От составителей
Раздел первый. Рабовладельческие государства и племенные союзы
Раздел второй. Развитие феодальных отношений
Раздел третий. Феодальная раздробленность
Глава IV. Закавказье в XII—XIII веках
Глава V. Монгольские завоевания и Золотая Орда
Глава VI. Борьба русского народа с немецкими и шведскими захватчиками
Глава VII. Великий Новгород и Псков в XII—XV веках
Глава VIII. Феодальная раздробленность в Северо-Восточной Руси и усиление Московского княжества в XIV — первой половине XV века
Глава IX. Золотая Орда, Закавказье и Средняя Азия в XIV—XV веках
Раздел четвертый. Феодальная монархия
Глава XI. Литовское великое княжество в XV—XVI веках
Глава XII. Начало превращения Русского государства в многонациональное централизованное государство в XVI веке
Глава XIII. Крестьянская война начала XVII века и польско-шведская интервенция
Раздел пятый. Образование феодально-абсолютистской монархии
Глава XV. Борьба украинского народа против шляхетской Польши. Богдан Хмельницкий
Глава XVI. Закавказье и Средняя Азия в XVI—XVII веках
Хронология истории СССР
Оглавление
Текст
                    ХРЕСТОМАТИЯ
ПО ИСТОРИИ
СССР
№.
том
I
т
с древнейших времен
ДО КОНЦА XVII ВЕКА
Составили;
&.<и.<Лебедев 9 сМЖ.&1сихомиров,
&.6.Сыроеч1$овс\ий,
Ж
4-Е ИЗДАНИЕ
ИСПРАВЛЕННОЕ и ДОПОЛНЕННОЕ
А Утверждено
с/Кинистерстволс ЮТросвещения
ГОСУДА РСТВ Е Н FTOE
УЧЕБНО - ПЕДАГОГИЧЕСКОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО
МИНИСТЕРСТВА ПРОСВЕЩЕНИЯ РСФСР
cAloch^ea, 4J51


Хрестоматия по истории СССР том I содержит документы по экономическим, социальным, политическим, военным и другим вопросам, отражающим наиболее важные события в истории нашей родины до конца XVII в. В настоящем издании значительно расширен указатель произведений классиков марксизма-ленинизма; включены дополнительные документы: восстание в Киеве 1113 г., в Москве 1382 г., восстание Болотникова, распространение просвещения в Киевской Руси, связи Русского государства с народами Закавказья и т. д. ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ Четвертое, переработанное издание хрестоматии имеет своей целью помочь учителю средней школы в проведении занятий по истории СССР с древнейших времен до последней четверти XVII в. Кроме того, хрестоматия может быть использована студентами исторических факультетов педагогических и учительских институтов. Весь материал распределен на 5 разделов и 16 глав и содержит в себе документы по экономическим, социальным, политическим, военным и другим вопросам, отражающим наиболее важные события в истории нашей родины. В хрестоматию включены также отрывки из произведений великих поэтов: Руставели, Навои, Низами. В переработанный текст включены новые документы по истории древних славян, по истории Москвы и Московского княжества, документы о героической борьбе русского народа против иноземных захватчиков, о классовой борьбе, о путешествиях и географических открытиях, совершенных русскими людьми («Хожение» Афанасия Никитина, документы С. Дежнева), о начале книгопечатания в Русском государстве и др. Материал в основном расположен в хронологическом порядке, исключение составляет только обширная XIV глава, где отдельные документы объединены по тематическому принципу. Каждый раздел снабжен кратким библиографическим указателем произведений классиков марксизма-ленинизма. Древнерусские тексты даны в подлиннике и в переводе на современный русский язык, чтобы дать возможность пользоваться хрестоматией и для ознакомления с древнерусской речью. В подборе нового материала и проверке текстов для данного издания принимали участие В. А. А л е к с а н д р о в, А. Н. М а л ь ц е в, СО. Шмидт, которые составили и указатель произведений классиков марксизма-ленинизма.
КЛАССИКИ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА Маркс К., Революционная эмиграция в Лондоне. Эмиграция из Англии. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. IX, стр. 278—279. Энгельс Ф., Происхождение семьи, частной собственности и государства. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. XVI, ч. I, стр. 136—138, 149. Ленин В. И., Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов? Соч., т. 1, изд. 4-е, стр. 136—137. Л е н и н В. И., О государстве. Лекция в Свердловском университете 11 июля 1919 г. Соч., т. 29, изд. 4-е. Сталин И. В., Анархизм или социализм? Соч., т. 1, стр. 338—340. Сталин И. В., Марксизм и национальный вопрос. Соч., т. 2, стр. 292—297. Сталин И. В., Речь на первом Всесоюзном съезде колхозников-ударников 19 февраля 1933 г. Соч., т. 13, стр. 239, 240. Сталин И. В., О диалектическом и историческом материализме. «Вопросы ленинизма», изд. 11-е, стр. 535—563. Сталин И. В., Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б), раздел IV. «Вопросы ленинизма», изд. 11-е, стр. 604. Сталин И. В., Ответ тов. Разину. «Большевик», 1947, № 3, стр. 8. Сталин И. В., Марксизм и вопросы языкознания, Госполитиздат, 1950. Сталин И., Жданов А., Киров С, Замечания по поводу учебника по истории СССР. Сборник «К изучению истории». М. 1938, стр. 22—24.
Глава I • ДРЕВНЕЙШИЕ НАРОДЫ И ГОСУДАРСТВА НА ТЕРРИТОРИИ НАШЕЙ СТРАНЫ 1. ХАЛДСКИЕ НАДПИСИ Приводимые ниже надписи взяты в переводе И. И. Мещанинова. И. И. Мещанинов, Халдоведение, 1927. НАДПИСЬ ЦАРЯ МЕНУА Надпись находится у Шамирам-Су близ Ардамеда. Менуа правил от 810 до 778 г. до н. э. Богу Халду величайшему Менуа, сын Ишпуина, этот канал провел, Менуи каналом назвав. Менуа говорит: тот, кто эту надпись сотрет, кто имя [на ней] сотрет, тот, кто землею здешнею забросает [канал], тот, кто другой себе присвоит [сооружение канала], — я этот канал провел, — да разгневаются [на него] бог Халд, бог Тейшеба, бог Арди \ [боги] Биайны 2, сделав явным имя его, семейство его, город его огню [и] воде предадут. ХОРХОРСКАЯ НАДПИСЬ ЦАРЯ АРГИШТИ I Надпись высечена на западной стороне Ванской скалы. Аргишти I правил от 778 до 750 г. до н. э. Богу Халду, небожителю, Аргишти говорит: с молитвою воззвав к богу Халду владыке, богу Тейшебе, богу Арди, богам стран Биайн, пребывающим в верхнем небе, в верхнем обиталище, о благоволении их, богов, Аргишти, сын Менуи, говорит: бог Халд велик, бог Халд своею милостью велик; во славу бога Халда, направившись в страну Мака3, я захватил страну Иркиунини 4; отделив от Ассирии страну Алга, 64 071 людей частью я смерти предал, частью живыми увел, 286 коней, 2251 быка, 8205 овец. Аргишти говорит: бога Халда помощью городские заставы укрепленные в один год я воздвиг. К богу Халду я обратился, великою своею милостью покорил он области Мака страну, покорил он страну Пушту5, поверженные пред Аргиштием, сыном Менуи... направившись в страну Пушту, я захватил страну Ашкайа, захватил страну Шатирарага, [границы] страны Угишти я изменил. 1 Арди, Халд, Тейшеба — главные боги халдов. 2 Биайны — местное название страны Урарту. 3 Мака — обычно читается Мана. 4 Страна Иркиунини лежала к северу от Арарата. б Страна Пушту и другие названные области лежали к юго-востоку от Ванского озера. 4
2. КСЕНОФОНТ ОБ АРМЕНИИ Греческий писатель Ксенофонт, ученик Сократа, родился около 444 г. и умер около 355 г. до н. э. В числе других греческих наемников он принял участие в походе Кира Младшего против царя Артаксеркса. После неудачной битвы с персами и гибели Кира, Ксенофонт руководил отступлением греческих наемников через Армению к берегам Черного моря. Отрывок об Армении взят из книги Ксенофонта «Поход Кира» («Анабасио). Перепечатывается из книги В. В. Латышева «Известия древних писателей о Скифии и Кавказе». (Приложение к «Вестнику древней истории» за 1947 год.) ...Когда части соединились1, было признано безопасным разместить отряды по деревням. Хирисоф остался на месте, а прочие воеводы, по жребию разделивши между собой деревни, которые были видны, отправились каждый со своим отрядом. Здесь лохаг2 Поликрат афинянин попросил отпуска и, взяв с собой легковооруженных, сделал набег на ту деревню, которая досталась Ксенофонту, и захватил в ней всех поселян, старшину, 17 жеребят, которых кормили в дань царю, и дочь старшины... ...Дома здесь были подземные со входом наподобие колодезя, но внизу широкие; входы для животных были вырыты, а люди спускались по лестнице. В домах содержались козы, овцы, коровы,, домашние птицы с детенышами; весь скот в домах кормился сеном. Там была и пшеница, ячмень, овощи и ячменное вино в сосудах; ячменные зерна плавали в них в уровень с краями; туда же были вложены тростинки большего и меньшего размера без коленцев; желающему напиться нужно было брать тростинку в рот и сосать. Этот напиток был очень крепок, если не прилить воды, привыкшим к нему он казался чрезвычайно приятным... На следующий день Ксенофонт, взяв с собою старшину, отправился к Хирисофу; где ему случалось проходить через деревню, он заходил к квартировавшим в деревнях солдатам и повсюду заставал их пирующими и веселыми; нигде не отпускали их без завтрака; везде зараз подавали на стол баранину, козлятину, поросятину, телятину, курятину со множеством пшеничного и ячменного хлеба... Пришедши к Хирисофу, они застали и его солдат пирующими на квартирах в венках из сухой травы: прислуживали им армянские мальчики в варварских нарядах... Хирисоф и Ксенофонт, поздоровавшись, вместе спросили старшину через переводчика, говорившего по-персидски: «Что это за страна?». Тот отвечал, что Армения. Затем они спросили: «Для кого кормят лошадей?». Тот сказал, что в дань царю. 1 Когда части соединились — греческие отряды до этого времени шли отдельными частями. 2 Лохаг — начальник отряда, «лоха>. 5
3. СТРАБОН О КАВКАЗЕ С т р а б о н, географ, грек, родился в 60-х годах I в. до н. э. и умер около 23 г. н. э. Описание Кавказа взято из его «Географии». Печатается по книге В. В. Латышева «Известия древних писателей о Скифии и Кавказе». КАВКАЗ Кавказ представляет собой горный хребет, лежащий над обоими морями, Понтийским 1 и Каспийским, и перегораживающий перешеек, разделяющий эти моря. К югу он отделяет Албанию 2 и Иверию3, а к северу — Сарматские равнины4. Он изобилует разнородным лесом, между прочим и корабельным. Так как Диоскуриадаб лежит в заливе и занимает самый восточный пункт всего моря, то она называется уголком Евксина6 и пределом плавания... Эта же самая Диоскуриада служит и началом перешейка между Каспийским морем и Понтом и общим торговым центром для народов, живущих выше ее и вблизи. Сюда сходится, говорят, семьдесят народностей, а по словам других писателей, нисколько не заботящихся об истине, даже триста. Все они говорят на разных языках, так как живут разбросанно, не вступая между собой в сношения вследствие самолюбия и дикости. Большая часть их принадлежит к сарматскому племени, и все они называются кавказцами. ...Народцы, живущие у Кавказа, бедны и малоземельны, а албанский и иверский народы, которые именно и составляют главное население названного перешейка, также могут быть названы кавказскими, но занимают страну богатую и могущую иметь весьма густое население. ИВЕРИЯ И действительно, Иверия прекрасно заселена в большей части городами и хуторами, так что там встречаются и черепичные кровли, и согласное с правилами зодческого искусства устройство жилищ, и рынки, и другие общественные здания. Страна эта отовсюду окружена Кавказскими горами, ибо к югу, как я сказал, выступают богатые растительностью отроги Кавказа, охватывая всю Иверию и доходя до Армении и Колхиды7, а в середине находится равнина, орошаемая реками, из которых самая большая — Кир 8; она берет начало в Армении, тотчас же вступает в сказанную равнину и, приняв в себя Ара- 1 Понтийским — Черным морем. 2 Албания — Азербайджан. 3 Иверия — Грузия. * Сарматские равнины — степи к северу от Кавказских гор. б Диоскуриада — греческая колония на берегу Абхазии. 6 Евксин — Черное море. 7 Колхида — Рионская долина. 8 Кир — Кура. 6
гон 1 вытекающий из Кавказа, и другие притоки, по узкой речной долине изливается в Албанию; многоводной рекой, пронесшись между нею и Арменией по богатым пастбищам и равнинам и приняв в себя еще большее количество рек, в числе которых находятся Алазоний2, Сандован, Ритак и Хан, — все судоходные, — Кир впадает в Каспийское море. Прежде он назывался Кором. Равнину населяют те из иверов, которые более занимаются земледелием и склонны к мирной жизни, снаряжаясь3 по-армянски и по-мидийски, а горную часть занимает воинственное большинство, в образе жизни сходное со скифами и сарматами, с которыми они находятся и в соседстве и в родстве. Впрочем, они занимаются и земледелием и в случае какой-нибудь тревоги набирают много десятков тысяч воинов как из своей среды, так и из тех народов. Есть четыре входа в их страну: один — через Колхидскую крепость Сарапаны и соседнее с нею ущелье, через которое Фа- сид4, сделавшийся вследствие извилин русла проходимым при помощи 120 мостов, бурно и стремительно несется в Колхиду, бороздя эти местности в дождливую пору множеством потоков... Со стороны северных кочевников ведет трудный трехдневный подъем, а за ним — узкая речная долина вдоль реки Араги, требующая четырех дней пути для одного; конец пути охраняет неприступная стена. Проход из Албании сначала представляет высеченную в скалах тропинку, затем идет через болото, образуемое рекой Алазонием, низвергающеюся с Кавказа. Со стороны Армении образуют проход ущелья при Кире и при Араге. При этих реках выше их слияния лежат укрепленные города на скалах, отстоящих одна от другой стадий5 на 16: при Кире — Армозика, а при другой реке — Севсаморы... Жители страны делятся на четыре класса. Один из них, считающийся первым, — тот, из которого ставят царей, выбирая ближайшего по родству с прежним царем и старейшего по летам; второе за ним лицо творит суд и предводительствует войском. Второй класс составляют жрецы, которые ведают также спорные дела с соседями. К третьему классу относятся воины и земледельцы, к четвертому — простонародье, которое служит рабами у царей и доставляет все необходимое для жизни. Имущество у них общее по родам; заведует и распоряжается им в каждом роде старейший. Таковы иверы и их страна. АЛБАНИЯ Албанцы более склонны к пастушескому образу жизни и ближе к типу кочевников, за исключением того, что они не дики, а вследствие этого и воинственны лишь в умеренной степени. Живут они между иверами и Каспийским морем... 1 Арагон — Арагва. 2 Алазоний — Алазань. 3 Снаряжаясь — одеваясь, убирая себя. 4 Фасид — Рион. 5 Стадия — мера длины, около 187 метров. 7
Протекающий через Албанию Кир и остальные реки, пополняющие его, способствуют производительности почвы, но зато отчуждают море. Дело в том, что в обилии наносимый ил заполняет русло, так что лежащие в устьях островки соединяются с материком и образуют непостоянные мели, от которых трудно уберечься; это непостоянство еще увеличивают разливы от прибоя. Таким образом, устье реки, говорят, разделилось на 12 рукавов, из коих одни закрыты, а другие мелки и не могут даже служить стоянкой для судов... Быть может, впрочем, что такого рода людям вовсе не нужно море; ведь они не пользуются, как следует, даже и землей, которая производит всякие плоды, даже самые нежные, и всякие растения: есть даже вечнозеленые. За землей нет ни малейшего ухода, но «все здесь родится несеянным на непаханной почве» *, как говорят бывшие там в походах, рассказывающие о каком-то циклоповском образе жизни в этих странах: часто земля, засеянная однажды, приносит плод дважды или даже трижды, в первый раз даже сам-пятьдесят, притом не бывши под паром и будучи вспахана не железным, но грубым деревянным плугом. Вся равнина орошается лучше Вавилонской и Египетской реками и другими водами, так что всегда сохраняет зеленеющий вид, а вследствие этого изобилует и пастбищами; кроме того, и воздух здесь лучше, чем там. Виноградники у них остаются совершенно невзрытыми и подрезываются через пятилетие, но тем не менее молодые лозы приносят плод уже через два года, а взрослые дают столько плодов, что большую часть оставляют на ветвях... Точно так же и животные у них, как домашние, так и дикие, имеют хороший рост. Люди здесь также отличаются красотой и высоким ростом, но простодушны и чужды торгашеских наклонностей. Они по большей части не употребляют даже монет и не знают счета дальше сотни, а производят мену товарами. И к остальным житейским потребностям они относятся беспечно: не знают ни точных мер, ни весов и одинаково беззаботны в деле войны, гражданского устройства и земледелия. Впрочем, они сражаются и пешими и на конях, в легком вооружении и в панцырях, подобно арменийцам. Войска они выставляют больше, чем иверы: они вооружают 60 000 пехоты и 22 000 всадников, с каковыми силами вступили в борьбу с Помпеем. В войнах с внешними врагами им помогают кочевники, как и иверам, и по тем же причинам. Впрочем, иной раз кочевники нападают и на жителей, так что даже мешают им обрабатывать землю. Албанцы сражаются дротиками и луками, имеют панцыри, большие щиты и шлемы из звериной кожи подобно иверам... 1 «Все здесь родится несеянным на непаханной почве» — из «Одиссеи», IX, 109. 8
Отличаются доблестями и их цари. Ныне надо всеми царствует один царь, а прежде каждый народец с особым наречием имел своего царя; наречий же у них 26 вследствие отсутствия частых сношений одних с другими... Албанцы весьма уважают старость не только своих родителей, но и посторонних. Об умерших же заботиться и даже вспоминать считается грехом. Однако они зарывают вместе с покойниками их имущество и поэтому живут в бедности, не имея ничего отцовского. 4. ГЕРОДОТ О СКИФАХ Геродот — греческий историк и географ V в. до н. э. Образ жизни скифов в изображении Геродота характерен для многих племен, переживавших период разложения родового строя (например, жертвоприношения, военные обычаи). Описание Скифии вошло в 4-ю книгу его «Истории греко-персидских войн». Отрывки из книги Геродота взяты здесь в переводе Ф. Г. Мищенко; Геродот, История в 9 книгах, перев. с греческого Ф. Г. Мищенко, с его предисловием и указателем, изд. 2-е, М. 1888. НАРОДЫ, НАСЕЛЯЮЩИЕ СКИФИЮ 17. От торгового города борисфенитов \ составляющего наиболее срединный пункт во всей приморской Скифии, первыми живут каллипиды, представляющие собою еллинов-скифов, выше их живет другой народ, именуемый алазонами. Как эти последние, так и каллипиды во всем ведут такой же образ жизни, как и скифы, но хлеб они сеют и употребляют в пищу, равно как лук, чеснок, чечевицу и просо. Над алазонами обитают скифы-пахари, сеющие хлеб не для собственного употребления в пищу, но для продажи. Выше их живут невры. К северу от невров, насколько мы знаем, лежит пустыня. Народы эти живут вдоль реки Гипа- ниса2 к западу от Борисфена 3. 18. С переходом через Борисфен вступаем в ближайшую от моря землю, Гилею 4; выше ее живут скифы-земледельцы, которых живущие у реки Гипаниса еллины называют борисфенитами; самих себя тамошние еллины называют ольвиополитами. Следовательно, эти скифы-земледельцы занимают пространство к востоку на три дня пути, простираясь до реки, именуемой Панти- капоюб, и на север вверх по течению Борисфена на одиннадцать дней. Над ними простирается обширная пустыня. За пустыней обитают андрофаги — народ особенный, вовсе не скифский. Еще выше лежит настоящая пустыня: не живет там, насколько мы знаем, ни один народ. 19. К востоку, от скифов-земледельцев, по ту сторону реки Пантикапы, обитают скифы-кочевники, не сеющие ничего и не пашущие. Вся эта страна, за исключением Гилей, безлесна. Ко- 1 Торговый город борисфенитов — Ольвия. 2 Гипанис — Южный Буг. 3 Борисфен — Днепр. 4 Гилея — лесная область у устья Днепра. 5 Панти- капа— вероятно, Ингулец. 9
чевники занимают область к востоку на четырнадцать дней пути, простирающуюся до реки Герра 1. 20. По ту сторону реки Герра находятся так называемые царские владения и живут храбрейшие и многочисленнейшие скифы, прочих скифов почитающие своими рабами. На юге они простираются до Таврики, на востоке до того рва, который выкопали потомки слепых, и до торжища на Меотидском озере2, называющегося Кремнами; владения их частью доходят и до реки Танаиса3. Земли, лежащие к северу от царственных скифов, заняты меланхленами, народом особым, не скифским. Выше ме- ланхленов, насколько нам известно, лежат озера и безлюдная пустыня. 21. По ту сторону Танаиса нет более Скифии; первая из тамошних областей принадлежит савроматам, которые занимают пространство в пятнадцать дней пути, начиная от угла Меотидского озера по направлению к северу. Вся страна лишена диких и садовых деревьев. Над ними живут будины, занимающие второй участок земли, весь покрытый густым разнородным лесом. КУМИР АРЕЯ 62. ...В каждом скифском царстве ставятся по околоткам святилища Арея 4, именно: складывается куча хворосту длиною стадии в три и столько же шириною; высота кургана меньше; наверху сделана четырехугольная площадка, три стороны которой отвесны, а к четвертой есть доступ. Ежегодно свозится полтораста возов хворосту, потому что от непогоды кучи постоянно оседают. На каждой такой насыпи водружается железный старинный меч, который и составляет кумир Арея. Этому-то мечу ежегодно приносятся в жертву рогатый скот и лошади, как и прочим божествам, а сверх того, совершается еще следующее: в честь его умерщвляется каждый сотый мужчина из числа взятых в плен врагов, и умерщвляется не так, как скот, но иным способом: сделавши предварительно возлияние на головы людей, их режут над сосудом, потом кровь убитых относят на кучу хвороста и льют ее на меч. Только кровь относится наверх; внизу у святилища всем убитым людям отсекают правые плечи вместе с руками и бросают в воздух; покончив с принесением в жертву остальных животных, удаляются. Руки оставляются там, где упали, а трупы лежат отдельно. ВОЕННЫЕ ОБЫЧАИ 64. Военные обычаи их таковы: скиф пьет кровь первого убитого им врага, а головы всех врагов, убитых *в сражении, относятся к царю, потому что только под условием доставления головы 1 Герр — может быть, Конские воды, приток Днепра, может быть, река Орель, может быть, одна из рек, впадающих в Азовское море. 2 Меотидское озеро — Азовское море. 3 Танаис — Дон. 4 Арей — греческое название бога войны. 10
неприятеля скиф получает долю добычи, в противном случае не получает ничего. С головы он снимает кожу следующим образом: кругом головы около ушей делает надрез, потом берет голову в руки и вытряхивает ее из кожи, затем соскабливает с нее бычачьим ребром мясо и выделывает кожу в руках, делая ее, таким образом, мягкою, затем употребляет как утиральник, привешивает ее к уздечке той лошади на которой ездит сам, и гордится этим. Скиф, располагающий наибольшим числом таких утиральников из кож неприятелей, почитается доблестнейшим человеком. Многие скифы приготовляют себе из содранных кож плащи, в которые и одеваются; для этого кожи сшиваются вместе, как козьи шкурки. С другой стороны, многие из них снимают кожу до самых ногтей с правых рук убитых врагов и приготовляют из этих кож футляры для колчанов. Человеческая кожа, действительно, толста и блестяща, блеском и белизною превосходит почти все другие кожи. Наконец, многие скифы снимают кожу со всего трупа, напяливают ее на палки и возят с собою на лошадях. Таковы у них военные обычаи. 66. Ежегодно раз в году каждый начальник в своем околотке приготовляет чашу вина, из которой пьют те лишь скифы, которые умертвили врагов; напротив, те из скифов, за которыми нет таких подвигов, не вкушают этого вина и как обесчещенные садятся в сторону; это самый тяжкий позор для них. Напротив, если кто из скифов убил очень много врагов, тот получает две чаши и пьет вино из обеих разом. ЦАРСКОЕ ПОГРЕБЕНИЕ 71. Гробницы царей находятся в Геррах1, до которых Борис- фен судоходен. После смерти царя там тотчас выкапывается большая четырехугольная яма; по изготовлении ее принимаются за покойника и воском покрывают его тело, но предварительно раз- резывают ему живот, вычищают его и наполняют толченым купером, ладаном, семенами сельдерея и аниса, лотом сшивают и везут в повозке к другому народу. Тот народ, к которому привозят покойника, делает то же самое, что и царственные скифы, именно: и там люди отрезают себе часть уха, стригут кругом волосы, делают себе на руках порезы, расцарапывают лоб и нос, а левую руку прокалывают стрелами. Отсюда перевозят труп царя к другому подвластному им народу, между тем как тот народ, к которому они приходили раньше, следует за покойником. Объехавши таким образом все народы, царские скифы являются в землю отдаленнейшего подчиненного им народа — герров, где находится и кладбище. Здесь труп хоронят в могиле на соломенной подстилке, по обеим сторонам трупа вбивают копья, на них кладут брусья и все покрывают рогожей. В остальной обширной 1 Герр — местность у порогов Днепра. 11
части могилы хоронят одну из его жен, предварительно задушивши ее, а также виночерпия, повара, конюха, приближенного слугу, вестовщика, наконец, лошадей, первенцев всякого другого скота и золотые чаши,—серебра и меди цари скифов совсем не употребляют; после этого все вместе устраивают большую земляную насыпь, прилагая особое старание к тому, чтобы она вышла как можно больше. 5. ПРИСЯГА ХЕРСОНЕСЦЕВ Приводимый документ — текст присяги, которую приносили в Херсонесе все юноши, достигшие совершеннолетия. Присяга относится к III в. до н. э. и высечена на мраморной плите, найденной в 1890—1891 г. в Херсонесе. Клянусь Зевсом, Землею, Солнцем, Девою 19 богами и богинями Олимпийскими и героями, кои владеют городом и землею и укреплениями херсонесцев; я буду единомыслен относительно благосостояния и свободы города и граждан и не предам ни Херсонеса, ни Керкинитиды, ни Прекрасной гавани2, ни прочих укреплений, ни из прочей земли, коею херсонесцы владеют или владели, ничего никому — ни еллину, ни варвару, но сохраню народу херсонесцев; и не нарушу демократии, и желающему предать или нарушить не дозволю, и не утаю вместе с ним, но заявлю городским демиургам 3, и врагом буду злоумышляющему и предающему и склоняющему к отпадению Херсонес или Керкини- тиду, или Прекрасную гавань, или укрепления и область херсонесцев; и буду служить демиургом и членом совета как можно лучше и справедливее для города и граждан; и... народу охраню и не передам на словах ничего тайного ни еллину, ни варвару, что может повредить городу; и дара не дам и не приму ко вреду города и граждан; и не замыслю никакого неправедного деяния против кого-либо из граждан не отпавших и замышляющему (не дозволю и не утаю ничего ни с кем), но заявлю и при суде подам голос по законам; и в заговор не вступлю ни против общины херсонесцев, ни против кого-либо из граждан, кто не объявлен врагом народу; если же я с кем-либо вступил в заговор и если связан какою-либо клятвою или обетом, то нарушившему да будет лучше и мне и моим, а пребывающему — обратное; и если я узнаю какой-либо заговор, существующий или составляющийся, то заявлю демиургам; и хлеба вывозного с равнины не буду продавать и вывозить в другое место с равнины, но только в Херсонес. Зевес и Земля и Солнце и Дева и боги Олимпийские, пребывающему мне в этом да будет благо и самому, и роду, и моим, и да не приносит мне плода ни земля, ни море, ни женщины да не (благорождают)... (конец не сохранился). 1 Дева — Артемида Таврическая. 2 Прекрасная гавань — местоположение гавани точно неизвестно. 3 Демиурги — главные должностные лица. 12
6. ДЕКРЕТ В ЧЕСТЬ ДИОФАНТА. ВОССТАНИЕ САВМАКА Надпись — декрет херсонесского «совета и народа» в честь Диофанта, полководца Митридата Евпатора — описывает события последнего десятилетия II в. до н. э. Перепечатывается в переводе С. А. Жебелева. С. А. Ж е б е л е в, Последний Перисад и скифское восстание на Босаоре, 1933. ...Диофант1, сын Асклапиодора, гражданин Синопы2, наш3 друг и благодетель, пользуясь доверием и уважением, как никто, со стороны царя Мифрадата Евпатора, постоянно оказывается виновником всего хорошего для нашего города, направляя царя на самое прекрасное и славное. Будучи им привлечен и приняв на себя войну против скифов, Диофант прибыл в наш город и мужественно со всем войском переправился на ту сторону4. Когда скифский царь Палак6 внезапно напал на Диофанта с большим полчищем, он, быв тем самым вынужден выстроить свое войско в боевой порядок, обратив в бегство скифов, считавшихся до тех пор непобедимыми, и таким образом устроил так, что царь Миф- радат Евпатор первый водрузил над ними трофей. Покорив соседних тавров6 и основав на том месте город7, Диофант отлучился в боспорские местности и там в короткое время совершил много великих дел. Снова вернувшись в наши места и взяв с собою граждан цветущего возраста, Диофант продвинулся в центр Скифии, и, после того, как скифы сдали ему царские укрепленные пункты Хабеи и Неаполис8, вышло так, что почти все скифы стали подвластны царю Мифрадату Евпатору. Благодарный народ за все это почтил Диофанта приличествующими почестями как освобожденный уже от владычества варваров. Когда скифы, обнаружив врожденное им вероломство, отложились от царя и изменили [утвердившееся] положение вещей, это заставило царя Мифрадата Евпатора снова отправить Диофанта с войском [в Херсонес]. Диофант, хотя время склонялось к зиме, взяв своих воинов и самых сильных из [херсонесских] граждан, двинулся против самых укрепленных пунктов скифов, но, быв задержан непогодою, поворотил в приморские местности, захватил Керкинитиду9 и Укрепления и приступил к осаде жителей Прекрасной гавани i0. Когда Палак, полагая, что время ему содействует, собрал всех своих, а сверх того привлек на свою сторону племя ревксиналов п..., Диофант сделал разумную диспозицию 1 Диофант—полководец Митридата Евпатора, понтийского царя. 2 Си- нопа — город на малоазиатском берегу Черного моря. 3 Наш — т. е. города Херсонеса. 4 На ту сторону — т. е. с южного берега Севастопольской бухты, где был расположен Херсонес, на ее северный берег. б Палак — сын царя Скилура, организовавшего Скифское царство в Крыму. 6 Тавры—жили на южном берегу Таврического полуострова между Херсонесом и Феодосией. 7 Город — Евпатория. 8 Хабеи и Неаполис — скифские города. Неаполис — недалеко от Симферополя. 9 Керкинитида— находилась близ нынешней Евпатории и принадлежала Херсонесу. 10 Укрепления, Прекрасная гавань — пункты, принадлежащие Херсонесу. п Ревксиналов — роксолан. 13
[своих сил]. И вышло так, что была победа для царя Мифрадата Евпатора, прекрасная и достопамятная на все времена: из пехоты [вражеской] почти никто не спасся, из конницы же немногие спаслись бегством. Не оставаясь ни минуты в бездействии, Диофант с войском в начале весны пошел на Хабеи и Неа- полис *... Диофант отправился в боспорские местности и устроил тамошние дела прекрасно и полезно для царя Мифрадата Евпатора. Когда скифы, с Савмаком во главе, произвели государственный переворот и убили боспорского царя Перисада, выкормившего Савмака, на Диофанта же составили заговор, последний, избежав опасности, сел на отправленное за ним [херсонесскими] гражданами судно и, прибыв [в Херсонес], призвал на помощь граждан. [Затем], имея ревностного сотрудника в лице посылавшего его царя Мифрадата Евпатора, Диофант в начале весны [следующего года] прибыл [в Херсонес] с сухопутным и морским войском и, присоединив к нему отборных [херсонесских] воинов, [разместившихся] на трех судах, двинулся [морем] из нашего города [Херсо- неса], овладел Феодосией и Пантикапеем, наказал виновников восстания, Савмака же, убийцу царя Перисада, захватив в свои руки, отправил в царство2 и снова приобрел власть [над Боспо- ром] для царя Мифрадата Евпатора. 7. АММИАН МАРЦЕЛЛИН. ГУННЫ Римский историк Аммиан Марцеллин писал в конце IV в. Отрывок о гуннах взят из его «Истории» в переводе Ю. Кулаковского. Ю. Кулаковский и А. Сони н, Аммиан Марцеллин, История, вып. 1—3, 1906—1908. Племя гуннов, о которых древние писатели осведомлены очень мало, обитает за Мэотийским болотом в сторону Ледовитого океана и превосходит в своей дикости всякую меру. Так как при самом рождении на свет младенца ему глубоко изрезывают щеки острым оружием, чтобы тем задержать своевременное появление волос, на зарубцовавшихся нарезах, то они доживают свой век до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей или уподобить тем грубо обтесанным наподобие человека чурбанам, какие ставятся на концах мостов..При столь диком безобразии в них человеческого образа они так закалены, что не нуждаются ни в огне, ни в приспособленной ко вкусу человека пище; они питаются кореньями диких трав и полусырым мясом всякого скота, которое они кладут на спины коней под свои бедра и дают ему немного попреть. 1 Далее текст надписи пострадал. Из сохранившихся отдельных слов следует, повидимому, что на этот раз скифам было нанесено окончательное поражение. 2 В царство — т. е. в Понт. 14
Никогда они не укрываются в какие бы то ни было здания, но, напротив, избегают их, как гробниц, отрешенных от обычного обихода людей. У них нельзя встретить даже покрытого камышом шалаша. Они кочуют по горам и лесам, с колыбели приучаются переносить холод, голод и жажду. И на чужбине входят они под кров только в случае крайней необходимости, так как не считают себя в безопасности под кровом. ...Тело они прикрывают льняной одеждой или же сшитой из шкурок лесных мышей. Нет у них различия между домашним платьем и выходной одеждой: но раз одетая на шею туника грязного цвета снимается или заменяется другой не раньше, чем она расползется в лохмотья от долговременного гниения. Голову покрывают они кривыми шапками, свои обросшие волосами ноги — козьими шкурами; обувь, которую они не выделывают ни на какой колодке, затрудняет их свободный шаг. Поэтому они не годятся для пешего сражения; зато они словно приросли к своим коням, выносливым, но безобразным на вид, и часто сидя на них на женский манер, исполняют свои обычные занятия. День и ночь проводят они на коне, занимаются куплей и продажей, едят и пьют и, склонившись на крутую шею коня, засыпают *гспят так крепко, что даже видят сны. Когда приходится им совещаться о серьезных делах, то и совещание они ведут, сидя на конях. Не знают они над собой строгой царской власти, но, довольствуясь случайным предводительством кого-нибудь из своих старейшин, сокрушают все, что ни попадется на пути. Иной раз, будучи чем-нибудь задеты, они вступают в битву; в бой они бросаются построившись клином, и издают при этом грозный завывающий крик. Легкие и подвижные, они вдруг нарочно рассеиваются и, не выстраивая боевой линии, нападают то там, то здесь, производя страшные убийства. Вследствие их чрезвычайной быстроты никогда не случается видеть, чтобы они штурмовали укрепление или грабили вражеский лагерь. Они заслуживают того, чтобы признать их отменными воителями, потому что издали ведут бой стрелами, снабженными искусно сработанными остриями из кости, а сблизившись в рукопашную с неприятелем, бьются с беззаветной отвагой мечами и, уклоняясь сами от удара, набрасывают на врага аркан, чтобы лишить его возможности усидеть на коне или уйти пешком. Никто у них не пашет и никогда не коснулся сохи. Без определенного места жительства, без дома, без закона или устойчивого образа жизни кочуют они, словно вечные беглецы, с кибитками, в которых проводят жизнь; там жены ткут им их жалкие одежды, сближаются с мужьями, рожают, кормят детей до возмужалости. Никто у них не может ответить на вопрос, где он родился: зачат он в одном месте, рожден — далеко оттуда, вырос — еще дальше. Когда нет войны, они вероломны, непостоянны, легко поддаются всякому дуновению перепадающей новой надежды, во всем полагаются на дикую ярость. Подобно лишенным разума животным, 15
они пребывают в совершенном неведении, что честно, что не честно, ненадежные в слове и темные, не связаны уважением ни к какой религии или суеверию, пламенеют дикой страстью к золоту, до того изменчивы и скоры на гнев, что иной раз в тот же самый день отступаются от своих союзников без всякого подстрекательства и точно так же без чьего бы то ни было посредства опять мирятся. 8. ПРОКОПИЙ КЕСАРИЙСКИЙ. О СЛАВЯНАХ И АНТАХ Византийский писатель VI в. Прокопий Кесарийский в своем сочинении «О войне с готами» говорит о войнах Византийской империи с народами, наступавшими с севера, называя в их числе славян и антов — предков восточных славян. Отрывки из Прокопия печатаются по книге «Прокопий из Кесарии. Война с готами». М. 1950. СЛАВЯНЕ И АНТЫ Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим. И во всем остальном у обоих этих варварских племен вся жизнь и уза- конения одинаковы. Они считают, что один только бог, творец' молний, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды. Судьбы они не знают и вообще не признают, что она по отношению к людям имеет какую-либо силу, и когда им вот-вот грозит смерть, охваченным ли болезнью, или на войне попавшим в опасное положение, то они дают обещание, если спасутся, тотчас же принести богу жертву за свою душу, и, избегнув смерти, они приносят в жертву то, что обещали, и думают, что спасение ими куплено ценой этой жертвы. Они почитают реки, и нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им и при помощи этих жертв производят и гадания. Живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют места жительства. Вступая в битву, большинство из них идет на врагов со щитами и дротиками в руках, панцырей же они никогда не надевают: иные не носят ни рубашек (хитонов), ни плащей, а одни только штаны, подтянутые широким поясом на бедрах, и в таком виде идут на сражение с врагами. У тех и других один и тот же язык, достаточно варварский. И по внешнему виду они не отличаются друг от друга. Они очень высокого роста и огромной силы. Цвет кожи и волос у них очень белый... Образ жизни у них, как и у массаге- тов !, грубый, безо всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но по существу они неплохие люди и совсем не злобные, но во всей чистоте сохраняют гуннские нравы. И некогда даже имя у славян и антов было одно и то же. В древности оба эти племени называли 1 Массагеты — народ, живший в Средней Азии, о которых писал Геродот. 16
спорами («рассеянными»), думаю потому, что они жили, занимая страну «спораден», «рассеянно», отдельными поселками. Поэтому- то им и земли надо занимать много. Они живут, занимая большую часть берега Истра 1, по ту сторону реки. НАПАДЕНИЕ СЛАВЯН И АНТОВ Эти славяне, победители Асбада2, опустошив подряд всю страну вплоть до моря, взяли также приступом и приморский город по имени Топер, хотя в нем стоял военный гарнизон. Этот город был первым на фракийском побережье3 и от Византии отстоял на двенадцать дней пути. Взяли же они его следующим образом. Большая часть врагов спряталась перед укреплением в труднопроходимых местах, а немногие, появившись около ворот, которые обращены на восток, беспокоили римлян 4, бывших на стене. Римские воины, находившиеся в гарнизоне, вообразив, что врагов не больше, чем сколько они видят, взявшись за оружие, тотчас же вопили против них все. Варвары б стали отступать, делая вид, что, испуганные их нападением, они обратились в бегство; римляне же, увлеченные преследованием, оказались далеко впереди укреплений. Тогда поднялись находившиеся в засаде и, оказавшись в тылу у преследующих, отрезали им возможность возвратиться назад в город. Да и те, которые делали вид, что отступают, повернувшись лицом к римлянам, поставили их между двух огней. Варвары всех их уничтожили и тогда бросились к стенам. Городские жители, лишенные поддержки воинов, были в полной беспомощности, но все же стали отражать, насколько они могли в данный момент, нападающих. Прежде всего они лили на штурмующих кипящее масло и смолу и всем народом кидали в них камни; но они, правда, не очень долго отражали грозящую им опасность. Варвары, пустив в них тучу стрел, принудили их покинуть стены и, приставив к укреплениям лестницы, силою взяли город. До пятнадцати тысяч мужчин они тотчас же убили и ценности разграбили, детей же и женщин они обратили в рабство. Вначале они не щадили ни возраста, ни пола, оба эти отряда с того самого момента, как ворвались в область римлян, убивали всех, не разбирая лет, так, что вся земля Иллирии 6 и Фракии 7 была покрыта непогребенными телами. 1 Истр — Дунай. 2 Асбада — Асбад, один из военачальников византийского императора Юстиниана (527—565 гг.), был побежден славянами. 3 Фракийское побережье — берега Черного моря (современная Болгария). 4 Римляне — греки (византийцы) называли себя римлянами, считая себя наследниками Римской империи. 5 Варвары — так называет Прокопий все народы, не принадлежавшие к грекам и римлянам.6 Иллирия — провинция Римской империи (позже Византийской). Иллирия занимала всю западную часть Балканского полуострова (на территории современной Югославии). 7 Фракия — про- винция Римской (позже Византийской) империи. Фракия занимала юго-восточную часть Балканского полуострова (на территории современной Болгарии). Г7
9. МАВРИКИЙ СТРАТЕГ. О СЛАВЯНАХ И АНТАХ В конце VI в. неизвестный византийский автор (имеется предположение, что им был император Маврикий Стратег) написал руководство для ведения войны («Стратегикон») против славян и антов. В нем он говорит также об обычаях и нравах этих народов. Отрывки из «Стратегикона» печатаются по изданию «Материалы к истории древних славян» [«Вестник древней истории», 1941, № 1 (14), стр. 253—257]. ОБЫЧАИ СЛАВЯН И АНТОВ Племена славян и антов сходны по своему образу жизни, по своим нравам, по своей любви к свободе; их никоим образом нельзя склонить к рабству или подчинению в своей стране. Они многочисленны, выносливы, легко переносят жар, холод, дождь, наготу, недостаток в пище. К прибывающим к ним иноземцам они относятся ласково и, оказывая им знаки своего расположения, (при переходе их) из одного места в другое охраняют их в случае надобности, так что, если бы оказалось, что, по нерадению того, кто принимает у себя иноземца, последний потерпел (какой- либо) ущерб, принимавший его раньше начинает войну (против виновного), считая долгом чести отомстить за чужеземца. Находящихся у них в плену они не держат в рабстве, как прочие племена, в течение неограниченного времени, но, ограничивая (срок рабства) определенным временем, предлагают им на выбор: желают ли они за известный выкуп возвратиться восвояси, или остаться там (где они находятся) на положении свободных и друзей? У них большое количество разнообразного скота и плодов земных, лежащих в кучах, в особенности проса и пшеницы. Скромность их женщин превышает всякую человеческую природу, так что большинство их считают смерть своего мужа своей смертью и добровольно удушают себя, не считая пребывание во вдовстве за жизнь. Они селятся в лесах, у неудобопроходимых рек, болот и озер, устраивают в своих жилищах много выходов, вследствие случающихся с ними, что и естественно, опасностей. Необходимые для них вещи они зарывают в тайниках, ничем лишним открыто не владеют и ведут жизнь бродячую. Сражаться со своими врагами они любят в местах, поросших густым лесом, в теснинах, на обрывах; с выгодой'для себя пользуются (засадами), внезапными атаками, хитростями, и днем и ночью, изобретая много (разнообразных) способов. Опытны они также и в переправе через реки, превосходя в этом 'отношении всех людей. Мужественно выдерживают они пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные большие, выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами, лежа навзничь на дне (реки), дышат с помощью их; и это они могут проделывать в течение многих часов, так что совер- 18
шенно нельзя догадаться об их (присутствии). А если случится, что камыши бывают видимы снаружи, неопытные люди считают их за растущие в воде, лица же, знакомые (с этою уловкою) и распознающие камыш по его обрезу и (занимаемому им) положению, пронзают камышами глотки (лежащих) или вырывают камыши и тем самым заставляют (лежащих) вынырнуть из воды, так как они уже не в состоянии дольше оставаться в воде. Каждый вооружен двумя небольшими копьями, некоторые имеют также щиты, прочные, но трудно переносимые (с места на место). Они пользуются также деревянными луками и небольшими стрелами, намоченными особым для стрел ядом, сильно действующим, если раненый не примет раньше противоядия или (не воспользуется) другими вспомогательными средствами, известными опытным врачам, или тотчас же не обрежет кругом место ранения, чтобы яд не распространился по остальной части-тела. Не имея над собою главы и враждуя друг с другом, они не признают военного строя, неспособны сражаться в правильной битве, показываться на открытых и ровных местах. Если и случится, что они отважились идти на бой, то они во время его с криком слегка продвигаются вперед все вместе, и если противники не выдержат их крика и дрогнут, то они сильно наступают; в противном случае обращаются в бегство, не спеша померяться с силами неприятелей в рукопашной схватке. Имея большую помощь в лесах, они направляются к ним, так как среди теснин они умеют отлично сражаться. Часто несомую добычу они бросают как бы под влиянием замешательства и бегут в леса, а затем, когда наступающие бросаются на добычу, они без труда поднимаются и наносят неприятелю вред. Все это они мастера делать разнообразными придумываемыми ими способами, с целью заманить противника. КАК НАДО ВОЕВАТЬ СО СЛАВЯНАМИ И АНТАМИ В общем они коварны и не держат своего слова относительно договоров; их легче подчинить страхом, чем подарками. Так как между ними нет единомыслия, то они не собираются вместе, а если и соберутся, то решенное ими тотчас же нарушают другие, так как все они враждебны друг другу и при этом никто не хочет уступить другому. В сражениях наибольшую опасность для них представляет метание в них стрел и койий, внезапные нападения из засады и набеги, производимые против них отрядами из разных мест, сражение с пехотой, особенно легковооруженной, в местностях открытых и ровных. Поэтому нужно заготовить против них конницу и пехоту, главным образом легковооруженную, и приготовить большое количество метательного оружия, не только стрел, но и различных видов копий. Надо также по возможности заготовлять материалы для постройки так называемых пловучих 19
•(понтонных) мостов, с тем чтобы переход через реки был предварительно обдуман; ведь в их стране много трудно переходимых рек. И по скифскому обычаю, одни должны строить мост, а другие — их защищать и сражаться. Надо иметь мешки из бычьих и козьих шкур, чтобы во время внезапных нападений на врага или яри переходе через реки воины летом переплывали на них. Но Нападения на (славян) следует производить главным образом в зимнее время; тогда деревья стоят обнаженными и за ними нельзя скрываться с таким удобством (как летом). На снегу тогда остаются заметными следы убегающих; запасов у них мало, сами они, можно сказать, обнаженные, да и реки вследствие сковывающего их льда легко проходимы. Большую часть животных и лишний багаж нужно оставить в своей земле, в хорошо укрепленном месте с небольшим гарнизоном, назначив над ним начальника. Легкие быстроходные суда надо поставить в нужных местах. Остальную часть конницы надо оставить в своей стране с хорошим начальником как для охраны страны и чтобы не случилось чего- либо с перешедшим на другую сторону войском, если враги, как обычно, устроят против него засаду, а с другой стороны — для распространения слуха, что подготовляется переход также и в другом месте. Благодаря такому слуху и предусмотрительности вождей каждый (из врагов) будет ждать, что ему придется сражаться за свое, и, таким образом, врагам не представится возможности соединиться и нанести (нашему войску) какой-либо удар. Не нужно, чтобы (наши отряды) держались близко от Дуная, для того чтобы, если враги заметят, что они малочисленны, не стали относиться к ним с презрением; но они не должны быть и очень далеко от реки, чтобы не задержаться, если необходимость призовет их на помощь перешедшему на ту сторону войску; одним словом, они должны держаться от Дуная на расстоянии одного дневного перехода. Перешедшее же войско должно тотчас же укрепиться в неприятельской земле и делать переходы по ровным и открытым местам; тотчас же выслать вперед подходящих людей с хорошим начальником, чтобы захватить «языка», благодаря чему можно будет узнать о планах врагов. Больше всего надо остерегаться без предварительной разведки переходить, особенно летом, в места трудные и густо заросшие, особенно если тут собрались отряды врагов, прежде чем они не будут прогнаны конницей или пехотой. Если же, несмотря на то, что это место узкое, надо будет сделать здесь переход против врагов, нужно или вырубить и выровнять это место, как это сказано в соответствующем месте этой книги, или оставить здесь отряд, который мог бы господствовать над этим местом до возвращения (делающего набег) войска, для того чтобы враги внезапно не напали и, сделав засаду, не нанесли поражения во время прохода войску, естественно, обремененному добычей. Когда останавливаются лагерем, надо, сколько возможно, избегать мест, густо поросших лесом, и остерегаться около них разбивать палатки. Ведь из-за этого 20
враги часто делают нападения из лесов и производят грабеж скота. Нужно, чтобы пехота держалась в месте, сильно укрепленном рвом, а конница была вне его. Дозорные же сторожа должны широко кругом охранять пастбища лошадей, исключая случай, если вследствие неожиданных обстоятельств кони не могли быть посланы на пастбища и поэтому днем и ночью должны были находиться внутри укреплений. Если наступает момент сражения, нужно против них выстраивать не очень глубокий строй и не стараться вступать с ними в бой только в лоб, но также и другими способами. Если же они, как иногда бывает, занимают очень крепкую позицию и, охраняя свой тыл, не дают возможности вступить в рукопашный бой, равно и окружить себя или ударить с фланга, или зайти к ним в тыл, то нужно, чтобы некоторые (из наших) были поставлены в засаду, а остальные притворно сделали вид на их глазах, что отступают; это надо сделать с той целью, чтобы они, охваченные надеждой на преследование, ушли со своей укрепленной позиции, и тогда нужно повернуться против них, а находящиеся в засаде тоже должны на них напасть. Если среди них много предводителей и нет между ними согласия, неглупо некоторых из них привлечь на свою сторону речами или подарками, особенно тех, которые находятся поблизости от наших границ, и нападать на других, чтобы не все прониклись (к нам) враждой или не стали бы под власть одного вождя. Нужно, чтобы за теми (из пленных), которые возвращаются к нам или которые заявляют, что хотят перебежать к нам и обещают показать дорогу или сообщить что-либо важное, за ними было наблюдение особенно тщательное, так как ведь есть и римляне, которые, применяясь к обстоятельствам, забывают о своих и свое расположение дарят больше врагам. Если они оказывают нам помощь, надо их наградить, если вредят, — наказать. Найденное во вражеской стране продовольствие не следует уничтожать на месте и бесполезно, но стараться перевезти его в свою страну на вьючных ли животных, или на кораблях. Так как их реки вливаются в Дунай, то перевозка на судах очень удобна. Пехотинцы нужны не только в узких местах или в укреплениях, но и в труднопроходимых местностях, где при появлении врагов они легко могут построить мосты. Если незаметно ночью или днем переправить несколько тяжеловооруженных и легковооруженных на ту сторону, поставив войско в боевой строй так, чтобы река была у нас в тылу, то с полной безопасностью можно будет навести мосты на реке для перехода. При переходе по узким лощинам или рекам необходимо иметь во всяком случае в зависимости от местоположения в арьергарде хороших легковооруженных солдат. Только тогда происходят удачные нападения, когда войско разделено на части и ушедшие вперед могут помочь арьергарду. Производимые против варваров, как всегда, неожиданные набеги должны производиться в таком порядке, чтобы одни нападали на них с фронта и приводили их в замешательство, другие же скрытно проникали 21
им в тыл, будь то пехота или конница. Если враги задумают бежать, чтобы они попадали на эту естественно скрытую засаду, а убегая от первого натиска, чтобы они непредвиденным для себя образом попадали на этот второй отряд. Необходимо и во время лета не останавливаться от нанесения им ущерба и заниматься в это время ограблением более ровных и безлесных местностей; надо стараться дольше пробыть в их стране, чтобы взятые в плен римляне с большей безопасностью спокойно могли бы вернуться к нам. Ведь тогда леса особенно густо покрыты листьями, поэтому пленным представляется полная возможность без всякого страха бежать к нам. Все остальное, что касается пути или способа передвижения, а также и ограбления страны, равно как и обо всехМ другом, что может тут произойти сказано в той книге, которая трактует о движении по стране врагов. Здесь я скажу об этом в возможно кратких словах. Так как местности, занятые славянами и антами, расположены вдоль рек и они так соприкасаются друг с другом, что между ними нет столь большого расстояния, чтобы о нем стоило упоминать, и так как около них находятся леса, болота или заросли тростника, то при нападениях, предпринимаемых против них, по большей части происходит, что приходится останавливаться у первого их поселка и все войско остается там в бездействии, так как дальнейшие места непроходимы; ведь рядом находятся очень густые леса, откуда видны движения (нашего войска), поэтому враги даже с близкого расстояния легко могут убежать при начале наступления против них. Так как их молодежь, будучи легковооруженной, выбирая удобный момент, из засад нападает на наших воинов, то отсюда ясно, что те, которые предпринимают против них походы, могут причинить им не много вреда. Поэтому нападения на них надо организовать неожиданные, особенно в местах, где меньше всего этого ждут, организовать «банды», или, как иначе их называют, «тагмы», для того чтобы знать, какой отряд должен идти первым, какой вторым, какой третьим и так далее по порядку; особенно это нужно в местах узких, чтобы не смешиваться, когда с трудом приходится разбираться при разделении войска. Когда переход (через реку) сделан внезапно, если вторжение может быть сделано с двух удобных мест, нужно разделить войско на две части и одну часть должен взять себе помощник главнокомандующего (гипостратег), легковооруженную и без багажа, и двинуться на расстояние 15—20 миль с фланга по неизвестным местам, с тем чтобы, двигаясь по более пустынным местностям, приблизиться к поселкам и постараться отсюда овладеть добычей и затем выйти к другой части войска под начальством самого вождя. Вождь же, имея другую часть войска, должен попытаться напасть с другой стороны на эти поселки и заняться грабежом. Затем обе части должны идти навстречу друг другу, истребляя и грабя находящуюся между ними область. Там, где к вечеру они встретятся, они вместе должны 22
разбить лагерь. Таким образом и нападение является безопасным, и те из врагов, которые попытаются напасть на одну часть, неожиданно попадают под удары второй части, и с другими своими соплеменниками они сами не могут соединиться. Если же для нападения есть одна только удобная дорога, по которой можно произвести набег на поселки, нужно и в этом случае разделить войско и одну часть его или даже больше, легковооруженную и крепкую, взять гипостратегу безо всякого багажа. С своим отрядом, в котором он находится сам, он должен идти впереди всех, имея при себе всех начальников отрядов. Как только он подойдет к первому поселку, он должен отделить от своего войска один или два отряда («банды»), так чтобы одни могли грабить, а другие охранять грабящих. Полезно в первых поселках отделять немного отрядов, хотя бы эти поселки и казались большими. Если при этом успеет подойти главнокомандующий, то не задерживаться сопротивлением тех, кто находится в этом поселке, но гипостратег должен тотчас же двинуться к следующему ближайшему поселку. То же самое он должен делать и с последующими поселками, пока у него хватит данных ему отрядов. Сам гипостратег, находясь в передовом отряде, должен иметь около себя 3 или 4 отряда до 1000 человек хороших воинов вплоть до конца этого нападения, чтобы быть для других и охраной и стражем, дающим безопасность. Так должен действовать гипостратег; сам же главнокомандующий, идя следом, должен собирать по частям занятых грабежом и с боем двигаться к ушедшим вперед; равно и гипостратег, повернув назад, проходя мимо, забирает воинов, занятых грабежом. И там, где они встретятся друг с другом, они вместе в тот же день разбивают лагерь. Поэтому не следует делать таких неожиданных набегов больше чем на 15—20 миль для того, чтобы обе части успели и добычу собрать и в тот же день разбить лагерь. При таких нападениях не следует врагов, которые будут сопротивляться, брать в плен, но должно убивать всех встречных и двигаться вперед. Ни в коем случае не следует задерживаться на тех местах, по которым проходишь, и поджидать какого-либо благоприятного момента. Все это я написал, по возможности, из своего опыта и из указаний древних, приняв все во внимание; написал я на пользу тем, которые попадут в такое положение. Другие наставления, которые, конечно, встречаются и не записаны в этой книге, можно вывести, сообразив самому, как из моих прежних писаний, так и из собственного предшествующего опыта, равно и из самих природных условий, и согласовать их, насколько возможно, с теми, которые были указаны. Ведь как возможно — мне ли, или кому другому — написать все, что где бы то ни было может случиться, для того чтобы предупредить об этом? Ведь не всегда врагов можно покорить так, как кто-либо сообщает, и вождь пользуется не одним только приемом командования. Разнообразны методы начальствования, различны и способы покорения 23
врагов. Поэтому нужно просить помощи у бога, чтобы он помог обмануть врага. Человеческая природа хитра и непостижима. Много неожиданных планов она может и придумать и совершить. 10. ГЕВОНД. АРМЕНИЯ ПОД ВЛАСТЬЮ АРАБОВ Армянский историк Г е в о н д, ученый монах, вардапет, т. е. доктор богословия, жил и писал в конце VIII в. н. э. Приводимые ниже отрывки взяты из его «Истории халифов» в переводе Патканова: «История халифов варда- пета Гевонда», 1862. РАЗОРЕНИЕ ДВИНА На втором году царствования Константина, императора греческого !, внука Геракла, сведал князь Теодорос2, что идут иноплеменники на страну нашу. Тогда он, собрав войско, хотел занять проходы в теснинах, но не мог отрезать их пути, потому что неприятели с быстротой крылатых змей, со стремительностью ветра опередили его и, оставив позади себя войска армянские, устремились на столицу Двин3. Так как город покинут был людьми, способными носить оружие, ибо все ушли с князем Тео- доросом, то они нашли там только жен, детей и простой народ, не способный к войне. Вследствие чего они напали на город, мгновенно завладели крепостью, мужчин, бывших в ней, перерезали, а жен и детей в числе 30 000 увели в плен... Священники с диаконами и причтом были умерщвлены мечом злых и беззаконных врагов, и многие из жен [благородных], воспитанных в неге и не испытавших несчастия, были истязаемы ударами и плеванием и увлечены на площадь. Там они возвысили плач и стоны на неожиданную участь. Толпы военнопленных, схваченных с сыновьями и дочерьми, издавали раздирающие стоны и плач и не знали, кого более оплакивать: падших ли от меча беззаконного или дочерей и сыновей живых, но исторгнутых из их объятий для отчуждения от веры в Христа и лишения божественного утешения. Многие оплакивали мертвых, собранных в огромные кучи и плавающих в крови, но не были в состоянии поднять и предать земле... Когда войско армянское с нахарарами4 и князем увидело, что грабители сильно притесняют их, упали духом мужи воинственные. Хотя и видели они, что жен и детей их уводят в плен, но по малочисленности своей не могли противостоять им, а, сидя, только оплакали своих жен и детей вздохами и стонами. Но агаряне 5, уведши их в землю сирийскую, уже не нападали на Армению в продолжение 10 лет. 1 Константин, император греческий — император Константин II, царствовал в VII в. 2 Князь Теодорос — перед арабским завоеванием часть Армении была подчинена Персии, а часть — Византийской империи. Князь Теодорос из рода Ритуни был назначен императором Ираклием в 636 г. куропалатом (правителем) Армении и пробыл им до 643 г. 3 Двин находился близ нынешнего Еревана. 4 Нахарары — знать. б Агаряне — арабы. 24
ПОДЧИНЕНИЕ АРМЕНИИ АРАБАМ И РАЗОРЕНИЕ ЕЕ Повелитель исмаильтян 1 написал грамоту в Армению: «Если вы не будете платить мне подати и не будете служить мне, всех вас обреку мечу...» Тогда собрались вместе первосвященник Нерсес2, строитель [церкви] св. Григория, князья и вельможи и согласились платить дань тиранству исмаильтян, которые требовали у них заложников. Двое из нахараров наших, Григорий из дома Мамиконьян и Смбат из рода Багратуни, были отведены заложниками к повелителю арабов, Моавии, который наложил на Армению подать в 500 червонцев. Эту подать армяне должны были платить ежегодно и оставаться без опасения в жилищах своих... Во время наместничества Езида3 и властительства второго Абдаллы 4 ярмо налогов сильно тяготело над Армениею; ибо адская жадность злобного неприятеля не довольствовалась тем, что съедала тела избранников стада христова и пила кровь их, как воду. Вся земля наша подпала невыносимым бедствиям: серебро иссякло в Армении. Отдав последнее свое имущество, жители не находили средств для своего выкупа и для освобождения своей жизни от пыток, виселиц и горьких истязаний. Оттого многие убегали в пещеры и ущелия и скрывались; другие утопали в снегу и бросались в реки вследствие этих невыносимых бедствий, потому что не могли достать того, чего от них требовали. А тогда требовали с каждого подать серебром; и лишили всех собственности, сковали Армению оковами нищенства и бедности. Вообще все ели из печи убожества, — и нахарары, и вельможи. Гассан, сын Кагадбаб, прибыл правителем нашей земли с многочисленным отрядом из хорасанской6 армии; войско его своими гнусными поступками еще более увеличило бедствия и стоны страны нашей, ибо, как сказано выше, господь ожесточил сердца их в отмщение за проступки наши. Действительно, в правление его голод, убийства и землетрясения не прерывались. К этому они присоединяли: поношения святителей, насмешки над епископами, бичевания священников, терзания князей и вельмож и притеснения, которых не могли сносить военачальники страны, — все это заставляло вздыхать и стонать от нестерпимых ужасов. И простой народ терзали разного рода мучениями: одних секли ремнями и требовали тяжкой подати; других мучали тисками и виселицами; некоторых обнажали и бросали в озера во время сильных морозов, ставили при них стражу и приказывали ей мучить их, и таким страшным мучениям подвергали жизнь их, что я не в силах передать повесть их испытаний. 1 Повелитель исмаильтян, т. е. арабов — халиф Моавия I (660—680 гг.). 2 Нерсес — был католикосом с 661 г.3 Езид — наместник халифа в Армении. 4 Абдалла— халиф Абу-Джафар-Альмансор (халиф с 754 г.). 5 Гассан, сын Кагадба — наместник халифа в Армении после Езида и Багара (последний был наместником меньше года).6 Хорасанской — Хорасан — провинция Ирана, бывшая под властью халифов. 25
11. АЛ-ИСТАХРИЙ. ГОРОДА ЗАКАВКАЗЬЯ В X ВЕКЕ Абу-Исхак-Ибрахим-ибн-Мухаммед ал-Фариси ал- Истахрий около 930 г. написал «Книгу путей царств», откуда здесь приводятся отрывки о городах Закавказья. Относящиеся к Кавказу выдержки из «Книги путей царств» напечатаны в «Сборнике материалов- для описания местностей и племен Кавказа», вып. 29, 1901. БЕРДАА Что касается до Бердаа \ то это город большой, более фар- саха 2 в длину и в ширину, здоровый, цветущий и весьма обильный посевами и плодами. В Ираке и Хорасане3 после Рея и Испагани нет города более значительного, более цветущего и более красивого по местоположению и угодьям, чем Бердаа. От него, менее чем в одном фарсахе, есть место по имени Андараб (между Керне, Ласуб и Яктан), занимающее пространство более чем день пути в длину и ширину. Место это заполнено садами и огородами. В нем произрастают всевозможные плоды, и между прочим превосходный волоцкий орех, лучше ореха самаркандского. Среди плодов — «шахибаллут» 4, лучше шахибаллута сирийского. Там же растет плод по имени «зукал»б, величиной приблизительно с «губейра»6. В нем есть косточка, и он сладок, когда созреет, и горек до созревания. Что же касается шахибаллута, то он величиной в половину черного грецкого ореха, а вкус его близок ко вкусу волоцкого ореха и спелого финика. Смоквы7 в Бердаа привозятся из Лабсуба, и считаются они лучшим сортом из этого рода плодов. Из Бердаа вывозится много шелку. Червей шелковичных вскармливают на тутовых деревьях, не принадлежащих никому. Много его [шелку] отправляется оттуда в Персию и Хузистан 8. В одной трети фарсаха от Бердаа — река Кура, а в реке Куре—рыба «сурмахи»9, доставляемая в соленом виде в разные страны. Из Куры вылавливается также рыба, называемая «зе- ракан» и «ишубет» 10. Обе эти рыбы предпочитаются другим сортам рыб в этих странах. Около ворот Бердаа, называемых «Воротами курдов», рынок по имени «Ал-Кюркий»11, величиною в фарсах в квадрате. На него собирается народ каждое воскресенье, и стекаются сюда люди из всевозможных стран, даже из Ирака. Этот рынок значи- 1 Бердаа — город при устье реки Тертера, правого притока Куры. Теперь— развалины недалеко от селения Барда.2 Фарсах—5—6 километров. 3 Ирак, Хорасан — провинции Ирана. 4 Шахибаллут — каштан. б Зукал — кизил. 6 Губейра — плод дерева габра. 7 Смоква — винная ягода, инжир. 8 Хузистан — провинция Ирана. 9 Сурмахи — шамая. ,0 Зеракан и ишубет — вероятно, осетр и окунь. и Ал-Кюркий — священный, название для праздника. Рынок—воскресный. Не рынок дал название дню недели, как писал Истахрий, а день недели — рынку. 26
тельнее рынка «Кульсере». Наименование рынка «Ал-Кюркий» взяло перевес над именем дня по причине постоянного открытия рынка в этот день, так что часто жители, считая дни недели, говорят: «суббота, кюркий, понедельник, вторник», пока не досчитают всю неделю. Казнохранилище у них в соборной мечети по сирийскому обычаю; сирийские казнохранилища всегда в мечетях. Казнохранилище это имеет крытую свинцом плоскую крышу с железной дверью, на девяти колоннах. Дворец правителя рядом с соборной мечетью в городе, а рынки в предместье города... Из страны Бердаа вывозятся мулы и доставляются во все страны. Вывозят также оттуда марену, доставляемую в страны Индии и другие места. ДЕРБЕНТ Город Баб-ул-Абваб 1 лежит на Табаристанском море2. Город этот больше Ардабиля3, и там много посевов, но незначительное количество плодов, не считая того, что привозят сюда из окрестных стран. Вокруг этого города стена из камня, обожженного кирпича и глины, и город этот служит портом на Хазарском море4 для-Серира5 и иных стран «кяфиров»6, он служит также портом для Джурджана, Табаристана и Дейлема 7. Из Баб-ул- Абваба вывозятся полотняные одежды и не выделывается полотняных одежд в Арране8, Армении и Азербайджане нигде, кроме этих мест. Там же произрастает шафран. В Баб-ул-Абвабе встречаются рабы из разных стран «кяфиров». ДАБИЛЬ Дабиль9 больше Ардабиля; город этот служит столицей Армении и в нем дворец правителя, подобно тому, как дворец правителя Аррана в Бердаа и дворец правителя Азербайджана в Ардабиле. Вокруг Дабиля стена; здесь много христиан, и соборная мечеть города рядом с церковью. В этом городе выделы- ваются шерстяные платья и ковры, подушки, сиденья, шнуры и другие предметы армянского производства. У них же добывается краска, называемая «кирмиз» 10, и ею красят сукно. Я узнал, что это червяк, который прядет вокруг себя наподобие шелковичного червя; а кроме того, узнал я, что там же выделывают много шелковых материй. 1 Баб-ул-Абваб — Дербент. 2 Табаристанское море — Каспийское. 3 Ардабиль — город в иранском Азербайджане. 4 Хазарское море — другое название для Каспийского моря, которое арабы называли по имени стран, прилегавших к нему. 5 Для Серира — для племен Дагестана. 6 Кяфиры — язычники. 7 Джурджан, Табаристан, Дейлем — страны на юго-восточном, южном и юго-западном побережьях Каспийского моря. 8 Арран — Грузия. 9 Дабиль— главный город Армении, находился, вероятно, близ Еревана. 10 Кир- . миз — кармин. 27
Дабиль—столица Армении и в нем Санбат, сын Ашута К Город постоянно находился в руках знатных христиан, а христиане составляют большую часть обитателей Армении, она же «царство Арман». Армения граничит с Румом 2, и пределы ее до Бердаа, до Джазиры3 и до Азербайджана. Пограничная местность, прилегающая к Руму со стороны Армении, — Каликала4. На Армению делают набеги обитатели Азербайджана, Джибаля, Рея 5 и соседних с ними стран. Есть у них место, откуда входят в Рум, известное под именем «Тарабезундэ»6. Туда стекаются купцы, а затем отправляются для торговли в страны Рума. Таким образом, все, что попадается из парчи, шелку и румских одежд в этих странах — это из Тарабезундэ. 12. МАСУДИ. АЛАНЫ НА КАВКАЗЕ Арабский путешественник-географ Абуль-Хасан-Али аль-Ма суди жил в первой половине X в. н. эм умер в 956 г. Приводимые отрывки взяты из его книги «Луга золота и рудники драгоценных камней». Перепеча- тывается из «Сборника материалов для описания местностей и племен Кавказа», вып. 38, 1908. КАВКАЗ Горы Кабх7 представляют собою громадную горную цепь, содержащую в себе на своем громадном протяжении значительное число царств и племен. В этих горах считают 72 племени, и у каждого племени свой царь и свой язык, не сходный с другими наречиями. В этих горах есть ущелья и долины. АЛАНЫ Царь аланов выставляет 30 000 всадников. Это царь могущественный, сильный и пользующийся большим влиянием, чем остальные цари. Царство его представляет беспрерывный ряд поселений настолько смежных, что если кричат петухи, то им откликаются другие во всем царстве, благодаря смежности и, так сказать, переплетению хуторов. По соседству с аланами между Кабхом и Румским морем 8 находится племя по имени Кешах9; это племя благоустроенное и подчиненное религии магов. Из описанных нами племрн нет ни одного в этих странах народа, в котором можно было бы встретить тип с более светлой кожей и светлым цветом лица и более 1 Санбат, сын Ашута — Сумбат I, коронованный халифом Мутамидом, царствовал от 891 до 914 г. 2 Рум— византийские владения в Малой Азии. 3 Джазира — на правом берегу р. Тигра, в его верхнем течении. 4 Каликала — между верхним течением р. Аракса и верхним течением Восточного Евфрата (Мурад-чая). б Джибаль и Рей— к югу от Каспийского моря, граничили с Азербайджаном. 6 Тарабезундэ — Трапезунд. 7 Кабх — Кавказ. 8 Румское море — Черное море. 9 Кешах — черкесы. 28
красивых мужчин и женщин. Ни у одного народа нет стана более стройного, талии более тонкой, бедер и таза более выдающихся и форм более красивых, чем у этого народа. Женшины их славятся мягкостью своего обращения. Они носят белые одежды, румскую парчу, пурпур и иные виды шелковых материй, затканных золотом. В их стране выделывают полотняную материю, так называемую «тала», которая гораздо нежнее, чем «дибаки», и гораздо продолжительнее в работе; цена одежды из этой материи доходит до десяти динаров 1. Вывозят такую материю также из стран соседних с ними народов; тем не менее выдающаяся по своим качествам та, которая вывозится от этих людей. Аланы могуществом превосходят этот народ, и тот не был бы в состоянии сохранить свою независимость перед аланами, если бы не имел укреплений, построенных на берегу моря. Относительно этого моря получается разногласие и, по словам одних, это море Румское, а по словам других — море Нитас2. Единственно только известно, что они имеют сношение с Тарабезундэ на кораблях, и те в свою очередь снаряжаются раньше у них. Что же касается их слабости по отношению к аланам, то она от того, что они не имеют общего царя. Известно, что если народы, говорящие их языком, сплотятся, то ни аланы, ни другой какой народ не будут в состоянии ничего предпринять против них. Имя их персидское и означает: «заносчивость, хвастливость». И действительно, у персов слово «кеш» применяется к человеку гордому и надменному. 13. МУХАММАД НАРШАХИ. БУХАРА ПРИ САМАНИДАХ Абу-Бакр Мухаммед — сын Джафара Наршахи, происходил из селения Наршахи в окрестностях Бухары. Он родился в 899 г. и умер в 959 г. Помещаемые ниже отрывки взяты из книги Мухаммада Наршахи «История Бухары», в переводе Н. Лыкошина, 1897. ТКАЧЕСТВО В БУХАРЕ Зандана s. В этом селении есть значительная крепость, большой базар и соборная мечеть. Каждую пятницу в мечети совершается намаз «джума» \ а на базаре происходит торг... Вывозятся отсюда так называемые «занданичи», т. е. бумажные материи, названные так потому, что выделываются в этом селении. Материя хороша и в то же время выделывается в большом количестве. Во многих селениях Бухары ткут такую же материю и называют также «занданичи», потому что раньше всех начали выделывать эту материю жители этого селения. Бумажные ма- 1 Динар — золотая монета, перешедшая к арабам из Византии.2 Нитас — Азовское море. 3 Зандана — селение близ Бухары. 4 Намаз «джума* — магометанское богослужение. 29
терии оттуда вывозят во все области: в Ирак, Фарс, Кирман *, Индустан и другие. Все вельможи и цари шьют из нее себе одежды и покупают ее по той же цене, как парчу... В Бухаре между крепостью и городом, возле соборной мечети, была большая мастерская, где ткали ковры, занавесы, ткань иезди 2, подушки для молитвы и ткани для покрывания пола во дворце халифа. Все эти ткани выделывались такого высокого достоинства, что за одну занавесь можно было отдать всю поземельную подать Бухары. Из Багдада ежегодно приезжал отдельный сборщик податей, и все подати Бухары получал сотканными там одеждами. Настало, однако, время, когда эта мастерская закрылась, производство прекратилось, и люди, которые выделывали эти материи, разошлись в разные стороны. В Бухаре было много хороших мастеров, особо назначенных для этого дела. В Бухару приезжали торговцы и, как выше сказано было про занданичи, отсюда вывозили материи в Шам 3, Египет и города Рума 4. Ни в одном городе Хорасана5 не умели ткать таких хороших материй. Удивительно то, что ткачи из Бухары отправились в Хорасан, взяли с собой все нужные для тканья этих материй приспособления, устроили там ткацкие мастерские и ткали материи, но по виду и качеству они далеко уступали вытканным в Бухаре. Не было царя, эмира, раиса6, чиновника, который не носил бы одежды из этой материи. Материи выделывались красного, белого и зеленого цветов. В наше время во всех областях ткань занданичи пользуется большею известностью, чем эти материи. ДВОРЕЦ ЭМИРА САИД-НАСРА Все место, простирающееся от западных ворот крепости до ворот Моабид в Бухаре, называется Регистаном. Здесь издревле, со времен неведения7, помещались царские дворцы. В царствование династии Саманидов эмир Саид-Наср 8, сын Ахмада, внук Исмаила Самани, приказал построить дворец в Регистане, и был построен очень хороший дворец, потребовавший громадных расходов. У ворот своего дворца эмир приказал построить здания для должностных лиц. У каждого из последних был особый диван9 в собственном здании у ворот царского дворца. Таковы: диван визиря, диван мустауфи 10, диван столпа царства и, диван военного начальника, диван начальника почты, диван мушрифов12, диван государственных имуществ, диван 1 Ирак, Фарс, Кирман — провинции Ирана. 2 Иезди — ткань, называвшаяся по имени иранского города Иезда. 3 Шам — Сирия. 4 Города Рума — города малоазиатских владений Византии. б Хорасан — провинция Ирана. 6 Раис — начальник города и его округа. 7 Со времен неведения — до проповеди магометанства. * Саид-Наср был эмиром между 914 и 943 гг. 9 Диван — канцелярия. ,0 Мустауфи — начальник финансового управления. п Столп царства — сановник, стоящий во главе внутреннего управления. ,2 Мушрифы — лица, наблюдающие за сохранением порядка во дворце и докладывающие обо всем эмиру. 30
мухтасиба *, диван вакуфов2 и диван судей. В таком порядке эмир приказал выстроить здания диванов, и это было исполнено. 14. АВИЦЕНА. О БИБЛИОТЕКЕ В БУХАРЕ Знаменитый врач и философ А в и ц е н а (собственно Ибн-Сина) родился в 980 г. и умер в 1037 г. Жил в Средней Азии. В своей автобиографии он описывает библиотеку Саманидов в Бухаре. Выдержку из «Автобиографии» Авицены приводим по книге В. Бартольда, Туркестан в эпоху монгольского нашествия, ч. II, 1900. Я вошел в дом со многими комнатами; в каждой комнате были сундуки с книгами, положенными одна на другую; в одной комнате были книги арабские и поэтические, в другой — книги по фикху3 и т. д., в каждой комнате книги по одной из наук. Я прочитал список книг древних [авторов] и спросил то, что мне было нужно. Я видел такие книги, которые многим людям не известны даже по названию; я никогда не видел подобного [собрания книг] ни раньше, ни после. Я прочитал эти книги, извлек из них пользу и понял значение каждого человека в его науке. 45. АЛ-ИСТАХРИЙ. О ХАЗАРАХ Абу-Исхак-Ибрахим-ибн-Мухаммед ал-Фариси а л- Истахрий — о нем см. аннотацию к № 11. Хазар — это имя страны, а столица ее Итиль; равным образом Итиль4 — имя реки, текущей к городу из страны руссов и болгар. Город Итиль делится на две части: одна часть на западном берегу реки по имени «Итиль», и это большая часть; а другая на восточном берегу. Царь живет в западной части и называется он на их языке «бек», а также называют его «бак». Величина этой части [города] в длину около фарсаха 5, и окружает ее стена. Постройки этого города разбросаны, и жилищами в нем служат войлочные палатки, за исключением некоторых жилищ, выстроенных из глины; у них есть рынки и бани; среди них множество мусульман; говорят, что между ними находится более десяти тысяч мусульман, и у них около тридцати мечетей. Дворец царя далек от берега реки, и выстроен он из обожженного кирпича. Ни у кого нет постройки из обожженного кирпича, кроме царя, и он не позволяет никому строиться из кирпича. В этой стене четверо ворот; одни обращены к реке, а другие — к степи, что расстилается за стеною города. Царь их иудейского вероисповедания, и говорят, что свита его числом около 4 000 человек. Хазары — мусульмане, христиане и иудеи, и среди них есть идолопоклонники. Самый малочисленный класс — иудеи, а самый большой — мусульмане и христиане, но все-таки царь и приближенные его — иудеи. Большую часть 1 Мухтасиб — наблюдал за порядком на улицах и базарах. 2 Вакуфы — имущества, доходами с которых пользовались церковь и ученые. 3 Фикх— мусульманское законоведение, связанное с богословием. * Итиль — река Волга. 5 Фарсах — 5—6 километров. 31
обычаев их составляют обычаи идолопоклонников, и они кланяются до земли друг другу для выражения почтения. А установления их, которыми они отличаются от других народов, основаны на древних обычаях и противоречат религиям мусульманской, иудейской и христианской. У царя их войска 12 000 человек; когда умрет из числа их один человек, то немедленно ставят на его место другого. У них нет определенного постоянного жалования, разве только малая толика перепадет на их долю после длинного промежутка времени в случае войны, или когда их постигает какое-нибудь дело, из-за которого они все соединяются. Источник доходов царя составляет взимание пошлин на заставах, на сухих, морских и речных путях. На обитателях городских кварталов и окрестностей лежит повинность доставлять им всякого рода необходимый провиант, напитки и прочее. При царе 7 судей из иудеев, христиан, мусульман и язычников. В случае тяжбы между людьми решают ее эти судьи; нуждающиеся не являются к самому царю, но обращаются к этим судьям. В день суда между этими судьями и царем бывает посредник. При его посредстве судьи входят в сношение с царем относительно случающихся дел, и, таким образом, дела представляются ему [царю] на рассмотрение, а он передает судьям свой приказ, и они приводят его в исполнение. При этом городе нет сел, а пашни их разбросаны. Летом они выходят на пашни приблизительно на 20 фарсахов в окружности для посевов, собирают хлеба частью над рекой, а частью в степи, и перевозят хлеба свои на повозках и рекою на судах. Питаются они преимущественно рисом и рыбой; то, что вывозится от них из меду и воску, ввозится к ним из земель руссов и болгар, точно так же как и бобровые шкуры, которые развозятся во все страны, добываются исключительно в реках земель руссов, болгар и Киева и не встречаются ни в одной иной стране, насколько я знаю. В восточной части Хазар живут преимущественно купцы и мусульмане и находятся товары, а западная часть его исключительно предоставлена царю, войску его и истым хазарам. Язык хазар не сходен с языком турок и персов, и вообще он не похож на язык ни одного из народов [нам известных]... У хазар есть еще город по имени Семендер; в пространстве между ним и Баб-ул-Абвабом 1 находятся многочисленные сады, принадлежащие Семендеру; и говорят, что они содержат в себе приблизительно около 4 000 виноградных лоз, доходя до пределов Серира 2, и главную часть плодов в этих садах составляет виноград. В Семендере множество мусульман, и у них в этом городе мечети; постройки семендерцев деревянные, плетеные; кровли на домах выпуклые. Царь Семендера иудейского вероисповедания и находится в родстве с царем хазар. 1 Баб-ул-Абваб — Дербент. 2 Серир—Дагестан. 32
16. ИБН-ФАДЛАН. О КАМСКИХ БОЛГАРАХ Ибн-Фадлан принимал участие в посольстве арабского халифа Муктадира к царю Камских (или Волжских) болгар в 921 г. Он посетил город хазар — Итиль и столицу Болгарии — город Великие Болгары, который стоял ниже впадения Камы в Волгу и развалины которого сохранились до нашего времени. В Итиле или в Великих Болгарах он видел славян. Текст рассказа Ибн-Фадлана (с пропуском пояснений в скобках, затрудняющих чтение) приводится по книге «Путешествие Ибн-Фадлана на Волгу>, под ред. И. Ю. Крачковского, М.—Л. 1939. Их пища — это просо и мясо лошади; но и пшеница и ячмень у них в большом количестве, и каждый, кто что-либо посеял, берет это для себя, и у царя нет на эти посевы никакого права, за исключением того, что они платят ему в каждом году от каждого дома шкуру соболя. Если же он прикажет дружине совершить набег на какую-либо из стран и дружина награбит, то он имеет вместе с ними долю. Каждому, кто устраивает для себя свадьбу или созывает званый пир, необходимо сделать подношение царю в зависимости от размеров пиршества, а потом уж он вынесет для гостей медовый*набид 1 и пшеницу скверную, потому что земля у них черная, вонючая, а у них нет мест, в которых бы они складывали свою пищу, так что они вырывают в земле колодцы и складывают пищу в них. Таким образом, проходит только немного дней, как она портится и воспринимает запах, и ею нельзя пользоваться. И у них нет ни оливкового масла, ни масла сезама, ни жира совершенно, и действительно они употребляют вместо этих жиров рыбий жир, и все, что они с ним употребляют, бывает сильно пахнущим. Они делают из ячменя мучной напиток, который пьют маленькими глотками девушки и отроки, а иногда варят ячмень с мясом. Все они живут в юртах, с той только разницей, что юрта царя очень большая, вмещающая тысячу душ, устланная в большей части армянскими коврами. У царя в середине ее стоит трон, покрытый византийской парчой. Из их обычаев один таков, что если у сына какого-либо человека родится ребенок, то его забирает к себе его дед, прежде его отца, и дед говорит: я имею на него большее, чем его отец, право в его доле, пока он не сделается взрослым мужем; если из них умрет человек, то ему наследует его брат прежде его сына... Я видел очень много гроз в их стране, и если гроза ударит на дом, то они не приближаются к нему и оставляют его таким, каким он есть, и все что в нем находится, — человека и имущество и все прочее, пока не уничтожит его время, — и они говорят: это дом, на жителях которого лежит гнев. И если один человек из их среды убьет другого человека намеренно, они казнят его за убитого, а если убьют его нечаянно, то делают для него ящик из дерева хаданга (белого тополя), кладут его внутрь, заколачивают гвоздями и кладут 1 Набид — хмельной напиток. 3 Хрестоматия по истории СССР, т. I 33
вместе с ним три лепешки и кружку с водой. Они ставят для него три куска дерева наподобие дышел от плуга, подвешивают его между ними и говорят: «Мы подвешиваем его между небом и землей, где его постигнет действие дождя и солнца, — может быть, Аллах смилостивится над ним». И он остается подвешенным, пока не износит его время и не развеют его ветры... В их лесах много меду в жилищах пчел, которые они (жители) знают и отправляются для сбора этого, а иногда нападают на них люди из числа их врагов, так они убивают их. У них много купцов, которые отправляются в землю турок, причем привозят овец, и в страну, называемую Вису *, причем привозят соболей и черных лисиц. 1 Вису — под страной Вису понимается страна, богатая мехом, далеко на севере; некоторые ученые сближают название этой страны с племенем Весь, которое, по русской летописи, жило у Белого озера.
КЛАССИКИ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА Маркс К., Хронологические выписки. «Архив Маркса и Энгельса», т. V, стр. 78—80, 189, т. VIII, стр. 142—143. Маркс К., Письмо к Ф. Энгельсу 7 ноября 1868 г. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., т. XXIV, стр. 126—127. Э н г е л ь с Ф., Марка. Маркс К. иЭнгельсФ., Соч., т. XV, стр. 627 — 645. Ленин В. И., Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов? Соч., т. 1, изд. 4-е, стр. 136—137. Ленин В. И., Развитие капитализма в России. Соч., т. 3, изд. 4-е, стр. 157—159, 170, 272. Ленин В. И., Проект речи по аграрному вопросу во второй государственной, думе. Соч., изд. 4-е, т. 12, стр. 237. Ленин В. И., Левонародничество и марксизм. Соч., т. 20, изд. 4-е, стр. 348. Ленин В. И., О государстве. Лекция в Свердловском университете И июля 1919 г. Соч., т. 29, изд. 4-е. Сталин И. В., О диалектическом и историческом материализме. «Вопросы ленинизма», изд. 11-е, стр. 535—563. Сталин И. В., Отчетный доклад на XVIII съезде партии о работе ЦК ВКП(б), раздел IV. «Вопросы ленинизма», изд. 11-е, стр. 604. Сталин И. В., Марксизм и вопросы языкознания, Госполитиздат, 1950. * 35
Глава II ОБРАЗОВАНИЕ КИЕВСКОГО ГОСУДАРСТВА (IX - XI ВЕКА) 17. О РАССЕЛЕНИИ СЛАВЯН ПО ЛЕТОПИСИ Рассказ летописца говорит о расселении восточных славян в VIII—IX вв., что же касается вопроса о первоначальном расселении славян, то летописец пишет на основании дошедших до него преданий. Печатается по книге «Повесть временных лет по Лаврентьевскому списку>, изд. Археографической комиссии, СПБ 1910. РАССЕЛЕНИЕ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИХ ПЛЕМЕН По мнозех же времянех сели суть Словени по Дунаевы, где есть ныне Угорьска земля 1 и Болгарьска. И от тех Словен ра- зидошася по земле и прозвашася имены своими, где седше на котором месте... Такоже и ти Словене пришедше и седоша по Днепру и нарекошася Поляне, а друзии Древляне, зане седоша в лесех; а друзии седоша межю Припетью и Двиною и нарекошася Дреговичи; [инии седоша на Двине и нарекошася Полочане], речьки ради, яже втечеть в Двину, имянем Полота, от сея прозвашася Полочане. Словени же седоша около езера Илмеря, и прозвашася своим имянем, и сделаша град и нарекоша и Новъгород; а друзии седоша по Десне, и по Семи, и по Суле и нарекошася Север. ПУТЬ „ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ" Поляном же жившим особе по горам сим, бе путь из варяг в греки и из грек по Днепру, и верх Днепра волок до Ловоти, и по Ловоти внити в Илмерь озеро великое, из него же озера потечеть Волхов и вътечеть в озеро великое Нево2, и того озера внидеть устье в море Варяжьское, и по тому морю ити до Рима, а от Рима прити по тому же морю ко Царюгороду, а от Царяго- рода прити в Понт море3, в неже втечеть Днепр река. Днепр бо потече из Оковьскаго леса 4, и потечеть на полъдне, а Двина ис того же леса потечеть, а идеть на полунощье и внидеть в море ВаряжьскоеБ; ис того же леса потече Волга на въсток, и вътечеть семьюдесят жерел в море Хвалиськое6. Темже и из Руси можеть ити по [Волзе] в болгары и в хвалисы7, и на въсток дойти в жребий Симов, а по Двине в варяги, из варяг до Рима, от Рима же и до племени Хамова. А Днепр втечеть в Понетьское море жерелом, еже море словеть Руское... 1 Угорьская земля — Венгрия. * Озеро Нево — Ладожское. 8 Понт — Черное море. 4 Оковьский, или Волковский лес находился в истоках Днепра, Волги и Западной Двины. Б Варяжьское — Балтийское море. 6 Хвалиськое — Каспийское море. 7 Хвалисы — Хорезм. 36
ПЕРВЫЕ КНЯЗЬЯ У ПОЛЯН Полем же жившем особе и володеющем роды своими, иже и до сее братье бяху поляне, и живяху кождо с своим родом и на своих местех, владеюще кождо родом своим. И быша 3 братья, единому имя Кий, а другому Щек, а третьему Хорив, и сестра их Лыбедь. Седяше Кий на горе, идеже ныне увоз Боричев, а Щек седяше на горе, идеже ныне зовется Щековица, а Хорив на третьей горе, от негоже прозвася Хоривица; и створиша град во имя брата своего старейшаго, и нарекоша имя ему Киев. И бяше около града лес и бор велик, и бяху ловяща зверь, бяху мужи мудри и смыслени, и нарицахуся поляне, от них же суть поляне в Киеве и до сего дне. Ини же, не сведуще, рекоша, яко Кий есть перевозник был, у Киева бо бяше перевоз тогда с оноя стороны Днепра, темь гла- голаху: на перевоз на Киев. Аще бо бы перевозник Кий, то не бы ходил Царюгороду, но се Кий княжаше в роде своемь; и при- ходившю ему ко царю, якоже сказають, яко велику честь приял [есть] от царя, при котором приходив цари; идущю же ему вспять приде к Дунаеви, и възлюби место, и сруби градок мал, и хотяше сести с родом своим, и не даша ему ту близь живущий; еже и доныне наричють Дунайци городище Киевець. Киеви же при- шедшю в свой град Киев, ту живот свой сконча; и брат его Щек и Хорив и сестра их Лыбедь ту скончашася. ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИЕ И ДРУГИЕ ПЛЕМЕНА И по сих братьи держати почаша род их княженье в Полях, а в Деревлях свое, а дреговичи свое, а Словени свое в Новего- роде, а другое на Полоте, иже Полочане. От них же Кривичи, иже седять на верх Волги, и на верх Двины, и на верх Днепра, их же град есть Смоленьск; туде бо седять Кривичи. Таже Север от них. На Белеозере седять Весь, а на Ростовьском озере Меря, а на Клещине озере Меря же. А по Оце реце, где втечеть в Волгу, Мурома язык свой, и Черемиси свой язык, Моръдва свой язык. Се бо токмо Словенеск язык в Руси: Поляне, Древляне, Ноуго- родьци, Полочане, Дреговичи, Север, Бужане, зане седоша по Бугу, после же Велыняне. А се суть инии языци, иже дань дають Руси: Чюдь, Меря, Весь, Мурома, Черемись, Моръдва, Пермь, Печера, Ямь, Литва, Зимигола, Корсь, Нерома, Либь, си суть свой язык имуще, от колена Афетова, иже живуть в странах полунощных. Словеньску же языку, якоже рекохом, живущю на Дунай, придоша от Скуф, рекше, от Козар, рекомии Болгаре и седоша по Дунаеви... Посемь придоша Угри Белии, и наследиша землю Словеньску; си бо Угри почаша быти при Ираклии * цари, иже 1 Ираклий — византийский император (610—641), вел ожесточенные войны с персидским царем Хозроем II. 37
находиша на Хоздроя, царя Перьскаго. В си же времяна быша и Обри \ иже ходиша на Ираклия царя и мало его не яша. Си же Обри воеваху на Словенех, и примучиша Дулебы, сущая Словены, и насилье творяху женам Дулебьским: аще поехати будяше Обърину, не дадяше въпрячи коня ни вола, но веляше въпрячи 3-ли, 4-ли, 5-ли жен в телегу и повести Обърена, и тако мучаху Дулебы. Быша бо Объре телом велици и умомь горди, и бог потреби я, и помроша вси, и не остася ни един Обърин, и есть притъча в Руси и до сего дне: погибоша аки Обре; их же несть племени ни наследъка. По сих же придоша Печенези; паки идоша Угри Чернии мимо Киев, послеже при Олзе2. Поляном же живущимь особе, якоже рекохом, сущим от рода Словеньска, и нарекошася Поляне, а Деревляне от Словен же, и нарекошася Древляне; Радимичи бо и Вятичи от Ляхов. Бяста до 2 брата в Лясех, Радим, а другий Вятко, и пришедъша седоста Радим на Съжю, и прозвашася Радимичи, а Вятъко седе с родом своим по Оце, от негоже прозвашася Вятичи. И живяху в мире Поляне, и Деревляне, и Север, и Радимичи, Вятичи и Хорвате. Дулеби живяху по Бугу, где ныне Вельгаяне, а Улучи и Тиверьци седяху по Днестру, приседяху к Дунаеви. Бе мно- жьство их; седяху бо по Днестру оли до моря, и суть гради их и до сего дне, да то ся зваху от грек Великая Скуфь3. О РАССЕЛЕНИИ СЛАВЯН ПО ЛЕТОПИСИ (Перевод) РАССЕЛЕНИЕ ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИХ ПЛЕМЕН Спустя много времени сели славяне по Дунаю, где теперь земли Венгерская и Болгарская. И от тех славян разошлись по земле и назвались своими именами по тому, где кто сел на каком месте... Также и те славяне, которые пришли и поселились по Днепру, назвались полянами, другие — древлянами, потому что жили в лесах, а иные расселились между Припятью и Двиной и назвались дреговичами; иные сели на Двине и назвались полоча- нами из-за речки, именем Полота, которая впадает в Двину; от нее и прозвались полочанами. Славяне же сели около озера Ильменя и назвались своим именем; срубили город и назвали его Новгородом; другие жили по Десне, Сейму и Суле и назвались северянами. ПУТЬ „ИЗ ВАРЯГ В ГРЕКИ" Когда поляне жили отдельно по горам этим, был путь «из варяг в греки» и от греков по Днепру, а вверху Днепра волок до Ловати; из Ловати войти в озеро большое Ильмень; из этого 1 Обри — авары. 2 При Олзе — т. е. при Олеге. 3 Великая Скуфь — Великая Скифия. 38
озера течет Волхов и впадает в большое озеро Ладожское. Устье этого озера входит в море Варяжское; по этому морю идти до Рима, а от Рима, по тому же морю, прийти к Царьграду, а от Царьграда прийти в Черное море, в которое впадает река Днепр. Днепр вытекает из Оковского леса и течет на юг, а Двина вытекает из того же леса и течет на север в море Варяжское; из того же леса вытекает Волга на восток и впадает семьюдесятью рукавами в море Каспийское. Поэтому по ней (Волге) из Руси можно идти к болгарам и хвалисам, на востоке дойти до удела Симова, а по Двине до варягов, от варягов — до Рима, а от Рима и до племени Хамова. Днепр втекает в Черное море рукавом, это море зовется Русским... ПЕРВЫЕ КНЯЗЬЯ У ПОЛЯН Когда поляне жили отдельно и владели родами своими, потому что и до этих братьев были поляне, жил каждый с родом своим на своих местах, владея каждый родом своим. И были три брата: одному имя Кий, другому — Щек, а третьему — Хорив и сестра их Лыбедь. И жил Кий на горе, где теперь подъем Боричев, Щек жил на горе, которая теперь зовется Щеко- вица, а Хорив — на третьей горе, которая от него получила название Хоривицы. И срубили городок во имя своего старшего брата и дали ему имя Киев. И был около города лес и бор большой, и они охотились за зверями. И были они мужи мудрые и разумные и назывались полянами: от них — поляне в Киеве и до сего дня. Другие же, не знающие, говорят, будто Кий был перевозчиком: у Киева был тогда перевоз с другой стороны Днепра; поэтому говорили: «на перевоз на Киев». Если бы Кий был перевозчиком, то не ходил бы к Царьграду; но этот Кий княжил в роде своем. И когда он приходил к царю, то, как говорят, большую честь получил от царя, при котором приходил. Когда он шел обратно, пришел к Дунаю, полюбил (одно) место и срубил малый городок, где хотел жить с родом своим, но не позволили ему живущие там вблизи. Еще и теперь называют на Дунае городище Киевец. Кий же вернулся в свой город Киев и тут окончил свою жизнь; и братья его Щек и Хорив и сестра Лыбедь тут скончались. ВОСТОЧНОСЛАВЯНСКИЕ И ДРУГИЕ ПЛЕМЕНА После этих братьев начал род их держать княжение у полян, а у древлян — свое, у дреговичей — свое, у славян — свое в Новгороде, иное (княжение) на Полоте, где полочане. От них кривичи, которые живут в верховьях Волги, Двины и Днепра; их город — Смоленск: там живут кривичи. Также и северяне от них. На Бело- озере живет весь, на Ростовском озере — меря, на озере Клещи- не — та же меря. По реке Оке, где она впадает в Волгу, му- 39
рома — народ отдельный, и черемисы — отдельный народ, мордва — отдельный народ. Вот только славянский народ на Руси: поляне, древляне, новгородцы, полочане, дреговичи, северяне, бу- жане, потому что поселились по Бугу, а после (назывались) волыняне. А вот другие народы, которые дань дают Руси: чудь, меря, весь, мурома, черемисы, мордва, пермь, печора, ямь, литва, зимьгола, корсь, нерома, лнбь — это отдельные народы из племени Иафета, которые живут в северных странах. Когда славянский народ, как мы сказали, жил на Дунае, пришли от скифов, т. е. от хазар, так называемые болгары и расселились по Дунаю... Потом пришли белые угры (венгры) и унаследовали славянскую землю. Эти угры появились при царе Ираклии, который ходил войной на Хозроя, царя персидского. В эти же времена жили и обры, которые пошли войною на царя Ираклия и едва не захватили его. Эти обры воевали со славянами и покорили дулебов, которые были славянами. Они чинили насилие дулебским женщинам. Если нужно было ехать обрину, он не давал впрягать ни коня, ни вола, но велел впрягать в телегу 3 или 4, или 5 женщин и везти обрина. И так они мучили дулебов. Обры были телом велики и умом горды, и бог истребил их, померли все и не осталось ни одного обрина. Есть пословица на Руси и до сего дня: «погибли как обры»; нет ни их племени, ни потомства. После них пришли печенеги и снова шли черные угры мимо Киева; это было после, при Олеге. Поляне жили отдельно, как мы сказали, были от племени славянского и назвались полянами; древляне тоже от славян и назвались древлянами. Радимичи и вятичи от ляхов (поляков). Было у ляхов 2 брата: Радим и другой — Вятко; пришел и поселился Радим по Сожу: (от него) прозвались радимичи, а Вятко сел с родом своим по Оке: от него прозвались вятичи. Жили в мире поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты. Дулебы жили по Бугу, где теперь волыняне, а уличи и тиверцы жили по Днестру, вплоть до Дуная. Было их много. Жили они по Днестру вплоть до моря; их города существуют и до сего дня: они от греков получили название великой Скифии. 18. ИБН-ХОРДАДБЕ. О РУССКИХ КУПЦАХ Начальник почт багдадского халифа, географ Ибн-Хордадбе жил в IX—X вв. (умер в 912 г.). Отрывок о русских купцах берется из его «Книги путей и государств» в переводе Гаркави. А. Я. Г а р*к а в и, Сказания мусульманских писателей о славянах и русских, СПБ 1870. Что же касается купцов русских, — они же суть племя из славян, — то они вывозят меха выдры, меха черных лисиц и мечи из дальнейших концов Славонии к Румскому морю 19 и царь Рума * 1 Румское море— здесь или Черное или Средиземное. 2 Царь Рума— византийский император. 40
берет с них десятину. А если желают, то ходят на кораблях по реке Славонии 1, проходят по заливу хазарской столицы, где владетель ее берет с них десятину. Затем они ходят к морю Джурд- жана 2 и выходят на любой им берег; диаметр же этого моря 500 фарсангов 3. Иногда же они привозят свои товары на верблюдах в Багдад. 19. ИБН-РУСТЕ. ОБ ОБЫЧАЯХ И ОБРАЗЕ ЖИЗНИ СЛАВЯН Абул-Али-Ахмед ибн-Омар ибн-Русте — арабский писатель начала X века. Отрывок о славянах взят из его «Книги драгоценных сокровищ». В самом начале границы страны славян находится город по имени Куяб 4. Путь в их страну идет по степям, по землям бездорожным, через ручьи и дремучие леса. Страна славян — страна ровная и лесистая; в лесах они и живут. Они не имеют ни виноградников, ни пашен. Из дерева выделывают они род кувшинов, в которых находятся у них и ульи для пчел, и мед пчелиный сберегается. Это называется у них сидж, и один кувшин заключает в себе около 10 кружек его. Они пасут свиней наподобие овец. Когда умирает кто-либо из них, они сжигают труп его. Женщины их, когда случится у них покойник, царапают себе ножом руки и лица. На следующий день по сжигании покойника отправляются на место, где оно происходило, собирают пепел и кладут в урну, которую ставят затем на холм. Через год по смерти покойника берут кувшинов двадцать меду, иногда несколько больше, иногда несколько меньше и несут их на тот холм, где собирается семейство покойного, едят, пьют и затем расходятся. Если у покойного было три жены и одна из них утверждает, что она [особенно] любила его, то приносит она к трупу его два столба, и вбивают их стоймя в землю, потом кладут третий столб поперек, привязывают посреди этой перекладины веревку, она становится на скамью и конец этой веревки завязывает вокруг своей шеи. Когда она так сделала, скамья принимается из-под нее, и она остается повисшею, пока не задохнется и не умрет, а по смерти ее бросают в огонь, где она и сгорает. Все они идолопоклонники. Более всего сеют они просо. Во время жатвы берут они просяные зерна в ковше, поднимают их к небу и говорят: «Господи, ты, который снабжал нас пищей [до сих пор], снабди и теперь нас ею в изобилии». Есть у них разного рода лютни, гусли и свирели. Их свирели длиною в два локтя, лютня же их осьмиструнная. Хмельной напиток приготовляют из меду. При сжигании покойников предаются шумному веселью, выражая тем радость свою милости, оказанной ему [покойнику] богом. Рабочего скота у них мало, * Река Славония — Волга. 2 Море Джурджана — юго-восточная часть Каспийского моря. 3 Фарсанг — персидская мера длины. 4 Куяб — может быть, Киев. 41
а верховых лошадей имеет только один упомянутый человек !. Вооружение их состоит из дротиков, щитов и копий; другого оружия не имеют... Холод в их стране бывает до того силен, что каждый из них выкапывает себе в земле род погреба, к которому приделывает деревянную остроконечную крышу, наподобие [крыши] христианской церкви, и на крышу накладывает земли. В такие погреба переселяются со всем семейством и, взяв несколько дров и камней, зажигают огонь и раскаляют камни на огне докрасна. Когда же раскалятся камни до высшей степени, наливают их водой, от чего распространяется пар, нагревающий жилье до того, что снимают уже одежду. В таком жилье остаются до весны. Царь их объезжает их ежегодно. Если у кого из них есть дочь, то царь берет себе по одному из ее платьев в год; если есть сын, то царь берет себе также по одному из его платьев в год. У кого нет ни сына, ни дочери, тот дает по одному из платьев жены или служанки в год. Поймает царь в государстве своем разбойника, велит или задушить его, или же отдает его под надзор кого-либо из правителей на отдаленных окраинах своих владений. 20. ИБН-ФАДЛАН. О РУССАХ О Ибн-Фадлане и его книге см. комментарии к № 16. Я видел руссов, когда они пришли со своими товарами и расположились по реке Итиль2, и я не видел более совершенных членами, чем они, как будто они пальмовые деревья; они рыжи, не надевают ни курток, ни кафтанов, но у них мужчина надевает кису3, которою он обвивает один из боков, и одну руку выпускает из-под нее. Каждый из них имеет при себе неразлучно меч, нож и секиру; мечи же их суть широкие, волнообразные, клинки франкской работы. Начиная от конца ногтя каждого из них до его шеи [видны] зеленые деревья, изображения и другие вещи. Каждая же их женщина имеет на груди прикрепленную коробочку из железа ли, из меди ли, из серебра либо из золота, смотря по состоянию мужа и по его имуществу; в каждой же коробочке есть кольцо, к коему прикреплен нож, также на груди. На шее они имеют золотые и серебряные цепи, ибо, когда муж имеет 10 000 диргемов4, делает он жене цепь; когда имеет 20000, делает он ей две цепи; подобным образом каждый раз, когда у него прибавляется 10 000 диргемов, прибавляет он другую цепь своей жене, так что часто одна из них имеет много цепей на шее. Лучшее украшение у них — зеленые бусы из глины, из тех бус, которые бывают на кораблях; они стараются 1 Из текста неясно, о ком говорит автор, может быть о царе. 2 Итиль — Волга. 3 Киса — покрывало, плащ. 4 Диргем — арабская серебряная монета. 42
всеми силами достать их, покупают одну бусу за диргем и нанизывают ими ожерелья своих жен... Они приходят из своей страны и бросают якорь в Итиль, которая есть большая река, и строят на ее берегу большие деревянные дома; в одном же доме собирается их десять, двадцать, также менее или более. У каждого из них есть скамья, на которой он сидит вместе с красивыми его девушками для торга... Во время прибытия их судов к якорному месту каждый из них выходит, имея с собою хлеб, мясо, молоко, лук и горячий напиток *, подходит к высокому вставленному столбу, имеющему лицо, похожее на человеческое, а кругом его малые изображения, позади этих изображений вставлены в землю высокие столбы. Он же подходит к большому изображению, простирается перед ним и говорит: «О господине! Я пришел издалека, со мной девушек столько и столько-то голов, соболей — столько- то шкур», пока не упоминает все, что он привез с собой из своего товара. Затем говорит: «Этот подарок принес я тебе», и оставляет принесенное им перед столбом, говоря: «Желаю, чтоб ты мне доставил купца с динарами 2 и диргемами, который купил бы у меня все, что желаю [продать] и не прекословил бы мне во всем, что я ему ни скажу»; после он удаляется. Если продажа бывает затруднительна и время ее продолжается долго, то он возвращается с другим подарком во второй, в третий раз, и если желаемое им все еще промедляется, то он приносит одному из тех малых изображений подарок и просит его о ходатайстве, говоря: «Эти суть жены господина нашего и его дочери», и он не пропускает ни одного изображения, которого не просил бы и не молил бы о ходатайстве и не кланялся бы ему униженно. Часто же продажа бывает ему легка, и когда он продает, говорит: «Господин мой исполнил мое желание, должно вознаградить его за то». И берет он известное число рогатого скота и овец, убивает их, часть мяса раздает бедным, остальное же приносит и бросает перед большим столбом и малыми, его окружающими, и вешает головы рогатого скота и овец на столбы, вставленные в земле, а когда настает ночь, то приходят собаки и съедают это; тогда тот, который это сделал, говорит: «Мой господин соблаговолил ко мне и съел мой подарок». 21. ПОХОД ОЛЕГА НА ЦАРЬГРАД И ДОГОВОР С ГРЕКАМИ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку>, СПБ 1910. В лето 64153. Иде Олег на грекы, Игоря оставив Киеве; поя же множество варяг, и словен, и чюдь, и кривичи, и мерю, и дере- вляны, и радимичи, и поляны, и северо, и вятичи, и хорваты, 1 Горячий напиток — мед или пиво. 2 Динар — арабская монета. 3 В лето 6415— в 907 г. 43
и дулебы, и тиверцы, яже суть толковины: си вси звахуться от грек Великая Скуфь. И с сими со всеми поиде Олег на конех и на кораблех, и бе числом кораблей 2000, и прииде к Царюграду; и греци замкоша Суд *, а град затвориша. И выиде Олег на брег, и воевати нача, и много убийство сотвори около града греком, и разбита многы полаты, и пожгоша церкви; а их же имаху пленникы, овех посекаху, другиа же мучаху, иныя же растреляху, а другыя в море вметаху, и ина много [зла] творяху Русь греком, еликоже ратнии творять. И повеле Олег воем своим колеса изделати и воставити на колеса корабля, и бывшю покосну ветру, въспяша парусы с поля, и идяше к граду. И ви- девше греци и убояшася, и реша выславше ко Олгови: «не по- губляй града, имем ся2 по дань, якоже хощеши». И устави Олег воя, и выиесоша ему брашно и вино, и не приа его; бе бо устроено со отравою. И убояшася греци, и реша: «несть се Олег, но святый Дмитрей, послан на ны от бога». И заповеда Олегу [дань] даяти на 2000 корабль, по 12 гривен 3 на человек, а в корабли по 40 мужь; и яшася греци по се, и почаша греци мира просити, дабы не воевал Грецкые земли. Олег же мало отступив от града, нача мир творити со царьма Грецкима, со Леоном 4 и Александром, посла к нима в град Карла, Фарлофа, Вельмуда, Рулава и Стемида, глаголя: «имите ми ся по дань». И реша греци: «чего хощеши, дамы ти». И заповеда Олег дати воем на 2000 корабль по 12 гривен на ключь, и потом даяти уклады на Рускыа грады: первое на Киев, таже на Чернигов, и на Переаславль, и на Пол- теск5, и на Ростов, и на Любечь и на прочаа городы, по тем бо городом седяху велиции князи, под Олгом суще; «да приходячи Русь слюбное6 емлють, елико хотячи, а иже придут гости, да емлють месячину на 6 месяць, хлеб, и вино, и мясо, и рыбы, и овощь; и да творять им мовь, елико хотять; поидучи же [домовь, в] Русь, да емлють у царя нашего [на путь] брашно, и якори и ужа 7 и парусы, и елико им надобе». И яшася греци, и реста царя и боярьство все: «аще приидуть Русь бес купли, да не взи- мають месячины; да запретить князь словом своим приходящим Руси зде, да не творять пакости в селех в стране нашей; при- ходяще Русь да витають у святого Мамы 8, и послеть царьство наше, и да испишють имена их, и тогда возмуть месячное свое, — первое от города Киева, и паки ис Чернигова и ис Переаславля, и прочий гради; и да входять в град одними вороты со царевым мужем, без оружья, мужь 50 и да творять куплю, якоже им надобе, не платяче мыта ни в чем же». Царь же Леон со Оле- ксандром мир сотвориста со Олгом, имшеся по дань и роте9 за- ходивше межы собою, целовавше [сами] крест, а Олга водивше 1 Суд — залив Золотой Рог. 2 Имем ся— возьмемся, согласимся, з Гривна — около 200 граммов серебра. 4 Леон — император Лев VI Мудрый. » Полтеск — Полоцк. б Слюбное — посольское. 7 Ужа — веревка, канаты. » У святаго Мамы — возле монастыря св. Мамы. 9 Рота — клятва, присяга. 44
на роту, и мужи его по Рускому закону кляшася оружьем своим, и Перуном, богом своим, и Волосом, скотьем богом, и утвердиша мир. И рече Олег: «исшийте парусы паволочиты1 Руси, а словеном кропиньныя»2, и бысть тако; и повеси щит свой в вратех, показуа победу, и поиде от Царяграда. И воспиша [Русь] парусы паволочиты, а словене кропиньны, и раздра а ветр: и реша словени: «имемся своим толстинам, не даны суть словеном пре [паволочиты]». И приде Олег к Киеву, неся злато, и паволоки, и овощи, и вина, и всякое узорочье. И прозваша Олга вещий... ПОХОД ОЛЕГА НА ЦАРЬГРАД И ДОГОВОР С ГРЕКАМИ (Перевод) Пошел Олег на греков, оставив Игоря в Киеве. Он взял с собой множество варягов, и славян, и чудь, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, которые являются переводчиками. Все эти племена греки называют «Великая Скифия». Со всеми ними пошел Олег на конях и на кораблях. Число кораблей было 2000, и пришел он к Царьграду. Греки замкнули Судскую гавань, а город заперли. Вышел Олег на берег и начал воевать, много убил около города греков, разрушил много дворцов и пожег церкви. А которых брал в плен, одних убивал, иных подвергал пыткам, других расстреливал, а других бросал в море и другого много зла учинила Русь грекам, — все, что воины (на войне) делают. И повелел Олег своим воинам сделать колеса и поставить на колеса корабли. Когда ветер стал попутным, надулись паруса, и (корабли) с поля пошли к городу. Увидали греки, испугались и сказали, послав к Олегу: «Не губи города, согласимся на дань, какую хочешь». И уставил Олег воинов. И греки вынесли ему пищу, и вино, но он не принял их, потому что они были с отравой. Испугались греки и сказали: «Это не Олег, а святой Дмитрий, посланный на нас богом». И установил Олег давать Дань на 2000 кораблей, по 12 гривен на человека, а в корабле было по 40 мужей. Греки согласились на это, и начали греки просить мира, чтобы не разорял он греческой земли. Олег же, немного отступив от города, начал устанавливать мир с царями греческими Львом и Александром, послал к ним в город Карла, Фарлафа, Вельмуда, Ру- лава и Стемида сказать: «Соглашайтесь на дань мне». И сказали греки: «Чего ты хочешь, дадим тебе». И установил Олег дать воинам на 2000 кораблей по 12 гривен на ключ, а потом давать дань на русские города: прежде всего на Киев, также на Чернигов, Переяславль, Полоцк, Ростов, Любеч и на прочие города; 1 Паволока — шелковая ткань. 2 Кропиньныя — холстинные. 45
по тем городам сидели великие князья, бывшие под властью Олега. «Пусть Русь, приходя, берет «слюбное», сколько хочет; а если придут гости, то берут и месячину на 6 месяцев, хлеб и вино, и мясо, и рыбу, и овощи; и пускают их в бани, сколько они хотят; когда же они * пойдут домой в Русь, то пусть берут у царя нашего на дорогу пищу, и якори, и канаты, и паруса, и все, что им надо». И согласились греки, и сказали цари и все боярство: «Если придет Русь без купли, пусть не берет месячины; пусть запретит князь (русский) словом своим, чтобы приходящая сюда Русь не творила зла в селах и стране нашей; когда же приходит Русь, то останавливается у святого Мамы и да пошлет царство наше и да перепишут имена их и тогда возьмут месячное свое — первое (для людей пришедших) из города Киева и еще из Чернигова и из Переяславля и остальных городов, и пусть входят в город (Царьград) через одни ворота с царевым мужем, без оружья, 50 мужей, и пусть покупают, как им надобно, не платя ни за что мыта». Цари же Лев и Александр заключили мир с Олегом, обязавшись давать дань и, дав клятву, сами (цари) целовали крест, а Олега водили к клятве. И мужи его (Олега) клялись по русскому закону своим оружием и своим богом Перуном и скотьим богом Волосом, и подтвердили мир. И сказал Олег: «Сшейте шелковые паруса для Руси, а для славян холстинные». И было так сделано. И повесил Олег свой щит на вратах в знак победы, и пошел прочь от Царьграда. И подняла Русь шелковые паруса, а славяне холстинные, и разодрал их ветер. И сказали славяне: «Возьмемся за свои холстины, не даны славянам шелковые паруса». И пришел Олег в Киев, принеся с собой золото, шелковые ткани, сладости и вина, и всякое узорочье. И прозвали Олега вещим. 22. ДОГОВОР ИГОРЯ С ГРЕКАМИ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку>, СПБ 1910. В лето 6453 К Приела Роман, и Костянтин и Степан2 слы э к Игореви построити мира первого 4; Игорь же глагола с ними о мире. Посла Игорь муже своя к Роману, Роман же созва бо- ляре и сановники. Приведоша Руския слы и велеша глаголати [и] псати обоих речи на харатье: «Равно другаго свещанья, бывшаго при цари Романе, и Ко- стянтине и Стефане, христолюбивых владык. Мы от рода Рускаго съли и гостье, Ивор, сол Игорев, великаго князя Рускаго, и объ- 1 В лето 6453 — в 945 г. 2 Роман, Костянтин, Степан. Роман I Лакапин — византийский император; Стефан, Константин — его сыновья. 3 Слы — послы. 4 Построити мира первого — утвердить прежний мир. 46
чии ели: Вуефаст Святославль, сына Игорева; Искусеви Ольги княгини; Слуды Игорев, нети ! Игорев; Улеб Володиславль; Ка- ницар Передъславин; Шихъберн Сфанъдр, жены Улебле; Пра- сьтен Туръдуви, Либи Аръфастов; Грим Сфирьков; Прастен Акун, нети Игорев; Кары Тудков; Каршев Туръдов; Егри Евлисков; [Воист] Войков; Истр Аминодов; Прастен Бернов; Явтяг Гунарев; Шибрид Алдан; Кол Клеков; Стегги Етонов; Сфирка...; Алвад Гудов; Фудри Туадов; Мутур Утин; купець Адунь, Адулб, Иг- гивлад, Олеб, Фрутан, Гомол, Куци, Емиг, Туръбид, Фуръстен, Бруны, Роалд, Гунастр, Фрастен, Игельд, Туръберн, Моны, Ру- алд, Свень, Стир, Алдан, Тилен, Апубьксарь, Вузлев, Синко, Бо- ричь, послании от Игоря, великого князя Рускаго, и от всякоя княжья и от всех людий Руския земля. И от тех заповедано обновите ветъхий мир, ненавидящаго добра и враждолюбьца дьявола разорити, от мног лет и утвердити любовь межю греки и Русью. И великий князь наш Игорь, [и князи] и боляре его, и людье вси Рустии послаша ны к Роману, и Костянтину и к Стефану, к великим царем Гречьским, створити любовь с самеми цари, со всемь болярьством и со всеми людьми Гречьскими на вся лета, дондеже съяеть солнце и весь мир стоить. И иже помыслить от страны Руския разрушити таку любовь, и елико их крещенье прияли суть [от страны Рускыя], да приимуть месть от бога вседержителя, осуженье на погибель в весь век в будущий; и елико их есть не хрещено, Да не имуть помощи от бога ни от Перуна, да не ущитятся щиты своими, и да посечени будуть мечи своими, от стрел и от иного оружья своего, и да будуть раби в весь век в будущий. А великий князь Руский и боляре его да посылають в греки к великим царем Гречьским корабли, елико хотять, со слы и с гостьми, якоже им уставлено есть. Ношаху ели печати злати, а гостье сребрени; ныне же уведел есть князь вашь посылати грамоты ко царству нашему; иже посылаеми бывають от них [поели] и гостье, да приносять грамоту, пишюче сице: яко послах корабль селико2; и от тех да увемы3 и мы, оже с миромь приходять. Аще ли без грамоты придуть, и преданы будуть нам, да держим и храним, дондеже възвестим князю вашему; аще ли руку не дадять, и противятся, да убьени будуть, да не изищется смерть их от князя вашего; аще ли убежавше в Русь придуть, мы напишем ко князю вашему, яко им любо тако створять. Аще придуть Русь бес купли, да не взимають месячна- Да запретить князь слом своим и приходящим Руси еде, да не творять бещинья в селех, ни в стране нашей. И приходящим им, да витають у святаго Мамы, да послеть царство наше, да испишеть имяна ваша, тогда возмуть месячное свое, съли слебное4, а гостье месячное, первое от города Киева, паки * Нети — племянник. 2 Селико — столько. 3 Увемы — узнаем. 4 Слебное — посольское. 47
из Чернигова и [ис] Переяславля [и ис прочих городов]. Да входять в город одинеми вороты со царевым мужем без оружья, мужь 50, и да творять куплю якоже им надобе, [и] паки да исходять; и мужь царства нашего да хранить я, да аще кто от Руси или от грек створить криво, да оправляеть то. Входяще же Русь в град, да [не творять пакости и] не имеють волости купити паволок лише по 50 золотник; и от тех паволок аще кто крьнеть1 да пока- зываеть цареву мужю, и тъ е запечатаеть и дасть им. И отходящей Руси отсюда взимають от нас, еже надобе, брашно на путь, и еже надобе лодьям, якоже уставлено есть преже, и да возъвращаются с спасением в страну свою; да не имеють власти зимовати у святаго Мамы. Аще ускочить челядин от Руси, по' не же придуть в страну царствия нашего и от святаго Мамы аще будет, да поимуть и; аще ли не обрящется, да на роту идуть наши хрестеяне Руси по вере их, а не хрестеянии по закону своему, ти тогда взимають от нас цену свою, якоже уставлено есть преже, 2 паволоце за челядин. Аще ли кто от людий царства нашего, ли от города нашего, или от инех город ускочить челядин нашь к вам, и принесеть что, да въспятять и опять; и еже что принесл будеть, все цело, и да возьметь от него золотника два. Аще ли кто покусится от Руси взяти что от людий царства нашего, иже то створить, покажнен будет вельми; аще ли взял будеть, да заплатить сугубо; и аще створить [тоже] грьчин русину, да прииметь ту же казнь, якоже приял есть и он. Аще ли ключится2 украсти русину от грек что, или грьчину от Руси, достойно есть да возворотить е не точью едино, но и цену его; аще украденое обрящеться продаемо, да вдасть и цену его сугубо, и тъ показнен будеть по закону Гречьскому, [и] по уставу и по закону Рускому. Елико хрестеян от власти нашея пленена приведуть Русь, ту аще будеть уноша, или девица добра, да вда- дять златник 10 и поимуть и; [аще ли есть средовечь, да вдасть золотник] 8 и поимуть и; аше ли будеть стар, или детещь, да вдасть златник 5. Аще ли обрящутся Русь работающе у грек, аще суть пленьници, да искупають е Русь по 10 златник; аще ли купил и будет грьчин, под хрестомь достоить ему, да возметь цену свою, еликоже дал будеть на немь. А о Корсуньстей стране. Еликоже есть городов на той части, да не имате волости, князи Рустии, да воюете на тех странах, и та страна не покаряется вам и тогда, аще просить вой у нас князь Руский да воюеть, да дам ему, елико ему будеть требе. И о том, аще обрящють Русь кубару3 гречьскую въвержену на коемь любо месте, да не преобидять ея; аще ли от нея возметь кто что, ли человека поработить, или убьеть, да будеть повинен закону Руску и Гречьску. Аще обрящють в вустье Днепрьскомь Русь корсуняны рыбы ловяща, да не творять им зла никакоже. И да не имеють 1 Крьнеть — купит. 2 Ключится — приключится, случится. 3 Кубара — корабль. 48
власти Русь зимовати в вустьи Днепра, Белбережи *, ни у свя- таго Ельферья2; но егда придеть осень, да идуть в домы своя в Русь. А о сих. Оже то приходять чернии болгаре3 и воюють в стране Корсуньстей, и велим князю Рускому, да их не пущаеть: пакостять стране его. Аще ли ключится проказа некака от грек, сущих под властью царства нашего, да не имате власти казнити я, но повеленьемь царства нашего да прииметь, якоже будеть створил. Аще убьеть хрестеянин русина, или русин хрестеянина, да держим будет створивый убийство от ближних убьенаго, да убьють и. Аще ли ускочить створивый убой и убежить, аще будеть имовит, да возмуть именье его ближьнии убьенаго; аще ли есть неимовит [створивый убийство] и ускочить же, да ищють его, дондеже обрящется, аще ли обрящется, да убьен будеть. Или аще ударить мечем, или копьем, или кацем любо оружьем русин грьчина или грьчин русина, да того деля греха заплатит сребра литр 5 4 по закону Рускому; аще ли есть неимовит, да како можеть, в только же продан будеть, яко да и порты, в них же ходить, да и то с него снята, а о проце да яа роту ходить по своей вере, яко не имея ничтоже, ти тако пущен будеть. Аще ди хотета •начнеть наше царство от вас война противящаяся нам, да пишем к великому князю вашему, и послет к нам, еликоже хочем: и оттоле уведять ины страны, каку любовь имеють грьци с Русью. Мы же свещание се написахом на двою харатью, и едина харатья есть у царства нашего, [на ней же есть крест и имена наша написана, а на другой послы ваши и гостье ваши. А отходяче послом царства нашего] да допроводять к великому князю Рускому Игореви и к людем его; и ти приимающе харатью, на роту идуть хранити истину, яко мы свещахом, напсахом [на] харатью сию, на ней же суть имяна наша написана. Мы же, елико нас хрестилися есмы, кляхомъся церковью свя- таго Илье в сборней церкви, и предлежащем честным крестом, и харатьею сею, хранити все, еже есть написано на ней, не преступи™ от него ничтоже; а иже преступить се от страны нашея, ли князь ли ин кто, ли крещен или некрещен, да не имуть помощи от бога, и да будеть раб в весь век в будущий, и да заколен будеть своим оружьем. А [некрещеная] Русь полагають щиты своя и мече свое наги, обручеБ свое и [прочаа] оружья, да кленутся о всемь, яже суть написана на харатьи сей, хранити от Игоря и от всех боляр и от всех людий от страны Руския в прочая лета и воину. Аще ли же кто от князь или от людий Руских, ли хре- стеян, или не хрестеян, преступить се, еже есть писано на харатьи сей, будеть достоин своим оружьем умрети, а да будет клят от бога и от Перуна, яко преступи свою клятву. Да аще будеть 1 Белбереж — вероятно, побережье Днепровского и Бугского лиманов. 2 У святаго Ельферья — остров Елевферия, Березань. 3 Чернии болгаре — вероятно, кочевали в Прикавказье. 4 Сребра литр 5—; литр серебра около 300 граммов. б Обруче — запястье. 4 Хрестоматия по истории СССР, т. I 49
добре, Игорь великий князь да хранить си любовь правую, да не разрушится, дондеже солнце сьяеть и весь мир стоить, в ны- нешния веки и в будущая». ДОГОВОР ИГОРЯ С ГРЕКАМИ (Перевод) В лето 6453 (945) прислали Роман, и Константин, и Стефан послов к Игорю возобновить прежний мир. Игорь же говорил с ними о мире. Игорь послал своих мужей к Роману, Роман же созвал бояр и сановников. Привели русских послов и велели говорить и писать речи обеих сторон на грамоте [пергаменте]: «Список договора, совершенного при царях Романе, Константине и Стефане, христолюбивых владыках. Мы от рода Русского послы и купцы, Ивор, посол Игорев, великого князя Русского, и общие послы: Вуефаст от Святослава, сына Игорева, Искусеви от Ольги княгини, Слуды, племянник Игорев, от Игоря, Улеб от Владислава (следует перечень имен)... посланные от Игоря великого князя Русского и от великого княженья и от всех людей Русской земли. И от тех повелено нам возобновить прежний мир, разрушить на много лет козни ненавидящего добра и враждолюбца дьявола и установить дружбу между греками и Русью. о И великий князь наш Игорь, и князья, и бояре его, и все русские послали нас к Роману, и к Константину, и к Стефану, к великим царям греческим, утвердить дружбу с самими царями и со всем боярством и со всеми людьми греческими на все время, доколе сияет солнце и весь мир стоит. И если кто из русских замыслит разрушить эту дружбу, то крещеные из них да примут за то месть от бога вседержителя, и осуждение на погибель вечную, а некрещеные да не примут помощи от бога и от Перуна, да не защитятся они щитами своими, да будут посечены мечами своими и [убиты] стрелами своими и иным своим оружием, и да будут они рабами навеки в будущей жизни. Великий князь Русский и бояре его пусть посылают в Грецию к великим царям греческим сколько хотят кораблей с послами и купцами, как установлено для них. [Раньше] послы носили печати золотые, а гости серебряные, теперь же князь ваш узнал, что [надо] посылать грамоты к нашему царству. Пусть те, кто бывает послан от Руси, послы и купцы, приносят с собой грамоту, где будет написано так: «Я послал столько-то кораблей». И из тех грамот будем знать и мы, кто приходит с мирными целями. Если же кто придет без грамоты и будет нами задержан, то мы будем их держать и охранять, пока не известим вашего князя. Если же они не сдадутся и будут сопротивляться, будут убиты, пусть за их смерть не взыскивает ваш князь; если же они убегут обратно в Русь, то мы напишем князю вашему, и он поступит с ними, как 50
ему угодно. Если придет Русь не для торговли, то не получает месячины. Пусть запретит князь ваш приходящим сюда послам и Руси творить бесчинства в селах и в стране нашей. Приходящие же из Руси пусть живут у святого Мамы и когда пошлет царство наше переписать их имена, тогда они возьмут месячное содержание, послы — посольское, а гости — месячное, сперва возьмут [пришедшие] от города Киева, затем — от Чернигова и от Пере- яславля и от остальных городов. И пусть входит Русь в город через одни ворота с царским чиновником без оружия, 50 мужей, и торгует, как им угодно, и вновь уходит; и чиновник царства нашего да охраняет их, и если кто от Руси или от грек сотворит неправедно, то он исправляет [их неправду]. Когда Русь входит в город, то пусть не причиняет зла и не имеет права купить шелковых тканей, больше, чем по 50 золотых; тот же, кто купит шелковые ткани, пусть показывает их царскому чиновнику, и тот привесит к тканям печать и отдаст их купившим. Когда же Русь уходит обратно, то пусть берет пищу на дорогу, сколько надобно, и все, что нужно для людей, как. это установлено прежде, и возвращается безопасно в страну свою, но не имеет права зимовать у святого Мамы. Если убежит раб от Руси, то раба следует поймать, поскольку Русь пришла в страну нашего царства, если раб бежал от святого Мамы; если же убежавшего не обнаружат, то пусть наши христиане дадут присягу Руси по своей вере, а не христиане по своему закону, и пусть тогда Русь берет на нас [греках] цену раба, как установлено прежде, по 2 шелковых ткани за раба. Если же бежит к Руси раб кого-либо из людей царства нашего, или из города нашего [т. е. Царьграда] или из других городов и унесет что-либо с собой, то его воротить обратно, и если унесенное этим рабом с собой будет все цело, то следует взять за украденное 2 золотых. Если кто от Руси попытается отнять что-либо у людей царства нашего, то сделавший так будет строго наказан; и если что-либо взял, то заплатит за взятое вдвойне; если же гречин сделает тот же проступок против Руси, то пусть примет то же наказание. Если русин украдет что-либо у греков, или гречин у Руси, то следует возвратить не только украденное, но и [заплатить] его цену; если же окажется, что украденное было продано, то пусть уплатит двойную цену за украденное и укравший да будет наказан по закону греческому и по уставу и по закону русскому. За тех же, кого приведет Русь пленными, взятыми из нашей страны,^ за юношу или девицу дадут 10 золотых и выкупят пленника; если* же пленный средних лет, то заплатят за него 8 золотых и выкупят его; если пленный старик или ребенок, то дадут за него 5 золотых. Если же окажется кто из Руси обращенным у греков в рабство как пленный, то будет выкуплен Русью за 10 золотых; если же гречин его купил, то следует ему дать присягу перед * 51
крестом и взять ту цену, которую он дал за него. О Корсунской стране: сколько ни есть городов в той стране, да не имеют над ними власти князья Русские и да (не) воюют и та страна им не покоряется, если же князь Русский просит у нас воинов в помощь, то мы дадим их ему, сколько ему надобно. И о том, если Русь обнаружит корабль греческий, выброшенный в каком-либо месте, то не нанесет ему обиды; если же кто возьмет что-либо из корабля, или обратит в неволю или убьет человека с корабля, да будет повинен закону русскому и греческому. Если же Русь обнаружит в устье Днепровском корсунян за ловлей рыбы, пусть не причинит им никакого зла. И пусть Русь не имеет права зимовать в устье Днепра, в Белобережье или у святого Елевферья, но когда придет осень, пусть идет домой в Русь. А о том, что приходят черные болгары и воюют в стране Корсунской, велим князю Русскому, чтобы он их не пускал наносить вред стране. Если же случится какое-либо преступление от греков, находящихся под властью царства нашего, то [князья русские] не имеют власти казнить их, но по повелению царства нашего получит он [наказание] за то, что сделал. Если христианин убьет русина, или русин христианина, то сотворивший убийство будет задержан родственниками убитого и пусть [они] убьют его. Если же сотворивший убийство убежит, а он был зажиточным, то пусть возьмут имение его родственники убитого; если же сотворивший убийство беден и убежит, то его [надо] искать, пока не обнаружат; если же он будет обнаружен, да будет убит. Если ударит мечом или копьем или каким-либо оружием русин гречина, или гречин русина, то за тот проступок заплатит 5 литров серебра по закону Русскому; если же он беден, то, сколько может, столько должен заплатить, в этом случае с него можно снять и платье, в котором он ходит, а о невыплаченном должен он идти к присяге по своей вере, в доказательство того, что он ничего больше не имеет, и тогда будет отпущен. Если же наше царство пожелает иметь от вас [помощь] в войне против врагов наших, то мы напишем князю вашему, и он пошлет к нам [помощь], сколько мы захотим, и из этого увидят другие страны, какую дружбу имеют греки с Русью. Мы же договор этот написали на двух грамотах, одна грамота остается у царства нашего, на ней написан крест и наши имена, а на другой грамоте [имена] послов ваших и купцов ваших. Когда же поедут послы царства нашего, то пусть их проводят к великому князю Русскому Игорю и к его людям; и те, приняв грамоту, идут к присяге хранить договор так, как мы совещались и написали на этой Грамоте, на которой написаны наши имена. Мы же, все крещеные христиане, клянемся церковью святого Ильи в соборной церкви, и перед честным крестом, и над этой грамотой, хранить все, что написано в ней, и не отступать от нее ни в чем; если же кто из страны нашей, князь ли, или кто другой, крещеный и некрещеный, не выполнит этого договора, да не получит помощи от бога и да 52
будет рабом в этот и будущий век, и да будет заколот своим оружьем. Некрещеная же Русь пусть кладет щиты свои и свои обнаженные мечи, запястья свои, и остальное оружие и клянется над всем, что написано в этой грамоте, не отступать от договора Игорю и всем боярам и всем людям страны Русской. Если же кто из князей или из людей Русских, из христиан и нехристиан, преступит то, что написано в этой грамоте, да будет достоин умереть от своего оружия, и да будет проклят от бога и от Перуна, как преступивший клятву. Если же все будет хорошо, Игорь великий князь да сохранит справедливую дружбу, и да не разрушится она, пока солнце сияет и весь мир стоит, в нынешний век и в будущий». 23. СМЕРТЬ ИГОРЯ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В лето 6453 *. В се же лето рекоша дружина Игореви: «отроци Свеньлъжи2 изоделися суть оружьем и порты3, а мы нази; пойди, княже, с нами в дань, да и ты добудеши и мы». И послуша их Игорь, иде в -Дерева 4 в дань, и примышляше к первой дани, и насиляше им и мужи его; возьемав дань, поиде в град свой. Идущу же ему въспять, размыслив рече дружине своей: «идете с данью домови, а я возъвращюся, похожю и еще». Пусти дружину свою домови, с малом же дружины возъвратися, желая больша именья. Слышавше же деревляне, яко опять идеть, сду- мавше со князем своим Малом: «аще ся въвадить волк в овце, то выносить все стадо, аще не убьют его; тако и се, аще не убьем его, то вся ны погубить»; и послаша к нему, глаголюще: «почто идеши опять? поймал еси всю дань». И не послуша их Игорь, и вышедше из града Изъкоръстеня деревлене убиша Игоря и дружину его; бе бо их мало. И погребен бысть Игорь, и есть могила его у Искоръстеня града в Деревех и до сего дне... СМЕРТЬ ИГОРЯ (Перевод) 945 г. В этот же год сказала дружина Игорю: «У отроков Све- нельда вдоволь и оружия и одежды, а мы наги. Пойди, князь, с нами за данью: ты добудешь и мы». Послушал их Игорь, пошел к древлянам за данью, прибавлял к прежней дани, и чинили насилие древлянам он и мужи его. Взяв дань, он пошел в свой город. Когда он возвращался, то, раздумав, сказал дружине своей: «Идите с данью домой, а я возвращусь и еще похожу [за данью]». Отпустил дружину свою домой, а сам с небольшой дружиной вернулся, желая еще большей добычи. Древляне, услыхав, что он опять идет, надумали с князем своим Малом: «Если пова- 1 В лето 6453'— т. е. в 945 г. 2 Свеньлъжи — Свенельд, воевода Игоря. л Порты — платье. 4 В Дерева — к древлянам. 53
дится волк к овцам, то перетаскает все стадо, если не убьют его, так и тут, если не убьем его, то всех нас погубит». И они послали к нему сказать: «Зачем идешь опять? — ты взял всю дань». И не послушал их Игорь. И древляне, выйдя из города Искоростеня, убили Игоря и дружину его: мало их было. И похоронили Игоря, есть могила его у города Искоростеня, в земле у древлян, и до сего дня. 24. КОНСТАНТИН БАГРЯНОРОДНЫЙ. О ПЕЧЕНЕГАХ И РУССАХ Константин VII Багрянородный — византийский император X в. (родился в 905 г., умер в 959 г.), оставил после себя ряд сочинений. Отрывки о печенегах и руссах взяты из его книги «Об управлении государством» в переводе В. В. Латышева и Н. В. Малицкого. О ПЕЧЕНЕГАХ И РУССАХ Печенеги, кроме того, живут в соседстве и сопредельны и с руссами и часто, когда живут не в мире друг с другом, грабят Русь и причиняют ей много вреда и убытков. И руссы стараются жить в мире с печенегами; они покупают у них быков, коней и овец и от этого живут легче и привольнее, так как на Руси ни одно из названных животных не водится. Притом руссы вовсе не могут даже выступать на заграничные войны, если они не живут в мире с печенегами, так как последние во время их отсутствия могут сами делать набеги и уничтожить и портить их имущество. Посему руссы, дабы не получать от них вреда, и в виду того, что народ этот очень силен, всегда стараются быть в союзе с ними и получать от них помощь, чтобы вместе и избавляться от вражды с ними, и пользоваться помощью. Руссы не могут приезжать даже в сей царствующий град Ромеев \ если не живут в мире с печенегами, ни ради войны, ни ради торговых дел, так как, достигнув на судах речных порогов, они не могут проходить их, если не вытащат суда из реки и не понесут их на плечах; нападая тогда на них, печенежские люди легко обращают в бегство и избивают [руссов], так как те не могут исполнять одновременно двух трудов. ТОРГОВЛЯ РУССОВ С ВИЗАНТИЕЙ Однодеревки, приходящие в Константинополь из внешней Руси, идут из Невограды 2, в которой сидел Святослав, сын русского князя Игоря, а также из крепости Милиниски3, из Те- люцы 4, Чернигоги. и из Вышеграда. Все они спускаются по реке Днепру и собираются в Киевской крепости, называемой Самвата. 1 Царствующий град Ромеев — Константинополь. 2 Из Це_ыграды — из Новгорода. 3 Милиниски — Смоленск, * Телюцы — Любечл 54
Данники их славяне, называемые кривитеинами! и лензани- нами2, и прочие славяне рубят однодеревки в своих горах в зимнюю пору и, обделав их, с открытием времени [плавания], когда лед растает, вводят в ближние озера. Затем, так как они [озера] впадают в реку Днепр, то оттуда они и сами входят в ту же реку, приходят к Киеву, втаскивают лодки на берег для оснастки и продают руссам. Руссы, покупая лишь самые колоды, расснащивают старые однодеревки, берут из них весла, уключины и прочие снасти и оснащивают новые. В июне месяце, двинувшись по реке Днепру, они спускаются в Витичев, подвластную Руси крепость. Подождав там два-три дня, пока дойдут все однодеревки, они двигаются в путь и спускаются по названной реке Днепру. Прежде всего они приходят к первому порогу, называемому Эссупи, что по-русски и по-славянски значит — «не спи». Этот порог настолько узок, что не превышает ширины циканисти- рия3. Посредине его выступают обрывистые и высокие скалы наподобие островков. Стремясь к ним и поднимаясь, а оттуда свергаясь вниз, вода производит сильный шум и [внушает] страх. Посему руссы, не осмеливаются проходить среди этих островов, но, причалив вблизи и высадив людей на сушу, а вещи оставив в однодеревках, после этого нагие ощупывают ногами [дно], чтобы не наткнуться на какой-нибудь камень; при этом одни толкают шестами нос лодки, а другие — средину, третьи — корму. Таким образом, они со всеми предосторожностями проходят этот первый порог по изгибу речного берега. Пройдя этот порог, они опять, приняв с берега остальных, отплывают и достигают другого порога, называемого по-русски Улворси, а по-славянски Островунипраг, что значит «остров порога». И этот порог подобен первому, тяжел и труден для переправы. Они опять высаживают людей и переправляют однодеревки, как прежде. Подобным же образом проходят и третий порог, называемый Геландри, что по-славянски значит «шум порога». Затем так же [проходят] четвертый порог, большой, называемый по-русски Аифор, а по- славянски Неясыть, потому что в камнях порога гнездятся пеликаны. На этом пороге все ладьи причаливают к земле носами вперед, отряженные люди ходят держать с ними стражу и уходят; они неусыпно держат стражу из-за печенегов. Остальные, выбрав поклажу, находившуюся в однодеревках, и рабов в цепях, переводят их сухим путем 6 миль, пока не пройдут порога. Затем одни тащат свои однодеревки волоком, другие несут на плечах и таким образом переправляют на другую сторону порога, спускают их там в реку, грузят поклажу, входят сами и продолжают плавание. Прибыв к пятому порогу, называемому по-русски Варуфорос, а по-славянски Вульнипраг, потому что он образует большую заводь, и опять переправив однодеревки по изгибам 1 Кривитеины — кривичи. 2 Лензанины — возможно, лютичи. 3 Цикани- стирий — дворцовый ипподром. 55
реки, как на первом и на втором пороге, они достигают шестого порога, по-русски называемого Леанти, а по-славянски Веруци, что значит «бурление воды», и проходят его таким же образом. От него плывут к седьмому порогу, называемому по-русски Струкун, а по-славянски Напрези, что значит «малый порог», и приходят к так называемой Крарийской переправе !, где херсо- ниты переправляются на пути из Руси, а печенеги — в Херсон. Эта переправа шириною приблизительно равна ипподрому, а вышиною от его низа до того места, где сидят союзники, так что долетает стрела стреляющего с одной сторону на другую. Посему печенеги приходят и на это место и нападают на руссов. Пройдя это место, они достигают острова, называемого св. Григорием 2, и на этом острове совершают свои жертвоприношения, так как там растет огромный дуб. Они приносят в жертву живых петухов, кругом втыкают стрелы, а иные [приносят] куски хлеба, мясо и что имеет каждый, как требует их обычай. Насчет петухов они бросают жребий, — зарезать ли их [в жертву], или съесть, или пустить живыми. От этого острова руссы уже не боятся печенегов, пока не достигнут реки Селины 3. Затем, двинувшись от этого острова, они плывут около четырех дней, пока не достигнут лимана, составляющего устье реки: в нем есть остров св. Эвферия 4. Пристав к этому острову, они отдыхают там два-три дня и опять снабжают свои однодеревки недостающими принадлежностями, парусами, мачтами и реями, которые привозят с собою. А так как этот лиман, как сказано, составляет устье реки и доходит до моря, а со стороны мрря лежит остров св. Эвферия, то они оттуда уходят к реке Днестру и, благополучно достигнув ее, снова отдыхают. Когда наступит благоприятная погода, они, отчалив, приходят к реке, называемой Белою, и, отдохнув там подобным образом, снова двигаются в путь и приходят к Селине, так называемому ответвлению [рукаву] реки Дуная. Пока они не минуют реки Селины, по берегу за ними бегут печенеги. И если море, что часто бывает, выбросит однодеревки на сушу, то они все их вытаскивают на берег, чтобы вместе противостать печенегам. От Селины они никого уже не бояться, и вступив на Булгарскую землю, входят в устье Дуная. От Дуная они доходят до Конопа, от Конопа в Константин) на реке Варне, от Варны приходят к реке Дичине, — все места находятся в Булгарии, — от Дичины достигают области Месимврии; здесь оканчивается их многострадальное, страшное, трудное и тяжелое плавание. Зимний и суровый образ жизни этих самых руссов таков. Когда ступит ноябрь месяц, князья их тотчас выходят со всеми руссами из Киева и отправляются в полюдье, т. е. круговой объезд, и именно в славянские земли вервианов, другувитов, криви- 1 Крарийская переправа — современный Кичкасский перевоз. 2 Остров се. Григория — Хортида. 3 Селина —- Сулина, гирло Дуная. 4 Острое се, Эвферия — Березань. 56
чей, севериев! и остальных славян, платящих дань руссам. Прокармливаясь там в течение целой зимы, они в апреле месяце , когда растает лед на реке Днепре, снова возвращаются в Киев. Затем забирают свои однодеревки, как сказано выше, - снаряжаются и отправляются в Романию2. 25. ГАРДИЗИ. ПЕЧЕНЕГИ Арабский географ Абу-Саид Абд-ал Хайя бен Зохака Г а р- д из и,писал в середине XI в., но свои сведения часто черпал и у более ранних географов VIII, IX, X вв. Отрывок о печенегах взят из книги Гардизи «Украшение известий» в переводе В. В. Бартольда. В. Бартольд, Отчет о поездке в Среднюю Азию с научной целью, 1893—1894. Владения печенегов простираются на 30 дней пути. С каждой стороны к ним примыкает какой-нибудь народ; с востока — кипчаки, с юго-запада — хазары, с запада — славяне; все эти народы производят нашествия, нападают на печенегов, уводят их в плен и продают [в рабство]. Эти печенеги владеют стадами; у них много лошадей *и баранов, также много золотых и серебряных сосудов, много оружия. Они носят серебряные пояса. У них есть знамена и копья, которые они поднимают во время битв: их трубы, в которые дуют во время битв, сделаны наподобие бычачьих голов. Дороги в страны печенегов очень трудны и неприятны. Кто хочет отправиться оттуда в какую-нибудь страну, должен купить лошадей, так как ни с какой стороны нельзя выехать из их земли иначе, как верхом, вследствие дурного состояния дорог. Купцы на пути туда не придерживаются никаких дорог, так как все пути заросли лесом; они узнают дорогу по положению звезд. 26. ПОХОДЫ СВЯТОСЛАВА В летописи сохранился рассказ о походах Святослава, в котором дается и характеристика военных приемов этого князя. *3десь приводится текст летописи по Лаврентьевскому списку («Повесть временных лет по Ла- врентьевскому списку», СПБ 1910). В лето 6472. Князю Святославу възрастьшю и възмужавшю, нача вой совокупляти многи и храбры, и легъко ходя, аки пардус, войны многи творяше. Ходя воз по себе не возяше, ни котьла, ни мяс варя, но потонку изрезав конину ли, зверину ли или говядину на углех испек ядяше, ни шатра имяше, но подъклад постлав и седло в головах: такоже и прочий вой его вси бяху. Посылаше к странам, глаголя: «хочю на вы ити»... 1 Be рвианы —вместо дервианы, древляне; другу виты — дреговичи; севе- рий — северяне. 2 Романия — Греция. 57
В лете 6479 !. Приде Святослав в Переяславець 2, и затвори- шеся болгаре в граде. И излезоша болгаре на сечю противу Святославу, и бысть сеча велика, и одоляху болгаре; и рече Святослав воем своим: «уж нам еде пасти; потягнем мужьски братья и дружино!» И к вечеру одоле Святослав, и взя град копьем, и посла к греком, глаголя: «хочю на вы ити [и] взяти град вашь, яко и сей». И реша грьци: «мы недужи противу вам стати, но возми дань на нас, и на дружину свою, и повежьте ны, колько вас, да вдамы по числу на главы». Се же реша грьци, льстяче под Русью [суть бо греци лстивы и до сего дни]. И рече им Святослав: «есть нас 20 тысящь», и прирече 10 тысящь, бе бо Руси 10 тысящь толко. И пристроиша грьци 100 тысящь на Святослава, и не даша дани; и поиде Святослав на греки, и изидоша противу Руси. Видевше же Русь убояшася зело множьства вой, и рече Святослав: «уже нам некамо ся дети, волею и неволею стати противу; да не посрамим земле Руские, но ляжем костьми [тут] мертвыми бо срама не имам, аще ли побегнем, срам имам: ни имам убежати, но станем крепко, аз же пред вами пойду: аще моя глава ляжет, то промыслите собою»; и реша вой: «идеже глава твоя, ту и свои главы сложим». И исполчишася Русь, и бысть сеча велика, и одоле Святослав, и бежаша грьци; и поиде Святослав ко граду, воюя и грады разбивая, яже стоять и до днешняго дне [пусты]. И созва царь боляре своя в пол ату, и рече им: «что створим, яко не можем противу ему стати?» И реша ему боляре: «поели к нему дары, искусим и, любьзнив ли есть злату, ли паволо- кам?» И посла к нему злато, и паволоки, и мужа мудра; реша ему: «глядай взора, и лица его и смысла его»; он же взем дары, придет к Святославу. [И] поведаша Святославу, яко придоша грьци с поклоном, и рече: «въведете я семо». Придоша, и покло- нишася ему [и] положиша пред ним злато и паволоки; и рече Святослав, кроме зря, отроком своим: «схороните». Они же придоша ко царю, и созва царь боляры, реша же послании: «яко придохом к нему, и вдахом дары, и не возре на ня, и повеле схоронити». И рече един: «искуси и еще, поели ему оружье». Они же послушаша его, и послаша ему мечь и ино оружье, и при- несоша к нему; он же приим, нача хвалити, и любити, и целовати царя. Придоша опять ко царю, и поведаша ему вся бывшая и реша^ боляре: «лют се мужь хощет быти, яко именья не брежеть, а оружье емлеть; имися по дань». И посла царь, глаголя сице: «не ходи к граду, возми дань, еще хощеши»; за малом бо бе не дошел Царяграда. И даша ему дань; имашеть же и за убьеныя, глаголя: «яко род его возметь». Взя же и дары многы, и възратися в Переяславець с похвалою великою... 1 В лето 6479 — в 971 году. 2 Переяславец — болгарский город в устье Дуная. 58
ПОХОДЫ СВЯТОСЛАВА (Перевод) В лето 6472 (964). Когда князь Святослав вырос и возмужал, он начал собирать воинов многих и храбрых; ходя легко, как барс, вел он многие войны. В походе не возил с собою обозов, ни котлов, ни варил мяса, но тонко нарезав конину или зверину или говядину, пек ее на углях и ел; он не имел шатра, но [спал] подостлав чепрак, а седло в головах; такими были и все остальные его воины. Он посылал послов по странам, говоря: «Хочу идти на вас»... В лето 6479 (971). Пришел Святослав в Переяславец, и болгары заперлись в городе. И вышли болгары на бой против Святослава, и была битва великая, и одолевали болгары. И сказал Святослав воинам своим: «Уже нам здесь погибнуть, будем биться мужественно, братья и дружина». И к вечеру одолел Святослав, и взял город с бою. И послал к грекам послов, говоря: «Хочу идти на* вас, взять ваш город, как и этот». И сказали греки: «Мы не можем противостоять вам, но возьми дань с нас, на себя и на дружину свою, и скажите нам, сколько вас, чтобы мы дали по числу на головы». Так говорили греки, обманывая Русь, ибо греки лукавы и до сего дня. И сказал им Святослав: «Нас 20 тысяч», и прибавил 10 тысяч, потому что Руси было только 10 тысяч. И выставили греки 100 тысяч против Святослава и не дали дани. И пошел Святослав на греков, а те вышли против Руси. Увидав это, Русь убоялась большого множества воинов. И сказал Святослав: «Уж нам некуда деться; волей-неволей придется стать против, да не посрамим земли русской, но ляжем здесь костьми, мертвые ведь не будут иметь позора; если же побежим, то позор будет на нас, и не убежим, но станем крепко, а я пойду впереди вас; если моя голова ляжет, то подумайте сами о себе». И сказали воины: «Где твоя голова ляжет, тут и мы свои головы сложим». И Русь приготовилась к бою, и была великая битва, и одолел Святослав, и бежали греки, и пошел Святослав к Царьграду, воюя и разоряя города, которые стоят пустыми и до сегодняшнего дня. И созвал царь своих бояр во дворец и сказал им: «Что нам делать, раз мы не можем противостоять ему?» И сказали ему бояре: «Пошли к нему дары: испытаем его, не любит ли он золото или шелковые ткани?» И послали к нему золото и шелковые ткани и мужа мудрого, и сказали ему: «Наблюдай за взглядом его и за выражением его лица». Муж взял дары и пришел к Святославу. И сказали Святославу, что пришли греки с поклоном, и он сказал: «Введите их сюда». Пришли и поклонились ему, положили перед ним золото и шелковые ткани. И сказал Святослав дружинникам, смотря в сторону: «Спрячьте». Дружинники Святослава взяли и спрятали. Послы 59
же вернулись к царю. И созвал царь бояр, и сказали посланные: «Как мы пришли к нему и поднесли дары, то он и не посмотрел на них, а велел спрятать». И сказал один: «Испытай его еще, пошли ему оружие». Греки послушали его и послали ему меч и другое оружие, и принесли к нему. Он же, приняв, начал хвалить и любоваться и благодарил царя. И пришли к царю и рассказали ему все, что было, и сказали бояре: «Лют должен быть этот человек: имуществом пренебрегает, а оружие берет, дадим ему дань». И послал царь, говоря так: «Не ходи к Царьграду, но возьми с нас дань, сколько хочешь», потому что он немного не дошел до Царьграда. И дали ему дань, он же брал и за убитых, говоря, что «род его возьмет». Взял же и дары многие и возвратился в Переяславец с большою славою... 27. ЛЕВ ДИАКОН. СВЯТОСЛАВ В ДУНАЙСКОЙ БОЛГАРИИ Помимо русской летописи, походы Святослава в Дунайскую Болгарию описаны также византийским писателем Львом Диаконом, который сопровождал императора Иоанна Цимисхия во время его походов против русских. Здесь помещен отрывок, рассказывающий о совещании Святослава с дружиной перед последним сражением, о самом сражении с греками и о свидании Святослава с Цимисхием («История Льва Диакона и другие сочинения византийских писателей», перевод Попова, СПБ 1820). ...Тогда Святослав, вздохнув от глубины сердца, сказал: «Погибнет слава, спутница российского оружия, без труда побеждавшего соседственных народов и без пролития крови покорявшего целые страны, если мы теперь постыдно уступим римлянам. Итак, с храбростию предков наших и с тою мыслию, что русская сила была до сего времени непобедима, сразимся мужественно за жизнь нашу. У нас нет обычая бегством спасаться в отечество, но или жить победителями или, совершивши знаменитые подвиги, умереть со славою». Так посоветовал Святослав. Говорят, что побежденные тавроскифы 1 никогда живые не сдаются неприятелям, но, вонзая в чрево мечи, себя убивают. Они сие делают по причине мнения своего, что убитые в сражении по смерти своей или разлучении души с телом служат в аде своим убийцам, посему, страшась своего рабства, боясь служить своим врагам, они сами себя закалывают. Такое господствует у них мнение. Услышав слова своего правителя, они со всею охотою решились за свою жизнь подвергнуться опасности и с мужеством выступить против римской силы... ...По утверждении мира Святослав просил позволения у государя прийти к нему для личных переговоров. Он согласился и, 1 Тавроскифы —в данном случае русские. 60
в позлащенном вооружении, на коне приехал к берегу Истра ', сопровождаемый великим отрядом всадников, блиставших доспехами. Святослав переезжает чрез реку на некоторой скифской ладье и, сидя за веслом, греб наравне с прочими, без всякого различия. Видом он был таков: среднего росту, не слишком высок, не слишком мал, с густыми бровями, с голубыми глазами, с плоским носом, с бритою бородою и с густыми длинными, висящими на верхней губе волосами. Голова у него была совсем голая, но только на одной ее стороне висел локон волос, означающий знатность рода; шея толстая, плечи широкие и весь стан довольно стройный. Он казался мрачным и диким. В одном ухе висела у него золотая серьга, украшенная двумя жемчужинами, с рубином, посреди их вставленным. Одежда на нем была белая, ничем, кроме чистоты, от других не отличная... 28. ОСАДА КОРСУНЯ ВЛАДИМИРОМ И КРЕЩЕНИЕ РУСИ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В лето 6496 (988). Иде Володимер с вой2 на Корсунь3, град гречьский, и затворишася корсуняне в граде; и ста Володимер об он пол города в лимени 4, дали града стрелище едино5, и боряхуся крепко из града, Володимер же обьстоя6 град. Изнемогаху в граде людье, и рече Володимер к гражаном: «аще ся не вдасте, имам стояти и за 3 лета». Они же не послушаша того. Володимер же изряди воа своа, и повеле приспу сыпати7 к граду. Сим же спу- щим 8, корсуняне, подъкопавше стену градьскую, крадуще сып- лемую перьсть, и ношаху к собе в град, сыплюще посреде града; воини же присыпаху боле, а Володимер стояше. И [се] мужь корсунянин стрели, имянем Настас, напсав9 сице на стреле: «кладязи, яже суть за тобою от въстока, ис того вода идеть по трубе, копав перейми». Володимер же, се слышав, возрев на небо, рече: «аще се ся сбудеть, и сам ся крещю». И ту абье повеле копати преки 10 трубам, и преяша воду; людье изнемогоша водною жажею и предашася. Вниде Володимер в град и дружина его, и посла Володимер ко царема, Василью и Костянтину п, глаголя сице: «се град ваю славный взях; слышю же се, яко сестру имата девою, да аще ее не вдаста за мя, створю граду вашему, якоже и сему створих». И слышаста царя, быста печальна и въздаста весть, сице глаголюща: «не достоить хрестеяном за i Истр — Дунай. 2С еом —с воинами. 3 Корсунь — Херсонес, город в Крыму. 4 Об он пол города в лимени — на другой стороне города у залива. 5 Дали града стрелище едино — на расстоянии полета стрелы от города. 6 Обьстоя — осадил. 7 Приспу сыпати — делать вал у стен города. 8 Спущим — сыплющим. 9 Напсав — написав. 10 Преки— поперек. п Василью и Костянтину — византийским императорам. 61
Поганыя " даяти; аще ся крестиши, то и се получишь, и царство небесное приимеши, и с нами единоверник будеши; аще ли сего не хощеши створити, не можем дати сестры своее за тя». Си слышав Володимер, рече посланным от царю: «глаголите царема тако: яко аз крещюся, яко испытах преже сих дний закон вашь, и есть ми люба вера ваша и служенье, еже бо ми споведаша послании нами мужи». И си слышавша царя рада быста, и умоли- ста сестру свою, имянем Аньну, и посласта к Володимеру, гла- голюща: «крестися, и тогда послеве сестру свою к тебе». Рече же Володимер: «да пришедъше с сестрою вашею крестять мя». И послушаста царя [и] посласти сестру свою, сановники некия и прозвутеры2; она же не хотяше ити: «яко в полон»3, рече, «иду, луче бы ми еде умрете». И реста ей брата: «еда како обратить бог тобою Рускую землю в покаянье, а Гречькую землю избавишь от лютыя рати; видиши ли, колько зла створиша Русь греком? и ныне аще не идеши, тоже имут створити нам»; и одва ю принудиша. Она же, седъши в кубару 4, целовавши ужики I5 своя с плачем, поиде чрес море; и приде к Корсуню, и изидоша корсуняне с поклоном, и въведоша ю в град, и посадиша ю в палате... Епископ же Корсуньский с попы царицины, огласив, крести Володимера... Се же видевше дружина его, мнози крестишася. Крести же ся в церкви святаго Василья, и есть церки та стоящи в* Корсуне граде, на месте посреди града, идеже торг деють корсуняне; полата же Володимера с края церкве стоить и де сего дне, а царицина полата за олтарем. По крещеньи же приведе царицю на браченье. Се же, не сведуще право6, глаголють, яко крестилъся есть в Киеве; инии же реша: [в] Василеве; друзии же инако скажють... Володимер... приде Киеву. Яко приде7, повеле кумиры ис- проврещи, овы исещи, а другия огневи предати; Перуна же повеле привязати коневи к хвосту и влещи с горы по Боричеву на Ручай8, 12 мужа пристави тети9 жезльем... Влекому же ему по Ручаю к Днепру, плакахуся его невернии людье, еще бо не бяху прияли святаго крещенья; и привлекше, вринуша и 10 в Днепр. И пристави Володимер, рек: «аще кде при- станеть, вы отревайте11 его от берега, дондеже порогы проидеть; то тогда охабитеся его» 12. Они же повеления створиша. Яко пу- стиша и, пройде сквозе порогы, изверже и ветр на рень, и оттоле прослу Перуня Рень 13, якоже и до сего дне словеть. Посемь же Володимер посла по всему граду, глаголя: «аще не обрящеться 1 Поганыя — язычники. 2 Прозвутеры — пресвитеры, священники. 3 Полон— плен. 4 Кубара — корабль. б Ужики — родственники. 6 Не сведуще право — не зная истины. 7 Яко приде — когда Владимир пришел из Корсуня в Киев. 8 По Боричеву на Ручай. Боричев — Боричев въезд. Ручай — Почайна. 9 Тети — толкать. 10 И — его. п Отревайте — отталкивайте. ,2 Охабитеся его — отступитесь от него. 13 Рень — отмель. 62
кто [заутра на] реце, богат ли, ли убог, или нищь, ли работник, противен мне да будеть»... И . . . . повеле рубити церкви и поставляти по местом, идеже стояху кумиры; и постави церковь святаго Василья на холме, идеже стояше кумир Перун и прочий, идеже творяху потребы 1 князь и людье; и нача ставити по градом церкви и попы и люди на крещенье приводити по всем градом и селом. Послав нача поимати у нарочитые чади дети, и даяти нача на ученье книжное; матере же чад сих плакахуся по них, еще бо не бяху ся утвердили верою, но акы по мертвых плакахуся. ОСАДА КОРСУНЯ ВЛАДИМИРОМ И КРЕЩЕНИЕ РУСИ (Перевод) В 988 году. Пошел Владимир с воинами на Корсунь, город греческий, и заперлись корсуняне в городе. И остановился Владимир на другой стороне города у залива на расстоянии полета стрелы от города; крепко бились из города. Владимир осадил город. Изнемогали в городе люди, и сказал Владимир горожанам: «Если не сдадитесь, буду стоять больше 3 лет». Они не послушали его. Владимир изготовил к бою своих воинов и велел сыпать насыпь к городу. Когда осаждающие делали насыпь, корсуняне, сделав подкоп под городской стеной, крали насыпаемую землю и уносили к себе в город, ссыпая посредине города. Воины насыпали еще больше, а Владимир стоял. И вот муж корсунянин, именем Анастас, пустил стрелу, так написав на стреле: «Из колодца, который за тобой от востока, идет вода по трубе (в город); раскопай и перейми (воду)». Владимир, услыхав это, взглянул на небо и сказал: «Если это сбудется, крещусь сам». Тотчас велел копать поперек труб и перехватил воду. Люди изнемогли от жажды и сдались. Вошел в город Владимир и дружина его. И послал Владимир к царям Василию и Константину сказать так: «Вот я взял ваш славный город. Слышал я, что у вас сестра девица, если не отдадите ее за меня, то сделаю с вашим городом, что сделал с этим». Услышали цари, опечалились и послали ответ в таких словах: «Не подобает христианам отдавать за язычников. Если крестишься, то и это получишь, и царство небесное примешь и с нами одной веры будешь. Если же не хочешь этого сделать, то не можем отдать своей сестры за тебя». Услыхав это, Владимир сказал посланным от царей: «Скажите царям так: я крещусь, потому что прежде этого испытал 1 Творяху потребы — приносили жертвы. 63
ваш закон, и ваша вера и служение любы мне, как рассказывали мне посланные наши мужи». Услышавши это, цари обрадовались и уговорили сестру свою, по имени Анну, и послали к Владимиру сказать: «Крестись,, и тогда пошлем сестру свою к тебе». А Владимир сказал: «Пришедшие с вашею сестрою пусть крестят меня». И послушались цари и послали сестру свою, некоторых сановников и священников. Она же не хотела идти: «Как в плен, — говорила, — иду, лучше мне здесь умереть». И сказали ей братья: «Если приведет через тебя бог Русскую землю к покаянию, то и Греческую землю избавишь от лютой войны: видишь, сколько зла причинила Русь грекам? И теперь, если не пойдешь, то же самое сделают нам». И едва ее заставили. Она села на корабль, с плачем поцеловала своих родных и поехала через море. И приехала к Корсуню, и вышли корсуняне с поклоном, ввели ее в город и посадили ее в палате... Епископ Корсунский с попами царицы объявил о крещении и крестил Владимира... Дружина его видела это, и многие крестились. Крестился он в церкви святого Василия; стоит церковь та в городе Корсуни на месте посредине города, где у корсунян происходит торг. Дворец же Владимира стоит у края церкви до сего дня, а дворец царицы (царевны) — за алтарем. После крещения привели царицу (царевну) к венцу. Одни, не знающие истины, говорят, что Владимир крестился в Киеве, другие — в Василеве, третьи же иначе говорят... Владимир пришел в Киев; тотчас повелел ниспровергнуть кумиры, — одни изрубить, а другие предать огню. А Перуна повелел привязать к хвосту коня и стащить с горы по Боричеву въезду в Ручей (Почайну) и приставил 12 мужей толкать Перуна шестами... Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, верующие люди оплакивали его. И приволочивши Перуна, ввергли его в Днепр. И Владимир приставил (людей), сказав: «Если где пристанет, отталкивайте его от берега, пока не пройдет порогов; а тогда бросьте его». Эти люди сделали, как было повелено. Когда они пустили Перуна, и он прошел сквозь пороги, выкинуло его ветром на отмель; и от этого прослыла она, как отмель Перуна, как слывет и до сего дня. После этого Владимир послал по всему городу со словами: «Кого не окажется завтра на реке, богатого ли, убогого ли, нищего или раба, тот идет против меня»... Владимир повелел строить церкви и ставить в тех местах, где стояли кумиры. Церковь св. Василия поставил на холме, где стоял кумир Перуна и другие церкви, где приносили жертвы князь и люди. И начал Владимир ставить по городам церкви и попов, а людей заставлял креститься по всем городам и селам. И стал брать у нарочитых людей их детей и отдавать их в книжное учение. А матери плакали по ним, как по мертвым... 64
29. БОРЬБА ЯРОСЛАВА С СВЯТОПОЛКОМ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. БОЙ ЯРОСЛАВА С СВЯТОПОЛКОМ И ПОБЕДА ЯРОСЛАВА Начало княженья Ярославля Кыеве. В лето 6524х. Приде Ярослав на Святополка, и сташа противу оба полы2 Днепра, и не смеяху ни си онех ни они сихь начати, и стояша месяце 3 противу собе. И воевода нача Святополчь, ездя възле берег, укаряти Новгородце, глаголя: «что придосте с хромьцемь симь, а вы плотници суще? а приставим вы хоромов рубити наших». Се слышавше Новгородци, реша Ярославу: «яко заутра переве- земъся на ня аще кто не поидеть с нами, сами потнем 3 [его]». Бе бо уже в замороз. Святополк стояше межи двема озерома, и всю нощь пил бе с дружиною своею; Ярослав же заутра, испол- чив дружину свою, противу свету перевезеся. И выседше на брег, отринуша лодье от берега, и поидоша противу собе, и сступишася на месте; бысть сеча зла, и не бе лзе озеромь печенегом помагати и притиснуша Святополка с дружиною ко озеру, и въступиша на лед, и обломися с ними лед, и одолети нача Ярослав, видев же Святополк и побеже, и одоле Ярослав. Святополк же бежа в ляхы 4, Ярослав же седе Кыеве на столе отьни и дедни; и бы тогда Ярослав лет 28. ПОБЕДА БОЛЕСЛАВА ПОЛЬСКОГО НАД ЯРОСЛАВОМ. ПОБЕДА ЯРОСЛАВА И НОВГОРОДЦЕВ НАД СВЯТОПОЛКОМ В лето 65265. Приде Болеслав6 с Святополком на Ярослава с ляхы; Ярослав же, совокупив Русь, и варягы, и словене, поиде противу Болеславу и Святополку, и приде Волыню, и сташа оба пол рекы Буга. И бе у Ярослава кормилець и воевода, именемь Буды, нача укаряти Болеслава, глаголя: «да то ти прободем трескою7 черево8 твое толъстое». Бе бо Болеслав велик и тяжек, яко и на кони не могы седети, но бяше смыслень; и рече Болеслав к дружине своей: «аще вы сего укора не жаль, аз един погыну». Всед на конь, въбреде в реку и по немь вой его, Ярослав же не утягну исполчитися, и победи Болеслав Ярослава; Ярослав же убежа с 4-ми мужи Новугороду, Болеслав же вниде в Кыев с Святополкомь. И рече Болеслав: «разведете дружину мою по городом на покоръм», и бысть тако. Ярославу же прибегшю Новугороду, и хотяше бежати за море, и посадник Коснятин, сын Добрынь с новогородьци расекоша лодье Ярославле, рекуще: «хочем ся и еще бити с Болеславом и с Святополкомь». Начаша 1 В лето 6524 — в 1016 г. 2 Оба полы — по обе стороны, з Потнем — убьем. 4 Ляхы — поляки. s В лето 6526 — в 1018 г. 6 Болеслав — польский король. 7 Прободем трескою — проткнем палкою. 8 Черево — живот. 5 Хрестоматия по истории СССР, т. I 65
скот ! събирати от мужа по 4 куны, а от старост по 10 гривен, а от бояр по 18 гривен; и приведоша варягы, и вдаша им скот, и совокупи Ярослав воя многы. Болеслав же бе Кыеве седя, оканьный же Святополк рече: «елико же ляхов по городом, избивайте я»; и избиша ляхы. Болеслав же побеже ис Кыева, възма именье и бояры Ярославле и сестре его, и Настаса пристави Десятиньнаго2 ко именью, бе бо ся ему вверил лестью, и людий множьство веде с собою, и городы Червеньскыя зая собе, и приде в свою землю. Святополк же нача княжити Кыеве, и поиде Ярослав на Святополка, и бежа Святополк в печенегы. В лето 65273. Приде Святополк с печенегы в силе тяжьце, и Ярослав собра множьство вой, и изыде противу ему на Льто4. Ярослав ста на месте, идеже убиша Бориса, въздев руце на небо, рече: «кровь брата моего вопьет к тобе, владыко!..» И се ему рекшю, поидоше Противу собе, и покрыта поле Летьское обои от множьства вой. Бе же пяток тогда, въсходящю солнцю, и сступишася обои, бысть сеча зла, яка же не была в Руси, и за рукы емлюче сечахуся, и сступашася трижды, яко по удольем крови тещи; к вечеру же одоле Ярослав, а Святополк бежа. БОРЬБА ЯРОСЛАВА С СВЯТОПОЛКОМ (Перевод) БОЙ ЯРОСЛАВА С СВЯТОПОЛКОМ И ПОБЕДА ЯРОСЛАВА Начало княжения Ярослава в Киеве. В 1016 году пошел Ярослав против Святополка, и остановились друг против друга по обе стороны Днепра; не смели ни те против этих, ни эти против тех начать. Стояли 3 месяца друг против друга. И начал воевода Святополка, ездя вдоль берега, укорять новгородцев, говоря: «Что пришли с этим хромым, вы — плотники? Вот заставим вас хоромы для нас рубить!» Услыхав это, новгородцы сказали Ярославу: «Завтра переправимся против них; если кто не пойдет с нами, сами его убьем». Стояли уже морозы. Святополк стоял между двумя озерами и всю ночь пил со своей дружиной. Ярослав же, на другой день, изготовив к бою свою дружину, на рассвете переправился. И выйдя на берег, оттолкнули лодки от берега, пошли против врагов и схватились на месте. Была страшная битва, и нельзя было печенегам оказать помощи (Святополку) из-за озера. Притиснули Святополка с дружиною к озеру, вступили они на лед, и обломился под ними лед. Ярослав начал одолевать. Увидал это Святополк и побежал. Одолел Ярослав Святополка. Святополк же убежал к полякам. Ярослав сел в Киеве на столе отца и деда. Было тогда Ярославу 28 лет. ч 1 Скот — деньги. 2 Настаса... Десятиньнаго — Анастас был приставлен * к Десятинной церкви в Киеве. 3 В лето 6527 — в 1019 г. 4 Льто — поле на р. Альте под Киевом. бб
ПОБЕДА БОЛЕСЛАВА ПОЛЬСКОГО НАД ЯРОСЛАВОМ. ПОБЕДА ЯРОСЛАВА И НОВГОРОДЦЕВ НАД СВЯТОПОЛКОМ В 1018 году пришел Болеслав с поляками вместе с Святопол- ком против Ярослава. Ярослав собрал русь, варягов и славян и пошел против Болеслава и Святополка. Пришел он в Волынь, и те и другие стали по обе стороны реки Буга. Был у Ярослава кормилец и воевода, по имени Буды, стал он укорять Болеслава, говоря так: «Вот мы проткнем палкой живот твой толстый». Болеслав был высок и тяжел, так что и на коне не мог сидеть, но был он умен. Сказал Болеслав своей дружине: «Если вам не больно от этого укора, я один погибну». Сел на коня, въехал в реку, и за ним воины его. Ярослав не успел изготовиться к бою, и победил Болеслав Ярослава. Ярослав с 4 мужами убежал в Новгород, а Болеслав, вместе со Святополком, вошел в Киев. И сказал Болеслав: «Разведите дружину мою по городам для прокормления». И сделали так. Ярослав же прибежал к Новгороду и хотел бежать за море. Посадник Константин, сын Добрыни, с новгородцами, разбил лодки Ярослава, говоря: «Хотим еще биться с Болеславом и Святополком». Начали собирать деньги: с человека — по 4 куны, с старост— по 10 гривен, с бояр — по 18 гривен. Привели варягов, дали им денег, и собрал Ярослав много воинов. Болеслав же сидел в Киеве. Святополк Окаянный сказал: «Сколько поляков по городам, избивайте их». И перебили поляков. Болеслав же убежал из Киева, захватив имущество, бояр и сестер Ярослава; Настаса десятинного приставил к имуществу, потому что тот обманом вошел в доверие к нему. Множество людей увел с собою, города Червенские захватил себе и вернулся в свою землю. Святополк начал княжить в Киеве. И пошел Ярослав против Святополка, и убежал Святополк к печенегам. В 1019 году пришел Святополк с печенегами, с большой силой. Ярослав собрал множество воинов и вышел против него на Альту. Ярослав стал на месте, где убили Бориса, поднял руки к небу и сказал: «Кровь брата моего вопиет к тебе, владыка»... Когда он сказал это, пошли враги друг против друга, и покрылось поле около Альты с обеих сторон множеством воинов. Тогда была пятница; восходило солнце, сошлись оба войска, была страшная битва, какой не было на Руси, бились в рукопашную, трижды сходились, текла кровь ручьями. К вечеру одолел Ярослав, а Святополк убежал. *
КЛАССИКИ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА Маркс К., Капитал, т. I, 1950, стр. 339. Маркс К., Капитал, т. III, ч. II, 1950, стр. 646, 647, 804—815. Маркс К., Хронологические выписки. «Архив Маркса и Энгельса», т. V, стр. 219—227, 340, 344; т. VI, стр. 169—170; т. VIII, стр. 144—145, 151. Ленин В. И., Развитие капитализма в России. Соч., т. 3, стр. 157— 159. Сталин И. В., Украинский узел. Соч., т. 4, стр. 46. Сталин И. В., Об очередных задачах партии в национальном вопросе. Тезисы к X съезду РКП (б), утвержденные ЦК партии. Соч., т. 5, стр. 15—16. Сталин И. В., Доклад об очередных задачах партии в национальном вопросе. Соч., т. 5, стр. 33—34. Сталин И. В., Речь на параде Красной Армии 7 ноября 1941 г. на Красной площади в Москве. О Великой Отечественной войне Советского Союза, изд. 5-е, стр. 37—40. Сталин И. В., Приветствие Москве. «Правда» от 7 сентября 1947 г. Сталин И. В., Марксизм и вопросы языкознания, Госполитиздат, 1950. 68
Глава III РАСПАД КИЕВСКОГО ГОСУДАРСТВА (XI-XII ВЕКА) 30. КИЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ 1068 г. Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В лето 6576 К Придоша иноплеменьници на Русьску землю, половьци мнози, Изяслав же, и Святослав и Всеволод2 изидоша противу им на Льто 3; и бывши нощи, подъидоша противу собе, грех же ради наших пусти бог на ны поганыя, и побегоша Русьскыи князи, ипобедиша половьци... Изяславу же со Всеволодом Кыеву побегшю, а Святославу Чернигову, и людье кыевстии прибегоша Кыеву, и створиша вече на торговищи4, и реша, пославшеся ко князю: «се половци росулися5 по земли; дай, княже, оружье и кони, и еще бьемся с ними». Изяслав же сего не послуша. И начаша людие говорити на воеводу на Коснячька; идоша на гору6 с веча и придоша на двор Коснячков, и не обретше его, сташа у двора Брячиславля7 и реша: «пойдем, высадим дружину свою ис погреба» 9. И разде- лишася надвое; половина их иде к погребу, а половина их иде по мосту; си же придоша на княжь двор. Изяславу же седящю на сенех с дружиною своею, начаша претися со князем. Стояще доле, князю же из оконця зрящю и дружине стоящи у князя, рече Тукы9 брат Чюдинь, Изяславу: «видиши, княже, людье възвыли; поели ать Всеслава 10 блюдуть п». И се ему глаголющю, другая половина людий приде от погреба, отворивше погреб; и рекоша дружина князю: «се зло есть; поели ко Всеславу, ат призвавше лестью *2 ко оконцю, пронзуть и13 мечемь». И не послуша сего князь. Людье же кликнуша, и идоша к порубу Bcte- славлю; Изяслав же се видев, со Всеволодом побегоста з двора, людье же высекоша Всеслава ис поруба, в 15 день семтября и поставиша и среде двора къняжа; двор ж княжь разграбиша, бещисленое множьство злата и сребра, кунами и белью 14. Изяслав же бежа в ляхы 15... Всеслав же седе Кыеве... В лето 6577 ,6. Поиде Изяслав с Болеславомь 17 на Всеслава, Всеслав же поиде противу; и приде Белугороду18 Всеслав, и бывши нощи, утиавъея кыян бежа из Белагорода Полотьску 19. 1 В лето 6576 — в 1068 г. 2 Изяслав, Святослав, Всеволод — князья, Киевский, Черниговский, Переяславский — сыновья Ярослава Мудрого. 3 На Льто — река Альта. 4 На торговищи — торговая площадь была на Подоле. 5 Росулися — растеклись. 6 На гору — в княжескую и боярскую часть города на холмах. 7 Брячислав — полоцкий князь, отец Всеслава. 8 Погреб— тюрьма. 9 Тукы — киевский боярин. 10 Всеслав—князь полоцкий, был в плену у Изяслава и сидел в тюрьме. п Блюдуть — стерегут. 12 Лестью — обманом. 13 И — его. м Куны и бель — денежные единицы. 15 В ляхы — к полякам. 16 В лето 6577 — в 1069 г. 17 Болеслав — король польский, тесть Изяслава. 18 Белгород — киевский пригород. 19 Полотьску — Полоцк. 69
Заутра же видевше людье князя бежавша, възвратишася Кыеву, и створиша вече [и] послашася к Святославу и к Всеволоду, глаголюще: «мы уже зло створили есмы, князя своего прогнав- ше, а се ведеть на ны Лядьскую землю, а поидета в град отца своего; аще ли не хочета, то нам неволя: зажегше град свой, ступим в гречьску землю». И рече им Святослав: «ве послеве 1 к брату своему: аще поидеть на вы с ляхы губити вас, то ве про- тиву ему ратью, не даве2 бо погубите града отца своего; аще ли хощеть с миромь, то в мале придеть дружине». И утешиста кыяны. Святослав же и Всеволод посласта к Изяславу, глаго- люща: «Всеслав ти бежал, а не води ляхов Кыеву, противна бо ти нету; аще ли хощеши гнев имети и погубити град, то веси3, яко нама жаль отня стола». То слышав Изяслав, остави ляхы и поиде с Болеславом, мало ляхов поим; посла же пред [собою] сына своего Мьстислава Кыеву. И пришед Мьстислав, исече [ки- яны], иже беша высекли Всеслава, числом 70 чади, и другыя сле- пиша, другыя же без вины погуби, не испытав. Изяславу же идущю к граду, изидоша людье противу с поклоном, и прияша князь свой кыяне, и седе Изяслав на столе своемь, месяца мая в 2 день. И распуща ляхы на покорм, [и] избиваху ляхы отай; [и] възвратися в Ляхы Болеслав, в землю свою. Изяслав же възгна торг на гору, и прогнав Всеслава ис Полотьска, посади сына своего Мьстислава Полотьске... КИЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ 1068 г. (Перевод) В 1068 году пришли иноплеменники на Русскую землю, много половцев. Изяслав же, Святослав и Всеволод вышли против них на Альту и ночью пошли друг против друга. Ради наших грехов напустил бог на нас язычников: побежали русские князья, и победили половцы... Когда же Изяслав со Всеволодом побежали к Киеву, а Святослав — к Чернигову, люди киевские прибежали в Киев, собрали вече на торгу и сказали, обратившись к князю: «Половцы растеклись по земле; дай, князь, оружие и коней; будем еще биться с ними». Изяслав этого не послушал. Начали люди говорить против воеводы Коснячка, пошли с веча на гору, пришли на Коснячков двор и, не найдя его, бстановились у Брячиславова • двора и сказали: «Пойдем выпустим товарищей своих из тюрьмы». Разделились они на две части. Половина их пошла к тюрьме, а (другая) половина пошла по мосту; эти пришли на княжеский двор. Изяслав сидел на сенях с дружиной своей, они начали препираться с князем. Они стояли внизу, а князь смотрел из оконца, дружина стояла около князя. Тогда сказал Туки, брат Чудина, Изяславу: «Видишь, князь, как люди взвыли, пошли, пусть сте- 1 Ве послеве —ми пошлем. 2 Не даве —не дадим. 3 Веса —знай. 70
регут Всеслава». Когда он говорил это, пришла от тюрьмы другая половина людей, отворившая тюрьму. И сказала дружина князю: «Это — нехорошо. Пошли к Всеславу, пусть обманом подзовут его к оконцу и пронзят его мечом». Не послушал этого князь. Люди закричали и пошли к темнице Всеслава. Изяслав, увидав это, вместе с Всеволодом побежал со двора, а люди вытащили Всеслава из тюрьмы, в 15 день сентября, и поставили его посреди княжеского двора. Двор княжеский они разграбили, бесчисленное множество золота и серебра, «кунами и белью» (деньгами). Изяслав бежал к полякам... Всеслав сел в Киеве... В 1069 году пошел Изяслав с Болеславом (королем польским) против Всеслава. Всеслав пошел против (них). Пришел к Белгороду Всеслав и ночью, тайно от киевлян, бежал из Белгорода в Полоцк. На другой день увидали люди, что князь убежал, возвратились в Киев, созвали вече и послали к Святославу и Всеволоду сказать: «Мы плохо поступили, прогнав своего князя; вот он ведет против нас Польскую землю (поляков); идите в город отца своего; если не хотите, то мы вынуждены, сжегши свой город, уйти в греческую землю». Сказал им Святослав: «Мы пошлем к брату своему; если он пойдет на вас с поляками губить вас, то мы пойдем войной против него, не дадим погубить города отца своего; если он хочет мира, то пусть придет с малой дружиной». Успокоились киевляне. Святослав и Всеволод послали сказать Изяславу: «Всеслав бежал; не води поляков к Киеву, врага твоего нет; если хочешь гневаться и погубить город, то знай, что нам жаль отцовского стола». Услыхав это, Изяслав оставил поляков и пошел с Болеславом, взяв немного поляков. Впереди себя послал сына своего Мстислава в Киев. Мстислав, придя, изрубил киевлян, которые освободили Всеслава, в количестве 70 человек, а других ослепил; иных же погубил без вины, не разузнав о них. Когда Изяслав шел к городу, вышли люди навстречу ему с поклоном и приняли князя своего киевляне. И сел Изяслав на столе своем мая месяца во 2 день. Он распустил поляков для прокорма, и тайком убивали поляков. Возвратился Болеслав в Польшу, в землю свою. Изяслав же перевел торг на гору и выгнал Всеслава из Полоцка, а сына своего Мстислава посадил в Полоцке. 31. ВОССТАНИЕ СМЕРДОВ В РОСТОВСКОЙ ЗЕМЛЕ В 1071 г. Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. Бывши бо единою скудости в Ростовьстей области, въстаста два волъхва от Ярославля, глаголюща: «яко ве свеве!, кто обилье держить»; и поидоста по Волзе, кде приидуча в погост, туже нарекаста лучьшие жены2, глаголюща, яко си3 жито дер- 1 Be свеве — мы знаем. 2 Лучьшие жены — богатые женщины. 3 Си— эта. 71
жить, а си мед, а си рыбы, а си ско(ру К И привожаху к нима сестры своя, матере и жены своя; она 2 же в мечте прорезавша за плечемь, вынимаста любо жито, любо рыбу/и убивашета многы жены, и именье [их] отъимашета собе. И придоста на Бело- озеро; и бе у нею людий инех 300. В се же время приключися прити от Святослава3 дань емлющю Яневи, сыну Вышатину4; поведаша ему белозерци, яко два кудесника избила уже многы жены по Волъзе и по Шексне, и пришла еста семо. Ян же испытав, чья еста смерда, и уведев, яко своего князя, послав к ним, иже около ею суть, рече им: «выдайте волхва та семо, яко смерда еста моего князя». Они же сего не послушаша. Янь же поиде сам без оружья, и реша ему отроци его: «не ходи без оружья, осоромять тя»; он же повеле взяти оружье отроком, и беста 12 отрока с нимь, и поиде к ним к лесу. Они же сташа исполчив- шеся противу, Яневи же идущю с топорцем, выступиша от них 3 мужи, придоша к Яневи, рекуще ему: «вида идеши на смерть, не ходи»; оному повелевшю бити я, к прочим же поиде. Они же сунушася на Яня, един грешися Яня топором, Янь же оборотя топор удари и тыльемь, повеле отроком сечи я; они же бежаша в лес, убиша же ту попина Янева. Янь же вшед в град к белозер- цем, рече им: «аще не имете волхву сею, не иду от вас и за лето». Белозерци же шедше яша я, и приведоша я к Яневи. И рече има: «что ради погубиста толико человек?» Онема же рек- шема: «яко ти держать обилье, да аще истребиве сих, будеть гобино б: аще ли хощеши, то пред тобою вынемеве жито, ли рыбу, ли ино что». Янь же рече: «по истине лжа то...» [Она же рекоста]: «нама стати пред Святославом, а ты не мо- жеши створити ничтоже». Янь же повеле бити я и поторгати браде6 ею. Сима же тепенома и браде ею поторгане проске- пом 7, рече има Янь: «что вама бози молвять?» — Онема же рек- шема: «стати нам пред Святославом». И повеле Янь вложити рубль8 в уста има и привязати я к упругу9, и пусти пред собою [в] лодье, и сам по них иде. Сташа на устьи Шексны, и рече има Янь: «что вам бози молвять?» Она же реста: «сице нама бози молвять, не быти нама живым от тобе». И рече има Янь: «то ти вама право поведали». Она же рекоста: «но аще ны пу- стиши, много ти добра будеть; аще ли наю 10 погубиши, многу печаль приимеши и зло». Он же рече има: «аще ваю11 пущю, то зло ми будеть от бога; [аще ль вас погублю, то мзда ми будеть]». И рече Янь повозником: «ци кому вас кто родин убьен от сею?» Они же реша: «мне мати, другому сестра, иному роженье». Он же рече им: «мьстите своих». Они же поимше, убиша я и пове- сиша я на дубе... 1 Скора —мех. 2 Она — они, волхвы. 3 Святослав — сын Ярослава Мудрого, в это время киевский князь. 4 #«, сын Вышатин — киевский боярин. Б Гобино — обилие, богатство, урожай. 6 Поторгати браде — вырывать бороды. 7 Проскепом — расщеп, щипцы. 8 Рубль — здесь вырубленная палка» обрубок. 9 Упруг — ребро судна. 10Наю — нас. » Ваю — вас. 72
ВОССТАНИЕ СМЕРДОВ В РОСТОВСКОЙ ЗЕМЛЕ В 1071 г. (Перевод) Когда однажды был голод в Ростовской земле, явились два волхва из Ярославля, говоря: «Мы знаем, кто держит урожай» (у кого обилие). И пошли по Волге. Куда приходили в погост, тут называли богатых женщин, говоря, что эта держит хлеб, эта — мед, эта — рыбы, а эта — мех. Приводили к ним сестер своих, матерей и жен своих. Они (волхвы) в навождении делали прорезы за плечом, вынимали либо хлеб, либо рыбу, и убили много женщин, а имущество их забрали себе. Они пришли в Белоозеро, и было у них людей 300. Случилось в это время прийти от Святослава для сбора дани Яну, сыну Вышаты. Сказали ему белоозерцы, что два кудесника перебили уже много женщин по Волге и Шексне и пришли сюда. Ян стал узнавать, чьи это смерды, и, узнав, что смерды его князя, послал к бывшим около них сказать им: «Выдайте волхвов этих сюда;, это — смерды моего князя». Они этого не послушали. Ян пошел сам без оружия, и сказали ему отроки его: «Не ходи без оружия, обесчестят тебя». Он велел взять оружие отрокам, было с ним 12 отроков, и пошел к ним к лесу. Те стали против, изготовившись биться. Когда Ян шел с топором, выступили от них 3 мужа, подошли к Яну, говоря ему: «Видно, идешь на смерть, не ходи». Тот велел убить их, и пошел к другим. Они бросились на Яна, один Одарил Яна топором. Ян, повернув топор, ударил его обухом и велел отрокам бить их. Они побежали в лео; убили тут попа Янова. Ян пришел в город к бело- озерцам и сказал им: «Если не схватите этих волхвов, то не уйду от вас и год». Белоозерцы пошли, схватили их и привели их к Яну. Он сказал: «Для чего вы погубили столько человек?» Они сказали: «Те держат обилие; если истребить их, то будет урожай, если хочешь, то перед тобою вынем хлеб или рыбу или другое что». Ян сказал: «По правде, ложь это...» Они сказали: «Нам следует стать перед Святославом, а ты ничего не можешь нам сделать». Ян велел их бить и выдергать у них бороды. Когда их били и выдергивали щипцами бороды, сказал им Ян: «Что вам боги говорят?» Они сказали: «Стать нам перед Святославом». Велел Ян вложить обрубок в рот им и привязать к ребру судна, пустил их впереди себя в лодке, а сам за ними поехал. Остановились на устье Шексны, и сказал им Ян: «Что вам боги говорят?» Они ответили: «Так нам боги говорят, что не быть нам живыми от тебя». Сказал им Ян: «То они правду сказали». Они сказали ему: «Если нас отпустишь, то много тебе добра будет; если нас погубишь, получишь большую печаль и зло». Он сказал им: «Если вас отпущу, то будет мне наказание от бога; если вас погублю, то будет мне награда». И сказал Ян 73
тем, кто вез: «У кого из вас родственник убит этими?» Они сказали: «У меня — мать, у другого — сестра, у третьего — дочь». Он сказал им: «Мстите за своих». Они, схватив их, убили и повесили на дубе... 32. НАБЕГИ ПОЛОВЦЕВ В 1093 И 1096 ГОДАХ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В се время1 поидоша половци на Русьскую землю; слы- шавше, яко умерл есть Всеволод2, послаша слы3 к Свято- полку4 о мире. Святополк же, не здумав с большею дружиною отнею и стрыя5 своего, совет створи с пришедшими с ним, [и] изъимав слы, всажа и в истобъку6; слышавше же се половци, почаша воевати. И придоша половци мнози, и оступиша Тор- цийскый град7... Святополк же, и Володимер8, и Ростислав9, исполчивше дружину, поидоша; и идяше на десней10 стороне Святополк, на шюей11 Володимер, посреде же бе Ростислав; [и] минувше Треполь 12, проидоша вал 13. И се половци идяху противу, и стрелци [противу] пред ними; нашимь же ставшим межи валома, поста- виша стяги свои, и поидоша стрелци из валу; и половци, при- шедше к валови, поставиша стягы свое, и налегоша первое на Святополка, и взломиша полк его. Святополк же стояше крепко, и побегоша людье, не стерпяче ратных противленья и [послеже] побеже Святополк... побеже и Володимер с Ростиславом... Иде лукавии сынове Измаилеви' пожигаху села и гумна, и многы церкви запалиша огнемь, да не чюдится никтоже о семь: идеже множьство грехов, ту виденья всякого показания. Согрешихом, и казними есмы; якоже створихом, тако и стражем: городи вси опустеша, села опустеша; прейдем поля, идеже пасома беша стада конь, овця и волове, все тоще ныне видим, нивы поростъше, зверем жилища быша... Половци воеваша много, и възвратишася к Торцьскому и изнемогоша людье в граде гладомь, и предашася ратным; половци же, приимше град, запалиша и 14 огнем, [и] люди разде- лиша, и ведоша в веже15 к сердоболем своим и сродником своим, мъного роду хрестьянска стражюще: печални, мучими, зимою оцепляеми, в алчи и в жажи и в беде опустневше лици, почерневше телесы; незнаемою страною, языком испаленым, нази ходяще и боси, ногы имуще сбодены терньем; со слезами отвещеваху друг к другу, глаголюще: «аз бех сего города», и 1 В се время — в 1093 г.2 Всеволод — князь Всеволод Ярославич.3 Слы — послы. 4 Святополк — князь Святополк Изяславич, внук Ярослава Мудрого. 6 Стрый—дядя. 6 Истобъка — изба. 7 Торцийскый град — город Торческ. 8 Володимер — князь Владимир Всеволодович Мономах. 9 Ростислав — князь Ростислав Всеволодович, брат Мономаха. 10 На десней — на правой, и На шюей —на левой. 12 Треполь — город Триполь. 13 Вал — пограничный вал. u И — его. 15 Вежи — жилища половцев. 74
други: «а яз сея вси» !, тако съупрашаются со слезами, род свой поведающе и въздышюще... И в 20 того же месяца2 в пяток, [1 час дне], приде второе Боняк3 безбожный, шелудивый, отай, хыщник, к Кыеву вне- запу, и мало в град не въехаша половци, и зажгоша болонье4 около града, и възвратишася на манастырь и въжгоша Стефанов манастырь и деревней Герьманы. И придоша на манастырь Пе- черьскый, нам сущим по кельям почивающим по заутрени, и кликнуша около манастыря, и поставиша стяга два пред враты манастырьскыми, нам же бежащим задом манастыря, а другим възбегши на полати. Безбожные же сынове Измаилеви высекоша врата манастырю, и поидоша по кельям, высекающе двери и изношаху аще что обретаху в кельи; посемь въжгоша дом святыя владычице нашея богородица, и придоша к церкви и зажгоша двери, яже к угу5 устроении, и вторыя же к северу, [и] влезше в притвор у гроба Феодосьева, емлюще иконы... Тогда же зажгоша двор Красный, его же поставил благоверный князь Всеволод на холму, нарецаемем Выдобычи 6: то все оканнии половци запалиша огнемь... НАБЕГИ ПОЛОВЦЕВ В 1093 И 1096 ГОДАХ (Перевод) В это время (1093 г.) пошли половцы на русскую землю; услыхав, что умер Всеволод, послали послов к Святополку о мире. Святополк не стал думать со старшей дружиной отца и дяди своего, учинил совет с пришедшими с ним (из Турова), схватил послов и посадил их в избу. Половцы, услыхав про это, начали воевать. Пришло много половцев, и обступило город Торческ... Святополк, Владимир и Ростислав, изготовив дружину к бою, пошли: шли с правой стороны Святополк, с левой — Владимир, а посредине — Ростислав. Миновали Триполь и прошли вал. Вот половцы пошли против русских и стрелки — впереди. Наши стали между валами, поставили боевые знамена свои, и двинулись стрелки из-за вала. Половцы подошли к валу, поставили свои боевые знамена, напали, прежде всего, на Святополка и сломили войско его. Святополк стоял крепко, а люди побежали, не стерпев натиска (вражеских) воинов, а после побежал и Святополк... Побежали и Владимир с Ростиславом... Шли лукавые сыновья Измаила, поджигали села и гумна, много церквей сожгли. Пусть никто не удивляется этому, где много грехов, там видим всяческое наказание... Согрешили и получаем наказание; как сделали, так и страдаем; города все опустели, села опустели, пройдем через поля, 1 В си, веси — села. 2 И в 20 того же месяца — 20 июля 1096 г. 3 Боняк — половецкий хан. 4 Болонье — низменное поречье. б К угу — к югу. в Выдобычи — местечко под Киевом. 75
где паслись стада коней, овец и волов; все теперь видим в оскудении, нивы заросли, стали жилищем для зверей. Половцы много разорили' и возвратились к Торческу. Изнемогали люди в городе от голода и сдались врагам. Половцы, захватив город, сожгли его, людей поделили и повели к своим жилищам, к близким и родичам своим. Много народа христианского пострадало: печальные, мучимые, оцепеневшие от холода, от голода, жажды и беды, осунувшиеся лица, почерневшие тела; шли незнакомой страной, с воспаленным языком, нагие и босые, с ногами, ободранными тернием, со слезами отвечали друг другу, говоря: «Я был из такого города», а другой: «а я — из такого села», — так расспрашивают со слезами, говоря о родстве своем и вздыхая... 20 числа того месяца (июля 1096 года), в пятницу, в 1 час дня, пришел второй раз Боняк, безбожный, паршивый, хищник, тайком к Киеву внезапно, едва в город не въехали половцы, зажгли низменное поречье и повернули к монастырю, сожгли Стефанов монастырь и деревни Германовы. Пришли (половцы) к монастырю Печерскому, когда мы в кельях отдыхали после заутрени, закричали около монастыря и поставили два боевых знамени около монастырских ворот; мы бежали позади монастыря, а другие взбежали на полати (хоры). Безбожные сыновья Измаила выломили ворота у монастыря, разошлись по кельям, выламывали двери и выносили, если что находили в келье; потом зажгли храм святой владычицы нашей богородицы, пришли к церкви и зажгли двери, что к югу устроены, а вторые — к северу, влезли и в притвор у гроба Феодосия, срывали иконы... Тогда же зажгли двор Красный, его поставил благоверный князь на холме, называемом Выдобычи: то все окаянные половцы спалили огнем. 33. ЛЮБЕЧСКИЙ СЪЕЗД В 1097 г. Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В лето 6605. Придоша Святополк 1 и Володимер 2 и Давыд Иго- ревичь3 и Василко Ростиславичь4 и Давыд Святославичь, и брат его Олегб, и сняшася Любячи6 на устроенье мира, а глаголаша к собе, рекуще: «почто губим Русьскую землю, сами на ся котору7 деюще? а половци землю нашю несуть розно, и ради суть, оже межю нами рати; да ныне отселе имемся по едино сердце, и блюдем Рускые земли, кождо да держить отчину свою: Святополк Киев, Изяславлю, Володимерь Всеволожю, Давыд и Олег и 1 Святополк — князь Святополк Изяславич, киевский князь. 2 Володимер— переяславский князь Владимир Мономах. 3 Давыд Игоревичь — князь, внук Ярослава Мудрого. 4 Василко Ростиславичь — князь, сын Ростислава Владимировича, правнук Ярослава Мудрого. б Давыд Святославичь и Олег — черниговские князья. 6 Сняшася Любячи — устроили съезд, совещание в Любече. 7 Котора—распря, вражда. 76
Ярослав Святославлю; а им же роздаял Всеволод городы, Давыду Володимерь, Ростиславичема, Перемышьль Володареви1, Теребовль Василкови». И на том целоваша кресты «да аще кто отселе на кого будеть, то на того будем вси и кресть честный»; рекоша вси: «да будеть на нь [хрест честный] и вся земля Руськая»; и целовавшеся поидоша всвояси... ЛЮБЕЧСКИЙ СЪЕЗД В 1097 г. (Перевод) В 1097 году пришли Святополк, Владимир, Давыд Игоревич, Василько Ростиславич, Давыд Святославич и брат его Олег и съехались в Любече для установления мира, говоря между собой: «Зачем мы губим русскую землю, учиняя распри между собою? А половцы нашу землю разоряют и рады, что между нами междоусобия. С этих пор будем все единодушны и храним землю русскую, пусть каждый держит отчину свою: Святополк — Киев, Изяславлю (отчину), Владимир — Всеволожу, Давыд, Олег и Ярослав — Святославлю, а также кому раздал Всеволод города: Давыду — Владимир, Ростиславичам — Перемышль Володарю, Теребовль — Васильку». И на том целовали крест: «Если отныне кто будет против кого, на того будем все и крест честный». Сказали все: «Пусть будет на него крест честный и вся земля русская». И давши клятву, пошли каждый к себе... 34. ДОЛОБСКИЙ СЪЕЗД И ПОХОД НА ПОЛОВЦЕВ Из «Повести временных лет по Лаврентьевскому списку», СПБ 1910. В лето 661 Г2. Бог вложи в сердце князем Рускым Святополку и Володимеру3, и снястася думати на Долобьске4; и седе Святополк с своею дружиною, а Володимер с своею в единомь шатре. И почаша думати и глаголати дружина Святополча: «яко негодно ныне весне ити, хочем погубити смерды и рольюб их». И рече Володимер: «дивно ми, дружино, оже лошадий жалуете, еюже кто ореть6; а сего чему не промыслите, оже то начнеть орати смерд, и приехав половчин ударить и7 стрелою, а лошадь его поиметь, а в село его ехав иметь жену его и дети его, и все его именье? то лошади жаль, а самого не жаль ли?» И не могоша отвещати дружина Святополча. И рече Святополк: «се яз готов уже»; и вста Святополк, и рече ему Володимер: «то ти, брате, велико добро створиши земле Русскей». И послата ко Олгови и Давыдови 8, 1 Володарь — князь Володарь Ростиславич, брат Василька. * В лето 6611 — в 1103 г. 3 Святополку и Володимеру — князья Святополк Изя- славич и Владимир Всеволодович Мономах, внуки Ярослава Мудрого. 4 Долобьск — местечко под Киевом. Б Ролья — пашня. 6 Ореть — пашет. 7 И — его. 8 Олгови и Давыдови — князья Олег и Давид Святославичи, внуки Ярослава Мудрого. 77
глаголюща: «поидита на половци, да любо будем живи, любо мертви». И послуша Давыд, а Олег не всхоте сего, вину река *: «не сдравьлю». Володимер же целовав брата своего, и поиде Пере- яславлю, а Святополк по нем, и Давыд Святославичь, и Давыд Всеславичь2, и Мстислав Игореввнук3, Вячеслав Ярополчичь4, Ярополк Володимеричьб; и поидоша на коних и в лодьях, и при- доша ниже порог, и сташа в протолчех6 в Хортичем острове; и вседоша на коне, и пешци из лодей выседше идоша в поле 4 дни, и придоша на Сутень7. Половци же слышавше, яко идеть Русь, собрашася без числа, и начата думати. И рече Урусоба8: «просим мира у Руси, яко крепко имуть битися с нами, мы бо много зла створихом Русскей земли». И реша унейшии Урусобе: «аще ты боишися Руси, но мы ся не боим; сия бо избивше пойдем в землю их, и приимем грады их, и кто избавить их от нас?» Русские же князи и вой вси моляхуть бога, и обеты вздаяху богу и матери его, ов кутьею, ов же милостынею убогым, инии же манастырем требованья. И сице молящимся, поидоша половци и послаша пред собою [в] стороже Алтунопу, иже словяше в них мужством; та- коже Русские князи послаша стороже свое. И устерегоша Руские сторожеве Алтунопу, и обиступивъше и, и убиша Алтунопу и сущая с ним, и не избысть ни един, но вся избиша. И поидоша пол- кове, аки борове, и не бе презрети их; и Русь поидоша противу им... Половци же видевше устремленье Руское на ся, не досту- пивше побегоша пред Русскими полки; наши же погнаша, секуще я. Дни 4 априля месяца велико спасенье бог створи, а на врагы наша дасть победу велику. И убиша ту в полку князий 20... а Бел- дюзя яша9... взяша бо тогда скоты, и овце, и коне, и вельблуды, и веже с добытком и с челядью, и заяша печенегы и торкы с вежами. И придоша в Русь с полоном великым, и с славою и с победою великою... ДОЛОБСКИЙ СЪЕЗД И ПОХОД НА ПОЛОВЦЕВ (Перевод) В 1103 году бог вложил в сердце князьям русским Святополку и Владимиру, и съехались они для думы в Долобске. Сел Святополк со своей дружиной, а Владимир со своей в одном шатре. Начала думать и говорить дружина Святополка: «Неудобно теперь, весной, идти: погубим смердов и пашню их». Сказал Владимир: «Удивительно мне, дружина, что лошадей вы жалеете, на которой кто пашет, а почему о том не подумаете: начнет пахать смерд, а 1 Вину река — дав объяснение. 2 Давыд Всеславичь — князь, сын Все- слава Брячиславича Полоцкого. 3 Мстислав Игорев внук — князь Мстислав Всеволодович, внук Игоря, правнук Ярослава Мудрого. 4 Вячеслав Ярополчичь— сын князя Ярополка Изяславича, правнук Ярослава Мудрого. б Ярополк Володимеричь — сын Владимира Мономаха. 6 Протолчи— протоки русла Днепра. 7 Сутень — половецкий город. 8 Урусоба — половецкий хан. 9 Яша — взяли. 78
приедет половчин, убьет его стрелой, лошадь его заберет, а, приехав в его село, захватит жену его, детей и все имущество его? Лошади-то жаль, а его самого не жалко ли?» Не могла отвечать дружина Святополка. Сказал Святополк: «Вот, я уже готов»» и встал Святополк. Сказал ему Владимир: «Вот, брат, большое добро сделаешь ты земле русской». Послали к Олегу и Давыду сказать: «Идите на половцев: либо живы будем, либо умрем». Послушал Давыд, а Олег не захотел (ехать), объяснив так: «я — не здоров». Владимир поцеловал брата своего и пошел к Пере- яславлю, а за ним Святополк, Давыд Святославич, Давыд Все- славич и Мстислав, внук Игоря, Вячеслав Ярополчич, Ярополк Владимирович. Пошли на конях и ладьях, пришли ниже порогов и остановились в протоках, на острове Хортице. Сели на коней, пеших из лодок высадили, шли степью 4 дня и пришли в Сутень. Половцы услышали, что идет Русь, собрались без числа и начали совещаться. Сказал Урусоба: «Попросим мира у Руси, потому что крепко они будут биться с нами: много зла мы причинили русской земле». Но самые молодые сказали Урусобе: «Если ты боишься Руси, то мы не боимся: побив этих, пойдем в землю их и захватим города их, кто избавит их от нас?» Русские князья и воины все молились богу, давали обеты богу, и матери его, кто кутьей, кто милостыней бедным, кто вкладом в монастырь. Когда они молились так, пошли половцы, а впереди себя сторожем послали Алтунопу, который славился у них мужеством. Также и русские князья послали сторожей своих. Подстерегли русские сторожа Алтунопу, окружили его, убили Алтунопу и тех, кто был с ним; ни один не убежал, но всех убили. Пошли полки, словно лес великий, нельзя было обозреть их, и Русь пошла против них. Половцы, увидав натиск русских на себя, не дойдя побежали перед русскими полками. Наши погнались за ними, рубя их. Дня четвертого апреля месяца бог учинил великое спасенье, дал большую победу над нашими врагами. Убили тогда в войске (половецком) князей 20..., а Белдюзя взяли в плен... Захватили тогда скот — овец, коней и верблюдов, вежи с добычей и челядью. Захватили печенегов и торков с вежами. Вернулись в Русь с многими пленниками, со славой и победой великой... 35- ПОУЧЕНИЕ ВЛАДИМИРА МОНОМАХА Отрывки из «Поучения Владимира Мономаха» даются из «Лаврентьев- ской летописи». О ПОВЕДЕНИИ КНЯЗЯ В дому своемь не ленитеся, но все видите; не зрите на тивуна, ни на отрока, да не посмеются приходящий к вам и дому вашему, ни обеду вашему. На войну вышед, не ленитеся, не зрите на воеводы; ни питью, ни еденью не лагодите, ни спанью; и стороже 79
сами наряживайте, и ночь, отвсюду нарядивше около вой, тоже лязите, а рано встанете: а оружья не снимайте с себе вборзе, не розглядавше ленощами, внезапу бо человек погыбаеть. Лже блю- дися и пьянства и блуда, в том бо душа погыбаеть и тело. Куда же ходяще путем по своим землям, не дайте пакости деяти отроком, ни своим, ни чюжим, ни в селех, ни в житех, да не кляти вас начнуть. Куда же пойдете, идеже станете, напойте, накормите унеина; и боле же чтите гость, откуда же к вам придеть, или прост, или добр, или сол, аще не можете даром, брашном и питьем: ти бо мимоходячи прославять человека по всем землям любо добрым, любо злым... Аще забываете сего, а часто прочитайте — и мне будет без сорома, и вам будет добро. Его же умеючи, того не забывайте доброго, а его же не умеючи, а тому ся учите, яко же бо отець мой дома седя, изумеяше 5 язык, в томь бо честь есть от инех земль. Леность бо всему... мати — еже умеет, то забудет, а его же не умееть, а тому ся не учить. КНЯЖЕСКИЕ УСОБИЦЫ И ПОХОДЫ А се вы поведаю, дети моя, труд свой, оже ся есмь тружал, пути дея и ловы с 13 лет. Первое, к Ростову идох, сквозе Вятиче посла мя отець, а сам иде Курьску; и пакы второе, к Смолиньску со Ставкомь Скордятичем, той пакы и отъиде к Берестию со Изяславом, а мене посла Смолиньску; то и Смолиньска идох Володимерю тое же зимы. То и посласта Берестию брата на головне, иже бяху пожгли, той ту блюд город тех... Та посла мя Святослав в Ляхы; ходив за Глоговы до Чешьскаго леса, ходив в земли их 4 месяци... та оттуда Турову, а на весну та Переяславлю, таже Турову. И Святослав умре, и яз пакы Смолиньску, а и Смолиньска той же зиме та к Новугороду; на весну Глебови в помочь; а на лето со отцемь под Полтеск, а на другую зиму с Свято- полком под Полтеск; ожгоша Полтеск; он иде Новугороду, а я с Половци на Одрьск воюя; та Чернигову... И пакы и Смолиньска же пришед, и пройдох сквозе Половечьскыи вой, бьяся, до Переяславля, и отца налезох с полку пришедша; той пакы хо- дихом, том же лете, со отцемь и со Изяславомь биться Чернигову с Борисомь, и победихом Бориса и Олга. И пакы идохом Переяславлю, и стахом во Оброве, и Всеслав Смоленск ожъже, и аз всед с Черниговци и двою коню, и не застахом в Смолиньске; те же путем по Всеславе пожег землю и повоевав до Лукамля и до Логожьска, та на Дрьютьск воюя, та Чернигову. А на ту зиму повоеваша Половци Стародуб весь, и аз шед с Черниговци и с Половци на Десне изъимахом князя Асадука и Саука и дружину их избиша; и на заутрее за Новым Городом разгнахом силны вой Белкатгина, а се мечи и полон весь отъяхом. А в Вятичи ходихом по две зиме на Ходоту и на сына его... Том же лете гонихом по Половьцих за Хорол, иже Горошин взяша. И на ту 80
осень идохом с Чернигсзци и с Половци, с Читеевичи, к Меньску: изъехахом город, и не остазихом у него ни челядина, ни скотины... А всех путий 80 и 3 великих, а прока не испомню менших. И миров есм створил с Половечьскыми князи без одиного 20, и при отци и кроме отца, а дая скота много и многы порты свое; и пустил есм Половечскых князь лепших из оков толико: Шаруканя 2 брата, Багубарсовы 3, Овчины братье 4, а всех лепших князий инех 100; а самы князи бог живы в руце дава: Коксусь с сыномь, Аклан, Бурчевичь, Таревскый князь Азгулуй, и инех кметий молодых 15, то тех живы вед, исек, вметах в ту речку в Славлий; по чередам избьено не с 200 в то^время лепших... КНЯЖЕСКАЯ ОХОТА А се тружахъея ловы дея; понеже седох в Чернигове, а из Чернигова вышед, и д... ! о лета по сту уганивал и имь даром всею силою кроме иного лова, кроме Турова, иже со отцемь ловил есм всяк зверь. А се в Чернигове деял есм: конь диких своима. рукама связал есмь в пущах 10 и 20 живых конь, а кроме того же по Роси ездя имал есм своима рукама те же кони дикие. Тура мя 2 метала на розех и с конем, олень мя один бол, а 2 лоси один ногами топтал, а другый рогома бол; вепрь ми на бедре мечь оттял; медведь ми у колена подъклада укусил, лютый зверь ско- чил ко мне на бедры и конь со мною поверже; и бог неврежена мя съблюде. И с коня много падах, голову си разбих дважды, и руце и нозе свои вередих, в уности своей вередих, не блюда живота своего, ни щадя головы своея. Еже было творити отроку моему, то сам есмь створил, дела на войне и на ловех, ночь и день, на зною и на зиме, не дая собе упокоя: на посадникы не зря, ни на биричи, сам творил что было надобе, весь наряд и в дому своемь то я творил есмь; и в ловчих ловчий наряд сам есмь держал, и в ко- нюсех, и о соколех и о ястребех. ПОУЧЕНИЕ ВЛАДИМИРА МОНОМАХА (Перевод) О ПОВЕДЕНИИ КНЯЗЯ В доме своем не ленитесь, но за всем смотрите: не полагайтесь ни на тиуна, ни на отрока, чтобы не осмеяли приходящие к вам ни дома вашего, ни обеда вашего. Выйдя на войну, не ленитесь, не полагайтесь на воевод, не предавайтесь ни еде, ни питью, ни спанью; и сторожей сами наряжайте и ночью, всюду кругом нарядив воинов, тоже ложитесь, а вставайте рано. Оружия сразу с себя не снимайте: по небрежности внезапно человек погибает. Остерегайтесь лжи, пьянства и разврата, ибо в этом душа поги- 1 И д... — [здесь прорван пергамент, на котором написана летопись]. 6 Хрестоматия но истории СССР, т» I 81
бает и тело. Когда едете по своим землям, не позволяйте отрокам зла делать ни своим, ни чужим, ни в селах, ни в полях, чтобы не начали вас проклинать. Куда ни пойдете, где ни остановитесь, напойте, накормите бедного; более чтите гостя, откуда к вам ни придет, простого ли, знатного ли, или посла, если не можете подарком, то пищей, питьем: они, проезжая, будут прославлять человека либо добрым, либо злым по всем землям. Если забываете это, то чаще прочитывайте — и мне будет без срама, и вам будет хорошо. Что доброго вы умеете, того не забывайте, а чего не умеете, тому учитесь; вот как отец мой, находясь дома, овладел пятью языками; это-то вызывает почтение от других стран. Ибо леность всему (злому) мать, что человек умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не учится. КНЯЖЕСКИЕ УСОБИЦЫ И ПОХОДЫ А теперь расскажу вам, дети мои, о трудах своих, как я трудился, совершая походы и охотясь с 13 лет. Прежде всего к Ростову пошел, через землю вятичей — послал меня отец, а сам он пошел к Курску; затем — к Смоленску со Ставком Скордятичем; он опять ушел к Берестью с Изяславом, а меня послал к Смоленску; от Смоленска я пошел к Владимиру (Волынскому). В ту же зиму послали меня братья к Берестью на пожарище, где пожгли, там охранял их город... Тогда послал меня Святослав против ляхов, ходил я за Глогову, до Чешского леса, ходил по земле их 4 месяца... оттуда — к Турову, весной — к Переяславлю и также к Турову, Святослав умер, и я опять ходил в Смоленск, а из Смоленска в ту же зиму к Новгороду: весной Глебу на помощь, а летом с отцом — под Полоцк, а на другую зиму — со Святополком под Полоцк, сожгли Полоцк; он (Святополк) пошел к Новгороду, а я с половцами на Одрьск воюя, а оттуда к Чернигову... И снова я пришел из Смоленска и прошел с боем сквозь половецкие войска до Переяславля и нашел отца, пришедшего с похода. Ходили мы в том же году с отцом и Изяславом к Чернигову биться с Борисом (Вячеславичем) и победили Бориса и Олега. Снова пошли мы к Переяславлю и остановились в Оброве, а Всеслав сжег Смоленск; и я вместе с черниговцами пошел ему во след, сменяя одного коня другим, но не захватили (Всеслава) в Смоленске; на этом пути, преследуя Всеслава, я опустошил землю и разорил от Лукомля до Логожьска; оттуда пошел воюя на Друцк, а оттуда (вернулся) в Чернигов. В ту зиму половцы разорили весь Стародуб, а я пошел с черниговцами и половцами, и на Десне мы захватили князей Асадука и Саука и дружину их перебили, а на другой день за Новым городом мы разогнали сильное, войско Белкатгина: мечи и пленников всех отобрали. На вятичей я ходил две зимы — на Ходоту и на его сына... В том же году мы гнались за Хорол за половцами, которые взяли Горошин. Той же осенью мы ходили с черниговцами и с половцами» 82
читеевичами, к Минску: захватили город и не оставили в нем ни челядина, ни скотины. Всех походов больших было 83, а остальных меньших не припомню. Миров я заключил с половецкими князьями без одного 20 и при отце и без отца; давал много скота и много одежды своей и выпустил из тюрьмы половецких знатных князей Шару- каня 2 братьев, Багубарсовых — 3, Овчиных — 4 братьев, а всех других знатных князей— 100. А князей, которых бог живыми в руки дал: Коксусь с сыном, Аклан Бурчевич, Таревский князь Азгулуй и других славных воинов молодых—15, то их живыми увел в плен, побил и побросал в речку Славлий; постепенно было избито в то время около 200 знатных. КНЯЖЕСКАЯ ОХОТА А вот мои труды во время охоты... А вот в Чернигове что делал: коней диких своими руками связывал, в пущах по 10 и 20 живых, а сверх того, ездя по Роси, тоже ловил своими руками диких коней. Два тура меня бросали на рогах, вместе с конем; олень меня один бодал, и 2 лося — один ногами топтал, а другой рогами бодал, вепрь у меня на бедре меч оторвал, медведь у меня у колена потник укусил, лютый зверь вскочил ко мне на бедра и коня вместе со мной повалил. Но бог невредимым меня сохранил. С коня много раз падал, голову свою дважды разбил, рукам и ногам своим причинял вред в юности своей, повреждая их, не охраняя жизни своей, не щадя головы своей. Что нужно было делать отроку моему, то я сам делал, на войне и на охоте, ночью и днем, на жаре и морозе не давал себе покоя; не полагаясь ни на посадников, ни на биричей, сам делал, что было нужно: весь порядок в доме своем устанавливал; ловчий наряд я сам держал, о конюхах, о соколах и о ястребах (сам заботился)-. 36. КИЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ 1113 г. Одним из крупнейших восстаний в Киевской Руси было восстание 1113 г., направленное против феодальной верхушки и княжеской администрации. Об этом восстании рассказывается в Ипатьевской летописи. Печатается по книге «Повесть временных лет», под ред. В. П. Адриановой-Перетц, часть 1-я, М. —Л. 1950, стр. 196 и стр. 398—399. Преставился благоверный князь Михаил, зовемый Святополк1, месяца априля в 162 день за Вышегородом3, и привезоша и в лодьи Киеву, и спрятавше тело его, и възложиша на сане4. И пла- кашеся по немь бояре и дружина его вся, певше над нимь обыч- ныя песни, и положиша в церкви святаго Михаила, юже бе сам создал. Княгини же его, много раздили богатьстьво монастырем и 1 Святополк — княжил в Киеве в 1093—1113 гт. 2 Апреля в 16 день — 1113 г. 3 Вышегородом — Вышгород, укрепленный город на реке Днепре, поблизости от Киева. 4 На сане — по старинному погребальному обряду мертвецов везли на санях. ♦ 83
попом, и убогым, яко дивитися всем человеком, яко такоя милости никто же можеть створити. Наутрия же, в семы на 10 день,'свет створиша кияне, послаша к Володимеру, глаголюще: «Пойди, княже, на стол отен и деден». Се слышаз Володимер, плакася велми, и не поиде, жаля си по брате. Кияни же разграбиша двор Путятин, тысячького *, идоша на жиды, разграбиша я. И посла- шася паки кияне к Володимеру, глаголюще: «Пойди, княже, Киеву; аще ли не поидеши, то веси, яко много зло уздвигнеться, то ти не Путятин двор, ни соцьких, но и жиды грабити, и паки ти поидуть на ятровь2 твою и на бояры, и на манастыре, и будеши ответ имел, княже, оже ти манастыре разграбят». Се же слышав Володимер, поиде в Киев. КИЕВСКОЕ ВОССТАНИЕ 1113 г. (Перезод) Скончался благоверный князь Михаил, которого звали Свято- полком, апреля 16, за Вышгородом, и привезли его в ладье в Киев, и убрали тело его, и возложили на сани. И оплакивали его бояре и дружина его вся, отпев над ним обычные песни, и похоронили в церкви святого Михаила, которую он сам построил. Княгиня же его щедро наделила монастыри и попов, и убогих на удивление всем людям, ибо такой щедрой милостыни никто не может творить. На другой же день, 17 апреля, киевляне устроили совет, послали к Владимиру (Мономаху), говоря: «Пойди, князь, на стол отцовский и дедовский». Услышав это, Владимир много плакал и не пошел (в Киев), горюя по брате. Киевляне же разграбили двор Путяты тысяцкого, напали на евреев, разграбили их имущество. И послали вновь киевляне к Владимиру,, говоря: «Пойди, князь, в Киев; если же не пойдешь, то знай, что много зла произойдет, это не только Путятин двор или сотских, или евреев пограбят, а еще нападут на невестку твою и на бояр, и на монастыри, и будешь ты ответ держать, князь, если разграбят и монастыри». Услышав это, Владимир отправился в Киев. 37. КНЯЖЕСКИЕ СЕЛА В летописи рассказывается о большой княжеской междоусобице, во время которой в 1146 г. были разграблены села, принадлежавшие черниговскому князю Святославу Ольговнчу. Рассказ о княжеских селах печатается по изданию «Летопись по Ипатьевскому списку», издание Археографической комиссии, СПБ 1871. Бившим же ся им3 и до вечера, а оттуда шедше сташа у Мел- текове селе, и оттуда пославше и заграбиша Игорева и Свято- 1 Тысячького — тысяцкие ведали судом и расправой над городским населением. 2 Ятровь — невестка, жена брата. 3 Бившим же ся им — приводимые строки — эпизод из борьбы киевского князя Изяслава Мстиславича с черниговскими князьями Святославом и Игорем Ольговичем в 1146 г. 84
славля стада, в лесе, по Рахни!, кобыл стадных 3 000, а конь 1 000; пославше же по селом, пожгоша жита и дворы... Но идоста на Игорево селце2, идеже бяше устроил двор добре; бе же ту готовизни много, в бретьяницах 3 и в погребех вина и ме- дове, и что тяжкого товара всякого, до железа и до меди, не тягли * бяхуть от множества всего того вывозити. Давыдовича же б повелеста имати на возы собе и воем, и потом повелеста зажечи двор и церковь святого Георгия, и гумно его, в нем же бе стогов 9 сот... И ту двор Святославль6 раздели на 4 части, и скотьнице7, и бретьянице, и товар, иже бе не мочно двигнути, и в погребех было 500 берковьсков меду, а вина 80 корчаг; и церковь святаго Възнесения всю облупиша, съсуды серебряныя, и индитьбе8 и платы служебныя, а все шито золотом, и каделнице две, и кацьи9, и еуангелие ковано, и книгы и колоколы; и не оставиша ничтоже княжа, но все разделиша, и челяди 7 сот... КНЯЖЕСКИЕ СЕЛА (Перевод) ...Бились они до вечера; пойдя оттуда, остановились у села Мельтехова, и оттуда послали и ограбили стада Игоря и Святослава, в лесу по (реке) Рахне: стадных кобыл 3 000, а коней 1 000; разославши по селам, сожгли житницы и дворы... Пошли на сельце Игоря, где он устроил хороший двор; там было много запасов в амбарах, в погребах — вина и медов, и много тяжелого добра всякого — железа и меди; не смогли от множества всего того вывезти. Давыдовичи же велели накладывать на возы себе и воинам, а потом — зажечь двор, церковь святого Георгия и гумно его, а в нем было девятьсот стогов... И тогда двор Святослава поделил на 4 части и казну, и амбары, и имущество, которое нельзя было увезти, а в погребах было 500 берковцев меду, а вина 80 корчаг; церковь святого Вознесения всю ограбили: сосуды серебряные, церковные одежды, облачения служебные, все шитое золотом, две кадильницы, евангелие окованное, книги и колокола, не оставили ничего княжеского, но все поделили, а также челяди семьсот (человек). 38. „РУССКАЯ ПРАВДА" «Русская Правда» дошла до нас более чем в 100 списках, относящихся к XIII—XVII вв. Составлялась «Русская Правда» постепенно. В основе ее лежит запись права, сделанная в начале XI века при Ярославе Мудром. 1 Рахня — река. 2 Но идоста на Игорево селце — эпизод из той же борьбы. 3 В бретьяницах — в амбарах, кладовых. 4 Не тягли — не могли. 5 Давыдовича — князья Изяслав и Владимир Давидовичи, союзники Изяслава Мстиславича. * И ту двор Святославль — двор князя Святослава. 7 Скотьнице — казнохранилища. 8 Индитьбе — церковные одежды. 9 Кацьи — кадильницы. 85
Затем в «Русскую Правду» вошли дополнения, сделанные при его сыновьях; она подвергалась дальнейшей переработке; дополнения были сделаны и Владимиром Мономахом после восстания в Киеве 1113 г. Различают краткую и пространную редакцию <Русской Правды». Краткая — более древняя, но и в нее позже вносились те или иные изменения и' добавления. «Русская Правда> издавалась много раз. Деление ее на статьи сделано издателями, при этом в разных изданиях деление различно. Здесь отрывки из «Русской Правды> печатаются по изданию «Русская Правда» по спискам Академическому, Карамзинскому и Троицкому, под ред. Б. Д. Грекова. „РУССКАЯ ПРАВДА* ПО АКАДЕМИЧЕСКОМУ СПИСКУ (Краткая редакция) ПРАВДА РОСЬКАЯ 1. Убьеть мужь мужа, то мьстить брату брата, или сынови отца, любо отцю сына, или братучаду !, любо сестрину сынови 2; аще3 не будеть кто мьстя, то 40 гривен 4 за голову 5. Аще будеть Русин 6, любо гридин7, любо купчина, любо ябет- ник8, любо мечник9, аще изъгои10 будеть, любо Словении11, то 40 гривен положите за нь 12. 2. Или будеть кровав или синь надъражен, то не искати ему видока 13 человеку тому; аще не будеть на нем знамениа 14 никото- раго же, толи 15 приидеть видок; аще ли не можеть, ту тому ко- нець. Оже ли себе не можеть мьстити, то взяти ему за обиду 3 гривне, а летцю 16 мъзда 17. 3. Аще ли кто кого ударить батогом 18, любо жердью, любо пястью 19 или чашею, или рогом 20, или тылеснию 21, то 12 гривен; аще сего не постигнуть, то платити ему, то ту конець. 4. Аще утнеть22 мечем, а не вынем 23 его, любо рукоятью, то 12 гривне за обиду. 5. Оже ли утнеть руку, и отпадеть рука, любо усохнеть, то 40 гривен... аще будет нога цела, или начнеть храмати, тогда чада смирять. 6. Аще ли персть24 утнеть который любо, 3 гривны за обиду. 7. А во усе 12 гривне; а в бороде 12 гривне. 8. Оже ли кто вынезь мечь, не тнеть25, то тьи гривну положить. 1 Братучаду — племяннику со стороны брата, по другому объяснению — двоюродному брату. 2 Сестрину сынови — племяннику со стороны сестры. 8 Аще — если. 4 40 гривен; гривна — весовая и денежная единица. б За голову— за убитого. 6 Русин — житель южной Руси. 7 Гридин — княжеский дружинник. 8 Ябетник — должностное лицо, назначаемое князем. 9 Мечник — княжеский дружинник. 10 Изъгой — человек, потерявший определенное положение в обществе, чаще всего выкупившийся на свободу раб. п Словении — житель Новгородской земли. ,2 За нь — за него. ,3 Видока — свидетеля, очевидца. u Знамениа — знаков от побоев. ,б Толи — то пусть. ,6 Летцю, или лечцю, — лекарю. 17 Мъзда—вознаграждение. ,8 Батогом — палкою. 19 Пястью — ладонью. *° Рогом — сосудом для питья, сделанным из рога животного. 2I Тылеснию — тупою стороною меча. 22 Утнеть — ударить. м Не вынем — не вынув. 24 Персть — палец. ^ Не тнеть — не ударит. 86
9. Аще ли ринеть 1 мужь мужа, любо от себе, любо к собе 3 гривне, а видока два выведеть; или будеть Варяг2 или Кол- бяг 3, то на роту. 10. Аще ли челядин4 съкрыется5, либо у Варяга, либо у Кольбяга, а его за три дни не выведуть, а познають и в третий день, то изымати ему свои челядин, а 3 гривне за обиду. ПРАВДА УСТАВЛЕНА РУССКОЙ ЗЕМЛИ, ЕГДА6СЯ СЪВОКОУПИЛ7 ИЗЯСЛАВ, ВСЕВОЛОД, СВЯТОСЛАВ8, КОСНЯЧКО, ПЕРЕНЕГ, МИКЫФОР кыянин, чюдин, микула9 18. Аще убьють огнищанина |0, в обиду, то платити за нь 80 гривен убиици, а людем не надобе п; а в подъездном 12 княжи 80 гривен. 19. А иже убьють огнищанина в разбои, или убийца не ищуть ,3, то вирное м платити в ней же вири 15 голова начнеть лежати. 20. Аже убьють огнищанина у клети 16, или у коня или у го- вяда ,7, или у коровье татьбы 18, то убити в пса место 19; а то же покон 20 и тивуницу 21. -21. А в княжи тивуне22 80 гривен; а конюх старый у стада23 80 гривен, яко уставил Изяслав в своем конюсе24, его же убиле Дорогобудьци 25. 22. А в сельском старосте княжи и в ратаинем 26 12 гривне. А в рядовници 27 княже 5 гривен. 23. * А в смерде28 и в хопе29 5 гривен. 24. Аще роба кормилица любо кормиличиць 30, 12. 25. А за княжь конь, иже той с пятном 3!, 3 гривне; а за смер- деи 2 гривне. 1 Ринеть — толкнет. 2 Варяг — житель Скандинавии. 3 Колбяг — название народа, вероятно, также выходцев из Скандинавии. * Челядин — раб. 5 Съкрыется — скроется. б Егда — когда. 7 Ся съвокоупил — соединились, сошлись; частица ся (себя) в древнерусском языке могла ставиться отдельно и перед глаголом. 8 Изяслав, Всеволод, Святослав — сыновья Ярослава Мудрого; Изяслав — великий князь киевский в 1054—1073 гг., потом изгнан своим братом Святославом, после смерти которого (в 1076 г.) опять был киевским князем и умер в 1078 г., Всеволод — великий князь в 1078—1093 гг., отец Владимира Мономаха. 9 Коснячко, Перенег, Микыфор Кыянин, Чюдин, Микула — бояре, участники совещания: Коснячко — воевода в Киеве; Микыфор Кыянин (Киевлянин) —имел двор в Киеве; Чюдин — в 1071 году держал от великого князя город Вышгород под Киевом. ,0 Огнищанина — старшего княжеского дружинника, и Не надобе — не нужно. ,2 Подъездной или ездовой— княжеский дружинник. ,3 Не ищуть — не найдут. и Вирное — штраф за убийство. ,5 Вири — верви—территориальной общине. 1б Клети — строения. ,7 Говяда — быка. ,8 Татьба — кража. ,9 В пса место — как пса. 20 Покон— правило. 2| Тивуницу — тиуну, заведывавшему отдельной отраслью княжеского хозяйства. 22 Тивуне — тиуне. 23 У стада — при стаде. 24 Конюсе — конюхе. ^ Дорогобудьци — жители города Дорогобужа. м Ратаинем — полевом. 2ТлРядовнице — рядовнике, помощнике тиуна. 28 смерде — земледельце. 29 Хопе — холопе. 30 Кормиличиць — кормилец, дядька-воспитатель. 3! С пятном — с тавром, или клеймом. 87
26. За кобылу 60 резан !, а за вол гривну, а за корову 40 резан, а за третьяк'2 15 кун3, а за лоньщину4 полъгривне, а за теля6 5 резан, за яря 6 ногата, за боран ногата 7. 30. А в княже борти8 3 гривне любо пожгуть, любо изу- друть 9. 31. Или смерд умучать, а без княжа слова, за обиду 3 гривны. 32. А в гнишанине 10 и в тивунице и в мечници 12 гривьне. 33. А иже межу переореть любо перетес11, то за обиду 12 гривне. 42. А се поклон вирный: вирнику 12 взяти 7 ведор солоду на неделю, тъже овен 13, любо полоть м, или две ногате; а в среду резану, в [три] же сыры, в пятницу такоже; а хлеба по кольку мо- гуть ясти ,б и пшена, а кур по двое на день; коне 4 поставити и сути им на рот колько могуть зобати 16, а вирнику 60 гривен и 10 резан и 12 веверици 17; а переде гривна. Или ся приголи ,8вго- вение ,9 рыбами, то взяти за рыбы 7 резан. Тъ всех кун 20 15 кун на неделю; а борошна21 колько могут изъясти, до недели же виру зберуть вирницы. То ти урок Ярославль22. 43. А се урок 23 мостьников 24: аще помостивше мост взяти от дела 25 ногата, а от городници 26 ногата; аше же будеть ветхаго27 моста потвердити 28 неколико доек, или 3, или 4, или 5, то тое же. „РУССКАЯ ПРАВДА" (Пространная редакция по Троицкому списку XIV века) «Русская Правда», в пространной редакции значительно обширнее Краткой и разделена заголовками на отдельные главы По своему происхождению Пространная Правда является памятником компилятивным, составленным на основании ряда источников, в том числе и Краткой Правды. Пространная Правда в известном нам виде возникла в конце XII — начале XIII века, но на основании более ранних источников, в том *жсле устава Владимира Мономаха. Издается с некоторыми сокращениями по книге Г. Е. Кочина, «Памятники истории Киевского государства IX—XII вв.», Л. 1936, стр. 111—129. 1. Аже убиеть мужь мужа, то мьстити брату брата, любо отцю, ли сыну, любо братучадо29, ли братню сынович. Аще ли не 1 Резана — мелкая денежная единица; в гривне было 50 резан. 2 Третьяк— трехгодовалая корова. 3 15 кун; куна — мелкая денежная единица; в гривне считалось 25 кун. 4 Лоньщину — двухгодовалую корову. 5 Теля — теленка. 6 Яря — овцу. 7 Ногата — денежная единица; в гривне считалось 20 ногат. 8 Борти, борть — дупло, улей для диких пчел. 9 Изудруть — издерут. 10 В гнищанине — в огнищанине. и Перетес — знак на меже. ,2 Вирнику — сборщику пошлин. 13 Овен — овца. и Полоть — половина мясной туши. 15 Ясти — есть. 16 Зобати — съесть. ,7 Веверица — мелкий пушной зверь, в данном случае мелкая денежная единица. ,8 Ся приводи — придется. ,9 В гове- ние — в пост. 20 Всех кун — всех денег. 2] Борошна — муки. 22 Урок Ярославль— постановление Ярослава (подразумевается Ярослав Мудрый). 23 Урок — устав. 24 Мостьников — мастеров, делающих мосты и деревянные мостовые. 25 От дела — за дело. 26 Городници — часть моста.. ** Ветхаго — старого. 28 Потвердити — поправить. 29 Братучадо — в данном случае двоюродный брат. 88
будеть кто его мьстя, то положити за голову 80 гривен, аче будеть княжь мужь или тиуна княжа. Аще ли будеть Русин, или гридь, любо купець, любо тивун бояреск 1, любо мечник, любо изгои, ли Словении, то 40 гривен положити за нь. 2. По Ярославе же паки совкупившеся сынове его, Изяслав, Святослав, Всеволод и мужи их, Коснячько. Перелег, Никифор, и отложиша убиение за голову, но кунами ся рыкупати 2. А ино все якоже Ярослав судил, такоже и сынове его уставиша. О УБИЙСТВЕ 3.*Аже кто убиеть княжа мужа в разбои, а головника3 не ищють 4, то виревную5 платити в чьей же верви 6 голова лежить, то 80 гривен. Паки ли людин 7, то 40 гривен. 4. Которая ли вервь начнеть платити дикую веру8, колико лет заплатить ту виру, зане же без головника им платити. Будеть ли головник их в верви, то за нь к ним прикладываеть9, того же деля им помагати головнику, любо си дикую веру. Но сплати им во обчи ,0 40 Гривен, а головничьство м самому головнику; а в 40 гривен ему заплатити ис дружины ,2 свою часть. Но оже будеть убил или в сваде 13, ли в пиру явлено м, то тако ему платити по верви ныне ,5, иже ся прикладывають вирою. ОЖЕ СТАНЕТЬ БЕЗ ВИНЫ НА РАЗБОИ 5. Будеть ли стал на разбои без всякоя свады, то за разбойника люди не платять, но выдадять и всего с женою и с детми на поток и на разграбление 16. 6. Аже кто не вложиться в дикую веру, тому людье не пома- гають, но сам платить. 29. Аже кто познаеть ,7 свое, что будеть погубил 18, или украдено у него что, и или конь, или порт ,9, или скотина, то не рци 20 и 21: се мое 22; но пойди на свод23, кде есть взял. Сведитеся 2Ч, кто 1 Тивун бояреск — боярский тиун. 2 Кунами ся выкупати — откупаться деньгами за убийство. 3 Головник — убийца. * Не ищють—т. е. вервь откажется помогать в отыскании убийцы. 5 Виревная — вира, пеня в пользу князя за убитого. б Вервь — община, связанная круговой порукой на территории которой был найден убитый. 7 Людин — простой человек. 8 Дикая вера или вира — пеня в пользу* князя за убитого, найденного на территории верви. 9 То за нь... прекладываеть — то поскольку убийца входил в вервь и платил (прикладывал) вместе с вервью. ,0 Но сплати им во обчи — но платить вместе. 11 Головничьство — плата за убитого в пользу его семьи. ,2 Заплатити ис дружины — т. е. убийца обязан платить свою часть, которая идет на него по разверстке верви. ,3 В сваде — в ссоре. ,4 Явлено — открыто. ,5 Ныне — теперь. ,6 Поток и разграбление — наказание от князя и ^конфискация имущества. " Познаеть — обнаружит. 18 Погубил — потерял. ,9 Порт (порты) — одежда. 20 Не рци — не говори. 2I И — ему. 22 Се мое — это мое. и Свод — способ отыскания преступника или украденной вещи, см. ниже. 24 Сведитеся— снимите с себя обвинение. 89
будеть виноват, на того татба снидеть К Тогда он свое возьметь, а что погибло будеть с ним, тоже ему начнеть платити. 30. Аше будеть коневыи2 тать — выдати князю на поток. Паки ли будеть клетный 3 тать, то 3 гривны платити ему. О СВОДЕ 31. Аще будеть во одином 4 городе, то ити истьцю до коння5 того свода. Будеть ли свод по землям 6, то ити ему до третьяго свода. А что будеть лице7, то тому платити третьему кунами за лице, а с лицемь ити до конця своду. А истьцю 8 ждати прока 9. А кде снидеть на конечняго 10, то тому все платити и продажю п. О ТАТБЕ13 32. Паки ли будеть что татебно купил в торгу или конь, или порт, или скотину, то выведеть свободна мужа два или мытника 13. Аже начнеть не знати у кого купил, то ити по немь тем видоком u на роту 15, а истьцю свое лице взяти, а что с ним погибло, а того ему желети, а оному желети своих кун ,6 зане ,7 не знаеть у кого купив. Познаеть ли на долзе у кого то купил, то свое куны возметь, и сему платити, что у него будеть погибло, а князю продажю. УСТАВ ВОЛОДИМЕР ВСЕВОЛОДИЧА18 48. Володимер Всеволодичь, по Святополце ,9, созва дружину свою на Берестовемь20: Ратибора, киевско(го) тысячьского, Про- копью, белогородьского 21 тысячского, Станислава, переяславского тысячьского, Нажира, Мирослава, Иванка, Чюдиновича, Олгова мужа 22, и уставили до третьего реза23, оже емлеть в треть куны. Аже кто возметь два реза, то ему взяти исто, паки ли возметь три резы, то иста ему не взяти 24. 50. Аже который купець, кде любо шед с чюжими кунами истопиться 2б, любо рать возметь26, ли огнь27: то не насилити 28 1 На того татба снидеть — тот отвечает за кражу. 2 Коневый — конский. 8 Клетный — ворующий в строении, в ломе. * Одином — одном. 5 До конця — до окончания. 6 По землям — по области и вне города. 7 Лице — в наличности. 8 Истьцю — потерпевшему. 9 Прок — остаток. ,0 Конечный — тот человек, который не может уже сослаться, что он купил или получил вещь от другого. п Продажа — штраф в пользу князя. ,2 О татбе — о краже. ,3 Мытника— сборщика пошлин. и Видок — свидетель. ,5 Рота — присяга. ,6 Кун-Г денег. п Зане — потому что. ,8 Володимер Всеволодович Мономах — киевский князь в 1113—1125 гг. ,9 По Святополце — по смерти киевского князя Свято- полка Изяславича в 1113 году. 20 Берестово — княжеское село в окрестностях Киева. 2I Белгород — город поблизости от Киева. 2- Олгов муж — дружинник черниговского князя Олега Святославовича, умершего в 1115 году. м Резы — проценты. 2* То иста ему не взяти — смысл статьи в том, что тот, кто берет проценты в 3 раз, Лишается всей суммы, данной в долг. й Истопиться — т. е. у него утонет товар. 26 Рать возметь — у него отнимут товар на войне. 27 Ли огнь — или товар сгорит. 28 Не насилити — не заставлять его платить деньги. 9Э
«ему, не продати его \ но како начнеть от лета платити, тако же платить, занеже пагуба от бога есть, а не виноват есть. Аже ли пропиеться 2 или пробиеться3, а в безумьи чюжь товар испортить 4, то како любо тем, чии то товар, ждуть ли ему, а своя им воля, продадять ли, а своя им воля. О ХОЛОПЬСТВЕ 102. Холопьство обелное5 трое: оже кто хотя купить до полугривны, а послухи поставить, а ногату дасть перед самем холо- помь. 103. А второе холопьство поиметь робу без ряду 6; поиметь ли с рядомь, то како ся будеть рядил, на том же стоить. 104. А се третьее холопьство: тивуньство без ряду или привя- жеть ключь 7 к собе без ряду, с рядом ли, то какося будеть рядил, на том же стоить. 108. Аже кто своего холопа сам досочиться 8 в чьем любо городе, а будеть посадник9 не ведал его, то поведавше ему пояти 10 же ему отрокп от него и шедше12 увязати 13 иu дати ему вязебную ,5 10 кун, а пергима 16 нетуть 17. Аче ,8 упустить 19 и, гоня 2(\ а собе ему пагуба 21, а платить в то никто же22, тем же 23 и переима нетуть. 109. Аже кто не ведая чюжь холоп усрячеть24 и, или повесть дееть 25, любо держить и у собе, а идеть от него26, то ити ему роте 27, яко 28 не ведал есмь29, оже есть холоп, а платежа в томь нетуть. 110. Аче же холоп кде куны вложить30, а он будеть не ведая- вдал, то господину выкупати али лишитися его; ведая ли будеть дал, а кун ему лишитися. 111. Аже пустить холоп е торг31, а одолжаеть32, то выкупати его господину и не лишитися его... 115. Аже холоп крадеть кого любо, то господину выкупати и33, любо выдати и с кимь будеть крал, а жене и детем не на- 1 Продати его — продать его товар: по другому толкованию, продать его самого и его товар. 2 Пропиеться — пропьет свой товар. 3 Пробиеться — поставит в заклад товар и его потеряет. * Испортить — потеряет или нанесет вред. 6 Обелное — полное. 6 Поиметь робу без ряду — жениться на рабе без договора, ряд — договор, соглашение. 7 Привяжеть ключь — сделается ключником, то-есть управителем хозяйства без договора, ключники были обычно рабами. 8 Досочиться — доищется, узнает о нем. 9 Посадник — правитель города. ,0 Пояти — взять. п Отроки — люди посадника или младшие дружинники князя. ,2 Шедше — придя. ,3 Увязати — связать. u И — его. ,б Вязеб- ная — пошлина за поимку холопа. ,6 Переима — плата за поимку холопа. 17 Нетуть — нет. ,8 Аче — если. ,9 Аче упустить — если холоп убежит. 20 Гоня —в погоне за холопом. 21 Пагуба — убыток. 22 Никто же — никто за бежавшего холопа не платит. м Тем же — поэтому. 24 Усрячеть — встретит. 25 Повесть дееть — с ним говорить. 26 А идеть от него — а*холоп от него уйдет. 27 роте — к присяге. м Яко — что. 29 Не ведал есмь — не знал. 30 Куны вложить— даст денег. 3| В торг — в торговлю. 32 А одолжаеть — т. е. холоп задолжает. M И — его. 91
добе1; но оже будуть с нимь крал и хоронили2, то всех выдати. Аже будуть свободнии с нимь крали или хоронили, то князю в продаже 3. 39. УБИЕНИЕ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО По «Ипатьевской летописи» «Ипатьевский летописный свод», сохранившийся в списке конца XIV или начала XV века, получил название от костромского Ипатьевского'монастыря, где хранился. В нем уделяется внимание событиям южной Руси. Это говорит о южнорусском происхождении Ипатьевской летописи. Помещаемые ниже отрывки взяты из издания «Летопись но Ипатьевскому списку», изд. Археографической комиссии, СПБ 1871. Й бе у него 4 Яким слуга възлюбленыи им, и слыша от некого, аже брата его князь велел казнить, и устремися дьяволим науче- ниемь, и тече5 вопия к братьи своей, к злым съветником ...и по- чаша молвити: «день6 того казнил, а нас заутра; а промы- слимы7 о князе сем» — и съвещаша убийство на ночь, якоже Июда на господа. И пришедъши нощи, они же устремивьшеся поимавше оружья, поидоша на нь8 яко зверье сверьпии; и идущим им 9 к ложници 10 его, и прия е п страх и трепет и бежаша с сений, шедше в медушю и пиша вино; сотона же веселяшеть е 12 в медуши и служа им невидимо, поспевая и крепя е, якоже ся ему обещали бяхуть; и тако упившеся вином поидоша на сени. Начальник же убийцам бысть Петр Куиьков 13 зять, Анбал Ясин м ключник, Яким Кучькович, а всих неверных убийць 20 числом, иже ся бяху сняли 15 на оканьный съвет томь дни у Пе^ра у Кучкова зятя. Постигъши бо ночи ,6 суботнии, на память святую апостолу Петра и Павла 17, вземьше оружье, яко зверье дивии пришедшим им к ложници, идеже блаженый князь Андрей лежить, и рече один, стоя у дверий: «Господине, господине!» И князь рече: «Кто есть?» И он же рече: «Прокопьи ,8». И рече князь: «О паробьче! Не Прокопьи». Они же прискочивше к дверем, слышавше слово княже, и почаша бити в двери, и силою выломиша двери. Блаженый же въскочи, хоте взяти мечь, и не бе ту меча, бе бо том дни вынял и 19 Амбал ключник его: то бо мечь бяшеть святого Бориса 20. И въскочиша два окань- ная и ястася21 с ним, и князь поверже одиного под ся, и мневше 1 Не надобе — не надо платить. 2 Хоронили — прятали краденое. 3 В продаже — платят штраф (продажу) князю. 4 У него — у князя Андрея Боголюб- ского. б Тече — пошел. 6 День — сегодня. 7 Промыслимы — примем решение. 8 На нь — на него. 9 Идущим им — когда они шли. ,0 К ложници — к спальне. 11 Прия е — объял их. ,2 Е— их. ,3 Куцьков — боярина Кучки. и Ясин; ясы — народ, живший на С. Кавказе. |5 Иже ся бяху сняли — которые собрались 16 Постигъши бо ночи — когда настала ночь. ,7 На память святую апостолу Петра и Павла — в ночь на 29 июня старого стиля. ,8 Прокопьи — Прокопий был любимым слугою князя Андрея. ,9 И — его. 2° Бориса — Борис, сын князя Владимира Киевского, убитый Святополком. 2I Ястася — схватились. 92 /
князя 1 повержена и уязвиша и свой друг2 и посем познаша князя и боряхуся с ним велми, бяшеть бо силен, и секоша и меци и саблями и копийныя язвы даша ему. И рече им: «О горе вам, нечестивии! Что уподобитесь Горясеру? 3 Что вы 4 зло учиних? Аще кровь мою прольясте на земле, да бог отомьстить вы и мой хлеб». Се же нечестивии мневьша его убьена до конца, и въземь- ше друга своего и несоша вон, трепещющи отъидоша, он же во торопе выскочив по них, и начат ригати и глаголати в болезни сердца, иде под сени. Они же слышавше глас, возворотишася опять на нь. И стоящим им, и рече один: «Стоя видих, якоб князя идуща с сений долов6», и рекоша: «Глядаите его», и текоша позоровати 7 его оже нетуть, идеже его отошли 8 убивше; и рекоша: «То ть есме погибохом, вборзе ищете его». И тако вьжегше свещи налезоша и по крови... Убьен же бысть в суботу на нощь. И освете заутра в неделю на память 12 апостол9. Оканьнии же оттуда шедше убиша Прокопья, милостьника 10 его; и оттуда идоша на сени м, и выимаша золото и каменье дорогое и жемчюг и всяко узорочье 12 и до всего любимого имения, и въскладше на милостьные ,3 коне, послаша до света прочь: а сами въземьше на ся оружие княже милостьное, почаша совокупити дружину к собе, ркуче: «ци ж да на нас приедуть дружина володимирьская?» И скупиша полк, и послаша к Володимерю: «ти что помышляете на нас? а хочем ся с вами коньчати; не нас бо одинех дума, но и о вас суть же в той же думе». И рекоша Володимерьии м: «да кто с вами в думе, то буди вам, а нам ненадобе». И разидошася и вьлегоша грабить, страшно зрети. И тече на место Кузминге Кия- нин, оли нетуть князя, идеже убьен бысть; и почаша прошати Кузмище: «кде есть убит господин?» И рекоша: «лежить ти выволочен в огород; но не мози имати его, тако ти молвять вси, хо- чемы и выверечи псом; оже ся кто прииметь по нь, тот нашь есть ворожьбит, а и того убьем». И нача плакати над ним Кузмише: «господине мой! како еси не очютил скверных и нечестивых па- губоубийственыих ворожьбит своих, идущих к тобе, или како ся еси не домыслил победити их, иногда побежая полки поганых болъгар ,5?» И тако плакася и. И прииде Амбал ключник, Ясин родом, тот бо ключь держашеть 16 у всего дому княжа и надо- всими волю ему дал бяшеть; и рече възрев на нь Кузмище: «Ам- 1 Мневше князя — думая, что князь. 2 Свой друг — своего сообщника. 3 Горясеру—Горясер убил князя Глеба по приказанию князя Святополка. 4 Вы — вам. 5 Яко — будто. 6 Долов — вниз. 7 Позоровати — посмотреть. 8 Идеже его отошли — где ушли от него, оставили его. 9 На память 12 апостол— т. е. 29 июня. ,0 Милостьник—дружинник. м Сени—горница в палатах, служившая и приемной. ,2 Узорочье — дорогие ткани. ,3 Милостьные — принадлежавшие милостникам, т. е. дружинникам. ,4 Володимерьии — горожане Владимира» главного города Владимиро-Суздальской земли. ,5 Болъгар— камских болгар, они названы погаными, т. е. нехристиане. ,6 Ключь держашеть — заведывал княжеским хозяйством. 93
бале вороже! сверзи ковер ли что ли, что постьлати или чим при- крыти господина нашего». И рече Амбал: «иди прочь, мы хочемь выверечи псом». И рече Кузмище: «о еретиче! уже псом выверечи? помнишь ли, жидовине, в которых порътех пришел бяшеть? Ты ныне в оксамите1 стоиши, а князь наг лежить; но молютися сверьзи ми что любо». И сверже ковер и корзно 2; и обертев и, и несе и в церковь. И рече: «отомъкнете ми божницю». И рекоша: «порини и ту в притворе, печаль ти им»; уже бо пьяни бяхуть. И рече Кузмище: «Уже тебе, господине, паробьци твои тебе не знають; иногда бо аче и гость приходил из Царягорода, и от иниХ стран изь Руской земли, и аче латинин 3, и до всего хрестьянства, и до всее погани 4, и рече: «въведете и в церковь и на полати, да видять истиньное хрестьянство и крестяться»; якоже и бысть, и болгаре и жидове и вся погань, видивше славу божию и украшение церковъное, и те болма плачють по тобе, а сии ни в церковь ни велять вложити». И тако положив и в притворе у божници 5, прикрыв и корьзномь, и лежа ту 2 дни и ночи. На третий день приде Арьсений игумен святою Кузмы и Демьяна, и рече: «долго нам зревшим на старейшие игумени, и долго сему князю лежати? отомькнете божницю, да отпою над ним, вложимы и в гроб, да коли престанеть злоба си, да тогда пришед из Володимеря и поне- суть и тамо». И пришедъше клирошани 6 боголюбьскыи, и вземше и внесоша в божницю, и вложиша и в гроб камен, отпевшё над ним погребалное с игуменомь Арсеньемь. ВОССТАНИЕ В БОГОЛЮБОВЕ И ВЛАДИМИРЕ В 1175 г. Горожане7 же Боголюбьци разграбиша дом княжь и делатели 8, иже бяху пришли к делу, золота и серебро, порты9 и паволокы 10, имение, ему же не бе числа; и много зла створися в волости его: посадников и тивунов домы пограбиша, а самех и детские п его и мечникы ,2 избиша, а домы их пограбиша, не ве- дуще глаголемаго: идеже закон, ту и обид много; грабили же и ис сел, приходяче грабяху. Такоже и Володимери, оли же поча ходите Микулиця ,3 со святою богородицею, в ризах по городу, тождь почаша не грабить... ...В 6 день, в пятицю, рекоша Володимерце игумену Феодулови и Луце деместьвянику 14 святое Богородице: «нарядита носилице, ать поедемь возмемь князя великого и господина своего Андрея»; а Микулице рекоша: «събери попы вси, оболокше(ся) в ризы 1 Оксамит — бархат. 2 Корзно — плащ. 3 Латинин — католик. 4 Всее погани — всех не христиан. б Божница — церковь. 6 Клирошани — духовенство собора в Боголюбове. 7 Горожане — описываются события в Боголюбове после убийства князя Андрея Боголюбского боярами. 8 Делатели — мастера, ремесленники. 9 Порты — одежды. ,0 Паволокы — шелковые ткани. "Детские — младшая дружина князя. ,2 Мечникы — слуги князя, помогавшие во время суда. ,3 Микулиця — священник. ,4 Демествяник — один из церковных служителей собора во Владимире. 94
выйдите ж перед Серебреная ворота 1 с святою Богородицею 2, ту князя дождеши». И створи тако Феодул игумен святое Богородице володимерьской с крилошаны (и) с володимерце, ехаша по князь во Боголюбое, и вземше тело его привезоша Володимерю, со честью, с плачемь великым. И бысть по мале времени, и поча выступати стяг3 от Боголюбого, и людье не могоша ся нимало удержати, но вси вопьяхуть, от слез же не можаху прсзрити, и вопль далече бе слышати. И поча весь народ плача молвити: «уже ли Киеву поеха, господине, в ту церковь, теми Золотыми вороты 4, их же делать послал бяше той церкви на велицемь дворе на Ярославле, а река:% «хочю, создати церковь таку же, ака ворота си Золота, да будет память всему отечьству моему». И тако плакася по немь всь град. Того же лета 5 седящими Ростиславичема 6 в княженьи земля Ростовьскыя, роздаяла беста посадничьства Руськым 7 децькым: они же много тяготу людемь сим створиша продажами и вирами 8; а сама князя млада суща, слушаста бояр, а бояре учахуть на многое имание... И почаша володимерци молъвити: «мы есмы волная князя прияли к собе, крест целовали на всемь, а си акы не свою волость творита, яко не творячеся у нас седети9 грабита не токмо волость всю, но и церкви; а промышляйте, братье!» и послашася к Ростовцемь и к Суждальчем, являюще им обиду свою. Они же словом суще по них, а делом суще далече; а бояре князю тою крепко держахуся. УБИЕНИЕ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО (Перевод) И был у него (Андрея) любимый им слуга Яким. Яким услышал от кого-то, что князь велел казнить его брата, и по дьявольскому наущению устремился и побежал, вопия, к своей братии, злым заговорщикам: «Сегодня этого казнил, а нас — наутро; примем решение об этом князе». И назначили убийство на ночь, как Иуда на господа. Настала ночь, и они, взяв оружие, устремились, пошли на него, как звери свирепые. И когда они шли к его спальне, объял их страх и трепет, и они побежали из сеней, пошли в медушу (погреб для меда) и стали пить вино. А сатана веселил их в медуше и невидимо им служил, подталкивая и укрепляя их в том, что они ему обещали. И так, упившись вином, они пошли в сени. Во главе убийц были Петр, зять Кучки, ключ- 1 Серебреная ворота — в городе Владимире. 2 Святою Богородицею — с иконой Владимирской Богородицы, особенно почитавшейся во Владимире (теперь хранится в Третьяковской галерее в Москве, икона греческого письма XI века). 3 Стяг — знамя, хоругвь. 4 Золотыми вороты—^Золотые ворота во Владимире были построены по образцу Золотых ворот в Киеве. б Того же лета — в 1176 г. 6 Ростиславичи — князья Мстислав и Ярополк Ростиславичи. 7 Руськым — из южной, Киевской Руси. 8 Продажи и виры — судебные штрафы. 9 Яко не творячеся у нас седети — как будто не думая сидеть у нас. 95
ник Анбал Ясин, Яким Кучкович; а всех предателей, убийц, которые собрались в тот день для окаянного замысла у Петра, зятя Кучки, было 20. Когда наступила субботняя ночь, накануне памяти святых апостолов Петра и Павла, взяв оружие, как дикие звери, они пришли к спальне, где лежал блаженный князь Андрей. И один из них, стоя у дверей, позвал: «Господин, господин!» И князь спросил: «Кто там?» И он отвечал: «Прокопий». И сказал князь: «О паробок! Не Прокопий!» Они же, услыхав слова князя, подскочили к дверям, начали бить в двери и силою выломали их. Блаженный же вскочил, хотел взять меч, но меча не было: в этот день его вынес ключник князя Анбал; а меч тот был святого Бориса. (В комнату) вскочили двое окаянных и схватились с князем, и князь одного свалил под себя. Они же, подумав, что это повержен князь, поранили своего сообщника. А потом узнали князя и упорно боролись с ним, потому что он был силен, рубили его мечами и саблями и наносили раны копьями. И сказал им князь: «Горе вам, нечестивые! Что вы уподобились Горясеру? Какое зло сделал я вам? Если прольете кровь мою на земле, то пусть бог отомстит вам и за мой хлеб». И вот нечестивые, думая, что убили князя до конца, взяв своего сообщника, понесли его вон и удалились с трепетом. Князь же выскочил вслед за ними второпях и начал икать и стонать в болезни сердца своего, и пошел под сени. Они же, услышав голос его, возвратились опять к нему. Когда они стояли (в спальне), один из них сказал: «Я стоял и видел, будто князь идет из сеней вниз». И (они) сказали: «Ищите его». И пошли искать его, так как его не было там, откуда они пошли, убив его. И говорили: «Мы погибли! Ищите его скорей!» И, зажегши свечи, нашли его по крови (кровавому следу)... Был он убит в субботу ночью. И рассвело утром в воскресенье на память 12 апостолов. Окаянные же, уйдя оттуда, убили дружинника его Прокопия, и оттуда пошли на сени, и взяли золото, и дорогие камни, и жемчуг, и узорочье, и все его лучшее имущество, и положили на коней дружинников, отослали прочь до рассвета; а сами надели на себя оружие княжеское, дружинное, начали собирать дружину к себе, говоря: «Вдруг на нас придет дружина владимирская». И собрались к бою, и послали в Владимир: «Что вы на нас замышляете? а мы хотим с вами мир заключить, не наша только была дума (его убить), но и ваши были в той же думе». И сказали владимирцы: «Если кто с вами в думе, так и будет с вами, а нам это не нужно». И разошлись и стали грабить, страшно глядеть. И пришел на место (убийства) Кузьмище Киевлянин, а князя вдруг нет, где он был убит; и начал спрашивать Кузьмище: «Где убит господин?» И сказали: «Лежит выволоченным в огород, но не смей его брать, так тебе все говорят, хотим его выбросить псам; если кто примется (его хоронить), тот наш враг, а и того убьем». И начал плакать над ним Кузьмище: «Господине мой, как ты не узнал Ж
скверных и пагубоубийственных твоих врагов, идущих на тебй, или как ты не съумел победить их, когда-то побеждая полки язычников болгар». И так оплакивал он его. И пришел Амбал ключник, Ясин родом, тот держал ключ от всего княжеского дома и над всеми князь дал ему волю, и сказал, посмотрев на него, Кузьмище: «Амбал, враг, брось ковер или что другое, чтобы постлать или чем прикрыть господина нашего». И сказал Амбал: «Иди прочь, мы хотим его выбросить псам». И сказал Кузьмище: «О, еретик, уж и псам выбросить, а помнишь ли, в какой одежде ты пришел? Ты теперь стоишь одетым в бархат, а князь обнаженный лежит; прошу тебя, сбрось что-либо». И Амбал бросил ковер и плащ, и Кузьмище, завернув князя, отнес его в церковь. И сказал: «Отоприте мне церковь». И сказали ему: «Брось тут в притворе, какая тебе печаль», ведь они были уже пьяными. И сказал Кузьмище: «Уже тебя, господин, слуги твои не признают; а ведь когда-то и купец приходил из Царьграда, и из иных стран из Русской земли, и если он был и латинин или другой христианин, или нехристианин, скажет князь: «введите его в церковь и на хоры, пусть видит истинное христианство и крестится», как и бывало. И болгары, и евреи, и все нехристияне, видев славу божию и украшение церковное, и те больше о тебе плачут, а эти и в церковь не велят внести». И так положили его в притворе при церкви, прикрыв его плащом, и лежал тут 2 дня и 2 ночи. На третий день пришел Арсений, игумен монастыря святых Кузьмы и Демьяна, и сказал: «Долго нам смотреть на старейшие игумены, и долго ли этому князю лежать? отоприте церковь, чтобы я отпел его, положим его в гроб, и как прекратится это смятение, так тогда придут из Владимира и понесут его туда». И пришли клирошане боголюбовские, и взяли его, и внесли его в церковь, и вложили его в гроб каменный, отпев над ним погребальное с игуменом Арсеньем. ВОССТАНИЕ В БОГОЛЮБОВЕ И ВЛАДИМИРЕ В 1175 г. Горожане боголюбовцы разграбили дом княжеский и мастеров, которые пришли для работы, золото и серебро, одежды и шелковые ткани, имущество бесчисленное. Много зла учинили и в волости князя: разграбили дома посадников и тиунов, а их самих, детских и мечников побили, а дома их разграбили, не зная того, что сказано: «где закон, тут и обид много». Грабители, приходя из сел, грабили. Также и во Владимире; когда начал Мику- лица (священник) в ризах с иконой святой богородицы ходить по городу, тогда перестали грабить... В 6 день, в пятницу, сказали владимирцы игумену Феодулу и Луке, демественнику святой Богородицы: «Приготовьте носилки, вот поедем, возьмем князя великого и господина нашего Андрея»; а Микулице сказали: «Собери попов всех, облачитеся в ризы и выйдете перед Серебряными воротами с иконою святой Богоро- 7 Хрестоматия по истории СССР, т. I 97
дицы, там дождешься князя». Й сделал так игумен Феодул с клирошанами святой Богородицы Владимирской и с владимирцами, поехали за князем в Боголюбово и, взяв тело его, привезли во Владимир с честью, с плачем великим. И было спустя немного времени, начало выступать из Боголюбово знамя, и люди не могли удержаться, но все рыдали, от слез же не могли видеть, и далеко был слышен вопль. И начал весь народ с плачем говорить: «В Киев ли ты поехал, господин, в ту церковь, теми Золотыми воротами, которые ты послал делать у церкви на великом дворе Ярославле, говоря так: «Хочу создать церковь такую же, как эти Золотые ворота, пусть будет память всему отечеству моему». И так оплакивал его весь город. В тот же год (1176), когда Ростиславичи сидели на княженье земли Ростовской, они раздали посадничества детским русским (из Киевской Руси), а они много тягостей учинили людям владимирским продажами и вирами; а сами князья по молодости слушали бояр, а бояре научали их захватывать имущества... И начали владимирцы говорить: «Мы волей приняли князей, крест целовали на всем, а эти правят словно не в своей волости, как будто не думая сидеть у нас; грабят не только волость всю, но и церкви, позаботимся о себе, братья». И послали к ростовцам и суздаль- цам, объявляя им об обидах своих. Те же на словах были за них, а на деле далеко, а бояре крепко держались за тех князей... 40. СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ, ИГОРЯ, СЫНА СВЯТОСЛАВЛЯ, ВНУКА ОЛГОВА В «Слове о полку Игореве» неизвестный автор поэтически описал неудачный поход северских князей во главе с Игорем Святославичем против половцев в 1185 г. Перевод «Слова» взят по изданию А. С. Орлова. Не лепо ли ны бяшет, братие, начяти старыми словесы трудных повестий х о пълку Игореве, Игоря Святъславлича? 2 Начати же ся тъй песни По былинамь сего времени, а не по замышлению Бояню. Боян бо вещий3, аще кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию по древу, серым вълком по земли, шизым 4 орлом под облакы. Помняшеть бо рече, първых времен усобице: тогда пущашеть 10 соколовь5 на стадо лебедей: который доте- чаше, та преди песнь пояше старому Ярославу6, храброму Мстиславу 7, иже зареза Редедю 8 пред пълкы Касожьскыми, красному 1 Трудных повестий — тяжелое повествование. 2 Игоря Святъславлича — князя Новгород-Северского с 1180 по 1198 г., а в 1198—1202 гг. княжившего в Чернигове (умер в 1202 г.). 3 Боян бо вещий — древний певец Боян назван «вещим», т. е. чародеем. 4 Шизым — первоначально было «сизым», но в Псковской земле, где было переписано «Слово», буква ш ставилась вместо с и наоборот. 5 10 соколовь—10 пальцев уподобляются соколам, а струны на гуслях —стаду лебедей. 6 Ярославу — великому князю киевскому (1019—1054). 7 Мстиславу — брату Ярослава (умер в 1036 г.). 8 Редедю — вождя касогов, убитого Мстиславом. 93
Романови Святъславличю К Боян же, братие, не 10 соколов на стадо лебедей пущаше, нъ своя вещиа пръсты на живая струны въскладаше; они же сами князем славу рокотаху. Почнем же, братие, повесть сию от старого Владимира 2 до нынешняго Игоря, иже истягну ум крепостию своею и поостри сердца своего мужеством; наплънився ратного духа, наведе своя храбрая плъкы на землю Половецькую за землю Руськую. Тогда Игорь възре' на светлое солнце и виде от него тьмою вся своя воя прикрыты 3. И рече Игорь к дружине своей: «Братие и дружино, луце ж бы потяту быти, неже полонену быта; а вся- дем, братие, на свои бързыя комони, да позрим синего Дону». Спала князю мь похоти и жалость ему знамение заступи иску- сити Дону великаго: «Хощу бо, рече, копие приломити конець поля Половецкого; с вами, Русици4, хощу главу свою приложите, а любо испити шеломомь Дону...» Тогда въступи Игорь князь в злат стремень и поеха по чистому полю. Солнце ему тьмою путь заступаше; нощь, стонущи ему грозою, птичь убуди; свист зверин въста близ; Див5 кличеть връху древа, велит послушати земли незнаеме, Вълзе6, и Помо- рию7 и Посулию8, и Сурожу 9, и Корсуню 10, и тебе, Тьмуторо- каньскый блъван11. А половцы неготовами дорогами побегоша к Дону великому, Игорь к Дону вой ведет. Уже бо беды его пасеть птиць по дубию; влъци грозу въсрожат по яругам; орлы клектом на кости звери зовут; лисици брешут на чръленыя 12 щиты. О, Русская земле, уже за шеломянем еси. Длъго ночь мрькнет; заря свет запала; мъгла поля покрыла; щекот славий успе, говор галичь убудися. Русичи великая поля чрълеными щиты прегородиша, ищучи себе чти, а князю славы. С зарания в пятк потопташа поганыя плъкы половецкыя и рассушяся стрелами по полю, помчаша красные девкы половецкыя, а с ними злато, и паволокы ,3 и драгыя оксамитый и; ррьтъ- мами и япончицами и кожухы начашя мосты мостити по болотом и грязивым местом и всякими узорочьи половецкыми. Чрьлен стяг, бела хорюговь, чрьлена чолка, сребрено стружие храброму Святъславличю... Другаго дни велми рано кровавыя зори свет поведают; чрьныя тучя с моря идут, хотят прикрыти 4 солнца, а в них трепещуть синий млънии: быти грому великому, итти дождю стрелами с 1 Роману Святъславличу — сыну киевского князя Святослава Яросла- вича (умер в 1079 г.) 2 Стараго Владимера — вероятно, Владимира Мономаха (1113—1125). 3 Тьмою... прикрыты — в летописи описывается затмение солнца, случившееся в 1185 г.; о нем и говорится в «Слове». 4 Русици — русичи, русские. б Див — название птицы удода, а также чудовища, дивовища. 6 Влъзе — Волге. 7 Поморию — места, прибрежные к морю (Черному и Азовскому). 8 Посулию — области по р. Суле, пограничной со степью. 9 Сурожу — Судаку в Крыму. ,0 Корсуню — Херсонесу в Крыму. п Тьмутороканьскый блъван — Тмутараканский идол. Тмутаракань — город на берегу Керченского залива, против Керчи. ,2 Чръленыя — красные. 13 Паволокы —- шелковые ткани. м Оксамиты — бархаты. * 99
Дону великаго: ту ся копнем приламати, ту ся саблям потручяти о шеломы половецкыя, на реце на Каяле, у Дону великого. О, Руская земле, уже за шеломянем еси... Были вечи Трояни \ минула лета Ярославля2; были плъци Ольговы, Олга Святъславличя3. Тъй бо Олег мечем крамолу коваше и стрелы по земли сеяше. Ступает в злат стремень в граде Тьмуторокане. Тъй же звон слыша давный великый Ярославль, а сын Всеволсжь Владимир 4 по вся утра уши закла- даше в Чернигове; Бориса же Вячеславлича5 слава на суд при- веде, и на канине6 зелену паполому постла, за обиду Олгову, храбра и млада князя. С тоя же Каялы Святопълк полелея отца своего междю Угорьскими иноходьцы ко святей Софии7 к Киеву. Тогда при Олзе Гориславличи сеяшется и растяшеть усобицами, погибашеть жизнь Даждьбожа8 внука, в княжих крамолах веци человеком скратишася. Тогда по Руской земли ретко ратаеве кикахуть, нъ часто врани граяхуть, трупиа себе деляче, а галици свою речь говоряхуть, хотять полетети на уедие. То было в ты рати и в ты плъкы; а сицей рати не слышано; с зараниа до вечера, с вечера до света летят стрелы каленыя, гримлют сабли о шеломы, трещат копиа харалужныя, в поле незнаеме среди земли Половецкыи. Чръна земля под копыты костьми была посеяна, а кровию польяна, тугою взыдоша по Руской земли. Что ми шумить, что ми звенить давечя9 рано пред зорями? Игорь плъкы заворочаеть, жаль бо ему мила брата Всеволода 10. Бишася день, бишася другый, третьяго дни к полуднию падоша стязи Игоревы. Ту ся брата разлучиста на брезем быстрой Каялы; ту кроваваго вина не доста; ту пир докончаша храбрии Русичи: сваты попоиша, а сами полегоша за землю Рускую... Усобицы князем на поганыя погыбе, рекоста бо брат брагу: «се мое, а то мое же». И начяша князя при малое «се великое» млъвити, а сами на себе крамолу ковати. А погании всех стран прихождаху с победами на землю Рускую... А въстона бо, братие, Киев тугою 12, а Чернигов напастьми; тоска разлился по Руской земли; печаль жирна 13 тече среде 1 Вечи Трояни — века или времена Трояна, или давние. 2 Лета Ярославля— время Ярослава Мудрого (1019—1054). 3 Олга Святъславличя — Олег Святославич, воинственный и беспокойный рязанский князь, часто приводивший на Русь половцев и ниже названный за это в «Слове» Горислави- чем (1055—1115). 4 Владимир — Владимир Мономах, сын Всеволода Яросла- вича (умер в 1125 г.). б Бориса же Вячеславлича — сына Вячеслава Яросла- вича, лишенный отдельного княжества и убитый под Черниговым в 1078 г. 6 Канину — слово пока еще необъясненное. А. С. Орлов переводит: на траву. 7 Софии — собор святой Софии в Киеве. 8 Даждьбожа; Даждьбог — бог солнца, как сказано в летописи: «солнце, царь, сын Сварогов, еже есть Даждьбог». 9 Давечя — иногда вместо давеча читают далече. 10 Всеволода — Всеволод Святославич, брат Игоря, князь Трубчевский (умер в 1196 г.). 11 На брезе — на берегу. ,2 Тугою — печалью. ,3 Жирна — обильна. 100
земли Рускыи. А князи сами на себе крамолу коваху, а погании сами победами нарищуще на Рускую землю, емляху дань по беле * от двора. Тии бо два храбрая Святъславличя Игорь и Всеволод, уже лжу убуди[ста] которою2; ту бяше успил отець их Святъславь грозный, великый Киевскый грозою; бяшеть притрепал своими сильными плъкы и харалужными мечи; наступи на землю Половецкую; притопта хлъми и яругы, взмути реки и озеры, иссуши потокы и болота; а поганого Кобяка из луку моря от железных великых плъков половецкых, яко вихр, выторже: и падеся Кобяк в граде Киеве, в гриднице Святъславли. Ту неМци и венедици 3, ту греци и Морава4 поют славу Святъславлю, кають князя Игоря, иже погрузи жир5 во. дне Каялы, рекы половецкыя, Рускаго злата насыпаша ту. Игорь князь выседе из седла злата, а в седло кощиево. Уныша бо градом забралы6, а веселие пониче. А Святьслав7 мутен сон виде в Киеве на горах си ночь: «С вечера одевахуть мя, рече чръною паполомою8 на кровати тисове9; чръпахуть ми синее вино с трудом смешено: сыпахуть ми тъщими тулы 10 поганых тлъковин великый женчюгь на лоно и негуют мя; уже дъскы без кнеса п в моем тереме златовръсем; всю нощь с вечера бусови врани възграяху у Плесньска на болони, беша дебрьски сани несошася к синему морю». И ркоша бояре князю: «уже, княже, туга умь полонила: се бо два сокола 12 слетеста с отня стола злата, поискати града Тьмутороканя, а любо испити шеломомь Дону. Уже соколама крильца прилетали поганых саблями, а самаю опуташа в путины железны...» Тогда великый Святъслав изрони злато слово, с слезами смешано, и рече: «О моя сыновчя 13, Игорю и Всеволоде, рано еста начала Половецкую землю мечи цвелити, а себе славы искати. Нъ нечестно одолеете, нечестно бо кровь поганую про- лияете. Ваю и храбрая сердца в жестоцом харалузе скована, а в буести закалена. Се ли створисте моей сребреней седине»... Нъ рекосте: «Мужаимеся сами, преднюю славу сами похытим, а заднюю си сами поделим. А чи диво ся, братие, стару помоло- дити? Коли сокол в мытех бываеть, высоко птиць възбиваеть, не даст гнезда своего в обиду. Нъ се зло — княже ми непособие; на ниче ся годины обратиша». Се у[же] Рим 15 кричат под саблями 1 По беле— по белке. -Которою — раздором. 3 Венедици — венециане. 4 Морава — Моравия в Чехословакии. 5 Жир — богатство, сила. 6 Градом забралы — верхняя часть стены в деревянной крепости, защищающая стоящих на стене. 7 Святъслав — дядя Игоря, великий князь киевский Святослав Всеволодович. 8 Паполомою — покрывалом. 9 Тисове — из тисового дерева. 10 Тъщими тулы — из пустых колчанов. п Кнеса — князька, или перекладины, связывающей на верху крыши стропила. ,2 Два сокола — Игорь и Всеволод. ,3 Сыновчя — племянники. u Ваю—ваши. 15 Рим — город в Переяславской земле. 101
половецкими, а Володимир под ранами: туга и тоска сыну Глебову 1. Великый княже Всеволоде 2, не мыслию ти прелетети издалече, отня злата стола поблюсти, — ты бо можеши Волгу веслы раскропити, а Дон шеломы выльяти.Аже бы ты был, то была бы чага 3 по ногате, а кощей4 по резане 5> Ты бо можеши посуху живыми шереширы 6 стреляти — удалыми сыны Глебовы. Ты, буй Рюриче и Давыде7, не ваю ли злачеными шеломы по крови плаваша? не ваю ли храбрая дружина рыкають, акы тури 8 ранены саблями калеными, на поле незнаеме? Вступита, господина, в злата стремень за обиду сего времени, за землю Рускую, за раны Игоревы, буего Святъславлича. Галичкы Осмомысле Ярославе9, высоко седиши на своем златокованнем столе, подпер горы Угорьскыи 10 своими железными плъкы, заступив королеви u путь, затворив Дунаю ворота, меча бремены чрез облакы, суды рядя до Дуная. Грозы твоя по землям текут; отворяеши Киеву врата; стреляши с отня злата стола салтани за землями. Стреляй, господине, Кончака, поганого кощея, за землю Рускую, за раны Игоревы, буего Святъславлича... О стонати Руской земли помянувше пръвую годину и пръвых князей. Того стараго Владимира ,2 не лзе бе пригвоздити к горам Киевскым: сего бо ныне сташа стязи Рюриковы, а друзии Давидовы, нъ розьно ся им хоботы 13 пашут. Ярославнын и глас[ся] слышить, зегзицею 15 незнаеме рано кы- четь: «Иолечю, рече, зегзицею по Дунаеви, омочю бебрян рукав в Каяле реце, утру князю кровавыя его раны на жестоцем его теле». * Ярославна рано плачет в Путивле на забрале, аркучи: «О, ветре, ветрило, чему, господине, насильно вееши? Чему мычеши хиновьскыя 16 стрелки на своею нетрудною крилцю 17 на моея лады вой? Мало ли ти бяшет горе 18 под облакы веяти, лелеючи корабли на сине море? Чему, господине, мое веселие по ковылию развея?» Ярославна рано плачеть Путивлю городу на забрале, аркучи: 1 Сыну Глебову — переяславскому князю Владимиру Глебовичу. 2 Всеволоде— суздальский князь Всеволод Большое Гнездо (1176—1212): в 1182— 1184 гг. Всеволод победил болгар на Волге; отсюда намек па его силу — «Волгу... раскропити». 3 Чага—пленница. 4 Кощей — пленник. 5 Резане, ногата — мелкие денежные единицы. 6 Шереширы — копьями. 7 Рюриче и Давыде—дети Ростислава Мстиславича. 8 Тури — туры, дикие быки. 9 Ярославе— галицкий князь Ярослав Владимирович (умер в 1187 г.). 10 Угорьскыи— Карпатски*. ll Королеви — венгерскому королю. 12 Владимир — Владимир Мономах. 13 Хоботы — знамена или бунчуки из конских хвостов. 14 Ярославнын — Евфросинья Ярославна, жена Игоря, дочь галицкого князя Ярослава. 15 Зегзицею — кукушкою. 16 Хиновьскыя — половецкие. 17 Крилцю — крыльях. 18 Горе — вверху. 102
«О Днепре Словутицю, ты пробил еси каменныя горы сквозе "землю Половецкую; ты лелеял еси на себе Святославли насады \ до пълку Кобякова2: възлелей, господине, мою ладу к мне, абых не слала к нему слез на море рано». Ярославна рано плачеть в Путивле на забрале, аркучи: «Светлое и тресветлое слънце, всем тепло и красно еси: чему, господине, простре горячюю свою лучю на ладе вой? в поле безводне жаждею имь лучи3 съпряже, тугою им тули4 затче?» Прысну море полунощи; идуть сморци5 мъглами: Игореви князю бог путь кажет из земли Половецкой на землю Рускую к отню злату столу. Погасоша вечеру зари. Игорь спит, Игорь бдит, Игорь мыслию поля мерит от великаго Дону до малаго Донца. Комонь6 в полуночи Овлур7 свисну за рекою, велить, князю разумети: князю Игорю не быть, кликну — стукну земля, въшуме трава, вежи8 ся половецкий подвизашася. А Игорь князь поскочи горнастаем к тростию9 и белым гоголем на воду. Въвръжеся на бърз комонь и скочи с него босым влъком. И по- тече к лугу Донца и полете соколом под мьглами, избивая гуси и лебеди завтроку и обеду и ужине. Коли Игорь соколом полете, тогда Влур ,0 влъком потече, труся собою студеную росу: претръгоста бо своя бръзая комоня... А не сорокы въстроскоташа, на следу Игореве ездит Гзак с Кончаком п. Тогда врани не граахуть, галици помлъкоша, сорокы не троскоташа; по лозию ползоша толко дятлове тектом путь к реце кажуть; соловии веселыми песньми свет поведают. Млъвит Гзак Кончакови: «Аже сокол к гнезду летит соколича ростреляеве своими злачеными стрелами». Рече Кончак ко Гзе: «Аже сокол к гнезду летить, а ве соколца опутаеве красною девицею». И рече Гзак к Кончакови: «Аще его опутываеве красною девицею, ни нама будет сокольца, ни нама красны девице, то почнут наю птицы бита в поле Половецком». Рек Боян... «Тяжко ти головы кроме плечю, зло ти телу кроме головы», — Руской земли без Игоря. Солнце светится на небесе, Игорь князь в Руской земли. Девицы поют на Дунай, вьются голоси чрес море до Киева. Игорь едет по Боричеву 12 к святой Богородици Пирогощей. Страны ради, гради весели. Певши песнь старым князем, а потом молодым пети: слава Игорю Святъславличу, буй туру Всеволоду, Владимиру Игоревичи). Здрави князи и дружина, поборая за христьяны на поганыя плъки. Князем слава и дружине. — Аминь. 1 Насады — лодки. 2 Кобякова — Кобяка, половецкого хана. 3 Лучи — луки. 4 Тули — колчаны. 5 Сморци — смерчи. 6 Комонь — конь. 7 Овлур — половец Овлур, или Лавор, помогший Игорю бежать из плена. 8 Вежи — кочевые шатры половцев. 9 К тростию — к тростнику. 10 Влур — Овлур. и Гзак с Кончаком — половецкие ханы. 12 Боричеву — въезд в верхнюю часть города в Киев. 103
ПОВЕСТЬ О ПОХОДЕ ИГОРЕВОМ, ИГОРЯ, СЫНА СВЯТОСЛАВОВА, ВНУКА ОЛЕГОВА (Перевод) Не прилично ли было бы нам, братья, начать старинными словами тяжелое повествование о походе Игоревом, Игоря Святославича? Пусть же начнется эта песнь согласно с действительными событиями этого времени, а не по замышлению Боянову. Ведь Боян вещий, если желал кому сочинить песнь, то разбегался мыслью по дереву, серым волком по земле, сизым орлом под облаками. Ибо он помнил, по его словам, прежних времен усобицы: тогда пускал десять соколов на стадо лебедей [и который из них] догонял какую, та первая [и] пела песнь старому Ярославу, храброму Мстиславу, который зарезал Редедю перед полками Касожскими, прекрасному Роману Святославичу. Боян же, братья, не десять соколов пускал на стадо лебедей, но свои вещие персты возлагал на живые струны; а те сами пели рокотом славу князьям. Начнем же, братья, эту повесть от старинного Владимира до нынешнего Игоря, который возбудил ум крепостью своею и изострил [его] мужеством своего сердца; исполнившись воинственного духа, навел свои храбрые полки на землю Половецкую за землю Русскую. Тогда Игорь взглянул на светлое солнце и увидел [что] все его воины покрыты от него тьмою. И сказал Игорь своей дружине: «Братья и дружина! лучше ведь быть зарубленным, чем плененным; так, сядем, братья, на своих борзых коней, чтобы поглядеть на синий Дон». Склонился у князя ум к [страстному] желанию, и охота попробовать великого Дона заступила ему знамение: «Хочу я, сказал [он], сломать копье на границе степи Половецкой, с вами, сыны Русские, хочу [или] сложить свою голову, или напиться шлемом из Дона»... Тогда ступил Игорь князь в золотое стремя и поехал по чистому полю. Солнце ему тьмою путь заграждало; ночь, стоня ему грозою, пробудила птиц; свист звериный поднялся; див кричит на вершине дерева, велит прислушаться земле неведомой, Волге, и Поморию, и Посулию, и Сурожу, и Корсуню, и тебе, Тьмуторо- канский идол. А половцы непроторенными дорогами бежали к Дону великому; Игорь к Дону воинов ведет. Уже, ведь лесная птица предостерегает его от беды, волки [воем] возбуждают ужас по оврагам; орлы клекотом на трупы зверей зовут, лисицы лают на красные щиты. О, Русская земля! уже ты за холмом. Долго ночь темнеет; заря зажгла свет; мгла поля покрыла; щекот соловьиный уснул, говор галок пробудился. Русские [сыны] великие поля красными щитами перегородили, ища себе чести, а князю — славы. Спозаранок в пятницу растоптали [они] поганые полки половецкие и рассыпались, как стрелы по полю, помчали прекрасных 104
девиц половецких, а с ними золото, шелковые ткани и дорогие атласы; ортмами, япончицами и кожухами стали мосты мостить по болотам и топким грязным местам и всякими нарядами половецкими. Красный стяг [с] белой хоругвию, красная челка [на] серебряном древке — [достались] храброму Святославичу... На другой день очень рано кровавые зори свет возвещают; черные тучи с моря идут, хотят прикрыть четыре солнца, а в них трепещут синие молнии: быть грому великому, идти дождю стрелами с Дона великого: тут копьям побиться о шеломы половецкие, на Каяле-реке, у Дона великого. О, Русская земля! уже ты за холмом... Были века Трояновы, прошли лета Ярославовы, были походы Олеговы, Олега Святославича. Тот ведь Олег мечом крамолу ковал и стрелы по земле сеял. Ступает [он] в золотое стремя в городе Тьмуторокане, а этот [уже] звон услышал давнишний великий Ярослав, а сын Всеволодов Владимир каждое утро уши [себе] затыкал в Чернигове; Бориса же Вячеславича слава на суд привела и на зеленую траву [?] покрывало постлала за обиду Оле- гову, храброго * и молодого князя. С той же Каялы Святополк укачал отца своего между Венгерскими иноходцами ко Святой Софии к Киеву. Тогда, при Олеге Гориславиче, сеялось и росло усобицами, погибало достояние Даждьбожьего внука, в княжеских крамолах веки людям сократились. Тогда по Русской земле редко пахари покрикивали, но часто вороны граяли, деля себе трупы, а галки свою речь говорили, хотят они полететь на кормлю. То было в те рати и в те походы; а такой рати не слыхано: спозаранок до вечера, с вечера до рассвета летят стрелы закаленные, гремят сабли о шлемы, трещат копья булатые в поле неведомом, посреди земли Половецкой. Черная земля под копытами костями была посеяна, а кровью полита; горем взошли они по Русской земле. Что [это] мне шумит, что мне звенит давеча рано перед зорями? Игорь полки оборачивает, потому что жалко ему милого брата, Всеволода. Бились день, бились другой; на третий день к- полудню пали стяги Игоревы. Тут [оба] брата разлучились на берегу быстрой Каялы. Тут кровавого вина не достало; тут пир окончили храбрые сыны русские: сватов напоили, и сами полегли за землю Русскую... Борьба князей против поганых прекратилась, потому что сказал брат брату: «Это мое и то мое же». И стали князья про малое говорить: «Это великое» и сами на себя крамолу ковать; а поганые со всех сторон приходили с победами на землю Русскую. И застонал, братья, Киев от горя, а Чернигов от напастей; тоска разлилась по Русской земле; печаль обильная пошла посреди земли Русской. Князья же сами на себя крамолу ковали, а поганые, сами с победами делая набеги на Русскую землю, брали дань по белке с [каждого] двора. / 105
Ведь те два храбрых Святославича, Игорь и Всеволод, уже ложь пробудили раздором, а ее усыпил было отец их, Святослав грозный, великий киевский, грозою прибил своими сильными полками и булатными мечами; наступил на землю Половецкую, притоптал холмы и овраги, замутил реки и озера, иссушил потоки и болота; а поганого Кобяка от залива морского, из железных великих полков Половецких, исторг, как вихрь; и упал Кобяк в городе Киеве в гриднице Святославовой. Тут немцы и венециане, тут греки и мораване поют славу Святославову, корят князя Игоря, который погрузил обилие на дно Каялы реки половецкой, русского золота насыпал туда. Игорь князь высадился из седла золотого да в седло рабское. Уныли ведь у городов стены, и веселье поникло. А Святослав смутный сон видел в Киеве на горах этой ночью: «С вечера одевали меня, сказал [он], черным покрывалом на кровати тисовой; черпали мне синее вино, с горем смешанное; сыпали мне пустыми колчанами поганых великий жемчуг на грудь и нежат меня; уже доски без князька в моем тереме златоверхом; всю ночь с вечера бесовы вороны граяли у Плесенска в предградье, были лесные змеи и понеслись к синему морю». И сказали бояре князю: «Уже, князь горе ум полонило: ведь вот два сокола слетели с отцова престола золотого, чтобы добыть город Тмутаракань, или*попить шлемом из Дона. Уже соколам крыльца посекли саблями поганых, а самих опутали железными путами...» Тогда великий Святослав обронил золотое слово, со слезами смешанное; он сказал: «О, мои братья, Игорь и Всеволод! рано начали вы досаждать мечами земле Половецкой, а себе искать славы. Но без славы [для себя] вы одолели, без славы ведь кровь поганую пролили. Храбрые сердца у вас из крепкого булата выкованы, а в смелости закалены. И что сотворили [вы] моей серебряной седине»... Но вы сказали: «Помужаемся сами, будущую славу сами похитим, и бывшею сами поделимся». А разве удивительно [и] ста- . рому помолодеть? Когда сокол [весною] перья меняет, высоко [он] птиц взбивает, не даст гнезда своего в обиду. Но вот мне беда, между князьями нет помощи; времена на худшее повернулись. Вот уже Рим кричит под саблями Половецкими, а Владимир [князь] под ударами: горе и тоска сыну Глебову. Великий князь Всеволод [неужели] и мыслью тебе нельзя перелететь издалека, отцов золотой престол посторожить? — Ведь ты можешь Волгу расплескать веслами, а Дон вычерпать шлемами. Если бы ты был, то была бы невольница по нагате, а раб — по резане. Ведь ты можешь посуху метать живыми копьями удалыми сыновьями Глебовыми. Ты, буйный Рюрик, и Давид, не" у вас ли золоченые шлемы в крови плавали? Не у вас ли храбрая дружина рыкает, как туры, раненые саблями, закаленными на поле неведомом! Ступите, 106
господа, в золотое стремя за обиду настоящего времени, за землю Русскую, за раны Игоревы, буйного Святославича. Галицкий Осмомысл Ярослав, высоко сидишь ты на своем златокованном престоле. Подпер ты горы Венгерские своими железными полками, загородив Королю путь, затворив Дунаю ворота, переметывая тяжести через облака, наводя суд до Дуная. Грозы твои идут по землям; ты отворяешь Киеву ворота; стреляешь с отцова золотого престола салтанов за странами. Стреляй же, господин, Кончака, поганого раба, за землю Русскую, за раны Игоревы, буйного Святославича... О [пришлось] стонать Русской земле, вспомним прежнее время и прежних князей! Того старинного Владимира нельзя было пригвоздить к горам Киевским: его ведь стяги стали теперь Рюрико- вы, а другие — Давидовы, но у них врознь развеваются знамена. Слышен голос Ярославны, кукушкою в безвестье рано [она] кукует: «Полечу, — сказала, — кукушкою по Дунаю, омочу бобровый рукав в Каяле-реке, оботру у князя кровавые его раны на крепком его теле». Ярославна рано плачет в Путивле на стене, говоря: «О ветер, вихорь! Зачем ты, господин, бурно веешь, зачем мчишь половецкие стрелки на своих легких крыльях на воинов моего милого? Разве мало тебе было в вышине под облаками веять, качая корабли на синем море? Зачем, господин, развеял ты по ковылю мое веселье?» Ярославна рано плачет в Путивле-городе на стене, говоря: «О, Днепр Словутич! Ты пробил каменные горы через землю Половецкую; ты качал на себе Святославовы лодки до полка Ко- бякова: прилелей, господин, моего милого ко мне, чтобы не слала я к нему слез на море рано». Ярославна рано плачет в Путивле на стене, говоря: «Светлое и пресветлое солнце! Для всех ты тепло и прекрасно: зачем, владыка, послало ты свои горячие лучи на воинов милого? в поле безводном жаждою им луки согнуло, горем им колчаны заткнуло?» Заплескало море в полночь; идут смерчи туманами: Игорю- князю бог путь кажет из земли Половецкой в землю Русскую к отцову золотому престолу. Погасли вечером зори. Игорь спит [и] не спит, Игорь мыслью размеряет поля от великого Дона до малого Донца. В полночь Овлур свистнул коня за рекою, велит князю понимать; [но] князю Игорю [понять] не пришлось; [тогда Овлур] крикнул: стукнула земля, зашумели травы, двинулись [кочевые] шатры половецкие. А Игорь-князь поскакал горностаем к тростнику и белым гоголем [пал] на воду: бросился на борзого коня и соскочил с него, босым волком побежал к лугу Донца и полетел соколом под туманами, избивая гусей и лебедей к завтраку, обеду и ужину. Когда Игорь соколом полетел, тогда Овлур волком побежал, стряхивая собою студеную росу: [оба] ведь надорвали своих борзых коней... 107
А не сороки застрекотали, по следу Игореву едут Гзак с Кон- чаком. Тогда вороны не граяли, галки примолкли, сороки не стрекотали, лишь по ветвям [деревьев] дятлы ползали — стуком кажут они путь к реке; соловьи веселыми песнями возвещают рассвет. Говорит Гзак Кончаку: «Если сокол к гнезду летит, расстреляем соколенка своими золочеными стрелами». Говорит Кончак Гзе: «Если сокол к гнезду летит, а мы соколенка опутаем прекрасною девицею». И сказал Гзак Кончаку: «Если опутаем его прекрасной девицею, не будет у нас ни соколенка, ни прекрасной девицы, и станут бить нас птицы [даже] в степи Половецкой». Сказал Боян: «Тяжко тебе, голова, без плеч, беда тебе, телу, без головы», [так и] Русской земле без Игоря. [Как] солнце светит на небе, так Игорь-князь в Русской земле. Девицы поют на Дунае, вьются [их] голоса через море до Киева. Игорь едет1 [уже] по Боричеву к святой Богородице Пирогощей. Страны рады, города веселы. Певши песни старым князьям, потом и молодым [надо] петь: слава Игорю Святославичу, буйному туру Всеволоду, Владимиру Игоревичу! [Будьте] здоровы, князья и дружина, борясь за христиан против поганых полков! Слава князьям и дружине! Аминь. 41. БОРЬБА ГАЛИЦКИХ КНЯЗЕЙ С БОЯРАМИ По «Ипатьевской летописи» ВЫСТУПЛЕНИЕ ГАЛИЧАН ПРОТИВ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА В лето 6696 К Князящу Володимеру2 в Галичкой земли, и бе бо любезнив питию многому, и думы не любяшеть с мужми своими; и поя3 у попа жену и постави собе жену, и родися у нея два сына. Роман же Володимерьскый 4 Мьстиславичь сватася с ним, и да дщерь свою за сына его за старейшего: се увидав Роман, ажь мужи галичькии не добро живуть с князем своимь, про его насилье, зане5, где улюбив жену, или чью дочерь, пойма- шеть насильемь. Роман же слашеть без опаса к мужем галичь- ким, подътыкая 6 их на князя своего, да быша его выгнале из отчины своея, а самого быша прияли на княжение. Мужи же галичкыи приимше съвёт Романов, совокупивше полкы своя и утвердившеся крестом 7 и воссташа на князь свой, и не смеша его изымати, ни убити, зане не вси бяхуть в думе той, бояху бо ся приятелев Володимеревых, и сице 8 сдумавше послаша ко князю своему: «княже! мы не на тя востале есмы, но не хочемь кланятися попадьи, а хочемь ю9 убити, а ты где хощешь ту за тя поимемь 10». И се рекоша ведаючи, ажь ему не пустити попадьи, но абы им 1 В лето 6696 — в 1188 г. 2 Володимеру — князь Владимир, сын князя Ярослава Осмомысла. 3 Поя — взял. 4 Володимерьскый — князь Владимиро- Волынокий. б Зане — потому что. 6 Подътыкая — поднимая. 7 Утвердившеся крестом — укрепив свой союз клятвою. 8 Сице — так. 9Ю — ее. 10 За тя поимемь — возьмем за тебя (замуж). 108
како прогнати его и сим ему пригрозиша. Он же убоявъся, поймав злато и сребро много с дружиною, и жену свою поимя, и два сына и еха во Угры ! ко королеви. Галичане же Романову Фе- деру2 отнята у Володимера, — послышася по Романа. КНЯЗЬ ДАНИИЛ И БОЯРЕ В лето 67483. Бояре же галичьстии Данила 4 князем собе на- зываху, а саме всю землю держаху; Доброслав же вокняжилъся бе и Судьич, попов внук, и грабяше все землю, и въшед во Бакотуб все Понизье6 прия 7 без княжа повеления; Григорья же Васильевичь собе горную страну8 Перемышльскую мышляше одержати; и бысть мятежь велик в земле и грабежь от них. Данил же, уведав, посла Якова столника своего с великою жалостью ко Доброславу, глаголя к нимь: «Князь вашь аз есмь, поведения моего не творите, землю грабите; черниговьских бояр не велех та, Доброславе, приимати, но дати волости галичким, а Коло- мыйскюю соль отлучити на мя9», оному же рекшу: «Да будеть тако». Во тъ же час Якову седящу у него 10, приидоста Лазорь Домажиречь и Ивор Молибожичь, два безаконьника, от племени смердья, и поклонистася ему до земле; Якову же удивившуся и прашавшу вины п про что поклонистася, Доброславу же рекшу: «вдах има Колымою»; Якову же рекшу ему: «како можеши бес повеления княжа отдати ю 12 сима, яко велиции князя держать сию Коломыю на роздавание оружьником; си бо еста не достойна ни Вотьнина 13 держати». Он же усмеявься рече: «то что могу же глаголати?». Яков же приехав вся си сказа князю Да- нилови. Данил же скорбяше и моляшеся богу о отчине своей, яко нечестивым сим держати ю и обладати ю. И малу же времени минувшу приела Доброслав на Григоря 14, река: «яко неверен ти есть», противляшеся ему, а сам хотяше всю землю одержати. Свадивьшеся 15 сами и приехаша с великою гардынею, едучю Доброславу во одиной сорочьце, гордящу, ни на землю смотрящю, галичаном же текущим у стремени его; Данилови же видящу и Василкови 16 гордость его, болшую вражду на нь воздвигнуста. Доброславу же и Григорю обоим ловящим на ся, слышав же Данил речи их, яко попы суть льсти, и не хотять по воли его хо- дити, и власть его иному предати, сомыслив же со братом, по- нужи же видя безаконие их, и повеле его изоимати. 1 Во Угры— в Венгрию. 2 Федеру — Феодору, дочь князя Романа Мсти- славича, бывшую замужем за сыном князя Владимира Ярославича. 3 В лето 6748 — в 1240 г. * Данила — кн. Даниила Романовича. 5 Бакоту — город. 6 Понизье — низменная часть Галиции по Днестру. 7 Прия — взял. 8 Горную страну — предгорье Карпат. 9 Коломыйскую соль отлучити на мя, т. е. оставить за князем места добычи соли в Коломые. ,0 Якову седящу у него — когда Яков был у Доброслава. п Вины — причины. 12 /О — ее, т. е. Коломыю. 13 Вотьнино — село в Галицком княжестве. u Приела... на Григоря — прислал с доносом на Григория. 15 Свадивьшеся — рассорившись. 16 Василкови — Василько, брат князя Даниила. 109
БОРЬБА ГАЛИЦКИХ КНЯЗЕЙ С БОЯРАМИ (Перевод) ВЫСТУПЛЕНИЕ ГАЛИЧАН ПРОТИВ КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА В 1188 году Владимир княжил в Галицкой земле. Он был склонен много пить и не любил советов со своими мужами. Он отнял у попа жену, сделал ее своею женою, и родилось у нее два сына. Князь Владимирский, Роман Мстиславич породнился с ним и отдал свою дочь за его старшего сына. И вот Роман узнал, что мужи галицкие нехорошо живут с князем своим, узнал про его насилья: чья бы жена или дочь ни полюбилась ему, он силою брал их. Роман послал потихоньку к галицким мужам, поднимая их на князя, чтобы они выгнали его из его отчины, а приняли на княженье самого Романа. Галицкие мужи приняли предложение Романа, соединили свои полки и, утвердив свой союз клятвою, восстали на своего князя, но не смели ни взять его, ни убить, так как не все были в заговоре: они боялись сторонников Владимира. И надумав так, они послали [сказать] своему князю: «Князь! Мы восстали не на тебя, но не хотим кланяться попадье, а хотим ее убить. А кого ты хочешь, мы возьмем за тебя». Они сказали так, зная, что ему не отпустить попадьи; но пригрозили ему так, чтобы как-нибудь прогнать его. Он же испугался. Взял много золота и серебра и поехал с дружиною в Венгрию к королю; взял и свою жену, и двух сыновей. А галичане отобрали у Владимира Фео- дору Романовну и послали за Романом. КНЯЗЬ ДАНИИЛ И БОЯРЕ В 1240 г. галицкие бояре называли своим князем Даниила, но всю землю держали сами. Вокняжился Доброслав и Судьич, попов внук, и грабили всю землю; и, придя в Бакоту, взял он все Понизье без княжеского повеленья. А Григорий Васильевич думал захватить себе всю Перемышльскую горную страну. И было в земле великое смятение и грабеж от них. Узнав об этом, Даниил послал к Доброславу своего стольника Якова с большою скорбью сказать: «Я — ваш князь, вы не выполняете моих повелений, грабите землю; я велел тебе, Доброслав, не принимать черниговских бояр, но дать волости галицким, а Коломыйскую соль оставить за мной». Доброслав сказал: «пусть будет так». В тот же час, когда Яков сидел у него, пришли Лазарь Домажирич и Ивор Молибо- жич, два беззаконника, из смердов и поклонились ему в землю. Яков удивился и спросил о причине, почему они поклонились. Доброслав сказал: «Я дал им Коломыю». Яков же сказал ему: «Как ты можешь без княжьего повеления отдать ее им? Великие князья держат эту Колымыю ради раздач дружинникам; а эти недостойны и Вотьнина держать». Доброслав же усмехнулся и сказал: «Что же могу я сказать?» Приехав, Яков все рассказал 110
князю Даниилу. Даниил же скорбел и молился богу о своей отчине, о том, что эти нечестивцы держат и обладают ею. Не много минуло времени, и Доброслав прислал [с доносом] на Григория, говоря: «он тебе неверен»; Доброслав хотел завладеть всею землею, а тот противился ему. Сами начав раздор, они приехали к князю с великою гордынею. Доброслав ехал в одной сорочке, гордясь, не смотря на землю, а галичане шли у стремени его. Даниил и Василько увидели его гордость и прониклись большою враждебностью к нему. А Доброслав и Григорий оба уличали друг друга. Услышал Даниил, что их речи полны обмана, что они не хотят по его воле ходить, а хотят передать его власть другому, и, пораздумав со своим братом, вынужденный их явным беззаконием, повелел их схватить. 42. ПОХВАЛА КНИГАМ Летопись сообщает, что Ярослав Мудрый любил читать книги и заботился об их переписке. Рассказывая об этом, летописец пишет «похвалу» книжному чтению, которая показывает, как высоко ценилось в Киевской Руси образование. Печатается по книге «Повесть временных лет», под ред. В. А. Адриановой-Перетц, часть 1-я. М. —Л. 1950, стр. 102—103 и 302—303. Печатается с сокращениями церковных цитат. Заложи Ярослав город великый, у него же града суть Златая врата1; заложи же и церковь святыя Софья2, митрополью, и посемь церковь на Золотых воротех святыя Богородица благовещенье, посемь святаго Георгия манастырь и святыя Ирины. И при семь нача вера хрестьяньска плодитися и раширяти, и черно- ризьци почаша множитися, и манастыреве починаху быти. И бе Ярослав любя церковныя уставы, попы любяше по велику, излиха же черноризьце, и книгам прилежа, и почитая е часто в нощи и в дне. И собра писце многы и прекладаше от грек на словеньское писмо. И списаша книгы многы, ими же поучащеся вернии людье наслажаются ученья божественаго. Яко же бо се некто землю разореть3, другый же насееть, ини же пожинають и ядять пищю бескудну — тако и сь. Отець бо сего Володимер землю взора и умягчи, рекше крещеньем просветив. Сь же насея книжными сло- весы сердца верных людий; а мы пожинаем, ученье приемлюще книжное. Велика бо бываеть полза от ученья книжного; книгами бо ка- жеми и учими есмы пути покаянью, мудрость бо обретаем и въздер- жанье от словес книжных. Се бо суть рекы, напаяюще вселеную, се суть исходищя мудрости; книгам бо есть неищетная глубина: сими бо в печали утешаеми есмы; си суть узда въздержанью... Ярослав же сей, якоже рекохом, любим бе книгам, и многы написав положи в святей Софьи церкви, юже созда сам. Украси ю златомь и сребромь и сосуды церковными. 1 Златая врата — Золотые ворота в Киеве. 2 Софья — Софийский собор в Киеве. 3 Разореть — распашет. 111
ПОХВАЛА КНИГАМ (Перевод) Заложил Ярослав город большой, у которого сейчас Золотые ворота, заложил и церковь святой Софии, митрополию, и затем церковь святой Богородицы благовещения на Золотых воротах, затем монастырь святого Георгия и святой Ирины. При нем начала вера христианская плодиться и распространяться, и черноризцы стали множиться, и монастыри появляться. Любил Ярослав церковные уставы, попов очень жаловал, особенно же черноризцев, и к книгам проявлял усердие, часто читая их и ночью и днем. И собрал книгописцев множество, которые переводили с греческого на славянский язык. И написали они много книг, по которым верующие люди учатся и наслаждаются учением божественным. Как бывает, что один землю распашет, другой же засеет, а третьи пожинают и едят пищу неоскудевающую, так и здесь. Отец ведь его Владимир землю вспахал и размягчил, то- есть крещением просветил. Этот же засеял книжными словами сердца верующих людей, а мы пожинаем, учение получая книжное. Велика ведь бывает польза от учения книжного; книги наставляют и научают нас пути покаяния, ибо мудрость обретаем и воздержание в словах книжных. Это — реки, напояющие вселенную, это источники мудрости, в книгах ведь неизмеримая глубина; ими мы в печали утешаемся; они — узда воздержания... Ярослав же этот, как мы сказали, любил книги и, много их переписав, положил в церкви святой Софии, которую создал сам. Украсил он ее золотом, серебром и сосудами церковными.
Глава IV ЗАКАВКАЗЬЕ В XII — XIII ВЕКАХ 43. БАСИЛИ. ЦАРИЦА ТАМАРА Помещаемые здесь отрывки взяты из труда древнего грузинского исто* рика Басили «Жизнь царицы цариц Тамары». Басили, выполняя заказ господствующего класса, идеализировал деятельность этой царицы; однако фактический материал, даваемый Басили, представляет историческую ценность. Жизнь Тамары, написанная Басили, была включена в хронику царя Вахтанга (начало XVIII в.) «Картлис цховреба» (Жизнь Грузии). Отрывки из труда Басили приводятся в переводе В. Дондуа по книге «Памятники эпохи Руставели», 1938. ЦАРИЦА ТАМАРА Воссела волею божьею Тамара, дочь царя царей Георгия \ сына Дмитрия, сына великого Давида 2, рожденная от жены Георгия Бурдухан, дочери осетинского царя, той, которая превосходила всех добродетельных женщин во всех отношениях, кроме того, что она была матерью Тамары, другой ей подобной женщины в те времена не видела страна грузин, — она достойна того, чтобы потомки чтили ее... С каждым днем все успешнее шли дела Тамары, в зависимости от того, что управление государством делалось еще мудрее и еще правильнее. Но лев по когтям узнается,0 а Тамара — по делам: кто пожелает знать, пусть посмотрит города, крепости и области, принадлежавшие султанам, ею взятые, границы, вдвое ею расширенные против тех, которые она, воцарившись, застала как крайние пределы царства, — и ищущий правды о делах Тамары уже по этому одному узнает ее. Затем, пусть узнает он о дани, наложенной ею 1 Георгий — отец Тамары, царь Георгий III, правил в Грузии в 1156— 1184 гг. 2 Великий Давид —цел Тамары, грузинский царь Давид Строитель, или Возобновитель, правил в 1089—1125 гг. 8 Хрестоматия по истории СССР» т. I 113
на земли, раскинутые от Грузии до Ирака и на стороне Багдада — до Марги. И, наконец, достаточно видеть самого халифа* напуганного нашим войском и молящегося, усевшись, Мохмеду о пощаде. ВОЙНА С ПЕРСАМИ И еще счастливее стала страна, как ввиду накопленных всяких земных благ, так и в силу побед, которые одерживали войска. Начали они со всех сторон грабить Персию, и одерживались изумительные победы: владетели крепостей по первому же приказу очищали крепости. Каждый грузин стал богат пленными и иной добычей. А из неприя/елей, кто спаслись, укрывались, как лисицы, и заползали, как кроты, в землю. Персы со всех сторон, были стеснены, бессилие овладевало ими, и только одну надежду обрели они на жизнь, именно надежду смертью спасти себя. Поэтому, сговорившись, собрались они, перекрасили одежды и лица, явились к халифу !, дали ему знать о своей беде и стали просить повелеть всей Персии помочь им. Это и сделал халиф: открыл древние сокровищницы и тайно разослал людей по всей Персии, дал им неисчислимое золото, чтобы собрали со всех стран Персии как можно больше войска. И повелел, чтобы, из каких княжеств персидских отряды не выступили, напасть на эти княжества и опустошить. Это так и случилось. Стали стекаться войска, устремляясь вверх в нашу страну, на- • чиная с Ром-Гуро 2 и Индии и ниже лежащих областей до Самарканда и Дарубанда. Собралось их столько, что не было ни числа им, ни возможности уместиться в одной стране. Собрались в Адарбадагане3, и тогда только обнаружились их враждебные нам намерения. Обо всем этом дошло до слуха Тамары. Призвала всех вази- ров 4 своих, и начался совет. Велела Антонию Чкондидели5 не грубо, но и не женски безвольно так: «Спешите написать и распространите указ, чтобы немедленно собралось войско, и затем сообщите во все церкви и монастыри, чтобы повсеместно совершались всенощные бдения и литии6. И пошлите побольше де^нег и все потребное для нищих, чтобы они нашли время для моления и бога умилостивили и не говорили: «Где бог их?». Это повелела, и веление стало делом. На протяжении десяти дней, как стая соколов, прилетели все воины со всех сторон, полные радости, которые еле сдерживали себя. Собрались в Сохмети. Явилась и Тамара. Узрела их. Она тоже оставалась несколько 1 Халиф — высшее духовное лицо в Багдаде. 2 Ром-Гуро — город Ромгур в Хорасане [в Иране.] 3 Адарбадаган — иранский Азербайджан. 4 Вазир — визирь. б Чкондидели — Мартвильский епископ и первый визирь Грузии. 6 Лития — одна из церковных служб. 114
дней, чтобы принять участие в молебствиях. Потом сказала им: «Братья мои, пусть не затрепещут от страха сердца ваши, если их такое множество, а вас — мало, потому что с нами бог. Вам приходилось слышать о Гедеоне и о трехстах его воинах и о бесчисленном множестве мадиамитян, им истребленных; также и о лагере ассирийцев, который молитвой Иезекииля в одну минуту погиб. Только одному богу доверьтесь, сердца свои правдой крепите перед ним и упование бесконечное имейте на крест Христа...» Вступили они в пределы их страны и увидели неприятельские силы, которые стояли между Гандзой 1 и Шамхором2, численно превосходившие счет, как саранча. Сразу же сошли все с коней, поклонились богу и помолились перед святым крестом со слезами и, как орлы, устремились и, как тигры, ударили неприятеля. При первой же схватке их отряд, в десять колонн построенный, расстроили и пустили в ход оружие свое и силу божью и, как мышей, истребляли и, как кур, ловили великих их амиров, багдадских и мосульских, африканских и иракских, адарбадаганских и иранских и иных, прибывших из многих других йест, откуда у противника были вспомогательные отряды, как, скажем, отряд палачей из Индии. За бороды привадили их к царю Давиду3. Видна была великая, дивная и чрезмерная помощь божья, потому что неприятели сами приносили свои товары и сами пригоняли навьюченных верблюдов и мулов и сами несли караульную службу у добычи и у пленных, у них же захваченных... Так, щедро осыпанные милостями бога, достигли Гандзы. Вышли им навстречу горожане, стали просить себе мира и, по собственной воле, жертвовали город. Ввели Давида во дворец, посадили на трон султанов, забил султанский панджанобат4, и, угощаясь свининой, большой пир справили... Когда прошло немного дней, направились к себе, в Грузию, войска, испытывая великую радость по поводу этой олимпийской победы, достойной гораздо более высокой похвалы, чем победа, которую одержал Александр над Дарием. Когда приблизились к Тбилиси, навстречу им выступила и Тамара, потому что баргис Тмогвели успел явиться к ней в качестве вестника. Радовалась и благодарила бога, спрашивала о здоровье каждого из прибывших, рассматривая их, как собственных детей. И они радовались, видя ее. Все поля вокруг Тбилиси были запружены собравшимися и больше не могли уместить людей, лошадей, мулов и верблюдов. Так веллко было число пленных, что завозили их в город и продавали за деревянную мерку муки... 1 Гандза — город в Грузии, которым владели султаны — сельджуки. 2 Шамхор — город в Грузии. 3 Давид — Давид Сослан, второй муж Тамары. 4 Панджанобат — оркестр из пяти военных музыкальных инструментов. * 115
Привезли торжественно Тамару и, принесши ей в дар добычу, привели на вассальный поклон ей всех главарей Персии. ' Затем сами тоже поклонились ей и поздравили с счастливым царствованием, богом дарованным. После этого вступили в город, и каждый стал делать царице приношения в виде золота и украшений и утвари, ему доставшихся, драгоценных камней и жемчугов бесценных, кольчуг, шлемов, сабель испытанных, разноцветных златотканных тканей и одеяний драгоценных, коней и мулов, золотых ожерелий, унизанных драгоценными камнями и жемчугами, благовоний различных алойных деревьев, грузов, привезенных в медных сосудах. Дарить стали все, все равно, из какой бы части царства они ни происходили, начиная от крепости Анакопии и до крепости Гулистан. Сепы! азнауров переполнились отборными пленниками и все сокровищницы — золотом, как землей, индийскими камнями и драгоценными жемчугами. Но в результате всего этого возгордилось ли сердце Тамары?... Наполняла пригоршни просивших и подолы нищим, просившим милостыни, обогащала учреждения, имевшие попечение о Церквах, вдовах и сиротах, нищих и, вообще, о всех нуждавшихся... Каждый трудился над своим делом, чтобы заслужить благодарность Тамары, и таких она тоже выдвигала на видное место за похвальные дела. Порубежники, какие были на службе, ночи сравняли с днями, трудясь без отдыха, и кто были внутри царства просились на границы. Убывали силы мухаммедан, и тимпан2 их тоже оставался без человека, кто бьет в него, и органы христиан звучали, оглашая землю от края до края... Так как это причиняло душевную боль румскому султану, сыну Чараслана, Нукардину3, он с коварством заявлял о своей мнимой любви и присылал послов беспрестанно ради мира и много прекрасных даров. То же делала Тамара, взамен посылала с дарами послов. Но он скрывал коварство и, прикрываясь клятвами верности, стремился изучить наше царство. С этой целью открыл сокровищницы отцов и дедов и высыпал золото неисчислимое и стал рассылать его с целью набрать войско и давал указания, чтобы выставили отряды, вдвое большие против положенного. И послал на границы своего государства и начал собирать войско и не оставил в здешних странах никого, кроме женщин, — так вооружил всех. А сам поспешил и прибыл к туркам, называемым уджами, которые в бою мужественны, а по количеству многочисленны, как 1 Сепы— усадьбы. 2 Тимпан — музыкальный инструмент, род ручных литавр. 3 Или Рукн-эд-дину, сельджукскому султану. 116
саранча или муравьи. Им дал много золота, да еще большие подарки, так что у них собрал сто тысяч вооруженных... Тогда отправил посла к Тамаре с посланием. Когда вручили послание Тамаре и прочли его, она не проявила ни малейшей поспешности... И указы ее и послания распространялись со скоростью ветра через гонцов. И в немного дней собрались воины, подобные тиграм по ловкости и подобные львам по смелости... Когда наши войска прибыли в страну Басиани !,— там стоял лагерем султан, — и когда приблизились к лагерю султана, увидели, что неприятель расположился привольно и у султана не были поставлены караульные. Там построили грузины отряд и немного поторопили коней и направились на неприятеля. А когда увидели персы, что наши легким движением надвигались, — бросили свое становище и обратились в укрепление, потому что бог навел на них великий ужас. А христиане, когда увидели перед собою бегущих, кинулись и не дали бежать, а окружили. И дал бог им в руки неприятеля, и тогда можно было видеть удивительное дело, потому что побежденные сами же связывали тех из своих, которые избегли острия меча. Более значительное у них лицо связывалось своим же соратником, менее значительным, и более знатное у них лицо приволакивалось, привязанное к лошадиному хвосту, и одной веревкой одним человеком связывалось по двадцати человек и привязывались один к другому за волосы; маленьким мальчиком приводились лучшие из бойцов, как козлята. Исследовали все места и бежавших убивали, а остальных, как цыплят, собирали; несметное число их отпустили, так как на сто персов едва ли приходился один христианин, который бы взял их... А когда все это совершилось, бросились к их пожиткам, богатейшей добыче, такой, что не было возможности ни обозреть, ни счесть золотой и серебряной посуды и тканей — были и золотая посуда для питья, усеянная камнями, блюда и блюдца, наряду с кувшинами и котлами, совершенно полными неоценимой по богатству добычей. А число лошадей, мулов и верблюдов и число палаток и ковров, которые побросали, кто бы определил? 2 К тому времени горожане разукрасили Тбилиси, и вступили туда Тамара и Давид, расстилая лучи, как ореол солнца, и внесли знамя Нукардина... Теперь снова наполнились все царские сокровищницы золотом и золотой утварью, потому что, как землей, посыпали побежденные царицу золотом, а драгоценные камни мерами ссыпали в казну, а греческой работы златотканные изделия и прочие редкостные ткани, как какие-нибудь негодные одежды, без счета 1 В страну Басиани — эта область находилась в районе современного Эрзерума. 2 Басианское сражение произошло в 1204 г. 117
нагромождали. А серебряная утварь более не была в почете в царских палатах, потому что все, что ставилось на стол, было из золота и хрусталя, украшенное индийскими камнями, то, чем царица наполнила все церкви, которым принесла в дар на предмет совершения святых таинств, и набила руки всем просящим и насытила всех нищих и щедро наполнила им подолы... 44. ШОТА РУСТАВЕЛИ. „ВИТЯЗЬ В ТИГРОВОЙ ШКУРЕ" В XI—XII вв. культура Грузии достигла высокой степени процветания, особенно в правление царицы Тамары (1184—1212). В это время выдвинулось много поэтических талантов, самым ярким из них был Шота Руставели. Он знал греческий, персидский и арабский языки. В своей знаменитой поэме «Витязь в тигровой шкуре» Руставели проповедует идеи гуманизма, патриотизма. Отрывки из поэмы Шота Руставели приводятся в переводе Г. Цагарели. ПОБЕДА ТАРИЭЛЯ НАД РАМАЗОМ, ЦАРЕМ ХАТАВОВ Думая заманить Тариэля в засаду, царь Рамаз притворно просил у него мира и звал прийти «без ратной силы». Тариэль взял с собой 300 отборных воинов и приказал остальному войску следовать за собою и быть готовым подать помощь. Перебежчик-хатав предупредил Тариэля, что царь готовится к бою. Тариэль отвечает гонцу Рамаза: «Коварство ваше стало нам известно. Взять врасплох войска индусов, знайте, не удастся вам! Лучше выступить открыто и в бою сразиться честно. Мы готовы: наши руки к верным тянутся мечам!» Лишь гонец к своим вернулся, царь отряды двинул сразу, Давши дымовым сигналом к нападению приказ. Тронулись, ряды смыкая, по степи войска Рамаза, Но и с двух сторон напавши, не смогли осилить нас! 1 Взял копье у копьеносца, защитил лицо забралом. Жажда мести в гущу боя яростно влекла меня. Путь расчистивши на стадий, истребил врагов немало. Но не дрогнул неприятель, стойко ратный строй храня. «Он безумец!» — доносились до меня хатавов крики. В полчище врагов врубившись, встречных гибели обрек. Всадника с конем повергнул, но переломалась пика, Я — за меч. Хвала и слава отточившему клинок! 1 Рассказ идет от имени Тариэля. 118
Скопище врагов рассеяв, словно ястреб стаю птичью, Из людей и павших коней громоздил за валом вал. Гладышем крутился каждый, став кровавою добычей. Два передовых отряда я разбил и разогнал. Но ряды смыкались снова, и, на них кидаясь яро, Насмерть поражал я дерзких и врагов в^крови купал. Как хурджин 1, с седла свисали рассеченные ударом, И, куда ни устремлялся, враг дорогу уступал. С вражьей стороны раздался клич дозорных на закате: «Отступать! Отбой! Мы стали ненавистны небесам! Пыль вздымая облаками, движутся индусов рати, Сокрушая все преграды, мчатся вихрем. Горе нам!» То на помощь поспешали воинов моих колонны, Что в пути не отдыхали ни полночный час, ни днем. Шли, заполнивши равнины и хребтов покрывши склоны. Гул литавров доносился, словно нараставший гром. Отступал Рамаз разбитый, и за ним погоней конной Мы скакали, утоляя боевой горячий пыл. Сбросил я с коня Рамаза, выбил меч, с мечом скрещенный, И властителя хатавов одолел и полонил. Подоспевшая дружина настигала толпы вражьи, Всадников с коней сшибая, перехватывала путь. Трепетавших в страхе пленных поручив надежной страже, Я соратникам позволил на привале отдохнуть. И, когда остыл, внезапно боль почувствовал от раны. И меня все величали, как бесстрашного вождя, Неумолчные хваленья возносили мощи бранной, Слов, чтоб оценить достойно, для нее не находя. Почести мне оказали, величая за удачу. И, меня лобзая, шумно славили победы час, Воспитатели-вельможи шли ко мне, в восторге плача, Нанесенным мною ранам, как диковине, дивясь. Я послал свою дружину в край врага для сбора дани, И она пришла с добычей, ратной славою горда. Тех, кто жаждал нашей крови, предал казни на поляне, Без сраженья и осады нам сдавались города. 1 Хурджин — переметная сума из ковровой ткани. 119
БЕСЕДА АВТАНДИЛА С ШЕРМАДИНОМ ПЕРЕД ТАЙНЫМ ОТЪЕЗДОМ Автандил солнцеподобный вел беседу с Шермадином: «Вновь полно надеждой сердце после стольких дней невзгод. Верю, что опорой крепкой остаешься господину!» Пусть читатель в их беседе поученье обретет. «Ростеван стоит на том же — глух к моим мольбам доныне, Мысли он не допускает, чтобы я уехать мог. Мне не жить без Тариэля ни у вас, ни на чужбине. Недостойного поступка не простит всевышний бог! Верность другу в испытаньях для меня неколебима. Кто двуличен и уклончив, повергает в гнев творца, Разлучен я с побратимом, и душа неутолима, О покинутом рыдает и томится без конца. Вот пути, чтоб в сердце друга не угасло дружбы пламя: Первый — быть с ним неразлучно, следовать за ним всегда, Путь второй — презрев богатства, радовать его дарами, Третий — быть опорой другу в час, когда грозит беда. Тариэль такого братства дал мне лучшие уроки. Мой черед пришел. Несчастий не кляну, останусь нем. Не приду на помощь брату, пусть наказан буду роком! Вероломен мир проклятый, не разгаданный никем!.. Но пора кончать беседу и сомкнуть уста в молчанье, Остается выход в бегстве, тяжек мой удел земной. О, внемли же, оставаясь сопричастником страданья, Укрепи дела и мысли, заповеданные мной! Пребывай земным владыкам нерушимою оградой, В доблести и благородстве прояви себя вполне. Охраняй мой дом и землю, будь водителем отрядов, В прошлом преданный, отныне стань мне преданным вдвойне! Вспоминай меня, любовью радовать всегда готовый. Что враги тому, кто принял одиночество в удел?! Стойким должен быть мужчина, не сдавать в беде суровой, — Жалок тот, кто искушений пересилить не сумел. С грядки огурец, я знаю, снять неперезрелым надо. Мне принять за ближних гибель, все равно, что песню спеть. Если в путь направлен болнцем, как же здесь найду отраду? Дом покинув ради друга, как о друге не скорбеть?! 120
Повелителю Ростену передай мое посланье, Пусть тебя к себе приблизит, как питомца, возлюбя. Если не вернусь, противься сатанинскому желанью И оплачь меня, не смея смерти обрекать себя!» ЗАВЕЩАНИЕ АВТАНДИЛА ЦАРЮ РОСТЕВАНУ ПЕРЕД ТАЙНЫМ ОТЪЕЗДОМ Сел писать царю посланье о судьбе своей печальной: t «Властелин, запрет нарушивг должен тайно я уйти; Если друга не увижу, не вернусь с чужбины дальней. Милосердым будь и помощь мне пошли, как бог, в пути. Знаю, что мое решенье ты оценишь благосклонно. Мудрый, жертвуя собою ради друга, вечно жив. О, позволь тебе напомнить изречение Платона: «Вслед за телом губит душу, кто двуличен или лжив». Ложь — источник всех несчастий, если в сердце угнездится. Как скитальца позабуду! — Мне дороже брата он! Нам даны и светлый разум, и презрение провидца, Чтобы духом мы постигли мира горнего закон; Не кори, что поступаю против твоего веленья! Неразрывно связан с другом, словно в плен захвачен им, В поисках его любимой находя успокоенье, Где бы ни был, да останусь волею неколебим! Накажи меня, властитель, если в чем-нибудь не прав я! Неужели за проступок гневом буду я казним? Обманув доверье друга и себя предав бесславью, От стыда сгорю: ведь встречусь в запредельном мире с ним. Разделяя скорби ближних, мир пройдешь неуязвимым. Презираю человека, в ком предательство и ложь. Не могу быть вероломным с повелителем любимым! Тот не воин, кто к походу запоздал, скрывая дрожь! Разве муж, кто перед боем, в тыл бежав, трепещет, жалкий, И не может в час сраженья пересилить цепкий страх. Трус — не лучше старой бабы, просидевшей век у прялки! Лучше имя возвеличить, чем копить добро в ларях! бмерти не задержат тропы, ввысь ведущие по кручам! Слабого сравняет с сильным, погасив обоим взор, Даст загробное свиданье старцу с юношей могучим, Лучше гибель, но со славой, чем бесславных дней позор. 121
Тяжело тебе напомнить, но, властитель, как я скрою, Что грозит нам ежечасно смерть разящею рукой И мешает в час последний навсегда зарю со тьмою! Если не вернусь, то знайте, что обрел в земле покой. Не исчислены ни разу и никем мои богатства!.. Раздари их бесприютным и освободи рабов, Обеспечь сирот достатком, беднякам благоприятствуй, И меня добром помянут обретающие кров». СОВЕЩАНИЕ ФРИДОНА, АВТАНДИЛА И ТАРИЭЛЯ У КАДЖЕТСКОЙ КРЕПОСТИ В башне Каджетскон крепости томилась в заключении Нестан-Даре- джана. Гри героя — Фридон, Автандил и Тариэль — явились к стенам крепости, чтобы освободить Нестан-Дареджану. Говорит Фридон: «Надеюсь, согласитесь вы со мною: Крепость каджев малой ратью не осилить никогда; Хвастовство тут не поможет, трудно взять твердыню с бою, А чтоб взять ее измором, долгие нужны года. С детских лет я упражнялся, подражая акробату, И в прыжках через преграды изощрился я вполне. Я умел ходить бесстрашно по упругому канату, И ровесники горели тайной завистью ко мне. Кто из вас, бойцов, сумеет так нацелиться арканом, Чтобы на зубец ограды вскинуть крепкую петлю? — Путь откроется доступный, как тропинки по полянам, И, клянусь, во вражьем стане жажду мести утолю. Проберусь с щитом, в доспехах я над пропастью глухою, Со стены твердыни прыгнув, ринусь, словно вихрь степной, Разгромлю я караулы, настежь вам врата открою, — И тогда вы поспешите на сигнал мой боевой!» Автандил сказал: «Владыка! Твой клинок не знал позора, В львиных мышцах мощь былая, и не видно ран на них, Но совет невыполним твой! Обрати к твердыни взоры И прислушайся к немолчной перекличке часовых. Ведь они с постов дозорных звон услышат снаряженья, Рассекут канат, как только ты приблизишься к стенам; Все откроет неприятель и принудит к отступлению; Твой совет таит опасность, надо быть хитрее нам! 122
Лучше с войском терпеливо оставайтесь тут в засаде. Стража путника не тронет, — я представлюсь ей купцом, Облачусь в халат торговца и пройду один к ограде С мулом, тайно нагруженным и кольчугой, и мечом. Нам втроем входить не надо. Изберем мы путь обмана. Я купцом проникну в город — незамеченным пройду, Мигом облачусь в доспехи, грозным мстителем предстану И скрывать уже не стану затаенную вражду. С внутреннею стражей сам я быстро справлюсь в битве ярой. Вы к вратам тогда помчитесь, мне доверясь одному. Я открою вам их настежь для последнего удара... Вот, друзья, мое решенье! Будет лучшее — приму». Тариэль сказал: «Вы оба — безупречные герои! И кому дано из смертных превзойти отвагой вас?! Зря мечами не бряцая, оба жаждете вы боя, Но и вам товарищ третий будет нужен в грозный час. Тут я вам полезен буду для какого-либо дела. Битвы шум лишь донесется до возлюбленной, боюсь: С высоты она посмотрит и среди разящих смело Тариэля не увидит и подумает: «Он трус!». Мой совет сулит удачу — головой за то отвечу1 Каждый встань с отборной сотней, выступаем с трех сторон! Враг обманутый, подумав, что нас горсточка, навстречу Выйдет к нам и в первой схватке будет насмерть поражен. В бой вступив с врагами, быстро их охватим полукружьем. Пусть один ворвется в город, двое бросятся к стенам. Для последнего удара вам расчищу путь оружьем, В мощном натиске сметем их, лишь доверимся мечам!» Отвечал Фридон: «Я понял! Мудрость есть в твоем совете! Жаль, что подарил тебе я легконогого коня. Знал бы я, что пригодится он на подступах Каджети, Тариэль его едЪа ли получил бы у меня!» Молвил это, улыбнулся, и друзья повеселели! Было сказано немало мудрых и шутливых слов; Позабавили друг друга и, не забывая цели, Снаряжаясь, отобрали самых лучших скакунов. Скреплена отвага клятвой, возросла решимость вдвое, Тариэлю же за смелость от двоих друзей почет. Каждый взял по сотне конных, с каждым счастье боевое. Шлемы спрятали, и смело двинулись они вперед. 123
45. НИЗАМИ. „СОКРОВИЩНИЦА ТАЙН" Великий азербайджанский поэт Низами жил в XII веке (1141—1203 гг.). Он написал большое количество поэтических произведений, из которых наибольшую известность получил сборник из пяти поэм («Хамсэ»). Ниже печатается отрывок из поэмы Низами «Сокровищница тайн», по книге: Низами, Пять поэм. Редакторы Б. Э. Бертельс и В. В. Гольцев. 1946. РАССКАЗ О СТАРУХЕ И СУЛТАНЕ САНДЖАРЕ Старуха одна, в возмущенья пылу, Схватила султана Санджара 1 полу: «О, где же, султан, справедливость твоя? Тобой, что ни год, обижаема я. Забрался твой пьяный шахнэ2 под мой кров, Ногой мне в лицо надавал пинков, Избил, истоптал без вины меня он, За волосы выволок из дому вон, На людях ругал, поносил, как зверь, Насилья печать наложил на дверь. «Горбатая, эй, отвечай, — говорит, — Такой-то на улице кем был убит?» Убийцу ища, обыскал весь дом, — О, есть ли насилия больше в ком? Пьян сторож — смелеет и головорез... Будь трезвым, он в драку б с старухой не лез. Доход всей страны они топят в вине, Его на старух возмещая спине. Кто мирно на это бесчинство взирал, Мой стыд, а твою справедливость попрал. Избита, истерзана старая грудь, Осталось ли силы хоть сколько-нибудь? (Зправедливости если в тебе не найду,— В день Судный свой счет предъявлю я буду. 1 Санджар — последний султан из так называемых «великих» сельджуков (1118—1157), в XI веке покоривших большую часть стран бывшего арабского халифата. 2 Шахнэ — начальник, представитель власти султана. 124
Правосудья венца — я не вижу в тебе, Угнетенью конца — я не вижу в тебе. Царь должен народу поддержкою стать, А ты угнетаешь народ, как тать. Не стыдно ль кусок отнимать у сирот, Кто делает так, благороден ли тот? Великий вор мелкой поклажи старух, Стыдись трудовой этой пряжи старух. Ты — раб, хоть и в царское платье одет, — Какой же ты царь, раз приносишь вред? Царь всюду наводит в стране закон, Внимательно, с ласкою властвует он. Чтоб всяк на приказ его — голову клал, Чтоб дружбу его — в свою душу влагал. А ты, хоть поставил весь мир вверх дном, — Геройством каким отличился в нем? Держава ведь тюркская тем и сильна !f Что правит, любя правосудье, она. Обрушил ты стены жилья горожан, Ты вытряс зерно из колосьев дехкан 2. Но вычисли, — короток век земной, Смерть схватит и за крепостною стеной. Закон — как костёр, в темноте разложи. День нынешний с завтрашним ты подружи, Чтоб словом порадовал сердце старух, Чтоб слово старухи наполнило слух. От страждущих руку свою отведи, Иль стрелы проклятий застрянут в груди. Что рыщет по всем закоулкам рука, Беспечна к последним кускам бедняка? V * 1 Низами, как и большинство горожан этого времени, стоял на стороне сельджуков и относился враждебно к побежденной ими старой иранской аристократии. 2 Дехкан — в то время землевладелец, помещик, позднее этим термином стали обозначать крестьянина. 125
Ты миру был дан животворным ключем, Не ради неправды поставлен ты в нем. О шах, чтоб мучение раны смягчить, Ты пластырем должен ее залечить. Хвалить тебя — слабых обычай, а ты Обычай устрой из своей доброты. И оберегай, как святыню души, Двух-трех наилучших, укрытых в глуши». Санджар, Хорасаном 1 владевший, не внял Тем мудрым словам — и страну потерял. # И нет правосудья сейчас на земле, Ищи его лишь на Симурга крыле2. И стыд позабыт под окном голубым 3, И честь на земном этом шаре — как дым. Вставай, Низами, и заплачь от стыда, Плачь кровью над тем, кому кровь — как вода. 1 Хорасан — область в северо-восточном Иране; в то время к Хорасану обычно относили и часть теперешнего Афганистана. Низами в этой строке имеет в виду страшное поражение, нанесенное Санджару кочевниками, когда сам султан был ими взят в плен и уведен в степи. 2 Симург — легендарный царь птиц; его никто никогда не видал, иначе говоря, правосудие отлетело туда, где его найти невозможно. 3 Небосвод.
Глава V МОНГОЛЬСКИЕ ЗАВОЕВАНИЯ И ЗОЛОТАЯ ОРДА 46. „СОКРОВЕННОЕ СКАЗАНИЕ О ПОКОЛЕНИИ МОНГОЛОВ." ЛЕГЕНДЫ О ЧИНГИС-ХАНЕ «Сокровенное сказание» заключает в себе ряд сказаний о Чингис-хане, его детстве, войнах и завоеваниях. «Сказание» было написано около 1240 г. на монгольском языке и переведено также на китайский. Отрывки из «Сокровенного сказания» здесь взяты по переводу с китайского Палладия, из книги «Труды членов российской духовной миссии в Пекине», т. IV, 1866. ДЕТСКИЕ ГОДЫ ТЕМУЧИНА Когда раненый старик Чараха 1 лежал у себя дома, Темучжинь навестил его. Старик сказал ему: «Они увели с собой собранный отцом твоим народ и наших людей 2; когда я отговаривал их, они меня поранили». Темучжинь, заплакав, ушел. Хоэлунь3 сама села на коня и, приказав людям взять копья с кистями, во главе их отправилась в погоню; она остановила половину народа, но остановленная половина людей тоже не захотела оставаться; все ушли вслед за Дайичиут4. Когда братья Дайичиут покинули Хоэлунь с детьми, Хоэлунь, женщина чрезвычайно разумная, собирала плоды, да вырывала коренья и тем питала детей своих. В таких трудных обстоятельствах воспитанные ею дети подросли; все они имели признаки царского княжеского достоинства... Через несколько времени Дайичиут Кирилтух5 сказал: «Покинутые нами Темучжинь и другие дети с матерью, верно, теперь уже оперились, как птичьи птенцы, и подросли, подобно детенышам зверей». Взяв с собой товарищей, они поехали разузнать. Темучжинь с матерью, завидев приезд их, испугались; Белгутайб 1 Чараха — Чараха был ранен копьем в спину, когда он уговаривал людей Есугея, покойного отца Темучина, не покидать вдову Есугея и ее детей. 2 Наших людей — т. е. приобретенных, покоренных. 3 Хоэлунь — мать Темучина, вдова Есугея. 4 Дайичиут — название рода, представители которого первые покинули семью Есугея. б Кирилтух, или Тархутай Кирилтух, — вместе с братом Тодоянь-Гитре преследовал Темучина. 6 Белгутай — брат Темучина. 127
в густом лесу наломал деревьев и устроил засеку, а Хачигуня, Темугэ и Темулунь !, троих малых, спрятал в расщелине скалы; Хасар 2 перестреливался с Дайичиут; Дайичиут громко крикнули ему: «Нам надо только твоего старшего брата, Темучжиня, а других людей не надобно». Устрашенный тем Темучжинь сел на лошадь и пустился в горный лес: Дайичиут, заметив это, погнались за ним и преследовали до горы Тергуне. Темучжинь углубился в густой лес, а Дайичиут, не могши въехать туда же, окружили лес и стерегли. Темучжинь, пробыв в густом лесу трое суток, повел под уздцы лошадь и хотел выйти из леса, как седло с лошади упало на землю; обернувшись, он увидел, что шлея на груди и подпруга попрежнему застегнуты, и сказал: «Седло может спасть, хоть подпруга и застегнута; но когда нагрудная шлея застегнута, то как молено седлу самому упасть? Верно, само небо останавливает меня». Он воротился и еще прожил три дня. Потом, кЬгда хотел выйти, при выходе из густого леса упал большой белый камень, в виде юрты, и загородил путь. Темучжинь опять сказал: «Верно, небо останавливает меня». Он снова вернулся и еще провел три дня. Всего прожил он в лесу девять дней сряду, ничего не евши. Напоследок он сказал: «Неужели мне умереть таким образом без вести? Лучше выйти». Он взял нож, которым строгал стрелы, срезал им деревья, росшие подле заграждавшего выход камня, и ведя за собою лошадь, сошел с горы. Сторожившие тут люди Дайичиут тотчас схватили и увели его. Тархутай Кирилтух, поймав Темучжиня, объявил повеление • своему народу, чтобы в каждом стане Темучжиню жить сутки. Так переходил он из одного дома в другой до 16-го числа 4-й луны. В этот день Дайичиут устроили пир на берегу реки Онань. Когда по захождении солнца разошлись по домам, они приказали одному молодому и слабому парню стеречь Темучжиня. Темучжинь, видя, что все разошлись, ударил того парня краем своей колодки в голову и сшиб его с ног, а сам убежал; добежав до леса, что на берегу реки Онань, он внутри его прилег; но, опасаясь, что его здесь увидят, вошел в стремнину реки Онань и погрузился в воду телом, выставив наружу только лицо. Караульный, потерявший узника, громким голосом кричал: «Пойманный человек бежал!» На крик его разошедшиеся Дайичиут снова собрались и при свете луны, ясном, как днем, стали искать Темучжиня повсюду в лесу по берегу Онань. Сорханьшира, из рода Сулдусунь, проходя для обыска близ того места реки, где лежал Темучжинь, заметил его и сказал ему: «Вот за такую-то сметливость твою братья Дайичиут ненавидят и преследуют тебя. Будь осторожен и лежи так; я не донесу на тебя». Сказав это, он прошел мимо. 1 Хачигунь, Темугэ и Темулунь — Хачигунь и Темугэ — младшие братья Темучина, Темулунь — сестра. 2 Хасар — брат Темучина. 128
Когда Дайичиут, обыскивая на возвратном пути, толковали между собою, Сорханьшира сказал им: «Вы потеряли человека днем; а теперь, в темную ночь, как искать? Воротимся на прежнее место и обыщем места еще не осмотренные и разойдемся; а завтра снова соберемся для обыска. Куда уйдет этот человек с колодкой?» Во время возвратного поиска Сорханьшира снова проходил прежним местом и сказал Темучжиню: «Теперь мы кончили обыск и возвращаемся; завтра опять придем искать тебя; теперь, когда мы разойдемся, ты уходи и сыщи свою мать и братьев; если встретишь кого-нибудь, не говори, что я видел тебя». Сказав это, он ушел. Когда все разошлись, Темучжинь подумал про себя: «Намедни, когда приказано было стеречь меня по очереди в каждом становище, во время пребывания моего в доме Сорханьширы оба сына его, Чиньбо и Чилабунь, оказали ко мне сожаление: на ночь снимали с меня колодку и оставляли меня ночевать на свободе. Сегодня Сорханьшира заметил меня, однако ж не хотел сказать о том другим; не один раз был здесь и проходил мимо. Пойду к нему; наверно^ он спасет меня». Вследствие того он пошел вниз по реке Онань искать Сорханьширу. ПРОВОЗГЛАШЕНИЕ ТЕМУЧИНА ХАНОМ1 Алтань, Хучар и Сачабеки 2, посоветовавшись целым обществом, объявили Темучжиню: «Мы хотим провозгласить тебя царем. Когда ты будешь царем, то в битвах с многочисленными врагами мы будем передовыми, и если полоним прекрасных девиц и жен, да добрых коней, то будем отдавать их тебе. В облавах на зверей мы будем выступать прежде других и пойманных [нами] зверей будем отдавать тебе. Если мы в ратных боях преступим твои приказы или в спокойное время повредим делам твоим, то ты отними у нас жен и имущество и покинь нас в безлюдных пустынях». Так поклявшись, они провозгласили Темучжиня царем и нарекли его Чингисом. ПОЛКОВОДЦЫ ЧИНГИОХАНА В то время Чжамуха 3 был тоже у найманей4. Таянs спросил его: «Кто эти, преследующие наших, как волки, когда они гонятся за стадом овец до самой овчарни?» Чжамуха отвечал: «Это четыре пса моего Темучжиня, вскормленные человечьим мясом; он привязал их на железную цепь; у этих псов медные лбы, высе- 1 На предыдущих страницах «Сказания» рассказывалось о том, Как вокруг Темучина собирались представители различных монгольских родов. 2 Алтань, Хучар, Сачабеки — родственники Темучина: Алтань — двоюродный дядя, Хучар — двоюродный брат. Сачабеки — троюродный брат. 3 Чжамуха — друг Чингис-хана; в это время, поссорившись с ним (по «Сказанию»), вел с ним борьбу. 4 Наймани — монгольское племя. 5 Таян — хан найманей. 9 Хрестоматия по истории СССР, т. I 129
чейные зубы, шилообразные языки, Железные сердца. Вместо конской плетки у них кривые сабли. Они пьют росу, ездят по ветру; в боях пожирают человеческое мясо. Теперь они спущены с цепи; у них текут слюни; они радуются. Эти четыре пса: Чжэбе, Хуби- лай, Чжэлме и Субеэтай *». Таян сказал: «Коли так, то подальше от этих презренных людей». Он отступил и, поднявшись по горе, остановился. Потом он опять спросил: «Кто эти следующие затем отряды, похожие на жеребят, когда они, насосавшись молока, резвятся и бегают кругом своей матки?» Чжамуха отвечал: «Это два рода: Уруут и Манхут, которые убивают всех мужчин с копьем и мечом и снимают с них платье». Таян сказал: «Так удалимся еще подальше от этих презренных людей»; и он приказал еще подняться на гору и, остановившись, опять спросил Чжамуху: «Кто это позади, как голодный коршун, порывающийся вперед?» Чжамуха отвечал: «Это мой Темучжинь аньда 2, одетый с ног до головы в железную броню; он прилетел сюда, словно голодный коршун. Видишь ли его? Вы говорили прежде, что только дада 3 появится, так от него, как от барашка, не останется и копыт с кожей. Посмотри же теперь». Таян только проговорил: «Страшно!» и приказал еще подняться на гору. Он опять спросил: «Кто это позади со множеством ратников?» Чжамуха отвечал: «Это сын матери Хоэлунь, воспитанный человечьим мясом. Тело его в три человеческих роста; он съедает зараз трехгодовалого барана; одет в три железные брони и приехал на трех сильных быках. Он проглотит целого человека с луком и стрелами так, что тот не засядет у него в горле; съест целого человека, да еще не сыт. Когда он разгневается, то стрелою Анхуа 4, через гору, пронзит десять или двадцать человек; когда с ним станут драться, он метнет стрелу Коибур и, хоть через широкую степь, пронзает человека вместе с латами. Из большого лука он попадает за 900 шагов, из малого лука — за 500 шагов. Он не похож на обыкновенных людей, словно большой удав. Называется он Чжочихасар». Таян сказал: «Если так, то вместе поднимаемся на высокую гору». Потом опять спросил: «Кто тот, что позади всех?». Чжамуха отвечал: «Это самый младший сын Хоэлунь по имени Отчигинь. Он ленив; любит рано ложиться и поздно вставать; но в дружине ратников он никогда не опаздывал». Тогда Таян поднялся на вершину горы. 1 Чжэбе, Хубилай, Чоюэлме и Субеэтай — полководцы Чингис-хана. 2 Аньда — друг, названный брат. Сказание говорит о Темучине и Чжамухе: «Так-то случилось, что они дважды побратались. Темучжинь и Чжамуха толковали промеж себя: «Старые люди говаривали, что когда делаются аньда, то оба друга имеют как бы одну жизнь; один другого не покидает, и бывают они охраной жизни друг друга». 3 Дада — общее китайское название для кочевников монгольских степей; его применяли и к отдельным племенам, слово было усвоено и монголами. 4 Стрелою Анхуа — стрела Анхуа и, ниже, стрела Коибур — какие-то сказочные стрелы. 130
НАЗНАЧЕНИЯ И ПОЖАЛОВАНИЯ ЧИНГИС-ХАНА Когда Чингис собрал под свою власть народы разных улусов, то в год тигра 1 на вершине реки Онань он водрузил знамя с девятью белыми хвостами и воссел царем. Доблестного витязя Мухали он пожаловал князем; Чжэбе он повелел преследовать Бучулука 2; управил3 народами дада; кроме царских зятьев, пожаловал тысячниками 95 человек, трудившихся вместе с ним в созидании царства. Чингис сказал: «Раздав должности царским зятьям и 95 тысячникам, я награжу еще тех из них, которые отличались особенными заслугами». Он велел Шигихутуху4 позвать Бборчу, Мухали б и других. Шигихутуху сказал: «Заслуги Бборчу и Мухали больше чьих, что еще хочешь наградить их? Я, с малолетства принятый к тебе в дом, до полного возраста не отлучался от тебя: мои заслуги меньше чьих заслуг? Теперь чем ты наградишь меня?» Чингис сказал ему: «Ты сделался моим шестым братом и имеешь право на удел, равный уделам братьев. Избавляю тебя от наказания за 9 преступлений6. Теперь, когда я только что утвердил за собою все народы, ты будь моими ушами и очами. Никто да не противится тому, что ты скажешь. Тебе поручаю судить и карать по делам воровства и обманов; кто заслужит смерть, того казни смертью; кто заслужит наказание, с того взыскивай; дела по разделу имения у народа ты решай. Решенные дела записывай на черные дщицы, дабы после другие не изменяли...» Чингис сказал Хубилаю: «Ты усмирял крутых и непокорных; ты да Чжэлме, Чжэбе и Субеэтай словно четыре свирепых пса у меня; куда бы я ни посылал вас, вы крепкие камни разбивали в куски, скалы низвергали, глубокую воду останавливали; потому- то в битвах я велел вам быть впереди; четырем витязям: Бборчу, Мухали, Бброулу и Чилауню — быть за мной, а Чжурчэдаю и Хуилдару — стоять передо мной для того, чтобы сердце мое было спокойно. Теперь ты, Хубилай, во всех ратных делах и распоряжениях будь старшим...» Чингис сказал старику Усуню: «Усунь!.. Ты старший потомок Баалиня 7: тебе следует быть беком; будучи беком, езди на белой лошади, одевайся в белое платье и в обществе садись на высшее 1 В год тигра — в 1206 году. Монголы называли год именем какого-нибудь животного. 2 Бучулук — сын Таяна. 3 Управил — установил порядок среди народов. Фраза относится к самому Чингис-хану. 4 Шигихутуху — приемный сын Хоэлунь, брат Чингис-хана. «Когда войско Чингиса находилось в лагере татар, то подобрали в нем одного мальчика, который носил на носу золотое кольцо и набрюшник с золотыми кистями, подбитый соболем; его отдали матери (Темучина) Хоэлунь. Хоэлунь сказала: «Верно, он из какого-нибудь знатного дома». Дав ему имя Шигихутуху, она сделала его своим шестым сыном». Б Бборчу, Мухали — полководцы Чингис-хана. 6 За девять преступлений— т. е. Шигихутуху может быть наказан только тогда, когда совершит уже десятое преступление. 7 Старший потомок Баалиня — т. е. старший в роде Баалинь или Бааринь. ♦ 131
место; выбирай добрый год и луну 1 и, по рассуждении, да чтут2 и уважают...» Чингис сказал Сорханьшире: «В малолетстве моем, когда Тархутай Кирилтух с братьями рода Дайичиут изловили меня, ты с сыном своим скрыл меня у себя, велел дочери своей, Хадаань, прислуживать мне и отпустил меня; эту услугу вашу я день и ночь помнил; а вы поздно пришли ко мне от Дайичиут, и я теперь только могу наградить вас. Какой награды вы хотите?» Сорхань- шира и сын его отвечали: «Нам хотелось бы по воле ставить становища в Меркитской3 стране Селяньгэ; а еще чем наградить нас, то сам, царь, придумай». Чингис сказал: «Будь по-вашему; ставьте по воле становища в той стране; кроме того, пусть потомки ваши носят луки со стрелами 4, пьют по чашке вина и прощены будут за 9 преступлений». ГВАРДИЯ ЧИНГИС-ХАНА Когда люди, трудившиеся в созидании царства, были сделаны темниками, тысячниками и сотниками и получили награды, Чингис сказал: «Прежде у меня было только 80 человек ночной стражи и 70 охранной стражи саньбаньб. Ныне, когда небо повелело мне править всеми народами, для моей охранной стражи, саньбань, и других пусть наберут 10 000 человек из тем6, тысяч и сотен. Этих людей, которые будут находиться при моей особе, должно избрать из детей чиновных и свободного состояния лиц и избрать ловких, статных и крепких. Сын тысячника приведет с собой одного брата да десять человек товарищей; сын сотника возьмет с собой одного брата да пятерых товарищей; дети десятников и людей свободных возьмут по одному брату да по три товарища. Кони для десятерых товарищей сына тысячника будут собраны в его тысяче и сотнях вместе с конскою сбруею... Кто из тысячников, сотников, десятников и людей свободных воспротивится, тот, как виновный, подвергнется наказанию. Если избранный уклонится и не явится на ночную стражу, то на место его избрать другого, а его сослать в отдаленное место. Кто пожелает вступить в гвардию, тому никто не должен препятствовать». Тысячники и сотники, согласно воле Чингиса, произвели набор и увеличили прежнее число 80 человек ночной стражи до 800 человек. Чингис велел увеличить до тысячи человек и поставил над ними Екэнеуриня первым тысячником. 1 Выбирай добрый год и луну— т. е. благоприятный год и время месяца для всяких предприятий. 2 По рассуждении, да чтут — т. е. считаются с тем, как ты рассудишь. 3 Меркитской, меркиты — одно из монгольских племен. * Носят луки со стрелами — т. е. пусть будут потомки ваши «луконосцами». особой стражей при особе Чингис-хана. Б Саньбань — гвардия. 6 Тем; тьма— 10000 человек. 122
47. РАШИД-ЭД-ДИН. ВЗЯТИЕ ХОРЕЗМА Рашид-эд-дин (1247—1318 г.) был министром и придворным историком Гулагидских ханов. Отрывок о взятии Хорезма татарами взят из «Истории монголов» Рашид-эд-дина, «Труды Восточного отделения Археологического общества», т. XV, 1888. Чингис-хан, когда он освободился от завоевания Самарканда !, отправил Джебе, Субудая и Тукаджара 2 в погоню за султаном Мухаммедом Харезм-шахом по дороге Хорасанской и Иранской, а сам для отдыха и откормления лошадей остановился то лето в тех пределах3 в предположении, что потом лично отправится в погоню за султаном в Хорасан, и так как области Мавераннагрские4 были вполне покорены и подчинены, а другие стороны также были охраняемы и взяты во владение, то он хотел овладеть Харезмом, которого настоящее имя есть Кур- кендж, а монголы называют его Уркендж6, и который очутился в середине, подобно шатру с перерезанной веревкой. В то же время он назначил своих старших сыновей — Джучи, Джагатая и Угэдэя в Харезм с войском, в числе подобным песку степному и несметным, подобно новостям времени. Осенью того же года6 они направились с беками правого крыла7 в ту сторону... В один из дней внезапно несколько всадников из войска монгольского прискакали к воротам городским и направились отогнать скот. Сборище близоруких8 думало, что войско и есть эти несколько: толпа всадников и пеших обратилась на них. Монголы удалялись, точно добыча из сети, пока не дошли до увеселительного сада, находившегося в одном фарсанге9 от города. Боевые всадники вышли из засады за стенами, окружили горожан сзади и спереди и около ста тысяч человек 10 лишили жизни. Преследуя беглецов, они ворвались в город через ворота Хаилан и дошли до места, которое называют Небуре. Так как солнце склонялось к западу, чужеземное войско воротилось и ушло в поле. На другой день они опять обратились к городу... Среди тех событий царевичи Джучи, Джагатай и Угэдэй прибыли с храброй армией и в виде прогулки объехали кругом города, а потом остановились. Войска окружили, обступили и охватили город. Тогда отправили послов и приглашали жителей города к покорности и повиновению. Так как в окрестностях Харезма не 1 Самарканда — выше Рашид-эд-дин рассказывал о завоевании Отрара, Бенакета, Ходжента, Бухары и Самарканда. 2 Джебе, Субудай, Тукаджар — полководцы Чингис-хана. 3 В тех пределах-—т. е. в завоеванном краю. 4 Мавераннагр — область между реками Аму-Дарьей и Сыр-Дарьей. Б Уркендж— главный город Хорезма на нижнем течении Аму-Дарьи. 6 Того же года—1220 года. 7 Правого крыла — беки, князья делились на беков правого и левого крыла в связи с устройством войска. 8 Сборище близоруких — т. е. недальновидных горожан. 9 Фарсанг — около 5—6 километров. 10 Ста тысяч человек — явное преувеличение, по другим данным (Джувейни) — 1 000 человек. 133
было камней, то они рубили большие тутовые деревья и вместо камней из них устраивали метательные средства; как обычай их таков, они занимали со дня на день жителей города угрозами, обещаниями и стращаниями в переговорах, а по временам также перекидывались стрелами, пока не прибыли разом со всех сторон осадные толпы 1 и занялись со всех сторон работой. Они дали поведение, чтобы сначала засыпали ров: в течение десяти дней его совершенно засыпали. И условились отвести от них2 реку Джейхун3... По причине противоположности в характере и личных наклонностях обнаружилось несогласие между братьями Джучи и Джагатаем, и они не действовали один с другим. По причине несогласия и раздора их дело войны поколебалось... По этой причине харезмцы избили множество из войска монгольского... В этом дурном положении прошло семь месяцев, и город не был взят... В те дни, как он (Чингис-хан) начал осаду крепости 4, пришел посол от сыновей, находившихся в Харезме: он принес известие, что нельзя взять Харезма, что множество из войска погибло, и что одною из причин того есть несогласие Джучи и Джагатая. Чингис-хан, услышав эти слова, рассердился, велел принять начальство Угэдэю, который их младший брат, чтобы распоряжался ими со всем войском, и чтобы вели войну по его распоряжению. Он был известен и славен большим умом, совершенством и проницательностью. Когда прибыл посол и доставил предписание ярлыка, Угэдэй-Каан, сообразно приказу, принял дело. По разумности и хитрости он ходил ежедневно к братьям, обходился с ними ласково и дружелюбно и хорошим распоряжением восстановил мир между ними. Он прилежно занялся нужною службою, пока не привел в порядок дела войска и не утвердил ясу6. После того воины согласно занялись войною, и в тот же день они вознесли знамя на городскую стену и вошли в город. Горшками нефти они зажгли огонь в кварталах. Жители города нашли прибежище на путях и Сражались у улиц и кварталов. Монголы бились крепко, брали квартал за кварталом и дворец за дворцом, срывали и сожигали, пока взяли таким способом весь город в продолжение семи дней, выгнали жителей разом в поле, отделили около ста тысяч человек из ремесленников и искусников и отправили в восточные страны. Женщин, мужчин и мальчиков угнали в плен6, а остальных людей разделили воинам, чтобы они их предали смерти. Излагают, что на каждого воина досталось 24 человека, а число солдат превышало пятьдесят тысяч. Короче, всех перебили, а войска занялись грабежом и расхищением и одним разом разрушили остальные жилища и кварталы. 1 Осадные толпы — из жителей уже покоренных городов. 2 От них — от горожан Ургенча. 3 Джейхун — Аму-Дарья. 4 Крепости-— после взятия Самарканда Чингис-хан взял город Балх и осадил крепость Талекан. Б Ясу — здесь военный устав. 6 По Джувенни, увели в плен детей и молодых женщин, и это — правильнее. 134
48. ПОХОД БАТЫЯ НА РУСЬ Отрывки (№№ 48, 49) о нашествии Батыя на Русь взяты по «Никоновской летописи» — «Полное собрание русских летописей», т. X. В лето 6745 1. Тоя же зимы приидоша от восточныя страны на Рязаньскую землю, лесом, безбожнии татарове с царем Батыем и, пришедше, сташа первое станом ту Онузе, и взяша ю2 и по- жогша ю. И оттоле послаша послы своя, жену чародеицу и два мужа, с нею ко князем Рязаньским, просяще у них десятины во всем: в князех, и в людех, и в доспесех, и в конех. Князи же Рязаньстии Юрьи Иньгваровичь и брат его Олег, и Муромский и Проньския князи, не пустячи их к городу, выидоша противу им в Воронежь, и отвещаша им князи: «Коли нас не будеть, то все ваше будеть»... Послаша же князи Рязаньстии ко князю Юрью 3 Володимерьскому, просяще себе помощи, или бы и сам пошел; князь же Юрьи сам не иде, ни послуша князей Рязаньских молбы, но хоте сам особь сътворити брань... Рязаньстии, и Муромстии, и Пронстии изшедъше противу безбожных и сътвориша с ними брань, и бысть сечя зла, и одолеша безбожнии исмаилтяне4, и бежаша князи, кийждо во грады своя. Татарове же рассверепевше зело, наипаче начяша воевати землю Рязанскую с великою яростию и грады их разбивающе, и люди секуще, и жгуще, и пленующе. И приидоша окаяннии иноплеменницы под столный их град Рязань, и оступиша град их столный Рязань месяца декабря в 6 день и острогом оградиша его; князи же Рязанстии затворишася во граде с людми, и крепко бившеся и изнемогоша. Татарове же взяша град их Рязань того же месяца в 21, и пожогша весь, а князя Юрья Ингворовичя убиша, и княгиню его и иных князей побиша, а мужи их, жен, и детей... емше5, овых6 разсекаху мечи, а других стрелами состреляху и во огнь вметаху, а иныа емлюще7 вязаху, и груди возрезываху, и жолчь вымаху... Много же святых церквей огневи предаша, и монастыри и села пожгоша, и имение их поимаша. Потом же татарове поидоша на Коломну; князь же великий Юрьи Всеволодичь посла противу им сына своего князя Всеволода из Володимеря, и с ним князь Роман Ингваровичь Рязанский с силою своею, а воеводу своего Еремея Глебовичя послал князь велики Юрьи наперед в сторожех, и снястася 8 со Всеволодом и с Романом Ингворовичем у Коломны, и ту оступища их татарове, и бысть сечя зла зело, и прогнаша их к надолобом 9, и ту убиша князя Романа Ингворовичя Рязанского, а у Всеволода Юрьевичя воеводу его Еремея Глебовичя убиша, и иных много мужей побиша, а князь Всеволод в мале дружине прибеже в Володимерь. А татарове поидоша к Москве, и пришед взяша Москву, и воеводу 1 В лето 6745 — в 1237 году. 2 Ю — ее. 3 Юрью — князь Юрий Всеволодович. 4 Исмаилтяне — татары. 5 Емше — схвативши. 6 Овых— одних. 7 Емлюще — схватывая. 8 Снястася — собрались, сошлись. 9 К надолобом — укрепления перед городом. 135
их убиша Филипа Нянка, а великого князя Юрьева сына князя Володимера руками яша, а люди вся избиша от старость и до младенец, а иных в плен поведоша, и много имениа вземши оть- идоша. Князь велики же Юрьи Всеволодичь слышев то... и оставив себе место в Володимери со владыкою князя Всеволода и Мстислава 1 и воеводу своего Петра Ослядюковичя, а сам иде за Волгу за братаничи 2 своими: с Василком Констянтиновичем, и со Всеволодом Констянтиновичем, и с Володимером Констянтиновичем 3 и сташа стана на Сити4 жда к себе братью свою князя Ярослава Всеволодичя и князя Святослава Всеволодичя6 со воинствы их, а сам начя собирати воинство, а воеводьство приказа Жирославу Михаиловичю. А татарове в то время приидоша к Володимерю месяца февраля в 3 день, во вторник прежде мясопускъяныя недели6, на память святого Симеона богоприимца; володимерци же со князи своими и с воеводою Петром Ослядюковичем затворишася во граде. Татарове же приидоша к Златым воротом, водяще с собою княжичя Володимера, сына великого князя Юрья Всеволодичя, и начаша вопрошати, глаголюще сице: «Есть ли во граде князь велики Юрьи?» Володимерци же начаша стреляти на них. Они же реша: «Не стреляйте», и приидоша близъко вратом пока- заша имя княжичя их князя Володимера, сына Юрьева, глаголюще: «Знаете ли сего княжичя вашего?» Бе бо уныл лицем, и изнемогл бедою от нужа. Всеволод же и Мстислав стояша на Золотых воротех и познаста брата своего Володимера. О умиле- ное брата видение и слез достойно! Всеволод же и Мстислав з бояры своими и все гражане плакахуся, зряще Володимера. Татарове же отступивше от Златых врат, и объехаша весь град раз- смотряще, и сташа станы на Зремяны пред Златыми враты и около всего града, и бе многое множество их... Татарове же станы своя урядивше7 около Володимеря и шедъше взяша град Суздаль... Сведоша же множество полона в станы своя, и приидоша к Володимерю в суботу мясопускъную, и начаша лесы рядити и порокы 8 ставити от утра и до вечера, а на ночь огородиша тыном около всего города. Воутрии же видеша князи, и владыка Митро- фан, и воевода Петр Ослядюковичь, и вси боаре и людие, яко уже граду их взяту быти, и возплакашася плачем велиим... Татарове 1 Всеволода и Мстислава; Всеволод, Мстислав — сыновья Юрия Всеволодовича. 2 Братаничи — племянники. 3 С Василком Констянтиновичем, и со Всеволодом Констянтиновичем, и с Володимером Констянтиновичем — сыновья ростовского князя Константина Всеволодовича; Василько княжил в Ростове, Всеволод—в Ярославле, Владимир — в Угличе. к На Сити — р. Сить, приток Мологи. Б Князя Ярослава Всеволодовича и князя Святослава Всеволодича — Ярослав Всеволодович княжил в Переяславле-Залесском и в Новгороде, Святослав Всеволодович — князь Юрьевский. 6 Мясопускъныя недели — мясопустная неделя, масленица. 7 Урядивше — устроивши. 8 Пороки— стенобитные орудия. 136
же заутра в неделю мясопускъную, месяца февраля в 8 день, на первом часу дни, на память святого мученика Феодора Страти- лата, приступиша ко граду со все страны, и начяша бити пороки по граду и внутри града, и сыпашася камение велие издалеча божиим попущением, яко дождь внутрь града, и множество бе людей мертвых во граде, и бысть страх и трепет велий на всех, и выбиша стену у Златых врат, такоже и от Лыбеди у Орининых врат, и у Медяных такоже и от Клязмы у Воложьских врат, и прочее весь град разбита, и внутрь камением насыпаша, и тако вънидоша по примету во град от Златых врат, такоже, и от Лыбеди и во Оринины врата и в Медяныя, такоже и от Клязмы в Во- ложьскиа, и прочее отовсюду весь град разбивше внидоша в онь яко демони, и взяша новый град до обеда, и весь огню предаша, и ту убиша князя Всеволода з братом и множество боар и людей, а прочий князи и вси людие бежаша в средний град. А владыка Митрофан и великая княгини с сыны и з дочерми своими, и с снохами, и со внучяты, и з боары, и з боарынями и со многими людми бежаша в церковь... и затвориша врата церкви, и взыдоша в церковь на полати,* и затворишася. Татарове же и тот град взяша, и взыскаша князей и княгини, и уведеша, яко в церкви суть... Татарове же выбиша двери церковныа, и елици 1 беша в церкви и противишася, избиша их. И начяша пытати их о князех и о княгинях, и уведеша, яко на полатех суть, и начяша лстиво глаголати к ним, да снидут вси с полат; они же не послушаша их. Татарове же много древня наволочиша в церковь около церкви зажгоша, они же с молитвою и с благодарением душа своя предаша госпо- деви огнем сжегъшеся и мученическому лику причтошася; а святую церковь разграбиша и чюдную икону самыя богоматери одраша. И поидоша оттоле на великого князя Юрья, а друзии идоша к Ростову, инии же к Ярославлю, и взяша и, а инии поидоша на Волгу и на Городец, и ти поплениша все по Волзе и до Галичя Мерьскаго, а инии поидоша к Переаславлю, и тот град взяша, а люди изъсекоша. И оттоле всю ту страну и городы мнози поплениша: Юрьев, Дмитров, Волок, Тферь, ту тоже \i сын Ярославль убиша, и до Торжъку несть места, идеже не воеваша. А на Ростовской и Суздальской земли взяша городов 14, опроче слобод и погостов, в един месяць февраль. И уже исходящу февралю месяцу приде вестник к великому князю Юрью Всеволодичю, и к брату его Святославу Всеволо- дичю, и к братаничем их к Василку Констянтиновичю, и ко Всеволоду Констянтиновичю и к Володимеру Констянтиновичю, яко град Владимер взят бысть, и епископ, и великая княгини, и князи, и вси людие сожжени быша, а инии избиени, и «старейшаго сына твоего Всеволода и з братьею вне града убиша, а к тебе идут»... И жда брата своего Ярослава, и не бе его, и повеле воеводе 1 Елици — те, которые. 137
своему и окрепляти люди и готовитися на брань, и после мужа храбра Дорофея Семеновичя и с ним три тысящи мужей пытати татар. Он же мало отшед и паки возвратися, глаголя сице: «Господине княже! уже обошлись нас татарове». То же слышав князь Юрьи, всед на конь с братом Святославом, и с сыновцы 1 своими: с Василком, и Всеволодом, и с Воло- димером, и с мужи своими, и поидоша противу поганых. И начя князь великий Юрьи Всеволодичь полки ставити, и севнезапу при- спеша татарове на Сить противу князю Юрью. Князь же Юрьи, отложив всю печаль, и поиде к ним; и съступишася обои полцы, и бысть брань велика и сеча зла, и лиашеся кровь аки вода, и попущением божиим победиша татарове русских князей, и ту убиен бысть князь велики Юрьи Всеволодичь Владимерский, и многие воеводы его и боаре, и воиньство его избиено бысть. А братаничя его князя Василка Констянтиновичя Ростовского руками яша и ведоша его с собою до Шероньского леса, и сташа станы ту. ПОХОД БАТЫЯ НА РУСЬ (Перевод) В 1237 году. В ту зиму пришли из восточных стран лесом на Рязанскую землю безбожные татары с царем Батыем. Придя, они сначала остановились станом у Онузы, взяли и сожгли ее. Оттуда они отправили своих послов — женщину-чародейку и двух мужей с нею — к Рязанским князьям; требуя у них десятины от князей и людей, доспехами и конями. Не пустив послов в город, Рязанские князья — Юрий Игоревич и его брат Олег, а также Муромские и Пронские князья выступили против татар к Воронежу. Князья ответили: «Когда нас не будет, то все будет ваше»... Рязанские князья послали ко князю Юрию Владимирскому с просьбою, чтобы он прислал помощь или сам пришел. Но князь Юрий не пошел, не послушал просьбы Рязанских князей; он хотел сам особо дать бой татарам... Рязанские, Муромские и Пронские князья выступили против безбожных и вступили с ними в бой, и была сеча зла, и одолели безбожные измаильтяне, а князья бежали,-каждый в свой город. А татары, рассвирепев, начали воевать больше всего Рязанскую землю, с великою яростью; разбивали города, убивали людей, жгли и брали в плен. 6 декабря пришли окаянные иноплеменники под стольный город Рязань, обступили град стольный 6 декабря и огородили его острогом. А Рязанские князья затворились в городе с людьми, бились крепко и изнемогли. В тот же месяц, 21, татары взяли город Рязань, весь сожгли, убили князя Юрия Игоревича, его княгиню, перебили других князей, а мужчин, женщин, детей, похватав, одних рассекали мечами, других убивали стрелами и бросали в огонь; а некоторых, схватив, связывали, взрезывали грудь и вынимали желчь. Татары предали огню много 1 Сыновцы — племянники. 138
святых церквей, пожгли монастыри и села и забрали их имущество. Потом татары пошли на Коломну. Великий князь Юрий Всеволодович послал против них из Владимира своего сына князя Всеволода; с ним пошел со своим войском князь Роман Игоревич Рязанский. А своего воеводу Еремея Глебовича великий князь Юрий послал вперед со сторожевым отрядом. Они сошлись со Всеволодом и Романом Игоревичем у Коломны. Там окружили их татары. Была очень упорная битва, русских отогнали к надолобам. И убили там князя Романа Игоревича Рязанского, а у Всеволода Юрьевича убили его воеводу Еремея Глебовича и перебили много других мужей. А князь Всеволод с небольшою дружиною прибежал во Владимир. Татары пошли к Москве. Придя, они взяли Москву и убили воеводу Филиппа Нянька, а сына великого князя Юрия, Владимира, взяли; всех людей от стариков до младенцев перебили, некоторых увели в плен и ушли, забрав много имущества. Великий князь Юрий Всеволодович, услышав об этом... оставил вместо себя во Владимире вместе со владыкою князей Всеволода и Мстислава и своего воеводу Петра Ослядюковича, а сам пошел за Волгу со своими племянниками — с Васильком Константиновичем, Всеволодом Константиновичем и Владимиром Константиновичем. Они стали станом на Сити. Великий князь ждал к себе своих братьев — князя Ярослава Всеволодовича и князя Святослава Всеволодовича с их воинами и сам начал собирать войско, а воеводою назначил Жирослава Михайловича. В это время, 3 февраля, во вторник, до мясопустной недели, в день святого Симеона богоприимца, татары пришли ко Владимиру. Владимирцы со своими князьями и воеводою Петром Осля- дюковичем затворились в городе. Татары подошли к Золотым воротам, ведя с собою княжича Владимира, сына великого князя Юрия Всеволодовича, и стали спрашивать: «В городе ли великий князь Юрий?» А владимирцы начали в них стрелять. Они же сказали: «Не стреляйте!» И, подойдя совсем близко к воротам, показали владимирцам княжича их Владимира, сына Юрьева, и спрашивали: «Узнаете ли вашего княжича?» А он был уныл лицом и изнемог от бедствий и лишений. Всеволод и Мстислав стояли на Золотых воротах и узнали своего брата Владимира. О, жалостно и слез достойно видеть так брата! Всеволод и Мстислав со своими боярами и все горожане плакали, глядя на Владимира. А татары отошли от Золотых ворот, объехали весь город, рассматривая его, и раскинули стан на Зремянах перед Золотыми воротами и около всего города; и было их очень много... Устроив свой стан около Владимира, татары пошли и взяли город Суздаль... Они привели множество пленных в свой стан, пришли к Владимиру в субботу на масленице и принялись с утра до вечера строить леса и устанавливать пороки и к ночи обнесли тыном весь город. На утро князья, владыка Митрофан, воевода 139
Петр Ослядюкович и все бояре и люди увидели, что городу их быть взяту, и заплакали великим плачем... На следующий день, в масленичное воскресенье, 8 февраля, в день святого мученика Федора Стратилата, в первом часу дня татары приступили со всех сторон к городу и начали бить по городу стенобитными орудиями, а в середину города сыпались издалека божьим попущением громадные камни, как бы дождь среди города; и в городе оказалось множество мертвых людей, и напал на всех страх и трепет великий. Татары пробили стену у Золотых ворот, также и от Лыбеди у Орининых ворот и у Медяных, от Клязьмы у Волжских ворот и в других местах, разбили весь город, насыпали внутрь камней и по примету вошли в город со стороны Золотых ворот, также и от Лыбеди в Оринины ворота, и в Медяные, от Клязьмы в Волжские и, разбив в других местах город, вошли отовсюду в него, как демоны. До обеда они взяли новый город и весь предали огню; и убили там князя Всеволода с братом, множество бояр и людей, а прочие князья и все люди бежали в средний город. А владыка Митрофан и великая княгиня со своими сыновьями и дочерьми, снохами, внучатами, боярами, боярынями и многими людьми бежали в церковь, затворили церковные врата, взошли в церкви на хоры и заперлись. Татары взяли и этот город, стали искать князей и княгиню и узнали, что они в церкви... Татары выбили церковные двери и перебили тех, кто был в церкви и сопротивлялся. И начали допрашивать о князьях и княгине и узнали, что они на хорах. И стали обманом говорить им, чтобы они все сошли с хор. Но они их не послушали. Татары натащили много дерева в церковь и зажгли возле церкви. Бывшие на хорах с молитвою и благодарением предали души свои господу; были сожжены огнем и причислены к лику мучеников. А святую церковь татары разграбили и ободрали чудотворную икону самой богоматери. Оттуда татары пошли на великого князя Юрия, а другие пошли к Ростову, третьи к Ярославлю и взяли его; иные пошли на Волгу и на Городец и попленили все по Волге до Галича Мерского. Некоторые пошли к Переяславлю, взяли и этот город, а людей перебили. А оттуда попленили всю страну и много городов: Юрьев, Дмитров, Волок, Тверь, где убили также и сына Ярослава; и не было места до Торжка, где бы ни воевали татары. А в Ростовской и Суздальской земле за один февраль взяли 14 городов, помимо слобод и погостов. Уже в исходе февраля к великому князю Юрию Всеволодовичу, его брату Святославу Всеволодовичу, племянникам — Васильку Константиновичу, Всеволоду Константиновичу и Владимиру Константиновичу — пришел вестник с известием, что город Владимир взят, епископ, великая княгиня, князья и все люди сожжены, а некоторые перебиты. «А твоего старшего сына Всеволода с братьями убили вне города и идут к тебе»... Юрий ждал своего брата Ярослава, и не было его. И князь приказал своему воеводе укреплять 140
людей и готовиться к бою и послал храброго мужа Дорофея Семеновича с тремя тысячами мужей разведать о татарах. А он чуть отошел и возвратился с такими словами: «Господин князь! Уже обошли нас татары». Услышав это, князь Юрий с братом Святославом и племянниками своими — Васильком, Всеволодом и Владимиром — и со своими мужами сели на коней и пошли против поганых. Великий князь Юрий Всеволодович начал ставить полки, как вдруг внезапно приспели на Сить татары против князя Юрия. Князь Юрий забыл о всякой печали и пошел к ним. Сошлись полки, и была крупная битва и злая сеча; кровь лилась, как вода. Божьим попущением татары победили русских князей. Был убит тогда великий князь Владимирский Юрий Всеволодович и многие его воеводы и бояре, и было перебито воинство его. А племянника его, князя Василька Константиновича Ростовского взяли в плен и вели с собою до Шеренского леса. И там расположились станом. 49. ВЗЯТИЕ КИЕВА ТАТАРАМИ Того же лета 1 прииде царь Батый ко граду Киеву, со многими воинствы, и окружи град, и обседе его сила татарская, и бе невозможно никому же из града изыти и во град внити, и не бе слы- шати во граде друг к другу глаголюща в скрыпании телег, и ре- вении вельблюд, и во гласе труб и арганов, и от рзаниа стад коньских, и от кличя и вопля многих и безчисленных человек, и бе исполнена вся земля татар. Яша же тогда киане татарина именем Таврула, и той сказа всех князей сущих с ним великих, и силу его безчислену; а сии бяху его братиа велиции и силнии воеводы его: Урдюй, Байдар, Бирюй, Кайдар, Бечар, Менгай, Каилуг, Куюк; сей же убо возвратися вспять, уведев смерть канову. Кан же бысть не от роду Батыева, но пръвый бе и великий воевода его, и проплакав о нем царь Батый, зане бысть любим ему зело. Инии же бе воеводы его и велиции князи: Бутар, Айдар, Килемет, Бурандай, Батырь, иже взя Болгарскую землю и Суздальскую, и иных многое множество без числа воевод. Постави же Батый пороки2 многи ко граду Киеву подле врата Летцкая, ту бо бе пришли дебри. Многим же пороком биющим, без престани день и нощ, гражаном же с ними борющимся крепко, и быша мертвии мнози, и лиашеся кровь аки вода, и посла Батый в Киев к гражаном, глаголя сице: «Аще покорите ми ся, будеть вам милость; аще ли противитеся, много страдавше, зле погибнете»; гражаном же никакоже послушающим его, но и злословящим и проклинающим его. Батый же разгневася зело, и повеле с великою яростью приступати ко граду. И тако многими пороки выбиша градныя стены, и внидоша во град, и гражане противу их устреми- шася; и ту бе видети и слышати страшно лом копейный, и скепание щитов, и сътрелы омрачиша свет, яко не бе видети неба в стрелах, 1 Того же лета — ъ 1240 г. 2 Пороки — стенобитные орудия. 141
но бысть тма от множества стрел татарских, и всюду лежаша мертвии, и всюду течяше кровь аки вода, и много язвен бе воевода Дмитр, и силнии мнози падоши. И побежени быша гражане, и взыдоша татарове на стены, и от многаго томлениа седоша на стенах градных, и бысть нощ, и гражане той нощи создаша другий град около церкви святыя богородици. Наутрие же приидоша на них татарове, и бысть сечя зла, и изнемогаша людие, и возбегоша на комары 1 церковныа с товары своими, и от тягости повалишася стены церковныа, и взяша татарове град Киев, месяца декабря в 6 день, на память святаго чюдотворца Николы. Дмитра же воеводу приведоша к Батыю язвена, и не повеле его Батый убити мужества его ради, и начя Батый пытати о князе Даниле, и пове- даша ему яко бежал есть во Угры 2. Батый же посади в граде Киеве воеводу своего, а сам иде к Володимерю в Волынь. ВЗЯТИЕ КИЕВА ТАТАРАМИ (Перевод) В том же году пришел царь Батый к городу Киеву со множеством воинов и окружил город. Осадила его сила татарская, и невозможно было никому из города выйти, ни в город войти. И нельзя было слышать в городе друг друга от скрипа телег, рева верблюдов, от звуков труб и органов, от ржания стад конских и от крика и вопля бесчисленного множества людей. И вся земля была переполнена татарами. Захватили тогда киевляне татарина, по имени Таврула, и тот назвал всех великих князей, бывших с Батыем, и рассказал о его бесчисленной силе. А были с ним следующие братья его, великие и сильные воеводы его: Урдюй, Байдар, Бирюй, Кайдар, Бечар, Менгай, Каилуг, Куюк; но этот возвратился обратно, узнав о смерти Кана. Кан же был не Батыева рода, но был первым и великим воеводою его. И оплакивал его царь Бдтый, потому что был он сильно любим им. Другие же воеводы его и великие князья были: Бутар, Айдар, Килемет, Бурандай, Батырь, который взял Болгарскую землю и Суздальскую, и многое множество, без числа, других воевод. Приставил Батый много пороков к городу Киеву возле Ляцких ворот, потому что там подошли дебри. Много пороков било (в стены) беспрестанно, день и ночь, а горожане крепко боролися, и много было мертвых, и лилася кровь, как вода. И послал Батый в Киев к горожанам с такими словами: «Если покоритесь мне, будет вам милость, если же будете сопротивляться, то много пострадаете и жестоко погибнете». Но горожане никак не послушали его, но злословили и проклинали его. Батый же сильно разгневался и повелел с великою яростью идти на приступ города. И так при помощи множества пороков пробили городские стены и вошли 1 Комары — своды. 2 Угры — венгры. 142
в город, а горожане устремились навстречу им. И тут можно было видеть и слышать страшный треск копий и стук щитов; стрелы омрачили свет, так что не видно было неба за стрелами, но была тьма от множества стрел татарских, и всюду лежали мертвые, и всюду текла кровь, как вода. Сильно изранен был воевода Дмитр, и много сильных пало. И были побеждены горожане, и татары взошли на стены, но от сильного утомления засели на стенах городских. И наступила ночь. Горожане в эту ночь создали другой город около церкви святой богородицы. На утро же пришли на них татары, и была злая сеча. И стали изнемогать люди и вбежали со своими пожитками на церковные комары, и от тяжести повалились стены церковные, и взяли татары город Киев, месяца декабря в 6 день, в день памяти святого чудотворца Николы. А Дмитра воеводу привели к Батыю израненного, и не велел Батый его убивать ради его мужества. И начал Батый расспрашивать о князе Даниле, и сказали ему, что князь бежал в Венгрию. Батый же посадил в городе Киеве своего воеводу, а сам пошел к Владимиру на Волынь. 50. СЛОВО О ПОГИБЕЛИ РУССКОЙ ЗЕМЛИ Татарские погромы оставили после себя страшную память. Вскоре после них было написано небольшое «Слово о погибели Русской земли», в котором автор прославляет Русскую землю. Многие исследователи древнерусской литературы считают, что «Слово» являлось как бы введением к «житию» Александра Невского. Здесь оно печатается по изданию «Памятники древней письменности», выпуск 84, 1892. СЛОВО О ПОГИБЕЛИ РУСКЫЯ ЗЕМЛИ 0 смерти великого князя Ярослава К О светле светлая и украсно украшена земля Руськая! и многыми красотами удивлена еси; озеры многыми удивлена еси, реками и кладязьми место- честьными, горами крутыми, холми высокыми, дубравоми чистыми, польми дивными, зверьми различными, птицами бещи- слеными, городы великыми, селы дивными, винограды обител- ными, домы церковьными, и князьми грозными, бояры честными, вельможами многами. Всего еси испольнена земля Руская, о прававерьная вера християньская! Отселе до угор 2 и до ляхов3, до чахов4, от чахов до ятвязи5, и от ятвязи до литвы, до немец, от немен до корелы, от корелы до Устьюга6, где тамо бяху тоимици погании7 и за дышючим морем 8, от моря до болгар9, от болгар до буртас 10, от буртас до чермис, от чермис до моръдви, — то все покорено было богом 1 Ярослава — великий князь Ярослав Всеволодович, отец Александра Невского, умер в 1246 г. по дороге из Монголии, куда он ездил в ставку великого хана. 2 Угры — венгры. 3 Ляхи — поляки. 4 Чахи — чехи. 5 Ятвязи — литовское племя. 6 Устьюга — город Устюг при слиянии Сухоны с Югом. 7 Погании — язычники.8 За дышючим морем — Северным Ледовитым океаном. 9 Болгары — камские или волжские болгары. 1Т) Буртас — буртасы жили в соседстве с болгарами. 143
крестьяньскому языку поганьскыя страны великому князю Всеволоду, отцю его Юрыо, князю кыевьскому, деду его Володимеру и Манамаху, которым то половоци 1 дети своя ношаху в колыбели, а литва из болота на свет не выкинываху, а угры твердяху каменный городы железными вороты, абы2 на них великий Володимер тамо не всьехал 3. А немцы радовахуся, далече будуче за синим морем; буртаси, черемиси, вяда и моръдва бортьни- чаху4 на князя великого Володимера, и жюр Мануил цесарего- родскыйб опас имея, поне и великыя дары посылаша к нему, абы под ним великий князь Володимер Цесаря города6 не взял. А в ты дни болезнь крестияном, от великого Ярослава и до Володимера, и до неняшняго Ярослава, и до брата его Юрья, князя Володимерьского. 51. КНЯЗЬ ДАНИИЛ РОМАНОВИЧ ГАЛИЦКИЙ И ЗОЛОТАЯ ОРДА По «Ипатьевской летописи» В лето 67587. Приславшу же Могучееви8 посол свой к Да- нилови и Василкови9 будущю има во Дороговьскы 10. «Дай Га- личь!» Бысть в печали велице, зане не утвердил бе земле своея городы: и думав с братом своим, и поеха ко Батыеви, река: «не дам полуотчины своей, но еду к Батыеви сам»... И прииде Переяславлю п, и стретоша татарове. Оттуда же еха к Куремесе 12, и виде, яко несть в них добра... Оттуда же приде к Батыеви, на Волгу, хотящу ся ему поклонити. Пришедшу же Ярославлю человеку Сънъгурови, рекшу ему: «Брат твой Ярослав кланялъся кусту, и тобе кланятися». И рече ему: «Дьявол глаголеть из уст ваших; бог загради уста твоя и не слышано бу- деть слово твое». Во тъ час позван Батыем, избавлен бысть богом злого их бешения и кудешьства; и поклонися по обычаю их и вниде во вежю их. Рекшу ему: «Данило! чему еси давно не пришел, а ныне оже, еси пришел, а то добро же; пьеши ли черное молоко, наше питье, кобылий кумуз?» Оному же рекшу: «Доселе есмь не пил; ныне же ты велишь, пью». Он же рче: «Ты уже нашь же татарин: пий наше питье». Он же испив поклонися, по обычаю их, изъмолвя слова своя, рече: «Иду поклониться великой княгине Баракъчинови». Рече: «Иди». Шед поклонися по обычаю: и приела вина чюм 13 и рече: «Не обыкли пита молока, пий вино». О злее зла честь татарская! Данилови Романовичю 1 Половоци — половцы. 2 Абы— как бы, чтобы. 3 Всьехал — надо читать взъехал. 4 Бортьничаху — добывали мед диких пчел. Б Цесарегородскый — царьградский. 6 Цесаря города — Царьграда, Константинополя. 7 В лето 6758 — в 1250 году. 8 Могучееви — Могучей, татарский князь. 9 К Данилови и Василкови — к князю Даниилу Романовичу Галицкому и его брату Васильку. 10 Дороговьскы — город в Галицком княжестве. \1 Переяславлю — главный город Переяславской земли. 12 Куремса — татарский князь, воевода. 13 Чюм— ковш. 144
князю бывшу велику, обладавшу Рускою землею, Кыевом и Во- лодимером и Галичем со братом си, инеми странами: ныне се- дить ла колену и холопом называеться, и дани хотять, живота не чаеть и грозы приходять. О злая честь татарьская! В лето 6769 1. Бысть тишина по всей земле. В ты же дни свадба бысть у Василка 2 князя у Володимере городе нача отда- вати дщерь свою Олгу за Андрея князя Всеволодича, Чернигову. Бяшеть же тогда брат Василков Данило король, со обеима сынома своима со Лвом и со Шварном, и инех князей много и бояр много. И бывшу же веселью немалу в Володимере городе, и приде весть тогда Данилови к королю и к Василкови, оже Бу- рондай3 идеть, окаянный, проклятый, и печална быста брата о том велми: прислал бо бяше, тако река: «Оже есте мои мир- ници, сретьте мя; а кто не сретить мене, тый ратный мне». Василко же князь поеха противу4 Бурандаеви со Лвом сыновцем своим, а Данило король не еха с братом: послал бо бяше, себе место, владыку своего Холмовьского5 Ивана. И поеха Василко князь со Лвом и со владыкою противу Бурандаеви, поймав6 дары многы и питье, и срете и у Шумьски 7; и приде Василко со Лвом и со владыкою перед онь8, с дары. Оному же велику опалу створшу на Василка князя и на Лва, владыка стояше во ужасти велице; и потом рече Буронда Василкови: «оже есте мои мирници, розмечете же городы свое все». Лев розмета Данилов Истожек, оттоде же послав Лвов розмета, а Василко послав Кремянець розмета и Луческ. Василко же князь из Шюмьска посла владыку Ивана напередь ко брату своему Данилови. Вла- дыце же приехавшю Данилови, и нача ему поведати о бывшем и опалу Бурундаеву сказа ему. Данилови, же убоявшуся побеже в ляхы 9, а из ляхов побеже во угры 10. И тако пойде Буран- дай ко Володимерю, а Василко князь с ним, и не дошедшу ему города, и ста на Житани и на ночь. Бурандай же нача молвити про Володимерь: «Василко, розмечи город»; князь же Василко нача думать в собе про город, зане немощно бысть розметати вборзе его величеством 12, ловеле зажечи и 13; и тако черес ночь изгоре всь. Завътра же приеха Буранда в Володимерь, и виде своима очима город изгоревши всь, и нача обедати у Василка на дворе и пити; обедав же и пив и желе на ночь у Пятидна и. Завътра же приела татарина, именемь Баимура, Баимур же при- ехавь ко князю и рче: «Василко! прислал мя Бурандай, велел ми город роскопати». Рече же ему Василко: «Твори повеленое тобою». И нача раскопывати город, назнаменуя образ победы. 1 В лето 6769 —в 1261 году. 2 Василка — князь Василько Романович, брат Даниила Романовича. 3 Бурондай — татарский воевода. 4 Противу — навстречу. б Холмовьского — города Холма. 6 Поймав — взяв. 7 У Шумьски — город в Волынском княжестве. 8 Перед онь — к нему. 9 В ляхы — в Польшу. 10 Во угры —в Венгрию. » На Житани — урочище в Волынском княжестве. 12 Его величеством — из-за его величины. 13 Я —его. и Пятидно — название урочища. 10 Хрестоматия по истории СССР, т. I 145
И посемь пойде Бурандай к Холмови, а Василко князь с нимь, и с бояры своими и слугами своими. Пришедшим же им к Холмови, город же затворен бысть, и сташа пришедше к нему одаль его, и не успеша у него ничтоже: бяхуть бо в немь бояре и людье добрии, и утвержение города крепко порокы и самострелы. Бу- ранда же росмотрев твердость города, оже немощно взяти его, темже и нача молвити Василкови князю: «Василко! се город брата твоего, едь молви горожаном, а быша ся передале»; и посла с Василком три татарине, именемь Куичия, Ашика, Бо- люя и к тому толмача, розумеюща рускый язык, што иметь молвити Василко, приехав под город. Василко же ида под город и взя собе в руку камения; пришедше под город и нача молвити горожаном, а татарове слышать послании с нимь: «Костянтине холопе, и ты, другий холопе, Лука Иванковичю! Се город брата моего и мой, передайтеся»; молвив, да камень вержеть доловь 1, дая им розум хитростью, а быша ся биле, а не передавалися; си же слова молвив, и по троичи 2 меча каменьем доловь. Съ же великий князь Василко акы от бога послан бы на помочь горожаном, пода им хытростью разум. Костянтин же стоя на заборо- лех3 города, усмотри умом разум поданы ему от Василка, и рече князю Василкови: «Поедь прочь, аже будеть ти каменемь в чело; ты уже не брат еси брату своему, но ратьный есь ему». Татарове же, послании со княземь под город, слышавше, поехаша к Буран- даеви и поведаша речь Василкову, како молвил горожаном, што ли молвили пак горожане Василкови. КНЯЗЬ ДАНИИЛ РОМАНОВИЧ И ЗОЛОТАЯ ОРДА (Перевод) В 1250 году. Прислал Могучей своего посла к Даниилу и Ва- силько, а они были в Дороговске [сказать]: «Дай Галич!» [Даниил] был в великой печали, так как не укрепил городов своей земли. Подумав с братом своим, он поехал к Батыю, сказав: «Не дам половины своей отчины, но поеду к Батыю сам»... Пришел он в Переяславль, и встретили его татары. Оттуда Даниил поехал к Куремсе и видел, что нет в татарах добра... Оттуда он пришел к Батыю на Волгу, желая поклониться ему. К Даниилу пришел человек князя Ярослава Сонгур и сказал: «Твой брат Ярослав кланялся кусту, и тебе кланяться». И сказал ему Даниил: «Дьявол говорит вашими устами. Пусть бог заградит твои уста, и не будет услышано слово твое». В тот час Даниил был позван к Батыю, и бог избавил князя от злого их волшебства и кудесничества. Он поклонился по их обычаю и вошел в их вежу. Хан сказал ему: «Данило! Почему ты не пришел раньше? А то, что ты нынче пришел, хорошо. Пьешь ли черное 1 Доловь — вниз на землю.2 По троичи — три раза.3 На заборолех — на стенах. 146
молоко, наше питье, кобылий кумыс?» Даниил сказал: «До сего времени не пил, а нынче, если велишь, буду пить». Хан сказал: «Ты уже наш, татарин: пей наше питье». Даниил же, выпив, поклонился по их обычаю, и, проговорив свою речь, сказал: «Иду поклониться великой княгине, Баракчине». Хан сказал: «Иди». Пойдя, он поклонился по обычаю. И княгиня прислала ковш вина со словами: «Вы не привыкли пить молока; пей вино». О, злее зла честь татарская! Даниил Романович был великим князем, владел Русскою землею, Киевом, Владимиром и Галичем со своим братом и иными странами; а теперь сидит на коленях и называет себя холопом, и дани они хотят, [а он] жизни не чает, и грозы приходят. О злая честь татарская! В 1261 году. Была тишина по всей земле. В те дни была свадьба у князя Василько в городе Владимире: он отдавал свою дочь Ольгу за князя Андрея Всеволодовича в Чернигов. Был тогда и брат Василько, король Даниил с обоими своими сыновьями, Львом и Шварном, и много других князей и много бояр. И было немалое веселье в городе Владимире, как пришла королю Даниилу и Васильку весть, что идет Бурундай, окаянный, проклятый. И очень опечалились братья о том. Бурундай прислал так сказать: «Если вы в мире со мной, встретьте меня. А кто не встретит меня, тот идет против меня». Князь Василько поехал навстречу Бурундаю со своим племянником Львом, а король Даниил не поехал с братом: он послал вместо себя своего Холмского епископа Ивана. Князь Василько со Львом и владыкою поехал навстречу Бурундаю, взяв много даров и питья, и встретил его возле Шумска; и явился Василько со Львом и владыкою к нему с дарами. А он устроил очень гневную встречу князю Василько и Льву; владыка стоял в великом ужасе. Потом Бурундай сказал Василько: «Если вы в мире со мною, то размечите все свои города». Лев разметал Даниилов Истожек и оттуда послал и разметал Львов, а Василько послал и разметал Кременец и Луцк. Из Шумска князь Василько послал вперед владыку Ивана к своему брату Даниилу. Владыка приехал к Даниилу и начал ему рассказывать обо всем случившемся, рассказал и про гнев Бурундая. Даниил испугался и побежал в Польшу, а из Польши в Венгрию. . И пошел Бурундай ко Владимиру и с ним князь Василько. Не дойдя города, Бурундай остановился на ночь в Житани. Бурундай начал говорить про Владимир: «Василько! Размечи город». Князь же Василько стал размышлять о городе, так как быстро его нельзя было разметать из-за его величины, и повелел зажечь его. И так в ночь сгорел весь город. На утро же приехал во Владимир Бурундай и увидел своими глазами, что город весь сгорел. И стал обедать у Василько на его дворе и пить. Затем он обедал, пил и останавливался у урочища Пятидна. А на следующий день прислал татарина, по имени Баимура. Баимур приехал к князю и сказал: «Василько! Меня прислал Бурундай, велел мне * 147
раскойать Город». Василько Же сказал ему: «Делай, что тебе приказали». И начал он в знак победы раскапывать город. После этого Бурундай пошел к Холму, а с ним князь Василько со своими боярами и слугами. Когда они пришли к Холму, город был затворен. Пришли они и стали поодаль от города и ничего не могли поделать, потому что в городе были бояре и добрые люди, а город был крепко устроен и снабжен пороками и самострелами. Бурундай рассмотрел, что город крепок, что нельзя его взять, и поэтому начал говорить князю Васильку: «Василько! Это — город твоего брата; поезжай, скажи горожанам, чтобы они сдались». И послал с Васильком трех татар, по имени Куичия, Ашика и Болюя, и кроме того переводчика, понимающего русский язык: что будет говорить Василько, приехав под стены города? Василько пошел к городу и взял с собой в руки камни. Подойдя к городским стенам, он начал говорить горожанам, а посланные с ним татары слышали: «Холоп Константин и ты, другой холоп, Лука Иванкович! Это город моего брата и мой, сдайтесь!» Сказал, да и кинул наземь камень, научая их этой хитростью, чтобы они бились, а не сдавались. Он трижды повторил эти слова и трижды бросил наземь камни. Так великий князь Василько, как бы от бога был послан на помощь горожанам, подал им хитростью совет. Стоявший же на городской стене Константин понял совет, поданный ему Василько, и сказал князю Василько: «Поезжай прочь, или будет тебе камнем в лоб; ты не брат своему брату, но враг ему». Посланные под город с князем татары все слышали, поехали к Бурундаю и передали ему слова Василько, как он сказал горожанам, и что сказали горожане Василько. 52. ПЛАНО КАРПИНИ. БЫТ ТАТАР В XIII ВЕКЕ Католический монах Плано Карпини был послан в 1246 г. папой Иннокентием IV к татарам как миссионер. Плано Карпини посетил как Золотую Орду, так и ставку великого хана. Отрывки из описания путешествия Плано карпини даются из книги Иоанн де Плано Карпини «История Монголов», перевод А. И. Малеина, изд. А. С. Суворина, СПБ 1911. О ВНЕШНЕМ ВИДЕ МОНГОЛОВ Внешний вид лиц отличается от всех других людей. Именно: между глазами и между щеками они шире, чем у других людей, щеки же очень выдаются от скул; нос у них плоский и небольшой; глаза маленькие и ресницы приподняты до бровей. В поясе они в общем тонки; за исключением некоторых, и притом немногих, росту почти все невысокого. Борода у всех почти вырастает очень маленькая, все же у некоторых на верхней губе и на бороде есть небольшие волоса, которых они отнюдь не стригут. На маковке головы они имеют гуменце наподобие клириковх и 1 Клирики — духовенство. 148
все вообще бреют [голову] на три пальца ширины от одного уха до другого; эти выбритые места соединяются с вышеупомянутым гуменцем; надо лбом равным образом также все бреют на два пальца ширины; те же волосы, которые находятся мел^ду гуменцем и вышеупомянутым бритым местом, они оставляют расти вплоть до бровей, а с той и другой стороны лба оставляют длинные волосы, обстригая их более чем наполовину; остальным же волосам дают расти... Из этих волос они составляют две косы и завязывают каждую за ухом. Ноги у них также небольшие. ОДЕЖДА Одеяние же как у мужчин, так и у женщин сшито одинаковым образом. Они не имеют ни плащей, ни шапок, ни шляп, ни шуб. Кафтаны же носят из букарана \ пурпура или балдакина 2, сшитые следующим образом. Сверху донизу они разрезаны и на груди запахиваются; с левого же боку они застегиваются одной, а на праиом тремя пряжками, и на левом боку также разрезаны до рукава. Полушубки, какого бы рода они ни были, шьются таким же образом, но верхний полушубок имеет волосы снаружи, а сзади он открыт, но у него есть один хвостик, висящий назад до колен. Замужние же женщины носят один кафтан, очень широкий и разрезанный спереди до земли. На голове же они носят нечто круглое, сделанное из прутьев или из коры, длиной в один локоть и заканчивающееся наверху четырехугольником, и снизу доверху этот [убор] все увеличивается в ширину, а наверху имеет один длинный и тонкий прутик из золота, серебра, или дерева, или даже перо; и этот [убор] нашит на шапочку, которая простирается до плеч. И как шапочка, так и вышеупомянутый убор покрыты букараном или пурпуром, или балдакином. Без этого убора они никогда не появляются на глаза людям, и по нему узнают их другие женщины. Девушек же и молодых женщин с большим трудом можно отличить от мужчин, так как они одеваются во всем так, как мужчины. Шапочки у них иные, чем у других народов, описать, понятно, их вид мы бессильны. ЖИЛИЩА Ставки у них круглые, изготовленные наподобие палатки и сделанные из прутьев и тонких палок. Наверху же в середине ставки имеется круглое окно, откуда попадает свет, а также для выхода дыма, потому что в середине у них всегда разведен огонь. Стены же и крыши покрыты войлоком, двери сделаны также из войлока. Некоторые ставки велики, а некоторые небольшие сообразно достоинству и скудости людей. Некоторые быстро раз- 1 Букаран — тонкое полотно.2 Балдакин — узорчатая ткань из золотых и шелковых нитей; название происходит от города Балдакка, как называли Вавилон в средние века. 149
бираются и чинятся и переносятся на вьючных животных, другие не могут разбираться, но перевозятся на повозках. Для меньших при перевезении на повозке достаточно одного быка, для больших— три, четыре или даже больше, сообразно с величиной повозки, и, куда бы они ни шли, на войну или в другое место, они всегда перевозят их с собой. ПИЩА Их пищу составляет все, что можно разжевать, именно они едят собак, волков, лисиц и лошадей... Хлеба у них нет, равно как зелени и овощей и ничего другого, кроме мяса; да и его они едят так мало, что другие народы с трудом могут жить на это. Они очень грязнят себе руки жиром от мяса, а когда поедят, то вытирают их о свои сапоги или о траву, или о что-нибудь подобное; более благородные имеют также обычно какие-то маленькие суконки, которыми напоследок вытирают руки, когда поедят мяса. Пищу разрезает один из них, а другой берет острием ножика кусочки и раздает каждому, одному больше, а другому меньше, сообразно с тем, больше или меньше они хотят кого почтить. Посуды они не моют, а если иногда и моют мясной похлебкой, то снова с мясом выливают в горшок. Также если они очищают горшки или ложки, или другие сосуды, для этого назначенные, то моют точно так же. У них считается великим грехом, если каким-нибудь образом дано будет погибнуть чему-нибудь из питья или пищи, отсюда они не позволяют бросать собакам кости, если из них прежде не высосать мозжечок. Платья свои они также не моют и не дают мыть, а особенно в то время, когда начинается гром, до тех пор, пока не прекратится это время. Кобылье молоко, если оно у них есть, они пьют в огромном количестве, пьют также овечье, коровье и верблюжье молоко. Вина, пива и меду у них нет, если этого им не пришлют и не подарят другие народы. Зимою у них нет даже и кобыльего молока, если они не богаты. Они также варят просо с водою, размельчая его настолько, что могут не есть, а пить. И каждый из них пьет поутру чашу или две, и днем они больше ничего не едят, а вечером каждому дается немного мяса, и они пьют мясную похлебку. Летом же, имея тогда достаточно кобыльего молока, они редко едят мясо, если им случайно не подарят его, или они не поймают на охоте какого-нибудь зверя или птицу. ЗАНЯТИЯ МУЖЧИН И ЖЕНЩИН Мужчины ничего вовсе не делают, за исключением стрел, а также имеют отчасти попечение о стадах; но они охотятся и упражняются в стрельбе, ибо все они от мала до велика суть хорошие стрелки, и дети их, когда им два или три года от роду, 150
сразу же начинают ездить верхом и управляют лошадьми и скачут на них, и им дается лук сообразно их возрасту, и они учатся пускать стрелы, ибо они очень ловки, а также смелы. Девушки и женщины ездят верхом и ловко скачут на конях, как мужчины. Мы также видели, как они носили колчаны и луки. И как мужчины, так и женщины могут ездить верхом долго и упорно. Стремена у них очень короткие; лошадей они очень берегут, мало того, — они усиленно охраняют все имущество. Жены их все делают: полушубки, платья, башмаки, сапоги и все изделия из кожи, также они правят повозками и чинят их, вьючат верблюдов и во всех своих делах очень проворны и скоры. Все женщины носят штаны, а некоторые и стреляют, как мужчины. ВОЕННОЕ ДЕЛО О разделении войск скажем таким образом: Чингис-хан приказал, чтобы во главе десяти человек был поставлен один (и он по-нашему называется десятником), а во главе десяти десятников был поставлен4один, который называется сотником, а во главе десяти сотников был поставлен один, который называется тысячником, а во главе десяти тысячников был поставлен один, и это число называется у них тьма. Во главе же всего войска ставят двух вождей или трех, но так, что они имеют подчинение одному. Когда же войска находятся на войне, то если из десяти человек бежит один или двое, или трое, или даже больше, то все они умерщвляются, и если бегут все десять, а не бегут другие сто, то все умерщвляются: и говоря кратко, если они не отступают сообща, то все бегущие умерщвляются; точно так же, если один или двое, или больше смело вступают в бой, а десять других не следуют, то их также умерщвляют, а если из десяти попадают в плен один или больше, другие же товарищи не освобождают их, то они также умерщвляются. Оружие же все по меньшей мере должны иметь такое: два или три лука, или по меньшей мере один хороший, и три большие колчана, полные стрелами, один топор и веревки, чтобы тянуть орудия. Богатые же имеют мечи, острые в конце, режущие только с одной стороны и несколько кривые... У некоторых из них есть копья, и на шейке железа копья они имеют крюк, которым, если могут, стаскивают человека с седла. Длина их стрел составляет два фута, одну ладонь и два пальца, а так как футы различны, то мы приводим здесь меру геометрического фута: двенадцать зерен ячменя составляют поперечник пальца, а шестнадцать поперечников пальцев образуют геометрический фут. Железные наконечники стрел весьма остры и режут с обеих сторон наподобие обоюдоострого меча; и они всегда носят при колчане напильники для изощрения стрел. Вышеупомянутые железные наконечники имеют острый хвост длиною в один палец, 151
который вставляется в дерево. Щит у них сделан из ивовых илв других прутьев, но мы не думаем, чтобы они носили их иначе,' как в лагере и для охраны императора и князей, да и то только ночью. Есть у них также и другие стрелы для стреляния птиц, зверей и безоружных людей, в три пальца ширины. Есть у них, далее, и другие разнообразные стрелы для стреляния птиц и зверей. Когда они желают пойти на войну, они отправляют вперед передовых застрельщиков, у которых нет с собой ничего, кроме войлоков, лошадей и оружия. Они ничего не грабят, не жгут домов, не убивают зверей, а только ранят и умерщвляют людей, а если не могут иного, обращают их в бегство; все же они гораздо охотнее убивают, чем обращают в бегство. За ними следует войско, которое, наоборот, забирает все, что находит; также и людей, если их могут найти, забирают в плен или убивают. Тем не менее все же стоящие в главе войска посылают после этого глашатаев, которые должны находить людей и укрепления, и они очень искусны в розысках. Когда же они добираются до рек, то переправляются через них, даже если они и велики, следующим образом: более знатные имеют круглую и гладкую кожу, на поверхности которой кругом они делают частые ручки, в которые вставляют веревку и завязывают, так что образуют в общем некий круглый мешок, который наполняют платьями и иным имуществом, и очень крепко связывают вместе; после этого в середине кладут седла и другие более жесткие предметы; люди также садятся в середине. И этот корабль, таким образом приготовленный, они привязывают к хвосту лошади и заставляют плыть вперед, наравне с лошадью человека, который бы управлял лошадью. Или иногда они берут два весла, ими гребут по воде и таким образом переправляются через реку, лошадей же гонят в воду, и один человек плывет рядом с лошадью, которою управляет, все же другие лошади следуют за той и таким образом переправляются через воды и большие реки. Другие же, более бедные, имеют кошель из кожи, крепко сшитый; всякий обязан иметь его. В этот кошель, или в этот мешок, они кладут платье и все свое имущество, очень крепко связывают этот мешок вверху, вешают на хвост коня и переправляются, как сказано выше. Надо знать, что всякий раз, как они завидят врагов, они идут на них, и каждый бросает в своих противников три или четыре стрелы; и если они видят, что не могут их победить, то отступают вспять к своим; и это они делают ради обмана, чтобы враги преследовали их до тех мест, где они устроили засаду; и, если враги преследуют их до вышеупомянутой засады, они окружают их и таким образом ранят и убивают. Точно так же, если они видят, что против них имеется большое войско, они иногда отходят от него на один или два дня пути и тайно нападают на другую часть земли и разграбляют ее; при этом они убивают людей и разру- 152
шают и опустошают землю. А если они видят, что не могут сделать и этого, то отступают назад на десять или на двенадцать дней пути. Иногда также они пребывают в безопасном месте, пока войско их врагов не разделится, и тогда они приходят украдкой и опустошают всю землю. Ибо в войнах они весьма хитры, так как сражались с другими народами уже сорок лет и даже более. Когда же они желают приступить к сражению, то располагают все войска так, как они должны сражаться. Вожди или начальники войска не вступают в бой, но стоят вдали против войска врагов и имеют рядом с собою на конях отроков, а также женщин и лошадей. Иногда они делают изображения людей и помещают их на лошадей; это они делают для того, чтобы заставить думать о большом количестве воюющих. Пред лицом врагов они посылают отряд пленных и других народов, которые находятся между ними; может быть, с ними идут и какие-нибудь татары. Другие отряды более храбрых людей они посылают далеко справа и слева, чтобы их не видели их противники, и таким образом окружают противников и замыкают в середину; и таким образом они начинают сражаться со всех сторон. И, хотя их иногда мало, противники их, которые окружены, воображают, что их много. А в особенности бывает это тогда, когда они видят тех, которые находятся при вожде или начальнике войска, отроков, женщин, лошадей и изображения людей, как сказано выше, которых они считают за воителей, и вследствие этого приходят в страх и замешательство. А если случайно противники удачно сражаются, то татары устраивают им дорогу для бегства, и сряду, как те начнут бежать и отделяться друг от друга, они их преследуют и тогда во время бегства убивают больше, чем могут умертвить на войне. Однако надо знать, что, если можно обойтись иначе, они неохотно вступают в бой, но ранят и убивают людей и лошадей стрелами, а когда люди и лошади ослаблены стрелами, тогда они вступают с ними в бой. Укрепления они завоевывают следующим способом. Если встретится какая крепость, они окружают ее; мало того, иногда они так ограждают ее, что никто не может войти или выйти; при этом они весьма храбро сражаются орудиями и стрелами и ни на один день или на ночь не прекращают сражения, так что находящиеся на укреплениях не имеют отдыха; сами же татары отдыхают, так как они разделяют войска, и одно сменяет в бою другое, так что они не очень утомляются. И если они не могут овладеть укреплением таким способом, то бросают на него греческий огонь 1; мало того, они обычно берут иногда жир людей, которых убивают, и выливают его в растопленном виде на дома; и везде, где огонь попадет на этот жир, он горит, так сказать, неугасимо; все же его можно погасить, как говорят, налив вина или пива; 1 Греческий огонь — горящая нефть. 153
если же он упадет на тело, то может быть погашен трением ладони руки. А если они не одолевают таким способом, и этот город или крепость имеют реку, то они преграждают ее или делают другое русло и, если можно, потопляют это укрепление. Если же этого сделать нельзя, то они делают подкоп под укрепление и под землею входят в него в оружии. А когда они уже вошли, то одна часть бросает огонь, чтобы сжечь его, а другая часть борется с людьми того укрепления. Если же и так они не могут победить его, то ставят против него свой лагерь или укрепление, чтобы не видеть тягости от вражеских копий, и стоят против него долгое время, если войско, которое с ними борется, случайно не получит подмоги и не удалит их силою. ДАНЬ Надо знать, что они не заключают мира ни с какими людьми, если те им не подчинятся, потому что, как сказано выше, они имеют приказ от Чингис-хана, чтобы, если можно, подчинить себе все народы. И вот чего татары требуют от них: чтобы они шли с ними в войске против всякого человека, когда им угодно, и чтобы они давали им десятую часть от всего, как от людей, так и от имущества. Именно они отсчитывают десять отроков и берут одного и точно так же поступают и с девушками; они отвозят их в свою страну и держат в качестве рабов. Остальных они считают и распределяют согласно своему обычаю. А когда они получат полную власть над ними, то, если что и обещали им, не исполняют ничего, но пытаются повредить им всевозможными способами, какие только соответственно могут найти против них. Например, в бытность нашу в Руссии был прислан туда один сарацин, как говорили, из партии Куйюк-хана и Батыя. И этот наместник у всякого человека, имевшего трех сыновей, брал одного, как нам говорили впоследствии; вместе с тем он уводил всех мужчин, не имевших жен, и точно так же поступал с женщинами, не имевшими законных мужей, а равным образом выселял он и бедных, которые снискивали себе пропитание нищенством. Остальных же, согласно своему обычаю, пересчитал, приказывая, чтобы каждый, как малый, так и большой, даже однодневный младенец, или бедный, или богатый, платил такую дань, именно, чтобы он давал одну шкуру белого медведя, одного черного бобра, одного черного соболя, одну черную шкуру некоего животного, имеющего пристанище в той земле, название которого мы не умеем передать по-латыни, а по-немецки оно называется ильтис1. Поляки же и русские называют этого зверя дохорь, и одну черную лисью шкуру. И всякий, кто не даст этого, должен быть отведен к татарам и обращен в их раба. 1 Ильтис — вероятно, хорек. 154
53. ИБН-БАТУТА. ЗОЛОТАЯ ОРДА И ХОРЕЗМ Абу-Абдаллах Мухаммед ибн-Батута — путешественник XIV в. (родился в 1304 г., умер в 1377 г.). Здесь приводятся отрывки из его книги «Подарок наблюдателям по части диковин стран и чудес путешествий». Отрывки взяты из книги В. Тизенгаузена «Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды», т. I, изд. С. Г. Строганова, СПБ 1884. СТАВКА ХАНА Подошла ставка, которую они называют Урду-су (Орда), и мы увидели большой город, движущийся со своими жителями; в нем мечети и базары да дым от кухонь, взвивающийся по воздуху: они варят [пищу] во время самой езды своей, и лошади везут арбы с ними. Когда достигают места привала, то палатки снимают с арб и ставят на землю, так как они легко переносятся. Таким же образом они устраивают мечети и лавки. Мимо нас проехали жены султана, каждая из них со своими людьми отдельно... Подъехал султан и расположился в своей ставке отдельно- Когда этот султан [Узбек] в пути, то он [живет] отдельно в ставке своей, и при нем [только] его невольники и сановники его, а каждая из его хатуней находится отдельно в своей ставке... Когда приходит одна из них [хатуней], то султан встает перед • нею и держит ее за руку, пока она всходит на престол. Что касается Тайтугль !, то она царица и самая любимая [жена] из них у него. Он идет к ней навстречу до двери шатра, приветствует ее и берет ее за руку, а когда она взойдет на престол и усядется, тогда только садится [сам] султан. Все это происходит на глазах людей, без прикрытия. Затем приходят старшие эмиры, для которых поставлены скамьи справа и слева. Со всяким человеком их, когда он приходит в собрание султана приходит слуга со скамьей. Перед султаном стоят царевичи: сыновья дяди его, братья его и родственники его, а насупротив их, у дверей шатра, стоят дети старших эмиров, и позади их стоят начальники войск, справа и слева. Потом входят на поклон люди по разрядам, каждый разряд в три [человека], кланяются, отходят и садятся в отдалении. По окончании полуденной молитвы царица между хатунями уходит; затем уходят и прочие из них и провожают ее до ее ставки, а по входе ее в нее каждая на арбе своей уезжает в свою ставку. При всякой [из них] около 50 девушек, верхами на конях. Перед арбой до 20 старых женщин, верхами на конях, между отроками и арбою, а позади всех около 100 невольников из молодежи. Перед отроками около 100 старших невольников верховых и столько же пеших, с палками в руках своих и с мечами, прикрепленными к поясам их; они [идут] между конными и отроками... 1 Тайтугль — по русским источникам — Тайдула. 155
САРАЙ Город [Сарай] один из красивейших городов, достигший чрезвычайной величины, на ровной земле, переполненный людьми, с красивыми базарами и широкими улицами. Однажды мы поехали верхом с одним из старейшин его, намереваясь объехать его кругом и узнать объем его. Жили мы в адном конце его и выехали оттуда утром, а доехали до друго