В.П Джангирян
КРИТИКА
англо - американской

буржуазной

историографии

М. А. Бакунина

и бакунизма
МОСКВА «МЫСЛЬ» 1978

9
Д 40
РЕДАКЦИИ ИСТОРИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
д |0601-175 .93-78
004(01)-78
© Издательство «Мысль». 1978

Вместо введения:

постановка вопроса,

историография, источники
«Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма.

Все силы старой Европы объединились для священной

травли этого призрака: папа и царь, Меттерних и Гизо,

французские радикалы и немецкие полицейские» 1 —

так начинается написанный К. Марксом и Ф. Энгель¬

сом «Манифест Коммунистической партии», величай¬

ший программный документ прогрессивного человечест¬

ва. И в современную эпоху, основным содержанием

которой является переход человечества от капи¬

тализма к социализму и коммунизму, борьба против

революционной идеологии и реального социализма

объединяет всех врагов марксизма-ленинизма от фа¬

шиствующих элементов до ультралевых псевдокомму-
НИ'СТОВ.
Борьба между противоположными социально-эконо¬

мическими системами ведется в различных формах.

Страны социалистического содружества, руководст¬

вуясь ленинским принципом мирного сосуществования

государств 'с различным социальным строем, выступают

против войны как средства разрешения спорных вопро¬

сов между социализмом и капитализмом. Однако это

не означает примирения с капитализмом в области

идеологии. Коммунисты рассматривают мирное со¬

существование как специфическую форму классовой

борьбы, которая находит 'свое непосредственное выра¬

жение в области идеологии. «... Вопрос стоит только

так: буржуазная или социалистическая идеология, —

писал В. И. Ленин. — Середины тут нет (ибо никакой

«третьей» идеологии не выработало человечество, да
1	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 423.

и вообще в обществе, раздираемом классовыми проти¬

воречиями, и не может быть никогда внеклассовой или

надклассовой идеологии). Поэтому всякое умаление со¬

циалистической идеологии, всякое отстранение от нее

означает тем самым усиление идеологии буржуазной» 2.
Исторический опыт подтвердил предвидение

В. И. Ленина, высказанное им в 1908 г. в работе «Марк¬

сизм и ревизионизм», о том, что рабочему классу при¬

дется непременно пережить «в несравненно более круп¬

ных размерах» идейную борьбу с антикоммунистами по

коренным вопросам теории, стратегии и тактики рево¬

люционного движения, «когда пролетарская революция

обострит все спорные вопросы, сконцентрирует все раз¬

ногласия на пунктах, имеющих самое непосредственное

значение для определения поведения масс...»3.
Коренное изменение соотношения сил на мировой

арене после второй мировой войны, невозможность по¬

бедить социализм путем войны, растущее влияние идей

коммунизма заставили империализм обратить особое

внимание на идейную борьбу с коммунизмом, привлечь

на идеологический фронт невиданные до сих пор силы

и средства.
Поэтому борьба против идеологического наступле¬

ния антикоммунизма, против влияния буржуазной идео¬

логии была и остается важнейшей задачей коммуни¬

стов. «Положительные сдвиги в мировой политике, раз¬

рядка создают благоприятные возможности для широ¬

кого распространения идей социализма, — отмечалось

в Отчетном докладе Центрального Комитета

XXV съезду, КПСС. — Но, с другой стороны, идейное

противоборство двух систем становится более активным,

империалистическая пропаганда — более изощренной.
В борьбе двух мировоззрений не может быть места

нейтрализму и компромиссам. Здесь нужна высокая

политическая бдительность, активная, оперативная и

убедительная пропагандистская работа, своевременный

отпор враждебным идеологическим диверсиям»4.
Большую роль в антикоммунистическом наступлении

на идеологическом фронте играет буржуазная истори¬

ческая наука — поставщик идей и материалов для анти¬
2	Ленин В. //. Полн. еоГ>р. соч., т. 6. с. 39—40.
3	Ленин В. И. Полн. со5р. соч., т. 17, с. 26.
4	Материалы XXV съезда КПСС. М., 1976, с. 74.
4

коммунистической пропаганды и агитации. Если в

средние века наука была служанкой церкви, то при

капитализме она превратилась в верную служанку де¬

нежного мешка, что определяет ее характер и содержа¬

ние. «Буржуазия, — писал Ф. Энгельс, — все превращает

в товар, а, следовательно, также и историю. В силу са¬

мой ее природы, в силу условий ее существования ей

свойственно фальсифицировать всякий товар: фальси¬

фицировала она также и историю. Ведь лучше всего

оплачивается то историческое сочинение, в котором

фальсификация истории наиболее соответствует интере¬

сам буржуазии» 5.
Особой политической заостренностью отличается

буржуазная «советология», получившая беспрецедент¬

ное по своим масштабам развитие за последние два

десятилетия. «Американцам необходимо точное знание

коммунизма, чтобы более эффективно бороться против

него. Тренер футбольной команды, который уподобляет¬

ся страусу перед состязанием или преуменьшает силы

другой команды, имеет отличные шансы потерпеть по¬

ражение» 6, — заявляет Р. Миллер, автор одной из книг

по антикоммунизму.
Наибольшее внимание в буржуазной «советологии»

уделяется Великой Октябрьской социалистической рево¬

люции и истории советского общества. Характерно при¬

знание английского историка П. Дьюкса: «Если демо¬

кратические революции XVIII в. оказали глубокое

влияние на пространство от Атлантики до Урала, то

воздействие пролетарской революции XX в. ощущается

в более широком, даже мировом масштабе» 7.
Выполняя социальный заказ буржуазии, «советоло¬

ги» в поисках решения «загадки» Великого Октября

обращаются к истории освободительного движения в

России. «Без знания революционного прошлого Рос¬

сии, — заявляет небезызвестный Л. Шапиро, — нельзя

понять победы большевиков» 8.
В этом главным образом заключаются причины рас¬

тущего в современной буржуазной историографии ин¬
5	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 16, с. 524.
6	Miller R. Teaching about Communism. New York, 1966, p. 14.
7	Dukes P. The Emergence of Super—Powers. A Short Compa¬

rative History of the USA and the USSR. London, 1970, p. 102.
8	Shapiro L. The Communist Party of the Soviet Union. New

York, 1960, p. VII.

тереса к проблемам революционного народничества.

Последнее рассматривается как период формирования

идей, приведших Россию к революционным бурям на¬

чала XX в. «Именно между 1848 и 1881 годами, — пи¬

шет известный исследователь народничества Ф. Венту¬

ри, — возникли идеи и психологические типы, обусло¬

вившие переворот 1917 года»9. При этом особый инте¬

рес в буржуазной историографии проявляется к идео¬

логам революционно-демократического движения.
В возрастающем из года в год потоке издаваемой

литературы, посвященной революционному движению в

России, все более видное место занимает история жизни

и деятельности М. А. Бакунина, судьбы бакунизма.
Личность Бакунина, его роль в революционном дви¬

жении были предметом исследования буржуазных исто¬

риков еще в конце прошлого века. В 1898 г. М. Нетлау

опубликовал интересное биографическое исследова¬

ние о М. А. Бакунине 10. В немецкой исторической лите¬

ратуре бакунинская проблематика была объектом актив¬

ной разработки в период Веймарской республики,

когда идеологи правой социал-демократии пытались с

помощью обращения к истории бакунизма оклеветать

большевизм и молодую Советскую республику. В это

время ряд работ, посвященных М. А. Бакунину, публи¬

куются в Германии и. Швейцарии11. Определенное воз¬

рождение интереса к истории бакунизма в немецкой

историографии наблюдается за последнее десятилетие 12

и, очевидно, связано с ростом леворадикального движе¬

ния на Западе.
Обширная литература по истории и современным

проблемам анархизма издана в Испании, Латинской

Америке и Италии. Особое место в итальянской исто¬

риографии бакунизма занимает исследование Ф. Венту¬
9	Venturi F. Roots of Revolution: A History of the Populist and

Socialist Movements in 19-century Russia. New York, 1960, p. XXXII.
10	Netlau M. Michael Bakunin. Eine Biographie. London, 1898.
11	Müller H. Michael Bakunin. Der revolutionare Anarchistum.

Zürich, 1919; Marx oder Bakunin? Democratie oder Dictatur? Eine

Kampfschrift gegen den Vorlaufer das Bolschewismus. Stuttgart, 1920;

Unser Bakunin. Illustriertes Areiterblatt. Zur Erinnerung an den 50

Todestag von Michael Bakunin. Berlin, 1926; Brupbarhpr F. Michael

Bakunin der Satan der Revolte. Zürich, 1929.
12	Gustafson L. Bakunins Reise Thorn. Berlin Literarisches Collo¬

quium, 1968; Beiner H. Bakunin, eine Invention. München, 1970.
6

ри «Русское народничество»которое Переведено Hâ

английский язык, дважды переиздавалось и оказало

определенное влияние на развитие англо-американской

и французской историографии освободительного движе¬

ния в России. В монографии Вентури приведен значи¬

тельный фактический материал, в целом она выдержа¬

на в объективистском духе. Видный итальянский исто¬

рик, Вентури принадлежит к умеренно-объективистскому

направлению современной буржуазной «советологии».

Однако нельзя не заметить определенной эволюции

взглядов Ф. Вентури. Так, издание его книги на англий¬

ском языке отмечено усилением отрицательного отно¬

шения автора к советским историкам и сопровождается

тенденциозно составленным предисловием И. Берлина.
Весьма широко представлена проблема бакунизма

во французской исторической науке. Кроме общих

исследований анархизма П. Ансара, Ж. Банкала, Р. Гом-

бэна, Д. Герена, А. Камю14 и др., в которых авторы об¬

ращаются к судьбам бакунизма, имеются и специаль¬

ные работы Э. Арона, Б.-Г1. Эпиера, Г.-Э. Каминского,

Е. Лекьена, посвященные жизни и деятельности

М. А. Бакунина 15. В этих исследованиях наибольшее

внимание уделяется идейной эволюции русского рево¬

люционера, влиянию на М. А. Бакунина французской

общественно-политической мысли, борьбе марксизма и

бакунизма в I Интернационале, проблеме «Бакунин и

русская революция».
Французские буржуазные историки стремятся пред¬

ставить М, А. Бакунина преемником «живого латинско¬

го социализма», противопоставляемого марксизму. Ис¬

ходя из этой политической цели, они преувеличивают

роль французского утопического социализма в переходе

Бакунина на революционные позиции. Французские
13	Venturi F. Il Populismo russo. Torino, 1972 (первое издание

на итальянском языке вышло в 50-х годах); Idem. The Roots of

Revolution... New York, 1960.
14	Camus A. L’homme révolté. Paris, 1951; Guerin D. L’anar-

chism, Paris, 1965; Ansart P. Naissance de l’anarchism. Paris, 1970;

Bancal J. Proudon — pluralism et autogestion. Paris, 1970; Gambiti R.

Les origines du gauchism. Paris, 1971; Sergent A. et Harmel C. His¬

toire de l’anarchism. [Dole-du-Jura] Le Portulan, 1949.
15	Kaminski H.-E. Bakounin. La vie d’un révolutionnaire. Paris,

1938; Hcpner B.-P. Bakounin et le panslavism revolutionair. Paris,

1950; Aron H. Michel Bakounine ou la vie contre la science. Paris,

1966; Idem. Bakounin: absolu et révolution. Paris, 1972.
7

историки пытаются сгладить различия между баку*

низмом, прудонизмом и бланкизмом и выдвигают тезис

об их единстве в борьбе с марксизмом.
Взгляды Бакунина на тактику революционной борь¬

бы и организацию будущего общества французские

«советологи» преподносят в качестве альтернативы марк¬

систско-ленинскому решению этих вопросов. Вместе с

тем ряд авторов рассматривает анархистскую доктрину

Бакунина как идейный источник ленинизма. «Баку¬

нин, — утверждает А. Камю, — внес такой же вклад

в ленинскую доктрину, как и его противник Маркс» 16.
Большое место Бакунин и бакунизм занимают в

английской и американской буржуазной историографии,
о	чем подробно будет сказано ниже, поскольку именно

она является предметом нашего исследования.
Интерес буржуазных авторов к проблемам анархиз¬

ма, и бакунизма в частности, не случаен. Он определяет¬

ся политическими задачами, решаемыми буржуазными

«советологами» при обращении к данной проблеме. Они

стремятся дискредитировать учение марксизма, объявив

его тождественным анархизму. «Поскольку Бакунин

имел какие-то общие теоретические убеждения, —

утверждает Дж. Джоул, — он разделял большинство

из них с Марксом» 17. «В своей борьбе против Баку¬

нина,— писал Р. Хейр еще в 1959 г., — Маркс исполь¬

зовал любое оружие, могущее служить достижению це¬

ли. ..» 18 Акцентирование внимания буржуазной историо¬

графии на борьбе за руководство в I Интернационале

неизменно связано с попытками бросить тень на мето¬

ды марксистов в разгроме бакунизма.
Буржуазные «советологи» ставят своей задачей до¬

казать, что якобы не марксизм, а бакунизм послужил

идейной основой большевизма. Им свойственно стрем¬

ление дискредитировать большевизм как политическое

течение и ленинизм как научную теорию, оторвать их

от марксизма. Так, американский историк С. Бэрон

заявляет: «.. .ревизионизм восторжествовал на Западе,

большевизм — в России, а ортодоксальный марксизм —

нигде». Большевизм трактуется им как разновидность
16	Camus A. Op. cit., р. 199.
17	Joli J. The Anarchists. London, 1964, p. 100.
18	Hare R. The Portraits of Russian Personalities between Reform

and Revolution. London, 1959, p. 53.
8

бакунизма, бланкизма, как такой же отход от орто¬

доксального марксизма, каким был бернштейнианский

ревизионизм. Таким образом, бакунизм объявляется

первоисточником марксистских идей в России 19.
Обращаясь к изучению бакунизма, буржуазные ав¬

торы приписывают ему мессианское начало и, используя

ими же вводимое отождествление бакунизма с больше¬

визмом, переносят на последний обвинения в «мессиан¬

ском духе» и «традиционном экспансионизме». Тем са¬

мым априорно бросается тень на всю политику нашей

партии и государства. Американский историк Т. Андер¬

сон, например, считает, что смешение бакунизма, сла¬

вянофильства и «русского мессианства» дало России

ленинизм, который лишь прикрывался марксистской

фразеологией 20. Отыскивая в бакунизме истоки лениниз¬

ма, «советологи» подводят читателя к мысли, что тор¬

жество последнего было возможно только в отсталой

стране, какой рисуют они Россию. Затем следует вывод,

что коммунизм не имеет якобы корней в социальных

условиях западного мира, несовместим с его демокра¬

тией, индустриализмом, высокими «стандартами потреб¬

ления» 21.
Вместе с тем перед лицом растущего влияния и

авторитета СССР в развивающихся странах Азии, Аф¬

рики и Латинской Америки буржуазные идеологи пы¬

таются нейтрализовать притягательную силу идей

ленинизма. С этой целью они объявляют ленинизм порож¬

дением «русского духа», непригодным якобы для дру¬

гих стран и народов. Ленинизм, по определению амери¬

канского политолога М. Фейнсода, — это «туземная

авторитарная реакция на условия царистского абсолю¬

тизма» 22. При этом вновь делаются ссылки на русский
19	Baron S. Plekhanov. The Father of Russian Marxism. Stanford,

1963, p. IX, 47, 57.
20	Anderson Th. Russian Political Thought. An Introduction.

Ithaca, 1967, p. 363.
21	Заметим, что такие построения свидетельствуют как раз об

обратном: о страхе буржуазных авторов перед пониманием очевид¬

ной .привлекательности для народов теории и практики реального

социализма и его возрастающей силы. Характерно признание

А. Тойнби: «Коммунизм в России со дня его триумфа в 1917 г. вы¬

глядит как заразная болезнь, которая может коснуться и самих

США» (The Impact of the Russian Revolution. 1917—1967. The Influ¬

ence of Bolshevism on the World outside Russia. London, 1967, p. 24).
22	Fainsod F. How Russia Is Ruled. Cambridge (Mass.), 1956,
p. 3.
9

анархизм М. А. Бакунина, который трактуется «совето¬

логами» как первооснова ленинизма и предлагается в

качестве более приемлемой альтернативы ленинизму.
Интерес к бакунизму в современной буржуазной

историографии объясняется и тем, что анархистские

течения и группировки все еще сохраняются и даже

имеют тенденцию роста 23. Анархизм сыграл значитель¬

ную роль в оформлении леворадикального сознания и

политического облика движения «новых левых» на

Западе. Существенно, что идеологи современной ультра¬

революционности — от «новых левых» до маоистов —

апеллируют к стихийным чувствам протеста против

явных социальных несправедливостей, возбуждают не

столько антимонополистические, антиимпериалисти¬

ческие устремления эксплуатируемых масс, сколько

свойственные мелким собственникам и деклассирован¬

ным элементам стихийно-анархистские предрассудки,

отождествляющие любую власть с ущемлением свободы,

любой авторитет — с авторитаризмом, любой порядок

и дисциплину — с бюрократизмом24. Анархизм концент¬

рирует внимание на негативно-критической стороне ре¬

волюции, на ликвидации существующей социальной

структуры. Это созвучно бунтарскому настроению «но¬

вых левых». Им импонирует бакунинско-анархистская

концепция спонтанности, самопроизвольности револю¬

ционного действия, проповедь немедленного революцион¬

ного действия, абсолютной свободы личности2б.
Велико влияние анархизма и на маоизм. При этом

маоистов особенно привлекает ставка на насилие как

единственное средство решения социальных проблем,

отождествление революции с разрушением и восхваление

беспорядка. Для маоистов революция является резуль¬

татом негодования доведенного до отчаяния «простого

народа» вне зависимости от социально-экономических
23	Об этом подробно см.: Штейгервалъд Р. «Третий путь» Гер¬

берта Маркузе. М., 1971; Баталов Э. Я. Философия бунта. М., 1973;

Большаков В. Bvht в тупике. М., 1973; Кон И. С. О «радикальной

социологии» в США. — «США — экономика, политика, идеология»,

1973, № 8; Полянский Ф. Я. Социализм и современный анархизм.

М.. 1973; Брычков А. Молодежь США: от нигилизма к политике. М,.

1974; США: студенты и политика. М., 1974; Бела Кепеци. Р1деоло*

гия «новых левых». М., 1977, с. 71.
24	Остроумов Г. Актуальность марксистско-ленинском критики

псевдокоммунизма. — «Коммунист», 1977, № 18, с. 107.
25	Баталов Э. Я• Указ. соч., с. 22—'20.
10

процессов. В период «культурной революции» маоист¬

ская пропаганда выдвинула анархистские лозунги

(например, «бунт — дело правое») и утверждала,

ссылаясь на Мао Цзэ-дуна, что революция — это разру¬

шение, беспорядки, смута. Хунвэйбины выступали с при¬

зывом «свергать все», «отрицать все», «сомневаться во

всем». Характерным было и появление в период «куль¬

турной революции» цзаофаней, чем-то напоминавших

бунтарей П. А. Кропоткина 26.
Безусловно, ни маоисты, ни «новые левые» не могут

быть охарактеризованы просто как приверженцы анар¬

хизма 27. Их идейные истоки сложнее. Но несомненное

идейное родство этих социально-политических течений

оживляет в буржуазной историографии интерес к анар¬

хизму, и в частности к бакунизму, хотя методологиче¬

ски неверно сопоставление последнего с современными

анархистскими доктринами и движениями, ибо они

функционируют в различные исторические эпохи.
Обращение к бакунизму в современной буржуазной

науке связано также с разного рода теориями о «пере¬

рождении» рабочего класса, об «утрате» им прежней

революционности и о якобы ведущей роли интеллиген¬

ции в общественном прогрессе28.
Целевыми установками «советологии» определяют¬

ся и основные направления изучения ею М. А. Бакуни¬

на и бакунизма. Буржуазных историков интересуют

истоки мировоззрения М. А. Бакунина, его отношение к

славянскому вопросу, взаимоотношения с С. Г. Нечае¬

вым. Особое внимание «советологи» уделяют борьбе

между бакунистами и руководством I Интернационала,

причинам конфликта между ними. Но доминирующим,

как уже отмечалось, является стремление выявить соот¬

ношение между ленинизмом и бакунизмом, «доказать»

их генеалогическую связь.
Настоящая работа представляет собой попытку кри¬

тического анализа основных концепций, сложившихся
26	Подробно см,: Басманов М. Антиреволюционная сущность

современного троцкизма. М., 1971, с. 11; Опасный курс. Пекин: курс,

враждебный миру, демократии и социализму. М., 1974, с. 40; Крив-

цов В. А. Маоизм: истоки и сущность. М., 1976, с. 28—31; Идейно¬

политическая сущность маоизма. М., 1977, с. 81—85.
27	Остроумов Г. Указ. ст. — «Коммунист», 1977, № 18, с. 104.

21 A criticism of state socialism by Michael Bakunin. London,
1968, p. 12.
11

в современной английской и американской историогра¬

фии М. А. Бакунина и бакунизма, их классовых и гно¬

сеологических корней, методов аргументации.
Выделение английской и американской буржуазной

историографии в качестве предмета специального иссле¬

дования, на наш взгляд, правомерно. Именно в этой

историографии нашли довольно полное отражение воп¬

росы истории бакунизма, причем изучение личности

Бакунина и бакунизма- в наибольшей мере подчинено

решению идеологических вопросов и, как правило, весь¬

ма политически теиденцнозно. Кроме того, буржуазное

бакуниноведение в целом довольно велико, но наиболее

значительное место оно занимает опять-таки в англо-

американской историографии.
К этому следует добавить, что обобщающее исследо¬

вание всей буржуазной историографии бакунизма прак¬

тически невозможно, пока не изучены национальные

историографические школы и не выявлена их спе¬

цифика.
Автор ставит перед собой задачу показать научную

несостоятельность и политическую тенденциозность бур¬

жуазной историографии в исследовании роли и значения

М. А. Бакунина в русском освободительном движении

эпохи народничества; взаимоотношений М. А. Бакунина

с К. Марксом и I Интернационалом; концепции о баку¬

нинском происхождении ленинизма. Этим вопросам и

посвящены соответствующие главы данной книги.
За последние 20 лет историками и философами-

марксистами немало сделано для разоблачения методо¬

логии и основных концепций буржуазной «советологии».
Критике субъективно-идеалистических теоретических

основ работ буржуазных авторов посвящены исследова¬

ния И. С. Кона, Г. А. Ашина, Г. Д. Чеснокова, Н. Ири-

баджакова, Б. А. Шабада, В. И. Салова, И. Т. Якушев-

ского 29. «Поставив перед собой задачу бороться против
29	Кон И. С. Философский идеализм буржуазной исторической

мысли. М., 1959; Ашин Г. А. Современная 'буржуазная социология

(критический очерк идеалистических теорий о роли народных масс

и личности в истории). М., 1965; Якушевскии И. Т. Ленинизм и

«советология». М., 1970; Ирибаджаков Н. Клио перед судом бур¬

жуазной философии (К критике современной идеалистической фи¬

лософии истории). М., 1972; Чесноков Г. Д. Современная буржуаз¬

ная философия истории. Критический очерк. Горький, 1972; Ша-

бад Б. А. Кризис идеологии антикоммунизма (Политический и фило¬

софский анализ новых явлений). М., 1973; Салов В. И. Историзм и

современная буржуазная историография. М., 1977, и др.
12

политических учреждений социализма и политики со¬

циалистических государств, — отмечает Б. А. Шабад,—

буржуазная идеология приобретает все более выражен¬

ный субъективистский характер. Этот процесс нашел

выражение прежде всего в возрастающей роли нега¬

тивного момента. Он проявляется в том, что. .. импе¬

риалистические идеологи все более и более концентри¬

руют свое внимание на попытках скомпрометировать

теорию и практику марксизма-ленинизма»30.
Методология и основные приемы современной бур¬

жуазной «советологии» проанализированы в работах

Е. Б. Черняка, Е. Д. Модржинской, Б. И. Марушкина,

М. Ш. Бахитова, Б. И. Королева31. «Антикоммунизм

как совокупность идеологических концепций представ¬

ляет собой особый вид софистики — политической, —

подчеркивает Б. И. Королев. — Он может доказать

истинность своих концепций, лишь прибегая к произ¬

вольному обращению с понятиями и фактами. Такое ис¬

кусство доведено «советологами» до совершенства, воз¬

ведено в ранг особой науки. Отбросив законы научного

мышления, теоретики антикоммунизма всю тонкость

своего ума проявляют в манипулировании бессодержа¬

тельными антикоммунистическими лозунгами»32.
Такие распространенные в буржуазной историогра¬

фии концепции, как теории «стадий экономического

роста», «единого индустриального общества», конвер¬

генции, «деидеологизации», «тоталитаризма» и др., под¬

вергнуты обстоятельному критическому разбору в ис¬

следованиях Б. И. Марушкина, Г. К. Ашина, Б. Федото¬

ва, Герберта Майснера и др.33
30	Шабад Б. А. Указ. соч., с. 187.
31	Черняк Е. Б. Историография против истории (Критика ре¬

акционной историографии эпохи «рушения капитализма). М., 1962;

его же. О некоторых приемах буржуазной фальсификации истории.—

«Вопросы истории», 1962, № 2; Зарубежные марксисты в борьбе

против буржуазной идеологии. Сб. М., 1971; Модржинская Е. Д.

Ленинизм 'и современная идеологическая борьба. М., 1972; Маруш-

кин Б. И. История в современной идеологической борьбе. М., 1972;

его же. Против буржуазной фальсификации истории советского об¬

щества. М., 1973; Бахитов М. Ш. Критика современных тенденций

антикоммунизма. М., 1973; Королев Б. И. Антисоветизм и глобаль¬

ная стратегия империализма. М., 1974, и др.
32	Королев Б. И. Указ. соч., с. 31—32.
33	Марушкин Б. И. История и политика. М., 1969; его же. Со¬

ветология: расчеты и просчеты. М., 1976; Ашан Г. К. Доктрина
1G

Интересующий нас материал имеется в книгах и

статьях, разоблачающий фальсификацию истории рус¬

ского революционного /Движения, Великого Октября и

истории советского общества 34.
Наиболее близки нашей теме работы советских ав¬

торов, в которых критикуются антинаучные построения

истории освободительного движения в России. Среди

них следует выделить исследования Ю. Ф. Карякина,

Е. Г. Плимака, М. Д. Карпачева, E. М. Филатовой,

М. Г. Панкратовой, Г. И. Щетининой, М. А. Маслина,

Ф. М. Сусловой, Л. Г. Сухотиной 35. Ф. М. Суслова спра¬
«маосового общества». М., 1971; Федотов Б. Тоталитарное общество:

мифы и реальность. М., 1974; Черников Г. Я. Основные теории анти¬

коммунизма. Критический очерк. vM., 1972; Майснер Г. Теория кон¬

вергенции и реальность. М., 1973.
34	Покровский С. А. Фальсификация истории русской политиче¬

ской мысли в современной реакционной буржуазной литературе. М.,

1957; Против современных фальсификаторов истории русской фило¬

софии. М., 1960; Карякин Ю., Плимак Е. Мистер Кон исследует

«русский дух». М., 1961; Пашуто В. Т., Салов В. И., Хорошке-

вин A. JÎ. Против фальсификации истории нашей Родины. М., 1961;

Плимак Е. /. Маркс, Энгельс и Россия. Заметки о современной бур¬

жуазной историографии. — «История СССР», 1966, № 4; Иоф¬

фе Г. 3. Февральская революция в англо-американской буржуазной

историографии. М., 1970; Крупина Т. Д. Теория модернизации и не¬

которые проблемы развития России конца XIX — начала XX в. —

«История СССР», 19/1, № 1; Игрицкий Ю. И. Мифы буржуазной

историографии и реальность истории. Современная американская и

английская историография Великой Октябрьской социалистической

революции. М., 1974; Критика буржуазных концепций истории и по¬

литики КПСС. Л., 1974; Титаренко С. Л. Некоторые вопросы крити¬

ки фальсификации истории и политики КПСС в соврехменной бур¬

жуазной историографии. М., 1974; Марушкин Б. И., Иоффе Г. 3., Ро¬

мановский И. В. Три революции в России и буржуазная историо¬

графия. М., 1977, и др.
35	Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г. Нечаевщина и ее современные

буржуазные «исследователи». — «История СССР», 1960, № 6; Фи¬

латова E. М. Русская революционная демократия и ее буржуазные

критики (против искажения экономических идей демократов). М.,

1961; Панкратова М. Г. Проблематика русской революции в аме¬

риканской русистике. — Историческая наука и некоторые проблемы

современности. М., 1969; Щетинина Г. И. Интеллигенция, револю¬

ция, самодержавие (Освещение проблемы в американской буржуаз¬

ной историографии). — «История СССР», 1970, Яг 6; Маслин М. А.

Освещение философии русского революционного народничества в

англо-американском народниковедении. — Актуальные проблемы

истории философии народов СССР. М., 1972; его же. Русское рево¬

люционное народничество и современность. — Современная идеоло¬

гическая борьба и молодежь. М., 1973; его же. Критика буржуазных

интерпретаций русского революционного народничества. М., 197/;
14

ведливо отмечает большое распространение в буржуаз¬

ной и реформистской литературе «тенденции отождест¬

вления ленинизма с русскими анархистскими и блан¬

кистскими течениями»36. ■
Критике современной буржуазной историографии по¬

священы отдельные фрагменты ряда советских исследо¬

ваний по проблемам революционного народничества37.

«Нужно заметить, — пишет В. Ф. Антонов, — что в

современной реакционной историографии Запада «не-

чаевщина» изображается как характерная черта русско¬

го революционного движения, будто бы нашедшая

преемственность в большевизме» 38.
Особо следует отметить работы советских авторов,

посвященные критике анархизма 39.
«Фальсификация истории борьбы Коммунистической

партии против анархизма — излюбленная тема «совето¬

логов» на Западе, — подчеркивает С. Н. Канев. — С од¬

ной стороны, они приписывают анархизм большевикам,

а с другой — обвиняют последних в насильственной

ликвидации анархизма. Для подтверждения подобных

измышлений нередко делаются ссылки на «труды» бело¬

эмигрантов, бежавших из Советской России, и тем са¬

мым создается видимость научности и объективно¬

сти» 40.
Суслова Ф. М. Маркс, Энгельс и Ленин о народничестве и интерпре¬

тация преемственности в буржуазной историографии. — Критика

буржуазных концепций истории и политики КПСС. Сб. М., 1974;

Сухотина JI. Г. Современная англо-американская буржуазная исто¬

риография об истоках революционного народничества. — Методо¬

логические и историографические вопросы исторической науки. Сб.

Томск, 1974.
36	Суслова Ф. М. Указ. соч., с. 94.
37	Волк С. С. Народная воля. М.—Л., 1966, с. 29—33; Итен-

берг Б. С. Движение революционного народничества. М., 1966, с. 14—

19; Филиппов Р. Ф. Из истории народнического движения на первом

этапе «хождения в народ» (1863—1874). Петрозаводск, 1967. с. 83;

Богатов В. В. Философия П. Л. Лаврова. М., 1972, с. 16—22; Ма¬

линин В. А. Филособия революционного народничества. М., 1972,

с. 9—11; Володин А. М., Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г. Чернышевский

или Нечаев? О подлинной и мнимой революционности в освободи¬

тельном движении России 50—60-х годов. М., 1976, с. 257—260.
33	Антонов В. Ф. Революционное народничество. М., 1965, с. 88.
39	Зильбепман И. Б. Политическая теория анархизма М. А. Ба¬

кунина. Л., 1963; Канев С. Н. Современная советская историческая

литература об анархизме в России. — «История СССР». 1973, № 6;

его же. Октябрьская революция и крах анархизма. М., 197*1.
40	Канев С. Я. Октябрьская революция и крах анархизма, с. 19.
15

Обзор буржуазной и реформистской литературы, вы¬

шедшей в послеоктябрьский период в Германии, Фран¬

ции, США, Англии и посвященной попыткам отождест¬

вить бакунизм и ленинизм, дан в обстоятельной статье

Ф. Я. Полянского «Из истории буржуазных фальсифика¬

ций генезиса ленинизма». «Для дискредитации больше¬

визма,— отмечает Ф. Я. Полянский, — за рубежом дав¬

но уже популяризируются идеи М. А. Бакунина». «Вновь

и вновь, — подчеркивает советский исследователь, —

делаются жалкие попытки доказать, что не марксизм, а

бакунизм послужил идейной основой большевизма»41.

Указания на наличие в «советологической» литературе

таких антинаучных параллелей имеются также в

работах Ю. Ф. Карякина, Е. Г. Плимака и Л. Г. Сухо¬

тиной 42. «Концентрируя свои усилия на том, чтобы дока¬

зать духовное и теоретическое родство ленинизма и баку¬

низма, как одного из течений народничества, — пишет

Л. Г. Сухотина, — буржуазные исследователи в резко

утрированном виде представляют ошибки в теоретиче¬

ских и практических исканиях М. А. Бакунина с целью

дискредитации всего прогрессивного общественного дви¬

жения в России» 43.
На тему «Русское революционное народничество в

освещении английской и американской буржуазной ли¬

тературы» защищена кандидатская диссертация

М. Д. Карпачева 44. Автор подробно исследует вопросы

социальной природы, идеологии, практической деятель¬

ности и роли теоретиков революционного народничества

в буржуазной историографии. Трактовка в «советологи¬
41	Полянский Ф. Я. Из истории буржуазных фальсификаций ге¬

незиса ленинизма. — История общественной мысли. М., 1972, с. 87,

97.
42	Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г. Нечаевщина н ее современные

буржуазные «исследователи». — «История СССР», 1960, № 6; Пли¬

мак Е., Карякин 10. Мистер Кон исследует «(русский дух»; Сухо¬

тина Л. Г. Современная англо-американская буржуазная историогра¬

фия об истоках революционного народничества. — Методологические

и историографические вопросы исторической науки. Сб. Томск, 1974.
43	Сухотина Л. Г. Современная англо-американская буржуазная

историография об истоках революционного народничества. — Мето¬

дологические и историографические вопросы исторической науки. Сб.,

с. 44—45.
44	Карпачев М. Д. Русское революционное народничество в ос¬

вещении английской н американской буржуазной исторической ли¬

тературы. Воронеж, 1973 (канд. дисс.).
16

ческой» литературе М. А. Бакунина и бакунизма затра¬

гивается М. Д. Карпачевым в рамках освещения бур¬

жуазными историками проблемы роли теоретиков рево¬

люционного народничества, не составляя главного

вопроса исследования.
В диссертации М. А. Маслина «Идеология русского

революционного народничества в современной англо-

американской буржуазной историографии» 45 критически

анализируется трактовка буржуазными авторами сущ¬

ности идеологии народничества, утопического социализ¬

ма революционных народников и их мировоззрения.

Как отмечает М. А. Маслин, в диссертации «рассматри¬

ваются характеристики, данные буржуазными автора¬

ми П. JI. Лаврову, П. Н. Ткачеву и H. М. Михайлов¬

скому» 46, рассмотрение проблем бакунизма в англий¬

ской и американской литературе не входит в задачу

исследования.
Заканчивая краткий обзор литературы, посвященной

критике буржуазных концепций истории революционно¬

го движения в России, отметим, что предметом спе¬

циального исследования современная английская и

американская буржуазная историография М. А. Баку¬

нина и бакунизма еще не была.
Специфика данной работы требует выделения трех

основных групп источников: английская и американская

буржуазная историография М. А. Бакунина и бакуниз¬

ма; литературное наследие русского анархиста; совет¬

ская историография М. А. Бакунина.
Английская и американская буржуазная историо¬

графия М. А. Бакунина и бакунизма как предмет ис¬

следования представляется чрезвычайно разнородной и

некомпактной. Возможно выделение четырех основных

историографических комплексов, имеющих отношение к

данной теме.
Это работы Э. Карра, Е. Ламперта, Р. Хейра,

Дж. Мейнарда, И. Берлина 47, специально посвященные
45 Маслин М. А. Идеология революционного народничества в

современной англо-американской буржуазной историографии (Кри¬

тический анализ). М., 1974 (канд. днсс.).
4Ü Там же, с. 2.
47	Carr Е. И. Michael Bakunin. London, 1937; Lamport E. Baku¬

nin. In: Lamport E. Studies in Rebelion. London, 1957; Hare R. Re¬

volutionary Aristocrat. In: Hare R. The Portraits of Russian Perso¬
17

жизни и деятельности М7Д. Бакунина, а также моно¬

графии Дж. Джоула, П./Аврича, А. Картера, Дж. Вуд¬

кока, Г. Рида 48 по истории анархизма. Наиболее авто¬

ритетным следует назвать довольно объемистое жизне¬

описание Бакунина, принадлежащее перу английского

историка-объектив^ста Э. Карра. Это исследование

построено на обширном и разнообразном материале,

представляющем/собой не только обычные для буржуаз¬

ных историков заимствования у белоэмигрантов, но и

подлинные документы. Однако Э. Карр не выходит за

рамки субъективного идеализма и является автором

ряда ошибочных положений. Основной фактологический

материал, а также выводы Э. Карра цитируются и

повторяются во всех более поздних работах английских

и американских историков.
Ставя вопрос о борьбе между К. Марксом и

М. А. Бакуниным в центр своего описания жизни рус¬

ского революционера, английский историк придает это¬

му событию самодовлеющий характер, искаженно трак¬

тует его значение (тезис о пирровой победе Маркса над

Бакуниным в борьбе за руководство I Интернациона¬

лом)', неправомерно отождествляет мировоззрение ос¬

новоположника научного коммунизма и «апостола

анархии». «Михаил Бакунин и Карл Маркс были

соперничающими единомышленниками, — утверждает

Э. Карр. — Оба выводили революцию из гегелевской

антитезы позитивного и негативного, консервативного

и прогрессивного, оба верили, что посредством разруше¬

ния последнего первым можно синтезировать новый по¬

рядок. В этом смысле Маркс мог вполне подписаться

под бакунинским лозунгом: «Страсть к разрушению

есть одновременно созидательная страсть»» 49.
nalities between Reform and Revolution; The Political Philosophy of

Bakunin: Scientific Anarchism. Ed. by G. P. Maximoff. New York,

1964; Maynard J. Russia in Flux. New York, 1948; Berlin I. Herzen

and Bakunin on Individual Liberty. In: Continuity and Change in

Russian and Soviet Thought. Ed. by E. I. Simmons. Harvard Univ.

Press, 1955.
48	Joli J. The Anarchists. London, 1964: Avrich P. The Russian

Anarchists. Princeton, 1967: Carter A. The Political theory of Anar¬

chism. London, 1971; Woodcock G. Anarchism: A History of Liber¬

tarian Ideas and Movements. New York, 1962; Read И. Anarchy and

Order. London, 1974.
49	Carr E. H. Michael Bakunin, p. 451,
18

В своей книге по истории анархизма Дж. Джоул уде¬

ляет бакунизму большое внимание. В целом объекти¬

вистская монография английского историка содержит

антисоветские выпады и антинаучные исторические па¬

раллели. Так, Джоул утверждает, что большевики

якобы заимствовали и развили тактические приемы, ко¬

торые Бакунин теоретически обосновал, а Нечаев при¬

менил на практике50. Крайне тенденциозно выглядит

работа П. Аврича по истории русского анархизма.

Предвзято и недобросовестно трактуя фактический ма¬

териал, автор клевещет на большевиков и Советскую

власть, обвиняя их в заимствовании теоретических по¬

ложений анархизма и вероломном насилии над анар¬

хистами 51.
Значительное место бакунизму отводится в работах

М. Малиа, Ф. Помпера, Э. Карра, Дж. Мейера, Ф. Вен¬

тури, Р. Хингли, Э. Крэнкшоу и др.52, посвященных

истории революционно-демократического движения в

России. Литература эта крайне неоднородна, в ней нет

единого подхода к оценке бакунизма, его места в рус¬

ском освободительном движении. Отдельным авторам,

изучающим революционное движение в России эпохи

народничества, присуще стремление обосновывать свои

суждения документальным материалом. Однако анти¬

научная методология ведет их к ложным выводам.
Довольно часты, хотя и крайне фрагментарны обра¬

щения к бакунизму таких исследователей, как Н. Бер¬

дяев, А. Ярмолинский, Е. Вильсон, С. Бэрон, А. Мурхед,

П. Виктор, Р. Пейн, Т. фон Лауэ, а также других

авторов огромной по объему буржуазной историографии

ленинизма и Великой Октябрьской социалистической
50	Joli J. Op. cit., p. 95.
51	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 170—190.
52	Malia M. Alexander Herzen and the Birth of Russian Socia¬

lism, 1812—1855. London, 1961; Pomper Ph. Peter Lavrov and the

Russian Revolutionary Movement. Chicago, 1972; Carr E. H. The

Romantic Exiles. A 19-century portrait gallery. London, 1949; Mei-

jer J. M. Knowledge and Revolution. The Russian Colony in Züerich.

1870—1873 (populism). Assen, 1955; Venturi F. Roots of Revolu¬

tion. A History of the Populist and Socialist Movements in 19-centu¬

ry Russia. New York, 1960; Hingley R. Nihilists: Russian Radicals

and Revolutionaries in the Reign of Alexander 11 (1855—1881).

Cambridge (Mass.), 1961; Crankshaw E. The Shadow of the Winter

Palace. The Drift to Revolution. 1825—1917. London, 1976, etc.
19

революции53. Именно в этих работах делается попытка

устанавливать генеалогическую связь между бакуниз¬

мом и ленинизмом. Крайняя тенденциозность буржуаз¬

ных «советологов» по данному вопросу сочетается с от¬

казом от доказательства декларируемых положений.
Высказывания и оценки М. А. Бакунина и бакунизма

в обилии содержатся в общих курсах истории СССР54

Дж. Кухаржевского, В/ Уолша, Д. Мирского, Б. Сам¬

нера, Дж. Куница, Б. Пейрса, Н. Рязановского, X. Си¬

тон-Уотсона, Дж. Стефена, вышедших в разное время,

а также в работах С. Томпкинса, С. Утехина, Т. Андер¬

сона по истории общественной мысли нашей страны55.

Значение имеющихся в этой литературе оценок баку¬

низма определяется тем, что они являются установочны¬

ми, ибо помещены в обобщающей или учебной лите¬

ратуре.
Говоря о росте английской и американской буржуа¬

зной историографии М. А. Бакунина и бакунизма, сле¬
53	Maynard J. Russia in Flux. New York, 1948; Wilson E. To

the Finland Station. New York, 1953; Yarmolinsky A. Road to Revolu¬

tion. A Century of Russian Radicalism. London, 1957; Meyer A. Le¬

ninism. Cambridge (Mass.), 1957, p. 143; Moorehead A. The Russion

Revolution. New York, 1958; Radkey O. The Agrarian Foes of Bolshe¬

vism. New York, 1958; Berdyaev N. The Russian Revolution. Toronto,

1961; Baron S. Plekhanov. The Father of Russian Marxism. Stanford,

1963; Prawdin M. The Unmentionable Nechaev. A Key to Bolshevism.

New York, 1963; Von Laue Th. Why Lenin? Why Stalin? A Reapprai¬

sal of the Russian Revolution. 1900—1930. New York, 1964; Posso-

ny St. Lenin: The Compulsive Revolutionary. Chicago, 1964; Payne R.

The Life and the Death of Lenin. New York, 1967; Peters V. Nestor

Makhno. The Life of an Anarchist. Winnipeg, 1971; The Lenin Antho¬

logy. New York, 1975; Keep Y. The Russian Revolution. London,

1976, etc.
54	Mirsky D. S. Russia. A Social History. London, 1931; Sir-

phen G. Tsar of Freedom. The Life of Alexander II. New Haven, 1935;

Pares B. A History of Russia. New York, 1946; Kunitz J. Russia. The

Giant that Came Last. New York, 1947; Sumner В. H. Survey of

Russian Hisitory. London, 1947; Kucharzewsky J. The Origins of Mo¬

dern Russia. New York, 1948; Walsh W. B. Readings in Russian His¬

tory. New York, 1948; Seton-Watson H. The Decline of Imperial Rus¬

sia. 1855—1914. London, 1952; Riasanovsky N. A History of Russia.

New York, 1963; An Introduction to Russian History. Ed. by R. Auty

and D. Obolensky. Cambridge, 1976, etc.
55	Continuity and Change in Russian and Soviet Thought. Ed.

by E. Simmons. Cambridge (Mass.), 1955; Tompkins S. R. The Rus¬

sian intelligensia. Makers of the revolutionary State. Harvard, 1957;

Utechin S. V. Russian Political Thought. London, 1964; Anderson Th.

Russian Political Thought. An Introduction. New York, 1967, etc.
20

дует отметить, что исследовательский уровень большин¬

ства работ остается невысоким. Широко практикуются

голословные декларации и оценки, не подкрепляемые ни

логически-доказательными системами, ни даже отдель¬

ными фактами. Когда же источники приводятся, то круг

их, как правило, узок, хотя многие ценные материалы по

данной проблеме находятся именно в западных архивах.

В последние годы в Амстердаме осуществляется изда¬

ние «Архива Бакунина»; принципиальной важности пись¬

мо М. А. Бакунина к С. Г. Нечаеву было опубликовано

М. Конфино в «Cahiers du mond Russe et Soviétique».

Неоднократно в различных странах Запада предприни¬

мались попытки издания произведений «апостола анар¬

хии». И хотя ни одно из этих изданий не было закон¬

чено, в библиотеках Западной Европы и Америки име¬

ются все важнейшие работы М. А. Бакунина. Тем не

менее практически лишь в исследованиях английских

историков Э. Карра и Е. Ламперта обнаруживается зна¬

ние довольно широкого круга источников56.
Наряду с этим дважды переиздавался в США под

общей редакцией эмигранта Г. Максимова сборник ба¬

кунинских цитат и изречений, однако подбор цитат

весьма тенденциозен. Основная цель составителей сбор¬

ника заключалась в попытке иллюстрировать собствен¬

ные анархистские взгляды57. В 1975 г. в США опубли¬

кованы избранные произведения М. А. Бакунина.
Иногда буржуазные авторы приводят выдержки из

партийных документов, произведений К. Маркса, Ф. Эн¬

гельса и В. И. Ленина, но преподносят их в препариро¬

ванном виде, обходя то, что опровергает их надуманные

схемы. Так, П. Аврич, манипулируя ленинскими цита¬

тами, пытается доказать, что вождь Октябрьской рево¬

люции по крайней мере весной — осенью 1917 г. стоял

на платформе бакунизма58.
Вместе с тем английские и американские «советоло¬

ги» охотно и широко ссылаются на мемуары белоэмиг¬

рантов. Особенно часто это делается при рассмотрении

судеб анархизма и анархистских групп в России. Сле¬

дует подчеркнуть, что белоэмигрантская литература
56	Carr Е. И. Michael Bakunin; Lampert Е. Studies in Rebelion.
57	The Political Philosophy of Bakunin: Scientific Anarchism. Ed.

by Maximoff G. P. New York, 1964.
58	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 128.
21

сыграла особую роль в становлении и развитии буржу¬

азной русистики, и историографии бакунизма в част¬

ности. Именно в работах Н. Бердяева, И. Церетели, Н. Су¬

ханова, Э. Гольдман59 и других были сформулированы

наиболее политически заостренные тезисы, которые были

заимствованы современными буржуазными авторами60.
В целом буржуазная историография оказывается не

в силах выйти за рамки субъективно-идеалистической

методологии, что проявляется в отборе изучаемого ряда

фактов, в произвольном определении предмета исследо¬

вания и критерия оценки. Так, ими делаются попытки

отыскания психогенных мотивов революционности

М. А. Бакунина (деспотичность матери, сексуальная им¬

потенция) и конфликта с К. Марксом (разница темпе¬

раментов, психологическая несовместимость и т.д.).
Отсутствие строгого исследовательского критерия,

антинаучные аналогии ведут буржуазную историогра¬

фию к отказу от принципа историзма, к извращенному

и произвольному толкованию бакунизма, его истории

и значения.
При рассмотрении современной буржуазной историо¬

графии М. А. Бакунина и бакунизма в качестве важней¬

шего источника автором использовались основные про¬

изведения русского бунтаря: «Федерализм, социализм

и антитеологизм», «Кнуто-Германская империя и со¬

циальная революция», «Государственность и анархия»,

«Парижская Коммуна и понятие государственности»,

его многочисленные брошюры, статьи, воззвания, письма,

не изданные при жизни материалы.
Обращение к произведениям М. А. Бакунина позво¬

ляет выяснить его отношение к вопросам, затрагивае¬

мым «советологами», показать тенденциозность отбора

и использования буржуазными учеными высказываний

русского анархиста.
К сожалению, литературное наследие М. А. Бакуни¬

на не приведено еще в порядок, многие документы не

опубликованы. Попытки издания собрания сочинений
59	Berdyaev N. The Russian Revolution; Церетели И. Г. Воспо¬

минания о февральской революции. Париж, 1963; Sukhanov N. The

Russian Revolution 1917. London, 1955; Goldman E. Leaving My Life,

New York, 1931.
60	Joli J. Op. cit.; Avrich P. The Russian Anarchist; Lampert E.

Op. cit.
22

М. А. Бакунина предпринимались еще до революции61.

Однако все они остались незавершенными. Существую¬

щие издания, за исключением четырехтомника под ре¬

дакцией Ю. М. Стеклова, содержат много ошибок, свя¬

занных с неточным, а иногда и небрежным переводом.

Положение усугубляется еще и тем, что часть материа¬

лов, крайне важных для понимания теории и мотивов

деятельности М. А. Бакунина, находится в зарубежных

архивах. В связи с этим упоминавшиеся выше издания

документов М. А. Бакунина в Нидерландах и во Фран¬

ции62, несмотря на существенные недостатки, имеют по¬

ложительное значение и позволяют пролить свет на ряд

эпизодов жизни и деятельности «апостола анархии».
Методологической основой данной работы являются

произведения К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина,

документы международного коммунистического и рабо¬

чего движения.
Антинаучная философия анархизма, его утопическая

программа экономических преобразований, авантюрис¬

тическая тактика и мелкобуржуазная природа были

вскрыты во многих произведениях К. Маркса и Ф. Эн¬

гельса. Бескомпромиссный характер борьбы между ба¬

кунистами и руководством I Интернационала нашел

свое отражение в составленных К. Марксом и Ф. Энгель¬

сом документах, где дается резкая и аргументированная

оценка деятельности М. А. Бакунина в I Интернационале

и теоретических установок русского анархизма63.
61	Бакунин М. А. Сб. статей. Женева, 1905; его же. Речи и

воззвания. СПб., 1906; Бакунин М. А. Поли. собр. соч. Под ред.
А.	И. Бакунина, т. I—И. СПб., 1907; его оке. Избр. произведения,

т. I—V. М., 1919—1921; его же. Собр. соч. и писем (1828—1876),

т. I—III, под ред. 10. М. Стеклова. М., 1934—1935.
62	“Archives Bakounine”. Textes établis et annotes par Arthur

Lehning. Leiden. 1961—1967, vol. I, Michel Bakounine et l’Italy 1871—

1872. Première partie. La polémiqué avec Mazzini. Leiden, 1961; deua-

xième partie. La Première Internationale en Italy et la conflict avec

Marx. Leiden, 1963; vol. II. Michel Bakounine et les conflicts dans

l'internationale, 1872. Leiden, 1965; vol. III. Michel Bakounine. Eta-

tism et Anarchism, 1873. Leiden, 1967; “Cahiers du mond Russe et So¬

viétique”. N 4, 1966; N 1, 1967.
63	См. Маркс К. и Энгельс Ф. Святое семейство, или Критика

критической критики. Против Бруно Бауэра и компании (1844);

Маркс К. и Энгельс Ф. Немецкая идеология. Критика новейшей не¬

мецкой философии в лице ее представителей Фейербаха, Б. Бауэра

и Штирнерп и немецкого социализма в лице его различных пророков

(1845—1846); Маркс /С. Нищета философии. Ответ на «Философию
23

Огромное значение для изучения бакунизма имеют

труды В. И. Ленина, посвященные освободительному

движению в России. В них выясняется сущность народ¬

ничества, определяется характер, историческая роль и

место революционного народничества, подвергаются об¬

стоятельной критике либерально-народнические концеп¬

ции. Вопросы борьбы против анархистов нашли отраже¬

ние на страницах многих произведений В. И. Ленина,

в которых изложено учение о государстве и революции,

содержится критика различных течений в анархизме и

уклонов к нему в социал-демократическом движении и

в рядах большевистской партии. В произведениях
В.	И. Ленина дается научное определение сущности

анархизма, его идеологических и социальных основ, по¬

казана опасность анархистской политики для дела со¬

циалистического строительства.
В документах КПСС, международного коммунисти¬

ческого и рабочего движения развивается ленинское

учение о государстве и революции, анализируются перс¬

пективы мирового революционного процесса, излагается

программа революционных преобразований и строитель¬

ства коммунизма в СССР, ставится задача непримири¬

мой борьбы с буржуазной, реформистской и ультралевой

идеологией.
Критический анализ современной буржуазной лите¬

ратуры о М. А. Бакунине и бакунизме невозможен без

опоры на дореволюционную и советскую историографию

вопроса.
Основную часть литературы о М. А. Бакунине, вышед¬

шей в нашей стране до Великой Октябрьской социали¬

стической революции, составляют биографические труды

апологетического характера64, мемуары современников
нищеты» г-иа Прудона (1847); Маркс К. Конфиденциальное сообще¬

ние (1870); Маркс К. и Энгельс Ф. Мнимые расколы в Интернацио¬

нале. Закрытый циркуляр Генерального Совета Международного

Товарищества Рабочих (1872); Энгельс Ф. Доклад об Альянсе со¬

циалистической демократии, (представленный Гаагскому конгрессу

от имени Генерального Совета (1872); Маркс К. и Энгельс Ф.

Альянс социалистической демократии и Международное Товарище¬

ство Рабочих. Доклад и документы, опубликованные по постановле¬

нию Гаагского конгресса Интернационала (1873); Маркс К. Кон¬

спект книги Бакунина «Государственность и анархия» (1874—1875);

Энгельс Ф. Эмигрантская литература (1875).
64	Драгоманов М. П. Михаил Александрович Бакунин. Казань,

1905; Амфитеатров А. В. Святые отцы революции. Вып. 1. СП0-,
24

М. А. Бакунина, довольно предвзято освещавших отдель¬

ные этапы его деятельности65, работы, написанные на¬

родниками различных направлении66, в которых они пы¬

тались дать исторический анализ революционной дея¬

тельности М. А. Бакунина в России.
Тогда же выходили из печати работы, авторы кото¬

рых с антимарксистских позиций рассматривали сущ¬

ность анархизма и роль М. А. Бакунина в становлении

этой идеологии67.
С 1917 по 1926 г. в Советском Союзе различными

организациями и группировками издавались материалы,

содержавшие одностороннюю оценку учения анархистов

и Бакунина 68. Наряду с этим печатались труды бывших

«семидесятников», стремившихся по-своему подойти

к оценке освободительного движения в России, уяснить

значение для него бакунинского анархизма69.
В те же годы в молодой советской исторической ли¬

тературе появились и работы, в которых с марксистских
1906; Андерсон В. М. М. А. Бакунин. СПб., 1906; Проппер С. М.

М. А. Бакунин. СПб., 1907; Берлин П. А., Апостолы анархии. Баку¬

нин—Кропоткин—Махаев. Пг., 1917, и др. Много биографических ма¬

териалов о М. А. Бакунине рассеяно в журналах «Былое», «Минув¬

шие годы», «Вестник Европы» и др.
65	Белоголовый Н. А. Воспоминания и другие статьи. М., 1897;

Дебагорий-Мокриевич В. Воспоминания. СПб., 1906; Гильом Д.

К истории исключения Бакунина 'из Интернационала. — «Минувшие

годы», 1908, № 4; Красноперое И. Воспоминания. — «Минувшие го¬

ды», 1908, N° 12; Ралли 3. М. А. Бакунин. Из моих воспоминаний.—

«Минувшие годы», 1908, № 10; Вагнер Р. Моя жизнь. Мемуары,

т. I—IV. М., 1911—1912; Вырубов Г. Н. Революционные воспомина¬

ния. — «Вестник Европы», 1913, № 2, и др.
66	Ковалик С. Ф. (Старик). Движение семидесятых годов по

Большому процессу «193-х.» — «Былое», 1906, № 10—12; Русанов Н.

(Кудрин). Социалисты Запада и России. СПб., 1908; Богучар-

ский В. Я. Активное народничество 70-х гг. М., 1912; его же. Из ис¬

тории политической борьбы в 70-х гг. XIX в. М., 1912.
67	Мтгер А. Анархизм, индивидуальное и коммунистическое

государство. Одесса, 1905; Базаров Б. Анархистский коммунизм и

марксизм. СПб., 1906; Эльтцбахер Ф. Сущность анархизма. СПб.,

1906; Бернштейн Е. Анархизм. СПб., 1907; Боровой Л. Общественные

идеалы современного человечества. Либерализм, социализм, анар¬

хизм. М., 1917.
63 Боровой А. А. Личность и общество в анархическом миро¬

воззрении. М., 1920; его же. Миф о Бакунине. М., 1925; Горелик А.

Анархисты в русской революции. М., 1922; Очерки ло истории анар¬

хического движения в России. М., 1926.
69	Дейч Л. Г. За полвека, ч. I—II. М., 1922—1923; Аптекман О.

Общество «Земля и воля» в 70-х годах. Пг., 1924; Фигнер В. Сту¬

денческие годы. М., 1924, и др.
25

позиций трактовалась роль М. А. Бакунина в русском

и международном революционном движении70. Особо

следует отметить фундаментальные труды Ю. М. Стек-

лова, которые, хотя и содержат ряд ошибочных поло¬

жений, не потеряли своей ценности и до сих пор.
В литературе 40-х и 50-х годов М. А. Бакунин оце¬

нивался советскими историками в связи с его расколь¬

нической деятельностью в I Интернационале71, причи¬

нившей большой ущерб международному рабочему дви¬

жению. Однако справедливая критика деятельности

Бакунина в Интернационале не исчерпывает всей слож¬

ности проблем, связанных с Бакуниным и бакунизмом.
Крупных успехов добилась советская историческая

наука за последние годы. Опубликован ряд исследова¬

ний революционного народничества72, вышли специаль¬

ные работы о М. А. Бакунине73, появились обобщающие
70	Стеклов 10. М. Борцы за социализм, ч. I—II. М.—Пг., 1923;

его же. Интернационал (1864—1867), ч. I—III. М.—Пг., 1923; его же.

Михаил Александрович Бакунин, его жизнь и деятельность, т. I—IV.

М.—Л., 1926—1927; Покровский М. Очерки по истории революцион¬

ного движения в России. М., 1924; его же. Бакунин в русской ре¬

золюции. М., 1926; Горохов В. А. Русская секция I Интернациона¬

ла. М., 1925; Полонский В. П. Михаил Александрович Бакулин.

Жизнь, деятельность, мышление. М.—Л., 1925.
71	Тихомиров М. Г. Разгром бакунизма в I Интернационале.

М., 1947; Ерофеев С. П. Критика анархистских взглядов М. Баку¬

нина в трудах К. Маркса и Ф. Энгельса. М., 1955; Мороз И. А. Кри¬

тика К. Марксом и Ф. Энгельсом социологических взглядов

М. А. Бакунина. — «Научные записки Днепропетровского ун-та», т. 56.

Вып. 4, 1956; Козьмин Б. П. Русская секция I Интернационала. М.,

1957; его же. Из истории революционной мысли в России. М.,

1961, и др.
72	Малинин В. А., Сидоров М. И. Предшественники научного со¬

циализма в России. М., 1963; Семенкова Т. Некоторые вопросы кри¬

тики капитализма и апологетических буржуазных теорий М. А. Баку¬

ниным, П. Л. Лавровым и П. Н. Ткачевым. — «Научные доклады

Высшей школы. Экономические науки», № 2, 1963; Твардов¬

ская В. А. Проблемы государства в идеологии народничества

(1879—1883). — «Исторические записки», № 74, 1963; Антонов В.Ф.

Революционное народничество. М., 1965; Галактионов А. А., Никанд-

ров П. Ф. Идеология русского народничества. Л., 1966; Три поко¬

ления борцов за свободу. М., 1969; Малинин В. А. Философия ре¬

волюционного народничества. М., 1972; Новиков А. И. Нигилизм и

нигилисты. Л., 1972; Пантин И. К. Социалистическая мысль в России:

переход от утопии к науке. М., 1973.
73	Колпинский Н. Ю., Твардовская В. А. Бакунин в русском и

международном освободительном движении. — «Вопросы истории»,

1960, № 10; Зильберман Б. И. Политическая теория анархизма

М. А. Бакунина. М., 1966; Пирумова H. М. Михаил Бакунин. М.,
26

труды по истории русского анархизма, среди них круп¬

ные монографии Б. И. Зильбермана, H. М. Пирумовои,
В.	В. Комина, С. Н. Канева и др.74
История бакунизма разрабатывается и в зарубежной

марксистской литературе, привлекая внимание таких

видных деятелей международного коммунистического

движения, как Уильям 3. Фостер и Жак Дюкло. В своей

монографии «История трех Интернационалов» У. Фостер

указывал на раскольническую, вредную для междуна¬

родного рабочего движения деятельность бакунистов75.

Ветеран Французской коммунистической партии Ж. Дюк¬

ло обратился к бакунизму в связи с изучением истории
I	Интернационала 76, а затем посвятил М. А. Бакунину

и борьбе с бакунизмом в I Интернационале специальное

исследование «Бакунин и Маркс. Тень и свет»77. Книга

Ж. Дюкло отличается политической заостренностью и

злободневностью. Она заняла видное место в борьбе

с современным анархизмом.
Достижения советской и зарубежной марксистской

историографии в значительной мере облегчают полемику

с современными буржуазными авторами.
1966; ее же. М. Бакунин или С. Нечаев? — «Прометей», 1968, № 5;

ее же. Бакунин. М., 1970; Михайлов М. М. Борьба против бакуниз¬

ма в I Интернационале. М., 1976.
74	Комин В. В. Анархизм в России. Калинин, 1969; Канев С. Н.

Октябрьская революция и крах анархизма. М., 1974.
75	Фостер У. 3. История трех Интернационалов. М., 1959.
76	Duclos J. La Première International. Paris, 1964.
77	Duclos J. Bakounin et Marx. Ombre et lumière. Paris, 1971

(перевод: Дюкло Ж. Бакунин и Маркс. Тень и свет. М., 1975).

Глава I
Вопросы мировоззрения

М. А. Бакунина

в буржуазной историографии
В современной буржуазной литературе, посвященной

бакунизму, значительное место занимают вопросы миро¬

воззрения М. А. Бакунина. Наибольший интерес с точки

зрения полемики с буржуазными авторами представ¬

ляют следующие аспекты данной проблемы: попытки

отыскать истоки мировоззрения М. А. Бакунина; трак¬

товка английскими и американскими «советологами» по¬

зиции М. А. Бакунина в славянском вопросе, одном из

важнейших политических вопросов XIX в.; интерпрета¬

ция взаимоотношений М. А. Бакунина с С. Г. Нечаевым

и тесно связанных с этим этико-революционных норм

русского анархиста.
1.	Об истоках мировоззрения
М. А. Бакунина
Михаил Александрович Бакунин — русский революцио¬

нер, один из идеологов революционного народничества

и анархизма. В молодые годы он участвовал в деятель¬

ности студенческого кружка Н. Станкевича; в 1840 г.

Бакунин уехал за границу, где примкнул к левым ге¬

гельянцам. Требованию царской полиции о возвращении

на родину Бакунин не подчинился. Он принял активное

участие и был одним из руководителей вооруженных

восстаний в Праге (1848 г.), Дрездене (1849 г.), Лионе

(1870 г.), дважды арестовывался, 12 лет провел в тюрь¬

мах и ссылке, бежал из сибирской ссылки через Японию

и Америку в Европу, сотрудничал с Герценом и Огаре¬

вым, был связан с «Землей и волей»; лишь вследствие

расстройства организованной им экспедиции не смог

вступить в борьбу с царизмом в рядах польских повстан¬

цев. После подавления польского восстания Бакунин
28

переехал в Италию, где в 1864 г. организовал тайный

«Союз революционных социалистов». В 1868 г. он создал

мелкобуржуазную анархистскую организацию «Альянс

социалистической демократии», пытался захватить ру¬

ководство Генеральным Советом I Интернационала. Пре¬

одоление анархизма в международном социалистическом

движении имело большое положительное значение.
В России бакунизм стал одним из ведущих течений

революционного народничества — идеологии крестьян¬

ской демократии.
М. А. Бакунин был автором ряда прокламаций, ад¬

ресованных русской молодежи. В 1873 г. появилась кни¬

га М. А. Бакунина «Государственность и анархия», ока¬

завшая значительное влияние на разночинскую интел¬

лигенцию. Бакунин считал сельскую общину основой

будущей социалистической организации русского обще¬

ства, в общинном крестьянине он видел «прирожденного

социалиста», верил в неисчерпаемую революционность

крестьянства, в возможность поднять его на немедлен¬

ный бунт по всей России с помощью агитации. Лишь

в конце жизни М. А. Бакунин пришел к пониманию не¬

обходимости серьезной организационно-воспитательной

работы в массах.
Влияние бакунизма на практически-революционную

деятельность в России было многопланово. Кроме чисто

бакунинских организаций (кружок С. Ковалика и др.)

влияние М. А. Бакунина сказывалось на деятельности

долгушинцев, «чайковцев», «Всероссийской социально¬

революционной организации». «Земля и воля» 70-х годов

в значительной степени опиралась на программные и

тактические положения бакунизма. Лишь по мере рас¬

пространения марксизма в России и зарождения социал-

демократии бакунизм терял свое прогрессивное значение

для России и был преодолен К
Сложный и противоречивый процесс формирования

мировоззрения М. А. Бакунина невозможно понять без

анализа условий, его породивших,— кризиса самодер-

жавно-крепостнического строя России середины XIX в.,

роста освободительного движения, поисков русскими ре¬

волюционерами правильной революционной теории.
1	Подробно см.: Колпинский //. 10., Твардовская В. А. Баку¬

нин в русском и международном освободительном движении. — «Во¬

просы истории», 1964, № 10, с. 74—82; Пирумова //. И. Михаил Ба¬

кунин. М., 1966, и др.
29

В поисках ответа на вопросы, выдвинутые жизнью,

М. А. Бакунин обращался к философии Фихте, Штир-

нера, Гегеля, Конта, знакомился с произведениями Сен-

Симона, Прудона, К. Маркса. Несомненное влияние на

М. А. Бакунина оказал А. И. Герцен. Большое значение

в формировании взглядов будущего «апостола анархии»

имело его участие в деятельности студенческого кружка

Станкевича, знакомство с идейной, политической и со¬

циальной жизнью Западной Европы.
Современная буржуазная историография превратно

трактует идейный поиск М. А. Бакунина, искажает его

мировоззрение.
Наибольшее распространение в английской и амери¬

канской буржуазной историографии имеют тезисы о за¬

падноевропейском происхождении бакунизма, обязанно¬

го России якобы лишь своими экстремистскими тенден¬

циями, попытки объяснить рождение русского анархизма

как результат случайного стечения обстоятельств или

патологического состояния психики М. А. Бакунина.
Так, сотрудница Чикагского университета Берта Ф.

Хозелитц в предисловии к сборнику бакунинских изре¬

чений под общим названием «Политическая философия

Бакунина — научный анархизм» именует М. А. Бакунина

«наиболее важным представителем политической фило¬

софии анархизма». Последний же Хозелитц отождеств¬

ляет с самыми различными идеями, начиная с «Мета¬

морфоз» Овидия (писавшего о «золотом веке»), учения

Зенона (основателя школы стоиков 342—270гг.дон. э.),

раннехристианских отшельников (II в. н.э.) и кончая

высказываниями многих писателей XVII—XVIII вв.5

«Несмотря на то, что анархистское движение явилось

феноменом минувших полутора столетий,— пишет в из¬

вестном на Западе исследовании истории анархизма

Дж. Джоул,— оно представляет собой тот тип протеста,

который мы находим гораздо раньше... у Зенона и стои¬

ков, еретиков и анабаптистов, явившихся предшествен¬

никами современного анархистского движения»3.
Столь же необоснованной экстраполяцией представ¬

ляется утверждение Дж. Джоула о том, что родоначаль¬

ником плеяды интеллигентов, «из которой выросли два
2	The Political Philosophy of M. Bakunin: Scientific Anarchism.

Ed. by G. Maximoff. New York, 1964, p. 12.
3	Joll /. The Anarchists. London, 1964, p. 13.
30

великих анархиста — Прудон и Бакунин», был Филиппо

Буанаротти4. Именно б Буанаротти английский анархо-

вед усматривает предтечу бакунизма на том основании,

что «он был великим прототипом заговорщика»5.
Действительно, Ф. Буанаротти был участником «заго¬

вора равных»6, его заговорщическая тактика, возможно,

повлияла и на М. А. Бакунина, но, выдавая утопич¬

ность взглядов бабувистов за анархизм, им в целом не

присущий, вряд ли можно доказать преемственную связь

между Буанаротти-бабувистом и Бакуниным-анархистом.
Б. Хозелитц бакунизм представляется в качестве

простой суммы заимствованных идей: «...раннему влия¬

нию славянофильства, гегельянства, марксизма, прудо¬

низма и, наконец, но не в последнюю очередь, беспокой¬

ному романтическому темпераменту Бакунина обязаны

мы рождением человека, стоящего на перекрестке ряда

интеллектуальных течений»7. Старейший английский

россиевед Дж. Мейнард считает, что Бакунин «заимст¬

вовал анархизм у Вейтлинга и Прудона... кое-что от

славянофильства, ненавидел все иностранное... как Гер¬

цен» 8.
Подобный подход, хотя и с различным сочетанием

идей, «составляющих» бакунизм, отличает работы Э. Кар¬

ра, Р. Хейра, А. Мазура, Дж. Джоула, Т. Андерсена9.
Некоторые идеологические системы, в той или иной

степени влиявшие на формирование взглядов М. А. Ба¬

кунина, буржуазные историки называют правильно.

Можно согласиться с Э. Карром в том, что «Бакунин,

как и вся русская интеллигенция его поколения, испыты¬

вал на себе влияние философии Гегеля и откликнулся

на нее со всей силой своей пылкой натуры» 10, и Дж.
4	Ibid., р. 53, 48.
5	Ibid., р. 47.
6	Буанаротти. Ф. Заговор во имя равенства. М., 1963; Тар-

ле Е. В. Жерминаль и прериаль (Тарле Е. В. Собр. соч., т. 6); Ис¬

тория Франции, т. 2. М., 1973.
7	The Political Philosophy of M. Bakunin. Scientific anarchism.

Ed. by G. Maximoff, p. 13.
8	Maynard /. Russia in Flux. New York, 1948, p. 75—76.
9	Carr E. H. Michael Bakunin. London, 1937, p. 62; Hare R. The

Portraits of Russian Personalities between Reform and Revolution.

London, 1959, p. 23; Mazour A. Russia Tsarist and Communist.

Princeton, 1962, p. 228; Joli J. Op. cit.; Anderson Th. The Russian

Political Thought. Ithaca, 1967, p. 108.
10	Carr E. H. Michael Bakunin, p. 62.
31

Джоулом, который пишет, что «бакунинская любовь

к идее стала развиваться еще в 1830-с годы, когда после

короткого и неудачного периода службы в армии он

вошел в московский мир литературы и философии, стал

другом Белинского». Подобно последнему, отмечает

Джоул, Бакунин «был опьянен немецкой философией —

сперва Фихте, а затем Гегеля. Ему казалось, что и Фих¬

те и Гегель проповедуют прежде всего культ личной

свободы и мятежа» п.
Действительно, и это обстоятельно показано в рабо¬

тах Ю. М. Стеклова, H. М. Пирумовой и других совет¬

ских историков, в процессе становления мировоззрения

М. А. Бакунина большое значение имело участие в круж¬

ке Н. В. Станкевича 12, где молодые люди изучали про¬

изведения классиков немецкой философии. Первым фи¬

лософом, оказавшим серьезное влияние на М. А. Баку¬

нина, был Фихте, религиозно-философские идеи которого,

взгляд на жизнь как на стремление к блаженству и на

любовь как основу жизни13, отвечали направленности

мыслей молодого Бакунина. «Цель жизни, предмет ис¬

тинной любви — бог,— писал будущий борец против

всех форм религии,— не тот бог, которому молятся в цер¬

квах, не тот, которому думают нравиться унижением

перед ним, не тот, который отдельно от мира судит жи¬

вых и мертвых, нет, но тот, который живет в человечест¬

ве: тот, который возвышается с возвышением человека;
11	Joli J. Op. cit., p. 85.
13 Неаргументированным и .по сути ошибочным является ут¬

верждение Э. Крэнкшоу о том, что «его [Бакунина. — В. Д.] пря¬

мое влияние на русскую радикальную мысль было наисильнейшнм

среди московских кружков 1830-х гг. перед тем как он уехал за

границу и встал на экстремистские позиции» (Crankshaw Е. The

Shadow of the Winter Palace. The Drift to the Revolution. 1825—

1917. London, 1976, p. 189). В действительности «философские дис¬

путы» в кружке Станкевича первоначально велись не на почве

«русской радикальной мысли», а на 'базе классической .немецкой

философии. Лишь позже у многих членов кружка сформируется

радикальное социальное видение. Соглашаясь с Крэнкшоу в том, что

касается сильного влияния Бакунина в кружке Станкевича, следует

признать недоказанным доминирующее ею влияние на остальные

кружки студенческой молодежи, о чем слишком расширительно

трактует английский историк. Кроме того, «наисильнейшим» влия¬

ние Бакунина на русскую радикальную мысль было позже, когда

бакунизм сложился в одно из основных направлений революционно¬

го народничества 70-х годов XIX в.
13 Бур М. Фихте. М., 1965.
32

тот, Который языком Иисуса Христа произнес священные

слова евангелия; гот, который говорит в поэте» 14.
Бакунин с его пылким умом, кипучей энергией, стра¬

стно бросившийся в изучение идеалистической филосо¬

фии, не смог ограничиться чисто теоретическими пробле¬

мами, его уже в молодые годы влекла реальная борьба.

Л у Фихте он находил импонировавший ему призыв

к познанию ради действия. «Все мое мышление,— писал

Фихте,— должно иметь отношение к моей деятельности,

оно должно признать себя средством, хотя и отдаленным

для этой цели, вне этого оно — пустая бесцельная игра,

трата силы и времени и извращение благородной спо¬

собности, которая дана мне для совершенно иной цели...

Мы действуем не потому, что познаем, но познаем пото¬

му, что предназначены действовать; практический разум

есть корень всякого разума...» 15
Поиск абсолютной истины, подсознательное еще

стремление к действию, отрицание официальной рели¬

гии были одними из первых проявлений конфликта Ба¬

кунина с действительностью, определивших интерес

к Фихте и вместе с тем подогреваемых последним.
Гораздо более глубокий след в сознании М. А. Ба¬

кунина оставила философия Гегеля. «После Канта и

Фихте,— вспоминает А. И. Герцен,— Бакунин принялся

за Гегеля, которого метод и логику усвоил в совершен¬

стве» 16.
Увлечение, казалось, все объясняющей философской

системой Гегеля привело молодого Бакунина к слишком

буквальной трактовке положения «Все действительное

разумно, все разумное действительно». В 1873 г., кри¬

тически оценивая свои философские увлечения конца

30-х годов, Бакунин писал: «Кто не жил в то время, тот

никогда не поймет, до какой степени было сильно обая¬

ние этой философской системы в тридцатых и сороковых

годах. Думали, что вечно искомый абсолют наконец

найден и понят и его можно покупать в розницу или

оптом в Берлине» 17.
О том, что исповедовавшаяся им в молодости класси¬

ческая немецкая философия стала скоро слишком тесна,

а следовательно, и не была целостно воспринятым ком¬
11	Бакунин М. А. Собр. соч. и писем, т. I, с. 211.
15	Фихте И. Г. Назначение человека. СПб., 1905, с. 79—84.
16	Герцен А. И. Собр. соч. в-30-ти томах, т. VII, с. 354.
17	Бакунин М. А. Избр. соч., т. I. Пг., 1919, с. 230.
2—546
33

понентом его мировоззрения, писал М. А. Бакунин

в «Исповеди»: «... сама же Германия излечила меня от

преобладавшей в ней философской болезни; познакомив¬

шись поближе с метафизическими вопросами, я доволь¬

но скоро убедился в ничтожности и суетности всякой

метафизики: я искал в ней жизни, а в ней смерть и

скука, искал дела, а в ней абсолютное безделье» 18.
Как видим, лишь одного указания на объект позна¬

вательного интереса Бакунина в качестве источника фор¬

мирования его мировоззрения, без объяснения причин

подобного интереса, его устойчивости и степени влияния,

что характерно для современных буржуазных историков,

отнюдь не достаточно, слишком односторонне и ведет

в конечном счете к искаженной характеристике явления.
Казалось бы, понимая это, некоторые авторы отме¬

чают определенную динамику в познавательном интере¬

се М. А. Бакунина. «Полтора года учебы в Берлине,—

пишет английский россиевед Р. Хейр,— увлечения геге¬

левскими категориями имели катарсический эффект на

сознание Бакунина. Он быстро исцелился от философ¬

ского недуга... но еще крепче усвоил неизлечимые ге¬

гельянские привычки» 19.
Что имеет в виду Р. Хейр под «гегельянскими при¬

вычками», из контекста не ясно. Если это диалектиче¬

ский метод и логика, которые Бакунин, по словам

А. И. Герцена, «усвоил в совершенстве»20, то это соот¬

ветствует истине. Однако уже следующее положение

Хейра вызывает возражение.
По утверждению Р. Хейра, знакомство Бакунина

с Арнольдом Руге привело молодого русского к убежде¬

нию о необходимости практических дел. «Впервые Ба¬

кунин понял, что истинная религия заключается в по¬

литической и социальной борьбе»21, — пишет англий¬

ский историк. В действительности все происходило нао¬

борот.
Критическое отношение к идеалистической филосо¬

фии и жажда деятельности пробудились в Бакунине
13 Материалы для биографии М. Бакунина, т. I. М.—Пг., 1923,

с. 104—106.
13	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Reform

and Revolution, p. 23.
23	Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. VII, с. 354.
21	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 24.
34

еще до встречи с А. Руге в 1841 г., причем «безвестный

еще тогда русский философ, — как справедливо замечает

советская исследовательница бакунизма H. М. Пирумо¬

ва,— стал оказывать определенное влияние на признан¬

ного вождя левых гегельянцев»22. Кроме того, взаимное

влияние А. Руге и М. Бакунина не могло привести к по¬

ниманию политической и социальной борьбы как «истин¬

ной религии» уже в силу атеистичности обоих друзей.

«Он,— писал Бакунин о Руге,— без всякого исключения

враждебно относится ко всему, что имеет хоть малейший

вид мистического»23.
А вот свидетельство А. И. Герцена: «Он [М. А. Ба¬

кунин.— В. Д.] принадлежал к числу тех молодых ли¬

тераторов, которые протестовали в «Галльских лето¬

писях», руководимых Арнольдом Руге, против бесплод¬

ного, аристократического и бесчеловечного понимания

науки... против их бегства в область абсолюта...»24
Влияние на М. Бакунина идей Вильгельма Вейтлин-

га, и в частности заимствование у последнего элементов

анархизма, отмечает Карл Витке. «Бакунин повторял

его [В. Вейтлинга.— В.Д.], говоря, что в совершенном

обществе не будет правительства, останется только ад¬

министрация, вместо законов будут обязательства,

а вместо наказаний — исправительные меры»25,— пишет

К. Витке. Дж. Джоул также утверждает, что Бакунин

следовал за Вейтлингом, признавая истинными револю¬

ционерами лишь тех, кому нечего терять 26.
Известно, что крупный деятель рабочего движения

в Германии, коммунист-утопист Вильгельм Вейтлинг

(1808—1871) 27 недооценивал значение революционной

теории, считал возможным непосредственный переход

от феодальной монархии* к коммунистической республи¬

ке, не понимал ведущей роли рабочего класса в социаль¬

ной революции, а самую революцию представлял себе

в виде стихийного бунта обездоленных масс, в первую

очередь люмпен-пролетарских слоев. Вейтлинг отрицал

всякие правительства, в которых, по его мнению, не бу¬
22	Пирумова H. М. Михаил Бакунин. М. 1966, с. 20.
23	Бакунин М. А. Собр. соч. и писем, т. III, с. 65.
24	Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. VII, с. 356.
25	Wittkc С. The Utopian Communist. Baton Rouge, 1950, p. 39.
26	Joli J. Op. cit., p. 56, 85, 91.
27	Волгин В. П. Очерки истории социалистических идеи (первая

половина XIX в.). М., 1976, с. 344—371.
2*
35

дет нуждаться свободное человеческое общество, отри¬

цал буржуазные свободы и необходимость борьбы за

них28. Конечно, долгое идейное общение с Вейтлингом

не могло не сказаться на формировании взглядов

М. А. Бакунина. Однако влияние это не носило харак¬

тера прямого заимствования и порой отрицалось самим

М. А. Бакуниным. Так, в статье «Коммунизм», форму¬

лируя свое отношение к учению Вейтлинга, будущий

вождь анархизма отмечал, что оно содержит элементы,

«которые мы считаем в высшей степени важными, даже

более чем важными: в основе его лежат священнейшие

права и гуманнейшие требования...». Но вместе с тем

М. А. Бакунин категорически отмежевался от вейтлин-

говской интерпретации идеи коммунизма: «Во избежа¬

ние недоразумений мы раз навсегда заявляем, что мы

лично не коммунисты...»29
Искажая существо влияния Вейтлинга на Бакунина

и истинные мотивы конфликта последнего с К- Марксом,

Р. Хейр утверждает, что Вейтлинг, «встав на дружескую

ногу с Бакуниным, настоятельно излагал ему револю¬

ционные чувства в мистически-христианской манере».

«Это было анафемой для Маркса, который и выжил не¬

удачника из рабочего движения». Р. Хейр стремится

доказать, что именно влияние Вейтлинга заронило в ду¬

шу М. Бакунина первые семена недоверия к К. Марк¬

су30. Этот тезис послужит основой для искаженной ин¬

терпретации причин конфликта между марксистами и

бакунистами в Интернационале.
Известно, что определенное влияние на становление

мировоззрения Бакунина оказал П.-Ж. Прудон. Отрицая

институт собственности, буржуазное политическое уст¬

ройство, буржуазную мораль, Прудон призывал к разру¬

шению существующих норм жизни. Молодому Бакунину

импонировала прудоновская идея разрушения старого.

Однако он не понимал ограниченности Прудона, кото¬

рый выступал лишь против ростовщического капитала,

против биржи, против спекуляции, но не против бур¬

жуазного строя в целом. Критикуя Прудона, К. Маркс
28	Об этом подробнее см.: Степанова Е. А., Кандель Е. П. Из

истории идейной борьбы в немецком демократическом движении

•10-х годов XIX и.—«Вопросы истории», 1955, № 8. с. 40-- 50.
29	Бакунин AI. А. Собр. соч. и писем, т. III, с. 224.
30	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Reform

and Revolution, p. 26.
36

показал, что Прудон — типичный идеолог мелкой бур¬

жуазии, а социализм Прудона — это «социализм» ре¬

месленников и крестьян. «Г-н Прудон — с головы до

ног философ, экономист мелкой буржуазии»31, — писал

К. Маркс П. В. Анненкову.
Трактовка же Прудоном формы организации буду¬

щего общества («Единственно возможной, справедливой

и истинной формой общественного устройства является

свободная ассоциация, свобода, ограничивающаяся соб¬

людением равенства в средствах производства и экви¬

валентности в обмене»32) не привлекала Бакунина.

Хотя и не без влияния Прудона, М. Бакунин, пытаясь

определить будущие формы жизни, пришел к идее фе¬

дерации33, о чем впервые заявил применительно к сла¬

вянскому вопросу в 1846 г.34
Буржуазные историки Дж. Мейнард, Р. Хейр,
Э.	Хиам, Э. Карр, Дж. Джоул, Б. Хозелитц единодушно

признают влияние Прудона на Бакунина35. Однако, от¬

мечая связь идеи ассоциации Прудона и идеи федерации

Бакунина, они не усматривают между ними существен¬

ного различия, предлагая читателю схему прямого пе¬

ренесения прудоновской идеи в теорию бакунизма.

«...Можно считать доказанным,— пишет Р. Хейр,— что

любимая идея Прудона о федеральной республике,

строящейся снизу вверх и кладущей конец войнам между

суверенными государствами, была перенесена Бакуни¬

ным в его план обширной Славянской федерации, дол¬

женствующей заменить Австрийскую и Российскую им¬

перии»36. «Я ничего не скажу об идеях Бакунина, каса¬

ющихся послереволюционной эры,— заявляет Э. Хиам

в своей книге, посвященной истории социалистической

мысли,— ибо ни одна из них не является его собствен¬
31	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 27, с. 411.
32	Прудон П.-Ж. Что такое собственность? Лейпциг — СПб.,

1907, с. 140.
33	Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 35, 36.
34	Материалы для биографии М. Бакунина, т. 1, с. 125.
35	Carr E. Н. Michael Bakunin; Maynard J. Russian in Flux.

London, 1948, p. 76, Hare R. The Portraites of Russian Personalities

between Reform and Revolution, p. 27; Joli J. Op. cit, p. 85; The

Political Philosophy of M. Bakunin: scientific anarchism. Ed. by

G. Maximoff, p. 13; Htfam E. The Millenium Postponed. London, 1971,

p. 90
36	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 27—28.
37

ной. Интересно лишь одно отличие от Прудона — кол¬

лективизация. Она приписывается Бакунину, а проис¬

ходит от более чем одного протосоциалиста, а именно

от Годвина и Оуэна»37.
Концептуальные различия между прудонизмом и ба¬

кунизмом буржуазные авторы склонны сводить лишь

к большей или меньшей степени радикальности и объяс¬

нять их различиями темпераментов Прудона и Баку¬

нина 38.
В приведенных высказываниях Хейра, Хиама, Джоу¬

ла явственно прослеживается методологическая несос¬

тоятельность буржуазных авторов. Кроме уже указанно¬

го смешения теории ассоциации Прудона и федерации

Бакунина буржуазные историки рассматривают эти

идеи изолированно, вне связи с системой мировоззрения

авторов. А это не позволяет выяснить реальное содер¬

жание и оригинальность вычленяемых для анализа идей,

которые при внешнем сходстве приобретают различное

звучание в рамках различных систем взглядов. Объек¬

тивно прудонизм вел к консервации наиболее отсталых

форм капиталистического мелкотоварного производства

в условиях господства буржуазных производственных

отношений. Бакунизм же был направлен на осуществле¬

ние крестьянской революции и представлял собой по¬

пытку отыскания возможностей некапиталистического

пути развития. Это обстоятельство придает оригиналь¬

ный характер бакунинской идее федерации. Принцип

федерализма был, строго говоря, известен задолго до

Прудона, но в контексте бакунизма он получил новое

содержание и новую жизнь.
Субъективизм и тенденциозность приводят буржуаз¬

ных «советологов» и к другим необоснованным сужде¬

ниям относительно источников формирования мировоз¬

зрения М. А. Бакунина.
Так, уже известный нам Р. Хейр, в чем-то повторяя

славянофила И. Аксакова39, выдвигает тезис о полном

заимствовании русским освободительным движением ре-
37	Нуат E. Op. cit., р. 90.
38	Joli J. Op. cit., p. 68.
39	«...Мстительный дух отрицания и разрушения, захвативший

нашу беззащитную молодежь, явился с Запада. Жестокость под¬
польных заговоров, подстрекательства и политических убийств не

имеет корней в русской душе» (Аксаков И. Соч., т. 2. М., 1886,

с. 695.
38

волюционпых идеи у Западной Европы. «...Мы, европей¬

цы,— пишет английский историк в начале главы, посвя¬

щенной М. А. Бакунину,— должны признать прямую

отцовскую ответственность за ряд русских революций

и осознать огромное чувство вины или гордости за них

в зависимости от того, как мы оцениваем их резуль¬

таты» 40.
Чувствуя шаткость столь категоричных заявлений,

Р. Хейр смягчает формулировку. Отметив определяющее

значение влияния французской революции, а также

французских и немецких писателей на формирование

характеров русских нигилистов и анархистов, он де¬

лает оговорку: «...конечный продукт оказался гораздо

более изумляющим и взрывчатым, чем любая сумма эле¬

ментов, импортированных из-за рубежа»41. Однако

такая оговорка нужна автору лишь для перехода к дру¬

гому, не менее тенденциозному тезису о том, что в рус¬

ском революционном движении исконно русским был

лишь экстремизм мятежного русского духа. «Русский

бунтарский дух, охвативший всю социальную иерархию

снизу доверху,— заявляет Р. Хейр, пытаясь отыскать

причины «русского экстремизма»,— произошел от обо¬

стренного чувства нестабильности и неудач. После дол¬

гого тления в древней крестьянской общине, часто пре¬

рывавшегося взрывами спорадических бунтов, дух этот

обрел осознанную форму в мятежном духе аристократов

девятнадцатого века»42. «Бакунинский инстинкт бунта

против любого авторитета, его фанатическая вера в «аб¬

солютное равенство»,— пишет белоэмигрант А. Мазур,—

вскрывает в нем русское наследие»43.
Другой исследователь русской истории, американец

Т. Андерсон, в работе, посвященной истории русской

политической мысли, утверждает, что сама идея анар¬

хизма была в Россию привнесена с Запада. Но в Рос¬

сии, по Андерсону, были свои традиции и почва для

анархизма. Он даже называет их: это боярские воль¬

ности; религиозные секты (духоборы, старообрядцы

и др.); казачество; крестьянские восстания (Пугачев,
41 Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 17.
41	Ibidem.
42	Ibid., p. 17—18.
43	Mazour A. Russia Tsarist and Communist, p. 229.
39

Разин); отделение государства от Народа, начинай

с Петра 144.
Концепция об особом психическом складе «русской

души», обусловившем проникновение анархизма в рус¬

ское освободительное движение, а следовательно, опре¬

делившем и формирование мировоззрения М. А. Баку¬

нина, наиболее четко изложена в работе Дж. Мейнарда:

«Он [М. А. Бакунин.— В. Д.] мог бы заимствовать

анархизм у Вейтлинга или Прудона, если бы анархизм

не лежал где-то очень глубоко в русской натуре или

истории...»45
При этом Дж. Мейнард, как и ряд других буржуаз¬

ных авторов, пытается приписать русскому освободи¬

тельному движению особый, мистический, религиозный

дух.
Так, Дж. Мейнард утверждает, что русские револю¬

ционеры «по своим привычкам и духовному воспитанию

были, несомненно, подвержены религиозному влиянию»,

хотя «это была новая, нехристианская форма религии»46.

Формирование мировоззрения М. Бакунина Мейнард вы¬

водит из трех элементов, якобы его определивших: осо¬

бый склад «русской души», новая «нехристианская

религиозность» и славянофильство47. Любопытно, что

названные тенденции поиска особого склада русского

характера, приписывание ему анархистских инстинктов

перекликаются с крайне идеалистической концепцией

Н. Бердяева. В своей книге «Русская мысль» он в от¬

личие от большинства современных английских и аме¬

риканских историков утверждал, что анархизм «в основ¬

ном является творением русских», называя при этом

имена М. Бакунина, П. Кропоткина, Л. Толстого48.
Бердяев заявлял, что «русские не любят государство

и не расположены рассматривать его как свое; они либо

восстают против государства, либо покорно подчиняют¬

ся его давлению»49. Корни «исконного русского анар¬

хизма» Н. Бердяев усматривал в церковном расколе,
44	Anderson Th. Op. cit., p. 108.
45	Maynard J. Op. cit., p. 76.
4G Ibid., p. 64.
47 Ibid., p. 65, 76.
43	Berdyaev N. The Russian Idea. London, 1947, p. 142.
49	Ibid., p. 142.
40

необъятных просторах Российском империи и «стихий¬

ной силе русского народа»50.
Непонятным, однако, остается, почему в Германии,

стране, знавшей Реформацию, которая аналогична бер¬

дяевскому пониманию раскола, анархизм не имел столь

широкого распространения в XIX в., а в странах, во

много раз уступающих России по размерам террито¬

рии,— Италии, Испании, Франции анархизм расцвел

пышным цветом. Видимо, не в истории церкви и не

в геополитическом подходе к вопросу о национальном

характере следует искать корни анархизма. Без классо¬

вого анализа, без признания анархизма формой мелко¬

буржуазной идеологии понимание этого сложного исто¬

рического явления невозможно.
Естественным следствием отсутствия объективного

научного подхода к вопросу об источниках формирова¬

ния взглядов М. Бакунина является тезис о случайности

выбора им пути революционной борьбы.
«Если бы он [М. Бакунин.— В. Д.] решил раньше

стать человеком действия, то с его умом и горячей энер¬

гией мог выйти на дорогу славы,— пишет Р. Хейр,— став

губернатором или фельдмаршалом на императорской

службе», однако «лишенный гражданства и состояния,

без каких-либо профессиональных навыков, но с пре¬

тензией на лидерство, Бакунин не имел другой альтер¬

нативы», кроме выбора пути революционной борьбы51.
Исходя из субъективно-идеалистической методологии,

буржуазные историки преувеличивают значение психоло¬

гического фактора, придавая ему решающее значение.
В рамках такого подхода находится и стремление

буржуазных россиеведов отыскать причины революцион¬

ности М. А. Бакунина в психологических и биологиче¬

ских особенностях последнего. Так, к Э. Карру восходит

в англо-американской историографии традиция объяс¬

нять бунтарский характер М. А. Бакунина ограничением

его личной свободы в детстве, деспотичностью матери

и неправильным воспитанием52. В том же методологи¬

ческом ключе выдержана позиция Дж. Джоула, Р. Хей¬

ра, Е. Ламперта, считающих анархизм Бакунина атри¬
•г*п Ibid., |>. I 13—141.
51	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 23, 25.
52	Carr £. //. Michael Bakunin, p. 7—9,
41

бутом его болезненного темперамента53. Еще более

несостоятельным, но не менее распространенным в бур¬

жуазной литературе является мнение, что революцион¬

ность якобы предопределила сексуальная импотенция

М. А. Бакунина54. «Невротическим синдромом», вызван¬

ным интимной неудовлетворенностью, называет Е. Лам-

перт бакунинские призывы к разрушению55. Карикатур¬

ные характеристики М. А. Бакунина содержатся в книгах

Д. Кларксона.и Э. Хиама56.
Крайняя субъективность и искусственность подобных

построений являются следствием отказа буржуазной ис¬

ториографии от конкретно-исторического анализа со¬

циально-политических условий, в которых формирова¬

лось мировоззрение М. А. Бакунина. Как уже подчерки¬

валось, за пределами внимания буржуазных авторов,

как правило, оказываются проблемы кризиса социально-

экономической системы и политического режима кре¬

постнической России, классовые бои в Западной Европе,

революционные традиции русского освободительного

движения. При разрешении проблемы истоков баку¬

низма современная англо-американская историография

замыкается в сфере идеального и психического, игно¬

рируя специфику эпохи и закономерности исторического

развития. Это ведет к искажению сущности анархизма

и бакунизма.
Как мы видим, истоки мировоззрения М. А. Бакунина

буржуазные историки, как правило, трактуют как некую

механическую сумму идей разных авторов. Такой под¬

ход ведет к статичному' анализу и, следовательно, к от¬

рицанию закономерности и внутренней логики идейной

эволюции Бакунина.
А отсюда и непонимание сущности бакунизма, прак¬

тики революционной деятельности М. À. Бакунина. Так,

английский историк Э. Крэнкшоу изображает русского

революционера как человека постоянно и бесцельно ме¬

чущегося. Английскому автору непонятно обращение Ба¬
53	Joli J. Op. cit., p. 86, 88; Hare R. The Portraites of Russian

Personalities between Reform and Revolution, p. 23; Lampert E.

Studies in Rebelion. London, 1957, p. 109.
54	Maynard J. Op. cit., p. 75; Hare R. The Portraites of Russian

Personalities between Reform and Revolution, p. 21.
55	Lampert E. Studiesi in Rebelion, p. 123.
56	Clarkson J. A History of Russia. New York, 1961, p. 321;

Hyam E. Op. cit., p. 93.
42

кунина к новейшим социологическим теориям îôrô

времени, сотрудничество его с К. Марксом, участие

в русском освободительном движении. Э. Крэнкшоу

вообще отказывается признавать бакунизм как целост¬

ную систему взглядов и не видит закономерности в эво¬

люции мировоззрения М. А. Бакунина. Крэнкшоу утвер¬

ждает, что в «его [Бакунина.— В. Д.\ взглядах не было

связи». Английского историка удивляет, что «анархист,

веривший в полную ликвидацию всех существующих

систем прежде, чем новый мир мог быть спланирован...

был также социалистом... провозглашал неизбежность

кровавого крестьянского восстания в России» 57. В дан¬

ном случае отсутствует разъяснение, а следовательно,

и понимание буржуазным автором диалектики процесса

формирования мировоззрения М. А. Бакунина. Находясь

в поиске правильной и применимой в России социальной

теории, М. А. Бакунин обращался к различным направ¬

лениям общественной мысли того времени. Этим поис¬

ком и множественностью гносеологических источников

бакунизма объясняется кажущийся эклектизм его. В то

же время, не будучи готовым понять, усвоить и признать

по существу, а не на словах марксизм, М. А. Бакунин

остается на позициях утопического социализма и превра¬

щается в идеолога анархистского варианта последнего,

ориентированного прежде всего на применение в Рос¬

сии или в условиях, аналогичных российским. Отсюда

и непонятный для Крэнкшоу призыв к крестьянскому

бунту в аграрной России как метод реализации социа¬

листического идеала в его утопически-анархистском ва«

рианте.
2.	Бакунин и славянский вопрос
Давая свои оценки мировоззрения и деятельности

М. А. Бакунина, английские и американские историки

отмечают его участие в славянском движении, рассмат¬

ривают его позицию в славянском вопросе, одном из

важнейших политических вопросов XIX в. При этом

достаточно явно вычленяются три группы проблем, к ко¬

торым буржуазные авторы пытаются свести бакунинское

отношение к славянскому вопросу. Это прежде всего

определение бакунинской идеи федерации славянских
57	Crankshaw E. Op. cit., р. 189.
43

народов, подчеркивание панславизма Ёакунпна при Иг¬

норировании его революционности; попытки доказать

национализм или даже расизм М. А. Бакунина, а также

искаженная оценка отношения Бакунина к польскому

революционному движению.
Буржуазные историки признают, что М. Бакунин

много внимания уделял славянскому движению. Стерж¬

нем бакунизма называет Э. Карр, а вслед за ним Дж.

Джоул58 программу разрешения славянского вопроса,

выдвинутую русским анархистом. Единодушны англо-

американские россиеведы и в определении идеи М. А. Ба¬

кунина о федерации славянских народов как основы

его программы разрешения данного вопроса.
Однако суть бакунинской программы подменяется

выхваченными из контекста цитатами, долженствующи¬

ми служить доказательством исподволь акцентируемых

тезисов. «Любимая идея Прудона о федеральной рес¬

публике...— пишет Р. Хейр,— побудила Бакунина разра¬

ботать проект огромной славянской федерации... Но Ба¬

кунин не просто повторил Прудона в русском варианте.

Ибо последний, несмотря на вражду с Марксом, не

доверял славянам и отдавал предпочтение немцам...

а радикальные идеи Бакунина все с большей силой при¬

обретали окраску панславизма»59. Так английский исто¬

рик не только субъективистски ставит отношение поли¬

тических деятелей к целым народам в зависимость от

личных симпатий или вражды, но и дает определение

всему бакунизму как имеющему панславистские начала,

что, как мы в дальнейшем увидим, приведет буржуазных

ученых к трактовке учения Бакунина и как национа¬

листического.
Панславизм как основу бакунинского отношения

к славянскому вопросу называют Э. Карр и С. Томп¬

кинс60, хотя уже последующее цитирование Э. Карром

«Воззвания к славянам» М. А. Бакунина61 показывает

революционный характер бакунинской программы осво¬

бождения славян, принципиально отличающий ее от
58	Carr E Н. Michael Bakunin, p. 173; Joli J. Op. cit., p. 86.
59	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 28.
63	Carr E. H. Michael Bakunin, ch. 21; Tompkins S. R. The Rus¬

sian Intelligensia: Makers of the Revolutionary State. Norman,

1957, p. 37.
61	Carr E. H. Michael Bakunin, p. 173.
44

официального панславизма. Здесь следует отметить, что

панславизм являлся общественно-политическим тече¬

нием, в основе взглядов которого лежало представление
о	стремлении славянских народов к противопоставлению

себя другим народам и к государственному единству

с царской Россией. В России в конце 30-х годов в рабо¬

тах Уварова и Погодина62 на основе реакционной

теории официальной народности были выдвинуты утвер¬

ждения о превосходстве славян над другими народами

и о предназначении России к гегемонии в славянском

мире. Эти же идеи в различных модификациях в 50—

60-х годах развивались славянофилами. Решение сла¬

вянского вопроса на основе распространения власти ца¬

ризма на все славянские земли многие из них связывали

с необходимостью проведения либерально-буржуазных

преобразований63, отстаивали незыблемость самодержа¬

вия. Революционный смысл бакунинской идеи славян¬

ской федерации совершенно чужд официальному пан¬

славизму. Еще в 1848 г. Бакунин провозглашал «равен¬

ство, свободу и братскую любовь всех славян». «Все

славяне,— писал он,— одинаково свободны, одинаково

братья. Между ними нет никакого неравенства, кроме

того, какое создала природа. Сословий (каст) нет ни¬

каких. Там, где еще господствует аристократия, приви¬

легированное дворянство, эти аристократы, если хотят

быть славянскими, должны на будущее время искать

себе преимуществ и привилегий в богатстве своей любви

и величии своей жертвы»64. Свою цель М. А. Бакунин

видел «в том, чтобы оторвать славян от реакции, в ко¬

торую ее бросили низость их предательских вождей,

равно как и недемократическое и государственническое

настроение немцев и мадьяр»65.
В отличие от панславистов, призывавших к объеди¬

нению славянских народов под эгидой русского царизма,

М. А. Бакунин утверждал, что славянам «нет места

в недрах Русского царства: вы хотите жить, а там

мертвое молчание; требуете самостоятельности, движе¬

ния, а там механическое послушание. Желаете воскре¬
62	Погодин М. П. Собрание статей, писем и речей по поводу

славянского вопроса.-М., 1878.
63	Аксаков К. С. О внутреннем состоянии России. — «Русь»,

1881, No 26—28.
64	Бакунин М. А. Собр. соч. и писем, т. III, с. 304.
65	Там же, с. 371.
45

сения, возвышения, просвещения, освобождения, а там

смерть, темнота и рабская работа. Войдя в Россию им¬

ператора Николая, вы вошли бы во гроб всякой народ¬

ной жизни и всякой свободы»66.
Конечно, как отмечает H. М. Пирумова, бакунинская

программа создания славянской федерации «была уто¬

пична в тех условиях по идее и малоконкретна по фор¬

ме»67, однако ее демократическая суть очевидна.
Революционный характер предлагаемого М. Бакуни¬

ным плана создания славянской федерации вынуждены

признать и некоторые буржуазные авторы. «Централь¬

ной у Бакунина, — пишет Т. Андерсон, — являлась идея

революционного освобождения славянских народов и их

федерации в одну великую нацию» 68.
Однако большинство «советологов», задавшись целью

вывести преемственную связь между бакунизмом и ле¬

нинизмом, пытается определить учение М. Бакунина как

националистическое, расистское, мессианское, дабы по¬

том перенести эти оценки и на ленинизм, который, по их

мнению, унаследовал подобные качества69.
Так, Дж. Джоул утверждает, что „«Исповедь»...

является отражением русского национализма Бакунина,

равно как и его прислужничества перед царем, и инте¬

рес к ней определяется скорее не ее политической

значимостью, а тем обстоятельством, что она проливает

свет на натуру Бакунина, схожего в этом с Достоевским.

Хотя... на «Исповеди» лежит, возможно, и печать нетер¬

пеливости, раздражительности анархиста, который при

столкновении с легальным революционером или рефор¬

мистом отчаянно обращается к авторитету в надежде

достичь своих целей”70.
Царистские убеждения усматривает у М. А. Баку¬

нина и Дж. Мейнард. «...Подобно всем ранним славяно¬

филам,— пишет он,— Бакунин гораздо более ненавидел

правительственный аппарат, чем личную автократию.
66	Материалы для биографии М. Бакунина, т. I, с. 155.
67	Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 46.
68	Anderson Th. Op. cit., p. 234.
69	Kohn H. Basic History ot Modern Russia. Political, Cultural

and Social Trends. New York, 1957, p. 41; Possony St. Lenin: The

Compulsive Revolutionary. Chicago, 1964, p. VII; Payne R. The Lif?

and the Death of Lenin. New York, 1964, p. 271; Lane Th. Why Le¬

nin? Why Stalin? New York, 1964, p. 105.
70	Joli J. Op. cit., p. 89.
46

Это объясняет жалкую исповедь, которую он написал

Николаю, и его последующее заявление, что он с ра¬

достью последует за Романовым»71.
Действительно, обосновывая возможные пути разви¬

тия революции в России и взывая к ней, М. А. Бакунин

писал в 1862 г.: «Скажем правду, мы охотнее всего

пошли бы за Романовым, если б Романов мог и хотел

превратиться из петербургского императора в царя

земского». Но Бакунин отдает Романову предпочтение

перед Пугачевым и Пестелем лишь по той причине,

что «он один мог совершить и окончить великую мирную

революцию, не пролив ни одной капли русской или сла¬

вянской крови»72.
Тот же М. А. Бакунин заявляет и о своем неверии

в возможность такого поворота событий, когда «царь

земский» возглавит мирную революцию, хотя и признаёт

такой вариант наиболее предпочтительным. «Династия

явно губит себя,— пишет М. А. Бакунин.— Она ищет

спасения в прекращении, а не в поощрении проснув¬

шейся народной жизни, которая, если б была понята,

могла бы поднять царский дом на неведомую доселе

высоту могущества и славы. Но где высота, там и безд¬

на, и, непонятая, оскорбленная, разъяренная смешными

попытками пигмеев удержать ее непреклонно логическое

течение, та же народная жизнь может сбросить его...

в бездонную пропасть»73.
Либеральные надежды на царя были свойственны

Бакунину в определенный период его деятельности, это

буржуазные авторы охотно выделяют, но то, что Баку¬

нин вскоре освободился от своих иллюзий и стал тре¬

бовать от революционеров втолковать народу, дать ему

почувствовать, что «у него' нет врага пуще царя, пока¬

зать, пользуясь всеми плачевными и трагическими

случаями, которыми переполнена ежедневная народная

жизнь... как все чиновничьи, помещичьи, поповские и

кулацкие неистовства, разбои, грабежи, от которых ему

нет житья, идут прямо от царской власти, опираются

на нее и возможны только благодаря ей, доказать ему,

одним словом, что столь ненавистное ему государство —
71	Maynard J. Op. cit., p. 70.
72	Бакунин М. Л. Народное дело. Романов, Пугачев или Пе¬

стель. [СПб.], 1906, с. 24.
73	Там, же, с. 21.
47

это сам царь и не что иное, как царь,— вот прямая

и теперь главная обязанность революционной пропаган¬

ды»74, замалчивается.
Буржуазные авторы не только оценивают мировоз¬

зрение М. А. Бакунина как националистическое 75, но и

пытаются изобразить русского революционера готовым

ради осуществления своих анархо-шовинистических

идей прибегнуть к насилию и резне целых народов.
«Мечтой Бакунина,— пишет Дж. Мейнард,— явля¬

лась свободная славянская федерация, включая Поль¬

шу, против которой выступали славянофилы, если даже

это приведет к резне с немцами, мадьярами и турка¬

ми...»76 Р. Хейр возмущен им же сконструированным

и приписанным Бакунину тезисом. «Прусская Силезия,

большая часть Восточной Пруссии, Чехия, Польша и

южные славяне должны были порвать с Германией и

Австрией,— утверждает Р. Хейр,— а революционную

Венгрию должны были заставить войти в будущий сла¬

вянский союз. Потрясающи тоталитарные преобразова¬

ния на анархистской основе, которые были обещаны»77.
Однако известно, что еще за несколько недель до

Пражского конгресса, где М. Бакунин впервые сформу¬

лировал свою программу создания славянской федера¬

ции, он выступил с призывом образовать общеевропей¬

скую федерацию на революционной основе, не требуя

для России никаких привилегий. «Революционное дви¬

жение прекратится только тогда, когда Европа, вся

Европа, не исключая и России, превратится в федера¬

тивную демократическую республику... Эта революция,

призванная спасти все народы, спасет также и Россию,

я в этом убежден»78.
В то время, когда в армиях австрийских генералов,

шедших в 1848 г. против революционной Вены, подчер¬

кивает H. М. Пирумова, преобладали славянские войска,

Бакунин призывал славян выйти за узконациональные

рамки, включить в революционный союз мадьяр, подать
74	Бакунин М. А. Полн. собр. соч. Под ред. А. И. Бакунина,

т. II, с. 261.
7Г’ Joli. J. Op. cit., p. 80.
7Й Maynard J. Op. cit., p. 70.
77	Haro R. The Portraites of Russian Personalities between

Reform and Revolution, p. 31.
78	Бакунин M- Л. Собр. соч. ц писем, т. III, с. 296,
48

руку помощи германскому народу79. Не националистом,

а патриотом был Бакунин, считавший, что его родина

станет страной, где революция достигнет своего наи¬

высшего подъема: «В Москве будет разбито рабство

соединенных теперь под русским скипетром и всех вооб¬

ще славянских народов, а вместе с тем и все европей¬

ское рабство и навеки погребено под своими собствен¬

ным мусором и развалинами, в Москве из моря крови

и пламени высоко и прекрасно взойдет созвездие рево¬

люции и станет путеводною звездою для блага всего

освобожденного человечества»80.
А двенадцать лет спустя в брошюре «Народное дело»

М. А. Бакунин писал:
«Мы хотим и желаем:
Хотим чтобы Польше, Литве, Украине, финнам и ла¬

тышам, прибалтийским и также Кавказскому краю была

возвращена полная свобода и право распоряжаться со¬

бою и устроиться но своему произволу, без всякого

с нашей стороны вмешательства, прямого или косвен¬

ного.
4.	Хотим братского и, если будет возможно, феде¬

рального союза с Польшей, Литвой, Украиною, прибал¬

тийскими жителями и с народами Закавказского края.

Готовы и обязаны помогать им против всякого насилия

и против всех внешних врагов, особливо же против нем¬

цев, когда они сами позовут на помощь.
5.	Вместе с Польшей, с Литвой, с Украиной, мы хо¬

тим подать руку помощи нашим братьям Славянам,

томящимся ныне под гнетом Прусского королевства,

Австрийской и Турецкой империй, обязываясь не вло¬

жить меча в ножны, пока хоть один Славянин останется

в немецком, в турецком или в другом каком рабстве.
6.	Мы будем искать тесного союза с Италией, с ко¬

торой у нас чувства, интересы и враги общие,— с Ма¬

дьярами, ненавидящими, как и мы, Австрийскую монар¬

хию, если они только совершенно откажутся от притес¬

нения Славян,— с Румынами и даже с Греками, когда

последние оставят в покое Болгар, и довольствуясь

быть собою, забудут свои честолюбивыя и свободопро-

тивныя, а главное, сустиыя византийские мечты.
7У Пирумова II. М. Михаил Бакунин, с. 49.
80	Бакунин М. А. Собр. соч. н писем, t. III, с. 360.
49

7.	Мы будем стремиться, вместе со всеми племенами

Славянскими, к осуществлению заветной Славянской

мечты: к созданию Великой и вольной федерации Все¬

славянской, где каждый народ, велик или мал, будет

вместе вольным и братски с другими народами связан¬

ным членом; чтобы каждый стоял за всех, и все за

каждого, и чтоб не было в братском союзе особенных

государственных сил, чтоб не было ничьей гегемонии,

но чтоб существовала единая и нераздельная всесла¬

вянская сила»81.
Как видно, в национализме автора таких требований

обвинить нельзя.
Между тем многие буржуазные историки пытаются

приписать Бакунину даже расизм, который, по их мне¬

нию, служит доказательством русского и славянского

мессианства М. Бакунина. Характерно, что подобные

тезисы, как правило, выдвигаются наиболее консерва¬

тивными представителями современной буржуазной ис¬

ториографии.
Так, странствующий мистик Н. Бердяев в своем опи¬

сании революции в России утверждает, что Бакунин

«верил в русскую и славянскую миссию породить катак¬

лизм разрушения, в котором старый грешный мир по¬

гибнет, а новый мир — царство господнее — поднимется

из пепла»82. По существу полностью солидаризируется

с Н. Бердяевым и возводит его в непререкаемый авто¬

ритет Дж. Мейнард83.
Более осторожно, однако по сути в том же духе вы¬

сказывается Р. Хейр. Бакунин «более думал о создании

федерации вне России, чем о некоей универсальной мис-

сии славян во главе с Россией,— признает Р. Хейр и

тут же добавляет:—Нарождавшийся бакунинский пан¬

славизм имел... расистский, но антинациональный уклон.

Каждая суверенная нация является обреченной, ибо

продает душу свою bête noire, административному госу¬

дарству. И Бакунин осуждал чешский национализм на

тех же основаниях, что и Российскую империю. Он изоб¬

ражал себя преклоняющимся перед русским народом,

но не патриотом русского государства. Он повторял,
81	Бакунин М. Л. Народное дело. Романов, Пугачев или Пе¬

стель, с. 23—24.
82	Berdiaev N. The Russian Revolution. Toronto, 1961, p. 48.
8-1 Maynard J. Op. cit., p. 441.
50

что современное русское государство было искусственной

немецкой надстройкой, а потому являлось смертным

врагом славянского духа как внутри, так и за предела¬

ми его»84.
Действительно, М. А. Бакунин, не понимая законов

исторического развития, разграничивал Запад и сла¬

вянский мир, проповедовал самобытность пути истори¬

ческого развития славян, их национальную исключи¬

тельность85. Но утверждение об исключительности сла¬

вян не являлось у Бакунина результатом его национа¬

лизма или расизма, а вытекало из утопического пред¬

ставления о сохранившейся еще у славянских народов

общинной демократической организации. «Свою веру,—

писал Бакунин,— свою непоколебимую веру в демокра¬

тическое будущее славянской расы почерпаю я в

особенности из ее природы, в ее внутренней общест¬

венной организации, которую сохранили во всей ее чис¬

тоте и неприкосновенности все народы этой расы, не¬

смотря на столетия рабства и все насилия и притесне¬

ния» 86.
Расизм, в коем буржуазные авторы пытаются ули¬

чить М. А. Бакунина, предполагает принижение досто¬

инства и возможностей представителей других групп

народов, игнорирование их культурных, нравственных

и интеллектуальных ценностей, высокомерие и прене¬

брежительное отношение к ним. Однако все это мало

согласуется с личностью Бакунина, убежденного в от¬

сутствии противоречия между революционными задача¬

ми славян и народов Западной Европы, хотя формы

участия их в революционном процессе могут быть раз¬

личны. Это вынужден признать и Р. Хейр. «Михаил

Бакунин явился самой выдающейся и влиятельной фи¬

гурой анархистского движения девятнадцатого столе¬

тия,— пишет он.— Первый русский интеллектуал, воз¬

бужденный немецкой философией и ставший профес¬

сиональным революционером, он так же был первым

русским, заговорившим о социальной революции...

во всемирном масштабе. Бакунин не признавал столк¬
84	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 28.
85	Антонов В. Ф. Революционное народничество. М., 1965,

с. ИЗ.
86	Материалы для биографии М. Бакунина, т. I, е. 22.
51

новения целей европейских национальных революций

и славян...»87
Многие английские и американские историки высоко

оценивают отношение М. А. Бакунина к польскому на¬

ционально-освободительному движению. «На протяже¬

нии всей своей жизни Бакунин демонстрировал предан¬

ность делу польской национальной революции»88,—

пишет Дж. Джоул.
Широко известны слова М. А. Бакунина: «Угнетение

Польши — позор для моей страны, а свобода Польши

послужит, быть может, началом нашего освобож¬

дения» 89.
Он неизменно предлагал союз русских и польских

революционеров. «От имени... этой настоящей русской

нации я предлагаю вам союз...— говорил Бакунин на

польском митинге в 1847 г.— Да придет же этот вели¬

кий день, когда русские, объединенные с вами одними

и теми же чувствами, борющиеся за одно и то же дело

и против общего врага, будут вправе запеть вместе

с вами вашу национальную польскую песнь, этот гимн

славянской свободы: „Еще Польска не сгинела!”»90
Буржуазные авторы в выигрышном для Бакунина

плане трактуют его позицию по данному вопросу, про¬

тивопоставляя ее преобладавшему в царской России

шовинистическому, антипольскому настроению. «В об¬

щем и Герцен, и Бакунин ошиблись в оценке русского

общественного мнения, которое поддержало правитель¬

ство, поскольку в Польше были жертвы среди русских,—

пишет американский исследователь проблем русской ин¬

теллигенции С. Томпкинс.— Ошибка в оценке русского

общественного мнения стоила падения популярности

«Колокола». Печально констатировать, что в целом мало

кто из русских интеллектуалов смог подняться над на¬

ционалистическими предубеждениями в их отношении

к полякам»91.
Решительность и последовательность М. Бакунина,

А. И. Герцена и других русских революционеров в от-
87	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 20.
88	Joli J. Op. cit., p. 86.
89	Бакунин М. А. Собр. соч. и писем, т. III, с. 257.
90	Там же, с. 277—279.
91	Tompkins S. R. The Russian Intelligensia. Makers of the Re¬

volutionary State. Norman (Oklahoma), 1957, p. 37.
52

етанванин польского Дела даже в самых неблагоприят¬

ных условиях классовой ограниченности вождей поль¬

ского движения и в целом антипольского настроения

в России не может не вызвать восхищение. «Когда вся

орава русских либералов отхлынула от Герцена за за¬

щиту Польши,— писал В. И. Ленин,— когда все «образо¬

ванное общество» отвернулось от «Колокола», Герцен

не смутился. Он продолжал отстаивать свободу Польши

и бичевать усмирителей, палачей, вешателей Александ¬

ра II. Герцен спас честь русской демократии. «Мы

спасли честь имени русского,— писал он Тургеневу,—

и за это пострадали от рабского большинства»»92.
Имея в виду высокую оценку, данную В. И. Лениным

позиции А. И. Герцена в польском вопросе, следует пом¬

нить, что именно М. А. Бакунин оказывал значительное

влияние на А. И. Герцена в данном вопросе, что послед¬

ний признавал и сам93.
Некоторые буржуазные историки упрекают М. Баку¬

нина в непонимании характера и задач польского рево¬

люционного движения. «Бакунин,— пишет Дж. Мей¬

нард,— делал грубейшие ошибки и порой их признавал.

Но он никогда... не дошел до понимания того факта,

что недовольные поляки были земельными собственни¬

ками и аристократами по духу, что они стремились

к расширению польских границ за счет русских земель

и что для них было невозможным сотрудничество с рус¬

скими революционерами»94. В том же смысле высказы¬

вался и Дж. Джоул, указывавший на то, что М. Баку¬

нин в отличие от Прудона не понимал реакционно¬

аристократического характера будущего независимого

польского государства 95.
Однако факты свидетельствуют о другом. Солидар¬

ность М. А. Бакунина с польским национальным движе¬

нием возникла не вдруг и не сразу. После некоторых

сомнений и глубокого анализа перспектив освободитель¬

ного движения в России Бакунин встал на ясные пози¬

ции по польскому вопросу и своего отношения к нему по

существу не менял с конца 40-х годов XIX в. «Я...—пи¬

сал Бакунин в «Исповеди» о своем отказе участвовать
92	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 21, с. 260.
93	Герцен А. И. Былое и думы, т. 3. М., 1973, с. 315—336.
94	Maynard J. Op. cit., p. 76.
95	Joli J. Op. cit., p. 78.
53

в польском митинге в 1845 г., — благодарил за братскую

симпатию, а в Лондон не поехал, ибо не определил еще

в своем уме то отношение, в котором я, хоть и демократ,

но все-таки русский, должен был стоять к польской

эмиграции, да и к западной публике вообще»96.
Бакунин неоднократно сталкивался с косностью,

классовой и национальной ограниченностью лидеров

польского движения97. Но Бакунин смотрел дальше.

Он надеялся, он «хотел верить и верил, — вспоминал

А. И. Герцен, — что Жмудь и Волга, Дон и Украина

восстанут, как один человек, услышав о Варшаве;

он верил, что наш старовер воспользуется католическим

движением, чтоб узаконить раскол»98. Бакунин был

убежден, что «для русского народа освобождение Поль¬

ши могло бы стать спасением». «Если бы вы стали сво¬

бодными,— говорил он erne в 1847 г., — свободными бы

стали и мы; вы не моим бы опрокинуть трон царя

польского, не поколебав престола императора всерос¬

сийского» ".
Вместе с тем М. А. Бакунин со всей ясностью пред¬

ставлял, что польское национально-освободительное дви¬

жение может оказаться успешным лишь при условии его

действительной и полной демократичности и пытался

в этом направлении воздействовать на вождей польского

восстания. «Будет ли Польша в силах, со всем ее героиз¬

мом, вызывающим в данный момент восхищение всего

мира, противостоять соединенному вторжению русских

и прусских войск, если не поднимутся ваши крестьянские

массы на всем пространстве польской территории и если

польская революция, как политическая, так и социаль¬

ная, приняв страшный характер «холопского руха» и

следуя своему естественному течению, не докатит своих

волн до Литвы, Украичы и вплоть до русской импе¬

рии?» 100
Таким образом, рассмотрение современной англий¬

ской и американской литературы показывает, что бур¬

жуазные авторы, обращающиеся к изучению отношения
96	Материалы для биографии М. Бакунина, т. I, с. 117—118.
97	Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 34; Герцен А. И. Собр.

соч. в 30-ти томах, т. XI, с. 370—376.
98	Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. XI, с. 371.
99	Бакунин М. А. Собр. соч. и писем, т. III, с. 277.
1°о Стеклов Ю. Михаил Александрович Бакунин, его жизнь

и деятельность, т. II. М., 1926, с. 165.
54

М. А. Бакунина к славянскому вопросу, в целом иска¬

женно трактуют его. Преобладающими остаются стрем¬

ление игнорировать революционность позиции русского

анархиста в славянском движении, попытки приписать

М. А. Бакунину национализм и расизм, дабы распрост¬

ранить эти оценки на все освободительное движение

в России. Освещение же позиции Бакунина в польском

вопросе осуществляется буржуазными авторами изоли¬

рованно от рассмотрения мировоззрения М. А. Бакунина

в целом.
3.	Проблема «Бакунин — Нечаев»
Проблема «Бакунин — Нечаев» занимает особое место

в современной буржуазной историографии освободитель¬

ного движения в России.
Рассматривая причины знакомства и сотрудничества

Бакунина и Нечаева, буржуазные бакуниноведы пы¬

таются сблизить теоретические положения и деятель¬

ность М. А. Бакунина с «нечаевщиной»; высказывают

мнение об авторстве «Катехизиса революционера», одни

приписывают его Бакунину, другие усматривают соав¬

торство и т. д.
Чтобы разобраться в суждениях буржуазных истори¬

ков и в целях, которые они при этом ставят перед собой,

следует хотя бы кратко воспроизвести историю отноше¬

ний Бакунина и Нечаева, которая теперь достаточно вы¬

яснена в советской исторической литературе. Прежде

всего, кто такой Нечаев и что привело его к сотрудни¬

честву с Бакуниным?
Сергей Геннадиевич Нечаев — личность, сыгравшая

своеобразную роль в движении революционной моло¬

дежи. Человек необыкновенной энергии, Нечаев был

фанатиком идеи борьбы, но борьбы, не знающей стес¬

нения в средствах. Фальсификация, ложь, насилие, по

его мнению, должны были пускаться в ход ради дости¬

жения цели.
Активный участник студенческих волнений 1869 г.,
С.	Г. Нечаев, избежав ареста, скрывается за границей.

Среди эмигрантов он распространяет легенду о своем

мнимом аресте, побеге из Петропавловской крепости,

выдает себя за представителя будто бы существующего
55

авторитетного всероссийского революционного комитета.

Эмигранты, близко к сердцу принимавшие судьбу жертв

русского самодержавия, отнеслись к Нечаеву с полным

сочувствием, хотя побег из Петропавловской крепости

казался им невероятным, а в существование революци¬

онного комитета в России многие из них не верили101.

Вскоре по прибытии в Швейцарию Нечаев близко со¬

шелся с Бакуниным и Огаревым. Н. П. Огарев передал

на революционные нужды часть фонда Бахметьева *.

На эти деньги Бакунин, Огарев и Нечаев развернули

активную издательскую деятельность. Затем Бакунин

снабдил Нечаева документом, удостоверявшим его член¬

ство в «Русском отделе всемирного революционного

союза». А в сентябре 1869 г. Нечаев вернулся в Рос¬

сию, где стал вербовать себе сторонников. Нечаевская

организация строилась на'диктаторских принципах, дек¬

ларированных в «Катехизисе революционера». И когда

один из членов организации, Иванов, посмел усомниться

в целесообразности такой системы, он был убит 21 но¬

ября 1869 г. несколькими ее членами во главе с Нечае¬

вым. Убийство товарища привело к краху нечаевской

организации, рядовые члены которой были обмануты

своим лидером. «Нечаевцев» судили в 1871 г. Сам
С.	Г. Нечаев бежал за границу, где, получив вторую

часть бахметьевского фонда, снова вместе с Бакуниным

и Огаревым развернул вторую пропагандистскую кампа¬

нию, пока не был арестован швейцарскими властями и

по настоянию русского правительства выдан ему. Он был

осужден на 20 лет каторги и в мае 1882 г. умер от

чахотки в заключении 102.
Что же побудило ветерана революционного движения

поверить Нечаеву, вступить с ним в тесный контакт и

сотрудничать?
Отвечая на этот вопрос, Правдин в специальной мо¬

нографии, посвященной Нечаеву и носящей крайне тен¬

денциозный и антисоветский характер, пишет: «За деся¬
101	См. об этом: Антонов В. Ф. Революционное народничество,

с. 81; Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 117.
*	Бахметьевскии фонд был образован из средств, переданных в

1858 г. Герцену молодым помещиком П. Л. Бахметьевым па нужды

русской революционной лоопаганды.
102	Подробно об этом см.: Левин Ш. М. Общественное движе¬

ние в России в 60 — 70-е годы XIX река. М., 1958, ç, 259 — 271
56

тилетие, прошедшеё с момента выдачи Бакунина России,

мир изменился. Повсеместно торжествовала реакция, все

демократические надежды на свободу были на время

расстроены. Не изменился лишь сам Бакунин. Ничто не

могло обескуражить старого смутьяна. И вскоре он

вновь стал душой всякой революционной конспирации,

всякой попытки к агитации. Если среди эмигрантов был

человек, от которого Нечаев мог ожидать понимания

и помощи в осуществлении своих идей, то таковым яв¬

лялся Бакунин» 103. В неисправимом «смутьянстве» Ба¬

кунина усматривает Правдин то главное, что побудило

его сблизиться с Нечаевым. При этом «смутьянство»

Бакунина лишается идейного содержания и трактуется

как самоцель, как особенность психического склада, по¬

стоянно требовавшая авантюристических предприятий.

По мнению американского историка, Нечаев, наделен¬

ный от рождения еще большим политическим авантю¬

ризмом *, пришелся как нельзя кстати. Согласно

Правдину, «Бакунин недооценил Маркса. Его попытка

ввести «Альянс» как самостоятельную группу в Интер¬

национал была расстроена Марксом. Теперь Бакунин

был занят роспуском Центрального Комитета и превра¬

щением секций в самостоятельные местные организа¬

ции, которые могли стать членами марксистского Интер¬

национала. Но это была нудная и трудоемкая работа,

которая могла принести плоды лишь по прошествии

многих лет. Внезапное же появление Нечаева открыва¬

ло перед Бакуниным новые и непосредственные возмож¬

ности» 104. •
Отдельные буржуазные историки пытаются иначе

объяснить это сближение. Так, Дж. Джоул, рассмат¬
103	Prawdin М. The Unmentionable Nechaev. A Key to Bolshe¬

vism. New York, 1963, p. 27.
*	Следует отметить, что М. Правдин, задавшись целью дока¬

зать ближайшую преемственную связь между В. И. Лениным и С. Г.

Нечаевым, находит возможным сравнивать М. А. Бакунина с Г. В.

Плехановым, проводя параллель между взаимоотношениями
В.	И. Ленина с Г. В. Плехановым и С. Г. Нечаева с М. А. Баку¬

ниным. Отождествление политических взглядов и психических особен¬

ностей Бакунина и Нечаева выходит за рамки общей концепции

М. Правдина, пытающегося опорочить деятельность В. И. Ленина и

противопоставить ему во всем и сразу несколько приукрашенный об¬

раз Плеханова (и, по мнению Правдина, его исторического анало¬

га — Бакунина) (Prawdin М. Op. cit., р. 128—179).
104	Prawdin М. Op. cit., р. 28.
57

ривающий взаимоотношения Нечаева с Бакуниным в ши¬

роком плане воздействия этого сотрудничества на докт¬

рины и движение анархизма105, основным побудитель¬

ным моментом, привлекшим Бакунина к Нечаеву, считает

открывшуюся возможность для отца анархизма влиять

через Нечаева на умонастроения и движение молодежи

в России. «Питая глубокие чувства к России и веря

в ее революционное будущее,— пишет Дж. Джоул,—

Бакунин особенно стремился к связи с молодым поко¬

лением в самой России. Потому в 1869 году он с энту¬

зиазмом приветствовал двадцатидвухлетнего русского

по имени Сергей Геннадиевич Нечаев»106. Аналогичное

мнение высказывали раньше Дж. Куниц, А. Ярмолин-

ски107. Бакунин, по мнению Дж. Куница, «нуждался

в надежных последователях и, будучи под сильнейшим

впечатлением от решимости и магнетических сил Не¬

чаева, принял его близко к сердцу».
Дж. М. Мейер, специально изучавший историю рус¬

ской колонии в Цюрихе в 1870—1873 гг., приписывает

успех в сближении с Бакуниным лишь необычайной

энергичности Нечаева. «Чем Нечаев завоевал Бакуни¬

на,— утверждает Мейер,— так это прежде и больше

всего своей энергией» 108.
Ф. Помпер в объемистой книге, посвященной

П. Л. Лаврову, пишет: «В отличие от Герцена Огарев

и Бакунин подчас были склонны к другой крайности —

уступать молодым активистам вплоть до самоподчине-

ния. Это особенно верно для взаимоотношений Бакуни¬

на с Нечаевым, одного из великих скандалов в среде

эмигрантов»109. Однако эта субъективистская схема

Ф. Помпера ничего не объясняет, а склонность

Н. П. Огарева и М. А. Бакунина к «самоподчинению»

остается у автора недоказанной и надуманной. Кроме

того, исследователи, которые опираются на мемуарные

источники, отмечают противоположные черты характе-
105	Joli /. Op. cit., p. 9G.
106	Ibid., p. 93.
107	Kunitz J. Russia. The Giant that Came Last. New York, 1947,

p. 228; Yarmolinsky A. Road to Revolution. A Century of Russian

Radicalism. London, 1957, p. 150.
108	Meijer J. M. Knowledge and Revolution. The Russian Colony

in Züerich. 1870—1873 (populism). Assen, 1955, p. 41.
109	Pomper Ph. Peter Lavrov and the Russian Revolutionary Mo¬

vement. Chicago, 1972, p. 130.
58

pa М. А. Бакунина: себялюбие, деспотизм, пренебреже¬

ние к окружающим, резкость110.
Неубедительно выглядит и крайне субъективистский

тезис Э. Хиама, который вслед за Дж. Вудкоком ут¬

верждает, что власть, которую Нечаев имел над Баку¬

ниным, являлась якобы следствием болезненного со¬

стояния обоих1И.
Многие английские и американские исследователи

бакунизма вообще уклоняются от анализа причин сбли¬

жения Нечаева с Бакуниным. К их числу относятся

Дж. Мейнард, Т. Андерсон, С. Утехин, И. Берлин,

Р. Хейр, П. Аврич, Е. Вильсон и др. Так, Дж. Мейнард,

не пытаясь выяснить обстоятельства знакомства двух

русских эмигрантов, ограничивается лишь оценкой это¬

го знакомства как «наиболее колоссальной ошибки»

М. А. Бакунина 112.
Как видим, буржуазные авторы либо уклоняются от

анализа причин сближения Бакунина с Нечаевым, ли¬

бо, пытаясь объяснить этот исторический факт, ограни¬

чиваются указанием лишь на какой-то один побуди¬

тельный момент, отрываясь от конкретно-исторической

основы, и, как правило, упускают то главное, что выз¬

вало в Бакунине йнтерес к Нечаеву и привело к сотруд¬

ничеству с ним.
А главное заключается в том, что Нечаев появился

в среде эмиграции как вестник готовности России к ре¬

волюции и именно этим сразу расположил к себе Ба¬

кунина. «Сейчас я по горло занят событиями в Рос¬

сии,— пишет он своему другу Гильому. — Наша мо¬

лодежь, в теоретическом и практическом отношении,

пожалуй, самая революционная в мире, сильно волнует¬

ся... У меня теперь находится один такой образец

этих юных фанатиков, которые не знают сомнений,

ничего не боятся и принципиально решили, что много,

много их погибнет от руки правительства, но что они не

успокоятся до тех пор, пока не восстанет народ. Они пре¬

лестны, эти юные фанатики, верующие без бога и герои

без фраз!» 113
110	Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 114; Богословский Н.

Тургенев. М., 1961, с. 78.
1.1	Нуат Е. The .Millenium Postponed, p. 92.
1.2	Maynard J. Op. cit., p. 77; Crankshaw E. Op. cit., p. 189.
113	Цит. по: Стеклов 10. Михаил Александрович Бакунин, его

жизнь и деятельность, т. III, с. 435.
59

О том, что увлечение Нечаевым было связано с

ожившими надеждами на возможность близкой револю¬

ции в России, свидетельствует и Вырубов. Бакунин, пи¬

шет он в своих воспоминаниях, «совсем влюбился в Не¬

чаева» и доказывал 'бывшему у него в тот момент

Маццини, что в России скоро должна начаться револю¬

ция. «На Волге, — говорил он, — бунты происходят через

каждые сто лет: в 1667 г. — Разин, в 1773 г. — Пугачев,

и теперь, как мне достоверно известно, революционный

вопрос стоит там на очереди. Раскольники волнуются,

к ним присоединяются рабочие массы, калмыки и кирги¬

зы тоже выражают свое неудовольствие, словом, при¬

готовляется всеобщее восстание... Я было пытался убе¬

дить его, что сведения его почерпнуты из мутных источ¬

ников, что, вернувшись недавно из своего саратовского

имения, я могу его уверить, что на Волге все тихо и

мирно и никто там ни о какой революции не помышля¬

ет. Убедить его, однако, я не мог; разыгравшуюся его

фантазию укротить было нелегко»114.
Конечно, нельзя полностью сбрасывать со счетов и

характер Нечаева. «Нечаев увлек Бакунина своим тем¬

пераментом,— вспоминает 3. Ралли, — непреклонностью

своей воли и преданностью революционному делу. Ко¬

нечно, Бакунин сразу увидел и те крупные недостатки,

и отсутствие какой-либо эрудиции в новом эмигранте,

но как М. А., так и все те, которые встречались в те вре¬

мена с Нечаевым, прощали ему все ради той железной

воли, которой он обладал»115.
Вероятно также, что Бакунин рассчитывал через Не¬

чаева распространить на Россию влияние «Альянса»116.

«Я был уверен, — говорил позже Бакунин, — что мне

удастся провести через Нечаева и его товарищей наши

идеи и наш взгляд на вещи в России, а также думал

серьезно, что Нечаев способен будет стать во главе

русской ветви революционного союза моего»117.
В условиях обострявшейся борьбы за руководство
I	Интернационалом Бакунин, возможно, рассчитывал

создать впечатление в России, что Нечаев, которого он
114	Вырубов Г. Н. Революционные всспоминания. — «Вестник

Европы», 1913, февраль, с. 57.
115	Ралли 3. К. М. Бакунин. — «Минувшие годы», 1908, № 10,

с. 157.
1,6 Пирумова //. Л1. Михаил Бакунин, с. 118; Левин Ш. AI. Указ.

соч., с. 265.
117 Цит. по: Ралли 3. К. Указ. соч., с. 158.
60

снабдил мандатом члена Всемирного революционного

союза, является представителем Международного Това¬

рищества Рабочих, о котором было в России известно

недостаточно. А тем самым М. А. Бакунин надеялся од¬

новременно усилить и свои позиции в Интернационале,

и престиж в России, опираясь на авторитет Интернацио¬

нала.
Не следует забывать, что Нечаев появился в Женеве

в обстановке усиливающейся борьбы группы Н. И. Ути-

на против гегемонии Бакунина в среде русской эмигра¬

ции. В условиях противоборства двух эмигрантских

групп Бакунину было важно заручиться поддержкой

энергичного Нечаева, тем более что попытки последнего

сблизиться с Н. И. Утиным провалились118.
Анализируя проблему «Бакунин — Нечаев», важно

отметить стремление буржуазной историографии зату¬

шевать те принципиальные различия, которые существо¬

вали между концепциями и характером деятельности

Бакунина и Нечаева, использовать факт их временного

сотрудничества для искусственного нивелирования исто¬

рической роли двух деятелей русского революционного

движения.
Объявляя Бакунина и Нечаева однотипными деяте¬

лями, буржуазные «советологи» прибегают к такому

бесспорному, по их мнению, аргументу, каким является

ими же вводимое в систему доказательства отождествле¬

ние беспринципного коварства Нечаева и тактических

приемов Бакунина. Так, еще А. Ярмолински, автор анто¬

логической монографии, посвященной отысканию исто¬

ков русской революции, заявлял, что Бакунин и Неча¬

ев «стоили друг друга», ибо «каждый из них желал

использовать другого для достижения своих целей,

бессовестно прибегая к мошенничеству»119. При этом

А. Ярмолински под мошенничеством М. А. Бакунина

подразумевает выданный им С. Г. Нечаеву мандат

Всемирного революционного союза, а под мошенничест¬

вом С. Г. Нечаева — кражу личных архивов М. А. Баку¬

нина и Н. А. Герцен. Не отягощая себя доказательст¬

вами, А. Ярмолински утверждает, что М. А. Бакунин

знал о письме С. Г. Нечаева Н. Любавину, в котором
,,s Оо этом см.: Антонов В. Ф. Репо/поцмоппое нлродничеств >,

с. 81—82.
119 Yarmolinsky A. Op. cit., р. 152.
61

под угрозой расправы предлагалось расторгнуть дого¬

вор о переводе на русский язык «Капитала» К. Маркса

без возврата аванса издателю 120.
О характерном приеме буржуазной историографии —

подборе фактов для заранее определенной концепции

свидетельствует совмещение различных по своей приро¬

де действий М. А. Бакунина и С. Г. Нечаева. Это осо¬

бенно наглядно выступает в позиции уже упоминавшего¬

ся М. Правдина.
Известно, что после убийства студента Иванова и

ареста членов подпольной организации С. Г. Нечаев бе¬

жал за границу. Однако и здесь его разыскивали по

требованию русского правительства.
Дабы сбить полицию с толку и спасти С. Г. Нечаева,

М. А. Бакунин опубликовал ряд статей, содержавших

утверждение, что розыски С. Г. Нечаева суть не что

иное, как розыски призрака, ибо, согласно имеющейся

информации, С. Г. Нечаев был арестован и погиб при

попытке к бегству. В то же время С. Г. Нечаев в среде

эмигрантов продолжал выдавать себя за представителя

мощной организации в России (хотя «Народная рас¬

права» была уже разгромлена), занимался вымогатель¬

ством денег, шантажировал Наталью Александровну

Герцен, распространял легенду о своем аресте и побеге.
Показательно, что для американского буржуазного

историка нет различий между обманом революционером

полиции и иезуитскими методами воздействия на сорат-

ников-революционеров. Действия и Бакунина, и Нечаева

весной 1870 г. М. Правдин квалифицирует недифферен¬

цированно, одним словом — обман т.
Небезынтересно в этой связи мнение М. А. Бакунина,

писавшего друзьям: «Каким же образом он (С. Г. Не¬

чаев. — В. U.) мог дойти в своих действиях и до наглой

лжи, и до беспространной интриги, и до беспощадного

эксплуатирования и компрометирования своих лучших

друзей? А система? Не позабудьте систему. Раз уверив¬

шись, разумеется ошибочно, в необходимости употреб¬

ления иезуитских правил и средств внутри организа¬

ции— заметьте, что я не говорю об их внешнем упот¬

реблении, которое часто становится необходимым... —
120	Ibid., р. 164.
121	Prawditx М. Op. cit., р. 46—47.
62

раз убедившись в необходимости принять иезуитскую

систему, он предался ей по долгу...» ,22. Как видим, об¬

ман не является для Бакунина универсальным методом

в обращении с людьми; он совершенно определенно раз¬

граничивает тактические методы борьбы тайной органи¬

зации, где в интересах революционного дела допускает

«иезуитские правила и средства», и отношения внутри

организации революционеров. В письме Нечаеву от
2	июня 1870 г. Бакунин требует: «Иезуитский контроль,

система полицейского опутывания и-лжи решительно ис¬

ключается из всех 3-х степеней тайной организации:

точно так же из уезд[ного] и облает[ного], как и из На¬

родного] братства. Сила всего общества, равно как

нравственность, верность, энергия и преданность каж¬

дого члена, основаны исключительно и всецело на вза¬

имной истине, на взаимной искренности, на в[заимном]

доверии и на открытом братском контроле всех над

каждым» 123.
В своих логических построениях буржуазные исто¬

рики от объявления Бакунина и Нечаева мошенниками

переходят к утверждениям, что Нечаев лишь воплотил

в практику революционной борьбы то, что в теории приз¬

навал Бакунин. «Сам Бакунин учил, — пишет М. Прав-

дин, — что обман, фальсификация, навязывание своей

воли, даже кража являются законным оружием в борь¬

бе с врагом... Однако то, что Бакунин предлагал в тео¬

рии как последнее средство, было для Нечаева практи¬

ческими методами на каждый день» ,24.
Фактически с точкой зрения М. Правдина смыкаются

позиции П. Аврича, Дж. Кларксона125, а также Я. Грея,

утверждающего, что последователи Бакунина, включая

Сергея Нечаева, пошли дальше учителя и были «полно¬

стью преданы революционному идеалу и террору как су¬

щественному элементу тактики» 12\
Тот же тезис об ученике, превзошедшем учителя, но
122	“Cahiers du mond Russe et Soviétique”, 1-cr Cahier, 1967,

p. 104—108.
123	“Cahiers du mond Russe et Soviétique”, Cahier, 1966, p. 666,
667.
121	Prawdin M. .Op. cit., p. 51.
125	Avrich P. The Russian Anarchists-. Princeton, 1967, p. 34;

Clarkson J. A History of Russia, p. 225.
126	Grey J. The Horizon History of Russia. New York, 1970, p. 285.
63

В Несколько смягченном виде выдвигает английский

историк Р. Хейр. «До тех пор, пока Нечаев не скрылся

из Швейцарии, выкрав предварительно личные бумаги

Бакунина, Натальи Герцен и Огарева... — пишет

Р. Хейр, — Бакунин не понял, что его друг откровенно

практиковал то, что сам Бакунин проповедовал... В Не¬

чаеве он теперь видел отвратительное воплощение свое¬

го собственного учения»127. И далее, смягчая оценку

Бакунина, в доказательство основного тезиса Р. Хейр

пишет: «Едва ли совместимы с общепризнанной мо¬

ралью призывы М. Бакунина сжигать дотла городские

стены и замки, уничтожать право наследования, подав¬

лять «дурные журналы» и другие лозунги «крикливой

анархии»; но Бакунин не был столь категоричен относи¬

тельно убийства или политического покушения. Он вы¬

ступал против обмана и шантажа... И циничный уголов¬

ник, каким предстал перед ним молодой герой Нечаев,

потряс его чрезвычайно» 128.
Действительно, вскрывшиеся методы деятельности

Нечаева возмутили Бакунина, но возмутили именно по¬

тому, что никогда им самим не проповедовались. Сотруд¬

ничали Нечаев и Бакунин не потому, что придержива¬

лись сходных взглядов на революционную тактику, а

потому, что Бакунин видел в Нечаеве преданного рево¬

люционному делу человека чрезвычайной энергии. Но

Бакунин разошелся с Нечаевым, как только понял его

неразборчивость в средствах. «Остается совершенно вер¬

ным, что Н[ечаев] — человек, наиболее преследуемый

русским правительством, — пишет Бакунин к Талан-

дье, — и что последнее покрыло, весь континент Европы

армией шпионов, чтобы разыскивать его во всех стра¬

нах... Также верно, что Н[ечаев] — один из деятельней¬

ших и энергичнейших людей, каких я когда-либо встре¬

чал. Когда надо служить тому, что он называет делом,

он не колеблется и не останавливается ни перед чем

и показывается так же беспощадным к себе, как и ко

всем другим. Вот главное качество, которое привлекло

меня и долго побуждало меня искать его сообщества.

Есть люди, которые утверждают, что это просто мошен¬

ник; это неправда! Это фанатик, преданный, но в то же
127	Hare R. The Portraits of Russian personalities between Reform

and Revolution, p. 64.
128	Ibid., p. 64—65.
64

время фанатик очень опасный и сообщество с которым

может быть только гибельно для всех...» 129.
М. А. Бакунин резко осуждает методы Нечаева: «Так

как организация в России истреблена, то он усиливает¬

ся создать новую за границей. Это все было бы вполне

естественно, законно, очень полезно, но способ действия

его отвратительный. Живо пораженный катастрофой,

которая разрушила тайную организацию в России, он

привел мало-помалу к убеждению, что для того, чтобы

создать общество серьезное и неразрушимое, надо взять

за основу политику Макиавелли и вполне усвоить систе¬

му иезуитов: для тела — одно насилие, для души —

ложь» 130. И далее: «Несмотря на эту относительную на¬

ивность, он очень опасен, так как совершает ежедневно

поступки нарушения доверия, измены, от которых тем

труднее уберечься, что едва можно подозревать их воз¬

можность» 131.
Тезис об ученике, превзошедшем учителя, таким об¬

разом, представляется неправомерным уже потому, что

в трудах М. А. Бакунина нет, вопреки утверждениям

большинства буржуазных авторов, проповеди коварства.

Это, впрочем, признает и Дж. Джоул 132. Объявление же

призывов Бакунина к революционным акциям, не согла¬

сующимся с «общепризнанной моралью», типично для

элиты буржуазного общества, к коей принадлежит и

Р. Хейр. Общепризнанной он называет буржуазную мо¬

раль, и, естественно, борьба с устоями буржуазного об¬

щества не может расцениваться им как признанная.
Ряд буржуазных историков высказывают мнение о

влиянии Нечаева на Бакунина, выразившемся в приня¬

тии последним иезуитских методов и тактики террора 133.
129	Письма М. А. Бакунина к А. И. Герцену и Н. П. Огареву.

Женева, 1896, с. 291.
130	Там же.
131	Там же, с. 293.
132	Joli /. Op. cit., p. 95.
133	В то же время, например, А. Мазур считает, что вера М. Ба¬

кунина «в террор как средство принуждения правителей к уступ¬

кам народным требованиям не являлась строго отечественной фи¬

лософией, а была планом карбонариев, а в основе макиавеллистской.

Его призыв к вождям о самоотвержении ради благополучия всех

был результатом влияния иезуитского учения; его призыв к дейст¬

вию, а не к теоретизированию и благородному раскаянию отража¬

ем веру Прудона и Фихте» (Mazour A. Russia Tsarist and Commu¬

nist, p. 229).
3-546
65

Так, английский историк Дж. Мейнард утверждает,

что Бакунин, попав под влияние Нечаева, этого «иезуи¬

та от революции, для которого все методы были закон¬

ными... был увлечен силой и живучестью общества иезу¬

итов, которые он приписывал полному подавлению лич¬

ности индивида и совершенству структурной организации.

Ради создания подобной силы на революционном поп¬

рище Бакунин было готов пожертвовать своей собствен¬

ной индивидуальностью» 134.
Бакунин действительно настойчиво внушал своим

сторонникам мысль о ложности самих основ индивидуа¬

листической этики, которая, по его мнению, скрытно или

явно исходит из робинзонады; ее теоретики думают о

человеке как об обособленном индивиде, в то время как

в соответствии с историческими данными его надо рас¬

сматривать как коллективное существо135. Он никоим

образом не проповедовал подавление личности, а своей

человеческой индивидуальностью и революционной са¬

мостоятельностью поступаться не был намерен. И когда

Нечаев, имея при себе компрометирующие Бакунина бу¬

маги, попытался принудить его к совместным выступле¬

ниям, то успеха не имел. Вот как пишет об этом сам

М. А. Бакунин: «Н[ечаев] был столь наивен, столь дитя,

несмотря на свою систематическую испорченность, что

считал возможным обратить меня; он даже дошел

до того, что упрашивал меня изложить эту теорию в

русском журнале, который он предлагал мне осно¬

вать» 136.
Отношение же Бакунина к иезуитской системе не¬

двусмысленно выражено им в письме к Нечаеву от

2 июня 1870 г.: «Ваше собственное самоотверженное изу*

верство, Ваш собственный, истинно высокий фанатизм

Вы хотели бы, да еще и теперь, сделать правилом обще¬

жития. Вы хотите нелепости, невозможности, полнейше¬

го отрицания природы человека и общества. Такое хо¬

тение гибельно, потому что оно заставляет Вас тратить

ваши силы понапрасну и стрелять всегда мимо. Но ни¬

какой человек, как бы он ни был силен лично, и никакое

общество, как бы совершенна ни была его дисциплина, и
134	Maynard J. Op. cit., p. 77.
135	Малинин В. А. Философия революционного народничества.

М., 1972, с. 159.
135 Богучарский В. Активное народничество 70-х годов. М., 1912,

с. 150.
66

как могуча ни была его организация, никогда не будут в

силах победить природу. Да, мой милый друг. Вы не

материалист, как мы грешные, а идеалист, пророк, как

монах Революции, Вашим героем должен быть не Бабеф

н даже не Марат, а какой-нибудь Саванарола. Вы по об¬

разцу мыслей подходите больше... к иезуитам, чем к

нам»137. И далее: «Вы же, мой милый друг,—и в этом

состоит главная, громадная ошибка — Вы увлеклись сис¬

темою Лойолы и Макиавелли...» 138.
Продолжением тезиса о влиянии Нечаева на Баку¬

нина является утверждение Дж. Джоула о том, что

«дружба между Бакуниным и Нечаевым не только по¬

родила личное потрясение и политические неприятности

для первого, но оказала большое воздействие на раз¬

витие концепции анархизма, ибо именно под влиянием

истинно террористической природы Нечаева Бакунин...

пришел к проповеди террора как эффективнейшего мето¬

да борьбы с ценностями и силой государства» 139.
Аналогичной позиции придерживается и П. Аврич 14°.
Однако буржуазными авторами здесь допускается

неоправданное смешение разнородных явлений. С. Г. Не¬

чаев ни по своим убеждениям, ни по характеру деятель¬

ности не был ортодоксальным анархистом. Здесь следу¬

ет иметь в виду «неустойчивость теоретических взглядов

Нечаева и его теоретическую беспринципность, в силу

чего, — как отмечает Ш. М. Левин, — он иногда в одно

и то же время высказывался и как анархист, и как блан¬

кист, и как непримиримый враг общества, и как сторон¬

ник объединенных действий с либералами» 141. Развитие

же анархистского движения и в России и за рубежом

шло^помимо деятельности С. Г. Нечаева. Как указыва¬

лось выше, М. А. Бакунин отмежевывался от теории и

практики «нечаевщины». Осуждали Нечаева и другие

видные деятели революционного движения. «Его тео¬

рия— цель оправдывает средства — отталкивала нас, а

убийство Иванова внушало ужас и отвращение» 142, —
137	“Cahiers du mond Russe et Soviétique”, Cahier, 1966, p. 632.
138	Ibid., p. 676.
139	Joli J. Op. cit., p. 93.
140	Avrich P. The Russian Anarchists. Princeton, 1967, p. 54.
141	Левин Ш. М. Указ. соч., с. 264.
142	Фигнер В. Н. Полн. собр. соч. в 7-ми томах, т. 1. М., 1932,

с. 91.
3*
67

писала о методах Нечаева В. Фигнер. С. Степняк-Крав-

чинский считал, что как политический деятель Нечаев —

«одна олицетворенная срамота»143. В. И. Засулич

отмечала, что Нечаев не был продуктом русской

интеллигентской среды. «Не взгляды, вынесенные им

из соприкосновения с этой средой, были подкладкой

его революционной энергии, а жгучая ненависть, и не

против правительства только... а против всего общества,

всех образованных слоев, всех этих баричей, богатых и

бедных, консервативных, либеральных и радикальных.

Даже к завлеченной им молодежи, — отмечала

В. И. Засулич, — он если и не чувствовал ненависти, то

во всяком случае не питал к ней ни малейшей симпа¬

тии, ни тени жалости и много презрения» ,44.
В предисловии к воспоминаниям Н. А. Чарушина

известный советский исследователь народничества

Б. С. Итенберг справедливо подчеркивает, что основные

направления «движения народничества стали с самого

начала развиваться в борьбе с «нечаевщиной», в борьбе

не только за политические цели, но и за высоконравст¬

венные принципы движения» 145.
Не оказала «нечаевщина» сколько-нибудь заметного

влияния и на революционное движение Запада. Следует

подчеркнуть, что против «нечаевщины» решительно вы¬

ступили К. Маркс и Ф. Энгельс 146. Разоблачению Неча¬

ева способствовал Г. А. Лопатин, который пытался убе¬

дить М. А. Бакунина в авантюристичности Нечаева и

информировал К. Маркса о действиях Нечаева, вредив¬

ших престижу I Интернационала 147.
Среди буржуазных историков нет единства мнений

относительно авторства «Катехизиса революционера».

В смысле допустимости соавторства Нечаева и Бакунина

высказывается М. Правдин 148. Продуктом совместного

их творчества называют «Катехизис» В. Петерс, Дж. Ку¬

ниц, Д. Шаб, Р. Хейр и Дж. Джоул 149. А. Ярмолински
143	Степняк-Кравчинский С. М. Избранное. М., 1972, с. 10.
144	Засулич В. Воспоминания. М., 1931, с. 57.
145	Итенберг Б. С. Предисловие к кн.: И. А. Чарушин. О дале¬

ком прошлом. М., 1973, с. 6.
146	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18, с. 388—424.
147	Меринг Ф. Карл Маркс. История его жизни. М., 1957, с. 488.
148	Prawdin М. Op. cit., р. 62.
149	Kunitz J. Russia. The Giant that Came Last. New York, 1947,

p. 228; Hare R. The Portraits of Russian Personalities between Reform

and Revolution, p. 63; Shub D. Lenin. A Biography. New York, 1962,
68

и Ф. Помпер приписывают авторство одному лишь Ба¬

кунину 15°, при этом ни одна из названных точек зрения

не аргументируется. Характерно, однако, что буржуаз¬

ные авторы почти единодушно в той или иной степени

связывают написание «Кетехизиса революционера» с

именем Бакунина. И это не случайно, поскольку цель

«советологов» — объявить методы Нечаева, сформулиро¬

ванные в «Катехизисе», присущими всему русскому осво¬

бодительному движению 151.
Однако, как показали новые исследования H. М. Пи-

румовой, ряд документов, в том числе «Катехизис», ко¬

торые считались совместным творчеством Бакунина и

Нечаева, принадлежат перу одного Нечаева152. Вот

характеристика, данная Бакуниным приписываемому ему

«Катехизису», которую мы находим в его письме Нечае¬

ву от 2 июня 1870 г.: «Помните, как Вы сердились на

меня, когда я называл Вас абреком, а Ваш* катехизис —

катехизисом абрека. Вы говорили, что все люди должны

быть такими, что полнейшее отречение от себя, от всех

личных требований, удовлетворений, чувств, привязанно¬

стей, связей должно быть нормальным состоянием всех

людей без исключения... Вы хотите нелепости, невозмож¬

ности полнейшего отрицания природы человека и об¬

щества» 153.
Таким образом, буржуазные историки по существу

отказываются от объективного исследования проблемы

взаимоотношений М. А. Бакунина с С. Г. Нечаевым. До*

минирующим в английской и американской историогра¬

фии остается имеющее четко выраженную политическую

направленность стремление сблизить по различным при¬

чинам теоретические положения бакунизма и «нечаевщи-
р. 15; Peters V. Nestor Makhno. The Life of an Anarchist. Winnipeg,

1971, p. 109.
150	Yarmolinsky A. Op. cit., p. 164; Pomper Ph. Op. cit., p. 95.
151	Prawditi M. Op. cit., p. 8.
152	Пирумова H. М. Бакунин. М., 1970; ее же. М. Бакунин или
С.	Нечаев? В кн.: Прометей. М., 1968.
С выводами H. М. Пирумовой солидарны многие советские ис¬

следователи (см. Галактионов А., Никандров П. Русская филосо-

вия XI—XIX вв. Л., 1970; Хорос В. Обзор книг по идеологии народ¬

ничества. — «Вопросы философии», 1970, N° 9; Новиков А. И. Ниги¬

лизм и нигилисты. Л., 1972). В то же время в советской историо¬

графии имеются и противоположные точки зрения (см. Смирнов А.

За строгую научность, достоверность и историческую правду. —

«Коммунист», 1972, № 16), что оставляет этот вопрос дискуссион¬

ным.
153	“Cahiers du mond Russe et Sovietique”. Cahier, 1966, p. 632.
69

ны», поставить на один уровень деятельность Бакунина

и Нечаева. Тем самым делается попытка перенести на

все освободительное движение в России клеймо «нечаев-

щины» 154.
Как видим, обращение буржуазной историографии к

вопросам мировоззрения М. А. Бакунина сопровождает¬

ся попытками исказить сущность генезиса мировоззре¬

ния русского революционера, лишить его революционно¬

го содержания, отождествить с теорией и практикой «не-

чаевщины» и даже обвинить М. А. Бакунина в расизме

и национализме. Эти попытки непосредственно связаны

со стремлением буржуазных «советологов» оклеветать

все русское революционное движение, марксизм и пар¬

тию большевиков.
Анализ англо-американской историографии мировоз¬

зрения М. А. Бакунина показывает, что при обращении

к данному комплексу проблем буржуазная «советология»

опирается на субъективно-идеалистическую методоло¬

гию, что приводит ее к неспособности решить вопросы о

революционности Бакунина, причинах его сотрудничества

с Нечаевым, об отношении к освободительному движению

славянских народов. При этом, как показано выше, бур¬

жуазные авторы часто и неубедительно подменяют исто¬

рический анализ квазипсихологизированием.
Порой в английской и американской историографии

наблюдается (в частности, при отыскании истоков баку¬

низма и сведении его к простой сумме заимствованных

идей) обращение к методологии структурализма, что,

однако, не означает отказа от субъективного идеализма,

а главное — не выводит буржуазную историческую науку

из кризиса, не позволяет дать убедительные ответы на

исследуемые вопросы.
154	В советской литературе уже -подвергались критическому раз¬

бору подобные советологические построения (см. Карякин Ю. Ф.,

Плимак Е. Г. Нечаевщина и ее современные буржуазные «исследо¬

ватели». — «История СССР», 1960, № 6; Володин А. И., Карякин

/О. Ф, Плимак Е. Г. Чернышевский или Нечаев? О подлинной и

мнимой революционности в освободительном движении России 50—

60-х годов XIX в. М., 1976).

Глава tt
Взаимоотношения М. А. Бакунина

с К. Марксом

и I Интернационалом

в интерпретации

буржуазной историографии
Буржуазная историография ставит вопрос о взаимоотно¬

шениях русского анархиста с К. Марксом в центр своего

описания деятельности М. А. Бакунина, утверждая, что,

как уже отмечалось, именно благодаря борьбе против

К. Маркса М. Бакунин вошел в историю.
Обращаясь к конфликту между К. Марксом и

М. А. Бакуниным, буржуазные историки сосредоточива¬

ют свое внимание на соотношении философских и социо¬

логических взглядов М. А. Бакунина и К. Маркса; при¬

чинах конфликта между ними; средствах борьбы и ее

результатах. Показательно, что в буржуазной историо¬

графии, как правило, отсутствуют обстоятельный анализ

и описание борьбы между марксистами и бакунистами,

документальные материалы используются фрагментар¬

но, а трактуются тенденциозно.
1.	«Советология» о соотношении

философско-социологических

взглядов К. Маркса

и М. А. Бакунина
Разбирая взаимоотношения М. А. Бакунина и К. Мар¬

кса, «советологи» с неизбежностью обращаются к фило¬

софским и социологическим концепциям М. А. Бакунина

и К- Маркса. При этом следует выделить две основные

тенденции буржуазной историографии в трактовке рас¬

сматриваемых вопросов: одни «советологи» пытаются

сблизить и даже отождествить мировоззрение К. Мар¬

кса и М. А. Бакунина, другие — и их большинство — ука¬

зывают на абсолютную разнородность философии

К. Маркса и М. А. Бакунина.
71

Наиболее яркими представителями первой группы

современных английских и американских историков яв¬

ляются Дж. Джоул и П. Аврич1. Специально изучая

историю анархизма, эти авторы выдвигают тезис о бли¬

зости, тесной связи и взаимовлиянии марксизма и анар¬

хизма. «Поскольку Бакунин имел какие-то общие тео¬

ретические убеждения, он разделял большинство из них

с Марксом. Он был убежденным материалистом, он глу¬

боко верил, что мир можно понять только посредством

законов науки, что нет необходимости в метафизичес¬

ком или теологическом объяснении социальных, эконо¬

мических, политических или этнических явлений, ибо та¬

кое объяснение лишь отвлекает человеческий разум от

действительных его нужд», — пишет английский анархо-

вед Дж. Джоул2. «Соперничающими единомышленника¬

ми» называет К. Маркса и М. Бакунина Э. Карр, заяв¬

ляющий, что К. Маркс мог вполне подписаться под баку¬

нинским лозунгом: «Страсть к разрушению есть одновре¬

менно и созидательная страсть»3. П. Аврич пытается

отыскать подтверждения тезиса о тождественности мар¬

ксизма и бакунизма в произведениях В. И. Ленина4.

А С. Бэрон, сводя различия между марксизмом и баку¬

низмом лишь к политическим и тактическим факторам,

пишет: «Хотя Бакунин открыто поддерживал марксов-

ский материализм, он яростно нападал на марксистские

партии и их тактику»5.
Действительно, в формировании социалистических

воззрений Бакунина еще в середине 40-х годов значи¬

тельную роль сыграл К. Маркс. «Я тогда и понятия не

имел о политической экономии, — вспоминал М. А. Ба¬

кунин впоследствии, — и мой социализм был чисто ин¬

стинктивным. Он же [К. Маркс. — В. Д.], хотя и был

моложе меня, уже был атеистом, ученым, материали¬

стом и сознательным социалистом. Именно в это время

он выработал первые основания своей настоящей систе¬

мы. Мы довольно часто встречались, потому что я очень

уважал его за его знания и за его страстную предан¬
1	Joli J. The Anarchists. London, 1964, p. 100; Avrich P. The

Russian Anarchists. Princeton, 1967, p. 129—132.
2	Joli J. Op. cit., p. 100.
3	Carr E. H. Michael Bakunin. London, 1937, p. 451.
4	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 129.
5	Baron S. Plekhanov. The Father of Russian Marxism. Stanford,
1963,	p. 49.
72

ность делу пролетариата»6. Бакунина восхищали наличие

системы во взглядах Маркса, его железная логика,

убежденность и огромная эрудиция. «Редко можно най¬

ти человека, — писал М. А. Бакунин о К. Марксе — ко¬

торый бы так много знал и читал и читал так умно, как

г. Маркс. Исключительным предметом его занятий была

уже в это время наука экономическая. С особенным

тщанием изучал он английских экономистов, превосходя¬

щих всех других и положительностью познаний, и прак¬

тическим складом ума, воспитанного на английских эко¬

номических фактах, и строгою критикою, и добросовест¬

ною смелостью выводов. Но ко всему этому г. Маркс

прибавил еще два новых элемента — диалектику самую

отвлеченную, самую причудливо тонкую, которую он

приобрел в школе Гегеля... и точку отправления комму¬

нистическую» 7.
Материализм и атеизм К. Маркса, разработка вопро¬

сов политической экономии оказали несомненное влия¬

ние на М. А. Бакунина. В полемике Маркса и Прудона

Бакунин часто становился на точку зрения первого.

«Прудон, — писал Бакунин в конце своей жизни,—не¬

смотря на все старания стать на почву реальную, остал¬

ся идеалистом и метафизиком. Его точка отправления —

абстрактная идея права; от права она идет к экономи¬

ческому факту, а г. Маркс, в противоположность ему,

высказал и доказал несомненную истину, подтверждае¬

мую всей прошлой и настоящей историей человеческого

общества, народов и государств, что экономический факт

всегда предшествовал и предшествует юридическому и

политическому праву»8.
Сам М. А. Бакунин безоговорочно причислял себя к

представителям материалистической школы, выдвигаю¬

щей в качестве основного тезиса утверждение, что есте¬

ственная и общественная жизнь всегда предшествует

мысли, которая есть только одна из ее функций. Опро¬

вергая идеализм вообще и религию в частности, Бакунин

доказывал, что «религиозный и философский идеализм...

служит в наше время знаменем материальной эксплуа¬

тации, тогда как, наоборот, знамя теоретического мате¬

риализма— красный флаг экономического равенства и
в Стеклов Ю. М. Борцы за социализм, ч. I. М.—Пг., 1923, с. 258.
7	Бакунин М. А. Государственность и анархия. Пг., 1919, с. 217.
а Там же.
73

социальной справедливости»9. То, что «идеалисты за¬

блуждаются, а материалисты правы» 10, для Бакунина

вне всякого сомнения.
Однако глубокого отличия диалектического матери¬

ализма от позитивизма и вульгарного материализма, то¬

го принципиально нового, что было сделано Марксом и

Энгельсом в философии, Бакунин не понял. Являясь

материалистом во взгляде на природу, М. А. Бакунин

идеалистически представлял себе ход исторического

процесса11. Этого «не замечают» буржуазные авторы.
Наиболее явно исторический идеализм выступает

во взглядах Бакунина на государство. Проблема госу¬

дарства являлась той осью, вокруг которой вращается

его анархистское учение. Бакунин противопоставлял об¬

щество государству. Если общество он рассматривал как

естественный результат развития мира, то государство,

с его точки зрения, — это искусственный продукт приви¬

легированных классов, возникший путем насилия и за¬

воевания, разделивший людей на управляемых и управ¬

ляющих. «Общество, — писал М. А. Бакунин, — одно¬

временно и предшествует, и переживает всякого

человеческого индивида, как сама природа. Оно вечно,

как природа, или, скорее, рожденное на земле, оно

продлится, пока будет существовать наша земля...
Не так обстоит дело с государством. И я не колеб¬

люсь сказать, что государство есть зло, исторически

необходимое... Государство вовсе не однозначаще с

обществом, оно есть лишь историческая форма, столь

же грубая, как и отвлеченная. Оно исторически возник¬

ло во всех странах от союза насилия, опустошения и

грабежа» 12.
Утверждая сходство социологических теорий К. Мар¬

кса и М. Бакунина, Дж. Джоул умалчивает о том, что, в

то время как Маркс пришел к выводу о необходимости

слома буржуазной государственной машины в ходе со¬

циалистической революции и замены ее новым, проле¬

тарским государством, Бакунин отстаивал глубоко оши¬

бочное положение об уничтожении государства, как
9	Бакунин М. А. Бог и государство. Пг., 1918, с. 43.
10	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. II, с. 174.
11	Об этом подробно см.: История философии в СССР, т. III. М.,

1968; Иванов В. П. М. А. Бакунин как социолог. М., 1970; Малинин

В. А. Философия революционного народничества. М., 1972.
12	Бакунин М. А. Избр. соч. в 5-ти томах, т. II, с. 269—270.
74

такового, независимо от того, буржуазное оно или про¬

летарское. «Если есть государство, — писал М. А. Баку¬

нин,— то непременно есть господство, следовательно, и

рабство; государство без рабства, открытого или мас¬

кированного, немыслимо, вот почему мы враги государ¬

ства.
Что значит пролетариат, возведенный в господствую¬

щее состояние? Неужели весь пролетариат будет стоять

во главе управления?.. Весь народ будет управляющим,

а управляемых не будет. Тогда не будет правительства,

не будет государства, а если будет государство, то будут

и управляемые, будут рабы» 13. Как видим, сам Бакунин

свидетельствует о глубоком отличии своего отношения к

государству от учения Маркса и Энгельса о государст¬

ве, от идеи о диктатуре пролетариата, впервые сформу¬

лированной основоположниками научного коммунизма в

«Манифесте Коммунистической партии».
Анархистское отношение к государству определило

неприятие Бакуниным теории и тактики пролетарской

революции, выработанной основоположниками научно¬

го коммунизма: Ф. Энгельс неоднократно подчеркивал

существенную разницу между бакунизмом и марксиз¬

мом: «...Бакунин утверждает, что государство создало

капитал, что капиталист обладает своим капиталом

только по милости государства. Так как, следовательно,

государство является главным злом, то необходимо

прежде всего упразднить государство, и тогда капитал

сам собой полетит к черту. Мы же говорим обратное:

упраздните капитал — присвоение немногими всех

средств производства, — и тогда государство падет са¬

мо собой» 14.
«...Упразднение государства без осуществления преж¬

де социального переворота — бессмыслица, — писал

Ф. Энгельс, — упразднение же капитала — это и есть

социальный переворот и заключает в себе преобразова¬

ние всего способа производства» 13.
Пытаясь затушевать принципиальные различия меж¬

ду историческим материализмом К. Маркса и анархиз¬

мом М. Бакунина, «советологи» стремятся использовать

в своих целях отдельные, выхваченные из контекста вы¬

сказывания В. И. Ленина. При этом их не смущает не¬
13	Там же, с. 294.
14	Маркс К• и Энгельс Ф. Соч., т. 33, с. 328.
15	Там же.
75

логичность и ненаучность собственных доказательств.

«Ленин, — пишет американский историк русского анар¬

хизма П. Аврич, — заявил: «Пока есть государство, нет

свободы, когда будет свобода, не будет государства».

Ленин также признал сходство по этому пункту между

марксизмом и анархизмом (Прудона и Бакунина)»16.
Стараясь сблизить марксистскую и анархистскую

трактовку принципиально важных понятий социологии —

государство и свобода — в их динамической взаимосвя¬

зи, П. Аврич искажает марксистское толкование катего¬

рии свободы как осознанной необходимости, реализация

которой возможна при целесообразной, исключающей

эксплуатацию, материальное и социальное неравенство

организации общества, когда только и создаются усло¬

вия для отмирания государства. Марксисты — и в этом

их принципиальное отличие от анархистов — никогда не

считали первопричиной социальной несправедливости

государство, одно ниспровержение которого может га¬

рантировать полную реализацию свободы личности.
Марксизм учит, что на месте сломанного аппарата

буржуазного государства должен быть создан государ¬

ственный аппарат пролетарской диктатуры, который и

обеспечит в дальнейшем экономическую основу для пол¬

ного отмирания государства. «Только теперь, — пишет
В.	И. Ленин, — мы можем оценить всю правильность

замечаний Энгельса, когда он беспощадно издевался

над нелепостью соединения слов: «свобода» и «государ¬

ство». Пока есть государство, нет свободы. Когда будет

свобода, не будет государства». Но далее В. И. Ленин

указывает на те условия, при которых только и станет

возможным отмирание государства: «Экономической ос¬

новой полного отмирания государства является такое

высокое развитие коммунизма, при котором исчезает

противоположность умственного и физического труда,

исчезает, следовательно, один из важнейших источников

современного общественного неравенства и притом такой

источник, которого одним переходом средств производ¬

ства в общественную собственность, одной экспроприаци¬

ей капиталистов сразу устранить никак нельзя» 17.
Несостоятельна и попытка П. Аврича навязать Ле¬

нину защиту бакунис.тской точки зрения на государство,
16	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 129.
17	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 95, 96.
76

ибо в своей работе «Государство и революция» В. И. Ле¬

нин говорит как раз об обратном: «Анархистское пред¬

ставление об отмене государства путано и нереволюци¬

онно, — вот как ставил вопрос Энгельс. Анархисты

именно революции-то в ее возникновении и развитии, в

ее специфических задачах по отношению к насилию, ав¬

торитету, власти, государству, видеть не хотят» 18. Вме¬

сте с тем марксисты никогда не отрицали прогрессивно¬

го характера борьбы анархистов за ниспровержение бур¬

жуазного государства, критики его эксплуататорской

сущности 19.
С той же политической целью отлучить ленинизм от

марксизма Дж. Мейнард и Р. Хейр указывают на раз¬

личия между Марксом и Бакуниным, бездоказательно

противопоставляя материализму Маркса религиозность

Бакунина, которая, однако, по их словам, носила форму

новой, «нехристианской религиозности»20. А. Мазур на¬

зывает, хотя и с оговорками, революционность М. А. Ба¬

кунина mania religiosa21.
Несостоятельность подобной точки зрения очевидна

уже потому, что Бакунин был воинствующим атеи¬

стом. Ему была'чужда любая религиозность. Бакунин

утверждал, что религиозность «влечет за собой отрече¬

ние от человеческого разума и справедливости, она есть

самое решительное отрицание человеческой свободы и

приводит неизбежно к рабству людей в теории и на

практике»22.
Важное место в современной «советологии» занимает

попытка представить М. Бакунина чистым практиком в

революции23, противопоставив его К. Марксу, которого

буржуазные авторы (например, Э. Карр, Э. Крэкшоу,
18	Там же, с. 63.
19	Мамут JI. С. Проблемы теории государства в современной иде¬

ологической борьбе (против буржуазной критики взглядов К. Мар¬

кса на государство). М., 1976, с. 77.
23 Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution. London, 1959, p. 26; Maynard J. Russia in

Flux. New York, 1948, p. 64.
21	Mazour A. Russia Tsarist and Communist. New \ork, 19ЬД
p. 228.
22	Бакунин M, А. Избр. соч. в 5-ти томах, т. И, с. 160.
23	Carr E. Н. Michael Bakunin. London, 1937, p. 167; Hare R.

The Portraites of Russian Personalities between Reform and Revo¬

lution, p. 20; Crankshaw E. The Shadow of the Winter Palace. Lon¬

don, 1976, p. 189.
77

Р. Хейр, П. Аврич, Э. Хиам) характеризуют как «каби¬

нетного мыслителя-фаталиста», оторванного от револю¬

ционного движения и занимающегося конструированием

абстрактных детерминистских схем общественного раз¬

вития. «Между Бакуниным и Марксом были также фун¬

даментальные различия в доктринах, которые определи¬

ли споры, вспыхнувшие в России поколением позже

между анархистами и социал-демократами, — пишет

П. Аврич. — Разногласия эти касались характера подхо¬

да к революции и формы общества, долженствующего

возникнуть в ее пламени. Согласно Марксовой филосо¬

фии диалектического материализма, революции детер¬

минированы историческими законами, они являются

неизбежным продуктом зрелых экономических сил. Ба¬

кунин же, напротив, считал себя революционером дела,

а не философом и изобретателем систем, подобно Мар¬

ксу» 24. По мнению А. Мазура, М. А. Бакунин «восхва¬

лял разум, но скорее руководствовался рефлексами, а

не теорией...»25. Э. Хиам заявляет, что К. Маркс якобы

«не владел ни одним из искусств политика»26. Э. Крэнк-

шоу называет К. Маркса «систематизатором», противо¬

поставляя его деятельному революционеру М. Бакуни¬

ну27. Подобное сравнение антинаучно, а попытка разор¬

вать революционную теорию и практику марксизма

свидетельствует о политической заданности «советоло¬

гических» концепций. Громадная заслуга Маркса в

создании подлинно научной революционной теории не¬

разрывно связана с революционной практикой.
Показывая К. Маркса абстрактным -теоретиком,

Э. Крэнкшоу, Э. Хиам и П. Аврич пытаются перечерк¬

нуть огромную организаторскую работу создателя Сою¬

за коммунистов и I Интернационала, положившего на¬

чало международному коммунистическому движению и

неустанно боровшегося за чистоту его рядов. «Объединяя

рабочее движение разных стран, — писал В. И. Ленин,—

стараясь направить в русло совместной деятельности

различные формы непролетарского, домарксистского со¬

циализма (Мадзини, Прудон, Бакунин, английский ли¬

беральный тред-юнионизм, лассальянские качания впра¬
24	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 21.
25	Mazour A. Op. cit., p. 229.
26	Hyam E. The Millenium Postponed. London, 1974, p. 62.
27	Crankshaw E. Op. cit., p. 189.
78

во в Германии и т. п.), борясь с теориями всех этих

Ыкт и школок, Маркс выковывал единую тактику проле¬

тарской борьбы рабочего класса в различных странах»28.
Вместе с тем неправомерно и утверждение буржу¬

азной историографии о чисто практической деятельности

М. Бакунина. Известно революционизирующее влияние,

которое оказывал бакунизм как учение на русских на¬

родников. Пламенный призыв Бакунина к борьбе против

государства, против всех угнетателей восторженно при¬

нимался революционными народниками. В освободи¬

тельном движении России 70-х годов последователей

М. А. Бакунина было большинство29. Лозунг всеобщего

народного восстания в тот период соответствовал наст¬

роениям разночинской молодежи. «Люди рвались в

дело, — вспоминал М. Ф. Фроленко, — спрашивали, ка¬

ким путем поднять народ... и несогласные ждать ухва¬

тились за Бакунина»30. Влияние и определенная прогрес¬

сивность бакунизма для того этапа освободительного

движения в России доказаны советской историографией

народничества31.
С традицией буржуазной историографии и социоло¬

гии истолковывать марксизм как односторонний «эконо¬

мический детерминизм»32 связана и позиция М. Правди¬

на, считающего, что «исключение Бакунина из

марксистского Интернационала не разрешило проблемы

характера революционного движения: должно ли оно

быть насильственным и разрушительным, как учил Ба¬

кунин, или марксистски-социалистическим и заключать¬

ся в постепенной организации пролетариата»33. Сходное

толкование дает и Дж. Мейнард: «Различия между

принципами Бакунина и Маркса были радикальными.
28	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 49.
29	Твардовская В. А. Социалистическая мысль России на рубе¬

же 1870—1880 годов. М., 1960, с. 31.
30	Фроленко М. Собр. соч., т. 1. М., 1932, с. 176.
31	Твардовская В. А. Бакунин в русском и международном ос¬

вободительном движении. — «Вопросы истории», 1964, № 10, с. 83;

Пирумова H. М. Михаил Бакунин. М., 1966, с. 97; Три поколения

борцов за свободу. М., 1969, с. 86, 89—70; Малинин В. А. Филосо¬

фия революционного народничества, с. 253.
32	Модржинская Е. Д. Торжество марксизма-ленинизма и совре¬

менная идеологическая борьба. — Против 'буржуазных фальсифика¬

торов истории и политики КПСС. Сб. М., 1970.
33	Prawdin М. The Unmentionable Nechaev. A Key to Bolshevism.

New York, 1963, p. 108.
79

Бакунин считал, что государство должно быть уничто-/

жено, и стратегия его была заговорщически-повстанчес-1

кого типа. Группа людей должна разрушить силу го-/

сударства в полной уверенности, что народ окажет под^

держку удачливым заговорщикам. Бакунин полностью!

пренебрегал политическим оружием, считая политичес/-

кую революцию — за исключением разрушения государ¬

ства— бессмысленной. В еще меньшей степени он

полагал, что .социальные изменения зависят от посте¬

пенного вызревания социальных условий и что poiib

революционера заключается в выжидании и использо¬

вании подходящей возможности. По этим вопросам

Бакунин и Маркс стояли на противоположных полю¬

сах 34.
Пытаясь превратить К. Маркса из вождя революци¬

онного пролетариата в беспристрастного ученого,

Мейнард декларирует противоположность между систе¬

мой и методом Маркса35. Метод Маркса — по Мейнарду,

индукция — является главным в марксизме и не пред¬

ставляет социальной опасности. А вот система Маркса,

утверждает английский «советолог», возведена в догму,

абсолютизирована и состоит из двух частей. Во-первых,

это Марксово исследование истории и экономики, а во-

вторых, идея диктатуры пролетариата. Причем, имея в

виду последнее, Мейнард настаивает на том, что «Маркс

был обязан этой концепцией русскому источнику — Ми¬

хаилу Бакунину»36. С Мейнардом фактически солида¬

ризируется Р. Хейр, утверждающий, что Маркс пропа¬

гандировал бакунинскую идею о диктатуре пролетарии

ата37.
Курьезная несостоятельность подобного тезиса оче¬

видна уже потому, что Бакунин ничего похожего на

идею диктатуры пролетариата не высказывал. Напротив,

Бакунин яростно боролся против любой формы государ¬

ственности, в том числе диктатуры пролетариата, исклю¬

чающей единовременную и немедленную «отмену» госу¬

дарства, как того требут анархисты.
Идея диктатуры пролетариата в собственно научном
34	Maynard J. Op. cit., p. 78.
35	Ibid., p. 116.
36	Ibidem.
37	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 31.
80

и революционном смысле была выдвинута К. Марксом

и Ф. Энгельсом.
Уже в 1847—1848 гг. К. Маркс и Ф. Энгельс в «Ма¬

нифесте Коммунистической партии» писали о том, чтоб

дальнейшем получило четкое название диктатуры про¬

летариата: «Мы видели уже выше, что первым шагом в

рабочей революции является превращение пролетариата

в господствующий класс, завоевание демократии»38.

И далее: «Когда в ходе развития исчезнут классовые

различия и все производство сосредоточится в руках

ассоциации индивидов, тогда публичная власть потеряет

свой политический характер. Политическая власть в

собственном смысле слова—это организованное насилие

одного класса для подавления другого. Если пролетари¬

ат в борьбе против буржуазии непременно объединяется

в класс, если путем революции он превращает себя в

господствующий класс и в качестве господствующего

класса силой упраздняет старые производственные от¬

ношения, то вместе с этими производственными отноше¬

ниями он уничтожает условия существования классовой

противоположности, уничтожает классы вообще, а тем

самым и свое собственное господство как класса»39.
Наиболее полно идея диктатуры пролетариата была

сформулирована К. Марксом весной 1875 г.: «Между

капиталистическим и коммунистическим обществом ле¬

жит период революционного превращения первого во вто¬

рое. Этому периоду соответствует и политический пере¬

ходный период, и государство этого периода не может

быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой

пролетариата» 40.
Попытки же извратить содержание марксизма, трак¬

товать его как детерминистски-эволюционное учение,

лишенное революционности, потребовались буржуазным

«советологам» для того, чтобы затем, выдвигая тезис о

бакунинско-анархистском характере ленинизма, провоз¬

гласить последний противоположным марксизму и не

оправдавшим в своем «тоталитаризме» гуманистических

ожиданий революционных масс» *.
38	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 446.
39	Там же, с. 447.
40	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 19, с. 27.
* Об этом подробнее см. главу III. Woodcock G. Anarchism.

A History of Libertarian Ideas and Movements. New York, 1962

p. 418; Avrich P. The Russian Anarchists, p. 237.
81

Таким образом, налицо не только научная несостоя¬

тельность, но и политическая тенденциозность разбора

буржуазными историками вопроса о соотношении ми¬

ровоззрения М. А. Бакунина и К. Маркса. При кажу¬

щемся многообразии оценок общим для буржуазных ис¬

ториков является схематичность и односторонность, про¬

извольное обращение с источниками. При этом политичес¬

кая заданность обращения «советологов» к данному

вопросу очевидна — извратить содержание марксизма,

либо объявляя его тождественным бакунизму, либо,

напротив, называя их абсолютно разнородными теория¬

ми. И все это чтобы «установить» генеалогическую

связь между анархизмом и ленинизмом.
2.	Трактовка причин конфликта
между К. Марксом и М. Бакуниным
По-разному описывая и оценивая взаимоотношения меж¬

ду К. Марксом и М. Бакуниным, «советологи» пытаются

дать свое объяснение конфликта между основоположни¬

ком научного коммунизма и «апостолом анархии».

Анализ этого конфликта неизменно сводится буржуазной

историографией к перечислению явно тенденциозных и

крайне субъективистских положений.
Здесь и попытки объяснить борьбу между К. Марк¬

сом и М. А. Бакуниным различиями их характеров и

темпераментов, личной неприязнью, нетерпимостью,

психологической несовместимостью; и стремление изо¬

бразить столкновение К. Маркса и М. А. Бакунина как

результат «национализма», якобы присущего обоим:

антинемецких убеждений М. А. Бакунина и антирус¬

ских— К- Маркса.
Не отрицая существенных концептуальных различий

между К- Марксом и М. Бакуниным (о чем речь шла

выше), такие 'буржуазные авторы, как Дж. Мейер,

Дж. Вудкок, Дж. Джоул, П. Аврич, Р. Роккер, И. Бер¬

лин, Т. Андерсон, X. Ситон-Уотсон, Э. Хиам, причины

конфликта между ними усматривают в несовместимости

психического склада обоих, а также в личных обидах41.
41	Continuity and Change in Russian and Soviet Thought. Ed. by

E. Simmons. Cambridge (Mass.), 1955; Meijer J. M. Knowledge and

Revolution. The Russian colony in Züerich. 1870—1873 (populism).

Assen, 1955; Woodcock G. Op. cit.; The Political Philosophy of M. Ba¬

kunin. Scientific Anarchism. Ed. by G. Maximoff. New York, 1964;
82

«Оба они (К- Маркс и М. Бакунин. — В. Д.) слишком

рознились темпераментом, чтобы успешно сотрудни¬

чать,— пишет Дж. Джоул. — Столкновение темперамен¬

тов переросло в конфликт доктрин, а различия в области

революционной тактики привели к расколу в междуна¬

родном рабочем движении, расколу, от которого оно

уже никогда не смогло полностью оправиться»42. Аме¬

риканский историк русской политической мысли Т. Ан¬

дерсон утверждает, что борьба между Марксом и Баку¬

ниным носила в большой мере личный характер 43.
По сути такого же мнения придерживается и Р. Хейр,

трактовавший в своем сборнике биографий выдающихся

деятелей России XIX в., изданном еще в 1959 г., кон¬

фликт между Марксом и Бакуниным как «полуличную-

полуидеологическую дуэль»44. При этом английский

историк считает, что «столкновение темпераментов со¬

перников оказалось более решающим, чем конфликт

идей» 45.
Уточняя свой тезис, Р. Хейр наряду с указанием на

такие усугубившие конфликт моменты, как антисемит¬

ские выпады Бакунина и участие «Новой Рейнской га¬

зеты» в распространении компрометирующих русского

анархиста слухов 46, говорит о стремлении К. Маркса

«избавиться от людей, над которыми он не мог домини¬

ровать». Из противопоставления «коварной» нетерпи¬

мости Маркса «участи Бакунина быть тайным диктато¬

ром там, где он не мог открыто играть роль вождя»47 и

выводит Хейр причины известного конфликта в между¬

народном революционном движении.
Следует отметить, что буржуазной историографии

свойственно ставшее традиционным искажение личных
Joli J. Op. cit.; Anderson Th. The Russian Political Thought. Ithaca,

1967; Avrich P. The Russian Anarchists; Seton-Watson H. The Rus¬

sian Empire. 1801—1917. Oxford, 1967; Hiyam E. The Millenium Post¬

poned. London, 1974.
« Joli J. Op. cit., p. 100.
43	Anderson Th. Op. cit., p. 236.
44	Hare R. The Portraites of Russian Personalities, p. 55.
45	Ibid., p. 61. В рамках психогенной концепции причин конф¬

ликта К. Маркса « М. Бакунина находится и позиция Э. Крэнкшоу,

которого удивляет факт «хотя и мимолетного, но сотрудничества»

М. А. Бакунина, «во взглядах которого не было постоянства», и

«систематизатора» К- Маркса (Crankshaw E. Op. cit., р. 189).
46	Hare R. The Portraites of Russian Personalities, p. 47.
47	Ibid., p. 52—53.
83

качеств К. Маркса. Так, известный английский «совето¬

лог» И. Берлин в неоднократно переиздававшейся био¬

графии Маркса пишет о его неуживчивости, «растущей

с годами прирожденной резкости, воинствующей нетер¬

пимости, стремлении сокрушить любого соперника»48.
В том же духе высказываются Э. Хиам, Р. Хейр,

Р. Пейн. Так, Р. Хейр, ссылаясь на М. Бакунина, пере¬

числяет такие якобы присущие К. Марксу черты харак¬

тера, как резко.сть, грубость, деспотичность, тщеславие,

которые и обусловили конфликт с М. А. Бакуниным49.

Э. Хиам упрекает К- Маркса в неуступчивости, упрямст¬

ве и т. д.50 «Подлинный» К. Маркс в отличие от «мифи¬

ческого», по словам Р. Пейна, был человеком тираничес¬

кого склада. К. Маркс, по Р. Пейну, был наделен демо¬

нической жаждой власти, мечтал стать революционным

диктатором 5l.
Тенденциозность такого изображения личности

К. Маркса становится очевидной при обращении к ре¬

альным фактам его жизни и деятельности, к воспомина¬

ниям современников. В действительности основополож¬

ник научного коммунизма был человеком кристальной

честности и огромного обаяния.
Близкий друг К. Маркса и его семьи В. Либкнехт

вспоминает: «Стиль Маркса — это Маркс. Такой до

мозга костей правдивый человек, который не знал дру¬

гого культа, кроме культа истины, который в одну мину¬

ту мог отбросить с трудом добытые, ставшие ему доро¬

гими теоретические выводы, лишь только он убеждался в

их неправильности, должен был и в своих книгах пока¬

зать себя таким, каким он был. Неспособный к лицеме¬

рию, неспособный к притворству и к позе, он всегда был

самим собой, как в своих произведениях, так и в своей

жизни»52.
«Там, где требовалось признание чужих заслуг,—

продолжает В. Либкнехт, — Маркс был самым велико¬

душным и справедливым человеком. Он был слишком

велик, чтобы завидовать и ревновать, слишком велик,
48	Berlin /. Karl Marx. His Life and Environment. London, 1963,

p. 182.
49	Hare R. The Portraites of Russian Personalities, p. 61.
50	Hyam E. Op. cit., p. 62—63.
51	Payne R. Marx. Biography. New York, 1968, p. 11—12.
52	Либкнехт Вильгельм. Из воспоминаний о Марксе. М., 1968,

с. 17.
84

чтобы быть тщеславным. Но зато фальшивое величие,

поддельную славу, которой щеголяют бездарность и

пошлость, он ненавидел смертельно, как всякую фальшь

и ложь.
Среди известных мне людей... Маркс был одним из

немногих, совершенно лишенных всякого тщеславия»53.
Ф. Меринг, автор одной из лучших биографий

К. Маркса, следующим образом пишет о его отношении

к детям (а ведь это барометр души человеческой!):

«Маркс, как и Энгельс, очень любил детей, и если он от¬

рывался на час от неустанной работы, то лишь для того,

чтобы поиграть со своими детьми. Они его обожали, хо¬

тя, или, быть может, именно потому, что он не проявлял

по отношению к ним никакого родительского авторитета.

Они обращались с ним, как с товарищем, и называли его

«Мавром» за его черные волосы и смуглый цвет лица.

Маркс часто говорил, что вообще «дети должны воспи¬

тывать родителей». Его дети прежде всего запретили

ему работать по воскресеньям, считая, что по праздникам

отец принадлежит только им одним»54.
Сосредоточивая внимание на личных сторонах жизни

творца научного коммунизма, на особенностях его ха¬

рактера и искаженно их интерпретируя, буржуазные ав¬

торы стремятся представить дело так, будто учение

Маркса является не столько результатом научного ана¬

лиза общественных явлений, сколько отражением его

личных качеств, черт его характера. Принципиальность

в борьбе за чистоту теории и революционную практику

буржуазные историки выдают за диктат. За этим стоит

определенная цель: доказать, что марксизм, как таковой,

не имеет объективной научной ценности, что он пред¬

ставляет собой плод субъективного мышления и психики

человека, якобы наделенного сомнительными личными

достоинствами55. Несостоятельность, ненаучность подоб¬

ных утверждений очевидна любому непредубежденному

человеку.
53	Там же, с. 23—24.
54	Меринг Ф. Карл Маркс, история его жизни. М., 1957, с. 270.
55	Критику антинаучных субъективистских концепций буржуаз¬

ной 'историографии по этому вопросу см.: Из истории марксизма и

международного рабочего движения. М., 1973, с. 333—419; Малыш
А.	А. Актуальные проблемы научной разработки идейного наследст¬

ва К- Маркса и Ф. Энгельса. — «Вопросы истории КПСС», 1969,

№ 5.
85

Стремясь доказать тезис о психологической несов¬

местимости Маркса и Бакунина, буржуазные историки,

начиная с известного английского исследователя баку¬

низма Э. Карра, заявляют, что взаимоотношения осно¬

воположника научного комхмунизма и «отца анархизма»

носили враждебный характер буквально с первой встре¬

чи. «Первая же встреча Бакунина с Марксом, — пишет

вслед за Э. Карром 56 Дж. Джоул, — предопределила

великий раскол (так буржуазные авторы называют

борьбу между марксистами и анархистами. — В. Д.),

начавшийся двадцатью годами позже» 57.
О том же пишет и Р. Хейр, утверждая, что, встре¬

тив в Париже Маркса, «Бакунин сразу же невзлюбил

его» 58.
Характерно, что в буржуазной историографии нет

единства по данному вопросу. Против мнения Э. Кар¬

ра, Дж. Джоула и Р. Хейра выступают Дж. Мейнард,

Л. Шварцчайлд, М. Правдин, которые пишут, что «Ми¬

хаил Бакунин сначала несколько лет находился в тес¬

ной связи с Марксом» 59, что он признавал «большую

важность и полезность деятельности Маркса»60 и,

наконец, что Бакунин в своей борьбе против Маркса

был всегда благороден и «не примешивал к ней ме¬

лочной злобы» и личной враждебности 61.
Относительно «благородства» Бакунина в конфлик¬

те с Марксом речь пойдет позже, но что касается ха¬

рактера отношений между русским революционером и

Марксом, то они — и это еще раз показывает

неправомерность концепции психогенного характера

борьбы между ними — были долгое время весьма дру¬

жественные. Сохранилось свидетельство М. Бакунина,

относящееся к 1871 г., когда их отношения были нака¬

лены, о его первых встречах с Марксом: «Мы с Марксом

старые знакомые. Я встретил его впервые в Париже

в 1844 году. Я был уже эмигрантом. Мы сошлись до¬

вольно близко. Он тогда был более крайний, чем я, да

и теперь он если не более крайний, то несравненно уче¬
5в Carr E. Н. Michael Bakunin, p. 38, 146.
57	Joli J. Op. cit., p. 85.
58	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 26.
59	Maynard J. Op cit., p. 118.
60	Prawdin M. Op. cit., p. 43.
61	Schwarzschild L. The Red Prussian. London, 1948, p. 346—358.
86

нее меня... Мы встречались довольно часто, потому что

я питал к нему большое уважение за его ученость и

серьезность, страстную преданность делу пролетариа¬

та... Я жадно искал бесед с ним, бесед, которые всегда

были поучительны и остроумны» 62.
Весьма доброжелательно отзывался о Бакунине и

Маркс. Первым русским, получившим приглашение

К. Маркса участвовать в работе Интернационала, был

М. А. Бакунин. «Бакунин, — писал Маркс Энгельсу в

ноябре 1864 г., — просит тебе кланяться. Он сегодня

уехал в Италию, где проживает (Флоренция). Я вчера

увидел его в первый раз после шестнадцати лет. Должен

сказать, что он мне очень понравился... это один из

тех немногих людей, которые, по-моему, за эти шест¬

надцать лет не пошли назад, а, наоборот, развились

дальше» 63.
Однако их дороги как мыслителей и революционеров

разошлись уже в 1848 г. К. Маркс выступил как вождь

крепнущего пролетарского движения, М. А. Бакунин

стремился объединить мелкобуржуазные течения За¬

пада. Наиболее полно эти разногласия проявились в

борьбе за руководство I Интернационалом.
В теоретическом плане бакунизм был разновид¬

ностью утопического социализма. До появления и

утверждения социализма научного утопический социа¬

лизм представлял собой передовую форму идеологии.

Во второй половине XIX в., потеряв для экономически

развитых стран Европы свою прогрессивность, он тем

не менее продолжал еще в 50—70-е годы оставаться

боевой и революционной формой мировоззрения в та¬

ких странах Европы, как Россия, Италия, Испания и

некоторые другие64. Бакунин принял участие в револю¬

ции 1848 г., руководил восстанием в Дрездене, был, по

словам Маркса, самым способным и хладнокровным
62	Материалы для биографии М. А. Бакунина, т. III. М.—Л., 1928,

с. 301.
63	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 31, с. 13—14.
64	Подробнее см.: Фостер Уильям 3. История трех Интернацио¬

налов. М., 1959, с. 55; Прозорова Н. С. Борьба К. Маркса и Ф. Эн¬

гельса против анархизма. М., 1961, с. 61; Антонов В. Ф. Революци¬

онное народничество. М., 1965, с. 81—82, 108—109; Пирумова H. М.

Михаил Бакунин, с. 109; История политических учении, ч. 1. М., 1971,

с. 338; Лазуренко В. Д. Критика Ф. Энгельсом взглядов М. А. Ба¬

кунина, П. Н. Ткачева и П. Л. Лаврова на государство. — Пробле¬

мы государства и права на современном этапе. С<5. Вып. 6. М., 1973.
87

вождем восставших65. «Его рельефная личность, его

эксцентрическое и сильное появление везде — в кругу

московской молодежи, в аудитории Берлинского универ¬

ситета, между коммунистами Вейтлинга и монтаньяра¬

ми Коссидьера, его речи в Праге, его начальство в

Дрездене, процесс, тюрьма, приговор к смерти, истяза¬

ния в Австрии, выдача России, где он исчез за страш¬

ными стенами Алексеевского равелина, — делают из

него одну из тех индивидуальностей, мимо которых не

проходит ни современный мир, ни история» 66, — писал

о М. А. Бакунине А. И. Герцен в 1852 г., когда не

проявилась полностью еще вся противоречивость взгля¬

дов и деятельности русского анархиста 67. Выйдя под

влиянием К. Маркса «на большую дорогу экономиче¬

ской революции», М. А. Бакунин, однако, до понимания

научного коммунизма не поднялся 68, а стал вождем

анархизма, который в условиях развивающегося проле¬

тарского движения и распространения марксизма все

более терял свою прогрессивность и превращался в фак¬

тор, мешающий революционному процессу.
В сочетании с огромным авторитетом и влиянием

Маркса и Бакунина в международном революционном

движении принципиальные различия между ними вы¬

звали с неизбежностью борьбу между К. Марксом и

русским анархистом. Создав тайные сектантские орга¬

низации «Интернациональное братство» и «Альянс со¬

циалистической демократии», М. А. Бакунин пытался

захватить руководство I Интернационалом. Причем

названные организации основывали свою деятельность

на анархистской программе, «диаметрально противо¬

положной» 69, как заявлял сам М. А. Бакунин, програм¬

ме К. Маркса и возглавляемого им I Интернационала.
Отыскивая причины конфликта между Марксом и

Бакуниным, такие английские и американские истори¬

ки, как X. Ситон-Уотсон, Р. Роккер, Т. Андерсон, считают,

что Бакунин стал знаменит единственно благодаря
65	См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 8, с. 105—106.
66	Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. X, с. 315.
67	ПирУ'Мова H. М. Михаил Бакунин, с. 154.
68	Смирнов А. Ф. Карл Маркс и революционная Россия. — Ис¬

тория общественной мысли. М., 1972, с. 169.
69	Письмо М. А. Бакунина к интернационалистам Романьи. —

«Каторга и ссылка», 1926, № 5 (26), с. 119.
88

борьбе с Марксом 7Ô. «Не разрушительными или сози¬

дательными призывами, а отчаянной борьбой в Между¬

народном Товариществе Рабочих известен Баку¬

нин» 71, —утверждает Т. Андерсон.
По мнению английского историка, Бакунин вступил

в борьбу с Марксом из тщеславных соображений и

из-за невозможности участия в русском революционном

движении 72. Тем самым принижается позитивное зна¬

чение революционной деятельности М. А. Бакунина,

его влияние на освободительное движение в России

60—70-х годов, о чем речь шла выше.
Другие буржуазные историки объясняют причины

столкновения между К. Марксом и М. А. Бакуниным

антинемецкими убеждениями Бакунина, его национа¬

лизмом, панславизмом (об этом см. главу I) и антирус¬

ским настроением К. Маркса. К числу сторонников та¬

кой концепции относятся Э. Карр, Дж. Мейнард,

Р. Хейр, Дж. Джоул, Т. Андерсон, А. Ярмолински,

П. Аврич, X. Ситон-Уотсон, Дж. Мейер, Дж. Вудкок.
Тезис об антирусском характере деятельности Марк¬

са нужен буржуазным авторам для «обоснования» кон¬

цепции о неприемлемости ортодоксального марксизма

для России. Характерно утверждение «советологов»,

будто бы борьба Маркса с бакунизмом свидетельствует

о том, что М. Бакунин еще за полстолетие до Октябрь¬

ской революции предугадал неприемлемость для Рос¬

сии «немецкого (читай: марксистского. — В. Д.) направ¬

ления коммунистического учения»73. Обвиняя Бакуни¬

на в «антинемецких чувствах» 74, в «представлении о

немцах как о вечных притеснителях славян» 75, бур¬

жуазные историки противопоставляют этому якобы пол¬

ное отсутствие у Маркса интереса к России 76, его анти-

славянское настроение, так называемый национализм

руководства I Интернационала.
70	The Political Philosophy of M. Bakunin. Scientific Anarchism.

Ed. by Alaximoff, p. 20.
71	Anderson Th. Op. cit., p. 236.
72	Seton-Watson H. The Russian Empire. 1801—1917. London,

1967, p. 418.
73	Woodcock G. Op. cit., p. 418; Avrich P. The Russian Anarchists,

p. 237; Meijer J. M. Op. cit., p. 35.
74	loll J. Op. cit., p. 87.
75	Maynard J. Op. cit., p. 78.
76	Seton-Watson H. The Russian Empire. 1801—1917, p. 532.
89

«Маркс объявил неистовую и отчаянную войну про¬

тив славян, что подвинуло Бакунина на ужесточение

отношений с ним»77, — пишет Р. Хейр. В том же дух^

высказывается Э. Хиам, считающий, что М. А. Бакунин

«отвернулся от институционного (читай: марксистско¬

го.— В. Д.) в сторону освободительного (читай: анар¬

хистского. — В. Д.) социализма частично по причине

темперамента, частично в силу того, что он был рус¬

ским» 78.
Подобным образом высказывался Э. Карр в работе,

посвященной биографии К. Маркса. В руководстве Ин¬

тернационала, заявлял Карр еще в 1934 г., «свиреп¬

ствовала национальная вражда»; особенно же непри¬

миримы, по Карру, руководители Интернационала были

в отношении русских революционеров 79. «Маркс, — пи¬

шет английский историк Дж. Мейнард,—считал, что

немецкая выучка была бы полезна для отсталой...

славянской расы, не имевшей ни общего языка, ни ци¬

вилизации, сравнимой с немецкой» 80.
Крайняя тенденциозность трактовки буржуазными

«советологами» данного вопроса демонстрирует не

только их неспособность объективно оценивать реаль¬

ные факты, но и тщательно ими маскируемое собствен¬

ное антирусское, а еще более антисоветское настроение.
А.	Ф. Смирнов убедительно доказал, какой огромный

и всевозрастающий интерес проявляли основоположники

марксизма к России. На заре жизни, начиная борьбу

за освобождение труда, Маркс столкнулся с русским

царизмом, одним из бастионов европейской реакции.

В конце жизненного пути он прозорливо заметил начи¬

нающееся перемещение центра революционного движе¬

ния в Россию, приветствовал рост ее свободолюбивых

сил. «Во время революции 1848—1849 гг. не только евро¬

пейские монархи, но и европейские буржуа видели в

русском вмешательстве единственное спасение против

пролетариата, — писал К. Маркс в 1882 г. в предисло¬

вии ко второму русскому изданию «Манифеста Ком¬

мунистической партии», — который только что начал
77	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 59.
78	Hiyam E. Op. cit.. p. 89.
79	Carr E. H. Karl Marx. London, 1934, p. 237.
80	Maynard J. Op. cit., p. 78.
90

пробуждаться. Царя провозгласили главой европейской

реакции. Теперь он — содержащийся в Гатчине военно¬

пленный революции, и Россия представляет собой пере¬

довой отряд революционного движения в Европе»81.
Маркс и Энгельс первыми из европейских мыслите¬

лей заметили жизнедеятельность противостоящей реак¬

ционно-самодержавному порядку другой, революцион¬

ной России, приветствовали ее и определили ее громад¬

ное значение для общеевропейской демократии 82.
Чтобы со знанием дела судить о развитии России,

Маркс изучил русский язык, штудировал классиков рус¬

ской художественной и социально-политической литера¬

туры, знакомился с народной борьбой времен Ивана Бо¬

лотникова, исследовал крестьянскую войну под

предводительством Степана Разина, собирал сведения
о	Емельяне Пугачеве, анализировал реформу 1861 г. и

положение пореформенной деревни в России, развитие

капитализма и возможности некапиталистического пути

развития России. 27 июня 1870 г. Маркс писал Кугель-

ману: «Я нашел нужным всерьез приняться за русский

язык, так как при рассмотрении аграрного вопроса не¬

возможно обойтись без изучения по первоисточникам

отношений земельной собственности в России» 83.
Основоположники марксизма верили в революцион¬

ную Россию, надеялись на нее, с глубокой теплотой от¬

носились к деятелям русского освободительного движе¬

ния. Тесная связь К. Маркса и Ф. Энгельса с прогрес¬

сивными общественными и политическими деятелями

России, с представителями разных поколений русских

революционеров видна из их переписки 84.
Буржуазные историки пытаются представить конф¬

ликт Маркса с Бакуниным как естественный в равной

мере и с психологической, и с идеологической точки

зрения. В то же время отношения основоположников

марксизма с такими русскими революционерами, как

Г. Лопатин, П. Лавров, Н. Утин, В. Засулич, С. Степ-

няк-Кравчинский и др., кажутся им странным отступ¬
81	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 19, с. 305.
82	Об этом подробно см.: Конюшая Р. Г. Карл Маркс и рево¬

люционная Россия. М., 1975; Смирнов А. Ф. Карл Маркс и рево¬

люционная Россия. — История общественной мысли. Сб. М., 1972.
83	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 32, с. 572.
84	К- Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. М., 1967.
91

лением от правила. Известный «советолог» Г. Дейчер

считает «курьезным» то обстоятельство, что «два осно¬

воположника западного, строго пролетарского социа¬

лизма имели тесные узы дружбы с русскими интелли¬

гентами, выступавшими как сторонники крестьянского

социализма» 85.
Пытаясь объяснить такое «недоразумение», А. Ярмо-

лински утверждает, что Марксу, считавшему дни капи¬

тализма на Западе сочтенными и преувеличивавшему

революционные возможности России, важно было «за¬

ручиться поддержкой русских активистов». Поэтому,

пишет Ярмолински, Маркс старался не ранить душу

русских революционеров и декларировал свою поддерж¬

ку возможности некапиталистического пути развития

России 86.
Стремление буржуазных историков представить от¬

ношение основоположников научного коммунизма к рус¬

ским народникам как отступление от ортодоксального

марксизма является попыткой низвести марксизм к

доктринерству, к сектантскому учению.
Борьба за демократизацию России не могла не

встретить поддержку и сочувствие у основоположников

пролетарского социализма. Маркс и Энгельс не могли

не быть на стороне революционеров, которые стреми¬

лись к свержению самодержавия, искали средства про¬

буждения крестьянских масс, требовали разрешения

аграрного вопроса, пытались нащупать дорогу к социа¬

лизму, хотя и руководствовались утопической теорией.

«Мы живейшим образом интересуемся, — писал

Ф. Энгельс, — всем, что способствует... хотя бы кос¬

венным образом, революционному движению в такой

стране, как Россия, которая находится накануне все¬

мирно-исторического кризиса...» 87
Марксу не были чужды ни мысль о возможности

миновать стадию капиталистического развития в ряде

стран, ни идея союза передового организованного про¬

летариата с аграрной демократией 88, как это пытают¬
85	Deutscher J. Russia in Transition and Other Essayes. New

York, 1957, p. 159.
86	Yarmolinsky A. Op. cit., p. 337.
87	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 34, с. 357.
84	См. подробно: Смирнов А. Ф. Карл Маркс и революционная

Россия. — История общественной мысли, с. 158—183.
№

ся представить буржуазные исследователи. 8 марта

1881 г. Маркс писал Вере Засулич: «Анализ, представ¬

ленный в «Капитале», не дает. .. доводов ни за, ни про¬

тив жизнеспособности русской общины. Но специаль¬

ные изыскания, которые я произвел на основании мате¬

риалов, почерпнутых мной из первоисточников, убедили

меня, что эта община является точкой опоры социаль¬

ного возрождения России, однако для того чтобы она

могла функционировать как таковая, нужно было бы

прежде всего устранить тлетворные влияния, которым

она подвергается со всех сторон, а затем обеспечить ей

нормальные условия свободного развития» 89.
Маркс считал возможным объединение в один рево¬

люционный поток крестьянской демократии с выступле¬

ниями рабочих промышленно развитых стран. Он

надеялся, что пролетарская революция будет подкреп¬

лена как бы вторым изданием великой крестьянской

войны, которая может, начавшись в России, через

Польшу воздействовать и на Германию90. 13 февраля

1863 г. в связи с восстанием в Польше, Литве и Бело¬

руссии Маркс писал Энгельсу: «.. .в Европе снова широ¬

ко открылась эра революций»91.
Основоположники научного коммунизма полагали,

что если восстание в Польше продержится до сере¬

дины марта, «то вся Россия придет в движение»92.

К. Маркс надеялся, что борьба, начавшаяся в России,

воздействует и на Германию, оживит демократическое

движение, изолирует Бисмарка, создаст условия для

падения Гогенцоллернов, объединения и демократизации

Германии.
В феврале—мае 1863 г. К. Маркс работает над

брошюрой «Германия и Польша. Размышления военно¬

политического характера в связи с польским восстанием

1863 года», в которой высказывает мысль о возможно¬

сти соединения антифеодального аграрного движения

в Восточной Европе (Польша, Россия) с пролетарским

движением в Германии в один революционный поток,
89	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 35, с. 137.
90	Смирнов А. Ф. Указ. ст. — История общественной мысли,

с. 165—166.
91	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 30, с. 266.
92	Там же, с. 268.
93

способный изменить весь ход европейской истории 93.

Таким образом, сохранившиеся документы свидетель¬

ствуют, что отношение К. Маркса к России никогда не

было априорно враждебным, как утверждают бружуаз-

ные авторы. Разоблачая реакционную сущность рус¬

ского самодержавия, К. Маркс тепло, внимательно и с

пониманием относился к русским революционерам и

встречал с их стороны искренние симпатии и энту¬

зиазм 94.
Политическая тенденциозность и субъективно-идеа¬

листическая методология исследований буржуазных ав¬

торов мешают им дать объективную оценку действитель¬

ных причин конфликта между К. Марксом и М. А. Ба¬

куниным.
В попытках «советологов» трактовать причину это¬

го конфликта как следствие якобы имевшей место

нетерпимости К. Маркса все поставлено с ног на голову,

ибо не столкновение характеров определило борьбу

между Марксом и Бакуниным, а, наоборот, именно рас¬

хождения по принципиальным теоретическим вопросам,

а также различия в тактике революционной борьбы

послужили причинами конфликта между руководством
I	Интернационала и бакунистами. Бакунинский анар¬

хизм является уходящей с исторической арены идеоло¬

гией класса мелкой буржуазии, а марксизм выражает

идейное содержание революционной борьбы двигаю¬

щегося к своему торжеству пролетариата. В этом смыс¬

ле конфликт между марксизмом и бакунизмом, а следо¬

вательно, и между их вождями был исторически обус¬

ловлен. Но буржуазные авторы, ставящие цель по-свому

объяснить генезис марксизма и его влияние на русское

освободительное движение, ищут причины борьбы Марк¬

са с Бакуниным в личных отношениях. При этом они

пытаются распространить отрицательное отношение

Маркса к российскому самодержавию на русских рево¬

люционеров.
93	Подробно см.: Поспелов П. П., Смирнов А. Ф. Карл Маркс
о	роли польского вопроса в европейской политике. — «Новая и но¬

вейшая история», 1967, № 2; Дьяков В. А. Маркс, Энгельс и поль¬

ское освободительное движение. М., 1968.
94	Русские современники о К. Марксе и Ф. Энгельсе. М., 1969.
94

3.	Фальсификация вопроса
о	борьбе между К. Марксом
и М. А. Бакуниным в I Интернационале
Будучи не в состоянии дать правильный анализ причин

и характера конфликта между бакунистами и руковод¬

ством I Интернационала, подменяя серьезное и объек¬

тивное исследование исторических фактов квазипсихо¬

логизированием, буржуазная историография широко ис¬

пользует тезис о неразборчивости средств в «тотальной

борьбе» между К. Марксом и М. А. Бакуниным, пы¬

тается трактовать идейный разгром бакунистов как

пиррову победу марксистов, стоившую жизни I Интер¬

националу. При этом буржуазные историки стараются

исказить роль марксистов и бакунистов в Парижской

Коммуне 1871 г.
О	попытках буржуазных авторов изобразить Баку¬

нина «коварным иезуитом» русского образца типа

Нечаева 95 речь уже шла выше. Широкое хождение в

современной английской и американской буржуазной

литературе имеет положение о «беспринципности»

К. Маркса в вопросах выбора средств борьбы со свои¬

ми политическими и идейными противниками, и в част¬

ности с М. А. Бакуниным.
Этот метод «развенчания» основоположника марк¬

сизма охотно используют Р. Хейр, М. Правдин, И. Бер¬

лин, Дж. Джоул, Р. Пейн 96. «В своей борьбе против

Бакунина, — пишет Р. Хейр, — Маркс использовал лю¬

бое оружие, могущее служить достижению цели...

«Фолькштат» (официальный орган германской социал-

демократической партии) систематически оживлял

старые, пущенные в ход еще в 1848 г. слухи о том, что

Бакунин и Герцен получали финансовые субсидии от

панславистского комитета в Москве, который функцио¬
95	Yarmolinsky A. Op. cit., р. 152, 164; Hare R. The Portraites of

Russian Personalities between Reform and Revolution, p. 64; Praw-

din M. Op. cit., p. 46—47; Grey J. The Horizon History of Russia.

New York, 1970, p. 285.
9e R. Hare. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 53; Prawdin M. Op. cit., p. 46, 50, 78; Ber¬

lin 1. Karl Marx. His.Life and Environment. London, 1963. p. 218;

Joli J. Op. cit., p. 88; Payne R. Marx. Biography. New York, 1968,

p. 11.
95

нировал под эгидой официального Петербурга»97.

«У Бакунина, — пишет Р. Хейр в другом месте своей

книги, — были все основания подозревать Маркса в

причастности к распространению гнусных слухов о

том, что он является шпионом русского правительст¬

ва» 98. «Побег Бакунина из Сибири был чрезвычайно

прост, был поддержан рядом чиновников. Это порой

рождало слухи о том, что Бакунин якобы являлся

царским агентом. В этих слухах нет ничего от истины,

но они были характерны для атак марксистов против

анархистских лидеров, они использовались Марксом в

борьбе с Бакуниным» ", — утверждает английский исто¬

рик Дж. Джоул.
Действительно, на протяжении многих лет деятель¬

ности М. А. Бакунина в международном революционном

движении его постоянно преследовали слухи, будто бы

он агент русского правительства. Mo правда состоит в

том, что именно агенты царской охранки были авторами

и распространителями подобных измышлений. Пуская

в ход клевету против «отступника», русская контрразвед¬

ка рассчитывала посеять недоверие между польской

эмиграцией и Бакуниным 10°. Живучести этих слухов,

безусловно, способствовали и такие необычайные собы¬

тия в биографии М. А. Бакунина, как, например, не¬

заурядный по своей смелости побег из Сибири через

Японию и Америку в Лондон.
Однако попытка буржуазных историков представить

дело так, будто К. Маркс инспирировал подобные слу¬

хи, является заведомой фальсификацией подлинных со¬

бытий. На этот счет имеется недвусмысленное свиде¬

тельство самого К. Маркса. В письме редактору газеты

«Morning Advertiser» он категорически отмежевывался

от попыток связать его имя с распространением лживых

слухов о М. А. Бакунине. «Гг. Герцен и Головин поже¬

лали замешать выходившую в 1848 и 1849 гг. под моей

редакцией «Neue Rheinische Zeitung» в полемику... по

поводу Бакунина. Они объявляют... что клевете на Ба¬

кунина было положено начало на столбцах этой газеты,
97	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 53.
98	Ibid., p. 47.
99	Joli J. Op. cit., p. 88.
100	Пирумова H. М. Михаил Бакунин, с. 42.
96

которая-де даже осмелилась сослаться на свидетельст¬

во Жорж Санд. Меня нисколько не трогают инсинуации

гг. Герцена и Головина. Но, так как это может содейст¬

вовать разрешению спора, поднятого вокруг имени Ми¬

хаила Бакунина, то позвольте мне установить, как

фактически обстояло дело». Затем К. Маркс приводит

замечание, опубликованное по данному вопросу в «Neue

Rheinische Zeitung»: «В № 36 нашей газеты мы сооб¬

щали, что в Париже распространился слух, будто

Жорж Санд имеет в своем распоряжении документы,

рисующие русского эмигранта Бакунина как агента

императора Николая. Мы сообщили об этом, потому

что эти сведения были нам переданы одновременно дву¬

мя корреспондентами, совершенно не связанными друг

с другом. Поступая таким образом, мы лишь выполнили

долг, лежащий на публичной печати, которая должна

проявлять строгую бдительность по отношению к об¬

щественным деятелям. В то же самое время мы

предоставили г-ну Бакунину возможность рассеять

подозрения, выдвигаемые против него в некоторых па¬

рижских кругах. Мы даже перепечатали из «Neue Oder-

£eitung» заявление г-на Бакунина и его письмо,

адресованное Жорж Санд, не дожидаясь его просьбы.

Теперь мы публикуем текстуальный перевод письма

Жорж Санд, адресованного редактору «Neue Rheinische

Zeitung», которое полностью исчерпывает этот инци¬

дент». В упомянутом выше заявлении М. А. Бакунина

в «Neue Oder-Zeitung» он признавал, что «еще до появ¬

ления в «Neue Rheinische Zeitung» этой парижской кор¬

респонденции подобные слухи тайно распространялись

в Бреславле, что они исходят от русских посольств и

что лучшим ответом на них будет его обращение к

Жорж Санд»101. Буржуазная историография обходит

эти свидетельства К. Маркса.
Фальсификации подвергается и другой эпизод из

истории революционного движения. М. Правдин, на¬

пример, упрекает К. Маркса в том, что он использовал

в борьбе с М. А. Бакуниным известное письмо С. Г. Не¬

чаева Любавину по поводу перевода М. А. Бакуниным

«Капитала» К. Маркса. «Лишь спустя много месяцев,

когда положение уже нельзя было исправить, — пишет

М. Правдин, — Бакунин узиал об этом письме, лиишв-
101	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 9, с. 296—297.
4—546
97

шем ого всякого шанса на получение в будущем заказа

на перевод. Л спустя два года Маркс, получив это

письмо от издателя, использовал его на Гаагском

конгрессе для исключения Бакунина из Интернациона¬

ла» ,02. Однако известно, что материалы о Бакунине

для Гаагского конгресса готовил Н. И. Утин 103.
Ряд буржуазных историков, в том числе такие, как
Э.	Карр, Б. Хозелитц, Э. Хиам, Э. Крэнкшоу, М. Прав-

дин, стараются поставить под сомнение победу К. Мар¬

кса над М. А. Бакуниным и бакуиистами в I Интерна¬

ционале. Они, как уже отмечалось, называют эту побе¬

ду пирровой, стоившей жизни Интернационалу104.
«Дабы нейтрализовать влияние последователей Ба¬

кунина в Интернационале, — пишет М. Правдин,—

Маркс перенес штаб-квартиру организации в США.

Однако этот шаг лишил Интернационал активного ру¬

ководства в Европе и в 1876 году, году кончины Баку¬

нина, I Интернационал официально самороспустился на

конгрессе в Филадельфии» 105.
Следует заметить, что тезис этот не нов. Авторами

его явились французские делегаты Гаагского конгрес¬

са I Интернационала — бланкисты Вайян, Ранвье, Кур-

не и Арно, выступившие против перенесения местопребы¬

вания Генерального Совета в Нью-Йорк и объявившие

принятую большинством в 30 голосов (против 14 при

12 воздержавшихся106) резолюцию конгресса «бегст¬

вом от революции» и «добровольными похоронами»

Интернационала 107. Выступление бланкистов в 1872 г.

и заимствование их обвинений в адрес руководства Ин¬

тернационала современными буружазными историками

свидетельствует о непонимании ими исторической об¬

становки последней трети XIX в. и задач Интернацио¬

нала.
Ситуация в Европе для деятельности Генерального

Совета после разгрома Парижской Коммуны была
102	Prawditi М. Op. cit., р. 46.
103	Гаагский конгресс Первого Интернационала. Отчеты и пись¬

ма. М., 1972, с. 367—375, 395, 407, 420—421, 489—495, 513.
10/! Carr E. Н. Michael Bakunin, p. 154; Prawdin M. Op. cit,

p. 108; The Political Philosophy of M. Bakunin; H yam E. Op. cit.,

p. 62, 63; Crankshow E. Op. cit., p. 189.
юз Prawditi M. Op. cit., p. 108.
106	См. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18, с. 151.
107	Первый Интериацнонлл, ч. 2. М., 1965, с. 205.
98

крайне неблагоприятной. На Европейском континенте

господствовала реакция. В ряде стран (Италия, Испа¬

ния) мелкобуржуазная стихия грозила захлестнуть

организацию Интернационала, свести на нет его прош¬

лую деятельность, его идейно-теоретические и организа¬

ционные принципы. Генеральный Совет в Европе из-за

преследований реакции мог находиться только в Лон¬

доне 108, но здесь усилилась опасность перехода его

либо в руки французских эмигрантов-бланкистов, доби¬

вавшихся превращения Интернационала в заговорщи¬

ческую организацию для немедленного «устройства ре¬

волюции», либо — что было не лучше — в руки англий¬

ских реформистов 109.
В этих условиях целесообразно было отдалить Ге¬

неральный Совет от очагов обострившейся борьбы в

рабочем движении, чтобы не дать ему превратиться в

орудие в руках сектантов и реформистов. Поэтому от

имени большой группы членов Генерального Совета

Энгельс 6 сентября 1872 г. предложил конгрессу пере¬

нести его местопребывание на 1872—1873 гг. в

Нью-Йорк 110. Однако не перенесение резиденции руко¬

водящего органа Интернационала из Европы в США

послужило причиной усложнения деятельности послед¬

него и последующего самороспуска ш, как это утверж¬

дают буржуазные авторы.
I	Интернационал прекратил свою деятельность в

силу ужесточавшихся репрессий против его секций, с

одной стороны, и созревания условий для создания са¬

мостоятельных рабочих партий в отдельных странах —

с другой. Интернационал как форма международного

объединения рабочих в 70-х годах XIX в. уже не удов¬

летворял потребностям растущего вширь пролетарского

движения. К. Маркс и Ф. Энгельс видели, что в ряде

стран (Германия, Австро-Венгрия) внимание передовой
108	Гаагский конгресс Первого Интернационала. Отчеты и пись¬

ма, с. 27.
109	Первый Интернационал, ч. 2, с. 204.
110	Гаагский конгресс Первого Интернационала. Отчеты и пись¬

ма, с. 27—28.
111	В этом отношении показательны сложности, возникшие в хо¬

ле созыва и проведения VI конгресса Интернационала в Женеве.

Следует признать, что сложности эти объяснялись отнюдь не гео¬

графическими причинами, ибо конгресс созывался в Екроне, а не »

США (Первый Интернационал, ч. 2, с. 577—583).
4*
99

части рабочих все больше сосредоточивалось на конст¬

руировании самостоятельных социал-демократических

партий. На этот же путь становились рабочие Швейца¬

рии. Во Франции после Парижской Коммуны деятель¬

ность Интернационала была фактически невозможна 112.

В Испании, Италии, отчасти Швейцарии взял верх анар¬

хизм113, и требовалось время, пока жизнь и практика

классовой борьбы подведут рабочих к пониманию необ¬

ходимости осуществления задач, поставленных в Уставе

Интернационала.
К. Маркс в 1875 г. отмечал, что Международное То¬

варищество Рабочих являлось первой попыткой создать

для международной деятельности пролетариата цент¬

ральный орган, попыткой, «которую в ее первой истори¬

ческой форме после падения Парижской Коммуны

нельзя было дальше проводить» 114.
Конечно, подрывная работа анархистов, последова¬

телей М. А. Бакунина, осложняла деятельность Интер¬

национала. Но не она, а вышеназванные условия яви¬

лись причиной роспуска Интернационала. А идейный

разгром бакунизма, осуществленный в Интернационале,

лишь способствовал усилению и консолидации между¬

народного рабочего движения на единственно верной

основе — на основе марксизма.
В свете вышесказанного несостоятельной выглядит

попытка Э. Хиама, который то заявляет, что М. А. Ба¬

кунин привел I Интернационал к краху, то приписывает

подрыв его самому К. Марксу115. По утверждению

Хиама, Маркс своей «неполитичностыо», отсутствием

гибкости якобы «развалил Интернационал». «К. Маркс

думал, — пишет Э. Хиам, — что спасает Интернационал,

оставаясь непоколебимо аитианархистом, и Бакунин

считал, что ему одному известно, как правильно и эф¬

фективно использовать его (Интернационал. — В. Д.).

Так он меж ними и сломался» 116.
Ошибка Э. Хиама заключается в непонимании объек¬

тивного характера борьбы бакунизма и марксизма.

Конфликт и размежевание между бакунистами и мар¬
112	История Франции, т. 2. М., 1973, с. 466—469.
1,3 История Италии, т. 2. М., 1970, с. 268—276.
114 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 19, с. 23.
1,5 И yam E. Op. cit., р. 62, 63.
116	Ibidem.
100

ксистами были не только исторически неизбежны, но и

полезны, ибо, завершившись идейным разгромом баку¬

нистов и их исключением из I Интернационала, они

способствовали очищению рабочего движения от влия¬

ния анархистов.
Обращаясь к вопросу о борьбе между К. Марксом

и М. А. Бакуниным, буржуазные историки часто ис¬

пользуют историю Парижской Коммуны, преувеличивая

роль бакунистов в истории Коммуны и преуменьшая

значение секций I Интернационала.
«С победой Маркса и государственно-социалистиче¬

ского направления, — пишет С. Утехин, — Бакунин и

его последователи были исключены из Интернационала,

но они явились главными вдохновителями и вождями

Парижской Коммуны в 1871 г.»117. Подобное мнение

высказывал Дж. Мейнард еще в 1948 г.118 Американ¬

ский «советолог» П. Аврич, отыскивая в ленинизме

бакунинско-анархистские наслоения, ставит на одну

доску значение наследия Коммуны для анархистов и

марксистов, утверждая, что она была для них в равной

степени святыней 119.
Действительно, в революционном движении во Фран¬

ции XIX в. особое место принадлежит прудонизму 120.

Прудонисты составляли влиятельную фракцию и в Па¬

рижской Коммуне 121. Из 68 членов Коммуны прудони¬

стами были 10 человек, а левых прудонистов—10.

Однако нельзя смешивать, как это делает С. Утехин,

прудонистов с бакунистами. Последние не оказывали

решающего влияния на деятельность Коммуны. Среди

членов Коммуны бакунистов было трое122. Но не только

количественным преобладанием определяется значение

Интернационала в истории Парижской Коммуны. Как

отмечают авторы двухтомного исследования «Первый

Интернационал», к моменту героической попытки па¬

рижских рабочих впервые в истории установить власть
117	Utechin S. V. Russian Political Thought. London, 1964, p. 153.
118	Maynard J. Op. cit., p. 79.
119	Avrich P. The Russian Anarchists. Princeton. 1967, p. 237.
120	История Франции, т. 2, с. 251, 277, 302, 418. Парижская Ком¬

муна. М.. 1961; Динеоа-Михова X. Парижская Коммуна 1871

София, 1971.
|-м Первый I ImepiiaiiHona 1, ч. 2, с. 83; Слуцкий А. Г. Пар 1Ж

скан Коммуна 1871. М., 1964, с. 98.
122	История Франции, т. 2, с. 418.
lui

рабочего класса многие программные и организацион¬

ные принципы марксизма, обсуждавшиеся на конгрес¬

сах Интернационала и на страницах рабочей печати,

уже проложили себе путь к сознанию передовых пред¬

ставителей европейского и американского рабочего

класса. Опираясь на ядро своих учеников, Маркс мог

оказывать влияние на центральный руководящий орган

Интернационала — Генеральный Совет, а также на мест¬

ные секции Интернационала в различных странах.
Однако Маркс и Энгельс неоднократно опровергали

и высмеивали попытки объяснить парижские события

каким-то вмешательством из Лондона.
Парижская Коммуна возникла стихийно, но она была

порождением всего предшествующего развития фран¬

цузского и международного рабочего движения 60-х го¬

дов, на которое деятельность Интернационала оказала

решающее влияние. «Дело не в том, — писал К. Маркс

в одном из набросков «Гражданской войны во Фран¬

ции», — как воображают глупцы, будто парижская или

какие-либо другие секции Интернационала получали

mot d’ordre из центра. Но так как лучшая часть рабо¬

чего класса во всех цивилизованных странах принад¬

лежит к Интернационалу и проникнута его идеями, то

повсюду в движениях рабочего класса она несомненно

должна идти во главе» 123. В этом смысле следует по¬

нимать слова Энгельса о том, что Коммуна «была,

несомненно, духовным детищем Интернационала, хотя

Интернационал и пальцем не шевельнул для того, что¬

бы вызвать ее к жизни. . .» 124.
Не имея своей сплоченной организации, не умея вы¬

работать научно обоснованную программу и тактику,

парижские деятели Интернационала тем не менее оказа¬

ли на всю деятельность Парижской Коммуны глубокое

воздействие 125.
Ряд буржуазных авторов признают влияние Интерна¬

ционала на революционные события в Париже 1871 г.,

указывают и на гонения, которым подвергся Интерна¬

ционал со стороны реакции после падения Коммуны.

«Более чем на тридцать лет оставила Парижская Ком-
]’-Л Мирке К. п Энгельс Ф. Соч., т. 17, с. G10.
,2t Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 33, с. 538.
125	Подробнее ом.: Маркович Светпзир. Парнска Ivnmia ч Ин¬

тернационал. Београд, 1963; Первый Интернационал, ч. 2, с. 69—104.
102

мупа свой отпечаток иа европейской политике, — пишет,

например, английский историк Дж. Джоул. — В рево¬

люционерах она. .. возродила надежду на успешную,

хотя и жестокую, кровавую социальную революцию...

Более того, тот факт, что ряд вождей коммунаров

являлись членами Интернационала, а все секции послед¬

него горячо провозгласили свою солидарность с аресто¬

ванными и сосланными коммунарами, убедил прави¬

тельства и полицию Европы, что Интернационал надоб¬

но принимать всерьез. Таким образом, к моменту

своего роспуска Интернационал возбуждал больше

страха, чем в период расцвета» 126.
Нельзя не отметить несостоятельность тезиса

П. Аврича о равнозначности наследия Коммуны для

анархистов и марксистов, из которого он выводит их

преемственную связь и идейное родство 127. Безусловно,

и анархисты, и марксисты с большим вниманием отно¬

сились к опыту Парижской Коммуны. Но % при этом

важно другое: они неизменно расходились в оценке

революционного наследия Коммуны. Анархистам импо¬

нировала антигосударственная тенденция в организа¬

ции Коммуны, которая по существу во многом опреде¬

ляла слабость последней. «Парижская Коммуна, —

писал прудонист Артур Арну, — олицетворяла первое

применение антиправительственного принципа — войну

со старым понятием единого централизованного деспо¬

тического государства. Коммуна... являлась торжест¬

вом принципа автономии свободно соединенных групп
и,	возможно, более непосредственного управления наро¬

да самим собой» 128.
Марксисты же важнейший исторический смысл и зна¬

чение Парижской Коммуны усматривают в ее деятель¬

ности как первого в истории человечества опыта дикта¬

туры пролетариата. «Что же такое Коммуна, этот

сфинкс, задавший такую тяжелую загадку буржуаз¬

ным умам? — спрашивает К. Маркс и отвечает: — Ее

настоящей тайной было вот что: она была, по сути

дела, правительством рабочего класса, результатом

борьбы производительного класса против класса при-
126	Joli J. Op. cit., p. 117.
127	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 237.
128	Арну A. Народная нсгория Парижской Коммуны. Пг., 1910;
Слуцкий А. Г. Парижская Коммуна 1871 г., с. 98.
103

Свайваклцего; ойа была открытой, Наконец, политической

формой, при которой могло совершиться экономи¬

ческое освобождение труда» 129. «Париж, — отмечал

К. Маркс, — мог сопротивляться только потому, что

вследствие осады он избавился от армии и заменил ее

национальной гвардией, главную массу которой состав¬

ляли рабочие. Этот факт надо было превратить в уста¬

новленный порядок, и потому первым декретом Комму¬

ны было уничтожение постоянного войска и замена его

вооруженным народом» 130.
Именно в том, что народ не разоружился после рево¬

люции, а вооруженную силу национальных гвардейцев,

т. е. рабочих, одетых в мундиры федератов, превратил

в основу нового государства, К. Маркс видел прежде

всего особую и новую черту революции 18 марта 1871 г.

«Новая ее черта, — писал он в первом наброске «Граж¬

данской войны во Франции», — заключается в том, что

народ не разоружился после первого восстания и не

отдал своей власти республиканским шутам господст¬

вующих классов, что, установив Коммуну, он взял в

свои собственные руки действительное руководство

своей революцией и нашел в то же время средство, в

случае успеха, держать это руководство в руках самого

народа, заменив государственную машину, правительст¬

венную машину господствующих классов, своей собствен¬

ной правительственной машиной» 131.
В.	И. Ленин не раз обращался к опыту Парижской

Коммуны, к ее завоеваниям и ее ошибкам. Еще в

1905 г. В. И. Ленин указывал, что «на плечах Коммуны

стоим мы все в теперешнем движении» 132. В статье

«Уроки Коммуны» Ленин писал: «... при всех ошибках

Коммуна есть величайший образец величайшего проле¬

тарского движения XIX века... Коммуна научила евро¬

пейский пролетариат конкретно ставить задачи социа¬

листической революции» 133. 20 января 1919 г. в докладе

на II Всероссийском съезде профсоюзов В. И. Ленин

говорил: «Советское движение перестало быть русской

формой власти пролетариата, оно стало позицией меж¬
1:9 Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 17, с. 339, 346.

по Там же, с. 342.
1И Там же, с. 561.
132	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 9, с. 330.
133	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 16, с. 453.
104

дународного пролетариата в его борьбе за власть, оно

стало вторым шагом во всемирном развитии социалисти¬

ческой революции. Первым шагом была Парижская

Коммуна, которая показала, что к социализму рабочий

класс придет не иначе, как через диктатуру, чеоез на¬

сильственное подавление эксплуататоров» 134. В «Письме

к рабочим Европы и Америки» Ленин снова со всей си¬

лой подчеркнул эту мысль: ««Советская власть» есть

второй всемирно-исторический шаг или этап развития

диктатуры пролетариата. Первым шагом была Париж¬

ская Коммуна. Гениальный анализ содержания и зна¬

чения этой Коммуны, данный Марксом в его «Граждан¬

ской войне во Франции», показал, что Коммуна создала

новый тип государства, пролетарское государство» 135.
Изучение современной буржуазной историографии

Бакунина и бакунизма показывает, что, ставя историю

конфликта между К. Марксом и М. А. Бакуниным в

центр своих исследований, «советология» в целом иска¬

женно освещает данный вопрос. В корне ошибочные

антиисторические положения буржуазных «советологов»

об антирусском характере марксизма, неразборчивости

К. Маркса в средствах политической борьбы служат

целям дискредитации научного коммунизма и его

основоположника. Антикоммунистический характер но¬

сит и попытка «советологов» представить марксизм

тождественным бакунизму.
В то же время буржуазные историки ложно пони¬

мают существо борьбы марксистов против бакунизма,

сводя ее к борьбе за лидерство, вызванной политиче¬

скими амбициями и психологической несовмести¬

мостью.
Между тем нельзя не видеть принципиальный и

исторически обусловенный характер борьбы, котопуго

вели К. Маркс и Ф. Энгельс против бакунизма в I Ин¬

тернационале, за единство рабочего класса. Осново¬

положники научного коммунизма показали ошибочность

и вредность таких бакунинских положений, как недо¬

оценка организации, преувеличение стихийности рево¬

люционных движений, неправильное понимание истори¬
134	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 37, с. 439.
135	Там же, с. 457.
105

ческой роли государства, отрицание диктатуры пролета¬

риата, призыв к немедленной революции.
Отказываясь от политической борьбы, которая не¬

посредственно не ведет к конечной цели — «социальной

ликвидации», игнорируя повседневную борьбу трудя¬

щихся, бакунисты с неизбежностью превратились в

секту, не влившуюся в магистральный поток междуна¬

родного рабочего движения 136. Идейная борьба с баку¬

низмом закончилась победой марксистов. На Гаагском

конгрессе I Интернационала (1872 г.) Бакунин и его

ближайший соратник Гильом были исключены из Интер¬

национала 137.
138	Об этом подробнее см.: Михайлов М. II. Борьба против баку¬

низма в I Интернационале. М., 1976.
137 Подробно об этом см.: Колпинский Н. 10., Твардовская В. ,î.

Бакунин п русском и международном освободительном двмжснми. -

«Вопросы истории», 1964, № 10, с. 82.

Глава III
Бакунизм, ленинизм,

революция
в буржуазной «советологии»
К каким бы сюжетам истории СССР, международного

рабочего и коммунистического движения, национально-

освободительных революций ни обращались буржуаз¬

ные «советологи», они неизбежно подчиняют свои ис¬

следования антикоммунистическим задачам, искажают

смысл и всемирно-историческое значение рволюционного

учения В. И. Ленина. Сосредоточивая свое внимание на

проблемах, имеющих наиболее актуальное значение з

политической и идеологической борьбе двух противо¬

стоящих мировых систем современности, буржуазные

историки и политологи фальсифицируют историю гене¬

зиса ленинизма и его социально-политическое содер¬

жание.
В этой связи большое место в «советологии» зани¬

мают попытки отыскать гене,алогическу1о связь между

ленинизмом и бакунизмом. Имеющие ярко выраженную

политическую окраску, они, как правило, сводятся к

декларированию версии О' бакунинско-анархистском ха¬

рактере ленинизма. Стремясь обосновать эту версию,

некоторые буржуазные авторы обращаются к ленин¬

скому учению о государстве, отождествляя его с баку¬

нинским анархизмом.
1. Миф о бакунинско-анархистском

характере ленинизма
Игнорируя динамику социально-экономических условий

и классовую основу русского освободительного движе¬

ния, современные «советологи» усматривают истоки ре¬

волюционного движения в России в якобы особых
107

качествах русской интеллигенции \ а идеологию нарбД-

ннчества оценивают как своеобразную «материнскую

среду», из которой черпали идеи революционеры всех

последующих поколений.
Большое распространение в буржуазной историогра¬

фии получила версия о бакунинско-нечаевском проис¬

хождении ленинизма. Отказываясь от конкретно-истори¬

ческого анализа и не утруждая себя логикой доказа¬

тельства, буржуазные авторы объявляют В. И. Ленина

прямым наследником М. А. Бакунина, «отлучают»

вождя Октябрьской революции от марксизма.
В своих попытках исказить содержание, дискредити¬

ровать ленинизм как научную теорию и большевизм

как политическое течение такие буржуазные авторы,

как Г. Кон, Д. Шаб, Дж. Кларксон, М. Правдин,
С.	Поссонп, Р. Пейн, Т. фон Лауэ, П. Аврич, Т. Андер¬

сон, М. Дракноаич, Дж. Бэчман, утверждают, что ле¬

нинизм, являясь отклонением от учения К. Маркса,

более всего связан с так называемым «русским экстре¬

мизмом», представленным М. Бакуниным, С. Нечае¬

вым и П. Ткачевым 2.
Следует отметить, что такой «вариант» толкования

генезиса ленинизма далеко не нов. Еще в начале XX в.

меньшевики пытались ириклеить большевизму ярлык

анархизма, а М. Бакунина объявить духовным отцом

ленинизма. Этот тезис был подхвачен и разрабатывался
1	Щетинима Г. И. Идеология, -революция, самодержавие (Осве¬

щение проблемы в современной буржуазной историографии). — «Ис¬

тория СССР», 1970, № 6; Маслин М. А. Критика буржуазных интер¬

претаций идеологии русского революционного народничества. М.,

1977, с. 12.
2	Kohn И. Basic History of Modern Russia. Political, Cultural

and Social Trends. New York, 1957, p. 41; Stepun F. The Russian

lntelligensia and Bolshevism. — “Russian Review”, 1958, vol. 7, N 4,

p. 272; Clarkson J. D. A History of Russia. New York, 1961, p. 326;

Shub D. Lenin. A Biography. New York, 1962, p. 19; Prawdin M. The

Unmentionable Nechacv. A Key to Bolshevism. New York, 1963,

p. 171; Von Laue Th. Why Lenin? Why Stalin? A Reappraisal of the

Russian Revolution. 1900—1930. Philadelphia — New York, 1964,

p. 105; Possony St. Lenin: The Compulsive Revolutionary. Chicago,
1964,	p. VI1 ; Anderson Th. The Russian Political Thought. An Intro¬

duction. Itaca, 1967, p. 238, 363; Avrich P. The Russian Anarchists.

Princeton, 1967, p. 128; Payne R. The Life and the Death of Lenin.

New York, 1967, p. 271; Fifty Years of Communism in Russia. Ed. by

M. Dracknovitch. Pensilvania, 1968, p. 29; Bachman J. E. Recent So¬

viet Historiography of Russian Revolutionary Populism. — “Slavic

Review”, 1970, vol. 29, N 4, p. 599.
108

в эмигрантской литературе, в частности, Сухановым 3

и Церетели 4, откуда и перекочевал в современную

английскую и американскую историографию. Так, аме¬

риканская исследовательница бакунизма Б. Хозелитц

вслед за Э. Карром утверждает, что идеи М. А. Баку¬

нина оказали большое влияние на К. Маркса, а позднее

и па большевиков 5.
В общем курсе истории России Дж. Кларксон пи¬

шет, что учение М. А. Бакунина, «хотя преимуществен¬

но в бланкистской версии Ткачева, имело много после¬

дователей среди русских революционеров» и при этом

называет В. И. Ленина 6. Гак из контекста вырисовы¬

вается схема развития революционной мысли в Рос¬

сии, по Кларксону, от бакунизма к ткачевизму и далее

к большевизму.
В монографии, посвященной Г. В. Плеханову,
С.	Бэрон трактует большевизм как разновидность ба¬

кунизма и бланкизма, как отход от ортодоксального

марксизма 7.
Другой американский исследователь русской общест¬

венной мысли, Э. Симмонс, сводит роль Г. В. Плеханова

к «проповеди западничества» и по сути дела повторяет

Н. Бердяева, утверждавшего, что полемика Плеханова

с народниками была одновременно и борьбой с Лени¬

ным, который якобы унаследовал идеи Бакунина, Тка¬

чева и представлял собой тип «восточного марксиста» 8.
В том же смысле высказывается и Г. Кон, который

отождествляет ленинское и бакунинское отношение к

движущим силам и срокам осуществления революции и

противопоставляет его «ортодоксальному отцу русского

марксизма» — Г. В. Плеханрву 9.
Ссылаясь на Ю. М. Стеклова, П. И. Горева и дру¬

гих, американский «советолог» Ю. Варламов в статье
3	Sukhanov N. The Russian Revolution 1917. London, 1955, p. 287.
4	Церетели И. Г. Воспоминания о февральской революции, т. 1

Париж, 1963, с. 301.
5	The Political philosophy of M. Bakunin. Scientific Anarchism.

Ed, by Maximoff. New York, 1964, p. 9—18.
6	Clarkson J. D. Op cit., p. 326.
7	Baron S. Plekhanov. The Father of Russian Marxism. Stan¬

ford, 1963, p. IX, 47, 57.
8	Continuity and Change in Russian and Soviet Thought. Ed. by

E. J. Simmons. Cambridge (Mass.), 1955.
9	Kohn H. Basic History of Modern Russia. Political Cultural

and Social Trends, p. 57—58.
109

«Бакунин, русские якобинцы и бланкисты» утверждает,

что М. Бакунин, С. Нечаев, Н. Чайковский и П. Тка¬

чев, «несомненно, оказали влияние на большевиков», что

уже в левогегельянский период своего развития Баку¬

нин был близок к марксизму и затем стал предшест¬

венником большевизма. «Аргументом» служит ссылка

на то, что вошедшие в РСДРП члены группы «Осво¬

бождение труда» являлись прежде чернопередельцамн

и исповедовали бакунизм 10.
Действительно, работы М. А. Бакунина оказали

влияние на ряд революционеров, ставших впоследствии

марксистами. Об этом писал Г. В. Плеханов: «В народ¬

нический период моего развития я, как и все наши

народники, находился под сильным влиянием сочинений

Бакунина, из которых я и вынес великое уважение к

материалистическому объяснению истории» и. Вместе с

тем хорошо известно, что Г. В. Плеханов и другие чле¬

ны группы «Освобождение труда» стали марксистами,

как раз преодолев народничество и бакунизм в частно¬

сти, а не наследуя идеи анархизма 12. Сам Г. В. Плеха¬

нов подчеркивал: «Теория Маркса, подобно ариадниной

нити, вывела нас из лабиринта противоречий, в которых

билась наша мысль под влиянием Бакунина» 13.
Версию о бакунинском происхождении ленинизма

поддерживает и американский историк русской поли¬

тической мысли Т. Андерсон, полагающий, что смеше¬

ние бакунизма, славянофильства и русского мессианст¬

ва «дало России ленинизм, который лишь прикрывался

марксистской фразеологией»14. Андерсон пытается до¬

казать, что бакунизм оказал преобладающее влияние

на формирование мировоззрения русских революционе¬

ров не только эпохи народничества, но и социал-демо¬

кратического этапа. Он объясняет собственную схему
10	Rewriting Russian History. Soviet Interpretation of Russia’s

Past. Ed. by C. Black. New York, 1956, p. 303, 304. Критику этих по¬

ложений см. в статье советского исследователя анархизма Ф. Я- По¬

лянского (История общественной мысли. М., 1972, с. 87—117).
11	Плеханов Г. В. Соч., т. 1. М.—Пг., 1923, с. 19.
12	Об этом подробнее см.: Чагин Б. А., Курбатова И. Н. Пле¬

ханов. М., 1973, с. 25—80; Пантин И. К. Социалистическая мысль d

России: переход от утопии к науке. М., 1973, с. 319—354.
13	Литературное наследие Г. В. Плеханова. Сб., т. VIII. М., 1940,

с. 17.
14	Anderson Th. Op. cit., p. 363.
110

тем, что «идеи Бакунина, вобрав в себя русский опыт,

были более понятны для народников и последующих

групп движения, чем теория Маркса» 15, а также более

поздним распространением в России марксизма. «Ре¬

зультатом позднего появления марксизма в России

явилось то обстоятельство, — пишет Т. Андерсон, —

что другие доктрины — прежде всего анархизм Бакуни¬

на и бланкизм Ткачева—успели глубоко укорениться.

Русские социалисты и революционеры накопили опыт,

отличный от опыта Запада. Они во все большей степе¬

ни возвращались к своим туземным теориям, имевшим

и то дополнительное превосходство, что отражали рус¬

скую традицию и условия. Марксистское положение об

универсальности законов истории. .. неизменно сталки¬

валось. . . с верой в коренную уникальность России... и

особый путь к социализму»16. Изложенная схема

Андерсона не только несостоятельна с научной точки

зрения, но и политически тенденциозна.
Действительно, народнические теории оставили глу¬

бокий след в истории общественной мысли России. Но

народническое мировоззрение являло собой разновид¬

ность утопического .социализма, отнюдь не составлявше¬

го особенность развития России, а столь же характерно¬

го (в тех или иных формах) и для стран Запада.

В этом смысле русские революционеры в 60—70-е годы

XIX в. не аккумулировали некий «опыт, отличный от

опыта Запада», как утверждает Андерсон, а как раз

наоборот: несколько позже, чем на Западе (что объяс¬

няется определенным социально-экономическим отста¬

ванием России), они прошли тог же путь, что и их това¬

рищи в странах Западной Европы, — путь преодоления

утопического социализма в революционном движении и

утверждения научного коммунизма. Более того, народ¬

ничество «отражало русские условия» лишь в том смыс¬

ле, что было исторически прогрессивно и обусловлено в

середине XIX в. слабостью развития капитализма и

рабочего движения. И на Западе определенный уровень

развития капитализма породил утопически-социалисти-

ческие концепции, которые функционировали и продол¬

жают бытовать там, где есть для них соответствующая

социальная мелкобуржуазная среда. По мере роста
15	Ibid., р. 238.
ie Ibid., р. 293.
11!

буржуазных отношений и рабочего движения русский

утопический социализм терял свою историческую про¬

грессивность и был преодолен социал-демократией.
Однако для буржуазного автора главное не выясне¬

ние истин, а задача представить ленинизм в качестве

продукта некоей метаморфозы бакунизма.
При этом марксизм изображается в виде застывшей

догмы. Между тем более чем столетняя история мар¬

ксизма свидетельствует о том, что теория научного ком¬

мунизма находится в постоянном развитии, обогащается

конкретно-историческим опытом каждого народа. В тес¬

ном единстве общего и особенного — одна из причин

универсальности марксизма как революционной тео¬

рии.
Следует отметить, что истолкование ленинизма как

сугубо местного, русского явления, якобы впитавшего

в себя мифические особенности «русского духа» и «рус¬

ское мессианство», имеет давнюю традицию. Еще в

30-х годах Николай Бердяев объявил большевизм «рус¬

ским мессианством»17. По его словам, это и дало

«преимущество» ленинизму, который он рассматривал

как религию особого характера. Будучи одним из вож¬

дей богостроительства, Н. Бердяев после социалистиче¬

ской революции, уже в эмиграции, выдвинулся в ряды

лидеров религиозно-мистического обскурантизма. Бер¬

дяевское определение ленинизма как «русского мессиан¬

ства» призвано не только провозгласить его формой ре¬

лигии, «лишенной» всякой научности 18, но и предста¬

вить ленинизм явлением исключительно национальным,

порожденным будто бы особым психологическим скла¬

дом русского народа и его исторической судьбой, про¬

должающим традиции «русского экстремизма», и в

частности бакунизма, которому Н. Бердяев, как уже

указывалось выше, также приписывал идеи «русского

мессианства» 19.
Аналогичных взглядов придерживаются и другие

буржуазные авторы. Для Н. Лейтеса ленинизм всего
17	Berdyaev N. The Russian Revolution. Toronto, 1961, p. 72.
18	Критику этой концепции подробно см.: Модржинская Е. Д.

Ленинизм и современная идеологическая борьба. М., 1972, с. 141 —

147; ПшеОсцкш) М. П. Бессилие антикоммунистической «критики»

научного коммунизма. —■ Критика буржуазных концепций истории м

политики КПСС. Сб. Л., 1974, с. 77.
13	Berdyaev N. The Russian Idea. London, 1947.
112

лишь функция русского национального характера. Мало

чем отличается и определение американского политоло¬

га М. Фейнсода. Ему вторит Л. Хэйнсон, который

видит в ленинизме проявление особого русского

характера, русских социальных проблем, интеллектуаль¬

ную традицию русского революционного движения20.
Как справедливо отмечает советский исследователь

М. И. Пшедецкий, «научный коммунизм ленинского

этапа является прямым продолжением и дальнейшим

развитием всего того, что было сделано в области на¬

учного коммунизма Марксом и Энгельсом. Он — орга¬

ническая часть общего и никак не может быть оторван

от этого общего. Всякая попытка к обособлению одного

из этапов направлена в целом против научного ком¬

мунизма»21.
«Ленинизм, — как подчеркивается в Тезисах

ЦК КПСС «К 100-летию со дня рождения Владимира

Ильича Ленина». — это марксизм эпохи империализма

и пролетарских революций, эпохи крушения колониа¬

лизма и победы национально-освободительных движе¬

ний, эпохи перехода человечества от капитализма к со¬

циализму и строительства коммунистического общест¬

ва» 22.
Конечно, ни Маркс, ни Энгельс, ни Ленин никогда

не считали научный коммунизм безразличным к конк¬

ретным историческим условиям. Напротив, известно, что

марксизм-ленинизм учит всесторонне учитывать конк¬

ретные особенности той или иной страны. «Все нации

придут к социализму, это неизбежно, но все придут не

совсем одинаково,— писал В. И. Ленин,— каждая внесет

своеобразие в ту или иную форму демократии, в ту или

иную разновидность диктатуры пролетариата, в тот или

иной темп социалистических преобразований разных сто¬

рон общественной жизни»23.
20	Leites N. A Study of Bolshevism. Glcncoe (111.), 1953, p. 7;

Fainsod M. How Russia is Ruled. Cambridge (Mass.), 1956, p. 3;

Haimson L. H. The Russian Marxists and the Origins of Bolshevism.

Boston. 1966, p. VI.
21	Пшедецкий М. И. Указ. ст. — Критика буржуазных концеп¬

ции истории и политики КПСС. Сб., с. 76.
22	К ЮО-леипо со дня рождения Владимира Ильича Ленина. Те¬

зисы ЦК КПСС. — Коммунистическая партия Советского Союза в

резолюциях и решениях съездов, конференции и пленумов ЦК (дл

лее — КПСС в резолюциях...), т. 10. Л\., 1972, с. 144.
23	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 30, с. 123.
ИЗ

В Основном документе международного Совещания

коммунистических и рабочих партий 1969 г. подчерки¬

валось: «Коммунистические и рабочие партии проводят

свою деятельность в весьма разнообразных, специфиче¬

ских условиях, которые требуют соответствующего под¬

хода к решению конкретных задач. Каждая партия, ру¬

ководствуясь принципами марксизма-ленинизма, учиты¬

вая конкретные национальные условия, полностью само¬

стоятельно разрабатывает свою политику, определяет

направления, формы и методы борьбы, выбирает в за¬

висимости от обстоятельств мирный или немирный путь

перехода к социализму, а также формы и методы строи¬

тельства социализма в своей стране»24.
Однако учет национально-особенного в претворении

в жизнь идей научного коммунизма не умаляет их меж¬

дународного значения.
«Весь опыт мирового социализма, рабочего и нацио¬

нально-освободительного движения,— говорится в Обра¬

щении международного Совещания коммунистических и

рабочих партий «О 100-летии со дня рождения Влади¬

мира Ильича Ленина»,— подтвердил международное

значение марксистско-ленинского учения. Победа социа¬

листической революции в группе стран, возникновение

мировой системы социализма, завоевания рабочего дви¬

жения в странах капитала, выход на арену самостоя¬

тельной общественно-политической деятельности народов

бывших колоний и полуколоний, небывалый подъем ан¬

тиимпериалистической борьбы — все это доказывает

историческую правоту ленинизма, выражающего корен-

ные потребности современной эпохи»25.
Отмечая сложность мирового революционного про¬

цесса, многообразие условий его развития в разных

звеньях, крутые повороты на его пути, В. И. Ленин

говорил, что партии рабочего класса надо «в этих зигза¬

гах, изломах истории не затеряться и сохранить общую

перспективу, чтобы видеть красную нить, связывающую

все развитие капитализма и всю дорогу к социа¬

лизму...»26.
24	Международное Совещание коммунистических и рабочих пар-

г 1 !п. Докумешы и Maiepna/iu. Москиа, Г) 17 июня 1969 г. М., 1969,

с. 327.
25	Там же, с. 332.
26	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 36, с, 47.
U4

Подчеркивай интернациональный характер междуна¬

родного революционного движения и признавая неиз¬

бежным многообразие форм перехода различных наро¬

дов к социализму в зависимости от национальных осо¬

бенностей и исторических традиций, В. И. Ленин

бережно относился к опыту революционной борьбы,

тщательно изучал его. «В течение около полувека, при¬

мерно с 40-х и до 90-х годов прошлого века,— писал

В. И. Ленин,— передовая мысль в России, под гнетом

невиданно дикого и реакционного царизма, жадно иска¬

ла правильной революционной теории, следя с удиви¬

тельным усердием и тщательностью за всяким и каждым

«последним словом» Европы и Америки в этой области.

Марксизм, как единственно правильную революционную

теорию, Россия поистине выстрадала полувековой исто¬

рией неслыханных мук и жертв, невиданного револю¬

ционного героизма, невероятной энергии и беззаветности

исканий, обучения, испытания на практике, разочарова¬

ний, проверки, сопоставления опыта Европы. Благодаря

вынужденной царизмом эмигрантщине революционная

Россия обладала во второй половине XIX века таким бо¬

гатством интернациональных связей, такой превосходной

осведомленностью насчет всемирных форм и теорий ре¬

волюционного движения, как ни одна страна в мире»27.
В. И. Ленин четко выделял «старое народничество»

60—70-х годов XIX в., противопоставляя его «современ¬

ному народничеству» 80—90-х годов. Первое, несмотря

на ошибочность его теории, как указывал В. И. Ленин,

занимало «передовое мести среди прогрессивных течений

русской общественной мысли»28, ибо (пишет Ленин

в другой работе) оно сложилось «в эпоху, когда капи¬

тализм в России был еще весьма слабо развит, когда

мелкобуржуазный характер крестьянского хозяйства

совершенно еще не обнаружился, когда практическая

сторона доктрины была чистая утопия, когда народники

резко сторонились от либерального «общества» и «шли

в народ»»29. Как одно из ведущих направлений народни¬

чества, бакунизм являлся одной из политических про¬

грамм, рассчитанных на то, «чтобы поднять крестьянст¬

во на социалистическую революцию против основ совре¬
27	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 41, с. 7—8.
28	Ленин В. //. Полн. собр. соч., т. 2, с. 531.
29	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 1, с. 413.
115

менного общества... К этому,— пояснял В. И. Ленин,—

сводились, в сущности, все наши старые революционные

программы,— начиная хотя бы бакунистами и бунтаря¬

ми, продолжая народниками и кончая народоволь¬

цами...» 30
Явившись фактическим основоположником важней¬

шей разновидности анархизма — анархо-коммунизма,

М. А. Бакунин воспринял от Прудона антиэтатизм, хотя

в отличие от последнего проявлял радикализм, проекти¬

ровал «социальную ликвидацию» (уничтожение нера¬

венства и эксплуатации в обществе), разрабатывал про¬

грамму мировой революции. Именно М. А. Бакунин при¬

дал анархизму революционный характер. Этим бакунизм

существенно отличается от штирнерианства, прудонизма,

максимализма, мистического анархизма, неонигилизма

и других форм анархо-индивидуализма31.
Анархизм как мировоззренческая система, ставшая

идеологией значительной части мелкой буржуазии, имев¬

шая влияние на другие социальные слои российского

и западноевропейского общества, являлся порождением

отчаяния, психологией «выбитого из колеи интеллигента

или босяка, а не пролетария...»32.
Имея в виду общеметодологическую оценку анархиз¬

ма и его социальных корней, надлежит различать исто¬

рическую роль и значение бакунизма для Западной Ев¬

ропы и для России. Для революционного движения За¬

пада бакунизм, являясь выражением мелкобуржуазной

революционности и утопического социализма, был эта¬

пом пройденным, вступал в конфликт с социализмом

научным. Для освободительного движения в России 50—

70-х годов бакунизм был одним из важнейших компо¬

нентов народнической идеологии, сыграл позитивную,

революционизирующую роль.
Отдавая дань уважения М. А. Бакунину как после¬

довательному противнику самодержавия, активному бор¬

цу за освобождение славянских народов, марксисты

всегда отвергали теорию и авантюристическую тактику

анархизма, критиковали методы и формы революцион¬

ной деятельности русского анархиста.
30	Там же, с. 272, 272 (примечание).
31	Полянский Ф. Я. Социализм и современный анархизм. М.,

1973, с. 22.
32	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 5, с. 378.
116

1	мая 1903 г. ленинская «Искра», публикуя сообще¬

ние о сборе средств на памятник русскому революцио¬

неру Михаилу Александровичу Бакунину, писала: «Нам

остается прибавить, что, несмотря на глубокие различия,

отличающие наши взгляды от взглядов М. А. Бакуни¬

на, мы умеем ценить в нем человека, в течение всей

своей жизни твердо и самоотверженно боровшегося за

свои убеждения. Таких людей, к сожалению, слишком

мало еще у пас в России, и память их должна быть доро¬

га даже для их противников»130. А. И. Герцена, В. Г. Бе¬

линского, Н. Г. Чернышевского и «блестящую плеяду

революционеров 70-х годов» В. И. Ленин называл «пред¬

шественниками русской социал-демократии»34.
Однако тот факт, что русский утопический социализм,

и бакунизм в частности, сыграл роль исторического

предшественника социал-демократии, отнюдь не озна¬

чает, что ленинизм генетически связан с революционным

народничеством и анархизмом, как это утверждают бур¬

жуазные историки 35. Напротив, ленинизм возник в ост¬

рой борьбе с анархизмом.
«Анархизм,— писал В. И. Ленин,— за 35—40 лет

(Бакунин и Интернационал 1866—) своего существова¬

ния (а со Штирнера много больше лет) не дал ничего

кроме общих фраз против эксплуатации.
Более 2000 лет эти фразы в ходу. Недостает (а)

понимания причин эксплуатации; (Р) понимания разви¬

тия общества, ведущего к социализму; (у) понимания

классовой борьбы, как творческой силы осуществления

социализма»36.
В. И. Ленин, характеризуя противоположность марк¬

сизма и бакунизма, писал, что «между миросозерцанием

уверенного в победе своего класса пролетария и отчаяв¬

шегося в своем спасении мелкого буржуа» лежит про¬

пасть37.
Вождь Октябрьской социалистической революции

четко оценивал реальное значение массовых выступле¬
33	«Искра» № 39, 1 мая 1903 г.
34	См. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6, с. 25.
35	Venturi F. Roots of Revolution. New York, 1960, p. XXXII.

Пеоапархист Г. Рид утверждает, что «анархизм есть рациональным

идеал, общи if для Маркса, Ьакунииа и Ленина» (Read Н. Anarchy

and order. London, 1974, p. 103).
36	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 5, с. 377.
37	Ленин В. И Полн. собр. соч., т. 21, с. 257.
117

ний, в которые с неизбежностью вовлекаются «части

мелкой буржуазии и отсталых рабочих», а они «неиз¬

бежно будут вносить в движение свои предрассудки,

свои реакционные фантазии, свои слабости и ошибки»38.

Поэтому политическое значение их для пролетарского

движения «может быть иногда не только мало, оно мо¬

жет быть даже отрицательно»39.
В особенности это относится к анархизму, выражаю¬

щемуся в отрицании мелкобуржуазными элементами ор¬

ганизованности; диктатуры пролетариата и политической

борьбы, партийности, классовой осмысленности движе¬

ния. «Борясь за свободу вне тесной связи с пролетар¬

ской борьбой за социализм, эти элементы тем самым

играют роль, объективное значение которой сводится

к проведению интересов буржуазии»40.
Характеризуя социальную и социально-политическую

почву анархизма, В. И. Ленин писал, что «мелкий собст¬

венник, мелкий хозяйчик (социальный тип, во многих

европейских странах имеющий очень широкое, массовое

представительство), испытывая при капитализме постоян¬

но угнетение и очень часто невероятно резкое и быстрое

ухудшение жизни и разорение, легко переходит к край¬

ней революционности, но не способен проявить выдерж¬

ки, организованности, дисциплины, стойкости»41. В. И. Ле¬

нин отмечал далее: ««Взбесившийся» от ужасов капи¬

тализма мелкий буржуа, это — социальное явление,

свойственное, как и анархизм, всем капиталистическим

странам. Неустойчивость такой революционности, бес¬

плодность ее, свойство быстро превращаться в покор¬

ность, апатию, фантастику, даже в «бешеное» увлече¬

ние тем или иным буржуазным «модным» течением,—

все это общеизвестно»42.
В. И. Ленин отмечал объективную буржуазность

анархизма не только в политическом, но и в идеологи¬

ческом плане. «Ведь эта абсолютная свобода,— подчер¬

кивал он,— есть буржуазная или анархическая фраза

(ибо, как миросозерцание, анархизм есть вывернутая

наизнанку буржуазность). Жить в обществе и быть сво¬
38	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 30, с. 54—55.
39	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 10, с. 281.
40	Там же.
41	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 41, с. 14.
42	Там же, с. 14—15.
118

бодным от общества нельзя. Свобода буржуазного пи¬

сателя, художника, актрисы есть лишь замаскированная

(или лицемерно маскируемая) зависимость от денежно¬

го мешка, от подкупа, от содержания»43. «Миросозерца¬

ние анархистов... — отмечал В. И. Ленин, — их индиви¬

дуалистические теории, их индивидуалистический идеал

находятся в прямой противоположности к социализму» 44.
Таким образом, полная несостоятельность попыток

«советологов» изобразить В. И. Ленина прямым наслед¬

ником М. А. Бакунина очевидна.
Провозглашение бакунизма источником ленинизма

неизменно сопровождается в буржуазной историографии

«отлучением» В. И. Ленина от марксизма. Становясь

порой в позу «защитников» ортодоксального марксиз¬

ма45, такие «советологи», как С. Бэрон, А. Мейер,

Л. Шапиро, Б. Вольф, А. Улам, Р. Пейн, М. Правдин,

П. Аврич, Т. Хаммонд, Р. Абрамович, Р. Дэниэлс и др.,

утверждают, что ленинизм явился отклонением от уче¬

ния К. Маркса46. Однако и этот тезис буржуазной «со¬

ветологии» заимствован ею из белоэмигрантских источ¬

ников. Еще меньшевик Н. Суханов в своем описании

русской революции заявлял, что В. И. Ленин якобы

лишь прикрывался марксизмом, а в 1917 г. «окончатель¬

но стряхнул пыль марксизма со своих ног»47. Дословно

повторяет Н. Суханова П. Аврич48, а М. Правдин ут¬

верждает, что «большевики лишь прикрываются именем

Маркса, хотя в действительности следуют Нечаеву»49.
По мнению С. Бэрона, Г. В. Плеханов «настойчивее

любого другого лидера ортодоксального марксизма бо¬

ролся против двух великих идеологических уклонов его
43	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12, с. 104.
41	Там же, с. 131.
45	Вспомн 'м прозорливое высказывание Ленина: «Диалектика

истории такова, что теоретическая победа марксизма заставляет

врагов его переодеваться марксистами» (Ленин В. И. Полн. собр.

соч., т. 23, с. 3).
40	Stepun F. The Russian Intelligensia and Bolshevism. — “Rus¬

sian Review”, 1958, vol. 7, N 4, p. 272; Hammond T. Lenin on Tra¬

de Unions and Revolutions. 1893—1917. London, 1959, p. 177; Praw-

din M. Op. cit., p. 8, 50; Essays in Russian and Soviet Historv. Ed.

bv Л. Curtiss. New York, 1963, p. 149; Baron S. Op. cit., p. IX, 47,

Г)7, etc.
47	Sukhanov N. Op. cit., p. 324.
48	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 128,
49	Prawdin M. Op. cit., p. 8,
119

времени: бернштейнианского ревизионизма и ленинского

большевизма». Далее С. Бэрон утверждает, что, несмот¬

ря на эту борьбу, «ревизионизм восторжествовал на За¬

паде, большевизм — в России, ортодоксальный марк¬

сизм — нигде»50. Антинаучность посылки приводит бур¬

жуазного историка к политически тенденциозному

выводу о том, что «судьба Плеханова дает ключ к пони¬

манию неприемлемости ортодоксального марксизма как

для изменяющегося общества Запада, так и для таких

неразвитых стран, как Россия двадцатого века»51.
Тем же целям служат указанные выше попытки бур¬

жуазной историографии противопоставить К. Маркса

революционной России. Модернизацией этого положе¬

ния является тезис английских историков X. Ситон-

Уотсона и А. Ярмолински о том, что «Маркс был против

русских марксистов»52.
Не признавая развитие В. И. Лениным марксизма

в новых исторических условиях, почти все «советологи»

не употребляют термин «марксизм-ленинизм», подчер¬

кивая тем самым «несовместимость» марксизма и ле¬

нинизма.
Широкое хождение на Западе имеет тезис о плюра-

листичности марксизма. «...Ясно,— заявляет американ¬

ский «советолог» Д. Тредгольд,— что ленинизм не един¬

ственно возможный или существующий новейший ва¬

риант марксизма»53.
А американский «советолог» Р. Скэлэпино настаи¬

вает на существовании специальной модели «азиатского

коммунизма», особенность которого определяется им

как смешение марксистской идеологии с аспектами

азиатской культуры54. Именно в этом плане следует

рассматривать утверждение Э. Симмонса, что В. И. Ле¬

нин якобы унаследовал идеи Бакунина и являл собой

тип «восточного марксиста»55.
50	Baron S. Op. cit., p. IX.
51	Ibid., p. IX.
52	Scton-Watson H. The Russian Empire. 1801 —1917. London,

1967, p. 532; Yartnolinsky A. Road to Revolution. A Century of Rus¬

sian Radicalism. London, 1957, p. 337.
53	Tread gold D. \V. Twentieth Century Russia. Chicago, 19ÙÎ

p. 65.
54	Sculapino R. A. Patterns of Asian Communism. — “Problems
oi	Communism”, 1971, vol. XX, N 1 2, p. 2.
•<r’ Continuity and Change in Russian and Soviet Thought. Ed,

by E. J. Simmons.
120

Попытки буржуазных авторов протащить принцип

«множественности марксизма» направлены на подрыв

единства революционных сил, общей идейной основой

которых является марксизм-ленинизм56.
Очевидную политическую направленность имеет и

стремление буржуазной «советологии» представить ле¬

нинизм в качестве революционной теории, применимой

лишь в экономически отсталых странах и, таким обра¬

зом, якобы неприемлемой для индустриально развитых

стран Запада. При этом делается уже знакомая нам

попытка оторвать ленинизм от марксизма и изобразить

его аналогом анархизма. К этому сводятся высказыва¬

ния Фейнсода и Гаккера о том, что ленинизм «более

всего является идеологией революции в неразвитом об¬

ществе»57. Уже на этом основании ленинизм сближается

с анархизмом, который действительно имеет широкое

распространение в странах с более низким уровнем раз¬

вития капитализма, что объясняется большим политиче¬

ским весом восприимчивой к анархизму мелкобуржуаз¬

ной массы.
Вопреки фактам буржуазным авторам приходится

игнорировать бурное развитие капитализма в России

во второй половине XIX в., вступление России в период

империализма вместе с развитыми капиталистическими

странами. Как видим, современные «советологи» берут

на вооружение теории либеральных народников, отри¬

цавших наличие капитализма в России, а следователь¬

но, и возможность применения к ней теории марксизма.

Как известно, взгляды либеральных народников были

раскритикованы В. И. Лениным, который на основе ана¬

лиза конкретно-исторического материала показал, что

к началу XX столетия Россия была страной со средним

уровнем развития капитализма, имевшего все особен¬

ности, присущие империализму. Конечно, доля проле¬

тариата в общей численности населения России была

сравнительно невелика, но российский пролетариат был

хорошо организован, во главе его находилась партия

нового типа, он имел надежных союзников. Идея союза

рабочего класса с трудящимся крестьянством, похоро-
56	Критику этой* концепции см.: Модржинская Е. Д. Ленинизм и

современная идеологическая борьба, с. 147—151.
57	“Problems of Communism”, 1970, vol. XIX, N 5, p. 62; Fain-

sod M. Op. cit., p. 87.
121

ценная на Западе представителями оппортунизма, была

развита В. И. Лениным и применена на практике. Имен¬

но потому, что большевики твердо следовали теории

Маркса и развивали ее, им удалось приобщить бедней¬

шее крестьянство к социалистической революции. То, что

рассматривалось оппортунистами, подчеркивает М. И.

Пшедецкий, как слабость социалистической революции

в России, стало под руководством В. И. Ленина ее си¬

лой: трудовое крестьянство в союзе с пролетариатом

и под его руководством не только уничтожило ненавист¬

ные крепостнические пережитки, но и помогло ему унич¬

тожить буржуазный строй.
Ныне социалистические революции, вдохновляемые

идеями марксизма-ленинизма, победили в ряде стран

Европы, Азии, Латинской Америки. Причем различные

исторические, социально-экономические и политические

условия, присущие каждой из этих стран, не только не

помешали им руководствоваться марксизмом-лениниз¬

мом, но именно интернациональный, всеобщий характер

этого учения, обогащенный местным опытом, позволил

рабочему классу и его союзникам одержать в трудней¬

шей обстановке победу над сильным противником.
Стремясь «отлучить» ленинизм от марксизма, «сове¬

тологи» искаженно трактуют и вопрос о движущих си¬

лах социалистической революции, стараясь при этом

«привязывать» ленинское учение о союзе рабочего клас¬

са с крестьянством к бакунизму и искусственно проти¬

вопоставить ленинизм марксизму. Так, Г. Кон утверж¬

дает, что «Ленин был частично прав там, где он корен¬

ным образом расходился с Марксом. Последний возла¬

гал свои надежды относительно коммунизма на рабочих

в наиболее высокоразвитых странах. Ленин придержи¬

вался другого мнения, ибо, несмотря на весь свой марк¬

сизм, он был глубоко погружен в русские традиции и

условия. Хотя Ленин и называл себя последователем

Маркса, он был в равной мере обязан русской револю¬

ционной традиции, особенно Ткачеву и Бакунину...»58.
Действительное же положение дел совершенно иное.

Правда состоит в том, что, как уже отмечалось, идея

союза рабочего класса с крестьянством и роли этого

союза в борьбе за создание нового общественного строя
58	Kohn Н. Basic History of Modern Russia. Political, Cultural

and Social Trends, p. 116.
122

в общем виде была сформулирована именно основопо¬

ложниками научного коммунизма К. Марксом и Ф. Эн¬

гельсом. Обобщая опыт революций Западной Европы,

и особенно опыт Парижской Коммуны 1871 г., классики

марксизма указывали на всемирно-историческую роль

пролетариата как единственного класса, способного быть

гегемоном революции. Вместе с тем К. Маркс отмечал,

что масса крестьян при капитализме подвергается жес¬

токой эксплуатации и политическому гнету и поэтому

они «находят своего естественного союзника и вождя

в городском пролетариате, призванном ниспровергнуть

буржуазный порядок»59. К. Маркс и Ф. Энгельс считали,

что успех социалистической революции будет зависеть

от того, получит ли пролетариат поддержку со стороны

крестьянства. При отсутствии такой поддержки рево¬

люция обречена на поражение. Этот вывод К. Маркса

и Ф. Энгельса о союзе рабочего класса с крестьянством

как обязательном условии успеха революции был все¬

сторонне развит В. И. Лениным60. При этом В. И. Ленин

исходил не только из «русских традиций и условий», как

утверждает Г. Кон, а рассматривал вопрос о крестьянст¬

ве с точки зрения развития мирового капитализма. «Ос¬

новная и главная тенденция капитализма,— писал
В.	И. Ленин,— состоит в вытеснении мелкого производ¬

ства крупным, и в промышленности и в земледелии.

Но это вытеснение нельзя понимать только в смысле

немедленной экспроприации. К вытеснению относится

также могущее тянуться годами и десятилетиями разо¬

рение, ухудшение условий хозяйства мелких земледель*

цев»61.
Экономическую основу союза рабочего класса и тру¬

дового крестьянства В. И. Ленин видел не только в пря¬

мом, беспощадном разорении капитализмом мелких

крестьян, в «одинаковости» по своему существу капи¬

талистической эксплуатации в городе и деревне, но и

в объективной заинтересованности трудящегося кресть¬
59	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 8, с. 211.
60	Подробнее об этом см.: Соболев П. Н. В. II. Ленин о союзе

рабочего класса с крестьянством в Октябрьской революции. —
В.	И. Ленин об историческом опыте Великого Октября. М., 1969;

Ленинская теория социалистической революции и современность. М ,

1975, с. 307—321; Платковский В. В. В. II. Ленин о диктатуре про¬

летариата и социалистическом Государстве. М., 1975.
61	Ленин В. И. Поли. собр. соч., т. 27, с. 193.
123

янства в свержении власти капитала. Однако В. И. Ле¬

нин постоянно подчеркивал, что в этом союзе роль ру¬

ководителя, вождя, гегемона должна принадлежать про¬

летариату как самому передовому и революционному

классу. «Пролетариат,— писал В. И. Ленин,— револю¬

ционен лишь постольку, поскольку он сознает и проводит

в жизнь эту идею гегемонии... отречение от идеи геге¬

монии есть самый грубый вид реформизма...»62
Совсем иначе ставил вопрос о движущих силах ре¬

волюции М. А. Бакунин, отводивший решающую роль

в борьбе «на Западе — фабричным -и заводским рабо¬

чим; у нас, в России, в Польше и в большинстве сла¬

вянских земель — крестьянам»63. М. А. Бакунин не

только декларировал самобытность пути исторического

развития славянских народов, но и считал крестьянство

способным к самостоятельной и победоносной револю¬

ции. Все это никак не согласуется с имеющей универ¬

сальное значение марксистско-ленинской теорией о сою¬

зе рабочего класса с крестьянством.
Изображая Октябрьскую революцию как «самую

анархистскую из всех революций»64, буржуазные исто¬

рики проводят тезис о якобы спекулятивном использо¬

вании большевиками анархистского настроения масс.

«Причина необычайных успехов большевиков,— утвер¬

ждает П. Аврич,— лежит в том, что они используют

элементарное стремление русского народа к хаотиче¬

ской утопии»65. Тот факт, что в Октябрьские дни 1917 г.

большевики смогли повести за собой огромные массы

населения России, истолковывается «советологами» как

«трюк» В. И. Ленина, который-де готов был использо¬

вать все средства66.
«Ленин нуждался в поддержке фабричных рабочих,—

пишет П. Аврич.— И если он инстинктивно с подозре¬

нием относился к тому, что Бакунин и Кропоткин на¬
62	Ленин В. И. Потн. собр. соч., т. 20, с. 308—309.
63	Бакунин М. А. Поли. собр. соч., т. 1, с. 76.
6л IJlam A. Op. cit., р. 314. Критику этой концепции см.: Игриц-

кий 10. И. Мифы буржуазной историографии и реальность истории.

М., 1974. с. 134—167'
65	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 170.
,и: Wulkiti J. Tin* Rise of Democracy in Pre-Revolutionary Russia.

London, 1963, p. 243; Daniels R. The Bolshevic Gamble. New ^ork,
1952,	p. 336.

зывали «созидательным духом масс», то он прекрасно

осознавал способность народа к разрушению»67.
Однако трактовка тактики большевиков как «заиг¬

рывание» с анархистски настроенными массами приво¬

дит буржуазных историков к явному противоречию, ибо

не согласуется с вышерассмотренным тезисом об анар¬

хистском характере ленинизма.
Но это не смущает буржуазных историков, поскольку

дает им повод вернуться к версии о бакунинско-анар¬

хистском генезисе ленинизма. При этом делается дол¬

женствующая придать беспристрастность и наукообраз¬

ность данному выводу оговорка, что если М. А. Бакунин

отрицал всякое государство, то В. И. Ленин якобы лишь

«подменял диктатуру пролетариата диктатурой над

пролетариатом»68. Показательно, что в данном случае

буржуазными «советологами» гальванизируются антиле-

нинские инсинуации Троцкого.
Английский историк Дж. Кип в «экстремистских чер¬

тах» радикальной русской интеллигенции XIX в. пы¬

тается отыскать корни «современного тоталитаризма»69.

А в специальном исследовании, посвященном мобилиза¬

ции народных масс на Октябрьскую революцию, Дж.

Кип утверждает, что отношение Ленина к Советам за¬

висело от тактических соображений и, несмотря на

воскрешение в брошюре «Государство и революция»

анархистских иллюзий о «прямой демократии», В. И. Ле¬

нин якобы рассматривал Советы лишь как орудие в ру¬

ках большевистской партии для организации масс на

восстание70.
Все эти сложные построения призваны обосновать

концепцию «советского тоталитаризма», столь милую

сердцу современной буржуазной «советологии». Несос¬

тоятельность этой концепции вполне доказана в марк¬

систской литературе на основе бесспорных фактов71.
67	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 143.
68	Prawdin M. Op. cit., p. 110—111, 142; The Lenin Anthology. Ed.

by Tucker R. New York, 1975, p. XXXIII.
69	An Introduction to Russian History. Ed. by R. Auty and
D.	Obolenski. London, 1976, p. 244.
70	Keep J. The Russian Revolution. A Study in Mass Mobilization.

London, 1976, p. 307.
71	См. об этом: Перфильев h\. //. Критика пуржулгшых теории
о	советской политическом системе Л., 1968; Вятр Социологические

теории антикоммунистической «советологии» США. — «Вопросы фи¬

лософии», 1970, № 10; Керимов Д. Л., Чехарин. Е. М. Социалист!!-

В рамках отыскания буржуазными авторами исто¬

ков «советского тоталитаризма» следует рассматривать

и откровенно антисоветскую позицию Г. Кона. Вслед

за Ю. Пызуром он трактует бакунинский анархизм как

«странное смешение утопических правил для спасения

полной свободы и очень неутопических правил для за¬

воевания политической власти и установления самой

суровой общественной дисциплины»72. Вслед за этим

американский историк уверяет, что утопическая часть

бакунизма воплотилась в работе В. И. Ленина «Госу¬

дарство и революция», а неутопическая привела к «то¬

тальному деспотизму» после Октябрьской революции73.

Несостоятельность суждений Г. Кона заключается не

только в явной их политической тенденциозности, но и

в самом методе исторического экстраполирования, неоп¬

равданных параллелей и сравнений. Это заставляет

вспомнить курьезный эпизод в буржуазной литературе,

когда Дж. Кларксон поставил на одну доску Петра I,

Ивана Грозного, патриарха Никона и М. А. Бакунина

только за то, что они все обладали «необузданной и

безграничной энергией»74.
Таким образом, версия о бакунинском происхожде¬

нии ленинизма не выдерживает критики, ибо основана

не на фактах, а на явной фальсификации их и пресле¬

дует цели, далекие от науки. Характерно, что буржуаз¬

ные авторы не утруждают себя доказательством данной

версии, а, как правило, ограничиваются лишь выдвиже¬

нием заведомо надуманного тезиса. При этом в совре¬

менной буржуазной историографии гальванизируются

антисоветские концепции белоэмигрантской литературы

20—30-х годов. Искусственное проведение параллелей

между бакунизмом и ленинизмом осуществляется бур¬

жуазными историками вне рассмотрения конкретно-исто-
ческая демократия и современная идеологическая борьба. М., 1970;

Кейзеров H. М. Власть и авторитет. М., 1973; Микешин Н. П. Ис¬

тория против антиистории. М., 1973; Федотов Б. Тоталитарное об¬

щество; мифы и реальность. М., 1974.
72	Kolin Н. Basic History of Modern Russia. Political, Cultural

and Social Trends, p. 116.
73	Ibid., p. 116. О разработке В. И. Лениным вопроса о госу¬

дарстве диктатуры пролетариата в период борьбы за Октябрь и уп¬

рочение его завоевании (март 1917 — март 1918 г.) см.: Мухина Г. 3.

Социалистическая революция и государство. М., 1975.
74	Clarkson J. D. Op. cit., p. 188.
126

ричоскпх условии возникновения и развития каждого из

них. Тезис же об «отступничестве» В. II. Ленина от де¬

мократических основ марксизма, о якобы спекулятивном

использовании анархистских настроений масс связан

с лженаучной концепцией «тоталитаризма» и является

его звеном. Все это свидетельствует о методологической

несостоятельности и политической заданности буржуаз¬

ной историографии данного вопроса.
2.	Об отождествлении

буржуазной историографией

ленинского учения

о государстве с бакунинским
«Прорвав фронт империализма в России — одной из

крупнейших стран мира, — говорится в Программе

КПСС,— Великий Октябрь утвердил диктатуру проле¬

тариата, создал новый тип государства — Советское

социалистическое государство, новый тип демократии —

демократию для трудящихся»75. Переход от капитализ¬

ма к социализму, начатый более полувека назад Ок¬

тябрьской социалистической революцией, составляет ос¬

новное содержание нашей эпохи. Конечно, исторический

процесс завоевания власти рабочим классом не может

не породить разнообразия форм этого перехода в разных

странах. Однако борьба рабочего класса той или иной

страны будет тем успешнее, чем лучше рабочие и руко¬

водящие их борьбой революционные партии овладеют

теорией марксизма-ленинизма, чем лучше они исполь¬

зуют общие закономерности социалистической револю¬

ции в конкретной исторической обстановке.
Для этого необходимо творчески усвоить историче¬

ский опыт борьбы пролетариата, в особенности опыт

Великого Октября. И не случайно поэтому буржуазные

«советологи», изучающие освободительное движение

в России, в частности бакунизм, направляютсвои усилия

на извращение ленинской теории социалистической ре¬

волюции и характера Октябрьской революции.
В этой связи принципиальную важность приобретет

борьба против попыток буржуазных историков исказить

учение В. И. Ленина о государстве и диктатуре проле-
75	Материалы XXII съезда КПСС. М., 1962, с. 326.
127

Tâpпата, Являющееся важнейшим компонентом теорий

социалистическом революции.
Как ни парадоксально, но именно в таких классиче¬

ских трудах В. И. Ленина, как «Апрельские тезисы»,

«Государство и революция», буржуазные историки

Т. Андерсон, А. Улам, П. Аврич, авторы книги «Будущее

коммунистического общества» усматривают бакунинское

начало ленинизма, пытаются приписать В. И. Ленину

анархизм в вопросе о государстве76.
«Нетерпимость Ленина к историческим застоям, его

максималистское рвение толкнуть историю вперед

обескураживало многих марксистов, а анархистами вос¬

принималось одобрительно,— пишет П. Аврич. — «Ап¬

рельские тезисы» содержали ряд канонических положе¬

ний, которые долго вынашивались мыслителями анар¬

хизма. Ленин призывал превратить «грабительскую им¬

периалистическую» войну в революционную борьбу про¬

тив капиталистического порядка. Он отказался от идеи

русского парламента в пользу режима Советов, модели¬

рованных с Парижской Коммуны. Он требовал уничто¬

жения полиции, армии, бюрократии и предложил, чтобы

оклады служащих учреждений (все они должны быть

выбираемы с правом отзыва в любой момент) не пре¬

вышали заработной платы рабочих»77.
По мнению американского историка, Ленин подтвер¬

дил анархистские взгляды «Апрельских тезисов» в ав¬

густе— сентябре 1917 г. в своей работе «Государство

и революция», где он «вновь связал происхождение Со¬

ветов с Парижской Коммуной, являющейся святыней как

для анархистов, так и для социалистов, обратился

к пролетариату и к беднейшему крестьянству с призы¬

вом «организоваться в свободные коммуны»... передать

железные дороги, фабрики и землю в собственность

всего общества»78.
В книге «Будущее коммунистического общества»,

изданной в США коллективом авторов, утверждается,

что «в «Государстве и революции» (1917) Ленин ближе

всего подошел к анархизму, заявляя, что диктатура

пролетариата, которая представляет собой не государст-
70	Uiam A. Lenin and Bolshevikn, p. 331, 332; Anderson Th. Op.

cit., p. 316; Avrich P. The Russian Anarchists. Princeton, 1967, p. 128,

129; The Future of Communist Society. New York, 1970, p. 88.
77	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 128.
78	Ibid., p. 129.
128

г.о в собственном смысле слова, а полугосударство, нач¬

нет отмирать сразу же после своего утверждения»79.
Еще категоричнее выражается А. Улам. По его мне¬

нию, «Апрельские тезисы» «были декларацией анархиз¬

ма»80, которую В. И. Ленин якобы навязал партии, под¬

чинив ее своей воле81. Т. Андерсон утверждает, что

летом 1917 г. В. И. Ленин в «Государстве и революции»,

вслед за К. Марксом выступив в защиту Парижской

Коммуны, «наиболее близко подошел к анархизму» 82.

«Доказательством» этого положения для Т. Андерсона,

как и для П. Аврича, служит наличие в ленинской ра¬

боте «идей политических свобод и экономического ра¬

венства при социализме, упрощения административного

аппарата и отмирания государства»83.
В данном случае особенно наглядно видна тенден¬

циозность буржуазных «советологов», пытающихся изоб¬

разить ленинизм в качестве антидемократического уче¬

ния, а требования политических свобод и экономическо¬

го равенства отнести за счет анархистских влияний и

отклонений от нормы84. Однако факты свидетельствуют

об обратном. Ленинизм как научная теория и система

мировоззрения, как политическое течение с самого на¬

чала своего существования поставил перед народами

России не только самую гуманную и прогрессивную ко¬

нечную цель — осуществление исторически закономер¬
79	The Future of Communist Society, p. 88.
80	Ulam A. Lenin and Bolsheviks, p. 331.
81	Ulam A. Lenin and Bolsheviks, p. 332. В той же работе
А.	Улам разрабатывает тезис о «ленинском волюнтаризме», который

логически противоречит посылке автора об анархизме Ленина. Под¬

робную критику этой концепции см.: Романовский Н. В. Ленинская

программа перехода к социалистической революции (апрель 1917 г.)

в кривом зеркале американской буржуазной историографии. —

«Ученые записки Первого московского гос. лед. .ин-та им. М. То¬

реза», 1968, т. 48; Игрицкий Ю. И. Мифы буржуазной историогра¬

фии и реальность истории, с. 134—167; Игрицкий 10. И., Романов¬

ский Н. В. Критика буржуазной историографии трех революций в

России. М., 1975, с. 52.
82	Anderson Th. Op. cit., p. 316.
83	Ibidem.
84	В то же время Г. Кон, предварительно отождествив ленинизм

с бакунизмом, ткачевизмом и «нечаевщиной», приписывает всем пос¬

ледним «сильный антилиберализм и антидемократизм». Причину же

«антидемократичности» русского революционного движения Г. Кон

усматривает в том, что «парламентарные и реформистские традиции

Запада в России не были , известны» (Kohn Н. Basic History of

Modern Russia. Political, Cultural, and Social Trends, p. 41).
5—546
129

ном социалистической революции, которая, «заменив

частную собственность на средства производства и об¬

ращения общественною и введя планомерную организа¬

цию общественно-производительного процесса для обес¬

печения благосостояния и всестороннего развития всех

членов общества... уничтожит деление общества на клас¬

сы и тем освободит все угнетенное человечество, так как

положит конец всем видам эксплуатации одной части

общества другой»85.
В первой же Программе РСДРП, принятой на

II съезде партии в 1903 г., в качестве ближайшей задачи

выдвигалась необходимость борьбы за общедемократи¬

ческие права и свободы.
«...РСДРП,— отмечалось в Программе,— ставит своей

ближайшей политической задачей низвержение царского

самодержавия и замену его демократической респуб¬

ликой, конституция которой обеспечивала бы:
1.	Самодержавие народа, т. е. сосредоточение всей

верховной государственной власти в руках законода¬

тельного собрания, составленного из представителей на-

рода и образующего одну палату.
2.	Всеобщее, равное и прямое избирательное право...

тайное голосование при выборах...
3.	Широкое местное самоуправление...
4.	Неприкосновенность личности и жилища.
5.	Неограниченную свободу совести, слова, печати,

собраний, стачек и союзов.
6.	Свободу передвижения и промыслов.
7.	Уничтожение сословий и полную равноправность

всех граждан независимо от пола, религии, расы и на¬

циональности.
8.	Право населения получать образование на родном

языке...
9.	Право на самоопределение за всеми нациями...
10.	Право каждого лица преследовать в обычном по¬

рядке перед судом присяжных всякого чиновника.
11.	Выборность судей народом.
12.	Замену постоянного войска всеобщим вооруже¬

нием народа.
13.	Отделение церкви от государства и школы от

церкви.
85	КПСС в резолюциях... т. 1. М., 1970, с. 61—62.
130

14.	Даровое и обязательное общее... образование.,.»86
Вместе с тем анархизм — и это еще раз доказывает

несостоятельность утверждений буржуазных авторов,—

провозглашающий стремление к абсолютной свободе

личности, проповедует воздержание от политики87,

т. е. практический отказ от борьбы за политические и

социальные права и свободы. Всякое политическое дви*

жение, говорил М. А. Бакунин, «не может быть другим,

как движением буржуазным или совершаемым в пользу

радикальной буржуазии»88. М. А. Бакунин отвергал де¬

мократическую республику; он полагал, что слово «рес¬

публика» не имеет другой цены, кроме цены чисто от¬

рицательной: оно означает разрушение, уничтожение

монархии 89. М. А. Бакунин отрицал и борьбу за бур¬

жуазные свободы, поскольку «никогда правительствен¬

ный деспотизм не бывает так страшен и так силен, как

тогда, когда он опирается на мнимое представительство

мнимой народной воли»90.
Не выдерживает критики и попытка буржуазных ис¬

ториков отыскать анархистское начало ленинизма в воп¬

росе об отмирании государства, апеллируя к отдельным

выхваченным из контекста высказываниям В. И. Ленина.
Как бы предвидя возможность подобных фальсифи¬

каций, В. И. Ленин вслед за признанием ненужности

государства после осуществления задач диктатуры про¬

летариата подчеркивает: «Какие-нибудь любители бук¬

венной критики или буржуазные «истребители мар¬

ксизма» усмотрят, пожалуй, противоречие между этим

признанием «отмены государства» и отрицанием такой

формулы, как анархистской, в приведенном выше месте

«Анти-Дюринга». Было бы не удивительно, если бы оп¬

портунисты и Энгельса зачислили в «анархисты»,—

теперь все распространеннее становится со стороны со¬

циал-шовинистов обвинение интернационалистов в анар¬

хизме» 91.
86	Там же, с. 63.
87	См. подробнее: Антонов В. Ф. Революционное народничество.

М., 1965, с. 111; Пантин И. К. Социалистическая мысль в России:

переход от утопии к науке. М., 1973, с. 240; Канев С. Н. Октябрь¬

ская революция и крах анархизма. М., 1974, с. 102; Полянский Ф. Я.

Социализм и современный анархизм, с. 22—28.
88	Бакунин М. А. Поли. собр. соч., т. II, с. 248.
89	Бакунин М. А: Полн. собр. соч., т. I, с. 49.
90	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. II, с. 28.
91	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 59.
5*
131

Действительно, и марксисты, и анархисты выступают

с критикой буржуазной государственности и бюрократии.

«Мы — государство и я — враги...» — писал М. Штир-

нер. Однако в подходе к государству социалистическому

позиции марксистов и анархистов противоположны. Так,

Штирнер объявляет войну «не только существующему

государству, а государству вообще, в том числе и «на¬

родному государству»»92.
По мнению П.-Ж. Прудона, «самый характерный,

самый решительный результат революции будет сос¬

тоять... в уничтожении политической централизации го¬

сударства»93. Непримиримым врагом всякой государст¬

венности был и М. А. Бакунин. «Государство,— писал

он,— есть зло, но зло исторически необходимое, столь

же необходимое в прошлом, как рано или поздно будет

необходимо его полное уничтожение...»94 И далее: «...на

социально-революционном... на нашем знамени... огнен¬

ными, кровавыми буквами начертано разрушение всех

государств, уничтожение буржуазной цивилизации, воль¬

ная организация снизу вверх посредством вольных сою¬

зов — организация разнузданной чернорабочей черни,

всего освобожденного человечества, создание нового об¬

щечеловеческого мира»95. М. А. Бакунин категорически

отрицал и социалистическое государство.
В качестве альтернативы государственности М. А. Ба¬

кунин выдвигал принцип федерализма. Он призывал за¬

менить старую организацию общества, «основанную

сверху донизу на насилии и принципе власти, новой ор¬

ганизацией, не имеющей другого основания, как интере¬

сы, потребности и естественные влечения населения,

ни другого принципа, как свободная федерация инди¬

видуумов в коммуны, коммун в провинции, провинций

в нации, наконец, этих последних в Соединенные Штаты

сперва Европы, а затем всего мира...»96
Совершенно иначе ставит вопрос марксизм. «Что

вместе с отменой классов произойдет и отмена государ¬

ства, этому марксизм учил всегда,— писал В. И. Ленин

в 1917 г.— Общеизвестное место об «отмирании государ¬
92	Штирнер М. Единственный и его собственность. М., 1918,

с. 135, 166.
93	Цит. по: Анархия по Прудону. Киев, 1907, с. 103.
94	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. I, с. 17.
95	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. II, с. 240.
96	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. I, с. 53.
132

ства» в «Анти-Дюринге» обвиняет анархистов не просто

в том, что они стоят за отмену государства, а в том,

что они проповедуют, будто возможно отменить госу¬

дарство «с сегодня на завтра»»97.
Противопоставляя анархистским требованиям о не¬

медленном уничтожении, отмирании социалистического

государства необходимость его длительного существова¬

ния, В. И. Ленин указывал, что «не может быть и речи

об определении момента будущего «отмирания», тем

более, что оно представляет из себя заведомо процесс

длительный»98.
В цитируемой работе «Государство и революция»

В. И. Ленин показывает кардинальные различия между

марксистским и анархистским пониманием исторических

судеб государства.
«Различие между марксистами и анархистами сос¬

тоит в том,— указывал В. И. Ленин,— что (1) первые,

ставя своей целью полное уничтожение государства,

признают эту цель осуществимой лишь после уничтоже¬

ния классов социалистической революцией, как резуль¬

тат установления социализма, ведущего к отмиранию

государства; вторые хотят полного уничтожения госу¬

дарства с сегодня на завтра, не понимая условий осу¬

ществимости такого уничтожения. (2) Первые признают

необходимым, чтобы пролетариат, завоевав политиче¬

скую власть, разрушил полностью старую государствен¬

ную машину, заменив ее новой, состоящей из организа¬

ции вооруженных рабочих, по типу Коммуны; вторые,

отстаивая разрушение государственной машины, пред¬

ставляют себе совершенно неясно, чем ее пролетариат

заменит и как он будет пользоваться революционной

властью; анархисты даже отрицают использование го¬

сударственной власти революционным пролетариатом,

его революционную диктатуру. (3) Первые требуют под¬

готовки пролетариата к революции путем использования

современного государства; анархисты это отрицают»99.
Приписывая ленинизму бакунинско-анархистские на¬

чала, буржуазные авторы игнорируют ленинское учение

о диктатуре пролетариата — государстве переходного

периода от капитализма к социализму. «Мы не утопис¬
97	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 59.
98	Там же, с. 84.
99	Там же, с. 112—113.
133

ты,— писал В. И. Ленин.— Мы не «мечтаем» о том, как

бы сразу обойтись без всякого управления, без всякого

подчинения; эти анархистские мечты, основанные на не¬

понимании задач диктатуры пролетариата, в корне чуж¬

ды марксизму и на деле служат лишь оттягиванию со¬

циалистической революции...» 100
По мнению буржуазных историков, анархистские

тенденции, якобы всегда преобладавшие в ленинском

подходе к теории социалистической революции, особенно

проявились после «длительной и утомительной эмигра¬

ции» 101 в тезисе о полугосударстве 102.
Обратимся к тем работам В. И. Ленина, написанным

в 1917 г., на которые ссылаются буржуазные авторы.

В действительности В. И. Ленин имел в виду государ¬

ство переходного периода от капитализма к коммуниз¬

му, выполняющее функции диктатуры пролетариата:

«...при переходе от капитализма к коммунизму подав¬

ление еще необходимо,— пишет В. И. Ленин,— но уже

подавление меньшинства эксплуататоров большинством

эксплуатируемых. Особый аппарат, особая машина для

подавления, «государство» еще необходимо, но это уже

переходное государство, это уже не государство в соб¬

ственном смысле, ибо подавление меньшинства эксплуа¬

таторов большинством вчерашних наемных рабов дело

настолько, сравнительно, легкое, простое и естественное,

что оно будет стоить гораздо меньше крови, чем подав¬

ление восстаний рабов, крепостных, наемных рабочих,

что оно обойдется человечеству гораздо дешевле» 103.
Учение В. И. Ленина о диктатуре пролетариата трак¬

туется Дж. Мейнардом, С. Хуком, М. Правдиным,
А.	Уламом, Дж. Джоулом, П. Авричем как отступление

от демократических традиций марксизма, а реальные

лозунги большевиков в революции квалифицируются

ими как обман, преследовавший цель завоевать анар¬

хистски настроенные массы 104.
100	Там же, с. 49.
101	Avrich P. The Russian Anarchists, p. 128.
102	The Future of Communist Society, p. 88.
103	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 90.
104	Maynard J. Russia in Flux. New York, 1948, p. 116; Praw-

din M. Op. cit., p. 110, 111, 142; Joli J. Op. cit., p. 183—184; Hook S.

Marx and Marxists. New York, 1965, p. 81, 85; Ulam A. B. Lenin and

the Bolsheviks. London, 1966, p. 314, 344; Avrich P. The Russian

Anarchists, p. 142 — 143.
134

Американский историк С. Хук оценивает борьбу

В. И. Ленина и большевиков за социалистическую рево¬

люцию как «грандиозное отступление от коренных прин¬

ципов марксизма». В число таких противоречащих будто

бы марксизму принципов он в первую очередь включает

диктатуру пролетариата, ознаменовавшую, по мнению

Хука, «абсолютный разрыв со всеми демократическими

принципами марксизма» 105.
Превратное изображение диктатуры пролетариата и

демократии основано на игнорировании их социального

содержания и на искажении роли К. Маркса как осно¬

воположника теории диктатуры пролетариата.
Как известно, К. Маркс придавал чрезвычайно боль¬

шое значение разработке теории диктатуры пролета¬

риата. «То, что я сделал нового,— писал К. Маркс

в 1852 г.,— состояло в доказательстве следующего:
1)	что существование классов связано лишь с опреде¬

ленными историческими фазами развития производства,
2)	что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре

пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет

лишь переход к уничтожению всяких классов и к обще¬

ству без классов» 106.
В. И. Ленин развил учение о диктатуре пролетариата

в новых исторических условиях. Он разоблачил ложь

о том, что диктатура пролетариата будто бы несовмес¬

тима с демократией, показав, что демократии «вообще»

не существует. Есть буржуазная демократия, всегда

узкая, урезанная, фальшивая, лицемерная, рай для бо¬

гатых, ловушка и обман для эксплуатируемых, бедных,

и есть пролетарская, социалистическая демократия, ко¬

торая действительно привлекает массы к управлению и

«в миллион раз демократичнее всякой буржуазной

демократии...» 107.
Таким образом, следует отметить, что приписывание
В.	И. Ленину анархизма в вопросе о государстве, иска¬

жение учения о диктатуре пролетариата — краеуголь¬

ного камня марксистско-ленинской теории социалисти¬

ческой революции — свидетельствует о методологиче¬

ской беспомощности и антисоветском характере совре¬

менной англо-американской буржуазной историографии,
105	Hook S. Op. cit., p. 81, 85.
106	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 28, с. 427.
107	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 37, с. 257.
135

которая игнорирует известные факты, отказывается от

принципа историзма и берет на вооружение давно уста¬

ревшие антинаучные концепции белоэмигрантской ли¬

тературы.
Все это неизбежно ведет к бесплодным экстраполя¬

циям, к фальсификации подлинных событий и в конеч¬

ном счете к глубокому кризису буржуазной «совето¬

логии».
3: Версия буржуазной историографии

о преемственной связи

ленинских принципов

партийного строительства

с идеями Бакунина

о революционной организации
«Проверенные и подтвержденные опытом КПСС ленин¬

ские идеи о партии как о вожде революционных масс,

как руководящей силе нового общества, ленинские прин¬

ципы партийного строительства,— подчеркивал Гене¬

ральный секретарь ЦК КПСС J1. И. Брежнев в докладе

на торжественном заседании, посвященном 100-летию

со дня рождения В. И. Ленина,— ныне являются дос¬

тоянием не только КПСС, но и братских коммунистиче¬

ских партий. Факты говорят, что коммунисты побеждают

там, где партия последовательно выполняет свою роль

авангарда рабочего класса, трудящихся масс, где свято

соблюдаются ленинские нормы партийной жизни, где

партия бережет и неустанно укрепляет свое политиче¬

ское, организационное и идейное единство. И наоборот,

всякое умаление роли партии, отход от ленинских прин¬

ципов партийного строительства приводят к серьезным

неудачам и могут создать угрозу социалистическим за¬

воеваниям народов» 108.
Великие победы советского народа в 1917 г., на фрон¬

тах социалистического строительства и в борьбе с фа¬

шистскими захватчиками, одержанные под руководством

ленинской партии большевиков, огромный авторитет

Коммунистической партии Советского Союза на совре¬

менном этапе вызывают пристальный интерес наших

друзей к истории КПСС, ленинскому учению о партии

нового типа и непрекращающиеся злобные нападки
108 Брежнев Л. И. Ленинским курсом, т. 2. М., 1973, с. 583.
136

врагов. Не случайно современные идеологи буржуазии

стремятся дискредитировать ленинский план создания

боевой пролетарской партии, основные нормы и прин¬

ципы партийного строительства КПСС.
Этим целям служат попытки буржуазной историо¬

графии бакунизма отождествить ленинское учение о пар¬

тии с бакунинскими теориями и, опираясь на заведомо

ложную посылку, противопоставить ленинизм марксиз¬

му 109 и в организационных вопросах.
«Организационный план, выработанный им (С. Г. Не¬

чаевым.— В. Д.) и Бакуниным,— утверждает Дж. Куниц,

предварительно назвав их обоих авторами «Катехизиса

революционера»110,— во многих аспектах предвосхищал

ленинские идеи о революционной организации, сформу¬

лированные в 1903 году» 1П.
Однако тезис Дж. Куница носит политически служеб¬

ный характер и находится за пределами науки. Несов¬

местимость с ленинизмом и противоположность лени¬

низма теории и практике «нечаевщины» становятся

особенно очевидны любому объективному исследовате¬

лю при обращении к «Катехизису революционера»
С.	Нечаева и ленинской теории партийного строитель¬

ства, к практике «нечаевщины» и истории ленинской

партии.
Столь же надуманной представляется версия Дж.

Мейнарда и М. Правдина о том, что бакунинский «Аль¬

янс» явился зародышем ленинской партии. Так, Дж.

Мейнард пишет, что М. А. Бакунин создал «Альянс» для

«подготовки пропагандистов, апостолов и, наконец,

организаторов. Он задумал эту организацию как сек¬

ретную и, по идее во всяком случае, она представляется

зародышем будущей социал-демократической или ком¬

мунистической партии, как мыслил ее Ленин в форме

отборной и дисциплинированной организации»112. В тех
103	Kunitz J. Russia. The Giant that Came Last. New York, 1947,
p. 228; Maynard J. Op. cit., p. 77, 128—1291; Hare R. The Portraites
of Russian Personalities between Reform and Revolution. London,
1959, p. 25; Prawdin M. Op. cit., p. 133; Page S. W. Lenin and World
Revolution. New York, 1959, p. 55; Kohn H. The Alind of Modern
Russia. Brunswick, 1957, p. 31.
1,0 Как указывалось выше, в новейших исследованиях советских
историков доказано, что М. А. Бакунин не был соавтором Нечаева.
111 Kunitz J. Op. cit., p. 228.
1,2 Maynard J. Op. cit., p. 77, 128—129.
137

же концептуальных рамках находятся высказывания

М. Правдина и Р. Хейра113. В. И. Ленин, по словам

М. Правдина, «поднял свой «социалистический аван¬

гард» до статуса генерального штаба марксизма и при¬

дал ему точно такое же положение, какое планировал

Бакунин для своего «Международного Альянса», а имен¬

но — быть офицерским корпусом Первого марксистского

Интернационала» 114.
По существу во всех приведенных высказываниях

буржуазных историков дается искаженная интерпрета¬

ция ленинской мысли об организации профессиональ¬

ных революционеров, которая отождествляется ими

с деятельностью «Альянса» и бакунинскими принципами

построения революционной организации.
В связи с этим следует напомнить, что М. А. Баку¬

нин, отрицавший политическую борьбу, единственной ее

формой, могущей интересовать рабочий класс, считал

«полную и окончательную» революцию, одним ударом

кончающую с капитализмом. Всякие другие формы борь¬

бы бесполезны и способны лишь сеять иллюзии. Ре¬

формы, по Бакунину, не нужны, и участие в борьбе за

реформы способно лишь разложить рабочий класс,

убить в нем революционный дух115. К. Маркс определил

позицию М. А. Бакунина в этом вопросе как «полити¬

ческий индифферентизм», способный лишь на то, чтобы

призывать рабочих «отказываться от всех земных благ

и думать только о том, чтобы заслужить рай»116.
М. А. Бакунин считал, что социальная революция

может произойти в любое время, стоит только этого

захотеть решительной группе смелых, ни перед чем не

останавливающихся революционеров, способных «взбун¬

товать» народ.
Это бакунинское положение противоположно ленин¬

ской концепции революционной ситуации, из чего оче¬

виден и различный подход Бакунина и В. И. Ленина

к роли и характеру революционной организации. «Для

-марксиста,— писал В. И. Ленин в своей работе «Крах

II Интернационала»,— не подлежит сомнению, что ре¬
113 Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 25.
111 Prawdin M. Op. cit., p. 133.
115	Малинин В. А. Философия революционного народничества.

j\\., 1972, с. 279.
116	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18, с. 297.
138

волюция невозможна без революционной ситуации, при¬

чем не всякая революционная ситуация приводит к ре¬

волюции. Каковы, вообще говоря, признаки революцион¬

ной ситуации? Мы наверное не ошибемся, если укажем

следующие три главные признака: 1) Невозможность

для господствующих классов сохранить в неизмененном

виде свое господство... 2) Обострение, выше обычного,

нужды и бедствий угнетенных классов. 3) Значительное

повышение, в силу указанных причин, активности масс...
Без этих объективных изменений, независимых от

воли не только отдельных групп и партий, но и отдель¬

ных классов, революция — по общему правилу — не¬

возможна. Совокупность этих объективных перемен и

называется революционной ситуацией»117.
Ленинское учение о революционной ситуации взаи¬

мосвязано с идеей, сформулированной В. И. Лениным

еще в работе «Что делать?» о том, что социалистическое

сознание не возникает стихийно, а вносится в рабочее

движение марксистской пролетарской партией. Поэтому

всякое умаление роли сознательности в рабочем движе¬

нии, роли социал-демократии, подчеркивал В. И. Ленин,

означает тем самым усиление буржуазной идеологии.

Долг партии — проводить политическое воспитание ра¬

бочего класса, «поднять рабочих до социал-демократи¬

ческого политического сознания»118.
М. А. Бакунин, как известно, был противником поли¬

тической пропаганды. Он считал, что существует само¬

бытный народный идеал, который имеет мало общего

или вообще не имеет ничего общего с абстракциями вне

времени и пространства, с теми «политико-социальными

схемами, формулами и теориями, выработанными, по¬

мимо народной жизни, досугом буржуазных ученых или

полученными и предлагаемыми милостиво невежествен¬

ной народной толпе как необходимое условие ее буду¬

щего устройства»119. Правда, в 70-х годах М. А. Баку¬

нин под влиянием революционных событий во Франции

и поиска средства, с помощью которого можно было бы

разбить косность сельской общины в России, приходит

к признанию роли организаций, хотя на практике это
117	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 218—219.
118	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6, с. 73.
119	Революционное народничество 70-х годоз XIX века. Сб. док.

и мат. в 2-х томах, т. 1. М.—Л., 1964, с. 38.
139

признание осуществлялось еще раньше120. «Все досто¬

инство этой революции,— писал М. А. Бакунин о Па¬

рижской Коммуне, — состоит именно в том, что она ре¬

волюция рабочих. Вот что делает организация. Наши

друзья во время осады успели и умели организоваться

и таким образом создали громадную силу, а наши лион¬

ские и марсельские остались ни при чем» 121. В «При¬

бавлении «А»» М. А. Бакунин признает необходимость

организации революционных сил по всей России. «На¬

до,— писал он,— во что бы то ни стало разбить эту

замкнутость и провести между этими отдельными мира¬

ми живой ток революционной мысли, воли и дела» 122,

Задача революционера состоит в том, считал М. А. Ба¬

кунин, чтобы убедить лучших людей из народа в нали¬

чии несокрушимой силы масс, против которой, если она

собрана, организована и действует везде одновременно,

ничто и никто не может устоять. «Для того же,— писал

он,— чтобы создавалось в нашем народе чувство и соз¬

нание действительного единства, надо устроить род

народной, печатной, литографированной, писаной или

даже изустной газеты, которая бы немедленно извещала

повсюду, во всех концах, областях, волостях и селах

России о всяком частном народном, крестьянском или

фабричном бунте, вспыхивающем то в одном, то в дру¬

гом месте, а также и о крупных революционных дви¬

жениях, производимых пролетариатом Западной Ев¬

ропы...» 123
В разъяснении народу практических задач револю¬

ции М. А. Бакунин видел единственную цель пропаган¬

ды. Он считал, что «класс, который мы называем нашим

умственным пролетариатом... должен теперь проникнуть¬

ся сознательной страстью социально-революционного

дела, если он не хочет погибнуть постыдно и втуне, этот

класс призван ныне быть приуготовителем, т. е. органи¬

затором народной революции...» 124.
120	Рудницкая Е. Л., Дьяков В. А. Рукопись М. А. Бакунина

«Международное тайное общество освобождения человечества»

(1864 г.). — Революционная ситуация в России. М., 1974, с. 295—356.
121	Письма М. А. Бакунина к А. И. Герцену и Н. П. Огареву,

СПб., 1906, с. 316.
122	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. II. Под ред. А. И. Баку¬

нина, с. 262.
123	Там же, с. 262—263.
124	Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. II. Под ред. А. И. Баку¬

нина, с. 263—264.
140

Как справедливо отмечает В. Ф. Антонов, трудно

'совместить веру Бакунина в скорый «всенародный бунт»

в России и возможность замышляемого им создания

всероссийской организации крестьянских революционе¬

ров; трудно признать сколько-нибудь осуществимой саму

идею создания такой организации крестьян. Но, учиты¬

вая своеобразие исторических условий освободительного

движения в России того времени, нельзя не видеть опре¬

деленного воздействия на современников проповеди Ба¬

кунина 125.
В то же время созданный М. А. Бакуниным в Запад¬

ной Европе «Альянс» своей деятельностью наносил вред

революционному движению. Бакунин следующим обра¬

зом характеризовал свою организацию: «...это по суще-

ству боевой союз, имеющий целью организовать мощь

народных масс для разрушения всех государств и всех

существующих в настоящее время установлений — ре¬

лигиозных, политических, судебных, экономических и со¬

циальных — в интересах полного освобождения порабо¬

щенных и эксплуатируемых рабочих всего мира»126.

Подобную миссию может выполнить, по мнению Баку¬

нина, лишь «настоящее тайное общество, каким и яв¬

ляется «Альянс», образовавшийся в самом лоне Интер¬

национала, чтобы дать последнему революционную орга¬

низацию, чтобы превратить его и все не входящие в него

народные массы в достаточно организованную силу,

которая могла бы уничтожить политико-клерикально-

буржуазную реакцию и разрушить все экономические,

юридические и политические установления государст¬

ва» 127. «Альянс» создавался как тайная организация

в недрах I Интернационала и объективно был направлен

лротив его марксистского руководства. Какое-либо срав¬

нение его с революционной партией пролетариата анти¬

научно, антиисторично, может быть объяснено только

политической заданностью антисоветской пропаганды.
Подпольная организация профессиональных револю¬

ционеров создавалась Лениным в условиях жесточайших

полицейских преследований, когда не было возможности

действовать легально. Организация, состоящая из лю¬
125	Антонов В. Ф. Революционное народничество, с. 122.
126	Стеклов Ю. Михаил Александрович Бакунин, его жизнь и

деятельность, т. III. М., 1927, с. 99.
127	Там же, с. 99—100.
141

дей, целиком занятых революционной работой, должна

была стать как бы костяком партии. При наличии ее

можно было сохранять преемственность в революцион¬

ной деятельности, обеспечить известную устойчивость

партийных кадров, без чего немыслимо было создание

сети партийных организаций. В. И. Ленин понимал иск¬

лючительную сложность исторических условий, в кото-

ных рождалась пролетарская партия в России. Готовых

образцов искать было негде. Ни в России, ни за грани¬

цей не существовало такой партии, которая требовалась

российскому пролетариату. «История социализма и де¬

мократии в Западной Европе, история русского револю¬

ционного движения, опыт нашего рабочего движения,—

писал В. И. Ленин в статье «Наша ближайшая зада¬

ча»,— таков тот материал, которым мы должны овла¬

деть, чтобы выработать целесообразную организацию

и тактику нашей партии. «Обработка» этого материала

должна быть однако самостоятельная...»128 Русские

марксисты не могли механически перенять опыт запад¬

ноевропейских рабочих партий, чья деятельность прохо¬

дила в обстановке буржуазно-демократических свобод

и относительно мирного развития капитализма. Проле¬

тарской партии в России предстояло работать в глубо¬

ком подполье и бороться не только против буржуазии,

но и против царского самодержавия, служившего опло¬

том всей европейской реакции. Особенность борьбы пар¬

тии российских социал-демократов заключалась и в том,

что она развертывалась в новых исторических условиях,

когда центр революционного движения перемещался из

Западной Европы в Россию. Все это предъявляло более

высокие требования к партии, ее программе, тактике

и организации.
Работая над планом создания пролетарской партии

нового типа, Ленин внимательно изучал опыт корифеев

русского революционного движения, в частности деяте¬

лей народнической организации «Земля и воля», превра¬

тившейся в «превосходную организацию», которая, как

подчеркивал В. И. Ленин в 1902 г., «нам всем должна

бы была служить образцом», «ибо всякое революцион¬

ное направление, если оно только действительно думает

о серьезной борьбе, не может обойтись без такой орга¬
128	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 4, с. 189—190.
142

низации»129. В то же время В. И. Ленин критически

относился к опыту «Земли и воли», поскольку это была

народническая, а не социал-демократическая организа¬

ция. Социал-демократы должны создать «несравненно'

лучшую организацию»130, чем у землевольцев. Глубокое

изучение и критическая переработка В. И. Лениным

богатого наследия предшественников социал-демократии

явились необходимой предпосылкой создания пролетар¬

ской партии в России. Вместе с тем недопустимо на

основании сопоставления формальных моментов (неле¬

гальность, дисциплинированность, привлечение профес¬

сиональных революционеров) отождествлять, как это

делают буржуазные историки, такие различные по свое¬

му характеру, условиям деятельности и историческому

значению организации, как бакунинский «Альянс» и

большевистская партия.
Надуманным и тенденциозным является утвержде¬

ние Г. Кона: «Ленин последовал бакунинскому примеру.

Его партия не была, подобно партиям западного обще¬

ства, частью общества, но явилась доминирующей все¬

охватывающей тотальностью. В действительности она

была не чем иным, как воинственным инструментом все¬

могущей и всеведущей автократии»131.
Но факты и логика событий говорят о другом. Ле¬

нинская партия, являясь существенной частью россий¬

ского общества, стала руководителем победоносной Ок¬

тябрьской революции именно потому, что смогла завое¬

вать на свою сторону его революционное большинство.

Другое дело, что партия большевиков в структуре

российского общества была непримиримо враждебна

характеру господствовавших в нем капиталистических

отношений, ибо представляла коренные интересы эксп¬

луатируемого и подавляемого в этой социальной струк¬

туре пролетариата.
Вторая часть тезиса Г. Кона о якобы автократиче¬

ских основах партийного строительства является эле¬

ментом уже упоминавшейся лженаучной концепции «со¬

ветского тоталитаризма». Несостоятельность этого тези¬

са становится очевидной при обращении к реальному

положению в КПСС, характеризующемуся дальнейшим:
129 Ленин В. //.'Полн. собр. соч., т. 6, с. 135.
13в Там же.
131	Kohn Н. The Mind of Modern Russia, p. 31.
143

развитием норм внутрипартийной демократии, заложен¬

ных В. И. Лениным 132.
Ложная версия буржуазной историографии о баку¬

нинском происхождении ленинской теории партийного

строительства используется «советологами» для проти¬

вопоставления В. И. Ленина К. Марксу.
Так, М. Правдин от сравнения ленинского плана со¬

здания партии с бакунинским «Альянсом» переходит

к стержневому тезису своей книги о том, что если

К. Марксу' «с большим трудом удалось расстроить на¬

мерения Бакунина и в конечном счете исключить само¬

званца из Интернационала», то в начале XX в. Ленин

«смог использовать репутацию марксизма для своей

организации» 133.
В том же ключе выдержана и книга С. Пейджа, счи¬

тающего, что силой условий российской жизни В. И. Ле¬

нин «был вынужден встать на традиционный путь рус¬

ской революции», под которым американский автор

понимает заговорщическую тактику декабристов и на¬

родников. Но, по словам С. Пейджа, В. И. Ленин «мень¬

ше всего хотел, чтобы его заговор ассоциировался

в глазах европейцев с революционным стилем России

девятнадцатого века» и поэтому-де прикрывался мар¬

ксистским «ярлыком диктатуры пролетариата» 134.
Как отмечалось выше, противопоставление В. И. Ле¬

нина К. Марксу является распространенным методом

'буржуазной историографии. Однако искусственное и по¬

литически тенденциозное конструирование схемы не

имеет под собой почвы. Любому непредубежденному

исследователю, хоть сколько-нибудь знакомому с исто¬

рией партии большевиков, известно, что и в вопросах

значения и характера партии, и в вопросах революцион¬

ной тактики В. И. Ленин строго следовал марксизму,

развивая его в новых исторических условиях.
Вся деятельность К. Маркса и Ф. Энгельса была на¬

правлена на то, чтобы помочь рабочему классу осознать

свою всемирно-историческую роль, научить его вести

организованную борьбу за достижение своих целей.
132	Подробно см.: Партийное строительство. М., 1972, с. 94—133

Шахназаров Г. X. Социалистическая демократия. М., 1974, с. 72—85

Мхитарян Г. Е. Свобода и историческая необходимость. Ереван, 1976

Манешин В. С. Демократия и дисциплина. М., 1977.
133	Prawdin М. Op. cit., р. 133.
134	Page S. W. Lenin and World Revolution, p. 55.
144

Для этого была необходима самостоятельная политиче¬

ская партия рабочего класса. «Для того чтобы проле¬

тариат в решающий момент оказался достаточно силь¬

ным и мог победить,— писал Ф. Энгельс,— необходи¬

мо— Маркс и я отстаивали эту позицию с 1847 г.,—

чтобы он образовал особую партию, отдельную от всех

других и противостоящую им, сознающую себя как клас¬

совая партия»135. «...Пролетариат становится силой

с того момента,— подчеркивал Ф. Энгельс,— когда он

образует самостоятельную рабочую партию...» 136
Теоретические взгляды основоположников марксиз¬

ма, их практический опыт руководства первой комму¬

нистической организацией пролетариата — Союзом ком¬

мунистов, а затем Международным Товариществом

Рабочих были положены В. И. Лениным в основу гран¬

диозной деятельности по созданию марксистской рево¬

люционной партии в России с учетом специфики рос¬

сийской действительности.
Новая историческая обстановка потребовала даль¬

нейшего развития и обогащения марксистского учения

о партии. В. И. Ленин, опираясь на исходные положе¬

ния марксизма, создал учение о партии нового типа.

«Партия нового типа,— подчеркивал Л. И. Брежнев,—

это... высшее воплощение неразрывного единства рево¬

люционной теории и революционной практики»137. Эта

партия, являющаяся передовым, сознательным отрядом

рабочего класса, вооружена передовой теорией и сильна

не только идейной общностью, но и принципом демокра¬

тического централизма, железной дисциплиной. В. И. Ле¬

нин боролся против всякой фракционности и сползания

к оппортунизму. Он резко критиковал меньшевистское

представление о единстве как беспринципном примире¬

нии революционной и оппортунистической линий.

В. И. Ленин учил, что надо «отличать психологию воина

пролетарской армии от психологии буржуазного интел¬

лигента, щеголяющего анархической фразой...»138.
Буржуазные авторы, отождествляющие бакунинские

идеи о революционной организации с ленинскими прин¬

ципами партийного строительства и «отрывающие»
135	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 37, с. 275.
136	Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 16, с. 69.
137	Брежнев Л. И. Ленинским курсом, т. 2, с. 554.
138	Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 8, с. 383.
7-546
145

йоследние от марксизма, игнорируют tôt факт, что
В.	И. Ленин в новых исторических условиях развил и

применил метод марксизма для создания пролетарской

партии, в то время как бакунинский «Альянс» имел

открыто антимарксистскую направленность и являлся

по характеру анархистской, т. е. мелкобуржуазной, ор¬

ганизацией.
Таким образом, рассмотрение современной англий¬

ской и американской историографии показывает несос¬

тоятельность ее попыток выведения генетической связи

между бакунинскими идеями о революционной органи¬

зации, деятельностью «Альянса» и ленинской концеп¬

цией партии нового типа. Они являются продуктом со¬

циального заказа современной империалистической

буржуазии, призваны решать политические антисовет¬

ские и в целом антикоммунистические, а не научные

задачи. Несовместимость научной достоверности с бур¬

жуазной партийностью еще раз доказывается несостоя¬

тельностью тезисов буржуазных «советологов» о гене¬

тической связи между бакунизмом и ленинизмом.

Заключение
Более 100 лет прошло с того момента, когда неболь¬

шая группа ближайших друзей проводила в последний

путь одного из идеологов революционного народничест¬

ва, «апостола анархизма» Михаила Александровича Ба¬

кунина.
Но и сегодня имя М. А. Бакунина вызывает ожесто¬

ченные споры, является знаменем порой совершенно

разнородных движений, объектом различных идеологи¬

ческих спекуляций.
Анархизм сильно трансформировался со времен

М. А. Бакунина, потеряв ту исторически прогрессивную

роль, которую он играл в ряде стран в качестве утопи-

чески-социалистической формы идеологии, предшество¬

вавшей марксизму. Современный анархизм неоднороден.

Лишь в США насчитывается восемь течений анархист¬

ского толка. Вырождаясь как мелкобуржуазная форма

революционности, анархизм продолжает существовать

и осуществляет попытки идейной и организационной

консолидаций. Именно так следует понимать смысл

международных конгрессов анархистов, проведенных

в 1968 г. в итальянском городе Карраре, а в 1971 г.

в Париже. Показательно, что часть делегатов-анархис-

тов выступала под флагом идей бакунизма.
Анархистские организации функционируют во многих

странах Запада. Они сыграли значительную роль в май¬

ских событиях 1968 г. во Франции, оказывают влияние

на развитие политического процесса в Италии и ФРГ.

Причем в новых исторических условиях анархизм с его

лозунгом немедленной революции, игнорированием ор¬

ганизационно-воспитательной работы объективно высту¬

пает в качестве тормоза в развитии международного

рабочего движения.
7*
147

Именно таков характер деятельности организаций,

возглавлявшихся Д. Кон-Бендитом, М. Жуайе, А. Баа-

дером, У. Майнхофом и др. Используя рост недовольст¬

ва среди молодежи, особенно среди мелкобуржуазных

слоев и интеллигенции, спекулируя на их «революцион¬

ном нетерпении», анархисты стали проповедовать инди¬

видуальный террор. В последнее время в ФРГ участи¬

лись террористические акты. Весной 1977 г. был убит

генеральный прокурор 3. Бубак летом — глава Дрез¬

денского банка Ю. Понто, в сентябре 1977 г. вооружен¬

ные лица похитили председателя федерального союза

немецкой промышленности Г. Шлейера2. Все названные

акции осуществлены членами анархистской «группы

Баадера — Майнхофа». Политическая подоплека этих

событий очевидна. Как заявила Германская коммуни¬

стическая партия, анархо-террористические акции —

дело рук авантюристов, не имеющих ничего общего ни

с рабочим движением, ни с борьбой за социальные и

политические интересы трудящихся. Подобные действия,

указывают коммунисты, представляют собой провока¬

ции, служащие интересам наиболее правых и реакцион¬

ных сил. И действительно, печать ХДС именует терро¬

ристов «марксистами в подполье», «новыми красноар¬

мейцами». «Ди Вельт» публикует подборку с перечнем

террористических актов анархистов в России в конце

XIX — начале XX столетия3. Дескать, знай, откуда все

это идет.
Анархистская идеология оказывает влияние и на

отдельных представителей международного коммунисти¬

ческого движения. Так,, в 1969 г. из Коммунистической

партии Австрии был исключен Э. Фишер, разделявший

анархо-индивидуалистические идеи «новых левых», из

Итальянской коммунистической партии исключена

группа «Манифесте», обвиненная в «игре в свободу

анархистского или либерально-социал-демократического

толка, пренебрежении главным аспектом руководства —

централизацией», а также в «уступках стихийности»4.
Анархистские идеи «абсолютной свободы личности»,

отделения партии от власти, формирования партии толь¬
1	«Правда», 15 апреля 1977 г., с. 5.
2	«Правда», 16 сентября 1977 г., с. 5.
3	«Правда», 15 апреля 1977 г., с. 5.
4	Канев С. Я. Октябрьская революция и «Dax анархизма. М.,

1974, с. 415,
148

ко «снизу» использовались контрреволюцией в Чехосло¬

вакии в 1968—1969 гг.5
Анархизм оказал сильное влияние на теорию и прак¬

тику маоизма.
Имея в виду оживление анархистских идей и пресле¬

дуя старые антикоммунистические, антисоветские цели,

англо-американская буржуазная историография обра¬

щается к жизни и деятельности М. А. Бакунина, к судь¬

бам и историческому значению бакунизма.
Как уже отмечалось, буржуазная историография

М. А. Бакунина и бакунизма весьма емка, многогранна.

Ввиду этого в данной работе речь могла идти только

о тех проблемах, которые являются ключевыми с точки

зрения полемики с буржуазными историками,— истоках

мировоззрения М. А. Бакунина, его отношении к сла¬

вянскому вопросу, проблеме «Бакунин — Нечаев», соот¬

ношении философии, причинах конфликта и борьбе

между К. Марксом и М. А. Бакуниным, версии о баку¬

нинско-анархистском генезисе ленинизма и анархист¬

ском характере ленинского учения о государстве. Эти

проблемы являются объектом острой идейной борьбы

между марксистской и буржуазной наукой уже многие

десятилетия.
Рассмотрение современной буржуазной историогра¬

фии показывает, что, исходя из субъективно-идеалисти¬

ческой методологии, английские и американские авторы

трактуют бакунизм как механическую сумму различных

идейных течений от Зенона до Прудона. При этом иг¬

норируются творческое начало и специфика бакунизма;

его генезис рассматривается вне социально-политических

условий и революционных традиций России и Западной

Европы и необоснованно выводится из факторов чисто

психологического плана.
Обращение буржуазной историографии к позиции

М. А. Бакунина в славянском вопросе сопряжено, как

правило, с приписыванием М. А. Бакунину национализ¬

ма и расизма, искажением революционного характера

бакунинской программы славянского движения. Эти и

подобные «научные» изыскания буржуазной историо¬

графии подчинены антисоветским целям — фальсифика¬

ции советской внешней политики, изображению Варшав¬
5	К событиям в Чехословакии. Факты, документы, свидетельст¬

ва -прессы и очевидцев. М., 1968, с. 17, 40, 42.
149

ского Договора и СЭВ в качестве продукта реализации

бакунинского плана славянской федерации.
Большое внимание, уделяемое английскими и амери¬

канскими россиеведами проблеме «Бакунин — Нечаев»,

объясняется попытками необоснованно распространить

на все освободительное движение в России клеймо «не¬

чаевщины».
В центре буржуазного бакуниноведения неизменно

оказывается вопрос о взаимоотношениях между К. Мар¬

ксом и М. А. Бакуниным. Однако указания буржуазных

историков на противоположность марксизма и бакуниз¬

ма не означают признания ими коренных различий ме¬

тодов и систем основоположника научного коммунизма

и «апостола анархии». Это приводит к искаженной

трактовке причин борьбы в I Интернационале между

марксистами и бакунистами посредством отыскания пси¬

хогенных мотивов конфликта между К. Марксом и

М. А. Бакуниным. Обращение же буржуазных авторов

к истории борьбы за руководство I Интернационалом

и разгрому бакунизма подчинено задаче оклеветать

К. Маркса, приписав ему якобы имевшую место нераз¬

борчивость в выборе средств борьбы, и объявить Интер¬

национал нежизнеспособным без бакунистов.
Главный водораздел между историками-марксистами

и буржуазными «советологами» проходит по линии

оценки исторической роли и значения бакунизма. Почти

всегда интерес буржуазных авторов к истории бакуниз¬

ма определяется попытками отыскания в нем предтечи

ленинизма и причин победы Великого Октября.
Как отмечалось выше, один из идеологов православ¬

ного экзистенциализма, Н. Бердяев, определяя и баку¬

низм, и большевизм как проявления «русского мессиан¬

ства»6, рассматривает их как явления одноплановые и

генетически взаимосвязанные.
Историк-объективист Э. Карр утверждает, что идеи

М. Бакунина оказали большое влияние на К. Маркса,

а позднее и на большевиков7. Так представители раз¬

ных направлений буржуазной историографии, хоть и не

в идентичных формах, сходятся в явно политически

тенденциозном утверждении.
Для буржуазного бакуниноведения вообще характер¬
6 Berdyaev N. The Russian Revolution. Toronto, 1961, p. 72, 115.
1	Carr E. H. Michael Bakunin. London, 1937, p. 5.
150

но постоянство основных методологических постулатов.

Действительно, еще в начале 20-х годов Э. Гольдман

заявляла, что «русская революция была à la Бакунин,

но с тех пор трансформировалась à la Карл Маркс»8.

А ныне А. Улам называет Октябрьскую революцию «са¬

мой анархической из всех революций»9.
Следует подчеркнуть, что методологические основы

и главный арсенал идей, политически заостривших сов¬

ременное буржуазное бакуниноведение, заимствованы,

как отмечалось выше, из белоэмигрантских источников.

Среди «советологов», в публикациях которых разраба¬

тывается история бакунизма, ряд русских эмигрантов:

Бердяев, Максимов, Утехин, Правдин и др. Именно в их

работах содержатся наиболее тенденциозные трактовки

бакунизма.
Отмечая постоянство и преемственность методологи¬

ческого арсенала буржуазной историографии, следует

учитывать, что в ней по мере развития, а порой и одно¬

временно сосуществуют различные и даже взаимоисклю¬

чающие точки зрения, не выходящие, однако, за рамки

общеметодологической однородности. Так, концепция

М. Правдина, объявляющего М. А. Бакунина предшест¬

венником Г. В. Плеханова, а С. Г. Нечаева — историче¬

ским и идейным аналогом В. И. Ленина 10, противопо¬

ложна воззрениям Р. Хейра и Дж. Джоула, считающих

Нечаева «учеником, превзошедшим учителя» п, но обе

точки зрения служат целям искажения истории револю¬

ционного движения в России.
Изучение бакунизма в буржуазной историографии

имеет свою историю. Строго говоря, оно началось еще

при жизни М. А. Бакунина. Именно в середине XIX в.

появляются первые материалы, посвященные бакунизму.

Значительно возрос интерес к освободительному движе¬

нию в России, и к бакунизму в частности, в годы второй

революционной ситуации и связанной с этим героической

деятельности «Народной воли».
Новый этап в развитии буржуазного бакуниноведе-

ния связан с революционными событиями в России на¬
8	Goldman Е. Leaving My Life, vol. II. New York, 1931, p. 286.
9	Ulam A. B. Lenin and Bolsheviks. London, 1966, p. 314.
10	Prawdin M. The Unmentionable Nechaev. A Key to Bolshevism.

London, 1961, p. 127—179,
11	Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Re¬

form and Revolution, p. 64—65; Joli J. The Anarchists, p, 95.
151

чала XX в., увенчавшимися Октябрьской социалистиче¬

ской революцией. С этого времени исследование баку¬

низма неизменно подчиняется задачам антикоммунизма

чаще всего в самых грубых формах антисоветизма. Бур¬

жуазные авторы, среди которых много бежавших с бело¬

эмигрантами анархистов, публикуют мемуары по исто¬

рии анархизма и анархистских групп в России 12. В этих

работах содержатся грубые нападки на Советскую

власть, искажение политики нашей партии и государст¬

ва. В адрес же М. А. Бакунина высказываются упреки

в непоследовательности, нежизнеспособности его теории,

«лишенной признания революционной диктатуры», что,

по мнению мемуаристов-белоэмигрантов, и привело к не¬

способности анархистских групп в России противостоять

большевизму, опиравшемуся на революционную волю

возведенного в господствующий класс пролетариата.
После второй мировой войны значительно расширя¬

ются работы по изучению истории СССР. Наряду с об¬

щими курсами по истории России в 40—50-е годы появ¬

ляются исследования Дж. Мейнарда, Р. Хейра, Г. Мак¬

симова, Б. Хозелитц, Е. Ламперта, Н. Бердяева. При

всех различиях названных авторов их обращение к ис¬

тории бакунизма осуществляется тенденциозно и в боль¬

шинстве случаев связано с попытками доказать, что не

марксизм, а бакунизм послужил идейной основой боль¬

шевизма.
В 60-х годах резко возрастает интерес к проблемам

анархизма, что связано с бурным ростом леворадикаль¬

ных движений в странах Запада, поскольку характер

программ участвовавших в этих выступлениях органи¬

заций носит явный отпечаток анархизма 13. В это время

публикуются работы П. Аврича, Дж. Джоула, Дж. Вуд¬

кока, А. Картера, посвященные истории анархизма. Ба¬

кунизм в этих исследованиях рассматривается как фун¬

даментальный компонент мирового и российского анар¬

хизма и либо противопоставляется большевизму в ка¬

честве более гуманной альтернативы, либо искусственно

«вводится» в ленинизм как якобы составляющий его

элемент.
12	Berkman A. The Bolshevik Myth. London, 1925; Volin (V. M

Eichenbaum). Nineteen-Seventeen: The Russian Revolution Betrayed

(Eng. tr. London, 1954); Goldman E. Learing My Life.
13	Подробно об этом см.: Борьба идей в современном мире, т. 2.

М., 1976, с. 198—199.
152

Ё Целом небоМненный интерес к бакунизму в бур*

жуазной историографии находит отражение в система^

тическом увеличении числа исследований по данному

вопросу. Вместе с тем прослеживается определенная

зависимость уровня интереса к бакунизму от политиче¬

ских изменений как структурного, так и конъюнктур¬

ного порядка.
Наблюдается усиливающаяся политическая заострен^

ность буржуазной историографии М. А. Бакунина и ба¬

кунизма, проявляющаяся как в служебном ее характере

на фоне изучения Великого Октября и революционного

Движения в целом, так и в постулировании наиболее

тенденциозных положений и тезисов.
Наряду с этим на современном этапе развития анг¬

лийской и американской историографии осуществляется

отказ от крайне нерационалистических и одиозных ме¬

тодов.
Так, в работах Джоула, Аврича, Вудкока, Бэрона,

Кипа уже не прослеживаются явные религиозно-мисти¬

ческие концепции, свойственные, скажем, Бердяеву или

Мейнарду. Но и у современного исследователя Крэнк-

шоу имеются указанные выше элементы агностицизма

при рассмотрении истории бакунизма. Сегодняшние

«советологи» порой пользуются методологией структу¬

рализма, что, однако, не означает преодоления субъек¬

тивно-идеалистического подхода к историческому про¬

цессу и, главное, не ведет к научной достоверности,

а сопровождается ошибочными и политически тенден¬

циозными выводами.
Как показано выше, буржуазная историческая наука

далеко не однородна. В силу своего эклектизма и под¬

верженности влияниям различных политических направ¬

лений антикоммунистического характера она содержит

множество противоречивых суждений и идей.
В целях дискредитации марксизма, приписывания

ему элементов анархизма буржуазные авторы выдви¬

гают тезис о близости и взаимовлиянии анархизма

М. Бакунина и научного коммунизма К. Маркса 14. Одна¬

ко, будучи не в состоянии игнорировать факт ожесто¬

ченного противоборства между бакунистами и марксис¬

тами, некоторые английские и американские «советоло¬

ги» приходят к утверждениям о совершенной разнород¬
14	Joli J. Op. cit., p. 100; Avrich P. The Russian Anarchists, p. 129.
8—546
153

ности бакунизма и марксизма, о религиозности Баку*

нина 15. Тем самым буржуазные авторы демонстрируют

отсутствие понимания диалектики развития обществен¬

ной мысли. Утопический социализм XIX в. сыграл роль

исторического предшественника марксизма. Бакунизм

как форма утопического социализма был в определенной

мере объективно прогрессивен в России до распростра¬

нения марксизма и исторически предшествовал здесь

этому процессу. Лишь после появления социал-демократ

тип в России бакунизм оказался за пределами магист-

рального пути развития освободительного движения и

был преодолен в идеологической борьбе.
При анализе буржуазной историографии необходим

дифференцированный подход, учитывая наличие в ней

крайне антикоммунистического, консервативного и уме*

ренно-объективистского направлений. Обращение бур¬

жуазных авторов к бакунизму, как правило, носит поли¬

тически служебный характер, поскольку подчинено глав¬

ному — изучению ленинизма, Октябрьской революции и

истории анархизма. В связи с этим политическая за-

данность каждого исследования диктует буржуазным

авторам совершенно конкретное, но не всегда адекват¬

ное их политическому кредо по основному вопросу

исследования мнение о бакунизме. Так, историк-

объективист Э. Карр явился автором многих тенденциоз¬

ных выводов о бакунизме, а крайне антисоветски на¬

строенный М. Правдин в интересах подкрепления своей

явно надуманной схемы о преемственной связи между
С.	Г. Нечаевым и В. И. Лениным избегает грубой фаль¬

сификации истории бакунизма, как такового.
Анализ современной английской и американской бур¬

жуазной историографии М. А. Бакунина и бакунизма

показывает, что буржуазная историческая наука испы¬

тывает глубокий кризис, предопределенный ее классовой

ограниченностью, методологической несостоятельностью,

а нередко и невысоким исследовательским уровнем. При

этом важно иметь в виду, что в условиях нарастания

идеологической борьбы вопросы возникновения и разви¬

тия бакунизма, его исторической роли будут и впредь
15	Yarmolinsky A. Road to Revolution. A Century of Russian Ra¬

dicalism. London, 1957, p. 175; Maynard /. Russia in Flux, p. 64; Ha¬

re R. The Portraites of Russian Personalities between Reform and Re¬

volution, p. 26.
154

объектами искаженной интерпретации в буржуазной ли¬

тературе. Поэтому необходимо, с одной стороны, уси¬

лить постоянное и разностороннее исследование совет¬

скими историками революционного народничества, и ба¬

кунизма в особенности, а с другой стороны, продолжать

развернутую критику буржуазной историографии дан¬

ного вопроса.

Библиография
Произведения классиков

марксизма-ленинизма,

документы КПСС,

международного коммунистического

и рабочего движения
Маркс К. Письма из “Deutsch-Franzôsasche Jahrbücher”.—Маркс К-

и Энгельс Ф. Соч., т. 1.
Маркс К. К критике гегелевской философии права. Введение. —

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1.
Маркс К. Тезисы о Фейербахе. — Маркс К- и Энгельс Ф. Соч.,
т. 3.
Маркс К. Нищета философии. — Маркс К- и Энгельс Ф. Соч.,
т. 4.
Маркс К. Михаил Бакунин. — Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,
т. 9.
Маркс К. Редактору “People’s Paper”. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 9.
Маркс К. Конфиденциальное сообщение. — Маркс К- и Эн¬

гельс Ф. Соч., т. 16.
Маркс К. Наброски «Гражданской войны во Франции».—

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 17.
Маркс К. Гражданская война во Франции. — Маркс К- и

Энгельс Ф. Соч., т. 17.
Маркс /С. Конспект книги Бакунина «Государственность и анар¬

хия». — Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18.
Маркс /С. Наброски ответа на письмо В. И. Засулич. — Маркс К.

и Энгельс Ф. Соч., т. 19.
Маркс —Иосифу Вейдемейеру, 5 марта 1852 г. — Маркс К. «

Энгельс Ф. Соч., т. 28.
Маркс — Энгельсу, 13 февраля 1863 г. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 30.
Маркс — Энгельсу, 4 ноября 1864 г. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 31.
Маркс — Людвигу Кугельману, 27 июня 1870 г. — Маркс К- и

Энгельс Ф. Соч., т. 32.
Маркс — Вере Ивановне Засулич, 8 марта 18.81 г.—Маркс К.

и Энгельс Ф. Соч., т. 35.
Маркс К. и Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии.—

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4.
Маркс К. и Энгельс Ф. Мнимые расколы в Интернационале. —

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18.
Маркс К. и Энгельс Ф. Альянс социалистической демократии и

Международное Товарищество Рабочих. — Маркс К- и Энгельс Ф.

Соч., т. 18.
166

Маркс К. и Энгельс Ф. Предисловие ко второму русскому изда¬

нию «Манифеста Коммунистической партии». — Маркс К. и Эн¬

гельс Ф. Соч., т. 19.
Энгельс Ф. Демократический панславизм. — Маркс К- и Эн¬

гельс Ф. Соч., т. 6.
Энгельс Ф. Революция и контрреволюция в Германии. —

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 8.
Энгельс Ф. Европа в 1858 году. — Маркс К. и Энгельс Ф. Соч.,

т. 12.
Энгельс Ф. Из фрагментов к работе «История Ирландии». —

Маркс К- 'и Энгельс Ф. Соч., т. 16.
Энгельс Ф. Эмигрантская литература. — Маркс К- и Энгельс Ф.

Соч., т. 18,
Энгельс Ф. Доклад об Альянсе социалистической демократии,

представленный Гаагскому конгрессу от имени Генерального Сове¬

та.— Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18.
Энгельс Ф. Бакунисты за .работой. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 18.
Энгельс Ф. Предисловие к немецкому изданию «Манифеста

Коммунистической партии» 1890 года. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 22.
Энгельс Ф. Внешняя политика русского царизма. — Маркс К.

и Энгельс Ф. Соч., т. 22.
Энгельс Ф. Послесловие к работе «О социальном вопросе в

России». — Маркс К. 'и Энгельс Ф. Соч., т. 22.
Энгельс — Марксу, 17 февраля 1863 г. — Маркс К. и Энгельс Ф.

Соч., т. 30.
Энгельс — Фридриху Адольфу Зорге [12—17] сентября 1874 г.—

Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 33.
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. М., 1967.
Переписка членов семьи Маркса с русскими политическими де¬

ятелями. М., 1974.
Русские современники о К- Марксе и Ф. Энгельсе. М., 1969.
Ленин В. И. Что такое «друзья народа» и как они воюют про¬

тив социал-демократов? — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 1.
Ленин В. И. Экономическое содержание народничества и кри¬

тика его в книге г. Струве. — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 1.
Ленин В. И. От какого наследства мы отказываемся? — Ле¬

нин В. И. Полн. собр. соч., т. 2.
Ленин В. И. Развитие капитализма в России. — Ленин В. И.

Полн. собр. соч., т. 3.
Ленин В. И. Анархизм и социализм. — Ленин В. И. Полн. собр.

соч., т. 5.
Ленин В. И. Что делать? — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6.
Ленин В. И. Революционный авантюризм. — Ленин В. И. Полн.

собр. соч., т. 6.
Ленин В. И. Новый революционный рабочий союз. — Ле¬

нин В. И. Полн. собр. соч., т. 10.
Ленин В. И. Партийная организация и партийная литература.—

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12.
Ленин В. И. Мелкобуржуазный и пролетарский социализм. —

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12.
Ленин В. И. О беспартийных рабочих организациях в связи с

анархо-синдикалистическим течением в пролетариате. — Ленин В. И.

Полн. собр. соч., т. 15.
157

Ленин В. И. Уроки Коммуны. — Лении В. И. Полн. собр. соч.,

т. 16.
Ленин В. И. Марксизм и ревизионизм. — Ленин В. И. Полн.

собр. соч., т. 17.
Ленин В. И. Памяти Герцена. — Ленин В. И. Полн. собр. соч.,

т. 21.
Ленин В. И. Две утопии. — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 22.
Ленин В. И. О либеральном <и марксистском понятии классовой

борьбы. — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 23.
Ленин В. И. Исторические судьбы учения Карла Маркса. — Ле¬

нин В. И. Полн. собр. соч., т. 23.
Ленин В. И.. Левонародничество и марксизм. — Ленин В. И.

Полн. собр. соч., т. 25.
Ленин В. И. О карикатуре на марксизм и об «империалистиче¬

ском экономизме». — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 30.
Ленин В. И. Итоги дискуссии о самоопределении. — Ленин
В.	И. Полн. собр. соч., т. 30.
Ленин В. И. Политические партии в России и задачи пролета¬

риата. — Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. О задачах пролетариата в данной революции. —

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 31.
Ленин В. И. Письма о тактике. — Ленин В. И. Полн. собр.

соч., т. 31.
Ленин В. И. Государство и революция. — Ленин В. И. Полн.

собр. соч., т. 33.
Ленин В. И. Удержат ли большевики государственную власть?—

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 34.
Ленин В. И. О «левом» ребячестве и о мелкобуржуазности. —

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36.
Ленин В. И. Доклад на II Всероссийском съезде профессио¬

нальных союзов 20 января 1919 г. — Ленин В. И. Полн. собр. соч.,

т. 37.
Ленин В. И. О государстве. — Ленин В. И. Полн. собр. соч.,

т. 39.
Ленин В. И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме. — Ле¬

нин В. И. Полн. собр. соч., т. 41.
Ленин В. И. Еще раз о профсоюзах, о текущем моменте и ^

ошибках тт. Троцкого и Бухарина. — Ленин В. И. Полн. собр. соч.,

т. 42.
Программа Коммунистической партии Советского Союза. М.,
1973.
Материалы XXV съезда КПСС. М., 1976.
К 100-летию со дня рождения Владимира Ильича Ленина. Те¬

зисы ЦК КПСС. М., 1970.
КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и плену¬

мов ЦК, т. 1. М., 1970; т. 10. М., 1972.
Программные документы борьбы за мир, демократию -и социа¬

лизм. М., 1961.
Международное совещание коммунистических и рабочих пар¬

тий. Документы и материалы. Москва, 5—17 июня 1969 г. М., 1969.
Гаагский конгресс Первого Интернационала. Отчеты и письма.

М., 1972.
158

Произведения М. А. Бакунина
Бакунин М. О философии. — «Отечественные записки», 1840, т. IX,

с. 51-78.
Бакунин М. А. Несколько слов южным славянам. — «Колокол»,

№ 129, 15. IV. 1862.
Бакунин М. А. Петербургская нескромность. — «Колокол»;

№ 145, 15.IX.1862.
Бакунин М. А. Русским, польским и всем славянским земля¬

кам. Берлин, Штейниц, 1862; Женева, 1888; Берлин, 1903.
Бакунин М. А. Народное дело. Романов, Пугачев или Пестель?

Лондон, 1862; СПб., 1906; М., 1917.
Бакунин М. А. Несколько слов к молодым братьям в России.

Женева, 1869.
Бакунин М. А. Постановка революционного вопроса. Женева,
1869.
Бакунин М. А. К офицерам русской армии. Женева, 1870.
Бакунин М. А. Наука и насущное революционное дело. Жене¬

ва, 1870.
Бакунин М. А. Государственность и анархия. Цюрих, 1873.
Бакунин М. А. Историческое развитие I Интернационала. Жене¬

ва, 1873.
Бакунин М. А. Всесветный революционный союз социальной де¬

мократии. Русское отделение. К русской молодежи. Женева, 1888.
Бакунин М. А. Парижская Коммуна и понятие о государствен¬

ности. Женева, 1892.
Письма М. А. Бакунина к А. И. Герцену и Н. П. Огареву. Же¬

нева, 1896; СПб., 1906; СПб., 1907.
Бакунин М. А. Воззвание к славянам. Берлин, 1904.
Бакунин М. А. Речи на конгрессе Лиги мира и свободы. Бер¬

лин, 1904.
Бакунин М. А. Статьи (сборник). [М.], «Хлеб и воля», 1905.
Бакунин М. А. Речи и воззвания. СПб., 1906.
Бакунин М. А. Полн. собр. соч., т. I—II. СПб., 1906—1907.
Бакунин М. А. Первый опыт социальной революции. — Союз

рав.ных. М., 1906.
Бакунин М. А. Усыпители. СПб., 1906.
Бакунин М. А. Бог и государство. Лейпциг — СПб., 1906; М.,

1906; Пг., 1918.
Бакунин М. А. Политика Интернационала. С предисл. Кропот¬

кина. М., 1906.
Бакунин М. А. Федерализм, социализм и антитеологнзм. Лейп¬

циг— СПб., 1906.
Бакунин М. А. Кнуто-Германская империя и социальная рево¬

люция. М., 1907.
Бакунин М. А. Избр. соч., т. I. Лондон, 1915.
Бакунин М. А. Избр. произведения в 5-ти томах, т. I—V. Пг.—

М., 1919-1921.
Бакунин М. А. Бог и государство. Харьков, 1920.
Бакунин М. А. Избр. соч., изд. 2, т. I. Пг. — М., 1922.
Бакунин М. А. Куда идти и что делать?—-«Рабочий путь»,

1923, Ко 5—6.
Материалы для биографии М. А. Бакунина, т. I—III. М.—Л.,

1923—1928.
159

Переписка М. А. Ёакунина с À. РишироМ. — Архив R. MapKdâ

и Ф. Энгельса, т. III, 1927.
Бакунин М. А. Собр. соч. и писем 1828—1876 гг. Под ред. и с

прим. 10. М. Стеклова, т. I—IV. М., 1934—1935.
Документальные материалы

и воспоминания
Белинский В. Г. Полн. собр. соч., т. II. М., 1953; т. XI, М., 1956.

Вагнер Р. Моя жизнь. Мемуары, т. I—IV. М., 1911—1912.

Вырубов Г. Н. Революционные воспоминания. — «Вестник Ев¬

ропы», 1913, № 2.
Герцен А. И. Собр. соч. в 30-ти томах, т. VII, IX—XI, XVI, XX,

кн. 2.
Гильом Д. К истории 'исключения Бакунина из Интернациона¬

ла. — «Минувшие годы», 1908, № 4.
Засулич В. Воспоминания. М., 1931.
Кропоткин П. А. Анархия, ее философия и идеал. Воспомина-

нияQJV\>^^Бa^вднe^M., 1906.
^^ЛибкнехтВТ' Из воспоминаний о Марксе. М., 1968.
Меринг Ф. Карл Маркс. История его жизни. М., 1957.
Нечаев и нечаевцы. Сб. материалов. М.—JI., 1931.
Плеханов Г. В. Собр. соч., изд. 2. Под ред. Д. Рязанова, т. 2.

М., 1926; т. 4. М., 1927.
Ралли 3. К. М. А. Бакунин. Из моих воспоминаний. — «Минув¬

шие годы», 1908, № 10.
Революционное народничество 70-х годов XIX века. Сб. док. и

матер, в 2-х томах, М.—Л., 1964—1965.
Сажин (Арман Росс) М. П. Воспоминания. 1860—1880 гг. М.,

1925.
Степняк-Кравчинский С. М. Избранное. М., 1972.
Фроленко М. Ф. Собр. соч., т. I—II. М., 1932.
Фигнер В. «Исповедь» М. А. Бакунина (бюллетень кн. маг. «За

друга», № 1, 1921).
Чарушин Н. А. О далеком прошлом. М., 1973.
Исследования
Антонов В. С. К вопросу о социальном составе и численности рево¬

люционеров 70-х годов. — «Общественное движение в -пореформен¬

ной России». М., 1965.
Антонов В. Ф. Революционное народничество. М., 1965.
Антонов В. Ф. Философско-исторические взгляды П. Л. Лавро¬

ва.—«Ученые записки МОПИ», т. 221. Вып. 12. Философия. М.,

1968.
Амфитеатров А. В. Святые отцы революции. СПб., 1906.
Анархия по Прудону. Киев, 1907.
Андерсон В. М. М. А. Бакунин. СПб., 1906.
Арну А. Народная история Парижской Коммуны. Пг., 1919.

Ашин Г. К. Современная буржуазная социология (Критический

очерк идеалистических теорий о роли народных масс и личности

в .истории). М., 1965.
Базаров Б. Анархический коммунизм и марксизм. — «Народная

польза», 1906.
160

Бауэрман Р., Гейер К., Юлиер Э. Нищета «марксологии». Кри¬

тика фальсификаций учения Маркса и Энгельса. М., 1976.
Бахитов М. Ш. Критика современных тенденций антикоммуниз¬

ма. М., 1973.
Березин В. Г. Белинский и Бакунин в 1830-е годы. — «Ученые

записки ЛГУ», № 158. Вып. 17, 1952.
Берлин П. А. Апостолы анархии. Бакунин—Кропоткин—Ма-

хаев. Пг., 1917.
Бернштейн Е. Анархизм. СПб., 1907.
Богатов В. В. Философия П. Л. Лаврова. М., 1972.
Богатов Э. Я. Философия бунта. М., 1973.
Богучарский В. Я. Активное народничество семидесятых годов.

М., 1912.	.
Большаков В. Бунт в тупике? М., 1973.
Боровой А. А. Миф о Бакунине. М., 1925.
Борьба идей в современном мире, т. I—II. М., 1975—1976.
Б рынков А. Молодежь США: от нигилизма к политике. М.,

1974.
Виленская Э. С. Царь-«освободитель» и его западные биогра¬

фы.— «История СССР», 1966, № 1.
Виленская Э. С., Итенберг Б. С. Рец. на кн.: Майер Д. Знание

и революция. Русская колония в Цюрихе (1870—1873) (Ассен,

1955). — «История СССР», 1959, N° 5.
Волк С. С., Дзенискевич А. Р. Лженаучные теории реакционной

буржуазной историографии истории СССР.
Володин А. И. Гегель и русская социалистическая мысль XIX

века. М., 1973.
Володин А. И., Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г. Чернышевский

или Нечаев? М., 1976,
Вятр Е. Социологические теории антикоммунистической «сове¬

тологии» США. — «Вопросы философии», 1970, № 10.
Галактионов А. А., Никандров П. Ф. История русской филосо¬

фии XI—XIX веков. М., 1970.
Г амбаров А. В спорах о Нечаеве. К вопросу об исторической

реабилитации Нечаева. М.—Л., 1926.
Голубев И. Ф. Новые материалы о семействе Бакуниных. —

«История СССР», 1965, № 2.
Гольман Л. И. Деятельность Маркса в 1852—1864 гг. в иска¬

женном изображении противников коммунизма. — Из истории марк¬

сизма .и международного рабочего движения. М., 1973.
Горев Б. И. Михаил Александрович Бакулин. М., 1924.
Горохов В. А. Русская секция I Интернационала. М., 1925.
Григорьева И. В. Идейные истоки влияния бакунизма в италь¬

янском рабочем движении эпохи I Интернационала. — «Новая и но*

вейшая история», 1962, № 3.
Гроссман Л. П. Спор о Бакунине и Достоевском. Л., 1926.
Драгоманов М. П. Михаил Александрович Бакунин. Казань,
1905.
Драгоманов М. П. Герцен, Бакунин, Чернышевский и польский

вопрос. Казань, 1906.
Дьяков В. А. Маркс, Энгельс и польское освободительное дви¬

жение. М., 1968.
Дюкло Жак. Бакунин и Маркс. Тень и свет. М., 1975.
Зарубежные марксисты в 'борьбе против буржуазной идеологии.

М.. 1971,
16]

Зильберман И. Б. Политическая теория анархизма М. А. Баку¬

нина. Л., 1963.
Игрицкий Ю. И. Мифы буржуазной историографии и реальности

истории. Современная американская и английская историография

Великой Октябрьской социалистической революции. М., 1974.
Игрицкий 10. И., Плимак Е. Г. Питомник клеветников (русский

исследовательский центр в Гарварде). — «История СССР», 1961,

№ 5.
Иовчук М. Т., Степанов В. И. Мировоззрение В. Г. Белинского

и его современные фальсификаторы. — «Вопросы философии», 1961,

№ 6.
Иовчук М. Т. Ленинизм, философские традиции и современность.

М., 1970.
Ионова Г. И., Смирнов А. Ф. Революционные демократы и на¬

родники (развитие движения разночинцев 1860—1870-х годов).—

«История СССР», 1961, № 5.
Иоффе Г. 3. О чем говорит библиография современной англс-

американской россики. — «История СССР», 1964, № 5.
Иоффе Г. 3. Февральская революция 1917 года в англо-амери¬

канской буржуазной историографии. М., 1970.
Ирибаджаков И. Клио перед судом буржуазной философии (К

критике современной идеалистической философии истории). М.,
1972.
История Италии, т. 2. М., 1970.
История Коммунистической партии Советского Союза, т. 1. М.,
1965.
История политических учений, ч. 1. М., 1971.
История философии в СССР, т. 1—4. М., 1968—1971.
История Франции, т. 2. М., 1973.
Итенберг Б. С. Первый Интернационал и революционная Рос¬

сия. М., 1964.
Итенберг Б. С. Движение революционного народничества. На¬

роднические кружки и «хождение в народ» в 70-х годах XIX века.

М., 1965.
Итенберг Б. С. Маркс за изучением социально-экономической

истории пореформенной России. — Маркс-историк. М., 1968.
Казакевич Р. А., Суслова Ф. AI. Мистер Пайпс фальсифицирует

историю. Л., 1969.
Канев С. Н. Современная советская историческая литература об

анархизме в России. — «История СССР», 1973, № 6.
Канев С. Н. Октябрьская революция и крах анархизма. М.,

1974.
Карелин А. Так говорил Бакунин. М., 1917.
Карпачев М. Д. Англо-американская буржуазная историография
об	отношении К. Маркса и Ф. Энгельса к русскому революционному

народничеству. — «Вестник Московского университета». Серия «Ис¬

тория», 1973, № 5.
Карпачев AI. Д. Зарубежная буржуазная историография рус¬

ского революционного народничества. Воронеж, 1973.
Карякин 10., Плимак Е. История с позиции лжи. — «Комму¬

нист», 1959, № 1.
Карякин Ю. Ф., Плимак Е. Г. Мистер Кон исследует «русский

дух». М., 1961.
Карякин 10. Ф.г Плимак Е. Г. Нечаевщина и ее современные

буржуазные исследователи. — «История СССР», 1962, № 6,
162

Киперман А. #. Главные центры русской революционной эмигра¬

ции 70—80-х годов XIX в.— «Исторические записки», т. 88, 1971.
Ковальченко И. Д. Ленинская концепция истории крестьянства

и народничества в России. — В. И. Ленин и история классов и по¬

литических партий в России. М., 1970.
Козьмин Б. П. Русская секция Первого Интернационала. М.,

1957.
Козьмин Б. П. Из истории революционной мысли в России. М.,

1961.
Колпинский Н. Ю., Твардовская В. А. Бакунин в русском и меж¬

дународном освободительном движении. — «Вопросы истории»,

1964, № 10.
Колпинский Н., Пирумова H. М. А. Бакунин. К 150-летию со

дня рождения. — «Известия», 30 мая, № 129, 1964 г.
Комин В. В. Анархизм в России. Калинин, 1969.
Кон И. С. Философский идеализм и кризис буржуазной истори¬

ческой мысли. М., 1959.
Кон И. С. О «радикальной социологии» в США. — «США: эко¬

номика, -политика, идеология», 1973, N° 8.
Корнилов А. А. Молодые годы Михаила Бакунина. М., 1915.
Королев Б. И. Антисоветизм и глобальная стратегия империа¬

лизма. М., 1974.
Косичев А. Д. К характеристике борьбы Маркса и Энгельса

против бакунизма. — «Труды философского ф-та Московского ун¬

та», 1954.
Костин А. Ф. История образования РСДРП в кривом зеркале

буржуазных фальсификаторов. — Против буржуазных фальсифика¬

торов истории и политики КПСС. М., 1970.
Критика буржуазных концепций истории и политики КПСС. Л.,
1974.
Крупина Т. Д. Теория модернизации и некоторые проблемы раз¬

вития России конца XIX — начала XX в. — «История СССР», 1971,

№ 1.
Кубалов Б. Страницы из жизни М. А. Бакунина и его семьи г

Сибири. Иркутск, 1923.
Лазуренко В. Д. Критика Ф. Энгельсом взглядов М. А. Баку¬

нина, П. Н. Ткачева и П. Л. Лаврова на государство. — Проблемы

государства и права на современном этапе. Сб., вып. 6. М., 1973.
Левин Ш. М. Общественное ‘движение в России в 60—70-х го¬

дах XIX века. М., 1958.
Левин Ш., Волк С. Рец. на кн.: Виллингтон Дж. X. Михайлов¬

ский и русское народничество. Оксфорд, 1958. — «История СССР»,

1959, N° 4.
Левкова С. 3. Буржуазная и социал-демократическая историо¬

графия о роли Маркса и Энгельса в революции 1848—1849 годов.—

Из истории марксизма и международного рабочего движения. М.,

1973.
Лейкина-Свирская В. Р. Интеллигенция в России во второй по¬

ловине XIX века. М., 1971.
Малинин В. А. Основные проблемы критики идеалистической

истории русской философии. М., 1963.
Малинин В. А. Философия революционного народничества. М.,
1972.
Малинин В. А., Сидоров М. И. Предшественники научного со¬

циализма. М., 1963.
163

Малинин И. Эдипов комплекс и судьба Михаила Бакунина. К

вопросу о психологии бунта. Белград, 1934.
Мамут JI. С. Проблемы теории государства в современной идео¬

логической борьбе. М., 1976.
Маслин М. А. Освещение философии русского революционного

народничества в англо-американском народниковедении. — Акту¬

альные проблемы истории философии народов СССР. Сб. М.,
1972.
Маслин М. А. О некоторых тенденциях англо-американской

историографии философии революционного народничества. — Исто¬

рико-философский сборник. М., 1972.
Маслин М. А. Русское революционное народничество и совре¬

менность. — Современная идеологическая борьба и молодежь. М.,
1973.
Маслин М. А. Критика буржуазных интерпретаций идеологии

русского революционного народничества. М., 1977.
Марушкин Б. И. История и -политика. Американская буржуаз¬

ная историография советского общества. М., 1969.
Марушкин Б. И. История в современной идеологической борь¬

бе. М., 1972.
Менгер А. Анархизм, индивидуализм и коммунистическое госу¬

дарство. Одесса, 1905.
Меринг Ф. Карл Маркс, история его жизни. М., 1957.
Микешин Н. /7. История против антиистории. М., 1973.
Модржинская Е. Д. Ленинизм и современная идеологическая

борьба. М., 1972.
Мороз И. А. Критика К. Марксом и Ф. Энгельсом социологи¬

ческих взглядов М. А. Бакунина. — Днепропетровский университет.

«Научные записки», 1956, т. 56. Вып. 4.
Нечкина М. В. Критика зарубежной буржуазной литературы по

истории советской исторической науки. — Против буржуазной фаль¬

сификации истории советского общества. М., I960.
Новиков А. И. Ленинизм и прогрессивные традиции русской

общественной мысли. Л., 1965.
Новиков А. И. Нигилизм и нигилисты. Л., 1972.
Пантин И. К. Социалистическая мысль в России: переход о г

утопии к науке. М., 1973.
Парижская Коммуна, т. I—И. М., 1961.
Первый Интернационал, ч. 1 —*2. М., 1964—1965.
Петрищев А. Б. М. А. Бакунин. Пг.—М., 1923.
Пирумова H. М. Михаил Бакунин. М., 1966.
Пирумова H. М. М. Бакунин или С. Нечаев? — «Прометей», 1968,

№ 5.
Пирумова H. М. Бакунин. М., 1970.
Покровский М. Бакунин в русской революции (К 50-летию со

дня смерти). М., 1926.
Полевой Ю. 3. В. И. Ленин о домарксистском периоде револю¬

ционного движения в России. — «Коммунист»,, 1958, № 6.
Полонский В. П. М. А. Бакунин (1814—1876). М., 1926.
Полянский Ф. Я• Из истории буржуазных фальсификаций гене¬

зиса ленинизма. — История общественной мысли. Сб. М., 1972.
Полянский Ф. Я. Социализм и современный анархизм. М.,
1973.
Полянский Ф. Я. Критика экономических теорий анархизма. М.,

1976.
164

Поспелов /7. И., Смирнов А. Ф. Карл Маркс о роли польского

вопроса в европейской политике. — «Новая -и новейшая история»,

1967, № 2.
Прозорова Н. С. Борьба К- Маркса и Ф. Энгельса против анар¬

хизма. М., 1961.
Против буржуазной фальсификации истории советского обще¬

ства. Л., 1967.
Против буржуазных фальсификаторов истории и политики

КПСС. М., 1970.
Против современных фальсификаторов истории русской фило¬

софии. М., 1960.
Проппер С. М. М. А. Бакунин. СПб., 1907.
Пшедецкий М. И. Бессилие антикоммунистической «критики» на¬

учного коммунизма. — Критика буржуазных концепций истории и

политики КПСС. Сб. Л., 1974.
Романовский Н. В. Ленинская программа перехода к социалис¬

тической революции (апрель 1917 г.) в кривом зеркале американ¬

ской буржуазной историографии. — «Ученые записки Первого мо¬

сковского гос. пед. ин-та им. Мориса Тореза», 1968, т. 48.
Рязанов Д. Б. Две правды. Народничество и марксизм. СПб.,
1906.
Салов В. И. Современная западногерманская буржуазная исто¬

риография. М., 1968.
Салов В. И. Историзм и современная -буржуазная историогра¬

фия. М., 1977.
Седов М. Г. Революционное движение в России 60—70-х годов

XIX века. М., 1959.
Седов М. Г. Предшественники русской социал-демократии. М.,

1964.
Седов М. Г. Советская литература о теоретиках народничест¬

ва. — История и историки. Историография истории СССР. М., 1965.
Седов М. Г. Героический период революционного народничества.

М., 1966.
Семенкова Т. Некоторые вопросы критики капитализма и апо¬

логетических буржуазных теорий М. А. Бакуниным, П. Л. Лавро¬

вым и П, Н. Ткачевым. — «Научные доклады Высшей школы. Эко¬

номические науки», 1963. № 2.
Слуцкий А. Г. Парижская Коммуна 1871 г. М., 1964.
Смирнов А. За строгую научность, достоверность и историче¬

скую правду. — «Коммунист», 1972, № 16.
Смирнов А. Ф. Карл Маркс и революционная Россия. — Исто¬

рия общественной мысли. Сб. М., 1972.
Смирнова 3. В. Социальная философия А. И. Герцена. М., 1973.
Соколов Ю. В. Социальная сущность анархизма. М., 1977.
Стеклов Ю. М. Историческое подготовление русской социал-

демократии. СПб., 1906.
Стеклов Ю. М. Политическая деятельность Маркса. Маркс и

анархисты. СПб., 1908.
Стеклов Ю. М. Социально-политические взгляды Бакунина. —

«Современный мир», 1914, № 2, 3.
Стеклов Ю. Маркс и Бакунин. — «Просвещение», 1914, № 5, 6.
Стеклов Ю. М. Бакунин и франко-прусская война. Последние

годы Бакунина.'— «Голоса минувшего», 1914, № 5.
Стеклов Ю. М. А. Бакунин, его жизнь и деятельность (1814—

1876). — В 3-х частях. М., 1920.
165

Стеклов /О. М. Борцы за социализм, ч. I—II. М.—Пг., 1923.
Стеклов /О. Интернационал (1864—1872), ч. I—III. М.—Пг.,

1923.
Стеклов Ю. Михаил Александрович Бакунин, его жизнь и дея¬

тельность, т. 1 — IV. М.—Л1926—1927.
Степакова Е. А., Кандель Е. П. Из истории идейной борьбы в

немецком демократическом движении 40-х годов XIX века. — «Во¬

просы истории», 1955, № 8.
Суслова Ф. М. Маркс, Энгельс и Ленин о народничестве и ин¬

терпретация преемственности в буржуазной историографии. — Кри¬

тика буржуазных концепций истории и политики КПСС. Сб. Лм
1974.
Сухотина JI. ' Г. Современная англо-американская буржуазная

историография об истоках революционного народничества. — Мето¬

дологические и историографические вопросы исторической науки.

Сб. Томск, 1974.
США: студенты и политика. М., 1974.
Твардовская В. А. Проблема государства в идеологии народни¬

чества (1879—1883). — «Исторические записки», 1963, № 74.
Твардовская В. А. Социалистическая мысль России на рубежз

1870—1880 годов. М., 1969.
Ткаченко П. С. Революционная народническая организация

«Земля и Воля». М., 1961.
Ткаченко П. С. О спорных проблемах истории народничества.—

«История СССР», 1963, № 6.
Три поколения борцов за свободу. М., 1969.
Троицкий Н. А. Большое общество пропаганды 1871—1874 гг.

(так называемые «чайковцы»). Саратов, 1963.
Троицкий Н. А. «Народная Воля» перед царским судом. 1880—

1891. Саратов, 1971.
Троицкий Н. А. Некоторые вопросы историографии народниче¬

ства 70-х годов XIX века. — Историографический сборник. Вып. III.

Саратов, 1971.
Ульман Г. С. Маркс и Энгельс о Нечаеве и нечаевском процес¬

се. — «Ученые записки Ленинградского пед. ин-та», 1948, т. 62.
Федин К. Бакунин в Дрездене. Соч., т. I. М., 1959.
Филатов В. Я. Критика фальсификаций истории КПСС. М., 1970.
Филатова Е. М. Русская революционная демократия и ее бур¬

жуазные критики (против искажения экономических идей демо¬

кратов). М., 1961.
Филиппов Р. В. Из истории народнического движения на пер¬

вом этапе «хождения в народ» (1863—1874). Петрозаводск, 1967.
Фихте И. Г. Назначение человека. СПб., 1905.
Фостер Уильям 3. История трех Интернационалов. М., 1959.
Хорос В. Г. Народничество вчера и сегодня. — «Вопросы фило¬

софии», 1971, № 3.
Чагин Б. А., Курбатова И. И. Плеханов. М., 1973.
Черняк Е. Б. Историография против истории. М., 1962.
Черняк Е. Б. О некоторых приемах буржуазной фальсифика¬

ции истории. — «Вопросы истории», 1962, № 2.
Черняк Е. Б. Маркс и новейшие направления буржуазной исто¬

риографии. — Маркс-историк. М., 1968.
Чесноков Г. Д. Современная буржуазная философия истории.

Критический очерк. Горький, 1972.
Чулков Г. И. М. Бакунин и бунтари 1917 г. М., 1917.
166

Шабад Б. А. Кризис идеологии антикоммунизма (Политический

и философский анализ новых явлений). М., 1973.
Шахназаров Г. X. Социалистическая демократия. М., 1974.
Штейгервальд Р. «Третий путь» Герберта Маркузе. М., 1971.
Щетинина Г. И. Идеология, революция, самодержавие (освеще¬

ние проблемы в современной буржуазной историографии).—

«История СССР», 1970, № 6.
Эльтцбахер Ф. Сущность анархизма, т. I—II. СПб., 1906.
Яковлев М. В: Марксизм и современная буржуазная история

философии. М., 1964.
Якушевский И. Т. Ленинизм и «советология». М., 1970.
[Автор аноним]. Михаил Александрович Бакунин (краткая био¬

графия). Вологда, 1908.
Almedingen Е. The Emperor Alexander II. London, 1962.
American Research on Russia. Ed. by H. Fischer. Bloomington,

1959.
Anderson E., Anderson P. Political Institutions in Continental

Europe in the Nineteenth Century”. Berkeley — Los- Angeles, 1967.
Anderson Th. The Russian Political Thought. An Introduction.

Ithaca, 1967.
Avrich P. Anarchism and Anti—Intellectualism in Russia. — Jour¬

nal of the History of Ideas, 1966, v. 27, N 3.
Avrich P. The Russian Anarchists. Princeton, 1967.
Avrich P. Kronstadt 1921. Princeton — New York, 1970.
Avrich P. The Legacy of Bakunin. — “Russian Review”, 1970,

v. 29, N 2.
Bachman J. E. Recent Soviet Historiography of Russian Revo¬

lutionary Populism. — “Slavic Review”, 1970, vol. 29, N 4.
Bailey G. The Conspirators. London, 1961.
Balmuth D. Liberals and Radicals in the Era of Reforms. —

“Canadien Slavic Studies”, 1969, vol. 3, N 2.
Baron S. Plekhanov. The Father of Russian Marxism. Stanford,

1963.
Becker C. Raznochintsy. The Development of the World and the

Consept. — “The American Slavic and East European Review”, 1959,

vol. 18, N 1.
Beloff M. Before the Flood. — “Encounter”, 1968, vol. 30, N 6.
Berdyaev N. The Russian Idea. London, 1947.
Berdyaev N. The Origin of Russian Communism Univ. of Michi¬

gan Press, 1960.
Berdyaev N. The Russian Revolution. Toronto, 1961.
Berkman A. The Bolshevik Myth. London, 1975.
Berlin I. Herzen and Bakunin on Individual Liberty. In: Sim-

monse. E. I. — editor. Continuity and Change in Russian and Soviet

Thought. Harvard univ. press, 1955.
Berlin I. Russian Populism. — “Encounter”, 1960, vol. 15, N 1.
Berlin 1. The Populist’s Mind Condemnation of Russia’s Political

and Social Systems. In: Imperial Russia After 1861. Peaceful Moder¬

nization or Revolution? Boston, 1965.
Berlin I. Karl Marx. His Life and Environment. London, 1963.
Billington J. Mikhailovsky and Russian Populism. Oxford, 1958.
Billington J. The Icon and the Axe. An Interpretive History of

Russian Culture. New York, 1966.
167

Black С. History and Politics in the Soviet Union. — In: Rewri¬

ting Russian History. Soviet Interpretation of Russia’s Past. New

York, 1956.
Black С. E., Byrnes R. F., Jelavich Ch., Roberts H. L., Rug-

gles M. D., Shulman M. /., Tread gold I. М., Thompson D. W. An

Apprisal of Russian Studies in the United States. — “American Slavic

and East European Review”, 1959, vol. 18, N 13.
Blakely Th. 1. Soviet Philosophy. Dordrecht, 1964.
Bose A. History of Anarchism. Calcutta, 1967.
Bowman И. E. Vissarion Belinsky. Harvard u. p., 1955.
Carr E. H. Karl Marx. London, 1934.
Carr E. H. Michael Bakunin. London, 1937.
Carr E. H. The Romantic Exiles. A 19-century portrait gallery.

London, 1949.
Carr E. H. Studies in Revolution. London, 1950.
Carrmichael I. A Short History of the Russian Revolution. Lon¬

don, 1966.
Carter A. The Political Theory of Anarchism. London, 1971.
Chamberlin W. The Jakobin Ancestry of Soviet Communism. —

“Russian Review”, 1958, vol. 17, N 4.
Charques R. The Twilight of Imperial Russia. London, 1958.
Chertiiavsky M. Tsar and People. Studies in Russian Myths. New

Haven — London, 1961.
Chirovsky N. An Introduction to Russian History. New York,
1967.
Clarkson J. D. A History of Russia. New York, 1961.
Cole G. Socialist Thought. Marxism and Anarchism. 1850—1890.

London, 1957.
Continuity and Change in Russian and Soviet Thought. Ed. by
E.	Simmons. Cambridge (Mass.), 1955.
Cowles V. The Romanovs. New York, 1971.
Crankshaw E. The Shadow of the Winter Palace. The Drift to

Revolution. 1825—1917. London, 1976.
Crowson P. A History of the Russian People. London,

1948.
Dan Th. The Origins of Bolshevism. London, 1970.
Daniels R. Lenin and the Russian Revolutionary Tradition. —-

Russian Thought and Politics. Cambridge (Mass.), 1957.
Daniels R. Russia. New Jersey, 1964.
Daniels R. V. The Concience of the Revolution. Communist Op¬

position in Soviet Russia. Cambridge, 1965.
Daniels R. The Nature of Communism. New York, 1967.
Dawson C. The Gods of Revolution. London, 1972.
To Define Populism. — “Government and Opposition”, 1968, vol.

3, N 2.
De George R. F. Patterns of Soviet Thought. Michigan, 1966.
Deutscher J. The Prophet Armed. London, 1954.
Deutscher J. Russia in Transition and Other Essays. New York,
1957.
Doerig J. Marx vs Russia. New York, 1962.
Dukes P. The Emergence of Super—Powers. A Short Comparative

History of the USA and the USSR. London, 1970.
Ellison H. A History of Russia. New York, 1962.
Emmons T. The Russian Landed Gentry and the Peasant Emanci¬

pation of 1861. Cambridge, 1968,
168

Essays in Russian and Soviet History. Ed. by J. Curtiss. New

York, 1963.
Essays in Russian History. A Collection Dedicated to George

Vernadsky. Ed. by A. Ferguson and Levin. Hampden, 1964.
Fainsod M. How Russia is Ruled. Cambridge (Mass.), 1956.
Fedotov G. The Religious Sources of Russian Populism. — “Rus¬

sian Review”, 1942, vol. I.
Fedotov G. P. A Treasury of Russian Spirituality. New York,

1948.
Fifty Years of Communism in Russia. Ed. by M. Draknovich.

Pensylvania, 1968.
Fisher G. Russian Liberalism. From Gentry to Intelligentsia. Cam¬

bridge (Mass.), 1958.
Fisher G. The Life of Lenin. New York, 1964.
Fisher J. The True Book about the Russian Revolution. London,

1960 .
Florinsky M. Russia. A History and an Interpretation, vol. I—
II.	New York, 1953.
Florinsky M. Russia. A Short History. New York, 1964.
Footman D. Red Prelude. The Life of the Russian Terrorist Zhe¬

lyabov. New Haven, 1945.
Footman D. The Russian Revolutions. London, 1962.
Frankland N. Imperial Tragedy. Nikolas II, Last of the tsars.

New York, 1961.
French A. Slavonic and East European Studies in Australia. —

“Australian Quarterly”, 1958, vol. 30, N 3 (Sydney).
The Future of Communist Society. New York, 1970.
Gerschenkron A. The Problem of Economic Development in Rus¬

sian Intellectual History of the Nineteenth Century. In: Continuity and

Change in Russian and Soviet Thought. Cambridge (Mass.), 1955.
Gerschenkron A. Economic Backwardness in Historical Perspecti¬

ve. Cambridge (Mass.), 1962.
Goldman E. My Disillusionment in Russia. New York, 1970.
Goldman E. Leaving My Life. New York, 1931.
Graham S. The Tsar of Freedom. — The Life and Reign of Ale¬

xander II. New Haven, 1935.
The Great Political Theories, vol. 2. New York, 1962.
Grey J. The Horizon History of Russia. New York, 1970.
Grey J. The Romanovs. The Rise and Fall of a Russian Dynasty,

Newton, 1970.
Gross F. The Seizure of Political Power in a Century of Revo¬

lutions. New York, 1958.
Guy R. The Hunt for the Czar. New York, 1970.
Halliday E. M. Russia in Revolution. London, 1968.
Hammond T. Lenin on Trade Unions and Revolutions, 1893—1917.

London, 1959.
Haimson L. The Parties and the State. — The Evolution of Po¬

litical Attitudes. In: The Transformation of Russian Society. Aspects

of Social Change since 1861. Cambridge (Mass.), 1960.
Haimson L. The Russian Marxists and the Origins of Bolshe¬

vism. Boston, 1966.
Harcave S. Russia. A History. Chicago — New York, 1956.
Hardy D. Tkachev and the Marxists. — “Slavic Review”, 1970,

vol. 29, N 1.
Hardy D. Cousiousness and Spontaneity, 1875. The Peasant Revo¬
169

lution Seen by Tkachev, Lavrov and Bakunin. — “Canadien Slavic

Studies”, 1970, vol. 4, N 4.
Hare R. The Portraites of Russian Personalities between Reform

and Revolution. London, 1959.
Hare R. Pioneers of Russian Social Thought. New York, 1964.
Harvard University Russian Research Center. Ten Years Report

and Current Projects 1948—1958. Harvard u. p., 1958.
Harvard University Russian Research Center. The Second De¬

cade: A Progress Report. 1958—1968. Harvard u. p., 1968.
Hecfit D. Russian Radicals Look to America. 1825—1894. Camb¬

ridge (Mass.), 1947.
Hingley R. Nihilists: Russian Radicals and Revolutionaries in the

Reign of Alexander II (1855—1881). London, 1967.
Hingley R. The Tsars. Russian Autocrats 1533—1917. London,
1968.
Hingley R. Russian Writers and Society. 1825—1904. London, 1969.
A History of World Civilization. Ed. by M. Saveli, vol. 1. New

York, 1957.
Hobsbawn E. Primitive Rebels. Studies in Archaic Forms of So¬

cial Movements in the 19th and 20th Centuries. Manchester Univ.

Press, 1959.
Hodges D. Bakunin Controversy with Marx. An Analysis of the

Tensions within Modern Socialism. — “American Journal of Econo¬

mics and Sociology”, 1960, vol. 19, N 3.
Hook S. Marx and Marxists. New York, 1965.
Hopkins /. Nihilism or the Terror Unmasked. London, 1881.
Hulse J. Revolutionists in London. A Study of Five Unorthodox

Socialists. Oxford, 1970.
Hyam E. The Millenium Postponed. London, 1974.
The Impact of the Russian Revolution 1917—1967. The Influence

of Bolshevism on the World Outside Russia. London, 1967.
Imperial Russia. A Source Book. 1700—1917. Ed. by S. Dmit-

ryshyn. New York, 1967.
Imperial Russia After 1861. Peaceful Modernization or Revolu¬

tion? Ed. by A. Adams. Boston, 1965.
An Introduction to Russian History. Ed. by Auty R. and Obolen¬

sky D. Cambridge, 1976.
Joli J. The Anarchists. London, 1964.
Karpovich M. The Imperial Russia. 1801—1917. New York, 1932.
Karpovich M. A forerunner of Lenin. P. N. Tkachev. — “The

Review of Politics”, 1944, vol. 6, N 3.
Keep J. The Rise of Social Demociacy in Russia. London, 1963.
Keep /. The Russian Revolution. A Study in Mass Mobilisation.

London, 1976.
Kirkonner A. The Place of Slavic Studies in Canada. Winnepeg,
1958.
Kirchner A. A History of Russia. New York, 1958.
Kline G. Religious and Anti-Religious Thought in Russia. Chi¬

cago—London, 1968.
Kochan L. The Making of Modern Russia. London, 1962.
Kochan L. The Russian Revolution. London, 1970.
Kohn H. Pan—slavism. Its History and Ideology. Notre-Dame,
1953.
Kohn H. Basic History of Modern Russia. Political, Cultural and

Social Trends. New York, 1957.
170

Ko/m H. The Mind of Modern Russia. Brunswick (New Jersey),
1957.
Kornilov A. Modern Russian History. New York, 1943.
Kucharzewski J. The Origins of Modern Russia. New York, 1948.
Kuniiz J. Russia. The Giant that Came Last. New York, 1947.
Lampert E. Studies in Rebelion. London, 1957.
Lampert E. Sons Against Fathers. Studies in Russian Radicalism

and Revolution. London, 1965.
Lane D. The Roots of Russian Communism. A Social and Histo¬

rical Study of Russian Social Democracy. 1898—1907. Assen, 1969.
Larsson R. Theories of Revolution from Marx to the First Rus¬

sian Revolution. Stockholm, 1970.
Lavrin J. Populists and Slavophiles. — “Russian Review”, 1962,

vol. 21, N 4.
Lavrin J. Bakunin. The Slav and the Rebel. — “Russian Review”,

1966, vol. 25, N 2.
Lavrin J. The Two Worlds. — “Russian Review”, 1968, vol. 21,
N 1.
von Laue Th. Why Lenin? Why Stalin? A Reapprisal of the Rus¬

sian Revolution. 1900—1930. Philadelphia—New York, 1964.
Leites N. A Study of Bolshevism. Glencoe (111.), 1953.
The Lenin Anthology. Ed. by Tucker R. C. New York, 1975.
Lossky N. History of Russian Philosophy. New York, 1951.
Lowe Ch. Alexander III of Russia. London, 1895.
Mac Rae D. Populism as an Ideology. In: Populism. Its Mea¬

nings and Natural Characteristics. London, 1969.
Malia M. Alexander Herzen and the Birth of Russian Socialism,

1812—1855. Cambridge (Mass.), 1961.
Malia M. What is the Intelligentsia. In: The Russian Intelligent¬

sia. New York, 1961.
Manning C. A History of Slavic Studies in the United States.

Milwaukee, 1957.
Marcuse G. Soviet Marxism. New York, 1958.
Marxism, Communism and Western Society. A Comparative

Encyclopedia. New York, 1973.
Martin N. Marxism, Nationalism and Russia. — “Journal of the

History of Ideas”, 1964, vol. 29, N 2.
Masaryk T. The Spirit of Russia, vol. 1—2. London, 1919.
Maynard J. Russia in Flux. New York, 1948.
Mazour A. Russia's Past and Present. London, 1951.
Mazour A. Modern Russia. Historiography. Princeton, 1958.
Mazour A. Rise and Fall of the Romanovs. Princeton, 1961.
Mazour A. Russia Tsarist and Communist. Princeton, 1962.
McLean Hugh. Russian Thought and Politics. London, 1957.
Meissner B. The Communist Party of the Soviet Union. New

York, 1956.
Meijer J. M. Knowledge and Revolution. The Russian Colony in

Züerich. (1870—1873) (populism). Assen, 1955.
Meyer A. Leninism. Cambridge (Mass.), 1957.
Mendel A. Dilemmas of Progress in Tsarist Russia. Cambridge

(Mass.), 1961.
Milner R. Teaching about Communism. New York, 1966.
Miluckov P. Russia and Its Crisis. New York, 1962.
Minogue К. Populism as a Political Movement. In: Populism.

Its Meanings and National Characteristics. London, 1969.
171

Mirsky Ь. S. Russia. À Social History. London, 1931.
Mitrany D. Marx against the Peasant. London, 1952.
Moorehead A. The Russian Revolution. New York, 1958.
Moscow N. Russia under the Czars. New York, 1962.
Mosse W. Alexander II and the Modernization of Russia. New

York, 1962.
Noble E. The Russian Revolt. Its Cause, Conditions and Prospects.

Boston, 1885.
The New Cambridge Modern History, vol. XI. Cambridge, 1962.

Page S. W. Lenin and World Revolution. New York, 1959.
Pares B. A History of Russia. New York, 1946.
Pares B. Russia. Between Reform and Revolution. New York, 1962.

Payne R. Thè Terrorists. New York, 1957.
Payne R. The Life and the Death of Lenin. New York, 1967.

Payne R. Marx. Biography. New York, 1968.
The Peasant in Nineteenth Century Russia. Ed. by W. Vucinich.

Stanford, 1968.
Pedler A. Going to the People. The Narodniki of Seventies.—

“Slavonic and East European Review”, 1927, vol. 6, N 16.
Perris G. Russia in Revolution. London, 1905.
Peters V. Nestor Makhno. The Life of an Anarchist. Winnipeg

(Canada), 1971.
Petrovich М. B. The Emergency of Russian panslavism. 1856—
1870.	New York, 1956.
Pipes R. Russian Marxism and Its Populist Background. The

Late Nineteenth Century. — “Russian Review”, 1960, vol. 19, N 4.
Pipes R. Social Democracy and the St. Petersburg Labor Mo¬

vement (1885—1897). Cambridge (Mass.), 1963.
Pipes R. The Origins of Bolshevism. The Intellectual Evolution of

Young Lenin. In: Revolutionary Russia. Cambridge, 1967.
The Political Philosophy of M. Bakunin. Scientific Anarchism.

Ed. by G. Maximoff. New York, 1964.
Pollack E. The Kronstadt Rebelion. New York, 1959.
Pollack N. The Populist Mind. New York, 1967.
Pomper Ph. The Russian Revolutionary Intelligentsia. New York,

1970.
Pomper Ph. Peter Lavrov and the Russian Revolutionary Move¬

ment. Chicago, 1972.
Populism. Its Meanings and National Characteristics. Ed. by

G. Jonescu and E. Gellner. London, 1969.
Possony St. Lenin: The Compulsive Revolutionary. Chicago, 1964.

Prawdin M. The Unmentionable Nechaev. A Key to Bolshevism.

New York, 1963.
Pushkarev S. The Emergence of Modern Russia. 1801 — 1917. New

York, 1963.
Pyzuir E. The Doctrine of Anarchism of M. Bakunin. Wiscon¬

sin, 1955.
Radkey O. The Agrarian Foes of Bolshevism. New York,
1958.
Radkey O. The Sickle under Hammer. New York—London,
1963.
Raeff M. Pans of Political Reform in Imperial Russia. 1730—

1905. New Jersey, 1966.
Raeff M. Russian Intellectual History. An Antology. New York,
1966.
172

Randall F. М. К. Mikhailovskij’s “What is Progress’*. In: “Essays

in Russian and Soviet History. In Honour of G. Robinson”. New

York, 1963.
Randall F. N. G. Chernyshevskij. New York, 1967.
Randall F. B. Herzen’s From the Other Shore. — “Slavic Revi¬

ew”, vol. 27, N 1, 1968.
Read H. Existentialism, marxism and anarchism. London,

1949*
Read H. Anarchy and Order. London, 1974.
Reshelar J. A Concise History of the Communist Party of the

Soviet Union. New York, 1960.
Resis A. “Das Kapital” Comes to Russia. — “Slavic Review”, 1970,

vol. 29, N 2.
Revolutionary Russia. Ed. by R. Pipes. Cambridge (Mass.), 1967.
Rewriting Russian History. Soviet Interpretation of Russia’s

Past. Ed. by C. Black. New York, 1956.
Riasanovsky N. A History of Russia. New York, 1977.
Riha T. Readings in Russian Civilization, vol. II. Chicago, 1963.
Roberts E. M. Lenin and the Downfall of Tsarist Russia. Lon¬

don, 1966.
Rogers J. Darwinism, Scientism and Nihilism. — “Russian Re¬

view”, 1960, vol. 19, N 1.
Rogger И. October 1917 and the Tradition of Revolution. —

“Russian Review”, 1968, vol. 27, N 4.
Rosenberg W. Russian Liberals and the Bolshevik Coup. — “Jour¬

nal of Modern History”, 1968, vol. 40, N 3.
Rubel M. Marx without Myth. New York, 1975.
Russia and the Soviet Union. A Bibliographic guide to Western

Languages Publications. Ed. by P. Horecky. Chicago, 1965.
Russia Under the Last Tsar. Ed. by N. Stavrou. Minneapolis,
1969.
The Russ«ian Intelligentsia. Ed. by R. Pipes, New York, 1961.
The Russian Menace to Europe. By Karl Marx and Friedrich

Engels. Ed. by P. Blackstock and B. Hoselitz. London, 1953.
Russian Philosophy, vol. II, III. Chicago, 1965.
Russian Thought and Politics. Harvard Slavic Studies, vol. IV,

Cambridge (Mass.), 1957.
Russel B. The Practice and Theory of Bolshevism. New York,
1964.
Sabine J. H. The Ethics of Bolshevism. — “The Philosophical

Review”, 1961, vol. 60, N 3.
Schapiro L. The Communist Party of the Soviet Union. New

York, 1960.
Schapiro L. Rationalism and Nationalism in Russian Nineteenth

Century Political Though. New Haven — London, 1967.
Schapiro L. Learning from the Russians. — “Encounter”, 1969, vol.

33, N 4.
Schwarzschild L. The Red Prussian. London, 1948.
A Select Bibliography of Works in English on Russian History.

Ed. by D. Shapiro. Oxford, 1962.
Seth R. A Short History of Russia. Chicago, 1956.
Seth R. The Russian Terrorists. The Story of the Narodniki. Lon¬

don, 1966.
Seton-Watson H. The Decline of Imperial Russia. 1855—1914.

London, 1952.
173

Seton-Watson H. Nationalism and Communism. Essays i946—

1963. London, 1964.
Seton-Watson H. The Russian Empire. 1801—1917. London, 1967.
Shteppa K. Russian Historians and the Soviet State. New Bruns¬

wick, 1962.
Shub D. Kropotkin and Lenin. — “Russian Review”, 1953, vol. 1,

N 10.
Shub D. Lenin. A Biography. New York, 1962.
Shukman И. Lenin and the Russian Revolution. New York, 1967.
Simmons E. /. Tolstoy. London, 1973.
Spector I. An Introduction to Russian History and Culture. Prin-

ston, 1961.
Stephen G. Tsar of Freedom. The Life of Alexander 11. New Ha¬

ven, 1935.
Steward A. The Social Roots. In: Populism. Its Meanings and

National Characteristics. London, 1969.
Sukhanov N. The Russian Revolution.
Sumner B. A Short History of Russia. New York, 1943.
Sumner В. H. Survey of Russian History. London, 1947.
Taimon G. L. The Origins of Totalitarian Democracy. London,

1955.
Thadeti E. C. Conservative nationalism in Nineteenth Century

Russia. Seattle, 1964.
Tompkins S. R. The Russian Mind from Peter the Great through

the Enlightment. Oklahoma u. p., 1953.
Tompkins 5. R. The Russian Intelligentsia : Makers or the Revo¬

lutionary State. Norman, 1957.
Tompkins S. R. The Triumph of Bolshevism. Reaction or Revo¬

lution? Norman, 1967.
The Transformation of Russian Society. Aspects of Social Change

Since 1861. Ei. by C. Black. Cambridge (Mass.), 1960.
Treadgold D. Lenin and His Rivals. The Struggle for Russian’s

Future. New York, 1955.
Treadgold D. W. Twenteeth Century Russia. Chicago, 1964.
Treadgold D. Russian Radical Thought. In: Russia Under the

Last Tsar. Minneapolis, 1969.
The Truth about the Reign of the Emperor Nicolas* II. Harrow

(Middlesex), 1967.
The True Look about Russian Revolution. London, 1960.
Tuccille J. Radical Libertarianism. A Right Wing Alternative. New

York, 1970.
Ulam A .M. The Unfinished Revolution. An Essay on the Sources

of Influence of Marxism and Communism. New York, 1960.
Ulam A. Lenin and Bolsheviks. London, 1966.
Utechin S. V. Who Taught Lenin. — “Twentieth Century”, 1960,

vol. 168, N 1001.
Utechin S. V. Russian Political Thought. London, 1964.
Varlamov V. Bakunin and the Russian Jakobins and Blanquists

аз Evaluated by Soviet Historiography. In: Rewriting Russian Histo¬

ry, Soviet Interpretation of Russia’s Past. New York, 1956.
Venturi F. Roots of Revolution: A History of the Populist Move¬

ments in Nineteenth Century Russia. New York, 1960.
Vernadsky G., Karpovich M. A Historv of Russia. New Haven,

1948.
Vernadsky G. A History of Russia. New Haven, 1954.
174

Volin (Eichenbaum V. М.). Nineteen—Seventeen: The Russian Re¬

volution Betrayed. London, 1954.
Volin (Eichenbaum V. М.). The Unknown Revolution. (Kronstat

1918—1921). London, 1955.
Walicki A. The Controversy Over Capitalism. Studies in the So¬

cial Philosophy of the Russian Populists. London, 1969.
Walker D. and O'Connor. The Lost Revolutionary. New York,
1967.
Walkin /. The Rise of Democracy in Pre-Revolutionary Russia.

London, 1963.
Wallace D. Russia, vol. I—II. London, 1905.
Walsh W. B. Readings in Russian History. New York, 1948.
Walsh W. Russia and the Soviet Union. A Modern History. New

York, 1958.
Weeks A. The First Bolshevik. — “Problems of Communism”, 1967,

vol. 16, N 6.
Weeks A. The First Bolshevik. A Political Biography of Peter

Tkachev. New York — London, 1968.
Weinstein F. The Origins of “Nihilist” Criticism. — “Canadien

Slavic Studies”, 1969, vol. 3, N 3.
Weintraub W. Marx and Russian Revolutionaries. — “The Cam¬

bridge Journal”, 1950, vol. 3, N 8.
Wilson E. To the Finland Station. New York, 1953.
Wittke C. The Utopian Communist. Baton Rouge, 1950.
Wittfogel K. The Marxist View of Russian Society and Revolu¬

tion. — “World Political”, 1960, vol. 12, N 4.
Woerlin W. F. Chernyshevskii. The Man and the Journalist. Har¬

vard u. p., 1971.
Wolfe B. D. Three Who Made a Revolution. New York, 1964.
Wolfe B. D. Marxism. One hundred Years in the Life of a Doc¬

trine. New York, 1965.
Wolfenstein E. The Revolutionary Personality. Princeton, 1967.
Woodcock G. and Avakumovich I. The Anarchist Prince Peter

Kropotkin. New York, 1950.
Woodcock G. Anarchism. A History of Libertarian Ideas and

Movements. New York, 1962.
Wortman R. The New Soviet Intelligentsia and Russia’s Past.

Chicago, 1968.	>
Wren M. The Course of Russian History. New York, 1958.
Wren M. The Western Impact upon Tsarist Russia. Holt, 1971.
Yarmolinsky A. Road to Revolution. A Century of Russian Radi¬

calism. London, 1957,

Указатель имен
Абрамович P. (Abramo¬

vich R.) 119

Аврич П. (Avrich Р.) 18,

19, 21, 22, 59, 63, 67,
72,	76—78, 81—83, 89,

101, 103, 108, 119, 124,

125, 128, 129, 134, 152,
153
Аксаков И. 38

Аксаков К. С. 45

Александр II 53

Амфитеатров А. В. 24

Андерсон В. М. 25

Андерсон Т. (Ander¬

son Th.) 9, 20, 31, 39,

40, 46, 59, 82, 83, 88,

89, 108, 110, 111, 128,

129
Анненков П. В. 37

Ансар П. (Ansart Р.) 7

Антонов В. Ф. 15, 51, 56,

61,87, 131, 141

Аптекман О. 25

Арно А. 98

Арну А. 103

Арон Э. (Aron Н.) 7

Аути P. (Auty R.) 20, 125

Ашин Г. А. 12, 13
Баадер А. 148

Бабеф Г. 67

Базаров Б. 25

Байкал Ж. (Bancal J.) 7

Басманов М. 11

Бахитов М. Ш. 13

Бахметьев П. А. 56

Бейнер Г. (Beiner Н.) 6

Белинский В. Г. 32, 117

Белоголовый Н. А. 25

Бердяев Н. (Berdyaev N.)
19,	20, 22, 40, 50, 109,
112,	150, 151
Берлин И. (Berlin I.) 7,
17,	18, 59, 82, 84, 95

Берлин П. А. 25

Блэк С. (Black С.) 110

Богословский Н. 59

Богучарский В. 25, 66

Болотников И. И. 91

Большаков В. 10

Боровой А. 25

Брежнев JI. И. 136, 145

Брупбахер Ф. (Brupba-

cher F.) 6

Брычков А. 10

Буанаротти Ф. 31

Бубак 3. 148

Бур М. 32
Бэрон С. (Baron S.) 8, 9,
19,	20, 72, 109, 119, 120,
153
Бэчман Дж. (Bachman J.)
108
Вагнер Р. 25

Вайян Э. 98
Вейтлинг В. 31, 35, 36,
40,	88
Вентури Ф. (Venturi F.)
6, 7, 19, 117

Виктор П.19

Вильсон Е. (Wilson Е.)
19,	59

Витке К. 35

Волгин В. П. 35

Волк С. С. 15

Володин А. И. 15, 70

Вольф Б. (Wolfe В.) 119

Вудкок Дж. (Wood¬

cock G.) 18,59,81,82,
89, 152, 153

Вырубов Г. Н. 25, 60
Гегель Г. 30, 32, 33, 73

Герен Д. (Gyerin р.) 7
176

tepuétf A. Й. 20, 30, 31,

33—35, 52, 53, 54, 56,
58,	65, 88, 95—97, 117

Герцен H. A. 61, 63, 64

Гизо Ф.3
Гильом Дж. 25, 59

Годвин У. 38
Гольдман Э. (Gold¬

man Е.) 22, 151, 152

Гомбен P. (Gambin R.) 7

Горелик А. 25

Горохов В. А. 26

Греи Я- (Grey J.) 63, 95

Густафсон Л. (Gustaf¬

son L.) 6
Дебагорий-Мокриевич В.

25
Дейчер Г. (Deutscher J.)
92
Джоул Дж. (Joli J.) 8,
18,	19, 22, 30—32, 35,

37, 38, 41, 42, 44, 46,

52, 53, 57, 58, 65, 67,

69, 72, 74, 82, 83, 86,
89,	95, 96, 103, 134, 151,
153
Достоевский Ф. М. 46

Драгоманов М. П. 24

Дракнович М. (М. Drack-

novitch) 108

Дыокс П. (Dukes Р.) 5

Дьяков В. А. 94

Дэниэлс P. (Daniels R.)
119, 124

Дюкло Ж. 27
Ерофеев С. П. 26
Жуайе М. 148
Засулич В. И. 68, 91, 93

Зенон 30, 149

Зильберман Б. И. 27
Иван Грозный 126

Иванов В. П. 74

Игрицкий Ю. И. 14, 129

Иоффе Г. 3. 14

Ирибаджаков Н. 12

Итенберг Б. С. 15, 68
Каминский Г.-Э. (Kamin¬

ski Н.-Е.) 7

Камю A. (Camus А.) 7,8
Кандбль Ё. Н. 36

Канев С. И. 15, 27, 131,

148

Кант И. 33
Карпачев М. Д. 14, 16, 17

Карр Э. X. (Сагг E. Н.)

17, 18, 19, 21, 31, 37,
41,	44, 72, 77, 86, 89,90,
98,	109, 150, 153
Картер A. (Carter А.) 18,

152
Карякин Ю. Ф. 14, 16, 70

Кейзеров H.М. 126

Кепеци Б. 10
Кип Дж. (Keep J.) 20,

125, 153

Кларксон Д. (Clarkson J.)
42,	63, 108, 109, 126

Ковалик С. 29

Козьмин Б. П. 26

Колпинский Н. Ю. 29,
106
Комин В. В. 27

Кон-Бендит Д. 148

Кон Г. (Kohn Н.) 46, 108,
109,	122, 123, 126, 129,
137,	143

Кон И. С. 12

Конт О. 30

Конфино М. 21

Королев Б. И. 13

Коссидьер М. 88

Красноперов И. 25

Кропоткин П. А. 11, 40,
124
Крупина Т. Д. 14

Крэнкшоу Э. (Crank-

shaw E.) 19, 32, 42, 43,
59,	77, 78, 83, 98, 153

Кугельман Л. 91

Куниц Дж. (Kunitz J.)
20,	58, 68, 69, 137

Курбатова И. Н. 110

Кухаржевский Дж. (Ки-

charzewski J.) 20
Лавров П. Л. 17, 58, 87,
91
Лазуренко В. Д. 87

Ламперт Е. (Lampert Е.)
17, 21, 22, 41, 42, 152

Лауэ Т. фон (Laue Th.
von) 19, 20, 46, 108

Левин Ш. М. 56, 60, 67

Лейтес H. (Leites N.) 112

Лекьен Е. 7

Ленин В. М. 3, 4, 21, 23,

24, 53, 57, 68, 72, 75—

77, 78, 87, 104, 105, 108,
109,	113—129, 131 — 135,

138, 139, 141—146, 151,
154
Ленинг A. (Lehning А.)

23
Либкнехт В. 84

Лопатин Г. А. 68, 91

Любавин H. G1, 97
Мадзини Дж. 60, 78

Мазур A. (Mazour А.) 31,

39, 65, 77, 78

Майнхоф У. 148

Макиавелли Н. 65, 67

Максимов Г. (Maxi-

moff G.) 21,30, 37, 82,
89,	151
Малиа М. (Malia М.) 19

Малинин В. А. 15, 26, 66,

74, 79, 138

Малыш А. А. 85

Мамут Л. С. 77

Манешин В. С. 144

Мао Цзэ-дун 11

Марат Ж.-Г1. 67

Маркович С. 102

Маркс К. 3, 8, 12, 18, 21 —

23, 27, 30, 36, 37. 43,

44, 57, 62, 68, 71, 75,

77—89, 92—99, 100,

102—105, 108, 110, 111,

ИЗ, 117, 119, 120, 122,
123,	129, 135, 138, 144,

145, 150, 151, 153

Марушкин Б. И. 13

Маслин М. А. 14, 17, 108

Мейер А. (Меуег А.) 20,
119
Мейер Дж. (Meijer J. М.)
19,	58, 89

Мейнард Дж. (May¬

nard J.) 17, 31, 37, 40,
42,	46, 47, 48, 50, 53, 59,

66, 77, 79, 80, 86, 89,
90,	101, 134, 137, 152,

153, 154
Менгер А. 25

Меринг Ф. 68, 85

Меттерних 3

Микешин Н. П. 126

Миллер P. (Miller R.) 5

Мирский Д. (Mirsky D.)

20
Михайлов М. И. 106

Михайловский H. М. 17

Модржииская Е. Д. 13,

79, 112, 121

Мороз И. А. 26

Мурхед A. (Moorehe-

ad А.) 19, 20

Мухина Г. 3. 126

Мхитарян Г. Е. 144

Мюллер Г. (Müller Н.) 6
Нетлау М. G
Нечаев С. Г. 11, 15, 19,
21,	28, 55—70, 97, 108,
110,	119, 137, 149—151,
154
Николай I 46, 47, 97

Никон, патриарх 126
Оболенский Д. (Obolen¬

sky D.) 20, 125

Овидий 30
Огарев Н. П. 28, 56, 58,

64, 65

Остроумов Г. 10, 11

Оуэн Р. 38
Панкратова М. Г. 14

Пантин И. К. 26, 110, 131

Пейдж С. (Page S.) 137,

144
Пейн P. (Payne R.) 19,
20,	84, 95, 108, 119

Пейрс В. (Pares В.) 20

Пестель П. И. 47, 50

Петерс В. (Peters V.) 68,
69
Петр I 40, 126

Пирумова H. М. 26, 27,

32, 35, 37, 46, 48, 49,

54, 56, 59, 60, 69, 79,
87,	88, 96

Платковский В. В. 123

Плеханов Г. В. 57, 109,
110,	120, 151

Плимак Е. Г. 14—16, 70

Погодин М. П. 45

Покровский С. А. 14

Полонский В. П. 26

Полянский Ф. Я. 16, 110,

116, 131

Помпер Ф. (Pomper Ph.)
19,	58, 69

Понто Ю. 148

Поспелов П. Н. 94

Поссони С. (Possony St.)
20,	46. 108
178

Правдин М. (Prawdin М.)
20,	56, 57, 62, 63, 79, 86,

95, 97, 98, 108, 119, 125,

134, 137, 138, 144, 151

Прозорова Н. С. 87

Проппер С. М. 25

Прудон П.-Ж. 30, 31, 36,
37,	38, 40, 44, 53, 65,
73,	76, 78, 116, 132, 149

Пугачев Е. И. 39, 47, 50,
60,	91
Пшедецкий М. И. 112,

113
Пызур Ю. (Pyzuir Е.)
126
Разин С. Т. 40, 60, 91

Ралли 3. К. 25, 60

Ранвье Г. 98
Рид Г. (Read Н.) 18, 117

Роккер P. (Rocker R.) 82,
88
Романовский Н. В. 14,
129
Романовы 47, 50

Руге А. 34, 35

Русанов Н. 25

Рязановский H. (Riasa-

novsky N.) 20
Салов В. И. 12

Самнер Б. (Sumner В.)

20
Санд Жорж 97

Семенкова Т. 26

Сен-Симон А.-К. 30

Сержант A. (Sergent А.)
7
Ситон-Уотсон X. (Seton-

Watson H.) 20, 82, 83,
88,	89, 120

Скэлэпино P. (Scalapi-

no R.) 120

Слуцкий A. Г. 101, 103

Смирнов A. Ф. 69, 88, 90,

91,92, 93, 94

Соболев П. H. 123

Станкевич H. В. 28, 30,
. J2
Стеклов Ю. М. 23, 26, 32,

54, 59, 73, 109, 141
Степакова Е. А. 36

Степняк-Кравчинский
С.	М. 68, 91
Степун Ф. (Stepun F.)
108,	119
Стефен Дж. (Stephen G.)

20
Суслова Ф. М. 14

Суханов Н. 22, 109, 119

Сухотина Л Г. 14, 16
Таккер P. (Tucker R.)
125
Тарле Е. В. 31

Твардовская В. А. 26, 29,

79, 106

Титаренко С. Л. 14

Ткачев П. Н. 17, 87, 108,
109,	110, 111, 122

Тойнби А. 9

Толстой Л. Н. 40

Томпкинс С. (Tomp¬

kins S.) 20, 44, 52
Тредгольд Д. (Tread-

gold D.) 120

Троцкий Л. Д. 125

Тургенев И. С. 53
Уваров С. С. 45

Улам A. (Ulam А.) 119,
124,	128, 129, 134, 151

Утехин С. (Utechin S.)
20,	59, 101, 151

Утин Н. И. 61, 91, 98

Уолш В. (Walsh W.) 20

Уэлкин Дж. (Walkin J.)
124
Федотов Б. 13, 126

Фейнсод М. (Fainsod М.)
9	113 121

Фигнер В. Н. 25, 67, 68

Филатова E. М. 14

Филиппов Р. Ф. 15

Фихте И. Г. 30, 32, 33, 65

Фостер У. 3. 27, 87

Фроленко М. Ф. 79
Хаммонд Т. (Hammond

Т.) 119

Хеймсон Л. (Haimson L.)

113
Хейр P. (Hare R.) 8, 17,

31, 34, 36, 38, 39, 41, 42,

44, 48, 50—52, 59, 64,
69,	77, 78, 80, 83, 84,

86, 89, 90, 95, 96, 137,
138,	151, 152, 154

Хиам Э. (Hyam Е.) 37,

38,	42, 59, 78, 82—84,
90,	98, 100

Хингли Э. (Hingley R.)

19
Хозелитц Б. Ф. (Hoze-

litz В.) 30, 31, 37, 98,
109
Хорошкевич А. Л. 14

Хук С. (Hook S.) 134, 135
Церетели И. Г. 22, 109
Чагин Б. А. 110

Чайковский H. 110

Чарушин Н. А. 68

Чернышевский Н. Г. 15,
70,	117

Черняк Е. Б. 13

Чесноков Г. Д. 12
Шаб Д. (Shub D.) 69, 108

Шабад Б. А. 12, 13

Шапиро Л. (Shapiro L.)

5, 119
Шахназаров Г. X. 144

Шварцчайлд Л. (Schwar-

zchild L.,) 86

Шлейер Г. 148

Штейгервальд Р. 10

Штирнер М. 30, 117, 132
Щетинина Г. И. 14, 108
Эльтцбахер Ф. 25

Энгельс Ф. 3, 5, 21, 23,

37, 74, 75, 76, 77, 81,

85, 91, 92, 93, 97, 98,
99,	100, 102, 104, 105,
113,	123, 131, 144, 145

Эпнер Б.-FI. (Hepner В.-

Р.) 7
Якушевский И. Т. 12

Ярмолински A. (Yarmo-

linsky А.) 19, 20, 58,
61,	69, 89, 92, 95, 120,
154

Оглавление
ВМЕСТО ВВЕДЕНИЯ: ПОСТАНОВКА ВО¬

ПРОСА, ИСТОРИОГРАФИЯ, ИСТОЧНИКИ 3
Глава /.
ВОПРОСЫ МИРОВОЗЗРЕНИЯ М. А. БАКУ¬

НИНА В БУРЖУАЗНОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 28
1.	Об истоках мировоззрения М. А. Бакунина .... —
2.	Бакунин и славянский вопрос	43
3.	Проблема «Бакунин — Нечаев»	55
Глава II.
ВЗАИМООТНОШЕНИЯ М. А. БАКУНИНА

с К- МАРКСОМ и I ИНТЕРНАЦИОНАЛОМ

В ИНТЕРПРЕТАЦИИ БУРЖУАЗНОЙ ИСТО¬

РИОГРАФИИ 	71
1.	«Советология» о соотношении философско-социологических

взглядов К- Маркса и М. А. Бакунина	—
2.	Трактовка причин конфликта между К- Марксом и
М. Бакуниным	82
3.	Фальсификация вопроса о борьбе между К- Марксом и
М. А. Бакуниным в I Интернационале	95
Глава III.
БАКУНИЗМ, ЛЕНИНИЗМ, РЕВОЛЮЦИЯ В

БУРЖУАЗНОЙ «СОВЕТОЛОГИИ» ... 107
1.	Миф о бакунинско-анархистском характере ленинизма. . —
2.	Об отождествлении буржуазной историографией ленинского

учения о государстве с бакунинским	127
3.	Версия буржуазной историографии о преемственной связи

ленинских принципов партийного строительства с идеями

Бакунина о революционной организации	136
ЗАКЛЮЧЕНИЕ	147
БИБЛИОГРАФИЯ	156
УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН	176

Джангирян В. Г.
Д40 Критика англо-американской буржуазной исто¬

риографии М. А. Бакунина и бакунизма. — М.:

Мысль, 1978. — 181 с.
В книге критически анализируется англо-американская буржуазная

историография М. А. Бакунина и бакунизма. Автор показывает предвзя¬

тый характер освещения в буржуазной литературе мировоззрения

М. А. Бакунина, его отношения к славянскому вопросу, истории борьбы

между бакунистами и руководством I Интернационала, причин и истори¬

ческого значения конфликта между ними. В книге подвергнуты критике

поиски буржуазной «советологией» генетической связи ленинизма с

бакунизмом.
10601-175
Д 	93-78	9
004(01)-78

ИБ № 677
ДЖАНГИРЯН ВЛАДИМИР ГУРГЕНОВИЧ
КРИТИКА АНГЛО-АМЕРИКАНСКОЙ БУРЖУАЗ¬

НОЙ ИСТОРИОГРАФИИ М. А. БАКУНИНА И

БАКУНИЗМА
Заведующий редакцией

В. С. АНТОНОВ

Редактор
Ю. В. МОЧАЛОВА

Младший редактор

E. Р. ЗАЗУЛЬСКАЯ

Оформление художника

Л. Е. БЕЗРУЧЕНКОВА

Художественный редактор

В. А. ЗАХАРЧЕНКО

Технический редактор

М. Н. МАРТЫНОВА

Корректор

3. В. ОДИНА
Сдано в набор 13.02.78.	Подписано в печать 22.06.78.	А05291.
Формат 84Х1087з2. Бумага типогр. № 1. Гарнитура литературная. Высокая

печать. Уел. печатных листов 9,66. Учетно-издательских листов 10,79.

Тираж 9000 экз.	Заказ № 546.	Цена 85 к.
Издательство «Мысль». 117071. Москва, В-71, Ленинский проспект, 15.
Московская типография № 32 Союзполиграфпрома при Государственном

комитете Совета Министров СССР по делам издательств, полиграфии

и книжной торговли.
Москва, К-51, Цветной бульвар, д. 26.

НОВЫЕ КНИГЙ
В 1979 г. издательство «Мысль» выпустит в свет:
Карпачев М. Д. Историческая роль революционного разночинст-

ва и буржуазные фальсификаторы. 11 л. 75 к.
В книге на примере более чем 300 работ критически анализиру¬

ются основные концепции, сложившиеся в современной англо-амери¬

канской буржуазной историографии разночинского периода освобо¬

дительного движения в России. В поисках «истока» большевизма,

искусственных аналогий с современными событиями в развивающих¬

ся странах буржуазные авторы искажают сущность русского револю¬

ционного движения 60-х и 70-х годов, героически боровшегося против

царского самодержавия, фальсифицируют конкретно-историческую

обстановку в России второй половины XIX в.
Работа рассчитана на преподавателей и студентов вузов, лекто¬

ров, пропагандистов.

мысль-