В.  С.  ГОРЯКИНА
ЛЕНИНСКАЯ «ИСКРА» В КРЫМУ
1900
1990
СИМФЕРОПОЛЬ «ТАВРИЯ» 1990


ББК 66.61(2)2 Г71
Рецензент Ю. И. Кирьянов, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института истории СССР АН СССР
г
0902020000-004 М216(04)-90
БЗ-37-5-89
ISBN 5-7780-0150-9
© В. С. Горякина, 1990


ОТ АВТОРА
В начале XX в. Россия стояла в центре мировых революционных событий. В условиях назревания буржуазно-демократической революции — первой народной революции эпохи империализма — российский пролетариат выходил на передний край борьбы.
В 1902 г. В. И. Ленин имел все основания сказать: «История поставила теперь перед нами ближайшую задачу, которая является наиболее революционной из всех ближайших задач пролетариата какой бы то ни было другой страны» *. Речь шла о свержении самодержавия, бывшего тогда самым могучим оплотом не только европейской, но и азиатской реакции. Осуществление этой задачи, считал В. И. Ленин, сделало бы пролетариат России авангардом международного революционного пролетариата.
На политической арене России действовало тогда третье поколение борцов за свободу — пролетарские революционеры, преемники традиций декабристов, Герцена и Чернышевского, славных героев «Народной воли» 1. В отличие от своих предшественников, российские социал-демократы опирались на научный социализм — учение К. Маркса и Ф. Энгельса о неизбежности социалистической революции, о всемирно-исторической миссии пролетариата как вождя этой революции и созидателя социалистического общества.
Вооруженные революционной теорией, выражавшей коренные интересы рабочего класса, российские социал-демократы во главе с В. И. Лениным несли идеи марксизма в рабочие массы, соединяя теорию с практикой революционной борьбы.
В марте 1898 г. представители крупнейших социал-демократических организаций страны, собравшись на свой первый съезд в Минске, провозгласили создание Российской социал-демократической
* Ленин В. И. Что делать? // Полн. собр. соч.  — Т. 6.  — С. 28.
3


рабочей партии. Но попытка создать единую партию тогда не увенчалась успехом. Социал-демократическое движение в России находилось в состоянии идейного разброда и организационной раздробленности. На пути к созданию единой и сплоченной марксистской партии предстояла еще серьезная борьба.
В 1899 г. В. И. Ленин, находясь в ссылке в далеком сибирском селе Шушенском, тщательно и всесторонне продумал свой гениальный план организации партии.
Начать надо с постановки общерусской политической газеты, но издавать ее за границей. Наладить транспортировку газеты в Россию. Газета должна быть тесно связана с социал-демократическими организациями России, должна идейно и организационно сплотить социал-демократические организации (группы, комитеты, союзы) в единую монолитную партию нового типа на принципах революционного марксизма. Из агентов «Искры» и ее идейных сторонников в местных организациях сплотить революционное- ядро единомышленников и создать единую централизованную конспиративную организацию для руководства классовой борьбой пролетариата.
Таков был новаторский организационный план В. И. Ленина. Он был изложен в его статьях, написанных еще в ссылке,  — «Наша программа», «Наша ближайшая задача» и «Насущный вопрос» *. Статьи предназначались для «Рабочей газеты»2, объявленной I съездом РСДРП официальным органом партии.
24 декабря 1990 г.** в Лейпциге, в типографии германского социал-демократа Германа Рау, был напечатан первый номер «Искры» — газеты, открывшей новую эру в истории революционного движения в России. Твердое, принципиально выдержанное руководство В. И. Ленина сделало «Искру» могучим орудием создания партии нового типа — партии большевиков.
Эпиграфом к газете стали знаменитые слова «Изъ искры возгорится пламя!»... Ответъ декабристовъ Пушкину», подчеркивавшие преемственную связь российской социал-демократии с первым поколением борцов против самодержавия. Эти слова оказались-
* См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч.  — Т. 4.  —  С. 182—198.
** Все даты приводятся по старому стилю.
4


вещими. Идеи ленинской «Искры» проникли в самые отдаленные уголки страны, пробуждая к борьбе за свободу новые и новые отряды угнетенных, воспитывали профессиональных революционеров-марксистов.
С деятельностью искровцев связана одна из самых ярких страниц в истории Крыма. «Искра» сыграла решающую роль в широком распространении идей марксизма среди крымских рабочих, революционно настроенной интеллигенции, солдат и матросов Черноморского флота. «Искра» и искровцы стояли у истоков создания Крымской областной партийной организации.
Первые попытки изучения раннего периода истории социал- демократического и революционного движения в Крыму относятся к 20-м годам. Но авторы первых публикаций не рассматривали вопрос о распространении «Искры» в крымских организациях, о ее влиянии на их деятельность *.
В 1933 г. была опубликована работа В. Советова, в которой искровский период социал-демократического движения представлен более подробно, с привлечением архивных документов. Однако идейные позиции городских организаций и Крымского союза РСДРП, их связь с «Искрой», ее роль в формировании и деятельности местных организаций автором не исследованы **.
О распространении ленинской «Искры» в Крыму и публикации в ней материалов из Крыма сообщалось и в других работах***. Но этот вопрос не был предметом специального исследования.
Первая попытка такого исследования предпринята автором этих строк в 1959 г.****
* Гелис И. Симферополь в период первой революции (1905 г.)//  Революция в Крыму: Сб. Крым. Истпарта.  — 1925.  — № 1 (5).  — С. 8—13; Камшицкий В. Революционное движение в Керчи (1905—1907 гг.)  //  Там же.  — С. 45—46.
** Советов В. Социал-демократия в Крыму, 1898—1908.  — Симферополь: Крымгосиздат, 1933.
*** Надинский П. Н. Очерки по истории Крыма.  — Симферополь: Крымиздат, 1951.  — Ч. 1; Губенко Г. Н. Революционное движение в Таврической губернии в 1905—1907 гг.  — Симферополь: Крымиздат, 1955.
**** Горякина В. С. Ленинская «Искра» в Таврической губернии.  — Симферополь: Крымиздат, 1959.
5


За прошедшие с тех пор 30 лет советская историография сделала значительный шаг вперед. Появились новые публикации документов из архива «Искры» *. Расширилась проблематика исследований, изданы капитальные монографии по истории ленинской «Искры»**. Современный уровень историографии темы позволяет более точно определить место крымских социал-демократических организаций в общероссийском процессе становления пролетарской партии нового типа, роль «Искры» в зарождении и развитии идей и принципов большевизма в Крыму. Все это, а также возрастающий интерес к историческому прошлому нашей Родины, важность пропаганды традиций революционной марксистской партии в деле воспитания молодого поколения побудили автора к подготовке второго, значительно переработанного и дополненного издания книги о ленинской «Искре» в Крыму. Внесенные изменения и дополнения продиктованы также и опытом преподавательской работы автора в вузе. В частности, революционное и социал-демократическое движение в Крыму, деятельность искровцев представлены в книге на достаточно широком общеисторическом фоне с целью более глубокого освещения одного из важнейших событий в истории страны — возникновения большевизма.
* Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра» с социал-демократическими организациями в России, 1900—1903 гг.: Сб. документов: В 3 т.  — М.: Мысль, 1969—1970; Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП с партийными организациями, 1903—1905 гг.: Сб. документов: В 3 т.  — М.: Мысль, 1974—1977; Переписка В. И. Ленина и руководимых им заграничных партийных органов с социал-демократическими организациями Украины (1901—1905 гг.): Сб. документов и материалов.  — К»: Политиздат Украины, 1964.
** Степанов В. Н. Ленин и русская организация «Искры». 1900—1903 гг.  — М.: Мысль, 1968; Кузнецов А. С. Советская историография борьбы В. И. Ленина за создание партии нового типа.  —  Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1975; Ольховский Е. Р. Ленинская «Искра» в Петербурге.  — Л.: Лениздат, 1975; Тарновский К. Н. 24 декабря 1900  г.  — М.: Мол. гвардия, 1977; Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России, 1900—1903.  — М.: Мысль, 1978; Костин А. Ф. Ленин — создатель партии нового типа.  — М.: Политиздат, 1980; Тарновский К. Н. Революционная мысль, революционное дело: (Ленин. «Искра» в борьбе за создание марксист, партии в России).  — М.: Мысль, 1983; Ольховский Е. Р. Навстречу буре! — Л.: Лениздат, 1988.
6


В книге использованы документы Центрального партийного архива Института марксизма-ленинизма (ЦПА ИМЛ) при ЦК КПСС, Центрального государственного архива Октябрьской революции, высших органов государственной власти и государственного управления СССР (ЦГАОР СССР), Государственного архива Крымской области (ГАКО), партархива Крымского областного комитета Компартии Украины.
Широко используются в книге документы, представленные в сборнике «Революционное движение в Таврической губернии в 1905—1907 гг.», новейшие публикации из архива «Искры».
Важным источником в работе над темой явилась периодическая печать: журналы «Пролетарская революция», «Каторга и ссылка», «Революция в Крыму».
Особую ценность представляют подлинные документы социал- демократических организаций Крыма — корреспонденции в «Искре», письма в редакцию газеты местных социал-демократов, листовки, воспоминания старых большевиков, активных участников революционного движения и, конечно, письма В. И. Ленина и Н. К. Крупской крымским искровцам.
Богатый фактический материал, потребовавший проверки и сопоставления с другими источниками, содержится в донесениях и рапортах полицейских и жандармских властей.
Некоторые ранее неизвестные сведения о деятельности искровцев в Крыму, о связях редакции газеты с городами Крыма почерпнуты из новейшей исторической литературы.
Методологической основой данного исследования являются произведения В. И. Ленина, решения и протоколы II съезда РСДРП, переписка В. И. Ленина и редакции «Искры» с социал-демократами в России.
В основу структуры книги положена периодизация истории «Искры», установленная советскими историками *. Соотнося эту периодизацию с историей социал-демократического движения в Крыму, мы рассматриваем следующие периоды: подготовка к изда-
*  Тарновский К. Н. Революционная мысль, революционное дело.  — С. 39—42; Ольховский Е. Р. Ленинская «Искра» в Петербурге.  — С. 5.
7


нию «Искры» (февраль—декабрь 1900 г.), деятельность искровской «социалистической почты» в Крыму (декабрь 1900 — февраль 1902 г.), связи местных социал-демократов с Русской организацией «Искры» (март—октябрь 1902 г.), положение в крымских социал- демократических организациях в период подготовки II съезда РСДРП (ноябрь 1902 — август 1903 г.), борьба большевиков за упрочение позиций в крымских организациях (август 1903—1904 г.).
Книга адресована преподавателям вузов и студентам, учителям истории и краеведам, лекторам и пропагандистам, всем, кто интересуется историей края, историей революционного движения в Крыму.


РАБОЧИЙ КЛАСС КРЫМА В НАЧАЛЕ ВЕКА
В начале нынешнего столетия, когда в большинстве промышленных городов Центральной России уже действовали социал-демократические организации и начинались массовые забастовки рабочих, Крым в глазах охранителей самодержавия еще продолжал оставаться надежным местом политической ссылки активных участников революционного движения. Однако внешнее спокойствие и «благонадежность» Крыма были обманчивы. Подспудно здесь нарастали острые социальные противоречия, накапливался горючий материал для грядущих классовых столкновений.
Бурное развитие капитализма в сельском хозяйстве южных степных губерний Новороссии (Екатеринославской, Херсонской и Таврической, в состав которой входил Крым) выдвинуло этот район на первое место в стране по развитию товарного зернового производства. К началу XX в. многие помещичьи имения степных крымских уездов и Северной Таврии превратились в крупные предприятия капиталистического типа. В 1900 г. для уборки хлебов здесь требовалось более 200 тысяч наемных рабочих *. Только в имении Фальц-Фейна, владевшего 200 тысячами десятин земли, в страдную пору уборки урожая нанималось пять тысяч рабочих; у Мордвинова, соб-
* Материалы высочайше утвержденной 16 ноября 1901 г. комиссии по исследованию вопроса о движении с 1861 по 1900 г. благосостояния сельского населения.  — Спб., 1903.  — Ч. 1.  — С. 249.
9


ютвенника 60 тысяч десятин,  — две тысячи, у великого князя Михаила Николаевича —  одна тысяча*.
В крупных предпринимателей превратились многие зажиточные крестьяне. Так, в 1905 г. 185 таких сельских богачей имели по тысяче и более десятин земли только в частной собственности, не считая надельной и арендуемой
Сельская буржуазия составляла в среднем по Крыму 12 процентов крестьянских хозяйств. С другой стороны, не меньше половины, а по некоторым уездам до 60—70 процентов крестьянских хозяйств были безземельными. Крестьяне превращались в наемных сельских и городских пролетариев или арендовали землю у помещиков и кулаков. За пользование землей и жильем, за выпас скота арендатор должен был отдавать владельцу до половины урожая или выплачивать назначенную сумму.
Рабочий день батраков длился от восхода до захода солнца, а иногда продолжался и по ночам. Широко эксплуатировался труд детей и подростков. Так, на табачных плантациях пятую часть рабочих составляли девочки 10—13 лет. Жили и трудились работницы в полутемных и сырых бараках по 15—17 часов, получая за свой труд нищенскую плату ***.
Наряду с зерновым хозяйством, табаководством в Крыму развивались виноделие и садоводство, также имевшие ярко выраженный торгово-промышленный характер.
Потребности торговли стимулировали железнодорожное строительство. К началу XX в. были построены
* Дим Н. (Шестаков А.) Сельский пролетарий в России.  —  Спб., 1906.  —  С. 14—15.
** См.: Статистика землевладения 1905 года: Таврич. губерния.  —  Спб., 1906. —  Вып. 12.
*** История городов и сел Украинской ССР. Крымская область.  — К.: Ин-т истории АН УССР, 1974.  — С. 22—23.
10


железные дороги Лозовая—Севастополь, Джанкой—Феодосия, Бердянск—Чаплино, Владиславовка—Керчь. Крупные города Крыма и порты Черного моря теперь были связаны с центральными районами страны. Это имело не только экономическое, но и политическое значение: открывался важнейший канал революционных связей крымских рабочих, революционно настроенной части интеллигенции с пролетариями промышленных центров России.
В 1902 г. в фабрично-заводской промышленности Таврической губернии было занято 11 тысяч рабочих. Общая численность промышленного пролетариата, включая рабочих соляных и железорудных промыслов, строителей, железнодорожников и портовиков, составляла около 35 тысяч человек. Столь немногочисленный отряд рабочих (всего около шести процентов населения губернии) не отличался к тому же высокой концентрацией. В 1902 г. на всю губернию было три крупных завода с числом рабочих более 500: Севастопольский морской (2839 рабочих), Керченский металлургический (2100) и завод сельскохозяйственных машин фирмы «Джон Гривз и К°» в Бердянске (600). В Симферополе находилось всего четыре фабрики с числом рабочих более 100 — две консервные и две табачные. Самой крупной в Симферополе была консервная и кондитерская фабрика Абрикосова (300 рабочих), в Феодосии — табачная фабрика Стамболи (410). Преобладали же в Крыму, как и по губернии в целом, мелкие предприятия с числом рабочих менее 100: табачные, консервные, кондитерские фабрики, кирпично-черепичные, чугунолитейные и механические заводы, паровые мельницы, типографии и др.
Передовым отрядом пролетариата были рабочие-металлисты. Крупная машинная индустрия завершила полный отрыв рабочих от сельского хозяйства и превратила их в постоянных потомственных пролетариев. Они отличались, как правило, более высокой грамотностью, имели
11


рабочую квалификацию. Совместный труд на больших заводах способствовал развитию классового сознания рабочих, их солидарности и организованности в борьбе за свои интересы. Вот почему такие города, как Севастополь и Керчь, где основная часть рабочих была занята в машиностроении и металлургии, играли заметную роль в революционном рабочем движении. К тому же в Севастополе, бывшем главной базой Черноморского флота, постоянно находилось не менее 15 тысяч матросов. На службу во флот призывалось немало квалифицированных рабочих из крупных промышленных центров России. Многие из них до призыва на военную службу принимали участие в забастовках, были членами социал-демократических кружков и организаций.
Однако пролетарский авангард — рабочие-металлисты — был малочисленным. Всего в губернии в 1902 г. их насчитывалось немногим более 7 тысяч человек.
Остальная часть промышленных рабочих еще не порвала полностью с крестьянским хозяйством. Приход на фабрику или завод не означал автоматического включения бывших крестьян в ряды кадровых рабочих: они все еще были связаны с деревней, проникнуты мелкобуржуазной психологией.
Производство на табачных, консервных, кондитерских фабриках, кирпично-черепичных и лесопильных заводах, мельницах имело сезонный характер. Труд на таких предприятиях рабочие совмещали с ведением крестьянского хозяйства. Здесь наблюдалась текучесть рабочих кадров.
В 1904 г. на некоторых фабриках женщины и подростки составляли 50 и более процентов рабочих. Так, на консервной и кондитерской фабрике Абрикосова работало 338 женщин из 438 всех занятых рабочих, на фруктоконсервной фабрике товарищества Эйнем — соответственно 140 из 240, табачных фабриках Месаксуди — 180 из 368, Фокермана — 35 из 50, Шишмана — 25 из
12


50 и т. д.* Ежегодно в сезон обработки фруктов и табака на такие фабрики приходили новые партии наемных работников из деревни. Крепки были связи с землей также у портовых рабочих, строителей и железнодорожников. Это были еще полубуржуазные слои рабочих, пропитанные индивидуалистической психологией и не способные к организованному протесту против эксплуататоров.
Национальный состав рабочих Крыма был довольно пестрым. Косвенным показателем его служит перепись населения 1897 г. Из 9597 городских жителей Таврической губернии, занятых в обрабатывающей промышленности, 61,1 процента составляли русские и украинцы, 14,7 — евреи, 8,5 — татары, 3,5 — греки, 3,3 — армяне, 3,1 — турки, 2 — немцы, 1,7 — поляки **.
Активную борьбу за влияние на рабочих проводили мелкобуржуазные националистические партии — еврейские Бунд3, Поалей Цион4, армянская партия Гнчак5  и др. Правящие классы, поощряемые правительством, разжигали национальную рознь среди рабочих с целью ослабления их классового единства.
Положение промышленных рабочих Крыма было не легче, чем в других районах страны. Сохранение пережитков крепостничества (господство латифундий при массовом безземельи и малоземельи крестьян, пресс налогов и выкупных платежей и др.) тяжелым бременем ложилось на деревню. Нищенское положение разорявшихся крестьян, постоянно пополнявших огромную армию безработных, создавало условия для безграничной эксплуатации рабочего класса.
Фабричные законы об ограничении труда малолетних (1882 г.), о штрафах (1886 г.), о сокращении рабочего дня до 11,5 часа (1897 г.) нарушались фабрикантами
* Гос. арх. Крым. обл.  — Ф. 5.07, oп. 1, д. 4, л. 1—6. (Далее — ГАКО).
** Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г.: Таврич. губерния.  — Спб., 1904.  — Вып. 11.
13


буквально на каждом шагу. Ведь надзор за исполнением этих законов был возложен на чиновников фабричной инспекции, верно служивших своим хозяевам. В одном из отчетов фабричного инспектора за 1899 г. отмечалось: «При односменной работе установлено такое правило: кочегар и машинист должны являться на завод раньше, уходить позже других рабочих, всякий раз сообразно необходимости». Поэтому рабочий день кочегаров и машинистов на большинстве фабрик и заводов равнялся 11,5—12,5 часа, не считая обеденного перерыва *.
По самым различным поводам хозяева снижали рабочим и без того низкую зарплату, широко применяли всевозможные штрафы. Так, в 1904 г. 26 процентов рабочих Таврической губернии на предприятиях, подчиненных фабричной инспекции, подвергались штрафам **. Однако лишь в крайних случаях, под большим давлением рабочих, фабричные инспекторы признавали факты злоупотреблений и налагали взыскания на администрацию предприятий.
В 1904 г. из 3516 жалоб рабочих (в подавляющем большинстве коллективных) в адрес фабричной инспекции лишь одна треть была признана справедливой. В основном это были жалобы на сверхурочные работы, жестокое обращение и побои, невыдачу расчетных книжек, т. е. жалобы, в наименьшей степени затрагивающие карман капиталиста. Зато из 270 жалоб на понижение зарплаты признаны справедливыми лишь 10; все 325 коллективных жалоб на неправильные штрафы фабричная инспекция посчитала неосновательными ***.
О тяжелом положении и бесправии рабочих говорят документы. Вот свидетельство современника об усло-
* Центр. Гос. ист. арх. УССР.  — Ф. 575, д. 212, л. 69. (Далее  ЦГИА УССР).
** ГАКО.  —  Ф. 507, oп. 1, д. 1, л. 1—6.
*** Там же.  —  Л. 15 об.
14


виях жизни и труда рабочих на строительстве Керченского металлургического завода: *
«До последних лет гор. Керчь не представлял из себя ничего выдающегося в промышленном отношении, кроме рыбных ловлей, которыя производятся больше мелкими промышленниками. Но вот пять лет тому назад там были найдены богатая залежи железной руды, и работа закипела: известное общество Брянских заводов купило рудныя земли и начало строить громадный металлургический завод. Затем еще два общества начали разработку руды в окрестностях Керчи для экспортирования на заводы в Таганрог и Мариуполь. Брянское общество также позаботилось извлечь из земли доходы еще до окончания постройки завода и вывезло до 2 000 000 пудов руды на мариупольские заводы, а к постройке завода привлекло новые капиталы и образовало новое акционерное Общество Керченских заводов и рудников. Постройка завода, хотя и не особенно быстро, но продолжается: уже готовы две доменныя печи (их предполагается пять). Рабочих занято на постройке завода до 4000 человек.
Завод строится по последнему слову технической науки, но отношения (увы!) к рабочим администрации далеки от последняго слова... даже русских фабричных законов. Она нисколько не заботится о каких-либо удобствах для рабочих: завод от города отстоит на семь верст, и рабочим приходится тратить по три часа в день на ходьбу на завод и обратно: двухчасовой обед приходится проводить в стенах завода, питаясь в сухомятку, так как близь завода квартир для рабочих совсем нет; таким образом, десятичасо-
* Тексты корреспонденций в «Искре» публикуются по правилам орфографии того времени.
15


вый рабочий день обращается в 15-часовый. Допускается работа малолетних моложе 15-ти лет по десяти часов в сутки и даже ночныя сверхурочныя работы, которыми вообще страшно злоупотребляют и в отношении к взрослым рабочим: некоторые, кроме семи дней в неделю, еще работают три-четыре ночи. Заработная плата выдается не аккуратно... Да всего и не перечесть. Не заботясь об удобствах рабочих, администрация завода вместе с полицией усиленно заботится об охранении рабочих от влияния сознательных товарищей...» *
Во время экономического кризиса 1900—1903 гг. положение рабочих на предприятиях тяжелой промышленности резко ухудшилось. На Керченском металлургическом заводе в 1901 г. начались массовые сокращения рабочих. Вводилась неполная неделя, урезалась зарплата. В августе 1902 г. завод был закрыт, и всех рабочих выбросили на улицу.
На Морском заводе Севастопольского адмиралтейства администрация с целью извлечения дополнительной прибыли широко применяла низкооплачиваемые сверхурочные работы. Рабочих насильно заставляли соглашаться на сверхурочные, а при отказе — увольняли. «Точно смертный приговор подписал я договор»,  — горько шутили тогда севастопольские корабелы. У одного из них полиция при обыске обнаружила сочиненные по этому поводу стихи:
В Севастопольском заводе
По последней новой моде,
Чтобы сохранить расход, Угнетается народ.
Например, часов 15
От 6 часов утра
Заставляют оставаться
В мастерской чрез вечера.
* Искра.  —  1901.  —  № 7 (авг.).  —  С. 5.
16


За сверхсрочную работу.
Существует закон,
По поденному расчету Он внезапно изменен.
Изменили его воры,
Учредивши договоры.
Этот адмирал Лещинский
Обращается по-свински.
Выгоняет в шею вон,
Кто напомнит про закон.
Чрез Лещинского-осла
На получку нет числа,
Три недели ожидаем,
Очень часто голодаем. Горько стало всем рабочим,
Нет свободы нам, как прочим.
Пикнуть не имеем права,
С нами коротка расправа,
Хотя нашими руками
Создается все на свет,
А не теми дураками,
От которых житья нет *.
Произвол эксплуататоров возбуждал у рабочих гнев и недовольство. Нарастало их стремление к открытому протесту.
В конце 90-х годов происходили небольшие забастовки в мастерских Севастопольского адмиралтейства, на строительстве Керченского металлургического завода. Появились первые марксистские кружки — в субботних и воскресных школах для рабочих, в духовной семинарии (Симферополь), среди городских служащих. Организаторами кружков и первыми пропагандистами марксизма были сосланные в Крым участники рабочего и студенческого движения в Петербурге, Киеве, Одессе, Харькове, Туле и других городах, а иногда представители местной революционно настроенной интеллигенции.
Малочисленность промышленных рабочих, преобладание мелких предприятий в городах, преимущественна
* Центр. гос. арх. Окт. революции, высш. органов гос. власти и гос. упр. СССР.  — Ф. ДП, 00, 1898, д. 5, ч. 50, лит. А, л. 39—40. (Далее —  ЦГАОР СССР).
17


аграрный характер экономики обусловили господство мелкобуржуазных настроений и привычек среди трудящихся.
Такая социальная среда, естественно, сказывалась на характере рабочего и социал-демократического движения Крыма, порождала особые трудности в борьбе против влияния на рабочих мелкобуржуазной идеологии, за воспитание их в духе революционного марксизма.
ПОДГОТОВКА К ИЗДАНИЮ «ИСКРЫ»
На рубеже XIX—XX вв. наметились глубокие перемены в рабочем движении России. Крупной вехой в истории пролетариата стала первая в стране общегородская стачка 30 тысяч текстильщиков Петербурга, проходившая в мае—июне 1896 г. под руководством созданного В. И. Лениным «Союза борьбы за освобождение рабочего класса»6. Стачка вызвала живой отклик среди рабочих всей России и за рубежом. Рабочие Москвы, Иваново-Вознесенска, Нижнего Новгорода, Киева, Одессы, Риги и других городов откликнулись стачками солидарности. С той поры, отмечал В. И. Ленин, началось в России непрерывное рабочее движение в связи с социал-демократией. Рабочий класс стал главной, решающей силой революционного движения страны.
До конца 90-х годов забастовки рабочих имели по преимуществу экономический характер. Количество забастовок (13.45) и волнений рабочих (201) за период 1895—1900 гг. превзошло их число за все предшествующие годы пореформенного периода. Рабочее движение распространилось по всей стране, охватив 308 городов и населенных пунктов в 60 губерниях к областях *.
Усиление репрессий, нередкие столкновения бастую-
* Рабочий класс России от зарождения до начала XX в.  —  М.: Наука, 1983.  —  С. 344.
18


щих с полицией и войсками ускоряли созревание политического сознания рабочих, понимание непримиримости их интересов с существующим в России политическим строем.
Глухое недовольство и протест против деспотического- режима нарастали и в других классах и слоях населения.
В 1899 г. в революционное движение включилось студенчество. В феврале—марте забастовка студентов, начавшаяся в Петербургском университете, охватила большинство высших учебных заведений страны и вовлекла около 30 тысяч студентов. Опыт забастовки показал бесполезность борьбы за «академические свободы». В начале 1901 г. движение студентов приняло характер массовой открытой борьбы против царского правительства.
По призыву революционной социал-демократии в феврале—марте 1901 г. на помощь студентам пришли рабочие. В Петербурге, Москве, Киеве, Харькове, Казани массовые студенческие демонстрации прошли с их: участием.
Эти события знаменовали переход пролетариата к политической борьбе. Наряду со стачкой пролетариат широко использует теперь новую форму политической борьбы — демонстрации. Борьба рабочего класса приобретает всенародный характер.
За период 1901—1904 гг. советскими историками выявлено 2219 стачек и 345 демонстраций (в том числе на Украине, соответственно, 657 и 63) *.
Все чаще борьба пролетариата приобретала характер открытых схваток бастующих с полицией и войсками. Наиболее выдающимися по масштабу, характеру и влиянию на пролетариат России были забастовка рабочих на Обуховском заводе в Петербурге в мае 1901 г. («Обуховская оборона») и всеобщая стачка рабочих в Ростове-на-Дону в ноябре 1902 г.
* Рабочий класс России от зарождения до начала XX в.  — С. 406—409.
19


Рост рабочего движения, назревание в стране революционного кризиса выдвигали перед социал-демократией историческую задачу — создание революционной марксистской партии, боевого авангарда пролетариата. Но решение этой задачи осложнялось тем, что в самой РСДРП не было единства. В. И. Ленин характеризовал положение в российской социал-демократии после I съезда РСДРП как «период разброда, распадения, шатания». Руководители явно отставали от стремительного роста стихийного рабочего движения и в теоретическом, и в практическом отношении. Комитеты РСДРП не были связаны между собой, занимались местной узкопрактической работой, не выдвигая широких общероссийских политических задач. Такое состояние партийной работы В. И. Ленин назвал метким словом «кустарничество». К тому же многие руководители движения отличались «полнейшей теоретической беззаботностью», в результате чего «...научный социализм перестал быть целостной революционной теорией, а превращался в мешанину...» *.
Внутри РСДРП со второй половины 90-х годов оформляется первое оппортунистическое течение — «экономизм». Успех экономических стачек середины 90-х годов, вырвавших у правительства фабричный закон 2 июня 1897 г. о сокращении рабочего дня, вскружил головы молодым и слабым в теории российским марксистам. Почти единственным средством борьбы пролетариата они провозгласили стачки. Вся нелегальная деятельность социал-демократических организаций ограничивалась широкой экономической агитацией на почве «законных требований» рабочих, а смысл их борьбы сводился, по сути дела, к прибавке пятака на заработанный рубль, к сокращению рабочего дня, прекращению повальных штрафов и т. п.
* Ленин В. И. Что делать?  //  Полн. собр. соч.  —  Т. 6.  —  С. 182.
20


Стремясь оправдать свою тактику, «экономисты» отрицали политическую зрелость российского пролетариата, его способность к политической борьбе и к созданию боевой политической партии. Авторы «Credo» — программного документа «экономистов» Е. Д. Кускова и С. Н. Прокопович утверждали, что пролетариат России должен защищать в основном свои экономические интересы, а марксистская интеллигенция вместе с либералами пусть ведет борьбу политическую. Таким образом, классовая борьба пролетариата сводилась по существу к узкому тред-юнионизму, к борьбе за мелкие реформы. О завоевании пролетариатом политической власти «экономисты» умалчивали.
Это была ревизия марксизма — русская разновидность международного оппортунизма.
Аналогичные взгляды под фальшивым лозунгом «свобода критики» «узкого догматического» марксизма развивал в 90-х годах немецкий социал-демократ Э. Бернштейн.
Преобладание «экономизма» в социал-демократическом движении России было главным препятствием на пути к созданию действительно революционной партии рабочего класса. Возглавить грядущую революцию гв России могла лишь партия, непримиримая к оппортунизму, партия нового типа, в корне отличная от всех -существовавших до тех пор рабочих партий.
Величайшая историческая заслуга В. И. Ленина состоит в том, что он глубоко осознал смертельную опасность оппортунизма для дела революции и объективную необходимость создания в России революционной марксистской партии нового типа. Но создание единой, сплоченной партии, по мысли В. И. Ленина, не означало простого объединения существующих социал-демократических организаций. «Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться,  — писал он,  — мы должны сначала решительно и определенно
21


размежеваться»*. Иначе говоря, речь шла о единстве на строго принципиальной основе, о единстве последовательных революционеров-марксистов. Но как добиться такого единства?
И на этот вопрос В. И. Ленин дал четкий и ясный ответ: дело образования революционной марксистской партии нового типа следует начать с постановки общерусской политической газеты.
Еще находясь в ссылке в Шушенском, в 1899 г., В. И. Ленин всесторонне обдумал вопрос о путях и методах борьбы за создание партии и сразу же начал действовать в этом направлении.
Вспоминая о последних месяцах сибирской ссылки В. И. Ленина, Н. К. Крупская писала: «Владимир Ильич перестал спать, страшно исхудал. Бессонными ночами обдумывал он свой план (издания газеты — В. Г.) во всех деталях...» ** Ленин начал действовать уже в Сибири. Тогда в Туруханском крае отбывал ссылку Ю. О. Мартов, один из руководителей ленинского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». В городе Орлове Вятской губернии, тоже в ссылке, находился А. Н. Потресов.
Через письма В. И. Ленин заручился их согласием о совместной идеологической кампании против «экономизма» и о редактировании будущей газеты. После отбывания ссылки решили встретиться в Пскове. Так в середине 1899 г. по инициативе В. И. Ленина образовалась Литературная группа. На ее плечи вскоре легла труднейшая, в нелегальных условиях, подготовительная работа по созданию в России опорных пунктов будущей газеты ***.
* Ленин В. И. Заявление редакции «Искры» // Полн. собр. соч.  —  Т. 4.  —  С. 358.
** Крупская Н. К. Воспоминания о Ленине —  М.: Изд-во полит лит., 1968. —  С. 38.
*** Степанов В. Н. Ленин и русская организация «Искры», 1900-1903 гг.  —  С. 24—25.
22


29 января 1900 г. закончился срок ссылки В. И. Ленина. В конце февраля он поселился в Пскове. Здесь В. И. Ленин встретился с Ю. О. Мартовым, А. Н. Потресовым, П. А. Красиковым, П. Н. Лепешинским и
другими единомышленниками.
Начался первый, подготовительный период в истории ленинской «Искры» (февраль—декабрь 1900 г.).
За это время члены Литературной группы побывали во многих городах России — в Петербурге, Пскове, Москве, Нижнем Новгороде, Казани, Самаре, Полтаве, Харькове, Уфе, в Крыму, в Киеве *, где создавали ячейки из своих сторонников. Это были первые ростки искровской организации.
Весной 1900 г. А. Н. Потресов выехал в Германию для встречи с немецкими социал-демократами и выяснения возможного места издания газеты. В это же время Ю. О. Мартов отправился в Полтаву. Здесь решено было создать главный опорный центр редакции «Искры» для юга России. На севере таким центром был избран Псков, на востоке — Уфа. Это были первые группы содействия «Искре».
Полтава, в то время спокойный непромышленный город, была местом ссылки революционеров. В 1900 г. здесь под надзором полиции находилось 125 человек, в том числе несколько бывших членов петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса».
К сентябрю 1900 г. Ю. О. Мартов сформировал полтавскую группу содействия «Искре». В ее состав входили В. П. Ногин, С. О. Цедербаум, А. И. Штессель, Л. Ф. Коршунов, И. В. Завойко и др. После отъезда Ю. О. Мартова в марте 1901 г. в Мюнхен группу возглавила Л. Н. Радченко, а затем А. И. Штессель **.
* См.: Ленин В. И. Заметки к докладу на II съезде РСДРП о деятельности организации «Искры»  //  Полн. собр. соч.  — Т. 7.  — С. 391.
** Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России.  —  М.: Мысль, 1984.  —  С. 27, 32—33.
23


В конце 1900 г. Мартов совершил поездку в Харьков, Екатеринослав и Крым, где встречался с местными социал-демократами *.
Летом и осенью 1900 г. побывала в Крыму Л. Н. Радченко7. Вспоминая об этом, она сообщает: «Покинув Псков, я поехала в Крым (подлечиться) через Одессу, где должна была связаться с комитетом РСДРП — Л. И. Гольдманом, которого не застала. Я оставила комитету адрес для посылок корреспонденции в редакцию «Искры». В июле ** я застала в Крыму Л. Мартова ***, который приехал, чтобы повидаться с известной в те времена издательницей марксистской литературы Марией Ивановной Водовозовой. Свидание увенчалось успехом, деньги на издание «Искры» были ассигнованы. После объезда еще некоторых городов Л. Мартов должен был вернуться в Полтаву... К августу я явилась в Полтаву в полной боевой готовности» ****.
По сведениям департамента полиции, Л. Н. Радченко, проживая в Полтаве, имела «близкое знакомство со всеми поднадзорными», в том числе, что очень важно, с В. Г. Шкляревичем, будущим агентом «Искры» в Крыму *****.
Так, еще до начала издания «Искры», был запрограммирован один из главных каналов ее связи с Крымом.
Но встречались ли Ю. О. Мартов и Л. Н. Радченко с кем-либо из крымских социал-демократов? И могли
* «Искра» № 1—52. Декабрь 1900 — ноябрь 1903. —  Л.: Прибой, 1925.  —  Вып. 1, № 1.  —  С. 26.
** По другим сведениям, Л. Н. Радченко выезжала на лечение в Крым с разрешения департамента полиции и пробыла там с 1 октября по 1 ноября 1900 г. (См.: Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России.  — С. 33.  — Прим, авт.).
*** Л. Мартов, Ю. О. Мартов — псевдонимы. Настоящая фамилия — Ю. О. Цедербаум.  — Прим. авт.
**** Тарновский К. Н. 24 декабря 1900 г.  —  С. 62.
***** Там же.
24


ли быть такие встречи летом или осенью 1900 г.? Этот вопрос остается открытым: сохранившиеся документы не дают на него прямого ответа. Они лишь наталкивают на предположения, о чем скажем несколько позже.
16 июля 1900 г. В. И. Ленин выехал за границу. К этому времени члены Литературной группы выработали проект своей организационной и политической платформы («Проект заявления редакции «Искры» и «Зари»8), заключили ряд соглашений о сотрудничестве — с «легальными марксистами» 9, о переправе искровских изданий в Россию — с Бундом, группой «Южный рабочий» 10.
В Женеве В. И. Ленин и А. Н. Потресов вели весьма нелегкие переговоры с Г. В. Плехановым и другими членами марксистской группы «Освобождение труда» 11 о совместном редактировании «Искры» и «Зари». Несмотря на серьезные разногласия, которые едва не закончились разрывом, соглашение было достигнуто.
Основное ядро редакции «Искры» было решено сосредоточить в Мюнхене. В сентябре сюда прибыл В. И. Ленин. Через польского социал-демократа Юлиана Мархлевского была установлена связь с немецкими социал-демократами. Но в типографиях Мюнхена не было шрифта кириллицы. Поэтому издание газеты решено было начать в Лейпциге — главном полиграфическом центре Германии, где печатались русские книги.
Во второй половине декабря 1900 г. В. И. Ленин приехал в Лейпциг. Владелец типографии немецкий социал-демократ Генрих Рау охотно принял предложение русских марксистов печатать «Искру» в типографии центрального органа социал-демократической партии Германии «Volkstaat» *. Русский шрифт для
* 5 мая 1956 г. в Лейпциге, на Руссенштрассе, 48, в типографии, где печатались первые номера «Искры», был открыт музей.
25


типографии был доставлен И. С. Блюменфельдом, деятельным сотрудником группы «Освобождение труда», затем — организации «Искры», проживавшим тогда в Лейпциге.
24 декабря 1900 г. первый номер «Искры» был сверстан и вышел в свет *.
В состав редакции вошли В. И. Ленин, Ю. О. Мартов, А. Н. Потресов, Г. В. Плеханов, П. Б. Аксельрод, В. И. Засулич. Верным помощником В. И. Ленина была Н. К. Крупская, работавшая секретарем редакции «Искры».
Первый номер «Искры» открывался передовицей «Насущные задачи нашего движения», автором которой был В. И. Ленин. Статья заканчивалась словами: «Перед нами стоит во всей своей силе неприятельская крепость, из которой осыпают нас тучи ядер и пуль, уносящие лучших борцов. Мы должны взять эту крепость, и мы возьмем ее, если все силы пробуждающегося пролетариата соединим со всеми силами русских революционеров в одну партию, к которой потянется все, что есть в России живого и честного. И только тогда исполнится великое пророчество русского рабочего-революционера Петра Алексеева: «подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда, и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах!»**.
С выходом ленинской «Искры» начиналась боевая юность нашей партии.
Рассматривая выпуск каждого номера «Искры» как важнейшее общепартийное дело, Ленин самым тщательным образом продумывал план номера, тематику
* «Искра» печаталась на очень тонкой бумаге форматом 30Х Х44.5 см. Выходила 1—2 раза в месяц тиражом от 6 до 10 тысяч экземпляров. Объем  —  1—2 печ. л. Место нахождения редакции: Мюнхен (сентябрь 1900  —  апрель 1902 г.), Лондон (апрель 1902—май 1903 г.), Женева (май—ноябрь 1903 г.).
** Ленин В. И. Полн. собр. соч.  —  Т. 4.  —  С. 376—377.
26


статей, стремясь сделать газету интересной, доступной, правдивой. Он много сил и внимания уделял развитию активности не только членов редакции, но и всей сети агентов и корреспондентов «Искры».
В. И. Ленин лично руководил работой всего актива газеты, учил его конспирации, давал советы, как лучше подбирать материалы для «Искры». «Искра» уделяла много внимания теоретическим вопросам, политике, характеристике международного рабочего движения. Особой популярностью у читателей «Искры» пользовался отдел «Из общественной жизни», где сообщалось о жизни рабочих, их борьбе за свои права.
Эта деятельность Ленина и искровцев дополнялась их большой организаторской работой по сплочению российской социал-демократии. Перед ними стояла задача создать особую организацию, которая бы осуществляла связь между всеми центрами движения, своевременно снабжала бы редакцию «Искры» сведениями о положении на местах и регулярно доставляла бы газету во все концы России. «Только тогда, когда выработана будет такая организация,  — говорилось в «Проекте заявления редакции «Искры» и «Зари»,  — когда создана будет русская социалистическая почта, партия получит прочное существование, только тогда партия станет реальным фактом, а следовательно, и могущественной политической силой» *.
К моменту выхода «Искры» в России, как уже отмечалось, было создано всего три группы содействия ей — в Пскове, Полтаве и Уфе. Отсюда искровская литература через заграничную группу содействия в Берлине начала поступать в местные социал-демократические организации, где постепенно росло число сторонников «Искры». Успех ее первых номеров вызвал целое движение за создание разветвленной сети аген-
* Ленин В. И. Полн. собр. соч.  — Т. 4.  — С. 326.
27


тов по доставке и распространению газеты. Десятки самых преданных людей энергично и самоотверженно взялись за дело. Среди агентов «Искры» были опытные революционеры, за плечами которых остались годы тюрьмы, ссылки, полицейского надзора: Н. Э. Бауман, И. В. Бабушкин, П. Н. Лепешинский, Ф. В. Ленгник, С. И. Радченко, Л. М. Книпович, С. О. Цедербаум, Р. С. Землячка, Л. Б. Красин, В. З. Кецховели. Е. Д. Стасова, М. И. Ульянова и др. Они доставляли газету в социал-демократические организации России, передавали в редакцию материалы и корреспонденции из России для публикации в «Искре», организовывали конспиративные квартиры, денежные сборы в помощь редакции.
«Искра» направлялась надежным адресатам в Россию официальной почтой в письмах, бандеролях, вклеивалась в переплеты альбомов и книг, пересылалась в чемоданах с двойным дном и стенками. Искровцы пользовались случайными оказиями, передавали газету через сочувствующих социал-демократии людей, отъезжавших в Россию. Использовались транспортные каналы, работавшие с помощью контрабандистов.
Благодаря энергии и самоотверженности агентов «Искры» в разных концах страны появлялись группы содействия «Искре», создавались районные распределительные склады для приемки искровских изданий, налаживалась работа нелегальных типографий в Кишиневе, Баку и Нижнем Новгороде, где «Искра» печаталась с матриц.
С декабря 1900 по февраль 1902 г. (второй, по Ленину, период истории «Искры») усилиями искровских агентов было организовано шесть транспортных путей для доставки «Искры» в Россию: Болгарский (через Берлин и Варну в Одессу, действовал с августа по декабрь 1901 г.), Румынский (через Яссы — Кишинев, апрель—август 1901 г.), Прусский (Берлин  —  Кенигсберг, Ровно, Вильно, Двинск, апрель—декабрь 1901 г.), Пер-
28


сидскнй (Вена—Тавриз—Баку, апрель—декабрь 1901 г.), Марсельский (Марсель—Баку, конец 1901 г.), Галицийский (Берлин—Вена—Львов—Теофиполь—Киев, июль 1901—декабрь 1902 г.). За это время отправлено 120 пудов искровской литературы, из них 60 пудов в чемоданах *. К концу этого периода редакция была связана с 27 городами, в которых действовали искровские группы. От них «Искра» шла в местные организации и к рабочим. Главные склады искровской литературы находились в Баку, Вильно, Киеве, Одессе, промежуточные склады — в Астрахани, Москве, Пскове, Полтаве.
Так была налажена разветвленная сеть «социалистической почты», все нити которой сходились в редакцию «Искры».
ИСКРОВСКАЯ «СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ПОЧТА» В КРЫМУ
В Крыму оживилось стачечное движение рабочих. С 1900 по 1904 г., по нашим подсчетам, здесь произошло более 20 забастовок (в том числе 6 политических) с числом участников не менее 7 тысяч. Ежегодно в 1900—1902 гг. бастовали рабочие Керченского металлургического завода, а в 1902—1904 гг. (также ежегодно) —  рабочие Севастопольского морского завода.
В канцеляриях местных охранителей самодержавия множились дела о гласном и негласном надзоре за высланными в Крым участниками студенческих волнений, забастовок, за возвратившимися из сибирской ссылки революционерами.
Поселяясь в городах Крыма, эти люди продолжали свой путь в революцию и под бдительным оком жан-
* Один пуд (около 16 кг) по весу равнялся тысяче экземпляров «Искры». Самый большой чемодан вмещал 30 фунтов (около 12 кг).
29


дармов. Вокруг них формировалась та особая духовная атмосфера, в которой искры революционных идей, вспыхнув однажды, уже не гасли.
В этом отношении особенно выделялась Ялта и ее окрестности. Аристократический курорт Черноморского побережья, Ялта на рубеже XIX—XX вв. все более превращалась в «гнездо крамолы».
В 1897 г. в связи с тяжелой болезнью по разрешению властей здесь поселился доктор С. Я. Елпатьевский12. Представитель второго поколения революционеров-народников, он был осужден в 1880 г. по делу Веры Фигнер13 и уже отбыл ссылку в Уфимской и Енисейской губерниях. В Ялте за ним был учрежден негласный надзор полиции *. Вокруг С. Я. Елпатьевского группировалась революционная и либерально-оппозиционная интеллигенция.
В июле 1899 г. в дом отца приехал Владимир Елпатьевский **, исключенный из Московского университета за участие в студенческом движении и отданный под негласный надзор полиции сроком на три года ***.
На заметке у властей было Ялтинское благотворительное общество, при котором в 1896 г. организовалось попечительство о нуждающихся приезжих больных. Возглавлявший благотворительное общество доктор С. Я. Елпатьевский в своих воспоминаниях сообщает, что услугами общества пользовалось немало учащейся молодежи, в числе которой были «неблагонадежные элементы» ****.
В сентябре 1898 г. в Алупке лечились члены РСДРП Анна Ильинична Ульянова-Елизарова 14 с му-
* Степанов В. Н. Ленин и русская организация «Искры», 1900-1903 гг.  —  С. 151.
** Елпатьевский В. С. (1877—1957)  —  крупный советский ученый-биолог.
*** ГАКО.  —  Ф. 26, оп. 2, д. 4324, л. 10.
**** Елпатьевский С. Я. Воспоминания за пятьдесят лет.  —  Уфа: Башк. кн. изд-во, 1984.  — С. 244—245.
30


жем Марком Тимофеевичем Елизаровым 15. Их приезд в Крым и отъезд 26 сентября зафиксирован местной полицией: оба находились под негласным надзором *.
В 1899 г. в Ялте под наблюдением полиции находился А. М. Пешков (Горький), широко уже известный в России смелыми выступлениями против самодержавия и сочувствием революционной социал-демократии.
В рапорте губернатору 15 ноября 1899 г. ялтинский уездный исправник доносил, что в уезде под надзором полиции по политическим делам состоит 54 человека и что Ялта — «излюбленное место пребывания поднадзорных». С 1898 г. здесь часто по вечерам происходили тайные сходки, длившиеся до часу ночи. В приложенном к рапорту исправника списке активных: участников этих сходок значилось 35 фамилий, в том числе 14 лиц, находившихся под надзором полиции **.
Среди посетителей сходок встречаем имена социал- демократов: родных сестер Ю. О. Мартова, Л. О. Кан- цель и Н. О. Цедербаум, а также будущих руководителей Ялтинской социал-демократической организации Г. В. Зуева и А. Н. Попандополо. По сведениям полиции, тайные сходки часто проводились на квартире Г В. Зуева.
В 1899—1900 гг. началась пропаганда революционных идей и в Симферополе. В марте 1898 г. полиция зафиксировала приезд сюда из Одессы Б. Л. Вольфензона, бывшего под негласным надзором ***. В июле следующего года в списки поднадзорных был зачислен Л. М. Хинчук 16.
Будучи студентом Бернского университета, Л. Хинчук впервые познакомился с деятельностью группы «Освобождение труда», руководимой Г В. Плехано-
* ГАКО.  — Ф. 26, оп. 2, д. 4146, л. 1—4.
** Там же.  —  Д. 4318, л. 10—15.
*** Там же.  — Д. 4142, л. 1, 2.
31


ным. Первый опыт революционной работы он приобрел в Туле, где в 1890—1891 гг. организовал социал-демократические кружки. В 1892 г. был арестован и сослан в Якутию на пять лет. По окончании ссылки, в июле 1898 г., Хинчук с женой и десятимесячной дочерью, с разрешения министра внутренних дел, прибыли в Симферополь к родителям жены. Семья поселилась на Приютнинской улице *, в доме Водоциана **.
В октябре 1899 г. в Симферополь под гласный надзор полиции прибыл бывший студент Петербургского университета Н. И. Иорданский 17.
По свидетельству Л. М. Хинчука, в середине 1900 г. в Симферополе был создан городской комитет РСДРП ***. В его состав и вошли Л. М. Хинчук, Б. Л. Вольфензон и Н. И. Иорданский.
К концу года вокруг комитета группировалось около 100 организованных в кружки рабочих местных табачных и консервных фабрик, ремесленников и учеников субботних и воскресных школ. Позднее были установлены связи с рабочими железнодорожного депо. В комитете имелся гектограф. В городе распространялись листовки, призывавшие рабочих к борьбе против эксплуататоров и правительства ****.
В 1899 г. первая в Керчи социал-демократическая группа возникла среди рабочих строившегося металлургического завода *****. В мае 1900 г. на заводе уже действовало три домны. Сюда прибывали на работу пролетарии из промышленных центров Юга, в том чис-
* Ныне улица Пушкина.
** ГАКО.  Ф. 26, оп. 2, д. 4456, л. 8, 9, 16.
*** См.: Воспоминания Л. М. Хинчука  //  Революция в Крыму.  — 1925 — № 2(6). — С. 21—22; Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150, oп. 1, д. 830, л. 2—3.
**** Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150. oп. 1, д. 8, л. 5, 18.
***** Центр, парт. арх. Ин-та марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.  — Ф. 278, оп. 1н, д. 35393, л. 6. (Далее  — ЦПА ИМЛ).
32


ле участники революционного движения. Керченский завод стал главной базой городской социал-демократической организации.
В 1900—1901 гг. появились социал-демократические кружки среди портовых и заводских рабочих Севастополя. Матросы, бывавшие в заграничных плаваниях, устанавливали связи с русскими социал-демократами, жившими в эмиграции, получали от них революционную литературу.
Таким образом, социал-демократическое движение в Крыму к моменту издания «Искры» делало лишь первые шаги. Но и этого оказалось достаточно для установления связей редакции газеты с местными социал- демократами.
Где же следует искать следы первых маршрутов, по которым протянулись эти связи?
Один из таких маршрутов должен был проложить Ю. О. Мартов во время пребывания в Крыму в октябре 1900 г. Как уже отмечалось, по свидетельству Л. Н. Радченко, Ю. О. Мартов встретился здесь с М. И. Водовозовой, издательницей марксистской литературы в Петербурге, и получил от нее деньги, необходимые для издания «Искры» *.
Будучи членом Литературной группы, Мартов выехал на юг для поиска опорных пунктов редакции «Искры». Во время пребывания в Крыму он, наверняка, не ограничился встречей с М. И. Водовозовой. Весьма вероятна его встреча с сестрами Л. О. Канцель и Н. О. Цедербаум в Ялте. Не исключено значение этих встреч для последующих связей редакции «Искры» с Крымом. Имя Л. О. Канцель 18, бывшей в 1902 г. агентом «Искры» в Москве, встречается в переписке редакции «Искры» с крымскими социал-демократами **.
* М. И. Водовозова находилась в это время в Ялте, где жили родственники ее мужа, умершего в 1895 г.
** См. с. 39, 51—52.
2.  180.
33


Другой вероятный канал таких связей мог замыкаться на Л. М. Хинчуке, руководителе Симферопольского комитета РСДРП.
В апреле 1900 г. Л. М. Хинчук поступил на службу в статистическое бюро губернской земской управы. По сведениям полицейского надзора, 21 декабря 1900 г. Л. М. Хинчук выехал в Полтаву, где пробыл более трех недель и возвратился 14 января 1901 г *
В это время в Полтаве уже сложилась группа содействия «Искре», ставшая главным опорным центром редакции на юге России. Сюда, в Полтаву, через Берлин стала поступать искровская литература для последующей пересылки в местные организации Юга. Сюда же направлялись письма и корреспонденции из южных городов страны для пересылки в «Искру».
По всей вероятности, во время пребывания в Полтаве в январе 1901 г. Л. М. Хинчук установил связь, с группой содействия «Искре» для посылки материалов из Симферополя.
Первым в редакции «Искры» был получен материал о стачке рабочих столярных мастерских, организованной Симферопольским комитетом РСДРП в январе 1901 г. Оригинал этой корреспонденции, хранящийся в архиве «Искры», имеет редакционную правку и пометки В. И. Ленина **. Но отредактированный материал опубликован не был. Краткая информация об этой стачке содержалась в корреспонденции из Симферополя, опубликованной в августовском номере «Искры» (1901 г., № 7) ***.
В «Искре» сообщалось:
«...В январе н. г. во всех главных мастерских
* ГАКО.  — Ф. 26, оп. 2, д. 4456, л. 25, 41, 42.
** Ист. арх.  — 1955.  —  № 4.  —  С. 10—11.
*** Корреспонденция отправлена в «Искру» не раньше июля 1901 г., так как в ней сообщалось об аресте Б. Л. Вольфензона Дата ареста —  5 июля 1901 г. (ГАКО.  — Ф. 483, оп. 4, д. 230 л. 44).
34


нашего города вспыхнула стачка. Столяры в числе 50 чел. бросили работу, выставив требование 10 1/2 часового рабочего дня (от 6 до 6, прежде работали от 6 до 9) с полуторачасовым перерывом на обед; после трех дней правильной и хорошо организованной борьбы стачка увенчалась полным успехом: во всех столярных мастерских введен был 10 1/2 часовый рабочий день. Не обошлось, конечно, как и во всякой борьбе, без жертв. Во время стачки произведено было очень много обысков, и рабочих-столяров Игната Тарчевскаго, Шифранскаго и Клюгмана арестовали и продержали в тюрьме три месяца. Теперь Тарчевский и столяр Николай Воробьев сосланы в Вятскую губ. на 3 года, Шифранский и Клюгман высланы из Таврической губ....»*
Но несравненно большее значение для Симферополя и всего Крыма имело другое событие — демонстрация рабочих, организованная городским комитетом РСДРП 5 мая и посвященная Дню международной солидарности трудящихся. О ней-то и был главный рассказ анонимного корреспондента в том же номере «Искры».
«Симферополь. Приводим рассказ о майской демонстрации этого года в Симферополе.
— Они хотят свободы...
— Что значит: «хотят свободы»?
— А то, что слышите. Развернули вышитое красное знамя, прошлись по Екатерининской, пели за свободу и раздавали какие-то листки...
— Нет, это очень просто. Завтра день рождения государя, евреи-портные взяли да и прошлись по улицам с пением...
— Дурак, они Марсельезу пели, да полиция арестовала одного.
* Искра.  — 1901.  — № 7 (авг.).  —  С. 5.
2*
35


Такого рода взволнованныя речи вели между собою добрые обыватели нашего тихаго, смирнаго, богоспасаемаго города в субботу, 5-го мая этого года, около 7 час. веч. Да и было отчего волноваться, было что не понимать простому обывателю. С тех пор, как стоит Симферополь, он не видел ничего подобнаго тому, что происходило там 5-го мая перед вечером. А происходило вот что:
Толпа рабочих и работниц местных портняжных, сапожных, столярных, слесарных мастерских, табачных фабрик, всего около ста чел., преимущественно евреев, впервые в Симферополе устроили публичную майскую демонстрацию. Они, действительно, как говорил наш обыватель, с развернутым знаменем, на котором красовались вышитыя на русском и еврейском языках слова: «Да здравствует политическая свобода!», «Да здравствует 8-ми часовый рабочий день!», «Рабочие всех стран, соединяйтесь!» и с пением рабочей Марсельезы прошлись по главной улице нашего города при громаднейшем скоплении публики, которой раздавались прокламации.
Нужно сознаться, ничего не понимала во всем этом большая публика, но ничего не понимала и полиция, которая по долгу должна была понимать. Да, необходимо достодолжным образом отметить этот факт и обратить на него всеобщее внимание.
Рабочая демонстрация 5-го мая безпрепятственно, блестяще прошла при явном и ясном соучастии тамошней полиции, не ведавшей, что творится у нея под носом. Городовые дали дорогу демонстрантам, отстраняя постороннюю публику, мешавшую шествию. Небывалое в России явление!
36


А между тем, как мы слышали, ни один из чинов симферопольской полиции не посажен в тюрьму, не устранен даже от должности.
Как бы ни было, последуем под охраной полиции за нашими рабочими-демонстрантами. Шествие, прошедшее в образцовейшем порядке, длилось, правда, не долго, минут 25—30, не больше, но впечатление произвело оно сильное. Я указал в начале на непонимание как следствие невежства обывателя. Но зато я был сам свидетелем следующей сцены. Группа возвращающихся с работы каменщиков наткнулась на шествие. Подхватив несколько листков и пробежав их глазами, рабочие в один голос начали кричать «Браво! Молодцы ребята! Ура! Ура!» Послышались шумныя рукоплескания. Это я сам видел. Но я, кроме того, знаю, что демонстрация произвела огромнейшее впечатление на большую массу нашего рабочаго населения вообще. После демонстрации носились даже упорные слухи, что русские, главным образом, строительные рабочие, каменщики, штукатуры, плотники, не желая отстать от товарищей евреев, собираются повторить демонстрацию в более широком размере 14-го мая, в день «священного» коронования царственных особ. К сожалению, слухи эти оказались только слухами, хотя, правда, в ночь с 13-го на 14-ое, не смотря на принятыя полициею меры, по всему городу разбросаны были новыя, приготовленныя, как и первыя, на гектографе прокламации.
С другой стороны, демонстрация произвела ошеломляющее впечатление на местныя и, вероятно, не только на местныя власти (генерал Трубников, стоящий во главе таврического жандармского управления, дал по телеграфу немедленно знать о событии в Петербург).
37


Поэтому, если поставите мне вопрос, нахожу ли я майскую демонстрацию удачной, я отвечу «да», потому что она сделала свое дело, вызвав в нашем рабочем населении готовность к дальнейшей борьбе, возымев чрезвычайно сильное действие на полицию...» *
Демонстрация рабочих 5 мая 1901 г. в Симферополе была самым крупным практическим делом городского комитета РСДРП. То был уже не отдаленный раскат грозы, дошедший с материка. Весенний гром прогремел над Крымом, возвещая приближение революции.
В течение двух недель после демонстрации обыскам и арестам подверглись более 250 городских жителей. Следствие продолжалось до конца года.
Грубому полицейскому надзору подвергались в связи с этим земские статистики. Во время обследования Днепровского уезда в мае-июне 1901 г. за каждым статистиком неотступно следовал полицейский урядник. Он спрашивал крестьян, «не пропагандируют ли статистики вредных идей против государства и отечества». Эти факты приводил В. И. Ленин в журнале «Заря», характеризуя рост революционных настроений среди земских служащих **.
Именно среди них и разыскивали власти главных организаторов демонстрации. Но те из конспиративных соображений в демонстрации не участвовали. Л. М. Хинчук, оставаясь под неотступным надзором полиции, весной и летом 1901 г. продолжал разъезды по Крыму по делам службы. Последний рапорт симферопольского полицмейстера о выезде Хинчука в Севастополь датирован 24 октября ***.
21 мая 1901 г. в жандармском донесении прокуро-
* Искра.  — 1901.  — № 7 (авг.).  — С. 5.
** См.: Ленин В. И. Внутреннее обозрение // Полн. собр. соч.  —  Т. 5. —  С. 332.
*** ГАКО.  — Ф. 26, оп. 2, д. 4456, л. 50, 52, 54, 55, 57, 58, 59.
38


ру окружного суда уже прямо назывались предполагаемые организаторы демонстрации: состоявшие под надзором полиции заведующий статистическим бюро С. Блеклое19, статистик В. Громан20 и его жена Е. Громан, Н. Иорданский. Но прямых доказательств их вины у властей не было. Арестованные рабочие — участники демонстрации на допросах никого не назвали. Кратковременный арест В. Громана и Б. Вольфензона также ничего не дал, и их вскоре освободили *.
Что касается Л. М. Хинчука, то он, будучи опытным конспиратором, вплоть до отъезда из Симферополя не вызывал у полиции никаких подозрений.
В 1902 г. Хинчук стал активным работником искровской организации в Москве. В Москве произошла его встреча с Л. О. Канцель. «Здесь разыскала Федорова **,  — пишет она в редакцию «Искры» 21 марта 1902 г. «Таня*** меня разыскала»,  — сообщает он по тому же адресу 6 апреля ****. Итак, они встретились как старые знакомые. Следовательно, знали друг друга и встречались в Крыму. Так выстраивается линия связи в 1900 г.: Ю. О. Мартов — Л. О. Канцель — Л. М. Хинчук; Полтава — редакция «Искры».
В седьмом номере «Искры» публиковалась и корреспонденция из Керчи. В первой части ее сообщалось о тяжелом положении рабочих Керченского металлургического завода, о злоупотреблениях администрации. А дальше речь шла о росте революционных настроений среди рабочих и о появлении на заводе первомайских листовок:
«...Перваго мая много рабочих не явилось на работу, и администрация вынуждена была рас-
* ГАКО.  — Ф. 483, оп. 4, д. 235, л. 18, 19, 31, 44, 46, 48.
** Партийная кличка Л. М. Хинчука.
*** Партийная кличка Л. О. Канцель.
**** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 1.  —  с. 461, 486.
39


пустить с работы и остальных. Опять последовали увольнения. Больших результатов пока появление прокламации не принесло, так как это было еще только впервые, но ведь влияние сознательных рабочих на этом не остановится и будет продолжаться. Брешь пробита, и администрации с полицией придется считаться с проявлением сознания рабочих. Что сознание растет, это доказывается появлением требований. Напр., требование директору завода об отмене его распоряжения не давать приставать к заводской пристани пароходу частного владельца, возившаго рабочих на завод и обратно. Остается пожелать, чтобы это сознание проникало и шире и глубже в среду рабочих и чтобы на всякое злоупотребление и самодурство как администрации, так и полиции рабочие отвечали протестом, не давали бы гнать своих товарищей, борющихся за общее рабочее дело».
Таковы были первые известия из Крыма на страницах ленинской «Искры», опубликованные в августе 1901 г.
Следующая весточка пришла из Ялты. О ней сообщала «Искра» в ноябре 1901 г. (№ 10):
«Крым. Стачка у русскаго царя! 7 октября в находящемся на южном берегу Крыма имении русскаго царя «Ливадия» произошел великий скандал: забастовало 50 рабочих. Причина забастовки — недовольство рабочих неисправной выдачей денег и грубым обращением. Главный управляющий имений царя, генерал Евреинов, пытался «успокоить» собравшихся в конторе рабочих, уверяя их, что «они шумят из-за пустяков», что «их сбивают злые люди» и проч. Но увещания отъевшагося на жирных хлебах царского холопа никакого впечатления на рабочих не произвели, и они, вы-
40


ставив категорически свои требования, бросили в 5 час. вечера работу. Царская контора не замедлила пойти на уступки и выразила на следующий же день готовность удовлетворить выставленныя стачечниками требования, выдала им из конторы счета для просмотра, обещала вперед «вежливое обращение».
Среди крымских рабочих этот отрадный факт производит сильное впечатление, содействуя росту классового и политического сознания. Вот тебе и царь,  — говорит даже темная еще рабочая масса,  — выходит, что кровь нашу он пьет не хуже любого подрядчика.
Сознательные крымские рабочие должны воспользоваться этим фактом для усиления соц.-демократической агитации среди местнаго рабочаго класса, указывая на резко сказавшуюся здесь солидарность интересов царя и всяких иных эксплуататоров трудящагося люда.
Кстати отметим, что, как нам сообщает побывавший на работе в царских имениях пролетарий, у царя существует, напр., строгое воспрещение курить в его имении (рабочему люду, конечно). За нарушение этого приказа штрафуют в 10—20—25 р.!» *
Небольшая заметка из Ялты — яркий пример политического обличения самодержавия. Автор не просто информирует о стачке. Он делает акцент на «солидарность интересов царя и всяких иных эксплуататоров трудящагося люда». И рекомендует сознательным рабочим использовать факт забастовки в царском имении для воспитания политического сознания отсталых рабочих.
В № 17 «Искры» от 15 февраля 1902 г., завершающем второй период ее истории (декабрь 1900 — фев-
* Искра.  —  1901.  —  № 10 (нояб.).  —  С. 4.
41


раль 1902 г.), была опубликована корреспонденция из Севастополя, озаглавленная «Современный помпадур».
Посвященная «подвигам» местного градоначальника адмирала Е. Феодосьева, эта корреспонденция гневно изобличала продажность, взяточничество и казнокрадство, царившие в среде высших чиновников.
Приведем выдержки из нее:
«...Феодосьев офицер черноморскаго флота. Он «патриот», и казенное добро от своего не отделяет, поскольку это позволяют другие сослуживцы, между которыми тоже не мало «патриотов» и которым тоже «все человеческое не чуждо». И во флоте есть чем поживиться. На обмундирование и на продовольствие матросов и на содержание и ремонт судов отпускаются громадныя суммы. Выколоченные с народа рублики стекаются в казну и оттуда широким золотым потоком льются на потребности флота. Но пока золотой поток достигнет своей цели, добрая часть его разливается во все стороны по карманам различных «патриотов». В этом отношении много возмутительных фактов выяснилось во время так наз. «угольнаго процесса» в Севастополе в 1900 г. Оказалось, что нет такого предмета во флоте, при приобретеньи котораго не брались бы взятки. При приеме угля, одежды, масла, муки и т. д. и т. д. совершаются непрерывныя казнокрадства. За взятки негодные материалы принимаются за хорошие и квитанции выдаются на большее количество товаров, чем на самом деле поставлено. Но этим дело еще не кончается: приобретенные материалы крадутся из складов и продаются обратно частным лицам и потом опять покупаются для казны. Из севастопольских казенных складов увозили краденный уголь даже на казенных
42


катерах, т. е. по поручению высшаго местного начальства...
Феодосьев был одним из самых деятельных членов компании казнокрадов. Его рыло было сильно «в угле», но углем он не довольствовался: будучи командиром броненосца «Двенадцать апостолов», он тянул оттуда всякую утварь, материалы,  — словом, все, что мог. Не даром матросы острят, что из царских «12 апостолов» он украл одиннадцать.
Но по чину своему Феодосьев наказанию не подлежал, напротив, его пожаловали даже в градоначальники. Как таковой, он считался и командиром порта. Теперь он почувствовал в своих руках казенные склады, массу материалов и всякаго добра. Руки у него зачесались, глаза разбежались...
Обыватель совершенно безсилен против грабежа, совершаемаго представителями царя. Кому он будет жаловаться, как не тем же чиновникам, которые при первой попытке протеста объявят его государственным преступником, сгноят в тюрьме или размелят в мельнице полицейских придирок. Жаловался же на нашего градоначальника полицмейстер Матвеев, прогнанный им из Севастополя, и выкладывал петербургским властям всякия деяния его. Но так как градоначальник имеет в СПБ «руку», то все жалобы не имели никаких последствий, и Феодосьев продолжает править, как правил до сих пор, и будет благополучно отнимать у торговцев поросят и барашков до тех пор, пока не умрет или по старости не выйдет в отставку, осыпанный царскими милостями, чинами и пенсиями.
А обыватель, видя все это, только вздохнет и покачает головой. Но, спохватившись, он пуг-
43


лнво озирается, не услышал ли кто его антиправительственнаго вздоха» *.
Авторами этой корреспонденции могли быть члены Севастопольского рабочего союза, образовавшегося в конце 1901 г. на базе социал-демократических кружков. Организатором и руководителем Союза был Александр Щепетев. Будучи студентом С.-Петербургского Лесного института, он привлекался к делу политического характера как член петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». После освобождения из тюрьмы в июле 1901 г. А. Г. Щепетев выехал в Севастополь под гласный надзор полиции. Работая учителем, он продолжал революционную деятельность и создал из рабочих кружков порта Севастопольский рабочий союз. Члены Союза вели пропаганду и среди матросов на кораблях флота, и среди воинских частей гарнизона.
О вовлечении Севастополя в сферу действия «русской социалистической почты» свидетельствует не только приведенная публикация в «Искре». В это время в городе проживала Е. А. Бибергаль, дочь землевольца-каторжанина, сосланного в Благовещенск. Она находилась под гласным надзором полиции за участие в Казанской демонстрации 4 марта 1901 г. в Петербурге21.
В июне 1902 г. петербургская охранка переслала таврическому губернатору четыре письма Е. А. Бибергаль из Севастополя, найденные при обыске у студента Петербургского университета Л. А. Соболева. Последний привлекался к дознанию по делу о заграничной организации «Искры». Письма Е. А. Бибергаль датированы 22 февраля, 4 сентября, 5 и 21 ноября 1901 г. В них сообщается о том, что несколько студентов и курсисток составили кружок и что ими ведется революционная пропаганда среди рабочих.
* Искра.  — 1902.  — № 17(15 февр.).  — С. 4—5.
44


Е. Бибергаль выражает надежду, что студенчество не будет в своей борьбе одиноко. Она благодарит адресата за «толстовскую брошюру», которую «пустила в ход среди рабочих» *. Возможно, что эта переписка была каналом, через который в Севастополь попадали искровские издания, а в «Искру» из Севастополя шла информация.
В одном из документов следствия по делу Е. А. Бибергаль, датированном 10 августа 1902 г., отмечалось, что Л. А. Соболев, состоявший с ней в дружеских отношениях, выехал в Симеиз **. К этому времени Е. Бибергаль, тайно выехавшая из Севастополя в Благовещенск, разыскивалась органами следствия. Из материалов следствия по делу о Севастопольском рабочем союзе выясняется, что Е. Бибергаль в апреле 1902 г. получила посылку с нелегальной литературой, прибывшей из Одессы на пароходе РОПиТ22. Багажную квитанцию на получение этой посылки руководитель Союза А. Щепетев поручил передать ей члену Союза рабочему П. Ф. Эрайзеру ***. Об этом последний рассказал на допросе во время следствия. Таким образом, возможно, искровская литература направлялась в Севастополь через Болгарию (Варна) и Одессу. В Одессе находилась транспортная группа и один из основных складов по приемке искровской литературы**** Этот путь пересылки «Искры» в Россию начал действовать в сентябре 1901 г. Перевозку «Искры» в Одессу осуществлял в чемоданах болгарский рабочий И. Г. Загубанский *****.
Был еще один маршрут в Севастополь искровской почты. По агентурным сведениям, прибывшая из Пе-
* ГАКО.  — Ф. 483, оп. 4, д. 239, л. 58.
** ГАКО.  —  Ф. 706, oп. 1, д. 38, л. 44.
*** ГАКО.  —  Ф. 483, оп. 4, д. 239. л. 59.
**** См.: Тарковский К. Н. 24 декабря 1900 г.  — С. 79, 91—92.
***** См.: Степанов В. Н. Ленин и русская организация «Искры»...  — С. 566.
45


тербурга в Женеву дочь иркутского купца А. И. Рейх- баум «занялась высылкой своим знакомым, и в особенности проживающему в Севастополе Василию Тимофеевичу Голикову, революционных брошюр и газеты «Искра», заделывая таковые в переплеты разрешенных цензурой книг». 7 марта 1902 г. она возвратилась в Россию. При обыске в ее чемодане с двойным дном найдено 170 экземпляров книг, брошюр, 58 экземпляров «Искры», 10 экземпляров книги В. И. Ленина «Что делать?» *
В следственных документах о Е. Бибергаль есть сведения о том, что она была «в приятельских отношениях» с находившимся под негласным надзором Голиковым **.
Итак, в течение первого года издания «Искры» социал-демократические организации Симферополя, Ялты, Керчи и Севастополя оказались в сфере деятельности искровской «социалистической почты». На страницах «Искры» № 7, 10 и 17 были опубликованы материалы из Крыма. С другой стороны, в города Крыма различными путями доставлялась газета «Искра» и искровская литература. Как свидетельствуют архивные документы, до Крыма дошли все тринадцать номеров «Искры», вышедшие в 1900—1901 гг. Причем № 3, 6 и 7 были найдены при обыске дважды, № 11 — трижды, № 12 — четыре раза.
СВЯЗИ КРЫМСКИХ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТОВ С РУССКОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ «ИСКРЫ»
К осени 1901 г. назрел вопрос о более тесном организационном и тактическом объединении местных социал-демократических организаций вокруг редакции
* См.: Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России.  — С. 97.
** ГАКО.  —  Ф. 706, oп. 1, д. 38. л. 44.
46


«Искры». Наступил решающий этап борьбы за осуществление ленинского организационного плана. «Цель издания «Искры»,  — писала Н. К. Крупская,  — не только писать и печатать газету, цель — при помощи газеты создавать общерусскую организацию, которая... должна связывать и объединять работающие на месте организации, служить связующим звеном» *.
Основные элементы и общие контуры такой организации к осени 1901 г. уже сложились. Ее заграничную часть составляли группа содействия «Искре» в Берлине, перевалочные пункты в Праге и Вене, приграничные склады литературы в Стокгольме, Кенигсберге, Львове, Яссах, Варне, Марселе и Тавризе. Российская часть начиналась транспортными группами в Вильно, Смоленске, Теофиполе, Одессе, Батуми и Баку. Их возглавляли «держатели границ» — С. О. Цедербаум, В. С. Клестов, К. И. Захарова, В. З. Кецховели. Здесь же находились основные склады искровской литературы. Районные распределительные склады были в Астрахани, Москве, Полтаве и Пскове. Их возглавляли Л. М. Книпович, Н. Э. Бауман, Л. Н. Радченко и П. Н. Лепешинский. Центральным складом в Киеве заведовал И. Б. Басовский. Важной частью искровской организации были подпольные типографии в Кишиневе и Баку. Конечными пунктами организации стали группы содействия «Искре» в различных городах, откуда искровская литература поступала в местные (в том числе и в крымские) социал-демократические организации, а от них к рабочим **.
Но осенью 1901 г. в России еще не было единого координирующего искровского центра. Агенты «Искры» не вмешивались в деятельность социал-демократических организаций. А среди последних еще царило
* Ленинский сборник.  — М.; Л.: Госиздат, 1928.  — Вып. 8.  — С. 196.
** См.: Тарновский К. Н. 24 декабря 1900 г.  — С. 91—92.
47


кустарничество, увлечение чисто местной работой, проявлялись сепаратистские тенденции. Даже среди части искровцев не было понимания важности общепартийных задач и централизации организационного дела.
В январе 1902 г. в Самаре состоялось совещание искровцев. В нем приняли участие Г. М. Кржижановский, З. П. Кржижановская, В. П. Арцыбушева, Ф. В. Ленгник, Г. И. Окулова и др. Важнейшим результатом совещания стало избрание Центрального комитета из 16 человек во главе с Г. М. Кржижановским. Этот орган принял вскоре название Бюро русской организации «Искры». За членами Бюро были закреплены отдельные районы и поставлена цель добиваться присоединения местных комитетов к организации «Искры» и признания ее партийным органом. Таким образом, самарское совещание искровцев выдвинуло задачу обеспечить идейное и организационное единство большинства социал-демократических комитетов и групп России.
Январь 1902 г. стал датой основания Русской организации «Искры» *. Начинался третий этап в истории ленинской «Искры». В этот период крепнут и связи крымских социал-демократических организаций с редакцией газеты.
15—18 января 1902 г. в Крыму находилась И. Г. Леман (Смидович) 23, выполнявшая задания искровского Центра. Как сообщается в справке департамента полиции от 13 сентября 1902 г., «15 января она прибыла в Севастополь и в тот же день на пароходе «Пушкин» отправилась в Ялту, куда прибыла вечером того же числа... справилась в почтовой конторе о письмах до востребования и поехала на дачу Иванова на углу Набережной улицы и Почтового переулка, где и оста-
* См.: Ленин В. И. Заметки к докладу на II съезде РСДРП о деятельности организации «Искры»  //  Полн. собр. соч.  — Т. 7.  — С. 391.
48


лась. 17 числа «Модная» (кличка, данная ей агентами охранки — В. Г.) посетила почту, библиотеку Иванова и некоторые магазины. 18-го утром она выехала в Севастополь и оттуда того числа далее. 20 января утром она прибыла в Харьков...» *
Не знали и не ведали агенты охранки, что в доме Иванова на углу Набережной улицы и Почтового переулка, где остановилась И. Г. Леман, находилась явочная квартира Ялтинского комитета. Здесь проживал член Ялтинской организации РСДРП М. Д. Нагловский. Именно этот адрес для явки ялтинцы сообщали в редакцию «Искры» 16 октября 1902 г.**
Связующим звеном между Крымом и Русской организацией «Искры» оставалась группа содействия «Искре» в Полтаве. С весны 1902 г. эту связь осуществлял агент «Искры» В. Г. Шкляревич.
Шкляревич был одним из тех искровских агентов «первого призыва», которые прошли суровую школу подполья в составе ленинского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». Вырванные из движения арестами, многие из них возвращались к революционной работе как искровцы.
В. Г. Шкляревич родился в 1877 г. в Полтаве, в
семье землемера. Учился в Новгород-Северской гимназии, по окончании которой поступил на юридический факультет Петербургского университета. Принимал участие в студенческом движении, был пропагандистом в рабочих кружках, примыкавших к «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса». В 1898 г. арестован по делу «Союза борьбы». Больше года просидел в Петербургском доме предварительного заключения, затем был отдан под особый надзор полиции. Весной 1900 г. по разрешению властей приехал на родину, в Полтаву,
* Прометей.  —  М.: Мол. гвардия, 1967.  —  Т. 3.  —  С. 227.
** См.: Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  — С. 390.
49


где в это время формировалась группа содействия «Искре». По сведениям департамента полиции, В. Г. Шкляревич имел близкое знакомство с Л. Н. Радченко, возглавлявшей полтавскую группу содействия «Искре» *. Таким образом, даже находясь под надзором полиции, В. Г. Шкляревич не оставляет революционной работы.
В апреле 1901 г., уже находясь в Вологде, В. Г. Шкляревич начал переписку с редакцией «Искры». Но аресты среди местных социал-демократов заставили его переписку прекратить. В связи с тяжелой болезнью (туберкулезом) Шкляревич добился разрешения департамента полиции на проживание в Крыму. В сентябре 1901 г. он прибыл на лечение в Кореизскую земскую больницу, а в марте 1902 г. возобновил переписку с редакцией «Искры».
«Я слышал, что Вы меня ищете,  — вот я и объявился» — так начиналось первое письмо В. Г. Шкляревича от 28 марта из Кореиза. И уже в этом письме ценная информация: «Живу я в том самом месте, где в прошлом году отдыхала после Сони Лейбович» **.
«Лейбович» — партийный псевдоним Л. Н. Радченко. Следовательно, она была в Крыму не только в 1900 г., но и в 1901-м.
10 мая В. Г. Шкляревич отправил в редакцию газеты 30 рублей, собранные с подписчиков, и просил пометить их словами: «За «Искру» через Архаровца ***  — 30 руб.» ****
* См.: Тарновский К. Н. 24 декабря 1900 г.  — С. 62.
** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — T. 1.  —  С. 467.
*** Партийная кличка В. Г. Шкляревича.
**** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 1.  —  С. 534.
50


Ялта
В середине июня 1902 г. в редакцию «Искры» пришло письмо от «социал-демократической рабочей организации Юга» — так именовалась Ялтинская организация. Письмо переслал В. Г. Шкляревич, имевший непосредственный контакт с руководителем Ялтинской организации Г. В. Зуевым. В письме сообщалось о большом впечатлении, которое произвело на рабочих появление первомайских прокламаций городского комитета РСДРП. Автор письма называл более 30 ялтинских адресов для пересылки номера «Искры» с корреспонденцией о событиях в Ялте, вызванных появлением прокламаций. Очевидно, ялтинские социал- демократы понимали исключительную важность поставленной искровцами задачи придать празднованию 1 мая 1902 г. всероссийское и всенародное значение. Письмо заканчивалось просьбой: «Передайте Тане, что мы ждем от нее скорого известия. До сих пор не получили ничего, и теперешний адрес ее нам неизвестен. Пусть сообщит по известному ей адресу русский адрес для посылки денег (за границу отсюда отправлять менее удобно)» *.
Перед нами очевидный аргумент, свидетельствующий о тесных контактах родной сестры Ю. О. Мартова, одного из редакторов «Искры», с Ялтинской социал- демократической организацией.
Но вестей от Л. О. Канцель ялтинцы не дождались.
Причина ее молчания разъяснилась в письме Н. К. Крупской В. Г. Шкляревичу 12 июня 1902 г. Приводим его целиком: «Письма Ваши получены. Сообщите адрес Толстого для посылки «Искры», у нас нет. Свяжите нас непосредственно с рабочей организацией Юга, нужен адрес для писем и ключ, адрес
* Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т 1.  —  С. 546.
51


для явки. Сообщите этой организации, что Таня арестована и сидит в Москве, по старому делу ей приговор 3 года Восточной Сибири, по новому — причастность к делу «Искры» и переводят в Москву *. Корреспонденция о Ялте будет помещена в № 22. Что касается русского адреса для денег, то можно послать Паше**, лучшего адреса пока дать не можем. Ждем от Александра *** обстоятельного письма» ****.
В «Искре» № 22, изданной в июле 1902 г., действительно была опубликована корреспонденция из Ялты. Ее содержание в деталях воссоздает обстановку панического страха местных властей, вызванного появлением в городе социал-демократических прокламаций. Еще бы! Ведь крамола открыто заявила о себе в непосредственной близости от царского имения «Ливадия».
Неизвестный ялтинский корреспондент-искровец живо запечатлел первую открытую революционную акцию городской социал-демократии, бросившей вызов самодержавному рабству и произволу. Ленинская «Искра» сохранила для грядущих поколений эту яркую страницу революционной истории Крыма.
«Крым. Из Ялты сообщают, что 1-го мая там появились социал-демократическия прокламации, обращенныя к ялтинским рабочим. Прокламации эти в большом количестве были распространены по городу, рабочим слободкам и в окрестных царских имениях. Таким образом, если бы всероссийский недоросль Ника-Милуша находился теперь в Крыму, он мог бы с ужасом найти у себя во дворце свободное социал-демократическое слово. Местные обыватели говорят,
* Ошибка — в Киев.  — Прим. ред. сборника.
** Полтавская социал-демократическая организация.
*** Партийная кличка В. Г. Шкляревича.
**** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  —
Т. 2.  — С. 42.
52


что в Ялте социал-демократическия прокламации появились впервые. Прокламации эти были составлены в высшей степени популярно и рассчитаны на распространение в массе. Характер они носили социалистический с резко выраженной политической окраской. Ялтинская полиция целый день рыскала по городу и слободкам, с трудом срывая крепко приклеенныя прокламации. В течение нескольких дней улицы Ялты кишели полицейщиной. Квартирующий в Ливадии (имение царя) батальон был «на готове», в ночь, предшествовавшую 1-е мая, по городу ходили солдатские патрули. Словом, царские холопы усердно старались подавить и запугать словно с неба упавшую «крамолу».
Прокламации произвели в Ялте громадный шум. В течение нескольких дней всюду только и слышны были разговоры на эту тему. Многочисленные ялтинские шпионы шныряли по базарам, трактирам и т. д., прислушивались к разговорам рабочих и арестовывали десятками тех, кто выражал сочувствие прокламациям. В течение нескольких дней было арестовано 60 рабочих, но в результате полиция осталась, конечно, с носом, и постепенно все рабочие были ею освобождены за полным отсутствием улик. Ведь нельзя же даже в России запрещать уличные разговоры на тему, интересующую весь город.
Желая вызвать среди местнаго общества отрицательное отношение к прокламациям, ялтинские полицейские, шпионы и жандармы начали распускать по городу слухи, будто прокламации призывали к грабежам, разгрому домов и магазинов и т. д. Эта гнусная выдумка подлых царских опричников имела небольшой успех среди некоторых слоев буржуазии, совершенно еще «невменяемых» в политическом отношении. Но
53


в общем ялтинское общество, конечно, не поверило нелепой сказке полицейскаго участка. Впрочем, полицейский участок сам поспешил опровергнуть свою глупую выдумку, набросившись с обысками не на «грабителей», а на ялтинскую интеллигенцию.
Да, ялтинские холопы всероссийскаго хана! Вы лишний раз доказали воочию, что не мы, социал-демократы, борющиеся за свободу и счастье угнетеннага человечества, а вы, царские коршуны, вы, царские башибузуки, занимаетесь ночными грабежами и разбоями. Это вы в течение двух недель держали Ялту в осаде, вы врывались по ночам в квартиры мирных ялтинских: граждан, нарушая неприкосновенность семейнаго очага, залезая своими грязными продажными лапами в святая святых личной жизни человека, читая самыя интимные письма, оскверняя самыя дорогие сувениры. Вы — разбойники, вы — грабители, вы — святотатцы!
Полицейско-жандармская сволочь произвела в Ялте целый ряд обысков: у Алексина (врач), у Гондарева (студент), у Петрова (рабочий), у Ветютиневой (земская фельдшерица), у Алексеева (рабочий), у Бельцова (городской лаборант), у Рудина (художник), в городской лаборатории, в помещении малярной артели и на квартирах всех рабочих, имеющих отношение к этой артели. Обыск увенчался успехом только у одного лица  — у Рудина. Но какой это был оригинальный успех! Царские холопы нашли дневник, в котором художник отметил, что видел царя Николая и что у царя очень глупая и пошлая морда... Этот дневник взят в жандармское управление, вероятно, для нагляднаго доказательства того, что даже художники стали на Руси неблагонамеренными!..
54


Об успехах прокламации среди рабочих не будем распространяться по причинам конспиративного свойства. Отметим лишь, что в некоторых мастерских 1-го мая работы были брошены. Ялтинское общество, испытав на себе весь ужас того произвола, который господствует на Руси, справедливо негодует на безобразия царских башибузуков, нарушающих ночной покой граждан.
Что же, гг. ялтинцы, докажите свое негодование делом! Если вы не можете принять активное участие в революционной борьбе с гнусным царизмом, этим наследием золотой орды, оказывайте помощь посильную, давайте адреса для конспиративных целей, давайте для тех же целей квартиры, делайте пожертвования и сборы среди знакомых! Эти деньги пойдут на устройство тайных типографий, на издания свободнаго революционнаго слова, на улучшение революционных сношений между городами и поддержку тех борцов, что выбыли из строя и томятся в царских тюрьмах.
Докажите свою политическую зрелость! Приобщитесь к великому делу свободы!» *
Номер «Искры» с этой корреспонденцией был выслан в Ялту через берлинскую группу содействия по 13-ти адресам **.
16 июля 1902 г. с письмом к В. Г. Шкляревичу обращается В. И. Ленин. «Очень бы важно было связать нас хорошенько и непосредственно с рабочей организацией Юга,  — повторяет он просьбу, высказанную уже Н. К. Крупской.  — Позаботьтесь об этом и напишите нам о ней пообстоятельнее» ***. Харак-
* Искра.  — 1902.  —  № 22 (июль).  —  С. 6.
** См.: Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России.  — С. 152.
*** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  — С. 97.
55


терно, что в тексте письма, занесенного Н. К. Крупской в специальную тетрадь скопированной переписки с В. Г. Шкляревичем, приведенный отрывок, а также дата письма зачеркнуты и рукой Н. К. Крупской написано: «Отправлено 4 августа». Следовательно, к началу августа непосредственная связь «Искры» с Ялтинской социал-демократической организацией была установлена. Теперь письма в «Искру» шли по двум каналам — от В. Г. Шкляревича и от «Ольги Юрьевны» (псевдоним Ялтинской организации).
Вскоре из Крыма в редакцию «Искры» пришло печальное известие: после тяжелой болезни умер Г. В. Зуев. Сообщая об этой утрате, 3 августа В. Г. Шкляревич писал: «Стихотворения покойного и краткий некролог Вам, вероятно, скоро пришлют...» В этом же письме Шкляревич выполняет просьбу редакции: называет адрес для переписки с «Ольгой Юрьевной» (Ялта, Набережная, дом Бекирова, акушерке-массажистке Цецилии Моисеевне Гинденштейн), адрес для явки (Пушкинская ул., дом Вицина, квартира Бекетова, спросить Веру Николаевну), ключ для переписки (стихотворение А. С. Пушкина «Песнь о Вещем Олеге») *.
23  августа Н. К. Крупская направила первое письмо в Ялту по указанному адресу. Она просила впредь на отправляемых в редакцию письмах ставить подпись «Генрих». Благодарила за корреспонденцию из Симферополя **. Ялта становилась пунктом связи «Искры» с другими социал-демократическими организациями Крыма.
«Искра» № 25 от 15 сентября 1902 г. напечатала краткий некролог по поводу смерти Г. В. Зуева: «В г. Ялте умер Г. В. Зуев, инициатор и организатор местнаго рабочаго движения. Смерть его вызвала мно-
* Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  — С. 151.
** См.: Искра — 1902.  — № 24 (1 сент.).  — С. 5.
56


го знаков сочувствия, как в местном обществе, так и в периодической печати — Спб. Ведом., Южн. Кур. и др. газетах, в которых он сотрудничал. Несмотря на съедавшую его чахотку (от которой он и умер), Г. В. Зуев почти до самаго конца принимал горячее участие в местной работе, служа блестящим примером для всех товарищей. Пусть будет легка ему земля!» *
Позднее в «Искре» публиковалась дополнительная информация из Ялты о похоронах Г. В. Зуева. В ней сообщалось, что «...один из несших гроб рабочих сказал речь, в которой назвал интеллигента товарищем- другом рабочих». Накануне похорон в одной из типографий города были изготовлены траурные ленты с надписями: «Даром ничто не дается... Судьба жертв искупительных просит!», «Так не спите же, силы новый, встаньте, храбрые бойцы!» Полиция запретила выдачу траурных лент и произвела обыск в типографии. «... В Ялту нагнали целую армию шпионов и сыщиков, усилили штат жандармерии...» — сообщал Корреспондент. Власти готовились к усиленной охране «самого главного жандарма Николая II», приезд которого ожидался в середине сентября. Похороны Г. В. Зуева еще более встревожили царских опричников **.
Новым поводом для политического обличения самодержавия на страницах «Искры» стали незаконные захваты земельной собственности представителями царской семьи. «Романовы в роли приобретателей» — так озаглавлена корреспонденция из Крыма, опубликованная в «Искре» № 25 от 15 сентября. Возможно, ее автором был В. Г. Шкляревич. 3 сентября Н. К. Крупская сообщила ему в Кореиз: «Корреспонденция Александра получена. Спасибо» ***.
* Искра.  — 1902.  — № 25 (15 сент.).  — С. 5.
** Искра.  — 1902.  — № 27 (1 нояб.).  — С. 6.
*** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  —  С. 239.
57


Имение царского зятя великого князя Александра Михайловича «Ай-Тодор» граничило с земельным обществом гаспринских татар. Подкупив стариков и припугнув остальных жителей Гаспры, этот «царственный рыцарь первоначального накопления» оформил покупку земли у татар за бесценок — по 600 рублей за десятину вместо 3—7 тысяч ее действительной стоимости. Но и этого ему показалось недостаточно. Он стремился избавиться от нежелательных соседей. Угождая Его Высочеству, таврический губернатор настоятельно убеждал гаспринцев переселиться подальше в горы, великодушно предлагая мизерное правительственное пособие—10—15 рублей на двор. Не получив согласия татар, он угрожал им насильственным переселением.
Алчные аппетиты царского зятя росли по мере их удовлетворения. В июне 1903 г. «Искра» сообщала, что великий князь Александр Михайлович покушается уже на городские земли вдоль главной ялтинской улицы — Набережной, чтобы передать их в собственность портового правления для устройства каботажной пристани.
Городское самоуправление подало в суд. Во время разбирательства дела, выступая в городском собрании, доктор С. Я. Елпатьевский заявил, что «гласные должны соблюдать интересы города, а не уступать вору, хотя и почтенному».
Суд решил дело в пользу города. Но что такое городской суд перед самоуправством царского зятя! «Чем кончится эта история — пока неизвестно»,  — скептически заключал ялтинский корреспондент «Искры» *.
В течение весны и лета 1902 г. через агента «Искры» В. Г. Шкляревича и рабочую социал-демократическую организацию Юга (Ялтинскую) осуществлялись связи редакции «Искры» с социал-демократическими организациями  Симферополя, Севастополя, Феодосии.
* Искра.  — 1903.  — № 42 (15 июня.).  — С. 5.
58


Симферополь
Еще в конце 1901 г. на базе рабочих кружков, организованных первым комитетом РСДРП, образовался Симферопольский социал-демократический союз. Он насчитывал в своем составе несколько десятков ремесленников и представителей местной интеллигенции. Центральный кружок Союза состоял из пяти человек. Руководителем Союза являлся М. А. Лурье24. За участие в студенческом движении он был исключен из Новороссийского университета и проживал в Симферополе под надзором полиции.
В июне 1902 г. в «Искру» была отправлена корреспонденция из Симферополя, опубликованная в № 24 газеты от 1 сентября 1902 г. Автора корреспонденции отличала осведомленность и широта взгляда на состояние социал-демократического движения в Крыму. Но трудно согласиться с его утверждением, что крымские социал-демократические организации при «сравнительном обилии интеллигенции» и «сравнительно высоком культурном уровне рабочей массы» должны взять на себя функцию поставщика для Юга России «передовых рабочих и руководителей массового движения», функцию «школы социализма» и «лаборатории революционеров».
Наоборот, малочисленность пролетарской прослойки была причиной идейной слабости местных организаций. Они сами нуждались в притоке пролетарских вожаков, прошедших школу революционной борьбы в промышленных центрах. К сожалению, не все социал- демократы в то время осознавали эту истину.
Корреспондент из Симферополя писал о назревшей потребности сплочения местных социал-демократических организаций и налаживания пропаганды и агитации «по общему плану и под взаимным контролем». Он выражал надежду, что при незначительности крымских расстояний этот вопрос будет вскоре решен. В корреспонденции сообщалось о распространении
59


Симферопольским рабочим союзом гектографированных листовок, посвященных годовщине отмены крепостного права в России (19 февраля 1861 г.), политическим демонстрациям студентов и рабочих в 1901—1902 гг., международному пролетарскому празднику 1 Мая и другим событиям.
Появление прокламаций, особенно в канун первомайского праздника, сообщалось в «Искре», поразила местных властей «в самое сердце». По приказу жандармского генерала Трубникова в день 1 Мая рота солдат «гуляла в публике», чтобы по первому свистку броситься избивать демонстрантов. Были установлены ночные посты 60 городовых. Две роты вооруженных солдат Литовского полка две недели дежурили в казармах гарнизона на случай «бунта», ожидавшегося то к царскому рождению, то к именинам.
Губернатор обратился за содействием в борьбе с крамолой даже к духовенству. 4 мая в Александро- Невском соборе протоиерей полтора часа «полемизировал»... с социал-демократическими прокламациями. «Один перл из его речи,  — писал корреспондент,  — необходимо сохранить для потомства в дословном виде: «не верьте,  — сказал он,  — что царь — враг народа и что вы должны уничтожить его власть. Это все вам пишут волки в овечьих шкурах. Ведь царь — помазанник Божий, и, если бы он был против народа,  — Бог бы его не помазал!» Завершалась корреспонденция из Симферополя сообщением о том, что первомайские- листовки социал-демократических организаций были распространены также в Севастополе, Ялте, Мелитополе, Евпатории, Феодосии и Керчи *.
Симферопольский социал-демократический союз и идейном отношении представлял собою довольно пеструю картину. Некоторые члены Союза находились под влиянием эсеровской идеологии. На собраниях пред-
* Искра.  — 1902.  —  № 24 (1 сент.).  — С. 5.
60


ставителей от кружков проводились занятия по изучению программы и тактики партии эсеров26. Среди членов Союза были рабочие-бундовцы. Некоторые из них прибыли в Симферополь из Бобруйска, Гомеля, Двинска *. В библиотеке Союза, наряду с искровской литературой, имелись издания Бунда, «экономистов», партии социал-революционеров. Характерно, что еврейские рабочие, члены Симферопольского социал-демократического союза, по-видимому, под влиянием бундовцев выделялись в отдельные кружки.
Это было типичным проявлением идейного разброда в рядах социал-демократии, когда в рамках единой организации уживались последовательные марксисты и носители мелкобуржуазной националистической идеологии.
Последнее сообщение от Симферопольского социал-демократического союза пришло в редакцию «Искры» в августе 1902 г. В «Искре» № 25 от 15 сентября сообщалось, что в ночь с 8 на 9 августа и днем 9-го в городе произведено 11 арестов и много обысков. По доносу провокатора были окружены и арестованы участники сходки представителей рабочих кружков. Полиция обнаружила библиотеку Союза. Был арестован и вскоре сослан в Восточную Сибирь М. Лурье.
Севастополь
Весной и летом 1902 г. активизировал революционную деятельность Севастопольский рабочий союз **. В апреле руководитель Союза, бывший член петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» Александр Щепетев разработал «Устав Севастопольской рабочей организации», который представил на обсуждение Центрального кружка. На одном из со-
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  — Ф. 150, oп. 1, д. 9, л. 50, 526, 52в; д. 852. л. 64, 65.
** В некоторых документах  —  Севастопольская организация.
61


браний этого кружка, где присутствовали девять членов, Устав был утвержден. Найденный в июне при обыске у членов организации, этот документ, а также Устав рабочей кассы сохранились в архиве департамента полиции *.
«Устав Севастопольской рабочей организации» состоял из шести параграфов. В первом параграфе излагались цели организации: развитие рабочего и революционного движения в Севастополе, пропаганда и агитация среди трудящихся классов, вербовка новых членов, уничтожение шпионов и предателей. Последний пункт вызвал возражение некоторых членов кружка, но все же остался в Уставе. Это свидетельствовало о влиянии на руководителей Союза эсеровской тактики террора. В. И. Ленин, считая убийство шпионов и провокаторов допустимым лишь в исключительных случаях, не рекомендовал социал-демократам возводить это в систему **.
В последующих параграфах Устава излагались принципы комплектования рабочих кружков и организационная структура Союза. Каждый кружок должен был состоять не более чем из 10 человек и посылал своего представителя, выбираемого простым большинством голосов, в Центральный кружок. На случай ареста представителей выбирались кандидаты для их замены.
Центральный кружок ведал денежными сборами, изданием и распространением литературы, утверждал новые кружки. Заседания проводились один раз в неделю.
Представитель от Центрального кружка входил в состав Комитета — высшего руководящего органа Союза.
По данным полиции и материалам следствия, в со-
* ЦГАОР СССР.  —  Ф.  ДП, 00, 1898, д. 5, ч. 50, лит. А, л. 37, 38. Машинопис. копия.
** См.: Ленин В. И. Письмо к товарищу о наших организационных задачах  //  Полн. собр. соч.  —  Т. 7.  —  С. 17.
62


став Союза входил 71 человек, из них рабочих порта 41, матросов флотских экипажей 19, солдат семь, три интеллигента и один служащий порта *.
В апреле 1902 г. были утверждены Устав Союза и Устав рабочей кассы. В Союз вошло много рабочих, прибывших из крупных промышленных центров страны. Самый боевой элемент среди них составляли петербургские пролетарии. Они организовали отдельный «Петербургский кружок», которым руководил Иван Братуха. Кружок состоял из 10 рабочих слесарно-сборочной мастерской. Среди них — Г. М. Гущин и А. В. Антонов, отсидевшие в тюрьме за участие в знаменитой «Обуховской обороне», токарь Андрей Сайконен, рабочие К. А. Васильев, П. И. Синица. Активными членами Союза были харьковские рабочие И. В. Пастухов, Н. И. Назаров, В. И. Евтушенко и др.**
При Севастопольском рабочем союзе была создана рабочая касса. Каждый член Союза отчислял в нее ежемесячно два процента от своего заработка. Средства кассы предназначались для помощи безработным, стачечникам, арестованным, а также для приобретения литературы и издания листовок. Всеми средствами распоряжался Комитет, обязанный дважды в месяц публиковать отчеты кассы.
В начале 1902 г. члены Севастопольского рабочего союза активизировали революционную агитацию среди рабочих. 20 февраля они возглавили забастовку в мастерских адмиралтейства в знак протеста против понижения оплаты сверхурочных работ. По этому поводу была издана листовка, распространявшаяся на заводе ***.
* См.: Близнюк А. М. Севастопольская рабочая организация // Вопр. истории.  — 1973.  — № 2.  — С. 202.
** Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  — Ф. 150. oп. 1, д. 9, л. 67.
*** Tам же.  — Д. 6, л. 2. Копия листовки.
63


В марте-апреле 1902 г. по инициативе А. Щепетева руководители Союза тщательно готовили политическую демонстрацию рабочих и матросов, посвященную празднованию 1 Мая. На сходке руководителей демонстрация была назначена на второй день пасхи, в воскресенье, 14 апреля, на Качельной (ныне Наваринской) площади. Каждый из присутствовавших на сходке должен был привести на площадь 5 человек знакомых. А. Щепетев рекомендовал распространять напечатанные к этому времени листовки с призывом к демонстрации в городе и в казармах, среди солдат и матросов. Было приготовлено красное знамя с лозунгом «Да здравствует политическая свобода!»
Вскоре после сходки в порту, в городе, в казармах и балках было разбросано большое количество листовок «Солдатская памятка», «Письмо к матросам», «Песня», «Товарищи». Однако из-за дождя демонстрация не состоялась.
Организация социал-демократических кружков на кораблях и в частях гарнизона, распространение в городе, среди матросов и солдат листовок Севастопольского рабочего союза с призывами к политической борьбе имели сильный резонанс не только среди рабочих. 19 апреля 1902 г. старший флагман Черноморской флотской дивизии вице-адмирал Гильтебрандт подписал грозный приказ № 27. Текст его был прислан в редакцию «Искры» и опубликован в № 22 в июле 1902 г. Корреспонденции под заголовком «Борьба с крамолой во флоте» было предпослано такое предисловие: «Чтобы бороться с врагом, полезно знать и то, что враг о нас думает и как о нас говорит. Мы думаем поэтому, что не без пользы можно будет читать и разъяснять в кружках нижеследующий документик» *.
В приказе говорилось о распространении среди ниж-
* Искра.  — 1902.  — № 22 (июль).  — С. 6.
64


них чинов флота «возмутительных листков», призывающих к борьбе против властей и клевещущих на правительство. Нужно слушать не смутьянов, а божий закон, говорилось в приказе. «Всякая душа да будет покорна высшим властям», ибо они установлены от бога. «Смутьяны» получают средства на свою работу от врагов отечества, они — изменники родины. Нижним чинам приказом предписывалось все тайные листки и книжки не читать, а передавать начальству, «смутьянов» же задерживать и выдавать начальству.
Столь примитивная «контрпропаганда», разумеется, не могла ослабить влияние революционных идей на матросов Черноморского флота. Их связи с членами Севастопольского рабочего союза не прекращались. Матросы посещали сходки, которые проводились членами Союза. Одна из таких сходок состоялась 19 мая в Делагардовой балке, где присутствовали рабочие Морского завода, члены Союза Г. Д. Зубарев, А. Д. Раков и 8 матросов. Руководители сходки читали матросам революционную литературу. На сходке 23 мая А. Д. Раков передал солдату И. Збанскому написанное карандашом стихотворение «Баюшки-баю», дошедшее до нас в копии, снятой полицейским чиновником. Автором стихотворения был рабочий Георгий Зубарев *. Это ценный человеческий документ, отразивший целую гамму чувств и настроений передовых рабочих Севастополя. Они жили в ожидании того момента, когда их город встанет в ряды борцов против ненавистной тирании.
Севастополь мой прекрасный,
Баюшки-баю,
Спи спокойно, безучастный,
Я ж тебе спою!
«Крымский вестник» пишет сказки, Ты читаешь их,
* ГАКО.  —  Ф. 706, oп. 1, д. 38, л. 6, 9, 10, 24.
3.
180.
65


Дремлешь, закрывая глазки,
Безмятежно тих.
Я лет 20 уже знаю
Публику мою.
Спи ж, красавчик, начинаю
Баюшки-баю.
Голод наступил повсюду
И в делах застой.
Надоело тогда люду
Жить одной мечтой.
Нет свободы! — вдруг раздался
Клич в родном краю.
Враг народный испугался,
Баюшки-баю.
И с Сипягиным министром26
(В живых уже нет)
Циркуляром тайным быстро
Он издал запрет.
Чтоб молчали за порядки
На святой Руси
Прессы жалкие остатки,
Боже их спаси.
Да, родную нашу прессу
Я не узнаю,
Потеряла много весу,
Баюшки-баю.
Только русскую натуру
Тем не напугать,
Порешили на цензуру
Нашу наплевать.
Появились миллионы
Нелегальных книг,
Лишь пугливые вороны
Не читают их.
Проникают и журналы
В каждую семью,
Их читает старый, малый,
Баюшки-баю.
Только ты их не читаешь,
У тебя их нет,
Когда вырастешь, узнаешь,
Через много лет.
Хвостов с свитою квартальных,
Силы не щадя,
От изданий нелегальных
Бережет тебя.
66


И общественным покоем
Твоим дорожа,
Всю ночь с грохотом и воем
Ходят сторожа.
Им обещаны награды,
Каждому медаль.
Сон стеречь они твой рады,
Их обидеть жаль.
Спи спокойно, не волнуясь,
Я тебя люблю,
И тобой не налюбуюсь,
Баюшки-баю.
Но когда настанет время,
Ты восстанешь вдруг,
Сразу сбросишь с себя бремя
Вражеских услуг.
Знамя красное святое,
Скажешь — разовью,
А пока усни в покое,
Баюшки-баю.
Да, Севастополь еще не проснулся. Пока начинали борьбу лишь его лучшие сыны. Труден и опасен был их путь. Предстояли тяжелые испытания и жертвы.
В ночь на 16 июня по доносу провокатора полиция окружила сходку членов Центрального кружка Севастопольского рабочего союза, собравшихся для обсуждения листовки «К солдатам». А. Г. Щепетев, Я. И. Гуртовой, Г. Д. Зубарев, В. Н. Бубнов, Г. В. Фирсов, В. И. Евтушенко, А. И. Братуха, П. Ф. Эрайзер, Т. Гаркунов были арестованы.
При обыске у членов Союза полиция обнаружила 23 экземпляра гектографированной листовки «К солдатам», «Устав Севастопольской рабочей организации», «Дневник Севастопольского рабочего движения», много печатных брошюр и листовок, а также красное знамя с лозунгом «Да здравствует политическая свобода!»
24 	июня в слесарно-сборочной мастерской адмиралтейства появилась листовка Севастопольского рабочего союза. Она призывала рабочих не падать духом
3*
67


по случаю происшедших арестов. «Каждый новый случай правительственного произвола,  — говорилось в листовке,  — должен заставить нас дружно бороться за счастье и освобождение рабочего класса» *.
Вскоре аресты коснулись и матросов. При обысках у матросов 36-го флотского экипажа К. А. Соловьева и И. В. Фролова в сентябре были обнаружены лондонские издания «Листки «Жизни»27 № 2 и № 6 за 1902 г. с корреспонденциями из Севастополя. Эти издания, по признанию Соловьева, были получены им в болгарском порту Бургас во время его пребывания там в составе команды парохода «С.-Петербург» **.
Об арестах в Севастополе стало известно в редакции «Искры». Газета дважды сообщала о них — в № 23 от 1 августа и № 27 от 1 ноября 1902 г. Были названы несколько арестованных членов Севастопольского рабочего союза (Щепетев, Бубнов, Братуха, Гаркунов, Евтушенко, Зубарев, Фирсов), еще 10 человек рабочих, несколько солдат и матросов и один студент.
Руководители организации после окончания следствия и суда были сосланы в Восточную Сибирь и в Архангельскую губернию. Остальные члены организации были приговорены к различным срокам заключения и ссылке под гласный надзор полиции в разные места.
А.  Г. Щепетев во время следования с партией политических ссыльных в Якутск 1 июня 1904 г. бежал, а затем нелегально выехал за границу.
Летом 1902 г. социал-демократические кружки в порту и на кораблях продолжали работу.
В городе действовал и кружок интеллигентов, называвших себя социал-демократами и примыкавших к эмигрантской группе «Свобода» 28.
* ГАКО,  —  Ф. 483, оп. 4, д. 239, л. 17.
** ГАКО.  —  Ф. 706, oп. 1, д. 38, л. 55, 56.
68


На базе оставшихся кружков в начале 1903 г. был сформирован Севастопольский комитет РСДРП.
Феодосия
Начало деятельности в Крыму агента «Искры» В. Г. Шкляревича примерно совпадает с возникновением социал-демократической организации в Феодосии.
Инициатором ее создания был дворянин Яков Глотов. Вначале он с группой рабочих фабрики Стамболи проводил за городом беседы на политические темы, читал и передавал для чтения рабочим революционную литературу. Образовалось несколько рабочих кружков, собиравшихся на сходки по субботам. Занятия вели члены кружка пропагандистов во главе с Я. Глотовым. После отъезда Глотова за границу с октября 1902 г. его заменил Аким Рогальский. К тому времени в организации действовало 10 рабочих кружков *.
В ночь на 25 июля 1902 г. в городе и в пригородных селах Насыпкой, Ближние Камыши и других полицейские власти обнаружили много листовок: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», «Вопрос русской жизни», «Печать и царское правительство», «Солдатская памятка»29, «Русскому крестьянину доброе слово» **.
Предоставим слово феодосийскому корреспонденту, подробно сообщившему об этом в № 25 «Искры» от 15 сентября 1902 г.
«Феодосия (Крым). 24-го июля 1902 г. в г. Феодосии местной рабочей организацией были впервые распространены прокламации к рабочим в количестве 450 штук. В прокламациях выяснялось значение борьбы, в которую вступил русский рабочий с капиталистом и царским правительством.
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  — Ф. 150, oп. 1, д. 10, л. 112.
** Там же.  — Д. 8, л. 78, 79.
69


Прокламации были распространены очень удачно. По всем слободкам были разбросаны во дворах, а также расклеены на стенах многих зданий. На местную табачную фабрику Стамболи прокламации были доставлены в количестве 48 штук. Побывали также прокламации на механическом заводе Наделя, в железнодорожных мастерских, на кирпичных заводах (2) и пр., всюду вызывали оживленный обмен мыслей.
На одном из кирпичных заводов (Французск. общ.) прокламации вызвали забастовку. Рабочие добились небольших уступок. Местной же организацией были распространены листки, перепечатанные с издания Петербургскаго Союза Борьбы», — «О том, как берут с нас незаметно налоги», в количестве 150 шт. Об этих листках точно также говорилось очень много. По мнению одного лодочника — «быть сегодня бунту». На вопрос — почему? лодочник ответил, что студенты будут требовать понижения цен на продукты, которые у нас стоят дороже, чем за границей, а потому и не доступны для рабочих.
Листки и прокламации были также разбросаны на базаре, где они читались громогласно и обладающий листком вступал в пререкания с полицией, прежде чем отдавал листок городовому. В эту же ночь были распространены в уезде 300 шт. прокламаций к крестьянству. В них указывалось на бедственное положение крестьян как следствие грабежа помещиков и правительства, которое, давши ничтожные наделы, стало выколачивать последние гроши из крестьянского кармана непомерными налогами и платежами.
Прокламации везде читались с большим интересом. Соседи собирались вместе, вслух прочи-
70


тывалась прокламация, а потом слышались возгласы: «Верно», «так оно и есть» и т. п.
В ту же ночь была разбросана «Солдатская памятка» Л. Н. Толстого в количестве 150 шт. на задних рядах лагеря. Утром много солдат прочли и стали разсуждать о прочитанном. Только часов в 10 или 11 было доложено дежурному офицеру, который распорядился отобрать книжки у солдат. Солдаты остались недовольны только тем, что брошюры не то писаны, не то печатаны (гектографиров.).
Местныя власти всполошились. Вызван жандармский генерал из Симферополя и жандарм. полковник из Керчи, которые на месте изучают «дело». Был губернатор, объезжал уезд и говорил речи. Было несколько обысков, которые ни к чему не привели. В город присланы новые шпионы. Кстати, можно упомянуть о шпионской системе, которой держится жандармерия в Крыму. Шпионы долго не засиживаются в одном городе, чтобы не обратить внимание местных жителей. Перед 1-м мая было 25 обысков в одну ночь. В обысках принимали участие пристав и полицмейстер» *.
Таково было положение в крымских социал-демократических организациях весной и летом 1902 г., когда руководители Русской организации «Искры» последовательно и настойчиво проводили курс на идейное и организационное сплочение местных комитетов и подготовку условий для создания единой партии. В этот период центром искровских связей с другими крымскими социал-демократическими организациями становится Ялта.
Однако в целом социал-демократическое движение в Крыму оставалось в состоянии кустарничества, орга-
* Искра.  — 1902.  —  № 25 (15 сент.).  —  С. 5.
71


низационной рыхлости, не имело четких идейных позиций. Отсутствовали сколько-нибудь прочные связи, координация действий, традиции и преемственность в работе организаций. Все это мешало местным партийным организациям развернуть свои силы, тормозило сплочение революционных социал-демократов. Обрушившиеся на городские организации аресты и репрессии исключали возможность их организационной перестройки.
Тем не менее авторитет и влияние «Искры» возрастали. Деятельность социал-демократических организаций в большинстве случаев имела ярко выраженный политический характер. Влияние «экономизма» не проявлялось, но заметно было проникновение в социал- демократические организации мелкобуржуазной идеологии эсеров, свободовцев, Бунда. Остро ощущался недостаток опытных, теоретически зрелых руководителей. Возглавляли местные организации чаще всего бывшие студенты (высланные) и местная интеллигенция. Они, за редким исключением, не являлись профессиональными революционерами, недостаточно глубоко разбирались в существе революционного марксизма.
Изучение материалов «Искры», в особенности публиковавшихся в ней теоретических работ В. И. Ленина, а также поступавшей в Крым марксистской литературы способствовало преодолению крымскими социал- демократами узкоместнических интересов, кустарных методов работы, помогало выйти на широкую дорогу борьбы за создание единой партии пролетариата.
Во второй половине 1902 г. эта борьба вступила в решающую стадию.


КРЫМСКИЕ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ НАКАНУНЕ II СЪЕЗДА РСДРП
Весной 1902 г. Русская организация «Искры» берет твердый курс на завоевание местных комитетов РСДРП.
6 мая В. И. Ленин в письме Г. М. Кржижановскому дает директиву: «Теперь наша главная задача — подготовить это, т. е. чтобы вполне свои люди проникли в возможно большее число комитетов... Это — главная задача, ибо иначе нас неизбежно оттеснят...» *
В качестве членов комитетов искровцы постепенно втягивали местные организации в общепартийную деятельность, ломая преграды между ними и сплачивая их таким образом в систему организаций, руководимых из единого центра.
Ускорению этого объединительного процесса и утверждению искровских идейных и организационных принципов в борьбе с «экономизмом» и мелкобуржуазной идеологией в огромной степени способствовало изучение социал-демократами книги В. И. Ленина «Что делать?». Ее распространение началось сразу же после выхода в свет в марте 1902 г. За два года (1902—1904) книга появилась в более чем 100 географических пунктах России.
«Брошюра Ленина попала в настроение,  — отмечала Н. К. Крупская в одном из писем в Россию в июне 1902 г.,  — и люди колебавшиеся все переходят к нам» **.
Действительно, работа В. И. Ленина «попала в настроение». Она как нельзя более отвечала объективным задачам, вставшим тогда перед российской
* Ленин В. И. Полн. собр. соч.  — Т. 46.  — С. 185.
** Тарновский К. Н. 24 декабря 1900 г.  — С. 156.
73


социал-демократией. Книга Ленина подводила теоретический фундамент под строящееся искровцами здание революционной марксистской партии нового типа и одновременно решала давно назревшую задачу полного развенчания «экономизма».
В своей книге В. И. Ленин научно обосновал роль марксистской партии как важнейшего субъективного фактора революционного процесса. В полемике с «экономистами», уповавшими на стихийный ход рабочего движения и принижавшими роль революционной теории в развитии классовой борьбы пролетариата, он четко определил теоретическую функцию партии — внесение теории научного социализма в стихийное рабочее движение, идейная борьба с оппортунизмом.
В.  И. Ленин подверг критике оппортунистическую политику «экономистов», ограничивавших классовую борьбу пролетариата узкими рамками экономической борьбы с хозяевами при полной изоляции от революционного движения непролетарских трудящихся масс. Он глубоко разъяснил истинные цели и методы политической деятельности будущей пролетарской партии России. Воспитать политическое сознание рабочего класса как передового борца за демократию, организовать гегемонию пролетариата в общенародной борьбе за свержение самодержавия, а затем и эксплуататорского строя — такова конечная цель этой политики.
Обобщая опыт двух лет искровской тактики, В. И. Ленин на конкретных примерах разъяснил методы борьбы за достижение этой цели. Идти не только в рабочие массы, но во все классы населения, изучать нужды и чаяния всех угнетенных, будить их протест, сплачивая вокруг пролетариата, вести всесторонние политические обличения самодержавия как главного врага всех угнетенных.
В книге «Что делать?» В. И. Ленин разработал и организационный аспект учения о партии. Это приобретало особое значение в тех конкретных условиях,
74


когда борьба за организационное сплочение российской социал-демократии вступила в решающую стадию.
Разоблачая организационный оппортунизм «экономистов», полагавших, что пролетариат России еще не дорос до политической борьбы, а потому политическая партия ему не нужна, В. И. Ленин разъяснил, что в борьбе против такого сильного врага, как царизм, разрозненные социал-демократические кружки, стачечные кассы бессильны. Необходима классовая организация пролетариата высшего типа — централизованная, строго конспиративная организация профессиональных революционеров, не очень широкая, но тесно связанная с массами. Прообразом и ядром такой организации была уже действующая Русская организация «Искры».
Так книга В. И. Ленина «Что делать?», названная им «сводом искровской тактики и искровской организационной политики», давала ясные ответы на наболевшие вопросы движения, указывала социал-демократии выход из состояния разброда и шатаний к идейному и организационному единству.
С появлением книги В. И. Ленина «Что делать?» перед искровцами встала практическая задача организационной перестройки местных комитетов РСДРП и всей их деятельности в духе ленинских принципов.
Первым к такой перестройке в Петербургской социал-демократической организации приступил И. И. Радченко. По этому поводу он писал В. И. Ленину: «...очень важно было бы иметь с Вашей стороны помощь в виде конкретного наброска плана местной работы в связи с общей российской» *. В ответ на просьбу Ленин высказал конкретные рекомендации: комитет, отмежевавшись от «экономистов», должен открыто заявить о солидарности с «Искрой» и признании ее руководящим органом; немедленно включиться в общепартийную работу, начать структурную перест-
* Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  —  С. 56.
75


ройку комитета и сближение его с Русской организацией «Искры».
Позже В. И. Ленин обстоятельно изложил свой проект перестройки работы Петербургской организации в «Письме к товарищу о наших организационных задачах»30, адресованном Петербургскому комитету *. Поставленные Лениным в этом письме задачи в равной мере относились ко всем социал-демократическим организациям России.
20 октября 1902 г. на совещании в Пскове был создан Оргкомитет по подготовке партийного съезда. Подавляющее большинство членов Оргкомитета были искровцами: В. П. Краснуха, Ф. В. Ленгник, П. А. Красиков, П. Н. Лепешинский, Г. М. Кржижановский и др. Наряду с искровцами в составе ОК были представители других течений российской социал-демократии, вплоть до Бунда и «Южного рабочего» **.
Вторая половина 1902 г. стала временем идейного самоопределения революционной социал-демократии и перестройки партии сверху донизу.
В декабре 1902 г. Н. К. Крупская в письме искровцу Е. В. Барамзину в Саратов так обрисовала общую картину этого процесса: «Теперь повсюду в комитетах идет дифференцирование, сплачиваются единомыслящие, яснее формулируют свои программы и благодаря этому все ненадежные элементы отпадают... В общем можно теперь уже, кажется, считать несомненной победу искровского направления, по крайней мере, мы насчитали больше 15 искровских комитетов, остальные искровские наполовину, относительно некоторых у нас просто нет сведений»***.
Процесс консолидации революционной социал-де-
* См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч.  — Т. 7.  — С. 1—32.
** См.: Тарновский К. Н. Революционная мысль, революционное дело.  — С. 230, 235.
*** Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  —  С. 516.
76


мократии и перестройки местной кружковой работы протекал, разумеется, неравномерно. Крымские социал- демократические организации находились далеко не в авангарде этой перестройки. Вторая половина 1902 г. была для них особенно трудным периодом.
Летом 1902 г. массовые репрессии расстроили ряды социал-демократических организаций в Севастополе и Симферополе. В августе в результате экономического кризиса закрылся Керченский металлургический завод. Вскоре на городскую социал-демократическую организацию обрушились репрессии, о чем сообщила «Искра» 1 декабря 1902 г. (№ 29):
«Керчь, 16 октября. Как ни трудна работа в маленьком провинциальном городе, но отсутствие строгаго жандармскаго надзора позволило местной интеллигенции образовать рабочую организацию, действовавшую без перерыва с сама- го начала возникновения в Керчи металлургического завода. Даже полное прекращение производства на заводе, вызванное общим промышленным кризисом, не могло приостановить деятельность молодой рабочей организации, вынужденной, благодаря закрытию завода, перенести деятельность в другую среду, менее благоприятную и доступную для массовой агитации. В период этой работы рабочая организация, помимо образования многих пропагандистских кружков, успела выпустить девять прокламаций, в которых откликалась на важнейшие вопросы, как местные, так и вообще русской жизни. Такому успеху деятельности рабочей организации, считавшей всего три года своего существования и не располагавшей особенными средствами и силами, способствовало индиферентное отношение местной жандармерии, не произведшей за это время не только ни одного ареста, но даже и обыска. Это обстоятельство возбуждало недо-
77


умение в обществе, окружая имя подполковника Николаева некоторой таинственностью. «Уж не служит ли жандарм революции?» — спрашивали себя местные Колупаевы и Разуваевы. Но вот в ночь с 14 на 15 октября жандармом Николаевым были произведены обыски среди местных обывателей, преимущественно из интеллигентной среды. Было произведено десять обысков, результатом которых явился арест трех лиц, и то арестованных по какому-то странному недоразумению. Так, рабочий Афанасов31 (на землечерпательном караване) был признан неблагонадежным и арестован за найденное у него стихотворение П. Я. «Восемь часов»! У бывшаго студента Москаленко найдено стихотворение «Бог» Беранже и басня по поводу отлучения Льва Толстого от церкви, и у третьяго, К. Верле, служащего в городском банке, найдено два разных номера «Искры». Вот и вся добыча после десяти обысков, из-за которых была поднята на ноги вся полиция и даже присланы жандармы-гастро- леры из Симферополя. Обыску подверглись: бывш. студ. Гуссов, учитель соборной школы Зеленке- вич, служащий в городской управе Зубов, служ. на землечерпат. караване И. Коган, учитель ремесл. училища Марьяненко, служ. в городской управе Суворов и бывш. студ. И. Шик. У всех этих явно предосудительнаго ничего не оказалось. Так неудачно закончилось первое покушение на спокойствие обывателей» *.
Но к началу 1903 г. в деятельности Керченской городской организации произошли неблагополучные перемены. С закрытием металлургического завода количество рабочих в ней существенно уменьшилось. В состав рабочих кружков теперь входили главным
* Искра.  — 1902.  — № 29 (1 дек.).  — С. 7.
78


образом ремесленники (портные, сапожники и другие) и рабочие табачной фабрики. Изменилось название организации, теперь она стала называться «Керченская рабочая организация революционных социалистов». «Революционными социалистами называли себя члены эмигрантской оппортунистической группы «Свобода». Ее влияние, очевидно, проникло в среду керченских рабочих.
В библиотеке организации имелось большое количество изданий партии социалистов-революционеров. Характерный для эсеровской пропаганды призыв к борьбе «за народную свободу» встречается в листовках Керченской организации 1903 г.*
Однако в организации по-прежнему оставались и старые ее члены — социал-демократы. Характерно, что корреспондент в «Искре» № 44 (июль 1903 г.) называет организацию «социал-демократической». По-видимому, она была смешанной. Подобные объединенные организации социал-демократов и эсеров были в Саратове (до сентября 1902 г.), на Урале (до начала 1903 г.) и в других местах. Процесс идейного размежевания пролетарской и мелкобуржуазной демократии и самоопределения искровцев еще не завершился.
15 мая 1903 г. на Керченскую организацию снова обрушился удар. 10 арестов и 30 обысков — таков был итог слабой конспирации. В конце августа 1903 г. ее деятельность прекратилась.
Ценные сведения о работе Ялтинской организации во второй половине 1902 и в 1903 гг. содержатся в воспоминаниях М. Д. Нагловского32.
В августе 1901 г. Нагловский после двухлетнего пребывания в Германии и Италии приехал в Ялту для лечения туберкулеза. В Германии он познакомился с произведениями К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, читал «Искру», «Зарю».
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150, oп. 1, д. 10, л. 11—14.
79


В Ялте М. Д. Нагловский поступил на курсы виноделия при Никитском ботаническом саде. Будучи на практике в Магарачском казенном подвале, он сблизился с учениками Никитского училища садоводства и виноделия, начал знакомить их с искровской литературой, привезенной из Германии. Образовался кружок из 10—12 человек, с которыми проводились занятия в пещерах, на берегу моря или в горах.
Весной 1902 г. М. Д. Нагловский сблизился с революционно настроенной молодежью Ялты.
О дальнейших событиях М. Д. Нагловский свидетельствует: «В конце 1902 г. я познакомился с А. Н. Попандополо, входившей в с[оциал]-д[емократический] Ялтинский комитет, имевший связи с организацией «Искра». В декабре Попандополо ввела меня в нелегальную с[оциал]-д[емократическую] организацию и познакомила меня с товарищами, работавшими в этой организации: Зуевой, Калатилиной и Хлистовой. С этого времени я продолжал свою работу в Никитском саду уже под руководством с[оциал]-д[емократической] нелегальной организации. Кружок, значительно выросший и охвативший несколько десятков человек, принял социал- демократическую программу, предложенную газетой «Искра», и я стал распространять среди учеников нелегальную литературу, которую я в изобилии получал от Ялтинского комитета. Мы регулярно получали «Искру» и разные брошюры. Ученики Никитского сада стали распространять с[оциал]-д[емократические] прокламации среди чернорабочих, работавших на виноградниках и [в] подвалах Южного берега Крыма...
Одновременно с этим Ялтинский комитет поручил мне пропагандистскую работу среди рабочих-строителей. Такую же работу поручили и моему брату. Я вел несколько кружков среди маляров, плотников, столяров и портных... Дело было поставлено довольно конспиративно, чему мы были обязаны руководству А. Н. Попандополо, имевшей уже в то время известный революционный
80


опыт, обладавшей революционной выдержкой и энергией. Она была лично связана с организацией «Искра» и имела большие связи среди революционеров и либералов Ялты. От нее мы получали революционную закалку и навыки подпольной работы.
Зуева была женой уже умершего в то время основателя первого Ялтинского социал-демократического комитета Г. В. Зуева, начавшего с[оциал]-д[емократиче- скую] работу в Ялте еще в 1900 г. Все члены комитета разделяли программу «Искры» и «Зари» и чрезвычайно враждебно относились к оппортунистическим и с[оциал]-р[еволюционным] тенденциям» *.
В марте 1904 г., когда М. Д. Нагловский уже выехал из Ялты, полиция обнаружила библиотеку революционной литературы (более 200 названий) в подвале церкви при Никитском ботаническом саде. На следствии учащиеся училища садоводства и виноделия признались, что получили для чтения революционную литературу из библиотеки, составленной М. Д. Нагловским. Среди названных ими изданий были работы В. И. Ленина «К деревенской бедноте» и «Революционный авантюризм», журнал «Заря» (август 1902 г.),  — газета «Южный рабочий», много листовок и другой литературы **
Опись библиотеки, приложенная к следственному делу о М. Д. Нагловском, наряду с другими изданиями содержала большой комплект (136 экземпляров) газеты «Искра»: за 1901 — № 4—6, за 1902 г.  — № 17, 20— 23, 25—29, за 1903 г.  —№ 37, 38, 40—43 ***.
Революционная деятельность М. Д. Нагловского способствовала укреплению идейного влияния «Искры» в Ялтинской социал-демократической организации.
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины — Ф. 150, oп. 1, д. 568, л. 16, 17. (Воспоминания М. Д. Нагловского написаны в 1935 г.).
** См.: Революционное движение в Таврической губернии в 1905—1907 гг.  —  С. 42—43.
*** Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150, oп. 1, д. 11, л. 1, 2, 25—27, 28, 91, 92.
81


В сентябре—ноябре 1902 г. непосредственная связь Ялтинской организации с редакцией «Искры», установленная в августе, еще сохранялась. Переписку с «Искрой» продолжал В. Г. Шкляревич. Даже крайне скупая информация, содержавшаяся в этой переписке, свидетельствует о внимании редакции «Искры» к положению в крымских организациях, о ее стремлении вовлечь их в общий процесс перестройки.
В письме от 9 сентября 1902 г. В. Г. Шкляревич сообщал о посылке в редакцию «Искры» 35 рублей, из них 12 рублей от «Ольги Юрьевны». «В скором времени проектируется объединительный съезд крымских организаций,  — писал он.  — Они обещали возбудить при сем удобном случае вопрос о признании Феклы («Искры».  — В. Г.) своим официальным представителем»*. «Они обещали...» Следовательно, В. Г. Шкляревич или кто-то иной из искровцев убеждал местных социал-демократов в необходимости на предстоящем съезде представителей крымских организаций возбудить вопрос о признании «Искры». И они обещали это сделать. 9 октября Н. К. Крупская информировала представителя Оргкомитета по подготовке партийного съезда В. П. Краснуху: «Крымские комитеты собираются устроить съезд, на котором будет поднят вопрос о признании «Искры» руководящим органом» **.
16 сентября редакция «Искры» запрашивает Ялтинскую организацию: «Нужна ли Вам новая литература и сколько?.. Видели ли нашу программу и брошюру «Что делать?» Напишите, как относитесь к программе и этой брошюре» ***.
В следующем письме, 27 сентября, ялтинские социал- демократы просят выслать большое количество литера-
* Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 2.  — С. 263.
** Там же.  — С. 359.
*** Там же.  — С. 292.
82


туры, в том числе работы Маркса, Энгельса, Ленина, Плеханова, Аксельрода, все номера «Искры», кроме № 2, 3, 4, 5 и 6, № 4 «Зари», «Социал-Демократ», все номера «Свободы». Они также просят порекомендовать им специальную литературу для занятий с рабочими и интеллигенцией *.
«С Ольгой Юрьевной сношения наладились,  — пишет Н. К. Крупская В. Г. Шкляревичу 28 сентября.  — Нет ли адреса для переплетов, тогда мы могли бы прислать для Ольги Юрьевны ленинское письмо по поводу организации местной работы, жаль, что оно опозд[ает] к крымскому съезду»
Но едва наладилась переписка, из Ялты одно за другим следуют тревожные предупреждения: «Не посылайте ничего по посланному нами 10/Х адресу до тех пор, пока мы не известим...» И снова буквально через неделю: «Дорогие товарищи! Просим не пользоваться нашими адресами для писем и явки до тех пор, пока не дадим знать» ***.
Причина тревоги объяснялась просто. В середине сентября в царскую резиденцию ожидали приезда семьи Романовых. Местные власти принялись «очищать» город от крамолы. Высылали всех поднадзорных, вербовали из населения Ялты добровольцев для охраны улицы, по которой проедет царь ****.
Жертвой этой панической суматохи стал агент «Искры» в Крыму В. Г. Шкляревич. Он был выслан из Крыма.
4 октября он из Астрахани сообщает в редакцию «Искры» свой новый адрес *****.
* См.: Переписка В. И, Ленина и редакции газеты «Искра»...  —  Т. 2.  —  С. 331—332.
** Там же.  — С. 332.
***Там же.  — С. 334.
**** См.: Искра.  — 1902.  — № 27 (1 нояб.).  —  С. 6.
***** См.: Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  —  Т. 2.  —  С. 352.
83


Наконец тревога миновала. 16 октября из Ялты вновь запрашивают «Искру»: «Просим доставить все, что просили... Адрес явки: Модест Дмитриевич Нагловский, Набережная ул., Почтовский пер., дом Иванова. Лозунг: «Привез Вам поклон от дяди». Пароль: «Благодарю, я вас ждал». Вести себя в Ялте надо очень осторожно. Скоро пришлю адрес для писем» *.
А 18 ноября в письме из Ялты назывались еще два адреса. Для писем — Ялта, Марине Францевне Олехнович; для явки: Аутинская ул., дача Чекалина, около кладбища, Ольга Яковлевна Калатилина (лозунг и пароль те же, что и к Нагловскому). «Послана ли литература? — спрашивали ялтинцы.  —  Если нет, то почему? Можете ли скоро выслать? Прошу дорогих товарищей ответить» **.
Этим письмом заканчивается тетрадь, в которую Н. К. Крупская заносила копии писем из Ялты, Ко- реиза и ответов на них ***.
Следует отметить, что Ялтинская социал-демократическая организация, имевшая непосредственную связь с редакцией «Искры» с августа 1902 г., особенно широко использовала для переписки каналы официальной императорской почты. В период до II съезда РСДРП искровская литература пересылалась таким способом в 9 городов и населенных пунктов Таврической губернии по 49 адресам. По числу адресатов для присылки «Искры» и ее изданий Ялта побила рекорд — 33, тогда как в Феодосии их было 4, Голой Пристани — 3, Севастополе, Геническе, Бердянске — по 2, Керчи, Балаклаве, Кореизе — по одному.
Более того, Ялта по числу адресов для пересылки искровской почты занимала первое место среди дру-
* См.: Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  —
Т. 2.  —  С. 390.
** Там же.  —  С. 477.
*** ЦПА ИМЛ.  —  Ф. 2, oп. 1, д. 812.
84


тих городов России. За ней следовали Одесса (27), Харьков (26), Ростов-на-Дону (24), Москва (22), Екатеринослав (21), Самара (17), Полтава (12), Киев (12), Петербург (11) и др.*
Подавляющее число ялтинских адресатов (23 из 33-х) были врачами местных здравниц. Они-то и составляли основное ядро местной демократической интеллигенции, сочувствующей бедственному положению народа и готовой оказывать посильную помощь борцам за его освобождение. Рискуя своим благополучием, эти самоотверженные люди внесли немалый вклад в дело распространения искровских идей среди трудящихся Крыма.
Связи редакции «Искры» с Крымом не прекращались вплоть до II съезда партии. Об этом свидетельствуют записи в тетрадях исходящих и входящих писем и корреспонденций, которые аккуратно велись Н. К. Крупской до августа 1903 г.** Согласно этим записям письма из редакции «Искры» в Ялтинскую организацию были отправлены 17 января, 23 февраля, 1—4 апреля и 24 мая 1903 г. *** Из Ялты письма были получены 16 и 20—23 февраля того же года. Корреспонденции для опубликования в «Искре» были получены: из Севастополя 3 января (опубликована в № 31), из Ялты — 9 января и 31 августа 1903 г. (последняя опубликована в № 48) ****.
В № 48 также публиковалось «Письмо еврея- демократа» из Керчи редактору «Искры». «Имею честь выразить свою солидарность с принципами и идеалами, проведенными в Вашем журнале»,  — писал безымянный автор и сообщал далее о распространении в на-
* См.: Новиков В. И. Ленин и деятельность искровских групп в России —  С. 97, 232—233.
** См.: Переписка В. И. Ленина и редакции газеты «Искра»...  — Т. 3.  —  С. 485, 489, 491, 492, 505, 506, 521, 523, 600.
*** Там же.  —  С. 485, 489, 491, 492.
**** Там же.  —  С. 505, 506, 521, 523, 600.
85


чале июня листовок на табачной фабрике Месаксуди с призывом к забастовке, о последовавших за этим обысках и арестах.
В № 48 «Искры» публиковалась информация из. Ялты об усилении полицейской слежки за учащимися мужской гимназии. В этом же номере также было помещено сообщение о происшедших в Мелитополе в ночь с 9 на 10 августа обысках и арестах. В отделе «Почтовый ящик» сообщалось: «Мюллеру. Письмо в двух экз. получено».
Таковы были последние перед II съездом РСДРП крымские известия, опубликованные в «Искре» № 48 от 15 сентября 1903 г.
В 1902 — первой половине 1903 г. ленинская «Искра» доставлялась в Крым по-прежнему регулярно. Архивные документы фиксируют поступление почти всех ее номеров за 1902 г. (№ 14, 15, 17—27, 29) и большинство за 1903 г. (№ 30—32, 37, 38, 40—43, 44, 49—51) *. Кроме того, в архивных документах зафиксировано распространение в городах Крыма работ В. И. Ленина «Задачи русских социал-демократов», «Объяснение закона о штрафах», «Новый фабричный закон», «К деревенской бедноте», «Революционный авантюризм», «Гонители земства и Аннибалы либерализма», «Что делать?», «Задачи революционной молодежи», «Нижегородские рабочие на суде».
Под влиянием искровской литературы в 1902 — начале 1903 г. происходила организационная перестройка крымских социал-демократических организаций, активизировались сторонники «Искры».
К началу 1903 г. был создан губернский партийный центр, о чем свидетельствуют следующие факты. 19 февраля 1903 г. в окрестностях Севастополя,
* В 1902 г. вышли 17 номеров «Искры» (№ 14—30), в 1903 г.  — 21 (№ 31—51). С № 52 (ноябрь 1903 г.) «Искра» перешла в руки меньшевиков.
86


где собрались на сходку около 20 рабочих, полиция обнаружила листовку «19 февраля» и рукопись «Устава революционного кружка» с подписью: «Крымский комитет социал-демократической рабочей партии», а 24 февраля при обысках в городе еще один документ — «Устав и обязанности представителя Крымского комитета социал-демократической рабочей партии»*.
Однако Крымский комитет не сразу признал «Искру» руководящим органом, что видно из письма Н. К. Крупской А. И. Елизаровой в Томск от 8 января 1903 г.: «Около 15 комитетов уже признало «Искру» руководящим органом, другие, как Ростов, Крымский комитет, Тула, вероятно, последуют тому же» **.
Процесс идейного самоопределения искровцев в крымских организациях запаздывал. Видимо, сильным было противодействие этому процессу или просто нежелание четкого самоопределения. Мешали элементы мелкобуржуазной психологии в сознании руководителей местных городских комитетов, их слабая теоретическая подготовленность, сказывалось влияние идей эсеров, «революционных социалистов» из группы «Свобода» в ряде городских организаций Крыма.
Но борьба искровцев за укрепление своих позиций не прекращалась.
Образовавшийся в начале 1903 г. Крымский комитет РСДРП (позже — Крымский союз РСДРП) распространил свою деятельность на городские организации не только Крыма, но и всей Таврической губернии, в частности на Мелитопольскую социал-демократическую организацию. В феврале 1903 г. эта организация стала называться «Искорка». Так у ленинской «Искры» появилась новая точка опоры.
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150, оп. 1 д. 10, л. 36; ЦГАОР СССР.  —  Ф.  ДП, 00. 1898, д. 5, ч. 50, лит. А, л. 131.
** Пролет. революция.  — 1928.  — № 6—7.  —  С. 109.
87


Возникновение искровской организации в Мелитополе связано с революционной деятельностью уроженца этого города Владимира Донцова. Закончив Мелитопольское реальное училище, он поступил в Петербургский университет. В 1899 г. за участие в студенческом движении был исключен из университета и отдан под надзор полиции. В сентябре 1902 г. В. Донцов выехал из Мелитополя в Берлин. По сведениям департамента полиции, он примкнул к образовавшейся там революционной организации «Искра», в которой играл «выдающуюся роль» *.
В № 35 от 1 марта 1903 г. «Искра» впервые поместила информацию из Мелитополя: «Мелитополь, Таврич. губ. Здесь с 12 на 13 февр. была разбросана масса прокламаций и гектограф, брошюр, обращенных к рабочим. Вся полиция и жандармерия на ногах; пока идут обыски только среди рабочих» **.
Существенно дополняет эту краткую информацию донесение жандармских властей в департамент полиции. В нем говорилось, что в ночь на 13 февраля в городе, кроме листовок издания «Искорки», были найдены гектографированные брошюры того же издания числом около 100 экземпляров ***.
15 августа «Искра» (№ 46) сообщала о проводах из Мелитополя в ссылку в Восточную Сибирь студента Петербургского технологического института С. Л. Фрида. Мелитопольский корреспондент разоблачал произвол начальника местной тюрьмы, пользовавшегося покровительством губернатора.
В мае 1903 г. члены организации «Искорка» распространили листовку «Ко всем рабочим депо г. Мели-
* ГАКО —  Ф. 770, oп. 1, д. 4, л. 1; ф. 706, oп. 1, д. 55, л. 73 об.
** Искра.  — 1903.  —  № 35 (1 марта).  —  С. 8.
*** ГАКО.  —  Ф. 770, oп. 1, д. 4, л. 11.
88


тополя» с призывом к борьбе за политическую свободу и 8-часовой рабочий день *.
Мелитопольская социал-демократическая организация регулярно получала газету «Искра» и искровскую литературу. Во время обысков, происходивших в городе в августе 1903 г., было обнаружено несколько экземпляров «Искры» № 21 с опубликованным в ней проектом Программы РСДРП, а также № 29, 31 и 42, журнал «Заря», брошюра В. И. Ленина «Объяснение закона о штрафах», работа Ф. Энгельса «Развитие социализма от утопии к науке», запрещенные цензурой рассказы М. Горького и Л. Толстого **.
2 августа 1903 г. из Мелитополя в департамент полиции была послана телеграмма: «Доношу Мелитополь прибыл из заграницы искровец Владимир Донцов наблюдение установлено. Поручик Терещенков ***. По сведениям жандармской агентуры, В. Донцов имел связи с местными социал-демократами, бывал на одном из заводов.
Все вышеизложенное позволяет утверждать, что в Мелитополе с начала 1903 г. действовала социал-демократическая организация искровского направления.
Пропаганда искровских идей оказала большое влияние на матросов Черноморского флота, солдат крепости и гарнизона Севастополя. На кораблях и в казармах флота и гарнизона продолжали работу социал-демократические кружки. В выходные и предпраздничные дни за городом происходили сходки и массовки матросов, солдат, рабочих.
К Севастопольскому комитету РСДРП, образовавшемуся в 1903 г., присоединился центр (комитет) социал-демократического движения на Черноморском
* ГАКО.  — Ф. 483, оп. 4, д. 275, л. 4.
** ГАКО.  —  Ф. 483, оп. 4, д. 275; Искра.  — 1903.  —  № 48 (15 сент.).  — С. 5.
*** ГАКО.  —  Ф. 770, oп. 1, д. 4, л. 7а.
89


флоте (на правах районного отдела). Это было ядра будущей «Централки», ставшей в 1905 г. во главе военной социал-демократической организации Севастополя.
В состав флотского центра входили матросы Кривоконь, Зимин, Мартыненко, Фугель, И. Яхновский, О. Волошин, А. Петров и др. Революционная пропаганда велась на крейсерах «Очаков», «Березань», на миноносце «Свирепый», учебном судне «Прут» и других кораблях. Из матросов, призванных на Черноморский флот с крупных заводов Юга и прошедших там первую школу революционной борьбы, сформировалось ядро убежденных искровцев, будущих большевиков.
Есть основания полагать, что крымские социал-демократические организации получали необходимую информацию о ходе подготовки искровцами II съезда РСДРП, о деятельности Оргкомитета. В частности, об этом свидетельствуют некоторые документы Феодосийской социал-демократической организации.
Весной 1903 г. местные социал-демократы вели оживленную пропаганду среди рабочих. В «Искре» № 40 от 15 мая из Феодосии сообщали о проведенной 1 марта за городом «вечеринке» с участием около 20 рабочих. Здесь был заслушан реферат, посвященный годовщине убийства царя Александра II народовольцами (1 марта 1881 г.). Звучали революционные песни. По городу распространили гектографированные листовки «К фабричным рабочим».
Сходки рабочих обычно проводились за городом, в Кизильнике. Об одной из них, посвященной празднику 1 Мая, рассказывалось в «Искре» № 44 от 15 июля:
«Феодосия (Крым). Здесь под открытым небом состоялось собрание с целью отпраздновать 1 мая. На собрании присутствовало 45 рабочих и работниц. При пении Марсельезы было поднято красное знамя с революционными надпи-
90


сями. Затем интеллигентами были прочитаны рефераты и говорились речи. Между прочим, выяснялась политика Зубатова33, а также политика правительства по отношению к антиеврейскому движению в России вообще и Кишиневскому в частности. По окончании речей и чтения рефератов рабочие декламировали стихи и пели революционныя песни. Праздник продолжался от шести до 11  1/2 часов ночи» *.
В распоряжении социал-демократов Феодосии была богатая библиотека революционных изданий, позже обнаруженная полицией при обыске у члена социал-демократической организации Антонины Вещицкой. В описи библиотеки значились: «Искра» № 11, 12, 14, 15, 17—23, 25—30, 37, 38, газеты «Южный рабочий», «Революционная Россия»34, работы В. И. Ленина «Революционный авантюризм», «Задачи русских социал-демократов», листовки Одесского, Екатеринославского, Киевского, Донского комитетов РСДРП, листовка Керченской социал-демократической организации «О кишиневских беспорядках»35, издания «Искры» — «Десятилетие морозовской стачки», «Обвинительный акт по делу о майских беспорядках на Обуховском заводе», «В защиту иваново-вознесенских рабочих», издания «Союза русских социал-демократов за границей»36  — «Доклад о русском социал-демократическом движении Международному социалистическому конгрессу в Париже» и «Студенческое движение в России» (1899 г.), брошюры Петербургского комитета РСДРП «Обуховцы» и «Процесс обуховских рабочих» (Женева, 1901 г.), издания группы «Борьба»37, партии социалистов-революционеров и Бунда, Устав кассы организованных рабочих г. Феодосии и др.
Всего в описи значилось 91 название.
* Искра.  —  1903.  — № 44 (15 июля).  — С. 5.
91


Особого внимания заслуживает тот факт, что в библиотеке Феодосийской социал-демократической организации имелись книга В. И. Ленина «Что делать?», два экземпляра брошюры «Проект программы РСДРП», гектографированное «Заявление Харьковского комитета социал-демократической рабочей партии о признании солидарности с газетой «Искра» и листовки Оргкомитета по подготовке съезда партии «Готовьтесь к 1 Мая» и «Ко всем рабочим и работницам России» *.
Наличие этих документов свидетельствует о том, что социал-демократы Феодосии были достаточно информированы о ходе подготовки к партийному съезду, об идейной платформе искровцев.
В феврале 1903 г. в Харькове состоялось совещание Оргкомитета, на котором были рассмотрены важнейшие вопросы подготовки партийного съезда. Был утвержден проект организационного Устава съезда, определивший принципы представительства на съезде местных организаций, а также список организаций с правом решающего голоса.
Характерно, что В. И. Ленин считал возможным участие в работе съезда партии не только искровских комитетов, но всех признающих необходимость объединения в единую партию. Искровцы, убежденные в жизненности своего организационного плана, были готовы к открытой дискуссии на съезде с представителями всех оттенков и течений российской социал- демократии.
После совещания в Харькове члены Оргкомитета провели большую работу на местах по изучению деятельности комитетов, включенных в список участников будущего сезона.
В числе некоторых других Крымский комитет не попал в первоначальный список. Согласно Уставу
* ГАКО.  — Ф. 483, оп. 4, д. 270, л. 2—5.
92


съезда, он заявил протест в третейский суд. Дело в том, что полноправными участниками съезда по Уставу могли быть организации, действующие не менее года до 19 апреля 1903 г. в местах с более или менее значительным рабочим населением. Крымский же комитет образовался значительно позднее апреля 1902 г., следовательно, формально не мог быть представлен на съезде как полноправная организация. Однако многие городские социал-демократические организации действовали в Крыму уже более года. На основании знакомства с деятельностью социал-демократических организаций в Керчи, Мелитополе, Ялте, Феодосии и Симферополе третейский суд постановил пригласить на съезд и Крымскую организацию *.
Таким же путем право представительства на съезде получили Уфимский и Тульский комитеты, Горнозаводский Союз РСДРП.
О подготовке крымских организаций ко II съезду партии и выборе делегата на съезд узнаем из воспоминаний М. Д. Нагловского: «Весной 1903 года я по поручению Ялтинского комитета объехал все прочие с[оциал]-д[емократические] организации Крыма, Евпаторию, Симферополь и Севастополь... Мы готовились ко II съезду партии. В мае 1903 года собралось совещание крымских организаций в гор. Симферополе. От Ялты были представител[ями] А. Н. Попандополо и я. Кроме того, по одному представителю от Керчи, Севастополя и 2 от Симферополя. Мы собрались на окраине города в одном фруктовом саду и под деревом провели наше совещание. По моему предложению Крымский союз принял программу и тактику организации «Искры» и затем нами на съезд делегатом была избрана А. Н. Попандополо.
А. Н. Попандополо, выбранная на съезд, ездила в Киев и Одессу, где имела свидания с тов. Павлови-
* См.: Протоколы II съезда РСДРП.  — Л., 1924.  — С. 21—23.
93


чем38. Крымский Союз был признан, и А. Н. передоверила свои полномочия на съезд тов. Панину, примкнувшему на съезде к меньшинству» *.
Вовлечение местных социал-демократических организаций в процесс создания единой РСДРП явилось важным итогом длительной организаторской и идеологической работы редакции «Искры» и ее агентов в Крыму.
БОРЬБА БОЛЬШЕВИКОВ ЗА УПРОЧЕНИЕ ПОЗИЦИЙ В КРЫМСКИХ СОЦИАЛ-ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЯХ ПОСЛЕ II СЪЕЗДА РСДРП
Историческое дело создания боевой революционной марксистской партии рабочего класса завершилось на II съезде РСДРП, проходившем в Брюсселе и Лондоне в июле—августе 1903 г.
На съезде были представлены 26 социал-демократических организаций, имевших в общей сложности 51 решающий голос.
В ходе дискуссии и голосования по основным программным, тактическим и организационным вопросам на съезде определились 4 основные группы делегатов: по определению В. И. Ленина, «твердые» искровцы или последовательные революционные социал-демократы (24 голоса), «мягкие» искровцы, оппортунисты «маленькие» (9 голосов), «центр» (болото), или оппортунисты «средние», (10 голосов) и антиискровцы — оппортунисты «большие» (3 «экономиста» и 5 бундовцев, всего 8 голосов) **.
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  —  Ф. 150, oп. 1, д. 568, л. 18.
** См.: Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад  //  Полн. собр. соч.  — T. 8.  — С. 322, 325.
94


Делегатом от Крымского союза РСДРП был М. С. Макадзюб (Панин) 39. Ему передала свой мандат А. Н. Попандополо, не имевшая возможности выехать за границу *.
Множество оттенков в политических взглядах делегатов предопределило острую борьбу на съезде.
Душой съезда был В. И. Ленин. Он участвовал в. подготовке проектов всех важнейших резолюций, выступал с докладом об Уставе партии, с речами по многим вопросам. В протоколах съезда зафиксировано около 130 выступлений, замечаний и реплик В. И. Ленина.
В итоге продолжительной дискуссии съезд почти единогласно (при одном воздержавшемся) принял: подлинно марксистскую, последовательно революционную программу пролетарской партии.
Ближайшей политической задачей Программа РСДРП намечала свержение царского самодержавия: и установление демократической республики. Четко определялась и конечная цель борьбы рабочего класса  — установление диктатуры пролетариата как необходимого условия победы социалистической революции и построения социалистического общества.
Разделы программы, посвященные решению рабочего, аграрного и национального вопросов, были нацелены на сплочение всех революционно-демократических: сил России в общей борьбе за победу буржуазно-демократической, а затем и социалистической революции.
Достигнутое с принятием Программы РСДРП идейное единство делегатов съезда предстояло закрепить единством организационным — утверждением Устава партии.
Здесь разошлись позиции В. И. Ленина и Ю. О. Мартова. Ленинская редакция § 1 Устава была сформу-
* После II съезда РСДРП А. Н. Попандополо примкнула к меньшевикам.
95


лирована так: «Членом партии считается всякий, признающий ее программу и поддерживающий партию как материальными средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций» *.
Формулировка Мартова гласила: «Членом Российской социал-демократической рабочей партии считается всякий, принимающий ее программу, поддерживающий партию материальными средствами и оказывающий ей регулярное личное содействие под руководством одной из ее организаций»**. В этих двух формулировках таились глубокие разногласия. Здесь столкнулись два противоположных принципа: принцип пролетарской организации, сплоченности, дисциплины и принцип мелкобуржуазного анархизма и индивидуализма.
Мартовская формулировка § 1 Устава не требовала от вступающего в партию быть членом партийной организации и ограничивала членство в партии только «личным содействием» ей. Она открывала дверь в партию анархистским элементам, чуждым пролетарской организованности и партийной дисциплине. Она по существу игнорировала различие между партией как авангардом рабочего класса и всем классом и массами, тяготеющими к нему. «...С точки зрения тов. Мартова,  — писал В. И. Ленин,  — граница партии остается совершенно неопределенной, ибо «каждый стачечник» может «объявлять себя членом партии». Какая польза от этой расплывчатости? Широкое распространение «названия». Вред ее — внесение дезорганизующей идеи о смешении класса и партии» ***.
В ходе дебатов, а затем и голосования по § 1 Устава произошел раскол среди искровцев. К «мяг-
* КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898—1986).  —  М.: Политиздат, 1983.  — Т. 1.  — С. 65.
** Там же.  — С. 67.
*** Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад.  —  Т. 8.  —
С. 251—252.
96


В. И. Ленин. 1900 г.
4.  180.


Н. К. Крупская
Г. В. Плеханов


П. Б. Аксельрод
Ю. О. Мартов
В. И. Засулич
4*


Группа политссыльных в г. Олекминске. Третья слева — Л. О. Канцель (Цедербаум). Начало 900-х годов.


В. Г. Шкляревич
Л. Н. Радченко


Кореиз. Здание, в котором в 1901—1902 гг. работал В. Г. Шкляревич. В 1967 г. на фасаде этого здания установлена мемориальная доска.


С. Я. Елпатьевский
Л. М. Хинчук
М. А. Лурье


И. X. Лалаянц
Л. М. Книпович


ким», непоследовательным искровцам (мартовцам) присоединились антиискровцы и «центр». Коалиция оппортунистов «больших», «средних» и «маленьких» обеспечила принятие § 1 в мартовской формулировке.
Это было началом поворота мартовцев к оппортунизму, хотя и не привело еще к окончательному расколу искровцев. Но победа мартовцев была временной и неполной: все остальные пункты ленинского проекта Устава, обеспечивающие централизм, строгую дисциплину и внутрипартийную демократию, были одобрены съездом.
Выборы Центрального комитета и редакции «Искры» происходили после ухода со съезда двух «экономистов» и пяти бундовцев.
Теперь оставалось 44 решающих голоса. Большинство из них (24) принадлежало «твердым» искровцам. У коалиции оппортунистов («мягкие» искровцы — 9, центр — 10, антиискровцы — 1) оставалось только 20 голосов.
К мартовцам примыкал и делегат Крымского союза РСДРП М. С. Макадзюб.
II съезд партии высоко оценил роль «Искры» в деле идейного и организационного сплочения местных комитетов и групп РСДРП на принципах революционного марксизма. Главным итогом ее трехлетней идейно-теоретической и организационно-практической деятельности был созыв II съезда РСДРП, положившего начало существованию большевизма как течения политической мысли и как политической партии. В резолюции съезда «О Центральном Органе партии» указывалось: «Принимая во внимание: а) заслуги «Искры» в деле идейного объединения, в деле развития и защиты принципов революционной социал- демократии и борьбы на почве этих принципов со всевозможными оппортунистическими течениями в нашей партии, а также с течениями, стремившимися совлечь движение рабочего класса с единственно верного пути;
1/2  5.  180.
97


б)  роль «Искры» в деле руководства практической партийной работой и в) руководящую роль «Искры» в объединительной работе,  — II съезд РСДРП объявляет «Искру» своим Центральным Органом» *.
В Центральные органы партии были избраны кандидаты, предложенные «твердыми» искровцами: в ЦК. РСДРП — Г. М. Кржижановский, Ф. В. Ленгник и В. А. Носков, в редакцию «Искры» — В. И. Ленин, Г. В. Плеханов и Ю. О. Мартов. С той поры «твердых» искровцев — сторонников В. И. Ленина, получивших большинство голосов при выборах Центральных: органов партии, стали называть большевиками, а их противников — меньшевиками.
Образование этих двух фракций среди делегатов. II съезда партии не было случайным явлением. Подчеркивая закономерность его, В. И. Ленин писал: «Разделение на большинство и меньшинство есть прямое и неизбежное продолжение того разделения социал-демократии. на революционную и оппортунистическую, на Гору и Жиронду40, которое не вчера только появилось не в одной только русской рабочей партии и которое, наверное, не завтра исчезнет» **.
Меньшевизм на съезде и после него объединил «наименее устойчивые теоретически, наименее выдержанные принципиально элементы партии». Это были те, кто «либо вовсе не признавал направления «Искры» и прямо боролся с ним, либо признавал на словах, а на деле сплошь да рядом шел с антиискровцами» ***.
Большевизм же стал синонимом последовательной пролетарской революционности, непримиримости к ревизионизму и оппортунизму, синонимом революционной марксистской партии нового типа.
* КПСС в резолюциях и решениях...  — Т. 1.  —  С. 71.
** Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад.  —  Т. 8.  —  С. 330.
*** Там ж е.  — С. 331.
98


Программа и Устав партии, основные решения, принятые II съездом РСДРП, были выдержаны в духе большевизма. Таким образом, II съезд РСДРП завершил процесс создания единой партии рабочего класса на идейно-политических и организационных принципах, разработанных В. И. Лениным.
Характеризуя позже значение II съезда РСДРП, В. И. Ленин писал: «Впервые удалось нам освободиться от традиций кружковой распущенности и революционной обывательщины, собрать вместе десятки самых различных групп, зачастую враждовавших друг с другом, связанных исключительно силой идеи и готовых (в принципе готовых) пожертвовать всей и всяческой групповой особностью и групповой самостоятельностью в пользу великого, впервые на деле создаваемого нами, целого: партии» *.
Так думали и такому итогу съезда радовались все большевики, единомышленники В. И. Ленина. Но расставание с кружковщиной и групповой особностью, с мелкобуржуазным индивидуализмом оказалось крайне болезненным для меньшевиков.
После съезда меньшевики повели против В. И. Ленина и его сторонников клеветническую кампанию, обвиняя их в бюрократизме, в нарушении партийной демократии, в диктаторстве и т. п. Они ставили своей целью дезорганизацию всей партийной работы, разрушение всего, что было сделано для создания партии — «торможение всего и вся», как указывал В. И. Ленин. Меньшевики всячески раздували конфликт, происшедший на съезде, искажая действительные источники и причины разногласий между искровцами.
В работах, посвященных съезду, особенно в историческом труде «Шаг вперед, два шага назад», В. И. Ленин глубоко вскрыл истинные причины и сущность раскола партии.
* Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад.  — Т. 8.  — С. 401.
]/2  5*  99


Тщательно анализируя документы II съезда РСДРП и характер прений на нем, В. И. Ленин показал социальную природу и характерные черты оппортунизма как проводника буржуазной идеологии.
Основа кризиса партии, отмечал Ленин, заключалась в переходе от кружковой формы жизни социал- демократии к формам партийным, в конфликте кружковщины и партийности. Сторонниками кружковщины, носителями мелкобуржуазного индивидуализма в большинстве случаев являлись представители радикальной интеллигенции.
«...Интеллигенция,  — писал В. И. Ленин,  — как особый слой современных капиталистических обществ, характеризуется, в общем и целом, именно индивидуализмом и неспособностью к дисциплине и организации... в этом, между прочим, состоит невыгодное отличие этого общественного слоя от пролетариата; в этом заключается одно из объяснений интеллигентской дряблости и неустойчивости, так часто дающей себя чувствовать пролетариату; и это свойство интеллигенции стоит в неразрывной связи с обычными условиями ее жизни, условиями ее заработка, приближающимися в очень и очень многом к условиям мелкобуржуазного существования (работа в одиночку или в очень мелких коллективах и т. д.)» *.
Отмечая неустойчивость, шаткость, «интеллигентскую хлюпкость» меньшевиков, В. И. Ленин напоминает блестящую социально-психологическую характеристику интеллигенции, данную К. Каутским41 в бытность его марксистом. Если пролетариат в своей борьбе черпает силы и надежды в тесном сплочении и организации, отмечал Каутский, и ведет эту борьбу с величайшим самопожертвованием, добровольно подчиняясь дисциплине, то интеллигент борется «... не тем или иным применением силы, а при помощи аргумен-
* Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад.  —Т. 8.  —  С. 264.
100


тов. Его оружие — это его личное знание, его личные способности, его личное убеждение... Полная свобода проявления своей личности представляется ему поэтому первым условием успешной работы... Необходимость дисциплины признает он лишь для массы...» *
Оставшись в меньшинстве на съезде и не желая подчиниться партийной дисциплине, Мартов и его сторонники как раз и проявили эти специфически интеллигентские черты. Не останавливаясь перед нарушением Устава партии, они стали добиваться изменения состава избранных съездом партийных центров — ЦК и редакции «Искры».
В работе «Шаг вперед, два шага назад» В. И. Ленин показал, что при наличии разногласий с меньшевиками в вопросах теории и тактики главной опасностью для партии в тот период и основным фронтом борьбы с меньшевизмом был их оппортунизм в организационных вопросах. Он выражался в дезорганизации партийной работы, в склонности к анархизму, маскируемой якобы защитой «демократического принципа».
Характерными чертами оппортунизма В. И. Ленин считал также «неопределенность, расплывчатость, неуловимость». «Оппортунист,  — писал он,  — по самой своей природе, уклоняется всегда от определенной и бесповоротной постановки вопроса, отыскивает равнодействующую, вьется ужом между исключающими одна другую точками зрения, стараясь «быть согласным» с той и с другой, сводя свои разногласия к поправочкам, к сомнениям, к благим и невинным пожеланиям и проч., и проч.» **
Эта поучительная характеристика не устарела. Она может служить надежным критерием при оценке позиций спорящих сторон по принципиальным вопросам.
• Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад. —  Т. 8.  —  С. 310.
** Там же.  —  С. 393.
101


Соглашательство, стремление к примирению принципиально противоположных точек зрения ярко проявилось в позиции Г. В. Плеханова, что и привело его к измене идеалам старой «Искры» и переходу в лагерь меньшевизма. Это произошло в октябре 1903 г., сразу после второго съезда «Заграничной лиги русской революционной социал-демократии»42. На этом съезде мартовцы провели новый Устав Лиги, направленный против Устава РСДРП. Тогда ЦК объявил съезд Лиги незаконным. Плеханов заявил, что «не в силах стрелять по своим» и что «лучше пулю в лоб, чем раскол». Для спасения мира в партии Г. В. Плеханов уступил меньшевикам, кооптировав их представителей — П. Б. Аксельрода, А. Н. Потресова, В. И. Засулич — в редакцию «Искры».
В. И. Ленин тяжело переживал разрыв с Ю. О. Мартовым и Г.  В. Плехановым. Но в нем не было ни тени колебаний. Интересы партии он всегда ставил выше эмоций и личных привязанностей. 1 ноября 1903 г. В. И. Ленин заявил о своем выходе из состава редакции *.
С № 52 «Искра» превратилась в трибуну клеветнических нападок на большевиков, в трибуну оппортунизма. Отсюда и принято говорить о старой, ленинской «Искре» и о новой, оппортунистической, меньшевистской «Искре».
«Старая «Искра»,  — писал В. И. Ленин,  — учила истинам революционной борьбы. Новая «Искра» учит житейской мудрости: уступчивости и уживчивости. Старая «Искра» была органом воинствующей ортодоксии. Новая «Искра» преподносит нам отрыжку оппортунизма — главным образом в вопросах организационных. Старая «Искра» заслужила себе почетную нелюбовь у русских и западноевропейских оппортуни-
* См.: Ленин В. И. Почему я вышел из редакции «Искры»? // Полн. собр. соч.  — Т. 8.  — С. 98—104.
102


стов. Новая «Искра» «поумнела» и скоро перестанет стыдиться похвал, расточаемых по ее адресу крайними оппортунистами... Какой позор! Как они осрамили нашу старую «Искру!» *
Уступка Г. В. Плеханова окрылила меньшевиков. Вскоре после захвата «Искры» они укрепились в Совете партии, а затем повели борьбу за преобладание в ЦК РСДРП. Успеху этой борьбы способствовала примиренческая позиция избранных на II съезде партии членов ЦК Г. М. Кржижановского, В. А. Носкова и позже кооптированных в состав ЦК Л. Б. Красина, Л. Е. Гальперина и некоторых других.
В июле 1904 г. примиренцы фактически капитулировали перед меньшевиками, выступили против созыва III съезда партии, лишили В. И. Ленина права заграничного представителя ЦК, распустили Южное бюро ЦК, ввели в состав ЦК трех меньшевиков.
Таким образом, большевики потеряли Центральные органы партии.
Начатая на II съезде борьба между большевиками и меньшевиками была перенесена в местные партийные организации. В течение продолжительного времени большинство членов партии не знало истинной причины раскола на II съезде РСДРП. Это обстоятельство облегчало меньшевикам агитацию против большевиков в местных организациях.
Долгое время об истинном положении дел в партии после съезда не знали и крымские искровцы. В сентябре—декабре 1903 г. в редакцию «Искры» поступали корреспонденции из Мелитополя, Севастополя и Феодосии, письма из Керчи **. Но обратная связь-информация о прошедшем съезде была крайне ограничена.
* Ленин В. И. Шаг вперед, два шага назад.  —  Т. 8.  — С. 402—403.
** См.: Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 1.  —  С. 445, 452.
103


11 сентября 1903 г. в редакцию «Искры» пришло письмо Мюллера из Мелитополя. «В Одессе я вошел в Мелитопольскую организацию Крымского социал- демократического союза, которая, обязуясь и впредь корреспондировать в «Искру», посылает вам следующую корреспонденцию *,  — сообщал Мюллер.  — ...Адреса, по которому вы могли бы писать мне, еще не достал» **. Наконец (не ранее 27 октября) редакция получила от Мюллера адрес и ключ для переписки с Мелитопольской организацией ***.
Не позднее 6 ноября вновь пришло письмо от Мюллера. Он сообщал: «Последний номер «Искры», какой мы имеем,  — это 44-й (от 15 июля.  — В. Г.), мы только стороной знаем, что съезд кончился, но каковы теперь наши отношения к партии — мы не знаем, но Крымский ЦК прислал нам было какое-то химическое послание с паролем, но половина этого послания была написана, по-видимому, сухим пером...» ****
В ответ на это Н. К. Крупская 6 ноября сообщила Мюллеру о результатах съезда *****.
Одновременно она высылает ЦК РСДРП в Киев адрес и ключ для переписки с Мелитопольским комитетом. «У них идет работа среди крестьян, снабдите их «Беднотой» (Работа В. И. Ленина «К деревенской бедноте».  — В. Г.) и популярной литературой» ******. «Есть ли у вас связи с Крымским союзом? У них скоро будет съезд, необходимо, чтобы был представитель ЦК»,  —  запрашивает Н. К. Крупская 27 ноября *******.
* Корреспонденция из Мелитополя опубликована: Искра.  — 1903.  —  № 48 (15 сент.).  —  С. 5.
** Переписка В. И. Ленина и руководимых им заграничных партийных органов...  — С. 369—370.
*** См.: Там же.  — С. 384.
**** Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 1.  —  С. 304—305.
***** См.: Там же.  —  С. 309—310.
****** Там же.  — С. 307.
******* Там же.  —  С. 369.
104


Некоторый свет на положение в Севастопольской и Ялтинской организациях после II съезда РСДРП проливает письмо А. А. Устинова (Дружинина) из Кореи- за Н. К. Крупской, полученное ею не позднее 22 ноября. В августе 1903 г. А. А. Устинов приехал из заграницы в Севастополь и поступил служащим в городскую больницу. Некоторое время жил в Мисхоре, работал в Кореизской земской больнице. В письме сообщал, что из Севастополя пришлось уехать в связи с обострением болезни и «особенно ввиду разногласий по организационному плану. Они против централизма... Попытаемся выбить дух «свободовцев», с удовольствием они пускают литературу социалистов-революционеров». Что касается Ялтинской социал-демократической организации, Устинов считал, что там «чище социал-демократия и через них легче что-нибудь предпринять...» * Однако сам же Устинов, как и А. Н. Попандополо, после некоторых колебаний все-таки примкнул к меньшевикам. Этому способствовала и обстановка, создаваемая возрастающим давлением на крымские организации лидеров меньшевизма.
Местные кадры социал-демократических организаций, по преимуществу интеллигентские, легко поддавались этому давлению.
Характеризуя дезорганизаторскую работу меньшевиков в местных организациях партии, В. И. Ленин и Ф. В. Ленгник сообщали в ЦК РСДРП в конце декабря 1904 г.: «Мартовцы взяли ЦО для войны, и теперь война пошла по всей линии: травля в «Искре», драка на публичных рефератах... агитация самая беззастенчивая против Центрального Комитета. У мартовцев, видимо, Киев, Харьков, Горнозаводский район, Ростов и Крым» **. Аналогична информация
* Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  — Т. 1.  — С. 351.
** Там же.  —  С. 417, 420.
105


Н. к. Крупской в письме Л. М. Книпович 31 декабря: «Тоня (редакция «Искры».  —  В. Г.) рассылает по комитетам своих «агентов», Киевский комитет втихомолку группирует меньшинство, отхватили Крым и чуть было не отхватили и Николаев» *.
Не позднее марта 1904 г. состоялся съезд представителей крымских социал-демократических организаций. Он выразил недоверие избранному на II съезде РСДРП Центральному Комитету партии. В резолюции съезда говорилось, что единственным условием «разрешения партийного конфликта» является включение меньшевиков в состав ЦК партии, а также в местные большевистские комитеты **.
Теперь стало ясно, что делегат Крымского союза РСДРП М. С. Макадзюб (Панин), поддерживая на съезде мартовцев, своей позицией довольно точно отразил ту соглашательскую психологию, которая была характерна для местной социал-демократии и, прежде всего, для ее руководящих кадров, состоявших главным образом из интеллигенции. Стало очевидно, что некоторые из местных социал-демократов, причислявшие себя до II съезда РСДРП к искровцам, на деле оказались искровцами нетвердыми.
По мере выяснения сущности внутрипартийных разногласий в крымских организациях, особенно среди рабочих Севастополя и матросов Черноморского флота, выявились и противники меньшевизма.
По свидетельству А. Н. Максимович, активной участницы социал-демократического движения в Севастополе, в 1904 г. острые дискуссии большевиков с меньшевиками по вопросам программы партии происходили в кружке пропагандистов Севастопольского комитета РСДРП. А. Н. Максимович вела пропаганду
* Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 2.  —  С. 56.
** См.: Искра.  — 1904.  — № 64 (март).  — С. 5.
106


революционных идей среди рабочих и матросов. Бывший екатеринославский рабочий, большевик Николай Агафонов осенью 1903 г. знакомил рабочих с решениями II съезда РСДРП, рассказывал о В. И. Ленине *.
В итоге организационной перестройки во главе Севастопольской социал-демократической организации стал общегородской комитет РСДРП. Ему подчинялись городской, портовый и военный комитеты.
Среди руководителей военной организации преобладали матросы-большевики (И. Яхновский, О. Волошин, А. Петров, Кривоконь и др.). Военный комитет Севастопольской организации весной 1904 г. установил связь с Заграничным отделом ЦК, находившимся в Женеве. Оттуда они получали правдивую информацию о положении в партии, о существе принципиальных разногласий между большевиками и меньшевиками.
С весны 1904 г. борьба между двумя фракциями за влияние в крымских организациях особенно обострилась.
В феврале 1904 г. из представителей большевистских комитетов Одессы, Екатеринослава и Николаева было создано Южное бюро ЦК РСДРП. В его состав вошли видные работники партии И. X. Лалаянц43, В. В. Воровский, К. О. Левицкий. Задачей бюро являлась борьба за укрепление позиций большевиков в социал-демократических организациях юга Украины, Кавказа и Крыма.
Южное бюро ЦК снабжало крымские организации большевистской литературой, по возможности заботилось об укреплении их партийными кадрами. 1 апреля 1904 г. И.  Х. Лалаянц просит Заграничный отдел ЦК РСДРП: «Ради бога, найдите людей. Мы здесь делаем
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины — Ф. 150, oп. 1, д. 852, л. 80, 81.
107


все, что в силах. В К[рым] и С[евастополь] послали людей * и приняли меры вообще к его завоеванию». 12 мая новое сообщение Лалаянца: «В Крыму кое-что наши уже урвали, борьба продолжается»**.
По свидетельству И. X. Лалаянца, Южное бюро имело связь с социал-демократическими организациями Симферополя, Севастополя, Ялты. «Как приятно было получать от посланных товарищей,  — писал он в своих воспоминаниях,  — после более или менее длительной борьбы первые лаконичные сообщения вроде: «Симферополь наш» или «Севастополь взят» и пр. Крымские организации все как-то переходили из рук в руки: шла отчаянная борьба из-за них с меньшевиками. Они так и рыскали тут кругом в ожидании какого-нибудь провала» ***.
В обстановке напряженной борьбы с меньшевиками у большевиков созрел план выведения Севастопольского комитета из состава меньшевистского Крымского союза РСДРП и превращения его в самостоятельную автономную организацию, руководимую большевиками. Об этом плане весной 1904 г. сообщил в Заграничный отдел ЦК А. П. Фельдман, работавший в Севастополе с апреля 1904 г. 27 мая Н. К. Крупская сообщала Южному бюро ЦК в Одессу: «Получили письмо от Фельдмана из Севастополя, не можем догадаться, каким ключом пишет, и потому не можем ответить ни ему, ни девице****. Думаем, что действовать надо с величайшей осторожностью в деле утверждения новых комитетов»*****
* Очевидно, имеются в виду Е. О. Штейнер и А. И. Фельдман.  — Прим. ред. сборника.
** Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 2.  —  С. 232—233, 289.
*** Лалаянц И. X. У истоков большевизма  //  Пролет. революция.  — 1930.  — №4.  — С. 124.
**** Речь идет о Е. О. Штейнер (Барской), работавшей тогда в Севастополе.
***** Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 2 —  С. 325.
108


Обстоятельная мотивировка плана большевиков в отношении Севастопольского комитета содержится в неотправленном письме И. X. Лалаянца в Заграничный отдел ЦК. Письмо это, разорванное на клочки, было отобрано у него при обыске и аресте в Одессе 25 мая 1904 г. Копия письма, снятая со сложенных обрывков текста, была приложена к протоколу об обыске и сохранилась в архивном деле *.
Вот наиболее важные извлечения из этого уникального по своей полноте источника, характеризующего положение в крымских организациях РСДРП после II съезда партии.
«...Так называемый Крымский союз на бумаге распространяет свою деятельность на 6 городов: Севастополь, Симферополь, Ялта, Феодосия, Керчь и Мелитополь. Единственным крупным центром из всех этих 6-ти пунктов является Севастополь, где сосредоточено до 27-ми тысяч рабочих, в том числе до 15-ти тысяч военных матросов. В остальных 5-ти пунктах разбросаны ничтожные кучки. В частности, в Керчи вновь построенные заводы лопнули и рабочие все разбрелись. Работа сколько-нибудь правильно и прочно ведется только в Севастополе; в остальных пунктах, по заявлению самого же Союза, работы никакой нет. В Севастопольской организации (она же называется у них и комитетом) 6 человек, из коих трое наших, и в их руках сосредоточена вся работа и связи. Из остальных трех один очень редко бывает на заседаниях, и решения принимаются без него; таким образом, там наши в большинстве (3 против 2).
Несмотря на все это, Севастополь по отношению к союзному комитету пользуется такими же правами, или, вернее, таким же бесправием в местном движении, как и остальные пять пунктов. Для этих последних такое положение дел совершенно безразлично, ибо, как
* ЦГИА УССР.  —  Ф. 386, 1904, д. 258, л. 25—27. Подлинник. (Документ впервые опубликован в сб.: Революционное движение в Таврической губернии в 1905—1907 гг.  —  С. 39—41).
109


я сказал, там нет ни работы, ни движения совсем,..* в Севастополе. Между тем Севастопольская организация (комитет) не может самостоятельно ни издавать листков, ни комплектировать ** новых членов, ни вообще принимать какие бы то ни было решения, вводить какие бы то ни было изменения в плане местной работы без согласия союзного комитета, на все без исключения ее решения последний может в любой момент наложить свое veto. Вот она где, антибюрократия меньшинства...
Само собой разумеется, что предварительно мы предложили Союзу самому преобразоваться или попросту уничтожиться, действуя мерами убеждения. Если же это ни к чему не приведет, то Севастопольский комитет сам отделится, а Бюро*** санкционирует его самостоятельность со всеми правами. К тому же времени Бюро постарается провести туда еще одного человека. Это единственный и возможный способ завладеть Крымом.
Вывод из всего сказанного: если в случае несогласия Союза придется прибегнуть ко второму способу реорганизации, то обязательно Вы должны нас поддержать и дать свою санкцию...»
Как же реагировал большевистский центр на запрос Южного бюро ЦК?
Об этом достаточно ясно сказано в письме Н. К. Крупской в Севастополь от 29 мая. «Очень интересно, удастся ли вам проникнуть в Крымский союз и пустить там корни,  — писала она.  —  ...Ставить ультиматум, пожалуй, было неосторожно — впрочем, отсюда судить трудно. Точно так же надо быть чрезвычайно осторожным с насаждением новых комитетов, выгоды от этого будет мало (новый комитет не будет ведь все равно иметь право голоса на новом съезде), а даст только повод к новым толкам о бонапартизме. Теперь меньшинство конфликты тащит
* Далее в тексте пропуск.
** Так в документе.
*** Имеется в виду Южное бюро ЦК РСДРП.
ПО


в Совет44, стремясь всеми силами доказать злокозненность большинства» *.
К лету 1904 г., когда меньшевики захватили большинство в ЦК РСДРП, осуществление плана большевиков в отношении Севастопольского комитета стало практически невозможно.
Потеря «Искры» и ЦК поставила большевиков в тяжелейшее положение.
«Все более становится очевидным,  — писала тогда. Н. К. Крупская,  — что так дальше идти не может. Перед ЦК стоит дилемма — или сдать все меньшинству и уйти оплеванными и оклеветанными, или немедля созвать съезд. Одно это только может спасти честь большинства, да и честь партии вообще. Нет другого выхода, кроме как съезд, и так как в конечном счете это зависит от комитетов, а не от ЦК, то надо вести агитацию по комитетам и подготовлять делегатов...» **.
В этот ответственный для партии момент в Крым для агитации за созыв III съезда РСДРП прибыла Л. М. Книпович45. О ее приезде в Алушту департамент полиции уведомил губернское жандармское управление 18 августа. Л. М. Книпович находилась в Крыму более четырех месяцев, из которых два — в Севастополе***.
В это время севастопольские большевики упорно отстаивали свои позиции. Шла настоящая война их с меньшевистским Крымским союзом.
1 августа 1904 г. в Заграничный отдел ЦК РСДРП поступило следующее заявление членов Севастопольского комитета РСДРП с просьбой напечатать его в центральном органе партии — «Искре».
* Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 2.  —  С. 327.
** Из истории Московской организации ВКП(б), 1894—1904.  — М.: Моск, рабочий, 1947.  — С. 100.
*** См.: Мищенко А. А., Рубанов С. А. Лидия // Страницы крымской Ленинианы: Сб.  —  Симферополь: Таврия, 1989.  — С. 38—39.
111


Заявление.
Политическая невыдержанность Крымского союза, принятое им решение не признавать контроля утвержденного съездом высшего практического руководителя партии — Центрального Комитета, невозможность для Севастопольского комитета принимать участие при обсуждении практических вопросов и в то же время громадная ответственность перед севастопольским пролетариатом за уже высказанные и могущие быть высказанными взгляды Крымского союза; полная оторванность и незнакомство с партийной жизнью, вытекающее из того, что Севастопольский комитет, самый крупный центр Крыма, имеющий широкое поле деятельности, не имеет права сноситься, помимо Крымского союза, с центральными учреждениями партии; право представителя Крымского союза утверждать или запрещать листки, даже вопреки мнению Севастопольского комитета, ставят Севастопольский комитет в положение совершенно ненормальное, в высшей степени вредно отзывающееся на его работе, не давая ему возможности выйти из состояния кружковщины и развить широкую партийную деятельность.
Признавая такое положение в данный момент особенно вредным и требующим немедленного разрешения, считая в то же время всякую деятельность, направленную против учреждений, утвержденных съездом или ЦК, преступной и подрывающей устои партии, Севастопольский комитет большинством 2/3 решил выйти из состава Крымского союза и предложить ЦК РСДРП утвердить это отделение. Но, хотя предложенная нами реорганизация вызвана насущными потребностями работы (среди севастопольского пролетариата), хотя большинство членов (4 против 2) высказалось за такое отделение (работа среди пролетариата была вся в наших руках), от имени Крымского союза было заявлено: 1) в случае немедленного отделения Севастопольского комитета от Крымского союза, даже до обсуждения этого вопроса
112


в ЦК, Крымский союз партии будет продолжать работу в Севастополе независимо от нас (ввиду того, что большинство Севастопольского комитета высказалось за отделение, Крымский союз организует новый Севастопольский комитет). 2) В случае утверждения Центральным Комитетом отделения вопрос переносится в Совет партии вследствие непризнавания Крымским союзом Центрального Комитета партии. 3) Несогласные с Крымским союзом могут выйти (в данном случае большинство коллегии Севастопольского комитета).
Мы, считая безусловно желательным выход из Крымского союза для действительного, а не номинального вступления в РСДРП, но в то же время понимая, как вредно отзовется наше отделение от Крымского союза ввиду мер, которые он решил предпринять, чисто по-чиновничьи, пользуясь своим формальным правом, решили выйти из состава Севастопольского комитета и опубликовать это заявление в ЦО...
Мы высказываем надежду, что необходимый, по нашему мнению, в ближайшем будущем съезд, уничтожив разброд внутри партии, урегулирует этот вопрос.
Подписи В. Н. П. Н. *
Приведенный документ ярко характеризует те необычайные трудности, которые встречали большевики Севастополя, отстаивая свои принципиальные позиции в борьбе с бюрократическими тенденциями меньшевистского Крымского союза. И очень важно, что вопреки трудностям в критический для партии момент маленькая группа севастопольских большевиков, имена которых скрыты от нас инициалами В. Н. П.Н., поддержала честь ленинской партии, оказалась верна идеалам старой «Искры». Благодаря мужеству и стойкости этих людей, а также, по-видимому, благодаря энергии Л. М. Книпович, Севастопольский комитет занял достойное место
* Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  —  Т. 2.  —  С. 425—426.
6.  180.
113


среди организаций, ставших опорой большевиков в борьбе за III съезд партии.
«В настоящее время,  — писал В. И. Ленин В. В. Вакару в Киев 1 октября 1904 г., — через мои руки прошли резолюции Рижского, Петербургского, Московского, Тверского, Тульского, Одесского, Екатеринославского, Николаевского, Сибирского, Севастопольского, Кавказского союзного совета (получ[ена] вчера), Тифлисского и Бакинского комитетов...» *
В сентябре—декабре 1904 г. на трех областных конференциях большевистских комитетов (Южной, Кавказской и Северной) было избрано Бюро комитетов большинства, которое повело практическую подготовку III съезда партии.
* * *
Необходимость созыва нового партийного съезда становилась все более насущной в связи с приближением революции в России.
Назревание революционного подъема чувствовалось и в Крыму, особенно под влиянием бурных событий на юге страны летом 1903 г.
В это время стачки рабочих охватили многие города Кавказа и Украины. Это было крупнейшее выступление пролетариата накануне революции 1905—1907 гг. В борьбе участвовало в общей сложности 120—130 тысяч рабочих. Вот как освещались эти события в листовке Феодосийской социал-демократической рабочей группы:
«Товарищи! В настоящее время по многим городам южной России загорелась небывалая борьба между рабочими и их врагами — капиталистами и правительством. В Баку, Тифлисе, Михайлове, Батуме, Одессе, Николаеве и Киеве десятки тысяч рабочих устраивают стачки и бросают работу. Но эти стачки не ограничь
* Переписка В. И. Ленина и руководимых им учреждений РСДРП...  — Т. 3.  —  С. 57.
114


лись одной какой-нибудь фабрикой, одним каким-нибудь ремеслом, она сделалась всеобщею, т. е. во всех вышеуказанных городах все рабочие вместе бросили работу, бросили ее фабричные, железнодорожные, портовые, кочегары, матросы, конновожатые, кондукторы, булочники, лакеи, приказчики и даже городовые.
Вся обыкновенная жизнь этих городов на время прекратилась: конки, пароходы, поезда перестали ходить; магазины, рестораны и фабрики закрылись; электричество не светило; не хватало даже воды и хлеба. Все это наглядно доказывает, какую огромную силу имеет в руках рабочий класс [...]
Это вмешательство царского правительства в борьбу между рабочими и капиталистами заставило рабочих выйти на борьбу со своим главным врагом — самодержавием [...] Уже теперь во всех вышеуказанных городах рабочие собирались большими толпами и с криками: «Долой самодержавие!» проходили по главным улицам. Тут произносились противоправительственные речи и разбрасывались в огромном количестве революционные листки.
Товарищи! Неужели в такое время мы будем молчать  — мы, которые должны хорошо помнить, что и нам нелегко живется, что и нас хозяева, подрядчики, мастера и начальство грабят и обирают на каждом шагу, что и нас они стараются прижимать, оскорблять и унижать... Мы должны всегда готовиться к такой же решительной и единодушной борьбе, какую вели минувший месяц и ведут еще по сей час рабочие Кавказа, Одессы, Киева, Николаева и других городов...» *
Обращенная к солдатам и матросам, листовка призывала их переходить на сторону рабочего класса и вместе с ним под руководством РСДРП готовиться к решительному штурму самодержавия.
* Революционное движение в Таврической губернии в 1905——1907 гг.  — С. 31— 33.
6* 115


Эта и другие листовки в числе 1300 экземпляров были распространены в Феодосии в ночь на 3 августа. Они вызвали забастовку 300—400 портовых рабочих, о которой сообщал корреспондент в «Искре» в октябре 1903 г. (№ 49);
«...Забастовка продолжалась два дня. Все требования удовлетворены. По этому поводу здесь был губернатор Трепов. Беседуя с рабочими на пристани, куда они были созваны, он заявил, что если кто-нибудь осмелится выразить недовольство, то немедленно будет выслан из Феодосии; рабочие, мол, должны всегда помнить, что он сильнее их.
В главном ресторане официанты в числе 15» чел. устроили стачку. Причина та, что хозяин не только не платил жалованья, но еще брал у последних по 5 руб. в месяц. Забастовка продолжалась несколько дней. Принято обратно пять чел. на жалованье по пяти руб. в месяц; остальные поступили в другие рестораны.
(Обе упоминаемыя в корреспонденции прокламации доставлены в редакцию. «Феодосийская социал-демократическая рабочая группа» излагает события на всем юге и зовет к борьбе за свободу и за социализм. Изданы прокламации на гектографе)» *.
Всеобщая стачка рабочих юга России захватила и керченских пролетариев. История Крыма еще не знала ничего подобного революционным событиям, происходившим в Керчи 12—13 августа.
7 августа 1903 г. забастовали грузчики Керченского порта. Они требовали увеличения зарплаты и улучшения питания. Рабочих уволили, а на их место были присланы солдаты.
12 августа забастовали рабочие механического завода
* Искра.  — 1903.  — № 49 (1 окт.).  — С. 7.
116


Бухштаба, предъявив экономические требования. К забастовке присоединились рабочие чугунолитейного завода Золотарева, а также ремесленники, подмастерья и ученики мелких предприятий города. Стачка ширилась, охватывая все новые предприятия.
«...Магазины были закрыты, хозяевами города в этот день были рабочие,  — сообщал корреспондент в «Искру».  — Градоначальник растерялся было, но потом придумал следующее: когда вся масса рабочих и публики сконцентрировалась возле фабрики Месаксуди (им казалось, что тут еще работают), градоначальник, не долго думая, телефонирует пожарному обозу, что фабрика горит, а пока что стал разгонять публику и там, где находил малейшее сопротивление, давал волю рукам и ногам. Таким образом он ударил ногой одну курсистку (Уманскую), которая не хотела уйти со своего места. Она бросила ему на всю улицу подлеца *, и теперь она обвиняется в подстрекательстве толпы и в оскорблении градоначальника при исполнении обязанностей. Вскоре после этого инцидента явился пожарный обоз; полицеймейстер велел растерявшемуся рабочему качать, и вдруг толпу обдала сильная струя воды. Все разбежались по сторонам на несколько минут, а потом, опомнившись, исколотили пожарного, а кишку разорвали на части. Отсюда масса отправилась к вокзалу за железнодорожными, здесь выпустили пар из паровоза, и вечерний поезд не мог уйти. Градоначальник, после неудавшейся попытки тушить пробудившееся чувство возмущения водой, вызвал солдат. Толпа возвращалась с вокзала часов в 12 ночи (погода была ужасная, дождь лил, как из ведра). Масса устала, измокла, но уходить и не думала. Вдруг офицер скомандо-
* Так в документе.
117


вал атаку. Солдаты со штыками на перевес бросились на внутренняго врага и разогнали его...» *
С утра 13 августа все фабрики и заводы Керчи не работали. Город был объявлен на положении усиленной охраны. Местная социал-демократическая организация выпустила прокламацию, призывая рабочих к демонстрации и к сходке на горе Митридат.
Около 2000 человек собрались на сходку.
С горы собравшиеся увидели, что в порту продолжаются работы, и, желая вовлечь портовиков в стачку, направились к пристани. Здесь они были встречены войсками, преградившими им путь. В войска полетели камни, было ранено несколько солдат. Когда некоторым рабочим удалось прорваться, по ним был открыт огонь. Подошли еще четыре роты войск, и рабочих оттеснили от ворот агентства. При этом арестовали троих. Возмущенная толпа хлынула к полицейскому участку, требуя освобождения арестованных.
Вот как описывался этот момент в документе Симферопольского окружного суда по делу о забастовке рабочих порта и промышленных предприятий Керчи: «Толпа с криками и угрозами подступила к участку и, получив отказ в освобождении арестованных, приступила к формальной осаде и штурму. Часть рабочих бросала большие камни весом в несколько фунтов в окна верхнего и нижнего этажа, другие напирали на запертые ворота, пытаясь ворваться во двор, и третьи, наконец пробравшись на соседний двор, стали перелезать через забор и бросать в солдат камнями. Нижние чины стойко выдерживали нападение, не прибегая к огнестрельному оружию, но когда один из них был ранен в руку, а накладка его винтовки оказалась разбитой ударом камня, солдаты открыли огонь по толпе, которая после этого сейчас же отступила» **.
*  Искра.  — 1903.  —  № 49 (1 окт.).  —  С. 6.
** Революционное движение в Таврической губернии в  1905—¬
—1907 гг.  —  С. 37.
118


Два человека были убиты, несколько ранено. Прибывшие в город войска разогнали участников выступления.
Поверив обещанию градоначальника и прибывшего фабричного инспектора рассмотреть требования бастующих, они приступили к работе. Но рабочих обманули. Прибавку к зарплате получили только портовые грузчики. На участников забастовки обрушились репрессии: было арестовано 100 человек.
Всеобщая стачка в Керчи в августе 1903 г. способствовала пробуждению политического сознания рабочих. Это было самое крупное выступление рабочих в Крыму перед революцией 1905—1907 гг. Всего в 1903 г. (главным образом летом и осенью) в Крыму бастовало, по неполным данным, не менее 6 тысяч рабочих.
Могучим толчком, ускорившим наступление революции, явилась русско-японская война, начавшаяся в январе 1904 г. Царское правительство рассчитывало, что война поможет предотвратить назревающую революцию. Но плохо вооруженная, руководимая бездарными и продажными генералами, русская армия стала терпеть поражение за поражением. Народ не хотел войны, которая резко ухудшила его и без того тяжелое положение. Вести о поражении царской армии, о миллионах жизней, отданных по вине царизма в этой бессмысленной войне, наполняли его гневом, ускоряли приближение революционных событий.
Крымский союз РСДРП и местные социал-демократические организации вели антивоенную агитацию среди солдат и матросов, рабочих и крестьян. Массовым тиражом выпускались листовки, разоблачающие антинародный характер русско-японской войны и призывающие солдат отказываться от военной службы. Но меньшевики, стоявшие тогда у руководства Крымским союзом РСДРП, не связывали борьбу против войны с революционной борьбой против самодержавия. Они, как и все меньшевики, выступали под неопределенным лозунгом: «Мир во что бы то ни стало».
119


Больше, чем в каком другом городе Крыма, война чувствовалась в Севастополе. Среди матросов флота и солдат гарнизона росли антивоенные настроения. Вспыхивали волнения, были случаи отказа солдат и матросов от отправки на фронт. Мастерские Севастопольского порта выполняли военные заказы. Сверхурочные работы стали постоянным явлением, оплата за них незаконно снижалась. В июле 1904 г. в ответ на забастовку портовых грузчиков с требованием о повышении поденной платы до трех рублей портовое начальство по разрешению правительства заменило рабочих матросами. По этому случаю Севастопольский комитет РСДРП призвал портовых грузчиков и матросов объединиться для борьбы с эксплуататорами. «Товарищи матросы! — говорилось в листовке.  — Пройдет ваша служба, сделаетесь вы сами рабочими. Устроите вы стачку, и заменят вас другими матросами... Что почувствуете вы, когда свой же товарищ обратится против вас? Товарищи! Только единение заставит капиталистов и их союзника — правительство пойти на уступки.
Поддерживайте же один другого в борьбе, будьте стойки в своих требованиях!..» *
В 1904 г. было несколько значительных забастовок в порту. В марте 1904 г. произошла забастовка явно политического характера, направленная против войны: рабочие отказались грузить мины на пароходы «Смоленск» и «Москва».
Правильную, большевистскую позицию по отношению к войне занимал Севастопольский комитет РСДРП. В листовке «Ко всем солдатам», изданной в середине 1904 г., разоблачалась антинародная сущность русско- японской войны, ее грабительский характер. «...Знаете, солдаты, что вы делаете? — говорилось в листовке.  — Вы идете на войну, вы не отказываетесь от войны. А война губит нашу семью, нашу землю, нашу родину, наш
* Листовки революционных социал-демократических организаций Украины, 1894—1904.  —  К.: Госполитиздат УССР, 1963.  —  С. 736.
120


народ. Вы повинуетесь приказу, вы слушаете царя. Вы боретесь за царя, но идете против отечества, против своего же народа. Вы помогаете царю-кровопийце набивать карманы нашими же деньгами. Вы помогаете ему обирать народ».
В противоположность меньшевикам, которые ограничивались лишь антивоенными призывами, большевики Севастополя в этой листовке открыто призывали солдат к революции. «Мы должны свергнуть царя и кучку продажных обворовавшихся чиновников,  — говорилось далее в листовке.  — Мы должны сами для себя издать законы. Мы должны выбрать своих представителей тайной, прямой, равной и всеобщей подачей голосов в Учредительное собрание. Учредительное собрание установит правление народа — Демократическую Республику. Тогда не будет царя, не будет гнусной противонародной войны с японцами. Тогда будет свобода...» Листовка призывала солдат становиться под красное знамя РСДРП и вместе с нею идти «на штурм царских дворцов» *.
Прямым результатом большевистской агитации было революционное выступление матросов в Лазаревских казармах 3 ноября 1904 г. Возмущенные произволом командования, ограничением отпусков в город, усиленной слежкой за их жизнью и поведением, матросы решились на открытое выступление. Около 200 матросов разгромили казармы (сломали ворота, побили стекла, мебель), напали на офицерские флигеля, забросали офицеров камнями. Позднее, в июне 1905 г., в газете «Пролетарий»46 так характеризовались ноябрьские события 1904 г. в Севастополе:
«Припомните хотя бы то, с каким восторгом было встречено известие из Севастополя, известие, развертывавшее перед нами совершенно неожиданные перспективы, о грандиозной демонстрации, устроенной от-
* Революционное движение в Таврической губернии в 1905——1907 гг.  — С. 45—46.
121


рядом моряков, заявивших коллективный отказ идти на войну, с резко выраженной политической мотивировкой. Казарма была разгромлена, среди пения революционных песен и возгласов «Долой войну!», «Долой самодержавие!» были выкинуты красные знамена; прибывшие войска отказались стрелять в моряков, и целый город в течение нескольких дней был фактически в руках восставшего войска» *.
Выступление матросов чрезвычайно обострило политическую обстановку в городе и на флоте. 35 матросов, активных участников выступления, были преданы суду.
Портовый комитет Севастопольской организации РСДРП подготовил забастовку рабочих в мастерских порта в знак солидарности с восставшими. 8 ноября в назначенный час в мастерских раздался свисток. Многие рабочие остановили свои станки и направились агитировать остальных. Но полиции удалось прекратить начавшуюся забастовку.
Весть о революционных событиях в Севастополе стала известна за его пределами. А. М. Горький, находясь в Петербурге, в письме Е. П. Пешковой в ноябре 1904 г. сообщал: «Севастопольские события здесь подробно известны и вызывают большое удовольствие» **.
В конце 1904 г. с кораблей флота было списано несколько сот «неблагонадежных» матросов. Их должны были отправить на Дальний Восток, на фронт. В день отправки на вокзале собрались рабочие и провожающие. В присутствии военных властей и полиции группа рабочих приблизилась к товарным вагонам и с возгласами «Долой войну!» стала разбрасывать листовки.
* «Вперед» и «Пролетарий»: Первые большевистские газеты 1905 г. —  М.: Красная новь, 1924.  — Вып. 3.  —  С. 110.
** Горький А. М. Собр. соч.: В 30 т.  — М.: Политиздат. 1954.  — Т. 28.  — С. 335.
122


Когда агитаторы-смельчаки были оттеснены от вагонов полицией и паровоз дал сигнал отправления, группа женщин бросилась на полотно железной дороги, пытаясь задержать отход поезда. Тотчас же другие рабочие устремились к вагонам, призывая солдат и матросов не идти на войну, а присоединяться к революционной борьбе рабочего класса *.
Характеризуя настроение рабочих в декабре 1904 г., В. И. Ленин отмечал: «Пролетариат как бы сдерживает себя, сосредоточенно всматриваясь в окружающую обстановку, собирая свои силы и решая вопрос, пришел или не пришел еще момент решительной борьбы за свободу» **.
А до начала революции в России оставались считанные дни. Из искры разгоралось пламя.
* Парт. арх. Крым. обкома Компартии Украины.  — Ф. 150, oп. 1, д. 754, л. 4. (Воспоминания М. Трайгера); д. 852, л. 80. (Воспоминания А. Максимович).
** Ленин В. И. Самодержавие и пролетариат // Полн. собр. соч.  —  Т. 9.  —  С. 126, 129.
123


ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Главной исторической заслугой ленинской «Искры» было строительство боевой марксистской партии рабочего класса России.
Своей деятельностью искровцы подготовили почву для созыва II съезда РСДРП и возникновения в 1903 г. большевизма. «Большевизм,  — отмечал В. И. Ленин,  — существует, как течение политической мысли и как политическая партия, с 1903 года» *.
Пропаганда «Искрой» идей демократии и научного социализма, непримиримая борьба с оппортунизмом, революционная политическая агитация искровских комитетов в массах активно способствовали подготовке революции в России.
Под идейным влиянием «Искры» в начале 900-х годов развивалось социал-демократическое движение в Крыму, шел процесс соединения теории научного социализма с революционной практикой рабочего движения.
В подготовительный период истории «Искры» (февраль—декабрь 1900 г.) и первый год ее издания (1901 г.) социал-демократическое движение Крыма находилось еще в стадии становления. В городах возникали первые социал-демократические организации, группы, кружки.
Тем не менее, в первый же год издания «Искры» молодые социал-демократические организации включились в сферу деятельности искровской «социалистической почты». В результате на страницах «Искры» № 7, 10 и 17 появились первые корреспонденции из Крыма, а в Крым были доставлены все ее номера за 1900—1901 гг. Связь редакции газеты с Крымом осуществлялась через Полтаву и по каналам официальной почвы.
* Ленин В. И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме  //  Полн. собр. соч.  — Т. 41.  — С. 6.
124


Этот период становления социал-демократического движения в Крыму связан с именами Ю. О. Мартова, Л. Н. Радченко, Л. О. Канцель, способствовавших установлению первых каналов связи лидеров крымских организаций Л. М. Хинчука, Г. В. Зуева, А. Н. Попандополо и других с редакцией «Искры».
Вскоре после образования Русской организации «Искры» (январь 1902 г.), в марте этого года проживающий в Кореизе В. Г. Шкляревич начинает переписку с редакцией «Искры» и становится ее агентом в Крыму. В июле — начале августа по просьбе В. И. Ленина и Н. К. Крупской он установил непосредственную связь редакции газеты с Ялтинской социал-демократической организацией. С этого момента связи «Искры» с Крымом становятся более тесными. Заметно возрастает ее идейное влияние в местных организациях и, прежде всего, в Ялтинской. В Мелитополе возникает социал-демократическая организация «Искорка».
В это время в социал-демократическом движении появляются новые лидеры: Ю. Ларин (М. С. Лурье), А. Г. Щепетев, Я. Глотов. Растет пролетарская основа движения. В состав Севастопольского рабочего союза вливаются бывшие питерские рабочие Г. М. Гущин, А. В. Антонов, А. Сейконен, К. А. Васильев, П. И. Синица, прибывшие из Харькова И. В. Пастухов, Н. И. Назаров, В. И. Евтушенко, севастопольцы Г. Д. Зубарев, А. Д. Раков, В. Н. Бубнов, А. И. Братуха и др. Крепнет влияние «Искры» среди солдат и матросов Черноморского флота.
В социал-демократических организациях усиливаются объединительные тенденции: стремление к образованию губернского партийного центра. Начинается подготовка к созыву крымских социал-демократических организаций. Местные искровцы ставят вопрос о необходимости признания на этом съезде идейного направления «Искры».
Однако в целом в работе социал-демократических организаций Крыма преобладало кустарничество. В силу крайней слабости пролетарской классовой базы социал-демократического движения в городских организациях сильным было влияние мелкобуржуазной идеологии эсеров, Бунда, оппортунистической группы «Свобода». Ощущался недостаток опытных, идейно зрелых руководителей. В силу этого социал-демократические организации Крыма не могли занять достаточно активной позиции в общероссийском процессе
125


строительства пролетарской партии, находились как бы на периферии этого процесса. Они сами нуждались в постоянной, и прежде всего кадровой, помощи искровского центра. А возможности такой помощи в то время были весьма ограниченны.
Но то, что дала ленинская «Искра» для революционного воспитания трудящихся Крыма, трудно переоценить. По существу, связи с «Искрой» знаменовали начало нового этапа в истории революционного движения нашего края.
С появлением в Крыму газеты «Искра» и искровских изданий началась систематическая пропаганда среди рабочих, солдат, матросов, интеллигенции революционных идей, массовая политическая агитация социал-демократов на основе фактов и событий реальной (в том числе и крымской) действительности.
Со страниц «Искры» перед нашими земляками представала картина безграничного произвола местных эксплуататоров и полного политического бесправия народных масс. Используя информацию своих крымских корреспондентов, газета изобличала антинародную, эксплуататорскую сущность царской монархии и ее отпрысков, пригревшихся на крымском солнце. «Искра» клеймила позором безнаказанность и произвол местных чиновников-казнокрадов, жестокость тюремщиков и полиции.
Но «Искра» не только оперативно информировала о революционных событиях и об общественно-политической жизни Крыма и страны в целом. Газета давала глубокий научный анализ нарастанию революционного кризиса. Все это способствовало формированию политического сознания трудящихся.
Весь богатейший идейный арсенал «Искры», в особенности публиковавшиеся в ней работы В. И. Ленина, воспитывали последовательных и убежденных революционеров-марксистов, ставших после II съезда РСДРП на позиции большевизма.
К сожалению, таких революционеров среди крымских социал-демократов в момент образования большевистской партии оказалось немного. Крымский союз РСДРП после II съезда партии занял меньшевистские позиции. В этом сказалась слабость пролетарской классовой базы и влияние мелкобуржуазной идеологии в социал-демократическом движении. Однако сила большевиков определялась не их количеством. Большевизм как течение поли-
126


тической мысли выражал назревшие потребности времени. Вот почему и на крымской почве, в среде, более благоприятной в то время для мелкобуржуазной и оппортунистической идеологии, семена, брошенные «Искрой», не заглохли.
Первыми высоко подняли знамя II съезда РСДРП и старой «Искры» большевики Севастополя. Опираясь на энергичную поддержку Южного бюро ЦК, группа севастопольских большевиков вступила в принципиальную борьбу с меньшевистским руководством Крымского союза РСДРП, пошла на разрыв с меньшевиками и высказалась за необходимость созыва III съезда партии.
Ленинская «Искра» подготовила предпосылки событий 1905 г. Именно она воспитала сознательный авангард матросов Черноморского флота, солдат и рабочих Крыма, вышедших на передний край революционной борьбы в дни восстания на броненосце «Потемкин» и ноябрьского восстания 1905 г. в Севастополе.
Но роль «Искры» не ограничилась ее влиянием только на события ближайших лет и даже десятилетий.
Исторический опыт ленинской «Искры» и последующей борьбы большевиков за упрочение искровских идей и традиций в партии и в революционном движении России не утратил своего значения и поныне. Обращение к ним совершенно необходимо для восстановления ленинской концепции партии, повышения ее роли как политического авангарда советского народа в условиях перестройки и обновления социализма. Взгляд в прошлое необходим для того, чтобы полностью возродить в КПСС высокий интеллектуальный и нравственный потенциал и традиции большевизма, во многом утраченные в 30—40-е и последующие годы. Вот почему коммунисты нашей страны вновь и вновь внимательно вглядываются в истоки своего движения, в те далекие годы, когда закладывались основы революционной марксистской партии нового типа.
В преддверии XXVIII съезда КПСС партия переживает один из ответственнейших моментов своей истории. Сложные задачи революционного обновления советского общества и самой партии порождают многообразие подходов к их решению. У части коммунистов обнаружилась растерянность перед назревшими революционными переменами. Одни проявляют догматизм, идут на поводу консервативных течений, другие ищут выход на пути сепаратизма.
127


Появилась и крайне опасная тенденция к отрицанию идейных основ партии — учения марксизма-ленинизма, к отказу от демократического централизма как главного принципа организационного строения и деятельности партии, к отрицанию правомерности социалистического выбора, сделанного народом в Октябре 1917 г. По сути, речь идет об организационном оформлении внутри КПСС особой фракции, а в конечном счете о расколе, ослаблении партии и устранении ее с политической арены.
Предметом развернувшейся дискуссии стали краеугольные основы деятельности партии и судьба социализма в СССР. Возникает вопрос: возможно ли сотрудничество в рамках единой КПСС с людьми, стремящимися превратить партию в бесформенную ассоциацию с полной свободой фракций и отрицанием партийной дисциплины?
Сложившееся положение в КПСС, при всем различии исторических условий, в чем-то похоже на кризис российской социал-демократии в канун образования РСДРП. В ту пору «экономисты» тоже отвергали ленинские организационные принципы марксистской партии, отрицали необходимость политической борьбы пролетариат» и, вслед за Бернштейном, сомневались в конечной цели этой борьбы  —  в неизбежности социалистической революции.
При всей терпимости к инакомыслию и уважении к мнению своих оппонентов, В. И. Ленин и его единомышленники заняли твердую и непримиримую позицию по отношению к тем своим товарищам по общему делу, с которыми расходились в принципиальных вопросах. «Прежде, чем объединяться, и для того чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться» *. И только пройдя через такое размежевание на II съезде РСДРП — процесс болезненный и даже трагический (вспомните разрыв В. И. Ленина с Ю. О. Мартовым, Г. В. Плехановым), революционная социал-демократия сложилась в партию, скрепленную идейным и организационным единством.
Насколько важен сегодня этот исторический урок для КПСС Следуя духу и принципам ленинизма, ЦК КПСС в своем обращении к коммунистам страны зовет к консолидации здоровых сил партии — сторонников социалистического выбора и революционной
* Ленин В. И. Полн. собр. соч.  — Т. 4.  — С. 358.
128


перестройки  —  и к размежеванию с теми, кто под псевдорадикальными лозунгами фактически ведет дело к разрушению партии *.
Так ленинское учение о партии и исторический опыт его воплощения в жизнь в искровский период творчески применяются сегодня в целях революционной перестройки советского общества и обновления КПСС.
Стремительный рост политической активности советского народа, развитие плюрализма во мнениях и действиях людей в условиях демократизации и гласности предъявляют к партии высокие требования, порождают массу сложных вопросов.
Как в таких условиях сохранить роль политического авангарда, не отстать от жизни, завоевать доверие народа? Как, осваивая и перерабатывая новый опыт перестроечных процессов на основе марксистско-ленинской диалектики, не утратить гибкость в тактике в быстро меняющейся обстановке? Поощряя дискуссии и плюрализм мнений, как сохранить принципиальность и четкость позиции в отстаивании нашего социалистического выбора, твердость и аргументированность в борьбе с противниками социализма? Этому учит опыт ленинской «Искры».
Перед партией сегодня, как не однажды в прошлом, остро стоит непростая задача соединения демократии и дисциплины.. Не тормозить народную инициативу и самодеятельность, общественную активность народа, направленные на обновление нашего общества,  — с одной стороны. Но и не допускать превращения демократии в анархию и вседозволенность, использования ее антисоциалистическими элементами. Как добиться этого?
Ответы на этот и многие другие вопросы, встающие перед партией в условиях перестройки, дает прежде всего ленинское учение о партии, изложенное в работах «Что делать?», «Шаг вперед, два шага назад», других трудах искровской эпохи.
У В. И. Ленина и искровцев коммунисты могут учиться стилю и методам работы в массах, добиваясь высокой эрудиции в вопросах революционной теории, учиться культуре и этике дискуссий, принципиальности и мужеству в отстаивании идеалов революции.
* За консолидацию на принципиальной основе  //  Открытое письмо Центрального Комитета КПСС коммунистам страны.  — Правда.  — 1990.  — 12 апр.
129


ПРИМЕЧАНИЯ
1  «Народная воля» — тайная политическая организация народников-террористов, возникшая в августе 1879 г. в результате раскола народнической организации «Земля и воля>. Во главе «Народной воли» стоял Исполнительный комитет, в состав которого входили А. И. Желябов, Л. Д. Михайлов, М. Ф. Фроленко, Н. А. Морозов, В. Н. Фигнер, С. Л. Перовская, А. А. Квятковский и др. Оставаясь на позициях народнического утопического социализма, народовольцы встали на путь политической борьбы. Они рассчитывали добиться свержения самодержавия с помощью индивидуального террора в надежде, что террористические акты и прежде всего убийство царя могут вызвать революцию. После 1 марта 1881 г. (убийство Александра II) правительство разгромило организацию «Народная воля».
2  «Рабочая газета» — нелегальный орган киевской группы социал-демократов. Вышло два номера: № 1  —  в августе 1897 г. и № 2 — в декабре (помечен ноябрем) того же года. I съезд РСДРП признал «Рабочую газету» официальным органом партии. После съезда вследствие полицейского разгрома типографии и ареста членов Центрального комитета газета не выходила.
3  Бунд («Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России») был организован в 1897 г. Объединял преимущественно полупролетарские элементы еврейских ремесленников западных областей России. На I съезде РСДРП (1898) Бунд вошел в состав РСДРП как автономная организация. На II съезде РСДРП бундовцы выступили с требованием признать Бунд единственным представителем еврейского пролетариата. После того как II съезд РСДРП отверг это требование, Бунд вышел из партии. Бундовцы являлись носителями национализма и сепаратизма в рабочем движении России. Они оказывали постоянную поддержку меньшевикам и вели борьбу против большевиков.
4  Поалей Цион («Рабочие Сиона»)  —  еврейская социал-демократическая рабочая партия, возникла в 1904 г. Мелкобуржуазная националистическая организация, существенного влияния на рабочих не имела. В 1919 г. левая ее часть оформилась в так называемую еврейскую коммунистическую партию. Ряд ее членов был в индивидуальном порядке принят в РКП(б). Правое крыло пре-
130


вратилось в контрреволюционную организацию, деятельность конторой в СССР в 1928 г. была запрещена.
5 	Гнчак («Колокол»)  —  армянская мелкобуржуазная националистическая партия. Создана в 1887 г. в Женеве группой студентов. Гнчакисты считали себя марксистами, печатали в своих изданиях произведения К. Маркса и Ф. Энгельса. В действительности же выражали взгляды и настроения мелкой буржуазии. Прогрессивная группа партии, состоявшая преимущественно из рабочих, связывала судьбу армянского народа с русской революцией. В 1902 г. гнчакисты основным методом борьбы считали террор. В 1905—1907 гг. левые элементы партии стремились к единству действий с РСДРП. В период Октябрьской революции в Закавказье выступала против Советской власти.
6 	«Союз борьбы за освобождение рабочего класса», организованный В. И. Лениным осенью 1895 г., объединял около 20 марксистских рабочих кружков Петербурга. Вся работа «Союза борьбы» была построена на принципах централизма и строгой дисциплины. Во главе «Союза борьбы» стояла Центральная группа, в которую входили В. И. Ленин, А. А. Ванеев, П. К. Запорожец, Г. М. Кржижановский, Н. К. Крупская, Л. Мартов (Ю. О. Цедербаум), М. А. Сильвин, В. В. Старков и др. Организация была разделена на районные группы, связанные с фабриками и заводами, где были созданы рабочие кружки. «Союз борьбы» впервые в России стал осуществлять соединение социализма с рабочим движением, переход от пропаганды марксизма в кружках к широкой политической агитации среди рабочих и организации забастовок.
В ночь с 8 на 9 декабря 1895 г. была арестована значительная часть деятелей «Союза борьбы» во главе с В. И. Лениным. «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», по выражению В. И. Ленина, представлял собою зачаток революционной партии рабочего класса.
В 1897 г. появились разногласия по вопросу о задачах социал- демократии между старыми руководителями «Союза борьбы» и молодежью. «Молодые» стояли на позициях «экономизма». Со второй половины 1898 г. «Союз борьбы» оказался в руках «экономистов». Старые члены «Союза борьбы» приняли участие в подготовке I съезда РСДРП и продолжали традиции ленинского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса».
7 	Радченко Л. Н. (Люба) (род. в 1871 г.)—в социал-демократическом движении с начала 90-х годов. Входила в петербургский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». С августа 1902 г. входила в полтавскую группу содействия «Искре», принимала участие в организации нелегальной типографии «Искры» в Кишиневе, как агент «Искры» работала в Харькове. В феврале 1902 г. арестована, в конце 1902 г. освобождена и выехала за
131


границу. После II съезда РСДРП примкнула к меньшевикам. С 1918 г. от политической деятельности отошла, работала в различных учреждениях статистиком.
8  «Заря» — марксистский научно-политический журнал, издавался легально редакцией «Искры» в 1901—1902 гг. в Штутгарте. Вышло 4 номера. Журнал «Заря» выступал с критикой международного н русского ревизионизма в защиту теоретических основ марксизма.
9  «Легальный марксизм» — идейно-политическое направление российской буржуазной интеллигенции, возникшее в середине 90-х годов XIX в. Буржуазные теоретики пытались использовать отдельные положения экономического учения К. Маркса для обоснования развития капитализма в России и вели полемику с народничеством. Главные представители «Л. М.» П. Б. Струве, С. Н. Булгаков, М. И. Туган-Барановский, Н. А. Бердяев выступали в легальной прессе (отсюда название «Л. М.»), издавали журналы «Новое слово», «Начало», «Жизнь». «Легальные марксисты» проводили ревизию марксизма, отвергая его основные выводы о неизбежности социалистической революции и необходимости диктатуры пролетариата.
Революционные марксисты во главе с В. И. Лениным пошли на временный союз с «Л. М.» для борьбы с народнической идеологией в легальной печати. В 1900 г. в период подготовки к изданию «Искры» «Л. М.» предлагали свое участие в издании в надежде использовать социал-демократическую прессу в интересах либеральной буржуазии. В. И. Ленин подверг серьезной критике ревизионистские взгляды «легальных марксистов». Временный союз с ними был окончательно расторгнут.
10  «Южный рабочий» — социал-демократическая газета, издавалась нелегально группой того же наименования с января 1900 по апрель 1903 г. Всего вышло 12 номеров. Газета распространялась главным образом в социал-демократических организациях Юга России. Позиция группы «Южный рабочий», по определению В. И. Ленина, отличалась неустойчивостью в принципиальном отношении. Большинство группы впоследствии стало меньшевиками.
11  Группа «Освобождение труда» — первая русская марксистская организация, созданная группой русских эмигрантов во главе о Г. В. Плехановым в Женеве в 1883 г. В состав группы вошли В. И. Засулич, П. Б. Аксельрод, Л. Г. Дейч, В. Н. Игнатов, бывшие до этого народниками-чернопередельцами. Группа проделала большую работу по распространению марксизма в России. За 20 лет, с 1883 по 1903 г., она выпустила в свет более 250 переводов и оригинальных марксистских работ. Группа «Освобождение труда» заложила теоретические основы революционного рабочего движения в России.
132


12  Елпатьевский С. Я. (1854—1933) — русский писатель и публицист, по профессии врач. За принадлежность к «Народной воле» в начале 80-х годов был сослан на три года в Восточную Сибирь. Позже был одним из руководителей журнала «Русское богатство», сотрудничал в газете «Русские ведомости». В 1906 г. был одним из организаторов Трудовой народно-социалистической партии (Энесы). После революции 1905—1907 гг. Елпатьевский примкнул к ликвидаторам, выступал против большевистской партии. В. И. Ленин характеризовал его как радикального буржуа, или буржуазного демократа.
13  Фигнер В. Н. (1852—1942) — активная участница народнического движения в России. После раскола «Земли и воли» (1879)—член Исполнительного комитета «Народной воли». Принимала участие в подготовке покушений на Александра II в 1880 г. в Одессе и 1881 г. в Петербурге. После 1 марта 1881 г. вела революционную работу в Одессе. Выданная предателем С. П. Дегаевым, была арестована в Харькове 10 февраля 1883 г. По «Процессу 14-ти» (1884) приговорена к смертной казни, замененной бессрочной каторгой. В 1906 г. выехала за границу, где короткое время примыкала к эсерам. В 1915 г. вернулась в Россию. После Октябрьской революции занималась литературным трудом. Написала воспоминания «Запечатленный труд», биографии революционеров и др.
14  Ульянова-Елизарова А. И. (1864—1935)  —  профессиональный революционер, деятель Коммунистической партии, публицист. Сестра и соратник В. И. Ленина. Член РСДРП с 1898 г. В социал- демократическое движение вошла в 1894 г. в Москве, установив связь с рабочими кружками. С осени 1898 — член первого Московского комитета РСДРП. В 1900—1902 гг. в Берлине и Париже, а затем в Томске и других городах провела большую работу по содействию «Искре». В последующие годы активно участвовала в революционном движении и деятельности партии большевиков. После Октябрьской революции работала в Наркомсобесе, Наркомпросе. Принимала активное участие в организации Истпарта и Института В. И. Ленина. До конца 1932 г. была научным сотрудником ИМЭЛ, секретарем и членом редакции журнала «Пролетарская революция».
15  Елизаров М. Т. (1863—1919) — активный участник революционного движения. В 1886 г. окончил физико-математический факультет Петербургского университета. Член РСДРП с 1893 г. Был близок к брату В. И. Ленина А. И. Ульянову и женат на их сестре Анне. После Октябрьской революции с 8 ноября 1917 г.  — нарком путей сообщения, с 22 марта 1918 г.  — главный комиссар по делам страхования, с 22 января 1919 г.  — член коллегии Наркомата торговли и промышленности.
16  Хинчук Л. М. (1868—1944)  —  участник российского социал-
133


демократического движения, советский государственный деятель. Родился в Полтаве в мелкобуржуазной семье. Учился в Бернском университете. С 1890 г —  один из организаторов социал-демократических кружков в Туле, в 1896 г. арестован, выслан на 6 лет в Якутию. После ссылки работал в Симферополе, Туле, Москве. После II съезда РСДРП — меньшевик. Участник революции 1905—1907 гг., член Исполкома Петербургского Совета. На IV съезде РСДРП избирался в ЦК. В годы реакции работал в профсоюзных и кооперативных организациях Москвы. В марте—сентябре 1917 г. — председатель Моссовета. В конце 1919 г. порвал с меньшевиками. В 1920 г. принят в РКП(б). В 1919—1926 гг. — член коллегии Наркомпрода, председатель Центросоюза. В 1926—1930 гг.  — торгпред СССР в Англии, затем заместитель наркома внутренней торговли РСФСР. В 1938 — главный арбитр Госарбитража СНК РСФСР. Делегат XII—XVII съездов партии. Необоснованно репрессирован. Реабилитирован посмертно.
17  Иорданский Н. И. (Негорев) (1876—1928) — социал-демократ, после II съезда меньшевик. В 1904 г.  — постоянный сотрудник меньшевистской газеты «Искра», в 1905 г. входил в Исполком Петербургского Совета. В 1906 г.  — делегат IV съезда РСДРП с совещательным голосом, представитель объединенного ЦК РСДРП (от меньшевиков). В годы реакции был близок к меньшевикам-плехановцам. После Февральской буржуазно-демократической революции 1917 г.  — комиссар буржуазного Временного правительства при армиях Юго-Западного фронта. В 1921 г. вступил в ряды РКП(б); в 1922 г. работал в Народном комиссариате иностранных дел и в Госиздате, затем был полпредом в Италии. С 1924 г. занимался литературной деятельностью.
18  Канцель Л. О. (род. в 1878 г.) — социал-демократка, искровка, после II съезда меньшевичка. В 1898 г. входила в петербургскую социал-демократическую группу «Рабочее знамя». В марте 1901 г. выехала за границу, а через год по поручению редакции «Искры» приехала на работу в Москву, где совместно с другими организовала группу «Искры». В мае 1902 г. арестована и в 1903 г. сослана на 5 лет в Якутию. После амнистии в 1905 г. эмигрировала. В ноябре 1906 г. вернулась в Россию и работала в Петербурге в меньшевистских организациях до лета 1907 г., затем вновь эмигрировала. Во время первой мировой войны жила в России.
19  Блеклов С. М. (1860—1913)  —  земский статистик-народник, после окончания Московского университета (1885) служил в земских учреждениях Полтавской, Тверской, Орловской губерний. В 1900—1901 гг. руководил обследованием ряда уездов Таврической губернии. В своих трудах и отчетах вскрывал многие злоупотребления царской администрации. В 1902 г. был отстранен от службы в земстве. Принимал участие в общественном движении
134


в 1905—1906 гг., примыкал к партии эсеров. Участвовал в организации Всероссийского крестьянского союза, за что был арестован. После ареста эмигрировал за границу.
20  Громан В. Г. (род. в 1874 г.) — статистик, в революционном движении с 90-х гг., социал-демократ. В 1902 г. выслан из Симферополя в Енисейскую губернию. Жил в Ачинске. С конца 1905 г.  — меньшевик. В годы реакции — ликвидатор. В 1922 г. вышел из меньшевистской партии. Несколько лет находился на административно-хозяйственной работе. Работал в Госплане. В 1931 г. был арестован как бывший член меньшевистской партии. Дальнейшая судьба неизвестна.
21  4 марта 1901 г. на площади у Казанского собора в Петербурге состоялась демонстрация в знак протеста против отдачи в солдаты 183-х студентов Киевского университета за участие в революционном движении. Сотни участников демонстрации были жестоко избиты казаками, полицейскими и жандармами, несколько человек было убито, многие ранены и искалечены. Подробное сообщение об этой демонстрации было помещено в «Искре» № 3 (апрель 1901 г.).
22  РОПиТ (Российское общество пароходства и торговли) — акционерное общество, созданное на Черном и Азовском морях в 1856 г. Кроме рейсов между портами Черного и Азовского морей, РОПиТ установило четыре международные линии: из Одессы в Галац, Константинополь, Александрию и Марсель.
23  Леман (Смидович) И. Г. (Байнова, Димка) (1870—1942) — в революционном движении с 90-х гг., член петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса». В 1899 г. скрылась из вятской ссылки за границу. С момента организации «Искры» и до приезда Н. К. Крупской была секретарем редакции «Искры». Занималась транспортировкой нелегальной литературы, будучи агентом «Искры» в Кенигсберге. В декабре 1901 г. приехала в Россию для участия в съезде искровцев в Киеве. В январе 1902 г. совершила объезд искровских групп и 5 февраля выехала за границу. Летом 1902 г. возвратилась в Россию. 9 августа арестована в Кременчуге и заключена в киевскую тюрьму. В январе 1903 г. бежала и скрылась за границу. В годы реакции от политической деятельности отошла.
24  Ларин Ю. (Лурье М. А.) (1882—1932) — социал-демократ, меньшевик, один из лидеров ликвидаторства. В революционном движении с 1901 г., работал в Одессе и Симферополе. В 1905 г.  — член Петербургского меньшевистского комитета РСДРП. В 1906 г. входил в состав Петербургского объединенного комитета РСДРП, делегат IV (Объединительного) съезда РСДРП с решающим голосом. На съезде и в печати отстаивал меньшевистскую программу муниципализации земли. Был делегатом V съезда партии. После поражения революции 1905—1907 гг.  — один из активных
135


проповедников ликвидаторства. Сотрудничал в ряде центральных меньшевистско-ликвидаторских изданий. Ларин принимал активное участие в антипартийном Августовском блоке, входил в состав его организационного комитета. После Февральской революции возглавил группу меньшевиков-интернационалистов, издававших журнал «Интернационал». В августе 1917 г. был принят в большевистскую партию. После Октябрьской революции находился на советской и хозяйственной работе.
25  Социалисты-революционеры (эсеры) — мелкобуржуазная партия в России, возникла в конце 1901  —  начале 1902 г. в результате объединения различных народнических групп и кружков. Взгляды социалистов-революционеров представляли собой смесь идей народничества и западноевропейского оппортунизма. Эсеры не видели классовых различий между пролетариатом и мелким собственником, отвергали руководящую роль пролетариата в революции. Проводимая ими тактика индивидуального террора наносила большой вред революционному движению.
После победы Октябрьской революции эсеры вели контрреволюционную, подрывную работу, поддерживали белогвардейских генералов и интервентов, участвовали в контрреволюционных заговорах, организовывали террористические акты против советских деятелей. «Левые» эсеры, стремясь сохранить влияние в крестьянских массах, формально признали Советскую власть, но по мере развития классовой борьбы в деревне встали на путь борьбы против Советской власти и были разгромлены.
26  Сипягин Д. С. (1853—1902) — один из реакционнейших государственных деятелей царской России. С 1899 г.  — министр внутренних дел и шеф жандармов. Вел жестокую борьбу с рабочим, студенческим и крестьянским движением. 2 апреля 1902 г. был убит эсером С. В. Балмашевым.
27  «Жизнь» — литературный, научный и политический журнал, издавался в Петербурге с 1897 по 1901 г. Закрыт правительством в июне 1901 г. Издание возобновлено за границей в апреле 1902 г. социал-демократической группой «Жизнь» (В. Д. Бонч-Бруевич, В. А. Поссе, В. М. Величкина, Г. А. и М. А. Куклины и др.). За границей было выпущено 6 книг журнала, 12 номеров «Листков «Жизни» и ряд отдельных изданий «Библиотеки «Жизни». Группа «Жизнь» допускала отклонения от социал-демократических воззрений и тактики в сторону христианского социализма и анархизма. В декабре 1902 г. группа была распущена, издательство ликвидировано.
28  «Свобода» — революционно-социалистическая группа, возникла в мае 1901 г. Издавала в Швейцарии журнал одноименного названия, Вышло два номера: № 1 в 1901 г. и № 2 в 1902 г. Группа «Свобода» не имела «ни прочных серьезных идей, программы, тактики, организации, ни корней в массах» (В. И. Ленин).
136


Проповедовала идеи «экономизма» и терроризма, выступала с поддержкой антиискровских групп в России. В. И. Ленин назвал «Свободу» группой «экономистов террористического толка». Группа прекратила существование в 1903 г.
29  «Солдатская памятка» написана Л. Н. Толстым в 1901 г. В ней говорится, что присяга обязывает солдат убивать по приказанию начальства своих безоружных братьев, рабочих и крестьян. Убийство же людей является тяжким грехом. Толстой призывал солдат «свергнуть с себя постыдное и безбожное звание солдата».
В декабре 1906 г. «Солдатская памятка» подверглась аресту, а издательство «Обновление», опубликовавшее ее, было привлечено к уголовной ответственности.
30  «Письмо к товарищу о наших организационных задачах» написано В. И. Лениным в сентябре 1902 г. Оно явилось ответом на письмо петербургского социал-демократа А. А. Шнеерсона (Еремы), который подвергал критике организацию социал-демократической работы в Петербурге в период засилья «экономистов». В «Письме к товарищу» В. И. Ленин развивал и конкретизировал свой план организации партии, изложенный в книге «Что делать?» я других работах по организационному вопросу. «Письмо к товарищу» было отпечатано на гектографе, в июне 1903 г. издано Сибирским социал-демократическим союзом, а в январе 1904 г.  — ЦК РСДРП в виде отдельной брошюры с предисловием В. И. Ленина (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 7, с. 1—32).
31  Климанов (Афанасьев) Е. А. (1866—1918) — русский рабочий-революционер. Происходил из крестьян Петербургской губернии. Входил в «Товарищество санкт-петербургских мастеровых», был членом рабочего центра марксистской группы Бруснева. Один из организаторов первой маеьки в Петербурге в 1891 г. В 1895 г. был выслан на 5 лет в Вологодскую губернию. По окончании ссылки работал в Керчи, принимал участие в работе местной социал-демократической организации. В марте 1906 г. снова арестован и выслан в Вологодскую губернию, откуда бежал и нелегально жил в Петербурге. После Октябрьской революции примкнул к большевикам. Заведовал торфяными разработками под Рязанью.
32  М. Д. Нагловский. После II съезда РСДРП примкнул к большевикам. Выехал из Ялты осенью 1903 г. и поступил на юридический факультет Одесского университета. Вел пропаганду среди рабочих. В марте 1904 г. был арестован, сослан в Астрахань под надзор полиции. Переехал в Казань, был членом Казанского комитета РСДРП. В июне 1905 г. в Феодосии состоялся судебный процесс выездного суда Одесской судебной палаты по делу М. Д. Нагловского. Крайне опасная политическая ситуация в стране оказала влияние на исход процесса. М. Д. Нагловский
137


и многие другие подсудимые были оправданы. В 1906 г. М. Д. Нагловский эмигрировал в Женеву. Сочувствовал меньшевикам. В августе 1934 г. вступил в организацию сочувствующих ВКП(б). В 1935 г. заведовал терапевтическим отделением санатория ВЦСПС № 1 (ст. Кротово Казанской железной дороги).
33  Зубатов С. В. (1864—1917) — жандармский полковник, вдохновитель и организатор «полицейского социализма» («зубатовщины»). В 90-х гг.  — начальник Московского охранного отделения, в 1902 г. стал начальником особого отдела департамента полиции. В 1901—1903 гг. организовал полицейские рабочие союзы в Москве, Петербурге и других городах с целью отвлечения рабочих от революционной борьбы. После краха своей провокаторской политики был уволен со службы и отошел от политической деятельности.
34  «Революционная Россия» — нелегальная эсеровская газета, издавалась с конца 1900 г. в России «Союзом социалистов-революционеров». С января 1902 г. по декабрь 1905 г. выходила за границей (Женева) в качестве официального органа партии социалистов-революционеров.
35  Имеется в виду еврейский погром, организованный полицейскими властями в Кишиневе 6—7 апреля 1903 г. Во время- погрома было убито свыше 40, тяжело ранено 80 человек.
36  «Союз русских социал-демократов за границей» был основан в Женеве в 1894 г. по инициативе группы «Освобождение труда» на условиях признания всеми его членами программы группы. I съезд РСДРП в марте 1898 г. признал «Союз» заграничным представителем партии. В дальнейшем в «Союзе» взяли- перевес «экономисты». С апреля 1899 г. «Союз» приступил к изданию журнала «Рабочее дело», в редакцию которого вошли «экономисты» Б. Н. Кричевский, В. П. Иваншин и другие. На II съезде РСДРП представители «Союза» («рабочедельцы») занимали крайне оппортунистическую позицию и покинули его после признания съездом «Заграничной лиги русской революционной социал-демократии» единственной организацией партии за границей. Второй съезд партии объявил о роспуске «Союза».
37  «Борьба» — заграничная социал-демократическая группа, сложилась летом 1900 г. в Париже и окончательно оформилась в мае 1901 г. В своих изданиях группа извращала революционную- теорию марксизма, враждебно относилась к ленинским организационным принципам партии. Ввиду дезорганизаторских действий и отсутствия связей с социал-демократическими организациями в России группа не была допущена на II съезд партии. Решением II съезда РСДРП группа «Борьба» была распущена.
38  Красиков П. А. (Игнат, Павлович) (1870—1939). В социал- демократическом движении с 1892 г. В 1893 г. исключен из Петербургского университета. Выслан в Красноярск. В 1896 г.
138


в ссылке познакомился с В. И. Лениным. Возвратившись в 1900 г. в Псков, работал в искровской группе, был агентом «Искры». В 1902 г. введен в Оргкомитет по подготовке II съезда партии, на котором был делегатом от Киевского комитета, входил в бюро (президиум) съезда. В 1904 г.  — участник совещания 22-х большевиков в Женеве. В 1905 г.  — член Петербургского комитета партии, член Исполкома Петербургского Совета. В 1917 г.  — член Исполкома Петроградского Совета, член коллегии НКЮ СССР. С 1924 г.  —  прокурор Верховного Суда СССР, в 1933—1938 гг — заместитель прокурора Верховного Суда СССР. Избирался членом ВЦИК и ЦИК СССР. Член Комиссии по составлению Конституции СССР (1936 г.).
39  Макадзюб М. С. (Антонов, Практик, Панин) (род. в 1876 г.)  —  социал-демократ, меньшевик. В 1901—1903 гг. работал в социал-демократических организациях на Юге России. В мае 1905 г. участвовал в работе меньшевистской конференции в Женеве, был избран в Организационную комиссию — руководящий меньшевистский центр. В годы реакции — ликвидатор, сотрудничал в журнале меньшевиков-ликвидаторов «Наша заря». После Октябрьской революции от политической деятельности отошел. С 1921 г. работал в лесоэкспортных учреждениях СССР за границей, с 1931 г. — эмигрант.
40  Гора и Жиронда — название двух политических группировок буржуазии периода Великой французской революции конца XVIII в. Горой-якобинцами называли наиболее решительных представителей революционного класса — буржуазии, отстаивавших необходимость уничтожения абсолютизма и феодализма. Жирондисты колебались между революцией и контрреволюцией и шли по пути сделок с монархией. «Социалистической Жирондой» В. И. Ленин называл оппортунистическое течение в социал-демократии; пролетарскими якобинцами, «Горой» — революционных социал-демократов.
41  Каутский Карл (1854—1938) — один из лидеров германской социал-демократии и II Интернационала, вначале марксист, позднее ренегат марксизма, идеолог одного из оппортунистических течений в рабочем движении — центризма. После Октябрьской революции открыто выступил против пролетарской революции и диктатуры пролетариата, против Советской власти. В. И. Ленин критиковал каутскианство в своих произведениях «Империализм и раскол социализма», «Государство и революция» (1917), «Пролетарская революция и ренегат Каутский» (1918).
42  «Заграничная лига русской революционной социал-демократии» была основана по инициативе В. И. Ленина в октябре 1901 г. В Лигу вошли заграничный отдел организации «Искры» — «Зари» и организация «Социал-демократ» (включавшая в себя группу «Освобождение труда»). Лига вербовала сторонников «Искры»
139


из числа русских социал-демократов за границей, материально поддерживала ее, организовывала доставку газеты в Россию и издавала популярную марксистскую литературу.
II съезд РСДРП утвердил Лигу в качестве единственной заграничной партийной организации, имеющей уставные права комитета, и обязал ее работать под руководством и контролем ЦК РСДРП. После II съезда партии в Лиге укрепились меньшевики. На втором съезде Лиги в октябре 1903 г. они резко выступили против большевиков, после чего В. И. Ленин и его сторонники ушли со съезда. Лига стала оплотом меньшевизма. Существовала до 1905 г.
43  Лалаянц И. X. (1870—1933) — активный участник социал- демократического движения в России. В 1888—1889 гг. был членом марксистского кружка Н. Е. Федосеева в Казани. В 1893 г. в Самаре вошел в марксистский кружок, образовавшийся вокруг В. И. Ленина. В 1897 г. участвовал в создании «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» в Екатеринославе, в подготовке I съезда РСДРП. В (1902 г. сослан в Восточную Сибирь, откуда бежал за границу. Заведовал типографией «Искры» в Женеве. После II съезда РСДРП — большевик, агент ЦК партии в России. В 1905 г. вошел в объединенный ЦК от большевиков. В 1906 г. был арестован, после двух лет предварительного заключения приговорен к 6 годам каторги. В конце 1913 г. по окончании срока каторги сослан на вечное поселение в Восточную Сибирь и отошел от политической деятельности. В 1922 г. работал в Главполитпросвете Наркомпроса РСФСР, написал воспоминания «У истоков большевизма».
44  Совет партии, согласно Уставу, принятому на II съезде РСДРП, был создан в 1903 г. как высшее партийное учреждение, призванное согласовывать и объединять деятельность ЦК и редакцию ЦО. Совет партии состоял из пяти членов, один из которых назначался съездом партии, а другие — ЦК и редакцией ЦО, направлявшими в Совет по два члена. После поворота Плеханова в сторону оппортунизма и захвата меньшевиками редакции ЦО Совет партии стал орудием борьбы меньшевиков против большевиков. Согласно Уставу, принятому III съездом РСДРП, в 1905 г. Совет партии был упразднен.
45  Книпович Л. М. (Дядина) (1856—1920). Революционную деятельность начала в конце 70-х гг. в народовольческих кружках. В 90-х гг. примкнула к социал-демократии. В 1896 г. была арестована и затем сослана в Астрахань. Играла видную роль в установлении связей «Искры» с местными организациями в России. На II съезде РСДРП — делегат от Северного Союза, искровец большинства. В 1905 г. работала в Одессе, была делегатом IV съезда РСДРП. После революции продолжала партийную работу. В последние годы жизни жила в Симферополе.
140


46  «Пролетарий» — большевистская нелегальная еженедельная газета, центральный орган РСДРП. Создана по постановлению III съезда РСДРП. Выходила в Женеве с мая по ноябрь 1905 г. Вышло 26 номеров. Ответственный редактор — В. И. Ленин. «Пролетарий» продолжал линию старой ленинской «Искры». Издание прекращено после отъезда В, И. Ленина в Россию.


Массово-политическое издание
Горякина Виктория Сергеевна
ЛЕНИНСКАЯ «ИСКРА» В КРЫМУ
Редактор Р. Г. Неведрова
Художник В. В. Бунь
Художественный редактор М. М. Лукьяница
Технический редактор Н. Д. Крупская
Корректоры С. А. Павловская, Л. Г. Стахурская
ИБ № 1912
Сдано в набор 15.01.90. Подписано в печать 06.06.90. БЯ 03100. Формат 70Х108  1/32. Бумага тиипографская № 2. Гарнитура литературная. Печать высокая. Усл. печ. л. 6,65. Усл. кр.-отт. 6,91. Уч.-изд. л. 6,67. Тираж 2000 экз. Заказ № 180. Цена 35 к.
Издательство «Таврия», 333000, Симферополь, ул. Горького, 5
Областная книжная типография, 320091, Днепропетровск, ул. Горького, 20


35 к.
ТАВРIЯ