Понятия «закон», «право» и «обычай» в Португалии XIV века //
Она же. Пиренейские тетради. С. 90-98; Она же. Право и историческая па­
мять. С. 159-166.

Подтверждения привилегий Португальского университета 209
На основе форалов предполагается постепенное «лишение "мел­
ких" сообществ их исторической памяти ... и приобщение их к
единой для всего королевства ... памятив'". Однако данный про­
цесс мог принимать и оборотную сторону - университетская
корпорация вписывается в новую систему, ее внутреннее устрой­
ство успешно сочетается с выстраиваемыми королем властными
и правовыми структурами. Более того, сложившаяся правовая си­
туация придает новую жизнь привилегиям, полученным в ранние
периоды, включая их в новый контекст.
БИБЛИОГРАФИЯ
Варьяш И.И., Русанов А.В. Новая научная интерпретация грамоты
1338 года, выданной Афонсу 1V Португальскому университету // Сред­
ние века. М., 2012. Вып. 73 (3-4).
Варьяш О.И. Пиренейские тетради. М., 2006.
История и память: историческая культура Европы до начала Нового
времени / под ред. л.п. Репиной. М., 2006.
Albuquerque R. de, Albuquerque М de. Hist6ria do Direito Ропцяцёв.
Lisboa, 1999. Уоl. 1: (1140-1415), Рапе 1.
Caetano М Hist6ria do direito рогшяцёв. 1: Fontes. Direito publico
(1140-1495). Lisboa, 1981.
Chartularium Universitatis Portugalensis. Lisboa, 1966-1971. 4 vols.
Chastang Р. Cartulaires, cartularisation et вспршгайгё medievale: lа
sructuration d'un поцуеац champ de recherche // Cahiers de civi1isation
medievale. Р., 2006. Уоl. 49, N 193. Р. 21-31.
Farelo М А universitas по labirinto: poderes е redes sociais //
А Universidade Medieval еm Lisboa (Зёсшов XI11-XV1). Lisboa, 2013.
Gomes S.A. Escolares е а Universidade па Coimbra Medieval / / Estudos
а homenagem а Joao Francisco Marques. Lisboa, 2003. Уоl. 1.
Jesus da Costa de А. А Chancelaria Real Portuguesa е os seus registos //
Revista da Faculdade de Letras: Hist6ria. Serie 11. Porto, 1996. Уоl. 13.
Livro das Leis е Posturas. Lisboa, 1971.
Livro Verde da Universidade de Coimbra: cartulario de seculo ХУ.
Coimbra, 1990.
Martins А. Lisboa, а cidade е Estudo: а Universidade de Lisboa по
primeiro secul0 da sua existencia / / А Universidade Medieval еm Lisboa
(Seculos X111-XVI). Lisboa, 2013.
Mattoso J. А Universidade е а sociedade // Hist6ria da Universidade еm
Portugal. Coimbra, 1997. Уоl. 1, Т. 1 (1290-1536).
Moreira de Sa А. 1ntroduyao / / Chartularium Universitatis Portugalensis.
Lisboa, 1971. Уоl. 1V.
68 Там же. С. 165.

210
А.В. Русанов
Nardi Р. Re1ation with autority / / А History of the University in Europe.
Cambridge, 2003. Уо1. 1: Universities in the Midd1e Ages.
Nogueira de Sa В. Apontamentos sobre os 1ivros de registo de D. Dinis
(1279-1325) // C1io: Revista do Centro de Hist6ria da Universidade de
Lisboa. Lisboa, 2007. Уо1. 16/17.
Os primeiros estatutos da Universidade de Coimbra. Coimbra, 1991.
Pereira da Rosa 1. О Tabe1ionado еm Portuga1// Sep. das Actas de1
VII Congresso Internaciona1 de Dip10matica. Va1encia, 1989.
RashdaZZ Н. ТЬе Universities in Europe in the Midd1e Ages. Oxford,
1895. Уо1. 1.
RoZdiio Е Рага агегп da chance1aria: registo е сопвегсасйо de dip10mas
dionisinos па ашшшвтгасйо regia рептёпса / / C1io: Revista do Centro de
Hist6ria da Universidade de Lisboa. Lisboa, 2007. Уо1. 16/17.
Saraiva A.J. О сгерпвсшо da Idade Media еm Portuga1. Lisboa, 1986.
SiZva da Gomes N.J.E. Hist6ria do direito portugues: Fontes de direito.
Lisboa, 1991.
ТЬе University and the City: From Medieva1 Origins to the Present.
Oxford, 1988.
Verger J., VuZZiez Ch. Cartu1aires universitaires fran<;ais / / Les cartu1aires:
actes de 1а table ronde organisee par 1 'Ес01е nationa1e des chartes et 1е GD .R.
121 du C.N.R.S. (Paris, 5-7 dec. 1991). Р., 1993.
Приложение 1
[Подтверждение трех грамот, предоставленных королем
Фернанду университету Коимбры, 3 июля 1368 годаj69.
Да будет известно всем, что в год [Испанской] эры тысяча четырес­
та шестой в третий день июля в городе Коимбре в клуатре Кафедраль­
ного собора названного города, когда там предстоял Эштеван Домин­
геш ди Возела, консервадор, данный королем школярам и корпорации
университета названного города, в присутствии: меня, Жуана Афонсу,
публичного королевского нотария в названном городе Коимбре, а также
свидетелей, названных и записанных ниже, Лоренсу Анеш, обладатель
пребенды (ra<;oeiro) Сан-Бартоломеу в названном городе, прокурадор
названной корпорации названного университета, показал перед назван­
ным консервадором и повелел обнародовать три грамоты короля, напи­
санных на пергамене, кожаных, открытых и скрепленных его истинны­
ми печатями: две - длинными подвешенными печатями на красной нити,
а одна - круглой печатью на обороте. Согласно тому, что в них представ­
лено, эти грамоты не представлялись затертыми, в них ничего не было
вписано, они не были испорченными или каким-либо иным образом по­
дозрительными. Содержание каковых грамот по порядку таково:
(Далее следует текст трех грамот короля Фернанду 1)
69 Certidao das tres diplomas concedidos por D. Femando а Universidade de Coimbra (Doc.
258) // CUP. Vol. I. Р. 277-278; Livro Verde da Universidade de Coimbra. fl. 25v-28r.

Подтверждения привилегий Португальского университета 211
По поводу этих грамот, так показанных перед названным консерва­
дором, как было сказано, названный Лоренсу Анеш от имени названной
корпорации сказал, что он опасается, что все названные грамоты или
каждая из них будут утеряны из-за воды или огня, или из-за кражи, или
из-за какого-либо иного непредвиденного случая - и что посему было
бы очень полезно названной корпорации, чтобы названные грамоты
были переписаны, а содержание их публично было бы помещено в эту
книгу названной корпорации, чтобы они там могли быть найдены при
необходимости. И он попросил названного консервадора, чтобы тот по­
велел мне, названному нотарию, переписать содержание всех названных
грамот и каждой из них в эту книгу так, чтобы я осуществил это публич­
но (ет publica forma) с моим знаком (sinal), передал и предоставил это
под свои обычные полномочия. И затем названный Эштеван Домингиш,
консервадор, рассмотрев то, о чем он его так просил и испрашивал, по­
сле того как названные вышеозначенные грамоты, все и каждая, были
рассмотрены и было изучено, не были ли они затерты, не было ли что­
либо соскоблено, подчищено, подделано, вписано таким образом, что
сущность истины была бы изменена, и они были признаны целыми, пол­
ными, лишенными подделок, подозрений и ошибок, как было сказано, -
приказал мне, названному нотарию, чтобы я переписал и скопировал
все названные грамоты короля и каждую из них и записал их содержа­
ние в эту книгу названной корпорации, и чтобы я осуществил это пуб­
лично, скрепив своим знаком, дабы не было допущено ошибок в моих
обязанностях. Каковые грамоты короля, все и каждую, я, Жуан Афонсу,
вышеназванный нотарий, по повелению названного консервадора, пе­
реписал и перенес в названную книгу на двух листах и трех страницах и
публично скрепил своим знаком, также истинно сверил с их оригинала­
ми. Каковым копиям названных грамот названный консервадор передал
и предоставил силу своих обычных полномочий и постановил, чтобы
им всюду полностью доверяли так же, как их истинным оригиналам.
По поводу вышеназванных (копий) названный Лоренсу Анеш, проку­
радор названной корпорации, попросил у меня, нотария, один, и два, и
три instrumenti (акта) и более, если потребуется, и чтобы я им записал
один из актов в эту книгу названной корпорации. Это было сделано
в течение названного дня и месяца, которые указаны выше. Присут­
ствовавшими свидетелями были Перу Домингеш, магистр граммати­
ки, Алвару Пиреш, его сын, школяр-легист, Перу Висенте, бакалавр
грамматики, Гонсалу Домингеш, декан, Рандуфе, школяр, изучающий
каноническое право в названном университете Коимбры, жители этого
города и прочие, а также я, Жуан Афонсу, вышеназванный нотарий,
который по просьбе названного Лоренсу Анеша, прокурадора назван­
ного университета и по повелению названного консервадора написал
этот документ с содержанием названных грамот короля на этих трех
страницах этой книги, как было выше сказано, и скрепил их публично
моим знаком, который здесь и на каждой из прочих страниц, и который
я здесь поставил и который таков.

212
А.В. Русанов
Приложение 2
[Подтверждение нескольких документов, связанных с универ­
ситетской корпорацией, 12 мая 1379170
Во имя Господне аминь.
Согласно этому настоящему публичному документу, пусть всем бу­
дет известно и также станет очевидно, что в год от Его рождения тысяча
триста семьдесят девятый, в девятый день месяца мая возле благород­
ного города Лиссабона, Т.е. в гостеприимстве славного дома известного
дона Жуана Анеша, вассала нашего господина короля и веедора" хо­
зяйства сего нашего господина короля, и в присутствии сего дона Жуана
Анеша, восседавшего там же, где он назначил место, как выше написа­
но, в присутствии меня, Жуана Родригеша, по полномочиям, данным ко­
ролем, в названном городе Лиссабоне публичного нотария и табелиона,
вместе со свидетелями, подписанными ниже, предстал почтенный и из­
вестный дон Мартин Домингеш, эворский каноник и ректор корпорации
университета" названного города Лиссабона, и показал и представил
некую грамоту вышеупомянутого господина нашего короля, написан­
ную на бумаге и запечатанную на обороте его истинной круглой печа­
тью, целую и невредимую, не вызвавшую подозрений, когда ее внешний
вид был осмотрен. И ее содержание таково:
Дон Фернанду, милостью Божьей король Португалии и Алгарви,
вас, Жуана Анеша, нашего вассала и веедора нашего хозяйства при­
ветствует. Знайте, что ректоры, доктора, лиценциаты и вся прочая кор­
порация университета города Лиссабона послала мне сказать, что в
нашей башне в крепости города Лиссабона лежит много документов
о передаче приходов и привилегий и прочего, что относится к уни­
верситету, и они сказали, что предполагают от них большую помощь.
И они послали просить нас о милости, чтобы мы приказали разыскать
эти документы, а им приказали бы сделать с них копии - публично,
под защитой их права. И мы, рассмотрев то, что послали нам сказать и
о чем просить, считаем благом и повелеваем вам, чтобы вы приказали
разыскать в названной башне документы, что там есть, и если найде­
те там какие-либо документы, относящиеся к названному универси­
тету, то вы прикажите сделать с них копию публично для названного
университета в соответствии с данными королем полномочиями, дабы
названный университет и корпорация через них имели бы свое право.
И не поступайте вопреки.
70 Сегцсао de ггёв dip10mas re1ativos ао Estudo Gera1 de Lisboa (Doc. 334) // сш.
Уо1. 11. Р. 66-68; Livro Verde da Universidade de Coimbra. F1. lr-3v.
71 В пиренейских странах - официал, выполнявший контролирующие функции.
72 В данном случае как «университет» переводится лат. studium и порт. estudo
(studo), при этом необходимо учитывать всю неоднозначность данного терми­
на в рассматриваемый период.

Подтверждения привилегий Португальского университета 213
Дано в Атогии в четвертый день ноября. Король это повелел через
Лоренсу Анеша Фогасу, своего вассала и веедора своей канцелярии. Гон­
салу Гонсалвиш ее составил в год эры 1416. Лаврентий Иоанн Фогаса.
Когда же эта грамота была так представлена, показана и названным
Жуаном Анишем увидена, рассмотрена и с подобающим ей почтением
принята, названный дон ректор от имени корпорации вышеназванного
университета с должной настойчивостью спросил названного дона Жу­
ана Анеша, насколько названная грамота названного господина нашего
короля в соответствии с ее формой претворена в жизнь. И названный
дон Жуан Анеш сказал, что, поскольку ему ведомо о названной грамоте,
то ради ее исполнения он по повелению господина нашего короля от­
правился в названную крепость, место, указанное в названной грамоте,
и нашел семь частей-ресiае документов, относящихся к названному уни­
верситету, которые он сразу повелел дону ректору показать, прочесть и
огласить, спросив, что предпочтет названный дон ректор: пожелает ли
он, чтобы были приняты все названные грамоты или их часть, - и что
сам' дон Жуан Анеш исполнит повеление господина названного короля
и решение этого дона ректора. И тогда названный дон ректор, осмотрев
и исследовав все семь названных частей названных документов, сказал,
что из представленных он желает, чтобы были приняты только части
трех этих документов. И тогда он избрал названные три части, для на­
званного принятия, Т.е. одну грамоту вечной памяти господина папы
Николая Четвертого, написанную на пергамене, к которой привешена
истинная свинцовая печать (bula) господина папы на шелковых нитях,
раскрашенных красным и шафранным цветами; также другую грамоту
доброй памяти папы Клемента Пятого, также написанную на пергаме­
не, украшенную истинной свинцовой печатью этого господина папы на
шелковых нитях по обычаю Римской курии; также одну грамоту доброй
(dulcis) памяти дона Диниша, короля Португалии и Алгарви, написан­
ную также на пергамене и запечатанную тремя привешенными красны­
ми восковыми печатями: в середину помещена печать названного ко­
роля дона Диниша на красной шелковой нити, с одной стороны печать
магистра воинства Ордена Иисуса Христа, а с другой стороны - печать
конвента этого ордена, подвешенные на зеленой нити. Все эти грамоты,
целые и невредимые от всякой порчи и подозрения, согласно их перво­
начальному виду, были представлены, и их содержание сохранено от
слова к слову, что следует далее:
(Следуют тексты названных документов)
Когда же три части названных грамот были таким образом выбраны
названным доном ректором, тот же дон ректор попросил, чтобы назван­
ные грамоты, из тех, что относятся к названной корпорации названного
университета, были переписаны и публично подтверждены силой пер­
вой грамоты и вводного установления, чтобы они, будучи переписанны­
ми, имели бы у всех веру. И тогда названный дон Жуан Аниш, осмотрев
и оценив названные грамоты, таким образом выбранные названным до­
ном ректором и им же тщательно исследованные, и изначально признан-

214
А.В. Русанов
ные истинными, по прошению названного дона ректора, которое было
и есть разумно, в соответствии с добродетелью, полномочиями, для ис­
полнения этого предоставленными названным господином королем, и
властью, которой он для это снабжен, - повелел, чтобы названные три
части вышеназванных грамот, так названным доном ректором испрошен­
ные и выбранные, чтобы быть показанными, были переписаны и публич­
но мною, нотарием выше и ниже записанным, подтверждены. Для этого
он применил упомянутые ранее применявшиеся полномочия и, приняв
решение, решил своей властью, от которой, как он пожелал, все таким
образом переписанное в суде или вне него имело бы ту же веру всех, что
и каждый оригинал. Кроме всего этого названый господин ректор поп­
росил, чтобы я, нотарий и табелион сделал бы для него и опубликовал
публичный документ. Это было совершено в том же месте, в тот же год,
день и месяц, что и прочее, в присутствии почтенного названного Родригу
Афонсеша, знатока права, Афонсу Мартинша и Жуана Афонсеша, счето­
водов (computatoribus) вышеназванного господина нашего короля, Жуана
Афонсеша, табелиона во всех владениях названного господина короля,
а также прочих многочисленных свидетелей, а также меня, Жуана Родри­
геша, вышеназванного нотария и табелиона. И я, в соответствии со всеми
и каждым разрешениями, что были содеяны и даны, вместе с названными
свидетелями присутствовал и то, что было сделано, видел и слышал: как
они таким образом были публично по вышеназванным указанию, власти и
распоряжению приняты, и посему на трех листах, включенных в эту книгу
с этим небольшим добавлением к этому столбцу, по желанию названного
дона ректора, находясь там, я этот публичный документ своею рукой на­
писал. И в первом столбце, где написано: «дабы названный университет
и корпорация через них имели бы свое право. И не поступайте вопреки» я
затирал (текст), а в другом месте, где говорится в том же столбце «своего
вассала», я вписал (текст). И своим обычным знаком в качестве положен­
ного свидетельства в конце каждого столбца названных листов, а также в
конце названного документа я подписался. И этот (знак) таков.
[Подтверждение грамот Португальского университета,
30 мая 1379 г.]
Во имя Господне аминь
Пусть все знают, что в год от Его Рождества тысяча триста семьде­
сят девятый в день же тридцатый месяца мая в кафедральном соборе
города Лиссабона при славном и известном муже доне Жуане Анеше,
вассале господина нашего короля и этого короля веедоре хозяйства, вос­
седавшем в кресле около вышеназванного (собора) в названном месте),
при посредстве меня, Жуана Родригеша, публичного королевской влас­
тью в названном городе Лиссабоне нотария и табелиона, присутствовав­
шего вместе с записанными ниже свидетелями, предстал уважаемый и
известный Мартин Домингеш, каноник эворской церкви и ректор кор­
порации университета названного города Лиссабона, сказав, что хотя

Подтверждения привилегий Португальского университета 215
недавно перед названным доном Жуаном Анешем, силой одной гра­
моты названного господина нашего короля в тот другой instrитеntит
включенной ранее этого, из (данных) названным Жуаном Анишем семи
частей документов, относящихся к названному университету, он выбрал
три части этих грамот, а названный дон Жуан Анеш, смотря по тому, что
содержалось в названном инструменте, их признал тотчас, - он (ректор)
от имени названного университета из тех частей грамот, что остались,
желает для названного университета получить две части этих грамот,
публично принятых, а именно: одно прошение на пергамене, подписан­
ное и закрепленное семнадцатью печатями (sigillis) различного обра­
за и формы, привешенных; а также одну грамоту доброй памяти папы
Клемента Пятого, написанную на пергамене и скрепленную истинной
этого папы привешенной свинцовой печатью (Ьulа), помещенной на ко­
нопляной нити по обычаю Римской курии. Чтобы нижеследующее со­
держание этих грамот было переписано, он попросил от того же имени
названного дона Жуана Анеша, чтобы мне, названному нотарию и табе­
лиону, были предоставлены и даны полномочия согласно форме назван­
ной королевской грамоты, а помимо того, чтобы было позволено этим
доном Жуаном Анешем, дабы я названные грамоты переписал и публич­
но их содержание признал, дабы то, что было переписано, имело бы у
всех веру. И после этого, рассмотрев это прошение, названный дон Жуан
Анеш, так как названные грамоты относятся к названному университе­
ту, это прошение, как соответствующее разуму, удовлетворил и поэтому
повелел, чтобы названные части названных грамот были переписаны и
их содержание было публично одобрено. И ради этого он применяет
и применил свои полномочия согласно виду и форме вышеназванной
королевской грамоты, и он постановляет и постановил, чтобы таковая
копия соответственно и в суде и вне его имела бы веру, как и оригинал,
во всеобщем употреблении. Я же, названный нотарий в соответствии
с вышеназванными повелением и полномочиями для пользы вышеназ­
ванного ректора две части названных грамот, Т.е. прошения и грамоты
вышеназванного господина, переписал и публично огласил.
(Приведены тексты Прошения, отправленного папе португальски­
ми прелатами, 12 ноября 1288 г. и Булла папы Клемента V к архиепис­
копу Браги и епископу Коимбры, 26 февраля 1308 г.)
Это было совершено в том же месте, в тот же год, день и месяц,
что и ранее, в присутствии уважаемого Вашку Переша, знатока права,
Гонсалу Жуанеша иРодригу Жуанеша, жителей названного города Лис­
сабона, и прочих свидетелей, заранее особо вызванных и испрошенных,
а также меня, Жуана Родригеша, выше именованного нотария и табе­
лиона. И я по прошению вышеназванного ректора и с его разрешения и
согласно названному переписанному поручению, присутствуя вместе с
прочими - всеми и каждым - свидетелями, что кроме меня были и на­
ходились (там), я там находился и все то, что поручено передать, в этом
публичном документе в четырех столбцах ( ... ) этой книги я собственно­
ручно написал и в каждом столбце и в конце этого названного докумен­
та я поставил в свидетельство поручения свой обычный знак.

УДК 94(495+450)«14»: :Димитрий Халкоконлил
Л.А. 'Рязанов
РЕЧИ ДИМИТРИЯ ХАЛКОКОНДИЛА
О ЗНАЧЕНИИ ГРЕЧЕСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ
(ИЗ ИСТОРИИ ГРЕЧЕСКИХ ШТУДИЙ
В РЕНЕССАНСНОЙ ИТАЛИИ ХУ ВЕКА)
в настоящей работе предлагается перевод двух речей известного византийско­
го ученого ХУ в. Димитрия Халкокондила, которые были произнесены перед
студентами и докторами Падуанского университета в 1463 и 1464 гг. Речи пред­
ставляют собой одну из первых, дошедших до нас развернутых аргументаций,
доказывающих полезность греческих штудий для ренессансных умов. Основная
мысль Халкокондила сводилась к тому, что истоки латинской словесности сле­
дует искать в греческой и только пр очный союз между ними является условием
всестороннего и полного образования.
Ключевые слова: Димитрий Халкокондил, итальянский гуманизм, византийские
ученые, гречески� штудии, греческая словесность, Падуанский университет.
В период кватроченто Италия переживала подъем интереса к
греческой словесности и возрождение ее преподавания после мно­
говекового забвения. Однако исследование этого любопытного
феномена сопряжено с рядом трудностей, поскольку историчес­
кие источники содержат достаточно скупую и фрагментарную ин­
формацию об организации учебного процесса, методах обучения
греческому языку, манере изложения материала и отборе учебных
текстов. В силу этого особую ценность приобретают торжествен­
ные речи к курсам греческой словесности, принадлежащие элли­
нистам XV-XVI вв. В их числе две латинские речи афинянина
Димитрия Халкокондила.
Византийский эмигрант Димитрий Халкокондил (1423-1511)
известен, прежде всего, благодаря своей продолжительной (свы­
ше сорока лет) преподавательской деятельности в трех крупных
гуманистической центрах Италии - Падуе, Флоренции и Милане.
Он выступил в качестве редактора первоизданий Гомера, Исокра­
та и византийского лексикона «Суда», а также составил гречес­
кую грамматику (Erotemata, sive Institutiones grammaticae, 1493),
единственное сохранившееся произведение ученого.
Первой важной вехой в его карьере стало получение долж­
ности профессора греческой словесности в Падуанском универ­
ситете. В 1463 и 1464 гг. Халкокондил произнес две вступитель-

Речи Димитрия Халкокондила ...
217
ные речи, в которых изложил свой взгляд на значение греческого
языка и литературы для подлинно гуманистической образован­
ности. Обе речи были переписаны в начале занятий его студен­
том Хартманом Шеделем (1440-1514) из Нюрнберга по рукописи
(de тапи) учителя, как следует из преамбулы и заключительного
слова самого писца. После обучения в Лейпцигском университете
Шедель прибыл в Падую для получения медицинского образова­
ния. Параллельно он стал посещать занятия византийского учите­
ля, будучи одним из первых немецких гуманистов, которые реши­
ли освоить греческую словесность. Свое введение и заключение
к текстам речей Шедель, разумеется, добавил позднее, когда уже
получил в Падуе степень «доктора искусств и медицины».
Главный акцент падуанских речей Халкокондила сделан на
пользе изучения греческого языка и литературы в контексте studia
humanitatis. В основу была положена нравоучительная сентенция,
которая, в частности, содержится у ритора Афтония: «Исократ
говорил детям, что корень [учения] горек, а плоды - сладкиэ '.
В своих речах Халкокондил несколько раз подводил слушателей
к этой мысли, хотя нигде не воспроизвел ее полностью и букваль­
но". Надо сказать, что тезис о пользе эллинской словесности уже
становился темой отдельной лекции (Oratio de Litteris Graecis),
которую в 1446 г. прочитал Феодор Газа, преподававший тогда в
Феррарском университете". В период их общения в Риме или позд­
нее Халкокондил имел возможность познакомиться с доводами
1 Rhetores Graeci / Ed. СЬ. Walz. Stuttgart, 1832. Уоl. 1. Р. 63. 14-15.
2 Geanakoplos D.J. Interaction of the «Sibling» Byzantine and Westem Cultures
in the Middle Ages and Italian Renaissance (330-1600). New Науеп; L., 1976:
«quin stиdiа litterarum grecarum рlиrimиm frисtиs latinis in omni genere doctrine
afferant» (Р. 298.2-3); «nisi mаgnитfrисtиm inde posse, сареге sese existimassent»
(Р. 299 .1-2);� «ех hiis stиdiis frисtиm aliquis capere posset» (Р. 299.9); «qиаntит
etiam sиссi et frисtит in Ьас philosophia copiose ех aliis voluminibus grecis
capere( ... ) possent» (Р. 299.13-17); «velitis cunctis viribus his incumbere litteris
frисtитqие ех his iocundum аniтит alentem соnsеqиi» (Р. 299.25-27); «ргортег
spem frисtиs et иtilitаtis ех hiis habende пиl1иm laborem (".) vitare debetis»
(Р. 299.34-36); «qиаntитfrисtиs Ьес littere afferant» (Р. 300.22); «пес solum Ьипс
frисtит ех litteris grecis соnsеqиi posse» (Р. 302.16-17); «qиаntит frисtит (,..)
hаиrirе possent» (р. 302. 22-24); «frисtиm in отniЬиs scientiis поп mediocrem
afferre possint» (302.40-41). См. также: Поnовиn д. Паlдеiа и насле�е хеленске
културе у Инаугурационоj бесед и Димитриjа Халкондила // Зборник радова Ви­
зантолошког института. 2008. Т. XLV. С. 308-309.
3 Mohler L. Kardinal Bessarion als Theologe, Humanist und Staatsmann. Padeborn,
1942. Bd. 111. S. 253-259; Рязанов Л.А. Византийский ученый Феодор Газа
и его речь о пользе изучения греческой словесности / / Средние века. 2012.
Вып. 73 (3-4). С. 198-231.

218
Л.А. Рязанов
своего друга и наставника, тем более что некоторые из них совпа­
дали с его собственными аргументами.
Прежде всего, Халкокондил отметил, что, по общему мне­
нию, греческий гений создал и усовершенствовал практически
все науки и искусства, сами' названия которых были даны на
греческом языке. Когда римляне перенесли на латинскую поч­
ву свободные искусства и, следуя за их создателями, стали пре­
даваться ученым занятиям, то превзошли остальные народы во
всяком виде знания и военном деле. Но греки, утверждает Хал­
кокондил, не достигли бы в пору своего благоденствия вершины
учености, не овладей они в совершенстве своей словесностью,
которая становится, таким образом, ключом к постижению на­
учного знания. Ибо в ней «заложены, рассмотрены и тщательно
истолкованы основы и начала всех наук» - не только граммати­
ки, поэтики, ораторского искусства, но также истории, логики,
математики, медицины, астрологии, естественной философии и,
наконец, богословия. Круг дисциплин, которые приводит Халко­
кондил, в целом соответствует византийской системе общего об­
разования (ЭНКИКЛИОС педиа), за исключением медицины, дваж­
ды упомянутой в первой речи. Отсылка к врачебному искусству
была не случайна, так как его преподавание велось на факульте­
те искусств (Universitas Artistarum) Падуанского студиума. В то
же время среди наук, перечисленных Халкокондилом, мы видим
и другие дисциплины из учебного плана падуанского факультета
искусств - грамматику, риторику и диалектику (логику), мате­
матику и медицинскую астрологию, философию натуральную и
философию моральную".
Изучение греческой грамматики, продолжает Халкокондил,
дает полное понимание латинской, которая не только тесно свя­
зана с греческой, но и зависит от нее (dependere videtur). Рим­
ская поэзия и проза восходят к тому же эллинскому корню, о чем
свидетельствуют созданные римлянами поэтические произведе­
ния, исторические труды и речи. Они наполнены греческими сен­
тенциями и словами и говорят о глубоком знании разработанной
эллинами теории речевого искусства. Чтобы усилить воздействие
на гуманистические умы, Халкокондил настойчиво призывает сту­
дентов следовать примерам римлян, которые должны были вдох­
новлять далеких потомков на тяжелый, но благородный труд. Ибо
4 Bottaro F. Studium Paduanum е Ducale Dominium nellungo Quattrocento. Padova,
2010; Grendler PF. The Universities of the Italian Renaissance. Baltimore; L.,
2002. Р. 21-31.

Речи Димитрия Хапкокондила ...
219
многие из них, пишет он дальше, наряду с латинской освоили
еще и греческую словесность, причем настолько хорошо, что не­
ясно, какую они знали лучше. Среди известных мужей древнос­
ти, смело черпавших из источника эллинского красноречия, он
называет Цицерона, Брута, Фаворина и цитирует назидательные
стихи Горация.
Из первой речи следует, что Халкокондил делал упор на изу­
чение основ грамматики, поэзии и риторики, а Шедель подкреп­
ляет это свидетельством о разъяснении их учителем греческого
языка с помощью грамматического учебника «Еготешата» и сти­
хов Гесиода. Поэзия, особенно эпическая, имела важное воспита­
тельное значение, поскольку приобщала молодежь к нравствен­
ным и героическим идеалам, тогда как красноречие позволяло
найти этим идеалам практическое применение. Халкокондил был
не первым- (но скорее, одним из первых), кто привлек внимание
западных студентов к Гесиоду, в то время очень слабо известно­
му латинянам. Еще раньше греческий фрагмент из поэмы «Труды
и дни» (который мы также встречаем у Халкокондила) привел в
упомянутой выше лекции Феодор Газа6, хотя неясно, разбирал ли
он на своих занятиях в Ферраре поэзию Гесиода, как это сделал
его бывший ученик в Падуе. Практическая польза от изучения
греческой словесности, по мнению Халкокондила, состояла в
том, что она не только помогала проникнуть в тонкости латинско­
го языка, но и способствовала стилистическому украшению речи
(ornamentum orationis).
Дополнительные сведения о его грамматическом курсе можно
почерпнуть из рукописи, выполненной ученым в начале падуан­
ских занятий. Она содержит сокращенный вариант грамматики
Гварино Веронезе (<<Erotemata Guarini»), составленной на основе
учебника Хрисолора. Из рукописи видно, что Халкокондил по­
пытался создать более удобное и простое руководство для начи­
нающих обучение, сокращая, объединяя и изменяя различные
версии «Еготешага». За грамматикой следует антология текстов,
подтверждающих, что руководство было предназначено для пре­
подавания языка на начальном уровне: это Эзоп, «Батрахомио­
махия» и изложение догмата «О Св. Духе» Феодорита, епископа
Кирского. Кроме того, рукопись включает список парадигм не­
правильных глаголов, список количественных числительных и
5 Ср.: Geanakoplos D.J. ТЬе Career of the Byzantine Humanist Demetrius
Chalcondyles at Padua, Florence, and Milan // Idem. Interaction. Р. 242; 250.
6 Mohler L. Kardinal Bessarion. S. 258.

220
Л.А. Рязанов
анонимный компендиум «De verborum affectionibus»7. Таким об­
разом, ученый, который, по словам Шеделя, разъяснил студентам
«Еготегпата», опирался, прежде всего, на грамматику Гварино­
Хрисолора.
Далее в первой речи Халкокондил обратился к философии,
привлекая внимание аудитории к текстам Аристотеля. Падуан­
ский студиум слыл оплотом аверроизма. Под его влиянием на­
ходились местные преподаватели философии Гаэтано да Тьене
(t 1465) и Кристофоро да Реканати, академическая карьера кото­
рого началась в университете Падуи за несколько лет до приезда
византийца", Халкокондил подчеркивал, что сочинения Аристо­
теля переведены на латынь скверно и нелепо, поэтому те, кто тя­
готеет к «собственному источнику философии» (аверроизму или
томизму), должны овладеть этой словесностью, чтобы обращать­
ся к первоисточнику напрямую. Буквальные версии средневеко­
вых переводчиков с греческого и арабского языков были общим
объектом критики ренессансных эллинистов.
Халкокондил осознавал, что трудность предмета может от­
пугнуть от него многих из тех, кто прежде решился им овладеть.
Поэтому он стремился показать, что награда для усердных будет
намного выше затраченных усилий, и приводил в подтверждение
слова Гесиода: «на пути к добродетели боги предназначили про­
лить много пота». Причины, по которым люди отстраняются от
греческой словесности, суть следующие: праздность и лень; боль­
шие расстояния и опасности пути; сложность эллинского языка и
науки. В первом случае пренебрежение к греческим штудиям -
лишь следствие общего невежества и равнодушия к собственной
словесности, как и вообще к свободным искусствам. Такое не­
вежество, замечает Халкокондил, простительно варварам, одна­
ко не извиняет образованных людей. Во втором - автор зовет на
помощь древних римлян и греков, которые не боялись опасностей
и дальних путешествий ради совершенствования знаний, а рим­
ляне даже отправляли детей в образовательные поездки в Афины.
Но протяженность пути теперь не может считаться оправдани­
ем, так как латиняне получили возможность изучать греческую
7 Ркп. Jena, Thuring. Univ., Provisoria 0.25: Nuti Е. Reconsidering Renaissance
Greek Grammars through the Case ofChrysoloras' Erotemata // Greek, Roman, and
Byzantine Studies. 2012. Vol. 52. Р. 261-262.
8 De Ferrari А. Cristoforo da Recanati // Dizionario biografico degli Italiani. 1985.
Vol. 31; Nardi В. Saggi sull'aristotelismo padovano dal secolo XIV al XVI. Firenze,
[1958]. Vol. 1.

Речи Димитрия Халкокондила ...
221
словесность у себя дома. И, наконец, в третьем случае Халкокон­
дил объявляет, что этот предмет не настолько труден, как кажется,
и что любой желающий в скором времени может добиться боль­
ших успехов в изучении греческой словесности. Ведь последняя
так тесно связана с латинской, что «тот, кто знает одну, очень легко
постигает другую». В свою очередь сам лектор обещал «открыть
более короткий и лучший путь постижения этой словесности».
По его мнению, введение в Падуе преподавания греческого
языка и литературы способствует поддержанию чести универ­
ситета, его расширению и пользе (ad honorem amplificacionem
utilitamque). Вместе с тем назначение Халкокондила на долж­
ность преподавателя было невозможно без воли ректора и про­
фессоров, благожелательного отношения венецианских властей
и участия кардинала Виссариона, которому оратор выражает осо­
бую благодарность.
Следует отметить, что начало его занятий в Падуе происхо­
дило на фоне активных приготовлений венецианцев к войне с ос­
манами. В ноябре 1462 г. турки пытались овладеть венецианским
Навпактом (Лепанто), а в апреле следующего правитель Мореи
Иса Бег вырвал у республики св. Марка крепость Аргос. Хотя вой­
на казалась неизбежной, венецианцы колебались, и папа Пий 11,
провозгласивший крестовый поход еще в 1460 г., отправил к ним
своего полномочного посла кардинала Виссариона, горячего по­
борника новой военной кампании и освобождения Греции из рук
неверных. Папский легат прибыл в Венецию 22 июля 1463 г., и
после нескольких дней переговоров (в полночь на 28 число) сенат
официально объявил османам войну".
Халкокондил, находившийся в непосредственной близости от
места событий, не мог не сочувствовать предприятию, тем более
что организацией крестового похода занимался его покровитель
Виссарион Никейский. Поэтому в конце первой речи, написанной,
по всей видимости, не ранее июля, Халкокондил уверенно пере­
ходит к теме священной В9ЙНЫ против «нечестивых варваров»,
призывая венецианцев ради пользы всего христианства прийти
на помощь порабощенной и умоляющей о спасении Греции. Что­
бы оправдать грядущие жертвы, Халкокондил приводит весьма
примечательный довод. Он представляет турецкую кампанию как
своеобразную оплату долга перед Византией, которая некогда
9 Setton К.М. The Рарасу and the Levant, 1204-1571. Philadelphia, 1978. Vol. 11.
Р. 241-245; Медведев И.П. Уникальный архивный документ за подписью Вис­
сариона Никейского // Византийский временник. 1986. Т. 46. С. 157-163.

222
Л.А. Рязанов
истратила огромные силы и средства, освобождая Италию от гос­
подства остготов (в ходе готских войн Юстиниана I). Причем Хал­
кокондил ждал от латинян не только избавления родины от турок,
но и возрождения ее государственного состояния. Он говорил о
вечной благодарности ее спасителям, особенно венецианцам, ко­
торых она встретит так же, как праведники - Христа, сошедшего
за ними в преисподнюю, ссылаясь при этом на соответствующую
сцену в описании ада из «Божественной комедии» Данте.
Значение речей Халкокондила заключается в том, что они
представляют собой одну из первых дошедших до нас разверну­
тых аргументаций в пользу изучения греческого языка и литера­
туры. Его главная мысль вращается вокруг утверждения, что эл­
линская словесность лежит в основе всякого знания, в том числе
и у истока латинской словесности, а значит, становится ключе­
вым условием для полного понимания последней. Хотя эта мысль
не была оригинальна и, в конченом счете, восходила к извест­
ному высказыванию Квинтилиана из его «Наставлений оратору»
(I, 1, 12-14), итальянские эллинисты охотно использовали ее
в качестве отправной. точки своих рассуждений в защиту грече­
ской словесности'", Различные вариации этого положения заметны
10 Среди многих примеров: слова ученика Феодора Газы - Пудовика Карбоне на
смерть Гварино (1460): «nisi etiam graecos fontes hauriret, а quibus omnia nostra
fluxerunt» (Ludovicis Carbonis Ferrariensis Oratio habita in funere ( ... ) Guarinis
Veronensis // Мцйпег К. Reden und Briefe italienischer Humanisten. Wien, 1899.
Р. 92); речь Григория Тифернаса олитерагурных занятиях: «Nam, ut пес ego
eos probo, qui Latina omnia а Graecis deducunt, sic eos vitupero, qui nihil volunt
аЬ illis derivatum. ( ... ) Sed quidam, сит Graeca ignorent, ( ... ) dolent, insaniunt et,
ne quid sibi deesse videatur, illa tamquam поп necessaria damnant et insectantur»
(Ibid. Р. 182, 183); письмо Франческо Бар бар о к Якопо Фоскари: «Qui sine
Graecorum admixtione se plane in Latinis eruditum putet, is magno se in еггоге ver­
sari. ( ... ) Discat ехегпр[о maiorum, quorum nullum videmus aliquod dignum mе­
moria monumentum reliquisse, qui поп aeque Graeca tenuerit atque Latina» (Ibid.
Р. 208); трактат Баттисты Гварuно «De ordine docendi et studendi» (1459):
«hoc, inquam, clara voce praedico: neminem posse absque litterarum graecarum
scientia in hac versuum doctrina fundamenta et ( ... ) medullam penitus introspicere.
( ... ) еат поп modo utileln sed pernecessariam litteris nostris esse» (Gиаrinо Bat­
tista. La didattica del Greco е del Latino: De ordine docendi ас studendi е altri
scritti / А cura di L. Piacente. Bari, 2002. Р. 42); трактат Льеmро Лаоло Верд­
жерио «De ingenuis moribus ас liberalibus studiis» (1402): «Et est ео deventum
ut latinae quoque historiae et cognitionem et fidem а graecis auctoribus exigamus;
( ... ) ipsa graeca oratio, quae nostris maioribus esse quondam domestica ас per­
familiaris solebat» (Kallendorf С. W. Humanist Educational Treatises. Cambridge,
2002). См. также: Ciccolella Р. Donati Graeci: Learning Greek in the Renaissance.
Leide; Boston, 2008. Р. 130 etc.

Речи Димитрия Халкокондила ...
223
в речах Антонио Урчео Кодро, Сципиона Картеромаха и Пьетро
Бембо, которые старались более глубоко и детально показать со­
временникам полезность (utilitas) греческого языка и литературы
для всестороннего и гармоничного воспитания гуманиста.
Публикуемый ниже перевод речей выполнен нами с ла­
тинского языка по изданию: GeanakopZos D.J. Interaction of the
«Sibling» Byzantine and Westem Cultures in the Middle Ages and
Italian Renaissance (330-1600). New Haven; L., 1976. Р.296-304.
Он снабжен необходимым комментарием и сверен с английским
переводом издателя: Р. 254-264.
Две речи Димитрия Халкокондила
о греческой словесности
[Предисловие Хартмана Шеделя: Димитрий Афинянин был
тем греком, который публично разъяснил нам в Падуе сначала
Erothimata, затем Гесиода. Марсилио Фичино в предисловии к
платоновским трудам!' упоминает о том Димитрии в следующих
выражениях: «Чтобы ты не подумал случайно, друг-читатель, что
столь большой труд подготовлен неосновательно, знай, когда я
уже написал его, то, прежде чем издать, я обратился с этим трудом
к нескольким критикам: к Димитрию Афинянину, [искусному] в
философии и красноречии не меньше, чем другие из аттического
народа, Георгию Антонию и Джованни Баттисте, флорентийцам,
прекрасно знающим и латинский, и греческий языкиэ+"]
[Шедель: речь грека, известнейшего мужа, произнесенная в
его вступительной лекции в Падуе в год 1463. Предисловие]
Достопочтенный ректор, именитые доктора и другие просве­
щеннейшие мужи, хотя я не считаю, что могу произнести речь
об изучении греческой словесности, достойную как ее самой,
11 Supplementum ficinianum: Marsilii Ficini Florentini philosophi platonici opuscula
inedita et dispersa / Ed. но. Kristeller. Firenze, 1937. Vol. 11. Р. 105.
12 Джорджо Антонио (Giorgio Antonio Vespucci) (ок. 1434-1514), дядя знаме­
нитого путешественника Америго Веспуччи, библиофил, преподаватель
Флорентийского университета; был связан с Платоновской академией и
«братством Волхвов» (Compagnia dei Magi); Джовамбаттиста Буонинсеньи
(Giovambattista Buoninsegni) (1453-1512), флорентийский эллинист и го­
сударственный служащий, состоял в дружеских отношениях с Лоренцо де
Медичи, Полициано, Фичино и Джорджо Антонио Веспуччи. Далее в пре­
дисловии к читателю (ad Zectorem) Марсилио Фичино упоминает о помощи
и советах Анджело Полициано, Кристофоро Ландино и Бартоломео Скалы в
период подготовки Opera Omnia Platonis (lbid.).

224
Л.А. Рязанов
так и вашего слуха, не только по причине значительности самого
предмета, но и потому, что я малоопытен в такого рода вещах; и
несмотря на то, что я никоим образом не смог бы удовлетворить
вас, ученейших и наимудрейших мужей, своими заурядными спо­
собностями и скромной ученостью, я все-таки приступлю к этой
обязанности, как говорится, «с неловкой Минервой»!", чего, ви­
димо, требует новизна предмета и, главным образом, традиция
вступительных речей.
Вы же, люди высокообразованные и многомудрые, поскольку
привыкли вести себя во всем с большой человечностью и мягкос­
тью, быть может, вы пожелаете проявить такое же отношение и
ко мне, человеку новому и посредственно энаюшему латинскую
словесность, и выслушаете мою реч� с благосклонностью и весе­
лым настроением.
Итак, поскольку блистательной и прославленной властью
венецианцев по просьбе преподобнейшего моего господина кар­
динала, легата Святого Престола de [атеге!", и благодаря благо­
волению и поддержке достопочтенного ректора и выдающихся
ученых я был назначен читать публичные лекции по греческой
словесности, постольку мне и представляется уместным отме­
тить, сколько пользы, красоты и совершенства ее изучение при­
носит латинской словесности и насколько оно облегчило и про­
должает облегчать понимание последней. Кажется, что об этом
нужно рассказать подробнее.
[Шедель: Другое предисловие того же грека от следующего,
1464, года в Падуанеком университете:] k
Я считаю сегодняшний день и самым радостным, и пугаю­
щим одновременно. Радостным потому, что такое множество из­
вестнейших и ученейших мужей собралось почтить своим при­
сутствием мое выступление. Если оно хоть в какой-то мере будет
вам приятно и достойно вашего слуха, то я, конечно, не найду
для себя ничего более отрадного, ничего более милого и более
желанного. Пугающим же потому, что я собираюсь произнести
речь с такими заурядными способностями и скромной ученостью
и столь бедным и слабым моим красноречием перед людьми, пов­
семестно прославленными своими талантами и выделяющимися
13 «Pingui Minerva», Т.е. неумело, безыскусно, грубо.
14 В 1463 г. кардинал Виссарион прибыл в Венецию в качестве полномочного
посла папы Пия 11 (legatus de latere) для ведения переговоров о предстоящей
войне с турками. 15 мая того же года он был возведен в сан патриарха Конс­
тантинопольского.

Речи Димитрия Халкокондила ...
225
всяким видом мудрости, учености и элоквенции. Кто, даже будучи
красноречивым, даровитым и опытным, не терялся перед вашим
пристальным и мудрым взором, кто не трепетал и не колебался?
Но поскольку я замечаю ваши знания, человечность и мягкость
по отношению ко всем, я не сомневаюсь, что вы выкажете свою
благосклонность и радушие даже к человеку новому, неискушен­
ному и малоопытному в такого рода вещах и посредственно зна­
ющему латинскую словесность, даже если моя речь будет скуд­
ной и неподобающей как достоинству предмета, о котором очень
хочется что-нибудь сказать, так и мудрости.
}. Итак, поскольку блистательной и прославленной властью ве­
нецианцев по просьбе преподобнейшего моего господина карди­
нала и легата de latere, и благоволением, поддержкой, желанием
и согласием замечательного ректора и выдающихся ученых я был
назначен читать публичные лекции по греческой словесности,
постольку мне и представляется уместным отметить, сколько
пользы, красоты и совершенства изучение греческой словеснос­
ти приносит латинской и насколько оно облегчило и продолжает
облегчать понимание последней. Кажется, что об этом нужно рас­
сказать подробнее. Посему, достопочтенные и высокообразован­
ные мужи, я хотел бы привлечь ненадолго ваше внимание, и что­
бы вы пожелали выслушать мою речь по вашему обыкновению с
радушием и веселым настроением.
[Шедель: Отсюда начинается речь выдающегося грека, произ­
несенная во вступительной лекции в прославленном Падуанском
университете: ]
Я полагаю, ни для кого из Вас не секрет, что всякий вид сво­
бодных искусств латиняне восприняли от греков; известно также,
что греки были создателями всех этих искусств и сами названия
искусств были даны на греческом. В самом деле, позвольте 'мне
начать с самых незначительных вещей и самых первоначал грам­
матики, поэзии, ораторского искусства, а также истории, логи­
ки, математики, естественной философии, медицины и, наконец,
самого божественного знания. Какой человек, даже недостаточно
просвещенный, не ведает, что они [греки] были их изобретателя­
ми? Или что они улучшили и усовершенствовали, а после пере­
дали латинянам то, что позаимствовали у других полностью или
частично? Они настолько преуспели во всяком виде добродетели
и науки, что во времена своего благоденствия, как известно, ни­
кому ни в чем не уступали. Следуя за ними с великим усердием
вплоть до самых первоначал литературы, латиняне, как справед-
8 Заk. 288

226
Л.А. Рязанов
ливо полагают, превзошли другие народы как во всяком виде на­
уки, так и в военном деле. Поэтому, с тех пор как они воспри­
няли от греков занятия словесностью и все искусства и следуют
за самими создателями, никто не может отрицать, что изучение
греческой словесности приносит латинянам обильные плоды во
всяком виде науки.
Прежде всего я, конечно, затрону то, что имеет отношение
к грамматике. Поскольку латинская грамматика связана с гре­
ческой и, кажется, от нее зависит, может ли кто-нибудь думать
о достижении полного ее понимания, если не изучил греческой
словесности? И при этом он не сможет узнать ни образования
многих слов, ни их особых значений, ни склонения множества
существительных, ни количество слогов и, наконец, у него не бу­
дет желания говорить правильно и изящно, если он не вкусил
греческой словесности. На мой взгляд, не может считаться вер­
ным суждение, что некоторые латинские авторы уже сообщили
какие-то сведения об этих вещах, а посему не стоит и трудиться
над греческой словесностью. Но ведь и они говорят о послед­
ней таким образом, чтобы учащиеся имели о ней представление,
чтобы не были относительно нее в полном неведении. И о том,
что никоим образом не смогли бы изъясняться столь же совер­
шенно те из нихькоторые не зачерпнули в полной мере оттуда,
так сказать, из самого источника: как если бы некто, мучимый
жаждой, искал бы стоячую воду, а не источник или, испытывая
голод, предпочел бы десерт сытной пище. Равным образом, я
считаю необходимым сказать и о тех вещах, которые, кажется,
имеют отношение к поэтам, ораторскому искусству и всякому
виду речи, так как любой понимает, что ни поэма, ни прозаичес­
кое произведение не могут быть написаны без существительных,
правильного произношения, речевых фигур, стиля и предмета.
И поскольку оба искусства [т.е. поэзия и проза] были переданы
греками в богатстве и изобилии и усвоены латинянами с полно­
той и совершенством в их поэмах, речах и исторических трудах,
древние латинские авторы, как поэты, так ораторы и историки,
подкрепляют моемнение: каждый из них, определенно, был зна­
ком с греческой словесностью.
Поистине, многие из них почитали ее настолько сильно и
глубоко, что непонятно, знали ли они лучше греческую или ла­
тинскую словесность? Сообщается, что Марк Цицерон превос­
ходно говорил в Элладе по-гречески и сам признавался в своих
произведениях, что всегда соединял греческое с латинским ради

Речи Димитрия Халкокондила ...
227
собственной пользы+. И он не делал никакого различия между
знанием латыни и греческого языка, о чем вы можете знать гораз­
до лучше меня. Известно, что и Брут оставил потомкам письма,
написанные по-гречески с большим изяществом, очень вырази­
тельные и глубокомысленные'", Кроме того, латинянин Фаворин,
по сообщению Филострата в его книге жизнеописаний софистов,
был выдающимся оратором!", и многие другие, имена которых
долго перечислять, кажется, стали весьма сведущими в греческой
словесности. Из этого следует, что те ученейшие мужи не стали
бы прилагать такие усилия к этой словесности, если бы не счи­
тали, что могут тем самым принять великие 'плоды для себя, и
если бы не видели, что в той словесности находится великое под­
спорье и украшение (ornamento) для латинской иих собственных
трудов, как можно легко понять из сентенции Горация, крупней­
шего и превосходного поэта, который говорит о греках таким об­
разом: «Грекам талант даровала Муза, грекам идаризьясняться
изящно»!", И в другом месте, побуждаялатинян кэтим занятиям,
он советует: «Ныне труды образцовые треков денно листайте ру­
кою, листайте и нощно»!",
Что же сказать мне о самой философии? Если кто-то и не
может извлечь из этих занятий никакой иной выгоды, то таким
15 Cicero. De Officiis, 1.1: «ш ipse ad теат utilitatem semper сит Graecis Latina
coniunxi neque id in philosophia solum, sed etiam in dicendi exercitatione feci,
idem tibi censeo faciendum, ut раг sisin utriusque orationis facultate».
16 Марк Юний Брут (85-42 гг. до н.э.), отличался прекрасным знанием гречес­
кой философии, литературы и языка, на котором, по словам Плутарха, изъяс­
нялся по-лаконски кратко, как видно ·в некоторых его письмах (Рlиt. Brut. 2).
Наставником Брута был ритор Стаберий Эрот, вольноотпущенник из Сирии
(Sиеt. De gramm. 13), а товарищем греческий философ Арист, брат знаменито­
го Антиоха из Аскалона. В Афинах Брутзанимался с академиком Феомнестом
и перипатетиком Кратиппом (Р/и!. Ibid. 2, 24).
17 Флавий Филострат (ок. 170-247), греческий ритор, - представитель вто­
рой софистики, автор сочинения «Жизнеописания софистов» в двух кни­
гах: Рhilоstrаtиs. Vitae sophistarum // Philostratorum et Callistrati Орега / Rec.
А. Westermann. Р., 1878. Фаворин, ритор и философ времен императоров Ад­
риана и Антонина Пия, происходил из Арелата в Нарбонской Галлии, учился
в Массилии и Риме, но предпочитал писать и выступать на греческом языке.
По свидетельству Филострата, он был эллинизировавшимся галлом. В Риме
его речи вызывали удовольствие даже у тех, кто не понимал по-гречески, «ибо
он очаровывал их звучанием голоса и выражением глаз и ритмом речи» (Ibid.
1, 8. Р. 201).
18 Ноrаtiиs. De arte poetica. 323 sq: оге rotundo loqui, букв. «говорить округлым
ртом», т.е. полнозвучно, складно, с изяществом.
19 Ноrаtiиs. De arte poetica. 269 sq.

228
Л.А. Рязанов
людям, тяготеющим прежде всего к собственному источнику
философии, надлежит изучать эту словесность, чтобы получить
более полное и правильное понимание самих текстов Аристоте­
ля, которые были переведены на латинский достаточно скверно
и нелепо. Яэ не стану говорить о том, какую сладость и какие
плоды, заключенные в той философии, ОН,и могли бы в изобилии
получить из других греческих книг или насколько лучше и полнее
могли бы узнать от самих греческих авторов мысли и воззрения
других философов, которые они [латиняне] теперь, кажется, ви-
дят и под покровом темноты. 1,
Таким же образом я мог бы сказать о медицине, астрологии
и остальных искусствах, так как греки утверждают, что были
создателями их всех, и поскольку многое, как я полагаю, в тех
науках есть 'того," что .совсем не "просто постичь человеку, не
знающему эту словесность. А потому и вы, выдающиеся и про­
свещенные молодые люди, что отдают немало трудов совершен­
ствованию добродетелей и свободным искусствам, возжелайте
по примеру ваших древних авторов и по множеству причин
приложить все силы к этой словесности и получить от нее при­
ятный плод, питающий разум. Ибо если ваш разум станет реши­
тельным и более проворным, то вы, конечно, почувствуете, что
я дал вам правильный совет.
После того (если я не ошибаюсь) вы не пожалеете, что при­
ступили к этой словесности, но скорее будете досадовать, что
начали изучать ее с некоторым опозданием. Кроме того, у вас не
возникнет больших затруднений с ее изучением, как вы, навер­
няка, считали, поскольку она, кажется, имеет немалое сходство и
близость с латинской сл.овесностью. И даже если кто-то посчитал,
что она в какой-то мере тяжела для понимания, вы тем не менее
не должны избегать никакого труда или сложности из-за надежды
получить от нее плоды и пользу. В особенности подумайте над
тем, что без труда и сложностей нельзя приобрести ничего до­
стойного, как подтверждает и поэт Гесиод:
APETHL �Po)LATE плро 1tEbEV Е8аака tllV
JlEV Т! кпко tllC; пке tKllVtC; crVЕЛЕ8а2О.
20 Фрагмент искажен. В оригинале: tfi<; 8'dpEtll<; [8рсОта Оео! 1tp01tapOt8Ev
E81lKUV а8ауато! (Hesiodus. "Ерус кп] тlflEPUt. Loeb ed. 1: 289-290). Ошибка
в греческом тексте, сделанная, по всей видимости, самим Шеделем, говорит о
несовершенстве его познаний на момент копирования речей (т.е. в 1464 г. или
несколькими годами позднее).

Речи Димитрия Халкокондила ...
229
Эти строки можно перевести следующим образом: «на пути к
добродетели боги предназначили пролить много пота»!'. Но кто в
то же время способен признать за собой недостаток [трудолюбия]?
Собираясь с божьей помощью преподавать вам эту словесность,
хотя я и не считаю себя обладающим достаточной ученостью,
чтобы обучать вас более возвышенным и более трудным вещам,
все-таки я приложу все силы, чтобы разъяснить вам начала грам­
матики, поэтов и ораторов и открыть, насколько возможно, более
короткий и лучший путь постижения этой словесности. Наконец,
я обещаю, что ради вас приложу к ней весь свой труд и старание.
Вам остается направить свой разум к ее изучению и своим остро­
умием и чуткостью пробудить во мне большую страсть и рвение
к преподаванию. �. ,i tJ
Итак, я снова повторюсь, что преподавание [греческой сло­
весности] было введено в этом известном университете ради его
чести, расширения и пользы. Прежде всего, .мы - и вы и я - вме­
сте должны выразить огромную, безграничную благодарность
блистательной и прославленной власти венецианцев, благодаря
великодушию которой было легко удовлетворено прошение об
этой лектуре. Затем - преподобнейшему господину кардиналу и
патриарху Константинопольскому, легату Святого Престола de
latere и моему несравненному господину, который сразу принял
таковую волю университета, поскольку как человек ученейший
по части обоих языков и многомудрый он понимает, какие плоды
может принести, явить и произвести эта словесность. Без единой
задержки он не преминул испросить согласия у блистательпой
власти и тотчас получил его.
Ибо Господь Всемогущий всегда пребывает с ней, сохраняя
[Венецию] невредимой и благополучной как по причине и� [вене­
цианцев] набожности и благочестия, так и вследствие их благой
воли и духа, который они направляют против самых отвратитель­
ных, чудовищных и нечестивых варваров - турок - ради веры,
пользы всем христианам и для освобождения несчастной Греции.
Порабощенная и угнетаемая ими безжалостно, она плачет о по­
мощи, умоляя всех христиан, но больше всего латинян, у которых
просит об этом воздаянии. И так же как она сама истратила ради
них все свое ценнейшее и выдающееся достояние со щедростью
и без всякой бережливости, как своею силой "и доблестью оружия
21 Далее приводится латинская транслитерация искаженного текста: Aretis
drosathe apro peden ethaska tin men ti kako tis ike lKivu; sneletha.

230
Л.А. Рязанов
восстановила Италию, давно угнетенную готами, в [прежнем] по­
ложении, так и теперь пусть они [латиняне] возжелают поднять ее
из руин, низвергнутую и надломленную, и освободить оружием
из рук варваров. Ибо, вымолив себе с Божьей милостью и по­
мощью освобождение от неверных и возвращение прежнего по­
ложения, главным образом, у блистательной власти венецианцев
вследствие ее могущества и святейшей, благочестивейшей воли,
она будет вечно благодарить ее за такое бесконечное благодеяние
и решит, что та [Венеция] явилась именно для ее спасения, как и
те, что видели Христа сошедшим в преисподнюю для освобожде­
ния их от зла, как в «Аде» Данте+',
Я захотел представить все это вашему вниманию в силу своих
небольших познаний и способностей не для того, чтобы вас поу­
чать, и не потому, что вижу в вас недостаток этих знаний, но ради
соблюдения традиции вступительных речей подобного рода и что­
бы не казалось, что я пренебрег своим долгом - побуждать моло­
дых людей к этим занятиям. И хотя я не сделал ничего достойного
вас и ваших ожиданий, все же в силу своей человечности и устоев
будьте снисходительны ко мне - человеку, угнетенному разными
невзгодами и неудачами, да к тому же не достигшему достаточ­
ной учености: ведь даже если бы я оказался намного более уче­
ным и даровитым, то и тогда не считал бы, что когда-нибудь буду
способен удовлетворить таких людей! Я могу поблагодарить вас
за то, что столь мудрые и достойные мужи пожелали так радушно
и учтиво выслушать меня.
[Шедель: Конец первой речи выдающегося грека]
[Шедель: Вторая речь грека, произнесенная в начале занятий
в Падуе в год Господень 1464, десятый день ноября:]
Достопочтенный ректор, именитые доктора и другие прекрас­
ные мужи, я бы хотел обладать такими большими способностями
и ученостью, наряду с красноречием, чтобы суметь рассказать о
занятиях греческой словесностью что-нибудь им приличествую­
щее и по-настоящему достойное ваших ожиданий. Ибо я размыш­
лял над тем, как лучше объяснить достоинства и полезность тех
занятий и в известной мере удовлетворить вашу мудрость. Но пос­
кольку я вижу, что мои способности скромны, ученость слаба, а
красноречие очень скудно, то боюсь, что, витийствуя, я покажусь
невежественным таким почтеннейшим людям, как вы, наиболее
искушенным в этой области знания [т.е. элоквенции], и что скажу
22 Данте Алигьери. Божественная комедия (кАд». IV, 52-63).

Речи Димитрия Халкокондила ...
231
хуже, чем того требует случай. Но поскольку я наблюдаю, что вы
по своему обыкновению человечны и радушны по отношению ко
всем, кто здесь, как правило, держит речь, и что одаряете каждого
таким радушием, которого, кажется, требуют его таланты и спо­
собности, постольку и я благодаря вашей человечности, а не своим
познаниям решил сказать кое-что об этих занятиях особенно пото­
му, что мне надлежит следовать уже долгое время соблюдаемой и
одобренной традиции вступительных речей.
Итак, начиная отсюда, я скажу, что занятия греческой словес­
ностью, по моему мнению, принесли большую пользу и украше­
ние (ornamento) в особенности человеческому роду и что всякий,
кто так или иначе вкусил словесных наук, знает об этом. Ибо на­
сколько грубым и насколько несведущим в свободных искусствах
оказался бы тот, кто не ведал, что каждый вид знания более всего
процветал и совершенствовался у греков, которые были создате­
лями и усовершителями почти всех наук? И любой может с легко­
стью заметить, насколько все народы земли ценят их и какое ока­
зывают им почтение! Греки, если бы они не были искусны в этой
словесности, никогда (если я не ошибаюсь) не смогли бы достичь
вершины знаний, ибо в этой словесности заложены, рассмотрены
и тщательно истолкованы основы и начала всех наук.
Чем больше люди становились учеными и искушенными в
этих науках, тем более горячим было их стремление к этой сло­
весности, о чем открыто свидетельствуют сами римляне, кото­
рые в прежние времена, пожалуй, были не менее прославлены
в свободных искусствах, чем в военном деле. Ибо почти все они
понимали греческий не хуже собственного языка и предпочитали
выражать состояние души, смысл и природу вещей скорее гре­
ческими понятиями, нежели соответствующими им латинскими.
Ведь никто из тех, кто внимателен, по моему мнению, не усом­
нился бы, что книги почти всех достойнейших авторов наполне­
ны греческими изречениями и сентенциями; они не только по­
няли, что могут получить плоды от греческой словесности, но и
достичь через нее более полного понимания собственного языка,
поскольку каждый из них знал, что латинское красноречие вело
происхождение от греческого, которое как будто было его роди­
телем. Что же сказать мне о мужах, освоивших любое умение,
каждый из которых хотел бы создать что-нибудь в своей обла­
сти и произвести на свет? Сколько плодов и сколько благ они
могли бы получить из греческих источников, как провозглашает
божественный Цицерон!

232
Л.А. Рязанов
И хотя каждый мог бы перебирать это в памяти, да и перед на­
шими глазами стоят достойнейшие примеры тех древних извест­
ных людей, я не могу быть удовлетворен в полной мере нынеш­
ним положением дел. Почему же так много тех, кто отгородился
такой праздностью и такой ленью, что всецело пренебрегает за­
нятиями этой словесностью?! Ведь если так поступа�и несведу­
щие и неискушенные в хорошей словесности, если не находили
удовольствия в свободных искусствах или не желали возвеличить
свой талант, то это не кажется особенно удивительным, ибо такого
рода люди совсем не любят предаваться занятиям словесностью,
как и любым ученым занятиям (studia) вообще, которые кажутся
им большим бременем. В то же время они не питают к ним не­
приязни подобно тому, как страдающие расстройством рассудка
желают совета опытных врачей или даже кого-то другого ради
своего выздоровления. Но когда я вижу образованных и ученых
людей, не делающих этого, то прихожу в величайшее изумление.
Ибо, во имя бессмертных богов, эта словесность может принести
и знание, и боле� полную и, несомненно, более основательную
завершенность [образования], и немалые плоды во всех науках.
Прибавьте к этому украшение (ornamentum) и богатство во мно­
гих вещах, а также исторических изысканиях.
Что же заставляет отстранятъся от этих занятий? Труд ли,
1.' f
сложность ли предмета или огромные расстояния? Разумеется. Но
желание избежать какого-либо блага и добродетели по таким при­
чинам - это позор для мужей, наделенных доблестью и опытом. И
побуждатьнас к этим 'занятиям должно если уж не чем-то иным,
то примерами тех древних и известнейших мужей, перечислен­
ных мною, как латинян, так и греков, которые ради образования,
не страшась ни труда, ни опасности, объехали почти весь мир.
К тому же римляне, которые были хозяевами на земле и на
море и обучались в школах, существующих у них дома, почти
всем наукам, в то же время имели обыкновение отправлять сво­
их детей в Афины. А вы, которым не нужно переносить тяжелый
труд и долгое путешествие ради этих занятий, вы все еще сто­
ронитесь их и не решаетесь за них взяться? Варварам, неиску­
шенным во всех хороших искусствах, варварам! - говорю - эта
праздность, эта леность могут быть простительны. Я не хотел бы,
чтобы сказанное мною звучало высокомерно или вы думали, что
я говорю только от себя самого. Ведь я не претендую на такие
полномочия и не настолько надменен, чтобы не понять свою не­
значительность. Но я сказал это с целью показать, что те древ­
ние и почти божественные мужи не избегали никакого труда, ни

Речи Димитрия Халкокондила ...
2ЗЗ
огромных расстояний ради добродетели. Мы, кажется, настолько
отличаемся от них, что подчас отклоняем и презираем находя­
щееся в непосредственной близости от нас, тогда как они всеми
силами стремились достичь того, что располагалось и обреталось
вдали от их родных мест.
'Кроме того, сей предмет не настолько труден, чтобы любой
желающий поднатореть в этой словесности не смог добиться
многого в скором времени. Ведь она имеет такое согласие и та­
кую, я бы сказал, неразрывную связь с латинской, что тот, кто
знает одну, очень легко постигает другую, о чем нам также извес­
тно благодаря богатому опыту. Ибо когда эту словесность желали
изучать некоторые иноземцы, которые кажутся более чуждыми
по отношению к ней, то они очень быстро достигали в том нема­
лых успехов.
Вот поэтому и вы, молодые люди, находящиеся в полном
расцвете сил, наиболее благоприятном для вашего обучения,
устремляющиеся с пылом к каждой области познания, дерзай­
те! - сочетайте эти штудии с другими вашими занятиями, старай­
тесь походить в этом на своих предков и с готовностью примите
плоды, предлагаемые этой словесностью.
В свою очередь, вы всегда найдете меня преподающим ее и
готовым незамедлительно помочь, когда вам будет угодно. И ка­
кими бы ни были мое скромное дарование (ingeniolum), знание
той словесности и, наконец, все те внутренние силы, которые я
собираюсь потратить с превеликой охотой, будьте уверены - на
этих занятиях я обучу вас словесности и возможно, что в скором
времени вы приобретете глубокое понимание ее. Я всеми сила­
ми воздам и отблагодарю за ту милость, которую мне даровал
этот прославленный университет своим согласием и просьбой об
этой лектуре, полученной мною благодаря посредничеству моего
светлейшего господина, несравненного и наимудрейшего карди­
нала Никейского от блистательной и величественной власти ве­
нецианцев. Я приношу благодарность, не которую должен, а на
какую способен, тебе, достопочтенный и высокообразованный
ректор - я всегда буду тебе признателен, покоренный твоими ис­
ключительными достоинствами и твоей выдающейся ученостью;
и вам, наимудрейшие доктора; и остальным за радушие и участие
в получении мною этой лектуры - всем вам, наделенным досто­
инством и ученосты?' ибо вы соизволили выслушать меня столь
радушно и столь терпеливо.
Конец

234
Л.А. Рязанов
[Заключение Хартмана Шеделя: Здесь благополучно заканчи­
ваются речи известнейшего грека, моего учителя в Падуанском
университете, которые были очень изящно зачитаны вслух в на­
чале его курса. Я, Хартман Шедель из Нюрнберга, падуанский
доктор искусств и медицины, переписал их в начале занятий по
рукописи (de таnu) упомянутого грека, пока он учил началам гре­
ческой словесности. Хвала Господу!]
БИБЛИОГРАФИЯ
Медведев И.Л. Уникальный архивный документ за подписью Вис­
сариона Никейского // Византийский временник. 1986. Т.46. С. 157-
163.
Поповий д. Пологих и наслеве хеленске културе у Инаугурационо]
бесед и Димитриjа Халкондила // Зборник радова Византолошког инсти­
тута. 2008. Т. XLV. С. 301-312.
Рязанов Л.А. Византийский ученый Феодор Газа и его речь о пользе
изучения греческой словесности // Средние века. 2012. Вып. 73 (3-4).
С.198-231.
Bottaro Р. Studium Paduanum е Ducale Dominium пеl lungo
Quattrocento. Padova, 2010.
Ciccolella Р. Donati Graeci: Learning Greek in the Renaissance. Leiden;
Boston, 2008.
De F errari А. Cristoforo da Recanati / / Dizionario biografico degli
Italiani. 1985. Уоl. 31.
Оеапакорюя D.J. ТЬе Career of the Byzantine Humanist Demetrius
Chalcondyles at Padua, Florence, and Milan / / Idem. Interaction of the
«Sibling» Byzantine and Western Cultures in the Middle Ages and Italian
Renaissance (330-1600). New Haven; L., 1976. Р. 231-264.
Grendler РР. The Universities of the Italian Renaissance. Baltimore;
L.,2002.
Guarino Battista. La didattica del Greco е del Latino: De ordine docendi
ас studendi е altri scritti / А cura di L. Piacente. Bari, 2002.
Kallendorf С. W Humanist Educational Treatises. Cambridge, 2002.
Mohler L. Kardinal Bessarion als Theologe, Humanist und Staatsmann.
Padeborn, 1942. Bd. 111.
Mullner К. Reden und Briefe italienischer Humanisten. Wien, 1899.
Nardi В. Saggi sull'aristotelismo padovano dal secolo XIV аl XVI.
Firenze, [1958]. Уоl. 1.
Nuti Е. Reconsidering Renaissance Greek Grammars through the Case
of Chrysoloras' Erotemata // Greek, Roman, and Byzantine Studies. 2012.
Уоl. 52. Р. 240-268.
Philostratorum е! Callistrati Opera / Rec. А. Westermann. Р., 1878.

Речи Димитрия Халкокондила. ..
235
Rhetores Graeci / Ed. Ch. Walz. Stuttgart, 1832. Vol. 1.
Setton К.М. The Рарасу and the Levant, 1204-1571. Philadelphia, 1978.
Vol.II.
Supplementum ficinianum: Marsilii Ficini Florentini philosophi
platonici opuscula inedita et dispersa / Ed. Р. о. Kristeller. Firenze, 1937.
Vol.II.

АНГЛОСАКСОНСКИЕ ШТУДИИ
Т, ,1,
УДК 94(420).01: :=111 '01 =03.161.1
МВ. Яценко
ПОЭТИЧЕСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ НАРОДА
В АНГЛОСАКСОНСКОЙ
БИБЛЕЙСКОЙ ПАРАФРАЗЕ «ИСХОД»
НА МАТЕРИАЛЕ АНАЛИЗА ГЛАВ II - IV
ПОЭМЫ «исход»:
в статье рассматриваются основные принципы поэтического осмысления об­
раза народа в англосаксонской библейской парафразе «Исход». Исследуемый
материал дает возможность соотнесения Священной истории «народа израиль­
ского» с представлениями о собственном историческом прошлом англосаксов.
Ключевые слова: образ народа, библейская парафраза, древнеанглийская поэма
«Исход», «Церковная история народа англов» Беды Достопочтенного, религиоз­
ный эпос, поэтические переложения Священной истории, «поэмы Кэдмона»,
Древнеанглийская поэма «Исход» представляет собой уни­
кальный памятник религиозного эпоса, который сочетает древнюю
германскую героическую традицию с общим для средневековой
литературы «историческим воображениемэг', призванным осмыс­
лить всю человеческую историю сквозь призму христианской идеи
боговоплощения. В «Исходе» некоторые древние модели постро­
ения эпического текста «адаптировались» к изложению событий
Священной истории. Библейские события достаточно «мирной»
по содержанию книги «Исход» в древне английской поэме обре­
тают неповторимый германский колорит: конфликт между бого­
избранным и богопротивным народами осмысливается с позиций
германского героического мира и представляется в виде битвы.
Появление древнеанглийских переложений Библии связы­
вают с полулегендарной личностью поэта Кэдмона, о котором
1 Исследование подготовлено при поддержке РГНФ. Проект 13-34-01226.
2 Термин «историческое воображение» (Historical Imagination) разрабатыва­
ется применительно к средневековой английской историографии в работе:
Hanning R. W The Vision of History in Early Britain: From Gildas to Geoffrey of
Monmouth. N.Y.; L., 1966. Р. 1-43.

Поэтическое осмысление народа ...
237
мы (узнаем из «Церковной истории народа англов» Беды До­
стопочтенного '. В рассказе Беды акцентируется внимание .на
божественности дара, полученного Кэдмоном в чудесном, сне.
Возможно, что 'его сочинения во многом наследовали общегер­
манскую традицию устного сказительства", но, поскольку Бе­
дой такие песни осмысливались как праздные инедостойные
упоминания", об их содержании нам остается только догады­
ваться. Все дошедшие 1дО нас произведения древнеанглийс­
кой поэзии испытали в той или иной мере влияние христиан­
ства. К самым ранним из них относят именно песни Кэдмона
(ум. 670-680 гг.).
Беда достаточно точно очерчивает круг тем, на которые Кэд­
мон слагал стихи: «Он пел о сотворении мира, о происхождении
человеческого рода и всего бытия" об исходе Израиля из Египта
и пути его-в обетованную землю и о многих других историях,
взятых из святых писанийв". Упоминание сюжетов ветхозаветных
книг «Бытие» и «Исход» в рассказе Беды может свидетельствовать
о том, что некий первоначальный вариант поэмы «Исход» был,
вероятно, сложен уже самим Кэдмоном. Однако бытовал он, ско­
рее всего, в устной форме. Этому же фрагменту из рассказа Беды
мы обязаны тем, что целая рукопись - «Кодекс Юниуса»? (Oxford,
Bodlean, Junius XI) получила название «Кодекс Кэдмона», В ней
сохранились поэтические переложения Библии, которые первона­
чально приписывались легендарному поэту: три парафразы вет­
�озаве�;ных.книг (<<Бытие» или «Генезис», «Исход» и «Даниил») и
поэма �a апокрифический сюжет (кХристос и сатана»), Записаны
они были не позднее 1009 года" и, очевидно, испытали значитель-
3 Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов / пер. с лат., вступ.
ст., коммент. В.В. Эрлихмана. СПб., 2001. С. 140-142.
4 Сторонники «формульной теории» настаивают на связи дошедших до нас
текстов древнеанглийской поэзии с устным принципом сочинения. Так,
Ф .П. Мэгун I доказывает, что Гимн Кэдмона представляет собой сплошь фор­
с, мульный текст, отдельные фразы из которого Кэдмон мог слышать на пиру
(Magoun РР. Jr. Bede's Story of Credmon: the Case History of an Anglo-Saxon
Oral singer// Speculum. 1955. Уоl. 30. Р.49-63).
5 Такого мнения придерживается ряд ученых, в том числе О.А. Смирницкая:
Смирницкая О.А. Два предания о первых поэтах: Кэдмон и Браги // Смирниц­
кая О.А. Избранные статьи по германской филологии. М., 2008. С. 328.
6 Беда Достопочтенный. Указ. соч. С. 142.
7 Рукопись названа по имени ее первого издателя - Фр. Юниуса.
8 Точная датировка представляет определенную сложность и варьируется между
930 и 1000 гг. См.: Lockett L. Ап integrated re-examination ofthe dating ofOxford,
Bodleian Library, Junius 11 / / Anglo-Saxon England. Cambridge, 2002. Vol. 31.
Р. 141-173.

238
МВ. Яценко
ное влияние поздних переписчиков или компиляторов", что было
традиционно для «неосознанного авторства»!",
Само появление легендарного или полулегендарного имени
поэта-сказителя продолжало библейскую традицию архаического
авторства 11, В рамках которого важен был не конкретный чело­
век - создатель того или иного текста, но тот авторитет, который
ему делегировала определенная культурно-историческая группа.
В случае с Кэдмоном это был авторитет английской монастырской
общины. После чудесного сна Кэдмон, получив одобрение ученых
мужей монастыря, начал под их руководством слагать стихи на
библейские сюжеты и вскоре принял постриг. Беда пишет, что его
сочинения способствовали обращению «многих людей к любви и
добродеянию»!", но неизвестно, каким именно образом. Ученые
не считают, что проповедничество в то время было основным
занятием простого монаха 13 (каким был Кэдмон). Дошедшие до
нас кодексы древнеанглийской поэзии создавались для чтения
вслух!", но мы.не располагаем историческими свидетельствами о
таком исполнении поэм-переложениЙ.
Поэтические переложения Библии являлись продолжением
собственной эпической традиции, которая была осмыслена в
христианском контексте. Многие книги Библии также относят к
эпосу, но религиозному. с.с. Аверинцев пишет о том, что библей­
ский эпос - « ... это воинский эпос - но особый, который только
и возможен ВНУ,:ТРИ Библии. Для самоцельного любования герои­
ческим подвигом как таковым места не остается, все подчинено
цели, каждый подвиг творится "во имя", и это "во имя" (во имя
Яхве, во имя его предначертаний и обетований) оказывается в
Библии несравненно важнее пластической эстетики личного ге­
роизмаэ '". В «Исходе» во многом проявлено именно любование
9 Предполагают, что кодекс этот был создан значительно позже сочинения ос­
новных его текстов, поскольку три первые поэмы, которые традиционно рас­
сматривают как произведения разных авторов, были записаны одной рукой
(Ang1o-Saxon Poetic Records. А collective Edition. Уо1. 1: ТЬе Junius Manuscript /
Ed. G. Р. Krapp. L., N.Y., 1931. Р. XI).
10 Стеблин-Каменекий МИ. Мир саги. Л., 1971. С. 17.
11 Аверинцев С.С. Авторство и авторитет // Историческая поэтика: Литератур-
ные эпохи и типы художественного сознания. М., 1994. С. 105-125.
12 Беда Достопочтенный. Указ. соч. С. 142.
13 Blair J. ТЬе Church in Ang1o-Saxon Society. Oxford, 2005. Р. 163-164.
14 О 'Brien О 'Keeffe К. Visible Song. Transitiona1 Literacy in 01d Eng1ish Verse.
(Cambridge Studies in Ang1o-Saxon Eng1and 4.) Cambridge, N.Y., etc., 1990.
15 Аверинцев С.С. Древнееврейская литература // История всемирной литерату­
ры: в 8 т. М., 1983. Т. 1. С. 283.

Поэтическое осмысление народа ...
239
героической силой воинов (главы II-IV большей частью посвя­
щены описанию приготовления воинов). Но, в отличие от мно­
гих других древнеанглийских поэм (от «Беовульфа», например),
в центре повествования в «Исходе» оказывается именно народ
как некая историческая (прежде всего воинская) общность. При
сокращении упоминаний о Боге в поэме все же очевидно Его
(пусть не решающее, но значимое) участие в судьбах народов.
Как пишет Н.Ю. Гвоздецкая, «"Слово Кэдмона" направлено не на
разграничение и противопоставление героического и христиан­
ского смыслов, а на возможно более гармоническое наложение их
друг на друга»!". Причем противостояние народов (египетского
и израильского) осмысливается сквозь призму своей истории как
противостояние язычества и христианства. Отходя в некоторых
аспектах от конкретно-исторического смысла ветхозаветной ис­
тории, поэт сосредоточивается на ее аллегорическом значении.
При этом в центре повествования оказывается народ, воинство,
«дружина Господня»!", что может быть связано как с христиан­
ским представлением о жизни как о борьбе с темными силами,
так и со спецификой образного мира древнеанглийской поэзии, в
которой основные действующие лица - всегда воины (даже жен­
щины, например царица Елена). Примечательно, что в парафразе
книги «Исход» Авита, епископа Венского (У век), «О переходе
через Красное море» (De Transitu Maris Rubri18) также говорится
о противостоянии двух воинств. Но в поэме Авита израильские
воины охраняют своих соплеменников, тогда как в древнеанг­
лийской поэме участвуют только воины, часть которых не могут
воевать из-за возраста.
Проблема народа как общности к моменту создания поэмы
«Исход» была уже достаточно полно выражена в рамках церков­
ной историографии. Так, в центре внимания Беды Достопочтен­
ного в «Церковной истории народа англов» - процесс становления
«народа англов» как единой религиозной общности. В этом про-
16 Гвоздецкая Н.Ю. Поэтическое творчество и поэтический язык Древней Ан­
глии // Гвоздецкая Н.Ю., Полякова Е.А., Вишневский А.В., Пастухова Е.Н.,
Шилова Е.А. Мир и человек в древнеанглийском поэтическом языке и тексте:
опыт лингвокультурологического анализа: К 65-летию доктора филологичес­
ких наук Н.Ю. ГвоздецкоЙ. Иваново, 2013. С. 32.
17 Так называется и глава монографии Е.А. Мельниковой, посвященная древне­
английскому библейскому эпосу (Мельникова Е.А. Меч и лира: Англосаксонс­
кое общество в истории и эпосе. М., 1987).
18 Alcimi Ecdicii Aviti Viennensis Episcopi Opera // Monumenta Germaniae
Historica / Ed. R. Peiper. В., 1883.

240
МВ. Яценко
изведении «отдельные племена ... расселенные -во враждующих
королевствах, изображались Бедой в качестве единого "народа"
по аналогии с библейскими "народами"» 19. Ученые расходятся
во мнении о том, можно-ли говорить О становлении англосаксон­
ских королевств как социально-политических общностей к мо­
менту создания этого выдающегося историографического сочи­
нения-". V-;-IX века ознаменовались противостоянием англских,
саксонских, пиктских и скоттских королевств и племен, борьбой
за политическое главенство, сопряженной с двусторонней хрис­
тианизацией (наличие древней, ирландской, и более новой, римс­
кой, традиций). Беда оценивал изображаемые им народы с точки
зрения их верности христианству. В «Исходе» мы сталкиваемся с
очень похожим противостоянием двух народов, которое не столь
явно за счет того, что, как пишет Е.А. Мельникова, в поэмах на
библейские сюжеты «происходит как бы распространение герои­
ческого конфликта из физической сферы в духовную»?'. Не слу­
чайным прецставляется интерес в поэме «Исход» к ветхо?аветно­
му сюжету о спасении народа и чудесном морском путешествии
в контексте представлений англосаксов VII-X вв. о собственном
прошлом: они переселились именно морским путем на остров с
континента как военные наемники.
В приводимом нами отрывке поэмы «Исход» (главы II-IV)
оба народа (египтяне и израильтяне) описываются как отважные
воины, которые готовятся вступить в бой. Некоторое «смешение»
в описании двух станов про слеживается на уровне употребле­
ния отдельных лексем и поэтических формул. Различные наиме­
нования народа-воинства (folc, fyrd, dugoo, суп и пр.) могут от­
носиться как к египтянам, так и к израильтянам, что не вполне
типично для англосаксонского поэтического языка, для которого
19 Wormald Р. Bede, Bretwa1das and the Origins of the Gens Ang1orum: Idea1 and
Rea1ity in Frankish and Ang1o-Saxon Society: Studies presented to Wallace­
Hadrill / Ed. Р. Worma1d, D. Bullough, R. Collins. Oxford, 1983. Р.99-129.
Цит. по: Зверева В.В. «Новое солнце на Западе»: Беда Достопочтенный и его
время. СПб., 2008. С. 147.
20 Высказываются как предположения о том, что государственность у англосак­
сов возникла уже в У-У! вв. (Chaney W.A. The Cu1t ofKingship in Ang1o-Saxon
Eng1and: The Transition from Paganism to Christianity. Berke1ey, 1970. Р. 7-42),
так и о том, что до Х в. англосаксонские королевства были лишь родопле­
менными объединениями (КеmЫе J.M The Saxons in Eng1and: А History ofthe
Eng1ish Commonwea1th till the Period ofthe Norman Conquest. L., 1849. Уо1. 2.
Р. 41-45). Последнее предположение поддерживается в работе: Зверева В.В.
Указ. соч.
21 Мельникова Е.А. Меч и лира. С. 145.

Поэтическое осмысление народа ...
241
была характерна селекция синонимов. Поэт рассказывает о том,
что оба народа отобрали строго определенное количество воинов:
египтяне - две тысячи конунгов+ (184), израильтяне - по десять
сотен воинов в каждой из пятидесяти групп, от каждого колена+
(227-232). Оба стана описываются при помощи сходных выраже­
ний, подчеркивающих их благородство.
Наиболее ярким случаем явного противопоставления егип­
тян и израильтян оказывается эпизод, посвященный описанию
облачного покрова. Здесь израильтяне называются «моряками»
(sremen), а их противники - «землежителями» (еогбоцепое). Поэт
отходит от ветхозаветного текста, но следует патристической тра­
диции": облачный столп сравнивается с покровом, который защи­
щает людей от солнца (подобный образ появляется в тексте псал­
ма (Пс. 104:39) и в Книге Премудрости Соломона (Прем. 18:3,
19:7)), а также с парусом, который указывает путь. Корабль (один
из самых ранних христианских символов) мог означать человечес­
кую жизнь, которая представляет собой странствие по «бурному
морю», а также Церковь Христову'", Без упоминания корабля, как
и без рассказа о морском путешествии, не обходится практичес­
ки ни одно произведение древнеанглийской поэзии. В «Исходе»
находим подробное описание образа корабля-Церкви: упомина­
ются мачта/", парус и оснастка корабля, которых не могут видеть
22 Каждый из конунгов должен был выбрать способных к битве воинов: общее
их число, по подсчетам ученых, могло варьироваться от 200 тыс. до 2 млн, что
не имеет подтверждений в Библии.
23 Это соответствует их численности в Библии - 600 тыс. (Исх. 12:37).
24 « ... Народу, идущему по пустыне, столп огненный указывал путь ночью и
столп облачный - днем. Ибо в огне страх, а в облаке - мягкое и утешитель­
ное видение, при этом день - это жизнь праведника, а ночь понимается как
жизнь грешника. Поэтому и обращенным грешникам Павел говорит: Вы были
некогда тьма, а теперь - свет в Господе (Еф. 5:8) .... ибо Всемогущий Бог
явится милостивым для праведных и страшным для неправедных» (Григорий
Великий. Сорок Гомилий на Евангелия / / Библейские комментарии отцов Цер­
кви и других авторов I-VIII веков: Ветхий Завет. Том 111: Книги Исход, Левит,
Числа, Второзаконие / пер. сангл., греч., лат., сир; под ред. Д.Т. Линдхарда /
русское издание под ред. Н.А. Кульковой, с.с. Козина. Тверь, 2010. с. 97).
25 Как пишет А.С. Уваров (Уваров А.С. Христианская символика. Часть 1: Сим­
волика древнехристианского периода. М.; СПб., 2001. С. 195-201), корабль,
представлявший у язычников символ конца земного пути, был понят хрис­
тианами как символ вечной жизни, а позднее в произведениях христианских
писателей стал сравниваться с Церковью.
26 Мачта (в «Исходе» - seglrod (83)), как и орудия ремесленников и землепаш­
цев, а также внешний облик человека Св. Иустином и Тертуллианом символи­
чески связывались с Крестом (см. об этом: Уваров А.С. Указ. соч. С. 196).

242
МВ. Яценко
«зсмлежители», «мореходы» же следуют за кораблем (80-85). Это
символизирует спасение для одних и смерть для других.
В данном эпизоде не упоминаются этнонимы народов, можно
предположить, что именно израильтяне названы здесь «морехода­
ми». Интересна и сама возможность такого наименования в той
части поэмы, где речь идет еще только о пути по пустыне. Видимо,
называние израильтян мореходами является продолжением алле­
гории корабля-Церкви. Развитие морских образов видим и далее:
израильтяне идут «путем к воде» или, скорее - «водным/ водя­
нистым путем» (flodweg - а flood way, watery way, the sea27 (106)).
Поэт, видимо, стремится связать путь израильтян по пустыне с та­
инством крещения, которое означает в том числе и переход в народ
христианский. В «злоупотреблении» морскими' образами иссле­
дователи видят и аллюзию на собственное героическое прошлое
англосаксов, прибывших именно морским путем в Британию.
Кроме «мореходов» и «землежителей» в поэме появляются
и реально-исторические наименования (такие, как dugoo Isreala,
Egypta folc), а также наименования, созданные автором для
обозначения мало знакомых англосаксам народов. Так, эфио­
пы называются Sigelwara - досл. - «жители солнечной земли».
При описании пути из Египта возникают «воинственные жите­
ли приграничных земель» - Оцбтпугсе (59) или «war-negroes»28.
Отметим, что приграничной землей на территории Британии на­
зывалась Мерсия (Mierce), однако для историков остается загад­
кой генезис этого топонима". Не менее интересными этнонима­
ми в поэме оказываются и наименования с корнем inc(g)e-. Но
остановимся сначала на ключевых наименованиях израильтян
и египтян.
В «Исходе» богоизбранный народ называется только при
помощи слова Israhela (при фактически полном отсутствии на­
именований с корнем Ebrea30). В поэме «Елена» «выражение "род
27 Здесь значения приводятся по словарю Bosworth J., Toller т.N. An Anglo-Saxon
Dictionary based оп the Manuscript Collection of J. Bosworth / Ed. and enlarged
T.N. То ller. Oxford, 1882-1898 (Neudruck, 1964; Supplement, 1955).
28 См. об этом: Irving Е.В. Jr. Notes // 01d English Exodus / Ed. Edward Irving. New
Haven, 1953. Р. 71.
29 О проблеме выявления генезиса этого наименования говорится в рабо­
те: Simms- Williams Р. Religion and Literature in Western England, 600-800.
(Cambridge Studies of Anglo-Saxon England, 3.) Cambridge, 2005. Р. 16-17, со
ссылкой на ряд работ.
30 Для сравнения: в поэме «Даниил» преобладают указания на евреев в виде эт­
нонимов с корнем ebrea.

Поэтическое осмысление народа ...
243
израильтян" (Israela reoelu) получает не этническую, а религиоз­
ную окраску»!'. Следуя той же традиции, автор «Исхода» подра­
зумевает, что «в народе израильском изображен народ христиан­
скийэ-", о котором он повествует.
Противостоящим израильтянам народом в «Исходе» оказы­
ваются египтяне. Само их. наименование связано с местом оби­
тания - Египтом, которое не упоминается. Появляется лишь эт­
нонимом египтян - Egypte. Если верно, что для средневекового
сознания тот или иной локус имел значение только как место оби­
тания определенных сил (народов или чудовищ+'), то В «Исходе»
важным оказывается не само географическое место, но именно
некие силы (народ египтян), на нем обитающие, и несчастья, с
ним связанные. Смешение Египта, фараона и египтян во многом
повторяет патристическую традицию их осмысления в целом как
богопротивных сил. В «Исходе» египтяне осмыслены как язычни­
ки. В начале поэмы при упоминании египетских казней говорится
о прекращении жертв дьяволу или языческих жертвоприношений
(druron deofolgyld - «пали дьявола капища/ прекратились язы­
ческие жертвоприношения» (47)). Этот фрагмент можно считать
как аллюзией на пророчество Исайи опришествии Спасигеля ",
с которым пали египетские идолы, так и указанием на события
собственной истории обращения в христианство англосаксов.
Отказ от языческих жертвоприношений как необходимый атри­
бут обращения в новую веру упоминается и в сочинении Беды".
31 Филиппова МА., Гвоздецкая Н.Ю. Имена античных и библейских народов
в поэме «Елена» как фрагмент древнеанглийской языковой картины мира //
Cursor Mundi: Человек Античности, Средневековья и Возрождения: Научный
альманах, посвященный проблемам исторической антропологии. Иваново,
2013. Вып. 5. С. 103.
32 Августин Иппонский. Трактат на Евангелие от Иоанна // Библейские ком­
ментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII веков. Ветхий Завет. Том 111.
С.20.
33 Мельникова Е.А. Образ мира: географические представления в Западной и Се­
верной Европе V-XIV вв. СПб., М., 1998. С. 14-15.
34 (Ис. 19:1-4). В Священном Предании это пророчество о гибели египетских
идолов связывается с бегством Святого Семейства в Египет (Мф. 2: 13-15),
через которое оно и исполнилось.
35 В древнеанглийском переводе «Церковной истории» языческие жертво­
приношения (как и в «Исходе») обозначаются при помощи слова deofolgyld
(напр., в рассказе об обращении Св. Альбана. (The Old English Version of
Bede 's Ecclesiastical History of the English People / Ed. with transl. and introd.
Ьу Th. Miller. (Early English Text Society. Or. Ser. No. 95-96.) 2 Pts. 1997. Pt. 1.
Р. 34).)

244
МВ. Яценко
Благодаря такому осмыслению египтян и Египта наиболее ярко
прочитывается аллегорический смысл' исхода как отказа от гре­
ха и служения дьяволу (Египет), что возможно через совершение
таинства крещения (Красное море).
Наиболее интересный случай употребления этнонима Egypte
появляется в строке 444: 00 Egypte ingeoeode - «до египетских
землежителей/ родных народов/ народов, поклоняющихся Ингве­
Фрейру», Этноним ingeoeod" содержит корень in( с )ge-, который
можно рассматривать как реликт обозначения народа, поклоняв­
шегося языческому богу Ингве-Фрейру ". Такое прочтение при­
нимается не всеми издателями: З.Б. Ирвинг" композиты с in(c)
ge- толкует как обозначения неких «туземных» или «родных» на­
родов (native), которых также можно назвать и «землежителями».
Ингве-Фрейр являлся богом плодородия, его культ был близок
культу Матери-Земли и весьма распространен у англосаксов ".
Поскольку после переселения на Британские острова самоиден­
тификация англов была связана во многом с сохранением собст­
венной языческой религии+', можно предположить, что и слуша­
телям «Исхода» этот 'культ был знаком не понаслышке. В поэме
прослеживаются негативные коннотации слов с корнем in( с )ge-.
Он последовательно используется для обозначения народа, про­
тивостоящего израильтянам, в том числе в отношении наследс­
тва, земли. Например, в рассказе о том, где поселятся потомки
Авраама: «Ас hie gesittao/ Ье srem tweonum/ / 00 Egipte/ ingeoeode/ /
land Саnаnеа,/ leode pine,// freobearn freder,/ folca selost.!/» -
«А они осядут/ меж двух морей// до египетских/ землежителейЛ
в земле ханаанской/ потомки твои,/ / свободнорожденные отцом,!
племя избранное» (443-446). За счет ассоциаций с собственным
языческим прошлымэти композиты могли восприниматься ан­
глосаксами не только как обозначения египтян-язычников, но
как обозначения англосаксов-язычников, поклоняющихся Ингве­
Фрейру.
Осуждаются египтяне не только за их верность язычеству, но
и за гордость: «Se бе sped ahte,!/ ageat gylp wera.! Hie wio God
wUQnon!//» - «Удачи Даритель// отринул гордых мужей.! Они про­
тив Бога восстали!//» (514-515). В христианстве гордость и тщес­
лавие относятся к смертным грехам, тогда как в героической кар-
36 СМ. об ЭТОМ: North R. Ор. cit.
37 Exodus: Old English Exodus.
38 North R. Ор. cit. Р. 13-15.
39 Blair J. Ор. cit. Р. 23.

Поэтическое осмысление народа ...
245
тине мира для любого воина похвальба была важным атрибутом
поведения перед боем'". Очевидно, что для аудитории англосак­
сонского «Исхода» осуждение тщеславия еще не самоочевидно и
требует дополнительного разъяснения. Развернутые пассажи, по­
рицающие тщеславие (gylp), появятся в поэме «Даниил». Фраза
«Hie wio God wunnon!» в «Исходе» является необходимым разъ­
яснением к понятию тщеславия. В контексте древнеанглийской
эпической традиции она имела достаточно яркие коннотациил в
«Беовульфе» эта же фраза относится к предкам Гренделя, род ко­
торого возводится к допотопным великанам. Соотнесение егип­
тян с великанами, которые рождались от потомков Каина (Быт. 6)
и погибли во время Потопа'", становится понятным в контексте
всей поэмы «Исход». Гибель египтян от «морской смерти» упо­
добляет их существам, проклятым Богом, а саму сцену перехода
черезКрасное море - потопу. Еще одним обстоятельством, через
которое поэт выражает свое осуждение египтян, становится факт
несоблюдения ими договора, заключенного с Иосифом (140).
В эпизоде гибели египтян говорится также и о самом тяжком для
них как для воинов наказании: никто не сможет рассказать об их
гибели потомкам, Т.е. они лишаются славы.
Единственный фрагмент, посвященный рассказу о противо­
стоянии двух народов представляет описание сражения (326-330).
Его делает особенно оригинальным отсутствие глаголов, обозна­
чающих действие битвы. Можно предположить, что здесь для
поэта важными оказываются как следование собственной герои­
ческой традиции, которая требовала все же упомянуть и каким-то
образом описать битву, так и необходимость выразить аллегори­
ческий характер этой битвы как борьбы с грехом, совершающей­
ся в душе человека. Странным представляется в контексте биб­
лейской истории то, что потомки Иуды идут по направлению
к уже совершающейся битве, хотя впереди них может быть толь­
ко открытое дно моря или (если они решились идти в сторону
египтян) воинственный народ. Возможно, здесь слышится отго-
40 См., напр., сцену в «Беовульфе»: строки 678-688.
41 В германо-скандинавской мифологии появляется легенда об «инеистых» ве­
ликанах, которые были воплощением зла. Ср. рассказ о гибели «инеистых»
великанов в «Младшей Эдде»: «Сыновья Бора убили великана Имира. А ког­
да он пал мертвым, вытекло из его ран столько крови, что в ней утонули все
инеистые великаны. Лишь один укрылся со своей семьей. Великаны называют
его Бергельмиром. Он сел со своими детьми и женою в ковчег и так спасся.
От него то и пошли новые племена инеистых великанов» (Младшая Эдда /
изд. подгот. О.А. Смирницкая, М.И. Стеблин-КаменскиЙ. Л., 1970. С. 24).

246
МВ. Яценко
лосок поэтического описания истории самих англосаксов, кото­
рые пришли на британские острова, чтобы оборонять бриттов от
воинственных скоттов и пиктов. При этом сами англосаксы-изра­
ильтяне «вступают в бой», но убивают египтян не воины, а воды
моря, подвластные воле Бога.
Автор во всем описании народов сохраняет их героическую
идеализацию. Для него оба стана воинов равно достойны вос­
хваления. Даже упоминание мести как мотива вступления егип­
тян в бой, вероятно, не служит их осуждению, поскольку месть
была важнейшей частью кодекса поведения воина='. Схожесть
описаний египтян и израильтян практически во всей поэме мо­
жет говорить о том, что древнеанглийский поэт не видит египтян
изначально обреченными на смерть, но оставляет возможность
равного выбора для обоих народоа'", Исследователи пишут о том,
что сложность разграничения двух станов отражает не только
специфическую «неясность» стиля поэмы, но и аллегорическое
понимание самого противостояния израильтян и египтян".
Остается не вполне ясным, насколько целостным были обра­
зы двух народов в восприятии англосаксонской аудитории. Веро­
ятно, что «Исход» создавался в той среде, где традиции описания
собственной истории в контексте типологической близости тем
или иным событиям Священного писания" были уже достаточ­
но устойчивы. Благодаря этому отдельные ассоциации событий
собственной истории с библейскими сюжетами отражались на
восприятии и изложении последних. Так, в сочинении Гильды
Премудрого «О погибели Британиив'" и в «Церковной истории
народа ангпов» Беды Достопочтенного вопиющим о помощи
израильтянам уподоблены"? бритты. Возможно, что появление
образа страждущего народа-изгнанника в «Исходе» (208-211)
42 См. об этом, напр.: Cherniss М Ingeld and Christ: Heroic Concepts and Values in
Old English Christian Society. The Hague. Р., 1972.
43 Kruger S.F Oppositions and their opposition in the Old English Exodus //
Neophilologus.1994. Vol. 78. Р. 168-169.
44 Hall J.R. The Old English 'Exodus' and the Sea of Contradictions // Mediaevalia.
1986 for 1983. Vol. 9. Р. 25-44.
45 См. об этом: Hanning R. W. Ор. cit. Р. 5-11.
46 В послании британцев к Агицию (римский полководец Флавий Аэций): «вар­
вары гонят нас к морю, гонит море к варварам; мы зарезаны или утоплены
между этими двумя родами погибели!» (Гильда Премудрый. О погибели
Британии: Фрагменты посланий. Жития Гильды / пер., вступ. ст. и примеч.
н.ю. ЧехонадскоЙ. СПб., 2003. С. 260).
47 Письмо, приведенное Гильдой, воспроизводит и Беда (Беда Достопочтен­
ный. Указ. соч. С. 20).

Поэтическое осмысление народа ...
247
было связано с определенными ассоциациями, которые он обрел
в церковной историографии. С точки зрения идеальных героиче­
ских представлений противоречивым предстает образ израиль­
тян: то отважных воинов, готовящихся к битве, то взывающих
о помощи несчастных изгнанников'".
Примечательна явная аллюзия на библейский прототип в слу­
чае письма бриттов, взывающих к римскому императору о помо­
щи, которые уподоблены возроптавшим в пустыне израильтянам,
страшащимся погибели от армии или от моря. Если для Гильды
и Беды библейская аллюзия служит созданию скорее негативного
образа возроптавших израильтян в пустыне, которым уподоби­
лись бритты, то для англосаксонского поэта такого рода описание
невозможно, поскольку его задачей было восхвалять, а не пори­
цать. В «Исходе» автор не повторяет описание ропота, которое
есть в Библии и текстах историков, он использует лишь намек
на то, что народ-изгнанник мог быть недоволен своей участью
и осознавал опасность своего положения. У человека, знакомого
с сочинениями историков, этот библейский эпизод мог вызывать
совершенно определенные ассоциации с народом бриттов, кото­
рый осуждался за нехранение христианской веры.
В контексте всей поэмы «Исход» образ изгнанников прочи­
тывается отнюдь не как отрицательный. При этом происходит
совмещение двух эпизодов из Библии: пути к Красному морю и
сорокалетнего странствия по пустыне. Нигде не подчеркивается
длительность этого странствия. Отметим, что путь, странствие
во всей древнеанглийской поэзии были необычайно важными
моментами описания жизни героев, через которые раскрывались
представления об их судьбе?". Путь по пустыне в «Исходе» вос­
принимается как символ многотрудной жизни человека или пос­
мертного пути, пути к Богу". Этот образ способствовал усиле­
нию аллегорического значения перехода через Красное море как
крещения, за которым последует воздаяние. В христианском кон­
тексте вся жизнь отдельного человека и целого народа предстает
как стремление к жизни вечной и к единению с Творцом, которое
48 Изгнание в контексте героического идеала предстает как одно из основных
несчастий для воина, который в изгнании лишается поддержки дружины и
вождя (Cherniss МОр. cit.).
49 Gwozdeckaja N. Уи., Yacenko М V. Myth of the road in Old English Poetry //
Literacke drogi wobec mitu / Pod red. i ze wst�pem Lidii Wisniewskiej przy
wsp6lpracy Miroslawa Golunskiego. Bydgoszcz, 2006.
50 Cross J.E., Тисkеr S.l. Allegorical Tradition and the Old English Ехоdиs //
Neophilologus. 1960. Vol. 44. Р. 122-127.

248
МВ. Яценко
осуществляется через таинства. Сюжет книги «Исход», с одной
стороны, является прообразом центрального для христианина
события мировой истории - Воскресения Христова, а с другой -
соотносится с двумя важнейшими таинствами: крещением и ев­
харистией (причастием). Ориентация на таинство крещения зало­
жена в самом сюжете древнеанглийской поэмьг". Именно эпизод
из Священного писания, посвященный переходу через Красное
море, читался (и сейчас читается) на службе в Великую Субботу­
день, в который традиционно совершалось крешение+. Ориента­
ция на евхаристию появляется в заключительном эпизоде поэмы.
Здесь, как и в финалах некоторых древнеанглийских поэм, мы на­
ходим упоминание своеобразного пира, в котором можно видеть
как отголоски пира Одина и умерших в бою воинов в Валгалле,
так и прообраз Тайной Вечери+'. В «Исходе» в этом пире участву­
ют и воины-изгнанники. Они упоминаются в сцене всеобщей ра­
дости единения с Богом: «I>is is lrene dream,/ / wommum awyrged,!
wrессит alyfed,// earmra anbid./ Едейеаяе/! рувпе gystsele/ gihoum
healdao,// пшгпаб оп mode,/ manhus witon// frest under foldan,! реег
Ыб fyr and wyrm,!/ ... » - «Это - тщетная мечта,// грехами загуб­
ленная,! странникам дарованная,! / несчастных упование.! Одаля
лишенные'! в том пиршественном зале/ грустью овладеют,!/ опеча­
лятся в душе,! о· доме зла узнают,/ / крепком под землей,! где будет
огнь и червь// ... » (574-579). Перенос представления об израильтя­
нах как изгнанниках на представления о всех людях способствует
осмыслению народа как единства более широкого, чем единство
этническое, и универсализации образа «народа израильского».
Предшествует сцене ликования и единения с Богом рассказ о
разделе израильтянами сокровищ египтян. Неоднозначно истол­
кованные в патристике «египетские сокровища» (Исх. 12:35-36)
осмысливаются англосаксонским поэтом в качестве военных тро­
феев, полученных после битвы: «Ра wres eofynde/ Ebrisc meowle//
оп geofones втабе/ golde geweorood.// Handa hofon/ halswurounge,!/
Ыгбе wreron,/ bote gesawon,!/ heddon herereafes,/ (hreft wres
51 СМ. об этом: Bright J. W. Ор. cit.; Remley P.G. Ор. cit. Р. 168-230.
52 В Древней Англии крещение могло совершаться также и в другие великие
праздники - Троицу, Крещение, Рождество. Известна и традиция крещения
в два этапа, последний из которых чаще всего проводился в Великую Суббо­
ту (Bedingfield МВ. The Dramatic Liturgy of Anglo-Saxon England. Woodbridge,
2002. Р. 178-189).
53 Magennis Н. Images of Community in Old English Poetry. Cambridge, 1996.
Р. 14-15.

Поэтическое осмысление народа ...
249
onsreled).!/ Ongunnon srelafe/ segnum drelan,/ оп yolafe,/ ealde
madmas,l» - «Тогда явилась (досл. - «легко было найти»)/ дева
еврейская// на морском побережье/ в золото облаченная.!/ Держа­
ли руками/ украшения шейные,// возликовали,/ награду узрев.!/
Трофеи делили/ (пленников пали оковы).!/ Принялись морское
наследие/ под флагами раздавать// у волн прибрежных/ древние
сокровища//» (547-553).
Не простая для понимания конструкция, в которой руки
(handa) оказываются подлежащим, дает возможность соотносить
их не обязательно с израильтянами. Смеем предположить, что в
приведенном эпизоде появляются аллюзии на бриттов, которые
безропотно отдали свою землю завоевателям. У Гильды читаем:
«А те (бритты. - мя.) не подготовили в море флот, который мог
бы мужественно сражаться за отечество ... они по-женски про­
тягивали руки (чтоб их связали), так что это разнеслось в пого­
ворку и в насмешку далеко и надолго, что бритты ни В войне .не
сильны, ни в мире не верныв". Для аудитории, знакомой с рас­
сказом Гильды (а историк пишет, что описание это разошлось в
поговорку), ассоциации этого фрагмента были, вероятнее всего,
совершенно определенными, и протянутые руки соотносились с
образом несчастных бриттов.
Не менее интересным представляется в этом эпизоде «Исхода»
и женский образ, который не имеет прямой библейской параллели.
Достаточно сложный для перевода и истолкования образ «еврейс­
кой» (Ebrisc55) или «африканской» (Атпвс'") «девы» или «жены»
(др.-англ. meowle - maid, damsel, virgin, woman57) вызывал мно­
го споров и предположений ученых, которые рассматривали эту
фигуру как «объединение» двух библейских героинь: эфиопской
жены Моисея Сепфоры (воссоединение с которой подобно воссо­
единению Христа с Церковью'") и сестры Моисея - пророчицы
Мариам'". Можно предположить, что это описание имеет явные
аллюзии и на описание Гильды, где слабые бритты уподобляются
женщинам. Однако в «Исходе» этот образ несет скорее положи-
54 Гильда ПремудрыЙ. Указ. соч. с. 244.
55 01d English Ехоdиs.
56 Anglo-Saxon Poetic Records. А collective Edition. Уоl. 1. The Junius Manuscript.
57 Bosworth J., Toller т.N. Ор. cit.
58 Robinson Е с. Notes оп the 01d English Ехоdиs // Anglia. Zeitschrift fur Englische
Philologie. 1962. Bd. 80, l1eft 4. Р. 363-378.
59 Martin Е.Е. Allegory and the African woman in the 01d English Ехоdиs // Joumal
of English and Germanic Philology. 1982. Уоl. 81. Р. 1-15.

250
МВ. Яценко
тельные коннотации, поскольку он обозначает саму Британию,
которая подобна невесте-Церкви. Ее обретение воинами симво­
лически уподобляется обретению новым «народом израильским»
(англосаксами) «Земли Обетованной» (Британииг'". «Церковная
история» Беды начинается именно с описания Британии как Зем­
ли Обетованной'", которое во многом повторяет использованный
Гильдой топос «приятного места» (locus amoenus )62.
Поэтическое представление противостояния израильтян и
египтян в древнеанглийской поэме передает специфику мышле­
ния ее автора. Христианский взгляд на героический идеал в не­
которой степени способствовал сохранению и воспроизведению
собственной героической тематики, но на ином уровне+'. За счет
аллюзий на события героического прошлого не только англосак­
сов, но и бриттов представление о «народе израильском» обре­
тает в поэме собирательный характер, который наиболее ярко
выражен через образ народа-морехода, обретшего спасение через
морской путь (крещение). Христианские коннотации этого сюже­
та усиливаются в поэме за счет связи с историей перехода через
море как обретения национальной идентичности.
Древнеанглийский религиозный эпос мало знаком русско­
му читателю. За исключением отрывков из поэмы «Генезися'" и
фрагментов из некоторых других поэм'<, ни одна библейская па­
рафраза до сих пор не была переведена на русский язык. Ниже мы
предлагаем перевод отрывка из поэмы «Исходэ-" (главы II-IV).
С целью показать специфику древнеанглийского аллитерацион­
ного стиха, при создании перевода мы попытались воспроизвес-
60 Эта концепция подробно излагается в работе: Howe N. Migration and
Mythmaking in Anglo-Saxon England. New Haven, 1989 и поддерживается в ра­
ботах: Michelet FL. Creation, Migration and Conquest. Imaginary Geography and
Sense of Space in 01d English Literature. Oxford, 2006; North R. Heathen Gods in
01d English Literature. Oxford, 1997 и некоторых других.
61 «Остров этот богат плодами и деревьями и в изобилии кормит скот и вьючных
животных, а в плодородных его областях возделывается виноград» и далее ...
(Беда Достопочтенный. Указ. соч. С. 1 О).
62 Гильда Премудрый. Указ. соч. С. 240-241.
63 Гвоздецкая н.ю. Англосаксонская история в лицах и конфликтах. Иваново,
2001. С. 74.
64 Грехопадение // Древнеанглийская поэзия / под ред. О.А. Смирницкой, пер.
в.г. Тихомирова. М., 1982.
65 Отрывки из некоторых поэм на библейские темы (<<Юдифь», «Даниил», «Ис­
ход» и др.) приводятся В книге: Мельникова Е.А. Меч и лира.
66 Перевод выполнен по изданию Exodus: 01d English Exodus / Ed. Edward Irving.
New Haven, 1953.

Поэтическое осмысление народа ...
251
ти такие особенности организации текста, как аллитерация, фор­
мульность и богатство синонимики.
В древнеанглийском тексте аллитерация является стихооб­
разующим и смыслоообразующим компонентом, поскольку она
предполагает созвучие ударных корневых морфем (возможное в
силу фиксированности ударения на корневом слоге). Однако со­
хранение точного «рисунка» аллитерации, при котором созвучны­
ми были, как правило, первые три ударные корневые морфемы в
долгой строке, не представляется возможным. Поэтому в качестве
минимальной синтаксической единицы перевода мы сохраняем
краткую строку (что отражается и в графическом представлении
перевода делением на краткие строки (/)). Это сближает перевод
с подстрочником и позволяет передать специфику построения
высказывания. Сложность понимания микротем связана с вари­
ацией отдельных членов предложения, которая «размывает» его
структуру. Безусловно, в переводе такого рода текста важными
оказываются знаки препинания, которые весьма условны?".
Другая важная особенность древнеанглийского поэтического
текста - использование большого количества синонимов, в том
числе устаревших слов, поэтизмов, композитов, которые вместе
могут составлять б6льшую часть всего объема лексики поэмы.
При их воспроизведении в современном русском языке мы, следуя
традиции, начатой В.г. Тихомировым, использовали так называе­
мые «потенциальные» слова (кснаряжеи», «изредка», «разделен»,
«враждебство») и некоторые забытые русские слова, которые
можно найти в Словаре живого великорусского языка В.И. Даля
(еизлажен», «сопутный», «углежжение» и пр.), а также историз­
мы (етэны», «эрлы» и пр.). Критерием выбора этих лексем были
потребности аллитерации, а также прозрачность их внутренней
формы. Их использование позволяет показать неисчерпаемость
творческих возможностей поэтического языка, что было, безу­
словно, свойственно древнеанглийской поэзии и в особенности
поэме «Исход».
БИБЛИОГРАФИЯ
Аверинцев С.С. Древнееврейская литература // История всемирной
литературы: в 8 т. М., 1983. Т. 1.
Аверинцев с.с. Авторство и авторитет // Историческая поэтика:
Литературные эпохи и типы художественного сознания. М., 1994.
67 В рукописи используются лишь знаки разделения кратких строк и глав.

252
МВ. Яценко
Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов / пер. с
лат., вступ. ст., коммент. В.В. Эрлихмана. СПб., 2001.
Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII ве­
ков. Ветхий Завет. Том 111: Книги Исход, Левит, Числа, Второзаконие /
пер. сангл., греч., лат., ,сир., под ред. Д.Т. Линдхарда / русское издание
под ред. Н.А. Купьковой и С.С. Козина. Тверь, 2010.
Гвоздецкая Н.Ю. Англосаксонская история в лицах и конфликтах.
Иваново, 2001'. ' ,
Гвоздецкая Н.Ю. Древнеанглийское поэтическое слово в структурах
текста / / Раннесредневековый текст: проблемы интерпретации. Ивано­
во, 2002.
Гвоздецкая Н.Ю. Поэтическое творчество и поэтический язык
Древней Англии // Н.Ю. Гвоздецкая, Е.А. Полякова, А.В. Вишневский,
Е.Н. Пастухова, Е.А. Шилова. Мир и человек в древнеанглийском поэти­
ческом языке и тексте: опыт лингвокультурологического анализа. К 65-
летию доктора филологических наук Н.Ю. ГвоздецкоЙ. Иваново, 2013.
Гильда Премудрый. О погибели Британии. Фрагменты посланий.
Жития Гильды / пер., вступ. ст. и примеч. Н.Ю. Чехонадской. СПб.,
2003.
Грехопадение // Древнеанглийская поэзия / под ред. О.А: Смирниц­
кой, пер.,В.Г. Тихомирова. М., 1982.
Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М., 1984.
Жизнь чудовищ в Средние века / пер. с лат., вступ. статьи Н. Горе-
лова. СПб., 2004. ':1
Зверева В.В. «Новое солнце на Западе»: Беда Достопочтенный и его
время. СПб., 2008.
· Мельникова Е.А. Меч и лира: Англосаксонское общество в истории
и эпосе. М., 1987.
Мельникова Е.А. Образ мира: географические представления в За­
падной и Северной Европе V-XIV вв. СПб., М., 1998.
Младшая Эдда / изд. подгот. О.А. Смирницкая, М.И. Стеблин-Ка­
менский. Л., 1970.
Смирницкая О.А. Два предания о первых поэтах: Кэдмон и Браги //
Смирницкая О.А. Избранные статьи по германской филологии. М.,
2008.
Смирницкий А.И. Хрестоматия по истории английского языка. М.,
1953.
Стеблин-Каменский МИ. Мир саги. Л., 1971.
Уваров А. С. Христианская символика. Часть 1: Символика древне­
христианского периода. М., СПб., 2001.
Филиппова МА., Гвоздецкая Н.Ю. Имена античных и библейских
народов в поэме «Елена» как фрагмент древнеанглийской языковой кар­
тины мира // Сшвог Mundi. Человек Античности, Средневековья и Воз­
рождения: Научный альманах, посвященный проблемам исторической
антропологии. Иваново, 2013. Вып. 5.

Поэтическое осмысление народа ...
253
Anglo-Saxon Poetic Records. А coHective Edition. Уоl. 1. The Junius
Manuscript / Ed. G.P. Krapp. L.; N.Y., 1931.
Bedingfield МВ. The Dramatic Liturgy of Anglo-Saxon England. Wood­
bridge, 2002.
Blair J. The Church in Anglo-Saxon Society. Oxford, 2005.
Bosworth J., Toller т.N. Ап Ariglo-Saxon Dictionary based оп the Мап­
uscript CoHection of J. Bosworth / Ed. and enlarged T.N. ToHer. Oxford,
1882-1898 (Neudruck 1964; Supplement 1955.)
Bright J. W. The Relation of the Credmonian Exodus to the Liturgy / /
Modern Language Notes. 1912. N 27.
Chaney W.A. The Cu1t ofKingship iпАпglо-Sахоп England: The Transi­
tion from Paganism to Christianity. Berkeley, 1970.
Cherniss М Ingeld and Christ: Heroic Concepts and Values in 01d Eng­
lish Christian Society. The Hague, Р., 1972.
Cross J.E., Tucker S.I. AHegorical Tradition and the 01d English Ехо­
dus // Neophi101ogus. 1960. Уоl. 44.
Exodus: 01d English Exodus / Ed. Edward Irving. New Науеп, 1953.
Gwozdeckaja N. Уu., Yacenko М V. Myth of the road in 01d English Ро­
etry// Literacke drogi wobec mitu / Pod red. i ze wst�pem Lidii Wisniewskiej
przy wsp61pracy Miroslawa Golunskiego. Bydgoszcz, 2006.
Hall J.P. Exodus 166Ь, cwyldrof, Н. 162-67, the Beasts ofBattle // Neo­
philologus. 1990. Уоl. 74, N 1, January. Р. 112-121.
Hall J.R. The 01d English 'Exodus' and the Sea ofContradictions // Ме­
diaevalia. 1986 for 1983. Уоl. 9.
Hanning R. W. The vision of History in Early Britain. From Gildas to
Geoffrey ofMonmouth. N.Y., L., 1966.
Howe N. Migration and Mythmaking in Anglo-Saxon England. New­
haven, 1989.
КеmЫе J.M The Saxons in England: А History ofthe English Соттоп­
wealth tiH the Period ofthe Norman Conquest. L., 1849. Уоl. 2.
Kruger S.F. Oppositions and their opposition in the 01d English Ехо­
dus // Neophilologus. 1994. Уоl. 78.
Lockett L. Ап integrated re-examination of the dating of Oxford, Bodle­
ian Library, Junius 11 // Anglo-Saxon England. 2002. Уоl. 31.
Magennis Н. Images of Community in 01d English Poetry. Cambridge
1996.
Magoun F.P.Jr. Bede's Story of Credmon: the Case History of ап Anglo­
Saxon Oral Singer // Speculum. Уоl. 30. 1955.
Martin Е.Е. AHegory and the African woman in the 01d English Ехо­
dus // Journal ofEnglish and Germanic Philology. 1982. Уоl. 81.
Michelet F.L. Creation, Migration and Conquest. Imaginary Geography
and Sense of Space in 01d English Literature. Oxford, 2006.
North R. Heathen Gods in 01d English Literature. Oxford, 1997.
О 'Brien О 'Keeffe К. Visible Song. Transitional Literacy in 01d English
Verse. (Cambridge Studies in Anglo-Saxon England 4.) Cambridge, N.Y.,
etc., 1990.

254
МВ. Яценко
ТЬе 01d English Version of Bede's Ecclesiastical History of the English
Реорlе / Ed. with translation and introd. ТЬ. Miller. (Early Engli'sh Text 80-
ciety. Or. 8er. No. 95-96.) 2 Pts. 1997.
Remley P.G. 01d English Biblical Verse. 8tudies in Genesis, Exodus and
Daniel. Cambridge, 1996.
Robinson F.C. Notes оп the 01d English Exodus // Anglia. Zeitschrift fur
Englische Philologie. 1962. Bd. 80, heft 4.
Simms- Williams Р. Religion and Literature in Western England, 600-
800. (Cambridge 8tudies of Anglo-8axon England 3.) Cambridge, 2005.

ДРЕВНЕАНГЛИЙСКАЯ ПОЭМА -исход-'
[КЭДМОН? «ШКОЛА КЭДМОI-IА»?]
ГЛАВЫ II-IV2
II
Там повелел [Моисей] чрез две ночи/ достославным героям,
когда они от неприятеля/ [от напасти] укрылись,
65 лагерь разбить,! чтоб не роптал народ,
со всем воинством/ [стан] при граде Ефамском ',
со дружиною дюжей/ на землях окраинных".
Препятствия пересилили/ на путях северных",
знали, что к югу от них/ [эфиопов] земля солнцем объятых",
70 опаленные холмы.г темнокожие народы?
от раскаленных небесных угольев+э' Там Святой Бог
От углежжения ужасного/ народ защищал,
полог? закрывал/ пышущие небеса
священной сетью,! огнедышащую высь.
75 Ненастное облако/ тучными волнами
землю и небеса/ равно разделило,
вело племя людское,! пламень погасило,
1 В оригинале название поэмы отсутствует, предложенный издателями вариант
Exodus используется для обозначения соответствующей ветхозаветной книги и
представляет собой латинскую кальку с греческого термина.
2 Перевод подготовлен при поддержке РГНФ, проект 13-34-01226.
3 Ефам оказывается единственным упоминаемым географическим названием
при описании пути израильтян из Египта, хотя в Библии есть указания на че­
тыре таких места (Исх. 12:37, 13:20, 14:2, 14:9).
4 Ср.: в Вульгате Ефам находится «in extremis finibus so1itudinis» - «в самом кон­
це пустыни» (Исх. 13:20) (Текст Вульгаты приводится по ресурсу http://azbyka.
ru/biblia/).
5 Возможный вариант чтения: «препятствия заставили их повернуть на север».
Ср. также: Исх. 14:2.
6 Sigelwara - досл.: «жители солнечной страны».
7 Связь цвета кожи и солнечной активности в местах жизни эфиопов обсужда­
ется во многих источниках, в том числе в «Естественной истории» Плиния
Старшего (Жизнь чудовищ в Средние века / пер. с лат., статьи Н. Горелова.
СПб., 2004. С. 177-183).
8 Сравнение жара небес с жаром угольев появляется в сочинении Диодора Сици­
лийского, греческий оригинал которого был известен на Британских островах
задолго до латинской версии.
9 В тексте книги Исход говорится об облачном и огненном столпе, указываю­
щем путь израильтянам днем и ночью. Образ полога, завесы см.: Пс. 104:39;
Прем. 18:3, 19:7.

256
Древнеанглийская поэма «Исход»
зной небесного огня.! Витязи дивились чуду,
дружина возрадовалась.! Покров ежеденною тенью
80 струился по поднебесью.! Премудрый Господь
солнцу путь закатный/ парусом преградил,
так что корабля оснастки/ народ не постиг,
и тех мачт судовых/ узреть не сумели
землежители/ при всем могуществе
85 того, как упрочена была/ полевая хоромина!",
Затем Он славой/ удостоил
приверженных вождю,! то был третий стан -
народа отдохновение.г Рать вся узрела,
как там поднялись/ паруса священные,
90 небесное чудо сияющее.г Люди ощутили,
род израильский,!, что там Господь явился,
народов Владыка,! место для стана освятить.
Пред ними предстали/ огнь и облако,
в ясных небесах/ два столпа 11 ,
95 каждый из них! отмерял поровну
в вышней службе/ Духу Святому
путь доброхрабрых/ днем и �очью.
Как я наутро постиг,! духом рьяные
восстали от трубного/ гласа приветного,
100 с достославной побудкой.! Рать встрепенулась,
ватага отважная,! как им Моисейповелел,
предводитель могучий,! народу Божию,
дружине излаженной+л Пред собою узрели f
Жизни Вершителя,! путь земной отмеряющего.
105 Парус путь указывало' мореходы следом
ступили на тропу морскую13,! народ был в веселии, 14
III
Велегласен воинства глас.! Небесный знак возвышался
еженощно,! иное чудо,
сияющее при светиле,! солнца ход охраняло,
110 над соплеменниками/ пламя полыхало
горящим столпом.! Блистающие пребывали
над лучниками/ сияющие огни,
горели навершья+' щитовые,! тени растаяли,
10 Досл.: «наибольший из полевых домов».
11 Ср.: Исх. 13:21-22.
12 Излаженной - т.е. «готовой».
13 Досл.: «шли морским путем (морем)»,
14 Здесь конец главы не совпадает с концом грамматического предложения.
15 «Навершье» - центральная часть щита, содержащая украшения.

Древнеанглийская поэма «Исход»
257
темные ночные заслоны/ при них не в силах были
115 в схоронах укрыться.! Небесный светоч горел,
невиданный страж ночной/ приставлен был
пребывать над воинством,! чтоб у них вересковой пустоши ужас,
пустоселья седого страх16,! в ненастье бурном,
в жестокой схватке/ душ не отнял.
120 Предстоящий'? держал/ языки пламени,
столпы сияющие,! огнежжением грозил"
тому скопищу воинскому,! что горящим пламенем
он в том поле пустынном/ витязей пожжет,
коли те отважные дружинники/ Моисея ослушаются.
125 Блистал отряд доблестный,! щиты светились,
войска доспешные!" видели/ простертое поприще,
знак над дружиною,/ покуда моря простор
у земного предела/ путь воинству не преградил
к исходу излаженному.! Лагерь воинов был разбит -
130 роздых усгавшим Ч-,' пищу им принесли
бравые слуги - кушанье+лчтоб им сил прибавить.
Шатры разбили на кручах22/(там труба запела),
мореходы - земные жилища.! То был четвертый стан+',
щитоносцев отдых/ у моря Чермного.
135 Там дружину/ вдруг новость настигла
о погоне землерожденных.г Страх объял,
ужас смерти, все воинство.! Изгнанный/" ожидал
преследователя жестокосердого,! того, что прежде ему,
без вотчинному,! кару ужасную предписал,
140 горе, напастями переполненное.! Уговор сокрыли-",
хоть тот старый конунг=? [в прежние годы]"
16 Строки 117-118 доел.: «чтоб у них пустоселья ужас / / седой вересковой пус­
тоши страх/»,
17 Вероятно, «предстоящий» в этом предложении может быть огненным стол­
пом, который персонифицирован и наблюдает за станом воинов.
18 Огонь как инструмент наказания за ослушание в израильском стане упомина-
ется в Книге Чисел (Чис. 11: 1-3, Чис. 16:35).
19 Доел.: «воины/ войска, защищенные доспехами».
20 Доел.: «отдохнули уставшие».
21 Доел.: «бравые слуги, подающие еду».
22 Возможный вариант прочтения - «расположились на холмах».
23 Ср.: Исх. 14:1-2.
24 Здесь народ обозначается существительным в единственном числе.
25 Ср.: Быт. 47:5-6. Египтяне, таким образом, оказываются народом, не соблю­
дающим договор.
26 Видимо, здесь имеется в виду Иосиф, проданный братьями в рабство и став­
ший правителем в Египте. Ср.: Исх. 1:8.
27 В оригинале эта строка содержит только слово «прежде» (ал ge), а далее, воз­
можно, следует достаточно большая лакуна.
9 3ak. 288

258
Древнеанглийская поэма «Исход»
IV
стал наследным хранителем/ соплеменных народов",
людей и СОКРОВИЩ,! а потом преуспел весьма.
О всем том забыл,! ожесточился на них
145 род египетский/ за их процветание.
Они его сородичам/ смерть чинили,
смуту сеяли,! договор преетупили.
Воинского духа волны/ к сердцам разом хлынули,
ярость - к ратникам.! Клятвопреступники,
150 хотели они за ту жизнь, спасенную/ обманом, отплатить
так, чтоб того дня дела/ кровью обагрить
собратьев Моисеевых,! если б им Могучий Владыка
в том набеге дерзостном/ удачу дарил.
Тогда его совоителей дух/ отчаяние отягчило/",
155 когда они увидали/ на дорогах со стороны полуденной."
фараоново войско,! вперед устремленное,
с древом бранным,! скопище конное, сияющее.
Копья [были] к бою излажены,! битва приближалась,
навершья щитов сияли,! рога трубили,
160 знамена вперед воинства несли,/ ратники пересекали
землю порубежную.! [В те поры за воинством Г"
вопили птицы брани,! жаждатели схватки
росоперые,! над трупами павших,
падальщики мрачные+л' Волки выли
165 ужасную песнь предзакатную/ в ожиданье поживы.
Хищники безжалостные,! кровожадные, выжидали
вслед за жестоким врагом/ гибели витязей,
28 Досл.: «жители внутренней земли» или «народы, поклоняющиеся Ингве».
29 Ср.: Исх. 14:10.
30 Отметим, что выше говорилось о том, что израильтяне идут на север. Фараон
же идет с юга - стороны, которая в германской мифологии ассоциируется с
Муспеллхеймом и царством великана Сурта, который должен прийти оттуда
при конце света. Юг в христианской традиции имеет положительные ассоци­
ации.
31 В оригинале вся долгая строка 161 состоит только из двух слов - оп hwrel -
«тогда», «в то время». Слово mearc (слорубежная земля») относится к строке
160.
32 Здесь развивается традиционная для древнеанглийской поэзии тема «зверей
битвы» - один из традиционных элементов, которые сопутствуют описанию
битвы. Часто ее появление комментируют как отголосок древних языческих
представлений германцев, где звери и птицы битвы - ворон и волк - спутники
бога войны Одина. Однако ученые отмечают, то это соотнесение не появля­
ется нигде в древнеанглийской литературе (Най J.P. Exodus 166Ь, cwyldrof,
11. 162-67, the Beasts of Battle // Neophilologus. 1990. Vol.74, N 1, January.
Р. 112 -121).

Древнеанглийская поэма «Исход»
259
вопили приграничные стражники/ в полуночи,
смертью взятая душа отлетела,! народ был пленен.
170 Изредка пред той ратью33/ властительные тэны
бороздили стези дорожные/ в седлах конных.
Был там знаменосцем,! с хоругвью пред конницей,
предводитель племен;/ скакал пред заставами воинскими
дружиноводитель.! Шелом водрузил
175 конунг, подбородник [приторочилр'У (знамена блистали;
в ожиданье сраженья),! кольчугой звеня,
повелел совоителям/ блюсти неотступно
строй воинский.! Смотрели соратники
с враждебством во взорах/ на шествие землежителей рати.
180 Окрест них скакали/ не робкие воины,
сведущие волки боевые/ встречали сечу,
сраженья страждали/ верные войсководителю.
Избрал он ратников 'У из содружинников
Достославных/ до двух тысяч.
185 Были там могучие конунги,! конники славные,
потомственного права/ надежные преемники..
Потому каждый/ [воитель] привел
мужалого/ дружинника,
тех, что в час урочный/ сыскать сумел.
190 Были правители племени/ вместе на сборище,
конунги при конницах.! Извещала часто ;
труба совоинству'! куда дружинники дюжие -
воинский отряд -/ снаряжение несли.
33 Здесь за счет схожей синтаксической конструкции всадники уподобляют­
ся только что упомянутым «зверям битвы». Возможна также и аллюзия на
библейского «коня и всадника» (Исх. 15: 1), которые символизируют душу
человека (кимеется в виду многочленная скотская страсть - похоть, вмес­
те с возницей, управляющая этими удовольствиями. Он ввергнул в море,
сбросив в космический беспорядок ... возница, и непокорный конь (нера­
зумная часть души, которая делится на две части: страсть и вожделение)
низвергаются» (Климент Александрийский. Строматы // Библейские ком­
ментарии отцов Церкви и других авторов I-VIII веков. Ветхий Завет. Том III.
С. 105).
34 Подбородник (cinberg (175)) - часть шлема, закрывающая подбородок. Глагол
в данной полустроке добавлен для создания аналогии с предыдущей стро­
кой. Интересно, что упоминаемый здесь шлем (grimhelm (174)) состоял из
двух частей: самого шлема (helm), закрывавшего макушку, и забрала (grim),
закрывавшего все лицо со щеками и подбородком (см. толкование и ил. в
кн.: Смирницкий А.И. Хрестоматия по истории английского языка. М., 1953.
С. 182). Упоминание же подбородника скорее ориентирует на другой вид шле­
ма, подобного «шлему Беовульфа», найденного в захоронении Саттон-Ху (см.:
Мельникова Е.А. Меч и лира. С. 6 и далее - ил.).
35 Очевидно, далее следует рассказ о приготовлении к бою египетского войска.

260
Древнеанглийская поэма «Исход»
Тогда мрачное " скопище/ подмогой пополнили,
195 супостатами - супротивников,/ несметным воинством,
тьмою тьмущею,! вперед спешили.
Решились они/ всех тех ратников дюжих
на заре того дня,! род израильский,
мечами пересечь/ в отместку за братьев".
Потому-то в стане/ стон воцарился,
вой предзакатный пронзительный,/ страх напал
(ратников сохранили латы38),! когда тот шум приближался,
накатились жуткие вести.! Неколебим был ворог,
доспехи блистали,! пока надменных не отринул
205 могучий ангел,! многолюдство оберегавший,
так что противники/ не в силах были более
взирать друг на друга.! Разделен был путь!"
Достались изгнаннику/ часы ночные,
хоть его окрест/ окружили полчища вражьи,
многолюдство и море.! Не имели другого пути спасительного,
надеянье утратили/ надел свой вотчинный обресть 40.
Расположились за грядой/ в горящих латах,
предвкушая напасть.! Бодрствуя, ожидало
совоинство вместе,! собранное купно,
215 тем большего скопища,! пока Моисей не скомандовал
эрлам на заре/ медным гласом r ]�'
сородичей снарядить,! смелым воителям восстать,
облачиться в латы,/ отважиться доблестным,
в доспехи блистающие облечься,! побудкой созвать
дружину ко взморью.! Припомнили мигом
стражи песнь бранную.! Отряд был снаряжен,
воздвигали на кручах/ (трубы им пели)
мореходы шатры,! полки спешили.
Там они отрядили/ супротив супостата полчища,
225 во первых рядах той рати/ отрядов дюжину,
дюжих духом,! мощь восстала.
Был от каждого/ благородного рода-племени
200
f·'(
. ,
210
220
36 Здесь египтяне называются «смуглыми», хотя указания на цвет их кожи нет в
книге Исход.
37 Здесь имеется в виду месть за гибель египетских первенцев (Исх. 12:29-30).
38 Примечательно, что здесь военные доспехи понимаются как охрана от страха
перед врагом.
39 Ср.: Исх. 14:19.
40 Досл.: «на обретение вотчины». Примечательно, что израильтян страшит не
столько опасность смерти, сколько утрата права обрести наследственное вла­
дение - одаль (др.-англ. - ебепйп), который был воплощением земного счас­
тья человека средневековья (Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры.
М., 1984. с. 41).

Древнеанглийская поэма «Исход»
261
отделен со щитом липовымт',' в ополчение воин,
для счета ровного/ пять десятков полков воинских
230 из каждого отряда/ рати славной
копьеносителей,! битвовершителей
десятьсот сочли/ достославных.
То была дружина дюжая!/ Слабых не привечали
в числе тех ратников/ войсководители,
235 невозмужалых+т/, которые мощи не имут,
чтоб за венцом щитовым,! за кольчугой воителя
лукавого супостата/ руками отринуть.
И тяжких ран в сражении/ не претерпели:
над щитом липовым/ тела изъязвлений
240 в перебранке копий.! Старые не сумели бы,
седые воители/ битве служить,
потому как в их отважных рядах/ убывала сила,
но они по стати/ бравое выбрали воинство,
по тому, как средь витязей/ проявиться сможет
245 ярость и слава,! а также та воинства мощь
[ окрепнет] в схватке/ древ копейных'",
То была в рукопашной искусная/ рать собрана,
излажена править путь.! Водрузили знамена,
столпы сияющие/ пребывали там неотлучно,
250 покуда воевода сопутный/ у морской стремнины,
сияя над щитами,! преграды небесной не разрушил.
Пер., коммент. МВ. Яценко
41 До нас дошли упоминания о деревянных: липовых (lind), буковых (bocscyld) и
ясеневых щитах, которые могли быть обиты железом.
42 Доел.: «тех, которые из-за молодости».
43 В данной строке лакуна. Первая полустрока полностью отсутствует, вторая
состоит из слов «схватка древ копейных».

УДК 94(420)«6»::=111'01=03.161.1
МВ. Земляков
СТАНОВЛЕНИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
В РАННЕСРЕДНЕВЕКОВОЙ АНГЛИИ:
ЗАКОНЫ КЕНТСКИХ КОРОЛЕЙ VII ВЕКА *
Данная работа посвящена древнейшей части законодательства раннесредневеко­
вой Англии - законам кентских королей VII в., сохранившимся в единственном
списке (Рочестерский кодекс, Textus Roffensis). Во вводном очерке представле­
ны историография вопроса и отсылки к конкретным изданиям текста, обсуж­
даются время создания отдельных правовых памятников и структура кентских
законов. Перевод снабжен комментариями, в которых учтены основные трактов­
ки ключевых понятий и судебных казусов, встречающиеся в научных работах и
публикациях XIX - начала ХХ! в.
Ключевые слова: VII в., королевство Кент, законы, Этельберт (Этельберхт),
Хлотхере и Эдрик, Уитред (Вихтред), Альфред Великий, Инэ, Рочестерский ко­
декс, Textus Roffensis, Ф. Либерман, п. Уормалд.
Правовая история и общественное устройство раннесредне­
вековой Англии остаются одними из наиболее дискуссионных
сюжетов в зарубежной и отечественной медиевистике. Класси­
ческие для англоязычного мира исследования, анализирующие
правовые источники раннесредневековой Англии до начала IX в.,
обычно останавливаются на самых общих проблемах истории
англосаксонского права (таких как отсутствие римского влияния,
неустойчивое положение христианской церкви, преобладание ро­
довых отношений и процедур обычного права 1), уделяют основное
внимание законам IX-XI вв. (начиная с эпохи Альфреда Великого).
Лишь в последнее время в англоамериканской историографии
* Автор выражает сердечную благодарность с.н.с. ИНИОН РАН Зое Юрьевне
Метлицкой, без которой ни перевод, ни комментарий к нему никогда бы не по­
явились. Именно благодаря ее внимательности, помощи и отзывчивости была
осуществлена вся работа, от первой и до последней страницы.
1 Например: Vinogradoff Р. The Growth of the Manor. L., 1904. Р. 122-125;
Pollock F., Maitland F. W. The History of English Law before the Time of Edward
I.2пd ed. Cambridge, 1911. Vol. I. Р. 11-14, 19-20; Idem. А Sketch of English
Legal History. N.Y.; L., 1915. Р. 1-23; Idem. The constitutional History ofEngland.
А course of lectures. Cambridge, 1919. Р. 1-6; Holdsworth W. А History of English
Law. L., 1936. Р. 12-21; Stenton F.M Anglo-Saxon England. Oxford, 1943. Р.59-
62, 71-72,222-223; Lyon B.D.A. А Constitutional and legal History of Medieval
England. 2nd ed. N.Y.; L., 1980. Р. 3-4, 83-103.

Становление законодательства ... Англии
263
начинают появляться фундаментальные работы, освещающие меха­
низмы возникновения и развития англосаксонского права в Англии/.
Говоря О работах, вышедших в России и посвященных этой
проблематике, следует указать на их малочисленность'. Еще более
важным обстоятельством является отсутствие до сего дня полного
перевода на русский язык древнейшей части Рочестерского кодек­
са (Textus Roffensis) - единственной рукописи, сохранившей пра­
вовые установления королевства Кент. Немногим лучше обстоят
дела и с переводом законов Альфреда - Инэ конца VII - начала
Х в., которые продолжают и развивают правовые нормы и пред­
ставления, содержавшиеся в законодательстве кентских королей".
2 Lendinara Р. ТЬе Kentish Laws / / ТЬе Anglo-Saxons from the Migration Period
to the eighth century: Ап Ethnographic Perspective / Ed. J. Hines. Woodbridge,
1997. Р. 211-244; Wormald Р. ТЬе Making ofEnglish Law: KingAlfred to the хп=
century. Vol. 1: Legislation and its limits. Oxford, 1999; Oliver L. ТЬе Beginning of
Anglo-Saxon Law. Toronto; Buffalo; L., 2002.
3 Важнейшие работы: Глебов А.Г Англия в раннее Средневековье. СПб., 2007;
Гуревич А.Я. Королевские пожалования и феодальное подчинение английско­
го крестьянства // Средние века. 1953. Вып. 4. С. 49-73; Он же. Английское
крестьянство в Х - нач. ХI в. // Средние века. 1957. Вып. 9. С. 69-131; Со­
колова МН. Свободная община и процесс закрепощения крестьян в Кенте и
Уэссексе в VII-X вв. // Средние века. 1955. Вып. 6. С. 34-55; Шервуд Е.А. От
англосаксов к англичанам: (К проблеме формирования английского народа).
М., 1988. Полный перевод кентских законов VII в. на русский язык ни разу не
был осуществлен. Переводы фрагментов см.: Хрестоматия по истории средних
веков / под ред. С.Д. Сказкина. Т. 1: Раннее средневековье. М., 1963. С. 590-
598; Хрестоматия памятников феодального государства и права стран Европы /
под ред. В.М. Корецкого. М., 1961. С. 62-64. Некоторые выводы относительно
палеографии Textus Roffensis можно найти в моих тезисах: Земляков МВ. Ка­
тегории зависимости в древнеанглийских правовых источниках VII - начала
Х в. (анализ Textus Roffensis) / / Восточная Европа в древности и средневеко­
вье: ХХУ Чтения памяти ЧЛ.-корр. АН СССР В.Т. Пашуто и памяти ЧЛ.-корр.
АН СССР А.П. Новосельцева (Москва, 17-19 апреля 2013 г.). С. 108-113.
4 Отдельные части этого памятника в разное время были переведены на русский
язык: Хрестоматия по истории средних веков. С. 598-608; Хрестоматия памят­
ников феодального государства и права стран Европы. С. 65-75; Санников С.В.
Не переводившиеся ранее фрагменты англосаксонских законов (domas) коро­
лей Инэ и Альфреда // Вестник Новосибирского государственного универси­
тета. Серия «Право». 2008. Т. IV. Вып. 2. С. 67-70; Он же. Перевод проло­
га к кодексу короля Альфреда / / Вестник Новосибирского государственного
университета. Серия «История, филология». 2009. Т. VIII. Вып. 1. С. 205-209;
Фрагменты кодекса короля Альфреда / Предисл., пер. и коммент. С.В. Санни­
кова // История государства и права: Федеральный журнал. 2009. NQ 20 (ок­
тябрь) Единое издание законов альфредовского времени, сопровождаемое раз­
вернутым научным комментарием, до сей поры остается одной из насущных
потребностей отечественной медиевистики.

264
МВ. Земляков
Сложности в изучении древнейшего пласта англосаксон­
ского законодательства вызваны сразу несколькими причинами.
Первая - наличие в древнеанглийском тексте архаичных слов и
выражений, этимология и смысловое наполнение которых не
могут быть восстановлены методами современной филологиче­
ской науки со стопроцентной уверенностью, и порождаемые этим
многозначность некоторых пассажей и взаимные противоречия
отдельных норм права. Вторая - утрата некоторых исходных тек­
стов англосаксонского права, упоминания о которых встречаются
в других рукописях '. Третья - отсутствие ясности в вопросе о том,
как проходил процесс записи отдельных \ кентских королевских
законов.
Мы попытаемся восстановить некоторые факты, относящиеся
к проце�су формирования �. развития корпуса кентского законо­
дательства VII· в. В первую очередь речь идет об определении
возможно более точных датировок этих правовых установлений.
Важнейшей частью нашего очерка также является выявление
структуры законодательных памятников и определение положе­
ния отдельных частей в совокупном правовом тексте.
Несмотря на то что протограф древнейшей части Рочестер­
ского кодекса был утрачен, можно с достаточной уверенностью
подтвердить подлинность сохранившихся в нем законов. В слу­
чае с правовыми источниками особое внимание при установле­
нии подлинности отдельных зако.нов исследователи обращают на
такие моменты, как упоминание имен правителей и их советни­
ков, наличие в тексте указаний на место и время провозглашения
королевских установлений, возможность верификации авторства
того или иного закона с помощью привлечения дополнительных
источников (в первую очередь - нарративных произведений, ге­
неалогий, хронографического материала). Отметим, что все ука­
занные этапы верификации подлинности текста вполне примени­
мы и к Textus Roffensis.
Во-первых, каждое из этих собраний законов соотносится
,{
с именем одного и.з кентских королей, а в некоторых случаях
5 К такого рода примерам относятся законы короля Мерсии Оффы (757-794),
о существовании которых упоминается в прологе законов Альфреда (Af. Еl.
49, 9). Впрочем, есть мнение о судьбе этого памятника, которое гласит, что он
вообще не существовал (по крайней мере, в виде отдельного свода законов,
подобного кентским установлениям). См. подробнее: Wormald Р. In search of
King's Offa 'Law-Code' // Wormald Р. Legal Culture in the Early Medieval West:
Law as Text, Image and Experience. L.; Rio Grande, 1999. Р. 201-223.

Становление законодательства ... Англии
265
(законы Вихтреда) мы даже знаем места, где король созывал
ассамблеи для провозглашения своих установлений". Это со­
вершенно нетипично для континентального права, где целые
правовые кодексы не имели пролога или эпилога с указанием
на место и время их создания? Во-вторых, в прологах к зако­
нам или при рубрикации (как в случае с законами Этельберта)
указаны люди, которые идентифицируются с личностями, сыг­
равшими выдающуюся роль в истории Англии VII в.; они при­
нимали участие в кодификации законов в качестве советников
королей. Наконец, нарративные памятники (в первую очередь
«Церковная- история народа англов» Беды Достопочтенного) и
некоторые другие источники дают нам основания говорить о
возможности верификации свидетельств прологов и содержа­
ния самих законов.
Так, рубрика перед основным текстом законов Этельберта
однозначно называет автором установлений именно этого коро­
ля, кроме того ограничивая время их создания «временем жизни
Августинах", который умер 26 мая 604 г.? За три года до этого он
обратился к папе Григорию с просьбой разъяснить ему некоторые
вопросы церковного устройства и веры; ответ пришел к Августи­
ну не ранее августа 601 г. и в числе прочих содержал требование к
преступникам возвращать украденное в церкви имущество!". Со­
ответственно, время создания законов приходится на 601-604 гг.
У Беды встречается достаточно необычное утверждение о
том, что законы Этельберта были записана «согласно римским
6 Позднее эта тенденция получает развитие: половина законов королей Этель­
реда Нерешительного (всего их известно 1 О) и Этельстана (всего 7) упомина­
ют точное место принятия, а иногда и время провозглашения.
7 К варварским правдам, у которых отсутствует пролог, следует в первую оче­
редь отнести большинство северогерманских законов: L. Fris., L. Sax., L.
Cham. Нет преамбул и в подавляющем большинстве меровингских капитуля­
риев, дошедших до нас в составе L. Sal. В эпилоге к Салической правде есть
указание на Хлодвига, который велел записать Сар. 1; Сар. 2 (Pactus pro tenore
pacis domnorum Childeberti et Ch10tharii regum) содержит в названии и преам­
буле упоминание о двух составивших его королях. Однако точная датировка
указана только в преамбуле к Сар. 6 (Decretus Chi1deberto rege).
8 Abt. Inscr.: Dis syndon ра domas ре lEoebirht cyning asette оп Agustinus drege.
Речь идет об Августине Кентерберийском, первом архиепископе Англии,
отправленном к англо-саксам по приказу папы Григория Великого в 595 г.
Все цитаты даются по изданию: Die Gesetze der Angelsachsen / Hrsg. von
F. Liebermann. НаНе а / Saale, 1903. Bd. 1. Text und ОЪеrsеtzung. S. 3-14.
9 Об Августине Кентерберийском см.: Beda. Hist. 1, 23-33; 11, 2-3.
10 Beda. Hist. 1,27; 11, 5. Тот же закон содержался в Abt. 1.

266
МВ. Земляков
образцам» (iuxta exempla Romanorum). Споры об этом пассаже
продолжаются по сей день. Феликс Либерман еще в начале ХХ в.
предположил, что римское влияние выразилось в том, что обыч­
ное право англосаксов было зафиксировано в письменном виде.
В настоящее время его точка зрения подвергается серьезной ре­
визии: например, Патрик Уормапд!' высказывал мнение, что к
«римским образцам» Беда относит роль королей, которые пос­
тепенно, к VII-VIII в., забирают у местных судей и собраний
право на определение наказаний и взимание штрафов для пре­
дотвращения мести. Стефан Юрасински'? же предполагает, что
«римскими образцами» Беда называл меровингские законода­
тельные сборники, в первую очередь - Lex Salica и Pactus Legis
Alamannorum. Однако ни одна из интерпретаций не убеждает
нас до конца; более того, в статье Юрасински сделаны достаточ­
но широкие обобщения, которые не всегда можно подтвердить.
Например, он приходит к выводу о заимствовании и активном
использовании синтаксических конструкций и терминологии
Салической и Аламаннской правды Этельбертом':', отрицает
преимущественное влияние оральной традиции на законы этого
короля!".
Законы королей Хлотхере и Эдрика - единственный пример
законотворчества сразу двух королей среди всех англосаксонс­
ких юридических памятников VII-XI вв .. Даты правления обоих
королей известны: Хлотхере наследовал своему брату Экберту
в 673 г.15 и правил до собственной смерти 6 февраля 685 г. в ре­
зультате ранения в бою против южных саксов!". К нападению сак­
сов под стрекал его племянник - Эдрик, который занял кентский
престол и правил до своей смерти в течение полутора лет, т.е. до
конца августа 686 г. Пролог мог быть написан только после гибе­
ли Хлотхере (поскольку короли не являлись соправителями) его
племянником. Поскольку роль обоих пролог обозначал как добав­
ление правовых норм к уже существующим, утвержденным их
11 Wormald Р. «Inter cetera Ьопа genti зцае»: Law - Making and Реасе - Keeping in
the earliest English Kingdoms / / Wormald Р. Legal Culture in the Early Medieval
West. Р. 196-197.
12 Jurasinski S.A. The Continental Origins of iEthelberht's Code // Philological
Quarterly. Winter 2001. Уоl. 80, No. 1. Р. 1-15.
13 Ibid. Р. 5-10.
14 Ibid. Р. 5, 11-12.
15 Beda. Hist. IV, 5.
16 Ibid. IV, 26; У, 24.

Становление законодательства ... Англии
267
предками!", логично было бы предположить, что Хлотхере создал
первоначальную редакцию законов, а Эдрик утвердил, дополнил
и отредактировал их.
Законы Вихтреда (Уитреда, 691-725) завершают древнейшую
часть Textus Roffensis. К сожалению, Беда Достопочтенный не
упоминает об этих законах. Тем не менее их пролог - наиболее
протяженный среди всех прологов законодательства VII в. - со­
держит относительно точную датировку и указание на точное
место обсуждения законов; в нем упоминается сразу несколько
человек, которые участвовали в принятии королевских установ­
лений'". Бертвальд был архиепископом Кентерберийским в 692-
703 гг., а Гефмунд занимал епископскую кафедру в 678-693 гг.
В прологе также указано, что собрание, на котором были приняты
законы, состоялось на пятый год правления Вихтреда, во время
Ругерна. В зависимости от того, на какие месяцы распространял­
ся Ругерн (вернее всего - на август и сентябрь), можно по-разно­
му понимать фразу «на пятый год его правления»: большинство
исследователей полагают, что в этот период англосаксы отсчи­
тывали новый год от 1 сентября. Следовательно, датой принятия
законов можно признать середину 695/696 г.
Таким образом, право кентцев было зафиксировано в течение
ограниченного временного промежутка - на протяжении 100 лет
в VII в., причем каждый последующий законодатель рассматри­
вал себя как продолжателя дела предшественников.
Юридические компиляции Х-ХI вв. доказывают то, что
кентские законы были хорошо известны даже спустя столетия
после их создания. Юридический памятник Grio ХI в., рассмат­
ривавший процедуры искупления родовой мести, упоминает не­
которые из них с прямой отсылкой: «оп Cantwara lege», «оп рагп
lagum»19. Примечательно, что законодательство ХI в. отличает
древний Кент от другого англосаксонского королевства - Уэс­
секса; в отношении его законодательства тот же самый памят­
ник использует выражение: «оп Suoengla lage» или «оп Engla
lage»20. --
17 Нl. Prol.: Шоршеге 7 Eadric Cantwara cyningas ecton ра (е, ра бе heora aldoras rer
geworhton, буввшп domum ре hyr efter sregep.
18 Wi. Prol.: ... бая wres Birhtwald, Bretone heahbiscop, 7 se еег nremda cyning; еас
рап Hrofesceastre bisceop (se ilca Gybmund wres haten).
19 Спб, 6-8. В этих титулах переданы следующие законы англосаксов VII в.: Abt.
1,4; Wi. 2.
20 Ibid. 9,11 (отсылки к Ine. 6-6,1; Af. 3).

268
МВ. Земляков
Рассмотрим вкратце структуру каждого свода законов. Толь­
ко так можно будет понять, насколько эти правовые памятники
повторяют друг друга и можно ли рассматривать их как единое
целое (с общей композицией и проблематикой).
Наиболее дробной (не в последнюю очередь по причине объ­
ема) является структура самого первого кентского собрания за­
конов Этельберта. Подробный анализ его структуры был пред­
принят в начале ХХ в: Феликсом Либерманом". Столетие спустя
схожую работу проделал другой выдающийся историк английс­
кого права, Патрик Уормалд, обобщив свои выводы в подробной
таблице+.
Первый титул законов Этельберта касался проблемы возме­
щения украденного имущества церкви и духовенства. Титулы
2-12 Уормалд связывает исключительно с королевской персоной,
защитой имущества и зависимых людей короля, с такими право­
нарушениями в отношении свободных, как убийства на королевс­
ком дворе и за его пределами (5-6,9), а также кража у свободного
общинника. Нельзя, однако, не заметить связи этих установлений
с королевским мундбюрдом (8): королевский мир распространял­
ся, согласно законам начала VII в., на территорию всего Кента и
одинаково защищал любого члена этого этнополитического обра­
зования.
Титулы 13-26 рассматривают преступления против предста­
вителей различных социальных слоев кентского общества начала
VII в., причем в данном случае законодатель выстраивает их ие­
рархию от наиболее знатных к непривилегированным свободным
и зависимым категориям (лэтам).
Неприкосновенности огороженного пространства (шире -
земли) и дома (шире - двора) посвящены титулы 27-30. Между
ними и титулами 33-72, касавшимися исключительно наказания'
за различные повреждения и увечья, нанесенные свободному че­
ловеку, появляются два предписания о возмещении роду за убийс­
тво свободного и за внебрачные связи+',
Последующие несколько титулов (73-84) Уормалд справед­
ливо объединял в группу, регулировавшую положение женщин в
обществе королевства Кент VII в. Последний блок законов Этель-
21 Die Gesetze der Angelsachsen / Hrsg. УОП F. Liebermann. НаНе а / Saale, 1916.
Bd. 111. Einleitung zu jedem Stiick; ErkHirungen zu einzelnen SteHen. S. 2.
22 Wormald Р. «Inter cetera Ьопа genti suae». Р. 185-186.
23 Мы позволим себе солидаризироваться с Уормалдом в принадлежности к пер­
вой группе (27-30) титула 32, поскольку он имеет двоякий перевод.

Становление законодательства ... Англии
269
берта (85-90) рассматривает статус двух зависимых категорий
кентского королевства - esne и рабов (реосс).
Для законов Хлотхере и Эдрика их составители выбрали не­
сколько другой принцип классификации материала. Законы начи­
наются титулами (1-4), которые рассматривают преступления esne
против двух категорий лиц - знатных и простых свободных � и от­
ветственность их хозяев. Следующий крупный раздел касается по­
ручительства и соприсяжничества (важнейший раздел для любого
континентального судебника-германского права); он объединяет
титулы 5-10. Отчасти к ним примыкает и титул 11 о наказании за
объявление человека клятвопреступником в чужом доме.
Титулы 16-16,3 рассматривают порядок ведения торговли ко­
ролевскими подданными в сопредельном их королевству Лондоне,
а также случаи возникновения споров относительно имущества и
пути их решения. Ряд титулов не образует четких тематических бло­
ков, видимо, являясьреакцией законодателя на отдельные 'судебные
казусы. /,
Законы Вихтреда разительно отличаются от установлений
его предшественников: почти половину титулов в них занимают
королевские установления, имеющие отношения к церкви и раз­
личным церковным чинам, а также к процедуре принесения очис­
тительных клятв. Первый блок титулов предоставляет податные
и судебные привилегии английской церкви (1-2). Титулы 3-5,1
упоминали о случаях незаконного сожительства и блуда в среде
мирян; титулы 7-8 предусматривали ответственность священни­
ков и клириков за нарушение ими церковных канонов.
Титулы 9-15 полностью посвящены нарушению некоторых
заповедей христианской религии (работа в воскресенье и пост­
ное время, исполнение языческих обрядов). Следующий большой
блок установлений (16-24) касается судебной присяги и церков­
ного очищения от обвинения в судебном порядке. Последними в
законах Вихтреда стоят титулы 25-28, посвященные наказанию
за воровство у свободного и зависимого человека.
Таким образом, тематика отдельных разделов и частей трех
законодательных памятников королевства Кент, зафиксирован­
ных в VII в., как правило, не совпадает. Например, только в за­
конах Вихтреда говорится об освобождении господином своего
раба у алтаря. Это позволяет предположить, что слова Хлотхере,
Эдрика и Вихтреда о том, что они дополняли уже существовав­
шие до них правовые обычаи и королевские установления, не яв­
ляются только ритуальной формулой. Каждый король в той или

270
МВ. Земляков
иной степени ориентировался на законы своих предшественни­
ков и, провозглашая собственные установления, стремился не
только заполнить существующие в праве лакуны, но и избежать
повторов и противоречий. Отдельный вопрос - делали или нет
законодатели VII в. сокращения в тексте своих предшественни­
ков, проводили ли они систематизацию титулов в пределах ука­
занных разделов? Или же эту работу провели позднее переписчи­
ки, создавшие текст, который лег в основу Рочестерского кодекса?
К сожалению, ответ на этот вопрос навсегда останется в плос­
кости догадок и предположений, поскольку до нас дошел только
один список Textus Roffensis.
ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ
Сокращения названий англосаксонских законов даны в том виде,
как они приведены в издании Ф. Либермана (являющимся основой для
всех публикаций русского текста, начиная с 1961 г.):
Abt. - Aethelberht;
Нl. - Hlothrere und Eadric;
Wi. - Wihtrred;
Af. - lElfred;
Ine. - Ine;
Inscr. - Inscriptio;
Prol. - Prologus;
V Atr - V lEthelred;
11 Сп - Cnut. Gesetze 11 [weltlich];
Wer. - Wergeld;
Ебц. - Eadweard und Guthrum (Eadweards Gesetz nach Erwerbung von
Guthrums Gebiet).
Прочие названия даны согласно традиции, сложившейся в европейс-
кой исторической науке ХХ - начала ХХI в.:
L. Sal. - Lex Salica;
Сар. - Capitulare;
L. Baiuw. - Leges Baiuwariorum;
L. Аlаm. - Leges Alamannorum;
L. Burg. - Leges Burgundionum;
L. Fris. - Lex Frisionum;
L. Cham. - Lex Francorum Chamavorum;
L. Sax. - Leges Saxonum;
Ed. Roth. - Edictus Rothari;
Gri. - Leges Grimowaldi regis;
Liutp. - Leges Liutprandi regis;
Ahi. - Leges Ahistulfi regis.

Становление законодательства ... Англии
271
БИБЛИОГРАФИЯ
Глебов А.г. Англия в раннее Средневековье. СПб., 2007.
Гуревич А.Я. Королевские пожалования и феодальное подчинение
английского крестьянства // Средние века. 1953. Вып. 4. С. 49-73.
Гуревич А.Я. Английское крестьянство в Х - начале ХI в. / / Средние
века. 1957. Вып. 9. С. 69-131.
Земляков МВ. Категории зависимости в древнеанглийских право­
вых источниках VII - начала Х в.: (анализ Textus Roffensis) // Восточ­
ная Европа в древности и средневековье. ХХУ Чтения памяти чл.-корр.
АН СССР В.Т. Пашуто и памяти чл.-корр. АН СССР А.П. Новосельцева
(Москва, 17-19 апреля 2013 г.). С. 108-113.
Санников С.В. Не переводившиеся ранее фрагменты англосаксонс­
ких законов (domas) королей Инэ и Альфреда / / Вестник Новосибирско­
го государственного университета. Серия «Право». 2008. Т. IV, вып. 2.
С.67-70.
Санников С.В. Перевод пролога к кодексу короля Альфреда / / Вес­
тник Новосибирского государственного университета. Серия «История,
филология». 2009. Т. VIII, вып. 1. С. 205-209.
Соколова МН. Свободная община и процесс закрепощения крестьян
в Кенте и Уэссексе в VII-X вв. // Средние века. 1955. Вып. 6. С. 34-55.
Фрагменты кодекса короля Альфреда / предисл., пер. и коммент.
С.В. Санникова // История государства и права: Федеральный журнал.
2009. N2 20 (октябрь).
Хрестоматия памятников феодального государства и права стран
Европы / под ред. В.М. Корецкого. М., 1961. С. 62-64.
Хрестоматия по истории средних веков / под ред. С.Д. Сказкина.
Т. 1: Раннее средневековье. М., 1963. С. 590-598.
Шервуд Е.А. От англосаксов к англичанам: (К проблеме формирова­
ния английского народа). М., 1988.
Die Gesetze der Ange1sachsen / Hrsg. von F. Liebermann. НаНе а / Saa1e,
1903. Bd. 1: Text und Ubersetzung. Die Gesetze der Ange1sachsen / Hrsg von
F. Liebermann. НаНе a/Saa1e, 1912. Bd. 11. Rechts - und Sachg1ossar.
Die Gesetze der Ange1sachsen / Hrsg. von F. Liebermann. НаНе а / Saa1e,
1916. Bd. 111: Ein1eitung zu jedem Stuck; ErkHirungen zu einze1nen SteHen.
Jиrаsinski S.A. The Continenta1 Origins of 1Ethe1berht's Code // Phi1o-
1ogica1 Quarter1y. Winter 2001. Уо1. 80. N 1. Р. 1-15.
Lyon B.D.A. А Constitutiona1 and 1ega1 History ofMedieva1 Eng1and. 2nd
ed. N.Y.; L., 1980.
Maitland F W. А Sketch ofEng1ish Lega1 History. N.Y.; L., 1915.
Maitland F W. The constitutiona1 History of England. А course of lес­
tures. Cambridge, 1919.
Holdsworth W. А History of Eng1ish Law. L., 1936.
Oliver L. The Beginning of Anglo-Saxon Law. Toronto; Buffalo; L.,
2002.

272
МВ. Земляков
Pollock F., Maitland F. W. The History ofEng1ish Law before the Time of
Edward 1. 2nd ed. Cambridge, 1911. Уо1. 1.
Stenton F.M Апяю-Бахоп Eng1and. Oxford, 1943.
Vinogradoff Р. The Growth of the Manor. L., 1904.
Wormald Р. «Inter cetera bona genti suae»: Law-Making and Реасе­
Keeping in the ear1iest Eng1ish Kingdoms // Worma1d Р. Lega1 Cu1ture in the
Ear1y Medieva1 West: Law as Text, Image and Experience. L.; Rio Grande,
1999.
Wormald Р. In search of King's Offa 'Law-Code' // Worma1d Р. Lega1
Cu1ture in the Ear1y Medieva1 West: Law as Text, Image and Experience.
London, Rio Grande, 1999. Р.201-223.
Wormald Р. The Making of Eng1ish Law: King A1fred to the хп» сеп­
tury. Уо1. 1. Legis1ation and its 1imits. Oxford, 1999.

ЗАКОНЫ ЭТЕЛЬБЕРТА (ЭТЕЛЬБЕРХТА)
Вот те установления, которые король Этельберт утвердил в
дни жизни Августина 1.
1. Имущество Бога/ и церковной общины [возвращается при
краже] в 12-кратном размере. Имущество епископа - в 11-кратном.
Имущество священника - в 9-кратном. Имущество диакона - в
б-кратном. Имущество клирика - в 3-кратном. [Нарушение] церков­
ного мира - в 2-кратном. [Нарушение] мира людей? - в 2-кратном.
2. Если король пригласит к себе своего [зависимого] человека
(his leode4), и ему там ' причинят зло, пусть [виновный в этом]
уплатит двойной штраф и королю - 50 шилл.
1 Имеется в виду Августин Кентерберийский (первая треть У1 в. - 604?), монах-бе­
недиктинец, посланный папой Григорием Великим в Британию в 595 г. с миссией
христианизации германских племен. В 601 г. папа послал в Англию паллий (эле­
мент литургического облачения папы и архиепископов, символ духовной власти).
См. об Августине у Беды Достопочтенного: Beda. Hist. 1, 23-33; 11, 2-3.
2 То есть храма.
3 В TR в первом слоге была произведена корректура, в результате чего получилось
М ... frip (f. lr, ln. 8). В рукописи BL, Cotton Julius. С 11 (f. 42r, ln. 6), содержащей
копию соответствующего фрагмента Textus Roffensis, сделанную антикварием
Фрэнсисом Тейтом в 1589-1590 гг., в основном тексте стоит слово Mreth1frip (со­
брание, обращение, речь), которое в глоссе слева от строки читается как mreplfrip;
оно не встречается в других англосаксонских источниках. Перевод, предлагаемый
Либерманом (Die Gesetze der Angelsachsen / Hrsg. von F. Libermann. НаНе a/Saale,
1903. Bd. 1. Text und UЪersetzung. S. 3 - Volksversammlungsfrieden, «мир народного
собрания»), представляет собой интерпретацию двух слов, основы которых вхо­
дят в составное слово - man- и -frip. Пожалуй, он может быть признан наиболее
удачным, поскольку в TR вслед за буквой «М» отчетливо просматривается буква
«а». Описание содержания рукописи BL, Cotton Julius. С 11 можно найти на сайте
Британской библиотеки по электронной ссылке: http://searcharchives.bl.uk/primo
library/1ibweb/action/display.do?tabs=detai1sTab&ct=display&fn=search&doc=1AM
S041-00 11 О 1672&iпdх=4&rес1ds=1АМS041-00 11 О 1672&rec1dxs=3&elementId=3&
renderMode=poppedOut&displayMode=fuH&frbrVersion=&dscnt=0&frbg=&tab=10
cal&dstmp= 13 7935777683 1 &srt=rank&mode= Basic&dum=true&v l(free TextO )=Tat
e+Cotton&vid=1AMS VU2 (дата обращения: 16.09.2013 г.). Искренне благодарю
с.н.с. ИВИ РАН Тимофея Валентиновича Гимона, осуществившего сверку руко­
писи с критическим изданием Ф. Либермана.
4 Слово (ge )leod, которым в данном случае обозначается зависимый от короля
слуга, в англосаксонских текстах встречается также в значениях «человек»
(во мн. числе «народ, племя; занимаемая ими территория, страна») и «воз­
мещение за убийство человека» (примеры см.: Ап Anglo-Saxon Dictionary /
Ed. J.D.D. Bosworth, enlarg. Ьу T.N. Toller. Oxford, 1882. Т. 1. Р. 629-630). Слово
восходит к древневерхнегерм. liut, liud, luid (Sсhйtzеiсhеl R. Althochdeutsches
WбrtеrЬuсh. 3. Aufl. Tiibingen, 1981. S. 115) и гот. *liudus (Kluge F. Etymologi­
sches WбrtеrЬuсh der deutschen Sprache. 6. Aufl. StraBburg, 1899. S. 247).
5 Очевидно, имеется в виду место нахождения короля; в это время кентские пра­
вители не обладали постоянной резиденцией.

274
Законы Этельберта (Этельберхта)
3. Если король пирует" в чьем-либо доме, и там будет совер­
шено какое-то зло, пусть [виновный] возместит [ущерб] в 2-крат­
ном размере",
4. Если свободный человек (frigman) украдет [что-либо] у ко­
роля, пусть возместит в 9-кратном размере.
5. Если на королевском дворе" кто-то убьет человека, пусть
выплатит 50 шилл.
6. Если кто-то убьет свободного человека, [пусть он уплатит]
королю 50 шилл. в качестве штрафа (to drihtinbeage9).
7. Вариант 1. Если [кто-то] убьет королевских кузнеца [плот­
ника?] (cyninges агпойпышб!") или посланника (Тааоппсшаппап!'),
6 Дословно глагол trinkan следовало бы перевести как «выпивать»; однако в ком­
ментариях к законам Этельберта Либерман утверждает то, что для северных
народов понятие пития было с дохристианской эпохи тождественно пиршест­
ву (нем. Biergelage); пространство пира было законодательно защищено ровно
настолько же, насколько были защищены судебные собрания и храмы, учас­
тие в пирах было признаком приближенности ко двору короля (Die Gesetze der
Angelsachsen / Hrsg. von F. Liebermann. НаНе a/Saale, 1912. Bd. 11. Rechts- und
Sachglossar. S. 3 12-313).
7 По всей видимости, речь идет о нарушении «королевского мира» (нем.
K6nigsfrieden) вообще и мира церкви, королевского двора и народного собра­
ния в частности (примеры см.: Wilda W.E. Geschichte des deutschen Strafrechts.
НаНе, 1842. Bd. 1. S. 259-260, 537). .
8 Слово tun, которое можно перевести как «двор, подворье, усадьба, хутор»,
в данном случае, скорее всего, относится к земле и постройкам, принадле­
жавшим королю Кента. Источники V11 в. не дают нам основания говорить о
развитой дворцовой организации и домениальных владениях короля. Подроб­
нее см.: Die Gesetze der Angelsachsen. 1916. Bd. 111. Einleitung zu jedem Stuck;
ErkHirungen zu einzelnen Stellen. S. 5. Ко времени правления Альфреда Великого
наказание за применение оружия при королевском дворе ужесточается вплоть
до смертной казни или выплаты вергельда и высокого штрафа (Af. 7-7,1).
9 Составное слово drihtin-beah донесло до нас два значения: «кольцо господи­
на» (дословный перевод) и «плата повелителю за убийство свободного чело­
века». Слово drihten в данном контексте обозначает короля (Ап Anglo-Saxon
Dictionary. Р. 213).
10 Первая часть слова - ambiht, переводится как «служба, приказ, сообщение».
Если принять первый вариант перевода, то становится понятным, что выра­
жение двойного подчинения зависимого человека (указание на статус его за­
висимости и на его господина, в данном случае короля) в англосаксонских
правовых источниках уже в V11 в. принимает обыденный характер.
11 Значение этого слова вызывало множество вопросов (см.: Ап Anglo-Saxon
Dictionary. Р. 606; Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 6; The Laws of the
earliest English Kings / Ed. and trans. F.L. Attenborough. Cambridge, 1922. S. 175).
Нам кажется, что наиболее обоснованно объяснение его морфологии, предло­
женное Ф. Либерманом: laad от lad - «путь, дорога, маршрут», rinc - «человек,

Законы Этельберта (Этельберхта)
275
пусть он уплатит простую виру (leodgelde12).
Вариант 2. Если [кто-то] убьет королевского слугу, куз­
неца [ плотника?] или посланника (cyninges ambiht [7] вппб
7 laadrincmannan), пусть он уплатит простую виру':',
8. [Плата за нарушение] королевского мундебюрда'" [состав­
ляет] 50 шилл.
воин»; причем вторая лексема способна выступать как суффикс, подобный
совр. нем. -er, который служит для обозначения человека определенного рода
занятий, например: Krieg - Krieger.
12 Существительное leodgeld Либерман переводил немецким аналогом Wergeld
(Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 1. S. 3), тогда как Оливер предлагает со­
хранить специфику древнеанглийского языка и передает его как person­
price (т.е. без указания на гендерные различия: Oliver L. The Beginnings of
English Law. Toronto, Buffal0, London, 2002. Р. 65. Rem. 'Ь'). В нашем пе­
реводе по той же причине мы используем закрепленное в «Правде Рус­
ской» понятие «вира», которое также лишено гендерной окраски. Что ка­
сается прилагательного «простой» (medume), то оно встречается также
в титуле 21 и означает базовую величину возмещения за жизнь человека
(см. подробный комментарий: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 6, 8;
также варианты перевода: Ап Anglo-Saxon Dictionary. Р. 676).
13 Вариант перевода предложен Л. Оливер. Все дело в том, что в Textus Roffensis
(f. lr, ln. 16) вслед за наполовину стертым словом ambiht следует небольшой,
едва уловимый пробел. Теоретически такой вариант возможен, поскольку в
древних германских диалектах винительный падеж существительных сильно­
го склонения муж. р. ед. ч. совпадает с именительным.
14 Мундебюрд (древневерхненем. muntburt, рипуар. диал. mundepurta) - один из
древнейших германских институтов защиты отдельного человека или целого со­
общества путем изъятия его из правового пространства того социального слоя,
который обладал равными с ним правами, и предоставления ему особого пок­
ровительства и защиты (Sonderschutz). Широко известен во всех раннесредне­
вековых правовых источниках, в том числе варварских правдах. Примеры: Ed.
Roth. 26, 160-161, 165, 178 ff. (вплоть до 200), 214-218, 385; Gri. 6; Liutpr. а. У,
9-10,12; а. ХУ, 93; а. XVI, 100-101; а. XVII, 114; а. XIX, 120, 126-127; а. XXII,
139, 141; Ahi. а. У, 15 ; L. Rib. 39 (35), 3; 61 (58), 12-13; L. Cham. 14; L. Baiuw.
Add. sept. 11, 3; L. Alam. Pactus. 111, 3; L. Аlаm. Lib. 1.51,2; 54,2; Af. 5. У многих
германских племен (франков, англосаксов, рипуариев, лангобардов) король из­
начально рассматривалея как обладатель права мундебюрда над всеми членами
своего этнополитического союза. Этому институту можно отчасти уподобить от­
ношения опеки, обозначенные латинскими терминами tuitio, tutela, defensio, ко­
торые встречаются в отношении различных категорий (сирот, находящихся под
патронатом людей) в L. Vis.: IV, 2, 13; IV, 3,3-4; У, 7, 3; VII, 1, 1; Conc. Tolet. ХУ.
См. подробнее: Brunner Н. Deutsche Rechtsgeschichte. Leipzig, 1892. Bd. 2. Buch
2. S. 48-57; Grimm J. Deutsche RechtsalterthUmer. G6ttingen, 1956. Bd. 1. Buch 2.
S. 617-621,640-641; Waitz G. Das alte Recht der salischen Franken. Kiel, 1846. S.
205-206; Idem. Deutsche Verfassungsgeschichte. Kiel, 1844. Bd. 1. S. 176-177, 198-
200,203-208; Ibid. Bd. 11. S. 142-143; Ibid. Bd. 111. S. 278-282; WiZda WE. Ор. cit.
S. 226-227, 253-264, 638-646, 650, 684. Список литературы по данной проблеме

276
Законы Этелъберта (Этелъберхта)
9. Если свободный человек [что-либо] украдет у свободного,
пусть возместит в 3-кратном размере, и пусть король получит
этот штраф и все имущество [вора].
10. Если кто-то возляжет с королевской служанкой
(mregdenman), пусть уплатит 50 шилл.
11. Если же она - рабыня, которая перемалывает муку
(grindenda peowa15), пусть уплатит 25 шилл. [А если] третья [по
статусу] - 12 шилл.
12. [В счет] постоя короля уплачивается 20 шилл.
13. Если кто-то убьет человека на дворе у знатного человека
(eorles шпе)!", пусть заплатит 12 шилл.
14. Если кто-то возляжет со служанкой знатного человека,
подносящей вино, пусть заплатит 12 шилл.
15. Мундебюрд кэрла'? [составляет] 6 шилл.
также см. в изд.: K6bler G. ZiеlwбrtеrЬuсh ешорёзвспег Rechtsgeschichte. Giessen;
Lahn, 2007. 4. Aufl. S. 547-548. '
15 Большинство исследователей англосаксонского права полагают, что титулы
10-11 составляют композиционное единство, а упомянутые в них три вида
служанок (рабынь) - это три различные ступени зависимости (возрастающей
по мере убывания суммы компенсации за их жизнь) (см., напр.: Die Gesetze
der Angelsachsen. Bd: 111. S. 7). Для этого есть весомый аргумент: в отличие от
титула 7 здесь нет упоминания о вире (leodgeld), что может указывать на бо­
лее низкий статус королевской служанки по сравнению с профессиональным
ремесленником или посланником короля. В данном контексте термины mregd
и реосеа могут быть признаны синонимами.
16 В законах VII В. под термином eorl скрываются более знатные члены кент­
ского общества, а не должностные лица. Значение понятия «эрл» стало сме­
щаться в сторону наименования, которое присваивалось должностному лицу,
только с конца Х - начала ХI в., во времена правления датской династии (см.,
например: Pollock F., Maitland F. W ТЬе History of English Law before the Time
ofEdward 1. Cambridge, 1911. Vol. 1. Р. 32-33). В альфредовском законодатель­
стве такая социальная категория, как «эрл», отсутствует вообще. Однако в
законах Альфреда обнаруживается наказание за демонстрацию и применение
оружия в присутствии (во владениях?) архиепископа, епископа и элдормена
(Af. 15 - от 150 до 100 шилл.); в Af. 38 также упомянута драка с оружием на
собрании (gemot) в присутствии королевского элдормена (120 шилл. в пользу
элдормена, выплата вергельда пострадавшим и штрафа).
17 Англосаксонскую категорию ceorl (древневерхненем. char(a)l, средневерхне­
нем. kerl, исланд. karl, фризск. tzierl, tzerl, tzirl) мы понимаем, прежде всего,
как свободного непривилегированного подданного короля Кента, обрабаты­
вавшего землю (лат. rusticus, colonus, liber), который в VII в. мог также обоз­
начаться как frigman или freoman. В отдельных титулах она также встречается
в значении «муж» (An Anglo-Saxon Dictionary. Р. 151; Richthofen К. von (Frei­
herr). Altfriesisches WбrtеrЬuсh. Gбttiпgеп, 1840. 1970. S. 237,865). Во фризс­
ких источниках высокого Средневековья также фиксируется значение «раб»
(Knecht) или «слуга» (Dienstmann) (Hofmann D., Popkema А. Т. Altfriesisches
НапdwбrtеrЬuсh / Unter Mitwirk. von G. Hofmann. Heidelberg, 2008. S.518).

Законы Этельберта (Этельберхта)
277
16. Если кто-то возляжет со служанкой кэрла, подносящей
вино, пусть заплатит 6 шилл.; для такой [же] .рабыни, второй
[по статусу, штраф составляет] 50 скеаттов!"; для такой [же] ра­
быни, третьей [по статусу, штраф составляет] 30 скеаттов.
17. Если кто-то вторгнется на двор другого первым, пусть уп­
латит 6 шилл.; тот же, кто после [первого нарушителя] вторгнет­
ся, [пусть уплатит] 3 шилл., и каждый, кто после этого [вторгнет­
ся туда, пусть уплатит] 11 шилл.
18. Если кто-то передаст другому человеку оружие там, где
произойдет ссора!", и никто не причинит никакого зла, пусть уп-
латит 6 шилл. �,
19. Если будет совершен вооруженный грабеж на дороге
[с этим оружием], пусть уплатит 6 шилл.
20. Если он [при этом] убьет другого человека, пусть уплатит
20 шишг".
21. Если кто-то убьет [другого] человека, пусть уплатит про­
стую виру (medume leodgeld) - 100 шилл.
22. Если кто-то убьет [другого] человека, пусть выплатит пе­
ред открытой могилой 20 шилл. и в течение 40 дней пусть возмес­
тит полный вергельд (leod)21.
23. Если убийца убежит из страны (of lande), пусть его родичи
возместят половину вергельда (leod).
24. Если кто-то свяжет свободного человека, пусть уплатит
20 шилл.
25. Если кто-то убьет нахлебника кэрла (ceorles hlafretan)22,
пусть уплатит 6 шилл.
в любом случае нам кажется неудачным перевод слова «кэрл» на русский язык
термином «общинник», поскольку уже в судебнике Альфреда конца IX в. кэрл
значительно отличается по статусу от германского общинника (Gemeinfreie),
как его понимали историки права XIX-XX вв.
18 Скеатт - монета, равная 1/20 шиллинга.
19 Имеется в виду спор или конфликт без применения оружия.
20 Титулы 18-20 составляют композиционное единство. В данном случае субъ­
ектом и тем человеком, который платит возмещение роду пострадавшего, яв­
ляется один и тот же человек - тот, кто передал оружие. Такой вывод можно
сделать, исходя из величины штрафов (более низких по сравнению с величи­
ной вергельда) (см.: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. III. S. 7-8. Ср. также Af.
19-19,2, где установлена ответственность за передачу оружия в случае, если
будет совершено убийство). ·
21 Отметим, что данный титул имеет параллель в законах короля Этельреда Не­
решительного, записанных в 1008 г. (У Atr. 12-12,1).
22 В данном случае, как следует из суммы штрафа, речь идет о зависимом чело­
веке. Либерман предлагал включить этот термин, более нигде не встречаю­
щийся, в состав категории «прислуга со свободным статусом» (freies Gesinde);

278
Законы Этельберта (Этельберхта)
26. Если [кто-то] убьет лэта+', пусть выплатит за наивысшего
[по статусу] 80 шилл., если убьет второго [по статусу], пусть упла­
тит 60 шилл., если третьего [по статусу] - пусть уплатит 40 шилл.
27. Если свободный человек разрушит ограду", пусть упла­
тит 6 шилл.
28. Если он возьмет внутри [какое-либо] имущество, такой
человек пусть уплатит [стоимость украденного] втройне.
29. Если свободный человек вступит в границы [чужого
участкар", пусть уплатит 3 шилл.
30. Если кто-то убьет [другого] человека, пусть уплатит собст­
венными деньгами (agene scrette) и движимым имуществом без
изъяна каждому [из его родственников'[Р".
по его мнению, «нахлебник» был свободным человеком, не имевшим собст­
венного участка земли (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 8). Оливер,
напротив, трактует его как человека зависимого, противостоящего своему
господину - глафорду (кохраняющему хлеб») (Oliver L. The Beginnings of
English Law. Р. 69. Rem. "а").
23 Данная категория англосаксонского общества, во множестве встречающаяся в
континентальных законах (древневерхненем. laz, фризск. let, исланд. lidda, ла­
тинизированные формы litus, lidus в Lex Salica), в кентском законодательстве
встречается только один раз (Richthofen К. von (Freiherr). Ор. cit. S. 894-896;
Boutkan D. Old Frisian Etymological Dictionary. Leiden, Boston, 2005. Р.235).
Мы затрудняемся говорить об их правовом статусе как о статусе отпущенни­
ков илиполусвободных; более того, несколько градаций стоимости их жизни
говорят об их различных социальных позициях. Дэвид Пелтрэ предположил,
что эти градации соответствовали количеству поколений, которое должно
было пройти перед полным освобождением лэтов от личной зависимости и
патроната бывшего господина (Pelteret D.A.E. Slavery in the early Medieval
England from the Reign of Alfred until the Twelfth Century. Woodbridge, 1995.
Р. 295-296), однако у нас нет уверенности в этом.
24 В данном случае имеется в виду не причинение случайного вреда ограде,
а именно ее намеренное разрушение (в том числе при вторжении на чужой
участок). То же самое правонарушение, обозначаемое термином edorbryce,
упоминает и Альфред: Af. 40 (в качестве возмещения - 5 шилл.).
25 По-видимому, речь идет о земле, которая непосредственно прилегала к дому сво­
бодного человека (но не о самом доме), поскольку в титуле 17 уже упоминается
о вторжении в границы владения в целом, причем за это установлен в два раза
больший штраф. Оливер резонно добавляет, что речь идет о вторжении с целью
кражи, вполне возможно, без разрушения ограды (Oliver L. The Beginnings of
English Law. Р. 94-96).
26 В этом титуле несколько перепутаны падежи согласованных между собой су­
ществительных (dat. inst.) и прилагательных (асс.). Тем не менее перевод Ф. Ли­
бермана, на который мы опираемся, бесспорен (обоснование см.: Die Gesetze
der Angelsachsen. Bd. 111. S. 9). Кроме того, в случае с трактовкой слова feoh мы
придерживаемся перевода Либермана (нем. Fahrhabe - «скот, движимое имущес­
тво»), а не Оливер (property - «имущество вообще»), поскольку в последнем ва­
рианте перевода исчезает заложенная переписчиком дихотомия scrett- feoh.

Законы Этельберта (Этельберхта)
279
31. Если свободный человек возляжет с женой свободного
человека, пусть выплатит (abicge)27 свой / ее всргслыг", и пусть
получит другую женщину в качестве своего имущества (agenum
scrette)29, и ту другую приведет к ссбе".
32. Вариант 1. Если кто-то нарушит право неприкосновенности
жилища (riht hamscyld)31, пусть возместит согласно стоимости.
Вариант 2. Если кто-то [из двух супругов, муж или жена]
нарушит узы законного брака, пусть уплатит [их] цену'".
33. 33Если [кто-то] будет схвачен за волосы, [пусть получит] в
качестве возмещения 5 скеаттов.
27 Дословный перевод глагола abicgan - «покупать, платить, возмещать». Тем не
менее мы не можем согласиться спереводом Босуорта: « ... пусть выкупит ее
при помощи своего вергельда» (An Anglo-Saxon Dictionary. Р. 3) и разделяем
мнение Либермана о том, что в данном контексте этот глагол синонимичен
глаголу betan (еуплачиватъ, предлагать») и подразумевает брачный выкуп
(Brautkauf).
28 Либерман и Оливер указывают на то, что слово «вергельд» может относить­
ся и к жене свободного (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 9; Oliver L.
ТЬе Beginnings ofEnglish Law. Р. 69. Rem. "е").
29 Похоже, что речь идет о служанке, попадающей после собственной «покупки»
в разряд дворовых слуг (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 1 О).
30 В источнике написано ret рагп (f. 2r, ln. 4), что можно перевести: «сюда, туда,
в (э)то место». Большинство поздних изданий придерживается мнения о том,
что в рукописи присутствует описка, а в протографе должно было стоять вы­
ражение ret Ьат (кдомой, к себе»), Тем не менее Оливер предлагает оставить
первоначальный вариант, поскольку в современных французском и немецком
есть похожее выражение chez lui / bei ihm (также переводится обычно на рус­
ский наречием «дома») (Oliver L. ТЬе Beginnings of English Law. Р. 69. Rem.
"Г').
31 Либерман переводит hamscyld как Heimschild, Т.е. «защита жилища» (щит -
германский символ мира), однако в сочетании с корнем ryht- означает древний
правовой институт неприкосновенности владения (Die Gesetze der Angelsach­
sen. Bd. 11. S. 431; Bd. 111. S. 10. См. также: Hall J.R. С. А concise Anglo-Saxon
dictionary / With supplements ofH.D. Meritt. 4th ed. Cambridge, 1960. Р. 282; An
Anglo-Saxon Dictionary. Р. 507).
32 Второй вариант перевода основан на следующем допущении. «Цена» в данном
случае это выкуп за невесту. Такое толкование предлагает Л. Оливер (Oliver L.
ТЬе Beginnings ofEnglish Law. Р. 71 (перевод), 97-99 (комментарий)). Посколь­
ку более слово rihthamscyld нигде не встречается, она обосновывает свою ги­
потезу параллелями с Wi. 3,4, где rihthremed означает «законный брак». Если
scyld трактовать как защиту, то получается «защита брака на основании зако­
на»; принимая во внимание содержание предыдущего титула, она переводит
слово weoro как «цена брака», Т.е. выкуп за невесту (общегерманский инсти­
тут morgingab - «утреннего дара»).
33 Этот титул открывает собой длинный ряд постановлений, касающихся воз­
мещений за телесные повреждения (Abt. 33-90). Композиционно этот раздел
соответствует титулам 44-77 законов Альфреда Великого.

280
Законы Этельберта (Этельберхта)
34. Если [у кого-то] обнажится кость, пусть [ ему] уплатят
3 шилл.
35. Если [у кого-то] будет сломана кость, пусть [ему] уплатят
4 шилл.
36. Если будет проломана «внешняя кость» черепа, пусть
[ пострадавшему] уплатят 1 О шилл.
37. Если обе [кости] будут [проломлены], пусть [пострадав­
шему] уплатят 1 О шилл.:"
38. Если плечо [после удара] высохнет, пусть [пострадавше­
му] уплатят 30 шилл.
39. Если [случится так, что] одно из ушей ничего не будет
слышать, пусть [ пострадавшему] уплатят 25 шилл.
40. Если ухо будет отсечено, пусть [пострадавшему] уплатят
12 шилл.
41. Если ухо будет пробито [ насквозь], пусть [пострадавше­
му] уплатят 3 шилл.
42. Если ухо будет рассечено, пусть [пострадавшему] уплатят
6 шилл.
43. Если глаз будет [выбит], пусть [пострадавшему] уплатят
50 шилл.
44. Если рот или глаз будут изуродованы, пусть [пострадав­
шему] уплатят 12 шилл.
45. Если нос будет пробит, пусть [пострадавшему] уплатят
8 шилл.
46. Если это будет одна щека, пусть [пострадавшему] уплатят
3 шилл.
47. Если обе будут пробиты, пусть [ пострадавшему] уплатят
6 шилл.
48. Если нос будет рассечен еще в каком-нибудь месте, за каж­
дое [из рассечений] пусть [пострадавшему] уплатят 6 шилл.
34 Титулы 36-37 являются, пожалуй, самыми загадочными в рукописи. Совер­
шенно не понятно, почему в них не упомянут какой-то парный орган, как в
других, касающихся телесных повреждений. Равным образом неизвестно, ка­
кие две «кости», покрывающие мозг человека, здесь имеются в виду. В законах
Альфреда (Af. 44-44,1), касающихся ранения головы (heafodwunde), упомя­
нут перелом обеих «костей головы» (butu ban) и «внешней кости» (uterre ban)
со штрафом 30 и 15 шилл. соответственно. з.ю. Метлицкая предполагает, что
в данном случае могла произойти описка, и вместо hion следовало бы читать
sion - sien ( «зрачок»). На основе изучения рукописи случайное написание h
вместо s в других случаях подтверждается. В фризском праве IX в. есть по­
добный раздел, где говорится и о глазе, и о зрачке (L. Fris. Адд. sapientum. Ша,
47-48). Но более никаких подтверждений этой версии не существует, поэтому
она остается одной из гипотез.

Законы Этельберта (Эmельберхmа)
281
49. Если [нос?]35, будет проколот, пусть [ пострадавшему] уп­
латят 6 шилл.
50. Тот, кто сломает [другому] челюсть, пусть возместит
20 шилл.
51. За [выбитые] первые четыре зуба [предусмотрен штраф]
по 6 шилл. за каждый; тот, зуб, который стоит сразу за ними,
[оценивается] 4 шилл.; тот, который стоит сразу за ним - 3 шилл.;
и далее каждый последующий - 1 шилл.
52. Если [чей-то] язык будет поврежден, [пусть пострадавше­
му уплатят] 12 шилл.
52, 1. Если [чья-то] ключица будет сломана, пусть [ему] упла­
тят 6 шилл.
53. Тот, кто проткнет [кому-либо] руку, пусть уплатит
6 шилл.
53,1. Если же рука будет сломана, пусть [ему] уплатят
6 шилл.
54. Если [кому-то] отрубят большой палец на руке, пусть [ ему]
уплатят 20 шилл.
54, 1. Если ноготь на большом пальце будет оторван, пусть
[ему] уплатят 3 шилл.
54, 2. Если кто-то отрубит [другому] указательный палец
(scyt�efinger)36, пусть [ему] уплатят 8 шилл.
54, 3. Если кто-то отрубит [другому] средний палец, пусть
[ему] уплатят 4 шилл.
54, 4. Если кто-то отрубит [другому] безымянный палец
(goldfinger), пусть [ему] уплатят 6 шилл.
54, 5. Если кто-то отрубит [другому] мизинец (lytlan finger),
пусть [ему] уплатят 11 шилл. ,
55. За [вырванный] ноготь на любом-из пальцев [предусмот­
рен штраф] в шиллинг.
56. За небольшое повреждение "лица (wlitewamme) [предус­
мотрен штраф] 3 шилл., а за более сильное - 6 шилл.
35 Либерман предполагал, что в данном случае в рукописи могло быть пропуще­
но другое слово, например, ргош (еторло»), поскольку оно встречается в спис­
ке штрафов за членовредительство в других варварских правдах. В L. Alam.
совпадал размер штрафа за аналогичное правонарушение; Af. 51 содержит
штраф за ранение горла, а Альфред Великий, как следует из Пролога к его за­
конам, использовал рукописи законов Этельберта: Die Gesetze der Angelsach­
sen. Bd. 111. S. 11. Все же мы переводим данный пассаж, исходя из содержания
предыдущего титула и предполагая в данном случае эллипс.
36 Название указательного пальца совпадает с тем, которое встречается в L. Sal.
29, 6 (Si vero secundo digito, id est unde sagittatur excusserit ... ). Древнеангл.
Scytel переводится как «стрела».

282
Законы Этельберта (Этельберхта)
57. Если кто-то ударит другого в нос кулаком, [пусть уплатит]
3 шилл.
58. Если [после удара] будет след [синяк] (dynt)37, [пусть
уплатит] шиллинг.
58, 1. Если он нанесет удар (dyntes) «высокой рукой» [т.е. с
размаху], пусть возместит шиллинг.
59. Если след [синяк] будет [виднеться] черным из-под одеж­
ды, пусть [ударивший] уплатит 30 скеаттов.
60. Если он будет под одеждой, каждый [синяк будет стоить]
20 скеаттов.
61. Если [кто-то] будет ранен в живот, пусть [ ему] уплатят
12 шилл ".
61, 1. Если же он получит колотую рану [до внутренностей],
пусть [ ему] уплатят 20 шилл.
62. Если он будет [вынужден после этого] лечиться, пусть
[ему] уплатят 30 шилл.
63. Если он будет тяжело ранен, пусть [ ему] уплатят
30 шилл.
64. Если кто-то повредит [другому] детородный орган, пусть
он выплатит ему тройной вергельд.
64, 1. Если он [мужское достоинство] проколет навылет, пусть
[ пострадавшему] уплатят 6 шилл.
37 Либерман переводил существительное dynt в титуле 58, 1 как «удар»; при
этом он отличал его от удара кулаком (mid fyste), о котором говорится в титу­
ле 57. Поэтому он предполагал, что этот удар (dynt) производится открытым
кулаком (Die Gesetze der Ange1sachsen. Bd. 111. s. 12. Ср. с переводом Оливер:
Oliver L. ТЬе Beginnings ofEng1ish Law. Р. 73).
38 В континентальном праве - в записанной при короле Хлотаре 11 (613-628)
Аламаннской правде - имеются определенные параллели с этим титулом.
На сходстве Abt. 61 и L. А1аm. 57, 55-57 (55, 27-29) останавливается
также Юрасински, доказывая, что некоторые слова в законах Этельберта
могли быть кальками с латыни (Jurasinski S.A. ТЬе Continenta1 Origins of
1Ethe1berth's Code // Phi1ogica1 Quarter1y. Winter 2001. Уо1. 80. N 1. Р.6-7:
vu1neratus - wund, transpunctus - purhoire1). Тем не менее даже схожесть самих
титулов и величины штрафа за протыкание внутренностей (по 12 сол.), на
наш взгляд, не дает оснований для утверждений о прямой рецепции ме­
ровингских законов в раннесредневековой Англии хотя бы потому, что у
аламаннов подразумевалось ранение в грудь или бок, ведущее к летальному
исходу (древневерхненем. (h)re( о) - «смерть, погребение»: Sсhйtzеiсhеl R.
Ор. cit. s. 151); у англосаксов же, судя по содержанию следующих титу­
лов, человек оставался жив. Таким образом, и здесь имела место рецепция
Этельбертом общегерманского слоя лексики, но не конкретных меровинг­
ских законодательных образцов.

Законы Этельберта (Этельберхта)
283
64,2. Если он [его] пробьет не насквозь", пусть [пострадав­
шему] уплатят 6 шилл.
65. Если будет сломано бедро, пусть [пострадавшему] уплатят
12 шилл.
65, 1. Если он станет хромым, тогда должны будут друзья ре­
шить [этот спор ]40.
66. Если будет сломано ребро, пусть [ ему] уплатят 3 шилл.
67. Если кто-то пробьет [другому] бедро, пусть [уплатит] по
6 шилл. за каждую рану.
67, 1. Если"! [рана будет длиной] до 1 дюйма, пусть [ему] уп­
латят шиллинг, за 2 дюйма - два [шилл.], до трех - 3 шилл.
68. Если будет повреждено сухожилие'Ч, пусть [ему] уплатят
3 шилл.
69. Если будет отрублена нога, пусть [преступник] возместит
50 шилл.
70. Если будет отрублен большой палец, пусть [он] возместит
10 шилл.
71. За любой другой палец ноги пусть [он] заплатит полови­
ну [от той суммы], как было сказано о тех [же самыхг" пальцах
руки.
39 Различия в переводе глаголов purhstingan и inbestingan отмечал еще Толлер:
в других источниках приставка рцгп- предусматривает ранение навылет (An
Anglo-Saxon Dictionary. Р. 1079), а in- и Ье- - ранение без прокола (Ibid.
Р. 590). Возникает вопрос: по какой причине они противопоставлены про­
стому повреждению, а кроме того, оплачиваются лишь 6 шилл., а не суммой,
близкой к вергельду? Оливер считает, что речь идет о мужском достоинс­
тве пострадавшего, что подразумевает и membrum virile, и testiculi (мошон­
ки). Очень вероятно, что в титулах 64,1-64,2 подразумевается повреждение
именно мошонки, а относительно небольшой (по сравнению свергельдом
свободного) штраф связан с тем, что при таком ранении его репродуктивные
функции могли не пострадать. См.: L. Аlат. 57, 58-59 (55, 30-31) (различные
возмещения за полную кастрацию и повреждение без потери репродуктив­
ных функций - 40 и 20 сол.); Af. 65 (наказание за лишение мужчины возмож­
ности иметь детей - 70 шилл.); Oliver L. ТЬе Beginnings ofEnglish Law. Р. 75.
Rem. "d".
40 Относительно того, кто подразумевается под словом тгеопо (можно перевести
равно как «друзья» и «родичи»), ведутся споры (подробнее см.: Oliver L. ТЬе
Beginnings of English Law. Р. 75. Rem. 'е'). В данном случае мы принимаем
чтение Либермана.
41 Либерман отмечает архаичное написание союза: gyfe вместо gif (Die Gesetze
der Angelsachsen. Bd. 111. S. 13). Однако в рукописи (f. 3r, ln. 6) буква -е пред­
ставлена в виде надстрочной корректуры писца; не исключено, что именно
архаическая форма содержалась и в протографе TR.
42 Дискуссия о значении слова wrelt представлена у Либермана (Ibid.).
43 То есть о соответствующих пальцам ног - большому, указательному и т.д.

284
Законы Этельберта (Этельберхта)
72.' Если будет оторван ноготь большого пальца, пусть [он
возместит] 30 скеаттов в качестве штрафа.
72,1. За любой другой [ноготь на пальцах ноги] пусть [он] уп­
латит 1 О скеаттов.
73. Если свободной женщине, носящей длинные воло­
сьг", [кто-то] сделает что-то неподобающее, пусть [он] уплатит
30 шилл.
74. Пусть штраф за насилие над девушкой (mregpbot) будет
таким же, как [за насилие в отношении] свободного человека. I
75. Пусть [за нарушение] мундебюрда наиболее знатной из
вдов45 (betstan widuwan eorlcudre) уплачивается 50 шилл.
75, 1. [За нарушение мундебюрда] второй [по статусу пусть
уплачивается] 20 шилл., третьей [по статусу] - 12 шилл., четвер­
той [по статусу] - 6 шилл.
76. Если кто-то уведет вдову, не принадлежащую ему", пусть
он выплатит этот мундебюрд (mund) в двукратном размере."?
77. Если кто-то возьмет себе'" невесту (mregp), пусть [она] бу­
дет выкуплена посредством брачного выкупа (сеарг)?", если это
сделано без обмана (unfacne is )50.
44 Либерман предполагал, что имеется в виду незамужняя девушка, поскольку
предписанный штраф значительно меньше, чем в титуле 31 (измена с женой
свободного). Длинные волосы как символ свободного рождения выступает
еще у Тацита (Тас. Germ. 19), а затем - в L. Sal. в отношении юноши (24, 2; 24,
4: puer crinitus) (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 13).
45 Избранность «лучшей из вдов» является не только признаком ее принадлеж­
ности к наивысшему разряду свободных женщин (поскольку к нему же при­
надлежат и женщины второго разряда, упомянутые в следующем титуле), но
и отмечает ее принадлежность к королевскому роду. Возможно, как предпола­
гает Либерман на основании примеров из актового материала Х в., такой же
мундебюрд защищает всех знатных вдов, находящихся под покровительством
короля (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 14).
46 То есть совершит похищение, не выкупив суммы мундебюрда у ее опекуна. При
этом принуждение вдовы к браку владельцем мундебюрда не считалось преступ­
лением (подробнее см.: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 11. S. 368-369).
47 В этом случае первая часть штрафа будет представлять собой сумму выкупа­
емого мундебюрда, а вторая - собственно наказание за про ступок. Этот титул
В целом имеет параллели сразу в нескольких континентальных сводах права,
например: L. Sal. 44,1-2; L. Fris. 88; Ed. Roth. 188.
48 Дословно глагол bicgan следовало бы перевести как «выкупать [невесту]», од­
нако нами выбрана описательная форма в силу наличия в предложении трех
глаголов со значением купли-продажи.
49 То есть цены приданого.
50 Под «обманом» подразумевается прежде всего заблуждение жениха отно­
сительно девственности невесты; такая «проверка» характерна практичес­
ки для всех индоевропейских народов древности (примеры см.: Oliver L.

Законы Этельберта (Этельберхта)
285
77, 1. Если же обман имеет место (facne is), после того, как он
отведет [ее] домой (ал ham)51, пусть ему отдадут его имущество
(scret)72•
78. Если она родит живого ребенка, пусть она обладает поло­
виной имущества, если муж (ceorl)53 умрет раньше [нее].
79. Если она" захочет уйти [из дома своего мужа] с детьми,
пусть обладает половиной имущества.
80. Если она захочет иметь [нового] мужа (ceorl agan wile),
[пусть при разделе она получит имущество], как за [одного] ре­
бенка-".
81. Если она не родит ребенка, пусть [при расторжении брака
и возвращении домой] ее родственники по отцу удержат за собой
[ее] имущество (fioh) и «утренний-дар» (morgengyfe)56.
82. Если кто-то силой захватит девушку, пусть [он уплатит]
распорядителю [мундебюрда] (ратп agende) 50 шилл. и после
ТЬе Beginnings of English Law. Р. 107-108). Очевидно, вслед за переводом
Прайса- Торпа и Толлера в английской литературе до сих пор принято отно­
сить существительное ceapi к глаголу gebigep (от bicgan) и переводить нача­
ло титула так: «Если кто-то выкупит невесту при помощи брачного выкупа,
пусть сделка будет действительной ... » (напр.: Ап Anglo-Saxon Dictionary.
Р. 657). Нам кажется более точным перевод Ф. Либермана, на который мы
ориентируемся в своем варианте.
51 См. примеч. 30.
52 То есть выкуп за невесту.
53 См. примеры такого перевода: Ап Anglo-Saxon Dictionary. Р. 151 (ер. глаголы
ceorlian и wifian - «жениться» и «выходить замуж»),
54 Здесь и впоследствии (до титула 81 включительно) речь идет о правовых ка­
зусах, касающихся женщины, упомянутой еще в титуле 77.
55 На наш взгляд, перевод Либермана (<<Если муж захочет оставить детей ... ») не
является бесспорным. В частности, он полагает, что каждый из членов семьи
(родители и дети) должен был обладать равной долей в имуществе, поэтому
при таком способе развода отец всегда получал 1/2' а оставшуюся долю дели­
ли мать и дети (один ребенок получал четверть, двое - одну шестую часть,
трое - одну восьмую и т.д.). Между тем таких пропорций в праве англосаксов
более нигде не зафиксировано (см. подробнее: Die Gesetze der Angelsachsen.
Bd. 11. S. 366). Перевод Оливер (Oliver L. ТЬе Beginnings ofEnglish Law. Р. 79)
более обоснован, однако в других законах VII в. и более поздней эпохи нам
не удалось обнаружить конструкцию «ceorl agan will» в значении «пожелать
выйти замуж».
56 «Утренний дар» (нем. Morgengabe, лат. pretium nuptiale) - один из наиболее
древних общегерманских родовых институтов, представлявший собой пода­
рок мужа после свадебной ночи своей жене. Некоторые сведения об этом ин­
ституте приводит в своем глоссарии Либерман (Die Gesetze der Angelsachsen.
Bd. 11. S. 588. См. подробнее: Grimm J. Ор. cit. S. 610-612). Примеры: Ed. Roth.
182, 199,200,216; Liutpr. а. У, Prol. -1; а. XVI, 103; а. XIX, 117; Ahi. а. У, 14;
L. Rib. 41 (37), 2; L. Alam. 56, 2; L. Burg. 42, 2.

286
Законы Этельберта (Эmельберхmа)
этого выкупит у распорядителя [мундебюрда] его разрешение [на
брак]".
83. Если она была обручена с другим человеком, пусть [похи­
титель] уплатит [жениху] 20 шилл.
84.
Вариант 1. Если произойдет возвращение (grengang)58 [похи­
щенной девушки], [пусть он уплатит распорядителю] 35 шилл. и
15 шилл. королю.
Вариант 2. Если будет совершен разбой на дороге" [в отно­
шении девушки, пусть виновный уплатит] 35 шилл. [пострадав­
шей] и 15 шилл. королю.
85. Если кто-то возляжет с женой езпе'" при живом муже'",
пусть уплатит в 2-кратном размере.
57 Либерман полагал, что речь здесь идет не об изнасиловании, а об обычае
похищения невесты, который законодатели стремились искоренить высоки­
ми штрафами и наказаниями (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 15).
Ср. подобный правовой казус в составе L. Sal.: 13, 1-5; 13, 12. Также было
предусмотрено суровое наказание за насилие над женщиной или девушкой
на «большой дороге» - 200 сол. для зачинщика и 45 сол. для его сообщников
(L. Sal. Сар. 1. 72), за заграждение девушке дороги (L. Sal. 31, 2).
58 Этимология этого слова не ясна; Либерман предположил, что оно означает
«возвращение (бегство) девушки обратно к своей родне, к своему покровите­
лю» (от сложения основ gean (ongean - «назад, против») + gang (Die Gesetze
der Angelsachsen. Bd. 111. S. 16)). L. Burg., 12, 2 как раз предполагает вариант
возвращения женщины в свой род беспорочной (incorrupta redierit ad parentes).
59 Перевод, при котором gren-gang означает «разбой на большой дороге» (gean­
в значении действия против кого-либо), предполагает известные параллели с
меровингской Салической правдой, которая устанавливала высокие штрафы
за нападение на девушек в пути (L. Sal., 13, 14). То же слово могло означать
и схватку между похитителем и распорядителем мундебюрда. В этом случае
становится ясна роль выплаты в 15 шилл. в пользу короля: она выполняет
роль компенсации за нарушение его мундебюрда (или же, если принять па­
раллели из L.Sal. - королевского мира, fretus) (см.: Oliver L. The Beginnings of
English Law. Р. 108-109).
60 Термин esne восходит к общегерманским корням (готск. asneis, древнесакс.
asna, древневерхненем. asni), в частности, к глаголам, связанным с жат­
вой (древневерхненем. arnen, древнеангл. earnian) (А Gothic Etymological
Dictionary / Ed. W.P. Lehmann. Leiden, 1986. Р. 46; Schutzeichel R. Ор. cit.
S. 11; Pelteret D.A.E. Ор. cit. Р. 271-274). Трактовки его статуса различны­
от наемного работника, впавшего в зависимость свободного без собственной
земли, до раба, предоставляющего свой труд в пользу глафорда. Мы склонны
на основании законов VII в. видеть в esne низшую социальную категорию,
близкую к }Jeow, но имевшую четкую специализацию в области земледелия
и обладавшую некоторыми правами и обязанностями (например, иметь жену,
возмещать некоторые преступления из собственных средств).
61 Необходимо пояснить термин «муж», который применяется по отношению
к esne. Дело в том, что в отношении зависимых людей варварские правды

Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика)
287
86. Если esne убьет другого [esne] без вины, пусть он возме­
стит [его жизнь господину] полной стоимостью [esne]62.
87. Если у esne будет выбит глаз или отрублена нога, пусть он
возместит [его увечья господину] полной стоимостью [esne].
88. Если кто-то свяжет esne другого человека, пусть уплатит
6 шилл.
89. Грабеж раба на большой дороге пусть [будет оценен]
3 шилл'".
90. Если раб украдет, пусть возмещает [стоимость украденно­
го] в 2-кратном размере'",
ЗАКОНЫ ХЛОТХЕРЕ (ХЛОТАРЯ)
И ЭДРИКА (ЭАДРИКА)
Рубрика: Вот те установления, которые утвердили Хлотхере и
Эдрик, короли народа Кента.
Пролог: Хлотхере и Эдрик, короли народа Кента, дополнили'"
те законы, которые их предки ранее сотворили, теми установле­
ниями, которые провозглашены здесь ниже:
1. Если чей-либо= esne убьет такого знатного человека, ко­
торый будет оценен в 300 шилл., пусть владелец [esne] выдаст
четко различают термины «сожительство» и «брак». В данном случае речь
идет о признанном и защищаемом законом браке (ср.: Liutp. а. VI, 50), а не
сожительстве. Однако на основе аналогии с другими германскими племенами
Ф. Либерман предполагает, что вся сумма штрафа могла переходить к госпо­
дину esne (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 16).
62 Либерман особо подчеркивал то, что при наличии соответствующей суммы
штраф уплачивал сам зависимый человек, и лишь при ее отсутствии ответ­
ственность нес его господин (DieGesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 16).
63 Либерман полагал, что при ограблении знатного человека штраф должен быть
значительно выше, поэтому в этом титуле идет речь об ограблении простого
свободного (Ibid. Bd. 111. S. 17).
64 Либерман (очевидно, на основе сравнения с более поздними королевскими
законами) предположил, что, помимо возмещения ущерба, раб нес также
телесные наказания (Ibid. Bd. 11. S. 694; Ibid. Bd. 111. S. 17).
65 Глагол ecton (recton) может быть производным от глагола прошедшего време­
ни eocon (исходная форма - eacan). Так или иначе, переложение Либерманом
этого глагола на немецкий словами «шепгеп» (улучшать), «fugen» (присоеди­
нять к чему-либо), исходя из контекста, вполне оправданно (Ibid. Bd. 1. S. 9,
12; An Anglo-Saxon Dictionary. Р.224).
66 То есть зависимый человек, хозяин которого может иметь любой социальный
статус.

288
Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика)
убийцу и после этого добавит [в пользу рода убитого] тройную
цену [esne] (manwyro)67. 1.:1'"
2. Если убийца убежит, пусть он [т.е. владелец esne] добавит
[в пользу рода убитого] четыре цены [esne] и очистит себя с помо­
щью вызывающих доверие соприсяжников в том, ЧТО он не может
поймать этого убийцу.
3. Если чей-либо esne убьет свободного человека, который бу­
дет оценен в 100 шилл., пусть владелец [esne] выдаст убийцу и,
кроме того, [заплатит] еще одну цену [esne]. �'1
4. Если убийца убежит, пусть [его хозяин] возмещает его при
помощи [платы величиной] в две цены [esne] и очистит себя с
помощью вызывающих доверие соприсяжников в том, что он не
может поймать этого убийцу.
5. Если свободный человек украдет человека, и если тот вер­
нется назад [и выступит в суде] как обвинитель'", пусть он выдви­
нет обвинение в присутствии [похитителя]; пусть тот'" очистит
себя, если сможет: пусть у него будет установленное число сво­
бодных соприсяжников И один [из их числа], принявший клятву,
каждый человек из того поселения, к которому он сам принад­
лежит; если он не сможет [сделать] этого, пусть он уплатит так
много, сколько он имеет 70.
67 В титулах 1-4 мы встречаем слово гпапсеугб, которое можно перевести как
«цена человека». Поскольку в титулах уже упомянута величина вергельда
(посредством определения «стоимости» жизни различных категорий), можно
отнести термин шапмугб к возмещению стоимости esne (см. перевод Либер­
мана: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 1. S. 9).
68 Слово stelmelda и по сей день вызывает споры: Либерман полагал, что пер­
вая часть слова позволяет перевести его как «публичный обвинитель» (Ibid.);
Оливер же говорит о том, что в данном случае могла иметь место описка в
рукописи, и вместо stel- следует читать steol- ( «кража») либо впег (систория,
рассказ») (Oliver L. The Beginnings ofEnglish Law. Р. 129, Rem. "Ь"). Однако в
итоге она приходит к выводу о том, что лучшим вариантом перевода являет­
ся «свидетель», поскольку речь идет о зависимом человеке, который не мог
быть субъектом права. Мы не согласны с такой трактовкой, поскольку она не
вытекает из текста напрямую; поэтому мы остановились на интерпретации
Либермана.
69 Похититель.
70 На наш взгляд, конфискация всего имущества в случае отсутствия необходи­
мого количества свидетелей в виду не имеется, поскольку подобных приме­
ров нет в других континентальных правовых обычаях; эта санкция грозила
нарушителю в случае последующей неуплаты штрафа или долга. Если прово­
дить аналогию с Баварской правдой (L. Baiuw. 1,2: « ... usque habet substantiam,
componat; si vero поп habet, ipse se in servitio deprimat»), то можно предполо­
жить наличие самозаклада для искупления столь тяжкого правонарушения у
англосаксов. Либерман также высказывал догадку о том, что штраф не был

Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика)
289
6. Если муж умрет, в то время как жена и ребенок будут живы,
правильным да будет так, чтобы он, этот ребенок, следовал за
матерью, и чтобы ему по доброй воле предоставляли зашиту?'
в отцовском роде; его имущество необходимо сохранить до того
момента, пока ему не исполнится 10 лет72•
7. Если кто-то украдет имущество (feoh) другого человека, и
после того владелец предъявит [на него] претензии, пусть даст
ручательство перед королевским судом (to cynges sele)73, если он
сможет, и приведет [на суд] того, кто ему его продал; если он не
сможет этого [сделать], пусть отступится и [имущество] заберет
себе его владелец.
8. Если кто-то обвинит другого в преступлении, и вызовет
(гпоте)?" этого человека в круг (ап medle)75 или на [судебный] тинг
(ап pinge)76, пусть всегда этот человек?" представляет другим ру­
чательство и пусть исполняет то решение, которое ему предпишет
судья народа Кента.
зафиксирован в титуле, поскольку он равнялся (по аналогии с другими вар­
варскими правдами) половине или целому вергельду и был хорошо известен в
древнем обществе, либо потому что он ранжировался в зависимости от стату­
са похищенного (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. s. 20).
71 Такой перевод дает Толлер (An Anglo-Saxon Dictionary. Р. 138). Слово berigea
(byrga) в равной степени также можно перевести как «защитник, покрови­
тель» (как это сделал Либерман). Тогда речь могла бы идти уже о персональ­
ном патронате ребенка, оставшегося без отца.
72 Традиционно обозначение количества лет в северогерманских языках про­
изводится путем подсчета количества прошедших зим (в данном случае -
"Х wintra"). Кроме того, 10-летний возраст в англосаксонских законах
VII в. рассматривается как рубежный возраст, когда мальчик мог осознавать
совершение преступления и быть свидетелем по делу о краже (Ine. 7,2). Сход­
ные положения содержатся и в L. Sal. 24, 7, однако там ответственность ре­
бенка в виде выплаты «королевского мира» за совершение правонарушения
наступает с 12 лет.
73 Ответчик должен был давать ручательство в том, что он не украл эту собс­
твенность, а купил ее.
74 В рукописи ошибка: вместо личной формы глагола metan переписчик написал
глагол motan (Die Gesetze der Angelsachsen.' Bd. 111. S. 20).
75 В данном случае имеется в виду местное собрание жителей одного поселения
или сотни, призванное решать локальные проблемы небольших общин.
76 Изначально тинг - потестарный орган германских племен (общегерм. ping;
лангоб. thinx; древневерхненем. dinc, ding), состоявший из всех свободных
мужчин племени (союза племен) и решавший самые важные вопросы. Начи­
ная с эпохи Великого переселения народов и позднее, в некоторых регионах
(например, в Англии) остался только в качестве судебного собрания (см.: Klu­
ge F. Ор. cit. s. 78; Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 20).
77 Тот, который будет обвинен.
10 Заk. 288

290
.Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика)
9. Если он все же откажется от [исполнения] ручательства,
пусть заплатит королю 12 шилл., и пусть это обвинение будет та­
ким же открытым, каковым оно было прежде?",
10. Если.кто-то обвинит другого после того, как тот ему пре­
доставил ручательство, и [пусть] затем в течение трех дней ему
найдут?" третейского судью (sremend), если только позднее [это] не
будет угодно тому, кто владеет обвинением; далее пусть будет это
дело разобрано, и в течение 7 дней [обвиненный] человек выпол­
нит решение суда в пользу другого, удовлетворив его при помощи
[движимого] имущества'" или клятвы - [одним из двух]", как бу­
дет угодно ему82. Если он не захочет [исполнить ничего из] этого,
тогда пусть без (принесения ] клятвы уплатит 100 шилл. в течение
одной ночи.фсоторая] минует+' с момента этого приговора.
11. Если: кто-то объявит [другого] человека в чужом доме
клятвопреступником или поприветствует его непочтительно,
оскорбительными словами'", пусть выплатит шиллинг тому, кто
владеет этим домом, и 6 шилл. тому, к кому была обращена эта
речь (pret word togecwrede); пусть [сверх того] уплатит королю
12 шилл.
12. Если кто-то перехватит у другого [человека] чашу
в том месте, где пьют мужи'", без вины, по древнему пра-
78 Суть титула заключается в том, что обвинение против этого человека после
уплаты им штрафа не снимается, и дело может быть возобновлено.
79 Выражение «gesecren hiom» также можно перевести как «найдет себе»; в этом
случае обвиняемый должен будет искать себе судью сам (видимо, все же под
контролем сотенного собрания), но смысл титула в целом не меняется.
80 Либерман видел в термине [ео две составляющие: заявленную стоимость ук­
раденного имущества и, возможно, дополнительный штраф (Die Gesetze der
Angelsachsen. .вачп. S. 21).
81 Мы полагаем, что в данном случае следует предпочесть чтение hwreoer (совр.
where) чтению hwreder (совр. whether), не подходящему по контексту (f. 4v,
ln. 6). Возможно, писец просто пропустил продольную палочку поперек вы­
носного элемента -0-. Таким образом, выражение swa h. swa следует перевес­
ти: «какой-либо из двух».
82 Тому, в пользу которого будет предписано возмещение.
83 Стоящее в конце предложения местоимение hie (f. 4v, ln. 8), как нам кажет­
ся, также является опиской и может быть заменено на личную форму глагола
beon/wesan в сослагательном наклонении (bie от Ьео или sie).
84 Ср. С подробным перечнем оскорблений и денежными наказаниями за них у сали­
ческих франков: L. Sal. 30; 64, 1-2 (об обвинении в нарушении клятвы - 30, 7).
85 См. примеч. 6 к Abt. 3. Следует добавить, что подача гостям чаш для пития пред­
полагала соблюдение определенного порядка (было запрещено перехватывать
чашу другого, в особенности человека более высокого ранга). Право Фрислан­
дии зафиксировало также санкции за оскорбление гостя при подаче ему грязной

Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика)
291
ву86 пусть выплатит тому, кто владеет этим домом, шиллинг, и
6 шилл. - тому, у которого отнимет его чашу; и королю 12 шилл.
13. Если кто-то обнажит оружие в том месте, где пьют мужи,
и [при этом] он там не причинит никакого зла, [пусть уплатит]
шиллинг тому, кто владеет этим домом, и королю - 12 шилл.
14. Если тот дом будет обагрен кровью, пусть возместит
тому [пострадавшему] человеку [стоимость] его мундебюрда и
50 шилл. королю.
15. Если кто-то примет гостя на три дня в своем собствен­
ном имении - купца или другого, который придет из-за пределов
[Кента], и после того накормит его своей пищей, и он87 потом
сделает какому-либо человеку зло, пусть этот человек'" передаст
того другого на суд (ret rihte) или пусть несет ответственность
[вместо него].
16. Если какой-либо человек из Кента покупает в Люнден­
вике'" имущество, пусть у него имеются два или три правдивых
кэрла в качестве свидетелей'Ч'или королевский герефа'" города.
чаши, за пролитие на его одежду напитка (см. 'подробнее: His R. Das Strafrecht
der Friesen im Mittelalter. Leipzig, 1901 (недоступна нам; цит. по: Die Gesetze der
Angelsachsen. Bd. 11. s. 312)). Либерман выдвинул гипотезу о том, что глаголом
asettan здесь отмечается понижение социального статуса либо изгнание с пира
(Die Gesetze der Angelsachsen. \Bd.'III.S.(22); мы полагаем, что это не явствует из
текста, поэтому останавливаемся на более нейтральном переводе, предполагаю­
щем только нанесение оскорбления невиновному человеку,' штрафные санкции
за которое предусмотрены многими варварскими правдами.
86 Здесь имеются в виду не конкретные королевские заКОНЫ,.,а правовые обы­
чаи и установления предшествующих поколений и эпох, которые стремились
сохранить и дополнить Хлотхере и Эдрик (см. подробнее: Die Gesetze der
Angelsachsen. Bd. 11. S. 276-277).
87 Имеется в виду иноплеменник.
88 То есть тот, кто предоставил кров и пропитание пришлому человеку.
89 Совр. Лондон. Формально он был расположен на территории Эссекса, однако
в тот период (середина VII - начало VIII в.) он контролировался Кентом.
90 Дословно следовало бы перевести словосочетание to gewitnesse «для свиде­
тельства (законности покупки)».
91 Институт герефы (ge-refa) имеет достаточно сложную и длительную историю.
Изначально, как полагает Мэтланд, он выступал в качестве сборщика податей
(как должностное лицо короля), а также обладал полномочиями управляюще­
го поместьями. Гораздо позднее, с ХI в., герефы получили право отправлять суд
в городах (tun-, burh-, роп-, wicgerefa, лат. praefectus, praepositus, villicus и др.),
сотнях искирах (scir-gerefa, среднеангл. sheriff; после 1066 г. скиры преобразо­
ваны в графства), на отдельных территориях (wealh-gerefa). По мере развития
манориального хозяйства в Англии, герефы появились и у крупных землевла­
дельцев в качестве куриальных служащих, а после 1170 г. (когда Генрих 11 заме­
нил всех прежних шерифов на новых) королевские наместники получили титул

292
Законы Вихтреда (Уитреда)
16, 1. Если кто-то впоследствии предъявит иск этому чело­
веку на него?", пусть тогда он'" вызовет [в качестве свидетеля] в
город [Лондон] в королевский суд (to cyngres sele) того человека,
который ему продал [это имущество], если он его знает и спосо­
бен привести на судебный процесс [по подтверждению его прав
на имущество Г'",
16, 2. Если он не сможет [сделать] этого, пусть тогда он по­
клянется на алтаре с одним из своих свидетелей или королевским
герефой города, что он это имущество открыто купил в [этом]
городе по его действительной цене (his сцрап сеаре)?"; и пусть
после этого ему вернут его стоимость.
16,3. Если он затем не сможет поклясться в этом С достаточ­
ной основательностью, пусть он тогда лишится [этого имущест­
ва], и его заберет себе владелец.
ЗАКОНЫ ВИХТРЕДА (УИТРЕДА)
Это установления Вихтреда, короля народа Кента.
В то время, когда милосерднейший король Кента Вихтред
правил (rixigendum ре), на пятый год его правления, в девятый
vicecomes и сосредоточили в своих руках всю полноту административной, судеб­
ной и фискальной власти (подробнее см.: MaitZand F.W The Constitutional History
ofEngland: А Course ofLectures. Cambridge, 1919. Р. 40-47). Полный список анг­
лосаксонских и латинских понятий, которыми обозначалась должность герефы,
см.: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 11. S. 718.
92 На имущество, купленное при ехавшим на рынок в Лондоне жителем Кен­
та. Обратим внимание на то, что оба человека при этом являются жителями
Кента; об урегулировании такого правового казуса в отношении лондонца не
говорится.
93 Обвиненный.
94 Понятие team означает ручательство за человека на процессе. Оно вбирает в
себя сразу несколько процедур, включая провозглашение претензии на про­
данное имущество, приглашение свидетелей торговой сделки и продавца,
принесение ими ручательства или клятвы в честности той и другой стороны;
нередко этот процесс был цикличным и повторялся несколько раз подряд до
разрешения спора (см. подробнее: АпАпglо-Sахоп Dictionary. Р. 973). В нашем
переводе это слово передается описательной конструкцией.
95 Существительное сеар покрывает весьма широкое смысловое поле, связан­
ное с куплей-продажей: наряду со значением «покупка, торговая сделка, при­
быль, имущество, скот» (на первом значении строится перевод Либермана:
Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 1. S. 11; комментарий см.: Ibid. Bd. 111. s. 23)
оно может быть переведено как «рынок, цена, стоимость». Похоже, что слово­
сочетание his public purchase в переводе Оливер следует понимать именно как
«реальную (рыночную) стоимость» (Oliver L. The Beginnings of English Law.
Р. 133). Мы предпочитаем второй вариант перевода первому.

Законы Вихтреда (Уитреда)
293
ИНДИКТ (gebanne), шестой день Ругерна'", тогда же в месте, кото­
рое называется Берстэд?", было созвано собрание могуществен­
ных [людей Кента].
Там был Бертвальд, архиепископ Британии (Bretone
heahbiscop)98, и названный выше (еег nremda) король; и, наконец,
присутствовал епископ Хрофа99 (тот самый, который звался Геф­
мундом'Р"). И [так] сказал каждый чин церкви этого народа'?'
единодушно вместе с подчиненным [им] народом'Ч'; ,4
тогда же знатные люди провозгласили по всеобщему одобрению
эти установления и добавили [ их к] правовым обычаям народа Кента
таким образом, как это далее здесь (hit hyr efter) сказано и эаписано'?':
1. Пусть церковь будет освобождена (an freolsdome) от податей.
1,1. И пусть [ее служители] молятся за короля, и пусть [они]
его прославляют без принуждения, по своей воле.
2. Пусть мундебюрд церкви будет 50 шилл., как и у короля.
3. Пусть твор�щие блуд мужчины'Р" обратятся к праведной
ЖИЗ,ни посредс'ЛЮМ искупления �eXOBI05, или они будут лишены
церковного причастия (genaman)l 6.
96 Имеется в виду какой-то временной промежуток в течение лета, когда произ­
водились полевые работы. Название Rugem образовано из двух слов: ryge -
«рожь», и eamian - «собирать, получать доход» (ср. готск. asans - «летний
сезон, урожай, жатва», древневерхненем. arnen - «собиратъ»).
97 Точное местоположение этого местечка неизвестно. Либерман, рассмот­
рев разные варианты, остановился на предположении, что Берстэд (совр.
Bearsted) расположен на востоке от города Мэйдстоун (Maidstone) в графстве
Кент (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. s. 25; Oliver L. The Beginnings of
English Law. Р. 153. Rem. 'd').
98 См. об архиепископе Бертвальде (Берктвольде, ум. 731), заместившем в 692 г.
умершего архиепископа Теодора, у Беды Достопочтеного: (Beda. Hist. У, 8).
99 Совр. Рочестер.
100 Епископ Рочестера, посвященный в сан архиепископом Теодором; занимал
кафедру в 678-693 гг. (см.: Beda. Hist. IV, 12).
101 Существительное mrego также можно перевести как «регион, страна» (в дан­
ном случае - Кент) (примеры см.: Ап Anglo-Saxon Dictionary. Р. 657-658).
102 Здесь вновь употреблен архаический инструментальный падеж (folcy) вмес­
то дательного падежа (folce). Ср.: Abt. 77.'
103 В качестве сказуемых употреблены два глагола с одинаковым значением «го­
ворить» - secgan и cwipan; однако второй глагол часто имел в древнеанглий­
ском производное значение «говорить / рассказывать с помощью писаного
слова» (An Anglo-Saxon Dictionary. Р. 855-856).
104 Либерман особо отмечает, что здесь имеется ввиду не только прелюбодеяние
мужа, но и другие нарушения, например, нарушение монахом обета безбра­
чия (Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 26).
105 То есть пере станут прелюбодействовать и заниматься блудом.
106 В источнике отмечается очередная описка: вместо gemanan написано genaman
(такой дериват от слова паша - «имя» - в словаре Босуорта и Толлера не за­
фиксирован). Ср. титул 4, 1.

294
Законы Вихтреда (Уитреда)
4. Иноземцы, если они не желают искупить свою супруже­
скую измену, пусть уходят из земли [Кента] вместе со своим иму­
ществом (rehtum) и [не искупленными перед церковью] грехами.
4,1. Пусть [обвиненные в том же нарушении] соплеменники
лишатся в [своем] королевстве (in leodum)107 церковного причас­
тия, [однако] без конфискации имущества (ungestrodyne )108.
5. Если это будет сделано человеком с достоинством гезита
(gesipcundne таnnаn) после этого [упомянутого в прологе ] соб­
рания, и он посмеет вступить в незаконное сожительство (unriht
hremed genime )109 вопреки распоряжению короля, и епископа, и
закону из [судебных] книг (Ьоса dom), пусть он уплатит [за] это
[деяние] своему господину 100 шилл. по древнему праву'!".
5, 1. Если это будет [ сделано] человеком с достоинством кэр­
ла, пусть уплатит 50 шилл., и оба оставляют это сожительство с
церковным покаянием.
6. Если священник одобрит незаконное сожительство, или
пренебрежет крещением больного, или будет до того пьян, что он
не сможет [крестить], пусть он будет отстранен от своей службы
до епископского суда.
7. Если принявший тонзуру человек, не соблюдающий мо­
настырского устава (вгеопсаа)'!', дойдет (gange him) до убежища,
пусть ему предоставят [его лишь] единожды; если только он не
имеет дозволения, чтобы его принимали и далсе'Ч,
8. Если кто-либо даст свободу своему [зависимому] человеку
на алтаре'!", пусть тот будет folcfry114; пусть даритель свободы
107 См.: Аn Anglo-Saxon Dictionary. Р. 630.
108 Ibid. Р. 1113.
109 См. Abt. 32 (вариант 2). О возможном симбиозе архаического древнеанглий­
ского понятия и христианской морали, а также некоторых видах церковных
грехов (упомянутых, в частности, в «Пенитенциалиях Теодора» VII в.), кото­
рые могли включаться в понятие нарушения брачных уз, пишет Оливер (см.
подробнее: Oliver L. The Beginnings of English Law. Р. 104-105).
110 Мы полагаем, что здесь подразумеваются не правовые обычаи англосаксов
(как в Нl. 12), которые еще в начале VII в. были слабо подвержены церковно­
му влиянию, а древние христианские каноны и евангельские законы (обосно­
вание см.: Oliver L. Royal and ecclesiastical Law in seventh-century Kent // Early
Medieval Studies in memory of Patrick Wormald / Ed. S. Baxter et аl. Aldershot,
2009. Р. 101-103).
111 См. значения этого слова: Ап Anglo-Saxon Dictionary. Р. 917.
112 Титулов 4-7 касаются также напрямую решения собора в Хертфорде (672 г.)
(Beda. Hist. IV, 5).
113 То есть. в церкви.
114 В данном случае любой перевод слова folcfry (например, volksfrei Либермана)
является авторской интерпретацией, поэтому мы оставляем его в первоначаль­
ном варианте. В Эдикте Ротари, записанном в середине VII в., присутствует

Законы Вихтреда (Уитреда)
295
(freolsgefa) владеет его наследством (his erfe), и вергельдом, и
правом на мундебюрд его родичей (munde), даже если он будет
находиться по ту сторону границы [Кента], там, где он пожелает.
9. Если esne с разрешения господина выполняет работу
(peowweorc) от кануна [дня] Солнца после захода солнца вплоть
до захода солнца вечером [перед днем] Луны'!", пусть господин'!"
уплатит 80 шилл'!".
10. Если esne делает [это] в тот день по своей воле, пусть он
уплатит 6 [шилл.] в пользу господина или пострадает [его] шкура'!".
11. Если же свободный человек [будет работать] в это за­
претное время, пусть он будет повинен [штрафом, именуемым]
healsfangl19. И тот человек, который это откроет, пусть обладает
сходное обозначение для получившего полную свободу вольноотпущенника:
Ed. Roth. 216; 224, 111; 225; 257; Liutp. а. У, 9-10; а. IX, 23; а. XII, 55; а. XXII,
140 (также fulcfrea, -freal, -free).
115 То есть до вечера воскресенья.
116 Здесь вновь можно отметить достаточно грубую описку копииста TR: вместо
им. п. (dryhten) употреблен вин. п. (dryhtne). Между тем именно господин, а
не esne должен являться субъектом данного титула.
117 Штраф за это нарушение очень высок: ср. Ine. 3. Тем не менее мы не увидели
в тексте обоснования гипотезы Лизи Оливер о том, что писец перепутал шил­
линги и скеатты (Oliver L. The Беgiппiпgs of English Law. Р. 157. Кеш. "d").
Заметим, что во Франкском королевстве в 630 г. королем Дагобертом также
был введен жесткий законодательный запрет работы в воскресенье (см. под­
робнее: Oliver L. Royal and ecclesiastical Law ... Р. 108).
118 То есть esne может быть присужден к бичеванию. Оно являлось одним из распро­
страненных наказаний в варварском праве, связанным с приниженным статусом
личности (зависимостью или рабским состоянием). См. также: Ine. 3,1; 23, 3; 48.
119 Значение этого термина очень спорно. Либерман отмечал, что уже в донор­
мандскую эпоху (11 Сп. 37; 45, 1) его смысл был утерян; перевод на латинс­
кий - collicipium (соllum + сареге) - являл собой простую кальку. Из сравне­
ния нашего текста с правовым текстом Wergeld Х-ХI вв. (который представлял
собой очень точное воспроизведение фрагмента 11 Еm. 943-945 гг. (см. изд.:
Die Gesetze der Angelsachsen. Бd. 1. s. 186-191, 392-395)) становится ясно,
что речь не идет о казни: после выплаты healsfang преступник был обязан
родственникам убитого прочими выплатами, а кроме того, мог с ними впос­
ледствии заключить мир (Wer. 4,1-6,1; ср. 11 Еm. 7,3). Б праве континенталь­
ных германцев, зафиксированном на два столетия позднее, предусматрива­
лись очень суровые наказания за нарушение христианских канонов (вплоть
до смертной казни). Поэтому подобный штраф в титулах 10-11 мог выступать
в качестве заместителя смертной казни (нем. Todesstrafe), равно как и в титу­
ле 14. Либерман также предположил, что healsfang мог быть платой «перед
раскопанной могилой», упомянутой в Abt. 22 и составляющей 1/5 вергельда
свободного человека в Кенте; однако в упомянутом источнике (Wer. 4,1) эта
выплата составляла 1/10 вергельда. Очевидно, что любое предположение о
размере этого штрафа во времена Бихтреда будет лишь гипотезой (см. под­
робнее: Die Gesetze der Angelsachsen. Бd. 11. s. 489-490).

296
Законы Вихтреда (Уитреда)
половиной этого штрафа и той [выполненной человеком] рабо­
тоЙ12О•
12. Если кэрл поклоняется идолам без ведома жены, пусть он
будет повинен всем своим имуществом и [выплатой в размере]
healsfang. Если же они оба почитают идолов, пусть они оба будут
повинны [выплатой] healsfang и всем имуществом.
13. Если раб (peuw121) почитает идолов, пусть уплатит 6 шилл.
или [пусть расплатится] своей шкурой'Ч. �
14. Если кто-то даст своим домочадцам [из числа зависимой
прислуги] (his heowum) мясо в пост, пусть и свободного, и раба
[их господин] выкупает посредством уплаты healsfang;.
15. Если раб будет есть [мясо в пост] по собственной воле,
[пусть уплатит] 6 шилл. или [пусть расплатится] своей шку­
роЙ123•
16. Пусть слово епископа и короля будет неопровержимым
даже без клятвы.
17. Настоятель монастыря пусть очищается [судебной клятвой
тем же образом, который принят при] очищении священника.
18. Пусть священник очищается [судебной клятвой, подтверждая]
собственную правоту (sylfres зобе), в своем священническом облаче­
нии перед алтарем, говоря таким образом: «Говорю истину во Хрис­
те, не обманываю'Р'». Так же очищается [судебной клятвой] диакон.
19. Пусть клирик очищает себя с тремя людьми'Ч равного ему
статуса (p.is heafodgemacene), и только его рука [возлагается] на
алтарь; прочие пусть стоят рядом [и] произносят клятву.
120 Ср. сходный запрет воскресной торговли в EGu. 7, где торговец теряет свой
товар (бо1iе ores ceapes).
121 Один из немногих примеров (см. также титулы 23,27) подобного написания
слова «раб» в законах кентских королей; оно должно быть довольно архаич­
но, поскольку ни разу не встречается даже в законах Инэ конца VII в.
122 Согласно сообщению Беды, первым из англосаксонских королей начал пре­
следовать почитание идолов кентский король Эрконберт (640-664) (Beda.
Hist. 111, 8). Соответствующие пассажи из «Пенитенциалия Теодора» см.:
Oliver L. ТЬе Beginnings of English Law. Р. 111-112.
123 В Саксонской правде конца VIII - начала IX в. встречается наказание за упот­
ребление мяса в пост в виде смертной казни (L. Sax. 1, 4). Кроме того, за по­
читание идолов в рощах предусматривались дифференцированные штрафы
для знатных, свободных людей и литов (Ibid. 1, 21).
124 Источник этой религиозной формулы - первые строки 9 стиха «Послания
апостола Павла к римлянам» (Рим. 9: 1): Veritatem dico in Christo, поп mentior,
testimonium mihi per hibente conscientia теа in Spiritu Sancto ...
125 Здесь и в титуле 21 употреблено выражение feowra sum, что можно также
перевести как «один из четырех».

Законы Вихтреда (Уитреда)
297
20. Пусть чужестранец+" очищает себя [только] своей собст­
венной клятвой на алтаре; так же и королевский тэн.
21. Пусть кэрл [очищает] себя с тремя людьми равного ему
статуса на алтаре; и клятва каждого из них пусть будет неопро­
вержимой.
21, 1. Далее - канон церковного очищения [посредством
клятвы]:
22. Если кто-то обвинит esne епископа или короля, пусть
[esne] очищает себя в присутствии герефьг.": или пусть его очи­
щает герефа, или пусть выдаст [обвиняемого] на порку.
23. Если кто-то обвинит зависимого от церкви esne (Gedes
peuwne esne) в его церковной общине, пусть его господин очи­
щает его только своей клятвой, если он будет являться прихожа­
нином [этой церкви]; если он не будет являться прихожанином
[этой церкви+"], пусть он возьмет себе для [принесения] клятвы
(hrebbe him in аре) второго вызывающего доверие соприсяжника,
или пусть уплатит [цену обвинения], или пусть выдаст [обвиняе­
мого] на порку.
24. Если esne мирянина обвинит esne церковного служителя,
или esne церковного служителя обвинит esne мирянина, пусть его
господин очищает его только своей клятвой.
25. Если кто-то убьет свободного человека (leud) во время
кражи, пусть остается [это деяние] без вергельда+".
26. Если кто-то поймает свободного человека во время кражи
с поличным (еет hrebbendre handa130), тогда пусть король прикажет
одно из трех: либо его казнят, либо его продают за море, либо его
выкупают величиной вергельда.
126 Необычно, что в данном титуле клятва иноземца приравнена к клятве тэна.
Не исключено, что под словом gest здесь имеется в виду посланник другого
англосаксонского короля.
127 Доел.: «в руке (руках) герефы», поэтому здесь приведен описательный пе­
ревод. В данном случае, скорее всего, имеется в виду герефа отдельного зе­
мельного имения, подчиненный конкретному уитену или духовному лицу
(обоснование см.: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 29).
128 Такой вариант был возможен, если глава церковной общины (настоятель
церкви) являлся светским землевладельцем. Примеры такого симбиоза в
англосаксонском обществе не были единичны (см.: Ibid. Bd. 11. S. 539-540).
Такой человек также мог быть на время отлучен от причастия за свои грехи
или являться священнослужителем, но в другой церкви (что менее вероятно)
(см.: Oliver L. The Beginnings ofEnglish Law. Р. 175-177).
129 Такую же санкцию находим в законах Инэ (Ine. 16,21-21,1,35).
130 Именно так переводит этот пассаж Оливер (ер. совр. англ. фразеологизм
«red - handed») (Oliver L. The Beginnings of English Law. Р. 178).

298
Законы Вихтреда (Уитреда)
26, 1. Тот, кто его поймает и приведет, пусть обладает полови­
ной [его вергельда]131; если его казнят [по приказу короля], пусть
тому, [кто его поймал], уплатят 70 шилл.
27. Если раб украдет, и его выкупят, [пусть уплатят] 70 шилл.,
какого бы [наказания для преступника'Ч] не пожелал король; если
его казнят, пусть владельцу [похищенного имущества] выплатят
половину его [стоимости] 133.
28. Если пришедший издалека человек или иноземец будет
блуждать без дороги, и при этом он не закричит+" и не протрубит
в рог, пусть он будет считаться вором: [тогда он] должен быть
либо казнен, либо выкуплеи'Ч.
Пер. с древнеангл., коммент. МВ. Землякова
131 Возможно также, что имеется в виду половина от цены, за которую будет
продан за море вор (см.: Die Gesetze der Angelsachsen. Bd. 111. S. 30).
132 Здесь неясно: за еще не выкупленного родственниками раба нельзя было вне­
сти вергельд - плату за жизнь свободного человека.
133 То, что В последней фразе имеется в виду не владелец раба, а тот, кого обок­
рали, убедительно доказывает Оливер. Она определяет величину выплаты в
его пользу - 35 шилл. (половина от упомянутых выше 70 шилл.) (Oliver L.
The Beginnings of English Law. Р. 178-179).
134 В данном контексте глагол hryman (квыкрикиватъ, неистовствоватъ») имеет
значение «звать на помощь».
135 См. идентичный титул в законах Инэ: Ine. 20.

CONGRATULATIO
м.с. Бобкова
БЕЗЗАВЕТНОЕ СЛУЖЕНИЕ
(к 70-летию со дня рождения
доктора исторических наук, профессора
Виктории Ивановны Уколовой)
Пройдемте по миру, как дети,
Полюбим шуршанье осок,
И терпкость прошедших столетий,
И едкого знания сок.
Таинственный рой сновидений
Овеял расцвет наших дней.
Ребенок - непризнанный гений
Средь буднично-серых людей.
Максимилиан Волошин
Виктория Ивановна Уколова - один из ведущих российских
историков в области антиковедения и медиевистики, автор школь­
ных и вузовских учебников по всеобщей истории. С ее именем
связано формирование нового научного направления в отечест­
венной историографии - исследование культуры эпохи перехода
от Античности к Средневековью в Западной Европе, трансформа­
ции традиции и становления новых культурных коммуникаций.
На конкретном историческом материале Виктория Ивановна ис­
следовала роль античного наследия в формировании культуры за­
падноевропейского Средневековья и разработала теоретические
модели функционирования античного наследия в европейской
культуре. В.И. Уколова известна своими фундаментальными ра­
ботами по истории Поздней Римской империи как особого типа
организации исторического пространства, взаимодействия поли­
тических, социальных, цивилизационных и культурных струк­
тур. Она также автор концепции исторического синхронизма
(синхронной истории).

300
МС. Бобкова
Биография
В.И. Уколова родилась 11 мая 1944 г. в г. Самарканде Узбек­
ской ССР в семье фронтовика. В 1961 г. она закончила с золотой
медалью среднюю школу в г. Ромны Сумской области Украинской
ССР и в 1962 г. поступила на исторический факультет МГУ им.
М.В. Ломоносова, где специализировалась по кафедре истории
Средних веков. В 1967 г. с отличием закончила университет, в
1967-1970 гг. обучалась там в очнойаспирантуре, ее руководи­
телем был академик АН СССР С.Д. Сказкии. в 1971 г. В.И. Уко­
лова защитила кандидатскую диссертацию на тему «Боэций и его
время. К истории западноевропейской образованности раннего
Средневековья» .
В 1971-1974 гг. Виктория Ивановна работала научным со­
трудником Института истории, филологии и философии Сибир­
ского Отделения АН СССР (г. Новосибирск) и преподавала в
Новосибирском государственном университете. В 1973 г. стала
лауреатом Первого Всесоюзного конкурса молодых ученых по
общественным наукам. В 1974-1979 гг. В.И. Уколова заведовала
сектором ЦК ВЛКСМ.
В 1979 г. она работала в Академии наук СССР старшим на­
учным сотрудником, заведующей научным отделом, а с 1988 по
1998 г. - заместителем директора Института всеобщей истории
Российской академии наук. В 1987 г. ею была защищена диссер­
тация на соискание ученой степени доктора исторических наук
на тему «Роль античного наследия в! формировании культуры
раннего Средневековья в Западной Европе (конец V - первая по­
ловина VII в.)».
Много сил Виктория Ивановна отдала преподаванию истории.
Природный артистизм, талант оратора, яркого и глубокого учено­
го, блестящего историка вызывают у студентов, которым посчас­
тливилось у нее учиться, неизменное уважение и благодарность.
Кто был слушателем хотя бы одной из ее многочисленных лек­
ций по истории, оставался в восторге. Не «сухое» перечисление
дат, исторических фактов и событий, а увлекательные рассказы
делают ее лекции и семинары интересными и увлекательными.
Ее способность научно обоснованно написать историю, захваты­
вающим образом рассказывать о ней и одновременно «жить в ис­
тории», почувствовать ее и заинтересовать слушателей прошлым
без дополнительных приглашений - это, несомненно, редкое
дарование, которому нигде не научат. Виктории Ивановне оно
дано. Строго логическое изложение взаимосвязанных и взаимно

Беззаветное служение (К 70-летию ... в.и. Уколовой) 301
обусловленных исторических событий для нее недостаточно.
Она хочет (требует от себя и от других) понимания истории. Она
осторожна и сдержана в оценке прошлого. Для нее история ни­
когда не была просто хорошей или плохой. Виктория Ивановна
никогда не допускала даже мысли о том, что в любое время в за­
висимости от «макропогоды» историю можно переписать. Коле­
со истории крутится по-другому. Искать и найти закономерности
этого движения - это и есть задача ее профессиональной жизни
как ученого. "А как преподаватель высшей школы она считает, что
цель достигнута лишь тогда, когда ученики достигают лучших
результатов, чем учитель. Несомненно, Виктория Ивановна не
только знает знаменитые словаАльберта Эйнштейна: «Изучение
и вообще', стремление к истине и красоте это область,' в которой
мы всю жизнь можем бытъдетьми», но и сделала их принципом
собственнойпрофессиональной жизни. '
р В.И. Уколонамного лет является заведующей кафедрой все­
мирной и отечественной истории МГИМО(У) МИД России
(с 1998 г.), профессором Российского государственного гумани­
тарного университета (с 1991 г.) и Национального исследова-
. .'. � . .
тельского университета «Высшая школа экономики» (с 2009 г.).
В 1994 г. В.И. Уколовой было присвоено звание профессора. Ею
разработаны десятки учебных авторских программ общих и спе­
циальных курсов по всеобщей и отечественной истории, в том
числе «Всемирная история», «Формирование европейской ЦИБИ-
'1
лизации и ценностных основ ее развития», «История и культура
латинского Средневековья», «Библия: две тысячи лет в европей­
ском искусстве» и другие. Талант, исследовательский "и препода­
вательский опыт обеспечили успех и многократные переиздания
учебников Виктории Ивановны по всемирной истории.'. В.И. Уко­
лова осуществляет научное руководство инновационной линией
учебников «Сферы» издательства «Просвещение». Ее учебник
«Древний мир» из этой линии в 2011 г. был удостоен золотой ме­
дали Международной книжной выставки.
Научные работы В.И. Уколовой способствовали активизации
интереса в нашей стране к изучению истории и культуры эпохи
1 История Древней Греции и Древнего Рима. М.: Дрофа, 1996 (в соавторстве
с А.И. Немировским); История древнего мира. М.: Просвещение, 2013 (пос­
леднее издание) (в соавторстве с л.п. Маринович); Всемирная история. М.:
Просвещение, 2013 (последнее издание) (в соавторстве с А.В. Ревякиным);
Древний мир. М.: Просвещение, 2013. (Серия «Сферы»); Средние века. М.:
Просвещение, 2011. (Серия «Сферы») (в соавторстве с В.А. Ведюшкиным).

302
мс. Бобкова
перехода отАнтичности к Средневековью. Она создала научную
школу, представители которой в наши дни успешно работают в
науке в России и за рубежом. Под руководством Виктории Ива­
новны защищены 3 квалификационные работы на соискание на­
учной степени доктора исторических наук и 7 работ на соискание
научной степени кандидата исторических наук. Они развивают
выдвинутое в.и. Уколовой инновационное осмысление роли и
механизмов культурной преемственности в переходные эпохи,
особенностей формирования ценностных ориентаций в духовной
жизни общества.
В.и. Уколова ведет большую научно-организационную рабо­
ту. В течение многих лет она являлась заместителем председате­
ля Экспертного совета ВАК России, председателем Экспертного
совета во всеобщей истории РГНФ. В.и. Уколова - член диссер­
тационного совета по историческим наукам МГИМО(У) МИД
России, член Ученого совета МГИМО(У) мид России, член Уче­
ного советаИнститута филологии и истории РГГУ, член Ученого
совета 1 факультета истории Национального исследовательского
университета «Высшая школа экономики», член Бюро российской
ассоциации медиевистов и историков раннего Нового времени.
С середины 90-х годов она возглавляет Редколлегию акаде­
мической серии «Памятники исторической мысли». Благодаря
невероятным усилиям В.И. Уколовой, В условиях трудностей с
финансированием этой серии, ее все-таки удается сохранить и
продолжать. Виктория Ивановна - член редколлегий научных
журналов «Средние века», «Вестник древней истории», «Рим­
ское право», «Вестник МГИМО», «Вестник РГГУ. Серия: Studia
classica et mediaevalia»; член редколлегий второго и третьего томов
«Истории Европы», «Культуры Византии» и др. Она стала одним
из основных разработчиков в подготовке нового фундаменталь­
ного труда «Всемирная история» в 6-ти томах, осуществляемого
Институтом всеобщей истории РАН под руководством академика
РАН А.О. Чубарьяна. Виктория Ивановна совместно с к.и.н, Ве­
рой Александровной Головиной является ответственным редак­
тором первого тома «Древний мирэ '. При освещении истории
античного мира ею была предложена общая синхронизированная
периодизация его развития без прямолинейного разделения на ис­
торию Древней Греции и Древнего Рима. Становление античности
показано в виде единого по своей глубинной сущности процесса
2 Всемирная история: в 6 Т. М.: «Наука», 2011. Т. 1: Древний мир.

Беззаветное служение (К 70-летию ... в.и. Уколовой) 303
формирования полиса в его различных вариантах. Выявлена типо­
логическая общность полисного мира как первоосновы будущего
европейского пути развития. Особенное внимание придавалось
«ценностной системе» античности, в которой важнейшее значе­
ние имели идеи свободы, демократии, гражданского общества,
права и закона, человека-деятеля ',
В.И. Уколова - член Попечительского (совета Программы
«Александр Невский» Центра национальной славы. Она один из
координаторов сотрудничества Программы «Александр Невский»
в МГИМО. Виктория Ивановна является редактором-составите­
лем двух фундаментальных трудов об Александре Невском". Их
главная тема - рассмотрение деятельности Александра Невского
в сравнительно-историческом ракурсе в синхронизированном
историческом времени и пространстве, в кругу современников в
Западной Европе и на Востоке, что позволяет представить рус­
ского князя не только как выдающуюся фигуру исторического
масштаба для России, но и показать его место в мировых процес­
сах своей эпохи.
Научная и общественная деятельность В.И. Уколовой была
отмечена высокой государственной наградой - Орденом поче­
та (2009 г.). Она имеет звание «Почетный работник' высшего
профессионального образования» (2004 г.). В 2013 г. Виктория
Ивановна стала лауреатом всероссийской общественной премии
«Александр Невский» Фонда национальной славы, награждена
Серебряным знаком Программы «Александр Невский» Центра
национальной славы.
Основные направления
научно-исследовательской деятельности
В.И. Уколова автор более 350 научных публикаций, в том чис­
ле восьми монографий. Область исследовательских интересов
Виктории Ивановны Уколовой довольно обширна, но основным
направлением ее научных штудий является изучение культуры
эпохи перехода от Античности к Средневековью в Западной
3 В.И. Уколовой разработана концепция тома, а также написаны к нему «Введе­
ние» и «Заключение», главы «Возникновение христианства», «Кризис Римской
империи 111 века», «Поздняя Римская империя».
4 Исторические ориентиры российской государственности: Александр Невский.
М., 2008; Александр Невский: Государь, Дипломат. Воин. М., 2010. В этой кни­
ге ей принадлежат несколько глав.

304
МС. Бобкова
Европе, трансформации интеллектуальной традиции. До ее работ
в отечественной историографии не было специальных исследо­
ваний в этой области. Виктория Ивановна исследовала наследие
выдающихся деятелей культуры конца V - VII в.: «отца» средневе­
ковых скрибов и библиотекарей, основателя средневековой дип­
ломатии - Кассиодора, энциклопедиста и «последнего филолога»
Античности - Исидора Севильского, христианских мыслителей -
Августина, Григория Великого и др. Своими комментированны­
ми научными переводами и публикациями В.И. Уколова сделала
их сочинения доступными российскому читателю. Критически
переосмыслив доминировавшее ранее в отечественной историче­
ской науке мнение о том, что Средневековье смело с лица земли
античную культуру, она убедительно доказала, что в тот переход­
ный период обращение к античному наследию стало фундамен­
тальным принципом нового культурного подъема и в дальнейшем
приобрело «модельный» характер для западной культуры вплоть
до эпохи Просвещения.В.И Уколова выявила парадигмы средне­
вековой культуры", осмыслив их теоретически и обосновав кон­
кретным историческим материалом. Она углубила понятие кон­
тинуитета и дисконтинуитета для эпохи перехода от Античности
к Средневековью, показала, как переконструируется античное на­
следие, превращаясь в строительный материал для становления
новой культуры.
Результаты исследований В.И Уколовой в этой области высоко
оценены научной общественностью у нас в стране и за рубежом.
Выдающийся русский философ А.Ф. Лосев оценил исследования
Виктории Ивановны как «значительное достижение» в мировом
боэциеведении". Об одной из ее статей он написал: «Характери­
стика Боэция, даваемая здесь В.И. Уколовой, особенно отлича­
ется верным, а иной раз даже художественным отражением под­
линного и в ее изображении лишенного всяких односторонностей
творчества Боэцияэ",
Виктория Ивановна внесла серьезный научный вклад в изуче­
ние позднеантичного и средневекового христианства, показала
сложность религиозного противостояния IV-VII ВВ., представив
соперничество язычества и христианства не только как бескомпро-
5 Введение этого термина в научный оборот также заслуга Виктории Иванов­
ны.
6 Лосев А. Ф. История античной эстетики. Итоги тысячелетнего развития. М.,
1992. С. 204.
7 Там же. С. 206.

Беззаветное служение (К 70-летuю ... В.И. Уколовой) 305
миссное противостояние, I но и как особого рода взаимодействие,
в котором свершалась попытка самоидентификации христианско­
го мира. В.И. Уколова известна как автор ряда фундаментальных
исследований по истории становления христианства на Западе,
истории средневековой церкви", Оригинальный ракурс рассмот­
рения отличает ее исследования христианской, теолого-философ­
ской интерпретации истории.
При очевидной любви к историческому факту, деталям, уме­
нии ярко передать форму событий, характеристики личностей
В.И. Уколовой присуще умение раскрыть в истории общее, зако­
номерное, выявить парадигмы и структуры, определяющие исто­
рическое развитие. Значительное влияние на отечественную сред­
невековую урбанистику оказала ее работа «Город как парадигма
средневековой кульгурыэ", в которой показано, что в ментальной
сфере наиболее открытым каналом преемственности между Ан­
тичностью и Средневековьем оказалась парадигма города как на­
иболее организованной формы устройства общественной жизни
и цеЛf! будущего.
В.И. Уколова была одной из первых в отечественной истори­
ческой науке, кого привлекло не только конкретно-историческое,
но и теоретическое осмысление проблемы империй. Истории
Римской империи посвящены главы в монографии «Античность:
история и культура», написанные ею части в первом томе «Все­
мирной истории», в серии статей. Виктория Ивановна обоснова­
ла рассмотрение империи не только как ОПР,еделенного типа го­
сударственно-политического устройства, но и как особого тип�
организации исторического пространства, попытку реа�изации
важнейшей культурной интенции человеческой истори� - ее
универсализма; империи, как горизонта политических, цивили­
зационных и культурных коммуникаций. Она выявила процессы,
определяющие распад империи и существование пространства
«после империи». В.И. Уколова осмыслила формирование и бы­
тование имперской идеи и ее значимость в изучении социальной
и политической истории.
ДЛЯ В.И. Уколовой характерен интерес к философским про­
блемам истории. При ее активном участии в качестве редактора,
автора вступительных статей впервые увидели свет на русском
языке сочинения А. Тойнби, осуществлены научные издания тру-
8 См. соответствующие разделы академических изданий: История Европы. М.,
1992. Т. 2, а также Всемирная история: в 6 т. М., 2011. Т. 1.
9 Уколова В.И. Город как парадигма средневековой культуры // Средние века. М.,
2000. Вып. 61. С. 154-168.

306
МС. Бобкова
дОВ Й. Хейзинги, Э. Гиббона, Ф. Кардини'". Теоретическое осмыс­
ление различных аспектов исторического процесса представлено
в ряде статей, опубликованных в ведущих научных изданиях.
Виктории Ивановне присуща рефлексия по поводу познава­
тельной деятельности в истории. В серии статей ею рассмотрены
проблемы исторического факта, причинности и связи состояний в
истории, синхронности и асинхронности. Понятия «состояние» и
«связь состояний», по ее мнению, отражают наличие обладающих
качественной определенностью ступеней в развитии социальных
объектов, их обусловленность. Они резюмируют тот факт, что со­
стояние социальной системы в определенный момент времени при
фиксированных условиях так или иначе детерминирует цепь ее
последующих состояний в различные моменты. Это означает, что
все явления и процессы в обществе развиваются в соответствии с
внутренней необходимостью и определяются связями различных
уровней. Изучая прошлое, воспроизводя предшествующие этапы
исторической реальности в процессе познания, историк восста­
навливает их как специфические состояния социальных систем,
связанные генетически. Невозможно создать историческую кар­
тину развития какой-либо системы, рассматривая изолированно
ее состояния и элементы. Только взятые в комплексе, в их связи,
они дают возможность познать исторический объект. Универсаль­
ное взаимодействие всех элементов и объективная связь состоя­
ний в рамках определенных этапов социального развития отчасти
нашли отражение в категории «цивилизация», которая позволяет
вычленить основные состояния жизни общества.
На каждое новое состояние общества необходимо влияют
прежние состояния, более того, фрагментарно они сохраняются
в трансформированном виде в последующих состояниях, что
позволяет идентифицировать разные состояния в рамках одного
исторического объекта. Рассмотренные связи состояний также
дают возможность определять движение и качественное содер­
жание исторического времени, поскольку конкретное историче­
ское состояние социального объекта связано с направленностью,
10 Тойнби А.Дж. Постижение истории: Сборник / пер. сангл. Е.Д. Жаркова; сост.
А.П. Огурцов; вступ. ст. В.И. Уколовой. М., 1991. 607 с.; Хейзенга Й. Осень
Средневековья / пер. С нидерл.; вступ. ст. и общ. ред. В.И. Уколовой. М., 1995.
416 С.; Гиббон Э. История упадка и крушения Римской империи / пер. сангл.,
сост. Б.С. Попов, В.И. Уколова. М., 1994. 527 с.; Кардини Ф. Истоки средневе­
кового рыцарства / сокр. пер. ситал. яз. В.П. Гайдука; вступ. ст., общая ред.
В.И. Уколовой, Л.А. Котельниковой. М., 1987.

Беззаветное служение (К 70-летию ... в.и. Уколовой) 307
длительностью, темпом и ритмом протекания процессов в рамках
данного состояния, классифицируемого как определенный этап
в развитии общества. Это позволяет учитывать не только объек­
тивное хронологическое время исторического объекта, но и его
собственное историческое время 11.
В.И. Уколова одной из первых в нашей стране стала разраба­
тывать проблемы синхронной истории, Она читает в МГИМО курс
«Всемирная синхронная история», цель которого представить ис­
торический процесс как развитие культурно-цивилизационного
континуума, соединив вертикальную периодизацию с синхрони­
зацией исторических состояний разных обществ в определенные
исторические эпохи. Это дает возможность показать «историче­
ское движение К .. современному миру, мультикультурному и В то
же время коммуникативно неразрывно связанному»; формировать
у молодого поколения соответствующее историческое сознание,
комплексное и объемное, исключающее «изоляционистские»
интерпретации истории. Исторический синхронизм «позволяет
преодолеть "разомкнутость" истории Востока, Запада и России, в
результате которой складывается несовместимость знаний по ис­
тории разных регионов мира, а отсюда и непонимание не только
прошлого, но и исторических основ и перспектив их современных
взаимодействийя'". Синхронизация, по мнению В.И. Уколовой,
осуществляется с учетом нескольких смысловых уровней - циви­
лизационного, социального, материально-экономического, куль­
турно-антропологического - и выделением крупных проблемно­
аналитических блоков 13.
Выбрав в ранней юности своей музой Клио, Виктория Ива­
новна честно и преданно служит ей уже много лет. Ее работы,
отличающиеся оригинальностью и глубиной подходов, признаны
классическими в профессиональной среде антиковедов и медие­
вистов. Тонкая профессиональная интуиция, блестящее владение
фактологией, неординарность методологических приемов иссле­
дований Виктории Ивановны вызывают чувство глубокого уваже­
ния и настоящего признания.
В.И. Уколова известна своей принципиальностью и предан­
ностью профессии. Ее многолетний опыт исследовательской,
11 в.и. Уколова. Нужна ли синхронная история? // [Электр. публикация]. Режим
доступа http://histrf.ru/ru/biblioteka/book/nuzhna-li -sinkhronnaia- istoriia свобод­
ный (дата проверки 1 ноября 2013 г.).
12 Там же.
13 Там же.

308
МС. Бобкова
преподавательской и организационной работы основан на самых
высоких принципах профессиональной этики и человеческой
нравственности.' Независимая от конъюнктуры, политической
ангажированности, чуждая коммерциализации науки, Виктория
Ивановна всегда оставалась глубоко порядочным человеком, на­
прочь лишенным чувства низменной зависти, болезненныхамби­
ций, высокомерия или карьеризма. Она всегда готова протянуть
руку помощи 'и поддержки своим товарищам по профессиональ­
ному цеху. Красивая женщина, обаятельный, добрый и умный че­
ловек, Виктория Ивановна являет собой праздник, который всег­
да ждут и которому всегда рады.

к 70-летию Д.З. ХАРИТОНОВИЧА
Редколлегия «Средних веков» и медиевисты Института
всеобщей истории РАН сердечно поздравляют с юбилеем
Д.Э. Харитоновича. '
Путь Дмитрия Эдуардовича в медиевистику при всей неор­
динарности обладает внутренней логикой: инженер-металлург
и машиностроитель, выпускник «Бауманки» после службы в ар­
мии обращается к социологии, сперва - производственной, затем
к социологии искусства. Итогом эволюции· стала диссертация
«Ремесло в народной культуре Средневековья» (1984 г., руково­
дитель - Н.Ф. Колесницкий), причем оппоненты у него были за­
мечательные - Н.П. Даркевич и А.Я. Гуревич. Творческий союз с
А.Я. Гуревичем позволил Дмитрию Эдуардовичу создать школь­
ный учебник по истории Средних веков, который с увлечением
читают и дети. Яркие материалы юбиляра украсили страницы
«Одиссея», «Словаря Средневековой культуры», четырехтомника
«Город в средневековой цивилизации Западной Европы». Мно­
го времени и сил он отдал работе в семинаре по исторической
антропологии в ИВИ РАН. Студентам ГИТИСа и ГАУГНа надо­
лго запомнится его лекторский дар. Масоны, Крестовые походы,
рецептуры средневековых ремесленников, схоластическая алхи­
мия, проблемы изучения исторических альтернатив - это далеко
не полный перечень научных интересов Дмитрия Эдуардовича.
Но, возможно, наибольшую славу он завоевал как мэтр эрудиро­
ванного научного комментария. Его работа над примечаниями к
таким трудам, как «Осень Средневековья» или «Монтайю» экви­
валентна по трудоемкости и по приносимой пользе нескольким
монографиям.
Надеемся, что и дальше Дмитрий Эдуардович будет радовать
нас проявлениями своего многогранного таланта.
В особенности - на страницах «Средних веков».

МЕДИЕВИСТИКА ВЧЕРА И СЕГОДНЯ
УДК 930(47)"190/191"::Г.П. Федотов
А.В. Антощенко
Г.П. ФЕДОТОВ:
ГОДЫ МАГИСТЕРСКОЙ ПОДГОТОВКИ*
Публикуемые источники характеризуют подготовку г.п. Федотовым магистер­
ской диссертации по ранней истории христианства в Западной Европе. Докумен­
ты выявлены в коллекции Петербургского университета, хранящейся в ЦГИА
СПб. Характеризуя уникальные факты биографии начинающего историка, они
позволяют выявить общие принципы подготовки выпускников историко-фило­
логических факультетов российских университетов по магистерской программе
в начале ХХ в.
Ключевые слова: г.п. Федотов, медиевистика в российских университетах
в начале ХХ в., магистерская подготовка.
Всемирную известность Георгию Петровичу Федотову (1886-
1951) принесли опубликованные в эмиграции исследования ре­
лигиозного сознания русского средневекового человека 1. Однако
основы исследовательского метода историка закладывались в
России, в стенах Петербургского университета, где он прошел
школу известного медиевиста И.М. Гревса.
Путь Г.П. Федотова в медиевистику не был простым ', Увлек­
шись в гимназические годы социал-демократической идеологией,
он, после окончания Воронежской мужской гимназии с золотой
медалью, в 1904 г. поступил в Петербургский технологический
институт, чтобы быть ближе к рабочим и иметь возможность
* Работа выполнена в рамках проекта «Апостол древнерусской святости г.п. Фе­
дотов (1886-1951)>>, поддержанного РГНФ (13-01-00107).
1 Федотов гл. Святые древней Руси (X-XVII ст.). Париж, 1931; Он же. Стихи
духовные: русская народная вера по духовным стихам. Париж, 1935; The Rus­
sian Religious Mind. Kievan Christianity: the 10th to the 13th Centuries / G.P. Fe­
dotov. Cambridge (Mass.), 1946. Второй том книги «ТЬе Russian Religious Mind»
был издан посмертно И. Мейендорфом (Cambridge (Mass.), 1966).
2 См. подробно: Антощенко А.В. Трагедия любви (Путь г.п. Федотова к исто­
рии) // Мир историка. Омск, 2008. Вып. 4. С. 50-75.

гл. Федотов: годы магистерской подготовки
311
заниматься их политическим просвещением ', С началом Первой
русской революции Георгий активно включился в пропагандистскую
деятельность саратовских социал-демократов, подвергся краткосроч­
ному аресту в августе 1905 г. Летом 1906 г. г.п. Федотов стал членом
комитета РСДРП г. Саратова, получив в поддержку своей кандидатуры
самое большое количество голосов при выборах. Однако повторный
арест 17 августа 1906 г.4 заставил его критически взглянуть на свою
деятельность, а высылка в Германию на два года послужила началом
превращения его из революционера в историка",
За границей г.п. Федотов занимался историей в Берлинском
и Йенском университетах. Вернувшись в Россию, он восстано­
вился на историко-филологический факультет Петербургского
университета с зачетом ему четырех семестров учебы в Герма­
нии. Свои учебные занятия начинающий историк сосредоточил в
семинаре И.М. Гревса, по совету которого им было подготовлено
конкурсное сочинение «"Исповедь" бл. Августина как источник
для его биографии и для истории культуры», удостоенное золотой
медали". Однако сохранявшиеся связи с саратовскими и, петер-
3 См.: [Федотова Е.Н.} Георгий Петрович Федотов (1886-1951) // Федо­
тов г.п. Лицо России. Сборник статей (1918-1931). Р., 1967. С. II-V. А.Н. Акинь­
шин отмечает, что увлечение социалистическими идеями в Воронежской гимна­
зии, которую окончил г.п. Федотов, было характерно для значительного числа ее
учеников. См.: Акиньшин А.Н. Воронеж в биографии философа г.п. Федотова //
Воронежская беседа на 1999-2000 гг. Воронеж, 2001. С. 97-98.
4 В работах саратовских краеведов указывается дата ареста в ночь с 8 на 9 июля
1906 г. (см., напр.: Гусакова з. Е. Из биографии философа, историка и публи­
циста г.п. Федотова // Советские архивы. 1991. N� 6. С. 88; Катков с., Лу­
кин с. Возвращение: к биографии г.п. Федотова // Годы и люди. Саратов, 1992.
Вып. 7. С. 38). В эту ночь действительно был проведен ряд арестов саратовских
социал-демократов, но ошибка в предписании полицмейстеру (вместо имени
«Георгий» значилось «Григорий») отсрочила арест г.п. Федотова, так как в по­
лицейском рапорте значилось, что он около месяца назад скрылся в Ригу, где,
«по слухам, арестован» (см.: ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 7112. л. 52-52 об., 58 об.).
Основываясь на данных саратовских краеведов, ошибочную дату указал и я в
послесловии к публикации писем П.Г. Федотова к Т.Ю. Дмитриевой (см.: Ан­
тощенко А.В. Послесловие // Федотов г.п. Собр. соч. М., 2008. Т. 12. С. 244).
Однако архивные изыскания позволили уточнить дату ареста и заключения в
губернскую саратовскую тюрьму (см.: ГАСО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 7112. л. 72).
5 Еще до ареста г.п. Федотов написал прошение о переводе его из Петербург­
ского технологического института в университет на историко-филологический
факультет. См. ниже.
6 Подробно об учебе г.п. Федотова в Петербургском университете см.: Анто­
щенко А.В. Студенческие годы г.п. Федотова: (по новым документам) // Все­
общая история и история культуры. СПб., 2008. С. 157-168.

312
А.В. Антощенко
бургскими социал-демократами грозили новыми бедами. За крат­
косрочным арестом в мае 1909 г. последовал обыск в имении его
тети О.А. Буковской близ Саратова, где Георгий отдыхал летом
1910 г.7 Чудом избежав ареста, он оставил университет, отказав­
шись от сдачи выпускных государственных экзаменов. Перейдя на
нелегальное положение, Георгий летом следующего года вместе
с Т.Ю. Дмитриевой" уехал в Италию. Однако из-за финансовых
трудностей он вынужден был вскоре вернуться на родину и жить
по чужому паспорту (С.А. Зенкевича - брата Михаила Зенкевича,
с которым г.п. Федотов познакомился еще в Йене), продолжая
занятия в «домашних семинариях» своего учителя",
Весной 1912 г. г.п. Федотов явился «с повинной» в полицию,
что позволило ему не только легализовать свое положение, но и
получить возможность сдать экзамены и закончить университет.
Отбыв в Карлсбаде (близ ст. Ассерн) сокращенный ему в конеч­
ном итоге до шести месяцев срок высылки, он вернулся в Пе­
тербург, где вскоре по ходатайству И.М. Гревса был оставлен при
Петербургском университете «для приготовления к профессор­
ской и преподавательской деятельности» по кафедре всеобщей
истории. Летом 1913 г. он ездил в Париж, где работал в Нацио­
нальной библиотеке!", Осенью этого же года его учитель обра­
тился с ходатайством о назначении ему министерской стипендии,
которое было поддержано историко-филологическим факульте­
том и советом университета и было удовлетворено. Наконец, в
том же году г.п. Федотов начал преподавать историю в коммер-
7 См.: ГАСО. Ф. 53. Оп. 1 (1909). Д. 64. л. 8,21-22 об, 38, 66, 98.100-101; Там
же. Оп. 1 (1910). Д. 63. л. 4, 11 об, 60-61 об, 64, 70-71, 73, 75, 77 об, 92-92 об,
96, 98-98 об, 105-106 об.
8 Дмитриева Татьяна Юлиановна (1884-1976) - выпускница историко-филоло­
гического отделения Высших (Бестужевских) женских курсов в Петербурге,
первая любовь г.п. Федотова. Под влиянием Т.Ю. Дмитриевой, учившейся у
И.М. Гревса, г.п. Федотов выбрал именно его в качестве руководителя сво­
их научных занятий в Петербургском университете. Более того, рефлексия
относительно их взаимоотношений стала первым шагом по пути выработки
собственного метода изучения истории Георгием Петровичем. Основу его со­
ставила эмпатия, а основные принципы были близки к классической концеп­
ции понимания в истории. См. об этом подробнее: Антощенко А.В. «Когда
любишь, тогда понимаешь все»: (предисловие к публикации) // Диалог со вре­
менем: альманах интеллектуальной истории. М., 2011. Вып. 37. С. 297-308.
9 Федотов г.л. Собр. соч. Т. 12. С. 172, 175, 177.
10 См.: Дневник Т.Ю. Дмитриевой // НИОР РГБ. Ф. 745. К. 1. Д. 19. л. 58; Пись­
мо г.п. Федотова к И.М. Гревсу, 1913// ПФА РАН. Ф. 726. Оп. 2. Д. 313. л. 1.
Благодарю А.В. Свешникова за сведения об этом письме.

гл. Федотов: годы магистерской подготовки
313
ческом училище М.А. Шидловской, что, судя по его письмам к
Т.Ю. Дмитриевой, не приносило ему особого удовлетворения!'.
Начавшаяся Первая мировая война не изменила существенно
его положения. В армию он не был призван, возможно, как вы­
зывающий сомнения в политической лояльности человек, хотя и
прошел военные сборы в звании прапорщика в лагере близ Тати­
щево, недалеко от родного Саратова'", Впрочем, война не позво­
лила ему воспользоваться заграничной командировкой, которая
обычно предоставлялась на два года тем, кто готовился к профес­
сорскому званию по всеобщей истории. Поэтому главные свои
усилия в 1914-1915 гг. молодой историк lсосредоточил' на подго­
товке к магистерским экзаменам и разработке по опубликован­
ным источникам и исследовательской литературе выбранной для
магистерской диссертации темы - «Святой епископ» в меровинг­
ской Галлии. Успешная сдача экзаменов, написание клаузарной
работы':' и чтение пробных лекций открывали перед г.п. Федо­
товым возможность начать в весеннем семестре 191 7 г. препода­
вание в качестве приват-доцента в Петроградском университете.
Однако революционные потрясения не позволили этого сделать.
Приспосабливаться к условиям жизни при новой власти он не за­
хотел и использовал появившуюся в 1925 г. возможность, поки­
нуть Россию и уехать во Францию, где и появились его главные
работы по истории Средневековья, причем не только западноев­
ропейского, но и русского.
Публикуемые ниже документы показывают процесс перво­
начального определения пути, приведшего г.п. Федотова к изу­
чению средневековой истории. Особого внимания заслуживает
рассмотрение им в отчете проблем магистерской диссертации,
что позволяет лучше понять, какое значение для формулировки
перспектив исследования имело знакомство молодого историка с
научной литературой, а l5акое - изучение источников. Не менее
интересна его характеристика учителем, свидетельствующая о
тех качествах, которые ценились в начинающих исследователях,
11 Федотов гл. Собр. соч. Т. 12. с. 186-189,191.
12 См.: Там же. с. 201-202. Сборы, судя по штемпелям открытых писем, при­
шлись на летние месяцы.
13 Клаузарной работой называлось письменное экзаменационное испытание, в
ходе которого магистр писал сочинение на предложенную ему историческую
тему в специально отведенном помещении и в течение определенного вре­
мени без права на предварительную подготовку и обращение к справочной
литературе.

314
А.В. Антощенко
И.М. Гревсом. Орфография документов приведена в соответствие
с современными нормами при сохранении некоторых особеннос­
тей авторской пунктуации. В квадратных скобках дается харак­
теристика документов, раскрываются сокращения и приводятся
дополнения, позволяющие понять смысл документов. Даты в пре­
дисловии и источниках даются по юлианскому календарю.
1
17 июля 1906 г.
Ректору Санкт-Петербургского университета
Я окончил Воронежскую классическую гимназию в 1904 г. с
золотой медалью. Осенью того же года я поступил в Петербург­
ский технологический институт. Убедившись, что избранный
мною путь не соответствует моим способностям, я решил перей­
ти на историко-филологический факультет. Вследствие этого я
обращаюсь к Вам с просьбой зачислить меня студентом 1 m курса
историко-филологического факультета при Вашем университете.
Копии требуемых документов я прилагаю при прошении, из­
виняясь в невозможности немедленно представить подлинники.
Посылаю требуемые 25 рублей.
Студент 1т курса Петербургского технологического инсти­
тута.
Георгий Федотов
17 июля 1906 г.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 47244. Л. 2.
2
14 марта 1909 г.
Протокол NQ 467 [заседания историко-филологического фа­
культета]
9) Зачесть студентам Георгию Федотову и Семену Штейну'"
4 семестра, прослушанные ими в заграничных университетах, от
участия же в занятиях в семинариях не освобождать.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (т. 4). Д. 16112. Л. 21.
14 Штейн Семен Ильич (1887-1951) - историк, пасынок И.В. Гессена, выпускник
историко-филологического факультета Петербургского университета, ученик
И.М. Гревса и друг Г.П. Федотова.

ГЛ. Федотов: годы магистерской подготовки
315
3
20 августа 191 О г.
Свидетельство (об окончании курса)
[копия]
Представитель сего Георгий Петрович Федотов, православ­
ного вероисповедания, сын чиновника, родившийся 1-го октября
1886 года, был принят по аттестату зрелости гимназии Воронеж­
ской первой в число студентов императорского Санкт-Петер­
бургского университета в августе 1906 года и зачислен на исто­
рико-филологический факультет (на историческое отделение), на
котором слушал курсы: по логике, психологии, введению в фило­
софию, греческому и латинскому языкам, методологии истории,
русской истории, истории Востока, греческой и римской истории,
средней и новой истории, истории славянских народов, истории
Византии, истории Церкви, истории философии, истории ис­
кусств, введению в языковедение, истории русской литературы,
истории западноевропейской литературы, участвовал в установ­
ленных учебным планом практических занятиях, подвергался
испытанию из немецкого языка и, по выполнении всех условий,
требуемых правилами о зачете полугодий, имеет восемь зачетных
полугодий.
В удостоверение чего, на основании ст. 77 Общего устава
императорских российских университетов 23 августа 1884 года,
выдано Георгию Федотову это свидетельство от историко-фи­
лологического факультета императорского С.-Петербургского
университета за подписью и с приложением печати, 20 августа
191 О года за NQ 3 13 о.
Свидетельство это видом на жительство служить не может.
Декан историко-филологического факультета импе­
раторского С.-Петербургского университета
Секретарь историко-филологического факультета
императорского С.-Петербургского Университета
цги СПб. Ф. 14. Оп. 20. Д. 64. Л. 93-93 об.

316
А.В. Антощенко
4
20 августа 191 О г.
Свидетельство .
[копия]
Предъявитель сего, поступивший на историко-филологиче­
ский факультет императорского С.-Петербургского университета
в 1906 году Федотов
1) Подвергался испытанию в факультете и получил следую­
щие отметки:
из логики
и исихологии }
" введение в языкознание
" методологии истории
" нового языка (нем.)
" ист[ории] древн[ей] фил[ософии]
"ист[ории] новой филос[офии]
" ист[ ории] зап[ адно- ]евр[ опейской]
лит[ ературы ]
" истории Церкви
" истории русской лит[ ературы]
" греч[еский] автор
" латинск[ий] автор
" истории Византии
в[ есьма] у[довлетворительно] 15
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в [есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворител,ЬНО]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
в[ есьма] у[довлетворительно]
2) Принимал участие в практических занятиях:
в греческом просеминарии у проф[ессора] Жебелева"
и латинском просеминарии (был освобожден постановл[ени­
ем] ф[акультет]та)
____ просеминарии пр[офессора] Гревса'?
____ семинарии пр[офессора] Гревса
15 В соответствии с университетским уставом 1884 г. была введена оценка зна­
ний студентов прописью: «весьма удовлетворительно», «удовлетворительно»
и «неудовлетворительно».
16 Жебелев Сергей Александрович (1867-1941) - филолог-классик, профессор
кафедры греческой словесности Петербургского (Петроградского, Ленинград­
ского) университета (1904-1927), академик АН СССР (1927).
17 Гревс Иван Михайлович (1860-1941) - историк, учитель Г.П. Федотова. Про­
фессор Высших женских (Бестужевских) курсов в Петербурге (1892-1918) и
Петербургского университета с 1902 г. В 1923 г. ушел из университета вслед­
ствие несогласия с возобладавшими установками М.Н. Покровского, читал
лекции об изучении жизни городов и архитектурных ансамблей. В 1934-
1941 гг. продолжил преподавание в Ленинградском университете.

г.п. Федотов: годы магистерской подготовки
317
____ семинарии пр[офессора] Андреева'!
____ семинарии пр[иват]-доц[ента] Лапшина'? .
3) Представил зачетное сочинение на тему «Confessiones
блаж. Августина», награжденное золотой медалью.
, Имеет 8 зачетных семестров. l'
С.-Петербург 20 августа 1910 года.
)'
Декан историко-филологического факультета импе­
раторского С.-Петербургского университета
Секретарь историко-филологического факультета
императорского С.-Петербургского университета
f �
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 20. Д. 64. Л. 94-94 об.
5
27 октября 1910 г.
1
[Секретное сообщение .
управляющего Петербургским учебным округом
ректору Петербургского университета]
Согласно ст. 34 Положения о государственной охране, пред­
ставления Саратовского губернатора от 31 августа с. г. за N2 1671
о высылке дворян, студентов императорского Санкт-Петербург­
ского университета Георгия Оппокова-? (Д. N2 1141-06 г.) и Ге­
оргия Федотова (Д. N2 2175-06 г.), изобличенных в принадлеж­
ности к Российской социал-демократической партии, г. министр
внутренних дел постановил выслать Георгия Оппокова и Геор-
11
18 Андреев Иван Дмитриевич (1867-1927) - историк, профессор истории церкви
Петербургского (Петроградского, Ленинградского) университета (1907-1924),
проректор университета (1910-1911).
19 Лапшин Иван Иванович (1870-1952) - философ, психолог, с 1897 г. приват­
доцент, с 1913 г. профессор Петербургского университета.
20 Оппоков (парт. псевдоним - Ломов) Георгий Ипполитович (1888-1937) - ре­
волюционер, политический деятель. Окончил юридический факультет Пе­
тербургского университета (учился в 1906-191 О гг., в 1913 г. экстерном сдал
государственный экзамен). Член РСДРП с 1903 г., большевик. Пропагандист­
скую деятельность начал в Саратове, публиковался в газетах «Волна» (Сара­
тов), «Новая Жизнь» (Петербург) и «Борьба» (Москва), в журнале «Школа
и жизнь» (Саратов). Участник революции 1905 г. В конце 1907-1908 г. член
Московского окружного комитета, МК РСДРП, ответственный организатор
Лефортовского района. С 1909 г. член ПК и его Исполнительной комиссии,
секретарь ПК РСДРП. В июле 1910 г. арестован и выслан на 3 года под глас­
ный надзор полиции в Архангельскую губернию.

318
А.В. Антощенко
гия Федотова в Архангельскую губернию под гласный надзор
полиции на три года каждого, считая сроком для Оппокова с 8 ок­
тября 191 О года, а для Федотова со дня задержания.
О таковом постановлении вследствие отношения департамен­
та народного просвещения от 20 октября с. г. за N2 356 уведомляю
Ваше Превосходительство для сведения.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 47244. Л. 47.
6
17 апреля 191 2 2.
[Уведомление департаментом народного просвещения
управляющего Петербургским учебным округом]
Означенный Федотов, прибыв в Санкт-Петербург (Ропшин­
ская ул., Д. N2 20, кв. 7), обратился к министру внутренних дел с
ходатайством о разрешении ему прожить в Санкт-Петербурге до
конца мая с. г. для держания экзаменов в государственной испы­
тат[ельной] комиссии в Санкт-Петербургском университете. При
этом Федотов заявил, что он уехал за границу, не ведая об опре­
деленном ему административном взыскании, узнав же ныне, что
ему назначена высылка в Архангельскую губернию, он явился в
Санкт- Петербург, чтобы подчиниться наложенной на него каре,
но умоляет дать ему возможность перед высылкой сдать госу­
дарственные экзамены. Из приложенных к прошению Федотова
свидетельств профессоров Санкт-Петербургского университета
Андреева и Гревса усматривается, что Федотов за время нахожде­
ния в Санкт-Петербургском университете отличался выдающейся
работоспособностью, был награжден золотою медалью, и пре­
граждение ему возможности окончить курс составит потерю для
русской науки.
Ввиду изложенного министр внутренних дел признал воз­
можным разрешить Федотову пребывание в Санкт-Петербурге на
время государственных экзаменов с установлением за ним глас­
ного надзора полиции.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 47244. Л. 97.

ГЛ. Федотов: годы магистерской подготовки
319
7
3 декабря 1912 г.
[Уведомление департаментом полиции управляющего
Петербургским учебным округом, секретно переданное
ректору Петербургского университета]
По пересмотре обстоятельств дела о состоящем под гласным
надзором полиции в местечке Ассерне бывшем студенте С[анкт-]
П[ етер ]б[ургского] университета Георгии Петрове Федотове г. ми­
нистр внутренних дел 19 ноября постановил переписку о названном
лице прекратить, освободив его от гласного надзора полиции. [ ... ]
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3. Д. 47244. Л. 1.
8
15 февраля 1913 г.
В историко-филологический факультет
императорского Санкт-Петербургского университета
Имею честь представить историко-филологическому факуль­
тету для оставления при кафедре всеобщей истории окончившего
курс в 1912-м г. Георгия Петровича Федотова. Он целый ряд лет с
большою серьезностию и глубиною и с выдающимся успехом ра­
ботал под' моим руководством в области средневековой истории
и вполне заслуживает поддержки факультета. О характере даро­
вания и знаний Г. П. Федотова я подробно высказал свое мнение
в рецензии на его сочинение об «Исповеди бл. Августина как ис­
торическом источнике», награжденное золотою медалью. Вполне
уверен, что из Федотова выработается талантливый и надежный
ученый историк и профессор.
Санкт-Петербург, 15 февраля 1913 г.
Профессор Ив. Гревс
Присоединяюсь Профессор И. Андреев
Ходатайствую о предоставлении ему стипендии.
Ив. Гревс
Доложено в заседании историко-филологического факультета
16 февраля 1913 г.
Постановлено: Баллотировать в ближайшее заседание фа­
культета представление об оставлении Федотова по кафедре
всеобщей истории на 2 года по возм[ожности} со стипендией
(вписано от руки. - А.А.).
Секретарь факультета
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 1.

320
А.В. Антощенко
9
19 марта 191 3 г.
Историко-филологический факультет в заседании 16 марта
избрал для оставления при Санкт-Петербургском университете
по кафедре всеобщей истории для приготовления к ученой степе­
ни сроком на 2 года с 1913 г. месяца марта дня 16П! Георгия Пет­
ровича Федотова без стипендии.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 2.
10
31 марта 1913 г.
[Уведомление 3-ьим делопроизводством канцелярии управ­
ления Петербургского градоначальника ректора Петербургского
университета]
Вследствие � ходатайства окончившего курс императорского
Санкт-Петербургского университета Георгия Петровича Федо-
I ,!#
това о выдаче ему свидетельства о политической благонадеж-
ности на предмет оставления его при императорском Санкт­
Петербургском университетедля приготовления к профессорско-
1. '" у- I
му званию канцелярия по приказанию столоначальника уведом-
ляет Ваше Превосходительство, что к оставлению Федотова при
упо��нутом у.�иверситете в ПОЛИТfIческом отношении препят­
ствий не имеется.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 6.
11
Предложением г. управляющего С[ анкт- ]П[ етер ]б[ургским]
учеб[ным] окр[угом] от 25 апре{IЯ 1913 г. за N2 12757 [Г. п. Фе­
дотов] оставлен при императорском С[ анкт- ] Петербургском
университете для приготовления К·' профессорской и преподава­
тельской деятельнрсти по кафедре всеобщей истории на два года
с 16 марта 1913 по 16 марта 1915 г. без стипендии.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 8.
12
Вследствие представления историко-филологического фа­
культета [ректор ходатайствовал] перед попечителем Санкт­
Петербургского учебного округа [о назначении Г. п. Федотову]

гл. Федотов: годы магистерской подготовки
321
стипендии из министерских сумм на один год (с 1 января 1914 г.
по 1 января 1915 г.).
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. л. 11.
13
Предложением департамента 11инистерства народного про­
свещения от 28 января 1914 г. NQ 4319 [Г'П. Федотову] назначена
на 1914 г. стипендия в 1200 руб[лей] из сумм ми��стерства с про­
длением оставления при университете по 1 января 1915 г.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. л. 12.
14
/.
12 ноября 1914 г.
: В историко-филологический факультет
императорского Петроградекого университета
Прилагая при сем краткий отчет о занятиях оставленного
при университете для приготовления к профессорскому званию
по кафедре всеобщей истории Георгия Петровича Федотова, -
горячо и настоятельно ходатайствую о продлении ему стипен­
дии, выдаваемой из средств Министерства народного просве­
щения, еще на один год от 1 января 1915-го по 1 января 1916-го
года. Из того даже немногого, что говорит автор о своей работе,
видно, что она слагается по собственному научному плану, вы­
росшему из собственных ученых исканий. С своей стороны, в
беседах с ним, постоянно повторявшихся, Я мог ясно убедиться
в том, насколько эта работа интенсивна и эти искания успеш­
ны. Автор мог бы значительно умножить свои указания, проци­
тировать немало памятников, дать длинный список изученных
книг. Он этого не сделал из скромности и сдержанности. Я могу
констатировать, что труд его сильно продвинулся вперед пре­
жде всего в направлении к обработке темы, избранной им для
будущей диссертации из области истории религиозности ранне­
го средневековья. Самый этот факт свидетельствует с большою
силою в пользу необходимости дальнейшей его поддержки.
В лице г.п. Федотова в самом деле раскрывается талантливый
и оригинальный, увлеченный и трудоспособный, очень ценный
ученый, и не дать ему условий для благоприятного продолжения
занятий - значило бы надорвать хорошую и редкую духовную
силу. Написанные им по моему поручению статьи (особенно
11 Заk.288

322
А.В. Антощенко
«Каролингское воэрождениеэ ") показывают в нем уже образо­
вавшееся умение научно трактовать вопросы с полным знанием
и иногда с тонким пониманием дела.
Подготовка г.п. Федотова к испытанию на степень магис­
тра, дЛЯ КОТОРОГО1ИМ представлена в факультет объяснительная
программа, так же осуществляется им с редкою углубленностью.
Она опирается на штудирование подлинных текстов светских и
церковных писателей IV-ro и У-го веков, хроник и документов
меровингского времени и еще источников по религиозным дви­
жениям XII и XIII вв. Для экзамена по политической экономии им
также избран: и основательно изучается вопрос из хозяйственной
истории средних веков - землевладение каролингской эпохи. Все
указанное приводит меня к твердой уверенности, что г.п. Федо­
тов вполне оправдывает стипендию, ему назначенную, и является
достойным кандидатом для ее продолжения.
Профессор Ив. Гревс
Отчет о работе оставлепного
при Императорском Петроградеком университете
по кафедре всеобщей истории Георгия Федотова
за 1914 г.
Основным вопросом, вокруг которого я стремился сгруппи­
ровать выбранные мною темы для магистерских экзаменов, яв­
ляется проблема о «святом епископе» в Меровингской Галлии.
Я был приведен: К ней изучением агиографической литературы
раннего Средневековья, в которой искал материал для общей,
а особенно религиозной и этической культуры эпохи. Я убедился,
что здесь лежит узел, связывающий самые крупные и, по-видимо­
му, столь далеко лежащие проблемы: с одной стороны, церковь,
как новая организация общественной связи в ее публично-пра­
вовых функциях (епископ в государстве, в графстве, в городе),
с другой - церковь как кристаллизация духовной работы и мысли
христианского общества (епископ-святой). Меня остановила вто­
рая сторона проблемы, но развившись в свою очередь, она в двух
направлениях возвращала к первой, к церковно-общественной
21 [Федотов Г. п.} Григорий Турский // Новый энциклопедический словарь.
Т. 15: Гривна - Десмургия. СПб., 1913. Стлб. 18-19; Ф[едото}в Г. Жития свя­
тых. 1. Жития святых на Западе // Там же. Т. 17: Душевные болезни - жуки.
СПб., 1914. Стлб.923-926; Ф[едото}в Г. Каролингское возрождение // Там
же. Т. 21: Каринтин - Кнорринг. Пг., 1914. Стлб. 93-96.

гл. Федотов: годы магистерской подготовки
323
роли епископата. Святой представляется для изучения .в двоякой
жизни: активной и пассивной; как носитель религиозного подвига
и как предмет культа. Подвиг епископа осложняет аскетический
идеал «исповедника» новыми, общественно-деятельными черта­
ми; епископ - заступник города, организатор благотворительно­
сти и просвещения, судья и хозяин. Епископ как предмет культа
задает новую загадку: изучая книгу Дюшена (<<Fastes ертвсорацх
de l' ancienne Gaule» 1 и 11)22 вместе с Gallia Сппэпапа+', убеж­
даешься, что в списки местночтимых святых (объединенных в
XV11 веке в «Martyrologium Gallicanum»24) вошли все иерархи,
имена которых сохранены преданием, литературными памятни­
ками или записями местных церквей - вплоть до V111-1X веков.
Эта граница колеблется, но в общем совпадает-с (наступлением
каролингского «возрождения» (не с концом V1 в:' «ац moins»25,
как указал недавно Delehaye (Les origines du сцпс des martyrs,
1912))26. По исследованию Голубинского (<<Канонизация святых в
русской церкви» )27, эта суммарная канонизация в 'Византии была
оставлена лишь в Х в., и есть все основания предполагать в Нов­
городской церкви и в Х]. Что касается начального момента ее и
внешних форм, то на них проливают свет древнейшие мартиро-
22 Дюшен (Duchesne) Луи (1843-1922) - французский священник и историк
церкви. Профессор Католического института в Париже.(1877-1885), директор
Французской археологической школы в Риме (1895-1922), член Академии над­
писей (1888) и Французской академии (1910). Dисhеsnе L. Fastes ертвсорацх de
l'ancienne Оаиlе. Т. 1: Provinces du Sud-Est; Т. ;2: L' Aquitaine et las Lyonnaises.
Р., 1894. Неоднократно переиздавались.
23 «Gallia Christiana» - неоднократно издававшийся с дополнениями и исправ­
лениями документальный каталог или список всех католических епархий и
аббатств Франции с древнейших времен с краткой справкой-об их истории
и указанием возглавлявших их лиц. См. подробпее.. Роиане V. Du «Gallia
christiana» et de ses auteurs: ёпше bibliographique. Р., 1857.
24 Martyrologium Gallicanum, раг Andre du Saussay. Р., 1637. Неоднократно пере­
издавался.
25 Аи moins (фр.) - по крайней мере.
26 Делеэ (Delehaye) Ипполит (1859-1941) - бельгийский математик и историк,
священник ордена иезуитов. Председатель общества болландистов (1912),
редактор «Analecta Bollandiana» и «Bibliotheca Hagiographica Graeca» (1895),
основоположник критической агиографии. Delehaye Н. Les origines du' culte
des martyrs. Bruxelles, 1912.
27 Голубинский Евгений Евстигнеевич (1834-1912) - русский историк, профес­
сор Московской духовной академии (1881-1895), академик Петербургской
АН (1902). Голубинский Е.Е. История канонизации святых в Русской Церкви.
Сергиев Посад, 1894.

324
А.В. Антощенко
логи (я познакомился с работами Achilis'a28 и Dom Вошшег? и
проработал «Martyrologium Нгегопуппапшп»?", выделив из него
списки Галльской церкви по отдельным городам). Сравнение рим­
ских святцев 354 г., где depositio episcoporum отделено от depositio
гпапугшп ", с сирийским мартирологием, в основе которого лежат
антиохийские святцы 411 г., и сохраненным у Григория Турского
(H[istoria] Fr[ancorum], 31)32 календарем Турской церкви, при­
водит к заключению, что в течение V века списки мучеников и
епископов отдельных церквей сливаются. В Галльской редакции
Mart[yrologium] H[ieronymianum] (концаУ] в.) занесены все Ок­
серские епископы, кроме одного (1 7), и большинство Отсиских
(15) и Лионских (14-15).
Объяснение этого факта нельзя искать в одной лишь неопреде­
ленности поминальных литургических формул, вызвавших к жиз­
ни списки местных церквей (Дюшен, Origines du culte Спгецеп'"
и Батиффоль, Histoire du Ьгемаге гогпаш)!", Необходимо было ис­
следовать самое понятие святости в его историческом развитии.
Оно оказалось чрезвычайно текучим. Работы Lucius'a (Anfange
28 Ахелис (Achelis) Ганс (1865-1937) - немецкий историк и археолог. Профессор
университетов в Кенигсберге, Галле, Бонне и Лейпциге, член Саксонской ака­
демии наук, автор работ по ранней истории церкви.
29 Буке Мартин (Bouquet Dom Martin) (1685-1754) - ученый монах-бенедикти­
нец, издатель древних текстов. Очевидно, имелось в виду подготовленное им
многотомное издание «Recueil des historiens des Gaules et de la Егапсе» (лат.
Rerum gallicarum et francicarum Scriptores).
30 Martyrologium Hieronymianum ad fidem codicum adjectis prolegomenis ediderunt /
LB. De Rossi et L. Duchesne. Р., 1894. «Мартиролог Иеронимов» составлен на
основании Римского календаря, Восточного мартиролога и Африканских ка­
талогов святых, носит кодификационный характер и содержит до 6 000 имен.
Л. Дюшен считал временем его создания самый конец VI в.
31 Имелся в виду месяцеслов, включенный в хронику Филокала и известный
также по имени издателя (Aegidius Bucher) как «бухерианский календарь»,
который содержит список 12 римских пап от Луция до Юлия 1, т. е. с 252 по
352 г., с обозначением дня их погребения (список носит название «Depositio
episcoporum») и список мучеников (<<Depositio гпапугшп»), доведенный до
304 г.
32 Григорий Турский (лат. Grigorius Turonensis; фр. Gregoire de Turs) (538 или
539-593 или 594) - епископ Тура с 573 г., франкский историк, автор «Historia
Francorum» в 10-ти книгах.
33 Duchesne L. Origines du culte спгёпеп: ёпше sur la liturgie latine avant
Charlemagne. Р., 1889.
34 Батиффоль (Batiffol) Пьер (1861-1929) - французский историк и католиче­
ский священник. Капеллан колледжа Сент-Барб в Париже (1889-1898), ректор
Католического института в Тулузе (1898-1907). BatifJol Р. Histoire du Ьгеугаге
romain. Р., 1893.

г.п. Федотов: годы магистерской подготовки
325
des Heiliqenkults, 1904)35*, Delehaye (Les origines du culte des
martyrs, 1912) и I Шестакова (Исследование в области греческих
народных сказаний о святых 1910)36 познакомили меня с расши­
рением понятия святого, исходящим из строго определенного и
точного представления мученика. Одна из едва очерченных глав
в неоконченной, посмертной работе Люциса (Die Вisсhбfliсhеп
heiligen37) прямо толкала поднять уроненную им нить. Однако
общая (Узеперовская ") концепция, по которой христианские
святые заступают место богов и героев языческого политеизма,
оказалась недостаточной для того, чтобы объяснить как специфи­
чески христианский характер культа, так и поклонение живому
святому-аскету. Книга Delehaye, свободная от всяких догматиче­
ских, предвзятостей, ввела в подлинно-жизненную струю этого
культа, обратив внимание на древние погребальные надписи.
Я просмотрел христианские надписи Галлии, Испании и Британии
(в сборниках Леблана'? и Гюбнера?"), нашел в них совершенно
неустановившиеся представления об участи усопших - святых и
праведных - и вместе с тем живые ощущения церкви, как «об­
щения святых», допускающие как молитвы за умерших, так и мо­
литвы к умершим. Противоположность между богословской опре­
деленностью отцов IV века (особенно Августина'") и архаической
35 Lисiиs Е. Die АпПiпgе des Heiligenkults in der christiichen Kirche. Tubingen,
1904.
Люциус (Lucius) Эрнст (1852-1902) - лютеранский богослов из Эльзаса, про­
фессор Страсбургского университета.
* И статьи его в Analecta Bollandiane' (прим. Г.П. Федотова. - А.А.).
36 Шестаков Дмитрий Петрович (1869-1937) - русский филолог-классик, исто­
рик античности, поэт и переводчик, профессор Казанского университета.
Шестаков Д.П. Исследования в области греческих народных сказаний о свя­
тых. Варшава, 1910.
37 Имелась в виду 4-я глава 3-й книги исследования: Lисiиs Е. Die АпПiпgе des
Heiligenkults in der christiichen Kirche. Tubingen, 1904.
38 По имени немецкого филолога Германа Карла Узенера (U sener, 1834-1905).
39 Леблан (Le Blant) Эдмон Фредерик (1818-1897) - французский археолог и
историк, директор Французской археологической школы в Риме (1883-1895).
См.: Recueil des inscriptions спгёпеппе des Gaules аптепецгев аи VIIIe siecle.
Р., 1856-1892. Т. 1-3.
40 Гюбнер (Нйэпег) Эмиль (1834-1901) - немецкий филолог-классик и эпиг­
рафист. Профессор Берлинского университета. См.: Inscriptiones Hispaniae
Latinae. Berlin, 1869 (Corpus Inscriptionum Latinarum, 2). Supplementum. 1892;
Inscriptiones Hispaniae christianae. 1871-1900. 2 B-de.; Inscriptiones Britanniae
Latinae. Reimer, Berlin, 1873 (Corpus Inscriptionum Latinarum, 7).
41 Августин Блаженный (Augustinus Sanctus) Аврелий (354-430) - христианский
теолог, философ, виднейший представитель патристики.

326
А.В. Антощенко
неопределенностью народной веры вскрылась для меня особенно
резко на почве Галлии. Меня заинтересовало одно явление, мало
освещенное, ибо рассматривавшееся как грубое преувеличение
вполне определившегося культа святых. Это - поклонение гроб­
ницам, часто даже безымянным гробницам в Галлии V и УI вв.,
обильный материал для изучения которого дает Григорий Тур­
ский В своих «De gloria martyrum» и «De gloria сошеввогшп»:".
Уходя своими корнями к эпохе Св. Мартина" (см. Vita auctore
Severus44), этот культ кажется мне ярким свидетельством общей
архаичности церковной жизни Галлии, являясь одним из отпрыс­
ков того широкого культа усопших, который роднит примитивные
христианские надписи катакомб с древними традициями римско­
эллинистического мира. Все эти явления лишают суммарную
канонизацию епископов ее догматической парадоксальности.
Неожиданным дополнением к культу умерших является мораль­
ный оптимизм живых, сказывающийся во всей агиографической
литературе меровингского века, с которой мне приходилось зна­
комиться помимо Григория Турского И хроник (жития, собранные
в 111, IV и V томах «Scriptores rerum Мегослпягсагшпв "). В общем
героическом чувстве борьбы и подвига, проникающем их, оста­
навливают внимание легкость победы над дьяволом, вера в воз­
можность для всякого творить чудеса и ясное убеждение подвиж­
ника в неложности заслуженного им венца (Августиновские идеи
предопределения и благодати восприняты в их оптимистическом
аспекте). Это предпосылки для культа епископов, необходимые,
но еще не достаточные. Вероятный ключ к решению проблемы
дает, на мой взгляд, понятие virtus, центральное для всей религи­
озной психологии эпохи. Virtus - духовная мощь и вместе с тем ее
обнаружение, материализация в чуде. Святость и чудо - понятия
соотносительные для этого века. Это достаточно выяснено и ста­
рыми работами, которые обыкновенно сводили все исследование
духовной жизни эпохи к анализу чуда и связанных с ним суеве­
рий (из более крупных работ, с которыми я ознакомился, укажу:
42 «De gloria шапугшп» (<<О славе мучеников») и «De gloria confessorum»
(<<О славе исповедников») - сочинения Григория Турского.
43 Мартин (лат. Martinus) Турский (317 или 337-397) - архиепископ Тура, один
из самых почитаемых во Франции святых.
44 Сульпиций Север (Sulpisius Severus) (363-410 или 429) - латинский христиан­
ский агиограф и хронист, автор жития Мартина Турского.
45 Scriptores rerum Merowingicarum. B-de 1-7. Изданы в серии «Monumenta
Germaniae Historica».

ГП. Федотов: годы магистерской подготовки
327
А. Marignan, Etudes sur la civilisation тгапсагзе. 11. Le culte des
saints. 1899 и А.С. Bernoulli, Die heiligen der Merowinger. 1900).
Но соотносительность чуда и святости неизбежно приводила к ка­
нонизации епископа не только в святцах церкви, но и в народном
сознании, так как чудотворение входило в круг повседневных его
обязанностей. Об этом говорят и древнейшие панегирики, про­
износившиеся в честь покойного иерарха его преемником - еще
не имеющие характера жития (например, панегирики Эннодия), и
опыты тавматургии в собственном признании и освещении Гри­
гория Турского. С одной стороны, это изгнание бесов в сотруд­
ничестве с младшим клиром, с другой - чудеса силою реликвий,
хранимых в церкви. В обоих случаях епископ является органом
действующей в церкви благодати, «экономом тайн Божиих»,
Отделить личность от живущих в ней сил, признать временный,
прижизненный только характер ее призвания, было абстракцией,
непосильной для века. Он именно и характеризуется тяготением
к конкретному воплощению, к материализации духовных сил в
лице и вещи. Но, конечно, эта притягательная сила, оказываемая
церковью предпочтительно перед свободными силами духа, дей­
ствующего в аскетических подвижниках, сама по себе объясни­
ма огромным, универсальным значением, которое в это смутное
время разрухи выпало на долю церкви - и это возвращает меня к
исходной точке - в лице епископа как стража и спасителя города,
вождя и пастыря.
Таковы рамки, в которых двигалась моя начальная работа в
указанной мною области. Мне остается прибавить, что обязан­
ность подготовки к магистерским экзаменам, к которым я присту­
паю в текущем году, заставила меня приостановить эту работу до
окончания их. Вопросы, по которым я занимался для экзаменов,
намеченных мною в первую очередь, следующие: по истории
церкви - происхождение епископата и начало культа святых; по
истории средних веков - духовная культура V века, меровингское
общество и религиозное движение в Италии XII-XIII веков; по
римской истории - западные провинции империи: Галлия, Испа­
ния и Британия; по политической экономии - землевладение в
раннее Средневековье.
Напечатано мною было несколько статей для Энциклопедиче­
ского словаря Брокгауза из тем, соприкасающихся с моей работой:
Григорий Турский, жития святых, каролингское возрождение.
12 ноября 1914 г. Г. Федотов
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. л. 16-21 об.

328
А.В. Антощенко
15
22 ноября 1914 г.
), '.
[Историко-филологический факультет рассмотрел в заседа-
нии представление ординарного профессора И.М. Гревса и отчет
г.п. Федотова]
Постановил: признать отчет об учебе оставленного при уни­
верситете г.п. Федотова удовлетворительным и препроводить его
�
в Министерство HapOДHOГ� просвещения,
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16180. Л. 137 об.
,Н
f 16
6 февраля 1915 г.
Предложением управляющего Петроградским учебным окру­
гом г.п. Федотову назначена стипеfIдИЯ 1200 руб[лей] с 1 января
1915 г. по 1 января 1916 г. с оставлением при университете на тот
же срок.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 15.
17
24 октября 1915 г.
в историко-филологический факультет
Петроградекого университета
"
Так как факультет нашел возможным вследствие условий пе-
реживаемого момента и невозможности осуществления загранич­
ных командировок с ученою целью магистров! по классической
филологии, истории запада и истории западных литератур и язы­
ков входить в министерство народного просвещения о продлении
таким лицам, оставлявшимся при университете для приготовле­
ния к профессорскому званию, стипендий из сумм министерства
в 1200 р. на третий год, то я считаю своим долгом просить имен­
но об этом, то есть об ассигновании таких стипендий с 1 января
1916 г. по 1 января 191 7 г. двум магистрантам, бывшим моими
ближайшими учениками, Августу Адамовичу Тэнтэлю и Георгию
Петровичу Федотову. [ ... ]
24 октября 1915 г.
Петроград
Проф. И. Гревс
РГИА. Ф. 733. Оп. 156 (1915). Д. 114. Л. 30-30 об.

гл. Федотов: годы магистерской подготовки
329
18
26 октября 1915 г.
Отче� о занятиях
оставленного при Петроградеком университете
по кафедре всеобщей истории Георгия Федотова
За истекший 1915 год мои работы были почти исключительно
сосредоточены на изучении вопросов, избранных для магистер­
ских испытаний, из которых до настоящего времени мною вы­
держаны пять (все, за исключением русской истории, подготов­
ку к которой я заканчиваю). При выборе тем я руководствовался
желанием поставить их в связь с интересующей меня научной
областью: духовной культурой средневековья и, более частно, с
церковной культурой меровингской Галлии, где я поставил целью
изучение вопроса о «святом епископе». Соответственно с этим
планом мною были разработаны следующие экзаменационные
темы: 1) ПО истории церкви вопрос о происхождении епископата
в ранней христианской церкви и вопрос о происхождении куль­
та свягых'[''; 2) по политической экономии - вопрос о землевла­
дении в раннее средневековье'"; 3) по истории Рима - вопрос о
западных провинциях империи (Галлии, Британии и Испанииг'";
4) по истории средних веков - вопрос о духовной культуре рим-
j
ского общества V века, вопрос о меровингском общественно-по-
литическом строе и религиозной жизни и вопрос о религиозных
движениях в Италии XII-XIII веков?"; 5) по новой истории - воп­
рос об итальянском Возрождении и католической реформации
46 На экзамене 19 декабря 1914 г. г.п. Федотову был предложен вопрос о про­
исхождении епископата. Ответ был признан «удовлетворительным». Данная
оценка следовала за высшей оценкой - «весьма удовлетворительно». См.:
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16180. л. 165.
47 Ответ г.п. Федотова на вопрос о формах землевладения франкской монархии
в раннее средневековье на экзамене 24 января 1915 г. был признан удовлетво­
рительным. См.: ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16196. л. 1,3.
48 На вопросы об эпиграфических источниках по истории Галлии и Германии и
о возникновении муниципального строя в этом же регионе 14 февраля 1915 г.
г.п. Федотов ответил удовлетворительно. См.: ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4).
Д. 16196. л. 5,7.
49 На экзамене по средневековой истории г.п. Федотов отвечал на вопросы:
1) Фома Челанский и «Speculum perfectionis» в их взаимных отношениях как
источник для истории раннего средневековья; 2)· Цезарий Арелатский в его
монашеских идеалах и деятельности. Ответ был признан удовлетворитель­
ным. См.: ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16196. л. 14, 18.

330
А.В. Антощенко
XVI-XVII вв.5О; 6) по русской истории - церковно-государствен­
ные отношения в Киевской Руси, Смутное время, патриарх Никон
и политические идеалы декабристов>'. [ ... ]
Георгий Федотов
26 октября 1915 г.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 24-27 об.
19
14 января 1915 г.
[Уведомление департаментом народного просвещения ректо­
ра Петербургского университета]
Предложением департамента 11инистерства народного про­
свещения от 31 декабря 1915 г. [ГП. Федотову] назначена сти­
пендия на 1916 г. по 100 руб[лей] в месяц из сумм министерства с
оставлением при университете на тот же срок.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 23.
20
8 октября 1916 г.
Протокол .N2 615 [заседания историко-филологического фа­
культета]
1) Допустить оставленных при университете г.п. Федотова
и А.А. Тэнтеля к чтению пробных лекций, определив в качестве
тем для лекций: Федотова а) О культе гробниц в Меровингской
Галлии; б) Реестр ломбардских ересиархов и его значение в исто­
рии вальденства.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (т. 4). Д. 16216. Л. 252.
21
5 ноября 1916 г.
Протокол .N2 618 [заседания историко-филологического фа­
культета]
Пробные лекции г.п. Федотова признать удовлетворительными.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (т. 4). Д. 16216. Л. 275.
50 1 7 октября 1915 Г. на экзамене по новой истории ответ на вопрос «Основные
formis итальянского возрождения» был признан удовлетворительным. См.:
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16196. Л. 129,133.
51 Экзамен по русской истории Г.П. Федотов сдавал после написания этого отче­
та - 19 декабря 1915 г. Ответы на вопросы о церковно-политических отноше­
ниях в Киевской Руси и о политической доктрине декабристов были пр из наны
удовлетворительными. См.: ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (Т. 4). Д. 16196. Л. 177.

ГП. Федотов: годы магистерской подготовки
331
26 ноября 1916 2.
Протокол N2 620 [заседания историко-филологического фа­
культета]
7. Ходатайствовать о зачислении магистранта г.п. Федотова
В'состав приват-доцентов университета по кафедре всеобщей
истории.
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 3 (т. 4). Д. 16216. л. 312 об.
22
5 декабря 1916 2.
[Ходатайство ректора Петербургского университета]
г. Управляющему Петроградеким учебным округом
Ректор
5 декабря 1916
N24850
О зачислении
г.п. ФЕДОТОВА
в состав
приват- доцентов
университета
Вследствие представления историко­
филологического факультета прошу Ваше
Превосходительство о зачислении в состав
приват-доцентов названного факультета по
кафедре всеобщей истории Георгия Петро­
вича Ф е Д о т о в а, выполнившего" требова­
ния, изложенные в пункте В. статьи 109 и
примечаниях к ней Общего устава ИМПЕ­
РАТОРСКИХ российских университетов
1884 г., и о допущении его в сем звании к
чтению лекций и ведению практических за­
нятий с весеннего полугодия 191 7 г.
Curriculum vitae и программа занятий
при сем прилагаются.
г.п. ФЕДОТОВ оставлен при универси­
тете для приготовления к ученой деятель­
ности сроком с 16 марта 1913 г. по 16-е мар­
та 1915 года, без стипендии распоряжением
Управляющего Петроградским учебным ок­
ругом от 25-го апреля 1913 г. за N2 12757.
Ректор университета А. Гримм
Секретарь совета М Никитин
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. л. 30-30 об.

332
А.В. Антощенко
23
Curriculum vitae
Я родился 1 октября 1886 г., окончил в 1904 г. Воронежскую
1 гимназию и поступил в С[анкт-]П[етер]б[ургский] технологи­
ческий институт. Осенью 1906 г.' был принят на историко-фило­
логический факультет С [анкт- ]П[ етер ]б[ургского] университета,
но тогда же уехал в Германию, где слушал лекции по философии
и истории в Берлине и Йене. Возвратившись в 1908 г. в Россию,
окончил курс историко-филологического факультета по отде­
лению всеобщей истории, получив в 191 О г. золотую медаль за
сочинение на тему «Исповедь блаженного Августина как исто­
рический источник». В 1912 году выдержал государственные эк­
замены и' с весны 1913 г. (; до конца 1916 г. состоял оставленным
при унив�ерситете по кафедре всеобщейистории. 1914-15 гг. вы­
держал магистерские испытания, специализировавшись по ис­
тории средних веков. В течение 3 лет (1913-16) преподавал ис­
торию в коммерческом училище М. л. ШидловскоЙ. Напечатал
статью «Письма блаженного Августина» в сборнике «Ивану
Михайловичу Гревсуэ+ и ряд статей в «Новом энциклопедиче­
�KO� словаре».
Георгий Петрович Федотов
РГИА. ф. 733. Оп. 156. Д. 490. Л. 94-94 об.
't
24
Программа
намеченных мною практических занятий
-по меровингской агиографии в весеннем семестре
1916-17 года
При выборе этой темы я исходил из убеждения в высоком
культурно-историческом значении памятников агиографии при
изучении столь бедной источниками эпохи раннего средневековья.
Недостаток времени - один семестр -; заставил меня исключить
постановку всех критических вопросов, касающихся подлинно­
сти и датировки житийной литературы, и сосредоточиться на не-
52 Федотов ГЛ. Письма бл. Августина (Classis prima) // К 25-летию учебно-пе­
дагогической деятельности-И'МгГревса, Сборник статей его учеников. СПб.,
1911. с. 107-138. (

ГП. Федотов: годы магистерской подготовки
333
многих бесспорных памятниках с целью вскрыть их культурную
содержательность. Мною намечены к чтению две группы житий:
в центре одной стоит «Vita Radegundis» с частью монашеских
«Упае рапшп» Григория Турского ". Главнейшая задача - рас­
крытие формулы раннего западного аскетизма на фоне бытовых
условий монастырской жизни.. В центре другой группы - «Vita
Desiderii Саоцгсепыв»>" и епископские «Vitae ратгшп». Здесь вы­
ясняется преимущественно общественно-руководящая роль епи­
скопата. Все намеченные мною памятники изданы в «Monumenta
Germaniae [Historica]» и в «Collection des textes» 55.
Георгий Федотов
РГИА. Ф. 733. ОП. 156. Д. 490. Л. 95.
25
15 декабря 1916 г.
IH ,
г.п. Федотову
Канцелярия совета университета имеет честь
уведомить Вас, Милостивый Государь, что пред­
ложением управляющего Петроградским учеб­
ным округом от 1 О декабря 1916 г. за N2 37664
Вы допущены к чтению лекций и ведению прак­
тических занятий на историко-филологическом
факультете ИМПЕРАТОРСКОГО Петроградско­
го университета с весеннего полугодия 191 7 г. с
зачислением Вас в состав приват-доцентов сего
университета
Канцелярия
15 декабря
1916 г.
N24992
Секретарь совета М Никитин
ЦГИА СПб. Ф. 14. Оп. 1. Д. 10765. Л. 33.
53 Речь шла о произведениях «Житие Радегунды», написанном после ее смер­
ти ее духовником Венацием Фортунатом (ок. 535-0К. 600) и «Житие отцов»
Григория Турского. .
Святая Радегунда (лат. Radegunda или Radegonda) (ок. 518-587) - дочь короля
Тюрингии Бертахара, королева франков, жена Хлотаря 1, монахиня аббатства
Сен-Круа де Пуатье.
54 «Житие Дезидерия Кадуркского», Дезидерий (?-649) - епископ г. Кадурк
(совр. Каор, Франция).
55 Классические серии публикаций исторических источников, осуществлявших­
ся в Германии и Франции.

334
А.В. Антощенко
БИБЛИОГРАФИЯ
Акинъшин А.Н. Воронеж в биографии философа г.п. Федотова //
Воронежская беседа на 1999-2000 гг. Воронеж, 2001. с. 97-98.
Антощенко А.В. Трагедия любви (Путь г.п. Федотова к истории) //
Мир историка. Омск, 2008. Вып. 4. с. 50-75.
Антощенко А.В. Послесловие // Федотов г.п. Собр. соч. М., 2008.
Т. 12. С. 240-256.
Антощенко А.В. Студенческие годы г.п. Федотова (по новым доку­
ментам) // Всеобщая история и история культуры. СПб., 2008. с. 157-
168.
Антощенко А.В. «Когда любишь, тогда понимаешь все» (предисло­
вие к публикации) // Диалог со временем: альманах интеллектуальной
истории. М., 2011. Вып. 37. С. 297-308.
Голубинский Е.Е. История канонизации святых в Русской Церкви.
Сергиев Посад, 1894.
Гусакова З.Е. Из биографии философа, историка и публициста
г.п. Федотова // Советские архивы. 1991. NQ 6. С. 87-89.
Катков с., Лукин с. Возвращение: к биографии г.п. Федотова //
Годы и люди. Саратов, 1992. Вып. 7. С. 35-48.
Федотов гл. Письма бл. Августина (Classis prima) // К 25-летию
учебно-педагогической деятельности И.М. Гревса: Сборник статей его
учеников. СПб., 1911. С. 107-138.
Федотов гл. Григорий Турский // Новый энциклопедический сло­
варь. Т. 15: Гривна - Десмургия. СПб., 1913. Стлб. 18-19.
Федотов гл. Жития святых. 1. Жития святых на Западе // Там же.
Т. 17: Душевные болезни - жуки. СПб., 1914. Стлб. 923-926.
Федотов гл. Каролингское возрождение // Там же. Т. 21: Карин­
тин - Кнорринг. Пг., 1914. Стлб. 93-96.
Федотов гл. Святые древней Руси (X-XVII ст.). Париж, 1931.
Федотов гл. Стихи духовные: русская народная вера по духов­
ным стихам. Париж, 1935.
Федотова Е.Н. Георгий Петрович Федотов (1886-1951) // Фе­
дотов г.п. Лицо России. Сборник статей (1918-1931). Р., 1967. С. 1-
XXXIV.
Шестаков Д. Л. Исследования в области греческих народных сказа-
ний о святых. Варшава, 1910.
Batiffol Р. Histoire du Ъгеугаге romain. Р., 1893.
Delehaye Н. Les origines du culte des martyrs. Bruxelles, 1912.
Dисhеsnе L. Fastes ертзсорацх de l'ancienne Gaule. Р., 1894. Т. 1-2.
Dисhеsnе L. Origines du culte спгепеп: епше sur la liturgie latine avant
Charlemagne. Р., 1889.
Fedotov G.P. The Russian Religious Mind. Kievan Christianity:the 10th
to the 13th Centuries. Cambridge (Mass.), 1946.
Fоиqие V. Du «Gallia christiana» et de ses auteurs: ешое bibliographique.
Р., 1857.

ГЛ. Федотов: годы магистерской подготовки I
335
Inscriptiones Britanniae Latinae. Reimer, Berlin, 1873 (Corpus
Inscriptionum Latinarum, 7).
Inscriptiones Hispaniae christianae. Berlin, 1871-1900. 2 B-de.
Inscriptiones Hispaniae Latinae. Berlin, 1869 (Corpus Inscriptionum
Latinarum, 2).
Le Blant Е.-Р Recueil des inscriptions спгёпеппе des Gaules ашёпепгез
аи Vllle siecle. Р., 1856-1892. Т. 1-3.
Lucius Е. Die Anfange des Heiligenkults in der christiichen Kirche.
Tubingen, 1904.
Martyrologium Gallicanum, раг Andre du Saussay. Р., 1637.
Martyrologium Hieronymianum ad fidem codicum adjectis prolegomenis
ediderunt / LB. De Rossi et L. Duchesne. Р., 1894.
Martyrologium Hieronymianum ad fidem codicum adjectis prolegomenis
ediderunt / LB. De Rossi et L. Duchesne. Р., 1894.

УДК 930(420)::Мейтленд
л:». Сидорова
ФРЕДЕРИК УИЛЬЯМ мкйтльнд
КАК ИСТОРИК
Статья посвящена исследованию вопроса о профессиональном статусе одно­
го -из крупнейших европейских историков и правоведов XIX - начала ХХ в.
Ф.У. Мейтленда в оценке британских историков С.Ф.Ч. Милеома и п. Уормолда.
Проанализированы позиции других ученых - современников и последователей
Ф.У. Мейтленда, Обоснована правомерность оценки Ф.У. Мейтленда как кем­
бриджского ученого, предложенная П.Г. Виноградовым, которая объединяет его
базовые квалификационные характеристики как историка (медиевиста, новиста,
историка английского средневекового права, историка конституционной исто­
рии Англии, историка государства и права, историографа), юриста, теоретика
права, философа, лингвиста.
Ключевые слова: Ф.У. Мейтленд, С.Ф.Ч. Милеом, п. Уормолд, П.Г. Виноградов,
англо-американская историография, профессиональный статус ученого.
Вопрос о том, следует ли считать Ф.У. Мейтленд историком,
трактуется в зарубежной историографии неоднозначно и про­
тиворечиво. Значительный интерес представляет его интерпре­
тация в исследованиях двух известных британских историков
С.Ф.Ч. Милсома (р. 1923) и п. Уормолда (1947 - 2004).
Ф.У Мейтленд вошел в историю европейской и американской
исторической науки середины 80-х годов XIX - начала ХХ в. как
основатель и крупнейший представитель критического направле­
ния в Великобритании, талантливый и разносторонне одаренный
исследователь - историк (медиевист, новист, историк английского
средневекового права, историк конституционной истории Англии,
историк государства и права, историограф), юрист, теоретик права,
философ, лингвист. Как автор многочисленных фундаментальных
трудов в области изучения истории Англии, публикатор англий­
ских средневековых памятников истории, вдохновитель создания
знаменитого «Сэлденского общества» и научного исторического
журнала «The English Historical Review», Ф.У Мейтленд был гор­
достью ученой Англии и одним из самым выдающихся современ­
ных историков права - английских, французских, немецких. Он
получил широкое прижизненное и посмертное признание.
В 2001 г., спустя девяносто пять лет после смерти Ф.У Мейт­
ленда, английской исторической наукой и общественностью он

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
337
официально был признан не только выдающимся, но единствен­
ным историком Великобритании, достойным чести быть увекове­
ченным в Уголке поэтов Вестминстерского аббатства открытием
мемориальной плиты, на которой начертаны слова «Фредерик
Уильям Мейтленд (1850 - 1906). Историк»l.
С.Ф.Ч. Милсом и п. Уормолд выступили инициаторами этого
торжественного акта. С.Ф.Ч. Милсом подготовил речь, предна­
значенную для зачтения на церемонии открытия мемориальной
плиты и опубликованную позднее под названием «Мейтленд».
Преимущественно об этой работе, а также о других статьях
Ф.с.ч. Милсома и п. Уормолда пойдет речь в данной публи­
кации '.
Адрес С.Ф.Ч. Милсома начинается с декларации автора о его
намерении отдать дань уважения Ф.У. Мейтленду как экстраор­
динарному человеку, с которым он спорил большую часть жизни,
но не мифу о сверхчеловеке, поглощающему его. С.Ф.Ч. Милсом
подчеркивает, что в течение 50 лет он пытался прочитать лекцию
или адрес о Ф. У. Мейтленде, просит извинения за сбивчивость
изложения, и заявляет, что в данном случае ему необходимо най­
ти правильные слова.'. Нашел ли С.Ф.Ч. Милсом эти «правильные
слова» и можно ли их считать таковыми?
I NeilJones. F.W. Maitland. Memorial Unveiled in Westminster АЬЬеу // Cambridge
Law Link. September, 2001. Issue 2. Р. 5.
2 Milsom S.F С. Maitland // The Cambridge Law Journal. 2001. Vol. 60. N22;
WormaldP. Frederic William Maitland and the Earliest English Law // Law and History
Review. 1998. Vol. 16. N2 1. См. также: MilsomS.FC. Introduction. The History
of English Law before the Time of Edward 1. Ву Sir Р. Pollock and Р. W. Maitland.
2 Vols. Cambridge, 1968; Milsom S.F С. А Suprelnely Good Historian / Review
of G. R. Elton. Frederic William Maitland // Times Literary Supplement. 1986.
28 Febr.; Milsom S.F С. "Pollock and Maitland": а Lawyer's Retrospect // The
History of English Law. Centenary Essays оп "Pollock and Maitland" / Ed.
J. Hudson. (Proceedings of the British Academy 89.) Oxford, 1996. WormaldP.
Maitland and Anglo-Saxon Law: Beyond Domesday Book // Ibid.; Wormald Р. The
Making of English Law: King Alfred to the Twelfth Century. Oxford, 1999. Vol. 1.
Мемориальная напольная плита работы Ричарда Киндерсли была установлена
в южном трансепте Вестминстерского Аббатства по инициативе декана собора
и настоятельному предложению известных английских историков П. Уормолда
и Дж. Гарнелта, которые в 1999 г. убедили декана и собрание прелатов анг­
ликанской церкви в необходимости ее открытия. Оно состоялось В торжест­
венной обстановке в присутствии юристов и историков. Торжественную речь
С.Ф.Ч. Милсома представил Дж. Холт. По словам самого С.Ф.Ч. Милсома,
П. Уормолд относился К числу «неверующих» в Мейтленда, себя же С.Ф.Ч. Мил­
сом называл «открытым еретиком». MilsomS.FC. Maitland. Р. 265.
3 Milsom S.FC. Maitland. Р. 265.

ЗЗ8
л:». Сидорова
Вопрос о том, был ли Ф. У. Мейтленд историком или оставался
юристом, в зарубежной историографии, главным образом англо­
американской, нельзя считать окончательно решенным. Почетный
профессор Кембриджского университета С.Ф.Ч. Милсом, первый
«еретик», выдвинул ряд аргументов, на мой взгляд, весьма неод­
нозначных, в пользу сохранения за Ф.У. Мейтлендом безусловно­
го статуса юриста, историка права, но не историка в собственном
смысле слова. С.Ф.Ч. Милсом весьма скептически отнесся к до­
статочно часто встречающейся в англо-американской литературе
характеристике Ф.У. Мейтленда как «святого покровителя исто­
риков» (Patron Saint), Т.е., практически канонизированного исто­
рика. Среди авторов, придерживавшихся такой точки зрения, им
назван Дж. Элтон, четвертая глава книги о Ф.У. Мейтленде кото­
рого так и озаглавлена «Ратгоп Saint», правда, С.Ф.Ч. Милсом не
упомянул название главы второй - «Историк» (ТЬе Historian)4; от­
сутствует также и ссылка на работу американского исследовате­
ля Дж. Кэмерона, который посвятил этому вопросу специальную
главу под названием «Мейтленл как историки".
Изучение жизненного пути Ф. У. Мейтленда убедительно
свидетельствует, что он не был идолом при жизни и не стал им
после смерти: он не относился к числу ученых, считавших свои
взгляды истиной в последней инстанции. И хотя С.Ф.Ч. Милсом,
один из самых непримиримых критиков Ф.У. Мейтленда, утвер­
ждал, что его собственная работа (научное наследие) преврати­
лась в «символ верыэ", с этим нельзя согласиться. Во-первых,
Ф.У. Мейтленд всегда боролся против ортодоксии в любых ее
проявлениях. Во-вторых, обилие трудов, прежде всего в англий­
ской и американской историографии, вышедших прижизненно и
посмертно, в которых содержалась реинтерпретация его позиций
по самым разным вопросам, сопровождавшаяся, нередко, самой
нелицеприятной критикой, убедительно опровергают тезис о его
«неприкосновенности» и «канонической святости».
С.Ф.Ч. Милсом поставил под сомнение правомочность за­
крепления за Ф.У. Мейтлендом статуса историка, обосновав свою
позицию ссылками на факты его академической биографии. Они
известны, но их интерпретация заслуживает специального рас­
смотрения. Прежде всего С.Ф.Ч. Милсом обращает внимание на
4 Ibid. Р. 268. Elton G.R. F.W. Maitland. L., 1985. Chapter 4.
5 CameronJ. R. Frederick William Maitland and the History ofEnglish Law. Norman,
1961. Р. 3-25.
6 Milsom S. F. С. Maitland. Р. 267.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
ЗЗ9
то, что Ф.У Мейтленд «преподавал все разделы частного права,
и его опубликованные лекции «Equity» и сейчас иногда рекомен­
дуют студентам, так как, по мнению некоторых преподавателей,
приступающие к изучению английского траст должны начать
именно с этой работы Мейтлендаэ".
Далее С.Ф.Ч. Милсом обвинил Ф.У Мейтленда в неуважи­
тельном отношении к историкам и поставил под сомнение его
авторитет как специалиста в области права: «Мейтленд уважал
своих коллег-юристов", он мало думал о своих современниках ис­
ториках Кембриджского университета", и думал о них как о вечно
враждующих между собой (quarrelsome 10t)10, и, когда ему была
предложена должность Королевского профессора истории, он без
колебаний отказался!'. Историки давно мечтали вычеркнуть из
списка юриста .... Этот чистый историк всю жизнь преподавал
историю права в школах права, единственной аудитории, в кото­
рой о ней думали и ее изучали. Он никогда не говорил со своими
коллегами-юристами, или не выходил за рамки дилетантского
взгляда на право, как свода правил .... Заблуждение Мейтленда
состоит в его нездоровом утверждении, что только юрист может
написать хорошую работу по истории права. 12 И это подтверждает
точку зрения самого Мейтленда о том, что быть хорошим специа­
листом в области знания институтов права, значит, говорить вещи
о праве, которые кажутся меняющими смысл до тех пор, пока Вы
не спросите, откуда они взялись, как они работают. Но это не те
знания современных законов, которые нужны историку права, но
понимание того, как работает право»!",
Представляется, что С.Ф.Ч. Милсом слишком упрощенно
трактует вопрос об отказе Ф.У Мейтленда от предложенной ему
премьер-министром Великобритании А. Бэлфором после смерти
7Ibidem.
8 ТЬе Letters of Frederic WilliamMaitland / Ed. C.H.S. Fifoot. Cambridge (Mass.),
1965, nos. 323,348. Milsom S. F.C. Maitland. Р. 267.
9 ТЬе Letters of Frederic William Maitland. No. 323. MilsomS.FC. Maitland.
Р.267.
10 ТЬе Letters of Frederic William Maitland. No. 175. MilsomS.F.C. Maitland.
Р.267.
11 ТЬе Letters ofFrederic William Maitland. Nos. 343,348. MilsomS.FC. Maitland.
Р.267.
12 Рlисknеtt Т'Е'Г. Early English Legal Literature. Cambridge, 1958; Law Quarterly
Review. 1951. Vol. 67. Р. 13; Maitland's Inaugural Lecture // С. Р. Vol. 1. Р. 493-
494. MilsomS.FC. Maitland. Р. 267-268.
13 Milsom S.F. С. Maitland. Р. 267-268.

340
Т'А. Сидорова
Дж. Актона в 1902 г. должности королевского профессора Новой
истории Кембриджского университета. «Даже если бы я был ис­
ториком (курсив мой. � Т. с.) и физически здоровым человеком, -
писал он другу, - я бы подумал много раз, прежде чем изменить
свое положение»!". Сам Ф.У. Мейтленд так объяснил официаль­
ную причину своего отказа А. Бэлфору: «Некоторое время я был
вынужден очень мало работать и отсутствовать в Англии в тече­
ние нескольких месяцев каждую зиму. Дважды я предлагал при­
нять мой отказ от должности профессора, которую занимал»!".
Но были и другие причины, получившие объяснение после
посещения Ф.У. Мейтлендом инаугурационной лекции Дж. Бью­
ри, который был избран на эту должность. «Должность королев­
ского профессора современной истории предполагает широкий
разговор с миром в целом, и даже, если я что-то скажу миру в це­
лом, не думаю, что соберу полные аудитории и буду в центре вни­
мания». Эти слова свидетельствуют об известной сдержанности
Ф.У. Мейтленда, но в следующем предложении он показывает, в
чем состояла истинная причина и где находилась его истинная
страсть. «Итак, я возвращаюсь к Годичным книгам. Действитель­
но, они великолепны. Я делаю копии и перевожу несколько часов
каждый день, и только лишь коснулся поверхности, как будто у
меня столько времени, чтобы дожить до возраста Мафусаила, но,
если мне удастся протянуть год или два, я буду лишь считать,
что «слегка прикоснулся» к реальным действиям. Это прекрасная
игра, интригующая как шахматы, но не столь космополитичная
как шахматы ... »16
Анализируя решение Ф.У. Мейтленда отказаться от должнос­
ти профессора истории, Дж. Элтон обращает внимание на очень
14 HollondH.A. А Memorial Address. Selden Annual Lecture 18-th March 1953.
Р. 4-5; Plucknett Т'Е'Г. Maitland's View of Law and History // The Law Quarterly
Review. 1951. Vol. 67. April. Р. 192.
15 The Letters of Frederic William Maitland. Р. 343.
16 Letter to А. W. Vепаll. Las Palmas. 14 Feb. 1903 // The Letters ofFrederic William
Maitland. Р. 349. Macfarlane А. The Making of the Modern World: Visions from
the West and East. Palgrave. 2002. Р. 16. Аналогичный комплекс причин отка­
за приводит и Г. Фишер: «Назначение Мейтленда на эту должность было бы
встречено с одобрением во всем мире историков, но он чувствовал, что его
здоровье было слишком ненадежным, чтобы занять новую должность. Кро­
ме того, были Годичные книги ... Он не мог с легкостью отказаться от пра­
ва ... Решение было, несомненно, мудрым, но продолжение его работы в об­
ласти права не предполагало оставаться неизменным». Fisher H.A.L. Frederic
William Maitland, Downing Professor of Laws of England. А Biographical Sketch.
Cambridge. 1910. Р. 141-142.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
341
важный факт- профессиональную самоидентификацию Ф. У. Мей­
тленда: «Мейтленд был ученым юристом, более знающим, чем
его отец и дед. Он занимал должность профессора права, регуляр­
но читал лекции для студентов-юристов, и его присутствие было
ощутимо на юридическом факультете университета. Это было
одной из причин отказа от должности Королевского профессора,
которая была ему предложена в 1902 г., после смерти Актона»!",
Среди аргументов С.Ф.Ч. Милсома фигурирует и расхожде­
ние в предметах исследования Ф.У. Мейтленда-юриста и «чис­
того» историка: «Мейтлснд не играл по правилам современных
историков, которые разрабатывают узкие темы в короткие пери­
оды и концентрируют внимание на индивидах, имена которых
составляют обширные указатели. Историк права, прежде всего,
интересуется ситуациями или отношениями, или трансакциями,
или правовыми процессами. Индексы имен не помогают в разра­
ботке этих вопросов ... ." Мейтленд тоже имел дело с индивидами,
но они не вносились в индексы, так как не были реальными людь­
ми. Они были конфликтующими интересами в той или иной си­
туации, о которой говорило право. Как все преподаватели права,
Мейтленд иногда проявлял непосредственность и находил слова
для имен воображаемых героев. Иногда эти герои говорили в ка­
вычках: одна эмоциональная тирада могла занимать 1 О печатных
строк (реальной целью была не предполагаемая аудитория XIII в.,
а теория XIX B.)>>18. .\
В подтверждение своей аргументации в пользу неисториче­
ского профессионального статуса Ф.У. Мейтленда, С.Ф.Ч. Мил­
сом объяснял специфику его литературного стиля особенностями
его профессии юриста и должности университетского препо­
давателя: «Я совершенно уверен в том, что удивительная непо­
средственность стиля Мейтленда была связана с его профессией
юриста и преподавателя права. ... Главная составляющая его
стиля - это привычка излагать ситуацию с целью ее разъяснения
в форме диалога с реальными людьми»!". Это утверждение не
расходится с мнением ряда других исследователей. Так, коллега
и соавтор Ф.У. Мейтленда, известный юрист Ф. Поллок, В целом
солидарен с С.Ф.Ч. Милсомом В своем утверждении, что судьи
были «филологами высшей категории». Эд. Миллер, соглашаясь
17 Elton G.R. Frederic William Maitland. Р. 14.
18 PollockF, Maitland F W ТЬе History of English Law before the Time of Edward 1.
Cambridge. 1898. Vol. 1. Р. 623. MilsomS.FC. Maitland. Р. 268.
19 MilsomS.FC. А Supremely Good Historian. Р. 225.

342
Т'А. Сидорова
с Ф. Поллоком, акцентировал философский характер языка
Ф.У. Мейтленда: «Действительно, Мейтленд сведущ в тонкостях
филологии, и писал легко языком философа. Даже в «Domesday
Book and Beyond», которая дальше отстоит от метафизики и логи­
ки, Мейтленд способен сделать философский вывод, касающийся
«непостоянства имен»: « ... мысль была бедной и язык был бед­
нымэг".
Вердикт С.Ф.Ч. Милсома звучит как приговор: «Мейтленд
может сохранить свой дилетантский статус, не скрываемый в
его время и не требующий подтверждения сегодня. О Мейтленде
нельзя думать, как о чистом (pure) историке, историке в строгом
понимании смысла этого слова»?'. С.Ф.Ч. Милсом говорит О вре­
мени жизни Ф. У. Мейтленда, сравнивая его ситуацию с извест­
ным средневековым принципом «закрытого цеха», когда мастера
преграждали подмастерьям путь в мастера и когда было немало
добросовестных ученых с независимыми мнениями и мыслями,
«проходных», «рисковых» фигур (have-a-go). С.Ф.Ч. Милсом
утверждает, что в отношении Ф.У. Мейтленда уместнее говорить
именно как о «проходной, авантюрной фигуре в естественной
истории» (have-a-go figure in natural history). «Мейтпенд не умрет
для юристов. Он основал историю их предмета, и это не просто
часть социальной и экономической истории ... это интеллекту­
альная история общества». « ... Историки средневековой Англии
должны позволить Мейтленду умереть и возродиться снова, но с
меньшими претензиямиэ ".
В исследованиях большинства других историков вопрос о
профессиональном статусе Ф.У. Мейтленда так остро не ставит­
ся, и о нем как об историке говорится как об установленном фак­
те, не вызывающем сомнения. Г. Фишер, близкий друг и биограф
Ф.У. Мейтленда, например, приводит одно из известных выска­
зываний лорда Актона, который говорил «о наших трех Кемб­
риджских историках - Мейне, Лайтфуте, Мейтленде, каждый из
которых был первооткрывателем в своей области, и имя каждого
имеет значение для мировой истории. Мейтленд не был консер­
ватором как Мейн, или священником как Лайтфут; он был просто
ученым историком (курсив мой. - т.е.) (scientific historian), об­
ладавшим исключительно открытым и беспристрастным умом, и
20 MillerEd. Introduction. F.W. Maitland. Domesday Book and Beyond. L.,1960.
No 1. Р. 565.
21 MilsomS.FC. Maitland. Р. 268.
22 Мйзот S.FC. Maitland. Р. 268,269,270.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
343
почти уникальной отчужденностью от предубеждений сект или
партийэ ".
Конечно, не следует забывать, что по своей профессиональ­
ной подготовке Ф.У. Мейтленд был юристом и очень гордился
этим; никто не обучал его как историка или историка права, но
даже в этом случае в области права его интересовала история. Он
провел годы, занимаясь юридической практикой, допуская мысль
о возможном успехе в этой области. Он занимал должность про­
фессора права, регулярно читал лекции для студентов-юристов,
и как член юридического факультета был известен в университе­
те. Дж. Элтон, подводя итог своему анализу научного наследия
Ф.У. Мейтленда, пришел к выводу, что «в результате мы пришли
к настоящему Фредерику Уильяму Мейтленду, историку, который
прошел путь от изучения метафизики к изучению права, до того
как он обратился к истории». «История не только отвечала его по­
иску призвания, но направляла его жизнь и сформировала его ум.
Историк в Мейтленде превосходил философа и юриста ... многие
современные историки ... нуждаются в своем Мейтлепдеэ".
С.Ф.Ч. Милсом критически относился ко многим фактам дея­
тельности Ф.У. Мейтленда, которые биографы относят к числу
общепризнанных. Так, он ставит под сомнение роль и значение
британского историка в создании в 1887 г. в Лондоне знаменитого
«Сэлденского общества», утверждая, что «точное участие Мейт­
ленда в основании Сэлденского общества нсизвсстноо ". Между
тем заслуги и вклад Ф.У. Мейтленда в становление и деятель­
ность «Сэлденского общества» давно и по достоинству оценены
в историографии. Так, Г. Фишер писал, что он (Ф.У. Мейтленд)
«не жалел сил для исследования и сопоставления рукописей»,
и «может выдержать сравнение с самыми точными описателя­
ми средневековых документов или с теми, кто достиг особого
признания в изучении "дипломатии", или в установлении связей
между рукописями». Он, прежде всего, стремился сделать свою
работу «полезной практически для студентов, интересы кото­
рых могли побудить их предпринять подобные исследования.
Он сделал доступной для читателя свою научную лабораторию
и показывал процесс открытия, привлекая внимание к трудным
местам, указывая многообещающие направления изучения ис-
23 Fisher H.A.L. Frederic William Maitland, Downing Professor of Laws of England.
Р.174.
24 Elton G.R. Frederic William Mait1and. Р. 14, 17-18.
25 Milsom S.F. С. Maitland. Р. 266.

344
л:». Сидорова
точников, опубликованных и нсопубликованиыхэ '". По мнению
Дж. Элтона, принадлежало ли рождение оригинальной идеи соз­
дания Общества Ф.У. Мейтленду или нет, фактически он стал его
главным вдохновителем. Как человек, вносивший вклад в пуб­
ликации томов, и как вдохновитель исследований других людей,
он остался литературным директором Общества до конца своих
дней. Он наметил стратегию деятельности для членов Общества,
публикации которых сформировали природу английской право­
вой истории. При жизни Ф.У. Мейтленда Общество становилось
все крепче под руководством своего литературного директора и
нового секретаря Б. Лока27.
с.Ф.ч. Милсом обнаружил негатив даже в том, что Ф.У. Мейт­
ленд отнесся очень ответственно к написанию биографии л. Сти­
вена, укорив его за то, что он едва ли не всю свою жизнь посвятил
работе над биографией своего учителя (сбольшую часть времени
он отдал описанию жизни умершего друга» )28. Хотя по логике
вещей эта работа не могла занять более двух лет.
с.Ф.ч. Милсом, принявший участие в симпозиуме 1996 г., по­
священном 100-летию публикации классического труда Ф. Пол­
лока и Ф.У. Мейтленда «История английского права»?", попытал­
ся синтезировать позиции всех авторов книги и дать общий обзор
очерков. Стремление, безусловно, благородное, так как в выступ­
лениях именитых ведущих специалистов в области истории ан­
глийского средневекового права, являющейся общепризнанным
исследовательским доменом Ф.У. Мейтленда, - п. Уормолда,
Дж. Хадсона, Дж. Холта, п. Бранда, С. Уайта, г. Саммерсона,
Р. Хелмхолза, Дж Гарнетта, п. Хаймса - содержались критиче­
ские замечания, касавшиеся самых различных аспектов научного
наследия Ф.У. Мейтленда: методов исследования, стиля, отноше­
ния к предшественникам и современникам, источников, которые
использовал и не использовал Ф.У. Мейтленд, проблем и спорных
вопросов, которым, по их мнению, британский историк уделил не­
достаточно внимания. Но справедливости ради следует отметить,
что авторы воздали должное Ф.У. Мейтленду как родоначальнику
26 Fisher H.A.L. Frederic William Maitland, Downing Professor of Laws of England.
Р.55-56.
27 EZton G.R. Frederic William Maitland. Р. 9.
28 Речь идет о книге Ф.У. Мейтленда: MaitZandF W The Life and Letters of Leslie
Stephen. L., 1906. Milsom S.F С. Maitland. Р. 270.
29 The History of English Law / Ed. J. Hudson.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
345
в области изучения английской истории права и признали его
огромный вклад в развитие научных знаний.
Однако первоначальное намерение с.Ф.ч. Милсома оберну­
лось стремлением объяснить, как и почему историки и юристы
отличаются в их подходах к истории права. Как и следовало ожи­
дать, он сконцентрировался на критике недостатков Ф.У. Мейт­
ленда, анализируя их в рамках юридического профиля. Говоря
о его-ошибках, с.Ф.ч. Милсом указывал, что несоответствия в
его понимании различных аспектов истории права были выяв­
лены уже в период Второй мировой войны, преимущественно
в юридических публикациях: в области форм действия; в сфере
права собственности. По мнению С.Ф.Ч. Милсома, такие люди,
как Ф.У. Мейтленд не могли ошибаться незначительно: они мог­
ли неправильно понимать ситуацию, но едва ли могли ошибать­
ся в деталях и поэтому причиняли большой вред", Дж. Хадсон
полагал, что, возможно, с.Ф.ч. Милсому следовало избежать
этой темы, «так как он рискует убедить историков в том, что
юристам не следует писать историю»:". Заключение Дж. Хадсона
звучит двусмысленно. Его можно понимать и как несогласие с
С.Ф.Ч. Милсомом, И как позицию солидарности с ним в отноше­
нии неприкосновенности «территории историков» для юристов,
и, следовательно, его убеждения, что Ф.У. Мейтленд был не исто­
риком, а юристом.
С.Ф.Ч. Милсом выступил С критикой «двухмерной картины
английского средневекового права» Ф.У. Мейтленда, высказав
предположение, что если такая картина и была обоснованной в
отношении позднего XIII в., то Ф.У. Мейтленд явно недооценил
силу феодальной власти в 1160-1260 гг. Как считал С.Ф.Ч. Мил­
сом, Ф.У. Мейтленд ошибался, по крайней мере, на сто лет, когда
утверждал, что феодальные отношения в Англии господствовали
к концу XII в. над королевским законом, лорды господствовали
на своих землях и королевские суды предлагали помощь тем, кого
притесняли лорды. Вместе с тем С.Ф.Ч. Милсом вынужден был
согласиться с тем, что, когда Эдуард 1 взошел на престол, «мир
был таким, как его видел Мсйтлсндв ".
Дж. Элтон обратил внимание на претензию с.Ф.ч. Милсома в
том, что Ф.У. Мейтленд не сумел дать правильную оценку соци-
30 MilsomS.FC. "Pollock and Maitland": а Lawyer's Retrospect. Р. 243-260.
31 The History of English Law. Р. 260.
32 Milsom S.F С. Introduction. The History ofEnglish Law before the Time ofEdward 1.
Р. XXXVI.

346
Т'А. Сидорова
альной структуры феодально-сеньориального мира. Картина того
мира, которую нарисовал Ф. У. Мейтленд, полагает Дж. Элтон,
была цельной и устойчивой, но это был мир, который существо­
вал в его XIX в., и характеристики которого он распространил на
другую эпоху ". Но Дж. Элтон, С учетом его трансляции замечаний
с.Ф.ч. Милсома, все же признал, что Ф.У. Мейтленд убедительно
обосновал устои английского права в течение целого тысячеле­
тия, и феодальные отношения, согласно его точке зрения, господ­
ствовали в Англии до конца XII в. на основе сильной королевской
власти. Кстати сказать, сам с.Ф.ч. Милсом не настаивал на не­
обходимости вносить какие-либо изменения в общую концепцию
Ф. У. Мейтленда, что и подтвердил в своей работе 14 лет спустя.
Именно с.Ф.ч. Милсому принадлежат слова: «Карлик должен
перестать ворчать, удобно устроившись на плечах великанаэ ",
вероятно, адресованные всем критикам Ф.У. Мейтленда.
В сущности Дж. Элтон одновременно анализирует наследие
Ф.У. Мейтленда и критический взгляд с.Ф.ч. Милсома, и даже
шире, всех оппонентов британского историка, что про слеживает­
ся в заключительных аккордах его оценки попыток осуществить
ревизию работ Ф. У. Мейтленда: «В конце концов, обе картины
(Ф.У. Мейтленда ис.Ф.ч. Милсома. - т.е.) отличаются лишь по
силе выразительности, нежели по существу». И тут же выражает
сомнение в том, что даже эта «маленькая ересь», т. е. замечание
С.Ф.Ч. Милсома, могла быть ошибкой Ф.У. Мейтленда, так как не
было предпринято попытки дать оценку этой новой интерпрета­
ции, и добавляет: «Я знаю, что Милсом в конце концов не может
восторжествоватьв ".
По поводу этой историографической полемики А. Макфар­
лейн делает такое заключение: «Если учесть, что в пяти тысячах
страниц, наполненных подлинными открытиями и написанных
сто лет назад, изменения касались лишь усиления акцентов в
нескольких аспектах и одного-двух фактов, и что основной кар­
кас конструкции Мейтленда до сих пор стоит непоколебимо,
тогда мы начинаем понимать, почему он и поныне имеет статус
богоподобного среди историков, знающих проблемы, которыми
он занимался и решал самым элегантным образомэ ". Называя
33 Elton G.R. Frederic William Maitland. Р. 44.
34 MilsomS.FC. F.W. Maitland // Proceedings afthe British Academy. 1980. Val. 66.
Р.281.
35 Elton G. Frederic William Maitland. Р. 48.
36 Macfarlane А. Ор. cit. Р. 81.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
347
с.Ф.ч. Милсома «самым компетентным критиком» Ф.У. Мейт­
ленда, которого в английской историографии принято считать
вторым после него знатоком английской истории раннего Сред­
невековья, А. Макфарлейн подчеркивает, что с.Ф.ч. Милсом пи­
сал о нем как о «все еще живом авторитете» и приводит в своей
монографии такие слова великого критика: «Мейтпенд, вероятно,
желал, чтобы его работа была превзойдена. Но есть мало надежд
на то, что это скоро произойдет»:".
Второй «еретик», «не верующий в Мейтленда», п. Уормолд,
приложил немало усилий в своем горячем стремлении «разобла­
чить» «ереси» британского историка и доказать ошибочность его
взглядов по ряду вопросов. Он утверждал, что Ф.У. Мейтленд не­
дооценивал прошлое и не сумел по достоинству оценить заслуги
англосаксонских королей, создавших выдающуюся английскую
правовую традицию. п. Уормолд сделал критический обзор трех
подходов Ф.У. Мейтленда, на основе которых британский исто­
рик исследовал вопросы управления в английском государстве
англосаксонского периода и сформулировал основные сферы
своего критического анализа взглядов Ф.У. Мейтленда, Ключе­
вой проблемой этой статьи является опровержение устоявшейся
характеристики Ф.У. Мейтленда как уникального историка, зани­
мавшего в историографии то же высокое положение, что Гиббон,
Беда и Стеббс, и доказательство положения, что он был «одним
из нас»:".
п. Уормолд поставил под сомнение поистине гигантский
объем работы, выполненный Ф.У. Мейтлендом в совместном с
Ф. Поллоком исследовании «История английского права». Слу­
чай, насколько мне известно, в зарубежной историографии исклю­
чительный. Правда п. Уормолд, работавший в 1980-е годы над
своей монографией об англосаксонском праве, указывал на сла­
бость раздела об англосаксонском праве в «Истории английского
права», написанного Ф. Поллоком, «не знавшим первоисточников
и считавшим англосаксов варварами». Он даже выражал особую
признательность Ф.У. Мейтленду, который удержал Ф. Поллока
от написания других материалов ".
Правомерность публикации «Истории английского права»,
которая сразу же после ее выхода в свет обрела статус класси-
37 Ibid. Р. 82.
38 WormaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 3.
39 http://www.freeweb.hu/maj estas/inmemoriam.html.

348
т.А. Сидорова
ческой'", как результата обоюдных усилий, кооперативного твор­
чества" у многих историографов вызывает обоснованные сомне­
ния. Разумеется, в таком солидном двухтомном труде, объемом
почти 700 страниц, крайне сложно с предельной точностью
определить долю вклада каждого историка. Известно, что
Ф. У. Мейтленд считал, что исследование должно выйти в свет
как работа двух авторов. Однако Ф. Поллок настаивал на том,
чтобы в предисловии было указано, что, несмотря на общий за­
мысел и редактирование, большая часть выполнена Ф.У. Мейт­
лендом. Г.А. Холлонд, со слов Г. Бонда, утверждает, что перу
Ф. Поллока принадлежит только одна глава!'. С. Файфут, ссы­
лаясь на письмо Ф. Поллока судье о. Холм су, написанное пять
месяцев спустя после публикации первого тома «История ан­
глийского права», говорит, что им (Ф. Поллоком) было разра­
ботано три части - введение, глава об англосаксонском праве
и большая часть в разделе, посвященном ранней истории до­
говорных отношений='. В любом случае в объеме двухтомника
это немного.
П. Уормолд также утверждает, что точно не известно, что
глава об англосаксонском праве в «Истории английского права»
была написана только Ф. Поллоком, И что Ф.У. Мейтленд имел
о ней довольно нелестное мнение. Тем не менее, продолжает
П. Уормолд, это не дает нам права думать, что он высказал бы
принципиально иные взгляды, если бы написал эту главу сам.
«Другие работы Ф.У. Мейтленда, помимо «Истории английского
права», показывают, что насколько более точной ни была бы гла­
ва, написанная Мейтлендом, она все равно была бы близка главе
Поллока в плане маргинализации древнего английского периода в
истории. Кроме того, Мейтленд не чувствовал себя глубоко знаю­
щим англосаксонские материалы; он не располагал достаточным
объемом источников. Об этом сам Мейтленд писал в 1905 г.
У.Г. Стивенсону, обратив внимание на то, что «уже полных 5 лет
с тех пор как я обратился к англосаксонскому праву... но мое
знание его всегда было неглубоким ... и я с трудом мог отличить
"wer" от "wrik"». Первые слова нового введения ко 2-му изданию
о «бесшовной ткани» «Истории английского права» показывают
40 FisherH.A.L. Frederic William Maitland, Downing Professor ofLaws ofEngland.
Р.77.
41 HollondH.A. А Memorial Address. Selden Annual Lecture 18-th March 1953.
Р. 13; Fifoot C.H.S. Pollock and Maitland. Glasgow. 1971. Р. 16.
42 Fifoot C.H.S. Ор. cit.P. 16.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
349
способность Ф.У Мейтленда мыслить в формате клише, но эта
ткань разрывается на 1066 году. п. Уормолд называет Ф.У. Мейт­
ленда «историком ситуаций, не развития» и подчеркивает, что он
видел свою главную цель в «полном утверждении английского
права Анжуйского периода» 43.
Но факт остается фактом, что для второго издания «Истории
английского права» Ф.У. Мейтленд написал новую первую главу,
которая в противовес прежней демонстрирует глубокую взаи­
мосвязь правовых, политических, экономических и социальных
аспектов единого исторического процесса. Заслуживает доверия
компетентное мнение с. Файфута, посвятившего полвека изуче­
нию наследия Ф.У Мейтленда, который, анализируя достоинства
и заслуги обоих историков, пришел к выводу, что Ф. Поллок,
переживший Ф.У Мейтленда на тридцать лет, обладал огромным
и разносторонним багажом дарований, но Ф.У Мейтленд был
гением. «Если случилось так, что эти два имени неразделимы,
справедливее говорить не о Поллоке и Мейтленде, а о Мейтленде
и Поллоке»:".
В своем выступлении на юбилейном симпозиуме, посвя­
щенном 1 ОО-летию выхода в свет «Истории английского пра­
ва», п. Уормолд сконцентрировал внимание на интерпретации
Ф.У. Мейтлендом англосаксонского и англо-нормандского права и
неожиданно заявил, что Ф. Поллок написал главу об англосаксон­
ском праве, потому что Ф.У Мейтленд мало знал об этом периоде,
так же как о нормандском. Критик британского историка вынуж­
ден был согласиться с Ф.У Мейтлендом в том, что англосаксон­
ские правовые традиции пережили нормандское завоевание, и
инновации в области права, шедшие с континента, приживались
постепенно ". Вместе с тем п. Уормолд обнаружил в «Истории
английского права» три недостатка, три «ереси», по его собствен­
ному определению. Одна из них - главенствующие позиции коро­
левской власти в истории Англии эпохи Средневековья - является
основополагающим концептом в работе Ф.У. Мейтленда. П. Уо­
рмолд так сформулировал свой тезис «против» Ф.У. Мейтленда,
который сам же и опроверг: «История права в Англии и других
европейских странах отличаются потому, что английский король
43 WorтaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 4-6. /deт. Maitland and
Anglo-Saxon Law. Р. 2-4, notes 3-12. The Letters of Frederic William Maitland.
No 395. The Letters ofFrederic William Maitland / Ed. Dr.P. Zutshi, по 311.
44 Fifoot C.H.S. Pollock and Maitland. Р. 25-26.
45 Worтald Р. Maitland and Anglo-Saxon Law: Beyond Domesday Book. Р. 1-20.

350
ТА. Сидорова
лично руководил своими судами .... Мне это кажется абсолютной
правдой»:".
п. Уормолд высказал весьма нелестное мнение о труде
Ф.У. Мейтленда «Domesday Book and Beyond», содержание
которого практически полностью посвящено анализу соци­
ально-экономических аспектов, социальной стратификации
раннесредневекового английского общества?", охарактери­
зовав его как «ограниченный и устаревший», предлагавший
повторяющиеся аналогии между ростом частной юрисдик­
ции в саксонском государстве и умирающей Каролингской
империей.".
Известно, что Ф.У. Мейтленд ставил иную цель, исследуя
«неразговорчивую» и «молчаливую» - «Книгу Страшного суда»,
язык которой не был склонен к анализу - он надеялся заставить ее
раскрыть свои тайные секреты". Известно также, что в зарубеж­
ной и российской историографии «Domesday Book and Beyond»
Ф.У. Мейтленда получила высочайшие оценки. Так, А. Баллард
считал, что среди выдающихся историков, которым удалось рас­
крыть тайны этой великой «Книги», имя Ф.У. Мейтленда стоит в
одном ряду с П.Г. Виноградовым и Дж. Раундом; им, мы обязаны
ее изучением. ПО мнению Я.А. Левицкого, во всей английской
историографии Средних веков мало найдется работ, которые бы
по силе и проницательности анализа, по остроте интерпретации
свидетельств источников и оригинальности конструктивной мыс­
ли могли бы выдержать сравнение с классическим трудом Мей­
тленда - «Domesday Book and Beyond». А.Н. Савин был убежден
в том, что этот труд «смело может быть причислен к выдающим­
ся явлениям не только английской, но и вообще европейской
историографииэ".
46Ibid.P.19.
47 « ... у истоков современных представлений о социальном строе английской
деревни в XI-XIII вв. стоят имена трех крупных исследователей: Сибома,
Виноградова и Мэтланда», (Барг МА. Исследования по истории английского
феодализма в XI-XIII вв. М., 1962. С. 5.)
48 WormaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 10.
49 MaitlandF W. Domesday Book and Beyond: Three Essays in the Early History of
England. Cambridge. 1897. Р. 50, 67. Fisher H.A.L. Frederic William Maitland,
Downing Professor ofLaws ofEngland. Р. 91-92.
50 BallardA. ТЬе Domesday Inquest. L., 1907. Р. IV. Певицкий Я'А, Город и фео­
дализм в Англии. М., 1987. С. 46. СавинА.Н. Английский юрист в роли ис­
торика // Журнал Министерства Народного Просвещения. СПб. 1900. N2 11.
С.212.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
351
Незадолго до своей безвременной смерти в 2004 г. п. Уор­
молд опубликовал первый том своей двухтомной магистерской
работы «Создание.английского права», в которой отдал должное
Ф.У Мейтленду как «величайшему историку права всех времен»,
«бессмертному»?'. По мнению п. Уормолда, Ф.У Мейтленд ве­
рил, что общее право Англии возникло «поразительно внезапно
из головы Генриха 11 (1154 - 1189)>>, и это означало, что Мей­
тленд подчеркивал важность его корней в англосаксонский пери­
од52. По этому поводу А. Макфарлейн замечает, что сам он так не
интерпретирует Ф.У Мейтленда, но с точки зрения акцентирова­
ния англосаксонских корней английской цивилизации не счита­
ет необходимым исправлять его, и подчеркивает, что все, с чем
не согласен п. Уормолд, лишь усиливает позиции Мейтленда'",
В частности, п. Уормолд считал, что Генриху 11 как ни одному
другому монарху удалось создать право в XII в. потому, что он
унаследовал систему королевского правосудия, которая уже тогда
была действующей и старой". Или, он подчеркивал, что только в
Английском королевстве в Х-ХI вв. имело место самостоятель­
ное формирование права, без континентальных европейских вли­
яний, и Генрих 11 законодательствовал как Альфред, Этельстан,
Эдгар и Кнут, но не как последние Каролинги, Оттоны и Капетин­
ги55. По мнению п. Уормолда, Ф.У Мейтленд «преувеличивал и
неверно определял функцию королевской власти». Вместе с тем
он признавал, что Ф.У. Мейтленд «был, несомненно, прав в своем
повторяющемся утверждении, что английская правовая история
напоминала бы французскую или немецкую, если бы король Ан­
глии имел такой же слабый контроль над судами справедливости,
как правители Франции и Германииэ ".
В анонсе второго, неопубликованного тома диссертации
п. Уормолда планировалось показать, как «первые английские
короли установили грандиозную систему формального и нефор­
мального контроля в сфере церковного права, судов и собствен­
ности». Автор ставил цель доказать, что достижения Генриха 11 и
51 Wormald Р ТЬе Making of Eng1ish Law: King A1fred to the Twe1fth Century. Р. XI,
17.
52 Ibid. Р. Х.
53 Macfarlane А. Ор. cit. Р. 82.
54 Wormald Р. ТЬе Making of Eng1ish Law: King A1fred to the Twe1fth Century.
Р. XI.
55 Ibid. Р. 19.
56 Wormald Р F.W. Mait1and and the Ear1iest Eng1ish Law. Р.23; РМ, Уо1. 1, 24, 109-
111, 131 - 135, Уо1. 2, 313, 558 - 559, 632, 673.

352
т.А. Сидорова
его последователей без этого были бы невозможны. В этой связи
А. Макфарлейн замечает, что Ф.У. Мейтленд был бы удовлетво­
рен заключением П. Уормолда о том, что «в Англии существовала
уникальная история права, потому что она является старейшим
преемственно функционирующим государством в мирея".
П. Уормолд внес свою лепту в исследование вопроса о принад­
лежности Ф.У- Мейтленда к определенной традиции историопи­
сания, обсуждавшегося в англо-американской исторической ли­
тературе конца 1990-х годов: Ф.У. Мейтленда считают и вигским,
и/или пост-вигским историком. П. Уормолд, В отличие от своих
коллег, например Р.С. Монпенсье, кембриджского правоведа и
философа, более уверенно, хотя и не без оговорок, характеризует
приверженность Ф.У. Мейтленда вигской историографической
традиции. Ссылаясь на работы других авторов, он приводит в
качестве одного из главных свидетельств концептуальную ориен­
тацию Г. Сиджуика, любимого учителя Ф.У. Мейтленда, который
(Г. Сиджуик) был учеником и последователем Дж.Ст. Милля,
внесшего основополагающий вклад в философию либерализма,
как ценностную основу вигской концепции истории, и заимство­
вал у, него идею плюрализма, которая легла в основу интерпрета­
ции корпоративной теории.". П. Уормолд называет Ф.У. Мейтлен­
да «первым настоящим пост-вигом» (post-Whig), «не полностью
свободным от вигских рассуждений», который, подражая истори­
кам-вигам, «приспособил борьбу между общим и римским пра­
вом» эпохи Средневековья в «подсознательное подражание своего
рода манихейскому спору, так любимому вигскими историками».
«Фундаментально пост-вигской» П. Уормолд считает защиту
Ф.У. Мейтлендом королевской власти XI-XIII вв., направленную
против «невыносимого благодушия, с которым к ней взывает
английская исгориографияв".
Остается лишь согласиться с тем, что Ф. У. Мейтленд в целом
разделял базовые ценности либерально-вигской историографии,
хотя в его трудах наметилась тенденция к переосмыслению неко­
торых положений этой концепции истории. Например, в отличие
от традиционно вигского взгляда на историю исключительно че­
рез призму настоящего, порой с помощью прямой ссылки на на­
стоящее, Ф.У. Мейтленд стремился «освободить» прошлое и на-
57 Macfarlane А. Ор. cit. Р. 83.
58 WormaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 15. BarkerE. Maitland
as а Sociologist // Sociological Review. 1937. Vol. 29. Р. 121-135.
59 WormaldP. F. W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 15, 23, 24.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
353
стоящее' от их интеллектуальных ограничивающих объятий, так
как английские юристы осознавали неясность истории, смешан­
ной с иллюзиями и анахронизмом'". Так, касательно происхож­
дения суда присяжных, Ф.У. Мейтленд писал: «преобладающее
мнение ... восторжествовало ... над обычной несклониостью ан­
гличан принимать, что этот «залог безопасности наших свобод»
по происхождению не английский, а франкский, не народный, а
королевский». Таким образом, он стремился вывести англичан из
заблуждения об особенности их национальной истории?'.
Ф.У. Мейгленд ставил более сложную исследовательскую за­
дачу - освободить настоящее от его привязанности к прошлому,
и будущее - от зависимости от настоящего: «труд исследования
состоит в объяснении, то есть освещении того давления, которое
прошлое оказывает на настоящее .... Сегодня мы изучаем день до
вчера с тем, чтобы вчера не могло парализовать сегодня, и сего­
дня не могло парализовать эавтрав/". Если здесь можно усмотреть
элемент утилитаризма, то лишь в том, каким виделось Ф.У. Мейт­
ленду предназначение истории и истории -, права в частности:
«если история совершает свою освободительную работу, она
должна быть настолько точной в фактах, насколько это возможно,
и достоверной в фактах она не будет, если она начнет думать, ка­
ким урокам она может научитьэ='.
По мнению п. Уормолда, новизна трактовки этого вопро­
са, столь важного для историков, состояла в провозглашении
Ф.У. Мейтлендом принципа самоценности истории Средневеко­
вья, который был сформулирован в его инаугурационной лекции:
«В 'интересах самих Средних веков, что они не будут больше вы­
званы на судя'". Следовательно, прошлое также предназначено
для освобождения от настоящего, как и настоящее от прошлого.
Прошлое имеет значение для него самого и для любого человече­
ского общества. Современность этого взгляда свидетельствует о
разрыве с европейскими традициями понимания истории, быто-
вавшими в эпоху Ф.У. Мейтленда, �)
" ..
60 Maitland F. W. IIProceedings ofSelden Society. 1903. Vol. 17. Р. XI-XIV. Wormald Р.
F. W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 13.
61 The Collected Papers ofF. W. Maitland. Vol. 11. Р. 445. WormaldP. F.W. Maitland
and the Earliest English Law. Р. 13. i
62 The Collected Papers of F. W. Maitland. Vol. 111. Р. 438-439.
63 The Letters of Егепепс William Maitland / Ed. Dr. Р. Zиtshi, No. 116.
64 Maitland F. W. Why the History of English Law is not Written / / The Collected
Papers ofFrederic William Maitland. Vol. 1. Р. 493. WormaldP. F.W. Maitland and
the Earliest English Law. Р. 14.
12 Заk. 288

354
ТА. Сидорова
в XIX в. релятивизм, вдохновленный открытием бесконечно­
го разнообразия человеческого опыта в области пространства и
времени, противился более амбициозным попыткам найти пат­
терны в прошлом, что усилило бы его современное значение'". Но
Ф.У. Мейтленд.чю утверждению п. Уормолда, «не нашел и не ис­
кал паттернов». Ему было достаточно того, что «постепенно мыс­
ли наших предков, их обычные мысли об обычных вещах станут
доступными для обдумывания еще раз»66. Хотя другие исследова­
тели были убеждены в обратном. Так, А. Макфарлейн считал, что
Ф.У. Мейтленд обладал удивительной проницательностью видеть
«паттерны» .за массой деталей и умением соединять однажды об­
наруженные. факты в убедительные случаи. Он соединял факты в
новые удивительные «пагтерны» посредством вдохновения'". А
Дж. Элтон говорил О способности Ф.У. Мейтленда «видеть пат­
терны существования и развития ... которая была присуща ему
как юристу», и проистекала из его привычки работать на основе
главного источника'".
п. Уормолд высказал мысль, что Ф.У. Мейтленд в некоторых
вопросах был не столько вигским историком, сколько исповедо­
вал эклектизм Дж.Ст. Милля, за который, как правило, последне­
го подвергали критике. К такому выводу п. Уормолд пришел, ана­
лизируя точку зрения Ф.У. Мейтленда о его непризнании единой
«программы» развития всех народов мира, в том числе в области
права: «в интересах всего мира было то, что одна раса стояла в
стороне от пленительных страниц Кодекса Юстиниана. Но не по­
тому, что английское право было лучше французского. Хорошо
потому, что все не стали однообразными, унифицированными».
«Это голос не вигизма, но эклектизма Милля», - заключает п. Уо-
рмолд'". r
Разумеется, элементы эклектизма присущи методологии ис­
следования Ф.У. Мейтленда, без которых была невозможна его
плюралистическая концепция: на этапе отбора компонентов тео­
ретико-методологического инструментария Ф.У. Мейтленд, как и
другие историки его времени, варьировал и комбинировал, пусть
65 Виrrоw J. W. А Liberal Descent. Victorian Historians and the English Past.
Cambridge, 1981\. Р. 11-17,84-88, 106-108, 163-173,220-228.
66 Maitland Е W. Domesday Book and Beyond: Three Essays. Р. 520; Wormald Р.
F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 14.
67 Macfarlane А. Ор. cit. Р. 21.
68 Elton G.R. Frederic William Maitland. Р. 29.
69 The Collected Papers ofF. W. Maitland. Р. 434. WormaldP. F.W. Mait1and and the
Earliest English Law. Р. 24.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
355
и подсознательно, распространенными на рубеже XIX-XX вв.
приемами и моделями историописания. Это был так называемый
«рабочий» эклектизм, который к тому же не имел отношения к
фрагменту, анализируемому П. Уормолдом, где, как представля­
ется, речь идет о поисках присущей Ф.У. Мейтленду уникальнос­
ти исторического развития Англии на основе многофакторности,
которой был привержен британский историк.
Вопрос о том, что или кто послужил для Ф. У. Мейтленда источ­
ником вдохновения в формулировке нового взгляда на историю,
раскрыт в историографии -частично. П. Блаас выделяет домини­
рующее влияние получавших жалование академических ученых,
и Ф.У. Мейтленда, как одного из первых ведущих английских ис­
ториков, который провел всю свою продуктивную жизнь на служ­
бе в университете?". Молодые современники Ф.У. Мейтленда -
Г. Фишер, А.Л. Смит, Ш. Пти Дютайи - знавшие, что делали
Дж. Раунд и Т. Таут, выражали уверенность в несомненной новиз­
не позиции Ф.У. Мейтленда по этому вопросу. Эта уверенность
носила характер глубокого убеждения и, как представляется, в ту
пору разделялась большинством исследователей, что исключало
необходимость в пространных объяснениях. Поэтому и Г. Фишер,
и А.Л. Смит ограничились краткими замечаниями, по-видимому,
не вызывавшими возражений у современников. Г .. Фишеру при­
надлежит такое высказывание: «Мы сомневаемся, что какой-ли­
бо другой историк столь глубоко погружался в средневековое
соэнанис»?'. Мнение П. Уормолда служит превосходным коммен­
тарием к словам А.Л. Смита: «То, что уже было аспектом техни­
ки, превратилось у него (Ф.У. Мейтленда. - т.С.) в аспект верыэ ".
В поисках ответа на вопрос о том, как Ф.У. Мейтленд при­
шел к формулировке столь нового отношения к прошлому, право­
мерно предположить, что это был результат влияния профессора
Г. Сиджуика, известного своей приверженностью либеральным
ценностям и либеральной ориентации в научном исследовании,
и единственного мастера, авторитет которого Ф.У. Мейтленд при­
знавал. По словам С.Ф.Ч. Милсома, Ф.У. Мейтленд был «сид-
70 Blaas Р. Continuity and Anachronism, Parliamentary and Constitutional
Development in Whig Historiography and in the Anti- Whig Reaction between
1890-1930// International Archive of History of Ideas. 1978. Vol. 91. Р. 240-273.
71 Fisher H.A.L. Frederic William Maitland, Downing Professor of Laws of England.
Р. 96; SmithA.L. Frederic William Maitland. Two Lectures and Bibliography.
Oxford, 1908. Р. 15-17.
72 WormaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 15.

356
л:». Сидорова
жуикским либералом до того, как стал юристом» 73. В одном из
ранних писем своему учителю. Ф.У. Мейтленд писал: «Я читаю
моего Бентама», размышляя оправе собственности?", «Прямая
речь» Ф.У. Мейтленда - наилучшее свидетельство об источниках,
формировавших его отношение к историческому прошлому.
В историографической традиции существенное внимание
уделяется вопросу о природе критической направленности трудов
Ф.У. Мейгленда; наиболее ярко отразившейся в многочисленных
рецензиях работ его коллег. Действительно, независимо от стиля
и «фигур речи», практиковавшихся Ф.У. Мейтлендом, многие его
рецензии носили откровенно критический характер, изрядная
доля критики содержалась и в письмах британского историка.
Помимо традиционного объяснения этого факта, чаще всего рас­
сматриваемого в русле критического склада ума Ф.У. Мейтленда
и его стремления не допустить проникновения в науку фундамен­
тальных ошибок и излишней претенциозности отдельных авто­
ров, следует выделить несколько неожиданную интерпретацию
этого факта, предложенную Дж.У. Барроу, получившую развитие
у П. Уормолда: «Я подозреваю, что критический фактор являл­
ся результатом ощущения Мейтлендом его места в европейской
науке. ... Мейтленд был ревностным космополитом; до Поуика
другие английские медиевисты этого не отмечали. Действитель­
но, Кэмбл, Фримен и Стеббс, все ощущали себя гражданами ев­
ропейского научного мира и испытали сильное влияние немецких
идейэ ".
Вероятно, этот «научный» космополитизм, с точки зрения
Ф.У. Мейтленда, обязывал английских исследователей соответ­
ствовать высоким европейским стандартам, по сути - немецкому,
но, если этого не происходило, критика Ф.У. Мейтленда станови­
лась безжалостной. П. Уормолд истолковал этот факт таким обра­
зом: «Одна из самых поразительных черт его характера состояла
в постоянно звучащей ярости по поводу неудачи его соотечест­
венников соответствовать стандартам заморских ученых, даже в
отношении текстов или тем, которые являлись английскими по
определению» 76. Защита неприкосновенности дисциплинарных
границ «своей территории» объяснима и свойственна историкам.
73 MilsomS.F.C. F.W. Maitland. Р. 269-270.
74 The Letters of Frederic Williarn Maitland. No. 4. 1880.
75 Burrow J. W. А Liberal Descent: Victorian Historians and the English Past. Р. 109-
111, 119-125, 138, 15 О, 162-163, 169, 1 72, 1 76-1 77.
76 WormaldP. F.W. Maitland and the Earliest English Law. Р. 9.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
357
С точки зрения «чистоты» профессионального статуса в усло­
виях интердисциплинарной ситуации развития исторической
науки она не вызывает возражений, в том! числе и в отношении
позиции британских историков С.Ф.Ч. Милсома и п. Уормолда в
их оценке профессионального статуса Ф.У. Мейтленда. Принци­
пиальные возражения касаются категоричности их ,. суждений и
односторонности квалификационной характеристики Ф.У.МеЙ­
тленда как юриста, тем более что оба историка были блестящими
знатоками не только его трудов, но литературы вопроса и не мог­
ли не знать мнений других исследователей, считавших Ф.У. Мей­
тленда историком или историком-юристом, историком в большей
степени.
Ф.У. Мейтленд, занимаясь в научном плане очень специфиче­
ской областью - историей английского права, - не был историком
права в узком смысле, но медиевистом, историком средневековой
Англии, историком английской конституции. Глубоко осознавая
величие истории, Ф.У. Мейтленд не судил ее, не выносил ей вер­
диктов, но исследовал деяния людей. Его пытливый ум обращался
к прошлому, чтобы вообразить его и осмыслить в том виде, в каком
оно существовало. «Люди изучают прошлое, чтобы сказать, каким
оно в действительности было»?". В понимании Ф.У. Мейтленда
история была целостной наукой о прошлом, поэтому разделение
труда между специалистами различных областей исторического
знания носило условный характер и было целесообразным лишь с
точки зрения удобства более детального изучения отдельных раз­
делов истории, каждый из которых невозможно было объяснить
вне зависимости от других. Он считал, что научная специализа­
ция историка, в том числе и правовая, к истории - потоку фактов
и событий в прошлом - никакого отношения не имела. Напротив,
она затрудняла понимание реальных событий и явлений истории,
существовавших в неразделенном виде. Поэтому Ф.У. Мейтленд
не признавал никаких искусственных границ внутри историче­
ского процесса и исторической науки, не считал их священными
и неприкосновенными. Как и его учитель л. Стивен, он ниспро­
вергал их ", и смело вторгался во внеправовые сферы: экономику,
политику, религию, социальную область. Многолетняя, кропот-
77 Maitland, Frederic William (1850-1906) // Making History. ТЬе changing face
of the Profession in Britain http://www.history.ac.uk/makinghistory/historians/
maitland _ frederic.html].
78 HoltJ.C. Foreword to Frederic William Maitland. Domesday Book and Beyond.
Three Essays in Early History of England. Cambridge, N.Y., New Rochelle,
Melbourne, Sydney, 1987. Р. 22.

358
ТА. Сидорова
ливая работа с юридическими текстами привела Ф.У Мейтлен­
да к мысли, что «история права не есть право, но история ... вся
история едина»?". Рассматривая историю английского права как
часть единого потока английской жизни, он тесно связал историю
права с политической, социальной, экономической и религиозной
исгорией'". По мнению Ф.У. Мейтленда, создать, написать исто­
рию под силу только историку. Лишь только историк способен
увидеть сопряженность различных аспектов развития общества:
«Историк может сделать больше, чем чистый юрисгя". «Если
профессор права погружается в историю права, он становится
историком, так как история права не есть право, но историяь'Р.
Современники и потомки Ф.У. Мейтленда дали высочай­
шую оценку ему как историку, засвидетельствовав признание
его вклада в науку. Дж. Элтон очень точно заметил, что «мож­
но легко собрать антологию высказываний, в которых выражено
признание благодарности заслугам Мейтленда. Она будет боль­
шой, впечатляющей и повгоряющейсяя'". «Мейтленд остался для
нас историком, и это следует подчеркнуть сегодня. Он оставил
послание, адресованное не только специалистам-профессиона­
лам, студентам, преподавателям и исследователям истории, но
всем, кто стремится осуществить взвешенный и здравомысля­
щий подход к прошломув'". «Мейтленд был самым талантливым
историком в Англии, в то время когда Стеббс и Гардинер были
еще живы», - отмечал лорд Актон'". «В век великих историков,
я думаю, Мейтленд был самым великим. Я считаю, что он равен
величайшим юристам своего времени, и что английское право ...
не знало равного ему историка права», - говорит У. Холдворт,
историк английского права, гордившийся тем, что был учени­
ком Мейтленда'". «Мейгленд - один из бессмертных», - говорит
Ф.М. Поуик. У Бакленд называет Ф.У. Мейтленда гением и под­
черкивает, что гениальность «проявлялась в каждом движении его
79 Рlисknеtt ЕЕ Т Maitland's View of Law and History. Р. 192.
80 Macfarlane А. Ор. cit. Р. 21.
81 СавинА.Н. Памяти Мэтланда // Русская мысль. М., 1907. Кн. 10. с. 96.
82 Рlисknеtt ТЕ Т Mait1and's View of Law and History. Р. 190.
83 Elton G.R. Frederic William Maitland. Р. 1 О 1.
84 Sсhиуlеr R.L. The Historica1 Spirit Incarnate. Frederic William Maitland / / The
American Historica1 Review. 1952. Уо1. LVII. NQ 2. 1952. Р. 303.
85 Gooch G.P. History and Historians in the Nineteenth Century. L., N.Y., Toronto.
1952. Р. 372.
86 Цит. по: Sсhиуlеr R.L. The Historica1 Spirit Incarnate. Frederic William Maitland.
Р.322.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
359
выразительных черт; она про слеживается на каждой странице его
работ. Интуиция, воображение, проницательность - это признаки
гениальности, и ими Мейтленд обладал в высочайшей степени».
Мейтленду был присущ дар «видения», который характеризует
его как истинного гения. «Для него средневековое право не было
просто текстом в книге, но источником жизненной силы живых
людей. В Годичных книгах его привлекала «реальная жизнь права
и людей, которых надо было изучать прежде всего. Для него пра­
во было живой системой, и он оживил ее на страницах своих книг
для своих читателейя'".
Дж. Элтон подчеркивал, что направления, в которых
Ф. У. Мейтленд выступил как новатор, вызывают искреннее удив­
ление: «учитель, исследователь, ученый, автор исторических
трудов, основанных на прочных научных методах, основатель
обществ, вдохновитель других». «Я думаю, не будет преувели­
чением сказать, что Мейтленд установил стандарты, по которым
мы, ныне работающие историки, живем, или пытаемся жить, или,
по крайней мере, должны пытаться жить. Они грандиозны. Если
немногие из нас могут надеяться приблизиться к требованиям,
установленным Мейтлендом, совсем немногие могут надеяться
достичь его уровня исследований. Но мы не стремимся быть
Мейтлендами; достаточно, если мы сможем предположить, что он
указал правильный путь, идя по которому мы на практике будем
соответствовать его заповедям». «Мы, историки, происходим от
человека выдающейся учености, истинных стандартов и безуп­
речных манер. У нас нет оправданий неверным действиям. Если
Мейтленд, которого некому было учить, мог бы завещать нам
наказ о наших обязанностях, какие отговорки мы бы придумали,
чтобы не выполнять их, когда позволили догме управлять нашей
работой или подменять реальных людей абстракциями? Когда
потерпели бы неудачу в чтении источников? Но человеческая
природа, как известно, слаба: поэтому, даже сегодня мы должны
сделать все, чтобы сохранить Мейтленда среди нас»88.
С точки зрения изучения вопроса о Ф.У. Мейтленде как ис­
торике особого внимания заслуживает мнение выдающегося
английского юриста А.В. Дайси: «Мейтленд сослужил тройную
службу праву. Во-первых, он показал, как, с точки зрения юрис­
та, право может взаимодействовать с историей, и что оно может
87 Buckland W.W. F.W. Maitland // The Cambridge Law Jaurnal. 1923. Val. 1. N23.
Р.299.
88 Elton G.R. Frederic William Maitland. Р. 102-103.

360
т.А. Сидорова
внести в ее развитие, а также, что история может внести в разви­
тие права. Сейчас это положение считается общим местом. Но,
если посмотреть на лучшие работы наших лучших историков,
даже таких великих, как Маколей, который не был компетентным
в области права, но обладал обширными знаниями об английс­
ком праве, то мы будем поражены тем, какая малая часть права
использовалась в изучении развития английской нации, которая,
кроме всего прочего, являлась юридически мыслящей нацией.
Доктрина, согласно которой право является неотъемлемой час­
тью истории (здесь и далее курсив мой. - т.С.), не нуждается
в подтверждении - мы все, наверное, могли бы это сделать - но
нуждается в демонстрации. Эта демонстрация была осуществле­
на Мейтлендом, и не будет забыта. Второе достижение Мейтлен­
да: право должно быть, но до сих пор не является частью литера­
туры Англии. Среди предшественников Мейтленда два человека,
жившие в разные века, сделали все возможное, чтобы право стало
частью английской литературы .... Блэкстоун совершил благород­
ное усилие, чтобы придать праву достойное положение в мире
букв. Он потерпел неудачу, не из-за личной слабости, но пото­
му что не оставил последователей. Он сделал настолько много,
насколько это было возможно в его время. Верю, что Мейтленд
согласился бы с этой точкой зрения. Вторым человеком ... был
сэр Генри Мейн ... Он стимулировал ... развитие общественного
интереса к праву и юриспруденции. Он дал английскому миру
новую точку зрения о возможностях, которыми обладает изу­
чение права. Но его успех не является полным. Он не показал,
как это сделал Мейтленд, что даже самые труднопонимаемые
детали английского права могут быть сделаны частью английс­
кой литературы. Причина, почему Мейн не смог в этом вопросе
стать на один уровень с Мейтлендом, в том, что он не обладал
квалификациями Мейтленда, которые мы относим к третьему
его достижению. Никто не может сказать, что Блэкстоун или
Мейн обладали глубокими научными знаниями. Но Мейтленд
был -ученым историком, так же, как и ученым юристом. Он
показал, . что экстраординарная ученость и исследовательская
деятельность не имеют ничего общего со скукой или педантич­
ностью и что ученость может быть связана с наиболее философ­
скими и глубочайшими взглядами на право, которые способен
сформулировать человеческий ум»89.
89 Cambridge University Reporter. July 22, 1907. Р. 1308.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
361
В этой оценке А.В. Дайси значения Ф.У. Мейтленда как уче­
ного, исследователя важно каждое слово. Но мне хотелось бы
особенно подчеркнуть две ценные мысли: А.В. Дайси-юрист уви­
дел то, что осталось вне поля зрения историков с.Ф.ч. Милеома
и п. Уормолда - неразрывную взаимосвязь и взаимовлияние пра­
ва и истории, акцентирование тезиса о том, что право в трудах
Ф.У. Мейтленда является неотъемлемой частью истории, и, нако­
нец, признание равноценности вклада Ф. У. Мейтленда в развитие
права и истории, то есть закрепление за ним двойственного про­
фессионального статуса - юриста и историка.
Erцe более полная оценка профессионального статуса
Ф. У. Мейтланда и соответствующая его персональным характе­
ристикам как исследователя, содержится в словах П.Г. Виногра­
дова: « ... я знал трех великих людей: это мой учитель в Москве­
В. Ключевский, Т. Моммзен и ученый из Ксмбриджа»?". Ученый
из Кембриджа - Ф.У. Мейтленд, с которым П.Г. Виноградова дол­
гие годы связывали узы дружбы и научного сотрудничества.
Такой подход позволяет наиболее адекватно квалифицировать
Ф.У. Мейтленда как кембриджского ученого - разносторонне
одаренного историка (медиевиста, новиста, историка англий­
ского средневекового права, историка конституционной истории
Англии, историка государства и права, историографа), крупного
юриста, теоретика права, философа, лингвиста.
БИБЛИОГРАФИЯ
Барг МА. Исследования по истории английского феодализма в XI-
XIII вв. М., 1962. ,А,
Левицкий Я'А, Город и феодализм в Англии. М., 1987.
Савин АН, Английский юрист в роли историка // Журнал Мини-
стерства Народного Просвещения. СПб. 1900. N2 11.
СавинА.Н. Памяти Мэтланда // Русская мысль. М., 1907. Кн. 10.
BallardA. The Domesday Inquest. L., 1907.
Barker Е. Maitland as а Sociologist / / Sociological Review. 1937.
Vol.29.
Blaas Р. Continuity and Anachronism, Parliamentary and Constitutional
Development in Whig Historiography and in the Anti- Whig Reaction between
1890-1930 / / International Archive of History of Ideas. 1978. Vol. 91.
90 Fifoot C.H.S. Frederic William Maitland. А Life. Cambridge (Mass.), 1971. Р. 9.
(С. Файфут ссылается на профессора А. Кэмбелла из Эдинбургского универ­
ситета).

362
ГА. Сидорова
Buckland w.w. F.W. Maitland // The Cambridge Law Journal. 1923.
Уоl. 1. NQ 3.
Burrow J. W. А Liberal Descent. Victorian Historians and the English
Past. Cambridge, 1981.
CameronJ.R. Frederick William Maitland and the History of English
Law. Norman, 1961.
Elton G.R. F.W. Maitland. L., 1985.
Fifoot С. H.S. Pollock and Maitland. Glasgow, 1971.
FifootC.H.S. Frederic William Maitland. А Life. Cambridge (Mass.),
1971.
Fisher H.A.L. Frederic William Maitland, Downing Professor ofLaws of
England. А Biographical Sketch. Cambridge, 1910.
Gooch G.P. History and Historians in the Nineteenth Century. L., N.Y.,
Toronto. 1952.
HollondH.A. А Memorial Address. Selden Аппиа! Lecture 18-th March
1953. L., 1953.
HoltJ.C. Foreword to Frederic William Maitland. Domesday Book and
Beyond. Three Essays in Early History of England. Cambridge, N.Y., New
Rochelle, Melbourne, Sydney. 1987.
Macfarlane А. The Making of the Modern World: Visions from the West
and East. Palgrave, 2002.
Maitland F W. Domesday Book and Beyond: Three Essays in the Early
History of England. Cambridge, 1897.
Maitland F W. The History of English Law before the Time of Edward 1.
Ву Sir F. PollockandF.W. Maitland. 2 Vols. Cambridge, 1895, 2-nd ed. 1898.
Vol.l.
Maitland F W. The Life and Letters of Leslie Stephen. L., 1906.
Maitland F W. Why the History of English Law is Not Written. Ап Inau­
gural Lecture, Delivered in the Arts School оп 13 October, 1888. L., 1888 //
The Collected Papers of F. W. Maitland. Ву H.A.L. Fisher. Cambridge, 1911.
Vol.I.
Miller Ed. Introduction. F. W. Maitland. Domesday Book and Beyond.
L., 1960.
MilsomS.FC. А Supremely Good Historian / Review of G.R. Elton.
Frederic William Maitland // Times Literary Supplement. 1986.28 Febr.
Milsom S.F С. Introduction. The History of English Law before the Time
of Edward 1. Ву Sir F. Pollock and F. W. Maitland. 2 Vols. Cambridge. 1968.
Milsom S.F С. F. W. Maitland / / Proceedings of the British Academy.
1980. Vol. 66.
MilsomS.FC. Maitland // The Cambridge Law Journal. 2001. Vol. 60.
NQ 2. Jul. 2.
Milsom S.FC. "Pollock and Maitland": а Lawyer's Retrospect // The
History of English Law. Centenary Essays оп "Pollock and Maitland".
NeilJones. F.W. Maitland. Memorial Unveiled in Westminster АЬЬеу //
Cambridge Law Link. September, 2001. Issue 2.

Фредерик Уильям Мейтленд как историк
363
Plucknett т.р Т. Early English Legal Literature. Cambridge, 1958.
Plucknett Т'Е'Г. Maitland's View of Law and History // The Law Quar­
terly Review. 1951. Vol. 67. No. 2.
Schuyler R.L. The Historical Spirit Incarnate. Frederic William Mait­
land // The American Historical Review. 1952. Vol. 57. N22.
SmithA.L. Frederic William Maitland. Two Lectures and Bibliography.
Oxford, 1908.
The Collected Papers of Р. W. Maitland. Ву H.A.L. Fisher. Cambridge.
1911. Vol. 1.
The History of English Law. Centenary Essays оп «Pollock and Mai­
tland» / Ed. J. Hudson. (Proceedings of the British Academy 89.) Oxford:
Oxford, 1996.
The Letters of Frederic William Mai tland / / Ed. С .Н. S. Fifoot. Cambridge
(Mass.), 1965.
The Letters of Frederic William Maitland. Publications of the Selden So­
ciety. Vol. 11 // Ed. Dr. Р. Zutshi. Cambridge, 1995.
WormaldP. Frederic William Maitland and the Earliest English Law //
Law and History Review. 1998. Vol. 16. N2 1.
WormaldP. Maitland апdАпglо-Sахоп Law: Beyond Domesday Book //
The History of English Law. Centenary Essays оп "Pollock and Maitland".
Wormald Р. The Making of English Law: King Alfred to the Twelfth
Century. Oxford. 1999. Vol. 1.

УДК 930(44)"2012"::Жанна д' Арк
о.и. Тогоева
ювилвйный ГОД ЖАННЫ Д' АРК:
ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ ОБЗОР
Статья посвящена обзору научных работ, посвященных истории Жанны д' Арк
(ешае» johanniques), опубликованных во Франции в 2012-;2013 гг. в честь
БОО-летнего юбилея со дня рождения французской героини, традиционно дати­
руемого б января 1412 г. Автор обращает внимание как на переиздания иссле­
дований, давно ставших «классическими», так и на совершенно новые работы:
первую научную публикацию трактата Жака Желю De adventu Iohanne; ряд ис­
следований иконографии Жанны д' Арк; две ее новые биографии. Подробней­
шим образом в статье анализируются два издания: сборник статей «От еретич­
ки к святой. Пересмотр процессов Жанны д' Арк», вышедший под редакцией
Ф. Невё (Кан, 2012), и работа Ф. Контамина, о. Бузи и К. Элари «Жанна д' Арк.
Исторический очерк и словарь» (Париж, 2012). .,
Ключевые слова: Франция, средние века, Жанна д' Арк, юбилей, историография.
в 2012 г. во Франции отмечалось 600-летие со дня рождения
Жанны д'Арк (1412-1431). И хотя историческим сообществом дата
эта воспринимается как условная, к юбилею было издано внуши­
тельное количество самых разнообразных научных трудов. Любо­
пытно при этом отметить, что большинство данных публикаций
явились переизданиями старых и хорошо известных исследований.
К ним в первую очередь следует отнести многочисленные сочинения
XIX в., пусть и весьма заслуженные, но все же представляющие ско­
рее историографический, нежели сугубо научный интерес'. Точно
так же оказались переизданы и многие современные исследования,
1 Quicherat J. Арегсцв поцуеацх sur l'histoire de Jeanne d'Arc. Р., 2012 (l-е изд. -
1850); Belon M-J., Balme F. Jean Вгёпа], grand inquisiteur de France, et la rehabilitation
de Jeanne d' Arc. Р., 2012 (l-е изд. - 1893); Boucher de Molandon R. La famille de
Jeanne d' Агс: son sejour dans l'Orleanais: d'apres des titres authentiques гёсегшпепг
сесоцеепв, tableaux genealogiques. Р., 2012 (l-е изд. - 1878). Здесь же стоит упо­
мянуть и переиздания некоторых источников по эпопее французской героини:
Collection universelle des шегпопев particuliers relatifs а 1 'histoire de France. Т. УН:
Мешопев concemant la Рисеllе d'Orleans. Р., 2012 (l-е изд. - 1785); Hordal J. La
famille de Jeanne d' Агс: documents шёёпв, genealogie, lettres de J. Hordal et de Cl. du
Lys а СЬ. du Lys / РиЫ. pour la premiere fois par Е. de Bouteiller et G. de Braux. Р., 2012
(l-е изд. - 1878); Quicherat J. Proces de condamnation et de rehabilitation de Jeanne
d'Arc. Р., 2012 (l-е изд. - 1841-1849); Lanery d'Arc Р. Memoires et consultations еп
faveur de Jeanne d'Arc. Р., 2012 (l-е изд. - 1889).

Юбилейный год Жанны д 'Арк
365
ставшие уже «классическими»: монография К. Бон", посвященная
резкой критике теорий так называемых сюрвивистов и батардис­
тов ' вообще и недавней публикации Р. Санцига и М. Ге в частнос­
ти"; биография Жанны, вышедшая из-под пера О. Аниа", известная
работа супругов Дюби о двух процессах Девы6.
Вместе с тем безусловно следует отметить'и появление в
2012-2013 гг. совершенно новых публикаций по данной темати­
ке. В частности, исключительно полезным представляется мне
первое по-настоящему научное издание в 2012 г. одного из наибо­
лее важных французских теологических трактатов, посвященных
Жанне д' Арк, - De adventu Iohanne Жака Желю, епископа Амбре­
на, созданного в мае 1429 г. Именно с этим сочинением и с по­
явившимся практически одновременно с ним' De mirabili victoria
Жана Жерсона оказалось связано окончательное принятие де­
вушки французскими образованными кругами и приближенными
Карла VII в качестве истинной спасительницы королевства",
Прекрасным дополнением к небольшому, но яркому корпусу
уже существующих работ по иконографии Жанны д' Арк" стало
2 Веаипе С. Jeanne d' Arc. Уегпёв et legendes. Р., 2012 (l-е изд. - 2008).
3 Последователи теории сюрвивистов (от франц. survivre - выжить, уцелеть)
считают, что Жанне д' Арк удалось избежать смертной казни, покинуть Руан
и продолжить свою политическую и военную карьеру (возможно, под именем
Клод 'дез Армуаз). Батардисты (от франц. batard - бастард, внебрачный ребе­
нок) поддерживают идею королевского происхождения ЖаННЫ1 д' Арк, якобы
являвшейся дочерью Изабеллы Баварской и герцога Людовика Орлеанского.
4 Senzig R., Gay М L' Affaire Jeanne d' Arc. Р., 2007 (2-е изд. - 2009). Подробнее о
дискуссии, развернувшейся во Франции в 2007-2009 гг., см.: Тогоева О.И. Ис­
торические «секреты», или Средневековье для обывателя // Шестое Средневе­
ковье / под ред. М.А. Бойцова. М., 2014 (в печати).
5 Наппе О. Jeanne d' Arc. Biographie historique. Р., 2012 (l-е изд. - 2007).
6 Duby G., Duby А. Les ргосез de Jeanne d' Агс. Р., 2013 (l-е изд. - 1973; 2-е изд. -
1995). I
7 GeZu J. De lа venue de Jeanne. Un тгапё scolastique en faveur de Jeanne d' Агс
(1429) / Ed. et trad. раг О. Hanne, Aix-en-Provence, 2012. Трактат Ж. Жерсона
De mirabili victoria также был недавно переиздан. д. Хоббинс использовал для
своей публикации все сохранившиеся списки данного сочинения и постарался
учесть все имеющиеся в них разночтения: Hobbins D.B. Jean Gerson's Authentic
Tract оп Joan of Агс: Super Jacto Puellae е! credulitate sibi praestanda (14 Мау
1429) / / Mediaeval Studies. 2005. N2 67. Р. 99-155.
8 До сих пор неустаревшим считается монументальный труд А. Ле Нордеза:
Le Nordez A.-L.-M Jeanne d' Arc, racontee par l'image, d'apres les sculpteurs,
les graveurs et les peintres. Р., 1898. См. также: Jeanne d' Arc. Les tableaux de
l'Histoire, 1820-1920. Р., 2003; Heimann N.M Joan of Arc in French Art and
Culture (1700-1855). From Satire to Sanctity. Aldershot-Burlington, 2005.

366
О.И. Тогоева
исследование Ж. Клод, попытавшейся проследить, каким обра­
зом на протяжении столетий менялись представления французов
о внешности их героини", К нему логично примыкают изданный
Д. Александр-Бидон каталог выставки, посвященной детству
Жанны в Домреми!"; монография э. Дюмона, анализирующего
изменчивый образ французской героини в полнометражных и
телевизионных фильмах!"; и сборник статей, посвященный худо­
жественным образам Орлеанской Девы, созданным на юге Фран­
ции, и их использованию в культурной и политической жизни
региона!".
Наконец, стоит упомянуть и две новые биографии Жанны
д' Арк, только что появившиеся во Франции. Одна из них напи­
сана Гердом Крюмейхом, почетным профессором Университета
Дюссельдорфа и признанным знатоком истории восприятия фе­
номена Орлеанской Девы во Франции XIX-XX вв.Ч Ее биография
изучена в высшей степени подробно, с опорой на все дошедшие
до нас источники ХУ в., что исключает саму возможность воз­
никновения каких бы то ни было домыслов по поводу ее гипоте­
тического королевского происхождения или спасения с места каз­
ни. Понимая, однако, живучесть подобных мифов, в заключении
Г. Крюмейх обращается к уже упоминавшейся выше дискуссии
2007-2008 гг. вокруг книги Р. Санцига и М. re14: он резко осужда­
ет отказ сюрвивистов и батардистов от работы с историческими
источниками, в чем кроется, с его точки зрения, главная причина
появления их удивительных, а порой и скандальных сочинений.
Вторая биография Орлеанской Девы, вышедшая в январе
2013 г., принадлежит не менее известному специалисту по ешаез
johanniques Оливье Бузи, научному директору Центра Жанны
д' Арк в Орлеане. В своей монографии он предлагает взглянуть
на ее историю сквозь призму глобальных процессов, ставших от­
личительной чертой европейского ХУ в.: расцвета религиозного
мистицизма и профетизма, социальных и общественных изме­
нений, происходивших в то время в обществе, наконец, истории
9 Claude J. Le visage de Jeanne d' Arc. Arles, 2012.
10 Grandir аu Моуеп Age: l'enfance de Jeanne d' Агс / Ed. par D. Alexandre-Bidon.
Saint-Etienne, 2012.
11 Dumont Н. Jeanne d' Агс, de l'histoire а Г'ёсгап: сшегпа et television. P.-Lausanne,
2012.
12 Jeanne d' Агс entre la terre et le ciel du Midi. Regards гпегкйопацх sur la Ьоппе
Lorraine, XV-ХХlе siecles / Sous la dir. de С. Amalvi et J. Deramond. Р., 2012.
13 Ккителсп G. Jeanne d' Агс еп уепте. Р., 2012.
14 См. примеч. 4.

Юбилейный год Жанны д 'Арк
367
Столетней войны'". Книга о. Бузи может служить, таким образом,
неким проводником в мир, В котором жила и действовала Жанна
д' Арк, что во многом облегчает понимание ее феномена.
В целом следует признать, что новые исследования по истории
Орлеанской Девы, вышедшие во Франции в 2012-2013 ГГ., отлича­
ет исключительно высокий профессиональный уровень. Пусть их
количество и не столь впечатляюще, как можно было бы ожидать,
но их качество не вызывает ни малейших сомнений. Особенно
мне бы хотелось отметить два издания: сборник материалов меж­
дународного коллоквиума под общей редакцией Франсуа Певё"
и совершенно новаторский по форме подачи материала словарь
о Жанне д' Арк, подготовленный Филиппом Контамином, Оливье
Бузи и Ксавье Элари!".
Как это ни удивительно, но сборники статей, посвященные
истории Жанны д' Арк, представляют собой достаточно редкое
явление во французской историографии'", Новое издание стало
результатом работы прежде всего нормандских ученых - истори­
ков, филологов, культурологов, специалистов по музейному делу,
вместе с которыми свои доклады представили известные специ­
алисты из Германии, Англии и США. Узнать подробнее об их
сфере интересов, об их основных публикациях и научных планах
читатели могут из помещенного в конце сборника перечня авто­
ров с краткими биографическими справками. Не менее полезным
окажется и библиографический список, в котором нашли отраже­
ние наиболее значимые с точки зрения составителей публикации
источников, а также научные работы по истории Жанны д' Арк,
и прежде всего исследования материалов двух ее процессов: об­
винительного 1431 г. и реабилитационного 1455-1456 гг. Данный
обзор помимо прочего поможет читателям лучше представить
себе то место, которое авторы сборника отводят своему творению
в долгой истории ешаез johanniques. Той же цели служит и крат­
кий экскурс в историографию вопроса, предпринятый Ф. Невё
в предисловии, где, в частности, про слеживается судьба всех
15 Bouzy о. Jeanne d' Arc et son siecle. Р., 2013.
16 De l'heretique а la sainte. Les ргосез de Jeanne d' Arc гемвпёз // Actes du colloque
international de Cerisy (1-4 octobre 2009) / Ed. par F. Neveux. Саеп, 2012.
17 Contaтine Ph., Воиzу о., Нейиу Х Jeanne d' Arc. Histoire et dictionnaire.
Р.,2012.
18 Из наиболее знаковых для ешае» johanniques во Франции стоит назвать: Jeanne
d' Агс, une еросце, ип rayonnement. Colloque d'histoire medievale, Опеапз,
octobre 1979. Р., 1982; Images de Jeanne d'Arc / Sous la dir. de J. Maurice et
D. Couty. Р., 2000.

368
о.и. Тогоева
существующих на сегодняшний день публикаций материалов
двух процессов.
В целом, как полагают участники коллоквиума, их сборник
направлен на определенный прорыв в наших знаниях о процес­
сах Жанны д' Арк, об обстоятельствах их прохождения, о языке,
на котором были записаны и переписаны их материалы, об их
содержательной стороне, об их значении в истории восприятия
Орлеанской Девы во Франции и за ее пределами, наконец, о са­
мой возможности использования этих текстов в качестве истори­
ческих источников. Подобное коллективное исследование нельзя
назвать чем-то исключительным для ешае» johanniques, посколь­
ку материалы процессов уже с середины XIX в. (с момента появ­
ления работ ж. Кишра) признавались важнейшими для изучения
феномена Жанны д' Арк и истории Франции ХУ в. Тем не менее
Ф. Невё именует его некоей «точкой отсчета» (point de аерап'; для
последующих поколений специалистов. И делает это, как кажет­
ся, совершенно не случайно.
На первый взгляд, может показаться, что перед нами типич­
ный продукт ешае» [опапплаиез. Об этом свидетельствует весьма
традиционное строение сборника: все представленные статьи рас­
пределены в нем по трем большим разделам, первый из которых
посвящен историческому контексту двух руанских процессов,
второй касается непосредственно их особенностей, а в третий
собраны ис�ледования особенностей восприятия и использова­
ния образа Жанны д' Арк на протяжении последующих столетий,
вплоть до ХХI в. Все эти сюжеты уже не раз становились пред­
метом специального изучения, и, казалось бы, трудно найти ка­
кой-то новый поворот в той или иной теме. Тем не менее, как мне
представляется, это удалось сделать большинству авторов.
Остановимся для начала на исследованиях общего историчес­
кого контекста процессов 1431 и 1455-1456 гг. В данных статьях
внимание привлекают прежде всего два обстоятельства. Первое -
это максимально возможное использование архивных матери­
алов, привлечение которых (в отличие, к примеру, от данных
хронистики) позволяет значительно более выпукло представить
повседневную жизнь Нормандии в период английского влады­
чества, особенности положения горожан, церкви, знати вРуане
и его окрестностях, влияние войны на финансовые вопросы и на
отношения герцогства с Карлом VII (статья А. Садурни), а также
составить полное представление об основном месте действия -
руанском замке, где проходил обвинительный процесс Жанны

Юбилейный год Жанны д 'Арк
369
д' Арк И где содержалась она сама на протяжении 1430-1431 гг.
(статья Ф. Лардена)!". Второе, на что следует обратить внима­
ние, - это интерес участников сборника к локальному контекс­
ту, к роли собственно нормандцев в Столетней войне, к участию
Пьера Кошона, главного судьи Жанны д' Арк, не только в ее про­
цессе, но и в предшествовавших ему политических и военных со­
бытиях, в частности, в заключении договора в Труа 1420 г. (ста­
тья Ф. Невё)20.
Отдельно хотелось бы отметить чрезвычайно интересное (хотя
в ряде моментов и спорное) исследование английского историка
э. Карри, посвященное обстоятельствам создания так называемой
двойной монархии в Англии и Франции". Сквозь призму именно
этой проблемы автор рассматривает особенности отношения анг­
личан к Жанне д'Арк в 1429-1431 гг. и пытается, таким образом,
ответить на давно интересовавший историков вопрос, почему в эти
годы не было создано ни одного английского текста, полностью
посвященного Деве, и она практически не упоминалась англий­
скими авторами+'. По мнению э. Карри, связано это было с тем,
что англичане (прежде всего королевские приближенные во главе
с герцогом Бедфордом) не считали появление во французских
войсках некоей неизвестной девушки сколько-нибудь сущест­
венным фактором, способным радикально изменить расстановку
политических сил. Все их внимание было приковано к сложным
отношениям между французским королем и герцогом Бургунд­
ским, ведшими с 1429 г. переговоры о возможном перемирии.
В планы англичан подобное развитие событий не входило, а по­
тому основные свои силы они тратили на обеспечение надежного
тыла в Нормандии для доставки во Францию юного Генриха УI
и его последующей коронации как короля двух стран, а вместе
с тем на укрепление союза с Бургундией, которой при двойной
монархии была обещана совершенно особая политическая роль.
Решению этих двух задач и были подчинены, по мнению авто­
ра, все военные кампании англичан во Франции в 1429-1430 гг.,
19 Sadourny А. Rouen аи temps des ргосез de Jeanne d' Arc // De Гпёгепоце а la
sainte. Р. 39-48; Lardin Ph. Le спагеац de Rouen аи moment du ргосев de Jeanne
d' Arc // Ibid. Р. 49-67.
20 Neveux F. Le contexte historique des ргосез de Jeanne d' Агс // Ibid. Р. 25-37.
21 Curry А. Les Anglais [асе аи ргосев // Ibid. Р. 69-87.
22 Впервые данная проблема была обозначена в историографии еще в начале
ХХ в.: Waugh wr. Joan of Агс in English Sources of the Fifteenth Century //
Historical Essays in Honor of James Tait / Ed. J.G. Edwards, У.Н. Galbraith,
E.F. Jacob. Manchester, 1933. Р. 387-398.

370
О.И. Тогоева
в том числе собственно пленение Жанны д' Арк: успех данной
операции не только был воспринят как добрый знак в момент при­
бытия на континент Генриха VI, но и позволил оправдать в глазах
его подданных рост налогов и увеличение расходов на войну. Вот
почему в английских источниках, созданных в тот период, данное
событие получило подробное освещение, в отличие, к примеру,
от процесса и казни Девы, которые представляли интерес для
двойной монархии только как способ дезавуировать претензии
Карла VII на французский престол, вернуться к условиям догово­
ра в Труа и подготовить почву для коронации Генриха VI.
Как бы там ни было, но авторы сборника, напротив, уделили
особое внимание обстоятельствам проведения обвинительного
процесса Жанны д' Арк. Так, в работе историка права с. Пуаре
поднимается вопрос, насколько процесс 1431 г. соответствовал
нормам процессуального права, был ли он проведен с наруше­
ниями и если да, то с какими. Данная тема может считаться новой
лишь для французских ешаез johanniques, поскольку ее подроб­
нейшему рассмотрению были в свое время посвящены моно­
графии Ч. Лайтбади и К. Салливан+'. с. Пуаре, по-видимому, не
знакома с этими работами (во всяком случае, она на них не ссы­
лается), хотя использует тот же метод исследования: сравнение
норм процессуального инквизиционного права с обстоятельства­
ми прохождения процесса 1431 г. Об оправданности столь фор­
мального подхода можно спорить, тем более что автор приходит
к тому же выводу, что и ее американские коллеги: Пьер Кошон
сделал все от него зависящее, дабы процедура была соблюдена
максимально полно, что позволило бы ему впоследствии отвести
от себя любые претензии юридического характера".
Значительно более интересным является исследование
В. Таббага, посвященное непосредственным участникам процес­
са 1431 г. - заседателям, вместе с Пьером Кошоном принявшим
участие в суде над Жанной д' Арк25. Несмотря на то что истори­
кам известны их имена и общее количество, до сих пор не пред­
принималось попыток разобраться, какую именно роль каждый
23 Lightbody С. W. The Judgements of Joan: Joan of Агс, а Study in Cultural
History. Cambridge (Mass.), 1961; Sullivan К. The Interrogation of Joan of Arc.
Minneapolis, 1999.
24 Poirey S. La ргосеоцге d'inquisition et son application аи ргосез de Jeanne d' Агс //
De Птёгепопе а la sainte. Р. 91-110.
25 Tabbagh V. Les assesseurs du ргосев de condamnation de J еаnnе d' Arc / / Ibid.
Р. 111-126.

Юбилейный год Жанны д 'Арк
371
из них сыграл на процессе, насколько активно они участвовали в
каждом этапе следствия, как вели себя при вынесении приговора.
Данные лакуны и призвана заполнить работа В. Таббага, ставшая
буквально первым шагом в изучении подобной тематики, ведь об
этих людях (об их происхождении, образовании, профессиональ­
ной карьере) мы почти ничего не знаем. Исключение составляет,
пожалуй, лишь сам Пьер Кошон, жизнь и политическая карьера
которого изучена со всех мыслимых точек зрения".
Совершенно отдельный интерес представляют еще две статьи,
помещенные во второй раздел сборника. Обе они посвящены про­
блемам языка, на котором велись допросы Жанны д' Арк в 1431 г.,
а затем делались записи и составлялся официальный текст. Раз­
ночтения во французской минуте и латинской версии материалов
дела заинтересовали филологов-латинистов, п. Буэ и о. Дебор­
да27. Авторы честно признают, что находятся лишь в самом на­
чале долгого пути по сравнению лингвистических особенностей
двух текстов. Их промежуточный - но крайне важный - вывод
заключается в том, что при переводе показаний Жанны д' Арк и
создании официальной версии материалов использовалась «вуль­
гарная» латынь, лишь в очень ограниченном числе случаев до­
полненная литургическими и каноническими формулировками и
цитатами. Учитывая, что до сегодняшнего дня наши представле­
ния о латинском варианте текста являлись практически диамет­
рально противоположными (принято было считать, что в данном
случае мы имеем дело с «ученой» латынью), следует признать,
что исследование п. Буэ и о. Деборда является действительно
совершенно новаторским для егиаез johanniques.
Не менее интересным вкладом в наши знания о процессе
1431 г. стала и работа филолога К. Бужи, специалиста по исто­
рии французских диалектов, посвященная языковым особенно­
стям двух сохранившихся до наших дней копий французской
минуты (черновиков допросов Жанны д' Арк). Как отмечает
исследовательница, по текстам манускрипта Урфе 1455 г. и
Орлеанского манускрипта, созданного между 1498 и 1515 г.,
можно с уверенностью сделать вывод о том, из какой местности
происходили их авторы (переписчики). Особенности написания
26 См., в частности: Neveux F. L'eveque Pierre Cauchon. Р., 1987; Favier J. Pierre
Cauchon. Comment оп devient le juge de Jeanne d' Arc. Р., 2010.
27 Воиеt Р., Desbordes О. Le latin des interrogatoires de Jeanne d' Arc. Comparaison
entre la minute Ггапсагзе et les traductions officielles qui еп furent епссшёсв / / De
Птегёпоце а la sainte. Р. 127-146.

372
О.И. Тогоева
многих слов и использование весьма специфических диалектиз­
мов указывают, в частности, на то, что манускрипт из Орлеана в
дейсгвитсльностибыл составлен парижанином или человеком,
который отлично знал и умел применять на практике столичные
новшества в произношении и написании французских слов. Что
же касается манускрипта Урфе, то его анализ подтверждает су­
губо провинциальное - нормандское - происхождение автора,
который совершенно очевидно не обучался в Париже и знание
родного языка которого оставалось традиционным для его места
жигельства ".
К исследованиям, посвященным процессу 1431 г., логично
примыкают работы по истории реабилитации Жанны д' Арк. Сле­
дует, отметить, что и они относятся к совершенно новому, хотя и
давно ожидаемому, повороту в елиаез johanniques - к изучению
теологических трактатов, созданных специально для процесса
1455-1456 гг. Статья Ф. Мишо-Фрежавиль посвящена трактовке
одного из самых спорных для современников Орлеанской Девы
вопроса - оправданности ношения ею мужского костюма.".
Проанализировав все свидетельские показания на процессе по
реабилитации и выкладки теологов, автор приходит к весьма
неожиданному выводу: по ее мнению, данная тема практически
не поднималась в ходе процесса, ее предпочли замолчать. С дан­
ным утверждением хочется поспорить уже хотя бы потому, что
Ф. Мишо-Фрежавиль не анализирует всех аргументов теологов.
В частности, она обходит молчанием интереснейшие коммента­
рии Робера Цибуля и Жана Бреаля к рассуждениям Александра
Галенского, единственного, насколько можно судить, средневеко­
вого автора, подробно рассматривавшего вопрос о допустимости
переодевания женщин и мужчин. Тем не менее работу Ф. Мишо­
Фрежавиль можно назвать первым подробным исследованием
данных теологических трактатов. То же самое относится и к
статье Ф. Контамина, впервые изучившего авторов этих сочине­
ний с просопографической точки зрения и представившего свои
соображения о том, каким образом в их текстах процесс 1431 г.
оказался интерпретирован как сугубо политический".
28 Bougy С. La langue des deux textes еn fran<;ais des interrogatoires de J еаnnе
d'Arc // Ibid. Р. 147-163.
29 Michaud-Fnijaville F. D'un ргосёв а l'autre: Jeanne еn habit d'homme // Ibid.
Р. 165-176.
30 Contamine Ph. La rehabilitation de la Рисе1lе vue аи prisme des Tractatus super
materia processus: иnе ргорёсешюце // Ibid. Р. 177-195.

Юбилейный год Жанны д 'Арк
373
Завершает второй раздел сборника весьма любопытное ис­
следование П.-Ж. Гиро, посвященное давно и хорошо известному
сюжету - истории Клод дез Армуаз, самой знаменитой самозван­
ки, выдававшей себя за Жанну д'Арк ". Впрочем, как справед­
ливо отмечает автор, данная тема лишь, относительно недавно
заинтересовала профессиональных историков, поводом для- чего
послужила уже упоминавшаяся выше исключительная -актив­
ность французских сюрвивистов-батардистов. Работа П.-)К. Гиро
интересна уже своим подходом: история Клод дез Армуаз пред­
ставлена здесь в рамках nравового контекста и всех процессов
(гражданских и уголовных), в которые она оказалась вовлечена.
И хотя собственно судебных документов в нашем распоряжении
находится крайне немного, и основную информацию приходится
черпать из хроник и художественных текстов, наблюдения автора
позволяют ему с полным правом задаться вопросом: кого все-та­
ки видели современники в Клод дез Армуаз? Была ли она для них
истинной Жанной д'Арк, чудесным образом избежавшей гибели
на костре в Руане или они все-таки понимали, что имеют дело с
совершенно другой женщиной, чьи манеры и привычки оказались
просто слишком похожи на стиль поведения Девы? Как полагает
П.-Ж. Гиро, для многих авторов ХУ в. (в частности, Тома Базена
или Иоганна Нидера) вторая точка зрения была все же ближе - в
отличие, к примеру, от историков XIX в., которых возмущал сам
факт самозванства. Однако остается лишь догадываться, явля­
лось ли присвоение чужой личности уголовным преступлением
в глазах европейцев ХУ в. или они осуждали в Клод те же самые
черты, которые казались им сомнительными в Жанне: ношение
мужского костюма, участие в военных кампаниях, возможное
впадение в ересь ...
Завершает сборник большой раздел, посвященный восприятию
и использованию образа Жанны д' Арк в веках. Нельзя сказать, что
собранные здесь работы отличаются особой оригинальностью.
В большинстве своем они достаточно описательны и представ­
ляют интерес лишь фактическим материалом. Это касается и
статьи я. Риголе об использовании образа Девы в политической
полемике во Франции после Второй мировой войны; и статьи
Н.-Ж. Шален о живописных и скульптурных изображениях Жан­
ны со времен Реставрации до конца Первой мировой войны; и
исследования Ж. Дерамон о театральных и музыкальных про-
31 Girault P.-G. Les ргосез de Jeanne-Claude des Armoises // Ibid. Р. 197-210.

374
о.и. Тогоева
изведениях, посвященных Деве и созданных в XVIII-XX вв.; и
краткой заметки В. Амьеля об образе Жанны в кинематографе ",
В некотором разочаровании остается читатель и после про­
чтения статей М. Гере-Лаферте и Д. Фрайоли - известнейших ме­
диевистов, посвятивших немало работ феномену Жанны д' Арк33.
Тем не менее оба автора, повествуя о восприятии процессов 1431
и 1455-1456 гг. в художественной литературе ХУ в., допускают
непростительную, с моей точки зрения, ошибку: они полностью
исключают французских авторов из общеевропейского культур­
ного контекста, лишая их тем самым связи с предшествующей и,
что более важно, с последующей литературной традицией. Так,
М. Гере-Лаферте отмечает, что главным действующим лицом Ditie
de Jeanne d'Arc Кристины де Пизан являлась не сама Жанна, но
Карл VII. Однако это в высшей степени справедливое наблюдение
она подкрепляет лишь ссылкой на политическую направленность
всего сочинения и вовсе не учитывает влияния на французскую
поэтессу итальянского гуманизма с его исключительным внимани­
ем к фигуре правителя. Точно так же «забывает» о значении гума­
нистических веяний и Д. Фрайоли: образ Жанны д' Арк У Мартина
Ле Франка в ее трактовке оказывается полностью лишен опоры на
итальянскую традицию составления жизнеописаний знаменитых
женщин, с которой бургундский автор был прекрасно знаком.
Единственным, пожалуй, по-настоящему новаторским иссле­
дованием в третьей части сборника стала, с моей точки зрения,
статья о. Бузи, посвященная истории изучения текстов обвини­
тельного и реабилитационного процессов в Новое время34. Автор
предлагает читателям поразмышлять над любопытным парадок­
сом: при огромном количестве копий материалов двух дел, создан­
ных во Франции до конца XVIII в., практически никто из писав­
ших в этот период о Жанне д' Арк авторов данными кодексами не
пользовался. о. Бузи объясняет эту странную, на первый взгляд,
ситуацию тем, что первыми специалистами по ешаез johanniques
32 Rigolet У. Entre ргосев d'intention et generations succesives: historiographie du
mythe Jeanne d' Arc de lа Шэегапоп а nos jours // Ibid. Р. 249-271; Chalin N.-J.
Images de Jeanne d' Arc аих XIXe et ххе siecles // Ibid. Р. 273-284; Deramond J.
Jeanne d' Агс еп ргосёв, аи theatre et еп musiques // Ibid. Р. 285-296; Amiel V. Les
тергевегпатюпв de Jeanne d' Агс аи сшегпа э? Ibid. Р. 297-303.
33 Gueret-Laferte М. Jeanne la Preuse, Jeanne la Sainte: la "Рисеllе" dans le Ditie de
Jehanne d'Arc de Christine de Pizan // Ibid. Р. 213-226; Fraioli D. Images des deux
ргосез de Rouen dans la Нпегашге тгапсшве du хуе siecle // Ibid. Р. 227-234.
34 Bouzy о. Le souvenir des proces dans 1 'historiographie de J еаппе d' Arc / / Ibid.
Р.235-247.

Юбилейный год Жанны д 'Арк
375
становились отнюдь не историки, но юристы, теологи и медики,
которые привлекали тексты протоколов 1431 и 1455-1456 гг. ис­
ключительно ради изучения особенностей процессуального права
и религиозных идей той эпохи, либо пытались на основании этих
документов провести заочное медицинское освидетельствование
Орлеанской Девы. Однако никто из них не писал ее историю. Даже
самая первая биография Жанны, созданная в XVII в. с опорой на
материалы процессов, принадлежала перу теолога - Эдмона Ри­
ше ", после которого лишь Клеман де Л' Аверди в самом конце
XVIII в. предпринял попытку ввести эти документы в научный
оборот". Та же ситуация повторилась уже в начале ХХ в., когда
юридическое и теологическое прочтение феномена Жанны д' Арк
на какое-то время заслонило ее историческое изучение, что было
обусловлено готовящейся канонизацией французской героини.
Эти особенности ешаез johanniques во Франции необходимо, по
мнению О. Бузи, всегда держать в голове и учитывать при анализе
существующей историографии вопроса.
Таким образом, следует признать, что прав был Ф. Невё: из­
данный им сборник действительно открывает новые проблемы,
связанные с изучением эпопеи Жанны д' Арк и нашего главного
источника информации о ней - материалов двух ее процессов,
и его с полным правом можно рассматривать в качестве первого
шага на пути освоения данной тематики.
Совершенно иное впечатление оставляет по прочтении сло­
варь о Жанне д' Арк, призванный дать ответы на все существу­
ющие вопросы, стать, если угодно, последним словом в елиаез
johanniques. Как я уже упоминала выше, данная работа решена в
принципиально новом для исследований по истории французской
национальной героини ключе. Она вышла в издательстве «Робер
Лаффон» в весьма специфической серии, главной отличитель­
ной чертой которой является наличие подробного историческо­
го очерка, посвященного тому или иному явлению прошлого и
предваряющего собственно словарную часть ". В случае Жанны
35 Richer Е. Histoire de lа Рисеllе d'Orleans / Ed. раг Ph.-H. Dunand. Р., 1911-1912.
2 уо].
36 L 'Averdy С.-С.-Р. de. Notice du ргосев de revision et d'absolution de Jeanne
d' Arc // Notices et extraits de lа Bibliotheque du roi. Р., 1790. Т. 3. Р. 1-553.
37 Из других изданий «Робера Лаффона» см., к примеру: Меnаn! F., Martin Н.,
Merdrignac В., Сhаиvin М Les Сарецепа. Histoire et Dictionnaire, 987-1328.
Р., 1999; Jоиаnnа А., Biloghi D., Натоп Ph., Le Thiec G. La France de lа
Renaissance. Histoire et Dictionnaire, vers 1470-1559. Р., 2001.

376
О.И. Тогоева
д' Арк подобный очерк дополнен весьма полезными для читате­
лей вспомогательными материалами: описанием маршрута, про­
деланного девушкой с момента ее первого появления в мае 1428 г.
в Вокулере и до прибытия в Руан 23 декабря 1430 г. в качестве
пленницы англичан; картами, наглядно демонстрирующими все
эти перемещения; списком источников и избранных трудов по ис­
тории Франции ХУ в. и эпопее Девы; кратким обзором докумен­
тов, в которых она упоминалась при жизни; наконец, именным
указателем.
Сам очерк поражает своей монументальностью: он занимает
около 500 из 1200 страниц текста и посвящен не только биографии
Жанны д' Арк, но И истории ее восприятия во Франции вплоть до
наших дней. Несмотря на то что в создании этого обобщающего
исследования приняли участие все три автора, оно, безусловно,
написано с единой методологической позиции и обладает неко­
ей общей концепцией, с позиции которой анализируются те или
иные события.
Прежде всего, это касается первой части очерка, посвященной
непосредственно личности Орлеанской Девы и ее действиям на
политической сцене (Р. 33-293). Данная информация представле­
на на фоне широкого исторического контекста, а главный акцент
сделан на проблеме существования двойной монархии после до­
говора в Труа. Авторов интересует реальность подобного союза
с точки зрения главных действующих лиц европейской истории
первой трети ХУ в., их попытки перевести существовавшие на бу­
маге решения в практическую плоскость, военные и политические
демарши, предпринятые в этом направлении. Пожалуй, за долгую
историю ешаез johanniques в данном очерке действия всех участ­
ников событий 1420-1430 гг. впервые получили оценку с подоб­
ной точки зрения, что позволяет совершенно по-новому оценить
то место, которое заняла на политической сцене сама Жанна д' Арк
после прибытия к королевскому двору, во многом уточнить отно­
шение к ней окружения Карла VII и его противников, а также тех,
кто придерживался нейтралитета в затянувшемся англо-француз­
ском конфликте. Несмотря на существование весьма многочислен­
ных английских исследований по данной проблематике, во Фран­
ции разработка сюжетов, связанных с осуществлением «проекта»
двойной монархии, еще только начинается, и настоящее издание
можно рассматривать как значительный шаг в этом направлении.
Что касается собственно истории Жанны д' Арк, то И здесь
работа Ф. Контамина, о. Бузи и К. Элари отнюдь не является

Юбилейный год Жанны д 'Арк
377
повторением давно известных фактов. Безусловно, она выстро­
ена по хронологическому (а не по проблемному) принципу, но
авторы стремятся дать ответы на самые важные и спорные воп­
росы, издавна интересующие специалистов (Р. 58-75). Так, в био­
графическом очерке основное внимание уделено происхождению
фамилии героини и проблеме ее произношения, породившей
впоследствии различия в ее написании. Не менее подробно изу­
чен вопрос о прозвище Жанны - «Дева» (Pucelle) - и отмечены
две главные его компоненты: указания на девственность девушки
и на ее возраст. Совершенно справедливо обозначена символи­
ческая составляющая образа французской героини с точки зрения
ее современников, получившая особое звучание после снятия ан­
глийской осады с Орлеана и коронации Карла VII в Реймсе, На­
конец, досконально изучен вопрос о времени рождения Жанны и
сделан крайне осторожный вывод о том, что это событие можно
отнести к 1410-1413 ГГ., однако указания на точный день ее появ­
ления на свет (6 января 1412 г.) нельзя рассматривать как досто­
верные из-за слишком явного совпадения этой даты с праздником
Богоявления.
Не менее любопытны и другие разделы исторического очерка.
Рамки данного обзора не позволяют остановиться на них подроб­
но, однако несколько важных наблюдений авторов все же следует
отметить. В частности, пожалуй, впервые в ешаез johanniques в
словаре указано на особую роль Орлеана в создании своеобразно­
го культа Девы во Франции: именно сочинения местных авторов
второй половины ХУ - первой половины ХУI в. на протяжении
нескольких столетий составляли основной корпус документов,
посвященных Жанне д' Арк (Р. 294-300). Точно так же впервые в
словаре оказались обозначены две цели проведения процесса по
реабилитации девушки: аннуляция приговора 1431 г. и восстанов­
ление репутации героини, что способствовало росту количества
откликов на ее эпопею (Р. 332,377-379). Авторы издания впервые
в историографии установили последовательность действий всех
участников процесса 1455-1456 ГГ., а также точное время созда­
ния всех документов, вошедших в официальные материалы этого
дела (Р. 336-338). Был дан краткий пересказ всех теологических
трактатов, созданных для процесса 1455-1456 гг. (Р.365-374).
Наконец, впервые в истории ешаез johanniques со всей опреде­
ленностью было заявлено, что XVI-XVIII вв. не были временем
забвения Жанны д' Арк, как считалось до сих пор, она оставалась
одним из центральных персонажей сочинений не только француз-

378
о.и. Тогоева
ских, но И иностранных авторов (достойное место среди которых
уделено в словаре итальянским гуманистам), что в создании ее
образа в этот период (а также позднее) преобладала политическая,
нежели религиозная составляющая, позволяющая использовать
образ Орлеанской Девы французским политикам самого разного
толка даже в ХХI в. (Р. 396, 404-406, 442-463).
Вместе с тем следует отметить и некоторые недостатки изда­
ния. Главным из них, на мой взгляд, является не всегда критичес­
кое отношение к средневековым текстам и, прежде всего, к мате­
риалам обвинительного и реабилитационного процессов Жанны
д' Арк. К сожалению, их данные часто используются авторами без
предварительного текстологического анализа, без учета созна­
тельной редактуры судебных показаний и явно пропагандистской
направленности обоих дел, что приводит к весьма странным за­
ключениям. Так, за чистую монету принимаются рассказы одно­
сельчан Жанны, подчеркивавших «особую» набожность девушки
(Р. 72). Если вспомнить, однако, что процесс по реабилитации,
для которого собирались данные показания, был в том числе на­
правлен на создание образа Девы как истинного пророка, как спа­
сительницы королевства и «практически святой», то сведения о
ее исключительной религиозности предстают в совершенно ином
свете. Не менее странно выглядит и использование в подтверж­
дение тех или иных тезисов прямой речи Жанны д' Арк, Т.е. цитат
из ее показаний в 1431 г. и даже из хроник (Р. 104, 177, 234)38: ав­
торы как будто забывают, что перед нами отнюдь не стенограмма,
что принципы, по которым составлялись средневековые судебные
протоколы, весьма далеки от современных, а потому относиться к
подобного рода документам следует предельно осторожно".
Одна из наиболее интересных проблем в ешаез johanniques -
легендарные черты в описаниях первой встречи Жанны с дофином
38 Важно отметить, что подобное невнимание авторов очерка к текстологиче­
ским проблемам, порождаемым средневековыми источниками, не является
случайностью. Та же особенность наблюдается и в словарной части издания,
где читатель может ознакомиться со статьями «Высказывания Жанны д' Арк»
(Citations de Jeanne d'Arc), «Юмор [Жанны]» (Humor), «Язык [Жанны]»
(Paroles, langage) и даже «Ругательства [Жанны]» (Blaspheme), в которых
также отсутствует критический подход к материалам процесса 1431 г. и к
хронистике.
39 Позволю себе сослаться здесь на собственную статью, посвященную данной
проблеме: Тогоева О.И. «Уповаю на Него и не боюсь ... » (Ис 12:2). Прямая
речь Жанны д' Арк на процессе 1431 г. // Одиссей. Человек в истории - 2008.
М., 2009. С. 62-80.

Юбилейный год Жанны д 'Арк
379
Карлом вШиноне - объясняется в словаре всего лишь неимовер­
ным «потрясением», которое испытали в тот момент современ­
ники событий (Р. 108-109). Подобная трактовка, однако, никак
не проясняет, зачем в таком случае потребовались многоэтапные
допросы девушки, что само по себе уже намекало на весьма не­
однозначную оценку ее появления при дворе. Следует признать,
таким образом, что авторы не рассматривают возможность из­
учения эпопеи Жанны д' Арк сквозь призму доктрины discretio
spirituum (различения духов), предложенную в 2000 г. Д. Фрайо­
ли'", Попытке, предпринятой королевскими советниками с целью
разобраться, с кем они имеют дело - с истинным или ложным
пророком, В словаре, к сожалению, не уделено никакого внима­
ния. Вот почему особенностям описания свидания в Шиноне, как,
впрочем, и не совсем ясному на первый взгляд понятию «знак»,
используемому во французских источниках 1429 г. применитель­
но к снятию осады с Орлеана, не дается здесь никакого внятного
объяснения (Р. 142). Точно так же авторы никак не отвечают на
вопрос, зачем в материалы процесса по реабилитации оказался
включен трактат Жана Жерсона, а ведь именно в его De mirabili
victoria, написанном в мае 1429 г., поведение Жанны д' Арк под
Орлеаном и одержанная ею победа рассматривались прежде все­
го в рамках discretio spirituum, т.е. как знак, данный девушкой в
подтверждение божественного характера своей миссии (Р. 365).
Вместо анализа данной доктрины применительно к истории Девы
в словаре предложена совершенно новая трактовка первых меся­
цев политической карьеры Жанны. Авторы полагают, что именно
тогда с пропагандистскими целями было собрано некое «досье»
на девушку, которое рассылали всем сторонникам Карла VII и из
которого все заинтересованные лица могли почерпнуть нужные
сведения, касающиеся характера ее миссии (Р. 114-115). Изна­
чально в «досье» входили около 20 документов, но со временем
их количество увеличилось. Данная гипотеза, однако, не находит
подтверждения в источниках, а потому при всей своей внешней
привлекательности выглядит совершенно недоказанноЙ.
Досадные лакуны обнаруживаются и при знакомстве со второй
частью исторического очерка, в котором речь идет о восприятии
феномена Жанны д' Арк во Франции в XVI-XXI вв. В частности,
без внимания остается роль кардинала Ришелье в популяризации
40 Fraioli D. Joan of Агс: The Early Debate. Woodbridge, 2000. См. также: Тогое­
еа О.И. Формирование культа святой Жанны д' Арк и политическая культура
Франции (XV-XIX вв.). М., 2013 (на правах рукописи).

380
о.и. Тогоева
ее образа, в его использовании во благо французского абсолютиз­
ма, что могло бы в свою очередь объяснить появление огромного
количества сочинений, посвященных Деве, в первой половине
XVII в. (Р. 429-441). Неверно, с моей точки зрения, указан и
период особого вниманиякатолической церкви к фигуре Жанны
д' Арк - 1890-1905 гг. (Р. 457): таким образом из поля зрения чи­
тателей выпадает деятельность монсеньора Феликса Дюпанлу,
епископа Орлеанского (1849-1878), положившего начало процес­
су канонизации французской героини.
В целом следует отметить, что исторический очерк в этом
издании действительно отвечает на многие вопросы ешаез
johanniques, но его вряд ли можно назвать последним словом в
изучении эпопеи Жанны д' Арк: нерешенных проблем и спорных
вопросов остается еще слишком много. Подтверждением может
служить и собственно словарная часть, выбор статей для кото­
рой также отличает определенная фрагментарность. Наиболее
крупным, на мой взгляд, недочетом является полное отсутствие
справочного аппарата: нет ни указаний на использованные ис­
точники, ни отсылок к специальным исследованиям, что крайне
затрудняет работу с тем или иным очерком даже для специалис­
та. В число персонажей, которым посвящены те или иные статьи,
,.' 1
включено значительное число второстепенных лиц, не связан-
ных напрямую с Жанной д' Арк и/или ничего о ней не писавших:
например, Шарль Альбре, граф де Дрё, кузен Карла VII и один
из участников битвы при Пате, или Бернар д' Арманьяк, граф де
Пардиак, известный лишь тем, что входил в окружение конне­
табля Франции Артура де Ришмона. Вместе с тем многие авто­
ры, которые посвятили Деве специальные сочинения, в словаре
даже не упоминаются: это касается и Леона Триппо, и Эдмона
Рише, и Франсуа д'Обиньяка, и Рене де' Серизье ... Отсутствуют
ссылки на сочинения Николя Жиля и Робера Гагена, несмотря на
их исключительную популярность во Франции ХУI в., на работы
французских и английских протестантов, составивших сильную
конкуренцию историкам-католикам в XVI-XVII ВВ., и даже на
«Историю Жанны д' Арк» Анри Мартена, главного популяризато­
ра данного сюжета в XIX в.
Таким образом, словарь о Жанне д' Арк оставляет по прочте­
нии двойственное впечатление. С одной стороны, в нем достаточ­
но много недоработок и недочетов, что, впрочем, вполне ожидае­
мо от столь объемного издания. С другой стороны, он, вне всякого
сомнения, может оказаться исключительно полезным подспорьем

Юбилейный год Жанны д 'Арк
381
как для специалистов, занимающихся Средневековьем, так и для
начинающих исследователей, для студентов и аспирантов, соби­
рающихся связать свою жизнь с историей Франции ХУ в., в час­
тности с историей Орлеанской Девы. Именно на них в первую
очередь рассчитаны и прочие издания, появившиеся во Франции
к юбилею: без знания фактов, без понимания источниковедчес­
ких особенностей средневековых текстов, без знакомства с ме­
тодологией исследования и последними достижениями в ешаез
johanniques очень сложно найти свой собственный путь, не став
при этом жертвой псевдонаучных теорий.

УДК 930 (497.4)
С.Г Извеков
КНИГА П. СИМОНИТИ «ГУМАНИЗМ У СЛОВЕНЦЕВ.
СЛОВЕНСКИЕ ГУМАНИСТЫ
ДО СЕРЕДИНЫ ХУI ВЕКА»
И СОВРЕМЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ
Данная рецензия посвящена монографии словенского историка и филолога
п. Симонити, В которой анализируется влияние культуры Ренессанса на земли,
где проживали словенцы в ХУ-ХУI вв. Также нами была предпринята попыт­
ка понять, какие из сюжетов данного труда вызвали дискуссии в современной
историографии.
Ключевые слова: Словения, гуманизм, Возрождение, Симонити.
Трудно переоценить влияние Возрождения на культурную
жизнь Европы. Начавшись в итальянских землях, этот социо­
культурный феномен распространился на страну за страной. Об
истории Ренессанса во Франции, Италии, Испании и других стра­
нах Старого света написано большое количество работ историков
и филологов, литературоведов и искусствоведов, культурологов
и социологов, театроведов и музыкальных критиков. Среди спе­
циалистов по этой эпохе сформировалось множество различных
школ. Казалось бы, влияние Ренессанса на европейские государ­
ства по обе стороны Альп обстоятельно изучено. Однако одна из
проблем, возникших сегодня в современном историческом дис­
курсе может заставить нас в этом усомниться. Это вопрос о влия­
нии идей Ренессанса на культуру небольшой страны в Альпах -
Словении в начале ХУI в., крайне мало изучавшийся прежде.
Дело в том, что такой вопрос в историографии возник только
в ХХ в., когда появилось словенское королевство, а затем рес­
публика в составе Югославии. Общество стало уделять больше
внимания проблемам культурной и политической самоидентифи­
кации словенцев. Именно в период формирования национальной
историографии у «альпийских славян»! большой интерес в уче­
ном сообществе вызвала работа филолога, историка и перевод­
чика Приможа Симонити (род. в 1936 г.) «Гуманизм у словенцев.
Словенские гуманисты до середины ХУI века», написанная им в
1 «Альпийские славяне» - название словенцев.

Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев ... »
383
1979 г.2 Это главный труд выдающегося ученого, удостоенный в
свое время одной из высших научных наград Союзной Югосла­
вии - премии Бориса Кидрича.
Историки и архивисты XIX в. (в частности Готтлиб фон Ан­
керсхофен ', Альберт фон Мухар", Павел Йозеф Шафарик и Йо­
зеф Йиречек") не уделяли внимания распространению гуманизма
среди славянского населения владений Габсбургов в конце ХУ -
начале ХУI в. Они полагали, что, к примеру, к «альпийским сла­
вянам» эти идеи первым принес ученый и проповедник Примож
Трубар (1508-1596), издатель первых книг на словенском языке.
Но едва ли герцогства Штирия и Каринтия, где проживала боль­
шая часть словенцев, остались в стороне от тех перемен, которые
происходили в культурной жизни Центральной Европы того вре­
мени.
Целью своей работы Симонити ставит исследование влияния
культуры Возрождения на земли, где проживало словенское насе­
ление с середины ХУ до середины ХУI в., а также деятельность
гуманистов - уроженцев этого региона за его пределами. Такой
период времени выбран неслучайно: автору необходимо понять,
насколько активно до Трубара в тех краях воспринималось но­
вое мировоззрение, где работали и какими науками занимались
первые словенские гуманисты. Вопрос рецепции ренессансного в
Словении ставится в контексте более широкой проблемы проник­
новения или «диффузии» гуманистических идей", пришедших из
2 Simoniti Р. Humanizem па slovenskem in slovenski humanisti do srede XVI. stoletja.
Ljubljana, 1979.
3 Ankershofen G. von. Handbuch der Geschichte des Herzogthumes Каппеп.
Klagenfurt, 1842. Bd. 1-2.
4 Muchar А. von. Geschichte Des Herzogthums Steiermark. Wien, 1844. Bd. 1-6.
5 Safafik P.J., Лпесе]: J. Geschichte der sudslawischen Literatur: Slowenisches und
glagolitisches Schrifttum. Tempsky, 1864. Bd. 1-2.
6 Термин «диффузия гуманизма» стал использоваться в немецкоязычной ис­
ториографии с начала 2000-х годов после проведения при поддержки Фонда
Герды Хенкель (ФРГ) симпозиумов по темам «Поздний гуманизм» (1998),
«Диффузия гуманизма» (2001) и «Функции гуманизма» (2005). На данный
момент исследования активно ведутся в рамках исследовательского семи­
нара профессора Гумбольдтского университета (Берлин, ФРГ) Йоханнеса
Хельмрата. См.: HeZmrath J.,МиhZасk И., WaZther G. Diffusion des Humanismus.
Studien zur nationalen Geschichtsschreibung ешорёлвспег Humanisten. Gбttiпgеп,
2002; Maissen Т; WaZther G. Funktionen des Humanismus: Studien zum Nutzen
des Neuen in der humanistischen Kultur. Gбttiпgеп, 2006.; HeZmrath J. Wege des
Humanismus: Studien zu Techniken und Diffusion der Antike-Leidenschaft im 15.
lahrhundert. Mohr, 2013.

384
с.г. Извеков
итальянских земель, в других странах, а также связанной с этим
темы восприятия новой культуры в заальпийской Европе.
В хронологическом отношении работу можно разделить на
две части: это история распространения ренессансной культуры
на землях «альпийских славян», появление здесь первых ее по­
борников (середина ХУ в. - 1490-е годы) и деятельность южно­
славянских гуманистов при дворе Максимилиана 1 и Фердинанда 1
(1490-е годы - середина ХУI в.). Ученые, работавшие в первый
период, учились в основном в Италии, служили при дворе графов
фон Целе, пользовались покровительством епископа Любляны и
других клириков. п. Симонити подчеркивает роль местных арис­
тократов и духовенства в распространении культуры Возрожде­
ния. Но бесконечные раздоры между местными правителями не
позволяли создать постоянный кружок гуманистов, проводникам
гуманистических ценностей приходилось переезжать с места на
место в поисках поддержки. Вследствие такой не стабильной си­
туации влиян�е ренессансной культуры было довольно слабым и
непостоянным.
Благодаря Максимилиану 1 ситуация существенно меняется:
созданный им двор правителя Австрии собирает вокруг себя
самых видных интеллектуалов его владений, и с этого времени
эрцгерцоги из рода Габсбургов стали оказывать постоянное со­
действие людям науки и искусства, в том числе из словенских
земель. Южнославянские юноши пополняли ряды студентов
Венского университета, так как новая бюрократическая систе­
ма требовала большого количества образованных чиновников.
В стенах альма-матер многие становились приверженцами гума­
нистических идей.
По жанру монографию можно было бы охарактеризовать как
сборник биографических очерков. Всех интеллектуалов, о кото­
рых говорится в главе, объединяет принадлежность к определен­
ному общественному институту: двору графа фон Целе, императо­
ра Максимилиана 1 или Фердинанда 1, коллегии поэтов «Sodalitas
Danubiana» и т.д. Вместе с тем разделы удачно сочетаются с дру­
гими, между ними нет как хронологических, так и смысловых
пробелов. Любая из девяти глав монографии имеет законченную
структуру и может рассматриваться как самостоятельная работа
по определенной проблеме словенского гуманизма.
Новые культурные веяния проникали к альпийским славянам
спонтанно, через тех, кто получал образование в итальянских
университетах, позже в Вене. Именно там учащиеся объединя-

Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев ... »
385
лись в различные сообщества, которые активно популяризирова­
ли не только науку, но и ценности культуры Ренессанса, отличное
от средневекового мировоззрение. В Штирии и Каринтии таких
организаций не было. Поэтому Симонити уделяет внимание не
только деятельности выходцев из словенских земель при дворе,
но также учебным заведениям и центрамкультуры, где получали
образование и преподавали изучаемые им персоналии: Венскому
университету, коллегиям поэтов, ученых, научным сообществам
и библиотекам столицы Австрийского эрцгерцогства.
Автор не ограничивается жизнеописанием выдающихся дея­
телей, их интеллектуальной среды, рассматривает их также в кон­
тексте основных социальных процессов Австрии того времени.
Показывая" ситуацию в области школьного и университетского
образования Австрии, он применяет статистический 'анализ на
основе доступных ему источников (матрикулы университетов, но­
тариальные акты, документы Люблянского и других епископств),
чтобы установить количество выходцев из словенских земель в
учебных заведениях, при дворе эрцгерцога Фердинанда 1, дать их
социальные параметры.
Такой исследовательский метод позволяет говорить о меж­
дисциплинарном характере труда п. Симонити. Историк не един­
ственный, кто при изучении проблем истории культуры прибега­
ет к алгоритмам, заимствованным из других гуманитарных наук.
Методы квантитативного анализа безусловно обогатили работу
Симонити, однако, возможности этого подхода были использова­
ны не вполне достаточно. Примером более широкого применения
статистики может послужить монография австрийского исследо­
вателя Кристофера Ф. Лаферпя", в ней изучалось влияние испан­
цев при дворе правителя Австрии в ХУI в. Но Лаферль не только
подсчитал число выходцев с Пиринейского полуострова при дво­
ре Фердинанда 1, но и систематизировал полученный материал
в таблицах, которые показывают, кто из них и когда находился
на государственной службе, какую долю от числа придворных
они составляли. Подобные выкладки в работе Симонити были
бы очень полезны, ибо: представили бы наглядную динамичную
картину роста количества выходцев из Штирии и Каринтии в
учебных заведениях, в центральных и местных институтах вла­
сти австрийских Габсбургов.
7 Laferl C.F. Die Kultur der Spanier in Osterreich unter Ferdinand 1. 1522-1564.
Wien, 1997.
13 3ak. 288

386
С.г. Извеков
Использованные документы, как уже упоминалось, довольно
разнообразны: от официальных государственных бумаг до поэти­
ческих сочинений. Более того, в конце книги изданы списки сту­
дентов факультета свободных искусств Венского университета и
панегирик графу Ульриху фон Целе. Однако не была задействова­
на переписка изучаемых персоналий с гуманистами других стран
(Франции, Нидерландов, Испании, Польши), хотя известно, что
выходцы из Штирии И Каринтии (Сигизмунд фон Герберштейн,
Кристоф Раубер, Томас Прелокар ) состояли в переписке с интел­
лектуалами по всей Европе. Автор сам неоднократно использует
в отношении кружков гуманистов термин «res publica litteraria»
(республика ученых), но однако о научных связях вне монархии
Габсбургов практически не говорится. Эта международная кор­
респонденция; . расширила бы наше представление о культурных
контактах словенских гуманистов, об отношении к ним и, глав­
ное, о признании их заслуг за пределами родины.
Немаловажную роль в исследовании играет также филологи­
ческая критика источников. Для анализа огромного массива со­
чинений на ранненововерхненемецком и латинском языках автор
изучает словенские архивные материалы, прежде неизвестные
историкам. Видно аккуратное отношение П. Симонити к перево­
ду, он прекрасно чувствует контекст сочинений поэтов и ученых.
Работа с неолатинской поэзией особенно трудна в силу ее ал­
легоричности, нужно не только владеть языком, но и понимать
контекст, уметь расшифровывать нарисованные символы и гра­
вюры, которыми интеллектуалы украшали свои сочинения. Эле­
гии наполнены большим количеством метафор, отсылок (часто
имплицитных) к античным авторам, поэтому необходимо также
разбираться в творчестве древнеримских и древнегреческих сти­
хотворцев. Сравнение сочинений словенских гуманистов с анти­
чной поэзией позволило Симонити определить, кому подражает
создатель произведения, верно истолковать те или иные пасса­
жи. При рассмотрении сочинений нередко используется оцен­
ка соотношения определенных типов лексики: «медиевизмов»
(средневековых латинских слов, «кухонной латыни») и чистой
гуманистической латыни, подражающей языку античных авто­
ров. Уменьшение первой группы слов и увеличение второй пока­
зывает проникновение новой культуры в общество. Поднимается
Симонити и такая проблема, как определение авторства письма
или книги. Так, .сравнивая письма выдающегося австрийского го­
сударственного деятеля С. фон Герберштейна с его знаменитым

Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев ... »
387
сочинением «Записки о Московии», ученый высказывает предпо­
ложение, что его большая работа о Руси неоднократно редактиро­
валась или даже переписывалась другим человеком, так как сам
дипломат, судя по его эпистолярному наследию, недостаточно хо­
рошо владел латынью",
Протестантские идеи, как утверждает П. Симонити, проникли
В словенские земли сразу после начала Реформации (1520-е годы),
гораздо раньше проповедей Трубара. Но это сочувствие Лютеру
не смогло оформиться в некое движение. Согласно документам
того времени, автор приходит к выводу, что именно османская
угроза была тем фактором, который заставлял Фердинанда про­
водить политику репрессий в отношении протестантов, так как
они были потенциальными предателями". Но, с другой стороны,
смириться с поддержкой евангелического учения в среде интел­
лектуалов правителю все же пришлось, большинство из них про­
должали тайно оставаться протестантами, собираясь на службы
по ночам. Дорожа своей должностью, они публично изъявляли
преданность католицизму и правителю.
Подводя итог, следует сказать о том, что данная моногра­
фия сыграла большую роль в постановке проблемы развития
словенского гуманизма ХУ-ХУI вв. Автором были введены в
оборот новые массивы источников и сделаны биографические
очерки многих интеллектуалов - выходцев из словенских зе­
мель. Проанализировав сто лет истории развития гуманистиче­
ской культуры на южных рубежах Австрийского эрцгерцогства,
исследователь приходит к следующим выводам: словенские
земли не были культурной «периферией» Австрии!", но, напро­
тив, выходцы из Штирии И Каринтии были яркими представи­
телями и популяризаторами гуманизма. До начала деятельности
Приможа Трубара интеллектуалы словенских земель уже были
приверженцами гуманистических идей, активно участвовали в
культурной жизни.
Сразу же после выхода в свет монография вызвала положи­
тельные отзывы в научном сообществе. Стоит отметить, что ре­
цензии на этот труд были написаны не только в исторических!",
8 Simoniti Р. Humanismus beiden Slovenen. Slovenische Humanisten bis zur Mitte
des XVI. Jahrhunderts. Wien, 2008. Р. 267-269.
9 Ibid. Р. 243-255.
10 Ibid. Р. 19.
11 СМ.: Zeitschrift des Historisches Vereines fiir Steiermark. Graz, 1979. Bd. 70-72.
Р.237.

388
С.г. Извеков
но и филологических 12 журналах. Специалистов по античной и
средневековой латыни привлек очерк истории поэзии региона с
середины ХУ - до середины ХУI в., который сделал автор. Также
вызвал немалый интерес и очерк латинской эпиграфики словен­
ских земель' •. И хотя европейские ученые не могли полностью
оценить данную работу из-за незнания словенского языка (прихо­
дилось довольствоваться лишь рецензиями и аннотациями), ими
отмечалось высокое качество работы, проделанной Симонити,
а главное - постановка новой и интересной исследовательской
проблемы - развитие словенского гуманизма'". О популярности
издания говорит также и то, что в 1986 г. книгу было решено пере­
издать'", �
После обретения Словенией независимости в 1991 г. зна­
чение данной работы весьма возросло, ведь если прежде она
воспринималась как очерк, посвященный одной из шести со­
юзных республик Югославии, то теперь читатель видел в этом
исследование культуры суверенного европейского государства.
Формировалась словенская национальная история, и ученое
сообщество молодой страны, разумеется, благосклонно вос­
приняло книгу, которая демонстрировала вклад своего народа
в европейскую культуру. В 2008 г. благодаря усилиям Словен­
ского Исследовательского института и Австрийской академии
наук книгу удалось издать на немецком языке!", что сделало ис­
следование Симонити широко известным в научном мире. Как
признается ответственный редактор немецкого издания 2008 г.,
Мария Вакуник, перевод на язык Шиллера и Гёте неслучаен -
после выхода книги в 1979 г. не только словенцы, но и австрийцы
12 См.: Ziva antika. Vol. 30. Skopje, 1980. Р.269; Acta Neophilologica. Ljubljana,
1985. Vol.18. Р. 13.
13 Simoniti Р Humanismus bei den Slovenen. Р. 150-175.
14 Следует отметить немалое количество ссылок на труд словенского историка
в работах филологов: Linguistica. Ljubljana, 1980. Vol.20. Р. 24.; и историков:
Waldhausl W.K. Geist und Wissenschaft im politischen Aufbruch Mitteleuropas:
Вепгаяе zum 6sterreichischen Wissenschaftstag. Wien, 1990. Р. 259-260; Slowenen
in der ецгоратвспеп Reformation des sechzehnten lahrhunderts. Ljubljana, 1986.
Р. 47, 220-221; Klaniczay Т; Kushner Е., Stegmann Е. L' ерооце de la Renaissance.
Amsterdam, 1987. Vol.1. Р. 562; Sitar S. Sto slovenskih znanstvenikov, zdravnikov
in tehnikov. Ljubljana, 1985. Р. 26; Slovene Studies. Bowling Green, 1986.
Vol. 6-8. Р. 386.
15 Sinl0niti Р Humanizem па slovenskem. Ljubljana, 1986.
16 Simoniti Р Humanismus bei den Slovenen. Slovenische Humanisten bis zur Mitte
des XVI. lahrhunderts. Wien, 2008.

Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев ... »
389
начали активно изучать влияние культуры Возрождения на аль­
пийских славян!",
В работах историков конца ХХ и начала ХХI в. анализируемая
нами монография обсуждается в связи с несколькими темами.
Во-первых, это распространение среди альпийских славян рели­
гиозных учений Реформации (в первую очередь, лютеранства) до
Приможа Трубара". Ученые, ориентируясь на источники, указан­
ные Симонити, внимательно разбирают тексты сторонников Лю­
тера в этих землях, анализируют их влияние на современников!",
Результаты научных изысканий привели словенских исследовате­
лей к выводу, что новые религиозные идеи внесли большой вклад
в становление национального самосознания словенцев, дали им­
пульс зарождению национального историописания-".
Также труд п. Симонити положил начало интересной дис­
куссии в «герберштейниане» (изучении наследия С. фон Гербер­
штейна) - кто автор латинской версии «Записок о Московии»?
Вышеуказанный тезис о том, что этот труд о России редактировал
или даже переписывал за Герберштейном кто-то другой, породил
большой интерес среди историков. По версии Симонити, это был
секретарь дипломата Лукас Гутенфельдер ". На данный момент
дискуссия по этой проблеме не окончена. Представители словен­
ской исторической науки солидарны с предположением Симо­
нити. Яркий тому пример - статья Марии Вакуник о секретаре
Герберштейна+.
Вне всяких сомнений, книга Симонити стала первой по­
пыткой осмысления рецепции гуманизма в Словении, изучения
роли выходцев из этого региона в развитии культуры Дунай­
ской монархии Габсбургов. Данная работа дала импульс новой
серии исследований по влиянию Реформации и культуры Воз-
17 Ibid. Р. 11.
18 СМ.: КоrиzаJ. Slovstvene studije. Ljubljana, 1991. Р. 110-111; Jakopin Р, Кекзе­
van М, Рогаст]: J. Tretji Trubarjev zbomik. Ljubljana, 1996.
19 СМ.: Die Artikel уоп 1524 - Das Friiheste Zeugnis fur Reformatorische Predigt in
Laibach? //\Jakopin F., Кегёеуап М., Pogacnik 1. Op.cit. Р. 15-24.
20 СМ.: Rotar J., Bartl Р. Die Nationwerdung der Slowenen und die Reformation.
Munchen, 1991; Vodopivec Р. Laibach/Ljubljana - die Hauptstadt der Republik
Slowenien // Нацртзгаше zwischen Save, Bosporus und Dnjepr: Geschichte -
Funktion - nationale Symbolkraft. Wien, 1998. Р. 13-14.
21 Simoniti Р. Humanismus bei den Slovene Р. 267.
22 Wаkои�ig М Lukas Drinak alias iz Dobrepolj alias Gutenfelder alias Bonicampus
alias Agathopedius // Miihlberger К., Niederkorn-Bruck М. Die Universitat. Wien­
Munchen,2010. � 3-15.

390
С.г. Извеков
рождения на словенские земли. Так как перевод на немецкий
язык был сделан относительно недавно, следует ожидать, что
данный труд станет поводом для новых дискуссий в истории и
филологии.
БИБЛИОГРАФИЯ
Acta Neophilologica. Уоl.18. Ljubljana, 1985.
Ankershofen G. von. Handbuch der Geschichte des Herzogthumes Кйгп­
ten. Klagenfurt, 1842. Bd. 1-2.
Helmrath J.,Muhlack и., Walther G. Diffusion des Humanismus. Stu­
dien zur nationalen Geschichtsschreibung ецгорёлзспег Humanisten. Gбttiп­
gen, 2002.
Helmrath J. Wege des Humanismus: Studien zu Techniken und Diffu­
sion der Аппке-Еешепвспап im 15. Jahrhundert. Mohr, 2013.
Jakopin F., Кез+еуап М, Рогаст]: J. Tretji Trubarjev zbornik. Ljublja­
па, 1996.
Klaniczay Т; Kushner Е., Stegmann Е. Г'ёрооце de lа Renaissance. Ат­
sterdam, 1987. Уоl.1.
Koruza J. Slovstvene studije. Ljubljana, 1991.
Laferl C.F. Die Kultur der Spanier in Osterreich unter Ferdinand 1.:
1522-1564. Wien, 1997.
Linguistica. Уоl.20. Ljubljana, 1980.
Maissen Т; Walther G. Funktionen des Humanismus: Studien zum
Nutzen des Neuen in der humanistischen Kultur. Gбttiпgеп, 2006.
Muchar А. von. Geschichte Des Herzogthums Steiermark. Wien, 1844.
Bd. 1-6.
Rotar J., Bartl Р Die Nationwerdung der Slowenen und die Reforma­
tion. Munchen, 1991.
Safafik PJ., Jirecek J. Geschichte der sudslawischen Literatur: Slowe­
nisches und glagolitisches Schrifttum. Tempsky, 1864. Bd. 1-2.
Simoniti Р Humanismus bei den Slovenen. Slovenische Humanisten bis
zur Mitte des XVI. Jahrhunderts. Wien, 2008.
Simoniti Р Humanizem па slovenskem. Ljubljana, 1986.
Simoniti Р Humanizem па slovenskem in slovenski humanisti do srede
XVI. stoletja. Ljubljana, 1979.
Sitar S. Sto slovenskih znanstvenikov, zdravnikov in tehnikov. Ljublja­
па, 1985.
Slowenen in der europaischen Reformation des sechzehnten Jahrhun­
derts. Ljubljana, 1986.
Slovene Studies. Bowling Green, 1986. Уоl. 6-8.
Vodopivec Р Laibach/Ljubljana - die Hauptstadt der Republik Slo­
wenien // Hauptstadte zwischen Save, Bosporus und Dnjepr: Geschichte -
Funktion - nationale Symbolkraft. Wien, 1998.

Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев ... »
391
Wakounig М Lukas Drinak alias iz Dobrepolj alias Gutenfelder alias
Bonicampus alias Agathopedius // Muhlberger К., Niederkorn-Bruck М. Die
Universitat Wien-Munchen, 2010. Р. 3-15.
Waldhiiusl WK. Geist und Wissenschaft im politischen Aufbruch Mit­
teleuropas: Вепгаае zum Osterreichischen Wissenschaftstag. Wien, 1990.
Zeitschrift des Historisches Vereines fur Steiermark. Graz, 1979.
Bd.70-72.
Ziva antika. Skopje, 1980. Vol. 30.

НАУЧНЫЕ ДЕБАТЫ
ПЕРВЫЙ ТОМ «ИСТОРИИ ИСПАНИИ»
МВ. Рыбина
НОВОЕ ОТКРЫТИЕ ИСПАНИИ:
ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА ПИРЕНЕЙСКОГО
ГОСУДАРСТВА В ПЕРВОМ КОЛЛЕКТИВНОМ ТРУДЕ
ОТЕЧЕСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАТЕЛЕЙ!
Рецензируемое издание - первый том «Истории Испании»,
посвященный периоду с древнейших времен до конца XVII в., не­
сомненно, заслуживает самой высокой оценки. Настоящая рабо­
та представляет современное квалифицированное исследование,
в котором объединены черты фундаментального научного труда,
специального учебного пособия, энциклопедии; она написана
популярным литературным языком, способным привлечь самый
широкий круг читателей, интересующихся историей и культурой
Испании.
Подчеркнем тот фак� что рецензируемое издание является
первым отечественным коллективным трудом по общей истории
Испании. Перед его авторами стояла непростая задача - вырабо­
тать фактически без опоры на какой-либо крепкий, устоявший­
ся научный фундамент концептуальную основу будущего труда,
который бы не только соответствовал современному уровню
развития гуманитарного знания и удовлетворил научную обще­
ственность, но и стал бы понятным российским читателям-не­
специалистам (авторский коллектив мог опереться на традиции
отечественной медиевистики лишь в осмыслении некоторых,
хотя и принципиально важных для понимания истории этой стра­
ны, сюжетов). На наш взгляд, с поставленной задачей коллектив
авторов, бесспорно, справился. Содержание книги, вобравшее
в себя практически всю исследовательскую проблематику осве­
щаемого периода и сочетающее хронологический, проблемный
1 Рец. на кн.: ИСТОРИЯ ИСПАНИИ. Т. 1: С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО КОН­
ЦА XVII ВЕКА / отв. ред. тома В.А. Ведюшкин, Г.А. Попова. М.: «Индрик»,
2012. 696 С., ил.

Новое открытие Испании ...
393
и региональный принципы, блестяще отразило концептуальный
посыл авторов и подчеркнуло успехи отечественных медиевис­
тов, выгодно продемонстрировав спектр их научных интересов
(от изучения мусульманского права (С. 163-168) до испанской ге­
ральдики (С. 419-447)).
Особого внимания заслуживает «Введение» к первому тому
(С. 9-26), которое, как представляется, будет играть роль и свое­
образного пролога ко всему трехтомному изданию. Авторы рас­
сказывают о связях Испании и России, касаются вопросов ис­
ториографии истории Испании, наконец, знакомят читателя с
наиболее противоречивыми сюжетами исторического прошлого
испанцев, к которым, несомненно, стоит отнести вопрос о харак­
тере взаимоотношений различных этноконфессиональных групп
в средневековой Испании. Единственным незначительным упу­
щением введения, на взгляд рецензента, является умолчание тех
новых сюжетов и подходов, которые определяют развитие оте­
чественной испанистики в последние годы (С. 16). Безусловно,
как было уже отмечено выше, само содержание рецензируемо­
го издания свидетельствует о широком спектре исследователь­
ской проблематики отечественных испанистов, однако излишняя
скромность в признании собственных заслуг представляется нам
здесь не совсем оправданной.
Автор настоящей рецензии с удовольствием отмечает целый
ряд' сквозных сюжетов, нередко впервые собранных в пространс­
тве единого текста, блестяще раскрытых в «Истории Испании».
Прежде всего стоит обратить внимание на материал (часто выде­
лен в соответствующие разделы), посвяшенный истории культу­
ры. Авторы уходят от банального перечисления наиболее значи­
мых фигур или памятников культуры того или иного периода, и
мастерски воссоздают максимально полную картину культурной
жизни этноплеменных или этноконфессиональных групп насе­
ления полуострова, различных регионов Испании, наконец, фор­
мирующегося единого политического пространства испанского
государства. Настоящим успехом следует признать разделы, пос­
вященные культуре мусульманской Испании (С. 163-179), куль­
туре Возрождения, особенно такому явлению как эразмианство
(С. 460-464), культуре Золотого века (С. 585-614). Очень удачной
представляется система вставок в основной текст небольших ма­
териалов, связанных, как правило, именно с историей культуры.
Эти вставки позволяют отойти от хрестоматийных сюжетов в сто­
рону малоизученных, но не менее привлекательных (например,

394
МВ. Рыбина
о школе переводчиков в Толедо (с. 252), библиотеке Эскориала
(с. 476) и др.) или, напротив, остановиться на деталях, не совсем
вписывающихся в общую канву повествования (описание облика
таких городов как Севилья (с. 136-137, 544), Гранада (с. 143),
Кордова (с. 162) и др.).
Еще одной сквозной темой издания, которую автор настоя­
щей рецензии относит к наиболее удачным, является история
церкви Испании от появления христианства на Пиренейском
полуострове до эпохи Контрреформации. Однако раскрытие
этой темы, в отличие от экскурсов в историю культуры, все
же вызвало у рецензента ряд замечаний. Несколько неполным,
на наш взгляд, выглядит описание ситуации с сосуществова­
нием в Вестготском королевстве ортодоксальной и арианской
церквей, отказом от арианства и принятием ортодоксального
христианства вестготами (с. 103-105). Досадным упущением
представляется отсутствие информации о христианской церк­
ви мусульманской Испании, механизмах ее взаимодействия с
мусульманскими властями (на мусульманских территориях
сохранялось традиционное деление на церковные провинции,
продолжали собираться соборы, шла борьба с ересями, нако­
нец, именно в среде КОРДОВСКИХ христиан зародились традиции
антиисламской полемики западнохристианского мира"), Также
сюжеты церковной истории несколько ушли в тень в разделах
3 и 4 части 11 «Средневековая Испания» (о роли духовно-ры­
царских орденов практически ничего не сказано). В части 111
«Испания в начале Нового времени» история церкви и рели­
гиозной жизни вновь отвоевывала себе повествовательное
пространство. Весь комплекс исследовательских проблем исто­
рии церкви в этот период изложен блестяще, однако материал
разбросан по разным разделам, что, на наш взгляд, затрудняет
целостное восприятие религиозной жизни Испании в сложный
период эпохи Возрождения, Реформации и Контрреформации.
Так, материал об испанской инквизиции полностью ушел в гла­
ву о конверсо (с. 401-408), сведения о лютеранах в Испании и
движении алюмбрадо встречаются на с. 459,462-463, иезуитах
и Игнатии Лойоле - на с. 471-473, Тридентском соборе (без
упоминаний о его решениях и их влиянии на обновление испан­
ской церкви) - на с. 507.
2 См., например: Нетет Roldan Р Lengua у cultura latinas entre 10s гпозагаоея
cordobeses del S. IX. C6rdoba, 1995; Christys А. Christians in al-Andalus 711-
1000. Richmond, 2002.

Новое открытие Испании ...
395
В высшей степени удачными выглядят в глазах автора следую­
щие разделы «Истории Испании». Прежде всего нельзя обойти
молчанием впервые собранный воедино на русском языке мате­
риал археологических исследований по истории первобытной и
древней Испании (С. 29-73). Хотя, в силу объективных причин
(сложности терминологии и проч.), этот раздел, по всей вероятно­
сти, останется самым неоцененным широким кругом читателей.
Очень емко и с опорой на каноны Толедских соборов пред­
ставлена автором главы 2 части II «Вестготская Испания» модель
вестготской теократии, описана деятельность Толедских соборов
и их место в государственной системе вестготов (С. 106-109).
Блестяще показана история мусульманской Испании (раздел 2
части II «Средневековая Испания»). Автору удалось практически
невозможное - в равной мере добротно, с опорой на новейшие ис­
следования, грамотно и четко изложить политическую историю
многочисленных государственных образований полуострова,
показать социально-экономическое развитие региона (особенно
впечатляет анализ социальный стратификации общества, и свое­
го рода социальный портрет андалузца - представителя единого
к Х! в. социального организма мусульманской Испании), интел­
лектуальные достижения жителей Аль-Андалуса.
Отдельного внимания заслуживают разделы 3 и 4 части II
«Средневековая Испания», посвященные политической исто­
рии средневековых королевств Испании. Именно в этих разде­
лах наиболее ярко реализуется заявленная авторами главная за­
дача издания - «представить читателю ход основных событий»
(С. 24). Политическая история королевств представлена в хро­
нологической последовательности, четко и с максимальной де­
тализацией. Разумеется, ввиду ограниченности объема, с одной
стороны, и огромного количества достойных для упоминания сю­
жетов из истории средневековых королевств, взаимоотношений
представителей королевских династий, сражений, договоров и
проч., с другой, любой специалист может посетовать на неполное
изложение того или иного любимого и детально изученного им
эпизода. Однако нам представляется, что в целом авторы этих
разделов справились с поставленной задачей - впервые в едином
издании собран материал, позволяющий читателю увидеть поли­
тическую историю региона в ее полноте и развитии. Некоторые
сюжеты по увлекательности описания (не теряя при этом научной
составляющей) могут соперничать с лучшими образцами худо­
жественной литературы. В качестве примера приведем историю

396
МВ. Рыбина
борьбы за кастильский трон Энрике Трастамара и его брата Педро
Жестокого (с. 318-320). Хорошей находкой авторов стало вклю­
чение в текст книги сюжетов из истории испано-португальских
отношений (с. 257-260, 353-358, 484-486, 565-570). Рассказ о
средневековых королевствах Пиренейского полуострова был бы
не полон без учета истории Португалии, связанной общностью
судеб с королевствами, образовавшими позднее единое испанское
государство. J
Отдельных слов заслуживает часть III «Испания в начале Но­
вого времени» настоящего издания. Историю Испании в Новое
время отличают непринужденная подача материала, внимание к
биографической истории и истории деталей, к разнообразным,
порой противоречивым, формам интеллектуальной жизни эпохи.
Особый отклик у читателя должен вызвать раздел, посвященный
открытию и колонизации Америки (с. 517-545) - еще одной
встрече цивилизаций в истории Испании (данная встреча удачно
представлена названием главы 5 «Испания в Америке ... » раздела
2 части III, и одного из ее подразделов - «Америка в Испании») .
.t
С учетом приведенных выше рассуж�ений еще раз подчеркну
научную актуальность рецензируемого издания, которое, однако,
не лишено некоторых недостатков. К наиболее значимым отне­
су лишь несколько. Прежде всего местами потерян, а местами
растворен в тексте непростой, применительно к Испании, сюжет
об истории Hap0.L,(oB, населявших и населяющих Пиренейский
полуостров, и соответственно вопрос о складывании испанской
нации. Вызывает некоторую озабоченность отсутствие в разде­
ле о древней Испании подробных сведений об этноплеменной
истории, миграционных потоках населения. Неожиданно для
читателя (на с. 46) отмечается взаимодействие «двух этносов,
местного и кельтского», появляются «ареваки, ветоны, карпе­
таны, лузитаны», «горные племена севера - галаики, астуры,
кантабры, васконы, а также жители юга и востока» без каких­
либо дополнительных пояснений. Этот пробел в древней 'истории
несколько компенсирует очень удачная, на наш взгляд, попытка
восстановить периоды и карту расселения вестготов на террито­
рии Пиренейского полуострова в У-У! вв. (с. 99-102; к данным
археологии и топонимики, на которые ссылается автор, мы бы
добавили данные ономастики"). В последующих разделах книги
3 См., например: Alonso Aviia А. Estudio рговороягабсо у опошавпсо del norte de
la Peninsula [Ьёпса durante la ёроса visigoda. 11: Estudio опогпазпсо // Hispania
antiqua. 1986. Т. 13. Р. 199-228, и другие работы этого автора.

Новое открытие Испании ...
397
мы узнаем о «каталонцах», «арагонцах», «астурийцах» и т.д. в
основном из экскурсов в историю культуры. Однако, начиная с
конца ХУ В., разделы по культуре рассказывают об общей куль­
туре Испании, оставляя за скобками вопрос о сохранении регио­
нальных отличий или, наоборот, процессов стирания некоторых
из них и складывания общего этнокультурного пространства
(не только политического).
Другим упущением, на наш взгляд, можно считать некоторое
невнимание авторов к социально-экономической истории. И хотя
во введении авторы определяют своей главной целью воссозда­
ние именно политической истории, нам представляется не совсем
оправданным порой очень беглый,' неполный или неудачно рас­
положенный по тексту обзор социальных процессов. Из книги
мы узнаем многое о королях, их приближенных, знати, но мало о
жителях городов, ремеслах, торговой деятельности, почти совсем
ничего о крестьянах и в целом о низших слоях населения.
К недостаткам скорее формального или редакционного харак­
тера следует отнести незавершенность некоторых сюжетных ли­
ний. Так, например, практически сходит на нет история Наварры,
которой поначалу уделено достаточно много внимания (С. 211-
216), прерывается история мудехаров (подраздел «Мудехары»
главы «Три веры» (С. 300-305) оставляет их еще в благополучный
период существования, потом на С. 389 мы узнаем об обращении
и на С. 522 об изгнании морисков). Недосказанным остается во­
прос о топониме «Испания» (на С. 29 топоним впервые упомина­
ется, но не приводится ни одной версии его происхождения, что,
наверняка, было бы интересно читателю). Странной кажется ого­
ворка об использовании сносок только «при освещении наиболее
дискуссионных вопросов» (С. 25). В вышедшем томе сносок все­
го три, за исключением указаний на авторство отдельных частей
текста (С. 23, 592). Логика первой сноски (объясняет термин «му­
дехары» в названии доклада) не ясна вовсе (следуя этой логике,
необходимо пояснять термины «бегетрии», «кортесы», которые
встречаются по тексту раньше «мудехаров» и тоже в названии
книг). В разделе «Древняя Испания» роль сносок фактически вы­
полняют указания на источники, которые приводятся в скобках
(на латыни, без пояснений, что может быть непонятно простому
читателю, на С. 77 - вдруг на русском языке). В защиту авторско­
го коллектива отметим, что на такие недочеты изначально обре­
чено любое издание, адресованное как научной общественности,
так и широкому кругу читателей. Повторюсь, они носят скорее

398
МВ. Рыбина
редакционный характер и никак не умаляют общих достоинств
работы. Кроме того, автору рецензии хотелось бы отметить бле­
стяще составленные приложения - хронологический указатель
(с. 615-628), список литературы (общей и по разделам (с. 629-
652)), указатели имен (с. 660-678) и географических названий
(с. 678-689).
В заключении, еще раз подчеркнем, что, создавая первую
отечественную коллективную монографию по истории Испании,
авторы с успехом преодолели обусловленные этим фактом труд­
ности. Более того, нам представляется, что «История Испании»
заслуживает самой высокой оценки и без ссылок на эти сложно­
сти; книга достойна занять свое место в ряду блестящих работ
отечественных испанистов благодаря творческим усилиям, кро­
потливой работе, исследовательскому пылу и добросовестности
ее авторов.

Рец. на кн.: ИСТОРИЯ ИСПАНИИ. Т. 1: С ДРЕВНЕЙШИХ
ВРЕМЕН ДО КОНЦА XVII ВЕКА / отв. ред. тома В.А. Ве­
дюшкин, Г.А. Попова. М.: «Индрик», 2012.696 с., ил.
Вышел в свет первый том «Истории Испании» - труда, ана­
логов которому (применительно к испанистике) до сих пор в
отечественной историографии не было. Он посвящен периоду
от древнейших времен до конца XVII в. и должен стать началом
трехтомной публикации. Будем надеяться, что все получится
именно так, как запланировано, а пока обратимся к содержанию
первого тома. Начнем с констатации самого главного: выход в
свет рецензируемого издания - значимое событие для российской
испанистики, хотя формально это не первая «История Испании»,
публикуемая на русском языке. Испанисты хорошо знают, что
еще в 1902 г. появилась «История Испании и Португалии», на­
писанная основоположником российской испанистики В.К. Пис­
корским (1867-1910)1. Однако эта книга давала лишь самый
беглый (да и что греха таить - весьма поверхностный даже на
уровне тогдашнего развития исторической науки) обзор истории
пиренейских стран. В 30-е годы ХХ В., период активного разви­
тия отношений СССР и Испании в условиях Гражданской войны
(1936-1939), очевидный недостаток информации об основных
периодах испанской истории сделал необходимым появления но­
вого очерка, посвященного Античности и Средневековью. Так по­
явилась «Испания в Средние века» А.Е. Кудрявцева (1880-1941),
доведенная до конца XVII в.2 Однако и эту работу трудно отнести
к выдающимся достижениям отечественной испанистики. И дело
не только в том, что по характеру изложения материала и итого­
вых выводов она полностью принадлежит своему времени, но и
в очевидной бедности фактического материала: не являясь про­
фессиональным испанистом, А.Е. Кудрявцев создавал свой труд
в явной спешке, что называется, на злобу дня (об этом он и сам
предупреждал читателя)".
В начале 50-х годов, когда отечественная школа историков­
испанистов только зарождалась, на русский язык была переве­
дена монография видного испанского историка либерального
1 Пискорский В.К. История Испании и Португалии. СПб., 1902.
2 Кудрявцев А.Е. Испания в Средние века. Л., 1937.
3 Там же. С. 3.

400
О.В. Ауров,А.В. А1арей
направления Р. Альтамира-и-Кревеа (1866-1951 )4. Для своего
времени этот труд (первое (4-томное) испанское издание- по­
явилось практически одновременно с книгой В.К. Пискорского)
был совсем неплох. Однако эта работа так и не стала адекватной
заменой отечественного труда по испанской истории, несмотря
даже на изменения, внесенные в текст редакторами, и простран­
ные комментарии. Главная проблема состояла даже не в том, что
целый ряд выводов, содержащихся в этой книге, явно устарел уже
к середине ХХ в. (следует учесть, что, в строгом смысле слова,
испанская школа научной медиевистики, становление которой
. ,�
связано с именами э. де Инохосы (1852-1919) и К. Санчеса-
Альборноса (1893-1984)6, сложилась уже после появления труда
Р. Альтамиры). Гораздо более важным представляется тот факт,
что он был написан не только в совершенно иное время, но и
для совершенно другой, испанской, аудитории, что делало его не
совсем понятным для русскоязычного читателя, воспитанного в
иной традиции историописания и ставящего к истории далекой
Испании свои собственные вопросы, далеко не всегда интересо­
вавшие испанского автора. Небольшая рецензия - не место для
глобального разговора о национальных особенностях историче­
ского нарратива, в том числе и в жанре общей истории конкретной
страны. Очевидно, однако, что заполнить лакуну в отечественной
историографии применительно к этому жанру путем простого
перевода с одного языка на другой невозможно. Дополнительным
свидетельством этому стала публикация русского перевода книги
французской испанистки А. Рюкуа, чья «Средневековая Испания»
не лишена определенных достоинств, но написана явно не для
русского читателя",
4 Альтамира-и-Кревеа Р История Испании: В 2 т. М., 1951. В 2003 г. второй
том этой работы был переиздан под другим названием (Альmамuра-u-Кревеа Р
История средневековой Испании. СПб., 2003), что было явно вынужденным
шагом и не прибавило книге достоинств.
5 Altamira у Crevea R. Historia de Espafia у de lа civilizaci6n espafiola: En 4 vols. Barcelo­
па, 1900-1911. Позднее книга неоднократно переиздавалась в двухтомном варианте.
См.: [Электронный ресурс] httр://www.rаfаеlаltаmirа.еs/(дата обращения:
17.07.2013).
6 Подробнее об этом см., например: Ауров О.В. Еще раз об истоках современных
концепций истории средневекового пиренейского города (часть 1) / / Испанский
альманах. М., 2008. Вып. 1. С. 81-93.
7 Рюкуа А. Средневековая Испания. М., 2006. См. также рецензию на эту книгу: Ма­
рей А.В. Sapienti sat: «Средневековая Испания» (рецензия) // Кентавр / Centaurus.
Studia classica et medievalia. 2008. N� 4. С. 169-176.

История Испании
401
После появления русского перевода монографии Р. Альтами­
ры, предпринимались лишь частичные попытки заполнить все бо­
лее ощутимую лакуну в отечественной испанистике. В 1952 г. по­
явилось посмертное издание книги А.В. Мишулина (1901-1948)
«Античная Испанияя"; однако хронологически оно охватывает
лишь часть древнейшей истории народов Пиренейского полуост­
рова. В 1969 г. выдающийся советский испанист А.Р. Корсунский
(1914-1980) опубликовал «Готскую Испанию», посвященную
вестготскому периоду испанской истории"; в 1976 г. появилось
его же исследование по средневековой истории Испании!", со­
державшее также сжатый очерк истории народов Пиренейского
полуострова до начала VIII в. включительно!'. Однако уже тогда
этого было явно недостаточно даже с учетом того, что в том же
году появился русский перевод книги американских испанистов
У.М. Уотта и п. Какиа, посвященной истории мусульманской
Испании Ч,
Эта ситуация мало изменилась и в последующие десятилетия,
хотя сказать, что эти годы не оставили следа в обобщении зна­
ний по истории Испании до конца XVII в., было бы некорректно.
В 1993 г. вышла в свет работа видного отечественного восто­
коведа Р.Г. Ланды по истории исламского времени':', в 2000 г. -
книга Ю.Б. Циркина, посвященная периоду древности!", а со­
всем недавно его же, посвященная вестготской эпохе!". Однако
эти монографические исследования лишь частично восполняли
отсутствие обобщающего труда. Потребность в общей истории
Испании с древнейших времен до конца XVII в. становилась все
более настоятельной, особенно с учетом активизирующихся в по­
следние десятилетия экономических, политических и культурных
связей Испании и РФ. Далекая пиренейская страна стала гораздо
8 Мишулин А.В. Античная Испания до установления римской провинциальной
системы в 197 г. до н.э. М., 1952.
9 Корсунекий А.Р Готская Испания (Очерки социально-экономической и поли­
тической истории). М., 1969.
10 Корсунский А.Р История Испании IX-XIII веков (Социально-экономические
отношения и политический строй Астуро-Леонского и Леоно-Кастильского
королевства). Учебное пособие. М., 1976.
11 Там же. С. 15-39.
12 Уотт УМ, Какиа п. Мусульманская Испания. М., 1976.
13 Ланда РГ В стране аль-Андалус через тысячу лет. М., 1993.
14 Циркин Ю.Б. Древняя Испания. М., 2000.
15 Циркин Ю.Б. Испания от Античности к Средневековью. СПб., 2010. См. ре­
цензию на эту книгу: Вестник древней истории. 2012. N21. С. 212-220.

402
О.В. Ауров, А.В. Марей
ближе: ее архивные, библиотечные и музейные собрания вновь,
как и во времена В.К. Пискорского, стали доступными для отече­
ственных исследователей. И хотя ситуацию в этой области нельзя
назвать безоблачной, ее кардинальное изменение по сравнению с
советским периодом и 1990-ми годами налицо.
Можно уверенно сказать, что рецензируемое издание обрече­
но на успех уже самим фактом своего появления. В нем нужда­
ются далеко не только специалисты - антиковеды, медиевисты и
историки раннего Нового времени, но и преподаватели и студен­
ты-испанисты. Обобщающий труд необходим и специалистам-не­
историкам, работающим на территории пиренейских стран - от
дипломатов до сотрудников туристических компаний. Наконец,
книгу ждет широкий круг читателей, интересующихся испанской
культурой, каковых совсем немало в современной России.
Однако широкая востребованность влечет за собой и опреде­
ленные проблемы: слишком сильно отличаются запросы, предъ­
являемыми столь разными категориями читателей. И если неспе­
циалисты хотят получить текст, дающий более или менее связную
картину истории народов Пиренейского полуострова и изложен­
ный грамотным и понятным литературным языком, не перегру­
женным специальной терминологией, то у профессионалов иные
требования. В идеале они нуждаются в труде, обобщающем до­
стижения отечественных испанистов и сопрягающем последние с
выводами новейших зарубежных (и отнюдь не только испанских)
исследователей; при этом текст должен опираться на данные ис­
точников, а элемент компиляции следует свести к возможному
минимуму. Подчеркнем, что полностью отказаться от этого эле­
мента невозможно: ни одна национальная школа медиевистики
(включая испанскую) не обладает высококвалифицированными
специалистами по всем исследуемым вопросам без исключения.
Наглядным свидетельством тому стал, в частности, масштаб­
ный проект" по созданию универсального словаря по истории и
культуре средневековой Испании, осуществленный испанистами
США в начале 2000-х годов. Основную часть работы выполнили
американские испанисты, однако пришлось задействовать и це­
лый ряд исследователей из Великобритании, Франции, Германии,
Нидерландов, Испании, Португалии, Израиля и Египта. И это при
том, что потенциал и сфера научных интересов американских ис­
панистов не идут ни в какое сравнение со скромными возможно­
стями их российских коллег. А ведь там речь шла о составлении
16 Medieval Iberia. Ап Encyclopedia / Ed. Ьу Е.М. Gerli. New York; London, 2003.

История Испании
403
«всего лишь» словаря, а не истории средневековой Испании во
всей ее целостности и сложности.
Именно поэтому дать оценку вышедшему тому «Истории
Испании» непросто, и дело здесь не только в неизбежной субъ­
ективности рецензентов. Главная проблема состоит в том, что у
каждого из членов сообщества ученых-испанистов свой взгляд на
оптимальную модель издания такого рода. Думается, однако, что
в любом случае обмен мнениями в этой сфере будет плодотвор­
ным. Тем более, что вклад авторов рецензируемой книги в исто­
рию российской испанистики априори неоспорим и материален,
и уже в этом состоит их преимущество перед любыми критиками
и любой критикой.
Обзор содержания первого тома «Истории Испании» начнем
с замечания о том, что впервые в отечественной испанистике уда­
лось создать работу, в которой предложены решения всего комп­
лекса основных исследовательских проблем. Представлены все
эпохи испанской истории, начиная с древнейших времен и до
конца ХУ11 в., и общая структура книги выстроена применитель­
но к этой цели и включает основную часть и предваряющие ее и
следующие за ней служебные разделы. Во «Введении» (В.А. Ве­
дюшкин, Г.А. Попова, И.С. Пичугина, С. 8-26) даны очерки оте­
чественной историографии истории Испании, а также природно­
климатических условий Пиренейского полуострова, изложены
принципы, положенные в основу издания, представлены участни­
ки проекта, являющиеся авторами его отдельных частей. В кни­
ге присутствует комплекс указателей (хронологический (С. 615-
628), именной (С. 660-678), географический (С. 679-689)), а
также библиографический раздел (где использованная литерату­
ра представлена по частям, разделам и главам) (С. 629-652) и, на­
конец, список карт и иллюстраций (С. 653-659). В рамках основ­
ной части содержание отдельных разделов (частей) определяется
хронологическим принципом; они посвящены истории Древней
Испании (Часть 1; С. 28-96), средневековой Испании (Часть 11;
С. 98-366) и Испании в начале Нового времени (Часть 111; С. 369-
614). В каждой из частей представлен материал по политической,
социальной и экономической истории, истории права, а также
истории культуры.
В целом, выстроенная структура текста вполне оправдана,
хотя и не бесспорна. В частности, дискуссионными являются
принципы, определившие общие хронологические рамки рецен­
зируемого тома. Возникает ощущение, что авторы связывают

404
О.В. Аур о в, А.В. А1арей
эпоху XVI-XVII вв. скорее с предшествующим, чем с последую­
щим периодом. В итоге единый период раннего Нового времени
оказывается (или, точнее, окажется с выходом второго тома) «раз­
дробленным» между двумя томами «Истории Испании»: события
и процессы XVII в. рассматриваются в первом томе, тогда как
XVIII в. - во втором. Представляется, что такой подход чреват
определенной недооценкой периода раннего Нового времени как
единой исторической эпохи. Тем более, что в случае Испании
граница между Средневековьем и Новым временем - рубеж ХУ
и ХУI вв. - больше, чем где-либо наполнена реальным содержани­
ем. Эту границу прочерчивают, как минимум, три колоссальные
по своему значению события: открытие Америки, начало скла­
дывания единой испанской монархии в правление Католических
королей и, особенно, включение испанских земель в состав Им­
перии Габсбургов, которое положило предел истории существо­
вания пиренейского мира как явления относительно локального,
сделало его не только неотъемлемой частью, но и одним из лиде­
ров «большой Европы» XVI-XVIII вв. Именно в период раннего
Нового времени произошло подлинное «переформатирование»
национальной истории, сформировались многие ключевые осо­
бенности испанской цивилизации в ее современном виде.
Высказав эти замечания, следует тут же признать, что избран­
ная авторами верхняя хронологическая граница - конец XVII в. -
также имеет серьезные основания. Уже потому, что в испанс­
кой историографии это время традиционно воспринимается как
рубежное. И не только в смысле разграничения эпох правления
двух династий - Габсбургов и Бурбонов, прочерченного воцаре­
нием Филиппа V (1700-1724) и Войной за испанское наследство
(1700-1713/15), но и как время поворота от обременительного
универсализма габсбургского периода, завершившегося упадком
XVII В., к .национальной консолидации, определившей главное
содержание эпохи испанских Бурбонов. Следует подчеркнуть,
что этот поворот сыграл колоссальную роль в истории внешней
политики Европы в целом, резко изменив очертания реальных
и потенциальных союзов и коалиций в рамках крепнущей Вес­
тфальской системы. Если правление Габсбургов было олицетво­
рением имперского курса, то при Бурбонах - как вследствие со­
знательной деятельности властей, так (порой) и вопреки ей - на
первый план все в большей мере выступали сугубо националь­
ные черты, так что к началу ХХ в. страна окончательно утратила
атрибуты империи.

История Испании
405
Следует признать, что, заканчивая первый том изложением
событий и явлений конца XVII в., авторы в равной мере правы
и не правы. Таким образом, намечается широкое поле для пло­
дотворных дискуссий, и уже за это авторам следует выразить ис­
креннюю признательность.
Следующий вопрос, также касающийся структуры работы,
соотношение физического объема отдельных разделов. Хотя в
целом, как представляется, необходимые пропорции соблюдены,
однако определенные вопросы возникают к разделу 1 части II,
посвященному Вестготской Испании, который занимает чуть бо­
лее 20 страниц (Г.А. Попова, А.А. Ткаченко, С. 98-121), т.е. почти
столько же, сколько глава 6 раздела 3 той же части (к'Гри веры»)
(Г.А. Попова, и.и. Варьяш, г. С. 3еленина, С. 295-315), которая до­
полняет (а в какой-то мере даже дублирует) материал ряда других
глав, прежде всего (но не только) главы 2 (<<Социальные практики
ислама на Пиренейском полуострове») раздела 2 части II (и.и. Ва­
рьяш). Еще больший объем имеет глава 4 раздела 1 части III,
посвященная такому значимому, но все же частному вопросу, как
история пиренейской геральдики (А.П. Черных, С. 419-447).
Между тем история Тулузского и Толедского королевств -
один из ключевых этапов испанской истории: не случайно пос­
леднее в испанской историографии порой называют «первым на­
циональным государством». И дело не только в том, что именно
Толедское королевство стало первым политическим образовани­
ем, границы которого в значительной степени совпали с естест­
венными границами Пиренейского полуострова, но и в том, что
именно в толедский период (вторая половина У! - начало VIII в.)
Испания была впервые осмыслена как единое целое, а не как
простая совокупность западных провинций римской державы
с разнородным населением, которое лишь по географическому
принципу именовалось hispani. Следует особо подчеркнуть, что
последнее понятие лишь в вестготский период (прежде всего в
«Истории короля Вамбы» Юлиана Толедского) стало подразуме­
вать принадлежность к единому государству'? Возникает ощуще­
ние, что в рецензируемой работе роль отмеченных факторов не
была оценена в должной мере.
17 См., например, об этом: Teillet s. Des goths а la nation gothique. Les origines
de l'idee de nation еп Occident du уе аи Vlle siecle. Paris, 1984. О роли гео­
политического фактора в становлении основ средневековой испанской госу­
дарственности см. также: Martin с. La geographie du pouvoir dans l'Espagne
visigothique. Lille, 2003.

406
О.В. Аур о в, А.В. Марей
Еще один аспект структурного характера, на который следует
обратить внимание, - роль сюжетов, связанных с историей испан­
ской культуры. Иногда (но далеко не всегда) они представлены в
особых главах: гл. 3 раздела 2 части 11 «Интеллектуальная культу­
ра» (И.И. Варьяш) (речь идет об исламском времени), гл. 3 раздела 1
части 111 (<<Культура Испании в эпоху католических королей»)
(В.А. Ведюшкин, Н.В. Фомина) и гл. 5 раздела 3 части 111 (<<Куль­
тура Испании Золотого века») (В.А. Ведюшкин, Д.Г. Федосов);
наконец, общественной мысли ХУI в. посвящена гл. 4 раздела 2
части 111 (среди прочего, она включает и очерк истории культуры
Возрождения в Испании (В.А. Ведюшкин, С. 505-507)). Реже им
посвящены лишь параграфы (см. главы по истории Толедского
королевства вестготов (Г.А. Попова, А.А. Ткаченко, С. 116-118),
Арагона, Каталонии и Наварры в эпохи раннего, высокого и
позднего Средневековья (И.И. Варьяш, С. 225-226, 291-294 и
348-351), характеристике религиозно-культурного многообразия
в Средние века (Г.А. Попова, И.И. Варьяш, Г.С. Зеленина, С. 305-
310), правления Карла У, Филиппа 11 (В.А. Ведюшкин, С. 460-
464,474-479) и некоторых других). Порой, однако, нет и этого, и
подобное «неравенство» едва ли оправдано.
При этом там, где истории культуры уделено достаточно ме­
ста, она представлена вполне достойно, в ряде случаев даже бле­
стяще. Необходимо выделить, в частности, главу, посвященную
истории интеллектуальной культуры аль-Андалуса (И.И. Варь­
яш, С. 163-179), особенно краткий, но весьма насыщенный,
а главное внятный по содержанию, очерк истории мусульманско­
го права (С. 163-168). Очень удачна глава о культуре периода Ка­
толических королей (В.А. Ведюшкин, Н.В. Фомина, С. 409-418),
которая, при относительной краткости, вобрала в себя огромный
материал, малоизвестный не только широкому читателю, но и
немалой части специалистов.
На первое же место по уровню исполнения следует, пожалуй,
поставить очерк культуры «Золотого века» (В.А. Ведюшкин,
Д.Г. Федосов, С. 585-614). Понятие «культура» трактуется здесь
наиболее широко и включает характеристики культурных центров
и сообществ, книжности, форм религиозной жизни, праздничной
культуры, религиозной, философской, научной и общественной
мысли, литературы, театра, архитектуры и изобразительного ис­
кусства. Не хватает, кажется, только очерка системы образования,
но, справедливости ради, следует признать, что университетам
как культурным центрам посвящен абзац на С. 587.

История Испании
407
Однако неясными остаются причины явно недостаточного
освещения сюжетов, связанных с историей культуры римской
Испании, раннесредневековых Астурийского и Астуро-Леонского
королевств, особенно Кастилии и Леона в эпоху высокого и позд­
него Средневековья. И хотя отдельные (порой довольно подроб­
ные) замечания, относящиеся к сфере культуры, в соответствую­
щих главах и разделах присутствуют, но этого явно недостаточно.
Мы уверены, что культурное наследие соответствующих регио­
нов и эпох не только могло, но и должно было стать предметом
специального обсуждения в рецензируемой книге. Тем более, что
в отечественной науке накоплен значительный опыт такого рода.
В частности, обратим внимание на работы Т.П. Каптеревой по
истории изобразительного искусства римской и средневековой
Испании!", многочисленные работы филологов-испанистов по
истории средневековой кастильской литературы!" и др.
Сказанным замечания о структуре рассматриваемого тома
вовсе не исчерпываются. Непонятно, например, зачем авторам
понадобилось излишне утяжелять структуру, совмещая в рамках
одного раздела деление по хронологическому и по регионально­
му признаку, гораздо логичнее смотрелись бы главы, посвящен­
ные тому или иному хронологическому периоду, внутри которых
присутствовали бы параграфы с изложением истории отдельных
регионов. Этот подход никак не мотивирован во «Введении» к
первому тому, хотя речь идет не о сборнике очерков, а о едином
тексте, жанр которого предполагает известную (пусть и не абсо­
лютную) общность авторской позиции.
И последнее замечание к вводному разделу к его историог­
рафической части. С одной стороны, в ней достаточно кратко, но
вместе с тем емко и всеобъемлюще, представлены начальные этапы
истории отечественной историографии древней и средневековой
Испании. С другой - возникает ощущение, что эта история завер­
шилась поколением, вошедшим в испанистику в 1960-197 О-е годы
(О.И. Варьяш (1946-2003), С.Д. Червонов (1955-1988), Н.П. Де­
нисенко (1941-2007) и В.Ф. Мордвинцев (1947-1996); к это­
му перечню можно добавить также фамилию ушедшего из ис­
панистики, но ныне вполне здравствующего С.Т. Минакова).
Применительно же к более позднему периоду не названо ни
18 Каптерева т.п. Античное искусство Испании и Португалии. М., 1997; Она
же. Искусство Испании. Средние века. Эпоха Возрождения. М., 1989; Она
же. Испания. История искусства. М., 2003.
19 См., например: Плавскин З.И. Литература Испании IX-XV вв. М., 1986.

408
О.В. Ауров, А.В. Марей
одного конкретного исследователя, работы или сферы научных
интересов.
Между тем в настоящее время ситуацию в отечественной ис­
панистике определяют специалисты, вошедшие в науку гораздо
позднее - в 1990-2000-е годы. Более того, значительная часть
этих ученых ныне уже даже не относится к числу «молодых» ни
по масштабам сделанного ими в науке, ни по чисто формальным
признакам. И в первую очередь это касается значительной части
авторского коллектива рецензируемого издания, представить
место членов которого в современной российской испанистике
(как и общую ситуацию в последней) из первого тома «Исто­
рии Испании» невозможно. Подобное упущение представляется
досадным.
Переходя к разговору о содержании отдельных разделов и
глав, оговоримся, что здесь, пожалуй, в максимальной степени
проявляется субъективность рецензентов. Поэтому мы старались
исходить прежде всего из того, в какой мере в том или ином раз­
деле учтены, с одной стороны, достижения отечественных исто­
риков-испанистов, а с другой - результаты, достигнутые зарубеж­
ными (прежде всего испанскими) исследователями.
С учетом этих критериев к числу наиболее удачных следует
отнести разделы, посвященные истории мусульманской Испании
(И.И. Варьяш, раздел 2 часть 11), Арагона и Каталонии (И.И. Ва­
рьяш, гл. 2, 5 раздела 3 и гл. 3 раздела 4 той же части), а также
политической, социальной и культурной истории ХУ1-ХУ11 вв.
(В.А. Ведюшкин, разделы 2 и 3 части 111). В целом, содержание
перечисленных разделов свидетельствует о фундаментальности,
исследовательской добротности подходов их авторов. В этих гла­
вах и разделах встречается немало настоящих творческих удач.
О блестящем экскурсе, посвященном истории мусульманского
права (с. 163-168), говорилось выше. В дополнение к нему выде­
лим очерк «Карл V как меценат» (с. 461), который явно выходит за
пределы заявленной проблематики и представляет императора бле­
стящим образцом монарха эпохи Ренессанса. Столь же ярким полу­
чился портрет Филиппа 11 (с. 469). Следует отметить и небольшой
очерк истории испанской школы придворного портрета, в ХУ1 в.
вступившей в эпоху своего расцвета (с. 476-479). Очень удачны­
ми представляются также введенные в гл. 4 раздела 3 части 111
исторический портрет Хуана Хосе Австрийского (с. 573), очерк
истории русских посольств в Испанию в ХУ11 в. (с. 576) и неко­
торые другие. Даже приведенный выше весьма беглый (и отнюдь

История Испании
409
не претендующий на полноту) перечень позволяет понять, в какой
мере в лучших, наиболее зрелых, частях рецензируемого текста
история Испании предстает персонифицированной, ощутимой,
проработанной до деталей, порой - самых мельчайших.
Отдельно следует упомянуть очерк по испанской геральдике,
по своему объему и значению, безусловно, выходящий за пределы
обычной главки. Для отечественной литературы это, практически,
единственный текст, где дается профессиональный анализ симво­
лики испанских гербов, рассматривается их генезис и семантика.
Особенно интересным представляется вывод о том, что гербами
пользовались не только представители рыцарства и даже не толь­
ко христиане, но и испанские иудеи и мусульмане (С. 425). По­
следнее наблюдение прекрасно согласуется и дополняет картину
социального статуса иудеев и конверсо в средневековой Испании,
представленную в соответствующих разделах книги. Парадок­
сальность положения евреев, с одной стороны, занимавших место
«людей короля», на что указывает, в частности, наличие целого
ряда «наследственных» должностей, поколение за поколением
занимаемых представителями одних и тех же иудейских родов
(С. 360), с другой же - воспринимавшихся как «проклятый народ»,
предавший Христа, отражена в книге со всей возможной полнотой.
Главы, посвященные истории евреев и конверсо, основываются на
новейшей исследовательской литературе, и единственным их ми­
нусом, на наш взгляд, можно счесть лишь то, что они не сведены в
единый раздел, а разбросаны по всему тексту книги.
Сказанное, разумеется, не означает, что к указанным главам
и разделам не возникает вопросов и замечаний: при таком OXB�Te
материала и масштабе ра90ТЫ обратное было бы просто странно.
К тому же способность провоцировать дискуссию - одно из не­
отъемлемых качеств хорошо сделанного текста. Обратим внима­
ние лишь на некоторые моменты, которые показались нам либо
спорными, либо заслуживающими дополнительного исследова­
ния или дополнительной аргументации.
l' Так, например, применительно к главе, посвященной истории
Каталонии и Арагона в период высокого Средневековья (И.И. Ва­
р�яш, гл. 5 раздела 3 части 11), нельзя не упомянуть об ограничен­
ном внимании, уделяемом правовой истории региона. В частнос­
ти, в рассказе об одном из наиболее знаменитых королей Арагона
этой эпохи - Жауме 1 Завоевателе (1213-1276), лишь в назывном
порядке, без сколько-нибудь подробной характеристики, упомина­
ются «Фуэро Арагона» (С. 280) и «Фуэро Валенсии» (С. 282), а о

410
О.В. Ауров, А.В. А/арей
«Великом зерцале Арагона» и вовсе не говорится ни слова. Впро­
чем, подобные замечания можно выдвинуть к любому, сколь угодно
хорошему тексту, ибо ни в одной книге невозможно учесть всего.
Применительно к написанной на очень высоком научном
уровне гл. 3 раздела 2 части 111 (В.А. Ведюшкин), посвящен­
ной по преимуществу социально-экономической истории ХУI
в., следует указать на несколько неоднородную характеристику
социальной и сословной структуры испанского общества ука­
занного периода. Она посвящена почти исключительно знати, в
меньшей степени духовенству, тогда как другие сословия и слои
населения (бюргерство, крестьянство, рабы, деклассированные
элементы) обрисованы, как представляется, несколько бегло,
причем соответствующие замечания по большей части «рас­
творены» в экскурсе, посвященном социально-экономической
проблематике.
В ряде случаев при знакомстве с книгой возникают замечания
более существенного характера. Так, например, мы, не являясь
специалистами -антиковедами и не имея права на собственную
точку зрения на историю доримской Испании (гл. 3 раздела 1 и
гл. 1 раздела 2 части 1, автор В.И. Козловская), задаемся вопросом
о причинах, по которым не нашлось места для освещения ряда
хрестоматийных, но отнюдь не очевидных для неспециалистов (по­
тенциально - основной аудитории рецензируемой книги) фактов и
явлений, в числе которых описания этноплеменной структуры до­
римского населения полуострова, основных этапов установления
римского господства в Испании, эволюции провинциальной систе­
мы, особенностей римской муниципальной организации и др.
Думается также, что в содержательном плане выиграла бы
гл. 3 раздела 2 части 1 (А.А. Ткаченко), если бы было устранено
логическое противоречие между критическим отзывом о степени
репрезентативности канонов Собора в Эльвире как источника по
истории испанской Церкви IV в. (С. 92) и опирающейся на данные
именно этого источника характеристикой основных черт церков­
ной организации того же периода (С. 93-96). Тем более, что поми­
мо указанных канонов, сохранились постановления 1 Сарагосского
(380 г.) и 1 Толедского (397-400 гг.) соборов, в репрезентативности
которых такого рода сомнений в литературе не высказывается2О•
20 СМ.: La colecci6n сапогпса Hispana. Т. 4: Concilios Galos. Concilios Hispanos:
Primera рапе / Ed. рог G. Martinez Diez (S.I.), F. Rodriguez (S.I.). Madrid, 1984.
Р. 291-296, 324-344.

История Испании
411
Более сложной представляется ситуация с разделом 1 час­
ти 11, посвященным вестготскому периоду испанской истории
(Г.А. Попова, А.А. Ткаченко, с. 98-121). Основные замечания
можно свести в три группы. Во-первых, это принципы отбора
фактического материала, не всегда представляющиеся оправдан­
ными и с учетом ограниченного объема раздела (о последнем уже
говорилось выше). Так, например, авторы не считают нужным
дать даже самый краткий экскурс в историю варварских народов,
расселившихся на территории полуострова в V в.: об истории не
только вандалов и свевов, но и вестготов до 41 О г. читатель не
узнает вообще ничего. Лишь упоминается (с. 100, 113) король
Эврих (467-485), роль которого в событиях второй половины
V в. В западноримском мире на самом деле была колоссальна".
Опускается проблема причин отказа от арианства. Ничего не го­
ворится о прекращении деятельности курий во второй половине
У11 в. (последнее упоминание термина «curiales» относится к
периоду правления Хиндасвинта (641-652)22), о причинах этого
процесса и др.
Во-вторых, в разделе есть определенные неточности факто­
логического характера, например, в описании системы управле­
ния (комиты городов назначали не судью (с. 114), а окружных
судей (iudices loci)), некоторых особенностей культуры (вопреки
заявлениям авторов, неизвестно ни одного свидетельства сохра­
нения готской письменности в Испании У11 в.23 (с. 116), а знание
греческого языка было крайне редким явлением уже во времена
Исидора Севильского (с. 116)24), отдельных событий политиче­
ской истории (утверждение о том, что первым почетное прозви­
ще «Флавий» прибавил к своему титулу король Реккаред ", что
21 О роли Эвриха в событиях 470-х годов см., например: Wolfram Н. The Roman
Empire and Its Germanic Peoples. Berkeley; Los Angeles; London, 1997. Р. 152-
154.
22 См.: LVis.V.4.19 (Chind.) (изд.: Вестготская правда (Книга приговоров). Латин­
ский текст. Перевод. Исследование / под общ. ред. О.В. Аурова и А.В. Марея.
М., 2012. С. 341-342,622-623).
23 О памятниках готского языка см., например: Скардильи п. Готы: язык и куль­
тура. СПб., 2012. С. 238-370.
24 См., например, об этом: Diaz у Diaz М La cu1tura de la Espafia Visig6tica del
siglo VII / / Idem. De Isidoro аl siglo XI. ОсЬо estudios de la vida literaria peninsular.
Barcelona, 1976. Р. 52-53.
25 На деле это намного ранее сделал король Теода (Тевда, Теудис) (531-
548): "Flavius Theudis rex ... [uni]versis rectoribus et [iudicib ]us ... " (Leges
Visigothorum / Ed. К. Zeumer. Hannoverae et Lipsiae, 1902. Р.467).

412
О.В.Ауров,А.В. Afарей
идеология христианской монархии была детально разработана
уже в трудах Исидора (хотя на самом деле соответствующая ра­
бота была им лишь начагаг" и др.), истории церкви (утверждение
об отсутствии епископов в землях басков по причине язычества
последних (с. 11 О) и др.:").
В-третьих, как представляется, раздел существенно выиграл
бы, если бы авторы смогли учесть те работы, которые по тем или
иным причинам оказались вне поля их зрения. Это, прежде все­
го посвященные готской проблематике книги В.П. Будановой и
М.Б. Щукина/", обобщающая монография Р. Коллинза?", труды
И. Веласкес Сориано по истории литературной культуры и агио­
графии вестготской эпохи." и др.
Определенные нарекания вызывает и часть книги, посвящен­
ная истории Астурии, Галисии, Леона и Кастилии в период с VIII
по XIII вв. (главы 1 и 3 раздела 3 части 11, авторы Г.А. Попова,
А.А. Ткаченко и Г.А. Попова, и.с. Пичугина, соответственно). При
понимании всей масштабности замысла и задач, стоявших перед
авторами этих разделов, невозможно не заметить ряда весьма до­
садных недоработок, снижающих впечатление от работы, а, порой,
и дезавуирующих некоторые из выводов. Прежде всего речь идет о
нескольких фактических неточностях и крайне неудачных умолча­
ниях. Так, вопреки утверждению авторов главы «Королевства Ас­
турия и Леон» (с. 200), Санчо 11 никогда не держал в плену своего
брата, Альфонсо VI, и, тем более, не делал этого в 1072 г., когда
26 При этом мы, разумеется, не отрицаем самого факта значительного влияния
взглядов Исидора на развитие политической концепции вестготской монар­
хии в VII в. Единственной специальной работой на этот счет, насколько нам
известно, остается старая статья М. Рейдейе: Reydellet М La conception du
souverain chez Isidoire de Seville / / Isidoriana. Coleccion de estudios sobre Isidoro
de Sevilla, publicados con ocasi6n del XIV Centenario de su nacimiento / Ed. рог
М. Diaz у Diaz. Le6n, 1961. Р.457-466.
27 В частности, именно на землях басков существовала епархия Памплоны.
О ее епископах см., например: Garcia Мопепо L.A. La prosopografia del Reino
visigodo de Toledo. Salamanca, 1974. Р. 218.
28 Буданова в.п. Варварский мир в эпоху Великого переселения народов. М.,
2000; Она же. Готы в эпоху Великого переселения народов. 2-е изд. СПб.,
2001; Щукин МБ. Готский путь. Готы, Рим и Черняховская культура. СПб.,
2005.
29 Collins R. La Espafia Visigoda, 409-711. Barcelona, 2005 (исп. пер. англ. издания
2004 г.).
30 Vеlаzqиеz Soriano 1. Hagiografia у culto de los santos en la Hispania Visigoda:
Aproximaci6n а sus manifestaciones literarias. Мёпёа, 2005; Idem. Latine Dicitur,
Vulgo Vocant. Aspectos de la lengua escrita у hablada en las obras gramaticales de
Isidoro de Sevilla. Logrofio, 2003.

История Испании
413
король Леона, будучи разбит своим старшим братом при Гольпеха­
ре, бежал от него в Толедо!'. В другом месте утверждается, что свод
«Семь Партид» Альфонсо Х был закончен уже в середине 1260-х
годов и «получил название "Семь Частей',' (Siete Partidas) по числу
входящих в него разделов» (С. 249). Между тем «Партиды» полу­
чили это название не сразу, а лишь при Санчо IV (1282/84-1295),
тогда как изначально именовались «Книгой законов» (El Libro de las
Leyes); свод был закончен не в середине 1260-х, а не ранее начала
1270-х годов (причем существуют и более поздние датировкиг'".
На той же С. 249 говорится, что, 'согласно «Уложению Аль­
капы» (Ordenamiento de Alcala)., (1348 г.), свод Альфонсо Х был
признан источником права, стоящим после «новых королевских
законов, «Фуэро Хузго» и местных фуэро» (С. 249). Между тем
«Фуэро Хузго» не упоминается там ни словом, а речь идет, во-пер­
вых, о законах, вошедших в «Уложение ... », во-вторых, о местных
фуэро, и уже, в-третьих, о «Партидахэ ".
Еще несколькими страницами дальше авторы рассказывают о
встрече Альфонсо Х с папой Григорием Х в Риме, в ходе которой
кастильский король отказался от своих претензий на император­
ский трон в пользу Рудольфа Габсбурга (С. 251). Однако на самом
деле Альфонсо Х никогда не бывал в Риме, а описываемая встреча
состоялась в 1272 г. во французском городке Бокер.
Ряд значимых фактов не упоминается вовсе. Так, авторы весь­
ма поверхностно касаются политики по возрождению «обычаев и
церемоний вестготских королей (Ordo Gothorum)>>, начало которой
традиционно связывается с правлением короля Астурии Альфон­
со 11 Целомудренного (С. 185), не раскрывая сути этого явления
и не используя ключевого понятия «неоготицизм», принципиаль­
но важного для понимания не только идеологического климата
в королевстве, но и характера власти астурийских королей.".
31 Подробнее об этом см., например: Linage Conde А. Alfonso УI el rey hispano
europeo de las tres religiones (1065-1109). Gij6n, 2006. Р. 37-46.
32 Проблема датировки «Партид» по праву считается одной из наиболее серь­
езных в испанской истории права. По этому поводу существует богатая исто­
риография, краткий обзор которой, а также нашу позицию по данному вопро­
су можно найти в работе: Марей А.В. Язык права средневековой Испании: от
Законов XII Таблиц до Семи Партид. М., 2008.
33 См.: Ord. XXVIII. 1 (изд.: El Ordenamiento de Leyes, que D. Alfonso ХI hizo еп
las Cortes de Alcala de Henares el afio de mil trescientos у cuarenta у осЬо / РиЫ.
( ... ) D. Ignacio Jordan de Asso у del Rio, у D. Miguel de Manuel у Rodriguez.
Madrid, 1847. Р. 61-64).
34 Подробнее об идеологии «неоготицизма» см., например: Isla Frez А. La Alta
Edad Media. Siglos VIII-XI. Madrid: Editorial Sintesis, 2002. Р. 36-40.

414
О.В. Аур о в, А.В. А/арей
За пределами внимания авторов оказывается конфликт, раз­
горевшийся после смерти отца между сыновьями Фернандо 1
(1037-1065) - Альфонсо, Санчо и Гарсией, опущена роль в этом
конфликте королевы Санчи, выведена за скобки попытка объеди­
нения всего королевства под скипетром Санчо 11 (1065-1072).
Между тем принципиальная важность этих событий для всей
последующей истории Леона и Кастилии не подлежит сомнению.
Ни слова не говорится о феномене «королевских школ» в
королевстве Леона, о становлении и развитии там и в Кастилии
местных университетов, о роли, которую сыграли в политической
и правовой истории королевств выходцы из знаменитых универ­
ситетов Болоньи, Монпелье и т.д. Представляется, что без этих
сведений читателю будет непросто понять формирование в Кас­
тильском королевстве сословия летрадо, его значимость и суть
его противостояния рыцарству (об этом см. прекрасный параграф
В.А. Ведюшкина, С. 328-330). Повисают в пустоте без сведений
об испанских средневековых университетах и несколько строк,
посвященных Толедской школе переводчиков (С. 252).
Наконец, уязвимой выглядит трактовка ряда значимых поня­
тий, прежде всего - консехо и фуэро (С. 235). Не имея возмож­
ности остановиться на этой важной проблеме подробно, ограни­
чимся лишь отсылкой к монографии одного из нас ". Изложенная
там позиция, по меньшей мере, имеет право быть озвученной, тем
более, что книга включена в список литературы к соответствую­
щей главе (С. 637): в противном случае непонятно, для чего она
там фигурирует вообще.
Подводя итоги сказанному, мы должны подчеркнуть, что
наши замечания не могут повлиять на общую оценку рецензируе­
мой книги. Мы убеждены, ей суждена долгая и счастливая судьба
и потому, что она заполняет существенную лакуну в отечествен­
ной историографии в целом (и испанистики, в частности), и по­
тому, что, провоцируя новые дискуссии, плодотворность которых
не вызывает сомнений, она станет значимым стимулом развития
отечественной испанистики в целом.
От души поздравляем авторов книги с несомненной творче­
ской удачей.
О.В. Ауров, А.В. А/арей
35 СМ.: Ауров О.В. Город и рыцарство феодальной Кастилии: Сепульведа и
Куэльяр в XIII - середине XIV века. М., 2012. С. 115-176,253-268.

В.А. Ведюшкин, ГА. Попова, А.А. Ткаченко
ОТВЕТ РЕЦЕНЗЕНТАМ
Две переданные в журнал «Средние века» обширные рецен­
зии на первый том «Истории Испании», одна из которых напи­
сана М.В. Рыбиной, а другая - О.В. Ауровым и А.В. Мареем,
свидетельствуют о несомненном интересе коллег и не оставили
равнодушными авторов и редакторов тома. Основательность под­
хода рецензентов заставляет и нас взяться за перо, тем более что
речь идет не только о носящих относительно частный характер
спорах между специалистами, но и о вопросах, представляющих
интерес для достаточно широкого круга читателей. Мы благо­
дарны авторам обеих рецензий, содержащих, наряду с высокой
оценкой труда в целом и ряда его разделов и глав по отдельности,
ценные критические замечания и исправления, многие из кото­
рых авторы с удовольствием учтут в случае переиздания книги.
В то же время более обширная рецензия О.В. Аурова и А.В. Марея
содержит несопоставимо больше критических замечаний, причем
речь идет не только о спорных вопросах структуры и распределе­
ния объема (можно так, а можно и иначе), но и о многочисленных
«фактических неточностях и крайне неудачных умолчаниях». По­
этому мы решили сосредоточиться в своем ответе именно на ней, но
в случаях, когда это кажется уместным, останавливаться и на неко­
торых соображениях М.В. Рыбиной (каждый раз это оговаривая).
Состав и структура обобщающего труда по истории любой
страны - всегда совокупность самых разных компромиссов: меж­
ду хронологическим, проблемным и региональным подходами;
между экономической, социальной, политической и культур­
ной проблематикой; между научным и научно-популярным сти­
лем изложения; между много о немногом и немного о многом и
т.д. Всегда, в чем-то выигрывая, чем-то за это платишь. Напри­
мер, О.В. Ауров и А.В. Марей сетуют на то, что сюжеты об ис­
панских евреях и конверсо разбросаны по различным .разделам
тома, а не объединены вместе; М.В. Рыбина говорит примерно то
же об истории церкви. Но мы в ряде случаев вполне сознательно
решили пожертвовать цельностью изложения ради того, чтобы
лучше вписать те или иные сюжеты в контекст истории страны в
целом. На наш взгляд, мы скорее выиграли, рецензентам кажется,
что скорее проиграли, но по таким вопросам сложно спорить.
Компромиссом стала и хронологическая грань между первым
и вторым томом. Авторы рецензии отмечают, что она не бесспор-

416
В.А. Ведюшкин, ГА. Попова, А.А. Ткаченко
на. Действительно, и в испанских университетах, и в исследова­
тельских институтах существуют кафедры или отделы истории
Нового времени (Нгзгопа Moderna), сотрудники которых занима­
ются преподаванием и исследованиями по периоду XVI-XVIII вв.
Но парадоксальным образом практически не издается работ, хро­
нологические рамки которых более-менее совпадают со всем этим
периодом, равно как и работ, объединяющих XVII и XVIII вв.
Зато сколько угодно книг и статей, в названиях которых указаны
XVI-XVII ЕВ., а XVIII в. /обычно фигурирует отдельно. Можно
вспомнить и о нашей «Всемирной истории» (Т.'З: XVI-XVII ВВ.,
Т. 4: XVIII в.), но в данном случае речь идет об истории одной
I
страны, и обсуждать, какая дата окажется наилучшим рубежом,
следует применительно именно к Испании.
Любопытно, что сами же авторы рецензии приводят убеди­
тельные аргументы B'Q пользу грани 1700 г. (которые можно и до­
полнить, вспомнив, к примеру, о смене Золотого века веком Про­
свещения), но не готовы отказаться от трактовки XVI-XVIII вв.
как «единого периода раннего Нового времени» (никак не ком­
ментируя это сомнительное единство), хотя как раз в испанской
истории различий здесь не меньше, чем единства.
Заметим, кстати, что трактовка именно XVI-XVIII вв. как ран­
него Нового времени - своего рода логическая ловушка. Понятие
раннего Нового времени (Early Modem History и Т.Д. 1) возникло не
в российской, а в западной историографии, где разграничиваются
Modern History и Contemporary History, или, применительно к тру­
дам испанских историков, Edad Moderna и Edad Соптсшрогапеа.
Но если в западной историографии Modern History - это период
XVI-XVIII ВВ., то какой же смысл тот же самый период назы­
вать и Early Modern History? По нашим наблюдениям, его так
и не называют, по крайней мере, применительно к Испании.
И если; к примеру, известный американский испанист Р. Кэган
называет свою книгу «Студенты и общество в Испании раннего
Нового времени», то о XVIII в. в ней будут разве что разрознен­
ные упоминания, а имеются-то в виду' именно XVI-XVII вв.
Да, конечно, мы можем договориться называть ранним Новым
временем то, что испанцы называют Edad Moderna, а собственно
Новым временем - Edad Contemporanea, но тогда несколько усу-
1 Впрочем, среди испанских исследователей понятие Alta Edad Moderna не
слишком популярно, в названиях книг и статей обычно фигурируют просто
XVI-XVII вв. либо династия Габсбургов (Casa de Austria), годы правления ко­
торой в Испании - 1516-1700 гг. - почти совпадают с периодом XVI-XVII вв.

Ответ рецензентам
417
губятся терминологические расхождения с испанскими коллега­
ми и затушуется грань 1700 г.
Не совсем понятно, на основании чего у авторов рецензии
«возникает ощущение, что авторы тома связывают эпоху XVI­
XVII вв. скорее с предшествующим, чем с последующим перио­
дом». Мы стремились подчеркнуть черты, отличающие эти сто­
летия и от предыдущих, и от последующих. Том делится на три
части, каждая из которых соответствует новому периоду в исто­
рии страны. Последняя из них названа «Испания в начале Нового
времени», и в ней больше подчеркиваются элементы нового, а не
сохранение средневековых традиций (при всей их важности).
Все сказанное не означает, что авторы недооценивают грань,
разделяющую XVIII и XIX вв., просто об этом будет сказано во
втором томе. И только второй том покажет, что более оправданно:
заканчивать XVIII в. первый том или начинать им второй. До­
бавим к этому, что, при всем уважении к истории XIX-XX вв.,
существовавшая в советское время и легко объяснимая традиция
уделять в трехтомниках по истории отдельных стран первый том
периоду до конца XVIII в., а два последующих тома - XIX-XX вв.
никогда не казалась нам оправданной, и мы рады, что в нашем
издании испанская Древность, Средневековье и раннее Новое
время с точки зрения объема представлены более достойно, чем
это было бы лет 40 назад.
Ряд замечаний рецензентов связан с диспропорциями в изло­
жении отдельных сюжетов, например, со сравнительно неболь­
шим объемом раздела о Вестготской Испании и, в ряде случаев,
разделов по истории культуры. Но нельзя сказать, что мы про
это забыли, упустили из виду: речь вновь идет о сознательном
выборе. Дорогие читатели, вы никогда не замечали, что в обоб­
щающих трудах сюжеты, относительно исследованные в отечест­
венной традиции, оказывается проще изложить более кратко, в то
время как то, о чем у нас никто никогда не писал, требует боль­
шего объема? На наш взгляд, именно по этой причине главы по
Вестготской Испании, опирающиеся на достаточно богатую оте­
чественную традицию, получились относительно короткими, а не
имеющий аналогов очерк истории геральдики оказался несколько
объемнее, чем это было запланировано. Заметим' к тому же, что
каждый из авторов тома имеет собственные исследовательские
интересы, и не дать ему возможности именно на них остановить­
ся несколько подробнее - значило обеднить том, «выковырять из
него изюминки».
14 3ak. 288

418
В.А. Ведюшкин, г.А. Попова, А.А. Ткаченко
Что же до.истории культуры, то здесь идеального рецепта не
может быть априори: понятно, что рассказать обо всем невоз­
можно, и во многих случаях историки вынуждены выходить за
пределы своей компетенции, вступая на зыбкую для них почву
то искусствознания, то филологии, ТО истории философии. Ав­
торы и редакторы тома постарались, уделяя главное внимание
тому, чем как раз занимаются именно историки - общественной
мысли, и, в то же время, избегая ненужной в таком труде дета­
лизации, показать богатство испанской культуры на разных эта­
пах ее развития, вписать ее в контекст истории общества. А для
этого вовсе не обязательно структурно выделять ее в отдельные
главы или хотя бы параграфы (как мы в очень многих случаях
не посвящаем отдельные главы и параграфы политической, со­
циальной или экономической жизни), и обособлены эти сюжеты
там, где это .казалось нам наиболее оправданным. В других же
случаях 'материал, напротив, органично смотрелся в контексте
прочих проблем. Например, в связи с историей Дороги франков
говорится и о романской архитектуре собора в Сантьяго, и о ли­
тературе, и о музыке; в связи с правлением Альфонсо 'Мудрого - о
литературе и правовой культуре; в контекст политики вписаны и
появление в Испании готики, и деятельность классика испанской
средневековой литературы Хуана Мануэля, и такой своеобразный
памятник литературы XIV в., как «Книга об охоте» Альфонсо XI.
В итоге, на наш взгляд, о кастильской культуре XII-XIV вв.
(а именно применительно к этой главе изложение истории культу­
ры вызвало у рецензентов больше всего нареканий) в томе созда­
ется вполне отчетливое представление, и на отдельных примерах
о ней идет специальный разговор, хотя понятно, что нельзя ска­
зать обо всем; желающие большего могут обратиться к трудам по
истории литературы и искусства.
Характеризуя Введение, авторы обеих рецензий упоминают
как его недостаток отсутствие в историографическом очерке ха­
рактеристики современного состояния исследований: «возникает
ощущение, что эта история завершилась поколением, вошедшим
в испанистику в 1960-1970-е гг,». Признаемся, что при написа­
нии тома мы; над этим специально думали и решили ограничиться
немногими фразами о новых поколениях историков, пришедших
в испанистику в последние 20-30 лет (но эти-то фразы во Введе­
нии есть, так что непонятно, почему на основании его чтения у
О.В. Аурова и А.В. Марея возникает ощущение, что новых по­
колений в последние десятилетия не было). Другое дело, что мы

Ответ рецензентам
419
сознательно решили вообще не упоминать здесь имен: поскольку
Введение написано не только к первому тому, но ко всему изда­
нию, а испанистов в России сейчас, к счастью, довольно много,
то даже простое упоминание всех их смотрелось бы телефон­
ным справочником. В то же время упоминание одних имен при
отсутствии упоминания других тоже показалось нам не лучшим
выходом.
Авторы рецензии видят «определенное логическое противоре­
чие между критическим отзывом о степени репрезентативности
канонов собора в Эльвире как источника по истории испанской
Церкви IV в. (С. 92), с одной стороны, и характеристикой основ­
ных черт церковной организации того же периода в опоре на дан­
ные именно этого источника - с другой (С. 93-96)>>. Фактически
они предлагают вместо канонов собора в Эльвире опереться на
более надежные постановления 1 Сарагосского (380 г.) и 1 Толед­
ского (397-400 гг.) соборов. Этот непростой ВОПР9С заслуживает
более подробного рассмотрения. В тексте «Истории Испании»
речь идет о том, что скорее всего неподлинным является само
собрание канонов Эльвирского собора, но не отдельные каноны,
сохранившиеся в составе этого сборника. Для начала IV в. и все­
го доникейского периода просто нет аналогов столь обширного
свода церковных правил ни на Западе, ни на Востоке. Для сравне­
ния: Неокесарийский собор принял всего 15 канонов, Анкирский
собор - 25, 1 Вселенский (Никейский) собор - 20 канонов (даже
более поздние Сарагосский и 1 Толедский соборы, '" на которые
ссылаются рецензенты, приняли 8 и 20 (+ постановление против
присциллианистов) канонов соответственно). В данном же случае
мы имеем 81 (!) канон, изданный, судя по заглавию, локальным
собранием епископов на окраине христианского мира. Учитывая,
что даже от 1 Вселенского собора, созванного при активном уча­
стии императорской власти, не сохранилось полноценных собор­
ных актов и полных общепризнанных списков участников, а сами
каноны имеют сложную текстологическую традицию, то край­
не маловероятно, чтобы от эпохи гонений на христианство так
хорошо сохранился столь про странный документ, как собрание
канонов Эльвирского собора. Однако, во-первых, сами по себе
представленные в сборнике каноны не являются выдуманными
составителями сборника, к ним имеются частичные .параллели в
других источниках IV в.; во-вторых, каноны используются как ис­
точник не для доникейского периода, а дЛЯ IV в. В целом (и даже
скорее для его 2-й половины). Игнорировать сам сборник при всей

420
В.А. Ведюшкин, ГА. Попова, А.А. Ткаченко
его сомнительности нельзя, так как источников для этого периода
крайне мало (каноны Сарагосского и 1 Толедского соборов имеют
слишком узкую направленность и далеко не столь многочислен­
ны). Следовательно, претензии рецензентов в данной части нель­
зя признать обоснованными.
На фоне высокой оценки рецензентами тома в целом и боль­
шинства его глав по отдельности выделяется своей критической
направленностью характеристика глав, посвященных Астурии,
Леону и Кастилии в VIII-XIV вв. После упоминания о «масштаб­
ности замысла и задач, стоявших перед авторами этих разделов»
рецензенты сразу же переходят к перечислению «досадных не­
доработок», «фактических неточностей и крайне неудачных
умолчаний». После таких слов готовишься к худшему, а речь
между тем идет о 8 или 9 конкретных замечаниях, касающихся,
в большинстве своем, спорной трактовки отдельных фактов и
расхождений в датировках. Признавая полное право рецензентов
оценивать как удачную или неудачную расстановку акцентов в
тексте, степень подробности освещения тех или иных событий
или явлений, хотелось бы, чтобы читателю был понятен характер
наших разногласий, ответить на некоторые из этих замечаний по
отдельности.
В некоторых случаях рецензенты очевидно правы, например,
отмечая досадную неточность относительно встречи Альфон­
со Мудрого с Григорием Х в Бокере. Но в ряде других случаев
нам есть что возразить. Так, рецензенты сетуют, что мы лишь
поверхностно касаемся политики по возрождению «обычаев
и церемоний вестготских королей (Ordo Gothorum)>> в Астурии
при Альфонсо 11, не раскрывая сути этого явления и не используя
ключевого понятия «неоготицизм», «принципиально важного для
понимания не только идеологического климата в королевстве, но
и характера власти астурийских королей». Однако понятие «нео­
готицизм», хотя и, безусловно, важное для специальной литерату­
ры, посвященной Астурийскому королевству, все же является ис­
ториографическим конструктом, который уместнее использовать
в дискуссии по вопросу об особенностях раннесредневековых ис­
торических сочинений. Специалисты, прибегая к этому понятию,
прекрасно представляют себе скудость источников, на которых
основываются наши знания о событиях VIII-IX вв.; они лишь С
очень большой долей допущения позволяют давать обобщающие
характеристики политических структур. В частности, уже давно
нет единства относительно применимости понятия «неоготицизм»

Ответ рецензентам
421
к «идеологическому климату» королевства времен Альфонсо 11;
некоторые исследователи полагают, что его политика получила
новое осмысление в период составления хроник Альбельдской и
Альфонсо 1112. Именно исходя из этого, авторы данного раздела
сочли возможным, упомянув о самом факте обращения к образцам
вестготского прошлого, не использовать понятие «неоготициэм»
как общую характеристику.
Рецензенты считают ошибкой авторов упоминание о том, что
Альфонсо УI в 1072 г. находился в плену у своего брата. Меж­
ду тем об этом событии существуют источники как клюнийско­
го, так и испанского происхождения. И те, и другие говорят об
участии аббата Гуго Клюнийского во внутрииспанских делах.
В самом раннем Житии Гуго говорится, что он, узнав о пораже­
нии Альфонсо и его тюремном заключении, вознес молитвы за
него и повелел братьям молиться/об освобождении короля. Он
также отправил: в Кастилию одного из монахов (Химено, бывше­
го епископа Бургосского). В финале этой истории сам апостол
Петр явился во сне тирану Санчо и угрожал ему скорой смертью,
так что тот вынужден был отпустить Альфонсо:'. Вопрос О досто­
верности данного изложения событий поставил еще Р. Менендес
Пидаль, который указывал на его легендарный характер и ряд
анахронизмов", Однако основные моменты истории отмечены
и в независимом источнике - хронике второй половины XII в.
из монастыря Санта-Мария-ла-Реаль". Согласно этой хронике,
леонские епископы, аббаты и знатные лица ходатайствовали об
освобождении Альфонсо, но все было напрасно, пока сам Аль­
фонсо не обратился за помощью к аббату Клюни, ссылаясь на
обязательства взаимной любви и поддержки, принятые клюний­
цами еще вместе с его отцом Фернандо. Тогда клюнийцы стали
молиться за него. Само освобождение, согласно хронике, также
произошло после чудесного явления святого Петра во сне. На­
конец, в грамоте, датированной 17 ноября 1072 г., Альфонсо УI
2 Diaz у Diaz М с. La historiografia hispana desde la invasi6n агаое hasta el afio
1000// De Isidoro al siglo XI. Barcelona, 1976. Р. 205-234 (особенно - Р. 221);
Escalona J. Family memories: inventing Alfonso 1 of Asturias // Building
Legitimacy: Political Discours and Forms of Legitimation in Medieval Societies.
Leiden, 2004. Р. 223-262.
3 Gilo. Vita Hugonis. 1 5 (изд.: Memorials of Abbot Hugh of Cluny / Ed.
E.H.J. Cowdrey // Two studies in Cluniac history: 1049-1126. R., 1978. Р. 59-60).
4 Мепепаег Pidal R. La Espafia del Cid [1929]. Madrid, 1947. Vol. 1. Р. 175. n 4.
5 Изд.: Chronica Hispana saeculi XII, Pars 11: Chronica Naierensis / Ed. J.A. Estevez
Sola. Turnhout, 1995. (СССМ; 71А).

422
В.А. Ведюшкин, г.А. Попова, А.А. Ткаченко
благодарит Бога за возвращение ему, побывавшему в ссылке или
плену (ехtопis), утерянного королевства без пролития крови и
опустошения страны", Так что в этом случае, даже если критика
со стороны рецензентов опирается на некие новейшие исследова­
ния, опровергающие нашу точку зрения, то, во-первых, саму эту
точку зрения нельзя называть «утверждениями авторов главы»,
поскольку это, по сути, пересказ сведений источников и класси­
ческое общепринятое изложение данной проблемы в научной ли­
тературе. Такая же точка зрения на пленение Альфонсо и участие
клюнийцев в его освобождении отражена, например, в авторитет­
ной «Новой Кембриджской истории Средних веков» 7. Заметим,
кстати, что работа, на которую рецензенты ссылаются в поддерж­
ку своей точки зрения, не содержит на указанных ими страницах
информации или суждений, противоречащих нашей точке зрения,
а скорее, напротив, подтверждает ее". Во-вторых, на наш взгляд,
неправомерно ставить в вину авторам «Истории Испании» умол­
чание той или иной существующей гипотезы, поскольку отразить
все их разнообразие по каждому вопросу в принципе невозмож­
но и противоречит самой идее обобщающего научного труда.
В данном случае представлена традиционная точка зрения мно­
гих современных ученых. Заметим, наконец, что этот эпизод был
частью того конфликта между королями Санчо 11 и Альфонсо VI,
которому посвящен абзац на С. 192 «Истории Испании», так что
утверждение рецензентов, что этот сюжет «остался совершенно
за пределами внимания авторов», не соответствует действитель­
ности.
Авторы рецензии считают крайне серьезной ошибкой приве­
денную в томе датировку завершения «Семи партид» (середина
1260-х годов; по мнению рецензентов - не ранее начала 1270-х го­
дов) и слова о том, что свод изначально «получил название "Семь
Частей" (Siete Partidas) по числу входящих в него разделов»
(С. 249). Между тем дата составления свода «Семь Партид» - се­
редина 60-х годов XIII в., указана нами с опорой на авторитетные
6 См.: Gambra А. Alfonso VI: Cancilleria, curia е imperio. Le6n, 1997. Vol. 1. N 11.
Р.22-25.
7 ТЬе New Cambridge Medieval History / Ed. D. Luscombe, J. Riley-Smith.
Cambridge, 2004. Vol. 4: С. 1024 - с. 1198. Pt. 2. Р. 177.
8 «Alfonso fue derrotado у llevado encarcelado а Burgos. ( ... ) Porque а fines de тауо
о primeros de junio del mismo afio de su cautividad, Sancho dejo а su hermano irse
desterrado а еllа (ciudad de Toledo. - Авт.)>> (Linage Conde А. Alfonso VI, el rey
hispano у europeo de las tres religiones (1065-1109). Burgos, 1994. Р. 54).

Ответ рецензентам
423
работы Дж. Крэддока" и А. Иглесиа Ферейроса'", которые оспо­
рили гипотезу А. Гарсии Гальо!', относившего время завершения
«Партид» к периоду правления Санчо IV и Альфонсо ХI (оконча­
тельная редакция датируется им 1340 г.), и их точка зрения оста­
ется принятой наиболее широким кругом исследователей 12. Из­
менения, вносившиеся позже в Первую Партиду (вторая и третья
редакция после 1272 г.), Дж. Крэддок относит уже к следующе­
му этапу законотворческой деятельности правления Альфонсо Х
Мудрого!". Вопреки мнению рецензентов, в кратком рассказе
об этом памятнике вовсе не утверждается, что он получил свое
название «изначально», а просто не рассмотрено отдельно изме­
нение его заглавия. Автор исходил из того, что эта информация
в большей степени важна для специалистов-историков или пра­
воведов, и те читатели, что проявят особый интерес к истории
«Семи Партид», смогут найти ее в соответствующей специальной
литературе, в том числе в трудах наших рецензентов.
На что же нам остается ответить рецензентам в их критике
двух глав по Астурии, Леону и Кастилии в VIII-XIV вв.? Да, дейс­
твительно, упомянув о создании Саламанкского университета и
уделив полстраницы (а вовсе не «несколько строк») толедским
переводчикам, мы не стали останавливаться на университетской
культуре (имея в виду, что о ней будет немного сказано приме­
нительно к более позднему времени). Да, была еще неточность
относительно упоминания в «Установлениях Алькалы» о «Фуэ­
ро Хузго». И всё. Никаких других критических замечаний, кото­
рые бы свидетельствовали о неудачности этих глав, рецензенты
не приводят. Много это или мало на две главы общим объемом
более 3 п.л.? На наш взгляд, пропорционально не больше, чем
неточностей в тексте самих рецензентов. Помимо нескольких уже
указанных нами натяжек, отметим, что вопреки мнению рецен-
9 Craddock J.R. La стопоюага de 1as obras 1egis1ativas de A1fonso Х е1 Sabio / /
Anuario de historia de1 derecho espafio1. 1981. Т. 51. Р. 365-418.
10 Iglesia Ferreiros А. A1fonso Х е1 Sabio у su obra 1egis1ativa: a1gunas reflexiones //
Anuario de historia de1 derecho espafio1. 1980. Т. 50. Р. 531-561.
11 Подробно дискуссия освещена в: Бапспег-Апсй!а Bernal J. La obra 1egis1ativa
de A1fonso Х е1 Sabio. Historia de una рогеппса / / Е1 Scriptorium Alfonsi: de 10s
1ibros de Astro10gia а 1as Cantigas de Santa Мапа. Madrid, 1999. Р. 17-82.
12 Historia de Espafia. Fundada рог R. Мепеппез Pida1 / Dir. рог J.M. Jover Zamora.
Madrid, 1991-2005. Т. XIII. Pt. 1. 1995. Р. 180-181; О 'Са llaghаn J.F A1fonso Х
and the Partidas / / Las Siete Partidas. Уо1. 1: ТЬе Medieva1 Church. ТЬе World of
C1erics and Laymen. Pennsy1vania, 2001. Р. XXXV-XXXVI.
13 Craddock J.R. Ор. cit. Р. 386-400.

424
В.А. Ведюшкин, г.А. Попова, А.А. Ткаченко
зентов (сноска 4) в 2003 г. был переиздан не второй, а первый
том советского издания Р. Альтамиры, а эдинбургского профес­
сора У.М. Уотта и его сотрудника п. Какиа никак нельзя назвать
«американскими испанистами» (с. 4 рецензии). Неприятно толь­
ко, что, раскритиковав две указанные главы, авторы - специалис­
ты как раз в этой области - практически ничего не говорят о ре­
альном содержании глав; парадоксальным образом они даже не
упоминают ключевое понятие Реконкиста, которому в тексте глав
уделено едва ли не главное внимание.
Впрочем, такого рода неточности и, на наш взгляд, несправед­
ливости отнюдь не заслоняют от нас большого и важного труда,
проделанного рецензентами, и закончить мы хотим тем же, с чего
начали - словами благодарности.

ПОЛЕМИКА, ОТСРОЧЕННАЯ НА 80 ЛЕТ
УДК 930(485+47)"19"
В.В. Рыбаков
НОВАЯ ПОПЫТКА ПОНЯТЬ АДАМА БРЕМЕНСКОГО:
ОТВЕТ СТУРЕ БУЛИНУ 80 ЛЕТ СПУСТЯ
в статье разобрана работа шведского историка-гиперкритика с. Булина, напеча­
танная в 1932 г. и ставшая образцом текстологического исследования для многих
поколений шведских медиевистов. Автор стремится показать, что, разоблачая
историков «докритической эры», с. Булин в некоторых случаях предложил убе­
дительные и остроумные решения источниковедческих проблем вокруг хроники
Адама Бременского, а в некоторых случаях истолковал текст таким образом, что
сам оказался весьма уязвим для критики.
Ключевые слова: историография, гиперкритическая школа, Адам Бременский,
текстология, история Скандинавии.
Введение:
шведская гиперкритическая школа
Обычное для нашей эпохи представление о том, что чело­
веческая личность индивидуальна, многогранна, переливчата,
противоречива и непредсказуема, возможно, даже эксцентрич­
на, завоевало широкую популярность лишь с эпохи романтиз­
ма. Огрубляя, можно сказать, что до второй половины XVIII в.
человек мыслился как механическое соединение добродетелей
и пороков. Вот почему современному читателю, привыкшему к
игре сложных характеров, бывает так скучно читать раннесред­
невековые исторические сочинения. Их авторы ведут рассказ о
королях, герцогах, папах, епископах и, как правило, мажут одних
героев белой краской, а других черной, что заметно невооружен­
ным глазом. Равным образом смущают наших современников
потоки неприкрытой лести, изливаемые хронистами на своих
патронов. Например, Адам Бременский в эпилоге без малейшей
иронии обращает к Гамбург-Бременскому архиепископу Лиемару
низкопоклоннические слова: « ... деянья твои и так всему миру

426
В.В. Рыбаков
открыты, / И без писателя их молва прославит навеки»! ( ... nota
satis pateant tua gesta per orbem, / Quae et sine scriptore vulgabit
Гаша регпепшв)", Не менее льстив он и в предисловии: «Наше на­
мерение - угодить не всем, а тебе, отец, и церкви твоей, ибо весь­
ма нелегко угодить недоброжелателям»3 (Nobis propositum est поп
omnibus placere, sed tibi, pater, et ecclesiae tuae. Difficillimum est
enim invidis р[асеге)".
Но едва ли древности были известны сознательное искаже­
ние и пропаганда, намеренная дезинформация, подобные тем,
которые на каждом шагу встречаются в ХХ столетии. Партий­
ность, убежденность настолько сливалась с общей картиной
мира писателя, что он просто не мог видеть врагов своей партии
в ином свете, нежели черный или серый. Этим же объясняется
и страстная апологетика. По отношению к хронистам второй
половины ХI в. будет уместным употребить слово «пристраст­
ность», но совершенно неуместно говорить об их «тенденциоз­
ности» (т.е. намеренном искажении, которое производит автор,
заведомо знающий, что лжет). Между тем именно так поступают
приверженцы «историко-критического метода» в скандинавской
историографии ХХ в. А они как раз и разрабатывали тему «Адам
Бременский и Скандинавия», их влияние на литературу и стало
определяющим.
Назову два главных имени - это основатель Лундской ги­
перкритической школы Лауриц Вейбулль (Lauritz Weibull,
1873-1960), а также его ученик и с 1938 г. преемник по универ­
ситетской кафедре Стуре Булин (Sture Bolin, 1900-1963). В том,
что касается глубины проникновения в предмет, а также фун­
дированности работ, эти авторы превзошли и своих предшест­
венников, и потомков. Впрочем, их усердие и акрибия, в целом,
унаследованы от той же немецкой классической традиции, к ко­
торой принадлежал и издатель хроники Адама Б. Шмайдлер, -
недаром последний за свои труды был принят в лупдское ученое
общество, а в своей статье от 1933 г. благодарил Л. Вейбулля и
1 Адам Бременский. Деяния архиепископов гамбургской церкви // Немецкие ан­
налы и хроники Х-ХI столетий. М., 2012. с. 448. (Далее: Адам).
2 Magistri Adam Bremensis Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum /
Ed. В. Schmeidler. Editio tertia. Hannover; Leipzig, 1917 (Scriptores rerum Ger­
manicarum in usum scholarum ех Monumentis Germaniae Historicis separatim
editi). Unveranderter Nachdruck, 1977. Epilogus. S. 282. (Далее: Adam).
3 Адам. с. 298.
4 Adam. S. 3.

Новая попытка понять Адама Бременского
427
С. Булина за помощь в работе: эти исследователи признавали
значение друг друга",
Лундские историки, разумеется, были позитивистами. Они
верили в существование «объективной истины», «исторической
действительности», а свою задачу видели в поиске этой исти­
ны, пытаясь освободить «реальность» от различных искажений,
привнесенных отчасти самими создателями письменных источ­
ников, отчасти же скандинавскими историками «докритической
эры», Т.е. предшественниками «первопроходца» (banbrytare) кри­
тического метода в Скандинавии Лаурица Вейбулля - в первую
очередь датскими и шведскими романтиками, такими, как Каспар
Палудан-Мюллер (Caspar Рапшап-Мййег, 1805-1882) или Эрик
Густав Гейер (Erik Gustaf Geijer, 1783-1847).
Общий пафос гиперкритической школы - разоблачительный.
Л. Вейбулль и С. Булин стремились выявить тенденциозность ав­
торов раннесредневековых источников, вычленить в их писани­
ях истинное и ложное, понимая под истинным то, в чем нельзя
усмотреть тенденциозность и что можно проверить другими ис­
точниками, желательно документальными, которые они ставили
выше нарративных. В их работах часто встретишь словосочета­
ние «историческая ценность» (kallvarde). Источник имеет «ис­
торическую ценность» в той мере, в какой он достоверен, опре­
делить же степень его достоверности - как раз задача историка.
Своих предшественников гиперкритики упрекали - нередко впол­
не справедливо - за излишнее доверие к средневековым истори­
ческим сочинениям, за отсутствие «критики источника».
Взгляд с. Булина
на хронику Адама Бременского
в ставшей впоследствии классической монографии «О древ­
нейших исторических исследованиях в Скандинавии. Их методи­
ка и историческая ценность» С. Булин провозгласил: «Описание
истории Скандинавии у Адама, на самом деле, - как-то особенно
ясно продемонстрировали современные исторические исследо­
вания - пропитано морализаторской тенденцией и ярко выра­
женной партийной ориентацией» (Adams skildring av Nordens
5 Schmeidler В. Zllr Егпвгепшп; цпо Zllm Plane der Нашоцгшвспеп Kirchengeschich­
te Adams уоп Bremen // Nelles Archiv der Gesellschaft fur altere delltsche Ges­
chichtskllnde. Berlin, 1933. Bd. 50. s. 221. Апт. 1.

428
В.В. Рыбаков
historia аг i sjalva verket - sasom det med skarpa рйрекатв av гпопёгп
historieforskning - genompyrd av moraliserande tendens осЬ starkt
рагшаяапое)". Эта фраза - квинтэссенция «историко-критического
метода», исповедовавшегося последователями л. Вейбулля, при­
менительно к «Деяниям архиепископов гамбургской церкви». Как
мне представляется, в подобном суждении есть известная доля
истины, однако говоря в общем, вследствие гиперкритического
пафоса лундских историков, «морализаторство» и «партийность»
Адама оказались в сознании потомков сильно преувеличены.
С. Булин большую часть "жизни изучал римскую монетную
чеканку? и написал все свои немногочисленные, но очень влия­
тельные труды о письменных источниках по ранней истории
Скандинавии в первой половине 30-х годов. В числе этих трудов
статья 1932 г. с новыми интерпретациями некоторых фрагментов
«Деянийэ". Эта статья оказала значительное воздействие на позд­
нейшую историографию, поэтому в дальнейшем повествовании
я сопровождаю собственные размышления над текстом Адама
критическим разбором данной статьи .. 1
Автор начинает с того, что подчеркивает большую историче­
скую ценность хроники Адама Бременского для скандинавской
истории, с чем едва ли кто-то будет спорить. Но все же, подобно
ему, я не стал бы противопоставлять «Деяния» сочинению Сак­
сона Грамматика и исландским сагам, как более достоверное -
менее достоверному. Кроме близости по времени к описывае­
мым событиям иных оснований считать Адама более надежным
источником сведений об эпохе викингов не проглядывается. По
общему числу предполагаемых «ученых конструктов» его сочи­
нение вполне сопоставимо и с «Деяниями датчан», и с «Кругом
земным» Снорри Стурлусона.
Справедливо, пожалуй, другое соображение с. Булина. По
его мнению, исследования Б. Шмайдлера, увенчавшиеся новым
критическим изданием текста", вызвали взрыв интереса к хрони-
6 Bolin S. От Nordens aldsta historieforskning. Studier бvеr dess metodik och kall­
varde. Lund, 1931. S. 35.
7 Myrberg N. Sture Bolin, medeltidsforskare mellan historia och arkeologi // Nordisk Nu­
mismatisk Unions Medlemsblad. Maj 2012. N 2: Temanummer от Vikingetid i anled­
ning afPeter Ilisch' 65 arsdag. Кebenhavn, 2012. S. 64-69.
8 Bolin S. Кring тпёыег Adams text. Interpretation och kommentar. Bidrag till Nordens
historia under 900-och 1000-talen // Scandia. Stockholm; Кebenhavn; Oslo, 1932. Bd. 5.
Hft. 2. S. 205-250.
9 Результаты работы Б. Шмайдлера подытожены в его монографии: Schmeidler В.
Hamburg-Bremen und Nordost-Europa vom 9. bis 11. lahrhundert. Leipzig, 1918.

Новая попытка понять Адама Бременского
429
ке Адама в Дании и Швеции!". Однако в итоге это привело лишь
к спорам об облике исходного текста, а не к изучению его со­
держания, о чем (добавлю от себя) свидетельствуют и некоторые
работы самого с. Булина!'.
За этим кратким предисловием в разбираемой статье следуют
шесть маленьких разделов, пронумерованных латинскими циф­
рами. Каждый раздел посвящен обсуждению одной текстологиче­
ской проблемы. Набор же этих проблем достаточно произволен:
он в большей степени определяется источниковедческой логикой,
нежели содержанием конкретных фрагментов, анализируемых
автором.
Харальд Синезубый
в описании Адама Бременского
Первая проблема, рассматриваемая с. Булином (на стр. 206-
214), как понимали в историографической традиции XIX в. образ
датского короля Харальда Синезубого, запечатленный во второй
книге «Деяний» Адама. Чтобы читателю было легче воспри­
нимать дальнейшие рассуждения, я приведу соответствующий
фрагмент:
«Вопреки ожиданиям, ведь [жители Юмне] были язычниками, он
(Харальд Синезубый. - В.Р.) был ласково принят ими [и] по прошест­
вии нескольких дней, изнемогший от этой [полученной в бою] раны,
скончался, исповедуя Христа. Его тело было перенесено войском на
10 Приведу пару библиографических ссылок, иллюстрирующих этот интерес: Carls­
son G. Bemhard Schmeidlers Adamsforskningar // Kyrkohistorisk arsskrift. 1923. Upp­
sala, 1924. Arg. 23. S. 407-417; Steenstrup J. Nogle Unders0gelser til Belysning af
Teksten i Adam af Bremens V rerk / / Historisk Tidsskrift. К0Ьеnhаvп, 1929. Bd. 9. R. 6.
S.343-363.
11 я' подразумеваю его статьи: Bolin S. C-varianterna ау тпавтег Adams text // Уе­
tenskaps-Societetens i Lund Arsbok 1930. Lund, 1931. S. 93-103; Bolin S. Nar
avslutade шазтег Adam Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum? // Veten­
skaps-Societetens i Lund Arsbok 1931. Lund, 1932. S. 3-15. Позднее их выво­
ды повторены С. Булином в заметках: Bolin S. Zum Codex Havniensis G. Kgl.
S. 2296 (Hs. С 1 der Chronik des Adam von Bremen) // Classica et mediaevalia.
Киэеппамп, 1949. Vol. 10. S. 131-158; Bolin S. Gesta Hammaburgensis ecclesiae
pontificum / / Kulturhistorisk leksikon for nordisk middelalder fra vikingetid til
,reformationstid. Кооеппачп, 1950. Bd. У. Sp. 283-289. К тому же ряду исследо­
ваний принадлежит и одновременная с разбираемой работой статья датчани­
на Альфреда Отто: Otto А. Beitrage zur Textgeschichte des Adam уоп Bremen //
Neues Archiv der Gesellschaft fiir altere deutsche Geschichtskunde. Berlin, 1932.
Bd. 49. S. 10-55.

430
В.В. Рыбаков
родину [Харальда] и погребено в городе Роскилле, в церкви, которую
он сам первым выстроил в честь святой Троицы. Когда я решил спро­
сить его правнука Свена, который в настоящее время правит в Дании,
о его, [Харальда,] конце, он, [Свен,] словно второй Тидей, промолчал о
преступлении деда, а когда я все же напомнил [ ему] об отцеубийстве,
[совершенном Свеном-Оттоном,] сказал: "Это то, что мы, [его] потом­
ки, загладили и что сам отцеубийца искупил своим изгнанием". Он
же, наш Харальд, что первым ввел христианство в народе данов, что
сплошь покрыл весь север церквами и [наполнил] проповедниками, он,
говорю я, безвинно израненный и изгнанный из-за [того, что испове­
довал] Христа, не избежит, верю я, пальмы мученичества. Правил же
он L лет. Его кончина [приходится на] праздник всех святых. Память
о нем и о [его] жене Гунхильд вечно будет жить среди нас. [Как] мы
выяснили, это произошло во дни архиепископа Адальдага, но мы смог­
ли узнать не обо всех его, [Адальдага,] добродетелях. Ибо некоторые
утверждают
А 1.С.
что через него давались дары ис­
целений как в то время, когда он
был еще жив, так и после [его]
смерти у его могилы, и прочее,
{а именно: [благодаря ему] часто
прозревали слепые и происходили
другие чудеса.}
В.
что как в то время, когда он был
еще жив, так и после [его] смерти
у его могилы через него давались
дары исцелений. Среди братьев
говорят, что у его могилы часто
прозревали слепые и происходили
другие чудеса.
в высшей степени достоверным является также и [то,] что он установил
законы и правовые нормы как для нашего народа, так и для трансальбин­
гов и племени фризов. [Как] утверждают, благодаря авторитету [этого]
мужа они до сих пор [продолжают] соблюдаться. Тем временем испол­
нилось желание богобоязненного старца Адальдага относительно его
миссии, он обрел успех во всех своих делах дома и вне дома [и] почил
в плодовитой старости, в LIV год [своего] славного священнического
служения. Его кончина произошла в CMLXXXVIII год от [воплощения]
Господня. Он был погребен в бременской церкви в головах у епископа
Леудерика, с южной стороны. Он умер в первый год индикта, в 111 день
перед майскими календамии'".
А quibus contra spem, quia pagani erant, Ьитапе receptus, post aliquot
dies ех eodem vulnere deficiens, in Christi confessione migravit. Corpus
eius in patriam reportatum аЬ exercitu apud Roscald civitatem sepultum
12 Адам. с. 344-345.

Новая попытка понять Адама Бременского
431
est in ecclesia, quam ipse primus construxit in honore sanctae trinitatis. De
cuius fine, сит istum pronepotem suum, qui пипс in Dania regnat, Suen
interrogare maluerim, velud alter Tideus crimen avi reticuit, те vero parri­
cidium exaggerante: 'Нос est', inquit, 'quod nos posteri luimus et quod ipse
parricida suo piavit exilio'. At ille noster Haroldus, qui рорц!о Danorum
christianitatem primus indixit, qui totum septentrionem predicatoribus et
ecclesiis replevit, ille, inquam, innocens vulneratus et pro Christo expulsus
martyrii раlта, ut spero, поп carebit. Regnavit autem annos L. Obitus eius
in festivitate omnium sanctorum. Memoria eius et uxoris ·Gunhilde apud
пов perpetua manebit. Наес in diebus Adaldagi pontificis comperimus fac­
ta, сит tamen eius virtutes explorare поп omnes potuimus. Sunt autem qui
affirmant
А 1.С.
per еит gratias sanitatum factas
et tunc, сит adhuc viveret, et post
mortem ad sepulcrum eius, et alia.
[videlicet cecos frequenter illumina­
tos fuisse aliasque multas contigisse
virtutes] .
В.
et tunc, сит adhuc viveret, et post
mortem ad sepulchrum eius per еит
gratias sanitatum, Jactas. Ad sepul­
chrum eius sermo fratrum est cecos
frequenter illuminatos fuisse et alias
contigisse virtutes.
Certissimum vero est еит tam nostro рориl0 quam Transalbianis et
Fresonum genti leges et iura constituisse, quae adhuc pro auctoritate viri
servare contendunt. 1nterea senex fidelis Adaldagus de legatione sua voti
compos effectus et in omni opere suo domi forisque prosperatus in senecta
uberi migravit ad Dominum аппо sacerdotii nobiliter ministrati L1111. Cuius
excessus аппо Domini DCCCCLXXXVl11. contigit, et sepultus est in
ecclesia Bremensi, а capite Leuderici episcopi а meridiali plaga. Obiitque
indictione prima 1110 kal. Maii 13.
Это 28 глава из второй книги «Деяний», и она весьма
знаменита, как и весь сюжет, частью которого она является,
а именно описание междоусобицы Харальда Синезубого и
Свена Вилобородого. Попытки истолковать этот сюжет пред­
принимались неоднократно, в частности и самим С. Булином14.
13 Adam. Il, 28. S. 87-89.
14 Bolin S. От Nordens aldsta historieforskning. Studier бvеr dess metodik och kall­
varde. Lund, 1931. S. 32-40. Этой проблемой занимался еще Л. Вейбулль в
своей знаменитой книге 1911 г.: Weibull L. Kritiska uпdеrSбkпiпgаr i N ordens
historia omkring ar 1000 // Weibull L. Nordisk historia. Forskningar och uпdеrsбk­
ningar. Stockholm, 1948. Bd. 1. S. 275-287; 301-307. Ср. также примечания в:
Швеция и шведы в средневековых источниках / отв. ред. А.Д. Щеглов. М.,
2007. С. 99, 105.

432
В.В. Рыбаков
Что же нового в понимание приведенного фрагмента вносит
разбираемая статья? По сути дела лишь одно: автор стремится
опровергнуть неправильное понимание его предшественника­
ми второй половины текста, начинающейся словами: «[Как] мы
выяснили, это произошло во дни архиепископа Адальдага ... »
(Наес in diebus Adaldagi pontificis comperimus facta ... ). Как ни
удивительно, но существовала точка зрения, согласно которой
действующим лицом во второй половине 28 главы является не
архиепископ Адальдаг, а Харальд Синезубый, о коем шла речь
в первой половине. То есть тот человек, через которого «да­
вались дары исцелений как в то время, когда он был еще жив,
так и после [его] смерти у его могилы» - это Харальд. И он же
«установил законы и правовые нормы как для нашего народа,
так и для трансальбингов и племени фризов». Такая интер­
претация была возможна, так как прямую речь от лица Свена
Эстридсена доводили не до слов «искупил своим изгнанием»
(suo piavit exilio), а до слов «они до сих пор [продолжают] соблю­
даться» (quae adhuc ... servare contendunt) в самом конце фраг­
мента!",
При всей явной нелепости описанного выше толкования
оно продержалось в датской исторической литературе до начала
ХХ в. Видимо, сыграл свою роль авторитет К. Палудан-Мюлле­
ра, который и предложил его в одной своей ранней работе'", (Как
хорошо известно, в первой половине XIX в. романтики нередко
удревняли персонажей национальной истории и возвеличивали
их за мнимые подвиги, при этом не стесняясь самых причудли­
вых искажений источников.) Вслед за К. Палудан-Мюллером
эту гипотезу подробно обсуждает датский переводчик хроники
Адама П.В. Кристенсен'". И даже такой крупный историк, как
классик датской историографии Йоханнес Стинструп (Johannes
Steenstrup, 1844-1935), не исключает правильности подобной
15 Поразительнее всего, что даже Б. Шмайдлер, который правильно выделяет
прямую речь, полагал, что под eius при virtutes подразумевается Харальд
Синезубый (Adam. S. 88. Апт. 5).
16 Раludаn-Мйllеr С. От Harald Blaatands Lovgivning: еп hermeneutisk Under­
bl�gelse. Indbydelsesskrift til den offentlige Ехатеп i Odense Cathedralskole.
Odense, 1832.
17 От Menigheden i Norden under Erkesredet i Bremen og Hamborg (788-1072). Til­
ligemed sammes Beskrivelse af de nordiske Lande / Oversat af Р. W. Christensen.
КjвЬепhаvп, 1862. S. 71,258-260.

Новая попытка понять Адама Бременского
433
интерпретации 18, правда, делает это в официозном издании, вы­
пущенном по случаю дня рождения датского короля. Наконец
с. Булин «разоблачает миф» о Харальде как чудотворце и законо­
дателе (uпdеrgбrаrе och lagstiftare)19. Впрочем, для этого не требо­
валось нового критического издания, которое он использует. Ав­
тору было бы достаточно обратиться к версии И.М. Лаппенберга,
чтобы убедиться, что уже в 1846 г. тот понимал обсуждаемое
место правильно, выделив курсивом (в качестве прямой речи)
лишь слова: «Это то, что мы, [его] потомки, загладили и что сам
отцеубийца искупил своим изгнанием» (hoc est ... quod nos posteri
luimus et quod ipse parricida suo piavit exilio )20.
Мирный договор между Эдуардом Исповедником
и Магнусом Добрым
Вторая проблема, на которую обращает внимание с. Булин в
своей статье и которую пытается решить на с. 214-221, - кого
следует понимать под «тираном» в главе 78 третьей книги? Но
если в только что обсуждавшемся случае я безоговорочно под­
держиваю его истолкование (и даже удивлен тому, что рассматри­
вались иные), то в данном случае я с ним не согласен. Это можно
понять уже по моему переводу, в котором латинскому tyrannus
соответствует не «тиран», а «государь». Вот интересующий нас
фрагмент:
«На его (Хёрдакнута. - В.Р) место англы поначалу выбрали его брата
Эдуарда, которого Эмма родила от прежнего мужа. [Он был] человеком
святым и богобоязненным. Подозревая Свена [в том,] что он потребует
себе власть над англами, [Эдуард] заключил с [этим] государем мир, на­
значив его в случае своей смерти (даже если [у Эдуарда] будут сыновья)
ближайшим наследником королевства англов. Удовлетворившись таким
договором, Свен вернулся в Данию. Говорят, что между Свеном и Маг­
нусом [произошло] много сражений. Будучи побежден много раз, Свен
бежал к королю свеонов Анунду»:".
18 Steenstrup J. Danmarks Sydgrrense og Негтесегпгпет over Holsten ved den histo­
riske Tids Begyndelse (800-1100). Indbydelsesskrift til Kj0benhavns Universitets
Aarsfest i Anledning af Hans Majestret Kongens F0dselsdag den 8. April 1900.
Kj0benhavn, 1900. S. 53-54.
19 Bolin S. Kring шёвтег Adams text ... S. 206.
20 Adami gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum. 11,26 / Ed. J.M. Lappenberg //
MGH SS. Hannover, 1846. Т. 7. Р. 315-316 et notae ibidem.
21 Адам. С. 368-369.

434
В.В. Рыбаков
In cuius locum Angli prius elegerunt fratrem eius Eduardum, quem de priori
marito Imma genuit, vir sanctus et timens Deum. Isque suspectum habens
Suein, quod sceptrum sibi Anglorum reposceret, сит tyranno расет fecit,
constituens еит proximum se mortuo regni Anglorum heredem, vel si filios
susceperit. Tali pacto mitigatus Suein in Daniam remeavit. Multa prelia
Suein сит Magno feruntur. Tociens Suein victus ad regem Sueonum fugiens
pervenit Апцпошп+'.
А вот каков ход мысли С. Булина. Правдоподсбие истории
Свена Эстридсена, рассказанной Адамом в 77-78 главах второй
и 12 главе третьей книги, вызывает большие сомнения. Хёрдак­
нут ставит Свена во главе своего войска, которое отправляется
сражаться с Магнусом Добрым. Потерпев от него поражение,
Свен возвращается в Англию, где находит Хёрдакнута уже
умершим. Эдуард Исповедник, избранный на место последнего,
опасается, что Свен будет воевать с ним за английский престол,
и, чтобы предотвратить это, провозглашает его своим наследни­
ком. Следовало бы ожидать, что Свен теперь останется в Анг­
лии вместе с братьями. Однако вместо этого он отправляется в
Данию, сражается с Магнусом Добрым, оказывается им побеж­
ден, после чего бежит в Швецию к Анунду-Якобу (а не в Анг­
лию, где он наследник). При поддержке последнего он изгоняет
Магнуса Доброго из Дании, и тот умирает. Подчинив и Данию,
и Норвегию, Свен Эстридсен планирует завоевать Англию,
где уже раньше был провозглашен преемником власти. Однако
Эдуард выплачивает ему откуп и снова назначает наследником
престола+',
Такое развитие событий видится С. Булину (вслед за Э. Ару­
пом, на которого он ссылается?") совершенно невероятным. Для
того чтобы восстановить логику, шведский историк предлагает
понимать под «тираном», упоминаемым в 78 главе второй кни­
ги, не Свена Эстридсена, а Магнуса Доброго, которому, таким
образом, Эдуард Исповедник и намеревался передать свой трон.
Подтверждается это якобы тем, что, не будучи на тот момент
правителем ни одной страны и не имея возможности править не­
справедливо, а также не являясь завоевателем, Свен Эстридсен
не мог быть поименован тираном. Чтобы доказать свою правоту,
С. Булин делает вялую попытку про следить употребление лексе-
22 Adam. 11, 78. S. 136.
23 Bolin S. Kring тпаятег Adams text ... S. 216.
24 Arup Е. Kong Svend 2.s Biografi // Scandia. 1931. Bd. 4. Hft. 1. S. 55-101.

Новая попытка понять Адама Бременского
435
мы «тиран» в хронике Адама": Дополнительным аргументом в
пользу высказанной гипотезы может, оказывается, послужить тот
факт, что выражение расет facere (кзаключитъ мир») не подхо­
дит к взаимоотношениям Эдуарда и Свена: в самом деле, чтобы
заключить мир, нужно было сначала воевать, они же не воева­
ли. А вот с Магнусом Добрым Эдуард Исповедник находился
в состоянии войны, как преемник Хёрдакнута. Договор между
Эдуардом и Магнусом был заключен против Свена Эстридсе­
на, вернувшегося в Англию с войском Хёрдакнута. Со ссылкой
на конкорданс к Вульгате С. Булин пишет о том, что причастие
mitigatus, употребленное по отношению к Свену, обозначает в
анализируемом тексте «прирученный, смиренный под действием
мирного договора» (tamjd eller gjord бdmjuk genom fбrdrаgеt)26.
Когда же Магнус умер, а Свен овладел Норвегией, то в глазах
Эдуарда он стал преемником Магнуса, и уже ему можно было от­
дать в наследство Англию. Обрисованная картина выглядела бы
в глазах Адама гораздо логичнее, считает С. Булин ". Наконец он
приходит к целому ряду выводов глобального порядка, которые
проистекают из предложенной им интерпретации слова «тираиэ-"
и приводить которые здесь не вижу смысла.
Возразить против концепции С. Булина можно очень многое.
Насколько я знаю литературу, общепринятой она, конечно же, не
стала. Я приведу здесь те свои возражения, которые представ­
ляются мне наиболее важными. Прежде всего неправильно ис­
толкование существительного «тиран». Чтобы не ходить далеко,
в соответствующем томе словаря Дюканжа я нашел следующее
определение tyrannus: поп modo Rex pessimus atque improbus;
sed etiam Rex quivis dictus (<<[тираном] именуется не только дур­
ной и нечестивый правитель, но и всякий правитель» )29. Этого
определения достаточно, чтобы рассеять сомнения в том, что
Свен Эстридсен может называться тираном в той же мере, в ка­
кой и любой другой властитель, не обязательно король, а просто
предводитель войска. Не вдаваясь в подробности, добавлю, что
такой же вывод позволяет сделать и анализ всех употреблений
25 Bolin s. Kring гпйзтег Adams text ... s. 216. Апт. 1.
26 Ibid. s. 217-218.
27 Ibid. s. 219.
28 Ibid. s. 220-221.
29 Du Cange Ch. et al. Glossarium гпеспе et infimre latinitatis. Niort, 1887. Т. 8.
Р.220.

436
В.В. Рыбаков
слова «тиран» у Адама". Употребление же mitigatus проверить
вообще невозможно, так как это причастие встречается у Адама
лишь однажды. Отсутствуют в хронике и однокоренные слова.
А приводимые С. Булином примеры из Вульгаты отстоят слиш­
ком далеко от конкретного текста.
Сказанное касается и словосочетания расет facere. Коль
скоро Эдуард опасался, что Свен «потребует себе власть над
англами», то заключить с ним мир было совершенно необходи­
мо, тогда как мир с Магнусом Добрым ему не был нужен, ведь
Эдуард принадлежал к другой династии - не скандинавской,
враждовавшей с Магнусом, а к англосаксонской, так что со
смертью Хёрдакнута для Магнуса война с англами окончилась
автоматически, а вот война со Свеном, полководцем Хёрдакну-
та, продолжалась. �
У Э. Арупа и С. Булина вызывают сомнение те сведения,
которые Свен Эстридсен сообщил о себе Адаму. Цитирую бук­
вально: «Свен Эстридсен, должно быть, беззастенчиво исказил
действительность специально для Адама, а тот оказался крайне
наивным в своем доверии к королевским речам» (Sven Estridsson
тпавте oblygt Ьа skarvat for Adam, осЬ denne тпйзте Ьа varit ytterligt
naiv i sin tilltro till kungens ord)31. Однако ничто не свидетельству­
ет о том, что источником сведений Адама, приведенных в главах
77-78 второй и главе 12 третьей книги, являлся именно Свен
Эстридсен. Если в других местах Адам прямо ссылается на свое­
го высокопоставленного�информанта, то в названных фрагментах
этого нет.
Тем более странно требовать от средневекового историка
связности изложения, понимаемой как отсутствие противоре­
чий. Адам писал так, как он писал, а разбираться в написанном
уже дело современных исследователей; указывать хронисту
ХI в., как он должен был бы писать, чтобы нам это показалось
более логичным, - нелепо. Почему, например, став наследником
Эдуарда Исповедника, Свен должен был остаться в Англии с
братьями, а не отправиться на завоевание других земель, если у
него было большое войско? Что в этом странного? Свен бежит
в Швецию, где, как известно, 12 лет служит Анунду-Якобу, а не
в Англию, где он наследник. Наследник престола, но не король,
каковы его права там до получения престола - неясно. Почему
30 См. их перечень в указателе к изданию: Adam. S. 351.
31 Bolin S. Kring гпёвтег Adams text ... S. 215.

Новая попытка понять Адама Бременского
437
такое маловероятно? Свен желает вторич�о завоевать Англию,
по всей очевидности, потому, что договор с Эдуардом по ка­
кой-то не упомянутой у Адама причине не исполняется. Все это
предположения, но предположения не худшие, чем те, на кото­
рых настаивает С. Булин.
Уже давно стало общим местом утверждение, что ошибок,
противоречий и недоразумений, источником которых послужил
как сам автор, так и рукописная традиция «Деяний», - предо­
статочно. Так, в приведенной выше 78 главе второй книги есть
предложение: Multa prelia Suein сит Magno feruntur. Перевод
этого предложения условный, так как логическое сказуемое в
обороте accusativus сит infinitivo здесь отсутствует. Мы имеем
такой текст: «Говорят, что Свен с Магнусом многие сражения»,
а что они сделали - неЯСfI9. В духе предложенных С. Булином
перетолкований можно было бы предположить, что они вместе
сражались против кого-то третьего, чье имя опущено, например
против Эдуарда. Это даже более вероятно, ведь предлог сит
обозначает «вместе с», тогда как русскому предлогу «с» в со­
четании со «сражаться» соответствовало бы латинское contra.
Возможностей для подобных манипуляций с обрывочным и
неисправным текстом много, поэтому строить на одной такой
манипуляции с лексемой «тиран» целую теорию - слишком
смело.
Помимо этого существует явная связь между двумя фраг­
ментами хроники Адама, где повествуется оСвене Эстридсене
в Англии. Цитированная выше 78 глава второй книги содержит
текст: «Подозревая Свена [в том,] что он потребует себе власть
над англами, [Эдуард] заключил с [этим] государем мир, назначив
его в случае своей смерти (даже если [у Эдуарда] будут сыновья)
ближайшим наследником королевства англов» (Isque suspectum
habens Suein, quod sceptriIm sibi Anglorum reposceret, сит tyranno
расет fecit, сопзпшспз еит proximum se mortuo regni Anglorum
heredem, vel si filios susceperit). А 12 глава третьей книги дает сле­
дующий текст: « ... святейший король Эдуард, правивший коро­
левством по справедливости, и на этот раз предпочел мир [войне,]
выплатил победителю (Свену Эстридсену. - В.Р.) дань, назначив
его, {как было сказано выше,} наследником своего королевствая-?
( ... sanctissimus rex Edwardus сит iusticia regnum gubernaret,
tunc quoque расет eligens victori obtulit tributum, statuens еит,
32 Адам. с. 378.

438
В.В. Рыбаков
[ut supra dictum est,] post se regni Ьегеёешг'". Даже если считать
слова в фигурных скобках, имеющиеся только в рукописях групп
ВС, искажающей вставкой, ясно, что указание «и на этот раз» (tunc
qoque) явно отсылает к главе 78 второй книги и, подразумевайся
там Магнус, выглядело бы как минимум странно, а может быть, и
издевательски: получалось бы, что Эдуард предлагает свое коро­
левство всем, кто ни попросит. Впрочем, С. Булин полагает, что,
согласно логике Адама, Свен был теперь наследником Магнуса
Доброго, а значит, и Англии после смерти Эдуарда Исповедника.
Но это звучит малоубедительно, так как подобные договоры о
личной унии всегда заключались с конкретным лицом, а не с ди­
настией; и уж никак не объясняет того, почему Свену потребова­
лось завоевывать Англию (<<Свен завладел двумя королевствами
и, говорят, стал готовить войско, чтобы подчинить своей власти
Англиюв "), коль скоро в качестве наследника Магнуса он должен
был получить ее автоматически.
Фрагмент об истории Скандинавии
в первой половине третьей книги «Деяний»
Третья проблема, обсуждению которой у С. Булина посвящены
с. 221-229, - каким образом строится изложение истории Сканди­
навии в главах 11-18 третьей книги «Деяний». Автор отталкива­
ется от наблюдений Б. Шмайдлера в его известной монографии."
и от некоторых идей Э. Арупа ". Эти исследователи отмечают,
что в третьей книге сочинения Адама материал расположен не
по хронологическому, а по тематическому принципу. Книга рас­
падается как бы на две части, в первой из которых описаны вре­
мена до 1063-1066 ГГ., а во второй - после этого рубежа. Причем
внутри первой части имеются свои подрубрики, построенные по
четкому плану - вплоть до мелочей. Эти-то подрубрики, а именно
последовательно рассказанные истории датского, норвежского и
шведского королей, из которых вторая инкорпорирована в пер­
вую, а третья вставлена внутрь второй, и становятся предметом
33 Adam. III, 12. S. 152.
34 Адам. С. 378. Suein duo regna possedit classemque parasse dicitur, ut Angliam suo
iuri subiceret (Adam. III, 12. S. 152).
35 Бсптеийек В. Hamburg-Bremen und Nordost-Europa vom 9. bis 11. Jahrhundert.
Leipzig, 1918. S. 118-122.
36 Акир Е. Kong Svend 2.s Biografi // Scandia. 1931. Bd. 4. Hft. 1. S. 60-61.

Новая попытка понять Адама Бременского
439
изучения с. Булина: он ищет в них проявление морализаторской
тенденции Адама.
Итак, третья проблема, поднимаемая в статье, - внутренняя
структура третьей книги. По данному вопросу за прошедшее с
1932 г. время накопилось немало работ". Я не буду здесь приво­
дить их обзор, но, чтобы оценить выводы с. Булина, мне все же
придется подробнее остановиться на композиции нашей хроники
и третьей книги как ее части.".
Говоря обобщенно, «Деяния» имеют некий единый и вполне
законченный план. Об этом свидетельствуют уже предисловие и
эпилог, обрамляющие весь текст и объединенные тематически.
К ним примыкает также первая глава третьей книги, где, как и
в предисловии ко всему труду, дается набросок дальнейшего из­
ложения. О наличии плана свидетельствуют и некоторые другие
указания Адама, например такое: «Поскольку Норманния являет­
ся самой отдаленной областью мира, мы соответственно и отво­
дим ей место в самом конце книгиэг'" (Nortmannia sicut ultima orbis
provintia est, ita in ultimo libri loco convenienter ponetur а nobis)40.
Такие же маркирующие фразы встречаются во многих частях
сочинсния'". Само деление на четыре книги, а также на главы,
восходит непосредственно к автору «Деяний» и про слеживает­
ся по рукописям. Собственно хронику составляют книги I-III,
а четвертая книга представляет собой географическое описание
с этнографическими вставками. Третья книга полностью посвя­
щена епископству Адальберта Великого. Вторая заканчивается
37 Неполную библиографию см.: Рыбаков В.В. Хроника Адама Бременского и первые
христианские миссионеры в Скандинавии. М., 2008. С. 27, 38. Ср. также: Bagge S.
Decline and [аН: deterioration of character as described Ьу Adam of Bremen and Sturla
1>6roarson // Individuum und Individualitat im Mittelalter / Hrsg. J.A. Aertsen, А. Speer.
Berlin, 1996. S.530-548; Goetz H.-W. Constructing the Past: Religious Dimensions
and Historical Consciousness in Adam of Bremen's Gesta Hammaburgensis ecclesiae
pontificum / / The Making of Christian Myths in the Periphery of Latin Christendom (са
1000-1300) / Ed. L.B. Mortensen. Copenhagen, 2006. Р. 17-51; Maranini А. Modelli е
suggestioni sallustiane nella biografia dell' Arcivescovo Adalberto / / Devotionis munus:
lа cultura е l' орега di Adamo di Brema / А сша di R. Scarcia, F. Stok. Pisa, 2010 (Testi
е studi di cultura classica. 47). Р. 57-78.
38 О составе сочинения Адама в целом см.: Швеция и шведы в средневековых
источниках. С. 90-91. О композиции третьей книги: Рыбаков В.В. Хроника
Адама Бременского ... С. 216-221.
39 Адам. С. 438.
40 Adam. IV, 31. S. 263.
41 Рыбаков В. В. Хроника Адама Бременского ... С. 201-204, 37 (с библиогра­
фией). См. также таблицу ниже, третий столбец.

440
В.В. Рыбаков
смертью его предшественника Алебранда-Бесцелина, первая -
смертью архиепископа Унни в Бирке+',
Но удивительным образом все это великолепие, вся эта строй­
ность нарушаются существованием двух редакций - краткой (А) и
пространной (ВС). Какая из них является первоначальной, так и не
выяснено. Нельзя забывать и о множестве схолий, нередко повто­
ряющих друг друга или отдельные фрагменты основного текста.
Местами повествование Адама очень ясное и логичное, а местами
становится обрывочным. Где-то он красноречив, как древние орато­
ры, а где-то производит впечатление полуграмотного итальянского
хрониста лангобардской эпохи. Получается, что крайняя пестрота -
столь же важная характеристика текста «Деяний», как и «логичное
построение». Особо отмечу крупный фрагмент текста (главы 72-78
третьей книги), который имеется только в пространной редакции
и включение или исключение которого меняет всю систему пове­
ствования в хронике. Можно привести и много других примеров,
когда вставка или удаление того или иного фрагмента, известного
лишь по пространной редакции, резко меняет облик текста. Поэто­
му полностью согласиться с тем, что «в каждой отдельной части
третьей книги Адам следует ясному плану, который можно просле­
дить прямо-таки в деталях» (Adam innаnfбr var och еn ау den tredje
bokens olika avdelningar fбljеr еn fast рlаn, som kan гпёгказ t. о. т. i
detaljer)43, - я не могу. В этом мое главное возражение с. Булину.
Для того чтобы сделать дальнейшие наблюдения, необходимо пред­
ставить себе композицию третьей книги. Она такова":
Номер
Содержание
Примечание
главы
состоит из трех частей:
а) вступление Адальберта в должность
1
предисловие
Ь) рассуждение о писательском труде
с) общая характеристика Адальберта
как человека и описание его эволюции
со временем
42 Общий план книг 1-111 приведен в статье главного из ныне живущих специалис­
тов по Адаму Бременскому - доцента Южнодатского университета в Оденсе Торе
Нюберга: Nyberg Т. Stad, skrift осЬ stift. N agra historiska inledningsfragor / / Adam
av Bremen. Historien от Hamburgstiftet осЬ dess biskopar / Оусгзап аУ Е. Syenberg.
Kommenterad аУ C.F. Hallencreutz, К. Johansson, Т. Nyberg осЬ А. Piltz. Stockholm,
1984. S. 298.
43 Bolin S. Kring тпаыег Adams text ... S. 221.
44 В таблице изучаемый С. Булином участок текста представлен наиболее под­
робно.

Новая попытка понять Адама Бременского
441
Номер
главы
Примечание
Содержание
ь обрамляет с
в конце фраза-маркер:
«Итак, я начну рассказ таким образом,
чтобы все [нижеследующее] можно
было бы сразу понять [исходя] из его,
[Адальберта,] характера»
2
характер
общее описание происхождения и ха­
рактера Адальберта
3-4
5
строительство
собора
в Бремене
вражда с герцогом
Саксонии, Адальберт
при императорском
дворе
Адальберт разбирает крепостные сте­
ны Бремена и монастырь, чтобы вы­
строить. новый собор, который закон­
чен в 1067/68 г.
6-7
8 - начало 9
итальянский поход
Генриха 111
Генрих 111 в Бремене
у Адальберта
в конце главы 6 фраза-маркер:
«О венгерском [походе] будет сказано
в конце, а сейчас обратимся к итальян­
скому»
Адальберт спасает Генриха 111 от за­
сады, заслуживает вечную ненависть
герцогов Саксонии, затем заключает с
ними мир
9-10
настоятели монастырей отличились
«хищениями или же небрежением»
11
основание новых
монастырей
начало рассказа об
истории Скандинавии
в начале фраза-маркер:
«А о делах домашних этот муж пона­
чалу заботился хорошо и достославно.
Что же было сделано вне дома, для
миссии среди язычников, будет кратко
изложено в дальнейшем повествова­
нии»
начало 12
конец 12
13
Свен Эстридсен
овладевает Данией,
Норвегией и Англией
Свен Эстридсен
неугоден Богу
биография Харальда
Сурового
Свен Эстридсен женится на родствен­
нице, Адальберт угрожает ему отлуче­
нием, тот разводится, но заводит новых
жен и наложниц
Харальд Суровый возвращается из Ви­
зантии и отнимает у Свена Эстридсена
Норвегию

442
В.В. Рыбаков
Номер
главы
Содержание
Примечание
14
восстание против
Свена Эстридсена
в Англии
15
в начале фраза-маркер:
самозванный архиепис-
«Пока там происходили эти события,
коп Осмунд при дворе
умер христианнейший король свеонов
Эмунда Плохого
в Швеции Якоб, и ему наследовал брат его, Эмунд
Нечестивый»
16
небесные кары
постигают шведов,
они раскаиваются
Эмунд умирает, к власти приходит бла­
гочестивый Стенкиль
17
безумства тирана
Харальда Сурового
в Норвегии
Харальд Суровый разрушает церк­
ви, губит христиан, предается чаро­
действам, захватывает сокровища у
гробницы Олава Святого, принимает
епископов, назначенных в Галлии и
Англии, а не в Бремене
19-20
18
встреча Адальберта со
СвеномЭстридсеном
в Шлезвиге, их прими­
рение и союз, посред­
ничество Адальберта
между Свеном
и Генрихом 111
Готшалк распространя­
ет христианство
в землях славян
в начале фраза-маркер:
«В то время как в Норманнии происхо­
дили эти события, архиепископ прикла­
дывал большие усилия [к тому,] чтобы
замириться с королем данов, который
раньше, [когда архиепископ стремился
склонить его] к разводу с родственни­
цей, был ему враждебен»
в начале фраза-маркер:
«За Эльбой же и в Склавании дела наши
пока что шли весьма успешно»
Адальберт назначает
епископов в земли
21 слаВЯН,встречается
с Готшалком и Свеном
Эстридсеном
в конце фраза:
«Один знатный человек из нордаль-
22 битвы в землях славян бингов рассказал мне, что эти и другие
события действительно происходили
именно так»
23
рассуждения
об обращении славян
в христианство
итоговая фраза:
«Ведь на самом деле, когда мы грешим,
нам кажется, что враги одолевают, но,
отвратившись от грехов, мы превра­
тимся в победителей»

Новая попытка понять Адама Бременского
443
Номер
главы
Примечание
24
Содержание
характеристика
Адальберта, его усер­
дие в миссионерстве
и успехи на этом
поприще
в начале фраза-маркер:
«В то время как за пределами [епархии]
таким вот образом развивалось дело
миссии среди язычников, [доверенной]
нашей церкви, архиепископ Адальберт,
все еще [продолжая] усердно занимать­
ся благими делами, неусыпно и внима­
тельно следил, как бы по его небреже­
нию случайно не показалось, что он
недостаточно прилежен в пастырском
служении, то есть в том, чем хвалился
апостол, в заботе обо всех церквах»
Свен Эстридсен новые миссионеры назначены Адаль-
25 основывает три новых бертом в Швецию, Норвегию и «на
епископства
морские острова»
28-29
26
27
Адальберт основывает
замок Зулльберг
герцог Саксонии тоже
основывает новый
замок. Как Адальберт
справлял церковные
праздники
Генрих Ш основывает
Гослар. Адальберт при­
ближен к императору
и питает большие
надежды
впоследствии замок разрушен
в начале фраза-маркер:
«Ведь и герцог в это время оставил
старый замок в Гамбурге [и] основал
для себя и своих [людей] некий новый
оплот, [располагавшийся] между рекой
Эльбой и речушкой, которая называ­
ется Альстер. Так, полностью утратив
взаимное согласие и разделив места
[своего] пребывания, герцог обустраи­
вал новый город, [ а] архиепископ - ста­
рый»
30-32
33
34
смерть Генриха 111, по- переломный момент в жизни епархии:
литические неурядицы, «с того времени на нашу церковь обру-
которые отвлекают шились всевозможные бедствия»
Адальберта от дел
епархии. Адальберт
и Аннон - регенты
церковный собор
в Майнце, успехи
Адальберта и его слава
проект Гамбургского
патриархата

444
В.В. Рыбаков
Номер
главы
Примечание
Содержание
характеристика Кёльн-
35 ского архиепископа
Аннона (негативная)
36-39
40-46
47
Съезд в Трибуре фраза:
(1066 г.), «с того дня добрые времена окончились
политическое пораже- и для нас и [нашей] церкви все пошло
ние Адальберта, изгна- худо»
ние из императорского
двора
характеристика
Адальберта
(в противовес Аннону,
смешанная). Характер
и привычки Адальберта
вражда Адальберта
с саксонскими герцога­
ми, поход в Венгрию
с Генрихом IV, борьба
архиепископа за власть
над монастырями
и графствами
в начале фраза-маркер:
«Наш же архиепископ, который стре­
мился только к знатности и земной сла­
ве, почитал недостойным возвышать
кого-либо из своих, хотя и зачислял в
свою свиту многих нуждающихся».
итоговая фраза:
«Итак, чтобы выразить это коротко, сей
муж растерял все те добродетели, что
имел вначале, единственно вследствие
любви к земной славе»
48-49
50-51
52
53
54
в начале фраза-маркер:
«Таково было первое несчастье, про­
восстание славян про- изошедшее с нашей бременской епар­
тив империи и введения хией, За Эльбой же тоже начались
Вильгельм завоевывает в начале фраза-маркер:
Англию «в то же время»
политические неуряди- в начале фраза-маркер:
цы в Швеции «в то же время»
Свен Эстридсен в начале фраза-маркер:
в Дании. «в то время»
Адам и Свен
вражда Адальберта
с саксонскими герцо­
гами
христианства,
разрушение Гамбурга
многочисленные беды, ибо в то время
князь Готшалк был убит язычниками,
которых он пытался обратить в христи­
анство»

Новая попытка понять Адама Бременского
445
Номер
Содержание
Примечание
главы
Адальберт в Бремене.
55-58
Его нравы в управлении
епархией (смешанная
оценка)
,;
Адальберт
59-б1
восстанавливает
1"
положение при дворе
. предвестия смерти
62-64
Адальберта,изменения
в его характере
65
смерть Адальберта
66
«плач» Адама
об Адальберте
67
дата смерти Адальберта
,n
погребение,
вторая половина главы б9 присутствует
68-70
дополнительная
TO�ЬKO в рукописях пр�странной редак-
информация о жизни
цИИ (ВС)
Адальберта
71
итоговая глава,
обращение к читателю
обобщение
фрагмент присутствует только
в ру-
миссионерской
кописях пространной редакции (ВС).
72-78
деятельности Гамбург-
Главы 75 и 76 содержат послания
Бремена в епископство
Адальберта
Из приведенной таблицы видно, что если исключить 72-78
главы, которые выглядят как добавление, структура третьей
книги «Деяний» будет следующей:
1) предисловие
2) характер и деятельность Адальберта в начале епис-
копата
3) дела в языческих странах
4) политическая деятельность Адальберта
5) личность Адальберта
6) политическая деятельность Адальберта
7) дела в языческих странах
8) характер и деятельность Адальберта в конце еписко­
пата
9) смерть и дополнительные сведения из жизни Адаль­
берта
1 О) заключение
глава 1
главы 2-10
главы 11-25
главы 26-35
главы 36-39
главы 40-49
главы 50-54
главы 55-61
главы 62-70
глава 71

446
В.В. Рыбаков
Таким образом, вопреки уже сложившимся представлениям,
можно утверждать, что не 1063-1066 гг. представляют собой ру­
беж в изложении Адама и что схема построения третьей книги
не двухчастная. Она зеркальная. Композиционным центром яв­
ляется описание личности Адальберта (пункт 5), от него к нача­
лу и концу текста расходятся разделы, посвященные его полити­
ческой деятельности (пункты 4 и 6), делам в языческих странах
(пункты 3 и 7), его характеру и деятельности, соответственно, в
начале и конце епископата (пункты 2 и 8), обрамляют картину
предисловие и заключение (пункты 1 и 1 О), конец третьей книги
также обременен дополнительным элементом - описанием смер­
ти архиепископа и связанными с этим описанием рассуждениями
(пункт 9).
Если взглянуть на третью книгу хроники под таким углом
зрения, то окажется, что, во-первых, анализируемые с. Булином
главы 11-18 не представляют собой единого фрагмента, а явля­
ются частью фрагмента, состоящего из 11-25 глав, а, во-вторых,
история скандинавов и славян не была для Адама в третьей кни­
ге ключевой темой, но темой, скорее, периферийной, главный же
предмет его изображения - биография Адальберта, чему соот­
ветствует центральное положение в третьей книге раздела, пос­
вященного личности Гамбург-Бременского архиепископа": Из­
лагая же периферийную тему, хронист не делает на ней упора,
так что деяния скандинавских королей нельзя считать чрезмерно
идеологически нагруженными (в отличие от деяний миссионеров
в Скандинавии).
Все это вместе взятое делает саму постановку проблемы у
с. Булина дефектной. Невозможно рассматривать структуру и
организацию повествования в главах 11-18 самостоятельно, их
необходимо вписать в более широкий источниковый контекст.
Тогда станет очевидно, что, в то время как на макроуровне третья
книга строится весьма логично, как раз на микроуровне, уров­
не отдельных глав, изложение достаточно непоследовательно,
если не сказать хаотично. Выявленная с. Булином простая схема:
«хорошие времена - грехи - плохие времена как воздаяние за гре­
хи - раскаяние - вновь хорошие времена (следовательно, успех
миссии)» - применительно ко всем трем скандинавским странам
не объясняет многообразия тех сюжетов в главах 11-18, которые
45 В предложенную здесь схему органично вписываются и композиционные за­
имствования Адама у Эйнхарда, а через его посредство - у Светония. См. об
этом: Рыбаков В.В. Хроника Адама Бременского ... С. 197-221, особ. С. 220-
221.

Новая попытка понять Адама Бременского
447
должны покрываться такой схемой. В Дании причиной наступле­
ния дурных времен является женитьба Свена Эстридсена на родс­
твеннице, в Швеции - смена монарха, в Норвегии - ограбление
святыни. Если видеть между этими событиями идейную связь,
то можно связать, скажем, и главы 26-29, где последовательно
описывается основание замков, только разными лицами - сначала
Адальбертом, затем саксонским герцогом, затем германским им­
ператором. Неужели и в данном случае можно усмотреть некий
общий план, некую объединяющую события моральную подоп­
леку? Едва ли.
Шведский исследователь пишет, что для сознания хрониста
были очень важны понятия «грех» и «кара за грехи», и это нало­
жило отпечаток на «скандинавские» главы"'. Но эти понятия для
любого средневекового историка - важн�йшие, и у Адама они
всплывают постоянно, на пространстве всего текста, а не только в
тех главах, которые обсуждаются в статье С. Булина. Так, напри­
мер, в «славянской) главе третьей книги (23) также идет речь о
наказании за грехи, что и резюмируется в программном заявлении:
«Ведь на самом деле, когда мы грешим, нам кажется, что враги
одолевают, но, отвратившись от грехов, мы превратимся в победи­
телейэ'" (Nam re vera, sicut peccantes superari videmur аЬ hostibus,
ita conversi victores hostium erimus )48. Подытоживая наблюдения
над структурой третьей книги, уточню, что я не считаю неверным
понимание рассказанных Адамом историй оСвене Эстридсене и
Эмунде Плохом как историй воздаяния за грехи, раскаяния и ис­
правления, я, так сказать, не вижу в этом ничего примечательного
и не могу уяснить, как эти истории связаны между собой.
Матримониальная политика
Свена Эстридсена
Четвертая проблема, поднимаемая С. Булином в его статье
(с. 230-238), - это истолкование известий Адама о женах Свена
Эстридсена. Из 12 главы третьей книги «Деяний архиепископов
гамбургской церкви» известно, что этот датский король взял в
жены свою шведскую родственницу, имя которой не указано:
46 Эта идея заимствована С. Булином у Л. Вейбулля, см.: Weibull L. Kritiska un­
dersokningar i Nordens historia omkring ar 1000 / / Weibull L. Nordisk historia.
Forskningar och undersokningar. Stockholm, 1948. Bd. 1. S. 306.
47 Адам. С. 386.
48 Adam. 111,23. S. 166.

448
В.В. Рыбаков
«В то время, когда молодой {король} Свен управлял по своему произ­
волу тремя королевствами, он, с наступлением хороших времен, вскоре
забыл о Царе Небесном и взял в жены [свою] родственницу из Сведии.
Это вызвало глубокое негодование [нашего] архиепископа, и он отпра­
вил к взбесившемуся королю послов, жестоко порицая его за [это] пре­
ступление, [угрожая, что] в конце концов, если [Свен] не образумится,
он будет поражеk мечом оглученияэ ".
Cumque [гех] iuvenis Suein tria pro libitu suo regna tenuerit, тох
succedentibus prosperis oblitus est celestis regis et consanguineam а Suedia
duxit uxorem. Quod domno archiepiscopo valde displicuit, furentemque
regem missis legatis ad еит de scelere tепiЬilitеr increpuit, postremo, nisi
resipuerit, ехсогппшшсацошв gladio feriendum esse50.
После того как Свен под нажимом архиепископа и папы раз­
велся с этой женщиной, она жила в своем поместье «за Данией»,
о чем говоритсяв 15 главе третьей книги. Там она названа «свя­
той королевой Гунхильд», то есть приведено ее имя ". Однако в
различных рукописях это имя выглядит по-разному: если в А сто­
ит Gunhild (Гунхильд), то в Вl.С - Gude (Гида), а в В2 - Gunild vel
Giuthe (Гунхильд, или Гида)52. Кроме того, непосредственно око­
ло ее имени приписана схолия 66, присутствующая в рукописях
Вlа.В2. С. Эта схолия гласит: «Другой была Гунхильд, вдова Анун­
да; еще одной - Гида, которую убила Тора»53 (Alia erat Gunhild,
relicta Anundi, alia Gude, quam Thora interfecit)54. Наложница Тора
также фигурирует в схолии 72, где сказано, что она «извела ядом
законную королеву Гиду», упомянут и рожденный ею сын Свена
Магнус+'. Данная схолия известна практически по тем же рукопи­
сям, что и схолия 6656.
Так сколько же законных жен было у Свена Эстридсена и как
их звали - на этот вопрос и пытаегся ответить С. Булин. Он по­
лемизирует с предшественниками, о которых шла речь выше, с
Б. Шмайдлером и Э. Арупом, но также и с Георгом Дейо (Georg
De�io, 185Q-1932), сначала написавшим докторскую диссертацию
49 Адам. с. 378.
50 Adam. 111, 12. s. 152-153.
51 Адам. с. 380.
52 Adam. 111, 15. s. 157.
53 Адам. с. 381.
54 Adam. Scholion 66. S. 157.
55 Адам. с. 385.
56 Adam. Scholion 72. S. 164.

Новая попытка понять Адама Бременского
449
по древнейшей истории гамбург-бременского архиепископства",
а позднее ставшим знаменитым историком искусства. Последний
считает, что Свен Эстридсен сначала женился на вдове шведского
короля Анунда-Якоба, затем развелся с ней и вступил в брак с
Гидой, которую и умертвила Тора58. Вопреки этому Б. Шмайдлер
полагал, что, согласно Адаму, Свен был женат лишь однократ­
но", Его женой была Гунхильд-Гида (в первой версии текста (А)
он назвал ее Гунхильд, во второй (ВС), вероятно, ошибочно -
Гида), которую схолия 66 отличает от вдовы Анунда - другой
Гунхильд (ее Адам, перепутав, назвал разведенной с датским
королем). Эту-то вдову Анунда и встретили посланные Адаль­
берта «за Данией» (глава 15 третьей книги). Иной точки зрения
придерживался Э. Аруп. По его мнению, сначала Адам именовал
жену Свена Гунхильд, но потом, вспомнив о сведениях схолии 72,
надписал над именем Гунхильд в 15 главе третьей книги другое
имя - Гида. Затем он решил, что жившая «за Данией» Гунхильд
не могла быть идентична с Гидой, отравленной Торой, и исправил
положение, дописав схолию 66. На этом этапе работы над текстом
Адам считал, что у Свена было две законных жены, однако-на
самом деле - это не так, ведь его сведения о Гиде происходят из
недостоверного источника'".
Проведенное С. Булином исследование словоупотребления
Адама показывает, что под «все новыми и новыми (alias itemque
alias) женами и наложницами», которых Свен Эстридсен за­
вел «вскоре после того, как отослал от себя родсгвенницуя'",
вполне можно понимать и законных жен (а этого не допускал
Б. Шмайдлер )62. Из этого шведский историк выводит следующую
интерпретацию: Гунхильд, она же Гида в рукописях простран­
ной редакции, была той самой женой Свена, с которой он раз­
велся и которая жила в Швеции, когда к ней явились посланники
Адальберта. Схолия 66 отличает ее от другой Гунхильд - вдовы
Анунда-Якоба. Но она отлична и от той Гиды, которую отра­
вила Тора, о чем также говорит СХОЛИЯ. Именно такое толкова-
57 Dehio О. Geschichte des Erzbistums Hamburg-Bremen bis zum Ausg�hg der Mis­
sion. Berlin, 1877. Bd. 1-2. (N eudruck: Озпаогцск, 1975).
58 Bolin S. Kring тпавгег Adams text ... S. 231 (со ссылкой на Г. Дейо),
59 Schmeidler В. Hamburg-Bremen und Nordost-Europa уош 9. bis 11. lahrhundert.
Leipzig, 1918. S. 303-312. Ср.: Adam. S. 157. Аnт. 9.
60 Arup Е. Kong Svend 2.s Biografi ... S. 76-78.
61 Адам. С. 378.
62 Bolin S. Kring гпаыег Adams text ... S. 233-237.
15 3ak. 288

450
В.В. Рыбаков
ние кажется правильным и мне, что, как и в изложенном выше
случае со словом «тиран», отразилось в русском переводе; к
упоминанию Адама о «святой королеве Гунхильд» в 15 главе
третьей книги вполне логично «приклеивается» фраза: «Другой
(т.е. второй, не упомянутой в основном тексте. - В.Р.) была Гун­
хильд, вдова Анунда; еще одной (т.е. третьей. - В.Р) - Гида,
которую убила Тора».
Хакон Рыжий или Свен Эстридсен?
Пятая проблема, интересующая с. Булина, такова: кто женил­
ся на «матери Олава-юноши» (предположительно, Олава Тихо­
го) согласно схолии 84, приписанной к главе 53 третьей книги?63
Рассмотрению данного вопроса посвящены с. 239-244 его статьи.
Ход мысли автора в этом случае следующий. Норвежский исто­
рик Александр Бугге (Alexander Bugge, 1870-1929) думал, что
на матери короля Олава Тихого, наложнице Харальда Сурового,
после смерти последнего женился Свен Эстридсеи'". Это было ча­
стью мирного договора между датским и норвежским монархами.
Против.мнсния А. Бугге решительно восстал Б. Шмайдлер, кото­
рый назвал' его суждение явной ошибкой, основанной на произ­
вольном комбинировании сведений Адама Бременского (как раз
из схолии 84) и Снорри Сгурлусона'Р. Однако прав ли на этот раз
Б. Шмайдлер?
В главе 54, следующей' .нецосредственно за схолией, рас­
сказывается уже оСвене Эстридсене: «В то время славнейшим
среди варваров' был король данов Свен, который с великой доб­
лестью одолелскоролей норманнов Олава и Магнуса ... »66 (1110
тешроге clarissimus inter barbaros fuit Suein rex Danorum, qui reges
63 «После гибели обоих Эриков в сражении к власти пришел сын Стенкиля Халь­
стен. Вскоре он был изгнан, [а на его место] из Руссии пригласили Анунда,
однако затем, отстранив и этого, свеоны избрали некоего Хакона. Он женился
на матери Олава-юноши» (Адам. С. 403). Duobus Hericis in prelio interfectis
Halzstein, filius regis Stenkel, in regnum levatus est. Quo тох depulso accersi­
tus est Anunder а Ruzzia, et illo nihilominus amoto Sueones elegerunt quendam
Haquinum. Iste accepit matrem 01aph iuvenis in matrimonio (Adam. Scholion 84.
S. 197). Схолия известна по рукописям Вlа.В2.С.
64 Bugge А., Hertzberg Е. Norges historie fremstillet for det norske folk. Kristiania,
1915. Bd. 2. D. 1: Tidsrummet 1030-1103. S. 307.
65 Schmeidler В. Hamburg-Bremen und Nordost-Europa ... S. 311-312. Ср. также:
Adam. S. 288.
66 Адам. С. 403.

Новая попытка понять Адама Бременского
451
Nortmannoram Olaph et Magnum constrinxit magna virtute)67. Схолии
84-86 в рукописи Сl стоят на полях как раз напротив конца 53 и
начала 54 главы, причем слова: Iste accepit matrem Olaph iuvenis
in matrimonio - отделены от предшествующего и последующего
текста и «висят» прямо между концом одной и началом другой
главы'". Если присоединить эти слова к схолии 84, то получится,
что бывшая наложница Харальда Сурового стала женой Хакона
Рыжего, упоминаемого в схолии, если же сдвинуть их чуть ниже,
то придется сопоставить их с основным текстом 54 главы и считать
ее женой Свена Эстридсена, как то и сделал А. Бугге. Анализ ру­
кописей заставляет С. Булина склониться ко ВТОР9Й точке зрения?",
Тогда будет вполне логичным и переход от этих слов к следующей
схолии - схолии 85: «Король же норманнов взял в жены дочь короля
данов, и заключили друг с другом мирэ " (Rex autem Nordmannorum
duxit filiam regis Danorum uxorem et facta est рах ad птсюегп)?'. По­
лучится, что мир между Олавом Тихим и Свеном Эстридсеном был
скреплен сразу двумя бракамиг Свен женился на матери Олава, а
Олав на дочери Свена. Минисхолия Iste accepit matrem Olaph iuvenis
in matrimonio - не по�исает в воздухе". Из исландских источников
известно, что мать Олава Тихого иконкубину Харальда Сурового
звали Тора, а не та ли это Тора, которая отравила Гиду? Впрочем,
эта Тора названа у Адама наложницей Свена, а не законной женой,
но, возможно, это ошибка, - рассуждает С. Булин.
Красивое построение шведского историка выглядит правдо­
подобным, однако порождает одно большое сомнение. Непонят­
но, насколько велика честь для Свена Эстридсена, «который с
великой доблестью одолел королей норманнов Олава и Магнуса»,
взять в законные жены бывшую наложницу умершего норвежско­
го короля. Будь Тора законной женой - никаких вопросов бы не
возникло, но с наложницей дело обстоит несколько иначе. Таким
образом, предложенное истолкование спасает логичность текста,
но плохо вписывается в реалии брачной политики средневековых
скандинавских государей.
67 Adam. 111, 54. s. 198.
68 с. Булин приводит фотографию соответствующего фрагмента рукописи: Во­
lin S.Kring шазтег Adams text ... S. 242. См. также: Adami Bremensis gesta Нат­
maburgensis ecclesire pontificum: Codex Havniensis / РиЫ. in photolithography
with pref. Ьу С.А. Christensen. Copenhagen, 1948.
69 Bolin S. Kring гпаыег Adams text ... S. 241-242.
70 Адам. С. 404.
71 Adam. Scholion 85. S. 198.
72 Bolin S. Kring гпазтег Adams text ... S. 243.

452
В.В. Рыбаков
Судьба города Бирки
согласно хронике Адама Бременского
Наконец, шестая и последняя проблема, рассмотренная в раз­
бираемой статье, - это проблема гибели Бирки. Начав с обзора
археологических исследований на острове Бьёркё, которые в его
эпоху дали еще весьма незначительные резульгатьг", с. Булин пе­
реходит к известному вопросу о епископе Бирки Иоанне-Хилти­
не, впоследствии аббате монастыря Гозек, упоминаемом не толь­
ко у Адама Бременского, но также в «Деяниях гальберштадтских
епископов» и у Саксонского анналиста/", Автор не сомневается
в реальном существовании этого епископа и в том, что он дей­
ствительно был назначен в город Бирку (ту самую, древнюю, не
иную)?", Когда же именно исчез этот город? - спрашивает с. Бу­
лин. Он снова исследует словоупотребление хрониста, теперь для
того, чтобы интерпретировать схолию 142 из четвертой книги
«Деяний»:
«От спутников епископа Адальварда нам известно, что, когда он
впервые приехал в Сигтуну, чтобы отслужить мессу, ему преподнесли
LXX марок серебра. {Ибо} подобным благочестием отличаются все
народы северных стран. Тогда же, так как было по пути, он завернул
в Бирку, которая ныне сведена в ничто, так что едва ли различимы [и]
следы города. Поэтому он не смог разыскать могилу святого архиепи­
скопа Унни»:".
Relatum est nobis а quibusdam stipatoribus Adalwardi episcopi, сит
primum Sictonam accessisset, ad ипат missarum celebrationem oblatas sibi
ad гпапшп LXX marcas argenti. Таптае [enim] devotionis omnes populi sunt
arcticae plagae. Типс etiam occasione itineris divertit Bircam, quae пипс
in solitudinem redacta est, ita ut vestigia civitatis vix appareant; quare пес
tumulus sancti archiepiscopi Unni inveniri рошп?".
Известия приведенной схолии явно противоречат известиям
Адама о том, что Адальберт Гамбург-Бременский основал в Бирке
73 Ibid. s. 245-246.
74 См. о нем: Рыбаков В.В. Пути возникновения епископских кафедр в средневе­
ковой Швеции: известия источников и нерешенные проблемы // Средние века.
Вып. 74 (1-2). М., 2013. С. 79-82.
75 Bolin S. Kring тпаыег Adams text ... S. 247.
76 Адам. С. 438.
77 Adam. Scholion 142. S. 262.

Новая попытка понять Адама Бременского
453
епископство и назначил туда Иоанна-Хилтина/". Дабы разрешить
противоречие, шведский историк предлагает переводить парную
конструкцию tunc - пипс, употребленную в схолии, «тогда - сей­
час», т.е.: «тогда ... он завернул в Бирку, которая сейчас сведена
в ничто». Иными словами, во время путешествия Адальварда
Младшего (начало 1060-х годов) она еще была городом, а в те
времена, когда писал Адам (середина 1070-х годов), уже стала
пустыней?".
В наши дни, когда дальнейшие раскопки на островке Бьёркё
окончательно убедили мир, что город Бирка прекратил свое су­
ществование немного ранее 1000 г., едва ли можно согласиться с
предлагаемой с. Булином датой гибели этого города - середина
1070-х годов - или на 100 лет позднее того, что показывает архе­
ология. Однако и с чисто филологической точки зрения его тол­
кование не выдерживает критики. Пусть даже, учитывая особен­
ности языка Адама, вероятнее, что tunc - пипс следует понимать
«тогда - сейчас», но как в таком случае интерпретировать следу­
ющее далее предложение: quare пес tumulus sancti archiepiscopi
Unni inveniri potuit (кпоэтому он не смог разыскать могилу свя­
того архиепископа Унни», буквально: «поэтому могильный холм
святого архиепископа Унни не смог отыскаться»)? Quare (споэго­
му») четко указывает на связь с причиной - тем, что город был
разрушен, стало быть, уничтожен уже в те времена, когда туда
прибыл Адальвард Младший. Нельзя упускать из виду и форму
глагола - перфект (potuit), который у Адама используется поч­
ти исключительно для обозначения прошедшего времени, а не
результата в настоящем. Если же считать эту форму классиче­
ским перфектом, то придется допустить существование некоего
неизвестного информанта, который посетил Бирку уже в 1070-е
годы и искал там могилу Унни. Как кажется, весь контекст схолии
исключает подобную возможность. Последняя интерпретация в
статье с. Булина ошибочна.
78 «Страдая из-за заблуждений этих племен, наш архиепископ поставил им митро­
полией Бирку, которая, будучи расположена в середине Свеонии, смотрит против
города склавов Юмне, [Волина,] и удалена от всех побережий этого моря на равные
расстояния. Первым из наших он поставил в этом городе аббата Хилтина, которого
ему было угодно назвать Иоанном» (Адам. С. 431). Quorurn errori condolens noster
rnetropolitanus statuit Bircarn illis gentibus rnetropolern, quae in rnedio Sueoniae posita
contra civitatern Sclavorurn respicit Iurnnern paribusque spaciis ornnes illius ponti аrn­
plectitur horas. In qua civitate prirnurn ех nostris ordinavit Hiltinurn abbatern, quern ipse
voluit appellari Iohannern (Adarn. IV, 20. S. 249).
79 Bolin S. Kring гпйвгег Adarns text ... S. 248-250.

454
В.В. Рыбаков
Итоги
я не случайно сопроводил свои размышления над текстом
Адама Бременского разбором статьи С. Булина. И дело не только
в том, что она представляет собой типичный образец того жанра,
который сложился в посвященной Адаму литературе. За интере­
сом к мелочам, из коих и складывается общая картина, стоит, по­
мимо прочего, дробность и разрозненность самой проблематики,
окружающей «Деяния», ведь сочинение Адама выступает точкой
пересечения многих культурных линий, связующих времена и ре­
гионы. Пестрота и разнородность - неотъемлемая черта работ,
претендующих на истолкование этого многогранного историче­
ского сочинения. С. Булин в своей статье охватывает шесть раз­
личных тем неодинакового масштаба и характера. И, тем не ме­
нее, между ними выстраиваются известные смысловые цепочки,
как, например, в случае со схолиями, упоминающими жен Свена
Эстридсена: оказывается, что проблемы текстологии и рукопис­
ной традиции напрямую увязаны с пониманием брачной поли­
тики этого выдающегося правителя. Словоупотребление Адама
приходится изучать для ответа на столь различные вопросы, как
судьба Бирки и английские претензии скандинавских государей.
Собственно историческая, реальная сторона событий словно
бы сливается с мифологией текста и способом ее конструиро­
вания, как бы он ни был выражен - в лексике или в компоновке
материала.
Две скрытые цитаты
из переписки Григория Великого
в начале третьей книги «Деяний»
Сказанное заставляет исследователя задуматься об истоках
писательских находок Адама, о его прототипах. Хорошо известно,
что хронист являлся человеком весьма начитанным. «Деяния» пе­
реполнены явными и скрытыми цитатами из множества текстов.
Книги Ветхого и Нового Завета, экзегетические сочинения, ме­
ровингские и каролингские жития, творения римских историков
и поэтов, географические описания, произведения эпистолярного
жанра, прежде всего послания папы Григория Великого, анналы,
многочисленные памятники дипломатики - вот неполный пере­
чень текстов, из которых он делает свои excerpta. Источники Ада­
ма выявлены уже давно, особый вклад в эту работу внес Филипп

Новая попытка понять Адама Бременского
455
Вильгельм Кольманн'", чьими результатами до некоторой степени
воспользовался Б. Шмайдлер в своем издании. Но до конца дея­
тельность по поиску скрытых цитат все же не доведена.
Теснота цитирования по идее должна быть наибольшей в
третьей книге, не будь которой, Адама нельзя было бы назвать
художником, как то периодически делают. Именно там литера­
турные прототипы могли оказать наибольшее влияние. Присмот­
римся внимательнее ко второй главе этой книги. Она состоит как
бы из двух частей, граница между которыми отмечена в издании
Б. Шмайдлера абзацным отступом'". На том месте, где стоит аб­
зац, в рукописях пространной редакции начинается новая глава.
Первый абзац оканчивается следующим резюме:
«Таким образом, будучи средоточием множества добродетелей, мог бы
муж сей [и] стать, и прослыть святым, когда бы только не препятствовал
[ этому] один [его] порок, безобразные проявления которого портили
весь замечательный характер предстоятеля. Это было тщеславие, верный
друг людей богатых. Оно вызвало такую ненависть к [этому] разумному
мужу, что даже те многочисленные благие деяния, которые он совершил,
многие называли совершенными ради земной славы. Но пусть, дабы не
осудить его необдуманно, они взглянут [на это] иначе, памятуя о том,
что не должно выносить окончательного суждения в делах спорных и
[что] "тем же судом, каким судишь другого, осуждаешь себя"»82.
Itaque rnultis virtutibus in ипиrn vas congregatis ротегаг vir talis esse dicique
beatus, nisi ипиrn viciurn obstaret, cuius deforrnitas оrnпеrn decorern presulis
obnubilarat, Ьос erat cenodoxia, farniliaris diviturn vernacula. Еа prudenti
viro talern invidiarn peperit, ut rnulti etiarn Ьопа, quae fecit plurirna, dicerent
fieri pro rnundana gloria. Sed videant huiusrnodi, пе ternere illurn iudicent,
Ьос scientes, quod in rebus arnbiguis absoluturn поп debet esse iudiciurn,
et: 'in quo alterurn iudicas, te ipsurn сопсегпрпаа'Ч.
В приведенном фрагменте несколько цитат. Сразу бросается
в глаза последняя: «тем же судом, каким судишь другого, осуж­
даешь себя» (in quo alterum iudicas, te ipsum condempnas) - из
Послания к римлянам (Рим 2: 1). Однако она здесь не единствен­
ная. Выражение «[и] стать, и прослыть святым» (esse dicique
beatus, буквально: «блаженным», «счастливым», возможно, игра
80 Kohlmann Ph. W. Adam уоп Bremen. Ein Beitrag zur mittelalterlichen Textkritik
und Kosmographie. Leipzig, 1908.
81 Адам. С. 374. Adam. 111,2. S. 145.
82 Адам. С. 374.
83 Adam. 111,2. S. 144-145.

456
В.В. Рыбаков
слов), как отмечено Б. Шмайдлером'", отсылает к «Метамор­
фозам» Овидия. Есть и еще одна цитата: «не должно выносить
окончательного суждения в делах спорных» (in rebus ambiguis
absolutum поп debet esse iudicium). Эта сентенция, звучащая по-ла­
тыни почти афористично, заслужила следующий комментарий
издателя: «определенно - цитата, я не смог обнаружить ее источ­
ник» (quod in rebus - iudicium ist sicherlich ein Zitat, ich vermag es
nicht nachzuweisen )85. Опыт не подвел Б. Шмайдлера: в этом месте
Адам действительно цитирует послание папы Григория Великого
епископу Тренто Андрею, где идет речь о том, что последний имел
конкубину, однако папе в точности не ясно, было ли это до или
после возведения епископа в сан. По этому поводу он и замечает,
что «не должно выносить окончательного суждения в делах спор­
ных» ( ... in rebus ambiguis absolutum поп debet esse iudicium ... )86.
Как можно видеть, совпадение дословное.
Данная цитата вкраплена в последнее предложение первого
абзаца второй главы, а последнее предложение второго абзаца
той же главы таково:
«Все это будет {легче} уяснить из самой ткани [дальнейшего] повест­
вования, так что да узнают разумеющие, до какой степени правильно и
[вовсе] не необдуманно, но, напротив, по зрелом размышлении, посту­
пал он в том, в чем несведущие видят [его] безрассудство и безумиеэ'".
Quae omnia [melius] in ipso hystoriae textu (курсив мой. - В.Р.) pandentur, ut
videant sapientes, quam coacte et поп temere, immo probabili ratione fecerit
aliqua, in quibus desipuisse vel insanisse videtur а поп intelligentibus88•
In ipso hystoriae textu - выражение необычное, и его непос­
редственным источником может быть только Григорий Вели­
кий. Соответствующее место находим в послании Севильскому
епископу Леандру, где читается: [n ipso litterarum mearum textu89
(кписьма» заменены у Адама на «историю», что в точности отра­
жает смену жанра по сравнению с первоисточником).
84 lbid. S. 144. Апт. 8.
85 lbid. S. 145. Апт. 1.
86 Gregorii 1 рарае Registrum epistolarum. Т. 1. L. 1- Уll / Ed. Р. Ewald, L.M. Hart-
тапп. Berolini, 1891 (МОН ЕЕ Т. 1). 111, 44. Р. 200.
87 Адам. С. 374.
88 Adam. 111,2. S. 145.
89 Quod vestra quoque reverentia in ipso litterarum mearum textu vigilanter intellegit,
quando ei neglegenter loquor, quem vehementer diligo (курсив мой). (Gregorii 1
рарае Registrum epistolarum. 1, 41. Т. 1. Р. 56).

Новая попытка понять Адама Бременского
457
Как видно ИЗ двух этих примеров, соседствующих в тексте
хроники, выявление скрытого цитирования у Адама может быть
продолжено, несмотря на то что И.М. Лаппенберг, Ф.В. Кольманн
и Б. Шмайдлер по большей части уже проделали такую работу.
Таким образом, исследовательское направление, заданное в пер­
вой половине ХХ в. работами Б. Шмайдлера и с. Булина, имеет и
дальнейшие перспективы.
БИБЛИОГРАФИЯ
Адам Бременский. Деяния архиепископов гамбургской церкви //
Немецкие анналы и хроники Х-ХI столетий. М., 2012.
Рыбаков В.В. Пути возникновения епископских кафедр в средневе­
ковой Швеции: известия источников и нерешенные проблемы // Средние
века. М., 2013. Вып. 74(1-2). с. 79-82.
Рыбаков В.В. Хроника Адама Бременского и первые христианские
миссионеры в Скандинавии. М., 2008.
Швеция и шведы в средневековых источниках / отв. ред. А.Д. Щег­
лов. М., 2007.
Adami Bremensis gesta Hammaburgensis ecclesire pontificum:
Codex Havniensis / РuЫ. in photolithography with pref. Ьу С.А. Christensen.
Copenhagen, 1948.
Adami gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum / Ed. J.M. Lappen­
berg // MGH SS. Hannover, 1846. Т. 7.
Аrир Е. Kong Svend 2.s Biografi // Scandia. Stockholm; Киоеппаеп;
Ов!о, 1931. Bd. 4. Hft. 1. S. 55-101.
Bagge s. Decline and [а11: deterioration of character as described Ьу
Adam of Bremen and Sturla I>6roarson // Individuum und IndividualiHit im
Mittelalter / Hrsg. J.A. Aertsen, А. Speer. Berlin, 1996. S. 530-548.
Bolin S. C-varianterna ау гпйвтег Adams text / / Vetenskaps-Societetens i
LundArsbok 1930. Lund, 1931. S. 93-103.
Bolin S. Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum / / Kulturhisto­
risk leksikon for nordisk middelalder fra vikingetid til reformationstid.
Bd. У. Киоеппасп, 1950. Sp. 283-289.
Bolin S. Kring тпаыег Adams text. Interpretation och kommentar. Bidrag
till Nordens historia under 900-och 1000-talen // Scandia. Stockholm; К0Ьеп­
havn; Os10, 1932. Bd. 5. Hft. 2. S. 205-250.
Bolin S. Nar avslutade master Adam Gesta Hammaburgensis ecclesiae
pontificum? // Vetenskaps-Societetens i Lund Arsbok 1931. Lund, 1932.
S.3-15.
Bolin S. От Nordens aldsta historieforskning. Studier бvеr dess metodik
och ka11varde. Lund, 1931.
Bolin S. Zum Codex Havniensis G. Kgl. S. 2296 (Hs. С 1 der Chronik
des Adam уоп Bremen) // Classica et mediaevalia. K0benhavn, 1949. Уоl. 10.
S. 131-158.

458
В.В. Рыбаков
Bugge А., Hertzberg Е. Norges historie fremstillet for det norske fo"tk.
Kristiania, 1915. Bd. 2. D. 1: Tidsrummet 1030-1103.
Carlsson G. Bernhard Schmeidlers Adamsforskningar // Kyrkohistorisk
arsskrift. 1923. Uppsala, 1924. Arg. 23. S. 407-417.
Dehio G. Geschichte des Erzbistums Hamburg-Bremen bis zum Aus­
gang der Mission. Berlin, 1877. Bd. 1-2. (Neudruck: Osnabriick, 1975).
Du Cange Ch. et al. Glossarium medire et infimre latinitatis. Niort,
1887.
Goetz Н. - W. Constructing the Past: Religious Dimensions and Historical
Consciousness in Adam of Bremen's Gesta Hammaburgensis ecclesiae роn­
t(ficum // The Making of Christian Myths in the Periphery of Latin Christen­
dom (са 1000-1300) / Ed. L.B. Mortensen. Copenhagen, 2006. Р. 17-51.
Gregorii 1 рарае Registrum epistolarum. Т. 1. L. 1- VII / Ed. Р. Ewald,
L. М. Hartmann. Berolini, 1891 (MGH ЕЕ. Т. 1).
Kohlmann Ph. W. Adam уоп Bremen. Ein Beitrag zur mittelalterlichen
Textkritik und Kosmographie. Leipzig, 1908.
Magistri Adam Bremensis Gesta Hammaburgensis ecclesiae pontificum /
Ed. В. Schmeidler. Editio tertia. Hannover; Leipzig, 1917 (Scriptores rerum
Germanicarum in usum scholarum ех Monumentis Germaniae Historicis
separatim editi). Unveranderter Nachdruck, 1977.
Maranini А. Modelli е suggestioni sallustiane пеНа biografia del
l' Arcivescovo Adalberto // Devotionis munus: lа cultura е l'opera di Adamo
di Brema / А cura di R. Scarcia, Р. Stok. Pisa, 2010. (Testi е studi di cultura
classica, 47). Р. 57-78.
Myrberg N. Sture Bolin, medeltidsforskare теНап historia och arke­
ologi // Nordisk Numismatisk Unions Medlemsblad. K0benhavn, Maj 2012.
N 2: Temanummer от Vikingetid i anledning afPeter Ilisch' 65 arsdag.
Nyberg Т Stad, skrift och stift. N agra historiska inledningsfragor / /
Adam av Bremen. Historien от Hamburgstiftet och dess biskopar / Oversatt
ау Е. Svenberg. Kommenterad ау С.Р. Hallencreutz, К. Johansson, Т. Ny­
berg och А. Piltz. Stockholm, 1984.
От Menigheden i Norden under Erkesredet i Bremen og Hamborg
(788-1072). Tilligemed sammes Beskrivelse af de nordiske Lande / Oversat
af Р. W. Christensen. Kj0benhavn, 1862.
Otto А. Beitrage zur Textgeschichte des Adam уоп Bremen // Neues
Archiv der Gesellschaft fiir altere deutsche Geschichtskunde. Berlin, 1932.
Bd. 49. S. 10-55.
Paludan-Muller С. От Harald Blaatands Lovgivning: еп hermeneutisk
Unders0gelse. Indbydelsesskrift til den offentlige Ехатеп i Odense Cathe­
dralskole. Odense, 1832.
Schmeidler В. Hamburg-Bremen und Nordost-Europa уот 9. bis 11.
J ahrhundert. Leipzig, 1918.
Schmeidler В. Zur Entstehung und zum Рlапе der Hamburgischen Kirch­
engeschichte Adams уоп Bremen // Neues Archiv der Gesellschaft fiir altere
deutsche Geschichtskunde. Berlin, 1933. Bd. 50.

Новая попытка понять Адама Бременского
459
Steenstrup J. Danmarks Sydgrrense og Непеёепппсг over Holsten ved
den historiske Tids Begyndelse (800-1100). Indbydelsesskrift til Kj"ben­
havns Universitets Aarsfest i Anledning af Hans Majestret Kongens F"dsels­
dag den 8. April 1900. Kj"benhavn, 1900.
Steenstrup J. Nogle Unders"gelser til Belysning af Teksten i Adam af
Bremens V rerk / / Historisk Tidsskrift. Bd. 9. R. 6. Киоеппасп, 1929. S. 343-
363.
WeibuZZ L. Kritiska uпdеrSбkпiпgаr i Nordens historia omkring ar 1000 //
Weibull L. Nordisk historia. Forskningar och uпdеrSбkпiпgаr. Bd. 1. Stock­
holm, 1948.

ХРОНИКА
УДК 930(430)"2012"
А.Л.Осunян
МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
«ПАМЯТЬ В ДОМОДЕРНУЮ ЭПОХУ:
КУЛЬТУРЫ ПАМЯТИ В ЕВРОПЕ
РАННЕГО НОВОГО ВРЕМЕНИ»
(Лейден, Лейденский университет,
20-22 июня 2012 г.)
После выхода в свет работ Пьера Нора, Алейды и Яна Ассманн,
исследования проблем соотношения истории и памяти, «культур­
ной памяти», «социальной памяти», «памяти и забвения» стали
множиться в геометрической прогрессии. В большинстве своем
эти исследования посвящены таким темам как: травматическая
память о трагических событиях ХХ в.; формирование историчес­
кого канона, культурной памяти и национальной идентичности
в XIX-XX вв.; альтернативная (вытесненная/репрессированная)
память маргинальных групп; использование памяти в политике.
Таким образом, изучение проблем памяти преимущественно свя­
зано с историей XIX-XX вв., устной историей и исследованиями
наций и национализма. Домодерные эпохи, как правило, оста­
ются на обочине исследований коллективной памяти. Причины
подобной маргинализации обычно называются две: недостаток
источников (невозможность взять интервью и скудость сочине­
ний мемуарного характера) и привязка «коллективной/социаль­
ной/культурной памяти» к таким явлениям Нового времени как:
национализм и национальное государство, система всеобщего
образования, масс-медиа. Конференция, проведенная в Лейдене,
призвана была нарушить этот дисбаланс.
Конференция была инициирована и организована в рамках
исследовательского проекта «Рассказы о восстании. Память, за­
бвение и идентичность в Нидерландах в 1566-1700 гг;» в Лей­
денском университете. (Руководитель проекта Юдит Поллманн,

Хроника
461
профессор истории Голландии раннего Нового времени). Орга­
низаторы постарались выйти за пределы только нидерландской
ситуации и дать как можно более широкий западноевропейский
контекст (только два доклада было связано с историей Восточ­
ной Европы). Лейденский университет - старейший в Голландии,
был основан в 1575 г. Очень непринужденная атмосфера универ­
ситетского -города способствовала работе конференции, которая
проходила в прекрасном позднесредневековом замке графа Гол­
ландии. В ХУI в. в замке размещались суд и тюрьма. Темница
была расширена в 1556 г. по просьбе римской инквизиции для
размещения заключенных из числа местных протестантов (сей­
час там расположены учебные аудитории и офисы отдела по ра­
боте со студентами: http://gravensteen.tripod.com, http://dearkittyl.
wordpress.com/20 12/09/10/ churches-and-castle- in-leiden-city). Для
участников конференции были организованы экскурсии в отдел
старопечатных книг библиотеки Лейденского университета, в му­
зей De Lakenhal и по «местам памяти» Лейдена второй половины
XVI-XVII вв.
Всего на конференции было представлено 20 докладов в
пяти последовательных секциях: «Войны памяти в эпоху до на­
ционального государства», «Преодолевая мучительную память»,
«Ландшафты памяти как многоканальный опыт», «Передача па­
мяти и-формирование идентичности», «Прошлое и настоящее,
сенсации изменения». Таким образом, на каждой секции было
представлено четыре доклада, причем первому - «ключевому»,
который должен был «задать тон» работе секции, отводилось
45 минут, остальным трем - по 20 минут.
Кроме того, доклады каждой серии комментировал специ­
ально приглашенный дискуссант, представлявший самые разные
сферы гуманитарного знания, что, по мнению организаторов,
должно было обеспечить свежий взгляд со стороны. Среди про­
чих дискуссантов наиболее продуктивным мне показалось вы­
ступление антрополога Марио Браакмана на секции, посвящен­
ной травматической памяти. Он поделился с присутствующими
своим опытом работы с беженцами из не стабильных стран тре­
тьего мира. М. Браакман отметил, что их отношение к лично пе­
режитому травматическому опыту отличается от травматической
памяти западных европейцев. В Европе под влиянием христианс­
тва сформировались «культура вины» и «культура стыда», эмо­
ции (в том числе и память о травматическом опыте) передаются
вербально. Для ислама характерен фатализм, а у буддистов нет

462
Хроника
травмирующей памяти о прошлом. Для неевропейских культур
более характерна соматизация - телесное выражение эмоций.
Соответственно, в разных культурах существуют несхожие трав­
матические памяти. Возможно ли, в таком случае, использовать
западный концепт «травмы» по отношению к иным культурам?
Это наблюдение может помочь исследователям лучше понять пе­
реживание травматического опыта и формирование памяти о нем
у европейцев до-модерной эпохи, поскольку они могут быть от­
несены к так, называемым традиционным обществам как и жите­
ли стран треть-его мира.
В первой секции ключевой доклад представил Филипп Бе­
недикт (Женевский университет): «Формирование памяти о ре­
лигиозных войнах во Франции». Основное внимание докладчик
сосредоточил на опровержении тезиса Дэйвида Кресси (1989) о
ведущей роли государства в формировании памяти в раннее Но­
вое время. На материале Франции конца XVI-XVII вв. Ф. Бене­
дикт охарактеризовал процессы формирования и функциониро­
вание мемориальных практик (издание историй-мартирологов и
проведение коммеморативных процессий) в ходе острой полити­
ческой конкуренции между конфликтующими «группами давле­
ния» - гугенотами и католиками. Докладчик продемонстрировал,
как оппозиционная группа (гугеноты) может противопоставлять
свою «контр-память» господствующим официальным «прочтени­
ям» прошлого. Шон Данвуди (Чикагский университет) свой до­
клад «Конфликт светской и конфессиональной памяти: Аугсбург
в ХУI веке» сфокусировал на вопросе, как религиозные отличия
влияют на формирование конкурирующих культур мемориализа­
ции. Свои наблюдения докладчик проиллюстрировал на примере
памятей о волнениях в Аугсбурге, в связи с введением григориан­
ского календаря в 1584 г. (католический магистрат против протес­
тантских министериалов). По мнению Ш. Данвуди, отличие ме­
мориальных стратегий раннего Нового времени от современных в
разных основаниях претензий на истинность «своего» нарратива,
а также в практиках распространения своей версии памяти (через
деловые, семейные и патронажные сети). Доклад Ульриха Нигге­
манна (Марбургский университет, Германия) «"Вы увидите, кто
они, те, кто бранит и недооценивает ваше Славное избавление о о о":
Война воспоминаний о Славной революции» был посвящен кон­
курирующим версиям памяти о Славной революции 1688-1689 ГГо
в политических дебатах Великобритании XVIII в., которые стали
основой формирования политических идентичностей, Докладчик

Хроника
463
задался целью установить механизмы и процессы формирования
канонической памяти, а также агентов и средства, с помощью
которых Славная революция стала «местом памяти» и ключевым
элементом британской идентичности в XVIII в. Яспер ван дер
Стеен (Лейденский университет) в своем выступлении «Оспари­
ваемое прошлое: войны памяти в годы Двенадцатилетнего мира
(1609-1621 гг.)» сосредоточился на трансформации памяти из ар­
гумента внешней политики в инструмент внутриполитического
конфликта. Память о жестокостях испанцев в 1560-1570-х годах
была использована «партией войны» в качестве аргумента против
испано- голландского перемирия 1609-1621 гг. В итоге это приве­
ло к формированию официального канона памяти, 'который вско­
ре был поставлен под сомнение в ходе внутреннего конфликта
между сторонниками двух протестантских богословов Лейденс­
кого университета - Иоганна Арминия и Франциска Гомара.
Секцию «Преодолевая мучительную память» открыл доклад
Сьюзан Брумхолл (Университет Западной Австралии) «Наррати­
вы травмы, эмоций и идентичности во франкоязычных источниках
ХУI века». Докладчица подчеркнула, что в различных культурах
существуют разные стратегии преодоления опасного травма­
тического опыта, среди которых наиболее эффективной счита­
ется стратегия придания смысла пережитому опыту. Возможно
ли отыскать подобные стратегии в источниках раннего Нового
времени? По мнению с. Брумхолл, помимо личных документов,
таких как дневники, мемуары, автобиографии и письма, следует
также использовать потенциал хроник, судебных актов, петиций,
адресованных публичным институтам и властям. Исследователь­
ница напомнила, что фиксация памяти на письме является соци­
альным актом и, следовательно, отражает то, что было значимым
как для автора, так и для предполагаемой аудитории.
Доклад Сары Ковингтон (Городской университет Нью-Йорка)
«Сороки и бушующее море: Оливер Кромвель, память и потря­
сения Ирландии» был посвящен различным формам мемориа­
лизации травматического для ирландцев вторжения на остров
о. Кромвеля в 1649 г. В ирландском фольклоре и литературе
Кромвель приобрел мифические черты и стал обозначать точку
разрыва - до и после. Память о вторжении Кромвеля отразилась в
опоэтизированном ландшафте, топонимах и материальных объек­
тах, превратив Кромвеля в краеугольный камень, вокруг которого
нация сконцентрировала значительную часть своего прошлого и,
в результате, сформировала социальную память и идентичность.

464
Хроника
Андреас Бар (Свободный университет, Берлин) в своем докладе
«Помня страх насилия: чувство страха и страх Божий в войне па­
мятей XVII века» проанализировал немецкие хроники, дневники
и автобиографии на предмет отображения в них памяти о пережи­
том и ожидаемом насилии. А. Бар интерпретировал проявления
«страха», «тревоги» и «ужаса», еще не выраженные в категориях
«чувств» и «эмоций» в современном смысле, в категориях «вол­
нения», «страсти» или «томления души», характерных для иссле­
дуемой эпохи. В итоге он пришел к выводу, что авторы XVII в.
намеревались выразить то, что казалось им «невыразимым», по­
скольку они считали необходимым с религиозной точки зрения
поступить таким образом. Габриэлла Эрдельи (Венгерская акаде­
мия наук) в докладе «Предания о крестьянском восстании: табу и
память о событиях 1514 г. в Венгрии» рассмотрела формирование
конкурирующих мифов-памятей в ХУI в. и их последующее заб­
вение. Подстрекаемые некоторыми священниками на крестовый
поход против османов, «крестьяне-крестоносцы» направили ору­
жие против единоверных феодалов. После подавления восстания
обе стороны в своих посланиях в папскую курию стремились
придать событиям кровавого хаоса логическую и линейную по­
следовательность, используя ретроспективные схемы объясне­
ния. Сравнивая восстание 1514 г. с Крестьянской войной в Гер­
мании 1525 г., г. Эрдельи также задается вопросом, если очаги
восстания в Венгрии совпадали с очагами Реформации, почему
венгерские «повстанцы» не были отождествлены с «еретиками»,
как это имело место в Германии?
Доклад Бенджамина Шмидта (Вашингтонский университет,
Сиэтл, США) «Память и трансмедиация: о жизни экзотических об­
разов и их материальных воплощениях» был посвящен визуальным
носителям как средствам формирования, передачи и манипулиро­
вания публичной памятью. Изучение многоканальности циркуля­
ции носителей информации позволяет исследователю воссоздать
так называемый ландшафт памяти. Б. Шмидт обратил внимание
на социальное разнообразие культур памяти: элитарные носители
(живопись, книги, гобелены) и не-элитарные (материальные объ­
екты, места памяти и археологические находки). Тезисы своего
выступления докладчик проиллюстрировал на эволюции образов
«восточного деспотизма» в европейских визуальных носителях
XVII-XVIII вв. (книжные гравюры, вазы и коврики).
Выступление Марианны Экхоут (Лейденский университет)
«Прославляя троянского коня: память о голландском восстании

Хроника
465
в Бреде в 1590-1650 гг;» было посвящено меморализации взятия
Бреды с помощью материальных объектов. В 1590 г. город был
освобожден от испанских войск голландскими повстанцами, ис­
пользовавшими баржу для перевозки торфа. Отныне один из бри­
кетов торфа, снабженный печатью из красного воска, хранился в
городском совете. Баржа сгорела при взятии Бреды испанцами в
1625 г. После освобождения Бреды голландцами в 1637 г. была
выбита медаль с изображением баржи на фоне города. Медаль не­
однократно фигурирует на портретах участников штурма 1590 г.
и их наследников, превратившись в символ памяти, гордости и
социального статуса. Серебряная модель баржи была подарена
городом Соединенным Провинциям и хранилась в зале заседа­
ний Генеральных Штатов как память о восстании. Как отметила
докладчица, случай с баржей помогает лучше понять процессы
формирования «ландшафта памяти» и его распространения за
пределами городской общины. В докладе Жасмин Кильбурн- Топ­
пен (Музей Виктории и Альберта, Лондон) «Материальная память
цеховых ремесленников: формирование коммунальных идентич­
ностей в Лондоне раннего Нового времени» прозвучала мысль о
важности материальных объектов для помещения индивидуаль­
ной памяти в рамку коллективного сознания цеха. На примере да­
рений статуи св. Георгия в зал цеха оружейников (1528 г.) и рос­
писей с изображением Святого семейства в зале цеха плотников
(1570 г.), докладчица продемонстрировала как усиление цеховых
идентичностей через изображения патронов (св. Георгия и св. Ио­
сифа-плотника), так и формирование памяти о дарителях - чле­
нах соответствующих цехов. Хелена Сепе (Университет Южной
Флориды, США) свой доклад «Аутентификация памяти: венеци­
анские актовые документы» посвятила формированию статуса и
его мемориализации венецианскими патрициями в раннее Новое
время. При вступлении на высокие посты должностным лицам
жаловались документы (ducali) с их полихромными портретами,
впоследствии хранившиеся в семейных архивах как память о вы­
соком статусе данного патрицианского рода.
Секцию «Передача памяти и формирование идентичности»
открыл ключевой доклад Дагмар Фрайст (Ольденбургский уни­
верситет, Германия). В своем выступлении «Потерянные во вре­
мени и пространстве? Материальная культура и передача памяти»
она сосредоточилась на проблеме зависимости индивидуальной
идентичности и канонической памяти группы. Она обратила вни­
мание участников конференции на то, что процесс вписывания

466
Хроника
индивидуального опыта в мемориальный канон группы раннего
Нового времени еще не исследован в достаточной степени. Одни
исследователи склоняются к версии, что мнемоническую рамку
индивидуальной памяти задавала культура памяти городских и
сельских общин, другие же придерживаются мнения, что конфес­
сиональный дискурс о прошлом был не менее важным. Изучение
генерационной памяти (переход от «коммуникативной» к «куль­
турной» памяти после смены трех поколений, согласно Алейде
и Яну Ассманн) поможет лучше понять как опыт следующих
поколений соотносился с «каноническим прошлым» и в какой
степени переизобретались традиции, чтобы придать им смысл в
настоящем.
Кейт Ходжкин (Университет Восточного Лондона) в выступ­
лении «Женщины, память и семейная история в XVII веке» утвер­
ждает, что в патриархальной системе женщины являются скорее
передатчиками, нежели носителями родства (в силу перехода из
семьи отца в семью мужа). К. Ходжкин постаралась проследить,
как женщины из аристократических фамилий фиксировали на
письме генеалогические истории своих семей, вставляя их в опре­
деленное видение прошлого, с которым были связаны вопросы
принадлежности и исключения, прав и собственности. По мне­
нию исследовательницы, аристократки вписывали свои истории
жизни (или своих мужей) в генеалогические повествования, вы­
ступая в качестве носительниц значимых традиций и хранитель­
ниц памяти, и идентифицируя варианты возможного будущего
для своих детей. Доклад Ханса Мюллера (Лейденский универси­
тет) «Память изгнанников и переизобретение семейной истории»
посвящен формированию памяти и идентичностей протестантов,
вынужденных покинуть Антверпен в 1585 г. и осевших в Голлан­
дии и Северной Германии. На основе изучения нескольких семей­
ных книг, в которых представители второго и третьего поколений
записывали воспоминания изгнанников, Х. Мюллер постарался
установить каким образом и что именно из прошлого индивиды и
семьи старались вписать в рамки широко известных нарративов
(например, мотив об утрате родины и высокого положения ради
сохранения чистоты веры). Рукописный календарь патрицианской
семьи из Нюрнберга в центре внимания Кристиана Куна (Бам­
бергский университет, Германия). В своем докладе «Историзируя
Реформацию в конце ХУI века: городские "лютеранские" иден­
тичности в свете календарей» К. Кун указывает, что календари
являются перспективным направлением для изучения культуры

Хроника
467
памяти, в частности, как историческое знание было представлено
в качестве предмета учебы и преподавания. По мнению исследо­
вателя, основным предназначением подобных календарей было
применение истории для лучшего понимания текущей политики,
входившей в сферу интересов городского патрициата. В более
широком контексте культуры памяти, изучение календаря может
пролить свет на политическую культуру эпохи конфессионализа­
ции, отвечая на вопрос, в каком виде запоминалась история.
Пятую секцию открыл доклад Юдит Поллманн (Лейденс­
кий университет) «Ощущая перемены в Европе раннего Нового
времени», в котором она сфокусировала свое внимание на зна­
чимости осознания перемен и разрывов. За последние десятиле­
тия исследование представлений о прошлом в раннее Новое вре­
мя вышло за пределы изучения только «исторических текстов»,
включив в свою орбиту антиквариев и коллекционеров, а также
не-научные формы интереса к прошлому. ю. Поллманн отме­
тила, что не только Великая французская революция принесла
осознание необратимого разрыва с прошлым. Для адекватного
понимания культуры памяти раннего Нового времени необхо­
димо ответить на ряд вопросов: каким образом ощущение пере­
мен отражалось в источниках, в какой степени разрывы влияли
на культурные трансформации и как «новое» интегрировалось в
дискурсы о «старом добром времени»? Исследовательница так­
же напомнила присутствующим два тезиса Р. Козеллека: о роли
ощущения перемен в истории памяти и сосуществовании раз­
личных подходов к прошлому. Формированию представлений об
отдаленном прошлом в мещанской среде был посвящен доклад
Александра Осипяна (Краматорский экономико-гуманитарный
институт, Украина) «Историческая культура шляхты и мещанская
война памяти в пост-реформационной Польше: конструирование
полезного прошлого в судебных тяжбах между армянской общи­
ной и городским магистратом Львова в 1578-1654 гг.». Разрыв
с прошлым в 1570-х годах в Польском королевстве, и Львове в
частности, превратил отдаленное прошлое в актуальный ресурс,
к которому стали обращаться тяжущиеся стороны в королевском
суде. Этому способствовало как копирование мещанами образцов
исторической культуры шляхты, так и проникновение в библиоте­
ки патрициата «Истории Польши» М. Бельского (1551) иМ. Кро­
мера (1555), обеспечивших культурные рамки для конструиро­
вания представлений об отдаленном прошлом. Эрика Куийперс
(Лейденский университет) свое выступление «Смутные времена

468
Хроника
и ощущение перемен» посвятила анализу оценки событий 1566-
1567 гг. в Нидерландах авторами хроник, дневников и мемуаров в
контексте уже известных им последствий (создание кальвинист­
ской Голландской Республики). Докладчица также постаралась
дать ответ на следующие вопросы: в какой степени, по мнению
современников, смутные времена повлияли на их идентичность?
Что из их прошлого следует знать их детям? Какую память о
смутных временах следует оставить следующим поколениям?
В своем докладе «Внося перемены в хронику. Ощущение кризи­
са в хрониках раннего Нового времени» Брехт Десюре (Амстер­
дамский университет) поставил под сомнение распространенное
представление о коренном отличии исторического сознания в
модерную и раннемодерную эпохи, разделенные «переломным
временем» (SatteZzeit Р. Козеллека: 1750-1850 гг.). Докладчик
поместил Французскую революцию в один ряд с более ранними
кризисами, чтобы путем сравнительного анализа установить, на­
сколько отличается их описание в местных хрониках провинции
Брабант в XVIII в.
Завершил работу конференции круглый стол: «Память до и
после модерности: дискуссия комментаторов и ключевых доклад­
чиков о континуитете и изменениях». Обсуждение результатов
конференции было сконцентрировано вокруг четырех вопросов:
Каково соотношение памяти и религии? Кто помнит травматиче­
ские события? Насколько важна самоидентификация для памяти?
Подводя предварительные итоги, можно отметить, что рекон­
струкция «культуры памяти» в Европе раннего Нового времени
вполне возможна, а недостаток мемуарных сочинений и невоз­
можность устной истории могут быть компенсированы как за
счет расширения источниковой базы (например, визуальные ис­
точники, судебные акты, календари и Т.П.), так и благодаря ново­
му прочтению источников, которые ранее традиционно относили
к «истории историографии», а не «мемориальным исследовани­
ям» (прежде всего локальные хроники). Представленные на кон­
ференции доклады показали гораздо меньшую роль «государст­
ва» в конструировании и навязывании «канона памяти» в ранее
Новое время, нежели в модерных обществах. Более заметную
роль в формировании «культуры памяти» в XVI-XVIII вв. играли
«локальные и городские сообщества», конфессиональные группы
и профессиональные корпорации, задававшие рамку для индиви­
дуальных воспоминаний. Поэтому в Европе раннего Нового вре­
мени создание «канона памяти» зачастую осуществлялось «снизу

Хроника
469
вверх», когда память локальных сообществ влияла на формиро­
вание нарратива памяти на национальном уровне, в то время как
историки-модернисты предпочитают модель навязывания офи­
циальной версии памяти «сверху вниз», которой противостоят
«вытесненные/подавленные памяти» различных меньшинств.
По результата� конференции 17 статей lбыли опубликова­
ны в сборнике «Память в домодерную эпоху. Культуры памяти
в Европе раннего Нового' времени» (Memory before Modernity.
Practices of Memory in Early Modern Europe / ed. Ьу Erika Kuijpers,
Judith Pollmann, Johannes Мййег, Jasper van der Steen. Leiden,
Boston: Brill, 2013) в серии «Исследования средневековых и ре­
формационных традиций» (<<Studies in Medieval and Reformation
Traditions») 1 •
1 Сборник размещен в свободном доступе на сайтах: http://booksandjournals.
brillonline.com/content/books/9789004261259;jsessionid=dkupw 1 ub8tmc.x­
bril1-live-02 и https://www.academia.edu/5515846/Memory_before_modemity._
Practices _ of _memory _in _ early _ modem _ Europe

УДК 930(47)"2013"::Савин
С.А. Захаров
КРУГЛЫЙ СТОЛ, ПОСВЯЩЕННЫЙ 140-летию
СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ А.Н. САВИНА
(1873-1923)
29 ноября 2013 г. на историческом факультете Калужского
государственного университета имени К.З. Циолковского со­
стоялось заседание круглого стола, посвященного 140-летию со
дня рождения известного русского историка А.Н. Савина. Мес­
то этого научного заседания было выбрано не случайно, так как
исторический факультет ныне располагается в бывшем здании
Николаевской гимназии, которую в 1891 г. с отличием окончил
Александр Николаевич. Поэтому символично, что в тех стенах,
где когда-то получил свое первое образование будущий историк,
прошел первый круглый стол в его честь.
Стоит также отметить, что для Калуги в целом и для исто­
рического факультета Калужского государственного университе­
та данный круглый стол стал первым заседанием медиевистов.
Проведение конференций и круглых столов в честь именитых
историков важно для научной среды, поскольку оно не только по­
зволяет актуализировать научное наследие, но и имеет большое
значение для изучения биографий исследователей и той творче­
ской среды, в которой они работали. В связи с этим круглый стол
в честь А.Н. Савина представляется важным и необходимым для
дальнейшего осмысления творческого наследия исследователя.
Во вступительном слове проректор по научной работе КГУ
имени К.З. Циолковского Д.П.Н., профессор Е.И. Хачикян под­
черкнула значение трудов А.Н. Савина для отечественной и за­
рубежной науки, его уникальность как исследователя, научное
наследие которого сохраняет свое значение до сих пор.
Выступления на круглом столе можно разделить на две орга­
нично сочетающиеся группы: доклады, посвященные А.Н. Сави­
ну и его научному наследию и доклады, имеющие непосредствен­
ное отношение к сфере интересов историка (аграрная история,
история права, история Англии). Круглый стол открыл доклад
С.А. Захарова, посвященный первой заграничной командировке
А.Н. Савина. Его поездка в Англию 1900-1902 гг. имела большое

Хроника
471
значение для начинающего историка. Ее итогом стал фундамен­
тальный труд «Английская деревня в эпоху Тюдоров». Кроме
занятий в Public Record Office и в Британском музее А.Н. Савин
посещал митинги и собрания, в том числе собрания общества
фабианцев, встречался с известными английскими историками.
Проанализировав научные дневники А.Н. Савина и его перепис­
ку с друзьями, коллегами и учителями, С.А. Захаров отметил, что
после этой поездки молодой историк оставил много заметок о
жизни современного ему английского общества, которые в даль­
нейшим были использованы им как в научной, так и в обществен­
но-политической деятельности.
Доклад А.В. Шаровой «Первая мировая война в судьбе и
творчестве А.Н. Савина» был посвящен обстоятельствам жизни
историка, застигнутого началом войны во Франции, и его вос­
приятию конфликта. Изучив рукописное наследие А.Н. Савина,
его выступления и статьи в периодической печати, А.В. Шаро­
ва заключила, что Первая мировая война заставила его активно
включиться в общественно-политические движения того времени
(например, в работу «Общества сближения с Англией»). Автор
отметила интерес историка к текущей политике, проблемам раз­
дела мира, империализма, роли мусульманского мира как нового
фактора в международных отношениях послевоенного времени.
В докладе МВ. Винокуровой А.Н. Савин предстал прежде
всего как исследователь, который внес большой вклад в изучение
английского манора ХУI - первой трети XVII в. На основе на­
учного анализа основных монографий А.Н. Савина (<<Английская
деревня в эпоху Тюдоров» (1903 г.) и «Английская секуляриза­
ция» (1906 г.)) была показана специфика формирования земель­
ного рынка в Англии в период роспуска монастырей, обрисованы
особенности развития копигольда как основной формы крестьян­
ского держания вкупе с нетрадиционными способами его экс­
проприации (включая правовой аспект). Речь шла также об осо­
бенностях манориального обычая и его роли в жизни крестьян, о
различии между обычным и общим правом в деле урегулирова­
ния крестьянских тяжб с манориальными лордами, о так называ­
емых последних вилланах в Англии ХУI в. и других важных про­
блемах аграрной истории. М.В. Винокурова отметила также роль
А.Н. Савина как одного из первых специалистов в исследовании
локальной истории Англии указанного периода.
Доклад А.А. Анисимовой «Горожанин-земледелец? Сельское
хозяйство в монастырских городах» был посвящен такому важ-

472
Хроника
ному явлению в экономике английских средневековых городов,
как наличию в них сельского хозяйства. Оно оставалось важным
компонентом экономики всех средневековых городов, даже таких
крупных как Лондон (хотя по большей части это было характер­
но для малых городов). А.А. Анисимова подчеркнула, что малые
города (а именно к ним в основном относятся английские мона­
стырские города) довольно сложно изучать из-за состояния ис­
точников. Возможными источниками, помимо описей движимого
имущества горожан (среди которого встречается домашний скот),
являются данные о городских держаниях, их составе и размерах.
При изучении этого вопроса помимо письменных источников
также могут быть использованы топографические данные.
ГА. Попова в докладе «Привилегии консехо XII-XIV вв.:
проблемы изучения средневековой правовой практики» обрати­
лась к проблеме новых подходов в анализе правовых текстов,
главным образом нормативных и, в частности, фуэро и привиле­
гиям, которые получали консехо Новой Кастилии в XII-XIV вв.
В качестве примеров были рассмотрены фуэро Толедо и Мадри­
да. Автор отметила необходимость внимательного отношения к
источниковедческим аспектам этой проблематики: такой подход
дает возможность по-новому взглянуть на политико-правовую
историю изучаемого региона и детальнее рассмотреть многие
процессы. Анализируя обстоятельства, которые сопутствовали
составлению королевских грамот, адресованных консехо, их
подписанию, а также дальнейшую судьбу текстов (копирование,
подтверждение и дополнение, составление сборников привиле­
гий), автор доклада показала процесс становления внутренней
структуры городского совета как социального организма, одной
из постоянных функций которого являлось представительство
перед лицом королевской власти.
Е.М Прокофьева в докладе «Делопроизводство по земельным
делам в средневековой Норвегии» на основе документа начала
XIV в., зафиксировавшего судебное разбирательство касательно
участка земли, показала специфику изъятия земельной ренты
в Норвегии, развитие института субаренды с целью снижения
арендной платы и распространение арендных отношений внутри
одной семьи. В докладе была рассмотрена и возможность уста­
новления социального статуса контрагента земельной сделки на
основании косвенных сведений, имеющихся в документе.
Д.и.н. МВ. Винокурова подвела итог заседания круглого сто­
ла, еще раз подчеркнув не только значимость фигуры А.Н. Сави-

Хроника
473
на для отечественной и зарубежной медиевистики, но и наметив
научные проблемы, которые требуют дальнейших исследований.
Круглый стол прошел в творческой и дружественной обста­
новке благодаря совместным усилиям администрации универси­
тета, сотрудников кафедры всеобщей истории, всех участников, а
также студентов истфака, которые присутствовали на заседании,
задавали вопросы и внесли в работу круглого стола нотку моло­
дого научного задора, присущего студенчеству времен А.Н. Са­
вина.
Будем надеяться, что заседания, посвященные А.Н. Савину,
будут периодически проходить в Калужском государственном
университете, а по докладам первого круглого стола будет издан
сборник статей.

УДК 930(47)"2013"::Курбатовские чтения
А.Ю. Прокопьев, А.В. Банников
XXXIII ВСЕРОССИЙСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
СТУДЕНТОВ, АСПИРАНТОВ И МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ
«КУРБАТОВСКИЕ ЧТЕНИЯ»
26-29 ноября 2013 г. на историческом факультете Санкт-Пе­
тербургского государственного университета на базе кафедры ис­
тории Средних веков была проведена очередная XXXIII всерос­
сийская конференция студентов, аспирантов и молодых ученых
«Курбатовские чтения» по проблемам истории и культуры сред­
невекового общества. В работе Конференции приняли участие
90 человек, среди которых помимо представителей научно-педа­
гогических учреждений Санкт-Петербурга и Москвы большую
долю составили молодые ученые из различных региональных
центров России. Широкое представительство научно-учебных
заведений разных городов давно уже стало знаковым явлением
«Курбатовских чтений», служит не только показателем динамики
научной жизни, но и возросшей потребности к обмену знанием и
опытом, к интеграции молодого научного сообщества.
На протяжении длительного периода своего существования
«Курбатовские чтения» всегда были ярким проявлением научной
жизни не только исторического факультета СПБГУ, но и многих
других вузов страны, где ведется изучение истории Средних ве­
ков. Характерно, что в последние годы количество аспирантов
и молодых ученых, желающих принять участие в конференции,
значительно возросло при том, что интерес студентов к «Курба­
товским чтениям» по-прежнему не ослабевает. Этот интерес да­
леко не случаен, поскольку организаторы конференции из года в
год стараются не только улучшать свою работу и находить новые
формы общения самых различных представителей научного со­
общества.
В последние два года для участия в «Курбатовских чтениях»
организаторы приглашают видных петербургских ученых, кото­
рые выступают перед аудиторией со своими лекциями или докла­
дами. Первое пленарное заседание было посвящено в нынешнем
году ушедшим учителям - сотрудникам кафедры истории Сред­
них веков СПБГУ А.Н. Немилову (1923-2002) и М.А. Гуковскому

Хроника
475
(1898-1971), чья жизнь и творческая деятельность были нераз­
рывно связаны с судьбами ленинградской исторической школы.
На заседании при открытии конференции выступили заведую­
щая кафедрой истории Средних веков проф. Г.Е. Лебедева, проф.
А.Ю. Прокопьев, заведующий редакционно-издательским отде­
лом Государственного музея истории религии И.Х. Черняк. Кро­
ме того, на конференции с докладами выступили член-корреспон­
дент РАН, один из крупнейших отечественных специалистов по
истории Византии и русско-византийских отношений И.П. Мед­
ведев, ведущий научный сотрудник отдела всеобщей истории Пе­
тербургского института истории РАН, признанный специалист в
области латинской палеографии В.И. Мажуга. Обширную двух­
часовую лекцию прочитала для участников конференции веду­
щий научный сотрудник Российской национальной библиотеки
Л.И. Киселева.
Другим нововведением последних лет стали мастер-классы и
круглые столы, посвященные обсуждению различных дискусси­
онных вопросов. Здесь можно отметить, состоявшиеся на послед­
ней конференции круглый стол, проведенный представителями
издательств «Евразия», «Гийоль», «Альянс-Архео», «Вита Нова»
и редакцией исторического факультета, обсуждавших проблемы
публикации исторических источников и текстов, а также круглый
стол «Историк и искусство: методы работы с изобразительными
источниками», продемонстрировавший студентам каким образом
можно интерпретировать иконографические свидетельства самых
различных эпох.
Еще одним важным изменением в работе конференции стали
экскурсии по музеям Петербурга, пользующиеся большим успе­
хом у иногородних участников конференции. За последние два
года в рамках «Курбатовских чтений» были организованы экскур­
сии в Государственный Эрмитаж, рукописный отдел Российской
национальной библиотеки, а также в Петербургский институт
истории.
Конференция продолжалась четыре дня. Все доклады, тези­
сы которых участники присылали заранее, были сгруппированы
в несколько секций. Каждый день проходит не менее двух сек­
ций. Важным изменением последних лет в работе конференции
стал отказ от привязки к заранее определенным темам секций.
Теперь темы секционных заседаний определяются доминирую­
щими сюжетными линиями докладов участников. Данный подход
позволил не только оптимизировать работу организаторов конфе-

476
Хроника
ренции, но и повысить заинтересованность самих участников в
работе секций, что выразилось в форме оживленных и продолжи­
тельных научных дискуссий. В качестве примера того, насколь­
ко широкий круг вопросов обсуждается в рамках конференции,
можно привести названия секций, проходивших во время послед­
них «Курбатовских чтений»:
1. Проблемы историографии Средних веков и раннего Нового
времени.
2. Проблемы источниковедения Средних веков и раннего Но­
вого времени.
3. Международные отношения и военное дело в Средние века
и раннее Новое время.
4. История средневековой ментальности: мифы, образы, иден-
тичности, символы.
5. Искусство Средних веков и раннего Нового времени.
6. Презентация научных школ и исследовательских проектов.
7. Религия и Церковь в Средние века и раннее Новое время.
8. На границе средневекового пространства: кельтский мир.
9. На границе средневекового пространства: византийский
мир.
Широкий спектр секционных направлений дает возможность
выступить не только участникам, освещающим различные вопро­
сы, связанные с историей только западноевропейского Средневе­
ковья или Византии. Подчас затрагиваются сюжеты, непосред­
ственно не касающиеся средневекового Запада. Здесь и доклады
из области российского прошлого, поздней античности, истории
азиатских регионов.
«Количественный рост» участников «Курбатовских чтений»
отнюдь не вредит, как представляется, научному уровню докла­
дов: собственно выступления и дискуссии по ним демонстрируют
научную добротность и профессионализм. Так, например, боль­
шой интерес вызвал доклад студента V курса кафедры истории
Средних веков Г.А. Шмидта «Легитимизация власти Меровингов
в "Хрониках Фредегара?», в котором были рассмотрены воззрения
знаменитого летописца на структуру королевства франков в меро­
вингский период. При этом докладчик сделал попытку определить,
какой тип организации власти этот историк взял в качестве идеала.
Воззрения Фредегара были исследованы Г.А. Шмидтом в контек­
сте сложной политической ситуации, которая сложилась во второй
половине УI в. Выводы, к которым пришел докладчик, представ­
ляются хорошо продуманными и научно обоснованными.

Хроника
477
В целом высокий уровень докладов определяется во многом
и тем фактом, что многие из выступающих участвуют в конфе­
ренции регулярно, получая возможность не только озвучить свои
идеи, но и развить их в общении со своими сверстниками и более
старшими коллегами. Несомненно, что подобная практика науч­
ного общения всегда давала и дает самые плодотворнысрезуль­
таты. Примером может служить преподаватель кафедры Средних
веков, кандидат исторических наук Е.А. Мехамадиев, который,
будучи студентом, неоднократно приезжал на конференцию из
Перми. Закончив обучение в своем вузе, Е.А. Мехамадиев пос­
тупил в аспирантуру в Санкт-Петербургский государственный
университет, где его уже хорошо знали по многочисленным и ин­
тересным с научной точки зрения выступлениям. Защитившись,
Е.А. Мехамадиев работает теперь уже в качестве преподавателя
кафедры истории Средних веков, однако ежегодно выступает на
«Курбатовских чтениях» со своими докладами и оказывает самую
активную помощь в организации конференции. Подобные приме­
ры не единичны.
Вот уже второй год завершает конференцию театрализован­
ное выступление студии старинного и народного танца «Persona
Viva», в котором принимают участие в том числе и студенты ка­
федры истории Средних веков. В этот год это выступление прово­
дилось совместно с участниками клуба «Эскалибур», продемонс­
трировавшими средневековые приемы фехтовального боя.
По итогам конференции кафедрой Средних веков публику­
ется сборник тезисов докладов «Проблемы истории и культуры
средневекого общества».
«Курбатовские чтения» вызывают живой и пристальный
интерес не только в университетской среде. В прошлом году
(15 декабря 2012 г.) ответственный за проведение конференции
А.В. Банников и член оргкомитета К.Е. Крылов были приглаше­
ны на Радио России - Санкт-Петербург, где в рамках программы
«Петербургский автограф» они рассказали об итогах состоявшей­
ся конференции. В нынешнем году средства массовой информа­
ции также приняли участие в освещении работы «Курбатовских
чтений». Их отчеты в скором времени будут представлены на со­
ответствующих сайтах в интернет-публикациях.

AD MEMORIAM
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ ЯКУБСКИЙ
(23.01.1924-15.12.2013)
Ушел из жизни Владимир Александрович Якубский - извест­
ный историк-медиевист, чья деятельность на протяжении без ма­
лого шести десятилетий была связана с историческим факульте­
том Ленинградского - Санкт-Петербургского университета.
Он был одним из тех рядовых Великой Отечественной войны,
чье повседневное мужество и преодоление себя приобрели такое
качество, значение которого мы вполне начинаем осознавать
только сейчас. Солдат инженерно-минной роты Владимир Алек­
сандрович Якубский воевал на Курской дуге, форсировал Днепр,
участвовал в боях на Сандомирском плацдарме. В дни штурма
Берлина он был тяжело ранен. Профессора-фронтовика, награж­
денного в 1943-1944 гг. медалью «За отвагу» и орденом Красной
Звезды, почти 40 лет разыскивали боевые награды за участие в
операциях 1945 г. - Висло-Одерской и Берлинской. И в 1983 г. в
Актовом зале университета ему были торжественно вручены Ор-
�
ден Славы 111 степени и орден Ленина.
В 1947 г. В.А. Якубский поступил на истфак ЛГУ. Его на­
учная и педагогическая деятельность оказалась тесно связа­
на с кафедрой истории Средних веков. На ней он сформиро­
вался как ученый и педагог, на ней же будут выполнены его
главные работы. На кафедре он прошел все ступени учебной
и трудовой деятельности: от студента до профессора и докто­
ра наук - признанного педагога. Тогда же, в первые послево­
енные годы, сформировался широчайший круг его интересов:
история России, история Западной Европы от Средневековья
до современности, история Центральной и Восточной Евро­
пы преимущественно в позднее Средневековье и раннее Новое
время. Среди его первых наставников были видные отечествен­
ные медиевисты Б.А. Романов, А.Д. Люблинская, Б.Я. Рамм,
В.В. Штокмар.
Непосредственным научным руководителем В.А. Якубского
была О.Е. Иванова. Избрав для своих ученых занятий историю

Admemoriam
479
Польши, В.А. Якубский на первых порах сосредоточил внима­
ние на изучении промышленного развития Краковской земли с
конца ХУ и до середины XVII в., результатом чего стала его кан­
дидатская диссертация. В дальнейшем В.А. Якубский обратился
к иным аспектам польской истории, отдав предпочтение более
углубленному исследованию проблем аграрной истории Польши
XVI-XVII ВВ., итогом этих его изысканий явилась успешная за­
щита докторской диссертации.
Монография В.А. Якубского «Проблемы аграрной истории
позднесредневековой Польши» (1975 г.), его участие в работе
авторского коллектива, трудами которого был осуществлен фун­
даментальный проект «История крестьянства в Европе. Эпоха
феодализма», «Краткая история Польши», «История Европы» и
другие обеспечили В.А. Якубскому прочное место в плеяде вид­
нейших специалистов в области социально-экономической исто­
рии Центральной и Восточной Европы.
В.А. Якубский отдал дань источниковедческим и историо­
графическим сюжетам, вкус к которым, по его собственному при­
знанию, ему в свое время привил О.Л. Вайнштейн. С течением
времени историографическая тематика выходит на первый план,
а центр тяжести сдвигается с локальных сюжетов, с персона­
лий в сторону общетеоретических проблем. В сотрудничестве с
Г.Е. Лебедевой В.А. Якубским был создан цикл статей, посвящен­
ных страницам истории ленинградской медиевистики, на основе
которых вышла их совместная монография «CATHEDRA MEDII
AEVI. Материалы к истории ленинградской медиевистики 1930-
1950-х годов» (2007 г.).
В 2002 г. В.А. Якубский перешел на вновь создаваемую ка­
федру истории славянских и балканских стран. Уход Владимира
Александровича с кафедры истории Средних веков, на которой
он проработал более полувека, был, надо честно признаться, не­
простым как для коллег-медиевистов, которые с пиететом и ува­
жением относились к нему, так и для него самого. Но верх взяло
желание участвовать в развитии университетской славистики.
В свое время он вместе с В.М. Белановским и С.М. Стецкевичем
работал над созданием специализации по истории южных и за­
падных славян при кафедрах истории Средних веков и Новой ис­
тории. Создание специальной кафедры венчало эту многолетнюю
работу. Сотрудничество же с кафедрой истории Средних веков
не прерывалось: продолжались совместные работы, участие в
кафедральных сборниках и конференциях.

480
Admemoriam
Глубоко чтивший своих наставников В.А. Якубский сам вы­
пестовал блестящих учеников, преподающих ныне во многих
университетах России, ближнего и дальнего зарубежья.
Масштабность личности ученого и педагога способствовала
умению создать неповторимую атмосферу творческого процес­
са - будь то сотрудничество и общение с коллегами, или занятия
с учениками, которым он всегда был готов щедро отдавать и -
всегда отдавал - время, знания, ДУШУ ...
Светлую память о Владимире Александровиче Якубском,
герое войны, прекрасном ученом и мудром наставнике, навсегда
сохранит каждый, кому посчастливилось быть его учеником, кол­
легой, другом.
Ученики, коллеги, друзья

РЕЦЕНЗИИ
РАННЕСРЕДНЕВЕКОВОЕ ОБЩЕСТВО
СКВОЗЬ ПРИЗМУ
СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ
Lozny L.R. PRESTATE SOCIETIES OF ТНЕ NORTH CENTRAL
EUROPEAN PLAINS. 600-900 СЕ. N.Y.: Springer, 2013. 96 р.
(Springer Briefs in Anthropology. Human Ecology)
Лозны Л.Р ДОГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОБЩЕСТВА СЕВЕРА ЦЕН­
ТРАЛЬНОЕВРОПЕЙСКОЙ РАВНИНЫ. 600-900 гг. н.э. Нью-Йорк:
Спрингер, 2013. 96 с. (Серия: «Краткие издания Спрингера по ар­
хеологии. Человеческая экология»)
Книга Лудомира Лозны, польского археолога, уже много лет рабо­
тающего в Городском университете Нью-Йорка (City University ofNew
York), представляет собой попытку реконструкции форм социально-по­
литической организации раннесредневековых обществ северной части
Центральноевропейской равнины в их исторической динамике. Благо­
даря продуманности и логической стройности изложения и аргумента­
ции автору удалось в небольшой по объему книге представить широкую
концептуально обоснованную панораму трансформации общественного
строя на территории современных Северо-Восточной Германии и Севе­
ро-Западной Польши в период от падения Западной Римской империи до
сложения в изучаемом им регионе первых государств в конце 1 - начале
11 тысячелетия. Колоссальный массив археологических данных в основ­
ном «спрессован» в таблицы и отражен в диаграммах и гистограммах,
сопровождающихся краткими, но содержательными комментариями в
Главах 2 и 3. Концептуальный подход к их анализу представлен автором
во вводной Главе 1 и служит основой для четких обобщений в послед­
ней, четвертой, главе, тогда как в Заключении в основном определяются
перспективы дальнейших исследований. Свой анализ Л. Лозны осно­
вывает на нескольких методических и методологических основаниях,
среди которых наиболее важными представляются следующие три.
Во-первых, при анализе данных по раннесредневековой Централь­
ной Европе Л. Лозны широко использует современную этнографическую
литературу по народам самых разных регионов планеты - субсахарской
Африки, Юго-Восточной Азии, индейцам Северной Америки и т.д. В са­
мом деле: этнограф имеет преимущество перед археологом в том, что он
16 Заk. 288

482
Рецензии
видит своими глазами то, что археологу приходится мысленно воссоз­
давать, интерпретируя следы деятельности людей в прошлом. Традиция
привлечения этнографических материалов к реконструкции общества
более отдаленных эпох существует столько же времени, сколько соци­
альная антропология существует как научная дисциплина, поскольку
такой подход всецело отвечал общим теоретическим постулатам одно­
линейного эволюционизма первых поколений антропологов 1. Оставаясь
преданным этой традиции, л. Лозны, однако, избегает сомнительного
для современной антропологии прямого уподобления обществ прошло­
го каким-либо этнографически известным социумам. Этнографические
материалы он использует не для определения форм социально-полити­
ческой организации обществ, изучаемых археологически, а для допол­
нительного обоснования своего общего теоретического подхода.
В частности, л. Лозны обращается к примерам из этнографической
литературы с целью показать, что кооперативное поведение (cooperative
behavior), выражающееся в коллективном .действии (coZZective action),
характерно для многих обществ, так как оно способствует достижению и
поддержанию благополучия всех членов социума. Теория коллективно­
го действия, ныне становящаяся все более популярной в археологии/, -
второй важный концептуальный аспект исследования л. Лозны. Глав­
ной проблемой, которую поставило перед ним использование теории
коллективного действия, естественно, стала необходимость дать объяс­
нение с ее позиций тому факту, что, хотя кооперативное поведение впол­
не самодостаточно для обеспечения благополучия небольших общин­
ных социумов, многие из них трансформируются в сложные общества.
Для таких обществ же логично предполагать, что нарастание социаль­
ной иерархизации и концентрация власти и богатствгв руках избран­
ных должно постепенно подрывать склонность людей к кооперативно­
му поведению и понижать общественную роль коллективного действия.
л. Лозны было особенно важно решить данную проблему, потому что от
этого принципиально зависел успех его исследования, так как в самом
начале книги он OTKP�ITO декларирует, что ее предмет - «подъем соци­
альной сложно�ти» (Р. 1). Также автор утверждает, что «тяга к коллек­
тивному действиюне исчезла с нарастанием политической интеграции
и возникновением иерархических структур, но была направлена на дру-
гие формы общинной деятельности ... » (Р. 83-84). ·
1 В частности, см.: LиЬЬосk J. Prehistoric Times, as Illustrated Ьу Ancient Remains
and the'Ma�ners and Customs ofModern Savages. L., 1865. [Леббок Дж. Доисто­
рические времена, или Первобытная эпоха человечества. М., 2011].
2 Blanton R Е., Fargher L.F. Collective Action in the Formation ofPre-Моdеrп Statcs.
N.Y., 2008; Iideт. Collective Action in the Evolution ofPre-Моdеrп States // Social
Evolution and History. 2009. Vol. 8. No 2. Р. 133-166; Carballo D.M�s'Roscoe, Р.,
Feinтan G.M Cooperation and Collective Action in the Cultural Evolution of
Complex Societies // Journal of Archaeological Method and Theory. 2012. 28 July.
Р. 1-36. [Электронный ресурс]: http://link.springer.com/article/l0.l007%2FsI08
16-012-9147-2 (про смотрено 14.08.2013).

Рецензии
483
, Чтобы разрешить противоречие, л. Лозны прибег к теории слож­
ности (синергетике), и она стала третьим краеугольным камнем его
исследования. В использовании этой теории л. Лозны также следует
перспективным современным тенденциям в археологии", В этом случае
главным вызовом для автора было то, что сам феномен сложности пони­
мается в антропологии (частью которой в американской науке считается
археология) и синергетике принципиально по-разному". В антропологии
со времен эволюционистов XIX в.5 ее принято понимать как сложность
структурную: из чем большего числа компонентов - иерархических уров­
ней социально-политической интеграции - состоит общество, тем оно
сложнее, независимо от того, как эти уровни (структурные компоненты
целого) взаимодействуют друг с другом. В синергетике же сложность по­
нимается как «устойчивое неравновесис». Для антропологов увеличение
сложности связано с нарастанием стабильности, понимаемой как спо­
собность обществ предотвращать перспективу своего распада: «Измене­
ние в направлении нарастания сложности протекает потому, что более
сложная организация позволяет поддерживать в системе более высокий
уровень внутренней стабильностиэ''. Для синергетиков же системы, ко­
торые отстоят от точки распада или хаоса дальше, рассматриваются как
менее сложные: « ... именно на грани хаоса могут иметь место наиболее
сложные виды поведения - достаточно упорядоченные, чтобы обеспечи­
вать стабильность, и в то же время полные гибкостии неожиданности.
Именно это и есть то, что мы понимаем под сложностью» 7.
Вполне естественно, что л. Лозны использует понятия «сложное
общество» и, соответственно, «простое общество» так, как это принято
в его научной дисциплине. Здесь он может показаться даже чрезмерно
традиционно мыслящим, поскольку фактически приравнивает социаль­
ную ПРОСТОТУ к эгалитарности, а сложность - к иерархичности (Р. 3), чт?
едва ли оправданно при современном уровне антропологического зна­
ния". В то же время, как и в случае с теорией коллективного действия,
3 См., например: Сотрlех Systems and Archaeology / Ed. Ьу R.A. Bentley,
H.D.G. Maschner. Salt Lake City, 2003; Nonlinear Models Jor Archaeology and
AnthroP91ogy / Ed. Ьу C.S. Beekman, W.W. Baden. Aldershot, 2005; Bentley R.A.,
Maschner H.D.G. Complexity Theory // Handbook of Archaeological Theories /
Ed. Ьу R.A. Bentley, H.D.G. Maschner, С. Chippindale. Lanham, 2009. Р.245-270.
4 Бондаренко Д.М Сложности со «сложностью»: гетерархия, гомоархия и кате­
гориальные расхождения между социальной антропологией и синергетикой //
Общественные науки и современность. 2007. NQ 5. С. 141-149. ',.
5 Claessen H.J.M Structural Change. Evolution and Evolutionism гп- Cultural
Anthropology. Leiden, 2000. Р. 15.
6 Scott J. Р. ТЬе Evolution of Social Systems. N.Y., 1989. Р. 6. ;.." _
7 Kauffman S. At Ноте in the Universe. ТЬе Search for Laws'of Self-Organization
and Complexity. N.Y., 1995. Р. 87. г ;" Чl;
8 См.: Бондаренко ДМ, Тринин Л.Е., Коротаев А.В. Социальная эволюция: альтер­
нативы и варианты (к постановке проблемы) // Эволюция: проблемы и' дискуссии /
отв. ред. Л.Е. Гринин, А.В. Марков, А.В. Коротаев. М., 2010. С. 120-159. i,

484
Рецензии
л. Лозны концентрируется на использовании не антропологических
по происхождению теорий не для «навешивания этикеток» на статич­
ные социально-политические единицы в стиле «это племя, а это вож­
дество», но для более эффективного изучения социальных процессов.
В частности, основываясь на теории сложности, он утверждает, что
«изменение культуры включает в себя определенный уровень случай­
ности и проходит через стадию диссипации, которая возникает из не­
линейных процессов в' неравновесной системе (социальных группах)»
(Р. 4). Этот постулат становится основанием для давней идеи автора о
том, что переход к социальной сложности - не «необходимость», а лишь
«вероятностьэ". Социальный процесс видится ему как сложное взаимо­
действие факторов стабильности и изменений.
В итоге л. Лозны убедительно показывает, что на самом деле про­
тиворечия между коллективным действием, выражающим общие цели
и интересы, и социально-политической сложностью, в ходе нарастания
которой «общественно признанные способы управления» проходят путь
от «коллективных децентрализованных (participatory polycentric) до
централизованных» (Р. 1), нет. в связи с этим л. Лозны развивает идею
о том, что к социально-политической сложности может приводить са­
моорганизация людей, столь необходимая для коллективного действия
в простом обществе, в котором отсутствуют институализированные ли­
деры. Основываясь на многочисленных свидетельствах этнографов, он
делает вывод, согласно которому, хотя в небольших простых обществах
самоорганизация действительно происходит спонтанно, при переходе
к сложному обществу «изменения в правилах кооперирования меняют
межгрупповую социоэкономическую динамику и способствуют сложе­
нию новой структуры власти» (Р. 3). Следует подчеркнуть, что на протя­
жении всей книги ее автор выступает как последовательный сторонник
взгляда на появление институтов сложного общества как по сути своей
не принудительных, связанных с социальным насилием, но призванных
обеспечивать всеобщее благополучие, основанных на договоре, или
консенсусе, между управляемыми и управляющими'".
Итак, для л. Лозны!' социокультурная эволюция - не детерминиро­
ванный процесс, и переход от простого общества к сложному никоим
образом не предопределен. Однако в изучаемом им регионе - северной
9 Lozny L.R. Social Complexity: Necessity or СЬапсе? // Hierarchy and Power in the His­
tory of Civilizations. Abstracts of Intemational Conference / Ed. Ьу D.M. Bondarenko,
I.V. Sledzevski. Moscow, 2000. Р. 79-80.
10 См. также: Lozny L.R. Cooperation or Competition? Is Collective Action а Viable
Way to Build Sustainable Political Regimes? / / Social Evolution and History. 2010.
Vol. 9. No 2. Р. 173-205.
11 И МЫ С ним в этом полностью согласны - см.: Bondarenko D.M Homoarchy: А Prin­
ciple ofCulture's Organization. ТЬе 13th-19th Centuries Benin Kingdom as а Non-State
Supercomplex Society. Moscow, 2006. Р. 22-25; Бондаренко Д.М, Гринин Л.Е., Ка­
ротаев А.В. Указ. соч.

Рецензии
485
части Центральноевропейской равнины - сложные общества образова­
лись в середине I тыс. н.э. И развились вплоть до уровня государства к
началу II тыс. Почему это случилось? И какие этапы прошел этот про­
цесс? Вот вопросы, на которые рецензируемая книга призвана дать от­
веты.
Автор выделяет четыре фазы трансформации обществ севера Цент­
ральноевропейской равнины в ранние Средние века: с 500-х годов н.э. до
конца 600-х - начала 700-х, с конца 600-х до конца 700-х годов, с конца
700-х до конца 800-х годов и 900-е-l000-е годы. В то же время в его схе­
ме две первые фазы образуют, так сказать, макрофазу - 500-е-700-е годы
н.э., тогда как третья фаза описывается л. Лозны как ключевой момент
всего исторического периода, охватываемого книгой, как кульминация
исследуемых в ней процессов. Понимание причин, по которым автор
объединил две первые фазы в макрофазу, а третью фазу посчитал
важнейшей, имеет большое значение для усвоения общей концепции
л. Лозны, одним из очевидных достоинств которой является непроти­
воречивое, я бы даже сказал образцовое, сочетание процессуального и
стадиально-типологического подходов, в наши дни нередко видящихся
несовместимыми, причем первый представляется как «прогрессивный»,
а второй как «устаревший»!".
Макрофаза включает в себя фазу 1, характеризовавшуюся сосу­
ществованием на севере Центральноевропейской равнины множества
простых обществ (населенных состоявшими из родственников общин
независимых маленьких деревень) и фазу 2, для которой были типичны
многочисленные независимые мелкие, но уже сложные (с одним уров­
нем надобщинной интеграции) общества с манориальной политической
системой. Следовательно, сам факт появления социальной сложности
для л. Лозны важен (что отражает выделение фаз 1 и 2), но не в на­
ибольшей степени. В то же время центральной для всего раннего Сред­
невековья фазу 3 делает то, что на нее пришлась «первая общерегио-
12 См. детальное обсуждение этого вопроса: Carneiro R.L. Process vs. Stages:
А False Dichotomy in Tracing the Rise of the State // Alternatives of Social Емо­
lution / Ed. Ьу N.N. Kradin, А.У. Korotayev, D.M. Bondarenko, У. de Munck,
Р.К. Wason. Vladivostok, 2000. Р. 52-58 [Карнейро г.л. Процесс или стадии:
ложная дихотомия в исследовании истории возникновения государства / /
Альтернативные пути к цивилизации / отв. ред. Н.Н. Крадин, А.В. Коротаев,
Д.М. Бондаренко, В.А. Лынша М., 2000. с. 84-94]; также см.: LewelZen т.с.
Political Anthropology. 2nd ed. Westport; London, 1992. Р. 44; Wason РК. Social
Types and the Limits ofTypological Thinking in Social Archaeology // Alternative
Pathways to Early State / Ed. Ьу N.N. Kradin, У.А. Lynsha. Vladivostok, 1995.
Р. 25 [Уосон Л.В. Социальные типы и границы типологического мышления
в археологии // Альтернативные пути к ранней государственности / отв. ред.
Н.Н. Крадин, В.А. Лынша. Владивосток. с. 32]; Carneiro R.L. Evolutionism in
Cultural Anthropology. А Critical History. Boulder, 2003. Р. 155-156; Testart А.
Ыегпешз de classification des восгётёз. Р., 2005. Р. 8-11, 126; Bondarenko D.M
Ор. cit. Р. 14-19.

486
Рецензии
нальная попытка политически унифицировать большую часть севера
Центральноевропейской равнины» (Р. 75), даже несмотря на то что эта
попытка не увенчалась образованием государства. Л. Лозны противо­
поставляет общества 500-700-х годов, основанные на кооперативном
поведении, с «коллективной децентрализованной» моделью управления
более позднему обществу с «ориентированной на лидера многоагент­
ной политической организацией» (Zeader-centered «тши-агеп:» po/itica/
organization), которую он называет «Торновской областью [межсоциум­
ного] взаимодействия» (the Tornow Interaction Sphere).
Л. Лозны подчеркивает, что обширные данные по изменениям в
моделях поселений «указывают на нарастание сложности территори­
ального управления через централизацию власти и принятия решений»
(Р. 43). В задачи автора не входило углубление в общие теоретические
дискуссии; скорее, одной из его целей было внести в них вклад путем
изложения и анализа материала по конкретным обществам. Л. Лозны
действительно убедительно показывае� что в изучаемом им регионе
усложнение обществ было связано с повышением степени политичес­
кой централизации. Однако, оценивая его монографию в более широком
контексте современного антропологического конкретного и теоретичес­
кого знания, все же представляется допустимым обратить внимание на
то, что автор мог бы кратко, но четко отметить, что такой путь усложне­
ния общества - не единственный возможный, «естественный», как счи­
талось еще не так давно. Децентрализованные социально-политические
системы создают жизнеспособные альтернативы централизованным
на всех уровнях общественной сложности, включая уровень государс­
гва':'.
Вождество не было исключением из правила!", Тем не менее не явля­
ясь универсальной стадией социальной истории, каковым оно предстает
в канонических неоэволюционистских схемах!", оно, вопреки мнению
некоторых ученых, не является и «археологическим заблуждением»!".
В попытках дискредитировать вождество как реальную форму со­
циально-политической организации легко увидеть составную часть
13 См., например: Альтернативные пути к цивилизации / отв. ред. И.И. Кра­
дин, А.В. Коротаев, Д.М. Бондаренко, В.А. Лынша. М., 2000; Раннее госу­
дарство, его альтернативы и аналоги / отв. ред. Л.Е. Гринин, Д.М. Бондарен­
ко, Н.Н. Крадин, А.В. Коротаев. Волгоград, 2006; Alternativeness in Cultural
History: Heterarchy and Homoarchy as Evolutionary Trajectories / Ed. Ьу D.M.
Bondarenko, А.А. Nemirovskiy. Moscow, 2007; Бондаренко Д.М, Гринин Л.Е.,
Коротаев А.В. Указ. соч.
14 Grinin L.E., Korotayev А. V. Chiefdoms and Their Analogues: Alternatives of Social
Evolution at the Societal Level ofMedium Cultural Complexity // Social Evolution
and History. 2011. Vol. 10. No 1. Р. 276-335.
15 В частности, см.: Service E.R. Primitive Social Organization: Ап Evolutionary
Perspective. 2nd ed. N.Y., 1971; /dem. Origins of the State and Civilization: The
Process of Cultural Evolution. N.Y., 1975.
16 Pauketat ТВ. Chiefdoms and Other Archaeological Delusions. Lanham, 2007.

Рецензии
487
упомянутой выше дискуссии о процессах и стадиях, спровоцирован­
ной неудовлетворенностью современных ученых неоправданной жест­
костью однолинейных эволюционистских схем. В частности, Л. Лозны
показывает, что социально-политическая система Торновской области
взаимодействия, ключевой в социальной истории севера Центрально­
европейской равнины в раннее Средневековье, вполне подходит под
наиболее широко распространенное определение вождества как «авто­
номной политической единицы, объединяющей несколько деревень или
общин под постоянным контролем верховного вождя»!".
Вклад книги Л. Лозны В теоретическую дискуссию в данном слу­
чае заключается в том, что ее автор, с одной стороны, не отрицает ис­
торическую реальность вождества как типа социально-политической
----организации' - но, - с - другой -- и - не -возводит- его в -ранг--эволюционной
стадии. Он описывает вождество Торновской области взаимодействия..
как «общерегиональную, многоагентную политическую сеть» (а region- �
wide, multi-agent political network) (Р. 81), .а далее поясняет, что «тер­
мин многоагентная организация обозначает оБIЦество определенного
уровня социальной сложности. Это не [обязательная] стадия эволюции
политической организации, поскольку эта организация возникает при
таких [особых] условиях, как потребность в создании военного альянса
в ответ на специфическое давление. Когда угроза исчезает, структура
распадается. Таким образом, многоагентная организация - это недолго­
вечная диссипативная структура часто военная по характеру ... » (Р. 86).
Эта характеристика соответствует ныне преобладающему взгляду на
вождество как по самой своей природе хрупкую социально-политиче­
скую систему, для которой последующая трансформация в государство
горазд? менее типична, нежели распад!". Важно отметить, что это поло­
жение уже находило подтверждение на материалах по раннесредневе-
ковой Польше!", '
Л. Лозны объясняет подъем вождества Торновской области взаимо­
действ�я хорошо прослеживающейся археологически интенсификаци­
ей военной активности и появлением военных лидеров в ситуации уве­
личения плотности населения и политической стесненности (political
circumscription). Лидеры иерархического общества Торновской области
взаимодействия принципиально отличались от своих предшественн�-
17 Carneiro R.L. The Chiefdom: Precursor of the State // The Transition to Statehood
in the New World / Ed. Ьу G.D. Jones, R.R. Kautz. Cambridge, 1981. Р.45.
18 См., например: Earle т.к. The Evolution of Chiefdoms // Chiefdoms: Power, Есоnоmу
andldeology /Ed. ЬуТ.К. Earle. Cambridgeetc., 1991. Р. 1-15;АndеrsоnD.G. TheRole
ofCahokia in the Evolution ofSoutheastem Mississippian Society // Cahokia Domination
and Ideology in the Mississippian World / Ed. Ьу T.R. Pauketat, Т.Е. Emerson. Lincoln;
London, 1997. Р. 248-268.
19 Tymowski М Tribal Organizations in Pre-state Poland (9th and 10th Centuries) in
the Light of Anthropological Theories of Segmentary System and Chiefdom // Acta
Poloniae Historica. 2009. Vol. 99. No 1. Р. 5-37.

488
Рецензии
ков - глав сегментарных децентрализованных социумов фазы 2. В то
время как лидер манориальной политии полагался на свою харизму и
поддержку родственников, власть главы вождества была институализи­
рована и изначально основывалась на военной мощи. Причем уже вско­
ре власть вождей обрела и другие источники - экономические (вследс­
твие узурпации ими контроля над торговлей на дальние расстояния, о
которой свидетельствуют находки арабских монет того времени) и идео­
логические. По мнению автора, именно правители Торновской области
взаимодействия упоминаются в письменных источниках, в частности,
византийских: главы более низкого уровня, управлявшие небольшими
владениями, именуются в них «приматами», «архонтами», «этнархами»,
«филархами» и «гегемонами», а титулованные лидеры более крупных
политических образований - «царями» (reges). Тем не менее описание
л. Лозны (например, отмечаемое им отсутствие свидетельств наследо­
вания власти) заставляет полагать, что степень внутренней интеграции
вождества Торновской области взаимодействия действительно была
довольно низкой. Само его появление, существование и распад дейст­
вительно в гораздо большей мере выглядят результатом стечения ис­
торических обстоятельств, чем предшествующего внутреннего обще­
ственного развития.
Смена макропериода 500-700-х годов фазой поздних 700-800-х го­
дов изображается л. Лозны как переход от сегментарной социальной
организации и коллективного децентрализованного управления (таким
образом оказывающегося присущим и простым, И мелкомасштабным
сложным обществам) к иерархической социальной организации и по­
литической модели, основной на централизованном принятии решений.
Согласно автору, появление социальной сложности (в рассматриваемом
им конкретном случае - переход от фазы 1 к фазе 2) вполне возмож­
но в результате самоорганизации членов общества для осуществления
коллективного действия во имя достижения общих целей. л. Лозны
особо подчеркивает, что, рассматривая экономическое и политическое
положение на севере Центральноевропейской равнины после падения
Западной Римской империи, он отступает от традиционного для евро­
пейских ученых представления о том, что в это время сообщества людей
хаотично перемещались с места на место, перенося с собой свои культу­
ры, и оседали в определенных, преимущественно слабозаселенных, ре­
гионах. Напротив, люди в ту эпоху видятся ему «самоорганизующимися
в трудные времена, вступающими в контакт с другими [людьми], обме­
нивающимися идеями, адаптирующимися к новым условиям, реагируя
на разного рода давление» (Р. 69). Однако последующее, вплоть до обра­
зования государства, усложнение социально-политической организации
на прежней основе оказывается весьма проблематичным, поскольку в
уже не столь мелкомасштабном обществе все более трудновыполни­
мыми становятся задачи эффективной самоорганизации и сохранения
жизненно важных ресурсов в общем распоряжении.

Рецензии
489
И все же, как отмечалось выше, л. Лозны настаивает на консенсус­
ной, а. не насильственной природе процесса социального усложнения
вплоть до появления государства. Как он утверждает, в итоге в эпоху,
рассматриваемую в книге, «эти общества разработали, приняли и под­
держивали механизмы кооперации, при которых те, кто их использовал,
стали взаимозависимыми, желающими и могущими поддерживать сети
общения и институциональное развитие, и создали экономические ус­
ловия для существования устойчивых сложных политических режимов»
(Р. 2). Что же в таком случае заставляло людей продолжать стремиться
к кооперации и находить способы кооперирования во все более услож­
няющемся социально и разрастающемся демографически обществе?
л. Лозны видит важнейшую причину в уже упоминавшейся политичес­
кой стесненности - давлении могущественных соседей: Великой Мо­
равии, норманнов и в особенности империи Каролингов. Последняя
способствовала и самому превращению обществ севера Центральноев­
ропейской равнины из простых в сложные (т.е. переходу от фазы 1 к фазе
2), также прямо связанному с распадом Западной Римской империи.
Политическая стесненность сыграла кардинальную роль и в переходе
к фазе 3 - от множества независимых политий с коллективной децентра­
лизованной системой управления к Торновской области взаимодействия
с многоагентной политической организацией. Основываясь на данных
археологии, л. Лозны характеризует север Центральноевропейской рав­
нины в конце 700-х-800-х годов как возникшую вследствие экспансии
империи Каролингов на север и восток «прямо или опосредованно кон­
тролировавшуюся Каролингами буферную зону, оберегавшую Империю
от викингов и их влияния с севера» (Р. 88). При этом л. Лозны считает
не решенным окончательно вопрос о характере подчинения 'Торновской
области взаимодействия Каролингам, хотя и отдает предпочтение одной
из гипотез: « ... две возможности кажутся правдоподобными: (1) Тор­
новская область взаимодействия была попыткой мирного установления
франкской власти (бюрократии) в регионе посредством политической и
экономической экспансии, или (2). Это .было враждебное поглощение
территории, попытка колонизовать регион путем создания сети воен­
ных форпостов, буферной зоны между Империей и норманнами, кото­
рые проникли в балтийский регион и контролировали побережье севера
Восточноевропейской равнины. На данный момент, - пишет автор, -
я склоняюсь ко второму варианту» (Р. 41). Так или иначе, отношения
Торновской области взаимодействия с державой Каролингов основыва­
лись на политических и экономических связях.
Согласно л. Лозны, крушение империи Каролингов также оказало
прямое и весомое влияние на ход социально-политической истории се­
вера Центральноевропейской равнины. Уже Верденский договор 843 г.
имел одним из последствий существенное ограничение возможностей
Империи влиять на народы на ее восточной окраине. Окончательный
же крах этой державы после 887 г. находит прямые археологические
17 Заk. 288

490
Рецензии
параллели на севере Центральноевропейской равнины: Торновская
область взаимодействия распадается в то же самое время. При этом
исчезновение империи Каролингов спровоцировало формирование на
месте Торновской области взаимодействия множества более сложных -
с двумя уровнями надобщинной интеграции - обществ в ситуации, ког­
да мощное давление извне прекратилось (переход от фазы 3 к фазе 4).
Таким образом, оказывается, что все переходы от фазы к фазе, т.е. ка­
чественные изменения социально-политической организации, были в
определяющей степени вызваны внешним фактором, изменениями в его
характере и силе. проявления.
л. Лозны скрупулезно реконструирует формы социально-полити­
ческой организации и системы управления и лидерства в каждой фазе.
Сочетание в равной мере тщательного и глубокого диахронного и син­
хронного анализа свидетельств изменений в материальной культуре
и типах поселений (Главы 2 и 3) послужило основой для создания им
общей модели, или схемы, социальной динамики на севере Центрально­
европейской равнины в Ранние Средние века, представленной в Главе 4.
Эта глава является завершающей труд в том смысле, что в ней обобща­
ются его результаты, тогда как в Заключении в основном определяются
перспективы и направления дальнейших исследований.
Общая динамическая модель, предлагаемая л. Лозны, может быть
изложена следующим образом. Ранняя послеримская фаза 1 (с 500-х до
конца 600-х - начала 700-х годов) была периодом независимых простых
(т.е. не имевших. возвышавшихся над ними политических институтов)
обществ - деревень, населенных группами родственников с децентра­
лизованной системой управления. Фаза 2 (конец 600-х-700-х годов)
характеризовалась переходом к социальной сложности: общества того
времени оставались мелкомасштабными, но стали все же крупнее и уже
имели надлокальные политические институты - деревни подчинялись
укрепленным поселениям в рамках манориальной политической сис­
темы. Фаза 3 (конец 700-х-800-х;гоДов) ознаменовалась переходом от
сегментарной к иерархической сложности и первой попыткой объеди­
нения многочисленных мелкомасштабных обществ региона. Возникшее
в результате политическое образование не оказалось прочно интегриро­
ванным и тем более не переросло в государство. Это была Торновская
область взаимодействия - многоагентная политическая организация,
при которой по-прежнему существовал лишь один уровень надлокаль­
ной интеграции, так как она включала в себя сеть объединенных в ее
пределах укрепленных поселений (фортов). Будучи довольно рыхлым
образованием, Торновская область взаимодействия все же явилась ша­
гом вперед в процессах политической централизации и социокультур­
ной интеграции в регионе. Однако кризис и в итоге развал империи
Каролингов в IX.B. привел к упадку и дезинтеграции Торновской области
взаимодействия и наступлению фазы 4 (конец 900-х-l000-х годов), ког­
да, с одной стороны, сеть социально-политических единиц, образовывав-

Рецензии
491
ших Торновскую область взаимодействия, оказалась разорванной, но,
с другой - каждое отдельное политическое образование, поднявшееся
на ее руинах, было более сложным и централизованным - имеющим не
один, а два уровня надлокальной социально-политической сложности.
Это были протогорода, представлявшие собой мощные форты и примы­
кавшие к ним слабоукрепленные или вообще неукрепленные деревни.
В социально-политическом отношении же это были протогосударства,
чьи попытки централизации власти в регионе открыли новый период
укрупнения политий, причем теперь уже не на столь зыбкой основе, как
во времена Торновской области взаимодействия. Итогом же этого про­
цесса в ХI в. стало образование в Великой Польше государства.
Путь социально-политической истории севера Восточноевропей­
ской равнины в раннее Средневековье от «коллективной децентрализо­
ванной организации управления» через «манориальную организацию» и
«многоагентную политическую организацию» к «предгосударственному
уровню сложности» особенно интересен. Ведь, с одной стороны, он де­
монстрирует неизменное нарастание сложности от фазы к фазе, притом,
что, с другой - он также заключает в себе осцилляцию интеграционных
и дезинтеграционных тенденций на уровне региона: доминирование
первых, проявившееся при переходе от фазы 2 к фазе 3, сменилось уси­
лением вторых, когда на смену фазе 3 приходила фаза 4. Этот дуализм
социоисторического процесса в рассматриваемом в рецензируемой кни­
ге регионе заслуживает и теоретического осмысления.
Действительно, труд Лудомира Лозны и аккумулирует новое зна­
ние, и открывает перспективы исследований на будущее.' Не вызывает
сомнений, что эта книга займет достойное место на полках и рабочих
столах как медиевистов, так и археологов, социальных антропологов,
историков, занимающихся общими вопросами исторической динамики
социально-политической организации.
Д.М Бондаренко

DOCUMENTARY CULTURE AND ТНЕ LAITY IN ТНЕ EARLY
MIDDLE AGES / EDITED ВУ W. BROWN, М. COSTAMBEYS,
М. INNES AND А. KOSTO. CAMBRIDGE: CAMBRIDGE
UNIVERSITY PRESS, 2013. XVI, 389 Р.
ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА И МИРЯНЕ В РАННЕЕ СРЕД­
НЕВЕКОВЬЕ / ПОД РЕД. У. БРАУНА, М. ИННЕСА, М. КОСТАМ­
БЕЙСА И А. КОСТО. КЕМБРИДЖ: ИЗД. КЕМБРИДЖСКОГО
УНИВЕРСИТЕТА, 2013. XVI, 389 С.
В представлении большинства историков, даже медиевистов, ран­
нее Средневековье было эпохой MaCCOBO� неграмотности мирян. Одним
из последствий этого явления и одновременно его лучшим доказатель­
ством называется слабое участие мирян в изготовлении документов,
интересовавших якобы одно лишь духовенство, по инициативе которого
они, как принято считать, и создавались. Исключение делается лишь для
королевской власти, письменно оформлявшей земельные пожалования
и некоторые другие сделки и соглашения. Предполагается, что миряне
не испытывали в этом потребности, с трудом понимали, что такое доку­
менты, и их не хранили.
I Это мнение нельзя считать беспочвенным. Во всяком случае, в се­
верной Европе, чья деловая культура выросла в основном из традиций
варварского общества, письменное оформление сделок было в раннее
Средневековье и даже позднее достаточно ,редким явлением (где более
редким, как в кельтском или славянском мире, где менее редким, как в
германских странах, особенно в Англии, но все же редким) и сложи-
j,
лось, вне сомнения, под сильным влиянием Церкви или государства, в
свою очередь испытавшего на себе многоплановое 'воздействие церков­
ной культуры. Сделки, конечно, заключали и здесь, но в своей среде
миряне делали это обычно посредством публичных устных процедур
на народных собраниях в сотнях и в подобных им территориальных
органах самоуправления. Однако, если речь идет о южной Европе, будь
то Византия или романские земли, картина была существенно другой.
Самые разные источники, происходящие из этого региона, свидетель­
ствуют, что заключение сделок на письме было здесь обычным явлением,
и это относится не только к совместным деловым операциям мирян и
церковных учреждений, но и мирян между собой. Загвоздка в том, что,
как правило, это косвенные свидетельства и что немногочисленные до­
кументы, зафиксировавшие сделки среди мирян, дошли до нас от ранне­
го Средневековья почти всегда в составе церковных архивных собраний.
Среди немногих исключений - знаменитые папирусы из Оксиринха и
некоторых других городов византийского Египта, так называемые Таб­
лички Альбертини, представляющие собой архив достаточно скромного
землевладельца из Нумидии, состоящий из 45 документов 488-496 гг.,

Рецензии
493
записанных на восковых дощечках, и менее известные документальные
записи на аспидных пластинах из вестготской Испании. Рецензируемая
книга как раз посвящена анализу дошедших до нас разрозненных дан­
ных о делопроизводстве и архивах мирян с V по Х! в.
Книга представляет собой коллективную монографию, написанную
восемью учеными из Великобритании, Канады и США. Помимо введе­
ния; заключения (соответственно, разделы 1 и 14; оба не подписаны) и
ономастического индекса она состоит из 12 глав. Вот их темы: 2). Свет­
ские архивы Восточно-Римской империи, в том числе Египта, на кото­
рый приходится львиная доля исходного материала (Пит ер Саррис из
Кембриджа); 3). Документальная культура позднеримской, вандальской
и византийской Северной Африки (Джонатан Конант из Университета
Брауна в Провиденсе); 4). Светская документация и архивы Испании
и Италии V-VII вв. (Николас Эверет, университет Торонто); 5). Gesta
municipalia и публичное оформление документов во Франкском коро­
левстве (Уоррен Браун, Калифорнийский Технологический универси­
тет); 6). Миряне и их документы во франкских формулах (он же); 7). Ар­
хивы, документы и землевладельцы в каролингской Франкии (Мэтью
Иннес, Лондонский университет); 8). Изготовление и сохранение доку­
ментов во Франкии, по данным картуляриев (Ханс Хаммер, Университет
Уэйна в Детройте); 9). Писцы и архивы мирян и духовенства в Италии
VIII-IX вв. (Мариос Костамбейс, университет Ливерпуля); 10). Доку­
ментальные практики христианской Испании в VIII-X вв. (Адам Косто,
Колумбийский университет); 11). Составление и сохранение докумен­
тов в Клюни В IX-XI вв. (Мэтью Иннес); 12). Документальные практи­
ки, архивы и миряне в Центральной Италии середины IX-XI вв. (Анто­
нио Сеннис, Лондонский университет); 13). Архивы и документальные
практики в Англо-саксонской Британии (Чарльз Инслей, Манчестерс­
кий университет).
Таким образом, книга охватывает практически весь ареал Римского
мира, включая прирейнские и придунайские области Германии, входив­
шие в состав 'Франкского государства, иными словами, почти все стра­
ны христианской ойкумены, где в раннее Средневековье существовала
документальная культура. Столь широкий географический и хроноло­
гический охват (насколько я могу судить, беспрецедентный; особой уда­
чей следует считать включение в общий контекст данных о Византии,
рассматриваемых обычно отдельно от западноевропейских), позволив­
ший СОО,!нести и проанализировать материал, ранее распыленный по
многим частным и даже точечным исследованиям, составляет одну из
самых привлекательных черт этой книги. Не менее важно то, что авторы
работали в едином ключе и старались ответить на общие для всех воп­
росы, так что перед нами действительно коллективная монография, а не
сборник статей, как бывает очень часто. Отмечу также стремление рас­
смотреть по возможности все доступные сведения, в том числе эпигра­
фические, хорошо дополняющие сообщения об архивах. Качество глав,

494
Рецензии
конечно, не одинаковое, но, в целом, книга написана на очень высоком
уровне, позиции авторов аргументированы четкими ссылками на источ­
ники, приведено довольно много статистических данных, в то же время
в ней немало ярких цитат, что позволяет достаточно легко восприни­
мать не самый простой и насыщенный информацией материал. Словом,
книга очень хороша, и если мне заметны в ней некоторые недостатки,
в частности отдельные пробелы в библиографии (авторы, как водится,
прошли мимо публикаций российских авторов, будь то работы И.Ф. Фи­
хмана об Оксиринхе! или мои статьи о картуляриях Сен-Виктор-де­
Марсель и Сен-Жюльен-де-Бриуд/; не учтены и некоторые специальные
исследования западных медиевистов), то достоинства монографии их
явно перевешивают, и, говоря по совести, я читал ее с искренним инте­
ресом и с немалой пользой для себя.
Самый общий и главный вывод авторов рецензируемой книги со­
стоит в том, что миряне активно участвовали в создании документов
и хорошо умели ими пользоваться. Как показали Н. Эверет, М. Кос­
тамбейз и А. Сеннис, в Италии, о которой, вероятно, имеются самые
подробные сведения, большинство писцов на протяжении всего ранне­
го Средневековья были мирянами (что, между прочим, объективно об­
легчало становление нотариата). Есть веские основания полагать, что
примерно так же обстояло дело и в Испании, во всяком случае, до втор­
жения арабов. В Англии, где социально-культурная обстановка была
существенно иной, быстро прогрессирующий с IX в. переход делопро­
изводства с латыни на народный язык привел к тому, что дистанция, от­
делявшая заказчиков документа от его исполнителя, также сократилась,
и писец-мирянин смог стать вполне нормальной фигурой в обществе. С
другой стороны, напоминают авторы книги, до грегорианской реформы
жизнь священника была не столь уж отлична от жизни его прихожан,
так что, если священник вместе со своими детьми заключал сделку с се­
мьей мирян, этот факт неправомерно относить на счет особой культуры
духовенства.
Церковь, безусловно, не изобрела документальную культуру Сред­
невековья, а всего лишь унаследовала ее от античности и адаптировала к
новым историческим условиям. За исключением Византии и в какой-то
мере Италии (речь в первую очередь Равенны) в раннее Средневековье
довольно скоро угасли публичные институты, прежде всего муниципаль-
1 Фихман И.Ф. Оксиринх - город папирусов. М., 1976; Он же. Введение в доку­
ментальную папирологию. М., 1987; Fikhman Р. Wirtschaft und Gesellschaft im
эратаппкеп Agypten. Kleine Schriften. Stuttgart, 2006.
2 Филиппов И.С. Раннесредневековый архив аббатства Сен-Виктор де Марсель:
опыт реконструкции // Средние века. М., 1988. Вып. 51. С. 200-221; FiZippov 1.
La structure de Liber honoribus de Saint-Julien de Brioude а lа [цпцеге des сапшаг­
res de son ерооце / / Brioude аих temps carolingiens. Actes du colloque international
organise par lа ville de Brioude 13-15 septembre 2007 / Publies par А. Dubreucq,
СЬ. Lauranson-Rosaz et В. Sanial. Le Puy-en-Velay, 2010. Р. 119-139.

Рецензии
495
ные курии, которые наряду с широким распространением грамотности
делали заключение сделки на письме простым и обыденным делом.
Но Церковь не была единственным наследником этой уходящей в про­
шлое культуры. Не только государство, но и аристократия и даже зем­
левладельцы средней руки, иногда и совсем небогатые люди, еще долго
(до IX в. несомненно) считали правильным оформлять хартией по воз­
можности любую важную сделку и отлично понимали правовой смысл
и практическую пользу такого акта. В дальнейшем стимулы ослабли,
но не повсеместно. Самым удивительным является пример Каталонии,
где даже почти вековое владычество арабов, сопровождавшееся ликви­
дацией прежних органов власти, не поколебало убежденность населе­
ния, не исключая и простолюдинов, в том, что сделки надо оформлять,
а документы тщательно беречь. Как показал А. Косто, ситуация в запад­
но-испанских землях была во многом схожей. По мнению У. Брауна и
М. Иннеса, с которыми, похоже, согласны и другие авторы, опереходе
делопроизводства под контроль Церкви и ослаблении интереса к доку­
менту со стороны мирян можно говорить лишь применительно к Фран­
кии (я бы сильнее подчеркнул, что речь идет особенно о ее восточной,
германской, части), притом начиная со второй половины и даже конца
IX в. Это явилось отдаленным и несколько неожиданным результатом
каролингских реформ, поэтому данную ситуацию не следует экстрапо­
лировать на всю Западную Европу.
Состояние документальных источников, дошедших до нас от ран­
него Средневековья, отражает, как убедительно доказывают авторы, не
столько состояние делопроизводства в ту эпоху, сколько их неравномер­
ную сохранность и перипетии истории архивов в целом. В книге собрано
немало сведений об архивах светских лиц, от графов до простолюдинов,
но ни один из них не сохранился. Первые известные нам картулярии
знатных семей - Тренкавелей и правителей Монпелье, обычно именуе­
мых Гильемами, - датируются рубежом XII-XIII ВВ., первые собрания
подлинных документов светской знати, имеющиеся в нашем распоря­
жении, еще более позднего времени. То, что уцелели преимуществен­
но церковные архивы, объясняется, на взгляд авторов монографии, не
какой-то особой документальной культурой, свойственной духовенству
(здесь, вероятно, есть некоторое преувеличение), а особым статусом
Церкви как института, существование которого не прекращалось ни в
Средние века, ни в Новое время и почти никогда всерьез не оспари­
валось. Сходным образом, отдельные храмы и монастыри были лучше
защищены законом, обычаем и представлениями о сакральности их тер­
ритории. Важную роль сыграл и чисто материальный фактор: они были
по большей части хорошо построены, притом из камня, а значит менее
подвержены пожарам, наводнениям и разрушениям. Установлено, что
миряне иногда помещали свои архивы и другие ценности в церковные
учреждения на хранение; это касается прежде всего патронов этих уч­
реждений. Известно также, что до грегорианской эпохи, иногда и позже,

496
Рецензии
знатные семьи нередко рассматривали подконтрольные им монастыри и
кафедральные соборы как своего рода страховку своего существования.
Передав им часть родового имущества, можно было, при содействии
дружественного епископа или аббата (зачастую близкого родственни­
ка), гарантировать семье определенную стабильность, иначе мало до­
стижимую в том опасном мире". Вместе с имуществом в южных странах
Европы полагалось передать и всю сопутствующую ему документацию,
в том числе грамоты, отражавшие прежнюю историю данного владе­
ния. Именно так документы, запечатлевшие сделки мирян между собой,
в немалом количестве осели в церковных архивах Испании, Италии
и Южной Франции.
Рецензируемая книга ценна, в первую очередь, собранной воедино
информацией о документальной культуре мирян раннего Средневеко­
вья, т.е. людей, составлявших подавляющее большинство населения.
Она также привлекает внимание ко многим юридическим, социальным
и культурным явлениям, которые, будучи характерными для Европы той
эпохи, плохо известны как раз потому, что были типичны для мира ми­
рян и слабо отобразились в дошедших до нас текстах - общеизвестно,
что в основном они церковного происхождения. Например, как показал
на материале Каталонии уже Пьер Боннасси, в архивах мирян преобла­
дали купчие грамоты, тогда как в церковных архивах - дарственные".
Из материалов данной монографии следует, что документация, оседав­
шая в архивах мирян, вообще была более разнообразна, чем та, что запе­
чатлела сделки церковных учреждений. Однако книга выводит нас и на
более общие вопросы методологического и, конечно, историографиче­
ского свойства. Она позволяет понять, что реальность, которую изучает
историк, в данном случае сильно искажена состоянием источников и что
нужны очень серьезные концептуальные коррективы, чтобы понять, как
извлекать из них по возможности объективную информацию.
Разумеется, каждый выбирает для себя - и проблематику; и иссле­
довательские приемы, и систему научных взглядов, из которой он исхо­
дит. Не пытаясь навязать кому-то свое мнение, скажу все же," что данная
монография служит убедительным доказательством того, что расхожее
представление о безусловном доминировании Церкви в раннесредневе­
ковом обществе нуждается в пересмотре. Это представление отражает
не столько историческую реальность, сколько состояние источников,
нынешний облик которых' является в большой мере результатом дей­
ствия внешних факторов, в том числе событий и процессов, заметно бо­
лее поздних, чем раннее Средневековье. Материал, собранный в книге,
3 См.: Решин А.И. Дар и некоторые аспекты проблемы становления феодализма
в современной медиевистике // Средние века. М., 2004. Вып. 65. С. 3-44; М.,
2005. Вып. 66. С. 75-114.
4 См.: Филиппов И.С. Пьер Боннасси (1932-2005) // Средние века. М., 2006.
Вып. 67. С. 316-325.

Рецензии
497
свидетельствует, что миряне играли, несомненно, более важную и более
активную роль в жизни той эпохи, чем это принято думать сегодня, при­
чем не только в экономике и политике, что все-таки самоочевидно, но
и в тех ментальных сферах бытия, которые, по мнению многих совре­
менных историков, почти полностью определялись и контролировались
Церковью. В монографии речь идет о документальной культуре и тех
представлениях, которые были с ней тесно связаны, например, о пра­
ве, семье, богатстве, престиже. Смею предположить, что голос мирян
звучал громче, чем обычно думают, и при осмыслении многих других
сторон жизни. Проблема в том, что состояние источников чаще всего не
позволяет его услышать. Но, возможно, мы просто не научились еще его
распознавать.
и. с. Филиппов

FranceJ. SEPARATE BUTEQUAL: CISTERCIAN LAY BROTHERS,
1120-1350. COLLEGEVILLE, MINNESOTA, 2012. ХХХ, 373 р.
Франс ДЖ. ОБОСОБЛЕННОЕ РАВЕНСТВО: ПОЛОЖЕНИЕ
ЦИСТЕРЦИАНСКИХ КОНВЕРСОВ В 1120-1350 гг. КОЛЛЕДЖ­
ВИЛ, МИННЕСОТА, 2012. ХХХ, 373 с.
Данное исследование Джеймса Франса посвящено одному из важ­
ных вопросов цистерцианской монастырской жизни в Средние века,
а именно институту так называемых конверсов (conversi). Эта книга
является не первой научной работой Дж. Франса, посвященной истории
цистерцианского ордена. В своих предшествующих исследованиях он
затрагивал проблемы цистерцианской духовности и искусства', однако
в данной книге ученый подвергает анализу такую социально-экономи­
ческую сторону жизни «новых» монастырей, как труд и быт конверсов.
В центре внимания автора находится сам conversus (кобращенный») или
frater laicus (сбрат-мирянин») и его положение в монастыре, функции,
роль в жизни монашеской общины'.
Для анализа заданной проблематики Дж. Франс использует пись­
менные источники, которые можно разделить на две группы: агиогра­
фические (exempla, vitae, miracula, revelationes и т.д.) и нормативные
(regula, statuta capitulorum, usus conversorum и т.д.). При этом автор
вполне справедливо отмечает частую предвзятость и специфичность
агиографического материала, проходящего через своеобразный «мона­
шеский фильтр», Т.е. отбор, осуществляемый образованными монаха­
ми. Именно монах письменно фиксирует тот или иной сюжет, взятый из
монастырской жизни, и накладывает на его литературное оформление
ощутимый отпечаток. По мнению Дж. Франса, основной целью соз­
дания разного рода видений, откровений и ехетр!а является выстраи­
вание внутри монашеской общины собственной идентичности, таким
образом, герои повествования (будь то монахи или конверсы) в первую
очередь несут на себе дидактико-идеологическую и тесно связанную
с ней композиционную нагрузку. В то же время, что касается уставной
литературы, то Дж. Франс уделяет недостаточно внимания специфике
данного типа исторических источников:'.
1 France J. The Cistercians in Scandinavia. Kalamazoo, 1992; ldem. The Cistercians
in Medieval Art. Stroud; 1998; ldem. Medieval images of Saint Bernard of Clair­
мацх. Kalamazoo, 2007.
2 Отмечу, что Дж. Франс упоминает о существовании конверсов в женских мо­
настырях (conversi monialium), а также сестер-мирянок (conversae), однако они
остаются за рамками данного исследования.
3 Так, говоря об анализе уставной литературы, автор не указывает на то обстоя­
тельство, что уставы содержат сведения о том, как должна протекать жизнь

Рецензии
499
Хронологические рамки, заявленные в названии монографии, сов­
падают с тем периодом, который охватывает содержание книги (1120-
1350 гг.). Дж. Франс остается в границах рассматриваемого периода,
экскурсы в историю монашества в каждом отдельном случае вполне
уместны.
Автор вполне обоснованно начинает исследование с объяснения
термина conversi через противопоставление его термину obZati, также
nutriti. Дж. Франс объясняет смысловые различия приведенных катего­
рий обитателей монастыря.
По тематике содержания книгу можно разделить на четыре части,
которые не совпадают с числом и последовательностью глав в книге
(13 глав). Первая часть (1, 2 главы") является вводной. В ней содержат­
ся сведения общего характера о том, кем были первые конверсы, какова
их социальная принадлежность, мотивация вступления в цистерциан­
ский монастырь и основная деятельность. Здесь же автор вводит чита­
теля в проблематику, связанную с эволюцией отношения к физическо­
му труду в западноевропейской монастырской традиции. В то же время
Дж. Франс делится весьма любопытными наблюдениями, основанны­
ми на цитатах из используемых им источников. Так, он отмечает, что
устоявшееся мнение об исключительно низком происхождении кон­
версов нуждается в корректировке: не единожды в агиографических
текстах встречаются упоминания вполне знатных людей, избравших
жизнь брата-мирянина (например, quondam milites praeclari). Одна­
ко открытым остается вопрос мотивации вступления рыцарей в цис­
терцианскую обитель в данном качестве, и готового ответа на него
Дж. Франс пока не имеет.
Вторая часть (3 и 6 главы)? посвящена соотношению и степени
интенсивности духовного (opus Dei, lectio divina) и физического труда
(labor mаnииm) в жизни конверсов. Дж. Франс отмечает, что конверсы
могли знать из молитв лишь «Pater noster», «Credo in Deum», «Miserere
тел, Deus», причем обязаны были читать их непременно наизусть, ду­
ховное чтение же (lectio divina) было полностью исключено и офици­
ально запрещено'', Не остается без внимания автора также проблема
взаимодействия монахов и конверсов в разное время года в зависимо­
сти от масштаба необходимых сельскохозяйственных работ. Ученый
конверса, но не о том, как в действительности конверсам и монахам удавалось
находить общий язык.
4 Chapter 1. Who were the Lay Вгошегв? Chapter 2. Manual Labor of Monks before
the Lay Brothers. France J. Separate but equal: Cistercian lay brothers, 1120-1350.
Collegeville, 2012. Р. 1-57.
5 Кажется особенно странным, что эти тематически связанные главы оказались
отделенными одна от другой на 2 главы.
6 Сам факт подобного запрета и самая его суть указывают на то, что, несмотря
на частое обозначение конверсов как illiterati, значительное их количество
умело читать и хотя бы в минимальном объеме понимать прочитанное.

500
Рецензии
приходит к выводу, что монахи помогают братьям-мирянам только во
время сбора урожая.
Самой объемной и, пожалуй, наиболее любопытной для медиеви­
стов, занимающихся историей монашества, является третья часть мо­
нографии (главы 4,5,7,8). Она посвящена различным приемам диффе­
ренциации конверсов как отдельной социальной группы в стенах одного
монастыря.' Так, Дж. Франс анализирует способы их внешней, визуаль­
ной демаркации (наличие бороды, отсутствие тонзуры, иная одежда),
а также топографическую обособленность конверсов от монахов (от­
дельные галереи, помещения и т.д.). Далее автор рассматривает юри­
дически закрепленные ограничения, распространявшиеся на конверсов,
но не затрагивавшие жизнь монахов (братья-миряне не могли занимать
никаких монастырских должностей, интеллектуальная деятельность
была строго лимитирована и т.д.).
Справедливо выделить две непоследовательно стоящие главы (глава
9 (С. 199-231), глава 12 (С. 269-300)7) как четвертую часть книги. В гла­
ве 9 Дж. Франс рассуждает с опорой на источники о добродетелях (сми­
рение, послушание, обет молчания, открытость помыслов), требуемых и
ожидаемых от конверса, и о пороках, распространенных в среде братьев­
мирян". Автор проводит хотя И не системное, но пр о слеживающее­
ся читателем в логике исследования данной проблемы противопос­
тавление этих качеств. В главе 12 он продолжает описывать откло­
нения в предписанном правилами поведении конверсов, употребляя
в названии данной главы монографии игру слов (conversi-perversi).
Со ссылкой на знаменитого историка цистерцианского ордена Ж. Лек­
лерка, ученый приводит данные протоколов заседаний Генерального
Капитула, в которых упоминаются 50 мятежей братьев-мирян в пери­
од 1168-1200 гг. Подобную непокорность конверсов автор предлагает
объяснять маргинальностью, промежуточностью их положения. Впол­
не логичным кажется развить эту идею Дж. Франса далее и указать на
связь маргинальности снеустойчивостью и.ллавным образом, непол­
ноценностью положения и соответствующего самоощущения братьев­
мирян. Вызывает некоторое недоумение утверждение Дж. Франса о
предрасположенности средневековых людей к физическому насилию
и, следовательно, склонности к насильственному решению тех или иных
проблем. На фоне компетентного и детального анализа исторических
источников подобное стереотипное утверждение выглядит тем более
неуместно (С. 277).
7 Chapter 9. Virtues and Vices. Chapter 12. Not Conversi but Perversi.
8 Особенно подробно исследователь останавливается на зависти и жадности,
объясняя их распространенность среди конверсов реакцией на зафиксиро­
ванный в правилах запрет обладать каким-либо имуществом. В exempla не­
однократно встречаются сюжеты, связанные с коммерческой деятельностью
конверсов, которая не могла не вызывать осуждения.

Рецензии
501
В общую структуру монографии несколько неуклюже вписываются
главы 10 (с. 231-249) и 11 (с. 249-269)9, разбирающие сюжеты нападе­
ний демонов на конверсов и мистических путешествий последних в за­
гробный мир. По сути, автор не выявляет каких-либо принципиальных
отличий видений потустороннего мира, принадлежащих братьям-миря­
нам, от таковых у монахов, То же касается искушений и атак со стороны
бесов - едва ли в тексте можно найти специфические, ориентированные
исключительно на конверсов козни дьявола. Все разнообразие обстоя­
тельств, при которых демоны нападают на обитателей монастыря, от­
носится в большинстве случаев к монастырской повседневности. Таким
образом, данные главы не столько характеризуют конверсов с какой-то
конкретной стороны, сколько содержат ряд занимательных историй в
духе exeтpla, в которых брату-мирянину посчастливилось быть одним
из действующих лиц.
Несмотря на некоторые композиционные недостатки монографии
Дж. Франса, данная работа, вне всяких сомнений, является уникаль­
ным в своем роде исследованием повседневной жизни цистерцианских
конверсов. Эта книга представляет интерес не только для историков
цистерцианского ордена, но и для широкого круга медиевистов, инте­
ресующихся проблемами коммуникации различных по статусу групп и
отражения их взаимодействия в источниках.
Е.А. Кузьменко
9 Chapter 10. ТЬе Onslaught of Demons. Chapter 11. Visions of the other World.

LA PAPAUTE ЕТ LES CROISADES / ТНЕ РАРАСУ AND ТНЕ
CRUSADES: ACTES DU VII соноквз DE LA SOCIETY FOR
ТНЕ STUDY OF ТНЕ CRUSADES AND ТНЕ LATIN EAST /
PROCEEDINGS OF ТНЕ VIITH CONFERENCE OF ТНЕ SOCIETY
FOR ТНЕ STUDY OF ТНЕ CRUSADES AND ТНЕ LATIN EAST /
ED. ВУ MICHEL BALARD. ALDERSHOT: ASHGATE PUBLISHING
HOUSE, 2011.301 Р.
ПАПСТВО И КРЕСТОВЫЕ ПОХОДЫ: АКТЫ VII КОНГРЕССА
ОБЩЕСТВА ПО ИЗУЧЕНИЮ КРЕСТОВЫХ ПОХОДОВ И ЛАТИН­
СКОГО ВОСТОКА / РЕД. М. БАЛАР. АЛЬДЕРСХОТ: ИЗД-ВО эш­
ГЕЙТ, 2011.301 С.
В рецензируемом сборнике публикуются материалы VII конгресса
Общества по изучению крестовых походов и латинского Востока. В кол­
локвиуме, состоявшемся в Авиньоне в 2006 г., участвовало 20 специа­
листов с мировым именем, представителей различных национальных
школ. В книге публикуются тексты на трех языках (английском, фран­
цузском и итальянском), в которых всесторонне рассматривается роль
папства в организации крестовых походов. Коллективный труд состоит
из четырех частей и охватывает почти 400-летнюю историю папской
деятельности в различных регионах: начиная с Западной Европы и кон­
чая латинским Востоком и Балканами.
Первая часть сборника называется «Слова» (<<Les mots»). Она вклю­
чает статью Б. Вебера о терминологии крестового похода (<<Nouveau
mot ои nouvel1e геайтё? Le terme cruciata et son utilisation dans les textes
pontificaux». Р. 11-27), эссе М. Балара о французской историографии
священной войны (к'Пте French Recent Historography of the Ноlу War».
Р. 45-55) и общий очерк Дж. Чиполлоне о роли римских пап в организа­
ции крестового похода (<<Le varie ragioni per 'assumere lа croce'. 11 senso
di ип arruolamento in piu direzioni». Р. 27-45).
В следующей части книги под названием «Запад» изучается де­
ятельность римских пап в Западной Европе: здесь опубликованы эссе о
Втором крестовом походе М. Амуру (<<Louis VII, Innocent II et lа Seconde
Croisade». Р. 55-67), два исследования об альбигойском крестовом по­
ходе - М. Мескини и К. Борхардта (Магсо Meschini, «'Smoking Sword':
lе meurtre du legat Piette de Castelnau et lа premiere croisade aligeoise».
Р. 67-77; Karl Borchardt, «Casting out Demons Ьу Beelzebul: Did the
Рараl Preaching against the Albigenisains Ruin the Crusades?». Р. 77-91),
очерк Гр. А. Лауда о крестовом походе против Фридриха II (<<The Рараl
'Crusade' against Frederick 11 in 1228-1230». Р. 91-106), статья С. Мена­
ше о политике папы Климента V (<<When Ideology Met Reality: Clement
V and the Crusade». Р. 105-117) и др.

Рецензии
503
Помещенные в третьем разделе книги (<<Восток») статьи посвящены
анализу папской политики на Востоке: отношения папства с Никейской
империей, Киликийской Арменией и духовно-рыцарскими орденами
рассматриваются соответственно в статьях А. Папаянни (к'Пте Рарасу
and the Fourth Crusade in the Correspondence of the Nicean Emperor with
the Рорев». Р. 157-165), и. Ортега (<<La Politique de soutien pontifical аих
lignages nobiliaires гпогеотев аих Xllle et XIV siecles». Р. 185-203), и. Ож
(<<Papaute, latins d' Orient et стогаев sous lе regard de l' агслеуёоце de Tarse,
Nerses Lambronatsi». Р. 219-231), М.-А. Шевалье (<<Le rбlе de lа рараше
dans lа politique аппешеппе des Hospitaliers аи XIV siecle». Р. 231-257) и
п. Бонно (<<La Рараше et les Hospitaliers de Rhodes аих lendemains de lа
chute de Constantinople, 1465-1467». Р. 203-219).
В последней, четвертой, части коллективного труда речь идет о влия­
нии папства в странах Северной и Восточной Европы: соответственно
здесь публикуются статьи по истории Польши и скандинавских стран,
которые принадлежат перу Д. фон Гютнер-Споржински (<<Poland and
the Рарасу Before the Second Crusade». Р. 257-271) и я. Мёллер-Йенсена
(<<Politics and Crusade: Scandinavia, the Avignon Рарасу and the Crusade in
the XIVth Century». Р. 271-289). Как видим, структура тома отражает ско­
рее географический, нежели хронологический или проблемный подход.
Таким образом, в этой книге анализируется весьма широкая сфера
политической и дипломатической деятельности Святого Престола, рас­
сматривается влияние папской курии на государства Европы и латинско­
го Востока, и при этом акцентируется роль папства в крестовых походах.
Этот общий сюжет затрагивают буквально все статьи. В предисловии
М. Балар обрисовывает в общих чертах историю папства в Средние
века. Он пытается показать, что тема крестового похода была на про­
тяжении четырех столетий в центре интересов римских пап. Согласно
М. Балару, крестовые походы представляли собой крупное религиозное
движение, возникшее отнюдь не спонтанным образом - его возглавля­
ли римские папы, которые предпринимали много усилий для военной,
финансовой, политической и дипломатической организации этих экс­
педиций. В самом деле, как показывает мэтр французской историчес­
кой науки, инициатива в организации крестового похода практически
всегда принадлежала папе. Лишь к концу XII в. она перешла к светским
правителям - Фридриху 11, Людовику Святому и др. Папы проповедова­
ли крестовый поход либо доверяли проповедь проверенным клирикам;
они обеспечивали финансирование похода, взимая десятины и другие
поборы. Начиная с Иннокентия 111, римские папы пытаются дать юри­
дическое и теологическое обоснование крестового похода, издавая бул­
лы и предоставляя крестоносцам материальные привилегии. Папство
пыталось контролировать крестоносное движение, чтобы утвердить и
оправдать свою власть в мире. В общем, на всех фронтах, как констати­
рует М. Балар, от Сирии и Палестины до Скандинавии и Пиренейского
полуострова, папство ставило крестовый поход в центр своей военной и
политической деятельности. Тезисы, изложенные М. Баларом в преди-

504
Рецензии
словии К сборнику, как кажется, принимаются и иллюстрируются всеми
авторами сборника. В самом деле, именно под таким углом зрения в
большей части статей изучается деятельность римской курии в различ­
ных регионах.
Речь идет прежде всего о традиционных крестовых походах, ко­
торые направлялись на Восток и цель которых состояла в том, чтобы
отвоевать Святую Землю у сарацин. В течение долгих веков папы были
верны этой идее, как показывает фактический материал, собранный в
статьях коллективного труда. Даже папа Климент У, который, по мнению
современников, был равнодушен к крестовому походу, последовательно
предпринимал попытки организовать новую экспедицию на Восток
(см. статью С. Менаше, с. 69-77). Но в определенный момент еретиков и
врагов пап отождествили с сарацинами, и папство потеряло из виду пер­
воначальную цель крестового похода, что привело к оправданию раз­
личных девиаций от этой цели (большая часть статей сборника как раз
посвящена анализу этих разнообразных - политических, географически
и прочих девиаций). Проповедуя, начиная с 1208-1209 гг., I крестовый
поход против альбигойцев, Иннокентий 111 открыл путь своим последо­
вателям и фактически придумал институт «политических крестовых по­
ходов». Как следствие, папа разрушил социальную базу комплектования
традиционных крестовых походов, как это показывает Карл Борхардт в
своей статье (С. 77-91). Постепенно экспедиции всех видов, направлен­
ные против врагов папы, были не совсем правильно отождествлены с
крестовыми походами. Таков случай крестового похода, направленного
против Фридриха 11, проанализированный в статье Г. Лауда (С. 91-105)
или политического крестового похода, который папы вели против Ве­
неции в 1308-1309 гг. Этот конфликт между понтификами и морской
республикой по поводу владения городом Феррарой, который наложил
глубокий отпечаток на всю историю Венеции, блестяще проанализиро­
ван в статье Д. Перри (« 1308 and 1177: Venise and the Рарасу in the Real
and lmaginary Crusades». Р. 117-131). В общем около половины очерков,
представленных в первой части сборника, касаются ситуации на Западе
и крестовых походов в Святой Земле.
Со временем папство приобретает новую роль в борьбе с Османской
империей, для организации которой римская курия почти полностью
воспроизводит прежние институты, характерные для экспедиций в Свя­
тую Землю. Постепенно цели крестового похода переориентируются на
новое географическое пространство. Уже более не в Сирии и Палести­
не или Египте, но в Эгейском море или на Балканах сосредотачивается
мощь врагов папства, и теперь это турки-османы. Такое новое соотноше­
ние сил на Востоке анализируется во второй части сборника, имеющей
подзаголовок «Восток». В самом деле, начиная с падения Акры в 1291 г.,
ситуация на Востоке меняется, и самая главная опасность исходит отны­
не от турок - это обстоятельство рассматривается в статье Дж. Пауэлла
(<<А Уасиит ofLeadership: 1291 Revisited». Р. 165-173). Чтобы положить
конец экспансии турок-осман, папство использует орден госпитальеров

Рецензии
505
в своих военных операциях, что показывает Пьер Бонно в своем иссле­
довании (С. 203-219). Взоры пап обращаются также в сторону Балкан:
Франческо далл' Альо анализирует политику Гонория 111 и Григория IX
на Балканах, где понтифики пытаются утвердить свои позиции и про­
тивостоять врагам католической церкви (см. его статью: «Crusading in
а N еагег East: The Balkans politics of Honorius 111 and Gregory IX (1221-
1241)>>. Р. 173-203). Вовсе не случайно, что папы разными способами
подчеркивают континуитет между традиционными крестовыми похода­
ми и борьбой против турок. В самом деле, понтифики, как свидетельс­
твует об этом тщательное исследование Бенджамина Вебера (С. 11-27),
объединяют под общим термином «крестовый поход», с одной стороны,
свою борьбу против Османской империи, а с другой - войны в Святой
Земле своих предшественников.
Вместе с тем, как подчеркивают в своих эссе Ален Форей и Луис
А. де Фонсека (<<Papal Claims to Authority over Lands Gained from the
Infidel in the Iberian Peninsula and Beyond the Straits of Gibraltar». Р. 131-
141; «The Рарасу and the Crusades in XVth Century Portugal». Р. 141-157),
идея крестового похода была всегда актуальной на Пиренейском по­
луострове, и христианская реконкиста также вписывается в папскую
традицию - так папы поддерживали и ободряли правителей Испании и
Португалии (и особенно орден рыцарей Христовых) в их борьбе с ино­
верцами.
Не следует забывать о том, что понтифики вмешивались и.в по­
литику Восточной и Северной Европы. Исследователи обнаруживают,
что идеология, как и риторика крестового похода, также применялась к
завоевательным войнам, которые велись в Польше или скандинавских
странах. Речь идет о борьбе польского короля Болеслава 111 против За­
падной Померании (это сюжет статьи Д.Г. Споржински, с. 257-271), как
и об экспедициях скандинавских правителей XIV в. Магнусе Эриксоне и
Вальдемаре IV Аттердальге, которые велись в целях завоевания русских
и карельских земель (см. статью Януса Мёллера Йиенсена, с. 271-289).
В самом деле, эти войны, освященные Святым Престолом, изобража­
лись в средневековых источниках как борьба против язычников ...
Мы видим, что понятие крестового похода интерпретируется авто­
рами весьма широко. Речь идет о традиционных крестовых походах, о
борьбе крестоносцев в Святой Земле против сарацин, но также о раз­
личных девиациях, Т.е. «политических крестовых походах», о борьбе
против турок-осман, как и о христианской реконкисте. Такое широ­
кое понятие крестового похода на самом деле весьма близко подходу
Дж. Чиполлоне, который говорит в своем эссе о множественности на­
правлений крестового похода, замечая, что для средневековых людей
Иерусалим находился там, куда римский папа направлял христианский
народ (С. 27-45).
Итак, понятие крестового похода расширяется и начинает обозна­
чать все экспедиции папства, направленные против его врагов, отож­
дествляемых с «неверными». Речь действительно идет о том, чтобы впи-

506
Рецензии
сать самые разные виды деятельности в традицию крестового похода.
Таким образом, тема «папство и крестовые походы» становится чрез­
вычайно широкой. В самом деле главная цель папской политики, как
свидетельствуют опубликованные в данном сборнике статьи, заключа­
ется в том, чтобы распространять католическую веру и укрепить мо­
ральный и религиозный авторитет римской католической церкви. Но
римские понтифики, как показано в рецензируемом сборнике, также
пытаются отстаивать свои права на завоеванные земли и, не ограни­
чиваясь духовными делами, вторгаются в дела политики и светской
власти. Итак, цель труда состоит в том, чтобы проанализировать гос­
подствующее положение папства во всех сферах средневекового об­
щества. Преследуя эту задачу, авторы стремятся изложить военную и
политическую историю крестовых походов. Именно внешние факты,
хронологические рамки крестового похода в центре их интересов. Вот
почему они делают акцент на внешней истории, истории событий и
институтов. Такой подход в определенной степени означает забвение
другой манеры анализа крестового похода, продемонстрированной
Полем Альфандери и Альфонсом Дюпроном ' которые изучали историю
крестовых походов под иным углом зрения, пытаясь реконструировать,
так сказать, внутреннюю историю крестовых походов, моральную и
религиозную историю безымянных участников крестового похода.
В соответствии с этой концепцией экспедиции на Восток рассматрива­
лись как коллективный порыв, как движение христиан-простолюдинов,
очень часто спонтанное, как, например, народный крестовый поход.
Подобный подход, ратующий за историю ментальностей и коллектив­
ной психологии, требует анализа религиозных мотивов и импульсов,
которые толкали массы на участие в этом мощном движении. В отли­
чие от историков, придерживающихся такой интерпретации феномена,
международные специалисты, объединяющиеся вокруг Общества по
изучению крестовых ПОХОДОВ и латинского Востока, в первую очередь
изучают «папские крестовые походы». Крестовые походы для них это
крупные экспедиции, организуемые папством и при его административ­
ной и политической поддержке. В предисловии следовало бы пояснить
такой взгляд на крестовый поход для читателей, как и растолковать чрез­
вычайно широкую интерпретацию крестового похода (скорее традиции
крестового похода), на которую опираются авторы в своих статьях.
В заключение следует отметить, что рецензируемый том представляет
собой солидный вклад в изучение истории крестовых походов, в статьях
собран богатейший фактический материал, но теоретическая рефлексия на
тему не вполне достаточна. Вследствие этого книга выглядит скорее как
сборник статей на различные сюжеты, чем коллективная монография.
с.и. Лучицкая
1 Alphandery Р, Dирrоnt А. La спгепеше et l'idee de croisade. Р., 1995 (геппрг.се
l'ed. de 1954-1959).

СПОРЫ О ВИЗАНТИЙСКОМ ИНТЕЛЛЕКТУАЛИЗМЕ
Рец. на кн.: Кущ т.в. НА ЗАКАТЕ ИМПЕРИИ:
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СРЕДА ПОЗДНЕЙ ВИЗАНТИИ.
ЕКАТЕРИНБУРГ: ИЗД-ВО УРАЛ. УН-ТА, 2013. 456 с.
Знаменательным событием в жизни российского византиноведения
стало появление новой монографии Т.В. Кущ, едва ли не самого продук­
тивного представителя среднего поколения Уральской византиновед­
ческой школы, об интеллектуальной среде палеологовской Византии'.
Актуальность данного исследования трудно переоценить - она опреде­
ляется значимостью самого феномена интеллектуализма во всемирной
истории. Действительно, роль интеллектуалов не сводима к влиянию в
одной лишь знаниевой сфере, к прорывам в одной лишь области - позна­
ния мира, хотя и этого было бы достаточно для нескольких книг. Влияние
интеллектуалов много шире и всеохватнее. Они не только создают мо­
дели воспитания и образования, соответствующие высшим ценностным
ориентирам, но и определяют новое качество жизни общества, основан­
ного на принципах свободы, самоценности личностного начала, высокой
оценке креативных способностей человека, на признании превосход­
ства культуры над природой, приоритета духовности над прагматикой и
стихией потребления. Актуальность монографии Т.В. Кущ усиливается
остротой поднятых проблем - особым социокультурным статусом но­
сителей интеллектуализма в поздней Византии, в обстановке небыва­
лого культурного подъема, далеко не бесспорно обозначаемого порой
византинистами как «Палеологовское Возрождение», и одновременно в
условиях жесточайшего кризиса самих устоев Византийской империи.
Здесь со всей остротой встает экзистенциальный вопрос - способна ли
была интеллектуальная элита Византии осознать всю тяжесть турецкой
угрозы для самого существования византийской политии и предложить
оптимальные стратегии выживания? Лежит ли на интеллектуальной
элите Византии ответственность за финальную трагическую участь
Константинополя и империи? И надо сразу отдать должное автору - ее
труд соответствует высоте заявленных притязаний.
Успешность и результативность исследовательского дискурса зада­
ется полнотой источниковой базы. Т.В. Кущ критически изучены разно­
образные письменные источники - нарративные тексты, среди которых
выделены риторические сочинения византийских авторов последней
трети XIV - первой половины ХУ в. (энкомии, монодии, экфрасисы,
синкрисисы и др.), исторические повествования Никифора Григоры,
Иоанна Кантакузина, Дуки, Лаоника Халкокондила, Георгия Сфранд­
зи и других, богатая византийская эпистолография, где одному лишь
1 Кущ т.в. На закате империи: интеллектуальная среда поздней Византии / под
ред. М.А. Поляковской. Екатеринбург, 2013.

508
Рецензии
Димитрию Кидонису принадлежит более 450 писем. Помимо этого
задействованы актовый материал и данные просопографии изучаемой
эпохи.
Надежной гарантией продвижения вперед в освоении заявленной
темы выступают широта и глубина историографического экскурса. Не­
смотря на относительную молодость проблематики интеллектуальной
истории Византии, определенные предпосылки к ее постановке были
заложены уже в работах первых византинистов по истории культуры,
литературного творчества, образования и воспитания, богословской и
натурфилософской рефлексии палеологовской эпохи. Признавая при­
оритет американского византиниста И. UUевченко в изучении интел­
лектуальной жизни поздней Византии, стоит лишь вспомнить его мо­
нографию 1981 г.2, автор справедливо отмечает появление в последние
десятилетия новых трендов в понимании интеллектуального наследия
поздней Византии: здесь и повышенный интерес к конструированию
образа «другого» в поздневизантийских текстах - будь то «латинянин»,
«франк» или «турок»; здесь и пристальное внимание к формам интел­
лектуальной коммуникации, и микроструктурный анализ интеллек­
туальных сообществ столицы и провинциальных центров, и изучение
деятельности отдельных персон в русле новейшей Personale Geschichte
и пр. Всем этим вызовам новейшей византинистики Т.В. Кущ находит
дальнейшее продолжение, артикулируя новые аспекты исследователь­
ского поиска - анализ институциональных оснований сообщества визан­
тийских интеллектуалов; изучение социально-психологических реакций
и поведенческих моделей интеллектуальной элиты в экстремальных ус­
ловиях; осмысление уникального опыта интеллектуализации власти в
Византийской империи и некоторые другие.
Обновлению знания способствует и методологический инструмен­
тарий, избранный Т.В. Кущ. Ею продуктивно используются методы ин­
теллектуальной истории, в основе которых лежат классические труды
Томаса Куна", Мишеля Фуко", Гастона Башляра" и Луи Альтюссера'' с
их идеями смены парадигм, или эпистем, приемы микроисторического
анализа, разработанные Карло Гинзбургом? и его последователями, ме­
тоды новой социальной истории, убедительно продемонстрированные
Робертом Дарнтоном". Но, пожалуй, решающая роль в монографии от­
водится просопографическому методу, обоснованному Майклом Арн-
2 Sevcenko 1. Society and intel1ectual 1ife in Late Byzantium. L., 1981.
3 Киhn Th.S. ТЬе structure of scientific revolutions. Chicago, 1962 (n. ed.: 2012).
4 Fоисаиlt М Intel1ectuals and power // Language, counter, memory, practice / Ed. Ьу
D. Bouchard. Ithaca, 1980. Р. 205-217.
5 Bachelard G. ТЬе formation of the scientific mind. Bolton, 2002.
6 Аlthиssеr L. Philosophy and spontaneous philosophy of the scientists [repr. ed.].
2012.
7 GinzЬиrg С. Clues, myths and the historical method. Baltimore, 1989.
8 Darnton R. Gens de lettres, gens du livre. Р., 1992.

Рецензии
509
хаймом, Анри Шастаньолем и Тимоти Барнсом", В соответствии с его
канонами автором составлено досье на каждого из 152 византийских
интеллектуалов 1371-1453 гг., в которых отражены происхождение, се­
мья, родственные и дружественные связи, образование, карьера, круг
общения и перечень авторских сочинений. Составленная выборка ха­
рактеризуется как естественным образом сложившаяся, на основе кото­
рой предоставляется возможность реконструировать фундаментальные
характеристики сообщества византийских интеллектуалов в целом. Этот
метод применен безупречно, в лучших традициях уральской школы ви­
зантиноведения. Учет поколенной сменяемости по линии наставничес­
ко-ученических связей (учитель - ученик - ученики учеников) позволяет
Т.В. Кущ подойти к пониманию смысла интеллектуальной трансформа­
ции в Византии, произошедшей к середине ХУ в.
Убедительна структура монографического исследования Т.В. Кущ.
К интересным новым наблюдениям приводит социокультурный анализ
поздневизантийской интеллектуальной среды, проделанный автором.
При очевидной устойчивости и постоянстве эта среда не была единой:
выделялась элита, определявшая духовный климат в византийском об­
ществе; ей противостояла интеллектуальная периферия;· различались
сторонники исихазма, паламизма и их противники, латинофилы, тур­
кофилы и ортодоксы. Менее 10% интеллектуалов принадлежали к ари­
стократическим кланам, включая представителей правящей династии.
Подавляющая же масса происходила из средних слоев, из самой гущи
народа, демонстрируя открытость византийского общества, редкие для
Средневековья возможности вертикальной социальной динамики в
Византии благодаря образованию и интеллектуальным талантам. Это -
служители церкви, учителя, врачи, юристы, военные. Треть интеллек­
туалов смогла достичь положения знати, конвертируя индивидуальный
высокий уровень образованности и личные способности в социальный
капитал.
Как справедливо отмечает Т.В. Кущ, столица отнюдь не доминиро­
вала в интенсивной интеллектуальной жизни империи; больше полови­
ны интеллектуалов, выделявшихся высокой духовной креативностью,
были связаны с провинцией, что позволяет сделать существенный
вывод о провинциализации интеллектуальной сферы в последнее сто­
летие существования Византийской империи. Еще более впечатляющи
наблюдения демографического порядка - о средней продолжительно­
сти жизни, уровне брачности, преобладании безбрачия в византий­
ской интеллектуальной среде, ее маскулинности и этнической гомо­
генности.
9 Arnheim М The Senatorial Aristocracy in the Later Roman Empire. Oxford, 1972;
Chastagnol А. La prosopographie, шейюсе de геспегспё sur 1 'histoire du Bas­
Empire // Annales. Ёсопогшев, зосютёв, civilisations. 1970. Vol. 25. Р. 1229-1235;
Barnes Th.D. The new empire of Diocletian and Constantine. L., 1982.

510
Рецензии
Заслуживает поддержки и другое значимое заключение Т.В. Кущ -
о социальных стратегиях византийских интеллектуалов, пределом меч­
таний которых было получение высокой государственной должности при
дворе, поскольку социальное благополучие в Византии гарантировала не
земельная собственность, а служба императору, которая воспринималась
как наилучшая возможность служения общему благу и общей пользе.
Весьма важны рассуждения исследователя о формах интеллектуаль­
ной коммуникации в палеологовской Византии. Здесь - и возрождение
античного образца ученой дружбы, участие в судьбе учеников, обмен
учениками, и публичные диспуты, дискуссии, обмен сочинениями для
критики, или перевода, и деятельность особых объединений визан­
тийских интеллектуалов, так называемых театров, предшественников
получивших на Западе распространение в эпоху Ренессанса академий,
и изощренные эпистолярные практики, и обмен дарами. Особое зна­
чение в институализации интеллектуальной среды приобрели именно
«театры», где проводилось публичное испытание мыслительных спо­
собностей, искусства риторики, ведения полемики тех, кто закончил
постижение наук и мог рассчитывать на вхождение в круг избранных.
Богат многими новыми идеями анализ гуманистических тенден­
ций в интеллектуальной жизни поздней Византии. Автор отмечает, что
особый византийский гуманизм стал реакцией на исихазм и паламизм.
Сквозь антикизирующие топосы гармонии, красоты, моря, природы,
города в рефлексии византийских интеллектуалов проступает озабо­
ченность судьбой Константинополя и империи. Наиболее глубокие умы
предвидели трагическую участь Византии, однако одновременно им
была присуща твердая убежденность в извечности имперской идеи и
столицы христианской ойкумены, которая передаст свою харизму до­
стойному преемнику.
Новые ориентиры задают и размышления Т.В. Кущ о реакции ин­
теллектуалов на реальные вызовы и угрозы, которые выпали на долю
Византии в XIV-XV вв.: здесь и конфронтация в обществе, и обост­
рение внутридинастической борьбы, и эпидемия чумы, и османская
экспансия. Пессимизм интеллектуалов порождался не столько этими
бедами, сколько упадком нравов, патриотизма, образования в Византии.
В качестве действенного средства изменения ситуации были предложе­
ны доктрины неоэллинизма Георгия Гемиста Плифона и «византийского
национализма» Мануила Хрисолоры. Последний говорил о необходи­
мости возрождения школ, наук, языка как условий не только свободы,
но и сохранения империи.
Исключительно ценны результаты исследования кросс-культурного
диалога Византии с Западом, проведенного Т.В. Кущ. Латинофильство
автор справедливо рассматривает как форму инакомыслия по отноше­
нию к позиции ортодоксии. Однако подобное инакомыслие не подавля­
лось государством, а, напротив, порой им культивировалось, поскольку
сама власть выступала инициатором обновления Византийской империи
на путях унии с Западом. Латинофильство стало решающим фактором

Рецензии
511
интеллектуальной эмиграции из Византии в страны Западной Европы, в
первую очередь в Италию.
В общем, монография Т.В. Кущ вносит существенный вклад в из­
учение сложного инеоднозначного историко-культурного феномена -
интеллектуальной среды Византии в решающей стадии существования
империи.
Как всякое исследование, осуществляющее прорыв в научном по­
знании, монография Т.В. Кущ неизбежно порождает вопросы и тем са­
мым стимулирует дискуссию.
Прежде всего насколько приемлема категория «интеллектуал» в от­
ношении византийской духовности палеологовской эпохи? Известно,
какую критику вызвала монография Жака Ле Гоффа «Интеллектуалы в
Средние века»!". Отмечалось, что так называемые интеллектуалы не за­
нимались светскими областями познания, не были ориентированы на
постижение научной истины, которая может быть обоснована средствами
разума, подтверждена экспериментом и праксисом, не обладали свободой
мысли, а главное - не обладали научным знанием, которое сообщает зна­
ющему особую внутреннюю силу, способность пожертвовать собствен­
ной жизнью ради истины. Предлагалось пользоваться более надежным
и утвердившимся термином «книжники». Это говорилось относительно
средневекового Запада, где были университеты, факультеты не только бо­
гословия, но и права, медицины. В Византии поле проявления интеллек­
туальной индивидуальности было и того уже. Те византийцы, что блиста­
ли умом и красноречием, состояли на государственной службе империи
и, стало быть, в еще большей степени были несвободны; они отличались
не упорством в постижении и отстаивании истины, но двоемыслием, сер­
вильностью, показной лояльностью императору и ортодоксальной церк­
ви; никто из них не был способен жертвовать не только жизнью, но и хотя
бы частью своего благополучия ради великой цели приближения к истине.
Конечно, они были необыкновенно образованны, обладали широкой эру­
дицией, знанием классических авторов, в совершенстве владели искусст­
вом слова, писаного и устного. Но это были, скорее, риторы, литераторы,
кого на Западе в ту же эпоху называли «litterates».
Далее, хотелось бы остановиться на вопросе корпоративной инсти­
туализации интеллектуальной среды поздней Византии, тем более, что
он приобретает особую остроту в силу акорпоративности византийского
общества в целом. Да, здесь сложились свои неписанные нормы, моде­
ли, механизмы профессиональной коммуникации, сложились представ­
ления об авторитете, школе, мыслительной преемственности от учителя
к ученику. И все же этого мало для определения сообщества византий­
ских интеллектуалов как корпорации. Это - еще лишь протоинституа­
лизация поздневизантийской интеллектуальной среды, которая так и не
получила своего завершения, была насильственно прервана турецким
10 Le Goff J. Les intellectuels аи Моуеп age. Р., 1985.

512
Рецензии
завоеванием. Здесь недостает легитимации отношений в ученой среде,
каковая была на Западе с XII в. и даже в тех областях византийского
культурного круга, где доминировали принципы унии. Скажем, в сре­
де армянской диаспоры в Кафе, которая была беспросветной перифе­
рией по сравнению с Константинополем, сложил ась корпорация про­
фессоров бывшего Татевского университета, и там проводились защиты
диссертаций, присваивались ученые степени бакалавров и магистров.
Образованное сообщество палеологовской Византии более похоже на
воображаемую «литературную республику», своеобразное экспертное
сообщество, которое диагностировало состояние империи, высказывало
обоснованные прогнозы на дальнейшее развитие событий, но не знало
ученой иерархии, строгих правил адаптации в свою среду, совершения
особых процедур посвящения, ритуалов инвеституры с клятвами и при­
сягами. Здесь, быть может, более уместно рассматривать коммуникацию
в образованной среде Византии в контексте модных сегодня на Западе
концепций «социальных сетей», или soziale Netzwerke, если воспользо­
ваться терминами Зиты Штекель!'.
Невозможно обойти молчанием еще один момент. В монографии
достаточно широко используется понятие «наука». Однако в какой мере
можно о таковой говорить применительно к Византии конца XIV - пер­
вой половины ХУ в.? Наука сопряжена со светской системой образова­
ния, опирается на личностную самоидентификацию ученого, на разви­
тие свободной мысли, созидательные способности исследователя. Если
в античности наукой наук выступала философия, в Средние века - те­
ология, то в эпоху Возрождения на статус всеобъемлющей науки стала
претендовать мантика, вбирающая в себя и натурфилософское знание, и
алхимию, и астрологию, и магию, как убеждают работы Аби Варбурга,
Фрица Заксля, Фрэнсис Йейтс'? и др. В действительности, всё это - еще
донаучное состояние знания, это еще - протонаука. Знанию «высоко­
лобых» в ту эпоху достаточно сильную оппозицию составляло «народ­
ное знание», культивируемое учениками, путешественниками, купцами,
ремесленниками. Все великие открытия того времени были совершены
как раз представителями этого сниженного знания, что вновь отражает
донаучный статус мировоззрения как Византии, так и современной ей
Западной Европы.
В целом, высказанные в порядке полемики суждения делают моно­
графию Т.В. Кущ только еще более привлекательной для последующей
рефлексии.
А.г. Еманов
11 SteckeZ S. Kulturen des Lehrens im Ргй- und Hochmittelalter: Ашогпёг und Netz­
werke von Gelehrten. кеь, Weimar; Wien, 2011.
12 WаrЬиrg А. Die Erneuerung der heidnischen Antike. Вепгаае zur Geschichte der
ецгорёгзспеп Renaissance / Hrsgb. von Н. Bredekamp und М. Diers von Olden­
bourg. Berlin, 1998; SaxZ F. Lectures. L., 1957; Yates F. Giordano Bruno and her­
metic tradition. L.; Chicago, 1964.

ФЕНОМЕН РЕФОРМ НА ЗАПАДЕ И ВОСТОКЕ ЕВРОПЫ
В НАЧАЛЕ НОВОГО ВРЕМЕНИ (XVI-XVIII ВВ.). СБОРНИК
СТАТЕЙ / ПОД РЕД. М.М. КРОМА, Л.А. ПИМЕНОВОЙ. СПБ.:
ИЗДАТЕЛЬСТВО ЕВРОПЕЙСКОГО УНИВЕРСИТЕТА В САНКТ­
ПЕТЕРБУРГЕ, 2013.364 С.
В основу сборника статей «Феномен реформ на западе и востоке
Европы в начале Нового времени (XVI-XVIII вв.)» положены материа­
лы -международной конференции, проходившей 15-16 марта 2012 г. в
Европейском университете в Санкт-Петербурге. Ее участниками стали
ведущие российские и зарубежные специалисты по истории раннего
Нового времени. Конференция была подготовлена в рамках активно раз­
виваемого на факультете истории Европейского университета направ­
ления сравнительно-исторических исследований, которое возглавляет
М.М. Кром. ,�.�
Важно отметить редкий для России и при этом крайне выигрыш­
ный формат издания: наряду с авторскими статьями отечественных и
иностранных участников, написанными по итогам докладов на конфе­
ренции, а также специально подготовленными для сборника переводами
исследований историков из Франции и Швеции, в книгу вошли наибо­
лее значимые фрагменты дискуссии между участниками конференции.
Вопросы и замечания, связанные с текстами докладов, не только поз­
воляют погрузиться В живую атмосферу интеллектуального поиска, но
и намечают спорные пункты и перспективы исследования каждого из
сюжетов в частности и развития заявленной темы «феномена реформ»
в целом.
Исследование феномена реформ, по замыслу организаторов проек­
та, должно было носить, во-первых, компаративистский характер, по­
зволяющий определить как общеевропейские черты данного явления,
так и проследить его региональную специфику. При этом можно гово­
рить о том, что сравнительный анализ феномена «реформ» реализовался
сразу в нескольких плоскостях. Как следует из самого названия книги,
первоочередной целью является сопоставление практик и интерпрета­
ций «реформ» на Западе Европы и в России. Кроме того, компарати­
вистский подход полностью оправдан и при рассмотрении различного
рода «реформ» непосредственно в западноевропейских монархиях,
демонстрировавших множественность оттенков и моделей процессов
«реформирования». Наконец, неизбежным оказалось и сопоставление
более ранних и архаичных способов восприятия «реформ», характер­
ных дЛЯ XVI-XVII столетий и построений более поздних, относящихся
к XVIII в.
Вторым моментом, объединяющим представленные в книге иссле­
дования, является обращение к истории понятий В духе школы Р. Козел­
лека. Понимание современниками термина «реформа», его раскрытие

514
Рецензии
в разноплановых источниках - словарях и лексикографиях, теологи­
ческих и политических трактатах, правовых памятниках, документах,
регулировавших деятельность администрации и формирование армии,
было не просто многогранным; особую роль играл сам способ интер­
претации понятия и связанных с ним идей в рамках того или иного
дискурса. Возможности, которые открываются перед исследователем
феномена реформ при сочетании исторической компаративистики и
истории понятий, подробно освещены в предисловии М.М. Крома и
Л.А. Пименовой.
Пожалуй, главным «сквозным» вопросом, на который в той или
иной степени отвечает каждая из статей настоящего издания, является
то, когда и под воздействием каких факторов термин «реформа» транс­
формировался от характерно средневекового концепта «реформации»
как восстановления искаженной формы, или восстановления должен­
ствующего порядка, к «реформе» как преобразованию и сознательной
новаторской деятельности. (Последняя трактовка в историографии тра­
диционно считалась очевидным признаком формирования государства
Нового времени). Действительно ли подобная трансформация полно­
стью осуществилась в Европе к концу XVIII столетия или же элементы
традиционных представлений о «реформационной» деятельности мо­
нархов или их представителей продолжали присутствовать в общест­
венном сознании и, соответственно, влиять на восприятие потестарных
отношений?
Для медиевиста совершенно очевидным является тот факт, что
понятия теологического, «социального» и политического словаря как
высокого, так и позднего Средневековья сохраняли свою актуальность
на протяжении XVI и XVII столетий. Авторы сборника не подвергают
сомнению и даже подчеркивают огромную роль континуитета между
традиционными средневековыми концепциями «реформации» и их
воплощением в период раннего Нового времени. Поэтому, возможно,
издание могла бы обогатить статья, посвященная трактовкам термина
«реформа» в его сугубо средневековом восприятии.
Статьи сборника «Феномен реформ» объединены в пять тематиче­
ских разделов. Первый из них озаглавлен «Модели реформ в странах
Европы XVI-XVIII вв.». Открывает раздел статья В.А. Аракчеева, пос­
вященная реформам местного управления в России второй половины
ХУI в. - земской реформе и попытке отмены системы кормлений. Инсти­
туциональный подход к изучению данной темы позволяет автору проде­
монстрировать неполитический характер изменений, затронувших сис­
тему кормлений. По сути, земские реформы оказываются не чем иным,
как корректировкой фискальных практик, воплощавшихся в различных
формах в зависимости от региона и в большой степени регулировавших­
ся обычным правом. Это ставит под сомнение устоявшийся в советской
и российской историографии тезис о существовании политических про­
тиворечий между централизованным государством и феодальной знатью

Рецензии
515
в России середины ХУI в. По мнению автора, монархия претендовала
на роль посредника в отношениях между кормленщиками и податным
населением, посредника, целью которого была корректировка сущест­
вующих отношений, но не преобразование системы в целом.
Следующие три статьи раздела посвящены политическим практи­
кам западноевропейских монархий раннего Нового времени. П.Ю. Ува­
ров, говоря о проектах преобразований во Франции в период правления
Генриха 11, ставит вопрос о времени и механизмах изменений в воспри­
ятии термина «реформа». Рассматривая Францию прежде всего как «су­
дебную монархию», а ее ведомства - в качестве органов юстиции, автор
подчеркивает осторожный и утилитарный, однако достаточно настой­
чивый характер законодательных корректировок, или «починок», ини­
циировавшихся Франциском 1 и в еще большей степени - Генрихом 11.
Интерпретируя неоднозначный и во многом провокационный трактат
Рауля Спифама, он допускает возможность возникновения уже в се­
редине ХУI в. плана генерализации выгодных для монарха практик и
обычаев. Тем не менее план этот представлен как масштабное восста­
новление «старины», гарантирующее, помимо прочего, духовное благо
подданных. Автор фиксирует тот факт, что в 1775 г. в переиздании тек­
ста Спифама «реформам» уже придан новый, «абсолютистский» смысл
рационально продуманных улучшений. Ключом к изменениям видятся
прежде всего религиозные войны, в ходе которых было утрачено пред­
ставление о единстве общества как единого Тела Христова. Остается,
однако, открытым вопрос о том, возможно ли про следить какие-либо
промежуточные звенья в развитии понятия «реформ» между серединой
ХУI и 70-ми годами XVIII в.
Статья С.Е. Федорова посвящена так называемому Великому кон­
тракту - неосуществленной реформе королевских финансов при Якове
Стюарте и его взаимосвязи с судьбами ега: moderne. Сюжет «Великого
контракта» иллюстрирует более масштабный процесс становления бри­
танского варианта етаг moderne, предполагавший процесс отчуждения и
централизации домениальных и прерогативных финансов короны, по­
степенную ликвидацию остаточных явлений камеральной администра­
ции и преобразование королевской службы в сугубо гражданский инсти­
тут. Руководствуясь как чисто экономическими, так и династическими
(отказ от консерватизма Тюдоров) соображениями, монарх предлагал
«нации», т.е. локальным сообществам, интересы которых представлял
парламент, соглашение - отказ от ряда прерогатив в обмен на денежные
субсидии. Однако соглашение, изменявшее первоначальный характер
субсидии как свободного дарения нации в пользу взаимовыгодного кон­
тракта, или сделки, было отвергнуто парламентом. Монарх, фактически,
был принужден вернуться к социально востребованной роли хранителя
и гаранта традиционных практик.
Л.А. Пименова в своей статье «Реформы и реформаторы во Франции
в век просвещения» более пристально сосредоточивается на толковании

516
Рецензии
самого термина «реформа», обращаясь как к хорошо известным слова­
рям и энциклопедиям, так и к менее изученной практике употребления
данного термина в практике административных, финансовых и военных
преобразований XVIII столетия.
Дискуссия, развернувшаяся по итогам докладов, обнаружила, что
наиболее спорным сюжетом, так или иначе затрагивавшимся всеми уча­
стниками, стал вопрос контракта. С точки зрения С.Е. Федорова, имен­
но контракт, Т.е. поиск компромисса между монархией и нацией, впо­
следствии, уже в XVIII-XIX ВВ., начал восприниматься как «реформа».
Вопросы П.Ю. Уварова и Л.А. Пименовой касались того, с кем именно
и в каких институциональных или символических формах заключался
контракт короля с его подданными.
Второй раздел книги - «Реформы и общество раннего Нового вре­
мени» - посвящен восприятию обществом, как западноевропейским,
так и российским, тех событий и изменений, которые в историографии
трактовались в качестве «реформ». Статья Ж.-Ф. Шоба носит наиболее
теоретический характер и демонстрирует огромный потенциал поли­
тической системы католических монархий Пиренейского полуострова.
Ж.-Ф. Шоб характеризует эту систему как амбивалентную, признаю­
щую высшее положение суверенной власти и одновременно диктую­
щую условия ее отправления. Реализация подобной амбивалентности
была возможной благодаря тщательно выстроенной правовой теории,
служившей универсальным методом интерпретации властных реалий.
Статьи А.В. Лазаревой, П.В. Седова, Д.А. Редина и Е.В. Акельева
и Е.Н. Трефилова объединены сюжетом, который можно было бы на­
звать «реформой нравов». А.В. Лазарева освещает тему трансформации
поведенческих норм, выходя на актуальный сегодня сюжет формиро­
вания коллективных идентичностей, в данном случае - идентичности
протестантской и идентичностей региональных, связанных с конкрет­
ными княжествами. «Реформация» нравов заключалась в возвращении
к традиционным и потому «соответствующим немецкому духу» обы­
чаям в противовес «новому», синонимичному также «иностранному».
К сходной тематике, однако уже на российском материале, обращается
Д.А. Редин в статье о восприятии петровских реформ провинциальным
чиновничеством Сибири. Провинциальной администрации монархия
навязывала нечто большее, чем изменение норм бытового поведения,
а именно - новую социокультурную роль, а также необходимость ис­
полнять миссию посредника и проводника тех преобразований, суть
которых оставалась не вполне ясна по меньшей мере из-за невозмож­
ности в сжатые сроки усвоить изменения в языке делопроизводства и
администрирования. То, что в историографии традиционно оценивалось
как намеренное сопротивление или саботаж петровских новаций, на
поверку оказывается лишь неготовностью провинциальной админист­
рации к быстрой адаптации к изменившимся условиям. Е.В. Акельев и
Е.Н. Трефилов в очерке, посвященном проекту европеизации внешнего

Рецензии
517
облика подданных в' России первой половины XVIII в. рассматривают
«брадобритие» петровской эпохи как классический пример если не до
конца продуманной, то, по меньшей мере, целенаправленной новатор­
ской деятельности короны. Обращение к обширному источниковому
материалу делает картину данного аспекта «реформы нравов» живой и
яркой. Наконец, П.В. Седов в статье о традициях и новациях в церков­
ной реформе Петра 1 делает не слишком привычные для российского чи­
тателя, однако прекрасно аргументированные выводы о том, что успех
петровских преобразований обеспечивался глубокой укорененностью в
сознании подданных представлений о божественной сущности царской
власти. В период петровских реформ речь шла отнюдь не о секуляриза­
ции царской власти а, напротив, об отчетливом акцентировании ее сак­
ральных оснований.
Разнообразным риторическим приемам, необходимым для соот­
ветствующей репрезентации начинаний монархии, посвящен третий,
сравнительно небольшой раздел книги - «Риторика и практика реформ
XVII-XVIII вв.». Статья О.Е. Кошелевой и Е.Н. Наседкина обращает
внимание на ясно прослеживающийся континуитет в риторике, сопро­
вождавшей проводившиеся властью преобразования XVII столетия
и петровского времени. Авторы обращают внимание на то, что пред­
ставление о качественном водоразделе между допетровским «временем
традиции» и петровским «временем новации» про истекает из того, что
внимание исследователей ограничивается, преимущественно, деклара­
циями власти, а огромный пласт «рутинной» риторики административ­
ных и правовых документов ускользает из виду. ю. Нурдин, освещая
политические реформы и риторику в Швеции XVIII в., отмечает то,
что весь комплекс понятий, связанных с «реформированием», «про­
свещением» и конституционными преобразованиями воспринимался
и интерпретировался в контексте лютеранской конфессионализации,
при этом господствовавшие в шведском обществе правовые воззрения
формировались под влиянием традиционного аристотелизма. Взятые
в совокупности, эти две черты ставили под вопрос саму возможность
адаптации системы управления к реальным политическим обстоятель­
ствам. В своем исследовании автору удается ясно продемонстрировать,
как в шведском обществе благодаря эволюции именно правовых док­
трин постепенно складывались условия для изменений.
Четвертый раздел «Феномена реформ» озаглавлен «Трансферы:
заимствование иностранных образцов и моделей в России XVII­
XVIII вв.». Как демонстрируют приведенные фрагменты дискуссии,
содержание статей этого раздела оказалось наиболее уязвимым дЛЯ кри­
тики. В очерке О.А. Курбатова реконструирован процесс заимствования
русской армией военно-теоретических моделей XVII в.; проведенная
реконструкция является результатом тщательно проведенных архивных
исследований. Статьи Д.О. Серова (<<Сценарии заимствования западно­
европейских институтов в ходе административных и судебных реформ

518
Рецензии
Петра 1») и г.о. Бабковой (<<Реформы Екатерины 11 в области уголовно­
го права в сравнительной перспективе») исследуют попытки трансфера,
соответственно, шведской и английской моделей правовых институтов
и практик на русскую почву.
Наиболее спорной выглядит статья г.о. Бабковой, в которой освеща­
ются заимствования, сделанные при составлении проекта «Уголовного
уложения» Екатериной Великой из трактата У. Блэкстона «Комментарии
на английские законы». Представляется более чем поспешным вслед за
автором статьи характеризовать «Комментарии» Блэкстона как органич­
ную часть политико-правовой теории Просвещения. Данный трактат
является естественным продолжением самобытной традиции развития
английского общего права - системы замкнутой и методологически са­
модостаточной. Прочтение текста Блэкстона как глазами Монтескье, так
и Екатериной 11 - людьми, крайне далекими от профессиональной куль­
туры английских юристов, несомненно, оказывалось весьма тенденци­
озным; читатель, мысливший категориями французского Просвещения,
«узнавал» в тексте английского юриста тот образ идеализированной
британской монархии, который уже был сформирован в произведениях
французских просветителей.
«Типы и личности реформаторов ХУ1-ХУ111 вв.» - так озаглавле­
на пятая, финальная, часть сборника статей. Коллективный портрет
реформаторов - советников бюргерского происхождения в немецких
княжествах ХУ1 в. представлен Т.Н. Таценко; я.и. Прокопенко освеща­
ет деятельность «политического инженера» Генриха фон Вика в ходе
петровских реформ; наконец, М.В. Эберхардт обращается к фигурам
знаменитых французских политических деятелей - канцлеру Мопу и
генеральному контролеру финансов Тюрго.
Опубликованные в книге материалы охватывают весьма широкий
круг тем в рамках заявленной проблематики «реформ», однако нель­
зя не заметить, что «западный» и «российский» блоки исследований,
оперируя единым методологическим и понятийным инструментарием,
обнаруживают не так много точек соприкосновения, как хотелось бы.
Из фрагментов опубликованной дискуссии очевидно, что в чистом виде
«западные» сюжеты почти не вызывали интереса у «российской» груп­
пы участников. Заметным исключением, вызвавшим массу вопросов
со стороны русистов, стал доклад Т.Н. Таценко; впрочем, большинство
заданных вопросов были направлены на детализацию и уточнение сю­
жетов, освещенных в выступлении.
С другой стороны, в статьях, посвященных опыту преобразований
в России, авторы обнаруживают прекрасную осведомленность как о за­
падноевропейских реалиях раннего Нового времени, так и о современ­
ном опыте исследований административных и правовых институтов, со­
циальных структур, политического символизма, риторики. Подобного
рода «трансферы», несомненно, способны обогатить и придать новые
импульсы современной российской русистике. Этим можно объяснить

Рецензии
519
и то обстоятельство; что именно сюжеты, связанные с заимствованиями
западноевропейских моделей и практик в ходе российских преобразо­
ваний, стали в ходе конференции тем полем, где участникам дискус­
сии действительно удавалось вести плодотворный диалог и тем самым
реализовать подлинно компаративистский подход. Период «Великих
реформ» во всей его многогранности как в монархиях Западной Евро­
пы, так и в России, представляется эпохой, при исследовании которой
именно методы современной компаративистики имеют обширные перс­
пективы, а диалог между специалистами по европейской и отечествен­
ной истории способен обозначить новые горизонты для современной
исторической науки.
А.А. Паламарчук

Горфункель АХ. ТРУД,НАУКИ И ИЗВОРОТЫ ШАРЛАТАНСТВА:
О РЕМЕСЛЕ ИСТОРИКА. СПб.: «Дмитрий Буланин», 2013. 464 с.
Нижеследующий текст является откликом на недавно вышедший
и очень полезный с сегодня, как мне представляется, труд известного
советского и российского историка культуры Возрождения, книговеда,
постоянного автора «Средних веков» Александра Хаимовича Горфунке­
ля. Формально названный выше сборник является переизданием статей,
отзывов на научные события и рецензий разных лет, с добавлением не­
скольких впервые публикуемых работ такого же рода и приложений к
прежним.
Вероятно, если бы эти отзывы и рецензии ограничивались в свое
время злобой дня и пересказом того, что находится и чего недостает
в рассматривавшихся там сочинениях, сборник можно было бы счи­
тать просто некоторым суммированием плодотворных и кропотливых
многолетних усилий авторитетного ученого в этой области, важной, но
обычно не приоритетной в общем творческом контексте.
Однако, как явствует уже из заглавия, навеянного строками Пушки­
на, сам автор видит в собранных им работах некий общий пафос, при­
дающий им известную целостность, некое единство, выводящее на раз­
говор о ремесле историка вообще. Кстати сказать, это словосочетание,
ставшее особенно популярным после перевода на русский язык книги
Марка Блока «Апология истории, или ремесло историка» CApologie pour
l'histoire, ои Мепег d'historien, ссылка в рассматриваемой публикации
на с. 7), уже вызывает вопрос: а является ли продукт работы историка
ремесленным изделием? Коротко на него можно было бы ответить так:
занятия историей - призвание, или даже дар, как бывает дар писателя,
художника и философа, поэтому слова «я - историк», на мой взгляд,
иногда звучат слишком громко, как «я - поэт» и так далее. В то же вре­
мя уже стало привычным, что историк - это профессия, как философ,
даже писатель и даже поэт, и в этом деле, как во всякой профессии, есть
основы, тайны, и, наверное, правила ремесла, знать которые и владеть
которыми обязан и гениальный художник. Все это к тому, что занятия
историей ремеслом все-таки не исчерпываются, как можно увидеть и в
книге самого А.Х. Горфункеля на примерах ученых, о которых он гово­
рит, да и на его собственном примере.
Итак, стержневой проблемой, через которую А.Х. Горфункель
смотрит на свои критические работы Са критика - это особый жанр в
гуманитарной науке, по крайней мере, европейской), является проблема
соотнесения подлинной науки С «плоды долгих изучений и терпеливых
разысканий» ) и шарлатанства С «порицание предшественников, новизна
взглядов, приноровление модных понятий к старым давно известным
предметам»), Слова в скобках, как и курсив, принадлежат не автору кни­
ги, а позаимствованы из небольшой рецензии А.С. Пушкина, ни много

Рецензии
521
ни мало как на словарь о святых, откуда и общий к этой книге эпиграф.
Наверное, взгляд Пушкина в целом был более стереоскопичен, т.е. поэт
признавал важность авторской концепции, вспомним хотя бы его оценку
неоднозначной «Истории» Карамзина - «труд великого писателя и по­
двиг честного человека»; да и вообще тезис и его воплощение в тексте
обычно редко совпадают полностью, но как отправной пункт для нави­
гации по книге А.Х. Горфункеля избранный им критерий оценки очень
важен. Речь идет о том, «как использовали историки материал источни­
ков», насколько им удавалось «раскрыть смысл исторических событий
и передать в своих сочинениях точные сведения о том, как оно было «на
самом деле», по вошедшему в пословицу изречению немецкого историка
XIX в.» (с. 7, курсив автора книги). Было бы нелепо спорить с азбучной
истиной о необходимости изучения источников для понимания того, что
же происходило в истории на самом деле. Навряд ли ее станет оспари­
вать самый заядлый «проблемщик» - любопытное деление историков на
источниковедов и «проблемщиков» А.Х. Горфункель упоминает, ссыла­
ясь на своего коллегу, знаменитого археографа В.И. Малышева.
Другое дело, что сегодня слова «источники» и «на самом деле» уже
не воспринимаются столь однозначно как десятилетия назад, не говоря
о XIX в. и, по-видимому, значение человеческой субъективности или
«субъектности»! для интерпретации исторических источников и во­
обще всего того, что попадает в поле зрен,ИЯ исследователя, точно так
же никто не будет отрицать. Источник нем без читателя. Выбор темы,
постановка задачи, отбор этих самых «источников», их истолкование
всегда субъективны и обусловлены личным, социальным, групповым и
прочими контекстами, в которых работает ученый, сколь бы широки эти
контексты ни были.
Это замечание мне представляется необходимым, чтобы понять
внутреннюю логику книги А.Х. Горфункеля, которая не во всем строго
следует описанному выше исходному тезису, и, по-видимому, свидетель­
ствует как раз о том, что любую реальность, в том числе и реальность
научной практики, очень трудно вписать в самую бесспорную схему.
Например, автор говорит, что в первых двух частях книги он показыва­
ет, как работают серьезные историки, соблюдающие все правила своего
ремесла и взыскующие самой строгой истины. Однако в первой части,
посвященной исключительно проблемам Возрождения и состоящей все-
"'j,' г .
го из двух статей, помещен отзыв на раБОТУ,А.Ф. Лосева «Эстетика Воз-
рождения», которая в отличие от других его произведений и от исследо­
ваний Д.С. Лихачева, разбираемых рядом, как раз является образчиком
предвзятости и принесения фактов «в жертву собственным построени­
ям», что, собственно, и показывает А.Х. Горфункель. Построения од­
ного из самых выдающихся отечественных антиковедов сами по себе
интересны и заслуживают внимания, но говорить о его работе с источ-
1 Цитируемый А.Х. Горфункелем уточняющий термин Л.М. Баткина (с. 170).
18 3ak. 289

522
Рецензии
никами применительно к истории Ренессанса навряд ли приходится, в
большинстве случаев сведения Лосевской монографии взяты из вторых
и третьих рук, во всяком случае они явно подгоняются под заранее при­
нятую автором концепцию. В то же время многие из тех талантливых
и, несомненно, добросовестных ученых, о которых идет речь во второй
части книги, были зачастую лишены возможности работать с тем, что
называется: «источниками» в классическом смысле, т.е. с архивными
материалами, находящимися в далеких странах, и восполняли этот не­
достаток чтением публикаций, монографий и старых книг; надо сказать,
что упомянутые трудности отчасти и подстегивали исследовательский
интерес, а также заставляли историков сосредоточиться на каких-то сто­
ронах интерпретации их источников, которые могли бы ускользнуть от
их внимания, будь они погружены в архивные материалы.
Вообще статьи· второй части сборника, посвященные коллегам и
друзьям автора,' представляют собой, наряду с прочим, своего рода па­
мятник безвозвратно ушедшей эпохе и ее людям, дополняющий чрезвы­
чайно содержательные и любопытные воспоминания А.Х. Горфункеля,
которые он частично опубликовал в приложении к «Средним векам», где
собраны мемуары советских итальянистов, и продолжает публиковать
в других изданиях. Тут и историк новейшего времени В.М. Алексеев, и
филолог А.М. Панченко, и медиевисты А.И. Хоментовская, в.и. Райцес
и Бруно Нарди, и петербургский д' Артаньян л.и. Тарасюк и даже его
политически грамотный кот Мурзик. Ценность сведений, суждений и
оценок, приводимых автором в этом разделе книги, не вызывает сомне­
ний, именно потому, что они проникнуты личным И далеко не беспри­
страстным отношением к описываемому, в частности, к судьбам замеча­
тельных ученых, которым приходилось сталкиваться отнюдь не только
с творческими. проблемами.
В общем, с моей точки зрения, не вызывает больших возражений
и подборка отзывов, вошедших в третью часть книги, «Полемика» -
постольку, поскольку это действительно полемика. Надо, однако, отме­
тить, что и эта подборка сразу наводит на мысль о том, как трудно объ­
единить в одной рубрике и по одному принципу, даже если это просто
добросовестность/недобросовестность, не говоря уж о таком качестве,
как наличие или отсутствие источниковедческого анализа, материалы
столь разного жанра, как воспоминания мэтра отечественной медиевис­
тики А�Я. Гуревича и бредовые построения «новой хронологии», скоро­
спелые сенсационные гипотезы о шпионской деятельности Джордано
Бруно и «Манифест историософского маньеризма» С.А. Экштута.
Поэтому и я' хотел бы дополнить свой отклик некоторыми, доста­
точно разрозненными, а при такой пестроте предмета они и не могут
быть иными, замечаниями, возникающими при чтении книги. Вероятно,
они также носят скорее критический характер, но почему-то хвалебные
рецензии читать скучнее, чем спорные, однако побуждающие к размыш­
лению тексты.

Рецензии
523
Некоторые вопросы появились у меня при чтении статей, посвящен­
ных Ренессансу, эпохе (или как некоторые предпочитают говорить сегодня,
течению) в истории мировой культуры, предмету, и мне не чуждому.
Мне совершенно не кажется «глубоко верной» (с. 30) данная
А.Ф. Лосевым формулировка «конечной цели развития человеческой
культуры», а именно «заменить индивидуальную и изолированную че­
ловеческую личность исторически обоснованным коллективом». Если
вообще у человеческой культуры имеется конечная.як месту ли такое
слово?) цель, то исторически обоснованный (опять-таки, не очень по­
нятное выражение) коллектив представляется не столькоее воплощени­
ем, сколько исходным пунктом (стадо). Как тут же показывает А.Х. Гор­
функель, судя по тому, что нам пока говорит история, путь человечества
лежит не столько через растворение личности в коллективе, как бы он
ни был исторически обоснован, сколько «через высвобождение чело­
веческой личности, явившееся главным историко-культурным результа­
том Возрождения». К этой же одной из центральных проблем в оценке
Возрождения, спорам о личности, А.Х. Горфункель возвращается при
разговоре о полемике Л.М. Баткина с А.Я: Гуревичем, к разбору кото­
рой вряд ли стоит что-то добавлять кроме того, что многое' в нашей на­
уке зависит именно от формул и определений, никак не поддающихся
попыткам придать им окончательный вид. На практике расхождения в
них и порождают споры, не имеющие исхода. Термин «новоевропейс­
кая личность», конечно, счастливо разрешает эту проблему.хогя и не до
конца, так как возникает спор о том, была ли эта «новая; европейскость»
в античности, хотя бы в зачатке, и Т.П. ПО мне, так подобные споры сле­
дует решать на метафизическом уровне, то есть сначала выяснить, что
такое личность «вообще». Тогда, может быть, выяснится, что она в том
или ином виде есть если не у всех живых существ, то по крайней мере у
животных, на которых мы похоже куда больше, чем мы (люди), а может
быть и они, думаем.
В связи с этим мне трудно разделить эмоции автора книги, да и са­
мого Л.М. Баткина по поводу рождения в муках новой нравственности,
предполагающей сугубо личную ответственность за выбор, «нравствен­
ности человеческого решения». «Читать это нелегко: дрожь пробира­
ет», - пишет А.Х. Горфункель (с. 166). Странно, чтение даже страшных
рассказов если и вызывает дрожь, то катартически-приятную, поскольку
тут переживание виртуально. От чего должна была бы пробирать дрожь,
так это от самой жизни и ее устройства, основанного на хищничестве
и насилии - увы, но не мы сами это устройство придумали. В челове­
ческом мире неприятно скорее другое, то что рождение нового инди­
вида не привело пока к небывалому развитию его высокой осознанной
нравственности, повсеместному уважению к личности и Т.П., а привело
к расцвету массовой культуры, навязыванию пошлых стереотипов и
связанной с ними глубокой внутренней неудовлетворенности и, соот­
ветственно, агрессивности.

524
Рецензии
в связи с этим закрадывается мысль: а так ли уж справедлива кра­
сивая средневековая фраза о том, что «мы карлики, стоящие" на плечах
гигантов» (С. 168). Я бы добавил сюда еще больше скромности и пред­
ложил такую формулировку: « ... мы карлики, стоящие на плечах мно­
жества других карликов». (Можно было бы переиначить ее и наоборот,
но нагромождение гигантов кажется мне менее эстетичным и совсем
нескромнымт.- Продолжая тему индивидуальности, субъективности,
художественного и научного творчества, критериев оценки отдельных
произведений, обращусь к упомянутому выше небольшому тексту
С.А. Экштута, который вызвал у А.Х. Горфункеля возмущение отказом
от принципов объективности, достоверности и доказательности и по­
тому попал в один ряд с уже заклейменными только что и мной тоже
продуктами современной (епостсовременной»! - пишет автор сборни­
ка) массовой культуры. Меня в «Манифесте» заинтересовало то, что там
дается прогноз развития науки на ближайшие годы, и так как после его
публикации прошло уже 15 лет, можно судить о достоверности этого
прогноза. «Тяга к потустороннему и неземному» проявилась в полной
мере, но пока все-таки не в науке, а в около- и псевдонаучных книгах
и телепередачах о загадках и тайнах истории. Предсказание великого
будущего для «историософских опытов» мне лично очень импонирует,
хотя я не вижу, увы, настоящего взлета этого жанра и массовой тяги к
нему читателя; что касается наступающей важности рецензий, то тут
С.А. Экштут, можно сказать, прямо льет воду на нашу с Александром
Хаимовичем мельницу.
Еще один существенный тезис, который привлек внимание
А.Х. Горфункеля, связан с цитатой из Ю.Н. Тынянова: «Там, где кон­
чается документ, я начинаю», - здесь автор рецензии видит в «Мани­
фесте» оправдание «произвольных домыслов и построений» (С. 416).
Не берусь судить о справедливости такого обвинения, тем более что
примеры, приводимые А.Х. Горфункелем (Л.Н. Гумилев, И.М. Гилилов
и др.), действительно не выглядят образчиками строго выверенных науч­
ных теорий. Но идея сопоставить научное и художественное творчество
не только в их различии, но и в их сходстве меня привлекает. В опреде­
ленном смысле слова Ю.Н. Тынянова применимы и к работе историка:
ведь она не может сводиться к простому воспроизведению документа, и
даже к его палеографическому, археографическому и прочему разбору.
Уже здесь начинается интерпретация, т.е. нечто, выходящее за рамки од­
нозначности; что же говорить о множестве других контекстов, в которых
должен разворачиваться труд историка: сравнение с другими докумен­
тами, знание языка, обстановки, событий, историографии и так далее
до бесконечности. Интерпретация влечет за собой субъективность, хотя
бы это была субъективность на общечеловеческом уровне, т.е. в рамках
общих понятий, выработанных человечеством. А отсюда недалеко и от
мифологии, доля которой всегда присутствует в сознании; не обойтись
и без воображения, восполняющего недостающие конкретные данные

Рецензии
525
и вообще формирующего образ мира в сознании. В свою очередь, ху­
дожественное творчество, как это ни странно прозвучит сегодня, вовсе
не является заповедной территорией полного произвола и безудержной
фантазии, в нем есть, как здесь же справедливо замечает А.Х. Горфун­
кель, свои законы, и оно преследует некую истину, но делает это своим
особым путем, через свой вид синтеза. Разумеется, история как рассказ
о событиях придерживается истины факта, искусство же стремится к
истине художественного высказывания, к эстетическому попаданию в
точку. Но все-таки и эта грань в каком-то месте становится проницае­
мой. Художник думает (иногда), создавая свое произведение, и историк,
прочитав документ, предается размышлению, во всяком случае, хоте­
лось бы, чтобы так было.
Кроме того, как художественные образы, так и исторические сочи­
нения воспринимаются зрителями, слушателями и читателями совер­
шенно по-разному в силу все той же субъективности, и эту тривиальную
истину подтверждает еще один очерк из книги А.Х. Горфункеля, воз­
вращающий нас к проблемам Возрождения, «Научный атеизм» профес­
сора С.М. Стама», Я весьма далек от того, чтобы защищать трактовки
шедевров ренессансного искусства, данные Соломоном Моисеевичем
в соответствующих его статьях и в большинстве случаев действитель­
но свидетельствующие о его неосведомленности, назовем это так. Что
меня смущает, это название рецензии, которое как будто бы направлено
против «научного атеизма» вообще, в кавычках или без кавычек. Будь
то лет 25-30 назад, цены бы такому смелому выступлению не было, но
сегодня оно выглядит по меньшей мере двусмысленно - двусмысленно
потому, что, насколько можно понять, А.Х. Горфункель и не собирается
обсуждать здесь вопросы религии и атеизма вообще, речь идет только о
тех довольно грубых ошибках, которые допускает С.М. Стам, обратив­
шись к рассмотрению культуры Возрождения. Такой подход, очевидно,
в данном случае единственно правомерен, потому что вопрос веры или
неверия - это вопрос социальный или социально-идеологический (в ан­
кете: «верите ли Вы в бога? - Да, нет, нужное подчеркнуть»). Или это
вопрос об идее бога - предмет не столько научного атеизма или бого­
словия, сколько философии или религиоведения. Для рецензии на кни­
гу о Возрождении вопрос, вероятно, не совсем подходящий. Но чтение
очерка А.Х. Горфункеля оставляет ощущение некоторой недоговорен­
ности: все ли ученые атеисты столь пренебрежительно относятся к ис­
торической конкретике, или это только упущения С.М. Стама, или они
вытекают из его концепции, которая может быть, опять-таки, связана
или, напротив, вовсе не. обязательно связана с научным атеизмом? На
мой взгляд, еще раз, то, что получилось у автора, это как раз крити­
ка многочисленных ошибок, неточностей и сомнительных толкований,
данных С.М. Стамом, которые, конечно, свидетельствуют и о зыбкости
подхода, послужившего им основой, но сами по себе его не опроверга­
ют. Опровержение потребовало бы анализа концепции С.М. Стама в ее

526
Рецензии
цельности - если такая концепция есть, и если бы кто-то захотел целью
ее опровергнуть, основываясь не только на отдельных положениях и
доводах. По всей видимости, А.Х. Горфункель не ставил такой задачи,
поэтому его очерк, при всей важности и справедливости сделанных за­
мечаний, все же в таком виде оставляет возможность причислять статьи
С.М. Стама о Возрождении к тем работам, в которых, как говорит автор
книги, «могут оказаться неточности или ошибки, от них не застрахован
ни один ученый, но стремление воссоздать историческую истину несом­
ненно» (С. 8).
Последний тезис позволяет в заключение этой уже довольно длин­
ной рецензии отметить несколько упущений и неточностей, которые, на
мой взгляд, нисколько не портят общего впечатления, но ради истины
заслуживают быть отмеченными.
Прежде всего жаль, что в книге нет указателя имен, тем более что
сам А.Х. Горфункель поминает Т. Моммзена, отказывавшегося читать
книги, не снабженные указателем (С. 393). Возможно, какие-то тех­
нические трудности помешали его составить, но это, на мой взгляд,
уменьшает некоторые возможности использования читателем весьма
содержательной книги, несводимой по жанру, как уже было сказано,
к собранию рецензий, и притом очень пестрой в отношении сюжетов.
Здесь же стоит с сожалением упомянуть и о ее малом тираже, который
следовало бы дополнить электронным изданием.
Из мелких уточнений: М. Баракки - она, а не он (С. 232, прим.1 О); во
времена Генриха IV, в ХI в., Священная Римская империя еще не имела
приставку «германской нации» (С. 322); Веттинский дом - правильно е
название, здесь никакого искажения нет (С. 386). Не очень понятно об­
общение, сделанное автором на основании наблюдений над деятельно­
стью секретарей А.Ф. Лосева (всего 2 примера, хотя и секретарей было
больше): «какое-то все же это особое московское явление - восторг при
первом знакомстве и последующее отворачивание от своего прежнего
кумира» (с. 35). Отмеченная склонность к измене и к перемене харак­
терна не только для Москвы, но и для многих городов, расположенных
как южнее, так и севернее ее, а кто-то скажет, что и для человеческой
натуры вообще, но это было бы, вероятно, уж слишком широко.
Разумеется, было бы абсурдным говорить, что отмеченные неточ­
ности могут как-то повлиять на оценку книги А.Х. Горфункеля, которую
отличают не только исследовательская строгость, но и умение писать
доходчиво, зачастую ярко и увлекательно. Вначале мы уже говорили,
что история - не только и не столько ремесло, и что исторические труды
следует оценивать и по тому, как в них выразился талант автора: книга
Александра Хаимовича демонстрирует его в полной мере. К сожале­
нию, здесь не было возможности коснуться многих других интересных
сюжетов, для полного знакомства с которыми остается лишь адресовать
читателя к самой книге.
МА. Юсuм

Ревуненкова Н.В. ЖАН КАЛЬВИН: ТЕОЛОГИЯ И РЕЛИГИОЗНО­
ОБЩЕСТВЕННАЯ МЫСЛЬ ХУI ВЕКА. СПб.: ГОСУДАРСТВЕН­
НЫЙ МУЗЕЙ ИСТОРИИ РЕЛИГИИ, 2012. 264 с.
О Жане Кальвине в нашей стране писать легче, чем о других рефор­
маторах, все-таки «Наставление в христианской вере» давно переведено
на русский язык и переведено довольно качественно. Тем более стран­
но, что в нашей «гуманитарной мысли» по-прежнему бытуют стерео­
типные представления о Кальвине как инициаторе «духа капитализма»,
авторитарном или даже тоталитарном правителе Женевы, пламенном
тираноборце-революционере. Книге Н.В. Ревуненковой полемический
характер совсем не свойственен, тем не менее в ней успешно демон­
тируется большинство мифов о Кальвине. Это достигается не только,
а, быть может, и не столько углубленным анализом основных текстов
женевского реформатора, сколько за счет включения его идей в контекст
интеллектуальной истории ХУI в., привлечения малоизвестных тракта­
тов и писем самого Кальвина.
Книга состоит из 13 глав, каждая из которых представляет собой
вполне самостоятельное эссе. Самая большая и самая предсказуемая
часть - «Очерк жизни и творчества реформатора». Подробная биогра­
фия, рассказывающая о методах утверждения Кальвина в Женеве и его
правлении, свидетельствует о том, что он не подходит под определение
диктатора. Страстный полемист, Кальвин, если будет уместно такое
сравнение, более походил на Ленина, чем на Сталина. Вполне объек­
тивно, без какой бы то ни было апологетики, автор рассматривает роль
Кальвина в осуждении Мигеля Сервета в Женеве. Инициатива судебно­
го процесса исходила от муниципалитета Женевы, однако уточняется,
что инициатором процесса и казни все-таки был магистрат Женевы,
который поддержали и другие протестантские города Швейцарии, стре­
мившиеся отмести обвинения в покровительстве еретикам и атеистам.
Кальвин выступал экспертом на суде, экспертом безжалостным и бес­
компромиссным. Отдельно рассматривается педагогическая реформа,
проведенная по инициативе Кальвина, и «внешняя политика», отражен­
ная в письмах, которые рассылались им по всей Европе. Конечно, пере­
писка с французскими единоверцами и оппонентами с трудом подпадает
под определение «внешней политики» - Франция не была для Кальвина
«заграницей» .
Во второй главе (<<Философия Христа») автор рассматривает хо­
рошо известную проблему соотношения кальвинизма и движения хри­
стианского гуманизма, во многом ассоциируемого с Эразмом Роттер­
дамским. Но если в оценках Кальвином «князя гуманистов» неприятие
соседствует с почтением, то в отношении к вольнодумцам и «насмеш­
никам» следующего поколения - Франсуа Рабле и его единомышленни­
кам - женевский реформатор непримирим. Они объявлялись врагами

528
Рецензии
худшими, чем паписты, поскольку, нападая на католическую церковь с
ее суевериями и идолопоклонством, ОНИ могли создать ложное впечат­
ление о приверженности.атеизму и эпикурейству всех реформаторов.
В третьей главе (<<Осуждение рационализма») Н.В. Ревуненкова уделяет
много места анализу взглядов Франсуа Рабле. Я хотел было расценить
это как недостаток - о Рабле в этой главе говорится много больше, чем
о Кальвине, но подумал, что в нашей историографии любое внимание
к «Гаргантюа и Пантагрюэлю» ДОСТОЙНО похвалы: слишком надолго
прочтение Рабле в контексте интеллектуальной истории оказалось бло­
кировано концепцией М.М. Бахтина, прекрасной, но недооценивавшей
«ученую» составляющую этого памятника.
Четвертая глава (е Апология Реформации») дает небольшой, но
познавательный экскурс в протестантскую и католическую апологети­
ку. Анализируя ответы Кальвина, автор вполне справедливо отмечает
главный стратегический успех реформатора: ему удалось представить
католиков виновниками церковного раскола, нарушителями древних
обычаев и творцами «новизны» (положения о свободе воли, опримате
папы, о культе святых). Критике культа святых посвящена пятая глава,
открывающаяся большим (и даже очень большим) экскурсом, посвя­
щенным Гвиберту Ножанскому и его трактату «О залогах святых» (De
Pignoribus sanctorum). Конечно, даже само по себе совпадение критиче­
ских замечаний монаха XII в., разоблачавшего торговцев подложными
реликвиями, с нападками Кальвина на почитание святых мощей, доста­
точно любопытно. Но, насколько я понимаю, текст Гвиберта был опуб­
ликован мавристами лишь век спустя, в 1651 г., и во времена Кальвина о
нем никто не знал. Более того, сомнения в подлинности многих мощей
лишь укрепляли веру Гвиберта в чудодейственную силу реликвий, в то
время как отношение Кальвина было кардинально иным. Отмечу также,
что в этой главе трактат Кальвина оказывается изолированным от ана­
логичных текстов ХУI в., которых было немало.
Шестая глава, на мой взгляд, названа не совсем удачно - «Проблема
компромисса между конфессиями». О поисках согласия между проте­
стантскими церквами и об отношении Кальвина к переговорам и уступ­
кам католицизму говорится в книге немало. В данной главе речь идет
о другом - об отношении Кальвина к никодемитам, или «медлителям»,
вынуждено или вполне добровольно скрывавшим свои реформационные
взгляды и посещавшим католическую мессу. О чем писал Кальвин в
«Наставлении в христианской вере» известно, но анализ писем, отправ­
ляемых им во Францию, показывает роль женевского реформатора в
эскалации конфликта. Расчет многих магистратов, симпатизировавших
новой вере, на то, что исправление «идолопоклонства» папистов может
произойти мирным путем, был сорван Кальвином: истинно верующий
должен открыто заявить о своей вере, покинуть пределы королевства или
принять мучительную смерть - в этом Кальвин был непреклонен, и в
этом его косвенная роль в развязывании религиозных войн неоспорима.

Рецензии
529
«Путь совершенствования христианина» рассмотрен в седьмой гла­
ве. Глубокий пессимизм Кальвина в том, что касалось природы челове­
ка, уживался с рассуждениями о жизненных благах и о правилах поведе­
ния в мирской жизни. Взгляды Кальвина нередко противопоставляются
позиции Мартина Лютера по поводу призвания человека (beruf). С точ­
ки зрения Н.В. Ревуненковой, понятие «vocatio» у Кальвина, отчасти
восходящее к представителям «нового благочестия», вовсе не так ради­
кально расходится с лютеровской трактовкой, как это виделось Максу
Веберу. Кальвин достаточно внятно писал о взаимосвязи религиозного
долга с долгом профессиональным, правда, эта мысль развита не в «На­
ставлении в христианской вере», а в «Ответе-извинении господам нико­
демитам» (1544). Призванием является не любой способ жить, а лишь
тот, который побуждает верующего размышлять, к чему призывает его
Бог. Поэтому даже самое законное дело нельзя выполнять аморально, но
глубокое религиозное чувство помогает верующему лучше выполнять
свои мирские функции.
Вера человека постоянно подвергается соблазнам, о чем говорится
в восьмой главе. Помимо обычных мирских соблазнов, Кальвин видит и
другие, более опасные. Один вид соблазнов заключен в мнимой просто­
те стиля Библии, скрывающей недоступные рациональному познанию
догматы, откуда возможны сомнения (учение о свободе воли, сомнения
в предопределении и первородном грехе). Второй круг соблазнов по­
рожден отсутствием единства среди реформаторов, и, наконец, третьи
соблазны происходят от заблуждений католиков. Эпикурейство (пред­
ставленное Агриппой Неттесгеймским, Этьеном Доле, Франсуа Рабле и,
конечно, Мигелем Серветом) является худшим врагом, чем католицизм.
Как и во многих других случаях Кальвин иллюстрирует свою мысль не
только карами, ожидающими ослушников, но и апелляцией к позитив­
ным примерам, в данном случае - к жизни Лорана де Норманди, оста­
вившего все возможные соблазны своего высокого положения во Фран­
ции ради праведной жизни в Женеве. Единственное замечание: Лоран
де Норманди занимал свою должность в Ле Мане, а не в Мансе.
Как мы поняли, Кальвин подталкивал верующих к отказу от ни­
кодемизма, к отказу от высоких должностей и имущества ради жизни
в «святом городе Женеве». При необходимости подобало стойко при­
нимать муки за веру. Глава девятая - «Гонения во имя справедливо­
сти» - начинается с анализа трактата Кальвина «Малый рассказ о том,
как должен поступать верующий, познавший истину Евангелия, если
он находится среди папистов» (1543). Небесное блаженство и святость
обретались отстаиванием своей верности Церкви. Не вполне понятно,
как это утверждение согласовалось с догматом о предопределении.
И еще меньше понятно, понимал ли Кальвин и его современники некую
противоречивость стяжения спасения через дела в отстаивании веры,
отрицание свободы воли. Во всяком случае, основная заслуга в форми­
ровании протестантских мартирологов принадлежит не Кальвину, а его

530
Рецензии
современникам Жану Крепену (я все-таки предпочитаю транслитера­
цию Креспен) и Теодору де Безу. Кстати, по-видимому, и Теодор де Без,
и сама Н.В. Ревуненкова несколько нарушают порядок событий, упо­
миная о подвиге Ан Дю Бурга, 10 июня 1559 г. смело вступившегося в
Парламенте за гонимых христиан перед лицом Генриха 11. За свою сме­
лость Дю Бург был сожжен живьем 23 декабря, приняв венец мученика,
а через несколько дней во время турнира французский король потерял
зрение и жизнь (С. 170). Однако Генрих 11 погиб 10 июля 1559 г., т.е. за
полгода до казни Дю Бурга.
Образу христианского правителя у Кальвина посвящена десятая
глава. Н.В. Ревуненкова напоминает о гуманистической традиции
прославления идеального государя. Кальвин обращался к образу госу­
даря в одном из самых ранних своих трактатов (1532). То, насколько
он был знаком с сочинениями Макиавелли, - вопрос, занимающий не
одно поколение историков. И досадно, что автор не использовал работы
М.А. Юсима, посвященные рецепции идей Макиавелли в различных
культурных контекстах. Одна из главных задач «Наставления в христи­
анской вере» Кальвина состояла в том, чтобы снять подозрения в тира­
ноборческих стремлениях реформаторов, ведь этот труд был посвящен
французскому королю. Сама возможность открытого противостояния
законной власти, какой бы нечестивой она ни была, категорически от­
вергалась Кальвином. Только очень внимательный читатель мог найти
в рассуждениях о судьбах неправедных королей призыв к тому, чтобы
выступить в качестве орудия божественного возмездия неправедному
монарху. И лишь усилиями Теодора де Беза и последующих гугенотских
тираноборцев на первый план вышли практические вопросы сопротив­
ления деспотической власти. И вновь могу выразить сожаление, что
автор не сослался на сравнительно недавно переведенную на русский
язык работу Ролана Мунье об убийстве Генриха IV, где есть подробный
экскурс в тираноборческие теории ХУI в. Жан Кальвин был настроен
непримиримо по отношению к сакральным атрибутам королевской вла­
сти - священная ампула с елеем стала предметом его насмешек в «Лек­
ции по книге пророка Амоса». Особый интерес представляет отношение
Кальвина к английским королям - от Генриха VIII (его он считал чуть ли
не антихристом) до Елизаветы, отношения с которой оказались к досаде
Кальвина безнадежно испорчены публикацией в Женеве книги Джона
Нокса «Трубный глас против чудовищного правления женщин».
Отсюда вполне логичным видится переход в одиннадцатой главе
к проблеме «Воспитания женской добродетели». Вступать на почву,
щедро обработанную сторонницами женской истории, начиная с Ненси
Релкер, - задача достаточно рискованная. Но Н.В. Ревуненкова смело
пускается в обзор гуманистических трактов о достоинстве женщин.
Сам Кальвин не так много писал на эту тему, но очень тесно общался с
Ренатой д'Эсте, герцогиней Феррарской, дочерью Людовика XII. Здесь
надо отметить несколько досадных неточностей: зятем Ренаты, убитым

Рецензии
531
в 1563 г., был не Клод де Гиз, а Франсуа де Гиз; Матье Ори не возглавлял
инквизицию во Франции (такого института так и не удалось создать,
вопреки предписаниям Тридентского собора), но «инквизитором като­
лической веры во Франции», а псалмы в переводе Клемана Маро могли
быть внесены в «Индекс запрещенных книг» не в 1533, а в 1551 г., ког­
да, собственно, и был создан первый парижский «Индекс». Вообще же,
апология семейного призвания женщины, даже если она и не отмечена
свыше «властным даром», явилась сильной стороной учения Кальвина.
у французской Реформации действительно во многом было «женское
лицо», без женщин успехи евангелической религии были бы намного
скромнее.
Двенадцатая глава посвящена взглядам на историю церкви. Подсчи­
тано, что в «Наставлении в христианской вере» Кальвин дает 471 ссылку
на отцов церкви. Далеко не во всех случаях речь идет о восстановлении
церковной истории: Кальвин охотно подкреплял свои догматические
рассуждения ссылками на решения церковных соборов, труды отцов
церкви, сочинения видных схоластов. Но вопросы церковной истории
его действительно интересовали. С какого момента решения собора ста­
новятся несостоятельными, каким веком следует датировать узурпацию
папством апостольского достоинства? Кальвин любил рассуждать об
этом, демонстрируя известный историзм мышления, впрочем, никогда
не выступая в качестве историка. Вопрос о том, когда именно антихрист
захватил престол в Риме, решался им сугубо ситуативно, в зависимости
от полемической стратегии.
Последняя глава посвящена тому, что считается сердцевиной
кальвинизма, - учению о предопределении. Полемика о двойном пред­
определении, которую Кальвин вел с католиками, гуманистами и еди­
новерцами, содержала в основном отсылки к непостижимости и ирра­
циональности божественного откровения. Более того, Кальвин отвергал
попытки проникнуть в тайну предопределения через добрые дела и зна­
ки земного преуспеяния. Лишь ученики Кальвина обратили внимание
на знаки избранничества, отражавшие волю Провидения. Многое здесь
было сделано Теодором де Безом и еще большее полемистами времен
борьбы арминиан с гоммаристами. И лишь в XIX в., когда под влиянием
Гегеля возобладало стремление выделить главное «зерно» в каждом ре­
лигиозно-философском учении, «предопределению» была уготована до­
минирующая роль в системе взглядов Кальвина, что нашло отражение
если не в трудах самого Вебера, анализирующего труды кальвинистов
последующих веков, то его эпигонов.
Думается, что книга Н.В. Ревуненковой будет способствовать утвер­
ждению более взвешенного отношения к наследию Жана Кальвина.
п.ю. Уваров

SUMMARIES
, I Tamara Tatsenko
ZUR GESCHICHTE �
DER «ZWEITEN REFORMATION» IN DEUTSCHLAND.
EIN BRIEF DES FURSTEN RUDOLF VON ANHALT (1576-1621)
AUS DEM ARCHIV DES ST. PETERSBURGER INSTITUTS гпн
GESCHICHTE RUSSISCHER AКADEMIE DER WISSENSCHAFTEN
Der Beitrag ist einem Original-Brief des Fiirsten Rudolf уоп Anhalt уош
8.02.1597 ап seine Mutter, Landgrafin Eleonore уоп Hessen-Darmstadt,
gewidmet. Das Schriftstuck wurde уоп dem bekannten russischen Histo­
riker und Autographen-Sammler Nikolaj Petrowitsch Likhatschew Anfang
des 20. Запгпцпёепв bei einem der englischen Auktionshauser, vermutlich
Sot11eby's erworben. Der Brief ist eigenhandig уош Рйгвтеп auf Papier in
deutscher Kurrent-Schrift geschrieben und mit seinem Secret-Siegel verseh­
еп. Der Brief des jungen Рцгвгеп, in dem er der streng· lutherischen Mut­
ter seinen Glauben erklart, wurde kurz пасЬ dem Beginn des calvinistischen
«Reformationswerks» in Anhalt verfasst. Die Autorin analysiert ausfuhrlich
den Text des Briefes und stellt fest, dass er die Etablierung calvinistischer
Ideen in Anhalt zeigt (radikale Ablehnung der Ubiquitatslehre wie аисЬ aller
Gottesdienst-Zeremonien, die keine Bestatigung im Gottes Wort ЬаЬеп) und
gleichzeitig einen Einblick in die Besonderheiten des deutschen Reformier­
tentums vermittelt (Fehlen der Pradestinationslehre). Dem Beitrag/ werden
der уоllе Text des behandelten Briefes sowie Abbildungen beigegeben.
Keywords: the Duchy of Anhalt, the «Second Reformation», Reforrned соп­
fessionalization, Calvinism, Bible.
Vladimir Tauber
CONVOCATION
ОР ТНЕ PROVINCE ОР CANTERBURY
DURING ТНЕ YEARS
«ELIZABETHAN RELIGIOUS SETTLEMENT»
ТЬе article presents research of the Convocation of the Church of England
during the «Elizabethan religious settlernent». Basing оп the records of the
Convocation, the author compares the synod of 1559 and that of 1563-1567.

Summaries
533
Studying the conditions and the procedure of these convocations as wel1 as
the topics discussed at the sessions the author analyzes the functions and the
authority of the synods and reveals their role in the «religious sett1ement».
Keywords: Church of England, Reformation, convocation, province of Сап­
terbury, ecclesiastical po1icy.
Ekaterina Karavaeva
ТНЕ MEETING OF HENRY VIII
AND FRANCIS 1 ON ТНЕ FIELD OF ТНЕ CLOTH OF GOLD:
ALLIANCE, RIVALRY AND REPRESENTATION OF POWER
This article reviews the extraordinary meeting that took рlасе in June - July
of 1520 between Непгу VIII and Francis 1 and was cal1ed Ьу its сотпетпро­
raries the Field of the Cloth of Gold. This meeting was the culmination of the
Anglo-French rapprochement which first started in the second part of 151 Os.
Despite the preconceived opinion shared Ьу тапу Tudor historians we Ье­
lieve that this meeting was not just а Renaissance feast but а profoundly
thought out and prepared act of propaganda which had definite aims and re­
sults in the sphere of foreign policy. English sources, printed and manuscript
as well as pictorial ones, reveal that notwithstanding how both Henry VIII
and Francis 1 tried to demonstrate their peaceful intentions, the atmosphere
of the meeting and actions of the parties were fil1ed with distrust and hostil­
ity. The subject of this article is not ап objective reconstruction of events
but опlу their English version and English political propaganda because this
meeting was at the same time the result of the development of Henry VIII's
ideology, being the сотрlех ofmeans ofrepresentation ofpower and catalyst
for its further evolution.
Keywords: Henry VIII, Francis 1, Field of the Cloth of Gold, representation
of power, images of power, political propaganda, courtly culture, Renais­
sance, tournaments.
1 I
Maria Karaulova
ТНЕ INSTITUTION OF JURADOS IN SARAGOSSA
ACCORDING ТО MUNICIPAL CONSTITUTIONS
OF ТНЕ 14ТН-15ТН CENTURIES
In this article the municipal constitutions ofthe 14th and 15th centuries are апа­
lyzed with the purpose to point the рlасе out occupied Ьу the institution ofjura­
dos (sworn mеn) in the municipal government ofSaragossa. ТЬе investigation

534
Summaries
into the changes which transformed the procedure of election ofjurados, the
membership and the authority of this institution during the century permits
us to understand the tendency of its development and согпраге it with aims
of the kings of Aragon in the sphere of their relationship with towns of the
Crown.
Keywords: Saragossa, municipal constitutions, 10callaw, jurados, town соип­
cil (cabildo у concejo), kings of the Crown of Aragon.
Natalia Altukhova
r швогысшнэ D'UNE VILLE FRAN<;AISE
(d'apres les Метой-ев de Claude Haton)
Les Метотез de Claude Haton sont сопзшегев сотте ипе des sources sur
lа уепаптё des offices еп France аи XVIe siecle. L'auteur des Метоиез don­
пе deux listes des officiers de lа ville de Provins еп Champagne pour 1574 et
1577. Lecomparaison de ces listes et l' etude des changements dans lе corps
des officiers de Provins montrent avec evidence поп seulement les voies
d'acquisition et de transmission des offices mais aussi les motifs et les rai­
sons de les acheter. Sans condamner cette pratique Claude Haton critique les
abus: les juges sont trop jeunes et indignes, les offices sont trop nombreuses
et leur creation se fait ип fardeau insupportable pour lе реирlе.
Keywords: officials, venalite des offices, France, XVIe century, Provins,
Claude Haton.
Oleg Kudryavtsev
А VISIT AGAINST ONE'S WILL:
RUSSIA OF IVAN 111 THROUGH
ТНЕ EYES OF VENETIAN AMBASSADOR
AMBROGIO CONTARINI
The paper is devoted to the research of the early stage of the European ас­
quaintance with the Lithuanian and Moscovite Russia - патеlу to its descrip­
tions in the travel notes (1 ed. - 1487) of Ambrogio Contarini, the Venetian
Ambassador to Persia.
Keywords: image of Other, international relations, civilization, diplomacy,
personality.

Summaries
535
Igor Dubrovsky
ALLA MEMOR1A D1 E.F. SMURLO:
DOCUMET1 NUOV1 SULLE M1SS10N1 RUSSE 1N 1TAL1A
ALLA F1NE DELLA GUERRA L1VON1CA
Prima della Rivoluzione del 191 7 molti studiosi russi conducevano lе [ого
ricerche negli archivi stranieri, айо scopo di reperire nuovi. documenti sulla
storia russa. Questo saggio prende 10 spunto da ип lavoro \ incompiuto del
E.F. Smurl0, famoso storico russo dell' ета ргепсопшопапа..
Durante il suo lavoro di ricerca negli archivi di тпош t paesi l' autore
ha raccolto fino ad oggi circa 640 documenti всоповспш su due missioni
moscovite in 1talia negli anni 1581 е 1582. Non с'ё dubbio che gli archivi
dell'Occidente constituiscano ипа vera miniera di materiale per chi е аllа
ricerca di nuovi itinerari пеllа storia russa.
Keywords: West European archives, publication of sources, E.F. Shmurl0,
Russia and 1taly, international relations, diplomacy.
AZexander Rusanov
CONF1RMAT10N OF PR1V1LEGES
OF ТНЕ PORTUGUESE UN1VERS1TY
DUR1NG ТНЕ RE1GN OF K1NG FERNANDO 1 (1367-1383)
The article is dedicated to the problem of continuity and historical memory
in а forming medieval corporation. The object of ту investigation is the Por­
tuguese university. 1t was founded in 1288-1290 and during :the. 14th century
it was shifted between Lisbon and Coimbra four times. 1 survey the period
ofKing Fernando's reign (1367-1383) - at that time Studium Generale was
finally installed in the capital of Portugal (1377, it remained there until the
16th century). So these decades сап Ье called the turning point in its history.
The sources of ту investigation are descriptions of the certification pro­
cedures in preambles and conclusions of notarial copies of royal and рараl
diplomas - and also some particular certification documents. 1t's important to
underline that most of these certifications form the cartulary of the university
privileges. Now we have its сору ofthe 15th century - Livro Verde (Green book).
This codex was ап important source of the corporate law until reforms of the
18th century.
Ву these texts it is possible to investigate how the indistinct system of
corporate law was put into practice. Also they сап help to see how the way
of the institutional forming correlates with profound reforms the in the Por­
tuguese administrative and legal systems that were realized in the 14th сеп­
tury.
Keywords: university history, social history of Portugal, privileges, continu­
ity in medieval corporations.

536
Summaries
PaveZ Ryazanov
ТНЕ ORATIONS OF DEMETRIUS CHALCONDYLES ABOUT
ТНЕ SIGNIFICANCE OF GREEK LITERATURE
(history of Greek studies
in Renaissance Italy of the 15th century)
The author presents Russian translation of two Latin orations about the irn­
portance of Greek language and literature belonging to Dernetrius Chalcon­
dyles, the farnous Byzantine scholar of the 15th century. The orations were
pronounced at the University of Padua in 1463 and 1464 before the begin­
ning of the Greek literature lessons. They represent опе of the first extant
deployed argurnents proving the usefulness of Greek studies for Renaissance
rninds. The rnain idea of Chalcondyles boils down to the fact that the origins
of Latin literature should Ье sought in Greek literature and close affiliation
between these two literatures is the condition of cornprehensive education.
Keywords: Dernetrius Chalcondyles, Italian hurnanisrn, Byzantine scholars,
Greek studies, Greek literature, University of Padua.
Maria Yatsenko
POETICAL INTERPRETATION OF ТНЕ PEOPLE
IN ANGLO-SAXON BIBLICAL PARAPHRASE OF «EXODUS»
(оп the rnaterial of analysis of а fragrnent -
chapters II-IV of the роеrn "Exodus")
The article deals with the problern of the poetical paraphrase of Sacred his­
tory. The so-called religious epic in 01d English is represented Ьу the poerns
attributed to Credrnon (legendary poet of the late 7th century). The brightest
of these poerns - Exodus inherits the interest in heroic deeds frorn traditional
heroic epic. Focusing оп the figure of the hero gives way to the irnage of
реорlе as а whole. Both Egyptians and Israelites are depicted as ап arrny of
retainers ready to serve in battle, but по battle actually occurs. Calling Isra­
elites "searnen", Egyptians "inge-folc" and using sorne allusions to the 01d
English historiography (Bede and Gildas), the author produces the irnages of
Christian and heathen peoples recalling the events of British history.
Keywords: irnage of реорlе, biblical paraphrase, 01d English роеrn Exodus,
"Ecclesiastical history of the English Реорlе" Ьу Venerable Bede, religious
epic, poetic paraphrase of Sacred history, "Credrnonian poerns".

Summaries
537
Mikhail Zemlyakov
ТНЕ MAKING OF LEGISLATION
IN EARLY MEDIEVAL ENGLAND:
ТНЕ LAWS OF KENTISH KINGS OF ТНЕ 7ТН CENTURY
This artiele's objective is the analysis of the oldest English juridical texts -
the laws of Kentish kings (с. 601 - с. 696). ТЬе paper consists of two parts.
ТЬе first part includes а scholarly commentary. Contemporary scholars
have to solve some crucial issues concerning Anglo-Saxon laws. These are:
1) Question of date and localization of these laws; 2) Problem of authenticity
of Kentish legal texts; 3) Analysis of their structural division; 4) Question of
essential editorial corrections in the manuscript which contains these laws
(Textus Roffensis, Medway Archive and Local Studies Centre). This review
provides its readers with some reappraisals and modern approaches to the
issues listed above.
ТЬе second part presents the fullest Russian translation of Kentish
laws of the 7th century (laws of 1Ethelberht, Hlothrere and Eadric, Wihtrred)
with critical notes. ТЬе footnotes encompass the interpretations of the
most important Old English social and political institutions, as well as
the etymology of their names and close parallels to similar institutions in
continentallegal codes (barbarian laws) and other sources., Also the author
replenishes his commentaries according to main discussions about Kent­
ish society of the 7th century in 'European scholarly literature of 19th - 20th
centuries and contemporary viewpoints. ТЬе translator pays his special at­
tention to complicated and inconsistent procedures of the Anglo-Saxon
court and to various types of punishment (tortures and plagues, payments
and other penalties).
Keywords: Kingdom of Kent, 7th century, laws of 1Ethelberht, laws of
Hlothrere and Eadric, laws of Wihtrred; 1Elfred the Great, Ine; Textus Rof­
fensis; F. Liebermann, Р. Wormald.
Aleksandr Antoshchenko
GEORGE FEDOTOV:
YEARS OF POSTGRADUATE TRAINING
This publication is а case study of George Fedotov's preparation of his
master 's thesis оп early Christian history in Western Europe. Published
documents stored at St.-Petersburg University archives which are held Ьу
Central Historical Archives of St.-Petersburg. Representing unique facts of
the historian's biography, they allow us to understand the basic principles

538
Summaries
of postgraduates' training at the Departments of History and Philology in
Russian universities in the early twentieth century. Research skills were ап
important prerequisite for the selection of graduates .пт order "to ргераге
them for а professorship". These skills could Ье demonstrated in their сот­
petitive papers. Postgraduate students specializing in medieval history could
take а biennial trip abroad to conduct research in libraries and archives in the
studied country. That was impossible in the case of George Fedotov because
ofWWI. Supervision oftraining was carried out in the form of аппиаl reports
оп research and final examinations for the master's degree. Completion of
the master 's program opened the way to university-level teaching.
Keywords: George Fedotov, Medieval studies at Russian Universities in the
early twentieth century, postgraduate students' training.
Tamara Sidorova
FREDERIC WILLIAM MAITLAND AS HISTORIAN
ТЬе article is devoted to the study of professional status of F. W. Maitland,
опе of the greatest European historians and lawyers of the 19th and the begin­
ning of the 20th century, in the views of British historians S.F.C. Milsom and
Р. Wormald. ТЬе positions of other historians and jurists are analysed. ТЬе
legitimacy of estimation ofF.W. Maitland's professional status as Cambridge
scholar, offered Ьу Р. Vinogradoff, is proved. F.W. Maitland was а multival­
ued talented and versatile scholar: historian (the Medieval and Early Modern
history; English legal history, English constitutional history, state and law,
historiographer), lawyer, theorist of law, philosopher and linguist.
Keywords: F.W. Maitland, S.F.C. Milsom, Р. Wormald, Р. Vinogradoff, Ang-
10-American historiography, professional status of scho1ar.
Olga Togoeva
JUBILEE OF JOAN OF ARC:
А HISTORIOGRAPHIC REVIEW
ТЬе article deals with the scholar lу studies of J оап of Arc 's life (etudes
johanniques) published in France in 2012-2013 to commemorate her
600th anniversary, which is calculated from оп January 6th, 1412. ТЬе аи­
thor examines а series of well-known and rather old books which were re­
printed in these two years as well as some recent studies. She specially ет­
phasises the importance of the first scholar lу publication of J acques Gelu 's

Summaries
539
treatise De adventu Iohanne; the топпсогпшя of some new studies of Joan
of Агс 's iconography and biography. She analyses in detail the most inter­
esting ешаея johanniquespublished in these years: а collection of articles
"De Гпёгёпоце а lа sainte. Les ргосез de Jeanne d' Агс гемвпёв" edited Ьу
Ргапсотв Neveux (Саеп, 2012) and the dictionary "Jeanne d'Arc. Histoire
et dictionnaire" edited Ьу Philippe Contamine, 01ivier Bouzy and Xavier
Helary (Paris, 2012).
Keywords: France, Middle Ages, Joan of Агс, jubilee, historiography.
Semen Izvekov
PRIMOZ SIMONITI'S ВООК «HUMANISM OF ТНЕ SLOVENIANS.
SLOVENIAN HUMANISTS TILL ТНЕ MIDDLE
OF ТНЕ 16ТН CENTURY»
AND MODERN HISTORIOGRAPHY
In this review we analyze one ofthe most interesting books in modern Slove­
nian historiography - the monograph of Primoz Simoniti «Humanism of the
S10venians». The author not only described signs of humanism in Carniola
and Lower Styria during the 15tl1 and 16tl1 centuries, but also showed the
widespread diffusion of humanism in Europe. Не showed that many of the
impulses received Ьу the University of Vienna during this time in the fields
of culture and also in diplomatic affairs had their origins with humanists born
in the territories that nowadays form the Republic of Slovenia. Simoniti's
intense research, based оп unpublished manuscript sources, was the first try
to bridge а historiographical gap. Не demonstrated the falseness of the opin­
ion that Slovenian-speaking territories were а scientific and cultural desert
without any influence оп other regions of Europe.
It must Ье noted that the problem of the impact of Renaissance оп the
region of modern Slovenia was for the first time formulated in Simoniti's
book. This scientific research was also the impulse to investigate the his­
tory of Slovenian-speaking territories in the 15tl1 and 16th centuries. Many
discussions about the history of Slovenian territories begin with this book.
Undoubtedly due to Simoniti the significance of Slovenian-speaking intel­
lectuals in the European cu1turallife was reappraised.
Keywords: Simoniti, Slovenia, humanism, Renaissance.

540
Summaries
VZadimir Rybakov
..,:1-
'i. А NEW АТТЕМРТ ТО UNDERSTAND ADAM OF BREMEN:
AN ANSWER ТО STURE BOLIN 80 YEARS LATER
In the oeginning of the 20th century Swedish hypercritical historians were
sure that they opened а new era in scientific research. Such pioneers ofNor­
dic medieval studies as professors of the University of Lund Lauritz Weibull
and Sture Bolin created impressive monographs which have Ьесоте standard
works in the field of early medieval history in Scandinavia. Their scholarship
influenced тапу others and even produced new stereotypes, leading some­
times to exaggerations and shortcomings. They understated the significance of
almost аll narrative sources for early Scandinavian history including chroni­
cles written Ьу Adam ofBremen and Saxo Grammaticus, Icelandic kings' sa­
gas and some others. As а part of а general work for revaluation oftheir results
the author of the present article tries to analyse major ideas in Bolin's work
entitled Kring miister Adams text. /nterpretation och kommentar. Bidrag till
Nordens historia under 900- och 1000-talen. There are six problems, treated
in this study, that are in the centre of interest: а possible арреаl for holi­
ness conceming the Danish King Harald Bluetooth, supposed treaty between
Kings Edward the Confessor of England and Magnus the Good of Norway,
composition ofthe "Scandinavian chapters" in Book 111 of Adam's chronicle,
marital po1icy of Sven 11 Estridsen in Denmark, the same problem in the case
of 01av the Peaceful's mother and finally the question of Birka's downfall.
Ап overall conclusion is that at least in three cases S. Bolin has соте to quite
natural and logical solutions of older problems and in three other cases he is
rather а myth-maker than ап exacting critic.
Keywords: historiography, hypercritical school, Adam of Bremen, textual
criticism, history of Scandinavia.
'(

КОРОТКО ОБ АВТОРАХ
Электронный адрес для связи с авторами - sector-sv@list.ru
Алтухова Наталья Ивановна - научный сотрудник Отдела западноевро­
.) пейского Средневековья и раннего Нового времени ИВИ РАН, заве­
дующая редакцией католицизма «Православной энциклопедии»
Антощенко Александр Васильевич - Д.И.н., профессор кафедры отечест­
венной истории Петрозаводского государственного университета
Ауров Олег Валентинович - к.и.н., доцент кафедры всеобщей истории
факультета архивного дела Историко-архивного института РГГУ
Бобкова Марина Станиславовна - Д.И.н., руководитель Центра истории
исторического знания ИВИ РАН . t·
Ведюшкин ВладИА1ИР Александрович - К.И.н., ведущий научный сотруд­
ник Отдела западноевропейского Средневековья и раннего Нового
времени ИВИ РАН
Дубровский Игорь Владимирович - научный сотрудник Отдела западно­
европейского Средневековья и раннего Нового времени ИВИ РАН
Захаров Сергей Александрович - аспирант, кафедры истории Средних
веков и раннего Нового времени исторического факультета МГУ
им. М.В. Ломоносова
Земляков Михаил Вячеславович - аспирант кафедры истории Средних
веков и раннего Нового времени исторического, факультета МГУ
им. М.В. Ломоносова
Извеков Семен Гаральдович - аспирант кафедры истории Средних
веков и раннего Нового времени исторического факультета МГУ
им. М.В. Ломоносова
Караваева Екатерина Элисборовна - аспирантка кафедры истории
Средних веков и раннего Нового времени исторического факультета
МГУ им. М.В. Ломоносова, главный специалист Государственного
историко-культурного музея-заповедника «Московский Кремль»
Караулова Мария Кирилловна - аспирантка Отдела западноевропейско­
го Средневековья и раннего Нового времени ИВИ РАН
Кудрявцев Олег Федорович - Д.И.н., профессор кафедры всемирной
и отечественной истории МГИМО (Университета) МИД России
Марей Александр Владимирович - К.Ю.н., доцент кафедры (департа­
мента) истории и теории государства и права факультета истории,
политологии и права Историко-архивного института РГГУ, доцент
кафедры практической философии факультета философии Нацио­
нального исследовательского университета «Высшая школа эконо­
мики» (НИУ ВШЭ)

542
Коротко об авторах
Осипян Александр Леонидович - К.И.Н., доцент кафедры истории и
культурологи Краматорского экономико-гуманитарного института
(Украина)
Попова Галина Александровна - К.И.Н., старший научный сотрудник
Отдела западноевропейского Средневековья и раннего Нового вре­
мениИВИРАН
Прокопьев Андрей Юрьевич - д.И.Н., профессор кафедры истории Сред­
них веков исторического факультета Санкт-Петербургского госу­
дарственного университета
Русанов Александр Витальевич - аспирант кафедры истории Средних
веков и раннего Нового времени исторического факультета МГУ
им. М.В. Ломоносова, стажер-исследователь ИГИТИ им. А.В. Поле­
таева НИУ ВШЭ
Рыбаков Владимир Владимирович - К.И.Н., научный сотрудник Отдела
западноевропейского Средневековья и раннего Нового времени
ИВИРАН
Рыбина Мария Владимировна - К.и.Н., заведующая кафедрой «История
и политология» Московского государственного машиностроитель­
ного университета
Рязанов Павел Александрович - к.и.н., старший преподаватель кафедры
гуманитарных и социально-экономических дисциплин Государ­
ственного образовательного учреждения высшего профессиональ­
ного образования «Российская академия правосудия» (Нижний
Новгород)
Сидорова Тамара Анатольевна - Д.и.Н., профессор кафедры социальной
работы, рекламы и социального права Российского государственно­
го социального университета (филиал РГСУ в г. Сочи)
Таубер Владимир Андреевич - аспирант кафедры истории Средних ве­
ков и раннего Нового времени исторического факультета МГУ
им. М.В. Ломоносова
Таценко Тамара Николаевна - К.и.Н., старший научный сотрудник От­
дела всеобщей истории Санкт-Петербургского Института истории
РАН
Ткаченко Александр Анатольевич - научный сотрудник Центра гербо­
ведческих и генеалогических исследований ИВИ РАН, заведующий
редакцией литургики «Православной энциклопедии»
Тогоева Ольга Игоревна - д.И.Н., ведущий научный сотрудник Центра
«История частной жизни и повседневности» ИВИ РАН
Уваров Павел Юрьевич - Д.и.Н., член-корреспондент РАН, руководитель
Отдела западноевропейского Средневековья и раннего Нового вре­
мени ИВИ РАН, заведующий кафедрой социальной истории факуль­
тета истории НИУ ВШЭ
Яценко Мария Вадимовна - к.филол.н., доцент кафедры иностранных и
русского языков Санкт-Петербургского государственного универси­
тета телекоммуникаций им. проф. М.А. Бонч-Бруевича

СОДЕРЖАНИЕ
От редактора (П'Ю. уваров)........................................................................... 5
РЕФОРМАЦИЯ И ВЛАСТЬ
ТН, Таценко (Санкт-Петербург)
К истории «Второй Реформации» в Германии: письмо Рудольфа Ангальт-
ского из Научного архива Санкт-Петербургского института истории РАН 8
В.А. Таубер
Конвокация Кентерберийской провинции в годы «елизаветинского рели-
гиозного урегулирования» 36
ВИЗУАЛИЗАЦИЯ ВЛАСТИ
Е.Э. Караваева
Встреча Генриха VIII и Франциска 1 на Поле Золотой Парчи: союз, сопер-
ничество и репрезентация власти 58
ДОЛЖНОСТНЫЕ ЛИЦА В ГОРОДЕ
МК. Караулова
Институт присяжных в Сарагосе согласно муниципальным постановле-
ниям ХIУ-ХУ веков 92
Н.И. Алтухова
Чиновники одного французского города (по «Мемуарам» Клода Атона) ... 107
МНОГОЛИКАЯ МЕДИЕВИСТИКА:
«РУСЬ, МОСКОВИЯ, РОССИЯ
В СВИДЕТЕЛЬСТВАХ ИНОЗЕМЦЕВ»
В.В. Рыбаков
Семинар «Русь, Московия, Россия в свидетельствах иноземцев» в ИВИ РАН 134
О.Ф. Кудрявцев
Визит поневоле: Россия Ивана 111 глазами венецианского посла Амброджо
Контарини 137
И.В. Дубровский
Архивные материалы о русских посольствах в Италию в конце Ливонской
войны (Памяти Е.Ф. Шмурло) 171

544
Содержание
УНИВЕРСИТЕТЫ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЫ
ПОЗДНЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
А.В. Русанов
Подтверждения привилегий Португальского университета вправление
короля Фернанду 1 (1367-1383) 192
Л.А. Рязанов (Нижний Новгород)
Речи Димитрия Халкокондила о значении греческой словесности (из исто-
рии греческих штудий в ренессансной Италии ХУ века) 216
АНГЛОСАКСОНСКИЕ ШТУДИИ
МВ. Яценко (Санкт-Петербург)
Поэтическое осмысление народа в англосаксонской библейской парафразе
«Исход» на материале анализа глав II-IV поэмы «Исход» 236
Древнеанглийская поэма «Исход» [Кэдмон? «Школа Кэдмона»?] Главы II-IV
(пер., коммент. М.В. Яценко)" 255
МВ. Земляков
Становление законодательства в раннесредневековой Англии: законы
кентских королей VII века 262
Законы Этельберта (Этельберхта) (пер. с древнеангл., коммент. М.В. Зем-
лякова)" 273
Законы Хлотхере (Хлотаря) и Эдрика (Эадрика) (пер. с древнеангл., ком-
мент. М.В. Землякова)" 287
Законы Вихтреда (Уитреда) (пер. с древнеангл., коммент. М.В. Землякова)*. 292
CONGRATULATIO
МС. Бобкова
Беззаветное служение (к 70-летию со дня рождения доктора исторических
наук, профессора Виктории Ивановны Уколовой) 299
К 70-летию Д.Э. Харитоновича 309
МЕДИЕВИСТИКА ВЧЕРА И СЕГОДНЯ
А.В. Антощенко (Петрозаводск)
Г.П. Федотов: годы магистерской подготовки 310
Т'А. Сидорова (Сочи)
Фредерик Уильям Мейтленд как историк..................................................... 336
О.И. Тогоева
Юбилейный год Жанны д' Арк: Историографический обзор
С.г. Извеков
Книга П. Симонити «Гуманизм у словенцев. Словенские гуманисты до
середины ХУI века» и современная историография 382
364
* Звездочкой отмечены статьи, содержащие публикацию источника.

Содержание
545
НАУЧНЫЕ ДЕБАТЫ.
ПЕРВЫЙ ТОМ «ИСТОРИИ ИСПАНИИ»
МВ. Рыбина
Новое открытие Испании: история и культура пиренейского государства в
первом коллективном труде отечественных исследователей
Рец. на кн.: История Испании. Т. 1: С древнейших времен до конца
XVII века / отв. ред. тома В.А. Ведюшкин, Г.А. Попова. М.: «Индрик»,
2012.696 с., ил. 392
О.В.Ауров,А.В. А1арей
Рец. на кн.: История Испании. Т. 1: С древнейших времен до конца
XVII века / отв. ред. тома В.А. Ведюшкин, Г.А. Попова. М.: «Индрик»,
2012.696 с., ил. 399
В.А. Ведюшкин, г.А. Попова, А.А. Ткаченко
Ответ рецензентам 415
ПОЛЕМИКА, ОТСРОЧЕННАЯ НА 80 ЛЕТ
В.В. Рыбаков
Новая попытка понять Адама Бременского: ответ Стуре Булину 80 лет
спустя 425
ХРОНИКА
А.Л. Осипян (Краматорск, Украина)
Международная конференция «Память в домодерную эпоху: культуры
памяти в Европе раннего Нового времени» (Лейден, Лейденский универ-
ситет, 20-22 июня 2012 г.) 460
С.А. Захаров
Круглый стол, посвященный 140-летию со дня рождения
А.Н. Савина (1873-1923) 470
А.Ю. Прокопьев, А.В. Банников
XXXIII Всероссийская конференция студентов, аспирантов и молодых
ученых «Курбатовские чтения» 474
AD MEMORIAM
Владимир Александрович Якубский (23.01.1924-15.12.2013) 478
РЕЦЕНЗИИ
Д.М Бондаренко
Раннесредневековое общество сквозь призму социальной антропологии
Рец. на кн.: Lozny L.R. Prestate Societies ofthe North Central European Plains.
600-900 СЕ. N.Y.: Springer, 2013. 96 р. (Springer Briefs in Anthropology.
Нитаn Ecology)

546
Содержание
Лозны Л.Р. Догосударственные общества севера Центральноевропейской
равнины. 600-900 гг. н.э. Нью-Йорк: Спрингер, 2013.96 с. (Серия: «Краткие
издания Спрингера по археологии. Человеческая экология») 481
И. С. Филиппов
Documentary Culture and the Laity in the Early Middle Ages / Edited Ьу
W. Brown, М. Costambeys, М. Innes and А. Kosto. Cambridge: Cambridge
University press, 2013. XVI, 389 р.
Документальная культура и миряне в раннее Средневековье / под ред.
У. Брауна, М. Иннеса, М. Костамбейса и А. Косто. Кембридж: Изд. Кемб-
риджского университета, 2013. XVI, 389 с. 492
Е.А. Кузьменко
France J. Separate butequal: Cistercian lay brothers, 1120-1350. Collegeville,
Minnesota, 2012. ХХХ, 373 р.
Франс Дж. Обособленное равенство: положение цистерцианских конвер-
сов в 1120-1350 гг. Колледжвил, Миннесота, 2012. ХХХ, 373 с. 498
С.И. Лучицкая
La Рарашё et les croisades / ТЬе Рарасу and the Crusades: Actes du VII Сопягев
de la Society for the Study of the Crusades and the Latin East / Proceedings of
the Vlph Conference of the Society for the Study of the Crusades and the Latin
East / Ed. Ьу М. Balard. Aldershot: Ashgate Publishing House, 2011. 301 р.
Папство и Крестовые походы: Акты VII конгресса Общества по изучению
Крестовых походов и латинского Востока / ред. М. Балар. Альдерсхот:
Изд-во Эшгейт, 2011. 301 с �.............................................. 502
А.Г Еманов
Споры о византийском интеллектуализме
Рец на кн.: Кущ т.в. На закате империи: интеллектуальная среда поздней
Византии. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2013. 456 с. 507
А.А. Паламарчук
Феномен реформ на западе и востоке Европы в начале Нового времени
(XVI-XVIII вв.): Сборник статей / под ред. М.М. Крома, Л.А. Пименовой.
СПб.: Изд-во Европейского ун-та в Санкт-Петербурге, 2013.364 с. 513
МА. Юсим
Горфункель А.Х Труд науки и извороты шарлатанства: о ремесле историка.
СПб.: «Дмитрий Буланин», 2013. 464 с. 520
П.Ю. Уваров
Ревуненкова НВ. Жан Кальвин: теология и религиозно-общественная мысль
ХУI века. СПб.: Государственный музей истории религии, 2012. 264 с. .... 527
SUMMARIES 532
КОРОТКО ОБ АВТОРАХ 541

CONTENTS
Editor's note (Р. Уu. Ouvarov)............................................................................ 5
REFORMATION AND AUTHORITY
т.N. Tatsenko (St.-Petersburg)
Towards the History of «Second Reformation» in Germany: а Letter of Ru­
dolph of Anhalt from the Archive of St.-Petersburg Institute of History, Russian
Academy of Sciences........................................................................................ 8
V.A. Tauber
Convocation of the Province of Canterbury During the «Elizabethan Religious
Settlement» 36
VISUALISATION OF POWER
Е.Е. Karavaeva
ТЬе Meeting of Henry VIII and Francis 1 оп the Field of the Cloth of Gold:
Alliance, Rivalry and Representation of Power................................................. 58
OFFICIALS IN TOWNS
МК. Karaulova
ТЬе Institution of Jurados in Saragossa According to Municipal Constitutions
of the 14th - 15th Centuries 92
N.I. Altukhova
Officials of Опе French Town (according to «ТЬе Memoirs» of Claude Haton) 107
MANY FACES OF MEDIEVAL STUDIES:
«RUS', MOSCOVY, RUSSIA IN ТНЕ REPORTS OF
FOREIGNERS»
v.v. Rybakov
Seminar «Rus', Moscovy, Russia in the Reports of F oreigners» 134
О.Р. Kudryavtsev
А Visit Against One's Will: Russia of Ivan 111 Through the Eyes of Venetian
Ambassador Ambrogio Contarini...................................................................... 137
1. V. Dubrovsky
Archival Materials Conceming the Russian Embassies to Italy at the End of
Livonian War (In Memory of E.F. Shmurl0) 171

548
Contents
UNIVERSITIES AND INTELLECTUALS
OF ТНЕ LATER MIDDLE AGES
А. V. Rusanov
Confirmation of privileges' of the Ротшяцовс university during the reign of
King Fernando 1 (1367-1383)........................................................................... 192
Р.А. Ryazanov (Mzhnu Novgorod)
ТЬе Orations of Demetrius Chalcondyles About the Significance of Greek Lit­
erature (History of Greek Studies in Renaissance Italy of the 15th Century) ..... 216
ANGLO-SAXON STUDIES
Yatsenko М V. (Petersburg)
Poetical Interpretation of the People in Anglo-Saxon Biblical paraphrase of
«Exodus» (оп the material of analysis of а fragment - Chapters II-IV of the
роет «Exodus») 236
Old English Роет «Exodus» [Credmon? «School ofCredmon»?] Chapters II-IV /
Translation and commentaries Ьу М.У. Yatsenko 255
М V. Zemlyakov
ТЬе Making of Legislation in Early Medieval England: the Laws of Kentish
Kings of the 7th Century.................................................................................... 262
Laws of lEthelberht (Translated from Old English with commentaries Ьу
М.У. Zemlyakov) 273
Laws of Hlothrere and Eadric (Translated from Old English with commentaries
Ьу М.У. Zemlyakov) 287
Laws of Wihtrred (Translated from Old English with commentaries Ьу
М.У. Zemlyakov) 292
CONGRATULATIO
MS. Bobkova
Devoted Service (70th Anniversary of Professor Viktoria Ivanovna Ukolova) 299
70th Anniversary ofD.E. Kharitonovich 309
PAST AND PRESENT OF MEDIEVAL STUDIES
А. v. Antoshchenko (Petrozavodsk)
George Fedotov: Years of Postgraduate Training 31 О
т.А. Sidorova (Sochi)
Frederic William Maitland as Historian 336
0.1. Togoeva
Jubilee of Joan of Arc. А Historiographic Review 364
S. G. Izvekov
Primoz Simoniti's Book «Humanism of the Slovenians. Slovenian Humanists
till the Middle ofthe 16th Century» and Modern Historiography 382

Contents
549
SCHOLARLY DISCUSSIONS «HISTORY OF SPAIN»:
VOLUME ONE
м v. Rybina
New Discovery of Spain: History and Culture of а Pyrenean State in the First
Collective Work of Russian Historians
Istoriya Ispanii. Т. 1: S Drevnejshih Vremen do Kontsa XVIII Veka / Otv. red.
toma У.А. Vedyushkin, G.A. Ророма. М.: «Тпёп];», 2012. 696 р., ill. (History
of Spain. Уоl.1: From Prehistoric Times till the End of the 17th Century) 392
о. V. Aurov, А. V. Marey
Istoriya Ispanii. Т. 1: S Drevnejshih Vremen do Kontsa XVIII Veka / Otv. red.
toma У.А. Vedyushkin, G.A. Ророуа. М.: «Тпёпк», 2012. 696 Р., ill. (History
of Spain. Уоl.1: From the Prehistoric Times till the End of the 17th Century).... 399
V.A. Vedyushkin, G.A. Popova, А.А. Tkachenko
Аn Answer to Reviewers. 415
POLEMICS DELAYED FOR 80 YEARS
v.v. Rybakov
А New Attempt to Understand Adam of Bremen: аn Answer to Sture Bolin
80 Years Later 425
CHRONICLE
A.L. Osipyan (Kramatorsk, Ukraine)
International Conference «Memory Before Modernity: Practices of Memory in
Early Modern Europe)) (Leiden, University of Leiden, 20-22 June 2012) 460
S.A. Zakharov
Round ТаЫе in Honour of A.N. Savin (1873-1923) 470
А. Уu. Prokop 'ev., А. V. Bannikov
XXXIII All-Russian Conference of Students, Postgraduates and Young
Researchers «Kurbatovskie tschteniya)) 474
AD MEMORIAM
Vladimir Aleksandrovich Yakubsky (23.01.1924-15.12.2013) 478
REVIEWS
D.M Bondarenko
Early Medieval Society in the Light of Social Anthropology
Lozny L.R. Prestate Societies of the North Central European Plains. 600-
900 СЕ. N.Y.: Springer, 2013. 96 р. (Springer Briefs in Anthropology. Human
Ecology) 481

550
Contents
и: Filippov
Documentary Culture and the Laity in the Early Middle Ages / Edited Ьу
W. Brown, М. Costambeys, М. Innes and А. Kosto. Cambridge: Cambridge
University press, 2013. XVI. 389 р. 492
Е.А. Kuz 'menko
France J. Separate butequal: Cistercian lay brothers, 1120-1350. Collegeville,
Minnesota, 2012. ХХХ, 373 р. 498
S.1. Luchitskaya
La Рарашё et les croisades / ТЬе Рарасу and the Crusades: Actes du VII Соп­
gres de lа Society for the Study of the Crusades and the Latin East / Proceed­
ings of the VIph Conference of the Society for the Study of the Crusades and
the Latin East / Ed. Ьу М. Balard. Aldershot: Ashgate Publishing House, 2011.
301 р. 502
A.G. Emanov
Discussions about Byzantine Intellectualism
Kutsch Т. V. N а Zakate Imperii: Intellektualnaya Sreda Pozdnej Vizantii. Ekater­
inburg: Izd-vo Uralsk. un-ta, 2013. 456 р. (Decline of the Empire: Intel1ectual
Milieu of Late Byzantine Empire)....................................... 507
А.А. Palamarchuk
Fenomen Reform па Zapade 1 Vostoke Evropy v Nachale Novogo Vremeni
(ХУI - XVIII vv.): Sbomik Statej / Pod red. М.М. Kroma, L.A. Pimenovoj.
SPb: Izd-vo Evropejskogo un-ta v Sankt-Peterburge, 2013. 364 р. (РЬепот­
епоп of Reforms in the West and East of Europe at the Beginning of the Modern
Period) 513
МА. Yusim
Gorfunkel А.Н. Trud Nauki 1 Izvoroty Sharlatanstva: О Remesle Istorika. SPb:
«Dmitry Bulanin», 2013 (Scholary Work and Twists of Charlatanism: About the
Trade of а Historian). 464 р. 520
Р. Уu. Ouvarov
Revunenkova N. V. Jean Calvin. М., 2012.264 р. 527
SUMMARIES................................................................................................... 532
NOTES ON CONTRIBUTORS 541

I
I
Средние века: исследования по истории Средневековья и ран­
него Нового времени / Ин-т всеобщ. истории РАН. - М.: Наука,
1942 - . - ISSN 0131-8780.
Вып. 75(1-2) / [отв. ред. п.ю. Уваров; сост. С.К. Цатурова]. -
2014. - 551 с. - ISBN 978-5-02-038052-3.
Выпуск открывают статьи, посвященные истории власти и общества в раннее Новое
время. В рубрике «Реформация и власть» речь идет О проблемах Реформации в Герма­
нии и Англии; в разделе «Визуализация власти» представлено исследование нового языка
власти, явленного во время встречи королей Генриха УIII и Франциска 1 на Поле Золотой
Парчи; специальные статьи посвящены муниципальной власти в Испании и Франции. Из­
дание продолжает знакомить с новыми направлениями в медиевистике: в данном выпуске
идет речь о работе семинара «Русь, Московия, Россия в свидетельствах иноземцев» в Ин­
ституте всеобщей истории, а также об иностранных источниках и записках иностранцев о
России. Большое внимание уделено истории и современному состоянию отечественной и
зарубежной медиевистики: исследования о системе образования в дореволюционной Рос­
сии, о спорах в Англии вокруг фигуры Ф. у Мейтленда, о новейших французских публика­
циях, посвященных Жанне д' Арк. На страницах издания представлена научная дискуссия,
вызванная выходом в свет первого тома «Истории Испании». Как всегда, выпуск содержит
научную хронику и рецензии на отечественные и зарубежные издания по истории Сред­
них веков и раннего Нового времени.
Для историков и широкого круга читателей-гуманитариев.
По сети «Академкнига»

Научное издание
СРЕДНИЕ ВЕКА
ИССЛЕДОВАНИЯ
ПО ИСТОРИИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ
И РАННЕГО НОВОГО ВРЕМЕНИ
Выпуск 75 (1-2)
Утверждено к печати
Ученым советом
Института всеобщей истории
Российской академии наук
Редакторы Л.В. Абрамова,
ММ Леренман, ГВ. Шевцова
Художник в.ю. Яковлев
Художественный редактор ю.и. Духовская
Технический редактор З.Б. Павлюк
Корректоры А.Б. Васильев, т.А. Печко,
Е.Л. Сысоева
Подписано к печати 26.05.2014
Формат 60 х 901/16. Гарнитура Тайм с
Печать офсетная
Усл.печ.л. 34,5. Усл.кр.-отт. 34,8. Уч.-изд.л. 38,0
Доп. тираж 300 экз. Тип. зак. 289
Издательство «Наука»
11 7997, Москва, Профсоюзная ул., 90
1.
E-mail: secret@naukaran.ru
www.naukaran.ru
Первая Академическая типография «Наука»
199034, Санкт-Петербург, 9-я линия, 12/28