Автор: Каутский Карл  

Теги: история россии   политическая история   аграрная политика   социальная политика   социал-демократия  

Год: 1906

Похожие

Наша революція

Социальные очерки современной экономии: Дегенерация капитализма и дегенерация социализма

Очерки из исторіи и теоріи соціализма

Очерки исторіи и теоріи соціализма

Текст 
                    
К. КАУТСКІЙ.

АГРАРНЫЙ
ВОПРОСЪ.
Ч. I.
Изд. 2-е.
ПЕРЕВ. СЪ НЪМ.

КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО
„ДОВЫД ТЙІРЪ“.


2022065371


К. КАУТСКІЙ.

Аграрный
вопросъ.
Обзоръ тенденцій современнаго сельскаго хозяйства
въ связи съ аграрной политикой соціалдемократіи.

часть

ПЕРЕВОДЪ

I.

СЪ НѢМЕЦКАГО

ПОДЪ РЕДАКЦИЙ

А. Б. Фейнберга.

Книгоиздательство

„Новый Міръ“.

1906.


ІобаіІ-Ч?

.Русскія Оворопэтітжя“, Саб., Екатерин, как. 06.


Печати,
листов

КНИГА ИМЕЕТ:
В перепл.
един, соедин.
№№ вып.

Даш ООО

ь$-

і


ПРЕДИСЛОВІЕ АВТОРА.

Происхожденіемъ своимъ настоящее сочиненіе обя­
зано дебатамъ объ аграрной программѣ, предложенной
на франкфуртскомъ партейтагѣ германской соціалдемократіи и отвергнутой на бреславльскомъ. Какого-бы мнѣ­
нія ни быть объ этихъ дебатахъ, несомнѣнно одно: въ
нихъ обнаружилось отсутствіе единства во взглядахъ
какъ германской, такъ и международной соціалдемократіи на тенденціи развитія современнаго сельскаго хозяй­
ства, а, слѣдовательно, и отсутствіе неоспоримаго прин­
ципа, который могъ-бы лечь въ основу опредѣленной
аграрной политики.
Поэтому въ Бреславлѣ была единогласно признана
необходимость основательнаго изученія аграрныхъ отно­
шеній.
Конечно, не было надобности въ этомъ поводѣ, что­
бы возбудить во мнѣ интересъ къ аграрному вопросу.
Живо занималъ онъ меня еще въ началѣ моей партій­
ной дѣятельности. Въ 1878 году, когда я писалъ еще
подъ псевдонимомъ „Symmachos“, я обнародовалъ въ
вѣнскомъ журналѣ „Соціалистъ“ рядъ статей подъ за­
главіемъ „Крестьянство и соціализмъ“. Отдѣльный от­
тискъ ихъ долженъ былъ появиться въ печати въ видѣ
агитаціонной брошюры, но все изданіе было конфиско­
вано. Въ 1879 году я закончилъ свое сочиненіе „Der


— 4 —

Einflus der Volksvennehrung auf den Fortschritt der
Gesellschaft“, въ которомъ видное мѣсто отведено во­
просу о производствѣ жизненныхъ средствъ; въ 1880
году въ „Ежегодникѣ Рихтера“ появилась моя статья
объ агитаціи среди крестьянства; въ 1881 г. въ „Staats­
wirtschaftliche Abhandlungen“ я изслѣдовалъ вопросъ
о заатлантической конкуренціи въ производствѣ жиз­
ненныхъ средствъ. Кромѣ того, я составилъ тогда цѣ­
лый рядъ летучихъ листковъ для крестьянъ „Der Опkelaus Amerika“ и др.
Когда поэтому въ срединѣ этого десятилѣтія*) аграр­
ный вопросъ приковалъ къ себѣ вниманіе соціалисти­
ческихъ партій Европы, мнѣ оставалось только возоб­
новить старое знакомство, — знакомство, котораго я ни­
когда не прерывалъ совершенно.
Время только придало ему большій интересъ, какъ
практическій, такъ и теоретическій. Ростъ нашей пар­
тіи и земледѣльческій кризисъ выдвинули его въ одинъ
рядъ съ важнѣйшими практическими вопросами, съ ко­
торыми приходится сталкиваться соціалдемократіи. Меж­
ду тѣмъ марксизмъ легъ повсюду въ основу соціали­
стическаго движенія, появился ІП-й томъ „Капитала“
съ его блестящимъ изслѣдованіемъ земельной ренты; но
въ то-же время развитіе сельскаго хозяйства вызвало
къ жизни такія явленія, которыя кажутся несовмѣсти­
мыми съ ученіемъ Маркса. Это придало аграрному во­
просу и чрезвычайный теоретическій интересъ. При об­
работкѣ уже давно знакомой мнѣ темы я не ожидалъ
встрѣтить особыхъ затрудненій, и мнѣ хотѣлось по воз­
можности скорѣе выступить со своей работой передъ
публикой, такъ какъ дѣло касается не академическихъ,
а животрепещущихъ практическихъ вопросовъ. Не смо*) 90-ые годы XIX ст.


5 —

тря на это, прошло 3 года, прежде чѣмъ мнѣ удалось
опубликовать настоящее сочиненіе.
Причину этого надо искать въ томъ, что обязан­
ности моей профессіи, занятія злободневными вопроса­
ми, а по смерти Энгельса и участіе въ изданіи наслѣд­
ства Маркса слишкомъ .часто отрывали меня отъ рабо­
ты, отчасти-же въ томъ, что для обоснованія своихъ
изслѣдованій я хотѣлъ воспользоваться главнымъ обра­
зомъ новѣйшими данными о состояніи сельскаго хозяй­
ства: анкетой послѣдней парламентской аграрной ко­
миссіи въ ж^нгліи, относящимся къ земледѣлію тре­
тьимъ томомъ американской переписи 1890 года, фран­
цузской аграрной анкетой 1892 года и германской
статистикой сельско-хозяйственныхъ промысловъ и пред­
пріятій 1895 года; все это появилось въ свѣтъ лишь
въ 1897 и даже въ 1898 году.
Но тутъ-же съ дальнѣйшимъ ходомъ работы обна­
ружилось, что намѣченныя мною рамки брошюры слиш­
комъ тѣсны для предлагаемаго сочиненія. Я полагаю,
что вопросъ не въ томъ,- чтобы этой работой увеличить
и безъ того уже не малое число монографій и анкетъ
по сельско-хозяйственнымъ вопросамъ. Хотя подобныя
произведенія и заслуживаютъ вниманія, но не въ нихъ,
чувствуется недостатокъ: правительство, наука и публи­
цисты господствующихъ классовъ ежегодно предъявля­
ютъ публикѣ массу подобныхъ произведеній; дѣйстви­
тельная же потребность чувствуется въ изслѣдованіи,
которое обнаружило бы красную нить, проходящую че­
резъ весь этотъ хаосъ фактовъ, необходимымъ является
выясненіе основныхъ тенденцій, кроющихся подъ поверх­
ностью явленій и опредѣляющихъ ихъ характеръ. До
сихъ поръ частные вопросы общаго аграрнаго вопроса,
какъ, напр., отношеніе между крупнымъ и мелкимъ про­
изводствомъ, задолженность, наслѣдственное право, не­


— 6 —

достатокъ въ рабочихъ рукахъ, заатлантическая конку­
ренція и проч, изслѣдовались изолированно, какъ са­
мостоятельныя явленія; теперь же дѣло идетъ о томъ,
чтобы разсмотрѣть ихъ, какъ частныя явленія единаго
общаго процесса.
Задача эта трудна, тема обширна; кромѣ того, въ
существующей литературѣ мнѣ не извѣстно ни одной
крупной работы по этому вопросу, которая трактовала
бы его съ точки зрѣнія современнаго соціализма. Ес­
тественно, что передовые теоретики соціалдемократіи
занимались изслѣдованіемъ промышленнаго развитія. У
Энгельса и въ особенности у Маркса можно найти мно­
го цѣннаго по вопросу объ аграрныхъ отношеніяхъ, но
это все —■ случайныя замѣтки и мелкія статейки. Исклю­
ченіе представляетъ отдѣлъ о земельной рентѣ въ тре­
тьемъ томѣ „Капитала“, но онъ остался недоконченнымъ.
Марксъ умеръ, не закончивъ вполнѣ труда цѣлой жизни.
Но еслибъ онъ и сдѣлалъ это, то онъ все-таки не
далъ бы намъ разрѣшенія всѣхъ тѣхъ вопросовъ, кото­
рые интересуютъ насъ въ настоящее время. По плану
своей работы онъ занимался только капиталистическимъ
сельскимъ хозяйствомъ; въ настоящее же время насъ
главнымъ образомъ интересуетъ роль до-капиталистическихъ и не-капиталистическихъ формъ сельскаго хо­
зяйства внутри капиталистическаго общества.
И тѣмъ не менѣе „Капиталъ“ является неоцѣни­
мымъ и для нашего изученія сельско-хозяйственныхъ
отношеній, неоцѣнимымъ не только по своимъ резуль­
татамъ, но и по своему методу, который даетъ намъ
возможность и въ этой области успѣшно продолжать
начатый трудъ. Если въ этомъ сочиненіи мнѣ удалось
развить новыя плодотворныя мысли, то я прежде всего
обязанъ этимъ своимъ двумъ великимъ учителямъ, и я
заявляю объ этомъ тѣмъ охотнѣе, что съ нѣкотораго


— 7 —
времени даже въ соціалистическихъ кругахъ начинаютъ
раздаваться голоса, объявляющіе точку зрѣнія Маркса
и Энгельса устарѣлой; правда, въ свое время, говорятъ
они, Марксъ и Энгельсъ создали нѣчто, вполнѣ достой­
ное вниманія; правда, и въ настоящее время ихъ про­
изведенія будятъ мысль, но кто не хочетъ погрязнуть
въ догматизмѣ, тотъ не долженъ всецѣло подчиниться
ихъ вліянію; они должны только послужить переход­
ной ступенью къ высшей точкѣ зрѣнія; это-де слѣдуетъ
уже изъ самой точки зрѣнія Марксовой діалектики, ко­
торая учитъ, что вѣчныхъ истинъ нѣтъ, и что всякое
развитіе совершается черезъ отрицаніе существующаго.
Это выглядитъ очень философски, но въ то-же вре­
мя приводитъ къ интересному выводу, что Марксъ не
правъ уже потому, что правъ, что діалектика невѣрна
уже потому, что вѣрна, къ выводу, въ которомъ нео­
споримо только одно: ложность діалектики, только не
діалектики Маркса. Энгельсъ еще въ своемъ Апѣісіиітгітщ’ѣ (2-ое изд., стр. 133) указывалъ, какъ нелѣпо
считать уничтожающее отрицаніе членомъ діалектическаго
процесса. Развитіе путемъ отрицанія ни въ коемъ слу­
чаѣ не означаетъ отрицанія всего существующаго, оно
скорѣе предполагаетъ дальнѣйшее существованіе того,
что подлежитъ развитію. Отрицаніе капиталистическаго
общества соціалистическимъ не означаетъ разрушенія
человѣческаго общества, а лишь разрушеніе нѣкото­
рыхъ сторонъ одной изъ фазъ его развитія. Но ни въ
коемъ случаѣ оно не означаетъ и разрушенія всѣхъ
тѣхъ сторонъ капиталистическаго общества, которыя
отличаютъ его отъ предшествовавшей ему обществен­
ной формы. Если капиталистическая собственность есть
отрицаніе индивидуальной, то соціалистическій строй
есть „отрицаніе отрицанія“. Онъ снова возстановитъ
индивидуальную собственность, но только „основываю-


— 8 —

щуіося на пріобрѣтеніяхъ капиталистической эры“
(Марксъ, „Капиталъ“, 2-ое нѣм. изд., ст. 793). Раз­
витіе только тогда является прогрессомъ, если оно не
просто отрицаетъ, уничтожаетъ, но также сохраняетъ,
если въ существующемъ рядомъ съ тѣмъ, что заслужи­
ваетъ разрушенія, оно открываетъ и то, что достойно
сохраненія. Прогрессъ состоитъ въ накопленіи пріобрѣ­
теній предшествовавшихъ эпохъ развитія. Развитіе орга­
низма обусловливается не только приспособленіемъ, но
и наслѣдственностью, классовая борьба, двигающая впе­
редъ человѣческое общество, состоитъ не только въ раз­
рушеніи и созиданіи вновь, но и въ завоеваніи, а, слѣ­
довательно, и въ сохраненіи существующаго; успѣхи
науки не были-бы возможны, какъ безъ передачи ея
прежнихъ пріобрѣтеній, такъ и безъ критическаго отно­
шенія къ нимъ; прогрессъ искусства основывается не
на одной только оригинальности генія, не признающа­
го никакихъ рамокъ традиціи, но и на пониманіи клас­
сическихъ произведеній предшественниковъ.
Только изученіе дѣйствительности даетъ намъ воз­
можность судить о томъ, что обречено на гибель и что
подлежитъ сохраненію; здѣсь діалектика абсолютно не
годна, она не можетъ служить шаблономъ, который
замѣнилъ-бы это изслѣдованіе. Она только средство,
способствующее систематичности изслѣдованія и изощряю­
щее взглядъ изслѣдователя. Въ этомъ ея высокое достоин­
ство. Но она не даетъ прямо вруки готоваго результата.
Мнѣніе, выводящее изъ самаго ученія Маркса необ­
ходимость его замѣны высшимъ ученіемъ, покоится на
ложномъ пониманіи его діалектики. Что въ этомъ уче­
ніи ошибочно, и что представляетъ хт^ра гс
вѣчное
пріобрѣтеніе науки, этотъ вопросъ рѣшается не ссыл­
кой на діалектику, а изслѣдованіемъ фактовъ. Но съ
моей точки зрѣнія это изслѣдованіе до сихъ поръ ни


— 9 —

въ коемъ случаѣ не привело къ „отрицанію“ марксиз­
ма. Я вижу одни только колебанія и сомнѣнія, но ни
одной новой истины, которая въ состояніи была бы зат­
мить ученіе Маркса.
Но одни колебанія и сомнѣнія не представляютъ от­
рицанія въ діалектическомъ смыслѣ, не представляютъ
дальнѣйшаго развитія за предѣлы существующихъ зна­
ній, не означаютъ еще побѣды надъ существующей тео­
ріей. Причина сомнѣній, по моему мнѣнію, кроется ско­
рѣе въ личностяхъ сомнѣвающихся, чѣмъ въ ученіи,
подвергнутомъ сомнѣнію. Я думаю такъ не только на
основаніи результатовъ изученія этихъ сомнѣній, но и
на основаніи личнаго опыта.
Въ началѣ моего изученія соціализма симпатіи мои
были далеко не на сторонѣ теоріи Маркса. Я относился
къ ней столь же критически и недовѣрчиво, какъ любой
изъ тѣхъ, которые теперь такъ презрительно смотрятъ
сверху внизъ на мой фанатическій догматизмъ. Но со­
противляясь, я сталъ марксистомъ. И тогда, и позже
всякій разъ, какъ у меня являлось какое либо сомнѣ­
ніе въ основныхъ вопросахъ, я всегда, въ концѣ кон­
цовъ, находилъ, что вина во мнѣ, а не въ моихъ учи­
теляхъ; углубленіе въ предметъ заставляло меня при­
знать правильной ихъ точку зрѣнія.
Такимъ образомъ, каждое новое изученіе, каждая
попытка пересмотра приводили меня къ еще большей
убѣжденности, къ еще большему признанію того ученія,
примѣненіе и распространеніе котораго стали задачей
моей жизни.
Явленія сельско-хозяйственнаго развитія вызвали са­
мыя серьезныя сомнѣнія въ „Марксовой догмѣ“. Пред­
лагаемое сочиненіе покажетъ,насколько они основательны.
Берлинъ—Фрѳдѳнау.
Декабрь І898 г.

К. Каутскій.


I. Введеніе.
Въ современномъ обществѣ господствуетъ капиталистиче­
скій способъ производства. Антагонизмъ между классомъ ка­
питалистовъ и представителями наемнаго труда—вотъ дви­
жущій моментъ нашего вѣка, и онъ кладетъ на него свою
печать. Но капиталистическій способъ—не единственная форма
производства, существующая въ современномъ обществѣ; на­
ряду съ нимъ встрѣчаются еще остатки до-капиталистическихъ способовъ производства, сохранившіеся до настоящаго
времени; съ другой стороны, въ нѣкоторыхъ формахъ государ­
ственнаго и общественнаго хозяйства и кооперацій можно уже
открыть зародыши новой, высшей формы производства. Но
вышеуказанная соціальная противоположность между клас­
сомъ капиталистовъ и наемнымъ трудомъ также не единствен­
ная въ наше время. Рядомъ и между этими двумя классами
существуютъ еще многочисленные другіе классы,'—сливки и
подонки общества, великіе міра и ихъ присные, съ одной
стороны, различнаго рода босяки (Lumpenproletariat), съ дру­
гой; классы эти отчасти являются продуктами до-капиталистическихъ общественныхъ формъ, отчасти же порождаются
потребностями самаго капитализма или, по крайней мѣрѣ,
развиваются подъ ихъ вліяніемъ. Эти разнородные, частью
развивающіеся, частью вымирающіе классы съ ихъ столь
разнородными, постоянно мѣняющимися интересами, которые
то многообразно перекрепциваются, то поглощаются интересами
капиталистовъ и пролетаріевъ, но никогда вполнѣ не сливаются
съ ними, именно эти классы придаютъ современной политиче­
ской борьбѣ ея непостоянный характеръ, полный самыхъ
странныхъ неожиданностей.


12 —
Теоретикъ, желающій изслѣдовать основные законы, на­
правляющіе жизнь современнаго общества, не долженъ сму­
щаться обиліемъ этихъ явленій. Онъ долженъ изслѣдовать
капиталистическое производство въ его характерномъ видѣ,
въ его классическихъ формахъ, вполнѣ освобожденныхъ отъ
окружающихъ его остатковъ и зародышей другихъ формъ
производства. Практическій же дѣятель, напротивъ, сдѣлаетъ
громадную ошибку, если вздумаетъ разсматривать представи­
телей капитала и труда, какъ единственные дѣйствующіе
факторы современнаго общества, и будетъ игнорировать дру­
гіе классы.
Въ «Капиталѣ-? Маркса рѣчь идетъ только о капиталистахъ
и пролетаріяхъ. Въ «18 Брюмера» и въ «Революціи и Контръреволюціи въ Германіи* того же автора, рядомъ съ только
что указанными двумя классами, выступаютъ также и великіе
міра сего, и босяки, крестьяне и мелкіе буржуа, бюрократы
и солдаты, профессора и студенты.
Изъ этихъ промежуточныхъ слоевъ крестьянство, еще не­
давно самая значительная часть населенія нашихъ государствъ,
всегда возбуждало особенный интересъ въ средѣ демократи­
ческихъ и революціонныхъ партій нашего вѣка. Для нихъ,
порожденій городовъ, крестьянинъ представлялся мистиче­
скимъ, непонятнымъ и, подчасъ, даже страшнымъ существомъ.
Онъ, нѣкогда столь мужественно боровшійся противъ католи­
ческой церкви, феодальныхъ князей и дворянства, теперь
упорно держался за эти самыя учрежденія; ту силу, которую
другіе классы употребляли для борьбы за свою мг.цсипацію, онъ
зачастую обращалъ для защиты своихъ эксплуататоровъ; оружіе,
которое приносила ему демократія, онъ слишкомъ часто об­
ращалъ противъ нея же. Соціалдемократія сначала обращала
мало вниманія на крестьянство. Вѣдь она—не демократиче­
ская народная партія въ буржуазномъ смыслѣ слова, стремя­
щаяся осчастливить весь міръ, защищать интересы всѣхъ
классовъ, какъ бы они ни были противоположны; она—партія
классовой борьбы. Первые годы своего существованія она
всѣ свои усилія направляла на организацію городского про­
летаріата. Она надѣялась, что и въ деревнѣ экономическое


— 13 —■
развитіе подготовитъ ей почву, какъ и въ городѣ, и что
борьба между крупнымъ и мелкимъ производствомъ и здѣсь
приведетъ къ уничтоженію послѣдняго, такъ что ей тогда
удастся привлечь на свою сторону и массу сельскаго населе­
нія, не теряя своего чисто классоваго характера.
Въ настоящее время соціалдемократія настолько выросла,
что городъ является для нея уже недостаточнымъ полемъ
дѣятельности. Но какъ только она рѣшается отправиться въ
деревню, она встрѣчается съ той же таинственной силой, ко­
торая уже не разъ поражала своими неожиданностями преж­
нія демократически-революціонныя партіи. Она видитъ, что
не можетъ быть и рѣчи о быстромъ исчезновеніи мелкихъ
сельско-хозяйственныхъ предпріятій, что крупныя сельско­
хозяйственныя предпріятія завоевываютъ себѣ положеніе до­
вольно медленно, а мѣстами даже теряютъ и пріобрѣтенное.
Вся экономическая теорія, на которую она опиралась, оказы­
вается ложной, какъ только она пытается приложить ее къ
сельскому хозяйству. Но если эта теорія дѣйствительно не
приложима къ сельскому хозяйству, то соціалдемократіи не­
обходимо совершенно измѣнить не только тактику, которую
она примѣняла до сихъ поръ, но и всѣ свои основныя поло­
женія. Очень рѣзко подчеркнулъ эту мысль бреславльскій
профессоръ В. Зомбартъ въ своемъ послѣднемъ произведеніи.
«Какъ быть, говоритъ онъ, если въ экономической жизни
существуетъ область, которая не подчиняется процессу обоб­
ществленія, и не подчиняется именно потому, что при из­
вѣстныхъ обстоятельствахъ мелкое предпріятіе здѣсь важнѣе
и жизнеспособнѣе крупнаго? Въ этомъ вся проблема, которая
подъ видомъ аграрнаго вопроса стоитъ теперь передъ взо­
ромъ соціалдемократіи. Должны ли передъ лицомъ крестьян­
ства принципіально измѣниться покоящійся на крупномъ
производствѣ общехозяйственный идеалъ и вытекающая изъ
него программа? И если дѣйствительно придутъ къ выводу,
что въ сельскомъ хозяйствѣ нѣтъ никакой тенденціи къ раз­
витію крупнаго производства, и что въ этой сферѣ производ­
ства крупное предпріятіе не представляется также необхо­
димо высшей формой, то тогда предстанетъ рѣшительны


— 14- —
вопросъ: стать ли намъ демократами въ томъ смыслѣ, чтобы
охватить и эти мелкія хозяйства и, слѣдовательно, измѣнить
программу, отступивъ отъ общественнаго идеала, или же
оставаться представителями пролетаріата, сохраняя общехо­
зяйственный идеалъ и исключая, такимъ образомъ, изъ своего
движенія эти элементы?
«Здѣсь я долженъ былъ употреблять слова «если» и «но»,
такъ какъ, по моему мнѣнію, въ настоящее время нельзя еще
сдѣлать никакого опредѣленнаго вывода ни относительно того,
какова тенденція развитія въ сельскомъ хозяйствѣ, ни о томъ,
какая форма хозяйства въ земледѣліи является высшей, и
можно ли тамъ вообще какую-нибудь форму хозяйства при­
знать высшей? Но насколько я вижу, въ данномъ пунктѣ
система Маркса оказывается въ существенномъ недостаточна:
насколько я вижу, его дедукціи не могутъ быть просто пе­
ренесены въ область сельскаго хозяйства. У Маркса есть
весьма цѣнныя указанія и относительно аграрнаго вопроса,
но его теорія развитія, покоящаяся на ростѣ крупнаго про­
изводства и пролетаризаціи массъ и выводящая изъ этого
соціалистическій строй, какъ нѣчто необходимое,—эта теорія
несомнѣнна только для индустріальнаго развитія. Къ аграр­
ному развитію она не приложима, и мнѣ кажется, что только
научное изслѣдованіе въ состояніи было бы пополнить этотъ не­
сомнѣнно существующій пробѣлъ». («Соціализмъ и соціальное
движеніе въ 19 столѣтіи» стр. Ill *).
Мы опасаемся только, что этого намъ придется долго
ждать. Спорный вопросъ о томъ, выгоднѣе-ли крупныя или
мелкія земледѣльческія хозяйства, занимаетъ экономистовъ
уже болѣе столѣтія, и этому спору не предвидится конца.
Но это нисколько не помѣшало сельскому хозяйству, пока
теоретики спорили о преимуществахъ крупныхъ или мелкихъ
хозяйствъ въ земледѣліи, пройти гигантскій путь развитія;
развитіе это неоспоримо и можетъ быть ясно прослѣжено. Но
чтобы видѣть это, не
слѣдуетъ сосредоточивать своего
*) Русскій переводъ см. „Нов. олово“ за 1897 г. и отдѣльное
изданіе.


15 —
вниманія исключительно на борьбѣ между крупнымъ и мел­
кимъ производствомъ и разсматривать сельское хозяйство са­
мостоятельно, отдѣльно отъ всего общественнаго производства.
Несомнѣнно—и это мы считаемъ заранѣе доказаннымъ,—
что сельское хозяйство не развивается по тому же шаблону,
какъ индустрія. Сельское хозяйство слѣдуетъ своимъ соб­
ственнымъ законамъ. Но этимъ ни въ коемъ случаѣ не ска­
зано, что развитіе земледѣлія представляетъ прямую проти­
воположность развитію индустріи, что они не могутъ быть
объединены. Мы надѣемся скорѣе доказать, что они оба на­
правляются къ одной цѣли, если только разсматривать ихъ
не изолированно другъ отъ друга, но какъ нераздѣльные
члены одного и того же процесса.
Вѣдь содержаніе Марксовой теоріи капиталистическаго
производства не исчерпывается сведеніемъ процесса развитія
этой формы производства къ формулѣ «вытѣсненіе мелкаго
производства крупнымъ», такъ что каждый, кто знаетъ наи­
зусть эту формулу, имѣетъ въ карманѣ ключъ ко всей но­
вѣйшей экономіи.
Если желательно изслѣдовать аграрный вопросъ въ духѣ
метода Маркса, то недостаточно просто поставить себѣ во­
просъ, имѣетъ ли мелкое производство будущность въ земле­
дѣліи; гораздо въ большей степени мы должны заняться из­
слѣдованіемъ измѣненій, претерпѣваемыхъ сельскимъ хозяй­
ствомъ въ процессѣ развитія капиталистическаго производства.
Мы должны изслѣдовать, овладѣваетъ ли капиталъ
сельскимъ хозяйствомъ и какимъ образомъ это ему
удается, совершаетъ ли онъ въ немъ переворотъ,
приводитъ ли онъ къ тому, что прежнія формы про­
изводства и собственности оказываются отжившими,
и вызываетъ ли онъ необходимость въ новыхъ.
Только отвѣтивъ на эти вопросы, мы можемъ сказать,
приложима ли теорія Маркса къ сельскому хозяйству или
нѣтъ, и суждено ли процессу уничтоженія частной собствен­
ности на средства производства остановиться предъ главнымъ
изъ нихъ, землей?
Этимъ вполнѣ ясно намѣчается Наша задача,


16 —

II. Крестьянинъ и индустрія.
Капиталистическій способъ производства обыкновенно (за
исключеніемъ нѣкоторыхъ колоній) развивается прежде всего
въ городахъ, въ индустріи. Сельское хозяйство долго оста­
ется незатронутымъ имъ. Но уже индустріальное развитіе
приводитъ къ тому, что сельско-хозяйственное производство
принимаетъ другой характеръ.
Средневѣковая крестьянская семья представляла изъ себя
хозяйственную обшину, совершенно или почти совершенно
самодовлѣющую; она не только производила средства для
своего пропитанія, но строила также свой домъ, приготовляла
себѣ мебель и домашнюю утварь и даже большинство своихъ
незатѣйливыхъ инструментовъ, занималась дубленіемъ кожи,
обработывала для себя ленъ и шерсть, сама шила для себя
платье и т. д. Крестьянинъ, конечно, шелъ на рынокъ, но
лишь затѣмъ, чтобы продавать излишекъ своего производства
и покупать только предметы роскоши, за исключеніемъ же­
лѣза, потребленіе котораго онъ старался по возможности огра­
ничить. Отъ рынка могли зависѣть удобства и комфортъ его
жизни, но не его существованіе.
Эта самодовлѣющая община была неуязвима. Самое худ­
шее, что съ ней могло случиться, это—неурожай, пожаръ
или вторженіе непріятельской арміи. Но даже эти удары
судьбы носили характеръ временныхъ замѣшательствъ; они не
изсушали источниковъ существованія. Отъ неурожаевъ боль­
шею частью спасали обильные запасы, хранившіеся въ за­
кромахъ; скотъ давалъ молоко и мясо; лѣсъ и вода также до­
ставляли кое-что къ столу. Въ лѣсу же крестьянинъ нахо­
дилъ строительный матеріалъ для возстановленія своего сго­
рѣвшаго дома. Отъ врага убѣгалъ онъ въ лѣсъ со скотомъ и
движимымъ имуществомъ и возвращался обратно, какъ только
непріятель уходилъ. Какое бы опустошеніе непріятель ни про­
извелъ, онъ не въ состояніи былъ уничтожить пашни, паст­
бища, лѣса—этихъ основъ тогдашняго существованія. Если
находились необходимыя рабочія силы, если люди и скотъ
оставались цѣлы—бѣдствіе вскорѣ залѣчивалось.


17 —

Еще въ нашемъ столѣтіи консервативный экономистъ Сисмонди въ яркихъ краскахъ изобразилъ привольную жизнь
этого независимаго крестьянства, жизнь, которая была для
него идеаломъ. «Деревенское счастіе, картину котораго ри­
суетъ намъ исторія славныхъ временъ Италіи и Греціи, не
чуждо и нашему вѣку. Всюду, гдѣ можно найти крестьянское
землевладѣніе, можно также встрѣтить то благосостояніе,
обезпеченность, увѣренность въ будущемъ, ту независимость,
которыя одновременно обезпечиваютъ счастіе и добродѣтель.
Крестьянинъ, который вмѣстѣ съ своими дѣтьми исполняетъ
всю работу на своемъ маленькомъ наслѣдственномъ участкѣ,
который не платитъ ни арендныхъ денегъ лицамъ надъ нимъ
стоящимъ, ни заработной платы ниже его стоящимъ, который
соразмѣряетъ свое производство съ потребностями, ѣстъ свой
собственный хлѣбъ, пьетъ собственное вино, одѣвается въ
собственныя льняныя и шерстяныя платья,—такой крестья­
нинъ очень мало заботится о рыночныхъ цѣнахъ: ему очень
мало приходится покупать или продавать, и онъ никогда не
разоряется при торговыхъ кризисахъ. Далекій отъ того, чтобы
бояться за будущее, онъ украшаетъ его въ своемъ воображеніи;
въ интересахъ своихъ дѣтей или даже грядущихъ вѣковъ онъ
употребляетъ каждую свободную отъ повседневной работы ми­
нуту. Ему не стоитъ много времени положить въ землю зерно,
которое черезъ сто лѣтъ превратится въ могучее дерево,"или
прокопать ровъ, который навсегда осушитъ его поле, провести
воду изъ источника, улучшить принадлежащій ему скотъ и
' растенія неустаннымъ трудомъ въ минуты, урванныя отъ от­
дыха. Его маленькое наслѣдственное имѣньице—настоящая
сберегательная касса, которая всегда готова принять его ма­
ленькія сбереженія, готова превращать въ цѣнность каждую
свободную минуту. Вѣчно дѣятельная сила природы оплодо­
творяетъ ее и вознаграждаетъ сторицею. Крестьянинъ очень
живо чувствуетъ свое счастіе, неразрывно связанное съ его
собственностью (J. C. L. Simon de Sisniondi. «Etudes sur réconomie politique». I, стр. 180, 171).
Еще 60 лѣтъ тому назадъ знаменитый экономистъ того
времени могъ изобразить въ такихъ краскахъ счастіе мелкаго
2


— 1» —
крестьянина. Картина представлена, правда, нѣсколько въ
розовомъ свѣтѣ; она не характерна для общаго состоянія
крестьянства. Сисмонди имѣетъ здѣсь въ виду Швейцарію и
нѣкоторыя мѣстности Верхней Италіи. Но, во всякомъ случаѣ,
картина эта не вымышлена, а срисована съ натуры тонкимъ
наблюдателемъ.
Если теперь сравнить съ нею состояніе современнаго
крестьянства во всей Европѣ, включая и Швейцарію, то не
трудно будетъ замѣтить, какая глубокая экономическая ре­
волюція произошла за это время.
Первымъ шагомъ въ этомъ направленіи явилось разложеніе
крестьянскаго ремесла подъ вліяніемъ преимущественно го­
родской индустріи и торговли.
Въ предѣлахъ крестьянской семьи возможно было только
ничтожное раздѣленіе труда, которое не шло дальше раздѣ­
ленія труда между мужчиной и женщиной. Нѣтъ поэтому ничег удивительнаго,
что городская индустрія очень скоро
опередила крестьянское ремесло и создала для крестьянина
утварь и орудія, которыя онъ самъ приготовлялъ далеко не
такого высокаго качества, а иногда и совсѣмъ не былъ въ
состояніи сдѣлать. Но развитіе индустріи и торговли вызвало
также и въ городѣ новыя потребности, которыя, какъ и но­
выя улучшенныя орудія, тѣмъ быстрѣе и неудержимѣе рас­
пространялись въ деревняхъ, чѣмъ живѣе были сношенія между
городомъ и деревней; крестьянская промышленность была не
въ состояніи удовлетворять эти потребности. Мѣсто полотня­
ной куртки, овчины занимаетъ суконное платье; лапти повсюду
вытѣсняются кожаной обувью и т. д. Милитаризмъ, стягивая
въ городъ сыновей крестьянъ и знакомя ихъ съ городскими
потребностями, очень сильно способствуетъ этому развитію.
Ему главнымъ образомъ слѣдуетъ приписать распространеніе
потребленія табаку и водки. Наконецъ, городская индустрія
въ нѣкоторыхъ отрасляхъ достигла такого превосходства, что
продукты крестьянскаго производства оказались въ сравненіи
съ ея продуктами слишкомъ дорогими, чтобы бережливый
крестьянинъ могъ употреблять ихъ, и поэтому онъ отказы­
вается отъ ихъ производства. Такъ развитіе хлопчатобумажной


_ І9 _
индустріи, которая доставила столь дешевый ситецъ, очень
сильно сократило, а мѣстами и совершенно уничтожило обра­
ботку льна крестьянами для собственнаго потребленія.
Разложеніе крестьянской индустріи, производящей для
собственнаго потребленія, беретъ свое начало въ среднихъ вѣ­
кахъ вмѣстѣ съ возникновеніемъ городского ремесла. Но вліяніе
городского ремесла на деревню распространялось очень мед­
ленно, ограничивалось лишь близкими къ городу мѣстностями
и едва замѣтно затрогивало условія жизни крестьянства. Около
того самаго времени, когда Сисмонди воспѣвалъ крестьянское
счастіе, Иммерманъ могъ еще въ лицѣ сельскаго старосты (въ
«МййсЬѣаивеп») представить крупнаго вестфальскаго крестья­
нина, который говоритъ: «Глупъ тотъ, кто отдаетъ кузнецу,
что онъ самъ можетъ сдѣлать-», и который «самъ чинитъ у
себя въ домѣ косяки, двери и пороги, ящики и сундуки, а
при благопріятныхъ обстоятельствахъ даже дѣлаетъ новые.
При желаніи онъ могъ бы оказаться искуснымъ столяромъ и
былъ бы въ состояніи смастерить настоящій шкафъ». Въ
Исландіи еще и теперь нѣтъ особаго ремесла, которое заслу­
живало бы этого названія: тамъ еще и до сихъ поръ крестья­
нинъ является своимъ собственнымъ ремесленникомъ.
Только капиталистическое производство настолько могуще­
ственно, что быстро уничтожаетъ домашнее крестьянское
производство для собственнаго потребленія, и только капита­
листическій способъ сношеній съ его желѣзными дорогами,
почтами и газетами переноситъ городскіе взгляды и издѣлія
въ самые глухіе уголки страны, захватывая въ этотъ процессъ
не только окрестности города, но и все сельское населеніе.
Чѣмъ дальше идетъ этотъ процессъ, чѣмъ больше разла­
гается первобытное крестьянское домашнее производство, тѣмъ
сильнѣе растетъ потребность крестьянина въ деньгахъ: ему
нужны теперь деньги не только на покупку предметовъ рос­
коши, но и на покупку предметовъ первой необходимости.
Безъ денегъ онъ не въ состояніи ни продолжать своего хо­
зяйства, ни поддержать своего существованія.
Одновременно съ ростомъ потребности въ деньгахъ у кре­
стьянъ росла эта потребность и у ихъ эксплуататоровъ, т. е.
2*


— 20 —
у феодаловъ, князей и прочихъ лицъ, въ рукахъ которыхъ
сосредоточивалась государственная власть. Естественнымъ
слѣдствіемъ этого было превращеніе натуральныхъ повинно­
стей въ денежныя; это же вызвало и стремленіе къ все боль­
шему и большему увеличенію этихъ повинностей, что, въ свою
очередь, еще болѣе усилило потребность крестьянина въ день­
гахъ.
Единственный способъ добыванія денегъ заключался въ
превращеніи его продукта въ товаръ и въ снесеніи его на
рынокъ для продажи. Понятно, что это не были продукты
его отсталой индустріи, для которыхъ онъ нѣкогда находилъ
покупателей, но продукты, которыхъ городская индустрія не
производила. Такимъ образомъ, крестьянинъ долженъ былъ
превратиться въ «крестьянина» въ современномъ смыслѣ слова,
какимъ онъ ни въ коемъ случаѣ не былъ съ самаго начала:
онъ долженъ былъ превратиться въ чистаго земледѣльца.
По чѣмъ дальше шло это превращеніе, чѣмъ больше инду­
стрія отдѣлялась отъ сельскаго хозяйства, тѣмъ скорѣе ис­
чезала та самостоятельность, увѣренность и приволье, кото­
рыя Сисмонди встрѣчалъ еще мѣстами у нѣкоторыхъ свобод­
ныхъ крестьянъ.
Крестьянинъ сдѣлался теперь зависимымъ отъ рынка, ко­
торый для него оказался болѣе капризнымъ и менѣе поддаю­
щимся какимъ-либо разсчетамъ, чѣмъ погода. Противъ коварствъ послѣдней онъ по крайней мѣрѣ могъ до извѣстной
степени защитить себя: отводными канавами онъ могъ осла­
бить дѣйствіе слишкомъ сырого лѣта, оросительными приспо­
собленіями противодѣйствовать сильной засухѣ, дымящими
кострами защитить свой виноградникъ отъ весеннихъ холо­
довъ и т. д. Но у него не было никакихъ средствъ, чтобы
остановить паденіе цѣнъ и продать зерно, которое не нахо­
дитъ покупателя. И хорошій урожай, бывшій до сихъ поръ
для него благословленіемъ, становится теперь проклятіемъ.
Это обнаружилось въ началѣ настоящаго столѣтія, когда
сельско-хозяйственное производство въ Западной Европѣ
почти повсюду приняло характеръ товарнаго производства,
средства же сообщенія были еш.е несовершенны и не могли


— 21 —

компенсировать недостатокъ въ одномъ мѣстѣ избыткомъ въ
другомъ. При урожаѣ цѣны падали, какъ при неурожаѣ онѣ
повышались. Во Франціи урожай пшеницы давалъ слѣдующій
доходъ:
Средній урожай съ гектара
въ гектолитрахъ.

Въ
»
>
»

1816
1817
1821
1822

г.
»
>
>

. . .
. . .
. . .
. . .

9,73
■—
12,25
—

Цѣны за гектолитръ
въ франкахъ.

28,31
36,16
17,79
15,49

Въ 1821/22 г., при увеличеніи урожая на одну треть,
французскіе сельскіе хозяева выручали съ одного гектара
всего около 200 франковъ т. е. на одну треть меньше,
чѣмъ въ 1816/і7 г- Нечего поэтому удивляться сожалѣнію,
которое король выразилъ палатѣ по поводу того, что никакой
законъ не въ состояніи «устранить убытковъ, причиняемыхъ
чрезмѣрнымъ урожаемъ-».
Чѣмъ дальше шелъ процессъ превращенія сельско-хозяй­
ственныхъ продуктовъ въ товары, тѣмъ труднѣе было оста­
ваться на примитивной ступени непосредственной продажи
продуктовъ производителями потребителямъ. Чѣмъ болѣе
удалялся и расширялся рынокъ, на который производили
крестьяне, тѣмъ невозможнѣе дѣлалась для нихъ непосред­
ственная продажа потребителямъ, тѣмъ необходимѣе станови­
лись для нихъ посредники; между производителемъ и потре­
бителемъ появляется торговецъ. Онъ гораздо лучше крестья­
нина знакомъ съ рынкомъ, до извѣстной степени управляетъ
имъ и пользуется этимъ для эксплуатаціи крестьянина.
Къ хлѣботорговцу и гуртовщику вскорѣ присоединился и
ростовщикъ, который часто соединялся съ первыми въ одномъ
лицѣ. Въ неблагопріятные годы денежные доходы крестья­
нина оказываются недостаточными для покрытія его потреб­
ности въ деньгахъ; ему остается только воспользоваться кре­
дитомъ, заложить свою землю. Отсюда начало новой зависи­
мости, новой эксплуатаціи со стороны ростовщическаго капи­
тала,—эксплуатаціи, которая превосходитъ всѣ прочія и отъ
которой ему удается освободиться только съ большимъ тру­


—_ 22 —
домъ. Да и это ему не всегда удается; часто новое бремя
оказывается для него слишкомъ тяжелымъ, и пѣсня кончается
продажей съ молотка его наслѣдственнаго владѣнія для удо­
влетворенія ростовщика и сборщика податей. Что прежде не
въ состояніи были сдѣлать неурожаи, пожаръ и мечъ, то
производятъ теперь кризисы на хлѣбномъ и скотномъ рынкѣ.
Бѣдствіи, приносимыя крестьянину кризисами, не всегда
временнаго характера; кризисы могутъ отнять у него источ­
никъ его существованія — землю, они могутъ, въ концѣ кон­
цовъ, совершенно оторвать его отъ земли, превратить его
въ пролетарія. Такимъ образомъ, приходитъ конецъ благо­
состоянію, независимости и обезпеченности свободнаго крестья­
нина повсюду, гдѣ разрушается его домашняя индустрія
для собственнаго потребленія, и гдѣ онъ принужденъ нести
бремя денежныхъ налоговъ.
Но развитіе городской индустріи кладетъ также начало
разложенію первобытной крестьянской семьи. Крестьянскому
хозяйству первоначально принадлежало столько земли, сколько
необходимо было для прокормленія семьи, а гдѣ нужно было,
и для уплаты оброка помѣщику.
Но съ усиленіемъ зависимости крестьянина отъ рынка, съ
съ увеличеніемъ его потребности въ деньгахъ, т. е. съ уве­
личеніемъ доли жизненныхъ средствъ, производимыхъ имъ для
продажи, это равновѣсіе постепенно нарушалось. При неиз­
мѣнности производственныхъ отношеній у крестьянина ока­
зывалось слишкомъ мало земли, для удовлетворенія потребно­
стей всей семьи. Но онъ не могъ ни мѣнять по произволу
традиціонныхъ способовъ производства, ни расширять своихъ
владѣній. Зато, если семья его оказывалась слишкомъ боль­
шой, онъ свободно могъ отсылать излишекъ рабочихъ силъ
изъ отцовскаго дома на сторонніе заработки въ качествѣ
сельскихъ рабочихъ, солдатъ, городскихъ пролетаріевъ, или
въ Америку, гдѣ они находили новую родину. Такимъ обра­
зомъ, крестьянская семья была уменьшена до крайнихъ пре­
дѣловъ возможности.
Въ томъ же направленіи дѣйствовало другое обстоятельство.
Сельское хозяйство не всегда равномѣрно нуждается въ ра-


— 23 —
бочей силѣ. По временамъ, при обработкѣ земли, въ особен­
ности же, во время жатвы, является очень большая потреб­
ность въ рабочихъ рукахъ; иногда же въ нихъ нѣтъ почти
никакой надобности. Лѣтомъ спросъ на рабочую силу въ
сельскомъ хозяйствѣ въ два, три, а иногда четыре раза
больше, чѣмъ зимою.
Пока существовала крестьянская домашняя индустрія, эта
неравномѣрная потребность въ рабочей силѣ не имѣла особаго
значенія. Если не было полевыхъ работъ, или ихъ было мало,
крестьянская семья больше занималась дома и домомъ. Съ
исчезновеніемъ крестьянской домашней индустріи исчезла и
эта смѣна работъ. Вотъ еще одна причина, заставляющая
крестьянина уменьшать свою семью до минимума, чтобы зи­
мою не приходилось кормить тунеядцевъ.
Здѣсь мы говоримъ только о вліяніи исчезновенія крестьян­
скаго домашняго производства. Это вліяніе можетъ быть
парализовано различными усовершенствованіями въ сельско­
хозяйственномъ производствѣ, напр., переходомъ отъ выгон­
наго хозяйства къ интенсивному скотоводству, которое тре­
буетъ больше труда; другія измѣненія, наоборотъ, могутъ
еще больше усилить вліяніе этого фактора. Такъ, одною изъ
главныхъ сельско-хозяйственныхъ работъ, которыя производи­
лись зимою, была молотьба. Введеніе молотилки положило
этому конецъ и такимъ образомъ явилось сильнымъ мотивомъ
для дальнѣйшаго уменьшенія крестьянской семьи.
Соотвѣтственно этому остающаяся часть семьи должна,
конечно, лѣтомъ работать изо всѣхъ силъ. Но при всемъ
напряженіи силъ имъ не удается возмѣстить рабочую силу
ушедшихъ. Благодаря этому, является необходимость въ
вспомогательной рабочей силѣ, въ наемныхъ рабочихъ,
которыхъ нанимаютъ только во время напряженной работы и
отпускаютъ, какъ только исчезаетъ нужда въ нихъ. Какъ бы
дорого ни приходилось платить имъ, они все же обходятся
дешевле, чѣмъ содержаніе членовъ семьи въ теченіе круглаго
года. Подобную наемную рабочую силу доставляютъ проле­
таризированные крестьяне, крестьяне, ищущіе подсобнаго


— 24 —

заработка и крестьянскіе сыновья и дочери, ставшіе въ тя­
гость своей семьѣ.
Одинъ и тотъ же процессъ, создавая потребность въ наем­
ныхъ рабочихъ, съ одной стороны, съ другой—способствуетъ
ихъ появленію. Онъ пролетализируетъ нѣкоторыхъ крестьянъ,
уменьшаетъ крестьянскую семью, какъ мы уже видѣли, и
выбрасываетъ на рабочій рынокъ лишнихъ членовъ крестьян­
скихъ семей. Наконецъ, у мелкихъ крестьянъ онъ вызываетъ
потребность въ подсобныхъ промыслахъ помимо занятія ихъ
собственнымъ хозяйствомъ. Земля ихъ слишкомъ ограничена,
чтобы производить излишекъ надъ потребностями собственной
семьи; у нихъ нѣтъ сельско-хозяйственныхъ продуктовъ, ко
торые они могли бы вынести на рынокъ. Единственный то­
варъ, который они могутъ продавать — это ихъ рабочая
сила, которая только по временамъ можетъ быть цѣликомъ
использована въ ихъ собственномъ хозяйствѣ. Одно изъ
средствъ превратить ее въ деньги—это наняться въ батраки
къ болѣе крупнымъ сельскимъ хозяевамъ.
До самаго XVII столѣтія только изрѣдка можно встрѣтить
поденщиковъ, слугъ и служанокъ на службѣ у крестьянъ.
Но съ этого времени число ихъ увеличивается. Замѣна чле­
новъ семьи наемными рабочими оказываемъ въ свою очередь
вліяніе на положеніе рабочихъ силъ, остающихся въ лонѣ
своей семьи. Они все болѣе и болѣе низводятся до уровня
наемныхъ рабочихъ, состоящихъ на службѣ у главы семьи, и,
такимъ образомъ, одновременно крестьянскій дворъ, собствен­
ность цѣлой семьи, постепенно превращается въ исключитель­
ную собственность представителя семьи.
Вмѣсто старой крестьянской семейной общины, обрабаты­
вавшей свой участокъ исключительно собственными силами,
въ болѣе крупныхъ крестьянскихъ хозяйствахъ появляется
группа наемныхъ рабочихъ, которые подъ надзоромъ земле­
владѣльца обрабатываютъ его поля, пасутъ его скотъ и соби­
раютъ его жатву.
Классовая противоположность между эксплуататорами и
эксплуатируемыми, между имущими и пролетаріями проникаетъ


— 25 —

въ село, даже въ нѣдра самой крестьянской семьи и разру­
шаетъ прежнюю гармонію и общность интересовъ.
Какъ уже было сказано, процессъ этотъ начался еще въ
средніе вѣка, но только капиталистическій способъ производ­
ства ускорилъ его и установилъ его господство въ сельско­
хозяйственныхъ отношеніяхъ. Этотъ процессъ еще не закон­
чился и въ настоящее время, онъ продолжаетъ еще разви­
ваться, захватывая все новыя области, превращая все большія
отрасли крестьянскаго производства для собственнаго потреб­
ленія въ товарныя производства, увеличивая разными спосо­
бами потребность крестьянина въ деньгахъ и замѣняя работу
членовъ семьи работой наемныхъ рабочихъ. Такимъ образомъ,
уже одно развитіе капиталистическаго производства въ горо­
дахъ, безъ проникновенія капитала въ сельско-хозяйственное
производство и безъ возникновенія противоположности между
крупнымъ и мелкимъ производствомъ, въ состояніи совершенно
измѣнить устои крестьянской жизни.
Но капиталъ не ограничиваетъ своего вліянія одной только
индустріей. Достаточно окрѣпнувъ, онъ распространяетъ свое
господство и на сельское хозяйство.

III. Сельское хозяйство во времена Феода­
лизма.
а) Трехпольное хозяйство.
Здѣсь не мѣсто изслѣдовать происхожденіе отношеній соб­
ственности у крестьянъ. Для нашей цѣли достаточно показать,
въ какомъ состояніи были отношенія собственности и произ­
водства у крестьянъ послѣ бурной эпохи переселенія наро­
довъ въ странахъ, населенныхъ германцами,отношенія,которыя,
за малымъ исключеніемъ (главнымъ образомъ въ Англіи),
продержались до XVIII вѣка, а мѣстами сохранились и до
настоящаго времени. Они представляли компромиссъ между
общинной собственностью на землю, какъ этого требовало
крестьянское выгонное хозяйство, и частной собственностью


26 —

на землю, которая соотвѣтствовала потребностямъ тогдашняго
крестьянскаго земледѣлія.
Подобно крестьянской семьѣ, представлявшей семейную
общину, удовлетворяющую своп потребности собственными
силами, и село представляло замкнутое въ себѣ самодовлѣ­
ющее хозяйственное товарищество, сельскую общину (Mark­
genossenschaft) .
Мы здѣсь не касаемся тѣхъ формъ поселеній, которыясостояли изъ отдѣльныхъ разбросанныхъ дворовъ, а не со­
ставляли замкнутыхъ селеній; эти формы долгое время раз­
сматривались, какъ первоначальныя, но въ настоящее время
твердо установлено, что онѣ являются лишь исключеніями,
вызванными особыми историческими условіями, а, также особен­
ностями почвы. Нормальной и типичной является система селъ,
и съ ней мы будемъ имѣть дѣло въ дальнѣйшемъ нашемъ
изложеніи.
Исходной точкой крестьянскаго хозяйства являлась-уса­
дебная земля, которая уже перешла въ частную собственность.
Кромѣ жилого помѣщенія и необходимыхъ хозяйственныхъ
построекъ, къ ней принадлежалъ еще отгороженный участокъ
земли вокругъ построекъ. Этотъ участокъ заключалъ въ себѣ
огородъ со всѣми необходимыми для кухни растеніями, ово­
щами, льномъ, плодовыми деревьями и т. д. Село состояло
изъ большаго или меньшаго числа подобныхъ усадебъ. За
селомъ тянулась раздѣленная на участки земля марки, ея
пашня.
Тамъ, гдѣ господствовала трехпольная система, а это было
въ большинствѣ случаевъ, пахатная земля раздѣлялась на три
поля (Fluren) или нивы (Zeigen), каждое поле въ свою оче­
редь распадалось на доли (Gewannen) или участки (Kampe),
которые отличались качествомъ почвы и расположеніемъ. Каж­
дая усадьба имѣла свой надѣлъ въ каждомъ участкѣ. За на­
дѣльной землей находилась нераздѣленная земля общины (альменды, общественная земля), т. е. лѣсъ и пастбище.
Нераздѣленной землей община владѣла сообща. На пашнѣ
каждая семья обрабатывала для себя свой собственный надѣлъ.
Но и въ этомъ отношеніи она не могла совершенно свободно


— 27

распоряжаться: хотя на полѣ воздѣлывался хлѣбъ для потреб­
ностей людей, но скотоводство, выгонная система занимала
еще главное мѣсто въ сельскомъ хозяйствѣ. И къ тому вре­
мени, когда обработка земли стала уже частнымъ занятіемъ
каждой семьи, выгонное хозяйство оставалось еще дѣломъ
всей общины. Эта форма хозяйства оказывала свое воздѣй­
ствіе на отношенія собственности. Въ качествѣ пашни земля
была частной собственностью,въ качествѣ выгона—общинной. Это
значитъ, что каждое поле тотчасъ послѣ жатвы превращалось
въ пастбище, и, какъ таковое, оно попадало въ распоряженіе
всей общины, превращавшей всѣ поля въ общее пастбище.
И пожниво, и пашня, оставленная подъ паръ, превращались
въ выгонъ для скота всей общины. Но такой порядокъ былъ
бы невозможенъ, если-бы каждый членъ села обрабатывалъ
свой надѣлъ по собственному желанію. Поэтому господство­
вала принудительная запашка, т. е. внутри каждаго
поля (Flur) или нивы (Zeige) всѣ собственники надѣловъ должны
были воздѣлывать ихъ одинаково. Каждый годъ изъ трехъ
полей одно оставалось подъ паромъ, другое шло подъ озимые,
третье подъ яровые. Обработка поля мѣнялась ежегодно.
Кромѣ пожнива и парового поля имѣлись еще луга, постоян­
ныя пастбища и лѣса, доставлявшіе кормъ для скота; рабочая
сила, навозъ, молоко,. мясо этого скота имѣли одинаковое зна­
ченіе для крестьянскаго хозяйства,
Такая система сельскаго хозяйства господствовала во всѣхъ
населенныхъ германцами странахъ. Въ этомъ отношеніи не
замѣчается никакой разницы между крестьянами, находивши­
мися въ положеніи вполнѣ свободныхъ людей, или живущими
на землѣ помѣщика и платящими ему оброкъ, или же отка­
завшимися отъ своей независимости, чтобы отдаться подъ за­
щиту и охрану могущественнаго властелина, или, наконецъ,
насильственно лишенными независимости.
Эта система производства отличалась удивительной силой
и стойкостью; она была консервативна, охранительна въ луч­
шемъ смыслѣ этого слова. Обезпеченность крестьянина и его
благосостояніе покоились на общинномъ строѣ не менѣе, чѣмъ
на его домашней индустріи. Трехпольная система съ лѣсомъ


— 28 —
И пастбищемъ не нуждалась ни въ какомъ привозѣ изввѣ.
Она сама производила скотъ и навозъ, которые были необхо­
димы для обработки поля и предохраненія почвы отъ исто­
щенія. Общность же пастбища и пахатныхъ полей приводила
къ сплоченности членовъ общины, которая служила имъ на­
дежной охраной отъ чрезмѣрной эксплуатаціи со стороны
внѣшней силы.
Но какъ ни прочна была эта хозяйственная система, раз­
витіе городской промышленности, а вмѣстѣ съ нею денежнаго
хозяйства, нанесло и ей, какъ и крестьянскому ремеслу,
смертельный ударъ.

б) Стѣсненіе трехпольнаго хозяйства крупнымъ помѣ­
щичьимъ хозяйствомъ.
Мы видѣли, какъ городская индустрія увеличила потреб­
ность крестьянина въ деньгахъ; но она также увеличила эту
потребность и у той силы, которая существовала на счетъ
крестьянъ, именно у феодальнаго дворянства и у возникаю­
щаго новѣйшаго государства. Мы также видѣли, что, благо­
даря этому, крестьянинъ принужденъ былъ производить съѣст­
ные припасы для продажи на рынкахъ растущихъ городовъ.
Это одно уже нарушало равновѣсіе марки, весь хозяйственный
строй которой былъ разсчитанъ на то, чтобы собственными
силами удовлетворять своимъ потребностямъ, ничего или почти
ничего не получая извнѣ, но и ничего не отдавая.
Первоначально почти во всѣхъ общинахъ было даже строго
запрещено безъ разрѣшенія общины вывозить или вообще от­
чуждать за предѣлы ея какіе бы то ни было предметы потре­
бленія общины, напр., дрова, солому, сѣно, навозъ; всѣ про­
изведенія земли должны были также, насколько возможно, по­
требляться внутри самой общины. Это относилось и къ вскар­
мливаемому въ общинѣ скоту; выкормленныя ею свиньи не
должны были быть продаваемы за предѣлы общины. Точно
также было принято, чтобы хлѣбъ и виноградъ, уродившійся
въ общинѣ, былъ ею смолотъ, спечепъ, превращенъ въ вино
и ею же съѣденъ и выпитъ. Поэтому во многихъ сельскихъ


— 29 —
общинахъ возникли запретительные законы (Bankrechte).
При феодальной эксплуатаціи это стремленіе—ничего не вы­
возить изъ общины и все потреблять внутри ея—принимало
иногда курьезныя формы. Г. Л. фонъ-Мауреръ въ своей «Ge­
schichte der Dorfverfassung» (I, стр. 316) разсказываетъ объ
одномъ эльзасскомъ дворянинѣ, который въ 1540 году пред­
ложилъ своимъ крестьянамъ, въ качествѣ барщинной работы,
выпить все его прокисшее вино, чтобы освободить боченки
для хорошаго вина новаго урожая. «Они должны были, гово­
ритъ, по словамъ Маурера, старая хроника, три раза въ не­
дѣлю опустошать боченки и платить оброкъ только сыромъ
и хлѣбомъ; когда же они напивались и начинали драться
другъ съ другомъ, то помѣщикъ налагалъ на нихъ штрафы
за буйство, и такимъ образомъ выручалъ за свое вино
гораздо больше, чѣмъ если бы онъ его продалъ». На­
шимъ шнапсъ-юнкерамъ слѣдовало бы поставить памятникъ
этому храброму христіанско-германскому герою, который еще
въ тѣ далекія времена съ такой стойкостью умѣлъ отстаивать
алкоголизмъ, барышь и христіанскую мораль.
Ограниченія посредствомъ запретительныхъ законовъ ока­
зались отжившими или безполезными помѣхами съ тѣхъ поръ,
какъ производство на рынокъ стало для крестьянъ необхо­
димостью. Но постоянный вывозъ въ городъ питательныхъ
веществъ, болѣе уже не возвращавшихся почвѣ, долженъ былъ
постепенно все больше истощать и ухудшать ее.
Экономическое равновѣсіе общины между тѣмъ наруша­
лось еще и инымъ путемъ. По мѣрѣ того, какъ произведенія
земли превращались въ товаръ, пріобрѣтали цѣну на рынкѣ,
сама земля также превращалась въ товаръ, обладающій извѣст­
ной цѣнностью. Когда сельско-хозяйственное товарное произ­
водство въ началѣ новыхъ вѣковъ стало захватывать все боль­
шую и большую область, не было уже такого обилія земли,
какъ въ тѣ времена, когда германцы дѣлались осѣдлыми и,
вмѣсто пастбищнаго хозяйства номадовъ, дополняемаго обшир­
ной охотой и ничтожнымъ, въ высшей степени примитивным'!,
земледѣліемъ, переходили къ трехпольной системѣ, о которой
здѣсь идетъ рѣчь.


— 30 —
Каждому способу производства соотвѣтствуетъ извѣстный
максимумъ населенія, который можетъ прокормиться съ опре­
дѣленной площади земли. Достигли ли германцы въ эпоху
переселенія народовъ этого максимума, гнало ли ихъ въ Рим­
скую Имперію перенаселеніе или, скорѣе, беззащитность по­
слѣдней, все это вопросы спорные. Достовѣрно только то, что
переходъ къ высшей формѣ сельскаго хозяйства, которымъ
они были обязаны соприкосновенію съ римской культурой,
послѣ Великаго переселенія значительно повысилъ прои­
зводительно - питательную способность территоріи, занятой
германскими народами. Незначительное населеніе очень мало
удовлетворяло потребностямъ новаго способа производства, и
этотъ послѣдній очень благопріятствовалъ сильному размноже­
нію населенія. Поэтому, какъ только пронеслись бури пере­
селенія народовъ и въ Европѣ до нѣкоторой степени водво­
рился миръ и безопасность, населеніе начинаетъ быстро уве­
личиваться. Приростъ населенія легко находилъ необходимую
землю въ обширныхъ незаселенныхъ пространствахъ. Если
населеніе села увеличивалось, то или расчищали новыя земли
изъ запаса нераздѣленныхъ общинныхъ земель, или же изъ
части общинной земли образовывалась территорія для новой
сельской общины—дочерняго села, которое возникало рядомъ
со старымъ. Съ другой стороны, князья дарили церквамъ и
своимъ благороднымъ дружинникамъ совершенно или почти
необработанные участки земли, которые за небольшой оброкъ
отдавались владѣльцами переселяющимся сельскимъ общинамъ.
Вслѣдствіе постояннаго оттѣсненія славянъ, открывались все
новыя области для германской колонизаціи.
Въ началѣ XV* вѣка гусситскія войны въ Богеміи и уни­
чтоженіе власти нѣмецкаго ордена въ Польшѣ положили ко­
нецъ дальнѣйшему распространенію германской колонизаціи
на востокъ. А къ тому времени населеніе средней Европы,
если и не достигло максимума, соотвѣтствовавшаго тогдашнему
способу производства, то достаточно сильно разрослось, такъ
что уже не было недостатка въ людяхъ, въ рабочей силѣ,
не было изобилія земли, которое дозволяло бы оставлять ее
безъ вниманія. Такимъ образомъ, возникла возможность и


— 31 —
стремленіе къ монополизаціи самаго важнаго изъ всѣхъ средствъ
производства. Изъ-за этого между крестьянами и феодальнымъ
дворянствомъ возникла самая упорная и ожесточенная борьба,
которая продолжалась вплоть до новѣйшаго времени и, соб­
ственно говоря, не вполнѣ закончилась еще и теперь. Но
рѣшительныя битвы ея сыграны были въ Германіи уже въ
XVI вѣкѣ. Почти повсюду онѣ закончились побѣдой феодаль­
наго дворянства, которое подчинилось растущей силѣ госу­
дарства и за это получило ея поддержку противъ крестьянства.
' Побѣдоносное дворянство начинаетъ само производить то­
вары, такъ что способъ производства представляетъ удиви­
тельную смѣсь капитализма и феодолизма. Оно начало при
помощи крупнаго хозяйства производить прибавочную цѣн­
ность, обыкновенно съ помощью принудительнаго феодальнаго,
а не наемнаго труда. Его лѣсная политика, земледѣльческое
хозяйство и скотоводство все болѣе и болѣе суживали крестьян­
скую землю и подкапывались подъ устойчивость трехполь­
ной системы.
Лѣсное хозяйство представляло больше всего удобствъ для
феодально-капиталистической эксплуатаціи, для крупнаго то­
варнаго производства въ сельскомъ хозяйствѣ. Какъ только
потребности города сдѣлали дерево ходкимъ товаромъ,—а въ
то время оно еще не замѣнялось каменнымъ углемъ и желѣ­
зомъ, и потому въ качествѣ топлива и строительнаго мате­
ріала .употреблялось въ сравнительно большемъ количествѣ,
чѣмъ теперь,—помѣщики тотчасъ употребили всѣ свои усилія,
чтобы овладѣть лѣсомъ. Для этого они или лишали сельскія
общины принадлежавшаго имъ права собственности на лѣсъ,
или же, если лѣсъ и раньше составлялъ собственность помѣ­
щика, они стремились сузить право общинъ пользоваться
дровами, соломой и пастбищами.
Уже въ 1525 году между двѣнадцатью пунктами, выста­
вленными возставшими крестьянами, былъ одинъ (пятый), гла­
сившій такъ: «Въ пятыхъ, мы очень нуждаемся въ дровахъ,
такъ какъ наши господа присвоили себѣ все дерево (всѣ
лѣса), и если бѣдному человѣку что-нибудь нужно, то онъ
долженъ платить вдвойнѣ: наше мнѣніе таково, что лѣса


— 32 —

какъ духовенства, такъ и свѣтскихъ лицъ, находящіеся въ
ихъ владѣніи, а не купленные ими, должны енола перейти
къ общинамъ, и каждому члену общины должно быть предо­
ставлено право даромъ пользоваться лѣсомъ для домашнихъ
надобностей, а также, если ему понадобится, и для плот­
ничьихъ работъ, однако съ вѣдома избранныхъ для этого об­
щиной лицъ, чѣмъ будетъ предупреждено расхищеніе дерева».
Распространеніе охоты еще болѣе сузило права крестьянъ
на пользованіе лѣсомъ.
Охотничье оружіе первоначально было также и военнымъ
оружіемъ, и охота была подготовительной школой къ войнѣ;
охота и война были тѣсно связаны между собою. Пока охота
была необходима для обезпеченія потребностей обыкновеннаго
свободнаго человѣка, этотъ послѣдній былъ и воиномъ. Когда
же охота, какъ источникъ добыванія средствъ къ существо­
ванію, отступила на задній планъ передъ земледѣліемъ,
тогда появилась необходимость въ раздѣленіи труда между
«сословіемъ промышленнымъ», и «сословіемъ военнымъ»; это
раздѣленіе, конечно, имѣло и другія причины. Наоборотъ,
чѣмъ больше война дѣлалась достояніемъ дворянства, тѣмъ
болѣе и охота превращалась въ исключительный спортъ бла­
городнаго сословія.
Когда дворянство стало лишнимъ, когда современное го­
сударство отняло у него функціи, которыя оно выполняло въ
средніе вѣка—военныя, судебныя и политическія, тогда оно
превратилось въ придворное сословіе, толпящееся у подножія
трона въ погонѣ за наслажденіями и народными деньгами;
пріѣзжая въ свои помѣстья, оно не находило никакого дру­
гого интереса, кромѣ охоты.
Но успѣхи охоты и земледѣлія взаимно исключали другъ
друга. Въ изобиліи дичь могла водиться только въ громад­
ныхъ лѣсахъ, и она служила постояннымъ источникомъ убы­
тковъ и потерь для крестьянъ.
По мѣрѣ того, какъ дворянство становилось все болѣе не
нужнымъ, болѣе заносчивымъ, въ борьбѣ интересовъ земле­
дѣлія и охоты послѣдняя все чаще одерживала верхъ. Даль­
нѣйшему развитію земледѣлія, угрожавшаго лѣсамъ —мѣсто


:

\
!

>

пребыванію дичи, былъ положенъ предѣлъ: запрещались лѣсныя
запашки, строго наказывалась охота крестьянъ, которые не
имѣли права убивать дичь,—даже если она опустошала ихъ
поля.
Объ этомъ свидѣтельствуютъ и 12 пунктовъ крестьянъ
1525 г. Тамъ говорится: «Въ четвертыхъ, до сихъ поръ было
принято, что никто изъ бѣдныхъ людей не имѣетъ права уби­
вать дичь или ловить рыбу въ текучей водѣ. Это, по нашему
мнѣнію, совершенно несправедливо и противно слову Божію.
Кромѣ того, въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ господа держатъ
дичь, чтобы приносить намъ много бѣдъ и убытковъ, такъ
какъ мы не имѣемъ права запрещать безсмысленному живот­
ному поѣдать безъ всякой пользы плоды нашихъ трудовъ, са­
мимъ Богомъ предназначенные для пользы человѣка, и при
этомъ мы должны молчать, что противно божескимъ и чело­
вѣческимъ законамъ».
Но въ послѣдующіе вѣка стало еще хуже. Во Франціи
только Великая Революція положила конецъ этому, а. въ Гер­
маніи спустя и 160 лѣтъ послѣ Великой Революціи прусскіе
юнкера въ рейхстагѣ осмѣливаются требовать, чтобы крестья­
нинъ кормилъ ихъ зайцевъ своей капустой, не встрѣчая серьезнаго отпора'со стороны большинства.
Итакъ, тамъ, гдѣ возникалъ рынокъ для лѣса, было
очень легко и просто превратить лѣсъ въ предметъ частной
собственности и эксплуатировать его на капиталистическихъ
началахъ, хотя и подъ покровомъ феодальныхъ формъ; также
легокъ и простъ былъ переходъ, къ капиталистическому паст­
бищному хозяйству тамъ, гдѣ открывались рынки для продуктовъ скотоводства (шерсть) и гдѣ' условія климатическія
и почвенныя способствовали скотоводству, которое, какъ и
лѣсоводство, не требовало ни большого количества наемныхъ
рабочихъ, ни большихъ затратъ капитала, и техника кото­
раго была весьма несложна. Для экстенсивной формы капи­
талистическаго скотоводства, какъ и для капиталистическаго
лѣсоводства, было необходимо, можно сказать, одно только
условіе—частная собственность на обширныя пастбища, и
тамъ, гдѣ этому благопріятствовали вышеуказанныя обсто8


— 34 —ятельства—въ XV и XVI столѣтіяхъ въ Англіи и Испаніи, а
позже въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ сѣверной Германіи, удоб­
ныхъ для овцеводства,—помѣщики не мало потрудились надъ
созданіемъ этихъ условій. Самою мягкою формою было моно­
полизированіе помѣщикомъ права овцеводства, т. е. права
пасти овецъ на общественныхъ пастбищахъ. Жалобы на это
въ Германіи появляются только послѣ крестьянскихъ войнъ.
Но не рѣдко доходность овцеводства побуждала помѣщиковъ
обращать въ частную собственность даже общественныя паст­
бища, урѣзывать крестьянскія земли, превращая пашню
въ пастбище.
Если возникалъ гдѣ-либо рынокъ для продуктовъ земле­
дѣлія, феодалы не прочь были и эти послѣдніе сдѣлать пред­
метомъ своего собственнаго производства. Но здѣсь это было
не такъ легко, какъ въ области лѣсного хозяйства и ското­
водства. Земледѣліе требуетъ меньшаго количества добавочной
земли, но зато больше нуждается въ добавочной рабочей силѣ
и требуетъ извѣстной затраты капитала.
Въ средніе вѣка каждый помѣщикъ, обыкновенно, велъ
хозяйство только на части принадлежавшей ему земли или
подъ своимъ личнымъ наблюденіемъ, или черезъ своего упра­
вляющаго (Vogt). Остальную часть своей земли онъ отдавалъ
въ пользованіе крестьянамъ на оброкъ, который отчасти упла­
чивался натурой, отчасти же барщиннымъ трудомъ въ его
собственномъ хозяйствѣ, въ его помѣстья. Мы видѣли, какъ
возникновеніе городского рынка для съѣстныхъ припасовъ
создало, съ одной стороны, возможность, а съ другой,—стре­
мленіе къ замѣнѣ этихъ повинностей денежными взносами. Но
тамъ, гдѣ и помѣщикъ начиналъ производить для продажи,
эта тенденція сталкивалась съ другой; наемный трудъ былъ
еще мало распространенъ, помѣщичье имѣніе обрабатывалось
при помощи принудительнаго труда оброчныхъ крестьянъ.
Чѣмъ большій излишекъ земледѣльческихъ продуктовъ ста­
рался производить помѣщикъ, тѣмъ больше опъ нуждался въ
рабочей силѣ, но и тѣмъ больше земли ему было необходимо
Это, съ одной стороны, вызвало стремленіе къ расширенію по­
мѣщичьей земли на счетъ крестьянской, путемъ-ли урѣзыванія


— 35 —

нераздѣленной общиной земли, т. е. пастбища, или же путемъ
непосредственнаго изгнанія крестьянъ; съ другой стороны,
развилось стремленіе къ увеличенію повинностей крестьянъ,
и это стремленіе до извѣстной степени ставило границы изгна­
нію крестьянъ: чѣмъ меньше крестьянъ въ деревнѣ, тѣмъ
меньше рабочихъ силъ въ помѣстья. Но само изгнаніе кресть­
янъ въ свою очередь поддерживаетъ это стремленіе: чѣмъ
меньше число работниковъ въ помѣстьи, тѣмъ болѣе тяжкое
бремя труда падаетъ на каждаго.
Итакъ мы видимъ, что развитіе товарнаго хозяйства вы­
звало въ деревнѣ самыя разнообразныя тенденціи; однако
всѣ онѣ дѣйствовали въ одномъ направленіи: онѣ вели къ
сокращенію крестьянской пашни, а въ особенности пастбищъ
и лѣсовъ еще задолго до наступленія дѣйствительнаго пере­
населенія, т. е. раньше, чѣмъ населеніе достигло максимума,
имѣвшаго возможность прокормиться при господствующей си­
стемѣ сельскаго хозяйства.
Крестьянское существованіе было этимъ потрясено до са­
мыхъ своихъ основъ.
Глубокія измѣненія въ условіяхъ существованія крестья­
нина обнаружились уже въ питаніи крестьянина.

в) Крестьянинъ начинаетъ голодать.
Да позволено будетъ намъ сдѣлать здѣсь маленькое от­
ступленіе, чтобы разсмотрѣть вопросъ, который имѣетъ лишь
слабую связь съ общей нашей темой, но который тѣмъ не
менѣе можетъ, по нашему мнѣнію, бросить нѣкоторый свѣтъ
и на эту послѣднюю.
Довольно распространенная въ настоящее время школа,
ведущая свое происхожденіе отъ Конта и Спенсера, любитъ
безъ оговорокъ переносить закопы природы на человѣческое
общество. Результаты естественно-научнаго изслѣдованія въ
текущемъ столѣтіи были настолько блестящи, что естество­
испытатели очень легко повѣрили, будто они владѣютъ клю­
немъ для всѣхъ загадокъ, даже для такихъ областей, кото­
рыя были очень далеки отъ нихъ, Съ другой стороны, вѣко-


— 36 —
торымъ соціологамъ казалось болѣе удобнымъ распространить
твердо установленные законы природы на свою область, чѣмъ
путемъ сложнаго изслѣдованія отыскивать особые законы.
Къ аксіомамъ этой естественно-научной соціологіи отно­
сится признаніе тѣсной зависимости между климатомъ и
питаніемъ. «Хотя и въ холодномъ, и въ жаркомъ климатѣ
мы потребляемъ одинаковое по вѣсу количество пищи, гововоритъ Либихъ, но безконечная мудрость проявила себя здѣсь,
устроивъ такъ, что тѣ же количества пищи содержатъ не­
одинаковыя количества углерода. Плоды, употребляемые южны­
ми жителями, въ. свѣжемъ видѣ содержатъ не болѣе 12°/0
углерода, тогда какъ жиръ и ворвань, потребляемые поляр­
ными жителями, содержатъ его въ количествѣ 66—80°/о».
(«Chemische Briefe», стр. 246).
Бокль выводитъ изъ этого, что рабство индуса представ­
ляетъ «естественное» состояніе народа, «принужденнаго къ
такому состоянію неумолимыми законами природы». («Исторія
цивилизаціи», I т.), Дѣло въ томъ, что климатъ дѣлаетъ ихъ
вегетеріанцами, а чрезвычайное богатство тропической расти­
тельности способствуетъ росту населенія и переполненію «ра­
бочаго рынка».
Мы, конечно, не станемъ опровергать общепризнаннаго
положенія физіологіи, что въ холодныхъ странахъ человѣкъ
ощущаетъ большую потребность въ углеродѣ, т. е. мясной
пищѣ, чѣмъ въ теплыхъ. Но эта разница вовсе не такъ ве­
лика, какъ обыкновенно думаютъ. И въ полярномъ кругѣ че­
ловѣкъ ищетъ растительной пищи. «Кромѣ рыбы и мяса»,
разсказываетъ Норденшельдъ, «чукчи съѣдаютъ еще громад­
ное количество овощей и прочихъ питательныхъ ве­
ществъ растительнаго царства... Писатели, разсматри­
вающіе чукчей, какъ народъ, живущій исключительно про­
дуктами животнаго царства, жестоко ошибаются. По моему
мнѣнію, напротивъ, въ извѣстное время года чукчи являются
въ гораздо большей степени «растеніеядными», чѣмъ какой
бы то ни было изъ извѣстныхъ мнѣ народовъ». («Die Umseglung
Asiens und Europas auf der Vega», II, 108 стр.). Съ другой
стороны, и подъ тропиками «обычная пища» не состоитъ


— 37 —

«почти исключительно» изъ фруктовъ, риса и другихъ ра­
стеній, какъ полагалъ Бокль; чистое вегетаріанство является
тамъ исключеніемъ. «Это сказка, будто въ Африкѣ потреб­
ность въ мясѣ меньше», говоритъ Buchner (Kamerun, стр.
153, 116) и факты подтверждаютъ его наблюденія. Во всей
Африкѣ существуетъ большой спросъ на мясную пищу. Осо­
бенно аппетитнымъ долженъ быть столъ у негровъ Бонго, о
которыхъ ПІвейнфуртъ разсказываетъ, что они не брезгаютъ
никакой животной пищей, исключая собакъ и людей, и упо­
требляютъ даже крысъ, змѣй, гіенъ, скорпіоновъ, муравьевъ
и гусеницъ. Нѣчто подобное извѣстно и объ индѣйцахъ Бри­
танской Гвіаны, живущихъ подъ экваторомъ. «Главная
пища ихъ состоитъ изъ дичи и рыбы, однако, они не
брезгаютъ также крысами, обезьянами, аллигаторами, лягуш­
ками, червями, гусеницами, муравьями, личинками и жуками».
(Аррші bei Peschei, «Völkerkunde», стр. 163).
Далекіе отъ того, чтобы питаться одними плодами, мно­
гіе живущіе подъ тропиками народы включаютъ въ число пи­
тательныхъ средствъ также и человѣческое мясо. Кажется
даже, что каннибализмъ преимущественно свойственъ тропи­
ческимъ странамъ. Только на очень высокой ступени куль­
туры человѣкъ достигаетъ такого господства надъ природой,
что въ состояніи свободно выбирать себѣ пищу, соотвѣтствую­
щую его потребностямъ. Чѣмъ ниже онъ стоитъ, тѣмъ больше
онъ принужденъ довольствоваться тѣмъ, что находитъ, тѣмъ
болѣе онъ долженъ приспособляться къ пищѣ, которая нахо­
дится въ его распоряженіи, вмѣсто того, чтобы приспособлять
пищу къ себѣ. Если эскимосъ питается преимущественно мя­
сомъ и ворванью, то это гораздо меньше зависитъ отъ предпи­
саній климата, чѣмъ отъ того обстоятельства, что онъ не на­
ходитъ другой пищи. Онъ не можетъ питаться плодами по
той простой причинѣ, что въ Гренландіи ихъ растетъ очень
мало. Что онъ выбираетъ исключительно мясную пищу не
изъ физіологическихъ соображеній, это видно изъ того, ка­
кую онъ придаетъ цѣну тѣмъ немногимъ растеніямъ, которыя
ему доступны. Южные эскимосы еще могутъ собрать въ лѣт­
ніе мѣсяцы нѣсколько ягодъ; живущіе же на сѣверъ почти


— 38 —

нигдѣ не находятъ какихъ-либо растеній, кромѣ тѣхъ, кото­
рыя, на половину переваренныя, попадаются въ желудкѣ
сѣвернаго оленя; но и это считается у нихъ рѣдкими дели­
катесами.
Это все таки крайній случай. Громаднѣйшая часть зем­
ной поверхности изобилуетъ большимъ разнообразіемъ живот­
ной и растительной пищи. Не повсюду человѣкъ такъ огра­
ниченъ въ выборѣ питательныхъ средствъ, какъ у полюсовъ.
Но нигдѣ ему не предоставлено свободно выбирать по же­
ланію какую угодно пищу. Большую часть пищевыхъ ве­
ществъ человѣкъ находитъ лишь въ ограниченномъ количе­
ствѣ, не безъ труда и не во всякое время. Будетъ ливъ состоя­
ніи данный источникъ пропитанія доставлять человѣку постоян­
ную и достаточную пищу—это зависитъ не отъ количества содер­
жащагося въ немъ углерода, не отъ потребности человѣка въ
пемъ, а прежде всего отъ уровня его техники, отъ степени
власти его надъ природой, однимъ словомъ, отъ способа его
производства. Въ сравненіи съ этимъ климатъ, устройство по­
верхности и другія физическія условія имѣютъ ничтожное
значеніе. Сравнивъ различныя дикія племена американскихъ
индѣйцевъ, находящіяся на одинаковой степени культуры, мы
найдемъ, что отношеніе между количествомъ потребляемой
рыбы, дичи и растительной пищи, въ общемъ почти у всѣхъ
будетъ одинаково: и у живущихъ въ пампасахъ, и въ Rocky
Mountains, на Амазонкѣ ина Миссури; сколько-нибудь значи­
тельная разница зависитъ отъ различныхъ мѣстныхъ условій,
напр., изобилія рыбъ въ рѣкахъ и т. п., а не отъ климати­
ческихъ вліяній.
Съ измѣненіемъ способа производства у какого-нибудь на­
рода, измѣняется и его питаніе, независимо отъ измѣненія
климата. Если современный лаццарони Неаполя довольствуется
макаронами, сардинками и чеснокомъ, то этимъ онъ обязанъ
не прекрасному небу, подъ которымъ онъ живетъ. Подъ тѣмъ
же небомъ люди героическаго періода Греціи, какъ намъ
извѣстно изъ Иліады и Одиссеи, съ удовольствіемъ пожирали
громадныя количества не только мяса, но и «сверкают,аго»
жира—нища, которая удовлетворила бы и эскимоса.


— 89 —Индусы также не всегда были вегетеріанцами. Прежде,
чѣмъ они прибыли въ долину Ганга и осѣли тамъ, они были
кочующими пастухами; ихъ пища состояла преимущественно
изъ молока и мяса животныхъ, составлявшихъ ихъ стада.
Когда же измѣнился способъ ихъ производства, когда земле­
дѣліе отодвинуло скотоводство на задній планъ, такъ какъ
долина Ганга представляла удобныя условія для перваго, а
не для второго, тогда стало считаться грѣхомъ и мотовствомъ
потребленіе мяса животнаго, служившаго и рабочимъ и
молочнымъ скотомъ.
Подобное глубокое измѣненіе въ способѣ питанія крестьянъ
началось въ нашихъ странахъ съ XV вѣка. Еще въ XIV в.
лѣса, луга, вода и птичій дворъ доставляли обильную мя­
сную пищу. Мясо было тогда во всей Германіи обычной по­
вседневной пищей простого человѣка; 2—3 мясныхъ блюда
въ' день для поденщика не были необычнымъ явленіемъ.
Насколько въ то время было распространено потребленіе
мяса, видно изъ разсчета Клодена, по которому въ 1308 г.
во Франкфуртѣ на Одерѣ потребленіе мяса на одного чело­
вѣка равнялось минимумъ 250 фунтамъ, между тѣмъ какъ въ
настоящее время въ Берлинѣ на одного человѣка приходит­
ся мяса 130—150 ф., а въ Бреславлѣ въ 1880—1889 гг.
приходилось только 86 фунтовъ.
XVI вѣкъ былъ рѣшающимъ для крестьянъ. Лѣсъ и вода
сдѣлались для нихъ недоступными; дичь вмѣсто того, чтобы
доставлять крестьянину пищу, уничтожала его средства про­
питанія. Пастбище все больше и больше сокращалось, весь
скотъ и птицу, которые ему еще удавалось выкармливать,
за исключеніемъ рабочаго скота, онъ долженъ былъ прода­
вать, чтобы добыть необходимыя ему деньги. Столъ нѣмец­
каго крестьянина становится все бѣднѣе. Крестьянинъ, по­
добно индусу, превратился въ вегетаріанца.
Уже въ 1550 г. мы слышимъ жалобы шваба Генриха
Мюллера: «Еще на памяти моего отца, который былъ крестья­
ниномъ, говоритъ онъ, крестьяне питались совершенно ина­
че, чѣмъ теперь. Каждый день было изобиліе мяса и другихъ
блюдъ; на сельскихъ праздникахъ и другихъ пирушкахъ сто-


— 40 —

лы ломились подъ тяжестью яствъ: здѣсь пили вино, какъ
воду, наѣдались и брали еще съ собою, что только угодно
было, такъ какъ всего было въ изобиліи. Теперь все измѣни­
лось. Давно уже наступили тяжелыя времена и дороговизна,
и состоятельнѣйшіе крестьяне питаются теперь хуже, чѣмъ
прежніе поденщики и слуги>.
Но сокращеніе скотоводства должно было вскорѣ вызвать
подобное же явленіе и въ производствѣ зерновыхъ хлѣбовъ.
Чѣмъ меньше скота, тѣмъ меньше навоза. Часто также стра­
дала сама обработка земли, такъ какъ съ сокращеніемъ ско­
товодства уменьшалось и количество рабочаго скота. Въ томъ
же направленіи дѣйствовало усиленіе барщины какъ личнымъ
трудомъ, такъ и съ лошадью, барщины, требовавшей, чтобы
крестьянинъ работалъ на помѣщичье хозяйство какъ разъ
тогда, когда его собственное хозяйство нуждалось въ его
трудѣ.
Въ то самое время, когда количество сельско-хозяйствен­
ныхъ продуктовъ, производимыхъ для города, все болѣе уве­
личивалось и когда необходимо было покрывать вытекающій
отсюда дефицитъ увеличеніемъ удобренія и интенсивной обра­
боткой земли, какъ разъ въ это время обработка и унавожи­
ваніе земли все болѣе ухудшались. Слѣдствіемъ этого было
паденіе крестьянскаго хозяйства, растущее истощеніе и не­
плодородіе почвы. Въ урожайный годъ хлѣба едва хватало
для поддержанія бреннаго тѣла крестьянина. Неурожая или
вторженія непріятеля, причинявшихъ прежде только времен­
ныя бѣдствія, теперь было достаточно, чтобы окончательно
уничтожить крестьянское хозяйство.
Мы видѣли, какъ въ XVI столѣтіи крестьянинъ превра­
тился въ вегетаріанца; въ XVII и XVIII вѣкахъ въ нѣкото­
рыхъ мѣстахъ онъ уже просто не доѣдалъ. Извѣстно описа­
ніе французскаго крестьянина, сдѣланное ЬаЬтпубге’омъ за 100
лѣтъ до Великой Революціи. «Существуетъ, говоритъ онъ, родъ
человѣкоподобныхъ животныхъ мужского и женскаго пола, чер­
ныхъ, худыхъ и загорѣлыхъ отъ солнца; они живутъ въ де­
ревняхъ и прикованы къ землѣ, которую они съ неистощи­
мымъ терпѣніемъ взрываютъ и вскапываютъ. У нихъ есть


— 41 —

нѣчто въ родѣ членораздѣльной рѣчи и, когда они поднимаются,
показываютъ человѣческое лицо. На самомъ дѣлѣ это люди,
которые на ночь уходятъ въ пещеры, гдѣ они питаются чер­
нымъ хлѣбомъ, кореньями и водой». Въ нѣкоторыхъ дерев­
няхъ крестьяне питались одними только травами и полевыми
растеніями. Въ 1740 году епископъ Клермонъ-Феррапа, Массильонъ, писалъ Флери: «Наше крестьянское населеніе живетъ
въ страшной нищетѣ... Большинство въ теченіе полугода ну­
ждается даже въ ячменномъ и овсяномъ хлѣбѣ, который со­
ставляетъ ихъ единственную пищу».
Прямо ужаснымъ дѣлалось положеніе въ неурожайные годы,
которые, благодаря увеличивающемуся неплодородію почвы,
все болѣе учащались. Съ 1698 до 1715 года населеніе Фран­
ціи, подъ вліяніемъ все новыхъ и новыхъ бѣдствій сократи­
лось съ 19 милліоновъ до 16.
Въ правленіе Людовика XV, болѣе мирное, чѣмъ царство­
ваніе Людовика XIV, военныя тягости были меньше, но гнетъ
феодальныхъ повинностей остался; этотъ гнетъ сталъ невы­
носимымъ. Многіе крестьяне охотно оставляли свою землю,
которая приковывала ихъ къ нищенскому существованію; они
предпочитали итти въ наемные рабочіе или жить подаяніемъ
и грабежомъ. Уже въ 1750 году, по словамъ Кенэ, одна чет­
верть пахатной земли оставалась необработанной; непосред­
ственно передъ французской революціей, по разсчетамъ Артура
Юнга, треть пахатной земли (болѣе 9 милліоновъ гектаровъ)
пустовала! Согласно сообщенію сельско-хозяйственнаго обще­
ства въ Реннѣ, двѣ трети Бретани лежали подъ паромъ.
Положеніе не повсюду было такъ печально, какъ во Фран­
ціи, гдѣ правительственная власть, находившаяся всецѣло въ
рукахъ тщеславной, безчестной, жадной и близорукой при­
дворной знати, неограниченно властвовала надъ крестьянствомъ.
Тѣмъ не менѣе и въ Германіи положеніе крестьянъ было очень
печально, и бѣгство съ земли представляло частое явленіе.


— 42 —

г) Трехпольная система становится оковами сельскаго

хозяйства.
Но и въ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ производительно-питатель­
ная способность земли при господствующей системѣ сельскаго
хозяйства, не суживалась насильственно надменнымъ юнке­
ромъ, даже тамъ, въ теченіе ХѴШ в., эта система станови­
лась все болѣе и болѣе стѣснительной. Мѣстами населеніе до­
стигало уже такой плотности, что для поднятія производи­
тельно-питательной способности земли необходимо было перейти
къ высшей формѣ производства. Подобный переходъ совер­
шился уже въ Англіи, гдѣ, подъ вліяніемъ своеобразно сло­
жившихся отношеній, устои феодальнаго сельскаго хозяйства
были разрушены цѣлымъ рядомъ революцій, начиная съ ре­
формъ Генриха ѴТІІ и кончая «славной революціей* 1688 года,
открывая такимъ образомъ путь для развитія интенсивнаго ка­
питалистическаго сельскаго хозяйства, замѣнившаго пастбищ­
ное хозяйство кормленіемъ скота въ стойлѣ и посѣвомъ кор­
мовыхъ травъ, и начавшаго производство корнеплодовъ рядомъ
съ производствомъ зернового хлѣба. Но повсемѣстное распро­
страненіе этого преобразованія на европейскомъ континентѣ
оказалось невозможнымъ безъ революціонизированія существую­
щихъ отношеній собственности. Чрезполосица пахатной земли
и принудительная запашка дѣлали невозможнымъ всякое ново­
введеніе въ устарѣвшей трехпольной системѣ. Переходъ от­
дѣльнаго хозяйства къ посѣву новыхъ культурныхъ растеній,
напримѣръ, картофеля, совершался въ предѣлахъ огорода, на­
ходившагося на усадебной землѣ, на которую принудитель­
ность запашки не распространялась, или же въ большихъ
угодьяхъ, которыя были выдѣлены изъ общинной земли.
На ряду съ потребностью расширить производство продук­
товъ, необходимыхъ для поддержанія существованія, и потреб­
ность согласованія производства съ спросомъ, предъявляемымъ
рынкомъ, приводила къ невозможности сохранить прежній спо­
собъ производства, по крайней мѣрѣ въ болѣе крупныхъ хо­
зяйствахъ, гдѣ значительный излишекъ продуктовъ отправлялся
на рынокъ,


— 48 —

Средневѣковый способъ производства былъ отлично при­
способленъ къ потребностямъ общины равныхъ, ведущихъ оди­
наковый образъ жизни и производящихъ для собственнаго по­
требленія людей. Здѣсь была умѣстна общинная земля съ ея
прочно установленнымъ сѣвооборотомъ: яровые хлѣба, озими и
паръ. Но вотъ возникаетъ рынокъ съ его измѣняющимися по­
требностями и начинаетъ развиваться неравенство между чле­
нами общины, изъ которыхъ одни едва производятъ необхо­
димое для собственнаго пропитанія, другіе же получаютъ еще
излишекъ. Одни, болѣе слабые, производятъ, какъ и прежде,
на себя и прочно держатся за общинное землевладѣніе. Для
другихъ это послѣднее превращается въ оковы, такъ какъ,
каковы бы ни были требованія рынка, они должны произво­
дить только то, что предписано общиной.
Точно также развивалась противоположность интересовъ
по отношенію къ остаткамъ общиннаго пастбища. Мелкій
крестьянинъ нуждался въ немъ, у него не было средствъ,
чтобы перейти къ высшей формѣ производства; раздѣлъ об­
щаго пастбища сдѣлалъ бы для него невозможнымъ содержа­
ніе скота. Больше всего онъ нуждался въ удобреніи. Раздѣлъ
общиннаго пастбища увеличивалъ нѣсколько его пашню, но
зато уменьшалъ количество удобренія, такъ какъ заставлялъ
его ограничивать количество содержимаго имъ скота. Круп­
ный крестьянинъ наоборотъ считалъ грѣхомъ и мотовствомъ
оставлять землю подъ пастбищемъ, такъ какъ онъ былъ въ
состояніи эксплуатировать ее гораздо выгоднѣе. И на его
сторонѣ были теоретики, защитники развившейся въ Англіи
высшей формы производства.
Чтобы перейти къ ней, необходимо было уничтожить ком­
промиссъ между земельнымъ коммунизмомъ и частной соб­
ственностью, компромиссъ, который составлялъ сущность средне­
вѣковой системы производства. Необходимость требовала уста­
новленія полной частной собственности, раздѣла общаго паст­
бища, уничтоженія общинной собственности на землю, при­
нудительной запашки и чрезполосицы; необходимо было со­
единить эти разбросанные участки въ одно непрерывное поле
и предоставить его каждому хозяину въ полную собствен-


— 4-1
кость такъ, чтобы онъ могъ хозяйничать, сообразуясь исклю­
чительно съ требованіями конкуренціи и рынка. Но какъ нинеобходима была эта революція въ отношеніяхъ земельной
собственности, экономическое развитіе не выдвинуло среди
сельскаго населенія ни одного класса, который могъ бы про­
явить достаточно силы и энергіи для совершенія этой рево­
люціи.
Между тѣмъ сельское хозяйство въ настоящее время не
живетъ совершенно самостоятельной, независящей отъ осталь­
ного общества, жизнью. Его развитіе самымъ тѣснымъ обра­
зомъ связано съ развитіемъ всего общества. Та революціон­
ная иниціатива и сила, которой не могло развить изъ себя сель­
ское хозяйство, проникла въ него изъ города. Экономическое
развитіе города вызвало полный переворотъ въ экономиче­
скихъ отношеніяхъ деревни и сдѣлало необходимымъ измѣненіе
отношеній собственности. Это же развитіе создало въ городѣ
тѣ революціонные классы, которые, возставъ противъ феода­
лизма, перенесли юридическую и политическую революцію въ
деревню и провели здѣсь сдѣлавшееся необходимымъ пре­
образованіе отношеній, часто при радостныхъ кликахъ массы
крестьянства, но иногда и вопреки его сопротивленію.
Вначалѣ за это преобразованіе взялась городская бюро­
кратія просвѣщеннаго абсолютизма, но она дѣлала это не всегда
удачно, часто шаблонно, и, не смотря на свой высокопарный
тонъ, дѣйствовала крайне нерѣшительно и мелочно.
Только когда въ 1789 г. поднялись революціонные классы
Парижа, политически руководимые буржуазіей, когда разру­
шеніе Бастиліи подало порабощенному крестьянству сигналъ
къ сверженію оковъ феодализма, только тогда преобразованіе
отношеній земельной собственности пошло быстрымъ и рѣши­
тельнымъ темпомъ, сначала въ самой Франціи, а затѣмъ подъ
ея вліяніемъ и въ сосѣднихъ странахъ.
Это преобразованіе во Франціи совершилось незаконнымъ
насильственнымъ путемъ: однимъ ударомъ крестьяне не только
освободились отъ гнета феодализма, но и пріобрѣли конфи­
скованныя земли, принадлежащія церквамъ и эмигрантамъ,
поскольку эти земли не были захвачены буржуазіей.


- 45

Въ Пруссіи эти преобразованія стали необходимостью
вслѣдствіе пораженія при Іенѣ. Здѣсь, какъ и вообще въ
Германіи, процессъ шелъ мирнымъ, законнымъ путемъ, т. е.
бюрократія проводила эти неизбѣжныя преобразованія съ
страшной медленностью и постепенностью, съ громадной за­
тратой труда, съ большими расходами, стремясь во что бы
то ни стало не нарушить согласія съ юнкерами, которые въ
концѣ концовъ только выиграли отъ этихъ реформъ, еще не
вполнѣ законченныхъ даже въ 1848 году. За этотъ мирный
и законный путь крестьяне дорого заплатили юнкерамъ на­
личными деньгами, частью своей земли и новыми налогами.
«Можно считать, что за освобожденіе отъ незаконно на­
ложенныхъ повинностей крестьяне уплатили дворянству и фиску
сумму въ 300 милліоновъ талеровъ, если не цѣлый милліардъ
марокъ.
«Милліардъ марокъ за возвращеніе свободной отъ повин­
ностей ничтожной частя той земли, которая незаконно захва­
тывалась въ теченіе 400 лѣтъ! И именно, наименьшей части,
такъ какъ громадную часть земли дворянство и фискъ удер­
жали за собой въ видѣ маіоратовъ, рыцарскихъ имѣній и до­
меновъ» (Фридрихъ Энгельсъ, «Вступленіе» къ прекрасному
сочиненію Вильгельма Вольфа: «Schlesischen Milliarde», впер­
вые появившемуся въ «Nene Rheinische Zeitung» въ 1849 г.,
а въ 1886 г. вышедшему отдѣльнымъ оттискомъ въ Цюрихѣ).
Новѣйшія изслѣдованія только подтвердили взгляды Вольфа.
Подобнымъ же путемъ была проведена крестьянская ре­
форма и въ Россіи послѣ крымской войны; крестьяне были
освобождены не только отъ крѣпостной зависимости, но и отъ
лучшей части земли.
Но какъ-бы печально ни совершились эти революціи тамъ,
гдѣ они шли мирнымъ, законнымъ путемъ, конечный резуль­
татъ всюду былъ одинъ и тотъ же, именно: уничтоженіе фео­
дальныхъ повинностей, съ одной стороны, и остатковъ перво­
бытнаго земельнаго коммунизма, съ другой, т. е. полное уста­
новленіе частной собственности на землю. Путь для капита­
листическаго сельскаго хозяйства былъ открытъ.


— 46 —

IV. Новѣйшее сельское хозяйство.
а) Потребленіе и производство мяса.
Съ одной стороны, увеличеніе количества навоза, т. е. рас­
ширеніе скотоводства при уменьшеніи земельной площади,
необходимой для производства корма для скота, съ другой
стороны—бблыпая приспособляемость къ требованіямъ рынка,
вотъ два главныхъ требованія, которымъ должно было удовле­
творять новое сельское хозяйство, для развитія котораго бур­
жуазная революція создала юридическую основу, между тѣмъ
какъ техническія и общественныя условія были уже прежде
подготовлены для него.
Развитіе скотоводства шло на встрѣчу не только потреб­
ностямъ земледѣлія, но и потребностямъ рынка. Правда, на­
чиная съ XVI столѣтія, потребленіе мяса и въ городахъ
уменьшалось, но уменьшалось относительно, а не абсолютно,
именно по сравненію съ числомъ городскихъ жителей. Но
ростъ городского населенія шелъ чрезвычайно быстрымъ тем­
помъ, и нигдѣ въ городахъ относительное сокращеніе потре­
бленія мяса не принимало такихъ размѣровъ, какъ въ деревнѣ.
Какъ ни велика нищета, жизненный уровень въ городѣ все
таки выше, отчасти подъ вліяніемъ высокаго жизненнаго уровня
аристократіи и капиталистовъ, расточающихъ въ городѣ плоды
эксплуатаціи цѣлой страны, отчасти вслѣдствіе концентраціи
рабочихъ, облегчающей имъ борьбу за заработную плату;
сюда надо отнести еще и то обстоятельство, что городской
образъ жизни и условія труда связаны съ столькими вред­
ными моментами для здоровья, что воспроизведеніе рабочей
силы въ городѣ требуетъ болѣе высокаго жизненнаго уровня,
чѣмъ въ деревнѣ. Горожанинъ, работающій въ закрытомъ по­
мѣщеніи, напрягающій часто односторонне свои нервы въ
ущербъ своимъ мускуламъ, долженъ для сохраненія своей
работоспособности употреблять больше удобоваримой мясной
пищи, чѣмъ деревенскій рабочій. Относительно большее по-


— 47 —
требленіе мяса въ городѣ, чѣмъ въ деревнѣ, должно было еще
облегчаться тѣмъ обстоятельствомъ, что до проведенія желѣз­
ныхъ дорогъ скотъ принадлежалъ къ тѣмъ продуктамъ сель­
скаго хозяйства, которые (въ живомъ видѣ) легче всего было
транспортировать на большія разстоянія: этотъ продуктъ могъ
доставлять на рынокъ даже сельчанинъ, живущій на далекомъ
отъ него разстояніи.
По Зеттегасту въ настоящее время стоимость транспор­
тированія продуктовъ по трактамъ, выраженная въ процент­
ной стоимости товара, составляетъ на милю и центнеръ:
для соломы—15,00, картофеля—10,00, сѣна—7,50, молока
и свѣжихъ фруктовъ—3,75, ржи, ячменя и овса—2,00, пше­
ницы и стручковыхъ растеній—1,50, живого скота—0.25.
Разница въ стоимости транспорта между не битыми животными
и другими продуктами, включая и пшеницу—громадна.
Разница между потребленіемъ мяса въ городѣ и деревнѣ
во Франціи установлена въ цифрахъ. По даннымъ анкеты
1882 г., въ этомъ году на одного человѣка потребленнаго
мяса приходилось:
Въ Парижѣ .................................... .
въ прочихъ городахъ . . . .
въ деревняхъ.................................... .
во всей Франціи........................ .

.
.
.
.

.
.
.
.

79,31 килогр
58,87
21.89
33,05

Впрочемъ, начиная съ 1882 года, во Франціи замѣчается
тенденція къ уравненію этой разницы между городомъ и де­
ревней. Въ городѣ потребленіе мяса уменьшается, въ деревнѣ
увеличивается. По даннымъ комиссіи 1892 годя, количество
потребленнаго мяса на одного городского жителя уменьши­
лось по сравненію съ 1882 г. съ 64,60 на 58,12 килогр.,
т. е. на 6,48 кил., въ то же время потребленіе на одного
сельскаго жителя увеличилось съ 21,89 до 26,25, т. е. на
4,36 килогр.
Чѣмъ быстрѣе развиваются капиталистическая крупная
индустрія и средства сообщенія, и чѣмъ сильнѣе ростутъ го­
рода, тѣмъ больше увеличивается потребленіе мяса, даже
при отсутствіи роста благосостоянія городского и сельскаго


— 48 —
населенія. Потребленіе мяса можетъ даже увеличиваться при
одновременномъ паденіи благосостоянія городского, деревен­
скаго или того и другого населенія; для этого необходимо
только, чтобы ростъ городовъ совершался достаточно быстро
Ростъ потребленія мяса, на который такъ охотно указывают,£
экономисты-апологеты, ни въ какомъ случаѣ не служитъ безо­
шибочнымъ признакомъ роста національнаго благосостоянйі.
Менѣе спорное и болѣе очевидное относительное, а часто и
абсолютное, уменьшеніе сельскаго населенія, при относитель­
номъ и абсолютномъ ростѣ городского населенія, часто слу­
житъ достаточнымъ объясненіемъ увеличенія потребленія
мяса, поскольку оно вообще имѣетъ мѣсто. Ему способствуетъ
также пониженіе рождаемости, равносильное повышеніи про­
центнаго отношенія взрослаго населенія, питающагося мя­
сомъ, и пониженію категоріи лицъ, не потребляющихъ или
почти не потребляющихъ мяса, именно—дѣтей.
Въ статьѣ 0. Герлаха (въ Handwörterbuch der Staatswis­
senschaften) «О потребленіи мяса и цѣнахъ на него» приве­
дены примѣры нѣсколькихъ городовъ, въ которыхъ въ первой
половинѣ нашего столѣтія наблюдался не ростъ, а сокращеніе
потребленія мяса. Въ Мюнхенѣ годичное потребленіе говядины,
телятины, баранины и свинины составляло на одного чело­
вѣка:

18О9/1В . 111 килогр.
1819/29 . 104
»
182739 . 93
>

1839/49 . 86 килогр.
184,/„ . 75
>

Съ этого времени потребленіе начинаетъ нѣсколько уве­
личиваться.
Въ Гамбургѣ каждая семья въ среднемъ потребляла въ
теченіе года мяса:

1821/25
182e/so
IS31/,,
18зв/40

.
.
.
.

538 фунтовъ.
523
>
452
»
448

1841/46
18і6/60
1851
1852

■
.
.
.

429 фунтовъ
339
379
>
372
>

Весьма поразительный примѣръ уменьшенія потребленія
мяса въ недавнее время представляетъ Парижъ, населеніе


— 49 —
котораго съ 1887 года по 1895 увеличилось па 3Q0.ООО, между
тѣмъ какъ годичное употребленіе мяса за тотъ же промежу­
токъ времени упало съ 185 милліоновъ до 173 мил. Здѣсь,
такимъ образомъ, имѣетъ мѣсто не только относительное,
но даже абсолютное уменьшеніе потребленія мяса. Но это—
исключительное явленіе. Обыкновенно ростъ большихъ горо­
довъ идетъ такъ быстро, что потребленіе мяса въ городахъ,
и вслѣдствіе этого во всей странѣ, растетъ абсолютно, если
даже въ первыхъ оно относительно и падаетъ.
Абсолютный ростъ потребленія мяса сталъ возможнымъ
благодаря увеличенію количества скота, которое характери­
зуетъ первую половину нашего столѣтія. Въ восьми старѣй­
шихъ прусскихъ провинціяхъ, напр.., количество овецъ равнялось:
- у
тонкорунг*7
ныхъ.

болѣе низк.
породы.

ППОСТ. ППТТЪТ.

В С ft г о

въ 1816 г. . .
719.209 2,367.010 5.174.186 8.260.405
въ 1849 г. . . 4.452.913 7.942.718 2.901.29716.296.928
Высшей точки своей овцеводство достигло въ началѣ
60-хъ годовъ. Въ 1864 г. въ тѣхъ же провинціяхъ считалось
19.314.667 овецъ, въ 1883 только 12.362.936. Паденіе овце­
водства объясняется главнымъ образомъ заатлантической кон­
куренціей, о которой намъ еще придется говорить. Съ этой
послѣдней началась новая эпоха въ сельскомъ хозяйствѣ.
Пока мы говоримъ въ общемъ только о томъ положеніи вещей,
которое существовало до начала 70-ыхъ годовъ; однако въ
тѣхъ случаяхъ, когда тенденція осталась неизмѣнной, мате­
ріала же для предыдущаго времени не имѣется въ доста­
точномъ количествѣ, я пользуюсь для иллюстраціи своихъ
мыслей матеріаломъ болѣе поздняго происхожденія. Я упо­
минаю здѣсь объ этомъ, чтобы предупредить недоразумѣнія.
Наряду съ количествомъ овецъ увеличилось также коли­
чество прочаго скота. Въ тѣхъ же восьми прусскихъ провин­
ціяхъ считалось:
1816 г.

лошадей . . .
кр. рог. скота
(кромѣ телятъ).

1840 г.

1864 г.

1.243.261 1.512.429 1.863.009
4.013.911 4.975.727 6.111.994


— 50 —

свиней.
козъ .

1.494.369 2.238.749 3.257.531
143.433
359.820
871.259

Увеличеніе производства мяса было гораздо значительнѣе,
чѣмъ можно было бы заключить по этимъ цыфрамъ, такъ какъ
въ теченіе настоящаго столѣтія вѣсъ отдѣльныхъ головъ
скота въ среднемъ значительно возросъ. Тѣаег считаетъ
средній вѣсъ живой коровы въ 450 фун.; приблизительно
25 лѣтъ спустя (въ 1834 г.) Швейцеръ принималъ средній
вѣсъ коровы въ 500—600 ф. Въ настоящее время суще­
ствуетъ масса хозяйствъ, гдѣ коровы въ среднемъ вѣсятъ
1000 фун. и даже 1200.
По даннымъ французской аграрной анкеты 1892 г., средній
вѣсъ мяса равнялся:
1862 г.

У быковъ, коровъ и воловъ . 225
телятъ
овецъ
свиней

39
18
88

КИЛО,

»
»
»

1892 г.

262
50
20
94

КИЛО.

»

Одновременно съ увеличеніемъ производства мяса росло
также и производство хлѣба. Это явленіе особенно хорошо
можетъ быть прослѣжено во Франціи со времени революціи
1789 г. Въ слѣдующей табличкѣ приведены количества про­
изводившихся продуктовъ въ милліонахъ гектолитровъ:
пшеницы .
ржи и т. п
картофеля

.
,

1789 г.

1815 г.

1818 г.

34
46
2

44
44
20

70
40
100

б) Плодосмѣнное хозяйство. Раздѣленіе труда.
Откуда такіе поразительные результаты? Они являются
продуктомъ переворота во всемъ сельско-хозяйственномъ про­
изводствѣ, который въ Англіи послѣдовалъ за революціями
XVII столѣтія, а на европейскомъ континентѣ—за революціей
1789 года со всѣми ея отзвуками,


— 51 —
Съ тѣхъ поръ какъ земледѣлецъ пріобрѣлъ свою землю
въ полную собственность, прекратились принудительная за­
пашка, общій выгонъ на пожниво и поля, оставленныя подъ
паромъ: съ раздѣломъ альменды исчезла всякая побудитель­
ная причина пасти свой скотъ на выгонѣ. Техническія условія
для высшей формы скотоводства уже существовали съ введе­
ніемъ посѣва различныхъ кормовыхъ травъ, которыя при оди­
наковой величинѣ площади доставляли гораздо больше корма,
чѣмъ выгоны. Превративъ пастбище въ пашню, засѣявъ ее
кормовыми травами, можно было, не выгоняя лѣтомъ скота
въ поле, а держа его все время въ хлѣвѣ, при тѣхъ же
условіяхъ содержать гораздо больше скота, не ограничивая
при этомъ нисколько площади посѣва зерновыхъ хлѣбовъ.
Мало того, результаты травосѣянія и содержанія скота не
на подножномъ корму были такъ хороши, что совершенно не
представлялось надобности отводить подъ посѣвъ кормовыхъ
травъ все превращенное въ пашню пастбище. Для этой цѣли
достаточно было употребить только часть пастбища, увели­
чивъ при этомъ количество скота. Остальную часть пастбища
можно было засѣять зерновыми хлѣбами.
Такимъ образомъ, для посѣва зерновыхъ хлѣбовъ освобо­
дилась громадная земельная площадь. По Рошеру, при трехпольномъ хозяйствѣ можно было въ среднемъ отводить подъ
хлѣба только 20% общинной земли. По Тюнену же, при
плодосмѣнной системѣ и кормленіи скота въ хлѣвѣ можно за­
сѣять зерновыми хлѣбами 55 и даже 60% всей земли.
Вмѣстѣ съ тѣмъ, ростъ количества скота доставлялъ также
гораздо больше удобренія для пашни и больше животной ра­
бочей силы. Это одно уже должно было улучшить обработку
почвы. Не только увеличилась площадь посѣва, но, благодаря
этой революціи, возрасло также и плодородіе почвы. Во Фран­
ціи средній урожай пшеницы съ гектара, по даннымъ выше­
упомянутой анкеты, равнялся:
въ 1816 — 1820 ..... 10,22 гектолитр.
> 1821 — 1830 ............................... 11,90
>
> 1831 — 1840 ............................... 12,77
»
> 1841
1850 ...............................
13,68
*3


-- S2

въ 1851 —1860 .............................. 13,99 гектолитр.
> 1861 — 1870 ................................ 14,28
>
» 1871 — 1880 ............................. 14,60
>
> 1881 —1890 ................................
15,65
>
» 1891 —1895 .............................. 15,83
>
По этимъ не ограничилось вліяніе переворота на способъ
производства. Съ переходомъ земли въ полную частную соб­
ственность крестьянина исчезъ принудительный характеръ ве­
денія хозяйства, ничто не заставляло земледѣльца, какъ
прежде, засѣвать площадь, предназначенную не для прокормле­
нія скота, исключительно зерновыми хлѣбами. Сообразуясь съ
спросомъ рынка, требованія котораго пріобрѣтали все болѣе
рѣшающее значеніе для земледѣлія, онъ могъ культивировать
и другія растенія, которыхъ раньше, при трехпольной си­
стемѣ, опъ обыкновенно или совершенно не производилъ, или
долженъ былъ отводить подъ нихъ свой огородъ. Растенія эти
могли быть предназначены въ пищу, напр., картофель, струч­
ковыя растенія, или же для техническихъ цѣлей (масляни­
стыя растенія, напр., рапсъ, макъ, волокнистыя растенія—
ленъ, конопля; красильныя растенія—марена, вайдъ или си­
нильникъ etc.; пряности—хмель, тминъ и другія техническія
растенія въ родѣ табаку).
При послѣдовательномъ засѣваніи различныхъ растеній и
при чередованіи ихъ съ зерновыми хлѣбами замѣчено, что не
всѣ они одинаково истощаютъ почву и что при раціональной
послѣдовательности въ выборѣ растеній для посѣва можно зна­
чительно поднять плодородіе почвы Одни растенія, напр., зер­
новые хлѣба, маслянистыя и волокнистыя растенія беругъ свои
питательные соки предпочтительно изъ почвы. Они болѣе всѣхъ
другихъ растеній истощаютъ ее. Другія растенія щадятъ почву
и даже въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ улучшаютъ ее, такъ какъ,
благодаря густой тѣни, заглушаютъ сорныя травы, своими
глубоко идущими корнями они удобряютъ подпочву и разры­
хляютъ землю; наконецъ, нѣкоторыя растенія (клеверъ, струч­
ковыя) удобряютъ почву, извлекая изъ воздуха азотъ и на­
копляя его. Благопріятное вліяніе плодосмѣна было извѣстно
еще древнимъ римлянамъ. Но систематическое примѣненіе пло­


— 58 -досмѣнной системы въ широкихъ размѣрахъ началось только
съ середины прошлаго столѣтія въ Англіи, откуда эта система
была перенесена въ Германію и во Францію. Всеобщее рас­
пространеніе она получила только въ текущемъ столѣтіи.
Плодосмѣнное хозяйство допускало безчисленное множество
комбинацій, отвѣчающихъ требованіямъ рынка и новой системѣ
земледѣлія. Эти комбинаціи умножались вмѣстѣ съ ростомъ
сношеній и прогрессомъ естественно-научныхъ изслѣдованій,
знакомившимъ сельское хозяйство Европы съ новыми расте­
ніями, годными для культуры. По словамъ В. Гекке, средне­
европейское сельское хозяйство въ теченіе этого времени ввело
у себя около 100 различныхъ отдѣльныхъ видовъ растеній.
Но рука объ руку съ развитіемъ плодосмѣнной системы
шло также все болѣе возрастающее раздѣленіе труда между
отдѣльными сельско -хозяйственными предпріятіями. Трехпольное
хозяйство было приспособлено для удовлетворенія собствен­
ныхъ потребностей крестьянъ и помѣщиковъ, и поэтому во
всей средней Европѣ оно имѣло однѣ и тѣ же черты. Каждое
село, каждый крестьянинъ, обыкновенно, производили одно
и то же, каково бы ни было состояніе почвы. Теперь произ­
водство имѣетъ въ виду рынокъ. Вмѣстѣ съ этимъ пріобрѣ­
таетъ значеніе новый факторъ—конкуренція. Это означаетъ,
что для сельскаго хозяина выгоднѣе производить тѣ изъ тре­
буемыхъ продуктовъ, которые въ зависимости отъ свойствъ
почвы его поля, мѣстоположенія его имѣнія, путей сообщенія,
размѣровъ его капитала и земли и т. п., обойдутся ему де­
шевле всего. Отдѣльныя хозяйства присвоиваютъ*себѣ особыя
спеціальности. Одни преимущественно занимаются земледѣлі­
емъ, другія—скотоводствомъ, третьи—садоводствомъ, четвер­
тыя—разведеніемъ виноградниковъ и т. д. Земледѣліе и ско­
товодство, въ свою очередь, распадаются на многочисленныя
подраздѣленія. Одни скотоводы занимаются преимущественно
молочнымъ хозяйствомъ, другіе—откармливаніемъ убойнаго
скота, третьи—разведеніемъ молодыхъ животныхъ. Особенно
сильно развито раздѣленіе труда въ Англіи и Соед. Шта­
тахъ. <Въ Англіи допускаются подраздѣленія даже при
эксплуатаціи одного и того же вида животнаго. Такъ, напр.,


54 —
къ молочномъ хозяйствѣ различаютъ производство молока для
продажи въ свѣжемъ видѣ отъ производства его для выдѣлки
масла и сыра. Для каждой отдѣльной цѣли употребляются
особыя породы животныхъ и особый способъ ухода за ними...
Классической страной широко развитаго раздѣленія труда въ
сельскомъ хозяйствѣ является Сѣверная Америка» (Бакгаузъ
«Die Arbeitsteilung in der Landwirtschaft», Conradsche lahrbiicher,
1894 г., стр. 314).
Это раздѣленіе труда при благопріятныхъ условіяхъ (со­
отвѣтственный климатъ и почва, высокая заработная плата,
хорошій рынокъ) можетъ, привести къ возстановленію выгоннаго
скотоводства, только въ болѣе высокой, интенсивной, капита­
листической формѣ, связанной съ большими затратами основ­
ного капитала на вспомогательное удобреніе, на производство
различныхъ меліорацій и на обзаведеніе улучшенными поро­
дами скота. Такого рода новѣйшее капиталистическое выгон­
ное скотоводство встрѣчается, напримѣръ, въ Южной Англіи.
Съ трехпольной системой оно ничего общаго не имѣетъ.
Рядомъ съ раздѣленіемъ труда между отдѣльными хозяй­
ствами, т. е. съ общественнымъ ^раздѣленіемъ труда, разви­
вается также раздѣленіе труда внутри хозяйствъ, по крайней
мѣрѣ внутри болѣе крупныхъ.
Въ феодальномъ сельскомъ хозяйствѣ крупное производ­
ство въ этомъ отношеніи не отличалось существенно отъ мел­
каго. Большую часть необходимой ему рабочей силы, какъ
человѣческой, такъ и животной, помѣщику доставляли его крѣ­
постные крестьяне, которые отбывали свои повинности съ по­
мощью собственныхъ орудій и инструментовъ, телѣгъ, плуговъ
и пр. Различіе между крупнымъ и мелкимъ производствомъ
здѣсь состояло не въ лучшемъ хозяйственномъ обзаведеніи и
не въ болѣе высокомъ раздѣленіи труда, а въ принудитель­
ности труда крѣпостного крестьянина: работая на помѣщика,
крестьянинъ исполнялъ работу лѣниво и небрежно, тогда какъ,
примѣняя тѣ же самыя орудія труда въ своемъ хозяйствѣ,
онъ работалъ со всѣмъ усердіемъ и тщательностью, свойствен­
ными работѣ на себя и на свою семью.
Только новѣйшее сельское хозяйство, гдѣ какъ крупный,


■— 55 —

такъ и мелкій хозяинъ производятъ съ помощью собственныхъ
орудій, скота и рабочихъ, могло развить въ крупныхъ пред­
пріятіяхъ раздѣленіе труда, значительно превосходящее раз­
дѣленіе труда въ крестьянскомъ хозяйствѣ.
Раздѣленіе труда внутри предпріятія, какъ и между от­
дѣльными предпріятіями, разнообразіе культуръ и способовъ
обработки—все это должно было вести къ усовершенствованію
рабочихъ орудій, инструментовъ, сѣмянъ и породъ скота, но
вмѣстѣ съ тѣмъ весьма сильно увеличивало зависимость сель­
скаго хозяина отъ посредниковъ.
Не только какъ ремесленникъ, но и какъ сельскій хозя­
инъ, крестьянинъ уже не въ состояніи самъ удовлетворять
свои потребности. Теперь онъ принужденъ покупать не только
дорогіе инструменты, но даже часть средствъ существованія,
такъ какъ его спеціализировавшееся хозяйство больше не въ
состояніи производить ихъ, или производитъ въ недостаточ­
номъ количествѣ. Съ ростомъ раздѣленія труда увеличивалось
число хозяевъ, особенно мелкихъ, у которыхъ воздѣлываніе
зерновыхъ хлѣбовъ отступило на задній планъ, и которые по­
этому были принуждены покупать хлѣбъ или муку. Иногда
хозяйства не производятъ сами даже сѣмянъ для посѣва; при­
плода скота, особенно крупнаго, они, обыкновенно, не вскар­
мливаютъ у себя. Спеціальныя хозяйства занимаются исклю­
чительно культурой и улучшеніемъ сѣмянъ и породъ скота;
сельскій хозяинъ покупаетъ у нихъ то, что лучше всего со­
отвѣтствуетъ его потребностямъ. Съ другой стороны, ему при­
ходится также продавать скотъ, отчасти такой, который сталъ
для него безполезнымъ, напр., дойная корова, дающая мало
молока, отчасти же такой, который достигъ возраста, соотвѣт­
ствующаго какимъ-нибудь особеннымъ хозяйственнымъ цѣлямъ,
напр., въ хозяйствахъ, занимающихся разведеніемъ молодого
скота, скотъ ставшій годнымъ для работы или для молочнаго
хозяйства. Чѣмъ больше спеціализируется хозяйство, чѣмъ
больше скотъ становится для него полезнымъ только въ той
или иной формѣ, тѣмъ быстрѣе идетъ развитіе обмѣна. Но
тѣмъ дальше идетъ также и развитіе посредничества, подчи­
няющаго себѣ именно мелкаго крестьянина, который плохо


— 56 —

знакомъ съ рынкомъ и гораздо скорѣе, попадаетъ въ стѣсни­
тельное положеніе, Это посредничество становится источни­
комъ всяческой эксплуатаціи и надувательства крестьянина.
Зависимость крестьянина отъ рынка растетъ по мѣрѣ раз­
витія торговли и сношеній вообще, по мѣрѣ того, какъ на­
копленіе капитала производитъ переворотъ въ условіяхъ сно­
шеній.
Этотъ исходящій отъ городского капитала переворотъ уси­
ливаетъ зависимость сельскаго хозяина отъ рынка, но вмѣстѣ
съ тѣмъ безпрерывно измѣняетъ для него и условія рынка.
Отрасль производства, бывшая прибыльной, пока біижайшій
рынокъ сообщался съ всемірнымъ рынкомъ только коннымъ
трактомъ, становится убыточной и должна быть замѣнена дру­
гой, какъ только черезъ данную мѣстность проводится желѣз­
ная дорога, которая доставляетъ, напр., дешевый хлѣбъ, такъ
что производство зерновыхъ хлѣбовъ становится невыгоднымъ,
но зато открывается возможность сбывать молоко. Развиваю­
щіеся пути сообщенія приносятъ все новыя и улучшенныя
растенія для культуры; они дѣлаютъ возможнымъ привозъ
племенного, хозяйственнаго и проч, скота съ все болѣе даль­
нихъ разстояній. Англійскій племенной скотъ распространенъ
теперь повсюду. Насколько великъ транспортъ на дальнія раз­
стоянія хозяйственнаго скота, лучше всего можно судить по
пошлинамъ на скотъ и по тому крику, который аграріи под­
нимаютъ за ихъ повышеніе, хотя привозимый скотъ идетъ не
исключительно на убой, но также для сельско-хозяйственныхъ
цѣлей, напр. тощій скотъ для откармливанія, удойный скотъ,
лошади и т. п.
Но переворотъ въ сельскомъ хозяйствѣ достигъ своего
апогея, когда и деревнѣ стали доступны пріобрѣтенія новѣй­
шаго естествознанія, механики, химіи, физіологіи растеній и
животныхъ, пріобрѣтенія, сдѣланныя раньше городомъ.

в) Машина въ сельскомъ хозяйствѣ.
Первое мѣсто среди нихъ занимаетъ машина. Блестящіе
результаты, достигнутые благодаря примѣненію машины въ


57 —
индустріи, должны были навести па мысль примѣнить ее и въ
сельскомъ хозяйствѣ. Крупное производство съ его раздѣле­
ніемъ труда.—съ одной стороны дѣленіе на рабочихъ простыхъ
и научно-образованныхъ, съ другой—спеціализація простыхъ
и болѣе сложныхъ орудій, приспособленіе ихъ къ особымъ рабо­
тамъ,—крупное производство съ его массовымъ производствомъ
на рынокъ подготовило для этого почву.
Однако, въ сельскомъ хозяйствѣ машинному производству
приходится преодолѣвать гораздо больше препятствій, чѣмъ въ
индустріи, прежде всего—техническихъ. Въ индустріи мѣсто
работы создается искусственно, поэтому оно приспособляется
къ потребностямъ машины. Въ сельскомъ хозяйствѣ мѣсто при­
мѣненія большинства машинъ указывается самой природой;
здѣсь должна приспособляться машина. Это не всегда воз­
можно, а иногда совершенно невыполнимо. Обыкновенно при­
мѣненію машинъ въ сельскомъ хозяйствѣ предшествуетъ уже
высокая культура земли.
Но примѣненіе машинъ въ сельскомъ хозяйствѣ встрѣчаетъ
трудности не только техническаго, но и экономическаго харак­
тера. Здѣсь большинство машинъ служитъ только небольшую
часть года, между тѣмъ въ индустріи машина работаетъ круг­
лый годъ. Слѣдовательно, при прочихъ равныхъ условіяхъ,
экономія въ рабочей силѣ, благодаря машинѣ, въ послѣднемъ
случаѣ будетъ гораздо больше, чѣмъ въ первомъ. Если изъ
двухъ машинъ каждая замѣняетъ въ день 10 рабочихъ, но одна
находится въ дѣйствіи только 10 дней въ теченіе года, дру­
гая же ЗОО дней, то годичная экономія первой будетъ рав­
няться 100 рабочимъ днямъ, послѣдней—3.000. Если считать,
что каждая изъ нихъ прослужитъ 5 лѣтъ, то для земледѣль­
ческой машины мы получимъ экономію въ 500 дней, а для
индустріальной въ 15.000 рабочихъ дней. Это значитъ, что,
если стоимость каждой машины равна 1.000 рабочихъ дней,
то индустріальная машина дастъ экономію въ 14.000 рабочихъ
дней, земледѣльческая же—убытокъ въ 500 дней.
Условія для сельскаго хозяйства ухудшаются еще тѣмъ,
что при капиталистическомъ способѣ производства машина
имѣетъ въ виду не экономію рабочей силы, а экономію за-


— 58 —

работной платы. Чѣмъ ниже заработная плата, тѣмъ труд­
нѣе введеніе машины. Но, благодаря цѣлому ряду причинъ,
заработная плата въ деревнѣ гораздо ниже, чѣмъ въ городѣ;
а вслѣдствіе этого и меньше побужденій къ замѣнѣ человѣ­
ческой силы машиной.
Къ этому присоединяется еще одно различіе между ин­
дустріей и сельскимъ хозяйствомъ. Машины, употребляемыя
въ индустріи, не нуждаются въ болѣе интеллигентномъ и лов­
комъ рабочемъ, чѣмъ ремесло и мануфактура. Для потребностей
крупнаго производства достаточно тѣхъ рабочихъ силъ, кото­
рыя даются ему предшествовавшимъ способомъ производства.
Рабочій, изо-дня въ день работающій на одной и той-же машинѣ,
очень быстро достигаетъ большой ловкости въ уходѣ за ней.
Иначе обстоитъ дѣло съ сельско-хозяйственными маши­
нами. Онѣ въ большинствѣ случаевъ очень сложны и для ра­
боты на нихъ требуется значительное умственное развитіе. Но
именно въ деревнѣ за послѣднія столѣтія условія для обра­
зованія и умственнаго развитія народа были чрезвычайно не­
благопріятны. Поэтому машина часто не находитъ здѣсь при­
годныхъ для нея рабочихъ силъ.
Къ тому же сельскій рабочій не работаетъ въ теченіе цѣлаго
года на одной и той же машинѣ и, слѣдовательно, не можетъ
такъ легко примѣниться къ ней, какъ индустріальный рабочій.
Наконецъ, сельское хозяйство, въ противоположность круп­
ной индустріи, часто находится вдали отъ желѣзныхъ дорогъ
и машиностроительныхъ заводовъ. Это обстоятельство значи­
тельно затрудняетъ и повышаетъ стоимость транспорта и ре­
монта машинъ, особенно сложныхъ.
Но, не смотря на все это, примѣненіе машинъ въ сель­
скомъ хозяйствѣ быстро распространяется—доказательство до­
стигнутаго ими совершенства.
Для Франціи у насъ имѣется по этому вопросу рядъ срав­
нительныхъ данныхъ за послѣднія тридцать лѣтъ. Тамъ въ
сельскомъ хозяйствѣ считалось:
1862 г.

паровыхъ машинъ и локомобилей .
2849
молотилокъ ...............................................
. 100733

1882 г.

1892 г.

9288
211045

12037
234380


— 59 —

сѣялокъ................................................................... 10853
29391
47193
косилокъ, грабельныхъ машинъ
(сноповязалокъ) ..................................... 18349
35172
62185
Въ Германіи было сельско-хозяйственныхъ предпріятій,
примѣнявшихъ:
1832 г.

1895 г.

паровые плуги .....
836
1699
сѣялки ....... .
6-3842
20673
косилки .......
19634
35084
паровыя молотилки . . .
75.690 259069
другія молотилки .... . 298367 596869
Итакъ, повсюду замѣчается сильный приростъ, особенно
по отношенію къ молотилкамъ. Исключеніе составляютъ сѣ­
ялки, вытѣсненныя машиной для сѣянія рядами (Drillmaschine),
на которую до 1882 года совершенно не было спроса. Въ
1895 году она уже примѣнялась въ 140.792 хозяйствахъ.
Родина сельско-хозяйственныхъ машинъ — Англія. Она
впервые примѣнила машину въ индустріи; она же первая соз­
дала благопріятныя условія для проникновенія машины въ
сельское хозяйство. Такія условія Pereis видитъ въ высокой
степени культуры земли и въ томъ, что сельскіе хозяева яв­
ляются обыкновенно капиталистами; кромѣ того, по всей
странѣ, почти въ каждомъ маленькомъ городкѣ, разбросаны
машиностроительные заводы, такъ что ремонтъ машинъ не
встрѣчаетъ большихъ'трудностей.
На ряду съ Англіей примѣненіе машинъ въ сельскомъ хо­
зяйствѣ развивалось въ Соединенныхъ Штатахъ, гдѣ введеніе
машинъ было вызвано недостаткомъ сельско-хозяйственныхъ
рабочихъ и высокой заработной платой. Это развитіе облегча­
лось высокимъ умственнымъ уровнемъ американскаго рабочаго
и, съ другой стороны, затруднялось низкой степенью куль­
туры земли и отдаленностью большинства сельско-хозяйствен­
ныхъ предпріятій отъ машиностроительныхъ заводовъ. Вслѣд­
ствіе этого американскія сельско-хозяйственныя машины иного
рода, чѣмъ въ Англіи, конструкція ихъ—гораздо болѣе про­
стая и прочная, но зато онѣ и работаютъ не съ такимъ со­
вершенствомъ, какъ англійскія.


— 60 —
Условія развитія машиннаго сельско-хозяйственнаго про­
изводства въ Германіи гораздо менѣе благопріятны. На западѣ
и на югѣ земля слишкомъ раздроблена. Хотя на востокѣ и
господствуетъ крупное производство, но жизненныя условія
и культурность сельско-хозяйственнаго рабочаго здѣсь слиш­
комъ низки, машиностроительные заводы слишкомъ отдалены.
Наилучшія условія представляетъ провинція Саксонія, гдѣ
существуютъ рядомъ крупное производство, интеллигентное
рабочее населеніе и многочисленные машиностроительные за­
воды. Во всемъ Баденѣ только одинъ паровой плугъ, во всемъ
Вюртембергѣ ни одного, а въ провинціи Саксоніи паровые
плуги находятъ примѣненіе въ 428 хозяйствахъ. Но и въ
остальной Германіи машина побѣдоносно справляется съ встрѣ­
чающимися препятствіями, что видно не только изъ выше­
приведенной статистической таблицы, но и изъ быстраго роста
производства сельско-хозяйственныхъ машинъ. Кромѣ паро­
выхъ плуговъ, производство которыхъ все еще гораздо со­
вершеннѣе въ Англіи, и косилокъ, привозимыхъ по большей
части изъ Соединенныхъ Штатовъ, всѣ безчисленныя машины,
употребляемыя въ настоящее время въ сельскомъ хозяйствѣ,
производятся въ самой Германіи.
Экономія рабочей силы—не единственная задача машины:
въ сельскомъ же хозяйствѣ эта цѣль иногда даже отступаетъ
па задній планъ. Скорѣе всего ее должны были бы имѣть въ
виду при введеніи молотилокъ. Многіе агрономы, какъ на­
примѣръ, Тѣ. ѵ. d. Goltz., приписываютъ имъ даже рѣшающее
вліяніе на уменьшеніе деревенскаго населенія. «Какъ ни по­
лезна и ни необходима молотилка въ сельскомъ хозяйствѣ,
широкое распространеніе ея оказало однако очень неблаго­
пріятное вліяніе на положеніе земледѣльческихъ рабочихъ.
Молотьба цѣпомъ была главнымъ занятіемъ земледѣльческихъ
рабочихъ въ теченіе зимы. Молотилка требуетъ гораздо меньше
людей. Чтобы имѣть по возможности какъ можно больше про­
дажнаго зерна, молотьба часто предпринимается еще осенью,
особенно тамъ, гдѣ примѣняется паровая молотилка».
Чтобы помочь горю, фонъ-Деръ-Гольцъ предлагаетъ «огра­
ничить примѣненіе молотилокъ, особенно паровыхъ», повиди-


— 61 —
ному въ интересахъ рабочихъ, но въ дѣйствительности въ ин­
тересахъ помѣщиковъ: какъ онъ самъ говоритъ, «за убытки,
которые они потерпятъ отъ такого ограниченія, они будутъ
вознаграждены сторицей, если не въ настоящемъ, то въ бу­
дущемъ, обиліемъ рабочихъ рукъ лѣтомъ» («.Die ländliche Arbei­
terklasse und der preussische Staat», стр. 144, 145).
Къ счастью, это доброжелательство къ рабочимъ, явно
консервативнаго характера, не болѣе какъ реакціонная утопія.
Молотилка слишкомъ прибыльна въ «настоящемъ», чтобы со­
гласиться отказаться отъ нея ради благъ въ «будущемъ». И
потому она будетъ все болѣе распространяться, продолжая
свою революціонную дѣятельность; она будетъ гнать сельскаго
рабочаго въ городъ, превращаясь такимъ образомъ въ могу­
щественное средство, съ одной стороны—для поднятія зара­
ботной платы въ деревнѣ, съ другой—для развитія примѣненія
машинъ въ сельскомъ хозяйствѣ.
Какъ показываетъ вышеприведенная цитата, молотилка
важна не только потому, что она сберегаетъ рабочую силу, но
и потому, что она работаетъ гораздо быстрѣе рабочаго. Съ
того времени, какъ производство на рынокъ смѣнило произ­
водство для личнаго потребленія, скорость работы стала играть
немаловажную роль. Въ настоящее время важно какъ можно
быстрѣе использовать всѣ конъюнктуры рынка. Произво­
дитель хлѣба можетъ сдѣлать это тѣмъ легче, чѣмъ скорѣе
его хлѣбъ готовъ для рынка, т. ѳ. чѣмъ скорѣе онъ смолотъ.
Если прежде молотьба была зимней работой, которой крестья­
нинъ занимался на ряду съ домашними ремеслами, то теперь,
напротивъ, съ постояннымъ ростомъ примѣненія паровыхъ мо­
лотилокъ, молотьба производится въ полѣ непосредственно за
жатвой, благодаря чему сберегается время на перевозку и
уменьшается потеря въ зернѣ, которая всегда сопровождаетъ
нагрузку и разгрузку нѣкоторыхъ произведеній, какъ, напри­
мѣръ, рапса. Перельсъ въ своемъ сочиненіи: «Die Bedeutung
des Maschinenwesens für die Landwirthschaft» приводитъ случаи,
гдѣ «значительные расходы на молотилку сразу окупались
одной только удачной продажей зерна, благодаря быстрому
приготовленію его для рынка».


— 62 —
Значеніе быстроты работы, на ряду съ экономіей труда,
для жатвенной машины еще больше, чѣмъ для паровой моло­
тилки. Плоды трудовъ цѣлаго года всецѣло зависятъ отъ бы­
строй жатвы. Она должна быть закончена въ нѣсколько дней.
Каждый потерянный день приноситъ большіе убытки. Вслѣд­
ствіе этого машина, сокращая до минимума время жатвы, здѣсь
особенно цѣнится; но кромѣ того экономія времени и труда
дѣлаетъ хозяина болѣе независимымъ по отношенію къ рабо­
чимъ, которые во время жатвы необходимы болѣе чѣмъ когданибудь, и которые, пользуясь этимъ, въ это время требуютъ
высшей заработной платы и болѣе всего склонны къ устрой­
ству стачекъ. Интересенъ тотъ фактъ, что многія хозяйства,
гдѣ жнутъ ручнымъ способомъ, все таки вводятъ иногда ма­
шины не съ цѣлью примѣненія, а только для защиты отъ
стачекъ. Такъ, напр., Кергеръ въ своей книгѣ объ отходѣ
земледѣльческихъ рабочихъ (8асЬ8еп§Й,П£егеі) разсказываетъ,
что въ провинціи Саксоніи машины имѣются почти на всѣхъ
большихъ свекловичныхъ плантаціяхъ, но главное назначеніе
ихъ—служить орудіемъ защиты противъ стачекъ рабочихъ.
Пока рабочихъ достаточно и они сговорчивы, жатва произво­
дится ручнымъ способомъ, такъ какъ, благодаря тучному удо­
бренію, созрѣвшій хлѣбъ быстро ложится и машина становится
непримѣнимой. Но съ того времени, о которомъ говоритъ
Кергеръ (1890), уже изобрѣтена машина, которая жнетъ и
полегшій хлѣбъ.
Но машина не только замѣнила человѣка: она исполняетъ
работы, которыя или совсѣмъ не могутъ выполняться чело­
вѣкомъ, или выполняются имъ далеко не съ такимъ совер­
шенствомъ. Она достигаетъ этого, благодаря своей большей
точности и большей силѣ.
Къ машинамъ перваго рода принадлежатъ сѣялки, машины
для распредѣленія удобренія и для очистки зерна.
Посѣвъ сѣмянъ машиной производится гораздо лучше,
чѣмъ рукой, поэтому машинное сѣяніе вытѣсняетъ ручное
даже тамъ, гдѣ это послѣднее дешевле. Машины для сѣянія
рядами и сдѣлали возможными подобные способы обработки
на большой площади (сѣяніе рядами'). Благодаря имъ были


—- В8 —-

достигнуты такіе результаты, какихъ нельзя получить при
ручномъ разбрасываніи сѣмянъ. «Наилучшій урожай полу­
чается только при тщательномъ сѣяніи рядами» (Зеттегастъ).
Мѣсто вѣянія при помощи лопаты, «котораго держатся еще
многіе правовѣрные крестьяне, утверждающіе, что такой
способъ даетъ превосходное зерно», заняли машины для
очистки и сортировки зерна, которыя удаляютъ всѣ сорныя
сѣмена и другія примѣси, а также негодныя зерна, и сорти­
руютъ ихъ по величинѣ, вѣсу и формѣ. Такимъ образомъ онѣ
доставляютъ прекрасное зерно и сортированный чистый товаръ
для рынка.
Въ числѣ машинъ, главное преимущество которыхъ заклю­
чается въ развиваемой имй большой силѣ, первое мѣсто за­
нимаетъ паровой плугъ.
Для произрастанія хлѣба не безусловно необходима глу­
бокая распашка. Поэтому при господствѣ трехпольной системы
земля не вспахивалась особенно глубоко. «Еще Экгартъ (1754)
въ своей «Experimentalökonomie» считаетъ наилучшей глубиной
борозды, въ зависимости отъ почвы, 2’/а—3, самое большое
4 дюйма, и только при исключительныхъ свойствахъ почвы
5—6 дюймовъ. Онъ настойчиво предостерегаетъ отъ болѣе
глубокаго вспахиванья. Подобныя же указанія можно встрѣ­
тить въ «Allgemeiner ökonomische Lexikon» Г. Г. Цикена» (5 из­
даніе 1780 г.). (Th. ѵ. d. Goltz «Ackerbau» въ Handwörterbuch
der Staatswissenschften, Г томъ, стр. 28). Когда же была
введена плодосмѣнная система, то нашли, что нѣкоторыя
изъ вновь воздѣлываемыхъ растеній—клеверъ, картофель,
свекловица—при болѣе глубокой распашкѣ даютъ лучшіе уро­
жаи. Были изобрѣтены новые плуги, увеличена упряжка, и
тогда убѣдились, что глубокая распашка выгодна и для
произрастанія хлѣбовъ. Болѣе глубокая распашка умень­
шаетъ вредное вліяніе излишней сырости и продолжительной
засухи; кромѣ того, глубоко распаханная земля легче согрѣ­
вается и представляетъ менѣе удобную почву для сорныхъ
травъ.
Но главное значеніе глубокой распашки заключается въ
тоиъ, что этимъ растенію предоставляется возможность болѣе


— 64 —
свободнаго пусканія корней въ почву, гдѣ оно можетъ нахо­
дить все необходимое для своего развитія.
Въ настоящее время въ каждомъ раціональномъ хозяйствѣ
земля распахивается гораздо глубже, чѣмъ въ началѣ этого
столѣтія. Если тогда глубина въ 4 дюйма была обыкновенной,
то теперь ее удвоили и нерѣдко, при глубокой распашкѣ,
она достигаетъ 12—15 дюймовъ и больше. «Въ глубокой обра­
боткѣ земли кроется будущность нашего земледѣлія... Но
для тщательнаго проведенія ея необходима сила бблыпаго
постоянства и объема, чѣмъ сила животныхъ» (Перельсъ).
Такую силу даетъ паровая машина.
Многократно цитированный Перельсъ, который пожалуй
больше всего содѣйствовалъ распространенію парового плуга
въ Германіи, пишетъ по этому поводу:
«Преимущество паровой обработки земли передъ конной
заключается въ слѣдующемъ:
«1. Не подлежитъ сомнѣнію и никѣмъ не оспаривается,
что работа парового плуга гораздо лучше, чѣмъ работа
коннаго...
«Достоинство работы парового плуга выражается
въ высшемъ урожаѣ и большей надежности его. Это
повсюду доказали хозяйства, въ теченіе нѣсколькихъ
лѣтъ примѣнявшія паровые плуги.
«Другое достоинство парового плуга заключается въ томъ,
что при немъ возможно своевременно начать обработку земли
и окончить ее до наступленія поздней осени. Непосредственно
послѣ жатвы, когда, слѣдовательно, въ большинствѣ хозяйствъ
ни люди, ни лошади неспособны приступить къ обработкѣ,
въ хозяйствахъ съ паровымъ плугомъ можно уже приступить
къ вспашкѣ. Поздней осенью, когда обыкновенно приходится
прекращать работу, паровой плугъ можетъ работать безъ
особыхъ затрудненій, и работы такимъ образомъ могутъ закон­
читься къ началу зимы. Особенно цѣнно это преимущество
тамъ, гдѣ зима начинается очень рано». («Die Anwendung- der
Dampfkraft in der Landwirthschaft», стр. 307—309).
Если, не смотря на всѣ эти преимущества, паровой плугъ
во многихъ мѣстностяхъ еще не пріобрѣлъ права гражданства,


— 65 —

то это объясняется тѣмъ, что вышеупомянутыя препятствія,
встрѣчаемыя при введеніи машинъ, имѣютъ особое значеніе
по отношенію къ паровому плугу. Онъ не примѣнимъ тамъ,
гдѣ встрѣчаются значительныя препятствія со стороны почвы,
гдѣ попадаются большіе камни, въ болотистыхъ мѣстностяхъ
и въ сильно раздробленныхъ участкахъ. Пріучить рабочаго
къ обращенію съ плугомъ не легко, и, вмѣстѣ съ тѣмъ, плугъ
часто требуетъ дочинки. Но главное препятствіе къ введенію
плуга—это его дороговизна: паровой плугъ съ двумя локомо­
тивами стоитъ 40.000 марокъ и болѣе, а съ однимъ, слѣдо­
вательно менѣе раціональный,—болѣе 30.000 марокъ. Поль­
зованіе имъ,—какъ и пользованіе паровой молотилкой,—однако
облегчено, благодаря возможности брать на прокатъ.
Англія, родина парового плуга, примѣняетъ его по пре­
имуществу. Только въ началѣ 50-ыхъ годовъ удалось изобрѣ­
сти паровой плугъ, годный для практическаго примѣненія.
Еще въ 1867 году, по словамъ Royal Agricultural Society,
паровая обработка земли примѣнялась лишь въ 135 хозяй­
ствахъ. Напротивъ того, оффиціальныя данныя для выставки
въ Wolverhampton^ въ 1871 году показываютъ, что къ тому
времени въ Англіи работало болѣе 2000 паровыхъ плуговъ.
Въ Германіи же въ то же время ихъ было только 24. Между
тѣмъ въ 1882 г. считалось уже 836 хозяйствъ, примѣня­
вшихъ паровой плугъ, а въ 1895 г.—1696. Въ болѣе круп­
ныхъ хозяйствахъ провинціи Саксоніи плуги представляютъ
обычное явленіе.
И въ болѣе крупныхъ имѣніяхъ Австріи и Венгріи паро­
вой плугъ встрѣчаетъ все большее примѣненіе.
Но сельское хозяйство нуждается въ паровой машинѣ не
только для вспахиванія, но и для сглаживанія, скороженія,
бороненія и т. п. И для молотьбы она оказывается также
гораздо лучше коннаго ворота, не говоря уже о ручномъ. Въ
саксонскихъ свекловичныхъ хозяйствахъ, этихъ настоящихъ
образцовыхъ хозяйствахъ съ интенсивной культурой, весь
хлѣбъ, за исключеніемъ ржи—ржаная солома употребляется
для связыванья—обыкновенно молотится посредствомъ машинъ
приводимыхъ въ дѣйствіе паромъ. Даже крестьяне замѣняютъ


— 66 —
локомобилемъ воротъ въ
молотилкахъ (Кергеръ, ibid.,
стр. 13).
Паровая машина оказываетъ также хорошія услуги въ
качествѣ насоса для орошенія и осушки полей, наконецъ въ
приготовленіи корма для скота, въ прессованьи, при соломо­
рѣзкахъ, на мельницахъ, въ лѣсопилкахъ и т. п.
Бюстъ (въ «Handbuch der Laiidwirthschaft» Гольца-II, стр.
721) говоритъ: «Не смотря на значительную потерю тепла,
паровая машина для сельскаго хозяйства все-таки является
самой дешевой и почти повсюду примѣнимой силой».
Число паровыхъ машинъ въ сельскомъ хозяйствѣ дѣй­
ствительно очень быстро растетъ. Въ Пруссіи подвижныхъ и
неподвижныхъ паровыхъ машинъ насчитывалось:
1879

1897

Проценіъ при­
роста.

Число. Лош. сил. Число. Лош. сил. Число. Лош. сил.

Въ сельскомъ хозяйствѣ.

2731

Въ горной, обработывающей промышл. и пу­
тяхъ сообщенія (ис­
ключая жел. дор. и
пароходы) ...................

32606

24310 12856

132805 470%

546%

910574 68204 2748994' 209%

302%

Какъ видно, приростъ паровыхъ сельско-хозяйственныхъ
машинъ былъ великъ не только абсолютно: онъ шелъ гораздо
быстрѣе, чѣмъ въ другихъ отрасляхъ промышленности.
Но, можетъ быть, электричество на этомъ поприщѣ от­
празднуетъ еще большіе тріумфы, чѣмъ паръ, съ одной сто­
роны, вытѣсняя его изъ завоеванныхъ имъ областей, съ дру­
гой—замѣняя силу человѣка и животнаго въ тѣхъ сферахъ,
которыя до сихъ поръ оставались недоступными для пара.
Куда не могли проникнуть локомобили и безконечный ремень,
туда легко можетъ быть перенесена сила электричества. Она,
кромѣ того, хорошо дѣлима и не требуетъ необходимо угля.
Въ мѣстностяхъ, отдаленныхъ отъ каменно-угольнаго произ­
водства, гдѣ поэтому невыгодно примѣненіе пара, электриче-


— 67 —

ство можетъ сдѣлать выгоднымъ примѣненіе машиннаго плуга,
если только имѣется дешевая водяная сила.
Электрическій плугъ, кромѣ того, гораздо легче парового.
«Большіе плуги съ паровой машиной въ 50 лошадиныхъ силъ
при полномъ снаряженіи, т. е. вмѣстѣ съ водой и углемъ,
вѣсятъ 22 тонны; мелкіе же рѣдко вѣсятъ меньше 14—16
тоннъ». Электрическій плугъ въ 20 лошадиныхъ силъ вѣситъ
8 тоннъ, въ 50—12 тоннъ. «Главное преимущество электри­
ческаго плуга передъ паровымъ заключается въ меньшемъ
вѣсѣ перваго, благодаря чему только и становится возмож­
нымъ примѣнять машинный плугъ въ нѣкоторыхъ случаяхъ,
какъ, напримѣръ, въ холмистой мѣстности или въ мѣстности
съ мягкой почвой. Кромѣ того, при одинаковомъ вѣсѣ работо­
способность перваго по сравненію со вторымъ гораздо больше*).
Электричество уже теперь нерѣдко находитъ практическое
примѣненіе въ сельскомъ хозяйствѣ. Одинъ нашъ хорошій
знакомый спеціалистъ сообщилъ о примѣненіи электричества
въ имѣніи нѣкоего Ф. Пра въ департаментѣ Тарнъ (во Франціи).
Водопадъ, который въ состояніи доставить 30 лошадиныхъ
силъ, приводитъ въ движеніе турбину, соединенную съ динамомашиной. Динамомашина въ состояніи развить токъ въ 40 ам­
перъ и 375 вольтъ. По всему имѣнію проведены проволоки,
поддерживаемыя, какъ обыкновенно, столбами: отъ этихъ то
проволокъ токъ берется тамъ, гдѣ въ немъ нуждаются.
До сихъ поръ электричество примѣнялось почти исключи­
тельно для вспашки посредствомъ блоковаго мотора въ 18 ло­
шадиныхъ силъ.
На ряду съ другими выгодами электрическая сила имѣетъ
еще и то преимущество, что вся площадь имѣнія можетъ
быть освѣщена электричествомъ; это даетъ возможность въ
крайнихъ случаяхъ, напримѣръ, во время жатвы, производить
полевыя работы и ночью—во всякомъ случаѣ, это преимуще­
ство выгоднѣе для помѣщика, чѣмъ для рабочихъ.

*) Ц. Кетгенъ: «Ist die Elektrotechnik nach dem heutigen Stande
ihrer Entwicklung schon befähigt, mit begründeter Aussicht in den
Dienst der Landwirthschaft zur Erhöhung des wirthschaftlichen
Reinertrags zu treten?? Thiels Landwirt. Jahrbücher,XXVI, выл. 4—5.


— 68 —

Въ Германіи также уже есть имѣнія, примѣняющія элек­
тричество. Въ сентябрѣ прошлаго года даже сообщалось изъ
Кольберга объ опытахъ снабженія 60 имѣній электрической
силой изъ одного центральнаго пункта въ цѣляхъ улуч­
шенія и удешевленія сельско-хозяйственнаго производства, но
о результатахъ этихъ опытовъ мы ничего не знаемъ.
Къ сберегающимъ трудъ механическимъ приспособленіямъ,
на ряду съ машинами, слѣдуетъ причислить и полевыя же­
лѣзныя дороги. Расходы на перевозку въ сельскомъ хозяй­
ствѣ играютъ большую роль. Ему приходится передвигать на
большія разстоянія тяжести сравнительно небольшой стои­
мости, какъ-то удобреніе, солому, сѣно, свекловицу, карто­
фель и пр. Проведеніе хорошихъ дорогъ стоитъ большихъ
денегъ, и онѣ занимаютъ много мѣста. Даже на лучшихъ
полевыхъ дорогахъ треніе еще очень велико. Въ этомъ отно­
шеніи желѣзныя дороги гораздо удобнѣе. Та же упряжка
въ состояніи легко провезти по желѣзной дорогѣ вчетверо
большую тяжесть, чѣмъ по шоссе. И такая полевая желѣзная
дорога безъ особыхъ приготовленій и труда можетъ быть про­
ведена даже въ такихъ мѣстахъ, гдѣ невозможно проложить
обыкновенной, напр., по болотистымъ и топкимъ мѣстамъ, по
обработанному полю и пр. Полевая желѣзная дорога не только
сберегаетъ трудъ, но часто, только благодаря ей, и дѣлается
возможнымъ подвозъ тяжелыхъ матеріаловъ, безъ которыхъ
не могутъ быть примѣнены нѣкоторыя меліораціи.
Меліораціи въ существенной своей части—орошеніе и
осушка—также относятся къ механическимъ вспомогатель­
нымъ средствамъ. Въ противоположность до сихъ поръ упо­
мянутымъ онѣ были извѣстны въ глубокой древности. На Во­
стокѣ мы встрѣчаемъ подобныя сооруженія еще во времена
доисторическія. Но въ Европѣ, къ сѣверу отъ Альпъ, при
трехпольной системѣ меліораціи развивались очень туго. Кли­
матъ дѣлалъ ненужнымъ орошеніе, сырая земля отводилась
подъ луга. Пока еще было достаточно много новины, лѣсовъ
и луговъ, не ощущалось потребности, да и не доставало рабо­
чей силы для производства меліорацій въ болѣе тѣсномъ смыслѣ
слова. Но когда населеніе сдѣлалось болѣе густымъ, тогда


— 69 —
феодальныя повинности начинаютъ давить крестьянина и отни­
мать его силы и средства для цѣлей меліораціи; революція
же создала и необходимыя для этого предварительныя условія.
Изъ современныхъ меліорацій особенно важное значеніе
пріобрѣло дренажированіе почвы, т. е. осушка ея посред­
ствомъ подземной сѣти обожженыхъ глиняныхъ трубъ; это
усовершенствованіе стало однако возможнымъ лишь съ про­
грессомъ въ производствѣ кирпича. Дренажъ дѣлаетъ почву
суше, мягче, рыхлѣе и облегчаетъ ея обработку; она согрѣ­
вается скорѣе и на болѣе продолжительное время, «такъ что
послѣдствія осушительныхъ работъ тожественны съ перемѣ­
ной климата» (Гаммъ). Въ Шотландіи замѣчено, что на дре­
нажированной почвѣ урожай поспѣваетъ на 10—15 дней ско­
рѣе, чѣмъ на не дренажированной. Дренажъ обработанной
земли въ Англіи увеличиваетъ валовой доходъ въ среднемъ
на 20—30%, но иногда это увеличеніе доходитъ до 100 и
200°/о. На нѣкоторыхъ поляхъ только благодаря дренажу
становится возможнымъ воздѣлываніе злаковъ и кормовыхъ
травъ.

г) Удобреніе, бактеріи.
Химики и физіологи—послѣдніе съ помощью микроско­
повъ—произвели въ сельскомъ хозяйствѣ не меньшій перево­
ротъ, чѣмъ инженеры.
При трехпольной системѣ весь скотъ долженъ былъ до­
вольствоваться тѣмъ кормомъ, который онъ находилъ на вы­
гонѣ и на лугу. Въ настоящее время, благодаря развитію
путей сообщенія, сельское хозяйство пользуется разнообраз­
ными видами кормовыхъ средствъ, какъ производимыми его
собственными силами, такъ и покупными, представляющими
дешевые продукты или отбросы индустріи; это даетъ ему
возможность засѣвать свои земли чѣмъ-нибудь другимъ, болѣе
выгоднымъ, чѣмъ кормовыя растенія. Съ другой стороны,
физіологія животныхъ даетъ ему сравнительную оцѣнку кор­
мовыхъ средствъ, учитъ приготовлять—въ чемъ, какъ мы
видѣли, оказываютъ большія услуги машины—и распредѣлять
кормъ соотвѣтственнно полу, возрасту, породѣ и назначенію


— 70 —
скота; все это даетъ возможность наилучше утилизировать
животныхъ.
Далѣе, физіологія растеній знакомитъ его съ тѣми усло­
віями, въ которыя должно поставить растенія, чтобы безъ
потери матеріала, времени и труда достигнуть наибольшаго
гарантированнаго дохода. На ряду съ механической обработ­
кой почвы, гдѣ, какъ мы уже видѣли, машины играютъ боль­
шую роль, первое мѣсто принадлежитъ удобренію, т. е. за­
ботѣ о томъ, чтобы почва содержала растворимыя вещества
именно въ тѣхъ пропорціяхъ, какія необходимы для произра­
станія растеній. Химія не только знакомитъ его съ этими
веществами, но и производитъ искусственно тѣ изъ нихъ,
которыхъ не достаетъ въ почвѣ и которыя сельскій хозяинъ
своими силами не можетъ производить въ достаточномъ коли­
чествѣ и безъ громадныхъ затратъ.
Въ современномъ сельскомъ хозяйствѣ, работающемъ для
рынка,—и при томъ для такого рынка, который въ большин­
ствѣ случаевъ не возвращаетъ землѣ полученныхъ имъ пита­
тельныхъ веществъ, — для поддержанія равновѣсія почвы
одного навоза недостаточно. Почва при этомъ все болѣе и
болѣе бѣднѣетъ тѣми составными частями, которыя идутъ на
образованіе воздѣлываемыхъ растеній. Улучшенные методы
обработки, воздѣлываніе кормовыхъ травъ съ глубоко прони­
кающими корнями, глубокая распашка и т. п.—все это уве­
личиваетъ урожай съ данной площади, но лишь увеличивая
одновременно интенсивность и быстроту истощенія, эксплуа­
тацію почвы. «Во всякомъ случаѣ плодородіе почвы можно
значительно повысить на счетъ ея запаса питательныхъ ве­
ществъ, именно съ помощью прогрессивнаго физическаго улуч­
шенія, достигаемаго усиленнымъ примѣненіемъ навоза, меха­
ническимъ разрыхленіемъ почвы, известковымъ удобреніемъ и
т. п. Однако, примѣняемый въ теченіе долгаго времени, этотъ
пріемъ приведетъ не только къ обѣднѣнію почвы, но, въ концѣ
концовъ, и къ уменьшенію ея плодородія^ (Вернеръ).
Одной изъ безсмертныхъ заслугъ Либиха является то
обстоятельство, что онъ открылъ этотъ фактъ и началъ рѣши­
тельную борьбу съ хищнической эксплуатаціей земли, какой


— 71 —

была практиковавшаяся въ первой половинѣ нашего столѣтія
улучшенная культура почвы. Онъ исходитъ изъ той точки
зрѣнія, что плодородіе нашихъ полей можетъ быть устойчиво
и прогрессивно только въ томъ случаѣ, если возвратить имъ
составныя части сельско-хозяйственныхъ продуктовъ, отнятыхъ
у нихъ рынкомъ. Городскіе отбросы должны возвратиться въ
деревню. Въ своей книгѣ «Die Chemie in ihrer Anwendung
auf Agrikultur und Physiologie» *) онъ, между прочимъ, гово­
ритъ слѣдующее: «Соединеніе ряда случайностей (введеніе
культуры клевера и картофеля, открытіе гуано и примѣненіе
гипсоваго удобренія) увеличило населеніе во всѣхъ европей­
скихъ государствахъ не пропорціонально производительности
этихъ странъ, и это увеличеніе достигло такой высоты, на
которой, при сохраненіи современнаго способа хозяйства, оно
можетъ удержаться только при слѣдующихъ двухъ предпо­
ложеніяхъ:
«1. Если какое-нибудь Божье чудо возвратитъ полямъ
ту производительность, которую у нихъ отняло непониманіе и
невѣжество.
«2. Если будутъ открыты залежи навоза и гуано, не
меньшія англійскихъ каменноугольныхъ.
«Понятно, что ни одинъ мыслящій человѣкъ не станетъ
основывать своихъ надеждъ на подобныхъ фантазіяхъ... Ре­
зультатомъ введенія ватеръ-клозетовъ въ большинствѣ англій­
скихъ городовъ было то, что ежегодно безвозвратно пропадаютъ
вещества, которыя дали бы возможность возстановить произ­
водительныя силы почвы въ размѣрѣ, достаточномъ для про­
питанія 3‘/4 милліоновъ человѣкъ.
«Вся та громадная масса удобренія, которую ежегодно
ввозитъ Англія, большей частью уносится обратно черезъ
рѣки въ моря, -я производимыхъ при такихъ условіяхъ про­
дуктовъ оказывается недостаточно для прокормленія прироста
населенія.
«Несчастіе заключается въ томъ, что этотъ процессъ са­
моуничтоженія имѣетъ мѣсто во всѣхъ европейскихъ странахъ,
’) (I ч. Химическій процессъ питанія растеній).


— 72 —

хотя и не въ такомъ большомъ масштабѣ, какъ въ Англіи.
Самоуправленія большихъ континентальныхъ городовъ тратятъ
ежегодно большія суммы для того, чтобы сдѣлать недоступ­
ными для сельскаго хозяина средства, необходимыя для воз­
становленія и поддержанія плодородія полей.
«Отъ рѣшенія ассенизаціоннаго вопроса въ городахъ за­
виситъ сохраненіе богатства и благосостоянія государствъ и
прогрессъ культуры и цивилизаціи» (стр. 125, 128—9, 153).
Эти положенія были установлены Либихомъ еще 50 лѣтъ
тому назадъ. Большое значеніе человѣческихъ экскрементовъ,
какъ средства удобренія, и необходимость возвращенія ихъ
сельскому хозяйству съ того времени давно признаны всѣми.
Но то рѣшеніе вопроса о клоакахъ, котораго требовалъ Ли­
бихъ, въ настоящее время еще дальше отъ осуществленія,
чѣмъ въ то время. До сихъ поръ не удалось изобрѣсть такой
системы удаленія человѣческихъ экскрементовъ изъ большихъ
городовъ, которая не была бы соединена съ чрезмѣрными
расходами и соотвѣтствовала бы требованіямъ какъ гигіены,
такъ и сельскаго хозяйства. Система полей орошенія, вве­
денная въ Берлинѣ, кажется мнѣ изъ всѣхъ до сихъ поръ
предложенныхъ самой цѣлесообразной съ точки зрѣнія гигіены,
такъ какъ благодаря ей избѣгается зараженіе рѣкъ нечисто­
тами, вытекающими изъ каналовъ. Но, конечно, не можетъ
быть и рѣчи о томъ, чтобы смотрѣть на эти нѣсколько полей
орошенія, устройство которыхъ возможно въ каждомъ городѣ,
какъ на возвращеніе сельскому хозяйству взятыхъ у него ве­
ществъ. Этотъ вопросъ при современномъ состояніи техники
могъ бы быть рѣшенъ съ помощью системы полей орошенія
очень просто и безъ большихъ затратъ, даже съ нѣкоторой
выгодой, если бы исчезла противоположность между городомъ
и деревней, и населеніе было бы равномѣрно разселено по
всей странѣ. Но при теперешнемъ способѣ производства объ
этомъ и думать нечего.
Чѣмъ меньше утилизировались до сихъ поръ въ интере­
сахъ сельскаго хозяйства человѣческіе экскременты въ горо­
дахъ, чѣмъ больше въ то же время эксплуатировалась почва,
благодаря уже упомянутымъ методамъ интенсивнаго хозяйства


— 73 —
и расширенія производства для рынка, тѣмъ скорѣе ученые
и практики набрасывались на палліативы, долженствующіе
вернуть почвѣ извлеченныя изъ нея питательныя вещества,
т. е. на изобрѣтеніе и приготовленіе такихъ вспомогательныхъ
удобреній, которыя доставляли бы почвѣ недостающія именно
для данныхъ растеній и при томъ въ удобномъ для усвоенія
видѣ вещества. Этихъ веществъ, отчасти ввозимыхъ, отчасти
приготовляемыхъ фабричнымъ способомъ, цѣлый легіонъ, и
число ихъ все увеличивается (калійныя удобренія, фосфаты
и азотистыя удобренія); для каждаго рода почвы, способа
обработки и вида растеній производятся особые сорта удо­
бреній; это позволяетъ не только сохранять богатства почвы,
но и въ значительной степени увеличивать ихъ; благодаря
искусственному удобренію сельскій хозяинъ при извѣстныхъ
обстоятельствахъ можетъ обойтись совершенно безъ плодосмѣпной системы и навоза и такимъ образомъ въ состояніи все­
цѣло приспособить воздѣлываніе растеній къ потребностямъ
рынка и всю свою земельную площадь отвести подъ производ­
ство на рынокъ. Въ этомъ свободномъ сельскомъ хозяйствѣ
современное земледѣліе достигаетъ своей высшей точки въ
техническомъ и экономическомъ отношеніи. Не только маши­
ностроительный заводъ и лабораторія химика, но и мастерская
оптика производятъ переворотъ въ сельскомъ хозяйствѣ. Мы
не думаемъ заняться здѣсь выясненіемъ значенія спектраль­
наго анализа для открытія нѣкоторыхъ веществъ или роли
поляризаціоннаго аппарата въ сахарной индустріи, ни фото­
графіи въ дѣлѣ распознаванія породъ и вообще въ скотовод­
ствѣ. Мы ограничимся указаніемъ на важнѣйшій для сельскаго
хозяйства инструментъ—микроскопъ.
«Прошло много времени, говоритъ Гаммъ, прежде чѣмъ
научились примѣнять на практикѣ этотъ иструментъ, сдѣлав­
шійся теперь необходимымъ. Въ настоящее же время значе­
ніе его общепризнано, а сельское хозяйство въ частно­
сти не можетъ безъ него обойтись. При современномъ
положеніи дѣла всякій анализъ состава почвы начинается съ
микроскопическаго изслѣдованія... Только благодаря микро­
скопу намъ такъ хорошо извѣстно внутреннее строеніе расте-


— 74 —

нія, сущность клѣтки и ея содержимаго, форма и различія
крахмальныхъ зеренъ и другихъ образованій. Только ему обя­
заны мы знаніемъ способа размноженія тайнобрачныхъ расте­
ній и свойствъ различныхъ грибковъ, которые то въ видѣ
ржавщинъ или плѣсени, то въ видѣ картофельнаго или ви­
нограднаго грибка и т. п., поражаютъ плантаціи культиви­
руемыхъ растеній, повреждая и иногда совершенно уничто­
жая урожай. Возможность отличать другъ отъ друга разно­
образныя волокна, структуру шерсти и волоса, открытіе без­
численныхъ животныхъ-враговъ сельскаго хозяйства и такихъ
низшихъ организмовъ, какъ бактеріи, вибріоны пшеницы,
нематоды свекловицы и т. п,—все это стало осуществимымъ
лишь благодаря микроскопу... Особую услугу оказываетъ
микроскопъ при контролѣ сѣмянъ... Въ рукахъ опытнаго че­
ловѣка въ дѣлѣ отличія натуральнаго отъ поддѣльнаго, сѣ­
мянъ отъ сорныхъ растеній—микроскопъ незамѣнимъ». „(Die
Naturkräfte in der Landwirthschaft“, стр. 142—145).
Съ того времени, какъ Гаммъ написалъ эти строки (1876),
микроскопъ, благодаря развитію бактеріологіи, далъ возмож­
ность сельскому хозяйству сдѣлать одинъ изъ самыхъ важ­
ныхъ шаговъ въ своемъ поступательномъ движеніи.
Благодаря этому прогрессу, сельскій хозяинъ въ состояніи
устранить, лѣчить или, по крайней мѣрѣ, опредѣлить нѣко­
торыя въ высшей степени опустошительныя, болѣзни растеній
и животныхъ, какъ-то: сибирскую язву, рожу свиней, тубер­
кулезъ, филоксеру.
Во второй половинѣ 80-ыхъ годовъ было сдѣлано откры­
тіе, что легуминозы (стручковыя растенія и виды клевера),
въ отличіе отъ другихъ культурныхъ растеній,весь необходи­
мый имъ азотъ получаютъ не изъ почвы, а изъ воздуха, и
притомъ не только не обѣдняютъ почву азотомъ, но, напро­
тивъ, обогащаютъ ее. Но этимъ свойствомъ они обладаютъ
только въ томъ случаѣ, если въ почвѣ находятся извѣстные
микроорганизмы, которые прививаются къ ихъ корнямъ. Если
ихъ нѣтъ, то, засѣявши площадь легуминозами, можно увели­
чить содержаніе азота въ бѣдной имъ почвѣ съ помощью
соотвѣтствующей прививки, т. е. нѣкоторымъ образомъ удо-


— 75 —
брить ее для произрастанія другихъ растеній. Этотъ способъ,
обыкновенно въ соединеніи съ извѣстнымъ минеральнымъ удо­
бреніемъ (фосфаты и калійныя удобренія), можетъ надолго
чрезвычайно увеличить производительность почвы и безъ вся­
каго навоза. Только съ этимъ открытіемъ свободное хозяйство
пріобрѣло вполнѣ прочное основаніе.

д) Сельское хозяйство, какъ наука.
Какой рѣзкій контрастъ между трехпольной системой временъ
феодализма и независимымъ сельскимъ хозяйствомъ конца
девятнадцатаго вѣка! И самая грандіозная часть этого пере­
ворота совершилась въ нѣсколько десятилѣтій! Лишь съ
1840 года начинаются изслѣдованія Либиха, проложившія
новую дорогу, изслѣдованія, которыя только въ 50-хъ годахъ
получили общее признаніе; въ то же время паровая машина
начала проникать въ сельское хозяйство, и въ немъ впервые
была практически примѣнена бактеріологія (1837 г.—открытіе
бациллы пятнистой болѣзни шелковичнаго червя и дрожже­
вого грибка; 1849—открытіе бациллы сибирской язвы). Сель­
ское хозяйство, бывшее прежде самымъ консервативнымъ изъ
всѣхъ производствъ, почти не прогрессировавшее въ теченіе
тысячелѣтія, абсолютно не двигавшееся съ мѣста въ теченіе
цѣлыхъ столѣтій, превратилось въ нѣсколько десятилѣтій въ
одно изъ самыхъ революціонныхъ, если не въ самое револю­
ціонное, изъ современныхъ производствъ. Но вмѣстѣ съ этимъ
переворотомъ изъ рутиннаго ремесла, передававшагося отъ
отца къ сыну, оно превратилось въ науку, или скорѣе въ
комплексъ наукъ, которыя быстро развиваются и по объему
охватываемыхъ ими явленій, и по глубинѣ теоретическаго ихъ
пониманія. Сельскій хозяинъ, незнакомый съ этими науками,
чистый «практикъ», безпомощно стоитъ предъ всѣми новше­
ствами, и въ то же время онъ не можетъ оставаться при
старомъ, т. е. хозяйничать по испытанному дѣдовскому и пра­
дѣдовскому способу.
Превращеніе сельскаго хозяйства въ науку сильно отра­
зилось на исторіи развитія сельско-хозяйственнаго образованія,


— 76 —

особенно въ высшей школѣ. На прогрессъ научной агрономіи
указываетъ не только объемъ и содержаніе учебнаго мате­
ріала, но и внѣшняя исторія сельско-хозяйственныхъ учебныхъ
заведеній. Thaer, изучившій усовершенствованное англійское
сельское хозяйство конца прошлаго и начала настоящаго
столѣтія, пытавшійся научно обосновать его и ввести въ Гер­
манію, первый призналъ необходимость спеціальныхъ сельско­
хозяйственныхъ учебныхъ заведеній. Уже въ 1798 году въ
своемъ произведеніи: «Einleitung zur Kenntniss der englischen
Landwirthschaft» онъ пропагандировалъ «идею учрежденія
земледѣльческой академіи», и нѣсколько лѣтъ спустя осно­
валъ первую подобную академію (въ 1802 г. въ Целлѣ, а въ
1804 г. въ Меглинѣ); вслѣдъ за тѣмъ въ ближайшія деся­
тилѣтія были открыты и другія, при чемъ въ числѣ первыхъ
находилась открытая Гогенгеймомъ въ Вюртембергѣ въ 1818
году. Каждое изъ этихъ высшихъ учебныхъ заведеній было
соединено съ образцовымъ сельскимъ хозяйствомъ, вслѣдствіе
чего они находились внѣ городовъ. Только такимъ путемъ
возможно было, на ряду съ «сѣдой теоріей», давать учени­
камъ необходимые наглядные примѣры ея примѣненія, такъ
какъ число раціональныхъ хозяйствъ было тогда еще мало.
Но подобное положеніе дѣлъ измѣнилось въ теченіе пер­
вой половины нашего столѣтія, и въ этой перемѣнѣ немалую
роль играли названныя учебныя заведенія. Значительное чи­
сло крупныхъ имѣній перешло къ раціональному, научно­
обоснованному способу обработки, молодой сельскій хозяинъ
не нуждался болѣе въ образцовомъ хозяйствѣ учебнаго заве­
денія, чтобы изучить примѣненіе теоріи на практикѣ.

Но по мѣрѣ роста числа раціональныхъ хозяйствъ расши­
рялся и углублялся учебный матеріалъ сельско-хозяйственной
школы подъ вліяніемъ вышеуказаннаго переворота въ меха­
никѣ, химіи, физіологіи и въ общихъ экономическихъ и об­
щественныхъ отношеніяхъ. Высшая сельско-хозяйственная
школа стала требовать все больше научныхъ вспомогатель­
ныхъ наукъ; ей стала необходима болѣе высокая духовная
атмосфера; разсѣянныя по деревнямъ, изолированныя учеб-


77 —

ныя заведенія все менѣе соотвѣтствовали растущимъ зада­
чамъ, которыя къ нимъ предъявлялись.
И въ этой области Либихъ открываетъ новые пути; въ
качествѣ президента Баварскихъ Академій наукъ онъ въ
1861 г. произнесъ въ Мюнхенѣ торжественную рѣчь, въ ко­
торой рѣзко подчеркнулъ недостатки сельско-хозяйственныхъ
академій, расположенныхъ въ деревнѣ, и потребовалъ пере­
несенія ихъ въ университетскіе города. И это требованіе его
встрѣтило почти такую же страстную борьбу, какъ и Либиховская теорія плодородія и истощенія почвы. Но и въ этомъ
случаѣ великій ученый вышелъ изъ спора такимъ же побѣди­
телемъ, какъ и въ первомъ, и его требованіе повсюду было
удовлетворено. За исключеніемъ Гогенгеймовской, всѣ высшія
сельско-хозяйственныя школы нынѣ находятся въ универси­
тетскихъ городахъ, не только въ Германіи, но въ Австріи,
Франціи, Италіи, при чемъ онѣ или образуютъ факультетъ
при университетѣ, или представляютъ самостоятельныя выс­
шія учебныя заведенія (въ Берлинѣ, Вѣнѣ, Парижѣ).
Сельское хозяйство изучается въ большомъ городѣ! Вотъ
самая поразительная иллюстрація всесторонней и полной за­
висимости сельскаго хозяйства отъ города, въ которомъ оно
черпаетъ силы для своего прогрессивнаго развитія.
Конечно, однимъ университетскимъ образованіемъ сельскій
хозяинъ не можетъ довольствоваться. Смѣшно было бы при­
мѣнять теперь къ сельскому хозяйству изреченіе: опытъ—
выше науки, но еще смѣшнѣе думать, что можно ограни­
читься одной наукой. Знаніе и опытъ здѣсь еще важнѣе,
чѣмъ въ индустріи, такъ ка;<ъ область дѣйствительности, къ
которой приходится примѣнять теорію, въ сельскомъ хозяйствѣ,
гораздо сложнѣе и разнообразнѣе, чѣмъ въ индустріи. Здѣсь
необходимо производить опыты и накоплять наблюденія, но
необходимо также имѣть опредѣленное ясное представленіе о
каждой отдѣльной отрасли этой обширной области; а это воз­
можно только при помощи точной, раціональной бухг алтеріи.
При трехпольной системѣ сельскій хозяинъ, производившій
преимущественно для себя, не нуждался въ ней. Условія су­
ществованія отдѣльныхъ хозяйственныхъ единицъ данной


— 78 —

мѣстности въ главныхъ чертахъ тогда были сходны, неизмѣн­
ны съ прадѣдовскихъ временъ, просты и ясны. Совершенно
иначе обстоитъ дѣло въ современномъ сельскомъ хозяйствѣ.
Оно имѣетъ дѣло съ обширными, разнообразными, постоянно
мѣняющимися отношеніями—отношеніями производства и об­
мѣна, купли и продажи. Безъ точной и правильной бухгал­
теріи опо безпомощно мечется изъ стороны въ сторону при
современномъ способѣ производства. Это примѣнимо ко вся­
кому крупному хозяйству, но ярче всего это проявляется въ
сельскомъ хозяйствѣ. Современное промышленное заведеніе
производитъ продуктъ только одного рода, тогда какъ ка­
ждое сельское хозяйство представляетъ изъ себя соединеніе
различныхъ частныхъ производствъ, какъ-то: скотоводство,
земледѣліе, огородничество, садоводство, птицеводство и т. д.,
изъ которыхъ каждое доставляетъ разнообразнѣйшіе продук­
ты. Промышленникъ обыкновенно покупаетъ ьсѣ средства
производства и продаетъ всѣ продукты. Въ сельскомъ же хо­
зяйствѣ этого никогда не бываетъ; оно покупаетъ только
часть потребныхъ ему средствъ производства, остальную
часть оно производитъ само: скотъ, кормъ для скота, удоб­
реніе, сѣмена оно частью покупаетъ, частью производитъ;
заработная плата—отчасти денежная, отчасти натуральная,
соотвѣтственно этому только часть продуктовъ идетъ на ры­
нокъ для продажи, часть же потребляется въ самомъ произ­
водствѣ. Наконецъ, въ сельскомъ хозяйствѣ не такъ легко
прослѣдить результаты примѣненія какого-нибудь средства
производства или метода труда; иногда проходятъ года прежде,
чѣмъ обнаружится его значеніе. Все это вмѣстѣ дѣлаетъ
бухгалтерію крайне необходимой для сельскаго хозяйства,
при томъ бухгалтерію точную и правильную, охватывающую
всѣ детали и основанную не только на коммерческой, но и
на научной точкѣ зрѣнія. Нужно помнить, что сельскій хо­
зяинъ имѣетъ дѣло не только съ капиталомъ и прибылью на
капиталъ, но также съ землей и съ земельной рентой, а эта
послѣдняя, по скольку она представляетъ дифференціальную
ренту, зависитъ отъ богатства почвы. Поддержаніе опредѣ­
ленной высоты ренты и, по возможности, увеличеніе ея въ


— 79 —
настоящее время для передового сельскаго хозяина является
такой же важной задачей, какъ и возможно прибыльное по­
мѣщеніе капитала.
Пожалуй, ничто такъ хорошо не характеризуетъ совре­
меннаго сельскаго хозяйства, какъ эта бухгалтерія, одновре­
менно основанная на научныхъ и коммерческихъ соображе­
ніяхъ. Тѣсная связь между наукой и промышленностью, свой­
ственная всему новѣйшему способу производства, нигдѣ такъ
рѣзко не выступаетъ, какъ въ сельскомъ хозяйствѣ. Это един­
ственная отрасль промышленности, бухгалтерія которой изу­
чается въ университетахъ.

V. Капиталистическій характеръ совре­
меннаго сельскаго хозяйства.
а) Цѣнность.
Чтобы сельское хозяйство могло выйти изъ той стадіи, на
которой оно находилось во времена феодализма, достигнуть
своей современной высоты и принять участіе въ непрерывно
развивающемся техническомъ и экономическомъ прогрессѣ—
для этого прежде и теперь были необходимы деньги и при
томъ большія деньги. Эта мысль едва ли нуждается въ ка­
кихъ-нибудь доказательствахъ или иллюстраціяхъ. Достаточно
замѣтить, что въ Англіи съ 1835 по 1842 г. на одинъ только
дренажъ было израсходовано болѣе 100 милліоновъ марокъ,
а съ 1846 г. по 1855 г.—болѣе 50 милліоновъ марокъ. На
эти 50 милліоновъ былъ произведенъ дренажъ на протяженіи
1.365,000 акровъ, а оставалось еще устроить дренажъ на
протяженіи 21.525,000 акровъ.
Современное сельское хозяйство не можетъ существовать
безъ денегъ, иначе говоря, безъ капитала, такъ какъ при
современномъ способѣ производства каждая сумма денегъ, не
предназначенная для личнаго потребленія, можетъ превра­
титься—и обыкновенно превращается—въ капиталъ, т. е. въ
цѣнность, высиживающую прибавочную цѣнность.


— 80 —

Современное сельское хозяйство есть, такимъ образомъ, ка­
питалистическое хозяйство. Онъ носитъ на себѣ характерныя
черты капиталистическаго способа производства, которыя од­
нако въ данномъ случаѣ принимаютъ своеобразныя формы.
Для пониманія ихъ намъ придется сдѣлать маленькое отступ­
леніе въ область экономическихъ абстракцій и вкратцѣ на­
бросать нашу теоретическую точку зрѣнія—теорію цѣнности,
прибавочной цѣнности, прибыли и земельной ренты, создан­
ную Марксомъ. Само собою разумѣется, что мы будемъ огра­
ничиваться одними только указаніями, отсылая къ тремъ то­
мамъ «Капитала» Маркса тѣхъ изъ нашихъ читателей, ко­
торые еще не знакомы съ ними и которые пожелали бы об­
стоятельнѣе изучить основной вопросъ настоящей главы.
Разсматривая современное сельское хозяйство, мы встрѣ­
чаемъ въ немъ два основныхъ факта: частную собствен­
ность на землю и товарный характеръ сельско-хозяй­
ственныхъ продуктовъ. Первый изъ этихъ фактовъ мы уже
имѣли случай прослѣдить въ процессѣ его возникновенія, второй
же со всѣми его послѣдствіями представляетъ предметъ настоя­
щей главы. Товаръ—это продуктъ человѣческаго труда, ко­
торый не предназначенъ для потребленія самого производи­
теля (или для отдачи другимъ членамъ семьи, помѣщику и
проч, безъ вознагражденія), но, какъ не нужный своему про­
изводителю, онъ долженъ перейти къ другому лицу взамѣнъ
продукта, необходимаго первому.
Отношеніе, въ которомъ опредѣленное количество одного
товара обмѣнивается на извѣстное количество другого, вна­
чалѣ опредѣляется совершенно случайно. Чѣмъ болѣе разви­
вается товарное производство, чѣмъ чаще повторяется пра­
вильный обмѣнъ, тѣмъ скорѣе эти отношенія теряютъ слу­
чайный характеръ и тѣмъ болѣе проявляется извѣстная за­
коносообразность мѣновыхъ отношеній; каждый товаръ при
опредѣленныхъ условіяхъ получаетъ опредѣленную мѣновую
цѣнность. Въ дальнѣйшемъ процессѣ своего развитія обмѣнъ
превращается въ продажу, т. е. опредѣленный товаръ пре­
вращается въ денежный товаръ,—товаръ, который всѣмъ ну­
женъ, на который каждый охотно промѣниваетъ и съ помощью


— 81 —
котораго всѣ товары измѣняютъ свою цѣнность. Опредѣлен­
ное количество денежнаго товара—золота или серебра—по­
лучаемое за извѣстный товаръ, называется цѣной этого то­
вара.
Товарная цѣнность проявляется только какъ тенденція,
какъ законосообразное стремленіе, господствующее надъ про­
цессомъ обмѣна или продажи. Результатомъ этого процесса
является существующее въ данный моментъ фактическое
мѣновое отношеніе, фактически существующая цѣна. Понятно,
что законъ и его результатъ—двѣ различныя вещи. Всякій
изслѣдователь естественныхъ или общественныхъ процессовъ дол­
женъ изолировать ихъ, если онъ хочетъ открыть управляющіе ими
законы. Каждый процессъ онъ долженъ разсматривать въ
чистомъ видѣ, независимо отъ мѣшающихъ побочныхъ об­
стоятельствъ. Только въ такомъ случаѣ можетъ онъ достиг­
нуть пониманія законовъ, лежащихъ въ основѣ извѣстныхъ
явленій. Разъ они извѣстны, пониманіе покоящихся на нихъ
явленій уже не представляетъ трудности. При обратномъ
ходѣ изслѣдованія и тѣ и другіе остаются непонятными. Это
ясно, какъ Божій день, повторялось сотни разъ, и тѣмъ не
менѣе—именно, когда дѣло касается теоріи цѣнности — по­
стоянно забывается.
Что же опредѣляетъ мѣновую цѣнность двухъ товаровъ,
извѣстную законосообразность ихъ мѣновыхъ отношеній? Об­
мѣнъ возникаетъ на почвѣ раздѣленія труда. Товарное же
производство есть такая форма производства, при которой
независимые другъ отъ друга рабочіе различныхъ отраслей
труда производятъ другъ для друга. Въ соціалистическомъ обще­
ствѣ они будутъ работать другъ на друга непосредственно. Но
какъ производители, независимые другъ отъ друга, они мо­
гутъ работать другъ на друга, только взаимно обмѣниваясь
продуктами своего труда. Они свободны и равны — только
при такихъ условіяхъ можно говорить о дѣйствительномъ об­
мѣнѣ товаровъ: тамъ, гдѣ одна часть зависитъ отъ другой,
рѣчь можетъ итти о насиліи или грабежѣ, но не объ обмѣнѣ.
Однако ни одинъ свободный человѣкъ не станетъ работать
на другого даромъ; онъ не захочетъ отдавать труда больше,

6


— 82 —
чѣмъ получаетъ. Такимъ образомъ, какъ мы видимъ, возни­
каетъ тенденція, чтобы при обмѣнѣ товаровъ другъ другу
противостояли продукты съ одинаковой затратой труда и
чтобъ цѣнность товара опредѣлялась общественно-необходи­
мой для его производства затратой труда. Но удастся ли
производителю реализировать цѣнность на товарномъ рынкѣ,
дѣйствительно ли цѣна товара оплатитъ по крайней мѣрѣ
затраченный имъ трудъ—-это зависитъ отъ цѣлаго ряда об­
стоятельствъ, которыя можно объединить подъ общимъ име­
немъ спроса и предложенія.
Правда, современная университетская наука горячо оспа­
риваетъ положеніе теоріи, учащей, что цѣнность товара опре­
дѣляется затраченнымъ на него общественно-необходимымъ
трудомъ. Но при ближайшемъ разсмотрѣніи оказывается, что
всѣ эти возраженія покоятся на смѣшеніи товарной цѣн­
ности или съ потребительной стоимостью, или съ цѣной.
Всѣ академическія теоріи стремятся рядомъ съ затратой труда
поставить въ качествѣ элементовъ цѣнности полезность про­
дукта и спросъ на него.
Само собою понятно, что каждый продуктъ долженъ быть
полезнымъ, долженъ соотвѣтствовать (дѣйствительной или во­
ображаемой) потребности для того, чтобы стать товаромъ,
чтобы получить цѣнность. Потребительная стоимость —
предварительное условіе товарной цѣнности, но не
она опредѣляетъ ея высоту. Обмѣнъ двухъ товаровъ пред­
полагаетъ качественное различіе ихъ; въ противномъ случаѣ
обмѣнъ является безцѣльнымъ. Но между потребительными
стоимостями различнаго рода не возможно такое чисто коли­
чественное сравненіе, какое представляетъ мѣновое отноше­
ніе. Если я говорю, что аршинъ полотна стоитъ въ десять
разъ дороже фунта желѣза, то было бы абсурдомъ видѣть
причину этого въ томъ, что полотно удовлетворяетъ въ де­
сять разъ больше потребностей или въ десять разъ полезнѣе
фунта желѣза. Полезности двухъ различныхъ товаровъ пред­
ставляютъ совершенно отличныя, несоизмѣримыя между собою
понятія.
Для различныхъ товаровъ одного и того же вида можно


— 88 —
ещё установить бблыпую или меньшую высоту ихъ потреби­
тельныхъ стоимостей: болѣе прочная пара сапогъ обладаетъ
бблыпей потребительной стоимостью, чѣмъ менѣе прочная, —
стаканъ рюдесгейма заключаетъ больше потребительной стои­
мости, чѣмъ стаканъ грюнбергскаго. За бблыпую потреби­
тельную стоимость охотно платятъ дороже, чѣмъ за меньшую:
итакъ, потребительная стоимость все-таки является элемен­
томъ товарной цѣнности! Дѣйствительно, съ перваго взгляда
можетъ такъ показаться. Но тутъ является вопросъ: если
бблыпая потребительная стоимость создаетъ ббльшую товар­
ную цѣнность, то почему каждый производитель не приго­
товляетъ товаровъ лучшаго качества, почему сапожникъ не
производитъ лишь сапогъ высшаго сорта, почему каждый
винодѣлъ не приготовляетъ первокласснаго вина? Отвѣтъ
очень простъ. Качество сапогъ—если оставить въ сторонѣ
индивидуальныя различія рабочаго и сырой матеріалъ, ин­
струменты и т. п., такъ какъ они не вліяютъ на результатъ—
зависитъ отъ болѣе солидной работы, т. е. отъ большей
затраты труда. И именно эта-то бблыпая затрата труда,
а не высшая потребительная стоимость, и опредѣляетъ ббль­
шую цѣнность качественно лучшаго товара. Извѣстное вы­
раженіе: самые дорогіе товары—самые дешевые, означаетъ
только то, что ихъ потребительная стоимость превышаетъ
потребительную стоимость товаровъ низшаго качества въ го­
раздо большей степени, чѣмъ ихъ цѣнность—цѣнность това­
ровъ низшаго достоинства. Пара сапогъ за 12 марокъ но­
сится, пожалуй, вдвое дольше, чѣмъ такая же пара за 10
марокъ. Большая цѣна іоганнисбергскаго вина въ сравненіи
съ рюдесгеймскимъ объясняется тѣмъ, что вино перваго сорта
производится не повсюду. Здѣсь вообще прекращается дѣй­
ствіе закона цѣнности, такъ какъ мы имѣемъ дѣло съ моно­
поліей; законъ же цѣнности предполагаетъ свободную кон­
куренцію.
Если въ самой сферѣ товаровъ одного и того же рода
различіе въ качествѣ ихъ вызываетъ различіе въ ихъ цѣнахъ,
то это различіе объясняется или разницей въ количествѣ за­
траченнаго труда, или монополіей. Было бы нелѣпо допу6*


-— 84 —•

отить, чтобы, при отсутствіи этихъ обоихъ фактовъ, каждый
рабочій со средней степенью ловкости—что необходимо пред­
положить—не производилъ только товары высшаго качества.
Все сказанное о полезности товаровъ можетъ быть отне­
сено и къ большей или меньшей потребности въ товарѣ.
Колебанія спроса и предложенія могутъ объяснять, почему
сегодня цѣна,—но не цѣнность даннаго товара — выше, а
завтра ниже; но они не объясняютъ, почему въ теченіе дол­
гаго времени цѣна одного товара постоянно во столько-то
разъ выше цѣны другого, почему, напримѣръ, въ теченіе цѣ­
лыхъ вѣковъ, не смотря на различныя колебанія цѣнъ, фунтъ
золота въ среднемъ былъ постоянно приблизительно въ 13
разъ дороже фунта серебра? Это объясняется только тѣмъ,
что въ теченіе цѣлыхъ столѣтій условія производства обоихъ
металловъ были одинаковы. Было бы смѣшно думать, что въ
теченіе всего этого времени спросъ золота въ 13 разъ пре­
вышалъ спросъ серебра.
Совѣстно въ сотый разъ повторять эти объясненія. Однако
это оказывается необходимымъ всякій разъ, когда рѣчь за­
ходитъ о теоріи цѣнности, такъ какъ противники ея никогда
не устаютъ повторять для ея опроверженія одно и то же qui
pro quos. Такъ, напримѣръ, профессоръ Луи-Брентано въ
своей послѣдней книгѣ объ аграрной политикѣ (I ч. «Theoretische
Einleitung in die Agrarpolitik-^), касаясь вопроса о земельной
рентѣ, не упускаетъ случая возвратиться къ лежащей въ его
основѣ теоріи цѣнности. «Рикардо и его школа, пишетъ онъ,
говорятъ о естественной цѣнности, каковой у нихъ является
сумма издержекъ производства какого-нибудь блага. Дальнѣйшее-же соціалдемократическое развитіе этой теоріи на­
зываетъ естественной цѣнностью сумму общественнаго
рабочаго времени, необходимаго для производства даннаго
блага». Мы не знаемъ, что понимаетъ - Брентано подъ «обще­
ственнымъ рабочимъ временемъ». Во всякомъ случаѣ «обще­
ственно-необходимое рабочее время» есть нѣчто другое.
Далѣе Брентано говоритъ: «Обѣ эти теоріи цѣнности, какъ
Маркса, такъ и Рикардо, въ наукѣ въ настоящее время счи­
таются опровергнутыми. Ея несостоятельность доказана еще


— 86: —
Германомъ, указавшимъ, что издержки производства являются
только однимъ изъ многихъ факторовъ, опредѣляющихъ цѣну,
и что, кромѣ нихъ, въ опредѣленіи цѣны играютъ роль на­
стоятельность потребности, полезность товара, возможность
достать его въ другомъ мѣстѣ, платежная способность поку­
пателя, необходимость сбыть товаръ съ рукъ, мѣновая цѣн­
ность платежнаго средства и другія преимущества положенія
покупателя, равно какъ, съ другой стороны, и преимущества
положенія. продавца» (стр. 84).
Итакъ ученіе Маркса о цѣнности «.опровергнуто наукой»,
потому что—цѣна не опредѣляется однимъ только затрачен­
нымъ трудомъ.
Рикардо и даже еще Адамъ Смитъ говорили о «.естествен­
ной цѣнѣ». Брентано заставляетъ ихъ и даже Маркса гово­
рить о «естественной цѣнности»! Такъ произвольно испещ­
рены эти двѣ строки словами «цѣна» и «цѣнность»!
Если же исключить эти факторы, опредѣляющіе колеба­
ніе цѣнъ, то и у Брентано останется только одинъ опредѣ­
ляющій факторъ—затраченный трудъ или, «какъ правильнѣе»
выражается Брентано, издержки производства. Но это
исправленіе весьма сомнительнаго свойства
Издержки производства предполагаютъ то, что онѣ должны
объяснить — цѣнность. Чѣмъ опредѣляются издержки произ­
водства? Сумма ихъ—это сумма израсходованныхъ цѣнностей.
Итакъ, сначала цѣнность опредѣляется черезъ издержки про­
изводства, потомъ эти послѣднія черезъ цѣнность! Такимъ
образомъ насъ отсылаютъ отъ Понтія къ Пилату.
Однако положеніе, что цѣнность опредѣляется издержками
производства, не совсѣмъ безсодержательно. Но не универси­
тетская политическая экономія объясняетъ намъ, при какихъ
условіяхъ оно имѣетъ смыслъ. Чтобы понять эти условія, мы
должны выяснить разницу между простымъ и капиталистиче­
скимъ товарнымъ способомъ производства.

б) Прибавочная цѣнность и прибыль.
Простое товарное производство представляетъ первона­
чальную форму этого способа производства. Отличительнымъ


— 86 —

его признакомъ является не только то, что производители
противостоятъ другъ другу, какъ свободные и равные, но
также и то, что они владѣютъ средствами производства.
Простое товарное производство, какъ и всѣ крупныя эпохи
хозяйственнаго развитія, никогда не господствовало безраз­
дѣльно, оно всегда смѣшивалось съ другими экономическими
формами: съ натуральнымъ, феодальнымъ и монопольно-цехо­
вымъ хозяйствомъ. Поэтому при данной формѣ производства
закону цѣнности удавалось проявляться только отчасти, по­
скольку возникало правильное, работающее для рынка про­
изводство свободно конкурирующихъ между собой произво­
дителей.
На извѣстной высотѣ развитія мѣсто простого занимаетъ
капиталистическое товарное производство, а это значитъ, что
рабочій перестаетъ быть собственникомъ средствъ производ­
ства. Теперь капиталистъ выступаетъ предъ экспропріирован­
нымъ рабочимъ, какъ собственникъ средствъ производства.
Рабочій не можетъ уже работать непосредственно на потре­
бителя; онъ работаетъ на капиталиста-предпринимателя, ко­
торому онъ продалъ свою рабочую силу; онъ становится
наемнымъ рабочимъ.
Лишь при этомъ способѣ производства товарное производ­
ство становится всеобщей или, по крайней мѣрѣ, господствую­
щей формой производства; быстро исчезаетъ натуральное хо­
зяйство; феодальная эксплуатація и цеховая монополія стано­
вятся невозможными; свобода и равенство производителей дѣ­
лаются всеобщимъ правиломъ. Но именно этотъ способъ про­
изводства, который только и создаетъ условія для проявленія
цѣнности, какъ всеобщаго закона, ставитъ между цѣнностью
и рыночной цѣной промежуточное звено, затемняющее законъ
цѣнности и видоизмѣняющее его дѣйствіе. Это промежуточ­
ное звено и представляютъ издержки производства, т. е. сумма
денежныхъ расходовъ, необходимыхъ для производства дан­
наго товара.
При простомъ товарномъ производствѣ, нелѣпо опредѣлять
цѣну товара издержками производства. Возьмемъ самый про­
стой примѣръ патріархальнаго крестьянина-ткача, который


— 87 —
самъ произвелъ необходимый сырой матеріалъ и самъ сдѣлалъ
свой ткацкій станокъ. Въ своемъ производствѣ ему не прихо­
дится дѣлать ни малѣйшихъ денежныхъ затратъ. Его про­
дуктъ не стоитъ ему ничего, кромѣ труда.
Не такъ нелѣпо опредѣлять цѣну издержками производ­
ства тамъ, гдѣ, вслѣдствіе раздѣленія труда, производитель
покупаетъ средства производства. И для ткача-крестьянина,
и для ремесленника цѣна произведеннаго имъ полотна опре­
дѣляется общественно-необходимымъ для его производства ра­
бочимъ временемъ; но въ послѣднемъ случаѣ законъ не вы­
ступаетъ такъ ярко, такъ какъ ремесленникъ уже не произво­
дитъ самъ ни пряжи, ни станка: онъ покупаетъ ихъ. Цѣн­
ность ихъ образуетъ издержки производства, которыя входятъ
въ цѣнность продукта: цѣнность потребленной пряжи все­
цѣло, а цѣнность станка постольку, поскольку онъ расходо­
вался при производствѣ полотна. Но эти издержки производ­
ства не образуютъ всей цѣнности полотна. Для полученія
цѣнности къ издержкамъ производства необходимо прибавить
цѣнность, созданную трудомъ ткача.
Совершенно мѣняется дѣло при капиталистическомъ то­
варномъ производствѣ. Собственникъ средствъ производства и
рабочій стали двумя совершенно различными лицами. Если
капиталистъ вздумаетъ начать производство, ему недостаточно
пріобрѣсти сырой матеріалъ и орудія производства, какъ ткачу
въ нашемъ послѣднемъ примѣрѣ. Онъ долженъ также купить
и самую рабочую силу — рабочаго. Для капиталиста такимъ
образомъ всѣ элементы производства превращаются въ денеж­
ныя затраты, въ издержки; но это становится возможнымъ
только при капиталистическомъ способѣ производства. Только
для капиталиста товаръ стоитъ не труда, а денегъ; только
для него опредѣляющими цѣну являются издержки производ­
ства, денежныя затраты, а не затрата труда. Но нужно
быть слѣпымъ, чтобы не видѣть разницы между простымъ и
капиталистическимъ способомъ производства, чтобы считать
всеобщимъ закономъ товарнаго производства опредѣленіе цѣны
издержками производства и такимъ путемъ «^исправлять* тео­
рію трудовой цѣнности.


— 88 —
При опредѣленіи цѣны издержки производства, съ точки
зрѣнія капиталиста, не исчерпываются дѣйствительными из­
держками производства. Если бы цѣна товара была равна
суммѣ денегъ, истраченной капиталистомъ на производство
товара, то отъ продажи товара онъ ничего бы не выигралъ. А
вѣдь барышъ является мотивомъ капиталистическаго способа
производства. Если бы затрата денегъ не приносила капита­
листу никакого выигрыша, то для него было бы гораздо вы­
годнѣе израсходовать эти деньги для личнаго потребленія.
Именно барышъ, прибыль и превращаетъ сумму денегъ въ
капиталъ. Всякая сумма денегъ, затраченная съ цѣлью по­
лучить прибыль, представляетъ капиталъ.
Капиталистъ, такимъ образомъ, дѣлаетъ нѣкоторую над­
бавку къ суммѣ своихъ расходовъ на производство; онъ счи­
таетъ убыточнымъ производство, не приносящее ему, по край­
ней мѣрѣ, обычной прибыли. Сумма затраченныхъ на про­
изводство денегъ -ф- обычная въ данной странѣ прибыль—
вотъ для капиталиста издержки производства; ими онъ измѣ­
ряетъ цѣну товара, съ такимъ разсчетомъ, чтобы непремѣнно
вернуть издержки.
Это повседневный фактъ, выступающій на поверхность
капиталистическаго общества, и поэтому онъ давно извѣстенъ.
Уже Адамъ Смитъ отличалъ трудовую цѣнность, которая
при простомъ товарномъ производствѣ одна образуетъ основу
колеблющихся рыночныхъ цѣнъ, отъ цѣнности при капита­
листическомъ способѣ производства, видоизмѣненной благодаря
издержкамъ производства, образующимъ естественную цѣну
(а не, какъ говоритъ Брентано, цѣнность), т. е. то, что
Марксъ называетъ цѣной производства. Прогрессъ современ­
ной университетской политической экономіи по сравненію съ
этими «устарѣвшими» политико-экономами состоитъ въ томъ,
что она смѣшиваетъ въ одну кучу не только простое и ка­
питалистическое товарное производство, но и цѣнность, есте­
ственную цѣну и рыночную цѣну и признаетъ классическую
теорію цѣнности не состоятельной потому, что «естественная
цѣнность» не объясняетъ колебанія цѣнъ.
«При незрѣломъ состояніи общества, говоритъ Смитъ въ


— 89 —

6-й главѣ 1-й части его «Wealth of Nations», когда земля еще
не стала частной собственностью и не образовался еще капи­
талъ, единственнымъ масштабомъ, регулирующимъ обмѣнъ
продуктовъ, было, повидимому, отношеніе количествъ труда,
необходимыхъ на ихъ производство...
«Но какъ только въ рукахъ отдѣльныхъ лицъ накопился
капиталъ, у нѣкоторыхъ изъ нихъ явилось естественное стрем­
леніе нанять искусныхъ рабочихъ, дать имъ средства суще­
ствованія и матеріалъ для работы, чтобы, продавши продукты
ихъ труда , или цѣнности, прибавленныя къ матеріалу ихъ
трудомъ, получить прибыль».
Здѣсь рѣзко проведено различіе между простымъ товар­
нымъ и капиталистическимъ способомъ производства. Въ 7-й
главѣ Смитъ замѣчаетъ, что въ каждомъ обществѣ и госу­
дарствѣ существуетъ средняя высота заработной платы, при­
были и земельной ренты; относительно послѣдней мы пиже
поговоримъ подробнѣе, поэтому сейчасъ не коснемся ея. Эти
среднія нормы можно назвать ихъ естественнымъ уровнемъ.
«Если цѣна товара не больше и не меньше суммы денегъ,
опредѣляемой естественнымъ уровнемъ земельной ренты, за­
работной платы и прибыли съ капитала, употребленнаго на
производство, отдѣлку и доставку товара на рынокъ, то то­
варъ, какъ говорятъ, продается по его естественной
цѣнѣ».
Эта «естественная» норма прибыли, какъ и цѣнность, су­
ществуетъ только въ тенденціи. Какъ цѣна тяготѣетъ къ цѣн­
ности, такъ прибыль тяготѣетъ къ «естественной» или сред­
ней прибыли.
Но чѣмъ же опредѣляется высота этой «естественной»,
или, какъ выражаются, обычной въ странѣ прибыли? На этотъ
вопросъ Адамъ Смитъ такъ же мало могъ отвѣтить, какъ Ри­
кардо или какой-нибудь другой буржуазный экономистъ; все,
что они говорятъ по этому поводу— бблыпій или меньшій
рискъ, большая или меньшая заработная плата,—объясняетъ
только отклоненіе дѣйствительной прибыли отъ средней,
какъ спросъ и предложеніе объясняютъ только отклоненіе
рыночной цѣны отъ цѣнности, т. е. отъ цѣны производства;


— 90 —

но они нисколько не объясняютъ данной высоты средней при­
были. Они объясняютъ, почему въ одномъ случаѣ прибыль
равняется 19%, въ другомъ 21%, а не средней нормѣ при­
были—20; но они не объясняютъ, почему средняя норма
прибыли равна 20, а не 200 и не 2000.
Это объясненіе далъ впервые Марксъ своей теоріей при­
бавочной цѣнности. Самый фактъ прибавочной цѣнности от­
крытъ не Марксомъ, но и не заимствованъ имъ у Томпсона,
такъ какъ этотъ фактъ отмѣченъ еще у старика Смита, ко­
торый въ упомянутой уже 6 главѣ его «Wealth of Nations»
(1 часть) говоритъ: «Цѣнность, которую рабочіе прибавляютъ
къ матеріалу, распадается, такимъ образомъ, (въ капитали­
стическомъ производствѣ), на двѣ части, изъ которыхъ одна
оплачиваетъ заработную плату, другая—прибыль предприни­
мателя на весь капиталъ, затраченный имъ въ видѣ матеріала
и заработной платы».
Здѣсь почти понято и установлено явленіе прибавочной
цѣнности, и Томпсонъ ничего не прибавилъ къ этому понима­
нію, а только вывелъ изъ экономическаго факта юридическое
требованіе сомнительнаго свойства. Онъ такъ же мало сумѣлъ
воспользоваться категоріей прибавочной цѣнности для объ­
ясненія экономическихъ явленій, какъ Адамъ Смитъ и другіе
предшествовавшіе Марксу экономисты. Прибавочная цѣнность
пригодилась ему только затѣмъ, чтобы осудить прибыль, но
не затѣмъ, чтобы объяснить ее. Это удалось лишь Марксу.
Только онъ далъ глубокое и систематическое объясненіе того,
какъ возникаетъ и функціонируетъ прибавочная цѣнность, и
всѣ открытія Антона Менгера и К1’ ничего не прибавили къ
его теоріи.
Возникновеніе прибавочной цѣнности объясняется тѣмъ,
что при извѣстномъ уровнѣ техническаго развитія человѣче­
ская рабочая сила способна производить излишекъ надъ цѣн­
ностью продуктовъ, необходимыхъ для поддержанія и вос­
произведенія ея. Такой излишекъ, прибавочный продуктъ, че­
ловѣческая сила производитъ съ незапамятныхъ временъ, и
весь культурный прогрессъ покоится на постепенномъ увеличе­
ніи этого излишка подъ вліяніемъ усовершенствованій техники.


—■ 91 —
При простомъ товарномъ производствѣ прибавочный про­
дуктъ принимаетъ форму товаровъ, заключаетъ въ себѣ цѣн­
ность, которую однако нельзя еще назвать прибавочной цѣн­
ностью, такъ какъ человѣческая рабочая сила на этой стадіи
создаетъ цѣнность, но сама еще не цѣнность, т. е. не товаръ.
Выручка за прибавочный продуктъ достается такимъ обра­
зомъ рабочему; онъ можетъ употребить ее на улучшеніе жиз­
ненныхъ условій своей семьи, на удовольствія болѣе грубаго
или болѣе тонкаго свойства, на сбереженіе копейки на чер­
ный день, на собираніе клада, или на улучшеніе средствъ
производства. Но большую или меньшую часть этой прибыли
онъ долженъ уступить въ видѣ платежей князьямъ, общи­
намъ, помѣщикамъ, иногда же въ видѣ процента, если онъ
нуждался въ деньгахъ. Однако можетъ также случиться, что
съ самаго начала у него отнимаютъ всю или часть цѣнности
его прибавочнаго продукта. Его стѣсненнымъ положеніемъ
пользуется не только ростовщикъ, но, при извѣстномъ состоя­
ніи рынка и купецъ, который часто совмѣщается съ ростов­
щикомъ въ одномъ лицѣ. Прибыль купца при простомъ то­
варномъ производствѣ объясняется не только тѣмъ, что онъ
продаетъ товары выше цѣнности, но и тѣмъ, что онъ поку­
паетъ ихъ ниже цѣнности. Чѣмъ больше конкуренція на то­
варномъ рынкѣ, чѣмъ стѣсненнѣе положеніе производителя,
тѣмъ большее значеніе пріобрѣтаетъ послѣдній источникъ
прибыли. Еще одинъ шагъ впередъ—и изъ стадіи простого
товарнаго производства мы попадаемъ въ область капитали­
стическаго производства.
Отсюда уже недалекъ переходъ къ тому, чтобы купецъ,
пользуясь стѣсненнымъ положеніемъ рабочаго, на мѣсто сво­
боднаго производителя, продающаго купцу свой продуктъ по
пониженной цѣнности, поставилъ наемнаго рабочаго, превра­
тивъ его въ производителя, производящаго товары не въ своей
мастерской, а въ мастерской капиталиста, и существующаго
не на счетъ продажи своихъ продуктовъ, а на счетъ продажи
своей рабочей силы.
Итакъ рабочая сила превращается въ товаръ, содержа­
щій цѣнность, равную цѣнности средствъ существованія, не-


— 92 —
обходимыхъ для поддержанія и воспроизведенія этой силы.
Излишекъ произведенной рабочимъ цѣнности надъ цѣнностью
его рабочей силы превращается въ прибавочную цѣнность.
Тамъ, гдѣ цѣна рабочей силы, заработная плата совпадаетъ
съ ея цѣнностью, онъ цѣликомъ достается капиталисту.
Промышленному капиталисту достается весь продуктъ,
произведенный его наемными рабочими. Цѣнность этого про­
дукта равна цѣнности потребленныхъ средствъ производства—
сырого матеріала, траты машинъ, зданій и т. п.,—плюсъ цѣн­
ность рабочей силы, или, выражаясь проще, заработной платѣ
4- прибавочная цѣнность. Послѣдняя-то и образуетъ при­
быль. Но превращеніе прибавочной цѣнности въ прибыль еще
сложнѣе, чѣмъ превращеніе цѣнности въ цѣну.
Въ процессъ производства капиталистъ вноситъ не трудъ,
а капиталъ. Для него прибыль является не продуктомъ
прибавочнаго труда его рабочихъ, а продуктомъ его капи­
тала. Онъ вычисляетъ норму прибыли не по количеству вло­
женнаго труда, а по количеству вложеннаго капитала. Но
отсюда слѣдуетъ, что если нѣсколько предпріятій получаютъ
одинаковую норму прибавочной цѣнности, то норма прибыли
въ нихъ будетъ различна, если различны величины вложен­
ныхъ въ нихъ капиталовъ.
Пояснимъ это примѣромъ, который постараемся по воз­
можности упростить. Возьмемъ три предпріятія, въ которыхъ
равны не только нормы прибавочной цѣнности, т. е. эксплу­
атація рабочихъ, но и время оборота капиталовъ. Капита­
листъ высчитываетъ норму прибыли на основаніи отношенія
между полученной имъ отъ предпріятія въ теченіе года сум­
мой прибыли и суммой капитала, вложеннаго въ это пред­
пріятіе въ теченіе того-же времени. Если, при одинаковой
нормѣ прибавочной цѣнности и при одинаковомъ количествѣ
капитала, скорость оборота капиталовъ какихъ-нибудь двухъ
предпріятій различна, то и норма прибыли будетъ различна.
Если капиталъ въ 100.000 марокъ при каждомъ оборотѣ
приноситъ прибавочную цѣнность въ 10.000 марокъ, то при
одномъ оборотѣ въ годъ отношеніе между годичной прибавоч­
ной цѣнностью и капиталомъ будетъ равно 1:10, а при де-


— 93 —

сяти оборотахъ—10 : 10. Въ первомъ случаѣ норма прибыли
будетъ равняться 10%, во второмъ—100%.
Мы не будемъ обращать вниманія на это различіе, чрез­
вычайно усложняющее вопросъ, и возьмемъ три предпріятія
съ одинаковой нормой прибавочной цѣнности, одинаковой ско­
ростью оборотовъ капитала и одинаковымъ числомъ рабочихъ;
различно въ этихъ предпріятіяхъ лишь количество капитала,
необходимаго для занятія того же самаго числа рабочихъ
рукъ. Необходимо замѣтить, что Марксъ различаетъ два вида
капитала: перемѣнный и постоянный. Перемѣннымъ капита­
ломъ называется тотъ, который расходуется на заработную
плату рабочихъ; его примѣненіе создаетъ прибавочную цѣн­
ность. Эта часть капитала растетъ въ процессѣ производ­
ства, она не постоянна, она измѣнчива. Напротивъ, та часть
капитала, которая вложена въ постройки, машины, сырой ма­
теріалъ и пр., словомъ, въ средства производства, не измѣ­
няется въ процессѣ производства,—ея цѣнность появляется
въ произведенныхъ съ ея помощью продуктахъ; она, слѣдо­
вательно, постоянна. Такимъ образомъ въ нашемъ примѣрѣ
мы исходимъ изъ того предположенія, что во всѣхъ трехъ
предпріятіяхъ вложенъ одинаковый перемѣнный и различный
постоянный капиталъ. Пусть въ одномъ изъ этихъ предпрія­
тій, напр., въ плотничьемъ дѣлѣ, вложенъ чрезвычайно ма­
лый постоянный капиталъ. Здѣсь работа производится безъ
всякихъ построекъ и машинъ, съ помощью простыхъ инстру­
ментовъ, надъ дешевымъ строевымъ лѣсомъ. Во второмъ пред­
пріятіи вложенъ чрезвычайно большой постоянный капиталъ.
Пусть это будетъ химическій заводъ, который нуждается въ
большихъ солидныхъ постройкахъ и множествѣ машинъ, но
обходится сравнительно небольшимъ количествомъ рабочихъ.
И, наконецъ, въ третьемъ предпріятіи, напр., мебельной фа­
брикѣ, пусть перемѣнный и постоянный капиталъ будутъ при­
мѣнены въ среднемъ отношеніи.
Намъ необходимо сдѣлать еще одно допущеніе, чтобы
представить нашъ примѣръ въ самомъ простомъ видѣ, именно
допущеніе, что весь постоянный капиталъ потребляется въ
теченіе года и снова появляется въ цѣнности продукта. Ясно,


— 94 —

что въ дѣйствительности это едва ли имѣетъ мѣсто въ ка­
комъ-нибудь капиталистическомъ производствѣ. Постройки,
машины не потребляются такъ быстро; если машина въ ходу
10 лѣтъ, то каждый годъ она прибавляетъ къ произведен'
нымъ продуктамъ только '/іо часть своей цѣнности. Однако
безъ нашего допущенія мы напрасно усложнимъ примѣръ,
нисколько не измѣняя конечнаго результата. Въ каждомъ
изъ 3 предпріятій занято по 100 рабочихъ, получающихъ
одинаковую заработную плату,—1000 марокъ на человѣка въ
годъ. Норма прибавочной цѣнности въ каждомъ предпріятіи
равна 100%, сумма прибавочной цѣнности—100,000 мар.
Постоянный же капиталъ въ плотничьемъ производствѣ А
равенъ 100,000 мар., въ мебельной фабрикѣ В—300,00€;
мар., а въ химическомъ заводѣ С—500,000 мар. Въ каждомі.
изъ нихъ капиталъ оборачивается одинъ разъ въ годъ. Та­
кимъ образомъ, мы получимъ:
Пре дпріятія.

К А 1 И Т А
Перемѣн­
Постоян­
ный.
ный.
Марки.
Марки.

Л

Ъ.

Весь.

Марки.

Прибавок- Отношеніе
ная цѣн­ прибавочноі
цѣнности к<
ность.
всему капи­
талу.
Марки.

А...................

100.000

100.000

200.000

100.000

1:2

В..................

100.000

300.000

400.000

100.000

1:4

С .... .

100.000

500.000

600.000

100.000

1:6 ,

Еслибъ товары продавались по ихъ цѣнности, то А получилъ-бы прибыль въ 50%; В—25%, С——16.6%. Высшій
законъ капиталистическаго способа производства, равенство
не людей, а прибылей, былъ бы самымъ грубымъ образомъ
нарушенъ. Капиталисты будутъ избѣгать, какъ чумы, про­
изводства типа С, и, наоборотъ, цѣлыми толпами накиды­
ваться на предпріятія типа А. Предложеніе продуктовъ пред­
пріятія С быстро падетъ, и поэтому цѣна поднимется надъ
уровнемъ цѣнности; обратное произойдетъ съ А; наконецъ,
цѣны продуктовъ А и С достигнутъ такого уровня, при ко­
торомъ онѣ дадутъ такую же норму прибыли, какъ средній


— 95 —

дукта.

всего годич.
наго про­

Производст­
венная цѣна

Прибыль.

Марки.

Прибавоч­
ная цѣн­
ность.
Марки.

дукта.

Весь
капиталъ.

Норма
прибыли.

Предпріятія.

Цѣнность
всего годин
наго про­

капиталъ В. Эта норма прибыли и есть средняя норма при­
были, она опредѣляетъ цѣну производства. Мы получимъ
тог іа:

А...................

200.000

100.000

300.000 25%

50.000

250.000

В...................

400.000

100.000

500.000 25% 100.000

500.000

С...................

600.000

100.000

700.000 25% 150.000

750.000

Итого . .

Д.200.000

300.000 1.500.000 25% 300.000 1.500.000

Производственныя цѣны, опредѣляемыя «издержками про­
изводства», нѣсколько уклоняются отъ цѣнностей продуктовъ,
но законъ цѣнности этимъ не уничтожается, а только видо­
измѣняется. Онъ остается дѣйствующимъ за цѣнами произ­
водства, регулирующимъ элементомъ и сохраняетъ абсолют­
ную силу закона для общей суммы товаровъ и для общей
массы прибавочной цѣнности и, вслѣдствіе этого, предста­
вляетъ прочный базисъ какъ для цѣны, такъ и для нормы
прибыли, которыя безъ этого оказываются висящими въ
Воздухѣ.
Университетская политическая экономія съ пренебреже­
ніемъ смотритъ на давно опровергнутую «наукой» теорію
цѣнности Маркса, что однако не мѣшаетъ той же самой эко­
номіи считать необходимымъ изъ года въ годъ фабриковать
цѣлыми кучами толстыя книги и трактаты для новаго опро­
верженія давно опровергнутой теоріи, произведенія, цѣнность
которыхъ едва-ли всегда соотвѣтствуетъ потраченному на нихъ
труду; но что другое остается ей привести для объясненія
средней прибыли, кромѣ словъ «обычная въ странѣ»?

в) Дифференціальная рента.
При объясненіи «обычной въ странѣ»
зались на порогѣ земельной ренты.

прибыли мы ока­


— 96 —
Однимъ изъ источниковъ ея является то обстяотельство
что капиталистъ на ряду съ ^обычной въ странѣ» прибылью
можетъ получить еще сверхъ-прибыль. Изъ разныхъ видовъ
этой послѣдней насъ интересуетъ здѣсь лишь одинъ, имѣю­
щій мѣсто въ области производства и вытекающій изъ того,
что промышленный предприниматель, благодаря особенно вы­
годнымъ средствамъ производства, находящимся въ его исклю­
чительномъ распоряженіи, производитъ съ меньшими затра­
тами, чѣмъ того требуютъ общія господствующія производ­
ственныя отношенія.
Пояснимъ примѣромъ природу этой сверхъ-прибыли. До­
пустимъ тѣ же упрощенія, какъ въ вышеприведенномъ примѣрѣ.
Возьмемъ двѣ сапожныя фабрики въ одномъ и томъ же
городѣ. Одна, скажемъ, фирма Мюллеръ, производитъ съ по­
мощью общеупотребительныхъ машинъ, другой же—Шульце,
удалось завести необыкновенно хорошія машины. Мюллеръ
при затратѣ капитала въ 320,000 марокъ производитъ въ
годъ 40,000 паръ башмаковъ. Средняя норма прибыли рав­
няется 25%. Мюллеръ, слѣдовательно, долженъ назначить та­
кую цѣну на 40,000 паръ башмаковъ, стоющихъ ему 320,000
м., чтобы получить 80,000 мар. прибыли. Только заполучивъ
ихъ, онъ можетъ по капиталистическимъ понятіямъ считать,
что производитъ безъ убытка. Цѣна производства 40,000
паръ башмаковъ для фирмы Мюллеръ составляетъ сумму въ
400,000 мар., т. е. каждой пары—въ 10 мар.
Шульце, наоборотъ, благодаря своимъ отличнымъ маши­
намъ, производитъ при затратѣ 320,000 мар. 45,000 паръ
башмаковъ; дѣйствительная, индивидуальная цѣна производ­
ства одной пары башмаковъ въ данномъ случаѣ равняется
не 10, а 8,83 мар.; но онъ въ состояніи продавать ихъ по
общественной цѣнѣ производства, какъ и его конкурентъ,
т. е. по 10 мар. за пару. Поэтому получаетъ за свои башмаки
450,000 марокъ; кромѣ обычной прибыли въ 80,000 марокъ,
онъ забираетъ себѣ еще круглую сумму въ 50,000 марокъ
въ качествѣ сверхъ-прибыли.
Приложимъ этотъ примѣръ къ сельскому хозяйству. Вмѣ­
сто двухъ фабрикъ возьмемъ два участка пахатной земли


— 97 —
(каждый, скажемъ, въ 20 гектаровъ) неодинаковаго плодо­
родія, на которыхъ ведутъ хозяйства капиталистическіе пред­
приниматели. Одинъ участокъ при затратѣ 3200 марокъ даетъ
400 центнеровъ пшеницы, другой при той же затратѣ—450
центнеровъ. Чтобы получить обычную прибыль, собственникъ
перваго участка при средней нормѣ прибыли въ 25°/0 дол­
женъ прибавить къ 8 маркамъ, издержкамъ производства'цент­
нера пшеницы, еще 2 марки, т. е. цѣна производства бу­
детъ 10 марокъ, общая прибыль сельскаго хозяина—800
марокъ. Второй сельскій хозяинъ продаетъ свою пшеницу
также по 10 марокъ за центнеръ, но выручаетъ 4500 ма­
рокъ, получаетъ, слѣдовательно, кромѣ средней прибыли еще
500 марокъ сверхъ-прибылп.
Съ перваго взгляда этотъ случай вполнѣ тожественъ съ
случаемъ, взятымъ изъ области индустріи; и однако онъ су­
щественно отличается отъ него. Разсматриваемый здѣсь видъ
сверхъ-прибыли въ сельскомъ хозяйствѣ подлежитъ дѣйствію
совершенно отличныхъ законовъ и образуетъ поэтому особен­
ную экономическую категорію—земельную ренту.
Земля—къ пей слѣдуетъ прибавить всѣ производительныя
силы, которыя «являются неотдѣлимой принадлежностью
земли» (Марксъ), напр., сила водопадовъ и текучихъ водъ—
представляетъ средство производства совершенно особаго
рода. Она не можетъ быть произвольно увеличена, не повсюду
обладаетъ тѣми же свойствами; исключительныя особенности
какого-нибудь участка земли соединены съ нимъ и не могутъ
быть по произволу перенесены. Машины же и инструменты
напротивъ могутъ по желанію быть увеличены въ числѣ и
перенесены, могутъ быть одинаковаго качества.
Если поэтому въ области индустріи капиталисту, вслѣд­
ствіе благопріятныхъ условій производства, удается получить
сверхъ-прибыль, то этимъ онъ обязанъ исключительнымъ ин­
дивидуальнымъ свойствамъ или отношеніямъ, особенно счаст­
ливой случайности, исключительной опытности, смышленности,
энергіи или же обладанію необыкновенно большимъ капита­
ломъ. Его сверхъ-прибыль возбудитъ тотчасъ жадность другихъ
капиталистовъ; они направятъ всѣ свои старанія, чтобы по-


-- У8 —
ставить свои предпріятія въ такія же условія производства,
и такимъ образомъ раньше или позже исключительныя вы­
годныя условія производства станутъ всеобщими, увеличен­
ное предложеніе понизитъ цѣпы и сверхъ-прибыль капита­
листа, который первый ввелъ улучшенія, исчезнетъ.
Въ индустріи сверхъ-прибыль, получаемая благодаря особо
выгоднымъ условіямъ производства, всегда представляетъ лишь
исключительное и временное явленіе.
Иначе обстоитъ дѣло въ сельскомъ хозяйствѣ, гдѣ сверхъприбыль зависитъ отъ различной производительности почвы.
Эта неодинаковая производительность есть результатъ есте­
ственныхъ условій, и при данныхъ техническихъ условіяхъ
представляетъ постоянную величину. Если даже допустить,
что всѣ прочія условія производства совершенно одинаковы
для различныхъ сельскихъ хозяевъ, все же останется разница
въ качествѣ почвы. Земельная рента поэтому представляетъ
въ отличіе отъ сверхъ-прибыли въ промышленности не вре
менное, а постоянное явленіе.
Далѣе цѣна производства какого-нибудь индустріальнаго
продукта, какъ мы знаемъ, опредѣляется средней въ странѣ
прибылью и средне-необходимыми при данныхъ производствен­
ныхъ отношеніяхъ издержками производства, т. е. необхо­
димой для производства даннаго продукта затратой капитала.
Предпріятіе, въ которомъ индивидуальныя издержки производ­
ства ниже «.общественно-необходимыхъ», получаетъ сверхъприбыль; напротивъ то, въ которомъ онѣ выше, получаетъ
меньше обычной въ странѣ прибыли, иногда даже убытокъ.
Въ сельскомъ хозяйствѣ, наоборотъ, издержки производства
не опредѣляются величиной ихъ на землѣ средняго качества.
Если на ряду съ лучшей почвой въ значительномъ количествѣ
обрабатывается и худшая, то этого, какъ мы уже замѣтили,
нельзя приписывать индивидуальнымъ отношеніямъ или свой­
ствамъ сельскаго хозяина. Это объясняется тѣмъ, что лучшая
почва не въ состояніи производить жизненныхъ средствъ въ
количествѣ, необходимомъ для прокормленія населенія. Но
капиталистъ—рѣчь, конечно, идетъ только о капиталистиче­
скомъ сельскомъ хозяйствѣ — ждетъ отъ своего предпрія-


— 99

1

Всего 1 Pro
Всего
Pro
продук. центнер. продук. центнер.
Марки. Марки. Марки. Марки.

450

3200

25%

4000

8.88

В . .

.

400

3200

25%

4000

10.00

. .

450

3200

25%

4000

8.88

400

3200

25%

4000

3200

25’/»

4000

В. . .
С. . .

1

320

Общественная
цѣна
производства.

4500

10

Земельная
рента,

Индивидуаль­
ная цѣна
производства.

А . . .

А.

11

Марки.

Норма
прибыли.

Цечтн.

Затрата

почвы.

капитала.

Продуктъ

С о рта

пшеница.

тія не только покрытія издержекъ производства, по так­
же и средней прибыли. Поэтому капиталисты займутся
обработкой худшей почвы только въ томъ случаѣ, если недо­
статочное предложеніе съѣстныхъ припасовъ такъ подниметъ
ихъ цѣны, что станетъ выгодной обработка и худшей почвы.
Это значитъ, что въ сельскомъ хозяйствѣ цѣна производства
опредѣляется издержками производства пе на средней, а
на худшей изъ обрабатываемыхъ почвъ.
Но изъ этихъ двухъ различій между рентой и индустрі­
альной прибылью вытекаетъ еще и третье. Населеніе растетъ
особенно тамъ, гдѣ растетъ и индустрія, а вмѣстѣ съ тѣмъ
растетъ и спросъ на жизненныя средства. Слѣдовательно, ста­
новится необходимой обработка худшей почвы. Благодаря
этому по мѣрѣ экономическаго развитія растетъ и разница
въ продуктивности различныхъ участковъ земли, а потому и
земельная рента.
Чтобы ясно показать это, придется продолжить вышепри­
веденный примѣръ. Для большей наглядности представимъ
его въ видѣ таблицъ, при чемъ мы принимаемъ, что при­
шлось перейти къ обработкѣ почвы еще худшей, чѣмъ въ
первомъ примѣрѣ, т. е. отъ земли, приносящей при затратѣ
въ 3200 марокъ—400 центнеровъ пшеницы, сдѣланъ пере­
ходъ къ землѣ, приносящей при той же затратѣ и съ той же
площади только 320 центнеровъ.

500

4000. 10

—

5050

12.50

1050

10.00

5000; 12.50

1000

12.50

4000

12.50


100 —

III

Марки.

Индивидуаль­
ная цѣна
производства.

Общественная I Е
цѣна
производства.

Земельна
рента.

Центн.

Норма
прибыли.

Затрата
капитала.

почвы.

пшеница.

Сорта

Продуктъ,

Мы видимъ, такимъ образомъ, что съ расширеніемъ про­
изводства и переходомъ къ худшей почвѣ земельная рента
съ участка А повысилась съ 500 до 1650, а участокъ В,
который раньше совсѣмъ не давалъ ренты, приноситъ теперь
1000 марокъ.
Въ процессѣ капиталистическаго развитія норма прибыли
имѣетъ тенденцію къ пониженію. Мы не будемъ говорить
здѣсь о причинахъ этого явленія, но существованіе этого
явленія несомнѣнно. Земельная рента, напротивъ, обладаетъ
тенденціею къ повышенію. Это, конечно, не значитъ, что
рента съ опредѣленнаго участка земли непрерывно увеличи­
вается. Въ старыхъ культурныхъ странахъ ростъ земледѣлія
совершается путемъ перехода отъ лучшей земли къ худшей.
Въ странахъ же съ молодой культурой часто бываетъ наобо­
ротъ, такъ какъ здѣсь сначала обрабатывается не лучшая, а
болѣе доступная почва. Если мы допустимъ, что расширеніе
земледѣлія идетъ путемъ перехода отъ худшей къ лучшей
почвѣ, то наша таблица представится приблизительно въ слѣ­
дующемъ видѣ:

Всего
Рго
Всего
Рго
продук. центнер. продук. центнер.
Марки. Марки. Марки. Марки. Маоки.

X . . .

500

3200

257»

4000

8.00

5000

10

1000

А . . .

450

3200

25»/„

4000

8.88

4500

10

500

в 7. .

400

3200

257»

4000

10.00

4000

10

—

Въ этомъ случаѣ земельная рента съ участка А не по­
высилась, но зато участокъ X, который раньше совсѣмъ не
приносилъ ренты, теперь даетъ 1000 марокъ. Сумма земель­
ной ренты, доставшейся земельнымъ собственникамъ, повы­
силась абсолютно, а по сравненію съ первой таблицей—и по
отношенію ко всему затраченному капиталу.
При благопріятныхъ условіяхъ подъ обработку попадетъ


— 101 —

У.
IV

. .

Общественная
цѣна
производства.

Всего
Pro
продук. иентн.
Марки. 1 Марки.

Pro
Всего
иродук^ цента.
Марки. Марки.

Земельная
рента.

прибыли.

Норма

Затрата

Индивидуаль­
ная цѣна
производства.

600

3200

25"/,,

4000

6.66

5328

8.88

1328

.

500

3200

25"/,.

4000

8.00

4440

8.88

440

. .

450

3200

25%

4000

8.88

4000

8.88

X. .

А.

Марки.

;

іі'

почвы.

капитала.

Сорта

пшеница.

Продуктъ:

і

такое количество хорошей земли, что цѣны на жизненныя
средства падутъ, и обработка воздѣлывавшихся до сихъ поръ
худшихъ участковъ перестанетъ давать прибыль, а потому и
прекратится. Въ этомъ случаѣ земельная рента съ извѣстнаго
участка падаетъ, и тѣмъ не менѣе вся сумма ея можетъ
увеличиться и абсолютно, и по отношенію къ затраченному въ
сельскомъ хозяйствѣ капиталу. Это иллюстрируется слѣдую­
щей таблицей:

—

Цѣна производства понизилась; участокъ В совершенно
исключенъ изъ сферы хозяйственной дѣятельности. Почва А
совсѣмъ перестала приносить ренту; рента съ участка X съ
1000 марокъ упала до 440, и тѣмъ не менѣе вся сумма зе­
мельной ренты повысилась съ 1500 марокъ (табл. Ill) до
1768 (т. IV).
Нашъ примѣръ не измѣнится, если вмѣсто отдѣльныхъ
участковъ мы возьмемъ участки всѣхъ сортовъ почвы въ.
цѣлой странѣ или даже въ цѣломъ міровомъ хозяйствѣ.
Только въ послѣднемъ случаѣ мы будемъ имѣть дѣло не съ
сотнями и тысячами, а съ сотнями и тысячами милліоновъ.
Но ренту создаетъ не только разница въ плодородіи
почвы, но и разница въ положеніи участка, отдален­
ности его отъ рынка. Чѣмъ больше растетъ населеніе,
тяготѣющее къ какому-нибудь рынку жизненныхъ средствъ,
и, слѣдовательно, спросъ на эти послѣднія, тѣмъ отдаленнѣе
тѣ районы, откуда они должны доставляться. Но отдаленные
участки начинаютъ воздѣлываться для рынка только въ томъ


— 102 —

Марки.

Рыночная
цѣна 400
цент, пше­
ницы.
I

транпо

спорту.
[

Маркиі

Марки.

Земельная
рента.

Километр Центнер.

Индивиду­
альная
производ­
ственная
цѣна на
мѣстѣ.

Расходы

пшеница.

Продуктъ:

.

Участки земли.

рынка.

Отдален­
ность отъ

случаѣ, если цѣны жизненныхъ средствъ настолько повыси­
лись, что въ состояніи не только покрыть издержки производства и издержки транспорта, но и доставлять среднюю
прибыль. Отсюда вытекаетъ земельная рента для близь лежа­
щихъ участковъ.
Возьмемъ три участка, лежащіе па различномъ разсто­
яніи отъ рынка; пусть для большей простоты всѣ они бу­
дутъ одинаковаго плодородія. Предположимъ, что издержки
граиспорта, равняются пфенигу pro центнеръ и километръ.
Тогда мы получимъ:

I
А..................

5

400

4000

20

4400

380

В..................

50

400

4000

200

4400

200

С...................

100

400

4000

400

4400

И этотъ видъ земельной ренты имѣетъ тенденцію повы­
шаться по мѣрѣ роста населенія. Но улучшеніе путей со­
общенія, удешевляющее транспортъ жизненныхъ средствъ,
дѣйствуетъ въ обратномъ направленіи. Наконецъ возможна
еще третья форма земельной ренты, и эта форма въ стра­
нахъ съ древней культурой имѣетъ самое важное значеніе.
Производство жизненныхъ средствъ можно увеличить не только
воздѣлываніемъ новыхъ, до сихъ поръ ^обрабатывавшихся
участковъ земли, но также и путемъ улучшенія уже воздѣ­
лывавшихся участковъ, путемъ приложенія къ нимъ бблыпаго
труда, словомъ—большаго капитала (издержки на заработную
плату, скотъ, удобреніе, орудія и пр.). Если этотъ добавоч­
ный капиталъ, вложенный въ лучшую почву, дастъ бблыпій
доходъ, чѣмъ обработка самой худшей, которую въ против­
номъ случаѣ пришлось-бы обрабатывать, то добавочный до­
ходъ даетъ новую сверхъ-прибыль, новую земельную ренту.


— юл —

Центн. Марки.

Pro
Всего
центн. продук.

Земельная
рента.

ства.

Издержки
производ­

Рыночная
цѣна.

Марии. Марки. Марки. Марки.

А1 . . .

450

3200

25%

4000

10

4500

500

. .

420

3200

25%

4000

10

4200

200

Веего . .

870

6400

25%

8000

10

8700

700

400

3200

25»/0

4000

10

4000

—

А2 .

V

Норма
прибыли.

капиталъ.

Размѣръ
капитала.

Вложенный

Продуктъ:
пшнница.

Для иллюстраціи этого случая вернемся къ первой таб­
лицѣ. Мы имѣемъ два одинаковой величины участка земли
А и В. В принадлежитъ къ самымъ худшимъ участкамъ,
цѣна его производства (10 марокъ pro центнеръ) является
для рынка опредѣляющей. На участокъ А затрачивается до­
бавочный капиталъ, удваивающій прежній капиталъ; новая
затрата не такъ производительна, какъ первая, но произво­
дительнѣе той, которая была произведена на худшей почвѣ.
Мы такимъ образомъ найдемъ:

В . . . .
1 .

Земельная рента съ участка А, т. е. вся сумма ея, по­
высилась, благодаря прибавочной затратѣ капитала А2.
Какъ ни разнородны разсматриваемыя здѣсь формы зе­
мельной ренты, онѣ имѣютъ одно общее: всѣ онѣ возникаютъ
благодаря различію въ плодородіи или расположеніи опре­
дѣленныхъ земельныхъ участковъ; онѣ поэтому дифферен­
ціальныя ренты.
Но кому онѣ достаются?
Сверхъ-прибыль въ индустріи, получаемая вслѣдствіе пре­
вышенія не средней производительности труда, достается ка­
питалисту, хотя онъ и не изобрѣлъ, а только примѣнилъ
болѣе совершенную машину, благодаря которой онъ
обладаетъ преимуществомъ передъ конкурентами, хотя


— 104 большая производительность труда, зависящая отъ приложенія
большаго капитала, т. е. отъ болѣе высокаго характера про­
изводства, и не составляетъ его личной заслуги. Не такъ хо­
рошо для пего обстоитъ дѣло съ сверхъ-прибылыо, получае­
мой благодаря большему плодородію и болѣе благопріятному
расположенію земельнаго участка.
Если собственникъ земли и сельскій хозяинъ представ­
ляютъ одно и то же лицо, то ему, конечно, и достается
сверхъ-прибыль. Но совсѣмъ другое, если сельскій хозяинъкапиталистъ и собственникъ земли—два различныхъ лица,
если первый является только арендаторомъ чужой земли.
Земля не можетъ быть по желанію увеличена или перенесена.
Сельскій хозяинъ, не владѣющій самъ землей, и желающій
заняться хозяйствомъ, не можетъ сдѣлать этого безъ разрѣ­
шенія собственника земли, и это разрѣшеніе онъ принужденъ
купить уступкой своей сверхъ-прибыли, земельной ренты.
Больше этой сверхъ-прибыли помѣщикъ обыкновенно не по­
лучаетъ съ арендатора) по крайней мѣрѣ въ томъ случаѣ,
если этотъ послѣдній ведетъ капиталистическое хозяйство,
что здѣсь и предполагается). Если капиталистъ не надѣется
получить обычной прибыли, то онъ отказывается отъ дѣла, и
собственникъ земли остается безъ арендатора. Если же, на­
оборотъ, арендная плата ниже земельной ренты, то часть
получаемой сверхъ-прибыли остается въ рукахъ арендатора;
этотъ послѣдній получаетъ прибыль, большую средней, что
даетъ поводъ къ конкуренціи, ьи въ результатѣ арендная
плата повышается.

г) Абсолютная земельная рента.
Но монополія земельнаго собственника, безъ разрѣшенія
котораго на послѣдней запрещается заниматься сельскимъ
хозяйствомъ, даетъ себя знать также и въ другомъ отноше­
ніи. Мы до сихъ поръ принимали, что худшая почва не при­
носитъ никакой сверхъ-прибыли. Но если бы рыночныя цѣпы
капиталистически произведенныхъ товаровъ опредѣлялись не­
посредственно ихъ цѣнностью, а не цѣною производства, то


—- 105 —
капиталистическое сельское хозяйство могло ■ бы получить
сверхъ-прибыль и съ самой худшей почвы.
Для поясненія этого мы воспроизведемъ приведенную на
страницѣ 94 таблицу, въ которой мы наглядно представили
отношеніе между прибавочной цѣнностью и всѣмъ капиталомъ
въ трехъ различныхъ предпріятіяхъ. У насъ 3 предпріятія
А, В и С съ «различнымъ, по терминологіи Маркса, органи­
ческимъ составомъ капитала», при чемъ подъ «составомъ ка­
питала» разумѣется, «насколько
онъ опредѣляется его
техническимъ строеніемъ и отражаетъ его» («Капиталъ», III,
рус., пер., 104 стр.). Чѣмъ менѣе затрачивается постояннаго
капитала сравнительно съ перемѣннымъ, тѣмъ ниже строеніе
капитала. Эксплуатація рабочихъ, т. е. норма прибавочной
цѣнности во всѣхъ 3-хъ случаяхъ одна и та же.
Предпріятія.

: .1
А........ j

КАПИТАЛЪ.
Перемѣн­ Постоян­
Весь
ный.
ный. ■
Марки.
Марки.
Марки.

Прибавоч- Отношеніе
I пая цѣн­ прибавочной
цѣнности ко
ность.
всему капи­
талу.
Марки.

100.000

100.000

200.000

100.000

1:2

ВС... . 1

100.000

300.000

400.000

100.000

1:4

С....... ■

100.000

SOO.OOO

000.000

100.000

1:0

Если товары будутъ продаваться по ихъ цѣнности, т. е.
сумма прибавочной стоимости будетъ въ каждомъ отдѣльномъ
случаѣ равняться прибыли, то, если считать В за капиталъ
средняго строенія, А принесетъ, по сравненію со средней
прибылью, сверхъ-прибыль. Прибыль съ А равна 50%, съ
В—25%, слѣдовательно, сверхъ-прыбылъ съ А равняется 25%.
Если А производитъ при условіяхъ свободной конкурен­
ціи, то онъ не можетъ долго удерживать эту сверхъ-при­
быль; она имѣетъ временный характеръ. Совсѣмъ другое дѣло,
если онъ занимаетъ исключительное положеніе, если онъ въ
состояніи до извѣстной степени избѣгнуть конкуренціи. Но
это имѣетъ мѣсто при обладаніи землей. Во всѣхъ старыхъ
культурныхъ странахъ земля есть предметъ монополіи, и это


— 106 —
даетъ возможность не подвергать землю обработкѣ, если она
пе приноситъ ренты. Гдѣ все любитъ, тамъ Карлосъ не мо­
жетъ ненавидѣть; гдѣ каждый помѣщикъ получаетъ ренту,
тамъ и собственникъ самой худшей земли, не дающей диф­
ференціальной ренты, также хочетъ получить земельную
ренту. Онъ приступаетъ къ обработкѣ своей земли не раньше,
чѣмъ цѣны па жизненныя средства поднимутся настолько,
что дадутъ также сверхъ-прибыль.
Но эта сверхъ-прибыль можетъ возникнуть и безъ того,
чтобы цѣна производства хлѣба превысила его цѣнность. Дѣ­
ло въ томъ, что сельское хозяйство принадлежитъ къ тѣмъ
отраслямъ производства, которыя, по крайней мѣрѣ, пока не
достигнутъ извѣстной высоты техническаго развитія, тре­
буютъ капитала низшаго строенія, такъ какъ оно почти не
требуетъ сырого матеріала, который оно впервые и про­
изводитъ. Родбертусъ, а ему первому принадлежитъ заслуга
открытія вытекающей отсюда сверхъ-прибыли, какъ источ­
ника земельной ренты, ошибается, думая, что болѣе низкое
строеніе сельско-хозяйственнаго капитала свойственно ему,
какъ таковому, при всякихъ обстоятельствахъ. Если сельское
хозяйство и требуетъ меньше сырого матеріала, чѣмъ другія
капиталистическія отрасли производства, то затраты его на
машины и постройки—амбары, стойла, гидравлическія со­
оруженія—съ прогрессомъ техники все болѣе и болѣе растутъ.
Весьма сомнительно, чтобы въ настоящее время интенсивное
сельское хозяйство по органическому строенію своего капи­
тала стояло ниже средняго.
При исчисленіи прибыли, однако, слѣдуетъ принимать во
вниманіе и скорость оборота капитала, чего до сихъ поръ, въ
видахъ простоты, мы избѣгали, но чего теперь нельзя обойти
молчаніемъ. Капиталистъ опредѣляетъ свою норму прибыли
отношеніемъ всей суммы прибыли, полученной имъ въ теченіе
извѣстнаго времени (года), ко. всему затраченному капиталу.
По при равенствѣ органическаго состава капитала и размѣ­
ровъ производства необходимъ тѣмъ большій капиталъ, чѣмъ
медленнѣе совершается его оборотъ. Въ сельскомъ хозяйствѣ
оборотъ капитала совершается особенно медленно , поэтому


— 107 —
если скорость оборота ниже средняго, можетъ исчезнуть
сверхъ-прибыль, вытекающая изъ другихъ источниковъ.
Допустимъ, что въ 3 предпріятіяхъ А, В, С приведен­
ной выше таблицы скорость оборота капитала различна. Что­
бы получить 100,000 м. прибавочной цѣнности, первое должно
затратить 200,000 м., второе—400,000 м., третье—600,000 м.
Скорость оборота перваго капитала равна году (мы здѣсь
оставляемъ въ сторонѣ разницу между основнымъ и оборот­
нымъ капиталомъ), второго—6 мѣсяцамъ, третьяго—3 мѣся­
цамъ. Въ такомъ случаѣ А для годового оборота въ 200,000 м.
долженъ затратить цѣликомъ 200,000 м. В, для годоваго
оборота въ 400,000—также только 200,000 м., а С для го­
дового оборота въ 600,000 м. можетъ обойтись капиталомъ
въ 150,000 м. Въ такомъ случаѣ получимъ:
ПРЕДПРІЯТІЯ.
1

Весь капи­
талъ.

Прибавочная
цѣнность.

Марки.

Марки.

Отношеніе
прибавочной
цѣнности ко
всему капиталу.

200.000

100.000

50.0»/,,

. . .

200.000

100.000

50.0%

0 . . . ............

150.000

100.000

66.6", „

А..................
в............

1

Болѣе быстрый оборотъ капитала покрылъ и даже съ
лишкомъ убытокъ, который получилъ С въ предыдущей таб­
лицѣ, благодаря болѣе высокому строенію капитала.
Родбертусъ, слѣдовательно, ошибался, предполагая, что
при продажѣ сельско-хозяйственныхъ продуктовъ по ихъ
цѣнности, сельско - хозяйственный капиталъ, какъ низшій
по строенію, естественно долженъ принести сверхъ-прибыль.
Съ одной "стороны совсѣмъ нѣтъ необходимости, чтобы земле­
дѣльческій капиталъ былъ низшимъ по строенію, а съ дру­
гой—вліяніе этого обстоятельства можетъ быть совершенно
парализовано медленностью его оборота.
Но если Родбертусъ хватилъ черезъ край, стремясь дока­
зать, что изъ низшаго строенія сельско-хозяйственнаго капи-


— ,108

■

тала необходимо возникаетъ особая форма ренты, то тѣмъ не
менѣе онъ намѣтилъ путь, руководствуясь которымъ не трудно
показать, какъ она можетъ возникнуть. Марксу оставалось
изслѣдовать законы этой особой формы ренты, которую онъ
назвалъ абсолютной рентой.
Благодаря монополіи на землю, цѣна жизненныхъ средствъ,
какъ всякая монопольная цѣна, можетъ превысить цѣнность.
Степень этого превышенія зависитъ отъ того, насколько въ
предѣлахъ монополіи еще имѣютъ силу законы конкуренціи.
Она опредѣляется конкуренціей земельныхъ собственниковъ
между собой и съ другими странами, размѣрами, въ кото­
рыхъ добавочный капиталъ подъ вліяніемъ растущихъ цѣнъ
прилагается къ лучшей землѣ и повышаетъ ея производи­
тельность, и, наконецъ,—и это важнѣйшій моментъ—покупа­
тельной силой населенія. Чѣмъ выше цѣна жизненныхъ средствъ,
тѣмъ меньше кругъ потребителей, тѣмъ больше число лицъ,
которыя должны ограничивать себя, не будучи въ состоя­
ніи уплачивать этой цѣны, что увеличиваетъ спросъ на сур­
рогаты и вызываетъ ихъ производство. Если и такимъ путемъ
не удается достаточно обезпечить населеніе жизненными сред­
ствами, то увеличивается эмиграція, смертность, словомъ—
уменьшается населеніе.
Господа землевладѣльцы не могутъ такимъ образомъ про­
извольно повысить абсолютную ренту, но что можно выжать,
то они выжимаютъ.
Если абсолютную ренту приноситъ и худшая почва, то
ее будетъ давать и всякая почва. Это можно доказать про­
стымъ разсчетомъ. Вспомнимъ вторую таблицу. Тамъ худшая
почва С при цѣнѣ пшеницы 12,50 марокъ за центнеръ со­
всѣмъ не приносила земельной ренты. Посмотримъ, какъ из­
мѣнится эта таблица, если почва С не будетъ воздѣлываться
до тѣхъ поръ, пока цѣна пшеницы не поднимется гораздо
выше 12,5. Далѣе пусть теперь она поднялась настолько,
что даже обработка почвы С и поднявшееся, вслѣдствіе этого,
предложеніе понизили цѣну не ниже 15 марокъ. Тогда по­
лучимъ:


Индиви­ Обществен­
дуальная.
ная.
Цента.
Марки.
Марки.
Марки. Марки. Марки.

Вся рента.

Абсолют­
ная рента.

цѣна рго
центнеръ.
Диффе­
ренціаль­
ная рента.

Производственная
пѣна рго центнеръ.

Рыночная

Родъ п очв ы.

Продуктъ:
пшеница.

— 109 —

А..................

4§0

8.88

12.50

15

1650

1125

2750

В..................

400

10.00

12.50

15

1000

1000

2000

С...................

320

12.50

12.50

15

—

800

800

Собственникъ или собственники почвы С, какъ христіане
на дѣлѣ, повышеніемъ цѣнъ на пшеницу не только обезпе­
чили ренту себѣ, но и почти удвоили ее своимъ коллегамъ.
Средство, какимъ они добились этого,—обычное средство кар­
телей: ограниченіе производства для повышенія цѣпъ. Раз­
ница между данной и индустріальной картелью та, что есте­
ственная монополія собственниковъ земли дѣлаетъ для нихъ
повышеніе цѣнъ гораздо болѣе легкимъ, чѣмъ для ихъ кол­
легъ въ индустріи и торговлѣ, которые принуждены созда­
вать монополію искусственно. Это однако нисколько не по­
мѣшало землевладѣльцамъ громче всЬхъ выражать негодованіе
противъ хлѣбныхъ ростовщиковъ и картелей торговцевъ пше­
ницей (1Ѵеіиепгіп^ё% тѣмъ самымъ землевладѣльцамъ, которые
запретили «жидовскія» сдѣлки на срокъ, такъ какъ подоб­
ныя сдѣлки препятствуютъ повышенію хлѣбныхъ цѣнъ. Зе­
мельная рента достается земельному собственнику единствен­
но по праву владѣнія. Въ тѣхъ случаяхъ, когда землевла­
дѣлецъ сдаетъ имѣніе въ аренду, ему даже не приходится
ударить палецъ о палецъ, чтобы получить земельную ренту.
Капиталистическій же предприниматель, чтобы реалпзировать прибыль, доставляемую ему рабочими, долженъ, еслиі
не принимать активное участіе въ процессѣ производства, то ,
по крайней мѣрѣ, проявлять активность въ сферѣ обращеніяі
товаровъ при покупкѣ и продажѣ; долженъ, по крайней мѣр'&,
до тѣхъ поръ, пока акціонерныя общества не сдѣлаютъ егю
излишнимъ и въ этой области. Землевладѣльцу же достаток-


1ю —
по владѣть своимъ имѣніемъ и смотрѣть, какъ получается
рента, а нерѣдко, и какъ она самопроизвольно увеличивается.
Капиталистическую земельную ренту не слѣдуетъ смѣши­
вать съ тѣми повинностями, которыя налагались на крестьянъ
феодальными владѣльцами. Въ древности и, въ большей или
меньшей степени, въ теченіе всѣхъ среднихъ вѣковъ на фео­
далахъ лежали важныя обязанности, которыя имъ приходи­
лось исполнять и которыя потомъ взяло на себя государство,
за что крестьянинъ платитъ теперь подати. Помѣщикъ от­
правлялъ правосудіе, слѣдилъ за порядкомъ, представлялъ
интересы своихъ крѣпостныхъ за предѣлами своихъ владѣ­
ній, защищалъ ихъ съ оружіемъ въ рукахъ и исполнялъ за
пихъ военную службу.
Въ капиталистическомъ обществѣ о всѣхъ этихъ обязан­
ностяхъ землевладѣльцевъ не можетъ быть и рѣчи. Поскольку
земельная рента—дифференціальная, она получается благо­
даря конкуренціи, поскольку она абсолютная—благодаря
монополіи. То, что она попадаетъ въ руки землевладѣльца,
какъ въ первомъ, такъ и во второмъ случаѣ, является не
вознагражденіемъ за какую-нибудь исполняемую имъ обще­
ственную функцію, но единственно и исключительно резуль­
татомъ частной собственности на землю.
На практикѣ земельная рента выступаетъ нераздѣльной;
въ ней нельзя отличить дифференціальной ренты отъ абсо­
лютной. Обыкновенно въ нее входятъ еще и проценты на
капиталъ, затраченный землевладѣльцемъ. Если землевладѣ­
лецъ въ тоже время и сельскій хозяинъ, земельная рента
является частью сельско-хозяйственной прибыли.
И тѣмъ не менѣе различіе между обоими видами ренты
имѣетъ весьма важное значеніе. Дифференціальная рента по­
лучается благодаря капиталистическому характеру производ­
ства, а не благодаря частной собственности на землю; она
продолжала бы существовать и въ томъ случаѣ, если бы,
какъ того желаютъ реформаторы земельныхъ отношеній, зем­
ля сдѣлалась собственностью государства, а способъ веденія
сельскаго хозяйства былъ бы по-прежнему капиталистическимъ;
опа досталась бы только не единичнымъ частнымъ липамъ,


—■ Л1 —
но государству. Абсолютная рента есть слѣдствіе частной
собственности на землю и противоположности интересовъ соб­
ственника и общества въ цѣломъ. Націонализація земли да­
ла бы возможность уничтожить ее и уменьшить цѣну сель­
ско-хозяйственныхъ продуктовъ на сумму ея.
Второе различіе между дифференціальной и абсолютной
рентой состоитъ въ томъ, что первая не принимаетъ участія
въ опредѣленіи цѣнъ сельско-хозяйственныхъ продуктовъ, а
вторая принимаетъ. Первая вытекаетъ изъ цѣны производ­
ства, вторая изъ превышенія рыночной цѣны надъ цѣной
производства. Первая образуется изъ излишка, изъ сверхъприбыли, которая получается вслѣдствіе большей производи­
тельности труда на хорошей почвѣ’ или благопріятнаго мѣ­
стоположенія участка. Вторая, напротивъ, вытекаетъ не изъ
большей доходности нѣкоторой части сельско-хозяйствен­
наго труда, а путемъ вычета изъ существующихъ цѣнностей,
который-землевладѣлецъ дѣлаетъ въ свою пользу, путемъ вы­
чета изъ всей массы прибавочной цѣнности, т. е. путемъ по­
ниженія прибыли или уменьшенія заработной платы.
Если повышаются цѣны на жизненныя средства и, вмѣстѣ
съ тѣмъ, въ той же мѣрѣ и заработная плата, то падаетъ
прибыль на капиталъ; если же при этомъ заработная плата
не повышается въ той-же мѣрѣ, то страдаетъ рабочій.
Наконецъ можетъ быть и такой случай—обыкновенно это
и бываетъ,—что капиталистъ и рабочій вмѣстѣ несутъ убы­
токъ, причиняемый имъ абсолютной земельной рентой.
Къ счастію ростъ абсолютной ренты имѣетъсвои границы.
Мы уже выше указали, что землевладѣльцы не могутъ вполнѣ
произвольно повышать ее. Въ Европѣ до недавняго времени
она, какъ и дифференціальная рента, постоянно росла, бла­
годаря росту населенія, все болѣе и болѣе упрочивающему
монопольный характеръ землевладѣнія. Но за-атлантическая
конкуренція пробила сильную брешь въ этой монополіи. У
насъ нѣтъ никакого основанія допускать, что дифференціаль­
ная рента въ Европѣ пострадала отъ этой за-атлантическоп
конкуренціи, за исключеніемъ нѣкоторыхъ округовъ Англіи;
вѣдь нигдѣ не видно, чтобы какую-нибудь землю перестали


— 112 —

обрабатывать. Даже самая худшая почва все еще продол­
жаетъ воздѣлываться; измѣнился развѣ только способъ веде­
нія хозяйства, но не его интенсивность. Но абсолютная рента
понизилась, и это прежде всего послужило на пользу трудя­
щимся классамъ. Если условія ихъ жизни, начиная съ 70-хъ
годовъ, во многомъ, особенно въ Англіи, улучшились, то это
главнымъ образомъ слѣдуетъ приписать паденію абсолютной
ренты, конечно, на ряду съ усиленіемъ политическаго и эко­
номическаго могущества пролетаріата, мѣшавшаго тому, что­
бы получаемая такимъ образомъ прибыль не попадала исклю­
чительно въ руки капиталистовъ.
Но эти выгоды имѣютъ и своп невыгоды. Паденіе земель­
ной ренты привело къ кризису въ сельскомъ хозяйствѣ, ко­
торый, въ отличіе отъ промышленныхъ и торговыхъ кризисовъ,
имѣетъ не временный, но хроническій характеръ; онъ даетъ
себя чувствовать особенно въ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ, какъ
это бываетъ въ большинствѣ странъ, земельный собственникъ
и сельскій хозяинъ одно и то же лицо, такъ что каждый убы­
токъ землевладѣльца является вмѣстѣ съ тѣмъ и убыткомъ
сельскаго хозяина, и гдѣ земельная рента фиксирована въ
видѣ цѣнъ на землю.
Частная собственность на землю до начала за-атлантической конкуренціи, благодаря росту земельной ренты, была
однимъ изъ главныхъ источниковъ обнищанія трудящихся
классовъ; подъ вліяніемъ же этой конкуренціи опа сдѣла­
лась источникомъ обнищанія землевладѣльцевъ и сельскихъ
хозяевъ. И каждая попытка закрыть одинъ изъ этихъ источ­
никовъ заставляетъ другой бить съ еще большей силой.

д) Цѣны на землю.
Разъ господствуетъ частная собственность на землю и
земля производитъ товары, отдѣльные участки земли сами
превращаются въ товаръ. Если средства производства превра­
щаются въ капиталъ, то отсюда не далеко до того, чтобы и
землю разсматривать какъ капиталъ. Однако земля ни въ коемъ
случаѣ не капиталъ. Сколько бы мы не называли землю канита-


113 —
ломъ, земельный собственникъ не станетъ отъ этого богаче
ни на одинъ пфеннигъ. Правда, его имѣніе превратилось въ
товаръ, имѣющій опредѣленную цѣну и рыночную цѣнность,
но оно подлежитъ совершенно другимъ законамъ, чѣмъ обы­
кновенная товарная цѣнность. Земля не продуктъ человѣче­
скаго труда; поэтому ея цѣна не опредѣляется ни необходимымъ
для ея производства трудомъ, пи ея издержками производ­
ства. Опа опредѣляется земельной рентой. Въ капитали­
стическомъ обществѣ цѣнность участка земли или имѣнія при­
равнивается цѣнности капитала, процентный доходъ съ кото­
раго равенъ величинѣ данной земельной ренты. Величина
этого капитала и есть рыночная пѣнностьземли. Слѣдовательно,
она опредѣляется, съ одной стороны, высотою земельной ренты,
съ другой—высотой «обычнаго въ странѣ» размѣра процента.
Процентъ на капиталъ—это часть прибыли, которую ка­
питалистъ-предприниматель уступаетъ владѣльцу капитала за
пользованіе этимъ послѣднимъ, иначе говоря, та часть при­
были, которую капиталистъ получаетъ на основаніи одного
только права собственности на капиталъ, не принимая актив­
наго участія ни въ промышленности, ни въ торговлѣ. Это
вѣрно не только по отношенію къ ссудному, но и по отно­
шенію къ акціонерному капиталу. Первоначальныя формы
ссуднаго капитала и характеръ его внѣ сферы производства
насъ въ данномъ случаѣ не касаются.
Нормы процента на капиталъ, какъ и нормы прибыли,
имѣютъ тенденцію къ взаимному выравниванію. Капиталы
устремляются туда, гдѣ платится выше средняго процента,
и отливаютъ оттуда, гдѣ платится ниже средняго—предпо­
лагая, конечно, равенство прочихъ условій. О/нако, «раз­
мѣръ процента, будетъ-ли это средній процентъ или опредѣ­
ляемый каждый разъ рынкомъ, представляется чѣмъ-то от­
личнымъ отъ равномѣрной, ясной и опредѣленной величины,
какой является общая норма прибыли». (Марксъ, «Капи­
талъ», ПІ. 1, рус. перев. стр. 294). Выравниваніе размѣра
процента происходитъ гораздо скорѣе, чѣмъ выравниваніе
нормы прибыли. Это послѣднее совершается путемъ измѣне­
нія всего процесса національнаго производства, путемъ рас-

5


— 114■ —
ширенія производства въ одной области и сокращенія въ
другой. Въ денежномъ капиталѣ это выравниваніе прибыли
совершается болѣе удобнымъ способомъ, и притомъ очень бы­
стро. На рынкѣ, гдѣ предлагается и покупается капиталъ,
выше цѣнится тотъ, который даетъ процентъ бблыпій сред­
няго, и ниже—тотъ, который даетъ ниже средняго процента.
Если акція, купленная мною за 200 марокъ, приноситъ ди­
видендъ въ 1О°/о, а обычный въ странѣ размѣръ процента
равняется 5, то я могу продать акцію за 400 марокъ, ка­
кова бы ни была цѣнность средствъ производства, предста­
вляемыхъ ею.
Землю можно разсматривать, какъ подобный вкладъ ка­
питала, и она оцѣнивается по высотѣ земельной ренты, до­
ставляемой его своему собственнику. Но если, благодаря это­
му, нѣкоторые экономисты разсматриваютъ землю, какъ ка­
питалъ, то онп совершенно упускаютъ изъ виду представляе­
мыя ею отличія.
При свободной конкуренціи, т. е. если не принимать во
вниманіе монопольныхъ отношеній, какъ, напр.,въ желѣзно­
дорожномъ, горномъ дѣлѣ и т. п., процентъ съ капитала,
внесеннаго въ какое-нибудь промышленное предпріятіе, также
не можетъ долго продержаться на уровнѣ, высшемъ сред­
няго, какъ и превышающая среднюю норма прибыли. Поэтому
оцѣнка вложеннаго капитала выше цѣны его производства
также можетъ быть только временнымъ явленіемъ.
При цѣнѣ земли объ этомъ не можетъ быть и рѣчи, такъ
какъ мы уже знаемъ, что земля, какъ таковая, не имѣетъ
никакой цѣпы производства. Общее паденіе процента ни въ
коемъ случаѣ не касается рыночной цѣнности денежнаго ка­
питала, но касается цѣнности земли. Участокъ земли, при­
носящій 6000 марокъ земельной ренты, при размѣрѣ °/0, рав­
номъ 6, будетъ стоить 100.000 мар., а при размѣрѣ про­
цента, равномъ 4, онъ будетъ стоить- 150.000 марокъ. На­
противъ, было бы смѣшно надѣяться, чтобы ссудный или
акціонерный капиталъ въ 100.000 марокъ, приносящій се­
годня 6°/о, при общемъ паденіи размѣра процента до 4, пре­
вратился бы въ 150.000 марокъ. Скорѣе въ результатѣ ка-


кой-нибудь конверсіи или вслѣдствіе увеличенія предложенія
капиталовъ въ данной области капиталъ станетъ приносить
не 6, а 4 процента, и цѣна его не превыситъ тѣхъ же
100.000 марокъ. Общее паденіе процента повышаетъ рыноч­
ную цѣнность земли, но не цѣнность денежнаго капитала.
Конечно, возможно, что и въ землю вложенъ капиталъ,
какъ въ большинствѣ случаевъ и бываетъ въ капиталистиче­
скихъ странахъ; но это только осложняетъ нашъ случай, ни­
сколько пе измѣняя его сущности. Въ такомъ случаѣ доля
землевладѣльца въ сельско-хозяйственной прибавочной цѣнно­
сти заключаетъ въ себѣ не только ренту, но и процентъ на
капиталъ, и цѣна земли на ряду съ капитализированной зе­
мельной рентой содержитъ и капитализированный процентъ
на капиталъ, т. е. при нормальныхъ условіяхъ и самый ка­
питалъ.
Но процентъ на капиталъ самъ по себѣ ни въ коемъ слу­
чаѣ не можетъ объяснить цѣну земли, такъ какъ при доста­
точномъ развитіи капиталистическаго способа производства
имѣетъ цѣну не только земля, въ которую не вложенъ капи­
талъ, но и земля, еще не обработывавшаяся. Въ этомъ—вто­
рое отличіе земли отъ капитала. Цѣна денежнаго капитала
на рынкѣ капиталовъ измѣряется процентомъ, который дан­
ный капиталъ приноситъ въ дѣйствительности. Цѣна же
участка земли опредѣляется земельной рентой, которую онъ
можетъ принести. Существуетъ и третье различіе. Создан­
ныя человѣческимъ трудомъ средства производства изнаши­
ваются (физически или морально: въ послѣднемъ случаѣ въ
результатѣ новыхъ изобрѣтеній) и раньше или позже пере­
стаютъ существовать; они постоянно должны обновляться.
Земля же, напротивъ того, вѣчна и неуничтожаема, — по
крайней мѣрѣ, съ точки зрѣнія человѣческаго общества.
Въ виду двухъ послѣднихъ отличій было бы нелѣпо, если
бы владѣлецъ промышленнаго предпріятія не
пускалъ
его въ дѣло. Но нисколько не нелѣпо такое поведеніе для
земельнаго собственника въ томъ случаѣ, если земельная
рента растетъ, въ особенности въ городахъ. Для него иногда
можетъ быть очень выгодно не обрабатывать участка земли.
8*


116 —
Всѣ эти различія исчезаютъ, если назвать землю капита­
ломъ. Несмотря на это, многіе экономисты еіце твердо стоятъ
за такой взглядъ на ренту; такого же взгляда держится
Брентано въ своемъ неоднократно уже упомянутомъ сочине­
ніи объ аграрной политикѣ. Доказательствомъ въ пользу дан­
наго взгляда, по его мнѣнію, служитъ тотъ фактъ, что въ
землю вложенъ капиталъ и что Родбертусъ городскія по­
стройки считаетъ капиталомъ, «не смотря на то, что пло­
щадь, на которой возведена постройка, представляетъ моно­
полизированный даръ природы... Слѣдовательно, въ на­
стоящее время земля есть капиталъ. Хотя, конечно, она
отличается отъ другихъ капиталовъ, поскольку она предста­
вляетъ монополизированный даръ природы, существующій
только въ ограниченномъ количествѣ. Но это вѣрно не только
но отношенію къ землѣ, употребляемой для сельско-хозяй­
ственныхъ цѣлей, но и по отношенію къ землѣ, предназна­
ченной для постройки жилищъ или промышленныхъ цѣлей,
точно такъ же, какъ и къ водопадамъ, желѣзнымъ дорогамъ,
рудникамъ ит. п.» («Agrarpolitik», стр. 13). Но это, конечно,
не доказываетъ, что земля—капиталъ, а только то, что и
городская земля, водопады и рудники также даютъ земель­
ную ренту. Что же касается желѣзныхъ дорогъ, то причи­
сленіе ихъ къ «дарамъ природы» не болѣе, какъ плодъ
пылкой фантазіи. Вѣдь говоритъ же Догбери: «Быть человѣ­
комъ пріятной наружности—даръ судьбы, а умѣнье писать и
читать—даръ природы».
Но сколько ни называть землю капиталомъ, отъ этого
землевладѣлецъ не станетъ капиталистомъ. При опредѣленіи
цѣны какого-нибудь имѣнія, конечно, на ряду съ земельной
рентой принимаются во вниманіе и другіе факторы; кромѣ
«земельнаго капитала», т. е. капитализированной земельной
ренты въ разсчетъ принимается еще и капиталъ, дѣйстви­
тельно вложенный въ сельско-хозяйственное предпріятіе: на
постройки, приспособленія, на живой и мертвый инвентарь.
Рыночная цѣнность этого капитала исчисляется по цѣнамъ
производства (минусъ потребленная уже часть). Въ имѣніяхъ
могутъ имѣться различныя постройки или приспособленія,


1 17

имѣющія въ виду удобства или роскошь, что мы обыкновенно
встрѣчаемъ въ большихъ помѣстьяхъ. Подобныя части имѣнія,
ничего общаго не имѣющія съ производствомъ, повышаютъ,
конечно, цѣну имѣнія, по не земельную ренту. Чѣмъ больше
цѣна подобныхъ сооруженій, тѣмъ меньшимъ покажется про­
центъ на «земельный капиталъ», если причислить первую къ
послѣднему. Если, какъ въ нашемъ прежнемъ примѣрѣ, уча­
стокъ земли приноситъ земельную ренту въ 6000 мар., то,
при среднемъ обычномъ процентѣ, равномъ 3, цѣна его бу­
детъ 200.000 м. Но если собственникъ выстроитъ на немъ
замокъ за 100.000 м., то онъ повыситъ теперь рыночную
цѣну имѣнія до 300.000 м., т. е. «земельный капиталъ» при­
несетъ только 2°/0, гораздо меньше, чѣмъ обыкновенный ка­
питалъ.
Очень часто приходится слышать утвержденіе, что зе­
мельный капиталъ отличается замѣчательнымъ свойствомъ при­
носить такіе ничтожные проценты, какихъ не доставляетъ
ни одинъ видъ капитала. Однако это утвержденіе совершенно
неосновательно.
Какъ мы уже видѣли, такого капитала собственно нѣтъ,
это не болѣе какъ фикція; но что дѣйствительно существу­
етъ—это земельная рента, по которой только и исчисляется
размѣръ «земельнаго капитала». При этомъ исчисленіи зе­
мельная рента обыкновенно капитализируется выше, чѣмъ бы
слѣдовало по среднему размѣру процента, но не потому, что
земельный капиталъ имѣетъ таинственное свойство приносить
меньшій процентъ, а потому, что капиталистъ обладаетъ ни­
сколько не таинственнымъ, а вполнѣ понятнымъ свойствомъ
смотрѣть на землю, область производства земельной ренты,
какъ на такое помѣщеніе капитала, которое имѣетъ особыя
преимущества. Въ большинствѣ случаевъ это вполнѣ вѣрно. Съ
обладаніемъ землей часто связаны матеріальныя и не матері­
альныя выгоды, которыя не отражаются на земельной рентѣ
(владѣніе дачей или замкомъ о чемъ мы уже упоминали, про­
изводство жизненныхъ средствъ для собственнаго потребленія,
охота, политическое вліяніе); но кромѣ того земельная рента
еще недавно въ Европѣ..—а въ городахъ и окрестностяхъ


— 118 —
городовъ еще до сихъ поръ—-въ противоположность проценту
на капиталъ имѣла тенденцію къ повышенію. За эти на­
дежды капиталистъ долженъ заплатить особо, когда поку­
паетъ землю.
Но всѣ эти превращенія не дѣлаютъ еще землевладѣльца,
какъ такового, капиталистомъ. Можно, конечно, быть одновре­
менно землевладѣльцемъ и капиталистомъ, но здѣсь рѣчь не
объ этомъ. Купля и продажа превращаютъ владѣніе землей
во вложеніе капитала, но не въ капиталъ, какъ должность
судьи въ прошломч> столѣтіи не превращалась сама въ капи­
талъ только потому, что на пріобрѣтеніе ея необходимо было
затратить капиталъ. Землевладѣлецъ, конечно, можетъ про­
дать свою земельную собственность и такимъ путемъ стать
капиталистомъ; но въ тотъ моментъ, какъ онъ станетъ имъ,
онъ перестаетъ быть землевладѣльцемъ. Наоборотъ, капита­
листъ, потратившій весь капиталъ на то, чтобы купить имѣ­
ніе, перестаетъ быть капиталистомъ съ того момента, какъ
сдѣлается земельнымъ собственникомъ.
Что землевладѣлецъ не капиталистъ, это прежде всего
замѣтили англійскіе помѣщики, раньше континентальныхъ
помѣщиковъ лишившіеся феодальныхъ повинностей .своихъ
крѣпостныхъ и принужденные вслѣдствіе этого раньше пе­
рейти къ капиталистическому способу веденія хозяйства. Имъ
пришлось ограничиться однѣми только попытками, такъ какъ
кредитъ тогда еще не былъ развитъ. Они принуждены были
поэтому разбить свои помѣстья на большіе или меньшіе
участки и сдавать ихъ въ аренду сельскимъ хозяевамъ, ко­
торые сами имѣли живой и мертвый инвентарь, необходимый
для веденія хозяйства. Отдача въ аренду капиталисту-арен­
датору—вотъ путь, которымъ сельское хозяйство привлекло
къ себѣ необходимый капиталъ.
На Европейскомъ континентѣ, въ особенности къ сѣверу
отъ Альпъ, современная капиталистическая арендная система
развита значительно менѣе, чѣмъ въ Англіи. Изъ всей обра­
батываемой въ Англіи поверхности въ 1895 году только на
4.640.000 акрахъ хозяйство велось владѣльцами, а на


- 119 —
27.940.000 акр. арендаторами. Тамъ считалось 61.014 хо­
зяйствъ на собственной землѣ, 459.092 на арендованной.
Другія цифры получаемъ мы для Германіи и Франціи.
Однако и здѣсь арендное хозяйство растетъ. Въ Германіи съ
1882 г. до 1895 г. число арендныхъ хозяйствъ увеличилось
съ 2.322.899 до 2.607.210, т. е. на 284.311, между тѣмъ
какъ число хозяйствъ на собственной землѣ уменьшилось съ
2.953.445 до 2.951.107. Во Франціи считалось хозяйствъ:
На собственной
землѣ.
въ 1882 . . . -............................. 3.525.342
въ 1892 ......................................... 3.387.245
Уве лич.
или умении.
138.097

На арендованной
землѣ.
1.309.904
1.405.569
ф- 95.665

Даже въ Соед.-Штатахъ арендная система растетъ:
На арендованной
землѣ.

Хозяйствъ на
собственной землѣ.'
1880

. .

2.984.306

75%

1.024.601

25»/0

1890

. .

3.269.728

72»/»

1.294.913

28%

Въ старыхъ штатахъ Союза мы находимъ не только отно­
сительное, но и абсолютное уменьшеніе владѣльческихъ
хозяйствъ:
На собств.
землѣ.
въ 1880 было фермъ................ 584.847
въ 1890 „
,,
................. 537.376
Уменыіг. (—) или увелич.
—47.471

На арендой,
землѣ,
111.292
121.193
-Г 9.901

Но во всѣхъ этихъ государствахъ господствующимъ все
еще является владѣльческое хозяйство. Капиталистическій
способъ веденія сельскаго хозяйства принялъ здѣсь болѣе
значительные размѣры только тогда, когда городской капи­
талъ и съ нимъ кредитъ были уже, сильно развиты. Такимъ
образомъ для сельскаго хозяйства открывался и другой путь
привлеченія капитала, именно—кредитъ. Имъ пользовались
отчасти въ видѣ личнаго кредита, отчасти въ видѣ реальнаго


120
кредита, подъ залогъ недвижимости. Насъ интересуетъ здѣсь
только послѣдній видъ кредита. Землевладѣлецъ дѣлаетъ
ипотечный долгъ, т. е. отдаетъ подъ залогъ свою земельную
ренту, и такимъ образомъ получаетъ деньги, необходимыя для
производства меморацій, пріобрѣтенія необходимаго скота,
машинъ, удобренія и т. д.
При капиталистической арендной системѣ всѣ три большія
группы дохода капиталистическаго общества оказываются
рѣзко раздѣленными. Собственникъ земли и собственникъ про­
чихъ средствъ производства—капиталистъ—два отдѣльныя
лица, которымъ противостоитъ эксплуатируемый капиталиста­
ми наемный рабочій. Этотъ послѣдній получаетъ заработную
плату, капиталистъ—предпринимательскую прибыль, собствен­
никъ земли—земельную ренту. Послѣдняя личность для сель­
ско-хозяйственнаго производства совершенно излишня. У него
нѣтъ ни коммерческой, ни организаторской роли, которую
выполняетъ капиталистъ — предприниматель; для него не
остается никакого дѣла, кромѣ выжиманія но возможности
большей арендной платы и потребленія ея вмѣстѣ со своими
паразитами.
При ипотечной системѣ дѣло не такъ ясно и просто, но
въ основѣ его лежитъ одно и то же. И здѣсь мы встрѣчаемъ
раздѣленіе на землевладѣльца и предпринимателя, — хотя
скрытое особыми юридическими формами. Земельная рента,
при арендной системѣ попадающая въ карманъ землевладѣль­
ца, при ипотечной системѣ достается ипотечному кредитору.
Онъ является владѣльцемъ земельной ренты, а слѣдовательно
и фактическимъ собственникомъ земли. Напротивъ, номиналь­
ный собственникъ въ дѣйствительности является только капиталистомъ-предприпимателемъ, который собираетъ предпри­
нимательскую прибыль и земельную ренту, чтобы снова от­
дать послѣднюю въ формѣ ипотечныхъ процентовъ. Если его
предпріятіе не удается, то онъ не въ состояніи уплатить
слѣдуемую земельную ренту и принужденъ, въ такомъ случаѣ,
покинуть свою мнимую собственность, какъ арендаторъ поки­
даетъ арендуемое имъ имѣніе въ случаѣ неуплаты слѣдуемыхъ
денегъ. Очень часто ипотечный кредиторъ имѣетъ даже воз-


— 121.
можность выгнать изъ имѣнія неудобнаго для него сельскаго
хозяина, настойчиво требуя уплаты ипотечнаго долга, точно
такъ же, какъ это дѣлаетъ землевладѣлецъ, отказывая отъ
аренды. Между арендной и ипотечной системой только та
разница, что при послѣдней дѣйствительный собственникъ
земли называется капиталистомъ, а настоящій капиталистъпредпринимателъ — землевладѣльцемъ. Благодаря этому qui
pro quo, наши сельскіе хозяева, которые фактически испол­
няютъ капиталистическія функціи, сердятся на эксплуатацію
со стороны «движимаго капитала», т. е. на ипотечныхъ кре­
диторовъ, исполняющихъ фактически ту же экономическую
роль, которую при арендной системѣ исполняютъ землевла­
дѣльцы.
Во всѣхъ культурныхъ государствахъ мы встрѣчаемъ быст­
рый ростъ ипотечныхъ долговъ.
Въ Пруссіи сумма новыхъ долговъ на земельные участки
превышала сумму погашеній:
Въ 1891/э2 на . . 207 мил. мар.
Въ 1886/з, на . . 133 мм. мар.
„ і892/93 „ . . 209 „
„ 1887ss „ • • 88 „
із88/а9 „ . • 121 „
„ 1897,о „ • • 179. „
.. 18”/„ „ ■ . 156

„
„

18°7еі „ • . 228
189‘/95 „ - ■ 255

„
„

Въ теченіе не многихъ лѣтъ мы видимъ приростъ въ І-Д
милліарда!
Этотъ быстрый ростъ представляется не чѣмъ инымъ, какъ
тѣмъ же повсемѣстнымъ процессомъ, который, хотя и въ
другой формѣ, такъ далеко пошелъ въ Англіи, именно про­
цессомъ освобожденія сельскаго хозяина отъ земельной соб­
ственности. Сельскій хозяинъ, конечно, далеко еще не дѣ­
лается отъ этого пролетаріемъ, какъ не является пролета­
ріемъ и англійскій арендаторъ. Онъ, какъ и этотъ послѣдній,
владѣетъ всѣми своими средствами производства, за исключе­
ніемъ земли (здѣсь дѣло идетъ объ .ипотечныхъ, а не о лич­
ныхъ долгахъ).
Ростъ ипотечной задолженности не указываетъ необходимо
на стѣсненное положеніе сельскаго хозяйства. Она можетъ
быть вызвана и имъ—потребность въ улучшеніи и поднятіи


122 —
хозяйства, не единственная причина ипотечной задолженности.
Ниже мы увидимъ и другія причины. Но и прогрессъ и рас­
цвѣтъ сельскаго хозяйства должны вызвать увеличеніе ипо­
течной задолженности, съ одной стороны вслѣдствіе растущей
потребности въ капиталѣ, потребности, развивающейся подъ
вліяніемъ прогресса сельскаго хозяйства, съ другой—вслѣд­
ствіе роста земельной ренты, дѣлающаго возможнымъ расши­
реніе сельско-хозяйственнаго кредита.
Въ Австріи, имѣющей лучшую статистику ипотекъ
за болѣе продолжительный періодъ времени, ростъ ипо­
течной задолженности равнялся (безъ Галиціи, Буковины и
приморскихъ земель):
1871 .
1872 .
1873 .
1874 .
1875 .
1876 .
1877 .
1878 .
1879 .
1880 .

.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

. 46.740.617
. 107.621.665
. 202.458.692
.156.127.016
. 136.692.565
. 99.276.440
. 24.694.812
. 44.160.263
. 22.765.037
. 18.404.585

гул.
„
„
„
„
„
„
„
„
.,

1881 .
1882 .
1883 .
1884 .
1885 .
1886 .
1887 .
1888 .
1889 .

.
.
.
.
.
.
.
.
.

.
.
.
.
.
.
.
.
.

. 10.034.671 гу.Т.
. 22.926.080
, 34.289.210 >>
. 57.241.240 »
. 55.871.264
. 52.708.237
. 56.330.623 »
56.954.250 н
52.738.749 п

Именно въ лучшіе для сельскаго хозяйства (и городской
земельной собственности) годы, въ началѣ семидесятыхъ го­
довъ, ипотечная задолженность возрасла всего сильнѣе.
Раздвоеніе владѣющаго землей сельскаго хозяина на земле­
владѣльца и предпринимателя является естественно-необхо­
димымъ послѣдствіемъ частной собственности на землю при
капиталистическомъ способѣ производства. Но это же раздѣ­
леніе создаетъ возможность уничтоженія частной собственности
на землю даже тогда, когда еще нѣтъ условій для уничто­
женія частной собственности па прочія средства сельско-хозяйственпаго производства. Въ странахъ съ арендной систе­
мой это можетъ произойти путемъ перехода земли къ госу­
дарству, т. е. обобществленія земли; въ странахъ съ ипотеч­
ной системой — путемъ перехода къ государству ипотекъ.
Условія для этого тѣмъ благопріятнѣе, чѣмъ больше концен­
трація въ рукахъ немногихъ лицъ (при арендной системѣ) зе-


123 —

мельной собственности или ипотекъ (при владѣльческомъ хозяй­
ствѣ). Къ сожалѣнію, очень трудно установить статисти­
чески подобную концентрацію для цѣлыхъ государствъ и
для большихъ промежутковъ времени. Хотя у насъ и имѣется
обширная статистика сельско-хозяйственнаго производства,
но статистика ипотекъ до сихъ поръ была неудовлетвори­
тельна, а статистика земельной собственности недостаточна
для того, чтобы съ ея помощью сравнить отдѣльные періоды
и прослѣдить повсюду процессъ концентраціи отдѣльныхъ
имѣній въ немногихъ рукахъ. Примѣры концентраціи земель­
ной собственности въ отдѣльныхъ прусскихъ провинціяхъ бу­
дутъ приведены ниже въ связи съ другимъ вопросомъ. Въ
общемъ слѣдуетъ признать, что тамъ, гдѣ число арендныхъ
хозяйствъ и площадь арендованной земли растутъ, происхо­
дитъ и концентрація земельной собственности, такъ какъ объ
отдачѣ всей или части земли въ аренду можетъ думать только
тотъ, кому не нужна его собственная земля для хозяйства, у
кого избытокъ земли. Страны съ развитой арендной системой
являются въ то же время странами съ крупной по преиму­
ществу земельной собственностью.
Для Германіи ипотечная система важнѣе арендной. Здѣсь
ясно выраженъ процессъ концентраціи земельной собствен­
ности или, точнѣе земельной ренты. Мы еще увидимъ, какъ
безчисленные мелкіе деревенскіе ростовщики постепенно схо­
дятъ со Ьцены, уступая мѣсто централизованнымъ капитали­
стическимъ или товарищескимъ учрежденіямъ, монополизи­
рующимъ ипотечный кредитъ. По даннымъ Ф. Гехта, взя­
тымъ изъ его книги о государственномъ и областномъ земель­
номъ кредитѣ въ Германіи, вся сумма закладныхъ листовъ
германскихъ земельныхъ кредитныхъ учрежденій, находив­
шихся въ обращеніи въ концѣ 1888 года, превышала 43Д
милліарда марокъ. Изъ этой суммы на учрежденія, органи­
зованныя на товарищескихъ началахъ, приходилось 1.900 милл.
мар., на государственныя и областныя учрежденія земель­
наго кредита—420 милл. мар., и на акціонерные и ипо­
течные банки 2,6 милліарда марокъ. Правда, большая часть
ихъ ипотечнаго кредита падала на городскую земельную соб-


124 —
ственность, но за то для централизаціи ипотечнаго кредита
существуютъ еще другія крупныя учрежденія: сберегатель­
ныя кассы, страховыя общества, союзы и учрежденія вся­
каго рода. 80°/о фондовъ 35 германскихъ обществъ страхо­
ванія жизни и свыше 50% фондовъ прусскихъ сберегатель­
ныхъ кассъ вложены въ ипотеку. Прусскія сберегательныя
кассы въ 1892 г. вложили въ сельскія ипотеки капиталъ въ
1 милліардъ марокъ. Въ 1887 г. 17 прусскихъ товариществъ
земельнаго кредита (провинціальныхъ) выпустили закладныхъ
листовъ на сумму 1.650 милліоновъ марокъ, тогда какъ 11
прусскихъ же учрежденій частнаго земельнаго кредита въ
1886 году пріобрѣли ипотечныхъ долговыхъ обязательствъ на
сумму 735 милліоновъ марокъ. Уже эти числа говорятъ о гро­
мадной концентраціи земельной ренты въ немногихъ цен­
тральныхъ учрежденіяхъ; но эта концентрація продолжаетъ
быстро расти дальше. Въ 1875 г. германскіе ипотечные банки
выпустили закладныхъ листовъ на сумму 900 милл. марокъ,
въ 1888 г.—2*/2 милліарда, а въ 1892 г. эта сумма возрасла
до 3.400 милліоновъ, сконцентрированныхъ въ 31 (въ 1875 г.
въ 27) банкѣ.
Гермесъ въ своей статьѣ «Landschaften» (2 дополнит, томъ
«Handwörterbuch der Staatswissenschaften») приводитъ нѣсколько
примѣровъ того, какъ быстро земельная задолженность кон­
центрировалась въ прусскихъ товариществахъ земельнаго кре­
дита. Курмарскія и Неймарскія дворянскія кредитныя учре­
жденія (за вычетомъ погашенныхъ) выпустили закладныхъ
листовъ на сумму:
1805 .
1855 .

. . 11.527.000 м.
. . 38.295.000 м.

1875 .
1894 .

.
.

. 82.204.000 м.
. 189.621.000 м.

Новое Бранденбургское кредитное учрежденіе, основан­
ное въ 1869 году, выпустило закладныхъ листовъ (за выче­
томъ погашенныхъ) на сумму:
1870 . . .
1880 . . .

48.000 м.
3.695.000 м.

1890 . . . 74.275.000 я.
1895 . j . 101.434.000 м.

Эти числа ясно показываютъ, что «Марксова догма» и
для земельной собственности имѣетъ не меньшее значеніе
чѣмъ для капитал а. Впрочемъ, значеніе ея въ этомъ смыслѣ


— 125 —
никѣмъ не оспаривается. Но она будто бы недѣйствительна
для сельскохозяйственнаго производства. Этотъ болѣе
важный вопросъ ниже мы разсмотримъ подробнѣе. Здѣсь же
рѣчь идетъ лишь о земельной собственности и о тѣхъ двухъ
формахъ, которыя она принимаетъ при капиталистическомъ
режимѣ.
Мы видѣли, какъ арендная и ипотечная системы во мно­
гихъ отношеніяхъ оказались сходными; но между ними есть
и существенныя различія.
Самое важное различіе состоитъ въ томъ, что колебаніе
арендной платы слѣдуетъ за колебаніемъ земельной ренты.
Напротивъ, съ ипотечными процентами этого не бываетъ.
Правда, и эти послѣдніе не неподвижны, хотя и менѣе по­
движны, чѣмъ арендная плата, но колебаніе ихъ опредѣляется
не колебаніемъ земельной ренты, а колебаніемъ процента на
капиталъ, которое слѣдуетъ совершенно другимъ законамъ.
Земельная рента и процентъ на капиталъ могутъ одновре­
менно колебаться въ противоположныхъ направленіяхъ: первая
можетъ повышаться, вторая падать. До недавняго времени
это и было нормальнымъ движеніемъ въ старыхъ странахъ
капиталистическаго производства. При арендной системѣ отъ
этого выигрываетъ землевладѣлецъ, при ипотечной системѣ,
напротивъ, этотъ приростъ ренты кладетъ себѣ въ карманъ
или употребляетъ на пріобрѣтеніе новаго ипотечнаго капи­
тала фактическій сельско-хозяйственный предприниматель и
номинальный землевладѣлецъ.
Эта выгода земельной собственности такъ же мало достается
ипотечному кредитору, какъ и другія выгоды, повышающія ры­
ночную цѣнность земельной собственности и обусловливающія
низкій процентъ «земельнаго капитала». Вслѣдствіе этого
ипотечный кредиторъ, по крайней мѣрѣ при повышеніи зе­
мельной ренты, требуетъ на свой капиталъ большаго про­
цента, чѣмъ приносимый «земельнымъ капиталомъ», т. е.
сумма ипотечнаго капитала, для оплаты процентовъ котораго
идетъ вся земельная рента, меньше рыночной цѣны задолженной земли.
Пояснимъ это вышеприведеннымъ примѣромъ имѣнія, при-


— 126 —

носящаго 6.000 марокъ земельной ренты. Средній размѣръ
процента ровенъ 4; капитализированная земельная рента бу­
детъ, слѣдовательно, равняться 150.000 маркамъ. Но съ обла­
даніемъ имѣніемъ связаны значительныя выгоды, о которыхъ
мы уже говорили и изъ которыхъ самая важная — надежда
на повышеніе ренты. Собственникъ поэтому проситъ за свое
имѣніе значительно дороже 150.000 мар., скажемъ 200.000 м.
Соотвѣтственно этому «земельный капиталъ» принесетъ только
3%. Ипотечный кредиторъ требуетъ однако средній размѣръ
процента, т. е. 4, между тѣмъ сельскій хозяинъ можетъ упла­
тить ему только 6.000 м. Такимъ образомъ ипотечный долгъ
можетъ возрасти только до 150.000 м., т. е. до трехъ че­
твертей цѣнности земли; но и тогда уже онъ поглотитъ всю
земельную ренту.
Однако при растущей земельной рентѣ (что здѣсь пред­
полагается) ипотечная система для сельскаго хозяина гораздо
выгоднѣе арендной. Но оборотная сторона медали обнаружи­
вается при паденіи ренты. Въ такомъ случаѣ арендаторъ, по
крайней мѣрѣ капиталистъ-арендаторъ, взваливаетъ свои убытки
на землевладѣльца; этотъ послѣдній, хотя и не безъ борьбы,
иногда продолжительной, соглашается на пониженіе аренд­
ной платы. Напротивъ, землевладѣлецъ, ведущій хозяйство на
собственной землѣ, долженъ прежде всего самъ нести убытки
отъ паденія земельной ренты; онъ не можетъ безъ дальнѣй­
шихъ разсужденій свалить ихъ на ипотечнаго кредитора.
При арендной системѣ паденіе ренты спустя болѣе или
менѣе продолжительное время приводитъ въ стѣсненное по­
ложеніе землевладѣльца; при ипотечной же системѣ бѣда обру­
шивается постоянно на сельско-хоз. предпринимателя или,
какъ говорятъ, на «сельское хозяйство». Фактическихъ соб­
ственниковъ земли—ипотечныхъ кредиторовъ,—сначала это
обстоятельство не касается; конечно, одновременно съ паде­
ніемъ земельной ренты можетъ понизиться и размѣръ ипо­
течнаго процента; но въ такомъ случаѣ это пониженіе будетъ
слѣдствіемъ не угнетеннаго состоянія сельскаго хозяйства, а
общаго паденія процента на капиталъ—явленія, касающагося
всего ссуднаго капитала, Это насъ здѣсь не касается. Раз-


— 1’27 —
мѣръ ипотечнаго процента опредѣляется общимъ размѣромъ
процента на капиталъ, и въ какомъ-бы плачевномъ состояніи
ни находилось сельское хозяйство, оно не въ состояніи его
понизить. Напротивъ, чѣмъ хуже положеніе сельскаго хо­
зяина, тѣмъ большую премію за рискъ принужденъ онъ пла­
тить, тѣмъ выше будетъ размѣръ процента, съ которымъ ему
придется мириться, по крайней мѣрѣ, при заключеніи новаго
займа, и тѣмъ ниже будутъ границы ипотечнаго долга по от­
ношенію къ цѣнности имѣнія.
При ипотечной системѣ приспособленіе земледѣлія къ па­
дающей рентѣ совершается не путемъ пониженія платежей, какъ
при арендной системѣ, а путемъ банкротства предпринимателей
и потерь капитала ипотечными кредиторами; во всякомъ
случаѣ эту операцію нельзя назвать безболѣзненной и особенно
цѣлесообразной.
Кромѣ ипотечной и арендной системы, возможенъ еще
третій случай, именно, когда землевладѣлецъ въ то же время
и капиталистъ, т. е. кромѣ земельной собственности у него
достаточно наличныхъ денегъ, чтобы на свои средства заве­
сти у себя новѣйшее сельское хозяйство и, такимъ образомъ,
забирать себѣ кромѣ предпринимательской прибыли и всю зе­
мельную ренту.
Но этотъ видъ соединенія землевладѣльца и капиталиста
въ одномъ лицѣ въ исторіи встрѣчался лишь въ видѣ исклю­
ченія, и въ дальнѣйшемъ ходѣ капиталистическаго способа про­
изводства онъ необходимо останется исключеніемъ. Причину
этого слѣдуетъ искать, во первыхъ, въ преимуществѣ кру пнаго производства передъ мелкимъ, а во вторыхъ—
въ частной собственности на землю.

VI. Крупное и мелкое производство.
а) Техническое превосходство крупнаго производства.
Чѣмъ болѣе сельское хозяйство становится капиталистиче­
скимъ, тѣмъ скорѣе растетъ качественная разница въ техни­
кѣ крупнаго и мелкаго производства.


128 —
Въ до-капиталистическомъ сельскомъ хозяйствѣ, какъ мы
уже говорили, такой разницы не было, если не говорить о план­
таторскомъ хозяйствѣ и другихъ подобныхъ системахъ про­
изводства, которыхъ въ данномъ случаѣ намъ не приходится
принимать во вниманіе. Помѣщикъ обрабатывалъ свою землю
съ помощью человѣческой и жпвотной рабочей силы и орудій
своихъ крѣпостныхъ. То, что доставлялось имъ самимъ, было
очень незначительно и не имѣло преимуществъ предъ кресть­
янскими орудіями производства. Онъ имѣлъ больше челяди,
но она служила прежде всего удовлетворенію болѣе широ­
кихъ потребностей его домашняго хозяйства и не оказывала
вліянія на способы обработки земли. Кромѣ того помѣщичья
земля не отличалась отъ крестьянской по своей раздроблен­
ности. Участокъ помѣщика, какъ и крестьянскіе участки, со­
стоялъ изъ клочковъ, разбросанныхъ между крестьянскими
участками, и наравнѣ съ этими послѣдними подлежалъ при­
нудительной запашкѣ. Единственная разница между кресть­
янскимъ и помѣщичьимъ хозяйствомъ, какъ мы уже ука­
зывали, состояла въ томъ, что послѣднее обрабатывалось
съ помощью принудительнаго труда крестьянъ, которые
старались по возможности меньше напрягать себя и свой
скотъ. Такимъ образомъ помѣщичье хозяйство того времени
отличалось чрезвычайно непроизводительной тратой рабочаго
времени и орудій труда.
Но все это измѣнилось съ уничтоженіемъ феодальныхъ по­
винностей, когда землевладѣлецъ сталъ свободнымъ собствен­
никомъ своей земли, которую онъ по возможности округлялъ
и обрабатывалъ собственными орудіями, собственнымъ скотомъ,
наемными рабочими по собственному плану. Такимъ образомъ
крупное производство получило совершенно другой обликъ,
чѣмъ мелкое, и теперь уже мелкое производство непроизво­
дительно затрачивало и рабочее время, и орудія труда.
Разница между крупнымъ и мелкимъ производствомъ дол­
жна была прежде всего обнаружиться въ домашнихъ распо­
рядкахъ, въ строѣ всего домашняго, хозяйства, которое пріобрѣло
гораздо большее значеніе для крупнаго хозяйства съ того
времени, какъ оно стало производить съ помощью собствен­
наго скота, собственныхъ орудій и наемныхъ рабочихъ.


— 129 —

Однимъ изъ самыхъ крупныхъ различій между индустріей и
сельскимъ хозяйствомъявляется тѣсное соединеніе въ немъ соб­
ственно предпріятія съ домашнимъ хозяйствомъ, тогда какъ
въ индустріи, за исключеніемъ нѣкоторыхъ пережитковъ, и
то, и другое совершенно независимы другъ отъ друга. Нѣтъ
сельско-хозяйственнаго предпріятія безъ связаннаго съ нимъ
домашняго хозяйства. Но это положеніе можно представить
и въ обратномъ видѣ: въ деревнѣ нѣтъ ни одного самостоя­
тельнаго домашняго хозяйства, которое не занималось-бы въ
то же время и сельскимъ хозяйствомъ.
Что большое домашнее хозяйство имѣетъ преимущество пе­
редъ мелкимъ въ смыслѣ сбереженія труда и матеріала—это
врядъ-ли нуждается въ доказательствѣ. Если мы сравнимъ
большое имѣніе, заключающее какъ разъ столько земли, какъ
50 малыхъ крестьянскихъ хозяйствъ, то найдемъ: здѣсь—
одну кухню съ однимъ очагомъ, тамъ—50 кухонъ съ 50 оча­
гами. Здѣсь, пожалуй, нужно 5 кухарокъ, тамъ 50. Здѣсь зи­
мою отапливается 5 комнатъ, горятъ 5 лампъ, тамъ 50; здѣсь
керосинъ, цикорное кофе и маргаринъ покупается большими
количествами, тамъ малыми и т. д. Если мы изъ дома перей­
демъ на дворъ, то въ крупномъ производствѣ мы найдемъ
одинъ хлѣвъ для 50—100 коровъ, вмѣсто 50 хлѣвовъ мел­
кихъ крестьянъ для 1—2 коровъ каждый, одинъ сарай,
одинъ колодезь вмѣсто 50. Дальше мы найдемъ соотвѣтствен­
но меньше дорогъ отъ двора къ полю,—полевыя желѣзныя
дороги вообще недоступны крестьянамъ,—меньше плетней и
заборовъ, меньше межевыхъ полосъ.
Чѣмъ меньше участокъ земли, тѣмъ длиннѣе границы его
по отношенію къ поверхности. Если участокъ квадратной фор­
мы, то длина границъ на 1 аръ будетъ при площади въ

10 гектар. 5 гейт. 1 гектр.
1,26 метр. 1,79 м.
4 м.

50 ар.
5,66м.

25 ар. 10 ар.
5 ар. 1 ар.
8 м. 12,65м. 17,89 м. 40 м.

Чтобы огородить 50 участковъ земли въ 20 аръ каждый,
необходимо употребить въ семь разъ больше матеріала и тру­
да, чѣмъ для одного участка въ 10 гектаровъ.
Если принять ширину пограничной межи въ 20 сантиме-

9


— 130 —

■тровъ, то при квадратной формѣ участка пропадетъ непро­
изводительно земли на 1 аръ при площади въ
10 гектар. 5 гектар. 1 гектар. 50 ар.
0,25 кв. м. 0,36 кв.м.
0,80
1,113

25 ар. 10 ар. 5 ар. 1 ар.
1,60 в 2,53 3,58 8.00

Для отграниченія участка земли въ 10 гектаровъ тратит­
ся непроизводительно 2‘/а ара,для отграниченія же 50 участ­
ковъ по 20 аръ каждый—уйдетъ 18 аръ.
Чѣмъ длиннѣе протяженіе границъ какого-нибудь участка
земли, тѣмъ больше потеря сѣмянъ, которыя (при сѣяніи
рукой) непремѣнно попадаютъ за пограничную черту, тѣмъ
больше потеря труда ври обработкѣ участка. «.Обработка зе­
мли,говоритъ Кремеръ въ Гольцевскомъ «Handbuch der Landwirthschaft» (I, стр. 198), съ помощью плуга, экстирпатора,
бороны, копной мотыги, бороздильника и обсѣмененіе ея по­
средствомъ машины при одинаковой площади запашки об­
ходится тѣмъ дороже, чѣмъ меньше участки. Увеличеніе
расходовъ на меньшихъ участкахъ объясняется тѣмъ, что по­
тери во времени, неизбѣжныя при обработѣ земли, здѣсь го­
раздо чаще, чѣмъ при обработкѣ крупныхъ участковъ. Эти
потери аккуратно повторяются при каждомъ поворотѣ плуга
въ концѣ поля, при поперечной обработкѣ, остающейся съ
узкой стороны участка краевой полосы, смотря по длинѣ уп­
ряжки, и при ручной обработкѣ недоступныхъ для плуга кон­
цовъ пограничной полосы, межи». Но кромѣ того 50 кресть­
янскихъ хозяйствъ нуждаются въ' 50 боронахъ, 50 плугахъ,
50 телѣгахъ и пр., тогда какъ крупному хозяйству будетъ
достаточно, пожалуй, десятой части этого. Поэтому крупное
хозяйство при одномъ и томъ же способѣ производства дѣ­
лаетъ значительное сбереженіе въ инвентарѣ. Это видно и
изъ статистическихъ данныхъ о сельско-хозяйственныхъ ма­
шинахъ. Молотилка является одной изъ тѣхъ немногихъ ма­
шинъ, которыя почти одинаково доступны какъ крупному, такъ
и мелкому производству. Въ 1883 году на каждую тысячу
гектаровъ воздѣлываемой поверхности считалось въ хозяй­
ствахъ съ площадью:
отъ 2—100 гектар. 2,84 паровыхъ молот., 12,44 др. молот.
выше ICO
„
1,08
„
„
а1,93


— 131 —-

Никто, конечно, не станетъ объяснять эту разницу тѣмъ,
что въ мелкихъ хозяйствахъ молотилка распространена боль­
ше, чѣмъ въ крупныхъ.
Не смотря па сбереженіе въ инвентарѣ при одинаковомъ
способѣ производства, затраты на инвентарь въ крупномъ про­
изводствѣ могутъ быть на самомъ дѣлѣ не только абсолютно,
но и относительно больше, такъ какъ способъ производства
не остается тѣмъ же. Цѣлый рядъ орудій, въ особенности
машинъ, можетъ успѣшно примѣняться только въ крупномъ
производстѣ. Крестьянинъ не можетъ использовать ихъ впол­
нѣ. Согласно ученію Краффта о сельско-хозяйственномъ про­
изводствѣ, орудіе вполнѣ можетъ быть использовано только
при примѣненіи:
Коннаго плуга ............................ на
30 гектар, пашни.
Рядовой сѣялки, жнеи, молотилки „
70
„
-„ ..
Паровой молотилки......................... „ 250
„
„
Парового плуга................................. ,, 1000
„
„

Электрическая сила успѣшно можетъ примѣняться также
только въ крупныхъ хозяйствахъ. «Пока оказывается невоз­
можнымъ превратить передачу электрической силы въ сред­
ство для поднятія чистаго дохода отъ сельско-хозяйственнаго
производства, ^ъ особенности мелкаго. Даже въ имѣніяхъ
съ 1000 моргеновъ пахатпой земли сомнительна выгодность
ея примѣненія. Только въ большихъ хозяйствахъ получаются
благопріятные результатыЦІеттгенъ, «Ist die Elektrotechnik?...»
въ Landwirth. Yahrbüch. Тиля, XXVI, стр. 672).
Эти данныя получатъ надлежащее освѣщеніе, если вспо­
мнить, что въ 1895 г. въ Германіи изъ 5.558,317 сельско­
хозяйственныхъ предпріятій только 306.828 обладали больше
чѣмъ 20 гектарами, и лишь 25.061—больше чѣмъ 100. Сельско­
хозяйственныя предпріятія въ громадномъ большинствѣ слу­
чаевъ такъ малы, что не въ состояніи примѣнять даже кон­
ный плугъ, не говоря уже о машинахъ.
Въ 1884 г. правительство Соединенныхъ Штатовъ потре­
бовало отъ своихъ консуловъ свѣдѣнія относительно видовъ
на сбытъ американскихъ сельско-хозяйственныхъ машинъ за
границу. Свѣдѣнія, доставленныя изъ всѣхъ странъ съ мел-


— 132 —
кой земельной собственностью, сходятся въ томъ, что хо­
зяйства слишкомъ малы, чтобы примѣнять машины или даже
улучшенныя орудія. Таковы отвѣты изъ Вюртемберга, Гес­
сена, Бельгіи, Франціи и пр. Консулъ Киферъ изъ Штетина
пишетъ, что американцу смѣшно смотрѣть, какъ эти господа
еще рубятъ дрова топоромъ, напоминающимъ тамагавки ин­
дѣйцевъ. Консулъ Мозеръ изъ Зоннеберга сообщаетъ: «Земле­
дѣльческія орудія въ Тюрингіи еще очень примитивны. Я
недавно видѣлъ нѣсколько старыхъ гравюръ, представляю­
щихъ сцены изъ земледѣльческаго быта этой мѣстности и
относящихся къ XV вѣку, и былъ пораженъ, замѣтивъ, какъ
похожи изображенныя тамъ орудія на употребляемыя теперь.
Современныя орудія можно встрѣтить въ однихъ только гер­
цогскихъ образцовыхъ хозяйствахъ». Подобныя же свѣдѣнія
относительно южной Франціи далъ консулъ-Вильсонъ изъ
Ниццы: «Внутри страны почти вездѣ или въ большинствѣ
случаевъ все еще употребляется старинный плугъ временъ
римлянъ, который только царапаетъ землю, не проводя бо­
розды» («Reports from the consuls of the United States on agri­
cultural machinery», стр. 510, 524, 621).
Если разбить сельско-хозяйственныя предпріятія на классы
по ихъ величинѣ, то окажется, что въ 1895 г. на каждыя
100 хозяйствъ въ Германіи приходилось:
Производства.
Меньше 2 гект. . .
Отъ 2 до 5 гект. .
»
б до 20 гект.
> 20 до 100 >
» 100 и болѣе. .

Машины Паровые Рядовыя
вообще. плуги. сѣялки. Жнеи.
2.03
0.00
0.46
0.1
0.00
13.81
1.29
0.6
0.01
45,80
4.88
0.68
0.10
17.69
78.79
6.93
94.15
5.29
57.32
31.75

Молотилки.
Паров. Проч.
0.49
1.08
5.20
6.56
10.95
31.89
16.60
64.69
61.22
60.53

Въ крупномъ производстѣ машины имѣютъ повсюду не­
сравненно большее примѣненіе. Въ мелкомъ производствѣ
машины почти не примѣняются, за исключеніемъ молотилокъ.
Все сказанное относится не только къ орудіямъ, инстру­
ментамъ и машинамъ, но и къ человѣческой, животной и др.
силѣ, приводящей ихъ въ движеніе и управляющей ими.
Мелкія производства при одинаковой площади требуютъ го­
раздо большей силы для полученія тѣхъ же полезныхъ ре-


— 133 —
зультатовъ; кромѣ того они не могутъ ее такъ полно исполь­
зовать и усилить ея производительность. 50 плуговъ и 50 телѣгъ
мелкихъ крестьянъ въ нашемъ примѣрѣ требуютъ 50 упряжекъ и
50 погонщиковъ, а 5 плуговъ и телѣгъ крупнаго хозяина тре­
буютъ тѣхъ и другихъ только по 5. Можетъ быть, эти 50
мелкихъ крестьянъ впрягали каждый по коровѣ, тогда какъ
плугъ крупнаго хозяйства запряженъ 4 лошадьми, но это не
улучшитъ дѣла. Двойной плугъ съ однимъ рабочимъ и тремя
лошадьми выполняетъ ту же работу, что два простыхъ плуга,
запряженные двумя лошадьми каждый. Тройной плугъ съ
однимъ рабочимъ и 4 лошадьми успѣваетъ сдѣлать тоже, что
три простыхъ плуга съ 3 рабочими и 6 лошадьми.
По словамъ Реунинга (цитировано изъ Рошера, «Nationalö­
konomik des Ackerbaus», 164), въ 1860 году, въ Саксоніи, на
100 акровъ крестьянской земли приходилось 3,3 лошади, а
на 100 гектаровъ помѣщичьей только 1,5. По переписи
1883 года въ Германіи на 1000 гектаровъ обрабатываемой
площади приходилось:
Лошадей.
Въ хозяйств, отъ 2 до 100 гектаровъ . . 111
»
»
выше 100
»
. .
75

Воловъ.
101
60

Коровъ.
451
137

У крестьянъ, какъ извѣстно, коровы часто служатъ не
только для молочнаго производства и приплода, но и въ ка­
чествѣ рабочаго скота. Большое число коровъ въ мелкомъ
производствѣ въ значительной степени объясняется тѣмъ, что
крестьяне занимаются скотоводствомъ больше, а земледѣліемъ
меньше, чѣмъ крупные хозяева; напротивъ разница въ коли­
чествѣ лошадей не можетъ быть этимъ объяснена.
Въ Великобританіи по статистикѣ 1880 года на каждую
1000 акровъ земли приходилось въ производствахъ съ числомъ
акровъ: 1—5 5—20 20—50 50—100 100—300 300—500 500—1000 1000 и б.
Лошадей 72 58 54
49
43
37
32
24
Кр.скота 395 336 284
242
196
153
113
81

Наряду съ сбереженіемъ животной силы крупное произ­
водство сберегаетъ также и человѣческую рабочую силу, какъ
ярко рисуютъ вышеприведенные примѣры: въ то же время,
при прочихъ равныхъ условіяхъ, оно примѣняетъ меньше
скота и орудій, больше сберегающихъ силу машинъ и раціо-


134 —
нально распредѣляетъ обрабатываемую землю, придавая ей
кромѣ того наиболѣе цѣлесообразную форму.
Но если отдѣльныя крупныя хозяйства при одинаковомъ
способѣ обработки требуютъ относительно (къ площади
земли) меньше живого и мертваго инвентаря п меньше ра­
бочей силы, то понятно, что абсолютно они примѣняютъ
ихъ больше, чѣмъ отдѣльныя мелкія хозяйства; это озна­
чаетъ только то, что они могутъ пользоваться выгодами раз­
дѣленія труда въ гораздо большей степени, чѣмъ послѣднія.
Для нихъ однихъ возможны въ полной мѣрѣ спеціализація и
примѣненіе орудій къ отдѣльнымъ отраслямъ хозяйства, благо­
даря которымъ современное хозяйство такъ далеко ушло впе­
редъ отъ до-капиталистическаго.
То же и со скотомъ. Корова даетъ карликовому крестья­
нину молоко, служитъ ему упряжнымъ и племеннымъ скотомъ;
о выборѣ породы, о приспособленіи породы и корма къ спе­
ціальнымъ условіямъ нѣтъ и рѣчи. Также мало можетъ онъ
поручать разныя работы своего хозяйства разнымъ лицамъ.
Но крупный хозяинъ можетъ, и получаетъ отъ этого различ­
ныя выгоды. Онъ раздѣляетъ работы на такія, при которыхъ
нужна особенная ловкость или стараніе, и такія, которыя
требуютъ одной силы. Первыя онъ поручаетъ тѣмъ, которые
выказали особенное умѣніе или рачительность, ловкость и
опытность которыхъ растетъ благодаря тому, что они по­
свящаютъ себя исключительно или преимущественно данной
работѣ. Вслѣдствіе раздѣленія труда и большей величины
хозяйства, каждый дольше остается при своей работѣ, не
такъ часто мѣняетъ ее на другую, и это уменьшаетъ трату
времени и силъ, связанную съ каждой перемѣной рода и
мѣста работы. Наконецъ ему доступны выгоды коопераціи,
планомѣрнаго сотрудничества многихъ для полученія опредѣ­
леннаго результата.
Одинъ англійскій хозяинъ уже въ 1773 году обратилъ
вниманіе на это преимущество. Онъ указывалъ, что фермеръ,
употребляя на 300 акрахъ столько же рабочихъ, сколько
10 другихъ фермеровъ, располагающихъ каждый 30 акрами,
«имѣетъ преимущество, которое легко пойметъ лишь практикъ;


— 135 —

несомнѣнно 1: 4 все равно, что 3 : 12, но практика пока­
зываетъ другое; потому что при жатвѣ и многихъ другихъ
операціяхъ, требующихъ такой же быстроты, благодаря одно­
временному труду многихъ рабочихъ, работа дѣлается лучше
и скорѣе. Такъ, напримѣръ, при жатвѣ двое погонщиковъ,
двое нагрузчиковъ, двое вяжущихъ снопы, двое сгребающихъ
сжатый хлѣбъ и работающихъ у скирдъ или на гумнѣ, ра­
ботая вмѣстѣ, сдѣлаютъ вдвое больше, чѣмъ то же коли­
чество рабочихъ, распредѣленное между нѣсколькими хо­
зяйствами» (Цит. изъ Маркса, «Капиталъ», I, пер. рус.
изд., 279).
Большіе размѣры хозяйства позволяютъ также при по­
мощи спеціалистовъ производить быстро и хорошо работы,
которыя крестьянинъ дѣлаетъ медленно и плохо, или для вы­
полненія которыхъ онъ прибѣгаетъ, послѣ долгихъ прово­
лочекъ, часто лишь при крайней необходимости къ далеко
живущему спеціалисту; крупныя хозяйства имѣютъ собствен­
ныя кузницы, шорныя и каретныя мастерскія для починки и
изготовленія простой утвари, орудій и пр.
Но самое важное преимущество, которое крупное хо­
зяйство получаетъ отъ большаго числа своихъ рабочихъ, есть,
конечно, раздѣленіе труда на умственный и физическій. Мы
видѣли, какъ важно стало, для сельскаго хозяйства научное
руководство, видѣли, что только оно дѣлаетъ возможнымъ
цѣлесообразное веденіе хозяйства, при которомъ избѣгается
всякое истощеніе, всякое сокращеніе почвеннаго богатства и
получаются самые высокіе урожаи, что только научно обра­
зованный сельскій хозяинъ, при раціональномъ и точномъ
счетоводствѣ, установитъ сѣвооборотъ, удобреніе, машины,
породу скота, родъ корма, которые будутъ соотвѣтствовать
непрерывно измѣняющимся требованіямъ науки и рынка. Но
въ современномъ обществѣ физическій трудъ и научное обра­
зованіе строго отдѣлены другъ отъ друга. Вполнѣ научно
образованнаго агронома можетъ имѣть только такое хозяйство,
которое достаточно велико, чтобы трудъ руководства и над­
зора поглощалъ всѣ его силы.
При опредѣленныхъ условіяхъ эта величина есть данная.


— 136 —

Она измѣняется вмѣстѣ съ родомъ хозяйства; при очень
интенсивномъ хозяйствѣ, напримѣръ, культурѣ винограда,
она можетъ пасть до 3 гектаровъ, при экстенсивномъ, на­
примѣръ, пастбищномъ хозяйствѣ, подняться до 500 гекта­
ровъ. Для средней Европы можно принять, что при интен­
сивномъ хозяйствѣ уже имѣніе въ 80—100 гектаровъ можетъ
вполнѣ поглотить трудъ спеціалиста, при болѣе экстенсив­
номъ хозяйствѣ—имѣніе въ 100—125 гектаровъ.
Такимъ образомъ, только начиная съ этого объема, воз­
можно у насъ хозяйство, построенное и ведущееся на науч­
ныхъ началахъ. Въ Германіи же въ 1895 году изъ 5.558.317
сельскихъ хозяйствъ лишь 25.061 имѣли 100 и болѣе гекта­
ровъ! Нечему удивляться, что раціональное земледѣліе встрѣ­
чается еще такъ рѣдко! Гольцъ заявляетъ, что средній урожай
весьма малъ «сравнительно съ урожаями, которые могли бы
получаться и дѣйствительно получаются на худшей землѣ,
но при болѣе старательной культурѣ. Я думаю, что не встрѣ­
чу возраженій со стороны практическихъ хозяевъ, имѣю­
щихъ обширный опытъ, утверждая, что лучшей культурой
можно повысить урожай въ среднемъ на 4—8 центнеровъ съ
гектара. По моему возможно поднять урожаи значитель­
но выше, но я нарочно беру цыфру, противъ которой не
станетъ спорить ни одинъ спеціалистъ» («Die ländl. Arb.-Kl.
u, d. pr. Staat», 165). Такимъ образомъ, при лучшей культу­
рѣ Германія могла бы производить хлѣба на 100 милліоновъ
центнеровъ болѣе, безъ увеличенія воздѣлываемой площади.
Существуетъ стремленіе при помощи низшихъ сельско-хо­
зяйственныхъ школъ дать большій запасъ знаній по сравне­
нію съ народной школой управляющимъ и владѣльцамъ имѣ­
ній меньшей величины, которые не всецѣло заняты управле­
ніемъ и исполняютъ часто и сами разныя работы. Мы бу­
демъ послѣдними оспаривать пользу этихъ школъ, но ясно,
что знанія, которыя онѣ даютъ, далеки отъ того, что даютъ
высшія школы. По нашему, онѣ служатъ скорѣе для того, чтобы
снабжать дешевыми низшими служащими крупныя хозяйства
и тѣмъ уменьшать издержки администраціи, чѣмъ для того,
чтобы давать самостоятельныхъ сельскихъ хозяевъ въ совре-


— 137 —

менномъ смыслѣ. Среднія сельско-хозяйственныя училища
имѣютъ еще и другую сторону. Одинъ спеціалистъ жалуется,
что въ нихъ очень легко «пріобрѣтаются привычки, которыя
не годятся для средняго, а тѣмъ болѣе для мелкаго сельскаго
хозяина: поэтому ученикъ впослѣдствіи чувствуетъ себя нехо­
рошо въ условіяхъ мелкаго хозяйства или же ведетъ несоот­
вѣтственный образъ жизни и, такимъ образомъ, отъ посѣще­
нія школы получаетъ не пользу, а вредъ на всю жизнь»
(Kirchner, въ Гольцевскомъ «Handbuch», I, 421).
Кирхнеръ опасается такихъ послѣдствій тамъ, гдѣ ъв
школы проникаютъ студенческіе обычаи и нравы, но про­
никновеніе этихъ внѣшнихъ формъ есть только результатъ
внутренняго переворота, вызываемаго сельско-хозяйственпыми
и земледѣльческими училищами. Болѣе высокое образованіе
и довольство образомъ жизни пролетарія несовмѣстимы. Масса
учащихся рекрутируется изъ буржуазіи, выростаетъ съ пре­
тензіями на буржуазный образъ жизни, которыя незамѣтно
сообщаются и тѣмъ изъ учащихся, которые выбились изъ
низшихъ слоевъ. При доходѣ, который крестьянину, ре­
месленнику, промышленному рабочему доставилъ-бы весьма
сносное существованіе, образованный человѣкъ съ теченіемъ
времени погибаетъ физически или нравственно, часто въ томъ
и другомъ отношеніи. Не совсѣмъ не правы тѣ консервато­
ры, которые заявляютъ, что болѣе высокое образованіе дѣ­
лаетъ крестьянина негоднымъ для своего призванія. Эта
точка зрѣнія обращается въ смѣшную, а часто и отврати­
тельную каррикатуру, когда даже то ничтожное образованіе,
которое даетъ народная школа, провозглашаютъ несовмѣсти­
мымъ съ крестьянскимъ бытомъ. Это значитъ, съ одной сто­
роны, низводить крестьянина до уровня животнаго, съ дру­
гой—отнимать у него послѣднюю возможность поставить свое
хозяйство хоть сколько-нибудь раціонально. Но то образова­
ніе, какого требуетъ вполнѣ раціональное хозяйство, конечно,
едва-ли совмѣстимо съ теперешними условіями жизни крестья­
нина. Разумѣется, этимъ осуждается не высшее образованіе,
но условія жизни крестьянина. Это значитъ только, что
крестьянское хозяйство держится рядомъ съ крупнымъ не


— 138 —

благодаря своей большей производительности, но благодаря
меньшимъ претензіямъ. Крупное хозяйство уже потому должно
давать гораздо больше мелкаго для полученія одинаковаго
чистаго дохода, что въ графѣ его расходовъ стоятъ издержки
(деньгами и натурой) на содержаніе не только крестьянскихъ
рабочихъ рукъ, но и воспитанныхъ въ привычкахъ городско­
го буржуа.
Въ этомъ отношеніи всего хуже поставлены среднія имѣ­
нія; въ нихъ, сравнительно, самыя высокія издержки упра­
вленія. Съ увеличеніемъ хозяйства послѣднія быстро уменьшают­
ся. Имѣнію въ 100 гектаровъ нуженъ ученый управляющій
(собственникъ или арендаторъ): имѣнію въ 400 гектаровъ
нуженъ сверхъ того одинъ помощникъ; доходъ съ него, при
равенствѣ прочихъ условій, будетъ вчетверо больше, а
издержки управленія только въ полтора раза.
Внутри класса крестьянъ бблыпее хозяйство, при равен­
ствѣ прочихъ условій, стоитъ выше меньшаго; то же и внутри
класса крупныхъ хозяевъ, до извѣстныхъ границъ, съ кото­
рыми мы еще познакомимся. Но на границѣ крестьянскаго и
крупнаго хозяйства происходитъ, говоря гегелевскимъ язы­
комъ, превращеніе количества въ качество, которое можетъ
привести къ тому, что на этой границѣ крестьянское хозяй­
ство, если не технически, то экономически окажется выше
нѣсколько болѣе крупнаго хозяйства, ведущагося научно
образованнымъ хозяиномъ. Издержки на научное веденіе хо­
зяйства обременяютъ небольшое помѣщичье имѣніе свыше
его доходности. Конечно, еще чаще это происходитъ тамъ,
гдѣ учились управлять имѣніемъ не научно, а просто по
юнкерски. Чѣмъ меньше доходность, тѣмъ выше въ этомъ
случаѣ претензіи.
Напротивъ, крупный крестьянинъ имѣетъ преимущество
надъ мелкимъ крестьяниномъ, крупное помѣщичье имѣніе
надъ мелкимъ помѣщичьимъ имѣніемъ,—само собою разумѣет­
ся, при равенствѣ прочихъ условій.
Къ техническимъ премуществамъ крупнаго хозяйства надъ
мелкимъ относятся далѣе преимущества, происходящія отъ
операцій, которыя только тогда имѣютъ успѣхъ, когда произ-


139 --

водятся на’большой площади; сюда относятся въ особенно­
сти орошеніе и дренажъ. Дренировать небольшую пло­
щадь часто совершенно невозможно, а въ большинствѣ слу­
чаевъ имѣетъ и мало смысла. Обыкновенно дренируютъ лишь
большія площади. По Меппену, въ 1855 году въ Пруссіи
было дренировано въ крупныхъ имѣніяхъ 178.012 моргеновъ,
въ мелкихъ всего 20.877. Полевыя желѣзныя дороги
также годятся лишь для большой площади.
Ко всѣмъ этимъ преимуществамъ крупнаго хозяйства въ
области производства присоединяются еще многоразличныя
преимущества въ области кредита и торговли.
Ни въ одной области превосходство крупнаго хозяйства
надъ мелкимъ не выражается такъ ясно, какъ въ торговлѣ.
Счетъ крупныхъ цифръ займетъ пе больше времени, чѣмъ
счетъ мелкихъ; десять покупокъ, каждая въ 100 ф. ст.,
отнимутъ вдесятеро больше времени, чѣмъ одна покупка въ
1000 ф. ст... Въ торговлѣ гораздо чаще, чѣмъ въ про­
мышленности, одна и та же функція требуетъ одинаковаго
рабочаго времени, совершается-ли она въ большомъ или ма­
ломъ размѣрѣ» («Капиталъ», III, стр. 279).
Издержки перевозки, въ особенности по желѣзной дорогѣ,
также уменьшаются для большихъ массъ товаровъ. Кто по­
купаетъ оптомъ, покупаетъ дешевле и лучшаго качества то­
варъ, чѣмъ въ розницу; кто продаетъ оптомъ, можетъ съ
одинаковой и даже большей прибылью продавать дешевле,
подрывая конкурентовъ. Но крупный торговецъ не только
несетъ меньше накладныхъ расходовъ, чѣмъ мелкій, сравни­
тельно съ величиной своего оборота, но и имѣетъ гораздо
больше власти надъ рынкомъ. Это относится прежде всего
къ купцу въ собственномъ смыслѣ слова, но также и къ про­
мышленнику, и къ сельскому хозяину, по. скольку они вы­
полняютъ функціи купца въ качествѣ покупателей и продав­
цевъ товара. Слабая власть надъ рынкомъ и слабое знаніе
его имѣетъ гораздо большее значеніе для мелкаго ремеслен­
ника, который не можетъ считаться торговцемъ и только
между прочимъ функціонируетъ въ качествѣ послѣдняго, чѣмъ
для мелкаго купца, но всего сильнѣе это незнаніе даетъ


— 140 —
себя знать крестьянину въ его деревенской обособленности.
Среди всѣхъ продавцевъ и покупателей на товарномъ рынкѣ
крестьянинъ находится въ самомъ худшемъ положеніи: его
коммерческія знанія—самыя ничтожныя; онъ меньше всѣхъ
можетъ во время воспользоваться благопріятными обстоятель­
ствами или предвидѣть ихъ и избѣгнуть неблагопріятныхъ.
При томъ его хозяйство гораздо многостороннѣе, чѣмъ хозяй­
ство городского ремесленника, обнимаетъ болѣе отраслей и
нуждается въ болѣе разнообразныхъ покупкахъ и продажахъ.
Башмачнику, кромѣ инструмента, нужно купить только кожи,
гвоздей и витокъ; онъ продаетъ только башмаки. Крестья­
нинъ, кромѣ орудій, покупаетъ скотъ, сѣмена, фуражъ,
искусственное удобреніе, продаетъ скотъ, хлѣбъ, молоко,
масло и пр. Никто не находится въ большей зависимости отъ
посредниковъ; эта зависимость всего больше и губительнѣе
тамъ, гдѣ посредникъ является вмѣстѣ съ тѣмъ и ростовш,и комъ, гдѣ неотложная нужда въ деньгахъ для уплаты
податей или долговъ заставляетъ крестьянина сбывать свои
товары по какой-бы то ни было цѣнѣ или продавать ихъ
прежде, чѣмъ они могутъ быть вынесены на рынокъ.
Здѣсь мы наталкиваемся на другой пунктъ, въ которомъ
крупное хозяйство превосходитъ мелкое: кредитъ.
Въ предыдущей главѣ мы видѣли, что современное сель­
ское хозяйство не можетъ вестись безъ капитала. Мы видѣли
также, что тамъ, гдѣ не преобладаетъ арендная система, ипо­
тека есть важнѣйшій путь добыванія денегъ для сельскаго хо­
зяина. Кромѣ этого онъ можетъ воспользоваться своимъ личнымъ
кредитомъ или же продать часть имѣнія, чтобы получить
деньги для веденія хозяйства на оставшейся части. Однако
послѣднее средство не всегда доступно и весьма часто не
можетъ быть рекомендовано, потому что съ уменьшеніемъ
имѣнія владѣлецъ теряетъ выгоды хозяйства на большую
ногу. Кромѣ того онъ теряетъ надежду на повышеніе цѣны
проданнаго куска вслѣдствіе повышенія ренты и паденія
процента на капиталъ. Такимъ образомъ личный кредитъ и
ипотека остаются для него главнымъ средствомъ добывать
деньги.


•— 141 —Къ ипотечному кредиту особенно часто прибѣгаютъ тамъ,
гдѣ нуженъ постоянный капиталъ (меліораціи, постройки—здѣсь
мы не говоримъ о движеніи собственности, какъ одной изъ при­
чинъ ипотечной задолженности); къ личному кредиту прибѣ­
гаютъ тамъ, гдѣ нуженъ оборотный капиталъ—удобреніе, сѣ­
мена, заработная плата и т. п.
Раньше задолженность имѣла причиной случайное бѣд­
ственное положеніе землевладѣльца; она была ненормальнымъ
состояніемъ. При капиталистическомъ способѣ производства
она становится необходимостью, вызываемой самимъ процес­
сомъ производства (всюду, гдѣ землевладѣлецъ и сельскій
хозяинъ юридически одно и то же лицо). Тутъ задолжен­
ность землевладѣнія—явленіе неизбѣжное. Поэтому она ста­
новится однимъ изъ существенныхъ факторовъ земледѣль­
ческаго производства.
Это относится какъ къ крупному, такъ и мелкому хозяй­
ству. Но въ полученіи кредита первое имѣетъ много преиму­
ществъ. Совершеніе ипотеки въ 200,000 марокъ требуетъ
немного больше труда и накладныхъ расходовъ, чѣмъ въ
2000 марокъ. Для выдачи 200,000 марокъ въ ста мѣстахъ
потребуется въ сто разъ больше труда, чѣмъ въ одномъ
мѣстѣ.
Яркій примѣръ тому даетъ Лафаргъ въ своей интересной
статьѣ: «Мелкое землевладѣніе во Франціи* («Neue Zeit*,
1, 348): «При ипотечномъ займѣ издержки тѣмъ относительно
значительнѣе, чѣмъ меньше ссуда и чѣмъ короче срокъ, на
который она берется. Вотъ, напримѣръ, каковы пошлины и
обыкновенные расходы при займѣ въ 300 франковъ.
5 фр.
Нотаріальныя пошлины.....................................................
Изготовленіе контракта въ двухъ экземплярахъ . . . 3 »
Запись ......................................................................................
3 я
Гербовый сборъ......................................................................
1 „
Пошлина 1 фр. ІО сайт, съ каждыхъ 100 фр. . . . 8 „
Запись въ ипотечномъ бюро..................................
3 n
Минимальные проценты (по 5%)................... . . . . 16 „
Издержки при возвратѣ долга........................................ 14 „

Итого .

— сайт.
„
я

95
30

„
„

—

„

25

„
„

48 фр. 50 сайт.


— 142 —

«Такимъ образомъ должникъ вмѣсто номинальныхъ 300 фр.
въ дѣйствителіпости получаетъ только 251 фр. 50 сайт.*.
Въ Германіи дѣло обстоитъ такъ же. Въ годовомъ отчетѣ
Прусскаго Центральнаго Акціонернаго Общества поземельнаго
кредита за 1894- г., появившемся въ апрѣлѣ 1895 г., мы
читаемъ: «Въ послѣдніе годы мы обратили особенное внима­
ніе на то, чтобы облегчить полученіе ссудъ среднимъ и мел­
кимъ землевладѣльцамъ. Если послѣдніе до сихъ поръ обре­
менены ипотеками по высокимъ процентамъ у частныхъ лицъ,
учрежденій и сберегательныхъ кассъ, то это потому, что
учрежденія поземельнаго кредита не могли обойтись безъ
оцѣнокъ даже при выдачѣ ссудъ подъ малыя имѣнія и что
оцѣночныя издержки при малыхъ ссудахъ не стоятъ ни въ
какомъ соотношеніи къ веіичинѣ ссуды. Чтобы помочь горю,
мы два года назадъ ввели особую таксу. По этой таксѣ полу­
чающій ссуду, каковы бы пи были дѣйствительно понесенныя
нами издержки по оцѣнкѣ, платитъ 2% запятой суммы, но
не менѣе 30 марокъ и не болѣе 300. Такимъ образомъ при
ссудахъ отъ 1500 марокъ—самой метшей, по уставу, ссужае­
мой суммы—до 15,000 за оцѣнку и комиссію взимается не­
большая сумма въ 30 марокъ-». Итакъ, эта «соціальная ре­
форма» состоитъ въ томъ, что, занимая 1,500 марокъ, прихо­
дится нести столько же расходовъ, какъ и занимая 15,000
марокъ! Меньше 1,500 марокъ ссуды вообще не выдаются.
Для самыхъ мелкихъ собственниковъ вообще нѣтъ ипотечнаго
кредита. Они такъ счастливы, что остаются' безъ долговъ.
По изслѣдованію, произведенному Мейценомъ въ 1884 г.,
въ Пруссіи крупное землевладѣніе обременено ипотеками бо­
лѣе мелкаго. Основной долгъ, взятый въ процентномъ отно­
шеніи къ цѣнности владѣній, опредѣленной для цѣлей по­
земельнаго обложенія, для имѣній съ подлежащимъ налогу
чистымъ доходомъ.
въ 500
талеровъ, и больше составляетъ 53,8%
въ 100—500
„
„
27,9%
въ 30-100
„
„
„
24,1%.

Это указываетъ вовсе не на болѣе стѣсненное положеніе
крупнаго землевладѣнія, но на большую трудность получить


— 143 —

ипотечный кредитъ для крестьянъ. Личный кредитъ играетъ
для нихъ тѣмъ большую роль.
Но съ личнымъ кредитомъ дѣло обстоитъ еще хуже,
чѣмъ съ ипотечнымъ. Крупный сельскій хозяинъ продаетъ
свои продукты непосредственно на крупномъ рынкѣ, всегда
поддерживаетъ съ нимъ связь и потому, если только онъ хо­
рошій хозяинъ, находитъ кредитъ въ экономическихъ цен­
трахъ, гдѣ имѣются большія массы ссужаемаго капитала, ищу­
щаго помѣщенія, такъ же легко, какъ купецъ или промы­
шленникъ.
Крестьянину при его изолированности, при небольшомъ
количествѣ продуктовъ, имѣющихся у него для продажи,
крупный рынокъ недоступенъ. Онъ ведетъ свои дѣла съ по­
средникомъ, живущимъ въ ближайшемъ городкѣ или навѣ­
щающимъ его. Крупному городскому ссудному капиталу его
сдѣлки совершенно неизвѣстны; онъ не имѣетъ въ городѣ
банкира, которому отдавалъ бы свои доходы на храненіе и у
котораго получалъ бы кредитъ. Разъ ему нужны деньги, опъ
долженъ обращаться къ ближайшему сельскому капиталисту;
выбирать не изъ кого, такъ какъ въ деревнѣ капиталисты
рѣдки; часто это самъ посредникъ, помѣщикъ или крупный
крестьянинъ, которые не брезгаютъ и мелкими сдѣлками, по
зато стремятся извлечь и дѣйствительно извлекаютъ тѣмъ
большіе барыши; такъ какъ въ деревнѣ спросъ па капиталъ
далеко превышаетъ предложеніе, то крестьянинъ часто испы­
тываетъ самую острую нужду, и экономическое значеніе ка­
питалиста громадно. Въ то время, какъ для крупнаго земле­
владѣльца, по крайней мѣрѣ, если онъ разумный и дѣльный
хозяинъ, съ ходомъ капиталистическаго развитія ростовщиче­
ство принимаетъ форму современнаго продуктивнаго кредита,
считающагося съ существующей нормой прибыли, къ услу­
гамъ крестьянина остается только средневѣковый ростовщикъкровопійца, выжимающій все, что только можетъ выжать, бе­
рущій проценты, не стоящіе ни въ какомъ отношеніи къ
нормѣ прибыли, и вмѣсто поощренія производства совершен­
но обезсиливающій должника. Капиталистическое развитіе
приноситъ съ собою и крестьянину, какъ и крупному землевла-


— 144 —
дѣльцу, цѣпи задолженности, но, въ отличіе отъ послѣдняго,
не избавляетъ перваго съ его мелкимъ хозяйствомъ, отъ сред­
невѣковаго ростовщичества, несовмѣстимаго съ нуждами ка­
питалистическаго производства.
Взвѣсивъ всѣ эти преимущества крупнаго хозяйства въ
земледѣліи: меньшія потери на культивируемой площади, сбе­
реженія на живомъ и мертвомъ инвентарѣ, болѣе полное ис­
пользованіе инвентаря, возможность примѣнять машины, ко­
торыхъ лишено мелкое хозяйство, раздѣленіе труда, научное
руководство, коммерческое превосходство, болѣе легкое полу­
ченіе денегъ,—взвѣсивъ все это, трудно понять рѣшительное
утвержденіе' проф. Зеринга: «не подлежитъ ни малѣйшему
сомнѣнію, что любая отрасль земледѣлія можетъ ве­
стись въ среднемъ и мелкомъ хозяйствѣ такъ же раціонально,
какъ и въ крупномъ, что, въ противоположность эволюціи про­
мышленности, повышающаяся интенсивность земледѣлія даетъ
мелкому хозяйству даже весьма существенный перевѣсъ
надъ крупнымъ» («Die innere. Kolonisation im östlichen Deutsch­
land» 91).
Въ виду этого «существеннаго перевѣса» слѣдовало бы
ожидать, что проф. Зерингъ потребуетъ дробленія крупныхъ
имѣній. Но онъ очень далекъ отъ этого. Непосредственно
послѣ вышеприведеннаго утвержденія онъ заявляетъ: «изъ
того факта, что крупные землевладѣльцы являются вождями
земледѣльческаго прогресса, слѣдуетъ, что нашему развитію
былъ бы нанесенъ немалый вредъ, если бы крупное хозяй­
ство совсѣмъ исчезло на востокѣ. Нигдѣ абсолютное нивеллированіе не приноситъ пользы; дифференціація есть предпо­
сылка всякаго развитія; не только государственныя, но и
хозяйственныя заслуги нашей восточной земельной ари­
стократіи дѣлаютъ сохраненіе ея необходимымъ въ національ­
ныхъ интересахъ».
Итакъ: по отношенію къ національному хозяйству мелкое
хозяйство во всѣхъ областяхъ имѣетъ существенный пе­
ревѣсъ надъ крупнымъ, притомъ тѣмъ большій, чѣмъ интен­
сивнѣе хозяйство; не смотря на то, хозяйственныя заслу­
ги остъ-эльбскаго крупнаго землевладѣнія дѣлаютъ сохраненіе
его національной потребностью.


— 145 —
Мы позже увидимъ, какъ объясняется это одновременное
поклоненіе мелкому и крупному хозяйству; теперь же отмѣ­
тимъ только, что даже такой восторженный почитатель мел­
кой культуры, какъ Зерингъ, не рѣшается проводить свою
точку грѣнія до конца и требовать уничтоженія крупнаго хо­
зяйства изъ боязни ослабить тѣмъ прогрессъ земледѣлія.
У безпристрастныхъ судей мало найдется этого востор­
женнаго почитанія мелкаго хозяйства. Кремеръ, вовсе не
врагъ крестьянства, мѣтко, сжато указываетъ преимущества
крупнаго хозяйства (въ Гольцевскомъ «Handbuch», I, 196): «Из­
вѣстно и понятно, что на долю мелкаго хозяйства приходятся
несоразмѣрно большіе расходы на постройки, рабочій скотъ и
мертвый инвентарь, а также, что многія текущія нужды, на­
примѣръ, отопленіе и освѣщеніе, обходятся дороже, чѣмъ въ
крупномъ хозяйствѣ. По самой природѣ своей нѣкоторыя хо­
зяйственныя работы могутъ съ выгодой выполниться только
на широкую ногу. Сюда относятся разведеніе скота, техни­
ческая переработка сельско-хозяйственныхъ продуктовъ, при­
мѣненіе машинъ, выполненіе меліорацій и т. д. Въ такихъ
областяхъ крупное хозяйство всегда имѣетъ пре­
имущество. Подобными же выгодами оно пользуется при
сбытѣ продуктовъ и при обращеніи къ кредиту. Но главное
преимущество его состоитъ въ томъ, что въ основу пред­
пріятія можетъ быть положенъ опредѣленный планъ, облег­
чающій ! адзоръ за работами и выполненіемъ ихъ, и что,
пользуясь важнымъ и благотворнымъ принципомъ концентра­
ціи и раздѣленія труда, можно, упражненіемъ въ спеціаль­
ныхъ работахъ, развить рабочія силы до высшей производи­
тельности. Несомнѣнно, что при современномъ развитіи
сельскаго хозяйства наука и техника дали сильную
поддержку именно крупному хозяйству и позволили
ему при помощи спеціальнаго образованія хозяй­
ственнаго персонала обезпечить за собою преиму­
щество во всѣхъ отношеніяхъ».
Это звучитъ нѣсколько иначе, чѣмъ утвержденіе г. про­
фессора Зеринга.
10


— 146 —

б) Чрезмѣрный трудъ и недостаточное потребленіе въ
мелкомъ хозяйствѣ.
Что можетъ противопоставить этимъ преимуществамъ круп­
наго хозяйства мелкое? Большее трудолюбіе и стараніе тру­
женика, который, въ противоположность батраку, работаетъ
на самого себя, и неприхотливость мелкаго сельскаго хозяина,
превосходящую даже неприхотливость сельскаго рабочаго.
Джонъ Стюартъ Милль, одинъ изъ самыхъ горячихъ за­
щитниковъ мелкой культуры, приводитъ, какъ ея самую вы­
дающуюся характерную черту, неутомимое трудолюбіе ея
тружениковъ. Въ своихъ «Основаніяхъ политической экономіи-г­
онъ, между прочимъ, цитируетъ слова одного англійскаго ав­
тора о пфальцскихъ крестьянахъ: «Они прилежно работаютъ
съ самой ранней до самой поздней поры, въ сознаніи, что
работаютъ на себя. Они мучаются изо дня въ день, изъ года
въ годъ, они терпѣливѣе, неутомимѣе, стойче всѣхъ вьюч­
ныхъ животныхъ. Англійскій простолюдинъ удивился-бы, ви­
дя, какъ трудятся нѣмцы, чтобы добыть дровъ». Далѣе онъ
говоритъ о «почти сверхчеловѣческомъ трудолюбіи» мелкихъ
крестьянъ, оставляющемъ сильное впечатлѣніе во всѣхъ изъ
наблюдавшихъ его. Возвышенно-ли впечатлѣніе отъ людей,
какъ отъ «терпѣливѣйшихъ и неутомимѣйшихъ изъ всѣхъ
вьючныхъ животныхъ»,—въ этомъ, конечно, можно усомниться.
Но мелкій крестьянинъ замучиваетъ трудомъ не только
себя самого, но и свою семью. Въ земледѣліи домохозяйство
и хозяйство тѣсно связаны другъ съ другомъ, и самыя без­
защитныя изъ всѣхъ рабочихъ силъ, дѣти, всегда подъ рукою!
Какъ въ домашней промышленности, такъ и въ мелко-кре­
стьянскомъ хозяйствѣ семейный трудъ дѣтей дѣйствуетъ гу­
бительнѣе, чѣмъ работа по найму у чужихъ. «Женщины и
дѣти работаютъ по найму у чужихъ весьма рѣдко и нисколь­
ко не въ ущербъ себѣ, пишетъ одинъ корреспондентъ изъ
Вестфаліи; и работа у чужихъ имѣетъ даже рѣшительно бла­
готворное вліяніе». Родители же часто изнуряютъ дѣтей до
того, что корреспондентъ могъ констатировать неблагопріят­
ныя послѣдствія при воинскомъ наборѣ. Другой успокоитель-


— 147 —

во пишетъ: «Заваленность дѣтей работой, въ размѣрахъ, вы­
зывающихъ опасенія, бываетъ большею частію у самихъ
родителей, или когда они отданы въ услуженіе за пищу и
платье» («Verhält, der Landarbeiter in Nordwestdeutschland».
Erheb, des Ver, f. Soc.-pol. I, 83, 122),
Дѣйствительно, весьма успокоительно!
Надо быть заклятымъ почитателемъ мелкаго землевладѣнія,
чтобы видѣть преимущество въ этомъ обязательствѣ, налагае­
момъ имъ на своихъ слугъ, стать рабочимъ скотомъ, вся жизнь
котораго, за исключеніемъ времени сна и принятія пищи,
проходитъ въ трудѣ.
Однако манія работы не есть качество, отъ вѣка прису­
щее крестьянину. Противъ такого мнѣнія говорятъ уже мно­
гочисленные праздники среднихъ вѣковъ, въ нѣкоторыхъ ка­
толическихъ странахъ удержавшіеся до сихъ поръ. Ромеръ
приводитъ въ примѣръ одну область въ Нижней Баваріи, гдѣ
въ году считалось 204 праздника (между прочимъ, 40 пре­
стольныхъ и послѣпрестольныхъ, 12 стрѣлковыхъ) и гдѣ ка­
нунъ праздника начинался уже съ 4ч. пополудни! Въ сравне­
ніи съ этимъ какъ скромно требованіе восьмичасового ра­
бочаго дня при 300 дняхъ труда въ годъ!
Только по мѣрѣ того, какъ изъ труда для собственнаго
потребленія развивается трудъ на рынокъ, развивается чрез­
мѣрное напряженіе рабочей силы. Къ этому приводитъ дав­
леніе конкуренціи. Но борьба при помощи удлиненія рабо­
чаго времени всегда идетъ рука объ руку съ технической от­
сталостью хозяйства. Послѣдняя порождаетъ первую и обратно.
Хозяйство, которое не можетъ противопоставить конкуренціи
техническихъ усовершенствованій, вынуждается отвѣчать на
нее болѣе сильнымъ напряженіемъ рабочихъ силъ. Съ другой
стороны, хозяйство, въ которомъ работники напрягаются до
крайней степени, гораздо меньше вынуждается къ введенію
техническихъ усовершенствованіи, чѣмъ то, въ которомъ на­
пряженію рабочихъ поставленъ предѣлъ. Возможность удли­
нять рабочее время есть сильное препятствіе техническому
прогрессу.
Въ томъ же направленіи дѣйствуетъ и большая возмож10*


— 148 —
ность пользоваться трудомъ дѣтей. Выше мы видѣли, что ра­
ціональное земледѣліе немыслимо безъ научной подготовки.
Среднія и дополнительныя сельско-хозяйственныя училища,
конечно, не въ состояніи замѣнить основательнаго высшаго
естественно-научнаго образованія, но все же позволяютъ учив­
шимся въ нихъ крестьянамъ вести хозяйство, если не самымъ
раціональнымъ образомъ, то раціональнѣе неучившихся. Но
съ потребностью въ большемъ знаніи побѣдоносно сталкивается
потребность въ возможно раннемъ и полномъ пользованіи си­
лами членовъ семьи въ хозяйствѣ. Есть области, именно, въ
Баваріи и Австріи, гдѣ крестьянамъ обязательное посѣщеніе
школы до 14-лѣтняго возраста кажется чрезмѣрнымъ, гдѣ
они держатся за пониженіе этой нормы до 12 или, въ край­
немъ случаѣ, 13 лѣтъ, и энергичнѣйшимъ образомъ доби­
ваются такого пониженія.
По мѣрѣ того, какъ земледѣліе становится наукой, какъ
усиливается конкуренція между раціональнымъ и мелко-кре­
стьянскимъ рутиннымъ хозяйствомъ, растетъ и нужда послѣд­
няго въ усиленной эксплуатаціи дѣтскаго труда, въ суженіи
даваемаго дѣтямъ образованія.
Такимъ образомъ большую напряженность труда мелкаго
самостоятельнаго сельскаго хозяина, помимо этическихъ и
иныхъ соображеній, и съ чисто экономической точки зрѣнія
никакъ нельзя назвать преимуществомъ мелкаго хозяйства.
Не лучше, чѣмъ съ большимъ трудолюбіемъ, обстоитъ
дѣло и съ большей неприхотливостью мелкаго крестьянина.
Мы уже видѣли, что крупное хозяйство въ сравненіи съ
мелко-крестьянскимъ имѣетъ ту невыгоду, что, кромѣ черно­
рабочихъ, должно содержать интеллигентныхъ работниковъ,
предъявляющихъ гораздо болѣе высокія требованія. Но и
чернорабочимъ оно должно обезпечивать болѣе высокую жи­
тейскую норду, чѣмъ та, до которой низводитъ себя мелкій
крестьянинъ. Собственность, заставляющая крестьянина изну­
рять себя болѣе бездомнаго батрака, заставляетъ его также
низводить свои требованія къ жизни до возможно минималь­
наго уровня.
И это явленіе есть такъ же мало, какъ и первое, при-.


— 149 -

надлежность крестьянскаго хозяйства при всѣхъ обстоятель­
ствахъ. Средніе вѣка, знавшіе такъ много праздниковъ, ви­
дѣли и веселую жизнь крестьянъ, не отказывавшихъ себѣ въ
пищѣ и питіяхъ, какъ теперь. И гдѣ удержались средневѣ­
ковыя отношенія или, по крайней мѣрѣ, традиціи, тамъ кре­
стьянинъ и теперь не скряга.
Но онъ становится скрягой, гдѣ конкуренція подчиняетъ
себѣ его хозяйство. Всего яснѣе это видно на французскомъ
крестьянинѣ, который дольше другихъ подвергался въ ка­
чествѣ собственника дѣйствію свободной конкуренціи.
Одинъ англійскій наблюдатель начала 80-хъ годовъ за­
являетъ, что не можетъ представить себѣ болѣе жалкаго су­
ществованія, чѣмъ существованіе французскаго крестьянина.
Его домъ заслуживаетъ имени свиного хлѣва. Вотъ какъ опи­
сываетъ онъ одинъ изъ такихъ домовъ: «Оконъ не было вовсе,
а только двѣ форточки надъ дверью, которыя не открыва­
лись; не было ни свѣта, ни воздуха, когда дверь была закрыта.
Не видно ни стола, пи скамьи; на полу лежали грязныя
платья, лукъ, хлѣбъ, мѣшки и куча сору... Почти всегда
мужчины, женщины, дѣти и скотъ спятъ вмѣстѣ. И это от­
сутствіе комфорта не всегда вызывается бѣдностью; эти люди
просто утратили всякое чувство пристойности и думаютъ
только о сбереженіи топлива». Ихъ скупость, говоритъ ав­
торъ въ другомъ мѣстѣ, вырождается въ пошлость; они, по­
видимому, утратили всякую способность къ наслажденіямъ и,
лишь-бы сберечь грошъ, готовы отказаться отъ всѣхъ удо­
вольствій; «не видно ни книгъ, ни газетъ, ни картинъ, ни
гравюръ, ни куска фарфора, ни украшеній, ни хорошей ме­
бели, ни стѣнныхъ часовъ, гордости англійскаго фермера. Не­
возможно представить себѣ жизнь, столь полно лишенную вся­
каго движенія впередъ, всякихъ радостей. Изъ-за гроша,
который надо затратить на необходимѣйшія вещи, возникаютъ
ссоры. Въ результатѣ скряжническое, жалкое, гнусное су­
ществованіе, не знающее иного идеала, кромѣ какъ спрятать
побольше грошей въ старый чулокъ».
Но не лучше дѣло обстоитъ и въ мелкихъ сельскихъ хо­
зяйствахъ Англіи. Какъ работаютъ и живутъ ихъ собствен-


150 —
ники и арендаторы, показываетъ намъ послѣдній отчетъ пар­
ламентской комиссіи (1897 г.). По его словамъ, «во всей
области (Кумберландъ) сыновья и дочери фермеровъ рабо­
таютъ даромъ. Неизвѣстно ни одного случая, когда бы отецъ
платилъ сыну или дочери. Сыновьямъ они даютъ 1—2 шил­
линга на табакъ». Одинъ мелкій фригольдеръ изъ Линкольна
говоритъ: «Я выростилъ семью и потерялъ ее. Мои дѣти
сказали: отецъ, мы не хотимъ оставаться здѣсь и замучиться
до смерти; они ушли на фабрики и оставили меня съ женой
на произволъ судьбы». Другой: «Я и мои дѣти работаемъ
иногда по 18 часовъ въ день, въ среднемъ, 10—12 часовъ.
Я живу здѣсь двадцать лѣтъ. Я съ трудомъ держусь. Въ
прошломъ году у насъ пропали деньги. Мы ѣдимъ очень
мало свѣжаго мяса». Третій: «Мы работаемъ больше батра­
ковъ, какъ рабы. Единственное наше преимущество въ томъ,
что мы свободны. Мы живемъ очень экономно» и т. д.
Мистеръ Ридъ заявилъ предъ комиссіей о положеніи мел­
кихъ фермеровъ въ земледѣльческихъ областяхъ: «Единствен­
ный выходъ для нихъ—работать за двоихъ батраковъ и тра­
тить не больше одного. Ихъ дѣти болѣе истощены и хуже
воспитываются, чѣмъ дѣти батраковъ («Royal Commission on
Agriculture final report», 34, 357). Только изъ областей, гдѣ
преобладаетъ плодоводство или огородничество или имѣются
побочные заработки, сообщенія не такъ мрачны.
То же наблюдается и во многихъ областяхъ Германіи.
Одинъ наблюдатель сообщаетъ изъ Гессена («Neue Zeit», XIII.
I, 471): «Мелкій крестьянинъ влачитъ самое жалкое, какое
только можно себѣ представить, существованіе. Сельскимъ
батракамъ живется гораздо лучше; по ихъ словамъ, они
«не скрываютъ аппетита», живя на хозяйскихъ хлѣбахъ.
Ихъ доходъ меньше зависитъ отъ капризовъ погоды, исклю­
чая развѣ, что въ плохіе годы пища хуже». Какъ причину
лучшаго питанія батраковъ приводятъ то, что давать хоро­
шую пищу—«единственное средство достать хорошихъ рабо­
чихъ». Главнымъ пищевымъ средствомъ служитъ картофель.
«Жилища мелкихъ крестьянъ крайне жалки; некрасивые дома
строятся обыкновенно изъ дерева и глины и въ послѣдніе


— 151 —

годы сильно обветшали; обстановка весьма скудная—столъ,
скамья, нѣсколько стульевъ, постель съ пологомъ, шкафъ—
вотъ и все богатство».
Примѣръ того, какъ крестьянское недоѣданіе обращается
въ экономическое превосходство мелкаго хозяйства, показы­
ваетъ намъ А. Бухенбергъ на Великомъ Герцогствѣ Баден­
скомъ. Онъ сравнилъ въ общинѣ Бишоффингенъ крестьянское
имѣніе въ 11 гектаровъ съ такимъ же въ 5,5 гектаровъ.
Первое, вслѣдствіе чрезвычайныхъ обстоятельствъ, было по­
ставлено въ необходимость пользоваться исключительно наем­
ными рабочими—крайне неудобная вещь, такъ какъ оно было
слишкомъ мало, чтобы невыгоды наемнаго труда уравновѣсить
выгодами большого хозяйства. Въ меньшемъ работали только
собственникъ и его семья (жена и шестеро взрослыхъ дѣтей).
Большее хозяйство дало дефицитъ въ 933 марки, меньшее
избытокъ въ 191 марку. Главную причину разницы слѣдуетъ
видѣть въ томъ, что въ хозяйствѣ съ наемными рабочими
пища обходилась дороже—около марки въ день на чело­
вѣка,—тогда какъ въ хозяйствѣ, въ которомъ члены семьи
имѣли счастіе работать на себя, всего въ 48 пфениговъ, т. е.
стоила вдвое меньше. («Bauerl. Zustände in Deutschland». Verein
für Sozialpolitik. III, 276). Питайся крестьянская семья мень­
шаго хозяйства такъ же, какъ батраки большаго, вмѣсто
избытка въ 191 марку она имѣла бы дефицитъ въ 1250 ма­
рокъ! Избытокъ происходилъ не отъ полныхъ амбаровъ, но
отъ пустыхъ желудковъ.
Эта картина дополняется сообщеніемъ изъ веймарскаго
округа: «Если, не смотря на всѣ эти условія, описи за долги
бываютъ не чаще, чѣмъ теперь, то только потому, что нашъ
мелкій землевладѣлецъ ради своей самостоятельности умѣетъ
терпѣть невѣроятныя лишенія. Существуютъ цѣлые классы,
которымъ свѣжее мясо, получаемое въ имѣніи батракомъ, по
крайней мѣрѣ, дважды въ недѣлю, подается на столъ только
въ большіе праздники, а свѣжее масло также принадлежитъ
къ лакомствамъ. Пока люди еще не прикованы къ своему
клочку, еще нанимаются на поденную работу, они на­
ходятся въ сравнительно хорошемъ положеніи; когда же от-


— 152 —

даются собственному хозяйству, для нихъ начинается жизнь,
полная лишеній» (тамъ же, I, 92). Здѣсь мы опять видимъ,
что батраку крупнаго хозяйства живется лучше, чѣмъ само­
стоятельному мелкому собственнику.
Приведемъ еще нѣсколько выдержекъ изъ статьи Губерта
Аугагена: «.О мелкомъ и крупномъ хозяйствѣ въ земледѣліи»
(Thiels Landwirthschaftliche Jahrbücher, 1896). Аугагенъ срав­
нилъ два хозяйства, въ 4,6 гект. и въ 26,5 гект., по ихъ
доходности, а не по производительности рабочей силы. Для
меньшаго хозяйства онъ получилъ большую доходность.
Но отчего это? Мелкому хозяйству помогаютъ дѣти, боль­
шому они стоятъ денегъ. 4Дѣти, какъ только подростутъ,
оказываютъ мелкому крестьянину существенную помощь.
Помогать они начинаютъ часто, какъ только въ состояніи
бѣгать.» Въ изслѣдованномъ случаѣ мелкій крестьянинъ за­
ставляетъ работать всѣхъ своихъ дѣтей, даже самаго малень­
каго ребенка, которому семь лѣтъ. На школу у него выхо­
дитъ 4 марки въ годъ. Крупный крестьянинъ посылаетъ дѣтей
въ школу. Его четырнадцатилѣтній сынъ учится въ гимназіи
и стоитъ отцу 700 марокъ въ годъ—больше, чѣмъ расхо­
дуетъ на себя вся семья мелкаго крестьянина. Вотъ пре­
восходство мелкаго хозяйства!
На ряду съ дѣтьми въ мелкомъ хозяйствѣ работаютъ и
старики. «Часто видѣлъ я стариковъ, которымъ было уже за
семьдесятъ лѣтъ и которые работали, какъ заправскіе ра­
ботники и, конечно, въ высокой степени способствовали про­
цвѣтанію хозяйства». Конечно, больше всего трудятся лица
рабочаго возраста. «Батракъ, особенно въ крупномъ хозяйствѣ,
думаетъ за работой: если бъ еще праздникъ; мелкій крестья­
нинъ, по крайней мѣрѣ, въ страдную пору: если бъ день
былъ часика на два длиннѣе!.. Если время особенно благо­
пріятно работѣ, что бываетъ при большинствѣ работъ, то мел­
кій собственникъ старается воспользоваться имъ вполнѣ,
вставая раньше, ложась позже и работая энергичнѣе,
чѣмъ болѣе крупные собственники, рабочіе которыхъ обыкно­
венно не хотятъ вставать раньше, ложиться позже или ра­
ботать быстрѣе, чѣмъ въ другіе дни».


— 153 —

[>

Но эти мученія увѣнчиваются тѣмъ результатомъ, что
крестьянинъ оказывается въ самомъ жалкомъ положеніи. Аугагенъ съ удивленіемъ разсказываетъ намъ объ одномъ крестья­
нинѣ дейтинъ-кронерскаго округа: «Онъ живетъ въ мазанкѣ,
имѣющей 9 метровъ въ длину и 7‘Л въ ширину. Посреди
дверь, которая ведетъ прямо въ жилую комнату; эта комната
служитъ спальней; въ ней спятъ мужъ, жена и четверо дѣтей.
Изъ этой комнаты ходъ ведетъ въ маленькую кухню, а оттуда
въ комнату служанки, единственнаго чужого лица въ домѣ.
Послѣдняя комната—самая лучшая, потому что слу­
жанка справедливо хочетъ имѣть такую, какую ей дали бы
въ другомъ мѣстѣ. Постройка дома обошлась въ 860 марокъ.
Нанимали только плотника, столяра и печника; остальное
семья сдѣлала сама съ помощью родственниковъ. Жена хо­
зяина замужемъ семнадцать лѣтъ, но износила всего пару
башмаковъ: лѣтомъ и зимою она ходитъ босикомъ или въ
деревянныхъ башмакахъ. Она сама шила платье для себя и
мужа. Пищу составляли картофель, молоко, изрѣдка се­
ледка. Табакъ хозяинъ курилъ только по воскресеньямъ.
Эти люди не сознавали, что живутъ крайне просто (хороша
простота! К. К.) и не выражали недовольства своимъ жре­
біемъ... При своемъ простомъ образѣ жизни они почти еже­
годно имѣли маленькій избытокъ. На вопросъ о цѣнности
хозяйства они отвѣтили мнѣ, что отдали бы его не дешевле
8000 марокъ».
Какой возвышенный хвалебный гимнъ въ честь мелкаго
хозяйства, которое при «самыхъ простыхъ» условіяхъ, т. е.
при самой грязной, унизительной нуждѣ можетъ еще произ­
водить избытки! Наемный работникъ чувствуетъ себя уже и
въ деревнѣ человѣкомъ, а не вьючнымъ животнымъ, имѣетъ
болѣе высокія потребности, чѣмъ мелкій крестьянинъ, является
представителемъ высшей культуры. Итакъ, долой наемныхъ
рабочихъ, т. е. крупное хозяйство, да здравствуетъ столь
безконечно превосходящее его мелкое хозяйство!
Въ нашихъ глазахъ нечеловѣческое питаніе мелкаго кре­
стьянина такъ же мало составляетъ преимущество мелкаго
хозяйства, какъ и его сверхчеловѣческое трудолюбіе. Й то,


_ 154 __
и другое свидѣтельствуетъ скорѣе экономическую отсталость
мелкаго хозяйства; и то, и другое-—препятствіе для экономи­
ческаго прогресса. Благодаря имъ, мелкое землевладѣніе
является средой, создающей «стоящій на половину внѣ об­
щества классъ варваровъ, который соединяетъ въ себѣ всю
грубость первобытныхъ общественныхъ формъ со всѣми му­
ками и всей нуждой цивилизованныхъ странъ* («Капиталъ*,
III, 2, стр. 347 нѣм. изд. Ср. «Die klassenkämpfe in Frankreich
1848 bis 1850», 50,51). Что консервативные политики всѣми
средствами стараются удержать это варварство, какъ послѣд­
ній оплотъ капиталистической цивилизаціи, это, конечно,весьма
понятно.
Съ рачительностью крестьянина дѣло обстоитъ лучше,
чѣмъ съ его трудолюбіемъ и отсутствіемъ потребностей. Рачи­
тельность въ земледѣліи играетъ въ общемъ большую роль,
чѣмъ въ промышленности, и, конечно, ее надо искать скорѣе
у того, кто работаетъ на себя, чѣмъ у наемнаго работника.
Она составляетъ преимущество мелкаго хозяйства, если и не
по отношенію ко всякому крупному хозяйству, то по отноше­
нію къ капиталистическому. Но нельзя придавать этому мо­
менту слишкомъ преувеличеннаго значенія. Другія средства,
которыми мелкое хозяйство борется съ крупнымъ,’—чрезмѣр­
ный трудъ, недостаточное питаніе и идущее рука объ руку
съ ними невѣжество уменьшаютъ эту рачительность. Чѣмъ
дольше работникъ трудится, чѣмъ хуже онъ питается, чѣмъ
меньше времени и денегъ тратитъ на свое образованіе, тѣмъ
ниже рачительность его труда. Да и какую пользу принесло бы
ему самое величайшее усердіе, когда онъ не имѣетъ времени
на уходъ за скотомъ или на очистку хлѣва, когда онъ такъ же
изнуряетъ своихъ упряжныхъ животныхъ—зачастую послѣд­
нихъ замѣняетъ дойная корова,—такъ же плохо кормитъ свой
скотъ, какъ и самого себя!
О мерцигскихъ мелкихъ крестьянахъ (правит, округъ
Триръ) директоръ заарбургской земледѣльческой школы 1. I.
Бартельсъ говоритъ: «Эти мелкіе собственники питаются по­
чти исключительно картофелемъ и ржанымъ хлѣбомъ; потре­
бленіе мяса и сала весьма незначительно. Смѣло можно утвер-


— 155 —

ждать, что питаніе неудовлетворительно, что отъ этого въ
особенности страдаетъ энергія ■ воли. Поколѣніе становится
тупымъ, вялымъ, неспособнымъ къ правильному пониманію при­
чинъ и слѣдствій въ ихъ собственномъ хозяйствѣ. («Bäuerli­
che Zustände» I. 212).
Но самый жалкій видъ мелкое хозяйство пріобрѣтаетъ
тамъ, гдѣ оно не можетъ хоть какъ-нибудь доставить пропи­
таніе своему владѣльцу, гдѣ послѣдній, чтобы просущество­
вать, долженъ хвататься за сторонній заработокъ. Такъ, на­
примѣръ, о мелкихъ крестьянахъ швабскихъ округовъ Штут­
гартъ, Бёблингенъ и Герренбергъ гогенгеймскій профессоръ
Гейцъ пишетъ: «То, что даетъ крупнымъ имѣніямъ высшій
урожай,—глубокая вспашка и старательная обработка почвы,
искусственное повышеніе температуры наружныхъ слоевъ
почвы, болѣе обильное питаніе и лучшій уходъ за скотомъ,—
все это лишь очень медленно и съ большимъ трудомъ прони­
каетъ въ хозяйство крестьянъ, которымъ не хватаетъ смѣ­
лости и денегъ для болѣе широкаго размаха. Точно также
многочисленныя машины, давно вошедшія въ употребленіе,
имъ почти неизвѣстны... Къ этому присоединяется еще одно
обстоятельство, глубоко коренящееся въ существующихъ
условіяхъ. Мы лично, по крайней мѣрѣ, приписали бы нерѣдко
порицаемый недостатокъ трудолюбія и настойчивости не свой­
ствамъ расы, но мелкому землевладѣнію. Общепризнано, что
соединеніе совершенно различныхъ занятій дѣйствуетъ разслаб­
ляющимъ образомъ. Если мелкій торговецъ и разнощикъ те­
ряетъ расположеніе и способность къ упорному земледѣльче­
скому труду, то и крестьянинъ въ большинствѣ случаевъ
является плохимъ ремесленникомъ, какъ ремесленникъ плохимъ
крестьяниномъ». («Bäuerliche Zustände», III, 227).
Какое значеніе имѣетъ это для германскаго земледѣлія,
показываютъ слѣдующія цифры:
По переписи 1895 г. изъ общаго числа сельскихъ хозяевъ
502.000, т. е. 20%, имѣли побочное занятіе, 717.000 земле­
дѣльческихъ хозяйствъ принадлежали земледѣльческимъ,
791.000 промышленнымъ наемнымъ рабочимъ и 704.000 самотоятельнымъ промышленникамъ, большею частью ремеслен-


— 156 —

никамъ. Изъ числа 5.600.000 сельскихъ хозяевъ только
2 милліона, т. е. 37%; самостоятельныхъ хозяевъ, не имѣю­
щихъ побочнаго запятія: въ числѣ 3.236.000 владѣльцевъ
хозяйствъ, меньшихъ 2 гектаровъ, таковыхъ только 417.000.
т. е. 13%, а 147.000 этихъ мелкихъ хозяйствъ принадле­
жали самостоятельнымъ хозяевамъ съ побочнымъ запятіемъ,
690.000 земледѣльческимъ рабочимъ, 743.000 промышленнымъ
и 534.000 ремесленникамъ.
Такимъ образомъ число жалкихъ карликовыхъ хозяйствъ
огромно.
Если положеніе большинства мелкихъ сельскихъ хозяевъ
ничуть не способствуетъ развитію особаго усердія, то и круп­
ное хозяйство, съ другой стороны, въ состояніи и отъ наем­
ныхъ рабочихъ добиться усерднаго труда. Много значатъ
уже лучшая плата, лучшая пища, лучшее обращеніе. «Не­
довольный работникъ, получающій плохое вознагражденіе или
питаніе, естественной или умышленной небрежностью можетъ
причинять и причинитъ хозяйству много вреда, гораздо
больше, чѣмъ хозяева могутъ выиграть на заработной
платѣ, тогда какъ хозяйства, въ которыхъ рабочіе получаютъ
хорошую плату, какъ показываетъ опытъ, процвѣтаютъ и
даютъ доходъ» (Кирхнёръ, въГольцевскомъ «Handbuch», I, 435).
Получающій хорошее питаніе и вознагражденіе, притомъ ин­
теллигентный рабочій—таково необходимое условіе раціональ­
наго крупнаго хозяйства. Нѣтъ сомнѣнія, что теперь въ
большинствѣ случаевъ это условіе отсутствуетъ, да и глупо
было бы ожидать улучшеній отъ «просвѣщеннаго деспотизма»
крупныхъ сельскихъ хозяевъ; какъ въ промышленности, такъ
и въ земледѣліи оно должно быть навязано предпринимателямъ
организованнымъ трудомъ, прямо или косвенно, при посредствѣ
государственнаго вмѣшательства. Предъ рабочимъ движеніемъ
лежитъ задача—создать путемъ нравственнаго и физическаго
подъема сельскаго пролетаріата, путемъ уничтоженія сель­
скаго варварства важное предварительное условіе раціональ­
наго крупнаго сельскаго хозяйства, а вмѣстѣ съ тѣмъ устра­
нить и послѣдній оплотъ мелкаго хозяйства.
Помимо хорошаго вознагражденія и питанія рабочихъ


— 157 —

крупное хозяйство имѣетъ и другія средства добиться отъ
рабочихъ большаго усердія. Тюненъ, напримѣръ, ввелъ систему
участія въ прибыли, по которой всѣ постоянные рабочіе имѣ­
нія получали часть избытка чистой прибыли надъ извѣстнымъ
минимумомъ. Но повсемѣстно распространенный способъ до­
биться отъ рабочихъ большаго усердія и добросовѣстности—
это раздѣленіе труда; какъ уже было замѣчено выше, круп­
ное хозяйство, при большомъ числѣ своихъ рабочихъ имѣетъ
возможность выбирать особенно ловкихъ, добросовѣстныхъ,
интеллигентныхъ для работъ, для которыхъ требуется трудъ
высшаго качества, или же пользоваться ими для надзора за
другими.
Наконецъ, слѣдуетъ замѣтить, что именно въ главныхъ
отрасляхъ сельскаго хозяйства, и прежде всего въ земледѣліи
въ собственномъ смыслѣ, машина работаетъ не только бы­
стрѣе, но и лучше работника съ простыми орудіями, и даетъ
результаты, недостижимые для послѣдняго при величайшемъ
стараніи. Мы видѣли, что машина лучше пашетъ, сѣетъ, ко­
ситъ (кромѣ полегшаго хлѣба), молотитъ, вѣетъ, сортируетъ,
чѣмъ крестьянинъ съ простыми орудіями или снарядами. Мы
также не нашли, вопреки проф. Зерингу, ни одного спеціали­
ста, который держался бы того взгляда, что въ земледѣліи
мелкое хозяйство можетъ вестись такъ же раціонально, какъ
и крупное. Они признаютъ его способнымъ выдерживать кон­
куренцію только въ нѣкоторыхъ, занимающимъ болѣе скром­
ное мѣсто, отрасляхъ производства.
Для одной системы хозяйства, говоритъ проф. Кремеръ,
слѣдуетъ предпочесть крупное, для другой мелкое хозяйство.
Послѣднее имѣетъ мѣсто въ томъ случаѣ, когда «имѣютъ
дѣло со сложными и цѣнными культурами, требующими отъ
отдѣльныхъ рабочихъ особеннаго вниманія.... Именно здѣсь
представляется самый подходящій случай для того, чтобы
планомѣрно использовать свободные часы и болѣе слабыя
силы (дѣтей?! К. К.) хозяйской семьи и тѣмъ сдѣлать ра­
боту дешевле, какъ это доказываетъ успѣшное веденіе въ
мелкомъ хозяйствѣ садоводства, виноградарства и воз-


— 158 —
дѣлыванія нѣкоторыхъ техническихъ растеній» («Handbuch»
Гольца, I, 197).
Какое значеніе имѣютъ эти, пока еще выгодные для мел­
каго хозяйства роды культуръ въ сопоставленіи съ земледѣ­
ліемъ и скотоводствомъ, показываютъ слѣдующія цифры: въ
1889 году въ Германіи подъ техническими растеніями было
161.408 гектаровъ, подъ виноградомъ 120.935. Въ то-же
время подъ кормовыми травами и лугами 8,533.790 гектаровъ,
подъ хлѣбами 13.898.058 и картофелемъ около 3.000.000
гектаровъ.
Впрочемъ, и въ области садоводства и виноградарства съ
успѣхомъ ведется уже довольно много крупныхъ хозяйствъ.
Притомъ воздѣлываніе многихъ техническихъ растеній
пришло въ упадокъ. Площадь табаководства въ германской
таможенной области уменьшились съ 27.248 гектаровъ въ
1881 г. до 15.198 гектаровъ въ 1893. Съ тѣхъ поръ она
опять немного расширилась (въ 1896 г.—22.076 Гекторовъ),
но она еще очень далека отъ той величины, какую имѣла
въ 1881 году. Воздѣлываніе льна и конопли также сокра­
тилось. Подъ льномъ и коноплей въ 1878 г. было 155.100
гектаровъ, въ 1883 123.600, въ 1893—68,900 гект.Не лучше
и съ хмѣлеводствомъ, площадь котораго въ періодъ съ 1878
по 1883 г. увеличилась отъ 40.800 до 45.900 гектаровъ, но
съ тѣхъ поръ опять сократилась до 42.100 гект. (1893 г.)
Переходъ къ культурѣ техническихъ растеній иногда бы­
ваетъ для крестьянъ прямо роковымъ. «Относительно Богеміи,
пишетъ д-ръ Роб. Дрилль, извѣстно, что въ областяхъ хмѣ­
леводства крестьяне занимаются почти исключительно культу­
рой хмѣля, и судьба ихъ зависитъ отъ этого растенія. Это
прямо азартная игра, такъ какъ цѣны на хмѣль подвержены
весьма сильнымъ колебаніямъ. Случалось, что послѣ одного—
двухъ неурожаевъ хмѣля цѣлыя деревни обращались въ ни­
щихъ». («Die Agrarfrage in Oesterreich», 24). По Краффту («Be­
triebslehre», 82) колебанія цѣнъ на хмѣль доходятъ до 1000 и
болѣе 0/0.
Если говорить о земледѣліи вообще, то тѣ культуры, въ
которыхъ мелкое хозяйство превосходитъ крупное, едва за-


— 159 —

служивають вниманія,'^поэтому можно сказать,1' что крупное
хозяйство рѣшительно выше мелкаго.
Именно «практики» признаютъ это. Какъ правило, они
скорѣе предпочтутъ взять большое имѣніе, на которомъ ле­
житъ долгъ, чѣмъ малое, свободное отъ долговъ и той же цѣн­
ности. Значительная доля ипотечной задолженности вызвана
этимъ тяготѣніемъ «практиковъ» къ крупному хозяйству. Кто
хочетъ затратить 50.600 марокъ на покупку имѣнія, скорѣе
купитъ стотысячное имѣніе съ 50.000 долгомъ, чѣмъ пятиде­
сятитысячное.
Признаніе ими превосходства крупнаго хозяйства обнару­
живается еще однимъ способомъ: образованіемъ товари­
ществъ. Товарищеское хозяйство есть крупное хозяйство.

в) Товарищества.
Мы не думаемъ оспаривать значенія товариществъ. Спро­
симъ только, во всѣхъ-ли областяхъ, въ которыхъ крупное
хозяйство стоитъ выше мелкаго, крестьянамъ доступны вы­
годы товарищескаго крупнаго хозяйства, и въ какой степени.
Прежде всего замѣтимъ, что до сихъ поръ дѣятельность
сельско-хозяйственныхъ товариществъ почти исключительно
ограничивалась областью кредита и торговли. О промышлен­
ныхъ предпріятіяхъ отдѣльныхъ товариществъ въ родѣ сыро­
варенъ, сахарныхъ заводовъ и т. п. мы здѣсь не говоримъ.
Ихъ значеніе для земледѣлія мы обсудимъ, когда будемъ раз­
сматривать сельско-хозяйственную индустрію. Здѣсь идетъ
рѣчь о сельскомъ хозяйствѣ въ узкомъ смыслѣ слова. Какъ
на союзы, прямо затрагивающіе производство, мы можемъ
указать только на товарищества для меліорацій. Остальныя
сельско-хозяйственныя товарищества служатъ, какъ сказано,
преимущественно цѣлямъ кредита или посреднической
торговли.
Но въ этихъ областяхъ товарищества приносятъ выгоду
не только мелкому, но и крупному хозяйству.
х Нигдѣ предпосылки товарищеской организаціи не полу­
чили такого слабаго развитія, какъ среди крестьянъ; условія


— 160 —

жизни и труда изолируютъ ихъ, ограничиваютъ ихъ горизонтъ,
лишаютъ досуга, необходимаго для товарищескаго самоупра­
вленія. Всего хуже дѣло обстоитъ въ полицейскихъ государ­
ствахъ, въ которыхъ вѣка бюрократической опеки и угнетенія
совершенно убили привычку къ товарищескому самоуправле­
нію. На ряду съ невѣжествомъ политическое безправіе нано­
ситъ сильный ущербъ крестьянскому благосостоянію. Всего
труднѣе побудить крестьянъ къ устройству товариществъ
тамъ, гдѣ еще не поколеблены традиціи патріархальнаго
строя и гдѣ опора «престола и алтаря» стоитъ еще прочно.
Гораздо доступнѣе устройство товариществъ крупнымъ
землевладѣльцамъ: число ихъ гораздо меньше, они распола­
гаютъ досугомъ, обширными связями, коммерческимъ знаніемъ,
собственнымъ или наемнымъ.
Потому то и здѣсь, какъ и вездѣ, гдѣ идетъ рѣчь о
сельско-хозяйственномъ прогрессѣ, крупное хозяйство оказы­
вается впереди. Товарищества сдѣлались необходимыми для
крестьянъ, но въ большинствѣ случаевъ не какъ средство
сравняться съ крупными землевладѣльцами путемъ соедине­
нія многихъ мелкихъ силъ для совмѣстнаго труда, а какъ
средство перехватить и на свою долю частицу выгодъ, да­
ваемыхъ товариществами своимъ участникамъ, чтобы онѣ не
достались цѣликомъ одному крупному хозяйству.
Въ области ипотечнаго кредита крупное хозяйство пер­
вое воспользовалось выгодами товариществъ. Прусскіе «Land­
schaften» восходятъ къ прошлому столѣтію. Первоначально
они являлись принудительными товариществами дворянъ—зе­
млевладѣльцевъ отдѣльныхъ провинцій для организаціи ипо­
течнаго кредита. Въ 60-хъ и 70-хъ годахъ нынѣшняго сто­
лѣтія одно за другимъ они стали принимать въ свою среду и
не-дворянскія имѣнія. Но подобно учрежденіямъ ипотечнаго
кредита, дававшимъ ссуды ради барышей, и они не выказы­
ваютъ никакого желанія принимать въ число своихъ кліен­
товъ мелкія имѣнія во избѣжаніе слишкомъ большихъ хло­
потъ и расходовъ. Подъ земельные участки, чистый доходъ
съ которыхъ, обложенный позе- льнчмъ налогомъ, менѣе из­
вѣстной величины (150 марокъ въ Саксоніи (пров.), Шлез-


— 161 —
вигъ-Голыптиніи, Вестфаліи, Бранденбургѣ, 240 марокъ въ
Помераніи), или которые оцѣнены ниже извѣстной суммы
(6000 марокъ въ Познани), ссуды не выдаются.
Здѣсь товарищеская организація является средствомъ для
доставленія крупному землевладѣнію выгодъ, недоступныхъ
мелкому землевладѣнію.
«Говоря вообще, заявляетъ Ф. Гехтъ въ введеніи къ своей
уже цитированной книгѣ о государственныхъ и провинціаль­
ныхъ учрежденіяхъ поземельнаго кредита въ Германіи, това­
рищеская организація поземельнаго кредита приноситъ
пользу главнымъ образомъ крупному землевладѣнію».
Для мелкихъ крестьянъ кредитныя товарищества имѣютъ
значеніе преимущественно въ смыслѣ личнаго кредита.
Кредитному товариществу доступно то, что недосягаемо для
отдѣльнаго крестьянина—кредитъ у городского крупнаго де­
нежнаго капитала на современныхъ капиталистическихъ усло­
віяхъ. Если займы отдѣльныхъ крестьянъ слишкомъ незна­
чительны, чтобы интересовать крупный капиталъ, то ссуды
цѣлому товариществу играютъ совсѣмъ иную роль. И если
ссуда совершенно неизвѣстному крестьянину для городского
банка вещь рискованная, то, благодаря круговой порукѣ то­
варищей, рискъ этотъ уменьшается до минимума. Такимъ
образомъ кредитныя товарищества даютъ и мелкому кресть­
янину возможность получать деньги за небольшіе проценты,
которые онъ можетъ выплачивать, не разоряясь, благодаря
улучшенію хозяйства съ помощью ссуды. Кредитныя това­
рищества несомнѣнно имѣютъ для крестьянъ весьма большое
значеніе—какъ средство экономическаго прогресса только не
къ соціализму, какъ часто думаютъ, а къ капитализму; но,
какъ таковыя, они экономически весьма цѣнны.
Само собою разумѣется, только тамъ, гдѣ они пустили
корни, и процвѣтаютъ. А это дѣлается не такъ то легко.
Основаніе и администрація ихъ для простыхъ крестьянъ вещь
нелегкая, и еще вопросъ, не обойдется ли распространеніе
ихъ крестьянской массѣ слишкомъ дорого, не потребуетъ ли
оно слишкомъ большой платы за выучку. До сихъ поръ еще
ведутся живые споры о темъ, Д*акая ф->рма организаціи больше
11


— 162 —
всего подходитъ къ условіямъ сельскаго хозяйства, и сторон­
ники одного направленія упрекаютъ сторонниковъ другого въ
томъ, что они безсильны что-нибудь сдѣлать для сельскихъ
хозяевъ.
Рейффэйзенскія кассы состоятъ подъ опекой духовен­
ства, въ шульце-деличевскихъ преобладаютъ ремесленники.
Но и наилучше организованныя сельскія ссудосберегатель­
ныя кассы принесутъ пользу лишь части крестьянства. Не
всякій сельскій хозяинъ, нуждающійся въ ссудѣ, можетъ по­
лучить таковую. Приходится поступать очень осторожно,
чтобы товарищество не понесло большихъ убытковъ. Не кре­
дитоспособные, т. е. какъ разъ наиболѣе нуждающіеся, по­
падаютъ въ лапы деревенскаго ростовщика. Все же кредит­
ныя товарищества для крестьянъ имѣютъ наибольшую важ­
ность (о товариществахъ въ области сельско-хозяйственной
индустріи мы здѣсь не говоримъ). Они и размножаются быстро.
По Зерингу въ Германской имперіи считалось въ 1871 г.
около 100 сельскихъ ссудныхъ кассъ, въ 1891 г.—2134, въ
въ 1896 г.—6391. Въ Пруссіи, по собраннымъ центральной
кассой ко времени ея учрежденія, 1 октября 1895 г., свѣ­
дѣніямъ, было около 5000 товарищескихъ кассъ, а къ 30 ок­
тября 1897 г. уже 7636. Въ томъ числѣ, конечно, и извѣст­
ныя «Pumpgenossenschaften». («Das Genossenschaftswesen und die
Entwicklung der preussischen Zentralgenossenschaftskasse», Verhand­
lungen des preussischen Landes-Oekonomie-Kollegiums, февраль
1897).
Крупный землевладѣлецъ не нуждается въ такого рода
учрежденіяхъ. Онъ очень легко находитъ потребный кредитъ,
если только кредитоспособенъ.
Подобно товариществамъ ипотечнаго кредита и меліора­
ціонныя товарищества вовсе не составляютъ предметъ моно­
поліи для мелкаго хозяйства; тоже можно сказать и о това­
риществахъ для закупки и сбыта.
Торговля, вытѣсненіе конкурентовъ съ рынка, пріобрѣ­
теніе кліентовъ и пользованіе благопріятнымъ стеченіемъ об­
стоятельствъ—дѣятельность, вовсе не подходящая природѣ то­
вариществъ. Отдѣльный предприниматель, независимый, не


— 163 —
стѣсняемый сторонними соображеніями, живо заинтересован­
ный, будетъ вести дѣло лучше, чѣмъ приказчикъ товарищества.
Для продажи отдѣльныхъ товаровъ это имѣетъ тѣмъ боль­
шее значепіе, чѣмъ разнообразнѣе спросъ и предложеніе, а
также качество-продуктовъ. Этому разнообразію мы припи­
сываемъ, главнымъ образомъ, тѣ трудности, которыя встрѣчаютъ
товарищества въ торговлѣ скотомъ. Почти всѣ попытки въ
этомъ направленіи въ Германіи были неудачны. Въ товари­
ществѣ многихъ мелкихъ крестьянъ, производящихъ каждый
на свой ладъ и при самыхъ различныхъ условіяхъ, пестрота
продуктовъ даетъ знать себя гораздо сильнѣе, чѣмъ въ това­
риществѣ нѣсколькихъ крупныхъ хозяйствъ, ведущихся раціо­
нально. Такъ Мендель-Штейнфельсъ сообщаетъ: «.Товарище­
скій сбытъ масла имѣетъ успѣхъ тамъ, гдѣ сбывались большія
массы товара, притомъ однообразнаго качества, т. е. товаръ
молочныхъ товариществъ или крупныхъ землевладѣльцевъ.
Гдѣ же товарищество бралось за продажу масла мелкихъ
производителей, тамъ оно всегда терпѣло крушеніе»
(«Handwörterbuch der Staatswiss.», IV, 950).
Значеніе сыроваренныхъ товариществъ для мелкихъ кресть­
янъ мы выяснимъ послѣ. Здѣсь мы хотимъ только установить
фактъ, что процвѣтающія товарищества для сбыта обыкно­
венно состоятъ изъ крупныхъ хозяевъ, а не изъ мелкихъ. Это
относится къ сбыту не только масла, но и скота, хлѣба,
спирта. Товарищества для сбыта спирта, въ послѣднее время
столь размножившіяся въ Сѣверной Германіи, при ближайшемъ
разсмотрѣніи оказываются ничѣмъ инымъ, какъ синдикатами
винокуренныхъ заводчиковъ для удержанія высокихъ цѣнъ на
спиртъ.
Товарищества для сбыта приносили бы больше пользы
мелкому хозяйству, если бы удалось заставить отдѣльныхъ
членовъ вести производство по одинаковому плану и при по­
мощи одинаковыхъ средствъ. На это мало надежды, и намъ
кажется, что нѣмецкіе крестьяне не расположены платить за
выучку. Быстраго движенія крестьянскихъ товариществъ въ
этомъ направленіи въ ближайшемъ будущемъ уже, конечно,
ожидать нельзя.


— 164 —

Дѣло находится въ стадіи опытовъ.
Лучше обстоитъ дѣло съ товариществами для совмѣстной
покупки искусственнаго удобренія, фуража, сѣмянъ, скота,
машинъ и т. п. Число ихъ быстро растетъ. Сельско-хозяй­
ственныхъ ферейновъ для пріобрѣтенія сырья считалось: въ
1875 г.— 56, 1880—68, 1888—843, 1894—1071, 1896—1085.
Кромѣ того въ 1894 г. существовало 214 товариществъ
для покупки сельско-хозяйственныхъ орудій и машинъ.
Въ области покупки сырыхъ матеріаловъ и машинъ дѣя­
тельность товариществъ, конечно, можетъ быть весьма плодо­
творной. Здѣсь дѣло проще; рынокъ извѣстенъ,—это сами
участники, дѣлающіе заказы; продаютъ товариществамъ не
разрозненныя мелкія хозяйства, а крупныя промышленныя
предпріятія или крупныя имѣнія (напримѣръ, занимающіяся
скотоводствомъ).
Пользы такихъ товариществъ для сельскихъ хозяевъ отри­
цать нельзя. Они сберегаютъ издержки на посредниковъ;
конечно, что выигрываетъ сельскій хозяинъ, то теряетъ по­
средникъ; страннымъ образомъ противъ крупныхъ магазиновъ
и потребительныхъ товариществъ, удешевляющихъ рабочимъ
средства потребленія, никто не ополчается сильнѣе аграріевъ,
тѣхъ самыхъ аграріевъ, которые ревностно стараются уни­
чтожить посредниковъ тамъ, гдѣ они удорожаютъ товары
чиновникамъ, офицерамъ и крупнымъ землевладѣль­
цамъ. Кромѣ сбереженія издержекъ на посредниковъ това­
рищества приносятъ еще ту пользу, что защищаютъ хозяевъ
отъ фальсификаціи. Но и здѣсь мы должны поставить вопросъ,
не выигрываетъ ли крупное хозяйство больше, чѣмъ мелкое.
Если, напримѣръ, Берлинское центральное товарищество де­
шево поставляетъ крупнымъ землевладѣльцамъ каменный уголь
для паровыхъ машинъ, то это врядъ ли особенно поощряетъ
мелкое хозяйство; товарищества, которыя пріобрѣтаютъ ма­
шины, чтобы продавать ихъ или отдавать въ наемъ своимъ
участникамъ, тѣмъ полезнѣе отдѣльному участнику, чѣмъ
больше машинъ ему нужно, т. е. чѣмъ крупнѣе его хозяй­
ство. Также отъ товариществъ для пріобрѣтенія паровыхъ


— 165 —

плуговъ наибольшую выгоду получатъ не мелкіе крестьяне, а
крупные крестьяне и крупные землевладѣльцы.
Болѣе крупныя хозяйства Саксоніи (пров.) почти всѣ
работаютъ паровымъ плугомъ. Но лишь немногія имѣютъ
собственный плугъ, большинство ихъ принадлежитъ товари­
ществамъ.
На съѣздѣ національно-соціальной партіи въ Эрфуртѣ (въ
сентябрѣ 1897 г.) пасторъ Гёре въ своемъ рефератѣ о това­
риществахъ выразилъ опасеніе, какъ бы крупное землевла­
дѣніе не завладѣло сельско-хозяйственными товариществами и
не подчинило ихъ своимъ цѣлямъ. На съѣздѣ товариществъ въ
Штеттинѣ въ 1896 г. бюро было цѣликомъ въ рукахъ круп­
ныхъ землевладѣльцевъ. Въ числѣ 41 оратора было только
4 мелкихъ собственниковъ, сказавшихъ по нѣскольку словъ.
Дрезденскій съѣздъ 1897 г. былъ всецѣло юнкерскимъ. Таковъ
смыслъ хвалебной пѣсни, пропѣтой въ честь товариществъ
Зерингомъ въ его выше цитированномъ докладѣ коллегіи сель­
ско-хозяйственной экономіи за то, что они создаютъ «новую
общность интересовъ и труда». «Здѣсь мы всѣ за-одно, кресть­
яне и крупные землевладѣльцы, духовенство и учителя,
работодатели и рабочіе».
Этого достаточно, чтобы показать, что хотя товарищества
имѣютъ большое значеніе для современнаго земледѣлія, но не
какъ средство для уничтоженія превосходства крупнаго хозяй­
ства надъ мелкимъ, хотя бы въ тѣхъ областяхъ, гдѣ они
имѣютъ успѣхъ. Напротивъ, они скорѣе увеличиваютъ это
превосходство. Всего больше, по нашему, они даютъ среднимъ
хозяйствамъ, всего меньше мелкимъ.
Но важнѣйшія области сельско-хозяйственной дѣятельно­
сти вовсе недоступны товариществамъ отдѣльныхъ самостоя­
тельныхъ хозяйствъ.
Мы видѣли, что паровой плугъ для мелкихъ хозяевъ не
имѣетъ значенія. Другія же машины вовсе не годятся для
товарищескаго пользованія самостоятельныхъ хозяевъ, наприм.,
тѣ, которыя нужны на опредѣленный, короткій срокъ. Что
пользы въ товарищеской косилкѣ, если всѣмъ надо косить
одновременно? Даже товарищеское пользованіе молотилками


— 166 —

вызываетъ споры и можетъ причинить убытки. Для крупнаго
хозяина, имѣющаго собственную паровую молотилку, она вы­
годна тѣмъ, что сжатый хлѣбъ вымолачивается тутъ же, на
полѣ; сберегаются издержки транспорта и храненія необмо­
лоченнаго хлѣба, и хлѣбъ готовъ на продажу тотчасъ послѣ
жатвы, такъ что онъ можетъ использовать всякую конъюнктуру
рынка. Эти выгоды для члена товарищества теряются; его
хлѣбъ свозится съ поля невымолоченнымъ, онъ долженъ ждать,
пока до него дойдетъ очередь.
Этотъ родъ товариществъ, натурально, никогда не дастъ
мелкимъ хозяевамъ главныхъ выгодъ крупнаго производства,
доставляемыхъ обширной сплошной площадью посѣва, раздѣ­
леніемъ труда, управленіемъ, сообразнымъ съ требованіями
науки. И было бы тщетной надеждой ждать, что товарище­
ства дадутъ возможность мелкимъ хозяевамъ вести хозяйство
такъ же раціонально, какъ и крупнымъ. Если бы мельче хозяева
дѣйствительно думали воспользоваться при посредствѣ това­
риществъ выгодами отъ веденія хозяйства на большую ногу,
то не пускались бы окольными путями, а шли бы прямо къ
цѣли, не оставались бы въ области торговли и кредита, а при­
мѣняли бы принципъ товарищества въ той области, которая
для сельскаго хозяина имѣетъ рѣшающее значеніе, въ области
самого, земледѣльческаго производства.
Несомнѣнно, большое товарищеское хозяйство могло бы
имѣть всѣ преимущества крупнаго хозяйства, какихъ не даютъ
вовсе или даютъ только отчасти товарищества для пріобрѣ­
тенія сырья, машинъ, для продажи продуктовъ и кредитныя.
Кромѣ того, люди работали бы въ немъ усерднѣе, чѣмъ по
найму. Такое товарищество не только сравнялось бы, но было
бы даже выше капиталистическаго крупнаго хозяйства. Но
замѣчательная вещь: именно этого рода товарищества не при­
влекаютъ сельскихъ хозяевъ. Слабое подобіе ихь можно было
бы видѣть въ товариществахъ для улучшенія скота, напри­
мѣръ, товариществахъ для выращиванія жеребятъ. Крестья­
нинъ, въ большинствѣ случаевъ, не имѣетъ манежа для жере­
бятъ, слишкомъ рано начинаетъ запрягать ихъ и тѣмъ портитъ.
Кромѣ того онъ не смотритъ за ними, какъ слѣдуетъ, не


— 167 —
имѣетъ порядочной конюшни и часто даетъ неподходящій
кормъ. Этому злу помогаютъ товарищества для выращиванія
жеребятъ, въ родѣ основаннаго въ 1895 г. въ Иліэнвортѣ, ко­
торое имѣетъ для жеребятъ просторный манежъ, хорошія ко­
нюшни и умѣлый уходъ. Но этого рода товарищества, хотя
затрагиваютъ уже самое производство, относятся къ побочнымъ
отраслямъ земледѣлія и представляютъ собою палліативное
средство для устраненія только нѣкоторыхъ послѣдствій изо­
лированности и ограниченности крестьянскаго хозяйства, а не
самыхъ этихъ свойствъ.
Почему же крестьяне не стараются примѣнить принципъ
товарищества къ главнымъ отраслямъ своего хозяйства? Почему
ограничиваются недостаточными палліативами?
Пытались объяснить это тѣмъ, что земледѣльческій трудъ
не соціаленъ по натурѣ и потому не поощряетъ кооперативнаго
хозяйства. Но единственнымъ доказательствомъ этого служитъ
явленіе, которое именно и требуется объяснить.
Не видно, почему земледѣліе,, пригодное для капитали­
стическаго хозяйства, не пригодно для кооперативнаго. Ужъ
не потому ли, что послѣднее не было испробовано? Но это
было бы плохимъ объясненіемъ, такъ какъ попытки уже были,
и притомъ удачныя.
Въ первыя десятилѣтія настоящаго столѣтія, когда вели­
кіе мыслители уже знали, что не мелкое хозяйство, а только
крупное соціалистическое можетъ положить конецъ капита­
листической эксплуатаціи, но еще не понимали, что для со­
ціалистическаго крупнаго хозяйства необходимъ рядъ опредѣ­
ленныхъ экономическихъ, политическихъ и интеллектуальныхъ
предпосылокъ, чтобы оно могло въ крупномъ масштабѣ явиться
на свѣтъ и укрѣпиться, не мало энтузіастовъ, и между ними
первый и величайшій—Робертъ Овенъ, пытались немедленно
вызвать къ жизни, основывая соціалистическія колоніи и то­
варищества. Не всѣ попытки удавались, а удачныя меньше
всего знаменовали начало новаго строя. Но одно онѣ дока­
зали безспорно: возможность товарищескаго производства, воз­
можность замѣнить индивидуальнаго капиталиста обществен­
ными учрежденіями.


— 168 —

Большинство этихъ попытокъ было сдѣлано, что и есте­
ственно, въ области промышленности. Но была одна и въ
земледѣліи; это было Ралагайнское товарищество, дѣла кото­
раго шли превосходно и которое погибло лишь благодаря
несчастному случаю. Экспериментъ настолько интересенъ и
извѣстенъ такъ мало, что мы приводимъ цѣликомъ разсказъ
о немъ изъ книги Чарльза Брэя «Philosophy of Necessity» (II,
стр. 581 и сл.). Брентано привелъ этотъ разсказъ въ своихъ
примѣчаніяхъ къ нѣмецкому переводу книги г-жи Веббъ о
кооперативномъ движеніи въ Англіи, стр. 229.
„Въ Ирландіи, сообщаетъ намъ Брей, г. Вандалеръ произвелъ
удачный опытъ коопераціи въ своемъ имѣніи Ралагайнѣ, въ
графствѣ Клэръ. Его фермеры принадлежали къ самымъ низшимъ
слоямъ; это были люди бѣдные, нерадивые, злые. Вандалеръ очень
желалъ улучшить ихъ характеръ и положеніе, къ тому же онъ
имѣлъ прямой интересъ въ томъ, чтобы сдѣлать изъ нихъ по­
стоянныхъ хорошихъ рабочихъ; поэтому въ 1830 г. онъ рѣшился
произвести опытъ въ духѣ Овена, съ нѣкоторыми видоизмѣне­
ніями, соотвѣтствовавшими обстоятельствамъ дѣла. Около 40 сель­
скихъ рабочихъ согласились на его планъ, и онъ образовалъ изъ
нихъ общество подъ своимъ личнымъ руководствомъ и надзо­
ромъ; этому обществу онъ сдалъ въ аренду свое помѣстье Ралагайнъ, заключавшее около 618 акровъ, въ томъ числѣ 267 акровъ
луговой земли, 285 полевой, 631/, песковъ и 21/2 акра сада. Земля
была въ общемъ хорошая, мѣстами каменистая. На ней было
шесть хижинъ -и старый замокъ, которые были обращены въ
квартиры для женатыхъ, а также хозяйственныя постройки: хлѣвы,
амбары и пр., которыя пришлось отчасти перестроить для общей
столовой, зала, школы и спальни для дѣтей и холостыхъ. Все это
онъ сдалъ за 700 ф. ст. въ годъ, вмѣстѣ съ лѣсопильней, водяной
молотилкой, зданіями фабрики и ткацкой мастерской, впрочемъ,
безъ машинъ. 8а живой и мертвый инвентарь и ссуду на по­
купку платья и пищи до ближайшаго урожая они должны были
уплатить еще 200 ф. ст. Они должны были жить въ общихъ зда­
ніяхъ и работать на общій капиталъ въ общихъ интересахъ.
Избытокъ надъ арендной платой долженъ. былъ поступать въ соб­
ственность всѣхъ членовъ старше 17 лѣтъ и дѣлиться поровну
между всѣми, мужчинами и женщинами, женатыми и холостыми.
Орудія, утварь и машины должны были содержаться въ порядкѣ


— 169 —
и замѣняться новыми по мѣрѣ того, какъ приходили въ негодное
состояніе; число и цѣнность скота должны были поддерживаться
на одинаковомъ уровнѣ. Арендныя деньги должны были выпла­
чиваться продуктами имѣнія; первый годъ они считались по ры­
ночнымъ цѣнамъ въ Лимерикѣ, въ слѣдующіе должно было по­
ставляться натурой то же количество хлѣба, мяса, свинины, масла
и пр., что и въ первый годъ; рента не могла быть повышена,
какія бы улучшенія ни сдѣлало общество; было обѣщано заклю­
чить долгосрочный контрактъ съ тою же рентой, какъ только об­
щество соберетъ денегъ на покупку инвентаря.
„До этой поры Вандалеръ оставался полнымъ собственникомъ.
Аренда давала болѣе, чѣмъ когда-либо раньше. Въ 1831 г. было
уплачено 900 ф. ст. ренты. Въ 1832 г. цѣнность продуктовъ со­
ставляла почти 1700 ф. ст.; на пищу, платье, сѣмена и пр. об­
щество израсходовало въ томъ году 560 ф. ст., экстраординарныя
затраты на постройку домовъ, пріобрѣтеніе мебели и т. п. погло­
тили избытокъ; но благосостояніе поднялось, и основаніе процвѣ­
танію и счастію было положено.
„Члены товарищества должны были работать столько же вре­
мени и получать изъ общей кассы такую же плату, какъ если бы
они были обыкновенными работниками, пока не. скопятъ соб­
ственный капиталъ. Сь этою цѣлью секретарь ежедневно отмѣ­
чалъ въ книгахъ, сколько работалъ каждый, и въ концѣ недѣли
каждый получалъ такую же плату, какую Вандалеръ платилъ
раньше за ту же работу. Надежда на долю въ прибыли поощряла
къ труду, и люди производили въ день вдвое больше окрестныхъ
батраковъ. Плата изъ общей кассы выдавалась въ формѣ кви­
танцій, которыя принимались только въ общественной лавкѣ. Это
давало собственнику возможность обходиться безъ наличности и
противодѣйствовало пьянству, такъ какъ въ лавкѣ напитковъ не
держалось, а въ кабакахъ квитанціи не принимались.
„Лавка держала только товары лучшаго качества и продавала
по оптовымъ цѣнамъ. По ирландскому обычаю картофель и мо­
локо составляли главную пищу, и суммы, выдававшіяся изъ об­
щей кассы, были сравнительно не велики, но выгоды, которыя
члены извлекали изъ коопераціи, значительно возвысили ихъ надъ
обычнымъ уровнемъ ихъ класса. Мужчины зарабатывали 4 шил­
линга вт, недѣлю. Ихъ расходы были: на картофель—1 шил., мо­
локо (10 квартъ)—10 пенсовъ, стирку бѣлья и т. п.—2 пенса,
больничную кассу—2 пенса, платье—1 шил. 10 пенс. Женщины


— 170 —
получали по 2 шил. 6 пенс., и расходовали: на картофель—6 пенс.,
молоко —8 пенс., стирку бѣлья и пр.—2 пенса, больничную кассу—
1*/4 пенс., платье—1 шил. 3/4 пенс. Женатые, жившіе отдѣльно,
платили обществу 6 пенсовъ въ недѣлю за квартиру и около 2 пенс,
да дрова. Всѣ дѣти съ четырнадцатимѣсячнаго возраста содержа­
лись на общественный счетъ. До 7—8 лѣтъ онп жили въ дѣтской
школѣ, а затѣмъ обѣдали въ общей столовой вмѣстѣ съ холо­
стыми. Взрослые не платили ничего за квартиру, дрова, лекціи,
школы, удовольствія. Они покупали въ своей потребительной
лавкѣ товары въ среднемъ на 5О°/о дешевле и лучшаго качества,
чѣмъ гдѣ-либо въ другомъ мѣстѣ. Каждый членъ могъ всегда
разсчитывать на работу и неизмѣнную заработную плату, и цѣны
на съѣстные припасы въ лавкѣ были всегда однѣ и тѣ же. Боль­
ные и инвалиды получали изъ больничной кассы пособіе въ раз­
мѣрѣ полной заработной платы. Когда умиралъ отецъ семейства,
общество заботилось о сиротахъ.
„Мало-по-малу число членовъ удвоилось. Квартиры у нихъ
были здоровыя, мебель въ цѣлости и чистотѣ, пища хорошая и
простая, и, гдѣ только можно было, они пользовались машинами.
Молодежь обоего пола до 17 лѣтъ поочередно несла обязанности
слугъ. Рабочій день начинался лѣтомъ въ 6 ч. утра, кончался въ
6 ч. в., часъ шелъ на обѣдъ. Каждый вечеръ правленіе составляло
наряд-ь на слѣдующій день, причемъ принимались по возможности
во вниманіе и способности каждаго. Подростки кромѣ полевыхъ
работъ пріучались къ ремесламъ, и каждый, чѣмъ бы ни зани­
мался, обязанъ былъ помогать въ случаѣ надобности работающимъ
въ полѣ, особенно во время жатвы. Завѣдующій лавкой раздувалъ
пищу, платье и пр., садовникъ фрукты. Вандалеръ продавалъ
избытокъ продуктовъ и дѣлалъ закупки для хозяйства и обще­
ственной лавки. Всѣ споры разбирались третейскимъ судомъ, и
за три года ни разу не потребовалось вмѣшательства адвоката
или мирового судьи. Крегъ, ревностный и преданный помощникъ
Вандалера, разсказываетъ, съ какимъ удивленіемъ посѣтители
отзывались о Ралагайнѣ и системѣ, которая укротила дикихъ
ирландцевъ и ввела у нихъ на мѣсто бѣдности, лохмотьевъ, ни­
щеты—чистоту, здоровье и благосостояніе.
„Съ печалью приходится сообщить о внезапномъ крушеніи
этого общества какъ разъ въ то время, когда оно начало дѣлать
большіе успѣхи; и по какой грустной причинѣ! Вандалеръ при­
надлежа,п'і. кд, аристократіи и при всѣхъ своихъ хорошихъ ка-


— 171 чествахъ раздѣлялъ одинъ изъ ея пороковъ. Страсть къ игрѣ ра­
зорила его, его семью, его дѣло. Онъ бѣжалъ изь отечества, кре­
диторы завладѣли, всѣмъ его состояніемъ и, не справляясь о пре­
тензіяхъ ралагайнскихъ рабочихъ, воспользовались имъ для удо­
влетворенія своихъ собственныхъ. Общество не было зарегистри­
ровано. Вандалеръ не заключилъ съ нимъ никакого контракта, и
искать защиты у закона оно не могло“..

Коммунистическія общины Сѣверной Америки не хуже
Ралагайна показываютъ, какіе превосходные результаты можно
получить съ кооперативнымъ земледѣліемъ на почвѣ совре­
меннаго производства. Въ своей книгѣ объ этихъ общинахъ
Нордгоффъ не разъ указываетъ на значительное превосход­
ство этихъ хозяйствъ надъ сосѣдними по интенсивности и
раціональному пользованію имѣющимися силами. Процвѣтаніе
ихъ не мало зависитъ отъ ихъ превосходной агрикультуры.
«Они—выдающіеся хозяева, говоритъ онъ объ общинѣ Амана,
держатъ прекрасный скотъ, за которымъ ухаживаютъ съ нѣ­
мецкой аккуратностью; зимою кормятъ его въ стойлѣ* (стр.
40). Шекеры обыкновенно имѣютъ «прекрасные овины, и
всѣ хозяйственныя постройки устроены наилучшимъ обра­
зомъ... Въ земледѣліи они не знаютъ устали; изъ года въ
годъ трудятся, чтобы очистить почву отъ камней и получить
хорошее поле; они любятъ культуры, требующія особеннаго
усердія, напримѣръ, полученіеч огородныхъ сѣмянъ. У нихъ
прекрасный скотъ, и все устроено такъ, чтобы не тратить
попусту времени* (стр. 149).
«Ферма (американскихъ перфекціонистовъ) отлично содер­
жится* (стр. 268); «я не могу пройти молчаніемъ ихъ са­
довъ, виноградниковъ и цвѣтниковъ (въ общинѣ Аврора),
устроенныхъ раціонально и превосходно... Я не сомнѣваюсь,
что Аврора, чтобы сдѣлать свои фруктовые сады и другія
цѣнныя культуры тѣмъ, чѣмъ они есть, потратила иа поло­
вину меньше, чѣмъ пришлось бы па долю частнаго пред­
пріятія* (стр. 319, 323). Колонія Бишопъ-Гилль «имѣла въ
1895 г. 10.000 акровъ земли, какъ слѣдуетъ огороженной и
въ отличномъ видѣ. Ея скотъ былъ лучшимъ въ штатѣ*
(стр. 346). И это не исключенія. Въ своемъ резюме Норд-


— 172 —
гоффъ недвусмысленно объясняетъ превосходную обработку
земли присущими свойствами коммунистическихъ колоній (стр.
415). («The communistic societies of the United States-»).
Это показываетъ, что земледѣльческій трудъ ничуть не
стоитъ въ противорѣчіи съ товарищеской формой. Если же,
не смотря на то, крестьяне не дѣлаютъ серьезныхъ попытокъ
примѣнить эту форму въ собственной сферѣ ихъ дѣятельности,
то причину отыскать не трудно.
Никто не станетъ утверждать, чтобы нельзя было отлич­
нѣйшимъ образомъ заниматься промышленнымъ трудомъ на
принципахъ коопераціи. Однако несмотря на то, мы видимъ,
что ремесленники, подобно крестьянамъ, не обнаруживаютъ
никакой склонности перейти отъ производства изолиро­
ваннаго къ товарищескому; какъ тѣ, такъ и другіе стараются
лишь въ области товарнаго обращенія и кредита восполь­
зоваться выгодами крупнаго хозяйства при помощи товари­
щескихъ организацій. Въ обоихъ случаяхъ товарищества
являются лишь средствомъ продлить жизнь нераціональнаго
мелкаго производства, а не замѣнить его крупнымъ произ­
водствомъ.
И это понятно. Ремесленники не могутъ перейти къ то­
варищескому производству, не отказавшись отъ частнаго вла­
дѣнія средствами производства. Чѣмъ большею собственностью
они владѣютъ, чѣмъ больше у нихъ шансовъ создать путемъ
объединенія способное выдержать конкуренцію, крѣпкое круп­
ное хозяйство, тѣмъ меньше у нихъ охоты отдать свою соб­
ственность въ общую кассу. Тѣмъ болѣе, что въ современ­
номъ обществѣ это былъ бы скачокъ въ область неизвѣстнаго,
экспериментъ, въ которомъ каждый участникъ не могъ бы
положиться на собственныя способности, какъ смѣлый купецъ
въ своихъ спекуляціяхъ; судьба его всецѣло зависѣла бы отъ
способностей, чувства солидарности, дисциплины другихъ,
а послѣднія два качества у изолированно работающаго ре­
месленника развиты всего слабѣе.
Еще справедливѣе все это по отношенію къ крестьянамъ.
Слова о крестьянскомъ фанатизмѣ собственности объявляли
клеветой, но они выражаютъ только общеизвѣстный фактъ.


— 173 —

Крестьянинъ гораздо болѣе привязанъ къ своей землѣ, чѣмъ
ремесленникъ къ своей мастерской. Чѣмъ сильнѣе возрастаетъ
населеніе, чѣмъ больше становится спросъ на землю, тѣмъ
крѣпче держится онъ за свой клочекъ. Въ Америкѣ онъ съ
легкимъ сердцемъ покидаетъ—или покидалъ очень недавно—
свой участокъ, разъ онъ даетъ мало дохода, чтобы итти на
западъ, гдѣ еще довольно земли. Въ Германіи и Франціи онъ
готовъ на всякія лишенія, чтобы сохранить его, не постоитъ
ни за какой цѣной, чтобы прикупить еще землицы. Вспо­
мните только, какія затрудненія встрѣчаетъ такая необходи­
мая и полезная операція, какъ соединеніе въ одну сплошную
площадь кусковъ, лежащихъ чрезполосно съ владѣніями дру­
гихъ! Здѣсь дѣло идетъ только объ обмѣнѣ кусковъ, отъ ко­
тораго всѣ участники выиграютъ. Эту операцію надо на­
вязывать противящемуся меньшинству общины. Уже въ про­
шломъ столѣтіи «.просвѣщенный абсолютизмъ» дѣйствовалъ въ
этомъ направленіи, иногда прямо безпощадно. Но и въ на­
стоящее время Германія далека отъ полнаго и повсемѣстнаго
устраненія чрезполосицы. Можно еебѣ продотапнть, какъ без­
надежны были бы попытки основать крестьянскія производи­
тельныя товарищества, участники которыхъ должны были бы
не обмѣнять, но отдать обществу свои участки—операція, ко­
торую нельзя было бы навязать противящимся элементамъ.
II безъ того недовѣрчивый крестьянинъ къ товариществу
относился бы враждебно, потому что условія его жизни и
труда изолируютъ его еще болѣе, чѣмъ ремесленника, еще
менѣе развиваютъ въ немъ товарищескія добродѣтели.
Ввести въ производство принципъ товарищества могутъ
лишь тѣ элементы, которымъ нечего терять, кромѣ своихъ
цѣпей, которые капиталистическое хозяйство вышколило въ
работѣ сообща, въ которыхъ организованная борьба противъ
капиталистической эксплуатаціи сильно развила товарищескія
добродѣтели, довѣріе къ солидарности, преданность общему
дѣлу, добровольное подчиненіе дисциплинѣ.
Нельзя перескочить ни одной стадіи развитія. Огромныя
массы среднихъ людей при нормальныхъ условіяхъ не могутъ
непосредственно перейти отъ ремесленнаго или крестьян-


174 —
скаго хозяйства къ товарищескому крупному хозяйству. На
пути стоитъ частное владѣніе средствами'производства. Только
капиталистическій способъ производства создаетъ предпосылки
товарищескаго крупнаго хозяйства: оно не только порождаетъ
классъ рабочихъ, для которыхъ частное владѣніе средствами
производства не существуетъ, но и дѣлаетъ процессъ произ­
водства общественнымъ, вызываетъ и обостряетъ классовыя
противорѣчія между капиталистами и наемными рабочими, а эти
послѣднія побуждаютъ рабочихъ стремиться къ замѣнѣ капи­
талистическаго владѣнія средствами производства обществен­
нымъ. Переходъ къ общественному производству не можетъ
исходить отъ собственниковъ, а только отъ лишенныхъ соб­
ственности. Этимъ, конечно, я не хочу сказать, что рабо­
чимъ и ремесленникамъ остается одинъ путь къ обобществле­
нію производства, что они должны пройти переходную стадію
пролетаріата, что они необходимо должны быть экспропріи­
рованы капиталомъ и что соціалистическое производство невоз­
можно, пока есть крестьяне и ремесленники. Ничего не мо
жетъ Оыгь ошибочпЪл этого. Мы хотимъ этимъ только сказать,
что только побѣдоносный пролетаріатъ можетъ взять на себя
иниціативу общественнаго производства, что только онъ мо­
жетъ создать условія, которыя дадутъ ремесленникамъ и
крестьянамъ не только идеальную, но и реальную возмож­
ность перехода къ общественному крупному производству. Но
разъ соціалистическія товарищества будутъ испытаны на
дѣлѣ — о пролетарскихъ тогда уже не будетъ рѣчи, — разъ
исчезнетъ рискъ, сопряженный еще теперь со всякимъ хозяй­
ственнымъ предпріятіемъ, разъ отказъ, отъ земли не будетъ гро­
зить крестьянину пролетаризаціей, тогда онъ и самъ убѣдится,
что частная собственность на средства производства является
только препятствіемъ, отъ котораго онъ тогда охотно отка­
жется. Напротивъ, нелѣпо ожидать, чтобы крестьянинъ въ
современномъ обществѣ перешелъ къ общественному произ­
водству. Это значитъ только то, что при капиталистическомъ
способѣ производства исключена возможность превращенія
товариществъ въ средство для крестьянъ овладѣть всѣми
преимуществами крупнаго производства, и такимъ образомъ


175 —
укрѣпить свое крестьянское хозяйство, этотъ вѣчно колеблю­
щійся устой современнаго государства. Крестьянинъ, который
убѣдится, что только путемъ общественнаго сельскаго хозяй­
ства онъ можетъ упрочить свое существованіе, неизбѣжно
придетъ къ сознанію, что такого хозяйства онъ добьется тамъ,
гдѣ пролетаріатъ имѣетъ власть для преобразованія обще­
ственныхъ отношеніи сообразно своимъ интересамъ. Но тогда
онъ станетъ соціалдемократомъ.

VII. Границы капиталистическаго
сельскаго хозяйства.
а) Статистическія данныя.
Результатъ изслѣдованій предшествующей главы гласитъ:
крупное производство въ -техническомъ отношеніи превосхо­
дитъ мелкое во всѣхъ значительныхъ отрасляхъ сельскаго хо­
зяйства, хотя и не въ той степени, какъ въ главныхъ отра­
сляхъ индустріи. Эта истина не нова. Уже въ серединѣ прош­
лаго столѣтія, когда примѣненіе машинъ въ сельскомъ хозяй­
ствѣ только начиналось, а естественно-научныя основанія
сельскаго хозяйства еще не были выработаны, основатель
физіократической школы, Кене въ своихъ «.Maximes générales
du gouvernement économique d’un royaume agricole» выражалъ
желаніе, чтобы «отводимыя подъ хлѣба земли по возможности
соединялись въ крупныя фермы, эксплуатируемыя богатыми
хозяевами, такъ какъ при крупномъ сельско-хозяйственномъ
производствѣ издержки на содержаніе и ремонтъ строеній, а
соотвѣтственно этому и издержки производства гораздо меньше,
а чистый доходъ (produit net) гораздо значительнѣе, чѣмъ въ
мелкомъ».
И гп> Англіи того времени экономисты были по большей
части сторонниками крупнаго производства, напр., А. Юнгъ.


— 176 —
Если Адамъ Смитъ въ своемъ «Wealth of Nations» выражаетъ
мнѣніе, что крупный землевладѣлецъ рѣдко значительно улуч­
шаетъ сельско-хозяйственную. культуру, то въ этомъ случаѣ
его утвержденіе направлено не противъ капиталистиче­
скаго крупнаго производства, а противъ феодальныхъ
латифундій, какъ формы землевладѣнія, съ ихъ много­
численными мелкими фермерами, закабаленными разнообраз­
нѣйшими службами и повинностями и потому всецѣло зависи­
мыми отъ произвола своихъ господъ. Латифундіямъ Смитъ
противопоставляетъ выгоды свободной крестьянской собствен­
ности. Но, прибавляетъ онъ, «послѣ мелкихъ землевладѣль­
цевъ въ каждой странѣ главнѣйшими проводниками улучшеній
въ сельско-хозяйственной культурѣ являются богатые и
крупные фермеры (III, 2).
Вскорѣ стало общепринятымъ, что крупное капиталисти­
ческое (не феодальное) сельское хозяйство приноситъ больше
чистаго дохода. Но сколько англійское сельское хозяйство
ни служило образцомъ для европейскаго, все же англійскіе
порядки не всегда казались образцовыми. И въ особенности
опасной казалась экспропріація крестьянства въ пользу круп­
наго производства; для монарховъ и политиковъ—уже потому,
что крестьянство составляло ядро войска. У англичанъ не
было большой арміи, и они могли свободно обойтись безъ кре­
стьянства. Но континентальная нація безъ крестьянства едва
ли могла бы устоять противъ сосѣда, имѣющаго крѣпкое кре­
стьянство. Къ этому присоединялось еще другое соображеніе:
въ Англіи крестьянство было замѣщено многочисленнымъ, настолько-же бѣднымъ, насколько и безпокойнымъ пролетаріа­
томъ, который не находилъ никакого противовѣса въ лицѣ
класса работниковъ-собственниковъ.
Филантропы изъ рядовъ буржуазіи, которые не имѣли смѣ­
лости пристать, подобно утопистам!, къ соціализму, равно
какъ и поборники капиталистической эксплуатаціи, которые
стремились создать въ лицѣ народа надежную опору прин­
ципу частной собственности на средства производства, прим­
кнули поэтому къ апологетамъ мелкаго сельско-хозяйствен­
наго производства: Сисмонди и Дж. Ст. Милль, равно какъ и


— 177 —

«чистые фритредеры» и ихъ противоположность—аграріи. Во
всякомъ случаѣ они обыкновенно не приписывали мелкому
производству техническаго превосходства; они признавали,
что крупное производство приноситъ больше чистаго дохода;
они только указывали на его опасность въ политическомъ и
соціальномъ отношеніи.
«Новѣйшіе экономисты, съ одной стороны, восклицаетъ
Сисмонди въ своихъ «Etudes sur l’économie politique», вліятель­
нѣйшіе агрономы-съ другой неустанно превозносятъ богатыхъ
и интеллигентныхъ фермеровъ, которые ведутъ крупное хозяй­
ство; они удивляются размѣрамъ ихъ строеній, совершенству
ихъ орудій и машинъ, красотѣ ихъ скота. Ыо, выказывая
такое удивленіе къ вещамъ, они забываютъ о людяхъ, они
забываютъ даже просто пересчитать послѣднихъ. Англійская
квадратная миля содержитъ 640 акровъ: таковы приблизи­
тельно размѣры красивой и богатой англійской фермы. Преж­
нее хозяйство, которое въ состояніи была обработать своими
руками одна семья, безъ чужой помощи, безъ поденщиковъ,
но и безъ праздности — которое обезпечивало каждому члену
семейства работу на цѣлый годъ,—имѣло не болѣе 64 акровъ.
Понадобилось десять такихъ хозяйствъ, чтобы составить изъ
нихъ одно новое. Десять крестьянскихъ семействъ были про­
гнаны, чтобы очистить мѣсто для одного новомоднаго фер­
мера». Сисмонди борется противъ крупнаго производства по­
тому, что оно создаетъ пролетаріатъ, а не потому, что мелкое
производство производительнѣе.
Съ тѣхъ поръ новѣйшее крупное сельское хозяйство по­
лучило громадное развитіе, но именно теперь выступаютъ эко­
номисты, которые ставятъ на одну доску мелкое сельско-хо­
зяйственное производство съ крупнымъ, и даже тѣ экономисты,
которые еще въ семидесятыхъ годахъ сами отказывали первому
въ жизнеспособности, пророчатъ теперь кончину послѣднему,
какъ д-ръ Рудольфъ Мейеръ, или, по крайней мѣрѣ, счи­
таютъ нерѣшеннымъ вопросъ, какая форма производства ра­
ціональнѣе. Во введеніи къ настоящей работѣ мы привели на
этотъ счетъ мнѣніе Зомбарта, автора, безпристрастія котораго
въ этомъ вопросѣ никто не будетъ оспаривать, и который не


178 —
могъ-бы выставить своего положенія, не опираясь на извѣст­
ные факты для его обоснованія.
Каковы же эти факты? Ихъ нужно искать не въ области
агрономіи, они взяты изъ статистики. Послѣдняя показы­
ваетъ, что на континентѣ съ тѣхъ поръ, какъ началось
въ обширныхъ размѣрахъ крупное капиталистическое
производство, т. е., прибли зительно начиная съ пяти­
десятыхъ годовъ, не произошло того быстраго исчезнове­
нія мелкаго сельско-хозяйственнаго производства въ борьбѣ
съ крупнымъ, котораго, по примѣру Англіи, ожидали или боя­
лись здѣсь. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ замѣчается даже скорѣе
тенденція къ увеличенію площади, занимаемой мелкимъ про­
изводствомъ. Такъ, напр., по германскимъ промышленнымъ
переписямъ оказывается:
Сельско-хозяй­
ственныя
предпріятія.

Число хозяйствъ.

1882 г.

1895 г.

Увели­
Площадь сельско-хоУвели­
ченіе или зяйствѳ.чнаго производ­ ченіе или
ства въ гектарахъ.
уменьше­
уменьше­
ніе.
ніе.
1882 г.
1895 г.

Менѣе 2 гект. 3.061.831 3.236.367 +174.536 1.825.938 1.808.444 — 17.494

2—

5 .

981.407 1.016,318 + 34.911 3.190.203 3.285.984 + 95.781

5— 20 .

926.605

998.804 + 72.199 9.158.398 9.721.875 +563.477

20—100 .

281.510

281.767 +

.257 9.908.170 9.869.837 + 38.333

свыше 100 .

24.991

25.061 +

70 7.786.263 7.831.801 + 45.538

Не въ совершенно одинаковомъ направленіи шла эволю­
ція во Франціи. Тамъ считалось:
Увели­
Сельско-хозяй­ | Число хозяйствъ.
ченіе или
ственныя
уменьше­
предпріятія.
ніе.
1882 г.
1892 г.

Площадь производ­
ства въ гектарахъ.

1882 г.

1892 г.

Увели­
ченіе или
уменьше­
ніе.

Менѣе 1 гепт. 2.167.667 2.235.405 +67.738 1.083.833 1.327.253 +234.420
1- 5 . 1.865.878 1.829.259 —36.619 5.597.634 5.489.200 -108.434
5-10 .
769.152 788.299 +19.147 5.768.640 5.755.500 — 13.140
10—10 .
727.222 711.118 —16.104 14.845.650 14.313.417 +532.243
свыше - 40 .
142.088 138.671 — 3.417 22.296.105 22.293.493 +197.288


179 —
Въ то время, какъ въ Германіи среднія хозяйства (по за
нимаемой ими площади) возрасли въ наибольшей степени, во
Франціи, по занимаемой площади, увеличились наиболѣе круп­
ныя и наиболѣе мелкія хозяйства. Среднія же ' уменьшились
и по числу, и по площади. Но это уменьшеніе незначительно
конечно, за исключеніемъ собственно крестьянскихъ хозяйствъ
(10—40 гектаровъ). Во всякомъ случаѣ эволюція шла не
быстро.
Въ Великобританіи мы находимъ:
Сельско-хозяйствен­
ныя предпріятія.

Увели­ Площадь сѳльско-хозйй- | Увели­
производство; ченіе или
ченіе или ственнаго
въ акрахъ.
уменьше­
уменьше­
ніе.
ніе.
1895 '
1895
1885

Число
хозяйствъ.
4882

1 -5акр.(0.40—2гект.) 135.736 117.968 —17.768
5- 20 <

2-

8)» 148.806 149.818 4- 1.012

389.677

366.792 — 22.885

1.656.827 ,1.667.647 4- 10.880

8- 20)»

84.149 85.663 + 1.514 2.824.527 2.864.976 + 40.440

50—100 «.( 20- 40)-.

64.715 66.625 + 1.910 4.746.520 4.885.203 +138.683

100-300 < 40-120) =

79.573 81.245 + 1.672 13.658.496 13.875.914 +217.429

300-500 <120-200)»

13.875 13.568 -

20- 50 «(

св. 500 «(св. 200)--

5.489

5.219 —

307

5.241.168 5.113.945 —127.223

270 4.029.843

3.803.036 -226.807

Какъ и въ Германіи, мы встрѣчаемся въ Англіи съ ро­
стомъ хозяйствъ средняго размѣра. Впрочемъ, въ Германіи
наиболѣе увеличились, по занимаемой площади, хозяйства раз­
мѣромъ 5—20 гектаровъ, а въ Англіи хозяйства отъ 40—
120 гектаровъ, которыя никто, конечно, не причислитъ къ
мелкимъ хозяйствамъ. Наиболѣе мелкія хозяйства въ проти­
воположность съ Германіей, уменьшились, какъ и хозяйства
свыше 120 гектаровъ.
Изъ данныхъ, относящихся къ американскому сель­
скому хозяйству, различные экономисты, какъ Шеффле, д-ръ
В. Мейеръ и др., желали сдѣлать тотъ выводъ, что тамъ
мелкое производство вытѣсняетъ крупное. Посмотримъ нѣ12*


— 180 —
сколько ближе на относящіяся сюда цифры американской пе­
реписи. Справедливо, что средній размѣръ фермъ съ 1850 г.
понизился. Онъ равнялся:
Вт> 1850 г. . 203 акрамъ.
> 1860 > . 199

Въ 1870 г. . 153 акрамъ.
> 1880 '» . 134

Но въ 1890 г. средняя величина фермъ снова повысилась
и равнялась 137 акрамъ.
Это временное пониженіе среднихъ размѣровъ хозяйства
нужно приписать главнымъ образомъ раздробленію крупныхъ
плантацій Юга, которое было слѣдствіемъ освобожденія не­
гровъ. Такъ, напр., средняя величина фермы уменьшилась
за время отъ 1860 до 1890 г. во Флоридѣ съ 445 акр. до 107.
въ Южной Каролинѣ съ 488 до 115, въ Алабамѣ съ 347 до
126, въ Миссисипи съ 370 до 122, въ Луизіанѣ съ 537 до
138, въ Техасѣ—съ 591 до 225.
Вообще, средніе размѣры фермы въ южныхъ приатлантическихъ штатахъ понизились за то же время съ 353 до
134 акровъ, а въ штатахъ центральной южной полосы—-съ
321 до 144. Ни одинъ знатокъ дѣла не усмотритъ въ этихъ
цифрахъ побѣды мелкаго производства надъ современнымъ
крупнымъ производствомъ. Правда, съ другой стороны, мы
встрѣчаемся еще съ рѣшительнымъ пониженіемъ размѣровъ
фермы и въ странѣ съ относительно старой культурой — въ
сѣверныхъ приатлантическихъ штатахъ. Тамъ средніе
размѣры не перестаютъ падать и въ послѣднее десятилѣтіе.
Но это паденіе нужно главнымъ образомъ приписать умень­
шенію некультивируемой части фермерской земли, а не со­
кращенію хозяйства. Вотъ цифры, относящіяся къ области
сѣверныхъ приатлантическихъ штатовъ:
Въ
>
»
»
>

1850
1860
1870
1880
1890

г.
>
»
»
>

.
.
.
.
.

. . .
. . .
. . .
. . .
. . .

Общіе размѣры
Ф<зрмы.
113 акровъ.
108
104
98
95

"Въ томъ числѣ
необрабатыв. земли.
43 акра=38.44%
39 » =36.18%
36 » =34.47%
31 » =31.77%
31 . =32.52%

Повышеніе процента необрабатываемой земли въ послѣд­
нее десятилѣтіе совпадаетъ съ паденіемъ сельскаго хозяйства,


— 181 —
выражающимся въ уменьшеніи общей площади земли, занятой
фермами. Послѣдняя уменьшилась въ названной области съ
67.985.640 акр. (1880) до 62.743.525 (1890), т. е. болѣе,
чѣмъ на пять милліоновъ.
Напротивъ, въ штатахъ центральной сѣверной по­
лосы,—собственно штаты, производящіе пшеницу,—средняя
величина фермы возрасла между 1880 и 1890 гг. съ 122
до 133 акровъ.
На ту же эволюцію, на которую указываютъ измѣненія
средней величины фермы, указываетъ и движеніе количества
крупныхъ хозяевъ. Конечно, во всемъ Союзѣ оно относительно
нѣсколько понижается; къ сожалѣнію, цифры 1870 г. несрав­
нимы съ позднѣйшими, такъ какъ фермы классифицировались
по площади только обработанной земли, а въ 1880 и 1890 гг.—
по всей площади занимаемой ими земли. Считалось:
Свыше 1000 акр.

Фермъ.

Въ 1880 г.
> 1890 »
Увеличеніе

4.008.907
4.564.641
13.8%

75.972
84.895
11.0%

28.578
31.546
10.3%

Ростъ числа крупныхъ владѣній отстаетъ, какъ видно, отъ
роста всѣхъ другихъ, но и это явленіе—только слѣдствіе эво­
люціи прежнихъ рабовладѣльческихъ штатовъ, гдѣ старое от­
сталое плантаторское хозяйство сдѣлалось невозможнымъ, а
также—слѣдствіе упадка сельскаго хозяйства въ истощен­
номъ сѣверо-востокѣ.
Въ сѣверныхъ приатлантическихъ штатахъ считалось фермъ:
Оощ. число. б00_1000 аКр. Свыше 1000 акр.

Въ 1880 г. . . .
» 1890 » . . .
Уменьшеніе . .

.696.139
.658.569
. 5,4°/°

4.156
3.287
20,9%

964
733
23,9%

Здѣсь число крупныхъ хозяйствъ уменьшается гораздо
быстрѣе числа мелкихъ. Послѣднія крѣпче держатся за свое
безнадежное положеніе. Составляетъ ли это преимущество
мелкаго хозяйства, въ этомъ позволительно сомнѣваться.


— 182 —
Въ южныхъ приатлантичесі сихъ штатахъ было фермъ:
Изъ нихъ съ
Общ. число. 500—1000 акр. Свыше 1000 акр.
25.037
9.718
1880 . . . . . . 044.429
21.736
8.030
1890 ................ . 749.600
Увеличеніе-)- ’(+ 16,3%
-17,4%
-17,2%
Уменьшеніе—]

Въ южныхъ центральныхъ штатахъ:
1880 ................ . 886.648
1890 ...
. 1.086.772
Увеличеніе
• 22,5%

25.872
22.666
3,0“/»

11.659
12.295
4,6%

Съ другой стороны, на западѣ:
1880 .....................
1890 ................ .
Увеличеніе
•

83.723
145.878
74,2%

5.299
9.269
74,9“/»

3.247
6.020
85,3%

Наконецъ, въ центральныхъ сѣверныхъ штатахъ, производящихъ пшеницу.
1880 . . . . . . 1.697.968
1890 ................. . 1.923.822
Увеличеніе
• із,з%

15.608
23.437
50,2%

2.990
4.668
49,4%

.Эти послѣднія цифры совсѣ мъ не говорятъ объ упадкѣ
■крупнаго производства. Въ той части Америки, гдѣ совре­
менное сельское хозяйство прогрессируетъ, площадь, занятая
крупными хозяйствами, быстро увеличивается. Мелкое хозяй­
ство сохраняетъ преобладаніе только тамъ, гдѣ сельское хо­
зяйство надаетъ или гдѣ докапиталистическое крупное про­
изводство вступаетъ въ конкуренцію съ крестьянскимъ хо­
зяйствомъ.
Но хотя въ Америкѣ до сихъ поръ сельско-хозяйственная
эволюція и шла быстрѣе, чѣмъ въ Европѣ, и при томъ въ
направленіи болѣе благопріятномъ для крупнаго производства,
однако и здѣсь пе можетъ быть рѣчи о вытѣсненіи мелка­
го хозяйства крупнымъ.
Однако было бы слишкомъ опрометчиво дѣлать из'ь этихъ
и подобныхъ имъ цифръ то заключеніе, что экономическая
эволюція въ сельскомъ хозяйствѣ идетъ совершенно но дру­
гому направленію, чѣмъ въ промышленности.
Цифры доказываютъ! Конечно, но возникаетъ вопросъ,
что именно онѣ доказываютъ! Точно доказываютъ онѣ только


—• 183 —

то, что прямо говорятъ, а прямо говорятъ онѣ очень мало.
Возьмемъ, напр., цифры, которыя должны доказать, что бла­
госостояніе народныхъ массъ при капиталистическомъ способѣ
производства поднимается. Между прочимъ, при этомъ обы­
кновенно указываютъ на возрастаніе суммъ вкладовъ въ сбе­
регательныя кассы. Эти цифры неоспоримы. Но что онѣ не­
опровержимо доказываютъ? что сумма вкладовъ въ сберега­
тельныя кассы возрастаетъ, не болѣе и не менѣе. А о при­
чинахъ такого возрастанія онѣ оставляютъ насъ въ полной не­
извѣстности. Повышеніе благосостоянія можетъ, но не должно
сопутствовать этому. Совершенно иныя причины могутъ вы­
звать тотъ же результатъ. Такъ, напр., одно уже облегченіе
процедуры внесенія мелкихъ сбереженій и вкладовъ на хра­
неніе въ сберегательныя кассы можетъ привести къ увели­
ченію первыхъ. Прежде индусъ закапывалъ свои сбереженія
въ землю. Теперь же въ Остъ-Индіи основаны сберегательныя
кассы, и онъ предпочитаетъ помѣщать свои сбереженія туда.
Доказываетъ ли это, что теперь онъ можетъ больше сбере­
гать, что его благосостояніе возрасло? Хроническій голодъ не
говоритъ за это.
Въ Европѣ сберегательныя кассы существуютъ болѣе дол­
гое время, но и здѣсь еще наблюдается увеличеніе числа
вкладовъ вслѣдствіе уменьшенія потери времени при вкла­
дахъ, какъ благодаря умноженію числа сельскихъ сберега­
тельныхъ кассъ, такъ и благодаря росту народонаселенія въ
городахъ, гдѣ доступъ въ сберегательныя кассы легче.
Точно также увеличеніе вкладовъ въ сберегательныя кассы
можетъ быть вызвано ростомъ числа наемныхъ рабочихъ, чи­
новниковъ и другихъ служащихъ. Мелкій крестьянинъ упо­
требляетъ свои сбереженія на покупку земли, самостоятельный
ремесленникъ—ла улучшеніе своей мастерской. Тотъ же, кто
работаетъ за жалованье или плату, не можетъ, по большей
части, найти для своихъ незначительныхъ сбереженій луч­
шаго употребленія, какъ внести ихъ въ сберегательную кас­
су. Поэтому вытѣсненіе самостоятельнаго мелкаго Лризводства
должно быть связано съ увеличеніемъ суммы вкладовъ въ сбе­
регательныя кассы, Но это обстоятельство есть продуктъ роста


— 184: —
пролетаризаціи, оно можетъ итти рука объ руку съ паденіемъ
благосостоянія народныхъ массъ.
Наконецъ такое увеличеніе можетъ соотвѣтствовать про­
стому измѣненію въ экономическихъ обычаяхъ. При товар­
номъ способѣ производства каждому предпріятію, каждому
домохозяйству необходимо производить крупные платежи въ
извѣстные сроки, и необходимыя для этого деньги приходится
откладывать заранѣе изъ текущихъ доходовъ. До появленія
системы банковъ и сберегательныхъ кассъ эти денежныя сум­
мы должны были оставаться мертвымъ сокровищемъ. А теперь
ихъ можно отдать, пока не явится въ нихъ потребность, на
проценты. Чѣмъ больше тѣ суммы, которыя отдѣльныя пред­
пріятія и домохозяйства вынуждены откладывать для сроч­
ныхъ платежей,—рабочіе для квартирной платы на случай
безработицы,—и чѣмъ болѣе распространенъ обычай отдавать
на проценты даже самыя незначительныя, не необходимыя
для ежедневнаго потребленія суммы, тѣмъ многочисленнѣе,
тѣмъ значительнѣе должны быть вклады въ сберегательныя
кассы и безъ соотвѣтственнаго подъема благосостоянія.
Итакъ, статистическія данныя относительно сберегатель­
ныхъ кассъ сами по себѣ не даютъ никакого отвѣта на во­
просъ о ростѣ благосостоянія; вмѣсто того, чтобы разрѣшать
задачу, они ставятъ ее.
Такъ же, наир., обстоитъ дѣло и съ цифрами подоходнаго
налога, которыя якобы также неоспоримо доказываютъ подъ­
емъ благосостоянія. Въ дѣйствительности онѣ сами по себѣ
также доказываютъ только то, что онѣ прямо говорятъ,
именно, что при извѣстныхъ условіяхъ количество самыхъ
мелкихъ доходовъ, подлежащихъ налогу, а соотвѣтственно
этому и количество доходовъ, освобожденныхъ отъ налога,
возрастаетъ медленнѣе, чѣмъ количество ближайшихъ къ нимъ
высшихъ доходовъ. Само собою разумѣется, это можетъ ука­
зывать на подъемъ благосостоянія, но этотъ послѣдній ни­
коимъ образомъ не является необходимымъ выводомъ изъ
цифръ. Если цѣны съѣстныхъ припасовъ, квартирная плата
и т. д. повышаются быстрѣе, чѣмъ доходы, то это повыше­
ніе можетъ итти рука объ руку съ паденіемъ благосостоянія.


— 185 —
Другія условія могутъ породить тотъ же результатъ.
Возьмемъ, напр., мелкаго крестьянина съ 400 мар. денежнаго
дохода, но который не платитъ за квартиру и самъ произво­
дитъ большую долю своихъ средствъ къ жизни. Быть можетъ,
онъ въ состояніи жить безбѣдно. Несчастный случай превра­
щаетъ его въ пролетарія; онъ долженъ переселиться въ го­
родъ, и тамъ онъ находитъ мѣсто съ 800 марокъ годового
дохода. Его доходъ удвоился, и однако его положеніе могло
ухудшиться. Теперь онъ долженъ платить за квартиру, а
можетъ быть и за проѣздъ по желѣзной дорогѣ до мѣста ра­
боты и обратно. Молоко, яйца, овощи, свинину, которыя
раньше ему ничего не стоили, онъ долженъ теперь покупать
по дорогой цѣнѣ, его дѣти тоже не могутъ ходить босикомъ,
худшія гигіеническія условія требуютъ большихъ издержекъ
на врача и медикаменты. Но для статистика такой человѣкъ
находится въ двое лучшемъ положеніи, чѣмъ прежде, и до­
ставляетъ неопровержимое доказательство того, что благосо­
стояніе населенія постоянно повышается. Приведенный здѣсь
случай типиченъ; переходъ отъ натуральнаго хозяйства къ
денежному и ростъ городского населенія на счетъ сельскаго
происходитъ непрерывно. Оба процесса могутъ сами по себѣ,
безъ малѣйшаго повышенія благосостоянія, служить доста­
точнымъ объясненіемъ роста доходовъ въ средѣ населенія.
Какъ нужно понимать ростъ потребленія мяса, мы уже
объяснили выше въ другомъ отдѣлѣ.
Статистическія данныя неопровержимо доказываютъ намъ,
что современное общество находится въ состояніи непрерыв­
наго и быстраго переворота, и знакомятъ насъ съ нѣкото­
рыми поверхностными и общими проявленіями его, съ его
симптомами и послѣдствіями, которыя могутъ дать намъ много
цѣнныхъ указаній при изслѣдованіи тенденцій, лежащихъ въ
основаніи процесса, но которыя сами по себѣ не могутъ
вскрыть намъ этихъ послѣднихъ. .
Точно также и цифры, которыя говорятъ противъ паденія
или даже за увеличеніе числа мелкихъ хозяйствъ въ земле­
дѣліи, не таятъ въ себѣ никакого рѣшительнаго приговора по
вопросу о тенденціяхъ капиталистической эволюціи сельскаго


— 186 —
хозяйства., а только призывъ изслѣдовать ихъ поглубже. На
первый взглядъ онѣ показываютъ намъ только, что эволюція
идетъ не такъ просто, какъ часто думали до сихъ поръ, что
этотъ процессъ въ сельскомъ хозяйствѣ, очевидно, сложнѣе,
чѣмъ въ индустріи.
б) Паденіе мелкаго производства въ индустріи.
Ходъ развитія современной индустріи очень запутанъ,
хотя онъ и проще, чѣмъ ходъ развитія сельскаго хозяйства;
разнообразнѣйшія тенденціи часто дѣйствуютъ тамъ одновре­
менно въ самыхъ различныхъ направленіяхъ, и часто въ этой
путаницѣ только съ большимъ трудомъ можно 'различить ос­
новныя тенденціи.
Крупное производство появляется не во всѣхъ отрасляхъ
промышленности сразу. Оно завоевываетъ ихъ одну за другою.
Тамъ, гдѣ ему удается захватить господство, оно вытѣсняетъ
мелкое производство, но это еще не значитъ, что мелкіе пред­
приниматели должны теперь сдѣлаться фабричными рабочими.
Они обращаются къ другимъ занятіямъ, гдѣ крупное произ­
водство еще не стало господствующимъ, и переполняютъ ихъ.
Такимъ образомъ капиталистическая конкуренція разоряетъ и
тѣ отрасли промышленности, въ которыхъ крупная промы­
шленность еще не стала господствующей. Однако этотъ про­
цессъ не всегда обнаруживается общимъ паденіемъ числа мел­
кихъ предпріятій; напротивъ, мѣстами онъ вызываетъ уве­
личеніе числа ихъ, такъ что, основываясь только на стати­
стическихъ данныхъ, можно было бы заключить, что здѣсь
мелкое производство особенно процвѣтаетъ.Именно въ этихъ отра­
сляхъ съ многочисленными обѣднѣвшими мелкими предпріятіями
современная, эксплуатируемая на капиталистическій ладъ домаш­
няя промышленность находит^ наилучшія условія для сво­
его появленія и быстраго развитія. Вторженіе капитала
при такихъ условіяхъ можетъ вызвать не уменьшеніе, а силь­
ное увеличеніе общаго числа мелкихъ предпріятій; но кому
извѣстны общественныя отношенія, которыя скрываются за
цифровыми данными, тотъ не сдѣлаетъ изъ нихъ вывода о побѣдо­
носной борьбѣ ихъ съ крупнымъ капиталомъ.


— 187

Но и въ тѣхъ отрасляхъ, которыми завладѣли машины,
натискъ крупной промышленности не необходимо ведетъ къ
исчезновенію мелкихъ предпріятій. Она разоряетъ послѣднія,
она дѣлаетъ ихъ экономически лишними, но просто невѣро­
ятно, какое упорство могутъ проявить подобныя излишнія
существованія въ борьбѣ за жизнь. Жизнь впроголодь и чрез­
мѣрная работа до крайности затягиваютъ ихъ борьбу, въ ко­
торой они обречены на смерть; нищета силезскихъ и саксон­
скихъ ручныхъ ткачей обратилась въ пословицу уже столѣтіе
тому назадъ, и однако они не вымерли и до сихъ поръ. Если
человѣкъ не можетъ болѣе удерживаться въ данномъ про­
изводствѣ, онъ переходитъ къ занятіямъ, которыя предста­
вляются слишкомъ незначительными для крупнаго производства,
къ починкамъ, или зарабатываетъ свой хлѣбъ въ качествѣ агента
и посредника крупнаго предпріятія.
Точно какже демократическое устройство современныхъ
государствъ можетъ оказаться моментомъ, благопріятствую­
щимъ сохраненію отжившаго мелкаго производства.
Фактъ, что государственная власть изъ-за политическихъ
видовъ поддерживаетъ существованіе общественныхъ слоевъ,
потерявшихъ экономическую точку опоры, не представляетъ
ничего необычайнаго. Какъ бы пи былъ ненуженъ люмпенъпролетаріатъ древняго Рима временъ упадка, но политическія
соображенія вынуждали государство охранять его. Вт> новѣй­
шее время подобную же картину представляетъ сословіе
«благороднѣйшихъ и лучшихъ», дворянство; начиная съ 17
вѣка, оно становилось все болѣе и болѣе не нужнымъ и
все болѣе и болѣе несостоятельнымъ; однако, путемъ подчи­
ненія абсолютнымъ государямъ, дворяне сумѣли создать себѣ
возможность существованія въ качествѣ тунеядцевъ, которые
жили, высасывая соки изъ общества; для уничтоженія этого
сословія нужна была революція.
Однако традиціи такой жизни на чужой счетъ еще очень
сильны, и наши юнкеры умѣютъ такъ же громко кричать, какъ
двѣ тысячи лѣтъ тому назадъ римскій пролетаріатъ; только
ихъ требованія не такъ скромны, какъ требованія послѣдняго.
Они не удовлетворяются черствымъ хлѣбомъ, и ихъ зрѣлища


— 188 —

обходятся дороже, чѣмъ тѣ, которыя должно было доставлять
государство римскому люмпенъ-пролетаріату. Только гладіа­
торовъ, благодаря своей особенной сословной чести, они вы­
ставляютъ изъ своихъ собственныхъ рядовъ.
Въ своихъ требованіяхъ къ государству они нашли достой­
ныхъ учениковъ въ лицѣ одной части мелкой буржуазіи.
Конечно часть послѣдней, которая чувствуетъ уже себя про­
летаріатомъ, примыкаетъ къ наемнымъ рабочимъ, чтобы завое­
вать лучшія условія существованія если не для себя, то для
своихъ дѣтей. Другая же часть думаетъ выдвинуться, прода­
вая свои услуги правительству въ обмѣнъ за государственныя
подачки; при существованіи всеобщаго избирательнаго права,
господствующимъ классамъ нужны широкіе слои народа, чтобы
противопоставить ихъ натиску пролетаріата, и они готовы
купить ту часть мелкой буржуазіи, которую можно купить.
Тѣ элементы мелкой буржуазіи, которые кричатъ правитель­
ству, что они—монархисты до мозга костей, но, если они не
будутъ надѣлены привилегіями на счетъ всего общества, то
сдѣлаются соціалдемократами, являются, конечно, далеко
не лучшими. Въ такихъ угрозахъ сказывается поистинѣ босяц­
кій (lumpig) образъ мыслей, но кто нуждается въ преторіан­
цахъ, тотъ не особенно разборчивъ въ ихъ выборѣ. Если въ
1848 г. на рабочихъ натравили люмпенпролетаріатъ, то отчего
же теперь не натравить на нихъ ту часть мелкой буржуазіи,
которая отдаетъ себя на эту грязную работу? Итакъ, въ
дѣйствительности хотятъ продлить существованіе мелкаго про­
изводства не на счетъ крупнаго производства, а на счетъ
рабочихъ; путемъ созданія привилегированнаго положенія по­
средниковъ на счетъ потребительныхъ обществъ, цеховыхъ
мастеровъ на счетъ подмастерьевъ и ремесленныхъ учениковъ;
путемъ созданія дешеваго кредита, дешеваго страхованія и
т. п. на счетъ плательщиковъ податей.
Чѣмъ болѣе обостряется классовая борьба, чѣмъ гроз­
нѣе опасность со стороны соціалдемократіи, тѣмъ сильнѣе
склонность правительства обезпечитъ экономически излишнему
мелкому производству болѣе или менѣе паразитическое суще­
ствованіе на счетъ всего общества. Процессъ его исчезновенія,


— 189 —

быть можетъ, сдѣлается отъ этого длительнѣе,—этому должны
способствовать уже тѣ надежды, которыя питаются обѣща­
ніями и мѣропріятіями правительства и которыя многихъ побу­
ждаютъ затягивать безнадежную борьбу, которую они безъ
того давно уже оставили бы. Но ни одинъ разсудитель­
ный человѣкъ не увидитъ въ этомъ опроверженія Марксо­
вой «догмы», которая говоритъ только объ экономическихъ
тенденціяхъ.
Если «государственная помощь» господствующихъ клас­
совъ еще можетъ нѣкоторое время поддержать экономически
несостоятельныя хозяйства и такимъ образомъ маскировать
паденіе мелкаго производства, то не менѣе дѣйствуетъ въ
томъ же направленіи и расточительность этихъ классовъ.
Развитіе капиталистическаго способа производства озна­
чаетъ ростъ суммы прибавочной цѣнности, ростъ не только
накопленія капитала, но также и доходовъ капиталистовъ, а
вмѣстѣ съ тѣмъ и ихъ расточительности. Это ведетъ, между
прочимъ, къ воскресенію феодальныхъ формъ, уже давно
пройденныхъ экономически. Такъ, напр., финансовые короли и
собственники латифундій стараются завести себѣ охотничьи
помѣстья, по протяженію равныя средневѣковымъ лѣсамъ. Изъ
Марксова изслѣдованія капитала извѣстно, съ какою грубой
дерзостью тотъ классъ, которому незачѣмъ щадить денегъ и
которому кажется смѣшнымъ щадить людей,—согналъ съ
обширныхъ областей Шотландіи землевладѣльцевъ, чтобы замѣ­
стить ихъ сначала овцами, а потомъ оленями. Тотъ же самый
процессъ происходитъ теперь въ нѣкоторыхъ областяхъ Фран­
ціи, Германіи, Австріи. Въ Австріи, по даннымъ Endres въ
«Handwörterbuch der Staatswissenschaften», площадь лѣсовъ съ
половины столѣтія по настоящее время возросла почти на
700,000 гектаровъ, почти на З1///,, всей поверхности, при
чемъ на долю Альпъ и прибрежныхъ областей приходится
600.000 гектаровъ. Съ 1881 до 1885 г. было распахано
3.671 гектар, лѣса, а 59.031 гектар, было засажено лѣсомъ.
Во Франціи въ 1781 г. площадь лѣсовъ, принадлежав­
шихъ частнымъ лицамъ, равнялась въ круглыхъ числахъ 6
милліонамъ гектаровъ; она сократилась въ 1844- г. до 4,7


— 190 —

милл. гект. и снова поднялась къ настоящему времени до 6,2
милл. гектаровъ. И это не смотря на потерю Эльзасъ-Лота­
рингіи.
Въ Германіи сравненіе переписи 1895 г. съ переписью
.1882 г. въ этомъ отношеніи, къ сожалѣнію, невозможно, такъ
какъ въ 1882 г. лѣса исчислялись лишь постольку, поскольку
они были связаны съ сельско-хозяйственнымъ производствомъ,
а въ 1895 г. напротивъ попали въ перепись всѣ лѣса.
Что въ Австріи засаживаются лѣсомъ ле только пустыри,
но и пастбища и пашни, можно видѣть изъ книги Тайфена
(Teilen) о соціальной нищетѣ и господствующихъ классахъ въ
Австріи. Характеренъ также и тотъ фактъ, что въ Зальцбургѣ
количество рогатаго скота съ 1869 г. по 1880 уменшилось
на 10,6%, а съ 1880 по 1890—еще па 4,1% главнымъ обра­
зомъ «благодаря усиливающейся продажѣ Альпъ крупнымъ
владѣльцамъ охотничьихъ помѣстій» (Drill. «Agrarfrage in
Oesterreich»).
Другая черта феодальной жизни, воскресающая вмѣстѣ
съ ростомъ капиталистическихъ доходовъ,—это многочислен­
ная прислуга, содержимая для личнаго услуженія, челядь,
одна ливрея которыхъ уже напоминаетъ о прошлыхъ вѣкахъ
и указываетъ противорѣчіе ея съ духомъ XIX столѣтія. Этимъ
феодальнымъ тенденціямъ соотвѣтствуетъ и то предпочтеніе,
которое оказываетъ высшій свѣтъ ручной работѣ передъ ма­
шинной при покупкѣ продуктовъ личнаго потребленія. Машин­
ное производство, которое имѣетъ цѣлью потребленіе массъ,
которое производитъ продукты для всѣхъ, которое не прппаравливается къ индивидуальнымъ капризамъ и потребностямъ,
слишкомъ демократично для денежной аристократіи. То обстоя­
тельство, что ручная работа въ сравненіи съ машинной
означаетъ излишнюю растрату рабочей силы, дѣлаетъ ее въ
глазахъ покупателей тѣмъ болѣе дорогой, болѣе пригодной для
того, чтобы возвысить ихъ надъ массой черни.
Такимъ образомъ на долю ремесла на ряду съ домашней
промышленностью, самой жалкой изъ отраслей современнаго
производства, падаетъ также и самая аристократическая изъ
нихъ—производство продуктовъ высшаго качества. По какъ та,


— 191
такъ и другая отрасль ремесла подпадаетъ подъ власть капи­
талистической эксплуатаціи. Производство продуктовъ высшаго
достоинства, будь то платье или обувь, бумага или текстиль­
ныя издѣлія, овощи или фрукты,—требуетъ особеннаго искус­
ства, большой затраты рабочей силы, превосходныхъ орудій
производства; а все это требуетъ денегъ и большихъ денегъ;
Если для статистиковъ мастерскія, въ которыхъ выдѣлываются
продукты отмѣннаго качества, относятся къ разряду мелкихъ,
то для экономиста онѣ являются такими, которыя требуютъ
большой затраты капитала и въ которыхъ капиталистически
эксплуатируются высоко-квалифицированные рабочіе. Во мно­
гихъ случаяхъ онѣ служатъ скорѣе тому, чтобы сдѣлать искус­
ство рабомъ капиталистической промышленности, чѣмъ тому,
чтобы помочь ремеслу снова достигнуть процвѣтанія.
Но даже если бы это было и не такъ, то все же было бы
нелѣпо ожидать отъ растущей расточительности капиталистовъ
воскрешенія мелкаго производства. Этотъростъ расточительности
предполагаетъ пепрерывііыйибыстрыйростъкрупной промышлен­
ности, массоваго производства, непрерывное вытѣсненіе мел­
каго производства, непрерывное увеличеніе пролетаріата. Въ
отдѣльныхъ мѣстностяхъ, для отдѣльныхъ отраслей промышлен­
ности расточительность капиталистовъ можетъ еще создать
видимость процвѣтанія мелкаго производства, но она не мо­
жетъ этого сдѣлать для всей націи, такъ какъ она сама есть
продуктъ прогрессирующаго пролетаризировати народныхъ
массъ какъ своей собственной націи, такъ и чужихъ націй.
Видѣть спасеніе для ремесла въ переходѣ къ изготовленію
продуктовъ отмѣннаго достоинства можно было бы съ такимъ
же правомъ, какъ и утверждать, что капиталистическое про­
изводство имѣетъ тенденцію возвратить къ состоянію охот­
ничьяго быта тѣ націи, гдѣ оно поручило господство. Это
можно было бы безъ труда доказать статистически.
Все это доказываетъ не то, что «Марксова догма» ложна,
а только то, что процессъ паденія мелкаго производства крайне
сложенъ, что въ немъ перекрещиваются различныя и проти­
воположныя тенденціи, которыя однако только нарушаютъ и
замедляютъ его, а кое-гдѣ по внѣшности превращаютъ его въ


— 192 —

его противоположность, но никогда не могутъ задержать его
въ дѣйствительности.
в) Ограниченность земельной площади.

Тѣ же самыя противоположныя тенденціи и теченія, ко­
торыя запутываютъ процессъ развитія индустріи, дѣйствуютъ
и въ сельскомъ хозяйствѣ; и аналогія столь близка, что намъ
нѣтъ надобности останавливаться на ней дольше. Но по отно­
шенію къ сельскому хозяйству имѣютъ силу и такія против­
ныя тенденціи, которыя не оказываютъ дѣйствія на индустрію,
и поэтому эволюція въ ея цѣломъ дѣлается здѣсь еще болѣе
сложной.
Такія тенденціи, свойственныя спеціально сельскому хозяй­
ству въ отличіе отъ индустріи, и будутъ занимать насъ въ
дальнѣйшемъ изложеніи.
Прежде всего бросается въ глаза крупное отличіе: сред­
ства производства въ индустріи могутъ быть умножаемы по
произволу, въ то время какъ главнѣйшее средство производ­
ства въ сельскомъ хозяйствѣ—земля—составляетъ при данныхъ
условіяхъ данную, а не умножаемую по произволу величину.
По отношенію къ капиталу можно различать двѣ яркихъ
тенденціи: накопленіе и концентрацію. Накопленіе есть ре­
зультатъ образованія прибавочной цѣнности. Капиталистъ по­
требляетъ не всю прибыль, которую онъ получаетъ, но только
часть; другую часть онъ при нормальныхъ условіяхъ откла­
дываетъ и пользуется ею для округленія своего капитала.
Этотъ процессъ сплетается съ другимъ, съ процессомъ сое­
диненія различныхъ мелкихъ капиталовъ въ однѣхъ рукахъ
въ одинъ крупный капиталъ,—съ концентраціей капитала.
Совсѣмъ другое дѣло—земля. Въ странахъ съ старой
культурой необработанная земля, которая еще можетъ быть
присоединена къ культурной площади, составляетъ ничтожнуио
величину, еле замѣтную въ сравненіи съ тѣми суммами, ксоторыя изъ года въ годъ накопляютъ капиталисты. Землевлаідѣлецъ можетъ увеличить свое имѣніе только при помощіи
процессаконцентраціи,соединенія многихъ владѣній въ одно..


— 193 —

Въ индустріи процессъ накопленія можетъ происходить
независимо отъ процесса концентраціи, обыкновенно первый
даже предшествуетъ послѣднему. Можетъ быть созданъ круп­
ный капиталъ, можетъ быть основано крупное промышленное
предпріятіе безъ всякаго ущерба для мелкихъ капиталовъ,
безъ уничтоженія самостоятельности мелкихъ предпріятій. По­
слѣднее вообще является слѣдствіемъ, а не предпосылкой
возникновенія крупнаго промышленнаго предпріятія. Для того,
чтобы основать въ данной мѣстности сапожную фабрику, нѣтъ
необходимости экспропріировать мѣстныхъ сапожниковъ-ремесленниковъ. Только когда сапожная фабрика упрочиваетъ
свое существованіе и достигаетъ успѣховъ, она вызываетъ
разореніе мелкихъ сапожныхъ мастерскихъ и экспропріацію
ихъ крупнымъ производствомъ. Но именно процессъ накопле­
нія, наростанія новаго капитала изъ непотребленной прибыли
и создаетъ крупный капиталъ для основанія сапожной фабрики.
Напротивъ, тамъ, гдѣ вся земля перешла въ частную соб­
ственность и гдѣ всецѣло господствуетъ мелкое землевладѣ­
ніе, тамъ важнѣйшее для сельскаго хозяйства средство про­
изводства—земля можетъ быть добыто для крупнаго хозяй­
ства только при помощи концентраціи многихъ мелкихъ владѣній.
Паденіе большого числа мелкихъ хозяйствъ является здѣсь не­
обходимой предпосылкой появленія крупнаго хозяйства. Но
этого мало: экспропріируемыя владѣнія должны еще соста­
влять одну общую площадь, чтобы изъ ихъ соединенія
могло возникнуть одно крупное хозяйство. Въ собственность
ипотечнаго банка переходитъ, можетъ быть, нѣсколько сотенъ
проданныхъ съ молотка крестьянскихъ владѣній ежегодно;
но онъ не можетъ составить изъ нихъ крупнаго хозяйства,
такъ какъ они не смежны между собой, но разбросаны по
разнымъ мѣстамъ. Банкъ не можетъ сдѣлать съ ними ничего
иного, какъ продать ихъ порознь, какими онъ ихъ пріобрѣлъ,
иногда даже, если онъ можетъ легче найти покупателя для
болѣе мелкихъ участковъ, раздробить ихъ, чтобы сдѣлать изъ
нихъ еще болѣе мелкія владѣнія.
Пока рѣшающимъ моментомъ былъ произволъ землевла­
дѣльцевъ, для нихъ было весьма легко получить землю для


— 194 —

основанія хозяйства. Они просто-напросто сгоняли путемъ
болѣе или менѣе замаскированнаго насилія тѣхъ крестьянъ,
которые стояли имъ на пути.
Но капиталистическій способъ производства требуетъ обез­
печенности права собственности. Какъ только онъ вышелъ изъ
революціоннаго періода своего развитія и прочно основалъ
свое господство, онъ признаетъ только одно основаніе для
экспропріаціи—долговая несостоятельность. Пока крестьянинъ
въ состояніи платить по долгамъ капиталистамъ и государству,
его собственность священна. Частная собственность на землю
твердо упрочена. Мы еще увидимъ, насколько недостаточную
защиту даетъ она крестьянину; но она оказывается въ высшей
степени важнымъ препятствіемъ къ образованію крупнаго земле­
владѣнія—предпосылки крупнаго сельско-хозяйственнаго про­
изводства.
Тамъ, гдѣ теперь господствуетъ исключительно мелкое
землевладѣніе, крупное землевладѣніе можетъ возникнуть
только съ большимъ трудомъ, какимъ-бы нежизнеспособнымъ
не было мелкое землевладѣніе, и какъ-бы ни превосходило
крупное производство—мелкое.
Но и тамъ, гдѣ крупное владѣніе граничитъ съ мелкимъ,
оно не всегда можетъ безъ затрудненій увеличиваться на
счетъ послѣдняго, такъ какъ тѣ куски мелкаго владѣнія, ко­
торые изъ нужды или по другимъ причинамъ продаются, не
всегда оказываются пригодными для «округленія» и увели­
ченія имѣнія.
Сельскій хозяинъ, для котораго его имѣніе оказалось слиш­
комъ мелкимъ и который пріобрѣлъ средства для того, чтобы
вести хозяйство въ болѣе крупномъ размѣрѣ, вообще предпо­
читаетъ долгой, зависящей отъ случайностей, скупкѣ участковъ
своихъ сосѣдей гораздо болѣе простой и короткій способъ—
продажу своего имѣнія и покупку болѣе крупнаго. Расши­
реніе хозяйства отдѣльныхъ сельско-хозяйствепныхъ предпри­
нимателей происходитъ главнымъ образомъ въ этой формѣ, и
это одна изъ причинъ сильной мобилизаціи поземельной собствен­
ности, множества продажъ и покупокъ земли въ вѣкъ капи­
тализма. Чтобы желающіе купить всегда находили также и


195 —

желающихъ продать, объ этомъ заботятся наслѣдственное
право и задолженность, о которыхъ мы еще будемъ говорить.
Здѣсь мы хотимъ установить только слѣдующее: при гос­
подствѣ во всѣхъ, странахъ мелкой поземельной собственности,
особенности, свойственныя землѣ, являются сильнымъ пре­
пятствіемъ къ развитію крупнаго сельско-хозяйственнаго про­
изводства, какъ бы ни превосходило оно мелкое — препят­
ствіемъ, котораго не знаетъ индустрія.
г) Крупное производство—небезусловно наилучшее.

Къ этому присоединяется еще другое различіе между ин­
дустріей и сельскимъ хозяйствомъ. Въ первой крупное про­
изводство при нормальныхъ условіяхъ всегда выше мелкаго.
Конечно, и въ индустріи для каждаго предпріятія при дан­
ныхъ условіяхъ есть граница, за которую оно не можетъ пе­
рейти, не переставъ приносить доходъ. Обширность рынка,
наличный капиталъ, количество наличной рабочей силы, под­
возъ сырыхъ матеріаловъ, уровень техники ставятъ для каж­
даго предпріятія извѣстныя границы. Но изъ предпріятій,
величина которыхъ не переходитъ за эти границы, болѣе круп­
ное будетъ имѣть, превосходство надъ болѣе мелкимъ.
Къ сельскому хозяйству все это примѣнимо только до из­
вѣстной степени. Различіе происходитъ отъ того, что въ ин­
дустріи всякое расширеніе предпріятія равносильно большей
концентраціи производительныхъ силъ, со всѣми свойствен­
ными ей выгодами—сбереженіемъ во времени, издержкахъ,
матеріалѣ, облегченіемъ надзора и т. д. Напротивъ, въ сель­
скомъ хозяйствѣ всякое расширеніе предпріятія при прочихъ
равныхъ условіяхъ, именно при одинаковой обработкѣ земли,
равносильно также и пространственному расширенію
предпріятія, слѣдовательно—увеличенію потери матеріала,
напрасной растраты силъ, средствъ, времени, вызываемому
передвиженіемъ рабочей силы и матеріала. Эти условія въ
сельскомъ хозяйствѣ, имѣютъ тѣмъ большее значеніе, что здѣсь
рѣчь идетъ о передвиженіи матеріаловъ, очень малоцѣнныхъ,
но сравненію съ ихъ вѣсомъ или объемомъ,—навоза, сѣна,
соломы, зерна, картофеля,—а способы передвиженія очень


— 196 —

примитивны по сравненію съ таковыми же въ индустріи. Чѣмъ
больше имѣніе, тѣмъ труднѣе также и надзоръ за отдѣль­
ными работами, что при системѣ наемнаго труда имѣетъ боль­
шое значеніе.
Насколько съ увеличеніемъ размѣровъ имѣнія возрастаютъ
такія потери, наглядно показываетъ табличка, составленная
Тюненомъ и приводимая здѣсь нами, причемъ сдѣлано пере­
численіе на метрическую систему и числа округлены. Тюненъ
вычислялъ поземельную ренту съ гектара, приносимую различ­
ными участками земли на различномъ разстояніи отъ двора,
составляющаго центръ хозяйства (Wirthschaftshof).
Отдаленность зе­
У Р 0 Ж А ІІ
Р Ж II.
мельнаго участ­
25 гектол. 23 гекто л. 20 гектол. 18 гектол. 15 гектол.
ка отъ двора
А
Р
К
И.
М
въ метрахъ.
11
7
О
23
19
15
7
4
1000
17
15
11
2000
4
0
14
11
7
3
0
3000
10
7
0
4000
5
2
4500
0
0,5
5000
0

По таблицѣ можетъ казаться, что. сельское хозяйство тѣмъ
доходнѣе, чѣмъ меньше имѣніе. Это, разумѣется, не такъ.
Выгоды крупнаго производства настолько велики, что съ из­
быткомъ покрываютъ невыгоды большей отдаленности, но только
для площади извѣстнаго размѣра. За извѣстными границами вы­
годы крупнаго производства возрастаютъ не съ такой быстротой,
какъ убытки отъ отдаленности, такъ что съ этого пункта всякое
дальнѣйшее расширеніе имѣнія понижаетъ его доходность.
Установить съ достаточной точностью границы, за кото­
рыми начинается такой процессъ, вообще невозможно. Онѣ
различны для хозяйствъ съ различнымъ уровнемъ техники,
съ различною почвою и для различныхъ отраслей производ­
ства. Нѣкоторыя тенденціи развитія ведутъ къ расширенію
этихъ границъ; этому содѣйствуетъ, напр., введеніе пара или
электричества въ качествѣ двигателей или полевыхъ желѣз­
ныхъ дорогъ; другія, напротивъ, все болѣе и болѣе сужи­
ваютъ эти границы. Чѣмъ болѣе, по отношенію къ данной


— 197 —

площади, занято людей и рабочаго скота, чѣмъ больше пе­
ревозится тяжестей, навоза, собранныхъ продуктовъ, машинъ
и тяжелыхъ орудій, тѣмъ чувствительнѣе вліяніе отдаленно­
сти. Можно сказать, что въ общемъ максимальная площадь
имѣнія, за которой его доходность падаетъ, тѣмъ меньше,
чѣмъ интенсивнѣе хозяйство, чѣмъ больше капитала вложено
въ землю одинаковой площади; но зтотъ законъ время отъ
времени нарушается техническимъ развитіемъ.
Въ подобномъ же направленіи дѣйствуетъ и законъ, по
которому, чѣмъ интенсивнѣе сельско-хозяйственная культура
имѣнія, тѣмъ меньшей должна быть при данной массѣ капи­
тала его площадь. Маленькое имѣніе съ интенсивной куль­
турой можетъ относиться къ области болѣе крупнаго произ­
водства, чѣмъ занимающее большую площадь, но съ экстен­
сивной культурой. Статистика, которая даетъ намъ свѣдѣнія
только относительно площади хозяйства, оставляетъ насъ въ
полной неизвѣстности относительно того, вызывается ли слу­
чайное уменьшеніе площади имѣнія дѣйствительнымъ измель­
чаніемъ послѣдняго или же интенсификаціей хозяйства.
Наибольшую площадь допускаетъ лѣсное и луговое хозяй­
ство. Для перваго не нужно никакого центральнаго пункта,
никакого двора, вокругъ котораго оно сосредоточивалось бы.
При самой экстенсивной формѣ его рубка и перевозка де­
рева представляютъ единственную работу, въ которой оно
нуждается. Дерево нечувствительно къ вліяніямъ погоды, его
не нужно складывать въ амбары. Его оставляютъ тамъ, гдѣ
срубили, пока не явятся благопріятное время и обстоятель­
ства для перевозки его на рынокъ. При сплавѣ лѣса по рѣкѣ
онъ самъ собою движется впередъ.
Скотъ па лугу, по крайней мѣрѣ, при благопріятномъ кли­
матѣ, такъ же мало нуждается въ доставкѣ пищи человѣ­
комъ, въ особыхъ помѣщеніяхъ, какъ и дерево въ лѣсу. А живой
скотъ еще гораздо легче можно перегонять, чѣмъ дерево.
Тамъ, гдѣ развился достаточный рынокъ, лѣсное и луго­
вое хозяйство, какъ мы уже видѣли (стр. 18), были первыми
формами крупнаго' капиталистическаго производства, напра­
вленнаго на эксплуатацію почвы. Для нихъ не требуется ни


— 198 —

машинъ, ни персонала управляющихъ, получившихъ научное
образованіе, ни предварительно накопленнаго капитала. Для
пихъ требуется просто возможность со стороны отдѣльныхъ
землевладѣльцевъ монополизировать въ свою пользу лѣсъ и
луга и лишить такимъ путемъ крестьянъ ихъ собственности.
Это, дѣйствительно, широко практиковалось тамъ, гдѣ усло­
вія были для этого благопріятны.
Точно также и въ колоніяхъ, гдѣ па ряду съ недостаткомъ
въ рабочей силѣ земля имѣется въ изобиліи, лѣсное и въ осо­
бенности луговое хозяйство составляютъ первыя формы круп­
наго капиталистическаго производства въ сельскомъ хозяйствѣ;
такъ обстоитъ дѣло въ Соединенныхъ Штатахъ, въ Арген­
тинѣ, въ Урагваѣ и Австраліи. Отдѣльныя луговыя хозяйства
занимаютъ тамъ иногда площадь, равную нѣмецкимъ княже­
ствамъ. Въ Австраліи былъ случай, что въ одномъ хозяйствѣ
было острижено за одинъ годъ 200.000 овецъ.
Гораздо болѣе, чѣмъ лѣсныя и луговыя хозяйства, огра­
ничены по своей площади земледѣльческія хозяйства. Но и
здѣсь максимальная и средняя величина экстенсивныхъ хо­
зяйствъ превосходятъ таковыя же интенсивныхъ.
Изъ числа первыхъ самую большую площадь занимаютъ
сѣверо-американскія хозяйства, производящія пшеницу; въ
нихъ можно наблюдать своеобразное соединеніе значительной
экстенсивности хозяйства съ примѣненіемъ высокоразвитой
техники.
Американское сельское хозяйство было до сихъ поръ пре­
имущественно хищническимъ. Пока имѣлась въ изобиліи дѣв­
ственная почва, еще никому не принадлежавшая, сельскій
хозяинъ могъ отыскивать для себя наиболѣе плодородную
землю, собирать съ нея урожай за урожаемъ и, истощивъ ее,
бросить свое имѣніе и переселяться дальше. Такое кочевое
сельское хозяйство имѣло въ своемъ распоряженіи наилучшія
орудія и машины высокоразвитой индустріи, и такъ какъ зе­
мледѣлецъ не имѣлъ надобности покупать земли, то онъ могъ
употреблять почти весь свой капиталъ на покупку этихъ тех­
ническихъ средствъ. Для такого рода сельскаго хозяйства не
было нужды въ навозѣ, не было надобности держать много


— 199 —

скота, а гдѣ позволялъ климатъ, можно было обходиться и
безъ кормленія скота въ стойлахъ. Точно также не было на­
добности въ плодосмѣнномъ хозяйствѣ. Хозяйство производило
изъ года въ годъ одинъ и тотъ же продуктъ, по большей
части пшеницу, и было чистѣйшею фабрикою пшеницы. Всѣ
орудія, машины, рабочія силы, примѣняемыя въ немъ, слу­
жили этой единственной цѣли. Производство было простымъ
и понятнымъ. При такихъ условіяхъ отдѣльныя имѣнія могли
достигать громадныхъ размѣровъ. Извѣстны большія фермы
гг. Dalrymple Glenn, и др., которыя достигали 10 тысячъ и
и больше гектаровъ.
Напротивъ въ Англіи съ ея интенсивной культурой, тре­
бующей большаго количества скота, плодосмѣнной системы,
сильнаго унавоживанія, фермы площадью выше 500 гекта­
ровъ—рѣдкость, а 1000 гект.—максимумъ ихъ площади.
Такъ же, какъ крупныя капиталистическія хозяйства Аме­
рики, превосходятъ площадью европейскія и мелкія кресть­
янскія. Въ Германіи крестьянинъ, имѣющій отъ 20 до 100
гектаровъ земли, вообще считается уже крупнымъ крестья­
ниномъ. Въ Германской имперіи въ 1895 г. изъ 5’/2 милліо­
новъ земледѣльческихъ хозяйствъ считалось:
Размѣры..................... 2—5 гект.
Хозяйства.................
1.016.318

5—20 іект.
998.804

Напротивъ, въ Соединенныхъ Штатахъ
новъ, хозяйствъ въ 1890 г. было:
20—60 акровъ
Размѣры . . . (8—20 гект.)
Хозяйства . .
902.777

. 50—100 акр.
(20—40 гект.)
1.121.485

20—100 гект.
281.767

изъ 4х/2

милліо­

100—500 акр.
(40—200 гект.)
2.008.694

Итакъ, большая часть крестьянскихъ владѣній въ Америкѣ
имѣетъ размѣры нѣмецкихъ рыцарскихъ помѣстій.
Основанія этого экстенсивнаго сельскаго хозяйства исче­
заютъ, какъ только вся земля переходитъ въ частную соб­
ственность и уже не оказывается въ избыткѣ плодородной
почвы. Вмѣсто системы чередованія пашни и пара хозяинъ
долженъ принять плодосмѣнную систему, вмѣсто хищниче­
скаго хозяйства—долженъ содержать много скота и притомъ
въ стойлахъ. Сельскій хозяинъ долженъ теперь расходовать


200 —•

на ту же самую площадь больше капитала и рабочихъ силъ.
Если же онъ не можетъ найти въ достаточномъ количествѣ
этихъ капиталовъ и рабочихъ силъ, то онъ долженъ умень­
шить свое хозяйство; максимальная величина крупнаго хо­
зяйства должна понизиться, колоссы-фермы перестаютъ при­
носить доходъ. Такова картина эволюціи Америки, какъ ее
рисуютъ намъ. И тенденціи, дѣйствующія въ этомъ направ­
леніи, безъ сомнѣнія существуютъ, хотя и не въ той сте­
пени, какъ выставляютъ въ послѣдніе годы. О «близкомъ концѣ»
крупнаго сельско-хозяйственнаго производства въ Америкѣ ни­
коимъ образомъ нельзя говорить; это доказываютъ уже выше­
приведенныя данныя переписи.
Впрочемъ мы не отрицаемъ возможности того, что амери­
канское сельское хозяйство, если оно всецѣло перейдетъ къ
европейскому способу производства, перейдетъ вмѣстѣ съ тѣмъ
и къ европейскимъ размѣрамъ площади хозяйства. Колоссыфермы могутъ исчезнуть, максимальные размѣры крупныхъ
хозяйствъ понизиться до 1000 гектаровъ, размѣры крестьян­
скихъ хозяйствъ упадутъ до среднихъ размѣровъ нѣмецкихъ,
если техническое развитіе, напр., примѣненіе электричества
къ сельскому хозяйству, не создастъ новыхъ условій, которыя
расширятъ максимальные размѣры крупнаго хозяйства и при
интенсивной культурѣ. Во всякомъ случаѣ такое пониженіе
размѣровъ хозяйства указывало бы не на побѣду мелкаго про­
изводства надъ крупнымъ, а только на большую концентра­
цію производства на меньшей площади, которая можетъ, а
въ большинствѣ случаевъ даже должна итти рука объ руку
съ увеличеніемъ вложеннаго въ производство капитала, а
часто и съ увеличеніемъ количества занятыхъ въ немъ лицъ,
слѣдовательно, съ фактическимъ увеличеніемъ размѣровъ
производства.
Какъ переходъ отъ простого хищническаго хозяйства къ
правильному, основанному на продолжительномъ сохраненіи
плодородія почвы земледѣлію, такъ и вытѣсненіе экстенсив­
наго лугового хозяйства земледѣліемъ должно породить тен­
денцію къ уменьшенію средней площади имѣнія—при преж­
нихъ или даже растущихъ размѣрахъ производства. Но въ


— 201 —

томъ же направленіи дѣйствуетъ и замѣна хлѣбопашества
интенсивнымъ скотоводствомъ, которая происходитъ теперь
въ большихъ размѣрахъ именно въ странахъ со старой куль­
турой.
Въ Англіи въ 1880 г. средняя величина хозяйствъ, за­
нимающихся разведеніемъ скота, равнялась 52,3 акр., а хо­
зяйствъ, посвященныхъ хлѣбопашеству — 74,2 акр. Различ­
ныя категоріи хозяйствъ по величинѣ занимаютъ изъ всей
площади:
Площадь каждой категоріи хозяйствъ по величинѣ въ %:
до 50
акровъ.

50—100 100—300 300—500 500—1000 св. 1000
акрозъ.
арковъ. акровъ.
акровъ-.
акровъ;

Хоз., заним.
скотоводст,

17,2

18,9

43,7

13,8

7,2

2,2

Хоз., заним.
хлѣбопаш.

9,9

10,2

37,8

21,4

17,0

3,7

Понятно, что въ Англіи, гдѣ, какъ это наблюдается нынѣ,
хлѣбопашество все болѣе и болѣе падаетъ, и на его мѣсто
выступаетъ интенсивное скотоводство, должна была появиться
и тенденція къ сокращенію площади фермъ; но только очень
поверхностный человѣкъ могъ-бы заключить изъ этого о па­
деніи крупнаго производства. Впрочемъ, не смотря на это,
новыя цифровыя данныя не позволяютъ сдѣлать заключенія
о сокращеніи средней площади фермы. Средняя величина
хозяйствъ съ площадью, превышающей 1 акръ (только такія
площади регистрировались въ 1895 г.), равнялась въ Велико­
британіи въ 1885 г. 61 акр., въ 1895 - 62 акр., слѣдова­
тельно, нѣсколько возрасла.
Къ востоку отъ Эльбы переходъ къ интенсивной культурѣ
точно также приводитъ къ сокращенію площади болѣе круп­
ныхъ имѣній. «Большая часть нашихъ крупныхъ имѣній, го­
воритъ Зерингъ въ своей уже упоминавшейся нами книгѣ,
въ настоящее время занимаютъ слишкомъ большіе размѣры,
при которыхъ невозможно вести достаточно интенсивную куль-


— 202 —

туру на всей ихъ площади. Они появились и выросли въ то
время, когда общія экономическія условія не требовали той
концентраціи капитала и рабочей силы па отдѣльномъ зе­
мельномъ участкѣ, которая въ настоящее время является
необходимостью для частнаго и народнаго хозяйства... Поэтомуто на окраинныхъ земляхъ, часто занимающихъ отъ пятой
части до четверти всей площади, теперь почти повсюду ве­
дется экстенсивное хозяйство, напр., онѣ засѣваются лупи­
номъ или много лѣтъ остаются подъ пастбищемъ... Вычи­
слено, что въ имѣніяхъ Новой Помераніи съ интенсивной
культурой и съ тяжелой почвой участки земли, удаленные
болѣе чѣмъ на 2 километра отъ главнаго двора, вообще не
могутъ уже приносить дохода при обработкѣ... Возрастающій
недостатокъ въ необходимомъ для веденія хозяйства капиталѣ
вызывается слишкомъ большою площадью имѣній.
«Уменьшеніе площади имѣнія путемъ продажи или сдачи
въ аренду мелкимъ крестьянамъ-колонистамъ отдаленныхъ уча­
стковъ его повыситъ производительность земли двумя путями.
Такъ какъ колонизація, покрываетъ прежнюю площадь имѣнія
большимъ числомъ хозяйственныхъ центровъ, то вполнѣ под­
вергаются обработкѣ и тѣ участки, которые до сихъ поръ,
въ виду ихъ неблагопріятнаго положенія по отношенію къ
главному двору, обрабатывались неудовлетворительно. Въ распо­
ряженіи владѣльца оставшейся части имѣнія оказывается
большая масса рабочей силы и капитала, и онъ при умень­
шившемся бремени платежей вскорѣ станетъ извлекать изъ
оставшейся части имѣнія прежній или еще большій чистый
доходъ» (стр. 92, 93).
Поэтому крупныя имѣнія къ востоку Эльбы сокращаются,
а рядомъ съ ними появляются мелкія крестьянскія хозяй­
ства, но не потому, что мелкое производство превосходитъ
крупное, а потому, что прежніе размѣры имѣнія были при­
способлены къ потребностямъ экстенсивнаго хозяйства.
д) Латифундіи.

Изъ всего вышесказаннаго вытекаетъ двоякое слѣдствіе.
Во-первыхъ, одни статистическія данныя о площади хозяйства


— 203 —

говорятъ очень мало. Во-вторыхъ, процессъ концентраціи земли,
который уже самъ по себѣ сопряженъ съ гораздо большими
затрудненіями, чѣмъ процессъ накопленія и концентраціи
капитала, кромѣ того при данныхъ условіяхъ имѣетъ свои
границы для каждаго отдѣльнаго хозяйства.
Только тамъ, гдѣ господствуетъ система сдачи земли въ
аренду, является и стремленіе землевладѣльцевъ расширять
каждое имѣніе до безконечности. Но тамъ единица хозяйства
не совпадаетъ съ единицей владѣнія. Землевладѣлецъ не от­
даетъ всего своего имѣнія, если оно слишкомъ велико, въ
распоряженіе одному только предпринимателю. Онъ разби­
ваетъ его на нѣсколько арендныхъ участковъ, величину ко­
торыхъ онъ опредѣляетъ, соображаясь съ возможностью по­
лучить съ нихъ наибольшій доходъ. При этомъ принимается
въ соображеніе не только наиболѣе раціональная обработка
сдаваемаго въ аренду участка, но также и экономическая
благонадежность (Карііаікгай) арендаторовъ.
Тамъ, гдѣ имѣніе эксплуатируется самимъ владѣльцемъ
или управляющимъ—гдѣ единица владѣнія и единица хо­
зяйства совпадаютъ—тамъ тенденція къ концентраціи—разъ
имѣніе уже округлено и обезпечено достаточнымъ количествомъ
земли—выражается уже не въ стремленіи къ дальнѣйшему
его расширенію, а въ стремленіи къ созданію внѣ его
другого.
И эта тенденція получаетъ при извѣстныхъ условіяхъ
большую силу. Прекрасную иллюстрацію этого ' даетъ намъ
д-ръ Рудольфъ Мейеръ въ своей интересной книгѣ о пони­
женіи земельной ренты. Онъ изучилъ самымъ тщательнымъ
образомъ развитіе крупнаго землевладѣнія въ Помераніи и
нашелъ, что -тамъ изъ всей земли, принадлежавшей богатому
дворянству, 62 собственникамъ принадлежало въ 1855 году
229 имѣній, а въ 1891 г. — 485 имѣній съ площадью въ \
261.796 гектаровъ. Фамиліи, къ которымъ принадлежали эти
62 владѣльца и которыя насчитывали въ 1891 г. 125 чле­
новъ, владѣли въ 1855 г. 339 имѣніями, въ 1891 г.—609
имѣніями съ 334.771 гектаровъ. Далѣе, 62-мъ состоятель­
нымъ дворянамъ-землевладѣльцамъ принадлежало въ 1855 г.


— 204 —

118 имѣній, въ 1891 г.—203 съ 147.139 гектар., и, нако­
нецъ, 35-ти богатымъ землевладѣльцамъ буржуазнаго про­
исхожденія принадлежало въ 1855 г. 25, въ 1891 г.—94
имѣнія съ 54.000 гектар., ихъ фамиліямъ съ 47 членами въ
1855 г,—30, въ 1891 г.—110 имѣній. Кромѣ того д-ръ Ру­
дольфъ Мейеръ указываетъ еще на 76 дворянъ - землевла­
дѣльцевъ съ 182 имѣніями общею площадью въ 109.950 гектар,
и 119 землевладѣльцевъ—буржуазнаго происхожденія съ 295
имѣніями (131.198 гектар.), прежнее хозяйственное положеніе
(Besitzstand) которыхъ не выяснено.
Эти цифры указываютъ на очень сильную тенденцію къ
концентраціи, которая особенно сильно выражена у отдѣль­
ныхъ собственниковъ. Между послѣдними находимъ:
Число имѣній.
ФАМИЛІИ СОБСТВЕННИКОВЪ.

Below Saleske

1855 г.

................................

Графъ Дугласъ................................

1

—

Knebel-Döberitz-Dietersdorf ....

Гр. Armin-Schlagen th...................

3
—

1891 г.

Въ 1891 г.
Сумма по­
Гектаровъ. земельнаго
налога

5

4.047

38.046

6

1.592

22.815

8

5.629

24.356

8

3.692

25.101

Князь Бисмаркъ ................................

1

9

9.047

31.658

Plötz-Stuchov . .

. - . . . . .

4

10

6.214

51.937

Heyden-Jurgen-Cartlow..................

6

И

4.635

108.969

11

10.998

44.350

Кн. Hohenzollern Sigmaringen . . .

—

Королевская фамилія.......................

1

12

24.513

128.399

Графъ Behr-Negendank..................

6

12

5.696

104.318

Lanken Boldewitz................................

3

13

4.183

95.382

Гр. Behr Bandelin............................

3

13

6.576

131.285

JTp. Красовъ-Divis ............................

5

15

4.613

112.652


— 205
Число имѣній.

ФАМИЛІИ СОБСТВЕННИКОВЪ.

1855 г.

Въ 1891 г.
Сумма по­
1891 г. Гектаровъ. земельнаго
налога.

Lanken Plüggentin...........................

6

16

2.648

68.355

Гр. Платенъ-Остенъ.......................

8

16

10.520

79.845

Графъ Флеммингъ-Бенцъ ....

13

24

14.258

107.794

Князь Putbus.....................................

53

85

17.113

302.892

Профессоръ Конрадъ началъ въ своихъ «Jahrbuch, für
Nationalökonomie und Statistik» рядъ цѣнныхъ статей «Agrar­
statistische Untersuchungen», которыя даютъ понятіе именно о
площади современныхъ прусскихъ латифундій. Имъ найдено
владѣльцевъ имѣній въ 5000 гектаровъ и болѣе:

Въ
»
»
»
»

Восточной Пруссіи
Западной Пруссіи.
Познани................
Помераніи . . . .
Силезіи....................

...
...
...
...
...

11
13
33
24
46

Общая площадь и имѣнія въ гект.
67.619
105.996
300.716
182.752
671.649

Пашни и
луговъ въ
гектар.
34.000
48.000
147.310
102.721
192.443

46 владѣльцамъ лати фундій, которые были зарегистрированы въ 1887 г. въ Силезіи, принадлежало въ общей слож­
ности не меньше 843 имѣній. Изъ нихъ:
пло- Сумма позе1владѣ­ Общая
щадь въ
мельнаго
нія.
гектар.
налога.
Кронпринцу Фридриху Вильгельму (бу­
8.879
дущему Императору Фридриху Ш) 19
118.959
R. Friedenthal’io, Государственному Ми24
106.740
9.090
нистру.........................................
271.732
31.072
Королю Альберту Саксонскому. . . . 50
52
39.742
233.701
Герцогу von üjest.....................
51.112
324.042
Князю Pless............................................. 75

Таковы данныя, которыя никоимъ образомъ не указываютъ на «близкій конецъ» крупнаго землевладѣнія.


2Ö6 —
Относительно площади крупнаго землевладѣнія въ Австріи
г. Краффтъ приводитъ въ своемъ «ученіи о производствѣ^
слѣдующія цифры:
Величина
въ гектарахъ.

НАИМЕНОВАНІЕ ВЛАДѢЛЬЦЕВЪ.

Владѣнія архіепископа Ольмюцскаго въ
Богеміи ..............................................

Составныя части.

?

54.500

Богемскія, Моравскія, Нижнеавстрій­
скія владѣнія Императора ФранцаІосифа

.....................................
79.300

Венгерскія владѣнія графовъ Schön born Buchheim........................
134.013

?.
- '1, А -

2 домена съ 44
фермами и.Юлѣснич.

Богемскія владѣнія князя Шварцен­
берга . . . . ....................................

177.930

Моравскія, Богемскія и Силезскія вла­
дѣнія эрцгерцога Лихтенштейна .

180.900

?

Венгерскія и Силезскія владѣнія эрц­
герцога Альбрехта
..............

192.181

72 эконом., 780
фермъ, 58 лѣснич.

431.700

35 доменовъ.

Венгерскія владѣнія кн, Эстергази .

.

20 доменовъ.

Такого рода концентрація земли, соединеніе многихъ имѣ­
ній въ однѣхъ рукахъ, подобно концентраціи земли въ рукахъ
ипотечныхъ банковъ, оставляетъ неизмѣнной площадь от­
дѣльныхъ хозяйствъ. Но она отличается отъ послѣдней тѣмъ,
что концентраціи собственности сопутствуетъ централизація
управленія, а вмѣстѣ съ тѣмъ возникаетъ новая форма произ­
водства-латифундія. Именно послѣдняя, а не непомѣрное
расширеніе отдѣльныхъ имѣній, является формой развитія
современнаго гигантскаго производства (Riesenbetrieb) въ сель­
скомъ хозяйствѣ; и эта форма такъ же мало знаетъ какія-бы
то ни было границы, какъ и концентрація капитала.
Такъ прокладывается путь къ высшему способу производ­
ства, на какое только способно современное сельское хо­
зяйство. Объединеніе многихъ хозяйствъ въ однѣхъ рукахъ
приводитъ рано или поздно къ ихъ сліянію въ одинъ общій
организмъ, къ планомѣрному раздѣленію труда и коопераціи
между отдѣльными хозяйствами.


— 207 —

Нѣсколько выдержекъ изъ «Betriebslehre» (стр. 167)
Г. Краффта, который знакомъ съ австрійскими латифундіями
по собственнымъ наблюденіямъ, могутъ это иллюстрировать.
„Крупное земельное владѣніе (Grossgrundbesitz, такъ называетъ
Краффтъ латифундіи) образуется изъ соединенія многихъ круп­
ныхъ имѣній или доменовъ, неточно называемыхъ также Неггschaft'aMH. Если крупное земельное владѣніе занимаетъ очень
большое пространство, то домены соединяются въ группы—Domänendistrikt’ö.
„Организація управленія латифундіей приблизительно такова:
во главѣ стоитъ собственникъ, который или самъ держитъ въ
своихъ рукахъ высшее руководство, или, по большей части, пе­
редаетъ его въ руки центральнаго правленія. Завѣдываніе группой
доменовъ или Domänendistrikt’омъ поручается хозяйственному
совѣту (или инспектору экономіи)—Краффтъ пользуется, въ виду
высокаго развитія латифундій въ Австріи, общепринятыми тамъ
терминами. — Дѣятельность хозяйственнаго совѣта состоитъ въ
наблюденіи за выполненіемъ одобренныхъ центральнымъ управле­
ніемъ организаціонныхъ плановъ отдѣльныхъ доменовъ. Онъ обра­
зуетъ президіумъ на ежегодныхъ конференціяхъ всЬхъ упра­
вляющихъ доменами для регулированія отношеній между отдѣль­
ными доменами. Онъ одобряетъ заключенія управляющихъ доме­
нами о доходности истекшаго хозяйственнаго года, равно какъ
и вносимыя ими предположенія объ улучшеніяхъ и измѣненіяхъ
въ хозяйствѣ въ ближайшемъ году, и. вноситъ такія предложенія
на утвержденіе собственника въ центральное правленіе.
„Для группы доменовъ кромѣ того съ выгодой централизу­
ются въ однѣхъ рукахъ нѣкоторыя организаціонныя работы. Такъ,
часто выборъ тѣхъ или иныхъ способовъ разведенія скота и об­
щій надзоръ за разведеніемъ различныхъ породъ поручается свѣ­
дущему спеціалисту (надсмотрщику надъ разведеніемъ овецъ,
и пр.). Такой организаціей несомнѣнно достигаются лучшіе ре
зупьтаты, чѣмъ предоставленіемъ выбора того или иного способа
разведенія скота многимъ лицамъ, на обязанности которыхъ теперь
лежитъ только непосредственное разведеніе скота по установлен­
ному способу.
„Точно также для болѣе крупныхъ отраслей доменнаго хо­
зяйства можетъ быть созданъ одинъ центральный органъ, обни­
мающій цѣлую группу доменовъ или же всю латифундію. На­
примѣръ, въ тѣхъ латифундіяхъ, въ которыхъ возводится много


— 208 —
новыхъ строеній .для сахарныхъ, пивоваренныхъ заводовъ, и вы­
полняются обширныя техническія работы по улучшенію культуры,
для всѣхъ доменовъ, имѣется одно строительное управленіе; оно
составляетъ планы и смѣты для большихъ построекъ, а также одобряетъ
планы и смѣты, представляемые завѣдующими строительной
частью въ отдѣльныхъ доменахъ и наблюдаетъ за возведеніемъ
строеній. Точно также часто встрѣчается для лѣсного хозяйства
всѣхъ доменовъ одно лѣсное управленіе, во главѣ котораго стоитъ
главный лѣсоводъ; для всего горнаго хозяйства—горная инспек­
ція и т. д.
„Важнѣйшимъ моментомъ при организаціи домена (лати­
фундіи) служитъ созданіе коопераціи между отдѣльными отраслями
доменнаго управленія для достиженія постояннаго и по возмож­
ности наивысшаго чистаго дохода... На ряду съ организаціей до­
меновъ ставится вопросъ объ извлеченіи дохода изъ различій,
обусловливаемыхъ мѣстнымъ положеніемъ—соціальными, клима­
тическими и почвенными условіями отдѣльныхъ доменовъ—пу­
темъ соединенія послѣднихъ въ одно органическое цѣлое, путемъ
организаціи всей латифундія. Задачи послѣдней заключаются,
главнымъ образомъ, въ достиженіи болѣе дешеваго производства
и болѣе выгоднаго сбыта полученных'ь продуктовъ, въ упрощеніи
управленія и, въ связи съ этимъ, въ лучшемъ использованіи на­
личныхъ силъ.
„Удешевить производство можно при помощи болѣе дешеваго
обзаведенія средствами производства, именно капиталомъ, благо­
даря тому, что крупнымъ землевладѣльцамъ легче достается кре,
дитъ; далѣе, производство можно удешевить при помощи при
мѣненія сберегающихъ трудъ машинъ, что возможно только при
большихъ размѣрахъ хозяйства, напр., паровыхъ плуговъ въ
сельскомъ хозяйствѣ, современныхъ перевозочныхъ средствъ, же­
лѣзныхъ дорогъ и пр. въ лѣсномъ хозяйствѣ, современныхъ ма­
шинныхъ способовъ производства въ различныхъ промыслахъ,—
и при помощи раздѣленія труда въ том ь смыслѣ, чтобы различныя
условія вегетаціи разныхъ доменовъ эксплуатировались въ инте­
ресахъ воздѣлыванія растеній. Это достигается путемъ соединенія
многихъ доменовъ съ цѣлью доставки сырого матеріала для какого
нибудь техническаго производства, наиболѣе выгоднаго при круп­
ныхъ размѣрахъ его, при широкомъ примѣненіи машинъ, пу­
темъ учрежденія школъ для обученія сѣянію клевера и травъ въ
тѣхъ доменахъ и фермахъ, которыя производятъ особенно круп-


— 209 —

ное и хорошее сѣмя и на которыхъ, поэтому, лежитъ задача съ
особеннымъ стараніемъ культивировать эти растенія. Особенное
богатство лугами и соломой одной какой-нибудь группы доменовъ
при примѣненіи переносныхъ прессовъ, которые приводятъ сѣно,
солому и даже навозъ въ удобное для переноски состояніе,^позво­
ляетъ въ случаѣ нужды оказывать помощь доменамъ, бѣднымъ
лугами и соломой.
„Въ интересахъ дешевѣйшаго производства приходится иногда
организовать по одному общему плану и разведеніе животныхъ.
Разведеніе лошадей для собственной надобности можетъ быть со­
средоточено въ пригодномъ для этого отдаленномъ доменѣ. Нѣко­
торые домены или фермы могутъ быть назначены для разведенія
нужнаго рогатаго скота и для прочихъ. Откармливаніе можетъ
быть съ удобствомъ сконцентрировано близь желѣзной дороги,
около крупнаго центра, который долженъ снабжаться отдаленными
доменами совсѣмъ неоткорпленными или ясе полуоткормленными
животными; послѣднее — для того, чтобы не пропадали и такіе
кормовые продукты, которые не пригодны для окончательнаго от­
кармливанія'. Для выгоднѣйшаго сбыта молочныхъ продуктовъ
можетъ оказаться выгоднымъ для многихъ фермъ устройство въ
извѣстныхъ пунктахъ сыроваренныхъ заводовъ, въ видахъ сокра­
щенія издержекъ путемъ крупнаго производства съ центробѣж­
ными машинами. Вмѣстѣ съ тѣмъ для сокращенія расходовъ по
управленію должно быть проведено раздѣленіе работъ но выкар­
мливанію скота и собственно по содержанію скота для молока.
При разведеніи овецъ можетъ быть также проведено раздѣленіе
работъ сообразно съ тѣмъ, для чего онѣ разводятся. Потребность
въ племенныхъ баранахъ удовлетворяется тогда изъ подходящихъ
молодыхъ стадъ.
„Обыкновенно доходъ съ продуктовъ, добываемыхъ въ боль­
шей части доменовъ, извлекается путемъ переработки ихъ или
путемъ продажи въ чужія руки,—путемъ переработки въ соб­
ственныхъ крупныхъ мельницахъ и маслобойняхъ, сахарныхъ,
пивоваренныхъ, лѣсопильныхъ заводахъ и пр., или путемъ пере­
дачи на рынки сбыта.
„Въ интересахъ наивыгоднѣйшаго сбыта продуктовъ пред­
ставляется существенно важнымъ устройство на свой собствен­
ный счетъ или съ помощью другихъ предпринимателей разнаго
рода путей сообщенія, какънапр., подъѣздныхъ желѣзнодорожныхъ
путей и конокъ — для соединенія съ главной желѣзнодорожной
магистралью, шоссе, каналами и пр. Упрощеніе управленія
14


— 210 —
можетъ быть достигнуто утилизаціей общихъ размѣровъ владѣнія
и сосѣдственнаго положенія отдѣльныхъ доменовъ при помощи
раздѣленія труда...
„Важнѣйшимъ моментомъ при организаціи крупнаго владѣнія
является, въ конечномъ итогѣ повышеніе производитель­
ности силъ путемъ правильнаго примѣненія ихъ. Если какаянибудь индивидуальность оказывается особенно пригодной для
той или иной отрасли производства, то она должна быть поста
влена въ такія условія, при которыхъ могла-бы развивать наиболь­
шую производительность. Однако путемъ своевременныхъ, ігеремѣнъ въ органахъ управленія нужно избѣгать вырожденія ихъ .
въ рутинныя хозяйства. При незначительныхъ размѣрахъ упра­
вляемаго цѣлаго эти принципы не всегда примѣнимы.
„Наибольшія трудности при организаціи крупнаго владѣнія
въ вышеизложенномъ смыслѣ оказываются тогда, когда отдѣль­
ныя части его, домены слишкомъ удалены отна отъ другой. Съ
другой стороны результаты такой организаціи наиболѣе бро­
саются въ глаза тамъ, гдѣ отдѣльные домены не раздѣлены про­
странств! нно.
„Во всякомъ случаѣ организація крупнаго владѣнія—на эту
сторону сельско-хозяйственнаго производства до сихъ поръ пока
мало обращалось или совсѣмъ не обращалось вниманія—заслу­
живаетъ самыхъ широкихъ заботъ, такъ какъ она при своемъ
прогрессивномъ развитіи, подкрѣпляемомъ быстрымъ развитіемъ
науки сельскаго хозяйства, повидимому, призвана сдѣлаться
факторомъ, при помощи котораго крупное хозяйство достигнетъ
крупнѣйшихъ результатовъ“.

Въ такого рода гигантскихъ хозяйствахъ, а не въ кресть­
янскихъ карликовыхъ одинъ изъ первыхъ современныхъ авто­
ритетовъ въ сельскомъ хозяйствѣ, старый «практикъ*, воору­
женный, конечно, широкимъ кругозоромъ и знаніями теоре­
тика, видитъ будущее современнаго раціональнаго сельскаго
хозяйства.
Но и такое гигантское хозяйство встрѣчаетъ преграду,
которая только въ исключительныхъ случаяхъ задерживаетъ
развитіе крупной индустріи: недостатокъ въ рабочихъ.

е) Недостатокъ въ рабочей силѣ.
Расширеніе рынка, обладаніе денежными средствами, на­
личность необходимыхъ техническихъ условій,—всего этого не


— 211 —

достаточно для созданія крупнаго капиталистическаго произ­
водства. Важнѣе всего—рабочіе. Тамъ, гдѣ при наличности
всѣхъ прочихъ условій отсутствуютъ лишенные собственности
рабочіе, которые продавались бы капиталисту,—капиталисти­
ческое производство невозможно. Но городская промышлен­
ность въ старыхъ культурныхъ странахъ не страдаетъ отъ
недостатка рабочихъ. Пролетаріатъ самъ собою размножается
и въ изобиліи доставляетъ растущему капиталу добавочную
рабочую силу.
Кромѣ того въ ряды городскихъ же наемныхъ рабочихъ
преимущественно направляется приростъ мелкой буржуазіи и
мелкаго крестьянства, которое не можетъ стать самостоятель­
нымъ, равно какъ и масса пролетаризированныхъ мелкихъ
буржуа и мелкихъ крестьянъ. И крупная промышленность
можетъ пользоваться всѣми этими силами, выбрасываемыми
одинаково городомъ и деревней.
Совсѣмъ иное въ сельскомъ хозяйствѣ. Условія работы въ
городахъ дѣлаютъ рабочаго неспособнымъ къ земледѣльческой
работѣ. Кто выросъ въ городѣ или переселился туда въ моло­
дости, тотъ потерянъ для сельскаго хозяйства. Послѣднее при
современныхъ условіяхъ пе можетъ удовлетворять свою потреб­
ность въ рабочихъ изъ рядовъ городского промышленнаго
пролетаріата.
Крупное сельское хозяйство при современныхъ условіяхъ
не можетъ производить и удержать при себѣ даже необходи­
маго количества добавочной рабочей силы.
Мы открываемъ причину такого явленія въ особенностяхъ,
которыя рѣзко отличаютъ сельское хозяйство отъ современной
индустріи. Въ послѣдней, въ противоположность средневѣковой
промышленности, собственно производство вполнѣ отдѣлено
отъ домашняго хозяйства Въ средневѣковомъ ремеслѣ—да и
теперь еще въ его пережиткахъ и то, и другое соединены.
Въ цеховой періодъ ремесленные рабочіе принадлежали къ
домашнему хозяйству мастера, были членами его семьи. Рабо­
чій не могъ обзавестись собственнымъ домашнимъ хозяйствомъ,
вступить въ бракъ, не начиная самостоятельнаго производства,
не дѣлаясь мастеромъ.

14*


— 212

Въ современной индустріи, наоборотъ, домашнее хозяйство
и производство раздѣлены. Здѣсь рабочій можетъ обзавестись
собственнымъ домашнимъ хозяйствомъ, не становясь самостоя­
тельнымъ работникомъ, и мы знаемъ, что онъ широко поль­
зуется такою возможностью, увеличивая наемный пролетаріатъ,
который составляетъ теперь особый классъ. Но раздѣленіе
домашняго хозяйства и производства впервые дѣлаетъ проле­
тарія свободнымъ человѣкомъ внѣ работы и даетъ ему воз­
можность пріобрѣсти такія качества, которыя сдѣлаютъ его
способнымъ завоевать и удержать власть въ государствѣ.
Наемные рабочіе были и прежде, но они не имѣли ника­
кой возможности воспитывать своихъ дѣтей, такъ какъ у нихъ
не было своего собственнаго домашняго хозяйства, своей соб­
ственной семьи. Они были дѣтьми ремесленниковъ-мастеровъ
или мелкихъ крестьянъ, и только, какъ мастера, могли въ свою
очередь воспитывать своихъ дѣтей. Не будучи отягчены женою
и дѣтьми, ремесленники-подмастерья представляли, подобно
студентамъ, слой, способный къ борьбѣ съ властями и масте­
рами; но такъ же мало, какъ и студенты, они могли помышлять
о томъ, чтобы представлять политическую силу въ государствѣ
и устроить общество сообразно со своими классовыми интере­
сами. Только современному наемному пролетарію, съ собствен­
нымъ домашнимъ хозяйствомъ, съ дѣтьми, которыя осуждены
оставаться пролетаріями, могла притти въ голову эта мысль.
Но то, что уже миновало для индустріи, еще имѣетъ силу
для сельскаго хозяйства. Оно тѣсно связано съ домашнимъ
хозяйствомъ. Нѣтъ ни одного земледѣльческаго хозяйства безъ
собственнаго домашняго хозяйства, но нѣтъ также въ деревнѣ
и прочнаго, устойчиваго домашняго хозяйства, не связаннаго
съ земледѣльческимъ хозяйствомъ.
Это можетъ частью обусловливаться рѣдкостью населенія,
—въ противоположность его концентраціи въ городѣ. Воз­
веденіе казармъ съ наемными квартирами здѣсь невозможно;
мелкій хозяинъ не отдаетъ въ наемъ квартиръ или же зани­
мается этимъ только въ видѣ побочнаго промысла.
Прежде всего бросается въ глаза тѣсная экономическая
связь между домашнимъ хозяйствомъ и сельско-хозяйствен-


— 213 —

нылъ производствомъ, именно въ мелкомъ производствѣ. По­
слѣднее въ значительной части производитъ для непосред­
ственнаго потребленія перваго. Съ другой стороны отбросы
домашняго хозяйства доставляютъ удобреніе и кормъ для скота,
а для присмотра за скотомъ требуется постоянное присут­
ствіе приставленныхъ къ этому лицъ, слѣд., принадлежность
ихъ къ домоводству и т. д.
Позиція наемнаго рабочаго принимаетъ при такихъ усло­
віяхъ совсѣмъ иной характеръ въ деревнѣ,, чѣмъ въ городѣ.
Совершенно лишенный собственности наемный рабочій, кото­
рый имѣетъ свое собственное домашнее хозяйство, предста­
вляетъ здѣсь исключительное явленіе. Наемные рабочіе въ
крупномъ земледѣльческомъ хозяйствѣ являются частью чле­
нами его домашняго хозяйства—батраки и батрачки; поскольку
же они имѣютъ собственное домашнее хозяйство, постольку
они вообще представляютъ и самостоятельныхъ сельскихъ хо­
зяевъ, ведущихъ хозяйство на собственной или арендной зе­
млѣ; только часть своего рабочаго времени они посвящаютъ на емной работѣ, а другую часть—-работѣ въ собственномъ хо­
зяйствѣ.
Своеобразное промежуточное положеніе занимаютъ такъ
называемые депутанты, получающіе постоянную годовую пла­
ту, а кромѣ того—опредѣленныя натуральныя выдачи и ку­
сокъ земли, равно какъ и жилище въ экономіи, а также «Іпвітапп’ы», которые играютъ важную роль въ остъ-эльбскихъ
крупныхъ имѣніяхъ въ качествѣ рабочихъ. Они живутъ на хо­
зяйскомъ дворѣ, но въ собственныхъ жилищахъ, и получаютъ
въ вознагражденіе за свои работы частью, какъ и депутанты,
извѣстное количество продуктовъ натурою и кусокъ земли,
которую они сами должны обрабатывать, частью плату, но
не годовую, какъ депутанты, а поденную или аккордную
плату (половничество).
«.Никакой рабочій, совершенно лишенный собственности
не можетъ перейти въ состояніе Пшітаип’а. Прежде всего
назначенное ему жилище обыкновенно лишено домашней ут­
вари; далѣе Іпвішапи долженъ доставить необходимыя орудія
труда, именно косу и цѣпъ. Но прежде всего вступленіе въ


— 214 —

ряды Instmann’oBb, точно такъ же, какъ и вступленіе въ бракъ
батрака, предполагаетъ владѣніе коровой или по крайней мѣрѣ
одной или нѣсколькими козами, если господа не даютъ ссуды
на пріобрѣтеніе ихъ. Наконецъ Instmann долженъ быть также
въ состояніи доставить для обработки отведенной ему зе­
мли необходимое количество сѣмянъ, не говоря уже о навозѣ,
который онъ долженъ получить отъ своего скота «(Д-ръ Мах
Weber «Enquete über die Verhältnisse der Landarb. in Deutschland»
III, 13).
Instmann составляетъ промежуточную ступень между батра­
комъ и арендаторомъ, но большею частью стоитъ ниже наем­
наго рабочаго; это— пережитокъ феодальнаго времени, ког­
да землевладѣлецъ не умѣлъ извлекать дохода изъ земли
иначе, какъ отдавая ее за извѣстныя повинности. Опъ не
можетъ ужиться съ современнымъ капиталистическимъ сель­
скимъ хозяйствомъ и высокой рентой. Напримѣръ, въ Саксоніи
(провинціи) культура свекловицы приводитъ къ исчезновенію
класса Instmann’овъ.
Очень близко къ положенію Instmann’a въ сѣверо-восточной
Германіи подходитъ положеніе Heuermann’a въ сѣверо-западной.
« Heuer mann ’ы»—это семейные сельско-хозяйственные рабочіе,
которые получаютъ въ аренду отъ работодателя жилище и кло­
чекъ земли за умѣренную плату, обыкновенно на половину
низшую, чѣмъ нормальная мѣстная плата, и за это обязаны
предоставлять въ распоряженіе патрона свою рабочую силу на
извѣстное число дней, различное въ различныхъ областяхъ,
«даже въ различныхъ имѣніяхъ,—-за умѣренную поденную
плату, обыкновенно на половину низшую, чѣмъ нормальная
мѣстная плата» (Д-ръ К. Kärger въ «Die; Verhältnisse der Land­
arbeiter» I, 3). Но и этотъ пережитокъ феодальнаго времени
исчезаетъ подобно классу Іпяііпапп’овъ
Наряду съ этими категоріями рабочихъ мы находимъ так­
же и «свободныхъ» лишенныхъ собственности поденщиковъ,
которые нанимаются къ крестьянамъ,—Einlieger’ы, «Losleute»,
«Heurlinge»,—и продаютъ свою рабочую силу тамъ, гдѣ толь­
ко находятъ покупателя. Они ближе всего подходятъ къ
городскому наемному пролетаріату, но все же существенно


— 215 —

отличаются отъ него. Они составляютъ придатокъ въ чужомъ
домоводствѣ, а «житье подъ чужою крышей всегда, также
и въ средѣ крестьянства, является основаніемъ хозяйствен­
ной несостоятельности». (Weber, ibid., 38).
Такія условія не благопріятствуютъ прикрѣпленію къ
землѣ лишенныхъ собственности рабочихъ. Батракъ большею
частью уже съ самаго начала лишенъ возможности вступить
въ бракъ и зажить своимъ собственнымъ домомъ; при такихъ
условіяхъ дѣти составляютъ для него тяжелое и непріятное
бремя. Конечно, этимъ не уничтожается половое стремленіе,
но оно часто удовлетворяется неестественнымъ образомъ съ
цѣлью избѣгнуть потомства. Но если природа оказывается
сильнѣе всѣхъ искусственныхъ предупредительныхъ мѣръ, то
несчастная мать иногда не останавливается передъ преступ­
леніемъ, чтобы только освободить себя отъ плода. И она
прекрасно знаетъ—зачѣмъ, такъ какъ ни ей, ни ея ребенку
не улыбается свѣтлое будущее. Внѣбрачныя дѣти подвер­
гаются самымъ неблагопріятнымъ условіямъ; большая часть
ихъ рано умираетъ, а другая, и не малая, населяетъ потомъ
каторжныя тюрьмы.
Тамъ, гдѣ господствуютъ еще патріархальныя натурально­
хозяйственныя отношенія, какъ, напр., во многихъ крупныхъ
крестьянскихъ дворахъ альпійскихъ странъ, тамъ сынъ ра­
ботницы считается такимъ же членомъ домохозяйства, какъ
и она сама. Онъ растетъ сверстникомъ дѣтей крестьянинахозяина, ѣстъ за однимъ столомъ вмѣстѣ съ ними и впервые
замѣчаетъ соціальное различіе только тогда, когда отпра­
вляется на работу; только тогда онъ становится наемнымъ
рабочимъ, какъ и его мать.
Но тамъ, гдѣ получили господство товарное производство
и отношенія чистаго найма, тамъ ребенокъ у работницы
является нежелательнымъ бременемъ, отъ котораго освобо­
ждаются при первой же возможности.
Какъ вліяетъ концентрація землевладѣнія на количество
внѣбрачныхъ рожденій, показываютъ изслѣдованія L. Fick’а
о количествѣ внѣбрачныхъ рожденій въ средѣ баварскаго
сельскаго населенія (см. его книгу «Die bäuerliche Erbfolge


— 216 —

im rechtsrheinischen Bayern»). «Если мы распредѣливъ округа,
говоритъ онъ на стр. 307, по числу внѣбрачныхъ рожденій,
то получимъ слѣдующій результатъ, небезынтересный для
установленія связи между отношеніями земельной собствен­
ности и внѣбрачной рождаемостью.

Группа
»

»

I................
11 .... .
111................
IV................
V . . . .
VI.................

.....
................
................
................
................
....

Изъ 100 жителей
Изъ 100 рожденій- имѣютъ
земельную
внѣбрачныхъ:
собственность:
28,2
3,4— &
5,1-10
20,2
10,1—15
17,0
15,5
15,1—20
20,1—25
13,3
14,9
25,1—30

Немногимъ лучшія условія для воспитанія потомства су­
ществуютъ и у свободныхъ поденщиковъ, не имѣющихъ соб­
ственнаго домохозяйства, у ЕіпИе^ег’овъ.
Только въ средѣ собственниковъ (или арендаторовъ) мел­
кихъ имѣній, которые соединяютъ самостоятельное домохозяй­
ство съ самостоятельнымъ земледѣльческимъ хозяйствомъ,
имѣются наилучшія въ деревнѣ условія для воспитанія много­
численнаго работоспособнаго потомства. У такихъ собствен­
никовъ имѣется не только достаточное количество рабочей
силы для собственныхъ потребностей, но и избытокъ ея. Они
или сами, какъ Нанзіег’ы, собственное хозяйство которыхъ
не поглощаетъ всѣхъ ихъ силъ, нанимаются поденщиками въ
крупныя хозяйства, пли же—и это наблюдается у всѣхъ, и
у Нанаіег’овъ, и у крестьянъ,—ихъ дѣти, какъ излишніе ра­
бочіе, не находящіе приложенія своимъ силамъ въ семейномъ
хозяйствѣ, готовы къ услугамъ крупнаго хозяйства въ качествѣ
наемныхъ рабочихъ или поденщиковъ.
Эти очаги производства новой рабочей силы, всѣ болѣе и
болѣе исчезаютъ тамъ, гдѣ развивается крупное производство
и вытѣсняется мелкое. Путемъ вытѣсненія крестьянъ круп­
ное хозяйство расширяетъ свою земельную площадь, но со­
кращаетъ количество людей, которые нужны для ея обра­
ботки. Уже по одному
этому оно при всемъ своемъ
техническомъ превосходствѣ никогда не можетъ достичь исклю-


— 217 —
чительнаго господства въ странѣ. Крупное землевладѣніе мо­
жетъ согнать съ земли всѣхъ свободныхъ крестьянъ, но часть
ихъ все же будетъ снова торжествовать свое воскресеніе изъ
мертвыхъ въ качествѣ мелкихъ арендаторовъ. Даже едино­
державіе крупнаго землевладѣнія не можетъ привести къ
единодержавію крупнаго хозяйства.
Даже въ Великобританіи въ 1895 г. изъ 520.106 фермъ
было не менѣе 117.968 съ площадью менѣе 5 акровъ,
149,918 занимали отъ 5—20 акр. и 185,663—отъ 20—50
акровъ; слѣдовательно мелкія хозяйства составляли значи­
тельное большинство.
Тамъ, гдѣ мелкое производство подверглось слишкомъ
большому вытѣсненію, крупное производство становится все
менѣе доходнымъ и начинаетъ падать. Такого рода явленіе
часто наблюдается нынѣ; оно побуждаетъ цѣлый рядъ вы­
дающихся теоретиковъ сельскаго хозяйства возвѣщать о «близ­
комъ концѣ крупнаго сельско-хозяйственнаго производствам.
Но это значитъ выплеснуть изъ ванны вмѣстѣ съ водой ре­
бенка. Дѣйствительно, при нѣкоторыхъ обстоятельствахъ не­
достатокъ въ рабочей силѣ приводитъ къ паденію крупнаго
хозяйства и къ увеличенію числа мелкихъ хозяйствъ; послѣднее
достигается или тѣмъ, что крупный землевладѣлецъ или круп­
ный крестьянинъ раздробляетъ часть своего имѣнія для про­
дажи или сдачи ея въ аренду отдѣльными клочками мелкимъ
хозяевамъ, или тѣмъ“, что все крупное владѣніе продается
добровольно или съ молотка и разбивается на мелкія вла­
дѣнія.
Но какъ вытѣсненіе мелкаго производства крупнымъ, такъ
и обратный процессъ сами себѣ ставятъ границы. По мѣрѣ
того, какъ растетъ число мелкихъ сельскихъ хозяевъ рядомъ
съ крупными, повышается также и количество рабочей силы,
которая оказывается въ распоряженіи крупнаго производства,
а вмѣстѣ съ тѣмъ растетъ и жизнеспособность послѣдняго,
и его превосходство надъ мелкимъ производствомъ. Тамъ, гдѣ
рядомъ съ крупнымъ хозяйствомъ возникаетъ много мелкихъ
хозяйствъ, должна снова появиться тенденція къ развитію
крупнаго хозяйства, разумѣется, поскольку не оказываютъ


— 218 —

противодѣйствія нарушающіе моменты, напр., перенесеніе въ
деревню крупной индустріи. При капиталистическомъ способѣ
производства мы такъ же мало можемъ ожидать копца круп­
наго сельскаго хозяйства, какъ и конца мелкаго.
Это вовсе не противорѣчитъ «догмѣ Маркса». Марксъ рано
призналъ это. Въ 4 № журнала «Neue Rheinische Zeitung»
(1850) онъ разобралъ сочиненіе Эмиля де Жирардена: «Le
Socialisme et l’impôt»; въ послѣднемъ предлагался налогъ па
капиталъ, который, между прочимъ, «отвлекъ бы капиталы
отъ малодоходной земли къ болѣе доходной промышленности,
вызвалъ бы паденіе цѣнъ на землю, концентрацію земельной
собственности, пересадилъ бы во Францію крупное англійское
хозяйство и вмѣстѣ съ нимъ всю развитую англійскую инду­
стрію». На это Марксъ возражаетъ, что «англійская концен­
трація и англійское земледѣліе возникли не благодаря отвле­
ченію капитала -отъ земли, но напротивъ, благодаря привле­
ченію промышленнаго капитала къ земледѣлію», и продол­
жаетъ: «далѣе концентрація земельной собственности въ Ан­
гліи смела совершенно цѣлыя поколѣнія. Та же концентрація,
которой, конечно, способствовалъ бы налогъ на капиталъ,
благодаря ускоренному разоренію крестьянъ, во Франціи
погнала бы эти большія массы крестьянъ въ города и сдѣ­
лала бы революцію тѣмъ неизбѣжнѣе. Наконецъ, если во
Франціи уже начался поворотъ отъ раздробленія къ концен­
траціи, то въ Англіи крупное землевладѣніе идетъ гигант­
скими шагами по прежнему пути къ раздробленію, непре­
ложно доказывая, что земледѣліе должно постоянно вра­
щаться въ этомъ кругу концентраціи и раздробленія
земли, пока вообще существуютъ буржуазныя отно­
шенія».
Это круговращеніе является, конечно, вовсе не столь
быстрымъ и рѣзкимъ, какъ утверждалъ Маркст> въ 1850 г.,
когда онъ считался еще съ энергіей и темпомъ быстраго
революціоннаго развитія; открытія техники и науки дозво­
лили тенденціи къ увеличенію хозяйствъ въ Англіи просу­
ществовать дольше, чѣмъ ожидалъ Марксъ; она остановилась
только недавно. Съ другой стороны развились противопо-


— 219 —

ложныя тенденціи, съ которыми мы еще познакомимся и ко­
торыя противодѣйствуютъ концентраціи раздробленной земель­
ной собственности.
Но тенденція, на которую указалъ Марксъ, существуетъ
и выступаетъ всюду, гдѣ концентрація или раздробленіе пе­
решли извѣстную мѣру.
'Большинству буржуазныхъ экономистовъ смѣшеніе въ земле­
дѣліи крупныхъ и мелкихъ хозяйствъ кажется весьма желатель­
нымъ. За совершенное вытѣсненіе крупнаго хозяйства мелкимъ ра­
туютъ только немногіе мелкобуржуазные демократы и соціа­
листы. «Уже Фридрихъ Листъ и послѣ него ф. Шютцъ,
ф. Руморъ, Бернгарди, Ганссенъ, Рошеръ и многіе другіе
высказали мнѣніе, что при данныхъ условіяхъ—господствѣ
частной собственности и системѣ свободной конкуренціи—
идеалъ распредѣленія нормальной собственности сводится къ
правильному смѣшенію крупныхъ, среднихъ и мелкихъ вла­
дѣній, при которомъ крупныя владѣнія составляли бы вершину
пирамиды, а мелкія основаніе ея» (А. ѵ. Miaskowski, «Das
Erbrecht und die Grundeigenthumsvertheilung im Deutschen Reich»,
108). Въ этомъ-же смыслѣ высказался недавно Бухенбергеръ
въ своемъ новомъ сочиненіи «Grundzüge der Agrarpolitik».
Крупное землевладѣніе, говорятъ всѣ эти экономисты, необ­
ходимо, какъ носитель техническаго прогресса и раціональной
культуры. Крупный крестьянинъ представляется желатель­
нымъ, главнымъ образомъ, по политическимъ соображеніямъ—
онъ, а не мелкій крестьянинъ—оплотъ частной собственности;
притомъ его хозяйство далеко выше хозяйства мелкаго кре­
стьянина. Послѣдній же нуженъ, какъ лучшій поставщикъ
рабочей силы. Повсюду, гдѣ крупное хозяйство слишкомъ
вытѣсняетъ мелкія, дальновидные консервативные политики и
крупные землевладѣльцы теперь стремятся даже къ тому,
чтобы снова увеличить число послѣднихъ путемъ государ­
ственныхъ и частныхъ мѣропріятій.
«Во всѣхъ европейскихъ странахъ съ сильно развитымъ
крупнымъ землевладѣніемъ», пишетъ Зерингъ въ Handwörter­
buch der Staatswissenschaften (I Supplementband), съ недавнихъ
поръ, подъ давленіемъ промышленныхъ переворотовъ, чрез-


— 220 —

мѣрнаго выселенія сельскихъ рабочихъ въ промышленные
округа, сельско-хозяйственнаго кризиса и задолженности, воз­
никаетъ сильное движеніе, которое стремится планомѣрнымъ
основаніемъ новыхъ и округленіемъ слишкомъ мелкихъ ста­
рыхъ крестьянскихъ владѣній умножить сельское среднее
сословіе, а сельскихъ рабочихъ прикрѣпить къ мѣсту, на­
дѣляя ихъ землей. Германія, Англія и Россія издали почти
одновременно соотвѣтствующіе законы; въ Италіи и Венгріи
вопросъ стоитъ па очереди».
Сюда же относятся прусскіе законы 1886 г. о поощре­
ніи нѣмецкой колонизаціи въ Познани и Восточной Пруссіи,
и законы 1890 и 1891 гг. объ образованіи рентныхъ имѣній
съ помощью государственнаго кредита и государственной
власти. «.Можно принять», говоритъ Зерингъ объ успѣхахъ
этого законодательства, «что благодаря образованію рентныхъ
имѣній уже вернулась къ крестьянскому сословію площадь,
равная той, какую оно потеряло въ теченіе этого столѣтія
въ пользу крупнаго землевладѣнія, благодаря свободѣ обра­
щенія земли (въ шести восточныхъ провинціяхъ круглымъ
счетомъ 100.000 гектаровъ)».
Это искусственное созданіе мелкихъ хозяйствъ не было
навязано крупному землевладѣнію противъ его воли. Нѣтъ,
оно—дѣло правительства и парламента, сердцу которыхъ
ничто такъ не близко, какъ благосостояніе юнкерства.
«Крупный землевладѣлецъ, говоритъ ф. Гольцъ, полу­
чаетъ наибольшій валовой и чистый доходъ тамъ, гдѣ имѣетъ
вокругъ себя въ большомъ количествѣ мелкихъ и сред­
нихъ землевладѣльцевъ, которые снабжаютъ его рабочей
силой и представляютъ вѣрныхъ покупателей произведенныхъ
имъ въ избыткѣ продуктовъ»(Нап(1Ьис1і йегЬашітаѣѣвеІіаИ,1,649).
Изъ всего этого слѣдуетъ, что объ исчезновеніи и совер­
шенномъ вытѣсненіи въ современномъ обществѣ мелкаго земле­
владѣнія крупнымъ не можетъ быть рѣчи. Мы видѣли, что
тамъ, гдѣ концентрація землевладѣнія зашла слишкомъ далеко,
является тенденція къ раздробленію, и что государство и
сами крупные землевладѣльцы помогаютъ ей, если она наты­
кается на слишкомъ большія препятствія.


— 221 —

Но именно эти стремленія крупнаго землевладѣнія и по­
казываютъ намъ, что нѣтъ ничего ошибочнѣе того взгляда,
по которому сохраненіе мелкаго хозяйства есть результатъ
его большей устойчивости сравнительно съ крупнымъ. Сохра­
неніе мелкаго хозяйства есть скорѣе результатъ того, что оно
перестаетъ
быть конкурентомъ крупнаго, что съ нимъ
перестаютъ считаться какъ съ продавцомъ тѣхъ сельско­
хозяйственныхъ продуктовъ, которые рядомъ съ нимъ произ­
водитъ крупное хозяйство. Послѣднюю роль оно перестаетъ
играть тамъ, гдѣ рядомъ съ нимъ развивается капиталисти­
ческое крупное хозяйство. Тутъ оно превращается изъ про­
давца въ покупателя продуктовъ, которые крупное хозяй­
ство «производитъ въ избыткѣ^; товаръ же, который оно само
производитъ въ избыткѣ, есть именно то средство произ­
водства, въ которомъ особенно нуждается крупное хозяйство,—
рабочая сила.
Гдѣ дѣло дошло до этого, тамъ крупное и мелкое сельское
хозяйство не исключаютъ другъ друга,—они обусловливаютъ
другъ друга, какъ капиталистъ и пролетарій,—но и тамъ
мелкій сельскій хозяинъ все болѣе и болѣе принимаетъ харак­
теръ послѣдняго.

VIII. Пролетаризація крестьянина.
а) Тенденція къ раздробленію земли.

Мы уже указывали во второй главѣ, что разрушеніе кре­
стьянской индустріи, имѣющей въ виду собственное потре­
бленіе, заставляетъ искать побочнаго заработка тѣхъ кре­
стьянъ, которые не производятъ избытка жизненныхъ средствъ
надъ тѣмъ, сколько нужно имъ и ихъ семьямъ. Мелкій кре­
стьянинъ имѣетъ для того и необходимое время, такъ какъ
собственное сельское хозяйство лишь порою требуетъ всей
с о рабочей силы. Потребность въ деньгахъ онъ удовлетво-


— 222 —

ряетъ не продажей излишнихъ продуктовъ, а продажей из­
лишней рабочей силы. На товарномъ рынкѣ онъ высту­
паетъ въ томъ же видѣ, какъ и лишенный собственности про­
летарій. Какъ земельный собственникъ, какъ производитель
на собственной землѣ жизненныхъ средствъ, онъ работаетъ
не на рынокъ, а на собственное домохозяйство, съ которымъ,
какъ мы видѣли, тѣснѣйшимъ образомъ связана его хозяй­
ственная дѣятельность.
Но къ домохозяйству не примѣнимы законы конкуренціи.
Какъ бы ни было велико превосходство крупнаго домохо­
зяйства надъ мелкимъ, съ какой бы растратой рабочей силы
не было связано послѣднее, мы нигдѣ не видимъ и слѣда
тенденціи къ централизаціи, къ замѣщенію многихъ малыхъ
домохозяйствъ немногими большими.
Конечно, и домохозяйство не остается незатронутымъ эко­
номическимъ развитіемъ, но это проявляется здѣсь только
тѣмъ, что одна функція за другою отдѣляются отъ домо­
хозяйства и становятся самостоятельными . отраслями произ­
водства. Этимъ путемъ сумма домашнихъ работъ видимо
уменьшается, а вмѣстѣ съ ней и число работниковъ.
Поскольку замѣчается эволюція въ величинѣ домохозяйства,
она совершается въ направленіи прямо противоположномъ
эволюціи товарнаго производства—отъ крупнаго хозяйства къ
мелкому.
Большія крестьянскія семейныя общины мы открываемъ въ
средніе вѣка, да и теперь еще у народовъ, сельское хозяйство
которыхъ находится па ступени средневѣкового, напримѣръ,
у южныхъ и восточныхъ славянъ.
Если земледѣльческое хозяйство мелкаго крестьянина на­
ходится внѣ сферы товарнаго производства, если оно состав­
ляетъ только часть его домохозяйства, то оно остается и внѣ
сферы дѣйствія централизующихъ тенденцій современнаго спо­
соба производства. Какъ бы нераціонально и убыточно ни
было его карликовое хозяйство, онъ твердо держится за него,
какъ его жена за свое жалкое домашнее хозяйство, въ ко­
торомъ при величайшихъ затратахъ рабочей силы получаются
безконечно скудные результаты; вѣдь это—единственная об-


— 223 —

ласть, гдѣ они не подчиняются чужой волѣ и свободны отъ
эксплуатаціи.
Но чѣмъ далѣе подвигается экономическое и политическое
развитіе, тѣмъ болѣе растутъ денежныя потребности крестья­
нина и требованія, предъявляемыя къ его кошельку государ­
ствомъ и общиной. Чѣмъ настоятельнѣе для мелкаго крестья­
нина добываніе денегъ, тѣмъ болѣе его побочный заработокъ
выступаетъ на первый планъ и тѣмъ болѣе онъ запускаетъ
свое земледѣльческое хозяйство. Подобно наемному труду
женщины въ промышленности и наемный трудъ или капитали­
стически эксплуатируемая домашняя промышленность мелкаго
крестьянина ухудшаетъ, но не уничтожаетъ цѣликомъ его
домашняго хозяйства. Его земледѣльческое хозяйство стано­
вится все менѣе раціональнымъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ слишкомъ
большимъ для него, и онъ вынужденъ уменьшить его.
Онъ легко находитъ и покупателя для ненужнаго ему
клочка земли.
Гдѣ преобладаетъ сильное крестьянское сословіе, тамъ оно
регулируетъ населеніе, и это качество на ряду съ обожаніемъ
арміи и консервативнымъ настроеніемъ — принадлежитъ къ
важнѣйшимъ причинамъ того, что имъ такъ дорожатъ буржу­
азные экономисты и политики. Оно оказывается весьма при­
годнымъ для произведенія и воспитанія многочисленнаго по­
томства; гдѣ нужны рабочія руки и солдаты, оно неоцѣнимо.
Но оно можетъ и наложить узду на приростъ населенія и
радовать тѣмъ сердца мальтузіанцевъ; гдѣ крестьянское хо­
зяйство является господствующимъ и нѣтъ заработковъ на
сторонѣ, тамъ уже ограниченность земли заставляетъ огра­
ничивать количество потомства. Это осуществляется при
равномъ раздѣлѣ наслѣдства путемъ такъ называемой (си­
стемы семьи изъ двухъ дѣтей) Хлгеікіпііегзуиіет, а при пере­
дачѣ наслѣдства одному только наслѣднику путемъ лишенія
остального потомства возможности пріобрѣсти самостоятель­
ность, завести собственное хозяйство и произвести законное,
имѣющее наслѣдственныя права потомство.
Совершенно иначе дѣло обстоитъ тамъ, гдѣ представляется
легкая возможность заработка внѣ собственно земледѣльческаго


— 224 —

хозяйства. Вмѣстѣ съ условіями существованія и приростъ
населенія здѣсь становится болѣе пролетарскимъ; здѣсь боль­
шая возможность стать самостоятельнымъ, и каждый ребенокъ
приноситъ съ собою на свѣтъ важнѣйшее при такихъ условіяхъ
наслѣдіе—свои руки. Населеніе быстро растетъ, а вмѣстѣ
съ нимъ и спросъ на землю, но не какъ на средство произ­
водства для сбыта, а какъ на основу собственнаго домаш­
няго хозяйства. Если появленіе стороннихъ заработковъ дѣ­
лаетъ возможнымъ и даже небходимымъ измельчаніе отдѣль­
ныхъ земледѣльческихъ хозяйствъ, создавая тѣмъ возможность
одновременнаго существованія большого числа мелкихъ хо­
зяйствъ, то съ другой стороны оно вызываетъ также быстрый
приростъ населенія, который стремится къ умноженію числа
такихъ хозяйствъ.
Вмѣсто централизаціи здѣсь требуется раздробленіе. При
такихъ обстоятельствахъ дѣло можетъ дойти даже до раздроб­
ленія крупныхъ хозяйствъ.
Въ пятой главѣ мы видѣли, что цѣна земельнаго участка,
служащаго капиталистическому товарному производству, опре­
дѣляется высотой его земельной ренты. Его покупная цѣна
въ общемъ равна капитализированной рентѣ. Уплатить за
него выше этой цѣны капиталистическій предприниматель не
можетъ, иначе его прибыль спустится ниже обычнаго уровня.
Конкуренція вообще не можетъ поднять цѣны выше этой
нормы. Соображеній не-экономическаго характера, которыя
при извѣстныхъ обстоятельствахъ поднимаютъ цѣпу имѣнія
выше капитализированной земельной ренты, мы 'здѣсь не
принимаемъ въ разсчетъ.
Иное дѣло крестьянинъ, крестьянинъ—не-капиталистъ, а
простой товаропроизводитель, хотя и продающій сельско-хо­
зяйственные продукты, но не нуждающійся, или въ очень
малой степени нуждающійся въ наемныхъ рабочихъ. Онъ самъ
работникъ, живетъ доходомъ не отъ своей собственности, но
отъ своего труда, и его образ'ь жизни—образъ жизни наем­
наго рабочаго. Ему нужна земля какъ средство зарабатывать
своимъ трудомъ пропитаніе, а не какъ средство получать
прибыль или земельную ренту; онъ можетъ существовать,


— 225 —
хотя бы выручка за продукты оставляла ему, за вычетомъ
всѣхъ расходовъ, лишь заработную плату. Онъ можетъ отка­
заться отъ прибыли и поземельной ренты. Поэтому земледѣ­
лецъ на ступени простого товарнаго производства можетъ (при
равенствѣ прочихъ условій) платить за землю дороже, чѣмъ
на ступени капиталистическаго производства. Такой разсчетъ,
конечно, можетъ иногда привести крестьянина въ крайне
стѣсненное положеніе, особенно тогда, когда онъ сохранилъ
привычку простого товаропроизводителя—платить чрезмѣрную
цѣну за землю, а между тѣмъ, если не формально, то факти­
чески уже прошелъ ступень простого товарнаго производства
и вступилъ на ступень капиталистическаго, конечно, не какъ
капиталистическій предприниматель, но какъ эксплуатируемый
капиталомъ рабочій. Гдѣ крестьянинъ покупаетъ землю, но
не расплачивается или не вполнѣ расплачивается за нее, гдѣ
на ней остается ипотечный долгъ, тамъ онъ долженъ извле­
кать изъ своего хозяйства не только заработную плату, но и
земельную ренту; тамъ для него, какъ и для капиталисти­
ческаго предпринимателя, слишкомъ высокая цѣна земли мо­
жетъ быть гибельна. Высокая цѣна на землю хороша для
сельскаго хозяина только тогда, когда онъ перестаетъ быть
сельскимъ хозяиномъ, т. е. продаетъ свое имѣніе. Когда онъ
обзаводится или когда занимается хозяйствомъ, она вредна
для него, увеличивая его платежи. Наши же аграріи знаютъ
только такія средства спасенія стѣсненнаго земледѣлія, кото­
рыя способны только повышать цѣны на землю. Эти яко-бы
патріархальные господа разсчитываютъ не какъ сельскіе
хозяева, а какъ земельные спекулянты. Мы еще вернёмся
къ этому.
Совершенно иначе дѣло обстоитъ у тѣхъ мелкихъ сель­
скихъ хозяевъ, земледѣльческое хозяйство которыхъ цѣликомъ
или главнымъ образомъ служитъ домашнему хозяйству, а
потребность въ деньгахъ удовлетворяется работой на дру­
гихъ. Здѣсь исчезаетъ всякая связь между цѣной земли и
товарнымъ производствомъ, а слѣдовательно и закономъ цѣн­
ности, по крайней мѣрѣ, для покупателя. Для продавца
капитализированная рента составляетъ минимальную цѣну

' /

'

15


226 —

земли; покупатель считается только съ своей покупательной
силой и прежде всего съ своей потребностью. Чѣмъ быстрѣе
растетъ населеніе, чѣмъ затруднительнѣе отливъ его, чѣмъ
принудительнѣе потребность въ клочкѣ земли, какъ основѣ
удовлетворенія жизненныхъ потребностей или соціальной само­
стоятельности, тѣмъ выше покупная цѣпа земли (а значитъ
и арендныя цѣны). Какъ работа въ домашнемъ хозяйствѣ,
такъ и работа въ земледѣльческомъ хозяйствѣ для собствен­
наго потребленія не считается расходомъ; она не стоитъ
ничего. Все, что обработка земли даетъ домохозяйству, счи­
тается чистымъ барышомъ. Вычисленіе денежной цѣнности
продукта и подраздѣленіе ея на заработную плату, процентъ
на капиталъ и земельную ренту едва-ли возможно, во всякомъ
случаѣ оно не дѣлается, такъ какъ деньги въ подобномъ
хозяйствѣ не играютъ никакой роли.
Что мелкія имѣнія относительно дороже крупныхъ,—яв­
леніе извѣстное. Въ своей уже упомянутой выше (стр. 103)
статьѣ объ ипотечной задолженности въ Пруссіи (Thiels landw.
Jahrb. 1885) Мейценъ замѣчаетъ, что цѣна крупной земель­
ной собственности превышаетъ вычисленный для взиманія по­
земельнаго налога чистый доходъ въ 52 раза, цѣна кресть­
янскихъ дворовъ-—въ 65 разъ и мелкокрестьянскихъ кусковъ
—въ 78 разъ.
Нѣкоторые поклонники мелкаго землевладѣнія приводили
это повышеніе земельныхъ цѣнъ въ доказательство того,
что въ земледѣліи мелкое хозяйство выше крупнаго .Но даже
среди самыхъ горячихъ поклонниковъ мелкаго хозяйства
никто не станетъ серьезно говоритьо превосходствѣкарликоваго
владѣнія надъ среднимъ, а это’ превосходство должно бы су­
ществовать, будь болѣе высокая цѣна земли результатомъ
болѣе высокой ея производительности.
Болѣе высокая земельная цѣна мелкихъ имѣній находитъ
себѣ аналогію въ городахъ, гдѣ, какъ извѣстно, квартиры,
сравнительно съ кубической емкостью, тѣмъ дороже, чѣмъ
меньше. К. Бюхеръ установилъ это явленіе въ цифрахъ для
Базеля, послѣ того какъ на него указали уже Исидоръ Зин­
геръ и др. Тамъ кубическій метръ жилья стоитъ:


— 227 —

Квартиры въ 1 комнату.................

»

»

2.

. . . . 3,95

>

......................

> 3

»

.......

»

5

»

.....

. . . . 3,3В

»

6

■»

................................

. . . . 3,16

»• 9.

»

.......................... .

» 10

7>

. . . 3,5В

>

. . . 3,21
... 2,93

»

Оба явленія—слишкомъ высокая земельная цѣна и слиш­
комъ высокая квартирная плата—сводятся частью къ од­
ной и той же причинѣ—сильной нуждѣ тѣхъ, которымъ тре­
буются клочки земли или маленькія квартиры и которые мо­
гутъ оказывать монополистамъ земли лишь слабое сопроти­
вленіе; кто сводитъ слишкомъ высокую цѣну малыхъ влад ѣ
ній къ ихъ большей производительности, долженъ бы слишкомъ
высокую цѣну малыхъ квартиръ сводить къ болѣе высокому
доходу ихъ обитателей.
Слишкомъ высокая цѣна малыхъ владѣній, понятно, со­
ставляетъ сильный мотивъ къ раздробленію большихъ всюду, гдѣ
благопріятно складываются условія прироста населенія и
отысканія сторонняго заработка внѣ собственнаго земледѣль­
ческаго хозяйства. Раздѣленіе имѣній и дробленіе поземель­
ной собственности могутъ принять здѣсь большіе раз­
мѣры.
Чѣмъ мельче земельная собственность, тѣмъ сильнѣе стре­
мленіе къ стороннимъ заработкамъ; чѣмъ большее мѣсто за­
нимаютъ послѣдніе, тѣмъ мельче могутъ быть имѣнія, но за­
то тѣмъ .меньше они могутъ покрывать потребности до­
машняго хозяйства; надо принять еще во вниманіе, что въ
этого рода карликовыхъ владѣніяхъ хозяйство ведется совер­
шенно нераціонально. Недостатокъ скота и инвентаря дѣ­
лаетъ невозможной раціональную обработку земли, именно глу­
бокую вспашку; потребности домашняго хозяйства, а не со­
храненіе плодородія почвы опредѣляютъ выборъ воздѣлывае­
мыхъ растеній; недостатокъ скота и денегъ означаетъ также
16*


— 228 —

недостатокъ навоза и искусственнаго удобренія. Ко всему этому
присоединяется еще недостатокъ въ человѣческой рабочей силѣ.
Чѣмъ болѣе выступаетъ на передній планъ работа за деньги, аработа для домашняго хозяйства становится второстепеннымъ дѣ­
ломъ, тѣмъ сильнѣе первая поглощаетъ лучпііярабочія силы семьи
иногда какъ разъ въ то время, когда онѣ особенно нужны въ соб­
ственномъ хозяйствѣ, напримѣръ, вовремя жатвы. Обработка соб­
ственнаго клочка земли все болѣе и болѣе предоставляется женѣ,
малымъ дѣтямъ или инвалидамъ-старикамъ; отецъ и старшія
дѣти должны «.зарабатывать». Подобно домашнему хозяйству
пролетарія, и земледѣліе карликоваго хозяйства,которое ста­
ло простымъ придаткомъ домохозяйства, достигаетъ самыхъ
жалкихъ результатовъ цѣною самой расточительной траты
труда и изнуренія хозяйки.
Его растущее измельчаніе и скудость дѣлаютъ его все
болѣе и болѣе неспособнымъ покрывать потребности домаш­
няго хозяйства. Заработки должны теперь доставлять сред­
ства не только для уплаты государственныхъ и общинныхъ
сборовъ и покупки продуктовъ промышленности или инозем­
наго сельскаго хозяйства—кофе, табаку и т. д., но и для
покупки туземныхъ земледѣльческихъ продуктовъ, именно хлѣ­
ба; собственное хозяйство снабжаетъ въ обрѣзъ картофелемъ,
капустой и зеленью, свинымъ мясомъ, козьимъ или, въсчастливомъ случаѣ, коровьимъ молокомъ, яйцами, но хлѣба даетъ
недостаточно.
Число такихъ хозяйствъ вовсе не мало. По статистикѣ
1895 г. въ Германіи было 5.558.317 земледѣльческихъ хо­
зяйствъ. Среди нихъ:
менѣе 2

отъ

2 до 5

гектаровъ 3.236.397 хозяйствъ =58,22%

»

1.016.318

»

=18,29%

Тѣхъ и другихъ вмѣстѣ 4.251.685 ховяйствъ=76.51%

Если считать, что хозяйства отъ 2 до 5 гектаровъ про­
изводятъ столько хлѣба, сколько потребляютъ сами, а мень­
шія хозяйства должны прикупать хлѣбъ—а это принимается всѣ-


229 —

ми,—то въ Германской имперіи лишь четверть хозяйствъ за­
интересована въ хлѣбныхъ пошлинахъ, а значительно большая
половина ихъ, болѣе трехъ четвертей мелкихъ хозяйствъ
вынуждены покупать хлѣбъ, слѣдовательно, терпятъ отъ нихъ
прямой вредъ. Это вѣскій аргументъ противъ хлѣбныхъ пош­
линъ, но онъ показываетъ также, что значительное большинство
сельскаго населенія выступаетъ на товарный рынокъне въ ка­
чествѣ продавцовъ жизненныхъ средствъ, а продавцовъ
рабочей силы и покупателей жизненныхъ средствъ;
мелкія хозяйства перестаютъ выступать конкурентами круп­
наго; они, какъ уже было указано, поддерживаютъ и пита­
ютъ его, снабжая рабочей силой и покупая его про­
дукты.
Мы видѣли,* что въ 1895 г. 58% земледѣльческихъ хо­
зяйствъ Германіи имѣли менѣе 2 гектаровъ,другими словами,
были слишкомъ малы, чтобы прокормить своихъ владѣльцевъ.
Съ этимъ согласуется тотъ фактъ, что по статистикѣ про­
фессій 1895 г. въ земледѣліи въ собственномъ смыслѣ слова
(безъ садоводства, скотоводства, лѣсоводства и рыболовства—
послѣднее почему то отнесено къ земледѣлію) число самостоя­
тельныхъ лицъ безъ побочнаго занятія составляло 2.026.374,
а съ побочнымъ занятіемъ—504.164. Кромѣ того 2.160.462
лица самостоятельно (т. е. въ собственномъ хозяйствѣ, а не
какъ наемные работники) занимались земледѣліемъ въ каче­
ствѣ побочнаго занятія. Общее число лицъ, самостоятельно
занимавшихся земледѣліемъ въ качествѣ главнаго или побоч­
наго занятія достигало 4.691.001 (число всѣхъ занятыхъ въ
сельскомъ хозяйствѣ въ 1895 г.—5.556.900); число самостоя­
тельныхъ земледѣльцевъ, которые имѣли еще другую про­
фессію въ качествѣ главнаго или побочнаго занятія, дости­
гало 2.664.626, 56%, слѣдовательно, было больше половины
общаго числа (ср.также цифры на стр.155—156). Обращаетъ на
себя вниманіе также быстрое увеличеніе числа лицъ, занима­
ющихся помимо земледѣлія, какъ главнаго занятія,"еще чѣмънибудь, между тѣмъ какъ во всѣхъ другихъ профессіяхъ чи­
сло имѣющихъ побочное занятіе уменьшилось.


— 230 —

1882.

Имѣли побочное занятіе лица,
принадлежащія къ слѣд. про­
фессіямъ:

Земледѣліе...........................

189 5.

°/о ВСѢХЪ
°/0 всѣхъ
Абсолют­ принадле­ Абсолют­ принадле­
жат,. къ
жат. къ
ное число. профессіи, ное число. профессіи,
какъ главной
какъ главной

671.404

8.15

1.049,542

12,66

Промышленность ..... 1.693.321

26,47

1.491.865

18,02

Торговля ................................

397.927

25,34

384.104

16,43

. . .

55.960

14,08

31.333

7,24

Армія, тосуд. служба, сво­
бодныя профессіи. . . .

142.218

13,79

115.277

8,08

Безъ профессіи.......................

179.679

13.27

201.335

9,40

16,54 3.273.456

14,28

Домашняя прислуга

Всего . . . 3.140.509

Гдѣ значительно облегчена возможность полученія сторон­
няго заработка внѣ собственнаго земледѣльческаго хозяйства,
тамъ дробленіе имѣній можетъ дойти до невѣроятно высокой
степени и преодолѣть, по крайней мѣрѣ временно, противо­
положныя тенденціи къ централизаціи.
Примѣръ такого рода эволюціи даетъ Бельгія; тамъ на­
считывалось:
184 6.

ХОЗЯЙСТВЪ.

До 2

гектаровъ .

Абсолютн.
число.
400.517

1 880.

1 866.
°/
/0

Абсолюты.
число.

66,9

527.915

°/
/О

Абсолютн.
число.

%

71,1

709.566

78,0

,, 2—5

,,

83.384

14.6

111.853

15,1

109.871

12,1

„ 5-20

,

.

69.322

12,1

82.646

11,1

74.373

8,2

„ 20-50

„

.

14.998

2,6

15.066

2,0

12.186

1,3

4 333

0,8

5.527

0,7

3.403

0,4

909.399

100

„ 50 и выше „
Всего . . .

572.554

100

743.007

100

Съ 1846 по 1866 г. абсолютное число хозяйствъ всѣхъ
разрядовъ увеличилось, но увеличеніе числа болѣе малыхъ


— 231 —
шло быстрѣе числа болѣе крупныхъ. Съ 1886 до 1880 г.,
напротивъ, уменьшилось число хозяйствъ всѣхъ разрядовъ,
кромѣ самыхъ малыхъ, гдѣ не можетъ быть и рѣчи о само­
стоятельномъ земледѣліи. Именно въ хозяйствахъ этого раз­
ряда уменьшеніе средней площади хозяйства всего менѣе мо­
жетъ быть приписано повышенію интенсивности хозяйства, а
главнымъ образомъ растущему раздробленію земельной соб­
ственности и умноженію стороннихъ заработковъ.
Почти четыре пятыхъ земледѣльческихъ хозяйствъ Бель­
гіи суть карликовыя хозяйства, владѣльцы которыхъ вынуж­
дены продавать свой трудъ или прибѣгать къ побочнымъ за­
нятіямъ; ихъ приходится вычеркнуть изъ числа производителей
жизненныхъ средствъ на рынокъ. Абсолютное число ихъ съ
1846 года почти удвоилось, въ то время какъ число болѣе
крупныхъ хозяйствъ (выше 20 гектаровъ) съ того времени
значительно уменьшилось. Имѣютъ ли почитатели крестьянства
причины особенно восхищаться такого рода эволюціей?—Не
всюду эволюція совершается въ этомъ направленіи. Чрезмѣр­
ное дробленіе мелкихъ хозяйствъ предполагаетъ существованіе
заработковъ внѣ собственнаго земледѣльческаго хозяйства. Гдѣ
такой заработокъ даетъ только крупное сельское хозяйство,
тамъ дробленіе натыкается на свои границы, какъ только
оно начинаетъ мѣшать крупному хозяйству. Кромѣ того дро­
бленіе мелкаго землевладѣнія служитъ, какъ мы видѣли, под­
держкой крупному хозяйству. Такимъ образомъ можетъ слу­
читься, что мельчайшее и крупное хозяйство растутъ одно­
временно не только тамъ, гдѣ расширяется культурная пло­
щадь, но и тамъ, гдѣ это расширеніе невозможно. Тамъ дроб­
леніе совершается на счетъ средняго хозяйства.
Такова въ общемъ эволюція во Франціи. Тамъ, какъ по­
казываютъ приведенныя на стр. 178 данныя, крупныя и мел­
кія хозяйства одновременно увеличиваются въ числѣ, среднія
же уменьшаются. Въ Германіи раньше была весьма замѣтна
такая тенденція. Въ 1882 г. Мясковскій пришелъ къ
заключенію, что въ наше время сильное увеличеніе движи­
маго капитала въ связи съ другими моментами ведетъ, съ од­
ной стороны, къ увеличенію и округленію, а съ другой—сно-


— 232 —

ва къ дробленію и измельчанію поземельной собственности.
«Конечно, на первый взглядъ эти обѣ одновременно наблю­
даемыя тенденціи кажутся исключающими одна другую; но
при боіѣе близкомъ разсмотрѣніи это кажущееся противо­
рѣчіе разрѣшается въ полную гармонію, такъ какъ противополож­
ныя тенденціи относятся къ различнымъ періодамъ или къ
разнымъ частямъ Германіи; тамъ же, гдѣ наблюдаются онѣ
одновременно и въ одномъ и томъ же мѣстѣ, онѣ ведутъ къ
гибели среднее землевладѣніе
«Въ то время, какъ процессъ аггломераціи совершается
преимущественно, если не исключительно, на сѣверѣ и сѣверовостокѣ Германіи,дробленіе имѣній ограничено югомъ и юговостокомъ, хотя мѣстами встрѣчается и въ другихъ областяхъ.
«Общее обѣимъ противоположнымъ и приходящимся на
различныя области тенденціямъ то, что увеличеніе размѣровъ
землевладѣнія здѣсь и измельчаніе его тамъ совершается
главнымъ образомъ на счетъ средняго землевладѣнія.
Послѣднее тѣснимо съ двухъ сторонъ» («Das Erbrecht»,
130, 131).
Что крупное и мелкое землевладѣніе одновременно растутъ
на счетъ средняго, показываютъ слѣдующія цифры для Прус­
сіи, заимствованныя нами у Зеринга («Die innere Kolonisation»).
Онѣ относятся къ восточнымъ провинціямъ (Пруссіи, Помера­
ніи, Бранденбургу, Познани, Силезіи), а также къ Вестфа­
ліи и Саксоніи. Съ 1816 до 1859 года имѣющихъ упряжку
крестьянскихъ хозйствъ:
УБЫЛО.

Абсо*
лютное
число.

Восточныя
провинціи .
Вестфалія .
Саксонія . .

Всего .

.

7»

Болѣе утрачено, чѣмъ пріобрѣте­
но путемъ свободн. отчужденія.
Мелкимъ зем­
Крупнымъземлевладѣніемъ.
левладѣніемъ.

Моргены.

%

Моргены.

°/
/0

ВСЕГО.

Моргены.

0/0

6.880 2,50 '1.110.233
810 2,25
95.274
2.183 5,30
87.484

4,2
2,6
2,3

417.123
21.124
30.413

1,6 1.527.356
0,6
116.398
0,8
117.887

5,8
3.2
3,1

9.873 2,80

3,7

468.660

1.4 1.761.641

5,1

1.292.981


— 233 —

За время 86р1 отъдо 1864 г. свѣдѣній о движеніи земли
нѣтъ.
По даннымъ за 1865—1867 гг. пріобрѣли (-[-) или по­
теряли (—):
Рыцарскія имѣнія. Владѣнія, имѣющія Мелкое землевла­
упряжку.
дѣніе.
Куски. Моргены. Куски. Моргены. Куски. Моргены.
Востпровинціи . . .
Вестфалія. .
Саксонія . .

-и
0
—і

+ 81
+5510
+8206

—102
—404
—295

—178.746 +16.320 +167.130
— 28.289 + 1.904 + 20.899
— 17.879 + 2.082 + 13.477

Кромѣ того нѣсколько тысячъ моргеновъ отошло къ горо­
дамъ или обращено на общественныя надобности. И здѣсь
поплатилось среднее крестьянство.
Въ новѣйшее время вытѣсненіе средняго землевладѣнія пу­
темъ дробленія и округленія въ Германіи, правда, прекра­
тилось. Съ 1882 по 1895 г. именно среднія крестьянскія
владѣнія (отъ 5 до 20 гектаровъ) пріобрѣли всего болѣе
(560.000) гектаровъ), какъ показываетъ приведенная выше
(стр. 178) таблица. Но несправедливо было бы заключать изъ
этого, что теперь начался противоположный процессъ, и
среднее крестьянское хозяйство вытѣсняетъ карликовое и
крупное хозяйство. Своеобразные результаты получатся, если
отдѣлить хозяйства тѣхъ разрядовъ, въ которыхъ замѣтно
рѣшительное движеніе въ ту или иную сторону, отъ тѣхъ,
въ которыхъ не замѣтно никакихъ значительныхъ перемѣнъ.
Насчитывалось хозяйствъ:

1882
Менѣе 1
гектара .
отъ 1—5
»
»
5—20
»
» 20—1000 >
Болѣе
1000 »
Всего .................

. 2.323.316
. 1.719.922
. 926.605
. 305.986
515
. 5.276.344

іоа- Приростъ или убыль
0
абсолюта, въ %.
2.529.132 +205.816 + 8,8
1.723.553 +
3.631 + 0,2
998.804 + 72.199 + 7,8
306.256 +
270 + 0,0
572 +
57+11,0
5.558.317 +281.317 + 5,3


— 234 —

Мы видимъ сильный приростъ хозяйствъ отъ 5 до 20
гектаровъ, но еще выше % прироста самыхъ крупныхъ и
самыхъ мелкихъ; хозяйства промежуточныя между ними
едва увеличились въ числѣ; сравнительно съ повысившейся
общей суммой хозяйствъ они пошли на убыль.
Что одновременно могли увеличиваться въ числѣ самыя
мелкія, самыя крупныя и среднія хозяйства, объясняется
частью расширеніемъ сельско-хозяйствепной площади, частью
потерями промежуточныхъ хозяйствъ Сельско-хозяйственная
площадь (въ гектарахъ) различныхъ хозяйствъ составляла:
Хозяйства.

1 8 8 2.

1 8 9 5

Менѣе 1
гектара . . .
отъ 1—5
>
...
>
5—20 »
...
> 20—1000 »
...
Болѣе
1000>
...
Всѣ вмѣстѣ ................

777.958
4.238.183
9.158.398
16.986.101
708.101
31.868972

810.641
4.283.787
9.721.875
16.802.115
802.115
32.517.941

Приростъ
или убыль.
-- 32.683
-- 45.604
—563.477
— 86,809
+ 94.014
4-648.969

Сокращеніе площади, занятой хозяйствами, отъ 20 до 1000
гектаровъ, которое впрочемъ болѣе чѣмъ возмѣщается увели­
ченіемъ площади, занятой хозяйствами свыше 1000 гектаровъ,
происходитъ не отъ упадка крупнаго хозяйства, но отъ его
интенсификаціи. До 70-хъ годовъ девизомъ крупныхъ земле­
владѣльцевъ было: больше земли! теперьихъ девизъ: больше
капитала! А это, какъ мы уже знаемъ, если не говорить
о латифундіяхъ, часто означаетъ даже сокращеніе земельной
площади. Выше (стр. 50) мы видѣли, что съ 1879 по 1897 г.
число сельско-хозяйственныхъ паровыхъ машинъ въ Пруссіи
упятерилось. Съ другой стороны, за тотъ же періодъ (1882—
1895) значительно возросло и число сельско-хозяйственныхъ
служащихъ, которые въ Германіи употребляются только въ
крупномъ хозяйствѣ (управляющихъ, инспекторовъ, надзи­
рателей, бухгалтеровъ и пр.), поднявшись съ 47.465 до 76.978,
на 62%. Мимоходомъ отмѣтимъ особенно быстрое увеличеніе
числа женщинъ, занятыхъ въ сельско-хозяйственной админи­
страціи и счетоводствѣ. Въ 1882 году ихъ было 5875,
12% общаго числа служащихъ, въ 1895 же году—18507,
23,4%.


— 235 —

Все это показываетъ, насколько крупное сельское хозяй­
ство стало съ начала 80-хъ гг. болѣе интенсивнымъ и болѣе
капиталистическимъ.
Объясненіе тому, почему на ряду съ нимъ именно средне­
крестьянскіе хозяева пріобрѣли такъ много земли, мы дадимъ
въ слѣдующей главѣ.
Здѣсь насъ интересуетъ тотъ фактъ, что пролетаризація
сельскаго населенія подвигается и въ Германіи такъ же, какъ
и въ другихъ странахъ, не смотря на то, что здѣсь пере­
стала дѣйствовать тенденція къ парцелляціи среднихъ имѣній.
Съ 1882 до 1895 г. число всѣхъ земледѣльческихъ хозяйствъ
увеличилось на 281.000, но большая часть этого увеличе­
нія приходится на пролетарскія хозяйства, меньшія 1 гектара;
число ихъ увеличилось на 206.000.
Какъ видитъ читатель, движеніе земледѣлія совершенно
своеобразно, совершенно отлично отъ движенія промышлен­
наго и торговаго капитала. Въ предыдущей главѣ мы указы­
вали на то, что въ земледѣліи тенденція къ централизаціи
хозяйствъ не приводитъ къ полному уничтоженію мелкаго хо­
зяйства, что тамъ, гдѣ она зашла слишкомъ далеко, она по­
рождаетъ противоположную тенденцію; что тенденція къ цен­
трализаціи и тенденція къ раздробленію переходятъ одна въ
другую. Теперь мы видимъ, что обѣ тенденціи могутъ дѣй­
ствовать рядомъ. Растетъ число мелкихъ хозяйствъ, вла­
дѣльцы которыхъ появляются на товарномъ рынкѣ въ каче­
ствѣ пролетаріевъ, продавцевъ товара—рабочая сила, земле­
владѣніе которыхъ имѣетъ значеніе лишь внѣ области товар­
наго производства, въ области производства для домохозяйства.
Эти мелкіе сельскіе хозяева въ качествѣ продавцевъ рабочей
силы имѣютъ на товарномъ рынкѣ одинаковые интересы съ
промышленнымъ пролетаріатомъ, не становясь во враждебное
положеніе къ нему изъ-за своего землевладѣнія. Землевла­
дѣніе болѣе или менѣе освобождаетъ хозяйничающаго на
клочкѣ крестьянина отъ власти торговца жизненными припа­
сами, но не избавляетъ его отъ эксплуатаціи со стороны капита­
листическаго предпринимателя, промышленника-ли или сель­
скаго хозяина.


— 236 —

Гдѣ достигнута эта ступень развитія,, тамъ увеличеніе
числа мелкихъ земледѣльческихъ хозяйствъ становится лишь
особой формой прироста пролетарскихъ домохозяйствъ, идущаго
рука объ руку съ ростомъ капиталистическаго крупнаго хо­
зяйства.
б) Формы крестьянскихъ подсобныхъ промысловъ.

Форма подсобнаго промысла, которая всего ближе мелкому
сельскому хозяину, есть наемъ на сельско-хозяйствен­
ныя работы. Ее мы встрѣчаемъ уже въ феодальный періодъ,
какъ только неравенство въ деревнѣ дошло до такой степени,
что одни владѣнія слишкомъ измельчали и стали недоста­
точными для пропитанія ихъ владѣльцевъ, а другія слишкомъ
расширились и для обработки земли не хватало уже рабочихъ
силъ крестьянской семьи.
Современный трудъ мелкаго крестьянина въ крупныхъ
имѣніяхъ находитъ себѣ аналогію въ феодальныхъ повинно­
стяхъ, въ силу которыхъ крестьяне нѣкогда были обязаны
извѣстное число дней въ году работать барщину на земле­
владѣльца. Понятно, крестьянину всего желательнѣе побочное
занятіе въ то время, когда нѣтъ сельско-хозяйственныхъ ра­
ботъ, зимою. Такое запятіе онъ находитъ прежде всего по
близости обширныхъ лѣсныхъ пространствъ, которыя зимою
требуютъ много рабочихъ рукъ для рубки и перевозки. Но
обширные лѣса существуютъ не всюду, и даваемый ими за­
работокъ не всегда достаточенъ для покрытія нужды мелкаго
крестьянина въ деньгахъ; онъ долженъ искать сельско-хозяй­
ственной работы въ тѣсномъ смыслѣ слова. Потребность сель­
скаго хозяйства въ рабочихъ рукахъ весьма измѣнчива; по­
рою, именно во время жатвы, постояннаго штата крупному
имѣнію недостаточно, оно нуждается въ добавочныхъ рабо­
чихъ. Но какъ разъ въ это время, когда мелкій крестьянинъ
всего легче находитъ себѣ побочный сельско-хозяйственный
заработокъ, онъ особенно нуженъ въ собственномъ хозяйствѣ.
Нужда въ деньгахъ заставляетъ его запускать собственное
хозяйство, которое и безъ того уже ведется крайне нераціо-


— 237 —

нально вслѣдствіе своего малаго размѣра и недостатка
средствъ. Онъ долженъ предоставить сельско-хозяйственныя
работы въ собственномъ хозяйствѣ женѣ, а не то и дѣтямъ,
если ихъ возрастъ позволяетъ это; самъ онъ можетъ въ
лучшемъ случаѣ посвящать ему кануны праздниковъ и вос­
кресные дни.
Не слѣдуетъ представлять себѣ хозяйства, прибѣгающія
къ такого рода побочнымъ заработкамъ, непремѣнно карли­
ковыми. Кергеръ, напримѣръ, сообщаетъ о Вестфаліи (округа
Цесфельдъ, Боркенъ, Реклингсгаузенъ и пр.): «Собственная
или арендуемая земля (вольныхъ поденщиковъ) колеблется
между 1—5, большею же частью между 1—3 гектарами.
Кто имѣетъ болѣе 5 гектаровъ — въ отдѣльныхъ случаяхъ
болѣе 3 гектаровъ,—обыкновенно не нанимается на поден­
ную работу, а живетъ исключительно своимъ хозяйствомъ.
Однако въ одномъ сообщеніи размѣръ владѣній поденщиковъ
показанъ до 6, въ другомъ даже до 8 гектаровъ». Это за­
виситъ, конечно, отъ производительности земли. («Verhältnisse
der Landarbeiter», I, 126).
Объ административномъ округѣ Оснабрюкъ онъ же сооб­
щаетъ, что хозяйство наемника (Heuerling’a) тамъ обыкно­
венно обнимаетъ: избу и хозяйственныя постройки съ хлѣвами
для трехъ коровъ и нѣсколькихъ свиней и овецъ; огородъ
въ 10—15 аровъ, пахотной земли около 2 гектаровъ, луга‘/j—
1‘/2 гектара; долю въ общинномъ выгонѣ въ 1 гектаръ и
право брать дрова изъ лѣса марки на площади въ 172—2
гектара (тамъ же, 64).
Хозяйство съ тремя коровами и нѣсколькими свиньями и
овцами можетъ считаться уже порядочнымъ. И однако его
владѣлецъ вынужденъ работать по найму! Но не всюду имѣ­
ются вблизи крупныя хозяйства, въ которыхъ можно было бы
имѣть заработокъ. Такія имѣнія часто далеко не считаются
конкурентами, а напротивъ—желанными.
Такъ изъ Эйзенахскаго Оберланда сообщаютъ: «Образо­
ваніе крупнаго имѣнія послѣ только что состоявшейся покупки
требуемой земельной площади и проектируемое устройство сахар­
наго завода вблизи Визенталя окажутъ, конечно, благотвор-


— 238 —

ное вліяніе на здѣшнее крестьянское сословіе... Многіе
поденщики и мелкіе землевладѣльцы найдутъ хорошій зара­
ботокъ. («Bäuerliche Zustände», I, 40, 57). Изъ Эйзенахской
низменности сообщаютъ, что многіе тамошніе собственники
имѣютъ менѣе 5 гектаровъ. Ихъ положеніе незавидно. «На­
личнаго крупнаго землевладѣнія (рыцарскія, удѣльныя и по­
жалованныя имѣнія) недостаточно (12,5% всей площади)
чтобы дать сословію мелкихъ собственниковъ достаточный за­
работокъ въ качествѣ поденщиковъ и вообще рабочаго пер­
сонала» (тамъ же, 66).
Такъ же и въ великомъ герцогствѣ Гессенскомъ какъ па
одну изъ причинъ большой нужды среди мелкаго крестьян­
ства указываютъ на недостатокъ крупныхъ имѣній. «Въ мѣст­
ностяхъ съ правомъ наслѣдованія in natura, говоритъ д-ръ
Куно Франкенштейнъ, гдѣ, слѣдовательно, земля дѣлится на
отдѣльные клочки соотвѣтственно числу дѣтей, поскольку это
еще возможно при ничтожности клочковъ, не существуетъ,
собственно говоря, недостатка въ рабочихъ рукахъ, такъ какъ
многіе мелкіе собственники, имѣя всего 5—10 моргеновъ, а,
то и меньше, предлагаютъ свои услуги... Но спросъ на ра­
бочія руки въ мѣстностяхъ со столь мелкимъ крестьянскимъ
землевладѣніемъ, въ особености если нѣтъ крупнаго имѣнія,
весьма не великъ, такъ что собственники столь мелкихъ ба­
трацкихъ имѣній не имѣютъ возможности использовать свою
рабочую силу въ своемъ хозяйствѣ или въ качествѣ наемныхъ
рабочихъ. Поэтому положеніе собственниковъ такихъ карли­
ковыхъ хозяйствъ въ большинствѣ случаевъ весьма печально
(«Verhältnisse der Landarbeiter», II, 232).
Если въ прошлой главѣ мы познакомились съ мелкимъ
хозяйствомъ, какъ опорой крупнаго, то здѣсь мы видимъ,
какъ крупное хозяйство выступаетъ опорой мелкаго.
Благодаря хроническому недоѣданію, гессенскіе мелкіе
крестьяне изнурены до того, что не могутъ использовать и ту
возможность заработка, которая еще есть. «Благодаря скуд­
ной пищѣ, эти люди совершенно не въ состояніи долго за­
ниматься тяжелой работой. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ это
аставляетъ владѣльцевъ крупныхъ имѣній приглашать рабо-


— 239 —

чихъ со стороны, несмотря на то, чго и мѣстныя рабочія
руки не могутъ найти примѣненія».
Но это хилое населеніе, слишкомъ слабое для упорнаго
земледѣльческаго труда, годится для другихъ занятій, за
которыя мелкій крестьянинъ охотно хватается тамъ, гдѣ ему
отказываютъ въ земледѣльческой работѣ,—для домашней
или кустарной промышленности.
И ея начало восходитъ къ феодальной эпохѣ. Уже во
вступленіи мы указывали на то, что первоначально крестья­
нинъ одновременно былъ сельскимъ хозяиномъ и промышлен­
никомъ. Только постепенно развитіе городской индустріи за­
ставило его посвятить себя почти исключительно земледѣлію.
Но еще долго различныя ремесла сохраняются въ крестьян­
ской семьѣ; гдѣ земледѣліе перестаетъ быть единственнымъ
источникомъ пропитанія, тамъ они снова входятъ въ честь.
Но не въ формѣ ремесленной работы на заказъ. Изолирован­
ный крестьянинъ не въ состояніи конкурировать съ город­
скимъ ремесломъ, которое располагаетъ болѣе обширнымъ рын­
комъ и всѣми удобствами, представляемыми городомъ. Сельская
индустрія, какъ товарное производство, можетъ развиться только
какъ производство на капиталиста, купца или скупщика, ко­
торый связываетъ ее съ далекимъ рынкомъ, недоступнымъ
непосредственно живущему въ глуши крестьянину, только въ
тѣхъ отрасляхъ можетъ развиваться, для которыхъ достаточ­
но простой ловкости и простыхъ орудій. Прежде всего такая
домашняя индустрія развивается тамъ, гдѣ вблизи имѣется сы­
рой матеріалъ—рѣзьба по дереву вблизи лѣсовъ, изготовленіе
аспидныхъ досокъ и грифелей вблизи шиферныхъ ломокъ, пле­
теніе корзинъ въ обильныхъ водою, благопріятныхъ для раз­
веденія лозы мѣстностяхъ, мелкая желѣзная индустрія вбли­
зи желѣзныхъ рудъ, и т. д. Но часто достаточно одной на­
личности множества праздныхъ и дешевыхъ рабочихъ рукъ,
чтобы толкнуть находчиваго капиталиста къ эксплуатаціи ихъ
въ формѣ домашней промышленности; часто самъ онъ достав­
ляетъ сырой матеріалъ, напримѣръ, хлопчатобумажную или
шелковую пряжу для тканья.
Всего лучше развивается деревенская кустарная промыш-


— 240 —

ленность въ странахъ, гдѣ почва очень скудна, а техни­
ческія условія неблагопріятны для крупнаго земледѣлія, въ
особенности тамъ, гдѣ крупному землевладѣнію ставились
или ставятся еще и политическія препятствія. Мы находимъ
деревенскую кустарную промышленность въ горныхъ стра­
нахъ: въ Богеміи на границѣ съ Силезіей и Саксоніей, въ
Тюрингенѣ, Таунусѣ, Шварцвальдѣ; но особенно сильное
развитіе она получила въ Швейцаріи—изготовленіе часовъ въ
западной, шелковое ткачество въ центральной, вышиваніе въ
восточной.
При своемъ возникновеніи эти домашнія производства часто
привѣтствовались съ восторгомъ. Основатели ихъ считались
благодѣтелями бѣдныхъ крестьянъ за то, что давали имъ воз­
можность заработка въ досужіе часы, особенно зимою. Ихъ
растущіе доходы должны были дать имъ возможность болѣе
раціональнаго веденія хозяйства и тѣмъ снова увеличить до­
ходы. Чередованіе промышленнаго и земледѣльческаго труда
дѣлало населеніе здоровымъ и сильнымъ, въ противополож­
ность городскимъ промышленнымъ рабочимъ; оно дѣлало ихъ
зажиточнѣе и интеллигентнѣе крестьянъ, ограничивающихся
однимъ земледѣліемъ и чрезъ то теряющихъ такъ много драго­
цѣнныхъ часовъ. Шенбергъ въ своемъ «Руководствѣ полити­
ческой экономіи» (II. 428) рисуетъ розовыми красками вы­
годы домашней промышленности всюду, гдѣ ей не грозитъ
конкуренція машинъ. Вся семья работаетъ вмѣстѣ, «отецъ
можетъ слѣдить за воспитаніемъ и обученіемъ своихъ дѣтей,
женщины могутъ работать по хозяйству и ухаживать за
дѣтьми, дѣвушки остаются подъ присмотромъ и покровитель­
ствомъ семьи». Рабочее время зависитъ только отъ собствен­
ной воли работника, работникъ свободенъ, «вся жизнь ра­
ботника уютнѣе, веселѣе и содержательнѣе. Промышленная
дѣятельность смѣняется здоровымъ земледѣльческимъ тру­
домъ, и избѣгается массовая концентрація наемныхъ рабо­
чихъ въ одномъ мѣстѣ со всѣми ея невыгодами для рабочихъ
и общества. Наконецъ домашняя индустрія допускаетъ свое­
временное использованіе силъ всѣхъ трудоспособныхъ членовъ
семьи и тѣмъ способствуетъ—безъ опасности для отдѣльныхъ


— 241

членовъ семьи и для семейной жизни—повышенію доходовъ
семьи».
Конечно, на ряду съ этими «.безспорными выгодами» су­
ществуютъ и темныя стороны, на которыя и Шёнбергъ не
можетъ закрыть глазъ. Но все же, въ концѣ концовъ, онъ
приходитъ къ такому выводу: «Всѣ эти невыгоды, какъ бы
велики онѣ ни были, не могутъ отнять у домашней индустріи
самой по себѣ характера болѣе благопріятной для соціаль­
наго положенія рабочихъ хозяйственной формы».
Ей нѣтъ мѣста лишь тамъ, гдѣ ей приходится конку­
рировать съ фабричной промышленностью.
Дѣйствительность представляетъ намъ другую картину,
даже если взять тѣ кустарные промыслы, которымъ еще не
приходится бороться съ машинной крупной промышленностью,
напримѣръ, плетеніе корзинъ, изготовленіе сигаръ или игру­
шечное производство. '
Прежде всего, никакой другой родъ побочныхъ занятій
не содѣйствуетъ такъ сильно раздробленію земли, потому что
никакой другой не способенъ къ столь быстрому расширенію.
Число крупныхъ земледѣльческихъ хозяйствъ ограничено,
такъ же, какъ и число горнопромышленныхъ предпріятій;
число фабрикъ въ деревнѣ также не можетъ быть произвольно
увеличено. Возможность заработка на нихъ имѣетъ свои опре­
дѣленныя границы. Иное дѣло кустарная промышленность.
Предѣлъ себѣ она встрѣчаетъ лишь въ наличныхъ рабочихъ
силахъ; она осуществима въ самомъ маломъ хозяйствѣ, при
помощи самыхъ примитивныхъ орудій, безъ всякихъ капи­
тальныхъ затратъ, заслуживающихъ этого названія; капита­
листъ ничѣмъ не рискуетъ, расширяя ее елико возможно
быстро при благопріятномъ положеніи рынка: ему не нужно
доставлять постояннаго капитала—зданій и машинъ, которыя
безполезно изнашиваются, разъ не могутъ быть использованы
производительно; ему не нужно платить поземельной ренты
и другихъ повинностей, которыя приходится платить, безраз­
лично, находятся-ли дѣлавъ цвѣтущемъ состояніи, или нѣтъ.
Все это бремя, самую значительную часть капиталистическаго
риска несутъ эксплуатируемые кустари, Это дѣлаетъ всякіе
10


— 242 —

кризисы для нихъ опустошительнѣе, чѣмъ для рабочихъ
крупной промышленности, потому что капиталистъ по отно­
шенію къ домашней промышленности легче рѣшается на со­
кращеніе своего предпріятія; въ болѣе же благопріятныя вре­
мена ее гораздо легче расширить. Но время процвѣтанія для
нихъ, пожалуй, еще губительнѣе, чѣмъ время угнетенія.
Число заключаемыхъ браковъ и основываемыхъ семей
растетъ, а вмѣстѣ съ нимъ и спросъ на мелкія хозяйства,
безъ которыхъ въ деревнѣ невозможно самостоятельное домо­
хозяйство. Цѣны на землю поднимаются, дробленіе земли
увеличивается, отдѣльныя владѣнія становятся все мельче,
а обработка ихъ все хуже. Уже по причинѣ своей незначи­
тельности, а затѣмъ и потому, что процвѣтающая домашняя
индустрія приноситъ деньги, сельское хозяйство все болѣе и
болѣе лишается рабочихъ силъ семьи, которыя отдаются до­
машней промышленности. Если же это протянется извѣстное
время, то вслѣдствіе сидячаго образа жизни исчезаетъ и фи­
зическая способность кустарей къ земледѣльческому труду.
Ихъ поля уже не могутъ быть обработаны какъ слѣдуетъ, и
незначительные размѣры хозяйства становятся теперь для
нихъ физической необходимостью.
Владѣніе становится такъ мало, что па немъ нельзя уже
держать коровы. Молоко исчезаетъ со стола, вмѣсто него
появляется настой изъ цикорія. Вмѣстѣ съ коровой исчезаетъ
навозъ и упряжной скотъ; поля становятся все болѣе исто­
щенными и негодными для культуры хлѣба. Кромѣ того
хлѣбъ еще нужно смолоть и спечь, прежде чѣмъ употребить
въ пищу, поэтому предпочитаютъ растенія, которыя требуютъ
меньшихъ заботъ и которыя на той же поверхности даютъ,
если не больше питательныхъ веществъ, то большій по вѣсу
урожай,—овощи, рѣпу, въ особенности же картофель,—расте­
нія, которыя могутъ быть прямо отправлены па кухню.
Такимъ образомъ пища кустаря сводится къ настою изъ
цикорія и картофелю, средствамъ, которыя скорѣе обма­
нываютъ желудокъ, чѣмъ доставляютъ ему матеріалъ для пи­
танія тѣла. Цліяніе промышленнаго труда еще усиливается
недостаточнымъ питаніемъ: физическая сила работника па-


— 243
даетъ до минимума, необходимаго лишь для работы паль­
цевъ.
Не менѣе вырождается его земледѣльческое хозяйство.
Малые, плохо обработанные, неунавоженные клочки земли
должны изъ года въ годъ производить одни и тѣ же растенія.
Земледѣліе возвращается къ ступени, на которой оно стояло
у нѣкоторыхъ германцевъ къ концу переселенія народовъ.
О пяти сельскихъ общинахъ на верхнемъ Таунусѣ Шнапперъ-Арндтъ сообщаетъ въ своей книгѣ того же названія
(стр. 50): «Говорятъ, только въ Зееленборгѣ удержались за­
мѣтные остатки трехполья; въ прочихъ деревняхъ нужда не
считается пи съ какими запретами и требуетъ отъ полей изъ
года въ годъ картофеля; сколько нибудь разумная плодо­
смѣнная система для владѣльцевъ, бѣдныхъ какъ землею, такъ
и прочими средствами, невозможна».
Въ пяти деревняхъ насчитывалось всего 463 коровы на
758 домохозяйствъ, представляющихъ столько же податныхъ
единицъ; 486 хозяйствъ не имѣли вовсе коровъ, 117 только
по одной.
Рука объ руку съ физическимъ истощеніемъ земли и лю­
дей идетъ экономическій упадокъ. Въ кустарной промышлен­
ности техническій прогрессъ возможенъ лишь въ незначи­
тельной мѣрѣ. Конкурировать другъ съ другомъ кустари,
какъ и эксплуатирующіе ихъ капиталисты, могутъ только
путемъ усиленія напряженности труда и пониженія заработ­
ной платы. Такого рода конкуренціонная борьба облегчается
еще обособленностью отдѣльныхъ кустарей въ ихъ семьяхъ,
ихъ разбросанностью на большой территоріи, что дѣлаетъ
организацію ихъ почти невозможной, отсутствіемъ другихъ
заработковъ въ ихъ мѣстности и прикованностью къ клочку
земли, которая не позволяетъ имъ бѣжать отъ чрезмѣрной
эксплуатаціи, чтобы промѣнять ее на болѣе мягкую въ дру­
гихъ мѣстахъ. За скупщикомъ закрѣплены его домашніе ра­
бочіе. Даже самая продолжительная безработица не разгонитъ
ихъ. Поэтому въ капиталистически эксплуатируемой домашней
промышленности мы находимъ самый продолжительный, самый
изнурительный трудъ, самую жалкую оплату труда, самое
16*


— 244 —
обширное примѣненіе женскаго и дѣтскаго труда, самое пе­
чальное состояніе мастерскихъ и жилищъ,—словомъ, самыя
гнусныя условія во всемъ нашемъ капиталистическомъ спо­
собѣ производства. Это безстыднѣйшая система капиталисти­
ческой эксплуатаціи, это форма пролетаризаціи крестьянства,
сильнѣе всего ведущая къ вырожденію. Всѣ попытки помочь
мелко-крестьянскому населенію, не могущему прокормиться
чисто земледѣльческимъ трудомъ, насажденіемъ домашней
промышленности должны имѣть послѣдствіемъ погруженіе,
послѣ кратковременнаго весьма проблематическаго подъема,
въ самую глубочайшую, самую безысходную нужду. Поэтому
съ ними слѣдуетъ бороться самымъ рѣшительнымъ образомъ.
Къ счастію кустарная промышленность—только переход­
ная стадія къ крупной индустріи. Рано или поздно для вся­
каго домашняго производства бьетъ часъ, когда машина дѣ­
лаетъ его технически излишнимъ, и этотъ часъ бьетъ тѣмъ
раньше, чѣмъ быстрѣе развивается и спеціализируется до­
машняя промышленность, чѣмъ далѣе доводитъ она раздѣ­
леніе труда.
Но этотъ часъ все еще не,есть часъ избавленія кустаря,
а скорѣе начало мучительнѣйшей части его крестнаго пути;
онъ означаетъ еще болѣе непомѣрное напряженіе, еще бо­
лѣе сильное подавленіе жизненныхъ потребностей, еще ббльшее
изнуреніе семьи, выбивающейся изъ силъ, чтобы не отстать
слишкомъ въ состязаніи съ машиной. А какъ долго тянется
это состязаніе, пока, наконецъ, сильно отставшій кустарь не
падаетъ бездыханнымъ!
Что кустарь можетъ такъ долго тянуть безнадежную борьбу,
это слѣдуетъ приписать сельскому хозяйству.
Гдѣ земледѣліе имѣетъ въ виду не товарное производство,
а потребности домохозяйства, тамъ оно не подчиняется дви­
жущей силѣ конкуренціи, тамъ оно образуетъ консервативный
элементъ, который всему отжившему даетъ еще призракъ жизни.
Оно то и затягиваетъ до безконечности смертный бой домаш­
ней промышленности, не дозволяетъ умереть ручному тка­
честву, которое отжило уже болѣе полвѣка.
«.Причина, почему, не смотря на непрекращающіяся кон-


— 245

вульсіи этой отрасли промышленности (ручного ткачества в»
сѣверной Богеміи), оно держится въ прежнихъ размѣрахъ, ле­
житъ въ значительной мѣрѣ въ томъ, что большая часть ткачей
имѣла немного земли: въ счастливыя времена она служила для
пополненія промышленнаго заработка, а во время нужды слу­
жила средствомъ кое-какъ пережить кризисъ» (А. Braf, «Stu­
dien über nordböhmische Arbeiterverhältnisse», 123).
Несмотря на это, деревенская кустарная промышленность
послѣднее время быстро падаетъ всюду, гдѣ крупная инду­
стрія вторгается въ деревню и не для того, чтобы конку­
рировать съ кустаремъ, а для того, чтобы доставить ему
новый заработокъ.

Крупной промышленности для развитія необходима налич­
ность большихъ массъ, лишенныхъ собственности, пригодныхъ
(умѣлыхъ и дисциплинированныхъ) рабочихъ и близость круп­
наго рынка. Эти условія она находитъ прежде всего въ круп­
ныхъ торговыхъ центрахъ. Ея развитіе само притягиваетъ
новыя массы рабочихъ и вызываетъ притокъ ихъ въ мѣста,
гдѣ она расцвѣтаетъ. Тенденція капиталистической крупной
промышленности ведетъ, такимъ образомъ, къ прогрессивной
концентраціи массъ населенія и экономической жизни въ боль­
шихъ городахъ.
Но, благодаря ряду факторовъ, не весь потокъ растущей
крупной индустріи направляется въ города, нѣкоторые ру­
чейки ея оплодотворяютъ и деревню.. Эти факторы частью
естественной, частью соціальной природы.
Къ первымъ относится прежде всего растущій вмѣстѣ, съ
распространеніемъ крупной индустріи спросъ на сырые и
вспомогательные матеріалы, которые не могутъ быть произ­
водимы въ городѣ, а только въ деревнѣ и въ виду массоваго
потребленія должны производиться массами, въ крупныхъ хо­
зяйствахъ. Сюда относится прежде всего горнопромышлен­
ность. Ея возникновеніе—могущественное средство революціо­
низированія сельскихъ отношеній. Далѣе, сюда относится пере­
работка на мѣстѣ сырыхъ матеріаловъ, громоздкихъ, сравни­
тельно съ ихъ цѣнностью, невыносящихъ далекаго транспорта.


— 246 —

Такъ возникаютъ въ деревнѣ желѣзные, кирпичные, сахарные
заводы и пр.
Наконецъ легкая эксплуатація значительной водяной силы
иногда привлекаетъ нѣкоторыя производства въ довольно от­
даленныя отъ городовъ долины.
На ряду съ ними дѣйствуютъ и соціальные факторы. Въ
городахъ уровень потребностей выше, чѣмъ въ деревняхъ, а при
одинаковомъ уровнѣ потребностей издержки содержанія ра­
бочей силы больше, благодаря болѣе высокой земельной рентѣ
жилищъ, затратамъ на подвозъ пищевыхъ средствъ, отсутствію
у рабочихъ собственнаго земледѣльческаго хозяйства. Уже
поэтому денежная заработная плата въ городѣ должна быть
выше, чѣмъ въ деревнѣ.
Къ этому присоединяется концентрація рабочихъ массъ
на небольшомъ пространствѣ. Она позволяетъ имъ легче сго­
вориться и организоваться. Она дѣлаетъ болѣе труднымъ над­
зоръ и дѣйствительное воздѣйствіе на нихъ. При многочислен­
ности промышленныхъ заведеній уволенный всегда можетъ
надѣяться найти пристанище. Не то въ деревнѣ; тамъ рабочіе
менѣе могутъ противиться капиталу, они болѣе покорны и
менѣе требовательны. Это является для крупныхъ промышлен­
никовъ большимъ соблазномъ для переноса своихъ предпріятій
въ деревню, и, если въ деревнѣ на лицо нужныя рабочія
силы, что, къ ихъ сожалѣнію, встрѣчается только мѣстами,
и имѣются всѣ другія условія для успѣшнаго веденія дѣла,
они дѣлаютъ это тѣмъ охотнѣе, чѣмъ сильнѣе растетъ въ
городахъ рабочее движеніе.
Этотъ переносъ крупной индустріи въ деревню происхо­
дитъ тѣмъ раньше, чѣмъ болѣе развиты средства сношеній—
каналы, желѣзныя дороги, телеграфы, потому что тѣмъ легче
ей сохранять тѣсную связь съ крупнымъ рынкомъ. Съ другой
стороны, возникновеніе крупныхъ предпріятій въ деревнѣ само
образуетъ могущественный мотивъ къ развитію современныхъ
средствъ сообщенія. А ихъ постройка, содержаніе и эксплуа­
тація снова даетъ рядъ заработковъ сельскому населенію.
Ближайшія послѣдствія этого для мелкихъ сельскихъ хо­
зяевъ и ихъ земельной собственности едва ли благопріятнѣе,


— 247 —

чѣмъ послѣдствія режима домашней промышленности. Болѣе
крупныя хозяйства, производящія жизненныя средства на
рынокъ, конечно, выигрываютъ по меньшей мѣрѣ соотвѣтственно
громадному расширенію рынка сбыта для идъ товаровъ и не­
посредственнаго приближенія его. Но эта выгода болѣе чѣмъ
уравновѣшивается недостаткомъ рабочихъ рукъ, которыя от­
влекаетъ къ себѣ индустрія. Однако объ этомъ поговоримъ
въ другой главѣ.
Всѣ же, какъ мелкіе, такъ и крупные сельскіе хозяева
страдаютъ отъ повышенія цѣнъ на землю. Крупная индустрія
вызываетъ быстрый приростъ населенія, не только, подобно
кустарной промышленности, вслѣдствіе облегченія заключенія
браковъ и основанія домохозяйствъ, но и вслѣдствіе привле­
ченія рабочихъ со стороны: крупное капиталистическое пред­
пріятіе въ-деревнѣ рѣдко довольствуется тѣми рабочими си­
лами, какія даетъ ему его непосредственная обстановка.
Спросъ на квартиры и клочки земли повышается, а вмѣстѣ
съ нимъ и цѣна на нихъ. А чѣмъ выше цѣна земли, тѣмъ
меньше, при равенствѣ прочихъ условій, остается у поку­
пателя средствъ на веденіе хозяйства, тѣмъ скуднѣе его ин­
вентарь. Къ этому мы еще вернемся въ слѣдующей главѣ.
Ко всему этому присоединяется еще и различіе въ тре­
бованіяхъ, которыя индустрія обыкновенно предъявляетъ къ
рабочимъ, по сравненію съ домашней промышленностью. По­
слѣдняя большею частью ведется такъ, что временами, на­
примѣръ, во время жатвы, вся семья прерываетъ свою про­
мышленную дѣятельность, чтобы посвятить себя сельско-хо­
зяйственной. Конечно, это бываетъ не всегда. Въ нѣкоторыхъ
домашнихъ производствахъ сезонъ самой усиленной работы
совпадаетъ со страдной земледѣльческой порой. «Именно въ
горячее время жатвы, когда рабочій день земледѣльца часто
тянется двадцать часовъ, а ночной отдыхъ четыре, усиленно
работаетъ и игрушечный мастеръ, не имѣя ни минуты сво­
бодной для необходимыхъ полевыхъ работъ-» (Е. Sax, «Die Haus­
industrie in Thüringen». I, 48).
Гдѣ дѣло обстоитъ такъ, тамъ домашняя промышленность
и земледѣліе обособляются, соединеніе ихъ въ однѣхъ рукахъ


248 —

становится невозможнымъ. Но это далеко не общее пра­
вило.
Иное въ крупной промышленности. Уже большая величина
ея постояннаго капитала, который безполезно изнашивается,
разъ не употребляется въ дѣло, заставляетъ предпринимателя,
по возможности, избѣгать большихъ перерывовъ процесса произ­
водства. Только немногія крупныя промышленныя предпріятія
работаютъ часть года, притомъ тогда, когда земледѣльческія
работы прекращаются или не особенно настоятельны. Таковы,
напримѣръ, сахарные заводы, «кампанія» которыхъ начи­
нается осенью, послѣ сбора свекловицы, и продолжается зи­
мою, всего мѣсяца четыре; она по возможности ускоряется,
потому что къ веснѣ свекловица легко портится.
Такимъ образомъ, работа на сахарныхъ заводахъ не отни­
маетъ у земледѣльческаго рабочаго и карликоваго крестьянина
времени, необходимаго для сельскаго хозяйства.
Работа въ каменноугольныхъ копяхъ также порою со­
вмѣстима съ земледѣльческимъ трудомъ. Зимою нужда въ
углѣ больше, спросъ сильнѣе, а, съ другой стороны, введеніе
ночныхъ смѣнъ «освобождаетъ» часть рабочихъ днемъ; они
должны бы использовать его для отдыха, но нерѣдко исполь­
зуютъ для сельско-хозяйственныхъ работъ, подзадориваемые
своей высокой заработной платой и изъ-за желанія освобо­
диться отъ избытка силы, для израсходованія которой слиш­
комъ короткій рабочій день въ копяхъ недостаточенъ.
Кергеръ сообщаетъ: «Въ округѣ Реклинггаузенъ земле­
дѣльческій трудъ чередуется съ неземледѣльческимъ; имѣющіе
тамъ землю поденщики отъ начала жатвы до конца ноября
работаютъ въ деревнѣ, остальное время на горныхъ участ­
кахъ» («Verhältnisse der Landarbeiter», I, 124).
Въ горнопромышленной области Гельсенкирхенъ, Бохумъ,
Дортмундъ владѣющіе землей сельскіе рабочіе почти исчезли.
«Хотя иногда и употребляются поденщики безъ всякой зе­
мельной собственности, но большая часть ихъ принадлежитъ
къ рабочимъ, которые при короткомъ рабочемъ днѣ нахо­
дятъ время заниматься еще нѣсколько часовъ въ день сель­
ско-хозяйственными работами, въ особенности, если они уча-


— 249 —
ствуютъ вь ночной смѣнѣ; они нанимаютъ у крестьянъ квар­
тиру съ обязательствомъ помочь имъ во время жатвы или сни­
маютъ въ аренду, съ такимъ же обязательствомъ, кусокъ земли
для разведенія картофеля; наконецъ, бываютъ и такіе, которые
вслѣдствіе потери силъ уже не годятся для горныхъ работъ...
Изрѣдка сообщаютъ о доходѣ поденщиковъ отъ собственнаго
хозяйства: тутъ, конечно, подразумѣваются горнорабочіе,
которые побочно занимаются сельскими работами. Они иногда
нанимаютъ домикъ съ огородомъ, держатъ одну-двухъ козъ и,
случается, получаютъ разрѣшеніе засѣять картофелемъ столько
земли, сколько могутъ унавозить» (тамъ же 132).
Наконецъ еще примѣръ изъ восточнаго углепромышлен­
наго района, Силезіи: «Въ каменноугольныхъ и промышлен­
ныхъ округахъ весьма частое явленіе, что земледѣльческіе
рабочіе работаютъ въ угольныхъ копяхъ и въ особенности въ
строительномъ дѣлѣ или на фабрикахъ, а ко времени жатвы
возвращаются въ деревню. Въ особенности это имѣетъ мѣсто
у мелкихъ собственниковъ» (тамъ же, III, 502).
При такихъ обстоятельствахъ торныя работы могутъ стать
сильной опорой крестьянскаго хозяйства. Чрезполосица дѣй­
ствуетъ весьма вредно на крестьянское землевладѣніе всюду,
говорится въ одномъ сообщеніи изъ Вестфаліи, гдѣ собствен­
никъ долженъ жить со своей земли. Гдѣ же крестьянство,
какъ 80% его въ округѣ Зигенъ, имѣетъ еще порядочный
заработокъ на рудникахъ и заводахъ, тамъ вредъ не высту­
паетъ наружу. («Bäuerliche Zustände», II, 8).
Но если въ отдѣльныхъ отрасляхъ и требуется или воз­
можна сезонная работа, то крупная промышленность вообще
требуетъ отъ работника непрерывной работы въ теченіе цѣ­
лаго года.
Но она не требуетъ всѣхъ рабочихъ силъ семьи, какъ до­
машняя промышленность. Эксплуатація дѣтей моложе 14 лѣтъ
воспрещена уже закономъ. Хозяйкѣ труднѣе работать въ
крупной промышленности,- чѣмъ въ домашней: въ послѣдней
ей не нужно покидать дома, какъ въ первой. Если она легко
рѣшается на домашне-промышленный трудъ, то не легко рѣ­
шится бросить домъ и дѣтей; въ деревнѣ рѣшиться на это


— 250 —

ей еще труднѣе, чѣмъ въ городѣ, потому что здѣсь домо­
хозяйство играетъ гораздо болѣе важную роль, и его функціи
не сокращаются народными столовыми, яслями, дѣтскими
садами и т. п.
Къ рабочимъ силамъ, которыя режимъ крупной промы­
шленности оставляетъ на долю домохозяйства и связаннаго
съ нимъ земледѣлія, присоединяются еще инвалиды-труда.
Домашняя промышленность находитъ дѣло для всѣхъ, даже
для самыхъ слабыхъ, крупная же промышленность требуетъ
отъ своихъ рабочихъ такого напряженія, на какое они спо­
собны обыкновенно лишь въ цвѣтѣ лѣтъ, и быстро исто­
щаетъ ее. Въ деревнѣ карликовое хозяйство даетъ подхо­
дящее занятіе созданному такимъ образомъ многочисленному
классу инвалидовъ промышленности.
Подобно домашней промышленности, хотя и на иной ладъ,
и крупная промышленность ухудшаетъ рабочія силы, кото­
рыми можетъ располагать мелкое земледѣліе, поощряя въ то
же время измельчаніе, а вмѣстѣ съ нимъ и ухудшеніе хо­
зяйствъ.
Съ другой стороны крупно-промышленный капиталъ, по­
добно домашне-промышленному и по тѣмъ же причинамъ,
почти не встрѣчаетъ въ деревнѣ сколько-нибудь значитель­
наго отпора со стороны рабочихъ и доводитъ эксплуатацію
и вырожденіе ихъ до крайней степени.
Типичную картину такого рода деревенской крупной ин­
дустріи даетъ намъ, напримѣръ, Геркнеръ въ своей превос­
ходной книгѣ о верхне-эльзасской хлопчатобумажной промыш­
ленности и ея рабочихъ. Какъ ни скверны условія въ Мюльгаузенѣ, на текстильныхъ фабрикахъ, расположенныхъ по
деревнямъ, они еще хуже. «Рабочее время въ общемъ длин­
нѣе. Самъ К. Градъ сообщаетъ о 13—14 часовомъ трудѣ.
Ночная работа, даже подростковъ, встрѣчается часто. Въ
нравственномъ отношеніи подросткамъ-работницамъ дѣлаютъ
тѣ же упреки, что и въ Мюльгаузенѣ. Равнымъ образомъ
всюду царятъ штрафы и вычеты. Часто они еще обостряются
сильной зависимостью работника. Въ большинствѣ мѣстностей
промышленнаго района мѣстная фабрика представляетъ един-


— 251

ственный источникъ заработка... Къ этому присоединяется
еще то обстоятельство, что работникъ обыкновенно прикованъ
къ землѣ маленькимъ хозяйствомъ, которое ведетъ жена или
родители. О вліяніи рабочаго на условія труда нѣтъ и рѣчи.
«Заработная плата, въ среднемъ, на треть ниже, чѣмъ
въ Мюльгаузенѣ,—разница, которая еще превосходитъ раз­
ницу въ цѣнахъ предметовъ необходимости, такъ что въ
дѣйствительности жизненный уровень падаетъ еще ниже... Въ
пищѣ преобладаетъ картофель, мясо же подается въ лучшемъ
случаѣ только по воскресеньямъ. Потребленіе водки гораздо
больше, чѣмъ въ Мюльгаузенѣ. Говорятъ, въ Вогезахъ есть
промышленная деревня, въ которой 800 жителей выпиваютъ
въ годъ 300 гектолитровъ-».
Положеніе рабочихъ ухудшается еще господствующей
системой расплаты товарами (Тгисквузіеш).
«Худшимъ условіямъ жизни соотвѣтствуетъ и еще далѣе
зашедшее физическое вырожденіе... Окружной врачъ (округа
Таннъ) сообщаетъ: «Въ фабричныхъ деревняхъ, гдѣ всѣ ра­
ботаютъ на фабрикахъ съ самыхъ малыхъ лѣтъ, почти всѣ
явившіеся на призывъ оказались негодными, и мы думаемъ,
что если такъ продолжится далѣе, то вскорѣ призывной ко­
миссіи здѣсь нечего будетъ дѣлать... Несмотря на слабое
здоровье, населеніе крайне трудолюбиво... Старики, уже не
работающіе на фабрикахъ, отдаются обработкѣ небольшого
поля, требующей сильнаго напряженія, въ виду возвышен­
наго и крутого положенія «крютеровъ» (стр. 349—352).
Какъ ни мрачна эта картина, въ ней все же больше про­
блесковъ надежды, чѣмъ въ картинѣ домашней промышлен­
ности. Дѣти отстранены отъ фабричной работы, процессъ
производства ведется хотя не на свѣжемъ воздухѣ, какъ въ
земледѣліи, но все же внѣ жилья, въ просторныхъ помѣще­
ніяхъ, которыя, при всѣхъ своихъ недостаткахъ, въ гигіени­
ческомъ отношеніи далеко превосходятъ лачуги кустарей.
И именно потому, что на фабрикѣ работникъ «несвободенъ»,
не можетъ начать и бросить работу, когда вздумается, что
порядокъ для всѣхъ одинаковъ и трудъ движется въ болѣе
тѣсныхъ границахъ, чѣмъ домашняя работа, его легче кон­


— 252 — '

тролировать и ограничить закономъ. Фабрика соединяетъ
разрозненныя рабочія силы, облегчаетъ соглашеніе ихъ между
собою; она ставитъ фабричную деревню въ тѣсное соприко­
сновеніе съ внѣшнимъ міромъ, развивая средства сообщенія
и привлекая интеллигентныя рабочія силы изъ города въ
деревню. Такимъ образомъ, она становится средствомъ сбли­
женія части сельскаго населенія съ городскимъ пролетаріа­
томъ, постепеннаго пробужденія въ немъ интереса и участія
въ борьбѣ за лучшую долю, а при благопріятныхъ обстоя­
тельствахъ склоняетъ къ активному участію въ этой борьбѣ.
Деревенская фабрика увеличиваетъ ряды пролетаріата,
не экспропріируя мелкихъ сельскихъ хозяевъ, не отдѣляя
ихъ отъ земли. Напротивъ, она даетъ средства приближаю­
щемуся къ банкротству карликовому собственнику удержать
свою собственность, даетъ еще болѣе многочисленному слою
не имѣющихъ собственности возможность завести маленькое
собственное хозяйство на купленной или арендованной землѣ.
Три разсмотрѣнныхъ здѣсь вида мелко-крестьянскихъ по­
бочныхъ заработковъ не исключаютъ другъ друга. Они мо­
гутъ существовать и часто встрѣчаются рядомъ. Такъ, на­
примѣръ, сообщаютъ: «Для жителей эйзенахскаго оберланда,
въ особенности для мелкихъ крестьянъ бѣднѣйшихъ мѣстно­
стей съ ничтожнымъ владѣніемъ, домашняя индустрія въ
качествѣ побочнаго занятія имѣетъ особенное значеніе...
Можно указать слѣдующія домашнія производства: фабри­
кація пробокъ, тканье поясовъ и плюша, плетеніе кнутовъ,
сапожное мастерство, щеточное производство, вырѣзываніе
трубокъ,—производства, дающія семьѣ заработокъ въ 1, 2 и
3 марки; ими часто занимаются даже крестьяне, вла­
дѣющіе 8—9 гектарами... Кромѣ того—рубка дровъ, рубка
и сплавъ лѣса и разработка богатыхъ залежей базальта даютъ
порядочный заработокъ, въ особенности въ свободное отъ
земледѣльческихъ работъ время»(«Ваиег1ісЬе2н8Іаіійе»,1,50,51).
Для юга воспользуемся сообщеніемъ А. Гейца о поло­
женіи крестьянъ въ оберамтствахъ штуттгартскомъ, бёблингенскомъ и герренбергскомъ: «Было бы ошибочнымъ думать
что сельско-хозяйственный трудъ даетъ многочисленному


— 253 —

сельскому населенію достаточное пропитаніе. Существенное
значеніе скорѣе имѣютъ сторонніе заработки, въ особенности
для обоихъ западныхъ округовъ. Здѣсь прежде всего слѣ­
дуетъ назвать лѣсныя работы, которыми... занято постоянно
порядочное, а временами и значительное число лицъ... Осо­
бенно поучительно изслѣдовать состояніе домашней инду­
стріи, ткачества и вышиванія. На ряду съ нею возникаетъ
крупная индустрія. Въ теченіе послѣднихъ лѣтъ возникло
нѣсколько крупныхъ предпріятій, старыя расширяются, раз­
множаются мелкіе предприниматели, разсчитывающіе на де­
шевый трудъ... Далѣе слѣдуетъ мелкая торговля моло­
комъ, яйцами, птицей и нѣкоторыми промышленными про­
дуктами... Наконецъ, мѣстностями поденщиковъ можно
назвать, кромѣ деревень, непосредственно окружающихъ
Штуттгартъ, —Мерингенъ, Бонланденъ, Пляттенгардтъ, Файгингенъ, Роръ, Мусбергъ, Биркахъ, въ то время какъ изъ
Руйта, Геумадена, Кемната, Шарнгаузена и даже Плинингена многіе ходятъ на эслингенскія прядильни».
Но не вездѣ такъ много побочныхъ заработковъ и не
всегда ихъ достаточно для покрытія нужды мелкихъ сель­
скихъ хозяевъ въ деньгахъ. Если заработокъ не ищетъ кресть­
янина, то послѣднему ничего не остается, какъ развѣ­
дывать о немъ, искать его, хотя бы пришлось на время
бросить землю. Чѣмъ болѣе развиваются современныя средства
сношеній,—при чемъ желѣзныя дороги облегчаютъ передви­
женіе, а почта и газеты приносятъ извѣстія о томъ, что дѣ­
лается гдѣ-то далеко, — тѣмъ легче поселянинъ рѣшается
разстаться, хоть на время, со своей деревней и тѣмъ на болѣе
далекія странствованія онъ отваживается. Часть мелкокресть­
янской семьи, понятно, самая трудоспособная, періодически
отправляется въ отходъ, чтобы прокормить себя и заработать
денегъ для всей семьи. Здѣсь насъ интересуетъ только этотъ
видъ отхода, а не отходъ на долгій срокъ, потому что теперь мы
изслѣдуемъ не тѣ формы пролетаризаціи крестьянина, которыя
и по внѣшности легко узнать, но тѣ, гораздо болѣе важныя,
при которыхъ крестьянинъ удерживаетъ свой обликъ, пере­
нимая только функціи пролетарія.


— 254 -

Уходящему въ отходъ крестьянину, естественно, ближе
всего сельско-хозяйственныя работы. Въ мѣстахъ, гдѣ соб­
ственное населеніе не покрываетъ спроса на наемный сельско­
хозяйственный трудъ, нѣтъ недостатка. Уже въ предыдущей
главѣ мы указывали на нужду въ рабочихъ въ крупныхъ
имѣніяхъ; мы увидимъ, что она не минуетъ и крупнаго кре­
стьянскаго хозяйства. Въ самыхъ различныхъ областяхъ Гер­
маніи есть спросъ на странствующихъ сельско-хозяйственныхъ
рабочихъ; ихъ нанимаютъ частью на все лѣто, частью только
на время жатвы; они находятъ работу не только къ востоку
отъ Эльбы, по и въ прирейнскихъ земляхъ, Баваріи и Вюр­
тембергѣ, Шлезвигѣ и Голштиніи.
Въ примѣръ приведемъ отходъ въ Баваріи: «Часто про­
исходитъ обмѣнъ рабочихъ силъ между областями, производя­
щими хлѣбъ, и областями, производящими хмѣль, такъ
что ко времени жатвы рабочіе изъ послѣднихъ направ­
ляются въ первыя и обратно. Кромѣ того на основа­
ніи отчетовъ можно установить слѣдующіе выводы от­
хода сельскихъ рабочихъ: Верхняя Баварія въ лѣтніе мѣ­
сяцы привлекаетъ рабочихъ, главнымъ образомъ, изъ бавар­
скаго полѣсья и сама посылаетъ отхожихъ рабочихъ изъ тѣхъ
областей, гдѣ жатва оканчивается рано, въ Швабію. Въ
Швабіи происходитъ обмѣнъ между верхней и нижней Шва­
біей; кромѣ того Тироль посылаетъ сюда въ большомъ числѣ
пастуховъ. Нижняя Баварія снабжается рабочими силами изъ
баварскаго полѣсья и Богеміи и посылаетъ ихъ въ отходъ во
время жатвы недѣль па 6 изъ округа Вильсгофена въ Остенгоферъ, а ко времени сбора хмѣля изъ округа Штраубинга
въ области, разводящія хмѣль. Изъ верхняго Пфальца муж­
чины на время жатвы уходятъ изъ округа Вейдена въ Верх­
нюю и Нижнюю Баварію, женщины для сбора хмѣля — въ
области, разводящія его; туда же уходятъ работники изъ
округа Нейштада; округа Неймарктъ и Штадтамгофъ при­
влекаютъ для сбора хмѣля и картофеля преимущественно
женщинъ, а иногда и дѣтей, изъ восточныхъ частей верх­
няго Пфальца, баварскаго полѣсья и Богеміи. Верхняя Фран­
конія высылаетъ рабочихъ, особенно изъ округа Байреута,


— 255 —

въ Тюрингенъ и Саксонію, но привлекаетъ на время жатвы
женщинъ и дѣтей изъ горныхъ областей, гдѣ хлѣбъ созрѣ­
ваетъ позднѣе. Въ Средней Франконіи происходитъ большой
обмѣнъ между областями, воздѣлывающими хлѣба, и областями,
разводящими хмѣль; округъ Герсбуркъ привлеі аетъ на время
сбора хмѣля въ большомъ числѣ мужчинъ и женщинъ изъ
Рена, Шпессарта и Оденвальда; въ крупныя имѣнія, разво­
дящія свекловицу, весною приходятъ польскіе рабочіе и
остаются
до осени. Въ Рейнпфальцѣ Сикингерская воз­
вышенность привлекаетъ на время сбора картофеля пре­
имущественно женщинъ изъ сѣверныхъ частей округа Гомбургъ, такъ называемыхъ «деревень музыкантовъ», а посы­
лаетъ на время жатвы рабочихъ въ области, лежащія около
Вормса и Остгофена, а осенью, недѣль на 6, на молотьбу
въ общины Саарбрюкена. Крупныя имѣнія съ недавнихъ
поръ нанимаютъ рабочихъ изъ восточной Пруссіи на время съ
апрѣля по ноябрь». («Verhältnisse der Landarbeiter», II. 115 152).
Этотъ списокъ можно было бы продолжить до безконеч­
ности для всѣхъ частей Германіи.
Чрезвычайные размѣры принялъ отходъ итальянскихъ
рабочихъ, которые лѣтомъ работаютъ въ Европѣ, а зимою,
на которую въ южномъ полушаріи приходится лѣто, ѣдутъ
на полевыя работы въ Аргентину. Еще поразительнѣе стран­
ствованія китайцевъ, которые, конечно, не на одинъ сезонъ,
но на много лѣтъ, хотя и не на всю жизнь, отправляются въ
Соединенные Штаты, Канаду, Мексику, Вестъ-Индію, Австра­
лію, Зондскіе острова, доходятъ до Южной Африки; это идеалъ
нѣмецкаго странствующаго рабочаго для нашихъ аграріевъ.
Но странствующіе рабочіе не ограничиваются лишь земле­
дѣліемъ. На ряду съ нимъ болѣе выгодное занятіе даетъ раз­
витіе крупной промышленности, городовъ, средствъ сообще­
нія. Частью и здѣсь, какъ въ земледѣліи, они находятъ се­
зонную работу, и, къ несчастію для сельскихъ хозяевъ, именно
лѣтомъ, какъ, напримѣръ, проведеніе желѣзныхъ дорогъ, про­
кладываніе каналовъ, ломка камня, всевозможныя строитель­
ныя работы въ городахъ; частью же получаютъ постоянное
занятіе въ качествѣ прислуги, чернорабочихъ, извозчиковъ и т. д.


— 256 —-

Въ нѣкоторыхъ областяхъ развились совершенно своеобраз­
ные виды отхода. Такъ, напримѣръ, Куно Франкенштейнъ
сообщаетъ о висбаденскомъ правительственномъ округѣ: «За­
падный Диллькрейсъ, остальная часть второго округа, Вестервальдъ и граничащая съ нимъ сѣверозападная часть округа
Оберланъ имѣютъ большой избытокъ рабочихъ силъ; поэтому
многіе рабочіе изъ этихъ округовъ идутъ въ рейнскіе про­
мышленные округа и остаются тамъ съ весны до зимы; дру­
гіе же отправляются въ качествѣ офеней». О послѣднемъ
отходѣ, который совершается въ большихъ размѣрахъ, одинъ
корреспондентъ изъ Унтервестервальда сообщаетъ слѣдующія
интересныя - свѣдѣнія: «Весной въ деревняхъ появляются ко­
робейники и вербуютъ разнощиковъ среди взрослой мужской
и женской молодежи. Въ февралѣ они тянутся съ ними въ
разныя страны: Голландію, Швейцарію, Польшу, Саксонію
и пр. Навербованные получаютъ въ главныхъ мѣстахъ, напр.
Лейпцигѣ, товары, которые должны сбыть по извѣстнымъ цѣ­
намъ, а выручку сдать хозяевамъ. Въ видѣ жалованья они
получаютъ помимо путевыхъ издержекъ, сообразно своей тор­
говой ловкости, 300—400 марокъ. Къ Рождеству они обык­
новенно возвращаются на родину съ порядочными сбере­
женіями».
«Уже давно замѣчено, что въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ вербуются
эти разнощики, хозяйство улучшается, такъ какъ дѣти отда­
ютъ заработокъ родителямъ на общія нужды. Онъ тратится
на лучшее обзаведеніе хозяйства, напримѣръ, покупку скота,
особенно коровъ, на пріобрѣтеніе искусственнаго удобренія
для повышенія урожайности, на расширеніе землевладѣнія, а
также вкладывается въ сберегательныя кассы.
«Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ число вербуемыхъ такъ велико,
что дома остаются лишь самыя необходимыя рабочія силы.
Въ финансовомъ отношеніи странствованіе приноситъ выгоды,
въ нравственномъ же не лишено темныхъ сторонъ, въ осо­
бенности, для женщинъ» (тамъ же, II, 27).
Бѣдныя горныя деревни Пфальца охотно посылаютъ
избытки своихъ рабочихъ силъ на чужбину въ качествѣ му­
зыкантовъ: «Почва, состоящая изъ вогезскаго песчаника,


— 257
мало плодородна; сельскіе хозяева, даже имѣющіе 3—4 гек­
тара, живутъ очень бѣдно и часто вынуждены для пополне­
нія дохода прибѣгать къ побочнымъ заработкамъ. Въ такихъ
общинахъ работодатель (?) принужденъ искать работы въ дру­
гихъ странахъ, и онъ отправляется на чужбину въ качествѣ
музыканта или каменыцика, рѣже въ качествѣ слуги. Музы­
канты, большею частью, бережливы и посылаютъ домой такъ
много денегъ, что семья безпечально живетъ и въ состояніи
мало-по-малу пріобрѣсть небольшое крестьянское имѣ­
ніе. У каменьщиковъ дѣла рѣдко складываются такъ благо­
пріятно, а всего менѣе зарабатываютъ на чужбинѣ слуги»
(тамъ же, II, 193).
Сезонные рабочіе регулярно возвращаются домой, принося
выручку за свой трудъ въ свои земледѣльческія хозяйства.
И здѣсь крупное хозяйство, городское и деревенское, про­
мышленное и земледѣльческое, даетъ мелкому хозяйству но­
выя силы. Другія силы даетъ ему заработокъ ушедшихъ въ
отходъ на болѣе продолжительное время. Послѣдніе, боль­
шею частью, холостые, возвращаются назадъ не всѣ. Многіе
осѣдаютъ въ мѣстахъ своей новой дѣятельности, но, несмотря
на это, посылаютъ домой значительную часть своихъ сбере­
женій семьѣ, которая не можетъ прокормиться со своего хо­
зяйства. Объ Ирландіи говорятъ, что ренты ея карликовыхъ
фермеровъ выплачиваются изъ заработка ирландскихъ служа­
нокъ въ Америкѣ; не лучше дѣло обстоитъ съ налогами нѣ­
которыхъ нѣмецкихъ крестьянъ. И не малое число возвра­
щается обратно, не смотря на деревенскую нищету, къ тому
клочку земли, на которомъ родились; они возвращаются, чтобы
жениться или наслѣдовать, получить отцовское имѣньице,
принося съ собою свои сбереженія, которыя на время спаса­
ютъ близкое къ банкротству хозяйство, даютъ иному карли­
ковому хозяйству возможность прикупить землицы, обзавестись
коровой, починить развалившуюся избу.
Для тѣхъ странъ, куда эти работники направляются, они
образуютъ помѣху развитію. Они являются изъ экономически
отсталыхъ, бѣдныхъ странъ, поэтому менѣе требовательны, а,
большею частью, также и болѣе невѣжественный покорны...

17


— 258 —

Ихъ неспособность давать отпоръ еще усиливается тѣмъ, что
они на чужбинѣ, не имѣютъ корней въ населеніи, которое
склонно относиться къ пришельцамъ враждебно, и языка ко­
тораго они часто не понимаютъ. Они то всего охотнѣе согла­
шаются па, пониженіе платы, являются штрейкъ-брехерами,
они всего труднѣе организуются въ профессіональные союзы.
Но эти самые элементы, задерживающіе прогрессъ тамъ, куда
приходятъ, служатъ дѣятельнѣйшими піонерами его для тѣхъ
мѣстъ, откуда приходятъ и куда возвращаются. При всемъ
своемъ противорѣчіи съ новой обстановкой, они не могутъ
вполнѣ избѣжать ея вліянія; они усваиваютъ новыя потреб­
ности, новыя идеи, которыя разрушительны, революціонны
для старой, какими-бы отсталыми ни были для ихъ новой
среды. Тѣ самые элементы, которые здѣсь являются при­
служниками эксплуатаціи и угнетенія, тамъ становятся
возбудителями и проводниками недовольства и классовой
борьбы.
«Расширеніе умственнаго кругозора, жалуется Кергеръ,
большая подвижность и возбудимость, пріобрѣтаемыя стран­
ствующими рабочими па чужбинѣ, часто имѣетъ слѣдствіемъ
рѣшительное паденіе уваженія къ существующимъ авторите­
тамъ. Эти люди становятся дерзкими, упорными, надменными,
заносчивыми и своимъ примѣромъ способствуютъ разложенію
патріархальныхъ отношеній, которыя еще существуютъ между
господами и рабочими въ большинствѣ западныхъ имѣній, въ
полной гармоніи съ тамошними экономическими и соціальными
условіями» («Die Sachsengangerei», 180).
Такимъ образомъ, отхожіе промыслы дѣйствуютъ подобно
перенесенію крупной индустріи въ деревню: они усиливаютъ
мелкое землевладѣніе, этотъ будто бы столь консервативный
элементъ, но въ то же время совершенно переворачиваютъ
условія существованія мелкихъ собственниковъ, сообщая имъ
потребности и воззрѣнія, которыя всего менѣе консервативны.
Тотъ, кто думаетъ, будто простыми статистическими циф­
рами исчерпывается все безконечно разнообразное содержаніе
соціальной жизни,—можетъ вывести изъ цифръ статистики
успокоительное заключеніе, что какъ бы ни подвигалось раз-


— 259 —

витіе въ городѣ, въ деревнѣ все остается по старому и рѣши­
тельнаго развитія въ какомъ-нибудь направленіи не замѣчается.
Но кто посмотритъ, что скрывается за этими цыфрами,
кто не остановится, какъ загипнотизированный, на отношеніи
между мелкимъ и крупнымъ землевладѣніемъ, тотъ придетъ
къ другому заключенію; тотъ увидитъ, что крупныя хозяйства
не измѣняются въ числѣ, что мелкія хозяйства не поглощаются
крупными, но что оба они благодаря промышленному развитію
совершенно революціонизируются и именно въ томъ направ­
леніи, что мелкое землевладѣніе приходитъ все въ болѣе и
болѣе тѣсное соприкосновеніе съ лишеннымъ собственности
пролетаріатомъ, и что интересы того и другого все болѣе и
болѣе сближаются.
Но этимъ еще не исчерпывается вліяніе экономическаго
развитія.
Оно вызываетъ на свѣтъ еще цѣлый рядъ новыхъ факто­
ровъ, кореннымъ образомъ измѣняющихъ сущность земледѣ­
лія, производящаго товары на рынокъ, а, слѣдовательно, изли­
шекъ для общества.

IX. Возрастаніе затрудненій, встрѣчае­
мыхъ товарнымъ сельскимъ хозяйствомъ.
а) Земельная рента.

Мы видѣли, что капиталистическій способъ производства,
благодаря современному крупному производству, въ техни­
ческомъ отношеніи поднялъ па значительную высоту низко
упавшее въ концѣ феодальной эпохи сельское хозяйство. Но
мы видѣли также, что тотъ же самый способъ производства
вызываетъ тенденціи, мѣшающія развитію и распространенію
крупнаго производства; при данномъ общественномъ строѣ
эти тенденціи сильнѣйшимъ образомъ противодѣйствуютъ исклю­
чительному господству этого способа въ сельскомъ хозяйствѣ,


— 260 —

а, слѣдовательно, и не даютъ сельскому хозяйству достигнуть
наивысшаго доступнаго ему при данномъ состояніи техники
уровня. Мы видѣли, что эти задерживающія тенденціи, благо­
пріятствуя парцелляціи (дробленію) земли, могутъ даже вести
кое-гдѣ къ техническому регрессу въ земледѣліи.
Но капиталистическій способъ производства вредно отзы­
вается на сельскомъ хозяйствѣ не одними только создаваемыми
имъ затрудненіями для крупнаго производства. Не менѣе
вреднымъ въ этомъ отношеніи является и вліяніе земельной
ренты. Мы уже неоднократно указывали на то, что рыноч­
ная цѣна земли, въ сущности, есть ничто иное, какъ капита­
лизированная земельная рента. Мы говоримъ здѣсь только о
цѣнѣ земли, а не о цѣнѣ имѣнія. Цѣпы строеній, живаго
и мертваго инвентаря, какъ и цѣны всѣхъ другихъ това­
ровъ, опредѣляются въ послѣднемъ счетѣ потребнымъ для
ихъ производства общественно-необходимымъ рабочимъ вре­
менемъ.
Промышленному капиталисту тоже приходится платить
земельную ренту или покупать землю. Но цѣна земли соста­
вляетъ только незначительную часть вкладываемаго имъ въ
производство денежнаго капитала.
Не то въ сельскомъ хозяйствѣ. Такъ называемый земель­
ный капиталъ, т. е. капитализированная земельная рента, пре­
вышаетъ тотъ денежный капиталъ, который сельскому хозяину
приходится затрачивать на обработку имѣнія, если только онъ
ведетъ хозяйство на собственной землѣ.
Въ среднихъ и болѣе крупныхъ хозяйствахъ средней Ев­
ропы, гдѣ скотъ выкармливается въ стойлѣ, необходимый для
веденія хозяйства капиталъ обыкновенно составляетъ 27—33%
земельнаго капитала, по онъ можетъ опускаться до 15% и
подниматься до 40%, смотря по интенсивности хозяйства. Въ
среднемъ этотъ производственный капиталъ составляетъ въ
Саксоніи 410 марокъ на 1 гектаръ, при средней покупной
цѣнѣ имѣнія въ 1930 марокъ (см. Krämer въ «Handbuch» Goltz’a,
I, 277—279 и Krafft, «Betriebslehre», 58—60).
Бухенбергеръ приводитъ въ примѣръ одного баденскаго
крупнаго крестьянина, имѣніе котораго стоитъ 46.233 мар.


— 261

Изъ этой суммы 6.820 м. (14.72%) приходится па инвентарь,
5.480 м. (11.9%) на строенія, тогда какъ па землю прихо­
дится 33.923 м. (73.4%) («Bäuerliche Zustände», III, 249).
Изъ всего затраченнаго капитала только одна четверть
дѣйствительно функціонируетъ въ процессѣ производства.
Такимъ образомъ, сельскій хозяинъ можетъ утилизировать
въ своемъ хозяйствѣ, какъ дѣйствительный капиталъ, только
незначительную часть своего капитала. Гораздо большую часть
его, отъ двухъ третей до трехъ четвертей, онъ долженъ
уплатить прежнему владѣльцу земли за одно только разрѣ­
шеніе вести хозяйство. Поэтому его хозяйство .должно по­
стоянно имѣть меньшій размѣръ и меньшую интенсивность,
чѣмъ оно могло бы имѣть по размѣрамъ находящагося въ его
распоряженіи капитала.
Но такъ какъ практики (вопреки теоретикамъ) въ извѣст­
ныхъ, уже выше отмѣченныхъ, предѣлахъ предпочитаютъ при
равныхъ затратахъ капитала большее, хотя бы и обремененное
долгами, имѣніе меньшему, свободному отъ долговъ, то очень
рѣдко бываетъ, чтобы сельскій хозяинъ цѣликомъ заплатилъ
за имѣніе. Онъ разсматриваетъ почти весь находящійся въ
его распоряженіи капиталъ, какъ производственный капиталъ,
и имъ соразмѣряетъ величину хозяйства, которое онъ намѣ­
ренъ завести. Земли онъ не оплачиваетъ или оплачиваетъ
только незначительную часть ея; цѣна земли образуетъ его
долгъ; она лежитъ на его имѣніи въ видѣ ипотеки; другими
словами—покупатель принимаетъ на себя обязательство упла­
чивать земельную ренту своему кредитору, владѣльцу ипо­
теки, который въ сущности и является настоящимъ собствен­
никомъ земли.
Такимъ образомъ, всякая перемѣна владѣльца имѣнія
является источникомъ задолжениости. Если было бы преуве­
личеніемъ полагать, что смѣна владѣльцевъ является един­
ственнымъ источникомъ обремененія землевладѣнія ипотекой,
что потребность въ меліоративныхъ затратахъ здѣсь можетъ
вовсе не приниматься во вниманіе, то все же вѣрно, что эта
смѣна является главной причиной роста ипотечныхъ долговъТамъ, гдѣ господствуетъ арендная система, сельскій хо-


— 262 —

зяинъ-предприниматѳль можетъ цѣликомъ затрачивать своп
капиталъ на веденіе хозяйства; при этой системѣ сельское
хозяйство можетъ наиболѣе полно развить свой капиталисти­
ческій характеръ; фермерское хозяйство есть классическая
форма капиталистическаго сельскаго хозяйства.
На ряду съ полнымъ использованіемъ предприниматель­
скаго капитала арендная система представляетъ также ту
выгоду, что позволяетъ землевладѣльцу изъ конкурирующихъ
фермеровъ выбирать наиболѣе дѣльныхъ и владѣющихъ боль­
шимъ капиталомъ, тогда какъ при веденіи хозяйства самимъ
владѣльцемъ личность сельскаго хозяина опредѣляется слу­
чайностью рожденія, наслѣдственнымъ правомъ.
При мелкомъ хозяйствѣ это не имѣетъ большого значенія.
Крестьянское хозяйство остается все еще очень шаблоннымъ
и простымъ. Да и дѣти крестьянина рано начинаютъ участво­
вать въ хозяйственныхъ работахъ и, такимъ образомъ, пріобрѣ­
таютъ необходимыя знанія. Различія въ дарованіяхъ между
отдѣльными сельскими хозяевами могутъ быть и здѣсь, по они
обыкновенно не велики и не слишкомъ вліяютъ па веденіе
хозяйства.
Другое дѣло крупное хозяйство. Послѣднее является слож­
нымъ организмомъ, управленіе имъ требуетъ какъ многосторонней
практической опытности, такъ и основательнаго научнаго и
коммерческаго образованія. Крупные же землевладѣльцы въ
ходѣ капиталистическаго развитія все болѣе и болѣе превра­
щаются въ классъ съ городскими потребностями и наклонно­
стями; ихъ тянетъ въ городъ, дѣтямъ своимъ они даютъ го­
родское воспитаніе. Воспитаніе въ обстановкѣ сельскаго хозяй­
ства для сына крупнаго землевладѣльца вовсе не предста­
вляется такимъ обязательнымъ, какъ для сына крестьянина.
Притомъ образованіе, получаемое имъ въ городѣ, не даетъ
ему основательныхъ агрономическихъ или коммерческихъ по­
знаній. Къ тому же крупные землевладѣльцы, хотя и носятъ
городской обликъ, все еще слишкомъ глубоко погрязли въ
своихъ феодальныхъ традиціяхъ. Дворъ и армія являются
воспитательной школой подростающаго поколѣнія крупныхъ
землевладѣльцевъ. Часто случайность рожденія дѣлаетъ сель-


— 263 —

хозяиномъ молодого человѣка, который проходилъ «курсъ
наукъ» па скаковомъ кругу и въ первоклассныхъ рестора­
нахъ и сталъ развѣ знатокомъ вина и лошадей. Понятно, что
не такому человѣку демонстрировать на практикѣ превосход­
ство крупнаго хозяйства надъ мелкимъ. Но его имѣніе, осо­
бенно при возрастаніи земельной ренты, можетъ еще надол­
го оттянуть для него предстоящее банкротство.
Иное дѣло арендаторъ. У него земельная рента не можетъ
покрыть дефицита въ предпринимательской прибыли. Онъ не
можетъ также помочь себѣ путемъ обремененія имѣнія дол­
гами; каждый годъ онъ долженъ пунктуально уплачивать
арендную плату. Если, съ одной стороны, можно выбирать
самыхъ способныхъ фермеровъ, то съ другой—неспособные
скоро становятся банкротами. Конкуренція оказываетъ болѣе
рѣзкое дѣйствіе на фермеровъ, чѣмъ на сельскихъ хозяевъ,
являющихся въ то же время землевладѣльцами.
А такъ какъ кромѣ того фермеръ не долженъ нести ни­
какихъ расходовъ по пріобрѣтенію земли, а часто также и
строеній, то весь свой капиталъ онъ расходуетъ на ведепіе
хозяйства; поэтому при данномъ размѣрѣ капитала онъ ока­
зывается въ состояніи наиболѣе интенсивно обработать бблыпее
имѣніе; слѣдовательно, при капиталистическомъ способѣ произ­
водства арендная система даетъ высшій размѣръ чистаго
дохода.
Но и арендная система имѣетъ свои темныя стороны.
Фермеръ въ высшей степени заинтересованъ въ томъ, чтобы
земля давала возможно высшій доходъ, и онъ создаетъ для
того наилучшія условія; но опъ не заинтересованъ въ по­
стоянствѣ этого дохода, заинтересованъ тѣмъ менѣе, чѣмъ
краткосрочнѣй его арендный договоръ. Чѣмъ скорѣе онъ
истощитъ почву, тѣмъ прибыльнѣе будетъ для него хозяйство.
Правда, контрактъ можетъ запрещать ему такое хозяйство,
которое ведетъ къ ухудшенію и истощенію почвы; арендные
договоры содержатъ въ этомъ отношеніи самыя детальныя
требованія, по въ лучшемъ случаѣ они ведутъ лишь къ удер­
жанію хозяйства па достигнутомъ уровнѣ. Прогрессъ хозяй­
ства слабо поощряется арендной системой, фермеръ вовсе не
сеймъ


— 264 —

заинтересованъ въ производствѣ улучшеній или во введеніи
новыхъ пріемовъ культуры: они требуютъ съ самаго начала
большихъ затратъ, а проявляютъ свои благодѣтельныя послѣд­
ствія—цѣликомъ или отчасти—только по истеченіи аренднаго
договора; они являются причиной повышенія арендной платы
и, слѣдовательно, повышаютъ земельную ренту, а не его
предпринимательскую прибыль. Фермеръ поостережется пред­
принимать улучшенія, если онъ не увѣренъ въ возможности
вернуть въ теченіе своего аренднаго срока затраченный ка­
питалъ вмѣстѣ съ процентами.
Чѣмъ долгосрочнѣе арендный договоръ, тѣмъ благопріят­
нѣе арендная система для сельско-хозяйственнаго прогресса.
По гдѣ имѣетъ мѣсто процессъ возрастанія земельной ренты,
тамъ землевладѣлецъ имѣетъ всѣ причины, по возможности,
сокращать сроки арендныхъ договоровъ; таково вѣрнѣйшее
средство отвести въ свой карманъ цѣликомъ ростъ ренты.
Такимъ образомъ, какъ при арендной системѣ, такъ и при
хозяйствѣ на собственной землѣ, земельная рента является
могущественнымъ препятствіемъ къ раціональному сельскому
хозяйству. Столь же могучимъ препятствіемъ является право
наслѣдованія.

б) Право наслѣдованія.
Только введеніемъ полной частной собственности на землю
и уничтоженіемъ не только сословныхъ привилегій, но и
привилегій рожденія можно было разбить феодальныя оковы,
стѣснявшія сельское хозяйство столько же, сколько и ин­
дустрію, и сдѣлать возможнымъ дальнѣйшее развитіе сель­
скаго хозяйства. Буржуазное общество требуетъ не только
равенства всѣхъ гражданъ предъ закономъ, но и равенства
всѣхъ дѣтей въ семьѣ и, слѣдовательно, раздѣла между ними
родительскаго состоянія поровну. Но тѣ же самыя учрежде­
нія, которыя повели къ быстрому расцвѣту сельскаго хозяй­
ства, вскорѣ съ своей стороны стали превращаться для него
въ новыя оковы.
Уже раздѣлъ капитальной собственности родителей является


— 265

сильнымъ препятствіемъ къ соединенію массы капиталовъ въ
однѣхъ рукахъ. Но концентрація капитала — продуктъ не
только централизаціи старыхъ, но и накопленія новыхъ капи­
таловъ, и это накопленіе настолько значительно, что концен­
трація капитала быстрыми шагами идетъ впередъ, не смотря
на продолжающіеся раздѣлы наслѣдствъ.
Въ землевладѣніи не можетъ быть и рѣчи о явленіи, со­
отвѣтствующемъ накопленію новаго капитала, по крайней мѣрѣ,
въ старыхъ культурныхъ странахъ, гдѣ всякій клочокъ земли
имѣетъ своего собственника. Но мы знаемъ, что и централи­
зація земельныхъ владѣній встрѣчаетъ ббльшія затрудненія,
чѣмъ централизація капиталовъ. Здѣсь раздѣлъ наслѣдства
долженъ сильнѣйшимъ образомъ благопріятствовать прогрес­
сирующей парцелляціи землевладѣнія.
Но какъ бы глубоко не вліяли юридическія отношенія на
экономическую жизнь, послѣдняя въ итогѣ всегда оказывается
рѣшающеіі силой. Раздробленіе землевладѣнія осуществляется
поэтому только тамъ, гдѣ это позволяютъ экономическія отно­
шенія, обрисованныя въ предыдущей главѣ. Но тамъ, гдѣ
это имѣетъ мѣсто, раздѣлы наслѣдства оказываются въ выс­
шей степени дѣйствительнымъ средствомъ для ускоренія раз­
витія.
Наоборотъ, иначе обстоитъ дѣло тамъ, гдѣ имѣніе
предназначается для товарнаго, а не для домашняго хозяй­
ства и, слѣдовательно, подчинено конкуренціи, гдѣ болѣе
крупное имѣніе явно беретъ верхъ надъ болѣе мелкимъ, и
раздробленіе землевладѣнія влечетъ за собой прямыя, въ глаза
бросающіяся невыгоды, напр., тамъ, гдѣ преобладаетъ произ­
водство хлѣба и гдѣ сельскій хозяинъ не можетъ прибѣгать
къ побочнымъ занятіямъ; тутъ дробленіе имѣній in natura,
при раздѣлѣ наслѣдства, только съ трудомъ и въ рѣдкихъ
случаяхъ дѣлается постояннымъ институтомъ. Раздѣлъ тамъ
осуществляется гораздо чаще въ такой формѣ, что одинъ
изъ наслѣдниковъ удерживаетъ за собой цѣликомъ все имѣніе
и выплачиваетъ остальнымъ сонаслѣдникамъ ихъ доли. Такъ
какъ онъ почти никогда не обладаетъ нужнымъ для того ка­
питаломъ, то такой раздѣлъ, какъ правило, можетъ осуще-


— 266 —

отняться только потому, что наслѣдникъ закладываетъ имѣніе.
Здѣсь выплата сонаслѣдникамъ ихъ доли является только осо­
бой формой вышеупомянутой покупки имѣнія безъ достаточ­
наго капитала. Но при наслѣдованіи переходъ имѣнія изъ
рукъ въ руки является недобровольнымъ, и притомъ повто­
ряется съ естественной необходимостью изъ поколѣнія въ по­
колѣніе. Здѣсь наслѣдственное право ведетъ только къ тому,
что наслѣдникъ получаетъ свое хозяйство уже заранѣе обре­
мененнымъ долгами и что получающіеся у него избытки онъ
долженъ тратить на уплату процентовъ по ипотекѣ, вмѣсто
того чтобы ■ копить капиталъ и улучшать хозяйство. И если
ему даже удается выплатить долги, его преемникъ оказывается
въ такомъ же положеніи, даже еще съ большими долгами,
если за это время произошло возрастаніе земельной ренты
или паденіе процента на капиталъ или то и другое вмѣстѣ,
и цѣнность имѣнія возросла, благодаря одному или обоимъ
этимъ факторамъ.
Возрастаніе стоимости имѣнія выгодно для того, кто пере­
стаетъ быть сельскимъ хозяиномъ, кто продаетъ свое имѣніе,
но не для того, кто становится сельскимъ хозяиномъ, кто по­
купаетъ имѣнія, или наслѣдуетъ ихъ вмѣстѣ съ другими со­
наслѣдниками. Нѣтъ ничего ошибочнѣе мнѣнія, утверждающаго,
что стремиться къ поднятію цѣнъ па имѣнія или искусственно
удерживать ихъ на высокомъ уровнѣ—значитъ дѣйствовать въ
интересахъ сельскаго хозяйства. Это оказывается только въ
интересахъ наличныхъ землевладѣльцевъ, земельныхъ банковъ
и спекулянтовъ, торгующихъ имѣніями, но далеко не въ ин­
тересахъ сельскаго хозяйства, тѣмъ менѣе въ интересахъ но­
ваго, идущаго на смѣну старому поколѣнія сельскихъ хозяевъ,
въ интересахъ будущности сельскаго хозяйства.
Дробленіе имѣній или возрастаніе долгового бре­
мени—такова альтернатива, передъ которой буржуазное на­
слѣдственное право ставитъ сельскихъ хозяевъ.
Въ нѣкоторыхъ странахъ, особенно во Франціи, сельское
населеніе старается избѣгнуть этой альтернативы при помощи
ZweikindeEsystem. Безъ сомнѣнія, это ведетъ къ устраненію
указанныхъ невыгодъ существующаго наслѣдственнаго права,


— 267 —

но, подобно другимъ средствамъ, пытающимся помочь кре­
стьянству, оно затрагиваетъ интересы всего общества. Капита­
листическое общество для своего развитія нуждается въ силь­
номъ приростѣ населенія. То государство, въ которомъ при­
ростъ рабочихъ силъ совершается слишкомъ медленно, отстаетъ
въ конкуренціонной борьбѣ капиталистическихъ націй. Оно
подвергается также опасности поплатиться своимъ политиче­
скимъ могуществомъ среди соперничающихъ націй, теряя возможцость бросить на вѣсы исторіи необходимую военную силу,
покоящуюся прежде всего па числѣ годныхъ къ оружію. Во
Франціи господство Zweikindersystem ведетъ не только къ
относительному уменьшенію военной силы страны—населеніе
съ 1872 по 1891 г. возросло только на 2.000.000, съ 36.000
па 38.000, а съ 1886 г. даже совсѣмъ не увеличилось, тогда
какъ въ Германіи за то же время оно возросло на 9.000.000—
съ 41 до 50 милліоновъ. Оно ведетъ также къ тому, что необ­
ходимыя рабочія силы, которыхъ не даетъ населеніе страны,
капиталистамъ приходится привлекать изъ-за границы: они
выписываютъ бельгійцевъ, итальянцевъ, нѣмцевъ, швейцарцевъ
и т. д. Въ 1851 году во Франціи насчитывалось только
380.000 иностранцевъ, 1% населенія, въ 1891 году уже
1.130.000,—3°/о- Въ Германской имперіи, напротивъ, въ
1890 г. жило только 518.510 родившихся за границей, 1%
населенія. Такимъ образомъ,Zweikindersystem въ лучшемъ случаѣ
ведетъ къ облегченію землевладѣнія на счетъ военнаго могу­
щества и индустріальной производительности націи. Вотъ по­
чему государственные люди и экономисты Франціи нисколько
не увлечены этимъ методомъ спасенія сельскаго хозяйства.
в) Фидеикоммиссъ и наслѣдственное право.

Во Франціи революція самымъ основательнымъ образомъ
смела феодальное хозяйство и феодальное наслѣдственное право.
Напротивъ, въ Англіи и Германіи крупное землевладѣніе со­
хранило и въ буржуазномъ обществѣ Значительную силу; это,
между прочимъ, проявляется въ особой формѣ наслѣдствен­
наго права, которую крупное землевладѣніе сохранило для


— 268 —

себя или, по крайней мѣрѣ, для самыхъ привилегированныхъ
членовъ своихъ—въ фидеикоммиссѣ. Согласно послѣднему
земельное владѣніе изъ свободной собственности отдѣльнаго
лица превращается въ заповѣдную собственность семьи, пере­
ходящую въ пользованіе одного ея члена (обыкновенно пер­
ваго сына наслѣдодателя), но безъ права ея отчужденія цѣ­
ликомъ или частью. Братья и сестры наслѣдника имѣютъ
равное съ нимъ право на движимое имущество наслѣдодателя,
изъ участія ясе въ связанномъ фидеикоммиссомъ земельномъ
владѣніи исключаются. Со времени аграрнаго кризиса въ
Пруссіи сильно возросло число фидеикоммиссовъ. По Конраду
въ 7 восточныхъ провинціяхъ Пруссіи было учреждено:
до XIX в.............. 153
.....................

72

18в1/1870
1871/1880

36

1800/1850
1851/i860

.....................

46

1881/1886

135

84

За послѣднія 16 лѣтъ, съ 1871 г., было учреждено болѣе
фидеикоммиссовъ, чѣмъ за первыя 70 лѣтъ нашего вѣка. И
учрежденіе новыхъ фидеикоммиссовъ продолжается. Недавно
появилось въ печати сообщеніе, что въ Пруссіи учреждено
въ 1896 г.—13, въ 1897 г.—9 новыхъ фидеикоммиссовъ.
Ясно, что эти учрежденія являются плодомъ не «заботы о
сельскомъ хозяйствѣі’, а заботы о нѣсколькихъ аристократи­
ческихъ семьяхъ.
Мужицкой разновидностью фидеикоммисса является особая
форма наслѣдственнаго права, которая не вводитъ въ земле­
владѣніе такихъ строгихъ ограниченій, оставляя землевла­
дѣльцу большую свободу дѣйствій, по точно также уничто­
жаетъ раздѣлы наслѣдства. Въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ Гер­
маніи и Австріи, гдѣ преобладаетъ крупное крестьянство,
эта форма сохранилась, если не въ законодательствѣ, то въ
обычаѣ. Въ новѣйшее время изданы разнообразныя законо­
дательныя постановленія съ цѣлью закрѣпить этотъ обычай
и дать ему юридическую основу, такъ какъ консервативные
политики и экономисты видятъ въ немъ одно изъ сильнѣй­
шихъ средствъ для сохраненія крестьянскаго сословія, какъ
опоры частной собственности.


— 269 —
Для насъ не подлежитъ никакому сомнѣнію, что эта форма
наслѣдства въ состояніи устранить тѣ опасности для земле­
владѣнія, которыя угрожаютъ ему со стороны раздѣловъ на­
слѣдства, по крайней мѣрѣ, тамъ, гдѣ она проводится рѣши­
тельно, безъ колебаній. Но въ такомъ случаѣ она есть ничто
иное, какъ лишеніе наслѣдства лицъ, до того участвовавшихъ
въ сонаслѣдованіи, спасеніе крестьянскаго хозяйства на
счетъ большинства крестьянскаго населенія, спасеніе част­
ной собственности путемъ конфискаціи права наслѣдованія
у лицъ, имѣющихъ это право, словомъ — возведеніе плотинъ
противъ надвигающагося пролетаріата посредствомъ увеличе­
нія численности того же пролетаріата.
При заповѣдномъ крупномъ землевладѣніи устраненіе отъ
наслѣдства младшихъ сыновей, практикующееся, напр., въ
Англіи, не имѣетъ большого значенія. Церковь, армія, адми­
нистрація позаботятся о томъ, чтобы доставить благоразум­
ному, лишенному наслѣдства потомству хорошо оплачиваемыя
синекуры. Не то у крестьянъ. Они не имѣютъ такого вліянія
на государство и церковь, чтобы пользоваться ими, какъ бла­
готворительными учрежденіями для своихъ младшихъ сыно­
вей. Ограниченное право наслѣдства является здѣсь ничѣмъ
инымъ, какъ осужденіемъ всѣхъ дѣтей, кромѣ одного, на
батрачество.
Но эта форма наслѣдства способствуетъ пролетаризиро­
вати), обнищанію крестьянскаго населенія еще и инымъ пу­
темъ, и притомъ тѣмъ скорѣе, чѣмъ болѣе приближается она
къ семейному фидеикоммиссу, т. е. чѣмъ сильнѣе она проти­
водѣйствуетъ раздробленію земли и обремененію ея долгами
вслѣдствіе раздѣловъ наслѣдства. Эта форма даетъ рѣши­
тельный перевѣсъ тенденціямъ къ централизаціи землевладѣ­
нія надъ тенденціями къ его парцелляціи. Такимъ образомъ,
она даетъ возможность расширить хозяйство и поставить его
па болѣе раціональныхъ началахъ, но въ то же время отры­
ваетъ множество мелкихъ землевладѣльцевъ отъ земли, привя­
зывающей ихъ къ родинѣ.
Эта форма ограниченнаго права наслѣдства ни по обычаю,
ни по закону не имѣетъ силы у мелкихъ крестьянъ; для нихъ


— 270 —

она была бы только оковами; ихъ благосостояніе основывается
скорѣе на ихъ денежномъ заработкѣ, независящемъ отъ вла­
дѣнія землей, чѣмъ на этомъ владѣніи землею. Ея назначе­
ніе—охранять крупныхъ крестьянъ. Въ Австріи она имѣетъ
силу только для участковъ «средней величины», въ Меклен­
бургѣ—для крестьянскихъ имѣній, засѣвающихъ, ио крайней
мѣрѣ, 371/2 шеффелей, въ Бременѣ—для участковъ не менѣе
50 гектаровъ, въ Вестфаліи и Бранденбургѣ—для имѣній съ
чистымъ доходомъ отъ земли не менѣе 75 марокъ и т. д.
Ограниченное право наслѣдства крупнаго крестьянина
пролетаризируетъ ле только его младшихъ братьевъ и сестеръ,
его младшихъ дѣтей, по имѣетъ тенденцію пролетаризировать
и его сосѣдей, мелкихъ крестьянъ. А такимъ путемъ оно спо­
собствуетъ также бѣгству изъ деревни въ городъ, обезлюденью
деревни, слѣдовательно, противодѣйствуетъ развитію раціо­
нальнаго сельскаго хозяйства.
Такъ, напр., относительно «мѣстностей съ ограниченнымъ
правомъ наслѣдства» въ Гессенѣ сообщаютъ: «Здѣсь уже нѣ­
сколько лѣтъ раздаются всеобщія жалобы па недостатокъ ра­
бочихъ. Множество молодыхъ сильныхъ людей, не обладающихъ
никакой собственностью, выселяется отсюда въ промышленные
районы: здѣсь остаются только женщины, дѣти и старики, и
изъ нихъ-то сельскіе хозяева-крестьяне и владѣльцы круп­
ныхъ экономій должны набирать свой рабочій персоналъ»
(«Verhältnisse der Landarbeiter», П, 233).
Еще въ большихъ размѣрахъ это имѣетъ силу при фидеикоммисахъ. Послѣдніе являются могущественнымъ средствомъ
для образованія и расширенія латифундій. Во всякомъ случаѣ
невѣрно утвержденіе, что въ землевладѣніи господствуетъ
только тенденція къ децентрализаціи и что только искусствен­
ныя преграды могутъ ей противодѣйствовать. Тамъ, гдѣ въ
сельскомъ хозяйствѣ господствуетъ товарное хозяйство, обѣ
эти тенденціи къ централизаціи и къ децентрализаціи высту­
паютъ одна за другой и одна рядомъ съ другой. Въ восточ­
ныхъ провинціяхъ Пруссіи, но Конраду, въ концѣ прошлаго
вѣка было 2498 частныхъ владѣльцевъ участковъ свыше
1000 гектаровъ, съ общей площадью въ 4.684.254 гектара.


— 271 —

Въ томъ числѣ было 308 владѣльцевъ фидеикоммиссовъ, вла­
дѣющихъ площадью въ 1.295.613 гект., т. е. болѣе чѣмъ
четвертью площади владѣній, превышающихъ 1000 гекта­
ровъ. Во Франціи пѣтъ никакихъ фидеикоммиссовъ. Не смотря
па то, крупное хозяйство растетъ тамъ сильнѣе, чѣмъ въ
Германіи, какъ доказываетъ таблица, помѣщенная на 178 стра­
ницѣ. Въ Германіи хозяйства свыше 50 гектаровъ въ 1895 г.
составляли 32,56% всей находящейся въ сельско-хозяйствен­
ной обработкѣ площади; во Франціи въ 1892 г. площадь хо­
зяйствъ болѣе, чѣмъ въ 40 гектаровъ, составляла 43,05%
всей площади. Къ сожалѣнію, во французской статистикѣ при
группировкѣ во классамъ отмѣчается только число хозяйствъ
съ площадью, большею 40 гектаровъ, но не приводится ихъ
общей площади. Интересно, что чрезвычайно увеличивается
именно число самыхъ крупныхъ хозяйствъ. Насчитывалось
хозяйствъ больше 40 гектаровъ въ 1882 г.—142.000, въ
1892 г.—139.000, уменьшеніе—3000. Изъ нихъ:
1882
от7> 40—100 гект. 113.000
свыше
100 „
29.000

1892
106.000,
уменып. —7.000
33.000, увеличеніе -{-4.000

Правда, это статистика хозяйствъ, а не статистика вла­
дѣній. Но все же опа указываетъ на общую тенденцію. Ста­
тистика владѣніи можетъ обнаружить только бблыпую, но
никакъ не меньшую централизацію, чѣмъ приведенная ста­
тистика хозяйствъ.
Но если не вѣрно, что только защита фидеикоммисса по­
рождаетъ крупное землевладѣніе, то все же вѣрно, что эта
защита въ высшей степени благопріятствуетъ его возникно­
венію и развитію; этимъ она создаетъ также необходимыя
предварительныя условія для высшей достижимой при капи­
талистическомъ способѣ производства ступени развитія сель­
скаго хозяйства.
Большое протяженіе латифундій прежде всего позволяетъ
отводить для каждой отдѣльной отрасли хозяйства земельную
площадь въ томъ размѣрѣ и видѣ, какіе наиболѣе соотвѣт­
ствуютъ особенностямъ этихъ отраслей; оно даетъ возможность
объединять различныя отрасли хозяйства въ общій планомѣр-


— 272 —

ный экономическій организмъ; съ другой стороны, фидеикоммиссъ облегчаетъ накопленіе капитала съ цѣлью интенсифици­
рованья хозяйства, такъ какъ онъ освобождаетъ его отъ тяго­
стей, которыя влечетъ за собой раздѣлъ наслѣдствъ. Согласно
даннымъ о задолженности въ 1883 г. въ 42 прусскихъ адми­
нистративныхъ округахъ на одинъ талеръ чистаго земельнаго
дохода приходилось долгу (включая и долги по заложеннымъ
строеніямъ):
Фидеикоммиссъ
и имѣнія на осо- Прочія владѣнія съ чистымъ доходомъ отъ земли:
быхъ условіяхъ
завѣщанія.
свыше 500 тал. отъ 100—500 тал. отъ 30—100 тал.
20,30 марокъ.
84,40 мар.
54,10 мар.
56,20 мар.

Обезпеченность владѣнія, свойственная фидеикоммиссу, вы­
зываетъ разсчитанныя на долгіе сроки улучшенія, а также
способствуетъ развитію арендныхъ отношеній, которыя разви­
ваются легче всего тамъ, гдѣ арендаторъ увѣренъ, что права
его не будутъ нарушены съ переходомъ имѣнія въ другія
руки или при несостоятельности владѣльца.
Поэтому нельзя назвать случайностью тотъ фактъ, что су­
ществованіе охраняемыхъ посредствомъ фидеикоммиссовъ ла­
тифундій порождаетъ обѣ высшія формы капиталистическаго
сельскаго хозяйства, въ Англіи—капиталистическую арендную
систему, въ Австріи — исполинское хозяйство объединенныхъ
доменовъ.
Но если эта форма латифундій представляетъ даже боль­
шую возможность веденія наиболѣе совершеннаго капита­
листическаго хозяйства, чѣмъ всякая другая форма землевла­
дѣнія, то именно охраняемыя фидеикоммиссами латифундіи
болѣе, чѣмъ всякій другой видъ землевладѣнія, устраняютъ
необходимость вести хозяйство на самыхъ раціональныхъ
началахъ. Эта необходимость исчезаетъ прежде всего потому,
что владѣлецъ латифундій освобождается отъ необходимости
защищать свое имѣніе въ конкуренціонной борьбѣ. Мы не
принадлежимъ къ числу тѣхъ, кто отождествляетъ конкурен­
цію на рынкѣ съ борьбой за существованіе, и объявляетъ ее
естественной необходимостью. Извѣстное взаимное соревнова-


— 273 —

ніе членовъ общества и подборъ наиболѣе приспособленныхъ
есть, конечно, непремѣнное условіе всякаго дальнѣйшаго
общественнаго прогресса и закрѣпленія уже достигнутаго раз­
витія. Однако сильно ошибется тотъ, кто скажетъ, что сущ­
ность соціалистическаго общества несовмѣстима ни съ этимъ
соревнованіемъ, ни съ этимъ подборомъ. Уничтоженіе классо­
выхъ различій, уравненіе жизненнаго уровня отдѣльныхъ
общественныхъ классовъ вовсе не означаетъ уничтоженія вся­
кихъ соціальныхъ различій, способныхъ поднимать энергію
отдѣльныхъ личностей. И теперь уже внутри рабочаго союза,
между членами котораго нѣтъ никакихъ классовыхъ различій,
никакой разницы въ уровнѣ жизненнаго комфорта (standard
of life), мы видимъ различія въ уваженіи, во вліяніи, въ спо­
собѣ проявленія индивидуальностей и сообразно съ этимъ—
соревнованіе и подборъ при избраніи представителей или лицъ;
ведущихъ дѣла всего союза; понятно, что эти различія воз­
растутъ еще больше внутри такого сложнаго цѣлаго, какъ
грядущее соціалистическое общество. Равенство жизненнаго
уровня никоимъ образомъ не подавляетъ соревнованія и не
дѣлаетъ невозможнымъ подбора наиболѣе приспособленныхъ
при замѣщеніи высшихъ и въ тоже время самыхъ отвѣтствен­
ныхъ и трудныхъ должностей; оно скорѣе является необхо­
димой предпосылкой этого соревнованія. Скачки лошадей,
начавшихъ свой бѣгъ съ разныхъ мѣстъ ипподрома, есть без­
смыслица; такая же безсмыслица—соревнованіе между людьми,
уже съ самаго начала поставленными въ неравныя положенія.
Но и подборъ наиболѣе приспособленныхъ можетъ осуще­
ствиться только среди стоящихъ въ одинаковыхъ условіяхъ.
Это соревнованіе и этотъ подборъ не представляетъ со­
бой конкуренціи въ смыслѣ буржуазной экономіи. И то, и
другое имѣетъ и теперь мѣсто внутри капиталистическаго
предпріятія, тамъ, гдѣ господствуетъ не конкуренція, какъ
она понимается этими экономистами, а планомѣрное сотруд­
ничество. Господство конкуренціи въ качествѣ регулятора
экономической жизни начинается тамъ, гдѣ прекращается
планомѣрное сотрудничество. Взаимныя отношенія отдѣль­
ныхъ самостоятельныхъ предпріятій при товарномъ произ-

18


— 274 —

водствѣ опредѣляются конкуренціей. Внутри отдѣльнаго
предпріятія производство регулируется планомѣрно, при чемъ
достигается наивысшая экономія; производство же внутри об­
щества остается лишеннымъ общаго плана, и если оно не
дѣлается совершенно хаотическимъ, то только благодаря тому
обстоятельству, что продукты, произведенные въ избыткѣ,
обезцѣниваются, а тѣ, па которые затрачено слишкомъ мало
общественнаго рабочаго времени и которые не удовлетворяютъ
спроса, оплачиваются выше своей цѣнности—порядокъ самый
расточительный и нераціональный изъ всѣхъ, какіе только
можно себѣ представить.
Отсутствію планомѣрности въ товарномъ хозяйствѣ соот­
вѣтствуетъ и способъ выбора владѣльцевъ и руководителей
отдѣльныхъ предпріятій. При господствѣ частной собствен­
ности на средства производства этотъ выборъ опредѣляется
прежде всего случайностью рожденія. Только уже на
второмъ планѣ подборъ опредѣляется конкуренціей; однако
этотъ подборъ дѣйствуетъ не путемъ возвышенія наиболѣе
способныхъ, а скорѣе путемъ выкидыванья за бортъ неспо­
собныхъ, и притомъ не путемъ удаленія неспособнаго руко­
водителя изъ его предпріятія, а путемъ уничтоженія всего
предпріятія,—способъ, который по своей жестокости п без­
плодной тратѣ силъ можетъ во всякомъ случаѣ помѣриться
съ борьбой за существованіе отдѣльныхъ организмовъ въ
природѣ, какъ ни мало у нихъ общаго въ другихъ отношеніяхъ.
Но какъ бы грубо-расточителенъ ни былъ этотъ методъ,
при господствѣ товарнаго производства и частной собствен­
ности на средства производства онъ одинъ обезпечиваетъ
наибольшую экономію и паи возможно раціональную поста­
новку производства въ отдѣльныхъ предпріятіяхъ. Хотя
фидеикомиссы и не уничтожаютъ частной собственности па
средства производства, при которой прогрессъ можетъ совер­
шаться только принудительной силой конкуренціи, но для
нихъ этой силы не существуетъ. Какъ-бы плохо ни велъ дѣло
владѣлецъ защищеннаго фидеикомиссомъ имѣнія, онъ можетъ
такимъ путемъ только уменьшить свои доходы, по не подвер­
гаетъ никакой опасности свое имѣніе.


— 275 —
Было бы безсмысленно мечтать гарантировать цѣлость инду­
стріальнаго или торговаго капитала помощью своего рода
фидеикомиссовъ. Этотъ капиталъ слишкомъ подвиженъ и
измѣнчивъ, чтобы выносить подобныя оковы. Капиталъ по­
стоянно находится въ процессѣ обмѣна веществъ; сегодня
онъ существуетъ въ формѣ денегъ, завтра въ формѣ средствъ
производства, послѣ завтра въ товарной формѣ; онъ подвер­
женъ разнообразнымъ сокращеніямъ и расширеніямъ, смѣнѣ
періодовъ кризиса и процвѣтанія и т. д. Напротивъ, земля,
какъ-бы часто ни приравнивали ее капиталу, подчиняется со­
вершенію другимъ законамъ. Она не представляетъ собою
созданной трудомъ цѣнности, не подлежитъ процессу обра­
щенія. Уже съ матеріальной стороны она совершенно от­
лична отъ средствъ производства, принявшихъ форму капи­
тала. Средства производства изнашиваются, земля же нераз­
рушима. Они постоянно оказываются излишними, благодаря
новымъ изобрѣтеніямъ, земля неизмѣнно остается естествен­
нымъ базисомъ всякаго производства. Конкуренція между
капиталами возрастаетъ съ ихъ накопленіемъ, а, слѣдовательно,
съ ростомъ индустріи и населенія; земля же по мѣрѣ этого
роста все болѣе пріобрѣтаетъ монопольный характеръ.
Насколько безсмысленно было бы поэтому стремленіе какойлибо семьи обезпечить себѣ владѣніе своимъ капиталомъ при
помощи наложенія фидеикомиссныхъ ограниченій па фабрику
или банкъ, настолько же при землевладѣніи ограниченія та­
кого рода соотвѣтствуютъ интересамъ семьи, не смотря па
то, что фидеикомиссъ менѣе, чѣмъ какая-либо другая форма
землевладѣнія, принуждаетъ къ веденію наиболѣе раціональ­
наго хозяйства. Наличный владѣлецъ при плохомъ веденіи
хозяйства можетъ только повредить самому себѣ, временно
уменьшивъ свою земельную ренту, но онъ не можетъ подо­
рвать фундамента семейнаго дохода. Этотъ фундаментъ пере­
живаетъ поколѣнія.
Уже а priori попятно плохое веденіе хозяйства при свя­
занномъ. фидеикоммиссомъ землевладѣніи. Современный фидеикоммиссъ предполагаетъ, что государственная власть сильно
заинтересована въ благосостояніи отдѣльныхъ землевладѣль-

18*


— 276 —

ческахъ семей, ибо эта власть дозволяетъ и охраняетъ фидеикоммиссъ. Эти семьи, принадлежащія къ придворной знати,
становятся такимъ образомъ въ привилегированное положе­
ніе; родъ занятій держитъ ихъ вдали отъ сельскаго хозяй­
ства и дѣлаетъ непригодными къ роли сельскихъ хозяевъ.
Если фидеикоммиссныя латифундіи, не смотря на это, не при­
надлежатъ къ числу самыхъ худшихъ хозяйствъ, а иногда
оказываются даже образцовыми, то этимъ онѣ обязаны или
капиталистической арендной системѣ, для которой подобныя
помѣстья представляютъ наиболѣе благопріятную почву для
развитія, или современнымъ сельско-хозяйственнымъ школамъ,
дающимъ болѣе чѣмъ достаточное количество дѣльныхъ упра­
вляющихъ, которые за недорогую плату предлагаютъ свои
услуги господамъ владѣльцамъ латифундій, находя въ ихъ
помѣстьяхъ самый лучшій случай для примѣненія своихъ зна­
ній и дарованій.
Но небрежному или неспособному землевладѣльцу легко
надѣлать серьезныхъ ошибокъ при выборѣ своихъ аренда­
торовъ или управляющихъ. Во всякомъ случаѣ хорошее хо­
зяйство въ немаломъ количествѣ латифундій доказываетъ не
преимущество института фидеикоммиссовъ, но превосходство
крупнаго хозяйства., которое обнаруживается даже и при са­
мыхъ неблагопріятныхъ обстоятельствахъ.
Фидеикоммиссъ противодѣйствуетъ наиболѣе раціональному
веденію хозяйства не только тѣмъ, что обезпечиваетъ за
землевладѣльцемъ его помѣстье. Фидеикоммиссъ или уже съ
самаго начала представляетъ собой латифундію, или же, какъ
мы видѣли, ведетъ къ образованію таковой, такъ какъ устра­
няетъ тенденціи къ децентрализаціи землевладѣнія и позво­
ляетъ проявляться только тенденціямъ къ централизаціи. Но
чѣмъ крупнѣе помѣстье, тѣмъ больше общая сумма ренты,
приносимой имъ, тѣмъ роскошнѣе образъ жизни землевла­
дѣльца. А землевладѣльцы, особенно владѣльцы фидеикоммиссныхъ имѣній, у которыхъ сильны еще традиціи феодаль­
ной эпохи, ближе всего цѣнятъ тѣ удовольствія, которыя свя­
заны съ обладаніемъ земли. Чѣмъ больше помѣстье и чѣмъ
лучше ведется хозяйство на одной части его, чѣмъ выше зе-


— 277 —

мельная рента, тѣмъ сильнѣе стремленіе оставить остальную
часть имѣнія исключительно для удовольствій, на постройку
увеселительныхъ замковъ, декоративныхъ садовъ, парковъ,
участковъ для разведенія дичи, тѣмъ меньшая, слѣдовательно,
часть помѣстья служитъ для производства необходимыхъ жи­
зненныхъ средствъ. Въ томъ же направленіи, впрочемъ, дѣй­
ствуетъ и развитіе капиталистической эксплуатаціи въ горо­
дахъ. Съ ростомъ эксплуатаціи, съ увеличеніемъ массы при­
бавочной цѣнности растетъ и роскошь среди буржуазіи, про­
являющаяся между прочимъ въ пріобрѣтеніи и постройкѣ
дачъ—отъ великолѣпнаго замка финансоваго короля до про­
стой дачи мелкаго купца или фабриканта—дачъ, главное на­
значеніе которыхъ—удовольствіе, въ которыхъ земледѣльческое
хозяйство является побочнымъ дѣломъ. Чѣмъ больше разви­
ваются средства сообщенія, чѣмъ легче сношенія между го­
родомъ и деревней, тѣмъ дальше проникаютъ эти дачи и
тѣмъ въ большихъ размѣрахъ вытѣсняются ими съ своихъ
мѣстъ крестьяне.
Но возрастаніе массы прибавочной цѣнности и облегченіе
сношеній города съ деревней проявляются не только въ устрой­
ствѣ дачъ, но и въ распространеніи охоты, которая пере­
стаетъ быть феодальной привилегіей и становится также
буржуазнымъ удовольствіемъ. Это ведетъ, съ одной стороны,
къ росту лѣсовъ на счетъ крестьянскихъ имѣній, а съ дру­
гой—къ чрезмѣрному обереганію и размноженію дичи даже
и безъ расширенія лѣсной площади. Не одни только лѣса
даютъ кормъ дичи; гораздо лучшую пищу находитъ она на
поляхъ и лугахъ. Размноженіе дичи дѣйствуетъ на крестьян­
ское хрзяйство столь же разрушительно, какъ и ростъ лѣсовъ.
Не смотря на это, распространеніе охотничьяго спорта иногда
можетъ быть и полезнымъ для крестьянина. Этотъ спортъ
распространяется такъ сильно, что въ нѣкоторыхъ крестьян­
скихъ общинахъ, сдающихъ въ аренду свои участки для
охоты, спросъ превышаетъ предложеніе и арендныя цѣны
растутъ. Въ такомъ случаѣ каждый заяцъ обходится очень
дорого, и для крестьянъ можетъ оказаться выгоднѣе кормить
продуктами своей земли зайцевъ и куропатокъ, чѣмъ коровъ


— 278 —

и людей. Нѣкоторымъ крестьянскимъ общинамъ сдача охоты
въ аренду даетъ значительный доходъ. Но раціональное ве­
деніе сельскаго хозяйства всегда встрѣчаетъ препятствія со
стороны охотничьяго спорта.
Такимъ образомъ даже ростъ прибавочной цѣнности въ
городахъ вызываетъ къ жизни вредныя для сельскаго хозяй­
ства тенденціи, подобно росту земельной ренты и наслѣдствен­
ному праву. Что касается послѣдняго, то его вредное влія­
ніе отмѣчается экономистами тѣмъ скорѣе, чѣмъ ближе они
къ сельскому хозяйству. Но въ качествѣ представителей инте­
ресовъ буржуазнаго общества они въ цѣломъ далеки отъ тре­
бованія уничтоженія права наслѣдства на землю и обращенія
ея въ общественную собственность. Теоретически обществен­
ное право собственности на землю, конечно, не является
несовмѣстимымъ съ буржуазнымъ обществомъ, но буржуазія
инстинктивно чувствуетъ, что отдѣльныя сферы буржуазнаго
общества находятся въ тѣснѣйшей связи и взаимодѣйствіи,
а потому она самымъ рѣшительнымъ образомъ борется про­
тивъ обобществленія земли, хотя послѣднее й совмѣстимо
съ капиталистическимъ производствомъ и хотя оно освободило
бы сельское хозяйство отъ нѣкоторыхъ самыхъ стѣснитель­
ныхъ и притомъ съ каждымъ поколѣніемъ растущихъ тягостей.
Буржуазная экономія предпочитаетъ съ ученымъ видомъ
корпѣть надъ симптомами, выдумывая особыя формы кредита,
чтобы нѣсколько облегчить задолженность, связанную съ пере­
ходомъ имѣній по наслѣдству. По большей части она объяв­
ляетъ обѣ системы наслѣдственнаго права—равный дѣлежъ
наслѣдства и монополизацію наслѣдства въ пользу одного
члена семьи—одинаково вредными и отсюда выводить... необ­
ходимость ихъ обѣихъ; одна должна служить противоядіемъ
противъ другой. Если въ Англіи преобладаетъ разновидность
фидеикоммисса, а во Франціи равный раздѣлъ наслѣдства,
то Германія представляетъ собой обѣтованную страну, гдѣ
обѣ эти системы дѣйствуютъ бокъ о бокъ. Мы не можемъ
однако признать, чтобы нѣмецкое сельское хозяйство было,
благодаря этому, поставлено въ лучшія условія, чѣмъ англій­
ское или французское.


— 279 —
Но все выше наложенное еще не исчерпываетъ всѣхъ вред­
ныхъ для сельскаго хозяйства факторовъ, возникающихъ
или усиливающихся подъ вліяніемъ капиталистическаго произ­
водства .

г) Эксплуатація деревни городомъ.
Мы видѣли, какъ возрастаетъ земельная рента и задол­
женность сельскихъ хозяевъ. Только часть земельной ренты
и процентовъ по долгамъ остается въ деревнѣ, потребляясь
или накопляясь; большая же часть уходитъ въ городъ, и
часть эта растетъ все болѣе и болѣе. Пока деревня сохра­
няетъ еіце свой патріархальный характеръ, крестьянину при­
ходится отыскивать въ ближайшихъ окрестностяхъ людей,
которые ссудили-бы его деньгами. Кредиторами его являются
не только деревенскіе евреи, хлѣбо—и скототорговцы, ла­
вочники, содержатели трактировъ, по и истые христіане—
богатые крестьяне, умѣющіе затягивать петлю не хуже дру­
гихъ. Но съ развитіемъ всѣхъ отношеній заемъ перестаетъ
быть случайнымъ актомъ, вызваннымъ плохимъ веденіемъ хо­
зяйства или исключительнымъ песчастіемъ, актомъ, соверша­
емымъ по возможности тайно, такъ какъ необходимость займа
всегда позволяетъ заключить о бѣдственномъ положеніи заем­
щика; по мѣрѣ того, какъ пользованіе кредитомъ становится
необходимой частью самаго процесса производства, по мѣрѣ
того, какъ развивается товарное обращеніе между городомъ
и деревней, примитивное, тайное ростовщичество вытѣсняется
особыми учрежденіями, въ которыхъ открыто совершаются
кредитныя операціи, являющіяся нормальнымъ актомъ, а не
послѣднимъ средствомъ, за которое хватаются въ отчаяніи;
соотвѣтственно этому они оплачиваются не грабительскими, а
только нормальными процентами. Эти учрежденія пли уже съ
самаго начала являются городскими, какъ банки и многія
кредитныя товарищества, или же только заимствуютъ необ­
ходимые для своихъ цѣлей капиталы у городскихъ капита­
листовъ. Это превращеніе кредитнаго дѣла есть необходимая
фаза развитія. Но какъ бы полезно ни было оно для отдѣль­
ныхъ крестьянъ, въ цѣломъ оно знаменуетъ только ростъ


— 280 —

долговыхъ обязательствъ деревни, по которымъ ей прихо­
дится выплачивать дань городу; постоянно возрастающая
часть создаваемыхъ въ деревнѣ цѣнностей уходитъ въ городъ,
не замѣщаясь никакими другими цѣнностями.
Тоже самое происходитъ съ земельной рентой. Чѣмъ дальше
идетъ капиталистическое развитіе, тѣмъ значительнѣе раз­
ница въ культурныхъ условіяхъ города и деревни, тѣмъ ско­
рѣе деревня отстаетъ отъ города, тѣмъ больше средствъ для
наслажденія жизнью и развлеченій даетъ городъ въ противо­
положность деревнѣ. Одновременно съ этимъ растетъ легкость
сношеній между городомъ и деревней. Если рента достаточно
высока, если имѣніе достигаетъ такихъ размѣровъ, что мо­
жетъ быть сдано арендаторамъ или поручено наемнымъ ли­
цамъ, то владѣльцы, вполнѣ естественно, предпочитаютъ боль­
шую или меньшую часть года проводить въ городахъ, рас­
ходуя тамъ свою ренту; крайнее проявленіе этого стремленія
ведетъ къ абсентеизму, къ бѣгству землевладѣльцевъ изъ
своихъ имѣній, какъ, напр., въ Ирландіи или Сициліи, гдѣ
вѣковое небрежное хозяйничаніе вернуло безграничныя лати­
фундіи къ такому варварскому состоянію, что даже кратко­
временное пребываніе владѣльца въ своемъ имѣніи далеко не
можетъ доставить ему удовольствія, а вѣдь удовольствіе—
единственная цѣль жизни подобныхъ землевладѣльцевъ. Ирланд­
ское и сицилійское хозяйство показываютъ намъ гибельныя
послѣдствія охраняемой фидеикоммиссомъ системы латифундій,
возникающія тамъ, гдѣ не развилось современное капитали­
стическое крупное производство или гдѣ оно не въ состояніи
уничтожить эти гибельныя послѣдствія. Но и помимо край­
ностей абсентеизма, временное отсутствіе крупнаго землевла­
дѣльца изъ своего помѣстья становится обычнымъ, а вмѣстѣ
съ тѣмъ обычнымъ дѣлается уплываніе части его земельной
ренты изъ деревни въ городъ. Роскошный образъ жизни по­
мѣщика въ деревнѣ (охота, увеселительные замки) также
только вредитъ сельскому хозяйству, способствуя уменьше­
нію культурной площади и освобожденію крестьянскихъ ра­
бочихъ силъ, тогда какъ въ городѣ тотъ же образъ жизни
поощряетъ развитіе индустріи и торговли, ведетъ къ увели-


— 281 —

ченію занятій, къ привлеченію рабочихъ силъ и къ накопле­
нію капитала.
Въ томъ же направленіи дѣйствуютъ денежные налоги,
все болѣе и болѣе возрастающіе и тяжелымъ гнетомъ лежа­
щіе на крестьянствѣ.
Въ городахъ производство уже съ самаго начала является
товарнымъ, развитіе же товарнаго производства порождаетъ
денежные налоги. Въ деревнѣ производство, особенно въ бо­
лѣе мелкихъ хозяйствахъ, даже въ наше время остается еще
преимущественно производствомъ для собственнаго потребле­
нія. Развитіе города навязываетъ деревнѣ денежную форму
налоговъ, не вытекающую изъ сельско-хозяйственнаго способа
производства, а первоначально даже стоящую въ противорѣ­
чіи съ нимъ, и, благодаря этому, денежная система налоговъ
становится могущественнымъ факторомъ переворота въ спо­
собѣ производства.
Денежные налоги въ деревнѣ являются одной изъ дви­
жущихъ причинъ развитія производства для собственнаго по­
требленія въ товарное производство. Но денежные налоги и
прочія, покрываемыя деньгами, потребности крестьянъ ростутъ,
обыкновенно, гораздо быстрѣе, чѣмъ сельское товарное произ­
водство и соотвѣтствующія ему торговыя и кредитныя учреж­
денія. Это и донынѣ часто бываетъ причиной постоянныхъ
денежныхъ затрудненій крестьянина и его зависимости отъ
торговыхъ посредниковъ и ростовщиковъ.
Но денежные налоги, такъ сильно угнетающіе крестья­
нина, способствуютъ развитію, только не деревни, а города,
особенно большого города. Только минимальная доля госу­
дарственныхъ налоговъ расходуется въ деревнѣ; въ городахъ
помѣщаются казармы, въ городахъ—пушечные и оружейные
заводы, министерства, суды; тамъ, слѣдовательно, и адво­
каты, которымъ долженъ платить крестьянинъ, когда ему
приходится вести процессъ; въ городахъ—существующія на
государственныя средства среднія и высшія учебныя заведенія,
музеи, получающіе отъ казны субсидію театры и т. д., и т. д.
Крестьянинъ, точно такъ же, какъ и горожанинъ, долженъ
дѣлать свой взносъ па покрытіе культурныхъ потребностей,


— 282 —

ио пользованіе благами культуры ему совершенно недоступно.
Неудивительно, что онъ и не понимаетъ культуры и отно­
сится къ ней враждебно, такъ какъ ему она представляется
только въ видѣ налоговъ, къ радости реакціонной демагогіи,
которая, якобы щадя народный кошелекъ, требуетъ ограни­
ченія расходовъ на культурныя цѣли вмѣсто того, чтобы
стремиться къ распространенію культуры на деревню и къ
уничтоженію культурной противоположности между городомъ
и деревней. Это будетъ одной изъ важнѣйшихъ задачъ об­
щества будущаго. Концентрація всей государственной жизни
въ городахъ объясняется не враждебнымъ отношеніемъ къ
сельскому хозяйству, а господствомъ экономическихъ силъ,
оказывающихся вліятельнѣе желаній правительства. Совре­
менныя правительства скорѣе очень дружески настроены
по отношенію къ сельскому хозяйству и даже, какъ из­
вѣстно, поддерживаютъ его всевозможными способами: по­
шлинами на съѣстные припасы, подачками и преміями вся­
каго рода.
Но какъ бы ни были рѣзки производимыя такимъ путемъ
перемѣны въ имущественныхъ отношеніяхъ, процессъ отлива
товарныхъ цѣнностей изъ деревни, безъ соотвѣтствующаго
эквивалента городскихъ цѣнностей, не только не останавли­
вается, но даже и не задерживается. Всѣ эти мѣры помощи
въ концѣ концовъ оказываются полезными только землевла­
дѣнію; это—-средство къ поднятію земельной ренты.
Рента же, какъ мы знаемъ, отягощаетъ сельское хозяйство:
ея дѣйствіе, явное при арендной системѣ, скрытно, но не
менѣе сильно при ипотечной системѣ. При арендной системѣ
эта поддержка позволяетъ арендатору платить болѣе высокую
аренду. Тамъ же, гдѣ землевладѣлецъ и сельскій хозяинъ со­
вмѣщаются въ одномъ лицѣ, первый, повидимому, выигры­
ваетъ вмѣстѣ со вторымъ; но возрастаніе земельной ренты
ведетъ къ повышенію цѣны его имѣнія; это можетъ толкнуть
даже и наличнаго владѣльца къ увеличенію долговъ на его
имѣніе и ужъ, конечно, поведетъ къ увеличенію долгового
-бремени его преемника, будь то покупатель или наслѣдникъ.
Черезъ короткое время поддержка сельскаго хозяйсвта и тутъ


—- 283 —

превращается въ поддержку фактическихъ землевладѣльцевъ,
т. е. кредиторовъ, давшихъ деньги подъ залогъ имѣній.
Живутъ же эти кредиторы большей частью въ городѣ;
тамъ же потребляютъ большую долю своей ренты и крупные
землевладѣльцы; подпитіе земельной ренты, благодаря пошли­
намъ, субсидіямъ и т. д., ііе означаетъ такимъ образомъ об­
ложенія города въ пользу деревни, возвращенія цѣнностей
изъ перваго въ послѣднюю. Это поднятіе земельной ренты
означаетъ скорѣе, что, кромѣ сельскаго хозяйства, контрибу­
ціей въ пользу нѣсколькихъ, живущихъ большей частью въ
городѣ, землевладѣльцевъ и ихъ городскихъ кредиторовъ, об­
лагается еще и масса городского населенія.
Отливу цѣнностей въ городъ, неуравновѣшиваемому воз
вращеніемъ ихъ эквивалентовъ и постоянно возрастающему,
соотвѣтствуетъ все болѣе возрастающій отливъ изъ деревни
жизненныхъ средствъ, въ видѣ хлѣба, мяса, молока и т. д.,
которые приходится продавать сельскому хозяину для уплаты
налоговъ, процентовъ по займамъ и арендной платы. Въ то
же время, вслѣдствіе прогрессирующаго упадка домашней
промышленности сельскаго населенія, разсчитанной на соб­
ственное потребленіе, и вслѣдствіе возрастанія потребностей
населенія въ продуктахъ городской индустріи, растетъ отливъ
изъ деревни въ городъ и такихъ цѣнностей, которымъ соот­
вѣтствуетъ притокъ въ деревню ихъ эквивалентовъ. Но хотя
съ точки зрѣнія закона цѣнности это уплываніе вовсе не
означаетъ эксплуатаціи деревни городомъ, однако фактически
оно ведетъ, какъ и всѣ только что упомянутые факторы, къ
ея матеріальной эксплуатаціи, къ обѣднѣнію земли питатель­
ными веществами. Прогрессъ земледѣльческой техники, да­
леко не вознаграждая этой потери, ведетъ скорѣе только къ
прогрессирующему улучшенію методовъ высасыванія изъ земли
соковъ и къ увеличенію количества питательныхъ веществъ,
ежегодно изъ нея извлекаемыхъ и уходящихъ въ городъ.
Противъ этого выставлено было то соображеніе, что со­
временная агрономія видитъ центръ тяжести въ статикѣ
земледѣлія и требуетъ, чтобы извлекаемыя изъ почвы пита­
тельныя вещества вновь возвращались ей въ видѣ соотвѣт-


— 284 —

ствующаго удобренія. Однако этимъ вовсе не поколеблено
высказанное выше мнѣніе. Фактъ растущаго истощенія почвы
установленъ прочно. При нынѣшнихъ отношеніяхъ города и
деревни и при современныхъ способахъ обработки земли исто­
щеніе это въ короткое время привело бы сельское хозяйство
къ упадку, если бы не примѣнялось вспомогательное удобре­
ніе. Послѣднее даетъ возможность отвратить уменьшеніе плодо­
родія земли, по необходимость примѣнять его во все возра­
стающихъ размѣрахъ ложится только новымъ бременемъ па
сельское хозяйство въ добавокъ ко многимъ другимъ, являю­
щимся не результатомъ естественной необходимости, а слѣд­
ствіемъ существующихъ соціальныхъ отношеній. При уничто­
женіи противоположности между городомъ и деревней или,
по крайней мѣрѣ, между густо населеннымъ большимъ горо­
домъ и опустѣвшей деревней, извлекаемыя изъ почвы вещества
могли бы опять сполна возвращаться въ нее, и вспомогатель­
ное удобреніе въ такомъ случаѣ имѣло бы въ виду развѣ
только обогащеніе почвы нѣкоторыми веществами, а не про­
тиводѣйствіе ея истощенію. Каждый успѣхъ техники земле­
дѣлія обозначалъ бы тогда, даже и безъ прибавленія искус­
ственныхъ удобреній, увеличеніе содержанія въ почвѣ раство­
римыхъ питательныхъ веществъ.
Замѣчательно, что, не смотря па весь прогрессъ агроно­
міи, въ Англіи, начиная съ 60-ыхъ годовъ и до 80-ыхъ,
урожаи пшеницы уменьшались, тогда какъ до этого вре­
мени они возрастали. Годовой сборъ съ акра равнялся въ
среднемъ:
1857—1862
1863—1868
1869—1874
1875—1880

.....................
.....................
.....................
.....................

28.4 бушелей.
30.8
27.2
22.6

Это паденіе урожайности прекращается въ,80-ыхъ годахъ,
что объясняется не повышеніемъ плодородія почвы, но заат­
лантической конкуренціей, превратившей въ пастбища земли,
непригодныя для воздѣлыванія пшеницы, благодаря чему
подъ обработкой остались только самые плодородные участки.
Площадь подъ пшеницей сократилась съ 60-ыхъ годовъ до


— 285 —

настоящаго времени съ 3.800.000 до 1.900.000, т. е. какъ
разъ вдвое.
Въ связи съ этимъ слѣдуетъ упомянуть также объ эпи­
зоотіяхъ и болѣзняхъ растеній, съ дальнѣйшимъ разви­
тіемъ капиталистической культуры все чаще посѣщающихъ
сельское хозяйство и ложащихся на него тяжелымъ бреме­
немъ. Нѣкоторыя изъ этихъ бѣдствій за послѣднія десятилѣ­
тія приняли такіе размѣры, что угрожали совершенно пара­
лизовать сельско-хозяйственную дѣятельность цѣлыхъ странъ;
стоитъ вспомнить объ опустошеніяхъ, причиненныхъ филоксерной и колорадскимъ жучкомъ, ящуромъ, рожистымъ воспа­
леніемъ и чумой у свиней.
«Убытки отъ филоксеры (во Франціи), вызвавшіе даже
уменьшеніе налога, оцѣнивались въ 1884 г. въ 125,9, въ
1885 г.—165,6, 1886—175,3, 1887—185,1, 1888—61,5 мил­
ліоновъ франковъ... По новѣйшимъ свѣдѣніямъ, опустошенія,
причиняемыя филоксерой, продолжаются. Со времени своего
перваго появленія (1880 г.) это опасное насѣкомое распро­
странилось уже по 63 департаментамъ (1890 г.) и опусто­
шило сотни тысячъ гектаровъ виноградниковъ». (Juraschek,
«Uebersicliten der Weltwirthschaft», 328).

Ящуромъ было поражено въ Германіи:
Годы.

въ 1887
1888
1889
» 1890
» 1891
1892

Число скотн.
дворовъ.
1.242 . .
3.186 . .
23.219 . .
39.693 . .
44.519 . .
105.929 . .

.
.
.
.
.
.

Изъ нихъ число
пораженныхъ головъ.
............................
31.868
............................
82.834
............................. 555.178
................................. 816.911
..................... • . . 821.130
.............................. 4.153.519

Послѣ 1892 года наступило временное ослабленіе эпизоотій, ио въ 1896 г. онѣ опять захватили 68.874 двора, въ
которыхъ числилось всего 1.548.429 головъ.
Таковы ужасающія цифры.
Главная причина этого быстраго увеличенія опасности
эпизоотій заключается, какъ намъ кажется, въ вытѣсненіи
прежнихъ породъ полезныхъ животныхъ и растеній «облаго­
роженными» породами, т. е. продуктами искусственнаго под,-


— 286 —бора. Естественный подборъ ведетъ къ подбору и развитію
индивидовъ, наиболѣе пригодныхъ для сохраненія вида, искус­
ственный подборъ въ капиталистическомъ обществѣ оставля­
етъ этотъ моментъ совершенно въ сторонѣ; для пего задачей
является подборъ и выращиваніе индивидовъ, которые были бы
возможно болѣе пригодны для обращенія въ цѣнности, кото­
рые требовали бы наименьшихъ издержекъ, созрѣвали бы ско­
рѣе и у которыхъ были бы наиболѣе развиты полезные ор­
ганы, а органы, не превращающіеся въ цѣнности, по воз­
можности атрофировались бы. Такого рода «облагороженныя»
породы приносятъ гораздо больше прибыли, чѣмъ естественно
развившіяся, но ихъ устойчивость и способность къ сопро­
тивленію неблагопріятнымъ условіямъ необыкновенно мала.
Одновременно съ уменьшеніемъ способности къ сопротивленію
усовершенствованныхъ породъ онѣ получаютъ все большее
распространеніе. «Благородныя» животныя и растенія, благо­
денствующія только при самомъ тщательномъ и умѣломъ
уходѣ, въ паше время, благодаря стремленію къ сохраненію
мелкихъ крестьянъ и къ улучшенію ихъ хозяйства, находятъ
доступъ и въ эти хозяйства. Въ то же время измѣняется
также самый характеръ хозяйства, что особенно рѣзко бро­
сается въ глаза въ способѣ содержанія скота. Лѣтнія пастьбища, на которыхъ скотъ возстановлялъ свои свѣжесть и силы,
выходятъ изъ обычая, а помѣщенія для скота у крестьянина,
вѣчно нуждающагося въ деньгахъ, не улучшаются и не расши­
ряются. Въ этихъ крестьянскихъ стойлахъ, въ тѣснотѣ и
грязи, гдѣ еще съ трудомъ могъ проводить зиму грубый
средневѣковый скотъ, нѣжный нынѣшній скотъ остается за­
пертымъ на всю жизнь. Даже въ Англіи, именно въ дѣлѣ
скотоводства стоящей па высокой ступени развитія, стойла
по большей части неудовлетворительны.
«Г-нъ Wilson Fox констатируетъ въ своемъ отчетѣ изъ Лан­
кашира, что нездоровыя и плохо выстроенныя помѣщенія для
скота съ ихъ недостаточнымъ объемомъ и плохимъ доступомъ
воздуха много способствуютъ распространенію туберкулеза
среди рогатаго скота. Вмѣсто 600 куб. футовъ на корову,
въ имыхъ случаяхъ приходится только 260 куб. футовъ воз-


— 287 —

духа, а помѣщеній для изоляціи заболѣвшихъ животныхъ
совсѣмъ не имѣется. Одинъ свидѣтель указалъ на то, что
если бы законъ объ устройствѣ стойлъ дѣйствительно примѣ­
нялся въ округѣ Ghorley, то 0,7 построекъ для скота при­
шлось бы снести. (Отчетъ объ англійской сельско-хозяйствен­
ной анкетѣ 1897 г., 363).
Одной изъ причинъ, благопріятствующей опустошеніямъ,
производимымъ вредными для растеній насѣкомыми, является
исчезновеніе насѣкомоядныхъ птицъ, вызванное не только
ихъ преслѣдованіемъ, но еще болѣе препятствіями, съ кото­
рыми онѣ сталкиваются при устройствѣ гнѣздъ вслѣдствіе
развитія культуры. Въ лѣсномъ хозяйствѣ современное круп­
ное производство — вытѣсненіе строевого лѣса дровянымъ и
медленно растущаго лиственнаго лѣса быстро растущимъ,
быстрѣе превращающимся въ цѣнности хвойнымъ — все это
благопріятствуетъ опустошенію лѣсовъ вредными насѣкомыми.
Если современный подборъ и способъ хозяйства умень­
шаютъ способность растеній и домашнихъ животныхъ сопро­
тивляться угрожающимъ имъ маленькимъ организмамъ, то раз­
витіе сообщеній способствуетъ быстрому распространенію
этихъ вредныхъ организмовъ, опустошающихъ цѣлые округа.
Рука объ руку съ истощеніемъ почвы идетъ возрастаніе из­
нѣженности ея продуктовъ. Къ расходамъ на удобреніе при­
соединяются расходы на борьбу съ эпизоотіями и вредными
насѣкомыми, а гдѣ боятся этихъ издержекъ или гдѣ ихъ не
въ состояніи дѣлать, тамъ учащаются неурожаи, а эпизо­
отіи и разныеистребители растеній довершаютъ гибель сель­
скаго хозяйства.

д) Опустѣніе деревень.
Ростъ большихъ городовъ и расцвѣтъ индустріи ведетъ,
какъ мы видѣли, къ возрастающему истощенію почвы и нала­
гаетъ на сельское хозяйство новое, все увеличивающееся
бремя въ видѣ постоянно растущихъ расходовъ на удобреніе
для противодѣйствія этому истощенію; по вліяніе города и
индустріи этимъ не ограничивается: они отнимаютъ у сель­
скаго хозяйства и его рабочія силы.


— 288 —

Въ 7-й главѣ мы видѣли, какъ ростъ крупнаго сельско­
хозяйственнаго производства вытѣсняетъ изъ деревни мелкихъ
крестьянъ, а съ ними и резервуаръ сельскихъ рабочихъ силъ.
Этотъ процессъ имѣетъ, однако, свои границы. Съ другой
стороны, мы изучили въ предыдущей главѣ періодическое вы­
селеніе и временный отходъ, объясняющійся потребностью
мелкаго крестьянина въ побочномъ заработкѣ. Это явленіе
часто также ведетъ къ отвлеченію отъ сельскаго хозяйства
рабочихъ силъ, необходимыхъ для его раціональной поста­
новки; но съ другой стороны, благодаря этому, изъ инду­
стріи, изъ города, къ сельскому хозяйству притекаютъ капи­
талы, содѣйствующіе подобной постановкѣ его на раціональ­
ныхъ началахъ. Совершенно иначе однако дѣйствуетъ бѣг­
ство сельскаго населенія изъ деревень подъ вліяніемъ при­
тягательной силы городовъ и промышленныхъ мѣстностей.
Въ городахъ наемные работники имѣютъ гораздо большую
возможность получить занятіе, чѣмъ въ деревнѣ, гораздо легче
могутъ завести самостоятельное домашнее хозяйство, больше
пользуются свободой и благами культуры. Чѣмъ больше городъ,
тѣмъ больше этихъ преимуществъ, тѣмъ сильнѣе ихъ привле­
кательность.
Въ деревнѣ завести собственное домашнее хозяйство семья
можетъ только путемъ пріобрѣтенія (покупки или арендова­
нія) собственнаго земледѣльческаго хозяйства. Это особенно
трудно сдѣлать тамъ, гдѣ развивается крупное хозяйство,
поэтому въ такихъ мѣстностяхъ наблюдается особенно силь­
ное бѣгство изъ деревни. Но и въ мѣстностяхъ съ сильной
парцелляціей земли обзаведеніе домашнимъ хозяйствомъ встрѣ­
чается съ препятствіями. Для прислуги, батраковъ и батра­
чекъ такое хозяйство совершенно недоступно, въ виду отсут­
ствія достаточныхъ сбереженій. Они осуждены оставаться на
всю жизнь не только лишенными собственнаго хозяйства, во
и несамостоятельными придатками чужого дома, бракъ и
семья не для нихъ. При этихъ обстоятельствахъ имъ открытъ
только одинъ путь къ достиженію самостоятельности и свободы,
брака и семьи, въ которыхъ имъ отказываютъ охранители
семьи и брака, благочестивый крупный крестьянинъ или


— 289 —
юнкеръ: это — бѣгство въ городъ, къ безнравственнымъ соціалдемократамъ, этимъ разрушителямъ семьи и брака.
Какъ силенъ этотъ мотивъ у находящагося въ услуженіи
сельскаго населенія, могутъ показать кой-какіе отрывки изъ
книжки одного крестьянина, живущаго одной жизнью съ при­
слугой и проникнутаго ея чувствами. Мы находимъ въ ней
слѣдующее:
«Но и теперь еще свобода и человѣческое достоинство
нигдѣ такъ не страдаютъ, какъ среди прислуги или лишен­
ныхъ собственности сельскихъ рабочихъ. Всѣмъ извѣстно, съ
какими затрудненіями связано для послѣднихъ вступленіе въ
бракъ, поэтому мы не станемъ останавливаться на этомъ
вопросѣ, а прямо перейдемъ къ вытекающимъ отсюда слѣд­
ствіямъ. Такъ какъ, съ одной стороны, громадное большин­
ство физически нормально развитыхъ людей не въ состояніи
совершенно подавлять половую потребность, а съ другой сто­
роны, современныя общественныя условія дѣлаютъ невозмож­
нымъ проявленіе этой потребности въ упорядоченныхъ фор­
махъ, то естественно, что границы, установленныя для со­
храненія современнаго порядка, постоянно преступаются. Внѣ­
брачныя половыя сношенія являются безусловно необходимымъ
послѣдствіемъ этихъ тяжелыхъ условій, и мало-по-малу они
становятся настолько обычными среди сельскихъ батраковъ и
прислуги, что никакія старанія различныхъ проповѣдниковъ
морали и религіи не въ состояніи вытравить ихъ изъ совре­
меннаго общества.Современный бракъ для этихъ классовъ не­
доступенъ, почему имъ и приходится опускаться до низшихъ
формъ половыхъ сношеній... Ясно, конечно, что при такихъ
обстоятельствахъ жизнь батрака пли рабочаго преисполнена
всякаго рода уничиженій; ведетъ къ массѣ тайныхъ поступ­
ковъ, обмана, стыда, насилія и другихъ подобныхъ фактовъ,
несовмѣстимыхъ съ человѣческимъ достоинствомъ. Къ тому же
общественное мнѣніе въ деревнѣ остается все еще строгимъ
судьей въ дѣлахъ нравственности, вслѣдствіе чего многіе
предпочитаютъ укрыться отъ зоркой молвы въ водоворотѣ
большого города.
«Огромную долю бѣгущихъ изъ деревни въ городъ
19


— 290
гонитъ туда, на эту порочную арену, только неудовле­
творенная потребность любви или связанныя съ по­
слѣдней ограниченія, чтобы тамъ, исключая немногихъ
счастливцевъ, отъ поколѣнія въ поколѣніе впадать все въ
большую нищету и совершенное вырожденіе. А что ждетъ
потомка сельскаго пролетарія на его родинѣ — объ этомъ
можно упомянуть въ нѣсколькихъ словахъ. Не смотря на
настоятельную потребность въ такомъ человѣческомъ товарѣ,
существованіе этихъ потомковъ въ лучшемъ случаѣ ожится
только тяжелымъ бременемъ на ихъ родителей; рѣдко
ѣютъ
они возможность заняться ихъ воспитаніемъ, а потому не
имѣютъ никакого понятія и объ истинныхъ родительскихъ ра­
достяхъ; въ огромномъ большинствѣ случаевъ ихъ ждетъ не
слишкомъ, конечно, большая честь увеличить тяжелое бремя,
лежащее на общинѣ. Ихъ жизненное поприще начинается
нуждой и позоромъ ихъ родителей; продолженіемъ его
является недостаточное воспитаніе, и, наконецъ, суровая
доля раба-наемника увѣнчиваетъ ихъ усѣянный терніями
путь, путь, обыкновенно, не скрашенный даже любовью» *).
Собственное же домашнее хозяйство открываетъ имъ не
только возможность законнаго брака и семьи, но и возможность
стать внѣ своей профессіи гражданиномъ своей родины, воз­
можность союза съ единомышленниками, — этому соединенію
въ городской крупной промышленности содѣйствуетъ также
концентрація рабочихъ массъ на небольшомъ пространствѣ;
сила организаціи и участіе въ коммунальной и государствен­
ной жизни открываетъ путь къ улучшенію условій труда и
жизненной обстановки. И это также должно влечь сельскаго
рабочаго въ городъ. Сюда присоединяются еще и другіе мо­
менты. Чѣмъ интенсивнѣе становится сельское хозяйство, тѣмъ
неравномѣрнѣе дѣлаются занятія, которыя оно даетъ своимъ
рабочимъ. Тогда какъ нѣкоторыя машины значительно умень­
шили число занятыхъ рабочихъ,—напр., молотилка, сдѣлав­
шая излишней значительную часть прежде занятыхъ зимою
*) Johann М. Filzer, „Anschauungen über die Entwicklung der mensch­
lichen Gesellschaft mit besonderer Berücksichtigung des Bauernstandes,
161, 162).


— 291 —

рабочихъ силъ, другія — наир, рядовая сѣялка — требуютъ
какъ разъ большаго примѣненія труда. Плодосмѣпное хозяй­
ство также влечетъ за собой необходимость воздѣлыванья
требующихъ окучиванья такъ называемыхъ пропашныхъ ра­
стеній (Hackfrüchte), картофеля, свеклы и т. п., которыя въ
періодъ своего произрастанія многократно требуютъ работы
человѣческихъ рукъ: ихъ нужно полоть, окучивать и т. д.
Болѣе интенсивное веденіе сельскаго хозяйства имѣетъ по­
этому вообще тенденцію уменьшать число рабочихъ силъ,
нужныхъ ему зимой, тогда какъ лѣтомъ оно требуетъ при
той же воздѣлываемой площади сравнительно больше рабо­
чихъ рукъ. Это ведетъ, съ одной стороны, къ крайнему умень­
шенію численности прислуги и связанныхъ съ хозяйствомъ
особыми обязательствами поденщиковъ, которыхъ приходится
содержать въ теченіе цѣлаго года, а въ то же время обусло­
вливаетъ все большее непостоянство занятій для несвязанныхъ
никакими условіями съ хозяйствомъ поденщиковъ. Эта возра­
стающая необезпеченность существованія въ мѣстностяхъ,
гдѣ земледѣліе представляетъ единственный источникъ зара­
ботковъ, должна гнать сельскихъ рабочихъ въ городъ, гдѣ,
правда, тоже нѣтъ никакого постоянства занятій, но все
таки больше шансовъ, не найдя ничего въ одной отрасли,
пристроиться къ другой.
Процессъ перекочевыванья въ промышленныя мѣстности
и города происходитъ тѣмъ скорѣе, чѣмъ быстрѣе развива­
ются пути сообщенія, чѣмъ легче становятся сношенія между
городомъ и деревней, чѣмъ болѣе сельскій рабочій знакомится
съ городскими отношеніями и чѣмъ легче онъ туда попа­
даетъ.
Облегченіе же сношеній между городомъ и деревней,
между мѣстомъ производства и рынкомъ, есть также необхо­
димое условіе процвѣтанія интенсивнаго товарнаго производ­
ства въ сельскомъ хозяйствѣ. Всѣ сельскіе хозяева должны
ревностно добиваться улучшеній и расширеній желѣзнодо­
рожнаго и почтоваго дѣла; но та же самая почта, которая
доставляетъ имъ свѣдѣнія о состояніи рынка и посѣвовъ и
дѣловыя письма, привозитъ также и сельскому рабочему письма


— 292 —

отъ перебравшагося въ городъ родственника, счастливаго тѣмъ,
что убѣжалъ отъ сельскаго рабства, привозитъ ему даже га­
зеты, правда только «.благонамѣренныя», но бѣда въ томъ,
что чѣмъ болѣе онѣ стараются быть благонамѣренными, тѣмъ
болѣе онѣ вопятъ о благоденствіи и чрезмѣрныхъ притяза­
ніяхъ городскихъ рабочихъ, такъ что у удрученныхъ сель­
скихъ рабочихъ только слюнки текутъ. И тѣ самыя желѣз­
ныя дороги, которыя привозятъ сельскому хозяину машины
и искусственное удобреніе и доставляютъ городскому покупа­
телю его хлѣбъ, его скотъ, его масло, увозятъ отъ сельскаго
хозяина тѣхъ, кто создаетъ ему всѣ его продукты.
Въ томъ же направленіи дѣйствуетъ милитаризмъ, отвле­
кающій молодыхъ людей изъ деревни въ городъ и тамъ зна­
комящій ихъ съ городской жизнью. Кто идетъ въ военную
службу, тотъ потерянъ для сельскаго хозяйства не только
на эти 2 года, но и павсегда. Какъ это ни странно, наи­
болѣе отъ этого страдаютъ крупные землевладѣльцы и круп­
ные крестьяне, энергичнѣйшіе защитники милитарнаго госу­
дарства.
Стремленіе въ городъ охватываетъ прежде всего лишен­
ныхъ собственности рабочихъ, а между ними — скорѣе всего
неженатыхъ. Но по мѣрѣ возрастанія лежащаго на сельскомъ
хозяйствѣ налогового бремени роста долговъ, истощенія
почвы, по мѣрѣ обостренія конкуренціи крестьянскаго хо­
зяйства съ крупнымъ производствомъ (и съ заокеанскимъ про­
изводствомъ, о которомъ намъ придется еще говорить), по
мѣрѣ того, какъ возможность выдерживать эту конкуренцію
достигается только путемъ чрезмѣрнаго труда, отказа себѣ
въ удовлетвореніи всѣхъ культурныхъ, а иногда даже и не­
обходимыхъ жизненныхъ потребностей, путемъ добровольнаго
деградированья до состоянія глубочайшаго варварства, —
крестьянская земля все болѣе и болѣе оказывается не въ си­
лахъ приковывать къ себѣ владѣльца, и бѣгство изъ деревни
въ городъ проникаетъ даже и въ округа съ мелко-крестьян­
скимъ населеніемъ. Это бѣгство по своимъ размѣрамъ уже
теперь превышаетъ естественный приростъ населенія и ве­
детъ къ абсолютному уменьшенію сельско-хозяйственнаго на-


— 293 —

селенія. Съ 1882 г. по 1895 г. число земледѣльческихъ хо­
зяйствъ въ Германской имперіи возрасти съ 5.276.344 до
5.558.317,площадь сельско-хозяйственнойкультуры увеличилась
съ 31.868.972 гектаровъ до 32.517.941.'Но“населеніе, живу­
щее сельскимъ хозяйствомъ, за тотъ же періодъ уменьши­
лось съ 19.225.445 до 18.501.307, т. е. не менѣе чѣмъ на
724.148 душъ. И это уменьшеніе касается одинаково какъ
мѣстностей съ мелко-крестьянскимъ населеніемъ, такъ и мѣстно­
стей съ крупно-крестьянскимъ населеніемъ и съ преоблада­
ніемъ латифундій; оно обнаруживается во всѣхъ провинціяхъ
Прусскаго королевства и во всѣхъ крупнѣйшихъ союзныхъ
государствахъ, за исключеніемъ Брауншвейга, гдѣ замѣчается увеличеніе съ 120.062 до 125.411. Число наемныхъ
рабочихъ въ Германіи составляло:
1882.

Въ сельскомъ хозяйствѣ . . 5.881.819
„ индустріи ....... 4.069.243
„ торговлѣ......................
72.2'!27

1895.
5.619.794
5.955.613
1.233.045

(+)

Уменьшеніе.
Увеличеніе.
— 262.025
+1.859.570
+ 505.783

То же явленіе замѣчается во Франціи. Тамъ отношеніе
сельско-хозяйственнаго населенія къ песельско-хозяйственному
измѣнилось слѣдующимъ образомъ:
Г

0

Д

Ы.

Сельско-хоз.

Несельско­

населеніе.

хоз. насел.
17.937.183

Сельско-хоз.
насел, соста­
вляетъ °|0 всего
насел.

51,4

1876 .

18.968.605

1881 .

18.279.209

19.422.839

48,4

1886 .

17.698.432

20.520.471

46,6

1891 .

47.435.888

20.907.304

45,5

'

Здѣсь предъ нами также абсолютное уменьшеніе сельскаго
населенія, и здѣсь это уменьшеніе также обусловливается
уменьшеніемъ числа рабочихъ.
Во французскомъ сельскомъ хозяйствѣ насчитывается лицъ,
участвующихъ въ производствѣ:
1882.
Самостоят. хозяевъ . . 3.460.600
Наемныхъ рабочихъ . 3.452.904

1892.
3.604.789
8.058.846

Приростъ (+)
уменьшеніе (—)
4-144.189
—394.588


— 294 —

Уменьшеніе числа наемныхъ рабочихъ здѣсь еще сильнѣе,
чѣмъ въ Германіи.
Рѣзче всего проявляется уменьшеніе числа сельско-хозяй­
ственныхъ рабочихъ въ Англіи, странѣ наиболѣе развитаго
крупнаго сельскаго хозяйства и большихъ городовъ. Тамъ
наемныхъ рабочихъ въ сельскомъ хозяйствѣ насчитывалось въ
1861 г.—1.163.227, въ 1871 г.—996.642, въ 1881 году890.174, въ 1891 г.- 798.912. Число ихъ за 30 лѣтъ умень­
шилось на 364.315, т. е. на 31,3% или почти па треть.
Но эти цифры еще не выражаютъ вполнѣ потери, испы­
тываемой сельскимъ хозяйствомъ. Мы уже указывали на то,
что особенно бѣгутъ наиболѣе молодые самостоятельные люди;
остаются дѣти и старики. Это вѣрно по отношенію какъ къ
періодическому, такъ и къ окончательному переселенію.
Но это означаетъ только, что съ уменьшеніемъ количества
сельскаго населенія одновременно уменьшается и его работо­
способность.
Иллюстрацію къ этому даетъ намъ новѣйшая статистика
занятій. Въ Германской имперіи въ 1895 г. насчитывалось
8.292.692 человѣка, занятыхъ въ сельскомъ хозяйствѣ, и
8.281.220 въ индустріи. Числа занятыхъ въ обѣихъ отрасляхъ
занятій почти равны между собой. Но какъ различно ихъ рас­
предѣленіе по различнымъ возрастнымъ группамъ!

До
Г лѣтъ.

14-20

Сельское
1 35.125

1.712.911

н

Д

У

60—70

70
и болѣе.

хозяйство.

с

т

р

і

1.770.316 2.321.139 1.750.933 1.206.624

Для с е л ь с к аго
+96.958

50—60

1.761.104 і 1.347.206 і 1.232.989 1.149.404 702.268 251.685

И
38.267

40—50

30—40.

20-30

Я.
759.403

336.256 , 98.282

хозяйства+или-

—57.405 —560.035 —403.727 +26.365 I +390.001 366.012 153.403


— 295 —
Такимъ образомъ какъ разъ въ самыхъ работоспособныхъ
возрастныхъ группахъ отъ 14 до 40 лѣтъ сельское хозяйство
уступаетъ индустріи на милліонъ слишкомъ рабочихъ силъ; въ
менѣе же пригодныхъ къ труду группахъ на долю сельскаго
хозяйства приходится такое же превышеніе.
Еще болѣе поразительныя данныя содержитъ въ себѣ та­
блица, заимствованная нами изъ соч. С. Ballod’a («Die Le­
bensfähigkeit der städtischen und ländlichen Bevölkerung», 66).
Въ Пруссіи на каждую тысячу душъ 1 дек. 1890 г. прихо­
дилось:

Число душъ въ возрастѣ.

Отъ

379

313

4-66

94

100

— 6

143

210

-77

. . .

122

.149

—27

...

100

105

— 5

>

...

79

66

4-13

60 »70

»

...

54

38

4-16

70 > 100

»

...

29

19

+10

0 до 15 лѣтъ . . .
15 » 20
20 > 30

> ...
»ѵ . . . 1

»

30 »

40

»

»

40 »

50

»

>

50 >

60

т>

»

»
>

Сельскія общи­ 'орода съ на-1 На сельское наны и округа съ селеніемъ болѣе селеніе приходится-|-или—
помѣстьями.
20.000.

1000
Всего..................

,

1000

—

Здѣсь слѣдуетъ привести нѣсколько чиселъ, которыя мы
находимъ въ книгѣ I, боійяіеіп’а о распредѣленіи профессій
и богатства. Гольдштейнъ изслѣдовалъ процентное отношеніе
населенія въ возрастѣ отъ 15 до 45 лѣтъ въ различныхъ
графствахъ Англіи. Не входя въ большія подробности, мы
приводимъ только крайнія числа для 8 наиболѣе и 8 наименѣе
сельско-хозяйственныхъ графствъ.


.—- 296 —
Изъ 1000 душъ населенія
въ 1891 г. приходилось.

Изъ 1000 душъ населенія
въ 1891 г. приходилось.

Графства.

На всю воз­

Графства.

На всю воз­

На сельск. растную
хозяйство. группу отъ

На сельск. растную
хозяйство. группу отъ

15 до 45 л.

15 до 45 л.

Huntingdon

232

400

London . . .

5

494

Cambridge . .

199

419

Lancaster . .

20

479

. .

186

407

Durham . . .

21

455

Rutland . . .

183

417

lork W. R.

.

31

475

. . .

181

421

Stafford . . .

34

446

Suffolk ...

177

406

Middlesex. E. .

39

464

. .

167

410

Warwik

. .

40

456

. . .

149

416

Monmouth . .

49

459

Hereford

Lincoln

Norfolk .
Wilts

Максимумъ 421.

Минимумъ 455.

Различіе между разслоеніемъ на возрастныя группы ин­
дустріальнаго и сельскаго населенія достаточно поразительно.
Большая жизненная стойкость, выносливость сельскаго насе­
ленія, конечно, также способствуетъ этому раздѣленію. Но,
во всякомъ случаѣ, эта таблица ясно указываетъ, что при
одинаковомъ числѣ рабочихъ индустрія располагаетъ большимъ
числомъ болѣе сильныхъ элементовъ.
Но наибольшая часть бѣгущихъ изъ деревни набирается
не только изъ самыхъ сильныхъ въ физическомъ отношеніи
элементовъ, ио также и изъ самыхъ энергичныхъ и интелли­
гентныхъ, такъ какъ именно они скорѣе всего находятъ въ
себѣ нужныя для того силу и мужество, и раньше, и силь­
нѣе всѣхъ другихъ чувствуютъ противорѣчіе между растущей
культурой города и увеличивающимся одичаніемъ деревни.
Тщетно крупные землевладѣльцы стремятся путемъ пониже­
нія уровня школьнаго обученія сельскаго населенія воспре­
пятствовать пробужденію сознанія этого противорѣчія. Эко­
номическія отношенія между городомъ и деревней слишкомъ
тѣсны, чтобы была какая-нибудь возможность предохранить
сельское населеніе отъ «соблазна» города. И какъ бы сильно


— 297 —

ни старались землевладѣльцы оградить своихъ рабочихъ ки­
тайской стѣной, милитаризмъ, такъ почитаемый ими, разру­
шаетъ эту стѣну и уводитъ молодыхъ крестьянъ въ городъ.
Пониженіе уровня школьнаго образованія, лишеніе всякой
возможности получить образованіе при помощи газетъ и книгъ
ведутъ только къ тому, что представленія сельскихъ жителей
о городѣ не всегда вполнѣ ясны, а также къ тому, что ин­
теллигентные люди въ деревнѣ еще рѣзче сознаютъ дикость
окружающей среды и еще скорѣе бѣгутъ въ города.
Статистически, конечно, нельзя установить это явленіе,
связанное съ бѣгствомъ изъ деревни. Но извѣстно, что сель­
скіе хозяева жалуются не на уменьшеніе рабочихъ силъ во­
обще, а скорѣе именно па уменьшеніе интеллигентныхъ
рабочихъ силъ.
Все это еще болѣе увеличиваетъ интеллектуальную про­
пасть между деревней и городомъ, пропасть, являющуюся
результатомъ огромнаго превосходства послѣдняго, какъ въ
отношеніи образовательныхъ средствъ, такъ и въ смыслѣ воз­
бужденія умственной дѣятельности. Къ уменьшенію населенія
и къ умственному отупѣнію деревни присоединяется нерѣдко
еще физическое вырожденіе. Послѣднее не ограничивается
фабричными округами. Недостаточное питаніе, жилища, по­
строенныя съ полнымъ презрѣніемъ ко всѣмъ требованіямъ
гигіены, чрезмѣрный трудъ, грязь и невѣжество, вредные для
здоровья подсобные промыслы (домашняя промышленность) во
многихъ случаяхъ вызываютъ также физическій упадокъ сель­
скаго населенія.
Въ послѣднее время приводились даже статистическія
данныя съ цѣлью доказать, что въ общемъ уже теперь
индустріальное населеніе оказывается болѣе годнымъ къ воен­
ной службѣ, слѣдовательно его физическое развитіе лучше,
чѣмъ у сельско-хозяйственнаго населенія. Но такъ какъ до­
казательность этихъ данныхъ остается еще очень спорной,
то мы не воспользуемся ими здѣсь.
Но если даже пока въ общемъ нельзя еще говорить о
физической отсталости сельскаго населенія, то свое превос­
ходство въ этомъ отношеніи оно уже, конечно, утратило.


— 298 —

Даже въ такой крестьянской странѣ, какъ Швейцарія, оно уже
не выдается физическимъ здоровьемъ. Въ числѣ 241.076 душъ,
призывавшихся къ отбытію воинской повинности въ 1884—
1891 гг. было 107.607 сельскихъ рабочихъ и крестьянъ. Въ
томъ числѣ оказалось:
Получивш.
отсрочку.
Крестьянъ...................................................... 18,9%
Всѣхъ освидѣтельствованныхъ. . .
19,8°/0

Годныхъ.

61,7%
63,0%

Негод­
ныхъ.
38,3%
37,0%

Процентъ годныхъ былъ, слѣдовательно, у крестьянъ меньше
средняго.
Падаетъ не только экономическій и интеллектуальный
уровень и численность сельскаго населенія, но и уровень его
физическаго здоровья. Такимъ образомъ капиталистическое
развитіе приводитъ не только къ все возрастающему обреме­
ненію сельскаго хозяйства, но и къ истощенію самихъ «.источ­
никовъ всякаго богатства*, земли и работника (Ср. «Капи­
талъ* Маркса, I т., 13 глава, § 10. «Крупная индустрія и
земледѣліе*, гдѣ уже получили свое классическое выраженіе
выше развитыя идеи).
Конечно, сельско-хозяйственное производство не остается
незатронутымъ этими измѣненіями. Прежде всего рабочій
вопросъ, причиняющій ему столько затрудненій, получаетъ
здѣсь иной смыслъ, чѣмъ въ городѣ, являясь вопросомъ не о
томъ, что слѣдуетъ предпринять для рабочихъ, а о томъ,
гдѣ ихъ взять. Въ седьмой главѣ мы указывали уже, что
крупное землевладѣніе тамъ, гдѣ оно слишкомъ ужъ вытѣснило
мелкія хозяйства, старается опять искусственно создать ихъ.
Чѣмъ сильнѣе тяга въ городъ, тѣмъ болѣе старается крупное
землевладѣніе привязать къ землѣ нужныя ему рабочія силы.
Но тамъ, гдѣ индустрія обладаетъ большой привлекательной
силой, одного созданія мелкихъ крестьянскихъ участковъ ока­
зывается еще недостаточнымъ, тамъ должно явиться юриди­
ческое принужденіе, чтобы связать рабочаго и прикрѣ­
пить его къ наемному труду у крупныхъ землевладѣльцевъ;
тогда создаются новые мелкіе участки, которые землевладѣ­
лецъ сдаетъ въ аренду съ обязательствомъ со стороны


— 299 —

арендатора выполнять опредѣленныя работы. Возни­
каетъ новый феодализмъ. Но не надолго. Дальнѣйшее дви­
женіе индустріи кладетъ ему конецъ. Эти новые арендные
договоры, съ обязательствомъ выполненія извѣстныхъ работъ,
сохранились только тамъ, гдѣ вблизи не развивается инду­
стрія. Гдѣ же появляется послѣдняя, талъ самыя соблазни­
тельныя предложенія не въ состояніи побудить рабочихъ свя­
зать себя. Они предпочитаютъ сохранить свободное распоря­
женіе своей рабочей силой, чтобы имѣть возможность восполь­
зоваться случаемъ выгодно ее продать.
Кэргеръ объявляетъ «неоспоримымъ» выводомъ изъ изслѣ­
дованія положенія сельскихъ рабочихъ въ сѣверо-западной
Германіи, «что наилучшія, наиболѣе благопріятныя какъ для
рабочихъ, такъ и для работодателей отношенія труда господ­
ствуютъ тамъ, гдѣ большая часть сельско-хозяйственныхъ
работъ исполняется, кромѣ постоянныхъ батраковъ, особаго
рода арендаторами (Иепегіііщ). Здѣсь работодатели всегда
имѣютъ въ своемъ распоряженіи достаточное количество ра­
бочихъ силъ, чтобы въ должномъ порядкѣ выполнить всѣ
сельско-хозяйственныя работы, а рабочіе въ матеріальномъ
отношеніи находятся въ очень хорошемъ положеніи, позво­
ляющемъ имъ въ большинствѣ случаевъ дѣлать сбереженія,
и въ своихъ воззрѣніяхъ и настроеніи обнаруживаютъ полное
довольство.
Не смотря на это льющееся черезъ край довольство, су­
ществуютъ многочисленнные округа, въ которыхъ рабочіе
достаточно испорчены, чтобы быть недовольными этими отно­
шеніями.
Два момента противодѣйствуютъ всеобщему распростра­
ненію такой отработочной арендной системы. «Во-первыхъ,
упрямый, независимый духъ населенія, боящагося брать на
себя какія-либо обязательства, на болѣе продолжительное
время, видя въ нихъ рабство, вслѣдствіе чего введеніе этой
формы аренды много разт> признавалось невозможнымъ въ
вестфальскихъ округахъ Падерборнъ, Бюренъ, Варбургъ и
Гёкстеръ. Во-вторыхъ, непосредственная близость горно-завод­
ской и каменно-угольной промышленности, которая (особенно


— 300 —

въ верхнемаркскомъ округѣ и затѣмъ такзйе въ мѣстности
Гамбургъ-Гарбургъ) убила старую отработочную систему аренды
и не дала возможности развиться новой.
«Причины этого лежатъ главнымъ образомъ въ высокомъ
уровнѣ заработной платы въ горнодѣліи и индустріи, которая
дѣлаетъ невыгоднымъ для каждаго сельскаго рабочаго заклю­
чать арендный или рабочій договоръ на длинный срокъ, ли­
шая себя этимъ возможности, при повышеніи спроса на ин­
дустріальныхъ рабочихъ, извлечь выгоду путемъ предложенія
своей рабочей силы».
Индустрія заботится, значитъ, о томъ, чтобы отпять бу­
дущее у феодальнаго идеала г. Кергера.
Болѣе распространено привлеченіе пришлыхъ рабочихъ
изъ другихъ мѣстностей, частью въ видѣ постоянныхъ, частью
въ видѣ временныхъ, странствующихъ рабочихъ. Если возра­
стающая пролетаризація крестьянства содѣйствуетъ росту
предложенія такихъ рабочихъ силъ, то уходъ сельскихъ ра­
бочихъ въ промышленныя мѣстности вызываетъ быстро ра­
стущій спросъ на нихъ. Во многихъ округахъ сельское хо­
зяйство не могло бы существовать безъ пришлыхъ рабочихъ.
Но какъ бы ни былъ важенъ трудъ пришлыхъ рабочихъ, онъ'
можетъ только равномѣрнѣе распредѣлить затрудненія, испы­
тываемыя сельскимъ хозяйствомъ отъ недостатка рабочихъ, на
цѣлую страну, или, въ случаѣ привлеченія заграничныхъ ра­
бочихъ, даже на нѣсколько странъ, но онъ не можетъ до­
ставить новыхъ рабочихъ силъ сельскому хозяйству, взятому
въ цѣломъ. Что привлекаемый извнѣ трудъ даетъ въ одномъ
мѣстѣ, то онъ отнимаетъ въ другомъ; трудъ этихъ пришлыхъ
рабочихъ доставляетъ рабочія силы западу, отнимая ихъ у
востока; онъ распространяетъ недостатокъ въ рабочихъ и на
тѣ мѣстности, гдѣ еще прямо не ощущалось вліянія инду­
стріи, и при помощи временнаго ухода подготовляетъ почву
для постояннаго выселенія. Пришлые рабочіе почти никогда
не будутъ въ состояніи вполнѣ замѣстить ушедшихъ въ го­
родъ мѣстныхъ. Изъ деревни бѣгутъ прежде всего, какъ уже
было сказано, самые энергичные, самые интеллигентные ра­
бочіе. Наоборотъ, пришлые рабочіе выходятъ изъ экономи-


— 801 —

чески отсталыхъ мѣстностей, гдѣ народное образованіе, а
большею частію и земледѣліе стоятъ ниже; слѣдствіемъ этого
является не только пониженіе работоспособности сельскаго
рабочаго класса, взятаго въ цѣломъ, но и очень часто регрессъ
въ методахъ сельскаго хозяйства.
«■Общей особенностью мѣстныхъ условій труда, сообщаетъ,
напр., Кергеръ изъ горнопромышленныхъ округовъ Вестфа­
ліи, является почти полное отсутствіе мѣстныхъ земледѣль­
ческихъ рабочихъ; даже дѣти всѣхъ рабочихъ тотчасъ же
послѣ конфирмаціи посвящаютъ себя почти исключительно
горнодѣлію. Поэтому почти всѣ занятые въ сельскомъ хозяй­
ствѣ рабочіе приходятъ извнѣ. Батраковъ привозятъ изъ во­
сточной и западной Пруссіи, Гессена, Ганновера, Вальдека
и Голландіи, и эти поиски приходится вести постоянно, такъ
какъ по большей части они не держатся въ сельскомъ хо­
зяйствѣ болѣе 1—2 лѣтъ, пока не узнаютъ, насколько легче
въ горнодѣліи трудъ и выше заработокъ. Ко времени жатвы
пришлые рабочіе являются сами, особенно, изъ округа Мин­
дена, такъ называемые билефельдскіе жнецы. Кто можетъ,
тотъ во всякомъ случаѣ избѣгаетъ нанимать этихъ дорогихъ
пришлыхъ рабочихъ и старается обойтись одними постоянными.
Въ Швельмѣ и Гагенѣ имѣнія въ среднемъ мельче, а потому
эти жнецы появляются тамъ гораздо рѣже, а всего рѣже по­
являются они въ округѣ Швельмъ, гдѣ рѣшительно преобла­
даетъ мелкое землевладѣніе.
«Правда, согласно нѣкоторымъ отчетамъ дѣйствительнаго
недостатка въ сельско-хозяйственныхъ рабочихъ въ этихъ
мѣстностяхъ не замѣчается, особенно если дѣлавъ индустріи
плохи; но ощущается большой недостатокъ въ постоянныхъ
и большая нужда въ хорошихъ сельско-хозяйственныхъ рабо­
чихъ. Въ большинствѣ же отчетовъ говорится о затруднитель­
ности найти хоть какихъ-нибудь рабочихъ, а въ одномъ от­
четѣ утверждается, что недостатокъ въ рабочихъ и, особенно
въ хорошихъ, настолько великъ, что у большинства сельскихъ
хозяевъ отбиваетъ всякую охоту вести хозяйство («Verhältnisse
d. Landarb.», I, 133).
Въ отчетѣ вел. герцогства Гессенъ (Верхній Гессенъ


— 302 —

сообщается: «Раньше былъ классъ настоящихъ профессіональ­
ныхъ поденщиковъ, изъ года въ годъ являвшихся на работу;
эти поденщики своей работой доказывали, что они обучены
своей профессіи и опытны въ ней, что на нихъ можно поло­
житься. Но этотъ классъ исчезъ; многочисленныя молотилки
отняли работу зимою въ земледѣльческихъ хозяйствахъ, въ
промышленныхъ же округахъ работу можно найти въ теченіе
цѣлаго года, и такимъ образомъ въ серединѣ 70 годовъ на­
чалось выселеніе въ Вестфалію, Бельгію, Парижъ, а затѣмъ
и въ Америку, Австралію, Аргентину, чтобы тамъ «поискать
счастія». И надо сознаться, что не малое число ихъ дѣй­
ствительно нашло тамъ счастіе. Теперь они перетягиваютъ за
собой изъ среды своихъ знакомыхъ надежные элементы. На
ихъ мѣсто явились такъ называемые женатые батраки, по­
мѣсь всѣхъ странъ и народовъ: изъ Швейцаріи, В. и 3.
Пруссіи, Польши, Верхней Силезіи, даже изъ Швеціи; частью
выписанные или привезенные, частью приходящіе свободным«,
они въ общемъ представляютъ собой совершенно развратив­
шуюся, грубую банду, живущую въ безпорядочныхъ связяхъ
съ подонками бродячихъ работницъ, предающуюся пьянству,
и, не смотря на отсутствіе профессіональнаго искусства, ин­
теллигентности и честности, всегда находящую себѣ работу
за высокую плату въ качествѣ конюховъ на фермахъ или
такъ называемыхъ «швейцарцевъ» (скотниковъ и работниковъ
въ молочномъ хозяйствѣ)... Но и этихъ поселившихся здѣсь
рабочихъ силъ не хватаетъ для хозяйствъ, воздѣлывающихъ
свекловицу въ большихъ размѣрахъ; и вотъ, начиная съ ран­
ней весны, изъ Рена, Эйхсфельда, изъ Баваріи, Шварцвальда,
Верхней Силезіи, Познани и 3. Пруссіи тянутся новые мно­
гочисленные пришлые рабочіе обоего пола, которыхъ прихо
дится держать за высокую плату до поздней осени, потому
только, что природные жители Верхн. Гессена не хотятъ бо­
лѣе наниматься на фермы на продолжительное время («Zustände
d. Landarb». II, 230, 231).
Наконецъ, я позволю себѣ привести еще третій примѣръ,
чтобы иллюстрировать упадокъ сельскаго хозяйства, вызывае­
мый прогрессомъ индустріи.


— 303 —

D-r Рудольфъ Мейеръ цитируетъ въ своей статьѣ («Neue
Zeit», XI, 2, стр. 284) сообщенія управляющаго однимъ при­
надлежащимъ казнѣ имѣніемъ въ Богеміи, площадью въ нѣ­
сколько тысячъ гектаровъ, гдѣ ведется воздѣлываніе свекло­
вицы и зерновыхъ хлѣбовъ. Между прочимъ управляющій
этотъ говоритъ: «Прежде мы нѣсколько разъ окучивали по­
сѣянный рядовой сѣялкой хлѣбъ коннымъ окучникомъ, но
теперь уже не дѣлаемъ этого, такъ какъ необученный рабо­
чій, управляющій имъ, портитъ хлѣбъ. У насъ почти нѣтъ
болѣе дѣльныхъ рабочихъ въ качествѣ постоянныхъ служа­
щихъ при упряжныхъ животныхъ, а тѣ немногіе, которые на
что-нибудь годны, быстро мѣняются. Разъ молодые люди по­
знакомились съ окружающимъ міромъ во время военной служ­
бы, они ужъ не хотятъ за продолжительный и тяжелый трудъ
получать низкую плату и уходятъ куда-нибудь въ другое
мѣсто. Такимъ образомъ изъ числа мѣстнаго населенія на
нашу долю остаются старики, дѣти, женщины, и приходится
нанимать батраковъ изъ чешской мѣстности Таборъ. Они
очень неразвиты и грубы, и не могутъ исполнять машинной
работы, а потому конныя молотилки ржавѣютъ у насъ въ
сараяхъ».
Эти сообщенія показываютъ намъ, какъ трудно пользо­
ваться въ современномъ сельскомъ хозяйствѣ тѣмъ средствомъ
противъ недостатка рабочихъ, которое въ вѣкъ пара и элек­
тричества казалось бы самымъ подходящимъ: машиной. Не
вездѣ сельскій хозяинъ находитъ рабочія силы, годныя для
машинной работы, да и тѣ, которыя теперь имѣются все
болѣе и болѣе уходятъ отъ сельскаго хозяйства. Не смотря
на то, машины и въ наше время дѣлаютъ значительные ус­
пѣхи въ деревнѣ, хотя далеко не въ той мѣрѣ, въ какой это
было бы необходимо, чтобы противодѣйствовать недостатку
въ рабочихъ. Мы нашли только единичныя указанія на то,
что сельскіе хозяева пытаются помочь себѣ посредствомъ вве­
денія машинъ. Мы уже не говоримъ здѣсь о томъ, что сель­
ско-хозяйственныя машины, всегда сберегая трудъ по отно­
шенію къ количеству произведеннаго продукта, не всегда
сберегаютъ его по отношенію къ обработанной площади.


— 304 —
Рядъ сельско-хозяйственныхъ машинъ требуетъ, при данной
площади, больше рабочихъ, чѣмъ простыя орудія. «Въ нѣ­
которыхъ случаяхъ потребность въ человѣческихъ рукахъ не
только не уменьшается вслѣдствіе примѣненія болѣе или ме­
нѣе улучшенныхъ машинъ, но даже увеличивается. Рядовая
сѣялка для обсѣмененія данной площади требуетъ болѣе
труда, чѣмъ простая сѣялка или посѣвъ просто руками и т. д.»
(Goltz, «Die ländl. Arbeiterklasse», 168).
Наконецъ рекомендовалось еще четвертое средство про­
тивъ недостатка въ рабочихъ: достаточное повышеніе платы,
лучшее обращеніе, болѣе сносныя жилища, лучшее продо­
вольствіе рабочихъ. Это средство, конечно, самое дѣйстви­
тельное изъ четырехъ названныхъ, но, повидимому, и его не­
достаточно, чтобы обезпечить за сельскимъ хозяйствомъ нуж­
ныя ему рабочія силы. Высшая плата—не единственный фак­
торъ, привлекающій сельскаго рабочаго въ городъ; большая
возможность найти работу зимой, бдльшая независимость,
ббльшая легкость обзавестись семьей и культурное превос­
ходство города надъ деревней — вотъ факторы, которые
можно парализовать развѣ только чрезвычайнымъ повышеніемъ
платы.
«Что касается недостатка въ батрачкахъ, пишетъ Ф. Грос­
сманъ («Zustände der Landarbeiter», II, 419), то въ маршахъ
(низменныхъ болотистыхъ мѣстностяхъ) по Эльбѣ жалуются
главнымъ образомъ на уходъ въ города. Составитель отчета
находитъ это явленіе тѣмъ болѣе поразительнымъ, что бат­
рачки, нанимавшіяся въ сосѣднихъ маленькихъ городкахъ,
заработывали немногимъ больше */2 (только?) того, что онѣ
получали въ деревнѣ. Даже въ Гамбургѣ заработная плата
въ среднемъ не выше, расходы же, конечно, выше». Лучшее
обращеніе также было не въ силахъ прикрѣпить рабочихъ
на продолжительное время: «Мы знаемъ не мало случаевъ,
гдѣ хозяева почти не признаютъ батраковъ за людей; очень
часто батракамъ приходится мириться съ очень посредствен­
ной, иногда плохо приготовленной пищей. Еще чаще они не
имѣютъ сколько-нибудь уютной, порядочно протопленной ком­
наты, гдѣ бы могли проводить свободные часы; иногда имъ


—- 305 —

приходится по кучамъ мусору пробираться въ отдаленный
конецъ дома, въ своеобразную спальню, гдѣ едва ли есть
полъ и достаточно мебели, чтобы посидѣть, не говоря уже о
столѣ. Напротивъ, можно бы думать, что порядочные батраки
будутъ довольны своей судьбой, когда на нихъ смотрятъ въ
нѣкоторомъ родѣ, какъ на членовъ семьи, когда съ ними бе­
сѣдуютъ о своихъ хозяйственныхъ дѣлахъ, а также и объ
ихъ личныхъ, ѣдятъ съ ними за однимъ столомъ, что въ той
мѣстности очень часто является обычнымъ, позволяютъ имъ
свободное время проводить въ жилой семейной комнатѣ, или
же отводятъ имъ другую уютную, приличную для нихъ, хо­
рошо протопленную комнату, служащую имъ въ то же время
спальней, доставляютъ имъ для чтенія газеты и т. д. Однако
и въ этихъ случаяхъ батраки стремятся къ тому, чтобы при­
строиться въ качествѣ почтальоновъ, желѣзнодорожныхъ слу­
жащихъ, швей, служанокъ и т. д., или же найти себѣ мѣсто
въ большихъ городахъ, такъ какъ тамъ можно прожить го­
раздо пріятнѣе, чѣмъ въ тихой, отдаленной, часто даже об­
ходящейся безъ трактира, простой деревнѣ. Порядочные бат­
раки при нынѣшней высокой заработной платѣ,—предполагая,
что они не слишкомъ рано женились, что, къ сожалѣнію,
здѣсь случается очень часто,—могутъ очень легко заработать
столько, чтобы къ тридцати съ небольшимъ годамъ получить
возможность, особенно при нынѣшнихъ упавшихъ цѣнахъ на
землю, пріобрѣсти клочекъ земли, на которомъ можно дер­
жать 4 коровъ и нѣсколько овецъ», (ibid. 423).
Ни высокая заработная плата, ни виды на самостоятель­
ное владѣніе не могутъ удержать массу сельскихъ рабочихъ
отъ бѣгства изъ деревни. Какимъ въ самомъ дѣлѣ инымъ
путемъ сельскіе рабочіе могли бы добиться высшей заработ­
ной платы и лучшихъ условій жизни? Нѣтъ такого класса
предпринимателей, который добровольно согласился бы на по­
вышеніе заработной платы: его нужно принудить къ этому.
Сельскіе же наемные рабочіе теперь еще слишкомъ слабы,
чтобы быть въ состояніи силою своихъ организацій достигать
этого. Повышеніе заработной платы въ деревнѣ только слѣд­
ствіе растущаго недостатка въ рабочихъ. Высокая плата и
20


— 306 —

достаточное предложеніе рабочихъ рукъ — это два явленія,
въ деревнѣ исключающія другъ друга, по крайней мѣрѣ до
сихъ поръ.
Поэтому, какъ бы хорошъ ни былъ совѣтъ, нельзя ожи­
дать такого повышенія заработной платы, которое могло бы
задержать бѣгство изъ деревни. Это бѣгство идетъ своимъ
путемъ, не давая остановить себя никакими препятствіями.
Anderson Graham говоритъ объ этомъ въ своемъ сочиненіи
«Rural Exodus» (цитировано у Гольдштейна, «Berufsgliederung»,
39): «Если они получаютъ низкую заработную плату, какъ,
наир., въ Wiltshire, то они выселяются; а если они полу­
чаютъ высокую плату, то—какъ въ Northumberland^,—они
также бѣгутъ. Если фермы малы, какъ вокругъ Sleaford’a
(Lincoln), то они уходятъ изъ нихъ; но и въ Norfolk’h, гдѣ
фермы обыкновенно большія, бѣгство изъ деревни еще про­
должаетъ расти. Сельскій житель, кажется, глубоко проникся
убѣжденіемъ отчаянія, что въ деревнѣ для него уже не мо­
жетъ быть никакой счастливой будущности; безъ долгихъ
размышленій откладываетъ онъ въ сторону заступъ и мотыку
и уходитъ».
Такъ какъ самопомощь оказывается безсильной, то по­
мочь горю должно государственнное принужденіе. Введеніе
болѣе суровыхъ наказаній въ положеніе о прислугѣ, наказа­
ніе за нарушеніе контракта, затрудненіе вступленія въ бракъ
должны обезпечить сельскому хозяину постоянныхъ рабочихъ;
прекращеніе или затрудненіе свободы передвиженія путемъ
запрещеній переселенія, созданіе препятствій для переѣзжа­
ющихъ въ города, повышеніе платы за проѣздъ по желѣзной
дорогѣ и т. п.—все это должно задержать на родинѣ тѣхъ,
кто уходитъ на время или навсегда. Но мѣры перваго рода
ведутъ только къ тому, что жизнь въ деревнѣ сдѣлается, еще
болѣе невыносимой для батраковъ и контрактовыхъ рабочихъ,
а это должно еще усилить ихъ бѣгство. Устраненіе свободы
передвиженія, даже если бы промышленное населеніе прими­
рилось съ нимъ и если бы его можно было осуществить, ко­
нечно, помогло бы отдѣльнымъ сельскимъ хозяевамъ, но не
могло бы помочь сельскому хозяйству въ цѣломъ, Отмѣна


— 307 —

свободы передвиженія отняла бы у многочисленныхъ мелкихъ
крестьянъ единственный источникъ побочнаго заработка и
повергла-бы ихъ въ глубочайшую нищету; она сдѣлала бы
также невозможнымъ въ индустріальныхъ мѣстностяхъ всякое
сельское хозяйство, ведущееся при помощи наемныхъ рабо­
чихъ, такъ какъ тамъ, какъ мы видѣли, оно пе можетъ обой­
тись безъ пришлыхъ рабочихъ. Она отсрочила бы банкротство
сельскаго хозяйства въ экономически отсталыхъ мѣстностяхъ
и ускорила бы его въ областяхъ, ушедшихъ далѣе въ эконо­
мическомъ развитіи.
Противъ нужды въ рабочихъ въ сельскомъ хозяйствѣ еще
не выросло цѣлебной травы въ капиталистическомъ обществѣ.
Капиталистическое сельское хозяйство на исходѣ XIX стол,
оказывается въ томъ же положеніи, какъ феодальное сельское
хозяйство въ копцѣ XVIII ст.: оно забралось въ тупикъ, изъ
котораго оно безсильно выбраться собственными силами, оста­
ваясь на данной соціальной почвѣ.
Читая нижеслѣдующія строки, можно подумать, что имѣ­
ешь дѣло съ картинами изъ прошлаго вѣка? «Недостатокъ въ
рабочихъ на лицо и становится особенно ощутительнымъ въ
имѣніяхъ, ведущихъ крупное хозяйство, а также у болѣе
крупныхъ крестьянъ. Вслѣдствіе этого болѣе крупныя имѣнія
и даже крестьянскіе участки отдаются въ аренду враздробь;
это ведетъ за собой неутѣшительный результатъ: меліораціи
не производятся, а ведутъ особаго рода хищническое хо­
зяйству, такъ какъ держатъ слишкомъ мало крупнаго скота
и примѣняютъ чуть ли не исключительно удобреніе изъ отхо­
жихъ мѣстъ. Это, конечно, вредитъ плодородію почвы. Въ ре­
зультатѣ песчаныя мѣста, раньше воздѣлывавшіяся не безъ
выгоды, теперь лежатъ подъ паромъ и уже годами не
подвергаются обработкѣ; часто пустуютъ и поля самихъ
рабочихъ, которые при высокой заработной платѣ больше за­
работаютъ наемнымъ трудомъ, чѣмъ обработкой своихъ полей-»
(«Zustande der Landarb.» II, 206).
Такія извѣстія идутъ изъ Гессена; а вотъ изъ Баваріи:
«Какъ сообщалось въ общихъ отчетахъ, недостатокъ въ рабо­
чихъ въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ Баваріи ведетъ не только

20*


— 308 —
Къ постояннымъ нарушеніямъ въ правильномъ веденіи хозяй­
ства. но и къ пониженію интенсивности хозяйства» (ibid. 190).
Стоитъ сравнить съ этимъ также выше приведенныя ци­
таты относительно вліянія пришлыхъ рабочихъ. Несмотря на
весь техническій прогрессъ, мѣстами уже, безъ сомнѣнія,
начался упадокъ сельскаго хозяйства. А если недостатокъ въ
рабочихъ не прекратится, то онъ сдѣлается всеобщимъ.
«Уменьшеніе количества рабочихъ силъ необходимо должно
имѣть послѣдствіемъ ежегодное уменьшеніе воздѣлывае­
мой площади и увеличеніе площади пастбищъ (Гольцъ,
«Die liindl. Arbeiterkl.», 176).
Bels хозяйства, пользующіяся наемными рабочими, испы­
тываютъ гнетущее вліяніе недостатка въ рабочихъ, но въ
мелкихъ оно ощущается гораздо сильнѣе, чѣмъ въ крупныхъ.
Въ ихъ распоряясеніи всего меньше средствъ, если не для
устраненія, то хоть для смягченія мѣстами недостатка въ ра­
бочихъ. У нихъ пѣтъ земли, которую они могли бы сдавать
наемпымч, рабочимъ, связывая ихъ въ обмѣнъ за пользованіе
землей обязательствами совершить опредѣленныя работы; ихъ
потребность въ рабочихъ слишкомъ незначительна, чтобы оку­
пить особыя издержки привлеченія рабочихъ издалека; они
должны отдавать предпочтеніе тѣмъ, которые находятся по­
близости; машинами они вовсе не могутъ пользоваться, а для
достаточнаго повышенія заработной платы у нихъ меньше
средствъ, чѣмъ у другихъ.
Но зато эти болѣе мелкія, прибѣгающія къ наемному
труду, хозяйства пользуются какъ разъ тѣми разрядами ра­
бочихъ, которые легче всего перекочевываютъ съ мѣста на
мѣсто, а именно неженатыми рабочими, батраками и батрач­
ками.
Между хозяйствами, служащими товарному, а не исклю­
чительно или почти исключительно домашнему производству,
бѣгствомъ изъ деревни затрогиваются меньше всего тѣ, кото­
рыя занимаютъ мало наемныхъ рабочихъ, въ случаѣ нужды
обходятся рабочими силами своей семьи, и однако достаточно
велики для того, чтобы приковать владѣльцевъ къ землѣ. Та­
ковы вообще хозяйства въ 5—20 гектаровъ. Имъ даже по.


— 309

лезно, что тенденція къ парцелляціи земли, угрожающая боль­
шей частью какъ разъ этимъ хозяйствамъ, ослабѣваетъ тѣмъ
скорѣй, чѣмъ большую часть сельско-хозяйственнаго населенія
охватываетъ стремленіе бѣжать изъ деревни. Вмѣстѣ съ тѣмъ
уменьшается спросъ на землю и падаютъ несоразмѣрно вы­
сокія цѣны на маленькія имѣнія. Парцеллированье земли пе­
рестаетъ быть выгоднымъ; раздробленіе имѣній на части пре­
кращается. Такимъ образомъ нѣтъ ничего удивительнаго, что
какъ разъ эти хозяйства являются единственными, замѣтно
выигравшими въ размѣрахъ землевладѣнія въ Германіи. Вся
находящаяся въ сельско-хозяйственномъ пользованіи площадь
увеличилась съ 1882 по 1895 г. на 648.469 гектаровъ, а
площадь хозяйствъ отъ 5 до 20 гектаровъ на 563.477; пло­
щадь же хозяйствъ отъ 1—2 гектаровъ уменьшилась па
50.177, какъ и площадь хозяйствъ отъ 20—50 гектаровъ на
62.898 гектаровъ.
Изъ каждой 1.000 гектаровъ находящейся въ сельско­
хозяйственномъ пользованіи площади приходится на хозяйства:
Отъ 20 Отъ!00 Свыше
Менѣе Отъ! до 0тъ2до Отъ 5до
до 100 до 1000 1000
1 гект. 2 гект. 5 гект. 2О.гект.
гекгар. гектар. гектар.

1882 г............................

24

33

100

288

311

222

22

1893 г............................

25

31

101

299

303

216

25

Приростъ+
уменьшеніе—.

+<

-2

+1

4-11

—8

—6

+з

Значительный приростъ приходится только на средне­
крестьянскія хозяйства съ 5 — 20 гектаровъ, наибольшее же
уменьшеніе—на крупнокрестьянскія отъ 20—100 гектаровъ
(ср. стр. 233).
Эти цифры радуютъ сердца всѣхъ добрыхъ гражданъ го­
сударства, видящихъ въ крестьянствѣ самый твердый оплотъ
существующаго порядка. Нѣтъ, оно не колеблется, это сель­
ское хозяйство, восклицаютъ они съ одушевленіемъ; догма
Маркса надъ нимъ безсильна. Въ этихъ цифрахъ фактически
взаимно уничтожаются децентрализующія и централизующія


— 310 —
Тенденціи, которыя въ нашъ вѣкъ повсюду были замѣтны въ
сельскомъ хозяйствѣ вплоть до 80-хъ годовъ. Наступаетъ по­
видимому новый расцвѣтъ крестьянства, который долженъ
посрамить всѣ соціалистическія тенденціи индустріи.
Но этотъ цвѣтокъ цвѣтетъ на болотѣ. Онъ выростаетъ не
на почвѣ благосостоянія крестьянства, а на почвѣ угне­
тенія всего сельскаго хозяйства. Онъ — плодъ тѣхъ же
причинъ, которыя ведутъ къ, тому, что уже введенныя и
испытанныя машины опять бросаются, что снова воскреса­
ютъ феодальныя формы рабочаго договора, что поле вытѣс­
няется пастбищемъ, что нѣкоторыя поля лежатъ невоздѣлан­
ными. Въ тотъ день, когда удалось бы удовлетворительно раз­
рѣшить для сельскаго хозяйства его особый «рабочій вопросъ»
и, такимъ образомъ, открыть для него возможность новаго
расцвѣта, благопріятныя для средняго хозяйства тенденціи
тотчасъ же превратились бы опять въ свою противополож­
ность. Благоденствіе сельскаго хозяйства и дальнѣйшее су­
ществованіе крестьянской системы хозяйства—два понятія,
исключающія другъ друга при развитомъ капиталистическомъ
способѣ производства. Въ пользу этого положенія говоритъ
опытъ не только Европы, но и восточныхъ штатовъ Сѣв. Амер,
союза (ср. стр. 180 и 182).
Не слѣдуетъ также ожидать, что нынѣшній упадокъ сель­
скаго хозяйства, дѣйствуя болѣе значительное время, пове­
детъ къ вытѣсненію крупнаго и карликоваго хозяйства, дастъ
преобладаніе въ сельскомъ хозяйствѣ тому классу доволь­
ныхъ среднихъ крестьянъ, который съ такимъ одушевленіемъ
еще въ началѣ нашего вѣка рисовалъ намъ Сисмонди, и дастъ
этому классу возможность всему общественному развитію про­
тивопоставить свое: «ни шагу дальше».
Если класса среднихъ крестьянъ менѣе, чѣмъ всѣхъ дру­
гихъ товаро-производящихъ классовъ землевладѣльческаго на­
селенія, коснулся недостатокъ въ наемныхъ рабочихъ, то за­
то именно онъ больше всѣхъ страдаетъ отъ другихъ тягостей,
порождаемыхъ современнымъ сельскимъ хозяйствомъ! Средній
крестьянинъ есть главный объектъ ростовщической и посред­
нической эксплуатаціи; денежные налоги и военная служба


— 311

тяжелѣе всего ложатся на него; его землѣ больше всего угро­
жаетъ опасность истощенія. И такъ какъ этого рода
хозяйства принадлежатъ къ числу самыхъ нераціональныхъ
среди товаро-производящихъ хозяйствъ, то имъ, именно/приходится болѣе всего вести конкуренціонную борьбу при по­
мощи нечеловѣческаго труда и недостойнаго человѣка образа
жизни. Вспомнимъ поговорку, что мелкіе крестьяне, пока у
нихъ нѣтъ своего упряжного скота, живутъ еще сравнительно
сносно, что «только съ собственной упряжкой начинается для
нихъ жалкое существованіе».
Этихъ крестьянъ привязываетъ еще къ землѣ ихъ отно­
сительно значительный участокъ. Однако только ихъ самихъ,
но уже не ихъ дѣтей. Подобно наемнымъ рабочимъ и карли­
ковымъ крестьянамъ, и дѣтей среднихъ крестьянъ начинаетъ
охватывать стремленіе къ бѣгству изъ деревни—тѣмъ съ боль­
шей силой, чѣмъ ближе придвигается къ нимъ индустрія.
Изъ одной прови іціи, гдѣ крестьянство сохранилось въ наи­
болѣе здоровомъ и сильномъ видѣ, изъ Шлезвигъ-Голыптиніи
сообщаютъ: «Тѣ батраки, а также сыновья крестьянъ, кото­
рые до вступленія въ ряды войска работали въ отцовскомъ
хозяйствѣ, по окончаніи службы только изрѣдка возвраща­
ются надолго въ деревню, если только они не научились ре­
меслу; они уходятъ въ городъ, такъ какъ жизнь въ деревнѣ
уже не привлекаетъ ихъ» («Verhältnisse der Landarbeiter»,
II, 426).
Но чѣмъ скорѣе дѣти среднихъ крестьянъ начинаютъ ощу­
щать тягость положенія скверно содержимыхъ, по большей
части прямо обдираемыхъ наемныхъ рабочихъ, чѣмъ болѣе
они стремятся уйти отъ крестьянской дикости, тѣмъ болѣе
уменьшаются семьи среднихъ крестьянъ, тѣмъ, слѣдовательно,
меньше у нихъ возможности вести свое хозяйство, хотя бы
и съ трудомъ, тѣмъ большую роль начинаютъ играть и здѣсь
наемные рабочіе и тѣмъ болѣе чувствительнымъ и для этого
класса хозяйствъ дѣлается рабочій вопросъ на ряду съ дру­
гими бѣдствіями.
Въ настоящее время средніе крестьяне менѣе всего ока­
зываются истинно консервативными, т. е. довольнымъ суще-


— 312 —

ствующимъ элементомъ. Напротивъ, они точно такъ же жаждутъ
переворота въ существующемъ строѣ, какъ и самые ради­
кальные соціалдемократы, но, конечно, въ совершенно дру­
гомъ направленіи, чѣмъ эти послѣдніе. Не смотря на это,
они не произведутъ государственнаго переворота; какими бы
дикими подчасъ не казались намъ пхъ выходки, они ужъ не
та опора существующаго, что прежде. Аграрный кризисъ про­
стираетъ свои лапы ко всѣмъ товаро-производящимъ клас­
самъ сельскаго населенія; онъ не щадитъ и средняго кре­
стьянства.

X. За-океанская конкуренція въ произ­
водствѣ жизненныхъ средствъ и индустріа­
лизація сельскаго хозяйства.
а) Экспортная индустрія.
Послѣднія главы показали намъ, что капиталистическій
способъ производства, разбившій феодальныя оковы и давшій
сельскому хозяйству огромный толчекъ, такъ что послѣднее
въ нѣсколько десятилѣтій подвинулось дальше, чѣмъ прежде
за цѣлое тысячелѣтіе, что этотъ способъ производства создаетъ
все болѣе стѣсняющія и угнетающія сельское хозяйство тен­
денціи и все болѣе обостряетъ противорѣчіе между соотвѣт­
ствующими современному способу производства формами при­
своенія и владѣнія и потребностями раціональнаго сельско­
хозяйственнаго производства.
Эти угнетающія тенденціи стали замѣтны уже давно, но
онѣ только въ незначительной степени стѣсняли сельское хо­
зяйство и землевладѣльцевъ, пока послѣдніе были въ состоя­
ніи сваливать обусловливаемое этими тенденціями бремя на
другихъ, па потребителей. Пока была такая возможность,
сельское хозяйство, начиная съ паденія феодальнаго госу­
дарства, переживало золотое время, тянувшееся до 70-ыхъ
годовъ.
Къ этому времени относится замѣчаніе Мейтцепа («Der
Boden und die landwirtschaftlichen Verhältnisse des Preussischen


— 313 —
Staats», I, 440): «Авторы составленной въ министерствѣ земле­
дѣлія въ ноябрѣ 1859 г. памятной записки о государствен­
ныхъ мѣрахъ содѣйствія сельско-хозяйственной культурѣ въ
Пруссіи могли'съ полнымъ правомъ сказать: Ожидаемыя дѣй­
ствія аграрнаго закона не заставили себя ждать; на мѣсто
спячки явилось отрадное оживленіе сельскаго населенія. Сов­
паденіе счастливыхъ конъюнктуръ распространило всеоб­
щее благосостояніе среди владѣльцевъ какъ крестьян­
скихъ, такъ и рыцарскихъ имѣній, п покупныя цѣпы па всѣ
имѣнія возрасли чрезмѣрно, благодаря возможности ихъ без­
препятственной обработки и неограниченной конкуренціи по­
купателей».
Совсѣмъ другимъ языкомъ говоритъ нынѣ прусскій ми­
нистръ земледѣлія! До второй половины 70-ыхъ годовъ цѣны
па съѣстные припасы росли непрерывно, въ рѣзкомъ противо­
рѣчіи съ цѣпами па продукты индустріи; онѣ росли во много
разъ быстрѣе заработной платы, такъ что рабочіе были сви­
дѣтелями ухудшенія своего положенія не только какъ произ­
водители, вслѣдствіе повышенія нормы прибавочной сто­
имости, т. е. паденія ихъ доли въ производимыхъ ими цѣн­
ностяхъ, но часто и какъ потребители. Благосостояніе сель­
скаго хозяйства основывалось на обнищаніи пролетаріата.
1000 кило пшеницы стоило по I. Конраду:
1821-30
1831-40
1841-50
1851-60
1861-70
1871-75

Въ
г. .
г. .
г. .
г. .
г. .
г. .

Англіи.
266.00 марокі».
»
254.00
240.00
250.00
248.00
246.40

Во Франціи.
192.40 марокъ.
199.20
206.60
231.40
224.60
>
248.80

Въ Пруссіи.
121.40 марокъ.
>
138.40
167.80
7>
211.40
■»
204.60
235.20

Килограммъ мяса стоилъ:
Въ Лондонѣ.
Въ Берлинѣ.
? пфсн.
1821-30 Г. . 61 пфеп.
1831-40 г. . 63 >
87 >
1841-50 г. . 71 >
101 >
1851-60 г. . 85
113 •
1851-70 г. . 100
131 »
1871-80 г. . 125 >


— 814 —

Въ 70-ыхъ годахъ наступилъ конецъ этому постоянному
возрастанію. 1000 килогр. пшеницы стоили:
Въ Англіи.
1876-1880 г,—206.80 марокъ.
1881-1885 г,—180.40
1889 г. . . .—137.00
>

Во Франціи.
229.40 марокъ.
205.60
198.30
>

Въ Пруссіи211.20 марокъ.
189.00
192.00

По новѣйшему отчету англійской парламентской аграр­
ной комиссіи офиціально установленныя цѣны пшеницы за
квартеръ достигали:
1889- 91 г. . 32 шил. 11 пенс.
1890- 92 г. . 33 >
1 »
1891- 39 г. . 31 »
2 >

1892-94 г. . 26 шил.

6 пенс.

1894-95 г. . 24

1

>

>

Килограммъ мяса стоилъ въ Берлинѣ въ 1881 —-85 гг.
119 пфен., 1886 — 90 гг. 115 пфен., въ Лондонѣ 1881—
85 гг. 124 пфен., въ 1886—1890 гг.—101 пфен.
Движеніе цѣнъ на съѣстные припасы идетъ, слѣдова­
тельно, съ 70-ыхъ годовъ въ направленіи, противоположномъ
прежнему.
Причины этой перемѣны, какъ и всякаго другого круп­
наго измѣненія въ современномъ сельскомъ хозяйствѣ, слѣ­
дуетъ искать въ развитіи индустріи, все бо.іѣе подчиняющей
себѣ это хозяйство.
Капиталистическій способъ производства обусловливаетъ
непрерывное революціонизированіе производства, благодаря
прогрессирующему накопленію новаго капитала и техниче­
скимъ переворотамъ, порождаемымъ безпрерывнымъ прогрес­
сомъ наукъ, взятыхъ капиталомъ къ себѣ на службу. Масса
капиталистически произведенныхъ продуктовъ растетъ поэтому
изъ года въ годъ въ капиталистическихъ націяхъ; она ра­
стетъ гораздо быстрѣе, чѣмъ населеніе.
Не странно ли, что этотъ непрерывный ростъ богатства
становится источникомъ увеличивающихся затрудненій для
капиталистическихъ производителей, благодаря тому обстоя­
тельству, что капиталистическій способъ производства—про­
изводство прибавочной цѣнности, достающейся классу не
наемныхъ рабочихъ, а капиталистовъ, въ то же время есть
производство въ крупныхъ размѣрахъ, массовое производство


— 315 —

продуктовъ, производство для потребленія массъ? Въ этомъ
существенное отличіе капиталистическаго способа производ­
ства отъ феодальнаго или античнаго. Феодалъ или рабовла­
дѣлецъ также выжималъ прибавочный продуктъ изъ своихъ ра­
бочихъ, но этотъ прибавочный продуктъ потреблялъ онъ самъ
съ своими приживалками. Капиталистически присвоенная при­
бавочная цѣнность напротивъ обыкновенно сначала прини­
маетъ форму продуктовъ, которые должны быть пріобрѣтены
массой населенія, чтобы затѣмъ получить форму продуктовъ,
идущихъ на потребленіе капиталистовъ. Капиталистъ точно
такъ же, какъ и феодалъ и рабовладѣлецъ, долженъ стре­
миться къ ограниченію потребленія массъ съ тѣмъ, чтобы
увеличить свое собственное; но при этомъ на немъ лежитъ
забота, неизвѣстная феодалу и рабовладѣльцу,—безпрерывно
повышать потребленіе массъ. Это противорѣчіе одна изъ са­
мыхъ характерныхъ, но также и одна изъ самыхъ непріят­
ныхъ проблемъ, рѣшеніе которыхъ стоитъ предъ современ­
нымъ капиталистомъ.
Наивные соціалъ-по.іитики, а также горячіе соціалисты
уже давно стараются доказать ему, что массовое потребленіе
тѣмъ выше, чѣмъ больше потребленіе трудящихся массъ, что
поэтому для поддержанія хода производства и постояннаго
его расширенія ему остается тоіько повышать заработную
плату. Но это соображеніе въ лучшемъ случаѣ могло бы за­
ставить отдѣльнаго капиталиста съ удовольствіемъ смотрѣть
на повышеніе заработной платы въ другихъ отрасляхъ произ­
водства, но никоимъ образомъ не у себя.
Пивоваръ, пожалуй, заинтересованъ въ повышеніи потре­
бленія массъ вслѣдствіе повышенія платы другихъ рабо­
чихъ, но никоимъ образомъ не въ повышеніи платы своихъ
собственныхъ рабочихъ. Вѣрно, что чѣмъ выше заработнаяі
плата, тѣмъ больше можетъ продавать капиталистъ. Но вѣдь,
онъ производитъ не затѣмъ, чтобы продавать, а чтобы класть
въ карманъ прибыль. Прибыль же, caeteris paribus, тѣмъ выше,
чѣмъ выше прибавочная цѣнность, а эта послѣдняя тѣмъ
выше, чѣмъ ниже, при томъ же количествѣ доставляемаго ра­
бочимъ труда, заработная 'ьвдт.ч.


— 316 —

Вѣдь капиталисты уже издавна знаютъ совсѣмъ другіе
способы повышать массовое потребленіе капиталистически про­
изведенныхъ продуктовъ, помимо повышенія потребленія ра­
бочихъ массъ. Не въ средѣ рабочаго пролетаріата ищутъ они
свой главный рынокъ сбыта, а въ еще не пролетаризирован­
ныхъ массахъ, прежде всего въ сельскомъ населеніи. Мы ви­
дѣли, какъ они разрушаютъ домашніе промыслы этого насе­
ленія и тѣмъ создаютъ крупный рынокъ для сбыта своихъ
массовыхъ продуктовъ.
Но этотъ рынокъ оказывается тѣмъ менѣе достаточнымъ,
чѣмъ большее развитіе получаютъ производительныя силы ка­
питалистическаго способа производства, чѣмъ большее пре­
обладаніе въ населеніи получаетъ классъ наемныхъ рабочихъ
т. е. тотъ классъ, который создаетъ массовый продуктъ, но
въ силу природы вещей можетъ потребить только часть своего
продукта. Расширеніе рынка за предѣлы своей націи, произ­
водство на міровой рынокъ и постоянное расширеніе по­
слѣдняго, становится вопросомъ существованія для капитали­
стической индустріи. Отсюда современная погоня за расши­
реніемъ рынковъ, стремленіе осчастливить негровъ при помощи
сапогъ и шляпъ, облагодѣтельствовать китайцевъ посредствомъ
броненосцевъ, пушекъ, желѣзныхъ дорогъ, столь характерное
для нашего времени. Самый внутренній рынокъ теперь почти
цѣликомъ зависитъ отъ внѣшняго. Отъ послѣдняго главнымъ
образомъ зависитъ, идутъ ли дѣла хорошо, могутъ ли много
потреблять пролетаріи и капиталисты, а съ ними и торговцы,
и ремесленники, и сельскіе хозяева.—И разъ внѣшній міро­
вой рынокъ оказывается неспособнымъ болѣе къ быстрому рас­
ширенію, капиталистическій способъ производства приходитъ
къ своему копцу *).
*) Вопросъ о безусловной необходимости внѣшнихъ рынковъ
или такъ называемыхъ «третьихъ лицъ», т. е. не капиталистиче­
скихъ производителей для капиталистическаго общества далеко не
можетъ считаться рѣшеннымъ окончательно. Мнѣніе это раздѣ­
ляется очень многими западноевропейскими послѣдователями
Маркса, въ томъ числѣ и Каутскимъ; у насъ къ нему примкнула
группа такъ наз. соціологовъ-субъѳктивистовъ, а также г. Струве.


— 317 —

б) Желѣзныя дороги.
Рука объ руку съ постояннымъ стремленіемъ къ расши­
ренію рынка сбыта для продуктовъ промышленности идетъ и
революціонизированіе транспортнаго дѣла.
Мы видѣли, что капиталистическій способъ производства
уже съ самаго начала покоится на массовомъ производствѣ.
Но, являясь массовымъ производствомъ, онъ нуждается также
в въ средствахъ для массоваго транспорта. И при томъ не
только для вывоза своихъ продуктовъ. Капиталистическая
крупная индустрія потребляетъ такую массу сырья, какую
не могутъ доставить ей сосѣднія мѣстности; она концентри­
руетъ такія массы людей, что ихъ не въ состояніи прокор­
мить эти мѣстности. Но сырые матеріалы и средства суще­
ствованія имѣютъ только незначительную удѣльную цѣнность,
въ большомъ вѣсѣ и объемѣ они содержатъ малое количество
труда; только особенно дешевыя средства передвиженія мо.гутъ транспортировать большія массы ихъ па большія раз­
стоянія, не повышая издержекъ до огромныхъ размѣровъ.
Такимъ дешевымъ массовымъ средствомъ передвиженія
являлся въ началѣ капиталистическаго способа производства
только водный путь. Этотъ способъ могъ развиться только
по морю или по особенно благопріятно расположеннымъ рѣ­
камъ. Но капиталистическій .способъ производства нуждается
не только въ дешевизнѣ, но и въ быстротѣ и обезпеченности
массоваго транспорта. Чѣмъ быстрѣе оборотъ капитала, тѣмъ
.меньшій капиталъ приходится затрачивать въ опредѣленномъ
предпріятіи для веденія его въ . данномъ размѣрѣ, тѣмъ
больше могутъ быть размѣры предпріятія при данномъ капи­
талѣ. Если я посылаю свои товары изъ Манчестера въ Гон­
конгъ, то для меня далеко не безразлично, получу ли я уплату

Радикальную критику эта теорія нашла у насъ сначала у г. Туганъ-Барановскаго въ его книгѣ: «Промышленные кризисы въ со­
временной Англіи», а затѣмъ у гг. Булгакова, Ильина и Нежда­
нова.


— 318 —

за- нихъ въ теченіе 3 мѣсяцевъ или же въ теченіе года. Если
мой капитанъ оборачивается 4 раза въ годъ, то моя прибыль,
при равенствѣ прочихъ условій, будетъ въ 4 раза больше,
чѣмъ при одномъ оборотѣ въ годъ.
Съ другой стороны, чѣмъ быстрѣе сообщеніе, тѣмъ въ
большемъ отдаленіи могу я искать себѣ покупателей, тѣмъ
скорѣе я могу расширять свой рынокъ сбыта безъ удлиненія
времени обращенія вложеннаго въ предпріятіе капитала, безъ
увеличенія этого капитала.
Чѣмъ больше быстрота сообщеній, тѣмъ меньшіе запасы
сырыхъ матеріаловъ приходится мнѣ дѣлать, чтобы вести свое
предпріятіе полнымъ ходомъ. И въ этомъ отношеніи всякое
улучшеніе транспортнаго дѣла ведетъ къ тому, что съ дан­
нымъ капиталомъ становится возможнымъ вести производство
въ большихъ размѣрахъ, или вести его въ прежнихъ размѣ­
рахъ съ меньшимъ капиталомъ, наконецъ также къ тому, что
получается возможность расширять кругъ своихъ отно­
шеній.
Въ томъ же направленіи дѣйствуетъ большая обезпечен-.
ность сообщеній. Она уменьшаетъ резервный капиталъ и за­
пасы сырья, которые долженъ имѣть предприниматель, чтобы
гарантировать себя отъ неправильностей сбыта и доставки.
Но водяной транспортъ на парусныхъ, гребныхъ судахъ
или при помощи конной тяги оставляетъ желать очень мно­
гаго въ смыслѣ быстроты и обезпеченности сообщеній. Каналы
и рѣки зимой замерзаютъ, море съ своими бурями ненадежно,
а еще хуже для спѣшащаго торговца штили или встрѣчные
вѣтры.
Только примѣненіе человѣкомъ силы пара дало воз­
можность создать тѣ формы массоваго транспорта, ко­
торыя, устраняя зависимость капиталистическаго способа про­
изводства отъ водныхъ путей, внѣдряютъ его также и внутрь
материковъ, и цѣлый міръ превращаютъ въ рынокъ сбыта для
исполински разростающейся крупной индустріи.
Уже въ началѣ нашего вѣка были изобрѣтены локомотивы
и желѣзныя дороги, но ихъ примѣненіе ограничивалось почти
исключительно тѣми областями, гдѣ преобладала крупная про-


— 319 —

мышленность. Только великія войны, покончившія съ пере­
житками старой Европы и Америки, проложили дорогу стре­
мительному развитію желѣзныхъ дорогъ и внѣ областей съ
крупной индустріей. Только съ того времени’желѣзная дорога
стала не продуктомъ капиталистическаго развитія, а его пред­
шественницей. Если Россія послѣ Крымской воины, АвстроВенгрія съ 1859 и еще болѣе съ 1866 г. всѣми способами
поощряли постройку желѣзныхъ дорогъ, то при этомъ дѣй­
ствовали главнымъ образомъ стратегическія соображенія. Это
вѣрно и по отношенію къ румынскимъ, турецкимъ, а также
индійскимъ желѣзнымъ дорогамъ. Но и коммерческая точка
зрѣнія имѣла при этомъ свое значеніе. Правительства нужда­
лись въ деньгахъ, чтобы имѣть возможность выдержать кон­
куренцію съ капиталистическими государствами; а един­
ственными продуктами, которые ихъ народы могли выносить
на рынокъ, были сырые матеріалы и съѣстные припасы.
Для нихъ нужно было создать массовыя средства транс­
порта.
Прежде всего этой цѣли служили желѣзныя дороги, по­
строенныя американскими капиталистами послѣ междуусобной
войны, доставившей капиталу всеобщее господство въ Союзѣ.
Благопріятные результаты этихъ дорогъ скоро вызвали подра­
жаніе, и теперь одной изъ главныхъ сторонъ дѣятельности
европейскаго финансоваго міра является постройка и эксплуа­
тація желѣзныхъ дорогъ въ совершенно отсталыхъ въ эко­
номическомъ отношеніи, часто даже въ безлюдныхъ стра­
нахъ внѣ Европы. Постройка такого рода желѣзныхъ дорогъ
представляетъ не только отводные каналы для излишка ка­
питаловъ, избытокъ которыхъ грозитъ задушить европейскій
классъ капиталистовъ, не только открываетъ, часто даже со­
здаетъ новые рынки для быстро растущей европейской инду­
стріи, но и открываетъ и создаетъ новые источники снаб­
женія сырыми матеріалами и съѣстными припасами. Совсѣмъ
недавно Giffen напечаталъ слѣдующую таблицу длины (въ
англійскихъ миляхъ=1609 метрамъ) желѣзнодорожной сѣти
къ концу слѣдующихъ годовъ:


— 320 —
1850.

1860.

1870.

1880.

1890.

1895.

Европа . .

.

14.551

33.354

64.667

105.429

141.552

155.284

.

.

9.604

33.547

58.848

109.521

2І2.724

229.722

Америка

....

—

844

5.118

9.948

22.023

26.890

Австралія . .

—

350

1.042

4.889

13.332

13.888

Африка . . .

—

278

956

2.904

6.522

8.169

232.691

305.143

433.953

Азія

24.155

Всего .

67.393

130.631

Въ 1870 г. протяженіе сѣти европейскихъ желѣзныхъ
дорогъ составляло еще */2 желѣзно-дорожной сѣти всего міра,
въ 1895 г. уже только 73. Длина ея за это время возрасла
почти въ 5 разъ, въ то-же время длина американской воз­
расла въ 7 разъ, а желѣзнодорожная сѣть остальныхъ 3
частей свѣта увеличилась болѣе, чѣмъ въ 30 разъ.
Подобный же переворотъ, хотя и не въ такой сильной
степени, вызвалъ паръ и въ мореплаваніи. По Іаппазсѣ’у во­
доизмѣщеніе приходящихъ и отплывающихъ судовъ въ важ­
нѣйшихъ причастныхъ къ мореплаванію странахъ міра составляло въ тоннахъ:
Общая сумма.
1872
1876
1889
1892

(38 странъ).
(46
„
).
(41
„
).
(41 „
).

. .
. .
. .
. .

137.22fi.600
189.785.300
360.970.800
382.480.600

Изъ нихъ паро­
выхъ судовъ.
52.908.900
100.754.700
287.965.100
313.393.100

Стоимость желѣзнодорожнаго и морского транспорта по­
стоянно падаетъ. По Зерингу, среднія тарифныя ставки съ
бушеля при транспортѣ изъ Чикаго въ Ныо-Іоркъ достигали:
По водному пути.
1868—24.54 цента.
1884— 6.60
„

По желѣзной дор.
42.6 цента.
13.0 „

Перевозка бушеля пшеницы изъ Ныо-Іорка въ Ливерпуль
на пароходѣ стоила въ среднемъ въ 1868 г. 14.36 цента, а
въ 1884 уже только 6.87.


— 321 —

Съ того времени фрахта еще больше понизились. Соглас­
но Yearbook of the United States, Departement of Agriculture,
1896 г., перевозка бушеля пшеницы отъ Ныо-Іорка до Ли­
верпуля обходилась въ:
Январѣ.
1885— 9.30 центовъ.
1890—11.13
„
1896— 6.12
„

Іюнѣ.
5.00 центовъ.
3.75
„
4.00
„

Перевозка 100 фунтовъ пшеницы по желѣзной дорогѣ отъ
Чикаго до Ныо-Іорка въ 1893 г. стоила 25 центовъ, а въ
1897 г. 20 центовъ.
Это развитіе транспорта совершенно измѣнило положеніе
европейскаго сельскаго хозяйства. Продукты сельскаго хозяй­
ства отличаются, какъ уже упоминалось, незначительной удѣль­
ной цѣнностью, т. е. они въ большомъ объемѣ и вѣсѣ со­
держатъ сравнительно немного человѣческаго труда, напр.,
картофель, сѣно, молоко, фрукты, а также пшеница и мясо.
Многіе изъ нихъ не выносятъ также долгой перевозки, какъ
напр., мясо, многіе сорта фруктовъ и овощей. При примитив­
ности перевозочныхъ средствъ транспортъ сильно повышалъ
цѣны этихъ продуктовъ, и доставка ихъ дальше извѣстныхъ,
очень ограниченныхъ разстояній, была совершенно невоз­
можна. Снабженіе съѣстными припасами городского рынка
оставалось преимущественно мѣстнымъ дѣломъ, ограничива­
лось сосѣдними мѣстностями. Эти мѣстности владѣли моно­
поліей эксплуатаціи городскихъ потребителей и прекрасно
пользовались ею. Высокіе транспортные расходы наиболѣе
отдаленныхъ имѣніи, которыя еще должны были участвовать
въ удовлетвореніи городскихъ потребностей, поднимали диф­
ференціальную земельную ренту ближайшихъ имѣній. Возра­
станіе затрудненій для распространенія доставки съѣстныхъ
припасовъ дальше извѣстной области позволяло также очень
сильно поднимать и абсолютную земельную ренту.
Постройка желѣзныхъ дорогъ, пока она ограничивалась
странами съ высокимъ индустріальнымъ развитіемъ, внесла
сюда лишь немногія измѣненія. Правда, желѣзныя дороги
открыли дли городского рынка новые источники снабженія
21


— 322 —

съѣстными припасами, но только производившіе при условіяхъ,
сходныхъ съ условіями ближайшихъ къ городу мѣстностей.
Но прежде всего эти желѣзныя дороги вызвали огромное рас­
ширеніе городского рынка; ибо только благодаря имъ сталъ
возможенъ тотъ быстрый ростъ и огромное увеличеніе числа
большихъ городовъ, которые такъ характерны для нашего
времени. Онѣ не вызвали также никакого паденія земельной
ренты; напротивъ, со времени начала постройки желѣзныхъ
дорогъ вплоть до 70-ыхъ годовъ земельная рента повсюду въ
Европѣ быстро росла. Желѣзныя дороги способствовали бы­
строму росту числа землевладѣльцевъ, воспользовавшихся
этимъ повышеніемъ ренты. Онѣ чрезвычайно увеличили общую
сумму земельной ренты, доставшуюся на долю сельскихъ зем­
левладѣльцевъ.
Иного рода было дѣйствіе тѣхъ желѣзныхъ дорогъ, ко­
торыя проводились въ экономически отсталыхъ странахъ. Но
и эти желѣзныя дороги едва ли привели къ перепроизводству
съѣстныхъ припасовъ; онѣ расширили городской рынокъ, уве­
личили количество индустріальнаго населенія, которое безъ
снабженія заокеанскими съѣстными припасами за послѣднія
десятилѣтія пѳ могло бы такъ быстро возрастать въ Европѣ.
Не количество ввозимыхъ съѣстныхъ припасовъ угрожаетъ
европейскому сельскому хозяйству, а условія ихъ произ­
водства. Производству не приходится тамъ нести того бре­
мени, которое налагаетъ на сельское хозяйство капиталисти­
ческій способъ производства, съ появленіемъ этихъ продук­
товъ па рынкѣ для европейскаго сельскаго хозяйства исчезла
возможность перелагать въ будущемъ на потребителей быстро
растущія тяготы, возложенныя на него частной собствен­
ностью на землю и капиталистическимъ производствомъ; ему
приходится самому нести это бремя, и въ этомъ имен­
но и состоитъ нынѣшній аграрный кризисъ.

в) Область конкуренціи въ производствѣ жизненныхъ
средствъ.
Страны, угнетающія европейское сельское хозяйство,
можно раздѣлить на 2 большія группы: области восточнаго


— 323 —

деспотизма и свободныя (нынѣшнія или прежнія) колоніи,
предполагая, что къ первымъ и теперь еще можно отнести
такія страны, какъ Россія. Именно по отношенію къ сель­
скому населенію такая группировка въ общихъ чертахъ мо­
жетъ быть признана вѣрной.
Въ первыхъ сельское населеніе цѣликомъ отдано въ
сжертву произволу государства и господствующихъ классовъ.
Здѣсь капитализмъ еще не создалъ національной политиче­
ской жизни, нація, по крайней мѣрѣ въ деревнѣ, здѣсь пред­
ставляетъ простой аггрегатъ сельскихъ общинъ, изъ которыхъ
каждая живетъ сама по себѣ, своей особой жизнью, и въ
своей изолированности является совершенно безсильной передъ
централизованной силой государства. Но пока такая нація
не перешагнула ступени простого товарнаго производства,
положеніе крестьянина въ подобномъ государствѣ еще не
слишкомъ плохо. Лично онъ едва соприкасается съ государ­
ственной властью; его охраняетъ и представительницей его
интересовъ передъ государствомъ является его демократически
организованная община, и государственная власть имѣетъ въ
рукахъ мало средствъ для чрезмѣрнаго выжиманія соковъ у
общины, да и мало поводовъ у нея къ тому, такъ какъ она
можетъ найти только ограниченное примѣненіе тѣмъ нату­
ральнымъ продуктамъ, въ формѣ которыхъ уплачиваются по­
винности. Жестокость восточнаго деспотизма и выжиманіе со­
ковъ проявляются сильнѣе въ городахъ и по отношенію къ
придворнымъ, высшимъ чиновникамъ, богатымъ купцамъ, чѣмъ
въ деревнѣ.
Все это однако совершенно измѣняется, когда государ­
ственная власть тѣмъ или другимъ путемъ приходитъ въ со­
прикосновеніе съ европейскимъ капитализмомъ. Европейская
цивилизація вступаетъ въ эти страны во образѣ милитаризма,
бюрократіи и государственныхъ долговъ; она также внезапно
повышаетъ потребность государственной власти въ деньгахъ,
какъ и ея силу по отношенію къ сельскимъ общинамъ. По­
винности теперь превращаются въ денежные налоги, и уже
существовавшіе отчасти, незначительные денежные налоги по­
вышаются до невыносимыхъ размѣровъ и взыскиваются без-


— 324 —

пощадно. Сельское хозяйство является главной отраслью про­
изводства въ такомъ государствѣ; тѣмъ тяжелѣй, чуть не
цѣликомъ падаетъ на него бремя налоговъ, чѣмъ безсильнѣе
сельское населеніе. Довольная жизнь крестьянина уходитъ въ
область преданій. Ему приходится вести хищническое хозяй­
ство, какъ во отношенію къ собственной рабочей силѣ, такъ
и по отношенію къ землѣ, чтобы выжать изъ нихъ все, что
только можно. Время досуга, время искусства отходятъ въ
прошлое, прекрасная рѣзьба по дереву и вышивки южно-рус­
скихъ крестьянъ—дѣло минувшихъ дней, какъ и времена до­
вольства. Собирается гораздо большая жатва, землѣ не дается
времени для отдыха; все, что не абсолютно необходимо для
скуднаго поддержанія жизни, идетъ на рынокъ. Но гдѣ найти
покупателей въ деревнѣ, гдѣ почти всякій житель—крестья­
нинъ, готовый продавать съѣстные припасы и вовсе не нуж­
дающійся въ ихъ покупкѣ? Вывозъ съѣстныхъ припасовъ ста­
новится вопросомъ жизни, постройка желѣзныхъ дорогъ, иду­
щихъ извнутри страны къ портамъ или сухопутнымъ грани­
цамъ, становится необходимостью для правительства, разъ оно
хочетъ получить возможность собирать съ крестьянъ денежные
налоги. Объ опредѣленіи цѣнъ этихъ съѣстныхъ припасовъ
издержками производства едва ли можетъ быть рѣчь. Они
произведены не капиталистически и продаются подъ давле­
ніемъ государственной власти и ростовщика, котораго выво­
дитъ на арену тотъ же переходъ къ денежнымъ налогамъ.
Чѣмъ выше налоги и ростовщическіе проценты, чѣмъ
больше нужда и долговое рабство крестьянина, тѣмъ болѣе
онъ принужденъ сбывать свои продукты по всякой цѣнѣ, тѣмъ
больше количество труда, которое онъ долженъ отдавать сво­
ему кредитору, деревенскому кулаку-крестьянину или зем­
левладѣльцу для погашенія долга, тѣмъ больше количество
выносимыхъ имъ на рынокъ продуктовъ, тѣмъ ниже цѣны,
которыя онъ за нихъ выручаетъ, тѣмъ дешевле продаются
продукты, производимые въ имѣніяхъ его кредитора. Возра­
стающее обремененіе крестьянъ налогами и ростовщическими
процентами не удорожаетъ, а удешевляетъ здѣсь продуктъ;
оно до самыхъ крайнихъ предѣловъ понижаетъ земельную


— 325 —

рейту и заработною плату мелкаго крестьянина, поскольку о
нихъ вообще здѣсь еще можетъ быть рѣчь.
Въ виду подобной конкуренціи не можетъ укрѣпиться
земледѣліе, продуцирующее на капиталистическихъ началахъ
и вынужденное считаться съ даннымъ жизненнымъ уровнемъ
сельскаго населенія, съ данной заработной платой и данной,
фиксированной въ земельныхъ цѣнахъ и ипотечныхъ долгахъ,
земельной рентой, земледѣліе, не ведущее хищническаго хо­
зяйства, а сохраняющее въ статическомъ состояніи плодоро­
діе почвы, и имѣющее при томъ въ своемъ распоряженіи лишь
недостаточное предложеніе рабочихъ рукъ.
Совершенно иной, чѣмъ эта конкуренція странъ восточ­
наго деспотизма, приходящихъ въ соприкосновеніе съ евро­
пейскимъ капитализмомъ, каковы Россія, Турція, Остъ-Индія,
представляется конкуренція колоній Америки и Австраліи.
Тамъ мы находимъ мощную демократію свободныхъ крестьянъ,
стоящую въ сторонѣ отъ міровой политики, не знающую
милитаризма и мало обремененную податями. Неизмѣримыя
пространства плодоносной земли здѣсь свободны отъ чьего-бы
то ни было владѣнія, ибо ея первоначальные властители, мало­
численное первобытное населеніе, искореняется или оттѣсняется
на небольшія территоріи. Здѣсь еще пе существуетъ моно­
поліи на землю единичныхъ лицъ, нѣтъ еще земельной ренты;
земля не имѣетъ еще цѣнности. Сельскому хозяину не нужно,
какъ въ Европѣ, большую часть своего капитала затрачивать
на покупку земли, онъ можетъ цѣликомъ употребить его на
обзаведеніе хозяйства. Поэтому при одинаковомъ приложеніи
капитала и одинаковой величинѣ земельной площади сельскій
хозяинъ въ колоніи можетъ достичь гораздо высшей ступени
сельско-хозяйственной культуры, чѣмъ въ Европѣ. И это ему
удается тѣмъ скорѣе, что колонистъ, приходя изъ Европы,
встрѣчаетъ совершенно новыя условія, къ которымъ ему
нужно приспособиться, причемъ быстро исчезаютъ традиціи
и предразсудки прошлаго, отягощающіе европейскаго кре­
стьянина.
Еще одно обстоятельство способствуетъ здѣсь развитію
сельско-хозяйственной культуры. Почва еще не истощена, еще


— 326 —

совершенно дѣвственна. Она не требуетъ никакого удобренія
и никакого плодосмѣна, и много лѣтъ подрядъ даетъ всегда
богатый урожай однихъ и тѣхъ же продуктовъ. Земледѣльцу
не нужно поэтому ни покупать удобренія, ни производить его
самому; онъ можетъ вполнѣ ограничиться воздѣлываніемъ
одного продукта, напр., пшеницы, и онъ дѣлаетъ это тѣмъ
скорѣе, чѣмъ болѣе развитъ обмѣнъ, чѣмъ болѣе онъ произ­
водитъ только товары и не нуждается болѣе въ производствѣ
для собственнаго потребленія. Эта односторонность производ­
ства даетъ ему возможность дѣлать необыкновенныя сбере­
женія въ рабочей силѣ и въ средствахъ производства, и въ
то же время вполнѣ приспособить свои средства производства
къ одной цѣли, для которой единственно они предназначены.
Воздѣлыватель пшеницы не нуждается ни въ стойлахъ для
скота, исключая упряжного, ни въ овинахъ для кормовыхъ
запасовъ, ни въ рабочихъ для содержанія скота; ему не
нужно воздѣлывать никакихъ корнеплодовъ, и онъ сбере­
гаетъ рабочую силу и матеріалъ. Вмѣстѣ съ отсутствіемъ зе­
мельной ренты и эта односторонность производства ведетъ къ
тому, что сельскій хозяинъ въ колоніи, при томъ же прило­
женіи капитала и труда и той же земельной площади, мо­
жетъ добиться высшаго дохода, чѣмъ въ Европѣ, или что
онъ, при томъ же приложеніи капитала и труда, можетъ об­
работать значительную большую земельную площадь съ тѣмъ
же доходомъ pro гектаръ. Для объясненія высокаго развитія
техники въ американскомъ сельскомъ хозяйствѣ обыкновенно
указываютъ на недостатокъ въ рабочихъ рукахъ и на высо­
кую заработную плату, вызывающіе переходъ къ машинному
труду. Но этотъ моментъ безъ двухъ другихъ, только что
подчеркнутыхъ моментовъ врядъ ли могъ бы въ такой мѣрѣ
оказать свое дѣйствіе, какъ это имѣетъ мѣсто въ дѣйстви­
тельности. «Рабочаго вопроса» въ томъ смыслѣ, какъ онъ
существуетъ въ европейскомъ сельскомъ хозяйствѣ, для ко­
лоній не существуетъ. Положимъ, населеніе ихъ гораздо
рѣже, чѣмъ населеніе европейскихъ культурныхъ странъ,
число рабочихъ рукъ въ отношеніи къ сферѣ приложенія
труда значительно меньше. Но отъ даннаго числа рабочихъ


— 327

зависитъ не процвѣтаніе сельскаго хозяйства, а только спо­
собъ его веденія. Гдѣ меньше рабочихъ, тамъ хозяйство ве­
дется экстенсивнѣе, тамъ по возможности больше человѣ­
ческаго труда замѣняется машинами и пр. Но ни въ какомъ
случаѣ не безразлично для процвѣтанія сельскаго хозяйства,
уменьшается ли, при данномъ способѣ обработки, число на­
ходящихся въ его распоряженіи рабочихъ рукъ или нѣтъ, и
суживается ли ихъ работоспособность или нѣтъ. Для про­
цвѣтанія сельскаго хозяйства рѣшающимъ является не дан­
ное количество и искусство его рабочихъ, а направленіе,
въ какомъ измѣняются эти факторы. А въ этомъ отноше­
ніи колоніи имѣютъ преимущество предъ Европой.
То самое бѣгство съ земли, которое обезлюдило деревни
Европы, доставляетъ не только городамъ, но и колоніямъ
все новыя толпы здоровыхъ сельчанъ, и при томъ самыхъ
интеллигентныхъ и энергичныхъ изъ нихъ, которые при но­
выхъ условіяхъ дѣлаются и не могутъ не дѣлаться еще энер­
гичнѣе и интеллигентнѣе. Тѣ, которые не могутъ приспосо­
биться къ совершенно измѣнившимся условіямъ, гибнутъ.
«Черезъ нѣсколько лѣтъ совершенно необразованный пересе­
ленецъ превращается въ очень дѣльнаго человѣка, тѣмъ бо­
лѣе, что онъ здѣсь чрезвычайно хорошо питается. Онъ по­
хожъ на растеніе, пересаженное изъ тощей почвы въ жир­
ную—и это сравненіе вѣрно и останется вѣрнымъ до тѣхъ
поръ, пока здѣсь трудъ будетъ вознаграждаться лучше, чѣмъ
въ Европѣ (R. Meyer, «Ursachen der amerikanischen Konkurrenz»,
16). Военной службы, которая отнимаетъ у земледѣлія ра­
бочія руки, въ колоніяхъ не существуетъ. Зерингъ («Die
landwirthschaftliche Konkurrenz Nordamerikas», 179) вырази­
тельно говоритъ: «Въ фермерскихъ округахъ часто слышны
жалобы на высокую заработную плату, но очень рѣдко на
недостатокъ въ рабочихъ рукахъ». Но и высокая заработная
плата не стоитъ на одномъ уровнѣ. Въ то время, какъ въ
Европѣ добывать сельскихъ рабочихъ въ достаточномъ коли­
чествѣ становится все труднѣе и потому ихъ заработная
плата въ общемъ повышается, въ колоніяхъ, благодаря посто­
янному притоку свѣжихъ рабочихъ силъ, она имѣетъ тен-


— 328 —

денцію къ паденію. По Зерингу (ibid., 469) мѣсячное жало­
ванье годичныхъ сельско-хозяйственныхъ рабочихъ въ долла­
рахъ равнялось;
Штат ы:
Калифорнія . . .
Восточные Штаты
Средніе
»
Западные
>
Южные
>

1866.
35.76
33.30
30.07
28.91
16,—

1869.
46.38
32.08
28.02
27.01
17.21

1875.
44.60
28.96
26.02
23.60
16.22

1879.
41.—
20.21
19.69
20.38
13.31

1881.
38.25
26.61
22.24
23.63
15.30

1885 (май).
38.75
25.55
23.50
22.25
14.25

Общее понижательное движеніе очевидно. Въ виду всѣхъ
приведенныхъ фактовъ легко видѣть, какъ смѣшенъ добрый
совѣтъ, который либеральные экономисты даютъ европейскимъ
сельскимъ хозяевамъ: имъ-де нужно стать столь же интел­
лигентными, какъ американцы, и американская конкуренція
будетъ побѣждена. Но замѣчательно, что въ процессѣ раз­
витія сами американцы, вмѣсто того, чтобы дѣлаться интелллигентнѣе, становятся менѣе интеллигентными, т. е. начина­
ютъ хозяйничать на европейскій манеръ.
Картина колоніальнаго сельскаго хозяйства, которую мы
только что нарисовали, для Соединенныхъ Штатовъ вѣрна
только въ незначительной степени. Это сельское хозяйство
основывается на хищнической обработкѣ (объ этомъ методѣ
хозяйства см. стр. 232—233). Рано или поздно оно истощаетъ
почву.
Благодаря этому, становится необходимымъ, чтобы сель­
скій хозяинъ отъ времени до времени переходилъ отъ исто­
щенной почвы къ свѣжей; для этого онъ долженъ или зара­
нѣе придать своему имѣнію такіе размѣры, чтобы оно ря­
домъ съ обрабатываемой частью содержало и не обрабаты­
ваемую, или, когда его земля истощится, онъ долженъ на­
правиться далѣе въ некультивированныя мѣстности и отвести
тамъ подъ культуру новый земельный участокъ. Тіо своему
кочевому характеру земледѣліе колонистовъ напоминаетъ зе­
мледѣліе древнихъ германцевъ, только съ тѣмъ различіемъ,
что оно ведется со всѣми вспомогательными средствами совре­
менной техники и служитъ не для собственнаго потребленія,
а для продажи. Но именно благодаря этому, современное ко­
чевое земледѣліе должно еще быстрѣе истощать почву, чѣмъ


— 329

это дѣлало земледѣліе германцевъ. Брошенная земля лежитъ
невоздѣланной, пока не возстановится ея плодородіе, или она
переходитъ къ сельскому хозяину, который начинаетъ хозяй­
ничать на европейскій манеръ, съ плодосмѣномъ и удобре­
ніемъ. Во всякомъ случаѣ старая почва рано или поздно дѣ­
лается негодной для экстенсивной хищнической обработки.
Почва, па которой можно 40 лѣтъ подрядъ непрерывно сѣять
пшеницу безъ удобренія (Зерингъ, ibid., стр 188),—большая
рѣдкость. Непостоянный характеръ американскаго сельскаго
хозяйства виденъ изъ слѣдующихъ цифръ: подъ пшеницей
было акровъ:
Западные
штаты.
1880.................... . 6.100.000
1890.................... . 11.400.000
Уменьшеніе"!—+5-800-000

Центральные
штаты.
23.700.000
17.600.000
—6.100.000

Восточные
штаты.
5.700.000
4.600.000
—1.100.000

За то же время въ сѣверо-восточныхъ штатахъ еще въ
большей степени сократилась общая площадь сельско-хозяй­
ственной культуры, съ 46.385.632 акровъ до 42.338.024, т. е.
болѣе, чѣмъ на 4 мил. акровъ. Земельный голодъ американ­
скихъ колонистовъ при такомъ быстромъ истощеніи почвы
долженъ быть еще сильнѣе, чѣмъ у древнихъ германцевъ, и
если Германія превратилась въ vagina gentium, въ вѣчно ро­
жающую мать многочисленныхъ пародовъ, въ вѣка переселе­
нія народовъ одинъ за другимъ тѣснившихся вплоть до
Африки, то востокъ Америки тоже превратился въ vagina
gentium, въ мѣсто исхода переселенцевъ, въ теченіе немно­
гихъ десятилѣтій заполнившихъ континентъ вплоть до бере­
говъ Тихаго океана.
Этому движенію на западъ способствовала сильная имми­
грація изъ Европы, ибо перспектива вести сельское хозяйство
безъ тягостей старой капиталистической цивилизаціи, безъ
земельной ренты, милитаризма, налоговъ, на плодоносной
почвѣ была слишкомъ заманчива, и она заставляла многочи­
сленныя толпы земледѣльцевъ покидать отцовскую землю, съ
которой, по увѣренію нашихъ поэтовъ и политиковъ, они


— 330 —

связаны неразрывными узами, и искать новой жизни за
океаномъ.
Теперь вся плодородная земля въ Соединенныхъ Шта­
тахъ—объектъ частной собственности. Число фермъ растетъ
все медленнѣе. Съ 1870 по 1880 г. число ихъ увеличилось
на 1.348.922, т. е. на 51°/0, съ 1880 по 1890 г.—только
на 555.734, т. е. на 14°/0. Земля болѣе не свободна, она
даетъ земельную ренту и имѣетъ цѣну. А вмѣстѣ съ тѣмъ
начинается отягощеніе земледѣлія бременемъ частной соб­
ственности подъ режимомъ капитализма. Американскій земле­
дѣлецъ нынѣ долженъ купить имѣніе, уменьшить свой произ­
водственный капиталъ на сумму покупной цѣны, онъ дол­
женъ хозяйничать на меньшей площади, чѣмъ это было
раньше, или влѣзать въ долги. Или онъ долженъ арендо­
вать имѣніе. Когда онъ умираетъ, онъ не можетъ болѣе
указывать своимъ сыновьямъ на вольную землю на дальнемъ
западѣ; имъ приходится дѣлить меледу собой его владѣніе,
или одинъ изъ нихъ долженъ откупить его у другихъ, что
также не можетъ не вести къ задолженности или къ умень­
шенію хозяйственнаго капитала. Наступаетъ измельченіе, за­
долженность имѣній и ухудшеніе ихъ хозяйственнаго обзаве­
денія. Но одновременно съ этимъ растутъ требованія, предъ­
являемыя сельскому хозяину. Почва истощена, новой земли
нельзя болѣе достать даромъ. Удобреніе, плодосмѣнъ, содер­
жаніе скота дѣлаются необходимыми, а все это требуетъ до­
бавочныхъ рабочихъ силъ и денегъ. Съ 1880 года въ Соед.
Штатахъ при переписяхъ регистрируются издержки на вспомо­
гательное удобреніе, примѣненное въ предшествующемъ году.
Онѣ составляли въ 1880 г. 28.600.000, въ 1890 г.—38.500.000
долларовъ. Вмѣстѣ съ этимъ выступаетъ на сцену новая при­
чина задолженности и мельчанія имѣній.
Арендная система и задолженность начинаютъ укореняться
и распространяться. Изъ всего числа сѣверо-американскихъ
сельско-хозяйственныхъ имѣній сдавалось въ аренду въ 1880 г.
25.56°/0, а въ 1890 г. 28.37°/О (ср. стр. 119). Задолженность
фермъ въ 1890 г. впервые регистрировалась во всемъ союзѣ.
Изъ числа фермъ, которыя не арендовались, а состояли въ


— 331

пользованіи самихъ собственниковъ, въ 1890 году 28.22°/0
были задолжены, въ томъ числѣ большая часть въ капитали­
стически развитыхъ штатахъ. Изъ числа 886.957 задолженныхъ сельско-хозяйственныхъ имѣній 177.508 находились въ
сѣверныхъ приатлантическихъ штатахъ (34.22% мѣстныхъ
фермъ), 618.429 (42.52°/0) въ сѣверныхъ центральныхъ шта­
тахъ, въ то время какъ въ западныхъ штатахъ только 31.751
(23.О9°/о), въ южныхъ при-атлантическихъ 31.080 (7.43%),
въ южныхъ центральныхъ штатахъ 28.189 (4.59%). Общая
сумма задолженности исчислялась въ 1086 милліоновъ дол­
ларовъ,-—35,55% цѣнности сельско-хозяйственныхъ имѣній.
Въ 88% задолженныхъ фермъ какъ причины задолженности
указывались: покупка, меліораціи, пріобрѣтеніе машинъ и
скота и т. под. Эти условія должны остановить потокъ имми­
граціи въ то самое время, какъ съ переходомъ отъ экстен­
сивной культуры къ интенсивной спросъ на рабочія руки
растетъ. Въ 1882 г. иммиграція въ Соед. Штаты достигла
своей высшей точки—788.992 иммигрантовъ. Съ тѣхъ поръ
она непрерывно падала и въ 1895 г. достигла едва 279.948
душъ. Эмиграція изъ Германіи, равнявшаяся въ 1891 году
220.902 душамъ, въ 1897 г. упала до 24.631.
При этомъ промышленность и торговля стремительно раз­
виваются и отвлекаютъ все большую часть населенія. Число
производительнаго населенія съ 1880 до 1890 г. увеличилось
въ промышленности на 49.1%, въ торговлѣ и транспортномъ
дѣлѣ на 78.2%, въ сельскомъ хозяйствѣ (включая горнодѣліе) только на 12.6%.
И для американскаго сельскаго хозяйства приближается
время его рабочаго вопроса. Но развитіе промышленности не
только прямо отнимаетъ у земледѣлія его рабочія руки, оно
кромѣ того способствуетъ развитію милитаризма. Индустрія
превращается въ экспортную промышленность, стремящуюся
овладѣть міровымъ рынкомъ, и вступаетъ въ конфликтъ съ
соперничающими націями. Военное дѣло предъявляетъ боль­
шія требованія, государственные долги растутъ, налоги уве­
личиваются. Ростъ промышленности влечетъ за собой кри­
зисы, потрясающіе всю страну, безработица принимаетъ угро-


332 —

жающіе размѣры, классовая борьба дѣлается все ожесточен­
нѣе, господствующіе классы нуждаются все въ болѣе силь­
ныхъ средствахъ для пресѣченія и предупрежденія неудоб­
ныхъ движеній. И это способствуетъ развитію милитаризма.
Но при этомъ само государство все болѣе дѣлается достояніемъ
высшихъ финансовыхъ сферъ, обирающихъ населеніе своими
монополіями. Все это означаетъ увеличеніе тягостей сельскаго
хозяйства Соединенныхъ Штатовъ и суженіе его способности
къ конкуренціи па міровомъ рынкѣ.
Конкуренція Европейской Россіи и Индіи со временемъ
также теряетъ свою остроту. Тамъ еще раньше, чѣмъ въ
Соединенныхъ Штатахъ, хищническое земледѣліе должно по­
вести къ банкротству господствующаго способа хозяйства,
ибо здѣсь меньше запасной земли, старая культурная почва
уже болѣе истощена и средства обработки земли все болѣе
ухудшаются, по мѣрѣ того какъ крестьянинъ становится бѣд­
нѣе и все болѣе теряетъ свой скотъ въ пользу ростовщика и
сборщика податей. Результатомъ являются хроническія, періо­
дически особенно обостряющіяся голодовки. Вывозъ можетъ
при этомъ еще нѣкоторое время рости, именно благодаря раз­
вивающейся постройкѣ желѣзныхъ дорогъ, втягивающихъ въ
водоворотъ мѣнового обращенія все новыя еще не истощен­
ныя области; но въ концѣ концовъ это хозяйство должно при­
вести или къ полному разоренію страны или къ переходу къ
капиталистическому хозяйству крупныхъ землевладѣльцевъ
или крупныхъ крестьянъ; въ Россіи имѣются уже многочи­
сленные зачатки послѣдняго.
Пролетаризація сельскаго населенія, выбрасывающая на
рынокъ массу дешевыхъ рукъ и большія пространства земли
для продажи, и обратная сторона этого процесса—возникно­
веніе многочисленнаго класса сельскихъ ростовщиковъ, на­
копляющихъ капиталы, вотъ и всѣ предварительныя условія
капиталистическаго производства. Благодаря имъ, условія
производства въ Россіи дѣлаются все болѣе похожими на
европейскія, а ея конкуренція оказываетъ все меньшее да­
вленіе на цѣны. Но сильно ошибаются тѣ, кто заключаетъ
изъ этого, что аграрный кризисъ скоро будетъ устраненъ.


— 333

Процессъ, вызвавшій его, безостановочно идетъ впередъ й
открываетъ капиталистическому способу производства все но­
выя области, какъ въ колоніяхъ, такъ и въ странахъ восточ­
наго деспотизма. Въ Канадѣ, въ Австраліи, въ Южной Аме­
рикѣ еще можно найти незаселенную землю. Д-ръ Рудольфъ
Мейеръ писалъ въ 1894 году:
«Въ лондонскомъ Economist отъ 9 сентября 1893 года
приводится выдержка изъ отчета чиновника англійскаго кон­
сульства въ Аргентинѣ, сообщающаго между прочимъ, что въ
текущемъ году находится подъ культурой только 12‘/а мил­
ліоновъ акровъ (5 милл. гектаровъ), а годны къ обработкѣ
240 милл. акровъ или 96 милл. гектаровъ. Но къ этому при­
бавляются еще обширнѣйшія пространства съ подобными же
условіями для обработки въ другихъ Лаплатскихъ Штатахъ,
Вецецуэлѣ и части Бразиліи, такъ что всю годную для обра­
ботки площадь въ Южной Америк!, удобную для воздѣ­
лыванія пшеницы, можно, пожалуй, исчислять въ 200 мил­
ліоновъ гектаровъ. Значеніе этого станетъ понятнымъ, если
принять во вниманіе, что подъ пшеницей, рожью, овсомъ и
ячменемъ въ послѣдніе годы было въ Соед. Штатахъ около
56 милліоновъ гектаровъ, въ Австро-Венгріи 13, въ Велико­
британіи и Ирландіи 4, въ Германіи 14, во Франціи 15 мил­
ліоновъ, всего 102 милл. гектаровъ. («Der Kapitalismus fin
de siècle, 469»).
Такъ же гласитъ и заключеніе англійской парламентской
аграрной комиссіи (1897). Сибирь съ ея 100 милліонами
гектаровъ хлѣбной площади открывается для мірового рынка
при помощи желѣзной дороги; съ сѣвера, юга, востока и за­
пада желѣзныя дороги быстро подвигаются къ центральной
Африкѣ, а открытіе Китая при помощи желѣзныхъ дорогъ—
вопросъ ближайшаго будущаго. Хотя въ послѣдней странѣ
ожидаютъ скорѣе увеличенія ввоза, а не вывоза жизненныхъ
средствъ, но экономическая структура Китая имѣетъ слиш­
комъ много общаго съ Индіей, чтобы мы не должны были
ожидать здѣсь отъ постройки желѣзныхъ дорогъ тѣхъ же ре­
зультатовъ, что и тамъ: гибели домашней промышленности,
быстрой задолженности крестьянства, медленнаго возпикнове-


— 334 -=

нія капиталистической промышленности, но на ряду съ этимъ/
одновременно съ ростомъ нищеты и голода,—роста вывоза
сельско-хозяйственныхъ продуктовъ. Индія, въ которой вѣчно
свирѣпствуетъ голодъ, вывозитъ обыкновенно пшеницу и
рисъ—около 20 милл. центнеровъ пшеницы и 20—30 мил­
ліоновъ центнеровъ риса.
Такъ же обстоитъ дѣло въ Россіи. По послѣднимъ дан­
нымъ крестьянство производитъ здѣсь ежегодно около 1387
милліоновъ пудовъ хлѣба (за вычетомъ сѣмянъ). Ему нужно
для своего пропитанія 1286 милліоновъ пудовъ ржи и для
скота 477 милл. пудовъ. Это даетъ дефицитъ въ 376 милл.
пудовъ, которые крестьянство должно было бы прикупать,
еслибы оно само и его скотъ питались, какъ слѣдуетъ. Вмѣсто
этого оно, какъ извѣстно, еще продаетъ хлѣбъ. Ему прихо­
дится аккуратно платить подати и долги, а продавать ему
больше нечего. Тѣ же причины заставятъ и китайскаго
крестьянина продавать пшеницу и рисъ, какъ бы онъ самъ
ни нуждался въ нихъ.
Конечно, не всѣ страны пригодны для производства пше­
ницы. Но вѣдь не безусловно и необходимо питаться пше­
ничной мукой. Уже сдѣланы попытки замѣнить пшеницу и
рожь другими злаками, маисомъ, рисомъ, просомъ etc. Эти
попытки не могутъ имѣть большого успѣха, пока подвозъ
пшеницы растетъ и потребности въ суррогатѣ не существу­
етъ. Но еслибы когда-нибудь дошло до того, что вся почва
подъ пшеницей и рожью оказалась запятой, а цѣны на хлѣбъ
продолжали бы непрерывно расти, то духъ изобрѣтательности
немедленно направился бы на замѣну прежнихъ хлѣбовъ сур­
рогатами изъ числа тропическихъ продуктовъ, и тогда въ ряды
конкурентовъ европейскихъ хлѣбныхъ производителей всту­
пили бы еще и тѣ тропическія страны, которыя не при­
годны для воздѣлыванія пшеницы: Центральная Америка,
Сѣверная Бразилія, значительная часть Африки, Индіи, Зонд­
скіе острова.
Конечно, и эта конкуренція должна была бы когда-ни­
будь прекратиться, потерять свой разрушительный характеръ.
Земная поверхность ограничена, а капиталистическій способъ


— 335 —

производства распространяется прямо съ головокружительной
быстротой. Поэтому когда-нибудь аграрный кризисъ долженъ
кончиться, по скольку онъ проистекаетъ изъ конкуренціи
отсталыхъ земледѣльческихъ странъ съ развитыми промышлен­
ными странами. Но если эта конкуренція прекратится, то
и капиталистическій способъ производства потеряетъ всякую
возможность дальнѣйшаго распространенія. А непрерывное
расширеніе есть его жизненный принципъ, ибо техническая
революція и накопленіе капитала безостановочно идутъ впе­
редъ, производство все болѣе превращается въ массовое произ­
водство, въ то время какъ доля массы въ продуктѣ его по­
стоянно понижается. Аграрный кризисъ можетъ поэтому
окончиться только всеобщимъ кризисомъ всего капиталисти­
ческаго общества. Можно отодвигать или приближать этотъ
моментъ, по несомнѣнно то, что аграрный кризисъ въ капита­
листическомъ обществѣ уже болѣе не прекратится, что онъ
принадлежитъ, такъ сказать, къ остову послѣдняго. Если
тягости капитализма, лежавшія до сихъ поръ гнетомъ на за­
падно-европейскомъ сельскомъ хозяйствѣ, нынѣ начинаютъ
давить его конкурентовъ въ Соединенныхъ Штатахъ, въ
Россіи и пр., то это доказываетъ не то, что аграрный кри­
зисъ въ Западной Европѣ приближается къ своему концу, но
что область его распространяется все дальше.
Уже 20 лѣтъ оптимисты, именно либеральные экономисты,
предсказываютъ намъ скорый конецъ аграрнаго кризиса, уже
20 лѣтъ онъ годъ отъ году углубляется и расширяется. Съ
нимъ мы должны считаться не какъ съ преходящимъ, а какъ
съ постояннымъ явленіемъ, явленіемъ, переворачивающимъ
всю экономическую и политическую жизнь. Мы должны от­
казаться здѣсь отъ изслѣдованія вопроса, какое обратное
дѣйствіе оказываетъ аграрный кризисъ на промышленность.
Замѣтимъ только, что ея развитіе сильно ускоряется имъ.
Прошли времена, къ которымъ примѣнима была поговорка:
Hat der Bauer Geld, hat’s die ganze Welt (т. e. если крестья­
нинъ богатъ деньгами, то богатъ ими весь свѣтъ). Наша за­
дача здѣсь заключается только въ томъ, чтобы обсудить тѣ
преобразованія въ сельскомъ хозяйствѣ, которыя отчасти вы-


— 336 —

эваны, отчасти ускорены внѣевропейской конкуренціей жиз­
ненными припасами.

г) Сокращеніе производства хлѣбовъ.
Для землевладѣльцевъ и сельскихъ хозяевъ ближайшимъ и
простѣйшимъ средствомъ противъ кризиса было обращеніе къ
государственной помощи, возмущеніе противъ «безплоднаго
манчестерства». Это значитъ: послѣ того какъ европейское
землевладѣніе потеряло экономическую власть для пере­
ложенія тягостей капиталистическихъ условій производства
на массу населенія, это должна сдѣлать политическая власть
путемъ установленія пошлинъ на хлѣбъ, измѣненія къ худ­
шему системы денежнаго обращенія (биметаллизмъ), выдачи
денежныхъ премій и т. под. Было бы излишнимъ еще разъ
разбирать теоретическую обоснованность этихъ мѣръ: она об­
суждалась уже столько разъ, что можно считать общеизвѣст­
ными соображенія, которыя здѣсь должны быть приняты во
вниманіе, и едва ли мы могли бы сказать здѣсь что-нибудь
новаго. Это обсужденіе тѣмъ болѣе излишне, что аграріи
сами начинаютъ понимать, какъ недалеко они уйдутъ съ
этими «маленькими средствами». Въ своихъ попыткахъ вызвать
искусственное вздорожаніе жизненныхъ средствъ они во всѣхъ
культурныхъ странахъ встрѣчаютъ самую рѣшительную оппо­
зицію рабочаго класса, болѣе всѣхъ задѣваемаго этимъ вздо­
рожаніемъ. Хлѣбныя пошлины до сихъ поръ нисколько не
помогли сельскому хозяйству. А если иногда и наступаютъ
условія, при которыхъ онѣ въ состояніи оказать значитель­
ное дѣйствіе и высоко поднять цѣпы па хлѣбъ, то онѣ ста­
вятъ громадное большинство населенія въ такія невыносимыя
условія, что должны пасть предъ его ропотомъ. Неурожай
1891 года вызвалъ во Франціи немедленное пониженіе хлѣб­
ныхъ пошлинъ (отъ іюля 1891 до іюля 1892); онъ вызвалъ
также и въ Германіи, хотя и не немедленно, пониженіе пош­
линъ, и не только преходящее, нои постоянное. Въ Англіи
ни одинъ серьезный политикъ не осмѣливается выступить за
искусственное поднятіе цѣнъ на жизненные припасы. Для
этого рабочій классъ тамъ слишкомъ могущественъ. А конку-


— 337

ренція съ фритредерской Англіей не дозволяетъ и остальнымъ
промышленнымъ странамъ слишкомъ взвинтить пошлины на
жизненныя средства. Упорство Англіи въ свободѣ ввоза
жизненныхъ-средствъ заставляетъ и континентальныхъ капи­
талистовъ вмѣстѣ съ рабочими противиться всякому возвы­
шенію хлѣбныхъ пошлинъ до уровня, на которомъ онѣ
могли бы парализовать вліяніе иностранной конкуренціи
жизненными припасами. Если аграрныя защитительныя по­
шлины въ Европѣ не поднимаются на громадную высоту, то
этому мы обязаны прежде всего могуществу рабочихъ въ
Англіи.
Но что результаты энергичной аграрной покровительственно­
таможенной политики, предполагая послѣднюю возможной,
пришлись бы на пользу не сельскому хозяйству, а только
землевладѣнію, т. е. что они сохранили бы высокія цѣны на
землю, удерживая на прежней высотѣ земельную ренту, и,
слѣдовательно, затянули бы то тяжелое положеніе, въ кото­
рое, благодаря этой рентѣ, попало сельское хозяйство, это
послѣ нашихъ разсужденій въ предыдущей главѣ не ну­
ждается въ особыхъ доказательствахъ. Попытки охранить
европейское земледѣліе отъ иностранной конкуренціи по­
шлинами и другими «маленькими средствами» во всѣхъ отно­
шеніяхъ безнадежны; опѣ даютъ только одинъ результатъ:
ими замедляется приспособленіе земледѣлія къ новымъ усло­
віямъ. Тѣмъ не менѣе это приспособленіе замѣтно подви­
гается впередъ. Одно изъ главныхъ преимуществъ за-океанской
конкуренціи заключается въ изобиліи земли, позволяющемъ
ей брать подъ запашку только лучшую, наиболѣе пригодную
для земледѣлія почву. Иначе обстоитъ дѣло въ Европѣ. Пока
каждое земледѣльческое хозяйство само удовлетворяло своимъ
потребностямъ, оно должно было производить все, въ чемъ
нуждалось, независимо отъ того, годится ли для этого почва
или нѣтъ. И па безплодной, каменистой, сильно покатой почвѣ
воздѣлывался хлѣбъ. Замѣна производства для собственнаго
потребленія производствомъ товаровъ на первыхъ порахъ мало
измѣнила въ этомъ отношеніи; наоборотъ, увеличеніе спроса
на хлѣбъ въ результатѣ быстраго роста населенія заставляло

22


— 338 —

переходить все къ менѣе плодородной почвѣ, заставляло все
большія пространства ея пускать подъ обработку. Это измѣ­
няется, какъ только выступаетъ за-океанская конкуренція.
Необходимость продолжать воздѣлываніе хлѣбовъ и на непри­
годной для этого почвѣ прекращается, и, гдѣ обстоятельства
благопріятны для этого, его бросаютъ и замѣняютъ другими
видами земледѣльческаго производства. Эта тенденція еще
усиливается обстоятельствами: за-океанская конкуренція сна­
чала даетъ себя чувствовать замѣтнѣе всего на хлѣбномъ
рынкѣ. Воздѣлываніе хлѣбовъ гораздо проще, требуетъ мень­
шей подготовки и рабочихъ силъ, чѣмъ, напр., интенсивное
скотоводство, разведеніе корнеплодовъ и овощей, воздѣлыва­
ніе фруктовъ. Хлѣбъ и между пищевыми веществами является
однимъ изъ товаровъ, имѣющихъ наибольшую специфическую
цѣнность въ отношеніи къ вѣсу и объему. Уже упомянутая
выше таблица 8аѣѣе£азѣ’а ясно показываетъ, это. По ней при
транспортѣ разнаго рода продуктовъ на каждый центнеръ
(50 килограммовъ) и милю падаетъ процентовъ стоимости то­
варовъ:

Родъ товара.

За перевозку За перевозку
по грунтовымъ по желѣзнымъ
цѣна за цент- дорогамъ 15 дор. 2,5 пфенНИ ГО ВЪ.
неръ въ пфен- пфенниговъ.
нигахъ.
гто центнеръ и милю.

30,00%

5,00%

..................

. 100

15,00 »

2,50 »

Солома .....................................

100

15,00 »

2,50 »

Картофель

150

10,00 >

1,66 »

200

7,50 »

1,25 »

Молоко, свѣжіе фрукты . .

400

3,75»

0,62 »

Пшеница................................

1.000

1,50 »

0,25 »

Живой скотъ.......................

2.000

0,25 »

0,25 »

Свѣжій кормъ.......................
Сахары, свекла

...........................

Сѣно.........................................

50

Итакъ пшеница стоитъ на самомъ верху. Издержки
транспорта живого скота не потерпѣли уменьшенія отъ же-


— 339 —

лѣзныхъ дорогъ. Скорость его транспорта, конечно, сильно
увеличилась. Издержки его транспорта равны издержкамъ
транспорта пшеницы. Но послѣдняя безъ вреда переноситъ
самый длинный транспортъ, храненіе, перегрузку, морское
путешествіе, въ то время какъ живой скотъ сильно страдаетъ
отъ продолжительнаго транспорта и отъ морского пути. Дер­
жать его въ складахъ и амбарахъ, конечно, невозможно. Сво­
ей нечувствительностью къ продолжительности и вреднымъ
вліяніямъ транспорта хлѣбъ стоитъ выше большинства дру­
гихъ массовыхъ продуктовъ сельскаго хозяйства — мяса, мо­
лока, фруктовъ, зелени, яицъ.
Ясно такимъ образомъ, что иностранная конкуренція
прежде всего проявляется въ сферѣ воздѣлыванія хлѣбныхъ
злаковъ, такъ что тѣ европейскіе сельскіе хозяева, которыхъ
ихъ земля не обрекаетъ именно на этотъ видъ производства,
ищутъ своего спасенія въ переходѣ къ производству другихъ,
вышеозначенныхъ продуктовъ. Но этотъ переходъ не въ ихъ
волѣ. Они могутъ совершить его только тамъ, гдѣ находятъ
рынокъ для этихъ продуктовъ. Экономическое развитіе часто
идетъ имъ наперекоръ. Мы видѣли, что въ силу ряда исто­
рическихъ и физіологическихъ моментовъ въ городахъ потреб­
леніе мяса значительно выше, чѣмъ въ деревняхъ. Такъ какъ
городское населеніе растетъ гораздо быстрѣе всего населенія,
то и спросъ на мясо долженъ расти относительно гораздо бы­
стрѣе. Съ другой стороны, вплоть до настоящаго столѣтія
производство молока, овощей, фруктовъ, яицъ и т. п. огра­
ничивалось немногими сосѣдними съ городами мѣстностями.
Въ деревнѣ и небольшихъ городкахъ почти каждый домъ,
даже и не крестьянскій, ведетъ сельское хозяйство въ такомъ
размѣрѣ, чтобы самому добывать эти продукты для собствен­
наго потребленія. Напротивъ, въ большихъ городахъ это не­
возможно. Поэтому, какъ только большіе города начинаютъ
вмѣщать значительную часть населенія, возникаетъ и силь­
ный спросъ на эти продукты, производство ихъ для рынка
тогда расширяется къ выгодѣ мужицкаго кошелька, но не
всегда къ выгодѣ его здоровья: до того его семейство пот­
ребляло молоко и яйца, производившіяся его хозяйствомъ, те22*


— 340 —

перь они странствуютъ на рынокъ и замѣняются кофе, вод­
кой и картофелемъ. Даже увеличеніе мясного питанія при
одновременномъ увеличеніи потребленія картофеля и умень­
шеніи потребленія молока и хлѣбныхъ злаковъ можетъ дѣй­
ствовать вредно (Ср. Weber въ 3-емъ томѣ «Verhältnisse der
Landarbeiter», 777J. Но статистикъ изъ роста потребленія
этихъ «предметовъ роскоши» выводитъ ростъ благосостоянія
населенія. То самое развитіе транспортнаго дѣла, которое
дѣлаетъ невыгоднымъ воздѣлываніе хлѣба, само дѣлаетъ воз­
можнымъ въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ производство для про­
дажи въ крупномъ масштабѣ мяса, молока etc., открывая для
нихъ рынки, отъ которыхъ до тѣхъ поръ онѣ были отрѣзаны.
Гдѣ вступаютъ въ дѣйствіе эти факторы, тамъ они большею
частью усиливаютъ благопріятныя мелкому производству тен­
денціи и ослабляютъ тенденціи благопріятныя крупному про­
изводству. Въ области производства хлѣбовъ послѣднее, по
большей части, стоитъ выше мелкаго производства, но именно
оно сильнѣе всего затрогивается за-океанской конкуренціей.
Области, въ которыхъ ищетъ убѣжища сельскій хозяинъ, вы­
битый съ позиціи на хлѣбномъ рынкѣ, какъ разъ принадле­
жатъ, исключая производство мяса, къ тѣмъ, въ которыхъ
мелкое производство еще скорѣе всего можетъ обороняться
отъ крупнаго. Но не надо преувеличивать вліянія этихъ фак­
торовъ. Они не вездѣ могутъ проявиться. Не вездѣ суще­
ствуютъ рынки для молока, овощей, мяса etc. Къ тому-жъ
увеличеніе, наир., количества содержимаго скота требуетъ
добавочнаго капитала и добавочныхъ рабочихъ силъ, имѣю­
щихся въ распоряженіи не у всякаго сельскаго хозяина.
Сильнѣе и раньше всего факторы, о которыхъ идетъ рѣчь,
проявились въ Англіи, климатъ которой очень благопріятенъ
дли пастбищнаго хозяйства и городское населеніе которой
уже давно стало значительнымъ. Уже въ 1851 году въ Ве­
ликобританіи въ городахъ жило столько же народа, сколько
и въ деревняхъ, въ Пруссіи же, наобороть, въ 1849 г. въ
городахъ жило немногимъ больше четверти населенія (28%);
только нынѣ въ Германской Имперіи городское населеніе
равно по численности сельскому. Кромѣ того въ Англіи гос-


— 341 —

подствуетъ капиталистическая арендная система; она принуж­
даетъ сельскаго хозяина изъ года въ годъ аккуратно выпла­
чивать свои арендныя деньги, лишаетъ его возможности пу­
темъ залога земли пріобрѣтать средства для дальнѣйшаго
веденія хозяйства, переставшаго приносить доходъ, принуж­
дая такимъ образомъ сельскихъ хозяевъ немедленно приспо­
собляться къ новымъ условіямъ.
Когда развилась за-океанская конкуренція жизненными
припасами, Англія, въ силу своего географическаго положе­
нія и своего интенсивнаго торговаго обращенія, стала ея пер­
вой и наиболѣе уязвимой жертвой. Излишекъ ввоза пшеницы
и пшеничной муки въ Англію (надъ вывозомъ) среднимъ чис­
ломъ составлялъ:
18’%5 ................................. 12.191.000 квартеровъ = 50,50%
188%5 ................................. 17.944.000 .
„
=04.20%
189%5 ................................. 22.890.000
,,
= 76Щ2%

всего количества пшеницы, поступившей на рынокъ. Итакъ,
только 7» потребляемой въ Англіи пшеницы произрастаетъ на
отечественной почвѣ. Но для англійскихъ сельскихъ хозяевъ
должно было съ самаго начала быть ясно, что времена хлѣб­
ныхъ пошлинъ прошли. Англія уже слишкомъ демократична,
ея сельское населеніе слишкомъ -слабо, ея промышленное на­
селеніе слишкомъ сильно, чтобы осмѣлились искусственно
сдѣлать его хлѣбъ дорогимъ. Сельское хозяйство стояло пе­
редъ альтернативой: или близкаго банкротства, или быстраго
измѣненія его производственныхъ условій. Въ большинствѣ
случаевъ оно нашло послѣдній выходъ. Лендлорды должны
были понизить свою земельную ренту—въ Ирландіи подъ дав
леніемъ законодательства, въ Англіи — подъ давленіемъ пол­
наго силъ класса арендаторовъ. Арендная плата за послѣдніе
годы въ лучшихъ мѣстностяхъ упала на 20 — 30%, въ пло­
хихъ на 50% и больше. Но при этомъ возрасли расходы на
зданія и меліораціи, на которыя не могли не пойти земле­
владѣльцы. Уже не разъ упоминавшійся докладъ англійской
аграрной комиссіи приводитъ не мало примѣровъ этому; при­
ведемъ здѣсь для иллюстраціи одинъ изъ нихъ, относящійся
къ Норфолькскому имѣнію. Здѣсь въ фунтахъ стерлинговъ
составляли:


— 342 —

1875

1894.

1.122

2.725
1.166

1.796
1.216

27,1

42,8

67,7

1.559

580

...........................

4.139

Расходы по имѣнію......................

Арендная плата

1885.

% арендной .платы, поглощавшійся
расходами .

• ......................

Чистый доходъ .

3.017

Итакъ, чистый доходъ землевладѣльца упалъ съ 60.000
марокъ до. 11.600. Но этого облегченія земледѣлія уменьше­
ніемъ земельной ренты оказалось недостаточно. Рука объ ру­
ку съ этимъ совершался переходъ отъ производства хлѣбовъ
къ скотоводству. Въ Соед. Королевствѣ въ среднемъ за годъ
собрано было квартеровъ пшеницы (за вычетомъ сѣмянъ):
1852—1859. . . 13.169.000
1860—1867 . . . 12.254.000

1868—1875 . . .11.632.000
1889—1890 . . . 8.770.000

Съ тѣхъ поръ производство упало въ среднемъ до 7 милл.
квартеровъ.

Площадь, засѣвавшаяся пшеницей, составляла:
1866—70 .................................... 3.801.000 акромъ.
1889 »....................................... 2.545.000
>
1894 >..................................... 1.985.000
1895 >...................................... 1.417.403
1896 > ..................................... 1.692.957
>

Напротивъ, луговая земля росла. Она равнялась въ Велико­
британіи въ 1875 году 13.312.000, въ 1885—15.342.000, въ
1895—16.611.000 акровъ.
Иначе идетъ развитіе въ Германіи. Ея континентальное
положеніе, ея хлѣбныя пошлины, консервативный характеръ
крестьянина замедляютъ ея развитіе, но съ другой стороны
это развитіе сопровождается прогрессомъ отъ отсталаго къ
болѣе интенсивному хозяйству, уничтоженіемъ пара и пере­
ходомъ отъ трехпольной къ плодосмѣнной системѣ хозяй­
ства, прогрессомъ, который далеко не вездѣ еще совер­
шился. Послѣдніе моменты естественно способствуютъ расши-


343 —

ренію воздѣлыванія хлѣбовъ. Уменьшеніе послѣдняго, его
вытѣсненіе скотоводствомъ, разведеніемъ овощей и фрук­
товъ ограничивается поэтому до сихъ поръ лишь отдѣль­
ными мѣстностями Германіи и въ общемъ не проявляется.
Въ Германской Имперіи посѣвная площадь въ гектарахъ составляла для:
1878.
Пшеницы
полбы.
Ржи. .
Ячменя.
Овса. .

.
.
.
.

и
.
.
.
.

2.222.500
5.950.200
1.623.300
3.753.100

1883.

2.306.100
5.817.100
1.754.300
3.773.800

1893.

1896.

2.398.200 2.249.90Ö
6.016.900 5.982.100
1.627.100 1.676.300
3.905.800 3.979.600

± за 1883 —
1896 гг.
— 56.200
+165.000
— 78.000
+205.800

Посѣвная площадь главнѣйшихъ хлѣбовъ такимъ образомъ
измѣнилась только незначительно.
Подъ хлѣбами и стручковыми растеніями вмѣстѣ въ 1883 г.
было 15.724.000 гектаровъ, въ 1893 году—15.992.000, при­
ростъ въ 268.000 гектаровъ. За тотъ же промежутокъ вре­
мени пространство пашенъ, запущенныхъ подъ пастбища и
подъ паръ, уменьшилось съ 3.336.830 гектаровъ до 2.760.347
гектаровъ, т. е. на 576.483 гектара.
Но въ то время, какъ пространство подъ хлѣбами въ цѣ­
ломъ осталось неизмѣннымъ, количество скота значительно
поднялось.
Считалось головъ:
Годъ. Рогат, скота.
1873. . . 15.776.700
1883. . . 15.786.800

Свиней.
7.124.100
9.206.200

Годъ. Рогат, скота. Свиней.
1892. . . 17.555.700
12.174.300
1897. . . 18.490.800
14.274.600

Итакъ, въ то время какъ съ 1873 по 1883 годъ коли­
чество рогатаго скота поднялось только незначительно, на
10.000 головъ, въ слѣдующемъ десятилѣтіи оно увеличилось
почти на 2 милл., а за послѣднее пятилѣтіе снова почти на
милліонъ. И приростъ свиней съ 1883 года также идетъ бо­
лѣе быстрымъ темпомъ, чѣмъ до 1883.
Хуже, чѣмъ въ Германіи, съ производствомъ хлѣбовъ об­
стоитъ дѣло во Франціи, не смотря на высокія хлѣбныя
пошлины. Воздѣлываемая площадь въ гектарахъ здѣсь распре­
дѣлялась:


— 344 —
1840.
Подъ хлѣба . 14.552.000
Искусствен.
луга . . . 1.577.000
Естествен.
луга и вы­
гоны. . . 4.198.000
Земля подъ
паромъ. . 6.763.000

н=за1862—
1892 гг.
14.827.000 — 794.000

1862.
15.621.000

15.096.000

2.773.000

3.538.000

3.532.000

+ 759.000

5.021.000

5.537.000

5.920.000

4- 899.000

5.148.000

3.644.000

3.368.000

—1.780.000

1882.

1892.

Хлѣбные посѣвы съ 1862 года, такимъ образомъ, значи­
тельно уменьшились по площади. Хотя этому способствовала
и потеря территоріи 1871 года (1.451.000 гектаровъ), но она
была болѣе чѣмъ покрыта суженіемъ парового поля, а умень­
шеніе воздѣлыванія хлѣбовъ продолжается съ 1882 по 1892 г.,
между тѣмъ какъ луга и выгоны расширяются, не смотря на
потерю территоріи.
И число рогатаго скота растетъ, а число лошадей падаетъ.
Считалось:
1862.
1882.
1892.
(89 департамента),
(86 департаментовъ).
Лошадей...............
2.914.412
2.837.952
2.794.529
Рогатаго скота . . 12.011.509
12.997.054
13.708.997

Но если экономисты-оптимисты думали, что переходъ отъ
производства хлѣбовъ къ производству мяса, молока, фрук­
товъ и т. п. спасетъ европейское земледѣліе отъ за-океанской
конкуренціи, то они ошибались. Техническая революція и
накопленіе капитала безостановочно идутъ впередъ, а за
ними—улучшеніе и удешевленіе средствъ транспорта, уско­
реніе передвиженія, усовершенствованіе методовъ консерви­
рованія. Но это означаетъ только то, что за-океанская кон­
куренція шагъ за шагомъ проникаетъ и въ тѣ области, въ
которыхъ ищетъ убѣжища стѣсненное европейское земледѣ­
ліе. Еще 20 лѣтъ тому назадъ весь живой скотъ, ввозившійся
въ Англію, былъ европейскаго происхожденія. Теперь изъ
Европы его почти совсѣмъ не ввозятъ, большая часть идетъ
изъ Сѣверной Америки; но уже возможно съ удобствомъ до­
ставлять по морю живой скотъ изъ Южной Америки. Изъ
всего количества живого рогатаго скота, ввезеннаго въ Ан­
глію, было изъ:


— 345 —

Соединен.
Штатовъ.
—°/
36 >
67 >
67 »

Европы.
187Й
1886
1891
1895

.
.
.
.

.
.
.
.

. .................. 99%
. ................. 43 »
.
. —>
. .

Канады, Аргентины.
_ 0/
1%
/о
-- »
21 »
21 >
1»
23 »
9>

Число головъ ввезеннаго рогатаго скота составляло:
а

Стр

Г

о

д

ъ.

ы

ВЫВ

Арген­
тина.

Соедин.
Штаты.

Канада.

1895

и

з

о

а:

ВСЕГО.

Другія
страны.

95.993

276.533

93.494

3.545

415.565

1896

. . .

101.591

393.119

65.699

2.143

562.552

1897

. .

126.495

415.299

73.867

1.675

618.336

.

1876

.................................

°//0
24

1886

.................................

—

аты

«=(
и
св

,х: ГО
рз о 3

св
<=І
св
св
к

)генина.

о_>
ІА)

един

к

ідернды.

К
Й

мані

Годъ.

ан ія.

Количество овецъ, ввезенныхъ живыми, распредѣлялось:
го 3

С £

°//0

7»

%

°//0

—

40

—

°// 0
—

°/Іо

30

%
—

%

5

45

—

9

—.

1

9

32

3

—

1891

.................................

—

12

—

7

61

3

9

6

2

1895

.................................

—

—

—

6

—

42

21

29

2

Въ дѣлѣ снабженія живыми овцами вытѣсненіе Европы
съ англійскаго рынка наступило позже, но зато развивалось
тѣмъ быстрѣе.
20 лѣтъ тому назадъ мясо можно было привозить черезъ
море только въ консервированномъ видѣ, въ видѣ соленаго
мяса, копченаго. Съ тѣхъ поръ пріемы сохраненія свѣжаго
мяса (при помощи холода) годнымъ къ употребленію на мно­
гія недѣли настолько усовершенствовались, что импортъ свѣ­
жаго за-океапскаго мяса въ Англію непрерывно растетъ. Въ
1876 г. было ввезено только 34.640 англійскихъ центнеровъ
свѣжей говядины, въ 1895 году—2.191.037, въ 1897 г.—-


— 346 —

3.010.387. Самыя большія количества его были ввезены изъ
Соед. Штатовъ.
Свѣжая баранина особо отмѣчается въ британской торго­
вой статистикѣ только съ 1882 года. Тогда ввозъ составлялъ
190.000 центнеровъ, въ 1895 году онъ равнялся 2.611.000,
въ 1897 году—3.193.276. Изъ этого количества изъ Австра­
ліи ввезено было 1.671.000, изъ Аргентины 715.000 центне­
ровъ.
Какъ и производство пшеницы, производство мяса въ Сое­
диненныхъ Штатахъ, повидимому, уже достигло въ вывозѣ
своей высшей точки. Экстенсивное пастбищное хозяйство, ко­
торое одно только дѣлаетъ выгоднымъ разведеніе скота для
за-океанскаго экспорта, требуетъ необозримыхъ пространствъ
земли, которыя однако все болѣе уменьшаются вслѣдствіе роста
населенія. Въ Соед. Штатахъ считалось:
Населенія.

Коровъ.

Быковъ и
прочаго
рогатаго
скота

Овецъ.

Свиней.

1870 ....................... 38.558.000 10.096.000 15.389.000 40.853.000 26.751.000
1880 ....................... 50.156.000 12.027.000 21.231.000 40.766.000 34.034.000
1890 ....................... 62.622.000 15.953.000 36.849.000 44.336.000 51.603.000
1895 ....................... 69.753.000 16.505.000 34.364.000 42.294.000 44.166.000

Только молочный скотъ растетъ въ числѣ, мясной же
скотъ уменьшается. Но выгоду отъ этого получаетъ не Европа,
а Аргентина и Австралія, гдѣ для расширенія пастбищнаго
хозяйства имѣются еще неизмѣримыя пространства. Въ снаб­
женіи Англіи овцами и бараниной обѣ страны теперь уже
стоятъ на первомъ мѣстѣ; ихъ вывозъ рогатаго скота и го­
вядины также быстро растетъ. Въ 1890 году изъ Аргентины
вывезено было 150.000 головъ рогатаго скота, въ 1894 г.—
220.500
На ряду съ производствомъ мяса на помощь нуждающемуся
земледѣлію призываютъ также молочное производство, воздѣ­
лываніе фруктовъ и овощей и разведеніе птицъ. Но еще


— 347 —

немного — и за-океанская конкуренція жизненными припа­
сами станетъ чувствительной и въ этихъ областяхъ. Отчасти
это справедливо уже и теперь, напр., въ разведеніи фрук­
товъ; оно встрѣчаетъ уже такую угрозу со стороны Америки,
что въ Германіи нашли необходимымъ объявить червецъ свя­
того Іосифа его патрономъ; онъ-то и держитъ свой охраняющій
щитъ надъ нѣмецкимъ яблокомъ.
Но и для свѣжихъ овощей должно наступить время за­
океанской конкуренціи. Количество ввозимаго въ Англію
лука въ 1876/78 въ среднемъ составляло 1.893 000 бушелей
въ годъ, за 189795—5.232.000. Одна Испанія ввезла за пер­
вый періодъ 41.000, за второй—-1.300.000 бушелей. Наряду
съ ней ввозъ шелъ изъ Голландіи, Франціи и Египта. Прочіе
свѣжіе овощи ввезены были въ Англію въ 187е/78 на сумму
227.000 фунт, стерлинговъ, въ 1893/эз же болѣе чѣмъ на
1.100.000 фунт, стерлинговъ. Свои яйца Англія получаетъ
изъ Италіи, Венгріи, Россіи. За послѣдніе же годы сдѣлана
удачная попытка ввоза свѣжаго молока изъ Голландіи и
Швеціи.
Техническія предпосылки открытія для за-океанской кон­
куренціи производства яицъ, овощей, молока etc. такимъ
образомъ уже нынѣ даны, и она тѣмъ скорѣе будетъ торже­
ствовать побѣду надъ старыми странами сельско-хозяйствен­
наго экспорта, чѣмъ болѣе тамъ такъ же, какъ въ Европѣ,
благодаря выступленію новыхъ экспортныхъ странъ, оттѣ­
сняется производство хлѣбовъ. До сихъ поръ улучшеніе тран­
спорта продуктовъ побочныхъ вѣтвей сельскаго хозяйства вре­
дило только сельскимъ хозяевамъ Англіи, сельскіе хозяева
непромышленныхъ областей остальной Европы выиграли при
этомъ, какъ поставщики той-же Англіи. Но въ концѣ кон­
цовъ и въ этой области хозяйство Европы прекратитъ свой
экспортъ, а за океанская конкуренція расширится, за исклю­
ченіемъ вѣтвей производства, слишкомъ незначительныхъ для
того, чтобы быть занятыми за-океанскимъ сельскимъ хозяиномъ.
Если эта конкуренція до сихъ поръ поражала главнымъ об­
разомъ области крупнаго производства, то послѣ она перей­
детъ и на области, въ которыхъ преобладаетъ сельско-хозяй-


— 348 —

ствеііное мелкое производство. Насколько отъ этого долженъ
обостриться аграрный кризисъ, объ этомъ нечего долго рас­
пространяться. Однако, европейское сельское хозяйство обла­
даетъ еще другими средствами обороны отъ за-океанскаго не­
пріятеля.

д) Соединеніе промышленности и земледѣлія.
До сихъ поръ мы ссылались преимущественно на Англію.
Для иллюстраціи того средства борьбы противъ за-океанской
конкуренціи, о которомъ сейчасъ у насъ будетъ рѣчь, мы
возьмемъ матеріалъ не по ту сторону канала—въ Англіи оно
до сихъ поръ не получило большого развитія,—а на конти­
нентѣ, гдѣ оно нашло лучшія условія для своего существо­
ванія, и прежде всего, понятно, въ самой Германіи, которая
намъ всего ближе.
Арендная система даетъ возможность переложить бремя за­
океанской конкуренціи прежде всего на землевладѣніе. Гдѣ
землевладѣлецъ и сельскій хозяинъ номинально одно лицо,
тамъ этому процессу мѣшаетъ фиксація земельной цѣны ипо­
течными долгами. Тамъ сельскіе хозяева раньше, чѣмъ при
арендной системѣ, принуждены искать другихъ средствъ для
пониженія издержекъ производства, и они находятъ средство,
для котораго болѣе благопріятна система веденія хозяйства
самимъ землевладѣльцемъ, чѣмъ арендная система: при первой
личный составъ сельскихъ хозяевъ извѣстной мѣстности болѣе
постояненъ, поэтому и ихъ совмѣстное дѣйствіе встрѣчаетъ
меньше препятствій.
Какъ мы уже знаемъ, продукты сельскаго хозяйства боль­
шею частью имѣютъ малую специфическую цѣнность, такъ
что возможность съ выгодой реализовать ихъ, какъ товары,
часто ограничивается узкимъ рынкомъ сбыта. Этотъ рынокъ
при неизмѣнныхъ издержкахъ транспорта значительно расши­
ряется, если соотвѣтствующій продуктъ экспортируется не
сырымъ, а обработаннымъ.
Нѣсколько цифръ изъ не разъ уже цитированной та­
блицы Зеттегаста иллюстрируютъ это весьма наглядно. На


— 349

центнеръ (въ 50 кило) и милю падаетъ процентовъ стоимости
товаровъ:
НАЗВАНІЕ

ТОВАРА.

Свекловица ............................

При транспортѣ по:
Рыночная
грунтовой до- желѣзной до­
цѣна pro цент­
рогѣ по 15 пф. рогѣ по 2,5 пф.
неръ. Марки.
Pro центнеръ и милю.

1.00

15.00%

2.50»/,

................................

35.00

0.43%

0.07%

Картофель............................

1.50

10.00%

1.66%

.................................

20.00

0.75%

0.12%

Живой скотъ.......................

20.00

0-25%

0.25%

Мясной экстрактъ ....

600.00

0.03"/,

0.0004%

Сахаръ

Спиртъ

Къ большей специфической цѣнности для многихъ про­
дуктовъ производства по обработкѣ пищевыхъ веществъ при­
бавляется еще другое преимущество: они легче сохраняются,
чѣмъ сырые продукты, напр., масло и сыръ, мясные, овощные
и фруктовые консервы etc.
Нѣкоторыя производства по обработкѣ сельско-хозяйствен­
ныхъ продуктовъ обладаютъ, однако, еще однимъ, но въ выс­
шей степени важнымъ преимуществомъ: фабрикатъ содержитъ
мало или даже совсѣмъ не содержитъ минеральныхъ состав­
ныхъ частей, которыя были бы необходимы для поддержанія
плодородія почвы. Его экспортъ не отнимаетъ у почвы ни­
какихъ важныхъ элементовъ. Между тѣмъ отбросы производ­
ства содержатъ вещества, которыя прямо или въ видѣ корма
для скота доставляютъ отличное удобреніе и, такимъ обра­
зомъ, обогащаютъ почву. Это имѣетъ мѣсто именно по отно­
шенію къ винокуреннымъ и свеклосахарнымъ заводамъ, кото­
рые своими отбросами, утилизируемыми въ качествѣ корма
для скота и удобренія, могущественно содѣйствовали подъему
производства хлѣбовъ и скотоводства тамъ, гдѣ они укорени­
лись, они сдѣлались необходимой основой интенсивнаго раціо­
нальнаго хозяйства. На ряду съ этимъ надо принять во вни­
маніе еще слѣдующее: производства по обработкѣ сельско­
хозяйственныхъ продуктовъ даютъ зимою занятіе людямъ и


— 350 —

рабочему скоту , безъ чего имъ нечего было бы дѣлать; паро­
вая машина крупно-промышленнаго заведенія облегчаетъ
имѣнію производство двигательной силы для земледѣлія—(для
молотилокъ, вѣялокъ, соломорѣзокъ, насосовъ, пилъ etc.);
послѣднее обстоятельство должно пріобрѣсти особенно важное
значеніе, когда электрическая передача силы прочно утвер­
дится въ земледѣліи, такъ что при помощи паровой силы за­
вода можно будетъ приводить въ движеніе и плугъ, молотилку,
возъ съ удобреніемъ на полѣ, сѣнокосилку. Въ нѣкоторыхъ
мѣстностяхъ, гдѣ условія къ тому благопріятны, все это рано
вызвало.у сельскихъ хозяевъ стремленіе къ открытію въ своихъ
имѣніяхъ промышленныхъ заведеній для переработки сырья.
Это стремленіе получило особенно могучій импульсъ подъ
вліяніемъ внѣ-европейской конкуренціи жизненными припа­
сами, понизившей цѣны сырыхъ продуктовъ и земельную ренту.
Теперь имѣлось двойное побужденіе возмѣстить прибылью
промышленнаго предпринимателя убытки сельскаго хозяина
или землевладѣльца, возмѣщать паденіе земельной ренты воз­
растающей промышленной прибылью, дешевый сырой продуктъ
превратить въ дорогой фабрикатъ. И здѣсь такъ же, какъ и
при всякомъ экономическомъ прогрессѣ нашего времени, круп­
ное производство шло впереди и извлекало наибольшія выгоды
изъ нововведеній. Мелкое производство обыкновенно не обла­
даетъ достаточнымъ капиталомъ и не производитъ достаточно
сырья, чтобы быть въ состояніи самому основать промышлен­
ное заведеніе для переработки своихъ продуктовъ. Мелкіе
сельскіе хозяева также менѣе подвижны, болѣе консервативны,
менѣе знакомы съ успѣхами техники и требованіями мірового
рынка, чѣмъ крупные сельскіе хозяева и капиталисты. Круп­
ные землевладѣльцы, именно владѣльцы латифундій, первые
завели въ своихъ имѣніяхъ крупныя промышленныя предпрі­
ятія; на ряду съ ними капиталисты основывали сельско-хозяй­
ственныя промышленныя заведенія и покупали землю, необ­
ходимую для производства сырого матеріала. Съ обѣихъ сто­
ронъ былъ проложенъ, такимъ образомъ, путь для соединенія
промышленности и земледѣлія. Рядомъ съ винокуренными и
свеклосахарными заводами въ крупныхъ имѣніяхъ возникли


— 351 —

крахмальные, пивоваренные заводы, послѣдніе, одпако, не въ
обширныхъ размѣрахъ, такъ какъ пивоваренное производство
по большей части выгоднѣе вести въ городѣ: сырой матеріалъ
заводовъ (пивоваренныхъ) обладаетъ отчасти такой же (ячмень),
отчасти высшей (хмѣль) специфической цѣнностью, чѣмъ про­
дуктъ, и легче послѣдняго транспортируется; сверхъ того яч­
мень, пригодный для пивоваренія, и хмѣль растутъ только въ
извѣстныхъ мѣстностяхъ. Кромѣ названныхъ сельско-хозяй­
ственныхъ промышленныхъ заведеній возникли еще молочныя
фермы, фабрики консервовъ изъ овощей, фруктовъ, моло­
ка и пр.
Одно изъ самыхъ крупныхъ преимуществъ латифундій
надъ мелкими хозяйствами состояло въ возможности выгоднаго
и всесторонняго соединенія промышленности и земледѣлія;
это преимущество больше всего тамъ, гдѣ латифундія доста­
вляетъ не только сырой матеріалъ, но и двигательную силу
для промышленности—силу воды, дрова изъ ближнихъ лѣсовъ,
при чемъ дѣлается излишнимъ транспортъ на далекія раз­
стоянія, уголь. Сколько при этомъ сберегается въ издержкахъ
транспорта и посреднической торговли!.
Благопріятные результаты, достигнутые въ этихъ произ­
водствахъ по обработкѣ сельско-хозяйственныхъ продуктовъ,
соблазняли и менѣе крупныя хозяйства къ попыткѣ овладѣть
ихъ выгодами. Подходящей формой для этого оказались това­
рищества; послѣднія подготовлены были уже единичными
капиталистическими предпріятіями, которыя были слишкомъ
велики для того, чтобы ихъ собственная земля могла достав­
лять имъ весь сырой матеріалъ, и которыя поэтому оказались
вынужденными заключить съ нѣсколькими окрестными сель­
скими хозяевами договоръ о доставкѣ сырого продукта. Если
такое предпріятіе велось акціонернымъ обществомъ, то по­
ставщикамъ—сельскимъ хозяевамъ — нужно было только прі­
обрѣсти акціи, и товарищество было готово. Въ теченіе не­
многихъ лѣтъ эти товарищества развились очень быстро, осо­
бенно въ Германіи. Здѣсь сельско-хозяйственныхъ товариществъ
(исключая ссудныхъ, товариществъ для закупки и сбыта)

считалось:


— 352 —

Товарищескихъ молочныхъ фермъ
Остальныхъ товариществъ ....

1891 г.
729
131

1892 г.

1890 г.

8(>9
160

1397
273

1897 г.
1574
481

Въ число послѣднихъ входятъ, главнымъ образомъ, винокурни, мельницы, пекарни, винные погреба и подобныя това­
рищества. Мы ничуть не сомнѣваемся, что это кооперативное
движеніе, которое еще только начинается, дастъ еще значи­
тельные результаты и вызоветъ крупное преобразованіе на­
шихъ сельско-хозяйственныхъ отношеній.
Но когда одни видятъ въ этомъ движеніи одну изъ пере­
ходныхъ стадій къ соціализму въ сельскомъ хозяйствѣ—дру­
гую переходную стадію видятъ въ остаткахъ средневѣковыхъ
альмендъ и общинныхъ луговъ, — а другіе — средство для
сохраненія самостоятельнаго, полнаго силъ крестьянства, то
мы не можемъ согласиться пи съ тѣми, ни съ другими. Отли­
чительной чертой современнаго соціализма служитъ то, что
согласно ему, средствами производства владѣютъ сами трудя­
щіеся, т. е. въ соціалистическомъ государствѣ, все общество.
Производительное товарищество, которое могло бы служить
переходной стадіей къ этому состоянію, должно было бы быть
организаціей производителей, которые являлись бы въ то же
время и собственниками средствъ производства. Одно изъ
самыхъ вѣскихъ возраженій противъ того воззрѣнія, которое
въ современныхъ производительныхъ товариществахъ рабочихъ
видитъ переходную стадію къ соціализму, состоитъ въ ука­
заніи на тотъ фактъ, что въ капиталистическомъ обществѣ
для процвѣтающаго производительнаго товарищества раньше
или позже наступаетъ моментъ, когда члены товарищества
начинаютъ пользоваться наемными рабочими, пролетаріями:
послѣдніе не имѣютъ уже никакой доли во владѣніи сред­
ствами производства и эксплуатируются членами товарищества.
Каждому производительному товариществу въ современномъ
обществѣ, если только оно процвѣтаетъ, а, слѣдовательно, и
расширяется, присуща, такимъ образомъ, тенденція къ пре­
вращенію въ капиталистическое предпріятіе. То, что въ
производительныхъ товариществахъ, основанныхъ наемными


— 353 —

рабочими, вначалѣ составляетъ только тенденцію, въ произ­
водительныхъ товариществахъ сельскихъ хозяевъ, о которыхъ
теперь идетъ рѣчь, является уже заранѣе предполагаемымъ
условіемъ. Рабочими въ кооперативномъ свекло-сахарномъ,
винокуренномъ заводахъ, молочной фермѣ, фабрикѣ консер­
вовъ, мельницѣ и пр. являются не члены товарищества, а
наемные рабочіе, нанятые и эксплуатируемые ими. Выгода,
доставляемая сельскимъ хозяевамъ товариществами, наряду
съ экономіей въ издержкахъ транспорта и торговли, заклю­
чается въ присвоеніи прибыли на капиталъ. Сельско-хо­
зяйственное производительное товарищество этого рода — а
другихъ пока еще нѣтъ,—есть переходная стадія къ капи­
тализму, а не къ соціализму.
Но перейдемъ къ вопросу о спасеніи при помощи товари­
ществъ мелкихъ крестьянъ. Тутъ прежде всего необходимо
замѣтить, что товарищества съ самаго начала недоступны
карликовому крестьянину, крестьянину — пролетарію, всего
болѣе нуждающемуся въ помощи. Вѣдь промышленное пред­
пріятіе требуетъ денегъ, а ихъ то у него и нѣтъ. Онъ не
въ состояніи также доставлять предпріятію сырой матеріалъ
требуемаго качества. Только для средняго класса производи­
тельныя товарищества могутъ имѣть значеніе. Но и здѣсь
на сторонѣ крупнаго производства постоянно будутъ значи­
тельныя преимущества по сравненію съ мелкимъ. Крупный
землевладѣлецъ, если только у него есть необходимыя деньги,
не встрѣчаетъ никакихъ препятствій къ введенію выгоднаго
промышленнаго предпріятія; какъ трудно, напротивъ, образо­
вать товарищество! Для крупнаго землевладѣльца приспосо­
бленіе его сельскаго хозяйства къ потребностямъ промышлен­
наго производства разумѣется само собой; какъ трудно, на­
противъ, установить единообразіе и правильность въ доставкѣ
произведеній разнообразныхъ мелкихъ сельскихъ хозяевъ!
Крупное производство въ земледѣліи лучше всего соот­
вѣтствуетъ потребностямъ сельско-хозяйственной крупной про­
мышленности. Часто послѣдняя вызываетъ къ жизни такое
крупное производство тамъ, гдѣ его еще не было. Сахарное
производство, этотъ классическій примѣръ сельско-хозяйствен-


— 354 —

ной крупной промышленности, сильно способствовало развитію
крупнаго производства въ сельскомъ хозяйствѣ; съ другой
стороны, Пааше указываетъ на то, что одну изъ причинъ,
мѣшающихъ его распространенію въ Южной Германіи, въ
нѣкоторыхъ мѣстностяхъ Франціи и сѣверной Италіи, слѣ­
дуетъ искать въ раздробленности мѣстнаго землевладѣнія.
Въ «Zukunft-» (V, 382), въ статьѣ о «Нѣмецкихъ сахарныхъ
заводахъ въ Америкѣ» докторъ Ihne говоритъ о раціональ­
номъ и дешевомъ производствѣ сахара въ отдѣльныхъ частяхъ
восточной Пруссіи, гдѣ владѣльцы большихъ имѣній выстроили
сахарные заводы и снабжаютъ ихъ свеклой, воздѣланной
ихъ собственными рабочими на ихъ собственной землѣ, не­
зависимо отъ колеблющагося и часто упрямаго настроенія
воздѣлывающихъ на своихъ поляхъ или въ огородахъ кресть­
янъ (Kossathe), какъ это дѣлаютъ и крупные владѣльцы план­
тацій Луизіаны съ своими заводами тростниковаго сахара» *).
Нѣкоторыя сельско-хозяйственныя промышленныя пред­
пріятія доставляютъ крупному хозяйству особыя выгоды.
Если въ крупномъ имѣніи имѣется винокуренный заводъ,
то заводскіе отбросы вполнѣ потребляются въ немъ же, и
хозяйство постоянно улучшается. Дѣло обстоитъ иначе, если
картофель доставляется винокуренному заводу съ различныхъ
сторонъ. «При трудности транспорта барды, вслѣдствіе боль­
шого содержанія въ ней воды, съ выгодой откармливать
скотъ возможно только при самой винокурнѣ. Если и другія
хозяйства поставляютъ картофель для завода, то происходитъ
обогащеніе полей винокуреннаго завода па счетъ этихъ по­
слѣднихъ, такъ какъ содержащіяся въ доставленномъ кар­
тофелѣ питательныя вещества почвы болѣе уже не возвра­
щаются имъ. «(Krafft, «Betriebslehre», 101). По хорошо зна­
комой таблицѣ Зеттегаста транспортъ барды винокуренныхъ
заводовъ обходится, при прочихъ равныхъ условіяхъ, pro
центнеръ и милю по грунтовой дорогѣ въ ЗО°/о ея стоимости,
а транспортъ картофеля только въ 10%. При кооперативныхъ
*) Kossathe—не имѣющій полевой земли, а только усадебную и
пріусадебный огородъ.


— 355 —

винокурняхъ ближайшіе къ нимъ дворы увеличатъ богатство
своей почвы, болѣе отдаленные истощатъ.
Подобнымъ же образомъ обстоитъ дѣло и съ сахарными
заводами. На ряду съ крупнымъ сельскимъ хозяйствомъ и
крупный капиталъ въ нѣкоторыхъ производствахъ можетъ
легче всего и, большею частію, съ наибольшей выгодой вос­
пользоваться преимуществами тѣснаго соединенія земледѣлія
и промышленности.
На послѣднемъ конгрессѣ нѣмецкихъ сельско-хозяйствен­
ныхъ товариществъ въ Дрезденѣ горячо рекомендовалось
сельскимъ хозяевамъ осйованіе кооперативныхъ пекаренъ и
мельницъ. На мѣсто нынѣшнихъ, часто весьма отсталыхъ
мелкихъ заведеній, должны стать кооперативныя крупныя
предпріятія, которыя доставили бы значительныя выгоды не
только своимъ членамъ, но и публикѣ. Идея поднять мелкое
производство въ сельскомъ хозяйствѣ, доставивъ ему прибыли
крупнаго производства отъ пекаренъ и мельницъ, во всякомъ
случаѣ очень заманчива, по крайней мѣрѣ, для мелкихъ сель­
скихъ хозяевъ. Въ меньшей степени—для владѣльцевъ не­
большихъ мельницъ и пекаренъ. Мелкое производство спа­
сается путемъ экспропріированія мелкихъ производителей, но
это не смущаетъ сельскихъ хозяевъ, какъ они сами объявили.
Между тѣмъ, если соединеніе въ однѣхъ рукахъ мельницъ,
пекаренъ и земледѣлія дѣйствительно даетъ такія выгоды,
какъ это утверждаютъ,—а мы нисколько въ этомъ не сомнѣ­
ваемся,—то не тяжелыя на подъемъ и бѣдныя капиталомъ
товарищества мелкихъ крестьянъ, а крупныя, сильныя капи­
таломъ мукомольныя мельницы прежде всѣхъ въ состояніи
присвоить себѣ эти преимущества. Прежде чѣмъ мелкіе сель­
скіе хозяева овладѣютъ крупными мельницами, эти послѣднія
станутъ полными распорядителями судебъ мелкихъ сельскихъ
хозяевъ и пекарей. Какія отношенія уже теперь являются
господствующими между крестьяниномъ и крупными мельни­
цами, на это бросаетъ свѣтъ слѣдующее письмо изъ хлѣбо­
родной мѣстности въ верхней Баваріи, обошедшее лѣтомъ
1897 г. нѣмецкую прессу:
«Двѣ мукомольныя мельницы, говорится въ немъ, господ-


— 356 —

ствуютъ надъ всей мѣстностью далеко вокругъ на 7 часовъ
ѣзды. Крестьяне находятся въ полномъ ихъ распоряженіи.
Суббота—базарный день въ маленькомъ провинціальномъ го­
родкѣ; но на рынокъ являются больше съ овсомъ; пшеницу
и рожь крестьяне уже не осмѣливаются везти на рынокъ,
ибо двое мельниковъ—единственные покупатели, и каждый,
кто ѣдетъ на рынокъ, а не къ нимъ, наказывается тѣмъ,
что ему предлагаютъ на 10 пфенниговъ меньше за центнеръ.
Свободная продажа хлѣба совершенно прекратилась; безпре­
кословно долженъ крестьянинъ везти свой товаръ и спокойно
ждать того, что дадутъ. Если онъ отказывается продать за
эту цѣну, то онъ получаетъ отвѣтъ: поѣзжай себѣ домой,—
я только что получилъ 1000 центнеровъ венгерской пше­
ницы».
Но если и въ области индустріализаціи сельскаго хозяй­
ства, какъ и въ другихъ областяхъ, крупное производство
имѣетъ за собой рядъ преимуществъ предъ мелкимъ, то это,
конечно, не доказываетъ, что и послѣднее не можетъ извлечь
нѣкоторыхъ и притомъ значительныхъ выгодъ изъ единствен­
ной доступной ему формы сельско-хозяйственной крупной про­
мышленности— сельско-хозяйственпаго производительнаго то­
варищества. Гдѣ удается осуществить его, тамъ оно превра­
щаетъ крестьянина въ капиталиста и позволяетъ ему обога­
щать свое сельско-хозяйственное производство плодами его ка­
питалистической эксплуатаціи, раціональнѣе устроить его и
поднять на извѣстную высоту. Спрашивается только, какъ
долго будетъ продолжаться этотъ волшебный фокусъ, превра­
щающій за ночь въ капиталиста крестьянина, идущаго спѣш­
ными шагами къ пролетаризаціи?
Первыя послѣдствія образованія товарищества тожде­
ственны съ послѣдствіями превращенія крестьянина въ по­
ставщика на чужую фабрику: онъ долженъ приспособить свое
хозяйство къ его потребностямъ.
Сахарный заводъ предписываетъ сельскому хозяйству, ка­
кими сѣменами ему засѣять свое поле и какое удобреніе при­
мѣнить; молочная ферма предписываетъ ему кормъ, время
удоя, иногда даже породу молочнаго скота.


— 357 —

Раньше боялись всякаго слишкомъ сильнаго азотистаго
удобренія, такъ какъ оно будто бы вредно вліяетъ на содер­
жаніе сахара въ свеклѣ. Фабрики поэтому большею частью
предписывали отношеніе азота къ фосфорной кислотѣ 1 : 2 и
совершенно запрещали примѣненіе чилійской селитры, равно
какъ и воздѣлываніе свеклы при свѣжемъ навозномъ удобре­
ніи. Изъ этихъ предписаній удержалось только запрещеніе
примѣненія чилійской селитры и воздѣлываніе свеклы при
удобреніи такимъ навозомъ, который вывезенъ въ поле послѣ
Рождества. Напротивъ, отношеніе азота къ фосфорной ки­
слотѣ постепенно все болѣе измѣняли къ выгодѣ перваго, такъ
что теперь нѣкоторыя фабрики требуютъ уже отношенія 2 : 3
или 3:4, а большое число ихъ требуетъ даже отношенія 1:1
(Kärger, «Sachsengängerei», 14).
Эти предписанія дѣлаются лишними тамъ, гдѣ сельскія
хозяйства уже совершенно приспособились къ свеклосахар­
ному производству. Stöckel въ своемъ сочиненіи объ «Устрой­
ствѣ, организаціи и веденіи товарищескихъ молочныхъ фермъ»
даетъ образецъ товарищеской молочной торговли. § 4 гласитъ:
«Въ этотъ параграфъ должны быть включены всѣ необходимыя
предписанія относительно корма коровъ. При продажѣ свѣ­
жаго молока, особенно при доставкѣ такъ называемаго молока
кормилицъ, нельзя обойтись безъ опредѣленныхъ, обязатель­
ныхъ предписаній о кормѣ.
«Для производительныхъ товариществъ также могутъ ока­
заться необходимыми опредѣленныя предписанія о кормѣ,
именно ограниченіе корма такими кормовыми средствами, ко­
торыя вліяютъ на вкусъ и сохранимость масла.
«§ 5. Время удоя коровъ слѣдуетъ установить такъ, что­
бы молоко доставлялось въ товарищество прямо изъ хлѣва,
и пр.
«§ 6. При доеніи слѣдуетъ соблюдать величайшую чистоту
и пр.
«§ 7. Членамъ наблюдательнаго совѣта и членамъ пра­
вленія предоставляется право во всякое время безъ преду­
прежденія посѣщать принадлежащіе членамъ товарище­
ства хлѣва для коровъ и помѣщенія для сохраненія молока,


— 358 —

присутствовать при доеніи и брать пробы выдоеннаго молока.
Эти уполномоченные въ правѣ требовать отъ членовъ или ихъ
замѣстителей точныхъ разъясненій относительно корма молоч­
наго скота, обхожденія съ нимъ и т. п.» (102—-104).
«Въ Даніи молочныя товарищества даютъ предписанія на­
счетъ корма и содержанія коровъ, чтобы обезпечить однообразіе
качества, отсутствіе непріятнаго привкуса и равномѣрность
производства молока за зиму». (Докладъ парламентской аграр­
ной комиссіи въ Англіи, 1897, 126). — Крестьянинъ пере­
стаетъ, такимъ образомъ, быть господиномъ въ своемъ сельско­
хозяйственномъ производствѣ; оно становится придаткомъ про­
мышленнаго предпріятія, потребностями котораго оно должно
руководиться. Крестьянинъ становится детализированнымъ ра­
бочимъ фабрики. Часто онъ попадаетъ даже и въ техническую
зависимость отъ промышленнаго предпріятія, поскольку послѣд­
нее, какъ мы уже замѣтили, доставляетъ ему кормъ для скота
и удобреніе. Рука объ руку съ этой технической зависимостью
идетъ и чисто экономическая зависимость крестьянина отъ то­
варищества. Оно не только доставляетъ средства для улуч­
шенія сельско-хозяйственнаго производства и для покрытія его
случайныхъ дефицитовъ; по мѣрѣ того, какъ послѣднее при­
способляется къ его потребностямъ, оно становится и един­
ственнымъ потребителемъ производимыхъ крестьяниномъ това­
ровъ. Сельско-хозяйственное производство не можетъ болѣе су­
ществовать безъ промышленнаго; послѣдне дѣлается его опорой,
съ крушеніемъ которой гибнетъ и первое. А такое крушеніе
наступаетъ слишкомъ легко.
Чѣмъ выше прибыли, получаемыя сельско-хозяйственной
промышленностью, тѣмъ больше капиталовъ привлекаются ею.
Высокія прибыли теперь обыкновенно даютъ только предпріятія,
стоящія настолько выше средняго по величинѣ капитала, что
могутъ и въ техническомъ, и въ коммерческомъ отношеніи от­
разить всякую конкуренцію. Далѣе онѣ могутъ извлекаться
въ производствахъ, которыя по своей природѣ, или благодаря
особенно сложившимся обстоятельствамъ, допускаютъ монопо­
лизацію, или наконецъ въ производствахъ, которыя вновь со­
здаются техническими и экономическими революціями или вновь


— 359 —

открываются для капиталистической эксплуатаціи, какъ, напр.,
нынѣ въ области электро-техники. Но высокія прибыли по­
слѣдняго рода держатся не долго; скоро вновь открытая об­
ласть переполняется, и перепроизводство дѣлается хрониче­
скимъ. Первые снимаютъ сливки, послѣдующимъ остается
только снятое молоко—иногда даже нѣтъ и этого. И въ этомъ
отношеніи въ сельско-хозяйственной промышленности на сто­
ронѣ крупнаго землевладѣльца, особенно если онъ капиталистъ,
имѣется преимущество передъ мелкимъ землевладѣніемъ и то­
вариществомъ; онъ подвижнѣе, предпріимчивѣе, дальновиднѣе,
легче на подъемъ, чѣмъ мелкій землевладѣлецъ или товари­
щество, можетъ гораздо скорѣе основать сельско-хозяйствен­
ное производство тамъ, гдѣ даны необходимыя условія, пока
оно еще выгодно. Для всякой сельско-хозяйственной индустріи,
какъ и для всякой другой, раньше или позже наступаетъ мо­
ментъ, когда она попадаетъ въ тяжелое положеніе, когда цѣны
падаютъ, когда конкуренція свирѣпствуетъ и убиваетъ болѣе
слабыхъ и неопытныхъ, когда наконецъ соотвѣтственную об­
ласть промышленности потрясаютъ отъ времени до времени
кризисы, частью общіе, совпадающіе съ общимъ круговоро­
томъ хозяйственнаго процвѣтанія и угнетенія, частью част­
ные, вызванные особенными техническими, экономическими,
законодательными перемѣнами. Чѣмъ болѣе покровительствуетъ
этой промышленности государственная власть, чѣмъ больше
преимуществъ она даетъ ей въ интересахъ сельскаго хозяй­
ства на счетъ всего населенія, тѣмъ скорѣе наступаетъ этотъ мо­
ментъ. Европейское производство спирта и сахара ясно до­
казываетъ это. Какъ то, такъ и другое усиленно поощрялось
привилегіями всякаго рода, вывозными преміями въ формѣ воз­
врата уплаченнаго налога въ Германіи и въ Австріи, Россіи
и Франціи. Съ 1872 по 1881 г. въ районѣ взиманія импер­
скихъ налоговъ число винокуренъ, переработывавшихъ мучни­
стыя вещества или патоку, возрасло только съ 7011 до 7280.
а число винокуренъ, выплачивающихъ свыше 15.000 марокъ
водочнаго налога, поднялось съ 789 до 1492; оно почти удво­
илось. Съ 1880/8і — 1885/8в г.г. количество картофеля, пере­
рабатывавшагося при винокуреніи, поднялось съ 1.982.000


— 360 —

до 3.087.000 тоннъ. Слѣдствіемъ этого блестящаго расцвѣта
былъ кризисъ, разразившійся въ 1884 г. Во всякомъ случаѣ
онъ повлекъ за собой немедленную помощь бисмарковскаго
правительства нуждающейся промышленности. Ему наконецъ
удалось провести законъ объ обложеніи 1887 года, обезпечи­
вающій за винокурнями извѣстную „подачку“ („Liebesgabe“)
въ 40 милліоновъ марокъ ежегодно, и сильно противодѣй­
ствующій перепроизводству; въ 1895 году онъ былъ дополненъ
новымъ закономъ, еще сильнѣе ограничивающимъ перепроизвод­
ство спирта и еще болѣе удорожающимъ водку внутри, съ
цѣлью изъ собраннаго налога составить вывозную премію въ
6 марокъ съ гектолитра. И не смотря па все это, призракъ
спиртнаго краха не сходитъ со сцены.
Сахаръ можетъ похвалиться не меньшими заботами прави­
тельствъ, чѣмъ спиртъ—вѣдь и его производство находится
въ рукахъ высокихъ особъ. Результатъ—поразительный ростъ
сахароваренія. Въ Германской Имперіи считалось:
Заводовъ, перорабатывавшііхъ
свеклу.

18’7,2.................... 311
188782 ................ 343
189792 ................. 403
1897а,.................... 399

Количество пореработанней
свеклы—тоннъ.

2.251.000
6.272.000
9.488.000
13.722.000

Въ томъ числѣ
добыто самими
заводами—тоннъ

Количество добытаго сырца
сахара—т< инъ.

1.504.000
3.432.000
4.644.114
5.782.051

186.С00
600.000
1.144.000
1.739.000

Въ то же время въ Германской Имперіи въ тоннахъ считалось:
Потребленіе сахара.
18’7,2.................... . 221.799
188782 .................... . 291.045
18°731.................... . 476.265
18’7.,.................... . 505.078

Вывозъ сахара.
14.276
314.410
607.611
1.141.097

Какъ сильно ни возросли потребленіе сахара и особенно
вывозъ, за послѣднее время они далеко отстаютъ отъ произ­
водства. Въ 189В/э7 г. потребленіе и вывозъ сахара вмѣстѣ
составляли въ круглыхъ цифрахъ 1.640.000 тоннъ, а произ­
водство достигло 1.740.000 тоннъ, перепроизводство равня­
лось слѣдовательно 100.000 тоннъ. При этомъ положеніе са­
харной промышленности въ послѣднее время, благодаря ку­
банской воинѣ, совершенно затруднившей экспортъ сахара съ


— 361 —

Кубы, было особенно благопріятнымъ. Въ 1894/96 г. перепроиз­
водство нѣмецкой сахарной индустріи надъ внутреннимъ по­
требленіемъ и вывозомъ достигало 300,000.
Нельзя ожидать улучшенія теперешняго состоянія сахар­
ной промышленности, скорѣе слѣдуетъ ожидать его ухудше­
нія. Давленіе за-океанской конкуренціи, ведущее къ раз­
витію сельско-хозяйственныхъ индустрій, и искусственное
поощреніе этого развитія путемъ постоянно повышаемыхъ
премій имѣютъ мѣсто и въ другихъ странахъ. Въ круглыхъ
цифрахъ производство свекловицы, выраженное въ тоннахъ
сахара - сырца (по М. Шиппелю «Сахарный кризисъ, вы­
возныя преміи и сахарный картель», «Neue Zeit,» XV, I, 622),
показано въ слѣд. таблицѣ:
Въ Гер­
маніи.

Австріи.

Фран­
ціи.

Бельгіи
Россіи. и Гол­
ландіи.

Другихъ
европей­
скихъ
странахъ.

Всего.

4.200.000

780.000 640.000 550.000 230.000

90.000 3.490.000

18»=/s4

. 1.370.000

840.000 570.000 650.000 310.000

110.000 3.850.000

1887,ь

•

1.830.000 1.060.000 780.000 620.000 370.000

150.000 4.810.000

18’7,2

•

На ряду съ Англіей нашимъ лучшимъ потребителемъ са­
хара являются Соединенные Штаты Сѣверной Америки. Вы­
возъ изъ Германской Имперіи сахара-сырца, сахара-рафи­
нада и т. п. въ тоннахъ составляетъ:
Всего.
1891 .....................
781.000
1896 .....................
974.000
1897 ..................... 1.120.000

Въ Великобританію. Въ Соед. Штаты.
454.000
140.000
513.000
316.008
564.000
376.000

Американцы дѣлаютъ между тѣмъ не малыя усилія соз­
дать собственное свекло-сахарное производство. Уже упомя­
нутый I'. W. Ihne, президентъ политехническаго общества въ
Чгкаго, въ своей статьѣ въ берлинской «Zukunft», стр. 380,
приглашаетъ нѣмецкихъ машино-строителей воспользоваться
представляющейся возможностью и основать свеклосахарные
заводы въ Америкѣ. Какъ это патріотично! Старанія амери­
канцевъ будутъ тѣмъ сильнѣе, чѣмъ меньше доходнымъ бу-


— 362 —
детъ становиться воздѣлываніе пшеницы. Но сахарная про­
мышленность, какъ показываютъ приведенныя данныя, спо­
собна къ самому быстрому расцвѣту, а американцы—подхо­
дящіе люди для того, чтобы быстро поднять ее на высоту.
А въ государствахъ Европы съ развитымъ сахаровареніемъ
вывозныя преміи возвышаются вмѣсто того, чтобы понижать­
ся. Въ Германіи онѣ въ 1896 году были удвоены (съ 17) до
2’Д марокъ). Съ преміями дѣло обстоитъ такъ же, какъ и съ
покровительственными пошлинами и милитаризмомъ; разъ сдѣ­
лано начало, уже нельзя остановиться, когда вздумается.
Всѣ знаютъ, что система премій ведетъ къ перепроизводству,
къ страшному кризису,—но всякій боится, что кризисъ бу­
детъ еще страшнѣе для его страны, если она одна пере­
станетъ платить преміи, и всякій надѣется выдержать дольше
другихъ. Такимъ образомъ населеніе эксплуатируется все въ
возрастающей степени, а въ то же время свекловичныя план­
таціи все расширяются, все болѣе обширные земледѣльческіе
округа сковываютъ свою судьбу съ судьбой сахароваренія.
Подъ свекловицей было гектаровъ:
Германія.
1891 . . 336.000
1892 . . 441.400

Австрія.
328.000
369.000

Франція,
223.000
272.000

Россія.
310.000
331.000

Бельгія и
Голландія.
75.000
103.000

А банкротство сахарной промышленности дѣлается все
болѣе и болѣе неизбѣжнымъ, и опустошенія, которыя въ кон­
цѣ концовъ должно принести съ собой ея крушеніе, пред­
ставляются все болѣе ужасными.
Не въ такой степени, какъ свекло-сахарное производство,
поощрялось въ Германіи молочное дѣло. Тѣмъ не Менѣе,
какъ это показываютъ вышеприведенныя данныя о коопера­
тивныхъ молочныхъ, оно быстро развилось, главнымъ обра­
зомъ подъ давленіемъ иностранной конкуренціи, дѣлавшей
все менѣе выгоднымъ воздѣлываніе хлѣбовъ. Къ сожалѣнію,
нѣтъ еще обстоятельной статистики развитія молочнаго хозяй­
ства въ Германіи. Но съ увѣренностью можно сказать, что
быстрый расцвѣтъ молочнаго дѣла только отчасти стоитъ въ
связи съ увеличеніемъ производства молока. Число коровъ


— 363 —

растетъ гораздо медленнѣе производства масла и сыра. Бы­
строе распространеніе молочнаго дѣла въ гораздо большей
степени зависитъ отъ другого обстоятельства. Молоко, кото­
рое производилось вдали отъ городовъ, благодаря трудности
транспорта, до сихъ поръ не могло дойти до рынка и пре­
вратиться въ товаръ. Оно потреблялось въ хозяйствѣ самого
производителя, его семьей и наемными рабочими, если у него
таковые имѣлись. Переходъ къ молочному хозяйству откры­
ваетъ возможность производить сыръ и масло, которые пере­
носятъ болѣе далекій транспортъ и могутъ выступать въ ка­
чествѣ товаровъ на рынкѣ, не только внутреннемъ, но и на
міровомъ. Но это ведетъ къ тому, что сельскій хозяинъ от­
нынѣ лишаетъ себя и свою семью молока, которое онъ до
сихъ поръ потреблялъ самъ съ своей семьей. Въ той же мѣрѣ,
въ какой растетъ молочное дѣло въ деревнѣ, падаетъ и по­
требленіе молока въ ней. Если сельское населеніе, не смотря
на чрезмѣрный трудъ и жалкія жилищныя условія, не смотря
на недостаточное потребленіе мяса, до сихъ поръ стояло выше
городского населенія по силѣ и выносливости, то этимъ, на
ряду съ работой на свѣжемъ воздухѣ, оно въ значительной
степени обязано было значительному потребленію молока. Но
тамъ, гдѣ домашняя промышленность свиваетъ себѣ прочное
гнѣздо, прекращается работа на свѣжемъ воздухѣ, а гдѣ
молочное дѣло отнимаетъ у сельскихъ хозяевъ ихъ молоко,
прекращается потребленіе молока. Эти два средства, спеці­
ально предназначенныя для экономическаго спасенія мелкаго
крестьянства, являются самыми дѣйствительными сред­
ствами его физическаго вырожденія.
Это болѣе всего относится къ тѣмъ мѣстностямъ, гдѣ мо­
лочныя заведенія выдѣлываютъ сыръ. Однако намъ кажется
нѣсколько оптимистичнымъ мнѣніе, высказанное И. Ландауеромъ-Герабронъ на 42 съѣздѣ вюртембергскихъ сельскихъ
хозяевъ въ Гогенгеймѣ въ 1897 г., что вредное вліяніе мо­
лочнаго дѣла на питаніе сельско-хозяйственнаго населенія из­
чезаетъ, если, какъ это въ большинствѣ случаевъ имѣетъ
мѣсто въ Вюртембергѣ, оно ограничивается производствомъ
масла и возвращаетъ сельскимъ хозяевамъ снятое молоко:


— 364 —

«Этотъ способъ утилизаціи молока долженъ, конечно, скорѣе
примирить съ молочнымъ дѣломъ г Д'ь врачей, чѣмъ это было
до сихъ поръ, когда въ сыроварни отдавалось все молоко и
сельскіе хозяева не получали назадъ снятаго, почему г-дъ
врачей не безъ основанія обуревали серьезныя сомнѣнія съ
гигіенической точки зрѣнія, а одинъ штабный врачъ когдато даже предалъ гласности свои печальныя наблюденія надъ
рекрутами въ нѣкоторыхъ призывныхъ округахъ-».
Снятое молоко ни въ коемъ случаѣ не можетъ замѣнить
цѣльнаго молока; оно потеряло почти весь содержавшійся въ
немъ жиръ. Цѣльное молоко содержитъ 2,8 —4,5% жира,
снятое молоко 0,2—0,5% жира. Авторъ этихъ строкъ припо­
минаетъ также отчеты врачей, которые не могли примириться
съ режимомъ снятаго молока и находили чрезвычайно пагуб­
нымъ, что въ округахъ съ развитымъ молочнымъ дѣломъ по­
слѣднее употребляется для кормленія грудныхъ дѣтей. Менѣе
всего, понятно, возвращаемое хозяйству снятое молоко спо­
собно улучшить гигіеническое состояніе сельскаго населенія
тамъ, гдѣ сельскіе хозяева не сами потребляютъ его, а также
«утилизируютъ», напр., какъ это часто случается, кормятъ
имъ свиней, которыя при этомъ прекрасно откармливаются и
пріобрѣтаютъ большую цѣнность. Чѣмъ болѣе превращается
въ товаръ продуктъ мелкаго крестьянина, чѣмъ болѣе онъ
превращаетъ его въ деньги, тѣмъ хуже его питаніе.
Но если вредное вліяніе молочнаго дѣла на физическое
здоровье хозяевъ стоитъ внѣ всякаго сомнѣнія, то экономи­
ческій подъемъ ихъ при помощи этого средства довольно
сомнителенъ, если при этомъ не имѣть въ виду исключитель­
но минутныя выгоды.
Въ то время, какъ фабрикація масла въ Германіи быстро
растетъ, вывозъ масла при ростѣ ввоза непрерывно падаетъ.
Въ килограммахъ ввозъ и вывозъ масла составляли:
1886 ................
1881................
1895 ................
1896 .
...
1897 ................

Вывозъ.
. 12.309.000
. 7.649.000
. 6.857.000
. 7.101.000
. 3.716.000

Ввозъ.
5.119.000
7.950.000
6.890.000
7.857.000
10.326.000


— 365 -

Относительно сыра мы имѣемъ слѣдующія данныяВывозъ.
1886 ....
3.409.000 КИЛО
1.883.000 я
1891...............
1895 .... . 2.212.000 т>
1896 .... . 1.840.000 я
1897 .... . 1.373.000 я

Ввозъ.
5.216.000 КИЛО
8.392.000 я
9.348.000 Я
10.196.000 я
11.937.000 я

И здѣсь мы встрѣчаемся съ паденіемъ вывоза и съ рѣ­
шительнымъ ростомъ ввоза.
Конкуренція при сбытѣ продуктовъ молочнаго хозяйства
на міровомъ рынкѣ постоянно растетъ. Почти во всѣхъ евро­
пейскихъ государствахъ стѣсненіе производства хлѣбовъ слу­
житъ стимуломъ для развитія молочнаго дѣла, какъ во Фран­
ціи и Нидерландахъ, такъ и въ Австріи, Россіи, Швеціи и
Норвегіи. Въ особенности же поразительное развитіе полу­
чило маслобойное дѣло въ Даніи. Перевѣсъ вывоза надъ
ввозомъ здѣсь поднялся съ 18 милліоновъ килограммовъ въ
1881 году до 119 милліоновъ въ 1896 году. Число коровъ
сравнительно съ населеніемъ не поднялось. Ихъ было:
На 1000 душъ
населенія.
1871 ............................. 448
1891 ............................. 452
1893 ............................. 449

Въ абсолетн.
числахъ.
807.000
899.000
1.011.000

Но и за предѣлами Европы молочное дѣло быстро разви­
вается. Здѣсь особенно выдаются Канада своимъ сыромъ
и Австралія своимъ масломъ. Вывозъ сыра изъ Канады
достигалъ:
1891 ................ 106.200.000 фунтовъ (англійскихъ).
1895 ................. 146.000.000
„
„

Въ Австраліи молочное хозяйство, кромѣ паденія цѣнъ
на пшеницу, поощрялось еще вывозными преміями (въ раз­
мѣрѣ 2 пенсовъ за фунтъ масла и 1 пенни за фунтъ сыра),
въ Викторіи до 1893 года, въ Южной Австраліи до 1895 г.,
въ Квинслендѣ до 1898 года. Аграрная комиссія англій­
скаго парламента сообщаетъ объ австралійскомъ маслодѣліи:
«Въ Викторіи прогрессъ молочнаго хозяйства характеризуется


— 366 —

развитіемъ фабричной системы. По новѣйшимъ оффиціальнымъ
даннымъ въ 1895 году тамъ было 155 маслобойныхъ заво­
довъ и сыроваренъ противъ 74 въ 1892 г., и изъ всего про­
дукта производства въ 35.580.000 фунтовъ масла въ первомъ
году на долю фабрикъ (dairy factories) падало 27.000.000,
Ростъ экспорта масла изъ Викторіи выражается въ слѣдую­
щихъ цифрахъ:
188790 .
1897,t ■
18’7« •
18’7« ■

.
.
.
.

829.000 фун.
1.700.000 „
4.794.000 „
8.094.000 „

18ю/,4 .... 17.141.000 фун.
18’795 • • • • 55.948.000 „
18’7,6 .... 21.024.000 „

Подобныя же сообщенія 0 быстромъ ростѣ молочнаго хозяйства имѣются изъ Квинсленда и Нов.-Юж. Валлиса; въ
послѣдней колоніи выдѣлка масла поднялась съ 15.500.000
фунтовъ въ 1889 году до 27.359.000 фунтовъ въ 1895 г.
Замѣчательно слѣдующее мѣсто въ отчетѣ о Нов.-Юж.
Валлисѣ:
«Повидимому, молочное хозяйство развивается уже не толь­
ко, какъ прежде, у крестьянъ (farmers), ибо многіе крупные
скотоводы (graziers іпа large way of business), особенно
вблизи моря, за послѣднее время обратили свое вниманіе на
эту промышленность.
«Когда впервые была введена фабричная система, боль­
шинство фабрикъ были кооперативными, и процессы отдѣле­
нія сливокъ и сбиванія масла были соединены. Такое устрой­
ство все болѣе и болѣе исчезаетъ, и на мѣсто прежнихъ
возникаютъ центральные маслобойные заводы, получающіе
свое сырье отъ многочисленныхъ заведеній для отдѣленія
сливокъ. Выгоды такой перемѣны, говорятъ, значительны.
Въ каждомъ центрѣ производится масло однообразнаго каче­
ства, и издержки производства значительно уменьшаются,
благодаря
высшей
ступени производства и примѣненію
лучшихъ машинъ и аппаратовъ, какъ, напр., охладительныхъ,
которые съ выгодой могутъ примѣняться крупными пред­
пріятіями».
Подобно вывозимому изъ Германіи сахару, вывозимое изъ
Германіи масло потребляется большею частью Англіей. Изъ


— 367 —

7.101.000 килограммовъ нѣмецкаго вывоза масла (1896) на
долю Англіи падало 5.570.000; изъ 3.716.000 килограммовъ
въ 1897 году—2.766.000. Но уже эти цифры показываютъ,
что нѣмецкое масло быстро оттѣсняется на англійскомъ рынкѣ.
Въ англійскомъ импортѣ масла принимали участіе, въ про­
центахъ:
Данія.

Норве­
Австра­
Прочія
гія и Фран­ Голлан­ Герма­
лія и
страны.
ція.
нія.
Шве­
дія.
Азія.
ція.

1887 ............................

32,3

11,3

27,5

10,7

10,3

0,4

7,5

1890 ............................

40,7

11,3

25,9

7,7

5,1

2,0

7,3

1893 ............................

40,2

12,4

20,1

6,1

7,1

7,3

6,8

1894 ............................

42.8

11,0

16,5

6,4

5,4

11,3

6,6

1895 ............................

41.1

11,5

16,1

6,8

4,0

11,1

9.4

Быстро растущая роль Австраліи выступаетъ здѣсь съ
особенной яркостью. Датскія молочныя фермы также уже
сильно тѣснятся австралійской конкуренціей, понижающей цѣны
и затрудняющей сбытъ.
Но нѣмецкіе кооператоры усердно стараются какъ можно
скорѣе увеличить число молочныхъ фермъ; они съ гордостью
указываютъ на быстрый ростъ ихъ за послѣдніе годы; они
ведутъ себя такъ, какъ будто бы предпріятіе было тѣмъ
доходнѣе, чѣмъ больше число конкурентовъ. Конечно, въ
качествѣ спасителей крестьянства, они и должны такъ себя
вести. Какъ бы велико ни было число кооперативныхъ молоч­
ныхъ фермъ, по сравненію съ числомъ крестьянъ, для кото­
рыхъ это средство должно быть главнымъ спасеніемъ, оно
все еще слишкомъ мало. Но еще задолго до того, какъ
сколько-нибудь значительная часть крестьянства съ помощью
кооперативныхъ молочныхъ, вернется къ блаженнымъ временамъ,
производство сыра и масла также должно подвергнуться пе­
репроизводству и кризису. Въ Даніи, блаженной странѣ ко­
оперативныхъ молочныхъ фермъ, многія изъ нихъ уже сейчасъ
находятся въ стѣсненномъ положеніи. Въ Германіи, во время


— 368 —
обсужденія закона о маргаринѣ, положеніе производителей
масла изображалось намъ въ самыхъ мрачныхъ краскахъ;
однако это не помѣшало, какъ объ этомъ съ тріумфомъ
заявлено было на послѣднемъ съѣздѣ сельско-хозяйственныхъ
товариществъ въ Дрезденѣ, образованію въ 1895 году 175
новыхъ молочныхъ фермъ, въ 1896 году—177. Въ 1897 г.
учредительская горячка, повидимому, еще свирѣпствовала.
Со стороны проницательныхъ кооператоровъ уже теперь раз­
даются голоса предостереженія. Такъ, напр., уже упомя­
нутый Ландауеръ-Герабронъ на 42 собраніи вюртембергскихъ
сельскихъ хозяевъ заявилъ въ своемъ рефератѣ о молочномъ
хозяйствѣ: 4Замѣчательно, что въ настоящее время, особенно
за послѣдній годъ, проявилось въ деревняхъ необыкновенно
сильное движеніе въ пользу учрежденія новыхъ молочныхъ.
Если оно продержится, можетъ осуществиться удвоеніе или
даже, при благопріятныхъ условіяхъ, утроеніе теперешняго
числа молочныхъ въ 2—3 года. Въ округѣ Гераброннъ,
напр., со времени основанія первой молочной, т. е. за 16 лѣтъ,
не было основано ни одной новой молочной, зато въ послѣд­
ніе 6 мѣсяцевъ возникло не менѣе 10 новыхъ молочныхъ;
кромѣ того въ ближайшемъ будущемъ надо ожидать основа­
нія еще новыхъ. Упомянутое движеніе настолько сильно,
что даже пламенные поклонники кооперацій съ недоумѣніемъ
останавливаются передъ нимъ, качая головой, и питаютъ
опасеніе, какъ бы основаніе столькихъ молочныхъ косвенно
не представило самой серьезной опасности для сельскаго
хозяйства».
Подобно водочному и сахарному кризису, и кризисъ мо­
лочнаго хозяйства неизбѣженъ. При крупныхъ размѣрахъ
этого индустріальнаго производства это нынѣ само собой
разумѣется.
Вѣдь жаловался же Зерингъ въ своемъ рефератѣ о то­
вариществахъ, прочитанномъ въ февралѣ 1897 г. въ прус­
ской королевской коллегіи сельско-хозяйственной экономіи,
на жестокую конкуренцію, которую ведутъ между собой
общественныя молочныя фермы. «Однако», успокоительно
думаетъ онъ, «.надѣются преодолѣть эти трудности даль-


— 369 —

нѣйшимъ развитіемъ кооперативной идеи или еще болѣе тѣмъ
средствомъ, которое въ настоящее время такъ своеобразно
преобразуетъ нашу крупную промышленность, картелями.
Агитируютъ въ пользу того, чтобы отдѣльныя молочныя
фермы чаще, чѣмъ до сихъ поръ, присоединялись къ круп­
нымъ обществамъ для продажи масла и обязывались бы сбы­
вать извѣстную часть своего продукта только черезъ ихъ
посредство. Разросшіеся и упрочившіеся союзы для продажи
масла раздѣлили бы тогда между собой рынки сбыта и устра­
нили бы такимъ путемъ прежнюю безпорядочную конкурен­
цію, губительно дѣйствовавшую на цѣны; излишки же, хотя
бы и съ жертвами, вывозились бы за границу, въ Англію».
Но это пресловутое средство проф. Зерингъ' рекомендовалъ
въ той самой рѣчи, въ которой нѣсколько выше онъ съ него­
дованіемъ заявилъ: «Въ періодѣ прогрессирующаго образо­
ванія картелей въ индустріи меньше всего можетъ итти
рѣчь объ уничтоженіи этихъ обществъ для закупки матеріа­
ловъ, ибо
противъ злоупотребленія экономической
силой, которое ведетъ за собой объединеніе фабрикантовъ,
нѣтъ другой защиты, кромѣ объединенія потребителей»
(Thiels landw. Jahrbuch. 1897, 223, 225).
Аграрный картель является такимъ образомъ «развитіемъ
кооперативной идеи», промышленный картель—«злоупотре­
бленіемъ экономической силой» , которому можетъ дать отпоръ
только развитіе кооперативной идеи. Сначала превозносятъ
кооперацію, какъ средство борьбы съ картелемъ, затѣмъ хва­
лятъ картель, какъ средство отклонить неизбѣжное бан­
кротство коопераціи. Логика г. профессора стоитъ на оди­
наковой высотѣ съ его моральнымъ негодованіемъ: но не въ
этомъ главный интересъ его выводовъ. Послѣдніе заслужи­
ваютъ вниманія тѣмъ, что констатируютъ нужду молочныхъ
фермъ и превозносятъ, какъ единственный выходъ, картель,
который однако становится не осуществимымъ при постоян­
номъ ростѣ числа фермъ. И въ этомъ должно сознаться
свѣтило аграрной науки въ своемъ хвалебномъ гимнѣ чудо­
дѣйственному вліянію коопераціи!
Такъ же, какъ съ упомянутой отраслью, обстоитъ дѣло

24


— 870 —

и съ другими сельско-хозяйственными вѣтвями крупной про­
мышленности, имѣвшими однако до сихъ поръ малое зна­
ченіе для коопераціи. Конечно, вовсе не обязательно, чтобы
наступающій кризисъ въ конецъ разрушилъ ту отрасль про­
мышленности, которой онъ коснулся. Онъ дѣлаетъ это только
въ весьма рѣдкихъ случаяхъ. Обыкновенно онъ ведетъ
только къ преобразованію существующихъ отношеній соб­
ственности въ духѣ капитализма, т. е. какъ разъ къ тому,
противъ чего кооперація должна служить надежнымъ опло­
томъ. Мелкія, плохо снабженныя капиталомъ предпріятія гиб­
нутъ въ кризисѣ. Но гибель предпріятія въ сельско-хозяй
ственной индустріи не ограничивается имъ однимъ; она
влечетъ за собой гибель или, по крайней мѣрѣ, потрясеніе
многочисленныхъ
сельско-хозяйственныхъ
существованій,
опирающихся на него. Чѣмъ больше была помощь, оказы­
ваемая промышленными заведеніями сельскимъ хозяевамъ,
чѣмъ больше опиралось на нихъ ихъ сельское хозяйство,
тѣмъ опустошительнѣе должны быть послѣдствія банкротства.
Болѣе крупныя, лучше обставленныя предпріятія сумѣютъ
удержаться при такомъ кризисѣ, но и имъ придется пере­
жить тяжелыя времена, когда прибыли исчезаютъ, и когда
только повторное приложеніе новаго капитала можетъ поддер­
жать непрерывность производства. Члены коопераціи, которые
не въ состояніи дѣлать новыхъ вкладовъ, теряютъ свои ко­
оперативныя права. Если потеря платежеспособности всеобща,
то не остается ничего другого, какъ продать предпріятіе ка­
питалисту; если она не всеобща, то кризисъ ведетъ къ пре­
вращенію его въ частную собственность нѣсколькихъ немно­
гихъ богатыхъ членовъ, которые ведутъ его ужъ чисто капи­
талистически.
Этотъ процессъ не ведетъ непремѣнно къ пролетаризаціи
бывшихъ членовъ коопераціи; при счастливомъ оборотѣ они
могутъ сохранить свою крестьянскую собственность. Но гдѣ
дѣло принимаетъ такой счастливый оборотъ, тамъ ихъ эконо­
мическая зависимость отъ прежняго кооперативнаго хозяйства
сохраняется; зависимость отъ ассоціаціи, которой сельскій
хозяинъ былъ равноправнымъ и равно заинтересованнымъ чле-


— 371 —

номъ, превращается въ зависимость отъ одного (или нѣсколь­
кихъ) могущественныхъ капиталистовъ съ противоположными
интересами. Рабочій изъ участника кооперативной фа­
брики дѣлается наемнымъ рабочимъ капиталистиче­
ской фабрики. Дѣло не улучшается отъ того, что наемный
трудъ здѣсь, какъ и въ домашней промышленности, имѣетъ
скрытую форму. Таковъ неизбѣжный конецъ сельско-хозяй­
ственныхъ производительныхъ товариществъ.
Какъ вездѣ въ капиталистическомъ обществѣ, и здѣсь, въ
концѣ концовъ, промышленность беретъ верхъ надъ сельскимъ
хозяйствомъ, капиталъ надъ отдѣльнымъ производительнымъ
товариществомъ. Сельско-хозяйственныя производительныя то­
варищества, благодаря минутнымъ выгодамъ, которыя они су­
лятъ сельскимъ хозяевамъ, являются могущественнымъ сред­
ствомъ поощренія индустріализаціи сельскаго хозяйства, но
по тому самому они являются также могущественнымъ сред­
ствомъ для проложенія капиталу пути къ господству надъ
сельскимъ хозяйствомъ; безъ этого онъ встрѣтилъ бы гораздо
больше препятствій. Мы нисколько не умаляемъ значенія этихъ
кооперацій. Онѣ важны для революціонизированія сельскаго
хозяйства; но это не средство для спасенія крестьянина.
Но кооперація имѣетъ и свои предѣлы. Для сельско-хо­
зяйственной индустріи дѣйствительны тѣ же законы, что и
для всякой другой индустріи. Концентрація и централизація
производства, которымъ въ сельскомъ хозяйствѣ приходится
бороться съ противоположными тенденціями, дѣлаютъ здѣсь
быстрые успѣхи; въ сельско-хоз. промышленности, такъ же,
какъ и во всякой другой, господствуетъ тенденція къ круп­
ному производству. Это яснѣе всего доказываетъ сахарная
промышленность, хотя и искусственно поощряемая государ­
ственными мѣрами. Въ Германской Имперіи считалось:

18’7,2
1887з,
189792
18’7,,

•
•
.
.

•
•
.
.

•
■
.
.

...
...
...
...

Сахар­
ныхъ за­
водовъ.

Количество перера­
ботан. свекловицы въ
тоннахъ.

Тоже въ сред­
немъ на сахарн.
заводъ въ тон­
нахъ.

311
343
403
399

2.250.918
6.271.948
9.488.002
13.721.601

7.237
18.286
23.543
34.389
24*


— 372 —

Итакъ за 25 лѣтъ увеличеніе почти въ 5 разъ коли­
чества свекловицы, перерабатываемой въ среднемъ однимъ
заводомъ!
Въ картофельномъ винокуреніи до новыхъ закоповъ объ
обложеніи, которые имѣли въ виду ограничить расширеніе
производства, обнаруживалась та же тенденція, правда не
въ столь рѣзкой формѣ. По даннымъ статистическаго ежегод­
ника Германской Имперіи число винокуренъ, перерабатываю­
щихъ картофель, хлѣбъ или черную патоку, въ предѣлахъ
дѣйствія однороднаго обложенія, возросло за періодъ времени
съ 1872 по 1881/»2 съ 7011 до 7280. Но число винокуренъ,
уплачивавшихъ меньше 15,000 марокъ водочнаго налога, упало
съ 6222 до 5788, напротивъ число винокуренъ, выплачивав­
шихъ больше 15,000 марокъ, увеличилось съ 789 до 1492.
Съ другой стороны считалось:
Винокуренъ, пе­ Количество пе­ Тоже на одну
рерабатывае­ винокурню въ
рерабатывав­
маго картофеля
тоннахъ.
шихъ картофель.
въ тоннахъ.
IS82/,,.,.............................. 4180
572
2.392.000
1886/„,............................ 4069
668
2.719.000

Съ 1887/88 г. въ области взиманія государственнаго на­
лога въ среднемъ на одно заведеніе производство картофель­
ныхъ винокуренъ оставалось неизмѣннымъ; но достойно вни­
манія, что именно самыя мелкія винокурни указываютъ на
рѣшительный регрессъ. Производили:
до
50 литровъ
50 — 500
500 — 5000
5000 — 50000
свыше 50000
>

1800/
/ ві

1894/
/95

1300
731
632
1931
1793

513
720
657
1983
1758

Уменьшеніе (—)
или увеличеніе (+)
—787
— 11
+ 25
+ 52
— 35

Молочныя фермы, само собой разумѣется, также подвержены закону развитія современной крупной промышленности;
и для нихъ техническій прогрессъ идетъ впередъ; и для нихъ
ручная работа вытѣсняется паромъ, растутъ машины, растетъ
количество продукта, перерабатываемаго каждой машиной,


— 373 —

о
<=С
о
га
СО
S

Я
а

веществъ 1)
Произв. живот­
ныхъ пищев ве­
ществъ кромѣ
произв. мяса 2)
Солодовни и пи­
вовареніе
Винокурни, фаб­
рики ликеровъ
и прессован,
дрожжей.
Фабрики шипу­
чихъ и плодо­
выхъ винъ
Фабрикація
уксуса

Ога

другихъ растительн. и пищев.

Мельницы.

Свекло-сахарное
производство

растутъ помѣщенія для производства и для складовъ, растутъ
рынки сбыта и вмѣстѣ съ тѣмъ необходимость прибѣгать къ
услугамъ коммерчески образованныхъ служащихъ, которымъ
только крупное предпріятіе можетъ дать достаточное занятіе.
Выше мы видѣли, какъ въ Новомъ-ІОжн. Валлисѣ молоч­
ныя фермы становятся всѣ крупнѣе. О томъ же самомъ сооб­
щаютъ изъ Бельгіи: Colard Воѵу въ своемъ докладѣ между­
народному сельско-хоз. конгрессу 1895 года констатировалъ:
плохо обставленныя и дурно управляемыя мелкія товарищества
все болѣе исчезаютъ въ борьбѣ съ крупными, «которыя пере­
рабатываютъ большія количества молока по самымъ низкимъ
цѣнамъ и могутъ доставлять продуктъ постоянно одинаковаго
качества. Если производство ведетъ способный служащій, то
эти преимущества достигаютъ своей высшей точки». (Цити­
ровано Э. Вандѳрвельдомъ въ его статьѣ объ «Аграрномъ со­
ціализмѣ въ Бельгіи», «Neue Zeit», XV', I, 755).
Развитіе промышленности по обработкѣ пищевыхъ веществъ
въ Германской Имперіи выражается въ слѣдующихъ данныхъ,
почерпнутыхъ изъ промысловой статистики 1882 и 1895 го­
довъ. По нимъ на каждые сто управляющихъ предпріятіями (соб­
ственниковъ и служащихъ по найму) было наемныхъ рабо­
чихъ и служащихъ:

688

141

364

299

1895 237 5764 1231

315

759

413

174 395

114

1882 101 2831

При­
ростъ,

76 2933

543

ПРИМѢЧАНІЕ.

1) Консервы, прессован­
ныя овощи, суррогаты,
кофе,
какао, крахмалъ,
315 237
макароны. 2) Соленіе ры­
бы, изготовленіе сгущеннаго молока, производ­
ство масла и сыра.

256 162

59

75

Вездѣ мы видимъ прогрессивное разростаніе предпріятій,
во всѣхъ вѣтвяхъ сельско-хозяйственной промышленности число
наемныхъ рабочихъ растетъ гораздо быстрѣе, чѣмъ число пред­
принимателей и управляющихъ предпріятіями; въ свекло-са-


— 374 —

харномъ производствѣ, молочномъ дѣлѣ и въ пивовареніи отно­
сительный приростъ составляетъ больше 100%, въ производ­
ствѣ растительныхъ консервовъ—почти 100%. Какое развитіе
получили нѣкоторыя сельско-хоз. промышленныя предпріятія,
показываютъ, напр., предпріятія фирмы Нестле. Она имѣетъ
въ Швейцаріи двѣ крупныя фабрики для производства сгу­
щеннаго молока и одну фабрику для производства дѣтской
муки. Послѣдняя фабрика перерабатываетъ ежедневно 100,000
литровъ молока, продуктъ 12,000 коровъ, собираемый въ 180
деревняхъ; 180 деревень потеряли свою экономическую само­
стоятельность и стали подданными дома Нестле. Ихъ жители
внѣшнимъ образомъ еще собственники своей земли, но они
болѣе уже не свободные крестьяне.
Чѣмъ скорѣе подвигается впередъ это развитіе, чѣмъ бы­
стрѣе растетъ сумма капитала, необходимая для основанія
предпріятія, способнаго выдерживать конкуренцію, чѣмъ
больше суживается кругъ сельскихъ хозяевъ, которые могутъ
думать объ основаніи производительныхъ товариществъ, тѣмъ
скорѣе новыя предпріятія въ этихъ областяхъ съ самаго на­
чала дѣлаются капиталистическими предпріятіями, какъ это
теперь уже ясно обнаруживается въ свекло-сахарномъ произ­
водствѣ и въ картофельномъ винокуреніи. Тамъ, гдѣ еще
можно было бы говорить о кооперативныхъ фабрикахъ въ этихъ
отрасляхъ промышленности, дѣло идетъ почти исключительно
о товариществахъ крупныхъ крестьянъ и владѣльцевъ ры­
царскихъ имѣній.
Если всякому сельско-хозяйственному производительному
товариществу при всякомъ кризисѣ грозитъ переходъ въ капи­
талистическія руки, то въ любой отрасли сельско-хозяйственной
промышлености раньше или позже наступаетъ моментъ, начиная
съ котораго товарищества преграждаютъ доступъ въ число
своихъ членовъ мелкимъ сельскимъ хозяевамъ, превращаясь въ
монополію капиталистовъ и крупныхъ землевладѣльцевъ. Обык­
новенно это развитіе ведетъ также къ вытѣсненію мелкаго
сельскаго хозяйства крупнымъ. И въ этомъ случаѣ сахарное
производство даетъ намъ лучшія доказательства. Преимуще­
ства машиннаго производства въ сельскомъ хозяйствѣ всего яснѣе


— 375 —

выступаютъ тамъ, гдѣ двигательная сила для машинъ не долж­
на особо производиться, а доставляется промышленнымъ заве­
деніемъ, находящимся въ имѣніи. Тамъ, гдѣ это не ведетъ къ
упадку мелкаго производства, индустріализація мелкаго хо­
зяйства кладетъ на мелкаго сельскаго хозяина клеймо зависи­
мости отъ фабрики, единственной потребительницы его продук­
та, вполнѣ превращаетъ его въ крѣпостного промышленнаго
капитала, съ потребностями котораго онъ долженъ сообразо­
вать свое хозяйство.
Таково спасеніе, которое сельско-хозяйственная промышленость приноситъ крестьянину.

е) Вытѣсненіе сельскаго хозяйства промышленностью.
Если развитіе сельско-хоз. промышлености доставляетъ
сельскому хозяину, по крайней мѣрѣ на время, новую опору,
то прогрессъ техники содѣйствуетъ появленію тенденцій,
угнетающихъ сельскаго хозяина и разоряющихъ отдѣльныя
вѣтви его хозяйства. Это вызывается, во-первыхъ, лучшей
утилизаціей сырого матеріала, такъ что изъ того-же количе­
ства сырья выходитъ больше продукта; послѣднее обстоятель­
ство, естественно, способствуетъ паденію спроса на сырой
матеріалъ при неизмѣняющемся потребленіи продукта, или задер­
живаетъ ростъ спроса на сырье, при растущемъ потребленіи.
Еще далѣе промышленный прогрессъ ведетъ къ замѣщенію
дорого стоющаго сырья малоцѣннымъ, благодаря утилизаціи
отбросовъ и производству суррогатовъ. Въ концѣ концовъ про­
мышленность начинаетъ сама производить продукты, доста­
влявшіеся раньше сельскимъ хозяйствомъ, или замѣняетъ ихъ
тѣмъ или другимъ образомъ, такъ что продуктъ сельскаго хозяй­
ства становится излишнимъ.
Для иллюстраціи приведемъ нѣсколько примѣровъ. Обще­
извѣстна значительная потеря питательныхъ веществъ вслѣд­
ствіе несовершенства перемола хлѣба. Прогрессъ мукомоль­
наго дѣла все болѣе уменьшаетъ эти потери. «.Въ XVII столѣтіи
годичное потребленіе одного человѣка по Вобану равнялось
почти 712 фунтамъ пшеницы, количество, достаточное теперь


— 376 —

почти для двухъ человѣкъ, и теперь, благодаря усовершен­
ствованію нашихъ мельницъ, для человѣчества выигрываются
громадныя количества питательныхъ веществъ, стоимостью во
много милліоновъ ежегодно; вещества эти раньше служили
только животнымъ, для которыхъ ихъ неизмѣримо легче замѣ­
нить другими питательными веществами, совершенно непригод­
ными для человѣческаго потребленія. Пшеница содержитъ не
больше 2% неусвояемой клѣтчатки, и совершенная въ
широкомъ смыслѣ слова мельница не должна бы давать
больше этого количества въ видѣ отрубей, но наши лучшія
мельницы все еще даютъ 12—20%, обыкновенныя мельницы
до 25% отрубей, содержащихъ 60—7Оо/° питательныхъ
составныхъ веществъ». (I. ѵ. Liebig-,
«Chemische Briefe»,
334). Въ 1877 г. искусный мельникъ В. Тилль утверждалъ,
будто онъ нашелъ способъ перемола, дающій 92,6°/0 муки
и только 7.4% отрубей и отбросовъ. (V. Till. «Die Lösung
der Brodtfrage»). Упоминаній о дальнѣйшемъ уменьшеніи от­
рубей мы еще пе встрѣчали. Зато теперь дѣлаются попыт­
ки химическимъ путемъ сдѣлать переваримыми питательныя
вещества отрубей, именно бѣлокъ.
Ясно, что при неизмѣпяющемся потребленіи муки всякій
прогрессъ мукомольнаго дѣла въ утилизаціи зерна долженъ
вызвать уменьшеніе спроса на него. Ио дѣйствіе падающаго
спроса должно проявляться и при возрастающемъ потребленіи
муки, если одновременно масса хлѣба, попадающая на рынокъ,
растетъ такъ же быстро или еще быстрѣе, чѣмъ потребленіе
муки. Вытѣсненіе примитивныхъ мельницъ образцовыми должно,
такимъ образомъ, обострять дѣйствіе кризисовъ на хлѣбномъ
рынкѣ.
Только что упомянутыя попытки перевести питательныя
вещества отрубей въ форму, въ которой они могли бы усваи­
ваться человѣческимъ желудкомъ, относятся уже къ области
утилизаціи отбросовъ и производства суррогатовъ. Прогресси­
рующая утилизація отбросовъ есть одна изъ существеннѣйшихъ
особенностей современнаго способа производства. Опа - есте­
ственное слѣдствіе крупнаго производства; послѣднее скопля­
етъ отбросы въ громадныхъ количествахъ въ отдѣльныхъ ііунк-


— 377 —

тахъ, дѣлаетъ этимъ необходимымъ ихъ удаленіе, вызываетъ
попытки использовать ихъ для промышленныхъ цѣлей и превра­
щаетъ ихъ, такимъ образомъ, изъ предмета затрудненій и
непроизводительныхъ расходовъ въ источникъ дохода. Для
сельскаго хозяйства эти отбросы пріобрѣли очень важное зна­
ченіе. Съ одной стороны, отбросы крупной'1- промышленности
доставляютъ сельскому хозяйству кормъ для скота и удобре­
ніе, какъ,напр., отбросы винокуренныхъ, сахарныхъ, пивова­
ренныхъ заводовъ, маслобоенъ, т. наз. томасовъ шлакъ, древес­
ная зола, и. т. д., превращаясь въ могущественное средство
прикрѣпленія сельскаго хозяйства къ промышленности. Съ
другой стороны, промышленность пользуется отбросами сельско­
хозяйственныхъ продуктовъ, чтобы путемъ ихъ переработки
составить конкуренцію самому сельскому хозяйству. Примѣ­
ромъ такой утилизаціи отбросовъ можетъ служить производ­
ство масла изъ хлопчатобумажнаго сѣмени, которое раньше
выбрасывалось, въ лучшемъ случаѣ употреблялось, какъ удо­
бреніе на хлопчатобумажныхъ плантаціяхъ. Теперь научились
производить изъ пего масло, дѣлающее очень чувствительную
и съ каждымъ днемъ растущую конкуренцію масламъ, вы­
дѣлываемымъ изъ европейскихъ масляничныхъ растеній. Въ
Германской Имперіи ввозъ составлялъ:
Хлопчато-бумажное масло.
1880........................ 8.087 тоннъ.
1891 ......................... 21.366 >
1895 ........................ 34.460
>
1896 ......................... 27.047 >
1897 ......................... 30.227 >

Льняное масло.
39.743 тоннъ.
37.385 >
19.863 >
19.693 >
15.548 >

Примѣненіе хлопчато-бумажное масло находитъ себѣ осо­
бенно при фальсификаціи оливковаго масла и при выдѣлкѣ
искусственнаго масла-маргарина, приготовляемаго изъ бы­
чачьяго сала, молока и дешевыхъ маслъ, особенно хлопчато­
бумажнаго масла; его трудно отличить отъ натуральнаго ма­
сла по вкусу и физіологическому дѣйствію. Въ 1872 г. въ
Германіи была основана первая фабрика искусственнаго ма­
сла; теперь ихъ имѣется около шестидесяти.
Что эта конкуренція не улучшила и безъ того крити­
ческаго положенія рынка коровьяго масла, само собой ясно.


— 378 —

Трогательныя жалобы аграріевъ, которыми они въ 1896 году
обосновывали необходимость своихъ требованій новаго ограни­
ченія маргариновой промышленности, конечно, преувеличены,
но также преувеличено и противоположное утвержденіе, что
сельскіе хозяева совершенно не понесли ущерба отъ искус­
ственнаго масла. Очень мало утѣшительнымъ представляется
для послѣднихъ указаніе на то, что и производство искус­
ственнаго масла находится въ тяжеломъ положеніи. Объ этомъ
меньше можно судить по дефицитамъ отдѣльныхъ фабрикъ,
что случается и въ цвѣтущихъ отрасляхъ промышленности
съ дурно управляемыми, неудачно устроенными и недостаточ­
но оборудованными предпріятіями, чѣмъ изъ статистики стра­
ны, въ которой маргаринъ и масло могутъ свободнѣе всего
довести до конца свое состязаніе на полѣ конкуренціи. Въ
Великобританіи ввозъ достигалъ:
МАСЛА

Годъ.

въ томъ числѣ
австралійскаго.
— процентовъ.

1886 .......................

1.452.000

1892 .......................

2.107.000

4

1895 .......................

2.750.000

11

»

Маргарина.

870.000 цент.
1.293.000

>

922.000

»

Дешевое австралійское масло вытѣсняетъ не только про­
изводство натуральнаго масла, но и производство искус­
ственнаго масла. Но это, конечно, поведетъ не къ гибели про­
изводства искусственнаго масла, а къ улучшенію способовъ
его производства. Производители натуральнаго масла ничего
отъ этого не выиграютъ.
Но если мы и не оспариваемъ, что молочныя фермы тер­
пятъ ущербъ отъ фабрикаціи маргарина, то мы этимъ ни въ
коемъ случаѣ не хотимъ выразить одобренія стремленіямъ
органичить производство послѣдняго къ выгодѣ перваго. Мы
охотно признаемъ, что печально, если банкротство кооператив­
ной молочной фермы низводитъ въ ряды пролетаріевъ сотни
трудолюбивыхъ крестьянъ, но не менѣе печально, если новая


— 379 —

машина лишаетъ хлѣба трудолюбивыхъ пролетаріевъ. Такимъ
путемъ только и осуществляется техническій прогрессъ въ
современномъ обществѣ. Кто хочетъ устранить этотъ путь
прогресса, долженъ устранить весь современный обществен­
ный строй. Напротивъ, безсмысленно желаніе сохранить во
что бы то ни стало -этотъ порядокъ и вмѣстѣ съ тѣмъ унич­
тожить его послѣдствія. Эта безсмыслица дѣлается возму­
тительной, если ее хотятъ практически осуществить предо­
ставленіемъ, подъ вліяніемъ минутныхъ и кастовыхъ интересовъ,
только отдѣльнымъ слоямъ производителей привилегіи охраны
отъ всякаго техническаго прогресса, способнаго уменьшить ихъ
барыши,—охраны, которая вообще можетъ осуществиться
только на счетъ остальныхъ слоевъ. Такого рода привилегіи
въ современномъ государствѣ не могутъ долгое время терпѣ­
ливо сноситься массой населенія, поэтому представляется уто­
пичной мысль о спасеніи такимъ путемъ сельскаго хозяйства
отъ напора промышленности. Судорожныя стремленія нашихъ
аграріевъ въ этомъ направленій доказываютъ только, насколь­
ко велика для нихъ опасность крупнаго капиталистическаго
производства пищевыхъ и вкусовыхъ веществъ, какое значеніе
пріобрѣло послѣднее по сравненію съ сельскимъ хозяй­
ствомъ.
Искусственное масло и рядомъ съ нимъ также искусствен­
ный сыръ до сихъ поръ являются тѣми производимыми круп­
нымъ производствомъ суррогатами, которые чувствительнѣе
всего отражаются на сельскомъ хозяйствѣ. Но они не един­
ственные, дѣйствующіе въ томъ же направленіи.
Въ пивовареніи за послѣднія десятилѣтія замѣтенъ гро­
мадный подъемъ почти во всѣхъ государствахъ. Пивоварен­
ное производство доставляло:
Германія.
Годъ.
Гектолитр.
1872 . . 32.945.000
18’783 . 39.250.000
18’7». . 52.730.000
18’7.. . 60.563.000

Великобританія.
Гектолитр.
Годъ.
1873 . . 35.700.000
1881 . . 44.774.000
1891 . . 52.675.000

Австрія.
Гектолитр.
Годъ.
1870 . . 9.303.400
1880 . . 10.530.000
1890 . . 13.570.000


— 380 —

Бельгія.
Годъ.
Гектолитр.
1870 . . 7.794.000
1880 . . 9.238.500
1890 . . 10.770.000

Франція.
Годъ.
Гектолитр.
1872 . .
7.131.000
1885 . .
8.010.000
1890 . .
8.490.000

Россія.
Годъ.
Гектолитр.
1806 . .
2.200.000
1884 . .
4.212.000
1890 . .
8.490.000

Въ Даніи производство пива выросло съ 1.200.000 гек­
толитровъ (1876) до 2.185.000 (1891); въ Швеціи съ 419.815
(1880) до 1.240.811 (1890), въ Швейцаріи съ 280.000 (1867)
до 650.000 (1876), 1.004.000 (1876) и 1.249.000 (1891).
Можно было бы думать, что въ той же мѣрѣ выросло и
производство хмѣля. Ничуть не бывало. Оно только незна­
чительно повысилось. Уже въ 1867 г. сборъ полнаго урожая
хмѣля въ Европѣ исчислялся въ 50.000 тоннъ. Столько же
далъ урожай 1890 года (въ томъ числѣ 24.705 въ Германіи,
15.000 въ Англіи); въ 1892 г. собрано было' 57.550 тоннъ
(въ томъ числѣ въ Германіи 24.150, въ Англіи 19.000).
Въ Англіи количество производимаго въ годъ пива возрасло съ 35 милл. гектолитровъ (1873) до 52 милліоновъ
(1891), на 17 милл., т. е. въ круглыхъ цифрахъ на 50%.
Напротивъ, хмѣлемъ засѣяно было въ 1871 г. 24.000 гекта­
ровъ, въ 1892 г.—23.000. Между тѣмъ ввозъ хмѣля, за­
мѣчаетъ отчетъ парламентской аграрной комиссіи 1897 г.
(стр. 83), «за послѣднее 20-лѣтіе фактически оставался не­
измѣннымъ. За періодъ 1876/78 средній годичный ввозъ хмѣля
изъ всѣхъ странъ составлялъ 195.000 центнеровъ, а въ
1893/ss—203.000 центнеровъ».
Картину развитія въ Германской имперіи показываетъ
слѣдующая таблица:
Урожай хмѣля . . . . .
Ввозъ хмѣля .... . .
Итого . . .
Вычитается вывозъ хмѣля въ

1884.
28.870 тоннъ.
1.340 . >
30.210 тоннъ.
11.514 >

1896.
25.325 тоннъ.
3.041
»
28.366 тоннъ.

9.868

>

Остается хмѣля 18.696 тоннъ.
18.498 тоннъ.
188 785
1 896/97
Производство пива въ гектолитрахъ . 42.287.000
61.486.000
На одну тонну приходится гект. пива.
2.260
3.324


— 381 —

Возрастающее потребленіе пива такимъ образомъ нисколько
не помогаетъ хмѣлеводамъ. Оно только способствуетъ произ­
водству суррогатовъ хмѣля.
Еще хуже, чѣмъ хмѣлеводамъ, приходится отъ развитія
химіи винодѣламъ. Она учитъ приготовлять изъ картофель­
наго крахмала, тряпья и древесной клѣтчатки виноградный
сахаръ, это пресловутое средство къ улучшенію малоцѣннаго
вина. Она учитъ кромѣ того фабриковать вино изъ выжимокъ
и изюма съ помощью сахара и другихъ продуктовъ сельско­
хозяйственной индустріи.
Все болѣе даже такъ называемыя «натуральныя вина»
должны подвергаться ряду операцій, требующихъ естественно­
научныхъ знаній и примѣненія дорогихъ аппаратовъ, все
болѣе, такимъ образомъ, и натуральное вино дѣлается про­
дуктомъ капиталистической крупной промышленности, которой
производитель винограда доставляетъ только сырой матеріалъ.
Винный погребъ превращается въ фабрику винъ.
Въ своемъ рефератѣ о «состояніи законодательства объ
изготовленіи вина и техникѣ изготовленія», прочитанномъ въ
королевско-прусской коллегіи сельско-хозяйственной экономіи
въ февралѣ 1897 г., проф. Меркеръ между прочимъ сдѣлалъ
такіе выводы: «Вино не вполнѣ натуральный продуктъ; на
виноградныхъ лозахъ вино не растетъ бутылками, а должно
пройти длинный путь при обработкѣ, пока изъ сладкаго
винограднаго сусла не выработается благородное вино...
«Это изготовленіе вина за послѣдніе годы вызвало цѣлый
рядъ научныхъ изысканій, въ которыхъ мы подвинулись
очень далеко въ области обработки вина, постепенно научаясь
изъ малоцѣннаго винограда выдѣлывать натуральное вино
лучшаго качества. Прежде всего этой областью овладѣло
разведеніе чистыхъ культуръ дрожжевыхъ грибковъ». На
кожурѣ винограда находятся разнообразные грибки, вызы­
вающіе броженіе въ суслѣ. «Извѣстно, что существуетъ много
видовъ дрожжевыхъ грибковъ, что дрожжевые грибки, рас­
тущіе на Іоганнисбергѣ, Гейзенгеймѣ, производятъ вино впол­
нѣ опредѣленнаго качества; и вотъ сдѣлана была попытка
получить вино строго опредѣленнаго качества путемъ разводокъ


— 382 —

чистыхъ культуръ опредѣленнаго вида дрожжевыхъ грибковъ.
Когда въ самомъ дѣлѣ сдѣланы были удачные опыты съ
разводками чистыхъ культуръ дрожжевыхъ грибковъ, сангви­
ники думали, что можно совсѣмъ обойтись безъ винодѣлія;
нужно только искусственно прибавить къ какому-нибудь
сахарному раствору дрожжевыхъ грибковъ, чтобы такимъ
образомъ получить благороднѣйшее Іоганнисбергское или
Штейыбергское вино».
Можно было бы думать, что эти перспективы могутъ
дѣйствовать только воодушевляющимъ образомъ: не только
сладкій горошекъ, но и іоганнисбергское вино для каждаго—
развѣ это не было бы началомъ рая на землѣ?*)
Такъ думаетъ соціалистъ, но не аграрій. Что для блага
общества является счастіемъ,—изобиліе питательныхъ и вкусо­
выхъ веществъ,—то для земельной ренты несчастіе. Если
каждый сможетъ приготовить себѣ іоганнисбергское вино изъ
сахарной воды, тогда конецъ земельной рентѣ іоганнисбергскихъ виноградниковъ. Поэтому проф. Меркеръ съ облегче­
ніемъ продолжаетъ. «Благодаря Бога, это не удалось, зато
удалось путемъ разводокъ чистыхъ культуръ дрожжевыхъ
грибковъ производить гораздо лучшее вино, чѣмъ безъ нихъ,
удалось также добиться значительно лучшихъ цѣнъ на нашъ
продуктъ.Прошло всего лишь нѣсколько лѣтъ, какъ стали
пользоваться этими чистыми культурами грибковъ въ винодѣліи».
Эти дрожжевые грибки, такимъ образомъ, до сихъ поръ
почтительно останавливались передъ земельной рентой. Но
не слѣдуетъ ли опасаться, что эти микроскопическіе проказ­
ники въ одинъ прекрасный день бросятъ свое лойяльное
поведеніе и превратятся въ революціонеровъ? Начавъ съ произ­
водства іоганнисбергскаго изъ кислятины, почему не закончить
производствомъ вина изъ сахарной воды?
Но запретить улучшеніе вина невозможно; это проф.
Меркеръ далѣе самъ разъясняетъ въ своемъ рефератѣ. Стати­
стика говоритъ, что на 10 лѣтъ приходится только одинъ от*) Читатель благоволитъ припомнить отрывокъ изъ „Германіи“
Генриха Гейие, цитированный въ рейхстагѣ Бебелемъ во время знаме­
нитыхъ дебатовъ о „государствѣ будущаго“ (<2іікипЦ8ІааЬ). Прим. пер.


— .383 —

личный годъ на вино, три хорошихъ, три среднихъ, три
плохихъ. Эти кислыя вина безъ надлежащей переработки не
переносятся культурнымъ нёбомъ. Запретить улучшеніе вина—
значило-бы сильно повредить самимъ производителямъ вино­
града.
Рядомъ съ улучшенными винами и виномъ изъ выжимокъ
возникаетъ производство изюмнаго вина. Изъ раствореннаго
въ водѣ, достаточно измельченнаго и подвергнутаго броженію,
въ особенности при посредствѣ чистыхъ культуръ дрожже­
выхъ грибковъ, изюма можно выдѣлать прекрасное вино. Это
хорошее во всѣхъ отношеніяхъ, вполнѣ годное къ употре­
бленію вино ничѣмъ не уступаетъ обыкновенному виноградному
вину и является серьезнымъ конкурентомъ туземному нѣмец­
кому вину. Съ технической точки зрѣнія противъ него ничего
нельзя возразить, но тѣмъ болѣе оно встрѣчаетъ возраженій
съ хозяйственной точки зрѣнія, такъ какъ оно дѣлаетъ тя­
желую конкуренцію туземному нѣмецкому вину. Оно хоро­
шо противостоитъ броженію и необычайно дешево; за 12 ма­
рокъ можно выдѣлать 100 литровъ. Это тяжелая конкурен­
ція, съ которой слѣдуетъ рѣшительно бороться законодатель­
нымъ путемъ».
И въ самомъ дѣлѣ, подумайте, какое несчастіе падетъ
на голову нѣмецкаго народа, если изюмному вину удастся
вытѣснить картофельную сивуху!
Путемъ чистыхъ культуръ дрожжевыхъ грибковъ можно
приготовить похожее на вино питье и изъ солода. Въ Гам­
бургѣ одна огромная фабрика выдѣлываетъ такое солодовое
вино.
Изъ преній объ этомъ рефератѣ заимствуемъ заявленіе
старшаго правительственнаго совѣтника Тиля, замѣтившаго,
между прочимъ, что мелкіе винодѣлы не въ состояніи
сами производить улучшеній въ выдѣлкѣ вина. Это доступно
только крупнымъ владѣльцамъ виноградниковъ и виноторгов­
цамъ. Въ томъ же родѣ писалъ уже въ 60-ыхъ годахъ Мейтценъ. «Только болѣе крупные владѣльцы виноградниковъ и
зажиточные винодѣлы сами прессуютъ и очищаютъ вино въ
складахъ и выжидаютъ благопріятнаго времени для продажи.


— 384 —

Число бѣднѣйшихъ винодѣловъ, не имѣющихъ къ тому средствъ,
доходитъ до 12—13.000 (въ старой Пруссіи до 1866 г.).
Чтобы поскорѣе получитъ паличныя деньги, они сбываютъ
виноградъ непосредственно за жатвой, часто запродаютъ его
заранѣе, связываютъ себя задатками. Податные чиновники
исчисляютъ количество винограда, уступленнаго осенью 1864 г.
этимъ классомъ винодѣловъ виноторговцамъ и фабрикантамъ
винъ, въ 69.405 центнеровъ-». («Boden» II., 275).
Зависимость мелкихъ винодѣловъ отъ виноторговцевъ усили­
вается еще необезпеченностью винограднаго урожая. Выше
мы привели замѣчаніе Меркера, что на 10 лѣтъ приходится
всего три плохихъ урожая и только одинъ отличный сборъ;
но рядомъ съ количествомъ колеблется и качество. Мейтценъ
въ упомянутомъ сочиненіи (стр. 277) приводитъ количество
собраннаго въ Рейнской провинціи винограда за время отъ
1821 до 1864 года. Извлечемъ оттуда нѣсколько цифръ
(въ ведрахъ):
1821
1822
1828
1829

.
..
..
..

.
.
.
.

24.868
469.211
816.228
271.088

1830 .
1834 .
1854 .
1855 .

. 41.970
. 850.467
. 91.299
. 212.358

185 *
1857
1858
1864

.
.
.
.

. 175.663
. 546.545
. 576.205
. 320.471

При такихъ обстоятельстахъ винодѣліе становится чистой
азартной игрой, въ которой, въ концѣ концовъ, долженъ вы­
играть тотъ, у кого болѣе толстый карманъ, кто можетъ го­
дами терпѣть убытки. Мелкаго, не имѣющаго капиталовъ вино­
дѣла одинъ неурожай превращаетъ въ банкрота или приводитъ
его къ безнадежному долговому рабству.
Товарищества должны и тутъ явиться якоремъ спасенія.
Кооперативные склады должны доставить мелкимъ винодѣ­
ламъ возможность класть въ свой карманъ барыши, доста­
вляемые улучшеніемъ ихъ винъ и посреднической торговлей.
Къ нимъ относится все, что сказано было вообще о сельско­
хозяйственныхъ производительныхъ товариществахъ: съ одной
стороны—они недоступны очень мелкимъ, неимѣющимъ капи­
тала, производителямъ винограда, съ другой—подобно дру­
гимъ производительнымъ товариществамъ, они раньше или
позже должны капиталистически выродиться или сдѣлаться
капиталистической собственностью.


— 385 —

ВСЕГО

въ те ктолитрахъ

Гек-

де-

Н)

9

ДоХОДЪ
съ
гек­
тара.

Потребленіе
вина (разсчет.) Гекто­
литровъ.

въ гектарахъ.

Въ сред­
немъ за
десяти­
лѣтіе.

Плошадь подъ
винодѣліемъ

Въ этомъ смыслѣ они только ускоряютъ развитіе, тенден­
ція котораго—поставитъ производителя виноградниковъ все
въ большую экономическую зависимость отъ фабрики, отъ
виннаго погреба, превратитъ его въ детализированнаго рабо­
чаго винной индустріи.
То техническое развитіе, которое постоянно усиливаетъ
зависимость виноградаря отъ фабриканта винъ, въ то же
время ослабляетъ зависимость послѣдняго отъ отечественнаго
виноградаря. Оно во все возрастающихъ количествахъ доста­
вляетъ ему иностранное дешевое вино, которое онъ превра­
щаетъ въ лучшее, оно доставляетъ ему и другого рода дешевое
сырье для выдѣлки винъ.
Революціонизированіе виннаго производства легче всего
прослѣдить во Франціи. Вслѣдствіе опустошеній, произведен­
ныхъ филоксерой и другими болѣзнями, доходъ винодѣлія
стремительно упалъ; опъ составлялъ за годъ:

£ з
о Ч

-

3 3 н “ 5м
з
5- ё

5 _і_ § 8 4

Вывозъ
вина въ
гекто­
литрахъ

1870—1879 2.364.175 22.4 52.935.956 38.100.000 +14.800.000 3.283.419
*)
*)
*)
1880—1889 2.052.897 16.3 33.499.782 36.400.000 — 3.000.000 2.538.199

годъ—1887 1.919.878 13.6 25.365.441 34.000.000
» —1891

1.763.374 17.0 30.139.000

?

— 9.000.000 2.402.216

?

2.044.000

Хотя съ начала 80-ыхъ годовъ потребленіе вина далеко
превышаетъ его производство, однако вывозъ почти не умень­
шается. Это объясняется отчасти накопленіемъ излишковъ преж­
нихъ лѣтъ, отчасти ввозомъ малоцѣнныхъ винъ, которыя
улучшаются и затѣмъ потребляются въ самой Франціи или
вывозятся въ качествѣ хорошихъ французскихъ винъ.
*) 1880—1884.

25


— 386 —

Ввозъ вина въ тысячахъ гектолитровъ составлялъ:
1878
Изъ Испаніи . . 1247
„ Алжира. .
1
„ Португаліи.
16

1889
7052
1581
875

1878
Австро-Венгріи . . 9
Турціи...................... 8
Греціи....................... 0

1889
422
194
146

Одновременно съ этимъ повысилась и фабрикація искусственнаго вина. Даже по офиціальной статистикѣ было выдѣлано вина:
Изъ сушенаго винограда
Гектолитры.
1880 . . . 2.320.000
1890 . . . 5.293.000

Изъ выжимокъ
Гектолитры.
2.130.000
1.947.000

Всего
Гектолитры.
4.450.000
6.240.000

Дѣйствительная фабрикація искусственныхъ винъ должна
быть еще значительно выше. Эта отрасль промышленности
ведется только отчасти открыто.
Въ Германской Имперіи ввозъ изюма съ 12.994.000
килограммовъ въ 1886 г. возросъ до 32.846.000 въ 1895 г.
Львиная доля этого увеличенія должна быть отнесена па счетъ
фабрикаціи вина. Рядомъ съ этимъ ввозъ свѣжаго винограда
поднялся съ 3.181.000 килограм. (1886) до 19.371.000
(1895).
Между тѣмъ и этой области готовится за-океанская кон­
куренція, какъ со стороны Африки (Алжиръ, Тунисъ, Кап­
ская земля), такъ и со стороны Соединенныхъ Штатовъ,
Калифорніи, Чили, Урагвая, Аргентины, Астраліи. Въ Алжирѣ
виноградной лозой было засажено въ 1878 г. 17.600 гекта­
ровъ, въ 1889 г.—96.624, въ 1893 г.—116.000 со сборомъ
въ 3.800.000 гектолитровъ. Въ Соединенныхъ Штатахъ до­
быча вина въ 1889 г. составляла 1.500.000 гектолитровъ,
въ Аргентинѣ—столько же, въ Чили 1.000.000.
До сихъ поръ рѣчь шла все еще о переработкѣ сырого
продукта, хотя-бы и малоцѣннаго, доставляемаго земледѣ­
ліемъ. Но въ нѣкоторыхъ областяхъ индустріальному разви­
тію удается въ концѣ концовъ непосредственно производить
даже продукты, до тѣхъ поръ доставлявшіеся земледѣліемъ,
безъ всякаго содѣйствія послѣдняго.
Наиболѣе извѣстны въ этомъ отношеніи успѣхи, достиг­
нутые химіей при обработкѣ дегтя. Изъ него добывается


— 387 —

множество- совершенно новыхъ веществъ, играющихъ боль­
шую роль особенно въ медицинѣ, и съ каждымъ днемъ число
этихъ веществъ растетъ; кромѣ того изъ него добываются
также очень дешево вещества, доставлявшіяся до сихъ поръ
исключительно земледѣліемъ.
Марена, наир., до 70-ыхъ годовъ была важнымъ техни­
ческимъ растеніемъ для нѣкоторыхъ мѣстностей Европы,
именно Голландіи, Южной Франціи и Южной Германіи.
Открытіе способа добыванія ализарина изъ каменно-уголь­
наго дегтя, сдѣланное въ 1868 году Гребе и Либерманомъ,
съ 1870 года все больше примѣнялось анилиновыми фабри­
ками и нанесло смертельный ударъ культурѣ марены.
Отъ другого продукта каменно-угольнаго дегтя—сахарина
онъ былъ открытъ въ 1879 г., а добыча его въ крупныхъ
размѣрахъ началась въ 1886 году—вначалѣ ожидали та­
кого же результата для культуры свекловицы. Но до этого
дѣло не дошло. Правда, сахаринъ въ 500 разъ слаще трост­
никоваго сахара, но онъ можетъ замѣнить сахаръ только
какъ вкусовое, а не какъ питательное вещество. Тѣмъ не
менѣе онъ вытѣсняетъ сахаръ изъ ряда областей, гдѣ тотъ
находилъ примѣненіе до сихъ поръ, и тѣмъ препятствуетъ
увеличенію его потребленія.
Алкоголь также можно добывать изъ дегтя, но до сихъ
поръ еще этотъ способъ настолько несовершененъ, что о
выгодномъ примѣненіи его въ промышленности не можетъ
быть и рѣчи.
Большее и болѣе непріятное значеніе для нѣкоторыхъ
вѣтвей сельскаго хозяйства имѣютъ успѣхи электротехники.
Ей, повидимому, удастся дѣло, которое не удалось пару,—
почти полное вытѣсненіе лошади изъ экономической жизни.
Паровая сила можетъ съ выгодой быть примѣняема толь­
ко для приведенія въ движеніе большихъ массъ и при непре­
рывности производства. Она вытѣснила лошадь при передви­
женіи тяжестей на большія разстоянія. Но желѣзныя дороги,
давшія сильный толчокъ росту большихъ городовъ, а въ
значительной степени сдѣлавшія его впервые возможнымъ,
поставили мѣстному передвиженію цѣлый рядъ все болѣе

25*


— 388 —

трудныхъ задачъ, которыя до недавняго времени могли быть
разрѣшены только съ помощью лошадиной силы. Въ сель­
скомъ хозяйствѣ паровая машина также не могла вытѣснить
лошади, какъ бы цѣнна она ни была для нѣкоторыхъ работъ.
Силу электричества легко дѣлить и передавать на большія
разстоянія, его дѣйствіе можно по желанію прерывать и
снова пускать въ ходъ, его двигатели занимаютъ мало мѣста
и ими легко управлять; электричество можетъ поэтому взять
на себя функцію лошади, какъ двигателя, одинаково въ пе­
редвиженіи и въ земледѣліи, и оно уже сдѣлало это во мно­
гихъ случаяхъ. Вытѣсненію лошади изъ области передвиже­
нія содѣйствуютъ и другіе успѣхи техники. Рядомъ съ
электрическими желѣзными дорогами, электрическими дрож­
ками и электрическими омнибусами возникаютъ механическіе
экипажи другого рода, а приводимый въ движеніе человѣ­
комъ велосипедъ распространяется съ быстротой, служащей
не только неисчерпаемымъ источникомъ матеріала для юмо­
ристическихъ листковъ и для моральнаго негодованія фили­
стеровъ, по и источникомъ жирныхъ барышей для велоси­
педныхъ фабрикантовъ и торговцевъ.
Результатъ всего этого ясенъ: спросъ на лошадей дол­
женъ пасть, коневодство должно сдѣлаться бездоходнымъ.
Въ Соединенныхъ Штатахъ, гдѣ электрическія желѣзныя
дороги гораздо въ большей степени, чѣмъ въ Европѣ, вытѣ­
снили уже конныя дороги, оно уже бездоходно. Одинъ
англійскій сельскій хозяинъ, знакомый съ положеніемъ дѣлъ
въ Америкѣ по собственнымъ наблюденіямъ, пишетъ объ этомъ:
«Въ послѣднее время слышно много жалобъ на конскую
торговлю. Именно коневодство въ Америкѣ показалось
мнѣ особенно бездоходнымъ; коннозаводчики говорили мнѣ,
что они часто совсѣмъ не въ состояніи сбывать взрощенныхъ
ими лошадей за отсутствіемъ покупателей; предложеніе боль­
ше спроса. Меня это обстоятельство не удивляетъ, ибо каж­
дый маленькій городокъ въ Америкѣ имѣетъ теперь дорогу
съ электрической или канатной тягой на мѣсто конно-желѣз­
ной дороги. Практическій американецъ давно уже открылъ,
что электричество дешевле, чѣмъ дорого стоющее содержа-


— 389 —

ніе лошадей; я часто поражался распространеніемъ электри­
чества даже въ самыхъ маленькихъ деревушкахъ». (König,
«.Die Lage der englischen Landwirthschaft», 408).
Дѣйствительно, число лошадей въ сѣверной Америкѣ
уменьшается—несмотря на расширеніе земледѣлія, увеличе­
ніе ея населенія, ростъ городовъ. Еще сильнѣе, чѣмъ число
лошадей, пала ихъ цѣна. Въ Соединенныхъ Штатахъ лошадей считалось:
Число.

Годъ.
1892
1893
1894
1895
1896
1897

................................
................................
.................................
.................................
.................................
................................

.
.
.
.
.
.

15.498.140
16.206.802
16.081.139
15.893.318
15.124.057
14.364.667

Стоимость въ
долларахъ
1.007.593.636
992.225.185
769.224.799
576.730.530
500.140.186
452.649.392

Цѣнность наличнаго количества лошадей въ Соединен­
ныхъ Штатахъ въ настоящій моментъ составляетъ такимъ
образомъ меньше половины цѣнности ихъ въ 1892 году.
Рука объ руку съ уменьшеніемъ спроса на лошадей въ
Соединенныхъ Штатахъ идетъ ростъ ихъ вывоза. Онъ
составлялъ:
Всего . - .
Въ Англію .
„ Германію .

.
.

.
•

1892.
3.226 головъ.
457
„
28
„

1896.
25.126 головъ
12.022
„
3.696
„

Такъ говоритъ оффиціальная американская статистика
(«Jearbook of the United States, Departament of Agriculture,
574, 580). По даннымъ статистическаго ежегодника Германской
Имперіи, изъ Соединенныхъ Штатовъ было ввезено въ Гер­
манію въ 1890 году 19, 1896—4285, въ 1897—5918 лоша­
дей. Ввозъ изъ Америки за послѣдніе годы значительно
превысилъ ввозъ изъ Англіи, поднявшійся за 1890—97 съ
1070 до 2719 головъ.
Однако техническій прогрессъ путей сообщенія въ самой
Европѣ долженъ повести ііа первыхъ порахъ къ ограниченію
роста числа лошадей, а затѣмъ и къ паденію его. Этимъ
на первомъ планѣ будутъ задѣты коннозаводчики, по большей


— 390 —

части крупные сельскіе хозяева;, но и для крупныхъ кре­
стьянъ разведеніе лошадей въ нѣкоторыхъ мѣстахъ до
сихъ поръ является важнимъ источникомъ доходовъ. Напро­
тивъ, интересы мелкихъ сельскихъ хозяевъ прямо не затра­
гиваются перепроизводствомъ лошадей, и тутъ мелкіе хозяева
имѣютъ преимущество передъ крупными, понятно, не въ
силу ихъ техническаго превосходства. Но косвеннымъ обра­
зомъ сокращеніе коневодства задѣваетъ и ихъ интересы,
такъ какъ оно съ естественной необходимостью влечетъ за
собой суженіе производства фуража. Велосипеды, электри­
ческія желѣзныя дороги, механическіе экипажи, электриче­
скіе плуги не употребляютъ ни овса, ни сѣна. Между тѣмъ
овесъ меньше другихъ главныхъ хлѣбныхъ злаковъ страдалъ
до сихъ поръ отъ за-океанской конкуренціи. Въ Великобританіи
площадь посѣва въ акрахъ составляла:
Подъ пшеницей
ячменемъ
овсомъ .

1887—1872.
. 3.563.000
. 2.289.000
. 2.746.000

1878—1882.
2.965.000
2.460.000
2.777000

1895.
1.417.000
2.166.000
3.296.000

Въ 1896 году плошадь посѣва подъ овсомъ нѣсколько
сократилась. Она составляла только 3.095.000 акровъ.
Является ли это уменьшеніе преходящимъ явленіемъ или
составляетъ уже начало прогрессивнаго паденія разведенія
овса, этого пока еще нельзя рѣшить. Во всякомъ случаѣ
раньше или позже мы должны ожидать подобнаго результа­
та. Что щадитъ иностранная конкуренція, тому грозитъ
промышленное развитіе собственной страны.
Превращеніе сельскаго хозяйства въ индустріальное произ­
водство еще только начинается. Смѣлые пророки, именно ода­
ренные фантазіей химики, грезятъ уже о томъ времени,
когда изъ камня будутъ дѣлать хлѣбъ, когда вся масса
пищевыхъ веществъ будетъ производиться на химическихъ
фабрикахъ. Съ подобной музыкой будущаго намъ здѣсь,
понятно, не приходится считаться. Но одно несомнѣнно. Въ
цѣломъ рядѣ областей сельско-хозяйственное производство
превратилось въ индустріальное, другой рядъ превращеній
предстоитъ въ предвидимомъ будущемъ; ни одна область


— 391 —

сельско-хозяйственной дѣятельности не гарантирована отъ нихъ.
И каждый прогрессъ въ этомъ направленіи долженъ повести
къ ухудшенію положенія сельскихъ хозяевъ, къ усиленію
ихъ зависимости отъ индустріи, къ уменьшенію обезпеченности
ихъ существованія. На основаніи этого далеко еще нельзя
говорить о гибели земледѣлія. Но тамъ, гдѣ современный
способъ производства сталъ твердый ногой его консерватив­
ный характеръ безвозвратно погибъ. Закоснѣлость въ старинѣ
грозитъ сельскому хозяину вѣрной гибелью; онъ непрерыв­
но долженъ слѣдовать за развитіемъ техники, долженъ не­
прерывно приспособлять свое производство къ новымъ отно­
шеніямъ. Нѣтъ для него возможности отдыха на разъ дости­
гнутой степени. Когда сельскому хозяину кажется, что онъ
одолѣлъ одного врага, передъ нимъ встаетъ новый врагъ. И въ
деревнѣ вся экономическая жизнь, столь однообразно двигав­
шаяся до сихъ поръ вѣчно въ одной и той же колеѣ, попа­
даетъ въ состояніе непрерывнаго революціонизированія, этого
характеристическаго признака капиталистическаго способа
производства.
Этотъ вѣчный водоворотъ ввергаетъ въ пропасть всѣхъ,
кому не выпало на долю изъ ряду вонъ выходящее счастіе,
кто не отличается крайней неразборчивостью въ средствахъ,
необычайной дѣловой интеллигентностью или экстраординар­
ными денежными средствами.
Такимъ образомъ революціонизированіе сельскаго хозяй­
ства, такъ сказать, освящаетъ (inaugurât) ихъ травлю,которая
безжалостно гонитъ ихъ впередъ, пока, выбившись изъ силъ,
они не упадутъ—за исключеніемъ нѣсколькихъ неотесанныхъ
баловней судьбы (brutale Glückpilze), которымъ удается по
трупамъ павшихъ подняться въ ряды травящихъ, крупныхъ
капиталистовъ.

Взглядъ на будущее.
а) Двигательныя силы развитія.
Буржуазная экономія въ своихъ изслѣдованіяхъ хода раз­
витія сельскаго хозяйства видитъ центръ тяжести въ вопросѣ


— 392 —

объ отношеніи между крупнымъ и мелкимъ производствомъ
по площади земли. И такъ какъ это отношеніе измѣняется
сравнительно медленно, то она приписываетъ земледѣлію,
въ противоположность
промышленности,
консервативный
характеръ.
Напротивъ, другое воззрѣніе, популярное въ кругахъ
соціалистовъ, видитъ революціонизирующій элементъ сельскаго
хозяйства въ ростовщичествѣ, въ задолженности, лишающихъ
крестьянина его собственности и выгоняющихъ его изъ двора
и дома.
Насколько невѣрно первое мнѣніе, это, полагаемъ, мы до­
статочно показали. Но и со вторымъ мнѣніемъ мы не можемъ
безусловно согласиться.
Задолженность крестьянина, какъ извѣстно, не предста­
вляетъ характерной особенности капиталистическаго способа
производства. Она такъ же стара, какъ и товарное произ­
водство, и играла большую роль уже въ тотъ періодъ Греціи
и Рима, когда ихъ исторія переходитъ изъ легендарной эпохи
въ исторически достовѣрную. Самъ по себѣ ростовщическій
капиталъ можетъ только сдѣлать крестьянство недовольнымъ
и мятежнымъ, но онъ не образуетъ двигательной силы раз­
витія къ высшему способу производства. Только тогда, когда
выростаетъ капиталистическое производство, когда развивает­
ся конкуренціонная борьба между крупнымъ и мелкимъ
производствомъ, и владѣлецъ ббльшей денежной суммы мо­
жетъ болѣе выгодно вести производство на высшей техниче­
ской основѣ,—только тогда ростовщичество превращается въ
кредитъ, значительно поднимающій силу дѣйствія капитала
и ускоряющій процессъ экономическаго развитія. Но и въ та­
комъ случаѣ это больше относится къ индустріи, чѣмъ къ
сельскому хозяйству. Въ послѣднемъ кредитъ въ значитель­
ной степени сохраняетъ характеръ до-капиталистической эпохи.
Задолженность землевладѣнія и теперь только въ незначитель­
ной степени опредѣляется потребностью въ расширеніи и
улучшеніи производства; въ гораздо большей степени она
является продуктомъ нужды и переходовъ владѣній—продажи
и наслѣдованія; какъ таковая, она не только не способству-


— 393 —

етъ экономическому развитію сельскаго хояйства, а задержи­
ваетъ его, отнимая средства для прогресса; она не только
лишена какихъ-либо задатковъ или элементовъ здоровой
эволюціи, она прямо консервативна; она не способна поднять
крестьянское хозяйство на высшую ступень производства, она
можетъ только удержать это производство на прежней несо­
вершенной ступени.
Земельная задолженность является болѣе консервативнымъ,
чѣмъ революціоннымъ элементомъ, по отношенію къ способу
производства, а часто и по отношенію къ собственности. Во
всякомъ случаѣ, гдѣ условія крестьянскаго землевладѣнія
являются тормазомъ для возникающаго новаго способа произ­
водства, тамъ задолженность можетъ сдѣлаться средствомъ къ
ускоренію экспропріаціи. Это имѣло мѣсто въ древнемъ Римѣ,
гдѣ изобиліе военноплѣнныхъ рабовъ способствовало развитію
плантаторскаго хозяйства; это имѣло мѣсто въ Англіи въ эпоху
реформаціи, когда расцвѣтъ шерстяной торговли повелъ къ
расширенію пастбищъ для овецъ. Но что задолженность была
только однимъ изъ рычаговъ экспропріаціи, а не движущей
силой ея, мы видимъ уже изъ того, что, напр., ко времени
реформаціи жалобы на задолженность крестьянства въ юж.
Германіи раздавались еще громче, чѣмъ въ Англіи, и тѣмъ
не менѣе она не повела тутъ къ замѣтной экспропріаціи кре­
стьянства. Владѣльцы отдѣльныхъ крестьянскихъ дворовъ смѣ­
нились, сами дворы остались. Ростовщичество повело здѣсь
къ крайней степени эксплуатаціи, но не къ уменьшенію числен­
ности крестьянства.
Переворотъ въ условіяхъ земледѣльческаго производства,
послѣдовавшій за французской революціей и ея отраженіями
въ другихъ странахъ, открывалъ и ростовщическому капи­
талу широкую возможность коренныхъ измѣненій въ сферѣ
имущественныхъ отношеній. Онъ благопріятствовалъ одинаково
тенденціи и къ крупному производству и къ раздробленію хо­
зяйствъ. Задолженность крестьянства помогала крупнымъ
землевладѣльцамъ округлять свои имѣнія и расширять свои
лѣса. Съ другой стороны большій спросъ растущаго сельскаго
населенія на жилища и на земельные участки повелъ къ раз-


— 394 —

дѣлу имѣній, къ парцелляціи задолженныхъ крестьянскихъ
дворовъ—процессъ надъ осуществленіемъ котораго система­
тически работали многочисленные ростовщики. Ни тотъ, ни дру­
гой процессъ еще не закончился, но съ тѣхъ поръ какъ за-океанская конкуренція сдѣлала земледѣліе бездоходнымъ, съ тѣхъ
поръ какъ приростъ земледѣльческаго населенія пріостано­
вился, а часто даже пошелъ на убыль, эти процессы сильно
замедлились. Земельная рента и цѣны на имѣнія болѣе не
растутъ, если не говорить объ особо благопріятно расположен­
ныхъ изъ нихъ, напр., вблизи городовъ или фабрикъ; онѣ стали
падать и угрожаютъ упасть еще больше. Чѣмъ далѣе подви­
гается это явленіе, тѣмъ менѣе заинтересованы капиталистыростовщики въ экспропріаціи задолженныхъ крестьянъ. Про­
дажа съ публичныхъ торговъ грозитъ имъ не только потерей
процента на капиталъ, но даже потерей части капитала.
Вмѣсто того, чтобы ускорять, они стараются отдалить ее пу­
темъ отсрочки платежа процентовъ, часто путемъ выдачи но­
выхъ ссудъ, подобно тому, какъ въ Англіи даже самые жад­
ные и жестокосердные лендлорды аграрнымъ кризисомъ вы­
нуждены были разсрочить арендную недоимку, понизить ее
на будущее время, предпринять меліораціи на собственный
счетъ.
Такъ, напр., землевладѣлецъ Винкельманъ изъ Вестфаліи
въ анкетѣ союза соціальной политики о положеніи крестьян­
ства сообщаетъ: «При той цѣпкости, съ которой здѣшній кре­
стьянинъ держится за свой наслѣдственный участокъ, многіе
ростовщики находятъ для себя болѣе выгоднымъ принуждать
сельскаго хозяина къ работѣ на себя и отнимать у него все
вырабатываемое имъ, кромѣ необходимаго для нищенскаго су­
ществованія, чѣмъ пускаться на сомнительную продажу съ
аукціона задолженныхъ участковъ. Во многихъ нашихъ бѣд­
нѣйшихъ горныхъ округахъ къ тому же уже нѣтъ покупщи­
ковъ* (II т. 11).
Задолженность крестьянства, являющаяся скорѣе препят­
ствіемъ къ революціонизированію условій производства въ де­
ревнѣ, не всегда равносильна также революціонизированію
отношеній собственности. Въ настоящій моментъ именно аграр-


— 395 —

ный кризисъ заставляетъ отступать на задній планъ ея рево­
люціонныя тенденціи и ио отношенію къ собственности. За­
то каждое новое измѣненіе производственныхъ отношеній
воспользуется задолженностью землевладѣнія, какъ рычагомъ
для болѣе легкаго приспособленія отношеній собственности
къ условіямъ производства.
Гдѣ же намъ искать движущій моментъ, который сдѣлаетъ
необходимымъ это измѣненіе въ способѣ производства? Послѣ
вышеизложеннаго отвѣтъ не представляетъ затрудненій. Въ
индустріи скрыта пружина не только ея собственнаго раз­
витія, но и развитія земледѣлія.
Мы видѣли, что именно городская индустрія разрушила
единство промышленности и сельскаго хозяйства въ деревнѣ,
превративъ деревенскаго жителя въ односторонняго сельскаго
хозяина, въ товаропроизводителя, зависящаго отъ капри­
зовъ рынка, что именно она создала условія для его проле­
таризаціи.
Мы нашли далѣе, что сельское хозяйство феодальнаго
времени попало въ кругъ, изъ котораго ему не выбраться бы
собственными силами. Городская промышленность создала ре­
волюціонныя силы, которыя вынуждены были и оказались въ
состояніи разрушить феодальный режимъ, и этимъ открыли
новыя стези не только промышленности, но и сельскому хо­
зяйству. Именно промышленность создала затѣмъ техническія
и научныя условія новаго, раціональнаго сельскаго хозяй­
ства, революціонизировала его при помощи машинъ и искус­
ственнаго удобренія, микроскопа и химической лабораторіи,
и этимъ создала техническое превосходство капиталистическаго
крупнаго производства надъ крестьянскимъ мелкимъ производ­
ствомъ. Но рядомъ съ этимъ качественнымъ различіемъ между
крупнымъ и мелкимъ производствомъ то же самое экономиче­
ское развитіе создало еще другое различіе: различіе между
хозяйствами, служащими только для собственнаго потребле­
нія, и такими, которыя производятъ преимущественно или,
по крайней мѣрѣ, въ значительной степени для рынка. Какъ
тѣ, такъ и другія попадаютъ въ зависимость отъ промышлен­
ности, но различными путями. Для первыхъ возникаетъ не-


— 396 —

обходимость добыванія денегъ путемъ продажи рабочей силы,
путемъ наемнаго труда или домашнихъ промысловъ, благо­
даря чему мелкіе сельскіе хозяева дѣлаются все болѣе зави­
симыми отъ промышленности, все болѣе приближаются къ по­
ложенію промышленныхъ пролетаріевъ. Товаропроизводящія же
хозяйства также все сильнѣе нуждаются въ подсобныхъ про­
мыслахъ. Конечно, техническому прогрессу присуща тенденція
къ сокращенію издержекъ производства, но эта тенденція въ
капиталистическомъ земледѣліи болѣе чѣмъ парализуется про­
тивоположными тенденціями, нагромождающими на него все
большую тяжесть: ростъ земельной ренты, т. е. здѣсь аренды,
тамъ ипотечной задолженности, наслѣдственное право, спо­
собствующее этой задолженности или дробленію участковъ,
ростъ эксплуатаціи деревни городомъ, являющійся слѣдствіемъ
милитаризма, налоговъ, абсентеизма и пр., истощеніе почвы,
растущая чувствительность къ вреднымъ моментамъ культур­
ныхъ животныхъ и растеній, наконецъ—возрастающее отвле­
ченіе сельскихъ рабочихъ промышленностью, — все это фак­
торы, которые своимъ соединеннымъ дѣйствіемъ, не смотря
на техническій прогрессъ, все болѣе повышаютъ издержки
производства въ земледѣліи. Ближайшее послѣдствіе всего
этого—общее и непрерывное повышеніе цѣнъ на жизненные
припасы, но также и обостреніе противорѣчія между горо­
домъ и деревней, между землевладѣніемъ и массой потреби­
телей.
Но то самое промышленное развитіе, которое создало эти
отношенія въ земледѣліи, преобразуетъ ихъ еще далѣе пу­
темъ расширенія мірового обращенія и вызываетъ къ жизни
за-океанскую конкуренцію жизненными припасами. Гдѣ земле­
владѣніе недостаточно сильно, тамъ промышленное развитіе
обрушивается на него всей своей тяжестью, какъ въ Англіи,
но именно этимъ оно уменьшаетъ антагонизмъ между земле­
владѣніемъ и массой потребителей. Гдѣ землевладѣніе можѳтѣ
заставить себѣ служить государственную власть, тамъ оно
пытается искусственнымъ возвышеніемъ цѣнъ на жизненные
припасы снова поднять цѣны до высоты старыхъ издержекъ
производства, что однако при современномъ міровомъ обра-


— 397 —

щевіи и международной конкуренціи ему нигдѣ не удается,
да и не можетъ удасться въ достаточной мѣрѣ и ведетъ только
къ еще большему обостренію антагонизма между землевладѣ­
ніемъ и массой потребителей, именно пролетаріатомъ, антаго­
низма, уже и безъ того достигшаго высокой степени напря­
женія. Но вмѣстѣ съ землевладѣніемъ страдаетъ и сельское
хозяйство, прежде всего, конечно, тамъ, гдѣ сельскій хо­
зяинъ является и номинальнымъ землевладѣльцемъ; оно хва­
тается за различные методы производства, чтобы приспосо­
бить его къ новымъ отношеніямъ; здѣсь оно возвращается къ
экстенсивному пастбищному хозяйству, тамъ оно переходитъ
къ интенсивнѣйшему огородному хозяйству, но въ концѣ кон­
цовъ признаетъ самымъ раціональномъ—соединеніе промышлен­
ности и сельскаго хозяйства.
Такъ современный способъ производства, по крайней
мѣрѣ въ двухъ своихъ формахъ,—промысловаго наемнаго
труда мелкаго крестьянина и сельско-хозяйственнаго промы­
шленнаго предпріятія болѣе крупнаго сельскаго хозяина—-въ
концѣ своего діалектическаго процесса снова возвращается
къ своему исходному пункту: къ уничтоженію отдѣленія
промышленности отъ сельскаго хозяйства. Но если въ
примитивномъ крестьянскомъ хозяйствѣ земледѣліе было эко­
номически рѣшающимъ и направляющимъ моментомъ, то те­
перь отношеніе измѣнилось. Капиталистическое крупное про­
изводство правитъ, а земледѣліе должно слушаться его при­
казовъ, должно приспособляться къ его потребностямъ.
Направленіе промышленнаго развитія становится опредѣляю­
щимъ для сельско-хозяйственнаго развитія. Если первое
идетъ по пути къ соціализму, то къ нему должно итти и
послѣднее. Но въ мѣстностяхъ, которыя остаются чисто земле­
дѣльческими, которыя, благодаря замкнутости ихъ террито­
ріальнаго населенія, остаются закрытыми для поступатель­
наго хода промышленности, тамъ населеніе уменьшается въ
числѣ, силѣ, интеллигентности, благосостояніи, а вмѣстѣ съ
тѣмъ истощается почва, гибнетъ сельское хозяйство. Чистое
земледѣліе въ капиталистическомъ обществѣ перестаетъ быть
элементомъ благосостоянія, а вмѣстѣ съ этимъ крестьян-


— 398 —

ство теряетъ надежду вернуть свое благосостояніе. Подобно
земледѣльческому населенію феодальной эпохи, и эти элемен­
ты попадаютъ въ тупикъ, изъ котораго имъ не выбраться
собственными силами, въ которомъ они все болѣе тѣснятся,
полные страха и отчаянія. Какъ въ концѣ 18 столѣтія, такъ
и на этотъ разъ только революціонное населеніе городовъ
принесетъ имъ освобожденіе отъ тяготѣющаго надъ ними
ярма и откроетъ имъ путь къ дальнѣйшему развитію.
Сильно мѣшая въ деревнѣ созданію условій для развитія
такого революціоннаго класса, капиталистическій способъ
производства способствуетъ этому въ городахъ. Онъ концен­
трируетъ въ нихъ рабочія массы, создаетъ тамъ благопріят­
ныя условія для ихъ объединенія, ихъ умственнаго развитія,
ихъ классовой борьбы. Онъ разрѣжаетъ сельское населеніе,
разсѣиваетъ сельскихъ рабочихъ по обширному пространству,
изолируетъ ихъ, отнимаетъ у нихъ средства къ умственному
развитію и къ сопротивленію эксплуататорамъ. Въ городахъ
онъ концентрируетъ капиталы все въ меньшемъ числѣ рукъ
и этимъ прямо стремится къ экспропріаціи экспропріаторовъ.
Въ сельскомъ хозяйствѣ онъ только отчасти ведетъ къ концен­
траціи производства, съ другой стороны, онъ ведетъ напро­
тивъ къ его раздробленію. Въ своемъ дальнѣйшемъ развитіи
капиталистическій способъ производства во всѣхъ странахъ
рано или поздно превращаетъ промышленность въ экспорт­
ную промышленность, не довольствующуюся внутреннимъ
рынкомъ, а производящую на міровой рынокъ. Въ той же
мѣрѣ онъ низводитъ земледѣліе на степень производства,
которое не въ состояніи обезпечить себѣ даже внутренній
рынокъ, значеніе котораго рядомъ съ міровымъ производствомъ
все болѣе падаетъ.
Итакъ, чѣмъ болѣе капиталистическія формы собствен­
ности и присвоенія и капиталистическіе интересы приходятъ
въ противорѣчіе съ потребностями сельскаго хозяйства, чѣмъ
большей тяжестью они ложатся на послѣднее или даже по­
давляютъ его, чѣмъ болѣе неотвратимы для сельскаго хозяй­
ства разрушеніе капиталистическихъ формъ, освобожденіе
отъ узъ капиталистическихъ интересовъ, тѣмъ менѣе оказы-


399 —

вается оно въ состояніи развить изъ себя самого необходи­
мыя силы и зародыши организаціи, тѣмъ болѣе оно нуждается
въ толчкѣ со стороны революціонныхъ силъ промышленности. ■
И этотъ толчекъ явится. Промышленный пролетаріатъ не
можетъ освободить себя, не освободивъ вмѣстѣ съ собой и
сельско-хозяйственнаго населенія.
Общество людей есть организмъ, не животный и не расти­
тельный, а своеобразный организмъ, но все-таки организмъ,
а не простой аггрегатъ индивидуумовъ, и въ качествѣ орга­
низма, оно должно быть организовано по единому плану. Не­
лѣпо; думать, будто въ обществѣ одна часть можетъ разви­
ваться въ одномъ направленіи, а другая, столь же важная,
въ противоположномъ. Оно можетъ развиваться только въ
одномъ направленіи. Но не необходимо, чтобы каждая часть
организма произвела изъ себя самой необходимую для ея раз­
витія двигательную силу; достаточно, если одна часть орга­
низма производитъ требуемыя силы для цѣлаго. Если развитіе
крупной промышленности идетъ въ направленіи къ соціализму,
и если эта промышленность является господствующей силой
въ современномъ обществѣ, то она завоюетъ для соціализма и при­
способитъ къ своимъ потребностямъ и тѣ области, которыя
неспособны произвести изъ себя самихъ предварительныя усло­
вія этого переворота. Она должна это сдѣлать въ своихъ соб­
ственныхъ интересахъ, въ интересахъ единства, гармоніи об­
щества.
Нельзя было сдѣлать худшаго прогноза современнаго об­
щества, чѣмъ тѣ буржуазные экономисты, которые съ тріум­
фомъ заявляютъ: «пусть дорога промышленности ведетъ къ
соціализму, дорога сельскаго хозяйства ведетъ къ «индиви­
дуализму». Если бы это было вѣрно, и если бы сельское хо­
зяйство оказалось достаточно сильнымъ, чтобы отразить отъ
себя соціализмъ, не будучи въ то же время въ силахъ навя­
зать промышленности «индивидуализмъ», то это означало бы
не спасеніе, а гибель общества, непрерывную гражданскую
войну (Bürgerkrieg in Permanenz); къ счастію для человѣче­
скаго общества, и этотъ послѣдній спасительный якорь капи­
талистической эксплуатаціи не надеженъ.


— 400 —

б) Элементы соціалистическаго сельскаго хозяйства.

Мы исходили изъ того положенія, что развитіе современ­
ной промышленности неизбѣжно ведетъ къ соціализму. Для
доказательства этого положенія потребовалась бы цѣлая
книга; эта задача выполнена уже въ основныхъ сочиненіяхъ
научнаго соціализма и прежде всего въ «Капиталѣ».
Здѣсь мы попытаемся только по возможности конкретнѣе
очертить, какъ завоеваніе политической власти пролетаріа­
томъ и его необходимый результатъ—обобществленіе промы­
шленности должно повліять на сельское хозяйство.
Мы преднамѣренно говоримъ «обобществленіе», а не «ого­
сударствленіе». Мы хотимъ оставить совершенно въ сторонѣ
вопросъ о томъ, можетъ ли соціалистическое общество сохра­
нить формы государства; въ начальной своей стадіи оно не­
сомнѣнно удержитъ эти формы; именно государство должно
стать могущественнымъ рычагомъ соціальнаго переворота. Но
этотъ переворотъ самъ по себѣ требуетъ только обобще­
ствленія всего производства и всѣхъ средствъ производства,
а никакъ не ихъ огосударствленія; они не должны больше
быть предметомъ частной собственности, они должны стать
общественной собственностью; ихъ общественная роль опре­
дѣлитъ ту общественную органитацію, во владѣніе которой
они должны перейти. Средства производства, удовлетворяю­
щія мѣстнымъ потребностямъ, какъ-то пекарни, освѣтитель­
ныя предпріятія, городскія дороги болѣе подходятъ къ ком­
мунальному, чѣмъ къ государственному владѣнію, въ то время
какъ многочисленныя средства производства (къ нимъ отно­
сятся, конечно, средства сообщенія) пріобрѣтаютъ междуна­
родное значеніе и потому могутъ стать международной соб­
ственностью, какъ Суэцскій или Панамскій каналъ. Важнѣй­
шія средства производства перейдутъ, конечно, въ собствен­
ность государства, такъ какъ современное государство одно
только можетъ служить рамками для соціалистическаго обще­
ства, одно можетъ создать условія, необходимыя для превра­
щенія коммунальныхъ или товарищескихъ предпріятій въ
веенья соціалистическаго производства.


— 401 —

Если даже обобществленіе производства на первыхъ по­
рахъ коснется только крупной капиталистической промышлен­
ности, то очевидно все-таки, что оно этимъ превратитъ въ обще­
ственныхъ рабочихъ и тѣхъ земледѣльцевъ, которые не въ
состояніи прокормиться однимъ своимъ земледѣліемъ, которые
должны прибѣгать къ подсобнымъ промысламъ, не задѣвая
при этомъ ни малѣйшимъ образомъ ихъ земельной собствен­
ности. Такъ, напр., обобществленіе горнодѣлія или кирпич­
ныхъ заводовъ превратитъ изъ наемныхъ рабочихъ капита­
лизма въ общественныхъ рабочихъ тѣ сотни тысячъ карли­
ковыхъ хозяевъ, которые должны прибѣгать къ работѣ въ горнодѣліи или на кирпичныхъ заводахъ, чтобы покрыть дефи­
цитъ въ своемъ земледѣльческомъ хозяйствѣ.
Съ другой стороны крестьяне, воздѣлывающіе свекловицу,
безъ всякой экспропріаціи, благодаря простому обобществле­
нію сахарныхъ фабрикъ, изъ детализированныхъ рабочихъ ка­
питалистическаго предпріятія превращаются въ детализиро­
ванныхъ рабочихъ общественнаго предпріятія. Тоже отно­
сится и къ взаимоотношенію между молочными хозяйствами и
маслобойными и сыроваренными заводами, все болѣе прини­
мающими нынѣ капиталистическій характеръ, и т. п. Но
обобществленіе крупныхъ промышленныхъ предпріятій благо­
даря соединенію ихъ въ однѣхъ рукахъ должно превратить
въ детализированныхъ общественныхъ рабочихъ и тѣхъ сель­
скихъ хозяевъ, которые при современномъ режимѣ свободной
конкуренціи самостоятельно выступаютъ на рынкѣ.
Разъ всѣ пивоваренные заводы перейдутъ въ однѣ руки,
то хмѣлеводы и производители солода сразу станутъ въ тѣ же
отношенія къ пивовареннымъ заводамъ, какъ воздѣлыватели
свекловицы къ сахарнымъ заводамъ. Такъ же сложатся отно­
шенія между крестьянами-поставщиками хлѣба и обществен­
ными мельницами, между виноградарями и общественными
винными погребами и т. д.
Уже теперь зависимость производителей-земледѣльцевъ отъ
крупныхъ предпріятій этого рода весьма велика, поэтому пе­
редача ихъ изъ рукъ капиталистовъ въ собственность обще­
ства такъ же равносильна освобожденію сельскаго хозяина,

26


— 402

особенно мелкаго, какъ обобществленіе горнодѣлія и т. п. для
карликоваго хозяина, поставлявшаго ему свой наемный трудъ.
Рука объ руку съ растущей индустріализаціей сельскаго
хозяйства идетъ отдѣленіе земельной ренты отъ прибыли на
капиталъ, земельной собственности отъ сельскаго хозяйства—
съ одной стороны, въ формѣ арендной системы, съ другой—въ
формѣ ипотеки. Пролетарскій режимъ безусловно поведетъ
къ обобществленію земельной собственности въ обѣихъ этихъ
формахъ, къ обобществленію сданной въ аренду земли и ипо­
текъ. Чѣмъ сильнѣе (въ странахъ съ развитой арендной си­
стемой) крупное землевладѣніе и чѣмъ болѣе концентрированы
въ немногихъ рукахъ ипотечные долги, тѣмъ скорѣе сельскіе
хозяева признаютъ и радостно привѣтствуютъ этотъ процессъ,
какъ и процессъ обобществленія сельско-хозяйственныхъ про­
мышленныхъ предпріятій, какъ освободительный.
Наконецъ пролетарскій режимъ долженъ повести и къ
обобществленію крупныхъ промышленныхъ сельско-хозяйствен­
ныхъ предпріятій, покоящихся на системѣ эксплуатаціи наем­
наго труда. Правда, крупное производство въ земледѣліи не
имѣетъ такой же тенденціи къ господству, какъ въ промы­
шленности. Но безусловно ложно ждать вытѣсненія круп­
наго производства крестьянскимъ хозяйствомъ Въ капитали­
стическомъ сельскомъ хозяйствѣ крупное и мелкое производ­
ство обусловливаютъ другъ друга.
Самостоятельное крестьянское хозяйство нельзя уже спа­
сти; оно можетъ утвердиться, только опираясь на крупное
хозяйство. Гдѣ имѣются вблизи крупныя промышленныя пред­
пріятія, дающія крестьянину занятіе, какъ наемному рабо­
чему или какъ мнимо самостоятельному, работающему на ка­
питалистовъ хозяину, тамъ онъ дѣлается ихъ рабомъ. Гдѣ тако­
выхъ нѣтъ, тамъ онъ нуждается въ крупномъ земледѣльческомъ
хозяйствѣ, чтобы не опуститься на крайнюю степенъ пиіцеты.
Конечно, крупное земледѣльческое хозяйство болѣе страдаетъ
отъ бѣгства изъ деревни, чѣмъ мелкое хозяйство, но и кре­
стьянская семья начинаетъ отъ этого распадаться, и въ ея
распоряженіи нѣтъ средствъ хоть нѣсколько помочь недо­
статку въ рабочихъ рукахъ увеличеннымъ примѣненіемъ ма-


— 403 —
шинъ. И если аграрный кризисъ скорѣе экспропріируетъ не­
имѣющихъ въ своемъ распоряженіи достаточнаго капитала
крупныхъ землевладѣльцевъ, чѣмъ крестьянъ, то все быстрѣе
растущее накопленіе капиталовъ создаетъ достаточно капита­
листовъ, умѣющихъ извлекать доходъ изъ соединенія сельско­
хозяйственной эксплуатаціи съ промышленной, что для нихъ,
само собой разумѣется, возможно только въ рамкахъ крупнаго,
а не крестьянскаго хозяйства.
Какъ бы мало, поэтому, мы ни были въ правѣ разсчитывать
на быстрое поглощеніе въ сельскомъ хозяйствѣ мелкихъ
хозяйствъ крупными, еще менѣе основаній намъ ожидать
противоположнаго процесса. Въ дѣйствительности статистика
показываетъ намъ только ничтожныя колебанія въ отноше­
ніяхъ между отдѣльными по величинѣ категоріями, измѣненія,
часто объясняемыя перемѣнами въ способѣ производства,—
большей интенсивностью производства, а не экономическимъ
регрессомъ. Если въ Германіи доля хозяйствъ свыше 50 гек­
таровъ во всей сельско-хозяйственно эксплуатируемой пло­
щади понизилась за время отъ 1882 по 1895 годъ съ 33.00%
до 32.56%, т- е- менѣе чѣмъ на полъ-процента, то во Фран­
ціи съ 1882 по 1898 годъ доля хозяйствъ, свыше 40 гек­
таровъ, во всей культурной площади поднялась съ 44.96%
до 45.56%, т. е. болѣе чѣмъ на полъ-процента.
Это—совершенно ничтожныя различія. Но здѣсь, какъ и
тамъ, крупныя хозяйства захватили весьма значительную часть
земель, почти */8 здѣсь, почти % тамъ. Но въ этихъ хозяй­
ствахъ во Франціи въ 1882 году были заинтересованы только
142,000 (изъ 5.672.000 сельскихъ хозяевъ, т. е. 2.51%),
въ 1892 году даже только 139.000 (изъ 5.703.000, т. е.
2.42%), въ Германіи въ 1882 году 66.614 (изъ 5.276.344
сельскихъ хозяевъ, т. е. 1.20%), въ 1893 году 67.185 (изъ
5.558.317, т. е. 1. 21%)- Что эти хозяйства перейдутъ въ
общественную собственность, когда дальнѣйшее существо­
ваніе наемной системы сдѣлается невозможнымъ, конечно,
не подлежитъ никакому сомнѣнію. Но благодаря только
одному этому общество получитъ въ свое распоряженіе отъ
% до % сельско-хозяйственной земли.

26*


— 404 —

Громадная земельная площадь занятая крупнымъ сель­
ски мъ хозяйствомъ, все болѣе развивающійся капиталистиче­
скій характеръ его, ростъ арендной системы и ипотекъ,
индустріализація сельскаго хозяйства,—вотъ элементы, под­
готовляющіе почву для обобщенія сельско-хозяйственнаго
производства, которое съ такой же неизбѣжностью вытекаетъ
изъ грядущаго господства пролетаріата, какъ и обобществле­
ніе индустріальнаго производства, съ которымъ оно все бо­
лѣе сливается въ одно гармоническое цѣлое.
Одновременно съ этими общественными элементами соціа­
листическаго сельскаго хозяйства развиваются и его техни­
ческіе элементы. Мы видѣли какъ современная наука и со­
временная техника вторгаются въ область сельскаго хозяй­
ства и совершаютъ въ немъ переворотъ, и какъ современное
крупное сельско-хозяйственное производство достигаетъ своей
высшей точки въ капиталистическихъ латифундіяхъ, которыя
мы подробно изобразили въ 7 главѣ. Но какъ совершен­
ная техника англійскаго земледѣлія въ прошломъ столѣтіи
могла процвѣтать только въ немногихъ имѣніяхъ, свободныхъ
отъ разрушительнаго гнета феодальной собственности, такъ
и современная техника можетъ развиваться только въ отдѣль­
ныхъ имѣніяхъ. Нужна снова соціальная революція, чтобы
сдѣлать возможнымъ ея всеобщее распространеніе и удалить
съ пути тѣ препятствія для развитія, которыя дѣлаютъ
сельское хозяйство слабымъ послѣ короткаго подъема.
Побѣда пролетаріата равносильна уничтоженію милитариз­
ма и централизаціи большихъ городовъ. Обобществленіе
крупныхъ имѣній освободитъ послѣднія отъ путъ наслѣд­
ственнаго права и абсентеизма. Замѣна же наемнаго рабства
трудомъ свободныхъ членовъ общины доставитъ и сельско­
хозяйственному крупному производству тотъ элементъ рас­
цвѣта, который для него всего важнѣе и отсутствіе котораго
въ настоящее время больше всего мѣшаетъ его развитію:
интеллигентныхъ, добровольныхъ и старательныхъ
рабочихъ силъ въ достаточномъ числѣ. Бѣгство изъ
деревни прекратится, какъ только рабочій найдетъ въ де­
ревнѣ достаточно работы, которая доставитъ ему то же бла-


— 405 —

госостояніе, тѣ же культурныя условія, какъ городская ра­
бота. Оно прекратится тѣмъ скорѣе, чѣмъ сильнѣе будетъ
связь промышленности съ земледѣліемъ, чѣмъ скорѣе мѣсто
товарнаго производства и торговли, предполагающихъ эконо­
мическую централизацію въ большихъ городахъ, займетъ про­
изводство обществомъ и для общества, которое позволитъ
равномѣрно распредѣлить по всей странѣ производство и
положитъ конецъ убійственному скученію населенія въ боль­
шихъ городахъ. Мы уже раньше встрѣчали первую жалкую
форму возрождающагося объединенія сельскаго хозяйства
съ промышленностью въ видѣ промысловаго наемнаго труда
мелкихъ крестьянъ и кустарей; въ болѣе совершенной формѣ
оно выступало передъ нами въ видѣ промышленныхъ под­
собныхъ занятій земледѣльца, обрабатывающаго свое сырье;
въ современныхъ латифундіяхъ это объединеніе достигаетъ
высшей стадіи своего развитія; но только въ соціалистиче­
скомъ обществѣ оно станетъ общимъ закономъ всего обще­
ственнаго производства.
Самостоятельное мелкое производство въ земледѣліи те­
ряетъ свое послѣднее убѣжище. Мы познакомились съ
тремя формами, съ помощью которыхъ оно поддерживаетъ
свое существованіе: съ подсобнымъ промысловымъ запятіемъ,
съ наемнымъ трудомъ въ крупномъ сельско-хозяйственномъ
имѣніи, а тамъ, гдѣ нѣтъ ни того, ни другого, гдѣ мелкій
крестьянинъ остается сельскимъ хозяиномъ чистой воды, гдѣ
онъ выступаетъ по отношенію къ крупному хозяину не какъ
наемный рабочій, а какъ конкурентъ,—съ чрезмѣрнымъ тру­
домъ и недостаточнымъ потребленіемъ, съ варварствомъ,
по выраженію Маркса. Благодаря переходу капиталистиче­
скихъ предпріятій въ общественную собственность, мелкія
сельско-хозяйственныя предпріятія какъ перваго, такъ и
второго рода попадаютъ въ зависимость отъ общественнаго
производства, будутъ имъ поглощены или превратятся въ
простой придатокъ его. Но тогда чисто земледѣльческія са­
мостоятельныя мелкія хозяйства потеряютъ всякую притяга­
тельную силу для ихъ владѣльцевъ. Уже теперь жизнь город­
скихъ пролетаріевъ настолько выше варварской жизни мел-


— 406 —

кихъ крестьянъ, что молодое поколѣніе крестьянъ бѣжитъ
изъ деревень не хуже сельскихъ наемныхъ рабочихъ. Но
когда ихъ окружатъ со всѣхъ сторонъ соціалистическія
латифундіи, обрабатываемыя уже не жалкими наемными ра­
бами, а зажиточными членами товариществъ, свободнымъ,
жизнерадостнымъ поколѣніемъ,— тогда вмѣсто бѣгства съ
парцеллы въ городъ начнется еще болѣе стремительное бѣг­
ство съ парцеллъ въ товарищескія крупныя хозяйства, и
варварство будетъ изгнано изъ своего послѣдняго убѣжища,
въ которомъ оно чувствуетъ себя нынѣ неприступнымъ отъ
окружающаго его цивилизованнаго міра.
Соціалистическое крупное производство принесетъ мелкому
крестьянину не экспропріацію, а освобожденіе отъ ада,
къ которому онъ нынѣ прикованъ своею частною соб­
ственностью.
Общественное развитіе въ земледѣліи идетъ въ томъже направ­
леніи, какъ и въ промышленности. Общественныя потреб­
ности и общественныя условія толкаютъ его и тутъ, и тамъ
къ крупному общественному производству, въ высшей фор­
мѣ котораго земледѣліе и промышленность сливаются въ
прочномъ единствѣ.


ОГЛАВЛЕНІЕ
Стран.

Предисловіе автора

3

................................................

Часть первая. Развитіе сельскаго хозяйства въ

капиталистич. обществѣ.

I.
Введеніе.......................... •...........................................................
11. Крестьянинъ и индустрія....................................................
III. Сельское хозяйство во времена феодализма ...

Ц
16
25

а) Трехпольное хозяйство..................................................
б") Стѣсненіе трехп. хозяйства кру пн. помѣщ. хозяйствомъ
в) Крестьянинъ начинаетъ голодать................................
г) Трехпольная система становится оковами сельскаго
хозяйства.........................................................................

IV. Новѣйшее сельское хозяйство
а)
б)
в)
г)
д)

42

..........................................

46

Потребленіе и производство мяса................................
Плодосмѣнное хозяйство. Раздѣленіе труда ....
Машина въ сельскомъ хозяйствѣ................................
Удобреніе, бактеріи.............................................................
Сельское хозяйство какъ наука....................................

46
50
56

V. Капиталистическій характеръ совр. хозяйства .
а)
б)
в)
г)
д)

25
28
35

.

69
75

79

Цѣнность..................................................................................
79
Прибавочная цѣнность и прибыль................................
85
Дифференціальная рента.................................................
95
Абсолютная земельная рента............................................. 104
Цѣны на землю..........................................................................112

VI. Крупное и мелкое производство............................................... 127
а) Техническое превосходство крупнаго производства 127
б) Чрезмѣрный трудъ и недостаточ. потреблен, въ мелк.
хозяйствѣ........................................................................ 146
в) Товарищества ..................................................................... -159


— 408 —

Стран.

VII. Границы крупн. капиталистическаго сельск. хо­
зяйства .............................................................................................. 175
а) Статистическія данныя............................................... 175
б) Паденіе мелкаго производства въ индустріи ....
186
в)
г)
д)
е)

Ограниченность земельной площади....................... 192
Крупное производство не безусловнонаилучшее .
. 195
Латифундіи........................................................... .... 202
Недостатокъ въ рабочей силѣ ......................................... 210

VIII. Пролетаризація крестьянина.....................................................221
а) Тенденція къ раздробленію земельной собственности 221
б) Формы крестьянскихъ побочныхъ запятій.................... 236

IX.

Возрастающія затрудненія для товарн. сел. хозяйства 259
Земельная рента......................................................................259

а)
б)
в)
г)
д)

X.

Право наслѣдованія ............................................................. 264
Фидеикоммиссъ и право наслѣдства............................... 267
Эксплуатація деревни городомъ.........................................279
Обезлюденіе деревни............................................................. 287

За-океанская

конкуренція и индустріализація
сел. хозяйства....................................................... 312

а) Экспортная индустрія............................................................. 312
б) Желѣзныя дороги.................................................................. 317
в) Область конкуренціивъ произв.
жизненныхъ 322
средствъ .........................................................................
г) Сокращеніе производства хлѣбовъ ................................. 336
д) Соединеніе промышленности и земледѣлія..................... 348
е) Вытѣсненіе сел. хозяйства промышленностью ... 375

XI.

Взглядъ на будущее

.

.

■................................................... 391

а) Двигат. силы развитія ......................................................... 391
б) Элементы соціалистическаго земледѣлія......................... 400


Вышли въ евѣтъ слѣдующій изданія:
1. Г. В. Плехановъ. Наши разногласія................... Ц. 1 р.

2. К. Пажитновъ. Положеніе рабочаго класса въ Россіи

Ц. 1 Р.
3. Н. Троцкій. Изъ исторіи одного года.

. . . Ц. 20 к.

4. Я. Стефановичъ. Дневникъ карійца . . . . Ц. 75 к.

Готовится къ печати;
К. Каутскій. Сопіалдемократическая аграрная программа.
Ц. 30 к.

ГЛАВНЫЙ СКЛАДЪ
^нйгойздательетва „НОВЫЙ МІРЪ":
С.-Петербургъ, Николаевская, 61.